Тот, кто сражается с монстрами (Новелла)

Странные дела

Странные дела

Джейсон проснулся голым, лицом вниз в траве. Это было совсем не то пробуждение, на которое он рассчитывал, ведь ложился спать он в собственной постели и в своих боксерах с Дартом Вейдером. Судя по ощущению прохладной травы на своих «неприкосновенных местах», его вытащили из постели вместе с трусами. Последнее, что он помнил, — это то, чем занимался большинство вечеров: играл в видеоигры, пока не уставал, а затем кое-как добирался до кровати.

Трава, на которой он очнулся, была на удивление приятной; густой ковер пышной зеленой мягкости. Она не была похожа ни на одну траву, которую он встречал раньше, что было немного странно. Его отец был ландшафтным архитектором, и Джейсон вырос, узнав о траве больше, чем когда-либо хотел знать. В основном потому, что это был единственный способ сбежать от уроков японского языка, которые устраивала мать.

Джейсон перевернулся и сел. Он чувствовал себя странно, и дело было не только в необычных обстоятельствах. Это было не плохое ощущение, скорее похожее на пробуждение после очень долгого сна. Оставалась легкая сонливость, но вместе с ней — чувство прилива сил. Он провел рукой по голове и вздрогнул, осознав, что его волосы исчезли.

— Э-э…

Он ощупал голову обеими руками, но она была гладкой, как воздушный шар. Он быстро осмотрел себя глазами и руками, поняв, что на его теле вообще нет волос. Ни бровей, ничего на груди, руках или… других местах.

— Я-то думал, что после стрижки все должно выглядеть больше.

Он поднялся на ноги и начал оценивать обстановку. Взглянув на небо, он увидел, что солнце стоит высоко, а воздух теплый. Небо было безоблачно-синим, пылающий шар выжигал даже малейший намек на облака. Его открытым конечностям грозил скорее солнечный ожог, чем холод.

Оглядевшись, он увидел, что зажат между двумя длинными высокими живыми изгородями. Бросив взгляд вдоль идеально прямой дорожки, он заметил боковые ответвления, уходящие под острым углом в обе стороны. Сама дорожка была широкой и травянистой, места для того, чтобы валяться без сознания, было предостаточно. Стены изгороди были тщательно подстрижены.

После печального взгляда на свое голое лысое тело, он наугад отправился исследовать местность. Вскоре он обнаружил, что находится в лабиринте из живой изгороди, живые стены которого были выращены почти в два раза выше роста Джейсона. Первая мысль Джейсона была взобраться на одну из них, чтобы лучше понять свое местоположение, но более внимательный осмотр изгороди заставил его передумать. Вместо обычного самшита изгороди состояли из чего-то очень колючего, а он был совершенно голым. Он посмотрел по сторонам, но ни одно из направлений не выглядело лучше другого.

— Какого черта происходит?

Словно в ответ на его вопрос, перед ним что-то появилось. Это выглядело как сенсорный экран, парящий в воздухе, бестелесный. Он протянул палец, чтобы коснуться его, экран замерцал, когда палец прошел сквозь него.

— Голограмма?

Он осмотрел землю и соседние изгороди в поисках какого-нибудь проектора, но когда он начал двигаться, экран последовал за ним. На экране был текст, который он прочитал.

Новый квест: [Чужак в чужой стране]

Вы очнулись в месте, которое вам не знакомо. Исследуйте местность, чтобы узнать больше.

Цель: Исследовать лабиринт из живой изгороди 0/1.

Награда: Простые штаны.

— Хм.

Он подозрительно огляделся. Осторожно пощупал колючую листву стен изгороди, выискивая скрытые камеры. Взглянув на небо, он не заметил никаких камер-дронов. Зато заметил луну, бледную и легко не заметить при дневном свете. Затем он заметил вторую луну.

— Этого не может быть.

Джейсон посмотрел на парящий экран, затем снова на небо. Все еще две луны.

— Я что, схожу с ума?

Джейсон сел на траву, не зная, что делать. Он продолжал поглядывать на небо и на лишнюю луну. Перед ним все еще терпеливо ждал экран.

— Это безумие. В смысле, квест? Я не волшебник первого уровня.

Рядом с первым экраном появился второй.

Джейсон Асано

Раса: Иномирянин.

Текущий ранг: обычный.

Прогресс до железного ранга: 0% (0/4 эссенций)

Атрибуты

[Мощь] (нет эссенции): обычный.

[Скорость] (нет эссенции): обычный.

[Дух] (нет эссенции): обычный.

[Восстановление] (нет эссенции): обычный.

Расовые способности (Иномирянин)

[Интерфейс]

[Система квестов]

[Инвентарь]

[Карта]

[Астральное сродство]

[Таинственный незнакомец]

Эссенции (0/4)

Нет эссенции [Нет атрибута] (0/5)

— Это что, лист персонажа? Я должен хоть что-то из этого понимать?

Он в недоумении покачал головой.

— Могли бы хотя бы выбрать игровую систему, которую я знаю.

Он снова просмотрел экран.

— Карта, — прочитал он, ухватившись за что-то знакомое. — Я знаю, что такое карты. Как мне посмотреть карту?

Обязательно появился новый экран, но так как это был уже третий экран, места перед ним становилось все меньше. Он рассеянно подумал, что было бы удобно, если бы другие экраны закрылись, что они тут же и сделали.

— Уверен, это хорошо.

Ситуацию становилось все труднее объяснить, даже если игнорировать лишнюю луну. Голосовая голограмма была неправдоподобной, но не невозможной. А вот голограммы, управляемые мыслью, — это уже совсем другое дело.

— Я все больше беспокоюсь. К тому же, я слишком много разговариваю сам с собой. Уверен, это нормально и определенно не защитный механизм, чтобы не поддаться панике.

Надеясь, что это не сработает, он начал экспериментировать. Он смог открывать и закрывать любые окна простой мыслью.

— Может, ты без сознания, — успокаивал он себя. — Может, у тебя опухоль мозга, и ты где-то в больнице. Или отключился на полу. Галлюцинируешь в психушке. В хорошей такой, с большим садом. Но без лабиринта из живой изгороди. — Он закрыл глаза со стоном. — Как это вообще помогает мне успокоиться?

Джейсон глубоко вздохнул, медленно выдохнул и снова открыл глаза. Экраны все еще были там, ожидая.

— Просто смирись с этим, полагаю, — сказал он себе. — Отложи суждения до тех пор, пока не появится больше информации. Это рациональный подход.

Он перевел взгляд на карту, парящую перед ним. Она выглядела как карта из любой видеоигры, со списком локаций.

Зона: Поместье Вейн (Лабиринт из живой изгороди).

Как и карта в видеоигре, она была по большей части скрыта. Единственной открытой частью был небольшой участок лабиринта, который он уже исследовал. Он попытался перемещать карту мысленными командами, обнаружив, что может приближать и отдалять ее так же легко, как открывать и закрывать бестелесные экраны.

Отдалив масштаб до максимума, он увидел карту мира, которая казалась одновременно знакомой и незнакомой. Хотя детали были скрыты, он мог разобрать очертания континентов. Тревожило то, что они были не совсем такими, как те, что он знал. Юго-Восточная Азия была единым массивом суши, вытеснившим Австралию на юг и восток, где она, казалось, поглотила Новую Зеландию. Иберийский и Аравийский полуострова отсутствовали вовсе, оставив Африку полностью отделенной от Европы и Азии. Шри-Ланка была дальше на юг и в несколько раз больше, образуя огромный массив суши посреди Индийского океана.

— Ну, мир выглядит совсем не так. Плохая картография?

Согласно карте, Джейсон находился на юго-западе Африки, где-то в глубине Намибии. Он посмотрел на густые зеленые изгороди, окружавшие его. Пышная трава казалась прохладной под ногами. Он чувствовал горячий, но не сухой воздух на своей коже.

— Это не похоже на пустыню Калахари.

Он вздохнул, закрыв карту.

— Это какие-то странные дела.

Он снова вызвал свой лист персонажа.

Расовые способности (Иномирянин)

[Интерфейс]

[Система квестов]

[Инвентарь]

[Карта]

[Астральное сродство]

[Таинственный незнакомец]

— Разве моя раса не должна быть «человек»? Что такое «иномирянин»?

Джейсон наполовину ожидал, что появится еще один экран, но ничего не произошло, поэтому он просмотрел список дальше.

— Интерфейс кажется очевидным. Система квестов тоже, полагаю. Инвентарь?

Появилось окно, в котором доминировала почти пустая сетка слотов для иконок. Было пять рядов вниз и восемь поперек, всего сорок. Внизу также был счетчик валюты, изображающий шесть разных монет. У каждой монеты был счетчик, который показывал ноль.

— Ну, это определенно классический инвентарь, — сказал Джейсон. — Я правда могу класть сюда вещи?

В инвентаре был один предмет, занимающий первый слот. Это была какая-то красная иконка, предположительно представляющая реальный предмет.

— Ладно, Джейсон. Пора проверить, насколько сильно ты свихнулся. Как мне достать эту штуку?

После быстрой пробы и ошибок он обнаружил, что это так же просто, как вытащить иконку прямо из экрана. Иконка исчезла, и предмет волшебным образом появился у него в руке. Это был медальон размером с ладонь. Он выглядел и ощущался как полированный красный мрамор с золотыми гравировками с обеих сторон. Он был приятно теплым на ощупь. На одной стороне гравировка представляла собой изображение огненной птицы, а на другой были символы, гласящие: «Власть Мирового Феникса».

— Ну, это просто волшебным образом появилось из воздуха, — сказал Джейсон. — Это определенно невозможно. Погоди, почему я могу это прочитать? Я ведь даже японский толком не учил.

Отец Джейсона, Кен Асано, родился в Японии, но с самого раннего возраста воспитывался в Австралии. Доказывая, что нет более ярого фанатика, чем новообращенный, Кен был полностью погружен в австралийский образ жизни: от паб-рока до матчей по футболу и барбекю по выходным. Он прекрасно вписался в семью своей жены Шерил, которая была настолько австралийской, насколько он мог пожелать. Шахтеры и фермеры, чья родословная прослеживалась через бушрейнджеров, каторжников и коренных австралийцев. По иронии судьбы, именно Шерил была очарована Японией, пытаясь приобщить своих детей к культурному наследию их отца. Несмотря на сильную поддержку со стороны свекрови, результаты были неоднозначными.

Джейсон попытался положить красную табличку обратно в инвентарь. Его первая попытка заключалась в том, чтобы запихнуть ее в экран, что, к удивлению, сработало. Она исчезла из его рук и снова появилась как иконка.

— Это сбивает с толку.

Связь Джейсона с реальностью становилась все более призрачной. Экраны были странными, но могли бы, если допустить невероятное, быть продуктом скрытых голографических проекторов. Именно когда они начали реагировать на его мысли, он начал беспокоиться, а теперь он вытаскивал предметы из воздуха. Он закрыл инвентарь и снова вызвал лист персонажа. Следующей в списке способностей была карта, которую он уже осмотрел, затем астральное сродство.

Способность: [Астральное сродство]

Повышенное сопротивление пространственным эффектам и астральным силам. Пространственные способности имеют увеличенный эффект, а трансцендентный урон увеличен.

— Понятия не имею, что это значит.

Осталась только одна способность.

Способность: [Таинственный незнакомец]

Адаптация к языкам.

Поглощение эссенций, камней пробуждения и книг навыков.

Иммунитет к эффектам идентификации и отслеживания.

— Адаптация к языкам? Это так я прочитал странные письмена на табличке?

Он снова достал табличку.

— Что это за штука?

Предмет: [Токен Мирового Феникса] (трансцендентный ранг, легендарный)

???. (расходуемый, ???)

Эффект: ???

Осталось использований: 1/1

— Вопросительные знаки. Очень просвещает. Мне что, нужно платить волшебнику, чтобы идентифицировать предметы?

Он убрал табличку, закрыв все открытые окна, кроме карты.

— Ну что ж, — сказал он, глядя вверх и вниз по дорожке, на которой стоял. Ни одна из сторон не предлагала ничего, что рекомендовало бы ее больше другой.

— Это не «желтый лес», — сказал он себе, — но, полагаю, пришло время Роберта Фроста.

Он выбрал направление наугад и двинулся в путь.

— Очень хотелось бы быть одетым.

* * * Джейсон шел по лабиринту, карта была открыта перед ним. Она открывалась по мере того, как он шел. Его текущий план состоял в том, чтобы открыть достаточно, чтобы проложить путь наружу. Он замер, когда услышал шорох в изгороди.

— Эм, добрый день? — окликнул он, руки потянулись нервно прикрыть его «неприкосновенные места». — Алло? Buenos días? Guten morgen?

Ответа не последовало.

— Может, сейчас не утро. Guten tag?

Ответа все еще не было.

— Да, Джейсон, — пробормотал он себе под нос, — вот в чем была проблема. Ты ошибся со временем суток.

Он пожал плечами.

— Имеет такой же смысл, как и все остальное здесь, полагаю.

Он уже собирался продолжить путь, когда появилось окно.

Новый квест: [Без рубашки, без обуви, без обслуживания]

По неизвестным причинам ваша непосредственная область оказалась заражена низшими монстрами.

Цель: Узнать причину, по которой низшие монстры заразили эту область 0/1

Награда: Простая рубашка.

Бонусная цель: Победить десять низших монстров 0/10.

Награда: Простая обувь.

— Монстры? Это не звучит правдоподобно.

Джейсон подозрительно оглядывался, когда что-то маленькое вылетело из-под изгороди. Его руки метнулись обратно к причинному месту, оставив голову открытой целью. Он был ослеплен чем-то, что вцепилось ему в лицо, что-то острое болезненно вонзилось в скальп. Он сдернул это обеими руками, вскрикнув, когда вместе с этим оторвался кусок кожи. Он упал на колени, вбивая тварь в землю снова и снова, пока она не перестала дергаться.

Вы победили [Могучий хомяк]

Победить низших монстров 1/10.

Джейсон отпустил существо и отполз назад, все еще стоя на четвереньках. Его сердце бешено колотилось, раны на голове пульсировали. Кровь стекала по лицу, и он вытер ее с глаз.

— Какого черта происходит? Как хомяк мог прыгнуть мне на голову?

Джейсон посмотрел на существо. Согласно появившемуся окну, это был какой-то хомяк, но он был размером с голову Джейсона. Это делало его больше любого хомяка, о котором он слышал. Он был раздут от того, что его вколотили в грязь, а также испачкан кровью с головы Джейсона. Он осторожно пополз вперед, готовый отпрыгнуть. Протянув нерешительный палец, он ткнул в него.

Хотите собрать добычу с [Могучий хомяк]?

Джейсон отшатнулся, схватившись за свою лысую голову. Его пальцы нащупали рану, и он взвизгнул от боли.

— Какого черта происходит?

Том 1 Глава 1.2

«Карта», - прочитал он, вспоминая что-то знакомое. «Я знаю, что такое карта. Как мне увидеть карту?»

Появился новый экран. Джейсон рассеянно подумал, что нужно закрыть другие окна и это немедленно произошло.

Что же происходит... Становилось все труднее понимать что-либо. Появилась какая-то командная голосовая голограмма. Выглядела она не реально, но она была перед глазами. Эти виртуальные голограммы были чем-то фантастическим.

«Я просто в шоке».

Джейсону стало любопытно, и он начал экспериментировать. Он открывал и закрывал разные окна одной мыслью; «Может быть, я без сознания», - успокаивал он себя. «Может быть, у меня опухоль мозга, и я где-то в больнице, может лежу без сознания на полу в своей квартире, а может я нахожусь в раю? Но где же находится этот чертов лабиринт?»

Джейсон закрыл глаза и простонал. «Как же так, я просто пытаюсь себя успокоить» - он глубоко вздохнул, медленно выдохнул и снова открыл глаза. Экраны все еще были там.

«Просто надо идти дальше», сказал он себе. «Сохраняй здравый смысл, пока не получишь больше информации». Джейсон решил, что это рациональный подход. Он снова посмотрел на карту, плавающую перед ним. Она выглядела как карта из любой видеоигры, с указанием местоположения:

#########################

Зона: Территория (Лабиринт).

#########################

Карта, как и в видеоиграх, была в основном скрыта. Единственной открытой частью была небольшая часть лабиринта, который он уже исследовал. Он попытался двигать карту мысленными командами, обнаружив, что он может увеличивать и уменьшать ее так же легко, как открывать и закрывать экраны интерфейса.

Уменьшив масштаб, он достиг карты мира, которая выглядела как знакомой, так и незнакомой. Хотя детали были скрыты, он мог разглядеть очертания континентов. К сожалению, они не были такими же, как те, которых он знал. Юго-Восточная Азия была необыкновенной территорией, которая вытесняла Австралию на юге и востоке, где она, казалось, поглотила Новую Зеландию. Пиренейский и Аравийский полуострова полностью отсутствовали, в результате чего Африка была полностью отсоединена от Европы и Азии. Шри-Ланка была дальше на юге и в несколько раз больше, создавая огромный массив суши в центре Индийского океана.

«Ну, это не то, на что похож мой мир. Или же я где-то ошибаюсь?» - согласно карте, Джейсон находился на юго-западе Африки, где-то в окрестностях Намибии. Он посмотрел на густые зеленые живые изгороди, окружавшие его. Под его ногами была пышная трава. На своей коже он чувствовал горячий, но не сухой воздух.

«Это не похоже на пустыню Калахари». Он вздохнул и закрыл карту.

«Странные дела», - подумал Джейсон. Он снова посмотрел на свое окно персонажа.

#########################

Расовые способности (Иномирец)

#########################

«Разве моя раса не должна быть человеком? Что за Иномирец?» - Джейсон ожидал, что появится еще один экран, но ничего не произошло, поэтому он начал просматривать список.

«Интерфейс кажется очевидным. Система квестов и инвентарь тоже мне доступны?»

Появилось окно, в котором доминировала почти пустая сетка слотов с иконками. Было пять мест по вертикали и восемь в горизонтали, в общей сложности сорок ячеек. Внизу также было что-то вроде счетчика валют.

«Ну, это, безусловно, классический инвентарь», - сказал Джейсон. «Могу ли я положить вещи сюда?»

В инвентаре был один предмет, занимающий первое место. Это была какая-то красная иконка, которая представляла реальный предмет. «Хорошо», - подумал Джейсон. Пришло время посмотреть, не сошел ли он с ума. Как же достать эту штуку?

После нескольких проб и ошибок он выдернул значок прямо из экрана. Икона исчезла, и предмет волшебным образом появился в его руке. Это был медальон размером с ладонь. Полированный красный мрамор с золотыми гравюрами с обеих сторон. Он излучал приятное тепло. С одной стороны мрамора гравюра была изображена в виде огненной птицы, в то время как на другой была надпись «Власть Мирового Феникса».

«Ну, это просто волшебным образом появилось из воздуха», - сказал Джейсон. «Это невозможно. Подождите, а почему я могу это прочитать? Я ведь не учил японский».

Отец Джейсона, Кен Асано, родился в Японии, но вырос в Австралии. Кен был полностью занят австралийским стилем жизни, от паб-рока до спортивных матчей и барбекю на выходных. Он влился в семью своей жены Шерил, которая была истинной австралийкой. Шахтеры и фермеры прослеживают свою родословную через бушрангеров, и коренных австралийцев. По иронии судьбы именно Шерил была очарована Японией и пыталась привлечь своих детей к культурному наследию своего отца. Свекровь оказывала ей сильную поддержку, но результаты были неоднозначными.

Джейсон попытался положить красный камень обратно в инвентарь. Его первой попыткой было просто засунуть ее в экран, что неожиданно сработало. Красная вещь исчезла из его рук и снова появилась в виде иконы. «Ох, это сбивает с толку»

Ощущение реальности у Джейсона становилось все слабее. Экраны были определенно странными, но, возможно, они могли быть продуктом скрытых голограммных проекторов. Когда они отвечали на его мысли, он меньше волноваться об этом, а теперь он вытаскивал предметы из воздуха. Он закрыл инвентарь и снова открыл окно персонажа. Следующим по списку способностей была карта, на которую он уже смотрел, затем астральная близость.

#########################

Способность: [Астральная близость]

Повышенная устойчивость к размерным эффектам и астральным силам. Способности измерения имеют увеличенный эффект, а трансцендентный урон увеличивается.

#########################

«Понятия не имею, что это значит».

Осталась только одна способность.

#########################

Способность: [Таинственный незнакомец]

Языковая адаптация.

Сущность, пробуждение камня и поглощение книжных навыков.

Устойчивость к идентификационным и отслеживающим эффектам.

#########################

«Языковая адаптация? Это то, как я читаю странные надписи?»

Он снова вынул тот мрамор.

«Что это за вещь?»

Предмет: [Жетон Мирового Феникса] (превосходный ранг, легендарный)

???. (расходные материалы, ???).

Эффект: ???

Использований: 1/1

«Вопросительные знаки. Это странно. Нужно ли платить какому-то мастеру, чтобы идентифицировать предметы?» - он убрал предмет, закрыв все открытые окна, кроме карты. «Хорошо», - сказал он, осмотрев свой путь, по которому шел. Он не увидел ничего нового.

Вдали Джейсон увидел дерево. «Это не желтое дерево», - подумал он, - «кажется, я превращаюсь в Капитана Очевидность».

Он выбрал направление наугад и отправился в путь. «Мне бы не помешала одежда» - думал Джейсон.

* * *

Он шел по лабиринту, карта была открыта перед ним. Его текущий план состоял в том, чтобы определить путь, по которому он мог найти выход. Он замер, услышав шорох в живых изгородях.

«Гм, доброе утро?» - крикнул он. «Привет? Буэнос-диас? Гутен Морген?». Но никакого ответа не было.

«Может быть, это не утро, а добрый день?». - но опять не последовало никакого ответа.

«Да, Джейсон, это проблема. Ты ошибся временем суток» -он пожал плечами.

«Думаю, здесь столько же смысла, сколько и всего остального».

Он собрался продолжить свой путь, но вдруг появилось новое окно.

####################

Новый квест: [Без рубашки, без обуви, с пустыми руками]

По неизвестным причинам ваше местоположение наполнилось мелкими монстрами.

Цель: выяснить причину, по которой монстры наводнили область 0/1.

Награда: простая рубашка.

Бонусная цель: победить десять монстров 0/10.

Награда: простая обувь.

####################

«Монстры? Это звучит не правдоподобно» - он подозрительно оглянулся по сторонам, когда что-то маленькое выскочило с низа изгороди. Его руки дернулись, когда голова была полностью открытой. Джейсон был чем-то ослеплен, что-то больно вонзилось в его лицо и кожу головы.

Крича он выдернул существо вместе с кожей головы, бросил его на землю и начал топтать ногами пока тот не перестал бороться.

####################

Вы победили [Могучего Хомяка].

Победить десять монстров 1/10.

####################

Сердце бешено колотилось, раны на голове пульсировали. Кровь текла по его лицу, заливая глаза. Он вытер кровь с глаз. «Что в самом деле происходит? Как хомяк прыгнул мне на голову?»

Джейсон посмотрел на существо. В появившемся окне был хомяк размером с голову Джейсона. Он был больше, чем любой другой хомяк, о котором Джейсон знал. Хомяка раздуло от того, что его втоптали в грязь, а также от пролитой крови из головы Джейсона. Хомяк осторожно пополз, готовый сбежать. Протянув нерешительно палец, Джейсон ткнул в него.

Хотели бы вы собрать добычу с [Могучего хомяка]?

Джейсон отступил назад, сжимая руками голову. Его пальцы коснулись раны, и он взвизгнул от боли.

«Что, черт возьми, происходит?»

Конечно, магия существует

Джейсон снова посмотрел на экран.

####################

Хотели бы вы собрать добычу с [Могучего Хомяка]?

####################

«Да?» - вдруг тело мертвого существа издало шипящий звук, похожий на быструю химическую реакцию. Существо начало быстро таять. Сначала плоть, потом скелет растворились в дыму радужного цвета. Зрелище было красивым, но вдруг все вокруг наполнилось зловонием - как обгоревшие волосы и гниющее мясо. Джейсон на четвереньках бросился прочь, убегая от прогорклого запаха. Пока он кашлял, тело существа исчезло, как будто его вообще не было. Джейсон не обратил внимание на всплывающее окно, блики которого упали на густую траву.

«Я ненавижу это», - сказал он небу. «Голый и истекающий кровью, я понятия не имею, где я. Не могу придумать объяснения тому, что происходит. Я теряю рассудок? Хуже всего то, что я сейчас загораю теми местами, которыми не стоит загорать»

Джейсон сел и начал со стоном читать слова с ожидающего его экрана.

####################

[Ядро монстра] был добавлен в ваш инвентарь.

[Целебная мазь (Железный ранг)] был добавлен в ваш инвентарь.

10 [Малые духовные монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

####################

«Инвентарь. Это такое место, которое заставлять вещи появляться и исчезать. Я определенно схожу с ума», - подумал он.

Джейсон ознакомился с открытием и закрытием экранов. При его мысли появилось окно «Инвентаря». Две из сорока клеток были заняты маленькими иконками, в то время как то, что казалось счетчиком валюты, имело цифру десять, которая появился над одним из символов монеты.

Джейсон достал первый предмет. Этот предмет назывался «целебной мазью». Это была маленькая круглая баночка, напоминающая Джейсону о противном растирающем лекарстве, которым няня лечила его, когда он был ребенком. Эта банка не была ржавой, как та, что была для стирки под раковиной у Наны. Нана это его бабушкой по материнской линии, а бабушка по линии отца была очень строгой. Она была орнитологом на пенсии и у нее никогда не было ржавых банок с мазью.

Он взял банку в руки.

####################

Предмет: [Целебная мазь (железо)] (железный ранг, обычный)

Актуальные лечебные мази. Недорогая смесь идеально подходит для поверхностных травм (расходные материалы, лечение).

Эффект: наносить непосредственно на раны для заживления. Эффект снижен у бронзовых рангов или выше.

Использований: 5/5.

####################

Волшебные экраны быстро распознали банку. Джейсон снял крышку и обнаружил, что мазь выглядит и пахнет как та, что была у бабушки Наны. Она имела резкий, медицинский запах, который перебивал вонь мертвого существа. Что касается содержимого, то это было маслянистое вещество, которое выглядело как соус, который был приготовлен из сомнительных ингредиентов.

«Так я получил мазь от хомяка? Как это случилось? Почему в жестяной банке?» - задавал себе вопросы Джейсон. Пальцем он дотронулся к ране на голове и застонал. «Ах».

Сильные зубы хомяка разорвали кожу на его голове. Кровь текла по передней и боковых частях головы. «Нужно попробовать мазь. Тем более, что волос все равно нет»

Джейсон взял немного мази и аккуратно обработал рану, которая сразу же начала жечь.

####################

Вы использовали [Предмет (Целебная мазь) (железо)].

Использует оставшиеся: 4/5.

####################

По истечению некоторого времени жжение исчезло, боль быстро утихла. Джейсон осторожно потрогал пораженную область, она была мокрой от крови и грязной от мази, но следов травмы уже не было.

«Конечно», - подумал он. «Если лекарство появилось из воздуха, почему бы ему не быть волшебным?».

Джейсон положил банку обратно в свой инвентарь и вытащил другую иконку. То, что появилось в его руке, было маленьким, красно-коричневым камнем в форме слезы.

####################

Предмет: [Ядро монстра (железный ранг, обычный)]

Ядро монстра младшего монстра (умение, материал, магическое ядро).

Эффект: Общий компонент для создания ритуальной магии и магических предметов.

####################

«О, эта иконка для магических ритуалов. Я, видимо, сейчас в видеоигре, конечно, магия - это сила» -подумал Джейсон.

Глубоко вздохнув он положил ядро монстра обратно в свой инвентарь.

«Может быть, у меня аневризма, и это просто мой умирающий мозг пытается разобраться во всем, когда я отключился?» - промелькнула такая мысль, и на мгновение он представил, что его сестра найдет его тело. Она захочет, чтоб ее маленькая дочка еще раз смогла увидеться с дядей Джейсоном. «Вот это да. Я на самом деле надеюсь, что весь этот странный опыт - настоящий. Конечно, Джейсон побалуй себя иллюзиями»

Джейсон посмотрел на счетчик монет в своем инвентаре. «Как мне это вытащить?» Он нажал на цифру.

####################

У вас есть 10 [Малых Духовных Монет]. Сколько бы вы хотели снять?

####################

«Гм. Одну, я думаю»

В руке Джейсона появилась монета. Она имела размытый синий цвет с металлическим блеском, но на ощупь больше напоминала стекло.

####################

Предмет: [Малая Духовная Монета] (железный ранг, обычный)

Нечистая дистилляция сырой магии. (валюта, ремесленный материал).

Эффект: используется для заправки магических предметов низкого ранга или в качестве ритуального компонента.

####################

Джейсон посмотрел на фигуру, тисненную на монете. Присмотревшись, он увидел свое изображение с поднятым большим пальцем вверх.

«Чего?»

Он перевернул монету, чтобы посмотреть на другую сторону, на ней было выгравировано текстовое послание.

СДЕЛАНО ДЖЕЙСОНОМ

ОТЛИЧНОГО ДНЯ, ПРИЯТЕЛЬ!

Он провел рукой по лицу. Джейсону казалось нелепым, что монету он каким-то образом вытащил из воздуха «Я определенно схожу с ума».

Вдруг какое-то скользкое существо сжало зубы на внутренней стороне бедра Джейсона. В панике он сильно закричал от боли. Он все еще был без брюк, а это существо находилось у него на теле. Он схватил длинное скользкое существо и стянул с ноги. Джейсон снова закричал и стал бить существо о колючую изгородь. В изгородь он вбивал летающего угря.

Спустя некоторое время….

####################

Вы победили [Летающего угря].

Победить десять монстров 9/10.

####################

Упав на землю, Джейсон вытащил банку с целебным средством и не обращая внимания на кровь, которая хлынула из раны, начал ее смазывать.

«Почему угорь летает?» - задал он себе такой нелепый вопрос.

Джейсон осмотрел рану на внутренней стороне бедра, жало осталось в теле, но рана начала заживать. Что было удивительно, так это то, что травма исчезла прямо на глазах. После девяти столкновений с разными существами Джейсон убедился, что мазь ему помогает. Он использовал почти три полных жестяных банки. В одной из схваток он использовал полную банку против чего-то, что называлось Злым Ежом.

Одним из приятных открытий было то, что не нужно было стоять в зловонном дыме, который исходил от существ после того, как он их победил. Даже когда Джейсон был далеко от растворяющегося существа, добыча сразу попадала в его «инвентарь». Единственная проблема заключалась в том, что на него попадала кровь существ, которые растворялись. Но это была мелочь.

Каждое существо, побежденное Джейсоном, приносило одно маленькое ядро монстра и ровно 10 духовных монет. Большинство существ также приносили дополнительные, но часто бессмысленные награды. Банки с лечебной мазью были обычным делом, но в основном он получал части животных. Это было понятно, учитывая, что он убивал существ, и они попали в его инвентарь уже разрезанными и упакованными. Пучки шипов, которые он получил от Злого Ежа, были связаны веревкой, а мясо тиранического фазана было аккуратно завернуто в бумагу. Части животных были перечислены в качестве продуктов, которые предназначались для приготовления пищи. Хотя ему нравилось пробовать новую еду, но он не был готов положить мясо монстра в свою тарелку.

В ожидании заживления раны Джейсон снова проверил карту. Теперь у него был изучен приличный кусок лабиринта. Он был довольно большим и имел множество тупиков. Джейсон наметил свой следующий путь и отправился дальше.

* * *

Посреди дорожки рос красивый цветок. Везде, где проходил Джейсон были ровные живые изгороди и аккуратно подстриженная трава. Он наблюдал за ним с безопасного расстояния, но, судя по всему, это были просто растения. Джейсон осторожно двинулся вперед, глядя на цветок. Он обошел его, но как только он подумал, что прошел это место без происшествий, цветок дернулся, разбрызгивая споры по всему его телу.

У Джейсона закружилась голова, он упал на землю и почувствовал что-то на ноге. Лоза с луковичной головкой выросла из-под земли возле стебля цветка и теперь обвивала его ногу. Он пытался отшвырнуть растение, но безрезультатно. Виноградная лоза продолжала расти, ползая по телу Джейсона.

Джейсон, сжав зубы от гнева, боролся с цветком. Он наклонился, схватил виноградную лозу обеими руками и начал тянуть ее. Земля под цветком вздулась, почва поднялась, и из земли появилась гротескная форма. Это было похоже на корнеплод, но было размером и формой ребенка. Виноградная лоза была прикреплена к ее животу как пуповина, в то время как цветок рос из его головы. Джейсон отпустил виноградную лозу, подполз к основному стволу и схватил его обеими руками. Он поднял его, затем опустил на колено и бил его снова и снова. «Люди. Могут. Быть. Вегетарианцами», - закричал он сквозь стиснутые зубы. Каждое слово подчеркивало удар по колену. «Но. Овощи. Не. Едят. Людей!» С последним криком он изо всех сил ударил существо об колено. Растительный монстр развалился как картофель.

####################

Вы победили [плотоядную мандрагору].

Квест: [Без рубашки, без обуви, с пустыми руками]

Бонусная цель завершена: победить десять монстров 10/10.

[Простая обувь] была добавлена в ваш инвентарь.

####################

Основная цель квеста все еще не доступна.

Взяв обувь из инвентаря, он обнаружил, что это пара сандалий. Хотя густая трава была приятной под ногами, Джейсон все же одел их. Он оставался нагим, за исключением пары сандалий на ногах.

«Я ненавижу это место», - подумал он.

Местная кухня

Джейсон хмуро посмотрел на предмет в своей руке. С точки зрения добычи плотоядная мандрагора оказалась самым щедрым монстром. Она производила не только олово для драгоценного целебного материала, но и что-то еще новое.

#####################

Предмет: Мастерок Культа Крови (железный ранг, редкий)

Садово-огородный предмет, зачарованный для воздействия на определенные виды растений. (инструмент).

Эффект: улучшает здоровье плотоядных растений.

#####################

Мастерок выглядел довольно зловеще. Он был сделан из какого-то черного металла с красным блеском. На нем были видны следы износа, которые появились в период работы инструментом. На нем были острые бритвы, которые были совершенно не нужными для садоводства.

«Культ крови?» - удивленно прочитал Джейсон из описания предмета.

«Кто будет сажать что-то с помощью злой мотыги? Чей это лабиринт?»

Не имея ничего лучшего под рукой, Джейсон взял в руки острую мотыгу и приготовился к встрече с новыми монстрами. Он проверил свою карту и отправился дальше с оружием в руках, все еще обнаженный, не считая пары сандалий. Джейсон осторожно нес оружие в своих руках.

Вдруг Джейсон увидел колодец. От времени колодец состарился и развалился. Возле него стояло старое ведро со сломанной ручкой. Это была какая-то прекрасная ржаво-живописная картина, которую трудно себе представить. Все это находилось в центре изгороди.

#####################

Квест: [Незнакомец в странной стране]

Цель выполнена: исследуйте живую изгородь лабиринта 1/1.

[Простые штаны] были добавлены в ваш инвентарь. Квест завершен.

100 [Железных Духовных Монет] были добавлены в ваш инвентарь.

#####################

Джейсон сжал кулак и достал из инвентаря штаны. Штаны были изготовлены из простого белого льна, с широкими штанинами и очень низкой посадкой и поддерживались какой то веревкой.

«Я стал похож на какую-то картину, где меннониты (приверженцы протестантской секты) занимаются сельским хозяйством. Я что проснулся в 1991 году в сельской Пенсильвании?» - подумал он.

Не обращая внимания на то, что штаны были не модными, Джейсон надел их и стал прохаживаться. Они были достаточно просторными и удобными…

«Не думаю, что смогу получить квест на какие-нибудь боксерские шорты?» - подумал он.

Джейсон подождал открытие окон несколько минут, но ничего не появлялось.

После нападения стольких существ Джейсон был весь в грязи, но мазь сделала свое дело и все раны были исцелены. Его белые штаны сразу же окрасились в красный и грязно-желтый цвет. Больше не беспокоясь о своей наготе, Джейсон переключил свои мысли в другое русло, анализируя ситуацию. Он уселся на край колодца, чтобы обдумать свой следующий ход.

То, что он испытывал, было не реальным, что в целом поставило его в одну из двух ситуаций. Во-первых, его способности были незначительными и понимание того, что он делает, было далеко от реальности. Травма головного мозга, галлюциногены, тяжелое психическое расстройство давали о себе знать. Его знания были слишком поверхностными, а точка зрения - слишком субъективной, чтобы дать какую-либо окончательную оценку. Насколько Джейсон понимал, ни один из вариантов не имел смысла. Он был самокритичным. Его сознание переключалось, то в одном, то в другом направлениях. При этом его психическое состояние было отвратительным, Джейсон чувствовал себя сумасшедшим. Важным аргументом в пользу гипотезы о психических нарушениях было то, что альтернативный сценарий требовал, чтобы самые фундаментальные представления о реальности Джейсона находились где-то между ужасно непонятным и невероятно неправильным.

В любом случае, его единственный реальный шаг - продолжать. Если все это в его голове, то неважно, что он делал. И наоборот, если это реально, и он бегал, ведя себя так, как будто сумасшедший, последствия могли быть ужасными. Он глубоко вздохнул.

«Хорошо, Джейсон», сказал он себе, выпрямляясь. «Что дальше?»

А дальше - рано или поздно нужно найти выход из лабиринта, и не смотря на тот факт, что поиски закончились хорошими достижением, все равно нужно было двигаться дальше. Он начал с изучения деревянного каркаса, в котором были простая рукоятка и веревка для опускания ведра, и небольшая деревянная крыша для защиты механизма от непогоды. Казалось, что все работает лишь до поры, и веревка, и ведро были очень старыми и очень изношенными. Кирпичная кладка обветшала и раствор осыпался со стен. Джейсон наклонил голову над колодцем, чтобы разглядеть, что внизу. К его удивлению, железные перекладины были прикреплены к внутренней части колодца. Внизу была непроглядная темень.

#####################

Новый квест: [Тайны колодца]

Вы обнаружили лестницу, спускающуюся в колодец. Хватит ли у вас смелости исследовать глубины?

Цель: исследовать колодец 0/1.

Награда: Пробуждающий камень.

Бонусная цель: не умереть 0/1.

Награда: сущность.

#####################

«Не умереть? Что за цель квеста - не умереть? Он покачал головой. «Забудь про это» -приказал Джейсон себе.

#####################

Отказаться от квеста [Тайны колодца]?

#####################

Джейсон собирался отказаться от квеста, когда услышал голоса, доносившиеся откуда-то из лабиринтов изгороди.

«Я нашел мандрагору, которая взяла мою мотыгу», - сказал серьезный мужской голос. - «Кто-то уже убил ее, и она пропала».

«Кто-то был с теми авантюристами, которых мы поймали?» - спросил другой человек.

«Мне все равно, с кем они», - сказал первый голос. - «Я собираюсь убить их, приготовить, и съесть ».

«Я хотел попробовать одну из эльфийских девушек, но хозяйка сказала, что мы оставляем их всех ради жертвы. Кровавой жертвы» - сказал первый голос.

«Нет, эльфы тощие и плохо едят. На них не много мяса, и они все какие-то вялые. Я хочу человеческую девушку. Скромное и нежное создание» - сказал второй голос

«Я не знаю, Дуглас, она выглядела довольно жесткой для меня. А у нас всегда есть люди. Я просто хочу немного разнообразия, вот и все».

«Ну, об этом не надо много говорить». Голоса начали утихать.

Укрывшись за колодцем, Джейсон сдерживал дыхание, пока голоса не исчезли вдалеке. Он не обратил внимания на то, что они говорили об эльфах, когда услышал случайную дискуссию о плюсах и минусах поедания людей.

Это происходит реально, или это просто пара парней со странным чувством юмора? «Каннибалы?» - мелькнула мысль у Джейсона.

Джейсон дал некоторое определение ситуации: «Я думал, что день сегодня выдался ужасным и ничего не сможет меня удивить, но в моем рейтинге сумасшествия эти каннибалы должны определенно занимать лидирующее место».

Затем он постоял еще немного, убрал мотыгу в инвентарь и начал спускаться в колодец.

«Что за сумасшедшее место?»

Джейсон был недоволен ситуацией. Квест с явной целью «не умереть» не был сложным, но блуждание вслепую по лабиринту с бродячими людоедами показался ему еще более худшим вариантом.

«Что бы они со мной сделали? Убили б этой чертовой железкой для посадки какого-то растения?» Вдруг из ниоткуда показался злой цыпленок-монстр, который едва доходил Джейсону до талии. Джейсон услышал какие-то дикие звуки. Оружия у него не было, он присел, протянул обе руки и жестоко задушил курицу.

Перебирая руками ступеньки, Джейсон спустился в колодец. Ступеньки были установлены в кирпичной кладке и поднимались вверх. Затем он увидел крюк мясника. На нем что-то свисало, но он продолжал идти дальше

«Спускаться по жуткому колодцу или прятаться от людоедов», - пробормотал он. Как будто в сотый раз он задавался вопросом, где он, что происходит и какой злой рок судьбы свалил его обнаженным прямо посреди всего этого. Колодец был довольно глубоким, судя по уменьшающемуся свету сверху. Он осторожно держался за холодные металлические перекладины, затем внутренняя часть колодца стала сырой, стороны скользкими и мокрыми.

«У меня определенно будет воспаление легких». –подумал Джейсон.

Свет перестал проникать вниз по узкому колодцу, Джейсон двигался на ощупь. Он спускался осторожно, его ноги тщательно выискивали следующую ступеньку вниз. Время от времени он смотрел на сжимающийся сверху синий круг, это все, что он мог видеть на небе, который раз убеждаясь, что он все еще в колодце.

«Может быть, они не людоеды?», - сказал он себе. «Может, они просто оговаривают себя?».

Неуверенный в себе, Джейсон продолжал спускаться во тьму. Перед собой он видел только руки на перекладине. Вдруг он обнаружил, что достиг дна, когда вместо следующей ступеньки его ноги коснулась воды. Они погрузились в ледяную воду, которая доходила до лодыжек. Дно колодца было плоским, но, как оказалось, таким же скользким, как стены. Джексон поскользнулся и руками ухватился за перекладины, это спасло его от удара головой о стенку колодца. В конце концов он растянулся на дне колодца, угодив в воду. Он промок и был весь в крови и мази, которые пятнами расползлись на его штанах.

«Прекрасно». - выругался Джейсон. Прямо перед собой он увидел чуть более темный круг в стене колодца. Он осторожно протянул руку и обнаружил, что это дыра, достаточно большая, чтобы проползти. Он не знал, был ли это источник воды в колодце или это был какой-то дренажный туннель.

«Нет», сказал Джейсон. «Я определенно не хочу ползти туда».

#####################

Отказаться от квеста [Тайны колодца]?

#####################

«Отвали». - Джейсон снова посмотрел на яркий круг неба, затем на темный круг туннеля. Со стоном он начал прощупывать черную дыру своими руками.

Каннибалы и спелеология

Джейсон медленно пробирался по сырому туннелю, который представлял собой круглую трубу, выложенную мокрым и скользким кирпичом. Туннель был достаточно широким, Джейсон свободно двигался вперед, но все время прижимался к липким стенам. Тьма поглотила его, когда он отошел от скудного света, который достиг дна колодца. Прикосновение было единственным чувством, по которому он мог ориентироваться, спускаясь по туннелю. Джейсон хотел, чтоб его нос не чувствовал вездесущего запаха мокрой гнили.

«Это не то, как я планировал провести свой день», - возмущался он.

Джейсон двинулся дальше и уперся во что-то. Он подумал: «Если это окажется тупиком я буду вынужден отступить назад, ведь туннель слишком узкий, чтобы в нем развернуться. Ох, на этот день у меня были запланированы обычные дела, а людоеды, монстры и все эти приключения в мой график не были включены». – бормотал он.

Разговоры с самим собой не сильно помогали, но любое отвлечение было, кстати, и помогало не поддаться клаустрофобии. Мрак колодца казался удушающим, но темнота туннеля была намного глубже. Когда темнота приблизилась к его плоти он почувствовал, как ледяные пальцы паники ползут по его телу. Темнота становилась все гуще. Разум Джейсона находился в бессильном, холодном и мокром безумии.

Его растрепавшиеся нервы достигли своего предела. Он был готов вернуться назад, рискуя встретить людоедов, но внезапно его рука уперлась в скользкое, мокрое дерево вместо скользкого кирпича. Света не было, и он ощупал мокрое дерево руками. Джейсон понял, что достиг конца туннеля, но не имел представления, что за пространство раскрывалось перед ним. Он ощутил открытое пространство, но в кромешной тьме это вполне могло быть его воображением.

Его руки почувствовали какую-то платформу из деревянных досок. Платформа была мокрой, немного скользкой и достаточно твердой. Поверхность дерева была шероховатой как наждачная бумага. Для нанесения песка или чего-то подобного использовался некий долговечный клей, улучшающий трение по мокрой доске. Выползая из туннеля Джейсон почувствовал, что доски выстроены в линию, чтобы сделать проход шириной в полтора метра.

Было достаточно много места, где можно было стоять, но в темноте Джейсон не доверял деревянной дорожке даже с песочным покрытием Он продолжал идти вперед, ощупывая местность руками и осматривая глазами, насколько это было возможно, как и в туннеле. Вскоре на дорожке он обнаружил вертикальный металлический стержень, который торчал из прохода, на краю слева от него. Джейсон нащупал крючок, на котором висел какой-то металлический ящик с петлей вверху.

################

Предмет: [Лампа сырой магии] (железный ранг, общий)

Простое осветительное устройство, питаемое магией низкого уровня. (инструмент).

Эффект: отбрасывает свет.

Текущий заряд: 00%. Требуется [Малая Духовная Монета] для пополнения.

################

Было темно. Джейсон попытался использовать светящееся окно в качестве источника света, но даже при сильном столкновении с лампой он не смог создать ничего, кроме мутного очертания. Джейсон нащупал лампу и снял ее с крючка.

################

Вы приобрели [Лампа сырой магии].

Текущий заряд: 00%. Требуется [Малая Духовная Монета] для активации.

Расход 1 [Малая Духовная Монета] Да / Нет?

################

«Пожалуйста» - проговорил он сам себе

Внезапно лампа загорелась, Джейсон обнаружил, что он держал ее за переднюю часть, направленную прямо ему в лицо. Когда свет вспыхнул он закричал от боли в глазах, отбросив лампу. Она с грохотом упала. Джейсон, закрыв глаза руками, простонал и упал на деревянную дорожку. «Хорошая работа, гений», - прохрипел он, ожидая восстановления зрения. «Зажечь лампу прямо перед своим лицом. Отличная идея».

Джейсон осторожно открыл глаза и увидел пространство вокруг него, которое освещалось снизу. Свет был в значительной степени затемнен, но по сравнению с полной темнотой в туннеле, даже некоторые очертания казались блаженством. Он понял, что находится в пещере. В пещере не было удобных ровных полов как в видеоиграх, но определенно кто-то сделал выход, сделав площадку для выхода на толстые деревянные столбы. Джейсон лежал на дорожке. Он перевернулся, чтобы наклониться и взять лампу там, где она упала. На расстоянии вытянутой руки на полу пещеры лежала лампа. Джейсон легко добрал до нее и поднял.

Джейсон уселся и начал осматривать лампу, стараясь не ослепить себя снова. Как следует из названия, грубая волшебная лампа была проста и очень похожа на оловянную лампу шахтера. У лампы были три квадратные металлические стороны и одна стеклянная –лицевая. Ее падение не повредило стекло. Из круглого камня, который находился внутри лампы, исходил теплый мерцающий свет. Камень освещал пещеру как лампочка. Воспользовавшись лампой, он осмотрел пещеру. Пещера была с множеством темных расщелин и зловещих теней. Все увиденное пугало Джейсона.

«Привет?» - крикнул он. Было мало смысла прятаться от обитателей пещеры. Квест заставлял его спуститься в пещеру, а не идти обратно в лабиринт каннибалов. Джейсон надеялся, что это значило то, что в конце пещеры он найдет пиратский корабль, наполненный большим количеством сокровищ, которые помешают местному загородному клубу лишить права выкупа семейного дома. Это был бы идеальный вариант. Вдруг Джейсону захотелось увидеть кого-нибудь, кто не ест людей.

«Эй! Здесь есть кто-нибудь?» - крикнул он. «Если вы хотите, чтобы я убил десять гоблинов в обмен на необычное копье, я действительно могу это сделать своей злобной мотыгой!». Он подумал о мотыжке, который был всегда под рукой для самообороны. «Это может быть предметом культа злых садоводов» - пошутил Джейсон.

Луч лампы освещал пещеру, как маяк темной ночью и не было смысла скрываться. Джейсон очень надеялся, что сможет выманить существ, скрывающихся от света. Они, вероятно, приспособлены к темноте, и если он сможет ослепить их, то это будет, по крайней мере, некоторым преимуществом.

Мысль о том, чтобы пробраться сквозь кромешную тьму, дала ему ощущение, что он даже не узнает, как он умер. А ведь «не умирать» было целью бонуса в конце концов. В видеоиграх Джейсон был тем игроком, который мог взять или оставить бонус со второстепенными целями. Сейчас его уровень мотивации достиг ранее невиданного уровня.

Он осторожно шел по дорожке. Песчаное покрытие стерлось во многих местах, оставляя пятна древесины гладкими, сразу видно, что время не пощадило тут ничего, в этом мрачном, и влажном подземелье. Пещера оказалась чем-то вроде естественного туннеля, по которому проходила дорожка

Джейсон медленно и осторожно пробирался вперед. Остановился он у конца кирпичной стены, установленной сбоку от пещеры. В середине стены была здоровенная металлическая дверь с большим колесом, похожая на герметичную дверь в подводной лодке. И дверь, и колесо были в плохом состоянии: ржавые, грязные и похоже, что их много лет не открывали.

«Теперь то что, куда я попаду?». –спросил себя Джейсон.

Поставив лампу, он схватил колесо обеими руками и потянул его, но он не сдвинулся с места.

«Ну, давай, ну пожалуйста». -просил он

Он дергал колесо все сильнее и сильнее, ноги упирались в двери, Джейсон развернулся и всей массой своего тела навалился на него. Он почувствовал, как тот немного поддался, потом еще и еще, издавая жалобный металлический стон. Наконец колесо дернулось, и Джейсон резко повернул неподдающийся механизм.

Задыхаясь от напряжения, Джейсон распахнул дверь. Как и колесо, она сопротивлялась, и он со всей силы толкал ее. Плечо Джейсона разболелось после того, как он несколько раз протаранил дверь. Наконец дверь с скрипом открылась, и Джейсон наткнулся на еще одну дверь.

################

Квест: [Секреты колодца]

Цель выполнена: исследовать скважину 1/1.

[Камень Пробуждения Звезд] был добавлен в ваш инвентарь.

Бонусная цель квеста (не умереть) все еще доступна.

################

«Камень Пробуждения Звезд? Он сделает меня знаменитостью?» - подумал Джейсон

Он пошел и взял лампу там, где он ее оставил и начал вытаскивать предметы из своего инвентаря. То, что он вынул, было похоже на мрамор, размером с кулак, черного цвета, но в нем было что-то похожее на крошечные звезды.

################

Предмет: [Камень Пробуждения Звезд] (без названия, эпический)

Пробуждающийся камень, который раскрывает силу звезд. (расходуемый, пробуждающийся камень).

Требования: непробужденная способность сущности.

Эффект: пробуждает способность сущности.

У вас есть 0 пробужденных способностей сущности.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого элемента.

################

Квест был сложнее, чем хотелось бы Джейсону. Прямо перед ним была дверь с шансом встретиться наконец с (возможно, не людоедской) цивилизацией. Он вошел внутрь. Там было очень темно, и он посветил себе лампой, чтобы осмотреться. К счастью, это была комната, а не просто пещера. Она была похожа на большую гостиную величественного дома, выглядевшую как после торнадо. Мебель была перевернута, гобелены и картины сорваны со стен. Книжные полки были поломаны, их содержимое разбросано по комнате. Изысканная хрустальная люстра упала с потолка, разбросав разбитые кристаллы по полированному полу.

При свете лампы был виден бардак. В центре комнаты была перевернутая кушетка. Под кушеткой Джейсон нашел человека без сознания. Вытащив его из-под нее, Джейсон увидел, что человек растянулся посреди сложной пентаграммы, которая была созданной на полу из латуни или меди. Мужчина был молодым, лет тридцати, чисто выбритый, с красивым лицом оливкового цвета. На взгляд Джейсона он выглядел довольно аристократично. Красивый тип с темными волнистыми волосами. Как ни странно, он был одет в то, что напоминало одежду волшебника.

Джейсон поставил лампу, чтобы осмотреть мужчину. У него был слабый пульс и тяжелое дыхание, уже появились первые признаки сильных кровоподтеков. Температура его тела была слишком высокой. Когда Джейсон осматривал его, глаза мужчины открылись.

Волшебник

«Привет, приятель», - сказал Джейсон. «Похоже, у вас была попойка? Помощь нужна?»

Джейсон протянул руку и помог странному человеку подняться на ноги. Несмотря на то, что он был худощавым, как и Джейсон, волшебник был на удивление тяжелым. Неуверенно встав на ноги, волшебник в замешательстве оглядел комнату, затем посмотрел на Джейсона, выражение его лица было смущенным.

«Кто Вы?» - спросил волшебник. «Как вы сюда попали?»

«Я Джейсон, и я понятия не имею как я сюда попал... Как мне помнится я лег спать прошлой ночью и проснулся в какой-то альтернативной вселенной»

Волшебник прищурился, глядя на Джейсона. «В твоей ауре что-то не так», - сказал волшебник. «Ты не человек».

«Это обидно. Подожди, аура действительно существует?» - спросил Джейсон

«Вы сказали что-то об альтернативной вселенной?» - спросил волшебник.

«Это всего лишь мое предположение», - сказал Джейсон. «Я имею в виду наши континенты разные, а может быть это мое сумасшедшее путешествие во времени. Вы что-нибудь знаете о континентальном дрейфе?

Взгляд волшебника переместился на магический круг на полу, затем снова на Джейсона. «Это были Вы», сердито сказал он. «Вы - то, что пошло не так с вызовом».

«Да, хорошо, по крайней мере вы что-то вызывали. А вы знаете как ваш неправильный призыв заставил меня спать ночью? У одного из нас гораздо больше оснований возмущаться, чем у другого».

Волшебник выглядел смущенным и растерянным, но собирался возразить. Он побледнел и споткнулся на месте.

«Дерьмо, простите», - сказал Джейсон, двигаясь, чтобы поддержать его.

«ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ!» -закричал Волшебник, пошатнувшись в сторону тяжелого письменного стола. Казалось, он избежал серьезного перемещения, будучи самым тяжелым предметом мебели в комнате. Он почти споткнулся, все еще слабый от того, что случилось до прибытия Джейсона. Волшебник открыл ящик, достал бутылочку и осушил содержимое.

«Я мог бы тоже выпить с вами крепкие напитки, если бы вы мне предложили», - сказал Джейсон.

«Это зелье восстановления, дурак», - сказал волшебник, затем вздрогнул от боли. «Похоже, что обратная реакция потребует больше, чем просто зелье». Он улыбнулся Джейсону, улыбкой которая тому не понравилась.

«Поскольку я не могу восстановить свои способности и ману прямо сейчас, мне придется делать вещи старомодным способом. Я никогда не пробовал чужеземца раньше»

«О, нет», вскрикнул Джейсон, опуская плечи. «Ты один из людоедов?».

В то время, как Волшебник вытаскивал нож из ящика, Джейсон быстро оглядел комнату. Рядом был ряд деревянных двойных дверей, которые предположительно были выходом, но волшебник был намного ближе к ним, чем Джейсон. Вспомнив, как без сил волшебник подошел к столу, Джейсон рискнул и попытался пройти мимо него. Это сработало, но, когда Джейсон потянул за дверные ручки, двери были заперты. Он развернулся, чтобы вернуться в пещеру, но волшебник бросился на него. Джейсон схватил его за руку с ножом. Борясь и передвигаясь взад и вперед, они споткнулись об опрокинутую мебель и упали на пол. Лампа была опрокинута, свет погас, но они продолжали бороться в темноте, каждый пытался захватить контроль над оружием. Джейсон схватил волшебника за руку, стараясь не дать ножу вонзиться в него. Несмотря на свое маленькое тело и явную слабость после нокаута, волшебник был намного сильнее Джейсона. Получив урок от маленьких агрессивных монстров, с которыми он сражался, Джейсон укусил волшебника за руку.

Волшебник громко вскрикнул, больше от неожиданности, чем от боли. Это дало Джейсону шанс воспользоваться своим преимуществом, он вырвал нож из рук волшебника. Все еще катаясь по полу, он вслепую наносил удары ножом. Волшебник вдруг обмяк. Нож торчал из его горла, но он все еще был жив и смотрел на Джейсона недоуменными глазами. Джейсон выдернул нож из тела волшебника и кровь брызнула на него, попадая ему в глаза и рот. Отскочив, он выплюнул кровь и протер глаза. К тому времени, когда Джейсон немного успокоился, тело волшебника было мертво.

Вы победили [Культиста Создателя].

Джейсон поднялся с окровавленными руками, споткнулся о развалины и снова упал. У него перехватило дыхание, он просто лежал там, где упал. В конце концов он сел и посмотрел туда, где на тело падали прямые лучи света от лампы. Слегка покачиваясь, глядя на тело волшебника Джейсон подтянул ноги к себе и обнял колени. Он не ощущал, как долго он сидел, но в конце концов Джейсон неуверенно поднялся на ноги, подошел к окровавленному ножу и поднял его.

################

Предмет: [Запечатывающий Нож] (бронзовый ранг, обыкновенный)

Кинжал с печатью фамилии Вэйн. (оружие, инструмент).

Требования: Бронзовый ранг [Скорость], Бронзовый ранг [Дух].

Эффект: При использовании на восковой печати на письме, письмо будет уничтожено, если оно будет открыто кем-либо, кроме адресата.

################

Джейсон уставился на кровавый нож в своей кровавой руке. Через несколько мгновений он почувствовал необычное покалывание, оно медленно нарастало, чтобы стать болью. Он усилил хватку, пока боль не стала слишком сильной и кинжал не упал на пол.

################

Вы не соответствуете требованиям для использования этого элемента.

################

Наконец он повернулся к телу. Глаза волшебника были открыты, лицо застыло в последнем выражении удивления. В комнате было тихо и спокойно, глаза Джейсона были прикованы к трупу. «Ты сделал это», - обвинил он себя. «Ты сделал это», - повторил он. Его голос звучал неубедительно, даже для себя.

Ни о чем не думая Джейсон стоял над телом волшебника. Новый звук вывел его из транса. Джейсон не знал, сколько он продолжался были это секунды, минуты или часы. Звук доносился сверху из металлической вентиляционной трубы в потолке. Это был глухой с эхом звук, и Джейсону потребовалось мгновение, чтобы распознать его как звук шипения. Звук доносился из дыры.

Он посмотрел на дыру. Глаза ничего не видели и не могли сосредоточиться на чем-то. Он смотрел рассеянно, и думал о поединке, Джейсон чувствовал вкус горячей крови, льющейся из раны на шее погибшего волшебника. Вдруг что-то вылетело из дыры в потолке. Это была огромная черная змея, голова которой была достаточно маленькой и могла пройти сквозь отверстие.

Замерев на мгновение, Джейсон и змея смотрели друг на друга. Джейсон увидел разум в глазах змеи, хотя он мог и ошибаться. Змея вдруг зашипела на него и продолжала выползать из вентиляционной шахты, ее тело свисало с потолка. Схватив лампу Джейсон побежал к двери пещеры.

################

Новый квест: [Время бежать]

Слуга Культиста Создателя почувствовал смерть своего хозяина и пришел узнать причину.

Цель: побег [Горная Змея] 0/1.

Награда: магический кинжал железного ранга.

################

Джейсон проскользнул через металлическую дверь, уронил лампу и схватился за колесо на двери, откатываясь назад с большой энергией, вызванной адреналином. Ржавые петли захлопнулись, и он дернул колесо, чтобы запереть дверь. С другой стороны, было еще одно колесо, но у змеи не было пальцев, и она не могла открыть или закрыть дверь.

Джейсон вздохнул, он что-то держал в руках и не мог понять, что? Он наклонился вниз, чтобы взять лампу. Ему необходимо вернуться в колодец, он скорее будет прятаться от людоедов, чем сражаться с гигантской змеей. Опасность вывела его из оцепенения, в котором он оставался после убийства человека. Джейсон продолжал идти по тропинке, когда сзади услышал шум металла. Он очень испугался.

Что если у змей-монстров есть пальцы?

«Бежать по тропинке дальше, забыв о своей прежней осторожности, было ошибкой» подумал Джейсон. Его нога в сандалиях поскользнулась на гладкой доске, и он упал. Джейсон тяжело приземлился на дорожку. Лампа, которую он держал мертвой хваткой была в его руках. Игнорируя боль, он встал и продолжил двигаться дальше. Быстро пройдя какое-то расстояние, он достиг конца прохода и нырнул прямо в туннель, бросив лампу, которая ему мешала он пополз.

Его руки и колени врезались в твердую поверхность узкого прохода, плечи и голова ударялись о бок и верх. Но это не останавливало его. Джейсон карабкался вперед, пока не увидел тусклый свет на дне колодца. Выползая, он нащупал перекладины, установленные сбоку. Ободранными руками он уцепился за перекладины. Джейсон прошел довольно длинный путь во внутрь колодца, он остановился и посмотрел вниз. Змея не должна была открыть дверь и не в состоянии была догнать его.

Он решил возвратиться, чтобы возобновить восхождение и тут он услышал шипение снизу. Джейсон увидел, как змея вышла из туннеля, остановилась и посмотрела на него, прежде чем скользнуть большой частью своего тела в пространстве на дне колодца. Джейсон с ужасом наблюдал, как ее тело начало подниматься вверх вокруг внешней части колодца, как винтовая нить. Несмотря на влажную и скользкую поверхность колодца, змея начала извиваться, словно прилипала к стенам колодца.

Джейсон энергично возобновил подъем. Змея была быстрой, но ее путь был длиннее. Джейсон вскарабкивался очень быстро, как только мог. Паника заставляла его торопиться и не раз проскальзывала мысль; «правильно ли я все делаю?». Он продолжал, быстро перебирая руками, подниматься вверх. С каждым шагом Джейсон был ближе к цели.

Последняя ступенька была установлена в кирпичной кладке, которая находилась над землей, но как только рука Джейсона схватила ее, он почувствовал, как что-то скользнуло вокруг его ног. Змея была такой же толстой, как бедро Джейсона, и он не мог видел ее во всю длину. Вес Змеи мешал ему подняться выше, и это только ухудшало его положение. Внезапно существо обернулось вокруг его туловища.

Джейсон не мог подниматься дальше и сжал верхнюю ступеньку. Липкие руки быстро устали, пальцы грозились подвести в любой момент. Но, в конце концов, его пальцы выдержали. Вдруг посыпался раствор из кирпичной кладки, сторона колодца обрушилась. Джейсон, змея и каменный дождь падали во тьму.

Мощное зелье

Джейсон любил просыпаться. Ему нравились короткие туманные мгновения между мечтой и реальностью, окутанные теплым, мягким постельным бельем. Даже пробуждение в мягкой траве лабиринта изгороди было приятным. Но пробуждение на дне темного колодца, пропитанного грязной водой в соседстве с трупом мертвой змеи было ужасным. Он не обратил внимания на экраны, которые появлялись, пока он был без сознания. Экраны сжались, чтобы незаметно парить в его сознании. В его левой руке был зажат кусок каменной кладки, упавшим сверху от колодца. Он не чувствовал никакой боли и думал, что это хорошо. Затем Джейсон понял, что ничего не чувствовал из-за того, что ему было очень плохо. Когда он попытался вытащить руку из-под кирпича, боль усилилась, в колодце раздался душераздирающий крик. Держа левую руку как можно осторожнее, он правой рукой убрал кусок каменной кладки. Ему было очень тяжело, но стиснув зубы и сдерживая крик он справился с этим.

В темноте он не мог осмотреть свою освобожденную руку, но рука горела и была опухшей на ощупь. Осторожное прощупывая пальцами здоровой руки раны, он чувствовал сильную боль. Джейсон был уверен, что сломал руку, и начал осторожно наносить всю оставшуюся лечебную мазь. Отек уменьшился, кожа остыла, но рука все еще была безжизненной и двигать ею он не мог. Кость руки была глубоко повреждена, и мазь не могла проникнуть до кости и поэтому не помогала.

Упавшая Змея занимала все дно колодца. Джейсон лежал на ее мертвом теле, а не на дне колодца. Вытаскивая ноги из-под тела Змеи, он ощутил сильную боль в руке. Используя здоровую руку, он сделал несколько попыток, чтобы подняться на ноги. Встав на ноги, он оперся на одну из перекладин стены. Так он достиг некоторого баланса, его живот вздрогнул, и он выпусти перекладину из рук и упал на колени. Рвота изверглась из его желудка, каждое движение вызывало новую боль в его поврежденной руке.

Чтобы встать на ноги Джейсон использовал перекладину для поддержки. Наконец он поднялся на ноги. Он тяжело вздохнул, измученный простым усилием встать. Впервые с тех пор, как он спустился в колодец, Джейсон был благодарен за холодные стены, к которым он прижимался, не обращая внимания на то, что они были мокрыми и скользкими. Кровь пульсировала в его голове как молоток. Его желудок сжался с угрозой снова извергнуться.

Но это было не самое худшее, что он когда-либо чувствовал. Он вспомнил, что хуже всего было то, когда он съел одну из запеканок своей тети Марджори. Это привело к тому, что он в течение десяти часов не выходил из ванной комнаты своих родителей. Из всех попыток тети подтолкнуть Джейсона к Господу, это пищевое отравление было настолько сильное, что он молил о смерти.

Джейсон посмотрел вниз на змею, ее невероятная длина была видна на дне колодца. Она занимала достаточно большое пространство, Джейсон нигде не мог найти себе места, кроме как на самой змее. Крупнейшая отдельная часть разрушенной кладки разбила голову существа о дно колодца. Либо здоровенный кусок кладки, либо сама змея могли убить Джейсона, но счастливая удача отвела от него опасность.

Он посмотрел на синий круг неба, не зная, как долго он был без сознания. Ему нужно выбрать путь - забраться обратно вверх по колодцу или пройти через туннель. Ни один из них не казался легким, так как рука его была сломана. Он отложил свой выбор и посмотрел на окна, на которые раньше не обращал внимания.

################

Вы победили [Горную Змею].

Хотели бы вы собрать добычу с [Горной Змеи]?

################

«Конечно», - сказал он устало и застыл. Он вспомнил, что монстры растворялись в вонючем дыму, когда он собирал добычу, но, к его облегчению и удивлению, этого не произошло со змеей. Все, что он чувствовал, это то, что змея немного сместилась под его ногами. Он просмотрел список предметов, которые он получил от змеи.

################

[Кожа ночной чешуи] была добавлена в ваш инвентарь.

30 [Самоцветов Темной Квинтэссенции] были добавлены в ваш инвентарь.

10 [Бронзовые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

100 [Железные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

################

В отличие от любого другого монстра, которого убил Джейсон, змея не превратилась в зловонное облако и не произвела ядро монстра.

«Мне нужно выучить правила этого места». -подумал Джейсон.

Он посмотрел на следующий экран.

################

Квест: [Время бежать]

Обнаружена скрытая цель: Убить [Горная Змея] 0/1.

Выполнение скрытой цели: Убить [Горная Змея] 1/1.

Основная цель награды увеличена с редкого магического кинжала до эпического магического кинжала.

Задача выполнена: Побег [Горная Змея] 1/1.

[Ночной Клык] был добавлен в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [Бронзовые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

1000 [Железных Духовных Монет] были добавлены в ваш инвентарь.

################

"Скрытая цель? Я просто плевал на это; кажется, цель не совсем легкая. Подожди, почему я жалуюсь? Соберись, Джейсон» -приказал он себе.Он проверил последнее окно.

################

Квест: [Секреты колодца]

Бонусная цель выполнена: не умирать 1/1.

[Темная Сущность] была добавлена в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [Бронзовые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

1000 [Железные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

################

В его инвентаре были новые предметы, но его интересовало только то, что могло вылечить руку. Просматривая свой инвентарь, он ничего не находил. Внезапно Джейсон вспомнил волшебника, который выпил нечто, что он называл зельем восстановления. Он поднял взгляд на лестницу, ведущую из колодца, и понял, что с больной рукой и сотрясением мозга, он с большей вероятностью упадет вниз. Возвращение в туннель не было привлекательной перспективой, но, по крайней мере, он не мог там упасть.

Туннель оказался загадочнее, чем он ожидал, и теперь каждый толчок вызывал агонию в больной руке. Джейсону приходилось часто останавливаться и давать волнам боли утихнуть, прежде чем двигаться дальше. Наконец он добрался до деревянной дорожки и рухнул на спину. Было светло, лампа лежала там, где он ее бросил в своем безумном побеге, спасаясь от змеи.

Немного отдохнув, он с трудом встал на ноги и шатаясь побрел по дорожке, держа лампу в руке. Он медленно продвигался. Он помнил урок о скользкой древесине. Продвигался с минимальной скоростью, на которую был способен. В конце концов он добрался до все еще открытой металлической двери.

«Как змея открыла ее?», - удивился он. Он взглянул на колесный механизм с обеих сторон двери. Часть колеса была мокрой от слюны змеи. - «Она использовал свой рот?»

Не теряя ни минуты, он подошел к столу, из которого, как он видел, волшебник доставал зелье. Стол несложно было найти, он был одним из немногих предметов мебели, которые не были перевернуты. Глаза Джейсона избегали тела, все еще лежащего на полу, когда он передвигался по обломкам разрушенной комнаты. Ящик был все еще открыт, а внутри находилась небольшая стойка для флаконов, подобная той, которую он видел у волшебника. На стойке остался только один флакон, и Джейсон осторожно взял его.

################

Предмет: [Зелье Восстановления (бронза)] (бронзовый ранг, редкий)

Мощный напиток с сильным эффектом исцеления и восстановления маны (расходуется, лечит).

Эффект: восстанавливает здоровье. Эффект снижен для серебряных и более высоких персонажей.

Использований осталось: 1/1

################

Флакон был довольно маленьким, размером с винтовочный патрон. Джейсон вытащил пробку, глотнул зелье и вставил пробку обратно. На вкус зелье удивительно было похоже на клубничный шнапс. Как только он выпил зелье, непослушный желудок Джейсона успокоился.

Джейсон ощутил сильное жжение, связанное с магическим исцелением, оно начало проникать в него, особенно в его голову и травмированную руку. Это было хуже, чем-то, что он испытывал раньше, из-за характера травмы или силы зелья. Но это не беспокоило его. По сравнению с болью которую он у чувствовал раньше, эта было не более чем щекотка.

################

Вы использовали зелье восстановления, восстанавливая здоровье, выносливость и ману.

Пока остаточная магия полностью не рассеется, дальнейшее потребление зелий здоровья, выносливости или маны приведет к токсичным побочным эффектам.

При использовании зелья выше вашего текущего ранга эффект увеличивается, но остаточная магия рассеивается дольше.

################

Утомленный Джейсон лег на пол. Его голова все еще была ватной, но постоянная пульсация исчезла. Его рука была здоровой. Боль исчезла, подвижность была восстановлена, но она была еще слабой. На периферии его зрения медленно открывались трио маленьких икон. Когда он сосредоточился на них, они стали больше, чтобы Джейсон мог их рассмотреть. Все они были квадратные с изображением зелья на каждом, один красный, один желтый и один синий. Остальные были в основном серыми, но серый медленно исчезал, когда таймер под каждым отсчитывал. Оставалось чуть меньше десяти минут.

«Таймеры восстановления. Это мудро», - он поднялся на ноги, теперь ему было намного легче, чем в колодце.

«Хорошо», сказал он себе. «Побитый, но все еще в порядке. Так, что дальше?»

Он осветил место вокруг себя, пока не нашел мертвое тело волшебника. Джейсон подошел к нему поближе. Тело волшебника обладало жуткой аурой, которая исходила только от смерти. «Простите», - сказал он. «Вы хотели меня убить, но я убил Вас. Я не хочу, чтобы это продолжалось».

Джейсон опустился на колени и закрыл глаза волшебнику.

Хотели бы вы разграбить [Культиста Создателя]?

«Э-э-э? Что?»

Добыча

Хотели бы вы разграбить [Культиста Создателя]?

Мысль рыться в карманах трупа наполнила Джейсона отвращением. Будет ли система просто грабить тело, как это было с монстрами? Ограбление трупов было неприятным делом, но Джейсон понятия не имел, где он находится и как это место покинуть. Он нуждался в любом преимуществе, которое мог получить. Он думал о змее в туннеле.

«Хорошо, ну не буду же я снимать с него кожу?» - он сделал шаг назад.

«Ладно», сказал он себе. «Буду грабить тело волшебника».

[Кольцо для ключей Ландемера Вэйна] было добавлено в ваш инвентарь.

[Одеяния астрального приговора] были добавлены в ваш инвентарь.

4 [Золотые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

16 [Серебряные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

138 [Бронзовые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

437 [Железные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

228 [Меньшие Духовные монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

«Куда он копил все это? Это около восьмисот монет» - подумал он.

Одежды, которые носил волшебник, исчезли, но он оказался с полным комплектом одежды. Джейсон вытащил мантию из инвентаря и поднял их, чтобы осмотреть. Они были темно-синего цвета, но покрыты кровью своего бывшего владельца.

Предмет: [Одеяния астрального приговора] (бронзовый ранг, редко)

Мантия предназначена для призыва. (броня, ткань).

Эффект: увеличивает урон, наносимый заклинаниями измерения.

Эффект: у вызванных существ увеличено сопротивление урона.

Эффект: сопротивление урона от разрушительной силы.

Джейсон не был готов одеть одежду, которую он взял у человека, которого убил. Одежда была все еще мокрой от его крови. Он вернул одежду в свой инвентарь и начал искать что-то, что могло бы укрыть его тело. Там Джейсон нашел упавший гобелен, который он выкопал и положил на труп. Отчасти он чувствовал, что это было достойное занятие. В основном, он не хотел, чтобы тело находилось на открытом месте, пока он обыскивал комнату. Ему нужно было найти все, что помогло, бы ему сбежать из этого места и его жителей-людоедов.

Джейсон начал с изучения магического круга в середине комнаты. Круг был большой, около трех метров в поперечнике, металл лежал прямо на полу. Линии были запутанными и сложными, как будто кто-то начал с пентаграммы и сильно увлекся. Все это было повреждено. Часть металла была приподнята, другие секции искривлены, как будто под сильным жаром, хотя нигде не было никаких признаков горения.

Круг ему не пригодился, поэтому он начал искать в другой части комнаты. Он начал с большого стола, в котором лежали зелья. Зелий больше не было, но было несколько банок лечебного средства, которые он взял. В отличие от простых банок, которые он получил от монстров, эти банки были маркированы каким-то логотипом.

«Ассоциация алхимиков Гринстоун», - прочел Джейсон на дне банки. «Я думаю, что алхимия нужная вещь. Может быть, я смогу приобрести навык алхимика?»

Остальные ящики содержали груды заметок и диаграмм, которые, казалось, были связаны с магическим кругом. Как ни странно, Джейсон мог читать отдельные слова, несмотря на то, что никогда раньше не видел языка, но они не имели никакого смысла для него в целом. Из того, что он мог собрать, они основывались на некотором наборе магических принципов, столь же загадочных для него, как и высококлассная теоретическая физика. Во время его краткой работы в университете он изучал политологию. Обычная наука никогда не привлекала его.

Он двинулся дальше, просматривая свернутые книжные полки и перевернутые столы. Было много чего-то похожего на сувениры и экспонаты, по большей части брошенные на пол и разбитые, но не было ничего полезного. Он взял несколько книг, листая страницы. Их было много по всей комнате, их книжные шкафы опрокинуты или даже разбиты. Казалось, что они написаны на разных языках, но у Джейсона не было проблем с чтением любого из них. Каждый новый и незнакомый текст появлялся так же легко, как если бы он читал его всю свою жизнь.

«Это немного смущает». -подумал он.

Хотя он мог читать слова, это было не то же самое, что понимать их. Кажется, каждая книга, которую он взял, была посвящена теории магии, делая знания такими же непонятными, как и любой сложный учебник из области, о которой он ничего не знал.

Отодвинув большой перевернутый стол с того места, где его бросили к стене, Джейсон обнаружил витрину со стеклянной дверью. Несмотря на то, что стол врезался в него, шкаф не пострадал, стекло оставалось чистым и без трещин. Внутри было четыре книги, каждая на своем небольшом мольберте. По сравнению с другими книгами, найденными Джейсоном, они выглядели более впечатляюще с замысловатыми рельефными кожаными обложками.

Пытаясь открыть шкаф, он обнаружил, что тот заперт. После нескольких попыток разбить удивительно крепкое стекло он вспомнил о кольце с ключами, которые он вырвал из мертвых рук волшебника. Вытащив кольцо для ключей из инвентаря, он обнаружил, что они были похожи на кольцо для ключей хранителя темницы из старого фильма, все ключи свисали с большого металлического обруча.

Предмет: [Кольцо для ключей Ландемера Вэйна] (обычный ранг, обычный)

Ключи от различных замков в поместье Вейн, а также личные ключи от имущества Ландемера Вейна. Смесь обычных ключей и магических ключей. (инструмент).

Эффект: открыть определенные блокировки.

Джейсон посмотрел на покрытое тело волшебника, лежащее на полу.

«Это было твое имя? Ландемер Вейн? Извини, что убил тебя, Ландемер. Но ты пытался убить меня первым»

Он отвел взгляд от прикрытого трупа и сосредоточился на замке. Замочная скважина на двери шкафа была довольно маленькой, поэтому он взял маленький более изящный ключик, вставил в замочную скважину и повернул, замок щелкнул.

Шкаф был не очень большим, в ящике было всего четыре книги, предназначенные для демонстрации, а не для того чтоб их читали. На тисненой коже не было названий, вместо этого на ней были узоры, похожие на волшебный круг на полу. Джейсон вынул одну из книг наугад.

Предмет: [Астральная магия II] (бронзовый ранг, редко)

Магическая книга, которая может передать знание астральной магии среднего уровня. (расходный материал, книга навыков).

Требования: Бронзовый ранг, умение пользоваться книгами навыков, базовая теория ритуальной магии, теория промежуточной ритуальной магии, базовая теория астральной магии.

Эффект: передает промежуточную теорию астральной магии.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого элемента.

Джейсон был знаком с книгами навыков из видеоигр, которые мгновенно раздавали заклинания или специальные способности. Он не мог попробовать это, потому что он не соответствовал значительному списку требований.

«Значит ли это, что я могу быть волшебником, если найду подходящую книгу?»

Джейсон стал проверять оставшиеся книги. Из описаний четыре книги охватывали две разные области магии, по одной книге на базовом и среднем уровнях по каждому предмету. Из четырех книг Джейсон мог использовать только одну.

Предмет: [Ритуальная Магия I] (железный ранг, обычный)

Волшебная книга, которая может передать основы выполнения магических ритуалов. (расходный материал, книга навыков).

Требования: умение пользоваться книгами навыков.

Эффект: передает основную ритуальную магию теории.

Вы можете использовать книгу навыков [Магический ритуал I]. Использовать Да / Нет?

Прочитав описание, он задержался на требовании умения пользоваться книгами навыков, которые он, по-видимому, встречал. Вспомнив свой список навыков, он открыл его и начал просматривать списки со способностями.

Способность: [Таинственный незнакомец]

Языковая адаптация.

Сущность, пробуждение камня и поглощение книжных навыков.

Устойчивость к идентификационным и отслеживающим эффектам.

«Языковая адаптация. Поэтому я могу читать все?

Языковая адаптация, казалось, давала ему возможность использовать книги навыков, наряду с какими-либо существами и пробуждающимися камнями. Он посмотрел на книгу в руке. По ее описанию это дало бы ему знания, которые изменят его мозг, но разве его способность читать странные языки означала, что это уже случилось? Все это подтолкнуло его принять решение?

В настоящее время он спрятал книги в своем инвентаре. Он всегда мог посмотреть на них позже. Похоже, что-то еще он не мог использовать, поэтому он решил подвести итоги. Он нашел неповрежденный стул и стол, поставил их как можно дальше от тела.

Садясь, Джейсон начал вытаскивать предметы, которые он поднял, но еще не посмотрел, и положил их на стол. Он начал с предметов, которые он украл от змеи. К счастью, кожа не была такой же влажной, как змея после того, как ее сняли.

Предмет: [Кожа ночной чешуи] (бронзовый ранг, редкий)

Кожа горной змеи. (ремесленный материал, кожа).

Эффект: ремесленный материал для одежды, доспехов и аксессуаров.

Кожа была матово-темной и прохладной на ощупь. Она была удивительно гибкой; она вышла из инвентаря свернутая, как традиционный рулон ткани. Она была связана длинным толстым шнуром.

«Я и толстый шнур получил от змеи? Это странно.» -мелькнула мысль в голове Джейсона.

Змеиная кожа была указана в качестве ремесленного материала, как и темная квинтэссенция, которая оказалась маленькими черными драгоценными камнями.

Предмет: [Темная Квинтэссенция] (железный ранг, обычный)

Проявленная сущность тьмы. (ремесленный материал, сущность).

Эффект: ремесленный материал для предметов с атрибутами тьмы.

Они имели вид необработанных драгоценных камней, но сияли полированным ониксом. Камни даже появились с сумкой, чтобы было легче их хранить.

«Это странно.» -подумал Джейсон.

Остальные предметы, он получил в качестве награды за квесты, которые он выполнил, случайно убив змею каменной кладкой. Джейсон думал, что Ночной Клык тоже будет материал, подобный другим, которые он взял у монстров, но это оказался страшно выглядящий кинжал. Он был в ножнах из той же черной кожи, которая также использовалась на рукоятке кинжала. Он был изогнут в форме клыка и оказался сделанным из кости. У него был опасный острый край, сужающийся к краю.

Предмет: [Ночной Клык] (железный ранг, эпос)

Кинжал, сделанный из клыка горной змеи. Магия клинка позволяет ему удерживать силу яда змеи (оружие, нож).

Эффект: Наносит [Яд Горной Змеи].

Эффект: Атаки игнорируют сопротивление урона бронзового ранга и сопротивление отравлению.

[Мрачный змеиный яд] (урон со временем, яд): Наносит постоянный некротический урон, пока яд не будет очищен. Дополнительные удары имеют кумулятивный эффект.

Нож был даже с поясом из той же кожи, но на брюках Джейсона не было петель для него. Он положил его обратно в свой инвентарь вместе с темными самоцветами квинтэссенции и свитком змеиной кожи.

Оставшиеся предметы были наградами за изучение колодца. Пробуждающийся камень звезд был гладким округлым камнем размером с кулак. В камне были крошечные пятнышки, которые, казалось, двигались, когда он смотрел на него, хотя эффект был достаточно слабым, чтобы это могло быть его воображением.

Предмет: [Камень Пробуждения Звезд] (без названия, эпический)

Пробуждающийся камень, который раскрывает силу звезд. (расходуемый, пробуждающий камень).

Требования: не пробужденная способность сущности.

Эффект: пробуждает способность сущности.

У вас есть 0 пробужденных способностей сущности.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого элемента.

«Способности сущности», - прочел Джейсон. «Это как магические силы? Если я собираюсь иметь дело с волшебниками-каннибалами, я мог бы использовать некоторые магические силы».

Последний предмет был темной сущностью. Это был куб около 15 см в сторону, с блестящим блеском, как полированная струя. Казалось, что он сделан из того же материала, что и темная квинтэссенция, и, учитывая имена, он предположил, что они были родственными объектами. Он поднял его.

Предмет: [Темная Сущность] (без рейтинга, редкий)

Проявленная сущность тьмы (расходный материал, сущность).

Требования: минимум 4 поглощенные эссенции.

Эффект: дает 1 пробужденную способность темной сущности и 4 непробужденные способности темной сущности.

Вы впитали 0/4 эссенции. После поглощения сущность не может быть оставлена или заменена.

Вы можете поглотить [Темную сущность]. Поглотить Да / Нет?

«Ты это то, что мне нужно, чтобы получить эти магические силы?»

Темная магия

Темная магия

Джейсон нахмурился, глядя на описание черного куба в своих руках.

— Способности эссенции тьмы. Звучит немного зловеще. Как именно это работает?

> Справка: Способности эссенции > > Способности эссенции — это личные сверхъестественные способности. Они бывают в различных формах, включая пассивные способности, специальные атаки и заклинания. > > По сравнению с трудоемкой и требующей подготовки ритуальной магией, большинство способностей эссенции можно использовать спонтанно.

— Погоди, здесь все это время была функция справки? Можешь помочь мне выбраться отсюда, чтобы меня не съели каннибалы?

Вы можете поглотить [Эссенция тьмы]

Поглотить Д/Н?

— О, я понял, что здесь происходит. Вы хотите, чтобы я принял темные силы, которые вы предоставили, после того, как следование вашему плану привело меня сюда. Заставляя меня думать, что мой единственный выход — использовать темную магию, которую вы удобно предоставили. Классическая рутина соблазнения злом. Вы могли бы быть хотя бы немного тоньше. Думаю, это тот момент, когда вы напоминаете мне, насколько плоха моя ситуация.

Зона: Поместье Вейн (Подземная ритуальная камера).

— Это сарказм? У меня саркастичный пользовательский интерфейс? К тому же, я знаю, где я.

Он нахмурился.

— Я понятия не имею, где я.

Он посмотрел на темный куб, который держал в руках. Несмотря на гладкую поверхность, у него не было блеска, он вообще не отражал свет лампы. Если что, он почти казался поглощающим свет.

— Это только совершенно зловеще.

Джейсон взял лампу и повел ею по комнате. Магический круг, накрытое тело, двойные двери, ведущие в неизбежно опасное неизвестное. Вся его причина обыскивать комнату заключалась в том, чтобы найти хоть какое-то преимущество, прежде чем он пройдет через эти двери. Его взгляд снова скользнул к кубу.

— Почему бы и нет? — сказал он. — Какой смысл отправляться в страну магии, если не получишь несколько магических сил?

Он встал, сделал пару глубоких вдохов, затем взял куб.

Вы можете поглотить [Эссенция тьмы]

Поглотить Д/Н?

— Что может пойти не так? Не отвечайте на это, просто поглотите эссенцию.

Куб внезапно стал обжигающе горячим в его руке, и он уронил его на пол.

— Что за…?

Темный дым начал подниматься с куба, и Джейсон отступил.

— Возможно, я принял плохое решение.

Дым, исходящий от куба, поднимался узкими полосами, как черные стримеры. Они извивались в воздухе, направляясь в сторону Джейсона. Он отступил дальше, но быстро выходил из света, исходящего от лампы, которую оставил на столе. Дым последовал за ним в тени, где он больше не мог его видеть.

— Конечно, просто получи силы темной магии. Хороший выбор, идиот.

Джейсон почувствовал, как дым достиг его с тем же обжигающим жаром, который он почувствовал от куба. Он закричал, когда черный пар прорвался ему на лицо, вторгаясь в рот, нос и глаза. В какой-то момент он потерял сознание от боли, его следующим ощущением было пробуждение на полу.

Сев, он ощупал свое лицо руками. Ощущение боли полностью исчезло, и ничто не было чувствительным к прикосновению. Его глаза, казалось, были в порядке, и он понял, что видит комнату так, как будто в ней совсем не было темно. Цвета были немного блеклыми, но он мог ясно видеть части комнаты, ранее погруженные в тень.

Вы поглотили [Эссенция тьмы]. Вы поглотили 1 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 25% (1/4 эссенций).

[Эссенция тьмы] привязалась к вашему атрибуту [Скорость], изменив вашу [Скорость] с обычного на [Железный 0]. Освойте все способности эссенции тьмы, чтобы увеличить ваш атрибут [Скорость].

Вы пробудили способность эссенции тьмы [Полуночные глаза]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции тьмы.

На одной из стен было зеркало. Оно было огромным, в два раза больше даже зеркал в полный рост, которые видел Джейсон. От низа шла паутинка трещин, но в основном оно было в порядке. Он подошел к нему, проверяя лицо на наличие ожогов. Было немного трудно сказать, под запекшейся кровью и грязью туннеля, но он казался нетронутым. Его глаза даже не были налиты кровью. Остальная часть его была такой же грязной, как и лицо, его худощавое тело было измазано грязью. Штаны, награда за квест, изначально белые, были испачканы до такой степени, что выглядели как камуфляж.

Это был первый раз, когда он увидел себя с момента прибытия. Он представлял себя выглядящим как герой боевика, направляющийся в третий акт с мужскими пятнами грязи, отражающими поверженных врагов и преодоленные испытания. Вместо этого он просто выглядел грязным и оборванным, кожа, видимая под грязью, была бледной и натянутой. Его японские черты лица, унаследованные от отца, были еще острее, чем обычно, из-за чего его лицо выглядело изможденным. Его лысая голова и отсутствие бровей делали его похожим на маньяка и безумца. Его худощавое тело тоже не выигрывало от всей грязи на нем, выглядя меньше как в боевике и больше как в документальном фильме о беженцах.

Он вздохнул.

— Ладно, давайте взглянем на мою блестящую новую магическую силу.

Способность: [Полуночные глаза] (Тьма)

Особая способность (восприятие)

Базовая стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%)

Эффект (железный): Видеть сквозь тьму.

— По крайней мере, это не сложно.

Он осмотрел комнату еще немного, тени больше ничего не скрывали от него. Это было не похоже на фильтр низкой освещенности; лампа совсем не мешала его зрению. Ее свет был больше похож на луч, который приводил вещи в полный цвет, по сравнению с приглушенным видом областей, покрытых тенью.

— Это круто, полагаю, — сказал он. — Немного разочаровывающе для магической силы, но полагаю, я не получу огненный шар от эссенции тьмы.

Он посмотрел на стол и круглый камень, все еще там, где он его оставил. Магический камень чего-то-там, по-видимому, даст ему еще одну силу, поэтому он подошел и поднял его.

У вас 4 непробужденные способности эссенции.

Вы можете поглотить [Камень пробуждения звезд]

Поглотить Д/Н?

Он подумал об ужасной боли, которая возникла от поглощения эссенции. С другой стороны, не было никаких побочных эффектов, и он действительно получил магическую силу. Однако, прежде чем использовать его, он сделал некоторые приготовления. Одним из стульев, которые он видел разбросанными по комнате, было глубокое, удобное на вид кресло. Оно было чрезвычайно тяжелым, но ему удалось вытащить его из-под упавшей книжной полки и перевернуть обратно. Это была огромная деревянная вещь с плюшевой, прошитой обивкой. Он устал падать от боли.

Джейсон сел в кресло, камень пробуждения в руке.

— Поглотить.

Вместо того чтобы стать горячим и раствориться в дыму, камень пробуждения стал холодным, прежде чем стать мягким и растаять в его руке, как мороженое. Он просочился в его руку, наполняя ее ледяным холодом до костей, который снова заставил его кричать от боли. Это было не того масштаба, что эссенция. Он сохранял контроль над своими способностями, лихорадочно тряся рукой, которая чувствовала, будто ее погрузили в ледяную воду. В конце концов, ледяной холод до костей отступил, и боль прошла, оставив его распростертым в кресле, тяжело дыша.

Вы пробудили способность эссенции тьмы [Покров ночи]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции тьмы.

Джейсон чувствовал изменение внутри себя. Это было что-то новое, но странно знакомое, как будто он читал язык, который никогда раньше не видел. Сила была внутри него, как будто она всегда была там, ожидая, чтобы ее пробудили. Он знал силу инстинктивно. Она была готова и ждала, жаждая быть использованной.

Он встал и вернулся к зеркалу, прежде чем использовать свою новую силу. Она ответила немедленно, так же легко и естественно, как поднятие руки. Темная энергия внезапно поглотила его тело, скрыв его облик в зеркале. Это было совсем не тревожно, но чувствовалось прохладным и освежающим. Энергия слилась в форму объемного плаща, окутывая его тело и скрывая голову внутри глубокого, непроницаемого капюшона. Плащ казался скорее объектом живой тьмы, чем тканью, усеянной крошечными точками света. Они двигались и мерцали, крошечные звезды в ночном небе теневого одеяния.

Джейсон мог чувствовать плащ, не как предмет одежды, а как одну из своих конечностей. Он мог чувствовать его силу. С мыслью звезды стали ярче до такой степени, что затмили лампу. Затем они потускнели, пока он не смог даже увидеть себя в зеркале, исчезая в тенях.

Способность: [Покров ночи] (Тьма)

Конъюгация (тьма, свет, пространство).

Базовая стоимость: Умеренная мана для призыва.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%)

Эффект (железный): Призывает магический плащ, который может изменять владельца. Предлагает ограниченную физическую защиту. Может генерировать свет или сливаться с тенями. Плащ может уменьшить вес владельца за низкую стоимость маны в секунду, позволяя уменьшенную скорость падения и хождение по воде. Не может быть дан или отнят, хотя эффекты могут быть распространены на других в очень близкой близости.

— Хождение по воде, — прочитал Джейсон. — Вот это магическая сила.

Он осмотрел комнату.

— Которую я не могу попробовать прямо сейчас.

Он инстинктивно понял, как использовать аспект уменьшения веса способности, и легко подпрыгнул в воздух. Он поднялся намного выше, чем обычно, и опустился обратно медленнее.

— Это как на луне.

Он прыгал по комнате с глупой ухмылкой на лице, пока не вспомнил о мертвом теле.

— Не время веселиться, — отчитал он себя.

Он продолжил экспериментировать с магическим плащом. Он мог видеть сквозь него, как будто его не было, поэтому даже с покрытой головой он не мешал его зрению. Он мог заставить любую или всю его часть потерять физическую субстанцию, так что если он хотел схватить его, он мог, или его рука могла пройти сквозь, беспрепятственно.

— Изящно.

Он мог заставить его исчезнуть с мыслью и вытащить снова, что он пробовал несколько раз. После третьей попытки он внезапно почувствовал дурноту и должен был сесть. Он вернулся в кресло и упал в него.

Ваша мана низкая.

— У меня уже закончилась мана? К тому же, у меня есть мана? Есть ли полоска маны или что-то в этом роде?

Две горизонтальные полоски появились на периферии его зрения. Одна была синей, но по большей части пустой, в то время как другая была оранжевой и заполнена примерно на две трети. Рядом с ними был силуэт человека, который был по большей части зеленым, но область головы и левая рука были желтыми.

— Ладно, значит синяя полоска — это мана, маленькое тело — это здоровье, а желтая полоска — это… что-то?

Текущая выносливость: 64%

— Хорошо, выносливость. Думаю, я начинаю разбираться в этом. Хотя у меня, кажется, не так много маны.

> Справка: Мана > > Мана — это ресурс, необходимый для многих способностей эссенции. Низкая мана приведет к ментальному истощению. > > Максимальная мана основана на атрибуте [Дух]. Привяжите эссенцию к атрибуту [Дух], чтобы увеличить максимальную ману. > > Восстановление маны основано на атрибуте [Восстановление]. Привяжите эссенцию к атрибуту [Восстановление], чтобы увеличить скорость восстановления маны.

Джейсон зевнул. Он прошел через многое, и его время без сознания вряд ли было спокойным.

— Еще одна вещь, — сказал он, вытаскивая одну из книг навыков из инвентаря. Он подошел к удобному креслу и упал в него.

Предмет: [Ритуальная магия I] (железный ранг, обычный)

*Магическая книга, которая может передать основы выполнения магических ритуалов. *(расходуемый, книга навыков).

Требования: Способность использовать книги навыков.

Эффект: Передает базовую теорию ритуальной магии.

Вы можете использовать книгу навыков [Ритуальная магия I]. Использовать Д/Н?

— Да.

Книга выплыла из его руки в воздух. Обложка распахнулась, и письмо на ней начало удаляться со страницы, меняясь с черного на золотое, когда бестелесный текст выплыл в воздух. Страницы начали переворачиваться, быстрее и быстрее, золотой текст лился в воздух. Переворачивающиеся страницы мелькали в спешке, когда золотой текст сформировал корону вокруг парящей книги. Затем трепет страниц начал замедляться, пока последняя страница не перевернулась, и книга не упала на землю, каждая страница была пустой.

Облако золотого текста роилось над Джейсоном, как рассерженные светлячки, исчезая в его теле, когда оно приземлялось на его плоть с жалящими укусами. Его разум был засыпан информацией слишком быстро, чтобы обработать ее, оставляя его потерянным и дрейфующим. Боль и дезориентация наконец прошли, оставив его в общем контроле над своими способностями, но головокружительным и сбитым с толку. Он понятия не имел, прошли ли секунды или часы. Он был утомлен до мозга костей, конечности были такими же тяжелыми, как его веки.

Ваша выносливость истощена.

Не в силах держать голову поднятой, он обмяк в кресле, быстро заснув. Через мгновение, которое показалось совсем коротким, он был разбужен громким стуком. Его голова все еще была туманной, и он потряс ею, чтобы прояснить, как раз вовремя, чтобы увидеть двух мужчин, ворвавшихся через теперь сломанные двойные двери. Тот, что был впереди, держал молоток, тот, что позади, — лопату.

— Э-э… добрый день, ребята. Не думаю, что есть какой-то шанс, что вы не каннибалы?

Пара нахмурилась; тот, что с лопатой, двинулся вперед и угрожающе поднял ее. Джейсон засуетился, чтобы вытащить изогнутый кинжал из своего инвентаря. Он использовал весь свой опыт ножевого боя, которого не было, и лопата врезалась ему в лицо.

Джейсон выронил кинжал, пошатнувшись назад, закрыв нос руками, кровь просачивалась между пальцами. Лопата опустилась во второй раз, и все погрузилось во тьму.

Побег

Ряд обстоятельств, при которых Джейсон пришел в себя, были неприятными. Он был в каком-то тесном, узком пространстве и вынужден был находиться в позе эмбриона. Его голова кружилась, а внутри, казалось, был какой-то человечек, пытавшийся выбраться наружу. Его нос был переполнен чем-то похожим на пчел, и, в довершение всего, у него внезапно появилось рвота. Он лежал, свернувшись калачиком в тесном пространстве, вздрагивая.

Когда рвота утихла, он заметил, что часть головы и тела были окрашены в предупреждающий оранжевый цвет.

«Похоже они от меня слишком много хотят». -подумал Джейсон

Затем он услышал мужской голос: «Он проснулся.»

Глаза Джейсона были опухшими, и не открывались должным образом. Он сфокусировал свой взгляд и увидел, что находится в клетке для собак, слишком маленькой, чтобы вытянуть конечности. Его новая способность видеть в темноте не пропала, что позволило ему разглядеть, что клетка стояла на грязном полу в каком-то подвале. Крыша и стены были из грубой древесины, издававшей влажный запах земли. С ним в подвале было еще четыре клетки, в каждой из которых находился человек. В одной был черный парень, а в двух других были белые девушки. Последняя клетка была больше других, с более толстыми решетками. Внутри находился, невероятно волосатый мужчина.

«Вуки?» - бездумно спросил Джейсон.

«Что такое вуки?» - прорычал волосатый мужчина.

«Эй», крикнул ему черный парень. «Они надели на тебя ошейник?»

«Что ...?» - Джейсон был растерян.

«Постарайся сосредоточиться», - сказал мужчина. «Похоже, ты был сильно ранен».

Джейсон провел пальцами по лицу, чувствуя, как засохшая кровь густо спеклась на нем. Он закричал от боли, когда его пальцы коснулись того, что было его тонким носом.

«Они надели на тебя ошейник?» - снова спросил мужчина.

В замешательстве Джейсон потянулся и похлопал себя по шее.

«Нет», крикнул он. «Почему они должны надеть на меня ошейник?» - в свою очередь спросил Джейсон

«Что б подавить твои способности. Ты можешь что-нибудь использовать?»

Джейсон кивнул, это раздражало человека, сидящего у него в голове и впавшего в безумие.

«Да, я могу их использовать, но у меня есть только две сущности» - ответил Джейсон.

«Они могут вытащить тебя из этой клетки?» - снова спросили его.

«Одна сущность позволяет мне видеть в темноте, а другая заставляет меня светиться, так что, вероятно, нет» - ответил Джейсон.

«Светиться?»

«Я бы вам показал, но думаю, что меня снова вырвет. На самом деле…», - Джейсон закашлялся. Приступ кашля закончился тем, что Джейсона снова вырвало, после чего он снова потерял сознание.

* * *

Джейсон находился на краю сознания, слыша, как разговаривают два человека.

«Он был в подземной ритуальной комнате?» - сказала женщина. Это был красивый, элегантный голос.

«Да, миледи», - ответил грубый мужской голос.

«Вы оставили его в довольно хорошем состоянии».

«На самом деле, миледи, это ненамного хуже, чем когда мы его нашли».

«Вы не надели на него ошейник?» - спросила она.

"Миледи, мистер. Картер закупил только четыре, для тех, о которых нас предупреждали».

«Это не имеет значения», - сказала женщина. «Ты чувствуешь, как слаба его аура. Я сомневаюсь, что у него больше двух или трех способностей. Ты действительно думаешь, что именно он убил Ландемера?»

«Это было мое предположение, миледи. На нем было больше крови, чем ран. И он также был заперт в комнате с телом молодого мастера».

«Как он мог это сделать?» - спросила женщина. «Он такой слабый».

«Кажется, молодой мастер в основном сделал это сам, миледи. Судя по всему, заклинание вызова пошло не так.».

«Вот почему все эти маленькие монстры бегают вокруг?»

«Да, миледи».

Квест: [Без рубашки, без обуви, с пустыми руками]

Цель выполнена: выяснить причину, по которой монстры наводнили область 1/1.

[Простая рубашка] была добавлена в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [Железные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон подавил крик. Он притворился, что без сознания, перед ним появился ярко-синий экран, и все его тело напряглось. Однако пара продолжала разговаривать, как будто ничего не произошло.

«Так ему даже повезло, если он убил моего сына, когда он был в наиболее уязвимом положении»

«Не так уж повезло, миледи. Он встретил меня»

«Видимо так, Дугалл», - признала она. «Вы узнали, что Ландемер пытался вызвать?» - спросила женщина.

«Я посмотрел его записи, миледи. Это была одна из тех сущностей из пустоты».

Джейсон услышал вздох женщины.

«Астральные существа», - с горечью пробормотала она. «Я сказала мальчику, что это будет его смерть», - сказала она. «Мы хорошая, традиционная семья чистой крови. Эта бессмыслица вызвать древних из внешней реальности, она никогда не сработала бы. Что ты сделал с телом Ландемера?»

«Удобрения, миледи».

«Вы пустили моего сына на удобрения?»

«Ну, компостирование не быстрый процесс. Я могу вытащить его из кучи, если хотите, но милорд не будет счастлив. Он был совершенно точен в отношении распределения своего тела».

«Мне все равно, что думает мой глупый муж; он женился на знатном роде. Это моя усадьба, моя семья, и мы делаем все традиционным способом. Боже, кто знает, на что будет похож бедный Ландемер после того, как попадет в кучу компоста».

«Я приведу его в порядок, прежде чем доставлю на кухню, миледи».

«Спасибо, Дугалл. Отличная работа, как всегда. Теперь, мы знаем, откуда этот человек пришел?».

«Понятия не имею, миледи. Как вы сказали, он слишком слаб, чтобы быть авантюристом, и он не был хорошо экипирован. Хотя у него был хороший нож. Не уверен, что он забрал его у молодого мастера, поэтому я оставил его в той куче экипировки, которую мы сняли с других».

«Ты думаешь, что он с ними?»

«Я бы так не думал, миледи. Ему было не до того».

«Он что-нибудь сказал?»

«Я думаю, что он возможно собирался, миледи, но именно тогда, когда наткнулся на мою лопату».

«Почему ты взял его рубашку?»

«У него ее не было, миледи. Я не мог спросить, из-за того, что он приготовился к бою со мной. Вы хотите, чтобы я отправил его на кухню?».

«Нет. Если он действительно убил моего сына, я не хочу, чтобы он убегал с нетронутой душой. Поставь его вместе с остальными на кровавый пир»

«Да, миледи, хотя этого будет слишком много».

«Я не думаю, что лишняя кровь будет проблемой».

«Я думал о первосвященнике, миледи. Вы знаете, как он поступает?».

«Да, совершенно верно, Дугалл. Отлично. Выберите другого, который тебе понравится, и можете забрать его для себя».

«Очень щедрый подарок, миледи. Я возьму эльфа, если миледи не будет возражать».

«Ты уверен, Дугалл? Эльфы довольно своеобразны».

«Деррик очень хотел попробовать, миледи. Я пообещал, вы же знаете молодежь»

«О да», сказала она. «Они никогда не поверят тебе, пока не научаться на своих ошибках. Просто посмотри на Ландемера, и моя дочь ненамного лучше. Если бы не закон, клянусь, у меня никогда не было бы детей. Иди принеси тело моего идиота сына, прежде чем взять эльфа. Я не хочу, чтобы он больше загноился, чем он уже есть»

«Конечно, миледи».

Пара ушла, Джейсон глубоко вздохнул. Он не знал, кем были эти люди, но он достаточно слышал, чтобы понять, что они хотят. Его мысли метались в поисках рычагов, чтоб вырваться из клетки. Он пытался открыть дверь ногами, но она не сдвинулась с места, независимо от того, сколько сил он вложил в нее.

«Это не сработает», - сказал ему черный парень.

«У тебя есть имя?» - спросил Джейсон. «Я - Джейсон, я просто думаю о тебе, как о черном человеке, и это заставляет меня чувствовать себя расистом».

«Руфус», - ответил мужчина.

«Если у тебя есть идея получше, я весь внимание».

«Не бойся», сказал Руфус. «Если у тебя не спрятаны какие-то духовные монеты в штанах, ты не откроешь ее».

«Духовные монеты?» - спросил Джейсон. «Конечно, у меня есть, но как это поможет? Я не думаю, что эти клетки управляются монетами».

«Этот парень идиот», - сказала одна из женщин.

«Не помогает», сказал Руфус сквозь стиснутые зубы. - Джейсон, у тебя случайно нет серебряной или золотой монеты?»

«Подожди секунду», - сказал Джейсон, проверяя свой инвентарь. «Там было шестнадцать серебряных монет и четыре золотых, все они были добыты с тела Ландемера Вэйна». Он достал одну из серебряных монет.

Предмет: [Серебряная Духовная Монета] (серебряный ранг, обыкновенный)

Дистиллированное количество сырой магии. (крафт материал, валюта).

Эффект: используется для заправки магических предметов серебряного ранга или в качестве ритуального компонента.

Эффект: потребляет для краткого увеличения всех атрибутов до серебряного ранга.

«О,» сказал Джейсон. Ранее он исследовал монеты меньшего духа, у которых не было возможности увеличить атрибуты. Он пытался вспомнить, был ли атрибут силы.

«Итак, я использую это, чтобы увеличить свои атрибуты?» - сказал Джейсон. «Мне их надо съесть?»

«Да, Джейсон, это очень легко», сказал Руфус. «Ты просто кладешь монету в рот. Как только ты это сделаешь, у тебя будет всего несколько минут, чтобы открыть клетку»

«Итак, атрибуты», сказал Джейсон. «Я предполагаю, что один из них - сила?»

«Атрибут силы увеличивает силу», - сказал Руфус. «Монета увеличит их все, но только на очень короткое время».

Джейсон неуверенно положил монету на язык, где она растворилась, как шипучая таблетка. Его тело стало покалывать, и он почувствовал прилив огромной силы. Его чувства обострились. Глаза, стали способны видеть сквозь тьму, воспринимая все так, как будто видят впервые. Его уши уловили окружающие звуки, которые он ранее не слышал. Он чувствовал вкус крови, пота и грязи в воздухе. Прошло всего одно мгновение, прежде чем мир вернулся в нормальное русло, внезапно показавшийся скучным и незамысловатым.

«Джейсон?» - спросил Руфус.

«Да, Руфус?»

«Ты использовал монету?»

«Да»

«Я не хочу вас расстраивать, но вы забыли открыть клетку.»

«Извини», сказал Джейсон. «Я отвлекся»

«Это тот, на кого ты рассчитывал, что спасет нас?» - снова заговорил женский голос.

«Будь терпимее, Аниса», - сказал ей Руфус.

Джейсон достал вторую серебряную монету и сунул ее в рот. На этот раз, когда ощущение силы охватило его, он положил ноги на дверь клетки, легко собравшись в тесноте. С временным приливом силы, ноги оттолкнулись, петли на двери клетки немедленно начали деформироваться. Он толкнул еще сильнее, и дверь отвалилась. Сила снова вышла из него.

Он вылез из клетки и встал. Волны головокружения накрыли его, и он схватился за клетку, чтобы не упасть. Его тело было слабым больше чем, когда он проснулся.

«Есть ли побочные эффекты от этих монет?» - спросил Джейсон.

«Ты использовал монету с большей силой, чем тело могло бы выдержать», - сказал Руфус. «Это восстановится. Немного медленнее, ведь ты использовал две монеты подряд».

Джейсон посмотрел на другие клетки, и новый квест появился на экране.

Новый квест: [Побег!]

Вы оказались в ловушке в подвале Культа Крови, и вам нужно уйти.

• Цель: покинуть территорию поместья Вейн, не будучи пойманным 0/1.

• Награда: Сущность.

• Необязательная цель: спасти своих собратьев-заключенных 0/4.

• Награда: Пробуждающий камень.

«Хорошая работа», сказал Руфус. «Теперь тебе нужно найти еще монеты чтобы вытащить остальных. Будет хорошо если ты дашь нам немного серебряных монет, если они у тебя есть. Но этого не хватит для клетки Гари. Ты не должен использовать больше монет, пока не восстановишься».

Джейсон вытащил большое кольцо для ключей.

«Я надеюсь, что это поможет», сказал он. «Мне не удалось добраться до замка изнутри клетки».

«Сначала его», - сказал Руфус, указывая на большого волосатого мужчину в огромной клетке.

Джейсон подошел к большой клетке, чтобы лучше рассмотреть ее обитателя. Его тело-тело профессионального борца, а части тела, не покрытые его одеждой, были покрыты мехом. Его голова была похожа на льва с великолепной гривой.

«Значит, ты Гари?» - спросил Джейсон. Он присел на корточки и начал пробовать ключом открыть замок.

«Верно», сказал большой человек. В его голосе был глубокий, рычащий тембр.

«Я Джейсон», - представился он. «Ты выглядишь как Рон Перлман из старого телешоу «Красавица и чудовище»

«Я понятия не имею, что это значит», - сказал Гари.

«Я бы сказал, что рад встречи с вами», - сказал Джейсон, продолжая пробовать ключи, - «но обстоятельства не позволяют».

«Спасибо, что не просто сбежал», сказал Гари.

"Вы шутите? Ты мне нужен, чтобы вытащить меня отсюда, где бы мы ни были».

«Мы находимся в подвале», - сказал Гари.

«Я вижу это в первый раз», - сказал Джейсон. «Я имел в виду все это место. Я понятия не имею, где мы находимся»

«Ты не знаешь?» - спросил Гари. «Они тебя похитили?»

«Да. Кто-то сделал это», сказал Джейсон. «Я проснулся в лабиринте».

«Берегись!» - крикнул Руфус, Джейсон быстро обернулся, чтобы осмотреться.

Он увидел дверной проем, который, казалось, вел к другой части подвала, через который вернулся Дугалл с лопатой в руке.

«Нахальный маленький сорняк», - выругался Дугалл.

Джейсон пытался быстро соображать, но его голова была далеко не в лучшем состоянии. Сунув кольцо с ключами обратно в инвентарь, он встал, но у него закружилась голова и он споткнулся. Лопата опустилась на него, и все стало черным.

Зловещая яма зла

Джейсон очнулся, задыхаясь от рвоты. Его горло сжалось, его пустой желудок пытался изгнать то, чего там не было, рвотные массы почти заткнули ему рот. Его голова болела какой-то колющей болью. Когда он открыл глаза, все расплывалось, как будто он был под водой. Единственной ясной вещью был маленький силуэт, показывающий его здоровье, голова теперь была ярко-красной. Когда он пытался сосредоточиться, его мысли блуждали, как плотва.

Медленно, он пришел к чему-то, приближающему его чувства. Где-то впереди был источник света, свет, который он излучал, был кроваво-красным. Туннель был темным, но его новая сила позволяла Джейсону видеть сквозь него. Он снова оказался в клетке, но гораздо большей, чем в прошлый раз. Это была та же самая тяжелая клетка, в которой сидел человек-лев, с толстыми, тяжелыми решетками. Видимо, они не хотели, чтобы Джейсон снова открыл дверь.

Его клетка двигалась по широкому каменному туннелю. Это было больше похоже на железнодорожный туннель, чем на пещеру, с арочной крышей и плоскими полами. Были даже рельсы, как для грузовой тележки. Его клетка была на платформе, которую толкали вдоль перил. Еще три клетки толкали так же.

Люди, которые толкали, были в ярко-красных одеждах и в ужасных демонических масках. Многие из них шли впереди, неся фонари с витражами, которые излучали зловещий красный свет.

Джейсон не знал,что предпринять и что делать, он отчаянно надеялся, что боль в его голове утихнет. Он сосредоточился на своем дыхании, когда появился экран.

Квест: [Побег!]

• Цель не достигнута: покинуть территорию поместья Вейн, не будучи пойманным.

• Квест не удался.

Новый квест: [Кровавый пир]

Вы были схвачены и должны быть принесены в жертву культом крови. Вам нужно не стать жертвой.

• Цель: избегать жертвоприношения 0/1.

• Награда: сущность.

• Необязательная цель: сохранить другие назначенные жертвы 0/3.

• Награда: Пробуждающий камень.

Длинный туннель заканчивался парой огромных каменных дверей, в которые были вырезаны впечатляющие, но гротескные картины, изображающие какую-то оргию каннибалов. Четыре культиста вышли вперед, двое подошли к двери, взявшись за руки и отодвинулись, пока двери тяжело распахивались. Когда они это сделали, красный свет залил туннель, который сопровождался невероятной жарой и горьким запахом. Он окутывал двери и группу людей, словно волна, неся медный вкус густой крови на языке.

«Что-то много красных флагов», сказал Джейсон.

Тяжелый кулак ткнул в бок его клетки.

«Тихо», - рявкнул резкий голос.

За дверями была огромная круглая камера, похожая на огромный цилиндр, выдолбленный прямо в твердой скале. Камера была около двадцати пяти метров в поперечнике и, выше почти в два раза, этого было достаточно, чтобы поразить разум Джейсона. Стены были черными, как какая-то давно спящая магма.. Плоские каменные плиты, вырезанные из того же черного камня, были вставлены в стены как колья. И были сделаны невероятно крутые ступеньки, ведущие к верхним частям комнаты.

В комнате выделялся красный бассейн с кипящей, пузырящейся жидкостью, занимавший почти всю площадь. Это был источник света, а также жары, и добавлял все медный запаха крови. Центр бассейна бурлил, как будто находился в точке кипения. Звук густой брызгающей жидкости эхом разносился по камере. Красный свет сиял из глубины бассейна, омывая всю комнату красным светом, как будто все было в крови.

«Это нехорошо», - услышал Джейсон от одного из людей в клетке. Это был Руфус, который рассказал ему, как использовать духовные монеты. Человек-лев находился там же в своей большой клетке вместе с одной из двух женщин. Другой женщины нигде не было видно. Один из культистов в облачении бил по клетке Руфуса.

«Я сказал тихо!» - заорал он.

«Или что?» - проворчал лев. «Вы принесете нас в жертву в своей жуткой ритуальной яме?»

Другие заключенные были также грязными и оборванными, но не похожими на Джейсона. У него не было ни рубашки, ни волос, весь в крови и в старой целебной мази, покрытый коркой грязи. Его лицо было покрыто кровью и пятнами рвоты начиная от сломанного носа заканчивая опухшими черными глазами.

Рельсы, по которым двигали клетки на платформах через туннель, заканчивались у двери. Культисты сняли клетки, там находились по два человека в маленьких клетках и по четыре в больших. Они несли их по крутой лестнице, прислушиваясь к шорохам. Клетка льва была самой проблемной, даже когда ее тащили четыре человека. Лестница обвивалась вокруг круглой стены, после четверти оборота группа остановилась. Они достигли платформы, нависавшей над кровавым озером.

«Сначала оставь большую», - сказал один из культистов. «Нет смысла перевозить самый тяжелый груз наверх».

Джейсон узнал голос женщины, которую он слышал в подвале, притворяясь, что был без сознания.

«Спасибо, миледи», - с благодарностью сказал один из культистов. Джейсон узнал этот голос человека, несущего лопату, к которому она обращалась, это был некто Дугалл.

Клетка, в которой содержался большой человек, осталась у стены. Дугалл и один из других культистов подошли к краю платформы и заняли выжидательную позицию, глядя вниз бассейна. Остальные продолжали движение. Лестница продолжала подниматься вверх за платформу, делая еще четверть оборота вокруг комнаты, прежде чем достичь второй платформы.

«Оставьте вторую большую клетку», - сказала женщина.

«Разве он не тот, кто убил молодого мастера?» - спросил один из культистов. «Вы хотите его оставить напоследок?»

«Я не собираюсь оставлять его напоследок, а тебе тяжело тащить эту клетку для моего собственного удовольствия».

«Спасибо, миледи»

Четыре культиста грубо опустили клетку Джейсона на платформу. Как и на первой платформе, два культиста заняли позиции на краю платформы, в то время как остальные культисты с оставшимися двумя клетками возобновили подъем. Джейсон наблюдал, как они совершили еще одно восхождение на четверть оборота к следующей платформе, которая скрыла их с глаз.

Джейсон огляделся вокруг. Его зрение все еще было похоже на взгляд незнакомца, но оно постепенно приходило в норму. Платформа, на которой он был, выглядела как грубый обсидиан, блестящий и темный. Он понятия не имел, как массивная каменная платформа могла вонзится в стену, словно как тонкий колышек.

Джейсон осмотрел клетку, ее прутья были намного толще, чем у той, в которой он находился. Если присмотреться, на них даже появились едва заметные следы магических гравюр. Как ни странно, Джейсон признал их усиливающей магией. Знания из книги навыков давали о себе знать. Это было странное ощущение, вспоминать то, чего он никогда не изучал. Он был уверен, что серебряной монеты, которую он использовал раньше, было бы недостаточно, чтобы вырваться отсюда. Он даже не мог добраться до замка через узкие перемычки, чтобы попробовать свое кольцо для ключей.

Вытащив одну из золотых монет, он перевернул ее в руке. В отличие от тех, что он получил от грабежей монстров, на этом было выбито изображение серьезного человека с одной стороны и какого-то вида гребня с другой, а также выгравированное слово «Зеленый камень». Он надеялся, что золотая монета будет достаточно мощной.

Джейсон посмотрел на двух людей, стоящих на краю платформы. Он не мог сказать, были ли они мужчинами или женщинами в своих одеждах с капюшонами, но никто не обращал на него внимания. Они смотрели на край платформы. Джейсон подумал: «Если мне удастся вырваться из клетки достаточно быстро, то есть шанс сбросить с края хотя бы одного культиста».

Он глубоко вздохнул, сосредоточившись на монете в руке. Он думал, что серебряная монета наполняла его силой, но по сравнению с золотой, это была лишь скудная струйка. То, что он почувствовал было похоже на ураган внутри него, и он со всей силы ударил клетку ногами, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы открыть дверь клетки.

Вместо того, чтобы тихо открыться, дверь отскочила от петель, как будто по ней открыли огонь из пушки, весь передний край клетки был искривлен, послышался металлический визг. Дверь двигалась слишком быстро, чтобы ее видеть, она врезалась в культистов, сбрасывая их с края платформы. Они даже не кричали, они были мертвы в тот момент, когда дверь клетки раздавила верхнюю часть их тела.

Вздрогнув, Джейсон выполз из разрушенной передней части клетки и поднялся на ноги. Один из культистов отреагировал очень быстро, повернувшись и бежал к Джейсону. Сила монеты еще не угасла, и Джейсон выпустил кулак. К его ужасу, его кулак уткнулся в грудь культиста. Культист издал булькающий звук и умер. Джейсон в ужасе посмотрел на свой кровавый кулак.

С исчезновением монеты Джейсона покинула новая сила. Напряжение от силы монеты заставило его чувствовать себя возбужденным, но он едва стоял на ногах. Его глаза хотели спать, ему хотелось просто лечь и заснуть. В сознание Джейсона вернул мощный, ревущий голос.

«ОНИ ПОДХОДЯТ К ТЕБЕ!»

Голова Джейсона резко поднялась, и он увидел, как несколько культистов спускаются по лестнице. Оглядываясь вокруг, снизу подходила еще одна пара. Вглядываясь через край, Джейсон заметил дверь внизу, на противоположной стороне кроваво-красного бассейна. У него возникла ужасная идея.

«Магическая сила, тебе надо поработать».

Когда Джейсон отступил, вокруг его тела образовался звездный плащ, окутывающий его пестрой тьмой. После стального вздоха он побежал к краю, подпрыгивая, призывая силу плаща уменьшить его вес. Он плыл по воздуху, теневой плащ проносился позади него, словно след звезды. Леветируя над кровавым бассейном, он почти идеально приземлился перед огромными каменными дверями, которые были все еще открытыми.

«Это прошло поразительно хорошо» -похвалил себя Джейсон.

Он посмотрел на лестницу и увидел, что культисты бросаются за ними в погоню. Он побежал через двери в туннель и остановился.

«Просто беги», - сказал он себе. «Я не могу их всех спасти. Просто беги»

Вместо того чтобы бежать, Джейсон нырнул за одну из тяжелых каменных дверей, которые культисты не открыли полностью из-за их огромного веса. Он прижался между стеной и дверью и стал ждать. Плащ потускнел, переходя от ярких звезд к слиянию Джейсона в тени. Он молча наставлял себя.

«Молодец, идиот. Теперь вы все будете брошены в яму крови людоедами, а затем, вероятно будете съедены. Хорошая работа, ничего не скажешь».

Культисты ворвались в дверь и побежали по туннелю так быстро, как позволяли их громоздкие церемониальные одеяния. Никто из них не посмотрел назад на укрытие Джейсона. Джейсон оставался в засаде. Проходило все больше культистов, а Джейсон притаился за дверью.

Лихие геройства

Джейсон осторожно посмотрел за дверь. Культистов не было видно. Возвращаясь в комнату, он никого не заметил. Те, кто не преследовал его в туннеле, были, скорее всего, на платформах выше. Он поднимался по лестнице так тихо, как только мог, дорога была свободна. Джейсон достиг первой платформы.

Он откинул плащ и подошел к клетке человека-льва. У того были те же тяжелые решетки и большое пространство, что и в клетке Джейсона, но там, где Джейсону удавалось вытянуться, человеку-льву это не удавалось.

«Извини», - сказал Джейсон, вынул кольцо для ключей из своего инвентаря. «Сегодня меня сильно били по голове, поэтому я не помню твоего имени».

«Гари», -сказал человек-лев, низкое рычание прозвучало в его голосе. «Я не думал, что ты вернешься».

«Я пытался отговорить себя от этого, поверь мне».

«Инстинкты героя?», - сказал Гари.

«Я, вероятно, отнесу это к неправильному суждению», - сказал Джейсон. «Меня сегодня побили несколько раз». Джейсон продолжал подбирать ключи.

«Я даже не уверен, что один из них сработает», - сказал он. «Я надеялся сделать это спокойно, но у меня не получилось, но у меня есть еще несколько монет… о, наконец-таки».

Замок щелкнул, и Гари протиснулся своим огромным телом в дверь. Он выглядел как профессиональный борец, возвышаясь над Джейсоном.

«Есть ли ключ от моего ошейника?» - спросил Гари. На шее у него был толстый железный ошейник.

«Понятия не имею»,- сказал Джейсон.

«Дай мне посмотреть.» -сказал Гари.

Джейсон передал Гари кольцо для ключей. На кольце висело великое множество ключей, и Гари начал просматривать их, чтобы найти то, что ему нужно. Несмотря на его подобную льву голову, его руки были довольно нормальными, пусть и огромными, и волосатыми. Пока он искал ключи, Джейсон огляделся. Похоже, что культистов не было, ни спускающихся по лестнице в туннель, ни обратно из туннеля. Он увидел какую-то церемониальную чашу, встроенную в верхнюю часть клетки. Внутри был круглый кристалл, очень темно-красного цвета. Джейсон поднял его.

Предмет: [Пробуждающий камень пира] (обычный)

Пробуждающийся камень, который открывает силу потребления. (расходуемый, пробуждающийся камень).

Требования: непробужденная способность сущности.

Эффект: пробуждает способность сущности.

У вас есть 3 непробужденных способности сущности.

Вы желаете поглотить [Камень Пробуждения]. Поглотить Y / N?

Он сунул камень в свой инвентарь.

«Нет ни одного из них для ошейника»,- подавлено сказал Гари. «Они сделали эти ошейники специально для таких как мы, поэтому тот, у кого ты взял ключи, не должен был принимать участие в ритуале».

«Да, я думаю, что ошейники пережили много людей», - сказал Джейсон. «Они выполняли какую-то свою функцию. И, что именно делают эти ошейники?»

«Они подавляют все основные способности», - сказал Гари. «Подавляют некоторые расы, но не все».

«Это подавляет тебя несмотря на то, что ты огромный парень, который может выбить дерьмо из людей?» - улыбаясь сказал Джейсон.

«Нет, это не так».

Гари взял инициативу в свои руки, когда они поднялись по лестнице к следующей платформе, и которую они достигли без каких-либо проблем. Клетка Джейсона была пуста, решетки спереди согнуты наружу. Мертвый культист все еще лежал на платформе с дырой в груди. Пока Гари опустился на колени, чтобы осмотреть его, Джейсон проверил верхнюю часть своей клетки. Тут была еще одна церемониальная чаша, но она была смещена. Джейсон немного огляделся и обнаружил еще один пробуждающийся камень пира, который лежал на платформе, когда Джейсон выскочил из клетки. Он и этот камень сунул в свой инвентарь.

«Что случилось с этим парнем?» спросил Гари.

Джейсон поднял все еще окровавленный кулак. Гари перевел взгляд с руки Джейсона на труп и взорванную клетку.

«Я думаю, что в этот момент», - сказал Гари, - «они, возможно, хотели просто сбросить тебя. В любом случае, расскажи, как ты в это впутался?»

«Не совсем удачное время», сказал Джейсон.

«Правильно. Хорошая работа, хотя…» -сказал Гари.

«Это была плохая работа», - сказал Джейсон. «Я кого-то убил»

«Как ты думаешь, зачем они тащили нас в клетках?» - спросил Гари. «Это чтобы заставить нас танцевать для их развлечения?».

«Убивая их в ответ, мы не становимся лучше, чем они». -ответил Джейсон.

«Конечно, это так», - сказал Гари. «Но лучше убивать самим, чем быть убитыми!».

Джейсон повернулся и увидел трех культистов, спускающихся по лестнице. Гари шагнул вперед, смотря им прямо в лицо, хватая первую пару за горла. Он поднял их вверх, по одному культисту в каждую руку, подошёл к краю платформы и с силой швырнул их вниз - в кровавый бассейн. Когда Гари подходил к краю платформы, в это время Джейсон оказался лицом к лицу с третьим культистом, который был все еще на лестнице.

Глаза Джейсона расширились от паники. Он упал на колени, вытянув руки в мольбе.

«Пожалуйста, не убивайте меня. Я не хочу умирать.»

Удивление культиста было видно даже сквозь маску. Джейсон воспользовался этим моментом, и ударил кулаком прямо в промежность культиста. Из-под маски раздался стон, Джейсон ударил во второй и третий раз, в результате чего культист согнулся пополам. Джейсон встал, схватил культиста за одежду и столкнул его с лестницы.

Вы победили [Культиста Крови].

«Я только что слышал, как ты умолял о пощаде?» - спросил Гари, подходя к Джейсону.

«Это была правда», - сказал Джейсон. «Я действительно не хочу умирать».

Гари засмеялся, и двинулся вперед, прокладывая путь к третьей платформе, которая теперь оставалась без присмотра…

Гэри и Джейсон подошли к клетке, в которой находился Руфус. Теперь Джейсон знал правильный ключ, чтобы открыть клетки. Он очень быстро воспользовался ключом. Руфус вылез из двери и встал, давая Джейсону внимательнее разглядеть его. У Руфуса была темная кожа, лысая голова, и он был необычно красив. Измученный и грязный от своего испытания, он выглядел как герой боевика, который шел в бой, отражая одержимых врагов и преодолевая испытания.

«Это нечестно», - сказал Джейсон.

«А что не так?» - спросил Руфус, в его голосе прозвучали бархатные нотки.

«Это не имеет значения», пробормотал Джейсон. «Давай просто уйдем»

«Жаль, что у меня нет оружия», - сказал Руфус, и Джейсон достал злобную мотыгу.

«Это не так много», - сказал Джейсон, - «но она очень острая и поможет тебе».

«Я возьму ее», - с благодарностью сказал Руфус, осматривая мастерок в руке. «Это подозрительно острый предмет, не правда ли?».

Гари и Руфус пошли вперед, Джейсон остановился, чтобы вырвать третий пробуждающийся камень с верха клетки Руфуса. Когда они поднялись по лестнице, одинокий культист небрежно спустился вниз, чтобы им помешать. Культист откинул капюшон и снял маску, обнажив длинные темные волосы и лицо молодой женщины. Она вытащила короткий меч из складок своей одежды.

«У меня есть это», - сказал Руфус, проходя мимо Гари. Он размахивал мастерком в направлении женщины.

«Алисия Вейн, я полагаю?» - спросил он.

«Да это я. Я очень была разочарована, тем, что мне не удастся скрестить меч со знаменитым Руфусом Ремором», - сказала она с усмешкой. «Похоже, мне повезло в конце концов».

Руфус не ответил, вместо этого он бросился вперед. Затем последовало быстрое движение, Джейсон смутно понимал, что происходит. Руфус и женщина качались и сплетались телами, они оба были ограничены в пространстве. Между ними происходило движение,- меч против мастерка. Несмотря на незатейливое оружие Руфус отбросил культиста назад.

«Этого достаточно, Алисия», раздался голос сверху. Джейсон узнал по голосу женщину из подвала. С неохотой Алисия прекратила бой с Руфусом и начала отступать по лестнице. Руфус лениво бросил мастерок в воздух, а Гари плавно подхватил его, взмахнул мощной рукой и выпустил его. Кажущаяся легкость командной работы застала Алисию врасплох; она поздно среагировала, и мастерок застрял в ее горле.

«Ты умрешь от боли, мохнатая скотина», - яростно понизив голос закричала женщина. Когда женщина закричала, Алисия выпустила меч, хватаясь за мастерок, утопленный в ее горле. Она пошатнулась и упала с лестницы.

Руфус двинулся вперед, схватив упавший меч на ходу. Его путь привел к последней платформе. У стены стояла оставшаяся клетка с женщиной внутри. Платформа была немного длиннее, чем та, что была ниже, с каким-то ритуальным алтарем в конце. Впереди возникли две фигуры. Руфус и Гари первыми ступили на платформу, а за ними Джейсон. Он вытащил золотую духовную монету из своего инвентаря и осторожно положил ее на ладонь.

Последние два культиста сняли маски и капюшоны. Это были женщина и мужчина. Как для женщины со взрослыми детьми, эта женщина показалась Джейсону намного моложе, чем он ожидал увидеть. По его мнению, ей было слегка за тридцать, и выглядела она не старше своего сына Ландемера. Она была прекрасна, с такой же оливковой кожей и темными волосами, как и у ее дочки.

Мужчина рядом с ней, напротив, был простым. В своих парадных одеждах он выглядел как дипломированный бухгалтер на костюмированной вечеринке.

Несмотря на свою внешность, мужчина быстро продемонстрировал, что его сила не были пустым звуком. Он выбросил руки вперед, и Руфус, и Гари оба были отброшены назад и врезались в стену. Из каменной стены появились светящиеся цепи, чтобы обернуть их конечности, связав их на месте. Джейсон, оставшийся последним, нервно посмотрел на беспомощную пару.

«Ты все еще доставляешь неприятности», - обвинила женщина Джейсона. «Сначала мой сын, теперь моя дочь? Возможно, они были бесполезны, но никто не дал тебе право убивать их!»

«Полагаю на твоем холодильнике не так уж много фотографий?».

«Молчать!» - взревел мужчина. «Ты думаешь, что сможешь остановить то, что я сделаю сегодня? Думаешь, кто-нибудь из вас сможет остановить меня?», - в ярости сказал он.

То ли из-за абсурдности ситуации, толи из-за сотрясения мозга или просто чистого адреналина, Джейсон не мог воспринимать мужчину всерьез. Даже с той силой, которую он только что продемонстрировал, он казался ему маленьким человечком, который ненавидел, когда на него не обращают внимания.

«Приятель», - сказал Джейсон, - «я не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь, но ты очень женственен».

Лицо мужчины вспыхнуло от ярости.

«Ты преклонишься перед магией и именем Дэррила Карутерса…»

«Подожди, подожди, подожди», прервал его Джейсон, подняв руку. «Ты сказали, что тебя зовут Дэррил Карутерс?»

«Ты слышал о моем величии!?»

«Извини, приятель, нет. Просто Дэррил Карутерс не звучит как имя первосвященника знатного и злого рода».

«Как?»

Джейсон указал на женщину и спросил: «Я имею в виду, как тебя зовут?»

«Я леди Крессида Вейн», - усмехнулась она.

«Видите, вот это звучит имя первосвященника высокого качества», - сказал Джейсон. «Верховная жрица леди Крессида Вейн. Просто послушай это. Ты можешь устроить тиранию, но...»

«Хватит болтать», выругался Дэррил. «Это не…»

«Почему они не возложили ответственность на тебя?» - спросил Джейсон у Крессиды, перебивая Дэррила. Он глянул на нее сочувствующим взглядом. «Они не хотели, чтобы женщина была главной, не так ли?»

Лицо Дэррила начало краснеть от гнева: «Это не имеет ничего общего с…»

«О, помолчи, Дэррил», - выдохнула Крессида. «Мы оба знаем, кто должен управлять, но они отказались позволить женщине занять место за Красным Столом. Если я была…"

«Перестань впадать в истерику, Крессида», - вскричал Дэррил.

«Истерику? Я должна…»

Никто не заметил приближающегося Джейсона, с того момента, когда он начал их провоцировать, никто не заметил, когда он сунул золотую монету в рот, мужчина и женщина повернулись друг к другу и спорили. Сила снова потекла сквозь Джейсона, но на этот раз к ней присоединилась щемящая судорожная боль. Прошло слишком мало времени с тех пор, как он использовал последнюю монету, и его тело расплачивалось за это. Превозмогая боль Джейсон встал между спорящей парой. Они оба удивленно посмотрели на него, когда он вытянул руки с обеих сторон, врезаясь по одной в каждого из них.

Результат был похож на стрельбу из катапульты. Они оба пронеслись по воздуху горизонтально, даже не описав дугу от силы тяжести, прежде чем врезались в стены камеры. Огромная сила вдавила их в твердый камень, с которого они упали вниз, скрывшись из виду.

Вы победили [Лидера культа крови].

Кровавый ужас

“Это было потрясающе!» - сказал Гэри, подходя и хлопая Джейсона по спине. Джейсон, шатаясь, двинулся вперед, чтобы опереться на алтарь в конце платформы - «То, как ты усыпил их бдительность и заставил их не обращать на себя внимание, показывая себя слабым и безобидным чего-то стоит», - похвалил Гэри. – «Слабый, беспомощный, и даже слегка тронутый умом в голове. Это было мастерски. Даже после того, как ты продолжал уходить из клетки, они не воспринимали тебя как угрозу.”

«Пожалуйста, перестань меня хвалить», - сказал Джейсон. Сила монеты исчезла, и ответная реакция двух монет быстрой волной накрыла его. Запасы выносливости и маны истощились почти до нуля, и адреналин был единственным, что не давал ему уснуть.

«Как вы отцепились от стены?» - спросил Джейсон

«Магия умерла вместе с культистом», - сказал Руфус, тоже приближаясь. «И это была удача, потому, что так не всегда бывает».

«У тебя были бы серьезные проблемы с тем, чтобы спустить нас вниз», - сказал Гэри.

«Как насчет того, чтобы кто-нибудь вытащил меня из этой клетки?» - нетерпеливо спросил женский голос. Это был уже не тот голос, который гнал его обратно в подвал. Должно быть, именно эта женщина заняла место Джейсона.

Джейсон, пошатываясь, подошел к клетке и, вынимая ключи, сунул камень сверху в инвентарь. Женщина в клетке была хорошенькой, с рыжеватыми волосами и носом-пуговицей. Она была явно несчастна, но выглядела просто очаровательно. Джейсон открыл клетку и выпустил ее.

«Спасибо за спасение,» - сказала она Джейсону, подавляя свое раздражение, прежде чем обрушить его на Руфуса и Гэри.

«Какого черта вы двое тут делали? Меня спас случайный бездомный?»

«Он только кажется таким», - сказал Гэри. “Это всего лишь хитрая уловка.”

Джейсон оставил их троих разговаривать, а сам вернулся к алтарю на краю платформы. Алтарь был украшен гротескной резьбой, которая, казалось, очень сильно напоминала зубы. На алтаре лежала толстая книга, открытая наполовину. Просматривая текст, он понял только отрывки. Воспользовавшись книгой ритуальных магических навыков, которую он взял у Ландемира, и знаниями, которыми она его наполнила, он имел некоторое представление о содержании, но эта новая книга все еще была неизведанная. Содержание, казалось, включало в себя более конкретную область магии, действующую на более высоком уровне.

«У тебя что-то есть?» - спросила женщина, подходя к алтарю и становясь рядом с ним.

«Не уверен», - ответил Джейсон, раскрывая книгу перед ней. – «Похоже, они пытались что-то сделать, но это далеко за пределами моего опыта. Я только сегодня узнал, что магия существует. Кстати, меня зовут Джейсон».

Женщина бросила на него странный взгляд.

«Фарра. Еще раз спасибо за помощь» -поблагодарила она.

«Не беспокойтесь. Я решил, что лучший выход из того, где мы находимся, это заставить вас троих помочь мне. Вы можете что-нибудь понять из этой книги?» -спросил Джейсон.

Она снова обратила свое внимание на лежащие перед ней страницы.

«Вы правы насчет того, что они что-то значат», - сказала она, перелистывая страницы. – «И что-то не очень хорошее»

«Я понял это из контекста», - сказал Джейсон, махнув рукой на комнату вокруг них; черный камень, отражал кроваво-красный свет снизу.

«Справедливо», - засмеялась Фарра

Пока она продолжала изучать книгу, Джейсон еще раз огляделся, заметив, что Гэри и Руфус исчезли.

«Куда они подевались?» - спросил он.

«Они пошли посмотреть, вернулись ли те культисты, которых ты увел», - сказала Фарра.

«Я полностью забыл о них», сказал Джейсон.

Оглядевшись еще немного, он нашел маленький белый мешочек рядом с алтарем. Он поднял его, заглянул внутрь и увидел белый кристаллический порошок. Он зажал немного порошка между пальцами.

Пункт: [соль] (нормальный, общий)

Предмет: [Соль] (самая обычная)

Обычная соль (крафт-материал).

Эффект: распространенный ингредиент для использования в кулинарных или магических ритуалах.

«Соль?» Пробормотал он с любопытством.

«Соль хороша для быстрого и легкого создания магических кругов», - объяснила Фарра, не отрываясь от книги. – «Многие ритуальные маги держат ее при себе. Включая меня»

Джейсон положил мешочек обратно рядом с алтарем. Похоже, не было ничего интересного, но тут он заметил, что у Фарры был такой же железный ошейник, как у Гэри и Руфуса.

«Не думаю, что ключ от вашей шеи где-то здесь», - сказал Джейсон.

«Он был у Крессиды», - сказала Фарра.

Джейсон взглянул на стену, куда врезалась Крессида, прежде чем исчезнуть из поля зрения.

«Ой. Извините, что толкнул ее в яму», -извинился он

«Все бы было намного хуже, если бы ты этого не сделал», - сказала Фарра.

Джейсон посмотрел на лестницу, ведущую вниз.

«Могу я кое-что спросить о Гэри?» - спросил он.

"Что вы хотите знать?" - спросила Фарра.

«Он был проклят или что-то в этом роде?»

Фарра оторвала взгляд от книги, и пристально посмотрела на Джейсона.

«Вы никогда не видели людей из племени Леонина раньше?»,-спросила она

«Я не местный», -ответил Джейсон.

«Это встречается часто», сказала она. «Леонины - нормальная раса, которую можно увидеть в любой точке мира».

«Это полезно знать»,- сказал Джейсон.

Она с любопытством взглянула на него, нахмурилась, и повернулась к книге, пока Джейсон продолжал оглядываться. Он посмотрел через край, глядя далеко вниз на красную яму. Может это ему показалось, но в комнате, казалось, становилось все жарче и жарче. Шлепающие звуки внизу ямы казались громче. Он заметил Руфуса и Гэри, поднимающихся по лестнице.

«Руфус и Гэри возвращаются», - сказал Джейсон Фарре.

«Это не хорошо», сказала Фарра.

«Нехорошо, что они возвращаются?» - спросил Джейсон.

«Нет, - сказала Фарра, - я имею в виду, что я поняла, что замышляли культисты».

"Плохое?"

"Очень плохое."

Она подождала прибытия Гэри и Руфуса, прежде чем объяснить.

«Никаких признаков других культистов», - сказал Гари, - «и один из фургонов исчез. Я полагаю, что они вернулись, увидев своего первосвященника, забрызганного грязью, и решили бежать за ним».

Квест: [Кровавый пир]

Цель достигнута: избегите жертвоприношения 1/1.

Награда: [Сущность крови].

Необязательная цель выполнена: Спасите других жертв 3/3.

Награда: [Пробуждающий камень приключений].

Квест завершен.

100 [Бронзовых Духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь.

1000 [Железных Духовных Монет] были добавлены в ваш инвентарь.

Глаза Джейсона загорелись при виде другой сущности, но было не время, чтобы начать перебирать свою добычу, и он закрыл окно.

«Я знаю, что они здесь делали», - сказала Фарра Гэри и Руфусу.

«Я думаю это какой-то ритуал призыва», - сказал Руфус.

«Больше похоже на попытку создать что-то», - сказала Фарра. «Это называется кровавый ужас; искусственное существо, сделанное из алхимии, крови и вещей, которые лучше всего не знать».

«Звучит успокаивающе», - сказал Гэри.

«Это зверь апокалипсиса», - сказала Фарра. «Все это представляет собой улей, состоящий из падших пиявок, которые поедают человеческую плоть и высыхают. Они питаются кровью, чтобы размножаться, увеличиваясь в массе и силе, еще нет ничего достаточно сильного, чтобы остановить это. Они размножаются и размножаются, до тех пор, пока не останется ничего для их потребления». Мир перестанет существовать если это не остановить»

«Зачем кому-то создавать что-то подобное?» - спросил Джейсон.

«У них, по-видимому, был какой-то способ контролировать это», - сказал Руфус. «Используя это как оружие».

«Это опасная игра с чудовищем апокалипсиса», сказал Фарра. «Может быть, это можно использовать до того, как чудовище не станет слишком мощным. До тех пор, пока оно не станет достаточно сильным, оно остается уязвимым».

«Все же есть слишком высокий шанс ошибиться», - сказал Джейсон.

«Кстати говоря», - сказал Руфус, - «ты заметила, что здесь становится жарче?»,

«Нет», сказала Фарра.

«Да», - одновременно сказал Джейсон.

«Это более ощущается ближе к бассейну», - сказал Руфус.

«И запах там сильнее», - сказал Гари.

«Вероятно, они уже должны бросать нас в кровавую яму», - сказал Руфус. «Что-то пошло не так, ведь мы их прервали?»

«Я думаю, что мы что-то упускаем из виду», - сказал Джейсон.

«И, что именно?» - спросила Фарра.

«Мы уверены, что прервали их? Они собирались бросить нас четверых в яму, верно?

«Правильно», сказал Руфус.

«Ну, - сказал Джейсон, - сколько людей мы добавили?»

Красивые карие глаза Фарры широко раскрылись.

«О нет», - сказала она, поворачиваясь к алтарю и начала безумно листать страницы книги.

Пока остальные ждали, перед Джейсоном появился экран.

Новый квест: [Ужас Сангвиника]

Уничтожьте кровавый ужас, прежде чем он станет слишком серьезной угрозой.

Цель: уничтожить [Ужас Сангвиника] 0/1.

Награда: сущность.

«О дерьмо», сказал Джейсон.

Фарра захлопнула книгу. Это был здоровенный том, и она взяла его под руку.

«Я почти уверена, что мы только что закончили с ними работу», - сказала Фарра.

«Не думаю, что они это оценят», - сказал Руфус.

«Мы теперь культ крови?» - спросил Гэри.

«Мы должны спуститься туда и остановить чудовище, пока оно слабо», - сказала Фарра.

«Книга поможет?» - спросил Гэри.

«Вовсе нет», сказал Фарра.

«Если мы должны это сделать, мы сделаем это», - сказал Руфус. «Если этого не произойдет, мы найдем кого-то более сильного, чтобы справиться с этим. Намного сильнее чем мы».

«Как вы думаете, Эмир уже прибыл?» - спросил Гэри.

«Нет», сказал Руфус. «Он в лучшем случае прибудет через несколько недель».

«Тогда нам нужно разобраться с этим самим», - сказала Фарра. «Я не доверяю компетентности местных жителей».

«С этим парнем все в порядке», - сказал Гэри, положив руку на плечо Джейсона, что чуть не сбило того с толку.

«Я не местный», сказал Джейсон.

«Я обеспокоен тем, что у нас с этими «воротниками» нет наших способностей», - сказал Руфус. «Вы уверены, что в книге нет ничего о том, как с этим бороться?»

«Нет, я не,» огрызнулась Фарра. «У меня было только около восьми минут, и о «воротниках» было написано на языке, о котором я даже не слышала. Так что, возможно, там что-то есть, но я не нашла это, просматривая страницы».

«Вы проверили содержание?» - спросил Гари.

Глаза Фарры упали на Гэри, как на собаку-поводырь.

«Думаю, у нас нет времени на исследования», - сказал Гэри, быстро направляясь к лестнице.

«Пошли», сказал Руфус, следуя за Гэри.

Фарра смотрела, как они удаляются по крутой лестницы, затем открыла последнюю страницу книги. Джейсон прищурился, глядя на нее.

«Вы проверяете содержание?» -спросил он.

Это тот самый момент, когда нужно отступить

Это тот самый момент, когда нужно отступить

Трое бывших пленников помчались вниз по лестнице, а Джейсон неуверенно последовал за ними. По мере того как они спускались по крутой лестнице, удушающая жара поднималась, чтобы поглотить их. Воздух становился влажнее и тяжелее, так что даже дышать стало трудно. Медный привкус крови, казалось, обволакивал язык Джейсона. Бассейн громко бурлил, словно что-то металось прямо под поверхностью. Звук эхом разносился по всей комнате, особенно когда они приблизились к основанию камеры. В конце лестницы они перешагнули через труп верховного жреца Дэррила, распростертого, словно выброшенная марионетка.

Джейсон коснулся пальцем тела, когда они проходили мимо.

Хотите обыскать [Лидера кровавого культа]?

Джейсон мысленно согласился, пока они продолжали спускаться по лестнице.

[Зелье восстановления (Бронзовое)] добавлено в ваш инвентарь.

3 [Золотые духовные монеты] добавлены в ваш инвентарь.

11 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

216 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

341 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

471 [Младших духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Как и у Ландемира Вейна, у верховного жреца при себе было более тысячи монет. Где он их прятал, Джейсон мог только догадываться.

— У всех здесь есть инвентарь?

— Что? — громко спросила Фарра. Из-за дикого всплеска кровавой ямы, когда они подошли ближе, было трудно расслышать.

— Ничего, — крикнул в ответ Джейсон.

Настоящий интерес Джейсона был к зелью восстановления, которое он достал из инвентаря и опрокинул в горло, как только они достигли дна камеры.

Фарра увидела, как Джейсон выпил зелье, и выбросила руку в предупреждающем жесте.

— Джейсон, не надо…

Зелье уже стекало по горлу Джейсона.

— Что? — спросил Руфус, когда он и Гэри обернулись.

— Джейсон только что выпил зелье, — сказала Фарра.

— Сразу после использования духовной монеты? — спросил Гэри.

— Это плохо? — спросил Джейсон. — Кстати, почему зелье ничего не сделало?

Остальные ответили лишь сочувственным морщением лиц. Через мгновение его желудок скрутило от спазмов. Он согнулся пополам, чувствуя, как тело отчаянно хочет вырвать, но не может.

Вы использовали зелье восстановления, пока ваше тело наполнено остаточной магией.

Зелье восстановления не подействовало.

Вы поражены [Магическим токсином]

[Магический токсин] (недуг, яд, магия): Вы не можете восстанавливать ману. Восстанавливающие предметы не будут иметь эффекта. Вы будете получать урон при использовании маны.

Джейсон застонал. Первоначальная боль прошла, но теперь его желудок чувствовал себя так же ужасно, как и голова.

— Мне следовало предупредить тебя, когда ты не знал, как пользоваться духовными монетами, — сказал Руфус. — Я не знал, что у тебя есть зелья. Ты в порядке?

— Честно говоря, — прохрипел Джейсон, — на меня это не сильно повлияет. Хуже уже некуда.

Руфус кивнул, и они повернулись к гигантскому бассейну с бурлящей красной жидкостью, Джейсон — в самом конце. Пространство рядом с большими дверями, ведущими наружу, было самой широкой областью вокруг бассейна, в то время как в остальной части комнаты между краем красной жидкости и стеной был лишь небольшой выступ. Когда они впервые вошли в камеру, бассейн бурлил в центре. Теперь же все это напоминало кастрюлю с водой, готовую выкипеть, разбрызгивая красную жидкость через края.

— Это ведь не может быть вся кровь, верно? — прокричал Джейсон поверх шума.

— Нет, — ответила Фарра. — В основном это алхимическая смесь, хотя крови там тоже много. По меньшей мере, с дюжину человек. Может, двадцать.

— Вы уверены, что нам нужно сражаться с этим монстром? — спросил Гэри. — Я бы чувствовал себя намного лучше без этого ошейника на шее.

— Мы все бы чувствовали, — сказал Руфус.

— Я просто говорю, — сказал Гэри. — Если мне предстоит сражаться с чем-то под названием «зверь апокалипсиса», я бы предпочел иметь свои силы.

— Мы делаем то, что можем, с тем, что имеем, — сказал Руфус. — Жалобы на то, чего у нас нет, не помогают.

— На самом деле он не называется зверем апокалипсиса, — сказала Фарра. — Это скорее неофициальная категория.

— Это то, что нам нужно, — сказал Гэри. — Педантизм.

— Ты сказал «подиатрия»? — крикнул Джейсон. Бурление кровавого бассейна становилось все громче и громче. — У тебя что-то не так со ступнями?

— Я сказал «педантизм»! — крикнул в ответ Гэри.

— Вы оба, пожалуйста, замолчите! — рявкнул Руфус.

— Если мы позволим этой сущности уйти, — крикнула Фарра, — она выберется и начнет питаться местными животными. Чем больше она питается, тем сильнее становится. Если она проест себе путь через деревню или город, то станет слишком сильной, чтобы кто-либо из местных властей смог ее остановить.

— Сможем ли мы вообще сделать это с нашими запечатанными способностями? — спросил Гэри. — Горстка культистов — это одно, но пожирающий мир кровавый монстр? У нас на всех один меч. Пойти за помощью, возможно, не самая плохая идея.

— Настоящая помощь далеко отсюда, — сказала Фарра.

Пара посмотрела на Руфуса в ожидании решающего голоса, и тот перевел внимание на Джейсона.

— Ты причина, по которой мы все сейчас не суп из монстра, — крикнул Руфус. — Решение за тобой.

Джейсон посмотрел на троих, глядящих на него. Они явно не представляли, насколько он не готов к происходящему.

— Каковы наши реальные шансы? — прокричал Джейсон.

— Ужасные, — сказал Гэри.

— Нехорошие, — сказал Руфус.

— Становятся лучше, — сказала Фарра, указывая пальцем.

Они все посмотрели и увидели, что тело Крессиды не упало в бассейн, а приземлилось на каменный пол у края камеры. К сожалению, это было на дальней стороне. У той части пола был едва заметный каменный выступ между бассейном и стеной, но Крессида приземлилась вдоль него.

— У нее ключ от ошейников, — сказала Фарра. — Если я смогу снять эту штуку с шеи, я смогу взорвать все, что вылезет из этой ямы, обратно в кровавый суп.

— Не уверен, что хотел бы ходить по краю этого бассейна, — сказал Джейсон. — Полагаю, иногда все варианты плохие.

— Тогда делаем это, — сказал Руфус. — Фарра, иди за ключом, но будь осторожна с бассейном. В идеале, ты получишь его и вернешься до того, как эта тварь появится, но мы с Гэри задержим ее, если придется. Джейсон, какие у тебя боевые способности?

— Никаких, — крикнул Джейсон. — Меня несколько раз вырубал парень с лопатой. Я очень плох в драках.

— Это нормально, — крикнул в ответ Руфус. — Просто держись позади и постарайся не умереть.

Фарра уже двигалась, положив книгу на землю и отправляясь в обход бассейна, не дожидаясь, пока Руфус закончит говорить. Она осторожно прижималась к стене, опасаясь бурлящей кровавой ямы. Внезапно кровь, которая бурлила, как штормовое море, стала тихой и безмятежной, как укрытый пруд. Рев, поверх которого они кричали, мгновенно стих.

— Началось, — сказал Руфус, его голос вторгся в внезапную тишину.

Рябь потревожила край бассейна, и из крови появилось что-то, меньшее, чем они ожидали.

— Это пиявка? — спросил Джейсон. Она была нужного размера и формы для пиявки, но имела зияющую, усеянную зубами пасть миноги.

— Я не хочу, чтобы эта штука ползала по моей ноге, — сказал Гэри.

— Думаю, это общее мнение, — согласился Джейсон.

Вторая пиявка вылезла, затем третья. Они появлялись по две, потом по пять, десять, пока не хлынули, как сток из ливневой канализации. Они навалились друг на друга, образуя извивающуюся, корчащуюся массу.

— Нам, вероятно, стоит атаковать, пока она еще формируется, — сказал Руфус Гэри. — Не думаю, что ты хочешь идти первым?

— Как я должен сражаться с кучей пиявок? — спросил Гэри. — Не думаю, что меч сработает. К тому же, у тебя наш единственный меч.

Полоски пропитанной кровью ткани, длинные и тонкие, как бинты, начали пробиваться из кучи пиявок. Они обернулись вокруг пиявок, придавая куче форму.

— Есть идеи, что она делает? — спросил Руфус.

— Никаких, — сказал Гэри. — Джейсон?

Когда Джейсон не ответил, они обернулись и обнаружили, что Джейсона там больше нет.

Гэри посмотрел вверх на лестницу и наружу через дверь, не видя следов Джейсона.

— Он сбежал!

Времени на отвлечение не было, и они повернулись обратно к монстру, формирующемуся перед ними. Из кучи появлялось все больше кровавых полос, принимая то, что они начали узнавать как гуманоидную форму. Это было лишь грубое приближение, расходящееся по швам, когда пиявки вываливались между бинтами. Оно шаркало вперед, едва делая полушаги, сбрасывая пиявок, пока боролось за равновесие.

— Просто держись достаточно близко, чтобы удерживать его внимание, — сказал Руфус. — Он не кажется очень быстрым, и нам просто нужно его задержать.

— Или я могу ударить его, — сказал Гэри. — Теперь это форма человека. Я знаю, как бить людей.

— Что? Нет…

Кулак Гэри врезался в существо, пройдя прямо между окрашенными в красный цвет бинтами и зарывшись в грудь существа. Похоже, это не произвело никакого эффекта, и Гэри пошатнулся назад. Его рука вынырнула из монстра-пиявки с чавкающим звуком, как будто он вытаскивал ногу, застрявшую в грязи. Она была покрыта пиявками, пробирающимися сквозь его мех, чтобы вонзить зубы в плоть. Он зашатался, крича скорее от гнева, чем от боли, и начал срывать их. Куски плоти и меха уходили вместе с ними, зажатые в кольцах зубов.

Повязки вокруг массы медленно затянулись, придавая ей более различимую гуманоидную форму. Она росла быстрее и становилась более скоординированной. Нахмурившись, Руфус отбросил меч и поднял тяжелую книгу, которую оставила Фарра. Замахнувшись, он нанес мощный удар двумя руками по существу.

Книга врезалась в торс существа, заставив его пошатнуться назад. Повязки ослабли, пиявки снова высыпались из основной массы. Пол был теперь покрыт ими, они ползли к Гэри и Руфусу, ища их ноги.

Руфус наблюдал с удовлетворением, отступая от ищущих пиявок.

— А она говорила, что книга не поможет.

Руфус не заметил пиявку, ползающую по книге, пока ее зубы не вонзились ему в руку, заставив его вскрикнуть, когда книга упала на пол. Он оторвал существо от руки, вместе с ним ушел кусок плоти. Он потянулся за книгой, но по ней ползали пиявки.

— Помогите! — услышал он призыв Фарры и огляделся.

Гэри все еще неистово срывал пиявок со своей окровавленной руки. Фарра была уже почти на полпути вокруг бассейна, но кровавые бинты, подобные тем, что обматывали монстра-пиявку, появились из бассейна и пытались затащить ее внутрь.

Руфус огляделся, куда он бросил меч, затем подобрал его и метнул по воздуху. Его уверенный бросок попал в цель, упав всего в нескольких футах от Фарры. Она потянула назад бинты, пытающиеся затащить ее в бассейн, сильно налегая на меч.

Тем временем монстр-пиявка снова затянул свои повязки и начал идти к Руфусу. Он попятился, все еще быстрее существа, но его скорость увеличивалась с каждым шагом.

Руфус споткнулся, упав на спину, а существо продолжало приближаться к нему, когда яркий свет спустился сверху. Джейсон, плащ из звездного света, парящий вокруг него с максимальной яркостью, опустился между Руфусом и кровавым ужасом. Под мышкой у него был маленький мешочек. Засунув руку в мешочек, Джейсон схватил горсть соли и бросил ее в ужас. Существо отпрянуло. Джейсон сделал это снова, снова заставив существо отступить.

— Я очень рад, что это сработало.

— Что это? — спросил Руфус, легко поднимаясь на ноги.

— Соль, — сказал Джейсон, выбрасывая еще одну горсть.

— Ты использовал ману, страдая от магического токсина? — спросил Гэри, подходя ближе. Его рука была залита кровью и, казалось, все еще свободно кровоточила, но пиявки исчезли, и он, похоже, не беспокоился.

— Казалось, время поджимает, — сказал Джейсон. — О, это больно. Я и так был почти на нуле по мане.

Гэри посмотрел на плащ звезд Джейсона.

— Ты не шутил насчет силы, которая заставляет тебя сиять.

Внезапно с другой стороны бассейна раздался взрыв света и шума. Яркий поток лавы прорезал воздух, словно из пожарного шланга, врезавшись в монстра-пиявку. Голова Джейсона повернулась, он вытаращил глаза на источник взрыва.

— Это была чертова ЛАВА?

Фарра, ошейника на которой уже не было, держала свою светящуюся красную руку вытянутой в сторону существа. Она что-то пробормотала, и второй поток лавы ударил по камере. Кровавый бассейн слышно зашипел, когда лава пронеслась над ним, выжигая влагу из воздуха. После двух вспышек раскаленной добела лавы монстр-пиявка был в значительной степени уничтожен, повязки, удерживающие его вместе, полностью распутались.

— Это тот самый момент, когда нужно отступить, — сказал Руфус, положив руку на плечо Джейсона.

— Это тот самый момент?

Джейсон все еще чувствовал жар на своем лице, когда попятился за Руфусом, а затем отступил еще дальше, на всякий случай. Он услышал пение Фарры с другой стороны бассейна и посмотрел туда. Вокруг нее парило несколько огненных сфер. Одна из полос ткани вырвалась из бассейна, чтобы схватить ее, но была перехвачена сферой, сгорев при контакте.

Она перестала петь, и Джейсон услышал грохот со стороны того, что осталось от кучи пиявок. Она начала рассеиваться, но из-под земли под ней гейзером ударила лава. Гэри, Джейсон и Руфус отступили еще дальше, пока лава разлеталась вокруг гейзера, прежде чем он ослаб и остановился.

Джейсон посмотрел на светящуюся дыру, оставшуюся после этого, его челюсть отвисла. Красный свет от кровавого бассейна угас и умер, погрузив камеру в темноту. Только плащ Джейсона и остаточное свечение лавы давали хоть какое-то освещение.

— Нам нужно собрать каждую пиявку! — крикнула Фарра. — Она может восстановиться, даже из одной!

Джейсон оглядел пол. Основная масса пиявок была испепелена, но многие пиявки разлетелись по полу, пока Руфус и Гэри задерживали ее. С мешком соли под мышкой он начал швырять горсти в пиявок, в то время как Руфус и Гэри топтали их ногами. В то время как масса пиявок только отпрянула от соли, отдельные пиявки извергали кровь из своих усеянных зубами ртов, высыхая и умирая.

В конце концов, от пиявок не осталось ничего, кроме пятен крови и пепла.

Вы победили [Кровавый ужас]

Квест: [Кровавый ужас]

Цель: Уничтожить кровавый ужас 1/1.

Награда: [Эссенция греха]

Квест выполнен.

100 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

1000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон осторожно подошел ближе. Он заметил пиявку, которой удалось уползти достаточно далеко, так что она сгорела дотла, вместо того чтобы быть полностью уничтоженной. Он ткнул ее носком ботинка.

Хотите обыскать [Кровавый ужас]?

Джейсон мысленно согласился.

[Камень пробуждения апокалипсиса] добавлен в ваш инвентарь.

10 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

100 [Железных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон посмотрел на указанный камень пробуждения. Апокалипсис.

Это звучало не слишком позитивно.

Том 1 Глава 13.1

Трое бывших пленников спускались вниз по лестнице, Джейсон неуверенно последовал за ними. Когда они спустились по крутой лестнице, удушающий жар поднялся к вверху, чтобы поглотить путников. Воздух становился влажнее и тяжелее, дыхание сперло. Медный вкус крови покрывал язык Джейсона. Бассейн громко стучал, как будто что-то билось прямо над поверхностью. Троица приблизились к основанию камеры, звук эхом доносился от ее стенок. Ближе к концу лестницы они увидели труп первосвященника Дэррила, растянувшегося, как выброшенная марионетка. Они переступили через труп.

Когда они проходили мимо, Джейсон коснулся рукой тела.

Хотели бы вы добыть [Лидер культа крови]?

Джейсон дал свое умственное согласие, и они продолжили спускаться по лестнице.

[Зелье восстановления (бронза)] было добавлено в ваш инвентарь.

3 [Золотые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

11 [Серебряные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

216 [Бронзовые Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

341 [Железные Духовные Монеты] были добавлены в ваш инвентарь.

471 [Меньшие Духовные Монеты] было добавлено в ваш инвентарь.

Как и у Ландемер Вейна, у первосвященника было более тысячи монет. Куда он их спрятал, Джейсон мог только догадываться.

«У всех здесь есть инвентарь?» -спросил Джейсон.

«Что?» - громко спросила Фарра. Они приближались к кровавой яме, дикие брызги создавали такой шум, что трудно было, что-либо услышать.

«Ничего», - громко сказал Джейсон.

Как только они достигли дна камеры. Реальный интерес у Джейсона вызвало зелье восстановления, которое он взял из своего инвентаря, и наклонив горло склянки хотел его выпить.

Фарра увидела, как Джейсон опрокинул зелье и хотела его остановить предупредительным жестом, выбросив руку вперед.

«Джейсон, не…». -не успев его остановить.

Зелье уже лилось в горло Джейсона.

«Что?» Спросил Руфус, когда они с Гэри обернулись, чтобы посмотреть.

«Джейсон только что выпил зелье», - сказала Фарра.

«Сразу после использования монеты?» - спросил Гари.

«Разве это плохо?» - спросил Джейсон. - «Почему зелье ничего не делает?»

Остальные с сочувствием посмотрели на него. Через несколько мгновений его живот казалось разорвется от боли. Резкая, жестокая боль согнулся его пополам. Джейсон почувствовал, что его тело отчаянно хочет рвать, но не может этого сделать.

Вы использовали зелье восстановления, пока ваше тело наполнено остаточной магией.

Зелье восстановления не вступило в силу.

Вы страдаете от [токсина маны].

[Токсин маны] (огорчение, магия): вы не можете восстановить ману. Предметы восстановления не будут иметь никакого эффекта. Вы будете получать урон при использовании маны.

Джейсон застонал. Первоначальная боль прошла, но его живот болел так ужасно, как и голова.

«Я должен был предвидеть, должен был предупредить вас, но я не думал, что вы не знали, как использовать духовные монеты», - сказал Руфус. «Я не знал, что у вас есть зелье. С вами все в порядке?"

«Честно сказать не очень. Это сильно повлияет на мое здоровье? Так плохо мне еще не было никогда в жизни» - прохрипел Джейсон.

Руфус кивнул, и они повернулись к гигантской луже, наполненной сжигающей красной жидкостью, Джейсон шел сзади. Пространство рядом с большими дверями, выходящими наружу, было самой широкой частью вокруг бассейна, при этом большая часть комнаты имела лишь небольшой уступ между краем красной жидкости и стеной. Когда они впервые вошли в комнату, бассейн был в центре. Теперь все это было похоже на кастрюлю с водой, грозящей закипеть, брызгая красной жидкостью по бокам.

«Это не может быть кровью, верно?» - крикнул Джейсон из-за шума.

«Это не так», - ответила Фарра. «В основном это алхимическая смесь, хотя там много крови. По крайней мере она, стоит дюжины людей, а может быть, и двадцати».

«Ты уверен, что нам нужно сразиться с этим монстром?» - спросил Гари у Руфуса. «Я бы чувствовал себя намного лучше без этого «воротника» на своей шее».

«Мы все будем сражаться», сказал Руфус.

«Я просто говорю», - сказал Гари. «Если я собираюсь бороться с так, называемым «чудовищем апокалипсиса», я бы предпочел иметь свои силы».

«Мы делаем то, что можем, и с тем, что имеем», - сказал Руфус. «Жаловаться на то, чего у нас нет, не поможет».

«На самом деле это не зверь апокалипсиса», - сказал Фарра. «Это скорее неофициальная версия».

«Если мы отпустим эту сущность, - кричала Фарра, - она выйдет и начнет питаться местными животными и людьми. Чем больше она будет кормиться, тем сильнее она будет становиться. Если сущность перекинется в деревню или город, она станет слишком сильной, чтобы какая-либо из местных сил могла остановить ее».

«А можем ли мы победить эту сущность с нашими закрытыми способностями?» - спросил Гари. «Несколько культистов - это одно, а разрушающий мир кровавый монстр-это совершенно другое. У нас есть один меч на всех. Надо обратиться за помощью, возможно, это не самая плохая идея».

«Реальная помощь еще далеко», - сказала Фарра.

Решающий голос был за Рафусом, который обратился к Джейсону.

«Вы причина, по которой мы сейчас не варимся в чудовищном супе», - крикнул Руфус. "Решение за вами."

Джейсон посмотрел на троих людей, смотрящих на него с надеждой и был очень горд за предоставленное ему доверие.

«Каковы наши реальные шансы?» - завопил Джейсон.

«Ужасные, сказал Гари.

«Не очень хорошие», сказал Руфус.

«Становятся лучше», сказал Фарра, указывая на тело Крессиды. Все они посмотрели и увидели, что тело Крессиды упало не в бассейн, а на каменный пол с краю камеры. Но сожалению, это было на противоположной стороне. Эта часть пола едва касалась камня между бассейном и стеной, но Крессида приземлилась на него вдоль.

«У нее есть ключ к воротникам», - сказала Фарра. «Если я смогу снять эту штуку с моей шеи, я смогу взорвать все, что выползет из этой ямы и отправить обратно в суп из крови».

«Не уверен, что я бы хотел прогуляться по краю этого бассейна», - сказал Джейсон. «Я думаю все твои предложения плохи».

«Тогда мы сделаем так», - сказал Руфус. «Фарра, иди за ключом, но будь осторожна с бассейном. В идеале у вас на это будет время, и вы вернетесь до того, как эта сущность появится, а мы с Гэри останемся здесь и остановим ее, если понадобится. Джейсон, есть ли у тебя боевые способности?

«Нет, - крикнул Джейсон, - меня несколько раз вырубил парень с лопатой. Я очень плохо борюсь».

«Хорошо, - крикнул Руфус в ответ. «Просто останься и постарайся не умереть».

Фарра уже двигалась, положив книгу на землю и отправляясь вокруг бассейна, не дожидаясь, пока Руфус закончит говорить. Она ступая, осторожно обняла стену, опасаясь бурлящей ямы с кровью. Внезапно кровь, которая бурлила, как бурное море, стала тихой и безмятежной, как защищенный пруд. Ревущий шум, который они все не могли перекричали, сразу затих.

«Вот и мы», - сказал Руфус, его голос стал вторжением во внезапную тишину.

Рябь потревожила край бассейна, и что-то появилось из крови.

«Это пиявка?» - спросил Джейсон. Оно было правильного размера и формы для пиявки, но у него была зияющая зубастая пасть миноги.

«Я не хочу, чтобы эта штука ползла по моей ноге», - сказал Гэри.

«Я думаю, что это общее мнение», согласился Джейсон.

Вылезла вторая пиявка, за второй третья. Они вылезали по две, а затем по пять, десять, пока не разбрызгались, как сточные воды из ливневой канализации. Они наваливались друг на друга, образуя извивающуюся массу.

«Вероятно, мы должны атаковать, пока они еще формируются», - сказал Руфус Гэри. «Я не думаю, что вы хотите пойти первым?»

«Как я должен бороться с этой кучей пиявок?» - спросил Гари. «Я не думаю, что меч поможет. У нас он только один и есть».

Полоски ткани, пропитанные кровью, длинные и тонкие, как бинты, начали появляться из кучи пиявок. Они оборачивались вокруг пиявок, собирая кучу в форму.

«Есть идеи, что он делает?» - спросил Руфус.

"Нет", сказал Гари. «Джейсон?»

Когда Джейсон не ответил, они обернулись и обнаружили, что Джейсона больше нет.

Миры врозь

Пока Фарра снимала ошейники с Руфуса и Гэри, Джейсон сидел на нижней ступеньке лестницы. Все его тело было охвачено болью после того как он использовал последнюю свою ману, чтобы наколдовать себе плащ и спуститься с вершины камеры.

«Объясни мне кое-что, - сказал Джейсон. «Если вы можете сделать ...»

Он указал на участки стены и пола, расплавленные лавой.

«… Тогда как они тебя поймали?»

«Засада», сказал Руфус. «Мы должны были пополнить запасы и получить информацию от местного осведомителя. Вместо этого он нас предал, и мы попали в плен».

«Мы собираемся найти его»,- сказал Гэри.

«И поговорить с ним», - добавила Фарра.

«Но сначала, - сказал Руфус, - мы должны вернуться в поместье Вейнов. У них все еще находится в плену Аниса, и еще я беспокоюсь о культистах, которых Джейсон заманил. Если они ушли, то потому что увидели, как вскипали волны, а приливы поворачивали вспять, они, должно быть вернулись в Поместье».

«Думаешь, они будут использовать Анису в качестве заложника?» - спросил Гэри.

«Возможно», сказал Руфус. «Они могут использовать ее как рычаг давления на нас, или может еще чего хуже».

После того как ошейники были сняты, Руфус и Гэри начали потягиваться, как будто они только что проснулись. Тем временем Фарра протянула руку над землей и тихо запела. Это было короткое пение, всего несколько слов. Когда она закончила, из земли появился большой сундук из темно-коричневого камня. Он не пробивался сквозь пол, а поднялся над ним, словно призрак. Фарра открыла тяжелую крышку на петлях и вынула свежую одежду для себя, Гэри и Руфуса. Все они начали переодеваться, не стесняясь раздеваться до нижнего белья перед Джейсоном и друг другом.

Джейсон тайно взглянул на них троих. У Руфус и Фарры были тела олимпийских атлетов; худые мышцы, наполненные силой спиральных пружин. Гэри же был настолько огромен, что бодибилдеры по сравнению с ним выглядели так, как будто они только начали заниматься и формировать свое тело. Его дикая грива и львиные черты лица завершали его величественный вид. Джейсон не знал, что считается красивым в расе Гэри, но он подозревал, что это был именно Гэри.

«Почему я единственный, кто не красивый?» -сказал Джейсон.

«Что?» - спросил Руфус, оглядываясь и натягивая рубашку.

Джейсон вспомнил красавицу Крессиду Вейн, стоящую рядом с первосвященником обыкновенного вида Дэррилом, и был поражен неприятным открытием.

«Я Дэррил», сказал он безутешно.

«О чем ты говоришь?» - спросил Руфус.

«Неважно», сказал Джейсон, мрачно опустив плечи.

«С одеждой все в порядке, - сказала Фарра, - но нам нужно вернуть свои вещи».

«Я просто надеюсь, что те, кто уехал, не вернуться в усадьбу и не стащат все это», - сказал Гэри.

Наблюдая за тем, как остальные переодеваются, Джейсон вспомнил, что он закончил поиски рубашки. Он забыл, об этом потому что в голове у него были воспоминания о двух клетках и лопате, которую культист запустил ему в голову. Он встал и вытащил рубашку из своего инвентаря, обнаружив, что это была простая белая футболка, дополненная чем-то похожим на машинную вышивку. Держа футболку перед собой, он прочитал текст, вышитый на лицевой стороне:

«Я отправился в волшебную альтернативную вселенную, и все, что я получил, было огромной космической силой».

Джейсон покачал головой: - «Должно быть это и есть безумие».

«Что там написано?»,-спросил Гэри, подходя ближе, чтобы осмотреть рубашку.

«Вы можете прочитать это?» - спросил Джейсон.

«Это написано не на моем языке, этот язык я не знаю», - сказал Гэри.

«Должно быть, это к лучшему», -сказал Джейсон, натягивая рубашку.

Вы получили экипировку [Пусковой механизм]. Закладка экипировки добавлена в ваш инвентарь.

«Наряды?». -удивился Джейсон.

«Что?» - спросил Гари.

«Да так-ничего страшного», - ответил Джейсон.

Джейсон проверил свой инвентарь, в котором теперь был второй экран, к которому он мог получить доступ с помощью вкладки вверху с надписью "наряды". Он уже привык мысленно перемещаться по экранам и открыл новую секцию. Она показывала силуэт с различными прорезями для оборудования, большинство из которых были пусты. Слева тоже была пустая колонка, если не считать двух записей. На первой было указано "Пусковой механизм", на второй "Новый наряд".

«Интересно, как это работает», - пробормотал он себе под нос.

Помощь: Наряды.

Вы можете обозначить комплекты снаряжения как наряды, что позволит вам быстро переключаться между ними. Наряды могут быть изменены путем добавления или удаления предметов из слотов предметов. Снаряжением можете быть снабжены только при условии, что все предметы в этой экипировке находятся в инвентаре.

«Да.» -сказал Джейсон.

Он заметил, что все остальные наблюдали, как он смотрит вдаль и бормочет про себя.

- Ты в порядке, Джейсон? - спросил Гари.

«Конечно», -ответил он. «На самом деле, теперь вы спрашиваете об этом ...»

Джейсону стало плохо. Он боролся с мощной смесью паники и адреналина, но теперь непосредственная угроза исчезла, и он начал приходить в себя. К нему вернулась одурманивающая тошнота, в глазах потемнело и помутилось Он споткнулся и упал на четвереньки, его желудок снова попытался вытащить из него то чего там не было. Его очарование исчезло, его зрение стало темным и расплывчатым. Он шагнул вперед, опустившись на руки и колени, его пустой желудок снова попытался вытащить то, чего там не было. В следующее мгновение Джейсон почувствовал, как что-то брызнуло ему на лицо.

Пробормотав что-то невнятное он сел и ему в руки сунули стеклянную бутылочку.

«Выпей», сказала Фарра. «Это всего лишь вода. Ты не можешь принимать зелье в течении двух часов.

Медленно потягивая воду, Джейсон смотрел поверх иконок, которые видел краем глаза. Силуэт здоровья светился предупреждающе желтым цветом по телу, и с более зловещим оранжевым на голове и в средней части тела. На экране так же были значки восстановления зелья, но они были полностью серыми. Там же был значок токсина маны, под которым было указано время действия -более двух часов.

Пока Джейсон оценивал свое жалкое состояние, остальные восстанавливали свои силы зельем выносливости из волшебного сундука. Выпив его, Руфус сделал кислое лицо.

«О, это было очень плохо. Что случилось с другими зельями?

«Гэри выбрал вкус», - сказала Фарра.

«Я думаю, что это хорошо», сказал Гари обороняясь.

«Я тоже», - сказала Фарра. «Руфус любит вещи, только когда они горькие».

Дав ему немного отдохнуть, Гэри легко поднял Джейсона на ноги. Джейсон махнул рукой, Гэри держал его в вертикальном положении, пока головокружение не прошло.

«Спасибо», сказал Джейсон. «Я потерял сознание… три? Четыре раза сегодня? Такое состояние, что мой мозг кровоточит.

«Мы не можем использовать зелье для вас в ближайшее время, - сказала Фарра, - но как только мы вернем Анису, она сможет вас исцелить».

«Чего же мы ждем?» - спросил Джейсон.

Они вышли из комнаты через огромные каменные двери. Джейсон оглянулся на пространство, которое было за ним. Туннель был удивительно длинным, вырезанным прямо из камня.

«Кто сделал этот туннель?» - спросил Джейсон. «Должно быть, это была тяжелая работа».

«Не очень уж и тяжелая», - сказала Фарра. «Строительная магия считала бы это простым процессом».

Она посмотрела вверх и вниз по обширной длине туннеля.

«Возможно, это заняло бы некоторое время», - признала она.

Она возникли из пропасти, которая на расстоянии выглядела как естественная щель. Фарра, Гэри и Джейсон были на пологом склоне нижней части горы, которая сужалась до самого верха. Верхняя часть горы была черной и безжизненной, а нижняя часть превратились в желтый камень и красную землю с пятнистым покрытием сухой желтой травы. Снаружи туннеля стояла повозка, чтобы она не скатилась по склону, колеса были поставлены на тормоза. В повозке лежал хомут для животных, но упряжь была срезана, а животное исчезла.

«Разогнали ли они лошадей, чтобы мы не могли использовать повозку?» - спросил Джейсон.

«Что такое лошади?» - спросил Гэри.

«Вы никогда не слышали о лошадях?» -удивился Джейсон.

Остальные трое покачали головами.

«Тогда, кто тянет фургон?» - спросил он.

«Хайдельс», сказал Гари.

«Что такое Хайдель?» -задал вопрос Джейсон.

«Это рабочий зверь, которого вы встретите повсюду», - сказал Гэри. «Они тянут вагоны, несут пакеты. Вы можете ездить на них. Я тоже могу, но нужно сказать, что им это не нравится». -ответил Гэри

«Может быть, они называются по друготу?», сказал Джейсон. «Четыре ноги, копыта?»

«Звучит правильно», - сказала Фарра.

«Длинное тело», продолжил Джейсон, «длинная голова».

«Головы», -поправил Гэри.

"Головы?"- удивился Джейсон. «Как, две головы в одном?»

«Да, две головы, весы, рога…»

«Это звучит ужасно, - сказал Джейсон. «Мы определенно не говорим об одном и том же животном».

«Животное не имеет значения, если его здесь нет», - сказал Руфус. «Это значит, что мы уходим».

Джейсон посмотрел вниз по склону, получая панорамный вид на землю внизу. Это был ровный, сухой ландшафт из песчано-желтых и темно- красных оттенков, перемеженный засохшей травой или колючим кустарником. Время от времени низкое дерево с редкой листвой неохотно выступало из бесплодной земли. Солнце безжалостно сияло над всем этим, но засушливый воздух был почти приятным после приторной, влажной, жертвенной камеры.

Климат не имел сходства с умеренным теплом и пышной зеленью, которые он испытал в лабиринте изгороди. Даже жара там была другой, более приятной, чем этот неумолимый пустынный воздух. Он вспомнил, как смотрел на карту мира, искаженную, но не совсем отличную от той, с которой он был знаком. Это отметило его положение как находящегося в пустыне Калахари, которая соответствовала ландшафту, который предстал сейчас перед ним.

Они начали спускаться, Гэри во главе. На нем была свободная одежда, через которую проходил воздух, и капюшон, защищавший его от солнца. Другие были одеты в более облегающую одежду, но это не смущала их..

«Они привели нас сюда, когда я был без сознания, верно?» - спросил Джейсон.

«Правильно», сказал Руфус.

«Как долго я был без сознания? Это место очень отличается от того места, где мы были раньше».

Все они повернулись и посмотрели на Джейсона с любопытством.

«Поместье Вейн использовало магию климата», - сказала Фарра. «Разве вы не заметили, когда пришли туда в первый раз?»

«На самом деле, как ты со всем этим связан?» - спросил Руфус. «Расскажи. Теперь у нас есть время поговорить».

«Хм, думаю, меня могли вызвать», - сказал Джейсон. «Не специально, очевидно. Я имею в виду, кто бы меня вызывал? Насколько я знаю, я лег спать прошлой ночью и проснулся посреди лабиринта живой изгороди семьи Вэйнов. Я бродил вокруг, пока не нашел одного из жителей, и из того, что я собрал, он пытался что-то вызвать, а вместо этого получил меня. Он назвал меня чем-то конкретным. Я не помню, что именно. «Другой мир», может быть?

- Чужеземец? - предложил Руфус.

«Звучит правильно, - сказал Джейсон. «Это то, на что указывает название? Это действительно другой мир?

«Мы всегда были в нем», сказал Руфус. «Вы должны рассказать нам, он достаточно отличается от того, откуда вы пришли?».

Джейсон думал о летающих угрях и монстрах-пиявках, о людях, разбрасывающих магические цепи и потоки лавы. Лечебные зелья, чтение языков, которых он никогда раньше не знал. Магические силы, которые он использовал для себя. Все это было нереальным.

«Это определенно достаточно отличается», сказал Джейсон. «В моем мире есть доля странности, но это совсем другое странное явление. Хотя некоторые вещи странно одинаковы. Как хедж-лабиринты, так и люди по имени Гэри. У меня есть двоюродный брат по имени Гэри. Не такой высокий, как ты, Гэри, но почти такой же волосатый.

«Он леонин?» - спросил Гари.

« В моем мире нет леонинов»-ответил Джейсон.

«Я не очень разбираюсь в астральной магии», - сказала Фарра. «Я слышала о чужеземцах, но это не моя область знаний».

«Возможно, альтернативные реалии», - сказал Джейсон. «Некоторые вещи такие же, другие разные. Если это то, что есть, то этот мир очень давно отошел от моего. Континенты разные, но не полностью. Основные физические законы здесь имеют некоторые интересные дополнения. В моем мире вообще нет магии. Или вторая луна. Я видел вторую луну, верно?

«В твоем мире только одна луна?» - спросил Гари. "Это странно."

Иномирянин

Они продолжали идти по каменистой пустыне. Дорога была очень тяжелый, но у них даже мысли не было вернуться назад в поместье. Способность Джейсона ориентироваться по карте и прокладывать маршрут пути не исчезала, даже тогда, когда он был в замутненном сознании. Твердый грунт был неровным, но не слишком сложным для передвижения.

В инвентаре Джейсона был запас бутылок с водой, предоставленных из собственного магического хранилища Фарры. Изнурительная жара влияла на состояние Джейсона, и он опустошал одну бутылку за другой.

Джейсон был благодарен, за то, что они шли по сухой твердой земле вместо того, чтобы бороздить бесконечные песчаные дюны. Его знания африканской географии были ограниченными, но однажды он видел документальный фильм о скелетном побережье Намибии. Судя по тому, что он мог вспомнить, там было очень много песка. Конечно, в другом мире все может быть совсем по-другому.

Во время пути Фарра, Руфус и Гэри помогали Джейсону знакомиться со своим миром.

«Одного я не понимаю, - сказал Джейсон, - почему у меня сейчас есть способности, которых никогда не было. Наверное, потому, что в моем мире нет магии, а в этом есть?». -спросил он.

«Я не уверена»,- сказала Фарра. «Я мало, что знаю о чужеземцах».

«А я никогда не слышал о них раньше, - сказал Гэри, - так что не смотри на меня».

«А я встречал некоторых раньше», сказал Руфус, вызвав стоны Гари и Фарры.

«Что?» - спросил Руфус.

«Ну, конечно, встречал», - пожаловался Гэри.

«А, что в этом плохого?» Снова спросил Руфус.

«Твоя подруга детства - наследная Принцесса Витесса,» - сказала Фарра.

«Снова об этом?» - спросил Руфус. «Я не виноват, с кем мои родители решили общаться».

«Значит, Руфус ты встречался с чужеземцами?» - спросил Джейсон.

«Нет» - ответил Руфус.

«Да!» - настаивал Джейсон.

«Да» - Руфус сердито посмотрел на остальных.

«Сын злой леди культа обвинил меня в том, что я испортил его магию». -сказал Джейсон.

«Насколько мне известно, так обычно и бывает. Но я не эксперт в этих вопросах.» - сказал Руфус.

«Это происходит настолько часто, что для этого есть свое название?» - Спросил Джейсон.

«Насколько я понимаю, это происходит в мирах высокой магии, которые подобны нашему миру. Я действительно больше ничего не знаю.» -сказал Руфус.

«А есть ли способ вернуться домой?» - Спросил Джейсон.

«Я не уверен. Если и есть, то это, вероятно, связано с магией намного выше нашего уровня, не говоря уже о вашем.» -сказал Руфус.

Джейсон разочарованно склонил голову.

«Джейсон, скажи мне, если тебе это знакомо, у тебя есть какой-нибудь проводник, который будет помогать тебе взаимодействовать с нашим миром? Что-то, что не соответствует нашему миру, но соответствует вашему. Может быть, что-то, о чем вы слышали из легенд, или может это часть мифических традиций вашего мира. То, что существует в вашем мире как история, но здесь стало реальностью?” -спросил Руфус

Джейсон подумал об интерфейсе видеоигры, которую он испытывал. Квесты, система инвентаря. Карта, которую он открыл в этот момент, даже если остальные не могли ее видеть.

«Кажется, я понимаю, о чем ты говоришь.» -сказал Джейсон.

«Это то, что есть у всех пришельцев», - сказал Руфус. «Это работает по-разному для каждого чужеземца, но любая магия, которая привела их сюда, меняет их. Это дает им возможность адаптироваться и выжить.

«Вот почему я могу читать на языках, которых никогда не изучал?» -спросил Джейсон.

«И говорить на языках, на которых ты никогда не говорил.» -добавил Руфус,

. Джейсон нахмурился.

«Вот почему ты говоришь так, будто выучил язык по учебнику», - сказал Гэри.

- «И у меня это получается?» -спросил Джейсон

«Да. Есть узнаваемый нейтральный акцент, слова иногда кажутся странными из-за разницы в структуре языка. И разговорные выражения могут переводиться очень странно.» -сказала Фарра.

«Ты говоришь мне, что старый жаргон-это трудно, якка, чтобы получить башку вокруг? - Спросил Джейсон, оставив их растерянно глядеть друг на друга.

- «Похоже, переводу есть предел. Возможно, вы захотите придерживаться простого языка.» -сказал Руфус.

- «Это все для пакета чипсов, - сказал Джейсон, смеясь, когда трое сморщились в замешательстве.

- «Хотел бы я знать, как это было переведено». - сказал он.

Они шли по пустыне, продолжая свой путь и отвечали на все новые вопросы Джейсона. Джейсон еле передвигал ноги. Остальные выглядели так, как если бы прогуливались по парку.

- «У чужаков вроде тебя могут быть свои преимущества, - сказала Фарра, - но у нас, туземцев, есть свои преимущества. Возьми Гэри, вот. Его раса Леонинов сильнее и быстрее нас, и это только начало того, что могут сделать Леонины. Эльфы-мощные маги в области заклинаний, и их мастерство в исцеляющей магии не имеет себе равных.»

- «Я и забыл, что здесь есть эльфы» - сказал Джейсон. - Какой-то парень сказал, что хочет съесть одного.”

«Это нехорошо», - сказал Гэри.

«Они каннибалы, конечно, это нехорошо.» - сказала Фарра.

«А как насчет гномов? - Спросил Джейсон. - Гномы? Не защищенные авторским правом маленькие люди, которые живут внутри холмов?»

«Я не знаю, что это такое, - сказал Гэри. - Кроме холмов.»

«У нас есть эльфы» сказал Руфус. - Леонины любят Гэри. В конечном итоге мы направимся в портовый город, пока в этом регионе доминируют люди. Вы увидите все расы людей.»

- «У каждого из них есть свои особые дарования», - сказала Фарра. «У некоторых это с рождения, в то время как другие проявляют себя только тогда, когда получают сущности. Такие люди, как Руфус и я, в некотором роде похожи на тебя. Наши способности отличаются от человеческих, основываясь на наших сущностях. Они дремлют в нас, и мы должны выяснить, как их разбудить.»

«Кто-то что-то скажет», - сказал Джейсон.

«Ты даже не осознавал этого?» - спросил Руфус.

Джейсон сосредоточился на звуках, а не на словах. Это был не английский. Он не знал, что было хуже то, что он мог говорить на каком-то неизвестном языке или то, что он не замечал, что делает это.

«У меня есть способность», сказал Джейсон, слушая звуки, которые он издавал. «Один из эффектов называется языковой адаптацией. Значит ли это, что я могу говорить на любом языке и даже не замечать? -спросил он

«Скорее всего да», сказал Руфус.

«И как ты это делаешь?» - Спросил Джейсон.

«Ты заставляешь себя», сказал Руфус.

«Доводишь до предела и не только».

«Я бы не стал жаловаться, - сказал Гэри. - У людей способности к сущности возрастают быстрее, чем у других рас. И это их немного раздражает.»

«Я это понимаю? Я ведь человек, верно?”» -Спросил Джейсон.

«ГМ ... у меня плохие новости. Теперь ты чужак. Не человек.» - сказал Руфус.

«Я не человек?»

«Не совсем, так» - ответил Руфус. «Может быть, ты и человек.»

«Это звучит еще хуже», - сказал Джейсон.

«Я встретил эльфа из другого мира», - сказал Руфус. «Он сохранил некоторые способности своей расы, в то время как другие способности были заменены под влиянием внешних условий. Возможно, и у тебя еще остались какие-то человеческие способности.»

«Каждая раса получает ровно шесть даров», - сказала Фарра. «Есть способы исследовать их с помощью магии.»

«Я и сам могу это сделать», - сказал Джейсон.

«Ты можешь?» - Спросила Фарра.

«Не беспокойся, - сказал Джейсон, открывая список своих способностей.

Расовые способности (Иномирец)

[Интерфейс].

[Система квестов]

[Инвентарь].

[Карта].

[Астральная близость].

[Таинственный незнакомец].

- «У меня уже полдюжины способностей», - сказал он. «Я думаю, что это могут быть необыкновенные способности. Люди обычно получают астральную близость?

- «Определенно нет, - сказала Фарра. Это то, что получают Селестины. Им свойственны лидерские качества и стремление идти вперед» - сказала Фарра.

«Селестины Там, откуда я родом, такого нет.» - Сказал Джейсон.

«Они похожи и на эльфов, и на людей, - сказала Фарра. «Это один из многих новых типов людей, с которыми ты встречаешься.»

«Если только никто из них не попытается меня съесть», - сказал Джейсон.

Пока они шли по каменистому пустынному ландшафту, сухая жара начала одолевать Джейсона. Кровь в его голове пульсировала все сильнее и сильнее, пока он не увидел скалистый выступ. Они остановились чтобы отдохнуть в тени, Руфус помогал Джейсону.

Остальные достали бронзовые монеты духа, пока Джейсон пил воду, облокотившись на теплый камень.

«Тебе не нужна вода? - Спросил Джейсон у Гэри. Огромный Леонин был покрыт мехом. Его одежда никак не подходила для пустынной жары.

«Людям Гэри требуется гораздо больше усилий для преодоления усталости, чем всем нам,» - сказал Руфус. – Это еще один дар из его расовых даров.»

«Кроме того, когда у вас есть полный набор эссенций, вам больше не нужно есть или пить. Можно, конечно, но только для удовольствия.» - сказал Гэри.

«Чтобы действительно поддерживать себя, нам нужен концентрированный источник сырой магии.” сказал Руфус.

Он поднял монету духа, которую держал в руках.

«Есть разные способы получить источник сырой магии, но духовные монеты, безусловно, самый легкий из них.” - продолжал он, -

«Тебе повезло приятель, что у меня вообще была эта вода, она нам не нужна. Мне просто нравится всегда быть готовой ко всему.» - сказала Фарра.

«Если вы используете монеты, - сказал Джейсон. «А как насчет последствий?

Руфус сунул духовую монету в рот.

«Главное не превысить свой лимит. Мы авантюристы бронзового ранга, поэтому бронзовая монета поддержит нас, не напрягая наши тела». - сказал Руфус.

«Я не знаю, что это значит», - сказал Джейсон.

«Что значит бронзовый ранг?» - Спросил Гэри.

«И еще, авантюрист, - сказал Джейсон. - Это там вы, ребята, околачиваетесь в таверне, пока кто-нибудь не наймет вас убить сорок гноллов –гиена подобных существ подземелья?»

«А что такое гнолл?» - Спросил Гэри.

«И почему их должно быть сорок в подземелье? Разве гноллы-это преступники?» -Добавила Фарра

«Есть организация, - сказал Руфус, опережая более бесполезные вопросы. «Которая называется Общество приключений. Они дают работу таким людям, как мы, в основном для борьбы с монстрами, которые угрожают городам, деревням или чему-то еще.»

«А иногда, чтобы исследовать культ, полный кровожадных каннибалов», - добавил Гэри.

«Что касается бронзового ранга, - сказал Руфус, - это связано с твоей сущностью. Как только у тебя будут все четыре сущности, ты обладаешь железным рангом, и ты можешь проложить свой путь оттуда. Бронза на один ранг выше железа, но об этом ты сможешь узнать позже. Достижение железного ранга кардинально изменит тебя и сделает могущественным.»

«Ну не так уж и сразу. Сильным. Сначала вы становитесь частично устойчивы к атакам, которые не имеют никакой магии. Но вы будете жить на магии, а не на пище и воде.» - возразила Фарра.

«Но в моем мире нет никакой магии, - сказал Джейсон. «Разве это не означает, что если я приобрету железный ранг или потом еще другой я смогу вернуться к своему прежнему состоянию. У меня в конце концов закончатся монеты, и я умру с голоду?»

«Вы сможете обходиться без еды и воды», - сказала Фарра. «Это просто займет больше времени, в зависимости от того, насколько вы сильны. Некоторые продукты лучше, чем другие. Мясо, сахар, что-нибудь с магическими ингредиентами, очевидно.»

Джейсон почувствовал облегчение. Он мог жить на протеиновых батончиках и пирожных. Он был невосприимчив к тому, чтобы толстеть?

«Мы в долгу перед тобой за то, что ты вытащил нас из этой передряги, - сказал Руфус. - Мы поможем тебе найти полный набор эссенций.»

«У меня есть пара дополнительных эссенций, не считая той, которую я уже использовал.» - сказал Джейсон.

«Где ты их взял? Ведь ты только сегодня появился в этом мире.» - Спросил Гэри.

«Да я просто... наткнулся на них.» - ответил Джейсон.

Руфус скептически поднял бровь: «Ты только что наткнулся на них?»

- Да, - сказал Джейсон. «Ну, вы знаете, здесь и там…»

«Я могу провести для тебя ритуал эссенции», - сказала Фарра. «Но не раньше, чем мы найдем Анису. Кто проводил ритуал для твоей первой сущности?»

Предложение Фарры открыло глаза Джейсону на некоторые ритуальные магические знания, заложенные в книге умений. Воспоминание о том, чему он так и не научился, было странным ощущением, похожим на дежавю- что он когда-то уже был в подобной ситуации, подобном месте. Новое знание в его голове подсказало ему, что для того, чтобы человек впитал сущность, необходим ритуал эссе (это последовательность действий, включающая жесты, слова и объекты, выполняемые в изолированном месте в соответствии с заданной последовательностью).

Но он по опыту знал, что это не всегда получается так, как хочешь».

«На самом деле я не использовал ритуал», - сказал Джейсон. «Я просто впитал это. Я думаю, что это было частью той же силы, которая позволила мне говорить на всех языках».

«На что это было похоже? - Спросил Гэри. «Просто прямолинейно поглощаешь его?»

«Напряженно», - ответил Джейсон. «Я потерял сознание.»

«Можно я посмотрю, когда ты будешь делать это в следующий раз? - Спросила Фарра. Она смотрела на Джейсона, как ученый на лабораторную крысу.

«Было бы неплохо, если бы кто-нибудь присматривал за тобой, - сказал Руфус. «По крайней мере, этим мы тебе обязаны.»

«Я еще даже не решил, что хочу делать. Я был слишком занят, пытаясь не умереть.» - сказал Джейсон.

«А о чем тут думать? Кто не хочет власти?». - Спросил Гэри

«Эй, смотрите я это вижу.» - сказала Фарра, указывая вперед.

Взобравшись на вершину холма, они вдалеке увидели странное зеленое пятно посреди пустыни.

«Давайте прибавим шагу», - сказал Руфус.

«Не думаю, что смогу», - сказал Джейсон. Под палящим солнцем пустыни он обливался потом, его кожу покалывало от ощущения солнечных ожогов.

«Фарра, принеси ему еще бутылку воды. Гэри, ты в порядке, чтобы нести его?” - спросил Руфус

«Подожди, понесешь меня? Звучит не очень достойно.». - Сказал Джейсон

Остальные повернулись к нему, он посмотрел на себя... Грязная кожа и одежда, пятна крови, грязи и пота. Нелепая рубашка, отдававшая вонью за версту..

«Ничего страшного» - сказал Джейсон.

Спасательный отряд

Руфус, Фарра и Гэри мчались через пустыню, тяжело ступая по сухой земле. Руфус сказал Джейсону, что они будут работать в устойчивом темпе. Их неослабевающая инерция подтверждала его слова, они двигались со скоростью, которая в мире Джейсона была бы равна скорости спринтеров мирового класса.

У Джейсона не было времени думать о таких вещах, поскольку они неслись по неровной земле со скоростью десять метров в секунду. Он был накинут на спину Гэри, как плащ, ноги болтались, когда он отчаянно сжимал руками ствол дерева, который Гэри использовал как шею. Любые опасения по поводу собственного достоинства были выброшены из головы. Его единственной целью было не дать себя сбросить.

Край территории поместья был поразительно виден: зеленая полоса травы и деревьев пересекала бесплодную коричневую и желтую пустыню. Словно шагнув в другой мир, один-единственный шаг вывел их из обжигающего воздуха и неподатливой земли к прохладной траве и приветливому ветерку.

Они сбавили скорость и остановились как раз на другой стороне полосы. Руфус и Фарра присели на корточки, упершись руками в колени, тяжело дыша, пока Джейсон сливал пот со спины Гэри, образовывая лужу на земле. Он тяжело вздохнул, когда Гэри посмотрел на него сверху вниз.

- Ты здорово вспотел для парня, который никогда не бегал, - усмехнулся Гэри. Несмотря на весь его мех, массу тела и то, что он нес Джейсона, он даже не дышал так тяжело, как Руфус и Фарра. Он выглядел так умиротворенно, словно отдыхал в бассейне, а не бегал по пустыне. Джейсон, достаточно вспотевший для них обоих, поднял голову, чтобы возразить.

- Прфшшкшр.

Ему было все равно, что во рту слишком сухо для произнесения гласных, и он лишь сожалел, что потратил столько сил, чтобы поднять голову. Он с радостью позволил ей упасть обратно на мягкую траву.

Фарра снова вытащила из земли свой волшебный сундук. Взяв горсть пузырьков с зельем, она протянула их Руфусу и Гэри.

-Зелья выносливости, - сказала она.

-Я в порядке. - сказал Гэри, когда Руфус без колебаний постучал его по спине.

-Я думаю, он нуждается в ней больше, чем любой из нас, - сказала Фарра, глядя на Джейсона. - Очень жаль, правда.

- У него есть вода. - сказал Руфус.

Джейсон с трудом переместил свое тело в сидячее положение и вытащил бутылку из своего инвентаря. Он начал жадно пить.

- Жизнь трудна, чужак, - сказал Руфус без всякого сочувствия. - А ты, мой друг, слишком мягок. Если ты хочешь выжить в этом мире, тебе нужно будет закалиться.

Джейсон с трудом поднялся на ноги.

-Как же вы все так хорошо справились с пустыней?- Спросил Джейсон. -Меня несли, и это сломало меня. По-моему, я получил солнечный ожог через одежду.

- Как много ты знаешь об этих четырех качествах?- Спросил Руфус.

- Я помню, что существуют определенные качества, - сказал Джейсон. - Теперь, когда ты это сказал. Есть одна сила и ... некоторые другие.

- Одна из них - восстановление , - сказала Фарра. - Все наши восстановительные свойства находятся в верхнем диапазоне бронзового яруса, поэтому наши тела пополняют себя так же быстро, как пустыня забирает их из нас.

- Если только мы не будем слишком сильно напрягаться, - сказал Руфус. Джейсон с несчастным видом сравнивал себя с Руфусом, чей блестящий пот и бессознательное самообладание делали его похожим на модель для спортивного календаря. Джейсон же, напротив, выглядел как тряпка, которую кто-то только что использовал, чтобы вытереть пролитую воду.

Немного подкрепившись водой и всем остальным, Джейсон взглянул на поразительную границу между пустыней и садом. Это была прямая линия, как граница между двумя мирами. От выжженной пустынной земли до весны в английском загородном саду оставался всего один шаг. Посмотрев вдоль границы, Джейсон заметил колонны, расположенные вдоль края, белые каменные колонны с магическими символами, вырезанными на поверхности.

- Неужели эти твари делают его таким посреди пустыни?- Спросил Джейсон.

- Они только часть этого, - сказала Фарра. “Чтобы сделать что-то подобное, нужна большая и сложная система.- Она раздала спиртовые монеты Гэри и Руфусу. Все трое проглотили их.

- И что теперь?- Спросил Гэри.

- Теперь мы доберемся до поместья, - сказал Руфус. - Мы найдем Анису и убьем всех остальных.

- Мне нравится этот план, - сказал Гэри. Серый свет начал искриться вокруг него, становясь все гуще, пока не образовал металлическую броню, закрывающую все его тело. Она была толстой и тяжелой, сделанной из темных стальных пластин, скрепленных большими болтами. На его поверхности были выгравированы руны, которые, казалось, были вырезаны лезвием, грубым, но излучающим силу. Там, где гравюры врезались в темный металл, изнутри сиял красный кузнечный огонь.

- Это впечатляет, - сказал Джейсон. “Разве там не жарко?

- С жарой я справлюсь, - сказал Гэри. Увидев, как он бежит по пустыне, словно бегает трусцой по пляжу, Джейсон поверил в это.

Руфус протянул руку, вокруг которой собирались пылинки золотистого света. Свет превратился в меч в руке Руфуса, изящный ятаган, который казался не только оружием, но и произведением искусства. Рукоять была из ярко-красного золота, как и острие клинка. Большая часть клинка была из желтого золота, которое сияло, как солнце, с красными золотыми надписями, бегущими вниз по его изящному изгибу.

После того как Гэри и Руфус назвали свое впечатляющее оборудование, Джейсон посмотрел на Фарру.

- Все, что я наколдую, сделано из камня, - сказала Фарра. - Я не собираюсь таскать их с собой.

- Я бы вызвал свой плащ, - сказал Джейсон, - но даже если бы у меня была мана, я думаю, что она убила бы меня.

- А что может сделать эта способность плаща?- Спросил Руфус.

- Светлеть и темнеть, - без особого энтузиазма ответил Джейсон. - Он также может сделать меня легче, так что я могу прыгать с высоких мест.

Внезапно он оживился.

- О, и это позволяет мне ходить по воде, - сказал он, - Но я еще не пробовал этого делать.

- У меня есть волшебные сапоги, которые позволяют мне это делать, - сказал Руфус и нахмурился. - По крайней мере, так было до тех пор, пока их у меня не отобрали. Мы вернем наше оборудование после того, как освободим Анису.

Прежде чем отослать каменный сундук, Фарра достала два ремня с тяжелыми мешочками. Одна была серая, которую она передала Гэри, другая-красная, которую оставила себе.

- А это что такое?- Спросил Джейсон. Он смотрел, как Фарра пристегивает пояс к своей одежде, а Гэри обвязывает его вокруг внешней стороны своих доспехов. Тяжелый металлический скафандр, казалось, почти не мешал ему.

- Призывающие материалы, - сказала Фарра.

- Призывающие? - Спросил Джейсон.

- Скоро ты все увидишь - сказал Руфус. - Давай не будем задерживаться дольше, чем это необходимо.

Они двинулись в путь через парк. Внешние участки представляли собой ухоженные лесные массивы, тенистые гравийные тропинки пробивались сквозь искусно расставленные деревья и кустарник. Откуда-то доносилось журчание ручья.

- Здесь очень мило - сказал Джейсон, оглядываясь по сторонам.

- Снисходительно, - упрекнул его Руфус. - Они должны работать с окружающей средой, а не против нее. Затраты на строительство и поддержание всего этого в центре пустыни просто зашкаливают.

- Я знаю, о чем ты говоришь, - сказал Гэри. - Недалеко от того места, где я вырос, есть пустынный город. Там есть подземная река, и половина города построена под землей вокруг нее. Они используют природный ландшафт в своих интересах. Вряд ли какая-то основная инфраструктура требует магического содержания.

- Это ты про Зартоса говоришь?- Спросил Руфус.

- Подожди, ты только что сказал Зардоз?- Спросил Джейсон.

- Нет, Зартос, - сказал Руфус. - А Зардоз - это место в вашем мире?

- Нет, Зардоз-это... - Джейсон искал лучший способ описать это. - Давай просто скажем, что это к лучшему, что ты не сказал Зардоз.

- Ты бывал в Зартосе, Руфус?- Спросил Гэри.

- Нет, мой брат рассказывал мне об этом, - сказал Руфус. - Он сказал, что это определенно стоит посмотреть.

- Зная твоего брата, - сказала Фарра, - он, вероятно, имел в виду женщин.

- Он не так уж плох. - сказал Руфус, вызывав взгляды Гэри и Фарры,- Правда.

-В Зартосе огромное Селестинское сообщество, - сказал Гэри. - Но я полагаю, что ваш брат не говорил вам об этом.

- Возможно, он упоминал об этом, - уклончиво ответил Руфус. - Попутно.

- Селестины, - сказал Джейсон. - Это еще одна раса в этом мире, верно?

-Совершенно верно, - сказал Руфус. - Как и эльфы, они славятся своей привлекательностью для человеческих чувств.

-В моем мире есть только люди, - сказал Джейсон. - Идея встречи с целыми новыми расами просто потрясающая.

Он похлопал Гэри по спине, которая в данный момент была заключена в металлическую оболочку.

- Но ты всегда будешь моим первым, Гэри, - сказал Джейсон.

- Мне нравится твое отношение, - сказал Гэри. - У людей довольно плохая репутация, когда речь заходит о других расах.

-Я могу в это поверить, - сказал Джейсон. - В моем мире есть только люди, и мы все еще ужасно относимся друг к другу. Родители моего отца приехали из другой страны, где я вырос, поэтому я выгляжу иначе, чем большинство людей, которых я знаю. Люди в моей собственной стране смотрят на меня как на иностранца. Даже те, кто действительно похож на меня, называют меня бананом.

- А банан..?- Спросила Фарра.

- Снаружи желтый, а внутри белый, - сказал Джейсон. - Мою маму зовут Шерил; ну почему я не могу слушать Пэт Бенатар без того, чтобы люди не перевернули это?

Остальные трое посмотрели друг на друга и покачали головами.

- Я не думаю, что кто-то из нас знает, что это значит, - сказала Фарра.

- Возможно, это и к лучшему, - сказал Джейсон.

Возделанные лесные угодья были невелики и вскоре уступили место садам с яркими цветами. Тропинка тянулась из леса, петляя по садовым клумбам. Дальше лежал особняк, который Джейсон никогда раньше не видел снаружи. Как и сама территория, он был очень похож на огромный английский загородный дом. Три этажа из старого камня и десятки окон в старинном денежном стиле.

-Я думаю, вон там лабиринт из живой изгороди - сказал Джейсон, указывая на нее, когда они шли через сад. - Я проснулся там, не имея ни малейшего представления о том, где нахожусь и что происходит.

- Так вот где они тебя нашли?- Спросил Гэри.

-Было бы здорово, если бы все было так просто, - сказал Джейсон.

- Тихо, - приказал Руфус. - Мы можем встретить врагов в любой момент. Мы понятия не имеем, сколько их осталось и вернулись ли остальные из комнаты жертвоприношения.

- Ты уверен, что мне следует пойти с тобой?- Спросил Джейсон. - Я не совсем полезен, если начнется бой.

- Ты хочешь остаться один?- Спросил Руфус.

-Э, нет. Не теперь, когда я думаю об этом.

- Тогда заткнись.

Они вышли из цветочных клумб на лужайку перед особняком.

- Кажется, тихо, - сказал Руфус.

- Воспользоваться нашим вызовом сейчас?- Спросила Фарра.

- Мы будем вести себя тихо, пока не найдем Анису, - сказал Руфус. - Мы не хотим, чтобы кто-то решил сделать ее заложницей.

Внезапно стекло разлетелось вдребезги, когда кто-то влетел в окно второго этажа. Он тяжело приземлился на землю, но тут же вскочил и бросился бежать. Он был ошеломлен, увидев, что все четверо смотрят на него, но не остановился, продолжая бежать.

- Ты думаешь, что сможешь убежать от меня?- проревел женский голос из разбитого окна, вызвав смех у Гэри.

- Я не думаю, что нам стоит беспокоиться о том, что кто-то возьмет ее в заложники, - сказал он.

Три сферы яркого света вырвались из разбитого окна, вращаясь вокруг друг друга, когда они преследовали убегающего человека. Он истекал кровью от разбитого стекла и хромал после падения, но все еще двигался быстрее, чем Джейсон мог бы справиться. Этого все еще было недостаточно, чтобы избежать ускоряющихся Сфер Света, сверкающих белым и золотым, когда они безошибочно преследовали его.

Когда они поравнялись, сферы начали вращаться вокруг человека, испуская лучи света в его тело. Он издавал болезненный крик с каждым лучом, который вонзался в его плоть, но продолжал двигаться в стремлении убежать. Шары упорно следили за каждым его движением, стреляя снова и снова, пока он не упал. Его крики сменились мертвой тишиной. Сферы исчезли.

Собравшиеся оглянулись на разбитое окно, в котором теперь стояла хорошенькая блондинка. Она шагнула в воздух, и под ее ногами засиял свет, когда она осторожно опустилась на землю. Она пошла через лужайку им навстречу.

- Разве вы все не говорили, что она была целительницей?- Спросил Джейсон.

- Совершенно верно, - сказал Руфус.

- Вот эта леди, - сказал Джейсон. - Та, что с шарами смерти.

- Это она, - сказала Фарра.

- Внезапно я уже не так радуюсь тому, что могу подвергать себя ее заботам.

Аниса была стройной, почти хрупкой на вид, с платиновыми волосами и бледной кожей. Она была одета в практичный костюм из облегающих брюк и топа, все в безупречно белом цвете. Крепкая на вид ткань покрывала ее от шеи до сапог, с более толстыми вставками на жизненно важных участках. Там был пояс, тоже белый, со множеством маленьких мешочков и мечом на бедре. Даже ее ботинки были белыми, без единого пятнышка грязи. Ее волосы были строго стянуты назад в конский хвост, открывая уши, которые мягко сужались к кончикам. Она двигалась с гибкой грацией и абсолютной уверенностью, кивая головой в знак приветствия.

- Ты тоже освободился, - сказала она, словно не ожидая ничего другого. - А почему бродяга ходит за тобой по пятам?

Консервативный грабеж

“Разве не ты пытался вытащить нас из клетки, но получил удар по голове?"- спросила Аниса, бросив на Джейсона еще один взгляд.

“Это я", - кивнул Джейсон.

Джейсон узнал голос Анисы с того места, где они все были заперты в клетках. Он вспомнил, что даже тогда она была о нем невысокого мнения. Она оглядела его с таким выражением лица, словно ее мнение не улучшилось.

“Ему повезло, что вы были там, - сказала она остальным. - Надеюсь, вы не дали ему себя задержать.”

- Вообще-то он нас спас, - сказал Руфус.

“Мне трудно в это поверить, - сказала Аниса.

“Было на что посмотреть, - сказал Гэри. - “Но он получил слишком много ударов по голове. Мы выливали в него зелья, но всего за пару часов в пустыне он превратился в развалину. Есть ли шанс, что вы могли бы бросить исцеляющее заклинание в его сторону?”

Аниса снова перевела взгляд на Джейсона. С неохотной гримасой она протянула руку к его лицу и произнесла короткое заклинание.

- Пусть увядшая жизнь вернется к полному цветению.

“Я думаю, что " увядший” будет немного грубовато, - сказал Джейсон.

Из-под его кожи начал пробиваться мягкий свет. Постоянная боль в голове стала резкой, теперь уже знакомое ощущение магического исцеления, хотя заклинание было намного мягче, чем те зелья, которые он выпил.

Вы подверглись воздействию Регенерации. Со временем ваше здоровье будет восстановлено.

В его видении появился значок, передающий оставшуюся продолжительность заклинания. Индикатор травмы в поле зрения Джейсона все еще был желтым и оранжевым, но за полминуты заклинания силуэт здоровья остыл до здорового зеленого цвета. Его голова долгое время была переполненным воздушным шаром, угрожающим лопнуть, пока исцеляющая магия не сдула его к его великому облегчению. Он упал в сидячее положение на траву, испустив долгий, удовлетворенный вздох.

“Большое вам спасибо” - сказал он, откинувшись назад и раскинув руки. - Мне вдруг очень захотелось спать. Я не думаю, что быть в бессознании на самом деле очень успокаивает.”

“Ты сможешь поспать после того, как мы очистим это место, - сказал Руфус, подходя к Джейсону. Он протянул руку, которую Джейсон неохотно сжал, позволяя Руфусу поднять его на ноги.

“Значит, ты нашла наше снаряжение” - сказал Гэри, глядя на Анису. Руфус, Фарра и Гэри переоделись, но все еще были в грязи и в поту, в то время как Аниса была не только подготовленной, но и чистой. Джейсон выглядел хуже всех остальных. Его рубашка была потной и испачканной дорожной пылью, а на брюки нельзя было посмотреть без жалости.

“У них есть кладовая в подвальном комплексе под поместьем, - сказала Аниса. - Большая часть нашего оборудования была там, но кое-что они уже забрали. В том числе и мерные сумки, вот почему я не взяла их с собой.”

“Тогда давай начнем оттуда, - сказал Руфус. “Они ведь не забрали мои ботинки, правда?”

“Твои ботинки все еще там, - сказала Аниса, вызвав облегчение на лице Руфуса.

“Время призыва?"- Спросил Гэри.

- Продолжай, - сказал Руфус.

- Нет, - возразила Аниса. - Твои призывы слишком разрушительны. Моя церковь захватывает это поместье, поэтому я не позволю тебе разрушить его.

“Пусть призывники обыщут все вокруг, - сказал Руфус. “Если это не приведет к исчезновению всех скрывающихся культистов, то ничего и не произойдет.”

“Они испортят все вокруг” - сказала Аниса.

“Жрица, - обратился Руфус к Анисе, - Ты принесла нам этот контракт, так что я готов помочь тебе, но только в некоторой степени. После того, что мы уже пережили, я не собираюсь ставить под угрозу возможности этой команды, чтобы спасти вашу церковь от найма ландшафтного садовника. Это понятно?”

Лицо Анисы выражало крайнее неудовлетворение, но она кивнула в знак согласия.

“Мой отец-ландшафтный архитектор, - сказал Джейсон. “Но я не думаю, что мы сможем вытащить его отсюда.”

- Хорошо - сказал Гэри. “Мы просто избавимся от старых призывов и разграбим поместье.”

- Ты этого не сделаешь, - приказала Аниса.

“Пошли, Руфус” - сказал Гэри, не утруждая себя обращением к эльфу. “Какой смысл быть авантюристом, если мы не можем немного пограбить?”

Руфус нахмурился.

“Все личные вещи, которые вы найдете, вы можете забрать, - сказал Руфус. - Все, что является частью поместья, остается там, где есть. Это мебель, украшения, искусство, все что угодно. И никаких ненужных повреждений.”

- Он помахал пальцем между Гэри и Фаррой.

“Это относится к вам двоим", - сказал он.

Аниса все еще выглядела так, будто у нее был полный рот лимона, но больше не протестовала.

- Отлично. - сказал Гэри. “Это будет скромное ограбление.”

- Бесполезно, - процедил Руфус сквозь стиснутые зубы. - Гэри, Фарра, вы остаетесь здесь. Используй свой призыв, чтобы выманить всех свободных культистов.”

“Но добыча..." - возразил Гэри.

“Может быть, подумаешь об этом в следующий раз, когда откроешь свой большой рот", - сказал Руфус.

“Мой рот был закрыт", - пожаловалась Фарра, сиюминутно вызвав недовольный взгляд Руфуса.

- Ладно. - сказала она.

“Просто найдите всех культистов, которые еще остались на земле, и подберите любого, кто попытается сбежать, - сказал Руфус. - Мы с Анисой очистим поместье, так что вы можете заставить некоторых людей выбежать.”

“А как же мое снаряжение?- Спросил Гэри.

“Вы можете забрать его, как только освободите место. Вам действительно нужен ваш молоток теперь, когда ошейник снят?”

Гэри поднял кулак, который теперь был заключен в металлическую перчатку его брони.

- Нет - неохотно признал он.

Огорчение Гэри, казалось, несколько смягчило Анису. Гэри отошел от группы и отвязал от пояса мешочек, который Фарра дала ему раньше. Открыв небольшой клапан, служивший насадкой, он начал высыпать серый порошок из мешочка на землю по кругу.

“Это что, железные опилки?" - Спросил Джейсон.

“Верно, - сказала Фарра. - Вызов немного более сложен, чем большинство способностей сущности, и требует, чтобы кто-то действовал как медиум. Соляные круги-самые распространенные, но многие используют и другие вещи. Для способностей Гэри это железные опилки.”

- Она похлопала по мешочку, висевшему у нее на поясе.

“Для меня это обсидиановый порошок. Мы держим хороший запас того и другого в моем волшебном сундуке.”

Гэри закончил высыпать железные опилки в круг и вернул мешочек на пояс. Затем он присел на корточки и протянул Джейсону руку, которая неожиданно вспыхнула ярким пламенем. Гэри равнодушно протянул руку и коснулся круга. Железо, к которому он прикоснулся пальцем, почти сразу же покраснело и начало плавиться, дым поднимался от земли там, где трава соприкасалась с горящим железом. Пламя распространялось, как горящий фитиль, прокладывая себе путь по кругу.

Как только это было полное кольцо из светящегося металла, внутри круга начали появляться сложные магические узоры. Из этих узоров что-то поднималось вверх, как будто выходило из земли, но земля оставалась нетронутой. Это была гуманоидная фигура, грубо высеченная из уродливого Черного Железа. Вместе с ним появился сильный запах озона.

Она была огромной, около трех метров высотой. Он выглядел неуклюжим и угрожающим, словно что-то сколоченное из остатков чугунных плит. В промежутках между стыками виднелось сияние расплавленного металла, исходящее изнутри. Голова была плоской и пустой. Середина туловища представляла собой два отдельных куска металла, сдвинутых вместе, а края выступали, как сцепленные зубы. Пока он смотрел, его торс раскрылся, как отвратительный рот, открывая лужу расплавленного металла внутри, излучая тепло над группой, прежде чем снова закрыться.

- Впечатлен?- Спросил Гэри Джейсона, уже приободрившись.

- Очень, - сказал Джейсон. “Что же это такое?”

“Это Литейный голем, - гордо сказал Гэри. С него капнула капля расплавленного металла, с шипением ударившись о землю.

“Я понимаю, почему Аниса не хочет, чтобы он был в доме, - сказал Джейсон.

“И ты тоже?- Печально спросил Гэри.

Аниса бросила на Джейсона недовольный взгляд.

“Ты, - сказала она, произнося это слово как ругательство, - можешь обращаться ко мне как к жрице.”

Джейсону не нравилось, когда с ним разговаривали так, словно он был чем-то соскобленным с подошвы ботинка.

“Ну а ты, - сказал он с дерзкой ухмылкой, - можешь называть меня Распутным Красавчиком Джейсоном.”

- Прошу прощения?- Сказала Аниса, едва веря в то, что только что услышала.

“Вы свободны” - напыщенно произнес Джейсон и отвернулся. - Только не позволяй этому случиться снова.”

Глаза Анисы расширились, и Руфус встал у нее на пути, когда она сердито шагнула вперед.

- Джейсон, тебе, наверное, лучше остаться с Гэри и Фаррой, - сказал Руфус.

Фарра в свою очередь вызвала какое-то существо. Она высыпала свой собственный круг рядом с кольцом выжженной земли, которое принадлежало Гэри. процесс Фарры был таким же, вплоть до того, что порошок плавился в раскаленное кольцо. Вместо голема, подобного Гэри, призыв Фарры представлял собой груду черно-красной магмы с руками.

- Лава, которая может ударить тебя кулаком размером больше твоей головы. - сказал Джейсон. “И почему она призывает ее, тогда как мне приходится пробираться темноте?”

“Хм, - сказал Гэри, - А какую эссенцию ты использовал?”

- Темная сущность.”

“Ну, ее кровь была взята из вулканической эссенции, вот и все.”

“Там есть вулканическая эссенция? Это определенно звучит лучше, чем у меня.”

“Это зависит от обстоятельств, - сказал Гэри. - Фарра не очень-то хороша, когда дело доходит до подкрадывания.”

“Это потому, что у нее есть вулканическая сила, - сказал Джейсон. - Все остальные должны делать это тайком.”

Гэри на мгновение задумался.

“Это очень хорошая мысль, - признал он.

Руфус и Аниса направились к дому, а Гари и Фарра отправились на прогулку по парку.

“Не могу поверить, что они заставили нас ждать снаружи, - сказал Гэри. Пока они шли, впереди показались две чудовищные фигуры. От обоих исходил обжигающий жар, поэтому Гари и Фарра держали с ними дистанцию.

“МОГУ поверить, что они заставили тебя ждать снаружи", - сказала Фарра Гэри.

“Может быть, нам удастся поймать нескольких сектантов, - сказал Джейсон.

“Это было бы здорово, - сказал Гэри.

“Как долго длится этот призыв?"- Спросил Джейсон.

- Зависит от уровня твоей силы, - ответила Фарра. - Несколько часов для меня и Гэри.”

Примерно через час Руфус вышел, чтобы найти их. Он посмотрел вниз на ряд выжженных арок, прорезающих прямую линию в лабиринте живой изгороди.

“Ты же сам сказал, что надо от них избавиться, - попытался оправдаться Гэри.

“Вы не уточнили, как именно, - добавила Фарра.

“Ну, - сказал Джейсон, - он действительно указал на тебя и сказал: "никаких ненужных повреждений, так что,ты понимаешь.’”

“А ты на чьей стороне?- Спросил Гэри.

“На стороне справедливости.”

Фарра фыркнула от смеха.

“Вы как, нашли кого-нибудь?"- спросила она.

“Там был один парень в какой-то кладовке, - сказал Гэри.

“Ты что-нибудь вытянул из него?- Спросил Руфус.

- Склад вроде как сгорел вместе с ним, - сказал Гэри.

Руфус покачал головой.

“Мы нашли каретный сарай с пропавшей каретой, - сказал Джейсон. - Похоже, они уехали в спешке. Похоже, кто-то совершил налет на ценные вещи и сбежал, даже не остановившись, чтобы забрать вещи, которые они бросили.”

- Трусы, - сказал Гэри.

“Они не могут быть трусами, - сказал Джейсон. “Им понадобились бы эти ужасные монстры, чтобы тащить карету.”

- Монстры?- Переспросил Руфус.

“Они вовсе не монстры” - сказал Гэри. “Хейдэлы просто обычные животные.”

Джейсон впервые столкнулся с хейделом, когда они нашли конюшню. Они были размером и формой с лошадь, но с чешуей вместо волос и двумя головами, каждая из которых имела рог, торчащий из лба. Джейсону показалось, что кто-то поместил двух единорогов и ящерицу в телепортационную машину, и они вышли смешавшимимся.

- Они просто ужасны.

“Если ты думаешь, что они плохие, - сказала Фарра, - то ты попадешь в беду, когда увидишь настоящего монстра.”

“И что же вы обнаружили?- Спросил Гэри у Руфуса.

“Мы нашли несколько человек, которые спрятались. После того, как эти культисты вернулись, хозяин поместья очистил хранилище, и они все ушли, оставив посох позади.”

“А разве Лорд не был тем самым первосвященником?- Спросил Гэри.

- По-видимому, нет” - сказала Фарра.

“А что вы сделали с теми культистами, которых поймали?- Спросил Джейсон.

“Мы допросили их, а потом убили",-как ни в чем не бывало ответил Руфус.

“Вы только что казнили пленных?”

“А что в этом плохого?- Спросила Фарра.

Джейсон провел рукой по лицу, и вся энергия покинула его.

- О, черт возьми!

Один из нас

Прочесав весь особняк, группа завершила свою миссию. Культисты были мертвы или бежали, и группа нашла множество документов, указывающих ей на главный культ.

“Значит, эти люди были всего лишь местным филиалом?- Спросил Джейсон, роясь в шкафу.

“Вот именно” - сказал Руфус, открывая комод. “Их называют красным столом. Они слабы только в таких отдаленных районах, как этот. Чтобы иметь дело с основным членством, нужны авантюристы более высокого ранга, чем мы.”

Они решили остаться в поместье на ночь перед отъездом. Джейсон решил исследовать территорию, и был удивлен тем, что он обнаружил. Вместо средневековой технологии, которую он ожидал увидеть, магия была использована для воспроизведения удобств - от внутренней сантехники до освещения и холодильников. Ужасы, обнаруженные на кухне у каннибалов, были порождением кошмаров.

Джейсон искал одежду, чтобы заменить грязные лохмотья, в которые превратился его нынешний наряд. Местная мода была отличалась свободной посадкой, позволяя воздушному потоку бороться с жарой пустыни. Это позволяло легко найти что-то в его размерах.

Он собрал что-то подходящее и принял горячий душ, поток воды и температуру он контролировал парой кристаллов. Выйдя на улицу, чувствуя себя освеженным, он надел кое-что из новой одежды. Верхняя часть была легкой и дышащей, полностью закрывая руки и с обернутым капюшоном, чтобы защитить голову и лицо от солнца. Гэри уже надевал нечто подобное во время их предыдущего похода через пустыню. Остальная одежда состояла из свободных штанов и практичных пустынных ботинок. Под ним были самые шелковые шорты, которые он когда-либо видел.

Он колебался, прежде чем использовать украденное нижнее белье, но решил не идти в коммандос, когда они вернутся в пустыню. Он подумал, убил ли он того человека, чью одежду сейчас носил. Что же касается его старой одежды, то можно было спасти только футболку. Брюки и сандалии было уже не спасти, и их выбросили.

**Вы больше не владеете предметами, принадлежащими к экипировке [стартового снаряжения]. [Стартовая экипировка] экипировка была удалена с вкладки экипировка вашего инвентаря.**

Вспомнив о закладке с одеждой, Джейсон поиграл с ней, создавая несколько нарядов из собранной им одежды. Его кинжал из змеиного зуба был извлечен вместе с экипировкой из остальной группы, так что он присоединился к стандартному ансамблю вместе с поясом из змеиной кожи и ножнами. Он собрал несколько дополнительных нарядов, создав для них еще несколько комплектов. К счастью, предметы на вкладке "экипировка"не занимали места в его основных складских ячейках.

Самое интересное было, когда он менял наряды. Переключение передач на короткое время окутало его тело темным туманом, в течение которого старое снаряжение было возвращено в инвентарь, а новое появилось прямо на его теле. Он быстро переключался между нарядами, чтобы все примерить. Темный дым слегка покалывал его кожу.

Ночь застала Джейсона лежащим на кровати и уставившимся в потолок. Он был измотан после самого странного и опасного дня в своей жизни, но его разум отказывался погрузиться в сон. Откинув одеяло, он открыл свой инвентарь, чтобы накинуть один из своих новых нарядов.

Группа заняла спальни, расположенные в ряд на верхнем этаже. Все номера были соединены общим балконом, куда можно попасть через стеклянные двери. Джейсон открыл свои двери и вышел наружу. Он оперся руками о балюстраду и посмотрел на небо. В огромном звездном поле ярко сияла пара лун - половина диска и полумесяц.

“Я действительно нахожусь в другом мире.”

“Ты только сейчас это понял?- Раздался сзади голос Руфуса.

Джейсон обернулся и увидел Руфуса, выходящего из своей комнаты. Он подошел и присоединился к Джейсону, облокотившемуся на балюстраду.

“Тоже не мог уснуть?- Спросил Джейсон.

“Я на вахте, - сказал Руфус. “Мы не думаем, что культисты вернутся, но они и раньше удивляли нас. Мы сторожим по очереди всю ночь.”

“А ты не хотел, чтобы я тоже был в очереди?- Спросил Джейсон.

- Честное слово? Нет.”

Джейсон усмехнулся:

- Хорошее решение.”

Он снова перевел взгляд на небо.

“Так почему же ты не спишь?- Спросил Руфус. “Я думал, что ты вырубишься, как только упадешь на простыни.”

“Все, что произошло сегодня, просто крутится у меня в голове, - сказал Джейсон. “По большей части я был контужен, так что мне кажется, что это был не я. Но это был я. Это были мои руки, с которых я смыл кровь.”

“Сегодня ты был просто великолепен, - сказал Руфус. “Мы были бы мертвы, если бы не ты.”

“Это было не слишком впечатляюще, - сказал Джейсон. "Это было похоже на постоянное состояние отчаяния и паники. Я думаю, что все удары по голове, возможно, помогли, как ни странно. У меня чертовски болела голова, но я был слишком пьян, чтобы по-настоящему думать о том, что происходит. Иначе я бы испугался и спрятался под столом.”

“Я в это не верю, - сказал Руфус. “Я повидал немало искателей приключений. Большинство из них можно обучить, но у некоторых никогда не будет того, что нужно. Другие…”

Он похлопал Джейсона по плечу

- ...другие относятся к этому так, словно это то, для чего они были рождены. У тебя есть все необходимое, Джейсон.”

Джейсон вздохнул.

“Не похоже, чтобы у меня было все это, - сказал Джейсон. - Во всяком случае, не то, о чем ты говоришь. Когда я впервые очнулся здесь, я понятия не имел, что происходит и где я нахожусь. Я не думал, что все это было реально. Лучшим объяснением было то, что я сошел с ума и все это было только в моей голове.”

“Ты думал, что я воображаемый?- Спросил Руфус.

“К тому времени, как я встретил тебя” - сказал Джейсон, - у меня уже не было времени, чтобы поразмыслить. Я был слишком занят, перебираясь из одной смертельной ситуации в другую.”

“Ты определенно прибыл сюда в тяжелых обстоятельствах.”

- С моей точки зрения, это совершенно невозможные обстоятельства, - сказал Джейсон. - Все в этом месте просто невозможно. Там, откуда я родом, нет ни магии, ни эльфов. Определенно никаких потрясающих Людей-Львов по имени Гэри. Монстры - это всего лишь мифы и метафоры. Истории, которые мы рассказываем себе о темных уголках нашей собственной природы.”

“Но теперь ты в это веришь? Что все это реально?”

Джейсон кивнул:

- Аниса заставила меня задуматься, Но да.

- Аниса?

- Надменная эльфийская девушка в обтягивающей одежде, которая не скрывает, как сильно она меня не любит? Это именно то, что выбрасывает мой мозг.

Руфус искоса взглянул на Джейсона.

“Не смотри на меня так, будто у тебя нет никаких проблем,-сказал Джейсон.

“Я ничего такого не говорил.”

- Конечно, приятель. Но я все понимаю. Она настоящая. Все это реально. Этот опыт был слишком долгим и слишком связным, даже с сотрясением мозга. Любое объяснение, которое имеет смысл в моем мире, не подходит. По крайней мере, насколько мне известно. Галлюцинации, безумие, сны. Способность собрать даже немного логической отстраненности подразумевает, что они не являются ответом.”

Джейсон снова вздохнул.

“Во всяком случае, - продолжал он, - здесь слишком много всего происходит, чтобы я мог до всего этого додуматься. У меня не хватает воображения, чтобы все это придумать. Я имею в виду в общих чертах, может быть, но не все мелкие детали.”

“Ну,” сказал Руфус, - теперь, когда ты принял это, что же будет дальше?”

“Понятия не имею, - рассмеялся Джейсон. “Если я действительно здесь, то, наверное, начну искать дорогу домой.”

“Похоже, ты не очень-то радуешься этому.”

“Я почти ничего не оставил после себя, - сказал Джейсон. “Я в некотором роде испортил свою жизнь.”

“Тогда начнем все сначала” - сказал Руфус. “Ты можешь начать с того, что станешь искателем приключений, как и мы.”

Джейсон посмотрел на Руфуса.

“Я не уверен, что это то, чего я хочу, - сказал Джейсон. “Вот этим ты сегодня и занимаешься, верно?”

- Обычно все идет лучше, - сказал Руфус. “Не так уж и опасно. Хотя это опасная жизнь, я не буду лгать.”

“Меня беспокоит вовсе не опасность, - сказал Джейсон. “Да, но это не то, что не дает мне уснуть.”

“Это был первый раз, когда ты кого-то убил?- Тихо спросил Руфус.

Джейсон кивнул:

“Вчера в это же время, - сказал Джейсон, - я не дрался уже десять лет. Я не помню, о чем там шла речь. Какая-то ерунда, которая казалась мне важной, когда мне было тринадцать. Детская драка, по детским причинам. Но сегодня я убивал людей. Я могу сказать себе, что они были злыми, но это не имеет значения. Я могу сказать, что защищал себя, но я манипулировал людьми, чтобы их убить.”

Джейсон отрицательно покачал головой.

“Это еще не самое худшее, - сказал он. - Это случилось позже, когда я уже лежал в постели. Чужая постель, может быть, даже того, кого я убил. Именно тогда я понял, что должен считать, чтобы вспомнить, скольких людей я убил сегодня.”

Джейсон замолчал, и некоторое время они стояли молча, глядя в темноту.

“Я предполагаю, что ваш мир безопасен, - сказал Руфус, обдумав слова Джейсона.

“Не весь,” ответил Джейсон. “Но моя часть -да.”

“Это хорошо” - сказал Руфус. “Но ты должен признать, что тебя там больше нет. Этот мир может быть жестким, а жизнь-дешевой. Ты сказал, что это не имеет значения, что те, кого ты убил, были злыми, но ты ошибаешься. Ты думаешь, мы были первыми людьми на их плахе? Ты же видел, что было на той кухне. Внизу есть кладовая с камерой для хранения людей, и это тоже была не новая камера. Они уже давно этим занимаются. Если бы мы не остановили их, они убили бы и нас тоже, а потом и многих других. Я не знаю, что такое справедливость в вашем мире, но в этом мире она иногда сводится к тому, что такие люди, как мы, имеют дело с такими людьми, как они.”

“Я не уверен, что смогу быть таким твердым, - сказал Джейсон.

“Я видел тебя сегодня, - сказал Руфус. “Ты можешь им быть.”

“А если я не хочу им быть?”

Руфус кивнул.

“Это выбор, который можешь сделать только ты. Я не знаю, каким человеком ты был раньше, но это шанс оставить этого человека позади. Чтобы стать тем, кем ты хочешь быть. Это редкий шанс. Просто помни, что каждый выбор имеет свои последствия. Даже если ты решишь ничего не делать.”

Руфус посмотрел на Джейсона, потом снова на ночное небо.

“Я искатель приключений, - сказал Руфус. - Быть авантюристом-значит открыть любую дверь, дать тебе все, что ты когда-либо хотел. Власть, деньги, уважение. Путешествуй по миру, смотри удивительные вещи. Девять дней из десяти-это самое лучшее, что ты можешь сделать, чтобы стать искателем приключений. Но в тот десятый день именно там ты заработаешь все остальные. Где ты делаешь трудный выбор, где ты проходишь сквозь огонь, чтобы никто другой не смог этого сделать.”

Руфус повернулся к Джейсону и устало улыбнулся.

“Неужели это сделало меня бессердечным?- Спросил Руфус. “Да, это так. Неужели это стоило мне сна? Абсолютно. Но сегодня многие люди спят спокойно и счастливо благодаря мне и таким людям, как я. Ты можешь быть одним из тех безопасных и счастливых людей, если хочешь. Никогда не делай трудного выбора, никогда не делай того, что должно быть сделано. Но подумай о том, что случилось с тобой сегодня. Ты встал в ужасной ситуации и взял все под свой контроль. Благополучные и счастливые люди не могут этого сделать. Когда судьба приходит за ними, им нужны такие люди, как я, чтобы встать на ее пути. Это прекрасно, именно для этого я здесь и нахожусь. Но если ты хочешь управлять своей собственной судьбой вместо того, чтобы люди вроде меня делали это за тебя, тогда ты должен стать одним из нас.”

Руфус сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

“Я не собираюсь лгать” - продолжал он. “Если ты станешь таким же авантюристом, как мы, то это будет не последняя ночь, когда ты потеряешь сон.”

“А оно того стоит?- Спросил Джейсон.

- Только ты можешь ответить на этот вопрос. Сегодня ты спас жизни, в том числе и мою, но тебе пришлось испачкать руки, делая это. Если бы тебе пришлось переделать этот выбор, ты бы сделал все это снова?”

“Ну, не знаю.”

Руфус оттолкнулся от балюстрады.

“Подумай немного, - сказал он. “Когда ты сможешь ответить на этот вопрос, возможно, ты будешь знать, что делать. Я собираюсь немного патрулировать окрестности. Тебе есть о чем подумать.”

Он пошел прочь, но Джейсон окликнул его, прежде чем тот скрылся в усадьбе.

- Руфус.

- Ну и что?

-Если я решу стать авантюристом, что мне нужно делать?

“Мы можем научить тебя, - сказал он, - но ты начнешь с поглощения большего количества эссенций. Прежде всего, авантюристы сильны.”

Я хочу лавовую пушку

“Я не уверен, что мне удобно делать это, когда все смотрят", - сказал Джейсон.

Утро было ясное, но магия, воздействующая на климат поместья, притупляла жгучую пустынную жару, превращая ее в приятное тепло. Джейсон, Руфус, Гэри и Фарра собрались на террасе, сидя на какой-то садовой мебели. Большинство из них сидели в креслах вокруг стола для пикника, но Гэри был слишком велик для стульев и подошел к низкой скамейке.

“Но ты же сказал, что я могу посмотреть, - сказала Фарра Джейсону.

“Вообще-то ты спрашивала, - сказал Руфус, - но он так и не ответил.”

“Я тоже хочу посмотреть, - сказал Гэри. Он поднял скамейку, которая, как оказалось, была прикреплена к выложенной плиткой террасе. Вместе со скамейкой отвалилась и часть плиток. Гэри посмотрел на повреждения и пожал плечами.

“Пожалуйста, не могли бы вы прекратить разрушать это место?- Спросил Руфус. - Аниса и в лучшие времена бывает достаточно колючей.”

“По сравнению с тем, что мы сделали с лабиринтом живой изгороди, это сущие пустяки, - сказал Гэри.

“И ты почему-то считаешь, что так будет лучше?- Спросил Руфус.

Гэри вернулся к группе и громко уронил скамейку. Ножки были неровными после того, как их оторвали от Земли, но Гэри был вполне доволен и плюхнулся на нее. Скамейка громко заскрежетала под его весом, и Руфус устало покачал головой.

“Я член магического общества, - сказала Фарра Гэри. “Мой интерес к тому, чтобы увидеть, как Джейсон использует эссенцию, чисто академический. А что ты получишь от этого?”

“А что мне еще делать?- Спросил Гэри. - Помочь Анисе оформить документы? Нет, спасибо.”

“Вряд ли это кому-то пойдет на пользу, - признала Фарра.

Пропавшая член группы, Аниса, находилась в главном кабинете особняка. Им удалось раскопать различные письма и другие записи, связывающие жителей города с культом крови в других регионах. Прежде чем они покинули поместье, она собрала их вместе, чтобы использовать в качестве улик.

“Ты тоже можешь остаться, - сказал Джейсон. “Я не хочу, чтобы со мной что-нибудь случилось, если я снова потеряю сознание. Не ожидайте большого проявления благородства.”

“Я все еще немного удивлен, что ты получил в свои руки так много эссенций, - сказал Руфус. “Ты ведь сказал, что прибыл в наш мир только вчера, верно?”

- Это был очень напряженный день, - сказал Джейсон.

“Тут ты не ошибаешься” - сказал Гэри.

- Неужели я должен делать это на пустой желудок?- Спросил Джейсон. “Я голоден, но не доверяю ни одной здешней еде. Все, что было на кухне, - это все кошмары, которые я когда-либо увижу снова.”

- Извини, - сказала Фарра, - но мы не взяли с собой еду.

- Да, вы все едите деньги, что определенно не странно. У меня есть немного тиранического фазаньего мяса. Может быть, мы могли бы поджарить его с помощью твоей огненной силы.”

“Я люблю тиранического фазана, - сказал Гэри. “Как же ты помешал ему раствориться вместе с остальным чудовищем? Ты знаешь магию по сбору урожая монстров?”

“Для этого есть какая-то магия? У меня есть такая способность.”

- Логично, - сказал Руфус. - Все чужаки обладают разными способностями, но обычно все они сосредоточены на том, чтобы дать им инструменты для выживания.”

Фарра кивнула.

- Способности к грабежу редки и ценны, но далеко не уникальны.- сказала она.

“Если у тебя достаточно эссенций, чтобы сделать полный набор, ты можешь получить железный ранг, - сказал Руфус. “Тогда ты тоже можешь съесть несколько монет.”

- Полный набор эссенций-это четыре, верно?- Спросил Джейсон. “У меня есть еще только две, плюс та, которую я уже использовал. Я не думаю, что у тебя есть еще один с собой?”

- Трех вполне достаточно, - сказала Фарра. “Я все время забываю, что ты действительно ничего не знаешь. Как только ты используешь свою третью эссенцию, четвертая проявляется на месте. Они называются эссенциями слияния, потому что они являются результатом трех эссенций, которые у тебя уже есть. В моем случае я использовал огонь, землю и мощные эссенции, которые дали мне сущность вулкана.”

- Эссенции слияния проявляются только после использования трех эссенций, - добавил Руфус. - Ты нигде не найдешь вулканической эссенции. Даже когда эссенции проявляются вблизи вулкана, ты обычно получаешь такие эссенции, как огонь и земля.”

“Так вот откуда берутся эссенции?- Спросил Джейсон. “Они просто появляются случайно?”

“Совершенно верно, - сказала Фарра. “В вашем мире, может быть, и нет никакой магии, но в этом она есть в изобилии. До такой степени, что она просто начинает проявляться повсюду.”

“Большинство проявлений магии-это монстры, - объяснил Руфус. “Они просто появляются, надеюсь, в пустыне, но магия, из которой они сделаны, нестабильна. В конце концов они разрушаются и снова растворяются в магии. Убивая их, мы только ускоряем процесс.”

“А предположим, что ты убил кого-то, кто был не монстром, а животным, - сказал Джейсон. - Например, гигантскую змею. Это не растворится в вонючем облаке?”

“Именно. Монстры часто не являются проблемой, когда они впервые проявляются, но по мере приближения к разрушению они становятся очень агрессивными. Основная часть нашей работы как авантюристов-выслеживать их до того, как они достигнут этой стадии.”

“А это не значит просто ходить по разным местам и убивать всех, кого найдешь?"- Спросил Джейсон.

- Нет, - ответил Руфус. “Я не уверен, что у меня хватит на это смелости. Я определенно не хотел бы работать с теми, кто это сделал.”

“Как долго живут монстры, прежде чем они впадают в бешенство?- Спросил Джейсон.

“Это зависит от ранга монстра, - сказала Фарра. - Меньшие монстры живут всего неделю или две. Они настолько близки к тому, чтобы разрушиться, что становятся агрессивными с момента своего появления, но на самом деле они не представляют угрозы. С ними справится даже старая женщина с метлой. Железные монстры живут около месяца, становясь агрессивными в последнюю неделю или около того. Они идут отсюда, но это область низкой магии, поэтому в основном ты увидишь железный ранг с небольшим количеством бронзы.”

- Значит, у монстров есть ранги?- Спросил Джейсон. “А они тоже используют эссенции?”

- Нет, - ответил Руфус. “Это просто означает, что они существуют в пределах определенного порога силы. Будь то пользователь эссенции или монстр, каждый ранг оказывает подавляющее воздействие на более низкие ранги. Мы все бронзового ранга. Если бы ты сражался с любым из нас, твои способности железного ранга имели бы гораздо меньший эффект.”

“Ты можешь преодолеть это ненадолго, повысив свои атрибуты с помощью монет душ", - добавила Фарра. “Но это работает лишь до определенного, и не очень долго. Ты должен выбрать свой момент, потому что это сделает тебя слабее, как только сила исчезнет.”

“Я все это знаю” - сказал Джейсон.

“Есть и другие проявления магии, - сказал Руфус. “Они не живые, что делает их более стабильными, и они остаются рядом, пока вы их не используете.”

- Эссенции - сказал Джейсон.

“Это самое сильное проявление, - сказал Руфус. - И к тому же самое редкое. Затем есть квинтэссенция, которая подобна кускам эссенции.”

“А ты можешь взять целую кучу квинтэссенций и использовать их как эссенцию?- Спросил Джейсон.

- Боюсь, что нет” - ответил Руфус.

- Люди уже много лет пытаются сделать так, чтобы это сработало, - сказала Фарра. “Всегда найдется какой-нибудь псих, который заявит, что все понял, но это невозможно.”

- Но квинтэссенция все равно полезна, - сказал Руфус.

“Может быть, она и не так сильна, как эссенция, - сказала Фарра, - но ее используют гораздо чаще. Ритуальная магия, алхимия, ковка оружия.”

“Я делаю оружие и доспехи, - сказал Гэри. “Я использую кучу квинтэссенций для этого. В буквальном смысле-целые кучи.”

“Вчера мы нашли склад магических припасов, - сказала Фарра. - Они забрали все хорошее, когда уходили, но там осталось довольно много квинтэссенции железного ранга.”

- Это славно - сказал Гэри.

- Последнее проявление магии-это пробуждение камней, - сказал Руфус. - В основном они используются для пробуждения способностей эссенции, но их также можно использовать в различных видах магии.”

- Как то существо, которому они пытались принести нас в жертву” - сказал Джейсон. Он достал из своего инвентаря четыре красных кристалла и положил их на стол в ряд.

“У нас у всех был такой в какой-то ритуальной чаше, привязанный к нашим клеткам, - сказал он.

Руфус поднял одну из них.

- Интересно, что это за камень, - задумчиво произнес он.

- Пробуждающие камни праздника, - сказал Джейсон. “Все четверо одинаковы.”

“Они довольно распространены, - сказала Фарра.

“Когда я был ребенком, у меня на кухне был один такой, - сказал Гэри, - прямо в кастрюле с супом. Мой папа говорил, что именно поэтому у супа был такой странный вкус, но я думаю, что он просто плохо готовил суп.”

“Они могут быть полезны с правильными эссенциями, - сказал Руфус. “Они обычные, так что никто не знает, какие способности это может тебе дать. Они будут связаны с понятием праздника, но это может проявиться в любой из сотен сил.”

- Тысячи, - сказала Фарра. “Чем более редок камень пробуждения, тем более специфичны его силы.”

- Значит, редкие камни лучше?- Спросил Джейсон.

“Не обязательно, - сказал Руфус. - Обычный, как мук, может дать тебе любую способность, даже самую редкую. Он просто имеет гораздо более высокий пул потенциальных сил. Редкие камни не выдают лучших способностей, только более специфичные. Поэтому, если вы хотите получить определенный вид способностей, тогда вам нужно найти себе правильный редкий камень.”

“Но ведь нет никаких гарантий, - сказала Фарра. “Даже самый редкий камень может не дать тебе того, что ты хочешь. Однако всегда нужно помнить, что самая большая определяющая способность, которую ты получаешь, - это эссенция, из которой она исходит.”

“У меня есть эта эссенция крови, - сказал Джейсон, вытаскивая Красный куб из своего инвентаря. Скользкая поверхность выглядела так, словно была мокрой от крови, но на ощупь она была сухой и теплой.

“Неудивительно, что ты нашел здесь эссенцию крови, - сказал Руфус.

- Кровь-это фантастическая сущность, - с энтузиазмом сказал Гэри. “Ты можешь получить силу истощения здоровья, если будешь использовать все эти праздничные камни. Тогда ты сможешь стать своим собственным целителем.”

- Может быть, - сказала Фарра. “Это может быть почти все, что угодно с обычными камнями, но кровь и праздник? Шансы вполне приличные.”

- Самоисцеление было бы полезно, - сказал Руфус, - учитывая, как трудно бывает заполучить целителя в свою команду. Мы и сами с этим боролись.”

- А как же Аниса?- Спросил Джейсон.

- Аниса- это временное дополнение, - сказал Руфус. - Обычно нас здесь только трое.

- Самоисцеление очень часто встречается с эссенцией крови, - сказала Фарра. “Но не жди слишком сильных атак, - предупредила Фарра. - Способности эссенции крови, как правило, более коварны. Кровь, яд и в этом духе."

- Никакой лавовой пушки?- Спросил Джейсон.

- К сожалению, нет. - усмехнулась Фарра.

- Но я хочу лавовую пушку.

Силой Грейскалла

Силой Грейскалла

— Вероятно, ты хочешь, чтобы твои способности от эссенций были более разносторонними, чем у Фарры, — сказал Гэри.

— Эй, — возмутилась Фарра.

— Если говорить о грубой мощи, то Фарра — определенно сильнейшая из нас, — заметил Руфус. — Но такая специализация достигается ценой универсальности.

— Она отлично умеет всё взрывать, — добавил Гэри.

— Это правда, — подтвердила Фарра. — Я хороша в том, чтобы взрывать вещи.

— Что, надо признать, решает большую часть наших проблем, — сказал Руфус. — Но когда ответ не заключается в подавляющем, едва сдерживаемом уничтожении, она оказывается в некотором тупике.

— Мощь — это всегда ответ, — отрезала Фарра.

— Массовое уничтожение звучит неплохо, — сказал Джейсон, — но мне кажется, эссенция крови мне этого не даст. Стоит ли мне использовать её или подождать чего-то получше?

— Решать тебе, — ответил Руфус. — Лучше подумать, какие ещё эссенции у тебя будут.

— Ну, я уже использовал эссенцию тьмы, — сказал Джейсон.

— Это может сработать, — сказала Фарра. — Типа скрытного убийцы. Немного яда здесь, обескровливание там.

— Только убедись, что избегаешь эссенции смерти, — предупредил Руфус, и остальные согласно закивали.

— Эссенция смерти? — переспросил Джейсон.

— У эссенции смерти есть мощные способности, — сказал Гэри, — но они идут с большими недостатками. Очень немногие эссенции имеют побочные эффекты, но смерть может вызвать весьма неприятные.

— Помнишь, как мы объясняли про эссенции слияния? — спросил Руфус.

— Это та сделка «купи три, получи одну бесплатно», верно? — уточнил Джейсон.

— Именно, — кивнул Руфус. — Ну, более-менее. Некоторые эссенции слияния возникают из множества различных комбинаций. У эссенции смерти есть скверная привычка порождать эссенцию нежити. Есть много комбинаций, которые приводят к этому, и почти все они включают эссенцию смерти.

— Возьми, к примеру, эссенцию крови, которая у тебя есть, — сказала Фарра. — Добавь к ней эссенцию смерти и практически любую другую, и эссенция нежити выскочит сама собой.

— Нежить — это плохо, — сказал Гэри.

— Способности эссенции нежити имеют неприятную привычку превращать тебя в некое подобие неживого монстра, — пояснил Руфус.

— Если бы она сочеталась с эссенцией крови, — добавила Фарра, — ты почти наверняка получил бы способность, превращающую тебя в вампира.

— Вампиры существуют? — спросил Джейсон.

— Существуют, — ответил Руфус, — и они опасны. Во-первых, они больше не могут поддерживать себя духами-монетами или даже обычной едой.

— Они пьют кровь, — сказал Джейсон.

— Верно, — подтвердил Руфус. — Представь: обладаешь огромными магическими силами и неутолимой жаждой крови.

— Не самое лучшее сочетание для общественной безопасности, — заметил Джейсон.

Руфус кивнул.

— Люди с эссенцией нежити почти всегда пробуждают силу, которая меняет их подобным образом, — сказал он. — Такие силы очень мощные, но все они приносят с собой неестественные аппетиты.

— И если этого было мало, — добавила Фарра, — они часто могут превращать обычных людей в таких же монстров. Не с помощью способностей оригинальной эссенции, но достаточно опасных.

— Вампиры, превращающие других людей в вампиров, — сказал Джейсон. — Классика, ничего не попишешь.

— Даже если эссенция нежити не превращает тебя в монстра, — добавила Фарра, — она склонна давать менее чем приятные способности.

— Вы уже говорили, что эссенция крови обладает способностями высасывания жизни, — сказал Джейсон. — Есть что-то менее приятное, чем это?

— Да, — прорычал Гэри. — Никто не будет возражать, если ты вытянешь немного здоровья из парня, который тебя пырнул. В любом случае, пока ты не пьешь его кровь. А вот когда ты грабишь местное кладбище? Никто не хочет, чтобы их мертвые родственники шатались по городу в составе твоей армии нежити.

— И это одно из меньших зол, — сказала Фарра. — Мы все познакомились, сражаясь с нашествием зомби.

— Настоящим нашествием зомби? — спросил Джейсон. — Зомби превращают других людей в зомби, всё как полагается?

— Именно так, — сказал Гэри. — Целые города сжигали дотла, только чтобы сдержать это. Скверное дело.

— Никто из нас не хочет снова увидеть нечто подобное, — сказала Фарра. — Если ты получишь эссенцию нежити, мы сами тебя убьем.

Джейсон посмотрел на выражения лиц остальных и понял, что они не шутят.

— Значит, избегаем эссенции смерти, — сказал он.

— Ко всему прочему, — добавил Руфус, — у Общества искателей приключений есть список ограниченных эссенций, которые представляют неотъемлемую угрозу для обычных людей.

— Эссенция смерти возглавляет этот список, — сказал Гэри.

— В основном это комбинации эссенций, — объяснил Руфус, — поскольку эссенция слияния обычно оказывается вредоносной. Однако эссенция смерти находится в списке сама по себе, потому что она всегда, кажется, приводит к беде. Тебе нужно обращать внимание на ограниченные эссенции. Невозможно вступить в Общество искателей приключений, если у тебя есть одна из них.

— И я хочу быть членом этого Общества искателей приключений? — спросил Джейсон.

— Хочешь, — решительно ответил Руфус.

— Что ж, — сказал Джейсон, — у меня нет эссенции смерти, но я немного опасаюсь той, что у меня есть.

Джейсон достал из инвентаря второй куб. Этот выглядел как белый нефрит с золотыми крапинками.

Предмет: [Эссенция греха] (без ранга, легендарный)

*Проявленная эссенция прегрешения *(расходуемый предмет, эссенция).

Требования: Менее 4 поглощенных эссенций.

Эффект: Наделяет 1 пробужденной способностью эссенции греха и 4 непробужденными способностями эссенции греха.

Вы поглотили 1/4 эссенций. После поглощения эссенцию нельзя отдать или заменить.

Вы можете поглотить [Эссенцию греха]

Поглотить Д/Н?

— Можно? — спросила Фарра, потянувшись к эссенции. Джейсон кивнул, и она взяла её, вертя в руках.

— Красивая, — сказала она. — Я её не узнаю.

— Это эссенция греха, — сказал Джейсон.

— Ты уверен? — спросила Фарра, рассматривая белый с золотом куб. — Она больше похожа на священный тип.

Руфус посмотрел на Джейсона с задумчивым выражением лица. — У тебя есть способность идентифицировать предметы, не так ли?

— Ага, — сказал Джейсон. — Одна из моих штук как пришельца из другого мира.

— Я видел такое у других пришельцев, — сказал Руфус.

Фарра положила куб обратно на стол.

— Я никогда раньше не слышала об эссенции греха, — сказала она. — Должно быть, одна из очень редких. Я бы подумала, что эссенция греха должна быть вся темных цветов.

— У тебя проблемы с темными цветами? — спросил темнокожий Руфус.

— Я знал парня с эссенцией греха, — сказал Гэри. — Когда я рос, в моем родном городе был священник, у которого она была.

— У священника была эссенция греха? — удивилась Фарра. — Чьим же он был священником?

— Бога правосудия, — ответил Гэри.

— Кажется немного странным, — сказал Руфус. — Какими силами он обладал?

— Я был всего лишь ребенком, и это было давно, — сказал Гэри. — Он был довольно суровым человеком, какими бывают эти ребята из Правосудия. Кажется, я помню много карающих ударов.

— Я бы поддержал немного карающих ударов, — сказал Джейсон. — Погодите, у вас здесь есть боги?

— Конечно, — сказал Гэри. — А у вас в мире нет богов?

— У нас есть религии, — сказал Джейсон.

— Разве это не одно и то же? — спросил Гэри.

— Нет, — ответил Джейсон. — Нет, это не так. Ваши боги появляются и что-то делают? Так, чтобы люди могли их видеть?

— Конечно, делают, — сказала Фарра. — Аниса — жрица. Мы видели, как её бог появлялся лично. Проведи немного времени на площади поклонения любого крупного города. Рано или поздно ты его увидишь.

— Это, должно быть, предотвращает множество теологических споров, — заметил Джейсон.

— Если решишь использовать эту эссенцию греха, — сказал Гэри, — возможно, не стоит рассказывать об этом Анисе.

— Почему нет? — спросил Джейсон.

— Она жрица Бога чистоты, — объяснила Фарра.

— Это нехорошо, — сказал Джейсон.

— У тебя проблемы с чистотой? — спросил Гэри.

— В моем мире нужно присматривать за теми, кто постоянно говорит о чистоте. Оставь их в покое, и они начнут сгонять людей в лагеря, проявляя излишний энтузиазм в «очищении» нечистых.

— Это звучит как то, что Аниса бы поддержала, — сказала Фарра. — В её церкви есть идея, что используемые нами эссенции меняют то, кем мы являемся, поэтому им нравятся только те, которые они считают священными или чистыми. Они утверждают, что другие эссенции оскверняют душу.

— Вы говорите это так, будто считаете, что она неправа, — сказал Джейсон.

— Она неправа, — сказал Руфус. — Способности эссенций не являются изначально хорошими или плохими. Как меч, их можно использовать для угнетения или защиты. Ответственность лежит не на инструменте, а на том, кто им владеет. Единственные люди, которые утверждают, что эссенции направляют наши действия, а не наоборот, — это религиозные фанатики и люди, стремящиеся снять с себя ответственность за свои поступки.

Было ясно, что Руфус говорит, основываясь на собственном опыте, причем не самом лучшем.

— Разве вы все только что не закончили объяснять, что мне нужно быть осторожным, потому что эссенции меняют меня? — спросил Джейсон.

— Это было предупреждение о редких и крайних случаях, — сказал Руфус. — Именно для этого существует список ограниченных эссенций. Но люди пытаются утверждать, что это распространяется на все эссенции, хотя это просто не так.

— Не то чтобы Аниса с этим согласилась, — сказала Фарра.

— Аниса неправа, — повторил Руфус.

— Я достану список ограниченных эссенций, — сказала Фарра, вставая. — Посмотрю, есть ли там эссенция греха, прежде чем Джейсон решит, что делать.

— Хорошая идея, — сказал Руфус.

Фарра заставила свой каменный сундук для хранения подняться из земли. Он прошел сквозь террасу, не ломая плитку, словно не был по-настоящему материальным, пока полностью не показался.

Она достала из сундука каменную табличку. Она выглядела так, будто была сделана из закрученного сине-белого мрамора, с надписями, выполненными чем-то, похожим на настоящее золото. Фарра коснулась пальцем надписи, и та начала перемещаться, текст менялся прямо у них на глазах.

— Что это? — спросил Джейсон.

— Это называется «живой документ», — сказала Фарра. — Он хранит большие объемы информации и подключен к центральному архиву. Когда центральный архив обновляется, информация на табличке меняется. Здесь есть полный список всех эссенций и комбинаций эссенций, известных Магическому обществу.

— Это отличается от Общества искателей приключений, о котором вы упоминали?

— Да, но мы можем объяснить всё это, как только вернемся к цивилизации, — сказал Руфус.

— Табличка стоит намного дороже, чем бумажная копия списка, — сказала Фарра, — но она меньше и её не нужно заменять, когда список обновляется.

— Он часто обновляется? — спросил Джейсон.

— Существуют самые разные эссенции, — объяснила Фарра, не сводя глаз с меняющегося текста на табличке. — Многие из них крайне редки. Большинство людей выбирают проверенные комбинации, но всегда находится кто-то, кто пробует новое. А, вот и оно.

Она нашла то, что искала, и текст перестал меняться.

— Мы можем найти эссенцию и посмотреть, какие комбинации для неё известны, а также любые ограниченные комбинации, — сказала Фарра. — Похоже, твоя эссенция греха относится к самой редкой категории. Их действительно не так много.

— Она ограничена? — спросил Джейсон.

— Сама по себе — нет, — сказала Фарра. — Не такой уж большой список известных комбинаций. Похоже, есть одна ограниченная комбинация. Никогда раньше не слышала об эссенции суккуба. Вероятно, потому, что для неё нужны две безумно редкие эссенции.

— А что насчет эссенций, которые есть у Джейсона? — спросил Руфус.

— Погоди. Тьма, кровь и грех, верно?

— Это то, что у меня есть, — сказал Джейсон.

— Эта комбинация действительно здесь есть, — сказала Фарра. — Она дает эссенцию рока, ещё одну, о которой я никогда не слышала. Не ограничена, так что хорошие новости.

— Вы сказали эссенция рока? — переспросил Джейсон.

— Да, — сказала Фарра, убирая табличку. — Звучит внушительно, правда?

— Это то, с чем я действительно хочу бегать? — спросил Джейсон.

— Конечно, хочешь, — сказал Гэри. — Кто свяжется с парнем, у которого есть эссенция рока?

— Там было сказано, какие способности она дает? — спросил Руфус.

— Специалист по наложениям, вот что указано, — ответила она.

— Специалист по наложениям? — переспросил Джейсон. — Это типа «смерть от тысячи порезов»?

— Ага, — сказал Гэри. — Длительный урон, дебаффы.

— Вы только что сказали «дебаффы»? — спросил Джейсон.

— Да, это когда...

— Я знаю, что такое дебаффы, — сказал Джейсон. — Мне просто интересно, насколько точно моя способность перевела это слово.

— Ну и что думаешь? — спросил Руфус. — Наложения — редкая специализация, и полная противоположность тому, что делает Фарра. Её способности урона мгновенные и взрывные, но она быстро истощает себя. Специалист по наложениям слабее в коротких боях, но не имеет себе равных в затяжных конфликтах.

— Я не знаю, — сказал Джейсон. — Я не знаю, что хорошо.

— Я говорю: делай это, — сказала Фарра. — Специалистов по наложениям не так много, что сделает тебя востребованным.

— Тебя также будут вызывать на все крупные битвы, — добавил Гэри. — Когда дело доходит до по-настоящему крутых монстров, нужна выносливость. В такой битве тот, кто сжигает всю свою ману, как Фарра, просто бесполезен.

— Эй!

Джейсон посмотрел на Руфуса.

— Как думаешь, что мне делать?

Руфус собрался с мыслями, прежде чем ответить.

— У специалистов по наложениям обычно нет способностей, которые бьют сильно и быстро. Это затрудняет им жизнь в том, что большинство людей считает легкими боями, — сказал Руфус. — В качестве компенсации они становятся всё опаснее, чем дольше длится бой. У них есть выносливость. Врага, с которым другие выдохнутся сражаться, специалист по наложениям может победить, даже если их несколько одновременно. Это нелегкий путь, однако. Требуется хорошее суждение, чтобы не проиграть бой до того, как ты по-настоящему начнешь.

— Есть еще фактор устрашения, — сказал Гэри. — Умные люди не связываются со специалистами по наложениям. Яды, проклятия, поджигание внутренностей. Даже если ты убьешь специалиста по наложениям, ты можешь оказаться ходячим мертвецом. Никто не хочет такого врага.

— Безусловно, есть социальный фактор, — сказал Руфус. — Мастера наложений пугают людей.

— Значит, мне стоит это сделать? — спросил Джейсон. — Использовать эти эссенции, что у меня есть?

— Мой совет: да, стоит, — сказал Руфус. — Неважно, если легкие бои не такие уж легкие. Важны сложные бои. Тебе понадобятся навыки, чтобы заставить это работать, которых у тебя сейчас нет. Но я могу тебя научить.

— Вот это предложение, от которого нельзя отказаться, — сказал Гэри.

— Согласна, — сказала Фарра. — Семья Руфуса управляет одной из самых эксклюзивных подготовительных академий для искателей приключений в мире. Короли ходят в эту школу. Если он готов тебя учить, позволь ему.

— Мы все в долгу перед тобой, Джейсон, — сказал Руфус. — Если бы не ты, мы были бы мертвы прямо сейчас, и мы этого не забудем. Так что мы сделаем всё возможное, чтобы помочь тебе встать на ноги как искателю приключений. Может быть, ты в конце концов найдешь путь домой.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Хотя я бы не выбрался оттуда без вас тоже. Если бы я просто выбежал из той камеры, я бы оказался посреди пустыни. Ни воды, ни понятия, где я и куда идти. Даже если бы культисты не выследили меня, я бы всё равно там погиб.

— Не знаю, — сказал Гэри. — У тебя есть талант выкручиваться из ситуаций.

— Думаю, развернуть солнце мне не по силам, — сказал Джейсон.

Он положил руку на эссенцию крови, лежащую на столе.

— Ладно, — сказал он. — Думаю, нам стоит сделать это, пока Аниса не вышла.

— О, я бы не беспокоилась об этом, — сказала Фарра. — Я оставила её зарытой в документах в кабинете. Думаю, она собирается прочитать каждую бумажку во всем поместье, чтобы убедиться, что ничего не упустила.

— Это хорошо, — сказал Джейсон, — потому что у меня есть камень пробуждения, который тоже кажется немного сомнительным.

Джейсон взял свои две эссенции и встал. Он беспокоился, что снова может потерять сознание, поэтому повел их с террасы на траву, где они все сели на лужайку.

— Ну и как это работает? — спросила Фарра.

— Я просто как бы делаю это, — сказал Джейсон. — Хотя в этот раз я хочу кое-что попробовать.

Он поднял эссенцию крови в руках.

— Сказочные тайные силы открылись мне, когда я поднял высоко свой магический куб…

Он поднял куб над головой одной рукой.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — спросила Фарра.

— Я же сказал, я пробую кое-что, — ответил Джейсон. — Я не ожидал, что это сработает, но это было бы не самым невероятным из того, что я видел за последний день.

Джейсон опустил руку.

— Я начинаю подозревать, что дело не только в том, что ты пришелец, — сказал Руфус. — Думаю, ты был бы странным в любом мире.

Том 1 Глава 20.1

“Ты, наверное, хочешь, чтобы твои способности эссенции были круче, чем у Фарры”,-сказал Гэри.

- Эй, - оборвала его Фарра.

“С точки зрения необузданной мощи Фарра-самая сильная из нас, - сказал Руфус. - Но эта сила стоит ей многофункциональности.”

“Она отлично взрывает все подряд", - добавил Гэри.

“Это правда” - сказала Фарра. “Я хорошо умею взрывать вещи.”

“Что, по общему признанию, решает большую часть наших проблем, - сказал Руфус. “Но когда подавляющее, едва сдерживаемое уничтожение не является ответом, это оставляет ее в некотором недоумении.”

- Сила - это всегда ответ, - сказала Фарра.

- Массовое уничтожение звучит довольно хорошо для меня, - сказал Джейсон, - но не похоже, что сущность крови даст мне это. Должен ли я использовать его или держаться за что-то лучшее?”

“Это тебе решать, - сказал Руфус. “Лучше всего подумать о том, какие еще эссенции у тебя будут.”

“Ну, я уже использовал темную сущность, - сказал Джейсон.

“Это может сработать, - сказала Фарра. - Подлый тип убийцы. Немного яда здесь, обескровливание там.”

“Просто убедитесь, что вы избегаете сущности смерти” - сказал Руфус, и остальные согласно закивали.

- Сущность смерти? - Спросил Джейсон.

- Сущность смерти обладает некоторыми мощными способностями, - сказал Гэри, - но у них есть и большие недостатки. Очень немногие эссенции имеют побочные эффекты, но смерть может привести к некоторым неприятным последствиям.”

- Помнишь, как мы объясняли тебе суть слияния?- Спросил Руфус.

“Имей три эссенции, и получи четвертую в подарок, да?- Сказал Джейсон.

“Совершенно верно, - сказал Руфус. - Более или менее. Некоторые эссенции слияния производятся с помощью самых разнообразных комбинаций. Эссенция смерти имеет отвратительную привычку порождать эссенцию нежити. Есть много комбинаций, которые производят ее, но почти все из них связаны с эссенцией смерти.”

- Возьмите, к примеру, эссенцию крови, которая у вас здесь есть, - сказала Фарра. - Добавьте сюда эссенцию смерти, и куча всякой всячины включая эссенцию нежити тут же выскочит наружу.”

- Нежить-это плохо, - сказал Гэри.

- Способности в эссенции нежити имеют отвратительную привычку превращать тебя в какое-то неживое чудовище, - сказал Руфус.

“Если бы он пришел вместе с эссенцией крови, - сказала Фарра, - ты почти наверняка получил бы способность, которая превращает тебя в вампира.”

- Вампиры - это нечто?- поинтересовался Джейсон.

“Еще какое, - сказал Руфус, - и они плохие. Во-первых, они больше не могут поддерживать себя духовными монетами или даже обычной пищей.”

“Они пьют кровь, - сказал Джейсон.

“Так оно и есть, - подтвердил Руфус. - Представь себе, что ты обладаешь огромной магической силой и неутолимой жаждой крови.”

“Не слишком удачное сочетание для общественной безопасности, - сказал Джейсон.

Руфус кивнул.

- Люди с бессмертной эссенцией почти всегда пробуждают силу, которая изменяет их подобным образом” - сказал он. - Такие силы очень могущественны, но все они приносят с собой неестественные аппетиты.”

“Если бы этого было недостаточно, - добавила Фарра, - они часто могут превращать нормальных людей в таких же монстров, как они. Не с силами оригинала, но достаточно опасными.”

- Вампиры превращают других людей в вампиров” - сказал Джейсон. - Не могу превзойти классиков.”

“Даже если бессмертная эссенция не превращает тебя в монстра” - добавила Фарра, - она имеет тенденцию выдавать менее приятные способности.”

“Ты уже говорил, что эссенция крови обладает силой, высасывающей жизнь, - сказал Джейсон. “Менее аппетитно, чем это?”

“Да” - прорычал Гэри. “Никто не будет возражать, если ты выкачаешь немного здоровья из парня, который ударил тебя ножом. Во всяком случае, до тех пор, пока ты не выпьешь его кровь, чтобы сделать это. Но когда ты совершаешь набег на местное кладбище? Никто не хочет, чтобы их мертвые родственники ковыляли в город в составе твоей армии нежити.”

“И это одно из меньших зол, - сказала Фарра. “Вообще - то мы все встретились, сражаясь с чумными зомби, - сказала Фарра.

“Чумные зомби?- Спросил Джейсон. - Зомби превращают других людей в зомби, и все такое?”

“Все дело в этом, - сказал Гэри. - Целые города были сожжены только для того, чтобы сдержать его. Скверное дело.”

“Никто из нас больше не хочет видеть ничего подобного, - сказала Фарра. “Если ты получишь эссенцию нежити, мы убьем тебя сами.”

Джейсон посмотрел на выражение лиц остальных и понял, что они не шутят.

- Значит, избеать эссенцию смерти” - заключил он.

“Кроме всего прочего, - сказал Руфус, - у Общества Приключений есть список ограниченных эссенций, которые представляют собой неотъемлемую угрозу для обычных людей.”

-Эссенция смерти находится в самом верху этого списка” - сказал Гэри.

“В основном это комбинации эссенций, - объяснил Руфус, - поскольку эссенция слияния обычно самая плохая. Эссенция смерти находится в списке сама по себе, потому что с ней всегда все идет неправильно. Вам нужно обратить внимание на ограниченные эссенции. Невозможно получить членство в обществе приключений, если у вас есть один из них.

“И я хочу быть членом этого общества приключений?- Спросил Джейсон.

“Да, конечно, - решительно сказал Руфус.

“Ну, - сказал Джейсон, - у меня нет эссенции смерти, но я немного опасаюсь той, что у меня есть.”

Джейсон достал из инвентаря второй кубик. Этот был похож на белый нефрит с золотыми крапинками.

Предмет: [сущность греха| эссенция греха] (не в рейтинге, легендарная)

Проявленная сущность трансгрессии (расходный материал, эссенция).

Требования: менее 4 поглощенных эссенций.

Эффект: наполняет 1 пробужденную способность эссенции греха и 4 не пробужденные способности эссенции греха.

Вы впитали 1/4 эссенции. Однажды поглощенная, сущность не может быть оставлена или заменена.

Вы способны поглотить [сущность греха]. Поглотить?

- Можно ?- Спросила Фарра, потянувшись за эссенцией. Джейсон кивнул, и она подняла ее, повертев в руках.

- Симпатичная, - сказала она. “Я ее не узнаю.”

“Это эссенция греха, - сказал Джейсон.

“Уверен?"- Спросила Фарра, разглядывая бело-золотой кубик. “Это больше похоже на Святой типаж.”

Руфус задумчиво посмотрел на Джейсона.

“У тебя есть способность идентифицировать предметы, не так ли?- спросил он.

- Да, - сказал Джейсон. “Это одна из моих чужеземных способностей.”

“Я уже видел это раньше у других чужаков, - сказал Руфус.

Фарра положила кубик обратно на стол.

“Я никогда раньше не слышала об эссенции греха, - сказала она. “Это, должно быть, одна из действительно редких вещей. Я бы подумала, что эссенция греха должна быть во всех темных цветах.”

“У тебя проблемы с темными цветами?-спросил темнокожий Руфус.

“Я знал одного парня с эссенцией греха, - сказал Гэри. “Когда я рос, в моем родном городе был один священник, у которого она была.”

- У священника была эссенция греха?- Сказала Фарра. “А у кого он был священником?”

- У Бога справедливости, - сказал Гэри.

“Это кажется немного странным, - сказал Руфус. “А какие у него были способности?”

“Я был совсем ребенком, и это было очень давно, - сказал Гэри. “Он был немного жестким человеком, как и все эти ребята из тусовки Справедливости. Я, кажется, припоминаю, что там было много битья.”

“Я мог бы спрятаться за несколько ударов, - сказал Джейсон. - Погодите, ребята, у вас тут есть боги?”

“Конечно, - сказал Гэри. “У вас в мире нет богов?”

“У нас есть религии, - сказал Джейсон.

“А разве это не одно и то же?- Спросил Гэри.

- Нет” - ответил Джейсон. “Нет, это не так. Ваши боги появляются и что-то делают? Где люди могут их видеть?”

“Ну конечно, - сказала Фарра. “Аниса-это жрица. Мы видели, как ее Бог явился лично. Проведите некоторое время на площади поклонения любого крупного города. Рано или поздно ты его увидишь.”

“Это, должно быть, предопережает многие богословские дебаты, - сказал Джейсон.

“Если ты решишь использовать эту греховную эссенцию, - сказал Гэри, - то, возможно, не захочешь рассказывать об этом Анисе.”

- А почему бы и нет?- Спросил Джейсон.

“Она жрица Бога Чистоты, - объяснила Фарра.

“Это нехорошо” - сказал Джейсон.

“У тебя проблемы с Чистотой?- Спросил Гэри.

“В моем мире ты должен следить за теми, кто постоянно говорит о чистоте. Оставьте их в покое, и они начнут собирать людей в лагеря, с энтузиазмом очищая нечистого.”

Том 1 Глава 20.2

“Это действительно звучит как что-то, от чего Аниса отстала, - сказала Фарра. - У ее церкви есть идея, что эссенции, которые мы используем, меняют нас самих, поэтому им нравятся только те, которые они считают святыми или чистыми. Они говорят, что другие эссенции портят душу.”

“Ты так говоришь, словно считаешь, что она ошибается", - сказал Джейсон.

“Так оно и есть, - сказал Руфус. - Способности эссенции по своей сути не являются хорошими или плохими. Подобно мечу, они могут быть использованы для подавления или защиты. Ответственность лежит не на самом инструменте, а на том, кто им владеет. Единственные люди, которые утверждают, что эссенции направляют наши действия, а не наоборот, - это религиозные фанатики и люди, стремящиеся отречься от ответственности за свои действия.”

Было ясно, что Руфус говорит по собственному опыту, и не очень хорошему.

“Разве вы все только что не закончили объяснять, что я должен быть осторожен с эссенциями, изменяющими меня?- Спросил Джейсон.

“Это было предупреждение о редких и экстремальных случаях, - сказал Руфус. “Для этого и существует запретный список. Но люди пытаются утверждать, что это распространяется на все эссенции, хотя это просто не так.”

- Не то чтобы Аниса согласилась, - сказала Фарра.

- Аниса ошибается. - сказал Руфус.

“Я собираюсь вытащить запрещенный список, - сказала Фарра, вставая. - Посмотри, есть ли на нем эссенция греха, прежде чем Джейсон решит, что он собирается делать.”

- Хорошая мысль, - сказал Руфус.

Фарра заставила свой каменный сундук-хранилище подняться из земли. Он поднимался вверх через террасу, не пробиваясь сквозь черепицу, как будто не был по-настоящему материальным, пока не появился полностью.

Она достала из сундука каменную табличку. Он был сделан из вращающегося бело-голубого мрамора, а надпись на нем была сделана чем-то похожим на настоящее золото. Фарра прикоснулась пальцем к тексту, и он начал перемещаться, текст менялся прямо у них на глазах.

“А это что такое?- Спросил Джейсон.

“Это называется живой документ, - сказала Фарра. "Он хранит большие объемы информации и подключен к центральной записи. При обновлении Центральной записи информация в планшете изменяется. У этого есть полный список всех эссенций и их комбинаций, известных магическому обществу.”

“Это отличается от того общества приключений, о котором вы говорили?”

“Да, но мы сможем объяснить все это, когда вернемся к цивилизации, - сказал Руфус.

- Планшет стоит намного дороже, чем бумажная копия списка, - сказала Фарра, - но он меньше и не нуждается в замене, когда список обновляется.”

“А он часто обновляется?- Спросил Джейсон.

“Есть все виды эссенций, - объяснила Фарра, не отрывая глаз от движущегося текста на табличке. - Многие из них чрезвычайно редки. Большинство людей выбирают проверенные комбинации, но всегда есть кто-то, кто пробует что-то новое. А, вот и мы.”

Она нашла в планшете то, что искала, и текст перестал меняться.

“Мы можем посмотреть на эссенцию и увидеть, какие комбинации известны для нее, а также любые ограниченные комбинации, - сказала Фарра. - Похоже, твоя греховная эссенция относится к самой редкой категории. На самом деле их здесь не так уж и много.”

“А это запрещено?- Спросил Джейсон.

“Само по себе нет, - ответила Фарра. - Не очень большой список известных комбинаций. Похоже, есть одна ограниченная комбинация. Никогда раньше не слышала об эссенции суккуба. Вероятно, потому, что для этого нужны две безумно редкие эссенции.”

“А как насчет эссенций, которыми обладает Джейсон?- Спросил Руфус.

“Подожди. Темнота, кровь и грех, верно?”

“Да, это то, что у меня есть, - сказал Джейсон.

“Оно здесь есть, - сказала Фарра. “Они производят эссенцию гибели, еще одну, о которой я никогда не слышала. Не ограничена, так что хорошие новости.”

“Ты сказала - эссенцию гибели?- Сказал Джейсон.

“Так точно, - сказала Фарра, убирая планшет. - Звучит внушительно, верно?”

“Это то, с чем я действительно хочу идти дальше?- Спросил Джейсон.

“Ну конечно, - сказал Гэри. “А кто будет связываться с парнем с эссенцией гибели?”

“А там не сказано, какие именно способности он производит?"- Спросил Руфус.

- Специалист по недугам-вот что там значится, - сказала она.

- Специалист по болезням?- Спросил Джейсон. “Это что-то вроде "смерть от тысячи порезов"?”

- Да - сказал Гэри. - Постоянные повреждения, дебаффы.”

“Ты только что сказал дебаффы?- Спросил Джейсон.

“Да, именно там…”

“Я знаю, что такое дебафф, - сказал Джейсон. “Мне просто интересно, как именно мои способности проявляют это слово.”

“Ну и что ты думаешь?- Спросил Руфус. - Недуги-это необычная специальность, полная противоположность тому, что делает Фарра. Ее способность наносить урон мгновенна и взрывоопасна, но она быстро истощает себя. Специалист по недугам слабее в коротких схватках, но не имеет себе равных в затяжном конфликте.”

“Не знаю, - ответил Джейсон. “Я не знаю, что хорошо.”

“А я говорю-давай, - сказала Фарра. - Здесь не так уж много специалистов по болезням, которые будут пользоваться спросом.”

“Тебя тоже будут вызывать на все крупные бои, - сказал Гэри. “Когда речь заходит о по-настоящему крутых монстрах, ты хочешь оставаться сильным. В такой битве тот, кто сжигает всю свою Ману, как Фарра, просто отстой.”

- Эй!”

Джейсон посмотрел на Руфуса.

“А что, по-твоему, я должен делать?”

Руфус на мгновение собрался с мыслями, прежде чем ответить.

- Специалисты по недугам обычно не обладают способностями, которые могут нанести сильный и быстрый удар. Это дает им более трудное время с тем, что большинство людей считают легкими боями, - сказал Руфус. - В качестве компромисса они становятся все более и более опасными, чем дольше продолжается борьба. У них есть выносливость. Враг, с которым другие будут изнурять себя борьбой, специалист по недугам может сражаться сразу с несколькими врагами. Но это не самый легкий путь. Это требует здравого смысла, чтобы избежать проигрыша, прежде чем ты действительно начнешь действовать.”

“Есть еще фактор устрашения, - сказал Гэри. - Умные люди не связываются со специалистами по болезням. Яды, проклятия, поджигающие твои внутренности. Даже если ты убьешь их, ты все равно останешься ходячим мертвецом. Никому не нужны такие враги.”

“Конечно, есть и социальный фактор, - сказал Руфус. - Специалисты по болезням пугают людей.”

“Значит, я должен это сделать?- Спросил Джейсон. - Использовать эти эссенции, которые у меня есть?”

“Мой совет был бы да, ты должен, - сказал Руфус. “Это не имеет значения, если легкие бои не так уж и легки. Самое главное-это тяжелые бои. Тебе понадобятся навыки, чтобы все сработало, навыки, которых у тебя сейчас нет. Но я могу тебя научить.”

“Теперь есть предложение, от которого нельзя отказаться, - сказал Гэри.

- Согласен” - сказал Фарра. - Семья Руфуса управляет одной из самых эксклюзивных подготовительных академий для искателей приключений в мире. Короли ходят в эту школу. Если он хочет учить тебя, пусть учит.”

- Мы все перед тобой в долгу, Джейсон” - сказал Руфус. “Если бы не ты, мы были бы уже мертвы, и мы никогда этого не забудем. Поэтому мы сделаем все возможное, чтобы помочь тебе найти себя в качестве искателя приключений. Может быть, ты в конце концов найдешь дорогу домой.”

- Спасибо, - сказал Джейсон, - хотя без тебя я бы тоже не выбрался оттуда. Если бы я только выбежал из этой комнаты, то оказался бы посреди пустыни. Ни воды, ни малейшего представления о том, где я нахожусь и куда иду. Даже если бы сектанты не погнались за мной, я бы все равно там погиб.”

“А вот этого я не знаю, - сказал Гэри. “Похоже, ты умеешь менять ситуацию к лучшему.”

“Я думаю, что повернуть Солнце немного выше моего понимания, - сказал Джейсон.

Он положил руку на кровавую эссенцию, лежащую на столе.

- Хорошо, - сказал он. - Я думаю, мы должны сделать это до того, как Аниса выйдет.”

“О, я бы не беспокоилась об этом, - сказала Фарра. “Я оставила ее в кабинете, заваленную документами. Я думаю, она прочитает все бумаги во всем поместье, чтобы убедиться, что ничего не пропустила.”

“Это хорошо, - сказал Джейсон, - потому что у меня есть камень пробуждения, который тоже кажется немного сомнительным.”

Джейсон взял свои две эссенции и встал. Он был обеспокоен тем, что снова потеряет сознание, поэтому он повел их с террасы на траву, где они все сидели на лужайке.

“Так как же это работает?- Спросила Фарра.

“Я просто делаю это, - сказал Джейсон. “Но на этот раз я хочу кое-что попробовать.”

Он держал в руках кровавую эссенцию.

- Сказочные тайные силы открылись мне, когда я поднял свой волшебный куб…

Он поднял кубик над головой одной рукой.

“Что же ты делаешь, черт возьми?- Спросила Фарра.

“Я же сказал, что пытаюсь кое-что сделать, - сказал Джейсон. “Я не ожидал, что это сработает, но это не самая правдоподобная вещь, которую я видел за последний день.”

Джейсон опустил руку.

“Я начинаю подозревать, что дело не только в том, что ты чужак, - сказал Руфус. “Я думаю, что ты можешь быть странным в любом мире.”

У меня есть сила

Когда Джейсон использовал темную эссенцию, она превратилась в дым, мучительно вторгаясь в его тело, пока он не потерял сознание. Вместо этого кровавая эссенция растаяла на его руке, превратившись в вязкую жидкость, которая поползла вверх по руке и начала покрывать его торс, просачиваясь через поры в кожу. Она яростно прожигала себе путь в его плоть, оставляя его распростертым на земле, пока он боролся, чтобы вытерпеть боль. Стиснув зубы, он с трудом удержался, чтобы не потерять сознание. К тому времени, как боль утихла, он уже стоял на четвереньках, тяжело дыша. Его одежда была мокрой от пота.

Вы впитали [Эссенцию крови]. Вы впитали 2 из 4 эссенций.

Прогресс к рангу железа: 50% (2/4 эссенции).

[Эссенция крови] связалась с вашим атрибутом [силы], изменив вашу [силу] с нормальной на [железо 0]. Овладейте всеми способностями эссенции крови, чтобы увеличить свой атрибут [силы].

Вы пробудили способность эссенции крови [сбор крови]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции крови.

“Это было интересно” - произнесла Фарра бесстрастным голосом. "Функционально это похоже на то, как поглощается эссенция слияния, хотя напряжение на этом предмете явно увеличивается. Слишком много вопросов без ответов для одного субъекта. Хотелось бы знать больше.”

“У этого субъекта есть имя” - мучительно простонал Джейсон.

“Интересно, влияет ли тип эссенции на этот процесс” - задумчиво произнесла Фарра. “Ты же сказал, что в прошлый раз потерял сознание, да? Возможно, субъекты приспосабливаются к каждому событию.”

- Первый раз был определенно хуже, - сказал Джейсон. “Не то чтобы в этот раз было очень круто. Мне все равно нужно немного времени.”

“А что у тебя за новая способность?- Спросил Гэри. “Ты ведь должен это чувствовать, верно?”

Как и предполагал Гэри, новая сила запечатлелась в Джейсоне, став его частью.

Способность: [Урожай Крови] (Кровь)

Заклинание (исстощение).

Стоимость: низкая Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Железо: истощает остатки жизненной силы недавно умершего тела, пополняя здоровье, выносливость и Ману. Поражает только мишени с кровью.

“Похоже, это для исцеления после драки, - сказал Джейсон.

- Звучит неплохо, - сказал Гэри. - Способности с ограничениями обычно более мощные. Особенно если это затрудняет их использование в середине боя.”

“Кто же не любит уравновешенные способности, - сказал Джейсон.

“И способность к исцелению тоже, - сказал Гэри. “Это особенно хорошо, когда с тобой нет целителя. Мы проходим через множество зелий.”

“Да, это так” - согласилась Фарра.

“Но у тебя же есть целитель” - сказал Джейсон.

- Аниса не является постоянной частью команды, помнишь?- Сказал Руфус. - Этот контракт предназначен для ее церкви. Они попросили нас взять ее с собой, дать ей немного полевого опыта. Казалось, что это выгодная сделка для обеих сторон.”

- Казалось?- Спросил Джейсон.

“Она может быть немного осуждающей, - сказала Фарра.

“ОЧЕНЬ осуждающей, - сказал Гэри.

“А также холодной, - сказала Фарра.

“Разве минуту назад не вы называли меня "субъектом"?- Спросил Джейсон.

“Не разговаривай за ее спиной, - проворчал Руфус. “Если ты не можешь сказать ей это в лицо, то и не говори.”

“Ну вот, теперь ты меня осуждаешь, - сказал Гэри.

“Гэри…”

“Может быть, мне теперь использовать мою другую сущность?- Спросил Джейсон. “Или мне следует использовать некоторые из этих пробуждающих камней, чтобы получить больше способностей?”

- Сначала эссенции, - сказала Фарра. - Ваши способности основаны на эссенции и камне, из которого вы их получили, очевидно, но также и на эссенциях и способностях, которые у вас уже есть. Использование всех сущностей в первую очередь означает, что способности будут лучше дополнять друг друга.”

“Если ты пробудишь слишком много способностей до того, как получишь все свои эссенции, - сказал Руфус, - твои способности будут недостаточно сфокусированы. Там будет больше случайных сил, которые не работают так же хорошо вместе.”

- Синергия..Взаимодействие , - сказал Джейсон. “Имеет смысл. Это уже другая эссенция. Но я не совсем в форме для следующего раза. Может мне следует просто немного полежать здесь.”

Джейсон снова лег на траву, восстанавливая силы. Он воспользовался случаем, чтобы спросить остальных, куда они направляются, как только покинут поместье. Они рассказали ему о городе на побережье,единственном городе во всей пустыне.

- Хорошо, - сказал Джейсон, садясь. “Я думаю, что снова могу идти.”

Он сидел, скрестив ноги, на траве, держа в руках греховную эссенцию.

> Вы способны поглотить [сущность греха]. Поглотить [ДА/НЕТ]?

Бело-золотой куб начал сжиматься, когда из него появились пылинки света и поплыли вокруг Джейсона. К тому времени, когда весь куб исчез, огни, кружащиеся вокруг Джейсона, превратились в яркую корону.

“А ты уверена, что это эссенция греха?- Спросил Гэри, но Фарра лишь шикнула на него.

Свет начал погружаться в кожу Джейсона, ощущение внутреннего давления нарастало по мере того, как они заполняли его тело. Все больше света проникало внутрь, и дискомфорт превратился в боль, когда он почувствовал, что кто-то пытается надуть его. В конце концов это ощущение прошло, давление уступило место облегчению. Это было похоже на возможность облегчиться после невероятно сильного желания.

Вы впитали [сущность греха]. Вы впитали 3 из 4 эссенций.

Прогресс к рангу железа: 75% (3/4 эссенции).

[Сущность греха] связалась с вашим атрибутом [восстановления], изменив ваше [восстановление] с нормального на [железо 0]. Овладейте всеми способностями сущности греха, чтобы увеличить свой атрибут [восстановления].

Вы пробудили способность сущности греха [наказывать]. Вы пробудили 1 из 5 способностей сущности греха.

“Этот был не так уж плох, - сказал Джейсон. “Мне кажется, я начинаю к этому привыкать.”

- Хорошо, - сказал Руфус, - потому что тебе нужно сделать это снова.”

Словно в подтверждение слов Руфуса, три мерцающих бестелесных Куба появились из туловища Джейсона и начали вращаться вокруг него в воздухе. Кубики были изображениями поглощенных им сущностей, явно лишенных субстанции. Образы сходились перед Джейсоном, накладываясь друг на друга. Как только три куба слились в один, получился новый куб, закрученный светом и тенью. Узоры менялись, словно густые краски, смешанные вместе.

Слияние ваших сущностей породило [сущность/эссенцию гибели]. Это сущность слияния, которую вы можете принять или отвергнуть. Если вы откажетесь от данной эссенции слияния, она больше не будет вам доступна.

“Это похоже на лавовую лампу Инь-Ян, - сказал Джейсон. “А что будет, если я ее не возьму?- Спросил Джейсон.

“Тогда я шлепну тебя по затылку, - сказал Гэри.

“Если ты откажешься от своей эссенции слияния, - сказал Руфус, - ты сможешь только заменить ее обычной эссенцией. Я гарантирую, что это не тот путь, которым нужно идти. Только духовенство отвергает сущность слияния, потому что их боги дают им божественные версии правильных эссенций.”

Джейсон кивнул, протягивая обе руки, чтобы схватить эссенцию. Нематериальное изображение стало твердым в тот момент, когда Джейсон коснулся его. Свет и тень начали струиться наружу, окутывая Джейсона странной смесью света и тьмы. Затем оно двинулось на Джейсона, погружаясь в его тело. По сравнению с предыдущими эссенциями это ощущалось хуже всего.

Вы впитали [сущность гибели]. Вы впитали 4 из 4 эссенций.

Прогресс к рангу железа: 100% (4/4 эссенции).

[Сущность гибели] связалась с вашим атрибутом [Духа], изменив ваш [дух] с нормального на [Железный 0]. Овладейте всеми способностями сущности гибели, чтобы увеличить свой атрибут [Духа].

Вы пробудили способность сущности гибели [неумолимая гибель]. Вы пробудили 1 из 5 способностей Эссенции Гибели.

Как только сущность была полностью поглощена Джейсоном, из его тела начал выходить свет. Это был странный серый свет, смывающий цвета всего, к чему он прикасался, от травы до сидящих вокруг него искателей приключений. Они были совершенно равнодушны, Руфус широко улыбался, Фарра смеялась, а Гэри восторженно хлопал в ладоши.

Вы впитали 4/4 эссенции.

Все ваши атрибуты достигли железного ранга.

Вы достигли железного ранга.

Вы получили снижение урона против источников урона нормального ранга.

Вы приобрели повышенную устойчивость к эффектам нормального ранга.

Вы обрели способность ощущать ауры.

Вы обрели способность поддерживать себя, используя источники концентрированной магии.

Джейсон вскочил на ноги. Он чувствовал себя так, словно его только что пронзили огромной адреналиновой иглой, взрывающейся энергией. Он громко рассмеялся, глядя на свои руки. Свет проникал прямо сквозь его кожу.

“Это потрясающее ощущение!”

Остальные тоже поднялись на ноги.

“Я чувствую, что мне нужно подняться на гору или что-то в этом роде, - сказал Джейсон. Он был слишком поглощен ощущением нахлынувшей на него силы, чтобы заметить сочувствующие взгляды остальных.

“Ну ладно, - сказал Гэри, - просто подожди немного.”

“А зачем тебе это?- Спросил Джейсон. “Почему вы все отступаете?”

Свет начал уменьшаться, втягиваясь обратно в тело Джейсона. В этот момент он почувствовал нарастающую тошноту, ощущение все росло и росло, пока он сопротивлялся позыву к рвоте. Он рухнул на четвереньки, из него брызнула рвота. Красно-коричневый гной начал сочиться из его пор, пачкая одежду и покрывая кожу маслянистой грязью. Его все рвало и рвало, из глаз текли кровавые слезы.

Наконец он потерял сознание и упал в лужу собственных телесных жидкостей. От него исходило ужасающее зловоние, и остальные попятились еще дальше. Даже в бессознательном состоянии гной и рвота пробивались наружу из его тела. Остальные смотрели на него, пока он наконец не затих.

“Этого было… Очень много", - сказал Гэри.

“Я совершала множество ритуалов эссенции, - сказала Фарра, - но никогда раньше не видела, чтобы кто-то очищался от нечистот в таком количестве.”

“Как ты думаешь, что он ел?- Спросил Гэри.

“Он из другого мира, так что ничего нельзя сказать наверняка", - сказала Фарра.

“А ты не думаешь, что мы должны были рассказать ему об этом?- Спросил Руфус.

“Вовсе нет, - ответил Гэри. “Ты видела выражение его лица? Оно того стоит.”

“Но мне как-то не по себе, - сказал Руфус.

“Если бы он знал, все было бы по-другому, - сказала Фарра. “Мы все прошли через это.”

“И он чужак, - добавил Гэри. “Он не впитывал свои сущности так же, как мы. Мы не могли быть уверены, что это произойдет.”

“Наверное, надо было сначала сказать ему, чтобы он разделся, - сказала Фарра. “Из этой одежды невозможно будет выветрить вонь..”

- Гэри, - сказал Руфус, - пойди хотя бы вытащи его из собственной грязи.”

“Ты можешь это сделать, если хочешь, - сказал Гэри. “Я туда не пойду.”

- Фарра?- Спросил Руфус, но она покачала головой.

“Если тебя это так беспокоит, - сказала Фарра, - тогда иди и убери его.”

Руфус посмотрел на Джейсона, распростертого в зловонной луже.

“Я уверена, что с ним все будет в порядке.”

Камень апокалипсиса

Камень апокалипсиса

— Мне нужен душ, — сказал Джейсон.

— Ты только что принимал душ, — сказал Руфус.

— Мне нужен ещё один душ. Вонь не уходит.

— О, мы в курсе, — сказала Фарра.

После того как Джейсон пришел в себя, его напоили зельем выносливости и указали направление к одной из ванных комнат поместья. Смыв грязь, которая сочилась из самых пор его кожи, он переоделся в свежую одежду.

— Что это была за дрянь на мне? — спросил Джейсон.

— Мы же говорили, — сказала Фарра. — Достижение железного ранга заставило твое тело продвинуться ближе к состоянию совершенства, что включало очищение организма от примесей.

— Не может быть, чтобы я был настолько нечист.

— Казалось, что этого было много, — сказал Гэри, морща нос. — Может, ему стоит принять ещё один душ.

— Ему ещё нужно использовать камни пробуждения, — сказал Руфус, — а я хочу, чтобы мы были вне этого места и на тропе к полудню.

Джейсон нахмурился, когда Руфус достал карманные часы.

— У вас в этом мире есть полдень?

Они объяснили Джейсону систему отсчета времени в их мире, пока они возвращались на улицу. К его удивлению, она казалась точно такой же, как в его собственном. Он не мог быть уверен, насколько их часы, минуты и секунды соответствуют тем, что он знал, без часов из его собственного мира, но, по крайней мере, они были близки.

— Странно, что они одинаковые, — сказал Гэри.

— Подозрительно странно, — сказал Джейсон.

— А как насчет календаря? — спросил Джейсон. — Он тоже такой же?

Местный календарь, как оказалось, был похожим, но не таким же, хотя и не так близок, как время. В нем было двенадцать месяцев по тридцать дней, разделенных на ранние, средние и поздние стадии каждого сезона. Было пять дополнительных дней, которые не считались днями месяца, для солнцестояний, равноденствий и нового года, который был в начале весны.

— Всё равно кажется странным, что мы ведем отсчет времени одинаково в двух мирах, — сказал Джейсон.

— Ну, может, кто-то из твоего мира пришел сюда, — сказал Гэри, — увидел, как мы это делаем, и принес обратно в твой.

— Или кто-то принес нашу систему сюда, — сказал Джейсон.

— Не, это звучит неправильно, — сказал Гэри.

— Ты хочешь сказать, что ваш мир лучше моего? — спросил Джейсон.

— У нас есть магия, — сказал Гэри.

— У нас есть интернет-порно, — сказал Джейсон.

— Вы двое, пожалуйста, прекратите? — попросил Руфус. — Гэри, иди проверь Анису. Скажи ей, что ей нужно закончить в ближайшие пару часов.

Руфус, Фарра и Джейсон вернулись на улицу, остальные давали Джейсону и его остаточному запаху некоторую дистанцию.

— С вами что-то случилось? — спросил Джейсон у остальных.

— Типа чего? — спросил Руфус.

— Не уверен, — сказал Джейсон. — У меня странное предчувствие от вас двоих. И от Гэри тоже. Это ощущается… не уверен, как это описать. Опасно, может быть?

Руфус рассмеялся.

— Это ощущение — наши ауры, — сказал Руфус. — Теперь, когда ты железного ранга, ты можешь их чувствовать. Мы оба бронзового ранга, и не так уж далеко от серебряного, так что мы намного мощнее тебя. Это та опасность, которую ты чувствуешь. Скоро ты научишься различать силу и отличать монстра от пользователя эссенции и от обычного человека.

— Значит, это как предупреждение, — сказал Джейсон.

— Да, — сказала Фарра, — но оно не совсем надежно. Некоторые монстры могут скрывать свои ауры. Люди тоже могут, если у них есть сила ауры.

Они вернулись на лужайку снаружи, держась с наветренной стороны от места, где всё ещё лежала лужа джейсоновой жижи.

— Ты ведь уже использовал камень пробуждения, верно? — спросил Руфус. — Это сильно отличалось от использования эссенции?

— Это было проще, — сказал Джейсон. — Для них тоже нужен ритуал, верно?

— Нужен, — сказала Фарра. — Ну, не тебе, по-видимому, но всем остальным. Сколько у тебя камней?

— Шесть, — сказал Джейсон.

— Хорошо, что ты можешь просто использовать их, — сказал Руфус. — Прохождение полудюжины ритуалов заняло бы часы.

— Было бы не так уж плохо, — сказала Фарра. — Я сделала их кучу, так что могу быстро с ними разделаться.

Они сели на мягкую траву, и Джейсон достал свои камни пробуждения, выложив их в ряд.

— Их использовали как часть ритуала жертвоприношения? — спросил Джейсон.

— Иногда камни пробуждения используются как часть очень мощных ритуалов, — объяснила Фарра. — Даже эссенции, иногда.

— Они действительно создали монстра апокалипсиса, — сказал Руфус.

— Могла ли эта штука действительно уничтожить мир? — сказал Джейсон. — Не то чтобы она не была пугающей, но она не казалась способной на глобальное уничтожение.

— Им пришлось бы кормить её долгое время, прежде чем она стала бы подлинной угрозой, — сказала Фарра. — Вероятно, они намеревались держать её где-то в изоляции и снабжать постоянным потоком жертв. Убить её, как только она появилась, было всё равно что раздавить яйцо, прежде чем из него вылупится опасное животное.

— Даже если бы мы этого не сделали, — сказал Руфус, — есть люди намного сильнее нас, которые могли бы с ней справиться. Даже если бы она стала по-настоящему мощной, существуют искатели приключений алмазного ранга.

— Это самый высокий ранг? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Руфус, — но их нечасто увидишь.

— Или вообще не увидишь, если ты обычный человек, — сказала Фарра. — Я встречала только одного из-за этого мистера «Модные штанишки».

— Я не ношу штанишки, — сказал Руфус.

— Дедушка Руфуса — алмазного ранга, — сказала Фарра. — Он канцлер академии, которой управляет его семья.

— Пользователи эссенций алмазного ранга — это пик смертной мощи, — объяснил Руфус. — Общество искателей приключений любит держать двух или трех в крупнейших городах на случай, если появится монстр алмазного ранга. Впрочем, это случается редко, так что их по большей части не видно. Когда ты настолько могущественен, идея высшей власти вызывает смех. По большей части искатели приключений алмазного ранга — это загадочные фигуры, преследующие цели, известные только им.

— И в любом случае их не так много, — сказала Фарра. — Единственная причина, по которой они существуют в таком количестве, — это то, что они живут так долго.

— Они живут дольше? — спросил Джейсон.

— Все пользователи эссенций стареют медленнее, — сказал Руфус. — На железном ранге ты бы не заметил разницы, но бронзовые ранги могут прожить далеко за сто лет. Серебряные могут удвоить это; достигни серебряного ранга достаточно молодым, и ты будешь выглядеть молодым десятилетиями. Золотые ранги живут столетиями, и я даже не уверен, что алмазные ранги могут умереть от старости.

— Они бессмертны? — спросил Джейсон.

— Это слух, — сказал Руфус, — но упорный. Существует своего рода неписаное правило, что алмазные ранги не говорят остальным о пределах своих способностей.

— Значит, я теперь стану суперстарым?

— Продолжай повышать свой ранг, и да, — сказал Руфус.

— Ого, это настоящая бомба, — сказал Джейсон.

— Что такое бомба? — спросила Фарра.

— Это оружие, которое вызывает большой взрыв. Представь, что стреляешь Фаррой в людей.

— Мы вроде как уже это делаем, — сказал Руфус.

— Так как мне повысить свой ранг? — спросил Джейсон. — Я хочу немного этого сладкого бессмертия.

— Как насчет того, чтобы сначала научиться ходить, а потом бегать, — сказал Руфус. — Ты даже не можешь должным образом прогрессировать к бронзовому рангу, пока не пробудишь каждую способность эссенции, которая у тебя есть. Это все двадцать. Первый шаг — использование этих камней пробуждения.

Джейсон кивнул, взял первый камень и сделал глубокий вдох.

— Поехали.

Камень растаял в его руке, погружаясь в кожу без лишнего шума.

Вы пробудили способность эссенции крови [Укус пиявки]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции крови.

— И это всё? — спросила Фарра.

Живот Джейсона издал громкое урчание.

— Я уже был довольно голоден, — сказал он. — Думаю, камень пира сделал это хуже.

— Ты теперь пользователь эссенции, — сказал Руфус. — Съешь духа-монету.

Джейсон достал из инвентаря монету железного ранга. Она имела металлическо-серый цвет железа, но на самом деле была сделана из кристалла. Нерешительно он положил её в рот, где она немедленно растворилась с интенсивным шипящим ощущением. На вкус это было так, будто он коснулся языком батарейки, терпко и энергично. Он почувствовал, как сила наводняет его тело, смывая голод мгновений назад. Руфус и Фарра рассмеялись, наблюдая за его выражением лица, широко открытыми глазами и тяжелым дыханием.

— Что с ним не так? — спросил Гэри. Он покинул поместье через двери террасы и подошел, чтобы сесть с ними на лужайку.

— Он только что съел свою первую духа-монету, — сказал Руфус, заставив Гэри хмыкнуть.

Джейсон покачал головой, чтобы прояснить мысли.

— Не думаю, что когда-либо был настолько бодр, — сказал он.

Руфус взял другой камень пробуждения и протянул ему. Джейсон кивнул и взял его. Он прошел через оставшиеся камни пробуждения пира один за другим.

Вы пробудили способность эссенции крови [Пир крови]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции крови.

Вы пробудили способность эссенции греха [Пир отпущения грехов]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции греха.

Вы пробудили способность эссенции греха [Пожиратель грехов]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции греха.

У Джейсона были способности до того, как он достиг железного ранга, но теперь он мог чувствовать их внутри себя гораздо отчетливее. Они были как охотничьи собаки, ожидающие, когда их спустят с поводка по его команде. Даже без описаний Джейсон ясно понимал способности, которые только что пробудил. Две пришли из эссенции крови и были разными способами высасывания здоровья. Две другие пришли из эссенции греха, позволяя ему сопротивляться наложениям на себе или снимать наложения с других.

— Мои способности кажутся неполными, — сказал Джейсон. — Как пазл, где у меня нет всех кусочков.

— Есть шкала, — сказала Фарра. — На одном конце шкалы люди, чьи способности сильны по отдельности. Эти люди не склонны чувствовать то, что чувствуешь ты, потому что их силы могут работать вместе, но не зависят друг от друга.

— Такие способности сильны, но просты, — сказал Руфус. — Способности Фарры именно такие.

— Конечно, просто не значит плохо, — сказала Фарра. — Прямолинейная сила — обычно самое эффективное решение проблемы. Именно когда пытаешься усложнить, всё идет не так.

— По мнению людей с простыми силами, — сказал Гэри.

Фарра показала Гэри язык.

— На другом конце шкалы, — продолжил Руфус, — способности, которые не впечатляют в изоляции, но при использовании вместе становятся очень опасными. Специалисты по наложениям склонны попадать в этот конец шкалы, так что ожидай, что твои силы будут казаться неуклюжими, пока не получишь полный набор.

— Разве этот твой кинжал не отравляет людей? — сказал Гэри.

Кинжал Джейсона был убран вместе со снаряжением его новых спутников. Он получил его обратно в то же время, когда Руфус вернул себе пару показных синих сапог. Несмотря на кричащий цвет, он был к ним явно неравнодушен.

— Ты можешь положиться на свой кинжал как на дополнительный источник наложений, пока не пробудишь все свои силы, — сказал Гэри.

— Кстати об этом, — сказал Руфус, — у тебя есть ещё два камня пробуждения, с которыми нужно разобраться, прежде чем мы уйдем.

Джейсон кивнул, поднимая следующий камень. В отличие от камней пробуждения пира, его следующий камень пробуждения был более высокого ранга.

Предмет: [Камень пробуждения приключений] (без ранга, редкий)

*Камень пробуждения, наполненный духом приключений. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

Требования: Непробужденная способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

— С камнями пробуждения, — сказал Джейсон, — вы говорили, что редкость не делает камни лучше, верно?

— Нет, просто более специализированными, — сказала Фарра. — И их труднее найти, очевидно. Все камни имеют некоторую степень фокуса, но нельзя точно сказать, что именно они тебе дадут. Те камни пира, например, могли дать тебе что угодно: от специальных атак, высасывающих ману, до создания еды или призыва плотоядных рыб. Людям нравится иметь некоторый контроль, поэтому камни с желаемыми специализациями обычно самые дорогие.

Она похлопала Руфуса по колену.

— Хотя, когда ты из большой важной семьи, как Руфус здесь, тебе присылают камни высокой редкости ящиками.

— Впрочем, нет никаких гарантий, когда дело доходит до пробуждения сил, — сказал Руфус. — Даже с самыми редкими камнями. Что это за камень пробуждения? — спросил Руфус.

— Камень пробуждения приключений, — сказал Джейсон.

— Правда? — удивилась Фарра.

— Они очень востребованы, — сказал Руфус. — С камнем средней редкости трудно точно определить, что он даст, но это почти всегда полезная вспомогательная сила.

— Просто иметь кучу разрушительных боевых сил делает тебя менее полезным для команды, — сказал Гэри. — Даже Фарра это знает. Несколько хороших вспомогательных сил могут действительно помочь тебе, когда дело доходит до получения работы, так как многие команды будут рады видеть тебя в своих рядах.

— Ну, поехали, — сказал Джейсон, когда камень растаял в его руке. Всё его предплечье онемело, и на мгновение он мог видеть сквозь него, прежде чем оно вернулось в норму.

— Это было странно.

Вы пробудили способность эссенции тьмы [Путь теней]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции тьмы.

Способность: [Путь теней] (Тьма)

Особая способность (измерение, телепортация)

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Телепортация с использованием теней в качестве портала. Вы должны видеть целевую тень.

— Телепортация между тенями, — сказал Джейсон со смехом. — Вот это настоящая магическая сила.

Он огляделся в поисках тени, чтобы попробовать, затем остановился.

— Если не считать этого странного весеннего поместья здесь, — сказал Джейсон, — мы посреди пустыни, верно?

— Верно, — сказал Руфус.

— Не припомню, чтобы видел много тенистых уголков в бесплодной пустынной пустоши, — сказал Джейсон.

— Это много открытой местности, — признал Руфус.

Немного приуныв, Джейсон повернулся к своему последнему камню пробуждения.

Предмет: [Камень пробуждения апокалипсиса] (без ранга, легендарный)

*Камень пробуждения, содержащий семя уничтожения. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

Требования: Непробужденная способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 10 непробужденных способностей эссенции.

Вы можете поглотить [Камень пробуждения апокалипсиса]

Поглотить Д/Н?

— Я немного опасаюсь этого, — сказал Джейсон.

— Что это за камень? — спросила Фарра.

— Это, э-э… камень пробуждения, — сказал Джейсон.

— Чего? — спросила Фарра.

— Ну… апокалипсиса.

Гэри разразился смехом, падая обратно на траву. Руфус поднял бровь, а глаза Фарры расширились.

— Правда? — спросил Руфус поверх смеха Гэри.

— Мне действительно стоит его использовать? — спросил Джейсон.

— Не уверен, — сказал Руфус. — Я никогда раньше не слышал об этом. Звучит как неприятности.

— Тебе стоит подумать о том, чтобы продать его, — сказала Фарра. — За такой камень пробуждения ты получишь достаточно, чтобы купить все камни пробуждения, которые тебе понадобятся.

— Даже не смей! — крикнул Гэри, садясь обратно. — Ты используешь этот камень!

— Гэри, — сказал Руфус, — ему нужно быть осторожным со своим выбором. Мы не знаем, какую способность может дать этот камень.

— Мощную, — сказал Гэри. — Джейсон, тебе нужно забрать всю силу, которую сможешь.

— Он уже использует редкую комбинацию эссенций, — сказал Руфус. — Что, если этот камень откроет какую-то силу, которая внесет его комбинацию в ограниченный список?

— Ты знаешь, что они снисходительны к людям, которые открывают новые вещи, — сказал Гэри. — Они не могут винить его, если даже они сами этого не знали.

— Это камень пробуждения апокалипсиса, — сказал Руфус. — Это довольно большой намек.

— В любом случае это не имеет значения, — вмешалась Фарра. — Смотрите.

Рука Джейсона была кроваво-красной там, где камень пробуждения погрузился в неё, прежде чем вернуться к нормальному цвету.

— Это было опрометчиво, — сказал Руфус.

— Прежде всего, искатели приключений сильны, — сказал Джейсон. — Твои слова. Эти способности, которые я получал, хороши, но я видел, как Фарра распыляла лаву, словно она била из шланга. Я хочу такую силу.

— Да, ты хочешь, — сказал Гэри.

— Не помогаешь, Гэри, — сказал Руфус.

— Нет, Руфус, — сказал Гэри. — Он прав. Ему нужно получить всю силу, которую он может, и ты это знаешь.

— Нет смысла спорить о том, что сделано, — сказала Фарра. — Джейсон, ты мог бы рассказать нам, какую силу ты получил.

Том 1 Глава 22.1

“Мне нужно принять душ” - сказал Джейсон.

“Ты только что принял душ” - сказал Руфус.

“Мне нужен еще один душ. Эта вонь никуда не денется.”

“О, мы в курсе,” сказала Фарра.

После пробуждения Джейсона накормили зельем выносливости и направили в сторону одной из ванных комнат особняка. Смыв грязь, которая сочилась из самых пор его кожи, он переоделся в свежую одежду.

“Что это за дрянь была на мне?- Спросил Джейсон.

“Мы же тебе говорили” - сказала Фарра. - Достижение железного ранга приблизило твое тело к состоянию совершенства, которое включало в себя очищение твоего тела от нечистот.”

“Не может быть, чтобы я был настолько нечист.”

“Казалось, что "этого" было правда много, - сказал Гэри, наморщив нос. - Может, ему стоит еще раз принять душ?”

“У него все еще есть камни пробуждения, - сказал Руфус, - и я хочу, чтобы мы убрались отсюда и вышли на тропу к полудню.”

Джейсон нахмурился, когда Руфус достал карманные часы, чтобы посмотреть на них.

“У тебя есть полдень в этом мире?”

Вернувшись на улицу, они объяснили Джейсону, что такое хронометраж в их мире. К его удивлению, она оказалась точно такой же, как и у него самого. Он не был уверен, насколько близки их часы, минуты и секунды к тем, которыми он обладал в своем мире, но они были, по крайней мере, близки.

- Странно, что они такие же, - сказал Гэри.

- Подозрительно странно, - сказал Джейсон.

“А как насчет календаря?- Спросил Джейсон. “И это тоже самое?”

Местный календарь, как оказалось, был похож, но не совсем такой же. Там было двенадцать месяцев по тридцать дней, разделенных на раннюю, среднюю и позднюю стадии каждого сезона. Было еще пять дней, которые не считались днями месяца, для солнцестояний, равноденствий и Нового года, который был в начале весны.

“И все же мне кажется странным, что мы одинаково следим за временем в двух мирах, - сказал Джейсон.

“Ну, может быть, кто-то из вашего мира пришел сюда, - сказал Гэри, - увидел, как мы это делаем, и забрал его обратно к вам.”

“Или кто-то принес сюда нашу систему, - сказал Джейсон.

- Нет, это звучит не совсем правильно” - сказал Гэри.

“Ты хочешь сказать, что твой мир лучше моего?- Спросил Джейсон.

“У нас есть магия, - сказал Гэри.

“У нас есть интернет-порно, - сказал Джейсон.

“Может быть, вы оба остановитесь?- Спросил Руфус. - Гэри, иди проверь, как там Аниса. Скажи ей, что она должна закончить в ближайшие пару часов.”

Руфус, Фарра и Джейсон вышли наружу, а остальные отошли на некоторое расстояние от Джейсона и его запаха.

“С вами что-то случилось?- Спросил Джейсон остальных.

“Например, что?- Спросил Руфус.

“Я не уверен, - сказал Джейсон. “От вас двоих я получаю странную вибрацию. И от Гэри тоже. Это чувство ... я не знаю, как его описать. Может быть, это опасно?”

Руфус рассмеялся.

“Это ощущение - наша аура, - сказал Руфус. “Теперь, когда ты железный ранг, ты можешь чувствовать их. Мы оба бронзового ранга, и не так уж далеко от серебра, так что мы намного сильнее тебя. Это и есть та опасность, которую ты чувствуешь. Вы скоро научитесь различать силу и отличать монстра от пользователя эссенции, а его от обычного человека.”

“Так это что-то вроде предупреждения” - сказал Джейсон.

“Да, - сказала Фарра, - но это не совсем надежно. Некоторые монстры могут скрывать свои ауры. Люди тоже могут, если у них есть сила ауры.”

Они вернулись на лужайку снаружи, держась с подветренной стороны от того места, где вся эта Джейсоновская жижа все еще лежала в форме лужи.

“Ты ведь уже использовал камень пробуждения, верно?- Спросил Руфус. “А разве это сильно отличалось от использования эссенции?”

“Так было проще, - сказал Джейсон. “Для них тоже нужен ритуал, верно?”

“А ты знаешь, - сказала Фарра. “Ну, по-видимому, не ты, а все остальные. А сколько у тебя камней?”

- Шесть,- сказал Джейсон.

“Хорошо, что ты можешь просто использовать их, - сказал Руфус. - Чтобы пройти через полдюжины ритуалов, потребуется несколько часов.”

“Это было бы не так уж плохо, - сказала Фарра. “Я сделала их целую кучу, так что могу быстро вырубить их.”

Они сели на мягкую траву, и Джейсон достал свои пробуждающиеся камни, разложив их в ряд.

“Откуда вы все это взяли?"- Спросила Фарра.

- Праздничные камни были на тех клетках, в которых они нас держали.”

“В тех ритуальных чашах, которые вмонтированы сверху?- Спросила Фарра.

- Да, - сказал Джейсон. “Я поймал их, когда мы шли.”

- Иногда камни пробуждения используются как часть масштабного ритуала, - объяснила Фарра. - Иногда даже эссенции.”

“Они действительно создали монстра апокалипсиса” - сказал Руфус.

“Неужели эта штука действительно уничтожила весь мир?- Сказал Джейсон. “Не скажу, что это было не страшно, но мне показалось, что он не справился с задачей глобального уничтожения.”

“Им пришлось бы долго кормить его, прежде чем он стал бы настоящей угрозой, - сказала Фарра. - Эти люди, вероятно, намеревались держать его где-то изолированным и снабжать постоянным потоком жертв. Убить его, как только он появился, было все равно что разбить яйцо, прежде чем из него вылупится опасное животное.”

“Даже если бы мы этого не сделали, - сказал Руфус, - есть люди гораздо более сильные, чем мы, которые могли бы справиться с этим. Даже если он стал действительно могущественным, там есть искатели приключений алмазного ранга.”

“Это самый высокий чин?- Спросил Джейсон.

“Так оно и есть, - сказал Руфус, - но ты нечасто их видишь.”

“Или вообще никогда, если вы - большинство людей, - сказала Фарра. “Я встретила здесь только одного из-за Мистера Фэнси Бричса.”

- Дедушка Руфуса обладает алмазным рангом, - добавила Фарра. “Он ректор Академии, которой управляет его семья.”

- Пользователи эссенции алмазного ранга-это вершина силы смертных, - объяснил Руфус. - Общество приключений предпочитает держать двух-трех человек в самых больших городах, на случай, если появится монстр алмазного ранга. Но это случается редко, поэтому они в основном остаются незамеченными. Когда вы настолько могущественны, мысль о высшем авторитете просто смехотворна. В основном, искатели приключений алмазного ранга-это таинственные фигуры, преследующие цели, известные только им.”

“И в любом случае здесь не так уж много любителей алмазов,-сказала Фарра. - Единственная причина, по которой они существуют в таком количестве, это то, что они живут так долго.”

“Они живут дольше?- Спросил Джейсон.

“Все пользователи эссенции стареют медленнее, - сказал Руфус. “В железном ранге ты не заметишь разницы, но бронзовые ранкеры могут прожить далеко за сотню. Серебряные могут удвоить это; достигните серебряного ранга достаточно молодым, и вы будете выглядеть молодо в течение десятилетий. Золотые ранкеры живут веками, и я даже не уверен, что алмазные ранкеры могут умереть от старости.”

“Они бессмертны?- Спросил Джейсон.

“Это слух, - сказал Руфус, - но очень упорный. Существует своего рода неписаное правило, что алмазные ранкеры не говорят остальным о пределах своих способностей.”

“Ну что, теперь я стану совсем старым?- Спросил Джейсон.

“Продолжай повышать свой ранг, и да, - сказал Руфус.

- Ух ты, да это же настоящая бомба, - сказал Джейсон.

“А что такое "бомба"?- Спросила Фарра.

- Это оружие, которое вызывает огромный взрыв. Представьте себе стреляющую по людям Фарру.”

“Мы вроде как уже это делаем, - сказал Руфус.

“Так как же мне повысить свой ранг?- Спросил Джейсон. “Я хочу немного этого сладкого действия бессмертия.”

“Как насчет того, чтобы прогуляться, прежде чем бежать, - предложил Руфус. “Ты даже не сможешь должным образом продвинуться к бронзовому рангу, пока не пробудишь все способности эссенции, которые у тебя есть. Вот и все двадцать. Первый шаг-это использование этих пробуждающих камней.”

Джейсон кивнул, взял первый камень и глубоко вздохнул.

- А вот и мы.

Камень таял в его руке, впиваясь в кожу небольшими огоньками.

Вы пробудили способность эссенции крови [укус пиявки]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции крови.

“И это все?- Спросила Фарра.

Желудок Джейсона издал громкий урчащий звук.

“Я уже порядком проголодался” - сказал он. “Я думаю, что камень праздника сделал все еще хуже.”

“Теперь ты пользуешься эссенцией, - сказал Руфус. “Есть духовная монета.”

Джейсон достал из инвентаря железную монету. Она была металлически-серого цвета железа, но на самом деле была сделана из хрусталя. Он нерешительно положил ее в рот, где она тут же растворилось с сильным шипением. На вкус она был такой же, как если бы он прикоснулся языком к батарейке, терпкой и обжигающей. Он почувствовал, как сила затопила его тело, смывая голод, который был мгновением раньше. Руфус и Фарра рассмеялись, глядя на его лицо, на котором читались непередаваемые удивление и испуг. Он тяжело дышал.

“Да что с ним не так?- Спросил Гэри. Он покинул поместье через двери террасы и подошел посидеть с ними на лужайке.

“Он только что съел свою первую монету духа” - сказал Руфус, заставив Гэри фыркнуть.

Джейсон потряс головой, чтобы прояснить ее.

“Не думаю, что я когда-нибудь так бодрствовал, - сказал он.

Руфус поднял еще один пробуждающий камень и протянул ему. Джейсон кивнул и взял его. Он быстро перебрал оставшиеся пробуждающиеся камни праздника.

*Вы пробудили способность эссенции крови [праздник крови]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции крови.

*Вы пробудили способность эссенции греха [праздник отпущения грехов]. *Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции греха.

*Вы пробудили способность эссенции греха [Пожиратель греха]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции греха.

Том 1 Глава 22.2

Джейсон обладал способностями еще до того, как достиг железного ранга, но теперь он чувствовал их в себе гораздо отчетливее. Они были похожи на охотничьих собак, ожидающих, когда их выпустят по команде. Даже без описаний Джейсон ясно понимал те способности, которые он только что пробудил. Две из них исходили из эссенции крови и были разными способами истощения здоровья. Два других произошли от эссенции греха, позволяя ему отражать болезни на себе или устранять их у других.

“Мои способности кажутся неполными, - сказал Джейсон. - Как в головоломке, где у меня нет всех кусочков.”

“Там есть шкала, - сказала Фарра. “На одном конце шкалы находятся люди, чьи способности индивидуально сильны. Эти люди обычно не чувствуют того, что чувствуешь ты, потому что их силы могут работать вместе, но они не зависят друг от друга.”

“Такие способности сильны, но просты, - сказал Руфус. - У Фарры такие способности.”

- Конечно, просто не значит плохо, - сказала Фарра. - Прямая власть-это обычно самое эффективное решение проблемы. Именно тогда, когда вы пытаетесь усложнить ситуацию, все идет наперекосяк.”

“Если верить людям с простыми способностями", - сказал Гэри.

Фарра показала Гэри язык.

“На другом конце шкалы, - сказал Руфус, - находятся способности, которые не вызывают восторга по отдельности, но используемые вместе, становятся очень опасными. Специалисты по страданиям и недугам, как правило, попадают в этот конец шкалы, поэтому ожидай, что твои силы будут чувствовать себя странно, пока ты не получишь полный набор.”

“А разве твой кинжал не отравляет людей?- Спросил Гэри.

Кинжал Джейсона был спрятан вместе со снаряжением его новых товарищей. Он получил его обратно в то же самое время, когда Руфус вернул себе пару показных синих сапог. Несмотря на кричащий цвет, он явно очень любил их.

“Ты можешь положиться на свой кинжал в качестве дополнительного источника недугов, пока не пробудишь все свои силы, - сказал Гэри.

- Кстати об этом, - сказал Руфус, - тебе нужно пройти еще через два камня пробуждения, прежде чем мы уйдем.”

Джейсон кивнул и взял следующий камень. В отличие от праздничных камней пробуждения, его следующий камень пробуждения был более высоко оценен.

Предмет: [пробуждающий камень приключений] (без рангов, редкий)

Пробуждающийся камень, наполненный духом приключений. (расходный материал, пробуждающий камень).

Требования: непробужденная способность эссенции.

Эффект: пробуждает способность эссенции.

У вас есть 11 непробужденных способностей эссенции.

Вы способны поглотить [пробуждающий камень приключений]. Поглощать ДА/НЕТ?

“С помощью пробуждающих камней, - сказал Джейсон, - вы сказали, что редкость не делает камни лучше, верно?”

“Нет, просто более специализированными, - ответила Фарра. - И его, очевидно, труднее найти. У всех камней есть некоторое количество специализации, но никто точно не знает, что они дадут тебе. Эти праздничные камни, например, могли бы дать что угодно-от специальных атак, высасывающих Ману, до заклинания пищи и вызова плотоядных рыб. Люди любят иметь некоторый контроль, поэтому камни с желательными специальностями, как правило, являются самыми дорогими.”

Она похлопала Руфуса по колену.

- Хотя, когда ты выходишь из такой большой и важной семьи, как здешний Руфус, они отправляют тебе очень редкие камни вместе с ящиком.”

“Но когда речь заходит о пробуждении сил, нет никаких гарантий, - сказал Руфус. “Даже с самыми редкими камнями. Что же это за пробуждающий камень такой?"

- Пробуждающий камень приключений - сказал Джейсон.

- Неужели?- Удивленно спросила Фарра.

“Они очень востребованы, - сказал Руфус. “Являясь камнем средней редкости трудно определить, что он будет выдавать, но это почти всегда весьма полезная сила.”

“Просто обладание кучей разрушительных боевых способностей делает тебя менее полезным для команды, - сказал Гэри. - Даже Фарра знает это. Несколько хороших утилитарных способностей действительно могут помочь тебе, когда речь заходит о получении лучшей работы. Группы будут рады взять тебя с собой, когда это облегчит им задачу.”

“Ну, вот и готово.. Снова, - сказал Джейсон, когда камень растаял в его руке. Все его предплечье онемело, и на мгновение он смог видеть прямо сквозь него, прежде чем оно вернулось в нормальное состояние.

“Это было странно.”

Вы пробудили способность темной сущности/эссенции [путь теней]. Вы пробудили 3 из 5 способностей темной сущности.

Способность: [путь теней] (темная)

Специальная способность (измерение, телепортация)

Стоимость: низкая Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): телепортация между тенями. Вы должны быть в состоянии видеть тень назначения.

- Теневой телепорт,- сказал Джейсон со смехом. “Вот это уже настоящая магическая сила.”

Он огляделся в поисках тени, чтобы опробовать ее, и остановился.

“Если не считать этого странного загородного поместья, - сказал Джейсон, - мы ведь находимся посреди пустыни, верно?”

“Совершенно верно, - сказал Руфус.

“Не припомню, чтобы я видел много темных уголков в бесплодной пустыне, - сказал Джейсон.

“Здесь много открытой местности, - признал Руфус.

Слегка обескураженный, Джейсон повернулся к своему последнему камню пробуждения.

Предмет: [пробуждающий камень Апокалипсиса] (вне ранга, легендарный)

Камень пробуждения, содержащий семя уничтожения. (расходуемый, пробуждающий камень).

Требования: непробужденная способность эссенции.

Эффект: пробуждает способность эссенции.

У вас есть 10 непробужденных способностей эссенции.

Вы способны поглотить [пробуждающий камень Апокалипсиса]. Поглощать ДА/НЕТ?

“Я немного опасаюсь этого, - сказал Джейсон.

“А что это за камень?- Спросила Фарра.

- Это ... э-э ... камень пробуждения” - сказал Джейсон.

“От чего же?- Спросила Фарра.

“О... ну ... апокалипсисе.”

Гэри расхохотался и снова упал на траву. Руфус поднял бровь, а глаза Фарры широко раскрылись.

- Неужели?- Спросил Руфус, перекрывая смех Гэри.

“А может, мне действительно стоит им воспользоваться?- Спросил Джейсон.

“Я не уверен, - сказал Руфус. “Вообще-то я никогда о таком не слышал. Это действительно похоже на неприятности.”

“Вы должны подумать о том, чтобы продать его, - сказала Фарра. “Такой камень пробуждения даст тебе достаточно денег, чтобы купить все камни пробуждения, которые тебе понадобятся.”

“Не смей этого делать!- Закричал Гэри, садясь обратно. “Ты используешь этот камень!”

- Гэри, - сказал Руфус, - он должен быть осторожен со своим выбором. Мы не знаем, какую способность мог бы произвести этот камень.”

- Очень мощная штука - сказал Гэри. - Джейсон, ты должен захватить всю власть, какую только сможешь.”

“Он уже использует редкую комбинацию эссенции, - сказал Руфус. “А что, если этот камень откроет некую силу, которая внесет его комбинацию в запретный список?”

“Ты же знаешь, что они снисходительны к тем, кто открывает для себя что-то новое, - сказал Гэри. “Они не могут винить его, если даже они сами не знали.”

“Это пробуждающий камень апокалипсиса, - сказал Руфус, - это довольно большой намек.”

“В любом случае это не имеет значения, - вмешалась Фарра. “Посмотри”

Рука Джейсона была кроваво-красной с того места, где камень пробуждения погрузился в нее, прежде чем вернуться к нормальному цвету.

“Это было опрометчиво” - сказал Руфус.

- Прежде всего, авантюристы сильны, - сказал Джейсон. “Твои слова. Эти способности, которые я получал, были прекрасны, но я видел, как Фарра распыляла лаву, как будто она стреляла из шланга. Мне нужна такая власть.”

-Да, это так, - сказал Гэри.

- Это не поможет, Гэри - сказал Руфус.

“Нет, Руфус” - сказал Гэри. “Он совершенно прав. Ему нужна вся власть, которую он может получить, и ты это знаешь.”

“Нет смысла спорить о том, что сделано, - сказала Фарра. - Джейсон, ты мог бы также рассказать нам, какой силой обладаешь.”

Кажется, я совершил огромную ошибку

- Ого, - сказал Джейсон.

“Ого?"- Повторила Фарра. “А какую именно силу ты получил?”

“Возмо-о-жно, я совершил огромную ошибку, - сказал Джейсон.

- Где же было это чутье минуту назад?- Спросил Руфус. “О чем ты только думала?”

“Он думал, - сказал Гэри, - что если ты не хочешь быть пешкой судьбы, то тебе нужна сила, чтобы пнуть судьбу прямо под зад.”

“На самом деле, это довольно близко, - сказал Джейсон, кивая на Гэри, который ухмыльнулся в ответ.

“Не могли бы вы просто сказать нам, что это была за сила?- Спросила Фарра.

“Это сила фамильяра, - сказал Джейсон. “Это как волшебный компаньон, который следует за тобой повсюду, верно?”

“Совершенно верно, - сказал Руфус. “А что за фамильяр ты получаешь от пробуждающегося камня апокалипсиса?”

- Забавная история... - слабо произнес Джейсон.

Час спустя Джейсон рисовал мелом сложную магическую схему на полу одной из многочисленных комнат поместья. Они убрали мебель и ковры, оставив гладкий, отполированный пол. Джейсон уже некоторое время работал над диаграммой, руководствуясь знаниями ритуальной магии, вложенными в его голову, а также опытом Фарры. Он на мгновение перестал рисовать, чтобы взять немного порошка из соседнего мешочка на полу. Он посыпал щепоткой ту часть круга, которую только что нарисовал, и большая его часть начала светиться. Он стер те части, которые не светились, и перерисовал их заново.

Порох был размолотыми ядрами монстров. У Джейсона их было несколько, но все они были целы, так что порошок был предоставлен Фаррой. Она проводила его через первый магический ритуал.

- Собрать магический круг не так просто, как сделать правильный чертеж, - объяснила Фарра. Каждый раз, когда она не указывала на что-то конкретное, она читала лекцию. “Если бы это было так просто, я могла бы просто носить с собой кучу досок с разными магическими кругами на них. Каждый раз, когда ты рисуешь магическую диаграмму, нужно приспосабливаться к окружающим магическим условиям. Слабый источник застывшей магии, как ядро меньшего монстра, - это идеальный способ проверить твою работу.”

“Под поместьем есть ритуальная комната с постоянным кругом", - сказал Джейсон.

“Должно быть, это было очень дорого, - сказала Фарра. “Ты должен спроектировать всю комнату вокруг чего-то подобного, чтобы регулировать окружающую магию. Неужели мы ограбили эту комнату?”

“Там ничего особенного не было, - сказал Гэри. - Самое ценное было спрятано за стенами и в полу, так что Аниса не позволила нам прикоснуться к нему. Во всяком случае, комната была изрядно потрепанной.”

Джейсон поднялся на ноги.

“Я закончил, - сказал он. “Итак, могу ли я совершить подобный магический ритуал, потому что у меня уже есть магия сущности?”

“Ты действительно ничего не знаешь о магии", - сказала Фарра.

“Разве это не было ясно с самого начала?- Спросил Джейсон.

- Хорошо, - сказала Фарра. “Ты уже понимаешь суть магии. Простой, инстинктивной, обычной ничего не стоющей, кроме твоих собственных внутренних резервов. Внешняя магия-это полная противоположность. Сложная, требующая обширной подготовки…”

“Или книги умений,” сказал Джейсон.

- ...или книги умений, - признала Фарра сквозь стиснутые зубы. - Если тебя устраивают быстрые и грязные знания.”

“Не гони на "быстро и грязно", - сказал Гэри. “Все мои любимые вещи лучше делать быстро и грязно. Или медленно и грязно.”

Фарра бросила на Гэри убийственный взгляд, а Руфус покачал головой.

- Внешняя магия, - продолжала Фарра, - опирается на внешние источники магии. Это окружающая магия, плюс более концентрированные источники, такие как квинтэссенция или монеты духа.”

По всей магической схеме, которую нарисовал Джейсон, были разложены маленькие кучки кровавой квинтэссенции, похожие на необработанные рубины. Там же лежали стопки монет духа железного ранга. Было еще несколько других материалов, но самым важным требованием на этот ритуал была квинтэссенция крови.

К счастью для Джейсона, и довольно неудивительно, в магической кладовой поместья было больше квинтэссенции крови, чем всего остального. Хозяин поместья забрал все материалы бронзового ранга, когда бежал, но большая часть материалов железного ранга осталась позади. Этого было более чем достаточно для ритуала Джейсона.

- Внешняя магия не требует от тебя наличия эссенции, - объяснила Фарра. “Есть люди, которые делают карьеру, изучая специализированную часть внешней магии.”

- Как водопроводчики, - сказал Гэри. - Они знают магию, чтобы установить проточную воду в здании. Этот душ,что тебе так нравится.”

- Вот именно” - сказала Фарра. - Они знают ровно столько, чтобы выполнить определенную работу. Большинство из этих людей не обладают эссенциями и не имеют должного теоретического обоснования. Фундаментальная теория одна и та же, независимо от того, специализируетесь ли вы на ритуалах, как я, магическом мастерстве, как Гэри, или чем-то вроде алхимии. Одна и та же основа, разные приложения.”

“А как насчет тебя?- Спросил Джейсон у Руфуса.

“Я хорошо умею колоть ножом.”

- Руфус не знает внешней магии, - сказала Фарра. “Он одержим искусством фехтования.”

“Твоя книга умений давала тебе минимум, чтобы считаться настоящим ритуальным магом, - сказала Фарра Джейсону. “Абсолютный минимум. Вот так ты пробудил призывающую силу фамильяра.”

“Ты можешь пробудить такую способность эссенции только в том случае, если уже понимаешь ритуальную магию, - сказал Гэри. “Вот почему мы с Фаррой обладаем силой призыва, а Руфус-нет.”

“Ты же видел, как мы с Гэри вызывали недолговечных монстров, - сказала Фарра. "Ритуалы, которые также являются сущностными силами, как правило, являются…”

- Быстрыми и грязными, - ухмыльнулся Гэри.

- Пожалуйста, перестань” - сказала Фарра.

“Я помню, как ты вызвал этих тварей, - сказал Джейсон. “Ты просто как бы выбил круг, и они вышли.”

- Вызов фамильяра - это более сложный ритуал, - сказала Фарра. “В отличие от обычного призыва, он нужен тебе только каждый раз, когда ты повышаешься в ранге. Если только твой фамильяр не будет убит, и в этом случае придется призвать его обратно.”

“Не все призывают своих фамильяров, - сказал Руфус.

“Это правда” - сказала Фарра. - Некоторые силы фамильяров действуют как зов, и существо, имеющее сродство с этим зовом, придет и сформирует связь с этим человеком. Менее дорогостоящий, чем призыв, но если такой фамильяр умирает, вы не можете просто вызвать его снова. Вам нужно найти совершенно новое существо, которое будет вашим фамильяром, которое может быть или не быть похожим на того, кого вы потеряли.”

“Давай начнем эту штуку, - сказал Руфус. “Ты же не хочешь, чтобы Аниса вошла к нам.”

“Вот ты точно не хочешь", - сказал Гэри.

Джейсон стоял перед диаграммой. Он чувствовал, как сила внутри него жаждет запустить ритуал. Он знал это заклинание с того самого момента, как использовал камень. Он протянул руку над магической диаграммой. В другой руке он держал нож. Он нерешительно порезал ладонь своей вытянутой руки, позволяя крови капать в круг, пока он произносил.

- Пусть эта смертная кровь манит всепожирающую силу последнего порога. Ответьте на призыв и согласитесь на предложение. Прислушайтесь к моему приказу и выведите Аватара уничтожения жизни.”

- О, использовать этот камень было потрясающей идеей, - сказал Руфус.

- Тише, - сказала ему Фарра.

Красная жидкость начала сочиться из пола, из того места, куда упала кровь Джейсона. Темный, густой и вязкий поток, он растекался по всей магической диаграмме, скрывая линии и останавливаясь только тогда, когда достигал краев.

“Это еще кому-нибудь напоминает то, что мы недавно видели?- Спросил Гэри.

Джейсон почувствовал, как по всему телу разливается покалывание. Болевой спазм становился все острее и острее, превращаясь в боль, когда фокусировался на точках на его руках, ногах и груди. Он стиснул зубы, но закричал, когда кровь вырвалась из дюжины болевых точек, разбрызгиваясь по кругу.

Руфус попытался вмешаться, но Фарра схватила его за руку.

- Вмешиваться сейчас было бы гораздо опаснее, чем позволить этому случиться, - сказала она. Руфус повернулся с обеспокоенностью, чтобы посмотреть на нее, но отступил назад, увидев ее решительное выражение.

Кровь фонтаном брызнула из Джейсона, разрывая его одежду насквозь. Он пошатнулся, изо всех сил стараясь удержаться на ногах, хотя кровь продолжала хлестать из него. Когда кровь смешалась с лужицей жидкости на полу, темные линии диаграммы под ней начали светиться, сияя красным светом сквозь жидкость. Остальные трое посмотрели друг на друга, когда комната наполнилась тем же красным светом, что и ритуальная комната, из которой они вместе сбежали.

Джейсон споткнулся, когда кровь наконец перестала литься из его тела. Он был бледен и весь в поту, покачивался, пытаясь не упасть, но все же удержался на ногах. Его глаза были прикованы к светящемуся красному озеру перед ним.

Руфус и Гэри вздрогнули, когда из бассейна появилась пиявка с ужасающим кольцом миног в зубах, повторяя сценарий предыдущего дня.

“Разве это не...”

Способность: [Сангвинический Ужас] (Кровь)

Фамильяр (ритуал, призыв)

Стоимость: экстремальная Мана, экстремальная выносливость, экстремальное здоровье.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): вызовите [сангвинический ужас], чтобы служить фамильяром.

Вторая пиявка ползла вверх сквозь красную жидкость, затем третья и четвертая, их появление ускорилось. Вскоре пиявки начали вываливаться наружу, пока не образовали на полу кучу высотой по пояс. В отличие от их предыдущего опыта, никаких окровавленных тряпок, которые могли бы придать этой куче гуманоидную форму, не было видно. Куча остается кучей.

Красная лужа начала медленно впитываться в пол,который поглощал ее, как будто она исчезала в канализации. Кровь Джейсона, нарисованный им круг и все магические материалы внутри него исчезли в полу, как будто их никогда и не было. Джейсон наблюдал за происходящим затуманенными глазами, неуверенно стоя на ногах.

“Это ведь не будет капать вниз, правда?- Спросил Гэри.

- Нет - ответила Фарра. “Все это тянется назад через астральный канал, созданный вызовом.”

- Было бы забавно, если бы Джейсон вызвал еще одного чужака.”

“Это было бы фантастично, - сказала Фарра. - Бумага, на которой я могла бы написать об этом, была бы предметом разговоров в магическом обществе.”

Когда последние следы лужи крови исчезли, Джейсон рухнул на пол.

“Он действительно часто теряет сознание, - сказал Гэри. “И он действительно перебирает одежду. Погоди, а эта тварь его не съест?”

Куча пиявок волнообразно двигалась к бесчувственному телу Джейсона. Это было недалеко, но куча двигалась медленно.

“Это его фамильяр” - сказала Фарра. “Он его не съест.”

Они смотрели, как медленно движущаяся груда волнами приближается к бесчувственному телу Джейсона.

“А вы уверены?- Спросил Гэри.

Куча ползла по обмякшему телу Джейсона, выискивая раны, из которых брызнула кровь. Пиявки начали исчезать, как только они погрузились в раны.

“Ну, я почти уверена, - сказала Фарра.

“Они что, ползают у него внутри?- Спросил Гэри.

“Это вызванный фамильяр, - сказала Фарра. - Призванный фамильяр может временно рассеять свое тело и поместить свой дух внутрь призывателя.”

“А разве это обычно выглядит так пугающе?- Спросил Гэри.

“Ты же сам этого хотел” - сказал Руфус. - Фарра, что нам с ним делать?”

“Ну, - неуверенно сказала она, - с ним все будет в порядке.”

“Он весь в ранах, - сказал Гэри. - С ползающими в них пиявками.”

“Они не причинят ему вреда” - сказала Фарра. “Они даже не заползают в него по-настоящему. Посмотрите внимательно, и вы увидите, что они действительно сливаются с его кровью. Видишь, как они тают, когда пробиваются внутрь?”

“Я думаю, что это может быть еще хуже.- Сказал Гэри. - Я имею в виду, что расплавленная пиявка не может быть чем-то таким, что ты хочешь видеть в своей крови, верно?

“С ним все будет в порядке” - сказала Фарра. “Возможно. Каждый фамильяр дает разные преимущества, когда он погружается в призывателя, - сказала она. - Они могут раствориться в волосах, коже, даже в ауре. Если я правильно помню, те, кто входит в кровь, обычно вызывают быстрое исцеление. Так что на самом деле он должен быть более чем в порядке.”

Они смотрели, как последние пиявки исчезли в крови Джейсона. Трое авантюристов стояли над Джейсоном, лежащим на полу без достоинства и сознания.

“Он исцеляется?- Спросил Гэри.

“Не могу сказать, - ответил Руфус. “Все раны залиты кровью.”

- Ну так сотри немного, - сказал Гэри.

“Ты же сама хотел, чтобы он воспользовался этим камнем, - сказал Руфус. “Так что это ты сотри немного.”

“У меня есть мех, - сказал Гэри. “Я не хочу, чтобы в него попала кровь.”

“С каких это пор тебя это беспокоит?- Спросил Руфус.

“Это что-то новое, - парировал Гэри. “Я расту как личность, и я думаю, что вы должны поддержать это. Будь тем, кто вытрет кровь.”

Фарра покачала головой и достала из кармана носовой платок.

“Вы двое-дети, - сказала она, тщательно вытирая пятна крови на руке Джейсона. Под ним была чистая, неповрежденная кожа.

- Вот видишь!- сказала она остальным. “Я же говорила тебе, что с ним все будет в порядке. Я был абсолютно уверена в своей правоте.”

* * *

Джейсон пришел в себя, находясь уже в фургоне, который ехал по заднему двору. Он лежал на одеяле, но оно едва смягчало жесткое дерево, на котором он лежал. Это был открытый фургон, открывавший ему широкий вид на каменистую пустыню, когда он рассеянно оглядывался вокруг. В повозке вместе с ним сидели Фарра и Аниса, а Гэри сидел впереди и держал вожжи. Руфуса в фургоне не было, он ехал рядом. Он сидел в седле на одной из двухголовых лошадиных ящериц по имени хейдел, ведя за собой целую вереницу связанных вместе лошадей.

“Зачем ты берешь с собой этих ужасных тварей?- Окликнул его Джейсон.

“Ты сейчас не в том положении, чтобы разговаривать, - со смехом отозвался Руфус.

Джейсон чувствовал, как кровь монстра течет по его венам. Это нервировало его, но он не мог не усмехнуться от ощущения силы.

“Как ты себя чувствуешь?- Спросила Фарра.

- Уставшим, - сказал Джейсон, - но сильным.”

“Ты все еще не собираешься рассказать мне, что с ним случилось?- Спросила Аниса Фарру, даже не взглянув на Джейсона.

“Он здесь, - сказал Джейсон, - и ты можешь спросить его самого.”

Аниса перевела взгляд на Джейсона.

“Тогда что же с тобой случилось?- спросила она.

“Я сказал, что ты можешь спросить, - сказал Джейсон. “Но я не говорил, что расскажу тебе.”

Гэри расхохотался спереди, а Фарра подавила смешок рукой. Аниса постаралась придать своей ярости выражение полного презрения и отвернулась, глядя на пустынный горизонт.

Астральное пространство

“И как долго мы будем идти по пустыне?- Спросил Джейсон. “Я не хочу сказать, что в этом нет никакой суровой красоты, но мне бы хотелось отправиться туда, где хоть солнечный свет не будет активно пытаться убить меня.”

Они покинули поместье в полдень, когда Джейсон все еще был без сознания после ритуала призыва. К тому времени, когда они остановились на ночлег, Джейсон чувствовал себя разбитым после полудня езды на повозке по каменистой пустынной местности. Они разбили лагерь в палатках, взятых из волшебного сундука Фарры, и утром снова отправились в путь.

Повозка продвигалась по малоиспользуемой тропе медленно, но неуклонно, лишь изредка останавливаясь, чтобы напоить хейделов из бочки в повозке. Эти существа вполне могли справиться с засушливыми условиями, но не могли полностью отказаться от воды. Между веревкой Руфуса и четверкой, тянувшей повозку, их было около дюжины. Руфус настоял на том, чтобы забрать их, несмотря на возражения Анисы, отказываясь оставлять их голодать в конюшне заброшенного поместья.

Они взяли фургон, потому что хозяин поместья взял более удобные экипажи, когда бежал, оставив только несколько открытых фургонов позади. Проснувшись на заднем сиденье, Джейсон присоединился к Гэри на скамье извозчика, чтобы полюбоваться пейзажем. К счастью, хрупкое телосложение Джейсона требовало мало места, так как большую часть скамьи занимала занимала огромная фигура Гэри.

“Это похоже на часть моей родины, - сказал Джейсон. “Мы называем это пустошью.”

“Пусто чего?- Спросил Гэри.

“Пусто вместо всего что только могло бы быть на этом месте,” сказал Джейсон.

“Сегодня днем мы доберемся до деревни, - сказал Гэри. - Не знаю, как долго мы здесь пробудем. Парень, который нас подставил, живет там.”

“Мы собираемся нанести ему небольшой визит, - сказала Фарра.

- После этого мы будем примерно в двух днях пути от речной долины. Оттуда можно будет легко добраться на лодке до побережья. Это займет пару дней и приведет нас прямо в город.”

“Я бы хотела провести пару дней с этим придурком, который служил нам до тех каннибалов, - сказала Фарра.

“Мы должны оставить этого человека в моей церкви, - сказала Аниса. - Его предательство по отношению к моему Богу было больше, чем предательство по отношению к тебе.”

“Никто не собирался есть твоего Бога, - сказала Фарра. “Мы настрогаем этого хрена, как яблоко.”

“У тебя есть яблоки в этом мире?- Весело спросил Джейсон. “Я люблю яблоки.”

“Я тоже, - весело сказал Гэри.

“Не забудь его не убивать, - крикнул Руфус с того места, где он ехал рядом с фургоном. “У него есть вопросы, на которые нужно ответить.”

“О, не беспокойтесь об этом, - сказала Фарра. “Я собираюсь сделать это аккуратно и медленно.”

* * *

- Неужели жара так действует на меня?- Спросил Джейсон “ - или это зеленая гора?”

Холмы и горы, которые они видели, были в основном бесплодны, в лучшем случае с несколькими тощими деревьями. Тропа вела их в направлении темно-зеленой горы. В низовьях она была в основном растительной жизнью, более зеленой, чем где-либо в пустыне. Ближе к вершине это был голый камень, тоже темно-зеленого цвета.

- Зеленый мрамор-это местная специальность, - объяснила Фарра. “Они вывозят большую его часть через город на побережье, куда мы и направляемся. Они даже назвали город Гринстоун.”

“По ту сторону горы есть деревня, - сказал Гэри. “Именно туда мы сейчас и направляемся.”

- Деревня расположена вокруг каменоломни, - сказала Фарра. “Отсюда мы увидим больше машин, когда они отвезут камень к реке и отвезут его на лодке к побережью.”

Тропа становилась все лучше, огибая подножие горы. Она стала шире и ровнее, что делало путь повозки менее ухабистым. Когда они обогнули гору, Джейсон заметил быстро растущие признаки жизни. Редкие клочки желтой травы становились все гуще, а редкие кустарниковые деревья-все чаще.

Они миновали несколько каменоломен, прежде чем показалась деревня. В этом месте тропа превратилась в настоящую дорогу, и их фургон стал одним из многих. Джейсон заметил, что магия сочетается с физическим трудом, что приводит к более современной операции, чем он ожидал. Там были даже огромные каменные плиты, плавающие над землей, вдоль рельсов типа шахтных тележек, которые светились магией.

Когда показалась сама деревня, Джейсон пришел в возбуждение. С высоты горы вода выплескивалась из отверстия в самой горе, ловя свет в великолепном водопаде, который разливался на сотни метров к бассейну внизу. Бассейн питал широкий канал, протянувшийся почти на километр в небольшое озеро. На берегу озера была построена деревня. Озеро было окружено густой зеленой травой и какими-то пальмами. Деревенские строения уютно расположились среди пышной зелени-здания из камня, белой штукатурки и иногда ярко-зеленого мрамора.

“Здесь можно заработать настоящие деньги для туристов, - сказал Джейсон.

- Красиво, не правда ли?- Сказала Фарра. Она встала на колени позади Джейсона и Гэри, чтобы выглянуть наружу.

Джейсон перевел взгляд на водопад, разбрызгивающийся с горы.

“А они не боятся копаться в источнике воды?- спросил он.

“Почти в каждом оазисе этой пустыни есть волшебный источник воды, - сказал Гэри. “Они могут снести эту гору до основания, и вода просто упадет с неба.”

“И как же это работает?- Спросил Джейсон.

“С этой пустыней связано астральное пространство, - сказала Фарра. - Я полагаю, ты понятия не имеешь, что это такое.”

“Судя по названию, это какой-то межпространственный карман, - сказал Джейсон.

“Ну, вообще да, - сказала Фарра. - Он связан с различными местами вокруг пустыни и производит кучу воды, следовательно, оазисы.”

- Звучит потрясающе” - сказал Джейсон. - Интересно, смогу ли я подняться туда и посмотреть поближе?”

“Астральные пространства на самом деле довольно распространены, - сказала Фарра, - но обычно они закрыты, и нужна магия, чтобы выследить одно из них и проникнуть внутрь. Быть естественно открытым, как это, бывает редко, особенно с таким количеством отверстий. Река, по которой мы будем спускаться, вытекает из самого большого отверстия.”

“Нельзя же постоянно вводить новую воду, - сказал Джейсон. “Даже если это займет много времени, в конце концов она начнет портить климат.”

- Нет, - сказала Фарра, - вода, выходящая из астрального пространства, обладает высоким уровнем магии. Когда накапливается слишком много воды, она превращается в квинтэссенцию воды. Когда он образуется, он конденсирует огромное количество магически насыщенной воды в маленький кристалл.”

-А этот кристалл сверхтяжелый?- Спросил Джейсон.’

- Нет - ответила Фарра. “А с чего бы это?”

- Сохранение массы, - сказал Джейсон. - Или энергия, или еще что-нибудь. Физика-это не мой конек.”

Гэри и Фарра переглянулись и пожали плечами. Они быстро привыкли не понимать, о чем говорит Джейсон.

Фарра указала на лодки на маленьком озере, похожем на рыбацкие лодки.

“Это все люди, которые рыщут по дну озера в их поисках, - объяснила она. - Что касается форм квинтэссенции, то вода-это обычное явление. Но это одна из самых полезных вещей.”

- Особенно в пустыне, - добавил Гэри. “Возможность найти их точно означает, что есть реальные деньги, которые можно заработать.”

- Да” - согласилась Фарра. “На побережье есть целые деревни, которые занимаются охотой за квинтэссенцией воды, которая образуется после того, как речная вода смывается в море. Как ни странно, эта пустыня является одним из лучших источников квинтэссенции воды в мире.”

Повозка приближалась к деревне. Они прошли мимо того, что выглядело как плацдарм для вывоза мрамора, прежде чем достигли самой деревни. Руфус отделился от группы, чтобы найти место, где можно было бы закрепить вереницу хейделов на ночь. На постоялом дворе хватило бы места в ливрее для тех, кто тащит фургоны, но не для тех, кто привозит дополнительные вещи.

Деревня состояла из единственной круглой улицы, идущей вдоль всего озера, вымощенной кирпичом коричневого цвета. Он был похож на песчаник, но, насколько Джейсон знал, это мог быть какой-то странный магический камень. Он был достаточно близок к желтому, что если бы не петля по кругу, то он ожидал бы найти в конце темного фальшивого волшебника.

- Или настоящего, - сказал он себе. - Интересно, сойду ли я за него?”

По обеим сторонам кольцевой дороги стояли здания, выходящие на озеро, более крупные и красивые. Здания поменьше были построены из того же кирпича, что и дорога. Те, что побольше, были покрыты белой штукатуркой с зелеными мраморными украшениями.

Здания были приятно расположены среди деревьев и кустарников, растущих вокруг озера. Это была резко контрастирующая пустыня с ее сухой грязью и колючим кустарником. Более мелкие здания имели свою собственную привлекательность, с манящим домашним уютом в них. Улица была заполнена людьми, но была достаточно широкой, чтобы не мешать ни повозкам, ни пешеходам. Оглядываясь вокруг, все казались счастливыми.

Гэри остановил фургон перед постоялым двором, и все сошли с него. После нескольких часов езды в фургоне по ухабистой земле тело Джейсона скрипело и болело. Он сделал глубокий вдох, тяжелый от влаги из озера. По сравнению с пылью и жарой открытой пустыни это было все равно что пить нектар.

“Думаю, я смогу избавиться от скованности, вызванной тем, что мне приходится тащиться в этом фургоне, - сказал Джейсон. “Это мой первый кусочек цивилизации, где нет людоедов. Надеюсь.”

“Насколько нам известно, они не каннибалы, - со смехом сказала Фарра.

- Хорошо” - сказал Джейсон. “Я, пожалуй,пойду осмотрюсь.”

- Звучит неплохо, - сказал Гэри. “Я собираюсь снять нам несколько комнат и распрячь этих хейделов.”

“Тогда мы с Анисой пойдем искать нашего маленького друга, - сказала Фарра. “Не хочу, чтобы он заметил нас и убежал.”

Аниса кивнула в знак согласия.

“Он все еще в городе после того, как продал тебя?- Спросил Джейсон.

“Должен быть, - сказала Фарра. “Он не ожидал, что мы когда-нибудь вернемся.”

“Тебе нужны какие-нибудь деньги?- Спросил Гэри у Джейсона.

“У меня осталось несколько золотых монет духа, - сказал Джейсон. - Остальные рангом пониже, но у меня их много. Будет ли этого достаточно?”

Гэри и Фарра расхохотались, даже у Анисы на лице появилось веселое выражение.

- Джейсон, - сказал Гэри, - на золотую монету духа можно купить самое красивое здание в этой деревне, и я сомневаюсь, что там найдется достаточно денег, чтобы дать тебе сдачу. За исключением магических предметов или массовых торговых товаров, большинство людей используют меньшие монеты духа, самое большее-железный ранг.”

“А каков обменный курс между монетами?- Спросил Джейсон. - Вообще-то, я сам во всем разберусь. Это ведь часть удовольствия, когда приезжаешь в новое место, верно?”

“Вот это настрой!" - сказал Гэри.

Богохульство — это своего рода моя фишка

Расправившись с вереницей хейделов, Руфус направился в деревню. По их предыдущему визиту он знал, что все постоялые дворы были собраны вместе, так что он не беспокоился о том, чтобы найти остальных членов группы. Небо становилось насыщенно-голубым, с наступлением сумерек над пустыней выступали оранжевые и золотые тона. Вдоль кольцевой дороги деревни зажигались волшебные фонари и устраивался какой-то ночной рынок. Он пришел в деревню вместе с большим количеством работников каменоломни, которые закончили работу, так как они потеряли свет. Двигаясь среди собравшихся людей, он увидел знакомое лицо.

- Джейсон?”

“О, Здравствуй, Руфус” - сказал Джейсон, помахав рукой. Он стоял за прилавком, где продавали мясо на вертеле,и помогал тому, кто, как предположил Руфус, был владельцем прилавка, жарить мясо.

“Что ты там делаешь?- Спросил Руфус.

- Дэн учит меня готовить ... как же это называется?”

- Брускард, - сказал Дэн.

“Это же гигантский червь!- Сказал Джейсон. - К счастью, я попробовал его до того, как узнал об этом.”

“Похоже, ты неплохо приспособился, - заметил Руфус.

“Да, не беспокойся” - сказал Джейсон. “А ты отправляйся мстить или что там еще. Мне здесь хорошо. Кстати, Гэри выбрал гостиницу в самом конце с большой ливреей. Там есть вывеска с маленьким домиком и тележкой.”

- Спасибо, - сказал Руфус.

- Сейчас, - сказал Джейсон, снова поворачиваясь к Дэну. - Дай мне еще раз те ингредиенты Для соуса. Я не слышал ни об одном из них, так что мне придется записать их все. А это значит, что мне понадобится бумага…”

* * *

Несколько часов назад Джейсон счастливо бродил по Кольцевой дороге, часто останавливаясь, чтобы осмотреть деревню. Он останавливался и разговаривал с жителями деревни, которые оказались более чем дружелюбными. Они гордились своей деревней, и Джейсон был счастлив признать, что это правильно. Красочные дома выглядели заманчиво, всюду была пышная зелень, так удаленная от пустыни вокруг него. Воздух был свежим, прохладным и чистым. Джейсон вспомнил слова Гэри о том, что за золотую монету можно купить целые здания, и почувствовал искушение.

Он наткнулся на что-то похожее на крытую автобусную остановку, но вместо расписания там была доска объявлений с приколотыми к ней различными листками бумаги. Посмотрев на них, он увидел, что все они были описаниями монстров, а также когда и где их видели в последний раз. Он спросил об этом у прохожей, и она, как и положено деревенскому жителю, охотно объяснила ему. По словам жительницы деревни Дорис, каждый раз, когда кто-то обнаруживал монстра в окрестностях деревни, они записывали детали и помещали его на доске. Каждый месяц некоторые авантюристы проходили мимо и убирали всех монстров на доске.

Дорис была удивлена тем, что Джейсон ничего не знает о таких элементарных вещах. Как и несколько раз в тот день, он объяснил, что недавно прибыл из изолированного района, где почти ничего не знает о внешнем мире. Это было более или менее правдой.

Сам Джейсон был так же интересен местным жителям, как и они ему, поскольку приезжие были в основном теми же самыми торговцами камнями. Авантюристы нечасто появлялись за пределами ежемесячного патруля и, судя по всему, представляли собой довольно угрюмую компанию. Скитания по отдаленным деревням были, по-видимому, наказанием, поэтому их визит не часто был дружественным.

В деревне только и говорили, что о группе авантюристов более высокого ранга. Джейсон путешествовал вместе с ними, но сам не был искателем приключений, что делало его более доступным. Это было идеальное сочетание для деревенских жителей, ищущих сплетен. Джейсон повиновался, рассказывая душераздирающие истории о кровавых культах и ритуальных жертвоприношениях.

Местные жители показали Джейсону лучшее место, где можно было выпить и куда не стоило заходить, потому что там было полно пьяных работников карьера. Он познакомился с людьми, которые сделали карьеру, ныряя в озеро за водной квинтэссенцией, мэром деревни и человеком, ответственным за охрану водопада. Людям разрешалось подниматься наверх, чтобы посмотреть, но в любое время дня и ночи были выставлены часовые, чтобы не дать людям проникнуть в астральное пространство, служившее источником воды.

Когда солнце начало клониться к закату, Джейсон наблюдал, как небо превращается в красное золото с моста через канал, который впадал от водопада в деревенское озеро. Он знал от местных жителей, что там будет ночной рынок, и медленно побрел в том направлении. Одна из самых ранних кабинок, где они были установлены, представляла собой человека, жарившего мясо на вертеле. Запах мяса и соуса, которым он их запачкал, был невероятно соблазнительным.

- Пахнет потрясающе” - сказал Джейсон. “Я должен попробовать один из них. Кстати, меня зовут Джейсон.”

- Дэн, - представился мужчина.

* * *

Гэри смутно спотыкаясь спустился вниз, его огромные ноги громыхали по деревянным ступенькам. Внизу была общая зона с несколькими столиками и баром, которым пользовались по вечерам. Гэри забрел в соседний двор, где стояло еще несколько столиков, и сел рядом с Анисой, Руфусом и Фаррой.

- Джейсон еще не встал?- Спросил Гэри.

“Я звонил в его комнату, но никто не ответил, - сказал Руфус.

- Крепкий сон?- Сказала Фарра.

“Сколько раз за два дня его нокаутировали?- Сказал Гэри. - Наверное, ему это нужно.”

К их столику подошла служанка.

“Вы ищете своего друга?- спросила она. “Он сейчас на кухне.”

“А что он делает на кухне?- Спросила Фарра.

- Творит чудеса!- Объявил Джейсон, входя во двор. Он нес перед собой огромный поднос с четырьмя тарелками. Он поставил его на стол, раздавая тарелки и сопутствующие столовые приборы.

“Оказывается, у них есть тамаринд и какой-то маленький лук,-сказал Джейсон, - поэтому я приготовил яйца для зятя. Кстати, я понятия не имею, почему их так называют. Или от какого животного происходят эти яйца. Но очень вкусно.”

Блюдо состояло из яиц, которые были сварены, а затем обжарены во фритюре, поданных в половинках с соусом, жареным луком и щедрым гарниром. Джейсон передал поднос служанке, прежде чем занять место за столом.

“Мне пришлось играть методом проб и ошибок с некоторыми другими ингредиентами, - признался он, - но это сработало довольно хорошо. Марта- просто фея.”

- Марта?- Спросила Фарра.

“Это просто фантастика” - пробормотал Гэри, держа в руке вилку с яйцом.

- Марта-хозяйка дома, - сказал Джейсон.

“Похоже, ты действительно здесь обосновался” - сказал Руфус.

Джейсон кивнул, но ничего не сказал с набитым ртом.

“Это очень вкусно” - сказала Фарра между укусами.

“Я вполне довольна тем, что поддерживаю себя духовными монетами, - сказала Аниса.

- Отлично” - сказал Гэри, пододвигая ее тарелку себе.

“С моей точки зрения, - сказал Джейсон Руфусу, указывая на проткнутое яйцо, - приезд сюда-это как бы новый старт. Я могу делать то, о чем никогда не жалел. Мне всего двадцать три года, но я довольно эффективно растрачиваю свои возможности.”

“Вот это сюрприз", - сказала Аниса с легким раздражением.

- По-видимому, быть стервой не значит быть грешницей” - сказал Джейсон, побуждая Анису вскочить на ноги.

“Ты смеешь богохульствовать?”

- Регулярно, - со смехом ответил Джейсон. “Это в некотором роде мой конек.”

- Я думаю, что приготовление пищи может быть твоим делом, - сказал Гэри с очередным полным ртом яиц.

“Я могу иметь больше обязанностей, чем одну.”

Аниса явно была готова взорваться, но Руфус опередил ее.

- Аниса, - твердо сказал он. “Если ты не завтракаешь, то иди и приготовься к выходу.”

“Я уже подготовилась, - сухо ответила она.

“Тогда прогуляйся, - сказал Руфус.

Аниса сердито посмотрела на Джейсона, но ушла, не сказав больше ни слова. Руфус устало посмотрел на Джейсона.

“А может быть, ты не будешь так сильно тыкать в нее пальцем?- Спросил Руфус.

- Честное слово?- Сказал Джейсон. - Скорее всего, буду.

Гэри фыркнул от смеха.

“Может, ты хотя бы попробуешь?- Спросил Руфус. “Мы оба знаем, что она никогда не согнется, так что мне нужно, чтобы ты был более разумным человеком. За единство команды.”

Джейсон вздохнул:

“Наверное, я вел себя немного по-детски” - сказал Джейсон. - Хорошо, я сделаю все, что в моих силах. Но предупреждаю честно: мои лучшие качества могут оказаться не такими уж хорошими. Она просто действует мне на нервы, понимаешь?”

“О, мы знаем,” сказала Фарра.

“Удивительно, как она не натыкается на всякие вещи, - сказал Джейсон, - всегда так смотрит себе под нос.”

“Подумай об этом вот как, - сказал Руфус. “Ты только что говорил о том, чтобы начать все сначала. Постарайтесь увидеть в этом возможность стать лучше.”

Джейсон задумался над этим вопросом.

“Мне это нравится” - сказал он. “Я могу быть тем, кем хочу быть, без всего багажа моей прежней жизни.”

“А если ты найдешь путь обратно в ту жизнь?- Спросила Фарра.

“Тогда я вернусь лучше, чем ушел, - сказал Джейсон.

“Это замечательно” - сказал Руфус и сунул вилку в рот. - Они действительно хороши.”

“Не разговаривай с набитым ртом, - предупредила его Фарра. “Ты же не Гэри.”

“Это был комплимент или оскорбление?- Спросил Гэри.

“Так как же прошла твоя ревущая ярость мести?- Спросил Джейсон. “Ты ведь сказал, что не собираешься убивать его, верно? Но Фарра, похоже, была не прочь помучить его.”

“Мы его не нашли, но у нас есть след, по которому можно идти, - сказал Руфус. “Мы разыщем его, зададим наши вопросы, а потом передадим в церковь Анисы.”

- При условии, что мы вообще сможем его догнать” - сказала Фарра. - Похоже, наш мальчик вчера утром в спешке покинул город.”

“Вы думаете, что люди, бежавшие из поместья, предупредили его?- Спросил Джейсон.

“Скорее всего, - сказала Фарра. “Сегодня мы немного покопаемся в городе, посмотрим, что там можно найти. Если мы выйдем сухими, то пойдем дальше и оставим это церкви Анисы.”

“Ну, ты должен начать со старого Мерфа в универсальном магазине, - сказал Джейсон. - Он знает все деревенские секреты.”

- Джейсон” - спросила Фарра, - ты ведь был призван из своего мира в этой деревне?”

- Ну и что же?- Спросил Джейсон. “Я познакомился с ним вчера вечером.”

“Так ты пойдешь с нами?- Спросил Руфус у Джейсона.

“Я уже достаточно натерпелся от кровавых культовых махинаций, большое вам спасибо, и не хочу иметь никакого отношения к тому, что вы делаете с этим человеком. Я нашел парня, который отвезет меня на вершину водопада. По-видимому, там есть горная тропа, которая ведет прямо вверх.”

“Конечно, они не позволят тебе выйти в астральное пространство, - сказала Фарра.

- К сожалению, нет, - ответил Джейсон. “Они держат там охрану, чтобы никто не возился с ним. Но они позволят подойти поближе, чтобы посмотреть. Я собирался пригласить тебя, но у тебя тут вся эта месть продолжается.”

- Держу пари, что оттуда открывается прекрасный вид, - сказал Гэри. “Я думаю что хочу пойти с тобой.”

- Сосредоточься, Гэри, - сказал Руфус.

“Если парень ушел, значит, он ушел” - сказал Гэри. “Если мы все равно передадим его церкви Анисы, пусть они сами разбираются.”

- Нет, - ответил Руфус. “У меня есть вопросы, на которые нужно ответить. Мы идем за ним вдогонку.”

Руфус воткнул вилку в очередную половинку яйца.

“После завтрака.”

Водопад

Джейсон лишь изредка пробирался чрез терни, так что, взбираясь по крутой горной тропе, он по достоинству оценил свои новые железные качества. Он не стал эталоном совершенства, как Фарра и Руфус, но все равно это был значительный шаг вперед.

Проводником Джейсона по тропе водопада был мужчина средних лет по имени Хайрам. Работа Хайрама состояла в том, чтобы следить за отверстием, которое было источником водопада. Джейсон познакомился с ним накануне вечером, и Хайрам согласился взять его с собой, когда он начнет свою утреннюю смену.

Хайрам был ниже Джейсона, который был невысок ростом, но с бочкообразной грудью и толстыми мускулистыми конечностями. Он предположил, что более низкорослый мужчина перевешивает его с большим перевесом, и эта компактная сила не пропадала даром. Он тащил в гору рюкзак размером в половину своего роста, но, казалось, почти не замечал его веса.

Влага от огромного водопада рассеивалась по склону горы. Фарра говорила ему, что вода обладает огромной жизненной силой, позволяющей толстому древесному покрову горы расти даже под солнцем пустыни. Плотный полог давал тропе благословенную тень, но жара все равно давала о себе знать. Жара пустыни и влага от водопада делали воздух густым и тяжелым, почти невыносимым для дыхания. Джейсон подумал, что этот маленький клочок пустыни больше похож на джунгли.

Вдоль тропы регулярно устраивались привалы со скамейками, где можно было остановиться и отдохнуть. Хайрам, похоже, не нуждался в них, но и не сердился на Джейсона. Каждое место отдыха располагалось близко к тому месту, где линия деревьев встречалась с водопадом, где воздух был прохладнее и любой отдыхающий мог посмотреть на деревню. С каждой остановкой на подъеме, каждый раз выше предыдущего, вид становился все более и более великолепным. Джейсон вырос в маленьком туристическом городке и знал, какие деньги может заработать такое место. Он подозревал, что в его новом мире не так уж много туристов.

- Плотоядные монстры нам не помогут.

“А это что такое?- Спросил Хайрам.

- Ничего, - ответил Джейсон. “Пожалуй, лучше всего снова отправиться в путь.”

Рев водопада становился все громче по мере того, как они приближались к тому месту, где он извергался со склона горы. Деревья становились все меньше и тоньше по мере того, как они приближались к верхней линии деревьев.

“Уже близко, - громко сказал Хайрам, перекрывая шум бегущей воды. “Эти деревья примерно той же высоты, что и осенью, так что только самые близкие видят много влаги.”

Шум водопада перерос в какофонию, и им пришлось кричать, чтобы услышать друг друга. Последний отрезок тропы на самом деле был пещерой, которая вела в гору. Там была деревянная дорожка с наклеенным песком для покупки и волшебной лампой, чтобы освещать путь. Джейсону неприятно вспомнилась пещера, по которой он шел под лабиринтом живой изгороди поместья Вейнов.

С тех пор как он приехал в деревню, он впервые видел, чтобы дерево использовалось в строительстве. Даже двери были сделаны из плетеного тростника, что говорило о том, что в деревне не было большой проблемы с преступностью.

Как только они вошли в пещеру, грохочущий звук водопада усилился эхом, делая даже крики тщетными. Пещера наполнилась влажным воздухом, и они осторожно двинулись вперед. Хайрам с аккуратностью относился к скользким доскам, чему Джейсон научился на собственном горьком опыте.

Освещенная светом ламп на блестящих каменных стенах, пещера действительно была довольно красивой, и большая часть камня была покрыта зеленым мрамором. По сравнению с влажным внешним видом, холодный, чистый воздух дул на них из туннеля. Джейсон наслаждался освежающим ощущением, пока они шли к свету, который он мог видеть в дальнем конце.

Когда они приблизились к концу туннеля, холодный туман поплыл им навстречу. Они дошли до конца туннеля и вышли в каменную камеру. Первое, что он заметил, был свет, голубой и мерцающий, отражающийся от тумана. Это создавало ощущение, что вся комната находится под водой.

Комната выглядела так, словно когда-то была естественной пещерой, а позже была вырезана в более практичных размерах. Потолок был нетронутым по сравнению с первоначальной пещерой, но пол был обработан ровно, с прорезанными в нем канавками для сцепления во влажной среде.

Самой привлекательной особенностью комнаты была задняя стена, которая вовсе не была стеной. Поток воды хлынул в одну сторону комнаты и вырвался наружу через туннель, который был выше и глубже самого помещения. Вся эта комната странно напоминала станцию метро, где вместо поезда мчалась вода.

Перед водой была ограда из вертикальных прутьев, похожая на ограждение безопасности, идущее от пола до потолка. В середине забора была калитка, хотя Джейсон не представлял себе, зачем через нее проходить. Вода выглядела так, словно могла оторвать любую конечность, которую какой-нибудь дурак додумался бы туда всунуть.

Скорость удерживала воду на прежнем уровне, вместо того чтобы пролиться в комнату; гравитация не победит, пока вода не покинет гору. Более чем небольшое количество брызг все еще вырывалось наружу, наполняя камеру влажным туманом. Они оставляли стены и пол скользкими от воды, быстро сделав Джейсона и Хайрама такими же.

Вода также была источником голубого света. Либо там были мощные магические лампы, либо вода имела свое собственное свечение. Джейсон спросил бы Хайрама, но любая попытка заговорить была бесполезна из-за шума воды.

Хайрам подошел к стене комнаты, где Джейсон заметил застекленное окно. За окном виднелась вторая комната, вырубленная в глубине горы. Внутри сидел молодой человек в удобном кресле и махал им рукой.

Рядом с окном была металлическая дверь, которую Хайрам открыл и повел Джейсона вперед. За ней была маленький вестибюль, едва ли достаточно просторный, чтобы вместить обоих мужчин. Помещение освещала лампа, крепко прикрепленная к стене, прямо около другой металлической двери, но Хайрам не стал ее открывать. Шум от воды значительно уменьшился. Джейсон заметил, что вокруг двери, похоже, была какая-то печать, чтобы не пропускать влагу.

- Подожди минутку, - сказал Хайрам.

Джейсон оглядел крошечную комнату, но там было не так уж много интересного. Он действительно заметил аккуратные ряды отверстий размером с ноготь в полу и потолке. Пока он смотрел на них, горячий сухой воздух вырвался из них, как гигантский фен.

- Закрой глаза” - прокричал Хайрам, перекрывая шум ветра. - Воздух их высушит.”

Джейсон сделал, как ему было велено, подождав с полминуты, пока воздух высушит его одежду и волосы.

“Он притягивает сухой воздух пустыни с другой стороны горы, - объяснил Хайрам, - с помощью небольшого количества магии, чтобы помочь ему высохнуть быстрее.”

Когда воздух прекратился, они оба были опрятны и сухи. Хайрам открыл следующую дверь и провел их внутрь. Перед окном стояло удобное кресло, несколько шкафов и большая книжная полка.

- Доброе утро, босс. - сказал молодой человек. “А кто твой друг?”

“Это Джейсон, - сказал Хайрам, с громким стуком роняя рюкзак. “Он проезжает здесь с группой искателей приключений и хочет посмотреть на отверстие. Джейсон, это Грифф.”

- Путешествовать с авантюристами, - с завистью сказал Грифф. “Это должно быть очень интересно.”

“В этом есть свои моменты, - сказал Джейсон.

Они обменялись приветствиями, и Грифф собрался уходить.

- Вы не знаете, когда вернется Дагган, босс?- спросил он. “Я действительно с нетерпением жду возможности снова поспать ночью.”

“Его жена все еще идет на поправку, - сказал Хайрам. - Наверное, еще через месяц.”

Плечи Гриффа поникли.

- Доживи до конца недели, и я поменяюсь с тобой местами, - сказал Хайрам.

- Спасибо, босс.

Грифф устало улыбнулся и вышел. Джейсон смотрел в окно, пока Хайрам разгружал свой рюкзак, раскладывая его содержимое по шкафам.

- Готовы взглянуть поближе?- Спросил Хайрам, когда он закончил.

Джейсон ухмыльнулся, и Хайрам повел их обратно. Уходя, он больше не включал сушильный механизм.

“Он должен сработать, как только откроется наружная дверь, - объяснил Хайрам.

Вернувшись в шумную, влажную комнату, они осторожно прошли по мокрому камню, чтобы добраться до забора. Они оба ухватились за мокрые прутья, на которых, как заметил Джейсон, были выгравированы магические символы.

Находясь рядом с потоком, вода окатила их обоих, но Джейсон не возражал. Было ощущение освежения, которое было сильнее, чем просто прохладная вода в жаркое утро. Он чувствовал себя ребенком, бегущим под дождевальной машиной в жаркий день. Фарра говорила ему, что в воде есть магия. Было ли это причиной странного воспоминания, или он просто тосковал по дому в чужой стране?

Он вытянул шею, пытаясь разглядеть настоящий источник воды, но тот шел откуда-то из глубины горы, откуда он ничего не мог разглядеть. Так как не было никакой возможности заговорить из-за шума, Хайрам схватил его за плечо, чтобы привлечь внимание. Хайрам указал в ту сторону, где текла вода, и Джейсон заметил туннель с их стороны забора. Она шла вдоль воды, и сквозь нее Джейсон мог видеть дневной свет. Он кивнул Хайраму, и они двинулись в том направлении.

Туннель тянулся до самого края горы, где вода вырвалась на свободу и начала падать вниз по воздуху. Там были перила высотой по грудь, чтобы люди не падали. От открывшегося вида захватывало дух. Под ними был пруд, куда падал водопад, и канал, впадающий в деревенское озеро. А дальше-бескрайние просторы пустыни.

Джейсон любовался открывшимся видом, когда заметил, что шум воды, казалось, постепенно затихает. Сначала он подумал, что это его воображение, но потом увидел, что Хайрам смотрит на поток воды с растерянным выражением лица. Они наблюдали, как лавина воды быстро уменьшалась, словно кто-то закрывал гигантский кран. Поток опустился до нуля, оставив пустой туннель, прорезанный водой, такой же гладкий, как сделанная машиной труба.

“И это должно было случиться?- Спросил Джейсон во внезапно наступившей тишине.

“Нет, не должно было, - сказал Хайрам с явным беспокойством на лице.

“Он когда-нибудь делал это раньше?- Спросил Джейсон.

“Нет, не делал, - сказал Хайрам.

- Может, стоит кому-нибудь рассказать?”

- Это водопад, сынок. Я полностью уверен, что все заметили.

Хайрам прошел в комнату, не обращая внимания на поток теплого воздуха, который ворвался внутрь, все еще мокрый. Он вернулся с большим ключом, отпер калитку и спрыгнул на изогнутый пол водного туннеля. Джейсон на мгновение заколебался, прежде чем последовать за ним. Хайрам взглянул на Джейсона, но промолчал.

Джейсон сразу же заметил отверстие, находившееся метрах в двадцати ниже по трубе. Это был огромный круг с поверхностью, которая мерцала тем же голубым светом, что и вода. Сквозь круг он мог разглядеть что-то похожее на тропический лес, но искажение круга делало его расплывчатым и нечетким.

“Это что, небо?- Спросил Джейсон. “Там что, есть целый мир?”

“По правде никогда не был там, чтобы знать, - сказал Хайрам.

В проеме показалась большая фигура. Она неуклюже проковыляла через отверстие и вошла в туннель, словно прошла сквозь толщу воды. У нее было тело и голова акулы, но вместо кожи у была покрытая металлом раковина в оттенках темно-фиолетового и красного. Из ее боков торчали восемь крабьих ног и пара огромных клещей. Существо было трехметровой длины, а клешни были больше головы Джейсона.

“Часто их видишь?- Поинтересовался Джейсон.

- Нет, - ответил Хайрам. “Это что-то новенькое.”

Вода, падение

“Эта тварь довольно медленная, - сказал Джейсон. “Если мы вернемся за ограду, достаточно ли она прочная, чтобы удержать его?”

“Не уверен, - ответил Хайрам. - Она в основном для того, чтобы не пускать сюда людей. Магия заключается лишь в том, чтобы не дать воде разрушить ограду, а не сделать сильнее.”

“Тогда, кажется, мы будем драться", - неохотно согласился Джейсон.

“Думаю, да, - ответил Хайрам, тоже без особого энтузиазма.

Существо двигалось вверх по туннелю, но вялым шагом. Его крабьи лапы были лучше приспособлены к боковому движению, чем к движению вперед, так что оно шаркало из стороны в сторону, приближаясь. Движение вперед и назад было затруднено из-за изогнутых стенок похожего на трубу туннеля.

“У Вас есть какие-нибудь эссенции?- Спросил Джейсон. “Так вот что я чувствую в Вашей ауре?”

- Одна, - сказал Хайрам. “Так ты авантюрист? Я думал, что люди, которые были с тобой, были искателями приключений.”

“Так оно и есть, - сказал Джейсон. - У меня есть эссенции, но они совсем новые.”

“Тогда ты можешь попробовать их здесь, - сказал Хайрам. - Думаю, тебе повезло.- Сказал Хайрам, заставив Джейсона усмехнуться.

“Именно об этом я и подумал, - натянуто сказал Джейсон. “Как мне повезло, что я здесь.”

Существо продолжало двигаться ближе, его ноги постукивали по камню, когда он медленно зигзагами поднимался по туннелю.

“Есть идеи, как нам это сделать?- Спросил Джейсон.

“У меня есть эссенция силы, - сказал Хайрам. - Это делает меня сильным. Если я свяжу эти клещи, думаешь, ты сможешь обойти их и убить его?”

Джейсон посмотрел на существо. Его нож мало что мог сделать с твердым панцирем, но вполне подходил для того, чтобы вонзиться в сегментированные суставы.

“Да, я думаю, что смогу это сделать.”

Хайрам посмотрел на нож в своей руке и сунул его обратно в ножны, прежде чем шагнуть в туннель. Джейсон последовал за ним, держа наготове свой собственный нож.

Когда они подошли ближе, одна из клешней выбросилась вперед, и Хайрам поймал ее одной рукой. Коренастый мужчина и существо боролись взад-вперед, но Хайрам не использовал вторую руку. Он дождался второй клешни и тоже схватил ее.

Хайрам стоял, держа руки над головой, сжимая в каждой по клешне. Его руки раскачивались, как ветви в бурю, но тело оставалось неподвижным стволом дерева.

Увидев, что Хайрам и чудовище находятся в тупике, Джейсон понял, что пришло время действовать. Стены круглого туннеля изгибались вверх, влажные и гладкие. Ближе всего к поверхности была середина туннеля, которая, к сожалению, была полна монстров.

У Джейсона было два варианта, как осуществить задуманное. Один из них - попытаться проскользнуть снаружи, рискуя наткнуться на скользкие стены. Другой, более страшный вариант состоял в том, чтобы заползти под тело монстра. Это крабьи ноги появились с обеих сторон тела, оставляя большое открытое пространство под ним.

Он исключил возможность ползания под монстром, потому что это включало бы в себя ползание под монстра. Вместо этого он бросился вперед, пытаясь наполовину проскользнуть по трубе, чтобы миновать ноги существа.

Он сразу же потерпел неудачу. Он подскользнулся и скатился по влажной поверхности вниз, к ногам существа. Оно подняло одну из них, которая, как понял Джейсон, сужалась в острие, которое тут же опустилось и вонзилось в него.

Джейсон закричал от боли, но все еще мертвой хваткой сжимал свой кинжал. Он скользнул лезвием по ноге монстра, скользя по твердому панцирю, пока тот не нашел уязвимый сустав. Нож прорезался прямо между пластинками панциря, и он рассек ребром хрящ.

Когда кинжал врезался в плоть, он использовал одну из своих способностей. Он почувствовал, как из глубины его тела хлынула энергия, электрическая и возбуждающая. Она прошла сквозь его руку и вошла в Кинжал, наполняя оружие магией.

Способность: [Укус Пиявки] (Кровь)

Специальная атака (рукопашный бой, истощение, ранение, кровь)

Стоимость: низкая выносливость.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): вызывает или подкрепляет состояние [кровотечения]. Истощает небольшое количество здоровья и выносливости при укреплении состояния [кровотечения].

[Кровотечение] (недуг, ранение, кровь): наносит постоянный ущерб, вызывая или увеличивая потерю крови. Как ранящий эффект, это состояние поглощает и сводит на нет некоторое количество поступающего исцеления, после чего эта болезнь немедленно прекращается.

Когда Джейсон выдернул нож, из сустава брызнула кровь. Чудовище резко подняло ногу, освобождая Джейсона и одновременно издавая пронзительный чужеродный вопль. Наряду с силой Джейсона, магия его похожего на змеиный зуб кинжала делала свое собственное дело.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Шаб].

Джейсон попытался вырваться из под его ног, когда одна из них поднялась, готовая ударить его снова. Он оказался прямо под этим существом, лежащим на спине. Перед ним было подбрюшье существа, которое оказалось мясистым и не защищенным панцирем. Джейсон снова призвал силу внутри себя, царапая уязвимую нижнюю сторону своим кинжалом.

Способность: [Наказание] (Грех)

Специальная атака (ближний бой, проклятие)

Стоимость: низкая Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): наносит некротический урон и [греховную] скорбь.

[Грех] (страдание, проклятие, наложение): все некротические повреждения, полученные, увеличиваются. Дополнительные экземпляры имеют суммарный эффект.

Кровь и другие жидкости брызнули на Джейсона из длинной раны, оставляя его брызжущим соленой жидкостью, когда он отползал на спине подальше от существа. Сам монстр обезумел от раны в нижней части тела, вырывая клешни из рук Хайрама и размахивая ими с еще более пронзительным визгом.

Одна из ног существа случайно пронзила ногу Джейсона, когда существо билось вокруг. Оно, казалось, ничего не заметило и снова выдернуло ногу. Джейсон перевернулся и с трудом пополз прочь, все еще выплевывая чудовищный сок.

Освободившись от обезумевшего монстра, Джейсон оглянулся и увидел, что Хайрам изо всех сил старается удержать внимание существа, обхватив обеими руками одну из клешней. Не вставая, Джейсон протянул руку к существу и произнес заклинание.

- Твоя судьба- страдать.

Видимого эффекта не было, но Джейсон почувствовал, как из него вырывается сила, чтобы воздействовать на существо.

Способность: [Неумолимый Рок] (Гибель)

Заклинание (проклятие)

Стоимость: умеренная Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): периодически применяется дополнительный экземпляр каждого наложения проклятия, болезни, яда или нечестивого недуга, от которого страдает цель. Это эффект проклятия. Этот эффект не может быть очищен, пока действует какое-либо другое проклятие или какая-либо болезнь, яд или нечестивая болезнь.

Джейсон заставил себя подняться на ноги, не обращая внимания на боль в раненой ноге и животе, и заковылял дальше от существа.

- Хайрам!- Крикнул Джейсон мимо существа. - Отпусти его и отойди. Оно умрет само по себе.

Во время долгой поездки на повозке через пустыню Джейсон часами обсуждал свои способности, советуясь с другими, как их использовать. Кроме Анисы, которая отказалась помочь ему использовать его "нечистые силы". Время, потраченное на разработку стратегии, теперь доказало свою ценность, поскольку он знал, что нужно отступить и позволить несчастьям делать свое дело. Это было очевидно, когда он спокойно обдумывал все заранее, но в пылу момента он вполне мог продолжать атаковать, подвергая себя и Хайрама ненужному риску.

Первая же особая атака Джейсона вызвала кровоточащее недомогание. Это был действительно мощный антикоагулянт, отчего кровопотеря только усилилась. Вторая специальная атака вызвала проклятие под названием Грех, которое увеличило любой некротический ущерб, который был нанесен. Кинжал наносил некротический яд, который усиливался проклятием. Наконец, заклинание Джейсона постоянно накапливало яд и проклятие, увеличивая их эффект. Результатом всего этого был экспоненциально нарастающий некроз, который неизбежно одолеет существо. Им оставалось только ждать.

Джейсон и Хайрам попятились, а чудовище между ними металось. Темная жидкость начала сочиться из его суставов, когда оно, шатаясь, двинулось вперед к Хайраму, но вскоре рухнуло, умирающая плоть в его ногах не смогла удержать вес существа. Клешня слабо поднялась в последнем жесте неповиновения, прежде чем упасть неподвижно.

Вы победил [Шаба].

Квест: [Водопадный Монстр]

Цель завершена: победить Шаб 1/1.

50 [драгоценных камней квинтэссенции воды] были добавлены в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [монет Духа Железного ранга] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон был доволен тем, как развиваются его способности, хотя у него была одна серьезная проблема. Он полагался на некротический урон, чтобы его способности полностью проявились, и его единственным текущим источником этого урона были не его способности, а его магический кинжал. Другие уверяли его, что он получит такую силу, но до этого момента он будет полагаться на внешний инструмент.

Хайрам и Джейсон осторожно приблизились к существу с обеих сторон. У Джейсона были две болезненные раны, и он мог видеть рану на руке Хайрама. Хайрам стоял над этим существом, аккуратно поддерживая окровавленную руку.

“Что ты с ним сделал?- Спросил Хайрам.

Из-под панциря чудовища сочилась черная жидкость, от которой исходило ужасающее зловоние.

“Я не был уверен, что смогу расколоть эту скорлупу, - сказал Джейсон, - поэтому убил ее изнутри.”

Джейсон поднял руку над существом и произнес заклинание.

“Как твоя жизнь была моей, чтобы пожать ее, так и твоя смерть- моя, чтобы собрать урожай.”

Способность: [Сбор/Урожай Крови] (Кровь)

Заклинание (истощение).

Стоимость: низкая Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Темно-красный свет поднялся изнутри существа. Аура Джейсона подсказала ему, что это остатки жизненной силы монстра, ставшие видимыми. Они просачивались в руку Джейсона, стекая с мертвого монстра. Когда это произошло, Джейсон почувствовал жжение заживающей плоти, его раны закрылись. Тело восстанавливалось по мере того, как его выносливость и мана пополнялись. Пока он поглощал красный свет, плоть внутри скорлупы увядала, а сама скорлупа становилась хрупкой и крошащейся. К тому времени, когда красный свет был полностью поглощен, чудовище превратилось в иссохшую шелуху.

Хайрам искоса поглядывал на Джейсона, когда тот произносил зловещие заклинания и высасывал из монстра остатки жизненной силы.

“Ты только что сказал, что собираешь урожай смерти?- Спросил Хайрам.

“Это просто фраза для заклинания, - сказал Джейсон.

“Ты говоришь как злой фермер.”

“Ты даже не видел моего злого совка.”

Джейсон вытащил из своего инвентаря тряпку и бутылку с водой, почистил Кинжал и сунул его обратно в ножны. Затем он постучал пальцем по выпотрошенному панцирю монстра.

Хотите разграбить [Шаба]?

“Возможно, тебе следует отойти в сторону, - сказал Джейсон. “Тут будет запах.”

- Хуже, чем тот, что уже есть?- Спросил Хайрам.

- Да, - сказал Джейсон. “Куда хуже.”

Они отступили, и Джейсон мысленно дал согласие ограбить тело. То, что осталось от монстра, быстро растворилось в Радужном дыму, прежде чем исчезнуть.

К несчастью, Джейсон забыл о чудовищных жидкостях, которые брызнули на него, когда он был под монстром. Они тоже растворились, радужный дым повалил из его носа и рта, куда когда-то брызнула жидкость. Он упал на землю, вывалив свой завтрак на пол туннеля.

“Ты в порядке?- Спросил Хайрам.

Наконец Джейсон кашлянул и кивнул.

[Ядро монстра (Железный ранг)] было добавлено в ваш инвентарь.

[Зелье из скорлупы] было добавлено в ваш инвентарь.

10 [монет Духа Железного ранга] были добавлены в ваш инвентарь.

“Оно того не стоит.”

Джейсон достал из своего инвентаря жестянку с целебной мазью и передал ее Хайраму.

“Ты знаешь, что Это такое?- Спросил Джейсон.

Хайрам снял крышку с жестянки и понюхал содержимое. Он кивнул и тут же принялся втирать мазь в окровавленную руку.

- Босс!

- Крикнул Грифф с другой стороны забора.

“Я вернулся, когда уже не видел и не слышал водопада. Что случилось?”

“Понятия не имею, - ответил Хайрам, продолжая втирать мазь в руку. “Я уже представляю, как люди приходят сюда, чтобы проверить что происходит, но я не уверен что у них получится что-нибудь исправить. Я думаю, что нам, возможно, придется привлечь этих твоих авантюристов, Джейсон.”

“Я думал о том же самом, - сказал Джейсон, не оборачиваясь к остальным. Его взгляд был сосредоточен на том месте, где туннель уходит вглубь горы.

“Это только мне кажется” - спросил он, - или отверстие стало еще более синим, чем раньше?”

Хайрам проследил за взглядом Джейсона, устремленным вниз по туннелю. Голубое мерцание отверстия было определенно ярче, чем раньше.

“Я думаю, - сказал Хайрам, - что, возможно, пора убираться отсюда.…”

Он был отрезан стеной воды, прорвавшейся через отверстие и обрушившейся на них сверху. Неумолимый поток сшиб их вместе в клубок рук и ног. Вместе они пронеслись по туннелю и взлетели в воздух на сотни метров над землей.

Как вы все там поместились?

Вода обрушилась на Джейсона, как сошедший с рельсов поезд, швырнув его прямо на Хайрама и выбросив их обоих в конец туннеля. Ощущения приходили быстрее, чем он успевал их воспринимать: боль, влага, дезориентация. Он не мог ни дышать, ни даже определить, где находится верх.

Джейсон и Хайрам рефлекторно вцепились друг в друга, их конечности переплелись. Пейзаж расплывался мимо, когда они пролетали по воздуху, кувыркаясь, как теперь возобновившийся водопад. Первой Связной мыслью Джейсона было то, что Хайрам ускользает, и он снова сжал его руку. Тьма вышла из Джейсона, окутав обоих мужчин.

Расширение функции снижения веса [Плащ ночи] увеличивает стоимость от низкой маны в секунду до умеренной маны в секунду.

Их нисходящее падение было сведено к дрейфу, выплывающему наружу и удаляющемуся от водопада. Их дикое вращение было остановлено, и они смогли сориентироваться, когда спускались. Джейсон был благодарен за то, что его плащ можно было наколдовать при одной мысли. Если бы для этого потребовалась техника вроде заклинания, он сомневался, что смог бы произнести эти слова. Только теперь, когда они были свободны от воды и плавно дрейфовали, они могли даже говорить внятно.

“Что там, во имя веселого сада Богов, происходит?- Спросил Хайрам, и в его голосе послышались панические нотки. Он наполовину обнимал Джейсона сбоку.

“Первое, что ты должен знать, - сказал Джейсон, - это не отпускать меня.”

Хирам покачнулся и посмотрел вниз, почти отпустив его.

“Что я только что сказал?- Спросил Джейсон.

“Мы в небе!”

- Потрясающе, правда?- Сказал Джейсон.

“ТЫ ЧТО, С УМА СОШЕЛ?”

“Это было прямо мне в ухо!”

Джейсон начал безумно смеяться, когда они опустились на землю.

“Это просто фантастика, - сказал он.

“Ты с ума сошел!”

Из-за силы, с которой они были выброшены из горы, и легкости их уменьшенного веса они уже успели немного отдалиться от горы, прежде чем слегка коснулись земли. Они приземлились недалеко от канала, ведущего от озера под горой к деревенскому озеру. Хайрам немедленно упал на траву и прижался к Земле, напряжение покинуло его тело в рыдающем смехе.

Джейсон огляделся вокруг. Они находились примерно на полпути между горой и деревней, в зарослях высокой травы. Канал тянулся прямо сквозь траву от подножия водопада до самой деревни. Он видел людей, направляющихся к горной тропе, по которой они с Хайрамом шли раньше. Казалось, никто из них не заметил, как они с Хайрамом спустились вниз.

На другой стороне канала стояла кучка детей, которые смотрели вверх на отсутствующий водопад, пока не увидели падающих с неба Джейсона и Хайрама. Джейсон помахал им рукой. Затем он снова посмотрел на гору и увидел, как далеко он только что упал. По его лицу расплылась улыбка.

“Если это и есть жизнь с приключениями, - задумчиво произнес он, - то я думаю, что хочу еще немного.”

“Ты сумасшедший, - сказал Хайрам, неуверенно поднимаясь на ноги. Он неуверенно посмотрел на Джейона, все еще окутанного звездным плащом. Под солнцем пустыни черная пустота выделялась больше, чем свет звезд.

- Хайрам, - сказал Джейсон, все еще глядя на гору. “Они действительно те, за кого я их принимаю?”

Хайрам проследил за взглядом Джейсона до самой вершины водопада. Он заметил предметы, выброшенные точно так же, как они с Хайрамом, по крайней мере дюжину из них.

- Люди?- Спросил Хайрам. Они были далеко, и их трудно было разглядеть, когда они падали.

“Это не люди, - сказал Джейсон.

По мере того как они падали с неба, предметы становились все больше и больше в их поле зрения. Ужас отразился на лице Хайрема, когда он узнал очертания этих существ.

- Еще больше этих тварей!- С ужасом произнес Хайрам.

“Не стоит так волноваться” - сказал Джейсон. - Шаб- это наполовину акула, наполовину краб. Ни у кого из них нет крыльев.”

Большие существа не обладали способностью Джейсона уменьшать вес и упали гораздо ниже того расстояния, которое достигли Джейсон и Хайрам. Первый из них ударился о землю с отвратительным хрустом, а вскоре за ним последовали и другие. К тому времени, как они закончили падать, Джейсон насчитал семнадцать существ, большинство из которых погибли от удара. Те, что упали по обе стороны от канала, ударились о землю и не поднялись. Из шести, упавших в воду, двое ударились о поверхность под плохим углом. Удар по воде плашмя с такой высоты был так же хорош, как удар по твердому бетону, с аналогичными результатами. Остальные четверо выжили, но были явно ранены, когда они, пошатываясь, выбрались из воды.

Новый квест: [Защитите деревню]

Из астрального пространства вышло несколько шабов. Перехватите их, прежде чем они посеют хаос в деревне.

Цель: Победить [Шаб] 0/4.

Награда: магический браслет Железного ранга (необычный).

Один из монстров появился на стороне Джейсона и Хайрама, остальные-на противоположной стороне канала. Все они растерянно огляделись по сторонам и направились прямиком в деревню. Боковая походка этих существ не была головокружительной, но, по крайней мере, была быстрее, чем та, которую Джейсон видел из туннеля.

“А ты как думаешь, Хайрам?- Спросил Джейсон.

Лицо Хайрема было суровым, когда он смотрел на существо на их стороне канала. Судя по всему, у него были сломаны по меньшей мере две ноги, а скорлупа вокруг тела треснула и сочилась кровью.

“Я думаю, что смогу взять одного, - сказал он. “Если он ранен. Но как насчет тех детей с другой стороны?”

“Я заберу детей отсюда, - сказал Джейсон. “И тогда займусь другими шабами.”

“Ты готов к этому?- Спросил Хайрам.

“Я думаю, что так и должно быть, - сказал Джейсон, одарив Хайрема улыбкой. “Не волнуйся, у меня еще есть пара трюков.”

Джейсон бросился бежать к каналу. Это был естественный водный путь, метров тридцать в поперечнике. Джейсон спрыгнул с короткой насыпи, приземлившись на мягко струящуюся поверхность воды, как будто это была твердая почва. Он радостно рассмеялся и побежал по поверхности на другую сторону. Он быстро пригнулся, когда мимо проплыл один из мертвых шабов, достаточно длинный, чтобы провести пальцами по его панцирю.

Этот чудовищный труп невостребован.

Не хотите ли вы ограбить [Шаб]?

Джейсон продолжал двигаться, пока грабил тело, Радужный дым поднимался позади него.

[Ядро монстра (Железный ранг)] было добавлено в ваш инвентарь.

10 [квинтэссенция воды] были добавлены в ваш инвентарь.

10 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон вспомнил странное зелье, которое он украл из первого Шаба. Забравшись на траву на противоположном берегу, он вытащил его из своего инвентаря.

Предмет: [зелье из скорлупы кожи] (железный ранг, необычный)

Зелье, повышающее твердость кожи за счет ловкости (расходное, натуральное).

Эффект: кожа закаляется от физической атаки и атрибут [скорость] уменьшается в течение 10 минут.

Использование оставшихся: 1/1.

Дети, их было пятеро, подбежали к Джейсону со свойственной этому возрасту ребяческим бесстрашием.

“А эти твари-монстры?- спросили они.

“Да” - ответил им Джейсон. “Вам нужно бежать обратно в деревню.”

“Ты собираешься драться с ними?”

“Да. Вам нужно бежать обратно в деревню.”

- А мы можем посмотреть?”

Джейсон вздохнул и опустился на одно колено.

- Смотрите все, - сказал он им. “У меня есть для вас важное задание. Мне нужно, чтобы вы вернулись в деревню и предупредил всех о чудовищах.”

Он достал из своего инвентаря пять монет железного ранга и положил их перед детьми.

“Это очень важная работа, - торжественно сказал он им, - и мне нужна помощь нескольких отважных молодых искателей приключений. Как вы думаете, вы можете помочь?”

Джейсон улыбнулся пятерым нетерпеливо кивающим головам, протягивая каждому по монете.

- А теперь поторопитесь, - сказал он им. - Предупредите всех, и как можно быстрее!”

Когда дети бросились прочь, Джейсон обернулся и посмотрел на трех шебов, которые сновали вдоль канала в его направлении. Они выбрались из воды гораздо ближе к горе, чем то место, где приземлился Джейсон, удобно расположив его между собой и деревней.

“А почему ты не остался в воде?- удивился он. “Неужели то, что тебя здесь опоясала вода, вызвало у тебя комплекс?”

Их боковая крабья походка была быстрее, чем они могли двигаться вперед, но травмы замедляли их продвижение. Джейсон посмотрел на зелье в своей руке, которое также замедляло его движение. Он не был достаточно опытен, чтобы лишняя ловкость принесла ему хоть какую-то пользу, поэтому он выпил ее.

Вы использовали защитное зелье, укрепляющее вашу кожу и уменьшающее ваш атрибут [скорости].

До тех пор, пока остаточная магия полностью не рассеется, потребление дальнейших защитных зелий приведет к токсичным побочным эффектам.

Он почувствовал, как напряглась его кожа, словно он слишком долго держал ее в сушилке. Он чувствовал, будто бы на нем старая кожа, ограничивающая подвижность, но жесткая. Он посмотрел на приближающихся существ, удивляясь дальности действия своего заклинания. Он чувствовал свои способности инстинктивно, понимая, что все, что он мог ясно видеть, было жизнеспособной целью. Он пристально смотрел на каждого монстра, произнося заклинание для каждого.

- Ваша судьба- страдать.

Неумолимое заклинание гибели добавляло все больше и больше эффекта наложения на жертву. На шабах еще ничего не было, но Джейсон изменит это, как только они догонят его. Он выхватил кинжал, провел лезвием по тыльной стороне предплечья, но кровь не потекла.

“Да.”

Он понял, что должен был сделать это прежде, чем пить зелье. Он крепко сжал клинок в кулаке и выдернул его, на этот раз ухитрившись сделать неглубокий порез на ладони.

Оружие [ночной Клык] нанесло тебе [Умбральный змеиный яд].

Вы воспротивились [Умбральному змеиному яду].

[Умбральный змеиный яд] не действует.

Вы получили экземпляр [Стойкости].

Джейсон выругался, забыв, что его кинжал ядовит. К счастью, это не возымело никакого эффекта. Теперь рядом с его иконками маны и выносливости был значок, изображающий стойкий бафф.

“Не то чтобы мне хотелось жаловаться, но почему яд не подействовал?”

Боевой журнал

Вы были поражены ядом железного ранга [ядом умбральной змеи].

Способность [Пожиратель грехов] дает вам повышенную устойчивость ко всем недугам.

Вы сопротивлялись [Умбральному змеиному яду].

Сопротивление недугу вызвало способность [Пожирателя грехов], предоставив вам пример [Стойкости].

Пожиратель грехов был одной из тех способностей, которые Джейсон пробудил в себе от праздничного камня. Большая часть его планирования и обсуждения включала его активные способности, в то время как эта пассивная сила была в значительной степени упущена из виду. Медленная поступь раненых шабов означала, что они все еще находились на некотором расстоянии от него, так что у него было достаточно времени, чтобы составить описание.

Способность: [Пожиратель Грехов] (Грех)

Особые способности (святые)

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): повышенная устойчивость к недугам. Приобретайте экземпляр [стойкости] каждый раз, когда вы сопротивляетесь недугу или очищаете недуг, используя способности эссенции.

[Сопротивление] (благонамеренный, святой, накладывающийся): повышается устойчивость к недугам. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Потребляется для отрицания экземпляров [Уязвимости] в соотношении 1:1.

- Неплохо, - сказал он. “Это тоже святая сила. От самой эссенции греха, не меньше.”

Джейсон взглянул на свою руку, на которой виднелась полоска крови, но рана уже закрылась. Исцеление, которое обеспечивал его фамильяр, не могло быстро регенерировать те колющие раны, которые он получил от удара ножом, хотя, оглядываясь назад, возможно, это был не чистый адреналин, который заставлял его двигаться. Правда, небольшой порез на руке был сделан очень быстро.

“Да ладно тебе.”

Он вложил кинжал в руку и снова выдернул его, снова открыв рану.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Чужака].

Вы сопротивлялись [Умбральному змеиному яду].

[Умбральный змеиный яд] не действует.

Вы получили экземпляр [Сопротивления].

“Мне нравится эта способность, - сказал он, когда на значке сопротивления появилась цифра два.

Он протянул руку, указывая раненой ладонью на землю. Пиявки начали выливаться наружу, как вода из самого страшного ливня в мире. К тому времени, когда куча была закончена, общий объем пиявок был больше, чем все его тело.

“И как же вы все туда влезли?”

Куча ничего не могла ответить. Джейсон внутренне понимал природу фамильяра и знал, что нет ничего похожего на телепатическую связь. Ему придется командовать ими устно, хотя он и не был уверен, как это работает.

- А у пиявок есть уши?”

Куча ничего не сказала.

“Ну... Нам придется разработать систему.”

Вот что делают искатели приключений

Шабы наконец-то приблизились.

“Ням-ням, Кровопийца” - сказал Джейсон куче, которая начала медленно раскачиваться в направлении шабов. “Мне нужно придумать имя получше.”

Приближающиеся Шабы не перегруппировались после своего падения с неба, поэтому шли на Джейсона поодиночке. Первый из них перестал шаркать боком, заметив Джейсона, и повернул к нему свою акулью голову. У него было достаточно времени, чтобы по-настоящему рассмотреть это существо. Акула в пурпурно-красном панцире, с ногами, напоминающие что-то между пауком и крабом. Над пастью, полной зазубренных зубов, у него были крошечные рачьи глазки; черные шарики качались взад и вперед на коротких стебельках.

“Ты определенно жуткий, приятель.”

Когда первый Шаб приблизился, он, казалось, влип в кучу пиявок на своем пути. Он сделал выпад обеими клешнями, которые впились в кучу без особого эффекта. Вместо этого груда скользнула по клешням и вверх по конечностям, которые тут же затряслись в попытки снять с себя пиявок. Некоторые были отброшены прочь, другие ползали по раковине в поисках щелей, скрывающих уязвимую плоть. Оставшаяся куча тянулась к ногам существа, ползла вверх и по всему телу. Некоторые пиявки были раздавлены между секциями панциря, но все больше и больше находили что-то мягкое, чтобы вонзить свои зубы, и монстр начал визжать.

[Сангвинический ужас] вызвал [кровотечение] у [Шаба].

[Сангвинический ужас] нанес [яд пиявки] на [Шаб].

[Сангвинический ужас] нанес [Некротоксин] на [Шаб].

[Кровотечение] уже действует, [кровотечение] обновляется.

[Сангвинический ужас] нанес [яд пиявки] на [Шаб].

[Сангвинический ужас] нанес [Некротоксин] на [Шаб].

Уведомления приходили густо и быстро, поскольку каждая пиявка, обнаружившая добычу, начала давать тот же самый эффект кровотечения, который использовал Джейсон, плюс два разных вида яда.

[Пиявочный токсин] (недуг, яд, кровь, наложение): когда [Кровотечение] отрицается, экземпляр [пиявочного токсина] на мишени потребляется для повторного применения [кровотечения]. Можно накапливать дополнительные экземпляры.

Помимо причинения вреда через потерю крови, сила кровоточащего недуга заключалась в том, что он впитывал исцеление, сводя на нет его эффект. Яд пиявки снова нанесет кровоизлияние, и для его устранения потребуется еще большее исцеление. Он не думал, что Шаб обладает какой-либо способностью к быстрому исцелению, но это было бы полезно против монстров, обладающих способностью к регенерации. До тех пор, пока будет применено достаточное количество пиявочного токсина, он будет обновлять кровотечение снова и снова, оставляя любое заживление малоэффективным.

Другой яд, нанесенный пиявкой, был почти таким же, как кинжал Джейсона.

[Некротоксин] (недуг, яд, наложение): наносит продолжающийся некротический урон, пока яд не будет очищен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

В отличие от Джейсона, пиявкам не требовался внешний источник некротического повреждения. Это была крошечная армия амбулаторных ядовитых кинжалов.

Джейсон собирался вмешаться, но Шаб уже был в плохом состоянии. Он чувствовал себя немного бесполезным по сравнению со своим фамильяром. Его неумолимое заклинание гибели уже было на Шабах, но по сравнению с тем, что делали пиявки, его собственное заклинание, добавляющее еще несколько недугов, было едва ли уместно.

Второй Шаб приближался, и Джейсон пошел ему навстречу. Он попытался обойти клешни, чтобы вонзить нож в один из суставов ноги, но тут же столкнулся с трудностями. Когда она не была ограничена туннелем, Шаб мог легко скользить боком, чтобы держать свою дикую пасть направленной прямо на свою жертву. Защитное зелье, замедляющее Джейсона, не помогло.

В Джейсона полетели клешни. Он уклонился от прямого удара, но получил скользящий удар по голове. Его кожа может и затвердела от зелья, но не спасла его от звона в ушах и оглушения, заставляя его спотыкаться. Он бросил взгляд на первого Шаба, который ошалело раскачивался взад-вперед, весь покрытый пиявками.

“Я думаю, что мой фамильяр может быть сильнее меня, - сказал Джейсон. - Хорошая работа, Кровопийца, смотри, не поймаешь ли ты еще одного.”

Пиявки начали падать с пораженного Шаба, а Джейсон продолжал расправляться со своим собственным монстром. Поняв, что обойти клешни невозможно, он попробовал новую тактику, двигаясь прямо вперед.

Клешня метнулась вперед, чтобы схватить его, и он поднял левую руку, позволяя клешне в нее впиться. Острая клешня пробила даже его жесткую кожу, сжимая его руку с чудовищной силой и пытаясь затащить Джейсона в рот.

За то, что он позволил клешне схватить его свободную левую руку, его правая рука с ножом была свободна для атаки. Клешня, сдавливая руку Джейсона, уже не дергалась, и, воспользовавшись этим, он вонзил острие своего кинжала прямо в сустав твари.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Шаб].

Особое нападение [Наказание] нанесло [Грех] на [Шаб].

Существо взвизгнуло и выпустило руку Джейсона. Он отшатнулся назад, Кинжал выскользнул из тела существа. Шаб ударил его другой клешней, и Джейсон снова отдал раненую руку. То ли от предыдущего ранения, то ли от ярости монстра, но клешни, сжимающие его, были гораздо более мучительными. Он закричал от боли, но, пробиваясь сквозь нее, яростно ударил ножом, снова найдя сустав клешни. Теперь настала очередь монстра закричать, когда он снова выпустил руку Джейсона.

Специальная атака [Укус пиявки] вызвала [Кровотечение] у [Шаба].

Джейсон отшатнулся от ножа, его левая рука безвольно повисла, и с нее капала кровь. В отличие от своего фамильяра, Джейсон не мог быстро нагромождать свои недуги, но сейчас ему нужно было только время. Неумолимое заклятие Гибели будет соответствовать своему названию, усиливая проклятие и яд, пока монстр не будет побежден.

Пока Джейсон мог оставаться вне досягаемости этого существа, поражение монстра было неизбежно, но необходимую дистанцию нужно было сначала создать. Шаб мог быть быстрым из стороны в сторону, но просто бегом назад Джейсон создавал дистанцию. Затем он остановился, поднял здоровую руку и произнес заклинание.

“Твоя кровь не твоя, чтобы хранить, а моя, чтобы пировать ею.”

Способность: [Праздник Крови] (Кровь)

> Заклинание (наложение, кровь)

> Стоимость: умеренная Мана.

> Время перезарядки: 30 секунд.

> Текущий ранг: железо 0 (00%)

> Эффект (железо): истощите здоровье и выносливость. Поражает только цели с кровоточащими ранами или тех, кто страдает от [кровоточащего] недуга.

Красная жизненная сила повалила из Шаба. Часть ее начала вытекать из ран, нанесенных Джейсоном, и попадать в его колдующую руку. Джейсон почувствовал заживляющее жало в своей раненой руке, но жизненная сила, истощенная им, была ограничена. В отличие от его заклинания сбора крови, пир крови не забирал всю жизненную силу, но он мог использовать ее на живых врагах. Рука Джейсона все еще была далека от исцеления, но теперь он хотя бы мог немного пошевелить ею.

Шаб издал пронзительный вопль, доведенный до безумия действием заклинания Джейсона. Красное свечение втянулось обратно в Шаба, который, казалось, был в бешенстве от того, что Джейсон забирал его жизненную силу. Шаб отчаянно карабкался, но физиологически не был приспособлен для преследования. Во всяком случае, его паническое движение замедляло его. Джейсон легко держался вне досягаемости, когда его недуги медленно настигали врага.

Вы победили [Шаба].

Поражение [Шаб] 1/4.

Джейсон бросил взгляд на нож, оставленный пиявками. Это был опустошенный снаряд, упавший на землю. Он огляделся в поисках того места, куда переместились пиявки, чтобы перехватить третий удар. Заметив их, он раздраженно хлопнул себя ладонью по лицу. Третий Шаб, очевидно, видел, что сангвинический ужас сделал с первым, и пытался избежать этого.

Пиявки двигались медленно, но Шаб, очевидно, не желал отрывать глаз от пиявок достаточно долго, чтобы уползти прочь. В результате два монстра неуклюже двигались по кругу.

“Когда я сказал: "Смотрите, не поймаете ли вы его", я вовсе не имел в виду, что вы его не поймаете!”

Джейсон не мог пройти мимо своего собственного Шаба, чтобы вмешаться,будучи вынужденным переждать нелепую демонстрацию.

Поражение [Шаб] 1/3.

Количество монстров, которых он должен был убить, уменьшилось на одного. Оглянувшись через канал, он увидел окровавленного и усталого Хайрама, стоящего над упавшим шабом.

- Молодец, приятель.

Собственный Шаб Джейсона, наконец, рухнул, и он смог загнать последнего в сангвинический ужас, который сделал быструю работу с ним.

Квест: [Защити деревню]

Цель завершена: поражение [Шаб] 3/3

[Браслет Оазис] был добавлен в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон заметил, что его квесты были намного менее прибыльными, чем убийство культистов, по крайней мере, с точки зрения духовных монет. Был еще один пункт, но он мог проверить его позже. На противоположной стороне канала Хайрам, окровавленный, но торжествующий, стоял одной ногой на Мертвом шабе. Он широко помахал Джейсону, и тот помахал ему в ответ.

Используя свое заклинание сбора крови, Джейсон высосал остатки жизненной силы из трех шабов, исцеляя себя обратно в первозданное состояние. Он провел рукой по окровавленной, но совершенно неповрежденной руке, которая не так давно была сильно искалечена.

“Неплохо. Совсем неплохо.”

Он разграбил Шабов, вновь впитал в себя сангвинический ужас и отправился обратно через речной канал. Когда он добрался туда, то попытался ограбить Шаба Хайрама.

Это убийство монстра было не Вашим. Вы не можете ограбить этого монстра.

- Эй, Хайрам” - сказал Джейсон. “Могу я ограбить этот труп?”

- Конечно, - сказал Хайрам.

Джейсон попробовал еще раз.

[Ядро монстра (железо)] было добавлено в ваш инвентарь.

[Водная эссенция] была добавлена в ваш инвентарь.

10 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон поднял брови, увидев сообщение о добыче. От своих спутников-авантюристов Джейсон получил впечатление, что эссенции были довольно редки, несмотря на его собственный опыт. Он достал из своего инвентаря сущность-мерцающий голубой куб, напоминающий расщелину. Он протянул его Хайраму.

“Это то, о чем я думаю?- Спросил Хайрам.

- Водная эссенция, - подтвердил Джейсон.

“Я не могу это взять” - сказал Хайрам. “Ты знаешь, сколько они стоят?”

Джейсон посмотрел на Хайрама, потом на Шаба. - Он указал на гору.

- Чудовище пришло оттуда, - сказал Джейсон.

- Он указал в противоположном направлении.

- Деревня вон там.”

- Он указал на землю.

“Ты стоял здесь, прямо между ними.”

- Он ткнул кубиком в грудь Хайрема.

Пока Хайрам недоверчиво смотрел на кубик в своих руках, Джейсон достал еще один предмет, который он украл из Шаба. Это было чудовищное ядро, которое он уже видел раньше, но это было железным рангом, по сравнению с теми, что были ниже рангом, уже находящимися в его распоряжении. Он был каплевидной формы, похожий на меньшую сердцевину, но немного больше и более ярко-красного цвета.

Предмет: [ядро монстра (железо)] (железный ранг, общий)

Магическое ядро железного монстра ранга (крафтовый материал, магическое ядро).

Эффект: общий компонент для ритуальной магии и создания магических предметов. Может быть поглощен непосредственно для развития способностей эссенции.

Вы способны поглотить [ядро монстра (железо)]. Поглощать ДА/НЕТ?

Глаза Джейсона широко раскрылись, когда он увидел, что это может продвинуть его способности. Ему очень хотелось немедленно попробовать, но он решил сначала спросить об этом Руфуса и Фарру. Он не хотел, чтобы все закончилось какими-то странными побочными эффектами.

Хайрам и Джейсон уселись на траву, чтобы заслуженно отдохнуть. Глаза Хайрема не отрывались от эссенции, которую он держал в руках.

“Возможно, я смогу помочь тебе с ритуалом для этого, - сказал Джейсон. Ритуалы эссенции были одной из самых фундаментальных магических практик, и знания, полученные Джейсоном из книги умений, были более чем достаточны для ее выполнения.

- Нет, спасибо” - сказал Хайрам. “Я приберегу это на тот случай, когда моя внучка подрастет. Эссенция делает тебя важной персоной в деревне,вот почему я отвечаю за наблюдение за отверстием.”

“А сколько тебе должно быть лет, чтобы использовать эссенцию?- Спросил Джейсон, чем заслужил странный взгляд Хайрама.

“Я из очень изолированного района, - сказал Джейсон. “Мы там ничего толком не знаем о магии. Я только начинаю узнавать все это для себя.”

“Должно быть, он чертовски изолирован, - сказал Хайрам. “Если ты попытаешься поглотить эссенцию слишком рано, то возникнут проблемы. Сам я никогда их не видел, но слышал, что они очень плохие. Есть простой тест, чтобы проверить, готово ли ваше тело. Обычно это происходит в шестнадцать-семнадцать лет, но в любом случае может продолжаться год или два.”

- Спасибо, - сказал Джейсон. “Мне еще многому предстоит научиться.”

“Ну, я твой должник” - сказал Хайрам, поднимаясь на ноги. - Как и вся деревня. Я не хочу думать о том, что случилось бы, если бы четыре из этих тварей попали туда.”

Джейсон тоже встал.

“Я уверен, что это было бы прекрасно, - сказал он. “Если бы они добрались до деревни, мои друзья-авантюристы увидели бы это и вмешались. Это ведь то, что делают авантюристы, верно?”

“Вот именно, - сказал Хайрам, положив руку на плечо Джейсона. - Именно это и делают авантюристы.”

Слишком сильно хлопнул дверью

В садовом дворике гостиницы Джейсон удобно устроился в вечерней тени, глядя на одинокую пиявку, лежащую на земле.

“Значит, тебе все ясно, верно?- спросил он. - Влево - да, Вправо -нет. Мои левая и правая для тебя правая и левая. Понятно?”

Пиявка двинулась влево.

- Окей, это значит "да". Если только у тебя все не так, как надо, и ты не пыталась сказать "нет".”

Пиявка покачивалась из стороны в сторону.

“Да, я тоже в замешательстве. Кажется, я не могу не усложнять вещи. Хорошо, давайте просто предположим, что тебе все ясно. Тебя это устраивает?”

Пиявка двинулась влево.

“Отлично. Итак, у тебя есть имя?”

Пиявка двинулась вправо.

“Ладно, без имени. Хочешь, я его дам?”

Пиявка двинулась влево.

“Это хорошо” - сказал Джейсон. “Я не хочу продолжать называть тебя Пиявкой или Кровопийцей. Это все равно что Гэри называть меня человечком. Или иномирцем, наверное. То, что я больше не человек, - это просто удар.”

“С кем это ты разговариваешь?- Спросил Гэри, выходя во двор.

“Я пытаюсь придумать имя для своего фамильяра, - сказал Джейсон.

“А откуда ты знаешь, что у него его еще нет?- Спросила Фарра, следуя за Гэри во двор.

“Я уже спрашивал” - сказал Джейсон.

“И он ответил?- Спросил Гэри.

“У нас есть система, - сказал Джейсон. “Где же вы все пропадали? Здесь было такое веселье.”

“Мы выяснили, что у этого парня была хижина в пустыне, - сказала Фарра. “Там есть пещера, куда он ходил в поисках земной квинтэссенции. Мы подумали, что именно там он и отсиживался.”

Изнутри гостиницы Джейсон услышал, как хлопнула дверь. Он встал и пошел в общую комнату посмотреть, увидев, что хозяйка дома, Марта, делает то же самое. Они увидели, как разъяренный Руфус громко топает вверх по лестнице, а вслед за ним хлопает еще одна дверь.

“Как же ему удалось так громко хлопнуть этой тростниковой дверью?- Спросил Джейсон вслух. “Они действительно легкие.”

- Пьянящее сочетание утонченности и ярости, - сказала Фарра.

“Я так понимаю, что этого парня не было в его хижине, - сказал Джейсон.

“О, он был там, - сказала Фарра. - Аниса убила его прежде, чем он успел сказать хоть слово.”

Джейсон поморщился.

“Я думаю, она всерьез думала о том парне, с которым придется иметь дело ее церкви” - сказал Джейсон. “И вообще, почему Руфус так настаивал на разговоре с этим парнем?”

“Мы можем присесть за стол, - сказал Гэри, - но сначала я бы не отказался выпить.”

“Просто используй монету духа, - сказала Фарра.

“Мы можем сделать кое-что получше, - сказал Джейсон. - Марта, а можно нам взять немного этого фруктового пунша?”

- Для тебя все, что угодно, милый.

“Что это с тобой и людьми в этой деревне?- Спросила Фарра, когда они вернулись во двор и сели за столик для пикника. “Я могу поклясться, что слышала, как люди говорили о тебе, когда мы вернулись в город.”

“Все дело в потрясающей внешности, - сказал Джейсон.

Фарра и Гэри обменялись взглядами.

- Эй - грустно сказал Джейсон. Он опустился на колени и протянул руку, чтобы пиявка забралась на него, а затем поднял ее и положил себе на плечо.

“Ты уверен, что хочешь положить ее туда?- Спросил Гэри. “Не думаю, что мне бы хотелось, чтобы эти зубы были так близко от моего уха.”

“Она не причинит мне вреда” - сказал Джейсон. “Это мой маленький дружок. Я думаю, что он парень; кажется, я читал, что пиявки могут менять пол или что-то типа этого.”

“Ты странный человек” - сказала Фарра.

Вошла Марта с огромным кувшином сока и большими кусками льда. Ее племянник, Гарольд, последовал за ней с тремя стаканами, получив от Марты шлепок, когда тот уставился на пиявку на плече Джейсона.

- Спасибо, Марта - сказал Джейсон, наполняя каждый бокал. Один из них был даже размером для Гари с большой ручкой.

Когда хозяйка и ее племянник ушли, Джейсон снова спросил о Руфусе.

“Область, из которой мы пришли, - сказала Фарра, - имеет более высокую плотность магии, чем эта область, поэтому монстры там в среднем сильнее. В этом регионе железные монстры являются нормой, с хорошей долей бронзового ранга. Серебряные могут появляться, но только очень редко.”

“Но там, откуда мы пришли, - добавил Гэри, - вы получаете больше монстров серебряного ранга, чем что-либо еще. Вы видите столько же Золотых, сколько и бронзовых, а иногда даже бриллиантовых монстров. А если и появляются железные ряды, то всегда около сорока штук.”

Он залпом выпил половину своего гигантского бокала, долив его из кувшина.

“Вы из одного из этих больших городов?- Спросил Джейсон.

“Совершенно верно, - подтвердил Гэри. - Витесс.”

- Город цветов, - добавила Фарра.

- Это странно, - сказал Джейсон. “В моем мире есть язык, где "Витесс" означает скорость.”

“Только не так, как это делается в нашем городе, - сказал Гэри.

- Витесс так же нетороплив, как и любое другое место, которое ты найдешь, - объяснила Фарра. - Культура, кухня. Много денег плавает вокруг, даже на самом низком уровне. Рабочий в Витессе может сделать столько же, сколько ремесленник здесь.”

“Не очень хороший ремесленник, - сказал Гэри, - но все же ... …”

“А какое отношение все это имеет к тому, что Руфус злится?- Спросил Джейсон.

“Ну, - сказал Гэри, - здесь искатель приключений железного ранга может бродить в относительной безопасности. Если появляются какие-то монстры, то авантюрист железного ранга может отправиться за ними самостоятельно или с небольшой командой.”

“Но рядом с Витессом, - сказала Фарра, - все просто напрашивается на смерть. Даже бронзовые ранкеры выходят с серебряным рангом сопровождения. Приезд сюда был нашим большим шансом начать действовать самостоятельно.”

- Показать себя, - сказал Гэри.

“А потом вы пошли и попали в плен, - сказал Джейсон. - Руфус здесь главный, поэтому винит во всем себя.”

“Вот именно, - сказала Фарра, - но ты не понимаешь, как сильно на него давят. Его семья управляет Академией Ремора, которая имеет большое значение везде, а не только в Витессе.”

- Дай угадаю, - сказал Джейсон. - Руфус-живой образец методов преподавания в этой академии, поэтому, когда он терпит неудачу, это черная метка на репутации его семьи.”

“Его семья совсем не такая, - сказал Гэри. - Они лучше других понимают, что неудача- это ценный урок. Руфус-это тот, кто давит на самого себя.”

“Больше всего на свете он винит себя за то, что подверг нас опасности, - сказала Фарра. “Он серьезно относится к своей ответственности и считает, что подвел нас.”

“Причина, по которой он был одержим идеей поймать этого парня, - сказала Фарра, - заключалась в том, чтобы выяснить, что он сделал не так. Руфус работает больше, чем кто-либо другой, чтобы избежать ошибки один раз, не говоря уже о двух. В его глазах Аниса лишила его шанса понять, что он сделал не так. По мнению Руфуса, то, что сделала Аниса, было равносильно тому, чтобы подвергнуть команду опасности.”

“У кого-нибудь еще есть какие-то неясные предчувствия от Анисы?- Спросил Джейсон. “Как будто она тихо рабоатет на шонка?”

“По-моему, это уже чересчур, - сказал Гэри.

- Возможно, - сказал Джейсон. “Я определенно пристрастен, но подумай об этом. Она принесла тебе эту работу из своей церкви, верно? А потом парень, который якобы работает на ее церковь, подставляет тебя?”

“Тот самый шонк?- Спросила Фарра.

- Аниса была в клетке, как и все мы, - сказал Гэри.

“Конечно, - сказал Джейсон, - но ведь она не пошла в ритуальную комнату, не так ли? Кто сказал, что если бы я не появился, то не было бы другого предлога оставить ее здесь. А потом она вырывается совсем одна?”

“И ты тоже.”

“Они недооценивали меня во всех отношениях, - сказал Джейсон, - и даже тогда мне повезло. Неужели ты думаешь, что культ крови недооценивает жрицу чистоты?”

“У нее был ошейник, как и у всех нас, - сказал Гэри. “Они могли подумать, что она ничего не может сделать.”

- Конечно, - сказал Джейсон. “Но вы заметили, что ее побег занял ровно столько времени, чтобы, если бы она бросилась спасать нас, то трагически опоздала бы?”

- Это очень тонко, - сказала Фарра.

- Итак, мы сбежали, - продолжил Джейсон, - оставив вас на свободе, чтобы вы могли найти и допросить парня, у которого могли быть ответы. Вот только он замолкает еще до того, как вы начинаете задавать вопросы.”

“Я не уверена, - сказала Фарра. “Ты там слишком много пропускаешь.”

“Я не говорю ничего определенного, - сказал Джейсон. - Как я уже сказал, Я знаю, что достаточно пристрастен, чтобы не видеть вещи объективно. Но в тесте на запахи много чего происходит, так что, возможно, держите глаза открытыми.”

- Всегда так делаю - ответил Гэри.

“Вы были слепы и отданы в руки кровавого культа, - сказал Джейсон.

“Он действительно хорош” - сказала Фарра, опустошив свой бокал фруктового пунша, и отклонилась от темы.

“Я ведь знаю, правда?- Сказал Джейсон, снова наполняя ее бокал. “Мне придется спросить, что там внутри. Большинство местных ингредиентов я даже никогда не слышал. Вчера вечером на рынке я купил блокнот, чтобы записывать рецепты.”

Они услышали, как хлопнула входная дверь гостиницы.

“Эта дверь будет испорчена, - сказал Джейсон.

Аниса вышла во двор и бросилась к Джейсону.

“Почему все говорят о тебе так, будто ты городской герой?- спросила она. Ее лицо наполнилось яростью, когда она заметила пиявку на плече Джейсона.

“Что это за штука?”

“Это Колин, - сказал Джейсон. “Я решила называть его Колин. И его друзей тоже. Команда Колина.”

Рука Анисы метнулась к нему, ее бронзовые рефлексы были слишком быстры, чтобы Джейсон успел среагировать. Но не слишком быстро для Гэри, который сжал ее запястье своей огромной волосатой рукой. Аниса сердито посмотрела на Гэри, когда та потянула ее за руку, но его хватка не ослабла.

“Этого не случится, - сказал Гэри.

“Эта штука явно злая, - сказала Аниса.

“Не имеет значения, что это такое” - сказал Руфус, входя во двор. Пока остальные оглядывались, Джейсон вытащил нож и уколол палец, позволив Колину-пиявке апокалипсиса-снова раствориться в его крови. Он купил маленький острый ножик для этой цели после того, как случайно отравился кинжалом со змеиным зубом. Убрав нож, он поднял глаза и увидел, что Аниса и Руфус собираются уходить.

“Ты же знал, что у него есть эта штука, - обвинила его Аниса.

“Я знал, - спокойно ответил Руфус.

“Он заражен, - сказала она. “Мы должны сжечь его.”

- Ты больше не имеешь права голоса в том, что мы делаем, Аниса. Особенно когда речь заходит об убийстве людей. Ты выгнана.”

“О чем ты говоришь?”

“Это всегда было временное сотрудничество, - сказал Руфус. - На этом сотрудничество заканчивается.”

“С ним?- спросила она, указывая на Джейсона.

- Нет, Аниса, с тобой - сказал Руфус. “Ты сама решаешь, когда слушать, а когда делать то, что тебе нравится. Ты готова поставить даже малейший свой идеал выше благополучия всей команды, и это неприемлемо. Самое главное в команде- это доверие, а я тебе не доверяю.”

- Люди, - сказала Аниса, выплевывая это слово, как проклятие. “Вы все - такая грязь.”

Она повернулась и зашагала прочь, и они услышали, как хлопнула дверь, когда она выходила из гостиницы. Руфус кипел на месте, Джейсон, Фарра и Гэри обменялись настороженными взглядами.

“Я думаю, нам придется заплатить за новую дверь, - сказал Гэри.

Укрощение зверя

Укрощение зверя

— Господин мэр, — сказал Руфус, — вы уверены, что не хотите, чтобы мы исследовали астральное пространство?

— Мы рассматривали это, — сказал мэр, — но мы лишь одно из многих мест с апертурой, ведущей в это астральное пространство. Мы понятия не имеем, есть ли у других мест подобные проблемы, и цена ошибки может быть критической.

— Я уважаю вашу благоразумность, господин мэр, — сказал Руфус. — Как и обещал, я доставлю ваши письма в Общество искателей приключений и Магическое общество, когда мы доберемся до Гринстоуна.

— Спасибо.

Мэр встретил их в гостинице, когда они готовились к отъезду. Они путешествовали пешком, так как Аниса забрала повозку и её животных для своей церкви, с чем Руфус не стал спорить. Хайрам стоял рядом с мэром.

— Прощайте, искатели приключений, — сказал мэр, — и еще раз спасибо вам, Джейсон. Не хочу думать, что случилось бы, если бы эти существа проникли в деревню.

— Не за что, Грег, — сказал Джейсон, пожимая руку мэра, а затем Хайрама.

— Если я когда-нибудь смогу что-то сделать для вас, — сказал Хайрам.

— Ну, если найдешь еще одну эссенцию... — сказал Джейсон. — Я собрал добычу со всех тех монстров, а ты получил единственную.

— Забудь об этом, — сказал Хайрам. — Если я найду еще одну эссенцию, я оставлю её себе. У меня, знаешь ли, больше одной внучки.

Джейсон рассмеялся.

— Тебе придется познакомить меня в следующий раз, когда я буду проездом, — сказал он.

— Это не должно занять много времени, — сказала Фарра. — Общество искателей приключений использует патрульные контракты в качестве наказания и...

Она положила руку на плечо Джейсона.

— ...у этого парня язык без костей.

— Эй, — сказал Джейсон с притворным обиженным видом.

Они отправились в путь по дороге пешком. Джейсон не особо возражал, так как повозка не была комфортной поездкой по твердой пустынной земле. По пути из деревни казалось, что все дружелюбно махали им или говорили несколько слов на прощание.

— Мы были здесь два дня, — пробормотала Фарра.

— Не моя вина, что вас не было здесь, когда монстры начали сыпаться с неба, — сказал Джейсон.

Они отправились по южной тропе, обычно используемой для перевозки камня из карьера, оставляя цветущую деревню позади ради сухих пустошей пустыни. Джейсону было гораздо комфортнее, чем в прошлый раз, когда они терпели засушливую пустошь. Награда, которую он получил за свой квест по защите деревни, была именно тем, что ему было нужно.

Предмет: [Браслет оазиса] (железный ранг, необычный)

*Браслет, использующий силу водной квинтэссенции, чтобы даровать благословения личного оазиса *(аксессуар, браслет).

Эффект: Сохраняет владельца прохладным и свежим. Энергия браслета потребляется с разной скоростью в зависимости от климата.

Эффект: Снижает входящий урон от огня и жары. Это быстро потребляет энергию браслета.

Эффект: Потребляет самоцвет водной квинтэссенции, чтобы полностью пополнить энергию браслета.

Браслет представлял собой шнурок с нанизанными маленькими круглыми камнями. Когда он впервые коснулся сапфироподобным самоцветом водной квинтэссенции одного из камней, тот исчез. Все камни изменили цвет с песчано-желтого на ярко-синий и будут медленно возвращаться обратно по мере использования магии самоцвета.

Под освежающим эффектом браслета Джейсон счастливо пробирался вперед вместе с остальными. Теперь, когда он не был занят проклятиями солнца, у него появилось большее понимание бесплодной пустыни. Она не так уж сильно отличалась от частей центральной Австралии.

Они были на немощеной дороге, уплотненной до твердой поверхности палящим солнцем и тяжелыми повозками с добытым камнем. Повозки, полные зеленого мрамора, катились по дороге в том же направлении, куда направлялись они, в то время как повозки с едой ехали в обратную сторону.

— Ты правда назвал своего фамильяра Колином? — спросил Гэри, пока они шли.

— Да, я же говорил тебе, — сказал Джейсон.

— Тебе следовало дать ему более устрашающее имя, вроде «Пожиратель» или что-то в этом роде.

— Гэри, — сказал Джейсон, — это кровожадный монстр апокалипсиса. Он достаточно устрашающий.

Фарра, Гэри и Джейсон болтали, пока шли. Руфус всё еще был замкнут после своего столкновения с Анисой.

— Немного странно чувствовать себя так комфортно в такой негостеприимной среде, — сказал Джейсон.

— Ближе к побережью становится намного хуже, — сказала Фарра. — По крайней мере, здесь можно увидеть немного травы, редкое дерево. Там — только бесконечный, безжизненный песок. Сухой и мертвый, словно солнце выжгло из него всю жизнь.

— Это оптимистично, — сказал Джейсон.

— Нам не нужно будет тащиться через это, — сказал Гэри. — Мы направляемся на юг, пока не доберемся до реки, а затем возьмем лодку на запад к побережью.

Они встретили повозку, которая везла свежие фрукты в деревню, когда у неё отлетело колесо. Пока Гэри и Фарра чинили повозку, Джейсон и Руфус помогали собирать рассыпанные фрукты. Гэри использовал одну из своих сил эссенции кузни, чтобы починить колесо. Джейсон был поражен, когда Фарра использовала сверхчеловеческую силу, чтобы поднять повозку, чтобы Гэри мог надеть колесо обратно на ось. Гэри, по крайней мере, выглядел так, будто обладал подавляющей силой. Видеть такую же силу у Фарры было поразительно несоответствующим.

— Что с тобой не так? — спросила Фарра Джейсона.

— Я думал, ты какой-то заклинатель, — сказал Джейсон. — Что это за сила?

— У меня есть несколько заклинаний, — сказала Фарра, — но люди имеют склонность к особым атакам. Я провожу большую часть времени в ближнем бою. Заклинания просто дают мне немного гибкости.

— У меня вообще нет никаких заклинаний, — сказал Руфус. — То, что у Фарры их так много, необычно.

Повозка была починена, и благодарная команда уехала, увозя с собой какую-то сочную дыню. Джейсон, Руфус и Фарра съели по кусочку, а Гэри съел остальную часть дыни. После этого Руфус казался немного менее угрюмым, чем большую часть дня.

— Где они берут свежие фрукты в пустыне? — спросил Джейсон.

— Скоро сам увидишь, — сказал ему Руфус.

По пути Джейсон отвел Руфуса в сторону.

— У меня есть своего рода деликатный вопрос, — тихо сказал Джейсон.

— Какой? — спросил Руфус.

— Ну, — Джейсон замялся, — быть железного ранга делает что-то с твоим телом, верно?

— Верно.

— Я просто... Мне не нужно было в туалет четыре дня. Я сходил по-маленькому в лабиринте из живой изгороди, но с тех пор — ничего.

Руфус разразился смехом, привлекая внимание остальных.

— Правда? — спросил Джейсон.

— Это нормально, — сказал Руфус. — Твое тело больше ничего не тратит зря; оно может сжигать почти всё в качестве топлива. Я слышал об одном человеке, которому пришлось жить на древесной коре месяц.

— Это миф, — сказала Фарра.

— Нет, я знаю парня, который встречал того парня, который это делал, — сказал Гэри.

— Конечно, ты веришь в это, — сказала Фарра. — Мистер «Мне не нужно проверять, что в коробке».

— Опять ты за своё? Как я должен был знать, что Вивьен предаст нас? — спросил Гэри.

— Потому что это было очень очевидно, — сказала Фарра. — И мы говорили тебе, что она это сделает.

— Мы действительно говорили тебе, — согласился Руфус.

— У вас двоих нет чувства романтики, — сказал Гэри.

Поздно днем они наткнулись на город, окруженный массивными стенами из желтоватого пустынного камня. Он был спланирован в форме квадрата с большими воротами в каждой стене. Внутри был город, построенный в основном из тех же безликих кирпичей, что и стены. Планировка города была сосредоточена вокруг огромной центральной площади, с широкими прямыми дорогами, ведущими от городских ворот прямо к ней. Площадь была полна активности, покрыта повозками, перевозящими местный зеленый камень.

— Это главный распределительный пункт для всего зеленого мрамора в этом регионе, — объяснила Фарра. — По всему региону есть деревни, подобные той, в которой мы останавливались. Отсюда всё это везут на юг и отправляют вниз по реке на баржах.

— Неудивительно, что все они просто называли её Деревней, — сказал Джейсон, — когда мне сказали, что название деревни — Северо-Восточная Карьерная Деревня Четыре.

— Неудивительно, что они все просто называли её Деревней, — сказал Гэри.

— Что с этими огромными стенами? — спросил Джейсон. Стены, окружающие город, были не менее семи метров в высоту и почти три метра в толщину.

— Это для монструозного всплеска, — сказал Руфус.

— Что такое монструозный всплеск? — спросил Джейсон.

— Каждые десять лет, — объяснил Руфус, — происходит массовое увеличение скорости появления монстров. По всему миру, в одно и то же время. Целые деревни эвакуируются в укрепленные города, такие как этот, поэтому большая часть этого города на самом деле пуста. Пока в деревнях никого не остается, монстры в основном оставляют их в покое.

— Так сколько времени прошло с последнего монструозного всплеска? — спросил Джейсон.

— Одиннадцать лет, — сказал Руфус.

— Это никогда не бывает ровно десять лет, — сказала Фарра. — Бывало всего восемь, а бывало и тринадцать. Последние несколько все приходили довольно поздно.

Им не нужно было искать гостиницу, чтобы переночевать. Большая часть города состояла из временных убежищ, которые жители деревень использовали во время всплесков, и которые были доступны любому проезжающему. В основном это означало возчиков, перевозящих камень в одну сторону или еду в другую. Руфус повел их зарегистрироваться на площади, где им бесплатно предоставили базовое жилье. После того как они нашли простой каменный коттедж, который им выделили, Руфус подошел к Джейсону.

— Осталось ещё несколько часов света, — сказал Руфус. — Пойдем со мной ненадолго.

Руфус повел их в тишине. Они подошли к краю города и поднялись по одному из множества лестничных пролетов, оказавшись на вершине западной стены. Там он остановился, чтобы посмотреть на горизонт, Джейсон остановился рядом с ним.

— Итак, ты сразился со своим первым настоящим монстром, — сказал Руфус.

— Шабы, конечно, были грубее, чем тот хомяк, — сказал Джейсон.

Руфус повернул голову, чтобы взглянуть на Джейсона.

— Твоя способность идентифицировать вещи распространяется на монстров?

— Только их имена.

Руфус снова посмотрел на пустынный пейзаж.

— Пора тебе научиться развивать свои способности, — сказал он.

— Кстати, это напоминает мне, — сказал Джейсон. — У меня есть куча ядер монстров. По-видимому, они могут повышать способности.

Голова Руфуса резко повернулась в сторону, чтобы посмотреть на него.

— Ты не использовал ни одного, правда?

— Нет, я ждал, чтобы спросить тебя, — сказал Джейсон. — Я думал, могут быть побочные эффекты. После такой реакции я предполагаю, что они есть.

Руфус выдохнул.

— Я рад. Мне следовало подумать о том, чтобы сказать тебе, но я забыл, что у тебя есть способность собирать добычу с монстров. Тебе повезло; это редкая сила.

— Значит, не только я могу это делать?

— Нет, но это очень желанная способность. Я начинаю завидовать, — сказал Руфус.

— Разве у людей способности не растут быстрее, чем у всех остальных? — спросил Джейсон. — У всех остальных, включая меня, так как я не человек. Что всё ещё кажется суровым.

— Быть человеком имеет свои преимущества, — признал Руфус.

— Почему бы тебе не посыпать соль на рану? — спросил Джейсон. — Как насчет того, чтобы рассказать мне, как повысить мои способности, чтобы я мог начать догонять вас троих.

— Для этого мы здесь, — сказал Руфус. — Есть два способа повысить свои способности. Один — использовать ядра монстров. Каждое ядро немного повышает способности, но только немного. Требуются сотни ядер железного ранга, чтобы достичь бронзового ранга, и это для людей. Для всех остальных требуется ещё больше. Требуются ядра железного ранга, когда ты железного ранга, бронзовые, когда бронзового, и так далее. Но тебе никогда, никогда не следует использовать этот метод.

— Ты превращаешься в монстра или что-то в этом роде?

— Нет, — сказал Руфус. — Я сказал, что есть два способа повышения способностей. Каждый раз, когда ты используешь ядро монстра для повышения способностей, это делает другой метод немного менее эффективным. Влияние минимально поначалу, но каждое использованное ядро съедает твой потенциал. Если бы ты использовал ядра, чтобы добраться туда, где я, до верхнего края бронзового ранга, тогда ядра были бы единственным, что работает. А бронзовый ранг — это не так уж высоко.

— Разве нельзя просто охотиться на большее количество монстров ради ядер? — спросил Джейсон.

— Можно, — сказал Руфус, — и некоторые так и делают. В городе, куда мы направляемся, Гринстоуне, почти все используют ядра. Пока у тебя есть деньги, чтобы купить их, ты можешь достичь бронзового ранга, ни разу не столкнувшись с монстром. Но каждый ранг требует всё больше и больше ядер. К тому времени, как ты достигнешь серебряного ранга, всё сильно замедлится, так как затраты значительно возрастают. Большинство пользователей ядер не доходят до золотого.

— Если люди знают это, почему кто-то использует ядра? — спросил Джейсон.

— Потому что это легко, и ты можешь купить ядра вместо того, чтобы рисковать собственной шеей, — сказал Руфус. — У большинства аристократических семей есть лишь несколько по-настоящему могущественных искателей приключений, в то время как остальные используют ядра. У вас есть аристократия в вашем мире?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Мы медленно отказываемся от неё в пользу олигархии, основанной на богатстве, но она всё ещё существует.

— Э-э, ладно.

— Так что же такого плохого во втором методе, что люди используют эти ядра?

— Он требует опасности и тяжелой работы.

— Готов поспорить, не опасность их останавливает, — сказал Джейсон. — Это тяжелая работа, верно?

— Вероятно, — сказал Руфус с усмешкой. — Другой путь развития своих способностей, настоящий путь, имеет три элемента.

Руфус поднял три пальца, пересчитывая их, пока объяснял.

— Первый элемент — это тренировка. Ты должен практиковаться, доводя свое тело до предела, и не только физического. Ты должен напрягаться против границ того, на что способны твои четыре атрибута. Изматывай себя, тело и разум. Доведение себя до предела готовит тебя к тому, чтобы выйти за его рамки.

— То есть... упражнения?

— Да, но не только физические упражнения. Ты должен тренировать и разум. Восприятие — это часть твоей духовной силы, и мы научим тебя, как упражнять его.

— Как?

— Тренировка наблюдения, которая является практическим навыком, а также хорошей техникой тренировки. Игры на память, головоломки. Всё, что проверяет разум, может сработать.

— Это на самом деле звучит немного весело.

— Это хорошо, — сказал Руфус. — Тренировка, выполненная правильно, оставит тебя с чувством удовлетворения и расширения возможностей. Второй элемент — это тоже доведение себя до предела, но гораздо более опасным способом.

— Сражение с монстрами?

— Сражение с монстрами, — сказал Руфус. — Чтобы по-настоящему сломать свои границы, ты должен по-настоящему упереться в них. Только с подлинной опасностью ты можешь пойти дальше и сделать больше, чем когда-либо считал возможным.

— Это достаточно просто понять, если слегка пугающе. Какая третья часть? — спросил Джейсон.

— Медитация.

— Медитация? В смысле... просто сидеть?

— Да, — сказал Руфус. — Медитация имеет решающее значение. Другие два элемента — это преодоление своих собственных границ. Медитация — это закрепление этого достижения. Это то, где ты берешь мимолетные моменты, в которые ты был лучше, чем когда-либо прежде, и делаешь это своей новой нормой.

— Есть мантра или что-то в этом роде?

— Ключ — в концентрации на магии, текущей внутри тебя. Ты можешь почувствовать её, верно?

— Могу, — сказал Джейсон.

— Она ощущается неукротимой, не так ли? Как какое-то дикое существо внутри тебя.

— Да, отчасти так и есть, — сказал Джейсон. — Использование способности ощущается как бросание куска мяса, чтобы оно выбежало и сожрало его.

— Это ощущение после того, как ты достигаешь нового ранга, — сказал Руфус. — Ты будешь медленно подчинять этого зверя своему контролю по мере роста твоих способностей. Затем ты достигнешь нового ранга и получишь нового зверя, с которым нужно будет бороться, более могущественного, чем предыдущий.

— Как это работает с пользователями ядер?

— Для них это как кормление зверя наркотическим мясом, чтобы сделать его покладистым. Зверь всё ещё обладает своей силой, но владелец не может использовать её должным образом.

— Значит, пользователи ядер не только препятствуют своему будущему, но и делают себя своего рода никчемными в настоящем.

— Именно это они и делают, — сказал Руфус.

Руфус направил Джейсона сесть, скрестив ноги, глядя на пейзаж. Он провел оставшийся световой день, направляя Джейсона через его первую медитацию, пока закат не осветил небо оранжевым и золотым. Джейсон открыл глаза, чтобы посмотреть.

— Знаешь, — сказал Джейсон, — думаю, мне начинает здесь нравиться.

Той ночью, лежа в маленькой кровати в их выделенном жилье, Джейсон проверил свой экран персонажа.

Джейсон Асано

Раса: Иномирянин.

Текущий ранг: Железный.

Прогресс до бронзового ранга: 0% (0/4 эссенций завершено)

Атрибуты

[Мощь] (Кровь): [Железный 0]

[Скорость] (Тьма): [Железный 0]

[Дух] (Рок): [Железный 0]

[Восстановление] (Грех): [Железный 0]

Расовые способности (Иномирянин)

[Интерфейс]

[Система квестов]

[Инвентарь]

[Карта]

[Астральное сродство]

[Таинственный незнакомец]

Эссенции (4/4)

Тьма [Скорость] (3/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [Железный 0] 04%.

[Покров ночи] (особая способность): [Железный 0] 02%.

[Путь теней] (особая способность): [Железный 0] 00%.

Кровь [Мощь] (4/5)

[Кровавая жатва] (заклинание): [Железный 0] 01%.

[Укус пиявки] (особая атака): [Железный 0] 01%.

[Пир крови] (заклинание): [Железный 0] 01%.

[Кровавый ужас] (фамильяр): [Железный 0] 01%.

Грех [Восстановление] (3/5)

[Наказание] (особая атака): [Железный 0] 01%.

[Пир отпущения грехов] (заклинание): [Железный 0] 00%.

[Пожиратель грехов] (особая способность): [Железный 0] 02%.

Рок [Дух] (1/5)

[Неотвратимый рок] (заклинание): [Железный 0] 01%.

Просматривая свои способности, он увидел, что они едва увеличились. Некоторые он даже ещё не использовал.

— Надо попробовать этот теневой телепорт.

Том 1 Глава 31.1

- Господин мэр, - сказал Руфус, - вы уверены, что не хотите, чтобы мы исследовали астральное пространство?”

“Мы подумали об этом, - сказал мэр, - но мы лишь одно из многих мест с отверстием, ведущим в астральное пространство. Мы понятия не имеем, есть ли в других местах подобные проблемы, и цена ошибки может быть критической.”

“Я уважаю ваше благоразумие, господин мэр, - сказал Руфус. “Как и обещал, я доставлю Ваши письма в общество приключений и магическое общество, когда мы доберемся до Гринстоуна.”

“Спасибо.”

Мэр встретил их в гостинице, когда они уже были готовы к отъезду. Они шли пешком, поскольку Аниса забрала фургон и животных для своей церкви, и Руфус не стал спорить. Хайрам стоял рядом с мэром.

- Прощайте, искатели приключений, - сказал мэр, - и еще раз спасибо Вам, Джейсон. Мне не хочется думать, что случилось бы, если бы эти существа вошли в деревню.”

- Не волнуйся, Грег - сказал Джейсон, пожимая руку мэру, а затем и Хайраму.

“Если я когда-нибудь смогу вам чем-нибудь помочь, - сказал Хайрам.

“Ну, если ты найдешь другую эссенцию ... - сказал Джейсон. “Я разграбил всех этих монстров, а ты получил только одного.”

- Чушь собачья, - сказал Хайрам. “Если я найду другую эссенцию, то оставлю ее себе. Ты же знаешь, что у меня есть больше, чем один внук.”

Джейсон рассмеялся:

“Тебе придется представить меня в следующий раз, когда я приду, - сказал он.

“Это не займет много времени, - сказала Фарра. "Общество приключений использует контракты на патрулирование в качестве наказания и…”

Она положила руку на плечо Джейсона.

“...вот этому бы за языком следить.”

- Эй, - сказал Джейсон с притворной обидой на лице.

Они пошли по дороге пешком. Джейсон не очень возражал, поскольку поездка в фургоне по твердой пустынной земле была не слишком приятной. Когда они выходили из деревни, казалось, что все приветливо помахали им рукой или сказали несколько слов на прощание.

“Мы здесь уже два дня, - пробормотала Фарра.

“Я не виноват, что тебя не было здесь, когда с неба посыпались монстры, - сказал Джейсон.

Они двинулись по Южной тропе, обычно используемой карьерными транспортами, оставив пышную деревню позади, в сухие пустоши пустыни. Джейсону было гораздо спокойнее, чем в прошлый раз, когда они терпели эту засушливую пустыню. Награда, которую он получил за свое стремление защитить деревню, была именно тем, что ему было нужно.

Предмет: [браслет Оазис] (железный ранг, необычный)

Браслет, который использует силу квинтэссенции воды, чтобы даровать благословения личного оазиса (аксессуар, браслет).

Эффект: сохраняет владельца прохладным и свежим. Энергия браслета потребляется с разной скоростью в зависимости от климата.

Эффект: уменьшает входящий огонь и тепловые повреждения. Это быстро расходует энергию браслета.

Эффект: потребляйте драгоценный камень квинтэссенции воды, чтобы полностью пополнить энергию браслета.

Браслет представлял собой шнурок, обвитый маленькими круглыми камешками. Когда он впервые прикоснулся к одному из камней, похожему на сапфир драгоценному камню квинтэссенции воды, тот исчез. Затем все камни из песчано-желтого стали ярко-синими.

Под освежающим действием браслета Джейсон счастливо шел рядом с остальными. Теперь он уже не был озабочен проклятием Солнца, а больше ценил просторы бесплодной пустыни. Сей район не слишком отличался от районов Центральной Австралии.

Они ехали по неровной дороге, утрамбованной на твердую поверхность палящим Солнцем и тяжелыми телегами с добытым камнем. Повозки с зеленым мрамором катились по дороге в том же направлении, куда они ехали, а повозки с едой двигались в другую сторону.

“Ты действительно назваа своего фамильяра Колином?- Спросил Гэри, пока они шли.

“Да, я уже говорил тебе об этом, - сказал Джейсон.

“Тебе следовало бы дать ему более пугающее название, например "Пожиратель" или что-то в этом роде.”

- Гэри, - сказал Джейсон, - это кровожадное чудовище Апокалипсиса. Это достаточно пугающе.”

Фарра, Гэри и Джейсон продолжали болтать на ходу. После стычки с Анисой Руфус все еще держался замкнуто.

“Немного странно чувствовать себя так комфортно в такой негостеприимной обстановке, - сказал Джейсон.

- Ближе к побережью становится еще хуже, - сказала Фарра. “По крайней мере, здесь можно увидеть хоть какую-то траву, редкие деревья. Там просто бесконечный, безжизненный песок. Сухой и мертвый, словно солнце выжгло из него всю жизнь.”

“Звучит обнадеживающе” - сказал Джейсон.

“Нам не придется тащиться через это, - сказал Гэри. “Сейчас мы идем на юг, пока не доберемся до реки, а потом возьмем лодку и поплывем на запад, к побережью.”

Они наткнулись на повозку, которая везла свежие фрукты в деревню, когда у нее сломалось колесо. Пока Гэри и Фарра чинили фургон, Джейсон и Руфус помогали собирать рассыпанные фрукты. Гэри использовал одну из своих сил эссенции кузницы, чтобы починить колесо. Джейсон был поражен, когда Фарра с нечеловеческой силой приподняла фургон, чтобы Гэри смог вставить колесо обратно на ось. Гэри, по крайней мере, выглядел так, словно обладал непомерной силой. Видеть такую же силу от Фарры было поразительно нелепо.

“Да что с тобой такое?- Спросила Фарра у Джейсона.

“Я думал, ты какой-то заклинатель, - сказал Джейсон. “А что это за сила такая?”

“У меня есть несколько заклинаний, - сказала Фарра, - но у людей есть склонность к особым атакам. Я провожу большую часть своего времени близко и лично. Заклинания просто дают мне немного гибкости.”

“У меня вообще нет никаких заклинаний, - сказал Руфус. - То, что у Фарры их так много, - это необычно.”

Фургон починили, благодарный возница подарил в благодарность какую-то сочную дыню. Джейсон, Руфус и Фарра съели по кусочку, а Гэри-оставшуюся дыню. После этого Руфус казался немного менее задумчивым, чем в течение большей части дня.

“А где они берут свежие фрукты в пустыне?- Спросил Джейсон.

“Скоро ты сам все увидишь, - сказал ему Руфус.

Пока они ехали, Джейсон отвел Руфуса в сторону.

“У меня к вам деликатный вопрос, - мягко сказал Джейсон.

“А это что такое?- Спросил Руфус.

“Ну” - Джейсон заколебался, - если ты железный, то с твоим телом что-то происходит, верно?”

“Совершенно верно.”

“Я просто ... я уже четыре дня не нуждаюсь в туалете. В лабиринте живой изгороди у меня были некоторые дела, но с тех пор- ничего.”

Руфус разразился смехом, привлекая внимание остальных.

- Серьезно?- Спросил Джейсон.

“Это нормально” - сказал Руфус. - Твое тело больше ничего не тратит впустую, оно может сжечь почти все, что угодно в качестве топлива. Я слышал о человеке, которому пришлось целый месяц жить на древесной коре.”

- Это миф, - сказала Фарра.

- Нет, я знаю одного парня, который встретил того, кто это сделал, - сказал Гэри.

“Конечно, ты веришь в это” - сказала Фарра. - Мистер, мне не нужно проверять, что там в коробке.’”

- Опять ты с этим? Откуда мне было знать, что Вивьен нас предаст?- Спросил Гэри.

“Потому что это было действительно очевидно, - сказала Фарра. “А мы тебе говорили, что она так и сделает.”

“Мы же тебе говорили, - повторил Руфус.

“У вас двоих нет никакого чувства романтики, - сказал Гэри.

Ближе к вечеру они наткнулись на город, окруженный массивными стенами из коричневого пустынного камня. Он был расположен на площади с большими воротами в каждой стене. Внутри был город, построенный в основном из того же мягкого кирпича, что и стены. Планировка города была построена вокруг огромной центральной площади, с широкими прямыми дорогами, ведущими от городских ворот прямо к ней. На площади кипела бурная деятельность, повсюду стояли повозки, перевозившие местный зеленый камень.

“Это главный распределительный пункт для всего зеленого мрамора в этом регионе, - объяснила Фарра. “По всей округе есть деревни, подобные той, в которой мы останавливались. Отсюда все это везут на юг и отправляют вниз по реке на баржах.”

“Я понял, что их было много, когда они сказали мне, что деревня называется "Северно-Восточная-Карьерная-Деревня Четыре", - сказал Джейсон.

- Неудивительно, что все они называли его просто Деревней, - сказал Гэри.

“А что это за огромные стены?- Спросил Джейсон. Стены, окружавшие город, были по меньшей мере семи метров в высоту и почти трехметровой толщины.

“Это от волны монстров, - сказал Руфус.

“А что это такое?- Спросил Джейсон.

- Каждые десять лет, - объяснил Руфус, - происходит массовое увеличение скорости размножения монстров. По всему миру, все в одно и то же время. Целые деревни эвакуируются в укрепленные города, такие как этот, поэтому большая часть этого города фактически пуста. Когда в деревнях никого не остается, монстры в основном оставляют их в покое.”

“Так сколько же времени прошло с последней волны монстров?- Спросил Джейсон.

“Одиннадцать лет.- Сказал Руфус.

“Никогда не бывает ровно десять лет, - сказала Фарра. “Было всего восемь или даже тринадцать. Последние приходили довольно поздно.”

Том 1 Глава 31.2

Им не нужно было искать гостиницу, чтобы остаться на ночь. Большая часть города состояла из временных убежищ, которые жители деревни использовали во время волн, и которые были доступны любому проходящему через них. В основном это означало, что погонщики таскали камень в одну сторону или еду в другую. Руфус повел их регистрироваться на площадь, где им бесплатно предоставили основное жилье. После того как они нашли простой каменный коттедж, в который их поместили, Руфус подошел к Джейсону.

“До рассвета еще несколько часов, - сказал Руфус. - Пойдем со мной ненадолго.”

Руфус молча повел их за собой. Они дошли до окраины города, поднялись по одной из многочисленных лестниц и оказались на вершине Западной стены. Там он остановился, чтобы посмотреть на горизонт, Джейсон остановился рядом с ним.

“Итак, ты сразился со своим первым настоящим монстром” - сказал Руфус.

- Шабы были определенно грубее, чем Могучие Хомяки, - сказал Джейсон.

Руфус повернул голову и посмотрел на Джейсона.

“Твоя способность распознавать вещи распространяется и на монстров?”

“Только на их имена” - ответил Джейсон.

Руфус снова посмотрел на пустынный пейзаж.

“Тебе пора научиться развивать свои способности, - сказал он.

“Кстати, это мне напомнило, - сказал Джейсон. “У меня есть куча ядер монстров. По-видимому, они могут поднять способности вверх.”

Голова Руфуса резко дернулась в сторону.

“Ты ведь не пользовался ими, правда?”

“Нет, я ждал, чтобы спросить тебя, - сказал Джейсон. “Я подумал, что могут быть побочные эффекты. После такой реакции я предполагаю, что они есть.”

Руфус тяжело вздохнул.

“Я очень рад. Мне следовало бы сказать тебе об этом, но я забыл, что у тебя есть способность грабить монстров. Тебе повезло, это редкая сила.”

“Значит, это могу сделать не только я?”

“Нет, но это очень желанная способность. Я начинаю тебе завидовать” - сказал Руфус.

“Разве у людей способности не развиваются быстрее, чем у всех остальных?- Спросил Джейсон. “Все остальные, включая меня, поскольку я не человек. Что все еще кажется жестоким.”

- Быть человеком действительно имеет свои преимущества” - признал Руфус.

- Почему бы тебе не втереть его в кожу?- Спросил Джейсон. “Как насчет того, чтобы рассказать мне, как поднять мои способности, чтобы я мог начать догонять вас троих?”

“Именно для этого мы здесь и находимся, - сказал Руфус. “Есть два способа повысить свои способности. Один из них-использовать ядра монстров. Каждое ядро немного увеличивает ваши способности, но только немного. Чтобы достичь бронзового ранга, требуются сотни ядер железного ранга, и это для людей. Для всех остальных это требует еще большего. Для этого нужны ядра железного ранга, когда вы железный ранг, бронза, когда вы бронза, и так далее. Но ты никогда, никогда не должен использовать этот метод.”

“Ты превращаешься в чудовище или что-то в этом роде?”

- Нет, - ответил Руфус. “Я сказал, что есть два способа повысить твои способности. Каждый раз, когда ты используешь ядро монстра для повышения своих способностей, это делает другой метод немного менее эффективным. Поначалу воздействие минимально, но каждое ядро, которое используется, съедает твой потенциал. Если бы ты использовал ядра, чтобы добраться до того места, где я нахожусь, верхней части бронзового ранга, то ядра были бы единственной вещью, которая работала бы. А бронзовый ранг не так уж и высок.”

“А мы не могли бы просто выследить еще больше монстров для ядер?- Спросил Джейсон.

“Ты можешь, - сказал Руфус, - и некоторые так и делают. В городе, куда мы едем, Гринстоун, почти все используют ядра. Пока у есть деньги, чтобы купить их, ты можешь достичь бронзового ранга, никогда не сталкиваясь с монстром. Но каждый ранг требует все больше и больше ядер. К тому времени, когда ты достигнешь серебряного ранга, все замедлится, так как расходы значительно возрастут. Большинство основных пользователей не добираются до золота.”

“Если люди знают об этом, то зачем кому-то использовать ядра?- Спросил Джейсон.

- Потому что это легко, и вы можете купить ядра вместо того, чтобы рисковать своей собственной шеей.- Сказал Руфус. - В большинстве аристократических семей есть только несколько действительно могущественных авантюристов, в то время как остальные используют ядра. Есть ли в вашем мире аристократия?”

- Конечно, - сказал Джейсон. “Мы постепенно отказываемся от нее в пользу основанной на богатстве олигархии,но она все еще существует.”

- Ну, ладно.”

“Итак, что же такого плохого во втором методе, что люди предпочитают использовать эти ядра?”

- Потому что это требует опасностей и тяжелой работы.”

- Держу пари, что их останавливает вовсе не опасность, - сказал Джейсон. “Это ведь тяжелая работа, верно?”

- Возможно - усмехнулся Руфус. - Другой путь развития твоих способностей, настоящий путь, состоит из трех элементов.”

Руфус поднял три пальца, отсчитывая их, пока объяснял:

“Первым элементом является обучение. Ты должен практиковаться, подталкивая свое тело к его пределам, и не только физическим. Необходимо напрячься за границы того, на что способны твои четыре аттрибута. Истощи себя, тело и ум. Подталкивая себя к пределам, ты готовишься выйти за эти пределы.”

“Итак ... упражнение?”

“Да, но не только физические упражнения. Также нужно тренировать свой ум. Восприятие - это часть твей духовной силы, и мы научим тебя, как ее использовать.”

“Как?”

- Обучение наблюдению, которое является практическим навыком, а также хорошей тренировочной техникой. Игры на память, головоломки. Все, что испытывает ум, может работать.”

“Вообще-то это звучит немного забавно.”

“Это хорошо” - сказал Руфус. - Тренировка, сделанная правильно, даст чувство удовлетворения и силы. Второй элемент - это тоже подталкивание себя, но гораздо более опасным способом.”

- Сражаться с монстрами?- Догадался Джейсон.

- Сражаться с монстрами, - сказал Руфус. “Чтобы по-настоящему прорваться через свои границы, ты должен по-настоящему оттолкнуться от них. Только с подлинной опасностью ты можешь пойти дальше и сделать больше, чем когда-либо считал возможным.”

“Это достаточно просто понять, хотя и слегка пугает. А что такое третья часть?- Спросил Джейсон.

- Медитация, - сказал Руфус.

- Медитация? То есть ... просто просиживать штаны?

“Да, - сказал Руфус. - Медитация имеет решающее значение. Два других элемента связаны с преодолением твоих собственных границ. Медитация направлена на закрепление этого достижения. Это место, где ты берешь мимолетные моменты, в которых ты был лучше, чем когда-либо раньше, и делаешь это своей новой нормой.”

“Есть мантра, что ли?- Спросил Джейсон.

- Ключ в том, чтобы сконцентрироваться на магии, текущей внутри тебя. Ты ведь это чувствуешь, правда?”

“Я могу, - сказал Джейсон.

“Кажется, это неуправляемо, не так ли? Словно какое-то дикое существо внутри тебя.”

“Да, вроде того, - сказал Джейсон. - Использовать способность - это все равно что выбросить кусок мяса, чтобы оно выбежало и сожрало его.”

“Вот это ощущение после того, как ты достигнешь нового ранга, - сказал Руфус. “Ты постепенно возьмешь этого зверя под свой контроль, по мере того как твои способности будут расти. Тогда ты достигнешь нового ранга и будешь иметь нового зверя для борьбы с ним, более могущественного, чем предыдущий.”

“Как это работает с основными пользователями?- Спросил Джейсон.

“Для них это все равно, что накормить зверя наркотическим мясом, чтобы сделать его послушным. Зверь все еще обладает своей силой, но хозяин не может использовать ее должным образом.”

"Таким образом, основные пользователи не только мешают их будущему, но и делают себя в некотором роде дерьмовыми в настоящем.”

“Именно это они и делают, - сказал Руфус.

Руфус велел Джейсону сесть, скрестив ноги и глядя на окружающий пейзаж. Оставшийся дневной свет он потратил на то, чтобы провести Джейсона через его первую медитацию, пока закат не осветил небо оранжевым и золотым светом. Джейсон открыл глаза и стал наблюдать.

“Знаешь, - сказал Джейсон, - кажется, мне здесь начинает нравиться.”

В ту ночь, лежа на маленькой кровати в отведенном им помещении, Джейсон проверил экран свои данные.

Джейсон Асано

Раса: Иноземец.

Текущий ранг: железо.

Прогрессия до бронзового ранга: 0% (0/4 эссенции завершены)

Атрибуты

[Сила] (Кровь): [Железо 0].

[Скорость] (Темнота): [Железо 0].

[Дух] (Гибель): [Железо 0].

[Восстановление] (Грех): [Железо 0].

Расовые Способности (Иноземец)

[Взаимодействие].

[Система квестов].

[Инвентарь].

[Карта].

[Астральное Сродство].

[Таинственный незнакомец].

Эссенции (4/4)

Темнота [Скорость] (3/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [железо 0] 14%.

[Плащ ночи] (заклинание): [железо 0] 02%.

[Путь теней] (специальная способность): [железо 0] 00%.

Кровь [Сила] (4/5)

[Сбор крови] (заклинание): [железо 0] 01%.

[Укус пиявки] (специальная атака): [железо 0] 01%.

[Праздник крови] (заклинание): [железо 0] 01%.

[Сангвинический ужас] (знакомый): [железо 0] 01%.

Грех [Восстановление] (3/5)

[Наказание] (специальная атака): [железо 0] 01%.

[Праздник отпущения грехов] (заклинание): [железо 0] 00%.

[Пожиратель греха] (особая способность): [железо 0] 02%.

Doom [Дух] (1/5)

[Неумолимый рок] (заклинание): [железо 0] 01%.

Оглядев свои способности, он увидел, что они почти не увеличились. Некоторые из них он даже еще не использовал.

“Я должен испытать этот теневой телепорт.”

Охота на монстров для начинающих

Охота на монстров для начинающих

Через час после того, как они покинули обнесенный стеной город, Руфус перестал идти. Он достал из кармана листок бумаги, просмотрел его, а затем перевел взгляд на пустынный пейзаж вокруг них.

— Это здесь, — сказал он и ушел, оставив дорогу позади.

— Что происходит? — спросил Гэри, когда они последовали за ним. Руфус протянул ему бумагу.

Гэри взглянул на неё.

— Хорошо, — сказал он, передавая бумагу Джейсону. Это было уведомление о монстре, с деталями и направлениями. Джейсон видел нечто подобное в деревне водопада, но, по-видимому, в каждом городе и деревне была доска объявлений для них.

— Ты взял это из города, в который мы только что зашли? — спросил Джейсон.

— Верно, — сказал Руфус.

— Разве разрешено просто забирать их? — спросил Джейсон.

Местоположение было указано ориентирами, которые Джейсон заметил, оглядевшись вокруг — серия скалистых выступов характерной формы.

— Можно делать копии, — сказал Гэри. — Когда убиваешь монстра, помечаешь копию, и это избавляет от оригинала. Затем просто нужно отчитаться в следующий раз, когда будешь в отделении Общества искателей приключений.

— А что, если кто-то просто сделает копию и уничтожит её, не убивая монстра? — спросил Джейсон.

— Зачем кому-то это делать? — спросил Гэри.

— Потому что люди ужасны, — сказал Джейсон.

— Ты правда так думаешь? — спросила Фарра. — Я начинаю беспокоиться о твоем мире.

— Правда? — спросил Джейсон. — Потому что когда я попал в ваш мир, люди постоянно пытались съесть и/или убить меня.

— Он прав, — сказал Гэри.

— Чтобы делать правильные копии, нужен значок Общества искателей приключений, — сказал Руфус. — Общество может использовать его, чтобы отследить, кто сделал копию.

— Значок также отслеживает монстров, которых ты убил, — сказала Фарра.

— И они могут использовать его, чтобы найти твое тело, когда ты умрешь, — сказал Гэри.

— Очень утешительно, — сказал Джейсон. — Так почему мы охотимся на этого монстра?

— Мы — нет, — сказал Руфус. — Ты — да.

— Я?

— Ты.

Новый квест: [Уведомление об искателе приключений: Гигантский пустынный паук-пасть]

Местные жители заметили в этом районе монстра, который соответствует описанию гигантского пустынного паука-пасти. Убейте существо, прежде чем оно станет агрессивным и начнет нападать на путешественников.

Цель: Победить [Гигантский пустынный паук-пасть] 0/1.

Награда: Квинтэссенция.

Джейсон ещё раз взглянул на лист бумаги, в котором был назван тот же монстр, что и в квесте.

— Гигантский пустынный паук-пасть, — прочитал он. — Насколько гигантский?

— Размером с Гэри, — сказал Руфус. — Но размер — это не то, на что нужно обращать внимание.

— У них огромная пасть, полная самых противных зубов, которые ты когда-либо видел, — сказала Фарра. — У него есть зазубренный язык, который выстреливает, хватает за конечности и пытается затащить их в эту пасть.

— Звучит восхитительно, но почему мы это делаем?

— Я ещё не видел, как ты сражаешься, — сказал Руфус. — Мне нужно увидеть, на каком ты уровне.

— Могу сэкономить тебе время, — сказал Джейсон. — Мой уровень низкий. Очень, очень низкий.

— Ты так говоришь, — сказал Руфус, — но это может быть просто скромность.

* * * Джейсон применил заклинание кровавой жатвы, и остаточная жизненная сила мертвого монстра потекла в него, исцеляя его раны. Заклинание было сильным, но недостаточно, чтобы полностью восстановить его травмы. Его раны закрылись, но он чувствовал себя изрезанным, как ассорти из мясных деликатесов. Он постучал пальцем по останкам.

Хотите собрать добычу с [Гигантский пустынный паук-пасть]?

Он заковылял в сторону искателей приключений, пока монстр растворялся в радужном дыме позади него.

10 [Самоцветов паучьей квинтэссенции] добавлены в ваш инвентарь.

Остальные наблюдали за боем Джейсона издалека. Его одежда была в кровавых лохмотьях, тело выкрашено в красный.

— Итак, — сказал Руфус, когда Джейсон подошел. — Значит, не скромничал.

Квест: [Уведомление о монстре: Гигантский пустынный паук-пасть]

Цель выполнена: Победить [Гигантский пустынный паук-пасть] 1/1.

10 [Самоцветов земной квинтэссенции] добавлены в ваш инвентарь.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

— У меня заканчивается целая одежда, — сказал Джейсон.

— Ты, кажется, их изнашиваешь, — сказал Гэри.

Фарра вытащила из земли свой каменный сундук и достала бутылку с прозрачной жидкостью со стеклянной пробкой.

— Это называется кристальное моющее средство, — сказала Фарра, вкладывая бутылку в руки Джейсона. — Раздевайся, а потом вылей это на голову. У меня его немного, так что будь признателен.

Джейсон разделся до нижнего белья.

— Полностью, — сказала Фарра.

Джейсон стянул шелковые боксеры, которые взял из поместья Вейн. Ему было уже всё равно, он даже не взглянул, смотрят ли остальные на его обнаженное тело. Крови на нем было достаточно, так что это было эффективно как боди-арт. Он вытащил пробку и опрокинул её себе на голову. Прозрачная, вязкая жидкость вылилась и быстро начала распространяться по нему, истончаясь по мере того, как стекала вниз. Она удалила кровь и грязь с его тела, очищая с интимной тщательностью. Странное выражение появилось на его лице, когда жидкость очистила труднодоступные уголки и щели. Он чувствовал свежий аромат, исходящий от его тела, когда жидкость испарялась в ничто, выполнив свою работу. Он чувствовал себя чище, чем когда-либо в своей жизни.

— Оно парфюмированное? — спросил он.

— Нет, кристальное моющее средство полностью без запаха и удаляет всё, — сказала Фарра. — Если остался какой-то запах, значит, это просто ты.

Гэри подошел и понюхал Джейсона.

— Почему ты пахнешь цветами?

Остальные двое окружили Джейсона и начали нюхать его.

— Я всё ещё голый, — сказал Джейсон, зажатый трио.

— Мы видели Руфуса голым, — сказала Фарра. — Никого не волнует твое худощавое тело.

— Эй... — сказали Руфус и Джейсон вместе.

— Ты правда пахнешь цветами, — сказала Фарра. — Что с этим не так?

— Думаю, это может быть иномирянской особенностью, — сказал Руфус. — Я знал одного иномирянина, который пах довольно похоже.

— Неужели? — спросил Гэри.

— У кого-то был маленький роман с иномирянином? — спросила Фарра.

— Я всё ещё голый, — сказал Джейсон.

— Это было не так, — сказал Руфус. — Я был молод, и она едва даже смотрела на меня.

— МОЖЕТЕ ВСЕ ОТОЙТИ, ЧТОБЫ Я МОГ НАДЕТЬ ОДЕЖДУ?

— Мы прямо здесь, — сказал Гэри. — Тебе не обязательно кричать.

* * * — Если у тебя всё это время была эта бутылка чистящего средства...

— Кристальное моющее средство, — сказала Фарра.

— Верно, — сказал Джейсон. — Если у тебя всё это время было это, почему ты не дала мне немного после того, как я вывел все эти токсины?

— Выведение твоих токсинов — это как обряд посвящения, — сказала она.

— Значит, ты не использовала его, когда проходила через это?

— Абсолютно нет, — сказала Фарра, неубедительно.

— У неё был целый ящик бутылок под рукой, — сказал Гэри.

— Если бы ты не узнал ценность кристального моющего средства, то не оценил бы его, — сказала Фарра.

— Значит, ты думала, что это смешно, что я так плохо пахну, — сказал Джейсон.

— Это было довольно смешно, — сказал Гэри. — Я никогда не видел, чтобы из человека выходило столько слизи. Как будто ты хранил лишнее в своем хранилище.

Они прошли через другую деревню ближе к середине дня. Апертура астрального пространства была маленькой, образуя только большой пруд. Там была карьерная операция, но гораздо меньше, чем в деревне водопада.

— Апертуры — единственные источники воды здесь? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Руфус, — но вокруг апертур появляется больше зеленого камня. Чем больше апертура, тем более высокого качества камень ты найдешь.

Они останавливались лишь на время, достаточное для того, чтобы Руфус выбрал другое уведомление с доски приключений деревни.

— Мы на пути к тому, чтобы добраться до реки к наступлению темноты, — сказал Руфус. — У нас есть время на ещё одно. Дай мне чистый лист из той коробки.

Джейсон заметил коробку с чистой бумагой под доской объявлений, взял один лист и передал Руфусу. Руфус достал из кармана бронзовый медальон и коснулся им уведомления на доске. Медальон начал слабо светиться, пока он не коснулся им чистого листа, который достал Джейсон. Свечение погасло, и на бумаге появился текст, соответствующий уведомлению.

— Это значок Общества искателей приключений, — объяснил Руфус. — Ты получишь свой собственный, когда вступишь.

— Я думал, вы получили достаточно с последнего монстра, — сказал Джейсон. — Разве я не был достаточно неубедительным?

— Всегда есть уроки, которые можно извлечь, — сказал Руфус, передавая бумагу.

Новый квест: [Уведомление о монстре: Низший элементаль земли]

Местные жители заметили в этом районе монстра, который соответствует описанию низшего элементаля земли. Убейте существо, прежде чем оно станет агрессивным и начнет нападать на путешественников.

Цель: Победить [Низший элементаль земли] 0/1.

Награда: Материал для крафта.

— Земляной элементаль, — прочитал Джейсон. — Это как куча камней и грязи, которая бродит вокруг и бьет людей?

— Именно, — сказал Гэри. — У вас в мире такие есть?

— Только в историях, — сказал Джейсон. — Так дай угадаю. Я сражаюсь с этой штукой и обнаруживаю, что мои способности не работают на ней, потому что нельзя отравить или обескровить кучу камней. Мне надирают задницу, вы вмешиваетесь, чтобы спасти меня, и я усваиваю важный урок о неудаче и выборе своих битв. Это более-менее идея?

— Думаю, он тебя раскусил, Руфус, — хмыкнул Гэри.

— Э-э, да, — сказал Руфус, потянувшись, чтобы забрать бумагу обратно. — Всё в порядке; тебе не обязательно это делать.

— Нет, я сделаю это, — сказал Джейсон, оставив бумагу у себя. Он зашагал в направлении деревенских ворот.

— Я знаю, ты хочешь научить его быть настоящим искателем приключений, — сказала Фарра Руфусу, — но я не думаю, что он похож на избалованных богатых детей из школы твоей семьи.

— Это становится ясно, — сказал Руфус.

* * * Земляной элементаль выглядел как снеговик из спрессованной земли и песка, но с толстыми руками вместо хрупких палок. Он был всего около двух третей роста Джейсона, выбрасывая пыль и грязь по мере того, как медленно двигался. Джейсон вонзил кинжал в его голову.

Особая атака [Наказание] наложила [Грех] на [Низший элементаль земли].

[Низший элементаль земли] не имеет движущего духа и обладает иммунитетом к проклятиям.

[Грех] не подействовал.

[Низший элементаль земли] не имеет живой ткани и невосприимчив к некротическому урону.

Дополнительный некротический урон от особой атаки [Наказание] не подействовал.

Как и ожидалось, способности Джейсона не оказали эффекта. Чего он не предвидел, так это того, что даже дыра от ножа закрывалась, как только он вытаскивал его. Он вонзал его снова и снова, в то время как элементаль наносил ему удары своими грубыми, тяжелыми руками. Элементаль не проявлял признаков ослабления. На каждый кусок земли, который он выбивал своим ножом, больше земли входило в дыру, чтобы заполнить её.

В отчаянии Джейсон присел и обхватил элементаля руками, крепко сжимая его, пока он изо всех сил тянул назад. Его сила, возможно, бледнела по сравнению с Гэри, но она всё ещё была улучшена по сравнению с тем, что было всего несколько дней назад. С диким рыком усилий он напрягся, чтобы выпрямить ноги, пошатываясь, но успешно вставая.

В хватке Джейсона существо было полностью поднято над землей. Он пошатнулся, наклонившись назад для равновесия, но сумел устоять под весом. Он сжал монстра полутора руками, нанося удары с такой силой, какую только могло позволить его предплечье. Это было не мощно, но он продолжал наносить удары, с повторяемостью швейной машины. Пока он это делал, существо опускало свои грубые конечности на плечи и спину Джейсона. Он втянул голову, защищая её как мог.

Грязь осыпалась под ножом Джейсона, пока он изо всех сил пытался устоять под весом существа и ударами, которые оно обрушивало на него. Он споткнулся, чуть не рухнув, но всё больше и больше существа крошилось большими и большими кусками. Дыхание Джейсона было предсмертным хрипом, когда земляные кулаки пробивали силу через его спину в легкие. Его руки горели, едва удерживая существо в воздухе, его плечи были избиты до состояния каши. Наконец, существо рассыпалось всё сразу, высыпаясь через руки Джейсона комьями.

Вы победили [Низший элементаль земли]

Квест: [Уведомление об искателе приключений: Низший элементаль земли]

Цель выполнена: Победить [Низший элементаль земли] 1/1.

10 порций [Песка чистого сердца] добавлены в ваш инвентарь.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон рухнул на четвереньки, воздух вырывался в отрывистом кашле, который выплевывал капли крови на землю. Остальные подбежали к нему.

— Я принесу тебе зелье, — сказала Фарра, но Джейсон поднял руку, чтобы остановить её. Затем он опустил её обратно, чтобы не упасть.

— Нет, — прохрипел он. — Фамильяр... исцеляет.

— Он исцеляет медленно, — сказал Руфус.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на него, медленно поднимаясь на ноги. Он пошатнулся, ноги почти снова подвели его, но он стабилизировался, бросая вызов. Его дыхание медленно теряло хрип, каждый вдох больше не был агонией. Он присел и провел пальцами по грязи.

Хотите собрать добычу с [Низший элементаль земли]?

Он подошел к Руфусу, пока грязь позади него растворялась в дым с шипящим звуком.

[Ядро монстра (Железный ранг)] добавлено в ваш инвентарь.

10 [Земной квинтэссенции] добавлено в ваш инвентарь.

10 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

— Если фамильяр исцеляет меня, эта способность становится лучше, быстрее, верно? — голос Джейсона всё ещё был сырым и хриплым.

— Да, — сказал Руфус.

Джейсон кивнул и начал нетвердой походкой возвращаться в сторону главной дороги. Гэри следовал за Джейсоном, пока двое других смотрели друг на друга.

— Что это всё было? — спросила Фарра.

— У Джейсона есть много уроков, которые нужно усвоить, — сказал Руфус. — Это был он, указывающий на то, что у меня они тоже есть.

— Например, какие? — спросила Фарра.

— Например, решимость. Что нахождение в проигрышной позиции не означает, что ты проиграл, пока ты готов заплатить цену победы. В той камере жертвоприношений Джейсон был самым слабым из всех нас, с ошейниками или без. Но именно он продолжал бить все шансы.

— На его стороне была удача, — сказала Фарра.

— Мой дед говорит, что великие искатели приключений — это те, кто превращает удачу в судьбу. А искателей приключений не бывает намного великих, чем он, так что он бы знал.

Фарра покачала головой. — Всё это пахнет мужским позерством, как по мне. Почему вы не можете вести разговор, как нормальные люди?

— Возможно, ты права, — признал Руфус, — но я думаю, что некоторые вещи мы можем показать только нашими усилиями.

Фарра издала недовольный стон. — Маленькие мальчики и их позерство.

Джейсон мучительно брёл обратно к дороге, когда Гэри догнал его на бегу.

— Как ты догадался оторвать его от земли? — спросил Гэри.

— В моем мире есть миф, — хрипло сказал Джейсон. — Там был парень, который был непобедим, пока касался земли, поэтому парень, который убил его, сделал это, подняв его в воздух. Я подумал, может быть, элементаль исцелял себя, вбирая больше земли из почвы, так что это казалось стоящей попыткой.

— Знаешь, — сказал Гэри, — как только мы немного потренируем тебя, ты, возможно, действительно станешь хорош в этом.

Том 1 Глава 32.1

Через час после того, как они покинули обнесенный стеной город, Руфус остановился. Он достал из кармана листок бумаги, просмотрел его, затем перевел взгляд на пустынный пейзаж вокруг них.

“Вот оно, - сказал он и пошел прочь, оставив дорогу позади.

“Что тут происходит?- Спросил Гэри, когда они последовали за ним, и Руфус протянул ему бумагу.

Гарри взглянул на него.

- Очень мило” - сказал он, протягивая газету Джейсону. Это было уведомление о монстре, с подробностями и указаниями. Джейсон уже видел нечто подобное в деревне водопадов, но, по-видимому, в каждом городе и деревне имелась своя доска объявлений.

“Вы взяли это из города, через который мы только что прошли?- Спросил Джейсон.

“Совершенно верно, - сказал Руфус.

“А тебе можно просто взять их?- Спросил Джейсон.

Это место было перечислено по ориентирам, которые Джейсон заметил, оглядев их текущее местоположение. Ряд отчетливо очерченных скальных выступов.

“Ты можешь сделать копии, - сказал Гэри. - Когда ты убиваешь монстра, ты помечаешь копию, и она избавляется от оригинала. Тогда просто нужно будет сообщить об этом в следующий раз, когда вы будете в отделении Общества приключений.”

“А что, если кто - то просто сделает копию и уничтожит ее, не убивая монстра?- Спросил Джейсон.

“Зачем кому-то это делать?- Спросил Гэри.

- Потому что люди ужасны - сказал Джейсон.

“Это ты так думаешь?- Спросила Фарра. “Я начинаю беспокоиться о твоем мире.”

- Неужели?- Спросил Джейсон. - Потому что, когда я пришел в ваш мир, люди все время пытались съесть или убить меня.”

“Он прав, - сказал Гэри.

“Чтобы сделать правильные копии, нужен значок общества приключений, - сказал Руфус. - Общество может использовать это, чтобы выследить того, кто сделал копию.”

- Значок также отслеживает монстров, которых вы убили” - сказала Фарра.

“И они могут использовать его, чтобы найти твое тело, когда ты умрешь” - сказал Гэри.

“Очень утешительно, - сказал Джейсон. “Так почему же мы идем за этим чудовищем?”

“Мы не идем, - сказал Руфус. “Идешь ты.”

“Иду я?”

“Да, - сказал Руфус.

Новый Квест: [Уведомление О Приключении: Гигантский Пустынный Паук-Пасть]

Местные горожане заметили в этом районе монстра, который соответствует описанию гигантского пустынного паука-пасти. Убейте существо, прежде чем оно станет агрессивным и начнет нападать на путешественников.

Цель: Победить [Гигантского Пустынного Паука-Паука] 0/1.

Награда: Квинтэссенция.

Джейсон еще раз взглянул на лист бумаги, на котором было написано имя того же монстра, что и в задании.

- Гигантский пустынный паук-пасть, - прочел он. “О какой гигантности мы говорим?”

“Примерно такого же роста, как Гэри, - сказал Руфус. - Но размер-это не то, за чем нужно следить.”

“У них огромный рот, полный самых отвратительных зубов, которые вы когда-либо видели, - сказала Фарра. “У него колючий язык, который выскочит наружу, схватит твои конечности и попытается затащить их в этот рот.”

- Звучит восхитительно, но зачем мы это делаем?”

“Я еще не видел, как ты сражаешься, - сказал Руфус. “Мне нужно посмотреть, на каком ты уровне.”

“Я могу сэкономить тебе немного времени, - сказал Джейсон. “Мой уровень очень низок. Очень, очень низок.”

“Ты так говоришь” - сказал Руфус, - но это может быть просто скромность.”

* * *

Джейсон произнес заклинание сбора крови, и остатки жизненной силы мертвого монстра потекли в него, исцеляя его раны. Заклинание было сильным, но не настолько, чтобы полностью восстановить его раны. Его раны затянулись, но он чувствовал себя опустошенным, как маленькое деревянное блюдо. - Он постучал пальцем по останкам.

Не хотите ли вы ограбить [гигантского пустынного паука-пасть]?

Он захромал в сторону авантюристов, а чудовище растворилось в Радужном дыму позади него.

10 [самоцветов квинтэссенции паука] были добавлены к вашему инвентарю.

Остальные наблюдали за схваткой Джейсона издалека. Его одежда была в кровавых лохмотьях, а тело выкрашено в красный цвет.

- Итак - сказал Руфус, когда Джейсон подошел ближе. “Значит, ты не скромничаешь.”

Квест: [Уведомление о монстре: Гигантский Пустынный Паук-Пасть]

Цель завершена: победить [Гигантского Пустынного Паука-Пасть] 1/1.

10 [самоцветов квинтэссенции земли] были добавлены к вашему инвентарю.

Квест завершен.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

“У меня кончается целая одежда, - сказал Джейсон.

“Похоже, ты все-таки прошел через них, - сказал Гэри.

Фарра подняла с земли свой каменный сундук и достала оттуда бутылку прозрачной жидкости со стеклянной пробкой.

“Это называется "кристальная стирка" ” - сказала Фарра, протягивая бутылку Джейсону. - Разденься и вылей это себе на голову. У меня их немного, так что будь благодарен.”

Джейсон разделся до нижнего белья.

“До самого конца, - ответила Фарра.

Джейсон снял шелковые боксерские трусы, которые взял в поместье Вейнов. Ему было так безразлично, что он даже не оглянулся, чтобы посмотреть, смотрят ли остальные на его обнаженное тело. Так или иначе, на нем было достаточно крови, чтобы быть настоящей краской для тела. Он открыл бутылку и наклонил ее над головой. Прозрачная, вязкая жидкость выплеснулась наружу и быстро начала растекаться по нему, истончаясь по мере того, как она продвигалась вниз. Она удаляла кровь и грязь с его тела, очищая его с интимной тщательностью. Странное выражение промелькнуло на его лице, когда оно расчищало труднодоступные уголки и закоулки. Он почувствовал свежий аромат, исходящий от его тела, когда жидкость испарилась, выполнив свою работу. Он чувствовал себя чище, чем когда-либо в своей жизни.

“Он надушен?- спросил он.

- Нет, Кристальная стирка совершенно не имеет запаха и все очищает, - сказала Фарра. “Если здесь и осталась какая-то вонь, то только от тебя.”

Гэри подошел и обнюхал Джейсона.

“Почему ты пахнешь цветами?”

Двое других столпились вокруг Джейсона и принялись его обнюхивать.

“Я все еще голый, - сказал Джейсон, окруженный этой троицей.

“Мы видели Руфуса голым, - сказала Фарра. “Никому нет дела до твоего тощего тела.”

- Эй... - хором сказали Руфус и Джейсон.

“Ты действительно пахнешь цветами, - сказала Фарра. “И что же это такое?”

“Я думаю, что это может быть нечто потустороннее, - сказал Руфус. “Я знал одного иномирца, от которого пахло очень похоже.”

“И теперь знаешь?- Спросил Гэри.

“Может быть, у кого-то была небольшая интрижка с чужаком?- Спросила Фарра.

“Все еще голый” - напомнил Джейсон.

“Все было совсем не так, - сказал Руфус. - Я был молод, а она даже не взглянула на меня.”

“МОЖЕТ БЫТЬ, ВСЕ ОТОЙДУТ, ЧТОБЫ Я МОГ ОДЕТЬСЯ?”

“Мы же совсем близко, - сказал Гэри. “Тебе вовсе не обязательно кричать.”

* * *

“Если бы у тебя все время была эта бутылка с чистящими средствами…”

- Кристальная стирка,- сказала Фарра.

- Хорошо, - сказал Джейсон. “Если у тебя была она все это время, почему ты не дала мне немного после того, как я очищал все эти токсины?”

- Очищение от токсинов-это как обряд посвящения, - сказала она.

“Значит, вы не пользовались ими, когда проходили через него?”

- Ни в коем случае, - неубедительно ответила Фарра.

“У нее под рукой был целый ящик бутылок, - сказал Гэри.

“Если бы ты не знал, что такое мытье кристаллов, то не оценил бы его по достоинству, - сказала Фарра.

“То есть тебе показалось забавным, что от меня так плохо пахнет, - сказал Джейсон.

“Это было довольно забавно” - сказал Гэри. “Я никогда не видел, чтобы из человека выходило столько грязи. Это как будто ты хранил лишнее в своем хранилище.”

Ближе к середине дня они миновали еще одну деревню. Его астральное пространственное отверстие было маленьким, образуя лишь большой пруд. Там была каменоломня, но гораздо меньше, чем в деревне водопадов.

- А разве отверстия -это единственные источники воды в округе?- Спросил Джейсон.

“Нет, - ответил Руфус, - но вокруг отверстий появляется все больше зеленого камня. Чем больше отверстие, тем выше качество камня, который вы найдете.”

Они остановились ровно настолько, чтобы Руфус успел выбрать еще одно объявление из деревенского совета приключений.

“Мы уже доберемся до реки когда стемнеет, - сказал Руфус. “У нас есть время для еще одного. Дай мне чистый лист из этой коробки.”

Том 1 Глава 32.2

Джейсон заметил коробку с чистой бумагой под доской объявлений, вынул один лист и протянул его Руфусу. Руфус достал из кармана бронзовый медальон и прикоснулся им к табличке на доске объявлений. Медальон начал слабо светиться, пока он не прикоснулся им к чистому листу, который достал Джейсон. Свечение исчезло, и на бумаге начал появляться текст, совпадающий с текстом объявления.

“Это значок общества приключений, - объяснил Руфус. “Ты получишь свой собственный, когда присоединишься.”

“А я-то думал тебе хватило последнего монстра, - сказал Джейсон. “Разве я не был достаточно жалок?”

“Всегда есть чему поучиться, - сказал Руфус, протягивая ему газету.

Новый Квест: [Замечен Монстр: Меньший Элементаль Земли]

Местные жители заметили монстра в этом районе, который соответствует описанию меньшего элементаля земли. Убейте существо, прежде чем оно станет агрессивным и начнет нападать на путешественников.

Цель: Победить [Меньший Элементаль Земли] 0/1.

Награда: крафтовый материал.

- Элементаль земли - прочитал Джейсон. “Это как куча камней и грязи, которая бродит вокруг и бьет людей?”

“Вот именно, - сказал Гэри. “У вас есть такие в вашем мире?”

- Просто рассказы, - сказал Джейсон. “Так дай мне угадать. Я сражаюсь с этим существом и обнаруживаю, что мои способности не работают на него, потому что вы не можете отравить или заставить истечь кровью груду камней. Меня вышибают из соплей, ты вмешиваешься, чтобы спасти меня, и я получаю важный урок о неудаче и выборе своих битв. Это более или менее правильная идея?”

“Я думаю, у него есть твой номер, Руфус” - усмехнулся Гэри.

“Гм, да, - сказал Руфус, протягивая руку, чтобы взять бумагу обратно. “Все в порядке, тебе не нужно этого делать.”

“Нет, это я сделаю, - сказал Джейсон, не выпуская газету из рук. Он зашагал в сторону деревенских ворот.

“Я знаю, что ты хочешь научить его быть настоящим искателем приключений, - сказала Фарра Руфусу, - но я не думаю, что он похож на избалованных богатых детей в школе твоей семьи.”

“Это становится ясно,” сказал Руфус.

* * *

Элементаль земли был похож на снеговика, сделанного из утрамбованной земли и песка, но с толстыми руками вместо хрупких палок. Он был всего лишь около двух третей роста Джейсона, отбрасывая пыль и грязь, когда медленно двигался. Джейсон вонзил ему в голову Кинжал.

Специальная атака [Наказание] нанесла [Грех] на [Меньший Элементаль Земли].

[Меньший элементал Земли] не имеет живой ткани и невосприимчив к проклятиям.

[Грех] не действует.

[Меньший элементаль земли] не имеет живой ткани и невосприимчив к некротическим повреждениям.

Дополнительный некротический урон от специальной атаки [наказать] не действует.

Как и следовало ожидать, способности Джейсона не возымели никакого эффекта. Чего он никак не ожидал, так это того, что даже дыра от ножа закрылась, как только он ее вытащил. Он колол его снова и снова, поочередно нанося удары грубыми, тяжелыми руками Элементаля. Элементаль не выказывал никаких признаков ослабления. За каждый кусок земли, который он выбивал своим ножом, в яму попадало еще больше, чтобы заполнить ее.

Отчаявшись, Джейсон присел на корточки и обхватил элементаля руками, крепко сжимая его, а затем отпрянул назад со всей силой, на которую был способен. Его сила, возможно, и померкла по сравнению с Гари, но она все еще была лучше, чем несколько дней назад. С диким ревом он попытался приподнять ноги, пошатываясь, но успешно встав на ноги.

Существо было полностью поднято с земли. Он пошатнулся и откинулся назад, чтобы сохранить равновесие и сумел удержаться на ногах. Он стиснул чудовище полутора руками, нанося ему удары с такой силой, какую только позволяло предплечье. Она была не очень мощной, но он продолжал колоть, повторяя движение швейной машинки. Как только он это сделал, существо опустило свои грубые конечности на плечи и спину Джейсона. Он втянул голову в плечи, стараясь прикрыть ее как можно плотнее.

Грязь осыпалась под ножом Джейсона, когда он изо всех сил пытался удержаться на ногах под тяжестью твари и обрушивающихся на него сокрушительных ударов. Он споткнулся, едва не упав, но все больше и больше твари рассыпалось на все большие и большие куски. Дыхание Джейсона превратилось в предсмертный хрип, когда земляные кулаки с силой ударили его в спину и в легкие. Его руки горели, едва удерживая тварь в воздухе, плечи били так, что они казались мякотью. Наконец, тварь разрушилась, рассыпавшись по рукам Джейсона кусками.

Вы победили [Меньший Элементаль Земли].

Квест: [Уведомление О Приключении: Меньший Элементаль Земли]

Цель завершена: победить [Меньший Элементаль Земли] 1/1.

10 порций [чистого песка сердца] были добавлены в ваш инвентарь.

Квест завершен.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон рухнул на четвереньки, воздух вырывался из него в хриплом кашле, от которого на землю падали капли крови. Все остальные подбежали к нему.

- Я принесу тебе зелье, - сказала Фарра, но Джейсон поднял руку, чтобы остановить ее, а затем опустил ее обратно, чтобы не упасть.

- Нет” - прохрипел он. - Фамильяр ... вылечит.”

“Он лечит медленно, - сказал Руфус.

Джейсон повернулся и посмотрел на него, медленно поднимаясь на ноги. Он пошатнулся, ноги почти снова подкосились, но он держался стойко, вызывающе. Его дыхание медленно утратило хрипы, каждый вдох больше не был мучительным. Он присел на корточки и запустил пальцы в грязь.

Не хотите ли вы ограбить [Меньший Элементаль Земли]?

Он подошел к Руфусу, когда земля позади него с шипящим шипением растворилась в дыму.

[Ядро монстра (Железный ранг)] было добавлено в ваш инвентарь.

10 [квинтэссенция земли] были добавлены в ваш инвентарь.

10 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

“Если фамильяр исцелит меня, эта способность станет лучше, быстрее, верно?”

- Голос Джейсона все еще звучал грубо и серьезно.

- Да, - сказал Руфус.

Джейсон кивнул и, спотыкаясь, побрел обратно к главной дороге. Гэри последовал за Джейсоном, а остальные двое посмотрели друг на друга.

“Что все это значит?- Спросила Фарра.

- Джейсону еще предстоит многому научиться, - сказал Руфус. “Это он намекал, что я тоже так думаю.”

- Например, что?- Спросила Фарра.

- Например, решительность. То, что вы находитесь в проигрышной позиции, не означает, что вы проиграете, пока вы готовы заплатить цену победы. В этой комнате жертвоприношения Джейсон был самым слабым из всех нас, в ошейниках или нет. Но он был тем, кто продолжал искать шансы.”

“Ему немного повезло, - сказала Фарра.

- Мой дедушка говорит, что великие авантюристы-это те, кто превращает удачу в фортуну. И нет авантюристов сильно лучше его, так что он знает наверняка.”

Фарра покачала головой:

“По-моему, все это попахивает мужским позерством, - сказала она. “Почему ты не можешь поговорить, как все нормальные люди?”

“Возможно, ты и права, - признал Руфус, - но я думаю, что некоторые вещи мы можем показать только своими усилиями.”

Фарра издала неприятный стон.

- Маленькие мальчики и их позерство.”

Джейсон с трудом брел обратно к дороге, когда Гэри догнал его на бегу.

“А как ты догадался оторвать его от Земли?- Спросил Гэри.

“Это миф из моего мира” - хрипло сказал Джейсон. “Там был парень, который был непобедим, когда он касался земли, так что парень, который убил его, сделал это, подняв его в воздух. Я подумал, что, возможно, элементаль исцеляет себя, принимая больше земли с поверхности, так что, похоже, стоило попробовать.”

“Знаешь, - сказал Гэри, - как только мы тебя немного потренируем, ты, возможно, действительно будешь хорош в этом деле.”

Река Мистран

По дороге Руфус объяснял Джейсону местную географию, пока они ехали. В глубине страны, на востоке, лежал внутренний Вельд -плоский, раскинувшийся кустарник. Пустыня, через которую они проезжали, была похожа на часть австралийской глубинки, да и Вельд, судя по звукам, тоже.

“А у вас на родине везде сухая, безлюдная пустошь?- Спросил Гэри.

“Они называют это место жаркими экваториальными странами, - сказал Джейсон. - Они очень большие, но в Центральном регионе очень сухо. Большая часть населения живет на побережье.”

“Здесь все то же самое, - сказал Руфус. "Западный регион здесь, который проходит вдоль побережья, является местом противоречий. Большая его часть -безжизненная пустыня, огромные дюны, которые, кажется, тянутся вечно. Но прямо посередине находится обширная речная дельта, где мертвый песок сменяется плодородной почвой. Дельта полна жизни и густонаселена. Город Гринстоун находится на побережье, в середине дельты.”

“Похоже, вы неплохо знаете это место, - сказал Джейсон, - учитывая, что на самом деле вы не отсюда.”

- Руфус любит переобучаться, - сказал Гэри. “Он изучал все об этом месте в течение нескольких недель, прежде чем мы уехали.”

“Лучше переготовиться, чем недостаточно, - сказал Руфус.

Следуя по неровной торговой дороге, они в конце концов заметили вдали какую-то зелень.

“Мы приближаемся к реке, - сказала Фарра.

Зелень в их глазах становилась все шире, пока не скрыла горизонт. Когда они подошли ближе, твердая красная земля под ногами уступила место более мягкой коричневой грязи. Эпизодическая желтая трава пустоши стала гуще, даже показав намеки на зелень. Утрамбованная земля дороги стала слишком мягкой для тяжелых повозок, которые использовали ее, и была вымощена грубым пустынным кирпичом. Трава становилась все гуще и гуще, пока не покрыла всю дорогу ковром, а над ней не повисла дымка, обещавшая приход воды.

“В этом тумане есть магия, - сказала Фарра. - Он исходит из реки, принося с собой магию воды, которая делает возможным весь этот рост в пустыне.”

Грязь уступила место богатой, темной почве. Дорога вела их между фруктовыми садами, изобилующими яркими плодами, и полями высоких культур. Туман сгустился, превратившись в прохладный туман, бросающий вызов палящему солнцу, и влага, словно сверкающие алмазы, повисла в воздухе. Проплывая сквозь фруктовые деревья, туман создавал неземную сказочную игровую площадку. Скрытая магия в беспощадной пустыне.

- Добро пожаловать в Зеленые Поля, - сказал Руфус. - Это имя действительно говорит само за себя. Фермы здесь и на другом берегу реки кормят каждый город и деревню в Центральном регионе.”

Они начали проходить мимо сборщиков на деревьях и батраков в полях, защищенных от солнца вездесущим туманом. Большая часть тепла все еще проникала внутрь, но уже без обжигающей сухости, которая делала воздух пустыни таким неумолимым.

Джейсон и остальные шли по дороге через богатые сельхозугодья, пока наконец не подошли к широкой реке. На ближайшем берегу виднелся город, окутанный туманом, поднимавшимся от воды. Город бурлил, пока они шли по широким улицам, построенным специально для проезда фургонов.

“В таком городе всегда найдется работа для любого, кто захочет ее получить, - сказал Гэри.

Река представляла собой беспорядочное скопление доков и складов, кишащих людьми. Входили и выходили лодки и баржи, грузили и разгружали повозки. Магические лампы были широко использованы, чтобы прорезать туман, даже с оставшимися часами дневного света. Джейсон заметил, что магия используется в странной манере рабочего, приводящего в действие краны или приводящего в движение плавсредства. Он видел, как речники и портовые рабочие рисовали руны, которые светились, когда они вступали в действие. Там были два моста, которые уходили в туман дугой на толстых колоннах, достаточно высоких, чтобы лодки могли спокойно плыть под ними. Туман скрыл дальний берег из виду.

Занятый своими делами начальник порта пообещал им утром отправиться вниз по реке при условии, что они явятся вовремя. Организованный хаос доков никого не ждал, даже причудливых искателей приключений. Они нашли себе ночлег - общежитие для погонщиков, в котором было не больше удобств, чем в бочке с водой. В комнате, полной несчастных возчиков, обнаружилось, что Гэри похрапывает еще сильнее.

На следующий день они уже плыли на барже вниз по реке. Джейсон с удивлением обнаружил, что большая часть плавсредств была построена не из дерева или металла, а из зеленого камня. Фарра объяснила, что местный камень обладает сильным сродством к воде, что позволяет легко создавать управляемую магией лодку.

Руфус изо всех сил старался держаться подальше от команды, а Гэри с радостью помогал ему. Его подавляющая сила была более чем желанным дополнением. Фарра нашла время показать Джейсону, как волшебный двигатель толкает баржу вперед. Там был преданный член экипажа, чья единственная работа заключалась в том, чтобы управлять магией. Он был счастлив найти кого-то, кто проявил бы интерес, позволив Джейсону и Фарре увидеть различные способы использования магии по всему кораблю.

Джейсон был поражен той тонкостью, с которой магия была интегрирована в баржу, очевидно, результатом длительной повторением дизайна. Как и другие примеры магии, которые он видел, от освещения до внутренней сантехники, это повысило его оценку мирового технологического уровня. Казалось, что зависимость этого мира от магии поставила его на совершенно иной технологический путь, чем его собственный.

- Лодочный инженер-это профессия, которая использует маленькие кусочки различных видов магии, - объяснила Фарра. “Они действительно ничего не понимают за пределами своей работы. Они профессионалы со знанием дела, но очень узкой направленностью. Как авантюристы, нам лучше иметь больше широты, чем глубины, когда речь заходит о магии. Мы никогда не знаем, с чем столкнемся.”

Когда баржа плыла вниз по реке, за ней оставались зеленые поля. Туман, идущий от реки, становился то гуще, то тоньше в разных местах, когда они проплывали мимо, и окружающая местность отражала его живительную силу. Когда он становился редким, пустыня подходила прямо к берегам реки. Там, где она была густой, река была полна жизни. Это может быть участок влажного леса или длинная, великолепная долина пышной зелени.

“Вот здесь они выращивают чай из Мистран, - сказал Руфус, когда они проезжали через долину. “Один из лучших чаев в мире. Там, дома, это стоит очень дорого.”

Мистран- так называлась река, по которой они плыли вниз, без всякого воображения названная в честь ее фирменного тумана. По словам Руфа, исток реки был самым большим водным отверстием в пустыне.

“Это не естественная река?- Спросил Джейсон.

“Это зависит от того, что ты считаешь естественным, - сказал Руфус. “Там есть оазис с отверстием на дне озера. Вся эта вода течет оттуда.”

Самый волнующий момент путешествия наступил, когда река достигла глубокого ущелья. Река должна была бы впадать в ущелье, но вместо этого она впадала в огромный акведук, протянувшийся через длинную щель. Акведук шириной в сотню метров и шириной в триста метров нес реку и тех, кто переплыл через ущелье, чтобы продолжить путь по дальней стороне. Весь акведук был построен целиком из зеленого мрамора.

“Это безумие,” сказал Джейсон, когда они перешли дорогу. Даже при ширине в сто метров акведук был тоньше реки. Это заметно ускорило течение реки и скорость их баржи. Джейсон посмотрел на ущелье, но они были не так уж близко от края, и он не мог ничего разглядеть за выступающим краем акведука. Все, что было видно, - это пугающее пространство неба.

- Ущелье Небесной Реки, - с энтузиазмом сказал Гэри. “Я пытался заставить их подойти поближе к борту, чтобы мы могли посмотреть, но они сказали "нет".”

“Насколько глубоко это ущелье?- Спросил Джейсон. - Столбы, поддерживающие эту штуку, должно быть, огромные.”

- Интересно,” сказал Руфус, - что у этого акведука нет никакой конструктивной опоры, кроме двух концов.”

“Это звучит небезопасно, - сказал Джейсон.

- Руфус, я думаю, ты ошибся, - сказал Гэри. “Ты действительно слишком много готовился.”

“Ты и впрямь похож на экскурсовода, - сказал Джейсон.

“А что такое экскурсовод?- Спросил Руфус.

“Тот, кому платят за то, чтобы он стоял рядом с интересными вещами и рассказывал о них людям” - пояснил Джейсон

Фарра рассмеялась.

- Руфус, я думаю, ты пропустил свое призвание, - сказала она.

“А что плохого в том, чтобы рассказывать людям об интересных местах?- Спросил Руфус. - Это звучит как благородное призвание. Если бы здесь кто-то был, например, они могли бы указать, что никто не знает, кто построил этот акведук.”

Гэри застонал.

“А зачем тебе это знать?- спросил он. “А как это помогает нам с заданиями?”

“Продолжай, Руфус, - сказал Джейсон. “Мне бы очень хотелось это услышать.”

- Спасибо, - сказал Руфус. - Акведук уже был здесь, когда люди впервые пришли сюда, около трех с половиной веков назад. По крайней мере, именно тогда они точно заселились. Есть некоторые свидетельства того, что люди были в этом регионе раньше, но нет никаких исторических записей о том, кто и когда это сделал.”

- За исключением того старого ордена убийц, - сказал Гэри.

- Да, Гэри” - сказал Руфус. - Если не считать того старого ордена убийц, о котором мы пока особо и не собирались говорить.”

“Прости.”

* * *

Они плыли вниз по реке весь день и всю ночь. Наступило утро, предрассветный свет начал отбрасывать темноту, открывая четыре фигуры, сидящие совершенно неподвижно. На вершине каменных блоков, сложенных на барже, Джейсон и три приключения сидели в кругу. Закрыв глаза, они медленно вдыхали и выдыхали влажный речной воздух. Руфус перестал руководить медитацией Джейсона, предоставив ему самому искать свой путь вперед.

Способность [полуночные глаза] (темный) достигла железа 0 (100%).

Способность [полуночные глаза] (темный) продвинулась до железа 1 (00%).

Джейсон вскинул руки, издав торжествующий возглас.

Руфус открыл глаза и посмотрел на смеющегося Джейсона.

“Вы, кажется, очень довольны собой, - сказал он.

“Одна из моих способностей пошла вверх, - радостно сказал Джейсон. “Именно так, как ты и сказал. Вполне логично, что это была моя сила видения, поскольку я всегда смотрю на вещи.”

“Ты уверен, что она улучшилась?- Спросила Фарра. - Сила твоих способностей-вещь туманная, а самообман-это легко.”

“Не беспокойся, - сказал Джейсон. “Одна из моих внешних сил позволяет мне отслеживать прогресс моих способностей.”

- Неужели?- Восхищенно спросила Фарра. “Это похоже на то, чем заинтересовалось бы магическое общество. Когда мы доберемся до города, ты должен позволить мне осмотреть тебя с помощью некоторых специальных инструментов.”

“Э-э, нет, спасибо” - сказал Джейсон. “У меня есть строгая политика "никаких специальных инструментов".”

Он заметил, что окружающее их пространство изменилось за то время, пока группа медитировала. Когда наступила ночь, они шли через пустынные песчаные дюны Западного региона, но теперь их окружали болота. Утренний свет был все еще тусклым, но теперь Джейсон немного продвинулся вперед, чтобы видеть в темноте, и все стало ясно. Вдалеке виднелись две деревни, рисовые поля фермеров и стада какой-то большой ящерицы размером с корову. Послушные существа казались совершенно счастливыми, барахтаясь на мелководье. Над всем этим стояла знакомая магическая дымка.

- Дельта Туманной Реки, или Реки Мистран - сказал Руфус. “Мы доберемся до города к позднему утру или к полудню.”

“Я уже думал об этом, - сказал Джейсон. “Вы трое там вроде как большие шишки, верно?”

Все трое авантюристов ответили одновременно.

“Нет.”

“Да.”

Руфус свирепо посмотрел на остальных двоих.

- Руфус - это громкое имя, - сказал Гэри. - Мы всего лишь дополнение.”

“А что тебя беспокоит?- Спросил Руфус, все еще бросая взгляд на Гэри.

“Я подумал, что если поеду в город вместе с вами, - сказал Джейсон, - то буду действовать в соответствии с ожиданиями, которые вряд ли оправдаю.”

“Он прав, - сказала Фарра. “Если он прибудет под твоим крылом, то люди будут ожидать какого-нибудь высококвалифицированного специалиста. Не то давление, под которым должен работать свежеиспеченный искатель приключений.”

- Давление - хорошая штука, - сказал Гэри. “Делает тебя сильнее.”

“В меру, - ответила Фарра. “На прошлой неделе он даже не подозревал о существовании магии, не говоря уже об авантюристах.”

“Она права” - сказал Руфус. - Кроме того, с момента моего прибытия аристократические семьи пытались навязать мне своих отпрысков для обучения. Рано или поздно они поймут, что я тренирую Джейсона, но чем позже тем лучше.”

“Тогда все ясно” - сказал Джейсон, поднимаясь на ноги, остальные последовали его примеру. “Я выйду пораньше, и мы сможем встретиться в городе.”

- Хорошо, - сказал Руфус. - Найди общество приключений и зарегистрируйся; мы найдем тебя оттуда. Здесь, в дельте, много городов и деревень. Можешь высадиться где-нибудь поближе к городу.”

“Вообще-то, - сказал Джейсон, - я подумывал о том, чтобы осмотреться, и нет времени лучше, чем сейчас.”

Он побежал и подпрыгнул в воздух, вокруг него появился звездный плащ. Он приземлился на поверхность реки, развернулся и помахал авантюристам на прощание рукой.

- Увидимся через несколько дней!

Поднимая знамя светской морали

Насколько Джейсон мог судить, дельта представляла собой смесь естественных водно-болотных угодий и сельхозугодий, которые обеспечивали большую часть обильного запаса воды. Здесь было гораздо больше деревьев по сравнению с пустыней, но это были мангровые заросли или узкие пальмы; далеко не достаточно, чтобы поддерживать лесную промышленность.

Джейсон бродил по мощеным дорогам, проложенным поверх искусственных насыпей, которые делили дельту на сегменты. Пышный кустарник и шатающаяся кирпичная кладка спускались по бортам, чтобы бороться с эрозией, в то время как небольшие мостики позволяли воде и случайным шлюпкам плавать между секциями. Сами дороги были источником жизненной силы для торговли между городами и деревнями.

Забота и время, потраченные на то, чтобы сельхозугодья и искусственные насыпи вписались в естественную экосистему, явно были результатом многих лет. Джейсон вспомнил слова Руфуса о поместье Вейнов и о том, как оно расточительно нарушает существующую среду обитания. Дельта представляла собой полную противоположность: устойчивое устройство, уравновешивающее промышленность и природу.

Первым городом, куда прибыл Джейсон, была фермерская община. Войдя в город, он испытал странное слияние знакомых элементов. Между широкой главной улицей, каменными зданиями пустыни и окружающим ландшафтом он выглядел так, словно кто-то воссоздал город с Американского Старого Запада в Юго-Восточной Азии, используя североафриканские материалы. Каменные витрины магазинов выстроились вдоль главной улицы, где он почти ожидал услышать старомодную фортепьянную музыку, доносящуюся из распахнутых дверей зала.

Джейсон действительно смог найти зал, хотя и с разочаровывающе обычными дверями. Они не качались и, поскольку дерево было редкостью, были сделаны из плетеного тростника. Он был окружен множеством окон, ни одно из которых не имело стекла, позволяя свету и воздуху свободно проникать внутрь. Войдя, он увидел довольно много людей, которые ели за разбросанными столами, а также длинный бар. На доске мелом было написано короткое меню завтрака, большая часть которого состояла из жареных блюд, названия которых он не знал.

После приятного завтрака из рисовой каши с орехами и сухофруктами Джейсон отправился бродить по главной улице. Он хотел осмотреться, а также узнать, как добраться до города. Люди были с оливковой кожей и темными волосами, что было нормально для других мест, которые Джейсон видел. Только Руфус, с его шоколадным цветом лица и Фаррой, с ее светлой кожей и фейскими чертами, отличался среди людей, которых встречал Джейсон. Что же касается агрессивной арийской Анисы, то у него не было других эльфов для сравнения.

На главной улице было много людей, которые шли по своим делам пешком или на телегах и повозках. Здесь было множество хейделов, либо впряженных в повозки, либо привязанных к коновязям. Как и повозки, которые Джейсон видел раньше, повозки и фургоны здесь строились из бамбука, с несколькими деревянными деталями в качестве дополнения, такими как ободья колес.

Идя по улице, он наткнулся на двух человек, стоявших посреди нее и громко разговаривавших. Это были молодой человек и женщина средних лет, наполовину кричащие друг на друга.

“Если ты не можешь дождаться, когда в конце месяца придет целитель, - сказал мужчина, - тогда отведи его в город.”

“Именно это я и хочу сделать, - сказала женщина, - но сейчас с деньгами туго. Крыстлинги съели половину нашего урожая, и мы не можем позволить себе нанять целителя в городе.”

- Больше никаких ссуд” - резко сказал мужчина, и его лицо смягчилось. “Я сочувствую вашему положению, но нападения монстров-это часть жизни. Послушай, я попрошу отца продлить твои условия, но это все, что я могу сделать.”

Женщина уже собиралась продолжить настаивать на своем, когда они повернулись к Джейсону, который подошел прямо к ним.

- Добрый день” - сказал Джейсон. “Я и почти все остальные не могли не подслушать. Если хотите, я могу попробовать.”

“Попробовать что?- спросил мужчина.

“Чей-то недуг, да? Возможно, я смогу разобраться с ним.”

“Так ты целитель?”

“Я бы не стал заходить так далеко, - сказал Джейсон. - Я не могу залечить раны, но, возможно, мне удастся справиться с болезнью. Я направляюсь в город, чтобы записаться авантюристом, и одна из моих способностей связана с болезнями. Полное выявление; я на самом деле еще не пробовал его, но могу попробовать.”

“Так Вы авантюрист?- Спросила женщина.

- Будущий авантюрист” - поправил Джейсон. “Я Джейсон.”

“Мы не можем позволить себе заплатить Вам, - сказала женщина. - Чудовища разворовали наши поля, уничтожили большую часть урожая.”

- Это очень грубо - сказал Джейсон. “Но не волнуйтесь, это за счет заведения.”

“Это значит-бесплатно?”

- Еще бы, - сказал Джейсон. “Но я не могу обещать никаких результатов. Я никогда раньше не пробовал эту способность, но сделаю все, что в моих силах.”

“Это звучит подозрительно, - сказал мужчина. - Послушай, как он говорит. Посмотри на него. Он явно не из здешних мест, и у него нет никаких бровей. Ты собираешься доверять человеку без бровей?”

“У меня нет большого выбора, - сказала женщина.

Она двинулась к ближайшей повозке, Джейсон и другой мужчина последовали за ней. Внутренность повозки была заполнена постельными принадлежностями, чтобы больному старику, лежавшему в ней, было как можно мягче ехать. Его кожа была липкой и бледной, покрытой бисеринками пота.

“Вам не следовало приводить его сюда” - сказал здоровый мужчина.

“Делает его удобным для меня, хотя бы” сказал Джейсон. - Добрый день, старина. Меня зовут Джейсон.”

Старик попытался заговорить, но ему удалось лишь мучительно кашлянуть.

“Не волнуйся, приятель” - сказал Джейсон. “Ты просто держись немного.”

Джейсон протянул руку к старику и произнес заклинание.

- Накорми меня своими грехами.

Способность: [Праздник Отпущения Грехов] (Грех)

Заклинание (восстановление, очищение)

Стоимость: низкая Мана.

Время перезарядки: 20 секунд.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): очистите все проклятия, болезни, яды и нечестивые недуги от одной цели. Кроме того, очистите все святые недуги, если цель-союзник. Восстанавливайте выносливость и ману для каждого очищенного недуга. Эта способность обходит все эффекты, которые препятствуют очищению. Эта способность не может быть использована на самом себе.

Кроваво-красное сияние жизненной силы исходило от тела старика. Оно было гораздо менее мощным, чем то, что он видел от монстров, даже мертвых, колеблющихся, как будто готовых рухнуть. Внутри красной лампочки были вспышки нездорового зеленого цвета, как водоросли в стоячей луже. Были и другие цвета, хотя и не столь заметные: грязно-белый и унылый, бледно-фиолетовый. Аура Джейсона чувствовала, как они портят жизненную силу. Нездоровые цвета немедленно начали двигаться, поднимаясь вверх и выходя из красного свечения, чтобы быть поглощенными ожидающей рукой Джейсона.

Вы очистили все случаи болезни [Зеленая грязевая лихорадка] от [человека].

Вы очистили все случаи болезни [артрита] от [человека].

Вы очистили все случаи болезни [остеопороза] от [человека].

Ваша выносливость и мана были восполнены.

Выносливость и Мана не могут превышать нормальных максимальных значений. Лишняя выносливость и мана теряются.

Очищающие недуги вызвали [Пожирателя грехов]. Вы получили экземпляр [Стойкости] для каждого случая очищенного страдания.

“Я могу вылечить артрит? Действительно ли остеопороз-это болезнь?”

Сияние жизненной силы старика было все еще неустойчивым, но явно более ярким после усилий Джейсона. Остальные цвета исчезли, оставив только ярко-красный. Когда заклинание исчезло, сияние вернулось в тело старика.

“Ну вот и все, - сказал Джейсон. Старик оттолкнулся от края повозки, чтобы выбраться наружу.

- Папа, не дави на себя, - сказала женщина.

“Не волнуйся, - сказал старик хриплым голосом. “Я чувствую себя так, словно меня обдувает свежий ветерок.

Слабый, но улыбающийся, он с помощью дочери выбрался из повозки и пожал Джейсону руку. Это была жесткая мозолистая рука, напомнившая Джейсону его двоюродного дедушку, который всю свою жизнь работал на шахте.

“Не волнуйся, приятель” - сказал Джейсон.

Хотя его заклинание заняло всего несколько мгновений, оно привлекло внимание нескольких человек, и вскоре Джейсон обнаружил, что его буквально завалили просьбами об исцелении. Вскоре к нему подошел человек со значком, приколотым к рубашке, и спросил, что это за шум. Это оказался одинокий городской пристав, который помог Джейсону привести все в порядок.

- Хорошо, - сказал пристав растущей толпе. “Я собираюсь отвести этого человека к себе в кабинет, где он согласился исцелять всех, кто появится в течение оставшегося дня, точно так же, как когда появляется обычный целитель. Так что идите домой, приведите своих больных. Он говорит, что может добраться до каждого, но он не может исцелить раны, только болезни.”

“А также яды и проклятия, - сказал Джейсон приставу.

“А если кого-нибудь укусит что-нибудь ядовитое, - продолжал пристав, - Вы тоже можете пойти и привести их сюда.”

Толпа не расходилась до тех пор, пока пристав не отвел Джейсона в свой маленький кабинет, где он достал бутылку сока из волшебного холодильника и налил им по стакану.

“Ты уверен, что тебя хватит на всех?- спросил пристав.

“Не беспокойся, - сказал Джейсон. “Я могу заниматься этим весь день.”

“Так и будет, - сказал констебль. - Но половину из них мы все равно развернем. Может быть, я и сказал, что вы не лечите травмы, но они принесут их в любом случае. Вы из какой-нибудь церкви?”

- Определенно нет, - сказал Джейсон.

“Тогда почему ты помогаешь всем этим людям просто так?”

“Ну, - сказал Джейсон, - поскольку боги здесь явно реальны, Я чувствую, что должен размахивать флагом мирской морали.”

- Друг мой, боги существуют повсюду.

- Именно это мне постоянно твердят люди.

Гринстоун

“Что-нибудь нужно?- Спросил Руфус, когда Гэри вошел. Они снимали номер с тремя спальнями для своего пребывания в Гринстоуне. Руфус и Фарра ждали Джейсона в просторном холле с огромными стеклянными окнами, выходящими на океан. Двери на балкон снаружи были открыты, чтобы впустить морской бриз.

- Ничего, - ответил Гэри. Они ежедневно проверяли, зарегистрировался ли Джейсон в Обществе Приключений.

“Прошла уже неделя, - сказала Фарра. “Как ты думаешь, не пора ли нам навести кое-какие справки?”

“Пока нет, - ответил Руфус. - Помни, для него все в новинку. Наверное, он просто не торопится оглядываться.”

* * *

Джейсон ехал на повозке по насыпным дорогам дельты. Фургон был заполнен ящиками со всевозможными растениями, только некоторые из которых были фруктами и овощами. Джейсон ехал на переднем сидении рядом с водителем, мужчиной лет двадцати пяти. Водитель протянул руку назад и схватил растение с похожим на сельдерей стеблем. Взявшись одной рукой за поводья,он привычным жестом переломил стебель пополам. Одну половину он протянул Джейсону.

“Это не лекарство, - сказал водитель. “Я просто взял немного, потому что мне он нравится.”

Водитель, Джори, был технически авантюристом, хотя он был первым, кто признал, что он редко отправлялся в приключения. Его истинным призванием была алхимия, приготовление зелий и эликсиров. Он ходил по городам и деревням в поисках материалов, которые не мог найти на местных рынках.

“Или по цене, которую я могу себе позволить на местных рынках в любом случае, - весело объяснил он.

Джори нашел Джейсона в деревне, наводненной людьми, ищущими исцеления. Это было то, к чему Джейсон привык, медленно приближаясь к городу, проходя через восемь городов и деревень за столько же дней. Джори предложила ему прокатиться на последнем отрезке пути.

Джейсон никогда не стеснялся нарушать молчание,но это было далеко не обязательно с Джори, который говорил так много, что ему постоянно приходилось мочить рот из фляги, даже во влажном воздухе дельты. Он начал рассказывать Джейсону о своей алхимической лаборатории в Старом городе.

- Старый Город?- Спросил Джейсон.

-Вы, должно быть, действительно Новичок в этом регионе. Гринстоун разделен на две части. Старый город -это первоначальный город Гринстоун, расположенный на самой гавани. Другая часть Гринстоуна - это Остров. Первоначально он должен был стать массивным волнорезом, когда были расширены порты того, что сейчас является Старым Городом. Где-то по пути они превратили его в рай для всех богатых людей, чтобы оставить всех нас позади.”

- Алхимия не загребает деньги?- Спросил Джейсон.

“Не так, как я это делаю, - сказал Джори.

“Значит, они создали остров и назвали его Островом?- Спросил Джейсон.

- Лишенные воображения, верно?- Спросил Джори. “Но ты хочешь жить там, если можешь себе это позволить. Там очень приятно. Старый Город-это место, где делаются деньги, но Остров-это место, куда уходят деньги.”

Джори объяснил, что искатели приключений могут позволить себе жить на острове, пока они активно работают. Большинство из них все равно родились богатыми, и именно так они в первую очередь получали свою эссенцию. Там жила собственная семья Джори, но сам он жил в Старом городе. Все, что он зарабатывал, уходило обратно в его алхимические исследования.

- Большинство алхимиков продвигают свою работу вперед, раздвигая границы того, что алхимия может достичь в самом сильном своем проявлении, - сказал Джори. “Самая сложная техника, самые редкие и дорогие материалы. Я иду прямо противоположным путем, пытаясь сделать вещи дешевле и проще. Если я смогу сделать алхимические продукты доступными для всех, это не только поможет огромному количеству людей, но и откроет огромные новые рынки.”

Джейсон сам видел, что медицина в этом мире- это, по сути, только тот, кто обладает целительной магией. Как ритуальная магия, так и алхимия имели свои способы исцеления, но стоимость и необходимый опыт делали их недоступными для большинства людей.

Большинство исцелений совершалось через церковь целителя. Из того, что ему говорили, Их Бог снабжал эссенциями и пробуждающими камнями, которые давали им целительные способности. Их можно было найти за определенную плату, но также посылать людей по всей дельте, чтобы лечить людей по более разумным ценам. Это звучало неплохо, но Джейсон не понаслышке знал, что спрос на такие услуги всегда выше, чем предложение. Джори надеялся исправить это с помощью простых и доступных лекарств.

“Это благородная цель, - сказал Джейсон. “Ну, и как продвигается?”

- Достаточно хорошо,- сказал Джори. - Преимущество исследования дешевых и изобильных материалов состоит в том, что они дешевы и изобильны. Я даже открыл клинику из своей лаборатории, продавая некоторые из моих ранних успехов. Это помогает оплачивать мои исследования, хотя прибыль невелика, чтобы сделать их доступными. В конце концов, в этом-то все и дело.”

“Может быть, тебе стоит поговорить с церковью исцеления, - сказал Джейсон. “Возможно, они захотят финансировать ваши исследования.”

-Я тоже так думал, - сказал Джори. -Как оказалось, они сами выбирают кого лечить, а кого нет. Бедные, в своем необразованном невежестве, не имеют таких шансов, как богатые, понять величие богов. И потому, они нуждаются в страдании, чтобы омыть свои души.”

“Звучит знакомо, - сказал Джейсон, качая головой. “Там, откуда я родом, такие вещи тоже случаются.”

* * *

Приближаясь к городу, насыпные дороги, пересекавшие дельту, уступили место ровной местности. Вся растительность была выкопана или вырублена, оставив широкое открытое пространство перед городской стеной. Сама стена была из красно-желтого камня, высотой в дюжину метров. Дороги, ведущие со всех концов дельты, вели к высоким воротам.

“Это очень большие стены.”

-В дельте есть только несколько безопасных городов, - сказал Джори. - Большая часть населения прибывает в город во время волны монстров."

“Это чистое пространство предназначено для того, чтобы видеть приближение монстров?- Спросил Джейсон.

-Совершенно верно. Это большая работа, чтобы сохранить эту плодородную почву настолько чистой. Когда-то они пытались испортить почву, остановить рост чего бы то ни было."

“Я не думаю, что это было трудно, - сказал Джейсон. - Я имею в виду, что магия- это вещь, верно?”

“Это может сработать где-нибудь еще, - сказал Джори, - но не здесь. Вся вода, стекающая по реке Мистран, обладает врожденной магией. Она обладает большой жизненной силой, поэтому невозможно остановить рост здесь. Лучшее, что можно сделать, - это очищать вручную. После Волны монстров они отпускают это пространство до тех пор, пока не наступит следующая волна. Они уже больше года держат это пространство чистым. Все последние всплески пришли позже, чем ожидалось.”

“Разве большие промежутки не хороши?- Спросил Джейсон.

“И да, и нет, - сказал Джори. - Подумайте о логистических издержках такого всплеска. Целые популяции перемещаются, стада приходится отбирать и перемещать. Находиться в состоянии готовности в течение многих лет одновременно-это дорого.”

“Могу себе представить” - сказал Джейсон.

“Разве ты сам этого не видел? Тебе тогда было сколько? Десять, двенадцать, когда ударила последняя волна?”

“Там, откуда я родом, нет чудовищных волн монстров, - сказал Джейсон. - У них вообще нет чудовищ.”

“У них нет монстров?- Спросил Джори. “А откуда ты, собственно, родом?”

“Я жил в городе под названием Мельбурн, - сказал Джейсон. “Очень, очень далеко отсюда. Очень опирается на активность монстров.”

“Должно быть, у него абсурдно низкая плотность магии, - сказала Джори. “Даже по сравнению с этим местом, и это кое о чем говорит.”

- О, там определенно меньше магии, - сказал Джейсон. “Мы довольно изолированы от всего, что связано с настоящей магией.”

“Тогда как же ты сюда попал?"

“Не совсем уверен, - ответил Джейсон. - Какой-то магический несчастный случай в пустыне настиг меня и вытащил прямо из моей постели.”

- Должно быть, это был несчастный случай. Я слышал об экспериментах по телепортации на большие расстояния с шаткими результатами.”

“Это было что-то вроде того, - сказал Джейсон. “Мне посчастливилось наткнуться на нескольких авантюристов, которые помогли мне сориентироваться.”

“Не говоря уже о полном наборе эссенций, - сказал Джори.

Джори был железным человеком, как и Джейсон. Он мог чувствовать эссенции в ауре Джейсона так же легко,как Джейсон мог чувствовать свою. Джейсон все еще был новичком в ощущении ауры, но уже начал привыкать к ней. Обычные люди были слабы, едва различимы, в то время как те, кто обладал эссенциями, были намного яснее. В большинстве деревень было по одному-два человека с эссенцией, в то время как любой, кто достигал железного ранга с полным набором, излучал как маяк.

У монстров была сила ауры, похожая на ту, что у пользователя эссенцией, но их ауры имели другое ощущение. У Руфуса, Фарры и Гэри были мощные бронзовые ауры, но Джейсон видел их лишь мельком. Они все могли подавлять свои ауры, скрывая их от чувств Джейсона. Фарра сказала ему, что более высокопоставленные пользователи эссенций должны были сдержать свои ауры.

“Я вроде как наткнулся на эти эссенции, - сказал Джейсон. - Они пришли быстро, но не легко.”

Они присоединились к очереди фургонов у городских ворот. Очередь двигалась быстро, стражники едва взглянули на содержимое его фургона.

“Ты ведь ничего не носишь с собой, Джори?- спросил охранник.

“Как обычно, Хью” - сказала Джори и повернулась к Джейсону. “Ты ведь не ограничен, не так ли?”

“Насколько мне известно, нет, - ответил Джейсон.

“Всего хорошего, Джори, - сказал охранник. “Я отвезу маму в клинику, раз уж ты вернулся. Опять ее нога.”

- Всегда пожалуйста, Хью.

Джори въехал на повозке в ворота и въехал прямо в город. Большая часть Старого города была построена из того же красного и желтого камня, который Джейсон видел в пустыне, хотя многие здания были окрашены в яркие белые и зеленые цвета. Они были в основном на один или два уровня выше, но три не были редкостью. Над крышами домов он видел редкие здания высотой в пять, шесть или даже семь этажей. Улицы были переполнены людьми, даже прямо перед воротами. Воздух был наполнен голосами и запахом пряностей.

“А чем это пахнет?- Спросил Джейсон, когда Джори уверенно вывела фургон на улицу, люди обтекали его, как вода.

“Это называется читтл” - сказал Джори. - Он дешевый, крепкий и растет по всей дельте, так что все уличные торговцы им пользуются. К этому может потребоваться некоторое привыкание.”

- Нет, он хорошо пахнет” - сказал Джейсон. “Мне придется немного побродить вокруг.”

Они добрались до комбинированного дома Джори, алхимической лаборатории и медицинской клиники-большого трехэтажного здания. Вывеска над дверью гласила, что это клиника на Брод-стрит. Несмотря на то, что улица была переполнена, зданию было предоставлено широкое пространство, поскольку два человека нагло разгромили фасад здания в середине дня. Однако вместо хулиганов они были одеты в ярко-белые одежды, отороченные синим, желтым и зеленым, оба держали керамические горшки с красной краской и писали слово "еретик" поперек двери. Там была небольшая толпа прохожих, которые остановились, чтобы посмотреть шоу.

- А, черт возьми, - устало сказал Джори, останавливая фургон.

“А кто они такие?- Спросил Джейсон.

“Они из церкви целителя, - сказал Джори.

Двое мужчин заметили его на повозке, поставили свои горшки и почистились, чтобы подойти и встретиться с ним лицом к лицу.

“Значит, еретик вернулся” - сказал один из них. Оба они были молоды, лет восемнадцати-девятнадцати.

“Неужели это действительно необходимо?- Спросил Джори, все еще сидя на повозке.

Джейсон мог почувствовать по их аурам, что оба мужчины были пользователями эссенций. Железный чин, как у Джори и у него самого.

Один из них открыл было рот для насмешливого замечания, но Джейсон его опередил.

“А кто эти придурки?- Громко спросил Джейсон, спрыгивая с повозки. Обойдя двух мужчин, он взял по одной из кастрюль и щеток, которые они положили, когда пришла Джори. Джори и двое мужчин смотрели на него, не понимая, что он делает.

“А ты кто такой?- спросил один из мужчин.

“Я первый спросил, - сказал Джейсон. “Это местный обычай - писать краской то, что мы думаем о людях? Я не уверен, что смогу поместить "самодовольный кусок дерьма" на вашу мантию. У вас есть щетка поменьше?”

Все еще сидя на своем фургоне, Джори застонал и провел рукой по лицу. Двое мужчин покраснели от ярости и бросились на Джейсона. Он выплеснул содержимое котелка на первого и ударил кулаком по второму. Краска попала, но удар не был нанесен. Вскоре Джейсон уже лежал на земле, свернувшись калачиком. Он мог бы попробовать использовать свои способности, но он знал, что оба человека были железного ранга. Он боялся, что вытягивание силы будет похоже на выдергивание ножа в драке в баре, обостряя ситуацию до точки подлинной опасности. Чистый был доволен тем, что уложил Джейсона ударом, но тот, что был забрызган краской, все еще продолжал бить.

- Пошли, - сказал другой. “Мы пришли, чтобы послать сообщение, и оно уже отправлено.”

Размалеванный человек в последний раз пнул Джейсона, поднял другой горшок с краской и опрокинул его на Джейсона.

-Ну вот, теперь оно отправлено, - сказал он, и они вдвоем зашагали прочь. Толпа зевак поспешно расступилась, чтобы пропустить их, но пара остановилась, когда кто-то окликнул их.

- Эй!- Крикнул Джейсон. Пара обернулась и увидела Джейсона, едва поднявшегося на ноги, согнувшегося пополам, но сверкнувшего им кроваво-зубастой улыбкой.

- Вы, ребята, довольно хорошо вышибли из меня дерьмо, - простонал Джейсон. “Не подскажете, где находится церковь целителя?”

Человек, покрытый краской, загорелся от ярости, Его лицо почти соответствовало красной краске, выплеснутой на него. С грохотом отскочив назад, он обрушил кулак на голову Джейсона. Едва способный стоять, Джейсон защищался лишь кроваво-зубастой ухмылкой. Кулак опустился, и он рухнул, остыв прежде, чем ударился о землю.

Остров

Джейсон пришел в себя на мягком столе, похожем на смотровой стол в кабинете врача. Он был раздет до боксерских трусов, и его кожа была покрыта целебной мазью.

“Мне кажется, я странно привыкаю к этому.”

“Привыкаешь быть избитым до потери сознания?- Спросил Джори. Он стоял у раковины, вымывая пустые флаконы из-под зелий и ставя их на сушилку.

“Это были тяжелые две недели, - сказал Джейсон.

“Два служителя Бога исцеления избили кого-то до потери сознания, - сказал Джори. “Это очень необычно.”

“Только не для меня, - сказал Джейсон. - В основном это были сектанты, религиозные деятели того или иного толка.”

Джейсон застонал, спихивая ноги со стола и подталкивая себя в сидячее положение. Он оглядел то, что, как он предполагал, было внутренней частью клиники Джори, которая была удивительно похожа на медицинский кабинет из его собственного мира. Плитка и шкафы; чистые, белые поверхности. Рядом с смотровым столом стоял простой стул, на котором лежала аккуратно сложенная одежда и полотенце.

“Это для меня?- спросил он.

“Я смазал тебя мазью, - сказал Джори. “Ты и сам можешь его стереть. Знаешь, подтолкнуть этих двоих к тому, чтобы вышибить из тебя сопли, было самой глупой вещью, которую я когда-либо видел. Но что действительно впечатлило меня, так это то, что ты тут же превзошел ее, встав и сделав это снова. И во второй раз они тоже не шутили. Тот, на кого ты вывалил краску, пнул тебя прямо в голову.”

“Я этого не помню” - сказал Джейсон.

“Это был мимолетный выстрел, когда они уходили” - сказал Джори. “Я думаю, что ты уже был вырубленным.”

- Сурово, - сказал Джейсон. “На прошлой неделе я много раз был без сознания.”

“Я тебе верю”- сказал Джори. “Кстати, ты должен мне за целебное зелье, которое я влил тебе в глотку. И еще две банки целебной мази, которую я использовала для лечения синяков.”

“Не беспокойся, - сказал Джейсон. “Именно поэтому это было не так уж глупо.”

Джори поставил последний пузырек с зельем на сушилку.

“Вот что я хочу услышать”-сказал он, поворачиваясь к Джейсону.

“Ну, если кто-то избивает тебя, то есть целебные зелья, - сказал Джейсон.

“Если у тебя есть деньги, - сказал Джори.

- Верно подмечено” - согласился Джейсон, - но в моем случае это так. А это значит, что я могу выдержать побои, и последствия не будут длиться так долго.”

“Не знаю, как насчет всего остального, - сказал Джори, - но я готов признать, что ты можешь выдержать побои.”

“Если ты будешь молчать, когда пожалеешь, что ничего не сказал, - сказал Джейсон, - то раскаяние только нарастет. Начинает пожирать тебя изнутри, а для этого нет никакого зелья.”

- Конечно, есть, - сказал Джори. “Это называется ликер. У другого моего друга-алхимика есть винокурня неподалеку отсюда.”

“Это не лекарство, - сказал Джейсон. “Это значит поджечь себя, чтобы защититься от холода.”

- Я не уверен, что ты тот парень, к которому я обращаюсь за советом о последствиях.

- Возможно, это и к лучшему” - рассмеялся Джейсон. “А ты не получишь ответного удара, потому что я взял этих парней на себя?”

“Все будет хорошо, - сказал Джори. “Я член общества приключений и Ассоциации алхимиков. Они всего лишь послушники низкого уровня, создающие проблемы, так что пока они только берут вещи. Но если бы ты действительно избил их, а не наоборот, их начальство могло бы вмешаться. У меня нет такого влияния, чтобы сопротивляться этому. Я просто рад, что ты не был настолько глуп, чтобы использовать свои способности эссенции.”

“Я так и думал, что это были правила драки в баре” - сказал Джейсон. “Это все забавы и игры, пока кто-нибудь не вытащит нож.”

“Я никогда не дрался в баре, - сказал Джори.

“Я тоже, - признался Джейсон. “Я только что это где-то слышал.”

Джори отрицательно покачал головой.

“Ты сумасшедший человек, - сказал он.

- Да, шансы этого довольно велики.

- К счастью, они должны были втоптать тебя в землю, что должно было заставить их почувствовать, что они чего-то достигли. Надеюсь, они еще не скоро вернутся.”

“Так вот почему ты не вмешался, чтобы помочь мне?”

- Помочь тебе? Я чуть было не вмешался, чтобы помочь им.”

Джейсон усмехнулся:

“Прекрасно. У этих двоих были ауры железного ранга. Были ли они частью общества приключений?”

- Может быть, - сказал Джори. - Общество приключений не ставит ограничений на членство в какой-либо другой законной организации.”

- Религии считаются законными?- Спросил Джейсон.

“Что у тебя с головой не так?- Спросил Джори.

- Этот лобовой удар был очень хорош, - сказал Джейсон. “Не мог бы ты указать мне направление к Обществу приключений? В конце концов, я пришел сюда, чтобы записаться.”

* * *

Джейсон бродил по улицам Старого города, то и дело останавливаясь, чтобы купить что-нибудь в уличном ларьке.

Специальная атака [Читтл-кебаб] нанесла вам [пищевое отравление].

Вы сопротивлялись [пищевому отравлению].

[Пищевое отравление] не действует.

Вы получили экземпляр [Стойкости].

- Пищевое отравление?”

боевой журнал

Вы были поражены ядом нормального ранга [пищевое отравление].

Железный ранг дает вам повышенную устойчивость к болезням нормального ранга.

Способность [Пожиратель греха] дает вам повышенную устойчивость ко всем недугам.

Вы сопротивлялись [пищевому отравлению].

Сопротивление недугу вызвало способность [Пожирателя грехов], предоставив вам экземпляр [Стойкости].

“Пожиратель грехов. Мне действительно начинает нравиться эта способность.”

Джейсон посмотрел на еду в своей руке, затем на значок стойкого баффа, затем снова на кебаб.

“А ты довольно вкусный.”

Его взгляд снова вернулся к баффу Стойкости.

- А почему бы и нет? Это вроде как тренировка силы.”

Он снова откусил кусок кебаба.

Специальная атака [Читтл-кебаб] нанесла вам [пищевое отравление].

Вы сопротивлялись [пищевому отравлению].

[Пищевое отравление] не действует.

Вы получили экземпляр [Стойкости].

Теперь рядом с индикатором сопротивления баффа стояла цифра два.

- Люблю эту силу.

В конце концов он миновал оживленный складской район, сменившийся городскими портами, и увидел воду. После опустошения пустыни даже темно-зеленая пышность дельты не шла ни в какое сравнение с огромной лазурной полосой. Однако это было не открытое море, так как в двух километрах от него находился дальний берег, отчего он больше походил на озеро.

В портах царила суматоха, заставлявшая его ступать осторожно или быть сбитым фургоном. Наконец он добрался до моста, который плавной дугой поднимался над водой. Построенный целиком из зеленого мрамора, он излучал богатство по сравнению с песчано-желтым камнем Старого города.

Через мост тянулись три полосы движения, управляемые смотровым пунктом с вооруженной охраной, высокими металлическими воротами и большим постом охраны. Эти стражники были одеты в ту же униформу, что и те, что стояли у городских ворот, но он сразу понял, что они более щепетильны в своих обязанностях. Их было восемь, и Джейсон чувствовал по их ауре, что некоторые из них обладали эссенциями. Только у одного был полный набор эссенций, тот, кто, казалось, был главным.

Проход на остров был явно более упорядочен, чем в Старый город. Из трех путей два меньших были предназначены для перевозки товаров и услуг на остров и обратно. Они были очень заняты, и строгие проверки замедляли продвижение вперед. Более широкая третья полоса предназначалась для привилегированного класса, и места в ней было достаточно. Большую часть движения составляли богатые на вид экипажи, которые привлекли внимание Джейсона тем, что их не привлекали животные. Их колеса светились выгравированными магическими символами.

К счастью, Джори объяснил Джейсону все основы. Путешествие на Остров был ограничено без уважительной причины. Торговля и разрешение на работу позволят кому-то попасть в торговые ряды. Аристократы, авантюристы и местные жители могли свободно приходить и уходить по широкой аллее. Члены различных гильдий, обществ и ассоциаций, базирующихся на острове, также могли свободно входить в него. Любой другой человек, имеющий действительный бизнес на Острове, мог купить разрешение на въезд на один день, только в дневное время. То, что представляло собой действительное дело, оставалось на усмотрение стражников, которые были городскими констеблями при правителе города, герцоге Гринстоуне.

Один день пути на остров стоил монету духа железного ранга. К счастью, любой желающий заплатить имел доступ к привилегированной полосе. Джейсон был достаточно близко, чтобы разобраться с валютой, из которой монета меньшего духа была основной единицей. Это была полная сотня меньших монет к одной монете железного ранга, после чего номиналы поднялись кратно десяти. Это было десять железных к бронзе, десять бронзовых к серебру и так далее, вплоть до алмаза. Золотые монеты ранга, находившиеся в распоряжении Джейсона, стоили по сто тысяч монет меньшего достоинства.

У въездных ворот Джейсону не пришлось долго стоять в очереди. К торговой полосе тянулись длинные очереди, где тщательно проверяли каждого человека и каждую машину. В привилегированном переулке большинство экипажей пропускали прямо, в то время как другие проезжали, просто показав разрешение. Большинство людей перед Джейсоном получили разрешение после короткого разговора с охранником и вручения монеты. Джейсон заметил, что каждому человеку нужно прикоснуться большим пальцем к камню, который охранник достал из кармана.

Скучающий, но все еще усердный охранник оглядел Джейсона с ног до головы.

- Причина для подачи заявления на получение разрешения?”

- Подаю заявление в Общество приключений, - сказал Джейсон.

Пристав снова оглядел Джейсона и кивнул.

“Подожди здесь.”

Он подошел, чтобы тихо перекинуться парой слов с тем, кого Джейсон считал главным. Этот человек оглядел Джейсона и коротко кивнул охраннику, который вернулся.

- Похоже, все в порядке. Просто отдай свою монету и положи большой палец на следящий камень.”

- Следящий камень?- Спросил Джейсон.

Охранник подозрительно поднял бровь.

“Ты не знаешь, ЧТО ТАКОЕ следящий камень?”

К ним подошел дежурный офицер.

“А что, есть какие-то проблемы?- спросил он.

“Этот парень не знает, что такое следящий камень, - сказал охранник.

“А ты откуда родом?- спросил офицер у Джейсона.

- Первоначально это был Касселтаун, - сказал Джейсон. “Это маленький городок, очень далекий от настоящей магии. Мельбурн, последние два года, но я сомневаюсь, что вы слышали о нем. Я проделал долгий путь, но еще очень многого не знаю.”

Офицер несколько мгновений пристально смотрел на Джейсона, а затем выудил из кармана камень. Стеклянный предмет размером с ладонь был похож на камень пробуждения, только граненый, а не гладкий. Он был темно-сине-зеленого цвета.

“Это следящий камень, - сказал офицер. - Это позволит нам найти тебя, где бы ты ни был на Острове.”

Джейсон обладал способностью, которая не позволяла его выследить. Он не был уверен, что это повлияет на камень, и решил не упоминать об этом.

“Если ты заставите нас искать тебя, - продолжал охранник, - то это не мы придем за тобой, понимаешь?”

“Это будет кто-то гораздо хуже, - сказал Джейсон.

- Умный, - сказал офицер. - Умный- это хорошо.”

“Я думаю, что ваша планка для умных может быть немного низкой” - сказал Джейсон.

- Слишком умный- это, может быть, и не очень хорошо, - сказал офицер. “Если ты хочешь остаться на острове после захода солнца, найди жилье. Это позволит тебе получить временный вид на жительство. Найди хорошее жилье, и они зарегистрируют его для тебя, вместо того чтобы заставить тебя вернуться и сделать это самостоятельно.”

- Спасибо, - сказал Джейсон. Он протянул монету и прижал большой палец к камню. Либо камень был сильнее его способностей, либо камень не давал никакого предупреждения о том, что он не может выследить его. Вскоре после этого Джейсон вышел из ворот и зашагал по мосту.

Главная улица была предназначена для экипажей, а те, кто шел пешком, как Джейсон, шли по тропинке у края моста. Джейсона это вполне устраивало, поскольку поднимающаяся дуга моста позволяла ему все лучше видеть город.

Там, откуда он пришел, виднелась желтая громада Старого Города. Под мостом солнце отражалось в темно-синей воде, оживленной водным движением. Береговая линия Старого Города представляла собой огромный порт, вытянувшийся во всю длину города. Корабли были большие, втиснутые в причалы, которые казались странно высокими. Он подумал, не связано ли это с тем, что две луны делают с приливами и отливами.

Там было еще три моста, таких же, как тот, по которому шел Джейсон. Инженерные чудеса, простиравшиеся на километры водной глади, не уступали ничему из его собственного мира.

Впереди виднелся Остров, казавшийся роскошным даже на расстоянии. По сравнению с теснящимся Старым городом, он позволял себе роскошь пространства. Там, где старые городские порты были заняты большими торговыми судами, широко расположенные причалы острова были полностью заняты тем, что выглядело как прогулочные суда. У многих из них не было парусов, вероятно, их приводила в движение магия.

Все здания пристани были похожи на яхт-клубы, а за ними виднелись большие дома с обширной территорией. Деревья и трава росли в изобилии,а улицы, которые он мог видеть, были широкими и закрытыми. Все здания представляли собой сочетание зеленого мрамора и разноцветных плиток.

Нетерпеливо направляясь вдоль моста, Джейсон смог получше рассмотреть широкий бульвар в конце моста. Разноцветные клумбы растений разделяли проезжие части и пешеходные дорожки. Деревья выстроились вдоль улиц, затеняя их густым пологом листвы.

Инспекционная станция в конце моста была просто маленькой будкой без ворот. Охрана была брезглива к тем, кто въезжал на остров, и в то же время равнодушна к тем, кто уезжал. Охранник выглядел гораздо более расслабленным, в свои средние годы с редеющими волосами и брюшком его униформа не льстила. Он вышел из будки, дружелюбно улыбаясь Джейсону и проверяя его разрешение.

Хотя охранник выглядел небрежно, он не торопился тщательно проверять разрешение. Сделав это, Джейсон глубоко и удовлетворенно вздохнул. Воздух был чистым и свежим, без влажной духоты дельты, сухой засушливости пустыни и многолюдных запахов, борющихся с ней в Старом Городе.

“Я думаю, что буду наслаждаться неравенством богатства.”

Хороший искатель приключений и великий

Покинув городские стены на спине хейделя, Руфус небрежным шагом поехал вдоль насыпных дорог, разделявших дельту. Они были заняты уличным движением, в основном телегами и фургонами, курсирующими туда-сюда из города. Он мог бы заставить свою лошадь двигаться быстрее, вместо этого наслаждаясь неторопливой ездой, которая привела его к воротам семейного поместья Геллеров. Толстая, высокая стена отмечала границу, протянувшуюся в обоих направлениях. Поместье за ним было настолько обширным, что монстры могли появиться как внутри стен, так и снаружи.

Подойдя к открытым воротам, он был впущен двумя стражниками, которые взяли его лошадь. Руфус мог чувствовать ауры железного ранга обоих мужчин. В его родном городе это было бы вполне нормально, но здесь-исключение. Насколько ему было известно, только личная гвардия герцога Гринстоуна использовала пользователей эссенции железного ранга для основных войск. Зная семью Геллеров, он ожидал, что эти охранники были членами семьи на каком-то этапе наказания или их учили ценить усердие.

По указанию охранников он зашагал вверх по широкой, покрытой гравием улице. Вдалеке виднелся главный дом- ряд низких строений, чей дизайн, казалось, был больше заинтересован в том, чтобы соответствовать окружающей обстановке, чем в том, чтобы властвовать над ней. Руфус кивнул сам себе, находя, что это очень ему по вкусу.

Территория по обе стороны центрального подъезда была полна жизни. Пальмы, высокий кустарник и бамбуковые заросли. Тропинки исчезали за увитыми виноградом арками и цветущими кустами. Обещание тени под навесом и звук журчащей воды соблазняли гуляющих исследовать окрестности.

Руфус продолжал идти по центральной дорожке к особняку. Подойдя ближе, он увидел, что низкие здания соединены между собой открытыми дорожками из дерева, камня и бамбука. Как он прибыл в передней части всего здания, кто-то появился, чтобы встретиться с ним. Красивая женщина с темно-оливковой кожей и черными волосами, она выглядела лет на тридцать, что, как знал Руфус, было на двадцать меньше, чем на самом деле. Антивозрастная сила ее серебряных эссенций сохранила ее внешность такой же, какой она была, когда он впервые встретил ее будучи еще мальчишкой.

- Леди Геллер, - приветствовал ее Руфус.

- Маленький Руфус Ремо, - сказала Даниэль с улыбкой. “Я и не думала, что ты все еще будешь таким очаровательным.”

Руфус неловко покашлялся, и Даниэль рассмеялась.

“Вы знаете, мистер Ремор, - сказала она, - многие молодые леди нашей семьи прибывают раньше, чем начнется чудовищная волна. Может быть если я устрою небольшой званый вечер…”

- Благодарю вас, леди Геллер, но у меня и так достаточно забот, чтобы не осложнять свои романтические отношения.”

- Ну и что? Молодые люди тоже будут там.”

- Замечательно, - сказал он, - но мой ответ остается прежним.”

“Какая жалость, - сказала она.

“Я хотел бы сделать тебе комплимент по поводу твоего дома, - сказал Руфус. - Он вызывает желание побродить и исследовать.”

“Тогда пойдем?- Спросила Даниэль с приглашающим жестом. - Я полагаю, что мы можем обсудить причину твоего визита так же хорошо, как и в саду.”

“Мне бы очень этого хотелось, - сказал Руфус.

Даниэль выбрала тропинку под аркой, заросшей цветущими виноградными лозами, которая вела его вглубь сада. Вскоре Руфус обнаружил, что они во всех отношениях равны своему обещанию.

“Ваше поместье действительно заставляет радоваться глаз, - сказал Руфус.

“Спасибо. Моя семья приехала сюда, когда этот регион только заселялся. Стены нашего поместья старше стен Старого города. Последнее, что я слышала, у нас даже где-то есть представитель этого поколения.”

- Неужели?”

“Она достигла алмазного ранга пару веков назад. Но не так уж хорошо он умеет поддерживать контакт. Вы же знаете, ЧТО ТАКОЕ бриллиантовые ранкеры.”

“Я полагаю, что отсутствие возраста порождает необычную перспективу, - сказал Руфус.

Даниэль улыбнулась.

- Будем надеяться, что мы оба зайдем достаточно далеко, чтобы увидеть все своими глазами, - сказала она. “Что привело Вас сюда сегодня, Мистер Ремор?”

- Увидеть родовое поместье семьи Геллеров, еще не достаточная причина?- Спросил Руфус. “Я немного удивлен, обнаружив вас в резиденции.”

“Мы зовем большинство наших бронзовых и серебряных ранкеров домой, когда надвигается чудовищный всплеск", - сказала Даниэль. - На этот раз семья поручила мне защищать поместье, а мой муж и дочь вернутся через несколько месяцев. Но на самом деле я вернулась, чтобы не обращать внимания на окончательную подготовку моего сына.”

“Вы действительно тренируете здесь всех членов своей семьи?- Спросил Руфус.

“Так и есть, - сказала Даниэль. “Возможно, наша база и не является Академией Реморов, но тем не менее мы ею гордимся.”

“И совершенно справедливо, судя по всему, - сказал Руфус. “Я не раз слышал, как мой дед выражал свое почтение.”

“Действительно, высокая похвала” - сказала Даниэль.

“Могу я спросить, - сказал Руфус, - почему именно здесь? Я знаю, что именно здесь ваша семья впервые поднялась как сила, но теперь вы обосновались в крупных городах по всему миру. Зачем посылать сюда тренироваться людей, рожденных в областях высшей магии?”

“Мы посылаем всех тренироваться сюда, - сказала она. “Эти области высшей магии- просто проблема. До того, как вы приехали сюда, вы когда-нибудь отправлялись в экспедицию без хотя бы одного серебряного ранкера, который прикрывал бы вам спину?”

“Нет, - мрачно ответил Руфус, - что привело к недавней ошибке с моей стороны. Излишняя самоуверенность привела к недостаточной осторожности. Это едва не стоило моим людям всего.”

“Именно поэтому мы до сих пор пользуемся этим местом, - сказала Даниэль. - Низкая магическая плотность делает монстров слабее. Опасности меньше, а последствия менее серьезны. Я не хочу сказать, что здесь нет реальных опасностей, но мы можем послать наших железных воинов, чтобы встретить их в одиночку. Ни на кого нельзя положиться, кроме самих себя и друг друга.”

“Вы позволяете им делать свои ошибки, когда эти ошибки с меньшей вероятностью убьют их, - сказал Руфус.

“Именно.”

“В свете моего собственного нелегко усвоенного урока, - сказал Руфус, - я не вижу в этом ничего, кроме отличной практики. Возможно, это послужит уроком для моей собственной семьи.”

“Это очень лестно, - сказала Даниэль. “Ты действительно раскаиваешься, не так ли? Вы все одержимы улучшением методов обучения в вашей академии.”

- Кстати о тренировках, - сказал Руфус, - именно поэтому я и пришел сегодня. Я слышал, что тренировочный центр вашей семьи включает в себя камеру Миража. Я надеялся одолжить его время от времени во время моего пребывания здесь.”

Даниэль виновато улыбнулась ему.

“Действительно, у нас есть один, - сказала она. - К сожалению, как бы мне ни хотелось помочь тебе, я не могу этого сделать. Как я уже упоминала, местная магическая плотность довольно низка. Мы можем управлять нашей камерой миражей на уровне бронзового ранга только в течение ограниченного периода времени, и я не могу отнимать это ценное время обучения у моей собственной семьи.”

- Вообще-то, это не для меня, - сказал Руфус. “Я нашел человека, который отчаянно нуждается в обучении, и взял на себя смелость дать ему срочный курс обучения.”

Она искоса взглянула на него, приподняв брови.

“Судя по тому, что я слышала, - сказала она, - каждая аристократическая семья в Гринстоуне просила Вас направлять их юных подающих надежды людей. В том числе и наши. Мне остается только удивляться, как кому-то удалось поймать твой взгляд.”

Руфус издал самоуничижительный смешок.

“Я уже упоминал о своей ошибке, - сказал он. “Меня бы убили, если бы не один довольно необычный человек.”

Руфус отрицательно покачал головой.

- Я вырос в окружении искателей приключений. Я был воспитан не только для того, чтобы быть одним из них, но и для того, чтобы быть настолько хорошим, чтобы учить других. Все вокруг меня, сколько я себя помню, говорили мне, что я собираюсь стать великим авантюристом. Дошло до того, что я даже не сомневался в этом. Единственным исключением был мой дед. Он сказал, что ты никогда не узнаешь, кто ты такой, когда все идет хорошо. Именно в свой самый мрачный час ты понимаешь, что значит быть авантюристом.”

Они остановились на краю пруда, и Руфус посмотрел вниз на свое отражение.

“В мой самый мрачный час, - продолжал Руфус, - я встретил человека, который никогда даже не слышал об обществе приключений. Одна эссенция, никаких боевых способностей. Он даже не знал, как пользоваться духовными монетами. Но когда все казалось потерянным, он показал мне, как говорил мой дед, что значит быть авантюристом. Что когда все ваши тренировки и способности подводят вас, вы должны найти что-то внутри себя, о существовании чего вы даже не подозревали. Тогда вы сможете делать то, что никогда не считали возможным. Вот в чем разница между хорошим авантюристом и великим.”

“Это ценный урок, - сказала Даниэль. - Похоже, ваше время здесь не пропало даром.”

“А вот и нет, - сказал Руфус. - Получив такой ценный урок, я в свою очередь хочу поделиться тем, что знаю.”

“Ну что ж, - сказала Даниэль, - если то, что вы ищете, - это некоторое время в нашей комнате миражей, работающей в железном ранге, я могу вас принять. Однако я была бы признательна за небольшую взаимность.”

- Какую же?”

“Я упомянула о своем сыне и его последнем обучении. Пришло время ему вступить в общество приключений, и я бы хотела, чтобы Вы провели его полевую оценку. Я уверена, что общество будет счастливо принять Вас.”

“Я не стану показывать вашему мальчику никакого фаворитизма, если это то, что вы ищете, - сказал Руфус.

Даниэль рассмеялась.

“О, для этого Вы мне вряд ли понадобитесь, - сказала она.

“Уж не хотите ли вы сказать, что общество приключений подвержено коррупции?- Спросил Руфус.

“Вы должны понимать, Мистер Ремор, что это не Витесс. Общество приключений является главной силой в Гринстоуне, но изоляция означает, что местная ветвь больше зависит от местных властей. Нужно идти на компромиссы.”

На лице Руфуса появились темные тучи.

- Нейтралитет общества приключений - один из его главных принципов, - сказал он.

- Я согласна” - сказала Даниэль. "Однако, если основные ветви хотят экспортировать свои ценности в отдаленные ветви, такие как Гринстоун, они должны экспортировать достаточные ресурсы вместе с ними. Идеалы хороши в самом сердце королевства, Мистер Ремор, но здесь нас чаще всего не замечают, чем наоборот. В провинции нам всем приходится иметь дело с реальностью.”

Руфус выглядел несколько ошарашенным.

“Я не знаю, что на это ответить.”

“Мне нечего сказать, мистер Ремор. Добро пожаловать в дикую местность.”

“Конечно, все не так уж плохо” - сказал Руфус.

“О, это не так, - сказала Даниэль. - Особенно с новым директором филиала. Она поднялась с самого низа, поэтому знает, каково это-бороться с влиянием таких семей, как моя. Замечательная женщина на самом деле, но нельзя обойти тот факт, что общество приключений здесь зависит от местных властей.”

“Так вот почему стандарты искателей приключений здесь так низки?- Спросил Руфус.

“Именно по этой причине, - сказала Даниэль. - Исключения обычно делаются для тех, чьи способности не равны их связям. В конце концов, стандарты просто снизились в целом. Вот почему я хочу, чтобы моего сына оценили по вашим стандартам, Мистер Ремор. Ему не нужна помощь, ему нужен вызов.”

“Тогда я буду счастлив помочь вам, - сказал Руфус. - Вызов, я могу это сделать.”

* * *

Джейсон стоял на краю моста, только что прибыв на Остров. Охранник вернул Джейсону разрешение, предварительно проверив его.

“Все в порядке, сэр, - сказал мужчина. “Первый раз на Острове?”

“Да, - сказал Джейсон. “Могли бы указать мне самый быстрый путь в общество приключений?”

Охранник жестом указал на бульвар, который шел прямо от моста.

- Идите сюда, и вы найдете транзитный терминал. Большое здание, вы не можете его пропустить. Это поможет Вам добраться туда, куда нужно.”

- Спасибо, дружище.”

Джейсон зашагал вверх по улице, мимо домов с садами и огородами, защищенными зелеными кирпичными стенами и искусно сделанными металлическими воротами.

- Транзитный терминал, - пробормотал Джейсон себе под нос, шагая по улице. “У них есть волшебные трамваи или что-то в этом роде?”

Вскоре Джейсон оказался в каком-то местном торговом районе, где преобладали закусочные и бутики. Джейсону хотелось остановиться и погнаться за соблазнительными запахами, но уже наступил полдень. Во-первых, он должен был найти общество приключений, а затем где-то остановиться до захода солнца, чтобы остаться на острове.

В торговом районе доминировало большое здание с вывеской, объявляющей его транзитным терминалом Норт-Марина. Он вошел внутрь и обнаружил, что там все устроено, как на вокзале. Он нашел большой указатель, на котором были обозначены маршруты движения: пара петлевых линий, идущих в противоположных направлениях.

Судя по карте, Джейсон мог добраться до "общества приключений" с платформы В. Там, похоже, не было места, где можно было бы купить билеты, поэтому Джейсон пошел по лестнице, обозначенной для платформы в, спускаясь на нижний уровень. Лестничная клетка была длинной, около двух этажей, с откидной лестницей, прежде чем выйти на платформу.

Это сразу же напомнило ему платформу метро. Пол, стены и потолок представляли собой сочетание зеленого камня и мозаичной плитки, а холодный чистый свет исходил от магических камней, закрепленных на потолке. Вдоль стен стояли скамейки, на которых терпеливо сидели люди, а остальные стояли.

Отличие станции от метро состояло в том, что перед туннелем была стеклянная стена, а за ней-вода, похожая на аквариум. Три круглые металлические рамы в стеклянной стене имели двери, похожие на воздушные шлюзы. Подойдя поближе, чтобы взглянуть, он увидел, что туннель тянется по обе стороны платформы, как туннель метро. На другой стороне туннеля он увидел еще одну стеклянную стену с теми же тремя дверями и еще одну платформу за ней.

Огни, освещавшие платформу, начали постепенно тускнеть в мягком стробоскопе. Очевидно, это был какой-то сигнал; остальные люди на платформе начали вставать со скамеек и двигаться к стеклянной стене. Вскоре после этого по туннелю проплыла пуленепробиваемая капсула, которая прикрепилась к стене с помощью зажимов, удерживающих три металлических круга, и плотно прижалась к дверям. С шипением воздуха двери открылись, и оттуда вышли люди. Затем люди на платформе поднялись на борт, в том числе и Джейсон.

Внутри капсула была больше похожа на автобус, чем на вагон метро, с парами сидений по бокам. Сиденья были мягкими и плюшевыми, больше похожими на роскошный автобус, чем на дешевый общественный транспорт. Джейсон нашел место у окна и смотрел, как мимо проходит туннель, пока капсула взлетала. Поездка была плавучей, и Джейсон не мог удержаться от улыбки, как идиот.

- Подземные подлодки, - пробормотал он себе под нос, недоверчиво качая головой. - Я люблю волшебные города.”

Туннель за его окном был выложен мозаичной плиткой и освещен разноцветными огнями. Казалось, он рассказывает какой-то миф, в котором монстры и герои сцепились в эпической битве. Он так увлекся проходящими мимо образами, что был разочарован, когда добрался до места назначения.

Терминал общества приключений находился в двух остановках от того места, откуда он стартовал, и оказался одним из нескольких зданий в обширном кампусе общества приключений. Джейсон проследовал за вывеской с надписью "Администрация" и вышел из здания на то, что выглядело как престижный старый университет, сплошь каменные здания и обширные территории. Джейсон выбрал, как он полагал, правильный путь, и только один раз спросил дорогу, прежде чем найти административное здание.

Он оказался в большом вестибюле, полностью отделанном деревом, от различных двойных дверей до трех отдельных лестниц. Что касается строительных материалов, то Джейсон видел множество глиняных кирпичей, камней, черепицы, бамбука и даже тростника. Внезапное преобладание дерева было достаточно резким контрастом, чтобы понять важность этого здания.

Это было обширное помещение, в котором, к счастью, находилось нечто похожее на приемную, за которой и появился Джейсон. За столом сидел тот же пузатый лысеющий охранник мостика, который давал ему указания. Только одежда была другой, гвардейская форма сменилась более гражданской. На нем была четко вышитая эмблема-меч и жезл, скрещенные на щите. Джейсон видел эту эмблему несколько раз с тех пор, как прибыл сюда, и узнал ее по значку общества приключений Руфуса.

Форма была свободного покроя, который Джейсон видел у большинства местных жителей,хотя здоровенный живот мужчины несколько уменьшал эту свободу. Джейсон заметил, что за ухом у мужчины торчит карандаш.

“А у Вас есть брат?- Спросил Джейсон.

“Только что перешли мост, сэр?”

“Именно так.”

“Это был мой брат Бертрам, сэр. Меня зовут Альберт, но не стесняйтесь называть меня просто Берт.”

“Не беспокойтесь, Берт. Это то место, где можно подать заявление на вступление в общество приключений?”

“Конечно, сэр, - бодро ответил Альберт. “Если хотите, я могу начать прямо сейчас.”

“Это было бы здорово, - сказал Джейсон.

Он вытащил бланк и положил его на стол,затем начал рыться в ящиках.

“Вы ведь не ищете карандаш?- Спросил Джейсон.

“Так и есть, сэр. Он был где-то здесь…”

Джейсон постучал себя по уху, и на лице Альберта появилось выражение благодарного откровения, когда он вытащил карандаш из лежащего на нем места.

- Благодарю вас, сэр. - сказал Альберт. “Как насчет того, чтобы начать с имени?”

- Джейсон Асано.”

Вместо того чтобы записать его, Альберт с любопытством посмотрел на Джейсона.

“Вы знаете искателя приключений по имени Гарет Ксандье?”

“Гарет Ксандье?- Спросил Джейсон. - Подожди, Вы имеете в виду Гэри? Большой, Львиноподобный парень.”

- Да” - сказал Альберт. “Тот, что хорош собой.”

“Я так и знал” - сказал Джейсон, с отвращением качая головой.

- Прошу прощения?- Спросил Альберт.

- Не обращайте внимания, - сказал Джейсон. “А почему Вы спрашиваете о Гэри?”

“Он приходил и спрашивал о Вас последние пару дней” - сказал Альберт. “Ничего, если я скажу ему, что Вы зарегистрировались?”

“Конечно, - ответил Джейсон, - хотя я предпочел бы сам ему сказать. Вы не знаете, где он остановился?”

Просто еще один искатель приключений

Просто еще один искатель приключений

Гильдейский район был регионом Острова, который содержал кампус Общества искателей приключений, наряду со многими другими гильдиями и обществами. Занимая северо-западный регион Острова, гильдейский район также содержал основную часть жилья для посетителей Острова. Остановиться на Острове было относительно дорогой перспективой, но с ценой приходило качество. Руфус, Фарра и Гэри обеспечили себе трехкомнатный люкс в «Дозоре моряка», гостинице на самом краю Острова, с исключительным видом на океан.

Вернувшись из поместья Геллер, Руфус столкнулся с Фаррой возле их жилья, когда она возвращалась по своим делам.

— Как все прошло? — спросила Фарра.

— Довольно хорошо, — сказал Руфус. — Теперь нам просто нужно, чтобы Джейсон наконец прибыл.

Фарра принюхалась к запаху свежей выпечки, доносящемуся из гостиницы.

— Пахнет хорошо, — сказала она. — Должно быть, как раз время поужинать.

— Должно быть, — согласился Руфус, и они вошли внутрь.

Войдя, они направились в сторону столовой. Был дверной проем, ведущий прямо на кухню, откуда они услышали знакомый голос.

— Теперь, это равные части сахара и воды, затем ароматизатор по усмотрению, и я действительно имею в виду усмотрение. Вы не хотите, чтобы вкус сиропа перебил вкус торта. Как только сироп пропитается, его уже не вернуть обратно. Если только вы не сможете извлечь сироп с помощью магии, каким-то образом. Мне нужно заполучить книгу заклинаний кулинарной магии.

Фарра хихикнула, увидев внезапное раздражение на лице Руфуса.

— Джейсон? — позвал Руфус.

— Руфус! Извините меня на минутку, дамы.

Джейсон вышел из кухни в фартуке, испачканном мукой.

— Доброго дня, — поприветствовал он их. — Хорошее местечко вы нашли. Немного дороговато, но я поднял приличную сумму во время наших злоключений в поместье Вейн. Борьба с каннибалами прибыльна. Я забыл обыскать ту женщину, Крессиду, правда. Вероятно, упустил хорошую долю монет там.

— У меня все еще осталась твоя доля от мародерства в усадьбе, — сказала Фарра. — Они утащили все действительно хорошие вещи перед тем, как сбежать, но оставили достаточно, чтобы стоило разделить.

— О, хорошо, — сказал Джейсон.

— Что тебя так задержало? — спросил Руфус.

— Я выбрал живописный маршрут через дельту, — сказал Джейсон. — Я хорошо провел время.

— Ходили разговоры о ком-то, кто бродит вокруг и исцеляет людей, — сказала Фарра. — Ты слышал об этом?

— Как вы об этом услышали? — спросил Джейсон.

— То, что мы слышали, было то, что он делал это бесплатно, — сказала Фарра. — Церковь Целителя не была счастлива. Ты видел этого парня?

Джейсон огляделся украдкой.

— Э-э... да.

— Серьезно? — спросил Руфус. — Это был ты?

— У меня есть та сила очищения, — сказал Джейсон.

— Что случилось с разделением, чтобы не привлекать внимание? — спросил Руфус.

— Что вы хотели, чтобы я сказал? «Извините, мисс, но хотя может показаться, что исцеление ужасной болезни вашего отца ничего мне не стоит, кто-то может заметить».

— Наверняка есть золотая середина между тем, чтобы ничего не делать, и ходить по земле, исцеляя больных и калек, — сказал Руфус.

— И где мне провести черту? — спросил Джейсон. — Должно ли это быть там, где люди недостаточно больны, или где они недостаточно бедны?

— У него есть точка зрения, — сказала Фарра. — Кто смотрит на бедных и больных и говорит им, что они недостаточно бедны и больны?

— Церковь Целителя, насколько я слышала, — мрачно сказал Джейсон.

— Я видела подобные вещи раньше, — сказала Фарра. — Целителю нравится давать своим последователям свободу делать правильный выбор самостоятельно. Церковь Целителя действительно важна в изолированных районах, подобных этому, хотя, и известно, что не один церковный лидер немного сходил с ума от власти.

— Бог реален, верно? — спросил Джейсон. — Разве он не вмешивается?

— Я слышала, что они делают это, если те заходят слишком далеко, — сказал Руфус. — Всегда слышишь истории о церквях, которые сбились с пути. Я никогда не видел, чтобы это доходило до стадии, когда их бог вмешивается.

— Я видела, — сказала Фарра. — Руфус — мальчик из большого города, но обычно это происходит в таких местах, как это, где меньше того, что может их сдержать.

— Ты хотя бы зашел в Общество искателей приключений перед тем, как попасть на кухню? — спросил Руфус Джейсона.

— Да, я сделал бумажную работу, — сказал Джейсон. — У меня завтра какая-то оценка.

— Это просто чтобы очистить тебя от вещей вроде запрещенных эссенций, — сказала Фарра.

— Как только это будет сделано, тебе нужно будет пройти полевую оценку, — сказал Руфус, — которую они проводят в начале каждого месяца. Следующая через девять дней, но ты можешь пройти свою в следующем месяце.

— Что не так с этим месяцем? — спросил Джейсон.

— Ты не будешь готов в этом месяце, — сказал Руфус. — Обучение тебя до приемлемого стандарта к концу следующего месяца будет достаточно поспешным. Через девять дней ты даже близко не подойдешь к прохождению.

— Ты не знаешь наверняка, — сказал Джейсон.

— Я сам провожу эту полевую оценку, — сказал Руфус. — Так что могу говорить с долей уверенности.

— Ты проводишь ее? — сказал Джейсон. — Ну, тогда ладно. Если бы ты оценивал меня, это было бы не совсем этично. Конфликт интересов и все такое. Что ж, увидимся за ужином; мне нужно вернуться к моему торту.

Руфус и Фарра наблюдали, как Джейсон отступает на кухню.

— Он думает, что провалится из-за этики? — спросила Фарра.

— Он поймет, как только начнется обучение, — сказал Руфус.

* * * Гильдейский район отличался от района северной марины, в который Джейсон впервые прибыл на остров. Вместо больших частных резиденций, он был занят различными организациями, с меньшими постоянными резиденциями, обслуживающими людей, которые работали на них. Кроме того, было большое количество витрин, которые казались расширениями различных обществ и ассоциаций, штаб-квартиры которых находились вокруг них.

Два раскидистых кампуса доминировали в гильдейском районе. Одним было Общество искателей приключений, а другим — организация под названием Магическое общество. Джейсон знал, что Фарра была членом, но имел лишь смутное представление о том, что они делают. Судя по тому, что он мог собрать, они были чем-то средним между магическим университетом и магической коммунальной компанией.

Судя по размеру и центральности, Кузнечное общество и Ассоциация алхимиков явно уступали Обществу искателей приключений и Магическому обществу, но все же занимали впечатляющие куски недвижимости. Другие организации в районе варьировались от занимающих большие здания до сгруппированных в одном пространстве с другими группами. Некоторые были торговыми организациями, в то время как другие были гильдиями искателей приключений, частными организациями искателей приключений, объединившимися для различных целей.

Руфус предостерег Джейсона от вступления в любые местные гильдии искателей приключений. По словам Руфуса, все они были мелкими делами, которые брали больше со своих членов, чем предлагали, хотя Джейсон не был полностью убежден. Он узнал достаточно о прошлом Руфуса, чтобы понять, что Руфус смотрит сверху вниз с очень большой высоты.

Прибыв в административное здание Общества искателей приключений, Джейсон был проведен в комнату ожидания. Там был еще один обитатель, молодой человек, которого Джейсон оценил как подростка или чуть старше. У него была обычная оливковая кожа и темные волосы местного населения, по крайней мере, человеческой его части. Молодой человек был красив, высок и широкоплеч. Если этого было недостаточно, у него на коленях был щенок, получающий почесывание живота.

— Доброго дня, приятель, — сказал Джейсон, садясь рядом с ним. — Мне нравится твоя собака.

— Его зовут Сташ, — сказал молодой человек. — Мое — Хамфри, Хамфри Геллер.

— Джейсон Асано, — сказал Джейсон, пожимая предложенную руку Хамфри. — Приятно познакомиться, Хамфри. Сташ — необычное имя.

— Это сокращение от Велитраксистааш, — сказал Хамфри. — Но ему нравится «Сташ».

— Велитраксистааш? — сказал Джейсон. — Кто он, дракон, сменивший облик, или что-то в этом роде?

Глаза Хамфри расширились. — Как ты...?

— Погоди, он действительно такой? — Джейсон разразился смехом, затем потянулся, чтобы почесать щенку живот. — Кто хороший маленький дракон? Ты, да, ты. Хороший мальчик.

Щенок превратился в канарейку, вылетая из колен Хамфри, чтобы устроиться на его голове, где она весело щебетала.

— Это впечатляет, — сказал Джейсон. — Я так понимаю, он все еще маленький дракон.

— Да, — сказал Хамфри. — Наши матери устроили так, чтобы он стал моим фамильяром. Или я стал его человеком, смотря как посмотреть.

— Твоя мама знает драконов, — сказал Джейсон. — Думаю, моя тоже, хотя это скорее метафора. Двоюродная бабушка Маргарет буквально не дышит огнем.

Хамфри рассмеялся. — Ты здесь, чтобы пройти оценку для Общества искателей приключений, я полагаю?

— Да, я сделал всю бумажную работу вчера, — сказал Джейсон. — Есть идеи, чего ожидать?

— Они просто проверят, чтобы убедиться, что у тебя нет никаких запрещенных способностей. Конечно, будет чиновник из Общества искателей приключений, но они там только для того, чтобы контролировать вещи. Фактическая проверка будет выполнена жрецом из церкви Знания. Не пытайся проскользнуть что-то мимо них, потому что в этом нет смысла.

— Потому что замешан бог?

— Именно. Затем будет кто-то из Магического общества, чтобы записать твои эссенции. Они будут намекать, что ты должен позволить им записать все твои индивидуальные способности, но на самом деле ты не должен. Мне сказали, что трюк в том, чтобы дать им понять, что ты знаешь, что не должен, а затем сделать это в любом случае. Попасть на хорошую сторону Магического общества — всегда хорошая идея.

— Спасибо за совет.

— Если ты пробудил какие-либо из своих расовых даров, однако, держи их при себе, — посоветовал Хамфри. — Они очень большие фанаты их в Магическом обществе, и ты можешь обменять детали в обмен на услуги в будущем.

Джейсон вспомнил, как Фарра говорила ему, что у всех людей есть спящие расовые дары, которые пробуждают уникальные силы на основе их эссенций. Он предположил, что тот же совет будет верен для его способностей из другого мира. Даже больше, если что-то.

— Хорошо знать, — сказал Джейсон. — Очень признателен, приятель.

— Надеюсь, ты не против, что я скажу, — сказал Хамфри, — но твоя манера речи немного необычна. Ты используешь способность перевода?

— Использую, — сказал Джейсон. — Я не местный; я просто прибыл в город вчера.

— Откуда ты родом, изначально? — спросил Хамфри.

— Австралия.

— Никогда не слышал о такой, — сказал Хамфри. — Лучше не говори матери, или она будет отчитывать моего репетитора по географии. Все там бреют брови?

— Я их не брил, — сказал Джейсон. — Я их потерял.

— Как можно потерять брови?

— Это была странная пара недель.

Дверь открылась, и канарейка на голове Хамфри превратилась обратно в щенка, его передние лапы свисали над его лбом. Хамфри поднял его, когда в комнату вошел мужчина. Он был одет в то, что Джейсон начал узнавать как местную деловую одежду, сильно отличающуюся от эквивалента в его собственном мире. Местная мода вся стремилась к свободным, свисающим дизайнам, которые были более практичны для жаркого климата.

— Юный мастер Геллер, — сказал мужчина Хамфри, даже не взглянув на Джейсона. — Это, конечно, формальность для вас, но формальности должны соблюдаться.

— Я просто еще один искатель приключений, — сказал Хамфри, поднимаясь на ноги. — Я ожидаю только того же обращения, которое вы оказали бы любому другому.

— Конечно, — прозрачно солгал мужчина. — Сюда, пожалуйста.

Оставшись один в комнате ожидания, Джейсон рассеянно постукивал ногами.

— Мне нужно купить одежду, — сказал он себе. Все его текущие наряды были награблены, и большинство из них плохо перенесли путешествие.

— Руфус одевается приятно, — размышлял он. — Может, он знает место.

Хамфри отсутствовал недолго, прежде чем вернуться со Сташем, все еще щенком, зажатым под одной рукой. Хамфри выглядел довольно смущенным и был на целый оттенок краснее, чем когда уходил.

— Ты в порядке?

— Жрица, — сказал Хамфри, задыхаясь. — Она была жрицей.

— Красивая? — угадал Джейсон.

— О, боги, да, — сказал Хамфри. — Уверен, я выставил себя идиотом.

— Тебе не о чем беспокоиться, — сказал Джейсон, почесывая Сташа за ухом. — У тебя есть этот маленький парень.

— Она, казалось, полюбила его.

— Конечно, полюбила.

— Я не знал, что сказать.

— Уверен, все было в порядке.

— Я даже не узнал ее имени.

— Не волнуйся, — сказал Джейсон, хлопая Хамфри по плечу. — Я узнаю ее имя; ты поболтайся в вестибюле несколько минут, и мы перекусим ранним обедом. Звучит хорошо?

— Ты бы сделал это для меня?

— Приятель, я все равно иду туда. Это не совсем не по пути.

Джейсон отправил все еще взволнованного Хамфри обратно в сторону главного вестибюля. Вскоре после этого мужчина, который приходил за Хамфри, затем вышел, чтобы забрать Джейсона.

— Мистер Асано? — спросил он.

— Все верно.

— Вы хорошо знаете юного мастера Геллера?

— Мы только что встретились здесь.

Дружелюбие исчезло с лица мужчины, как будто в него попала торпеда.

— О, — плоско сказал мужчина. — Ну, тогда пошли. У нас нет всего дня.

Мужчина зашагал прочь, не утруждая себя тем, чтобы посмотреть, следует ли Джейсон за ним.

— Вау.

Джейсон поплелся за мужчиной через небольшую прихожую, затем в другую комнату, где ждали два человека. Женщина была одета в струящиеся мантии синего и белого цветов, с вышитым на них заметным сигилом книги.

Он увидел, что так взволновало Хамфри, так как она была довольно красивой, хотя все еще с округлыми краями юности. Она была примерно возраста Хамфри, может, шестнадцати или семнадцати, и Джейсон предположил, что Хамфри придется поторопиться, иначе через пару лет у него будет небольшая армия соперников.

Джейсон не видел никаких признаков косметики в этом мире, но начал подозревать, что эссенции берут на себя эту роль. За исключением его самого и жреца крови, Дэррила, каждый пользователь эссенций, которого он видел, варьировался от умеренно красивого до глупо привлекательного.

Мужчина рядом с жрицей был лет тридцати пяти, тоже в мантии. Там, где одеяние жрицы ниспадало по ее телу с грацией и элегантностью, его выглядело как мешок, удерживаемый на месте веревочным поясом. У него была щетина — не сексуального вида — и его волосы были беспорядочной массой. Даже тогда Джейсон узнал красивую структуру костей под ними. Он выглядел как незадачливый мужчина, который получает преображение от любовного интереса во втором акте.

Третьим человеком был мужчина, который привел Джейсона. Он выглядел лет на тридцать, с общей привлекательностью парня, который сыграл роль второго плана в подростковой драме несколько лет назад, но не пробился и очень озлоблен тем, что возвращается на свою работу в кейтеринге.

— Значит, вы будете парнем из Общества искателей приключений, — сказал ему Джейсон.

У него была аура бронзового ранга, хотя и не такая сильная, как у Руфуса, Гэри и Фарры. Они все были ближе к верхнему концу бронзы, где этот ощущался больше как Аниса, которая только недавно перешла железный ранг.

— А вы, должно быть, жрица, — поприветствовал он молодую женщину. — Джейсон Асано, очень приятно познакомиться. Могу я узнать ваше имя, или мне просто называть вас «ваше преподобие» или что-то в этом роде. Последняя жрица, которую я встретил, была немного формалисткой. Ей действительно нравилось держать вещи формальными, но в основном она просто не любила меня.

Она пожала руку Джейсона со смехом. Джейсон размышлял о том, что рукопожатие распространено в разных мирах, когда это не было универсальным даже для его собственного.

— Меня зовут Габриэль Пеллин, — сказала она, — и я просто послушница, а не полноценная жрица. Можете называть меня Габриэль.

— Можно ли просто иметь послушницу? — спросил Джейсон. — Что, если я действительно хорош в том, чтобы скрывать, насколько я злой?

— Это необычно, — сказала Габриэль, — но моя госпожа направила меня специально быть здесь сегодня.

— Ваша госпожа?

— Богиня, Знание.

— Это ее настоящее имя? Знание? Полагаю, было бы странно, если бы ее звали Берил или что-то в этом роде. Особенно если бы тебя звали Берил. Это сделало бы церковную службу запутанной, хотя, я представляю, довольно лестной, а также.

Он повернулся к последнему человеку, так как остальные двое странно смотрели на него.

— Вы должны быть из Магического общества, — сказал Джейсон. — Не уверен, что они делают, пока что, но они кажутся очень важными, так что хорошо сделано. Джейсон Асано; очень приятно познакомиться, приятель.

— Э-э, я Рассел, — сказал мужчина, настороженно пожимая руку Джейсона. — Вы не знаете, что делает Магическое общество?

— Я не местный, — сказал Джейсон.

Он отметил, что жрица, Габриэль, держала то, что выглядело как хрустальный шар, в то время как у Рассела был планшет.

— Так как мы это делаем, тогда? — спросил Джейсон. — Она машет этой штукой на меня, а вы записываете то, что она видит?

— Это более или менее процесс, — сказал Рассел.

— Отлично, — сказал Джейсон. — Честное предупреждение, мои эссенции могут показаться немного зловещими, но они не были в списке запрещенных. Не когда я проверял, во всяком случае.

— Вы не знаете, что делает Магическое общество, — сказал Рассел, — но вы знаете достаточно, чтобы проверить список запрещенных?

— Это была странная пара недель, — сказал Джейсон. — Я подхватываю вещи по ходу дела.

— Можно нам, пожалуйста, начать? — нетерпеливо спросил мужчина из Общества искателей приключений.

— Да, извините, — сказала Габриэль. Она подняла хрустальный шар перед Джейсоном. Она нахмурилась на него, слегка встряхнув.

— Мисс Пеллин? — подсказал Рассел.

— Похоже, мистер Асано невосприимчив к считывателю ауры, — сказала Габриэль.

— Просто называйте меня Джейсон. Не волнуйтесь, я не злой. Я признаю непослушание, но это настолько далеко, насколько это заходит. Конечно, это то, что сказал бы злой парень, не так ли?

— Не уверена, что это то, что кто-то сказал бы, — сказала ему Габриэль. — Думаю, вы можете быть довольно необычным человеком.

— Нет, — сказал Джейсон. — Обычный как грязь, я.

— В это я верю, — сказал чиновник Общества искателей приключений.

Габриэль наклонила голову, как будто рассеянно слушая что-то.

— После того, как мы закончим здесь, — сказал Рассел Джейсону, — могу ли я убедить вас обсудить силу, которая защищает вас от считывателя ауры?

— Есть планы на обед, извините.

— Извините, — сказала Габриэль, перефокусируясь на группе. — Эссенции были тьма, кровь, грех и рок.

Остальные двое повернулись, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Что? — спросил он. — Я сказал, что я не злой, хотя это могло быть частью моей хитрой уловки. Все еще, не в списке запрещенных, да? Это не похоже на то, что я могу создавать зомби или что-то в этом роде. Типа, избитая тема, откуда я родом, зомби. То же самое с вампирами. Не так много оборотней, но их давно не делали хорошо. Вероятно, нужна эссенция луны, если бы я собирался делать оборотней, хотя. Мой друг Руфус имеет эссенцию луны, но он больше типа фехтовальщика.

— Вы не могли бы перестать говорить на пять секунд? — сказал чиновник Общества искателей приключений.

— Извините за это... как вас там, я не расслышал. Это ваша единственная работа, или вы занимаетесь кейтерингом на стороне?

— Что? Заткнись. Рассел, запиши эссенции этого идиота, чтобы мы могли выпроводить его отсюда.

— Минутку, — сказал Рассел. Он просматривал сине-белый мраморный планшет того типа, который Джейсон видел раньше. Фарра проверяла идентичный, когда они искали эссенции Джейсона.

— Вот мы здесь, — сказал Рассел. — Тьма, кровь, грех и рок. Специалист по наложениям, ограничений нет. Вы все готовы к работе, мистер Асано.

— Спасибо, приятель.

— Очень хорошо, — сказал чиновник, записывая на своем планшете. — Вы допущены к полевым испытаниям. Если вы успешно завершите полевые испытания, вам будет разрешено вступить в членство в Обществе искателей приключений, со всеми привилегиями и обязанностями, которые это влечет за собой. Полевые испытания проходят в начале каждого месяца, и вы можете записаться на административной стойке.

— Есть вопрос регистрации ваших индивидуальных способностей эссенций, — сказал Рассел.

— Я собираюсь пропустить это, извините приятель, — сказал Джейсон. — Я бы сделал, но у меня друг ждет снаружи. Приятно познакомиться Рассел, Габриэль...

Он повернулся к чиновнику.

— ...парень.

— Откуда вы знали, что меня зовут Гай? — спросил чиновник.

— Серьезно? Я на коне сегодня. Пока всем.

Джейсон вальяжно вышел из комнаты.

— Какой необычный человек, — сказал Рассел.

— Я подумала, он веселый, — сказала Габриэль.

— Я подумал, он на наркотиках, — сказал Гай.

Остальные двое посмотрели на него, затем кивнули.

— Это имело бы смысл, — сказал Рассел.

— Будет ли это проблемой для его членства? — спросила Габриэль.

— Нет, — сказал Гай. — Если бы мы запретили такие вещи, нам пришлось бы выгнать половину алхимиков.

Том 1 Глава 38.1

Район гильдии был той частью острова, где располагался кампус Общества приключений, наряду со многими другими гильдиями и обществами. Занимая северо-западную часть острова, район гильдии также содержал большую часть помещений для посетителей острова. Пребывание на острове было относительно дорогой перспективой, но с ценой пришло качество. Руфус, Фарра и Гэри сняли трехкомнатный номер в "Часах Моряка" - гостинице на самом краю острова, откуда открывался потрясающий вид на океан.

Вернувшись из поместья Геллеров, Руфус столкнулся с Фаррой возле их дома, когда она возвращалась с работы.

“И как все прошло?- Спросила Фарра.

“Достаточно хорошо,” сказал Руфус. “Теперь нам просто нужно, чтобы Джейсон наконец приехал.”

Фарра принюхалась к запаху свежей выпечки, доносящемуся из трактира.

- Вкусно пахнет, - сказала она. “Должно быть, сейчас время для ужина.”

“Думаю, так и есть, - согласился Руфус, и они вошли внутрь.

Войдя, они направились в сторону столовой. Там была дверь, ведущая прямо на кухню, откуда они услышали знакомый голос.

- Так вот, добавить поровну сахар и воду, а затем щепотку ароматизатоа, и я действительно имею в виду щепотку. Вы же не хотите, чтобы аромат сиропа пересилил торт. Как только сироп впитается, его уже не вытащить обратно. Если только Вам не удастся каким-то образом извлечь сироп с помощью магии. Мне нужно получить в свои руки книгу кулинарных магических навыков.”

Фарра хихикнула, увидев внезапное раздражение на лице Руфуса.

- Джейсон?- Крикнул ему Руфус.

- Руфус! Извините меня на минутку, дамы.

Джейсон вышел из кухни в фартуке, испачканном мукой.

- Добрый день, - приветствовал он их. - Милое местечко вы нашли. Немного эксцентричное, но я подобрал приличную монету во время наших злоключений в поместье Вейнов. Борьба с каннибалами-это прибыльно. Но я забыл ограбить эту женщину, Крессиду. Вероятно, упустил хорошую монету.”

“Я все еще получаю твою долю от разграбления поместья, - сказала Фарра. “Они стащили все действительно хорошие вещи, прежде чем сбежать, но оставили достаточно, чтобы их стоило разделить.”

- О, очень мило” - сказал Джейсон.

“Что же ты так долго ждал?- Спросил Руфус.

“Я выбрал живописный маршрут через дельту, - сказал Джейсон. “Я хорошо провела время.”

“Ходили разговоры о том, что кто-то бродит вокруг и исцеляет людей, - сказала Фарра. “Слышал об этом?”

“А как вы об этом узнали?- Спросил Джейсон.

-Мы слышали, что он делал это бесплатно, - сказала Фарра. - Церковь целителя не была счастлива. Вы видели этого парня?"

Джейсон бегло огляделся по сторонам.

“Хм... да.”

- Серьезно?- Спросил Руфус. “Это был ты?”

“Я обладаю этой очищающей силой, - сказал Джейсон.

“А что случилось с разделением, чтобы не привлекать к себе внимания?- Спросил Руфус.

“А что ты хотел от меня услышать? - Простите, мисс, но хотя мне может показаться, что исцеление от ужасной болезни вашего отца ничего мне не будет стоить, кто-нибудь может это заметить.’”

- Но ведь есть же какая-то середина между тем, чтобы ничего не делать и ходить по земле, исцеляя больных и хромых, - сказал Руфус.

“И где же мне провести черту?- Спросил Джейсон. “Должно ли это быть там, где люди недостаточно больны или недостаточно бедны?”

“Он действительно прав, - сказала Фарра. “Кто смотрит на бедных и больных и говорит им, что они недостаточно бедны и больны?”

-Церковь целителя, судя по тому, что я слышал, - мрачно ответил Джейсон.

“Я уже видела такое раньше, - сказала Фарра. - Целитель любит давать своим поклонникам свободу делать правильный выбор самостоятельно. Однако церковь целителя действительно важна в таких изолированных областях, как эта, и не один церковный лидер, как известно, немного помешался на власти.”

- Но ведь Бог существует, верно?- Спросил Джейсон. “А разве он не вмешивается?”

“Я слышал, что он так и делает, если заходят слишком далеко, - сказал Руфус. “Вы всегда слышите истории о церквях, которые сбиваются с пути. Я никогда не видел, чтобы это достигло той стадии, когда вмешивается их Бог.”

“Да, - ответила Фарра. - Руфус - большой городской парень, но обычно это происходит в таких местах, как это, где их меньше держат в узде.”

“А ты хотя бы сходил в "общество приключений", прежде чем идти на кухню?- Спросил Руфус у Джейсона.

- Да, я занимался бумажной работой, - сказал Джейсон. - Завтра у меня будет какое-то оценивание.”

“Это только для того, чтобы очистить тебя от таких вещей, как ограниченные эссенции, - сказала Фарра.

“Как только это будет сделано, тебе нужно будет пройти полевую оценку, - сказал Руфус, - что они делают в начале каждого месяца. Следующий - через девять дней, но ты можешь взять свой в следующем месяце.”

“А что плохого в этом месяце?- Спросил Джейсон.

“Ты не будешь готов в этом месяце, - сказал Руфус. - Обучение тебя до приемлемого уровня к концу следующего месяца будет достаточно поспешным. Через девять дней ты и близко не подойдешь к тому, чтобы пройти мимо.”

“Ты не знаешь наверняка, - сказал Джейсон.

“Я сам провожу эту полевую оценку, - сказал Руфус. - Так что я могу говорить с некоторой долей уверенности.”

“Ты это делаешь?- Сказал Джейсон. “Тогда все справедливо. То, что ты оцениваешь меня, будет не совсем этично. Конфликт интересов и все такое прочее. Ну что ж, увидимся за ужином, мне пора возвращаться к моему торту.”

Руфус и Фарра смотрели, как Джейсон уходит на кухню.

“Он думает, что потерпит неудачу из-за этики?- Спросила Фарра.

“Он поймет это, как только начнется тренировка, - сказал Руфус.

* * *

Район гильдии отличался от района Северной пристани, в котором Джейсон впервые появился на острове. Вместо больших частных резиденций он был занят различными организациями, а меньшие постоянные резиденции служили людям, которые работали на них. Кроме того, здесь было большое количество витрин, которые, казалось, были продолжением различных обществ и ассоциаций, расположенных вокруг них.

Два раскинувшихся кампуса доминировали в районе гильдии. Одним из них было общество приключений, а другим-организация под названием магическое общество. Джейсон знал, что Фарра была членом клуба, но имел лишь смутное представление о том, чем они занимались. Из того, что он мог понять, они были чем-то средним между магическим университетом и магической коммунальной компанией.

По размерам и центральной роли общество кузниц и Ассоциация алхимиков явно уступали обществам приключений и магии, но все же занимали внушительные куски недвижимости. Другие организации в округе варьировались от занимающих большие здания до сгруппированных в одном пространстве с другими группами. Некоторые из них были торговыми организациями, а другие-гильдиями искателей приключений, частными организациями искателей приключений, объединенными для различных целей.

Руфус предупреждал Джейсона, чтобы он не вступал ни в одну из местных гильдий искателей приключений. По словам Руфуса, все они были мелкими дельцами, которые требовали от своих членов больше, чем они предлагали, хотя Джейсон не был полностью убежден. Он достаточно изучил прошлое Руфуса, чтобы понять, что тот смотрит вниз с очень большой высоты.

Прибыв в административное здание Общества приключений, Джейсон был препровожден в приемную. Там был еще один пассажир, молодой человек, по прикидкам Джейсона, лет двадцати пяти-двадцати пяти. У него была обычная оливковая кожа и темные волосы местного населения, по крайней мере, человеческой его части. Молодой человек был красив, высок и широкоплеч. Если этого было недостаточно, то на коленях у него лежал щенок, получивший царапину на животе.

- Добрый день, приятель” - сказал Джейсон, садясь рядом с ним. “Мне нравится твоя собака.”

“Его зовут Сташ, - сказал молодой человек. - А меня зовут Хамфри, Хамфри Геллер.”

- Джейсон Асано, - сказал Джейсон, пожимая протянутую руку Хамфри. - Приятно познакомиться, Хамфри. Сташ- это необычное имя.”

“Это сокращение от Велитраксистааш, - сказал Хамфри. “Но ему нравится ‘Сташ".”

- Велитраксистааш?- Сказал Джейсон. “Он что, дракон с измененной формой или что-то в этом роде?”

Глаза Хамфри широко раскрылись.

“Как же ты...?”

- Погоди, он действительно такой?”

Джейсон расхохотался и потянулся, чтобы почесать щенку животик.

“А кто такой хороший маленький дракон? Да, так оно и есть. Хороший мальчик.”

Щенок превратился в канарейку, слетевшую с колен Хамфри и усевшуюся ему на голову, где она весело щебетала.

- Это впечатляет, - сказал Джейсон. “Я так понимаю, что он все еще маленький дракон.”

“Да” - ответил Хамфри. - Наши матери устроили так, что он стал моим фамильяром. Или я становлюсь его личностью, в зависимости от того, как ты на это смотришь.”

“Твоя мама знает драконов, - сказал Джейсон. “Думаю, и моя тоже, хотя это скорее метафора. Двоюродная бабушка Маргарет в буквальном смысле слова дышит огнем.”

Хамфри рассмеялся:

“Я так понимаю, ты здесь для того, чтобы пройти аттестацию в обществе приключений?- спросил он.

- Да, вчера я сделал всю бумажную работу, - сказал Джейсон. -Есть идеи, чего ожидать?"

-Они просто проверят, чтобы убедиться, что у тебя нет никаких ограниченных способностей. Там, конечно, будет чиновник из общества приключений, но они там только для того, чтобы наблюдать за происходящим. Собственно проверку будет проводить священник из церкви знания. Не пытайся проскользнуть мимо них, потому что в этом нет никакого смысла."

- Потому что в этом замешан Бог?”

"Именно. Тогда найдется кто-нибудь из магического общества, чтобы записать твои эссенции. Они предполагают, что ты должен позволить им записать все твои индивидуальные способности, но ты можешь этого и не делать. Мне говорили, что хитрость заключается в том, чтобы сказать им известные способности, и делать вид что ты не знаешь о каких-то других способностях, которые, возможно, у тебя есть. Попасть на хорошую сторону магического общества-это всегда хорошая идея."

- Спасибо за совет.”

“Если ты пробудил в себе хоть что-то из своих расовых дарований, держи это при себе, - посоветовал Хамфри. “В магическом обществе они очень популярны,и ты можешь обменять детали на услуги в будущем.”

Джейсон вспомнил, как Фарра говорила ему, что у всех людей есть дремлющие расовые способности, которые пробуждают уникальные силы, основанные на их эссенции. Он полагал, что тот же самый совет будет справедлив и для его внешних способностей. И даже больше, если уж на то пошло.

Том 1 Глава 38.2

- Рад это слышать” - сказал Джейсон. - Весьма признателен, приятель.”

“Надеюсь, ты не против, - сказал Хамфри, - но твоя манера говорить несколько необычна. Ты используешь силу перевода?”

“Да, - ответил Джейсон. “Я не местный, я только вчера приехал в город.”

“А откуда ты родом, собственно говоря?- Спросил Хамфри.

“Австралия.”

“Никогда об этом месте не слышал” - сказал Хамфри. - Лучше ничего не говорить маме, а то она начнет приставать к моему учителю географии. Неужели там все бреют брови?”

“Я их не брил” - сказал Джейсон. “Я их потерял.”

“А как ты теряешь свои брови?- Спросил Хамфри.

“Это были странные две недели.- Сказал Джейсон.

Открылась дверь, и Канарейка на голове Хамфри снова превратилась в щенка, свесив передние лапы ему на лоб. Хамфри поднял его, когда в комнату вошел мужчина. Он был одет в то, что Джейсон знал как местный деловой костюм, сильно отличающийся от аналогичного в его собственном мире. Все местные моды были направлены на свободные, висячие конструкции, которые были более практичны для жаркого климата.

“Молодой мастер Геллер, - сказал мужчина Хамфри, даже не взглянув на Джейсона. “Это, конечно, формальность для вас, но формальности должны быть соблюдены.”

“Я просто еще один искатель приключений, - сказал Хамфри, поднимаясь на ноги. “Я ожидаю только такого же обращения, какое вы могли бы оказать любому человеку.”

“Конечно, - откровенно солгал мужчина. “Пройдите за мной, пожалуйста.”

Оставшись один в приемной, Джейсон рассеянно постукивал ногами.

“Мне нужно купить какую-нибудь одежду, - сказал он себе. Все его теперешние наряды были разграблены, и большинство из них путешествовало не очень хорошо.

- Руфус прекрасно одевается” - задумчиво произнес он. - Может быть, он знает одно место.”

Вскоре Хамфри вернулся со Стэшем, все еще щенком, зажатым под мышкой. Хамфри выглядел несколько смущенным и покраснел еще больше, чем когда уходил.

“Ты в порядке?- Спросил Джейсон.

- Жрец, - задыхаясь, произнес Хамфри. “Оказалось был жрицей.”

- Хорошенькой?- Догадался Джейсон.

- О боги, да” - сказал Хамфри. “Я уверена, что выставила себя полным идиотом.”

“Тебе не о чем беспокоиться, - сказал Джейсон, почесывая Стэша за ухом. “У тебя есть этот маленький парень.”

“Похоже, он ей действительно понравился.”

“Конечно же.”

- Я не знал, что сказать.”

“Я уверен, что все было в порядке.”

“Я даже не знаю, как ее зовут.”

“Не волнуйся, - сказал Джейсон, хлопнув Хамфри по плечу. “Я узнаю ее имя, а ты побудешь в вестибюле несколько минут,и мы поедим пораньше. Звучит неплохо?”

“Ты сделаешь это для меня?”

- Приятель, я все равно туда пойду. Так что мне по пути.”

Джейсон отослал все еще взволнованного Хамфри обратно в главный вестибюль. Вскоре после этого человек, который пришел за Хамфри, вышел, чтобы забрать Джейсона.

- Мистер Асано?- спросил он, расплываясь в улыбке.

“Совершенно верно.”

“Вы хорошо знаете молодого мастера Геллера?”

“Мы только что встретились здесь.”

Дружелюбие исчезло с лица мужчины, как будто в него попала торпеда.

- О,” решительно сказал мужчина. “Ну, тогда пошли. У нас ведь не весь день впереди.”

Мужчина зашагал прочь, даже не потрудившись посмотреть, идет ли за ним Джейсон.

“Вау.”

Джейсон проследовал за ним через небольшую прихожую, а затем в другую комнату, где его уже ждали двое мужчин. Женщина была одета в развевающиеся бело-голубые одежды, на которых виднелся символ книги.

Он понял, что так встревожило Хамфри, поскольку она была довольно хорошенькой, хотя все еще с немного детскими округлыми чертами. Она была примерно того же возраста, что и Хамфри, может быть, шестнадцати или семнадцати лет, и Джейсон предположил, что Хамфри придется действовать быстро, иначе через пару лет у него будет небольшая армия соперников.

Джейсон не видел никаких признаков косметики в этом мире, но он начинал подозревать, что эссенции занимают эту роль. За исключением его самого и жреца крови, Дэррила, каждый пользователь эссенции, которого он видел, колебался от умеренно красивого до глупо привлекательного.

Мужчина рядом со жрицей был лет тридцати пяти, тоже в халате. Там, где одежда жрицы облегала ее тело с изяществом и элегантностью, его одежда выглядела как мешок, удерживаемый веревочным поясом. У него была щетина, не очень сексуальная, и волосы были в беспорядке. Даже тогда Джейсон увидел красивую костную структуру под ним. Он был похож на несчастного человека, который переживает любовную утрату во втором акте.

Третьим человеком был человек, который привел Джейсона сюда. На вид ему было около тридцати, с типичной привлекательностью парня, который несколько лет назад играл второстепенную роль в подростковой драме, но не вырвался и очень огорчен возвращением на свою работу в ресторанном бизнесе.

“Значит, ты будешь членом Общества приключений, - сказал ему Джейсон. У него была аура бронзового ранкера, хотя и не такая сильная, как у Руфуса, Гэри и Фарры. Все они были почти на самом верху бронзы, где он чувствовал себя больше похожим на Анису, которая только недавно прошла железный ряд.

-А вы, должно быть, жрица, - поприветствовал он молодую женщину. - Джейсон Асано, рад с вами познакомиться. Позвольте мне узнать ваше имя, или я просто буду называть вас "Ваша Милость", или что-то в этом роде. Последняя жрица, которую я встретила, была немного фанатична. Ей действительно нравилось держать все формально, но в основном она просто не любила меня."

Она со смехом пожала Джейсону руку. Джейсон задумался над тем, что рукопожатие было обычным во всех мирах, когда оно даже не было универсальным для его собственного.

“Меня зовут Габриэль Пеллин, - представилась она, - и я всего лишь послушница, а не полноправная жрица. Можешь звать меня просто Габриэль.”

“А разве это нормально- просто иметь послушника?- Спросил Джейсон. “А что, если я действительно хорошо умею скрывать свое зло?”

“Это необычно, - сказала Габриэль, - но моя Госпожа специально велела мне быть здесь сегодня.”

“Ваша Дама?”

- Богиня, Знание.”

“Это ее настоящее имя? Знание? Наверное, было бы странно, если бы ее звали Берил или что-то в этом роде. Особенно если тебя зовут Берил. Это сделало бы церковную службу запутанной, хотя, я думаю, довольно лестной.”

Он повернулся к последнему человеку, а остальные трое как-то странно посмотрели на него.

“Вы, должно быть, из магического общества, - сказал Джейсон. “Я еще не знаю, что они делают, но они кажутся очень важными, так хорошо сделанными. Джейсон Асано, приятно познакомиться, приятель.”

“Э-э, я Рассел, - сказал мужчина, осторожно пожимая Джейсону руку. “Ты не знаешь, чем занимается магическое общество?”

“Я не местный, - сказал Джейсон.

Он заметил, что жрица, Габриэль, держала в руках что-то похожее на хрустальный шар, в то время как Рассел держал планшет.

“Так как же мы это сделаем?- Спросил Джейсон. “Она машет мне этой штукой, а ты записываешь, что она видит?”

“Это более-менее правильный процесс, - сказал Рассел.

- Отлично” - сказал Джейсон. - Честно предупреждаю, мои эссенции могут показаться немного зловещими, но они не были в ограниченном списке. Во всяком случае, когда я проверял.”

“Вы не знаете, чем занимается магическое общество” - сказал Рассел, - но знаете достаточно, чтобы проверить запретный список?”

“Это были странные две недели, - сказал Джейсон. “Я собираю вещи по дороге.”

“Может быть, мы все-таки начнем?" - нетерпеливо спросил человек из общества приключений.

- Да, извини - сказала Габриэль. Она подняла хрустальный шар перед Джейсоном. Она нахмурилась и слегка встряхнула его.

- Мисс Пеллин?- Подсказал Рассел.

-Похоже, что мистер Асано не способен читать ауру, - сказала Габриэль.

- Зовите меня просто Джейсон. Не волнуйтесь, я не злой. Я могу быть очень непослушным, но это все, что я могу сделать. Конечно, именно так и сказал бы злой парень, не так ли?”

“Я не уверена, что кто-то так сказал бы, - сказала ему Габриэль. “Я думаю, что вы довольно необычный человек.”

- Нет - ответил Джейсон. - Я обыкновенный,как грязь под ногами.”

“Я в это верю, - сказал представитель Общества приключений.

Габриэль склонила голову набок, словно рассеянно прислушиваясь к чему-то.

“Когда мы закончим здесь, - обратился Рассел к Джейсону, - Могу ли я убедить вас обсудить силу, которая защищает Вас от считывателя ауры?”

- У меня есть планы на обед, извини.

- Извините, - сказала Габриэль, снова сосредоточившись на группе. - Эти эссенции были тьмой, кровью, грехом и гибелью.”

Двое других повернулись и посмотрели на Джейсона.

- Ну и что же?- спросил он. “Я сказал, что я не злой, хотя это может быть частью моей хитрой уловки. Но все же не в запретном списке, да? Я же не могу делать зомби или что-то в этом роде. Там, откуда я родом, зомби вроде как разыгрываются. То же самое и с вампирами. Не так много оборотней, но они уже давно не очень хорошо справляются. Хотя, возможно, мне понадобится лунная эссенция, если я собираюсь делать оборотней. У моего друга Руфуса есть лунная эссенция, но он больше похож на фехтовальщика.”

“Не могли бы вы замолчать на пять секунд", - сказал представитель Общества приключений.

- Извини за это... как бы тебя ни звали, я не расслышал. Это ваша единственная работа, или вы занимаетесь кейтерингом на стороне?”

-Что? Заткнись. Рассел, запиши эссенции этого идиота, чтобы мы могли вытащить его отсюда.”

“Одну минуту, - сказал Рассел. Он смотрел поверх бело-голубой мраморной таблички, которую Джейсон уже видел раньше. Фарра проверила точно такой же, когда они искали эссенции Джейсона.

-Вот и нашел, - сказал Рассел. - Тьма, кровь, грех и гибель. Специалист по недугам, никаких ограничений. Вы можете идти, Мистер Асано."

- Спасибо, приятель.”

“Очень хорошо” - сказал чиновник, записывая что-то в свой блокнот. “Вы свободны для полевых испытаний. Если вы успешно пройдете полевые испытания, вам будет разрешено вступить в Общество приключений со всеми вытекающими отсюда привилегиями и обязанностями. Полевые испытания проводятся в начале каждого месяца, и вы можете зарегистрироваться на стойке администратора.”

“Так же есть возможность регистрации ваших индивидуальных способностей эссенций, - сказал Рассел.

- Извини, приятель, но я все равно не могу, - сказал Джейсон. “Я бы так и сделал, но у меня есть друг, который ждет снаружи. Приятно познакомиться, Рассел, Габриэль…”

- Он повернулся к чиновнику.

“…чувак.”

“Откуда ты знаешь, что меня зовут Чу Вак?- опешил чиновник.

- Серьезно? Сегодня я в ударе. Ладно, всем пока.”

Джейсон неторопливо вышел из комнаты.

“Какой необычный человек” - сказал Рассел.

“Мне показалось, он веселый", - сказала Габриэль.

“Мне показалось, что он под кайфом, - сказал Вак. Двое других посмотрели на него и кивнули.

“Вполне может быть, - сказал Рассел.

“А это не будет проблемой для его членства?- Спросила Габриэль.

- Нет” - ответил Вак.- “Если бы мы запретили подобные вещи, нам пришлось бы выгнать половину алхимиков.”

Тренировка

Тренировка

— Как ты, надеюсь, помнишь, — сказал Руфус, — есть три элемента улучшения твоих способностей.

— Я почти уверен, что средним шагом было съесть вкусный сэндвич, — сказал Джейсон.

— Можешь ты отнестись к этому хотя бы немного серьезно? — спросил Руфус.

— Я собираюсь изучить магическое кунг-фу, так что... вероятно, нет.

Джейсон снял номер люкс на том же этаже, что и остальные, прямо через коридор. Он был меньше, или, точнее, менее большим. Находясь на другой стороне здания, он не имел такого же вида на океан, и он проводил много времени в их люксе. Они пили холодный чай на балконе, глядя на океан.

— Нет ничего плохого в том, чтобы повеселиться по пути, — сказал Гэри. — Пока работа сделана, зачем быть таким серьезным во всем?

— Он говорит это, попивая холодный чай на балконе, — сказала Фарра. — Он превращается в надсмотрщика, как только начинается тренировка.

— Даже я думаю, что это немного чересчур, — сказал Руфус.

— Нет, не думаешь, — сказал Гэри.

— Нет, — сказал Руфус со злобной ухмылкой. — Не думаю.

— Что такое кунг-фу? — спросила Фарра. — Не думаю, что твоя способность перевела это.

— Это значит навык, развитый через дисциплину и тяжелую работу, — сказал Джейсон. — Что угодно может быть кунг-фу, если ты усерден в этом.

— На самом деле, — сказал Руфус, — это хорошее отношение.

— Видишь? — сказал Гэри. — Ты сейчас не в Академии Очень Серьезных, Руфус. Тяжелую работу легче пережить, если найдешь способ наслаждаться ею.

— Гэри может веселиться, — сказала Фарра, — но ты, вероятно, нет. Не увлекайся, Гэри.

— Когда я когда-либо увлекался? — спросил Гэри.

— Помнишь Анджелину? — спросил Руфус.

— Вы когда-нибудь оставите это в покое? — сказал Гэри. — Откуда я должен был знать, что она злая?

— В первый раз, когда мы встретили ее, она пыталась продать нам яд, — сказала Фарра. — Мы были в церкви. И не в одной из плохих.

— Думаю, нам следует сосредоточить внимание на текущей задаче, — сказал Руфус. — Завтра мы сделаем все вместе, просто на первый день. После этого мы разделимся. Ты не сможешь поспевать за нами, когда мы будем выкладываться. Гэри будет отвечать за твою базовую физическую подготовку, я буду работать над твоими боевыми навыками, а Фарра поможет тебе с ментальной тренировкой и медитацией.

— Нам пришлось выйти, чтобы ты мог купить больше одежды сегодня, — сказал Гэри, — но обычно мы будем начинать ярко и рано. Первую неделю я просто собираюсь гонять тебя, пока ты не сможешь больше бегать.

— Я думал, это будет что-то вроде этого, — сказал Джейсон. — Я думал, мы могли бы пробежать по мосту и в Старый город.

Гэри посмотрел на Руфуса, который пожал плечами.

— Мне подходит, — сказал Гэри. — Не имеет значения, куда ты бежишь, пока ты бежишь.

* * * Все четверо бежали от своего жилья к мосту в раннем свете. Они были не единственными, кто вышел, другие также бегали по широким, хорошо вымощенным улицам Острова.

— Искатели приключений? — спросил Джейсон.

— Это хорошие, — сказал Руфус. — Как и в большинстве вещей, лучшие результаты приходят через усердное усилие.

— С другой стороны, — сказала Фарра, — если ты используешь магические ядра для продвижения, ты можешь поспать подольше.

— Не искушай его плохими привычками, — отчитал Руфус.

На Острове было очень мало движения в ранние часы, хотя некоторые торговцы пробирались с телегами и повозками. Они, как и дорогие кареты, которые видел Джейсон, приводились в движение магией, а не тянулись животными.

— Не разрешено иметь транспорт на тяге животных на острове, — объяснил Руфус. — Делает это дороже для рабочих людей, но они компенсируют это ценами. На Острове ты заплатишь в два, может, в три раза больше цены, которую ты заплатил бы за то же самое в Старом городе.

У моста им пришлось показать свои разрешения на доступ. Джейсон снял жилье в той же гостинице, что и остальные трое, что заработало ему временное разрешение на проживание на Острове. Охранник, проверяющий их разрешения, оказался знакомым лицом.

— Бертрам, верно? — сказал Джейсон.

— Можешь называть меня Берт, — сказал Бертрам. — Ты встретил моего брата в Обществе искателей приключений?

— Он помог мне с моей регистрацией искателя приключений.

Как только они перешли мост, улицы Старого города были значительно оживленнее. Четверо выделялись, пробираясь сквозь возчиков и торговцев, пока они поддерживали беговой темп.

К тому времени, как они достигли места назначения, Джейсон был измотан. Он прислонился к стене, втягивая тяжелые вдохи. Остальные смотрели вверх на вывеску над дверью.

— Клиника Брод-стрит, — прочитал Руфус вслух. — Разве Брод-стрит не должно быть в два слова?

— Одно слово, — сказал Джейсон. — Это настоящее название улицы.

— Она называется улица Брод-стрит? — спросил Гэри.

— Бульвар Брод-стрит, — сказал Джейсон. — Как я рассказываю вам это? Вы все провели в этом городе гораздо больше времени, чем я.

— Мы не проводим много времени в Старом городе, — сказала Фарра. — Остров просто лучше.

— Ты знаешь кого-то здесь? — спросил Руфус, кивая на двери клиники.

— Встретил его по пути в город, — сказал Джейсон. Восстановив дыхание немного, он споткнулся через двери, остальные последовали за ним. Внутри была приемная, переполненная людьми, и стойка регистрации с молодой женщиной, сидящей за ней. Джейсон прислонился к стойке, используя ее, чтобы оставаться в вертикальном положении.

— Сэр, если вам требуется экстренное лечение...

— Я Джейсон Асано, — выдохнул он.

— Ах, точно, — сказала женщина. — Ты в порядке?

— Буду.

Алхимик, с которым Джейсон вошел в город, Джори, появился из задней комнаты. Он вел пожилую леди, которая несла небольшую сумку.

— Теперь, принимай лекарство только перед сном, — сказал Джори.

— Так мне стоит принимать его с ужином? — спросила леди.

— Нет, ты отключишься за столом. Прямо перед сном. Серьезно, прямо перед тем, как заберешься в постель.

— Так, когда я сяду за свое вечернее вино...

— Нет, прямо перед сном.

— Было бы легче, если бы я принимала его днем? — спросила она.

— Я просто заберу это, на минутку, — сказал Джори, забирая маленькую сумку у леди.

Джори заметил измотанного Джейсона, одарив его странным взглядом, когда он проходил мимо, ведя женщину к мужчине средних лет, тихо ожидающему на одном из мест. Джейсон не мог слышать, как они говорят, хотя он слышал, как мужчина сказал что-то об ужине, когда рука Джори, жестко удерживаемая сбоку, сжалась в кулак. Вскоре после этого пара была в пути, и Джори подошел к Джейсону.

— Значит, ты пришел, — сказал Джори.

— Да, — сказал Джейсон. — Это мои друзья, кстати. Гэри, Фарра, Руфус. Знакомьтесь, Джори.

— Это медицинская клиника? — спросил Гэри. — Только алхимия?

— Пока что, — сказал Джори. — Я встретил Джейсона на днях, и он предложил помочь.

Джори провел Джейсона в заднюю комнату, затем начал приводить пациентов, одного за другим. Для каждого из них Джейсон пропел свое заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

Заклинание (восстановление, очищение)

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Железо 1 (19%)

Эффект (железо): Очистить все проклятия, болезни, яды, святые поражения и нечестивые поражения с одного союзника или врага. Восстановить выносливость и ману за каждое очищенное поражение. Эта способность обходит любое сопротивление или иммунитет к эффектам очищения. Эта способность не может быть использована на себе.

Джейсон использовал свою силу пира отпущения, чтобы удалить их болезни, наряду с несколькими другими токсинами, такими как алкоголь, которые зарегистрировались для его способности как яд.

— Это хорошая способность очищения, — заметил Гэри между пациентами. — Хороший способ попрактиковаться в ней, тоже. Она действительно возвращает выносливость?

— И ману тоже, — сказал Джейсон. — Не могу использовать ее на себе, правда.

— Я знал, что должно быть довольно грубое ограничение, с такой хорошей силой, — сказал Гэри.

— Я удивлен, что люди не более осторожны, с таким заклинанием, как это, — сказал Руфус.

— Этим людям все равно, что ты поешь, — сказал Джори. — Если есть бесплатное исцеление, они будут подбадривать тебя, когда ты восхваляешь бога горя.

С каждым пациентом мана и выносливость Джейсона восполнялись, пока он не вернулся к полной силе.

— Ты в порядке? — спросил Гэри. — Ты выглядишь намного лучше, но немного подавленным.

— Это просто... — Джейсон вздохнул. — В моем мире нет магии. У нас нет способа избавиться от некоторых болезней, которые я только что небрежно забрал у людей сегодня. Я вылечил дюжину людей от рака. Ты знаешь, что рак делает с человеком?

— Э-э, нет, — сказал Гэри.

— Именно. Я думаю о том, что я мог бы сделать, если бы забрал эту силу домой с собой.

— Ты доберешься туда, — сказал Гэри. — Может, это займет время, но ты доберешься.

— Ты думаешь? — спросил Джейсон.

— Когда у тебя будет время, сходи в храмовый район, — сказал Гэри. — Может, богиня Знание поможет тебе. Она, вероятно, не скажет прямо, как вернуться домой, но она может направить тебя на правильный путь.

— Правда?

— Вероятно, — сказал Гэри. — Она заставляет тебя работать ради этого, но направление людей к знанию — это своего рода ее главная цель существования.

— Но не сегодня, — сказал Руфус. — Сегодня для тренировки. Ты готов вернуться к бегу, верно?

— Если мы закончили здесь, — сказал Джейсон.

— Закончили, — сказал Джори. — У нас закончились больные люди. Завтра будет больше, как только пойдет слух, что ты делаешь это бесплатно.

— Не проблема, — сказал Гэри. — Я буду таскать его каждое утро.

* * * Руфус и измотанный Джейсон стояли на тренировочном поле кампуса Общества искателей приключений. По крайней мере, Руфус стоял, а Джейсон растянулся на траве. Фарра была неподалеку, прислонившись к дереву, пока читала книгу. Вокруг были другие люди, спаррингующие или практикующие формы боевых искусств. Гэри ушел и спарринговал против пары местных.

— Не думаю, что здесь есть куча больных людей? — спросил Джейсон, слишком уставший, чтобы стоять.

— Боюсь, нет, — сказал Руфус.

— Стоит ли мне съесть монету духа? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Руфус, — восполнение себя хорошо, когда тебе нужно продолжать выкладываться, но тебе также нужно позволить своему телу восстановиться естественным образом. Твой атрибут восстановления нуждается в тренировке, так же как твоя скорость, сила и дух.

— Я не чувствую, что готов изучать боевые искусства прямо сейчас, — сказал Джейсон.

— Ты не готов, — сказал Руфус. — Фактическую технику ты можешь подобрать из книги навыков.

— Могу? — спросил Джейсон, поднимая голову. — Отлично. Давай сделаем это.

— Еще нет. В академии моей семьи...

— Выпивка, — сказал Джейсон.

— Что?

— Я придумал игру с выпивкой, — сказал Джейсон. — Каждый раз, когда ты говоришь «в академии моей семьи», каждый должен сделать глоток.

Фарра разразилась смехом.

— Это то «веселье», о котором ты говорил? — спросил Руфус, неодобрение морщило его лоб.

— Извини, — сказал Джейсон, поднимаясь на ноги. Он опустился на полуприсед, руки на коленях. — Думаю, меня сейчас стошнит.

— Хорошо, — сказал Руфус. — Это значит, что ты выкладывался достаточно сильно. В академии моей семьи...

Руфус посмотрел на Фарру, которая невинно смотрела вдаль.

— ...мы совершенствовали методы боевой подготовки веками, включая тренировки с книгами навыков.

— Разве весь смысл книг навыков не в том, чтобы просто использовать их, и ты хорош?

— Это не так просто, — сказал Руфус. — Для практики, основанной на знаниях, это более или менее верно.

— Нет, это не так, — вставила Фарра. — Знание — это не то же самое, что понимание. Ты использовал книгу навыков ритуальной магии, но знание практических применений — это не то же самое, что постижение теории.

— Есть похожая проблема с физическими навыками, — сказал Руфус, — но даже более преувеличенная. Разум может знать, что делать, но тело все равно должно учиться. Сначала я научу тебя быть восприимчивым к навыкам, которые ты изучишь. Как стоять, как двигаться.

— Твердому дому нужен твердый фундамент, — сказал Джейсон.

— Именно, — радостно сказал Руфус. — Я рад, что ты понимаешь. Изучение боя через книги навыков в конечном итоге быстрее, чем обучение с нуля, потому что ты экономишь себе годы повторений, чтобы впитать навыки. Однако есть опасность не полностью понять техники. Подготовившись хорошо перед использованием книги навыков, затем закрепив хорошо после, ты избегаешь развития недостатков в своем наборе навыков.

— Плюс, я представляю, что есть довольно большой разрыв между изучением техники и обучением бою, — сказал Джейсон.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — сказал Руфус. — Это первое, что мы должны выбить из пользователей книг навыков в академии моей семьи.

Руфус сжал губы, услышав фырканье подавленного смеха. Бросив взгляд на Фарру, он издал усталый вздох.

— Стой прямо, — сказал он Джейсону. — Мы начинаем с работы ног.

* * * Джейсон присоединился к Фарре, прислонившись к дереву. Гэри все еще спарринговал против всех желающих, в настоящее время идя один против трех. Руфус сел медитировать.

— Ты хорошо справился с тренировкой Руфуса, — сказала Фарра Джейсону. — Я была поражена, что ты не жаловался, когда он просто заставлял тебя делать смешные шаги все время.

— Я не уверен, как моя способность перевода справится с термином «фильмы кунг-фу», но у нас в моем мире есть эти истории. Об обучении бою. Ты всегда начинаешь с того, что кажется странным и бессмысленным, но в конечном итоге оказывается самым важным из основ. Обычно там есть жизненный урок, также.

— Руфус возненавидит учить тебя. Ты совсем не похож на студентов его академии.

— Его школа действительно такая большая сделка?

— Действительно, — сказала Фарра. — Короли и королевы учились там. Некоторые из лучших искателей приключений в мире, тоже.

— Ты и Гэри тренировались там?

Фарра рассмеялась.

— Определенно нет. Наше происхождение немного слишком скромное для этого. Мы все встретились на работе.

— Верно, — сказал Джейсон. — Зомби.

— Мы хорошо работали вместе, и я думаю, дед Руфуса тихо подталкивал вещи. Руфус оказывает больше давления на себя, чем кто-либо другой, и я думаю, его дед надеялся, что мы облегчим его.

— Как это идет? — спросил Джейсон.

— Ты должен был видеть Руфуса, когда мы впервые встретились, — сказала она. — Он был как струна, постоянно натянутая. Это было лишь вопрос времени, когда он сломается.

Она огляделась с улыбкой. — Приезд сюда был хорош для него. Уход от всего.

— Он винит себя в том, что вас захватили, правда.

— Ошибки неизбежны, — сказала Фарра, — но хорошо, что они случились так далеко от дома. Ему не нужно чувствовать, что люди смотрят через его плечо, когда он их совершает.

Фарра была одета в свободную, драпированную одежду в местном стиле, включая длинный халат-пальто, который делал ее немного похожей на джедая. Она залезла в него и вытащила камень пробуждения, который небрежно бросила Джейсону. Он был как темное стекло, сияющее слабым сиянием лунного света. Он был прохладным в его руке.

Предмет: [Камень пробуждения знамений] (без ранга, эпический)

*Камень пробуждения, содержащий силу судьбы *(расходуемый, камень пробуждения).

* Требования: Непробужденная способность эссенции. * Эффект: Пробуждает способность эссенции.

* У вас 9 непробужденных способностей эссенций. * Вы можете поглотить [Камень пробуждения знамений]. Поглотить Д/Н?

— Для чего это? — спросил Джейсон.

— Мы не забыли, что ты спас нас в той ритуальной камере, — сказала Фарра. — Мы каждый приготовили тебе подарок, что-то, чтобы помочь тебе начать свою жизнь искателя приключений.

— Вы спасли меня тоже. Даже если бы я выбрался, я бы вероятно умер в той пустыне.

— Может быть, но спасение нас потребовало мужества и героизма. Спасение тебя просто потребовало базового чувства направления. Используй камень; его было нелегко найти.

— Камни высокой редкости обычно более специализированные, верно?

— Верно.

— Этот эпический. Что вы ожидаете, что я получу?

— С удачей, способность ауры, хотя, может, и нет. Это был самый редкий камень, который я могла достать, известный способностями ауры. Каждый хороший искатель приключений должен иметь способность восприятия и способность ауры, а способность восприятия у тебя уже есть. Как только у тебя будет способность ауры, ты сможешь научиться контролировать свою ауру.

— И это важно?

— Очень. Любой, кто достигает бронзового ранга и не может управлять своей аурой, — второсортный искатель приключений, а ты не можешь сделать это без способности ауры.

— Ну, мы не можем этого допустить, — сказал Джейсон. Камень погрузился в его руку.

Вы пробудили способность эссенции греха [Гегемония]. Вы пробудили 4 из 5 способностей эссенции греха.

Том 1 Глава 39.1

“Как ты, надеюсь, помнишь, - сказал Руфус, - есть три элемента для улучшения твоих способностей.”

“Я почти уверен, что промежуточный шаг состоится в том, чтобы съесть вкусный бутерброд, - сказал Джейсон.

“Не мог бы ты отнестись к этому хотя бы немного серьезно?- Спросил Руфус.

“Я собираюсь изучать магическое кунг-фу, так что ... скорее всего, нет.”

Джейсон снял номер люкс на том же этаже, что и остальные, прямо напротив холла. Он был меньше или, точнее, не так велик. Находясь на другой стороне здания, он не имел такого же вида на океан, и он проводил большую часть своего времени в их номере. Они пили чай со льдом на балконе, откуда открывался вид на океан.

“Нет ничего плохого в том, чтобы немного развлечься по дороге, - сказал Гэри. “Пока работа не закончена, зачем так серьезно относиться ко всему?”

“Он говорит так, попивая чай со льдом на балконе, - сказала Фарра. “Он превращается в погонщика рабов, как только начинается обучение.”

“Даже я думаю, что это немного чересчур, - сказал Руфус.

“Нет, не думаешь, - сказал Гэри.

- Я” - ответил Руфус со злобной усмешкой. “Думаю.”

“А что такое кунг-фу?- Спросила Фарра. “Я не думаю, что твои способности перевели это.”

“Это означает умение, развитое дисциплиной и упорным трудом, - сказал Джейсон. - Все что угодно может быть кунг-фу, если вы будете усердны в этом."

- Вообще-то, - сказал Руфус, - это хорошее отношение.”

- Вот видишь!- Сказал Гэри. “Ты сейчас не в очень серьезной Академии, Руфус. Тяжелую работу легче пройти, если вы найдете способ наслаждаться ею.”

- Гэри, может быть, и повеселится, - сказала Фарра, - но ты - навряд ли. И, Гэри, не увлекайся сильно. ”

“Да когда я вообще увлекаюсь?- Спросил Гэри.

- Помнишь Анжелину?- Спросил Руфус.

“А ты когда-нибудь забудешь об этом?- Сказал Гэри. “Откуда мне было знать, что она злая?”

“Когда мы встретились с ней в первый раз, она пыталась продать нам яд, - сказала Фарра. - Мы были в церкви. И не в одной из самых плохих.”

-Я думаю, нам следует сосредоточиться на текущей задаче, - сказал Руфус. - Завтра мы все сделаем вместе, только на первый день. После этого. Мы разделимся. Ты не сможешь угнаться за нами, когда мы будем давить на себя. Гэри будет отвечать за твою базовую физическую подготовку, я буду работать над боевыми навыками, а Фарра поможет с умственными тренировками и медитацией."

“Мы должны были выйти, чтобы ты мог купить сегодня больше одежды, - сказал Гэри, - но обычно мы начинаем с утра пораньше. В первую неделю я просто буду бегать за тобой, пока ты не перестанешь бежать."

“Я так и думал, что это будет что-то вроде этого, - сказал Джейсон. “Я подумал, что мы могли бы перебежать через мост и попасть в Старый город.”

Гэри посмотрел на Руфуса, и тот пожал плечами.

“Это мне подходит, - сказал Гэри. “На самом деле не имеет значения, куда ты бежишь, главное, чтобы ты бежал.”

* * *

Все четверо выбежали из своего жилища на мостик в предрассветных сумерках. Они были не единственными, кто вышел на улицу, а остальные тоже бежали по широким, хорошо вымощенным улицам острова.

- Искатели приключений?- Спросил Джейсон.

“Это самые хорошие, - сказал Руфус. - Как и в большинстве других случаев, наилучшие результаты достигаются прилежными усилиями.”

“С другой стороны, - сказала Фарра, - если вы используете магические ядра для продвижения вперед, вы можете просто спать вместо тренировок.”

“Не соблазняй его дурными привычками, - проворчал Руфус.

В ранние часы на острове почти не было движения, хотя некоторые торговцы проезжали мимо с повозками и повозками. Они, как и дорогие экипажи, которые видел Джейсон, двигались скорее с помощью магии, чем с помощью животных.

“На Острове запрещено иметь вожжевой транспорт, - объяснил Руфус. "Это делает его более дорогим для работающих людей, но они компенсируют его в ценах. На острове вы заплатите вдвое, а то и втрое больше, чем заплатили бы за то же самое в Старом городе.”

На мосту они должны были предъявить свои разрешения на въезд. Джейсон поселился в той же гостинице, что и остальные трое, и это дало ему временный вид на жительство на острове. Охранник, проверявший их пропуска, оказался знакомым лицом.

- Бертрам, верно?- Сказал Джейсон.

“Можешь звать меня Берт, - сказал Бертрам. “Вы встречались с моим братом в обществе приключений?”

- Он помог мне с регистрацией искателя приключений.”

Пересекая мост, улицы Старого города были значительно оживленнее. Четверо стояли особняком, лавируя между погонщиками и торговцами, которые поддерживали быстрый темп бега.

К тому времени, как они добрались до места назначения, Джейсон был совершенно измотан. Он прислонился к стене, тяжело дыша. Остальные посмотрели на вывеску над дверью.

- Клиника Бродстрит, - прочел Руфус вслух. - А разве Брод-стрит - это не два слова?”

“Одно слово” - сказал Джейсон. “Это настоящее название улицы.”

“Это называется Бродстрит-стрит?- Спросил Гэри.

- Бродстрит-бульвар, - сказал Джейсон. “Как я могу тебе это говорить? Вы все провели в этом городе гораздо больше времени, чем я.”

“Мы не так уж много времени проводим в Старом городе, - сказала Фарра. - Остров просто красивее.”

“Ты здесь кого-то знаешь?- Спросил Руфус, кивая на двери клиники.

“Я встретил его по дороге в город, - сказал Джейсон. Немного отдышавшись, он ввалился в дверь, остальные последовали за ним. Внутри был зал ожидания, заполненный людьми, и стойка администратора, за которой сидела молодая женщина. Джейсон облокотился на стол, используя его, чтобы удержаться в вертикальном положении.

- Сэр, если вам требуется срочное лечение ... …”

“Я Джейсон Асано” - выдохнул Джейсон.

“А, понятно” - сказала женщина. “С Вами все в порядке?”

“И будет.”

Из задней комнаты вышел алхимик, с которым Джейсон вошел в город, Джори. Он вел за собой пожилую даму, которая несла небольшую сумку.

“Теперь принимайте лекарство только перед сном” - сказала Джори.

“Значит, я должна принять его вместе с ужином?- спросила дама.

“Нет, Вы упадете в обморок прямо за столом. Прямо перед сном. Серьезно, прямо перед тем, как ляжете в постель.”

- Итак, когда я сяду за свое вечернее вино…”

“Нет, прямо перед сном.”

“Может быть, будет легче, если я приму его днем?- спросила она.

“Я только возьму это на минутку, - сказал Джори, забирая у леди маленький пакетик.

Джори заметил потрепанного Джейсона, бросив на него странный взгляд, когда он проходил мимо, ведя женщину к мужчине средних лет, спокойно ожидавшему на одном из сидений. Джейсон не слышал их разговора, хотя слышал, как мужчина сказал что-то об ужине, когда рука Джори, крепко прижатая к его боку, сжалась в кулак. Вскоре после этого парочка отправилась в путь, и Джори подошла к Джейсону.

“Значит, ты все-таки появился, - сказал Джори.

- Да, - сказал Джейсон. “Кстати, это мои друзья. Гэри, Фарра, Руфус. Познакомься С Джори.”

“Это что, медицинская клиника?- Спросил Гэри. - Просто алхимия?”

“Пока нет, - ответил Джори. “На днях я встретила Джейсона, и он предложил мне свою помощь.”

Джори отвел Джейсона в заднюю комнату, а затем начала приводить туда пациентов, одного за другим. Для каждого из них Джейсон произносил свое заклинание.

- Накорми меня своими грехами.”

Способность: [праздник отпущения грехов] (грех)

Заклинание (восстановление, очищение)

Стоимость: низкая Мана.

Время перезарядки: 20 секунд.

Текущий ранг: Железо 1 (19%)

Эффект (железо): очистите все проклятия, болезни, яды, святые недуги и нечестивые недуги у одного союзника или врага. Восстанавливайте выносливость и ману для каждого очищенного недуга. Эта способность обходит все эффекты, которые препятствуют очищению. Эта способность не может быть использована на самом себе.

Джейсон использовал свой праздник отпущения грехов, чтобы удалить их болезни, а также некоторые другие токсины, такие как алкоголь, который зарегистрировался его способностью как яд.

Том 1 Глава 39.2

“Это хорошая очищающая способность, - заметил Гэри между пациентами. - Это тоже хороший способ попрактиковаться. Это действительно возвращает тебе выносливость?”

- Ману тоже,” сказал Джейсон. “Но я не могу использовать ее на себе.”

“Я знал, что там должно быть довольно грубое ограничение, с такой хорошей силой, - сказал Гэри.

“Я удивлен, что люди не стали более осторожными с таким заклинанием, - сказал Руфус.

- Этим людям все равно, что ты там произносишь, - сказал Джори. “Если там идет бесплатное исцеление, они будут поддерживать тебя, когда ты будешь славить Бога горя.”

С каждым пациентом Мана и выносливость Джейсона пополнялись, пока он не возвращался в полную силу.

“Ты в порядке?- Спросил Гэри. “Ты выглядишь намного лучше, но немного подавлен.”

“Это просто ... …”

Джейсон вздохнул.

“В моем мире нет магии. У нас нет способа избавиться от некоторых болезней, которые я просто случайно отобрал у людей сегодня. Я вылечил дюжину людей от рака. Знаете ли вы, что Рак делает с человеком?”

“Э-э, нет” - сказал Гэри.

“Именно. Я думаю о том, что я мог бы сделать, если бы взял эту силу с собой домой.”

“Ты доберешься туда, - сказал Гэри. “Может быть, это займет какое-то время, но ты доберешься туда.”

“Ты так думаешь?- Спросил Джейсон.

“Когда у тебя будет свободное время, отправляйся в район храма, - сказал Гэри. - Может быть, Богиня Знания поможет тебе. Она, вероятно, не скажет прямо, как добраться домой, но она может направить тебя на правильный путь.”

“Ты так думаешь?”

- Возможно, - сказал Гэри. “Она заставляет тебя работать для этого, но направлять людей к знанию-это вроде как ее единственная цель существования.”

“Но не сегодня, - сказал Руфус. - Сегодня у нас тренировка. Ты ведь готов вернуться к бегу, верно?”

“Если мы здесь закончим, - сказал Джейсон.

“Так и есть, - сказал Джори. - У нас кончились больные люди. Завтра их будет еще больше, как только разнесется слух, что ты делаешь это бесплатно.”

“Ничего страшного, - ответил Гэри. “Я буду таскать его за собой каждое утро.”

* * *

Руфус и измученный Джейсон стояли на тренировочном поле в кампусе общества приключений. По крайней мере, Руфус стоял, а Джейсон растянулся на траве. Фарра стояла неподалеку, прислонившись к дереву и читая книгу. Вокруг были и другие люди, спаррингующие или практикующие формы боевых искусств. Гэри куда-то ушел и теперь спорил с парой местных жителей.

“Я не думаю, что здесь есть куча больных людей?- Спросил Джейсон, слишком усталый, чтобы стоять.

- Боюсь, что нет” - ответил Руфус.

- Может, мне съесть духовную монету?- Спросил Джейсон.

- Нет, - сказал Руфус, - восполнять себя хорошо, когда тебе нужно продолжать давить, но ты также должен позволить своему телу восстановиться естественным образом. Твой атрибут восстановления нуждается в тренировке, так же как и твоя скорость, сила и дух.”

“Я не чувствую, что готов изучать боевые искусства прямо сейчас, - сказал Джейсон.

“Это не так, - сказал Руфус. - Настоящую технику ты можешь почерпнуть из книги умений.”

“А я могу?- Спросил Джейсон, поднимая голову. “Отлично. Давайте так и сделаем.”

“Не сейчас. В Академии моей семьи…”

-Выпивка , - сказал Джейсон.

- Что?”

“Я придумал игру в выпивку, - сказал Джейсон. “Каждый раз, когда ты говоришь "Академия моей семьи", все должны выпить.”

Фарра расхохоталась.

“Это и есть то самое "веселье", о котором ты говорил?- Спросил Руфус, неодобрительно наморщив лоб.

- Извини, - сказал Джейсон, поднимаясь на ноги. Он присел на корточки, положив руки на колени. “Кажется, меня сейчас вырвет.”

- Хорошо, - сказал Руфус. “Это значит, что ты и так слишком много на себя давишь. В Академии моей семьи…”

Руфус сердито посмотрел на Фарру, которая невинно смотрела куда-то вдаль.

“ ... мы веками оттачивали методы боевой подготовки, в том числе тренировались с книгами умений.”

“Разве весь смысл книг умений не в том, чтобы просто использовать их, и ты хорош?- Спросил Джейсон.

“Все не так просто” - сказал Руфус. “Для практики, основанной на знаниях, это более или менее верно.”

“Нет, это не так, - вмешалась Фарра. - Знать-это не то же самое, что понимать. Вы использовали книгу навыков ритуальной магии, но знание практических приложений-это не то же самое, что понимание теории."

“Есть такая же проблема с физическими навыками, - сказал Руфус, - но еще более преувеличенная. Ум может знать, что делать, но тело все равно должно учиться. Во-первых, я научу тебя быть восприимчивыми к навыкам, которые ты узнаешь. Как стоять, как двигаться.”

- Прочный дом нуждается в прочном фундаменте, - сказал Джейсон.

- Вот именно, - радостно подтвердил Руфус. - Я рад, что ты понимаешь. Обучение борьбе с помощью книг навыков в конечном счете быстрее, чем обучение из ничего, потому что ты экономишь себе годы повторения, чтобы укоренить навыки. Однако существует опасность того, что мы не сможем полностью понять эти техники. Подготовившись задолго до использования книги умений, а затем консолидировавшись значительно позже, ты избежишь развития недостатков в своем наборе умений."

- Кроме того, я полагаю, что существует довольно большой разрыв между изучением техники и обучением драться, - сказал Джейсон.

“Хорошо, что ты это понимаешь” - сказал Руфус. “Это первое, что мы должны выбить из пользователей книги навыков в Академии моей семьи.”

Руфус плотно сжал губы, как он услышал пшикание от смеха. Бросив свирепый взгляд на Фарру, он устало вздохнул.

“Встань прямо” - сказал он Джейсону. - Начнем с работы ногами.”

* * *

Джейсон присоединился к Фарре, прислонившись к дереву. Гэри все еще спарринговал со всеми встречными, а сейчас шел один против троих. Руфус сел и задумался.

“Ты отлично справился с обучением Руфуса, - сказала Фарра Джейсону. “Я была поражена, что ты не жалуешься, когда он просто заставлял тебя делать странные шаги все это время.”

“Я не знаю, как мои переводческие способности справятся с термином "кунг-фу фильмы", но в моем мире есть такие истории. О том, чтобы научиться драться. Вы всегда начинаете с того, что кажется странным и бессмысленным, но в конечном итоге оказывается самым важным из основных принципов. Обычно где-то там тоже есть жизненный урок.”

- Руфус будет ненавидеть учить тебя. Ты совсем не похож на студентов его академии.”

“Неужели его школа действительно такая важная?- Спросил Джейсон.

“Это действительно так, - сказала Фарра. - Там учились короли и королевы. А также некоторые из лучших авантюристов в мире.”

“Вы с Гэри там тренировались?”

Фарра рассмеялась.

- Определенно нет. Наше происхождение слишком скромно для этого. Мы все познакомились на работе.”

- Точно, - сказал Джейсон. - Зомби.”

“Мы хорошо работали вместе, и я думаю, что дед Руфуса спокойно продвигал дело вперед. Руфус давит на себя сильнее, чем кто-либо другой, и я думаю, что его дед надеялся, что мы его развеселим.”

“Ну и как тебе это удается?- Спросил Джейсон.

“Видел бы ты Руфуса, когда мы только познакомились, - сказала она. - Он был как струна, постоянно натянутая. Прошло совсем немного времени, и он уже готов был сорваться.”

Она с улыбкой огляделась вокруг.

- То, что он приехал сюда, пошло ему на пользу, - сказала она. - Заставляет забыть обо всем остальном.”

“Но он винит себя в том, что вас схватили, - сказал Джейсон.

- Ошибки неизбежны, - сказала Фарра, - но хорошо, что они случились так далеко от дома. Он не должен чувствовать, что люди смотрят через его плечо, когда он делает их."

Фарра была одета в свободную, драпированную одежду в местном стиле, включая длинное пальто, которое делало ее немного похожей на джедая. Она сунула туда руку и вытащила пробуждающий камень, который небрежно бросила Джейсону. Она была похожа на темное стекло, сияющее слабым сиянием лунного света. Она была прохладной в его руке.

Предмет: [пробуждающий камень предзнаменований] (не в ранге, эпичный)

Пробуждающий камень, содержащий силу судьбы (потребляемый, пробуждающий камень).

Требования: непробужденная способность эссенции.

Эффект: пробуждает способность эссенции.

У вас есть 9 непробужденных способностей эссенции.

Вы способны поглотить [пробуждающий камень предзнаменований]. Поглощать ДА/НЕТ?

“А это еще зачем?- Спросил Джейсон.

“Мы не забыли, что ты спас нас в той ритуальной комнате, - сказала Фарра. “Мы все сделали тебе подарок, что-то, что поможет тебе начать свою жизнь, полную приключений.”

“Вы тоже спасли меня. Даже если бы я сбежал, то, вероятно, умер бы в этой пустыне.”

- Возможно, но для того, чтобы спасти нас, потребовались мужество и героизм. Чтобы спасти тебя, потребовалось основное чувство направления. Используй камень, его было нелегко найти.”

- Очень редкие камни, как правило, более специализированы, верно?- Сказал Джейсон.

“Совершенно верно.”

- Этот эпичный. А что ты ожидаешь от меня получить?”

“Если повезет, то способность ауры, хотя, возможно, и нет. Это был самый редкий камень, который я смогла достать, он известен как раз своей силой ауры. Каждый хороший авантюрист должен обладать способностью восприятия и способностью ауры, а также силой восприятия, которая у тебя уже есть. Если у тебя есть способность ауры, ты можешь научиться контролировать свою ауру."

“И это очень важно?”

“Очень. Любой, кто попадает в бронзовый ранг и не может управлять своей аурой, является второсортным авантюристом, а ты не сможешь сделать это без способности ауры.”

“Ну, этого мы не можем допустить” - сказал Джейсон. Камень утонул в его руке.

Вы пробудили способность греховной эссенции [гегемония]. Вы пробудили 4 из 5 способностей сущности греха.

Лучи из глаз и этика приключений

Лучи из глаз и этика приключений

Узнав, что у Джори есть неиспользуемый внутренний двор за клиникой, Руфус перенес туда ежедневные тренировки. По сути, это был просто огороженный земляной дворик, но для их нужд его вполне хватало. День начинался с Гэри, который бегал вместе с Джейсоном до клиники Джори. Восполнив запас выносливости, вытягивая болезни из пациентов Джори, Джейсон был готов к дальнейшим физическим тренировкам.

Подход к физической подготовке поражал своей привычностью. Фарра оставила в дворике Джори набор штанг из своего магического сундука, накрыв их брезентом. Гэри чередовал силовые тренировки с весами и упражнения на ловкость, заставляя Джейсона выполнять всевозможные упражнения на гибкость.

Во время обучения Джейсона обычно расслабленный Гэри превращался в сурового надсмотрщика, не прощавшего даже малейшей слабины. Наблюдая за тем, как Джейсон выполняет отжимания, приседания или выпады, он читал лекции о важности тренировок.

«Когда твой атрибут скорости достигнет бронзового ранга, — говорил Гэри, — ты станешь быстрее, чем когда-либо прежде. Если ты не будешь знать, как использовать эту скорость, эту ловкость, эти рефлексы, то погибнешь от рук того, кто будет знать».

Иногда Гэри уводил Джейсона из двора клиники на улицы и в переулки Старого города. Он учил тому, что Джейсон с удивлением распознал как паркур. Лазание, бег по крышам, акробатика; несмотря на свое огромное тело, Гэри был поразительно ловок.

Джейсон выразил обеспокоенность по поводу такой стратегии, учитывая общую загруженность Старого города и отсутствие у него самого опыта. Гэри настаивал на методе обучения «на практике», указывая Джейсону на ошибки прямо в процессе. Джейсон снова высказал те же опасения после того, как упал с крыши и ему пришлось оплачивать раздавленное содержимое тележки с фруктами.

«Прошу прощения, Герберт», — сказал Джейсон, протягивая монеты.

«Я смотрю на это так, — сказал лысеющий пузатый торговец фруктами. — Я только что продал полную тележку фруктов, а еще едва рассвело. И, пожалуйста, зови меня Берт».

«Не уверен, что это работает», — сказал Джейсон Гэри.

«Ты не начинаешь сразу хорошо разбираться в сложных вещах, — ответил Гэри. — Нужно начать с плохого и постепенно совершенствоваться».

«Это я понимаю, — сказал Джейсон. — Я просто не уверен в самой методике. Может, мне стоит попробовать где-нибудь в менее людном месте, пока я не стану лучше?»

«Способность двигаться быстро и уверенно, постоянно следя за тем, что происходит вокруг, необходима искателю приключений, — сказал Гэри. — Иногда приходится бежать, иногда — преследовать. Редко удается выбирать время или место. Ты должен быть всегда готов, всегда начеку. Чем бы ты ни занимался и где бы ты ни находился».

Когда Гэри заканчивал с ним, Джейсон снова восполнял силы на пациентах клиники. В первый же день Джейсон заметил, что Джори смотрит на него с опаской.

«Что?» — спросил Джейсон.

«Я знаю, что ты помогаешь людям и всё такое, — сказал Джори, — но ты буквально питаешься страданиями других».

«Хочешь, чтобы я перестал приходить?»

«Боги, нет».

«Ну ладно, — сказал Джейсон. — Не думаю, что ты захочешь помочь мне собрать тело из расчлененных трупов и оживить его с помощью молнии?»

«Это было бы тревожно, — сказал Джори, — если бы ты так явно не был полным профаном в настоящей некромантии».

Слухи о бесплатном целительстве Джейсона начали распространяться, поэтому каждый раз, когда он приходил, его ждали люди. К тому времени, как он заканчивал с пациентами, приходил Руфус для продолжения тренировок.

Тренировки с Руфусом были самой утомительной частью дня Джейсона. Работа ног и равновесие, работа ног и равновесие. Иногда приходилось передвигаться вынужденной походкой, чувствуя себя неловко и неэффективно. В другие моменты нужно было балансировать в странных стойках на колышках, которые Джори по просьбе Руфуса вбил в земляной двор. Всякий раз, когда Джейсон принимал неправильную позу, Руфус выбивал у него ноги из-под тела или сталкивал с того, на чем он балансировал.

«Ты нарушаешь линию тела. Любой, кто обладает хотя бы начальными навыками, в мгновение ока уложит тебя на землю».

«Мне неловко так двигаться», — сказал Джейсон.

«Это потому, что ты не умеешь правильно ходить, бегать, стоять, наклоняться или сидеть. Когда это перестанет казаться неловким, ты будешь готов использовать книгу навыков».

«То есть я могу просто соврать, и мы перейдем к книге навыков?»

Нога Руфуса с такой силой подсекла ноги Джейсона, что тот оказался в горизонтальном положении в воздухе, а затем последовал яростный рубящий удар сверху, впечатавший его в землю. Руфус стоял над ним, пока Джейсон, свернувшись калачиком в грязи, задыхался и кашлял.

«Будет тест», — сказал Руфус.

После обеда инициативу перехватывала Фарра. Эту часть тренировочного режима Джейсон любил больше всего. Наставления Гэри и Руфуса были классическим материалом для монтажной нарезки, в то время как тренировки Фарры были чем-то совершенно иным.

Джейсон узнал, что атрибут духа управляет не только магической силой, но и восприятием. Фарра подвергала Джейсона ряду необычных, но зачастую интересных и забавных упражнений. Они играли в игры на запоминание с картами, или она заставляла его пробовать еду на вкус с завязанными глазами.

«Понятия не имею, что ты только что положила мне в рот, — сказал Джейсон, — но ты должна сказать, что это было. Хочу попробовать испечь с этим пирог».

Некоторые упражнения на восприятие тренировали навыки практического наблюдения и памяти. Одним из самых распространенных было наблюдение за людьми, проходящими мимо клиники Джори, при этом Джейсон должен был запомнить всё, что мог, как можно быстрее. Затем он закрывал глаза, а Фарра проверяла его. В другое время она заставляла его читать записи о монстрах из Магического общества, собранные на магическом планшете. Она давала ему совсем немного времени на чтение, после чего проверяла его понимание текста.

Вторым аспектом тренировок Фарры была медитация. Джейсон и его братья с сестрами с детства были приучены к техникам медитации своей матерью, и хотя Джейсон давно отверг их, это по крайней мере дало ему базу для работы. Эти техники сильно отличались от того, чему учила его Фарра, но общего было достаточно, чтобы быстро всё схватывать. Вскоре она перестала направлять его, позволив ему заниматься самостоятельно в удобное для него время.

Заключительной частью тренировок Фарры было управление аурой. Ему повезло: камень, подаренный Фаррой, пробудил способность ауры.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святая, нечестивая).

Стоимость: Нет.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление недугам, в то время как враги в пределах ауры имеют сниженное сопротивление недугам. Сопротивление врагов дополнительно снижается за каждый случай [Греха], от которого они страдают.

Джейсон был доволен эффектом ауры, который сделал бы его способности более надежными, одновременно защищая союзников от кого-то вроде него самого. Он также был очарован тем, что это одновременно и святая, и нечестивая способность. К сожалению, он не мог придумать хороший способ пассивно-агрессивно дать Анисе узнать об этом. Он знал, что она где-то в городе, но, вероятно, было к лучшему, что они не столкнулись.

Пока Фарра обучала Джейсона основам использования ауры, он обнаружил, что для целей тренировки специфика его ауры не имеет значения. Фундаментальные аспекты аур были одинаковыми, и именно с ними она познакомила его во дворе клиники, пока они сидели на плетеных ковриках.

«Получив в свои руки силу ауры, — сказала ему Фарра, — ты обрел способность манипулировать своей аурой. Как и любой другой навык, это требует практики, чтобы делать всё правильно. Контроль над аурой важен по многим причинам, начиная с того факта, что по мере того, как ты становишься сильнее, твоя аура становится всё более энергичной. В конце концов, её станет достаточно, чтобы она стала опасной для окружающих. Если ты достигнешь золотого ранга и не сможешь должным образом контролировать свою ауру, ты сможешь навредить обычным людям, просто находясь рядом с ними».

«Значит, если ты достигнешь золотого ранга и не сможешь контролировать свою ауру, — спросил Джейсон, — тебе придется прятаться, чтобы не навредить людям, просто идя по улице?»

«Существуют магические предметы, которые можно использовать для подавления ауры. Люди в такой ситуации обязаны их использовать».

«Много ли людей доходят до золотого ранга без какого-либо контроля ауры?»

«Нет, — сказала Фарра. — Обычно шансы дойти до золотого ранга начинаются с хорошего фундамента, что означает наличие сил ауры и тренировок ауры. Но такое случается. Однажды я видела последствия действий золотого ранга, который забыл надеть подавитель ауры перед походом на рынок. Люди падали в обморок, у них шла кровь из ушей».

«Это нехорошо».

«Нет, нехорошо, — сказала Фарра. — Вот почему тренировки важны. Есть и другие причины. Любой, у кого есть сила восприятия, в конечном итоге сможет ясно видеть ауры, поэтому, если твоя не под контролем, они прочитают тебя, как будто ты держишь в руках таблички с надписями. И не только твое местоположение. Если ты не сможешь сдерживать свою ауру, они прочитают твои эмоции, узнают, когда ты лжешь».

«Ты можешь видеть мои эмоции прямо сейчас?» — спросил Джейсон.

«Нет, — сказала Фарра, — но моя сила восприятия не улучшает моё чувство ауры до серебряного ранга. Кстати, твоя тоже. Я проверяла».

«Так что же делает твоя сила восприятия?»

«Она выглядит хорошо, — сказала Фарра, и её глаза превратились в светящиеся угли. — А еще она позволяет мне видеть сквозь дым и туман».

«Круто, — сказал Джейсон. — Погоди, а как насчет моей способности менять одежду? Она скрывает меня в дыму. Можешь ли ты видеть сквозь это?»

«Это интересный вопрос, — сказала Фарра. — Знаешь, если я когда-нибудь достигну алмазного ранга, я смогу стрелять огнем из глаз».

«Это не ответ на мой… погоди, у тебя будут лучи из глаз? Это потрясающе».

«Правда же? — сказала Фарра. — Существует не так много способностей, о которых мы знаем, что происходит на алмазном ранге. Руфус считает, что если я действительно достигну его, это будет затмеваться тем, что могут делать мои другие способности».

«Тогда Руфус отстой, — сказал Джейсон. — Он думает, что лучи из глаз не будут полезны? Один только фактор устрашения был бы потрясающим. Кто осмелится встретиться с тобой взглядом, когда ты можешь стрелять из них тепловыми лучами?»

«Я то же самое сказала, — согласилась Фарра. — Ну, почти. Я не говорила про тепловые лучи».

«Лучи из глаз — это круто».

«Думаю, мы отходим от темы».

«Ладно, — сказал Джейсон. — Итак, что мне делать?»

«В общих чертах, ты можешь контролировать свою ауру тремя способами, и я научу тебя им по порядку».

«Звучит неплохо», — сказал Джейсон.

«Первые два способа — самые простые, — сказала Фарра. — Они, в общих чертах, заключаются в проецировании твоей ауры и её сдерживании. Это именно то, что звучит. Проецирование — это выталкивание твоей ауры наружу, чтобы воздействовать на людей, а сдерживание используется для того, чтобы втянуть её обратно, будь то для того, чтобы скрыть её, или просто чтобы не быть грубым».

«Или чтобы у людей не пошла кровь из ушей», — сказал Джейсон.

«Именно», — сказала Фарра.

«А как насчет третьего?»

«Это использование твоей ауры для подавления аур других людей. Это сложнее, чем остальные, и тебе следует оставить это в покое, пока ты не достигнешь определенного уровня мастерства в манипуляции аурой».

«Справедливо».

«Мы начнем с проецирования, потому что ты уже это делаешь».

«Я?»

«Да. Все это делают, пока не научатся не делать этого. Именно поэтому людей без контроля ауры легко читать. Я также научу тебя, как скрывать свои эмоции, даже когда ты проецируешь свою ауру, чтобы воздействовать на людей».

«Могут ли монстры манипулировать своей аурой?»

«Монстры более высокого ранга могут, — сказала Фарра. — На твоем уровне, да и на моем, на самом деле, максимум, что ты встретишь, — это несколько скрытных монстров, которые сдерживают свои ауры, чтобы лучше прятаться».

«Думаю, скрытность тоже станет моей фишкой, — сказал Джейсон. — Лучше я научусь правильно сдерживать свою ауру».

«Ты должен учиться всему правильно, — сказала она. — Я научу тебя всем основам. Расширение ауры, сужение её на некоторых людей, а не на других. Однако, как только я научу тебя, твоя ответственность — продолжать практиковаться. Усердие — это разница между грубым разбрасыванием ауры и ловкой манипуляцией».

«Тогда я не заставлю своих соседей истекать кровью из глаз?»

«Тебе еще далеко до того, чтобы беспокоиться об этом, — сказала Фарра. — Очень далеко. Но в конечном итоге — да. А если говорить о более насущном, то мастерство, с которым мы контролируем свои ауры, — это то, как искатели приключений производят первое впечатление друг на друга. Если ты не можешь делать это правильно, люди не будут воспринимать тебя всерьез. Отличное владение аурой характеризует тебя как искателя приключений с подготовкой и отличием».

«То есть ты хочешь сказать, что если я не буду правильно контролировать свою ауру, меня не будут приглашать на хорошие вечеринки», — сказал Джейсон.

«Типа того, — сказала Фарра. — Когда богатые и влиятельные люди приносят контракты в Общество искателей приключений, они добавляют бонусные награды, чтобы привлечь лучших искателей приключений. На твоем ранге эти контракты обычно выдаются в порядке живой очереди. Как только ты поднимаешься выше, клиенты начинают запрашивать конкретных искателей приключений. Вот тогда твоя репутация имеет значение, и если твой контроль ауры небрежен, на тебя даже не взглянут».

«Хорошо знать».

«Конечно, от тебя не ожидают таких навыков на железном ранге, — сказала Фарра. — В конце концов, это время, когда ты должен осваивать основы. Но если ты не овладеешь этим к тому времени, как достигнешь бронзового ранга, ты обнаружишь, что многие двери будут закрыты перед твоим носом».

«Руфус сказал мне, что само по себе звание искателя приключений открывает все двери».

«Да, ну, Руфус, возможно, не лучший авторитет в том, что касается жизни обычного искателя приключений».

«Тех, кто не родился с талантом, внешностью, богатством, привилегиями и влиянием?»

«Именно. Он вырос в одной из самых престижных подготовительных школ для искателей приключений в мире, с королями и детьми героев в качестве друзей. Он отличный парень, но иногда он не замечает того, через что приходится проходить остальным из нас».

«То есть для него приключения — это просто парад людей, которые говорят тебе, какой ты великий, и вручают мешки с деньгами».

«Именно. Я не говорю, что остальные из нас не могут этого достичь, но Руфус никогда даже не видел нижних ступеней лестницы. То, чему мы учим тебя сейчас, он усваивал с рождения».

«Тогда, если я собираюсь догнать их, нам, наверное, стоит вернуться к уроку», — сказал Джейсон.

«Мне нравится амбициозность, — сказала Фарра. — Сначала позволь мне провести тебя через весь процесс. Как я уже сказала, мы начнем с проецирования, чтобы изучить основы, а затем перейдем к сдерживанию. Как только ты сможешь делать и то, и другое на приемлемом уровне, мы введем больше сложности. Например, фокусировка на одном человеке или скрытие аспектов твоей ауры во время проецирования. Это завершится одновременным проецированием и сдерживанием».

«Как это работает?»

«Ну, например, скажем, ты скрылся, но хочешь использовать свою ауру. Поэтому ты покрываешь область своей способностью ауры, но скрываешь свое присутствие внутри неё».

«Звучит как хорошая тактика запугивания, — сказал Джейсон. — Они знают, что ты рядом, преследуешь их, но не могут найти».

«Или ты можешь просто взорвать одного из них, — сказала Фарра. — Я считаю, что это отлично запугивает выживших».

«Ты очень агрессивный человек».

«Нет ничего плохого в том, чтобы получать удовольствие от своей работы».

«Есть, когда твоя работа — убивать людей».

«Я говорила о монстрах, — сказала Фарра, её тон стал неодобрительным. — Они просто сгустки магии».

«Но они всё равно могут чувствовать страх и боль. Они всё равно страдают».

«Так же, как и люди, которых они убивают, когда они слишком долго находятся рядом и впадают в безумие, — сказала Фарра. Её расслабленная поза для медитации стала жесткой. — Ты не видел по-настоящему безумного монстра. Как будто они чувствуют свою неминуемую гибель и не хотят ничего, кроме как забрать с собой как можно больше живых существ. Убить их до того, как они достигнут этого состояния, — это милосердие».

«Но милосердие не должно приносить удовольствие».

Фарра обычно скрывала свои чувства за вуалью веселья, но отношение Джейсона сорвало её.

«Легко рассуждать о морали, когда ты еще даже не искатель приключений, — сказала ему Фарра, указывая пальцем. — Ты не понимаешь цену того, что мы делаем. Я хочу посмотреть, что ты будешь чувствовать через год. Сколько монстров ты убьешь своими силами? Сколько людей? Твои способности — это сплошная медленная, ужасная смерть».

Она встала, сверля Джейсона взглядом, и отряхнула брюки рукой.

«На сегодня тренировок достаточно, — сказала она. — Убери коврики».

Она зашагала прочь из двора через калитку в стене, оставив Джейсона сидеть в одиночестве.

«Это быстро стало тяжелым разговором, — сказал он сам себе. — Отличная работа, идиот».

Том 1 Глава 40.1

Узнав, что у Джори есть неиспользуемый двор позади его клиники, Руфус перенес туда ежедневные тренировки. На самом деле это был всего лишь обнесенный стеной грязный двор, но вполне достаточный для их нужд. День начинается с Гэри, который вместе с Джейсоном бежит в клинику Джори. После пополнения своей выносливости, вытягивая болезни из пациентов Джори, Джейсон был готов к продолжению физической подготовки.

Подход к физической подготовке был поразительно знакомым. Фарра оставила во дворе Джори набор гантелей из своего волшебного сундука, накрытого брезентом. Гэри чередовал силовые тренировки с отягощениями и более гибкими тренировками, проводя Джейсона через все виды упражнений на гибкость.

Во время инструктажа Джейсона обычно расслабленный Гэри превратился в сурового мастера заданий, не терпящего ни малейшей слабины. Наблюдая за фигурой Джейсона во время отжиманий, приседаний или прыжков, он читал лекции о важности тренировок.

“Когда твой скоростной атрибут достигнет бронзы, - сказал Гэри, - ты будешь быстрее, чем когда-либо прежде. Если ты не знаешь, как использовать эту скорость, эту ловкость, эти рефлексы, то ты умрешь от того, кто это знает.”

Иногда Гэри выводил Джейсона со двора клиники на улицы и переулки Старого города. Он учил тому, что Джейсон с удивлением узнал как паркур. Скалолазание, бег по крыше, акробатика - несмотря на свое огромное тело, Гэри был поразительно искусен.

Джейсон выразил беспокойство, учитывая в целом оживленное состояние Старого города и его собственный недостаток опыта. Гэри настаивал на том, чтобы учиться на практике, рассказывая Джейсону, что он сделал не так, как только он это сделал. Джейсон снова выразил после того, как упал с крыши и ему пришлось заплатить за раздавленное содержимое тележки с фруктами.

- Извини, что так вышло, Герберт, - сказал Джейсон, протягивая ему монеты.

“Я смотрю на это так” - сказал лысеющий, пузатый продавец фруктов. “Я только что продал полную тележку фруктов, а сейчас еще только рассвело. И пожалуйста, зовите меня Берт.”

“Я не уверен, что это сработает, - сказал Джейсон Гэри.

“Ты не просто хорошо начинаешь в сложных вещах, - сказал Гэри. “Ты должен начать с плохого и пробиться наверх.”

“Это я понимаю, - сказал Джейсон. “Я просто не уверен насчет методики. Может быть, мне стоит поискать где-нибудь менее людное место, пока я не подтянусь?”

"Способность двигаться быстро и уверенно, всегда осознавая свое окружение, очень важна для искателя приключений", - сказал Гэри. - Иногда тебе приходится бежать, иногда-гоняться. Ты редко сможешь выбрать, когда и где. Ты всегда должен быть готов, всегда осознавать. Что бы ты ни делал, где бы ты это ни делал.”

Как только Гэри закончит с ним, Джейсон снова восстановит себя с помощью пациентов клиники. В первый же день Джейсон заметил, что Джори настороженно смотрит на него.

- Что?- Спросил Джейсон.

“Я знаю, что ты помогаешь людям и все такое, - сказала Джори, - но ты буквально питаешься чужими страданиями.”

“Ты хочешь, чтобы я перестал приходить?- Спросил Джейсон.

- Боги, нет, - сказал Джори.

“Тогда ладно” - сказал Джейсон. “Я не думаю, что ты хочешь помочь мне собрать тело из расчлененных трупов и оживить его молнией?”

“Это было бы тревожно, - сказал Джори, - если бы ты так явно ничего не знал о настоящей некромантии.”

Слухи о бесплатном исцелении Джейсона начали распространяться, так что каждый раз, когда он приезжал, его всегда ждали люди. К тому времени, когда он освобождался от пациентов, Руфус приходил для дальнейшего обучения.

Тренировка с Руфусом была самой утомительной частью дня Джейсона. Работа ног и равновесие, работа ног и равновесие. Иногда он двигался вынужденной походкой, чувствуя себя неловко и неэффективно. В другой раз она балансировала в странных позах на колышках, которые Джори позволил Руфусу забить на грязном дворе. Всякий раз, когда форма балансирования Джейсона была неправильной, Руфус сбивал его с ног или пинал то, на чем он балансировал.

“Ты нарушаешь линию своего тела. Любой человек, обладающий хотя бы элементарными навыками, в

одно мгновение опустит тебя на землю.”

“Как-то неловко так двигаться, - сказал Джейсон.

“Это потому, что ты не ходишь, не бежишь, не стоишь, не наклоняешься и не сидишь должным образом. Когда это перестанет чувствоваться неловко, ты будешь готов использовать книгу навыков.”

“Значит, я могу просто соврать, и мы перейдем к книге умений?- Спросил Джейсон.

Нога Руфуса сбила Джейсона с ног с такой силой, что Джейсон повис в воздухе горизонтально, а затем яростный удар сверху вниз отбросил его на землю. Руфус стоял над ним, а Джейсон, задыхаясь и кашляя, свернулся калачиком в грязи.

“Там будет испытание, - сказал Руфус.

Во второй половине дня Фарра брала все на себя. Эта часть его тренировочного режима нравилась Джейсону больше всего. Обучение Гэри и Руфуса было классическим монтажным материалом, в то время как обучение Фарры было чем-то совершенно иным.

Атрибут духа, как узнал Джейсон, управлял не только магической силой, но и восприятием. Фарра подвергла Джейсона множеству необычных, но часто интересных и забавных упражнений. Они играли в карты на память, или она заставляла его пробовать что-то на вкус с завязанными глазами.

“Я понятия не имею, что ты только что положила мне в рот, - сказал Джейсон, - но ты должна сказать мне, что это было. Я хочу попробовать испечь его в пироге.”

Некоторые упражнения на восприятие тренировали практические навыки наблюдения и памяти. Одним из самых распространенных было наблюдать, как люди проходят мимо клиники Джори, а Джейсон запоминал все, что мог, так быстро, как только мог. Затем он закрывал глаза, когда Фарра испытывала его. В другое время она заставляла его читать записи монстров магического общества, собранные на волшебной табличке. Она дала ему совсем немного времени на чтение, проверяя потом его понимание.

Вторым аспектом обучения Фарры была медитация. Джейсона и его братьев и сестер мать кормила медитативными техниками с ложечки, и хотя Джейсон давным-давно отверг их, это, по крайней мере, давало ему основу для работы. Эти приемы сильно отличались от того, чему учила его Фарра, но в них было достаточно общего, чтобы быстро все усвоить. Вскоре она перестала руководить им, предоставив ему самому заняться этим делом.

Заключительной частью обучения Фарры было манипулирование аурой. Ему повезло, камень Фарры подарил ему пробуждение способности к ауре.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святая, нечестивая)

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): союзники внутри ауры имеют повышенную сопротивляемость к недугам, в то время как враги внутри ауры имеют пониженную сопротивляемость к недугам. Сопротивление врагов еще больше уменьшается для каждого экземпляра [греха], от которого они страдают.

Джейсон был доволен эффектом ауры, который сделает его способности более надежными, защищая его союзников от кого-то вроде него. Он также был очарован тем, что это была одновременно святая и нечестивая способность. К сожалению, он не мог придумать хороший способ пассивно-агрессивно позволить Анисе услышать об этом. Он знал, что она где-то в городе, но, возможно, это и к лучшему, что они не столкнулись.

Когда Фарра обучила Джейсона основам использования ауры, он обнаружил, что для целей обучения специфика его ауры не имеет значения. Основные аспекты ауры были все те же, с которыми она познакомила его во дворе клиники, когда они сидели на плетеных циновках.

“Получив в свои руки силу ауры, - сказала ему Фарра, - ты обретаешь способность управлять своей аурой. Как и любой другой навык, он требует практики, чтобы сделать это правильно. Контроль над своей аурой важен по многим причинам, начиная с того, что по мере того, как ты становишься сильнее, твоя аура будет становиться все более напористой. В конце концов, достаточной, чтобы быть опасным для окружающих тебя людей. Если ты достигнешь золотого ранга и не сможешь должным образом контролировать свою ауру, ты можешь причинить вред нормальным людям, просто подойдя к ним."

“Итак, если вы попали в золотой ранг и не можете контролировать свою ауру” - спросил Джейсон, - вам нужно прятаться, чтобы не навредить людям, просто идя по улице?”

“Есть магические предметы, которые ты можешь использовать, чтобы подавить свою ауру” - сказала Фарра. - Люди в такой ситуации обязаны их использовать.”

“А много у вас бывает людей, которые добираются до золота без всякого контроля ауры?- Спросил Джейсон.

- Нет” - ответила Фарра. - Обычно ваши шансы добраться до золота начинаются с хорошего фундамента, а это означает силу ауры и обучение ауре. Впрочем, такое случается. Однажды я видела последствия того, как один торговец золотом забыл надеть подавитель ауры перед походом на рынок. Люди теряли сознание, из ушей у них текла кровь.”

Том 1 Глава 40.2

“Это нехорошо” - сказал Джейсон.

“Да, именно так, - сказала Фарра. “Именно поэтому обучение так важно. Но есть и другие причины. Любой человек, обладающий способностью восприятия, в конце концов сможет ясно видеть ауры, поэтому, если твоя аура не находится под контролем, они будут читать тебя, как будто ты держишь знаки. И не только твое местоположение. Если ты не можешь сдерживать свою ауру, они будут читать твои эмоции, знать, когда ты лжешь.”

“Ты можешь видеть мои эмоции прямо сейчас?- Спросил Джейсон.

“Нет” - ответила Фарра, - но моя способность восприятия не усиливает мое ощущение аур до серебряного ранга. Кстати, и твоя тоже. Я проверила.”

- Так что же делает твоя сила восприятия?- Спросил Джейсон.

“Она хорошая” - сказала Фарра, и ее глаза превратились в тлеющие угольки. - Она также позволяет мне видеть сквозь дым и туман.”

- Здорово” - сказал Джейсон. - Погоди, а как же моя способность менять одежду? Это скрывает меня в дыму. Ты можешь видеть сквозь него?”

“Это интересный вопрос” - сказала Фарра, не отвечая на него. “Знаешь, если я когда-нибудь доберусь до алмазного ранга, то смогу стрелять огнем из своих глаз.”

“Это не ответ на мой вопрос ... погоди, у тебя что, будут глаза-лазеры? Это просто потрясающе.”

“Я знаю, да?- Сказала Фарра. “Там не так уж много способностей, где мы знаем, что происходит в Алмазном ранге. Руфус думает, что если я действительно доберусь туда, то это будет омрачено тем, что могут сделать мои другие способности.”

“Тогда Руфус-отстой, - сказал Джейсон. “Он думает, что глаза-лазеры нам не пригодятся? Сам по себе фактор устрашения был бы удивительным. Кто встретится с тобой глазами, когда ты сможешь стрелять из них тепловыми лучами?”

“Именно так я и сказала, - согласилась Фарра. - Более или менее. Я же не сказала "тепловые лучи.”

- Глазные лазеры это круто, - сказал Джейсон.

“Мне кажется, мы уходим от темы,-сказала Фарра.

- Хорошо, - сказал Джейсон. “Так что же мне делать?”

- Вообще говоря, ты можешь управлять своей аурой тремя способами, и я научу тебя им по порядку.”

- Звучит неплохо” - сказал Джейсон.”

“Первые два способа применения самые простые” - сказала Фарра. - Они, вообще говоря, проецируют твою ауру и сдерживают ее. Проецирование-это выталкивание твоей ауры наружу, чтобы воздействовать на людей, и сдерживание ее используется для втягивания ее внутрь, то ли чтобы скрыть ее, то ли просто не быть грубым.”

- Или чтобы у людей из ушей текла кровь” - добавил Джейсон.

- Вот именно” - сказала Фарра.

“А как насчет третьего?- Спросил Джейсон.

“Это значит использовать свою ауру для подавления ауры других людей. Это сложнее, чем остальное, и ты должен оставить его в покое, пока не достигнешь определенного уровня мастерства в манипулировании аурой.”

- Вполне справедливо, - сказал Джейсон.

“Мы начнем с проецирования, потому что ты уже это делаешь.”

“Да неужели?”

“Именно. Все делают, пока не учатся обратному. Это то, что делает людей без контроля ауры легко читаемыми. Я также научу тебя скрывать свои эмоции, даже когда ты проецируешь свою ауру, чтобы воздействовать на людей."

- Могут ли монстры манипулировать своей аурой?- Спросил Джейсон.

- Монстры более высокого ранга могут, - сказала Фарра. “На твоем уровне, даже на моем, действительно, самое большее, что ты найдешь-это несколько тайных монстров, которые сдерживают свои ауры, чтобы лучше спрятаться.”

“Я думаю, что скрытность тоже будет моим коньком, - сказал Джейсон. “Мне лучше научиться правильно сдерживать свою ауру.”

“Ты должен научиться всему правильно, - сказала она. “Я научу тебя всем основам. Расширяя свою ауру, сужая ее до одних людей, а не до других. Но как только я научу тебя, ты будешь обязан продолжать практиковаться. Усердие делает разницу между грубым метанием вокруг твоей ауры и ловкими манипуляциями.”

“Значит, я не стану заставлять своих соседей истекать кровью из глазниц?”

“Тебе еще далеко до того, чтобы беспокоиться об этом, - сказала Фарра. “Далекий путь. Но в конце концов-да. Более того, умение, с которым мы контролируем свою ауру, - это то, как искатели приключений производят друг на друга свое первое впечатление. Если ты не можешь сделать это правильно, люди не будут воспринимать тебя всерьез. Отличная манипуляция аурой отмечает тебя как авантюриста прошедшего обучение с отличием.”

“Значит, ты хочешь сказать, что если я не буду должным образом контролировать свою ауру, то меня не пригласят на хорошие вечеринки, - сказал Джейсон.

“Что-то вроде этого, - сказала Фарра. -Когда богатые и могущественные приносят контракты в общество приключений, они добавляют дополнительные награды, чтобы привлечь лучших искателей приключений. В твоем ранге такие контракты обычно заключаются в порядке живой очереди. Как только ты поднимаешься выше, клиенты начинают запрашивать конкретных авантюристов. Вот когда твоя репутация имеет значение, и если твой контроль ауры небрежен, ты не получите второго шанса."

- Рад это слышать” - сказал Джейсон.

“От тебя, конечно, не ждут таких навыков в железном ранге, - сказала Фарра. “В конце концов, именно в это время ты должен овладеть основами. Но если к тому времени, когда ты доберешься до бронзы, у тебя не будет этого контроля, ты обнаружишь, что многие двери закрываются перед твоим носом.”

- Руфус сказал мне, что просто быть искателем приключений открывает все двери.”

- Да, но Руфус, возможно, не самый лучший знаток того, как устроена жизнь среднего авантюриста.”

“Того, кто не родился с талантом, внешностью, богатством, привилегиями и влиянием?- Спросил Джейсон.

“Именно. Он вырос в одной из самых престижных приключенческих подготовительных школ в мире, с королями и детьми героев в качестве друзей. Он отличный парень, но иногда забывает о том, через что проходят все остальные.”

- Значит, для него приключения - это просто парад людей, которые говорят тебе, какой ты замечательный, и вручают тебе мешки с деньгами” - сказал Джейсон.

- Вот именно” - сказала Фарра. “Я не говорю, что остальные не могут туда попасть, но Руфус никогда даже не видел низких ступенек лестницы. Тому, чему мы учим тебя сейчас, он учился еще в утробе матери.”

“Тогда, если я собираюсь наверстать упущенное, нам, вероятно, следует вернуться к уроку, - сказал Джейсон.

“Мне нравятся твои амбиции, - сказала Фарра. - Во-первых, позволь мне провести тебя через весь процесс. Как я уже говорила, мы начинаем с проекции, чтобы изучить основы, а затем переходим к сдерживанию. После того, как ты сможешь овладеть обоими на приемлемом уровне, мы вводим более сложные методы. Такие вещи, как фокусировка на одном человеке или скрытие аспектов своей ауры во время проецирования. Это приводит к проецированию и сдерживанию одновременно."

“И как же это работает?”

“Ну, например, просто скажи, что ты спрятался, но хочешь использовать свою ауру. Таким образом, ты покрываешь эту область своей способностью ауры, но скрываешь свое присутствие в ней.”

“Похоже, это хорошая тактика запугивания, - сказал Джейсон. “Они знают, что ты где-то поблизости, преследуешь их, но не могут найти.”

“Или ты можешь просто взорвать одного из них, - сказала Фарра. “Я считаю, что это прекрасно пугает выживших.”

“Ты очень агрессивный человек, - сказал Джейсон.

“Нет ничего плохого в том, чтобы наслаждаться своей работой, - сказала Фарра.

“Это бывает, когда твоя работа убивает людей.”

“Я говорила о монстрах” - сказала Фарра, понизив голос с неодобрением. “Это всего лишь сгустки магии.”

“Но они все еще могут чувствовать страх и боль, - сказал Джейсон. - Они все еще страдают.”

“Так же поступают и люди, которых они убивают, когда слишком долго живут рядом и впадают в бешенство, - сказала Фарра. Ее расслабленная поза посредника становилась все более жесткой.

-Ты еще не видел настоящего берсерка-монстра, - сказала она. “Они как будто чувствуют свою неизбежную гибель и хотят только одного-взять с собой как можно больше живых существ. Усыпить их прежде, чем они достигнут этого состояния, - это милосердие."

- Но милосердие не должно быть забавным, - сказал Джейсон.

Обычно Фарра скрывала свои чувства за завесой веселья, но поведение Джейсона заставило ее забыть об этом.

“Легко морализировать, когда ты еще даже не искатель приключений” - сказала ему Фарра, указывая пальцем. “Ты не понимаешь цены того, что мы делаем. Я хочу посмотреть, как ты будешь себя чувствовать через год. Сколько монстров ты убьешь с помощью своих способностей? А сколько человек? Все твои способности связаны с медленной, ужасной смертью.”

Она встала, сердито глядя на Джейсона, и отряхнула рукой брюки.

“На сегодня достаточно тренировок, - сказала она. - Убери циновки.”

Она вышла из двора через калитку в стене, оставив Джейсона сидеть в одиночестве.

“Это быстро стало тяжелым", - сказал он себе. - Отличная работа, идиот.”

Уязвимость и незащищенность

Джейсон извинился перед Фаррой на следующий день, когда она приехала в клинику Джори для его обучения.

- Мне очень жаль, - сказал он. “Я только потом понял, что обвиняю тебя в бессердечии. Иногда я позволяю своему рту болтать, не обдумывая слова до конца или не принимая во внимание точку зрения другого человека.”

“Это совершенно ясно, - сказала Фарра. - Думаю, ты не совсем ошибся. В основном, но не полностью. Ты должен быть немного бессердечным, чтобы делать то, что делаем мы.”

“Может быть, - сказал Джейсон, - но мне не следует осуждать тебя, когда я не знаю, через что ты прошла. Единственное, что я знаю об этом мире, - это то, что я ничего не знаю о нем. Просто... в моем мире я не являюсь важной персоной. Быть одним из безликих масс не так уж и страшно, но есть одна роскошь, которой власть имущие не пользуются.”

- Ну и что же это?”

“Когда ты просто лицо в толпе, тогда ты можешь держать идеал, не будучи обязанным ему соответствовать. Но здесь мои решения могут касаться жизни и смерти. Мои принципы подвергаются испытанию, и я вынужден столкнуться с тем, что это значит, когда они гнутся или даже ломаются. Как и всем остальным, мне нравилось думать о себе как о ком-то, кто будет стоять прямо под давлением. Теперь я действительно под ним,и встать труднее, чем я думал. У меня есть свои собственные ценности, из моего собственного мира. Это единственное, что я смог взять с собой. И иногда, в большинстве случаев, кажется, что этот мир хочет уничтожить их. Но если я позволю этому случиться,то кем же я стану?”

“Я не могу ответить на этот вопрос,” сказала Фарра. - Быть хорошим легко, когда выбор легок, но авантюристы не подписываются на легкий выбор. Быть хорошим человеком-значит быть хорошим, когда выбор труден, и за это приходится платить.”

- Руфус говорил мне нечто очень похожее.”

“Может, у него и есть свои слепые пятна, - сказала Фарра, - но его семья никогда не была лентяями. Когда приходит время встать, они стоят впереди.”

- Еще раз прошу прощения, - сказал Джейсон. “Ты была прав, что я не знаю того, что ты видела.”

“Я была, не так ли?- Сказала Фарра. “Но иногда я забываю, как ты должен чувствовать себя брошенным в неизвестном тебе мире.”

- Плыть по течению-это почти правильно” - сказал Джейсон. - Все, что мне нужно сделать, - это стать тем, кто я есть. Такое чувство, что если я это потеряю, то никогда не найду дорогу домой.”

“Ты же понимаешь, что в этом нет никакого смысла, верно?- Спросила Фарра.

“Я живу в этом мире уже три недели” - сказал Джейсон. “Я все время бросаюсь во все подряд, как маньяк, потому что если я перестану двигаться, то полностью потеряю контроль над собой. Я в одном шаге от того чтоб треснуть, как яйцо.”

“Значит, ты цепляешься за все, что можешь, - сказала Фарра. “Я могу это понять. Но мир не собирается останавливаться и ждать, пока ты подготовишься к этому.”

“Я знаю, - сказал Джейсон.

“А пока сосредоточься на тренировках, - сказала Фарра. - Возможно, какая-нибудь рутина поможет тебе держать себя в руках.”

* * *

Еще до подсказки Фарры Джейсон инстинктивно понял, что, оставаясь занятым, он не сможет улететь во все стороны. Он с головой ушел в тренировки, начиная с раннего утра с Гэри и заканчивая днем с Фаррой.

Каждый день после обеда, когда он тренировался вместе с остальными, он выходил на балкон своих личных апартаментов. Каждый день он практиковал ту единственную способность эссенции, которую он больше всего хотел освоить, но так и не смог успешно использовать. Каждая сила, которую он пробуждал, приносила с собой инстинктивное знание о том, как ее использовать, но что-то в этой единственной способности сдерживало его.

Способность: [Путь Теней] (темный)

Специальная способность (измерение, телепортация)

Стоимость: низкая Мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 0 (00%)

Эффект (железо): телепортация с использованием теней в качестве портала. Вы должны быть в состоянии видеть тень назначения.

Способность к телепортации разжигала его воображение так, что другие способности не могли сравниться с ней, и все же она ускользала от него изо дня в день. Каждый день после обеда он сидел под навесом на своем балконе, стараясь раствориться в его тени. Его инстинкты кричали, что это должно быть легко и естественно, но в этом инстинкте было что-то чужеродное. Это чувство исходило от его эссенции, которая теперь была частью его самого, но новой частью. Они еще не чувствовали себя полностью его истинной частью, и каждый день солнце садилось под очередную неудачу.

Его личные апартаменты располагались не на океанской стороне здания, а на балконе, выходящем на один из широких бульваров района гильдий. Сидя, скрестив ноги, в тени навеса, он пытался погрузиться в него на долгие часы. С течением времени он все больше расстраивался. Он чувствовал, что успех был мучительно близок, как будто он касался его пальцев, только чтобы ускользнуть.

По мере того как шли дни, ему казалось, что он движется в неверном направлении, дальше от успеха, чем когда он впервые начал практиковаться. Он вытащил свой звездный плащ, позволив ему обернуться вокруг себя для удобства. Эта способность пришла так легко.

- Способности эссенции должны проявляться естественно” - сказал ему Руфус, когда Джейсон попросил совета. “Такие проблемы обычно возникают у вас, когда люди встают на свой собственный путь. В вашем мире такие способности невозможны, не так ли?”

- Определенно нет.”

“Возможно, какая-то часть тебя все еще думает, что это невозможно, - сказал Руфус. “Твои новые инстинкты вступают в противоречие со старыми. Сила телепортации влияет на тебя больше, чем другие силы; она поглощает тебя, в некотором смысле. Возможно, ты почувствуешь это и инстинктивно отпрянешь назад, как от раскаленной печки.”

“Так что же мне делать?- Спросил Джейсон.

“Вместо того чтобы сосредотачиваться на себе, - сказал Руфус, - сосредоточься на своем окружении. Фарра учила тебя проецировать свою ауру вовне себя. Использовать это. Исследуй тени. Вместо того чтобы пытаться использовать их, просто попытайся понять их. Что они собой представляют, что ты можешь с ними сделать. Прямо сейчас у тебя есть идея о том, что такое тени в твоей голове, но сила говорит тебе что-то другое. Пока ты не разрешишь этот конфликт, использование этой силы останется недосягаемым.”

* * *

“Ты быстро освоил основы манипулирования аурой, - сказала Фарра Джейсону. “Ты медлителен и несколько груб с ними, но этого и следовало ожидать. Единственный способ сгладить шероховатости - это опыт. Нет никакой замены практике.”

Джейсон кивнул: Они сидели во дворе Джори лицом к лицу на ковриках для медитации.

“Теперь у тебя есть понимание основ, - сказала Фарра, - пришло время показать тебе последний аспект манипуляции аурой.”

“Я не думал, что это будет так быстро, - сказал Джейсон.

- Основы манипуляции аурой именно таковы, - сказала Фарра. - Как и все способности эссенции, существует инстинктивное понимание. Реальная разница между способными и некомпетентными состоит в том, чтобы продолжать практику. Практика - это единственный реальный секрет мастерства.”

- Никаких коротких путей, - сказал Джейсон.

- Никаких коротких путей, - согласилась Фарра. “Теперь мы переходим к третьему аспекту манипуляции аурой. Вы можете выполнять проекцию и сдерживание до приемлемых уровней, поэтому далее идет подавление. Как и другие аспекты, описание находится прямо в названии; вы используете свою ауру, чтобы подавлять ауры других. Это действительно работает только против людей слабее вас, но это может быть полезно, когда вам нужно показать доминирование.”

- Хорошо, - сказал Джейсон.

“Это немного сложнее понять, - объяснила Фарра, - потому что нет никого слабее тебя, на ком можно было бы попрактиковаться. Даже нормальные люди не будут намного ниже твоей силы ауры, пока твой духовный атрибут не станет сильнее. В данный момент я действительно просто показываю тебе, а не учу. Это то, что тебе нужно знать, хотя бы для того, чтобы быть готовым, когда другие используют его на тебе.”

“Значит, ты собираешься подавить мою ауру?- Спросил Джейсон. - Позволить мне почувствовать это?”

- Вот именно” - сказала Фарра. “Это может сбить тебя с толку, так что тебе лучше узнать, что тебя ждет.”

- Хорошо, - сказал Джейсон. “Ударь меня.”

“А вот и я, - предупредила Фарра. Она расширила свою ауру, вцепившись в ауру Джейсона и подавляя ее, с силой вдавливаясь в его тело. Она посмотрела на Джейсона, ожидая его реакции. Он вытащил маленький бумажный пакетик и отправил в рот несколько глазированных орехов.

“И это все?- спросил он.

- Гм, да, - сказала она. “Ты ведь это чувствуешь, верно?”

“Ага, - сказал он, протягивая ей пакет. - Хочешь немного? Я не знаю, что они кладут на эти орехи, но они действительно хороши.”

С растерянным выражением лица Фарра протянула руку и достала из пакетика пару орехов.

“Они хороши, - согласилась она. Она посмотрела на Джейсона, все еще находясь под действием подавления своей аурой.

“С тобой все в порядке?- спросила она.

- Чувствую себя нормально, - сказал Джейсон.

- Большинство людей считают, что подавление их ауры крайне нервирует, - сказала Фарра. - Это заставляет их чувствовать себя уязвимыми и незащищенными.”

“Да, я это заметил” - сказал Джейсон.

“Мне казалось, ты сказал, что это чувствуется нормально?”

“Это нормально” - сказал Джейсон. “Я прибыл в этот мир, не имея ни малейшего представления, где нахожусь, как туда попал и зачем. Я был буквально пойман в ловушку в лабиринте, голый, сражающийся с монстрами и уклоняющийся от каннибалов. По сравнению с тем, насколько уязвимым и незащищенным оно меня делало, ты думаешь, что если ты наведешь на меня порчу, то я перестану вязать?”

Он издал низкий смешок.

“С того самого дня,-сказал он, - чем больше я узнаю, тем больше понимаю, что все, что я знал или во что верил, было либо прискорбно неполным, либо абсолютно неверным. Я уже несколько раз чуть не умер, и неизвестно, когда что-нибудь придет, чтобы закончить эту работу. Меня втянули в обстоятельства, перед которыми я одновременно и бессилен, и ничтожен. Я очень мало понимаю окружающий мир и еще меньше контролирую его. Я живу с этим каждый момент бодрствования с тех пор, как приехал сюда. Так что ты заставляешь меня чувствовать себя уязвимо-это все равно что бросать песок на пляж. Я заметил эту перемену только потому, что видел, как ты это делаешь.”

* * *

Одним из предметов роскоши в номере, который Фарра делила с Руфусом и Гэри, был балкон с видом на океан. Садовой мебели было достаточно, чтобы служить отдельной обеденной зоной, поэтому Фарра отнесла большой поднос с едой от кухонного лифта к столу, за которым уже сидели Руфус и Гэри.

“Как там Джейсон?- Спросил Гэри.

“Все еще пытаюсь заставить его теневой телепорт работать, - объяснила Фарра, садясь.

“Я уже сталкивался с подобными проблемами, - сказал Руфус. “Он добьется этого, рано или поздно.”

“Я думаю, возможно, мы упустили из виду кое-что из того, что он переживает, - сказала Фарра.

- Неужели?- Спросил Гэри. - Похоже, у него все в порядке.”

“Он действительно бросается в такие дела, как будто ищет, чем бы отвлечься, - сказал Руфус. “Сегодня ты собиралась подавить его ауру, верно? Неужели он плохо отреагировал?”

“Он вообще никак не отреагировал, - сказала Фарра. - Работая в магическом обществе, я научила многих людей пользоваться своими аурами, но никогда не видел этого раньше.”

“Ты думаешь, за этим что-то кроется?- Спросил Руфус.

“Он сказал, что это не повлияло на него, потому что он все время так себя чувствует, - сказала Фарра. “Он изолирован и одинок до такой степени, что я не уверена, что смогу справиться с этим.”

“У него есть мы, - сказал Гэри.

“Но с его точки зрения, - сказала Фарра, - мы- еще одна часть этой странности. Мы можем двигать его лодку, но не можем быть его якорем.”

“Мы что, слишком сильно на него давили?- Спросил Гэри.

- Нет, - ответил Руфус. “Если уж на то пошло, я подозреваю, что структура, которую мы ему дали, и есть то, что поддерживало его так долго.”

“Тогда что же нам делать?- Спросила Фарра.

“То, что мы делали, - сказал Руфус. “Чем сильнее он станет, тем больше будет чувствовать себя под контролем. Вы оба знаете, о чем я говорю; это чувство силы, когда ваши способности растут. Обычно вам приходится останавливать людей, чтобы они не убегали, как будто они непобедимы, но, надеюсь, это заставляет Джейсона чувствовать себя более защищенным.”

“Может быть, нам стоит немного показать ему окрестности, - предложил Гэри. - Пусть он увидит, что этот мир не весь состоит из культистов и монстров. Помнишь деревни, через которые мы проезжали? Он казался намного более расслабленным в окружении нормальных людей, так что, возможно, небольшая доза обычного-это именно то, что ему нужно.”

“Ты хочешь сказать, что мы ненормальные?- Спросила Фарра.

“Я нормальный, - сказал Гэри. “Вы двое можете быть довольно напрягающими.”

“Это хорошая идея, - сказал Руфус. “Я буду руководить полевыми испытаниями для приема в общество приключений в следующем месяце. Мне нужно будет начать готовиться через несколько дней, а потом я уеду на неделю. Расслабьтесь на тренировке, пока меня не будет.

- Договорились” - сказал Гэри.

“Не слишком много, - сказал Руфус, - но дай ему время осмотреть город. Этот остров удивительно впечатляет для провинциального города.”

“Если у тебя есть деньги, - сказала Фарра.

“Которые у него есть - сказал Руфус.

“Ты ведь дал ему долю от работы в кровавом культе, верно?- Спросил Гэри. “Если бы не он, мы бы потерпели неудачу и погибли.”

“Я так и сделал, - сказал Руфус. - Церковь чистоты подняла некоторый шум по поводу бонуса за завершение работы, после того как все пошло с Анисой. Однако контракт был заключен через общество приключений, и дело было сделано. Они расплатились.”

- Подожди, - сказал Гэри. “Разве я получил долю? Я не помню, чтобы получал за это деньги.”

”Потому что я отдал его Фарре, - ответил Руфус. - Ну, знаешь, тот человек, который хранит все твои деньги?”

“О, да.”

Поскольку они находились на балконе, то услышали внезапный шум снаружи, с другой стороны здания. Раздался крик удивленной паники, за которым последовал грохот и крики нескольких человек.

Не видя источника переполоха, все трое покинули свои апартаменты и вошли в незапертую комнату Джейсона напротив. Балкон, на котором он должен был тренироваться, был пуст. Подойдя к краю и посмотрев вниз, они увидели внешнюю столовую закусочной через дорогу. Вечерние посетители были потревожены тем, что Джейсон тяжело приземлился на стол посреди них, обрушив его на землю. Все посетители уже встали, а Джейсон все еще валялся на остатках чьего-то ужина.

Он застонал, слабо шевельнувшись, чтобы выхватить из воздуха целебное зелье и опрокинуть его себе в рот. Придя в себя после того, как зелье подействовало, он оттолкнулся от стола и, пошатываясь, поднялся на ноги. Он посмотрел на людей, стоявших вокруг него.

- Извини за свой ужин” - сказал он, глядя на еду, размазанную по его одежде. - Пахнет хорошо.”

- Джейсон?- Крикнул вниз Руфус.

Джейсон взглянул на Руфуса и поднял больной, но веселый большой палец.

“Я заставил способность работать!”

* * *

Несколько мгновений назад, сидя на крыше, Джейсон выталкивал свои чувства наружу, в тень навеса. Вопреки тому немногому, что он знал о физике, он пришел к пониманию того, что тени-это нечто большее, чем просто отсутствие, но нечто такое, что существует само по себе. Он почувствовал что-то там, когда потянулся своей аурой. В тени была какая-то глубина, эфемерная, но очень реальная субстанция. Он почти мог растереть ее между пальцами.

Он почувствовал зов от тени, к чему-то, что существовало внутри него. Сила, которую он так старался использовать, но так и не смог. Он успокоил свой возбужденный разум, сопротивляясь желанию подтолкнуть его. Он расслабился, позволив субстанции тени и силе внутри себя смешаться. Они нежно соединились, став одним целым. Если бы это было естественно и правильно. А потом что-то изменилось.

Словно потащенный гигантским пылесосом, Джейсон почувствовал, как его засасывает в тень. Как только он это сделал, у него мелькнуло осознание того, что за все время, пока он работал над этой способностью, он никогда особо не задумывался о месте назначения. Он вышел из тени здания на другой стороне улицы, рассудок уступил место панике, когда он начал падать.

Это просто яма

Пока Фарра и Гэри шли по улице, Джейсон то уходил в тень на одной стороне улицы, то снова появлялся на другой.

“Похоже, ему очень нравится эта способность, - сказала Фарра.

“Я помню кое-кого, кто была очень возбуждена, когда она получила свою силу огненного прыжка, - сказал Гэри.

“Завались.”

“Он может использовать ее быстро и последовательно, - заметил Гэри. “Похоже, Мана тоже низкая, он уже давно этим занимается.”

- Преимущество того, чтоб быть ограниченым тенями, - сказала Фарра. - Обычный телепорт может использовать больше маны и быть доступным реже, но я все же думаю, что предпочла бы его. Если вас поймают без каких-либо удобных теней, способности Джейсона бесполезны.”

“Не знаю, - ответил Гэри. - В обычном телепорте ты должен выбрать момент, чтобы он не пропал даром. Этот бизнес по прыжкам в тени можно было бы использовать достаточно, чтобы сделать его центральным элементом твоего боевого стиля.”

“Этот стиль слишком полагается на окружающую среду, - сказала Фарра. “И как часто ты выбираешь свои битвы там, где тебе нравится?”

Джейсон вышел из ближайшей тени и присоединился к ним, морщась от головной боли из-за низкого содержания маны.

“Мне все еще требуется слишком много времени, чтобы активировать эту способность, - сказал он.

“А ты уверен, что это не только то время, которое необходимо для запуска способности?- Спросил Гэри.

“Это должно быть почти мгновенно, - сказал Джейсон. “Я это чувствую.”

- Продолжай тренироваться, - сказала Фарра. “Ты доберешься до этого уровня.”

“Как далеко ты можешь зайти?- Спросил Гэри.

“Насколько я могу судить, да, - ответил Джейсон. “Пока я вижу тень и она достаточно велика, я могу прыгать через нее. Я попробовал пройти через маленькую, но это не сработало.”

Мимо прогрохотал фургон, наполненный навозом. Фарра вздернула нос от этой вони.

- Напомни мне, почему мы не ходим за покупками на Остров?- спросила она. “Я стал авантюристом, чтобы избавиться от запаха навоза.”

- Рынки на Острове просто пытаются ограбить богатых людей, - сказал Джейсон. - Кроме того, я обещал Джори, что заскочу в клинику.”

* * *

В грязном сердце складского района Старого города стояло огромное каменное здание под названием Крепость. Оно был старше даже городских стен и построенно так, чтобы простоять долго. В первые дни существования города именно здесь обитатели Гринстоуна могли укрыться во время чудовищной волны, но те времена давно прошли. Теперь он служил самым большим логовом беззакония в Гринстоуне; его комнаты и залы содержали в себе все виды незаконных действий, наслаждений и ужасов одновременно.

Городские власти мало обращали внимания на происходящее в Старом городе, пока деловые интересы городской элиты оставались в безопасности. Это делало трех самых крупных криминальных лордов Старого города его фактическими правителями, которые следили за тем, чтобы у островной элиты не было причин присматриваться ближе. Пока деньги текли рекой, Большая тройка могла свободно делить Старый город между собой.

Крепость была нейтральной территорией. Это было единственное место, где большая тройка делила операции, разделяя ответственность и прибыль. Кроме того, это было лучшее место в Старом городе, чтобы мельком увидеть островную элиту. Будь то защита их интересов или потакание их аппетитам, они получат только самое лучшее обращение в крепости.

Из множества вещей, которые можно было бы прочесать в крепости, бойцовские ямы представляли собой величайшее зрелище. Одни были буквально ямами, другие-клетками. По ночам даже авантюристов можно было застать сражающимися с ним внутри. Одни искали вызова, другие-чтобы расплатиться с долгами за свои дорогостоящие индульгенции. Некоторые решили, что жизнь, сражающаяся с монстрами, не для них, и стремились заработать место, работая на Большую тройку. Высшим силовикам криминальных лордов платили не только монетами, но и ядрами монстров.

Среди сидячих мест в бойцовских ямах было несколько закрытых смотровых комнат со стеклянными фасадами. Это были более поздние дополнения к многовековому зданию. Некоторые из них были доступны любому, у кого была монета, в то время как четыре были постоянно зарезервированы. Каждая большая тройка владела одной из кабин, где они вели большую часть своих дел. Четвертый принадлежал самому частому и престижному покровителю крепости.

Люциан Минога был эльфом, чья мускулистая фигура была необычна для его народа. Если оставить в стороне дорогую одежду, он и сам не будет выглядеть неуместно в бойцовских ямах. Он не принадлежал к местным эльфийским семьям, а был сослан в Гринстоун за прошлые непристойности. Он был директором Гринстоунского отделения магического общества, хваленого положения в городе, но такого, к которому Люциан не питал никакого уважения. Они могли бы сделать его королем изолированного пустынного города, и он все еще тосковал бы по тому, что считал истинной цивилизацией.

Крепость была для Люциана утешением, раем, где он мог открыто потворствовать своим порокам, за которые его послали в Гринстоун. Его смотровая будка была для него скорее кабинетом, чем кампусом магического общества. Он даже умудрялся делать свою работу, так как бои с нижними картами редко привлекали его внимание.

В то время как ямы могли работать все часы, только те, кто использовал эссенцию для ночных боев, заставляли кровь Люциана кипеть. Магия показывала любые активные бои на гигантском окне его смотровой будки, но в начале дня он лишь изредка бросал на них взгляды. В это время дня были бойцы одной эссенции, которые только после захода солнца переходили к полномасштабным боям железного ранга. Люциан тоже предпочел бы увидеть бронзовых воинов, но они были слишком ценны, чтобы рисковать ими в ямах при любых обстоятельствах, кроме самых редких.

Лишь несколько драгоценных бронзовых рангов опустились до работы на Большую тройку, и это были их самые ценные активы. Если они когда-нибудь и появлялись в ямах, то только для того, чтобы уладить вражду между Большой тройкой, не проливая крови на улицах. Война банд означала привлечение внимания властей острова, чего вся Большая тройка старалась избегать.

Способность Люциана использовать крепость в качестве своего офиса была во многом обусловлена его заместителем директором. Почард Финн поддерживал порядок в городском кампусе, а сам часто ездил в крепость. Кроме того, он был эльфом, а в данном случае-местным жителем. Оба эльфа наслаждались этими отношениями, так как Люциан облегчил свою рабочую нагрузку, в то время как Почард был фактическим директором магического общества Гринстоуна. Они быстро перешли от коллег к друзьям, так как Почард тоже стал наслаждаться прелестями крепости.

- Стэндиш искал тебя, - сказал Почард, наливая себе бокал вина. Он приглашающе взмахнул бутылкой, наливая второй стакан по кивку Люциана.

“Неужели ты не можешь с этим справиться?- Спросил Люциан. “Он всегда что-нибудь да затевает.”

“Он настаивал на встрече с Вами, - сказал Почард. “Кажется, что-то насчет монет духа.”

- Скажи ему, что если он хочет меня видеть, то может прийти сюда, - сказал Люциан.

“Я так и сделал, - сказал Почард, заставив Люциана фыркнуть от смеха.

“Я бы с удовольствием посмотрел на этого долговязого пупсика в крепости” - сказал Люциан, а затем уставился в окно. “И теперь я это делаю.”

“Ты шутишь” - сказал Почард, проследив за взглядом Люциана.

“Он действительно пришел,” рассмеялся Люциан. “Хорошо для него.”

Почард застонал.

- Надеюсь, он не сделает это обычным явлением.”

Люциан усмехнулся над реакцией Почарда, когда они наблюдали, как длинноногий Клайв Стэндиш перемещается по смотровым площадкам боевой ямы. В начале дня здесь было не слишком людно, но неуклюжий человек в дико неуместной мантии ученого, казалось, вставал на пути каждого встречного. Наконец он добрался до смотровой комнаты, роскошно отделанной деревом. Услышав вежливый стук в дверь, Люциан и Почард переглянулись.

- Проваливай отсюда!- Закричал Почард, вызвав у Люциана животный смех.

- Э-э, сэр?” раздался голос через дверь.

“Не стой там просто так, Стэндиш!- Проревел Люциан,и дверь неуверенно распахнулась. Клайв Стэндиш был довольно высок, но его узкая фигура и сгорбленная осанка делали его долговязым и неуклюжим. Он был одет в просторную ученую мантию, возможно, чтобы казаться менее узким,но она свисала с него, как будто ее вывесили сушиться. В бойцовских ямах крепости он выглядел так же неуместно, как и любой другой человек, которого Люциан когда-либо видел. Это было хорошо для Клайва, так как оставляло Люциана в лучшем настроении, чем обычно.

- Почард сказал мне, что у тебя какие-то проблемы с монетами духа, - сказал Люциан.

“Не совсем проблема, сэр” - ответил Клайв. “Скорее это любопытство, которое, как мне кажется, заслуживает дальнейшего расследования.”

Клайв порылся в своих одеждах, чтобы достать монету духа железного ранга.

“Эта монета и еще несколько подобных ей были найдены в обращении в течение последних двух недель. Вы заметите необычное тиснение человека, поднявшего большой палец, - сказал Клайв. Почард наклонился, чтобы посмотреть на монету в руке Люциана.

“На обороте, - продолжал Клайв, - есть надпись. До сих пор нам не удалось идентифицировать этот язык.”

“Разве у тебя нет способности к переводу?- Сказал почард.

“Я знаю, - сказал Клайв, - хотя это говорит нам только то, что он говорит, а не язык, на котором он говорит.”

- Ну и что?- Нетерпеливо спросил Люциан. “А что там написано?”

- Там написано: "продукт Джейсона" и " добрый день, друг".- Вторая часть контекстуализирована как приветствие.”

“Это действительно странно, - сказал Люциан. “Это настоящая монета?”

“Я проверил каждую найденную монету, сэр, - сказал Клайв. “Они все настоящие.”

“Вы проверили его в регистратуре?”

Клайв кивнул:

“Он определенно не принадлежал зарегистрированной спиритической монетной ферме, - сказал Клайв.

“Ты думаешь, кто-то организовал незарегистрированную ферму?- Спросил Почард.

“Вполне возможно, - сказал Клайв. - Безусловно, стоит разобраться. Но мы не видели много таких монет,и большинство теневых монетных ферм пытаются имитировать зарегистрированный отпечаток. Учитывая своеобразную природу этих монет и тот факт, что мы нашли лишь несколько, я думаю, что есть альтернативное объяснение.”

- Ну и что?- Спросил Люциан.

“Вы, конечно, знаете, что некоторые пользователи сущности развивают способность грабить монстров без использования обычных ритуалов сбора урожая, - сказал Клайв. "Обычно за это отвечает эссенция процветания, часто в сочетании с пробуждением человеком одного из своих расовых дарований. Такие способности, как известно, производят монеты духа.”

“А в чем же тут законность?- Спросил Почард.

“Если это способность, то она совершенно законна, - сказал Клайв. - Потрясающе, но незначительно в экономическом масштабе. Но это всего лишь предположение. Если она действительно окажется незарегистрированной фермой спиритических монет, то ее, очевидно, нужно найти и закрыть.”

- Хорошо, Клайв” - сказал Люциан. “Ты проделал весь этот путь в таком виде, так что я соглашусь.”

“Это то, как я всегда одеваюсь”, - сказал Клайв.

“О, я знаю, - сказал Люциан. - Почард, заключи контракт с "Обществом приключений", чтобы разобраться с одной неофициальной фермой. Попробуй уговорить их заключить контракт на три звезды, и мы найдем кого-нибудь, кто действительно будет выполнять эту работу. Авантюристы становятся ленивыми с открытыми контрактами.”

“Если речь идет о спиритических монетных фермах, то общество приключений сделает их трехзвездочными, - сказал Почард.

“Хороший. Что же касается тебя, Клайв, то я разрешаю тебе использовать ресурсы магического общества для осуществления твоей второй идеи. Если эти монеты-просто какой-то парень со способностями, найдите его, и мы сможем решить эту проблему.”

- Благодарю вас, сэр” - сказал Клайв.

“Хочешь вина, Клайв?- Спросил Люциан.

“О нет, сэр. Спасибо. Мне лучше вернуться.”

“Тогда тебе тоже лучше убраться отсюда, - сказал Люциан. - Любой, кто остается здесь, должен пить.”

Соловей

“Очень мило, - сказал Джейсон.

- Конечно это лучше, чем медитировать на грязном заднем дворе,-сказала Фарра.

Остров был разделен на различные районы,все они были соединены подземной, подводной транзитной линией. Местные жители называли ее петлевой линией или петлей, но Джейсон считал, что она заслуживает чего-то более впечатляющего. Его мысль дошла уже до того, что он назвал его под-под-земкой, когда он понял, что петля была не таким уж плохим названием.

Фарра и Джейсон поехали петлей в парковый микрорайон, где, как и следовало из названия, преобладала парковая зона. Это было похоже на то, как будто кто-то курировал дельту, с дорожками и садами, вьющимися вокруг прудов и ручьев. Пальмы и яркие тропические цветы украшали открытые пространства пышной травы, а тропинки исчезали в тенистых местах густых кустарников.

Почти все в Парковом районе было открыто для всех жителей острова. Единственным частным помещением была обнесенная стеной резиденция правителя города, герцога Гринстоуна. Джейсон и Фарра выбрали приятное место для своих дневных тренировок. Фарра предложила более спокойную обстановку для медитации, чем задний двор Джори.

“Но мне все равно нужно съездить в клинику, - сказал Джейсон. “Я обещал, что приду еще раз сегодня днем.”

“Ты же понимаешь, что когда станешь искателем приключений, у тебя уже не будет на это времени, - сказала Фарра.

“Я знаю, - признался Джейсон, - но мне бы хотелось выкроить время там, где это возможно. Идея в том, чтобы помогать людям, верно? Убийство какого-нибудь монстра может сделать это, но так же можно превратить комнату, полную больных людей, в комнату, полную здоровых.”

“Знаешь, - сказала Фарра, - может быть, в этих твоих ценностях есть что-то такое, за что стоит держаться.”

- Рад слышать, - сказал Джейсон. “Значит ли это, что ты перестанешь пытаться заставить меня убивать людей?”

“Мы не пытаемся заставить тебя убивать людей, - сказала Фарра. “Мы просто хотим подготовить тебя к неизбежному. Ты говоришь так, будто мы накачиваем наркотиками случайных незнакомцев, прячем их в укромном месте, вручаем тебе большой топор и запираем вас вместе, обещая не выпускать, пока один из вас не умрет.”

- Это было пугающе конкретно и подробно.”

- Заткнись и медитируй.”

* * *

Под Старым Городом бойцовские ямы в древней крепости представляли собой ряд коридоров и камер. Бойцы и другие заинтересованные стороны использовали их для подготовки к предстоящим боям. Это включало в себя большое количество силовиков, чтобы убедиться, что энтузиазм потенциальных участников не исчез внезапно перед их матчем.

В одной из таких комнат находились две женщины, одна из которых готовилась к бою. Вместо свободной, прохладной одежды на ней был облегающий костюм, в котором защитная обработанная кожа сочеталась с жесткой, но гибкой тканью. Она поставила одну ногу на каменную скамью и обмотала костяшки пальцев тряпкой.

Ее кожа была шоколадной, а волосы блестели серебром. Ее острые глаза точно отражали цвет ее волос, а соответствующие им металлические детали выдавали характерную черту расы Селестин. Обычно до плеч, ее блестящие волосы были собраны сзади в простой и практичный конский хвост.

“Ты хочешь, чтобы я завязал его узлом?- спросила другая женщина, взглянув на его волосы.

Воительница молча покачала головой. Ее пристальный взгляд был прикован к стене перед ней, когда она встала на передовую, чтобы бороться. Ее спутница смотрел на нее с неодобрением. Она была человеком, с короткими всклокоченными волосами и милыми чертами лица. Ее губы надулись, когда она посмотрела на дверь.

“Я не могу поверить, что она заставляет тебя делать это, - сказала она.

“Линди, - твердо произнесла воительница. “Мы знали, что нам это не понравится. Но без ее защиты мы оказались бы в еще худшем положении, чем сейчас.”

“Но сажать тебя обратно в ямы?- Пожаловалась Белинда. - Софи, ты уже заслужила свой выход из этого места.”

“При отце Сильвы, - ответила Софи. “Теперь, когда он ушел, самое главное-держаться подальше от Сильвы. Это та цена, которую мы платим за это.”

- Если не считать того, что ты сама все оплачиваешь, - сказала Белинда.

- Вентресс нет никакого дела до драки, - сказала Софи. “Она просто хочет спровоцировать Сильву, выставив меня напоказ. Как только это будет сделано, у нее не будет причин держать нас здесь.”

- А Сильва вообще узнает?- Спросила Белинда. “У тебя все еще есть только одна эссенция. Кто-нибудь обращает внимание на эти драки с низкими картами?”

“Он узнает,” сказала Софи. - Скорее раньше, чем позже.”

Дверь в комнату распахнул огромный Людолев. Вслед за ним вошла женщина с темными, ниспадающими каскадом волосами и такой горячей походкой, что она чуть не изгибалась. Кларисса Вентресс выглядела всего на несколько лет старше тех двух женщин, с которыми она вошла, но командование держалось на ней так же крепко, как и ее атласное платье.

- Мы уже почти готовы, леди?- Спросила Вентресс. Белинда открыла было рот, чтобы ответить, но Софи жестом заставила ее замолчать.

- Хорошо” - сказал Вентресс. “Я договорилась о матче, о котором Сильва должен все знать. Поставьте хорошее шоу, и нам может понадобиться только одно.”

“А что это за матч?- Спросила Софи.

У Вентресс была улыбка змеи, которая только что нашла гнездо, полное яиц.

- Огненный Кулак - сказала она.

“Ты что, шутишь?- Взорвалась Белинда.

“Все в порядке” - сказала Софи ровным и спокойным голосом.

“А ты знаешь, что он делает с людьми?- Спросила Белинда, поворачиваясь к подруге.

“Я знаю, - сказала Софи.

“У него действительно есть репутация, - сказал Вентресс. - Это работает в нашу пользу. И это забавно; оказывается, он всегда хотел подраться с тобой. Ты выбралась из ямы как раз тогда, когда он только начинал, и, по-видимому, он рассматривает это как упущенную возможность. Видя, с каким энтузиазмом он был настроен, я просто должна была пойти навстречу и устроить матч в клетке.”

Софи положила руку на плечо Белинды, чтобы та не взорвалась снова.

“Ты хочешь устроить шоу?- Спросила Софи. “Ты его получишь.”

Вентресс снова улыбнулась змеиной улыбкой.

- Именно это я и хотела услышать. Белинда, дорогая, почему бы тебе не прийти и не посмотреть из моей смотровой будки?”

- Иди с ней, - сказала Софи. “Мне нужно, чтобы моя голова была в нужном месте.”

- Софи…”

“Со мной все будет в порядке, - сказала Софи с мрачной решимостью. “Ты просто смотри.”

* * *

Люциан прибыл в свою смотровую комнату с удовлетворенным вздохом. За ним следовал Казуари Финн, сын заместителя Люциана - Почарда. Казуари проводил большую часть своих дней, работая посредником между двумя мужчинами, что было ключевой ролью в том, чтобы позволить Люциану работать вне крепости. Однако некоторые задания можно было выполнять только лично, что вынудило Люциана покинуть его излюбленное место обитания.

“Я рад, что с этим покончено, - сказал Люциан. - Может быть, там будет хорошая драка.”

“Я видел, как они выносили клетку, - сказал Казуари. Всегда находясь рядом с отцом и Люцианом, Казуари подхватил их вкус к чужому насилию.

“Это может быть что-то интересное, - сказал Люциан. - Спроецируй на экран.”

Каждая отдельная смотровая комната была облицована сплошным листом стекла, зачарованным для проецирования изображений из различных боевых ям. Он мог показывать сразу несколько изображений или фокусироваться на одном, и все это контролировалось прикосновением к рунам, вставленным в стену. Казуари так и сделал, вызвав в памяти образ крепостного персонала, скрепляющего болтами стены большой металлической клетки.

“Есть какие-нибудь идеи, что все это значит?- Спросил Люциан. Одной из задач Казуари было следить за боями, которые могли бы заинтересовать Люциана.

“Если они выносят клетку в это время дня, - сказал Казуари, - то это, вероятно, Огненный Кулак.”

- Огненный Кулак?- Спросил Люциан.

Люциан редко обращал внимание на ранние схватки, полагаясь на то, что Казуари выкопает какие-нибудь стоящие битвы.

“Я думаю, он тебе понравится” - сказал Казуари. “Он обычно сражается в матчах "побег из клетки", которые не заканчиваются, пока один из бойцов не покинет клетку. Огненный Кулак любит поиграть со своими противниками, прежде чем уйти.”

- Звучит забавно, - сказал Люциан. “Почему я раньше о нем не слышал?”

“Он нечасто появляется, - сказал Казуари. “Как вы можете себе представить, им трудно найти людей, готовых пойти против него. Какое-то время они пытались принуждать людей, но это не приводило к интересным боям.”

“Значит, это должно быть хорошо, - сказал Люциан.

Бойцовские ямы представляли собой, как и следовало из названия, ряд неглубоких ям на широкой площади, окруженной многоярусными сиденьями. Поскольку ямы были неглубокими, чтобы люди могли их видеть, в зале иногда случались жертвы. Это могло быть из-за способности эссенции, вышедшей из под контроля, или из-за приятного зрелища спасавшегося противника, пытающегося убежать через толпу. Организаторы не предприняли никаких шагов для решения этих проблем в течение многих лет работы ям.

Люциан смотрел, как в поле зрения появился диктор с камнем-громкоговорителем в руке. Смотровое окно улавливало звук так же хорошо, как и зрение, и те, кто находился в смотровых комнатах, могли слышать драки лучше, чем зрители на краю ямы.

- Леди и джентльмены, - провозгласил диктор. "Сегодня у нас очень особенный матч. Как вы, наверное, уже догадались, сидя в клетке позади меня, мы будем иметь удовольствие приветствовать фаворита, вернувшегося на арену. Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне в приветствии дикого, всепоглощающего Огненного Кулака!”

Там были лестничные колодцы, ведущие в нижние покои, расположенные так, чтобы бойцы могли выйти и парад перед аудиторией на пути к выбранной ими боевой сцене. Огненный Кулак был высоким и гибким, с красными и желтыми прядями волос, которые были либо окрашены, либо являлись результатом какой-то силы эссенции. На нем были только красные шелковые штаны с желтым огненным узором, мускулистая грудь была обнажена. Его руки, неторопливо опущенные вдоль тела, были объяты пламенем, которое плясало на его руках, когда он с важным видом входил в открытую дверь клетки.

- Огненный Кулак, леди и джентльмены!”

Огненный Кулак поднял руку, приветствуя толпу, которая была довольно большой для этого времени суток. Слух о предстоящем поединке явно распространился. Диктор подождал, пока публика успокоится, и только потом начал свое следующее выступление.

- Леди и джентльмены, - сказал диктор. “Для тех истинных поклонников среди вас, есть еще большее удовольствие на этой сцене. Много лет назад эта арена была украшена сладкими полетами прекрасной птицы. К сожалению, она улетела от нас, но сегодня, леди и джентльмены, она вернулась. Я дарю тебе грацию и красоту ... Соловья!”

Темноволосая красавица с серебристыми волосами прошествовала вверх и вниз по лестнице, даже не взглянув на толпу. Она остановилась рядом с диктором, оглядела толпу и посмотрела на одну из смотровых комнат, прежде чем направиться в клетку.

В своем собственном смотровом зале Люциан встал так быстро, что опрокинул стул. Он обошел свой стол и подошел к окну, где провел пальцами по ее лицу.

“А кто она такая?- спросил он.

“Я не уверен, мистер Лампрей. “Я все выясню.”

- Проследи, чтобы ты это сделал.”

Бесплатная мазь

“Я всегда хотел сразиться с тобой” - сказал Огненный Кулак Софи, когда они оказались лицом к лицу в клетке. “Я только начинал, когда ты ушла. Вы были легендой.”

Софи знала, что он делает. Зрители любят пошутить перед матчем. Не те толпы, которые толком ничего не слышат, а значимые персоны в смотровых комнатах. Именно на них он хотел произвести впечатление.

- Они не назначают легендам бой сразу после обеда, - сказала она. “Ты переоцениваешь нашу ценность для них.”

“Я собираюсь заработать больше эссенций, - сказал Огненный Кулак. “Я не такой долговой раб, как ты.”

“Я никому не рабыня” - сказала Софи.

- Нет?- Спросил Огненный Кулак. “Тогда почему ты вернулась сюда? Два года и не больше эссенций, чем тогда, когда ты ушла.”

- Потому что человек, который хочет поработить меня, не хочет, чтобы я дралась.”

“Я могу это понять” - Огненный Кулак, блуждая глазами по телу Софи. “У нас будет немного времени вместе, перед тем как я ложу тебя на землю. Пока я не выйду из клетки, мы можем веселиться сколько угодно.”

“Я как раз собиралась тебя побить, - сказала Софи. “Для этого, я собираюсь причинить тебе боль.”

“Думаешь, у тебя есть навыки, малышка?”

“Я видела, как ты сражаешься, - сказала Софи. “Для этого не потребуется большого мастерства.”

Огненный Кулак рванулся вперед, ведя за собой горящие кулаки, от которых он взял свое имя. Софи увернулась от его прямого удара и схватила его за запястье. Пламя на его руке обжигало ей руку, но она не обращала внимания на боль, дергая его за руку и заставляя балансировать на передней ноге. Он закричал от боли, когда ее ладонь врезалась в его локоть, пытаясь согнуть его руку в неправильном направлении. Вопль перешел в крик, когда ее ботинок попытался проделать то же самое с его коленом. Он рухнул на землю, и размахнувшаяся нога ударила его по лицу. Дезориентированный, он перекатился от удара, пытаясь подняться на ноги. На полпути он обнаружил руки по обе стороны от своей головы, тянувшее его голову вниз прямо в поднимающееся колено.

Софи подтащила огненного кулака за волосы к краю клетки.

“Ты же понимаешь, что они называют тебя Огненным Кулаком, потому что это все, что у тебя есть, верно?- сказала она. “Ты посредственный боец с трюком, который заставляет людей вздрагивать. Я не знаю, какие у тебя амбиции, но я бы не стала беспокоиться. Это самая высокая ступень, на которой у тебя будет какое-либо реальное достижение, но твоя репутация вот-вот получит большой удар.”

Клетка состояла из вертикальных и горизонтальных прутьев, похожих на сетку, с промежутками, едва достаточными, чтобы вместить руку или часть ноги. Это должно было замедлить подъем, чтобы сбитый противник успел прийти в себя и предотвратить побег. Софи подняла огненный кулак вверх, проталкивая его руки через пару небольших промежутков, прежде чем снова уронить его. Он остался висеть на запястьях, когда они зацепились за прутья решетки. Она подняла локоть и ударила им по одному из его предплечий, вызвав громкий треск и ужасающий крик боли. Она проделала то же самое с другой рукой, а затем оставила его висеть, пока выбиралась из клетки.

* * *

В кампусе общества приключений имелась сортировочная площадка, где могли собираться большие группы людей. Прибыв на место, Руфус обнаружил, что его ждет большая группа людей. С ним были два сотрудника общества приключений: пузатый чиновник Альберт и чиновник, который, как и Руфус, был бронзового ранга. Первоначально Руфус должен был проводить полевые испытания в одиночку, но общество назначило другого человека для оказания помощи. Увидев почти двадцать участников, он теперь понял почему.

“Такие группы, как правило, настолько большие?- Спросил Руфус у Альберта.

“Нет, сэр, это не так, - сказал Берт, протягивая ему планшет. - Желаю удачи, сэр, хотя я уверен, что она вам не понадобится.”

- А почему их так много?- Спросил Руфус у представителя общества приключений. Это был мужчина лет тридцати с небольшим, довольно своеобразной внешности. Он носил практичную одежду для Дельты, жесткую, но свободную и дышащую ткань. У него была бронзовая брошь в форме эмблемы общества приключений,которая была стандартной для высших чиновников. Его практичная одежда была увенчана непрактичной шляпой с широкими полями и нарочито ярким пером. Однако даже это затмевали усы, не похожие ни на что из того, что Руфус когда-либо видел. Поблескивая воском, она закрутилась по бокам головы мужчины.

Чиновника звали Винсент Тренслоу. Его появление заставило Руфуса призадуматься, но его манеры во время их короткого знакомства были чисто профессиональными.

- Похоже, произошла какая-то крупная административная ошибка, - с несчастным видом объяснил Винсент. “Более половины этих людей уже прошли полевую аттестацию и были приняты в общество, но записи об их аттестациях были утеряны. Несмотря на многочисленные копии таких записей, которые были сделаны и хранятся отдельно, было решено, что им следует вновь провести оценку на местах.”

“По моему опыту, общество приключений очень дотошно относится к своим записям, - сказал Руфус. “Даже если бы это было не так, что же это за решение?”

“Такое решение вы получаете, когда ошибка, о которой идет речь, непропорционально сильно влияет на членов аристократии, - сказал Винсент. - Та самая аристократия, которая ищет связи с важным авантюристом, приехавшим из дальних стран.”

- Понятно” - мрачно сказал Руфус.

- Директор лично попросила меня передать ей свои извинения, - сказал Винсент. - Она новичок в этой роли, и ей предстоит пройти долгий путь, когда речь заходит об очищении от внешнего влияния. Она довольно настойчиво предлагала вам оценить этих претендентов с помощью, цитирую, "суровой меры наказания".”

Руфус усмехнулся:

“А что вы думаете по этому поводу, Мистер Тренслоу?”

“Возможно, у меня есть несколько предложений, которые вас заинтересуют.”

* * *

“Большое вам спасибо” - сказала женщина, все еще пожимая Джейсону руку.

“Не беспокойся” - сказал Джейсон, высвобождая пальцы из хватки женщины.

“Когда пойдешь домой, обязательно выпей побольше воды, - сказал ей Джори. - Есть фрукты тоже было бы неплохо.

- О, я буду пить, хорошо” - сказала она, выходя из клиники.

“Я вовсе не это имел в виду, - крикнул Джори. “И она исчезла.”

Он тяжело вздохнул.

“Ну, это была последняя. Как насчет того, чтобы мы с тобой выпили?”

- Конечно, - сказал Джейсон.

“Спокойной ночи, Дженис”-сказал Джори своей юной секретарше.

- До завтра, Мистер Тиллман. Мистер Асано.

- Спокойной Ночи, Дженис.”

Они вошли в кабинет Джори и сели по обе стороны стола. Он вытащил две бутылки и два стакана. Он налил в стакан ярко-зеленую жидкость и подвинулся через стол к Джейсону.

“Эта штука немного более сильнодействующая, - сказал он, - так что она должна преодолеть твою устойчивость к яду. А еще она ужасно сладкая, такая, как ты любишь.”

“Спасибо.”

Он сделал глоток и одобрительно кивнул, наслаждаясь вкусом.

Специальная атака [Плимовый фруктовый ликер] нанесла вам [алкоголь].

Вы сопротивлялись [алкоголю].

[Алкоголь] не действует.

Вы получили экземпляр [Стойкости].

Джейсон вздохнул:

- Нет?- Спросил Джори.

- Нет” - ответил Джейсон. - Хотя на вкус это очень вкусно.”

- Это не то, для чего нужна выпивка” - сказал Джори, наливая себе что-то янтарное из второй бутылки.

“Ты выглядишь немного усталым, - сказала Джори. - я думал, что кормление больными освежит тебя. Что, кстати, все еще жутко.”

“Я не устал” - сказал Джейсон. “Или "жуткий". Может быть, устал. У этой женщины был рак, и я просто забрал его, как будто его никогда и не было.”

“Разве это не хорошо?- Спросил Джори.

“Ну конечно, - сказал Джейсон. “Но там,откуда я родом, нет эссенций. Или алхимии, если уж на то пошло, хотя у нас есть что-то похожее, я думаю. Мы просто называем это фармакологией.”

“Ты почти не говоришь о том, откуда ты родом” - сказала Джори. - Я помню, ты говорил, что там не так уж много магии. Никаких монстров, верно?”

“Никогда даже не слышал о чудовищной волне, пока не приехал сюда, - сказал Джейсон.

“Это было бы здорово, - сказала Джори. - Как и большинство всего остального, бедняки принимают на себя основную тяжесть чудовищной волны. Что происходит, когда люди заболевают на вашей родине?”

“У нас есть лекарство, - сказал Джейсон, - но без магии оно имеет свои пределы. Восстановление может занять много времени, и многие варианты плохи. Возьмем рак, например. Теперь я могу просто высасывать его из людей, но дома это не так просто. Они режут людей на куски, пытаются вырезать из них все это. Отравить их и надеяться, что рак умрет раньше них.”

- Это звучит по-варварски.

“У нас нет лучшего выбора, - сказал Джейсон. “Я думаю о том, что могу сделать с той силой, которая у меня сейчас есть. Все люди, которым я мог бы помочь.”

“Ты собираешься вернуться?- Спросил Джори.

- Если смогу, - ответил Джейсон. - Дом очень далеко, и я понятия не имею, как туда добраться.”

“Как ты сюда попал?- Спросил Джори. “Ты что-то говорил о магическом несчастном случае?”

“Заклинание вызова пошло наперекосяк, - сказал Джейсон. - Он проник в мой волшебно опустошенный дом и вытащил меня оттуда. Так я познакомился с Руфусом, Гэри и Фаррой. Меня бросили прямо в самую середину их бардака.”

“А ты пробовал обратиться к Богине Знаний?- Спросил Джори. “Если кто и знает дорогу домой, так это она. Нет никакой гарантии, что она расскажет тебе, но любой может пойти в ее храм и задать вопросы.”

“Не знаю, - ответил Джейсон. “Вообще-то я не очень религиозен.”

“Даже если есть возможность вернуться домой?- Спросил Джори. “Во что тебе обойдется такая попытка?”

“Такие вопросы задают прямо перед тем, как закопать тебя в долги.”

Джори рассмеялся.

“Это справедливо, - сказал он. “Но подумай немного.”

“Я так и сделаю, - сказал Джейсон. “Спасибо.”

* * *

“Я не могу поверить, что ты скрыла это от меня, - сказала Белинда.

“Ничего страшного, - сказала Софи. “Я была в перчатках.”

- Тепло проходит через перчатки. У тебя рука не того цвета.”

“Это действительно немного странно.”

Они вошли в дверь клиники на Бродстрит и увидели, что секретарша уже собралась уходить.

“Разве здесь раньше не было полно народу?- Сказала Белинда. - Я помню, как однажды вечером пришла сюда и коридор все еще был битком набит до отказа.”

Дженис посмотрела на эту парочку.

“С тех пор как Мистер Асано начал приезжать, мы намного быстрее справляемся, - объяснила она, - даже со всеми лишними людьми.”

“А зачем здесь лишние люди? - Спросила Белинда.

“Нам просто нужна целебная мазь, - сказала Софи.

“Это не должно быть проблемой, - сказала Дженис. “Я пойду посмотрю, свободен ли Мистер Тиллман.”

Через несколько мгновений они услышали громкий от количества выпитого голос.

- Дженис, почему ты все еще здесь?”

“Я хотела закончить записи до того, как вернусь домой, - услышала они ответ Дженис, выводя Джори из задней комнаты. Его нетвердая походка и выражение общего замешательства говорили о том, что он уже почти распил бутылку.

“Я должен заплатить вам больше, - сказал Джори своему секретарю.

“Вы только что начали платить мне больше, Мистер Тиллман.”

- Да? Ну что ж, тогда мне повезло.”

Он поднял глаза на двух женщин.

- Дамы!- Поздоровался Джори. “Давно не виделись. Привет, Линди. Что привело тебя к моей двери?”

- Софи опять дерется, - сказала Белинда.

“Ну, это нехорошо” - сказал Джори.

“Так оно и есть, - сказала Софи.

“Тогда, наверное, мы будем видеться чаще, - сказал Джори, улыбаясь Белинде. “Это очень мило.”

“Нам просто нужна мазь, - сказала Софи.

- Сейчас, - произнес чей-то голос. По воздуху летела жестянка, и Софи протянула руку, чтобы поймать ее. Мужчина, бросивший его, был человеком, но ни одна из женщин не знала его национальности, а это означало, что он вряд ли был местным жителем. Его фигура была узкой, а черты лица слишком резкими, чтобы быть красивыми. Его темные волосы казались шелковистыми, но было трудно разглядеть их из-за того что они были коротко подстриженными.

“Это не мое, - сказал Джори мужчине. “Откуда ты это взял?”

“От чудовища, - ответил мужчина.

“Ты не можешь просто так отдавать случайную чудовищную слизь двум красивым женщинам.”

“Это целебная мазь. Я и сам много раз ею пользовался.”

“По-моему, это звучит ненадежно, - сказал Джори. - Дженис, найди мне баночку хорошей мази.”

Софи сняла крышку с банки и понюхала содержимое.

“Все в порядке” - сказала она, снова закрывая крышку. - Сколько мы Вам должны?”

“За счет заведения, - ответил мужчина. - Это позволит Дженис идти домой вместо того, чтобы обновлять инвентарь.”

Софи кивнула и вышла за дверь.

- Софи, подожди. - сказала Белинда. - “И-и она исчезла. Пока, Джори. Спасибо, человек, которого я не знаю.”

- Пока, Белинда!- Крикнула Джори, помахав рукой, когда дверь за ними закрылась.

Столько об атеизме

Джейсон не исследовал многие районы Острова. Он направился по петле к тому месту, где никогда раньше не бывал, - к храмовому району. В его новом мире не было недостатка в богах, что, будучи давним атеистом, приводило его в некоторое замешательство. Его уверяли, что боги существуют, но он уже много лет слышал то же самое от своей двоюродной бабушки Марджори. Он хотел увидеть все своими глазами.

Выйдя из терминала петли, он сразу же увидел табличку с указателями на Божественную площадь. Следуя за ним, он пошел по улице, где по обеим сторонам дороги выстроились храмы. Глядя на выдающиеся знаки и знамена, Джейсон быстро понял, что у богов есть своя иерархия. Храм Дорог, как он заметил, располагался позади более крупного и впечатляющего Храма Путешествий.

Вскоре улица вывела на саму площадь. Это было огромное, переполненное пространство. Зеленый камень был заметен повсюду на острове, но на Божественной площади даже каменные плиты были сделаны из высококачественного материала. Площадь была заполнена киосками и палатками, большинство из которых, казалось, продавали религиозную атрибутику верующим.

“Примерно то же самое, куда бы ты ни пошел, - задумчиво произнес Джейсон.

Там были люди, обращающие в свою веру всех, кто готов был слушать, и уличные воры, режущие кошельки. Первоначально Джейсон держал на поясе небольшой мешочек с монетами, чтобы не привлекать внимания, вынимая монеты из воздуха. После того, как его украли во второй раз за столько же дней, он перестал беспокоиться. Даже если использование его инвентаря привлекало внимание, вокруг было достаточно людей с подобными способностями, что было не так уж удивительно.

Джейсон купил у уличного торговца бутерброд, какое-то мясо с сыром и острым соусом. Еда была одним из способов, которым Джейсон больше всего напоминал себе, что он находится в другом мире. В то время как приготовление часто было схожим, как хлеб, суп, бутерброды или торт, ингредиенты были чаще разными, чем одинаковыми. Фермы выращивали разных животных и выращивали разные культуры. Деревья прорастали разными плодами. Хлеб был тяжелее, чем он привык, пиво-легче. Мясо было совсем другое. В основном это были большие ящерицы, которых Джейсон видел бродящими в дельте реки. Даже знакомые продукты, как и яблоки, не были теми сортами, которые он узнавал.

Он понял, что тянет время, отвлекаясь на мелкие детали, вместо того чтобы следовать своей истинной цели-прийти в храмовый район. Противостоять вызову давним убеждениям было нелегко. Его целью были не толпы людей на площади, а храмы снаружи. Здания, непосредственно примыкающие к площади, были самыми выдающимися молитвенными домами в городе, и усилия, вложенные в их дизайн, казалось, отражали это. Они, казалось, соперничали в грандиозности, каждый явно был достижением в архитектуре и инженерии.

Там был высокий собор, храм с колоннами и другие здания, подобных которым Джейсон никогда не видел. Как ни странно, здесь было одно здание, которое по сравнению с показной роскошью окружающих его зданий больше походило на публичную школьную библиотеку. Это был квадратный серый блок с единственным украшением-изображением свитка над двойными дверями.

- Интересно, это то, что я ищу?

В то время как каждое здание соревновалось, чтобы привлечь внимание, по мнению Джейсона, был явный победитель. Это была огромная башня в форме вытянутой в небо руки. Большинство зданий в городе достигало пяти этажей, и хотя это был не единственный храм, нарушивший этот предел, гигантская рука более чем удвоила его. На конце руки был кулак, сжимающий гигантскую бородатую голову. Голова смотрела вниз на площадь, свирепо глядя на любого, кто осмеливался встретить ее взгляд.

“Ну, это просто совершенно ужасно.”

При всех окружающих людях было легко расспросить прохожего о необычном храме. Человек, с которым разговаривал Джейсон, был невысоким и коренастым, с кожей такого глубокого синего цвета, что она казалась почти черной. У него вообще не было волос, и он был покрыт чем-то похожим на татуировки различных цветов, которые слабо светились. Джейсон знал, что эти знаки были на самом деле естественными, характерными чертами расы, известной как руническая. Они были редкостью в Гринстоуне, и хотя Джейсон видел их повсюду, это был его первый шанс поговорить с одним из них. Судя по одежде, этот человек был скорее местным жителем, чем приезжим.

“Это храм Владычества, - объяснил он, когда Джейсон указал на странный храм.

- Владычества над чем?- Спросил Джейсон.

Мужчина с любопытством посмотрел на Джейсона.

- Над всем, - ответил мужчина. - Владычество дает божественное право королям и знати. Именно он определяет, кто правит, а кто служит.”

“О. Это объясняет жуткий, властный храм.”

“Вы, кажется, очень легко относитесь к богохульству, - осторожно заметил мужчина.

“Да, - рассеянно ответил Джейсон. - В основном для того, чтобы позлить мою тетю Марджори, но также и для развлечения. Есть ли в этом мире маленькие мультяшные буклеты, которые объясняют, что вы попадете в ад, если будете есть между приемами пищи или что-то еще?”

Мужчина удивленно покачал головой.

“И что же ты от этого получаешь?- спросил он. “Разве тебе легче не уважать то, что другие считают значимым?”

- Извини - сказал Джейсон, чувствуя себя полным идиотом. “Там, откуда я родом, боги не настоящие.”

- Боги есть повсюду в этом мире.

“Так я и слышал” - сказал Джейсон. “Честно говоря, я нахожу это немного тревожным. Я имею в виду, посмотрите на Храм Владычества. Мне не нравится идея о бесконечно могущественном существе, чья работа заключается в том, чтобы люди знали свое место.”

“Тогда почитай другого бога, - сказал мужчина. - Ни одно божество не является абсолютным. Если вам не нравится послание господства, ищите свободу. Они не ладят друг с другом.”

Мужчина одарил Джейсона дерзкой ухмылкой.

Джейсон протянул ему руку, и тот пожал ее.

“Меня зовут Джейсон.”

“Араш, - представился мужчина.

Джейсон как раз спрашивал Араша, не является ли это простое на вид здание храмом знания, когда перед одним из храмов появился великолепный свет. По всей площади люди начали падать на колени, включая нового друга Джейсона. Оглянувшись, Джейсон увидел высокую фигуру, похожую на человека, но в два раза выше Гэри. Он был похож на искателя приключений, одетого в легкие доспехи и с мечом на боку.

До этого момента самой сильной аурой, с которой столкнулся Джейсон, была аура авантюриста серебряного ранга, которого он видел в обществе приключений. Он сидел рядом с человеком на Кольцевой линии и чувствовал, что присутствие его ауры подавляет его. Тогда он понял, почему Фарра сказала, что сдерживать свою ауру-это хорошие манеры.

Аура с дальней стороны площади делала это переживание несущественным; она сравнивала свечу с пылающим светом солнца. Джейсон не сомневался, что если бы аура этой возвышающейся фигуры действительно высвободилась, все на площади упали бы замертво.

“Так это и есть Бог, - сказал Джейсон. - Честно говоря, я надеялся, что это произведет на меня меньшее впечатление, но тут есть на что посмотреть. Вот тебе и атеизм, наверное.”

- Ложись!- Прошипел Араш, опускаясь на колени рядом с Джейсоном. Оглядевшись вокруг, Джейсон определенно выделялся как единственный человек, который все еще стоял. Бог повернулся к Джейсону. Не зная, что еще можно сделать, Джейсон небрежно помахал ему рукой. С другой стороны площади это было трудно определить, но ему показалось, что на губах Бога появилась улыбка.

“А что он за бог такой?- Спросил Джейсон.

“Это Герой, - сказал Араш. - Ложись!”

“Я думаю, что этот корабль уже отплыл, мой друг” - сказал Джейсон. - Итак, Бог Героев называется героем. Они действительно придерживаются этого простого соглашения об именовании, не так ли?”

“Какой позор” - раздался мелодичный голос из-за спины Джейсона. “Я надеялась стать твоей первой.”

Джейсон огляделся, но не увидел, откуда доносится голос. Он уловил в воздухе легкий аромат духов, свежий и чистый, как морской бриз. Внутри него он ощутил мимолетную, но мощную ауру, во всех отношениях равную Богу на другой стороне площади.

“Ты, наверное, шутишь, - пробормотал Джейсон.

В этот момент Араш дернул Джейсона за рукав, пытаясь заставить его опуститься на колени. Остальные люди вокруг них смотрели на Джейсона с презрением.

- Успокойся” - сказал Джейсон, выдергивая рубашку из рук Эраша. “Ты слышал эту женщину?”

- Какая женщина?- Сказал Араш. - Встань на колени и покажи свое уважение к Богу!”

“Тогда только я. Коленопреклонение-это не то, как ты проявляешь уважение, Араш. Вот как ты проявляешь послушание.”

- Послушание Богу - это уважение!”

“Там, откуда я родом, тоже так говорят, - сказал Джейсон. “Никогда по-настоящему не проникался этой идеей. Я думаю, что мне пора уходить, Араш. Все здешние люди смотрят на меня дурным глазом.”

“Ну и дурак же ты!- Прошипел ему вслед Араш.

“Я не могу с этим спорить, - рассмеялся Джейсон. Он начал пробираться через площадь, но все люди, упавшие на колени, образовали нечто вроде полосы препятствий.

“Извиняюсь. Простите мне. Извините меня.”

Один из людей возле Араша наклонился, смотря на блуждающего Джейсона.

“Вы знаете этого человека?- спросил человек.

- Ни в коем случае, - сказал Араш.

* * *

Как и предполагал Джейсон, Храм Знаний представлял собой простое блочное здание.

“Там действительно есть публичная библиотека?- удивился он. “В этом есть смысл.”

Двойные двери перед ним были распахнуты изнутри, когда он приблизился, открывая хорошенькую молодую женщину. Это был тот самый послушник, который проверял его эссенцию во время приема в общество приключений.

- Добрый день, мистер Асано.”

- Габриэль, верно?- Спросил Джейсон.

“Вот именно, - сказала она. - Очень приятно снова встретиться с вами.”

“Взаимно.”

Джейсон подумал, что ему следовало поинтересоваться у Хамфри не проявил ли он инициативу после того, как Джейсон назвал ему имя Габриэль. Потом он вспомнил, что Хамфри уехал с Руфусом на полевую экспертизу.

“Почему мне кажется, что ты меня ждала?- Спросил Джейсон у Габриэль.

- Моя госпожа сказала мне, что Вы прибываете, и послала меня проводить Вас.”

“Ваша Госпожа?”

“Богиня. Следуйте за мной, пожалуйста.”

Она провела Джейсона внутрь, и он почувствовал, как его окутывает аура. Это было не похоже на ауру человека, скорее на подводное течение, которое принадлежало самому зданию. Она не была слишком властной, но за ней чувствовалась огромная сила. Она также обладала ароматом мимолетной ауры, сопровождавшей бестелесный голос, который он услышал на площади.

Они шли между рядами книг, иногда проходя мимо кого-то, кто читал за столом. На некоторых полках вместо книг стояли декоративные трубки.

- Свитки, - объяснила Габриэль, заметив любопытный взгляд Джейсона. - Все рукописи здесь, в библиотеке, являются копиями. Оригиналы сохранились в архиве.”

“Итак, ваш босс часто с вами разговаривает?- Спросил Джейсон.

“Мой босс?”

“Богиня.”

“Конечно, - ответила Габриэль. “Может быть, я всего лишь младший член духовенства, но тем не менее я его член. Я вижу и слышу Миледи каждый день.”

“Это должно быть подтверждение. Там, откуда я родом, это не работает.”

- Ваш мир, должно быть, очень странный. Люди, служащие несуществующим богам. А как это работает, позвольте спросить?”

“Не совсем уверен, - ответил Джейсон. - Похоже, они сильно полагаются на метафоры. Ты же знаешь, что я из другого мира?”

- Эта дама поделилась кое-какими знаниями. Такова ее природа.”

“Ее натура могла бы воспользоваться соглашением о конфиденциальности. Куда именно ты меня ведешь?”

- В храме есть комната для вопросов. Спросите, И дама ответит или нет, как ей будет угодно.”

“Она ответит лично?”

- Ответы приходят в самых разных формах.”

- Похоже, она тоже сильно полагается на метафоры.”

Габриэль уверенно улыбнулась Джейсону.

“Скоро ты сам все увидишь, - сказала она.

Она подвела Джейсона к двойным дверям. Они были больше, чем те, что служили входом в храм, но такие же простые. Они были вырезаны из дерева, старые и без украшений, но с простой ручкой на каждом. У Джейсона возникло странное ощущение, что они были старше здания, в котором находились. Габриэль распахнула тяжелые двери с легкостью, которая противоречила ее маленькой фигуре.

“Это все, что я могу тебе сказать, - сказала она, жестом приглашая Джейсона продолжать. Он прошел через двери, и она закрыла их за ним.

Вопиющая манипуляция

Комната была большая и круглая, одноместная, поднимающаяся на пять этажей к стеклянному потолку. Свет лился сверху, отражаясь от хрустальных мозаик, которые украшали стены, чтобы омыть комнату в радужных тонах. Эта самая внутренняя комната была полной противоположностью простой внешней части храма.

“Это, конечно, впечатляет.”

Джейсон вошел в комнату, когда Габриэль закрыла за ним дверь. Он посмотрел на свои руки, на которых играл свет. В центре комнаты стояла статуя женщины в натуральную величину, держащей раскрытую книгу. Джейсон обошел его кругом, внимательно осматривая.

- Спрашивай, и она ответит или нет, не так ли?”

Джейсон бродил по комнате, разглядывая хрустальные мозаики, которые поднимались от пола на пять этажей к потолку. Они изображали то, что он принял за различных хранителей знаний: писцов, учителей, библиотекарей. Выполненные из разноцветного хрусталя и омытые светом, они выглядели яркими и купались в лучах славы.

Он молчал, рассматривая картины на стенах. Он всегда был склонен разговаривать сам с собой, но мысль о том, что ему придется ждать ответа, приводила его в замешательство. Он подумал, не слишком ли это похоже на молитву, но потом понял, что это действительно молитва.

- Идея в том, - раздался за его спиной женский голос, - что я выбираю, отвечать ли на ваши вопросы, а не в том выбираете ли вы их задавать или нет.”

Это был тот же самый голос, который он слышал на площади. Он даже не повернулся, глядя на мозаику на стене.

“И ты здесь главная?- спросил он.

- Определенно, - сказал голос. “Это мой храм.”

- Ее голос был мелодичным, с намеком на веселье. В нем было скрытое течение, аура с силой приливной волны. Он был каким-то далеким и в то же время похожим на фотографию дикой бури.

“Твой дом, твои правила, - сказал Джейсон. - У моей матери было такое же отношение.”

“И ты ушел,” сказал голос. “Здесь у тебя тот же самый выбор.”

Джейсон обернулся и увидел, что статуя была заменена женщиной. Она выглядела почти так же, как и люди на площади, по крайней мере люди, одетые в яркие одежды и со средиземноморскими чертами лица. Она была прекрасна, но в ней было что-то отстраненное и неприкасаемое. Джейсон заметил, что, в отличие от статуи, она не держала в руках книгу.

“Итак, вы были той самой женщиной или той самой книгой?”

“Ни то, не другое.”

- Отвлекающий маневр,” сказал Джейсон. “Это же трюк фокусника.”

- Я не волшебник из Страны Оз, Джейсон.”

“Ты знаешь мой мир?”

“Я и есть знание. Все, что есть или когда-либо было известно в этом мире. Вы принесли свои знания с собой, когда прибыли сюда.”

“А как насчет других богов?- Спросил Джейсон. - Знать все, что они знают, было бы немного чересчур.”

- Мы, божества, принадлежим этому миру, но не существуем в нем. Поэтому их знание-не мое.”

Джейсон оглядел богиню с головы до ног.

“Похоже, что ты существуешь внутри него, - сказал он.

“Если ты посмотришь на пруд и увидишь Луну, - сказала она, - это Луна внутри пруда или отражение чего-то гораздо большего, очень далекого?”

- Хорошая метафора, - сказал Джейсон. - Классические религиозные образы, но я полагаю, что это часть работы. Вы говорите, что Вы не тот человек за занавеской, но, насколько я знаю, Вы просто какая-то симпатичная леди с несколькими разумно расположенными зеркалами.”

“Ты думаешь, я красивая?”

“Ну, это просто явная манипуляция, - сказал Джейсон. “Если ты уже все знаешь, то задавать мне вопросы-это просто пантомима.”

Она рассмеялась-приятный звенящий звук. Это придавало Джейсону ощущение деревенского ручья в теплый летний день.

“Ты очень забавный, - сказала она ему. “Ты почувствовал мою ауру. И у Героя тоже.”

- Месяц назад я все еще думал, что ауры выдуманы, - сказал Джейсон. - Кто знает, сколько существует способов обмануть такого человека, как я.”

“Да, так уж получилось, - ответила она. “А как же все люди снаружи, когда появился герой? Неужели ты сомневаешься в них всех? Вы думаете, мы наняли актеров?”

- "Argumentum ad populum"?- Сказал Джейсон. “Если ты хочешь убедить меня в том, что ты Бог, то тебе нужно сделать что-то получше, чем второсортный апологет.”

“А вы не задумывались, как хорошо банан помещается в человеческой руке?”

Джейсон расхохотался.

“Ну и шутки у тебя, - сказал он. “Мне это нравится.”

“Если тебе от этого станет легче, просто думай обо мне как о чрезвычайно могущественном, бессмертном существе. Нет необходимости использовать слово "Б".”

“Тогда в чем же разница между Богом и каким-то безумно могущественным сверхсуществом?”

“С вашей точки зрения? Очень маленькая.- сказала она. "Природа трансцендентных существ не связана с физической реальностью. Бог и богиня-это слова смертных.”

“Это не имеет значения, пока я не достигну предельного уровня, вот что ты говоришь.”

- Что-то вроде этого.”

“Ты можешь читать мои мысли?”

“В некотором смысле, - ответила она. - Мое знание этого мира абсолютно. Пока вы знаете, о чем думаете, я знаю, о чем вы думаете.”

“Так ты знаешь, о чем я хочу спросить?”

“Я знаю то, что есть, и то, что было, но не то, что еще впереди.”

- Держу пари, что у тебя есть чертовски хорошие догадки.”

Она снова рассмеялась, и этот звук наполнил его тело приятными ощущениями.

“Я знаю все в этом мире” - сказала она, - но вы, смертные, постоянно удивляете меня. Я не ожидала, например, что ты повернешь назад и спасешь людей в этой жертвенной комнате.”

“Это тоже меня удивило” - признался Джейсон. Он оглядел богиню с головы до ног.

“А почему ты похожа на местного жителя?- спросил он.

- Чтобы появиться, нужна внешность, а эта внешность не хуже любой другой. Когда я показываю себя людям, выглядящим так же, как они, это помогает сформировать связь.”

“Тогда почему ты сейчас не похожа на кого-то из моего мира?”

- Потому что ты пришел сюда не для связи. Ты пришел, чтобы узнать, что происходит, когда атеист встречает Бога,поэтому я встретила тебя, как и любого другого здесь. Но теперь мы встретились, и вопросы, с которыми ты пришел, касались не меня.”

“И все же я ничего не могу с собой поделать, - сказал Джейсон. “Зачем богине вообще отвечать на мои вопросы?”

“Я и есть знание. Такова моя природа.”

“Это похоже на ложь.”

Уголки ее рта приподнялись в легкой улыбке.

- Назови это неполной правдой.”

Джейсон рассмеялся:

“У тебя свои планы,” сказал он.

“А разве не у нас всех?- сказала она. “Но каковы бы ни были мои мотивы, у тебя все еще есть вопросы, а у меня все еще есть ответы. Если это заставит тебя чувствовать себя лучше, знай, что ты недостаточно последователен, чтобы быть достойным манипулирования.”

“Это немного обидно, но немного успокаивает, я думаю. Ты действительно можешь сразить меня наповал?"

"Мы, трансцендентные существа, ограничены в своей способности влиять на физическую реальность. Мы можем воздействовать на магию, создавая эссенции и пробуждая камни. Мы также можем влиять на нашу зону влияния. Я-знание, поэтому я могу даровать любое знание, которое у меня есть по своему желанию.”

“И у тебя есть все необходимые знания.”

- Она снова улыбнулась.

“Итак, может ли Бог океанов или кто-то еще создавать цунами и тому подобное?”

- Да, но прямое вмешательство противоречит нашей природе, кроме как для устранения дисбаланса. Чаще всего мы работаем через наших последователей.”

“Так что если ты хочешь меня ударить, то можешь просто найти ближайший серебряный ранг в списках членов клуба и указать в мою сторону.”

“Более или менее, - ответила она. “Конечно, другой Бог мог бы послать своих собственных агентов, чтобы вмешаться. Это нечто сродни этикету-позволить нашим последователям определять исход конфликта между божествами.”

- Кто же не любит священную войну?- Спросил Джейсон. “Полагаю, мне следует заняться теми вопросами, с которыми я пришел сюда, не так ли?”

“Пожалуйста, - сказала она.

“Тогда ладно. Когда меня привели в этот мир, был ли я избран?”

“Нет, это была случайность. В то время как ваш мир волшебно бесплоден, этот мир волшебно богат. Эта магия накапливается с течением времени, находя различные формы освобождения.”

“Так вот почему происходят эти чудовищные скачки?- Спросил Джейсон.

“Вот именно, - сказала она. - Магия также может высвобождаться, когда она вспыхивает из этого мира, иногда вступая в контакт с другим. Если условия совершенно верны, то этот контакт образует связь; непреднамеренный мост, через который можно кого-то провести.”

“Если это просто случайность, то откуда же берутся мои потусторонние способности? Они чувствуют себя спроектированными.”

“Они созданы специально, - сказала она. “От вас. Путешествие между мирами изменило твое тело, наполнило его магией. Пришельцы, подобные вам, бессознательно формируют эту магию в форму, которую они могут понять, чтобы помочь им ориентироваться в этом мире, используя свои собственные правила.”

- Значит, я наделил себя силой?”

“Точнее было бы сказать, что когда сила пришла к тебе, ты сам выбрал ее форму. Способ обрамления этого мира через ваш собственный, чтобы сделать его понятным. Как это часто бывает, когда имеешь дело с темными глубинами ума, результаты получаются скорее интуитивными, чем практическими. Но то, что я описываю, на самом деле произошло не с тобой. Это просто самое близкое к тому объяснение, которое вы могли бы понять. Пытаться объяснить истинные силы в игре было бы все равно что объяснять математику камню. Вы в корне лишены способности воспринимать то, что я должна была бы вам показать.”

Богиня беспомощно развела руками.

“Если бы ты был одним из моих последователей, - сказала она, - я могла бы сделать это лучше. Внедрить это знание непосредственно в твое сознание.”

- Нет, спасибо” - сказал Джейсон. “Я всецело за это самоопределение.”

“Наши последователи вольны поступать так, как им заблагорассудится, - сказала она. “Мы не тираны.”

“Конечно, ты так не думаешь. Для тебя быть всемогущей кажется естественным. Если вы знаете все, что знаю я, тогда вы знаете, что я уже слышал всю эту чушь о "свободе в вере".”

- Но боги этого мира-не отдаленные существа, которые никогда не проявляют себя и не предпринимают никаких действий.”

Джейсон рассмеялся:

“И ты думаешь, что так будет лучше?- спросил он. “Я никогда не отказывался от своей моральной ответственности перед отсутствующим небесным волшебником в моем мире, и я не буду делать этого сейчас, когда волшебник появился, чтобы принудить его к этому.”

Богиня усмехнулась.

“Я так не думала, но должна была попытаться, - сказала она.

“Я понял,” сказал Джейсон. “Надо посадить этих бездельников на скамьи.”

“Ты тянешь время, - сказала она. “Уходя по касательной, чтобы избежать вопроса, на который ты не уверен, что хочешь получить ответ.”

“Для меня это уже ходовая часть, - сказал Джейсон.

“Я все понимаю. Вам будет нелегко мной манипулировать.”

“Я так не думал, но должен был попытаться, - сказал Джейсон.

“Мы оба обязаны своей природе, - сказала она. “Задать свой вопрос. Единственный реальный вопрос, с которым ты пришел сюда.”

“Ты уже знаешь этот вопрос” - сказал Джейсон.

- И все же ты должен спросить об этом. Только тогда ты будешь нести ответственность за то, чтобы услышать ответ.”

Джейсон кивнул:

“А есть ли у меня возможность вернуться домой?”

“А ты хочешь, чтобы так оно и было?”

“Не знаю, - ответил Джейсон. “Я имею в виду, что это должно быть целью, верно? Но там меня мало что ждет. Здесь я вижу потенциал. Кем я могу стать. Чудеса, ожидающие нас за следующим холмом.”

Он посмотрел на богиню.

“Ты ведь все знаешь, верно? Ты скажешь мне, хочу ли я вернуться.”

“На этот вопрос можешь ответить только ты. Вот почему я задала этот вопрос.”

“Разве это возможно?- спросил он.

- Да” - ответила она.

- Как же так?”

- Ты обладал этим средством с самого начала, но не готов использовать его.”

“С самого начала?”

Джейсон мысленно вернулся в тот день, когда впервые приехал сюда. В первый раз, когда он открыл свой инвентарь, внутри был какой-то предмет. Предмет, который его способности не смогли или не захотели идентифицировать, и с тех пор находился в его инвентаре.

- Знак Всемирного Феникса, - сказал он.

“Да. Я бы не советовала пытаться узнать об этом больше. Любой, кто действительно узнал бы его, не захотел бы оставить его в ваших руках.”

“А почему он у меня есть?”

“Я обладаю всеми знаниями в этом мире, - сказала она, - но это вопрос, на который я не знаю ответа.”

“Это только слегка пугает, - сказал Джейсон. “Ты сказала, что я не готов использовать его?”

- Если ты решишь использовать его, то это потребует от тебя акта веры, - сказала она.

- А вера-это совсем не мое, - сказал Джейсон.

“Я это прекрасно понимаю, - сказала она. - Когда обстоятельства диктуют, жетон будет использоваться сам.”

“Даже если это находится в моем магическом хранилище пустоты?”

“Да.”

“И вы не собираетесь сообщать мне условия запуска, не так ли?”

“Тебя предупредили, что я отвечу или нет, как мне будет угодно. В данном случае я предпочитаю не делать этого.”

“Значит, я могу просто идти по улице и свистеть, возвращаясь домой?”

“Если ты решишь, что не хочешь возвращаться в свой мир, то выброси этот предмет.”

“Так что мне придется выбирать, хочу ли я остаться, - сказал он. - Либо я выброшу эту штуку, либо останусь здесь до тех пор, пока не произойдут эти таинственные обстоятельства. А что мне делать в это время?”

- Становись сильнее” - сказала она. “Тебе понадобится эта сила для того, что должно произойти.”

“Ты говорила мне, что не можешь видеть будущее.”

“Я, как известно, делаю чертовски хорошие предположения” - сказала она

Джейсон рассмеялся, и богиня улыбнулась.

“Знаешь, - сказал он, - я не знал, чего ожидать от богини. Я подумал, что если бы ты был настоящей, то я бы не очень хорошо справился с этим.”

“Ты мог бы сделать и похуже.”

“Да, но в том-то и дело, что я должен был это сделать. Когда я пришел в этот мир, магия изменила меня. Теперь я даже не человек. Неужели это изменило мой образ мыслей? Так вот как я все это переживал, не теряя рассудка?”

- Нет - ответила она. - Твой разум остается твоим собственным.”

- Неужели? Я уже не чувствую себя тем человеком, каким был до приезда сюда.”

“Это не так” - сказала она ему. - Обстоятельства меняются, и люди меняются вместе с ними. Это так же верно в вашем мире, как и в моем. Но не все здесь зависит от магии.”

Джейсон кивнул сам себе.

- Хорошо” - сказал он. “Тогда, наверное, у меня остался последний вопрос.”

“Я не знаю, реальны ли боги вашего мира” - ответила она, не дожидаясь его вопроса. “Никто из вашего мира, кто знает эту конкретную истину, никогда не приходил сюда, а я имею дело только со знанием.”

“Никто из моего мира. Есть ли другие инопланетяне из моего мира?”

“Так оно и было, в прошлом. Но только не в течение многих столетий. Те, что пришли раньше, либо умерли, либо вернулись домой.”

“Но пользователи эссенци могут жить веками” - сказал Джейсон. “Есть ли пользователи эссенции, бегающие по моему миру?”

“Я не знаю, - ответила она. “Может быть, тебе стоит вернуться и посмотреть самому?”

Джейсон глубоко вздохнул.

“Знаете, - сказал он, - Вы действительно сбросили на меня несколько бомб, леди.”

- Люди не приходят к богине знаний за рецептами, Джейсон.”

“А разве это вариант?- спросил он.

“Нет.”

“Тогда, наверное, это все, - сказал Джейсон. “А теперь я могу просто уйти? Там есть ящик для пожертвований или что-то еще?”

Когда богиня рассмеялась, Габриэль распахнула двери снаружи. Прислужник с любопытством взглянул на веселое божество.

“Моя госпожа” - обратилась она к богине.

- Я уверена, что ты сам найдешь выход, Джейсон, - сказала ему богиня.

“Ты собираешься говорить обо мне за моей спиной, не так ли?- Спросил Джейсон. - Габриэль, попытайся объяснить своему боссу, что такое уединение. Я думаю, что у нее могут быть проблемы с этим, учитывая ее врожденную природу.”

“Уходи, Джейсон, - сказала богиня, и он ушел, усмехнувшись и помахав рукой.

“Я думаю, это было так, - услышали они его слова, когда он исчез среди книжных полок.

“Он кажется мне необычным человеком” - сказала Габриэль.

“Да, но также и опасный, - предупредила богиня. - Будь осторожна в своих будущих делах.”

“Он никогда таким не казался, - сказала Габриэль.

“Не его силы и не его аппетиты делают его опасным, - сказала богиня. “Это все его идеи. Он заставит вас усомниться в своей вере только потому, что это вера. Он заставит тебя сомневаться во всем, если ты ему позволишь.”

Миражная камера

Руфус поднял глаза, когда Гэри вышел из своей комнаты, потягиваясь и зевая.

“Ты не завтракаешь, - сказал Гэри.

“Ты только что встал?- Сказал Руфус.

Фарра вышла из своей комнаты, протирая глаза.

- О, с возвращением, Руфус. Без завтрака?”

“А зачем мне было покупать завтрак? Я же говорил тебе, чтобы ты ослабила тренировку, а не бросила ее полностью. Джейсону сейчас нужно выработать хорошие привычки.”

- Забудь об этом парне” - сказал Гэри.

Фарра кивнула в знак согласия.

“Несколько дней назад он отправился к богине знаний, - сказала она. “С тех пор он стал похож на чудовище. Все, что нам было нужно, это несколько спокойных дней перед твоим возвращением, но он не остановился. Весь его перерыв заключается в том, чтобы выпить с Джори в клинике, и я почти уверена, что это только потому, что это позволяет ему тренировать свою способность к сопротивлению.”

- Оказывается, выпивка-это яд, - сказал Гэри. “Я не собираюсь прекращать пить его, но это заставляет задуматься.”

“Ты хотя бы показал ему город?- Спросил Руфус.

“О, мы ему показали, - сказала Фарра.

“Теперь он каждый вечер совершает вечернюю пробежку вокруг Острова, - пожаловался Гэри.

Дверь открылась, и Джейсон вкатил тележку с двумя рядами закрытых подносов для еды.

- Руфус, ты вернулся, - радостно сказал Джейсон. “Вы можете присоединиться к нам за завтраком.”

“Судя по тому, что говорили эти двое, я думал, что ты будешь тренироваться.”

“Да, сегодня утром я съел спиртовую монету, побежал в клинику и немного потренировался в весе. Потом я побежал обратно и принялся за завтрак. Эти двое бездельничали, пока тебя не было.”

Пока он говорил, Джейсон перекладывал еду с подноса на обеденный стол. Гэри и Фарра сели, Гэри потирал руки друг о друга.

“Я уже начинаю привыкать к местной еде, - сказал Джейсон. “Я проверял рынки, когда делал перерыв. Но теперь, когда ты вернулся, мы можем увеличить интенсивность тренировок, да?”

Руки Гэри перестали двигаться.

“Что вы имеете в виду, говоря о повышении интенсивности?- спросил он.

“Мы можем перестать бездельничать. Я немного расслабляюсь, готовлю еду, пробираюсь через бар Джори с напитками.”

- Отдых тоже является важной частью тренировки, - сказал Руфус.

- Вот именно” - пробормотал Гэри с полным ртом колбасы.

Гэри и Фарра уже усаживались за стол, когда Джейсон налил себе сок из большого кувшина.

“Поешь чего-нибудь, - сказал Джейсон Руфусу, пододвигая к нему нагруженную тарелку. - Расскажите нам, как прошла ваша полевая оценка.”

Руфус взял свои столовые приборы.

“Действительно хорошо пахнет.”

“Итак, я знаю этого парня Хамфри, - сказал Джейсон Руфусу. “Он ведь был членом вашей группы, верно?”

- Хамфри Геллер?- Спросил Руфус. “Ты его знаешь?”

“Мы пошли на индукцию в один и тот же день, - сказал Джейсон. “Хороший парень. И как он это сделал?”

“Он потерпел неудачу” - сказал Руфус. - Его навыки прочны, и он хорошо владеет своими способностями. По крайней мере, те, что он разбудил. Его проблема - это проблема менталитета.”

“Что ты имеешь в виду?- Спросил Джейсон.

- Эссенция слияния Хамфри-дракон, - сказал Руфус.

“Логично, - сказал Джейсон, думая о фамильяре Хамфри. “Я должен представить, что это хорошая вещь.”

“Они все хороши, если правильно ими пользоваться” - сказала Фарра.

“И в этом вся проблема, - сказал Руфус. - Хамфри внимателен, вдумчив, осторожен и скромен. А тебе не кажется, что все это не похоже на дракона? Ему нужно быть уверенным, смелым. Он знает, как использовать свои способности, но слишком нерешителен в этом вопросе.”

“Я понял,” сказал Джейсон. “Он славный парень, а обладает способностями высокомерного придурка.”

“Вообще-то именно так, - сказал Руфус. “Но ведь он был не один. Нас было девятнадцать человек, и мы пропустили шестерых.”

- Ой” - сказал Джейсон.

“Это большая группа, - сказала Фарра.

“Кое-кто из местных аристократов хотел завязать светские отношения, - мрачно сказал Руфус. - Некоторые записи их недавно принятых авантюристов были таинственно утеряны, что вынудило их пересмотреть оценку.”

“Это звучит подозрительно” - сказала Фарра. - общество приключений позволило им уйти с этим?”

“Ты еще не видел, что творится в этих отдаленных ветвях, - сказал Гэри. "У них нет такого же финансирования, поэтому им приходится идти на компромисс с местными властями.”

- Коррупция, - сказал Джейсон.

“Это легко назвать так, - сказал Гэри, - но иногда приходится идти на компромиссы. Вы платите авантюристам деньгами, а не принципами.”

“А ответная реакция будет?- Спросила Фарра.

- Возможно, - сказал Руфус. “Те, кто прошел до того, как их записи таинственно исчезли, уже работали авантюристами, но после того, как я завалил их, их членство было аннулировано. Они не получат его обратно, пока не пройдут еще одну полевую экспертизу.”

- Держу пари, им это очень понравилось, - сказала Фарра.

- Племянник герцога Гринстоуна входит в эту группу, - сказал Руфус.

“Ты выставил за дверь племянника городского правителя?- Гари фыркнул.

“Я так и сделал, - сказал Руфус. - Я подозреваю, что людям, которых я завалил, будет легче общаться с их следующим асессором.”

“А Ты не думал, что, возможно, ты не тот человек, которому нужно страдать из-за этого?- Спросила Фарра. “Ты мог бы сразу бросить представителей местного общества приключений.”

- Вообще-то, директор филиала настаивал на этом. Похоже, она пытается избавиться хотя бы от части внешнего влияния.”

- О, - задумчиво протянула Фарра. “Хорошо для нее.”

“Так что насчет Хамфри?- Спросил Джейсон. “Ты ведь только и делаешь, что тренируешь искателей приключений, верно? Бьюсь об заклад, у тебя есть масса идей, как заставить его двигаться дальше.”

- Мать Хамфри-наша семейная знакомая, - сказал Руфус, - так что я немного помогу ему. Я точно знаю, что ему нужно.”

- Ну и что?- Подсказал Джейсон.

“Я видел почти всех возможных искателей приключений, - сказал Руфус и посмотрел на Джейсона. “Практически любой вид. Вернувшись в Академию моей семьи…”

Он замолчал, когда Джейсон, Гэри и Фарра одновременно подняли свои стаканы с соком и осушили их до дна.

“И что же это было?- Спросил Руфус, когда Гэри снова наполнил их бокалы из кувшина.

“Что это было?- Спросил Джейсон.

- Неважно, - сказал Руфус. - Еще в Академии моей семьи…”

Все трое снова подняли бокалы и залпом выпили их содержимое.

“А что сейчас происходит?- Спросил Руфус. - Подожди, вы что, играете в эту пьяную игру?”

Остальные трое разразились хохотом.

“Да что с вами такое, люди?”

“Это всего лишь сок, - сказал Гэри, снова наполняя стаканы. “Это всего лишь сок, верно?”

- Свежевыжатый, - сказал Джейсон.

- Так вот, теперь каждый раз, когда я упоминаю о своей семье ... -”

- Подожди, - сказал Гэри, махнув рукой в сторону Руфуса. “Я могу только наполнить их так быстро.”

Руфус, обводя взглядом стол, вызвал новые взрывы смеха.

- Я ненавижу вас всех.

* * *

“Так вот где ты вырос?- Спросил Джейсон, когда они шли по зеленому саду родового дома Геллеров. Джейсона и Руфуса вели Хамфри Геллер и его мать Даниэль. Комментарий Джейсона прозвучал, когда они шли по туннелю из покрытых листвой виноградных лоз, выросших в туннель на бамбуковом каркасе. Брызги солнечного света пробивались сквозь листву, перемежая тень лучами света.

“Мне бы это очень понравилось, когда я был ребенком, - сказал Джейсон. “Кого я обманываю? Теперь мне это нравится.”

- Благодарю Вас, мистер Асано” - сказала Даниэль.

- Просто Джейсон” - ответил тот.

“Вы должны простить Мистера Асано, - извинился Руфус. “Он не очень хорошо разбирается в формальностях, несмотря на все довольно подробные объяснения, которые он, возможно, получил ранее в тот же день.”

“Да,-сказал Джейсон, - я не очень умен, и простые формальности мне очень трудно понять. Это определенно не означает, что я нахожу их набором произвольных поведенческих норм, которые служат инструментом исключительного трайбализма и что отказ от ритуалов культурного исполнения способствует развитию новых отношений, заставляя обе стороны выйти из своих предвзятых социальных режимов.”

Даниэль рассмеялась, А Руфус сердито посмотрел на Джейсона.

“Я не совсем понимаю, как мои переводческие способности справились с этим, - сказал Джейсон.

“Я должен был оставить тебя в пустыне, - пробормотал Руфус.

- Мистер Ремор упоминал, что вы необычный человек, - сказала Даниэль. “Я очень рада, что он оказался прав. Пожалуйста, не стесняйтесь называть меня Даниэль.”

Даниэль Геллер продемонстрировала, что в Серебряном звании облагораживающий эффект эссенций достигал царств сверхъестественного. Вдобавок к тому, что она выглядела слишком юной для матери Хамфри, она была потрясающе совершенна. В этом мире ни женщины, ни мужчины не пользовались косметикой, но Джейсон понимал, что в этом мало смысла. Все люди, которые могли себе это позволить, использовали эссенции, что было похоже на чистку воздуха в реальной жизни.

“Итак, ты уже поговорил с Габриэль?- Спросил Джейсон Хамфри, который побледнел и начал трясти головой, чтобы заставить Джейсона замолчать.

- Габриэль?- Спросила Даниэль. Возможно, она выглядела слишком юной, чтобы быть матерью Хамфри, но в этом тоне явно чувствовалась какая-то слабость.

“Это никто, - сказал Хамфри.

- Даниэль, - сказал Джейсон, - как заметил Руфус, мое понимание местного этикета ограничено. А как же быть с ухаживанием в местных аристократических кругах?”

- Пожалуйста, перестань, - взмолился Хамфри.

“Это будет зависеть от относительного статуса вовлеченных сторон, - сказала Даниэль.

“Тогда позвольте мне представить гипотетический вариант.- Сказал Джейсон. - Давайте возьмем кого-нибудь примерно вашего социального положения. Возможно, молодой член вашей семьи. Как бы они подошли, скажем, к послушнику церкви Знания? Я предполагаю, что там будет много социальных, политических и религиозных запутанностей, которые сделают это довольно трудным.”

Джейсон и Даниэль радостно шагали рядом, а Руфус и Хамфри следовали за ними. Хамфри закрыл лицо руками, а Руфус только покачал головой.

“В самом деле, там были бы социальные сложности, - сказала Даниэль. "Лучший подход, который мог бы принять молодой человек – я предполагаю, что это молодой человек в этом примере?”

- А почему бы и нет?- Сказал Джейсон.

“Самое лучшее, что может сделать этот молодой человек, - сказала Даниэль, оглядываясь на сына, - это сообщить об этом своей матери. Кто-то, кто может устроить все без юношеского энтузиазма, вызывающего политический инцидент.”

“Но ты же знаешь, какими молодыми бывают люди, - сказал Джейсон. - Держу пари, он скорее отрубит себе руку, чем станет говорить об этом с матерью.”

“Если бы только у него был друг, который мог бы вступиться за него, - сказала Даниэль.

“Мы с Джейсоном можем устроить спарринг, верно?- Спросил Хамфри у Руфуса.

“Я позабочусь о том, чтобы все было по расписанию, - сказал Руфус.

* * *

“Это, - сказала Даниэль, - комната миражей.”

Это был огромный купол, возвышающийся над деревьями и растениями, сегментированный, как глаз насекомого. Если бы дорожки поместья не были в основном затенены навесом, выпуклое здание было бы видно с большей части территории.

“Так что же это за штука, собственно говоря?- Спросил Джейсон. - Руфус не очень ясно выразился.”

“Он создает ложные образы чудовищ, - объяснил Хамфри, - и ложное представление о твоем теле, с помощью которого ты можешь сражаться с ними. Все кажется совершенно реальным.”

“Звучит фантастически, - сказал Джейсон. “А я могу попробовать?”

“В другой раз, - сказал Руфус. “На этот раз ты здесь только для того, чтобы посмотреть. Сегодня мы поставили Хамфри на путь прохождения следующей полевой оценки.”

“Разве ты не говорил, что они просто помашут всем через месяц?- Спросил Джейсон у Руфуса.

“Я бы не была так уверена, - сказала Даниэль. - Вчера утром я разговаривала с директором филиала, и она очень довольна тем, как все прошло. Тем не менее, вероятно, необходим какой-то компромисс.”

Подойдя ближе к куполу, Джейсон увидел, что к нему примыкает целый комплекс зданий.

“Вон там смотровой зал” - сказала Даниэль, указывая на самое большое здание, кроме самого купола. “Мы пытаемся создать сценарии, по которым наши семейные стажеры могут учиться, а затем заставить их всех смотреть. Руфус сказал мне, что вы специалист по болезням, с которым было бы интересно поработать.”

“Он далек от любого примера, кроме плохого- сказал Руфус.

- Руфус, - слегка пожурила его Даниэль.

“Нет, он прав” - сказал Джейсон.

“Я слышала, что вы очень хорошо проявили себя в инциденте с поместьем Вейнов, - сказала Даниэль.

“Тогда вы, возможно, захотите проверить свои источники, - сказал Джейсон. “Меня несколько раз укладывал парень с лопатой.”

Она подняла бровь в сторону Руфуса, который кивнул с кривой улыбкой на лице.

- Руфус говорил, что вы тренируете здесь членов семьи со всего мира, - сказал Джейсон.

“У нас есть ветви семей, разбросанные далеко и широко, - гордо сказала Даниэль. “Они все приходят сюда в возрасте пятнадцати лет и остаются здесь до тех пор, пока не достигнут бронзового ранга. Мы также принимаем некоторых несемейных людей.”

“У членов нашей семьи есть привычка выбирать команды еще до того, как они получат свои эссенции, - сказал Хамфри. “Мы берем и членов команды тоже.”

Даниэль провела их в одно из зданий, которое оказалось большой одноместной комнатой. В задней стене было длинное стеклянное окно, сквозь которое виднелась только темнота, но сила Джейсона позволила его глазам проникнуть сквозь мрак. За стеклом виднелась пустая внутренность купола. Сам купол был сделан из сегментов-неровных металлических пятиугольников с вырезанными на них магическими символами.

Под окном находился прямоугольный каменный блок. Наверху были вырезаны многочисленные руны и знаки, составленные из сложных узоров. Последней особенностью комнаты были низкие деревянные платформы размером с односпальные кровати. Они выстроились вдоль левой и правой стены, по полдюжины с каждой стороны. На их поверхности были выгравированы еще более мистические символы.

“Это будка управления, - объяснила Даниэль. “С этой панели под окном мы можем контролировать все, что происходит внутри камеры.”

- Она повернулась к Руфусу.

“Так что же у вас есть для нас?”

Бесконечный, неизбежный кошмар

Бесконечный, неизбежный кошмар

В комнате управления миражной камерой все взгляды были прикованы к Руфусу. Он подошёл к каменному блоку под окном, на котором был вырезан головокружительный массив рун, сигилов и сложных магических диаграмм. Он потратил несколько мгновений, осматривая его.

— Стандартное расположение, — заметил он. — Джейсон, дай мне тот кристалл.

Джейсон взял длинный, гранёный кристалл из своего инвентаря, что-то, что Фарра создала, используя ресурсы Магического общества. Он выглядел скорее как длинный, узкий алмаз, грани ловили свет и отражали вспышки радужного цвета. Он передал его Руфусу, который посмотрел вокруг одной стороны каменного блока, затем другой, найдя отверстие, в которое он протолкнул кристалл.

— Итак, что с кристаллом? — спросил Джейсон.

— Миражная камера проецирует вещи с этих платформ вдоль стен, — сказала Даниэль.

Джейсон снова взглянул на деревянные платформы, выстроившиеся вдоль обеих сторон комнаты.

— Если у неё нет прямого доступа к чему-то через платформы, — продолжила Даниэль, — тебе нужно дать ей магический оттиск для репликации.

— И кристалл — это устройство хранения для оттиска, — сказал Джейсон.

— Точно, — сказала Даниэль.

Руфус, вставив кристалл, теперь осматривал верхнюю часть каменного блока.

— Эта миражная камера имеет впечатляющий массив отпечатков монстров, — сказал Руфус, — но Хамфри нужно что-то немного другое, чем базовый боевой сценарий. То, что я только что добавил, должно помочь ему преодолеть следующую стену в его развитии. Хамфри, ты можешь входить сейчас.

Хамфри лёг на одну из деревянных платформ. Руны под ним загорелись, и он замер как мёртвый. Внезапно Джейсон заметил его через окно, стоящего под центром купола. Он снова взглянул вниз на неподвижное тело Хамфри на платформе, затем вверх на его другое тело внутри купола, которое повернулось, чтобы посмотреть на окно.

— Это иллюзорное тело? — спросил Джейсон.

— Верно, — сказала Даниэль. — Оно может только влиять или быть под влиянием других иллюзий, созданных миражной камерой. Для него, однако, всё ощущается совершенно реальным.

— Верно, — сказал Руфус. — Прямо сейчас это ощущается совершенно реальным для него, но ничто из того, что он перенесёт, не повлияет на его реальное тело.

— Что если что-то случится с его телом здесь, пока он там?

— Тогда он будет вырван из этого, — сказал Руфус. — Иллюзия ощущается совершенно реальной, но это просто проекция. Быть неожиданно выведенным — дезориентирует, но безвредно.

Руфус использовал палец, чтобы проследить некоторые линии каменной плиты перед ним. Они загорелись под его пальцем, но реальное изменение было на другой стороне окна.

Интерьер купола перешёл из тьмы к яркому и дикому освещению. Сегментированные панели обрушили на интерьер водоворот радужных огней, движущихся и мигающих от одного цвета к другому, когда интерьер купола стал сдвигающимся калейдоскопом. Фигура Хамфри выглядела крошечной в огромном, пустом пространстве, как будто поток цвета сметёт его. Радужный свет проливался через окно и поверх наблюдателей.

— Это определённо впечатляет, — сказал Джейсон. — У кого-нибудь когда-нибудь случался припадок от этого?

— Однажды, — сказала Даниэль. — Оказывается, у них была какая-то болезнь мозга. Мы заставили целителя удалить её.

— Конечно, вы можете случайно вылечить эпилепсию, — пробормотал Джейсон.

— Нет ничего случайного в недугах разума, — сказала Даниэль. — Тебе нужно удалить болезнь, затем восстановить повреждённые части мозга исцелением, как рану. После этого им часто требуется время на восстановление. Особенно если состояние было с ними долгое время. Они могут потерять воспоминания, даже физические навыки.

— О, — сказал Джейсон. — Странно утешительно знать, что магия — это не просто мгновенное решение каждой проблемы.

— Магия — это инструмент, как и любой другой, — сказала Даниэль. — Деликатные задачи требуют заботы и экспертизы.

Пока Джейсон и Даниэль разговаривали, руки Руфуса двигались над гравировками на каменном блоке, как будто он играл на терменвоксе. На другой стороне окна хаос света медленно двигался к порядку.

— Он в порядке там? — спросил Джейсон.

— Он переживал это много раз, — сказала Даниэль.

— Извините, что это занимает так много времени, чтобы встать на место, — сказал Руфус. — Мне нужно понять нюансы дизайна вашей камеры.

— Что именно ты планируешь для Хамфри? — спросил Джейсон.

— Нам нужно мотивировать Хамфри действовать смело. У меня есть упражнение, разработанное, чтобы привить этот образ мышления.

— Ты думаешь, это новое дополнение к нашей миражной камере сделает это? — сказала Даниэль.

— В академии моей семьи, — сказал Руфус, — я видел много людей с проблемой Хамфри. Хорошие люди, героические, даже. Ты не можешь мотивировать их славой или силой, не если хочешь действительно побудить их к действию. Это должно быть с последствием.

Свет внутри купола внезапно исчез. Даже сила тёмного зрения Джейсона не могла проникнуть в немедленную тьму. Затем дневной свет осветил пространство за окном, которое больше не было интерьером купола. Теперь это было широкое пустынное ущелье, с Хамфри, стоящим внизу, рядом с мелким ручьём. Солнечный свет спускался с ясного голубого неба. Хамфри огляделся, найдя маленького, очаровательного ребёнка, стоящего рядом с ним.

— Голодек, — прошептал Джейсон в благоговении.

Руфус коснулся руны на столе управления.

— Хамфри, — сказал он. — Ты слышишь меня?

— Слышу, — сказал Хамфри, его голос исходил из стола управления. — Почему здесь маленькая девочка?

— Это Элли, — сказал Руфус. — Ты должен защитить её от монстров.

Руки Руфуса снова двинулись над рунами. Полдюжины монстров появились дальше в ущелье, бегущих к Хамфри. Они выглядели и двигались как леопарды, но были размером с полноразмерных тигров. Позади них их хвосты были длинными и толстыми, каждый заканчивался огромным, похожим на коготь когтем.

Когда Хамфри принял стойку перед маленькой Элли, доспехи сформировались вокруг его тела из тонкого воздуха. Они выглядели сделанными из чешуи, в основном песчано-жёлтые, но с вкраплениями других цветов, как радужные капли. В его руках появился огромный меч. Поскольку он был абсурдно большим и имел форму расширенного крыла дракона, Джейсон не мог не усомниться в практичности.

Оставаясь рядом с маленькой девочкой и защищая её своим телом, Хамфри ожидал монстров. Когда они прибыли, он взмахнул своим огромным мечом. Джейсон был поражён лёгкостью и экспертизой, с которой он владел массивным оружием. Он был явно тяжёлым, но его работа ног плавно смещалась, чтобы управлять весом и импульсом. Каждый удар был концом для монстра, но он не мог победить всех шестерых достаточно быстро. Два ловких монстра проскочили вокруг Хамфри, пока он разбирался с остальными. К тому времени, как он пробился мимо них, труп Элли разрывали в перетягивании каната между двумя монстрами.

Даже наблюдая издалека, Джейсон почувствовал висцеральную тошноту при виде этого. Руфус коснулся руны, заставляя монстров и ребёнка исчезнуть. Хамфри посмотрел на теперь пустую землю в ужасе, огромный меч выпал из его рук и исчез.

Даниэль дотянулась до консоли и коснулась руны, чтобы закрыть связь с Хамфри.

— Ты пытаешься травмировать моего сына? — спросила она Руфуса, её тон был явным предупреждением. Его ответ должен был быть хорошим.

Руфус спокойно повернулся лицом к ней, когда она шагнула вперёд, чтобы противостоять ему.

— Да, — сказал Руфус. — Я пытаюсь травмировать твоего сына. Во время полевой оценки я мог ясно видеть тренировки, через которые он прошёл. Его навыки исключительны, но было одинаково очевидно, что ты баловала его до точки критического дефицита. Причина, по которой я провалил его, не в том, что ему не хватает способностей. В том, что он не понимает долга быть искателем приключений. Ты научила его справляться с убийством, но не как справляться с неудачей. Он колеблется в критические моменты, потому что ты научила его быть слишком совершенным.

Джейсон наблюдал за подавленной фигурой Хамфри через стекло. Он согласился с матерью Хамфри, что тренировки Руфуса были по сути эмоциональным насилием, и подумал, что его речь звучала подозрительно похоже на горшок, критикующий чайник. Насколько он мог судить, у Руфуса и Хамфри было похожее воспитание. Он задавался вопросом, проходил ли Руфус через то же упражнение сам.

— Он остановится, чтобы искать оптимальный путь, когда то, что ему нужно сделать, — это действовать, — продолжил Руфус. — Если ты хочешь, чтобы Хамфри действовал быстро и решительно, он должен понимать цену того, чтобы не делать этого. Я могу позволить этому сойти с рук другим искателям приключений в этом городе, но ты хотела, чтобы он соответствовал моим стандартам. Это мои стандарты.

Даниэль была на голову ниже Руфуса, но она подошла прямо в его пространство, откинув голову назад, чтобы уставиться на него.

— Так ты обращаешься с людьми в своей знаменитой академии?

— Да. Так и есть.

Руфус повернулся обратно к столу управления и снова открыл связь.

— Будь готов, Хамфри, — сказал Руфус. — Мы идём снова.

Джейсон наблюдал за Даниэль, видя, что она была на грани того, чтобы вмешаться, чтобы остановить это. В конце концов, она сделала шаг назад. Внутри купола рядом с Хамфри появился маленький мальчик.

— Как насчёт Элли? — голос Хамфри исходил из стола управления.

— Элли мертва, — холодно сказал Руфус. — Она была разорвана монстрами. Это Бен.

Джейсон поморщился, снова глядя на Даниэль. Она сурово смотрела на Руфуса, но ничего не сказала.

* * * Реальное тело Хамфри зашевелилось на деревянной платформе, руны под ним угасали. Он свесил ноги с края и сел, лицо бледное, глаза широко открыты и дрожат. Он не смог защитить каждого нового ребёнка, которого Руфус поместил с ним.

— Как это было? — спросил Руфус.

— Кошмар, — слабо сказал Хамфри. — Бесконечный, неизбежный кошмар.

— Не неизбежный, — сказал Руфус, лишённый сочувствия. — У тебя была сила защитить тех детей. Это твои колебания и сомнения обрекли их. Ты должен понимать, что иногда лучшее действие — это немедленное. Завтра ты справишься лучше.

— Завтра? — спросил он слабо.

— И каждый день, пока ты не перестанешь позволять детям погибать.

— Я… Я не знаю, смогу ли я это сделать.

— И всё же ты думаешь, что готов сделать это, когда люди реальны? — спросил Руфус. — Искатели приключений не охотятся на монстров ради развлечения, Хамфри. Мы — щит для тех, кто не может защитить себя. Да, есть искатели приключений, которые заботятся только о деньгах и статусе. Но настоящие — и я знаю, что ты хочешь быть одним из настоящих — заботятся о долге. У тебя есть сердце для этого, но пока у тебя нет образа мышления, чтобы соответствовать, всё, что ты будешь делать, — это терпеть неудачу.

Руфус положил руку на плечо Хамфри.

— Только ты можешь решить, через что ты готов пройти, чтобы поступить правильно.

* * * Руфус и Даниэль сидели в тени с кувшином ледяных напитков на столе для пикника. Даниэль предложила Хамфри повести восторженного Джейсона в сторону садов.

— Мне жаль, если ты чувствуешь, что я зашёл слишком далеко, — сказал Руфус. — Ты хороший искатель приключений. Ты знаешь вещи, с которыми он столкнётся рано или поздно.

Даниэль кивнула.

— Мой отец всегда говорил, что я слишком оберегаю его от реальности, — сказала Даниэль. — Но он всегда был таким хорошим мальчиком. Как будто внутри него есть что-то, что заставляет его хотеть помогать людям. Я не хотела ломать это.

— Ты рассматривала что-то для него, кроме приключений? — спросил Руфус. — Есть другие способы помочь людям.

— Не в нашей семье, нет. Геллеры — искатели приключений, со всем хорошим и плохим, что с этим приходит. И у него есть талант.

— Есть, — сказал Руфус. — Если он сможет преодолеть это препятствие, он может стать одним из великих однажды.

— У тебя есть похожие надежды на твоего друга, Джейсона, да?

— Мне жаль его, — сказал Руфус. — У него есть привычка говорить всё, что приходит ему в голову.

— Нет, это не так, — сказала Даниэль. — Тебе стоит быть внимательнее.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты не замечал, как он захватывает контроль над разговором? Как он провоцирует людей выйти из их удобных шаблонов? У него очень политический ум, но он применяет его совсем не так, как кто-либо, кого я встречала. Я надеюсь, Хамфри сможет поучиться у него, немного.

— Ты хочешь, чтобы Хамфри был больше похож на Джейсона? — спросил Руфус недоверчиво.

— Хамфри слишком прямолинейный мыслитель для этого, — сказала Даниэль. — Я просто хотела бы, чтобы он понял, что вещи сложнее, чем он осознаёт. Тренировка социального выживания, если хочешь.

— Думаю, ты можешь переоценивать Джейсона. Ты можешь путать непредсказуемость с хитростью.

— Возможно, — сказала Даниэль. — Я признаю, его трудно предсказать. Знаешь, я слышала интересную вещь, пока ты был в отъезде на полевой оценке.

— О?

— Бог появился на Божественной площади.

— Они делают это всё время, — сказал Руфус.

— Было пара интересных особенностей в этом конкретном случае.

— Какой бог?

— Герой, — сказала Даниэль. — Интересный бог. Ты знал, что он единственный основной божество, у которого нет подчинённых богов?

— Знал, на самом деле.

— Верно, — сказала Даниэль. — Твой дядя — член духовенства Героя, не так ли? Как он поживает?

— Очень хорошо. Я передам ему, что ты спрашивала о нём.

— Пожалуйста. Что действительно привлекло внимание людей о появлении Героя, однако, было то, что когда все преклонили колени перед богом, один человек не сделал этого.

Руфус положил руку на глаза, устало стоная.

— У Джейсона есть некая проблема с религией, — сказал он.

— Я слышала некоторые слухи о той жрице, с которой ты работал, — сказала Даниэль. — У неё есть недобрые слова о тебе, кстати. Но ты можешь понять, почему я не была поражена отсутствием формальности у Джейсона. Какое почтение причитается аристократу, когда ты не кланяешься богу?

Руфус сузил глаза на Даниэль.

— Ты, кажется, много знаешь о Джейсоне для того, кто только что встретил его, — сказал Руфус. — Это едва ли сюрприз для кого-то с твоим влиянием услышать об инциденте на Божественной площади, но ты была уверена, что это был Джейсон. Ты расследуешь его, не так ли?

— Расследую, — сказала Даниэль. — По просьбе твоего отца.

Руфус застонал. — Тысячи миль прочь, и он всё ещё не может позволить мне прокладывать свой собственный путь.

— Он обеспокоен человеком, который арестовывает так много внимания его сына, — сказала она. — Человеком, который, казалось, упал с неба. Представь моё удивление, обнаружив, что он сделал почти именно это.

— Ты знаешь, что он иномирянин.

— Знаю, — сказала Даниэль. — Очень захватывающе.

— Как?

— Это была причудливая догадка, пока я не встретила его. Он так очевидно человек не на своём месте. То, как он говорит, то, как он думает. То, как он смотрит на вещи. Он не подходит.

— То, как он смотрит на вещи?

— Как человек, который не ожидает узнать что-либо.

— Ты сказала моему отцу, что он такое?

— Сказала, — сказала Даниэль. — Не будет трудно никому сложить части вместе, как только люди начнут искать их. Что они сделают, когда поймут, что ты тренируешь его.

— Это неизбежно, я знаю, — сказал Руфус. — Я хотел, чтобы он достиг точки, где его навыки хотя бы не были позором. Джейсон, однако, не кажется, что смущается.

— О?

— Его может быть неприятно учить, — сказал Руфус. — Он целеустремлённый, но каждый раз, когда я вижу возможность преподать ему урок, он просто понимает это и объясняет мне обратно, как будто он выучил это всё раньше.

— Как ты думаешь, как он справляется с этим?

— Я настоятельно советую никогда не просить его объяснять. Что-то о старике, заставляющем мальчика наносить воск на повозку, затем снимать его снова, потому что люди были злы к нему в его школе. Я думаю, мир Джейсона должен быть очень странным местом.

— Звучит довольно интригующе, — сказала она.

— Тогда не стесняйся спросить его об этом, — сказал Руфус. — Просто делай это, когда я где-то в другом месте.

Даниэль рассмеялась.

— Когда он найдёт свой путь в миражную камеру? — спросила она.

— Скорее раньше, чем позже. Я хочу, чтобы он использовал книгу навыков боевых искусств сначала. Я откладывал это, чтобы подготовить его как можно лучше, но ему понадобится хотя бы несколько недель, чтобы консолидироваться перед его полевой оценкой. Итак, через несколько дней, скорее всего. Тем временем, нужно ли мне продолжать приходить за Хамфри?

— Нет, у нашей семьи достаточно тренеров с желудком для этого, — сказала Даниэль. — Когда ты приведёшь Джейсона, мы можем заставить их немного поспарринговать.

— Я приведу, — сказал Руфус. — Но сначала мне нужно поговорить с моим отцом.

Том 1 Глава 48.1

В комнате управления миражной камерой все взгляды были устремлены на Руфуса. Он подошел к каменному блоку под окном, на котором было вырезано головокружительное множество рун, знаков и сложных магических диаграмм. Он потратил несколько мгновений, рассматривая его.

- Стандартная схема, - заметил он. - Джейсон, дай мне этот кристалл.”

Джейсон достал из своего инвентаря длинный граненый кристалл, который Фарра создала, используя ресурсы магического общества. Он был похож скорее на длинный узкий Алмаз, грани которого ловили свет и отражали вспышки радужного цвета. Он передал его Руфусу, который оглядел каменную глыбу сначала с одной стороны, потом с другой, найдя отверстие, в которое он вставил Кристалл.

“Так что там с кристаллом?- Спросил Джейсон.

- Камера Миража проецирует вещи с этих платформ вдоль стен, - сказала Даниэль. Джейсон снова взглянул на деревянные платформы, выстроившиеся по обеим сторонам комнаты.

“Если он не имеет прямого доступа к чему-то через платформы, - продолжала Даниэль, - вам нужно дать ему магический отпечаток, чтобы воспроизвести его.”

- А Кристалл-это запоминающее устройство для отпечатка, - сказал Джейсон.

- Вот именно” - сказала Даниэль.

Руфус, вставив Кристалл, теперь смотрел поверх каменного блока.

“В этой комнате миражей есть впечатляющий набор отпечатков монстров, - сказал Руфус, - но Хамфри нужно что-то немного отличающееся от основного сценария боя. То, что я только что добавил, должно помочь ему подняться на следующую ступень в своем развитии. Хамфри, теперь ты можешь войти.”

Хамфри лег на одну из деревянных платформ. Руны под ним загорелись, и он замер, как мертвый. Внезапно Джейсон заметил его в окне, стоящего под самым центром купола. Он оглянулся на неподвижное тело Хамфри на платформе, затем на свое второе тело внутри купола, которое повернулось к окну.

“Это иллюзорное тело?- Спросил Джейсон.

“Совершенно верно, - сказала Даниэль. - Он может воздействовать только на другие иллюзии, созданные камерой миражей. Но для него все кажется абсолютно реальным.”

“Совершенно верно, - сказал Руфус. - Прямо сейчас это кажется ему абсолютно реальным, но ничто из того, что он испытывает, не повлияет на его реальное тело.”

“А что, если что-то случится с его телом здесь, пока он там?- Спросил Джейсон.

“Тогда он сразу проснется, - сказал Руфус. - Иллюзия кажется совершенно реальной, но это всего лишь проекция. Быть неожиданно выведенным из строя дезориентирует, но безвредно.”

Руфус провел пальцем по некоторым линиям каменной плиты перед собой. Они загорелись под его пальцем, но настоящая перемена произошла по другую сторону окна.

Внутренняя часть купола из темноты превратилась в яркое и дикое освещение. Сегментированные панели взрывали интерьер водоворотом радужных огней, перемещаясь и вспыхивая от одного цвета к другому, когда внутренняя часть купола превращалась в движущийся калейдоскоп. Фигура Хамфри казалась крошечной в огромном пустом пространстве, как будто поток красок мог унести его прочь. Радужный свет пролился через окно и на наблюдателей.

“Это действительно впечатляет, - сказал Джейсон. “А это когда-нибудь вызывало у кого-нибудь припадок?”

- Один раз, - ответила Даниэль. - Оказывается, у них была какая-то болезнь мозга. Мы попросили целителя удалить ее.”

“Конечно, вы можете невзначай вылечить эпилепсию, - пробормотал Джейсон.

“В душевных болезнях нет ничего случайного, - сказала Даниэль. -Тебе нужно избавиться от болезни, а затем восстановить поврежденные участки мозга, заживив их, как рану. После этого им часто требуется время, чтобы прийти в себя. Особенно если это состояние было у них уже давно. Они могут потерять память, даже физические навыки."

- О,- сказал Джейсон. “Странно, но приятно сознавать, что магия-это не просто мгновенное решение любой проблемы.”

- Магия-это такой же инструмент, как и любой другой, - сказала Даниэль. - Деликатные задачи требуют осторожности и опыта.”

Пока Джейсон и Даниэль разговаривали, руки Руфуса двигались по гравюрам на каменном блоке, как будто он играл терменвокса. По другую сторону окна хаос света медленно приближался к порядку.

“С ним там все в порядке?- Спросил Джейсон.

“Он испытывал это много раз, - сказала Даниэль.

- Извини, что так долго не могу встроиться, - сказал Руфус. “Мне нужно разобраться с нюансами дизайна вашей комнаты.”

“А что именно ты планируешь для Хамфри?- Спросил Джейсон.

“Нам нужно побудить Хамфри действовать смело. У меня есть упражнение, предназначенное для того, чтобы привить это мышление”

“Ты думаешь, что это новое дополнение к нашей комнате миражей сделает это?- Сказала Даниэль.

“В Академии моей семьи, - сказал Руфус, - я видел много людей с проблемой Хамфри. Хорошие люди, даже героические. Вы не можете мотивировать их славой или силой, если вы действительно хотите побудить их к действию. Это должно быть со следствием."

Свет внутри купола внезапно исчез. Даже сила темного зрения Джейсона не могла проникнуть сквозь внезапно наступившую темноту. Затем дневной свет осветил пространство за окном, которое больше не было внутренней частью купола. Это было широкое пустынное ущелье, на дне которого у неглубокого ручья стоял Хамфри. С ясного голубого неба лился солнечный свет. Хамфри огляделся и увидел рядом с собой маленького очаровательного ребенка.

- Голопалуба, - благоговейно прошептал Джейсон.

Руфус постучал пальцем по руне на контрольном столе.

- Хамфри, - сказал он. “Ты меня слышишь?”

“Слышу, - сказал Хамфри, и его голос раздался из-за пульта управления. “А почему здесь маленькая девочка?”

“Это Элли, - сказал Руфус. “Ты должен защитить ее от монстров.”

Руки Руфуса снова прошлись по рунам. Полдюжины монстров появились из глубины ущелья, направляясь к Хамфри. Они выглядели и двигались как леопарды, но были размером с взрослых тигров. За ними тянулись длинные и толстые хвосты, заканчивающиеся огромным когтистым когтем.

Когда Хамфри встал перед маленькой Элли, вокруг его тела из разреженного воздуха образовалась броня. Казалось, он был сделан из чешуи, в основном песчано-желтого цвета, но с крапинками других цветов, как радужные капли. В его руках появился огромный меч. До нелепости большой и похожий на вытянутое драконье крыло, Джейсон не мог не усомниться в практичности этого решения.

Оставаясь рядом с маленькой девочкой и прикрывая ее своим телом, Хамфри ждал появления монстров. Когда они подошли, он начал размахивать своим огромным мечом. Джейсон был поражен легкостью и мастерством, с которыми он владел этим массивным оружием. Оно было явно тяжелым, но его ноги плавно перемещались, чтобы справиться с весом и инерцией. Каждый удар был концом монстра, но он не мог справиться со всеми шестью достаточно быстро. Два проворных монстра прыгали вокруг Хамфри, пока он расправлялся с остальными. К тому времени, как он пробрался мимо них, труп Элли уже разрывался на части в перетягивании каната между двумя монстрами.

Даже наблюдая за происходящим издалека, Джейсон почувствовал внутреннюю тошноту от этого зрелища. Руфус постучал по руне, заставляя монстров и ребенка исчезнуть. Хамфри в ужасе смотрел на опустевшую Землю, огромный меч выпал из его рук и исчез.

Даниэль протянула руку над консолью и нажала на руну, чтобы прервать связь с Хамфри.

-Ты пытаешься травмировать моего сына?- спросила она Руфуса, и ее тон ясно предупреждал, что его ответ должен быть хорошим. Руфус спокойно повернулся к ней, когда она шагнула вперед, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.

“Да, - сказал Руфус. “Я пытаюсь травмировать вашего сына. Во время полевой оценки я отчетливо видел, какую подготовку он прошел. Его навыки исключительны, но было также очевидно, что вы нянчились с ним до критического уровня. Причина, по которой я завалил его, не в том, что ему не хватает способностей. Это потому, что он не понимает своего долга быть авантюристом. Ты научила его справляться с убийствами, но не с неудачами. Он колеблется в критические моменты, потому что вы научили его быть слишком совершенным.”

Джейсон смотрел сквозь стекло на одинокую фигуру Хамфри. Он согласился с матерью Хамфри, что обучение Руфуса было в основном эмоциональным насилием, и подумал, что речь Руфуса звучит подозрительно, как горшок, критикующий чайник. Насколько он мог судить, у Руфуса и Хамфри было схожее воспитание. Он подумал, что Руфус и сам прошел через то же самое упражнение.

“Он остановится, чтобы найти оптимальный путь, когда ему нужно будет действовать, - продолжал Руфус. “Если вы хотите, чтобы Хамфри действовал быстро и решительно, он должен понимать, какой ценой ему это не удастся. Я могу забыть об этом вместе с другими приключениями в этом городе, но ты хотела, чтобы он соответствовал моим стандартам. Таковы мои стандарты.”

Даниэль была на голову ниже Руфуса, но она встала прямо на его место, запрокинув голову назад, чтобы пристально посмотреть на него.

“Так вот как вы обращаетесь с людьми в вашей знаменитой академии?”

“Да, - сказал Руфус. “Так оно и есть.”

Руфус снова повернулся к пульту управления и снова включил связь.

- Приготовься, Хамфри - сказал Руфус. “Мы снова едем туда.”

Том 1 Глава 48.2

Джейсон наблюдал за Даниэль, видя, что она была на грани того, чтобы вмешаться и остановить его. В конце концов она сделала шаг назад. Внутри купола рядом с Хамфри появился маленький мальчик.

“А как же Элли?- Голос Хамфри донесся из-за пульта управления.

- Элли мертва - холодно сказал Руфус. - Ее разорвали на части чудовища. А это Бен.”

Джейсон вздрогнул и снова посмотрел на Даниэль. Она строго посмотрела на Руфуса, но ничего не сказала.

* * *

Настоящее тело Хамфри шевельнулось на деревянной платформе, руны под ним исчезли. Он свесил ноги с кровати и сел, лицо его было бледным, глаза широко раскрыты и дрожали. Он не смог защитить каждого нового ребенка, которого Руфус поместил к нему.

“Как это было?- Спросил Руфус.

- Кошмарный сон - слабым голосом произнес Хамфри. - Бесконечный, неотвратимый кошмар.”

“Это не неизбежно” - сказал Руфус без всякого сочувствия. “У тебя была сила защитить этих детей. Именно твои колебания и сомнения обрекли их на гибель. Ты должен понимать, что иногда самое лучшее действие-это немедленное. Завтра тебе будет лучше.”

- Завтра?- слабо спросил он.

“И каждый день, пока ты не перестанешь убивать детей.”

“Я... я не знаю, смогу ли я это сделать.”

“И все же ты думаешь, что готов сделать это, когда люди будут настоящими?- Спросил Руфус. - Авантюристы не охотятся на монстров ради развлечения, Хамфри. Мы-щит для тех, кто не может защитить себя сам. Да, есть авантюристы, которые заботятся только о деньгах и статусе. Но настоящие люди, а я знаю, что ты хочешь быть одним из настоящих, заботятся о долге. У вас есть сердце для этого, но пока у вас нет соответствующего сознания, все, что вы собираетесь сделать, это потерпеть неудачу.”

Руфус положил руку на плечо Хамфри.

“Только ты можешь решить, через что ты готов пройти, чтобы поступить правильно.”

* * *

Руфус и Даниэль сидели в тени с кувшином ледяных напитков на столе для пикника. Даниэль предложила Хамфри повести восторженного Джейсона в сторону садов.

“Мне очень жаль, если ты считаешь, что я зашел слишком далеко, - сказал Руфус. “Ты хороший искатель приключений. Ты же знаешь, с чем ему рано или поздно придется столкнуться.”

Даниэль кивнула.

“Мой отец всегда говорил, что я слишком сильно защищаю его от реальности, - сказала Даниэль. - Но он всегда был таким хорошим мальчиком. Как будто в нем есть что-то такое, что заставляет его хотеть помогать людям. Я не хотела это нарушать.”

“А вы не подумали о чем-нибудь другом для него, кроме приключений?- Спросил Руфус. “Есть и другие способы помочь людям.”

- Не в нашей семье. Геллеры-авантюристы, со всем хорошим и плохим, что приходит вместе с этим. И у него есть талант.

“Так оно и есть, - сказал Руфус. “Если он сумеет преодолеть это препятствие, то однажды станет одним из великих.”

“Ты ведь тоже надеешься на своего друга Джейсона, да?”

“Мне очень жаль его, - сказал Руфус. “У него есть привычка говорить все, что взбредет ему в голову.”

“Нет, это не так, - сказала Даниэль. “Тебе следует быть повнимательнее.”

“Что ты имеешь в виду?”

“Разве ты не заметил, как он берет разговор под свой контроль? То, как он провоцирует людей выйти из их привычных рамок? У него очень политический склад ума, но он применяет его совсем не так, как все, кого я встречала. Я очень надеюсь, что Хамфри сможет хоть немного поучиться у него.”

“Ты хочешь, чтобы Хамфри был больше похож на Джейсона?- Недоверчиво спросил Руфус.

- Хамфри слишком прямолинеен для этого, - сказала Даниэль. “Я просто хочу, чтобы он понял, что все гораздо сложнее, чем он думает. Можно сказать, тренировка социального выживания.”

“Я думаю, что ты переоцениваешь Джейсона. Возможно ты путаешь непредсказуемость с хитростью.”

- Возможно, - сказала Даниэль. “Я признаю, что его трудно предсказать. Знаешь, я услышала одну интересную вещь, пока ты был занят оценкой ситуации на местах.”

- Что же?”

- На Божественной площади появился Бог.”

“Они все время так делают, - сказал Руфус.

“В данном конкретном случае было несколько интересных причуд.”

- Какой бог?- Спросил Руфус.

- Герой, - сказала Даниэль. - Интересный Бог. Знаете ли вы, что он-единственное основное божество, у которого нет подчиненных богов?”

“Да, знаю.”

“Совершенно верно, - сказала Даниэль. “Ваш дядя-член духовенства Героя, не так ли? Как у него дела?”

“Очень хорошо. Я скажу ему, что вы спрашивали о нем.”

- Пожалуйста, сделай это. Однако что действительно привлекло внимание людей к внешности героя, так это то, что когда все преклоняли колени перед Богом, один человек этого не делал.”

Руфус закрыл глаза рукой и устало застонал.

- У Джейсона какие-то проблемы с религией, - сказал он.

“Я слышала кое-какие слухи о той жрице, с которой ты работал, - сказала Даниэль. “Между прочим, у нее есть несколько недобрых слов о тебе. Но вы можете понять, почему я не была поражена отсутствием формальностей у Джейсона. Какое почтение должно быть к аристократу, если ты не склоняешься перед Богом?”

Руфус прищурился, глядя на Даниэль.

“Похоже, ты слишком много знаешь о Джейсоне для того, кто только что с ним познакомился” - сказал Руфус. “Вряд ли кого-то из ваших влиятельных людей удивит известие о происшествии на Божественной площади, но вы были уверены, что это был Джейсон. Вы ведь расследуете его дело, не так ли?”

“Да, - ответила Даниэль. “По просьбе твоего отца.”

Руфус застонал.

“Тысячи миль отсюда, а он все еще не может позволить мне проложить свой собственный путь.”

“Он обеспокоен тем, что этот человек так много внимания уделяет его сыну, - сказала она. - Человек, который, казалось бы, свалился с неба. Представьте себе мое удивление, когда я обнаружила, что он сделал почти то же самое.”

“Ты же знаешь, что он чужак.”

“Я знаю, - сказала Даниэль. “Очень интересный.”

- Насколько?

-Это была фантастическая догадка, пока я не встретила его. Он такой явно неуместный человек. То, как он говорит, то, как он думает. То, как он смотрит на вещи. Он мне не подходит.”

“То, как он смотрит на вещи?”

- Как человек, который и не думает ничего узнавать.”

“Вы уже сказали моему отцу, кто он такой?”

“Я так и сделала, - сказала Даниэль. - Никому не составит труда сложить эти кусочки вместе, как только люди начнут их искать. Что они и сделают, когда поймут, что ты его тренируешь.”

“Это неизбежно, я знаю” - сказал Руфус. “Я хотел, чтобы он достиг того уровня, когда его навыки, по крайней мере, не будут смущать меня. Но Джейсона это, похоже, не смущает.”

- Ну и что?”

- Он может быть неприятным учителем, - сказал Руфус. “Он за рулем, но всякий раз, когда я вижу возможность преподать ему урок, он просто понимает это и объясняет мне, как будто он уже все это выучил раньше.”

“Как ты думаешь, как ему это удается?”

“Я категорически не советую просиь его что-либо объяснять. Это как быть стариком, заставляющим мальчика класть воск на карету, а потом снова снимать его, потому что в школе к нему плохо относились. Я думаю, что мир Джейсона, должно быть, очень странное место.”

- Звучит довольно интригующе, - сказала она.

“Тогда не стесняйся спросить его об этом, - сказал Руфус. “Просто сделай это, когда я буду в другом месте.”

Даниэль рассмеялась.

“Когда же он найдет дорогу в комнату миражей?- спросила она.

- Скорее раньше, чем позже. Я хочу, чтобы он сначала использовал книгу навыков боевых искусств. Я держал это в тайне, чтобы подготовить его как можно лучше, но ему понадобится по крайней мере несколько недель, чтобы собраться с мыслями, прежде чем он начнет свою полевую оценку. Так что, скорее всего, через несколько дней. А пока тебе нужно, чтобы я продолжал приходить к Хамфри?”

- Нет, у нас в семье достаточно тренеров, кому это под силу. - сказала Даниэль. “Когда ты приведешь Джейсона, мы сможем устроить им небольшой спарринг.”

“Я так и сделаю, - сказал Руфус. “Но сначала мне нужно поговорить с отцом.”

Голос из дома

Общество Приключений предлагало ограниченный, хотя и ценный набор услуг. Магическое общество, напротив, предоставляло всевозможные магические удобства любому, у кого были деньги, чтобы заплатить за них. Главный вестибюль здания Службы магического общества был довольно большим, со множеством удобных кресел. Те, кто мог позволить себе их услуги, привыкли к роскоши.

К ним подошел эльф в дорогой одежде. Руфус заметил брошь в форме руки внутри круга, эмблему магического общества.

- Лорд Ремор, - сказал мужчина. “Очень польщен Вас видеть. Я Почард Финн, заместитель директора магического общества здесь, в Гринстоуне.”

Руфус встал и пожал ему руку.

“Просто Мистер Ремор, - сказал Руфус. - Один из моих предков довольно часто говорил об отказе от титула, и это стало чем-то вроде семейной позиции.”

-Я уверен, что Вы очень принципиальны, - сказал Почард. - Пожалуйста, позвольте мне быть вашим проводником в наш скромный отдел. Он не такой помпезный, как то, к чему Вы привыкли, я уверен."

“Не стоит беспокойств, - сказал Руфус.

“Конечно, - сказал Почард. “Если бы директор не уехал, я уверен, что он сам поприветствовал бы Вас. Он определенно не хотел бы, чтобы Вы ждали здесь с обычными людьми. Титулованный или нет, но я могу с уверенностью утверждать, что Вы далеко не обычный посетитель.”

“Я здесь только для того, чтобы воспользоваться каналом связи, - сказал Руфус. “Я бы не хотел пропустить отца лишь из-за своих дел.”

“Ваш отец, - сказал Почард. “Будет гостить в нашем прекрасном городе?”

“Не будет, - твердо ответил Руфус.

- Очень жаль, - сказал Почард. “По крайней мере, позвольте мне проводить Вас в наши комнаты для бесед.”

“Отлично” - сказал Руфус. - Ведите.”

В комнаты для бесед можно было попасть из длинного коридора, куда вели несколько дверей. Почард без колебаний объяснил, насколько они превосходны.

-Человек Вашего происхождения, естественно, знаком с говорящими камерами, - сказал Почард, - но знаете ли Вы, что самые лучшие комнаты построены из водянистого мрамора? Мы можем быть просто отдаленным подразделением, но наши говорящие палаты-предмет гордости."

- Уотергринский мрамор?- Спросил Руфус.

- Уотергринский мрамор - один из самых высокосортных камней, добываемых прямо здесь, в районе Гринстоуна. Он имеет отличную водопроводимость, что делает его отличным соединением.”

Руфус подумал, что Почард просто болтает о своем объекте, но когда он вошел в отведенную ему переговорную комнату, она действительно оказалась более величественной, чем он ожидал. Она была больше, чем другие комнаты, которые он видел, хотя планировка была совсем обычной. Половина комнаты была в воде,на сухой половине располагалась невысокая круглая платформа, на которой можно было стоять. Вместо обычных поверхностей пол был покрыт голубыми и зелеными плитками, мраморные стены украшали пышные растения, вставленные в альковы, а крыша представляла собой красочную мозаику в оттенках зеленого и синего. Свет в комнате мерцал сине-зеленым, источник света находился под водой бассейна. Воздух был влажным, но свежим и приятным, с запахом моря. Войдя в комнату, он почувствовал себя так, словно ступил на дно океана.

- Мистер Почард, - сказал Руфус. -Должен признаться, я не очень-то доверял Вашим заявлениям насчет ваших переговорных комнат. Считайте это моим извинением за то, что я сомневался в Ваших словах."

“Приятно слышать, Мистер Ремор. Я оставлю Вас наедине с Вашим звонком.”

Руфус повернулся и пожал Почарду руку, прежде чем эльф ушел.

- Спасибо, - сказал он с улыбкой.

Почард вышел, закрыв за собой дверь в комнату. Руфус стоял на круглой платформе на полу и ждал, наслаждаясь приятной атмосферой. Он провел достаточно времени в простых, тесных, влажных переговорных комнатах, чтобы по-настоящему оценить разницу.

Наконец, лужица воды зашевелилась, показывая, что связь была установлена. Свет, проходящий через бассейн, начал резко мерцать. Вода поднялась из бассейна, приняв форму отца Руфуса. Цвет появился в воде, как будто кто-то опрокинул в нее краски, придавая образу более или менее точное подобие черт его отца.

Почард вовсе не преуменьшал качество связи. Образ отца Руфуса, Габриэля Ремора, был поразительно реалистичен. Когда изображение перешло с водной статуи на анимацию, оно с поразительной точностью повторило выражение его лица и язык тела.

- Сын - сказала водная репрезентация Габриэля. - Рад тебя видеть.”

- Отец, - сказал Руфус.

“Я знаю этот тон, - сказал Габриэль. “И что же я сделал?”

“Ты шпионил за мной.”

“Ну конечно, - сказал Габриэль. “Ты чуть не погиб там из-за какого-то ничтожного контракта.”

“О чем ты знаешь только потому, что шпионил за мной!”

“Это был не шпионаж, - сказал Габриэль. “Мне прислали только несколько новых сообщений. А потом тебя чуть не убили, и я начал шпионить. Я удивлен, что Даниэль рассказала тебе.”

“Она мне ничего не говорила” - сказал Руфус. “Я сам это выяснил.”

- Сынок, если эта женщина не хочет, чтобы ты что-то знал, то ты будешь таким же неосведомленным, как новорожденный младенец. Если ты это понял, то только потому, что она привела тебя к воде. Ты только думаешь, что это была твоя идея попить.”

“Тебе нужно остановиться.”

“Конечно, сынок.”

“Ты только что солгал мне?”

“Конечно, сынок.”

Руфус устало застонал.

- Итак, - сказал Габриэль. - Расскажи мне об этом твоем иномирце.”

“Он немного странный, - сказал Руфус.

“Они все странные, - сказал Габриэль. “А какой он на самом деле?”

“Помнишь, как ты впервые рассказал мне о чужаках?”

“Хммм. Разве это не было тогда, когда он остался с нами в Академии? Та хорошенькая, что ты-”

" Я помню тот случай, отец.”

Водное изображение Габриэля издало радостный смешок.

“Хорошая связь, - сказал Габриэль. “Я вижу, как ты хмуришься.”

- Отец, помнишь, ты говорил мне, что есть два вида иномирцев?”

“Я помню, - сказал Габриэль. “Те, что умирают сразу, и те, что выживают и процветают.”

- Джейсон определенно из тех, кто умирает сразу, - сказал Руфус, - но он упорно выживает и процветает.”

“Это странно, - сказал Габриэль. - Похоже на неприятности.”

“Ты хочешь сказать, чтобы я отступил?- Спросил Руфус. - Потому что я этого не сделаю.”

“Конечно не сделаешь, - сказал Габриэль. - Идти навстречу неприятностям-вот в чем весь смысл жизни искателя приключений. А иначе для чего все эти тренировки?”

- Вообще-то я хотел поговорить с тобой об этом, - сказал Руфус. “У меня есть предложение для Академии.”

- Неужели?”

“То, что никто не заглядывает мне через плечо, - это уже образование, - сказал Руфус. - Как авантюрист, я перешел от мысли, что знаю все, к осознанию того, как много я не знаю.”

“Это хорошо” - сказал Габриэль. - Несколько близких царапин, несколько дорогостоящих ошибок. Это превратит тебя в настоящего искателя приключений.”

“Именно это я и имел в виду, - сказал Руфус. “Только когда ты отпустил меня на волю, я понял, как далеко мне придется зайти. Вот почему Геллеры продолжают тренировать свою семью здесь, в южной части пустоши. Они могут позволить им свободно совершать свои собственные ошибки.”

“Так ты предлагаешь нам начать посылать туда людей?- Спросил Габриэль.

“Да, - ответил Руфус. “Мы могли бы основать здесь аспирантуру. Семья Геллеров хорошо развита, и мы могли бы организовать обмен. Они помогают нам оторваться от Земли, а мы помогаем им усовершенствовать свои учебные программы.”

“Ты уже передал это Геллерам?”

- Нет, - ответил Руфус. “Я не собирался это афишировать, пока не разберусь с дедушкой. Не говоря уже о том, что мне также понадобится конкретика, чтобы обратиться к Геллерам с предложением. Я бы никогда не сделал его без знания, что я могу предложить, а что нет.”

- Так держать” - сказал Габриэль. - Хорошо,я передам нашей семье. А пока мы с тобой можем начать проводить еженедельные встречи. Быть нашим человеком на Земле будет хорошим шансом для тебя, чтобы подняться в Академии. Такой проект не будет маленьким или быстрым.”

“Я не знаю, как долго пробуду здесь, - сказал Руфус. - Эмир может приехать в любой день. Я полагаю, что могу продлить свое пребывание здесь; мне не нужно возвращаться с ним, когда он закончит.”

“Ах, да…”

Габриэль смущенно потер подбородок.

“Я должен был тебе сказать, - сказал он. - Эмира там еще некоторое время не будет.”

“О каком небольшом времени ты говоришь?- Спросил Руфус. “И почему же? Мы нашли то, что он искал.”

“Ну, мы знаем, что ты думаешь, будто нашел это, - сказал Габриэль. “Но вы действительно уверены? Одна из его других команд нашла что-то действительно многообещающее на островах Годспир, так что он направляется туда, чтобы проверить это. Так что ... два месяца?”

- Два месяца!”

“Самое большее три, - сказал Габриэль. “Ну, может быть, и не самое большее. И это, очевидно, после того, как он уедет отсюда. Назовем это четырьмя месяцами.”

- Четыре месяца, - скептически произнес Руфус.

“Ну, теперь у тебя есть свой проект, и он работает, - сказал Габриэль.

“Он этого не знает. Ты сказал, что он еще не покинул Витесс? Что же он делает?”

“Тут много чего произошло” - сказал Габриэль. “Сейчас очень напряженное время.”

Руфус прищурился, глядя на проекцию отца.

“А не пора ли сейчас Праздника цветочного вина?”

- Что, правда?- Невинно спросил Габриэль. Он не смотрел сыну в глаза, даже сквозь проекцию.

Руфус провел рукой по лицу.

- Хорошо, папа. - устало сказал он. - Еженедельные встречи?”

“Я пришлю тебе сообщение о времени.”

“Нет, я пришлю тебе сообщение. Ты сможешь работать в соответствии с моим расписанием.”

“Сынок…”

- Передай от меня привет маме. Увидимся на следующей неделе, папа.”

Руфус сошел с круглой платформы, и образ его отца распался на части, плюхнувшись в бассейн.

- Четыре месяца, - пробормотал он себе под нос. “Ну ладно.”

* * *

Руфус ворвался через задние ворота во двор Джори. Джейсон сидел и медитировал на циновке, а Фарра сидела на стуле и читала. Гэри готовил мясные шашлыки на гриле, подпитываемом магическим огнем.

- Фарра, - резко сказал Руфус, - достань книгу.

Она взглянула на книгу, которую держала в руках.

“Не эту книгу, - сказал Руфус. “Я имею в виду ... книгу.”

“Книжную книгу?- спросила она.

“Да, - сказал Руфус. “Книжную книгу.”

“А что это за книга такая?- Спросил Гэри.

Джейсон открыл глаза.

“А почему все так голдят, как курицы?- спросил он.

“Тебе пора взять в руки учебник боевых искусств, - сказал ему Руфус.

- О, как мило” - сказал Джейсон, вставая и отряхивая ноги руками.

- Подожди, так вот для чего тебе нужна эта книга?- Спросила Фарра.

- Да какая книга?- Переспросил Гэри.

“Ты же знаешь, - сказала Фарра. “Книга. Из-под озера.”

“Разве мы не решили отдать ее Эмиру?- Спросил Гэри.

“Да, мы так и решили, - сказала Фарра.

- Контракт с Эмиром был заключен не для того, чтобы найти книгу, - сказал Руфус.

- Отдать ее Эмиру было твоей идеей” - сказала Фарра Руфусу. “Ты сам нас уговорил.”

“Это правда” - сказал Гэри, тыча вилкой в готовящееся мясо. “Мы хотели ее продать.”

- Ну, Эмира не будет здесь еще четыре месяца, так что он выбывает, - сказал Руфус.

Гэри, уже готовый засунуть в рот целый шампур, остановился и посмотрел на Руфуса.

- Четыре месяца?- спросил он.

“С того момента, как он выйдет, - ответил Руфус.

“Он еще не ушел?- Спросила Фарра.

- Фестиваль цветочного вина, - пробормотал Гэри с полным ртом мяса. - Ты ведь не шутил насчет этого маринада, Джейсон.”

“У одной из других команд есть многообещающая находка, - сказал Руфус. “Сначала он поедет туда, чтобы все проверить.”

- Какая команда?- Спросила Фарра.

“Острова Божественного Копья.”

-Да вы издеваетесь?- Воскликнула Фарра. - Мирабель и ее армия идиотов? Конечно, они думают, что все нашли."

Она встала со стула и начала расхаживать по комнате.

“У них не то место, - сказала она. “Поскольку это место - тут. Мы нашли это место.”

“Я знаю, - сказал Руфус.

- Какое место?- Спросил Джейсон.

“И это не мы уверены, что это то самое место, - продолжала Фарра. “Это и есть то самое место.”

“Так оно и есть, - сказал Руфус.

“Тогда почему Эмир плывет не в ту сторону?”

“Ну, - сказал Руфус, - они знают, что мы думаем, будто нашли его, но ... …”

- Надеюсь, его лодка утонет, - сказала Фарра.

“Это очень маловероятно” - сказал Гэри.

“Так что же с книгой?- Спросил Руфус.

Каменный сундук Фарры вырвался из-под земли. Она открыла крышку, сунула туда руку и достала оттуда до нелепости большую книгу. Казалось, она должна была бы шататься, но в ее маленьком теле чувствовалась мощная сила. Она захлопнула крышку своего сундука и с резонирующим стуком уронила на него книгу. Сам он был почти таким же большим и толстым, как каменная крышка сундука, на которой он покоился. На обложке книги, обтянутой толстой кожей, были выгравированы изображения двух кос, скрещенных над черепом.

“У тебя там здоровенный и зловещий том, - сказал Джейсон, подходя поближе.

“Мы оба согласились сделать тебе подарок, - сказал Руфус, - в благодарность за то, что ты спас нас. Подарок от Фарры ты уже получил. Если остальные не возражают, я бы хотел, чтобы этот был моим.”

“Нет проблем, - пробормотал Гэри.

“Ну, ты все равно собирался подарить ему книгу умений, - сказала Фарра. “Должна признать, что эта намного лучше остальных.”

- Это явно что-то особенное - сказал Джейсон. “А откуда она взялась?”

“Мы пока не можем тебе этого сказать” - сказал Руфус.

“Ты отдаешь ему книгу” - сказала Фарра, - но не говоришь откуда она?”

“Этой книги не было в контракте, - сказал Руфус. - А держать рот на замке- было.”

“Так я могу ею воспользоваться?- Спросил Джейсон, протягивая руку к книге.

“Не так быстро, - сказал Руфус. “Теперь, когда мы пробудем здесь некоторое время, нам не нужно так спешить. Я могу убедиться, что ты готов, прежде чем позволить тебе воспользоваться ею.”

“И когда же это произойдет?- Спросил Джейсон.

“Я же говорил тебе, когда мы начинали, - сказал Руфус. “Что будет испытание.”

Полный Киану

Руфус взмахнул посохом по горизонтали, Джейсон отклонился назад, и посох прошел в нескольких сантиметрах перед ним. Руфус сохранил инерцию, поднял посох вверх и опрокинул его в нисходящий удар. Джейсон отскочил в сторону, сохраняя равновесие, не нарушая центральной линии своего тела. Руфус продолжал давить оппонента, не слишком быстро, но безжалостно. Джейсон выдержал это давление, не споткнувшись даже когда Руфус начал набирать скорость. Как только Джейсон подумал, что это будет уже слишком, Руфус остановился.

- Почему я счастлив?- Спросил Руфус, совсем не выглядя и не звуча счастливым.

- Потому что ты наконец-то заставил меня выучить урок на горьком опыте?- Спросил Джейсон, заставляя Руфуса гневно сверкнуть глазами.

“В чем же заключается урок?- спросил он.

“Все упражнения, через которые вы меня заставили пройти: балансировка, стойки на руках, работа ногами. Они никогда не стремились сделать меня быстрее или проворнее. Речь шла о том, чтобы полностью контролировать свое тело.”

Легкая улыбка появилась на губах Руфуса.

- Хорошо, - сказал он.

- Хорошо?- спросил Джейсон.

- Хорошо, - повторил Руфус.

Джейсон перевел взгляд на огромную книгу, все еще лежавшую на каменном сундуке Фарры.

“Значит ли это, что я получу книгу?- Спросил Джейсон.

“Ты явно много работал в мое отсутствие, - сказал Руфус. - В отличие от некоторых людей, которых я мог бы упомянуть.”

“Я думаю, он имеет в виду тебя, - пробормотал Гэри, глядя на Фарру из-за вертела.

Джейсон подошел и потянулся к массивной книге.

- Подожди, - сказал Руфус.

- Что?- Спросил Джейсон.

“Прежде чем ты воспользуешься этой книгой, - сказал Руфус, - ты должен понять, что это такое. Я имею в виду, ты должен понять, чем это не является.”

- Хорошо, - сказал Джейсон.

-Единственное, что тебе нужно понять о книге умений, - сказал Руфус, - это то, что она не научит тебя драться."

“Звучит несколько подозрительно, - сказал Джейсон. “Разве книга не для этого написана?- Спросил Джейсон.

- Нет, - ответил Руфус. - Он научит тебя технике, а не тому, как ею пользоваться. Это короткий путь, который экономит тебе годы повторяющихся упражнений, но это не борьба. Любая боевая система, по своей сути, является методом эффективного использования силы. Это делает знания полезным инструментом для борьбы, но тот, кто сражается, все равно должен быть ты сам. Даже самый лучший молоток не забивает гвозди сам по себе.”

“А что, нет такого волшебного молота?- Спросил Джейсон.

Руфус неодобрительно посмотрел на него.

- Джейсон, это время быть умным педантом, а так же время заткнуться хоть раз и научиться чему-нибудь.”

- Извини, - сказал Джейсон.

- Итак, боевые искусства-это инструмент, - продолжил Руфус. - Твои физические свойства и способности будут влиять на то, как этот инструмент используется, но только опыт научит превращать форму в функцию. ТОЛЬКО используя его против активно сопротивляющихся противников, ты сможешь сделать его своим собственным, а не тем, что тебе дала книга.”

Руфус подошел к Джейсону, стоявшему рядом с книгой, и положил на нее руку.

- Книга даст техники, - сказал он. - Мы покажем тебе, как, когда и зачем их использовать.”

- Вбивая это в меня, - ответил Джейсон.

- Вот именно, - сказал Гэри из-за плиты. “Мы будем бить тебя, как в барабан.”

- Внезапно я стал гораздо менее взволнован, - сказал Джейсон. “Неужели ты не можешь просто дать мне возможность насладиться моментом счастья?”

“Я просто не хочу, чтобы ты думал, что изучение боевых искусств по книге волшебным образом сделает тебя хорошим бойцом.”

“Какое разочарование, - сказал Джейсон, - учитывая, что его буквальная цель-магически сделать меня хорошим бойцом.”

“Как я и сказал, - ответил Руфус. - Мы научим тебя понимать разницу.”

- Кулаками, - добавил Гэри. - И нашими коленями, локтями и в таком духе.”

“Можно мне просто воспользоваться книгой, пожалуйста?”

- Давай, - сказал Руфус.

Сделав глубокий вдох, Джейсон протянул руку и положил ее на книгу.

Предмет: [путь Жнеца: пять форм I] (железный ранг, легендарный)

Магическая книга, подробно описывающая основополагающие техники для всех пяти форм пути Жнеца (расходный материал, книга умений).

Требования: умение пользоваться книгами умений.

Эффект: передает железоранговые техники пути пяти форм Жнеца.

Вы можете использовать книгу навыков [путь Жнеца: пять форм I]. Использовать ДА / НЕТ?

Джейсон стоял неподвижно, положив руку на книгу и закрыв глаза. Он снова глубоко вздохнул.

- Что-то случилось?- Спросил Руфус.

“Я просто не тороплюсь, - сказал Джейсон. “Для меня это очень важный момент. Я, наверное, стану полным Киану.”

“А что это значит?- Спросила Фарра.

“Это значит, успокойся и дай мне насладиться моим волшебным моментом кунг-фу.”

- Кунг-фу - это то, что называется избиением людей там, откуда Джейсон родом, верно?- Спросил Гэри.

“Что происходит?- Спросил Джори, выходя из задней двери клиники.

- Джейсон собирается использовать книгу умений, - сказала Фарра.

“Пожалуйста, все заткнитесь!- Рявкнул Джейсон, убирая руку с книги и свирепо глядя на остальных.

“Просто дай ему немного передохнуть, - сказал Руфус. “Он не возьмет книгу, если будет волноваться.”

“Это правда, - сказала Фарра. - Прости, Джейсон. Попробуй очистить свой ум, как будто собираешься медитировать. Это может помочь.”

- Спасибо, - сказал Джейсон. Он снова положил руку на книгу и закрыл глаза. Он сделал так, как предложила Фарра, опустошив свой разум и успокоив эмоции.

“Как ты думаешь, он надолго задержится?”

- Заткнись, Гэри, - сказала Фарра.

“Я просто думаю, не поджарить ли мне еще немного мяса.”

Раздался шипящий звук, за которым быстро последовал вопль боли.

“Что я говорил о лаве во дворе?- Спросил Джори.

Джейсон позволил звукам ускользнуть, и только ритм своего дыхания занял его разум. Он почувствовал, как его тело уплывает прочь от мира, плывя сквозь ничто. Все ощущения покинули его, за исключением кожаной обложки книги под рукой.

Вы можете использовать книгу навыков [путь Жнеца: пять форм I]. Использовать ДА / НЕТ?

Он мысленно согласился, и огромная книга поднялась с комода и зависла над головой Джейсона. Тяжеловесная обложка открылась, и текст начал подниматься со страницы, бесплотные руны превращались из черных в сверкающие золотые. Раздался шипящий звук, как будто мясо на гриле, когда текст трансформировался. Первая страница книги перевернулась сама собой, когда последняя часть текста уплыла, а вторая страница начала извергать свое содержимое в воздух. С каждой страницей процесс становился все быстрее и быстрее, светящаяся мешанина текста в воздухе образовывала густое облако. Даже с учетом того, что страницы начали переворачиваться все быстрее и быстрее, потребовалось много времени, чтобы пройти через массивный том.

- Книги умений обычно занимают так много времени?- Прошептал Джори Фарре.

“Нет, - ответила Фарра, - хотя я никогда раньше не видела такой большой книги умений.”

Облако текста продолжало расти, распространяясь вниз, пока Джейсон не был полностью скрыт. Наконец шипение прекратилось. Они больше не видели тяжелую книгу, но слышали, как она с глухим стуком упала на землю. Облако золотого текста начало метаться, как рой разъяренных пчел. Внутри они услышали, как Джейсон застонал от боли.

- Держись, - крикнул Руфус. - Постарайся продержаться все это время.”

“С ним все в порядке?- Спросил Джори.

- Работа с книгой навыков требует больших усилий, - объяснила Фарра. -Чем больше она пытается научить тебя, тем больше напряжение."

“Люди часто теряют сознание, когда используют их, - сказал Руфус, - но информация не передается так же хорошо, если они без сознания. Им требуется больше времени, чтобы закрепить то, что они узнали впоследствии.”

Облако постепенно уменьшалось, пока они снова не увидели Джейсона. Он шатался на месте, вытянув руки, чтобы сохранить равновесие. Они смотрели, как золотой текст погружается в его тело.

“У тебя все хорошо получается!- Гэри подбадривал его.

- Держись как можно дольше, - подбодрил его Руфус.

Наконец, последняя часть текста погрузилась в Джейсона, оставив его стоять нетвердо, но все еще прямо. Он резко втянул в себя воздух.

- Ого, - прохрипел он.

“Все еще стоишь, - сказал Руфус. “Хорошая работа.”

“Как ты себя чувствуешь?- Спросила Фарра.

Джейсон выпрямился, торжествующе сверкая глазами.

“Я знаю кунг фуууууоооугхххх…”

Его вырвало, он упал на колени, кашляя еще сильнее, прежде чем повалиться на бок, потеряв сознание.

“С ним все в порядке?- Спросил Джори.

- Для Джейсона, - сказал Гэри, - вполне в порядке.”

* * *

В бойцовских ямах крепости, в стальной клетке, сидели две женщины. Первой была Софи Векслер, Соловей. Другая была названа Королевой терновника, потому что колючий хлыст проявлял ее силу. Он был достаточно длинным, чтобы ни одна часть клетки не была в безопасности, и, будучи скорее силой, чем оружием, Королева обладала дьявольским контролем над ним. Софи была изрезана и окровавлена многочисленными ранами, но слабость хлыста заключалась в его неспособности нанести критический урон. Пока ему не удавалось поймать врага в ловушку, он не мог нанести завершающий удар.

Способность Софи заключалась в скорости. Она не только была быстра, но и могла бегать по стенам или даже по воде. Ее загнали в клетку, но она довела свои рефлексы до предела, чтобы не запутаться. Она страдала от ударов плетью, но кнут так и не смог связать ее.

Софи подбежала к краю клетки, когда хлыст хлестнул под ней, отскочив и ударив ногой, но ее противник отскочил назад вне досягаемости. Пропустив удар, Софи упала, потеряв равновесие. Увидев свой шанс, королева быстро взмахнула хлыстом, обернув его вокруг предплечья Софи. Торжествующе улыбнувшись Софи, она увидела лишь решимость на лице своего врага. Слишком поздно она поняла, что попалась на приманку.

Софи переменила свою, казалось бы, неуравновешенную позу, навалилась всем телом и обеими руками дернула хлыст. Королева, спотыкаясь, двинулась вперед, а Софи нырнула назад, обмотав ослабевший хлыст вокруг шеи Королевы, чтобы задушить ее своей собственной силой. Королева отпустила хлыст, и Софи начала действовать быстро, прежде чем королева успела снова его наколдовать.

Софи выдернула из-под себя подкошенные ноги королевы, схватила ее за волосы и ударила лицом в пол. Твердый земляной пол крепости был практически каменным, и Софи ударила Королеву лицом во второй и третий раз, снова и снова, пока не раздался резкий треск и тело королевы не обмякло.

Выкрашенная в красный цвет кожа, серебристые волосы, спутанные от пота и крови, Софи вышла из клетки, не оглядываясь.

- Ваш победитель, леди и джентльмены ... Соловей!”

* * *

В трех смотровых боксах, обычно пустых в начале дня, сидели зрители и смотрели матч Софи. В одном из них сидел Коул Сильва, новый член Большой тройки криминальных авторитетов Старого города. С уходом отца защита старика больше не могла удерживать Софи от его хватки. Как только он сомкнул пальцы вокруг нее, она бросилась к Клариссе Вентресс. Теперь у Вентресса была Софи, сражающаяся с еще более опасными противниками. Есть все шансы, что она погибнет прежде, чем он успеет снова схватить ее в свои объятия. Глядя, как ее окровавленная фигура удаляется от клетки, он шлепнул по тарелке с фруктами, стоявшей перед ним.

Кларисса Вентресс, сидя в своей смотровой будке, с удовольствием представляла себе выражение лица Сильвы. Она была менее счастлива с подругой Софи, Белиндой.

“Ты не можешь продолжать это делать!- Сказала Белинда. “Ты хочешь, чтобы ее убили.”

Кларисса вздохнула, ее хорошее настроение испарилось. Она ответила Белинде, даже не удостоив ее взглядом.

- Мы договорились, - сказала Кларисса, - что милая Софи поможет мне спровоцировать Сильву на необдуманные поступки, от которых его всегда удерживал отец.”

Она повернула голову к Белинде.

- Какую форму примет провокация, решать мне, - продолжала Кларисса. - Как Софи выживает, это ей решать.”

- Ты грязная…”

Белинда оборвала себя, когда огромный телохранитель Клариссы зашевелился. У Дарнелла были хищные черты, присущие всем леволюдам, и Белинда отступила на шаг.

“Я так и думала, - сказала Кларисса. “Я не хочу больше слышать твое жалкое нытье. Иди займись своей раненой подругой.”

Белинда отчаянно хотела вырвать кусок из горла Клариссы, но она не могла сравниться с Клариссой или ее телохранителем, двумя редкими бронзовыми рыцарями преступного мира. Она также знала, что Софи будет неловко применять лекарство прямо сейчас и делать полный беспорядок, поэтому она повернулась и ушла.

Третья коробка, в которой спичка была тщательно осмотрена, принадлежала Люциану Лампрею. Старый город мог быть территорией большой тройки, но как директор магического общества, он с таким же успехом мог быть небом над ними. Во всяком случае, будучи серебряным ранкером, он мог лично прорваться через самых сильных силовиков Старого города, как будто они были мяукающими детьми.

Выйдя из смотровой будки миноги, Казуари Финн помедлил, прежде чем постучать в дверь. Как сын друга и заместителя Люциана, Почарда, Казуари был назначен собачьим телом Люциана и обычно пользовался его благосклонностью. Отсутствие прогресса в поисках информации о Соловье перевернуло эту милость с ног на голову. Надеясь, что это скоро исправится, он постучал в дверь.

- Войдите!- Рявкнул изнутри голос Люциана.

Песня Соловья

- Войдите!- Проревел Люциан, и Казуари открыли дверь. За ним вошел нервного вида мужчина средних лет с лысеющей головой и заметным брюшком.

- Казуар, - сказал Люциан, наморщив лоб. Эльфийские черты лица не слишком подходили для проявления злобы, но Люциан сумел это сделать.

“Я так понимаю, - сказал Люциан, - что ты показываешься здесь, потому что у тебя есть то, о чем я просил.”

-Да, сэр, Мистер Люциан, - быстро ответил Казуари. - Этот человек букмекер здесь, в шахтах, и уже несколько лет работает. Он знает все о девушке."

Мужчина средних лет заметно сглотнул, когда Люциан оглядел его с ног до головы.

- Имя?- Спросил Люциан.

- Хьюберт, сэр. Меня зовут Берт букмекер.”

“Не твое имя, идиот. Бойца, Соловья.”

- Извините, сэр. Ее зовут Софи, сэр. Софи Векслер.”

“Вы только что слышали, как Казуари сказал мне, что вы знаете о ней все, и я очень надеюсь, что это правда. Расскажи мне все, Берт-букмекер.”

- Все, сэр, Да, сэр, - ответил Хьюберт. -Она не родилась местной,но приехала сюда с отцом, когда была совсем маленькой. Это было во время чудовищного всплеска позапрошлой волны. Я помню, это было тогда, потому что ее отец был частью этой торговой группы. Лидером группы. Похоже, дела у них шли не очень хорошо, и они крупно рисковали на парусной прогулке во время всплеска. Есть причина, по которой никто не плавает во время всплеска, и они потеряли все. Только горстка людей добралась до шлюпок, включая девушку и ее старика. Ей было не больше двух-трех лет.”

“Он увез маленькую девочку в море во время чудовищной волны?” - спросил Казуар. - Ну и придурок.”

- Заткнись, - сказал Люциан Казуари, затем снова посмотрел на Хьюберта. - Ты, продолжай говорить.”

- Итак, с группой торговцев было покончено, - продолжал Хьюберт. - Никаких кораблей, даже денег на обратный путь после того, как волна прошла. Старик девушки пошел работать к Сильве. Очевидно, не к Коулу Сильве, который сейчас главный. Его старый отец. И хороший человек. Жесткая, но справедливая, понимаешь?”

- Продолжайте в том же духе.”

- Извините, сэр. Итак, старик девушки мог драться, на высоком уровне само собой, и привлек внимание старика. Хорошо справлялся при Сильве-старшем в течение многих лет, пока не возникла проблема. Сильва-младший проявил интерес к девушке.”

- Вряд ли это сюрприз, - сказал Люциан. “У него есть глаза.”

-Она красавица, сэр. Но она не хотела иметь ничего общего с Сильвой младшим, и никто не мог ее винить. Если вы понимаете, к чему я клоню, он оставил не одну профессиональную женщину в таком состоянии, чтобы она не могла заниматься своей профессией. Старик Сильва знает, какой его сын, и любит отца девушки. Поэтому он говорит своему сыну убрать руки."

- Держу пари, он хорошо это воспринял, - сказал Люциан.

“Примерно так, как вы и ожидали, сэр. Он сделал так, как ему было сказано, но не сделал ничего приятного для девушки. Дошло до того, что отец решил ее вытащить. Он просто не пошел на это хорошим путем.”

- Ну и что?”

- Отец берет ссуду у Сильвы-старшего. Здоровенную такую. Пытается начать свою собственную торговую экспедицию, но даже без чудовищного всплеска ему не везет с морем.”

- Нападение чудовища?”

“Морские разбойники. Судя по тому, что я слышал, отец и дочь сражались с пиратами спина к спине. Им тоже удалось отбиться, но отец долго не продержался, да и корабль тоже. Во второй раз в своей жизни девушка прибывает в город на шлюпке, и на этот раз у нее нет отца, но есть груз унаследованных долгов. Тогда ей было лет шестнадцать-семнадцать. У нее была эссенция, которую купил ее старик, что только увеличило долг.”

“Именно тогда она начала драться в яме, - добавил Казуари.

- Заткнись, Казуар, - рявкнул Люциан. - Продолжай, Берт.”

“Так вот, я знал отца и дочь еще тогда, когда ее отец был мускулистым бойцом здесь, в крепости, - сказал Хьюберт. - Он был жестоким человеком. Никаких эссенций, но я видел, как он подавлял людей, у которых была одна, даже две. Сам он никогда не дрался в ямах, но бойцы не выказывали ему ничего, кроме уважения. Его девушка, как оказалось, была еще лучше. Бегает по стенам, летит по проклятому воздуху, как птица.”

- Соловей, - сказал Люциан.

- Совершенно верно, - подтвердил Хьюберт. “У нее была хорошая пробежка. В самом начале она получила несколько побоев, но быстро научилась. Добавьте это к тому, как она выглядит, и она получила некоторое внимание.”

“Она сражается за Сильву?- Спросил Люциан.

-Тогда сражалась, для Сильвы-старшего, - сказал Хьюберт. - Он присматривал за ней, не подпускал к ней сына, а Сильве-младшему это было безразлично. Но старик по-настоящему влюбился в девушку. В конце концов она отказалась от кольца и нашла другой способ отплатить старику. Воровство высшего класса-вот что я слышал. У нее был друг, который делал планы и инструменты, она занималась работой на втором этаже."

“Тогда почему она снова в яме?- Спросил Люциан. “И за кого же она теперь сражается?”

-Это относится к тому времени, когда умер старик Сильва, - сказал Хьюберт. “Ходили слухи, что старик Сильва не собирается передавать мантию своему сыну, - сказал Хьюберт. - Слишком импульсивен, слишком привязан к собственным желаниям. Говорят, Старик собирался сделать шаг назад и передать его одному из старожилов, прежде чем тот пройдет мимо. Кто-то, кто уважал бы отношение старика к девушке.”

“Но он не передал его никому другому, - сказал Люциан.

- Нет, - согласился Хьюберт. - Пару месяцев назад старик ушел во сне. Слухи, конечно, ходили, но ничего из этого не вышло. Поскольку старик не сказал ничего другого, сын вмешался. Черт возьми, первое, что он сделал, это пошел за девушкой. Насколько я знаю, она почти погасила старый долг, но теперь она в руках Сильвы-младшего. Он достаточно ясно дал понять, что есть единственная плата, которую он возьмет. Однако у нее и ее подруги есть набор навыков, и они сделали себя редкими. Они нашли дорогу к другой большой тройке, Клариссе Вентресс. Заключили сделку, чтобы защитить их от Сильвы.”

- Значит, Вентресс снова заставляет ее драться?- Спросил Люциан.

- Говорят, она делает это только для того, чтобы досадить Сильве.”

“А что она получает от этого?”

- Переход от отца к сыну не был гладким для людей Сильвы, - объяснил Хьюберт. - Старик был уравновешен и надежен, в то время как ни для кого не секрет, что его сын-полная противоположность. Он вытеснил старую гвардию своего отца, поставил своих людей. Это оставило многих людей неуверенными и нервными по поводу позиции Сильвы в Большой тройке. Поговаривают, что двое других похитили территорию Сильвы. Говорят, они не переехали только потому, что не хотят, чтобы сюда приезжали островитяне. Прошу прощения, сэр.”

- Значит, Вентресс использует девушку, - сказал Люциан. - Она хочет заставить Сильву сделать какую-нибудь глупость."

- Большая тройка знает, что лучше не раскачивать лодку слишком сильно, - сказал Хьюберт. “Они не хотят, чтобы люди вроде вас, сэр, приходили и разбирались с ними.”

“Но если Коул Сильва делает что-то громкое и импульсивное, - сказал Люциан, - тогда Вентресс вмешивается, чтобы все уладить. Она претендует на новые территории и в то же время хорошо ладит с островными державами.”

“Вы видите это ясно, - сказал Хьюберт. “Осмелюсь заметить, сэр, что Вы действительно очень умны.”

Люциан рассмеялся.

“Обычно я терпеть не могу подхалимства, - сказал Люциан, - но ты мне нравишься, Берт букмекер.”

Он выдвинул ящик стола, достал мешочек с монетами и бросил его Хьюберту.

“Ты хороший рассказчик, - сказал Люциан. “Если ты встретишь еще кого-нибудь, о ком стоит рассказать, то приходи и найди казуара здесь.”

- Благодарю Вас, сэр, я обязательно это сделаю.”

Хьюберт отошел от смотровой будки, собственнически сжимая в обеих руках мешочек с монетами. Люциан и Казуари остались одни, молодой человек нервно поглядывал на своего хозяина. Люциан взглянул на молодого человека, его лицо было непроницаемо. Казуар все больше нервировался в продолжительном молчании.

- Достаточно, - наконец сказал Люциан, и облегчение разлилось по лицу Казуари. “Я хочу, чтобы ты договорился о встрече с Клариссой Вентресс. Могу ли я положиться на тебя в этом?”

- Да, мистер Люциан, сэр."

* * *

Приехав в клинику Бродстрит, Белинда обнаружила на двери объявление. В нем сообщалось, что Мистера Тиллмана сегодня не будет. Основные медицинские принадлежности можно было купить в приемной, и Мистер Асано приходил в обычное время, но только в экстренных случаях.

Внутри, в зале ожидания было довольно полным.

- Извините, Мистер Асано, - услышала она голос секретарши Дженис. - В объявлении говорилось только о чрезвычайных ситуациях, но люди, конечно, не обращают на это внимания.”

“Или не умеют читать, - сказал мужчина, выходя из задней комнаты. Это был тот самый человек, который дал Софи бесплатную мазь. Его резкие черты и темные, ясные глаза смотрели строго, пока дружелюбная улыбка не осветила его лицо, как свет.

“Кто следующий, Дженис?- спросил он.

Дженис позвала молодую мать с сыном, и мужчина повел их в подсобку. Затем Белинда подошла к стойке администратора.

“Я хочу купить еще мазей и зелий, - сказала Белинда Дженис. “И немного хрустальной воды, если она у тебя есть.”

Волшебная чистящая жидкость стоила дороже, чем душ, но Софи все время оказывалась в крови. Она знала, что Джори продает их в торговом зале общества приключений.

- Боюсь, что вся вода закончилась, - сказала Дженис. - Мистер Асано все это покупает. Он очень требователен к чистоте. Он говорит, что есть крошечная грязь, которую вы не видите, но можете сделать вас больным. По-моему, это полная чушь, но мистер Тиллман говорит, что он прав.”

“Кто этот парень?- Спросила Белинда. - Еще один алхимик?”

- Нет, он учится на авантюриста, - ответила Дженис. “Он всегда на заднем дворе, поднимает тяжести или медитирует. Он просто появляется время от времени, чтобы вылечить всех, кто выстроился в очередь с его способностями. И делает это совершенно бесплатно.”

- Бесплатно?”

- Бесплатно, - подтвердила Дженис.

“Разве это не вредит бизнесу Джори?”

“О, он никогда не зарабатывает много денег на клинике, - сказала Дженис. - В основном он продает вещи в торговом зале или даже иногда берет авантюрный контракт. Вот где он сейчас находится.”

“Так что же этот Асано получает от этого, если он работает бесплатно?- Спросила Белинда. “Разве это не кажется немного подозрительным?”

- Нет, мистер Асано не такой, - сказала Дженис. - Он говорит, что это позволяет ему практиковать свои целительские способности, а он всегда так усердно практикуется. Но на самом деле, я думаю, ему просто нравится помогать людям.”

“И все же мне это кажется подозрительным.”

-О, вы бы так не думали, если бы узнали его поближе, - сказала Дженис. - Хорошо еще, что у Мистера Тиллмана есть друг. Он проводил все свое время наверху со своими маленькими экспериментами.”

“И все же не спускай с него глаз, - сказала Белинда. “Никогда не следует доверять людям, которые говорят, что просто хотят помочь.”

Боль

“Повышаю до пяти, - голос Руфуса эхом разнесся по комнате миражей. Джейсон стоял и ждал в своем иллюзорном теле. Он был под куполом, но его скрывал ложный ландшафт. Его чувства говорили ему, что он стоит на пустынном склоне холма, древние руины вокруг него и мертвые враги у его ног.

Камера миражей была странным опытом. Для Джейсона все было реальным, включая его самого. Он чувствовал силу каждого удара и боль каждой раны, даже когда его тело лежало невредимым в рубке управления.

Раны исчезли с тела Джейсона, и павшие враги вокруг него исчезли. На их месте появились пятеро мужчин и тут же бросились в атаку.

Новое искусство Джейсона во многом отличалось от того, что он ожидал, хотя в ретроспективе такие различия были очевидны. В его собственном мире боевые искусства были предназначены для борьбы с другими людьми, действуя в пределах фиксированного диапазона физических возможностей. Авантюристам приходилось сражаться с кем угодно-от людей со сверхчеловеческими качествами до акул-крабов и пауков размером с грузовой фургон. Было сложно надеть наручный замок на то, что не имело запястья.

Путь Жнеца состоял из пяти форм, которые меняли приоритеты стиля боя в соответствии с меняющимися обстоятельствами. Они были организованы не для того, чтобы противостоять конкретным вызовам, а для того, чтобы решать их определенным образом. Форма, Образ мудреца, например, была самой подвижной из пяти позиций. Он был одинаково полезен против множества противников в сложной местности, как и против гигантского существа с множеством ног.

Путь Иерофанта был прямым и агрессивным, в то время как путь Трикстера был прямо противоположным. Полный странных движений и необычных атак, он напоминал Джейсону пьяный бокс. Путь Охотника предлагал изнурительные атаки на неосознанных жертв, а также способы оттачивать слабое место монстра. Против человеческих противников путь отшельника выводил нападавших из равновесия и создавал разрушительные контратаки. Против монстров он использовался для защиты от необычных атак со стороны самых причудливых существ.

Все вместе это создавало всеобъемлющий стиль, включающий удары, захваты и даже акробатику. Как двигаться быстро и тихо, или с быстрой, головокружительной эффективностью. Все, чему он учился, вошло в игру, начиная с работы ног Руфуса и заканчивая тренировкой движений Гэри, даже техники ситуационного осознания Фарры.

Несмотря на все это, воззвания Руфуса о природе борьбы стали реальностью. Результат его внезапных боевых навыков напомнил Джейсону игру в видеоигру в первый раз. Его аватар может иметь множество удивительных способностей, но его неуклюжие попытки использовать их оставили его избитым, избитым и неспособным жить в соответствии с потенциалом.

Окруженный пятью иллюзорными врагами, он был прижат к земле и жестоко избит. Руфусу потребовалось больше времени, чтобы закончить симуляцию, чем хотелось бы Джейсону, но в конце концов он это сделал, и Джейсон проснулся в своем реальном теле. Он свесил ноги с платформы, на которой лежал, и застонал, потирая бок.

- Клянусь, я все еще чувствую это, - сказал он.

- Фантомная боль, - сказал Руфус. “Ты к этому привыкнешь.”

- Пять врагов-это уже чересчур, - сказал Джейсон. - Я едва мог справиться с четырьмя.”

“Ты хочешь сбавить обороты?- Спросил Руфус.

- Нет, этот вызов хорош.”

“Именно это я и хочу услышать, - сказал Руфус.

“Все же лучше пять иллюзорных головорезов, чем один Хамфри, - сказал Джейсон. “Я бы назвал его чудовищем, но я сражался с чудовищами. Он еще хуже.”

- Хамфри тренировался с тех пор, как научился ходить прямо, - сказал Руфус. “Это у нас с ним общее. Книга не закроет этот пробел в одночасье.”

“Это справедливо, - сказал Джейсон.

“Чему тебя учили родители, когда ты рос?- Спросил Руфус.

- Родители моего отца приехали из другой страны, - сказал Джейсон. - Моя мама очень хотела, чтобы мы узнали об этом. Язык, культура. Самому папе было все равно, и я был таким же. Но это действительно была вещь моего брата.”

“Ну, - сказал Руфус, - теперь ты можешь говорить на этом языке.”

Джейсон задумчиво склонил голову набок.

“Да. Думаю, что могу.”

Джейсон и Руфус покинули зал миражей и направились обратно в город. Расспросы Руфуса о его семье оставили его непривычно спокойным. Джейсон почти не общался со своей семьей после того, как они поссорились. Бросив университет, он не вернулся из Мельбурна. Единственными, кого он видел регулярно, были его старшая сестра, а также ее муж и дочь. Дядя Джейсон был самым дешевым воспитателем в городе, но, несмотря на все его жалобы, он любил эту маленькую девочку. Буквально с расстояния в целый мир конфликты, которые когда-то казались неразрешимыми, теперь выглядели мелкими и бессмысленными.

Когда они вышли из поместья Геллеров, Руфус посмотрел на Джейсона, погруженного в раздумья. Он не привык быть тем, кто заводит разговор.

“Как продвигаются твои способности эссенции?- Спросил Руфус.

- А? О, хорошо, да” - сказал Джейсон. “Мне становится лучше с теневым телепортом. Я проверял его ограничения.”

- Ну и что?”

“Ему нужна четкая тень, - объяснил Джейсон. “Я не могу просто телепортироваться куда захочу в темноте.”

“Значит, тебе нужен хоть какой-то свет, - сказал Руфус.

“Да, - сказал Джейсон, - но у меня есть решение для этого. Прыжки с тенью-не единственная способность, над которой я работал.”

- Хорошо, - сказал Руфус. - Овладение твоими эссенционными способностями имеет решающее значение. Чему ты научился?”

Джейсон остановился и огляделся. Они шли по широкой тропинке через рощу, похожую на баньян. Как и большинство извилистых дорожек поместья Геллеров, растительность затеняла тропинку от палящего солнца.

“Это сработает, - сказал Джейсон. - Ты помнишь, как мой плащ может светиться звездами?”

“Конечно.”

“Смотри.”

Темный плащ Джейсона окутал его, как темный дым. На нем начали появляться звезды, освещая его, как Руфус видел в прошлом. Затем звезды начали уплывать с плаща, все больше и больше их выплывало наружу, распространяя свой холодный свет под тенистыми деревьями. Свет не был подавляющим, заполняя пространство темными закоулками и трещинами. Джейсон начал двигаться, но звездные пылинки не двигались вместе с ним, плавая независимо.

“Значит, ты можешь принести свои собственные тени, - сказал Руфус.

“В этом-то и дело, - сказал Джейсон. “Я тренировался по ночам. Как только я этим овладею, я буду настоящей угрозой в темноте.”

- Ну, продолжай, - сказал Руфус. - В идеале, ты будешь иметь твердый контроль над своими способностями для оценки общества приключений. До него осталось всего две недели.”

“Не знаю, - ответил Джейсон. “Я так далеко зашел с тех пор, как бродил по лабиринту живой изгороди без штанов, но мне кажется, что еще так много предстоит пройти.”

“Единственное, что ты можешь сделать с этим чувством, - сказал Руфус, - это привыкнуть к нему. Сколько себя помню, я проходил ту или иную форму обучения, и мне до сих пор так кажется.”

* * *

Внутреннее пространство смотровой будки Люциана миноги было просторным и разделенным на два уровня. Меньший, более высокий уровень находился сзади. За тяжелым деревянным столом Люциана стояло роскошное кресло, в котором он проводил большую часть дня. Большая комната представляла собой непринужденную зону отдыха с мягкими креслами и удобным диваном. Они выстроились полукругом вокруг смотрового окна, в центре которого стоял низкий столик с закусками.

Люциан спустился со своего обычного насеста в знак приветствия гостье, ожидая ее в одном из мягких кресел в гостиной. Однако уважение-это не то же самое, что почтение, и он не встал, махнув ей на другой стул. Директор магического общества не встал, чтобы встретиться с криминальным авторитетом.

- Благодарю Вас за любезное приглашение, - сказала Кларисса Вентресс. Ее телохранитель Дарнелл остался за дверью. Он редко бывал далеко от нее, но Вентресс редко оказывалась в невыгодном положении. Крепость была символом власти в Старом городе, и она была одним из его правителей. Однако в присутствии Люциана Лампрея ей напомнили, что власть Старого города принадлежит ей лишь до тех пор, пока остров не захочет отнять ее у нее. Люциан Лампрей представлял собой одновременно опасность и возможность.

“Вы уже некоторое время являетесь самым важным покровителем крепости, - сказала Вентресс. “Я очень рада, что Вы удостоили меня чести встретиться с вами.”

Люциан нагло пробежал глазами по Клариссе. Он мог чувствовать ее бронзовую ауру, видеть тело, вылепленное в гибкое совершенство магией ее эссенций. На ней было изысканное зеленое платье, которое одновременно и повелевало, и провоцировало. Люциан слышал, что в дельте водится несколько видов змей, красивых по окраске, но смертельно опасных. У него сложилось такое же впечатление о Клариссе Вентресс.

“Мое удовольствие”, - сказал он ей.

Помощник Люциана Казуари принес закуски и поставил их на стол, пока Люциан и Кларисса обменивались любезностями.

“Как вам, возможно, известно, - сказал Люциан, - я большой любитель сражений здесь, в крепости.”

“Я слышала об этом, - сказала Кларисса.

"Как правило, это вечерние бои, которые меня интересуют. Бойцы с полным набором эссенций. Но в последнее время я обнаружил, что один из бойцов с нижней картой очень убедителен. Один из твоих бойцов."

Кларисса улыбнулась. Ключ к контролю над человеком - найти то, что он хочет. Теперь, когда она поняла, чего хочет Люциан, ее беспокойство растаяло.

- Соловей, - сказала она.

Вряд ли это был скачок дедукции. Некоторые мужчины получали извращенное удовольствие, ломая волю сильной женщины. Именно поэтому Софи сделала такую полезную палку, чтобы подтолкнуть Коула Сильву. Клариссе нравились такие мужчины, потому что она находила их слабыми и легкими в обращении.

“Ее настоящее имя Софи Векслер, - сказала Кларисса. - Она поступила ко мне на службу с условием, что я буду защищать ее.”

- Отдай ее мне.”

“Конечно, я хотела бы это сделать, - сказала Кларисса. - Но есть и осложнения.”

Люциан нахмурился.

-Вы должны понимать, - сказала Кларисса, - что моя сделка по ее защите широко известна. Это знание-немалая часть того, откуда берется защита. Я добилась того, что имею, в немалой степени благодаря своей репутации. Если я заключаю сделку, чтобы защитить человека, а затем передаю его кому-то другому, я больше не могу гарантировать какого-либо соглашения только силой своего слова."

“А если я просто решу взять ее?- Спросил Люциан.

“Тогда никто в Старом городе не сможет остановить Вас, - сказала Кларисса. “Но если бы Вам нужно было беспокоиться только о Старом городе, ты Вы бы уже это сделали. Директор магического общества не может просто так похищать женщин для собственного удовольствия, а такие вещи всегда можно обойти. Все, что Вам нужно, - это отдать ее в Вашу власть таким образом, чтобы она не удостоилась даже второго взгляда.”

- Продолжай, - сказал Люциан.

“Я думаю, что, возможно, - сказала Кларисса, - есть способ удовлетворить наши потребности. Это потребует некоторых усилий с моей стороны, но вывод должен быть взаимно удовлетворительным.”

- Объясни, - потребовал Люциан.

“Вы должны понять, что слово человека-это не то, что можно исправить. Однажды сломанный, он остается сломанным. Я заключила соглашение о защите девушки от внешних воздействий, в обмен на определенные услуги. Если что-то случится с ней в процессе оказания этих услуг, я не смогу защитить ее от самой себя. Вы можете знать, а можете и не знать, но она профессиональная воровка. Если ее поймали из - за отсутствия способностей в избранном ею ремесле, то меня вряд ли можно винить. Как только она окажется в руках судебной системы, я не сомневаюсь, что человек с таким ошеломляющим влиянием, как Вы, сможет взять дело в свои руки."

“Думаю, что смогу, - задумчиво произнес Люциан. “Но вы можете доставить ее туда?”

“Это потребует от меня некоторых усилий, - сказала Кларисса. “Но что такое небольшая боль в служении такому человеку, как Вы?”

Ночная жизнь

Ночная жизнь

С приближением полевой оценки Общества искателей приключений Джейсона день ото дня, Руфус, Гэри и Фарра подталкивали его сильнее, чем когда-либо. В качестве разрядки они проводили вечера, исследуя ночные развлечения, предлагаемые городом. Даниэль Геллер выступала в роли их гида по местному обществу, обычно со своим сыном Хамфри в придачу.

Симфония стала откровением для Джейсона. Концертный зал был расположен в районе гильдий, удобно близко к их жилью, и они наслаждались видом из частной ложи Геллеров.

Инструменты не были теми, что он узнавал, хотя многие были похожи, по крайней мере внешне. Именно магия, которую они содержали, делала представление таким же великолепным визуально, как и музыкально. Когда они играли, танцующие потоки света поднимались от инструментов, устремляясь над аудиторией, чтобы резвиться в созвучии с музыкой. Гармония света и звука соединилась, чтобы превратить представление в нечто, не похожее ни на что, что Джейсон испытывал раньше.

— Как часто они устраивают это? — Джейсон наклонился, чтобы спросить Даниэль.

— Полная симфония? Раз в месяц, хотя небольшие выступления проходят всю неделю.

— Есть ли абонемент или что-то, что я могу получить?

— Есть программа патронажа с Музыкальным обществом, — сказала Даниэль. — Я могу познакомить вас с некоторыми людьми из Музыкального общества, если это вас интересует.

— Пожалуйста, и спасибо.

* * * На вечере бальных танцев они встретили молодую послушницу Знания, Габриэль Пеллин.

— Подумать только, — невинно сказала Даниэль.

Когда Хамфри не смог набраться смелости для подхода, он остался смотреть в ужасе, как Джейсон учит ее танцу из своего собственного мира. После того как Джейсон подсунул струнному квартету несколько монет, они заняли танцпол, чтобы продемонстрировать его в полной мере, под аплодисменты собравшихся.

После этого Джейсон проводил ее в направлении Хамфри, Даниэль и друзей Джейсона.

— Вы довольно энергичный танцор, — сказала Габриэль Джейсону, когда они неспешно прогуливались по танцполу. — Вы так и не сказали мне название.

— Это называется танго, — сказал Джейсон.

— Оно хорошо известно в вашем мире?

— Это, наверное, самый известный танец, который там есть. Это моя старшая сестра научила меня танцевать. Я не был особо заинтересован, пока мой отец не дал мне мудрый совет. Он сказал мне, что если я хочу быть успешным в любви, мне нужно научиться трем вещам. Как танцевать, как готовить и как держать свой чертов рот на замке.

— Как это сработало?

— Ну, — сказал Джейсон, — я умею танцевать и умею готовить. Габриэль, вы помните Хамфри Геллера.

— Конечно, — сказала она. — Я не так много людей оценивала для Общества искателей приключений, но из тех, кого я оценивала, думаю, он мог быть самым талантливым.

— Вы понимаете, что оценивали меня сразу после?

— Понимаю, — сказала она чопорно.

— Ой, — сказал Джейсон, переводя взгляд на Хамфри. — Кажется, у этой розы все еще есть шипы. Хамфри, думаю, я оставлю этот следующий танец тебе.

Они оба посмотрели на Хамфри, который выглядел нервным. Его застенчивое смущение не могло скрыть широкие плечи и точеные черты лица, однако. Он был еще одним в длинной череде раздражающе привлекательных людей, с которыми Джейсон знакомился.

— Думаю, это было бы восхитительно, — сказала Габриэль, сжалившись над ним.

— Что скажешь, Хамфри? — спросил Джейсон.

— Что… ты… мне бы этого очень хотелось.

* * * В отличие от большинства светских точек, театральный район на самом деле находился в Старом городе, довольно близко к Крепости. Это позволяло членам высшего общества казаться так, будто они направляются на спектакль, а не к менее приятным удовольствиям главного притона города. Покидая частную ложу, Джейсон и его спутники обсуждали свои мнения о пьесе.

— Сценический бой был на самом деле довольно впечатляющим, — сказал Руфус. — Однако я нашел сюжет немного слабым. Мне нравится представление, которому есть что сказать.

— Ему было что сказать, — сказал Гэри. — Что бои на мечах — это здорово. Хорошие парни побеждают, плохие парни проигрывают, конец. Мне понравилось.

Джейсон качал головой.

— Ты не согласен? — спросила его Даниэль.

— Я, вероятно, просто неправильно истолковываю это из-за разницы в культуре, — сказал Джейсон.

— На тебя не похоже быть дипломатичным, — сказал Руфус. — Просто скажи, что думаешь на самом деле.

— Я думаю, ему было что сказать, — сказал Джейсон. — Я думаю, главные герои не были героями; они были злодеями. Я думаю, вся пьеса была критикой наследственных структур власти, и, победив антагонистов, центральные персонажи восстанавливали состояние угнетения.

— Ты думаешь, главные герои были злодеями? — спросил Руфус.

— Думаю, да.

— Я этого не вижу, — сказал Руфус.

— Разве у тебя нет друга детства, который является членом какой-то королевской семьи? — спросил Джейсон.

— Есть, — сказала Фарра.

— Какое это имеет отношение к чему-либо? — спросил Руфус.

Они вышли из театра через двери, зарезервированные для владельцев частных лож, где члены общества садились в свои кареты. Джейсон заметил женщину с той же аурой серебряного ранга и физическим совершенством, что и у Даниэль. Она отделилась от своей собственной группы дам, направляясь прямиком к Даниэль.

— Даниэль, — поприветствовала женщина. — Всегда приятно видеть тебя. Юный мастер Хамфри. И вы, должно быть, Руфус Ремор, со своими бывшими спутниками, конечно.

— Леди Талия Мерсер, — представила даму Даниэль.

Глаза Талии остановились на Джейсоне.

— Мы не имели удовольствия, — сказала она. — Вы, должно быть, тот молодой человек, о котором люди становятся такими любопытными.

— Я никто важный, — сказал Джейсон.

— Тем не менее, вы держите важную компанию, — сказала Талия.

— Я? — спросил он. — Я не очень знаю этих людей. Я здесь только потому, что выиграл в лотерею.

Фарра фыркнула от смеха, в то время как Руфус провел рукой по лицу в отчаянии.

— Погоди, была лотерея? — спросил Гэри, но Фарра зашикала на него.

— Это Джейсон Асано, — представила Даниэль, улыбка играла на ее губах. — Он будет проходить свою полевую оценку для Общества искателей приключений, когда Хамфри будет пересдавать свою. Полагаю, ваш сын тоже будет там?

— Будет, — несчастливо сказала Талия. — Я пыталась убедить мужа, что Тадвику пойдет на пользу дополнительное обучение, но он был довольно непреклонен.

Талия повернулась к Руфусу, человеку, который провалил ее сына во время предыдущей оценки.

— Знаете, мистер Ремор, — сказала она, — вы довольно сильно перевернули тележку с фруктами тем, как провели последнюю оценку.

— Мне жаль, если вы чувствуете, что с вашим сыном обошлись несправедливо, — сказал Руфус, — но поскольку он ранее прошел, возможно, было бы лучше не выдвигать его на переоценку.

Талия рассмеялась.

— Не могу не согласиться, — сказала Талия, к удивлению Руфуса. — Однако мой муж, похоже, не может удержаться от того, чтобы совать пальцы туда, куда лучше не лезть.

— Жаль, что вас не было здесь, когда тестировали дочь Талии, — сказала Даниэль. — Талия лично курировала ее обучение, и я не сомневаюсь, что она бы прошла. Где Кассандра сегодня вечером?

— Где-то в дельте, на контракте, — сказала Талия. — Я с нетерпением жду возможности представить вас, мистер Ремор.

После еще нескольких любезностей Талия извинилась, и группа села в карету семьи Геллеров. Это была одна из тех, что двигались магией, а не животными, и была больше, чем аналоги из собственного мира Джейсона.

— Я действительно верю, что Талия пытается сосватать вас со своей дочерью, — сказала Даниэль Руфусу.

— Он привык к этому, — сказала Фарра.

— Если она хоть немного похожа на своего брата, — сказал Руфус, — я бы предпочел, чтобы она этого не делала. Я никогда не видел, чтобы кто-то настолько некомпетентный проходил полевую оценку раньше. Я убежден, что другие члены его группы прошли, потому что они оттачивали свои способности, прикрывая этого идиота. Дошло до того, что это могло бы стать целой новой методологией обучения. Трюк был бы в том, чтобы найти людей, настолько агрессивно неспособных.

— Вы найдете ее дочь совсем другой перспективой, — сказала Даниэль. — Кассандра — замечательная женщина, и как раз вашего возраста. На самом деле, она довольно сильно напоминает мне Джейсона.

— Ты шутишь, — сказал Руфус.

— О, на первый взгляд они кажутся разными, — сказала Даниэль. — Она скорее нож к молоту Джейсона, но они оба, кажется, наслаждаются провокацией как социальным инструментом.

— С другой стороны, — сказал Руфус, настороженно глядя на Джейсона, — я, возможно, предпочел бы иметь дело с братом.

* * * Софи и Белинду вызвали в дом Клариссы Вентресс вместо Крепости; это было раскинувшееся поместье в районе каналов Старого города. Район каналов имел свою собственную внутреннюю городскую стену. Это было наследие времени до Острова, когда район был домом для городской элиты. Он был оставлен тем, у кого было богатство, но не хватало престижа, предпочитая стоять высоко в Старом городе, чем быть под ногами на Острове.

Двух женщин провели через комплекс, мимо различных головорезов, стоящих на страже. Столетия назад резиденция Клариссы была резиденцией семьи Мерсер. Территория была довольно обширной, с более чем одним каналом, протекающим через нее.

Внутри самого дома их вел огромный телохранитель-леонид Клариссы, Дарнелл. Кларисса ждала их в гостиной, сидя за столом с накрытым утренним чаем. Ее место было единственным в комнате.

— Дамы, — поприветствовала их она. — У меня для вас хорошие новости.

— Не думаю, что это то, что Софи покончила с бойцовскими аренами, — угрюмо сказала Белинда.

— На самом деле, это так, — сказала Кларисса.

Софи и Белинда обе резко подняли глаза.

— Правда? — спросила Белинда.

— Да, — сказала Кларисса. — У нее был последний бой на арене.

— Тогда что ты хочешь, чтобы я делала дальше? — спросила Софи, сузив глаза, глядя на Клариссу.

— Такая циничная, — сказала Кларисса.

— Просто скажи это, — сказала Софи.

— Вы двое были отличной командой, — сказала Кларисса. — Я подозреваю, что даже сейчас вы двое — единственные, кто точно знает, сколько работ вы провернули для старика Сильвы. Я просто хочу, чтобы вы вернулись к тому, что делаете лучше всего.

— Сделка заключалась в том, что мы поможем тебе спровоцировать Сильву, — сказала Софи. — Теперь ты хочешь, чтобы мы воровали у него?

— Конечно, нет, — сказала Кларисса. — Я бы никогда не поставила вас в такое положение.

— Тогда что? — потребовала Софи.

— Хорошо известно, что уже почти десять лет семья Сильва пользуется услугами пары отличных воров. Когда те же самые воры начинают грабить социальную элиту, прямо на публике, давление на Сильву будет значительным.

— Ты сумасшедшая? — закричала Белинда, сердито шагнув вперед. Телохранитель двинулся к ней, но Кларисса небрежно отмахнулась от него.

— Это будет последнее задание, которое я вам поручу, — сказала Кларисса. — Естественно, кража у богатейших жителей Гринстоуна заставит искателей приключений начать расследование. Как только они поймут, что самые способные воры семьи Сильва являются наиболее вероятными виновниками, давление на Сильву будет огромным.

— Ты действительно готова рискнуть навлечь на свою голову силы с Острова? — спросила Софи.

— Это едва ли риск, — сказала Кларисса. — Что они обнаружат, так это то, что после проведения серии экспертно выполненных ограблений воры, которые работали на семью Сильва годами, больше не в городе. Потому что, выполнив свою часть сделки, вы будете далеко отсюда, как и обещано. С изрядным количеством денег за ваши неприятности.

Белинда открыла рот, чтобы огрызнуться в ответ, но была заставлена замолчать жестом Софи.

— Ладно, — сказала Софи.

Белинда дернула головой, чтобы посмотреть на Софи, как будто та сошла с ума. Софи слегка покачала головой, чтобы заставить ее замолчать.

— Отлично, — сказала Кларисса. — Теперь, ваша первая цель —

— Нет, — прервала Софи.

— Прошу прощения? — спросила Кларисса.

— Цель состоит в том, чтобы привлечь внимание к Сильве, — сказала Софи, — а не предпринимать какое-то конкретное ограбление. Так что неважно, что мы возьмем или у кого, пока это громкое дело и оно публичное. Белинда и я выберем цели и время.

— Выбор целей, — сказала Кларисса, — означает, что я могу достичь более одной цели за раз.

— Наша сделка не включала никаких дополнительных целей, которые у тебя могут быть, — сказала Софи. — Так что ты можешь разобраться с ними сама. Ты не выставляешь нас в качестве приманки по какой-то другой причине, не так ли?

— Конечно, нет, — сказала Кларисса.

— Тогда мы выбираем цели, и мы выбираем время.

— Хорошо, — уступила Кларисса. — Только убедитесь, что я уведомлена заранее.

— Нет, мы будем держать тебя вне этого, — сказала Софи. — Мы бы не хотели, чтобы люди переключали внимание с Сильвы на тебя, в конце концов. Мы планируем и исполняем ограбления в одиночку, и мы сбываем товары через людей Сильвы. У нас достаточно связей для этого.

Рот Клариссы улыбался, но ее глаза брызгали ядом.

— Очень хорошо, — сказала она. — Но я хочу, чтобы работа была сделана быстро и неоднократно. Если нет, то вы не выполняете свою часть, и в этом городе не будет места, где вы сможете спрятаться от меня. Что касается побега из него… если бы вы могли покинуть этот город живыми, то вы бы не пришли ко мне в первую очередь.

Софи коротко кивнула, затем зашагала прочь. Белинда последовала за ней, телохранитель Клариссы следовал за ними, пока они не покинули территорию. Они шли по темным улицам Старого города быстрым шагом.

— Что это было? — сердито потребовала Белинда, как только убедилась, что они скрылись из глаз и ушей Клариссы. — Все это не имеет смысла. Все держится на том, что люди поймут, что мы воры. И раздувать проблемы с людьми с Острова? Они пошлют искателей приключений за нами. Она пытается навлечь все это на свою собственную голову?

— Ты права, — сказала Софи. — Это не имеет смысла, если это все еще о провокации Сильвы. Что-то изменилось, и каким-то образом замешана политика Острова. Вентресс не рискнула бы провоцировать Остров, если бы у нее не было какой-то поддержки, чтобы защитить ее.

— Весь этот план — безумие, — сказала Белинда.

— Да, — согласилась Софи.

— Тогда зачем идти на это? Она должна знать, насколько прозрачной она является.

— Ты знаешь, как Вентресс относится к своей репутации. Она хочет, чтобы мы нарушили сделку, даже если все знают, что она подтолкнула нас к этому.

— Зачем беспокоиться? — спросила Белинда. — Мы не приносим ей никакой пользы, кроме как в качестве палки, чтобы тыкать Сильву.

— Я не знаю, — сказала Софи. — Может быть, она ищет оправдание, чтобы передать нас ему. Во что бы она ни ввязалась сейчас, мы каким-то образом стали рычагом давления. Но ее нельзя увидеть нарушающей сделку.

— Ее хваленая репутация.

— Если мы нарушим сделку, она может открыто делать с нами все, что захочет.

— Так ты купила нам столько времени и свободы, сколько могла, — поняла Белинда.

— Нам нужно придумать наш следующий шаг. Вентресс больше не наш путь из города.

— Дорган? — предложила Белинда. Третий член Большой тройки был тих со смерти старика Сильвы.

— Нам нечего предложить в обмен на защиту.

— Тогда что? — спросила Белинда. — Попытаться пробиться своим путем?

Причина, по которой они пошли к Клариссе в первую очередь, заключалась в том, что побег из города незамеченными Большой тройкой был практически невозможен. У них была железная хватка на торговле судоходством, и было очень мало наземных путешествий.

— Возможно, нам придется попробовать наземный маршрут, — сказала Софи.

Побег из региона Гринстоун по суше означал один из двух маршрутов. Первый — подняться вверх по реке к оазису Мистран, затем продолжать путь через пустыню к центральному вельду. Оттуда на юг, к более плодородным землям и порту, где у Большой тройки все еще были интересы, так что их могли легко вернуть в Гринстоун. Другой путь — направиться к северным территориям, что означает пересечение мертвых песков, храбрость перед монстрами и кочевыми племенами бандитов.

— Мы исключили это по причине, — сказала Белинда. — Наш опыт и знания заканчиваются на городской стене. Если мы попытаемся пойти в дикую природу, это чистая авантюра.

— Авантюра — это все, что у нас может быть, — сказала Софи. — А пока мы делаем достаточно, чтобы держать Вентресс успокоенной, пока мы разбираемся с этим.

Белинда опустила голову.

— Все становится только хуже, — тихо сказала она.

— Я знаю.

Том 1 Глава 53.1

Поскольку полевая оценка общества приключений Джейсона с каждым днем становилась все ближе, Руфус, Гэри и Фарра давили на него сильнее, чем когда-либо. В качестве отдыха они будут проводить вечера, исследуя ночные развлечения, предлагаемые городом. Даниэль Геллер была их гидом в местном обществе, обычно с ее сыном Хамфри на буксире.

Симфония стала для Джейсона откровением. Концертный зал располагался в районе гильдии, в удобной близости от их жилища, и они наслаждались видом из личной смотровой ложи Геллера.

Инструменты были не те, что он знал, хотя многие из них были похожи, по крайней мере внешне. Именно магия, заключенная в них, делала спектакль столь же великолепным визуально, сколь и музыкально. Пока они играли, от инструментов поднимались танцующие струйки света, которые галопом проносились над публикой, резвясь в такт музыке. Гармония света и звука объединилась, преобразив представление во что-то непохожее на то, что Джейсон испытывал раньше.

“И как часто они это проводят?- Джейсон наклонился, чтобы спросить Даниэль.

- Полную симфонию? Один раз в месяц, хотя небольшие выступления происходят в течение всей недели.”

“Есть ли членство или что-то, что я могу получить?”

“У Музыкального общества есть программа покровительства, - сказала Даниэль. “Я могу представить вас некоторым людям из музыкального общества, если это вас интересует.”

- Пожалуйста, и огромное спасибо."

* * *

На вечере бальных танцев они встретились с юной послушницей знания, Габриэль Пеллин.

- Какая неожиданность, - невинно сказала Даниэль.

Когда Хамфри не смог собраться с духом и подойти ближе, он в ужасе наблюдал, как Джейсон учит ее танцу из своего собственного мира. После того, как Джейсон сунул струнному квартету несколько монет, они взяли слово, чтобы продемонстрировать его полностью, под аплодисменты собравшихся.

После этого Джейсон проводил ее к Хамфри, Даниэль и друзьям Джейсона.

“Ты очень энергичный танцор, - сказала Габриэль Джейсону, когда они неторопливо шли по танцполу. “Ты так и не назвал мне его имени.”

“Это называется танго, - сказал Джейсон.

“Это хорошо известно в вашем мире?- спросила она.

- Это, наверное, самый знаменитый танец на свете.”

- Это моя старшая сестра научила меня танцевать, - сказал Джейсон. “Меня это не очень интересовало, пока отец не дал мне мудрый совет. Он сказал мне, что если я хочу добиться успеха в любви, мне нужно научиться трем вещам. Как танцевать, как готовить и как держать свой чертов рот на замке."

“И как это получилось?- Спросила Габриэль.

- Ну, - сказал Джейсон, - я умею танцевать и готовить. Габриэль, ты ведь помнишь Хамфри Геллера.”

“Конечно, - ответила она. “Я не оценивала так много людей для общества приключений, но из тех, кто у меня есть, я думаю, что он, возможно, был самым талантливым.”

“Ты помнишь, что сразу после оценили меня?”

“Да, - чопорно ответила она.

- Ой, - сказал Джейсон, переводя взгляд на Хамфри. - Похоже, у этой розы еще остались шипы. Хамфри, я думаю, что оставлю этот следующий танец тебе.”

Они оба посмотрели на Хамфри, который явно нервничал. Однако его застенчивое смущение не могло скрыть широких плеч и точеных черт лица. Он был еще одним в длинной череде раздражающе привлекательных людей, с которыми Джейсон знакомился.

“Я думаю, это было бы восхитительно, - сказала Габриэль, сжалившись над ним.

“Что скажешь, Хамфри?- Спросил Джейсон.

“Что... ты ... мне бы очень этого хотелось.”

* * *

В отличие от большинства светских мест, театральный район располагался в Старом городе, совсем рядом с крепостью. Это позволяло членам высшего общества казаться, что они идут на спектакль, а не на менее пикантные удовольствия главного притона беззакония города. Выйдя из отдельной смотровой ложи, Джейсон и его спутники обсудили свое мнение о пьесе.

- На самом деле сцена боя была довольно впечатляющей, - сказал Руфус. - Однако мне показалось, что заговор был несколько незначительным. Мне нравится спектакль, в котором есть что сказать.”

“Там действительно было что сказать, - сказал Гэри. - Что бои на мечах-это здорово. Хорошие парни выигрывают, плохие парни проигрывают, конец. Мне это нравилось.”

Джейсон покачал головой.

“Вы не согласны?- Спросила его Даниэль.

“Возможно, я просто неверно истолковал это из-за разницы в культуре, - сказал Джейсон.

- Это не похоже на тебя-быть дипломатичным, - сказал Руфус. - Просто скажи, что ты на самом деле думаешь.”

“Мне кажется, он что-то хотел сказать, - сказал Джейсон. “Я думаю, что главные герои были не героями, а злодеями. Я думаю, что вся пьеса была критикой наследственных структур власти, и, преодолевая антагонистов, центральные персонажи восстанавливали состояние угнетения.”

“Ты думаешь, что главными героями были злодеи?- Спросил Руфус.

“Да, - ответил Джейсон.

“Я этого не вижу, - сказал Руфус.

“Разве у тебя нет друга детства, члена какой-нибудь королевской семьи?- Спросил Джейсон.

“Да, - ответила Фарра.

“Какое это имеет отношение к делу?- Спросил Руфус.

Они вышли из театра через двери, предназначенные для частных лож, где члены общества пересаживались в свои экипажи. Джейсон заметил женщину с такой же серебристой аурой и физическим совершенством, как у Даниэль. Она оторвалась от своей группы дам и направилась прямиком к Даниэль.

- Даниэль, - поздоровалась женщина. - Всегда рада тебя видеть. Молодой Мастер Хамфри. А ты, должно быть, Руфус Ремор, со своими бывшими товарищами, конечно.”

- Леди Талия Мерсер, - представила ее Даниэль.

Талия перевела взгляд на Джейсона.

“Мы не имели такого удовольствия, - сказала она. “Вы, должно быть, тот самый молодой человек, который вызывает у людей такое любопытство.”

“Я не такая уж важная персона, - сказал Джейсон.

“И все же ты держишь важную компанию, - сказала Талия.

“Правда?- спросил он. “Я действительно не знаю этих людей. Я здесь только потому, что выиграл лотерею.”

Фарра фыркнула от смеха, а Руфус раздраженно провел рукой по лицу.

- Подожди, там был розыгрыш?- Спросил Гэри, но Фарра шикнула на него.

“Это Джейсон Асано, - представила Даниэль, и на ее губах заиграла улыбка. “Он будет сдавать полевую аттестацию для общества приключений, когда Хамфри пересдаст свою. Полагаю, ваш сын тоже будет там?”

“Так и будет, - печально сказала Талия. “Я пыталась убедить мужа, что Тедвику пойдет на пользу дополнительное обучение, но он был непреклонен.”

Талия повернулась к Руфусу, человеку, который подвел ее сына во время предыдущей оценки.

-Знаете, мистер Ремор, - сказала она, - вы опрокинули тележку с фруктами, когда проводили последнюю экспертизу."

“Мне жаль, если вы считаете, что с вашим сыном обошлись несправедливо, - сказал Руфус, - но поскольку он уже отошел, возможно, было бы лучше не выдвигать его на повторную оценку.”

Талия рассмеялась.

“Не могу не согласиться, - сказала талия, к удивлению Руфуса. - Однако мой муж, похоже, не может не совать свои пальцы в вещи, которые лучше оставить в покое.”

- Жаль, что тебя не было здесь, когда тестировали дочь Талии, - сказала Даниэль. - Талия лично следила за ее обучением, и я не сомневаюсь, что она прошла бы его. Где Кассандра сегодня вечером?”

“Где-то в дельте, по контракту, - ответила талия. -Я с нетерпением жду возможности представить вас, мистер Ремор."

После еще нескольких любезностей талия извинилась, и вся компания села в семейный экипаж Геллеров. Это был один из тех, что нарисованы магией, а не животными, и был больше, чем эквиваленты из собственного мира Джейсона.

“Я уверена, что Талия пытается свести тебя со своей дочерью, - сказала Даниэль Руфусу.

“Он привык к этому, - сказала Фарра.

“Если она хоть немного похожа на своего брата, - сказал Руфус, - то я бы предпочел, чтобы она этого не делала. Я убежден, что другие члены его группы прошли, потому что они оттачивали свои способности, покрывая этого идиота. Дело дошло до того, что это могла быть совершенно новая методика обучения. Весь фокус в том, чтобы найти людей настолько агрессивно неспособных.”

Том 1 Глава 53.2

“Ты увидишь, что ее дочь-совсем другая перспектива, - сказала Даниэль. - Кассандра-замечательная женщина, и примерно твоего возраста. Вообще-то, она напоминает мне Джейсона.”

“Ты шутишь, - сказал Руфус.

“О, на первый взгляд они кажутся другими, - сказала Даниэль. - Она больше похожа на нож для молота Джейсона, но они оба, похоже, наслаждаются провокацией как социальным инструментом.”

“Если подумать, - сказал Руфус, настороженно глядя на Джейсона, - я бы предпочел иметь дело с братом.”

* * *

Софи и Белинду вызвали не в крепость, а в дом Клариссы Вентресс-обширное поместье в районе канала Старого города. Район канала имел собственную внутреннюю городскую стену. Это было наследие времен, предшествовавших острову, когда район был домом для городской элиты. Он был оставлен тем, кто имел богатство, но не имел престижа, предпочитая стоять высоко в Старом городе, чем идти под ногами на острове.

Двух женщин провели через территорию лагеря, мимо нескольких головорезов, стоящих на страже. Много веков назад резиденция Клариссы была резиденцией семьи Мерсеров. Территория была довольно обширной, через нее протекало несколько каналов.

Внутри самого дома их вел неуклюжий Леонид-телохранитель Клариссы, Дарнелл. Кларисса ждала их в гостиной, сидя за столом с утренним чаем. Ее кресло было единственным в комнате.

- Дамы, - поприветствовали их. “У меня для вас хорошие новости.”

“Я не думаю, что Софи покончила с боевыми ямами, - угрюмо сказала Белинда.

“Вообще-то да, - сказала Кларисса.

Софи и Белинда резко подняли головы.

- Неужели?- Спросила Белинда.

- Да, - ответила Кларисса. “У нее был последний бой в шахте.”

“Тогда что ты хочешь, чтобы я сделал дальше?- Спросила Софи, прищурившись и глядя на Клариссу.

“Так цинично, - сказала Кларисса.

- Просто скажи это, - сказала Софи.

“Вы были отличной командой, - сказала Кларисса. - Я подозреваю, что даже сейчас вы двое-единственные, кто точно знает, сколько дел вы провернули для старика Сильвы. Я просто хочу, чтобы ты вернулась к тому, что делаешь лучше всего.”

- Мы договорились, что поможем тебе спровоцировать Сильву, - сказала Софи. “Теперь ты хочешь, чтобы мы его обокрали?”

“Конечно, нет, - ответила Кларисса. “Я бы никогда не поставила тебя в такое положение.”

“Тогда что же?- Спросила Софи.

“Хорошо известно, что вот уже почти десять лет семья Сильва пользуется услугами пары превосходных воров. Когда те же самые воры начнут грабить социальную элиту, прямо на публике, давление на Сильву будет значительным”

-Ты что, с ума сошел?- Крикнула Белинда, сердито шагнув вперед. Телохранитель Клариссы двинулся к ней, но Кларисса небрежно махнула ему в ответ.

“Это будет последнее задание, которое я тебе дам, - сказала Кларисса. - Естественно, кража у богатейших людей Гринстоуна привлечет к расследованию авантюристов. Как только они поймут, что наиболее способные воры семьи Сильва являются наиболее вероятными виновниками, давление на Сильву будет огромным.”

“Ты действительно хочешь рискнуть и обрушить силы с острова на свою голову?- Спросила Софи.

“Вряд ли это риск, - сказала Кларисса. “Они обнаружат, что после серии тщательно спланированных ограблений воры, которые работали на семью Сильвы в течение многих лет, больше не находятся в городе. Потому что, выполнив свою часть сделки, вы будете далеко отсюда, как и обещали. С хорошей суммой денег за ваши хлопоты.”

Белинда открыла рот, чтобы ответить, но жест Софи заставил ее замолчать.

- Хорошо, - сказала Софи. Белинда повернула голову и посмотрела на Софи так, словно та сошла с ума. Софи слегка покачала головой, чтобы заставить ее замолчать.

- Отлично, - сказала Кларисса. - Итак, ваша первая цель.-”

- Нет, - перебила его Софи.

- Прошу прощения?- Спросила Кларисса.

- Цель состоит в том, чтобы привлечь внимание к Сильве, - сказала Софи, - а не в том, чтобы совершить какое-то конкретное ограбление. Так что не имеет значения, что мы берем или от кого, главное, чтобы это было громко и публично. Мы с Белиндой выберем цели и время."

- Выбор целей, - сказала Кларисса, - означает, что я могу достичь сразу нескольких целей.”

“Наша сделка не включала никаких других целей, которые вы могли бы иметь, - сказала Софи. - Так что ты можешь разобраться с ними сам. Вы же не преследуете нас как приманку по какой-то другой причине, не так ли?”

“Конечно, нет, - ответила Кларисса.

“Тогда мы выбираем цели и выбираем время, - сказала Софи.

- Прекрасно, - согласилась Кларисса. “Только проследи, чтобы меня предупредили заранее.”

- Нет, мы не будем вмешивать тебя в это дело, - сказала Софи. “В конце концов, мы не хотим, чтобы люди переключали внимание с Сильвы на тебя. Мы планируем и совершаем грабежи в одиночку, а товары переправляем через людей Сильвы. У нас достаточно связей для этого.”

Губы Клариссы улыбались, но глаза были полны яда.

“Очень хорошо, - сказала она. - Но я хочу, чтобы работа выполнялась быстро и многократно. Если нет, то ты не справишься со своей задачей, и в этом городе не будет места, где ты сможешь спрятаться от меня. Что же касается побега... если бы вы могли покинуть этот город живым, то вы бы вообще не пришли ко мне.”

Софи коротко кивнула и зашагала прочь. Белинда последовала за ней, телохранитель Клариссы следовал за ними, пока они не вышли из лагеря. Они быстрым шагом шли по темным улицам Старого города.

-И что же это было?- Сердито спросила Белинда, как только убедилась, что они прочистили глаза и уши Клариссы. -Во всем этом нет никакого смысла. Все зависит от того, как люди поймут, что мы воры. И сеять смуту среди островитян? Они пошлют за нами искателей приключений. Неужели она пытается свалить все это на свою голову?"

-Ты права, - сказала Софи. -Это не имеет смысла, если речь все еще идет о том, чтобы спровоцировать Сильву. Что-то изменилось, и в этом как-то замешана Островная политика. Вентресс не рискнула бы провоцировать остров, если бы у нее не было какой-то поддержки, чтобы защитить ее."

“Весь этот план-безумие, - сказала Белинда.

- Да, - согласилась Софи.

“Тогда зачем соглашаться на это? Она должна знать, насколько прозрачна.”

“Ты же знаешь, как Вентресс относится к своей репутации. Она хочет, чтобы мы разорвали сделку, даже если все знают, что это она толкнула нас на это.”

- Зачем беспокоиться?- Спросила Белинда. - Мы для нее не более чем палка, которой можно тыкать Сильву.”

“Не знаю, - ответила Софи. - Может быть, она ищет предлог, чтобы передать нас ему. Чем бы она сейчас ни занималась, мы каким-то образом стали рычагом давления. Но она не может быть замечена нарушающей сделку.”

“Ее хваленая репутация, - сказала Белинда.

“Если мы разорвем сделку, она сможет открыто делать с нами все, что захочет, - сказала Софи.

“Значит, ты купилаа нам столько времени и свободы, сколько смогла, - догадалась Белинда.

“Нам нужно обдумать наш следующий шаг. Вентресс-это больше не наш путь из города.”

- Дорган?- Предположила Белинда. Третий член Большой тройки молчал с тех пор, как умер старик Сильва.

“У нас нет ничего, что можно было бы обменять на защиту, - сказала Софи.

“Тогда что же?- Спросила Белинда. - Попробуем выбраться сами?”

Причина, по которой они отправились к Клариссе, заключалась в том, что сбежать из города незамеченными большой тройкой было почти невозможно. У них была железная хватка в судоходстве, и сухопутных путешествий было очень мало.

“Возможно, нам придется попробовать сухопутный маршрут, - сказала Софи.

Побег из района Гринстоуна по суше означал один из двух путей. Первым делом нужно было подняться вверх по реке до оазиса Миструн, а затем продолжить путь через пустыню к центральному вельду. Оттуда, на юг, к более плодородным землям и Порту, где у Большой тройки было достаточно интересов, чтобы их легко было затащить обратно в Гринстоун. Другой путь лежал к северным территориям, что означало переход через мертвые пески, сражение с монстрами и кочевыми бандитскими племенами.

“Мы исключили это по какой-то причине, - сказала Белинда. - Наш опыт и знания заканчиваются у городской стены. Если мы отправимся в пустыню, то это будет чистой воды авантюра.”

- Может быть, это все, что у нас есть, - сказала Софи. “Пока мы делаем достаточно, чтобы Вентресс успокоилась, мы разберемся с этим.”

Белинда опустила голову.

“Все становится только хуже, - тихо сказала она.

“Я знаю.”

Полевая оценка

Планировка кампуса общества приключений напомнила Джейсону университет. Один из самых красивых университетов, с обширными лужайками, садами и выложенными плиткой дорожками, ведущими через огромные каменные арки. Сортировочная станция была похожа на небольшую городскую площадь, где собирались большие экспедиции. Когда Хамфри и Джейсон приехали вместе, их уже ждала дюжина человек. Из группы вышел один из сдающих и насмешливо посмотрел на Хамфри.

“Вот он, - сказал молодой человек. - Гордость семьи Геллеров. Но тот придурок из другого города завалил тебя, как и всех нас.”

Как и все, кроме Джейсона, человек, приближающийся к ним, был где-то в середине или конце подросткового возраста. Группа потенциальных авантюристов состояла из юношей и девушек ,но Джейсон мог относиться к насмехающемуся идиоту только как к мальчику.

“У всех нас есть области, в которых мы можем совершенствоваться, - сказал Хамфри. “Нет ничего постыдного в том, чтобы признать это.”

“Разве твои волосы не должны быть более зализанными?- Спросил Джейсон.

- Что?- спросил парень, поворачиваясь от Хамфри к Джейсону, словно удивляясь его появлению.

“Твои волосы, - указал Джейсон. -Когда насмехающийся идиот, который неизбежно будет унижен, выходит, чтобы поиздеваться, его волосы должны быть должным образом смазаны и зализаны назад. Видно, что ты перестарался с той слизью, которую ты вмазал в голову, но мне действительно кажется, что ты мог бы намазаться еще немного."

“Кто ты такой?- спросил парень. Он смотрел на Джейсона с тем же выражением, с каким смотрел бы на мебель, которая неожиданно заговорила.

“Я не такая уж важная персона, - сказал Джейсон.

- Ясно, - сказал мальчик. “Ты хоть представляешь, кто мой отец?”

“Кто-нибудь?- Спросил Джейсон. - Твоя мать-дружелюбная женщина.”

Хамфри поморщился, в то время как все зрители выглядели потрясенными, не больше, чем сам мальчик.

“Ты хочешь умереть?- спросил мальчик.

“Твой отец собирается убить меня?- Спросил Джейсон. “Ты не производишь впечатления человека, который сражается самостоятельно.”

- Э-э, Джейсон, - вмешался Хамфри. “Это Тедвик Мерсер. Его отец действительно может убить тебя.”

“Вы Тедвик Мерсер?- Спросил Джейсон.

“Совершенно верно. А теперь не хочешь извиниться?”

- Вообще-то да, - ответил Джейсон. “Мне не следовало так говорить о твоей матери. У меня нет ни знаний, ни права критиковать то, как она ведет свои личные дела, и я приношу свои искренние извинения. Я встречался с ней лишь мельком, но она поразила меня своим стилем и умом. Теперь, когда я познакомился с тобой, я понимаю, почему люди удивляются, как ты оказался таким.”

- Что?- Спросил Тэдвик.

“Вообще-то это было первое, что я услышал о тебе, - сказал Джейсон. “Что сказал Руфус, Хамфри? Самый некомпетентный человек, которого он когда-либо видел, пытающийся вступить в общество приключений? И Руфус вырос в школе, так что он видел действительно много низких кадров.”

“Я уничтожу тебя, безымянный маленький засранец” - выплюнул Тэдвик. “Я собираюсь соскрести тебя со своего ботинка.”

“Это что, вызов?- Спросил Джейсон. “Как на дуэли, или что-то? Как ты хочешь это сделать: танцевать или обмениваться оскорблениями в стиле "я твою маму"? Я бы предпочел потанцевать, потому что мне действительно нравится твоя мама. Кроме того, я помню пару движений.”

- Что?”

“Ты часто так говоришь, - сказал Джейсон, - и всегда выглядишь немного сбитым с толку. Ты ведь не семи пядей во лбу, правда?”

Тэдвик поднял руку на Джейсона, над ней потрескивало электричество.

- ДОВОЛЬНО, - проревел чей-то голос. Все обернулись и увидели мужчину с эмблемой общества приключений, приближающегося к группе. Джейсон никогда раньше не видел Винсента Тренслоу, хотя Руфус описывал его великолепные усы. Как и было обещано, они выходили за обе стороны головы. За спиной Винсента стоял еще один человек, которого Джейсон узнал. Это был Гай, чиновник, присутствовавший на приеме их с Хамфри в общество приключений.

- Мерсер, - рявкнул Винсент, - если я увижу, что ты снова пытаешься применить свои способности к другому кандидату, то тут же вылетишь. А ты, Асано, не так ли? Я предлагаю тебе зажать этот рот, пока кто-нибудь не проткнул его кулаком. Что будет записано в моем отчете как нанесение себе увечья. Геллер, постарайся держать своего друга в узде.”

- Да, сэр, - ответил Хамфри. Тэдвик бросил на него негодующий взгляд, но промолчал. Джейсон почти не слушал, завороженный усами этого человека.

Руфус провел неделю, работая в тесном контакте с Винсентом Тренслоу во время последней полевой оценки. Услышав, что Винсент будет принимать оценку Джейсона, Руфус сказал Джейсону, что он может ожидать.

“Возможно, в этой ветви общества приключений и существует некоторая коррупция, - сказал ему Руфус, - но Винсент Тренслоу-именно то, чего я ожидаю от представителя общества. Я знаю, что у тебя есть свои способы проявить уважение, но попробуй хоть раз воспользоваться моими. Там будет Хамфри Геллер, так что следуй его примеру.”

Джейсон уважал суждения Руфуса и намеревался сделать все, что в его силах, хотя и признавал, что это не так уж и здорово. Он также понял, что Руфус очень недооценил великолепие усов этого человека.

Винсент объяснил процедуру полевой оценки общества приключений. Группа отбудет на одну неделю, в течение которой кандидаты попытаются исполнить вакансии от советов по приключениям в городах и деревнях дельты.

“На время этой проверки, - сказал Винсент, - вы можете называть меня инструктором Тренслоу, а моего коллегу-инструктором Сполдингом. Вот уже второй месяц подряд мы расширяем свои ряды. В этом месяце мы используем другой подход и разделяем группу на две части.”

Другой чиновник, Гай, выступил вперед.

“В прошлом месяце были проблемы с поиском достаточного количества объявлений, - сказал Гай. "Поэтому группы будут оцениваться отдельно, по разным маршрутам через дельту.”

- В прошлом месяце монстров было мало?- Прошептал Джейсон Хамфри.

- Их было много, - прошептал в ответ Хамфри. - Смотри, как они делят группы.”

Джейсон заметил, что хотя он и скрывал это достаточно хорошо, в глазах Винсента был намек на презрение, когда Гай разделил группу.

“Моя группа, - сказал Гай, - будет состоять из тех, кто прошел аттестацию раньше, но их записи были утеряны. Я буду управлять специально разработанной программой переоценки для всех вас, которая учитывает прошлые достижения.”

“А теперь ты это видишь, - тихо сказал Хамфри.

“Да, - согласился Джейсон.

Было семнадцать кандидатов, десять из которых отправились с Гаем на специальную оценку. Остальные семеро последовали за Винсентом.

“Так вот как распалось общество, - сказал Джейсон. - Люди, которые улизнули из книг, зализнули обратно, в то время как остальные из нас проходят настоящее испытание.”

- Мистер Асано, - резко окликнул его Винсент. -Если и когда вы пройдете это испытание и станете членом общества приключений, вы можете сколько угодно комментировать, как ведет себя общество. Однако в течение следующей недели ты будешь никчемным мешком плоти, беззащитно примостившимся на моей ладони. Тебе будет полезно при каждом удобном случае отговаривать меня от желания сжать кулак.”

“Да, сэр, - ответил Джейсон.

* * *

Путешествие через дельту проходило в основном по приподнятым насыпным дорогам. Группа ехала в задней части запряженной животными повозки, которая не всем нравилась. Они были из богатых и привилегированных семей, не привыкших к такому грубому обращению. Некоторые громко жаловались, пока их не запугал Винсент, после чего они ограничились недовольным бормотанием. Другие последовали примеру Хамфри и спокойно восприняли его условия.

Проезжая по узкой насыпной дороге, Джейсон взглянул на Винсента, потом на Хамфри. У обоих над головами плавали кристаллы. Тот, что над Винсентом, был серебристо-серым, а у Хамфри-ярко-голубым.

“А что это за кристаллы?- Спросил Джейсон. - А мне надо было откуда-то взять кристалл?”

- Мой Кристалл не магический предмет, - сказал Хамфри. - Это способность эссенции, которая восстанавливает мою Ману. У Винсента есть записывающий Кристалл. Ты их раньше не видел?”

“Нет, - ответил Джейсон. “А что они записывают?”

- Изображение того, что находится перед ними, плюс то, что они могут слышать, - сказал Хамфри. “Он все записывает для последующей оценки. После последнего раза Мистер Ремор показал мне все, что я делал неправильно, в мучительных подробностях. Он играл их снова и снова.”

“А где я могу взять что-нибудь подобное?- Спросил Джейсон.

- Их производит магическое общество, - сказал Хамфри. - Они продают их на рынках Острова и в нескольких магазинах в районе гильдии. Также можно получить их в торговом зале в обществе приключений. При условии, что ты пройдешь и тебя впустят.”

* * *

Группа шла по зарослям лиственных растений высотой по колено, когда Винсент тихо попросил остановиться. Это были какие-то растения, незнакомые Джейсону, разделенные на поля бамбуковой изгородью. Винсент вытащил еще один кристалл и подбросил его в воздух перед собой, где он начал парить. Перед ним возникло мерцающее изображение, и Джейсон понял, что этот новый кристалл работает как телескоп. На нем была видна отдаленная часть раскинувшихся полей, где стая похожих на грызунов монстров пожирала урожай.

Чудовища были вполовину выше человека, но выглядели как огромные мыши. Они стояли на задних лапах, наклонившись вперед. Вместо передних лап у них были длинные руки, которые заканчивались жутко похожими на человеческие ладонями. Они использовали их, чтобы срывать листья и запихивать их в рот.

- Крысята, - сказал Винсент. - Их тринадцать. Они скорее побегут, чем будут драться, и если доберутся до своих нор, то все будет кончено. Они не всплывут на поверхность до тех пор, пока не начнется волна монстров, и тогда им уже не будет нужен урожай.”

Винсент повернулся и посмотрел на Хамфри.

- Мистер Геллер, в прошлый раз вы потерпели неудачу только потому, что вам не хватило решительности. Пока вы можете показать мне, что вы чему-то научились за прошлый месяц, вы номер один в списке тех, кто пройдет тест легче всех. Вы можете поймать все тринадцать?”

- Да, сэр, - без колебаний ответил Хамфри.

“Вы уверены?”

- Да, сэр.

“Докажи это.”

Джейсон наблюдал, как чешуйчатые крылья появились из воздуха на спине Хамфри. Он прижал их к Земле, и взмыл в воздух. Драконьи крылья несли его прочь в очень быстром темпе. Фамильяр Хамфри, сидевший у него на плече в виде птицы, полетел следом.

- Ого, - сказал Джейсон.

Джейсон и Хамфри тренировались вместе несколько раз за последний месяц. Они сосредоточились на боевой технике, так что каждому еще предстояло увидеть все способности эссенций друг друга. Боевое искусство Хамфри называлось "Стиль Бушующего Шторма", взрывное и безжалостное боевое искусство, которое полностью противоречило личности Хамфри. До сих пор техника Джейсона, полученная из книги умений, даже близко не подходила к ней.

Группа наблюдала, как Хамфри поднимается все выше в воздух, становясь все меньше с расстоянием. Внезапно он свалился с неба, и все взгляды устремились на увеличенное изображение перед Винсентом. Они увидели, как Хамфри врезался в чудовищ, словно метеор, и в его руках появился огромный меч в форме крыла дракона. Он падал, как метеор, его сапоги приземлились на одно чудовище, а меч-на другое. Все умерли в одно ужасное мгновение.

Остальные крысята испустили панические вопли, а Хамфри взмахнул огромным мечом, описав низкую горизонтальную дугу. Он прорвался сквозь монстров, словно их там и не было, одним ударом разрубив троих пополам.

Крысы бросились врассыпную, но вместо того, чтобы броситься в погоню, Хамфри выронил меч, и тот исчез в воздухе. Он глубоко вздохнул, и из его рта вырвалась струя огня, похожая на человеческий огнемет. Он шел по горящей линии над бегущими крысятами, поджигая посевы и монстров. Три крыса вырвались из пламени, побежав под разными углами к главному скоплению. Одного из них преследовал фамильяр Хамфри, превратившийся в какую-то хищную кошку, примерно такого же размера, как и крыс. Двое других разбежались в разные стороны.

Крылья Хамфри исчезли, когда он приземлился, и ненадолго появились, чтобы швырнуть его вперед по воздуху. Они появлялись лишь на мгновение, чтобы придать ему скорость еще большую, чем ту с которой он летел раньше. В его руке появился еще один меч, на этот раз поменьше, с лезвием из металлических перьев. Он обрушил его на убегающего крыса, , срубив его одним ударом. Он исчез с того места, где стоял, и вновь появился на пути последнего крыса. Его меч был вытянут перед ним, и испуганный крысеныш побежал прямо на него. Хамфри дернул лезвие вверх, разбрызгивая кровь, и монстр упал замертво.

“Он получил телепортацию, - сказал один из кандидатов рядом с Джейсоном, наблюдая за Хамфри через увеличенное изображение. - Держу пари, они дорого заплатили за этот камень пробуждения.”

Хамфри взглянул на своего фамильяра, который гордо восседал рядом с мертвым крысом у его ног. Как только он увидел, что Хамфри заметил его, он превратился в собаку и подскочил к Хамфри, чтобы тот почесал его за ухом. Хамфри вернулся к группе через поле, его тело было залито кровью монстров. Остальные держались от него подальше, за исключением Джейсона.

“Ты в порядке?- Спросил Джейсон. Он знал, что Хамфри убивал монстров в рамках своего обучения, но также знал, что Хамфри был добрым человеком. Насилие не было для него естественным.

Хамфри кивнул. Его обычно дружелюбная улыбка была жуткой на окровавленном лице.

- Вот это мне и нравится в тебе, Джейсон, - сказал он. “Ты не притворяешься, что то, что мы делаем, не влияет на нас.”

“Я не думаю, что отстранение от всего этого и снобизм делает тебя сильным, - сказал Джейсон. - Сила- это принятие решений, которые ты принимаешь, и признание последствий.”

Как и у Джейсона, у Хамфри было объемное хранилище, из которого он достал бутылку с прозрачной жидкостью и опрокинул ее себе на голову. Хрустальный омыватель обрушился на него, уничтожая все следы крови и грязи.

“Я бы хотел быть таким же сильным, - сказал Хамфри. - Знаешь, Джейсон, иногда кажется, что ты из другого мира.”

Джейсон уже давно понял, что Даниэль раскусила его, но не ожидал, что она не поделилась этим с Хамфри. Он решил рассказать об этом своему другу, когда у них будет время. А сейчас они были окружены другими людьми. Винсент окинул взглядом Хамфри, теперь уже чистого, кристальная вода быстро испарялась.

“Ты поймал всех, - сказал Винсент.

- Да, сэр, - ответил Хамфри.

- При этом сжег здоровую часть урожая фермера.”

“Я подумал, что фермер скорее потеряет часть урожая сейчас, чем семью потом, - сказал Хамфри. “Я сделал выбор.”

- Да, это так, - сказал Винсент, положив руку на плечо Хамфри. “Хорошая работа.”

Рунная черепаха

По заведенному порядку полевая оценка должна была останавливаться в городе или деревне каждую ночь. Утром они собирали объявления о чудовищах с доски объявлений о приключениях и отправлялись разбираться с ними. Винсент выбрал подход, при котором потенциальные искатели приключений, соответствующие его стандартам, больше не были призваны на охоту за монстрами. Начиная с Хамфри, в первые три дня четыре из семи кандидатов превратились из участников в зрителей.

На третье утро они задержались в одном из городов, через которые Джейсон проезжал во время своего первого путешествия в Гринстоун. Винсент не хотел прогонять быстро растущую толпу серьезно больных людей, поэтому городской пристав снова превратил свой кабинет в импровизированную клинику.

Остановка, чтобы помочь местным жителям, задержала охоту группы на монстров до конца утра. Пока Джейсон исцелял больных, благодарные местные жители вытаскивали столы и скамейки, выкладывая изобилие еды для его товарищей. Некоторые из аристократических кандидатов задирали носы на деревенском пиру, пока не начинали чувствовать запах еды. Как только Хамфри с энтузиазмом принялся наполнять свою тарелку, остальные последовали его примеру.

Лайана Стеллин была одним из кандидатов в авантюристы, которые были знакомы с Хамфри. Их семьи вращались в схожих кругах, и они оба вместе провалили предыдущую оценку. Как и Хамфри, ее семья хотела, чтобы она прошла по заслугам, а не по привилегиям. Сидя рядом с ним на скамейке, она спросила Хамфри о Джейсоне.

“Как вы с ним подружились?- спросила она. “Ты не находишь его невыносимо самодовольным?”

“Он может быть ... провокатором, - сказал Хамфри. “Он далеко от дома, и я думаю, что ему нравится выводить людей из равновесия, потому что он все время так себя чувствует. Он может быть трудным и забывчивым, но я думаю, что за всем этим кроется доброта и великодушие. Посмотри, что он сейчас делает.”

- Расскажи Тедвику Мерсеру о доброте и великодушии, - сказала Лиана.

“Справедливо, - сказал Хамфри. “Он может быть злым и самовлюбленным, когда пытается доказать, насколько он умен, что, возможно, не так умно, как он думает. Он определенно не будет ладить со всеми. Но оглянись вокруг.”

Он обвел жестом деревенских жителей, и все угощение, приготовленное для них.

- Сколько авантюристов получают такой прием?- спросил он.

“Он ладит с простыми людьми, потому что он простолюдин, - сказала она. - Это первое, и он раздает бесплатное исцеление. Моя сестра обладает целительной силой; она могла бы делать то же самое.”

“Но делает ли она?- Спросил Хамфри.

Из коттеджа пристава вышел последний человек.

“И это все?- Спросил Винсент.

“Думаю, да, - ответил Джейсон.

Пристав кивнул.

“Знаешь, - сказал он, - мне было бы легче, если бы ты предупредил меня, что идешь, а не просто пришел.”

“Это из-за главного, - сказал Джейсон, тыча большим пальцем в сторону Винсента. - Он устанавливает место назначения. Я что-то слышал о том, что нам подадут обед?”

* * *

В ту ночь их остановили в другом маленьком городке, где они сняли все четыре двухместных номера гостиницы. Хамфри и Джейсон сидели на своих кроватях, потому что в тесной комнате близнецов больше не было места. Джейсон перебирал одежду в руках, рассматривая рваные следы когтей в свете волшебной лампы.

“Эта матерчатая броня держится не очень хорошо, - сказал Джейсон.

- Ну, это ткань, - сказал Хамфри. “Если ты хочешь получить реальную защиту, тебе нужно больше тратить на магию. Или попробуй что-нибудь потяжелее.”

“Мне не понравился доспех из шкуры, которую я нашел, - сказал Джейсон. - Он был либо слишком жестким и ограничивающим, либо слишком дорогим для того, что он из себя представляет. У меня есть приличная сумма денег, но это не значит, что я нормально отношусь к тому, чтобы быть ограбленным.”

“Все лучшие доспехи продаются и покупаются в торговом зале общества приключений, - сказал Хамфри. “Как только мы пройдем тест, ты сможешь там что-нибудь купить. Насколько хорошо эта твоя скрытая сила защищает тебя?”

“Я провел кое-какие тесты с Гэри, - сказал Джейсон. “Он вообще не выдерживает атак бронзового уровня, что неудивительно. Но он действительно хорош против режущих атак, так что много мечей, ножей и когтей - не проблема.”

Он посмотрел на следы когтей на своей магически обработанной ткани.

“Во всяком случае, до тех пор, пока они действительно попадут в плащ. Колющие атаки пробивают немного лучше, как те шипы, которыми монстр выстрелил в меня вчера.”

“А тупые атаки?- Спросил Хамфри.

- Плащ их совсем не смягчает, - сказал Джейсон.

- Какая жалость, - сказал Хамфри. - Многие монстры просто большие, крепкие и пытаются забить тебя до смерти.”

“Вот тут-то и начинается неограниченное движение, - сказал Джейсон.

“Может быть, ты покажешь это завтра, - сказал Хамфри. “Я пошел с инструктором Тренслоу, чтобы забрать уведомления с доски, и мы идем за лающем скрытенем.”

- Лающий скрытень?”

“Я думаю, это какой-то тролль, - сказал Хамфри.

“Я посмотрю в справочнике.”

Джейсон достал из инвентаря табличку из белого и голубого мрамора. По предложению Фарры Джейсон купил у магического общества реестр активных монстров. В нем содержалась вся информация, которой располагало магическое общество о монстрах, и он обновлялся вместе с собственными архивами магического общества. На табличке был указатель, казалось бы, выгравированный золотыми буквами, но гравюры сдвинулись, когда Джейсон коснулся пальцем начертанных букв.

“Ты прав, - сказал Джейсон, читая с планшета. “Это разновидность тролля. Менее умна, чем большинство разновидностей троллей, но обладает обычной для троллей жизнестойкостью и быстрым исцелением. Смутно похож на человека, в два раза выше. Обычно обитает в болотах. Имеет твердую, похожую на кору оболочку, но из-за своей толщины пластины оболочки оставляют открытые участки вокруг суставов. Обычно медлителен и нескоординирован, но может демонстрировать всплески быстрого движения. Он может дышать водой и любит прятаться у кромки воды, имитируя погруженное в воду бревно.”

“А как насчет количества?”

“Почти всегда появляется в одиночку, - прочитал Джейсон, - за исключением случаев чудовищного всплеска.”

“Вот оно что, - сказал Хамфри. - Большой и медлительный, только с одним приходится иметь дело. Звучит идеально для специалиста по болезням.”

“Если это мое задание, - сказал Джейсон. “Мне нужно как-то выманить его оттуда.”

“Может быть после этого Тренслоу наконец пропустит тебя, - сказал Хамфри. “Не понимаю, почему он до сих пор этого не сделал.”

“Он недоволен моим выступлением, - сказал Джейсон. “Это довольно легко понять.”

“Ты выступал так же хорошо, как и все остальные, кто сдал, - сказал Хамфри.

- Кроме тебя, - сказал Джейсон. “Ты на голову выше всех нас, но Тренслоу продолжал колебаться, прежде чем одобрить тебя. Он вел тебя к более высокому уровню.”

“Ты думаешь, что все происходит именно так?- Спросил Хамфри.

- Руфус вышел из прошлогодней аттестации с довольно высоким мнением о преподавателе, - сказал Джейсон. - Теперь, когда Руфус пробудет здесь дольше, чем он думал, он не чувствует необходимости так торопить меня. Я не удивлюсь, если выяснится, что Руфус немного поговорил с Тренслоу, чтобы убедиться, что он завалит меня, если я не соответствую стандартам, которые хочет Руфус.”

“Ты думаешь, он тебя завалит?- Спросил Хамфри.

- Возможно, - ответил Джейсон. “Ты же видел стандарты Руфуса.”

“Тебе еще рано сдаваться, - сказал Хамфри. - Выкладывайся, выкладывайся по полной. Ты можешь произвести на него такое впечатление, что ему придется пропустить тебя.”

* * *

Группа кандидатов в авантюристы собралась на огромном травянистом поле, в то время как один из их членов сражался с монстром. Здесь было достаточно аккуратно подстриженной травы для большой спортивной арены, и она была такой же ровной. По краям стояло несколько зданий, некоторые из которых выглядели как большие амбары. Из-за нехватки древесины, пригодной для пиломатериалов, они были построены в основном из глинобитного кирпича.

“Для чего все это?- Удивился Джейсон.

“Что ты имеешь в виду?- Спросил Хамфри.

“Каждая часть дельты, которая не находится под водой, используется эффективно, - сказал Джейсон. -Во всяком случае, за исключением тех частей, которые некоторые богатые люди отгородили для себя.”

Хамфри искоса взглянул на него, но ничего не сказал.

“Это хорошая трава, - сказал Джейсон, присаживаясь на корточки и потирая пальцами травинки. - Очень хорошая трава, как у Святого Августина. Кто-то и об этом позаботился. Это что, торфяная ферма?”

“А что такое торфяная ферма?- Спросила Лиана.

- Это искусственный остров, сделанный из камня, - сказал Хамфри. “Когда люди хотят озеленить свои земли, они выполняют большую часть настоящей работы здесь, в дельте, а затем переносят ее в виде плит Земли. Вся трава в Парковом районе росла в таких местах, как это.”

“Я так понимаю, что все убрались, когда появился монстр, - сказал Джейсон.

- Так и есть, - сказал Винсент. - Это не первый раз, когда у них появляются монстры. Ты, кажется, очень хорошо разбираешься в траве.”

“Мой отец ландшафтный архитектор, - сказал Джейсон.

“Этот род деятельности представляет из себя то, на что похоже из названия?- Спросил Хамфри.

“Почти, - ответил Джейсон. - Он проектирует большие причудливые сады.”

“Значит, он садовник, - сказала Лиана.

“Почти, - ответил Джейсон. - Хорошо обученный, высокооплачиваемый садовник, но да.”

Винсент издал недовольный вздох, услышав, как вдалеке идет бой. Все шло не очень хорошо.

Большинство монстров железного ранга не могли похвастаться экзотическими способностями. Некоторые могли стрелять иглами или быстро исцеляться, но они в значительной степени зависели от своих физических качеств. Одним из редких исключений была рунная черепаха, существо с голубой кожей и бирюзовым панцирем, длиной всего около метра. Опасность исходила от его оболочки, где каждый сегмент имел светящуюся руну, каждая из которых могла произвести Различный магический эффект. Ключевой проблемой при столкновении с рунной черепахой было то, что каждая из них имела уникальный набор рун. Большое разнообразие потенциальных способностей делало его непредсказуемым врагом.

Как и с каждым из более сложных существ, Винсент нашел время, чтобы объяснить существо и лучший способ борьбы с ним. В случае с рунной черепахой ее слабость заключалась в том, что после использования способности требовалось время, чтобы она снова стала доступной. Ключом к победе над ним было использование его способностей, после чего он становился не более опасным, чем обычная черепаха.

Наблюдая за происходящим сражением, Джейсон увидел, что некоторые из его рун потускнели после использования. Однако черепаха потратила их недешево, что было видно по тому, как будущий искатель приключений пытался охотиться на нее. Его волосы почернели там, где не сгорели полностью, кожа была измазана и потрескалась. Его доспехи были разбиты вдребезги, одежда превратилась в лохмотья.

- Хватит, Мобли, - крикнул Винсент. “Если ты продолжишь, оно, вероятно, убьет тебя.”

“Я могу с этим справиться!- заорал в ответ потрепанный кандидат.

Джейсон заметил, что черепаха, возможно, уходит из боя. По темпу, с которым она двигалась, было довольно трудно сказать.

“Возможно, ты и можешь, - крикнул Винсент Мобли, - но быть авантюристом- значит разбираться с монстрами, а не возможно разбираться с ними.”

“У меня есть серебряные монеты духа, - крикнул Мобли. “Я быстро с этим разберусь.”

Винсент покачал головой.

“Если отбросить в сторону то, что мы оцениваем вас, а не ваш кошелек, - сказал Винсент, - посмотри на свое состояние. Ты действительно хочешь использовать что-то, что сделает целебные зелья бесполезными?”

- Тут только один монстр, - сказал Мобли.

“На этот раз только один”, - сказал Винсент. “В следующий раз этого может и не быть. Вернись сюда.”

Мобли сердито посмотрел на Винсента.

“Ты завалишь меня, если я не убью его, так?- Жалобно завопил Мобли.

“Даже если ты убьешь его, - крикнул в ответ Винсент, - я тут же завалю тебя за риск. В противном случае, у вас есть остальная часть оценки, чтобы доказать себя.”

- Риск- это то, на что идут авантюристы, - умоляюще крикнул Мобли.

Из трех кандидатов, которым еще предстояло пройти, один тащился по грязной тропинке обратно к группе. Остальные-Джейсон и молодая женщина-с тревогой смотрели на обуглившееся тело Мобли.

“Кто-нибудь из вас хочет стать добровольцем?- Спросил Винсент. -Или мне послать Хамфри?”

“Я с удовольствием пойду, если только ты не хочешь, - сказал Джейсон молодой девушке. - Он уже прошел через большую часть своих способностей.”

Она посмотрела на состояние Мобли и покачала головой.

- Нет, иди ты, - сказала она ему.

- Думаешь, ты справишься, Асано?- Спросил Винсент.

Джейсон направился к черепахе небрежной походкой, которая все еще опережала черепаху на полном ходу.

“Я разберусь, - сказал он.

Дар Гэри

Джейсон и Мобли прошли мимо друг друга, когда Джейсон направился к рунной черепахе.

- Извини, приятель, - посочувствовал Джейсон. Обожженный и почерневший будущий авантюрист лишь бросил на него презрительный взгляд и пошел дальше. Джейсон не был уверен, вызвали ли его гнев непосредственные обстоятельства или просто всеобщая неприязнь. Джейсон стал аутсайдером группы по нескольким причинам.

Во-первых, необычные манеры Джейсона и полное пренебрежение к статусу и этикету. Те же самые черты характера, которые помогали ему ладить с людьми в каждом городе и деревне, через которые они проезжали, не привлекали его к богатым отпрыскам, составлявшим его товарищей-кандидатов. Для них статус был всем, и только такой человек, как Хамфри, родившийся на самом верху этой кучи, мог пренебречь им.

Другой причиной их неприязни была дружба с Хамфри. Семья Геллеров стояла на вершине Гринстоунского общества, и их местная власть была лишь частицей их мирового влияния. Вдобавок ко всему, Даниэль Геллер была самой сильной авантюристкой, вышедшей из Гринстоуна за многие поколения. Построить дружбу с сыном было билетом на вершину не только для авантюриста, но и для всей их семьи.

Для некоторых кандидатов установление связи с Хамфри было важнее, чем прохождение полевой оценки. То, что Джейсон монополизировал их шансы, вызывало у них все большее раздражение. Джейсон не очень любил тех, кто избегал его по этой причине, находя время сказать ему, что он должен знать свое место. Он предпочитал кого-то вроде Лайаны Стеллин, которая не любила его за то, что он был сам по себе, а не по каким-то причинам.

Джейсон двинулся вперед, пока не оказался за пределами того, что он оценил как максимальную дальность действия сил рунной черепахи, основываясь на ее битве с Мобли. У него был новый браслет, на котором была маленькая бритва, которую можно было легко вставлять и вынимать из ножен. Крошечное лезвие никоим образом не было эффективным оружием, но острый край идеально подходил для быстрого и легкого нанесения неглубокой линии крови на тыльную сторону ладони.

Держа порез подальше от него, пиявки начали брызгать из раны, как будто он сбил край с пожарного гидранта.

“Теперь я знаю, что такое опустошающийся воздушный шар, - пробормотал он. - Ладно, Колин, тащи.”

То, что последовало за этим, было медленной погоней, когда куча пиявок Джейсона медленно двигалась в направлении усыпляющего бегства черепахи.

“Я знаю, что нет строгого ограничения по времени, - крикнул Винсент, - но у нас есть и другие монстры, до которых нужно добраться.”

- Не волнуйся, - отозвался Джейсон. - Колин-всего лишь моя крадущаяся лошадь.”

Остальные члены группы наблюдали за происходящим с разной реакцией.

“Это что, пиявки?”

“Он сказал Колин?”

“А что такое лошадь?”

Джейсон шел далеко позади своего фамильяра. Его беспокоило то, что черепаха не заметила этого, поэтому он вытащил метательный нож. Книга умений давала ему навыки владения множеством видов оружия, но Руфус сосредоточил свое обучение лишь на нескольких из них. Поскольку главным оружием Джейсона был его ядовитый Кинжал, Руфус сосредоточился на различных техниках ножа, даже на метании.

“Они не нанесут никакого реального урона, - объяснил Руфус, знакомя Джейсона с метательными ножами, - но они могут принести некоторую пользу или отвлечь врага в критический момент. Подсыпать им немного яда-тоже неплохая идея.”

Джейсон бросил нож, но это был длинный бросок, поскольку Джейсон сохранял дистанцию, и нож приземлился в нескольких стыдных метрах слева от черепахи. Он повернулся лицом к группе.

- Новые ножи, - крикнул он им. “Я все еще привыкаю к ним.”

Вторая попытка тоже не удалась, но третья отскочила от панциря черепахи с едва слышным глухим стуком, а не с удовлетворительным лязгом, которого ожидал Джейсон.

"Я думаю, что звуковые эффекты фильма дали мне нереалистичные ожидания относительно того, насколько круто звучит мир.”

Раздался резкий треск, когда из оболочки в ответ вырвалась электрическая дуга. Он не достиг Джейсона, вместо этого взорвавшись в его фамильяра, посылая опаленных пиявок разбегаться. На панцире черепахи одна из рун потускнела.

“Вообще-то, это звучит потрясающе, - сказал Джейсон, глядя на обожженные и почерневшие останки пиявок. Куча была примерно на треть меньше.

- Ты в порядке, приятель?- Крикнул Джейсон. - Повернись влево, если все в порядке.”

Куча слегка сдвинулась влево, продолжая преследование. Черепаха медленно повернулась лицом к своим новым противникам. Джейсон заметил, что на черепахе все еще светятся только три руны, после чего она станет не более могущественной, чем обычная черепаха такого же размера.

Еще одна руна исчезла, когда огромный шар воды взмыл в воздух, а затем взорвался туманом. Из тумана в кучу пиявок начали падать водяные пули, но вода, похоже, не оказывала на пиявок большого воздействия.

После неудачи водяных пуль предпоследняя руна исчезла, и влажный воздух дельты внезапно пришел в движение. Прямо над грудой пиявок образовался маленький, но мощный пылевой дьявол, засасывающий пиявок и разбрасывающий их по ветру. Одна из них даже врезалась в лицо Джейсона, и он, нахмурившись, отлепил ее. Когда ветер стих, Джейсон оглядел пиявок, отброшенных на десятки метров в сторону.

“Ты молодец, малыш, - сказал Джейсон, перемещая пиявку на тыльную сторону ладони, где она исчезла в порезе. “Ты просто соберись, пока я разбираюсь с этой подлой черепахой.”

Джейсон посмотрел на черепаху, у которой горела только одна оставшаяся руна. Уверенный, что сможет справиться с одной способностью, он начал приближаться к медлительному монстру. Черепаха, со своей стороны, сделала очень оптимистичный рывок к свободе, когда Джейсон направился в ее сторону. Когда Джейсон добрался до нее, она спрятала голову и конечности в панцирь. Последняя руна потускнела, когда тело черепахи приобрело металлический блеск.

Джейсон присел на корточки, чтобы заглянуть в отверстия, где черепаха скрылась в своем панцире. На каждом из них стояла какая-то тарелка.

“Я видел эту способность, - сказал Винсент, напугав Джейсона. Он был уверен, что видел Винсента вместе с остальными всего несколько минут назад, и не почувствовал приближения его ауры.

“Это, вероятно, самая сильная способность, которой обладает рунная черепаха, - сказал Винсент.

- Какая же?- Спросил Джейсон.

“Она значительно усиливает свою защиту, - сказал Винсент. “Потребуется атака бронзового ранга, чтобы прорваться внутрь, и к тому же сильная. Что еще хуже для тебя, это делает ее невосприимчивой к недугам.”

И как долго это может продолжаться?- Спросил Джейсон.

“Не уверен, - ответил Винсент. - Конечно, достаточно долго, чтобы ее силы вернулись. “Я разберусь с этим сейчас.”

- Подожди, - сказал Джейсон. “Ты же сам попросил добровольца, так что позволь мне разобраться.”

“Ты думаешь, что сможешь обойти эту способность?- Спросил Винсент.

- Легко, - сказал Джейсон. “Есть куча способов. Ей все еще нужно дышать, верно? Я не знаю, водный этот монстр или роющий, но мы можем его закопать или утопить. Мы могли бы сбросить его с огромной скалы; бьюсь об заклад, что он расколется.”

“Не думаю, что в дельте много Утесов, - сказал Винсент.

“Я просто говорю, что есть варианты, - сказал Джейсон. “Тот, который я собираюсь выбрать, - это проверить подарок, который мне подарил друг.”

Джейсон вытащил меч из своего инвентаря. Он был простым, но элегантным, не слишком длинным, с прямым обоюдоострым лезвием. Рукоять была из красного золота, рукоятка из темной мягкой ткани. Короткая простая кисточка из той же черной ткани свисала с красно-золотого навершия.

Кроме ножей, прямые мечи были оружием, которым Руфус обучал Джейсона больше всего, зная, что Гэри уже работал над таким оружием для Джейсона. Достав его, Джейсон улыбнулся, вспомнив тот день, когда Гэри подарил его ему.

“Мы все хотели тебе что-нибудь подарить, - сказал ему Гэри, передавая меч. - Фарра дала тебе камень пробуждения, а Руфус-книгу умений. Я сделал тебе это, и, мне кажется, все получилось очень хорошо. В этом нет ничего такого, впрочем.”

Несмотря на слова Гэри, Джейсон почувствовал, с какой заботой и старанием он это сделал. Магические предметы имели свои собственные ауры, и аура меча была сильнее, чем любые другие предметы железного ранга, с которыми сталкивался Джейсон.

Предмет: [спасение ужаса] (железный ранг [совершенствуется], легендарный)

Меч, созданный с благодарностью, в надежде, что он принесет наибольшую пользу в момент величайшей нужды. Он был выкован со страстью и опытом, чтобы быть надежным компаньоном, наделяя его невероятным потенциалом (оружие, меч).

Эффект: если с помощью этого меча производится специальная атака, наносящая урон, но субъект атаки обладает физическим иммунитетом к нему, то к клинку применяется экземпляр [камнереза].Эффект: если с помощью этого меча производится специальная атака, наносящая урон, но объект атаки обладает магическим иммунитетом к нему, к клинку применяется экземпляр [Разрушителя заклинаний].[Камнерез] (магия, наложение): все атаки наносят дополнительный урон резонирующей силой; очень эффективны против физической защиты. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.[Разрушитель заклинаний] (магия, наложение): все атаки наносят дополнительный разрушительный урон; очень эффективны против магической защиты и бестелесных сущностей. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Условия роста (бронза):

1 килограмм кровавого золота4 килограмма низкосортного (бронзового ранга) звездопадного серебра100 драгоценных камней квинтэссенции железа бронзового ранга.100 драгоценных камней магической квинтэссенции бронзового ранга.1000 монет духа бронзового ранга.Ритуал бронзового Вознесения.

Джейсон не стал читать дальше описания, прежде чем обнять огромное волосатое тело Гэри.

“Вообще-то я не любитель обниматься, - сказал Гэри, неловко обнимая его в ответ.

“А следовало бы, - сказал ему Джейсон. “У тебя это действительно хорошо получается.”

Джейсон посмотрел вниз на лежащую черепаху, потом снова на свой меч. Он повертел его в руке, наблюдая, как солнце коснулось чистого края.

“Он тайно работал над этим в течение нескольких недель", - сказал Руфус Джейсону позже. “На самом деле мы не говорим об этом, но никто из нас не думал, что мы выберемся из этой камеры жертвоприношения живыми. Мы должны тебе услугу, которую никогда не сможем вернуть.”

Джейсон хлопнул его по руке.

- Друзья не считают услуги, Руфус. Они просто появляются, когда нужно.

Джейсон посмотрел на черепаху, скорчившуюся в своем панцире.

“Что-то случилось, мистер Асано?- Спросил Винсент.

“Ничего подобного.”

Вместо того чтобы обрушить меч на панцирь, он небрежно ударил монстра в бок.

Специальная атака [наказание] нанесла [грех] на [рунную черепаху].

[Рунная Черепаха] невосприимчива к недугам.

[Грех] не действует.

Иммунитет к несчастью вызвал эффект на оружие [страшное избавление].

Оружие [страшного избавления] обрело экземпляр [камнереза].

“Тебе может понадобиться немного больше азарта, чтобы проникнуть сквозь защиту, - сказал Винсент.

“На самом деле, - сказал Джейсон, - главное-настойчивость.”

Джейсон наносил удары снова и снова. С каждым ударом меч становился все мощнее, пока в боку монстра не появилась первая рана. Кусок плоти откололся, как камень, под защитой монстра.

“Я специалист по болезням, - сказал Джейсон Винсенту, продолжая откалывать кусочки. - Мы не занимаемся скоростью. Мы творим неизбежность.”

Радужный дым

Джейсон посмотрел на мертвую рунную черепаху.

- Извини, приятель, - сказал он. “Я не могу допустить, чтобы ты впал в бешенство и бродил по городу, стреляя в людей молниями.”

“Ты извиняешься перед мертвым монстром?- Спросил Винсент.

- Возможно, это просто застывший сгусток магии, но он все еще был жив и умер, пойманный в ловушку своей собственной оболочки. Возможно, у него был только разум животного, но он мог чувствовать себя беспомощным и испуганным. Это очень трудный путь.”

“Ты специалист по болезням, - сказал Винсент. “С тобой всегда будет трудно идти.”

“Ты ведь знаешь, что Хамфри дышит огнем?- Сказал Джейсон. - Сгорать заживо тоже не очень здорово.”

Джейсон постучал пальцем по панцирю мертвого существа.

Не хотите ли вы ограбить [рунную черепаху]?

Джейсон отошел, прежде чем мысленно принять добычу.

[Ядро монстра (железо)] было добавлено в ваш инвентарь.

5 [квинтэссенция молнии] была добавлена в ваш инвентарь.

5 [квинтэссенция ветра] были добавлены в ваш инвентарь.

5 [квинтэссенция воды] были добавлены в ваш инвентарь.

5 [Огненная квинтэссенция] были добавлены в ваш инвентарь.

[Неповрежденный Рунный панцирь черепахи] был добавлен в ваш инвентарь.

[Зелье оболочки кожи] было добавлено в ваш инвентарь.

10 [монет Духа Железного ранга] были добавлены в ваш инвентарь.

Позади него рунная черепаха начала растворяться в Радужном дыму, поднимаясь в воздух. Красочное зрелище было столь же прекрасным, сколь и ужасающим, поэтому Джейсон научился не грабить монстров, пока не окажется на некотором расстоянии с подветренной стороны.

Способность собирать монстров, как обнаружил Джейсон, была редкой и полезной. Большинство людей должно было использовать специализированную ветвь ритуальной магии. Однако это было то, чему многие научились благодаря прибыльным наградам. Если повезет разграбить пробуждающий камень или эссенцию, ценные материалы окупятся лучше, чем даже контракт на убийство монстра в первую очередь.

“Один из кандидатов в прошлом месяце тоже имел способность грабить, - сказал Винсент, оглядываясь на поднимающийся дым.

- А?- Сказал Джейсон. “Он в другой группе в этом месяце?”

“Вообще-то он прошел, - сказал Винсент. - К сожалению,один из лакеев Мерсера. Чертова трата таланта.”

Они добрались до остальной группы, где Мобли только частично исцелился с помощью зелий. В эту группу кандидатов входили несколько человек с самоисцелением, таких как Джейсон, но никто из них не мог помочь другим членам группы.

- Ты готов к следующему?- Спросил Винсент, когда они с Джейсоном возвращались к группе.

“Да, - ответил Джейсон.

- Хорошо, - сказал Винсент. - Сегодня нам нужно пройти еще несколько.”

* * *

Мангровое болото было влажным и жарким, воздух полон крошечных насекомых. Мангровые заросли были большими и густыми, окутывая все вокруг темнотой. Через болото можно было пройти либо на мелководной лодке, либо по Бридж-Роуд- длинной цепочке низких плоских мостов, протянувшихся между отдельными участками твердой почвы. Большая часть строений в дельте была либо из глинобитного кирпича, либо из желтого пустынного камня, но Мостовая дорога была построена из характерного для этого региона зеленого камня. Это напомнило Джейсону о невозможном мосте, который нес реку Мистран через массивное ущелье вниз к дельте. Интересно, подумал он, есть ли у него такой же таинственный конструктор?

Они пересекали Бридж-Роуд в своем фургоне, который Винсент остановил в какой-то, казалось бы, случайной точке посреди болота. Он повернулся к кандидатам-авантюристам, сидевшим сзади.

- Неосвоенные районы, подобные этому, могут быть одними из самых опасных в дельте, - объяснил Винсент. - Есть много территорий, где монстры могут оставаться незамеченными, пока не достигнут стадии берсерка. Но сегодня вам не придется этим заниматься. У нас есть два набора монстров в этой области; один единственный монстр и одна стая.”

Винсент спрыгнул с фургона, и вся компания выбралась наружу. Через полнедели даже самые избалованные члены группы перестали жаловаться на основной транспорт. Винсент собрал группу на краю моста.

“Когда вы получаете уведомление о монстре, - сказал Винсент, - будь то от доски объявлений или непосредственно от общества приключений, у него есть три части информации, пока эта информация известна. Имя монстра или его описание. Количество монстров и примерное местоположение.”

Он окинул строгим взглядом всю группу.

“То, что я собираюсь вам сказать, - это самое важное, что вы узнаете во время этой оценки. Это единственный самый большой фактор, способствующий смерти авантюриста, но не более того. Это простая вещь, но если вы пренебрегаете ею, есть очень хороший шанс, что вы умрете. Если вы постоянно игнорируете его, ваша смерть неизбежна.”

Винсент держал объявление в руке.

"Эта информация не является достоверной. Она обычно происходит от местных жителей, с ограниченным пониманием монстров, от жителей, которые бегут в тот момент, когда они видят их. Они вполне могут распознать монстров, распространенных в их районе, но с монстрами регулярно ошибаются в идентификации. Описания неверны. Цифры сильно завышены или сильно занижены. Люди даже отмечают место, где они видели их неправильно.”

Он помахал объявлением у них перед носом.

“Не доверяйте этим объявлениям. Готовьтесь как можно лучше, и всегда будьте готовы к тому, что все пойдет ужасно неправильно. Самое главное, не стесняйтесь бежать в горы, если что-то кажется неправильным. Если у вас есть какие-то идеи о достоинстве авантюриста, или дворянина, или кого-то еще, тогда отбросьте эти идеи, или они убьют вас. Ваш первый долг как искателя приключений - вернуться живым. Вы всегда можете вернуться с большим количеством людей, чтобы убить монстра позже.”

Винсент сделал глубокий вдох.

- Авантюрист обязан как можно лучше понять, во что он ввязывается. В данном случае, наш монстр-это лающий скрытень. Я знаю, что Геллер предупреждал тебя об этом, Асано. Ты готов к этому?”

“Да, - ответил Джейсон.

“Значит, ты готов выдвигаться?”

- Так точно.”

“Согласно объявлению, - сказал Винсент, - должен быть только один, где-то в районе шестнадцатого моста.”

Он указал на каменную табличку сбоку моста, на которой было начертано число 16.

“Поскольку это все, что написано в объявлении, это вся информация, которую ты получишь. Однако, как я только что объяснил, эта информация не является достоверной. На невостребованной территории, где отчет был сделан кем-то, кто сбежал с первого взгляда, есть все шансы, что это неправильно. Тем не менее, большинство уведомлений довольно точны. Вот почему вы должны избегать самодовольства.”

Винсент протянул что-то Джейсону, чтобы тот взял. Это был кристалл, похожий на тот, что парил над головой Винсента.

- Записывающий Кристалл?”

Винсент покачал головой.

- Дальнозоркий Кристалл, - сказал он. “Пока он активен, мы можем видеть его отсюда. У него максимальный радиус действия, но монстр должен быть в пределах его досягаемости.”

“Как это работает?”

- Просто подбрось его в воздух.”

Джейсон сделал, как было велено, и Кристалл переместился над головой Джейсона. Перед Винсентом появилось изображение, показывающее перспективу из кристалла Джейсона. Изображение было очень похоже на интерфейсные экраны, которые появились для способности Джейсона. Винсент поправил изображение взмахом руки, откинувшись назад для более широкого обзора.

“Тогда я пошел, - сказал Джейсон, подходя к краю моста. Его плащ из теней и звезд появился вокруг него, когда он сошел, мягко опускаясь к воде. Он зашагал по поверхности воды, его шаги отдавались рябью.

Стоя на воде, он сосредоточился на окружающих его аурах. Самые сильные были на мостике, бронзовая аура Винсента, железная аура остальных. Он перевел взгляд на более слабые ауры вокруг себя. Болото кишело жизнью, наполняя Джейсона аурами нормального ранга. Животные были чувствительны к ауре и избегали его, даже те, которые обычно рассматривали человека как потенциальную добычу.

Джейсон отошел подальше от моста, все еще сосредоточившись на аурах. Он искал мертвую зону ауры, зная, что обычные животные дадут неестественному монстру широкий простор. Он уже скрылся из виду, когда нашел то, что искал. Нормальные ауры чего-то избегали, так же как и самого Джейсона. Он не был достаточно близко, чтобы определить источник, так как его аура все еще была ограничена.

Джейсон подошел к мангровым зарослям у самой воды. Он выбрал место, где деревья не были слишком плотно посажены, но все же давали достаточно укрытия, чтобы создать плотную тень. Из своего инвентаря он достал кусок мяса, что-то украденное у монстра несколько дней назад. Он втиснул его между корнями мангровых деревьев, прямо под поверхность.

Накануне вечером Джейсон и Хамфри тщательно изучили запись в архиве монстров в поисках скрытней, ища наилучший подход. То, что они придумали, было приманкой для существа с мясом. Его способность ощущать ауры была слабой-черта, характерная для гуманоидных монстров. С другой стороны, его обоняние было превосходным, особенно в воде. Использование мяса монстра делало его менее привлекательным для обычных существ.

Джейсон ждал, держась подальше от приманки. Он стоял неподвижно в тени другого ряда мангровых деревьев, его аура втягивалась, насколько это было возможно. Он почувствовал монстра под темной водой прежде, чем заметил рябь на воде, когда что-то большое двигалось внутри него. Он видел, что чудовище едва касается поверхности воды; если бы оно не двигалось, он принял бы его за бревно. Поначалу он двигался медленно, а потом дико забрызгался, бросаясь на погруженную в воду приманку.

Он поднялся из воды, торжествующе подняв мясо и издав дикий рев. Он был похож на гиганта в доспехах из болотных бревен, вода стекала с Рябого и скалистого панциря. Джейсон исчез в тени, появившись из тех, что были рядом с существом. Его змеиный кинжал легко нашел щель между толстыми секциями панциря, глубоко врезавшись в плоть под ним. Торжествующий рев существа сменился испугом и болью.

Оружие [Ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [кору скрытня].

Специальная атака [наказание] нанесла [грех] на [лающего скрытня].

Аура [гегемонии] уменьшает сопротивление врагов для каждого случая [греха].

Джейсон отплясывал по воде, его ботинки легко скользили по поверхности. Чудовище повернулось к нему, лениво пробираясь в погоню. Он был вдвое выше Джейсона, но по пояс в воде, так что они оказались лицом к лицу. Медлительному существу еще больше мешала необходимость пробираться через болото. Джейсон знал, что оно будет двигаться быстрее, если проплывет под водой, но оно было слишком разъярено и слишком глупо, чтобы думать тактически. Он повел его к другому участку мангровых деревьев.

Спина Джейсона уперлась в деревья, и чудовище решило, что схватило его. Оно рванулось вперед с неожиданной скоростью, когда Джейсон отступил в тень мангровых деревьев. Чудовище врезалось в пространство, из которого он только что исчез, запутавшись в деревьях. Джейсон вышел из тени рядом с монстром, снова обнаружив брешь в его громоздком панцире.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [кору скрытня].

Специальная атака [укус пиявки] нанесла [кровотечение] на [кору скрытня].

Деревья почти не препятствовали силе чудовища, целые корневые системы вырывались из воды, когда оно металось. Оно не смогло найти нападавшего, так как Джейсон уже исчез, выйдя из тени другого участка мангровых зарослей. Монстр огляделся по сторонам, заметил Джейсона и возобновил преследование. Джейсон спокойно наблюдал за его приближением, произнося заклинание.

- Твоя судьба- страдать.

Заклинание [неумолимая гибель] нанесло [неумолимую гибель] на [лающего скрытня].

Когда заклинание вступило в силу, победа Джейсона стала неизбежной. Яд от кинжала омертвит плоть существа, в то время как проклятие греха сделало некроз еще хуже. Заклинание заставляло и проклятие, и яд накапливаться с течением времени. Эта комбинация привела к экспоненциально растущему урону, который неумолимо сокрушал монстра. Он действительно обладал способностью к быстрому заживлению, но эффект кровотечения, нанесенный Джейсоном, поглотит по крайней мере часть этого. Он мог бы выпустить своего фамильяра, но хотел посмотреть, что его способности могут сделать против сильного врага.

Джейсон повел тварь вдоль кромки мангровых зарослей, обратно к дорожному мосту. Существо продолжало яростную погоню, медленно переходя вброд вперемежку со стремительными всплесками. Джейсон небрежно шел по поверхности болота, прыгая тенью в тенистых мангровых зарослях, как это было необходимо, чтобы оставаться впереди. Дорожный мост был уже в поле зрения, когда чудовище, наконец, было подавлено и упало замертво. Джейсон вернулся к добыче, когда она погрузилась в воду.

Кандидаты, собравшиеся на мостике, наблюдали за Джейсоном, плащ звезд кружился вокруг него на ветру, который никто другой не мог почувствовать. Он легко шел по воде, а позади него клубилось болото, извергая в воздух Радужный дым.

Человек со зловещим интеллектом

Покончив со скрытнем, группа завершила переход Бридж-Роуд, и мангровые заросли уступили место болотистой местности. Они снова ехали по насыпным дорогам, которые были главными магистралями дельты. Сидя на заднем сиденье фургона, Джейсон смотрел, как солнце садится над болотами, золотистый свет мерцает на воде. Час был довольно поздний, лето заставило солнце задержаться в небе.

Джейсон достал из инвентаря красную мраморную табличку с выгравированным на ней золотом изображением птицы.

“Что это такое?- Спросил Хамфри.

“Кое-что, что я должен решить, оставить или выбросить, - сказал Джейсон.

- Но почему?- Спросил Хамфри.

“Наверное, лучше мне ничего не говорить, - сказал ему Джейсон. - Знаешь, Хамфри, мой опыт в твоем маленьком отрезке реальности был довольно экстремальным. У меня были некоторые тяжелые моменты.”

Он снова посмотрел на солнце, садящееся над болотами.

“И некоторые хорошие тоже. Какие бы жалобы у меня ни были, мягкость-не одна из них.”

- Заткнись, Асано, - сказал Мобли. “Никто не хочет слушать твою очаровательную болтовню. Ты не слишком глубокий.”

Хамфри хотел что-то сказать, но Джейсон жестом остановил его. Джейсон посмотрел на Мобли, но тоже ничего не сказал, покачав головой и вернув планшет в инвентарь.

Винсент остановил фургон на перекрестке, где пересекались две насыпные дороги.

“За болотом есть большой город, - сказал он им, поворачиваясь, чтобы посмотреть на группу людей, сидящих вместе в фургоне. “Здесь есть специальное жилье для искателей приключений на дороге, так что вы можете рассчитывать на самую приятную ночь, которая у вас будет во время этой поездки. Но перед этим-последнее предупреждение на сегодня.”

Он медленно обвел взглядом собравшихся. Хамфри и трое других, которые уже прошли, Джейсон и молодая женщина, чья позиция могла еще пошатнуться в любую сторону. Его взгляд остановился на Мобли, единственном члене, который якобы потерпел неудачу.

“Я не буду лгать, - сказал Винсент. “Это очень тяжелый случай. Я готов позволить любому из вас или всем вам участвовать; Вы можете решить это между собой. Мобли, ты хорошо показал себя здесь, и я готов пересмотреть твою позицию.”

Мобли угрюмо развалился в повозке после утренней встречи с рунной черепахой. Зелья и мази излечили его, но волосы все еще были в значительной степени сожжены. Джейсон предложил Мобли мазь от роста волос, которую дала ему Джори, но тот не хотел иметь с ним ничего общего. Однако, услышав предложение Винсента, он вскинул голову, и в его глазах вспыхнула надежда.

“Что это за чудовище?- Спросил Хамфри.

- Ткачи ловушек, - сказал Винсент.

Хамфри и некоторые другие приняли серьезное выражение лица, узнав монстра по имени. Остальные ждали объяснений, но первым заговорил Мобли.

“Ты хочешь, чтобы меня убили?- дико спросил он. - Тебя кто-то подговорил на это? Это была семья Килгейнов, не так ли? Они заплатили тебе, чтобы ты убедился, что я не вернусь.”

Остальные кандидаты застыли так же неподвижно, как и внезапно застывшее выражение лица Винсента. Последовало долгое ледяное молчание, прежде чем Винсент заговорил.

- Мистер Мобли, - сказал Винсент. -Я готов принять это обвинение так, как оно было выдвинуто, то есть бездумно. Пока у меня есть ваши извинения, я готов считать это вспышкой удивления, которую мы можем оставить позади и не говорить больше ни о чем."

Мобли заметно сглотнул. Джейсон слышал что-то опасное, скрывающееся за словами Винсента, как будто его контролируемое голосом произношение пыталось не дать ему вырваться наружу. Внезапно мужчина с пышными усами вовсе не показался глупым.

“Примите мои извинения, сэр, - сказал Мобли.

- Хорошо, - сказал Винсент. - Мистер Геллер, пожалуйста, сообщите членам нашей группы, которые не знают о природе ткачей-ловушек.”

“Может быть, нам стоит сначала высадиться из фургона, - предложил Хамфри.

- Хорошая мысль, мистер Геллер.

Покинуть напряженный воздух фургона казалось спасением. Болото было обширным, тростник и рощи деревьев перемежали водные просторы. Воздух был тяжелым, влажным и теплым, даже когда солнце скрылось из виду. Темно-синее и оранжево-золотое небо отражалось в неподвижном зеркале болотной воды.

- Инструктор Тренслоу, - сказал Хамфри. “Когда вы собирали объявления, я не видел ни одного для ткачей ловушек.”

“Оно пришло непосредственно из общества приключений, - сказал Винсент. - Они указали местонахождение гнезда.”

- Сэр,-сказал Хамфри, - ткачи ловушек опасны, и этот полумрак им очень поможет. Возможно, лучше всего будет вернуться утром.”

-Я просил вас проинформировать группу о том, что такое ткачи ловушек, Мистер Геллер, - сказал Винсент. -Я не спрашивал вашего мнения о том, как я провожу эту полевую оценку."

- Извините, сэр, - сказал Хамфри. - Ткачи ловушек-это что-то вроде гигантских пауков. Их основное тело размером примерно с мужской торс, но они стоят так же высоко, как человек, с их длинными ногами. Они могут производить паутину, которая очень прочна и трудно видна в определенных условиях освещения, поэтому они наиболее активны в предрассветные и сумеречные часы. Паутину можно использовать для создания ловушек, которые могут заманить человека в ловушку, или непосредственно атаковать и запутывать. Они очень скрытны и могут скрывать свою ауру лучше, чем большинство монстров."

Продолжая говорить, Хамфри бросил на Винсента неуверенный взгляд.

"Ткачи-ловушек бродят в поисках добычи, но возвращаются в гнездо, как правило, в окружении воды и густых деревьев. Они используют свои сети для создания ловушек, которые делают вторжение в их гнезда чрезвычайно трудным. Это особенно видно на пороге дневного света, где их паутину труднее всего обнаружить."

Лицо Хамфри стало жестким.

- Ткачи ловушек обычно мечут икру группами, по меньшей мере по двое-трое и по бльшей по двенадцать-тринадцать. Было несколько случаев более высоких чисел, хотя я не уверен в записи.”

- Девятнадцать, - ответил Винсент. - За пределами чудовищной волны. Никто не считал размеры роев во время всплеска, но их были десятки."

- Используя экологические и численные преимущества,-сказал Хамфри, - ткачи ловушек повинны за большее количество смертей авантюристов железного ранга, чем любое другое чудовище в районе Гринстоуна. Существует постоянный совет, что с ними следует разбираться группами, в дневное время.”

- Очень исчерпывающе, Мистер Геллер, - сказал Винсент.

“Я еще не закончил, сэр, - сказал Хамфри. - Инструктор Тренслоу попросил нас решить, кто из нас будет иметь дело с ткачами ловушек. Я настоятельно рекомендую нам никого не выбирать. Борьба с этими тварями, особенно сейчас, - это опасность, которую я не считаю уместной. Существует большая вероятность того, что некоторые из нас умрут слишком быстро, чтобы инструктор Тренслоу успел вмешаться.”

-Я не просил вас об этом, мистер Геллер, - сказал Винсент.

- При всем моем уважении, инструктор Тренслоу, - парировал Хамфри, - вы приказали нам самим решить, кто будет участвовать. Это мой вклад в эту дискуссию.”

Винсент посмотрел на Хамфри с непроницаемым выражением лица.

-А как насчет вас, мистер Асано?- Спросил Винсент.

Джейсон окинул Винсента долгим оценивающим взглядом, прежде чем на его лице появилось удивление.

“Наверное, лучше мне вообще ничего не говорить, - сказал он.

Хамфри посмотрел на Джейсона, собираясь что-то сказать, но остановился, услышав легкое покачивание головы Джейсона. На лице Хамфри отразилось замешательство, но он промолчал.

Остальные кандидаты, которые уже прошли аттестацию, присоединились к Хамфри и отказались, оставив Мобли и молодую женщину, которой, как и Джейсону, еще предстояло пройти или провалиться. Они посмотрели друг на друга и тоже отказались. Хамфри повернулся к Винсенту:

“Вот и наша группа, - сказал ему Хамфри. “Мы никого не выбираем.”

- Очень хорошо, - сказал Винсент, его лицо ничего не выражало. “тогда, полагаю, вам всем следует вернуться в фургон.

* * *

Как и было обещано, в городе, где группа отдыхала на ночь, было большое здание для искателей приключений, с общей комнатой, столовой и спальнями, достаточными для дюжины человек. Он был расположен на краю пруда, с крытой террасой. Они прибыли только после наступления темноты, и большая часть группы собралась в общей комнате.

Джейсон обследовал большую кухню, но в шкафах и холодильнике не было никакой еды, только посуда и столовые приборы. Джейсон приготовил салат из продуктов, привезенных из торговых городов, через которые они проезжали. Он оставил стопку мисок и вилок рядом с большой салатницей, наполнил две и взял по вилке для каждой.

Он прошел через общий зал, где другие кандидаты обсуждали события дня. В конце концов, Джейсон убил обоих монстров, не считая ткачей-ловушек, которых они оставили в покое. Его не интересовал круг непрошеных взглядов, и он направился на террасу. Ночь была освещена парой ярких лун, сиявших высоко над окружающими болотами.

На террасе стояла садовая мебель, Винсент небрежно откинулся на спинку, глядя в ночь. Джейсон поставил миску и вилку на стол рядом с собой, прежде чем сесть сам. Он вытащил из своего инвентаря пару стаканов и бутылку. Он налил немного голубой жидкости в каждый стакан.

“Думаю, вам понравится, - сказал Джейсон. - У него свежий, бодрящий вкус, который должен хорошо сочетаться с салатом.

- Спасибо, - сказал Винсент.

- За мою красоту?- Спросил Джейсон. - Она прилипла к моему лицу, так что мне пришлось взять ее с собой.”

Винсент покачал головой.

- Руфус сказал мне, что с тобой будут проблемы, - сказал Винсент.

“Он сказал мне, что вы заслуживаете уважения, - сказал Джейсон. “По-моему, это звучит как разностороннее отношение.”

Винсент кивнул на дверь, из которой вышел Джейсон.

“Что они там делают?”

- Говорят о Ткачах ловушек, - сказал Джейсон. - Идея Хамфри, конечно.”

“Он прилежный молодой человек, - сказал Винсент. “Они уже догадались об этом?”

- Что мы никогда не должны были сражаться с ними? Может поняли, а может и нет. Большинство сильнее заинтересовано в том, чтобы вцепиться в ногу семьи Геллеров.”

“Ты не дал им большого шанса, - сказал Винсент. “Он, кажется, ценит твое мнение по причинам, которые ускользают от меня.”

- Мои суждения превосходны, большое вам спасибо, - сказал Джейсон. - Кроме того, я думаю, что его мать хочет, чтобы он чему-то научился у меня.”

- Но почему?”

“Ты имеешь в виду "что"?- Поправил Джейсон.

- Нет, я имел в виду " почему?- Сказал Винсент. “Она действительно встречалась с тобой?”

“Да, собственно говоря, так оно и есть. Вы действительно думаете, что мое суждение подозрительно, не так ли?”

“Ты пытался затеять драку с Тэдвиком Мерсером, когда впервые встретилчя с ним.”

“Если бы я попытался затеять драку, - сказал Джейсон, - то она бы началась. То, что я делал, это заставил вас предотвратить драку.”

“По какой мыслимой причине ты решил сделать это?”

- Социальное продвижение, - сказал Джейсон. “Если я свяжусь с Тэдвиком Мерсером, то люди увидят во мне человека, который действует на этом уровне.”

- А разве нахождение с Геллером не делает этого для тебя?”

“Нет, это делает меня похожим на прихвостня.”

“Я не уверен, что перехитрив Тэдвика Мерсера, ты станешь выше, - сказал Винсент. “Он не принадлежит к числу великих умов молодого поколения.”

- Смысл был в том, чтобы вступить в контакт с Тэдвиком Мерсером. Именно это ставит меня выше определенного порога в социальном плане, - сказал Джейсон. “И восприняв меня выше определенного порога, что увидят люди, когда посмотрят поближе?”

“Они увидят, что ты стоишь рядом с Хамфри Геллером, - сказал Винсент, и его осенило.

- Руфус был очень добр ко мне,-сказал Джейсон, - но он смотрит на общество несколько сверху вниз. Из-за его воспитания, насколько я понимаю. Он хочет, чтобы я достиг уровня базовых способностей авантюриста до того, как обнаружатся определенные факты, но он совершенно не заботится о том, чтобы построить социальное положение.”

“Я тоже не уверен, что твой подход лучший, - сказал Винсент. “На самом деле я уверен, что это не так.”

“Неужели?- Спросил Джейсон. - Меньше двух месяцев назад я пришел в Гринстоун без имени и без предыстории. Две недели назад я смотрел симфонию из частной смотровой ложи одной из самых известных семей города. Два дня назад аристократы наградили меня смертельными взглядами за дружбу с сыном самого могущественного авантюриста города. Две минуты назад мы с тобой начали обсуждать мой конфликт с племянником правителя города.”

“Я даже не знаю, что на это ответить, - сказал Винсент. “Ты понимаешь, что это будет иметь последствия в зависимости от того, как ты будешь действовать.”

“Конечно, - сказал Джейсон, - но нет ничего более впечатляющего, чем умение с достоинством и апломбом справляться с последствиями своих поступков.”

“И ты сможешь это сделать, не так ли?- Спросил Винсент.

“Понятия не имею, - рассмеялся Джейсон.

- Руфус предупреждал меня о тебе, - сказал Винсент. “Он сказал, что ты человек злого ума.”

“Возможно, это самое приятное, что кто-либо когда-либо говорил обо мне.”

“Это самое приятное?”

- То, что мы находим лестным, часто субъективно, - сказал Джейсон.

“Ты очень странный человек.”

“Это просто культурные различия, - сказал Джейсон. - Там, откуда я родом, я совершенно обычный человек.”

“А где именно твоя родина находится?- Спросил Винсент.

-Возможно, я немного необычен, - согласился Джейсон, вместо того чтобы ответить на вопрос.

- В любом случае спасибо, что не вмешался, когда я велел тебе идти за ткачами ловушек, - сказал Винсент. - Указать на то, что я делаю, было бы для тебя легким делом, с социальной точки зрения.”

- Не беспокойся, - сказал Джейсон. “Легкими очками игру не выигрывают.”

“Ты ведь знаешь, почему я до сих пор не пропустил тебя?- Спросил Винсент.

“Мне все равно, что вы нам скажете, - сказал Джейсон. “Вы никого не завалите и не пропустите, пока не закончится экзамен.”

“Совершенно верно, - согласился Винсент, - хотя я не вижу, чтобы Хамфри провалился на этот раз. Он хорошо справился, взяв сегодня на себя руководство. В прошлом месяце у него был такой же шанс, и он снова погрузился в молчание.”

-Руфус просил тебя завалить меня?- Спросил Джейсон. “Или он просто попросил тебя поднять планку?”

“Если бы я собирался завалить тебя, я бы не взял тебя с собой, - сказал Винсент.

- Профессионально, - сказал Джейсон. “Большего я и не могу спросить. Подожди, нет, могу. Что нужно сделать, чтобы получить пропуск?”

“Ты специалист по болезням, - сказал Винсент. “Что-то вроде лающего скрытня было бы проблемой для большинства искателей приключений, но ты справился с этим легко.”

“Так зачем же вы поставили меня против него?- Спросил Джейсон.

“Это ты мне скажи, - сказал Винсент.

Джейсон задумался.

“Чтобы убедиться, что я действительно могу использовать свою собственную специальность?- рискнул он.

“Однако, - сказал Винсент. “Так что же мне нужно, чтобы пропустить тебя?”

Джейсон задумчиво потер подбородок.

- Специалист по болезням-это нишевая роль, - размышлял Джейсон вслух. “Как раз то, что нужно, чтобы иметь дело с определенным видом монстра, но против обычных, я просто более медленная версия любого среднего авантюриста.”

Он взглянул на Винсента, выражение лица которого ничего не выражало.

“Если я хочу пройти, - рассуждал Джейсон, - то это не о том, чтобы победить необычных монстров, потому что это основной материал для моего набора способностей. Речь идет о том, чтобы показать, что я могу доминировать над обычными, а также над любым другим авантюристом. Я уже близко?”

“Ты узнаешь об этом, когда осмотр закончится, - сказал Винсент.

Дверь из общей комнаты распахнулась.

- Джейсон, - сказал Хамфри, выходя на террасу. “Мы никогда не должны были сражаться с ткачами ловушек, мы должны были отказаться! Все это было проверкой лидерства и здравого смысла.”

На лице Джейсона отразились шок и разочарование.

- Это правда, инструктор?- спросил он, поворачиваясь к Винсенту. “Неужели такое коварство хотя-бы этично?”

Недостаточно

В доме авантюриста было с десяток спален и три общие ванные комнаты. Джейсон нашел ванные комнаты странными в их обычности, кафельных поверхностях и волшебной сантехнике. Джейсон только что вышел из душа, с полотенцем вокруг талии. Он стоял над раковиной, глядя в настенное зеркало и смывая с лица крем.

- Заначка!- Крикнул Хамфри из коридора снаружи. Вслед за этим повернулась дверная ручка, и дверь ванной комнаты открыла какая-то похожая на шимпанзе тварь. Затем она превратилась в птицу, которая взлетела и села на голову Джейсона, торжествующе щебеча своему отражению в зеркале.

- Извини, - сказал Хамфри у двери.

- Не беспокойся, - сказал Джейсон. “Главное, чтобы птица, в которую он превращается, была маленькой.”

“Что это у тебя на лице?-Спросил Хамфри, стоя за полузакрытой дверью ванной.

- Вроде крема для бритья, - сказал Джейсон. - Ты просто оставляешь его на несколько секунд, а потом все волосы сразу же смываются вместе с кремом. Друг-алхимик дал мне его. Хочешь попробовать?”

“У меня есть волшебный кристалл, который ты втираешь себе в лицо, - сказал Хамфри. - Как бы то ни было, я побрился вчера. Мне не нужно делать это каждый день.”

Джейсон нахмурился. В разгар охоты на чудовищ легко было забыть, что всем его товарищам-кандидатам было по шестнадцать-семнадцать лет. Джейсон был всего на полдюжины лет старше их, но мысль об убийстве и смерти в этом возрасте заставляла его радоваться, что он не был вынужден повзрослеть так рано.

“Кажется, было бы легко случайно убрать волосы, которые ты хотел сохранить, - сказал Хамфри, не обращая внимания на мысли Джейсона.

“У меня есть мазь, от которой растут волосы, - сказал Джейсон. “Но с ней нужно быть осторожным. Она работает везде, независимо от того, предназначены ли волосы расти там или нет.”

“В этом есть смысл, - сказал Хамфри. “Я удивлялся, почему у тебя не было бровей, когда мы встретились, но через пару дней они появились.”

* * *

В последние дни полевой оценки некоторые из кандидатов начали понимать, что результаты не были столь решительными, как предполагал Винсент. Осознавая, что их успешно завершенные охоты на монстров не означали успешную сдачу, была увеличена конкуренция за каждого нового монстра, которого они преследовали. Джейсон не рвался вперед, в то время как другие соперничали за дополнительные шансы проявить себя, поскольку он все еще обдумывал свой подход к борьбе с монстрами.

По сравнению даже с самыми посредственными из его коллег-кандидатов, способности Джейсона были медленными и слабыми. Огненный взрыв или магический удар меча могли уничтожить обычного монстра за долю времени, которое потребовалось Джейсону, чтобы применить свои различные недуги. Хуже всего было то, что за то время, которое потребовалось им, чтобы одолеть пораженное чудовище, оно вполне могло уничтожить всех товарищей Джейсона, которые были с ним в бою.

Его первая мысль была о восьми непробудных способностях эссенции, но они не помогут ему в оставшиеся дни полевой оценки, если только он не наткнется на тайник с пробуждающимися камнями. Даже если бы он это сделал, его новые способности, вероятно, были бы похожи на те, которыми он уже обладал.

Откровение Джейсона пришло, когда он наблюдал, как Хамфри уничтожает группу монстров. Это были гуманоиды с собачьими головами, с телосложением культуристов, сильно злоупотребляющих стероидами. Их челюсти могли производить мощный укус, но самой опасной чертой были серповидные когти на концах рук. В сочетании с грубой одеждой, которую они сшили для себя из содранной кожи своих жертв, они представляли собой устрашающее зрелище.

Чудовищ называли марголлами. Несмотря на их внешний вид, они не были очень опасны по отдельности, по крайней мере для полностью обученного и экипированного искателя приключений. Проблема заключалась в том, что они всегда появлялись группами. Их могло появиться сразу до дюжины, и они были очень агрессивны, даже для монстров. Они были одним из монстров, которых больше всего боялись нормальные люди. Каждый житель дельты слышал истории о стае марголлов, спускающейся на ферму или ранчо или даже нападающей на деревни.

Хамфри нечасто выступал с первых дней полевой оценки, но он не колеблясь вышел к марголлам. Вместо того чтобы полагаться на свои способности, он использовал свои боевые навыки, чтобы справиться с группой. Его боевые приемы были наиболее полезны против гуманоидных врагов, и помимо вызова своего меча и доспехов, он сражался с монстрами без сил.

Джейсону вспомнилось, как стиль боя в его новом мире отличался от стиля боя в старом. Бразильское джиу-джитсу может быть практичным в бою ММА, но имеет ограниченное применение против Краба размером с фургон доставки. Акробатический удар может быть наказан опытным бойцом-человеком, но при этом отлично нанести специальную атаку нечеловеческому монстру.

Все то время, что Руфус и другие тренировали Джейсона, они уделяли очень мало времени его эссенционным способностям. Помимо обучения ауре, они в основном оставляли его практиковать их самостоятельно. Вместо этого они работали над его телом, ментальностью и мастерством; всем, кроме способностей эссенции. Руфус был особенно неумолим в том, чтобы заставить Джейсона овладеть боевыми приемами, которые были взяты из книги умений, которую он использовал.

Джейсон много раз спаррился с Хамфри за последние несколько недель, как часть безжалостного режима Руфуса, и, наблюдая, как Хамфри уничтожает монстров, он понял, что был слишком сосредоточен на своих эссенционых способностях во время оценки. То, что отлично работало против затаившегося в коре человека, было проталкиванием квадратного колышка в круглое отверстие против маленького, быстрого трещотки.

* * *

Последний день полевых исследований должен был закрыть их петляющий путь через дельту, а вечером они должны были вернуться в Гринстоун. Они провели ночь в забаррикадированном городе, чьи высокие стены и обширные жилища были спроектированы так, чтобы быть безопасным убежищем во время набегов монстров. Джейсон останавливался в таком же городке в пустыне вместе с Руфусом, Гэри и Фаррой, только в этом был большой скотный двор, где держали стада.

Джейсон вышел из глинобитной хижины, которую делил с Хамфри, выглядя усталым. Его план отказаться от своих медленных эссенционных способностей в пользу боевых способностей сработал не так хорошо, как он надеялся. Он все еще был в состоянии подавить монстров, но не в той властной манере, к которой стремился.

“Просто дай себе время, - посоветовал Хамфри. “Я готовился к этому всю свою жизнь. Ты тренируетесь два месяца.”

Группа собиралась вокруг фургона, когда в город ворвался еще один фургон, запряженный четырьмя хейделами, которые тяжело дышали от того, как сильно их гнали.

“Это только мне кажется, - сказал Винсент, - или они похожи на людей, которым нужен авантюрист? Всем построиться!”

Винсент подошел, когда Кучер остановил фургон.

“Тебе нужна помощь?- спросил он.

Потрепанный возница оглянулся на фургон, прежде чем спрыгнуть вниз и посмотреть на Винсента. Большинство людей, будь то в Гринстоуне или дельте, носили свободную, дышащую одежду из-за жары. Авантюристы, по крайней мере на работе, носили более подходящую одежду, часто с явными защитными свойствами. Они несли множество оружия и другого полезного снаряжения. Это было справедливо и для кандидатов, что делало их род занятий очевидным. Чтобы рассеять все сомнения, Винсент надел свою брошь с эмблемой общества приключений.

Водитель объяснил, что его семья сбежала с соседней фермы после того, как прибыла стая марголлов. Единственная причина, по которой они смогли уйти, заключалась в том, что марголлы были заняты, убивая их стадо, давая фермеру время погрузить свою семью в фургон и убежать. Это была уже четвертая группа марголлов, с которой они столкнулись за последние три дня.

“Опять марголлы, - пробормотал Мобли. “Как ты думаешь, это признак того, что начинается чудовищная волна?”

“Возможно, - сказал Хамфри, - но маловероятно. Не было ни увеличения общей активности, ни резкого увеличения численности стаи. Первый признак обычно появляется, когда одиночные монстры начинают появляться группами.”

Узнав подробности от этого человека, Винсент обратился к группе:

“Мы ищем большую группу, - сказал им Винсент, - где-то от десяти до двенадцати марголлов. Геллер, тебе удобно справляться с таким количеством?”

- Я хочу их взять, - сказал Джейсон, прежде чем Хамфри успел ответить.

Мобли насмешливо посмотрел на Джейсона.

- Мы видели, как ты сражаешься, Асано, - сказал он. - Ты не справишься с двенадцатью. Ты не можешь справиться и с половиной.”

Винсент задумчиво посмотрел на Джейсона.

- Но почему?- Спросил его Винсент.

- Потому что я знаю, что терплю неудачу, даже если все время пока справляюсь с данными мне монстрами. Если я собираюсь прорваться, меня нужно толкать сильнее. Подвергать еще большей опасности.”

Винсент задумался на несколько мгновений.

- Геллер, - сказал он наконец. “Будь готов вытащить его, когда что-то пойдет не так.”

“Вы имеете в виду ”если", - сказал Хамфри.

- Я знаю, что сказал, Геллер.

* * *

Руфус, Гэри и Фарра проводили час за часом, день за днем доводя боевое мастерство Джейсона до приемлемого состояния. Всего за несколько недель он продвинулся дальше, чем мог себе представить, но и близко не мог сравниться с дюжиной монстров. Что же касается способностей эссенции, на которые он полагался в первые дни оценки, то ничего не изменилось. Они все еще были слишком медлительны для быстрой битвы.

“Ты не должен этого делать, - сказал ему Хамфри.

- Пусть, - сказал Мобли. - Мне бы очень хотелось увидеть этот самодовольный взгляд, застывший на его трупе.”

Хамфри сердито посмотрел на Мобли.

“Что в нем такого замечательного?- Спросил Мобли. - Конечно, он справился с лающем скрытнем и рунной черепахой, но против всего, через что мы могли бы пройти, его силы бесполезны. Значит, он отказывается от своих сил и начинает просто бороться с ними? Конечно, у него есть некоторые навыки, но как долго может продержаться авантюрист, когда он сражается, не используя свои способности? Он даже не пройдет, если не сможет использовать свои способности и боевые навыки вместе.”

Джейсон резко открыл глаза.

Неужели все так просто? Неужели он действительно был настолько глуп?

Ошибка Джейсона стала для него откровением. Где-то в своей голове он складывал свои боевые искусства в шкатулку, принадлежащую его старому миру, а свои способности эссенций -в шкатулку, принадлежащую новому. Он искалечил обоих, подсознательно разделив их.

“Я идиот, - сказал он.

“Я знаю, - согласился Мобли.

Остаток пути Джейсон провел с ухмылкой на лице, сверкая глазами, когда в его сознании открылся шлюз. Он вдруг совершенно отчетливо увидел, как сильно у него болят подколенные сухожилия. К тому времени, когда фургон свернул с насыпной дороги и покатился вниз по склону к ферме, у него уже чесались руки начать. Он первым выпрыгнул из фургона.

Винсент остановил фургон на окраине фермы. Вдалеке виднелась кучка глинобитных фермерских построек, а за ними-поля с низким, покрытым листвой урожаем. Винсент, все еще сидевший за рулем фургона, бросил Джейсону дальнозоркий Кристалл.

“Мы будем наблюдать отсюда, - сказал Винсент. Марголлы обладали плохим зрением и чувством ауры, но их обоняние и слух были очень чувствительны. Группа будет видеть все через кристалл, не вмешиваясь в борьбу Джейсона.

Когда Джейсон, не останавливаясь, зашагал прочь, Хамфри последовал за ним. Он держался на достаточном расстоянии, чтобы не вмешиваться, но все же мог включиться в случае необходимости.

Джейсон приблизился к самому большому зданию фермы-большому квадратному амбару. Как только он это сделал, появился марголл, жующий остатки того, что Джейсону показалось семейной собакой. Почему-то мысль о собакоголовом монстре, пожирающем собаку, делала его еще более отвратительным. Чудовище понюхало воздух, затем повернулось к Джейсону, роняя свою еду в грязь.

Джейсон никогда еще не был так близко к марголлу. У него было лицо питбуля и тело пауэрлифтера с серповидно-когтистыми руками. Его руки были по локоть в крови, как и широкий рот. Он откинул голову назад, издав дикий вой.

Создавая музыку

[Сангвинический ужас] вызвал [кровотечение] у [Марголла].

[Сангвинический ужас] нанес [пиявочный токсин] на [Марголла].

[Сангвинический ужас] нанес [Некротоксин] на [Марголла].

Пиявки, которые не приземлились прямо на марголлов, начали скапливаться в кучу, покачиваясь к марголлам сзади, которые были пропущены в первом брызге. Джейсон поднял руку на врезавшегося в него марголла и произнес заклинание.

- Твоя кровь не твоя, чтобы хранить ее, а моя, чтобы пировать ею.

Жизненная сила марголла начала светиться темно-красным изнутри его тела, прежде чем хлынуть потоком в протянутую руку Джейсона. Когда он погрузился в кожу Джейсона, следы когтей на его руке закрылись. Рана не зажила полностью, но открытые раны превратились в ярко-красные рубцы. К тому времени, как жизненная сила марголла втянулась в его тело, монстр выглядел слабым и бледным. Джейсон пнул его в своих собратьев и снова бросился на пораженную стаю марголлов.

Джейсон танцевал сквозь хаос, сверкая кинжалом, выставляя вперед локти и ноги.

Специальная атака [укус пиявки] нанесла [кровотечение] на [Марголла].

[Кровотечение] уже в действии, [кровотечение] обновляется.

Специальная атака [укус пиявки] истощила здоровье и выносливость.

Он не пошел на быстрые убийства, вместо этого работая, чтобы держать большую группу отвлеченной и паникующей. Визг и вопли раздавались со стороны марголлов, когда они метались вокруг. В воздухе все еще стоял запах дыма, и пиявки впивались в их плоть. Несчастья делали их кровь черной от яда, даже когда он вытекал из их тел.

Сквозь все это двигался Джейсон, словно демон, дирижирующий оркестром проклятых. Марголлы последовали за ним, их крики страдания стали его музыкой, пока последний монстр не умер и воздух не затих. Каждая часть тела Джейсона, не скрытая его плащом теней, была окрашена в красный и черный цвета испорченной кровью. У его ног рой пиявок вздымался, объедаясь до отказа. Джейсон наклонился и порезал руку о коготь, чтобы пиявки снова забрались в кровь.

Хамфри смотрел, как Джейсон возвращается. Позади него в небо поднимался Радужный дым от дюжины монстров. Он также поднимался с его тела, поскольку кровь его врагов медленно испарялась с одежды.

* * *

Остаток пути до Гринстоуна прошел почти в полном молчании. Хотя бутылка кристальной воды смыла остатки борьбы, было похоже, что другие кандидаты в искатели приключений все еще могли видеть кровь, окрашенную на Джейсоне. Через дальнозоркий Кристалл они наблюдали, как он доводит этих существ до крика и мучительной кончины.

Даже Хамфри был потрясен. Он мог прорваться сквозь стаю монстров лучше любого из них, но худшее, что он мог сделать, это сжечь существо до смерти с его способностью огненного дыхания. Он никогда не видел ничего подобного симфонии ужасов Джейсона, воплей отчаяния, превращенных в нечестивую музыку.

Что касается Джейсона, то он все еще сидел в задней части фургона, глядя на пейзаж дельты. Ужасы, которые он творил, снова и снова прокручивались в его голове, но они не пугали его. Впервые с момента прибытия в свой странный новый мир он не чувствовал себя беспомощной пешкой судьбы. Он держал себя в руках. У него была власть. Его беспокоило не то, что момент катарсиса был отмечен криками умирающих. Дело было в том, что он не мог игнорировать ту часть себя, которая хотела большего.

* * *

Небо потемнело, в то время как повозка проехала по вырубленной равнине вокруг старой городской стены и через городские ворота. После раскинувшейся дельты в Старом городе все казалось тесно прижатым друг к другу-от узких улочек до теснящихся друг к другу зданий. Фургон катил по Бродстрит-Эспланаде, которая, несмотря на название, едва ли могла сойти за переулок на острове. Прилавки были забиты до отказа, а витрины закрывались вместе с заходящим солнцем. Джейсон заметил клинику Джори, когда они проходили мимо нее.

Мост Бродстрит был тем же самым мостом, который Джейсон пересек в свой первый день в Гринстоуне, и повозка выехала прямо на улицу богатых людей. По широким островным улицам скорость возросла, и вскоре фургон остановился у сортировочной станции общества приключений.

К тому времени, как они приехали, солнце уже совсем зашло, но настроение Джейсона заметно улучшилось. Он выпрыгнул из фургона, чувствуя себя совсем другим человеком, чем тот, что забрался в него неделю назад. В нем чувствовалась сила, власть над собственной судьбой.

“И вот мы здесь, - сказал Винсент, когда кандидаты вышли из фургона. "Результаты оценки могут быть получены от администрации индивидуально с завтрашнего дня. Если вы хотите оспорить или запросить результаты, вы можете сделать это с администрацией во время их сбора.”

Сортировочная станция была тщательно освещена волшебными лампами, и небольшая толпа ожидала их прибытия. Другая группа, по-видимому, тоже только что прибыла, и ее уже приветствовала ожидающая семья. Хамфри заметил свою мать, отбивающуюся от нескольких потенциальных социальных карьеристов, и направился в ее сторону. Джейсон заметил Руфуса, стоящего рядом с ней, но также и Тэдвика Мерсера. Судя по языку жестов, он догадался, что Тэдвика встречает не член семьи, а слуга.

Джейсон пошел в том направлении, выкрикивая имя Тэдвика.

- Чего ты хочешь, Асано?- Настороженно спросил Тэдвик.

“Я хотел извиниться, - сказал Джейсон. “В моем характере есть некоторые недостатки, которые иногда заставляют меня быть самодовольным, инфантильным и немного слишком впечатленным собой. На прошлой неделе я продемонстрировал все три.”

Джейсон протянул руку.

“Я бы хотел извиниться и начать все сначала.”

“Ты думаешь, я даже прикоснусь к твоей руке?- Спросил Тэдвик. “Ты из кожи вон лез, чтобы выставить меня шутом, а теперь думаешь, что я возьму тебя за руку? Ты недостоин дышать моим воздухом.”

Тэдвик умчался прочь, оставив Джейсона стоять на месте, протягивая ему руку.

- Ну что ж, - сказал он и повернулся к Руфусу, Хамфри и его матери. Винсент уже подошел к ним, и все они смотрели в ту сторону, где Джейсон столкнулся с Тэдвиком.

- Даниэль!- крикнул он, помахав рукой, когда приблизился. Он одарил Хамфри улыбкой, и плечи Хамфри потеряли часть напряжения, которое они носили с тех пор, как Джейсон сражался с марголлами.

- Отлично сработано с молодым мистером Мерсером, - с улыбкой ответила Даниэль. - Надеюсь, ты смотришь внимательно, Хамфри, дорогой.”

- Что?- Спросил Хамфри.

- Джейсон, - упрекнул его Руфус, - перестань выставлять себя на посмешище.”

- О, оставьте его в покое, Мистер Ремор, - сказала Даниэль. -Он знает, что делает."

“Мне кажется, я что-то пропустил, - сказал Хамфри.

“Я тоже, - с несчастным видом сказал Руфус.

Даниэль вздохнула и сочувственно посмотрела на Джейсона.

“Ты напрасно торчишь в этом городе, ты это знаешь?- спросила она его.

- Да, - сказал Джейсон, качая головой с притворной грустью. “Но ты не можешь ничего сделать, тебя призывает какой-то сумасшедший культист.”

- Что?- Спросил Винсент.

“Пожалуйста, не провоцируй Тэдвика Мерсера.- Спросил Руфус.

“И не странно флиртуй с моей матерью, - добавил Хамфри.

- Хамфри, дорогой. Мистер Ремор.- Сказала Даниэль. -Вы должны помнить, что Джейсон родился не на вершине горы, как вы двое. Он должен найти свое место в обществе, вот почему он играет с бедным Тэдвиком.”

“Тогда зачем унижаться перед ним?- Спросил Хамфри у Джейсона.

“Потому что тогда я самый разумный, - сказал Джейсон.

“Но он убежал, - сказал Хамфри. “Разве это не делает тебя ниже его?”

“Дело не в том, что думает Тэдвик, - сказал Джейсон. “Все дело в этих милых людях. Люди, которые видели меня, кажутся вполне разумными перед членом семьи Мерсеров, а затем бродят здесь, где я нахожусь на основе с самой Даниэль Геллер. Куда это меня ставит, в их глазах?”

“Прямо наверх, - догадался Руфус. “Но зачем беспокоиться? Ты уже появляешься в высших кругах общества.”

“В качестве дополнения к вам,” Джейсон сказал ему. “На самом деле все это для людей, которые понимают, что я делаю и почему.”

- Погоди, - сказал Хамфри, - я думал, что речь идет обо всех здешних людях. Ты манипулируешь Тэдвиком и всеми этими людьми в интересах тех, кто видит все это насквозь.”

“Теперь ты понимаешь, дорогой, - радостно сказала Даниэль.

“Я совершенно уверен, что нет, - сказал Хамфри.

- Милый мальчик, - сказала она ему. - Люди, которые знают, что он делает, признают и уважают его способность делать это. Именно так вы зарабатываете место в задних комнатах, а не только в бальных залах.”

“Я все еще не понимаю, - сказал Хамфри.

Даниэль вздохнула.

- Иногда мне кажется, что вы с сестрой слишком похожи на детей своего отца. Пойдемте все вместе, меня ждет карета и приготовлен обед. Вы ведь присоединитесь к нам, мистер Тренслоу?”

“Для меня это большая честь, леди Геллер.”

Торговый зал

Торговый зал

Джейсон смотрел на различные костюмы тканевой брони, развешанные на балконе. Он взял три с собой на полевую оценку, и каждый вернулся покрытым разрывами и дырами. Гэри стоял рядом с Джейсоном, тоже осматривая их.

— Мне понадобится новая броня, прежде чем я возьмусь за какие-либо контракты, — сказал Джейсон.

— Я говорил тебе, что тебе нужно что-то потяжелее, — сказал Гэри.

Броня была вся из тяжелой ткани с несколькими усиленными секциями. Сочетание магической конструкции и алхимической обработки ткани делало ее прочнее, чем она выглядела, но эффект был ограничен.

— Я не хочу терять гибкость, — сказал Джейсон. — Мои силы лучше подходят для скорости и мобильности, исцеляя случайные удары.

— Тогда, если ты не хочешь увеличивать объем, — сказал Гэри, — тебе нужно повысить качество.

— То есть что-то более дорогое, — сказал Джейсон.

— Верно, — сказал Гэри. — Не то чтобы у тебя не было денег, и разве можно действительно оценить цену не-смерти?

— С этим трудно поспорить, — сказал Джейсон. — И у меня все еще есть приличное количество денег.

— Тебе определенно стоит купить что-то хорошее, — сказал Гэри, — но не заходи слишком далеко с броней Железного ранга. Просто найди что-то достаточно защитное и копи на бронзовый ранг. Что тебе действительно нужно, так это что-то с зачарованием саморемонта, что сэкономит тебе кучу денег на ремонте.

— Ты знаешь, где найти что-то подобное? — спросил Джейсон. — Я осмотрелся на рынках гильдейского района, и это лучшее, что я нашел.

Он указал на потрепанные костюмы брони.

— Есть только одно место, куда стоит идти за действительно хорошими вещами, — сказал Гэри. — Ты теперь искатель приключений, так что можешь начать наслаждаться привилегиями.

* * * Джейсону не разрешили вход в торговый зал Общества искателей приключений, но он видел его снаружи. Это был огромный комплекс зданий недалеко от станции кольцевой линии, с несколькими пристроенными структурами, соединяющимися с массивным центральным зданием.

Это был огромный базар, доступный только членам Общества искателей приключений, вместе с торговцами, получившими разрешение работать там. Это было место, где искатели приключений могли обменять любые ценности, продать старое снаряжение и купить снаряжение и припасы для своих приключений. Принятие Джейсона в Общество искателей приключений было подтверждено, но он еще не получил свой значок. Его доступ в торговый зал был предоставлен с временным разрешением, которое он получил вместе с результатами своей оценки.

Внутри главного зала Гэри вел путь, когда они влились в толпу, такую же плотную, как на любом рынке Старого города. Это была огромная открытая комната высотой в три этажа, с двумя мезонинными уровнями. Свет лился из серии мансардных окон, составляющих большую часть потолка.

Первый этаж представлял собой шумную смесь прилавков, от полупостоянных до очень временных. Некоторые были просто открытой палаткой с несколькими предметами, разложенными на столе. Другие были по сути полноценными магазинами, построенными из искусно окрашенных и плетеных тростниковых панелей, в комплекте с вывесками. Большинство находилось где-то посередине, но все они были переполнены людьми, стоящими почти плечом к плечу.

— Я не знал, что столько искателей приключений, — сказал Джейсон, говоря громко из-за шума людей.

— Многие из них не являются активными искателями приключений, — сказал Гэри. — В основном это пользователи эссенции из аристократических и богатых семей, которые вступили в общество ради преимуществ. Например, права приходить сюда.

— Но они должны были пройти полевую оценку, верно?

— Не все полевые оценки одинаковы, — сказал Гэри. — Просто спроси Руфуса, если хочешь услышать, как он жалуется в течение часа. Проблема здесь хуже, чем в большинстве мест.

— А как насчет всплесков монстров? — спросил Джейсон. — Они должны выступать во время них, верно?

— Должны, — сказал Гэри, — но в большинстве мест есть так называемая резервная программа.

— То есть они могут стоять сзади?

— Именно так.

Гэри отвел его в сторону зала, где аркады вели к другим зданиям комплекса, но вместо того, чтобы покинуть главный зал, они поднялись по одной из широких лестниц.

— Основной этаж — это все вещи Железного ранга, — сказал Гэри. — Следующий этаж — бронзовый.

Второй и третий этажи были мезонинными уровнями. Гэри не остановился на втором, ведя их на третий.

— Третий этаж — это серебряный ранг? — догадался Джейсон.

— Нет, здесь нет рынка для этого, — сказал Гэри. — По-видимому, в целом городе всего сорок или около того серебряных рангов, и они не очень активны. Уровень магии здесь слишком низкий, поэтому монстры серебряного ранга редки. Любые серебряные ранги, находящиеся здесь постоянно, в лучшем случае полупенсионеры. Люди вроде Даниэль Геллер и Талии Мерсер здесь только в ожидании всплеска монстров.

— Так для чего третий этаж? — спросил Джейсон.

— Брокерские конторы. Большинство искателей приключений не хотят возиться с арендой прилавка и ожиданием людей, чтобы купить какую-нибудь случайную кучу добычи, которая у них есть. Брокеры покупают почти все ценное и сортируют это для более эффективной продажи. За процент, конечно.

— Это вполне справедливо.

— Брокеры также организуют аукционы, — сказал Гэри. — В таком небольшом городе, как этот, они обычно придерживают ценные вещи, такие как эссенции и камни пробуждения. Затем брокеры работают вместе, чтобы провести большое аукционное мероприятие. Как только мы закончим этот щит, он будет продан на аукционе.

Самым ценным предметом, который Джейсон добыл во время полевой оценки, был панцирь рунной черепахи. Найти целый — редкая и прибыльная удача, так как из них можно сделать магические щиты. Гэри и Фарра собирались работать над ним вместе, а затем разделить прибыль на троих с Джейсоном.

— Большинство брокеров также предоставляют услуги обмена денег, — сказал Гэри. — Если вы хотите разменять монету, скажем, бронзовую на железную, они сделают это бесплатно. Если вы пойдете в другую сторону, они берут десять процентов. Это стандарт везде, так что если они просят больше, просто идите в другое место.

Гэри привел их в брокерский офис, где их встретил администратор. Их быстро провели в комнату, где их встретил оценщик предметов, который оценил бы предметы, чтобы они могли получить оплату. Им просто нужно было выложить все на стол, чтобы оценщик мог осмотреть.

Джейсон выложил различные предметы, которые он добыл с монстров. Там была шкура лающего скрытня, ядра монстров и множество свободных драгоценных камней квинтэссенции. По совету Гэри, Джейсон оставил определенные предметы, но большая часть была очищена, чтобы освободить место в его все более заполняющемся инвентаре. Даже если многие предметы складывались в один слот, он приближался к заполнению всех сорока мест. У Джейсона был странный момент, когда он достал магические мантии, которые он забрал у Ландемира Вейна.

Ландемир был самым первым человеком, которого Джейсон встретил в своем новом мире. Он также был первым человеком, которого Джейсон убил. Прошло меньше двух месяцев, но он чувствовал себя совершенно другим человеком, чем тот контуженный, запаниковавший идиот в подвале семьи Вейн.

— Что-то не так? — спросил Гэри, и Джейсон понял, что смотрит в пустоту, держа мантии в руках. Кровь давно была с них смыта.

— Я в порядке, — сказал Джейсон, кладя сложенные мантии на стол.

С новыми монетами, добавленными к счетчику валюты в его инвентаре, они направились обратно вниз и в главный зал. Пробираясь сквозь толпу, рассматривая предлагаемые товары, Джейсон заметил знакомое лицо. Прилавок Джори не был одним из постоянных прилавков, но был одним из самых больших. Спереди была стеклянная витрина, уставленная красочными бутылками и флаконами, за которой стоял сам Джори. Большая часть прилавка была местом для хранения, скрытым за занавеской. Пока Джори продавал женщине флакон духов, Джейсон просматривал доску рядом с прилавком, на которой были перечислены доступные продукты.

— Кристальное моющее средство, — прочитал он вслух.

— Серьезно? — спросил Джори, когда его клиентка вернулась в толпу. — Я могу сделать только столько, а есть и другие люди, которые хотят купить. Люди, которые не получают скидку для друзей.

— Ты понимаешь, что мне пришлось тащиться через болото, верно? Чтобы защитить бедных, невинных людей дельты?

Джори застонал.

— Я могу дать тебе один ящик, но это все на неделю.

— Двенадцать бутылок? — сказал Джейсон. — Я не могу обойтись двенадцатью бутылками.

— Ты же знаешь про душ и ванны, верно?

— Он чистит ими зубы, — сказал Гэри.

— Что? — сказал Джори.

— Это оставляет во рту ощущение свежести.

— Ну, если хочешь больше, — сказал Джори, — я не единственный алхимик здесь.

— А как насчет тех помощников, о которых ты говорил, что возьмешь из Ассоциации алхимиков? — спросил Джейсон.

— Расширение моих операций — это не то, что я могу сделать просто по прихоти, знаешь ли. У меня много требований к моему времени.

— Я думал, именно поэтому тебе нужны помощники, — сказал Джейсон. — Кто-то, чтобы взять на себя черную работу.

Они сделали паузу, пока Джори продавал искателю приключений связку зелий.

— Все не так просто, — сказал Джори, возобновляя их разговор. — Если я собираюсь сделать это правильно, мне нужно собрать целый новый объект. Дополнительное пространство, новое оборудование. Зарплата для помощников. Ты знаешь, с какими маржами я работаю.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — Ты рассматривал инвесторов?

— Ты предлагаешь? — спросил Джори.

Джейсон поднял руку, три золотые монеты, сложенные между большим и указательным пальцами.

— Что-то вроде этого поможет тебе начать?

Базовой монетой королевства была меньшая духовная монета. Железные духовные монеты стоили сто меньших монет, использовались оптовыми торговцами, искателями приключений и другими представителями богатой элиты. После этого было десять железных к бронзовой, десять бронзовых к серебряной и десять серебряных к золотой. Золотые духовные монеты в руке Джейсона стоили триста тысяч единиц базовой валюты.

— Ты не серьезно? — сказал Джори, на что Джейсон положил монеты на прилавок. Джори нерешительно поднял их, вглядываясь в них, лежащих на его ладони.

— Ты знаешь, скольким людям я могу помочь с такими деньгами? — спросил Джори.

— Неважно, скольким людям ты поможешь, — сказал Джейсон. — Важно, даст ли это мне еще один ящик кристаллического моющего средства.

* * * — Я до сих пор не могу поверить, что ты отдал ему все эти деньги, — сказал Гэри, когда они пробирались сквозь толпу.

— Это инвестиция.

— Во что? Этот парень тратит все свои деньги на помощь больным бедным людям.

— Но представь мир, где все давали деньги на такие вещи.

Гэри обдумывал это мгновение.

— Тогда было бы больше здоровых бедных людей?

Джейсон позволил Гэри вести себя, используя его опыт, когда они осматривали различную броню на продажу. Они проверяли большие прилавки, продающие броню оптовыми партиями, и маленькие прилавки с дорогой, ручной работы. Главный зал был только началом грандиозного базара. Боковые коридоры вели к раскинувшимся аркадам, уставленным бутиками. Джейсон заметил один с вывеской такой длинной, что она грозила посягнуть на соседнюю витрину.

УСТОЙЧИВАЯ ОДЕЖДА ГИЛБЕРТА ДЛЯ РАЗБИРАЮЩЕГОСЯ ДЖЕНТЛЬМЕНА

Джейсон вошел внутрь, это было большое открытое пространство, уставленное броней более легкого типа, которую предпочитал Джейсон, в основном ткань и кожа. Большинство товаров были накинуты на манекены, чтобы продемонстрировать, как сидит одежда. Несколько клиентов просматривали товары, вместе с владельцем в сюртуке, который сильно выпирал посередине. Джейсон узнал пухлую фигуру и лысую голову мужчины средних лет.

— Берт, — позвал Джейсон.

— Действительно, я он, сэр. Гилберт, из «Устойчивой одежды Гилберта для разбирающегося джентльмена». Однако для таких прекрасных людей, как вы, я приглашаю и призываю вас называть меня Берт. Я полагаю по тому блеску узнавания в ваших глазах, что вы знакомы с одним из моих братьев? Пожалуйста, скажите мне, что это не Филберт, из «Изысканной кожаной галантереи Филберта».

— Э-э, нет, — сказал Джейсон. — Я Джейсон, а это Гэри.

Гэри неопределенно помахал рукой оттуда, где он уже осматривал товар.

— Я встречал Бертрама, Альберта и Герберта, но не Филберта, — сказал Джейсон. — Вы восьмерняшки?

— На самом деле, восьмерняшки, — сказал Гилберт.

— Вас восемь?

— Действительно, — сказал Гилберт. — Есть Роберт, который продает фрукты с Гербертом, но на Острове, а не в Старом городе.

— Продают те же фрукты, но в три раза дороже?

— Я узнал в вас джентльмена с проницательностью, — сказал Гилберт. — Есть еще Хьюберт, но мы о нем не говорим. Связался с преступным элементом. Остается только Бертранд. Он красавчик.

— Вы не все идентичны?

— Нет, мы такие.

Джейсон собирался спросить дальше, когда Гэри толкнул его в руку.

— Здесь есть качественные вещи, — сказал Гэри. — Взгляни на это.

— Ах, — сказал Гилберт. — Шелк ткача ловушек, химически обработанный для максимальной устойчивости. Кожаные панели тщательно размещены, чтобы обеспечить дополнительную защиту без ущерба для гибкости. Магия интегрирована прямо в рисунок плетения ткани. Трудная и кропотливая работа, но результаты говорят сами за себя. Это также позволяет создать свободный, струящийся дизайн, что довольно необычно для защитной одежды.

Как и сказал Гилберт, броня была почти мантией, в переливающихся оттенках темно-серого. Более облегающие части вокруг торса, рук и ног имели черные кожаные панели, но многослойная одежда также была драпирована струящейся тканью. Это было странное сочетание тактической брони из мира Джейсона и какой-то мантии волшебника. Джейсон был немедленно ею очарован.

— Там, откуда я родом, есть мифологический орден темных воинов-мистиков, — сказал Джейсон. — Они одеваются так. Не думаю, что вы знаете, где я могу достать меч с лезвием из красного света?

— Не в этом городе, — сказал Гэри. — Я видел некоторые оружия золотого ранга вроде этого.

— Отлично, — сказал Джейсон. — Мне нужно начинать повышать ранг.

— Тебе еще очень, очень далеко до золотого ранга, — сказал Гэри со смехом. — Тебе стоит следить за тем, что перед тобой, пока что.

Гилберт почуял продажу и продолжил свою речь.

— Сочетание оттенков и струящиеся линии ценны для клиентов, которые ценят скрытность, — сказал Гилберт, продолжая свою торговую речь. — Хотя это не подкреплено магией, драпировка ткани разбивает линии тела, делая его труднее узнаваемым в темноте.

— Это действительно работает, — сказал Гэри, — хотя это не имеет особого значения с этим твоим плащом.

Джейсон протянул руку, чтобы провести пальцами по ткани, которая ощущалась гладкой и шелковистой.

Предмет: [Боевая мантия ткача ловушек] (железный ранг, эпический)

Броня на все тело, тщательно изготовленная вручную из шелка и кожи ткачей ловушек. (броня, ткань/кожа).

Эффект: Повышенное сопротивление урону. Высокоэффективна против режущего и колющего урона, менее эффективна против дробящего урона.

Эффект: Восстанавливает урон со временем. Обширный урон может потребовать внешнего ремонта.

Эффект: Поглощает кровь, чтобы предотвратить оставление кровавого следа.

Эффект: Повышает сопротивление эффектам кровотечения и яда.

Эффект: Устойчива к клейким веществам и способностям с клейкими эффектами.

Эффект: Адаптирует посадку под владельца, в определенном диапазоне.

— Ну? — спросил Гэри, знакомый со способностью Джейсона исследовать предметы.

— Мне нравится. Мне очень нравится.

— Вероятно, это будет стоить больше, чем тебе действительно стоит тратить, — сказал Гэри, — но ты всегда должен тратить немного больше, чем хочешь, на броню. Это сохранит тебе жизнь.

— Никакие более мудрые слова никогда не были произнесены в стенах моего заведения, — сказал Гилберт.

Гэри взял на себя задачу сбить цену, оба, он и Гилберт, казались довольными тем, на чем остановилась цифра. Цена была в бронзовых монетах, необычно для снаряжения железного ранга, но у Джейсона не было проблем с качеством продукта. Он видел лишь горстку брони эпического качества за все время их осмотра, ни одна из которых не отвечала его потребностям так хорошо, как та, которую он наконец купил.

Оплатив броню, Джейсон поместил ее в свой инвентарь. Он открыл вкладку нарядов, поместив броню в новый наряд. Затем он нажал кнопку экипировки, и скрывающий дым внезапно окружил его. Он рассеялся мгновением позже, его одежда исчезла, а броня заняла их место.

— Очень впечатляюще, сэр, — сказал Гилберт без видимого удивления. — И могу я сказать, она вам идет. Пожалуйста, посмотрите сами.

Гилберт указал Джейсону на напольное зеркало в углу, где Джейсон любовался собой в темном боевом наряде.

— Думаю, у меня момент чунибё, — сказал Джейсон.

— Прошу прощения, сэр, — сказал Гилберт, — но я не уверен, что улавливаю ваш смысл.

— Мы обнаружили, что лучше не спрашивать, — сказал Гэри.

Теневой плащ Джейсона появился вокруг него, хорошо сочетаясь со струящимися линиями темной брони.

— У меня определенно момент чунибё.

Они покинули «Устойчивую одежду Гилберта для разбирающегося джентльмена», Джейсон снова был в своей уличной одежде.

— Мне нравится, как свободно она ощущается, — сказал он. — Я не был уверен насчет всей этой очень свободной одежды, которую они здесь носят, но как только я начал носить броню, я действительно заскучал по ней.

Джейсон давно купил свежую одежду, выбросив ту, которую добыл в поместье Вейн. Дневная одежда в Гринстоуне не выглядела бы неуместной на тропическом курорте, с яркими цветами и свободными фасонами. Вечерняя одежда была более облегающей и формальной, с расклешенными сюртуками в темных, сдержанных тонах.

— Мне тоже нравится, — сказал Гэри. — Находить одежду, удобную поверх меха, может быть проблемой. Тебе стоит увидеть, что они носят там, откуда я родом. Это в основном просто нижнее белье и куча ремней, нацепленных поверх всего.

Они пробирались сквозь толпу в сторону выхода, но Джейсон остановился, когда заметил прилавок.

— Что это? — спросил Гэри.

Это был большой прилавок, продающий кристаллы записи. Глаза Джейсона упали на коробку кристаллов, продаваемых оптом, на которую он указал скучающей женщине за прилавком.

— Сколько?

Торговый Зал

Джейсон посмотрел на различные доспехи из ткани, развешанные по балкону. Он взял с собой три на полевую экспертизу, и каждый вернул весь в дырах. Гари стоял рядом с Джейсоном и тоже смотрел на них.

“Мне понадобится новая броня, прежде чем я заключу контракт, - сказал Джейсон.

“Я же говорил, что тебе нужно что-нибудь потяжелее, - сказал Гари.

Вся броня состояла из тяжелой ткани с несколькими усиленными секциями. Сочетание магической конструкции и алхимической обработки ткани сделало его более жестким, чем казалось, но эффект был ограничен.

“Я не хочу терять гибкость, - сказал Джейсон. “Мои силы лучше приспособлены к скорости и подвижности, исцеляя случайные удары.”

“Тогда, если не увеличить объем, - сказал Гари, - то придется увеличить качество.”

“Я имею в виду что-то более дорогое, - сказал Джейсон.

- Совершенно верно, - подтвердил Гари. “Это не значит, что у тебя нет денег, и ты действительно можешь назначить цену за то, чтобы не умереть”

“С этим, конечно, трудно спорить, - сказал Джейсон. “И у меня все еще есть приличная сумма денег.”

“Ты определенно должен купить что-нибудь хорошее, - сказал Гари, - но не заходи слишком далеко с железными доспехами. Просто найди что-нибудь разумно защитное и накопи на бронзовый ранг. То, что тебе действительно нужно,- это то, что имеет чары самовосстановления, которые сэкономят много денег на ремонте.”

“Ты не знаешь, где найти что-нибудь подобное?- Спросил Джейсон. “Я осмотрел районные рынки гильдии, и это было лучшее, что я нашел.”

Он указал на потрепанные доспехи.

“Есть только одно место, куда можно пойти за действительно хорошими вещами, - сказал Гари. “Теперь ты авантюрист, так что можешь начать наслаждаться привилегиями.”

* * *

Джейсону не разрешили войти в торговый зал общества приключений, но он видел его снаружи. Это был огромный комплекс зданий сразу за станцией кольцевой линии, с несколькими примыкающими строениями, соединяющимися с массивным центральным зданием.

Это был огромный базар, ограниченный членами общества приключений, а также торговцами, получившими разрешение действовать там. Это было место, где искатели приключений могли обменять любые ценности, продать старое оборудование и купить снаряжение и припасы для своих приключений. Джейсон еще не получил свой значок общества приключений, получив временное разрешение, которое он получил по результатам своей оценки.

Войдя в главный зал, Гари повел их вперед, и они влились в толпу, столь же переполненную, как и любой уличный рынок Старого города. Это была просторная открытая комната, высотой в три этажа, с двумя мезонинами. Свет лился из ряда световых люков, которые составляли большую часть потолка.

Первый этаж представлял собой шумную смесь прилавков, от полупостоянных до очень временных. Некоторые были просто открытой палаткой с несколькими предметами, разложенными на столе. Другие были по существу магазинами, построенными из искусно окрашенных и сплетенных тростниковых панелей, дополненных вывесками. Большинство упало где-то посередине, но все были заполнены людьми почти плечом к плечу.

“Я и не знал, что здесь так много искателей приключений, - сказал Джейсон, громко перекрикивая шум толпы.

“Многие из них не являются активными авантюристами, - сказал Гари. - В основном это пользователи эссенции из аристократических и богатых семей, которые вступили в общество ради выгоды. Например, ради права приходить сюда.”

“Но ведь они должны были пройти полевую экспертизу, верно?”

“Не все оценки на местах одинаковы, - сказал Гари. - Просто спроси Руфуса, если хочешь услышать его жалобы в течение часа. Проблема здесь еще хуже, чем в большинстве других мест.”

“А как насчет чудовищных скачков?- Спросил Джейсон. “Они должны быть готовы к этому, верно?”

“Да, - ответил Гари, - но в большинстве мест действует так называемая резервная программа.”

- То есть они будут стоять сзади?- Спросил Джейсон.

“Ну, это во-первых, - сказал Гари.

Гари повел его в ту часть зала, где аркады вели к другим зданиям комплекса, но вместо того, чтобы покинуть главный зал, они поднялись по одной из широких лестниц, ведущих наверх.

- На первом этаже все железное, - сказал Гари. “Следующий этаж - бронзовый.”

Второй и третий этажи были мезонинами. Гари не стал задерживаться на втором, а повел их к третьему.

- Третий этаж-серебряный?- Предположил Джейсон.

- Нет, здесь на это нет спроса, - сказал Гари. - По-видимому, во всем городе всего сорок серебряных ранкеров, и они не очень активны. Уровень магии здесь слишком низок, поэтому монстры серебряного ранга встречаются редко. Любые серебряные ранкеры здесь постоянно в лучшем случае полуотставные. Такие люди, как Даниэль Геллер и Талия Мерсер, находятся здесь только в ожидании чудовищного всплеска.”

“Так для чего же нужен третий этаж?- Спросил Джейсон.

- Брокерские конторы, - сказал Гари. - Большинство авантюристов не утруждают себя арендой ларька и ожиданием, пока люди купят любую случайную кучу добычи, которая у них есть. Брокеры покупают практически все ценное и сортируют его для более эффективной продажи. За процент, конечно.”

“Это разумно, - сказал Джейсон.

- Брокеры тоже организуют аукционы, - сказал Гари. “В таком маленьком городе, как этот, они обычно придерживают ценные вещи, такие как эссенции и пробуждающие камни. Затем брокеры будут работать вместе, чтобы провести большой аукцион. Как только мы закончим этот щит, он будет продан на аукционе.”

Самым ценным предметом, который Джейсон награбил во время полевых исследований, был панцирь рунной черепахи. Найти неповрежденный было редкостью и прибыльным делом, так как они могли быть превращены в магические щиты. Гари и Фарра собирались работать над ним вместе, а затем поделить прибыль с Джейсоном на три части.

- Большинство брокеров также предоставляют услуги по обмену денег, - сказал Гари. “Если ты хочешь разделить монету, скажем, бронзу на железо, они сделают это бесплатно. Если идешь в обратную сторону, они берут десять процентов. Это стандартно везде, так что если они попросят больше, просто иди куда-нибудь еще.”

Гари провел их в брокерскую контору, где их встретила секретарша. Их быстро провели в комнату, где их встретил эксперт по предметам, который оценил бы предметы, чтобы они могли получить деньги. Они просто должны были выложить все на стол, чтобы асессор подошел.

Джейсон разложил различные предметы, которые он украл у монстров. Там была кора скрытня, ядра монстров и множество сыпучих драгоценных камней квинтэссенции. По совету Гари Джейсон сохранил некоторые вещи, но большая их часть была убрана, чтобы освободить место во все более полном инвентаре Джейсона. Даже если множество предметов укладывалось в одну щель, он был близок к тому, чтобы заполнить все сорок мест. У Джейсона был странный момент, когда он достал волшебную мантию, которую он взял у Ландемира Вейна.

Ландемир был первым человеком, которого Джейсон встретил в своем новом мире. Он также был первым человеком, которого убил Джейсон. Прошло меньше двух месяцев, но он чувствовал себя совершенно другим человеком, чем тот испуганный идиот в подвале семьи Вейнов.

“Что-то не так?- Спросил Гари, и Джейсон понял, что смотрит в пространство, держа мантию в руках. Кровь с них уже давно смыли.

- Я в порядке, - сказал Джейсон, кладя сложенные халаты на стол.

Со свежими монетами, добавленными к валютному прилавку в его инвентаре, они направились вниз и в главный зал. Пробираясь сквозь толпу, пока они рассматривали товары, Джейсон заметил знакомое лицо. Стойка Джори не была одной из постоянных, но она была одной из самых больших. В передней части стоял стеклянный прилавок, уставленный разноцветными бутылочками и флаконами, за которыми стоял сам Джори. Большая часть ларька представляла собой складское помещение, скрытое за занавеской. Пока Джори продавал женщине флакон духов, Джейсон внимательно изучал доску рядом с прилавком, перечисляя доступные товары.

- "Хрустальная стирка", - прочел он вслух.

- Серьезно?- Спросил Джори, когда его клиентка присоединилась к толпе. “Я могу сделать множество их, и есть другие люди, которые хотят их купить. Люди, которые не получают скидку друга.”

“Ты ведь понимаешь, что мне пришлось тащиться через болото? Чтобы защитить бедных, невинных людей дельты?”

Джори застонал.

“Я могу дать тебе один ящик, но это все на неделю.”

- Двенадцать бутылок?- Сказал Джейсон. - Я не могу обойтись двенадцатью бутылками.”

“Ты ведь разбираешься в душах и ваннах, верно?- Спросил Джори.

“Он чистит им зубы, - сказал Гари.

- Что?- Сказал Джори.

- У меня во рту сразу становится свежо, - сказал Джейсон.

“Ну, если ты хочешь большего, - сказал Джори, - я здесь не единственный алхимик.”

“А как насчет тех помощников, о которых ты говорил в Ассоциации алхимиков?- Спросил Джейсон.

- Расширение моих операций - это не то, что я могу сделать просто по прихоти, ты же знаешь. У меня много требований к своему времени.”

“Я так и думал, что тебе нужны помощники, - сказал Джейсон. - Кто-то, кто возьмет на себя работу ворчуна.”

Они остановились, чтобы Джори продал авантюристу связку зелий.

“Все не так просто, - сказал Джори, возобновляя их разговор. “Если я собираюсь сделать это правильно, мне нужно построить целый новый объект. Дополнительное пространство, новое оборудование. Зарплата для помощников. Ты же знаешь, под какими наценками я работаю.”

“Это справедливо, - сказал Джейсон. - А ты подумывал об инвесторах?”

“Ты предлагаешь?- Спросил Джори.

Джейсон поднял руку с тремя золотыми монетами, зажатыми между большим и указательным пальцами.

- Что-то вроде этого заставит тебя начать?”

Торговый Зал, ч.2

Основной монетой королевства была монета меньшего ранга. Монеты железного духа стоили сотни меньших монет, которыми пользовались крупные торговцы, авантюристы и другие представители богатой элиты. После этого было десять железных к бронзе, десять бронзовых к серебру и десять серебряных к золоту. Золотые монеты духа в руке Джейсона стоили триста тысяч единиц основной валюты.

“Ты что, серьезно?- Сказал Джори, и Джейсон положил монеты на прилавок. Джори нерешительно поднял их, разглядывая на ладони.

“Ты знаешь, скольким людям я могу помочь с такими деньгами?- Спросил Джори.

“Не имеет значения, скольким людям ты помогаешь, - сказал Джейсон. - Важно то, что мне достанется еще один ящик кристальной стирки.”

* * *

“Я все еще не могу поверить, что ты дал ему столько денег, - сказал Гари, когда они пробирались сквозь толпу.

“Это инвестиция, - сказал Джейсон.

“В каком смысле? Этот парень тратит все свои деньги на помощь больным беднякам.”

- Но представь себе мир, где все дают деньги на такие вещи, - сказал Джейсон.

Гари на мгновение задумался.

- Тогда было бы больше здоровых бедных людей?”

Джейсон позволил себе руководствоваться опытом Гари, когда они рассматривали различные доспехи для продажи. Они проверили большие киоски, торгующие доспехами на рабочих местах, и маленькие киоски с дорогими изделиями ручной работы. Главный зал был только началом большого базара. Боковые коридоры вели к широким аркадам, уставленным бутиками. Джейсон заметил одну из них с такой длинной вывеской, что она угрожала вторгнуться в соседнюю витрину.

ЖИЗНЕРАДОСТНЫЙ НАРЯД ГИЛБЕРТА ДЛЯ ВЗЫСКАТЕЛЬНОГО ДЖЕНТЛЬМЕНА

Джейсон вошел внутрь, где было большое открытое пространство, выложенное броней более легкой разновидности, которую предпочитал Джейсон, в основном тканью и кожей. Большинство товаров были развешаны на манекенах, чтобы продемонстрировать, как они висят. Несколько покупателей внимательно рассматривали товар, а также хозяин в сюртуке, который сильно выпирал посередине. Джейсон узнал толстую фигуру мужчины средних лет и лысеющую голову.

- Берт, - сказал Джейсон.

“Совершенно верно, сэр. Гилберт, о жизнерадостном наряде Гилберта для разборчивого джентльмена. Но для таких прекрасных людей, как Вы, я призываю Вас называть меня Берт. Судя по блеску узнавания в Ваших глазах, Вы знакомы с одним из моих братьев? Пожалуйста, скажите мне, что это не Филберт из магазина "Филберт Файн кож".”

“Э, нет, - сказал Джейсон. “Я Джейсон, а это Гари.”

Гари неопределенно махнул рукой с того места, где он уже осматривал товар.

“Я встречал Бертрама, Альберта и Герберта, но не Филберта, - сказал Джейсон. “Вас пятеро детей?”

“Вообще-то, это восьмерка, - сказал Гилберт.

“Вас что, восемь человек?”

“Конечно, есть, - сказал Гилберт. - Есть Роберт, который торгует фруктами вместе с Гербертом, но на острове, а не в Старом городе.”

- Продаете те же фрукты, но берете втрое больше?- Спросил Джейсон.

“Я знал, что Вы проницательный джентльмен, - сказал Гилберт. “Есть еще Хьюберт, но мы о нем не говорим. Попался криминальный элемент. Остается только Бертран. Это он такой красивый.”

“Разве вы не все одинаковые?”

“Нет, это мы.”

Джейсон уже собирался продолжить расспросы, когда Гари толкнул его под локоть.

“Здесь есть кое-что хорошее, - сказал Гари. - Взгляни на это.”

- А-а, - протянул Гилберт. - Ловушка из шелка ткачей, обработанная алхимически для максимальной упругости. Кожаные панели тщательно размещены, чтобы обеспечить дополнительную защиту без ущерба для гибкости. Магия интегрирована вплоть до ткацкого узора ткани. Сложная и кропотливая работа, но результаты говорят сами за себя. Он также допускает свободный, струящийся дизайн, что довольно необычно с защитной одеждой.”

Как и сказал Гилберт, доспехи были почти одеянием, переливающимся оттенками темно-серого. Более подходящие части вокруг туловища, рук и ног были отделаны черной кожей, но многослойная одежда также была задрапирована струящейся тканью. Это было странное сочетание тактической брони из мира Джейсона и какого-то волшебного одеяния. Джейсона это сразу же захватило.

“Там, откуда я родом, существует мифологический орден темных воинов-мистиков, - сказал Джейсон. - Они так одеваются. Я не думаю, что ты знаешь, где я могу достать меч с лезвием, сделанным из красного света?”

“Только не в этом городе, - сказал Гари. “Я видел такое оружие золотого ранга.”

- Хорошо, - сказал Джейсон. “Я должен начать составлять рейтинг.”

“Ты очень, очень далек от золотого звания, - со смехом сказал Гари. “Пока что ты должен следить за тем, что перед тобой.”

Гилберт почуял распродажу и продолжил свою болтовню.

"Сочетание оттенков и плавных линий имеет ценность для клиентов, которые ценят скрытность", - сказал Гилберт, продолжая свой рекламный ход. - Хотя и без помощи магии, драпировка ткани разрывает линии тела, делая его более трудным для распознавания в темноте.”

“Это действительно работает, - сказал Гари, - хотя с твоим плащом это не имеет значения.”

Джейсон протянул руку, чтобы провести пальцами по ткани, которая на ощупь была гладкой.

Предмет: [боевой халат Ткача ловушки] (железный ранг, эпический)

Полный бронежилет, тщательно изготовленный вручную из шелка и кожи ткачей-ловушек. (броня, ткань / кожа).

Эффект: повышенная устойчивость к повреждениям. Очень эффективен против режущих и прокалывающих повреждений, менее эффективен против тупых повреждений.

Эффект: восстанавливает повреждения с течением времени. Обширные повреждения могут потребовать внешнего ремонта.

Эффект: впитывает кровь, чтобы предотвратить оставление кровавого следа.

Эффект: Повышает устойчивость к кровотечениям и ядовитым воздействиям.

Эффект: устойчивость к адгезионным веществам и способности к адгезионному воздействию.

Эффект: приспосабливается к владельцу, в пределах определенного диапазона.

- Ну что?- спросил Гари, знакомый со способностью Джейсона исследовать предметы.

“Мне нравится, - сказал Джейсон. “Мне это очень нравится.”

“Это, вероятно, будет стоить больше, чем ты должен потратить на самом деле, - сказал Гари, - но ты всегда должен тратить немного больше, чем хочешь на броню. Это сохранит тебе жизнь.”

“В стенах моего заведения никогда не произносили более мудрых слов, - сказал Гилберт.

Гари взял на себя задачу сбить цену, и он, и Гилберт, казалось, были довольны тем, где приземлился номер. Цена была указана в бронзовых монетах, что было необычно для железного снаряжения, но Джейсон не сомневался в качестве товара. Он видел только горстку доспехов эпического качества за все время их просмотра, ни один из которых не удовлетворял его потребности так хорошо, как тот, который он в конце концов купил.

Заплатив за доспехи, Джейсон положил их в свой инвентарь. Он поднял вкладку "экипировка", вставляя броню в новую экипировку. Затем он нажал кнопку "экипировка", и его внезапно окружил густой дым. Через мгновение все прояснилось, одежда исчезла, а доспехи остались на своих местах.

- Весьма впечатляюще, сэр, - сказал Гилберт без всякого удивления. - И могу я сказать, что он Вам очень идет. Пожалуйста, посмотрите сами.”

Гилберт указал Джейсону на стоящее в углу зеркало, где Джейсон любовался собой в темном боевом облачении.

“Я думаю, что у меня момент чунибье(синдром восьмиклассника), - сказал Джейсон.

“Прошу прощения, сэр, - сказал Гилберт, - но я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду.”

“Мы считаем, что лучше не спрашивать, - сказал Гари.

Плащ-тень Джейсона появился вокруг него, сливаясь с плавными линиями темных доспехов.

“У меня точно момент чунибье.”

Они оставили жизнерадостный наряд Гилберта для проницательного джентльмена с Джейсоном в его уличном наряде.

“Мне нравится, как он свободен, - сказал он. “Я не был уверен насчет всей этой действительно свободной одежды, которую они носят здесь, но как только я начал носить броню, я действительно скучал по ней.”

Джейсон давным-давно купил свежую одежду, выбросив ту, что награбил в поместье Вейнов. Дневная одежда в Гринстоуне не будет выглядеть неуместно на тропическом курорте, с яркими цветами и свободными посадками. Вечерняя одежда была более строгой и строгой, с расклешенными сюртуками темных, строгих тонов.

“Мне тоже нравится, - сказал Гари. - Поиск удобной одежды поверх меха может быть болезненным. Ты бы видел, что они носят там, откуда я родом. Это в основном просто нижнее белье и куча ремней, привязанных поверх всего.”

Они пробирались сквозь толпу к выходу, когда Джейсон остановился, заметив ларек.

“В чем дело?- Спросил Гари.

Это был большой киоск, торгующий записывающими кристаллами. Взгляд Джейсона упал на коробку с кристаллами, которые продавались оптом, и он указал на скучающего вида женщину за прилавком.

- Сколько стоит?”

Чертовы Приключения

- Привет, - сказал Джейсон, махнув рукой кристаллу, парящим перед ним. “Я не уверен, увидите ли вы это, но я не умер, и со мной не произошло ничего, о чем вы там могли думать. Вы, вероятно, поймете это, так как единственный способ увидеть эту запись, только если я ее вам отдам .” Он издал недовольный вздох. - Может быть, мне следовало написать сценарий. Ну и ладно. С чего мне начать? Прошло около двух месяцев с тех пор, как я приехал сюда. Где это сюда? Это очень сложно. У меня появились друзья. Я только что получил новую работу, хотя еще и не начинал. Они должны были прислать мое удостоверение сегодня. Процесс подачи заявки включал в себя что-то вроде недельного задания, с которого я вернулся пару дней назад.” Он глубоко вздохнул. - Полагаю, мне следует начать с этого сложного вопроса о том, где я нахожусь. Как видите, сейчас я нахожусь в дорогом гостиничном номере. На самом деле это не мой дом, он напротив. Этот принадлежит одному из тех друзей, о которых я упоминал. Они пошли в трехкомнатную, которая за этой милой, открытой гостиной.” Джейсон купил записывающие кристаллы, которые давали ему возможность контролировать их движение. Он встал и вывел его на балкон, откуда открывался вид на океан. - Мило, правда? Один из моих новых друзей-большая шишка, так что ему досталась лучшая комната в доме. Мы находимся на искусственном острове, что довольно странно, учитывая его размеры. В какой-то момент я сделаю тур-видео. Метро здесь потрясающее.”

- Джейсон, - раздался изнутри голос Фарры. “С кем ты разговариваешь?”

Джейсон вернулся в дом. Хотя он еще не был на работе, пройдя проверку в обществе приключений, Руфус решил объявить Джейсона готовым руководить его собственным обучением. Хотя он и другие иногда давали указания, часы интенсивного надзора ушли в прошлое, оставляя другим больше времени для их собственных занятий. Фарра и Гари работали над рунным черепашьим щитом, который они собирались продать, в то время как Руфус готовился расширить интересы своей семьи в Гринстоуне.

“Я разговариваю со своей семьей, - сказал Джейсон, возвращаясь в дом. Фарра и Гари только что вернулись.

- Твоей семьей?- Спросила Фарра.

“Это записывающий камень, - сказал Джейсон. “Я решил записать время, проведенное здесь. Что-то, что я смогу им показать, если когда-нибудь вернусь домой. Семья, это Фарра и Гари.”

- Э-э, привет, - сказала Фарра, неловко помахав рукой, как в домашнем фильме, что явно выходило за рамки реальности.

- Эй!- Сказал Гари, с энтузиазмом махая рукой. - Привет, семья Джейсона!”

- Разве богиня знаний не сказала тебе, что ты обязательно вернешься домой?- Спросила Фарра.

“Я не слишком доверяю авторитетам, - сказал Джейсон, деактивируя Кристалл. Он достал из инвентаря карусель, полную записывающих кристаллов в маленьких лотках. Он убрал Кристалл в пустую щель и вернул карусель в инвентарь.

“Ты ведь понимаешь, что общество приключений, в которое ты только что вступил, - это всемирная организация, верно?- Спросила Фарра. - Мировой авторитет.”

“Я предвижу странные трения, - сказал Джейсон. “Я знаю, что не всем нравлюсь, но приход в этот мир-это шанс стать тем, кто я есть, принять себя или оставить.”

“Даже если это убьет тебя, - весело сказал Гари. “Значит, ты решил оставить себе то, что случайно отправит тебя домой?”

“Да, - ответил Джейсон. “Я всегда могу передумать, но пребывание здесь дало мне некоторое представление о том, что действительно важно. Большинство из них я уже давно не видел.”

“Что между вами произошло?- Спросила Фарра.

- Любовь всей моей жизни изменила мне с моим братом, потом они поженились, и моя мать в основном сказала мне заткнуться и принять это как мужчина.”

- Сурово, - сказал Гари.

“Мы никогда по-настоящему не ладили, - сказал Джейсон. - Мой брат-это все, что она когда-либо хотела в сыне. С папой все было как раз наоборот. Это всегда были он и я, но после того, как все сложилось, я не видел его так часто.”

В дверь постучали, и Гари впустил Винсента. Они все сели в гостиной, и Джейсон поставил поднос с закусками, которые он взял из своего инвентаря.

“Ты только что приготовил их?- Спросил Гари, беря засахаренную виноградину.

“Оказывается, мое хранилище сохраняет свежесть и температуру, - сказал Джейсон. - И это к счастью, потому что я почти два месяца держал там это тираническое мясо фазана.”

“Ты имеешь в виду мясо, которое я ел на днях?- Спросил Гари.

“Именно, - сказал Джейсон. “Так вот почему ты его не захотел? Проверял его на мне?”

“Меня бы это не беспокоило, - сказал Джейсон. - я сопротивляюсь яду.”

“А я нет, - сказал Гари.

“Ты бронзовый ранг, - сказал Джейсон. “Все будет в порядке. Если ты беспокоишься о еде, которую я готовлю, тебе не нужно есть эти закуски, - сказал Джейсон.

Гари посмотрел на засахаренную виноградину в своих пальцах, затем положил ее в рот. “Мы не должны заходить так далеко», - пробормотал он.

Винсент наблюдал за обменом репликами, приподняв брови. “Вы двое уже закончили?”

“Ты говоришь, как Руфус, - сказал Гари.

“Я не думаю, что Руфус смог бы отрастить эти усы, - сказал Джейсон. Джейсону нравился Винсент. Это был очень серьезный человек с очень пышными усами, которые Джейсон оценил по достоинству.

“Возникла небольшая проблема с твоим значком общества, - сказал Винсент. Получив подтверждение, что он прошел аттестацию, Джейсон прошел заключительный этап становления членом общества приключений. У каждого члена был значок, который выполнял различные функции, помимо подтверждения членства. Это позволяло членам заявлять о приключениях и позволяло обществу отслеживать членов в случае их пропажи. Кроме того, он немедленно сообщал обществу о смерти своего члена. Значки находились в ведении отдела логистики общества приключений, одним из главных должностных лиц которого был Винсент. Помимо оценки и введения в должность новых членов, в их обязанности входило выдача и контроль за выдачей членских удостоверений. Хотя значки управлялись обществом приключений, их создало магическое общество. Джейсона послали в магическое общество, чтобы они могли взять отпечаток ауры, из которого можно было бы сделать его значок. Это был простой процесс, просто стоя в середине магического круга около минуты.

“Каждый раз, когда делается значок, - сказал Винсент, - он соединяется с камнем слежения. Он говорит нам, живы вы или мертвы, и позволяет нам найти вас, если вы пропадете или умрете. Но твой не работает. Камень не может отследить твой отпечаток ауры.”

“Я уже видела это раньше, - сказала Фарра. - У некоторых людей есть способности, которые блокируют магическое отслеживание.”

“Это тоже была оценка магического общества», - сказал Винсент.

Фарра повернулась к Джейсону: “У тебя есть темная сущность, верно?- спросила она его. - Многие скрытые способности могут защитить тебя от определения местоположения.”

“Это не темная сущность, - сказал Джейсон. “Это одна из моих других способностей. Мои, э-э, загородные способности.”

Способность: [Таинственный Незнакомец] Невосприимчивость к эффектам идентификации и отслеживания. “Похоже, я совершенно невосприимчив к эффектам слежения, - сказал Джейсон.

Винсент кивнул. “Прекрасно, - сказал он. “До тех пор, пока мы будем знать, что никто не вмешивается в нашу систему членства.”

“Так что это значит-получить мой значок?- Спросил Джейсон.

“Мы мало что можем сделать, - сказал Винсент. - Твой значок по-прежнему будет отлично подходить для твоей авантюрной деятельности. Это просто значит, что мы не сможем тебя выследить, если ты пропадешь. Или найти твое тело, если умрешь в одиночестве.”

“Я могу жить с этим, - сказал Джейсон. - Во всяком случае, выслеживание каждого кажется немного мрачным.”

Винсент выхватил из воздуха какой-то предмет. Многие пользователи эссенции обладали способностью хранить предметы в пространственных пространствах, таких как инвентарь Джейсона или бездонный каменный сундук Фарры. Винсент протянул Джейсону квадратный кожаный предмет. Это был бумажник со значком, который Джейсон раскрыл, чтобы увидеть значок внутри. Это был круглый медальон из железа, украшенный мечом и жезлом, перекрещенными на щите; эмблема общества приключений.

- Поздравляю, - сказал Винсент. “С этого момента ты официально являешься членом общества приключений на хорошем счету. Этот значок символизирует твое членство и власть, которую ты представляешь.”

“У меня есть полномочия?- Спросил Джейсон, открывая бумажник, как телевизионный полицейский, сверкающий своим значком.

“Не совсем, - ответил Винсент. - Есть определенный уровень престижа, который исходит от членства, но любая реальная власть исходит от контракта, который ты выполняешь. Распространенный пример-когда город заключает контракт на поимку разыскиваемого преступника. Кто бы ни был назначен на этот контракт, он имеет право расследовать и арестовывать, дарованное городом, но только до тех пор, пока они находятся на этом контракте. Однако у тебя нет звания, чтобы взять на себя такой контракт.”

“У меня есть звание?- Спросил Джейсон.

“Твое звание видно на твоем медальоне, - сказал Винсент. - Одна звезда, железный ранг.” Джейсон посмотрел на свой новый значок. На железном медальоне под эмблемой общества приключений красовалась одинокая звезда. - Система ранжирования общества приключений состоит из двух частей, - объяснил Винсент. "Первый элемент не оценивается вообще, будучи отражением твоего ранга как пользователя эссенции. Ты железный ранг, значит, ты член железного ранга.”

- Все очень просто, - сказал Джейсон.

- Вторая часть-это не оценка твоей силы, а твое суждение. Это звездный рейтинг, и он полностью определяется обществом приключений. Все начинают с одной звезды, причем максимальное число звезд-три. Количество звезд определяет виды контрактов, которые ты можешь взять. Контракты на одну звезду-это чистая охота на монстров, без каких-либо сложных элементов.”

“Каков ваш звездный рейтинг?- Спросил Джейсон.

- Работники общества действуют вне рейтинговой системы, - сказал Винсент. "Это помогает нам работать с членами, независимо от их ранга.”

“Логично, - согласился Джейсон. “Если у вас есть двухзвездочный работник, который руководит операцией с трехзвездочными членами, они могут начать брать все в свои руки.”

- Вот именно, - сказал Винсент.

“Так что насчет вас двоих?- Спросил Джейсон у Гари и Фарры.

- Две звезды, - сказала Фарра. - И Руфус тоже. Мы вроде как надеялись, что после контракта с Вейном нас поднимут до трех, но из этого ничего не вышло.”

- Руфус дал честный отчет, - сказал Гари. “Мы вышли не очень хорошо выглядящими.”

- По иронии судьбы, ты выглядел, - сказал Винсент Джейсону. “Я видел этот отчет.”

“Полагаю, это не считается с моими шансами на повышение?- Спросил Джейсон.

- Не прямо, - ответил Винсент, - но это может быть учтено в будущем. После других достижений общество может рассмотреть твою кандидатуру для продвижения по службе. Достижения, достигнутые уже в период, когда ты являешься авантюристом."

“Так что же на самом деле означают две и три звезды?- Спросил Джейсон.

- Короче говоря, - сказал Винсент, - две и три звезды означают степень доверия к вашим суждениям со стороны общества приключений. Две звезды означают, что общество признает твою способность взять на себя, по крайней мере, некоторый уровень реальной, неконтролируемой ответственности. Ты сможешь заключать различного рода контракты, например, расследовать потенциально опасные ситуации или неизвестные явления. Это также означает, что ты можешь возглавлять небольшие экспедиции членов одной звезды.”

“Мы так и не добрались до двухзвездочного железного ранга, - сказал Гари. “В областях высокой магии не так уж много шансов блеснуть. Вы проводите все время, следуя за более могущественными авантюристами, чтобы не умереть.”

- Три звезды - это почти то же самое, что две, но больше, - сказал Винсент.

- Три звезды означают, что они доверяют тебе, когда дело доходит до политики, - сказала Фарра.

“Это справедливая оценка, - сказал Винсент. "Ожидается, что три звездных члена будут предвидеть и управлять последствиями на более высоком уровне, чем другие авантюристы.”

“А как добиться повышения?- Спросил Джейсон.

“Ты можешь подать заявление, - сказал Винсент, - обычно на основании каких-то достижений. Однако общество предпочитает выбирать для себя. Когда они решат, что ты работаешь на более высоком уровне, чем твой текущий ранг, они проведут оценку. Нам не нравится видеть, как полезные активы тратятся на работу, которую может сделать любой идиот.”

“Я думаю, он говорит о тебе, - сказала Фарра Гари.

“Ты ничуть не выше меня по званию, - парировал Гари.

“Есть одна важная вещь, о которой следует помнить, - сказал Винсент, игнорируя эту пару. "Строгость, с которой рассматриваются продвижения по службе, растет вместе с силой. То, что достаточно хорошо для двух звезд в железном ранге, не то же самое, что в бронзовом или серебряном ранге, где ставки выше. Таким образом, ты можешь ожидать снижения звездного ранга каждый раз, когда ты увеличиваешь уровень власти. Если, конечно, у тебя все еще не одна звезда. Никто ничего не ждет от тебя, если ты застрял на этом уровне.”

“Он все еще говорит о тебе, - сказала Фарра.

“У меня две звезды, - сказал Гари. “Мы одного ранга.”

“Ну и что теперь?- Спросил Джейсон.

“Это просто, - сказал Гари. “Теперь ты искатель приключений. Иди в зал вакансий, получи контракт и займись какими-нибудь чертовыми приключениями.”

Ошибка невозвратных затрат

Ошибка невозвратных затрат

Джейсон пробовал кое-что новое на своей утренней пробежке до клиники Джори. С плащом теней вокруг него он использовал его способность уменьшать свой вес, чтобы ускорить свой прогресс. Это требовало тщательного контроля, отталкиваясь каждым шагом с полным весом, а затем уменьшая его, чтобы позволить силе продвинуть его. Сначала это вообще не работало, так как он подпрыгивал в воздух или спотыкался и падал.

Постепенно осваиваясь, он выработал необычный шаг. Его шаги стали реже, но с прыжковой силой, которая отправляла его скользить почти невесомо по земле. Недостатком было то, что уменьшение веса медленно потребляло его ману. К тому времени, как он запыхавшись прибыл к Джори, маленькая полоска маны на краю его зрения была такой же пустой, как и его выносливость. Он был так же истощен ментально, как и физически.

Когда Джейсон шатаясь вошел через заднюю дверь клиники, Джори быстро привел кого-то, на ком Джейсон мог использовать свою силу. Пациент выглядел хуже, чем Джейсон, с бледной кожей и странной походкой. Его сопровождал в комнату глубоко неприятный запах. Джейсон протянул уставшую руку, бормоча заклинание для заклинания.

“Накорми меня своими грехами.”

Вы очистили все случаи болезни [Дизентерия] от [Человек]

Вы очистили все случаи болезни [Сифилис] от [Человек]

Ваша выносливость и мана были восстановлены.

И Джейсон, и пациент испустили вздохи облегчения.

— Спасибо, сэр, — сказал мужчина Джейсону, когда Джори вывел его. — Я не мог особо дойти сюда, не испачкавшись немного.

— О, мы заметили, — сказал Джори.

— Я слышал, он сказал что-то о грехах? — спросил мужчина Джори.

— Не беспокойся об этом, — сказал Джори. — Просто иди домой и приводи себя в порядок.

Джори вернулся и нашел Джейсона, прислонившегося к стене. Нескольких наложений, которые он вытянул из пациента, было недостаточно, чтобы полностью восстановить его.

— Что с тобой случилось?

— Я пробую новую вещь с одной из моих способностей. Что-то, чтобы помочь мне путешествовать быстрее. Я собираюсь забрать свой первый контракт сегодня, и большинство из них будет в дельте.

— Почему бы не нанять хайдела с конюшни? Это то, что делает большинство искателей приключений.

— Они меня пугают, — сказал Джейсон. — Они как лошадь, за исключением того, что ужасно, ужасно неправильные.

— Я не знаю, что такое лошадь, но почему ты думаешь, что хайделы пугающие?

— Они пугающие.

— В тебе живет монстр-пиявка, и ты думаешь, что хайделы пугающие?

— Да, ну... на самом деле, это довольно хороший аргумент. Тем не менее, я могу думать, что они пугающие, если хочу; это субъективная позиция. Можешь помочь мне с дешевыми зельями выносливости и маны?

— Это не проблема, — сказал Джори. — Делать их дешево было одними из самых ранних результатов моих экспериментов. Они не будут такими сильными, как более дорогие, правда.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Мне просто нужно что-то, чтобы немного подзаправиться. Я приберегу высокоэффективные вещи для боя.

— У меня ящики дешевых вещей, — сказал Джори. — Можешь взять их по себестоимости.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Я буду проводить больше времени в дельте сейчас. Вероятно, я не смогу появляться по расписанию так часто.

— Не беспокойся, — сказал Джори. — Клиника отлично справлялась до твоего прихода.

— Я не говорю, что не буду здесь, — сказал Джейсон. — Просто время может стать немного беспорядочным.

— Любое время, которое ты сможешь уделить, я буду ценить, — сказал Джори. — Все равно станет немного суетливо, как только начнется расширение.

— Как оно идет?

— Я купил здание по соседству. Я собираюсь соединить два здания, используя это как клинику, а в другом разместить огромный алхимический объект. Строительство начнется через несколько дней.

— Лучше приводи следующего пациента, — сказал Джейсон. — Я хочу пройти через них и направиться в зал заданий.

— Не проблема, — сказал Джори, направляясь к двери. Он остановился, оглядываясь на Джейсона. — Ты передавал странные духовные монеты?

— Те, что я дал тебе, должны были быть законными.

— Не те, — сказал Джори. — Железного ранга. Дженис сказала, какой-то парень из Магического общества приходил искать тебя.

— Это плохо?

— Не если ты не передавал фальшивые монеты.

— Не думаю, что они фальшивые, — сказал Джейсон. — Просто персонализированные.

— Что ты имеешь в виду, персонализированные? — спросил Джори.

Джейсон достал монету, проверил, что она одна из его, и бросил ее Джори, который осмотрел ее.

— Это твое изображение? — спросил Джори, вглядываясь.

— Ага.

— Подожди секунду, — сказал Джори, направляясь к лестнице. Он вернулся с каменной пластиной, с шестью вставленными в нее драгоценными камнями. Он положил ее на скамью и поместил монету Джейсона на нее. Второй камень немедленно загорелся сине-серым цветом железной духовной монеты.

— Монета в порядке, — сказал Джори. — Они все такие же, как эта?

— Да.

— Способность к сбору добычи?

— Именно.

— Неудивительно, что ты не против лечить людей бесплатно, — сказал Джори. — Ты можешь буквально выбивать монеты из монстров. Я пойду найду еще больных людей для тебя.

— Подожди, — сказал Джейсон. — Что мне делать с парнем из Магического общества?

— Монеты — настоящая сделка, — сказал Джори, — так что не беспокойся об этом. Ты теперь парень из Общества искателей приключений. Существует своего рода дружеское соперничество между Магическим обществом и Обществом искателей приключений, по крайней мере между людьми, которые не являются членами обоих. Если он появится, не стесняйся подколоть его. Просто делай то, что обычно делаешь с людьми.

— Что я обычно делаю с людьми?

— Сбиваешь их с толку, пока они не захотят ударить тебя по лицу.

* * * Зал заданий был пристройкой к главному административному зданию на кампусе Общества искателей приключений. По сравнению с подавляющей необъятностью торгового зала, он был маленьким и скромным. Внутри была комната среднего размера, разделенная на ряды стоячими досками объявлений. Среди них было несколько искателей приключений, изучающих размещенные контракты. Справа от входа была лестница вверх, а слева — человек за столом. Знакомый на вид мужчина откинулся на спинку стула, слегка дремля в тепле послеполуденного солнца.

— Добрый день, Берт, — поздоровался Джейсон.

Он узнал, что когда дело доходило до Бертов, лучший способ идентифицировать их — это почувствовать их ауры, которые были почти, но не совсем, такими же идентичными, как их лица. Это был Альберт, функционер Общества искателей приключений, которого Джейсон уже встречал.

— Мистер Асано, — поздоровался Альберт. — Вы не за своей первой работой, не так ли?

— Как раз за ней.

— Знаете, есть еще один молодой человек, делающий то же самое.

— О? — сказал Джейсон, оглядываясь. Он заметил Хамфри, выходящего из-за доски объявлений.

— Я думал, что слышал твой голос, — поздоровался Хамфри.

После обмена светской беседой они начали изучать доски объявлений. Это был первый визит для них обоих, но Хамфри готовился быть искателем приключений всю свою жизнь. Он выступил в роли гида, показывая Джейсону различные секции.

— Этот этаж — все контракты Железного ранга, — объяснил Хамфри. — Он начинается с однозвездочных контрактов с этого конца, с трехзвездочными на дальней стороне комнаты. Хотя эта секция обычно пуста. Большинство контрактов Железного ранга — это обычная охота на монстров.

Он указал на лестницу.

— Наверху бронзовый ранг. Там нет места для серебряного ранга, так как на него нет достаточного спроса.

Они начали прогуливаться по рядам, просматривая контракты.

— Контракты могут быть закрытыми или открытыми, — объяснил Хамфри. — Закрытый контракт может быть взят только одним человеком, в порядке живой очереди. Ты берешь уведомление, регистрируешь его на столе, и вперед. Открытые контракты встречаются гораздо реже, где любое количество людей может присоединиться. Обычно это широко распространенное заражение меньшими монстрами, с наградами за убийство.

— Я убил несколько меньших монстров.

— Они не большая проблема, если они не приходят в количествах, — сказал Хамфри. — Любой фермер с вилами может справиться с большинством из них.

— Но не со всеми, — сказал Джейсон. — Ты когда-нибудь видел злобного ежа? Стреляет шипами из своего тела.

— Нет, — сказал Хамфри.

— Полагаю, у вас в этом климате не так много всеядных живых изгородей.

— Когда дело доходит до выбора контракта, не все они созданы равными, — сказал Хамфри, продолжая свое объяснение. — Как только контракт томится пару недель, он назначается членам на обязательной основе. Что касается того, кто получает назначения, это все внутренняя политика. Были некоторые ропоты с тех пор, как пришел новый директор. Есть много номинальных членов Общества искателей приключений, которые не берут никаких контрактов, внезапно обнаруживающих контракты, назначенные им.

— Я слышал, там был внутренний конфликт, — сказал Джейсон. — Новый человек во главе, пытающийся очистить некоторую коррупцию.

— Моя перспектива была несколько периферийной, — сказал Хамфри, — не будучи членом до сих пор. Моей матери, однако, нравится новый директор.

— Это хороший знак.

— Новый директор вносил много изменений, — сказал Хамфри, — даже здесь, в зале заданий.

— Например?

— Контракты приходят от широкой общественности, — сказал Хамфри. — От людей, у которых есть проблема, обычно проблема с монстрами, требующая искателя приключений. Люди со средствами могут предлагать стимулы, чтобы их контракт был взят быстрее. Как вы можете себе представить, существует большая конкуренция за более прибыльные контракты.

— Новый директор запретил стимулы?

— Нет, они все еще там, — сказал Хамфри. — Просто раньше была специальная доска объявлений спереди со всеми стимулируемыми контрактами, потому что они были теми, которые больше всего интересовали людей. Новый директор положил этому конец и приказал разместить стимулируемые контракты вместе со всеми остальными. Я не уверен, что это дает, кроме того, что отнимает время людей.

— На самом деле это умный ход, — сказал Джейсон. — Как только люди вложили определенное количество усилий во что-то, они чувствуют, что им нужно довести дело до конца, иначе их усилия были потрачены впустую. Там, откуда я родом, это называют ошибкой невозвратных затрат.

— Невозвратные затраты?

— Подумай о той доске, которую ты описал, — сказал Джейсон. — Та, со всеми самыми прибыльными контрактами на ней, сидящая спереди. Держу пари, у тебя было много людей, которые приходили, видели, что доска пуста, и уходили. Теперь подумай, если им приходится прочесывать все доски, чтобы найти эти высокооплачиваемые контракты. Потратив столько времени на поиски, по крайней мере некоторые из этих людей возьмут контракт, даже если не найдут тот, что с бонусами. Иначе они чувствуют, что потратили впустую все время, которое потратили на поиски.

Хамфри нахмурился, глядя на Джейсона.

— Тебя это когда-нибудь беспокоит? — спросил Хамфри. — Манипулирование людьми, я имею в виду. Как с Тадвиком Мерсером. Если бы ты действительно спорил с ним, это одно, но провоцировать его, потому что публичный спор помогает твоему социальному статусу?

— Манипуляция не плоха сама по себе, — сказал Джейсон. — Посмотри на это так: если у тебя есть выбор между манипулированием кем-то, чтобы он сделал правильную вещь, или наказанием его за то, что он сделал неправильную вещь, что более морально? Подтолкнуть кого-то на лучший путь и сделать правильную вещь, или чтобы была сделана неправильная вещь и причинить боль человеку за это? Праведная честность говорит быть честным и возложить моральное решение на другого человека. Но что важнее? Чувствовать себя праведным или принести немного больше добра в мир?

— Ты должен давать людям шанс совершать свои собственные ошибки, — сказал Хамфри. — Иначе ты просто пытаешься контролировать все, даже что правильно и неправильно.

— Всегда есть кто-то, контролирующий, что правильно и неправильно, — сказал Джейсон. — Посмотри на себя, например. Как ты себя чувствуешь, извлекая выгоду из общества, где подавляющее большинство населения эксплуатируется ради выгоды тебя и людей, подобных тебе? Те же люди, которые управляют структурой общества, — те, кто получает больше всего выгоды. Это верно везде, в твоем мире или моем.

— Я был воспитан с верой, что благородство — это такая же обязанность, как и привилегия, — сказал Хамфри. — Что преимущества, которые у нас есть, приходят с пожизненной ответственностью заслужить все, что нам дали.

— Это похвально, — сказал Джейсон. — Но Тадвик Мерсер получил все возможности, что и ты, и он не производит на меня впечатление типа с пожизненной ответственностью. Сколько твоих сверстников похожи на тебя, а сколько — на него? Как это справедливо по отношению к людям Старого города или дельты? Думаешь, кто-то, живущий в лачуге, отказался бы от особняка, потому что ему пришлось бы соответствовать ответственности, которая с ним приходит? Кто-то вроде Тадвика не является врожденно злым, но он часть системы, которая говорит ему, что он заслуживает большего, чем другие люди, просто за то, что родился. Думаешь, он прав, так думая?

— Конечно, нет.

— Но ты такой же, — сказал Джейсон. — Та ответственность, о которой ты говорил? Это ты, стремящийся быть лучше, потому что мир говорит тебе, что ты лучше, и ты чувствуешь ответственность за то, чтобы соответствовать этому. Я уважаю этот выбор, но это выбор. Если бы ты хотел бездельничать и эксплуатировать людей, мало что могло бы тебя остановить. Не каждый получает шанс соответствовать этой привилегии.

Фарра, если бы она присутствовала, узнала бы, как Джейсон разгоняется в полномасштабное, морально превосходящее проповедование. Не будучи там, чтобы остановить его резким ударом в лицо, тирада Джейсона продолжалась.

— Ты думаешь, преступники просто проснулись однажды и подумали: «о, я бы точно хотел взять чужие вещи»? Они обращаются к преступности, потому что это либо это, либо они будут голодать. Их дети будут голодать. Это то, с чем ты и я никогда не должны были сталкиваться. Мы можем выбирать быть хорошими или плохими, потому что нам не нужно тратить время, ломая спины, только чтобы поесть или иметь крышу над головой. Люди живут всю свою жизнь ничем иным, как этой борьбой, от рождения до смерти. Но мы никогда не должны были сталкиваться с этим, и вряд ли когда-нибудь придется.

Хамфри покачал головой.

— Так что ты предлагаешь? — спросил он. — Революцию? Обрушить все? Легко указывать на несправедливости мира и использовать это как оправдание для любого поведения, от которого ты пытаешься уйти.

— У меня нет ответа, — сказал Джейсон, сдуваясь со своей самодовольной высоты. — Я как ты, Хамфри. Я пытаюсь делать все возможное с тем, что у меня есть. В твоем случае это талант, богатство, внешность и привилегии. Что касается меня, я хорош в людях.

— Ты имеешь в виду хорош с людьми, — сказал Хамфри.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я имел в виду то, что сказал.

* * * Телохранитель Клариссы Вентресс Дарнелл привел Софи в сад, где Вентресс наслаждалась чаем на террасе.

— Софи, дорогая, — сказала Вентресс. — Прошло так много времени с тех пор, как я слышала от тебя.

— Я была занята.

— С той моей маленькой просьбой, да. Но насколько я помню, то, что я поручила, были громкие кражи посреди публичных мероприятий. Прошли недели, и я не слышала ни о чем. Если бы ты делала то, что тебе было сказано, я действительно должна была бы.

— Твоя роль в планировании этой операции, — сказала Софи, — заключалась в том, чтобы сказать нам сделать что-то ошеломляюще идиотское. Наша роль заключалась в том, чтобы выяснить, как сделать это, не будучи пойманными немедленно. Наша роль сложнее, поэтому это занимает больше времени. Если только твое намерение не было в том, чтобы мы промаршировали на Остров и ограбили первого выглядящего богатым человека, которого мы увидим.

Дарнелл двинулся вперед угрожающе, когда Софи повысила голос, но Вентресс отмахнулась от него.

— Но я не думаю, что это то, что ты хотела, — продолжила Софи. — Это могло бы избавить тебя от нашей сделки, когда меня утащит стража, но все будут знать, что ты меня продала. Где тогда была бы твоя драгоценная репутация? Перестань посылать своих головорезов тащить меня обратно сюда, Вентресс. Ты только замедляешь меня.

— Две недели, — сказала Вентресс. — Я хочу услышать о твоем первом смелом капере в течение двух недель, или я буду считать, что ты не выполнила свою часть нашего маленького пакта. В этот момент я брошу тебя тому волку, который оставит самый толстый кусок мяса у моей двери. И если я услышу, что ты пытаешься сбежать от меня...

Она одарила Софи своей лучшей змеиной ухмылкой.

— ...в этом городе есть мужчины с такими вкусами, что кто-то, даже такой жесткий, как ты, станет мягким, Софи дорогая.

Софи выглядела готовой выплюнуть яд, но держала губы плотно сжатыми. Она смотрела кинжалами на Вентресс, которая улыбалась в ответ, как будто взгляд Софи был полезен для кожи.

— Я могу идти сейчас? — спросила Софи, откусывая каждое слово.

— Конечно, дорогая, — сказала Вентресс. — Две недели; не забудь, теперь.

Заблуждение о Заниженной Стоимости

Джейсон пробовал что-то новое на утренней пробежке в клинику Джори. Окруженный плащом теней, он использовал его способность уменьшать свой вес, чтобы ускорить свой прогресс. Это требовало тщательного контроля, отталкиваясь от каждого шага всем своим весом, а затем уменьшая его, чтобы позволить силе толкать его. Сначала ничего не получалось, он подпрыгивал в воздухе или спотыкался и падал.

Медленно справляясь с этим, он развил необычный шаг. Его шаги раздавались реже, но с такой силой, что он почти невесомо скользил по земле. Недостатком было то, что снижение веса медленно поглощало его Ману. К тому времени, когда он, задыхаясь, добрался к Джори, маленький бар маны на краю его поля зрения был так же пуст, как и его выносливость. Он был так же истощен морально, как и физически.

Когда Джейсон, пошатываясь, вошел в заднюю дверь клиники, Джори быстро привел кого-то, чтобы Джейсон использовал свою силу. Больной выглядел хуже Джейсона, бледнокожий и странно передвигающийся. Его сопровождал в комнату сильный неприятный запах. Джейсон устало протянул руку, бормоча заклинание для заклинания.

- Накорми меня своими грехами.

Вы очистили все случаи болезни [дизентерии] от [человека].

Вы очистили все случаи заболевания [сифилисом] от [человека].

Ваша выносливость и мана были восполнены.

И Джейсон, и пациент облегченно вздохнули.

- Благодарю вас, сэр, - сказал мужчина Джейсону, когда Джори повел его к выходу. “Я бы не смог добраться сюда, не испачкавшись немного.”

“О, мы заметили, - сказал Джори.

“Я слышал, как он говорил что-то о грехах?- спросил мужчина Джори.

“Не беспокойся об этом, - сказал Джори. - Иди домой и приведи себя в порядок.”

Джори вернулся и увидел Джейсона, прислонившегося к стене. Нескольких недугов, которые он выкачал из пациента, было недостаточно, чтобы полностью восстановиться.

“Что с тобой случилось?- Спросил Джори.

“Я пробую новую вещь с одной из моих способностей. Что-то, что поможет мне двигаться быстрее. Сегодня я получу свой первый контракт, и большинство из них будут работать в дельте.”

“Почему бы не нанять хейделя из конюшни? Так поступают большинство авантюристов.”

“Они меня пугают, - сказал Джейсон. “Они похожи на лошадь, только ужасно, ужасно неправильную.”

“Я не знаю, что такое лошадь, но почему ты думаешь, что хейделы жуткие?- Спросил Джори.

- Они жуткие.”

“Внутри тебя живет чудовище-пиявка, и ты считаешь хейдела жутким?”

- Да, ну... вообще-то, это очень хорошая мысль. Тем не менее, я могу думать, что они жуткие, если захочу; это субъективная позиция. Не мог бы ты помочь мне с дешевыми зельями выносливости и маны?”

“Это не проблема, - сказал Джори. - Изготовление их по дешевке было одним из первых результатов моих экспериментов. Но они не будут такими сильными, как более дорогие сорта.”

“Прекрасно, - сказал Джейсон. “Мне просто нужно что-нибудь, чтобы немного взбодриться. Я приберегу высокоэффективные материалы для боя.”

“У меня есть ящики с дешевым товаром,-сказал Джори. “Ты можешь получить их по себестоимости.”

- Спасибо, - сказал Джейсон. “Теперь я буду проводить больше времени в дельте. Я, вероятно, не смогу так часто появляться по расписанию.”

“Не волнуйся, - сказал Джори. - Клиника прекрасно справлялась до твоего появления.”

“Я не говорю, что меня здесь не будет, - сказал Джейсон. “Просто время может немного сбиться.”

“Буду признателен, если ты уделишь мне немного времени, - сказал Джори. - В любом случае, когда начнется экспансия, будет немного суматошно.”

“Ну и как дела?- Спросил Джейсон.

“Я купил соседний дом, - сказал Джори. “Я собираюсь соединить два здания, используя одно как клинику, а в другом расположить огромный алхимический центр. Строительство начнется через несколько дней.”

“Лучше приведи следующего пациента, - сказал Джейсон. “Я хочу пройти через них и направиться в зал вакансий.”

- Без проблем, - сказал Джори, направляясь к двери, затем остановился, оглядываясь на Джейсона.

“Ты передавал странные монеты духа?- Спросил Джори.

“То, что я тебе дал, должно было быть законным, - сказал Джейсон.

“Не эти, - сказал Джори. - Железного ранга. Дженис сказала, что тебя искал какой-то парень из магического общества.”

- Разве это плохо?- Спросил Джейсон.

“Нет, если только ты не передавал фальшивые монеты, - сказал Джори.

“Я не думаю, что они поддельные, - сказал Джейсон. - Просто персонализированные.”

“Что значит "персонализированные"?- Спросил Джори.

Джейсон вынул монету, убедился, что это одна из его монет, и бросил ее Джори, который внимательно посмотрел на нее.

“Это твоя фотография?- Спросил Джори, вглядываясь в него.

- Ага, - сказал Джейсон.

- Подожди секунду, - сказал Джори, направляясь к лестнице. Он вернулся с каменной тарелкой, в которую были вставлены шесть драгоценных камней. Он поставил ее на скамейку и положил на нее монету Джейсона. Второй камень сразу же загорелся серо-голубым цветом монеты железного духа.

- С монетой все в порядке, - сказал Джори. “Они все такие, как эта?”

“Так и есть, - сказал Джейсон.

- Способность к грабежу?- Спросил Джори.

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон.

- Неудивительно, что ты не против лечить людей бесплатно, - сказал Джори. - В принципе, ты можешь выбивать монеты прямо из монстров. Я собираюсь привести еще несколько больных людей для тебя.”

- Подожди, - сказал Джейсон. “Что мне делать с парнем из магического общества?”

- Монеты настоящие, - сказал Джори, - так что не беспокойся об этом. Теперь ты парень из общества приключений. Существует что-то вроде дружеского соперничества между магическим обществом и обществом приключений, по крайней мере между людьми, которые не являются членами обоих. Если он появится, не стесняйся приставать к нему. Просто делай то, что обычно делаешь с людьми.”

“Что я обычно делаю с людьми?- Спросил Джейсон.

- Сбивай их с толку, пока они не захотят дать тебе по морде, - сказал Джори.

* * *

Зал вакансий был пристройкой к главному административному зданию кампуса общества приключений. По сравнению с подавляющей необъятностью торгового зала, он был маленьким и дискретным. Внутри была небольшая комната, разделенная на ряды стоящими досками объявлений. Среди них было несколько авантюристов, изучавших вывешенные контракты. Справа от входа была лестница, ведущая наверх, а слева за столом сидел человек. Знакомый мужчина откинулся на спинку стула и слегка задремал в теплом послеполуденном воздухе.

- Добрый день, Берт, - поздоровался Джейсон.

Он знал, что когда дело доходит до Бертов, лучший способ идентифицировать их - это прощупать их ауры, которые были почти, но не так идентичны, как их лица. Это был Альберт, функционер общества приключений, с которым Джейсон уже встречался.

- Мистер Асано, - приветствовал его Альберт. “У тебя ведь не первая работа, верно?”

“Да, так уж вышло.”

“Знаешь, есть еще один молодой человек, который делает то же самое.”

- А?- Спросил Джейсон, оглядываясь по сторонам. Он заметил Хамфри, выходящего из-за доски объявлений.

“Мне показалось, я слышал твой голос, - поприветствовал его Хамфри.

Обменявшись несколькими фразами, они принялись изучать доски объявлений. Это был первый визит для них обоих, но Хамфри готовился стать авантюристом всю свою жизнь. Он действовал как проводник, показывая Джейсону различные секции.

“На этом этаже все железные контракты, - объяснил Хамфри. - Он начинается с контрактов на одну звезду в этом конце, с тремя звездами в дальнем конце комнаты. Однако эта секция обычно пуста. Большинство контрактов железного ранга - это обычная охота на монстров.”

- Он указал на лестницу.

- Наверху-бронзовый ранг. Там нет места для серебряного ранга, так как для него недостаточно призыва.”

Они начали прогуливаться между рядами, просматривая контракты.

- Контракты могут быть как открытыми, так и закрытыми, - объяснил Хамфри. "Закрытый контракт может быть заключен только одним человеком, в порядке живой очереди. Ты берешь уведомление, регистрируешь его на стойке регистрации и уходишь. Открытые контракты гораздо менее распространены, в них может участвовать любое количество людей. Обычно это широко распространенное заражение меньшими монстрами, с вознаграждением за убийство.”

“Я убил нескольких монстров поменьше.”

Заблуждение о Заниженной Стоимости

“Они не представляют большой проблемы, если только не приходят в количестве, - сказал Хамфри. - С большинством из них справится любой фермер с вилами.”

“Не все из них, хотя,” сказал Джейсон. “Ты когда-нибудь видел злобного ежа? Стреляет шипами из своего тела.”

“Нет, - ответил Хамфри.

“Полагаю, в этом климате не так уж много всеядных живых изгородей.”

“Когда дело доходит до выбора контракта, не все созданы равными, - сказал Хамфри, продолжая свое объяснение. - Как только контракт истечет на пару недель, он будет закреплен за участниками в обязательном порядке. Что касается того, кто получает назначения, это все внутренняя политика. С тех пор как пришел новый директор, поднялся какой-то шум. Есть много номинальных членов общества приключений, которые не берут никаких контрактов, внезапно находя контракты, назначенные им.”

“Я слышал, что произошел какой-то внутренний конфликт, - сказал Джейсон. - Новый ответственный человек, пытающийся избавиться от части коррупции.”

“Моя точка зрения была несколько периферийной, - сказал Хамфри, - до сих пор я не был членом клуба. Но маме нравится новый директор.”

“Это хороший знак, - сказал Джейсон.

- Новый директор произвел много изменений, - сказал Хамфри, - даже здесь, в рабочем зале.”

- Например?”

- Контракты заключаются с населением в целом, - сказал Хамфри. “От людей, у которых есть проблема, обычно проблема монстра, которая требует авантюриста. Люди со средствами могут предложить стимулы, чтобы их контракт был принят быстрее. Как ты можешь себе представить, существует большая конкуренция за более выгодные контракты.”

- Новый директор запретил стимулы?- Спросил Джейсон.

- Нет, они все еще там, - сказал Хамфри. “Просто раньше здесь была специальная доска объявлений со всеми стимулирующими контрактами, потому что именно они больше всего интересовали людей. Новый директор положил этому конец и разместил стимулирующие контракты со всеми остальными. Я не совсем уверен, что это делает, кроме того, что отнимает у людей время.”

“Вообще-то это умный ход, - сказал Джейсон. "Как только люди вложили в что-то определенное количество усилий, они чувствуют, что им нужно следовать до конца, или их усилия были потрачены впустую. Там, откуда я родом, это называется заблуждением о заниженной стоимости.”

“Невозвратные издержки?- Спросил Хамфри.

- Подумай о доске, которую ты описал, - сказал Джейсон. - Ту, на которой заключены самые выгодные контракты, она стоит впереди. Бьюсь об заклад, что к ней придет много людей, которые увидят, что доска пуста, и уйдут. Теперь подумай о том, что им придется прочесать все доски, чтобы найти эти высокооплачиваемые контракты. После того, как ты потратил столько времени на поиски, по крайней мере некоторые из этих людей возьмут контракт, даже если они не найдут его с бонусами. В противном случае они чувствуют, что потратили впустую все время, которое потратили на поиски.”

Хамфри нахмурился, глядя на Джейсона.

“Тебя это когда-нибудь беспокоит?- Спросил Хамфри. - Я имею в виду манипулирование людьми. Как в случае с Тэдвиком Мерсером. Если бы ты действительно спорил с ним, это было бы одно, но провоцировать его, потому что публичный спор помогает твоему социальному положению?”

- Манипуляция сама по себе не так уж плоха, - сказал Джейсон. - Взгляни на это так: если у тебя есть выбор между манипулированием кем-то, чтобы заставить его делать правильные вещи, или наказанием его за неправильные вещи, что более морально? Толкать кого-то на лучший путь и делать правильные вещи, или делать неправильные вещи и причинять боль человеку за это? Праведная честность говорит о том, чтобы быть честным и возложить моральное решение на другого человека. Но что может быть важнее? Чувствуя себя праведником или вкладывая немного больше добра в этот мир?”

“Ты должен дать людям возможность самим совершать ошибки, - сказал Хамфри. - Иначе ты просто пытаешься контролировать все, даже то, что правильно и неправильно.”

“Всегда есть кто-то, кто контролирует, что правильно, а что нет, - сказал Джейсон. - Посмотри на себя, например. Как ты относишься к тому, чтобы извлечь выгоду из общества, где подавляющее большинство населения эксплуатируется в твоих интересах и подобных тебе людей? Те же самые люди, которые управляют структурой общества, приносят наибольшую пользу. Это верно везде, в твоем мире или в моем.”

“Меня воспитывали в убеждении, что благородство-это не только привилегия, но и долг, - сказал Хамфри. - Что преимущества, которые мы получили, связаны с пожизненной ответственностью за то, чтобы заслужить все, что нам было дано.”

“Это похвально, - сказал Джейсон. “Но Тедвик Мерсер получал все возможности, которые ты предоставлял, и он не производит впечатления человека, который всю жизнь несет ответственность. Сколько из твоих сверстников похожи на тебя, и сколько из них похожи на него? Разве это справедливо по отношению к жителям Старого города или дельты? Неужели ты думаешь, что кто-то, живущий в лачуге, откажется от особняка, потому что ему придется жить в соответствии с ответственностью, которая приходит с ним? Кто-то вроде Тэдвика не является изначально злым, но он является частью системы, которая говорит ему, что он заслуживает большего, чем другие люди, просто за то, что родился. Как ты думаешь, он прав, что так думает?”

“Конечно, нет, - ответил Хамфри.

“Но ты все тот же, - сказал Джейсон. - Та ответственность, о которой ты говорил? Это ты стремишься стать лучше, потому что мир говорит тебе, что ты лучше, и ты чувствуешь ответственность за то, чтобы жить в соответствии с этим. Я уважаю этот выбор, но это выбор. Если ты хочешь расслабиться и эксплуатировать людей, тебя мало что может остановить. Не у всех есть шанс оправдать эту привилегию.”

Фарра, если бы она присутствовала при этом, узнала бы Джейсона, набиравшего силу в полномасштабном, морально превосходящем прозелитизме. Не будучи рядом, чтобы остановить его резким ударом в лицо, Джейсон продолжил свою тираду.

“Ты думаешь, преступники просто проснулись однажды и подумали: "Черт возьми, я бы с удовольствием взял чужие вещи?- Они идут на преступление, потому что это так, или они голодают. Их дети голодают. Это то, с чем нам с тобой никогда не приходилось сталкиваться. Мы выбираем быть хорошими или плохими, потому что нам не нужно тратить время на то, чтобы ломать себе хребты только для того, чтобы поесть или иметь крышу над головой. Люди живут всю свою жизнь, не имея ничего, кроме этой борьбы, от рождения до смерти. Но нам никогда не приходилось сталкиваться с этим, и вряд ли когда-нибудь придется.”

Хамфри покачал головой.

“Так что ты предлагаешь?- спросил он. - Революция? Чтобы все рухнуло? Легко указать на несправедливость мира и использовать это как оправдание для любого поведения, которое ты пытаешься избежать.”

“У меня нет ответа, - сказал Джейсон, сдуваясь от своего самодовольного кайфа. - Я такой же, как ты, Хамфри. Я стараюсь изо всех сил использовать то, что у меня есть. В твоем случае это талант, богатство, внешность и привилегии. Что касается меня, то я хорошо разбираюсь в людях.”

“Ты хочешь сказать, что хорошо ладишь с людьми, - сказал Хамфри.

- Нет, - ответил Джейсон. “Я имел в виду то, что сказал.”

* * *

Телохранитель Клариссы Вентресс Дарнелл провел Софи в сад, где Вентресс пила чай на террасе.

- Софи, дорогая, - сказала Вентресс. “Я так давно не получала от тебя вестей.”

“Я была занята.”

“Моей маленькой просьбой, да. Но насколько я помню, то, что я инструктировала, было громкими кражами в разгар публичных мероприятий. Прошло уже несколько недель, а я ни о чем не слышала. Если бы ты делала то, что тебе было сказано, все бы уже были на ушах.”

“Ваша роль в планировании этой операции, - сказала Софи, - состояла в том, чтобы приказать нам сделать нечто потрясающе идиотское. Наша задача состояла в том, чтобы выяснить, как это сделать, не попавшись сразу. Наша роль сложнее, поэтому она занимает больше времени. Если только вы не намеревались отправить нас на остров и ограбить первого встречного богача.”

Когда Софи повысила голос, Дарнелл угрожающе двинулся вперед, но Вентресс жестом остановила его.

“Но я не думаю, что Вы этого хотели, - сказала Софи. “Это может вывести Вас из нашей сделки, когда охранник увезет меня, но все будут знать, что Вы продали меня. Где же тогда будет Ваша драгоценная репутация? Прекратите посылать своих головорезов, чтобы они притащили меня сюда, Вентресс. Вы только замедляете меня.”

- Две недели, - ответила Вентресс. “Я хочу услышать о твоем первом дерзком поступке в течение двух недель, или я буду считать, что ты не выполнила свою часть нашего маленького договора. В этот момент я брошу тебя тому волку, который оставит самый толстый кусок мяса у моей двери. А если я услышу что ты пытаешься сбежать от меня…”

Она одарила Софи своей лучшей змеиной улыбкой.

- ...в этом городе есть мужчины со вкусами, которые заставят кого-то даже такого жесткого, как ты, стать мягким, Софи, пупсик.”

Софи, казалось, готова была плюнуть ядом, но держала губы плотно сжатыми. Она кинула острый взгляд на Вентресс, которая улыбнулась в ответ, как будто взгляд Софи был полезен для кожи.

“Теперь я могу идти?- Спросила Софи, обрывая каждое слово.

“Конечно, дорогая, - сказала Вентресс. “Две недели; не забывай об этом.”

Пожалуйста, возьми мою жену

К счастью для Джейсона, большинство контрактов в зале вакансий были заключены в районах, близких к городу. Если угроза не была срочной, те, кто находился дальше, были вывешены на доске объявлений каждого города или деревни. Каждый месяц общество приключений посылало несколько человек, чтобы патрулировать эти районы и решать эти проблемы. Это была не самая популярная задача, поскольку она означала целый месяц вдали от города и любых возможностей, которые могли возникнуть.

Джейсон начал брать один или два контракта в день, в зависимости от местоположения. Затем он попытается снять одно или два объявления с местных Советов, пока его не будет, даже если это означало провести ночь в дельте. Люди были более чем приветливы, особенно когда он находил время, чтобы помочь любому больному местному жителю.

В холле Джобса Джейсон положил на стол объявление. Сегодня Альберт снова был на дежурстве, делая запись о контракте.

- Значок, пожалуйста, - сказал Альберт.

Джейсон достал значок Общества любителей приключений и приложил его к контракту. Когда значок коснулся волшебной бумаги, она замерцала, и Альберт положил его в один из ящиков стола.

Новый Квест: [Контракт: Болотный Шемблер]

Неподалеку от деревни Хуле появился болотный шемблер. Вы приняли контракт на уничтожение существа.

Цель: Устранить [Болотного Шемблера] 0/1.

Награда: монеты Духа.

Общество приключений наградило монетами железного духа за контракт на уничтожение монстров железного ранга. Сумма зависела от количества монстров, времени в пути и воспринимаемой сложности, от десяти, где-то до сотни. Если контракт окажется более сложным, чем первоначально предполагалось, то будут начислены премии. Они шли от дополнительных монет, вплоть до пробуждающего камня, хотя такая награда была крайне редкой.

Сам Джейсон мог добывать монеты из каждого монстра, в то время как задания, которые появлялись для каждого контракта, давали больше монет снова, а иногда и другие ценные вещи. Фактически ему платили по три раза за каждый контракт.

“Твоя броня выглядит немного потрепанной, - заметил Альберт. “Эта вчерашняя лягушка с колючим языком?”

“Она действительно была такой же острой на язык, как и в рекламе, - сказал Джейсон. - Броня саморемонтировалась, но она довольно сильно порвалась. Через несколько дней все будет в порядке.”

“Я думаю, что тебя тоже разорвало, - сказал Альберт.

“Я тоже самовосстанавливаюсь, - сказал Джейсон. “Ты завтра на работе, Берт?”

- Нет, завтра меня посадят за стол администратора.”

“Тогда до встречи когда-нибудь.”

Джейсон собрался уходить, но кто-то встал у него на пути. Это был высокий долговязый парень, который выглядел на несколько лет старше Джейсона. У него была аура железного ранга, так что он, вероятно, был того же возраста, что и выглядел. Он был одет в мантию, которая была слишком велика, с эмблемой магического общества на видном месте.

- Мистер Асано?- спросил мужчина.

“А ты кто такой?- Спросил Джейсон.

- Стэндиш, - сказал мужчина. “Клайв Стэндиш из магического общества. Если быть точным, я помощник заместителя директора магического общества Гринстоунского филиала.”

“Должно быть, у тебя длинная настольная табличка. Есть ли причина, по которой ты стоишь у меня на пути, Стэндиш?”

“Вообще-то, мистер Асано, я уже давно Вас ищу, - сказал Клайв.

“Ну, это не моя вина, - сказал Джейсон. “Я понятия не имел, что она твоя жена, так что ты не можешь винить меня.”

- Что?- Спросил Клайв. “Я не женат.”

“Она сказала мне то же самое, - сказал Джейсон, печально качая головой. “Я бы об этом не беспокоился.”

Брови Клайва нахмурились.

“Я не совсем понимаю, что здесь происходит, - сказал он.

Джейсон успокаивающе похлопал его по руке.

- Добро пожаловать в мою жизнь, - сказал Джейсон, затем прошел мимо Клайва и вышел за дверь.

Оставшись стоять в зале вакансий, Клайв растерянно застыл на месте.

“Что только что произошло?- спросил он.

“Это Джейсон, - сказал Альберт. - Довольно милый парень. Немного странный.”

- Берт?- Сказал Клайв, поворачиваясь к человеку за столом. “Я думал, ты продаешь фрукты.”

“Вы, вероятно, думаете о моем брате, сэр.”

* * *

В дельте Джейсону отвели комнату в единственной гостинице деревни. Избавившись от чудовища и вылечив нескольких больных, он ушел в гостинницу, но трактирщик отказался брать плату. Комната была скромной, но чистой, и Джейсон сидел на полу, выполняя свою вечернюю медитацию.

Джейсон еще не прибыл в Гринстоун, когда Руфус рассказал ему о трех основах построения своей силы как пользователя сущности. Тренировка, чтобы подготовить себя; опасность, чтобы раздвинуть свои пределы; и медитация, чтобы консолидировать свои усилия. В течение нескольких месяцев Джейсон работал над двумя из трех столпов, под руководством Руфуса Фарры и Гари. Однако без всех трех его способности мало продвинулись вперед.

Джейсон был вынужден брать контракт за контрактом, сражаясь с монстром за монстром. Он был захвачен пьянящим потоком опасности, его навыки и силы были на грани между жизнью и смертью. Это был один из трех столпов, которые Руфус описал как основы продвижения силы, и Джейсон начал видеть результаты.

Самым быстрым было его зрение, которое, по словам Фарры, было нормальным. В конце концов, им постоянно пользовались. Следующим самым быстрым было заклинание, которое он использовал, чтобы очистить болезнь и яд, праздник отпущения грехов. Она медленно, но верно ползла вверх, пока он снова и снова пользовался ею в клинике. Как только он начал использовать ее в бою, медленный подъем превратился в обычный взлет вверх.

Праздник отпущения грехов оказался более полезным в бою, чем он ожидал, так как многие монстры рождались группами. Он мог использовать его на монстре прямо перед тем, как прикончить его, пополняя себя за счет страданий, которые он сам наложил на него. Инъекция маны и выносливости дала ему силы, чтобы пройти через длительный бой, вместо того, чтобы идти в ногу с самим собой.

Способность [праздник крови] (Кровь) достигла железа 1 (100%).

Способность [праздник крови] (Кровь) продвинулась до железа 2 (100%).

Обычно именно во время медитации способности Джейсона прорывались наружу. Он удовлетворенно улыбнулся, прервав свои размышления и взяв бутерброд из инвентаря, чтобы пожевать его.

Его способности становились сильнее с каждым рангом, хотя с некоторыми это было легче увидеть, чем с другими. Его способность видеть, например, не только увеличивала его способность видеть сквозь темноту, но и нормальную остроту зрения. Цвета стали ярче, далекие предметы четче. Это было конкретное напоминание о том, для чего все его усилия были направлены.

Он решил, что после такого напряжения сил ему нужно будет отдохнуть несколько дней, прежде чем он вернется в город. Он также хотел изучить возможность получения большего количества пробуждающих камней. Пока он не пробудит все свои способности, он не сможет достичь истинного прогресса в бронзовом звании.

Джейсон Асано

Раса: Чужак.

Текущий ранг: железо.

Прогрессия до бронзового ранга: 0% (0/4 эссенции завершены)

Атрибуты

[Сила] (Кровь): [Железо 0].

[Скорость] (Темнота): [Железо 0].

[Дух] (Гибель): [Железо 0].

[Восстановление] (Грех): [Железо 0].

Расовые Способности (Инопланетянин)

[Взаимодействие].

[система квестов].

[Инвентарь].

[Карта].

[Астральное Сродство].

[таинственный незнакомец].

Эссенции (4/4)

Темнота [Скорость] (3/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [железо 4] 39%.

[Плащ ночи] (особая способность): [железо 3] 08%.

[Путь теней] (особая способность): [железо 3] 21%.

Кровь [Сила] (4/5)

[Сбор крови] (заклинание): [железо 3] 04%.

[Укус пиявки] (специальная атака): [железо 2] 89%.

[Праздник крови] (заклинание): [железо 2] 00%.

[Сангвинический ужас] (знакомо): [железо 2] 16%.

Грех [Восстановление] (4/5)

[Наказать] (специальная атака): [железо 2] 85%.

[Праздник отпущения грехов] (заклинание): [железо 3] 96%.

[Пожиратель грехов] (особая способность): [железо 3] 21%.

[Гегемония] (аура): [железо 2] 67%.

Doom [Дух] (1/5)

[Неумолимый рок] (заклинание): [железо 2] 67%.

Он начнет свой путь к бронзовому рангу только тогда, когда пробудятся все его сущностные способности. Джейсон не чувствовал себя обездоленным из-за отсутствия пробуждающих камней, так как даже Хамфри еще не обладал полным набором своих способностей. По словам Хамфри, семейная традиция Геллеров состояла в том, чтобы снабжать своих отпрысков достаточным количеством пробуждающих камней для начала, в то время как остальные должны были быть заработаны.

Общество приключений, как известно, выдавало камни пробуждения за исключительную услугу, хотя и редко. Обычно это был неожиданный успех, когда контракт оказывался сложнее, чем ожидалось. Некоторые открытые контракты также предлагали камни в качестве вознаграждения тем, кто внес наибольший вклад. Конкуренция будет сильно стимулировать производительность.

В противном случае камни пробуждения можно было купить через брокеров, почти всегда на аукционе. Они появлялись почти регулярно, но цены были непомерными. Руфус посоветовал ему быть терпеливым и много работать. Общество приключений позаботилось о том, чтобы камни попадали в руки хороших искателей приключений.

* * *

Вернувшись утром в город, Джейсон заехал в клинику Джори, прежде чем вернуться в свою квартиру на острове. Гостиница Джейсона была дорогой, ближе к роскошному отелю, чем гостиницы и общежития городов дельты. Внизу располагались роскошная гостиная, столовая и бар. Когда Джейсон вошел в гостиную снаружи, он увидел хозяйку, мадам Ландри, ругающую высокого мужчину в мантии ученого.

- ...думаешь, что ты можешь спать в моей гостиной, как в обычном ночлежном доме!”

Клайв рассыпался в извинениях. Почему-то его неуклюжий рост казался меньше, чем у крошечной женщины, ругавшей его.

“Я заснул в ожидании знакомого, - сказал Клайв. “Я с удовольствием заплачу за ночь, - сказал он.

“Так ты действительно думаешь, что это Ночлежка!”

“Нет, добрая леди, уверяю вас.…

Клайв продолжал бороться, пока не заметил Джейсона, его глаза загорелись.

- Мистер Асано!- крикнул он.

Клайв бежал от Мадам Ландри в направлении Джейсона.

- Вот, добрая леди, - сказал Клайв. - Это мой знакомый, Мистер Джейсон Асано.”

“Кто твой знакомый?- Сказал Джейсон голосом и выражением, полным обиды. - После того, как ты переспал с моей женой?”

- Что?- Взволнованно спросил Клайв, поворачивая голову между Джейсоном и Мадам Ландри. - Подожди, ты больше так со мной не поступишь.”

Он ткнул пальцем в сторону Джейсона.

“У тебя даже жены нет.”

“Уже нет, - ответил Джейсон. “Она сбежала с этим высоким парнем из магического общества.”

“Ты сбежал с женой Мистера Асано и имеешь наглость пользоваться моей гостиницей, как дешевой таверной!- Сказала мадам Ландри.

“Я никогда не прикасался к его жене!”

- Я иду наверх отдохнуть, мадам Ландри.- Сказал Джейсон. “Наверное, будет лучше, если Вы покажете ему дверь.”

- Ты хорошо отдохнул, Джейсон, дорогой, - сказала она. “Я знаю, что ты много работал.”

Клайв проследил, как Джейсон исчез на лестнице, и Мадам Ландри вывела его на улицу. Он стоял на улице, глядя на дверь, которая была закрыта у него перед носом.

“Что, черт возьми, происходит?”

Любопытные порывы

Любопытные порывы

Джейсон поправил галстук-бабочку перед большим зеркалом.

— Необычный наряд, — сказал Гэри. — Немного тесноват, как по мне. Думаю, местные лучше разбираются в моде.

Они находились в гостиной люкса, который делили Руфус, Гэри и Фарра. Гэри был одет в вечерний костюм, демонстрирующий все красочные драпировки, которые так любила высшая знать Гринстоуна.

— Я заказал его у Гилберта, — сказал Джейсон. — Это называется смокинг.

Джейсону нравилось, как сидит хорошо сшитый костюм, но он ловил себя на мысли, что скучает по своей броне. Он носил ее почти постоянно, через битвы и опасности, пока она не стала казаться частью его самого. И все же вечер в симфоническом зале не предполагал ни битв, ни опасностей, так что, возможно, было лучше почувствовать себя немного иначе. А даже если бы что-то случилось, его смокинг имел несколько укрепляющих обработок и пару зачарованных трюков, чтобы облегчить быстрый побег, если понадобится.

— Маловато цветов, — сказал Гэри, все еще разглядывая одежду Джейсона.

— Мне нравится, — сказала Фарра, выходя из своей комнаты. — Просто и элегантно.

— Почему Руфус всегда собирается дольше всех? — спросил Гэри. — У него даже волос нет. Я готов, я почти весь состою из волос.

— Помню, как у меня не было волос, — сказал Джейсон. — Мне это не нравилось.

— Приятно снова куда-то выйти, — сказала Фарра. Джейсон отошел, чтобы она могла занять его место и проверить свой наряд в зеркале.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Программа была из трех частей, верно? Думаю, приятный, долгий вечер в симфоническом зале будет как раз то, что нужно.

— Даниэль сказала, что пригласила нас, потому что подумала, что тебе понравится, — сказала Фарра. — Она знает, что ты много работал.

— Я вчера столкнулся с Хамфри в дельте, — сказал Джейсон. — Мы вместе выполнили задание с доски объявлений.

— И как? — спросила Фарра.

— Ну, я стоял рядом, пока он мгновенно убивал монстра, так что… прямолинейно.

— Все готовы? — спросил Руфус, выходя из своей комнаты.

— Конечно, мы готовы, — сказала Фарра. — Ты всегда выходишь последним.

— Ты навощил голову? — спросил Гэри Руфуса.

— Нет, — ответил Руфус. — Я не вощил голову.

— Правда? — спросил Гэри. — Потому что выглядит так, будто ты навощил голову.

— На ней действительно есть какой-то блеск, — заметил Джейсон.

— Может, я втер немного увлажняющего средства, — признался Руфус.

— Ты это сделал, — сказал Гэри. — Ты навощил голову.

— Я не вощил голову.

— Мне кажется, это выглядит мило, — сказала Фарра. — Очень блестяще.

* * * В отличие от театрального квартала, который находился в Старом городе, Большой концертный зал располагался очень близко к их жилью в гильдейском районе. Они прошли небольшое расстояние по широким улицам, солнце стояло низко, но все еще висело в летнем небе. Концертный зал был великолепным круглым зданием, мимо которого Джейсон проходил каждый день по пути в кампус Общества искателей приключений. Поскольку были запланированы два длинных антракта, Джейсон намеревался осмотреться между выступлениями.

Они присоединились к Даниэль Геллер и ее сыну Хамфри в их личной ложе. Когда наступил первый антракт, остальные члены группы направились в сторону лаунжа для напитков, предназначенного только для владельцев частных лож. Когда они уходили, Даниэль незаметно остановила Джейсона.

— У меня есть друг, с которым я хочу тебя познакомить, — тихо сказала она, протягивая ему листок бумаги. — Я сказала, что ты найдешь ее во время первого антракта. Ты ведь не заставишь меня лгать, правда?

— Вы не пытаетесь загнать меня в ловушку, леди Геллер?

— Я бы не посмела, — сказала она с лукавой улыбкой.

Когда Даниэль оставила его, Джейсон взглянул на листок бумаги. Там были указания, как найти комнату на втором этаже, одну этажом ниже личной ложи Геллеров на третьем этаже. Прогулка по коридорам была похожа на поход по художественной галерее: картины и ниши со скульптурами были тщательно освещены мягким магическим светом.

Он нашел комнату, указанную на бумаге, где табличка гласила, что это Конференц-зал имени Эдит Вейн. Он нахмурился, прочитав имя. Внутри он почувствовал одну ауру с подавляющей силой серебряного ранга. Он подумал о том, чтобы постучать, но просто вошел.

Конференц-зал выглядел именно так, как и должен: длинный стол, окруженный стульями. С потолка свисали мягкие лампы, наполняя комнату теплым светом. Вдоль одной стены были окна, выходящие на город. Гильдейский район состоял в основном из невысоких зданий, над которыми возвышались кампусы Общества искателей приключений и Магического общества, а также сам концертный зал. Солнце зашло во время первого выступления, и уличные фонари освещали проезжие части внизу, зажигая оживленную ночную жизнь.

Единственная обитательница комнаты стояла к нему спиной, глядя на город. На ней было официальное платье в местном стиле: свободная драпировка из слоистых цветов, перехваченная в талии с помощью удачного кроя. Каштановые волосы рассыпались по спине, а пара заостренных ушей выдавала в ней эльфийку. Джейсон не смог бы скрыть свое присутствие, даже если бы захотел, но она никак не отреагировала на его появление.

Джейсон достал из инвентаря бутылку и бокал, налив немного сладкого зеленого ликера.

— Выпьете? — предложил он.

Она протянула руку, не оборачиваясь. Бокал вырвался из руки Джейсона и полетел через комнату прямо к ней, не пролив ни капли.

— Благодарю, — сказала она и сделала глоток. — Это одно из личных творений мистера Норвича. Он друг друга, верно?

— Да, — ответил Джейсон. Норвич был алхимиком, другом Джори, который пытался создать напиток, способный преодолеть сопротивление Джейсона к ядам. Норвич не хотел переходить на ингредиенты бронзового ранга, отчасти из-за сложности задачи, а отчасти чтобы предотвратить похмелье бронзового ранга.

Джейсон достал еще один бокал, налил себе и подошел, чтобы встать рядом с женщиной. Он смотрел на город, а не на нее.

— Вы знаете, кто я, мистер Асано?

— Я знаю только одну эльфийку. Мы не ладим.

— Жрица Чистоты.

— Именно она, — сказал Джейсон. — Очень суровая женщина. Мощная, арийская внешность. Сексуальная, но понимаешь, что лучше не стоит. Как злая женщина-палач.

— Вы думаете, что пара глупостей выбьет меня из колеи?

— Вы думаете, что привели меня в комнату, названную в честь семьи, половину которой я убил, сделает то же самое со мной?

Она повернулась, чтобы посмотреть на него, а затем снова на окно.

— Сорок один контракт за восемнадцать дней, если считать объявления с доски искателей приключений, — сказала она. — Вы были занятым человеком.

— Такое чувство, что мне многое нужно наверстать.

— Вы сможете поддерживать такой темп?

— Только если кто-нибудь сделает мне магический самокат.

— Это какой-то вид транспорта из вашего мира?

— Да, — сказал Джейсон. — Думаю, было бы неплохо. Ехать по дорогам набережной, ветер в лицо.

— Я слышала о вашей неприязни к хайделям. Довольно необычно для искателя приключений.

— Эксцентричность — прерогатива богатых и влиятельных. Я едва подхожу под оба определения, но работаю над этим.

— Тогда вам стоит делать более прибыльные инвестиции, чем в человека, посвятившего свою жизнь исцелению бедных.

— Я как-нибудь справлюсь, — сказал Джейсон. — Вы хотели чего-то большего, чем просто указать, как много внимания вы мне уделяете, Директор? Этот антракт не будет длиться вечно.

Элспет Арелла была директором отделения Общества искателей приключений в Гринстоуне. Руфус указал на нее, как и на многих других местных знаменитостей, во время их череды светских выходов в прошлом месяце.

— Вы обнаружите, мистер Асано, что эти антракты длятся ровно столько, сколько того хотят определенные люди.

— Понимаю.

— Я довольна тем, как вы вели себя с момента вступления в Общество искателей приключений.

— Довольны настолько, чтобы дать камень пробуждения?

— Я бы не стала принимать ваше самодовольство за разумную меру моего, мистер Асано. Мне особенно не нравится, что какой-то чиновник среднего звена из Магического общества связывается с моим офисом, чтобы запросить встречу с членом моего общества, который и месяца не пробыл после аттестации.

— Разве они не могли просто прийти и найти меня напрямую? — невинно спросил Джейсон.

Она повернулась, чтобы одарить его испепеляющим взглядом, ее аура вдавила его в пол. Он невозмутимо пригубил свой напиток, продолжая смотреть в окно.

— Сделайте перерыв в контрактах на некоторое время, мистер Асано. Вы разгребли завал, который я использую, чтобы подгонять некоторых наших членов, не разделяющих вашу трудовую этику. Я позабочусь о том, чтобы вам назначали подходящие контракты; просто проверяйте стойку в зале заданий. Если справитесь хорошо, можете ожидать вторую звезду в ближайшем будущем.

— Вы здесь главная, — сказал Джейсон.

— Вы не производите впечатление человека, который придает большое значение авторитетам.

— Я не большой любитель слагать с себя моральную ответственность.

Она осушила бокал и вернула его ему.

— У вас вкус к сладкому, мистер Асано. Вы пьете как эльф.

— Вы тоже неплохо можете приложиться к выпивке, — сказал Джейсон. — Вы пьете как австралийка.

— Понятия не имею, что такое «австралийка».

— Я знаю, Директор. Я знаю.

* * * — Твоя подруга, — прошептал Джейсон Даниэль, когда снова занял место в ложе.

— Новая подруга, — сказала Даниэль, — но я думаю, хорошая.

* * * Украшенные искусством общественные коридоры концертного зала огибали круглое здание. Во время второго антракта многие посетители концерта, включая Джейсона, любовались искусством. С бокалом в руке он в одиночестве бродил по коридору. Он остановился, чтобы рассмотреть картину с изображением бесплодной пустыни. Она была выполнена в импрессионистском стиле, напоминая Джейсону о первых днях в его новом мире. К нему присоединилась женщина, чтобы рассмотреть ее. Он мельком взглянул на нее, прежде чем вернуться к картине.

Он совсем не чувствовал от нее ауры. Его чувства ауры были не самыми острыми, но скрыть ее полностью означало, что она, вероятно, была выше его по рангу. На вид ей было около двадцати с небольшим, к этому возрасту любой приличный искатель приключений достигал бронзового ранга. Немногие начинали так поздно, как Джейсон. У нее была оливковая кожа местной жительницы, а ее тонкие черты лица обладали естественной, опасной красотой. Темные волосы спадали на плечи, а платье из кремового шелка подчеркивало ее элегантность.

— Посредственно, — раскритиковала женщина картину перед ними. — Лучшие работы вешают в закрытых лаунжах.

— Мне нравится, — сказал Джейсон. — Выглядит так, как ощущается пустыня.

— Вы проводили там время?

— Немного. Это напоминает мне части моей родины.

— И где это?

— Очень далеко отсюда, — мечтательно сказал он.

Она повернула голову к нему.

— Вы Джейсон Асано.

Джейсон не сводил глаз с картины.

— Не уверен, что вы понимаете, как работают знакомства, — сказал он. — Я уже знаю, кто я.

Она нахмурилась, и он почувствовал, как аура бронзового ранга вспыхнула, подавляя его собственную. Ему говорили, что это верх грубости, но его постоянно подвергали этому. Он подумал, что в этом может быть урок, но у него не было интереса его усваивать. Рассеянно он задался вопросом, не становится ли он мазохистом.

— Красивая женщина вторгается в мое личное пространство, — сказал он, невозмутимо. — Мне стоит бояться или радоваться?

Уголки его рта изогнулись в лукавой улыбке.

— Возможно, — задумчиво произнес он, — самым восхитительным выбором было бы и то, и другое.

— Хочешь получить пощечину? — спросила его женщина.

Он повернул голову, чтобы встретиться с ней лицом к лицу.

— Ты стала бы думать обо мне хуже, если бы я сказал «да»?

Она приподняла бровь.

— Меня зовут Кассандра Мерсер.

— А, — сказал Джейсон, возвращаясь к картине. — Теперь я вижу.

— Видишь что?

— Все.

— О, правда?

— Если бы Тадвик послал тебя, — сказал Джейсон, — то это был бы переулок, и ты была бы гораздо менее красива. Полагаю, ты здесь по приказу матери. Ты кажешься мне человеком, который очень хорош в утолении порывов любопытства.

— Если бы я ударила тебя, мистер Асано, ты бы узнал об этом все. И говоря о моей матери, я слышала, что ты говорил о ней некоторые недобрые вещи.

Джейсон снова отвернулся от картины, чтобы одарить ее застенчивой улыбкой.

— За это, — сказал он, — пожалуйста, прими мои безоговорочные извинения. Я не знал, кто твой брат в то время, и он на самом деле спросил меня, знаю ли я, кто его отец. От такой фразы просто так не уйдешь.

— Человек с достоинством ушел бы.

Джейсон издал зловещий смешок.

— Да, полагаю, ушел бы.

— Я навела о тебе некоторые осторожные справки, — признала Кассандра. — Найти удалось до обидного мало. Ты поставил меня в невыгодное положение.

Джейсон приподнял брови на это заявление.

— Мисс Мерсер, у вас есть власть, влияние, связи, богатство и знания. Какое преимущество я могу иметь перед вами?

— Тайна, — сказала она. — Разве это не величайшее преимущество?

— Тайна — это иллюзорный щит, — сказал Джейсон. — В тот момент, когда завеса пронзена, ваши уязвимости становятся обнаженными. И есть только одна арена, на которой уязвимость становится оружием.

— И что это за арена?

На его лице отразилось разочарование.

— Поистине жаль, что тебе приходится спрашивать, — сказал он. — Если позволишь, антракт скоро закончится.

Он ушел, не оглядываясь. Она смотрела, как он удаляется, с задумчивым выражением лица. Она ушла в другую сторону.

* * * В семейной ложе Кассандра села рядом с матерью. Талия Мерсер выглядела скорее как сестра своей дочери, чем как родитель, благодаря омолаживающей силе ее эссенций серебряного ранга.

— Ну? — спросила Талия.

— Он опасен, — сказала Кассандра. — Не подпускай Тадвика к нему близко.

— Тадвик не проблема, — сказала Талия. — Проблема в том, сколько неприятностей доставит твой отец, чтобы залечить гордость твоего брата. Ты же знаешь, как он относится к своему наследнику мужского пола.

— Это может стать проблемой, учитывая связь Асано с Руфусом Ремором, — сказала Кассандра. — Ты узнала что-нибудь еще о его прошлом?

— Я подтвердила, что Ремор тренирует его, — сказала Талия, — с немалой долей самоотдачи. А что касается того, откуда взялся Асано, такое чувство, будто он свалился с неба.

— Я слышала кое-что еще, — сказала Кассандра. — Я не хотела ничего говорить, пока не подтвержу.

— О?

— Ты помнишь, что Ремор и его спутники предприняли экспедицию за пределы города.

— Проблема Вейнов, — сказала Талия. — Мне всегда не нравилась Крессида.

— Они отправились по приказу Церкви Чистоты. Взяли с собой одну из целительниц церкви. Девушку из семьи Ласалль.

— Ты ее знаешь?

— Знаю. Аниса. Рьяная девушка. Опасно преданная делу.

— Что она говорит?

— Я не могу подойти к ней напрямую, — сказала Кассандра. — Она считает, что я веду себя греховно.

— Надеюсь на это, — сказала Талия. — Именно в этом все веселье.

— От моих источников в Церкви Чистоты я слышу, — сказала Кассандра, — что Аниса покинула группу Ремора после того, как к ним присоединился какой-то незнакомец с темными силами.

— Интересно, — сказала Талия. — Это совпадает с тем, что я слышала о том, что Ремор считает, будто он провалил контракт. Что он потерпел бы неудачу, если бы не вмешательство кого-то другого.

— Я слышала то же самое, — сказала Кассандра, — но как это может быть Асано? Я уже подтвердила, что он пришел в город вообще без навыков. Ремор и его спутники тренировали Асано неделями, просто чтобы довести его до минимального стандарта.

— Ты сказала «темные силы», — сказала Талия. — Асано — специалист по недугам.

— Безусловно, достаточно, чтобы оттолкнуть жрицу Чистоты, — сказала Кассандра, — но все еще есть несоответствия. Мои инстинкты говорят мне, что здесь что-то большее.

— Доверься своим инстинктам, дорогая, — сказала Талия. — Узнай все, что сможешь.

— Конечно. Меры уже приняты.

— На данный момент, — сказала Талия. — Стоит ли тебе тратить время, чтобы очаровать его?

— Возможно, это стоит усилий, — сказала Кассандра, — но не стоит риска.

— О? — подтолкнула Талия.

— Он воспринял полное подавление моей ауры как приятную прохладу вечера.

— Это определенно необычно, — сказала Талия. — И ты обычно не настолько груба, чтобы использовать свою ауру подобным образом.

— Я пыталась вывести его из равновесия, — сказала Кассандра, — но в нем есть что-то странное. Как будто он живет в состоянии неуравновешенности. Разговор с ним ощущается как балансирование на краю чего-то, чего я не понимаю.

Талия взглянула на дочь из-под приподнятой брови.

— Что? — спросила Кассандра.

— Ничего, дорогая, — сказала Талия, переводя взгляд на сцену, с легкой улыбкой на губах. Они сидели в тишине несколько мгновений, прежде чем Кассандра снова заговорила.

— Мама?

— Да, дорогая?

— Когда уязвимость становится оружием?

Талия тихо усмехнулась, вызвав раздраженный взгляд Кассандры.

— Уязвимость — это оружие соблазнения, дорогая, — сказала Талия. — Сложно использовать, но разрушительно, если владеть им умело. Возможно, Тадвик — не единственный, кого мне стоит держать подальше от этого молодого человека.

— Не говори глупостей, мама.

Любопытные Побуждения

Джейсон поправил галстук-бабочку в большом стоячем зеркале.

- Необычный наряд, - заметил Гари. “Немного аккуратнее, чем мне бы хотелось. Я думаю, что у местных все правильно, по моде.”

Они находились в гостиной люкса, который делили Руфус, Гари и Фарра. Гари был одет в вечерний костюм, который демонстрировал все красочные драпировки, столь любимые высшим обществом Гринстоуна.

“Я попросил Гилберта сделать это, - сказал Джейсон. “Это называется смокинг.”

Джейсону нравился хорошо сшитый костюм, но он обнаружил, что ему не хватает доспехов. Он носил их почти постоянно, в битвах и опасностях, пока они не стали частью его самого. Тем не менее, ночь в симфоническом оркестре не предполагала ни сражений, ни опасностей, так что, возможно, было лучше чувствовать себя немного иначе. И даже если это так, его смокинг имел некоторые укрепляющие процедуры и несколько магических трюков, чтобы облегчить быстрый побег, если это необходимо.

- Не хватает красок, - сказал Гари, все еще не сводя глаз с одежды Джейсона.

“Мне это нравится, - сказала Фарра, выходя из своей комнаты. - Просто и элегантно.”

“Почему Руфус всегда дольше всех готовится?- Спросил Гари. “У него даже волос нет. Я готов, я почти весь в волосах.”

“Я помню, что у меня не было волос, - сказал Джейсон. “Мне это было безразлично.”

“Приятно снова выйти отдохнуть, - сказала Фарра.

Джейсон подвинулся, чтобы она могла занять его место и посмотреть на себя в зеркало. - Согласен, - сказал Джейсон. - Программа состоит из трех частей, верно? Хороший, долгий вечер в симфоническом оркестре - это как раз то, что нужно.”

- Даниэль сказала, что пригласила нас, потому что думала, что тебе понравится, - сказала Фарра. - Она знает, что ты много работал."

“Вчера я столкнулся с Хамфри в дельте, - сказал Джейсон. “Мы вместе делали работу с доски объявлений.”

- Как это было?- Спросила Фарра.

“Ну, я стоял там, и он убил монстра немедленно, так что... прямолинейно.”

“Все готовы?- Спросил Руфус, выходя из своей комнаты.

“Конечно, мы готовы, - сказала Фарра. “Ты всегда выходишь последним.”

- Ты что, натер голову воском?- Спросил Гари у Руфуса.

- Нет, - ответил Руфус. “Я не вощил свою голову.”

- Неужели?- Спросил Гари. - Потому что, похоже, ты натер голову воском.”

“На ней есть что-то блестящее, - заметил Джейсон.

“Может быть, я втер немного увлажняющего крема, - признался Руфус.

“Ты это сделал, - сказал Гари. “Ты натер голову воском.”

“Я не вощил свою голову.”

“По-моему, это выглядит мило, - сказала Фарра. - Очень блестяще.”

* * *

В отличие от Театрального района, расположенного в Старом городе, Большой концертный зал находился совсем рядом с их квартирой в гильдейском районе. Они прошли небольшое расстояние по широким улицам, солнце стояло низко, но все еще висело в летнем небе. Концертный зал был великолепным круглым зданием, мимо которого Джейсон проходил каждый день по пути в кампус общества приключений. Запланировав два длинных антракта, Джейсон намеревался осмотреться в перерывах между выступлениями. Они присоединились к Даниэль Геллер и ее сыну Хамфри в их личной ложе. Когда наступил первый антракт, остальная часть группы направилась в сторону питейного зала, предназначенного только для частных посетителей. Когда они уходили, Даниэль осторожно остановила Джейсона.

“У меня есть друг, с которым я хотела бы тебя познакомить, - тихо сказала она, протягивая ему листок бумаги. “Я сказала, что ты найдешь ее во время первого антракта. Ты ведь не сделаешь из меня лгунью, правда?”

- Вы ведь не запихиваете меня в ящик, Леди Геллер?”

“Я бы не посмела, - сказала она с лукавой улыбкой.

Когда Даниэль оставила его, Джейсон взглянул на листок бумаги. В нем было указано, как пройти в комнату на втором этаже, расположенную ниже личной ложи Геллеров на третьем этаже. Идти по коридорам было все равно что идти по художественной галерее, где картины и утопленные в них скульптуры тщательно освещались тонким магическим светом. Он нашел номер, указанный в листке, где табличка объявляла его конференц-залом Мемориала Эдит Вейн. Он нахмурился, услышав это имя. Была одна аура, которую он мог ощутить внутри, с непреодолимой силой серебряного ранга. Он подумал было постучать, но вместо этого просто вошел.

Конференц-зал выглядел именно так, с длинным столом, окруженным стульями. С потолка свисали мягкие лампы, наполняя комнату теплым светом. Вдоль одной стены окна выходили на город. Район гильдии состоял в основном из низких зданий, с большими кампусами общества приключений и магии, а также концертным залом. Солнце уже село во время первого представления, и уличные фонари освещали улицы внизу, освещая бурлящую ночную жизнь. Единственная обитательница комнаты стояла к нему спиной и смотрела на город. На ней было строгое платье в местном стиле - свободная многослойная драпировка, подчеркнутая тонким поясом. Каштановые волосы рассыпались по ее спине, а пара заостренных ушей выдавала в ней эльфа. Джейсон не смог бы скрыть своего присутствия, даже если бы захотел, но она никак не отреагировала на его появление.

Джейсон достал из своего инвентаря бутылку и стакан, налил немного сладкого зеленого ликера.

- Выпьешь?- он предложил. Она протянула руку, не оборачиваясь. Бокал вырвался из рук Джейсона и перелетел через комнату к ней, не пролив ни капли.

- Спасибо, - сказала она и сделала глоток. “Это одно из личных изобретений Мистера Норвича. Он друг друга, да?”

“Так и есть, - сказал Джейсон. Норвич был другом Джори-алхимиком, который пытался сварить напиток, способный преодолеть сопротивление яда Джейсона. Норвич не хотел обращаться к ингредиентам бронзового ранга, отчасти как вызов, а отчасти чтобы предотвратить похмелье бронзового ранга. Джейсон достал еще один стакан и налил себе, затем подошел и встал рядом с женщиной. Он смотрел на город, а не на нее.

“Вы знаете, кто я, Мистер Асано?”

“Я действительно знаю только одного эльфа. Мы не ладим друг с другом.”

- Жрица чистоты.”

“Та самая, - сказал Джейсон. - Очень суровая женщина. Мощная арийская атмосфера. Сексуальная, хотя не следовало бы такой быть, как злая леди-мучительница.”

“Ты думаешь, что если скажешь какую-нибудь чепуху, это выведет меня из равновесия?”

“Вы думаете, что, приведя меня в комнату, названную в честь семьи, половину которой я убил, Вы сделаете со мной то же самое?”

Она повернулась, чтобы посмотреть на него, потом снова отвернулась к окну. - Сорок один контракт за восемнадцать дней, если считать уведомления Совета по приключениям, - сказала она. -Вы были очень занятым человеком."

“Такое чувство, что мне еще многое предстоит наверстать.”

“Вы можете продолжать в том же духе?”

- Нет, если только кто-нибудь не сделает мне волшебный скутер.”

“Это какой-то вид транспорта из Вашего мира?”

“Так и есть, - сказал Джейсон. “Я думаю, это было бы неплохо. Ехать по насыпным дорогам, ветер дует мне в лицо.”

“Я слышала о Вашем отвращении к хейделам. Довольно необычно для искателя приключений.”

- Эксцентричность-прерогатива богатых и влиятельных. Я едва ли могу претендовать ни на то, ни на другое, но я работаю над этим.”

- Тогда Вам следует делать более выгодные инвестиции, чем человеку, посвятившему свою жизнь исцелению бедных.”

“Я сам разберусь, - сказал Джейсон. - Вы хотели что-нибудь еще, кроме того, чтобы показать, как много внимания Вы уделяете, директор? Этот антракт не будет длиться вечно.”

Элспет Арелла была директором Гринстоунского отделения Общества приключений. Руфус указал на нее вместе с другими местными знаменитостями во время их бурных светских вылазок месяц назад.

“Вы увидите, Мистер Асано, что эти антракты длятся столько, сколько хотят некоторые люди.”

- Понимаю.”

“Я довольна тем, как Вы вели себя с тех пор, как вступили в общество приключений.”

“Камень Пробуждения удовлетворен?”

“Я бы не приняла Ваше самодовольство за разумную меру моего, Мистер Асано. Я особенно не хочу, чтобы какой-нибудь чиновник магического общества среднего уровня связался с моим офисом, чтобы попросить о встрече с членом моего общества, который даже не прошел месяц после оценки."

“А они не могут просто прийти и найти меня прямо сейчас? - Невинно спросил Джейсон.

Она повернулась, чтобы бросить на него испепеляющий взгляд, и ее аура вдавила его в пол. Он небрежно потягивал свой напиток, все еще глядя в окно. - Сделайте небольшой перерыв в контрактах, Мистер Асано. Вы убирали отставание, которое я использую, чтобы подтолкнуть некоторых наших членов, которые не разделяют Вашу трудовую этику. Я прослежу, чтобы Вам назначили соответствующие контракты; просто проверьте стол в зале вакансий. Если Вы хорошо справитесь, то можете ожидать увидеть вторую звезду в ближайшем будущем."

“Вы босс, - сказал Джейсон.

Любопытные Побуждения

“Вы не производите впечатления человека, который придает большое значение авторитету, - сказала она ему.

“Я не склонен отказываться от моральной ответственности, - сказал он.

Она осушила стакан и протянула ему обратно.

“У Вас есть вкус для сладкие вещи, господин Асано. Пьете, как эльф.”

“Вы тоже хорошо справляетесь, - сказал Джейсон. - Пьете, как австралиец.”

“Я понятия не имею, что такое” австралиец", - сказала она.

“Это я, директор. Я.”

* * *

- Этот твой друг, - прошептал Джейсон Даниэль, усаживаясь обратно в зрительный зал.

“Новый друг, - сказала Даниэль, - но, по-моему, хороший.”

* * *

Украшенные искусством общественные коридоры концертного зала огибали круглое здание. Во время второго антракта было много посетителей концерта, в том числе и Джейсон. С бокалом в руке он в одиночестве побрел по коридору. Он остановился, чтобы рассмотреть картину, изображающую бесплодную пустыню. Это был импрессионистский стиль, напоминавший Джейсону о его первых днях в новом мире. К нему присоединилась женщина, рассматривавшая его. Он бросил на нее быстрый взгляд, прежде чем снова повернуться к картине.

Он вообще не чувствовал исходящей от нее ауры. Его чувства ауры были не самыми острыми, но полностью скрыть это означало, что она, вероятно, была выше рангом, чем он. На вид ей было чуть за двадцать, и к этому моменту любой порядочный искатель приключений достигал бронзового звания. Не многие начинали так поздно, как Джейсон. У нее была оливковая кожа местного жителя, тонкие черты лица - легкая, опасная красота. Темные волосы каскадом рассыпались по плечам, открывая элегантное платье из кремового шелка.

- Посредственность, - с упреком произнесла женщина, глядя на картину перед ними. - Они вешают лучшие работы в закрытых залах отдыха.”

“Мне нравится, - сказал Джейсон. - Похоже на то, что чувствует пустыня.”

“Вы провели там какое-то время?- спросила она.

“Немного, - ответил Джейсон. - Это напоминает мне о некоторых частях моей Родины.”

“И где же это?- спросила она.

“Очень далеко отсюда, - задумчиво произнес он.

Она повернула к нему голову.

“Вы Джейсон Асано.”

Джейсон не сводил глаз с картины.

“Я не уверен, что Вы понимаете, как происходит знакомство, - сказал он. “Я уже знаю, кто я.”

Она нахмурилась, и он почувствовал, как аура бронзового ранга вспыхнула, подавляя его собственную. Ему говорили, что это самый верх грубости, но он продолжал подвергаться ей. Он думал, что там может быть урок, но у него не было никакого интереса изучать его. Он рассеянно подумал, не становится ли он мазохистом.

- Красивая женщина вторглась в мое личное пространство, - сказал он беззаботно. - Мне следует испугаться или обрадоваться?” Уголки его рта приподнялись в лукавой улыбке. “Возможно, - задумчиво произнес он, - самым восхитительным выбором было бы и то, и другое.”

“Вы хотите, чтобы Вам дали пощечину?- спросила его женщина.

Он повернул голову и посмотрел ей в лицо.

“Вы будете думать обо мне хуже, если я скажу "да"?- спросил он.

Она выгнула бровь.

“Меня зовут Кассандра Мерсер, - сказала она.

- А, - сказал Джейсон, снова поворачиваясь к картине. - Теперь понятно.”

“Понятно что?- спросила она.

“Все.”

- О, неужели?”

“Если бы Вас послал Тедвик, - сказал Джейсон, - то это был бы переулок, и Вы были бы гораздо менее хорошенькой. Полагаю, Вы здесь по приказу своей матери. Вы производите впечатление человека, очень хорошо умеющего утолять любопытство.”

“Если бы я ударила Вас, мистер Асано, Вы бы все знали. Кстати, о моей матери, я слышала, что Вы говорили о ней недобрые вещи.”

Джейсон снова отвернулся от картины и робко улыбнулся ей.

“За это, - сказал он, - Пожалуйста, передайте мои искренние извинения. В то время я не знал, кто Ваш брат, и он действительно спросил меня, знаю ли я, кто его отец. От такой линии не уйдешь.”

- Достойный человек ушел бы.”

Джейсон издал зловещий смешок.

“Да, я думаю, один бы так и сделал.”

“Я действительно навела о Вас кое-какие справки, - призналась Кассандра. - Там было соблазнительно мало интересного. Вы ставите меня в невыгодное положение.”

Джейсон поднял брови, услышав это заявление.

- Мисс Мерсер, у Вас есть власть, влияние, связи, богатство и знания. Какое у меня может быть преимущество перед Вами?”

- Тайна, - сказала она. “Разве это не самое большое преимущество?”

- Тайна - это иллюзорный щит, - сказал Джейсон. - В тот момент, когда завеса пробита, твои уязвимые места становятся открытыми. И есть только одна арена, на которой уязвимость становится оружием.”

“И что это за Арена?- спросила она.

На его лице отразилось разочарование.

“Очень жаль, что Вы спрашиваете, - сказал он. “Если позволите, я думаю, что антракт скоро закончится.”

Он ушел, не оглядываясь. Она смотрела ему вслед с задумчивым выражением на лице. Она ушла в другую сторону.

* * *

Кассандра села рядом с матерью в отдельной кабинке их семьи. Талия Мерсер больше походила на сестру своей дочери, чем на ее родителя, несмотря на возрастную силу ее серебряных сущностей.

- Ну и что?- Спросила Талия.

“Он опасен, - сказала Кассандра. “Не подпускай к нему Тэдвика.”

“Проблема не в Тэдвике, - сказала Талия. - Проблема в том, сколько хлопот доставит твой отец, чтобы успокоить гордость твоего брата. Ты же знаешь, как он относится к своему наследнику мужского пола.”

“Это может быть проблемой, учитывая связь Асано с Руфусом Ремором, - сказала Кассандра. “Ты выяснила еще что-нибудь о его прошлом?”

“Я подтвердила, что Ремор обучает его, - сказала Талия, - с немалой самоотдачей. Что касается того, откуда Асано пришел, то он как будто свалился с неба.”

“Я слышала кое-что еще, - сказала Кассандра. “Я не собиралась ничего говорить, пока не получу подтверждения.”

- Что же?

“Помнишь, что Ремор и его спутники предприняли экспедицию за пределы города, - сказала Кассандра.

- Проблема с флюгером, - сказала Талия. - Мне всегда не нравилась Крессида.”

- Они отправились туда по приказу Церкви чистоты. Взяли с собой одного из церковных целителей. Девушка из семьи Ласаль.”

“Ты ее знаешь?”

- Я знаю. Аниса. Ревностная девушка. Опасно фанатичная.”

“А что она может сказать?”

“Я не могу подойти к ней напрямую, - сказала Кассандра. - Она думает, что я веду себя грешно.”

“Надеюсь, что так, - сказала Талия. “Вот тут-то и все самое интересное.”

“Я слышала из своих источников в церкви чистоты, - сказала Кассандра, - что Аниса покинула группу Ремора после того, как к ним присоединился какой-то незнакомец с темными силами.”

- Интересно, - сказала Талия. “Это согласуется с тем, что я слышала о Реморе, который считает, что он испортил контракт. Что он потерпел бы неудачу, если бы не вмешательство кого-то другого.”

“Я слышала то же самое, - сказала Кассандра, - но как это может быть Асано? Я уже подтвердила, что он прибыл в город без каких-либо навыков. Ремор и его товарищи неделями тренировали Асано, чтобы довести его до минимального уровня.”

“Ты говорила о темных силах, - сказала Талия. - Асано-специалист по болезням.”

“Конечно, этого достаточно, чтобы сразу сбить с толку жрицу чистоты, - сказала Кассандра, - но все же есть несоответствия. Мои инстинкты подсказывают мне, что это еще не все.”

- Доверься своим инстинктам, дорогая, - сказала Талия. - Выясни все, что сможешь.”

“Конечно. Шаги уже предприняты.”

“На данный момент, - сказала Талия, - стоит ли тратить время на то, чтобы обмануть его?”

“Может быть, это и стоит усилий, - сказала Кассандра, - но не стоит риска.”

- М?- Поинтересовалась Талия.

- Он отнесся к полному подавлению моей ауры, как к приятной вечерней прохладе.”

“Это действительно необычно, - сказала Талия. “И обычно ты не настолько груба, чтобы использовать свою ауру подобным образом.”

“Я пыталась вывести его из равновесия, - сказала Кассандра, - но в нем есть что-то странное. Как будто он живет не в своей тарелке. Разговаривать с ним-все равно что балансировать на грани чего-то непонятного.”

Талия взглянула на дочь из-под изогнутой брови.

- Что?- Спросила Кассандра.

- Ничего, дорогая, - ответила Талия, переводя взгляд на сцену, и легкая улыбка заиграла на ее губах. Несколько мгновений они сидели молча, прежде чем Кассандра заговорила снова.

- Мама?”

- Да, дорогая?”

- Когда уязвимость становится оружием?”

Талия тихо рассмеялась, вызвав раздраженный взгляд Кассандры.

- Уязвимость - это оружие обольщения, дорогая, - сказала Талия. - Сложно использовать, но разрушительно, если хорошо владеть. Возможно, Тедвик не единственный, кого мне следует держать подальше от этого молодого человека.”

- Не говори глупостей, мама.”

Оружие посильнее того, что у тебя в руках

Хамфри возвращался в родовое поместье после завершения контракта, грязный и забрызганный кровью монстра. Его встретила Фиби, дальняя родственница. Как и он, она была железного ранга, но вступила в общество приключений более чем полгода назад.

Семья Геллеров раскинулась на разных континентах. Хотя у них была общая фамилия, Фиби и Хамфри почти не были родственниками. Они даже не имели общего этнического происхождения, так как ее кожа была темнее, а волосы намного светлее, чем у Хамфри, как это было традиционно для семьи Геллеров, Фиби была отправлена в Гринстоун для обучения и опыта. Как только она достигнет бронзового ранга, она вернется на родину.

“Что происходит с твоим другом?- Спросила Фиби у Хамфри.

- Ты имеешь в виду Джейсона?- Спросил Хамфри. “Я был занят контрактами, поэтому не видел его. Мама сказала, что он проводит много времени в комнате миражей.”

“Уйма времени - это правильно, - сказала Фиби. “Он был там почти весь день, каждый день, большую часть недели, - сказала Фиби. “Он будет драться с любым, кто войдет; бронзовый ранг, железный ранг, ему все равно. Твоя мать говорит, что это хороший опыт для наших людей - встретиться лицом к лицу со специалистом по болезням.”

- Он выигрывает?- Спросил Хамфри.

“В основном он проигрывает, - резко сказала она. - Однако, у людей есть привычка умирать после того, как его уже избили. Эти несчастные отвратительны.”

“Я видел, как он убивал ими монстров, - сказал Хамфри. “Я не уверен, что хочу видеть это на человеке.”

“Я не понимаю, как он продолжает жить, когда так много теряет, - сказала Фиби. “Это действительно меня достало бы.”

- Ты больше узнаешь от потери, - сказал Хамфри. “Но я бы не стал утруждать себя попытками понять Джейсона. Я думаю, что мама - единственная, кто видит его насквозь.”

“Он действительно одержал несколько неожиданных побед, - сказала Фиби. “Когда камера миражей выбрасывает сложную среду, с ней становится сложно иметь дело.”

- А?”

- Он избил моего брата.”

“Он избил Рика?- Спросил Хамфри.

- Рик такой же, как ты, - сказала она. - Поставь врага перед ним, и ничто в железном звании не выживет. Но арена "Мираж" привела их в разрушенный город. Пост - всплеск, сценарий очистки, так что монстры повсюду. Он сбивал и убегал каждый раз, когда Рик отвлекался.”

Иллюзорная сила области Миража могла объединить окружающую среду и врагов во множество различных сценариев. В городе, который был захвачен во время чудовищного всплеска, была проведена очистка после всплеска. Он был любимцем тренеров семьи Геллер, из-за сложной окружающей среды и постоянной угрозы скрытых монстров. Часто его использовали для обучения поисково-уничтожающим миссиям, но он также был динамичной ареной для боевых действий.

- Полагаю, Рик попросил о реванше, - сказал Хамфри.

“Сразу же, - ответила Фиби, - но тут вмешалась твоя мать и решила продемонстрировать это. Должно быть, она наблюдала за ним.”

- Я думаю, Джейсон очаровал ее, - сказал Хамфри. - Она любит разбирать людей на части, как пазлы, чтобы посмотреть, как они работают. Джейсон - ничто, если не озадачивает.”

- Она вывесила объявление для всех на месте, чтобы собраться в смотровой комнате.…” Она вытащила карманные часы, чтобы проверить время. “ ... чуть меньше двух часов. Достаточно времени, чтобы ты сначала приняла душ. От тебя пахнет болотом и мертвым чудовищем. Почему ты не воспользовался каким-нибудь средством для мытья кристаллов?”

- Больше не осталось. В последнее время с ними трудно, - сказал Хамфри.

“Вообще-то, я тоже это заметила, - сказала Фиби.

* * *

Смотровая комната в районе Миража была устроена как лекционный зал, и тренеры семьи Геллер часто использовали ее в качестве таковой. С многоярусными сиденьями, смотрящими вниз на большое смотровое окно, тренеры могли говорить, в то время как изображения комнаты миражей, живые или записанные, проецировались позади них. Она была уже наполовину заполнена, когда появился Хамфри, а за ним еще несколько человек.

“Твоя мать устроила матч-реванш, - сказала Фиби, когда Хамфри сел рядом с ней. - На этот раз у Рика будет целая команда.”

- Все они?- Спросил Хамфри. “А кто у Джейсона с собой?”

- Никто, - ответила Фиби. “Хотя я подозреваю, что рука твоей матери будет крепко прижата к весам.”

- У Рика в команде есть Клэр, - сказал Хамфри. “Она просто очистит все страдания Джейсона.”

“Твоя мать определила условия этого брака, - сказала Фиби. “Я не из тех, кому можно жаловаться.”

“Пойду поищу ее, - сказал Хамфри, вставая.

- Сядь обратно, - проворчала Фиби, удерживая его за руку. “Ты действительно думаешь, что сможешь ее переубедить?”

Хамфри сделал, как ему было сказано, и сел.

“Никогда раньше и не пытался, - сказал он.

* * *

“Я не совсем понимаю, в чем дело, - сказал Джейсон. Он остался наедине с Даниэль Геллер в рубке управления "Миража". Они ждали прибытия Рика Геллера и его команды.

- Главное, - сказала Даниэль, - учиться. Вот чем мы здесь занимаемся. Мы учим, и мы учимся. Моя семья распространилась по всему миру, но именно здесь мы впервые стали искателями приключений. Это то, что мы все еще делаем.”

“Я имел в виду более конкретно, - сказал Джейсон. “Я не уверен, что смогу продержаться против пяти членов вашей семьи достаточно долго, чтобы внести хоть какой-то вклад в образование.”

“Когда Руфус впервые описал мне тебя, ты знаешь, что он сказал?”

- Распутно красивый?”

Даниэль усмехнулась.

“Он сказал мне, что, когда вы все были пленниками, ты показал ему, что значит найти в себе нечто, о существовании чего ты даже не подозревал. Сделать то, что казалось невозможным.”

“Возможно, он не обратил внимания, - сказал Джейсон. - В основном я психовал и получал удары лопатами.”

“И все же ты убил Крессиду Вэйн, - сказала Даниэль. “Знаешь, я ее знала.”

“Правда?- Спросил Джейсон. “Она всегда была чересчур самоуверенна? Из-за этого ее и убили.”

“Вообще-то да, - ответила Даниэль. - Меня нисколько не удивляет, что в конце концов это ее убило.”

“Я уже семь раз умирал сегодня на твоей арене миражей, - сказал Джейсон. -Может быть, три дюжины на этой неделе. Это кажется реальным. Отчаяние, паника, беспомощность. Оно все равно приходит, каждый раз.”

- Хорошо, - сказала Даниэль. “Я хочу увидеть то, что видел Руфус. Я хочу увидеть, как ты сделаешь невозможное. Что еще важнее, я хочу, чтобы молодые члены моей семьи увидели это.”

“А если я с треском провалюсь?- Спросил Джейсон.

“Тогда, возможно, ты дважды подумаешь, прежде чем пытаться заставить моего сына усомниться в фундаментальном устройстве нашего общества.”

Джейсон рассмеялся.

“Да, сожалею об этом”, - сказал он, смущенно. “У меня есть способ вскарабкаться на своего высокого коня.”

“Мой сын начал задавать вопросы, которые мне не совсем нравятся, - сказала она.

“Да, это так, - сказал Джейсон с абсолютной уверенностью.

Она снова усмехнулась.

- Да, это так, - призналась она.

Дверь открылась, и вошел Рик. Как и у сестры, у него была темно-коричневая кожа и светло-каштановые волосы. Он больше походил на Хамфри-высокий и широкоплечий. Он повел за собой еще четырех человек.

Команды не были редкостью среди искателей приключений, обычно от трех до шести человек. Только в таком относительно безопасном районе, как Гринстоун, одиночные операции были обычным делом.

Команда Рика имела архетипическое распределение ролей, с парой жизнерадостных фронтовиков, некоторыми специалистами по повреждениям и целителем. Не каждая команда могла найти хорошего целителя, даже такой, как Руфус, еще не нашел его. Его опыт общения с Анисой показал, что командная динамика в такой же степени зависит от баланса личностей, как и от баланса сил.

Рик пожал Джейсону руку и представил членов своей команды. Джейсону было ясно, что его требование о реванше коренится не в гордыне, а в стремлении улучшить себя, общем для клана Геллеров. Он был удивлен не меньше других, когда Даниэль выставила Джейсона против всей его команды.

Только трое из пятерых были Геллерами, а двое других - двумя эльфийскими сестрами-близнецами. Джейсон пожал руки каждому из них по очереди. Хотя Рик, возможно, и не был движим гордостью, не все в его команде были одинаковы, и самый большой член команды грубо сжал руку Джейсона, когда он пожал ее.

- Ой, - сказал Джейсон, убаюкивая свою руку после того, как забрал ее обратно. - Блин, приятель. Для чего это было нужно?”

- Джон, - выругался Рик. “Что ты делаешь?”

“Этот идиот думает, что может встать один против пятерых, - сказал здоровяк.

“Вообще-то, это была моя идея, - сказала Даниэль, привлекая всеобщее внимание. Она так хорошо растворилась на заднем плане, пока они знакомились, что Джейсон заподозрил, что это какой-то фокус с аурой. Едва заметное повышение ее ауры внезапно сделало ее центром внимания. Джейсон усердно работал над контролем своей ауры, но понимал, что ему еще предстоит пройти долгий путь.

Большая часть группы посмотрела на Даниэль с уважением, но Джон выглядел вызывающе.

“Ты действительно думаешь, что этот парень лучше всех нас пятерых?- спросил он.

-Дело не в том, чтобы стать лучше, - сказала Даниэль. - Возможно, он не тренировался так долго, как вы, и не использовал тщательно обработанные пробуждающие камни, которые вы все делали, но я наблюдала за ним здесь, на арене миражей.”

“Правда?- Спросил Джейсон, выглядя смущенным.

-Да, - ответила она. - Джейсон, возможно, все еще осваивает свои боевые приемы, но он полностью усвоил урок, который всем здесь было бы полезно уделить больше внимания. Поэтому я устроила этот маленький матч, чтобы все видели. Я выстроила в очередь именно тот сценарий, который мне нужен.”

“Ты хочешь сказать, подстроила драку? - спросил Джон.

- О, хорошо, - сказал Джейсон, облегченно вздохнув. - Между нами говоря, я немного волновался.”

Даниэль усмехнулась.

- Сценарий - это охота на беглецов. Рик, у твоей команды есть два часа, чтобы найти и поймать или убить Джейсона. Джейсон, ты должен избегать захвата на все время, или вывести из строя команду Рика.”

“Вряд ли, - пробормотал Джон.

- Ты хочешь что-то сказать, Джон?- Спросила Даниэль.

“Конечно, - сказал Джон, то ли не заметив, то ли не обратив внимания на предостережение в голосе Даниэль. “Я собираюсь показать этому маленькому безымянному сорняку, что значит сражаться с Геллером.”

Рик ударил его кулаком по руке.

- Заткнись, идиот. Он тут всю неделю дрался с Геллерами.”

Даниэль одобрительно улыбнулась Рику.

“И еще одно, - сказала она. "Этот сценарий будет установлен во время чудовищного всплеска.”

* * *

Даниэль вошла в смотровую комнату, поднялась на платформу перед смотровым окном, держа в руке Хрустальный жезл. В комнате воцарилась тишина. Когда Даниэль заговорила, ни у кого не хватило смелости продолжать разговор.

-Имя Геллер - это хорошо, - сказала Даниэль. - Каждый из вас в этой комнате либо носит его, либо является добрым товарищем тех, кто его носит. Это имя открывает двери, вызывает уважение. Это имя, которым можно гордиться.”

Она обвела взглядом аудиторию. Ученики Геллера, их товарищи и несколько инструкторов, которые их обучали. Она продолжала свою речь.

“Однако мне только что напомнили, что гордыня может быть опасна. Мы стали великими не потому, что наше имя велико. Наше имя велико, потому что мы делаем его таким. Каждый, кто носит фамилию Геллер, несет ответственность за то, чтобы соответствовать ей. Мы рождаемся с этим именем и многим другим. Мы обязаны тратить свою жизнь на то, чтобы их зарабатывать.”

Она помахала жезлом в руке перед смотровым окном, которое мигнуло и ожило. На ней была изображена обычная сцена из дельты: грязная земля, заполненная спутанными корнями деревьев, навес над головой, отбрасывающий тень. Рик и его команда тащились по грязи, которая засасывала их ботинки с каждым шагом.

“Как инструкторы, мы находим, что некоторые уроки занимают больше времени, чем другие, - сказала Даниэль. - Вы все наполнены осознанием своей новой силы. Вы чувствуете себя сильными, даже непобедимыми. Это может заставить вас не уважать внешние силы, определяющие успех и неудачу.”

Она оглянулась назад, когда команда пробиралась по мокрой земле. Скрытые корни и неожиданные глубокие пятна на грязи способствовали спотыкающемуся прогрессу. Густая листва над ними заставляла их полагаться на волшебную лампу для освещения. Она была дорогой и плыла над ними, не касаясь их руками, но заполняла пространство вокруг танцующими тенями деревьев.

- Ваше окружение, - подхватила Даниэль, - может быть более сильным оружием, чем то, что вы держите в руках. Монстры редко появляются в тренировочных залах и на боевых аренах. В большинстве случаев вы будете вовлекать их в их собственное окружение. Пока вы смотрите, я хочу, чтобы все вы обратили внимание на этот момент. Кто и как использует окружающую среду.”

Вот что значит сражаться со мной

Вот что значит сражаться со мной

Джейсон комфортно передвигался по болотистому лесу. Его ноги не утопали в воде или грязи, а глаза легко пронзали тьму. Заросли корявых деревьев и другие препятствия не были помехой; он мог исчезнуть в густых тенях и появиться на другом конце. Несмотря на то, что все это было иллюзией, она ощущалась совершенно реальной. Жаркий, тяжелый воздух, крошечные насекомые, роящиеся вокруг него. Небольшой всплеск проекции ауры заставил их разлететься.

Толстая нить паутины вылетела из тени, ударив в то место, где Джейсон был мгновениями ранее. Это был не первый такой промах, так как глаза Джейсона могли выискивать ткачей ловушек в темноте. Даже если они попадали, паутина соскальзывала. Она не могла прилипнуть ни к его способности эссенции — покрову, ни к броне под ним.

Эффект: Устойчивость к клейким веществам и способностям с клейким эффектом.

Лес был полон ткачей ловушек, оставлявших после себя лабиринт липких нитей, пытаясь поймать Джейсона. Он промелькнул сквозь тени, кинжал вонзился в голову гигантского паука. Тот упал на землю, а Джейсон продолжил прогулку по лесу.

* * * В комнате просмотра Даниэль контролировала перспективу смотрового окна жезлом в руке. Она использовала его, чтобы следить за путешествием Рика и его команды через темные, болотистые леса.

* * * Генри Геллер выбросил руку вперед, выкрикивая быстрое заклинание.

— Огненный снаряд.

Пламя вырвалось из пальцев Генри, промахнувшись мимо ускользающей, теневой фигуры и погаснув при ударе о ствол дерева. Стрела Ханны пролетела ближе, но фигура Джейсона исчезла прежде, чем и она безвредно вонзилась в дерево.

— Генри? — позвал Рик.

— Он слишком много прыгает, — сказал Генри. — Как будто он везде.

Генри владел магией ветра и огня, и они отслеживали Джейсона, улавливая его запах в воздухе. Они мельком видели его, но не более чем очертания в темноте.

Группа продолжила поиски в мутном лесном болоте. Джона был их оплотом, но его тяжелая броня и щит замедляли его до ползания. Рик был их вторым бойцом переднего края, и он справлялся лучше. Его броня была не такой тяжелой, а эссенция мощи давала ему силу пробиваться сквозь грязь. Его самой большой проблемой было то, что его длинный, тяжелый меч было трудно замахнуть среди деревьев.

Рик и Джона, вместе с Генри, были членами семьи Геллер. Двумя оставшимися членами команды были сестры-эльфийки, Ханна и Клэр Адеа — лучница и целитель команды. Как целитель, Клэр всегда была самым важным членом команды, которого нужно было защищать. Ее способность очищать недуги Джейсона делала это утверждение вдвойне верным. По этой причине она находилась в самой охраняемой части построения, пока они медленно пробирались через болото.

— Что это? — крикнул Джона спереди.

Остальные посмотрели туда, куда он указывал. Деревья росли ближе друг к другу, и гирлянды паутины, толщиной с руку, были развешаны между ними, как праздничные украшения. Это не было каким-то узором, а скорее диким и разбросанным. Она была густо наложена, до такой степени, что было трудно найти проход.

— Ткачи ловушек, — сказала Ханна. Они уже столкнулись с несколькими, большинство из которых были пришпилены к деревьям ее стрелами.

— Ткачи ловушек осторожны, — сказал Рик. — Это не выглядит осторожным.

— Думаю, Асано мог их спровоцировать, — сказал Генри. — Вся эта область пропитана его запахом.

— Не думаю, что идти через это — хорошая идея, — сказал Джона.

— Мы должны, — сказал Рик. — Он прячется, мы преследуем; такова игра. Если мы откажемся куда-то идти, он может просто подождать там и дождаться истечения времени.

— Это нечестное условие, — сказал Джона.

Ханна посмотрела на него, как на идиота.

— Нас пятеро, — сказала она.

— Я просто говорю, — угрюмо сказал Джона.

— Ханна, — сказал Рик. — Твои глаза лучшие. Найди нам самый чистый путь.

Паутина оказалась очень распространенной.

— Как он заставил ткачей ловушек сделать все это, не попавшись им? — задалась вопросом Клэр.

— Его трудно поймать, — сказал Рик. — Ему могут быть нужны тени для телепортации, но он может продолжать делать это снова и снова. В таком месте, как это, он призрак.

Когда они направились в затянутые паутиной деревья, они погрузились в тень, полог над ними был низким, но густым. Они двигались медленнее, чем когда-либо, пробираясь сквозь паутину.

— Мне это не нравится, — сказал Генри.

— Нам просто нужно хорошо его рассмотреть, — парировала Ханна. Ее лук был всегда наготове. Она не беспокоилась о препятствиях и была готова выстрелить из своего короткого лука в любой момент.

— Можешь прожечь эту паутину? — спросил Рик Генри.

— Паутина ткачей ловушек не горит легко, — сказал Генри. — Я потрачу всю свою ману и едва оставлю след.

Вокруг них стояла жуткая тишина. Только жужжание насекомых сопровождало хлюпанье их ног в грязи, поэтому внезапный новый звук привлек их внимание.

Звук ног, быстро топающих по грязи, доносился откуда-то издалека. Звук на мгновение стих, затем они услышали паническую ругань, и звук начался снова с другого направления. Они услышали влажный шлепок чего-то, приземляющегося в грязь, и испуганный визг.

— На него напали монстры, — рявкнул Рик остальным. — Вперед!

Они рванули по болотистой земле. Ханна нашла им путь, который был относительно твердым, и даже Джона рванул вперед в своей тяжелой броне. То, что они нашли, было вмятиной в грязи.

Рик огляделся, всматриваясь в каждую тень.

— Ханна? — спросил он.

Когда ответа не последовало, он оглянулся.

— Ханна?

Вся команда вытянула шеи, ища во всех направлениях.

— Она была прямо за мной, — сказала Клэр. — Мы все бежали, и…

— Назад, откуда пришли, — решительно сказал Рик, и они двинулись. То, что они нашли, к их ужасу, было телом Ханны, едва сдвинутым с того места, где они начали бежать. Ее горло было перерезано, и она макабрически свисала с толстых прядей паутины, как марионетка на ниточках.

— Это не по-настоящему, — сказал Рик Клэр.

Она посмотрела на сестру, прикрыв рот рукой, глаза широко раскрыты от шока. Он положил поддерживающую руку ей на плечо.

— Это просто иллюзия, — сказал он ей. — Мы уже проходили через это раньше. Генри, у тебя есть след?

Ответа не было, и они посмотрели снова. Пока они смотрели на труп Ханны, Генри исчез. Остались двое мужчин в тяжелой броне и целительница.

— Как он это сделал? — спросил Джона.

— Он охотится за теми, кого может убить быстро и тихо, — сказал Рик. — Остальные из нас так просто не уйдут. Наша броня и магический щит Клэр означают, что он не может легко нас взять.

Внезапно вокруг Клэр вспыхнул синий свет в форме пузыря, когда объекты ударились о него, три штуки подряд. Это были метательные ножи, падающие безвредно в грязь после отскока от защитного барьера.

— Туда! — крикнул Джона, но Рик схватил его за руку.

— Он заманивает нас, — сказал Рик. — Так же, как он заманил ткачей ловушек устроить весь этот беспорядок. С этого момента идем осторожно.

— Как нам найти его теперь? — спросил Джона. — Генри и Ханна были нашими наблюдателями.

— Мы все это время танцевали под его дудку, — сказал Рик. — Время сменить музыку. Используй свой крик.

— Ты уверен? — спросил Джона. — Ты знаешь, что это сделает с монстрами.

— Он убрал наших наблюдателей, — сказал Рик. — Лучшее преимущество, которое у нас сейчас есть — это прямой бой.

— Не думаю, что он внезапно выйдет для этого, — сказал Джона.

— Сражаться он будет не с нами, — сказал Рик. — Может, он и может увернуться от горстки ткачей ловушек, но посмотри на всю эту паутину. Это больше, чем горстка. Если они все взбесятся, ему будет труднее справиться с ними, чем нам.

— Ты уверен в этом? — спросила Клэр.

— Нет, — сказал Рик. — Я открыт для альтернатив.

Остальные покачали головами.

— Хорошо, — сказал Рик. — Джона кричит, затем мы отбиваемся от монстров, пока ждем, что они выкурят его.

Джона кивнул, затем сделал глубокий вдох. Запрокинув голову, он взревел; первобытный крик, который пронесся по болоту, как взрыв. Когда он замолчал, в ответ поднялись животные визги, эхом разносясь на, казалось, мили. Рик ухмыльнулся, готовясь и поднимая свой тяжелый меч.

— Посмотрим, как он… черт!

Все погрузилось во тьму, когда брошенный кинжал разбил их плавающий фонарь. Рик почувствовал укол в руку, как и Джона мгновением позже. Вспыхнул свет, освещая область от светящегося шара над поднятой рукой Клэр. Они огляделись, но Джейсона уже не было.

— Держи шар, — сказал Рик Клэр. — Я знаю, это использует твою ману, но не так много, а другой фонарь был бы уязвим.

Она кивнула, глядя на раны на руке Джоны и Рика.

Джейсон нашел бреши в их броне, пока они не могли видеть, чтобы защититься от него, но он едва пустил кровь. Это были незначительные порезы, но Рик предупреждал их заранее, что это все, что нужно Джейсону. Клэр протянула руку к Рику и пропела заклинание.

— Будь очищен.

Бело-золотой свет просиял из-под брони Джоны, и черный дым поднялся из щели, где порез ножа Джейсона оставил след. Она сделала то же самое с Джоной.

— По яду и проклятию на каждого, — сказала Клэр. — Все ушло.

— Его атаки с наскока нанесли весь урон, который могли, — сказал Рик. — Он не может быстро добить остальных из нас, а теперь ткачи ловушек выкурят его. Двигаемся осторожно, отбиваемся от ткачей, которые придут за нами, и либо находим его труп, либо создаем его.

— Как это тело? — спросил насмешливый голос. В нем была певучая злоба, словно говорящий был слегка не в себе. Они обернулись и увидели теневую фигуру Джейсона позади свисающего трупа Ханны, все еще подвешенного на паутине. Это был их первый четкий взгляд на него, хотя «четкий» — не совсем подходящее слово. Он выглядел наполовину сделанным из теней, его покров тьмы был обернут вокруг него. Темные, струящиеся линии его боевой мантии сливались с тенями, а лицо было скрыто во тьме капюшона. Даже при свете шара Клэр его было трудно разглядеть, стоящего перед ними.

Рик метнул свой массивный меч. Он вращался в воздухе в сторону Джейсона, но вонзился в тело Ханны, когда тот переместился дальше за него для прикрытия. Рик протянул руку, и меч сам вырвался из трупа Ханны, прилетая обратно в руку Рика.

Стоя позади свисающей, макабрической марионетки, которой был изуродованный труп их спутницы, Джейсон смеялся, наполненный зловещим весельем.

— Вот вам и товарищество, — сказал он.

— Мы убьем тебя, больной ублюдок! — сказала Клэр Джейсону, который снова рассмеялся.

Его ответом было чтение заклинания, голос был полон злобного наслаждения.

— Как жизнь твоя была моей, чтобы пожинать, так смерть твоя — моя, чтобы собрать урожай.

Тусклый красный свет исходил из тела Ханны, которое быстро поглощалось Джейсоном. По мере этого кожа Ханны высыхала, натягиваясь на скелет, словно годы проходили за мгновения. Только иссохшая оболочка осталась в ее окровавленной одежде.

Клэр закричала от гнева, поднимая жезл в руке. Сгусток белой магической энергии выстрелил в Джейсона, преследуя его в воздухе. Он шагнул ближе к трупу, который перехватил атаку. Сморщенное тело развалилось, рассыпаясь кусками на землю. Клэр с ужасом наблюдала, как тело ее сестры рассыпается на сухие куски, разбрызгиваясь в грязь. Когда она подняла глаза на того, кто был ответственен, Джейсона уже не было.

— Вам стоит быть осторожнее, — насмехался его голос, сначала с одного направления, затем с другого. — Я думал, что разозлил пауков, но вы действительно пошли и сделали это.

Голос Джейсона был игривым и жестоким, когда он дразнил их. Каждый раз, когда он говорил, это доносилось с нового направления.

— Мои друзья идут за вами, — сказал он. — Возможно, вам стоит выбраться из этой паутины.

Его смех звенел среди деревьев.

— Рик? — спросил Джона.

— Он не ошибается насчет паутины, — сказал Рик. — Медленно и осторожно. Клэр в середине, а я буду замыкающим.

— Я убью эту злую ласку, — сказала Клэр.

— С Ханной все в порядке, — сказал Рик. — Она уже очнулась, обратно в контрольной комнате.

— Надеюсь, она пырнет его, пока он еще здесь, — сказала Клэр.

Джона закричал, неловко стоя на месте. Он наткнулся на почти невидимую паутину. В то же время толстая прядь паутины вылетела из теней, чтобы потянуть Рика, заставляя его споткнуться.

Они были опытной командой, которая сталкивалась с ткачами ловушек в реальной жизни, поэтому они быстро перешли к действиям. Жезл Клэр, светящийся на кончике, освободил Джону из паутины, когда она использовала его как нож. Рик уперся ногами, и даже с учетом мягкой почвы под ногами, его огромная сила остановила силу, тянувшую его. Он схватил паутину и сильно дернул, выдергивая огромного паука с дерева, чтобы тот пролетел по воздуху прямо к нему. Размахнувшись огромным мечом одной рукой, он разрубил монстра пополам, когда тот кувыркался в воздухе, а затем соскреб липкую паутину с руки лезвием.

Джона пробирался обратно через грязь, выставив свой огромный щит, когда три из них отступали. Множественные пряди паутины выстрелили в него, но соскользнули, словно он был смазан маслом. Пауки теперь ползали по всем деревьям вокруг них, прыгая с одного на другое.

— Откуда их так много? — спросила Клэр, выпуская заряды из своего жезла.

С каждым зарядом паук падал, но прыгающие по деревьям существа опережали их осторожное отступление. Окружая их, пауки могли стрелять паутиной с боков, где Джона не мог прикрыться, но это мало что давало. Клэр игнорировала паутину, ее барьер предлагал еще меньше зацепок, чем щит Джоны. Рик танцевал вокруг, как будто он не стоял по колено в грязи, его огромный меч сверкал, быстрый и смертоносный.

Одним из козырей Рика была способность эссенции, которая временно увеличивала его скорость и силу, и он хорошо ее использовал. Его огромный меч был невероятно тяжелым, но он махал им, как дирижерской палочкой, перехватывая паутину и разрубая пауков. Лезвие его меча светилось красным от жара и вспыхнуло огнем, разрезая паутину и пауков с шипением. Он приберегал свои способности для решающего момента, но на них надвигалась армия пауков.

— Сюда! — крикнул Джона, заходя в воду по бедро. — Они не плавают.

Это был широкий участок воды, достаточно обычный для болота, но у него было одно преимущество: из него не росли деревья. Следование за Джоной позволило им избежать натиска ткачей ловушек. Отсутствие деревьев не давало монстрам места для прыжка, а отсутствие полога означало отсутствие теней, из которых мог бы выпрыгнуть Джейсон. Даже достигнув середины воды, она нигде не была глубже пояса Клэр.

— Теперь ждем, — сказал Рик. — Без нас Джейсон становится единственной едой на рынке. Он не может избежать их всех, таких разозленных, как они есть.

Трое ждали, спина к спине, наблюдая за краем деревьев в ожидании движения. Светящийся шар парил над ними, свет отражался от воды. Визги ткачей ловушек доносились отовсюду. Вода вокруг них затихла, когда они перестали двигаться. В конце концов, ткачи ловушек успокоились, их визги стихли, пока наконец не прекратились.

— Думаете, они его достали? — спросила Клэр.

— Должны были, верно? — сказал Джона.

— Мы должны проверить, — сказал Рик. — Думаю, самая громкая концентрация визга доносилась от… кто-нибудь еще это почувствовал?

— Я чувствую, как что-то ползает по моим сапогам, — сказал Джона. — В воде что-то есть.

— Из воды, — скомандовал Рик, указывая направление. Даже когда он это сделал, вода вокруг них начала бурлить, как кипящий суп. Барьер вокруг Клэр вспыхивал в ритме стаккато.

Джона поморщился и издал болезненный стон.

— Что это? — спросила Клэр, подавляя панику. — Оно продолжает атаковать мой щит. Оно съест всю мою ману.

— Просто продолжай двигаться! — крикнул Рик. Их решимость проявилась в том, что они не замедлили шаг, даже когда что-то атаковало их из-под воды.

Щит Клэр поглощал атаки ценой маны, независимо от силы атаки. Быстрые, слабые атаки были слабостью щита, и что-то атаковало его роями под водой. С неохотой она позволила щиту упасть, прежде чем ее мана была исчерпана, немедленно почувствовав укол, когда что-то начало вгрызаться ей в ноги.

Их атакующими оказались пиявки, когда существа поднялись достаточно высоко по их телам, чтобы подняться над водой. Пиявки ползали по ним в поисках уязвимой плоти.

Клэр боролась с болью, распевая заклинание за заклинанием, очищая недуги и исцеляя кровотечения. Остальные бросили свое оружие, чтобы освободить руки, Джона срывал щит с руки. Они сдирали пиявок обеими руками и отбрасывали их, пиявки забирали куски плоти с собой. Усилия искателей приключений мало помогали против роя пиявок.

— Мои заклинания не справляются! — крикнула Клэр.

Пиявки постоянно наносили кровотечения и недуги, быстрее, чем она могла петь. Недуги медленно, но верно накапливались, в то время как кровотечения поглощали исцеление. Их кожа начала чернеть вокруг укусов пиявок. Все это время они продолжали пробираться к берегу, наконец с трудом выбравшись из воды.

Внезапно там оказался Джейсон, резкий удар ногой отправил Клэр обратно в воду с всплеском. Джона выбросил закованный в латную перчатку кулак, но Джейсон легко оттанцевал по поверхности воды. Клэр села, отплевываясь, только для того, чтобы Джейсон ударил ее ногой по зубам, проходя мимо, отправив ее обратно вниз. Он указал на Рика.

— Твоя судьба — страдать.

Рик протянул руку в сторону воды. Его огромный меч вращался в воздухе, разбрасывая капли воды, когда он пролетел мимо Джейсона и в руку Рика. Джона протянул свою руку, и в ней появился железный копье.

Оба мужчины метнули свое оружие. Они попали в цель с точностью, но продолжили движение, плащ Джейсона внезапно оказался пустым. После того как его протащило по воздуху, плащ исчез, и Джона увидел, как его копье бесполезно плюхнулось в воду. Меч Рика остановился в воздухе и полетел обратно к нему в руку.

— Что это было? — спросил Джона, оглядываясь в поисках Джейсона, сдирая с себя пиявок. — Я думал, он может телепортироваться только через тени?

— Не знаю, — сказал Рик, также сдирая пиявок.

— Мой плащ — это тень, — сказал Джейсон, выходя из деревьев далеко за пределами досягаемости ближнего боя. Его плащ больше не был вокруг него, и они могли видеть его лицо. Его глаза были широко открыты, а рот искривлен в безумной ухмылке. Он выглядел голодным до чего-то, что определенно не должно было быть едой. Плащ снова сформировался вокруг него, скрывая его лицо и его тревожную ухмылку.

— Наконец-то готовы к честному бою? — спросил Джона, в его руке снова появилось копье.

— Двое против одного — это вряд ли честно, — сказал Джейсон.

— Ты имеешь в виду трое, — сказал Джона. Рик быстрее сообразил, глядя на воду позади них. Тело Клэр плавало на поверхности с неловкой неподвижностью смерти, пиявки роились над ним.

— Она сосредоточила свое исцеление на нас, — горько сказал Рик, глядя на ее труп, лишенный достоинства в смерти. Он повернулся, чтобы изрыгнуть проклятия в адрес Джейсона, но тот снова исчез, пока они были ошеломлены судьбой своей целительницы.

— Я ВЫРВУ ТЕБЕ ГОЛОВУ! — закричал Джона в пустоту.

— Ты уверен? — голос Джейсона донесся из деревьев, певучий и сбивчивый.

— Твоя целительница ушла, — его голос донесся с другого направления.

— Все, что мне нужно сделать сейчас — это подождать, — сказал он снова с нового направления.

Рик поморщился, зная, что Джейсон прав. Им удалось сорвать большинство пиявок, которые не могли передвигаться по грязи так, как в воде, но дело было сделано. Стоя без возможности что-либо предпринять, он не мог ничего сделать, даже когда рухнул на землю. Остался только Джона.

У Джоны была самая большая стойкость в команде. Его выносливость и повышенные сопротивления позволили ему продержаться намного дольше своих товарищей, но он не мог сделать больше, чем Рик. Он выкрикнул ярость в теневой лес, затем заметил Джейсона, появившегося снова на расстоянии. Он метнул копье, ожидая, что Джейсон снова исчезнет в темноте. Вместо этого Джейсон не сделал попытки уклониться, и копье пронзило его, низко, сбоку туловища. Он пошатнулся назад на несколько шагов, прежде чем выпрямиться, не издав ни звука.

Джейсон восстановил равновесие, затем вытащил копье из своего тела, рука за рукой, пока Джона наблюдал. Держа копье в одной руке, Джейсон другой откинул капюшон плаща, открывая лицо. Он взял копье и медленно провел языком по древку, пока Джона смотрел в шоке. Джейсон отбросил копье, глаза широко раскрыты, а губы, окрашенные его собственной кровью, растянулись в маниакальной ухмылке.

— Я вкусный, — сказал Джейсон, рассеянно глядя на кровь на своих руках. Затем он посмотрел на Джону. — Интересно, каков на вкус ты.

— Ты не прикоснешься к моей крови, ты сумасшедший урод!

— Ты уверен? — спросил Джейсон, затем пропел заклинание.

— Твоя кровь не твоя, чтобы хранить, но моя, чтобы пировать.

Красная жизненная сила начала сиять из тела Джоны, полосы темных цветов отражали недуги, от которых он страдал. Красный свет устремился прочь, по воздуху к Джейсону. Джейсон откинул руки назад, подавшись головой вперед с дикой и голодной ухмылкой. Жизненная сила исчезла в его лице, когда он застонал от удовольствия.

— Ты серьезно больной! — сказал Джона, когда его оставшаяся жизненная сила вернулась в тело. Он едва мог стоять теперь, почерневшие вены были видны под его кожей.

— Ты выглядишь не очень хорошо, Джона, — сказал Джейсон. — Не волнуйся; я могу это исправить.

Он поднял руку, как оружие.

— Накорми меня своими грехами.

Красный свет снова появился внутри Джоны, но на этот раз оскверненные цвета хлынули в Джейсона, оставив тусклый свет жизненной силы Джоны чистым.

— Освежает, — сказал Джейсон, как будто недуг Джоны был стаканом холодного чая.

Проклятие и яд были очищены, но кровотечение продолжалось, и Джона был слишком истощен, чтобы оправиться.

— Ты сказал, что покажешь мне, что значит сражаться с Геллером, — сказал Джейсон, медленно шагая вперед. — Но я сражался с Геллерами, Джона, и не уверен, что ты соответствуешь этому имени.

Джейсон ступил на воду, проходя мимо Джоны к телу Клэр. Джона едва мог держаться на ногах, поворачиваясь лицом к Джейсону, почти спотыкаясь в грязи. Он наблюдал за Джейсоном, стоящим над телом Клэр, сжимающим длинные светлые волосы эльфийки, испачканные темной грязной водой и ее собственной кровью. Он вытащил ее из воды.

— Посмотри на своих друзей, Джона. Ты должен был защитить их, но они умерли беспомощной и мучительной смертью. Как и ты. Я видел, что значит сражаться с Геллером, Джона. Вот что значит сражаться со мной.

Он позволил Клэр упасть обратно в воду.

— Просто закончи это, сумасшедший псих, — сказал Джона, сверкая вызовом.

Джейсон небрежно подошел к Джоне, который едва мог стоять, не говоря уже о том, чтобы дать отпор. Джейсон обошел его, осматривая, как кусок мяса в мясной лавке. У Джоны не было сил повернуться и встретиться с ним снова. Джейсон толкнул его в спину, и Джона повалился в грязь. Джейсон шагнул вперед, придавливая голову Джоны ногой.

— Я никогда не видел, чтобы кто-то тонул в грязи, — сказал Джейсон.

* * * В комнате просмотра окно погасло, когда слабое сопротивление Джоны прекратилось. В наступившей тишине воцарилось молчание.

Вот что значит сражаться со мной

Джейсон спокойно шел по болотистому лесу. Его ноги не погружались в воду или грязь, а глаза легко пронзали темноту. Скопления тощих деревьев и другие препятствия не беспокоили его; он мог исчезнуть в густой тени и появиться на дальней стороне. Несмотря на то, что все это было иллюзией, он чувствовал себя совершенно реальным. Горячий, тяжелый воздух, крошечные насекомые, роящиеся вокруг него. Небольшая вспышка проекции ауры заставила их рассеяться.

Толстая нить паутины вылетела из тени, ударившись о то место, где несколько мгновений назад был Джейсон. Это был уже не первый подобный промах, так как глаза Джейсона могли выискивать в темноте Ловушку Ткача. Даже если они били, паутина соскальзывала. Они не могли приклеиться ни к его плащу способности сущности, ни к доспехам под ним.

Эффект: устойчивость к адгезионным веществам и способности к адгезионному воздействию.

Лес был заполнен ткачами-ловушками, оставляющими после себя лабиринт липких нитей, когда они пытались поймать Джейсона. Он пронесся сквозь тени, вонзив кинжал в голову гигантского паука. Он упал на землю, когда он продолжил свой путь через лес.

* * *

В смотровой комнате Даниэль контролировала перспективу смотрового окна с помощью стержня в руке. Она использовала его, чтобы проследить путь Рика и его команды через темные, болотистые леса.

* * *

Генри Геллер вскинул руку и быстро произнес заклинание.

- Огненный Заряд.

Пламя вырвалось из пальцев Генри, промахнувшись мимо мимолетной, призрачной фигуры, чтобы сгореть, ударившись о ствол дерева. Стрела Ханны приблизилась, но фигура Джейсона исчезла прежде, чем она тоже безвредно вонзилась в дерево.

- Генри?- Крикнул Рик.

“Он слишком много прыгает, - сказал Генри. “Как будто он повсюду.”

Генри владел магией ветра и огня, и они следили за Джейсоном, читая его запах в воздухе. Они видели его мельком, но видели лишь неясные очертания в темноте.

Группа продолжала обыскивать темное лесное болото. Джон был их цитаделью, танком, но его тяжелые доспехи и щит замедляли его скорость. Рик был их вторым фронтовым бойцом, и он справлялся лучше. Его доспехи были не такими тяжелыми, а сущность силы давала ему возможность пробираться сквозь грязь. Его самой большой проблемой было то, что его длинным, тяжелым мечом было трудно размахивать среди деревьев.

Рик и Джон, как и Генри, были членами семьи Геллер. Двумя оставшимися членами команды были близнецы эльфы, Ханна и Клэр Адия; лучник и целитель команды. Как целительница, Клэр всегда была самым важным членом команды, которого нужно было защищать. Ее способность очищать страдания Джейсона делала ее вдвойне важной. По этой причине она находилась в самой охраняемой части отряда, пока они медленно пробирались через болото.

“Что это такое?- Крикнул Джон спереди. Остальные посмотрели на место, куда он указывал. Деревья росли все ближе друг к другу, и нити паутины, толщиной с руку, обвивали их, словно праздничные украшения. Это был не какой-то узор, но дикие и рассеянные переплетения. Паутина была так густо наплетена, что трудно было найти проход.

- Ловушки ткачей- сказала Ханна. Они уже столкнулись с несколькими, большинство из которых были пригвождены к деревьям ее стрелами.

- Ловушки ткачей очень осторожны, - сказал Рик. “Это не выглядит осторожным.”

“Я думаю, что Асано мог спровоцировать их, - сказал Генри. - Вся эта местность пропитана его запахом.”

“Я не думаю, что пробираться сквозь эту паутину это хорошая идея”, - сказал Джон.

“Мы должны, - сказал Рик. - Он прячется, а мы его преследуем, вот в чем дело. Если мы откажемся куда-то идти, он может просто подождать там и дать нам время.”

“Это несправедливое условие, - сказал Джон.

Ханна посмотрела на него, как на идиота.

“Нас пятеро, - сказала она.

“Я просто говорю, - угрюмо ответил Джон.

- Ханна, - сказал Рик. - У тебя самые лучшие глаза. Найди нам самый ясный путь.”

Паутина оказалась очень распространенной.

“Как он заставил ткачей ловушек делать все это, не попавшись им на глаза?- Поинтересовалась Клэр.

“Его трудно поймать, - сказал Рик. - Ему могут понадобиться тени для телепортации, но он может продолжать делать это снова и снова. В таком месте, как это, он- призрак.”

Когда они направились к усеянным паутиной деревьям, они погрузились в тень, навес над ними был низким, но густым. Они двигались медленнее, чем когда-либо, пробираясь сквозь паутину.

“Мне это не нравится, - сказал Генри.

“Нам просто нужно хорошенько его рассмотреть, - возразила Ханна. Ее лук всегда был наготове. Она не беспокоилась о препятствиях, готовая в любой момент выстрелить из своего короткого лука.

“Ты можешь прожечь эту паутину?- Спросил Рик у Генри.

“Паутина ткачей-ловушек не так легко горит, - сказал Генри. “Я бы вдул свою Ману и едва ли оставил вмятину.”

Вокруг них царила жуткая тишина. Только жужжание насекомых сопровождало хлюпанье их ног в грязи, поэтому внезапный новый звук привлек их внимание.

Откуда-то издалека донесся звук быстро топающих по грязи ног. Звук на мгновение прекратился, затем они услышали панические ругательства, и звук начался снова с другого направления. Они услышали влажный шлепок чего-то приземлившегося в грязь и испуганный визг.

“На него напали монстры, - рявкнул Рик на остальных. - Идем!”

Они понеслись по болотистой местности. Ханна нашла им путь, который был относительно твердым, и даже Джон двигался вперед в своих тяжелых доспехах. То, что они нашли, было углублением в грязи.

Рик огляделся, вглядываясь в каждую тень.

- Ханна?- спросил он. Когда ответа не последовало, он оглянулся.

- Ханна?”

Вся команда вытянула шеи, ища во всех направлениях.

“Она была прямо за мной, - сказала Клэр. “Мы все бежали, и ... …”

“Туда, откуда мы пришли, - решительно сказал Рик, и они пошли. К своему ужасу, они обнаружили тело Ханны, едва сдвинутое с того места, где они начали бежать. Ее горло было перерезано, и она жутко болталась на толстых нитях паутины, как марионетка на веревочках.

- Это не по-настоящему, - сказал Рик Клэр, которая смотрела на сестру, прикрыв рот рукой и широко раскрыв глаза. Он ободряюще положил руку ей на плечо.

“Это всего лишь иллюзия, - сказал он ей. “Мы уже проходили через это раньше. Генри, у тебя есть запах?”

Ответа не последовало, и они посмотрели снова. Пока они осматривали труп Ханны, Генри исчез. Остались только двое мужчин в тяжелых доспехах и целитель.

“Как он это сделал?- Спросил Джон.

“Он охотится за теми, кого может убить быстро и тихо, - сказал Рик. - С остальными из нас так не выйдет. Наши доспехи и магический щит Клэр означают, что он не может взять нас легко.

Внезапно синий свет вспыхнул вокруг Клэр в форме пузыря, когда предметы ударили в него, три в быстрой последовательности. Они метали ножи, безвредно падая в грязь после того, как отскочили от защитного барьера.

- Вон туда!- Крикнул Джон, но Рик схватил его за руку.

“Он нас дразнит, - сказал Рик. - Так же, как он заманил ткачей-ловушек в эту кашу. С этого момента мы будем действовать осторожно.

“Как же нам теперь его найти?- Спросил Джон. - Генри и Ханна были нашими наблюдателями.”

“Мы все время пляшем под его дудку, - сказал Рик. - Пора менять музыку. Используй свой крик.”

“Ты уверен?- Спросил Джон. “Ты же знаешь, что это сделает с монстрами.”

“Он уничтожил наших корректировщиков, - сказал Рик. - Лучшее преимущество, которое у нас есть сейчас, - это честный бой.”

“Не думаю, что он вдруг решится на это, - сказал Джон.

“Он будет сражаться не с нами, - сказал Рик. “Он мог бы увернуться от горстки ткачей-ловушек, но посмотри на все эти сети. Это больше, чем горстка. Если они все взбесятся, ему будет труднее справиться с ними, чем нам.”

“Ты в этом уверен?- Спросила Клэр.

- Нет, - ответил Рик. “Я открыт для альтернатив.”

Остальные покачали головами.

- Хорошо, - сказал Рик. - Джон кричит, а потом мы отбиваемся от монстров и ждем, пока они его выгонят.”

Иона кивнул и глубоко вздохнул. Запрокинув голову, он взревел; первобытный крик пронесся по болоту подобно взрыву. Когда он замолчал, в ответ раздались звериные вопли, эхом отдававшиеся в воздухе на много миль. Рик ухмыльнулся, держа тяжелый меч наготове.

- Посмотрим, как он... черт!”

Все потемнело, когда брошенный Кинжал разбил их плавучий фонарь. Ничего не видя, Рик почувствовал укол в руку, как и Джона несколько мгновений спустя. Свет расцвел, освещая область от светящегося шара над поднятой рукой Клэр. Они огляделись, но Джейсона уже не было.

- Держи шар повыше, - сказал Рик Клэр. “Я знаю, что он использует твою ману, но не так много, и другой фонарь был бы уязвим.”

Она кивнула, глядя на раны Джона и Рика.

Джейсон нашел дыры в их броне, пока они не могли видеть, чтобы защититься от него, но он едва ли пролил кровь. Это были незначительные порезы, но Рик заранее предупредил их, что это все, что требуется Джейсону. Клэр протянула руку к Рику и произнесла заклинание.

- Очиститесь.

Из-под доспехов Джона пробивалось сияние бело-золотого света, а из щели, которую прорезал нож Джейсона, поднимался черный дым. То же самое она проделала и с Риком.

- Каждые яд и проклятие, - сказала Клэр. - Наконец пропали.

“Его атаки " бей и беги” нанесли весь возможный ущерб, - сказал Рик. “Он не может быстро прикончить остальных, и теперь ткачи ловушек выгонят его. Мы двигаемся осторожно, отбиваемся от ткачей, которые идут за нами, и либо находим его труп, либо делаем труп из него.”

- Как это тело?- спросил насмешливый голос. В нем звучала какая-то напевная злоба, как будто говоривший был слегка не в себе. Они обернулись, увидев темную фигуру Джейсона позади болтающегося трупа Ханны, все еще подвешенного на паутине. Это был их первый ясный взгляд на него, хотя ясность - не совсем подходящее слово. Он выглядел наполовину сотканным из теней, его темный плащ окутывал его. Темные, плавные линии его боевого одеяния сливались с тенями, и его лицо было скрыто в темноте капюшона. Даже при свете шара Клэр, стоящего перед ними, было трудно разглядеть.

Рик метнул свой массивный меч. Он летел к Джейсону, но тот закрылся телом Ханны как щитом.

Рик протянул руку, и меч вырвался из тела Ханны, перелетев обратно в руку Рика.

Стоя позади болтающейся жуткой куклы, которая была изуродованным трупом их товарища, Джейсон смеялся зловещим смехом.

“Вот тебе и товарищество, - сказал он.

“Мы убьем тебя, больной ублюдок! - Сказала Клэр Джейсону, который снова рассмеялся. В ответ он произнес заклинание голосом, полным злорадного наслаждения.

“Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так и твоя смерть - моя, чтобы собрать урожай.”

Вот что значит сражаться со мной

Тусклый красный свет исходил от тела Ханны, которое быстро поглотил Джейсон. Как только это произошло, кожа Ханны стала сухой, туго натянувшись на ее скелет, как будто годы проходили в мгновение ока. Только высохшая шелуха осталась на ее окровавленной одежде.

Клэр закричала в гневе, поднимая палочку в руке. Вспышка белой магической энергии выстрелила в Джейсона, преследуя его в воздухе, но он шагнул ближе к трупу, который перехватил атаку. Иссохшее тело развалилось на части, падая ошметками на землю. Клэр с ужасом смотрела, как тело ее сестры рассыпалось на высохшие куски, разбрызгивая грязь. Когда она подняла глаза в поисках виновника, Джейсона уже не было.

“Вы должны быть осторожны, - насмешливо произнес он, сначала с одной стороны, потом с другой. “Я думал, что разозлил пауков, но ты действительно превзошел меня.” - Голос Джейсона был игривым и жестоким, когда он насмехался над ними. Каждый раз, когда он говорил, это звучало с новой стороны.

“Мои друзья придут за тобой, - сказал он. “Возможно, ты захочешь выбраться из этой паутины.”

Его смех звенел среди деревьев.

- Рик?- Спросил Джон.

“Он не ошибся насчет паутины, - сказал Рик. - Медленно и осторожно. Клэр в середине, а я буду замыкать шествие.”

“Я собираюсь убить злого хорька, - сказала Клэр.

- С Ханной все в порядке, - сказал Рик. “Она уже проснулась, вернулась в рубку управления.”

- Надеюсь, она зарежет его, пока он еще здесь, - сказала Клэр.

Джон вскрикнул, неловко стоя на месте. Он наткнулся на почти невидимую паутину. В тот же миг из тени вылетела толстая паутина и потащила спотыкающегося Рика назад.

Они были опытной командой, которая справлялась с ткачами ловушек в реальной жизни, поэтому они быстро перешли к действиям. Палочка Клэр, светящаяся на кончике, отрезала Джона от паутины, когда она использовала ее как нож. Рик уперся ногами, и даже с мягкой землей под ногами, его огромная сила остановила силу, тянущую его. Он ухватился за паутину и сильно дернул, сдернув с дерева огромного паука, который полетел к нему по воздуху. Размахивая своим огромным мечом в одной руке, он разрубил монстра пополам, когда тот кувыркался в воздухе, а затем соскреб с руки липкую паутину лезвием.

Джон плюхнулся обратно в грязь, подняв свой огромный щит, когда все трое попятились. Многочисленные нити паутины выстреливали в него, но соскальзывали, как будто он был смазан маслом. Теперь по деревьям вокруг них ползали пауки, перепрыгивая с одного на другое.

-Да почему же их так много?- Спросила Клэр, стреляя зарядами из своей палочки. С каждым выстрелом падал паук, но прыгающие по деревьям существа опережали их осторожное отступление. Окружая их, пауки могли стрелять паутиной с тех сторон, где Джон не мог укрыться, но это мало что дало. Клэр проигнорировала паутину, ее барьер предлагал еще меньше возможностей, чем щит Джона. Рик пританцовывал вокруг, как будто он не был по щиколотку в грязи, его огромный меч сверкал, быстрый и смертоносный.

Одним из козырей Рика была способность сущности, которая временно увеличивала его скорость и силу, и он использовал ее с пользой. Его огромный меч был невероятно тяжелым, но он размахивал им, как дубинкой, перехватывая паутину и рубя пауков. Лезвие его меча раскалилось докрасна и вспыхнуло пламенем, рассекая паутину и пауков с обжигающим шипением. Он приберегал свои способности для решающего момента, но на них надвигалась целая армия пауков.

- Сюда! - Крикнул Джон, заходя по колено в воду. “Они не умеют плавать.”

Это был широкий участок воды, довольно распространенный в болотах, но у него было одно преимущество: там не росли деревья. Следуя за Джоном, они избежали натиска Ткачей-ловушек. Отсутствие деревьев не давало чудовищам места для прыжков, а отсутствие навеса означало отсутствие теней, из которых Джейсон мог бы выпрыгнуть. Достигнув середины водоема, вода никогда не опускалась ниже талии Клэр.

“Теперь подождем, - сказал Рик. - Без нас Джейсон станет единственной едой на рынке. Он не может избегать их всех, раздраженных, как они сейчас.”

Все трое ждали, стоя спиной к спине и наблюдая за линией деревьев в поисках движения. Светящийся шар плыл над ними, отражаясь от воды. Визгливые звуки ткачей-ловушек доносились отовсюду. Когда они остановились, вода вокруг них замерла. В конце концов, ткачи ловушек начали успокаиваться, их крики уменьшались, пока они, наконец, не прекратились.

“Как ты думаешь, они его поймали?- Спросила Клэр.

“Они должны были, верно?- Сказал Джон.

“Мы должны пойти проверить, - сказал Рик. “Я думаю, что самая громкая концентрация визга исходила сверху... кто-нибудь еще чувствовал это?”

“Я чувствую, как что-то ползет по моим ботинкам, - сказал Джон. “В воде что-то есть.

“Выходите из воды, - скомандовал Рик, указывая направление. Как только он это сделал, вода вокруг них начала бурлить, как кипящий суп. Барьер вокруг Клэр начал мигать в ритме стаккато.

Джон поморщился, и Рик застонал от боли.

“Что это такое?- Спросила Клэр, подавляя панику. - Он продолжает атаковать мой щит. Это съест всю мою Ману.”

- Просто продолжай двигаться!- Крикнул Рик. Их решимость проявилась, когда они не замедлили шаг, даже когда что-то напало на них из-под воды.

Щит Клэр поглощал атаки ценой маны, независимо от силы атаки. Быстрые, слабые атаки были слабостью щита, и что-то нападало на него стаями под водой. К несчастью, она позволила щиту упасть прежде, чем ее Мана была опустошена, немедленно почувствовав жало, когда что-то начало кусать ее ноги.

Нападавшие оказались пиявками, когда существа поднялись достаточно высоко, чтобы подняться над водой. Пиявки ползали по ним в поисках уязвимой плоти.

Клэр боролась с болью, повторяя заклинание за заклинанием, очищая страдания и исцеляя через кровотечение. Остальные бросили оружие, чтобы освободить руки, Джон сдернул щит со своей руки. Они оттаскивали пиявок обеими руками и отбрасывали их прочь, пиявки уносили с собой кусочки плоти. Усилия авантюристов не слишком преуспели в борьбе с кишащими пиявками.

- Мои заклинания не поспевают!- Закричала Клэр. Пиявки постоянно вызывали кровотечение и страдания, быстрее, чем она могла петь заклинания. Страдания медленно, но верно накапливались, пока кровь впитывала исцеление. Их кожа начала чернеть вокруг укусов пиявок. Все это время они продолжали двигаться к берегу и наконец выбрались из воды.

Внезапно Джейсон оказался рядом, резкий удар ногой отправил Клэр обратно в воду. Джон взмахнул кулаком в перчатке, но Джейсон легко отскочил на поверхность воды. Клэр села, брызгая слюной, только для того, чтобы Джейсон пнул ее в зубы мимоходом, отправляя обратно вниз. - Он указал на Рика.

- Твоя судьба- страдать.

Рик протянул руку в сторону воды. Его огромный меч вращался в воздухе, отбрасывая капли воды, когда он пролетел мимо Джейсона и попал в руку Рика. Джон протянул руку, и в ней появилось железное копье.

Оба мужчины бросили оружие. Они попали точно в цель, но продолжали движение по инерции, плащ Джейсона внезапно опустел. После того как его протащили по воздуху, плащ исчез, и Джон увидел, как его копье бесполезно плюхнулось в воду. Меч Рика остановился в воздухе и отлетел к его руке.

“Что это было?- Спросил Джон, оглядываясь вокруг в поисках Джейсона, который выдергивал пиявок. “Я думал, он может телепортироваться только через тени?”

“Не знаю, - ответил Рик, тоже выдергивая пиявок.

“Мой плащ-это тень, - сказал Джейсон, выходя из-за деревьев подальше от ближнего боя. Плаща на нем больше не было, и они могли видеть его лицо. Его глаза были широко раскрыты, а рот искривлен в безумной ухмылке. Он выглядел голодным до чего-то, что определенно не должно было быть едой. Плащ снова окутал его, скрыв лицо и тревожную ухмылку.

- Наконец-то готов к честному бою?- Спросил Джон, и в его руке появилось еще одно копье.

- Двое против одного - это нечестно, - сказал Джейсон.

-Ты имеешь в виду троих, - уточнил Джон. Рик оказался проворнее, глядя на воду позади них. Тело Клэр плавало на поверхности с неловкой неподвижностью смерти, над ним роились пиявки.

“Она сосредоточила свое исцеление на нас, - с горечью сказал Рик, когда они смотрели на ее труп, лишенный достоинства после смерти. Он повернулся, чтобы выплюнуть проклятие в адрес Джейсона, но тот снова исчез, пока они были поглощены судьбой своего целителя.

“Я СОБИРАЮСЬ ОТОРВАТЬ ТЕБЕ ГОЛОВУ!- Закричал Джон в воздух.

“Ты уверен?- Голос Джейсона доносился из-за деревьев, мелодичный и сбивчивый.

“Твой целитель ушел, - донесся его голос с другой стороны.

“Все, что мне теперь остается, - это ждать, - сказал он снова с другой стороны.

Рик поморщился, понимая, что Джейсон прав. Им удалось оторвать большую часть пиявок, которые не могли передвигаться по грязи, как в воде, но ущерб был нанесен. Стоя без всякой помощи, он ничего не мог сделать, даже когда рухнул на землю. Остался только Джон.

Джон обладал величайшей силой духа в команде. Его стойкость и повышенная сопротивляемость позволили ему продержаться намного дольше своих товарищей, но он не мог сделать больше, чем Рик. Он яростно закричал в темную чащу леса, а затем заметил Джейсона, снова появившегося на некотором расстоянии. Он метнул копье, ожидая, что Джейсон снова исчезнет в темноте. Вместо этого Джейсон не сделал ни малейшего движения, чтобы уклониться, и копье пронзило его, низко и сбоку от туловища. Он отшатнулся на несколько шагов, прежде чем выпрямился, не издав ни звука.

Джейсон восстановил равновесие, затем вытащил копье из своего тела, перебирая руками, пока Джон наблюдал. Держа копье в одной руке, Джейсон другой откинул капюшон плаща, открывая свое лицо. Он взял копье и медленно провел языком по древку, а Джон в шоке наблюдал за ним. Джейсон отбросил копье в сторону, широко раскрыв глаза, как губы, испачканные его собственной кровью, и расплылся в маниакальной усмешке.

- Я очень вкусный, - сказал Джейсон, рассеянно глядя на кровь на своих руках. Затем он посмотрел на Джона. - Интересно, каков будет твой вкус.”

“Ты не прикоснешься к моей крови, сумасшедший урод!”

-Ты уверен?- Спросил Джейсон, затем произнес заклинание.

- Твоя кровь не твоя, чтобы хранить ее, а моя, чтобы пировать ею.

Красная жизненная сила начала сиять из тела Джона, полосы темных цветов отражали страдания, которые он испытывал. Красный свет струился по воздуху в сторону Джейсона. Джейсон откинул руки назад, выставив вперед голову с дикой и голодной ухмылкой. Жизненная сила исчезла в его лице, когда он застонал от удовольствия.

“Ты серьезно поехавший!- Сказал Джон, когда остатки жизненной силы вернулись в его тело. Теперь он едва держался на ногах, под кожей виднелись почерневшие вены.

“Ты неважно выглядишь, Джон, - сказал Джейсон. “Не волнуйся, я все улажу.”

- Накорми меня своими грехами.

Красный свет снова появился внутри Джона, но на этот раз испорченные цвета хлынули на Джейсона, оставив тусклый свет жизненной силы Джона чистым.

- Освежает, - сказал Джейсон, как будто болезнь Джона была чашкой холодного чая.

Проклятие и яд были очищены, но кровотечение продолжалось, и Джон был слишком слаб, чтобы собраться с силами.

“Ты сказал, что покажешь мне, что значит сражаться с Геллером, - сказал Джейсон, медленно продвигаясь вперед. “Но я сражался с Геллерами, Джон, и не уверен, что ты оправдываешь это имя.”

Джейсон ступил на воду, проходя мимо Джона к телу Клэр. Джон едва держался на ногах, когда повернулся лицом к Джейсону, едва не упав в грязь. Он смотрел, как Джейсон, стоя над телом Клэр, сжимает длинные светлые волосы эльфа, испачканные грязной водой и ее собственной кровью. Он вытащил ее из воды.

- Посмотри на своих друзей, Джон. Ты должен был защитить их, но они умерли беспомощной и мучительной смертью. Как и ты. Я видел, что значит сражаться с Геллером, Джон. Вот что значит бороться со мной.”

Он позволил Клэр упасть обратно в воду.

- Просто закончи это, больной псих - сказал Джон с вызовом.

Джейсон небрежно подошел к Джону, который едва мог стоять, не говоря уже о том, чтобы сопротивляться. Джейсон обошел его, разглядывая, как кусок мяса в мясной лавке. Джону не хватило сил снова повернуться к нему лицом. Джейсон толкнул его в спину, и Джон рухнул в грязь. Джейсон шагнул вперед и толкнул Джона ногой в голову.

“Я никогда раньше не видел, чтобы кто-то тонул в грязи, - сказал Джейсон.

* * *

В смотровой комнате окно потемнело, когда слабая борьба Джона прекратилась. После этого наступила тишина.

Хорошие новости для Клайва

Общий зал гостиницы Джейсона представлял собой просторное роскошное помещение с обеденной зоной, баром и гостиной. Джейсон был в гостиной с Риком Геллером, который разыскал его рано утром, желая обсудить их ссору. Джейсон быстро понял, что Рик был одержим тренировками, даже по сравнению с другими Геллерами.

К удивлению Джейсона, он не испытывал враждебности к Джейсону из-за проигрыша или настороженности по поводу его тактики. Вместо этого он был взволнован, столкнувшись со стилем, не похожим ни на один из тех, с которыми он сталкивался раньше.

-Это было невероятно, - сказал Рик. - Иногда люди могут расслабиться в камере миражей, потому что она не настоящая. Но как ты проник в наши головы? Ты заставил меня принимать поспешные решения, паниковать. Я смотрел запись по меньшей мере полдюжины раз, и я просто продолжаю кричать себе, чтобы сделал что-то другое.”

“Там есть запись?- Спросил Джейсон.

“Конечно, есть, - сказал Рик. “Но все с нашей точки зрения, так что ты едва ли в этом участвуешь помимо самого конца. Ты всегда такая сумасшедшая угроза, просто скрываешься из виду. Этот безумный смех, который меня пугает. Он действительно звучит так будто ты уже проиграл.”

“Многие парни не обращают внимания на смех, - сказал Джейсон, - и это касается стандартов.”

- Ханна считает тебя потрясающим.

“Разве не на нее я напал из засады, перерезал ей горло и повесил, чтобы использовать как щит?- Неуверенно произнес Джейсон.

“Она почти все видела из диспетчерской, - сказал Рик. “У нее были копии записей, и она показывала их людям.”

- Зачем ей это делать?

- Ханна очень энергичная, - сказал Рик. - Всегда готова идти, готова попробовать все, что угодно. Она воспринимает почти все, хорошее или плохое, как достойный опыт. Она просто потрясающая.”

- А?- Сказал Джейсон, многозначительно выгнув брови.

“Не в этом смысле, - засмущался Рик.

Джейсон покачал головой. Пошло не так уж много времени с тех пор, как он сам был подростком, но это был трудный выход, с точки зрения отношений.

“Не оставляй все это так, - сказал Джейсон. - Скажи ей или узнай как можно признаться иначе. Доверься парню, который через все это проходил не так давно.”

- Реакция остальных неоднозначна, - сказал Рик, с усилием переводя разговор в другое русло. - По-моему, Генри немного побаивается тебя. Клэр готова застолбить тебя и оставить на съедение болотным муравьям. Больше за то, что ты сделал с ее сестрой, чем с ней самой, но ей не нравились эти пиявки. Ты действительно контролировал их?”

- Это мой фамильяр, Колин, - сказал Джейсон.

- Колин? Погоди, твой фамильяр -это рой пиявок?

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон.

- Стайные фамильяры действительно редки, - сказал Рик. “Я видел больше драконов и фениксов-фамильяров. Единственный другой тип стаи, который я видел, - у золотого ранкера в моем родном городе. У него есть эти огненные шершни, которые самоубийственно атакуют, чтобы вызвать состояние горения, и когда они убивают что-то, из него вырывается еще куча шершней.”

- Отвратительно, - сказал Джейсон. “А как отнесся Джон к тому, чем обернулась наше сражение?”

- Джон может быть несносным и своевольным, даже себе во вред,-сказал Рик.

“Я не буду держать на него зла, - сказал Джейсон. “Я сам не раз был в этом виноват.”

“Ну, ты заслужил его уважение, - сказал Рик.

- Серьезно?- Спросил Джейсон. “И как это работает?”

- Джон может быть гордым и необдуманно смотреть на людей свысока, - сказал Рик. “Но он уважает силу. Ему все равно, король ты или простолюдин; покажи ему, что ты способен, и он тебя зауважает. Ему просто нужно перестать делать поспешные выводы о людях, прежде чем он поймет, о чем говорит.”

“И я тоже в чем-то провинился, - сказал Джейсон.

“Но я думаю, что ты очень сильно напугал Хамфри, - сказал Рик. “Я не думаю, что он понимал, что в тебе есть это.”

“Я тоже не уверен, - сказал Джейсон. “Я думаю, что это могло бы вскипеть в течение некоторого времени. Я действительно удивлен, что у тебя нет больше отношения "сожги его, он ведьмак".”

“Ты ведь не какой-нибудь кровожадный псих, верно?- Спросил Рик.

-Конечно, нет, - сказал Джейсон. -Это был просто образ. Хотя, возможно, я немного увлекся этим. Я почувствовал себя таким... свободным. Как будто я наконец-то начал высвобождать все давление, которое я чувствовал. И все же, ты действительно не боишься?”

“Ты ведь не так уж много знаешь авантюристов, верно?- Спросил Рик.

“Я знаю нескольких, - сказал Джейсон.

“Когда ты узнаешь их побольше, ты поймешь. До тех пор, пока общество приключений не пошлет людей, чтобы выследить и убить тебя, то все средства рабочи и хороши. Страх, страдание, отчаяние. Если это твое оружие, используйте его. Если они у тебя есть и ты ими не пользуешься, ты идиот. Конечно, это обобщение. У каждого свое мнение.”

- Хамфри?- Спросил Джейсон.

- Хамфри, - сказал Рик.

“Я должен поговорить с ним, - сказал Джейсон. “У меня не так много друзей, чтобы отпугивать их.”

“По моему опыту, лучше просто оставить его в покое, - сказал Рик. “Он успокоится, а потом придет и найдет тебя.”

- Хорошо, спасибо, - сказал Джейсон.

“Так когда же у нас будет матч-реванш?- Спросил Рик.

* * *

Джейсон спустился в гостиную. Он был одет в прохладную и удобную одежду: свободные коричневые брюки, яркую рубашку и сандали. Он собирался отправиться на работу по контракту, но у него было приличное время в пути, и он мог переодеться не дольше, чем за одно мгновение. Таким образом он мог путешествовать с комфортом.

- Мистер Асано."

Клайв Стэндиш встал с того места, где он тихо сидел в общей комнате, под злобным взглядом мадам Ландри.

- Джейсона достаточно, - сказал Джейсон, проходя мимо Клайва и выходя за дверь. Солнце еще не взошло, предрассветный свет смывал с лица земли все краски. Джейсон заметил сходство с тем, как выглядели вещи с его способностью видеть сквозь темноту.

Клайв последовал за Джейсоном на улицу.

- Э-Э, Мистер Асано. Джейсон. Это было согласованное время нашей встречи."

“У меня для Вас хорошие новости, Клайв, - сказал Джейсон, шагая по улице. - Наша встреча будет очень долгой.”

“Почему это?- Осторожно спросил Клайв, следуя за ним.

“У меня есть контракт, - сказал Джейсон. - Возможно, это займет у меня несколько дней. У нас будет хорошая, долгая встреча по дороге.”

“По дороге куда?”

-В дельте есть несколько деревень, - сказал Джейсон. - Им угрожает нечто, называемое похитителем мангровых деревьев."

“Большое существо, похожее на ящерицу, - сказал Клайв. - Он нападает из засады, спрятавшись в воде или зарывшись в грязь или мокрую землю. Что необычно для монстра, склонного к такой тактике, так это то, что у него нет способности скрывать свою собственную ауру. Это делает его плохим в охоте на животных, которые чувствительны к ауре.”

“Значит, он охотится за людьми?- Спросил Джейсон.

“Так и есть, - сказал Клайв. - Любой пользователь сущности, достигший ранга железа, почувствует его ауру, что делает его минимальной угрозой для искателей приключений. Для обычных людей, с другой стороны, он может быть довольно опасным.”

“Вы свое дело знаете, - сказал Джейсон. “Вы уже имели с ними дело?”

- О боже, нет, - сказал Клайв. “Возможно, я и являюсь членом Общества любителей приключений, но я не являюсь активным членом общества.”

“Ну, на этой неделе - являетесь, - сказал Джейсон.

- Что?”

“Вы пойдете со мной, - сказал Джейсон.

- Нет, - ответил Клайв. “Нет, не пойду.”

Джейсон вытащил из кармана сложенный листок бумаги и протянул его Клайву, который прочел его на ходу.

- Это контракт, - сказал Клайв. “Какое это имеет отношение ко мне?”

- Четыре деревни в округе сообщили, что похититель мангровых деревьев пришел прямо в деревню. Агрессивный маленький придурок, очевидно. Все посыльные прибыли в одночасье, и контракт был передан мне. Мне велели выехать с первыми лучами солнца.”

- Он махнул рукой в небо.

“И вот мы здесь, - сказал Джейсон. - Первый луч”

“Я понимаю, что назначение по контракту опережает наше назначение, - сказал Клайв, - но это не значит, что я собираюсь участвовать.”

“Возможно, Вы захотите еще раз взглянуть на контракт, - сказал Джейсон. - В самом низу.”

Клайв снова просмотрел контракт.

“В него внесены поправки, - недоверчиво прочитал он. - Мне его тоже поручили.”

“Не знаю, в курсе ли Вы, - сказал Джейсон, - но новый директор филиала имеет некоторое отношение к членам общества приключений, которые на самом деле не идут на приключения.”

“Это Вы сделали!”

“Ну, я знал, что у нас была эта встреча, - сказал Джейсон.

-Я чем-то обидел Вас, мистер Асано?"

- Зовите меня просто Джейсон.”

“Дело не в том, как я Вас называю!”

Джейсон остановился и повернулся к Клайву.

“Клайв ... можно я буду звать Вас Клайв? Клайв, ты знаешь, что такое чужак?”

“Да, - ответил Клайв. - Вообще-то астральная магия-моя специальность.”

“Я немного разбираюсь в астральной магии, - сказал Джейсон. - Я нашел эту книгу умений, когда впервые ... это не имеет значения. Клайв, я чужак. Я держал это в секрете, но теперь слишком много людей знают об этом, чтобы это было настоящим секретом.”

Клайв уставился на Джейсона.

“У меня так много вопросов, - сказал он.

“Мы к этому еще вернемся, - сказал Джейсон. - Дело в том, что я прибыл в этот мир при далеко не идеальных обстоятельствах. Все было странно, люди пытались убить меня, и я понятия не имел, где нахожусь и что происходит. Так что у меня своего рода пунктик насчет засады. А потом приходишь ты, задаешь вопросы, знаешь, кто я и где меня найти. Мне это не нравится, Клайв.”

“Я представился, - сказал Клайв.

“Клайв, ты когда-нибудь слышал о лжи?”

- О понятии лжи?”

“Да.”

“Конечно слышал, - сказал Клайв.

“Вот как, - сказал Джейсон.

Клайв покачал головой. - Разговаривать с тобой- все равно что бороться с угрем, - сказал Клайв.

“Когда это ты боролся с угрем?- Скептически спросил Джейсон.

“Я вырос на угревой ферме в дельте, - сказал Клайв.

- Неужели?- Сказал Джейсон, глядя на Клайва с новым уважением. “Должно быть, это была большая работа, чтобы добраться оттуда сюда.”

“Мне повезло, - сказал Клайв.

- Дедушка моего друга говорит, что великие авантюристы - это те, кто превращает везение в удачу.”

- Стоит ли слушать дедушку твоего друга?- Спросил Клайв.

“Я никогда не встречал этого человека, так что не уверен, - сказал Джейсон. - Он руководит школой в Витессе. У меня еще не было возможности навестить его.”

- Подожди, ты говоришь о дедушке Руфуса Ремора?”

“Ну что ж, нам пора, - сказал Джейсон и снова двинулся в путь.

- Подожди, - сказал Клайв. - Сначала мы должны пойти в магическое общество. Если я собираюсь уехать на несколько дней, мне нужно подготовиться к другим своим обязанностям. Кроме того, мы можем подобрать какой-нибудь транспорт. Я не езжу на хайделе, я ненавижу эти штуки.”

Это привлекло внимание Джейсона.

“Я тоже, - сказал Джейсон. “О каком транспорте ты говоришь?”

* * *

- Как же мне никто об этом не сказал?- Радостно воскликнул Джейсон. Они скользили над водой на воздушной лодке. Вместо мотора сзади было вертикальное металлическое кольцо, вокруг которого была выгравирована магическая схема. Толчок шел от воздуха, всасываемого через переднюю часть кольца и приводимого в движение сзади с большой силой. Сидевшие перед ним пассажиры подверглись бомбардировке громким потоком воздуха. На носу лодки сидел фамильяр Клайва, рунная черепаха по имени Онслоу. Его голова торчала вперед, как у собаки, высунувшей голову из окна машины.

Они покинули город через другие ворота, чем Джейсон ранее, так как это давало им лучший доступ к водным путям дельты. Несмотря на зелень и заболоченные участки, только некоторые из них были полностью судоходны на лодке. Клайв управлял воздушным катером, держа руку над светящимся синим кубиком. Едва заметными движениями рук он мог ускорить, замедлить или повернуть лодку.

Он уверенно вел лодку, заставляя их крениться над водой. Время от времени им приходилось проезжать по одной из искусственных насыпных дорог, разделявших дельту. В них было построено много мостов, чтобы не мешать водным путям. Воздушный катер был достаточно коротким, чтобы пройти под ними, с широким краем по обе стороны. Так же по обе стороны мягкого сиденья Джейсона были ручки, за которые он держался побелевшими костяшками пальцев каждый раз, когда Клайв посылал лодку через крошечное пространство под мостом.

“Ты можешь научить меня водить такую штуку?- Спросил Джейсон. Они должны были говорить громко, чтобы быть услышанными в несущемся воздухе, почти на крик.

“Ты можешь управлять ими только в том случае, если обладаешь нужной сущностной способностью, - крикнул Клайв в ответ Джейсону. - Обычно это происходит от магической сущности. Та же самая сила позволяет использовать магическое оружие, такое как палочки.”

Джейсон понял, что в этом долговязом ученом было гораздо больше, чем он предполагал вначале. Исчезли слишком большие одежды, замененные более практичной одеждой для Дельты, с крепкими на вид брюками, рубашкой и жилетом. Джейсон заметил браслет на запястье Клайва, точно такой же, как у него самого. Это был шнур, продетый в маленькие синие камешки, каждый с отверстием посередине.

Предмет: [браслет Oasis] (железный ранг, необычный)

Эффект: когда драгоценный камень квинтэссенции воды устанавливается в браслет, он сохраняет владельца прохладным и свежим.

Эффект: уменьшает входящий огонь и тепловые повреждения. Этот эффект ускоряет потребление драгоценного камня водной квинтэссенции.

Кроме того, к бедру Клайва было прикреплено нечто похожее на обычную палку. Джейсон понял, что это, должно быть, волшебная палочка.

“Я ожидал, что ты будешь ругаться со мной еще больше, когда мы окажемся здесь, - крикнул Джейсон.

-Когда я наконец завладел вниманием чужака?- Спросил Клайв. - Да ни за что. Как ты и сказал, мы можем провести приятную, долгую встречу по дороге. У меня так много вопросов."

“Я ведь так сказал, да? Хорошо, Клайв. Спрашивай.”

* * *

Они добрались до первой деревни, где были видны следы нападения чудовища. Жители деревни отреагировали быстро, забаррикадировавшись в своих домах. Там были следы чудовища, пытавшегося прорваться внутрь, но оно не смогло пробить толстые стены из глинобитного кирпича. Жители деревни рассказали им, что на них нападали каждый день, пока они ждали своих гонцов, чтобы добраться до Гринстоуна.

Джейсон велел им держать себя взаперти, пока они проверят другие деревни. Они с Клайвом вернулись в свою воздушную лодку и снова взлетели. Пока они ехали, Клайв продолжал допрашивать Джейсона.

“Ты убил Ландемира Вейна?- Спросил Клайв.

“И его маму, - добавил Джейсон. “Ты их знал?”

“Я его знал, - сказал Клайв.

“Он ведь не был твоим другом, правда?- Спросил Джейсон.

- Нет, - ответил Клайв. - Вся семья жила затворниками. Я знал его только потому, что мы специализировались в одной области магии.”

Джейсон поднял голову и огляделся.

- Эй, мы почти у следующей деревни.

“Ты знаешь этот район?- Спросил Клайв.

- Нет, одна из моих внешних способностей - это карта, которую могу видеть только я. Однако места на нем появляются только тогда, когда я подхожу ближе.”

- Очаровательно, - сказал Клайв. “А ты проверял, каково это - подниматься на высоту с превосходными линиями обзора?”

“Нет, - ответил Джейсон. “Это хорошая идея.”

“Вот почему ты должен позволить мне изучить тебя, - сказал Клайв.

- Определенно нет, - сказал Джейсон. - Мне этого достаточно от Фарры.”

- Кого?”

“Один мой друг. Она тоже из магического общества. Я вас познакомлю.”

Суп с клецками

Вдалеке показалась небольшая пристань, с которой они могли видеть деревню. Там было привязано несколько шлюпок, одна из которых затонула на мелководье. Полоска засохшей крови виднелась на том месте, что выступало над водной линией.

“Похоже, кто-то пострадал, - сказал Клайв, привязывая шлюпку к причалу.

- Надеюсь, - сказал Джейсон.

- Ты надеешься, что кто-то пострадал?- Спросил Клайв.

- Можно вылечить повреждения. Мертвого не вылечишь.”

Джейсон остановился, глядя на Клайва.

- Ты ведь не можешь воскресить мертвого, правда?- Спросил Джейсон. “Мне и в голову не пришло спросить.”

“Не в нашем ранге, - сказал Клайв. - Некоторые лечебные эффекты золотого ранга могут вернуть тебя к жизни, если их использовать немедленно, - сказал Клайв.

- Как волшебное искусственное дыхание, - сказал Джейсон.

“Я не знаю, что это такое, - сказал Клайв. “Есть еще алмазный ранг, но о нем всегда ходят слухи.”

Они направились к деревне. Как и в других местах, где они побывали, здесь никого не было видно. Люди отсиживались, ожидая прибытия искателей приключений. Здания были глинобитные, с плетеными тростниковыми дверями и ставнями на окнах. Многие двери были исцарапаны в клочья, открывая каменные или металлические барьеры, которые были установлены позади них. Люди дельты были готовы к появлению чудовищ.

Джейсон громко объявил об их присутствии, и мэр деревни вышла им навстречу. Она описала чудовище, которое показалось Джейсону похожим на шестиногого крокодила с когтистыми лапами.

“Это ловец мангровых деревьев, - сказал Клайв.

“Кто-нибудь ранен?- Спросил Джейсон.

-Да, - сказала мэр. - Мы беспокоимся, потому что целители приезжают сюда не каждый месяц. Даже если они придут, я не знаю, сможет ли он продержаться так долго. Травма достаточно серьезная, и инфекция уже началась."

“Тогда лучше покажи его нам, - сказал Джейсон. Мэр повела их через деревню.

“Я думаю, что инфекция является частой проблемой здесь, в дельте, - сказал Джейсон.

“Так и есть, - сказала мэр. “У тебя есть целительные способности?”

“Я могу справиться с инфекцией, - сказал Джейсон. - Для раны потребуется зелье. Разве что ты умеешь лечить раны, Клайв?”

- Нет, - сказал Клайв, качая головой. “У меня есть немного самоисцеления, но я не могу использовать его на других.”

- Мы не можем позволить себе зелья, - сказала мэр. “Мы могли бы собрать достаточно для какой-нибудь целебной мази, если она у тебя есть.”

- Мазь не поможет справиться с глубокими ранами, - сказал Джейсон. “Я узнал это на собственном горьком опыте. Я, наверное, использую зелье, может быть, два.”

“Мы действительно не можем себе этого позволить, - сказала мэр.

- Мы здесь, чтобы спасти мир, мадам мэр, - сказал Джейсон. - Все это часть службы.”

Мэр посмотрела на него в замешательстве.

“Ты просто дашь нам зелье?”

- Общество приключений, - сказал Джейсон, одарив ее улыбкой. “Мы здесь, чтобы помочь.”

Мэр окликнула дом, и баррикада была снята с двери. Внутри на кровати лежал мужчина, раздетый до нижнего белья, с окровавленной повязкой на ноге. Он был весь в поту и что-то бормотал себе под нос.

Джейсон поморщился.

“Мне лучше сразу перейти к делу.”

Джейсон подошел к кровати, где женщина промокала лоб мужчины влажной тряпкой.

- Прошу прощения, - сказал Джейсон, вставая рядом с ней. Он поднял руку над раненым и произнес заклинание.

- Накорми меня своими грехами.

Красная жизненная сила исходила от человека, окрашенная в желтый и пурпурный цвета кровоподтеков. Эти заражающие цвета поднимались от красного света, исчезая в руке Джейсона. То, что осталось, было чистым красным сиянием жизненной силы, которая втягивалась в тело этого человека.

Вы очистили все случаи болезни [инфекции] от [человека].

Вы очистили все случаи заболевания [сепсиса] от [человека].

Ваша выносливость и мана были восполнены.

Выносливость и мана не могут превышать нормальных максимальных значений. Лишняя выносливость и мана теряются.

Раненый судорожно вздохнул и в замешательстве огляделся по сторонам. Его глаза сфокусировались, глядя на всех окружающих его людей.

- С возвращением, приятель, - сказал Джейсон. “Меня зовут Джейсон. Авантюрист, рассказчик, городской житель.”

- Что?

Джейсон вытащил нож из своего инвентаря. Это был не его боевой нож, а волшебно острый хозяйственный нож, который он купил. Он вытащил его из-под грязных бинтов и отрезал одним гладким ломтиком. Под ним были глубокие следы когтей, которые тут же начали пульсировать кровью. Джейсон достал целебное зелье и осторожно влил его в рану.

“Это сделал мой приятель-алхимик, - сказал Джейсон. “Гораздо эффективнее при наружных ранах, чем при глотании внутрь.”

Раны быстро затянулись. Зелье железного ранга было более эффективным для нормального человека, чем для железного ранкера. Тот факт, что пройдет больше времени, прежде чем они смогут использовать другое, был средним недостатком, поэтому многие авантюристы держали зелье высокого ранга под рукой на случай непредвиденных обстоятельств.

Через несколько мгновений открытые раны превратились в сверкающие рубцы. Джейсон достал баночку с мазью и протянул ее женщине у кровати.

- Дай ему полчаса, чтобы зелье прошло через его организм, а потом используй вот это, - приказал Джейсон. “На нем не останется и следа.”

“Мы не можем себе этого позволить, - сказала женщина, хотя Джейсон заметил, как крепко она сжимает банку.

“За счет заведения, - сказал Джейсон. - Ну, за мой счет. Это твой дом. Пошли, Клайв, нам надо проверить еще несколько деревень.”

* * *

“Что-то не так, - сказал Джейсон.

“Ты имеешь в виду что-то еще, кроме твоей идеи использовать меня как приманку, покрытого мясом?- Сказал Клайв.

- Да ты опять? Это была ранняя стадия планирования.”

Третья и четвертая деревни были такими же, как и первые две, с деревенскими жителями, забаррикадированными внутри. Ничто другое не требовало немедленных действий, и они сосредоточились на охоте на монстра. Они сели в тени большого дерева, Джейсон на складной стул из своего инвентаря, Клайв на панцирь своей знакомой рунной черепахи Онслоу.

“Я понимаю ту часть, которая касается того, чтобы покрыть меня мясом, - сказал Клайв. “Мне это не нравится, но я понимаю. Но привязывать меня к столбу? Я не собираюсь никуда уходить.”

“Ты можешь, - сказал Джейсон. “Я чувствую сопротивление плану.”

“Я так же могу просто вытащить кол.”

- Видишь ли, я говорю именно о таком сопротивлении. Я не виноват, что в вашем мире нет коз.”

“Я все еще не знаю, что такое козы. Я удивлен, что ты не захотел использовать Онслоу в качестве приманки.”

- Я бы никогда так с ним не поступил, - сказал Джейсон, протягивая руку, чтобы почесать черепаху под подбородком. “Но когда я сказал, что что-то не так, я имел в виду эти нападения монстров.”

- В смысле?- Спросил Клайв.

-Насколько быстр этот похититель мангровых деревьев?

- Они атакуют короткими вспышками, - объяснил Клайв, - но если ты говоришь о скорости по суше, то не быстрее человека.”

На лице Клайва отразилось понимание.

“Каждая деревня сообщала о ежедневных нападениях, - сказал он. - Не может быть, чтобы один монстр добрался за день до каждой деревни. Там не один монстр.”

“Именно об этом я и думал, - сказал Джейсон.

“Нам нужно знать, сколько их, - сказал Клайв. - Учитывая расстояния, это по меньшей мере три или четыре. Их может быть и больше. Люди не останавливаются, когда замечают первого монстра, чтобы проверить, не привел ли он друга.”

“Ну, у меня нет возможности проверить, сколько их там, - сказал Джейсон. “Но я смогу сказать, как только мы соберем их всех.”

- А?

“Я ведь рассказывал тебе о своей системе поиска, верно? Я получил задание на этот контракт, такой же, как и другие.”

Квест: [Контракт: Похититель Мангровых Деревьев]

Несколько деревень сообщили, что на них напал похититель мангровых деревьев.

Цель: устранить угрозу [похитителя мангровых деревьев] для четырех деревень 0/1.

"Цель состоит в том, чтобы покончить с угрозой похитителей мангровых деревьев. Как только все монстры будут убиты, задание должно быть завершено.”

“Это хорошо, - сказал Клайв. - Иначе мы бы ждали несколько дней, не зная, закончили мы или нет.”

Как и у Джейсона, у Клайва было пространство, которое могло хранить предметы. В воздухе появился магический круг, линии и руны светились золотым светом. В середине была темная темнота, в которую Клайв сунул руку, вытаскивая блокнот и карандаш.

“Все твои способности кажутся очень практичными, - сказал Клайв, делая заметки. - Существует теория, что уникальные расовые способности иномирцев являются бессознательно выведенным механизмом самозащиты. Возможно, как реакция на уничтожение первоначального тела."

- Прости, что?- Спросил Джейсон, пристально глядя на Клайва. “Что ты подразумеваешь под уничтожением тела?”

-Ты не знал?- Спросил Клайв. - Это один из наиболее известных аспектов знания о внешнем мире, потому что мы уже знаем об астрале."

“Не знал чего? Какое уничтожение?”

“Как много ты знаешь об астрале?- Спросил Клайв. - Пространство между мирами.”

“Я читал книгу навыков астральной магии, - сказал Джейсон. “Я взял его у Ландемира Вейна.”

“Так, в принципе ничего”, - сказал Клайв. - Все эти книги - практика, а не теория. Если бы ты мог инкапсулировать космос, как и все остальное, твой мир, мой мир, пространство между ними, это было бы похоже на тарелку супа с клецками.”

- Суп с клецками?”

“Разве в вашем мире нет супа с клецками?- Спросил Клайв. - Или у них нет аналогий?”

“У нас есть и то, и другое, - сказал Джейсон. - А еще у нас есть умники, которых бьют по лицу за то, что они болтают без умолку.”

“Это очень мило с твоей стороны, - сказал Клайв.

“Я из тех, кто” живет мечом, умирает от меча", - сказал Джейсон. - Ты либо держишь рот на замке, либо смиряешься с тем, что кто-то время от времени будет тыкать в него кулаком."

Клайв покачал головой.

“Ты сумасшедший, - сказал он. - Просто слушай внимательно, ладно? Итак, весь космос - это миска супа с клецками.”

Клайв помолчал, задумчиво склонив голову набок.

“Теперь, когда я заговорил об этом, - сказал он, - я действительно могу пойти за супом с клецками.”

“Я знаю, правда?- Сказал Джейсон, кивая в знак согласия.

“Я знаю очень хорошее место в городе, - сказал Клайв.

“Поедем, когда вернемся, - сказал Джейсон. - Аннигиляция, космос-это суп, запомнил.”

“Правильно. Итак, в этом супе с клецками каждый мир, каждая физическая реальность - это Клецка. Твой мир - клецка, мой мир - клецка, каждый мир там - Клецка. Астрал - это суп, в котором плавают все наши клецки, все миры.”

- Хорошо, - сказал Джейсон. “Я улавливаю.”

- Астрал, то есть суп, также является источником всей магии, - сказал Клайв. “Так оно и есть, просто магия. Чистая, неподдельная; самые фундаментальные строительные блоки реальности. Каждый мир, каждая клецка плавает в нем. Некоторые клецки впитывают много супа, как этот мир. Наш мир впитывает магию, которая принимает различные формы по мере того, как эта магия формируется нашей физической реальностью. Вот почему у нас есть сущности, пробуждающие камни, квинтэссенция, монстры, все они просто появляются из ниоткуда.”

“Но в моем мире нет ничего подобного, - сказал Джейсон.

-Это значит, что твои клецки впитывают очень мало супа."

“Так как же я здесь оказался?- Спросил Джейсон.

- Хорошо, подумай о супе, который застывает вокруг клецки. Вот как ты получаешь астральные пространства, которые являются своего рода магическим измерением, прикрепленным к миру.”

“Как тот, который производит всю воду, образующую эту дельту, - сказал Джейсон.

“Именно так, - сказал Клайв. “Но не вся эта застывшая магия так же стабильна, как астральное пространство. Она может как бы уплыть, особенно если кто-то пойдет и проткнет дырку в боку клецки.”

“Как большое заклинание вызова, - сказал Джейсон.

“Точно как большое заклинание вызова, - сказал Клайв. - Часть этой застывшей магии может уплыть с края мира, как щупальце. А если он случайно коснется другой клецки, то образуется короткая неустойчивая связь. В данном случае эта связь была между моим миром, очень хорошо впитывающим магию, и твоим, впитывающим плохо. И мой мир частично распространился в твой через эту магическую связь. ”

“Насколько велика эта часть?- Спросил Джейсон.

- Крошечна, - сказал Клайв. - Иначе ты не был бы единственным, кто сюда попал. Но эта связь никогда не была установлена должным образом; это феномен, созданный случайными силами, что означает несколько вещей. Во-первых, связь рухнула бы почти сразу.”

“Значит, домой на так не поедешь” - сказал Джейсон.

- Нет, - ответил Клайв. - Еще одна важная вещь заключается в том, что связь не была каким-то специально построенным каналом, предназначенным для транспортировки физического материала через астрал. Я даже представить себе не могу, какую астральную магию для этого потребуется задействовать. По меньшей мере золотого ранга, возможно, бриллиантового.”

- Ну и что?- Сказал Джейсон.

“Значит, тебя вытащили прямо через глубокий астрал, - сказал Клайв. - А глубокий астрал - это всего лишь магия. Только магия.”

“Это ты так сказал, - сказал Джейсон.

- Да, но дело в том, что физическая субстанция может существовать только в физической реальности. Я сказал, что твое тело было уничтожено, но это было не совсем точно. Твое тело перестало существовать, потому что оно ушло туда, где не может существовать физическая субстанция, из которой оно было сделано. Вот почему любой физический материал, втянутый в связь с тобой не прибыл вместе с тобой.”

- Перестало существовать? Богиня знания сказала, что мое тело изменилось.

“Твое тело не изменилось, - сказал Клайв. - Твое тело исчезло. Не растаяло, не разлетелось на кусочки, слишком маленькие, чтобы их можно было разглядеть, а просто исчезло. Оно перестало существовать. Ты, должно быть, неправильно понял то, что сказала тебе богиня.”

- Или она солгала.

“Она бы этого не сделала, - сказал Клайв. - Ложь - один из главных грехов ее религии.”

“Она не является членом религии, - сказал Джейсон. “Она - объект религии.”

“Может быть, она просто сказала тебе то, что ты был готов услышать, - предположил Клайв.

“Ты хочешь сказать, что я умер, - сказал Джейсон, возвращаясь к теме разговора.

“Полагаю, что да, - сказал Клайв.

“Тогда как же я здесь?- Спросил Джейсон.

- Ну, тело умерло, но душа не является физической. Она магическая. Ты знаешь, как работает вызов фамильяра?”

“Какое это имеет отношение к делу?”

“Ну, - сказал Клайв, - вызвать фамильяра- это все равно что сознательно создать монстра. Частичка магии попадает в наш мир и формирует тело. Что отличает его от монстра, так это то, что он также вызывает существо из глубокого астрала. Такие сущности чисто магические, как душа. Обычно они не могут существовать в физической реальности, как и мы не можем существовать в астрале. Но они живут в теле, которое ты создал. Дай ему разум и стабильность. Чтобы он не сломался и не взбесился.”

“Ты хочешь сказать, что я, грубо говоря, фамильяр?- Сказал Джейсон.

- Вот именно, - сказал Клайв с академическим восхищением. - Твоя душа пришла в этот мир и, как любая другая частица магии, создала для себя физическое проявление.”

- Итак, мое тело - это то же самое, что и тело монстра, только с душой, чтобы остановить его разрушение.”

- Да, - сказал Клайв. “Ты очень хорошо это понимаешь.”

Энтузиазм Клайва ослепил его, когда он увидел растущий ужас на лице Джейсона. Джейсон наклонился вперед, обхватив голову руками.

- Джейсон?

- Дай мне минутку, Клайв. Ты вроде как сбросил на меня бомбу.

- О - сказал Клайв, внезапно осознав, что произошло. – Прости за то, что ты, ну, умер.

Джейсон сидел, склонив голову, голова у него шла кругом.

-Так вот почему у меня не было волос?

- Э-э, Джейсон?

-Я сказал, Дай мне минутку, Клайв!

-Не уверен, что у тебя найдется свободная минутка, - сказал Клайв. “Я только что почувствовал ауру монстра.

Награды

Награды

Деревня располагалась прямо на воде. Монстр почуял потенциальную добычу на открытом пространстве и вырвался из воды, чтобы броситься в сторону Клайва и Джейсона. Он был похож на крупного шестиногого крокодила. Клайв, все еще сидя на черепахе, указал на землю на пути несущегося монстра. Он быстро пробормотал заклинание.

— Установить знак силы.

На земле появился рунный символ, светящийся красным. Монстр пробежал прямо по нему, и Клайв щелкнул пальцами. Руна взорвалась, осыпая деревню разорванными кусками монстра. Плащ Джейсона возник, защищая его от останков твари.

— Не возражаешь, если я соберу трофеи? — спросил Джейсон.

Клайв посмотрел на обильные брызги монстра на своей одежде и вытер их с лица.

— Конечно, — сказал он, поморщившись от беспорядка.

Джейсон потыкал в кусок плоти.

Хотите собрать трофеи с [Мангрового похитителя]?

Джейсон зажал нос, пока плоть растворялась с его плаща и с Клайва, который кашлял и отплевывался.

— Не могу поверить, — сказал Джейсон, бросив на Клайва невозмутимый взгляд.

— Ты о беспорядке? — спросил Клайв. — Он несся прямо на нас.

— Нет, я не о беспорядке, — сказал Джейсон, указывая на небольшую воронку, оставшуюся от заклинания Клайва. — Если ты способен на такое, почему не охотишься на монстров?

— Я вообще-то больше ученый.

— Не хочу тебя расстраивать, Клайв, но как бы ты ни называл человека, использующего магические мины, это не ученый.

— Мины? — переспросил Клайв.

Джейсон застонал.

— Давай просто отправимся в следующую деревню.

* * *Задание: [Контракт: Мангровый похититель]

Цель выполнена: Устранить угрозу мангрового похитителя для четырех деревень 1/1.

Задание выполнено.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

— Это был последний, — сказал Джейсон.

В итоге именно Джейсону пришлось играть роль приманки. Если рунную ловушку Клайва не активировать сразу, она угасала, пока ее не становилось возможным обнаружить лишь с помощью особых чувств. Это делало яростно хищных монстров легкой добычей. Джейсон просто стоял, пока они бросались на него, чтобы погибнуть от щелчка пальцев Клайва.

— Она срабатывает только тогда, когда ты ее активируешь? — спросил Джейсон.

— Я могу настроить ее так, чтобы она срабатывала, когда кто-то на нее наступает, — ответил Клайв. — Но мне кажется, это может быть опасно.

— Ты боишься, что сам на нее наткнешься?

— Моя способность зрения позволяет мне видеть магию, — сказал Клайв. — Я могу заметить ее, даже когда она скрыта. Но того же нельзя сказать о тех, с кем я работаю.

— Хорошая способность.

— У нее есть свои слабости, — сказал Клайв. — Требуется несколько мгновений для активации, и при сотворении она ярко светится красным. Любое существо, кроме тупых монстров, знает, что нужно убраться с дороги.

— Хорошие новости, — сказал Джейсон. — Сражения с тупыми монстрами — это большая часть работы искателей приключений.

— Признаю, время я провел неплохо, — сказал Клайв, — если не считать запаха растворяющихся монстров. Я вряд ли начну регулярно ходить в бюро заказов, но если тебе снова понадобится поездка сюда, приходи ко мне.

— Возможно, так и сделаю, — сказал Джейсон. — У тебя есть сумка или что-то вроде того?

— Зачем?

— Мне дали награду в сто монет за задание, — сказал Джейсон. — Ты проделал всю работу, так что оплата должна достаться тебе.

— Это твоя способность, — сказал Клайв. — Оставь себе.

— Никаких шансов, приятель, — отрезал Джейсон. — Ты делаешь работу, ты получаешь оплату.

— Тогда пополам, — сказал Клайв, доставая кошелек из своего пространственного кармана. — Используй остальное, чтобы пополнить запас зелий.

— Звучит справедливо, — сказал Джейсон. Он извлек семьдесят монет из своего инвентаря и бросил их в сумку Клайва. — Я добавил половину того, что собрал с монстров.

Задание было выполнено, и они использовали аэроглиссер, чтобы уведомить деревни о том, что угроза миновала. Затем Клайв направил судно обратно в сторону Гринстоуна.

— Эй, — крикнул Джейсон поверх шума аэроглиссера. — Ты не говорил, что знаешь хорошее местечко, где подают суп с пельменями?

— Да, — отозвался Клайв. — Да, говорил.

* * * Аэроглиссер выбрался из водных путей дельты ближе к вечеру, приближаясь к Водным воротам Старого города. Рукав, вытекающий из дельты, вел в канальный район Старого города, через массивную арку с решеткой. В зоне причала канала кипела жизнь. Клайв завел их аэроглиссер прямо в здание, устроенное как док для подводных лодок. Оно принадлежало Магическому обществу и было тихим по сравнению с оживленной суетой внешних канальных доков.

— Мне нужно вернуться в кампус Магического общества, — сказал Клайв. — У меня будет столько дел.

Их путешествие включало в себя плавание вглубь дельты, проверку всех деревень, прохождение через них для уничтожения монстров, повторный обход для объявления об отбое, а затем, наконец, возвращение. К тому времени, как они вернулись в Гринстоун, их не было больше полунедели. Когда он впервые решил взять Клайва с собой, Джейсон ожидал, что тот будет противиться суровым условиям дельты. Он не ожидал, что Клайв вырос в таких условиях.

— Я пойду отчитаюсь в Общество искателей приключений, — сказал Джейсон. — Ты сможешь заглянуть в бюро заказов в любое время и забрать свою долю награды.

Клайв заказал небольшую магическую карету от Магического общества, чтобы отвезти их обратно на Остров, сделав остановку у кампуса Магического общества.

— Завтра на обед? — спросил Джейсон, когда они расстались.

— Суп с пельменями, — сказал Клайв, махнув рукой.

* * * С тех пор как Джейсон начал брать контракты, Руфус, Гэри и Фарра были все более заняты. У каждого из них были свои проекты, а в перерывах они брали контракты бронзового ранга в бюро заказов. В конце концов, одной из главных причин их приезда в Гринстоун была возможность получить некоторую независимость. Между провалом контракта в поместье Вейн и тренировками Джейсона их собственные приключения отошли на второй план. Теперь, когда Джейсон стал полноценным искателем приключений, они вернулись к своим собственным делам.

Поскольку все они были заняты, Джейсон стал гораздо реже видеться с трио. Поэтому он не удивился, когда вечером оказался один в своей комнате в гостинице. Он решил выйти и посмотреть, не идет ли что-нибудь в концертном зале, раз уж он был так близко.

Хотя ничего уровня грандиозной магической симфонии не было, проходил концерт струнного ансамбля. Он подумал, что было бы интересно посмотреть его из партера, учитывая, что обычно он наблюдал за выступлениями из частной ложи Геллеров. Он искал кассу, когда Кассандра Мерсер заметила его, блуждающего вокруг.

— Мистер Асано, — окликнула она, приближаясь.

— Мисс Мерсер, — сказал Джейсон. — Какая неожиданная встреча.

— Вы выглядите немного потерянным.

— Ну, я на самом деле никогда раньше не покупал билет. Я собирался подписаться на программу патронажа Музыкального общества, но был немного занят.

— Жизнь нового искателя приключений.

— В основном, — сказал Джейсон. — Я действительно провел вторую половину дня, работая в пельменной.

— Вы устроились на работу в пельменную? — спросила она с недоверием.

— Я не устраивался туда на работу, — сказал Джейсон. — Я просто поработал на кухне вторую половину дня. Я хотел научиться делать пельмени из местных ингредиентов.

Кассандра пригласила его посмотреть концерт из частной ложи семьи Мерсер.

— Тэдвика там не будет, верно?

— Тэдвик относится к культуре как к простуде, — сказала Кассандра. — Не всегда можно избежать, но можно принять меры предосторожности.

Джейсон рассмеялся. Кассандра объяснила, что Джейсон не нашел кассу, потому что она была на другой стороне здания. Он искал там, где обычно входил, что, как он обнаружил, было предназначено для патронов, владельцев частных лож и их гостей.

Лаунж для патронов был местом, где посетители концертов могли пообщаться до начала выступления и во время антрактов. Они взяли напитки у длинной барной стойки и сели в пару удобных кресел. У Джейсона был высокий бокал, наполненный радужными слоями ликера, а Кассандра взяла чистую порцию янтарного спиртного.

Джейсон не привык привлекать много внимания на таких мероприятиях. Обычно он был дополнением к группам с Руфусом и Даниэль Геллер, которые были гораздо интереснее для светских львиц. Быть единственным спутником Кассандры Мерсер оказалось совсем другим делом.

— Как так вышло, что вы проводите вечер в одиночестве? — спросил Джейсон. — Могу себе представить, как люди наперебой стремятся составить вам компанию.

— Есть разница между компанией и интересной компанией, — сказала она ему. — Мужчины в этом городе немного простоваты на мой вкус.

— Вам нравятся утонченные джентльмены, — сказал Джейсон.

— Утонченные — это хорошо, — сказала Кассандра. — Сложные — лучше. Что касается части про джентльменов, мне все равно. А как насчет вас, мистер Асано? Что вы ищете в женщине?

— Злого гения, — небрежно сказал Джейсон.

— Злого гения? — спросила она, подняв брови.

— Почему нет? Умная, уверенная, напористая, целеустремленная. Что тут может не нравиться?

— Зло? — предположила Кассандра.

— Это может стать проблемой в долгосрочной перспективе, — признал Джейсон. — Может, мне нужен озорной гений.

Он немного подумал об этом, и на его лице появилась озорная ухмылка.

— Да, — сказал он, и его голос замурлыкал. — Звучит именно так, как надо.

Пока они продолжали беседовать, несколько человек пытались присоединиться к их разговору, обычно это были молодые люди. Джейсон восхищался способностью Кассандры отваживать их с дипломатией и тактом.

— Вы очень хорошо ладите с людьми, — сделал он комплимент.

— Вы тоже.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я хорош в людях; есть разница. Обычно в том, как сильно они злятся, когда понимают, что только что произошло.

Она рассмеялась.

— Сегодня вечером происходит что-то странное? — спросил Джейсон, оглядывая комнату.

— Что вы имеете в виду?

— Здесь много искателей приключений.

— Патронаж стоит недешево, — сказала Кассандра. — Люди со средствами, как правило, являются пользователями эссенций.

— Я не о посетителях, — сказал Джейсон. — В тенях есть люди.

Он кивнул в разных направлениях, указывая на людей, незаметно расставленных по комнате. Кассандра нахмурилась, позволив ему направить ее взгляд.

— Я совсем не заметила, — сказала она с самобичеванием. — Возможно, я слишком полагаюсь на свое чувство ауры. Все эти пользователи эссенций используют маскировку ауры.

— Интересно, что они замышляют.

— О, — сказала Кассандра, и на ее лице отразилось осознание. — Должно быть, они здесь из-за открытого контракта.

— Есть открытый контракт? — спросил Джейсон. — Должно быть, я пропустил его, пока был в дельте.

— Да, на самом деле было некоторое волнение. Две довольно дерзкие кражи.

— Кражи?

— Да. Первая была в театральном районе. Кто-то сорвал довольно ценное украшение прямо с шеи человека, посещавшего спектакль, а затем бросился наутек. К тому же, это был какой-то кузен герцога Гринстоуна.

— Это, безусловно, дерзко.

— Это только начало, — сказала она. — Мужчина был атакован прямо здесь, в концертном зале. Он был на балконе во время антракта, когда на него напали и ограбили, забрав все ценности. Я знаю этого человека, и он, по правде говоря, сам напросился, но все же.

— Тот же вор?

— Похоже на то, — сказала Кассандра. — В обоих случаях это была женщина, одетая во все черное. Интересная часть в том, что, учитывая вовлеченных людей, они смогли почувствовать ее ауру. У нее только одна эссенция, но ей удалось сбежать оба раза.

— Это кажется безумно безрассудным, — сказал Джейсон. — Не могу представить, чтобы награда соответствовала такому риску.

— Это определенно вызывает вопросы, — сказала Кассандра. — Герцог Гринстоуна заставил Общество искателей приключений выставить открытый контракт на ее поимку, но директор Общества ограничила его железным рангом.

— Почему?

— Это давняя политика Общества — направлять соответствующие меры для решения соответствующих проблем, а это один человек всего с одной эссенцией. Это широко распространенная политика, не только здесь, в Гринстоуне. Конечно, местные власти никогда не жаловали ограничения Общества искателей приключений и открыто выражали свое недовольство. Им не нравится, что директор пробилась с низов, вместо того чтобы происходить из влиятельных семей. Они также узнали, что давить на нее обычно ни к чему хорошему не приводит.

— Понимаю.

— Вы уже встречались с Элспет Арелла?

— Встречался, — сказал Джейсон. — На самом деле, как раз перед тем, как встретил вас.

* * * Люциан Лампри ворвался на территорию поместья Клариссы Вентресс. Директор Магического общества серебряного ранга практически смел ее охрану силой своей ауры, используя ее, чтобы объявить о своем прибытии. Вентресс вышла встретить его в сад, жестом отослав своих людей. Она поморщилась, попав под подавление его ауры.

— Чем обязана такому удовольствию, директор Лампри? — спросила она напряженным голосом.

— Она должна была попасться, — сказал Лампри, — а не устраивать огромный шум и скрываться.

— Директор, уверяю вас, это путь, который отвечает нуждам нас обоих.

— Вы понимаете, сколько глаз сейчас приковано к этому?

— С уважением, директор, думаю, вы упускаете суть, — сказала она. — Вам стоит начать посещать больше светских мероприятий.

— Вы хотите, чтобы я поймал ее сам?

— Нет, директор. Но, учитывая ваше широко известное покровительство Крепости и ее бойцовской арене, вы, конечно, узнали бы ее ауру. Если бы она появилась на мероприятии, которое вы посещаете, конечно, такой граждански сознательный джентльмен, как вы, раскрыл бы ее личность. После этого начнется охота, и у вас будет безупречный предлог для проявления интереса к последующим судебным разбирательствам.

Люциан нахмурился, обдумывая это. Вентресс заметно облегченно вздохнула, когда его аура отступила.

— Где она ударит в следующий раз?

— Даже я этого не знаю, — сказала Вентресс. — Изоляция каждого элемента позволяет нам контролировать информацию. Как вы сказали, на это смотрят многие глаза.

Лампри выглядел недовольным, но неохотно кивнул.

— Мое терпение не бесконечно, Вентресс.

— Но оно будет вознаграждено, директор.

Лампри ушел, оставив Вентресс одну в саду. Ярость наполнила ее лицо, и она плюнула на куст, который завял и почернел, испуская едкий дым.

— Дарнелл! — позвала она, и ее телохранитель-леонид быстро подошел.

— Белинда и Софи, — ядовито произнесла Вентресс. — Где они?

— После того, как вы в последний раз их вызывали, они где-то затаились, — сказал ей Дарнелл. — Если бы вы дали понять, что их защита снята, их бы быстро выкурили.

— Нет, — сказала Вентресс, обретая свое обычное самообладание. — Наведите справки, но будьте осторожны. Пока их поймают, все сложится.

— А если они расскажут властям, что за всем этим стояли вы?

— Лампри придержит это, — сказала Вентресс. — Пока он получает то, что хочет, он захочет снова воспользоваться нами. Его поддержка сделает нас неприкосновенными в Старом городе.

Награды, ч.1

Деревня располагалась прямо на воде. Чудовище почуяло потенциальную добычу на открытом месте и выскочило из воды, чтобы броситься к Клайву и Джейсону. Он был похож на большого шестиногого крокодила. Клайв, все еще сидя на черепахе, указал на землю на пути несущегося монстра. Он быстро произнес заклинание.

- Установи знак силы.

На Земле появилась руна, светящаяся красным. Чудовище пробежало прямо по нему, и Клайв щелкнул пальцами. Руна взорвалась, посылая разорванные куски монстра дождем на деревню. Плащ Джейсона, казалось, защищал его от останков чудовища.

- Не возражаешь, если я ограблю?- Спросил Джейсон.

Клайв посмотрел на щедрые брызги монстра на своей одежде, вытирая их с лица.

- Конечно, - сказал он, поморщившись при виде грязи.

Джейсон ткнул пальцем в кусок мяса.

Хотите ограбить [похитителя мангровых деревьев]?

Джейсон зажал нос, когда плоть исчезла с его плаща и с Клайва, который кашлял и отплевывался.

- Я не могу поверить, - сказал Джейсон, бросив на Клайва унылый взгляд.

“Ты имеешь в виду беспорядок?- Спросил Клайв. - Он шел прямо на нас.”

- Нет, я не имею в виду беспорядок, - сказал Джейсон, указывая на небольшой кратер, оставленный заклинанием Клайва. “Если ты можешь это делать, то почему не охотишься на монстров?”

“На самом деле я больше ученый.”

- Мне очень не хочется тебя огорчать, Клайв, но как бы ты ни называл человека с магическими наземными минами, это не ученый.”

- Наземные мины?- Спросил Клайв.

Джейсон застонал.

- Давай просто поедем в соседнюю деревню.

* * *

Квест: [Контракт: Похититель Мангровых Деревьев]

Цель завершена: устранить угрозу похитителя мангровых деревьев для четырех деревень 1/1.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

“Это был последний, - сказал Джейсон.

В конце концов, именно Джейсон стал приманкой. Когда рунная ловушка Клайва не срабатывала немедленно, она исчезала, и только специальные органы чувств могли ее обнаружить. Это делало невероятно хищных монстров легкими в управе. Джейсон просто стоял, когда они бросились на него, и умерли от щелчка пальцев Клайва.

“Она срабатывает только тогда, когда ты ее запускаешь?- Спросил Джейсон.

“Я тоже могу настроить ее на срабатывание, когда кто-то на нее наступит, - сказал Клайв. “Хотя, похоже, это может быть опасно.”

“Ты боишься наткнуться на нее сам?- Спросил Джейсон.

- Моя способность видеть позволяет мне видеть магию, - сказал Клайв. “Я могу заметить ее, даже когда она спрятан. Но то же самое нельзя сказать о тех, с кем я работаю.”

“Это хорошая сила, - сказал Джейсон.

“У всего есть свои слабости, - сказал Клайв. - Она активируется через несколько секунд и светится ярко-красным, когда я ее бросаю. Все, кроме тупых монстров, знают, как убраться с дороги."

- Хорошие новости, - сказал Джейсон. - Борьба с тупыми монстрами - это большая часть того, что делают авантюристы.

“Я признаю, что не очень плохо провел время, - сказал Клайв, - если не считать запаха растворяющихся монстров. Вряд ли я начну регулярно ездить в Зал Вакансий, но если тебе снова понадобится сюда съездить, приходи и найди меня.”

-Возможно, я так и сделаю, - сказал Джейсон. - У тебя есть сумка или что-нибудь в этом роде?"

-Зачем?- Спросил Клайв.

“Я был вознагражден сотней монет за это задание, - сказал Джейсон. “Ты сделал всю работу, так что тебе должны платить.”

“Это твоя способность, - сказал Клайв. - Оставь себе.”

- Не играй в кости, приятель, - сказал Джейсон. - Ты делаешь свою работу, получаешь зарплату.”

- Тогда половину, - сказал Клайв, доставая из своего пространственного измерения кошелек с деньгами. - Используй остальное, чтобы пополнить запасы зелья.”

- Звучит справедливо, - сказал Джейсон. Он вытащил семьдесят монет из своего инвентаря и бросил их в сумку Клайва.

“Я тоже вложил половину того, что взял у монстров.”

Выполнив свою задачу, они использовали воздушный катер, чтобы сообщить деревням, что угроза миновала. Затем Клайв направил лодку обратно в сторону Гринстоуна.

- Эй, - позвал Джейсон, перекрывая шум воздушной лодки. “Разве ты не говорил, что знаешь хорошее место для супа с клецками?”

- Да, - отозвался Клайв. - Да, я знаю."

* * *

Воздушный катер вышел из дельты ближе к вечеру и приблизился к водным воротам Старого города. Распределительный канал, выходящий из дельты, вел в район канала Старого города через массивную решетчатую арку. В районе причала канала кипела бурная деятельность. Клайв направил их воздушный катер прямо в здание, которое было устроено наподобие подводного дока. Он принадлежал магическому обществу и был тихим по сравнению с оживленным движением в доках канала снаружи.

“Мне нужно вернуться в кампус магического общества, - сказал Клайв. “У меня будет так много дел.”

Их путешествие включало в себя плавание вглубь дельты, проверку всех деревень, прохождение через них, чтобы убить монстров, снова объезд, чтобы уведомить всех об успехе операции, а затем, наконец, возвращение. К тому времени, как они вернулись в Гринстоун, их не было уже больше половины недели. Когда он впервые решил тащить Клайва с собой, Джейсон ожидал, что тот будет жаловаться на грубые условия проживания в дельте. Он не ожидал, что Клайв вырос в таких условиях.

“Я пойду сделаю отчет в общество приключений, - сказал Джейсон. “Ты сможешь в любое время заглянуть в зал вакансий и забрать свою долю вознаграждения.”

Клайв реквизировал у магического общества маленький экипаж, управляемый магией, чтобы отвезти их обратно на остров, остановившись в кампусе магического общества.

- Завтра пообедаем?- Спросил Джейсон, когда они расстались.

- Суп с клецками, - сказал Клайв, махнув рукой.

* * *

С тех пор как Джейсон начал работать в контрактной конторе, Руфус, Гари и Фарра были все больше заняты. У каждого из них были свои проекты, а в промежутках они брали контракты бронзового ранга из зала вакансий. В конце концов, одной из главных причин их приезда в Гринстоун была возможность обрести некоторую независимость. Из-за неудачного контракта с поместьем Вейнов и обучения Джейсона их собственные приключения переместились вниз по списку. Теперь Джейсон был полноправным искателем приключений, и они вернулись к своим приключениям.

Пока они все были заняты, Джейсон стал гораздо реже встречаться с этой троицей. Поэтому он не удивился, когда в тот вечер застал его одного в своей комнате в гостинице. Он решил выйти и посмотреть, не происходит ли что-нибудь в концертном зале, ведь он был так близко.

Хотя там не было ничего в масштабе Великой волшебной симфонии, там был концерт струнной секции. Он подумал, что было бы интересно посмотреть на него с первого этажа, учитывая, что он обычно наблюдал за выступлениями из личной смотровой ложи Геллера. Он искал билетную кассу, когда Кассандра Мерсер заметила его блуждающим взглядом.

- Мистер Асано, - позвала она, подходя ближе.

- Мисс Мерсер, - сказал Джейсон. - Странно встретить Вас здесь.

“Вы выглядите немного потерянным, - сказала она.

“Ну, вообще-то я никогда раньше не покупал билетов. Я собирался записаться на программу покровительства музыкальному обществу, но был немного занят.”

- Жизнь нового искателя приключений, - сказала она.

- В основном, - ответил Джейсон. - Я провел этот день, работая в ресторане с клецками.

“Ты нашел работу в ресторане с клецками?- недоверчиво спросила она.

“Я там не работал, - сказал Джейсон. “Я только днем поработала на кухне. Я хотел научиться делать клецки из местных ингредиентов.”

Кассандра пригласила его посмотреть концерт из личной ложи семьи Мерсеров.

- Тедвика там не будет, верно?

- Тедвик относится к культуре, как к простуде, - сказала Кассандра. - Вы не всегда можете избежать ее, но Вы можете принять меры предосторожности.

Джейсон рассмеялся. Кассандра объяснила, что Джейсон не нашел кассу потому, что она находилась на другой стороне здания. Он искал место, куда обычно входил, и обнаружил, что оно предназначено для посетителей, владельцев частной ложи и их гостей.

Награды, ч.2

Зал покровителей был местом, где посетители концерта могли пообщаться перед выступлением и во время антрактов. Они взяли напитки из длинного бара и уселись в удобные кресла. У Джейсона был высокий бокал, наполненный радужными слоями ликера, а Кассандра взяла аккуратную порцию янтарного спирта.

Джейсон не привык привлекать к себе много внимания на подобных мероприятиях. Обычно он был дополнением в компании Руфуса и Даниэль Геллер, которые представляли гораздо больший интерес для светских дарований. Быть одиноким спутником Кассандры Мерсер оказалось совсем не так.

“Как получилось, что Вы проводили вечер в одиночестве?- Спросил Джейсон. “Я представляю, как парни падают штабелями к Вашим ногам, чтобы оказаться в Вашей компании.”

“Есть разница между компанией и привлекательной компанией, - сказала она ему. - На мой вкус, мужчины в этом городе немного простоваты.”

“Вам нравятся утонченные джентльмены, - сказал Джейсон.

- Утонченность - это хорошо, - сказала Кассандра. - Сложность - это лучше. Что касается джентльменской части, я могу принять ее или оставить. А как насчет Вас, мистер Асано? Что Вы ищете в женщине?

- Злого гения, - небрежно бросил Джейсон.

- Злого гения?- спросила она, подняв брови.

- А почему бы и нет?- Спросил Джейсон. - Умная, уверенная в себе, напористая, целеустремленная. Что тут может не нравиться?

- Зло?- Осмелилась спросить Кассандра.

“Это может быть проблемой в долгосрочной перспективе, - признал Джейсон. - Может быть, мне нужен озорной гений.”

Он задумался на мгновение, когда озорная усмешка появилась на его лице.

- Да, - сказал он мурлыкающим голосом. - Совершенно верно.”

Пока они продолжали болтать, несколько человек попытались присоединиться к их разговору, обычно это были молодые люди. Джейсон восхищался умением Кассандры отправлять их дипломатично и тактично.

-Вы очень хорошо ладите с людьми, - похвалил он.

-И Вы тоже, - сказала она.

- Нет, - ответил Джейсон. “Я хорошо разбираюсь в людях, есть разница. Обычно, в том, как они злятся, когда понимают, что только что произошло."

- Она рассмеялась.

“Сегодня вечером произойдет что-то странное?- Спросил Джейсон, оглядывая комнату.

“Что Вы имеете в виду?- спросила она.

- Здесь полно искателей приключений.

- Покровительство стоит недешево, - сказала Кассандра. "Люди со средствами, как правило, являются пользователями сущности.”

“Я не имею в виду присутствующих, - сказал Джейсон. “В тени есть люди.”

Он мотнул головой в разные стороны, указывая на людей, осторожно расположившихся вокруг комнаты. Кассандра нахмурилась, позволяя ему вести ее взгляд.

“Я вообще ничего не заметила, - сказала она с упреком в голосе. - Возможно, я слишком полагаюсь на свою ауру. Все эти пользователи сущности скрывают ауры."

- Интересно, что они задумали, - сказал Джейсон.

- О, - сказала Кассандра, и на ее лице отразилось понимание. “Они должны быть здесь для открытого контракта.”

“Есть открытый контракт?- Спросил Джейсон. “Должно быть, я пропустил его, когда был в дельте.”

“Да, на самом деле было некоторое волнение. Два довольно наглых ограбления.”

- Грабежи?”

“Да. Первый был в театральном районе. Кто-то сорвал довольно ценное украшение прямо с шеи человека, присутствовавшего на спектакле, а затем исчез. Это был какой-то кузен герцога Гринстоуна, никак не меньше.”

“Это, конечно, смело.”

- Это только начало, - сказала она. - На человека напали прямо здесь, в концертном зале. Он был на балконе во время перерыва, когда на него напали и украли все его ценности. Я знаю человека, о котором идет речь, и он скорее ожидал этого, но все же.”

“Тот же самый вор?- Спросил Джейсон.

-Похоже на то, - сказала Кассандра. - В обоих случаях это была женщина, одетая во все черное. Самое интересное, что, учитывая вовлеченных людей, они смогли почувствовать ее ауру. У нее есть только одна сущность, но оба раза ей удалось сбежать."

“Это кажется диким безрассудством, - сказал Джейсон. “Я не могу представить себе вознаграждение, соизмеримое с таким риском.”

“Это определенно вызывает вопросы, - сказала Кассандра. - Герцог Гринстоун приказал обществу приключений заключить открытый контракт на ее поимку, но директор Общества приключений ограничил его железным званием.”

- Но почему?- Спросил Джейсон.

- Это давняя политика общества - посылать соответствующие меры для решения соответствующих проблем, и это один человек с единственной сущностью. Это широко распространенная политика, не только здесь, в Гринстоуне. Конечно, у местных властей никогда не было много времени для авантюрного общества, и они громко выражали свое недовольство. Им не нравится, что директор выбралась из нищеты, вместо того чтобы выйти из обеспеченных семей. Они также узнали, что давление на нее, как правило, не заканчивается хорошо.”

- Понятно, - сказал Джейсон.

“Вы уже познакомились с Элспет Ареллой?- Спросила Кассандра.

“Да, - ответил Джейсон. “На самом деле, это было как раз перед тем, как я встретил Вас.”

* * *

Люциан Лампрей ворвался на территорию поместья Клариссы Вентресс. Директор магического общества серебряного ранга практически уничтожил ее охранников силой своей ауры, используя ее, чтобы объявить о своем прибытии. Вентресс вышла ему навстречу в сад, жестом отослав своих людей. Она поморщилась, когда почувствовала подавление его аурой.

“Чем обязана такому удовольствию, директор Лампрей?- спросила она напряженным голосом.

“Она должна была быть поймана, - сказал Лампрей, - а не поднимать шум и убегать.”

- Директор, я могу заверить Вас, что это тот путь, который удовлетворяет обе наши потребности.”

- Ты хоть понимаешь, сколько глаз сейчас на это смотрят?- спросил он.

- При всем моем уважении, директор, я думаю, что Вы упускаете главное, - сказала она. “Вам нужно начать посещать больше светских мероприятий.”

“Ты хочешь, чтобы я поймал ее сам?”

- Нет, Директор. Но учитывая Ваше широко известное покровительство крепости и ее боевой арене, Вы, конечно же, узнаете ее ауру. Если она появится на мероприятии, которое Вы посещаете, конечно, такой гражданственный джентльмен, как Вы, откроет ее личность. После этого начинается охота, и у Вас появляется удобный предлог для того, чтобы проявить интерес к последующим судебным разбирательствам.”

Люциан нахмурился, обдумывая услышанное. Вентресс почувствовала явное облегчение, когда его аура отступила.

“Куда она ударит в следующий раз?- Спросил Минога.

“Даже я этого не знаю, - сказал Вентресс. - Изолированность каждого элемента позволяет нам контролировать информацию. Как Вы сказали, на это смотрят многие.”

Лампрей выглядел недовольно, но неохотно кивнул.

- Мое терпение не бесконечно, Вентресс.”

“Но это будет вознаграждено, директор.”

Лампрей удалился, оставив Вентресс одну в саду. Ярость наполнила ее лицо, и она плюнула в куст, который засох и почернел, выпустив едкий дым.

- Дарнелл!- крикнула она, и тут же появился ее Леволюд-телохранитель.

- Белинда и Софи, - ядовито сказала Вентресс. - Где же они?

“После того, как Вы в последний раз вызвали их, они где-то отсиживались, - сказал Дарнелл. “Если бы Вы дали понять, что их защита снята, их бы быстро смыли.”

- Нет, - ответила Вентресс, вновь обретая свое обычное самообладание. - Наведи справки, но будь осторожен. Пока их ловят, все идет своим чередом.

“А что, если они скажут властям, что за всем этим стоите Вы?”

- Лампрей будет держать это в секрете, - сказал Вентресс. “Пока он получает то, что хочет, он снова захочет использовать нас. Его поддержка сделает нас неприкасаемыми в Старом городе.”

Немного дерьма

Джейсон обычно не носил свою боевую форму в городе, но сейчас он был на работе. Он получил свой первый контракт в самом городе и встречался с заказчиком в месте, что, по-видимому, было знаменитой таверной в Старом городе. Она была расположена в районе, названном Кавендиш, в честь семьи, чьи интересы когда-то доминировали в этом районе. Семья уже давно перебралась на остров, но название осталось. Здесь находился оптовый торговый центр для товаров, поступающих из дельты, одно из нескольких мест, откуда распределялась основная часть продовольствия Старого города. Чтобы удовлетворить потребности торговцев и погонщиков, поблизости можно было найти множество постоялых дворов и таверн. После наступления темноты это был центр ночной жизни Старого города.

Бурная ночная деятельность никак не повлияла на оживленную дневную торговлю, отметил Джейсон, пробираясь по людным улицам в поисках места назначения. Здания вокруг него были из обычного пустынного камня, хотя в большинстве из них стены были выкрашены в яркие цвета. То же самое можно было увидеть в любом месте Старого города, но в Кавендише это было очень заметно. Особенно это касалось центральной магистрали, чье несогласованное столкновение цветов принесло ей прозвище радужная дорога.

Джейсон свернул с главной улицы в том направлении, которое считал правильным. Он остановился у общественного насоса, где люди выстроились в очередь, чтобы набрать воды. В отличие от острова, только самые богатые жители Старого города имели внутреннюю водопроводную систему, управляемую магией. Большинство жителей пользовались коммунальными удобствами, такими как бани, групповые туалеты и общественные водяные насосы. Под Старым городом вода из дельты бежала по сложной сети туннелей. В конечном счете, все это появилось из стоков в искусственном проливе между Старым городом и Островом. По всему Старому городу эта вода собиралась, использовалась, а затем сточные воды откачивались в перерабатывающие центры, расположенные по всему городу. Там отбросы извлекались перед тем, как возвращать очищенную воду в туннели под городом. Отходы собирали в мешки и продавали как удобрения.

Для Джейсона туннели звучали как канализация, что бы он ни слышал о магических процессах очистки. Учитывая, что его нынешний контракт включал в себя посещение этих туннелей, это внезапно стало более насущной проблемой.

Общественный водяной насос, к которому подошел Джейсон, как и другие по всему городу, набирал воду, которая была волшебным образом очищена до безопасных стандартов. Несколько человек стояли в очереди к насосу, чтобы наполнить банки, бутылки или даже целые бочки, которые нужно было перевозить на тележке. Джейсон уже собирался спросить у людей дорогу, когда его аура что-то уловила. Он безвредно проецировал свою ауру на собравшихся людей, которые все повернулись, чтобы посмотреть на него. Он достал свой значок общества приключений и поднял его вверх.

“Я авантюрист, - объявил Джейсон, - собираюсь заняться кое-какими авантюрными делами, так что, пожалуйста, очистите территорию.”

Большинство людей знали уровень смертности в зоне работы авантюристов, поэтому люди убрали свои ведра, кувшины и ручную тележку и старались держаться подальше. Вскоре остался только Джейсон и пять аур железного ранга, которые он почувствовал.

“Вы тоже можете выйти, - сказал Джейсон.

“Я думаю, он заметил нас, ребята, - произнес надменный голос, его обладатель появился из переулка вместе с четырьмя другими.

Они были молоды, в легких и практичных доспехах искателей приключений. Все они были вооружены деревянными дубинками, а над головами у них висели записывающие кристаллы.

“Я не знаю, Динк, - сказал один из них с явной неохотой. “Ты почувствовал эту ауру. Может быть, он не так слаб, как ты говорил.”

“Конечно, - сказал Динк, первый, кто заговорил.

- Я могу Вам чем-нибудь помочь, джентльмены?- Спросил Джейсон.

- Да, - сказал Динк.

- Ты можешь заткнуться и принять удар. Я позволю себе немного поскуливать.”

“Я чем-то обидел тебя?- Спросил Джейсон. “Это из-за красоты? Ты можешь быть уродлив сейчас, но просто продолжай работать над этими эссенциями, и в конце концов ты будешь менее ужасно выглядеть. Вообще, ты пробовал обратиться к богине красоты? Но они, наверное, не пустили тебя в церковь с таким лицом?”

“Ты что, серьезно даже сейчас болтаешь без умолку?- Спросил Динк. - Каким умным будет этот рот без зубов.”

“Я не уверен, что ты знаешь, как работает ум, - сказал Джейсон. - Или зубы.”

“Динк” - снова заговорил сомневающийся. “Если бы он был так слаб, как ты сказал, я думаю, он был бы более напуган.”

“Ты должен послушать своего друга, Динк, - сказал Джейсон.

- Я знаю о тебе все, Асано, - сказал Динк. - Эта леди Геллер устроила драку, чтобы ты мог побить всех ее модных учеников, преподать им урок или еще какую-нибудь ерунду. Но все это было подстроено, и ты действительно слаб. Но с тех пор, как ты победил этих Геллеров, люди еще не знают этого. Кто-то заработает репутацию, выбивая из тебя дерьмо, и это будем мы.”

Джейсон устало вздохнул. - Хорошо, джентльмены, - сказал он. - Ты хочешь сделать это с помощью силы или без нее? Я предлагаю обойтись без нее, потому что иначе в лучшем случае вы будете хромать после того, как проснетесь. Я не думаю, что обществу приключений понравится, если я убью вас всех. Честно говоря, Динк, чем больше ты говоришь, тем больше кажется, что это стоит усилий."

“Ты думаешь, что сможешь блефовать?- Спросил Динк. “Мне не нужны силы, чтобы победить тебя.”

“Разумеется, лишь эта палка, - сказал Джейсон.

“Я засуну эту штуку тебе в глотку, - сказал Динк, размахивая дубинкой. Он бросился на Джейсона, а потом оказался на земле, не понимая, как он туда попал. Джейсон стоял над ним, держа в руках дубинку.

“Ты получишь его, Динк, - сказал Джейсон. - Подойди ко мне еще раз, и ты заплатишь криками.”

Динк вскочил на ноги и тут же бросился на Джейсона. Джейсон стукнул его по голове дубинкой, остановив его движение. Джейсон отшвырнул дубинку и схватил Динка за руку, заставив его потерять равновесие. Первый крик раздался, когда Джейсон попытался согнуть локоть Динка не в ту сторону, второй - когда он сделал то же самое с коленом. Крики прекратились, когда костяшки пальцев раздавили горло Динка, а затем он потерял сознание после того, как увидел колено, приближающееся к его лицу. Джейсон позволил Динку упасть на землю, глядя на остальных, собравшихся вместе.

“Мне нужно выполнить контракт, - сказал Джейсон. - Или вы все идите сюда и сражайтесь, или возьмите этого идиота и уходите.”

Сомневающийся бросил дубинку на землю, остальные сделали то же самое. Джейсон покачал головой.

“Как вам, идиотам, удалось собрать между собой пятнадцать эссенций?- Спросил Джейсон. Он слышал, как Руфус и другие говорили, что местный стандарт искателей приключений был низким, но на деле ему не удавалось этого проверить. Большинство авантюристов железного ранга, которых он видел, были Геллерами. “Лучше принеси этому идиоту зелье, - сказал Джейсон, пихнув Динка ногой. “О, и где я могу найти таверну под названием "Таунхаус"?”

* * *

Таунхаус, как оказалось, был самым большим зданием в Кавендише. Когда-то это была городская резиденция семьи Кавендишей, но теперь все было в прошлом. Уже почти двести лет эта резиденция была гостиницей и таверной. Пройдя через большие двери, Джейсон оказался в удивительно хорошо обставленном баре. Качественная древесина была редким ресурсом в Гринстоуне, но в Таунхаусе она была повсюду. От полированного пола до настенных кабинок, от столов и стульев до длинной стойки бара. Окна были из чистого стекла, с высокого потолка свисали изысканные люстры, магические кристаллы заливали комнату теплым светом. Единственным местом, где преобладал камень, который обычно доминировал в строительстве из зеленого камня, была расщепленная лестница в задней части комнаты. Сделанная из темного и дорогого зеленого мрамора, она со вкусом открывала проход в верхние этажи здания.

Ранним утром посетителей было немного, лишь несколько человек спокойно наслаждались едой поодиночке или парами. Они были одеты лучше, чем обычные жители Старого города, как и мужчина за стойкой бара. Он принадлежал к рунической расе, коренастой и безволосой, с иссиня-черной кожей. На его коже были светящиеся руны, в честь которых была названа его раса, дыры в его одежде, предназначенные, чтобы показать их. Джейсон очень мало общался с этими людьми, поскольку они не были обычными жителями Гринстоуна. Бармен убирал чистые стаканы, готовясь к вечеру. Он взглянул на Джейсона, который подошел к нему.

- Здравствуйте, сэр, - поздоровался бармен. “Должен ли я судить по вашему одеянию, что вы искатель приключений?”

- Джейсон Асано, к Вашим услугам. Вы являетесь владельцем?”

- Хозяина сейчас нет, - сказал бармен. - Она будет благодарна Вам за то, что Вы так быстро приехали, - сказал бармен. - Если позволите спросить, мистер Асано, господин Асано или лорд Асано?"

- Зови меня Джейсоном, и все будет хорошо, - сказал ему Джейсон.

“Очень хорошо, сэр. Меня зовут Фаррок. Позвольте мне отвести Вас к другому джентльмену, который уже в подвале.”

Фаррок провел Джейсона за стойку бара и через дверь, ведущую вниз. Они подошли к огромному подвалу.

Джейсон вспомнил поместье Вейнов и подвал, где он однажды проснулся в клетке. Это был не самый лучший момент, но именно там он впервые встретил Руфуса, Гари и Фарру. Тот подвал был пуст, если не считать клеток, в то время как этот содержал ряды массивных бочек на огромных стеллажах. Это было похоже на кладовую завода по производству виски. В подвале уже стоял на коленях у кирпичной стены какой-то человек. Он заглядывал в дыру, достаточно большую, чтобы просунуть в нее голову и прогрызть каменную кладку. Внутри арки из рун, вырезанных на стене вокруг отверстия, находился светящийся магический барьер.

Мужчина посмотрел на Джейсона. На вид ему было около пятидесяти, одет он был в свободный комбинезон и рабочую фуражку. У него был пояс с инструментами, в котором Джейсон мог видеть орудия как магические, так и не магические по своей природе. Судя по одежде, Джейсон принял его за высококвалифицированного торговца, обученного магическим аспектам своей работы. Его аура не обнаруживала никаких эссенций; его опыт был полностью во внешней магии.

Магические знания Джейсона, почерпнутые из книги умений, были более обширными, чем узкоспециализированная подготовка такого мастера. Тем не менее, Джейсон не питал иллюзий, что он будет равным этому торговцу в своей специализированной области. Магически насыщенные знания Джейсона могли быть более полными, но он знал, что они бледнеют по сравнению с многолетним опытом работяги. Мужчина представился Фрэнком.

- Я загнал их всех обратно в эту дыру, Мистер Фаррак, - сказал Фрэнк.

- Фаррок.

- Прошу прощения, мистер Фаррак. Поэтому, как только я вытащил их всех, я запечатал дыру. Это продержит их здесь достаточно долго, чтобы мистер Асарно смог выполнить свою работу. Вы очень любите ловить крыс, Мистер Асарно?"

“Думаю, мы это выясним, - сказал Джейсон.

Общество приключений не вызывало авантюристов на меньших монстров, которые представляют ограниченную умеренную угрозу. Только в большом количестве они были проблемой, которая требовала вмешательства общества приключений. В данном случае в туннелях под Старым городом появилась целая колония крыс-камнедробилок.

“Мне сказали, что вы обеспечите доступ к туннелям?- Спросил Джейсон Фрэнка, когда Фаррок повел их наверх.

- Да, но мне придется оставить Вас там, внизу, - сказал Фрэнк. - Это не единственное место, где есть дыры в подвале. Вы ведь не боитесь темноты, Мистер Асарно?"

“Я уверен, что справлюсь.”

Фрэнк вывел их из здания и повел по боковой улице к каменной лестнице в переулке, которая вела ниже уровня улицы к металлической двери. Фрэнк отпер дверь, открыв еще одну лестницу. Джейсон последовал за Фрэнком вниз, в нечто похожее на канализационный туннель. Потолок был сводчатым, темная вода бежала по середине, с дорожками по обе стороны. В сыром воздухе стоял тяжелый химический запах. Это было не совсем похоже на хлор, но очень похоже.

“Вы готовы к свету?- Спросил Фрэнк. “Я могу одолжить Вам светящийся камень, если это поможет.”

- Разве крысы не убегут от света?- Спросил Джейсон.

“О, в моей работе много таких тварей, - сказал Фрэнк. "Мой опыт был больше похож на текущую ситуацию. Поверьте мне, они отхватят у Вас кусочек, если смогут. Ваша беда будет в тех, кто спрятан. Здесь полно труб и расщелин. Куча мест для гнездования, куда люди не поместятся.”

“Я позволю моему фамильяру сделать всю тяжелую работу, - сказал Джейсон.

“Это как волшебное домашнее животное, да?- Спросил Фрэнк. “Не уверен, что хотел бы, чтобы моя собака бегала здесь. Я имею в виду, что они чистят эту воду, но есть чистая вода и есть очищаемая, понимаете?”

- Мой фамильяр - это монстр апокалипсиса, который может рыскать по миру жизни, - рассеянно сказал Джейсон, оглядывая туннель. “Его не остановит ни капелька какашек.”

- Звучит здорово, - сказал Фрэнк. “Я не очень разбираюсь в монстрах или в подобных штуках, но я полагаю, что большие шишки не послали бы Вас, если бы Вы не были готовы к этому. Вы знаете, у нас была такая зараза вскоре после того, как я начал работать. Их не вычистили должным образом, а Вы знаете, какими монстры становятся в скором времени. Они текли из уличных стоков, наводя ужас на обычных людей. Это был какой-то жук вместо крысы, но я думаю, что это было бы то же самое. Вы просто будьте уверены и поймайте их всех, хорошо?”

- Я так и сделаю, Фрэнк.

- Хорошо, я оставлю Вас и займусь опечатыванием этих подвалов. После этого я вернусь и побуду здесь, пока Вы не соберетесь уходить. Как Вы думаете, долго Вы там пробудете?”

“Это зависит от крыс, - сказал Джейсон.

- Вполне справедливо, - согласился Фрэнк. - Только постарайтесь не заблудиться, все эти туннели выглядят одинаково. Если Вы не вернетесь сюда с наступлением темноты, я решу, что Вы заблудились, и приду Вас искать.”

Фрэнк закрыл дверь, оставив Джейсона в темноте, но его зрения было более чем достаточно для этой задачи. Достав нож, он разрезал свою ладонь, выпуская пиявок из раны. Колин пока не собирался устраивать никаких апокалипсисов, но новообращенный пожиратель жизни обладал способностью чувствовать живые существа, где бы они ни прятались. Кровавый ужас не был быстрым, но он был многочисленным, и когда Джейсон последовал за основной массой, небольшие группы пиявок отделились, чтобы направиться вниз по туннелям и разрывам. Поиски Джейсона, возможно, не закончатся быстро, но в конце концов он выкорчует их всех.

Крысиные бега

Жующие камень крысы были размером с домашних кошек, с серой шерстью, выступающими зубами и огромными когтистыми когтями. Джейсон наблюдал, как полдюжины из них пытались выцарапать пиявок, впившихся в их плоть. Одна из них извивалась, пока не упала в воду.

- Колин, что я говорил насчет того, чтобы бросать их в воду?”

Крысы, как оказалось, были тяжелыми, и после падения в воду уже не поднимались. Пиявки на них не имели таких проблем, выползая после того, как крыса умерла либо от помощи пиявок, либо от утопления.

“Как же я буду грабить их там, внизу? Те, что спрятаны в этих щелях, - это одно, но это - выбрасывание денег.”

Все крысы были мертвы, а все пиявки, находившиеся поблизости, уползли обратно в кучу. Джейсон посмотрел на них.

- Прости, Колин, - сказал Джейсон. “Ты делаешь всю работу, а я тут жалуюсь. Я знаю, что ты делаешь все возможное, приятель. Хорошая работа.”

Куча пиявок начала колыхаться от того, что Джейсон принял за радость. Он поднял экран задания.

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Крысы наводнили водные туннели под Кавендишским районом Старого города. Очистите гнезда и уничтожьте всех крыс.

Цель: очистить крысиные гнезда 5/6.

Цель: Устранить [Камнедробильных Крыс] 31/44.

“Осталось еще одно гнездо. Какое-то слишком большое гнездо. Или остальные бродят где-то на свободе?”

Джейсону было любопытно, почему некоторые задания показывали ему точное количество монстров, а другие нет, но он не собирался жаловаться. Он вытащил карманные часы из своего инвентаря и увидел, что они идут хорошо. Колин мог быть медлительным, но его способность чувствовать жизнь была безошибочной.

Разграбление меньших монстров приносило только меньшие монеты духа, но тем не менее они были желанной добычей. Большинство вещей оплачивалось мелкими монетами, и это спасало его от необходимости пользоваться услугами брокера по обмену денег.

Двигаясь дальше в туннели, он неторопливо последовал за Колином. Он заметил перемену в поведении Колина, когда они пошли дальше. На протяжении всей охоты пиявки сбивались в стаи, чтобы найти крыс в туннелях и различных недоступных укромных уголках. Теперь все они медленно сходились в одном направлении.

- Думаю, это одно большое гнездо.”

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/43.

Джейсон посмотрел на появившееся сообщение. Обычно оно сообщало ему, когда он достиг цели, но он больше не убивал крыс. Он снова посмотрел на нее.

- Раньше целью были сорок четыре крысы,-задумчиво произнес он. “Какая-то старуха с метлой убила одну из них?”

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/43.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/42.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/41.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/40.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/39.

“Что там происходит?”

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Обнаружена скрытая цель: найти секрет последнего крысиного гнезда 0/1.

Задание не может быть завершено до тех пор, пока не будут выполнены все скрытые цели.

- Все скрытые цели? Это еще не все?

Джейсону хотелось прибавить шагу, но без Колина, ведущего его вперед, он легко мог сбиться с пути в лабиринте туннелей. Он задумался на мгновение, затем опустил руку почти до земли. Порез на его ладони все еще был там, так как его быстрая регенерация работала только тогда, когда фамильяр обитал в его кровотоке. Пиявки вползли ему в руку и исчезли, едва коснувшись крови. Он подумал, не следовало ли сначала их вымыть. Наконец, в его руке осталась только одна пиявка.

- Хорошо, Колин. Показывай дорогу.”

Джейсон двинулся вперед более быстрым шагом, вытянув перед собой руку. Держа Колина перед собой, он мог двигать рукой из стороны в сторону. Пиявка поднималась на дыбы, когда Джейсон держал ее в нужном направлении, позволяя ему находить правильный путь на каждом перекрестке.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/38.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/37.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/36.

“Кто-то их убивает? Как ты думаешь, Колин? Это будет очень просто? Нет, я тоже так не думаю.”

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/35.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/34.

Колин указал Джейсону на туннель, который выглядел так, словно давно не ремонтировался. Раствор был рыхлым, кирпичи вывалились из стен. Все туннели были мокрыми, но здесь рос какой-то грибок, местами почти полностью загораживающий путь.

“Потрясающе много грибка.” - Протянул он.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/33.

Цель: устранить [камнедробильных крыс] 31/32.

- Если бы я был честен, Колин, я бы признался, что немного встревожен.”

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Цель завершена: устранить [камнедробильных крыс] 31/31.

Задание не может быть завершено до тех пор, пока не будут выполнены все скрытые цели.

- Скрытые цели, - проворчал Джейсон. “Мне лучше получить за это солидную добычу.”

Он посмотрел на Колина, которого держал в руке.

“Да, я знаю, что другие искатели приключений не получают систему квестов. Заткнись.”

По туннелю прокатился звук, низкий рокот.

- А ты как думаешь, Колин? Звук скрытой цели?”

Грохот становился все громче и отчетливее. Это был не землистый звук, а хлюпанье. Вода, текущая через середину туннеля, стала бежать быстрее и выше, разбрызгиваясь по кирпичному мостику.

- Вот дерьмо.

Вода хлынула вниз по туннелю, подняв уровень воды и заполнив проход. Джейсон стоял неподвижно, когда вода поднялась до колен, не желая, чтобы его сбило течением.

“Плохая вода, - сказал Джейсон. “Эта дрянь скоро улетучится?”

Волна воды прошла, вернувшись к своему нормальному уровню. Джейсон предположил, что это нормальная функция работы водяного туннеля. Джейсон сделал несколько несчастных, хлюпающих шагов, а затем был поражен ужасным открытием.

- О, черт возьми! - воскликнул он, ударив себя ладонью по лицу. “Я совсем забыл, что умею ходить по воде.”

Он двинулся дальше по туннелю, хлюпая сапогами, сопровождаемый потоком ворчания.

“Я вижу, ты отлично справился, - сказал Джейсон пиявке, все еще державшей его в руке. Потом он заметил круглый рубец.

“Ты пытаешься съесть меня, пока я отвлекаюсь?”

Пиявка невинно покачивала зубастой пастью взад-вперед.

- Не веди себя со мной беспечно, Колин, - сказал Джейсон. “И это после того, как я вчера угостил тебя кровяным пудингом.”

Продолжая идти, Джейсон остановился, услышав откуда-то впереди торопливые шаги. Они звучали слишком громко для крысы, даже для огромных крыс, жующих камни. В любом случае, все жующие камень крысы исчезли. Звук стал ближе, и из бокового перекрестка донесся грохот.

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Обнаружена скрытая цель: устранить [Ратлингов] 0/12.

Задание не может быть завершено до тех пор, пока не будут выполнены все скрытые цели.

Ратлинги были похожи на мышей, но стояли на задних лапах, в половину человеческого роста. Они также были трусливы, обычно убегая от любой конфронтации, но этот даже не замедлился, когда он приблизился. Он попытался проскочить мимо Джейсона, но отскочил, кувыркаясь с дорожки в воду. Не умея плавать, он безрезультатно плескался, когда поток воды уносил его прочь. Джейсон вытащил нож из своего инвентаря и вонзил его в руку, заставив кровь и пиявок брызнуть в воду вслед за ним. Остальное он бросил к своим ногам.

- Убедись, что он не выживет, - сказал он пиявкам, а затем направился вниз по туннелю, из которого он появился. От чего бы ни убегал ратлинг, он, очевидно, испытывал больше страха, чем Джейсон.

- Жаль, что монстры не видели меня на арене миражей.

Скрытая цель: устранить [Ратлингов] 0/11.

- Опять это? Я не думаю, что есть старая леди с метлой, убивающая ратлингов.

Он услышал крики страха, доносившиеся из глубины туннеля. Из туннеля выскочили еще пять ратлингов и бросились к Джейсону. На этот раз он был готов, ударив одного в стену низким ударом ноги и схватив другого за горло. Они были слабыми и трусливыми созданиями, и он быстро покончил с обоими.

Скрытая цель: устранить [Ратлингов] 2/11.

Остальные трое прошли мимо него. Двое из них попытались перепрыгнуть через воду на противоположную дорожку, но это удалось только одному. Второй не долетел до цели, плюхнувшись в канал. Третий промчался мимо Джейсона, когда тот убил первых двух, перепрыгнув через кучу пиявок.

“И к чему были эти усилия?- Спросил Джейсон Колина. - Теперь мне придется бежать за ними. Иди поймай того другого пловца.”

Когда пиявки свалились в воду, он начал преследовать двух других. Он начал с того, что стоял на другой стороне туннеля. Выпустив достаточно света из своего плаща, чтобы превратить непроглядную тьму в сумрачный мрак, он прыгнул вперед существа, схватив его, когда оно бежало прямо на него. Быстрый удар ножом-и дело сделано.

Скрытая цель: устранить [Ратлингов] 3/11.

“Этот другой придурок сразу сбежал.”

Опустив лампу обратно в пустоту, чтобы ратлинг не заметил его приближения, он начал выслеживать его, что заняло большую часть часа. Он утешился тем, что пиявки использовали это время, чтобы догнать двух других крысят, упавших в воду. Тем временем еще одна пара ратлингов таинственным образом исчезла.

Скрытая цель: устранить [Ратлингов] 6/9.

Джейсон наблюдал, как пиявки выползают из воды у его ног. Осталось три крысеныша. Он двинулся вперед, Колин отстал. Он не замедлил шага, предоставив Колину следовать за ним.

- Осталось три.

Скрытая цель: устранить [Ратлингов] 6/8.

- Ладно, осталось двое. Какой-то чудовищный договор о самоубийстве? Неужели те, кто убегал, струсили и отказались пить пунш?”

Остановившись на очередном перекрестке, он не был уверен, в какую сторону идти. Внезапный визг страха и боли проложил ему путь. Звук длился недолго.

Скрытая цель: устранить [крысят] 6/7.

Джейсон двинулся в направлении внезапно оборвавшегося крика.

Мрачный меч — верный спутник

Джейсон шел по туннелю, из которого доносились крики. Ревущий рев донесся с той же стороны, но он определенно не был сделан ратлингом. Джейсон двинулся вперед, осторожно ступая по мокрому камню дорожки и скользкому грибку под ногами. Он все еще находился в полной темноте.

На перекрестке впереди выскочил ратлинг. Какое-то щупальце змеилось за ним, обвиваясь вокруг его лодыжки. Крысеныш споткнулся, и его с визгом потащили обратно в туннель. Джейсон бросился вперед, чтобы взглянуть на судьбу крысеныша.

То, что он увидел, было чем-то вроде крысиной версии Гари, в комплекте с огромным, мускулистым телом, покрытым мехом. Он был так велик, что стоял верхом на воде, несущейся по середине туннеля, по одному футу с каждой стороны. Стоя прямо, он был так высок, что едва не задевал головой свод туннеля. Его тело было гораздо более человеческим, чем у крысеныша, что делало его наготу более очевидной.

- Тебе нужно убрать эту штуку, приятель.

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Скрытая цель завершена: найти секрет окончательного крысиного гнезда 1/1.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Обнаружена скрытая цель: устранить [Крысоглотателя] 0/1.

Задание не может быть завершено до тех пор, пока не будут выполнены все скрытые цели.

Крысиный монстр зарычал на Джейсона. У него была крысиная голова, только рот был больше, морда почти отвисла, обнажив острые зубы, как у акулы, а маленькие бегающие глазки смотрели прямо на Джейсона, несмотря на полную темноту.

Перед крысиным монстром болтался тот самый ратлинг, которого он утащил. Хвост крысиного монстра был метровой длины, толстый, вязкий и цепкий. Он был также силен, легко удерживая ратлинга, чтобы монстр мог укусить его. Послышался чавкающий звук, и ратлинг исчез. Словно высасывая сок через соломинку, чудовище осушило ратлинга до кожи и костей.

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Цель завершена: устранить [крысят] 6/6.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

Задание не может быть завершено до тех пор, пока не будут выполнены все скрытые цели.

- Крысоглататель, - сказал Джейсон, с отвращением наблюдая за происходящим. - Название имеет смысл.”

Он бросил мертвого ратлинга в воду, где тот проплыл мимо Джейсона. Он смотрел на высохшие останки, пока они плыли по туннелю.

“Вот, наверное, каково это - драться со мной.”

Крысоглататель облизал губы длинным языком, выискивая остатки жижи вокруг своей огромной пасти. Его тело покрылось рябью и вздулось. Джейсон наблюдал, как его и без того мощная фигура становилась все больше и сильнее прямо у него на глазах.

“Так вот что ты задумал, - сказал Джейсон. "Принесите в жертву ратлинга, чтобы получить +1/+1.”

Существо неуклюже двинулось вперед. Джейсон не хотел оказаться в когтистых лапах существа, но это не было большой проблемой. Дополнительный рост сделал его почти слишком большим для туннеля, и он был вынужден шаркающей походкой идти по обеим сторонам водного пути. Он был медленным, неуклюжим и тяжеловесным, идеальный враг для Джейсона.

Единственным нюансом, беспокоящем Джейсона, был хвост, который хлестал в его направлении. Стремительно он обвился вокруг талии Джейсона. Хвост оторвал его от земли и потащил к чудовищу. Джейсон взял нож и тяжело полоснул им по хвосту. Монстр взревел, освобождая Джейсона, и дернул хвостом назад.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Крысоглотателя].

Джейсон вскочил на ноги. Одно из преимуществ всех его тренировок. Он не мог использовать свой теневой телепорт в полной темноте, поэтому он выпустил крошечные пылинки света из своего плаща, посылая их вверх и вниз по туннелю. Он держал освещение на минимуме, превращая темноту в игровую площадку теней.

Крысоглотатель продолжал медленно и неуклюже приближаться. Хвост снова рванулся вперед, на этот раз хлестнув, как хлыст, вместо того, чтобы обернуться вокруг него. Джейсону не хватило рефлексов, чтобы перехватить его, поэтому он исчез, и хвост ударился только в воздух. Появившись из-за спины чудовища, он ударил кинжалом по неподвижному основанию хвоста.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Крысоглотателя].

Специальная атака [наказание] нанесла [грех] на [Крысоглотателя].

Чудовище взмахнуло огромной лапой, но Джейсон уже телепортировался на прежнее место.

- Ладно, приятель, - сказал Джейсон. “Насколько ты тупой?”

Хвост снова взметнулся вверх, с тем же результатом. Джейсон прыгнул за ним и ударил в то же самое место у основания хвоста, полностью отрезав хвост.

Оружие [ночной Клык] нанесло [Умбральный змеиный яд] на [Крысоглотателя].

Специальная атака [укус пиявки] нанесла [кровотечение] на [Крысоглотателя].

Джейсон прыгнул в тень за пределы досягаемости, когда существо стало диким, бессильно извиваясь, ревя от ярости и боли.

“Тогда довольно глупый, - сказал Джейсон. “Хорошо для меня.”

В своей бессмысленной ярости монстр споткнулся и упал в воду. Он был слишком велик, чтобы тащиться по течению, канал погружал его только по пояс. Положив огромную ладонь на дорожку рядом с собой, он вытащил себя из воды. Пока он это делал, Джейсон наблюдал с безопасного расстояния. С отсечением цепкого хвоста исчез главный источник опасности для Джейсона. Наблюдая, как чудовище выпрямляется, он произнес заклинание.

- Твоя судьба-страдать.

Заклинание [неумолимый рок] нанесло [неумолимый рок] на [Крысоглотателя].

Чудовище было крепким, но с учетом страданий Джейсона его смерть была неизбежна. Джейсон повел его вверх по туннелю, существо ревело от ярости на Джейсона, вяло, безнадежно преследуя его. Он боролся изо всех сил, пока его кровь лилась из обрубка хвоста, а плоть чернела от некроза. Он выдерживал страдания на удивление хорошо, пока не пересекся с пиявками, которые наконец-то настигли Джейсона. Страдание и боль, наконец, подавили его ярость, когда он встретил ужасный, жалкий конец, крики боли и беспомощности отмечали его переход в смерть.

Квест: [Контракт: Заражение Крысами]

Скрытая цель завершена: устраните [Крысоглотателя] 1/1.

[Крысиная эссенция] была добавлена в ваш инвентарь.

Цель завершена: очистить крысиные гнезда 6/6.

Задание выполнено.

100 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

- Ого, эссенция. Крысиная эссенция? Подходяще, но не то, что я бы выбрал.”

Эссенции животного типа были распространены, как и любые другие эссенции. Некоторые из них, такие как медведь, волк и змея, были весьма ценными, в то время как другие-менее ценными. Он не возлагал больших надежд на крысиную эссенцию, но мог бы обменять ее на несколько более распространенных камней пробуждения.

Джейсон подошел к мертвому чудовищу.

“А почему это не могла быть эссенция могущества?- Спросил Джейсон. Некоторые эссенции были распространены как животные эссенции, но были более ценными из-за их желательности. Эссенции мощи, эссенции щита или магические эссенции могли быть обменены на некоторые качественные пробуждающие камни.

“Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так и твоя смерть - моя, чтобы пировать.”

Красное свечение остатков жизненной силы монстра вышло из его тела, струясь в протянутую руку Джейсона. Тело монстра превратилось в высохшую шелуху. Это было очень похоже на того ратлинга, которого осушил сам монстр.

- Живи от меча, умри от меча, не так ли, приятель? Вообще, я надеюсь, что нет. Я живу довольно мрачным мечом.”

Он легонько коснулся трупа, затем попятился, прежде чем тот растворился в дыму.

10 [монет Железного Духа] были добавлены в ваш инвентарь.

[Пробуждающий камень гнева] был добавлен в ваш инвентарь.

Джейсон резко вздохнул.

- Босс пал. Сейчас можно и осмотреться.”

Он немедленно вытащил пробуждающий камень. Это был такой же круглый Кристалл размером с ладонь, как и другие пробуждающиеся камни. Внутри было горящее, колеблющееся красное, окутанное бело-золотым светом.

Предмет: [пробуждающий камень гнева] (без ранга, необычный)

Пробуждающий камень, который открывает силу гнева (расходуемый, пробуждающий камень).

Требования: способность к непробужденной сущности.

Эффект: пробуждает способность сущности.

У вас есть 8 непробудных способностей сущности.

Вы способны поглотить [пробуждающий камень гнева]. Поглощать ДА/НЕТ?

Как бы ему ни хотелось им воспользоваться, он на время отложил камень в сторону. Приняв Колина обратно, он уже собирался уходить, когда услышал гулкий голос.

- Алло?- он пронесся по канализации. “Тут есть кто-нибудь?”

- Фрэнк?- Перезвонил Джейсон.

- О, мистер Асано, - донесся откуда-то сверху голос Фрэнка. Казалось, он говорит по трубе или очень узкому туннелю.

“Где ты сейчас?- Крикнул Джейсон.

-Наверху, на улице, - крикнул вниз Фрэнк. - Из канализации доносились довольно громкие звуки, издаваемые чудовищами, и здешние жители начали беспокоиться. После того, как все стихло, я подумал, что могу посмотреть, есть ли там кто-нибудь живой.”

“Это была всего лишь крыса, - крикнул Джейсон. “Теперь она мертва.”

“Это не похоже ни на одну крысу, которую я видел, - сказал Фрэнк.

- Это была большая крыса.”

“Я надеялся, что Вы причина, а не источник тех звуков, - сказал Фрэнк. “Там было несколько довольно ужасных звуков страдания и смерти в конце. Я подумал, что это могли быть Вы.”

- Вроде того, Фрэнк, - сказал Джейсон. - Именно такой звук издают вещи, когда я с ними сталкиваюсь. Ты можешь найти мне ближайший путь обратно на улицу?”

-Да, сэр, Мистер Асано, сэр. Я вытащу Вас в мгновение ока.”

Становится лучше

Балкон в номере Джейсона был не таким просторным, как тот, который делили Руфус, Фарра и Гари, но все же он был достаточно большим, чтобы поставить лежак. Находясь на противоположной стороне здания, балкон Джейсона выходил не на воду, а на улицу. Когда Джейсон открыл балконные двери, до него донеслись звуки дневной суеты гильдейского квартала.

Он был готов к ленивому полудню в яркой рубашке с короткими рукавами и широких шортах до колен. Он удобно откинулся на спинку стула и вытащил из своего инвентаря маленький красно-золотой кристалл.

Предмет: [пробуждающий камень гнева] (без ранга, необычный)

Пробуждающий камень, который открывает силу гнева (расходуемый, пробуждающий камень).

Требования: способность к непробужденной сущности.

Эффект: пробуждает способность сущности.

У вас есть 8 непробудных способностей сущности.

Вы способны поглотить [пробуждающий камень гнева]. Поглощать ДА/НЕТ?

- Пора посмотреть, что у тебя есть для меня.”

Джейсон уже собирался поглотить камень пробуждения, когда раздался стук в дверь. Джейсон застонал, убирая камень и поднимаясь с шезлонга. Он вернулся в дом и открыл дверь.

- Хамфри, - сказал Джейсон. “Давненько я тебя не видел. Заходи.”

Джейсон наблюдал, как Хамфри вошел внутрь. Язык тела Хамфри был неуверенным и неуютным, и он был нехарактерно спокоен. Хамфри обычно двигался уверенно и был быстр в словесных тонкостях.

-Что-то случилось?- Спросил Джейсон, усаживая Хамфри в удобное кресло.

“Джейсон…”

Хамфри колебался, но продолжал:

- ...можно тебя кое о чем спросить?”

“Конечно, - сказал Джейсон.

- Я... ты не можешь ответить вопросом на вопрос?”

- Тебя что-то беспокоит, Хамфри?”

“Я видел, как ты дрался на днях на арене "Мираж".”

Джейсон усмехнулся.

“Я не уверен, что кто-то ожидал этого, - сказал Джейсон. - Даже я. Твоя мать дала мне слишком много преимуществ. Неужели ткачи-ловушки действительно появляются в таких количествах?”

“Во время чудовищного всплеска они так и делают, - сказал Хамфри. - Последний всплеск был, когда я был мальчиком, но целая армия их проникла на семейные земли. Стены не останавливают то, что взбирается так, как они это делают.”

“Вау. Тебе не могло быть больше чем шесть или семь.”

“Как ты относишься к тому, что ты с ними сделал? Я имею в виду Рика и остальных.”

- А, - сказал Джейсон, откидываясь на спинку стула. “Ты беспокоишься о том, как я сражался с ними.”

“Мы наблюдали за вами из смотровой комнаты, - сказал Хамфри. - Наблюдая за ними, мы не так уж часто видели тебя. То, что мы видели, то, что мы слышали... то, как ты забрал Ханну и Генри, пока они были отвлечены. Этот смех, когда ты издевался над ними из темноты. Было очень ужусающе. То, что ты сделал с телом Ханны: снял ее тело с паутины монстра, как украшение.”

“Что ты думаешь о том, что я с ними сделал?- Спросил Джейсон.

Хамфри выпрямился в кресле и покачал головой. “Ты всегда так делаешь, - сказал он. “Я спрашиваю тебя о чем-то, что кажется сомнительным, но когда я задаю этот вопрос, ты просто отвечаешь мне вопросом на вопрос. Вместо того, чтобы защищать то, что ты сделал, ты просто говоришь и говоришь, как будто правильное и неправильное - это то, что меняется местами в зависимости от твоего желания и возможности это объяснить.”

Джейсон вздохнул.

“Знаешь, я был там, где ты сейчас, - сказал Джейсон. “Гораздо позже, чем хотелось бы. Я обвинил своего друга в безнравственном отношении к приключениям, хотя сам никогда не был авантюристом. Ты совершаешь ту же ошибку, что и я, не видя своей перспективы, так же как и я ее ранее не видел.”

Джейсон одарил Хамфри дружелюбной, но усталой улыбкой.

“Я знаю, что это идет из хорошего места, - сказал Джейсон. “У тебя есть уверенность в том, что правильно и неправильно, и ты не хочешь, чтобы твой друг пошел по дурному пути. Я не собираюсь сидеть здесь и говорить, что ты ошибаешься, но не все так просто, как кажется со стороны.”

- Есть вещи правильные и неправильные, Джейсон, - сказал Хамфри.

- Конечно, - сказал Джейсон. - Но последствия наших действий не всегда таковы, какими мы хотим их видеть. Хамфри, позволь мне изложить тебе гипотетическую ситуацию.”

“Ты опять собираешься все усложнить, да?- Сказал Хамфри.

- Хамфри, - с несчастным видом произнес Джейсон, - ты пришел сюда, чтобы спросить меня, не аморальный ли я человек. Вот ответ, который у меня есть для тебя. Если ты не хочешь слушать, дверь работает так же хорошо для выхода, как и для входа.”

Джейсон указал на дверь. Хамфри взглянул на нее, но снова перевел взгляд на Джейсона.

“Тогда ладно, - сказал Джейсон. - Представь, что у тебя контракт. Ты должен пойти в город в пустыне, далеко за дельтой. Тебе понадобится несколько дней, чтобы добраться туда, и ты остановился на ночь по пути. Ты в маленьком городке, остановился в единственной гостинице. У тебя был долгий, жаркий день в дороге, и ты не хочешь просто съесть спиртовую монету и лечь спать, поэтому ты спускаешься вниз. Общая комната занята, но ты находишь тихий уголок, чтобы поесть и выпить, чтобы никто не беспокоил тебя.”

“Какое это имеет отношение к делу?- Спросил Хамфри.

“Я устраиваю сцену, - сказал Джейсон. “Так вот где ты, занимаешься своими делами. Но, как я уже сказал, общая комната занята. Некоторые люди едят, все пьют. Есть один парень. Ты видел его всю ночь, потому что он громкий, и его аура здесь самая сильная. Не по сравнению с тобой, но пара эссенций делают его самым крутым парнем в этом маленьком городке.”

Джейсон остановился, чтобы взять стакан сока из своего инвентаря.

- Хочешь одну?- спросил он.

- Нет, - ответил Хамфри и причмокнул пересохшим ртом. “На самом деле, да. Пожалуйста.”

Джейсон протянул второй бокал и сделал глоток из своего.

“Просто убедись и используй подставку, - сказал Джейсон. - Деревянные столы не растут на... О, я думаю, что они вроде как растут.”

- Что?- Спросил Хамфри.

“Не имеет значения, - сказал Джейсон. - Значит, этот парень - самый крутой в городе. Вечером становится ясно, что он и все остальные знают об этом. Есть одна девушка, молодая, хорошенькая, которая работает в гостинице. Парень доставил ей немало хлопот, и чем больше он пьет, тем хуже становится. Все видят, что происходит. Он слишком груб, она слишком молода, но все, что она может сделать, это вынести это. Никто не придет ей на помощь, потому что он самый сильный парень в этом городе.”

Джейсон посмотрел Хамфри прямо в глаза.

“Кроме того, что он не является”, - Джейсон продолжил. - Не в этот раз. В ту ночь ты был там. Так что же ты делаешь?”

“Правильная вещь очевидна, - сказал Хамфри, - но ты явно ставишь меня в неловкое положение.”

“Конечно, я ставлю тебя в неловкое положение, - сказал Джейсон, - но это ничего не меняет. Девушке явно не по себе. Когда этот парень все больше напивается, он даже причиняет ей немного боли. Но никто ничего не говорит. Они могут исподтишка поглядывать на него, но не станут бросать ему вызов. Чем ты займешься, Хамфри?”

“Я его остановлю, - сказал Хамфри.

- Каким образом?

“Я иду туда и подавляю его ауру.”

-Он не железный ранг, - сказал Джейсон. - Он слишком слаб, чтобы почувствовать твою ауру, и слишком пьян, чтобы понять, что ты делаешь с ним. Это его город, и он самый крутой парень в нем. Ты только что бросил ему вызов, а он уже давно не делает разумных решений. Он хочет подраться. Он толкает тебя.”

- Я выгоняю его на улицу.

“Это работает, - сказал Джейсон. “Ты сильнее его в лучшем виде, а в данный момент он далек от этого. Он хочет продолжать борьбу, но у него есть пара друзей, достаточно трезвых, чтобы понять, что ты авантюрист и с тобой не стоит связываться. Они забирают его домой прежде, чем он может причинить еще больше неприятностей.”

- А что потом?- Спросил Хамфри.

- Потом ничего. Без этого парня и его друзей вокруг настроение улучшается, и у всех есть приятный вечер. Девушка благодарит, ты нервничаешь, и ты идешь спать. На следующий день ты двигаешься дальше, потому что у тебя впереди еще долгий путь.”

“Я не вижу в этом проблемы, - сказал Хамфри.

“Ну, - сказал Джейсон, - что будет следующей ночью? Тебя там нет, но город крут никуда не денется. Его репутация только что была разрушена. Он был избит и унижен на глазах у всех. В основном это было вызвано его собственными действиями, его собственным высокомерием и гордыней, но ему все равно. На кого он это вымещает? Как он восстанавливает свое господство? Как он снова вселяет страх в этих людей? Как он учит их тому, что произойдет, если они столкнутся с ним так же, как ты? Что происходит с этой девушкой?”

“Ты думаешь, я должен был оставить все как есть?- Спросил Хамфри.

“Не знаю, - ответил Джейсон. - Стоять за тех, кто не может постоять за себя, - это добродетель. Но если действие, основанное на этой добродетели, приносит миру больше вреда, чем отнимает. Это все еще морально?”

Хамфри тяжело опустился на стул.

“У меня нет ответа на этот вопрос, - сказал он.

“Не всегда есть хороший вариант, - сказал Джейсон. - Ничего не делать, чтобы изменить плохую ситуацию, может показаться неправильным, но если что-то, что ты делаешь, сделает ее еще хуже, тогда это единственный выбор.”

“Какое это имеет отношение к тому, что ты сделал на арене "Мираж"?- Бросил вызов Хамфри.

- Ты знаешь, почему твоя мать позволяет нам проводить время вместе, Хамфри?”

“Она не решает, кто мои друзья.”

“Конечно решает, - сказал Джейсон. “Ответь на вопрос.”

- Почему?- Спросил Хамфри. “Ты не ответил на мой вопрос. Ты всегда отвечаешь на вопросы большим количеством вопросов.”

- Отлично, - сказал Джейсон. “Если ты хочешь получить простой ответ, то вот он: все очень сложно. Вот и все. Твоя мать хочет, чтобы ты осознал, что мир гораздо сложнее, чем добро и зло. Я не думаю так, как ты, и она хочет, чтобы это бросило тебе вызов.”

“Ты думаешь, она хочет, чтобы я думал, как ты?- Спросил Хамфри.

- Нет, Хамфри, - покачал головой Джейсон. “Это все равно что ковать меч. Острый край принимает тепло и удары молотком. Она хочет, чтобы твои принципы прошли через огонь, чтобы они не рухнули, как только ты окажешься в мире, где она не сможет присматривать за тобой. Я подыгрываю, но мне нужен друг, а не чертов ученик по этике.”

Джейсон выпрямился в кресле и продолжил, повысив голос, поскольку сдерживаемое разочарование просочилось наружу.

“Я не всегда могу сделать правильный выбор. Иногда я поступаю эгоистично и причиняю боль другим людям. Я стараюсь делать хорошо, а когда не получается, стараюсь делать лучше. Это все, что я могу сделать, все, что может сделать любой.”

“Как это - повесить труп Ханны, как украшение для вечеринки, пытаясь сделать лучше?- Спросил Хамфри.

- Это было не по-настоящему, Хамфри. Но все может быть. Последствия того, что мы делаем, как авантюристы. Риск, на который мы идем. Да, то, что я сделал, было травмирующим. Но теперь у них есть лучшее представление о том, что может их там ждать, и они немного более готовы к этому, чем были раньше. Ты думаешь, я не знаю, в чем моя сила?”

“А если они замерзнут, потому что боятся того, что ты сделал на самом деле?”

“Тогда их вообще не должно быть там, - сказал Джейсон. “Разве не в этом весь смысл всех этих тренировок? Чтобы убедиться, что мы выходим настолько готовыми, насколько это возможно?”

- Это оправдывает то, что ты сделал с ними?

- Мои способности таковы, каковы они есть, Хамфри. Нет смысла пытаться ударить кого-то молотком. Если я буду бегать вокруг, притворяясь, что обладаю твоими силами, то умру, и умру быстро. Может быть, мне следовало подождать появления других сущностей, но ты даже не представляешь, как я был потерян, когда впервые пришел сюда. Я бы сделал все, что угодно, лишь бы хоть немного контролировать обстоятельства, и теперь все, что я могу сделать, - это жить с последствиями.”

“Ты думаешь, это нормально-терроризировать людей?- Спросил Хамфри.

- Я знаю, в чем моя сила, Хамфри. Страдания и смерть. Кровь почернела от порчи, твое тело умирает вокруг тебя, пока ты еще жив. Ты думаешь, я хочу использовать это на человеке? Может быть, кто-то хочет пойти за мной, но они слышат о том дне. Может быть, даже посмотрят запись. Они решают не преследовать меня, потому что цена неудачи слишком высока. Не какое-то чистое, быстрое убийство, а медленная, медленная смерть. Каждый враг, который боится меня слишком сильно, чтобы прийти за мной, - это человек, на которого я не должен использовать эти силы.”

Хамфри покачал головой.

- Ты хорошо разбираешься в словах, Джейсон. На все, что я скажу, ты дашь ответ.”

Он встал.

“Вот почему я больше не буду слушать, - сказал он. “Я наблюдал за тем, что ты делал на арене. Я слушал, как ты насмехаешься над ними. Я никогда не слышал такого жестокого, такого бесчеловечного звука, как твой смех над страданиями других.”

- Хамфри, это был просто спектакль.

- Так ли это было?- Спросил Хамфри. Он подошел к двери и открыл ее.

- Я думаю, тебе нужно заглянуть внутрь себя, Джейсон. Чтобы выяснить, откуда это взялось.”

Прогресс

“Итак, - спросил Клайв, - изначальный сангвинический ужас возник в результате полного процесса создания? Комната для жертвоприношений, алхимическая яма, все это?”

Говоря это, он с энтузиазмом размахивал вилкой, на конце которой был насажен кусок жареной колбасы.

“Это все, - сказала Фарра.

В просторном люксе, который делили Фарра, Гари и Руфус, было место с большим обеденным столом. Они втроем, плюс Джейсон и Клайв, ели завтрак, который Джейсон принес наверх из кухни гостиницы. Пока Джейсон и Руфус спокойно ели, Гари выкопал на своей огромной тарелке небольшую горку колбасы, яиц и жареных овощей. Фарра и Клайв были поглощены разговором, едва притронувшись к еде.

“Я бы с удовольствием посмотрел на эту комнату, - сказал Клайв.

“Я не собираюсь останавливать тебя, - сказала Фарра, - но это далеко в пустыне, так что я не собираюсь провожать тебя туда.”

“И камень пробуждения появился из самого ужаса?- Спросил Клайв. - Вызвано твоей способностью к грабежу, Джейсон?”

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон. “Продолжай размахивать этой колбасой, и она окажется на другом конце комнаты.”

- Что?- Сказал Клайв, затем посмотрел на свою вилку, как будто удивился, обнаружив ее там. Он откусил кусок колбасы.

- Что я нахожу интересным, - сказала Фарра, - так это то, что вызванный фамильяр создается совершенно другими средствами, чем тот сангвинический ужас, которого мы убили. Тем не менее, это то, что призвал Джейсон.”

“Хорошо, что они разные, - сказал Руфус. “Мы бы не хотели, чтобы сангвинический ужас бродил вокруг в полном составе.”

“Что ж, - сказал Клайв, - вполне возможно, что если Джейсон когда-нибудь достигнет алмазного ранга, его фамильяр обретет полную силу сангвинического ужаса. Конечно, она все равно будет находиться под его контролем, поэтому вряд ли удастся вычистить все живое с планеты.”

“Мне кажется, я догадалась, зачем им понадобился этот ужас, - сказала Фарра.

“И ты говоришь нам об этом только сейчас?- Спросил Руфус.

-Ну, я просматривала эту книгу из комнаты жертвоприношений, - сказала Фарра. - Как оказалось, в качестве фамильяра можно получить не вызванного сангвинического ужаса. Во-первых, вы должны сделать то, что они сделали. Или мы сделали, что угодно, но вы начинаете с того, что делаете эту штуку, а потом вам приходится морить ее голодом. Он начинается с бронзового ранга, так было, когда мы сражались с ним, но он опускается до железного ранга, если вы оставите его достаточно долго.”

“А с другими монстрами так можно?- Спросил Джейсон.

- Нет, - ответила Фарра. "Сангвинический ужас приходит с врожденной способностью сдвигать ряды, что обычно означает движение вверх, но и вниз тоже возможно."

“Есть и другие монстры, подобные этому, - сказал Клайв. “Но все они довольно редки.”

- Очень редки, - согласилась Фарра. - Итак, как только у тебя будет твой сангвинический ужас, и ты истощишь его до железного ранга, ты получишь правильную сущность и пробуждающий камень, а затем надеешься получить фамильярную способность сущности. Никаких гарантий, конечно.”

- Какая эссенция и пробуждающий камень лучше?- Спросил Клайв.

“Для максимальной надежности, - сказала Фарра, - согласно Книге, эссенция крови и камень апокалипсиса - это то, что нужно.”

“Именно это я и использовал, - сказал Джейсон. - Зачем возиться со всеми этими большими залами и жертвоприношениями, когда можно просто получить камень? А лучше сделанные или призванные? Есть ли у меня дефектный фамильяр?”

- Настоящие сангвинические ужасы были бы такими же, с точки зрения способностей, - сказала Фарра. - Разница будет такой же, как между любым связанным фамильяром и вызванным фамильяром.”

- Какие именно?- Спросил Джейсон.

- Связанные фамильяры выживают, даже если пользователь сущности умирает, - сказал Клайв.

- Призванный фамильяр не переживет смерти призывателя, - согласилась Фарра. - Он также может исчезнуть в теле призывателя, чего не могут сделать связанные фамильяры.”

“Тогда все в порядке, - сказал Джейсон. - Мне бы не хотелось таскать Колина с собой в сумке или что-то в этом роде.”

“Я все еще не могу поверить, что ты назвал зверя Апокалипсиса Колином, - сказал Руфус.

“Ну, если ты назовешь своего апокалипсического зверя Горгосом, поработителем миров, то люди, вероятно, начнут сомневаться в твоих намерениях, - сказал Джейсон.

“Вообще-то это хорошая мысль, - сказала Фарра.

“Я полагаю, что надежность - это ключевой фактор, который привел их к созданию сангвинического ужаса, - сказал Клайв. “Когда идешь за связанным фамильяром, а не за вызванным, все гораздо более вероятно пойдет по твоему пути, если ты подготовишься соответствующим образом. До тех пор, пока у тебя есть существо под рукой и ты используешь правильную комбинацию эссенции и камня, это так близко, как ты придешь к гарантированному результату с любым пробуждающим камнем. Посмотри на своего друга Хамфри и его дракона. Я гарантирую, что Геллеры ничего не оставили на волю случая.”

Джейсон нахмурился.

“У них была небольшая размолвка, - сказала Фарра.

“Это была не размолвка, - сказал Джейсон. - Это было философское разногласие.”

“Конечно, это было оно, милый.”

“Вообще-то, есть кое-что, что меня интересует, - сказал Джейсон. - Сангвинический ужас, с которым мы сражались, был уязвим для соли. Я проверил, и мой фамильяр такой же. Так как же он убьет все живое в океане, который полон соли?”

“Эти уязвимые места со временем исчезнут, - сказала Фарра. “В этой книге много подробностей о сангвинических ужасах. Он начинается с бронзового ранга, где мы боролись с ним, и имеет некоторые крайние уязвимости на этой стадии. Огонь и соль-самые большие из них, наряду с эзотерическими, которые могут произвести только способности сущности. Но эти уязвимые места исчезают по мере того, как он становится сильнее. Соль перестает быть проблемой, как только она достигает золотого ранга, после чего она может плавать везде, где ей нравится.”

“Я бы с удовольствием взглянул на эту книгу, - сказал Клайв.

“Почему Аниса не взяла ее?- Спросил Руфус. “Она собирала все подряд.”

“Из поместья, - ответила Фарра. “Нас не было в поместье, когда мы его нашли, так что она не имела на него права.”

“Я не уверен, что она согласится, - сказал Гари. Его первый вклад в дискуссию случайно произошел сразу после того, как его огромная тарелка опустела.

“Он прав, - сказал Руфус. “Она ни за что не позволила бы тебе спокойно взять ее.”

“Поэтому я ей и не сказала, - сказала Фарра.

- Хорошая мысль, - сказал Джейсон. “Я все еще думаю, что с этой женщиной было что-то темное.”

“Разве ты не говорил, что она была жрицей чистоты?- Спросил Клайв.

- Вот именно, - сказал Джейсон.

* * *

“Давненько мы не были здесь все вместе, - сказал Руфус, когда они стояли во дворе позади клиники Джори. Здесь было меньше места, чем в прошлом, и большую часть комнаты занимали строительные материалы. Джори купил большое здание рядом с клиникой, и ремонт шел полным ходом.

Как и Джейсон, Руфус, Гари и Фарра выполняли контракты. Некоторые они делали вместе, другие поодиночке, когда каждый из них занимался другими проектами. Руфус готовился к совместному предприятию своей академии с Геллерами, в то время как Фарра выполняла работу для магического общества. Гари изучал использование местных материалов для изготовления оружия и доспехов. Он продал работу, которой был доволен в торговом зале, с немалым успехом. Рунный черепаший щит, который он сделал с Фаррой, хорошо продавался на аукционе, привлекая к нему много внимания.

Они начали с тренировки с отягощениями, из-за чего Джейсон чувствовал себя не в своей тарелке. Руфус был достаточно плох, с силой бронзового ранкера поздней стадии, но Фарра и Гари были еще хуже. Фарра обладала силой, исходящей от ее земной сущности, а раса Гари была физически сильна. Они поднимали по полтонны гантелей в каждой руке, в то время как Руфус, по крайней мере, имел приличие бороться с одной из них. Для сравнения, Джейсон был не в форме в первую неделю занятий в спортзале.

Остальные остановились, чтобы остыть, когда Джейсон направился внутрь, используя свою силу, чтобы помочь ожидающим пациентам. С сокращением рабочего дня клиники в связи с расширением и частыми отъездами Джейсона по контрактам, клиника была более занята, чем когда-либо.

“Давненько я не видел твоих друзей, - сказал Джейсон Джори. - Боец не слишком сильно пострадал, не так ли?”

Они только что исцелили бойца ямы, который был проклят противником.

“Нет, она снова вышла из игры в шахтерские бои, - сказал Джори. “Давненько я их не видел.”

Снаружи Руфус ждал Джейсона.

- Пора проверить, не атрофировались ли эти навыки, - сказал Руфус.

“Вообще-то, - сказал Джейсон, - я кое над чем работаю. Мое боевое искусство, путь Жнеца…”

“Что случилось?- Спросил Руфус.

- Просто произнеся это вслух, я понимаю, как это громко сказано. Откуда, ты говоришь, взялась эта книга умений?”

“Я этого не говорил, - сказал Руфус.

“Не то чтобы это имело значение, - сказал Джейсон. “Я-кунг-фу волшебник тьмы и крови. Корабль с названием Синдром восмьмиклассника ушел в глубокое плавание.”

“Ты приближаешься к какой-то точке?- Спросил Руфус, - или ты просто собираешься стоять здесь и нести чушь?”

“Он уже делал это раньше, - сказал Гари, вызвав обиженный взгляд Джейсона.

“Он часто это делает, - добавила Фарра.

- Фарра, и ты тоже?- Спросил Джейсон.

“Ты что-то говорил о своем боевом искусстве?- Нетерпеливо спросил Руфус.

- Да, конечно, - сказал Джейсон. - Итак, мое боевое искусство имеет пять форм. Разные подходы, разные ситуации. Сначала я думал, что речь идет о выборе правильной формы для правильного врага. Потом я провел много времени, сражаясь с людьми на арене миражей.”

“Я слышал об этом, - сказал Руфус. - Даниэль сказала, что хочет показать мне запись. Я слышал, что ты бросал вызов всем желающим большую часть недели. Чему вы научились за это время?”

“Тому, что Геллеры действительно учат своих детей драться, - сказал Джейсон. “Я много раз проигрывал.”

- А чему еще?- Спросил Руфус.

“Только пятая часть ваших боевых искусств похожа на ... только пятая часть ваших боевых искусств. Формы - это не просто пять мини-боевых искусств, объединенных в антологию книги навыков. И только когда я начал путать вещи, я понял ключ ко всему этому.”

- Что именно?- Спросил Руфус.

"Настоящая хитрость стиля заключается в понимании того, как и когда переходить от одной формы к другой. Своевременное, хорошо выполненное изменение подхода может привести к победе.”

Руфус принял боевую стойку.

“Покажи мне.”

Руфус был быстрее и сильнее, с большим мастерством и опытом. За все время их тренировок Джейсон ни разу не нанес больше одного скользящего удара. Мало того, что этот последний спарринг проходил по той же схеме, но Джейсон выступал хуже, чем в первые дни. Фарра и Гари наблюдали со стороны, используя груды кирпичей в качестве мебели.

“Я не впечатлен, - сказал Руфус, снова повалив Джейсона в грязь. - Ты пуст, даже больше, чем тогда, когда впервые воспользовался книгой. Я думаю, что твои попытки изменить ситуацию приводят к тому, что ты теряешь то, что книга дала тебе в первую очередь.”

Джейсон поднялся с земли, тело его ныло от мучительного урока. Он отряхнулся и снова принял боевую стойку.

- Докажи это, - сказал он.

Наблюдая за происходящим со стороны, Гари хмыкнул.

“Он уже включен, - сказал он.

Ясные глаза Джейсона остановились на Руфусе, который покачал головой.

- Некоторые люди нуждаются в том, чтобы им вдалбливали правду, - сказал он.

Он бросился на Джейсона, резко и быстро. Джейсон отшатнулся назад, едва избежав чистого удара и едва не споткнувшись о собственные ноги. Руфус безжалостно удерживал инерцию, загоняя Джейсона в угол как в прямом, так и в переносном смысле. Джейсон споткнулся, когда последний удар обрушился на него, но затем его тело пошевелилось. Удар Руфуса не задел ничего, кроме воздуха, когда Джейсон врезался в его тело, выбив Руфуса из равновесия. Локоть Джейсона врезался в голову Руфуса, и она зазвенела, как колокол.

Руфус пошатнулся, и Джейсон надавил, но внезапно Руфус стал двигаться в два раза быстрее, и кулак врезался в живот Джейсона, согнув его пополам и подняв с земли. Локоть ударил Джейсона по затылку, но Руфус остановил его, прежде чем раскроить ему череп. Джейсон все равно рухнул на землю.

- Хорошо, - сказал Руфус, отступая назад.

“Не имеет значения…”

Джейсон едва успел выдавить хриплое слово, прежде чем приступ кашля заставил кровь брызнуть в грязь. Он вытащил из своего инвентаря целебное зелье и влил его себе в глотку.

“По-моему, ты немного переборщил, Руфус, - сказал Гари.

“Он хорошо справился, - сказал Руфус. - Заставил меня на мгновение использовать всю свою силу. Это было хорошо.”

“Нехорошо, - прохрипел Джейсон.

“Вставай, - холодно сказал Руфус.

“Пойдем, Руфус, - сказала Фарра. “Ты ударил его так сильно, что ему пришлось выпить зелье.”

“Что он и сделал, - сказал Руфус. - Значит, теперь он может встать.”

Руфус подошел к тому месту, где Джейсон все еще лежал в грязи.

“Вот тут ему и придется выбирать, - говорит Руфус. - Он будет адекватным или великим? Вставай или лежи. Что же это будет, Джейсон?”

Джейсон с трудом поднялся на ноги.

- Знаешь, - сказал он, - инструктор Руфус - это своего рода придурок. Разве вы не слышали о методике поощрений?”

“Все эти слепые зоны, которые ты показывал, - сказал Руфус. - Они ловушки.”

- Ну, некоторые из них-ловушки, - сказал Джейсон. “Тебе потребовалось некоторое время, чтобы найти нужную.”

“Как только ты закроешь все реальные слепые зоны, то создашь свой собственный стиль, - сказал Руфус.

- Нет, - ответил Джейсон. - Как только я превращу каждую зону в ловушку, я сделаю его своим собственным.”

Руфус усмехнулся.

- Мне нравятся твои амбиции. У тебя еще много работы.

Подготовка

- Мистер Асано, - приветствовал его Гилберт, - всегда рад Вас видеть.

- Доброе Утро, Берт. В Вашем сообщении сказано, что Вы нашли что-то для меня?”

“Ах да, - неохотно согласился Гилберт. “Как бы мне ни было неприятно отсылать Вас к моему брату, у него есть кое-что, что вполне соответствует Вашим требованиям. Конечно, я и сам мог бы предложить Вам что-нибудь подходящее, но подходящее - это не жизнерадостный наряд Гилберта для искушенного джентльмена.”

Гилберт протянул конверт для Джейсона, чтобы взять.

- Спасибо, Берт. Хорошо выглядишь, приятель."

Магазин тонкой кожи Филберта располагался в одном из других залов торгового комплекса, и Джейсону пришлось пройти через главный зал. По пути он прошел мимо ларька Джори, хотя сам Джори все еще наблюдал за ремонтом. Вместо этого им управляла помощница Джори, Дженис.

- Здравствуйте, Мистер Асано.

- Привет, Дженис. Я не думаю, что у Вас там есть какая-нибудь кристальная стирка?

- Ну, Мистер Асано, Вы знаете, что сказал мистер Тиллман. Мы должны оставить немного для других клиентов."

“Дженис, - сказал Джейсон маслянисто-ровным голосом. “А Вы не можете просто освободить несколько маленьких бутылочек? Это может быть нашим маленьким секретом.”

- Мистер Асано, Мистер Тиллман производит только четыре ящика в неделю, и после того, как Вы так щедро финансировали строительство, он позволяет Вам взять два из них. Нам все время приходится прогонять людей, потому что мы выбились из сил. Он будет наращивать производство, как только его новая мастерская заработает."

Джейсон печально покачал головой.

- Вы убиваете меня, Дженис. Если я не получу эту кристальную стирку, я закончу все грязно. Вы же не хотите быть ответственной за то, что превратили меня в грязного человека, правда, Дженис?"

Ее глаза прошлись по Джейсону с головы до ног.

“Я могла бы жить с этим, - сказала она.

- Дженис!- Сказал Джейсон голосом, полным предостережения. “Никогда не слышал ничего подобного! Думаю, мне лучше уйти.”

Он двинулся дальше, Дженис проводила его кокетливым взмахом руки.

“Что это на нее нашло?”

Проходя через главный зал, он был остановлен какими-то незнакомыми людьми. Это была пара молодых женщин с аурами железного ранга.

- Извините, - сказала одна из них. “Это Вы тот парень, у которого злые силы?”

Джейсон поморщился. Ханна Адия была лучницей из команды Рика Геллера, с которой Джейсон сражался на арене "Мираж". Она, очевидно, взяла на себя обязанность распространять запись их драки, и Джейсон уже неделю получал различные варианты ответа на этот вопрос. Почти каждый раз, когда он посещал Зал Вакансий или торговый зал, кто-нибудь обращался к нему по этому поводу.

- Нет, - устало ответил он. - У меня нет злых сил.

“Вы не тот парень с записи?- спросила другая.

“Я и есть тот человек с записи, но мои силы не злые.”

"Управление монстрами кажется довольно злым.”

- Я не контролирую монстров!”

Покачав головой, Джейсон отошел в сторону, пока парочка разговаривала у него за спиной.

“Я слышала, что эти пиявки живут в его крови.”

- Держу пари, это правда. У Кевина Вассермана есть ящерица, которая живет внутри его кожи.”

“В этом так много смысла. Его кожа всегда липкая.”

Джейсон вздохнул с благодарностью, когда их голоса затерялись в шуме толпы в торговом зале. Он отыскал нужную галерею и вошел в роскошный кожаный магазин Филберта.

- Здравствуйте, сэр, и добро пожаловать в магазин отличной кожи Филберта. Иными словами, мы являемся магазином кожаных изделий, а не магазином, сделанным из кожи. Просто маленькая шутка, которую мы здесь любим говорить. Я владелец, Филберт, но Вы можете звать меня Берт.”

- Добрый день, Берт.

Филберт, как и другие Берты, был толстым посередине и тонким сверху. На нем были жилет и пиджак, более удобные, чем большинство местных модников, и определенно слишком жаркие для здешнего климата. Джейсон протянул ему конверт. Филберт открыл его и, нахмурившись, прочел содержимое.

“Я не держу на Вас зла, сэр, что Вы решили предложить моему брату свой обычай. К счастью для Вас, Гилберт признал превосходство моих товаров. Вы ищете какие-то специализированные ботинки для пустыни?”

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон. “С завтрашнего дня у меня начинается контракт, связанный с путешествием по пустыне. Я хочу что-то, что будет хорошо работать в песке.”

“Ну, если Гилберт послал Вас ко мне, а не продал Вам свою обычную татуировку, то Вы должны быть джентльменом со способностями и средствами. Он предложил то, что, как он знает, разработал один из моих прекрасных мастеров.”

Филберт отослал служащего, который тихо слонялся вокруг, чтобы принести что-нибудь из кладовки в задней части дома.

“Пока милый Джулио ходит за сапогами, - сказал Филберт, - могу я Вас еще чем-нибудь заинтересовать?”

В магазине было много свободного пространства, товары выставлялись на настенных стеллажах. В основном это была обувь и аксессуары вроде сумок и ремней. Взгляд Джейсона привлек ряд сумок, похожих на простые кожаные мешки. Он протянул руку и коснулся одной из них.

Предмет: [размерный мешок] (железный ранг, редкий)

Сумка, содержащая объемное пространство для хранения (контейнер, мешок).

Эффект: может использоваться для хранения предметов в многомерной пустоте.

Эффект: можно заполнить щель мешка, увеличив запасное пространство на восемь.

- Прорезь для сумки?

Справка: Слоты Для Сумок

Слоты для мешков могут использовать габаритные мешки для расширения размера инвентаря. Повышение основано на ранге мешка. В железном ранге имеется один слот для Мешков, который может вместить только мешки железного ранга.

Джейсон открыл свой инвентарь и увидел в углу пять новых квадратов. Первый квадрат светился, в то время как остальные были серыми.

- Мерные мешки, - сказал Филберт. - Изготовлено прямо здесь, в мастерской, из кожи гончих миражей. Довольно обычное чудовище в пустыне, но поймать его довольно сложно. Не так много, когда они были достаточно долго, чтобы стать агрессивными, но кожа к тому времени деградировала, став печально бесполезной.”

- Вы нанимаете авантюристов, чтобы они охотились для Вас?- Спросил Джейсон.

“Да, - сказал Филберт, - но это сложная работа, и они появляются в дюнах. Наем кого-то с навыками как охотиться на них, так и собирать шкуру требует стимула. Таким образом, я могу предложить их только по премиальной цене.”

“Я возьму одну, - сказал Джейсон.

- Возможности и средства, - сказал Филберт. “У моих прекрасных клиентов обычно есть то или другое, но, между нами говоря, сэр, у всех моих любимых клиентов есть и то, и другое.”

- Думаю, что да, - криво усмехнулся Джейсон.

Продавец магазина, Хулио, принес большой, единственный в своем роде большой кожаный ботинок. Филберт взял у Хулио большой сапог и вытащил из него шкатулку, сделанную из жесткого тростника, выкрашенного в черный цвет.

- Новинка в форме объемного мешка” - сказал Филберт, положив руку на магический мешок в форме ботинка. Он открыл коробку и достал пару ботинок, которые были совсем другой вещью. Матово-черный, с гладкими линиями, по бокам вшитая сетка из черных осколков.

“Мне нравятся именно эти сапоги, - сказал Филберт. “Если Вы ищете, что-то чтобы провести время в дюнах, Вы не найдете ничего близкого к этому качеству нигде близко к этой цене. Я должен предупредить Вас, однако, что именно более квалифицированная клиентура пользовалась наибольшим успехом с этим дизайном. Обычному авантюристу больше подошел бы более... простой продукт.”

“Вы здорово умеете продавать, Берт, - сказал Джейсон, оглядывая ботинки. - Кто хочет считать себя обыкновенным авантюристом? Это профессия для тех, кто хочет быть экстраординарным.”

- Сэр, уверяю Вас, я стою за свои продукты.”

“О, я в этом не сомневаюсь, - сказал Джейсон. “Я убедился, что Ваши братья честны во всех своих делах. Вообще-то я сделал Вам комплимент. Я ценю тех, кто владеет своими словами с целеустремленностью и заботой.”

“Рад это слышать, сэр. Хотя, судя по всему, Вы еще не знакомы с моим братом Хьюбертом.”

-Не имел удовольствия, нет, - ответил Джейсон, забирая сапоги из рук Филберта.

Предмет: [сапоги для резки песка] (железный ранг, редкий)

Сапоги, вобравшие в себя хитин пескорезки, унаследовали часть ее мощи (одежда, сапоги).

Эффект: улучшается способность ходить по песку.

Эффект: увеличение высоты прыжка и расстояния.

Эффект: усиленная ударная атака. Очень эффективен против врагов с сильным земным сродством.

“А что такое пескорез?- Спросил Джейсон.

- А, у Вас хороший глаз, сэр. Вы знакомы с кузнечиком и богомолом?"

“Да, - ответил Джейсон.

- Ну, пескорез находится примерно на полпути между ними, только он четырехфутовый и живет в пустыне."

“Звучит ужасно, - сказал Джейсон.

“Вообще-то они неплохо охотятся на гончих-миражей, - сказал Филберт. - Жаль, что Вы не можете их обучить.”

Филберт задумчиво провел рукой по губам.

“Знаете, - сказал он, - я только что слышал об авантюристе, который может управлять монстрами. Интересно, смогу ли я с ним связаться?”

“Это необоснованный слух, - мрачно сказал Джейсон.

Филберт, чувствительный к настроению клиента, вернул сапоги в коробку.

- Полагаю, Вы знаете, сэр, будучи способным искателем приключений. Значит, это будут только ботинки и размерная сумка?”

- Спасибо, Берт.

* * *

- Первая зеленая таблетка изменит твою ауру, - сказала Белинда. “Не используй никакой маны, иначе они смогут почувствовать твою настоящую ауру через фальшивую. Мне не нужно говорить тебе, как быстро они выйдут на кого-то с двумя аурами. Как только ты получишь товар, отправляйся в пункт обмена, где я буду ждать тебя.”

“Я все это знаю, - сказала Софи. “Мы обсуждали это много раз.”

“Ты бы предпочла скучать, слушая его слишком много, или быть пойманной, слушая его слишком мало?”

Софи вздохнула.

- Правильно, да. Не использовать Ману.”

“В точке перехода, - продолжала Белинда, - я дам тебе синюю пилюлю, которая очистит ауру первой зеленой пилюли. Это займет минуту, чтобы полностью пройти через твою систему, в течение которой ты меняешь наряды. Тогда я дам тебе вторую зеленую пилюлю от еще одной ложной ауры. Ты оставляешь товар позади и ловишь петлевую линию на юг Марины.”

“Мне не нравится оставлять тебя здесь, - сказала Софи.

“Я должна очистить товар от всего, что они сделали, чтобы выследить их, - сказала Белинда. - Точка изменения и точка непредвиденных обстоятельств-единственные места, которые я оградила от того, что они могут использовать.”

“Никто не знает, что нам нужно, - сказала Софи. “Откуда им знать, что помечать?”

- Вентресс сильно давит на людей, - сказала Белинда. “Мы не знаем, скомпрометировала ли она кого-нибудь из тех, от кого я получила наши активы. Если она вычислила цель или даже сузила ее, то, возможно, предупредила потенциальных жертв. Даже если и нет, ты же знаешь, у каких людей мы воровали. Вероятно, они сами помечали свои ценности.”

Софи покачала головой.

- Я ненавижу это, - сказала она. - Удивительно, что нас еще не поймали.”

- Спасибо обществу приключений, - сказала Белинда. “Потому что ты даже не железный ранг, они отказываются пускать за тобой кого-то выше железа. Так что единственные бронзовые ранкеры, с которыми тебе придется иметь дело, - это те, кто решит преследовать тебя в данный момент. Вот почему ты не хочешь, чтобы тебя поймали, когда ты меняешь маску ауры.”

“А если за мной придет серебро?”

“Я не могу представить себе серебряного, который снизошел бы до того, чтобы возиться с тобой. Они не хотят, чтобы их видели за работой железного ранга. Но именно поэтому маскировка не является магической; она будет держаться под магическим контролем. Так же как и фальшивая аура, пока ты не используешь никакой маны.”

“Ты уверена насчет этих таблеток?- Спросила Софи. - Этот парень продает некачественные зелья бедным людям в Старом городе. Каждый второй алхимик, о котором я слышала, получает деньги от богатых людей на острове.”

“Он знает, что делает, - сказала Белинда. “И что не менее важно, не знает, что мы делаем. Он не задает вопросов, потому что я ему нравлюсь.”

“Как он будет мил, когда Вентресс пошлет Дарнелла ломать ему локти?- Спросила Софи.

“Она не сможет, - сказала Белинда. “Он состоит в Ассоциации алхимиков и обществе приключений.”

“А ты?”

“А что я?- Спросила Белинда.

“Ты к нему неравнодушна, Линди? Твое суждение скомпрометировано?”

“Мое суждение завело нас так далеко, - сказала Белинда, - и вряд ли я обладаю сомнительным вкусом в мужчинах. Не могла бы ты выбрать одного парня, который не был бы мошенником или каким-то вором?”

- С ними гораздо веселее.

- Трое твоих любовников пытались продать тебя Коулу Сильве. Это вдохновило бы большинство людей изучить свой вкус в мужчинах, но ты ловишь каждую лживую, коварную ласку, которая попадается на глаза.”

“Не каждую, - ответила Софи. “И они не были любовниками, они просто были небольшим развлечением. И у них ничего не получилось, не так ли?”

- Дело в том, что тебе нужно повысить свои стандарты. Мы сейчас не в лучшем месте для общения, но если ты собираешься выбрать парня, выбери хорошего.”

“Тогда найди мне хорошего парня, который к тому же еще и лживый хитрец", - сказала Софи.

Белинда застонала.

“Я не думаю, что есть кто-то похожий, - сказала Белинда. “Он, должно быть, сумасшедший.”

Она вытащила карманные часы, чтобы проверить время, затем надела свое игровое лицо.

- Четыре минуты, - сказала она. - Пора идти.”

Сплоченность группы

Джейсон шел по кампусу общества приключений с записывающим Кристаллом, парящим над его головой.

- ...очень похоже на университетский городок, - продолжал он свой рассказ. “Но речь идет скорее о детях-солдатах, чем об образовании. Не супер-молодых; Поздний-средний подростковый возраст.”

В поле зрения появилась сортировочная станция, где свободно расположились несколько молодых искателей приключений.

“Как видите, поздние подростки. Здоровяк с птицей на плече - это мой друг Хамфри, о котором я уже упоминал. Мы немного поссорились на прошлой неделе, и с тех пор почти не разговаривали, так что все еще немного напряженно.”

Джейсон увидел, как лицо Хамфри озарилось улыбкой, и проследил за его взглядом, когда к нему с приветственным жестом подошла очень красивая молодая женщина.

- Эта девушка, которая подходит к нему, - Габриэль. Она жрица, обучающаяся у бога знаний. Богини, какая разница. Божества, как выясняется, текучи по половому признаку. Слышал это от самой богини знания; прямая цитата. О да, я нашел религию, а это очень важно. Я не присоединился, но нашел ее. Это кажется прекрасным; не для меня, но кто знает? Может быть, есть Бог вкусных бутербродов. Если Бог помогает тем, кто помогает себе сам, то Бог бутербродов может предложить сделку "два за один". Я мог бы поверить в это.”

Джейсон достал из инвентаря карманные часы, проверил время и повернулся прочь от сортировочной станции.

“У меня еще есть время проверить, есть ли сегодня в кампусе тот парень с ларьком сока. Интересный факт о богине знания заключается в том, что она знает все, что знает любой человек в этом мире, включая меня. А это значит, что она знает кучу ярлыков Mario Kart, что в некотором роде потрясающе.”

Джейсон заметил ларек, расположенный на главной набережной. Хозяин устроил навес, под которым стоял складной столик с ящиками фруктов и большими бумажными стаканчиками.

- А вот и он. Прекрасно.”

Джейсон присоединился к короткой очереди и вскоре оказался впереди.

- Богохульник, - небрежно поприветствовал его хозяин ларька. - Боги еще не сразили тебя?”

Он был Руником, с обычной темной кожей, отмеченной слабо светящимися рунами.

“Пока нет, извини, Араш.”

Они впервые встретились прямо перед тем, как Джейсон увидел своего первого бога. Араш не был доволен отсутствием почтения у Джейсона, но этого было недостаточно, чтобы заставить его прогнать клиента.

“Что у тебя есть для меня сегодня?- Спросил Джейсон.

“Я только что получил первые драгоценные ягоды сезона, - сказал Араш. “Я могу сделать тебе смесь из вишен кровавого крыла со льдом, думаю, тебе понравится.”

- Звучит освежающе, - сказал Джейсон. “Я направляюсь в пустыню, так что набери мне полдюжины.”

“Может быть, богиня земли утопит тебя в песке, - оптимистично сказал Араш.

“Я думаю, все, что ты можешь сделать, это помолиться, - сказал Джейсон.

Араш постучал пальцем по тарелке, вмонтированной в стол перед ним, и та засветилась магическим кругом. Он начал подбрасывать фрукты в воздух, которые остановились над магическим кругом, как будто пойманные невидимой рукой. Из ящиков под столом он выкинул ягоды, вишни и еще несколько фруктов, а также лед из волшебной морозильной камеры. Каждый плод, который он бросал, медленно плыл над магическим кругом.

Араш поставил шесть больших бумажных стаканчиков на стол, в круг под плавающими фруктами. Он достал пару хрустальных стержней размером с вязальные спицы и начал размахивать ими с привычной легкостью. Они не притронулись к фруктам, которые, тем не менее, реагировали на их взмахи, как оркестр на дирижера. Фрукты очищались от кожуры, расплываясь в воздухе, когда ягоды, вишни и лед были раздавлены. Ни одна из образовавшейся суспензии не выплеснулась на стол. По указанию игл Араша он разделился на шесть частей и скользнул в чашки.

Положив два прутика, Араш добавил в каждую чашку по бумажной соломинке. Джейсон расплатился монетами поменьше спирта, затем сделал пробный глоток, подняв вверх большой палец.

- О, это победитель, - сказал Джейсон. Он положил остальные чашки в свой инвентарь, оставив одну, чтобы выпить немедленно.

“А что это за записывающий Кристалл?- Спросил Араш, глядя на предмет, парящий над головой Джейсона.

“Я делаю запись о том, на что похожа моя жизнь здесь, - сказал Джейсон. - Что-нибудь покажу семье, если когда-нибудь вернусь домой. Теперь они видят, как ты готовишь вкусный напиток.”

“Не думаю, что это будет так уж интересно, - сказал Араш.

“Возможно, ты удивишься, - сказал Джейсон.

- А где твой дом?- Спросил Араш.

- Дальше, чем могут дотянуться даже боги.”

- Отойди от моего прилавка, богохульник.”

Джейсон усмехнулся.

“Ты будешь здесь весь день?- Спросил Джейсон. “Я представляю себе, как возьму еще один шот, когда вернусь из пустыни.”

- Я буду в магическом обществе во второй половине дня. Просто будь там поосторожнее.”

- Не беспокойся, приятель.

Джейсон убрал Кристалл и побрел обратно к сортировочной станции. Вдоль стены стояли скамейки, и он сидел один, оглядывая собравшихся искателей приключений. После нескольких месяцев тренировок с Фаррой Джейсон быстро все понял. Кто был один, кто был в группе; что их язык тела говорил о групповой динамике. Какое у них было снаряжение? Трудно было сказать, кто был недостаточно экипирован для путешествия в пустыню, а у кого было место для хранения вещей, как у Джейсона.

Фарра обучила Джейсона быстро и тщательно распознавать и каталогизировать такие детали. Они наблюдали за людьми в разных местах города: возле клиники Джори, кампуса общества приключений, концертного зала. В дополнение к практическому использованию навыков наблюдения, упражнение ума также осуществляло свойство духа. Это было так же важно, как работа над силовым атрибутом с помощью тяжелой атлетики.

Хамфри посмотрел на Джейсона со сложным выражением лица, прежде чем вернуться к разговору с Габриэль и еще одной молодой женщиной. Джейсон неловко улыбнулся ему в ответ.

-Только не говори мне, что медовый месяц закончился.- в направлении Джейсона послышался насмешливый голос. Джейсон заметил Тэдвика Мерсера и его сторонников, не обращая на него никакого внимания, пока тот громко не подошел к Джейсону.

“Ты ведь не в ссоре с Геллером, правда?- Спросил Тэдвик. “Я думал, вы друзья.”

“Его задело, что я так много времени провожу с твоей сестрой. Передай от меня привет Кассандре.”

Тэдвик побагровел от ярости и ткнул пальцем в лицо Джейсона.

- Держись подальше от моей сестры, ты, выскочка-простолюдинка!

Джейсон взглянул на двух стоящих по бокам Тэдвика, которые выглядели скорее смущенными, чем поддерживающими его. Из того, что рассказал ему Хамфри, они оба застряли под Тедвиком из-за своих семей.

Семья Мерсера Тэдвика была очень влиятельной в Гринстоуне. Это стало ясно только тогда, когда брат герцога Гринстоуна, отец Тэдвика, женился на ней. Власть семьи Мерсеров ставила ее выше многих других, особенно тех, кто не имел аристократического титула.

По словам Хамфри, оба лакея Тэдвика были помещены туда, чтобы помочь своим семейным интересам, а не каким-либо реальным отношениям или дружбе. Руфус счел это позором, так как он высоко оценил их обоих во время их полевой оценки. Они оба прошли там, где Тэдвик и Хамфри потерпели неудачу.

Джейсон уже собирался сказать что-то еще, когда заметил Винсента Тренслоу, выходящего из соседнего административного здания. Не обращая больше внимания на Тэдвика, Джейсон встал и присоединился к остальным, собравшимся вокруг представителя общества приключений.

Всего их было десять, включая самого Джейсона. Он знал Хамфри, Габриэль и, к сожалению, Тэдвика. Он узнал шестерок Тэдвика, хотя и не разговаривал с ними вообще. Остальных он не знал, включая женщину, с которой разговаривали Хамфри и Габриэль. Она выглядела немного старше остальных, лет восемнадцати-девятнадцати.

- Слушайте все, - сказал им Винсент. - Ваша задача сегодня-отправиться на ферму духовных монет Семерки Геллеров. Там вы встретитесь с авантюристом бронзового ранга и поможете ему сопроводить партию монет духа обратно в город.”

- Кто здесь главный?- Крикнул Тэдвик.

- Бронзовый ранкер, с которым ты собираешься встретиться, - раздраженно сказал Винсент.

“Если только они останутся с нами на обратном пути, - сказал Тэдвик. “А как насчет того, чтобы отправиться туда? Я думаю, что я - явный выбор для лидера. Моя команда-самая большая группа здесь.”

“Это всего лишь три человека из десяти, ничтожество, - сказала женщина. Джейсон совсем ее не знал, но она сразу произвела на него благоприятное впечатление.

“Она все еще самая большая, - сказал Тэдвик. “И, конечно, вы все знаете, кто моя семья.”

Некоторые люди выглядели неловко, другие презрительно. Джейсон тихонько усмехнулся про себя, размышляя, не должен ли Тэдвик стать основой для игры в выпивку. Один из лакеев Тэдвика закрыл лицо рукой, а другой поморщился, глядя себе под ноги.

“Вопреки тому, что вы можете подумать, - сказал Винсент, - Молодой Мастер Мерсер совершенно прав.”

Это снова привлекло всеобщее внимание к Винсенту.

- На внешнем отрезке пути риск может быть минимальным, но всегда есть шанс, что что-то пойдет не так. Если вы столкнетесь с монстром бронзового ранга, то вам нужно будет сделать скоординированный ответ. Лидер может направить вас сражаться как команду, а не как отдельных людей.

“Что означает делать то, что я скажу, - с самодовольным удовлетворением произнес Тэдвик.

Джейсон фыркнул, увидев, как Тэдвик ставит самоуничтожение на его собственное достоинство.

“На самом деле, - сказал Винсент, - это означает делать то, что говорит молодая госпожа Геллер.”

Он положил руку на плечо женщины, с которой разговаривал Хамфри, но Джейсон ее не узнал.

“Для тех, кто с ней не знаком, это Фиби Геллер. Она будет лидером группы, пока вы не достигнете фермы монет духа.”

- Почему именно она?- Спросил Тэдвик.

“Потому что она уже делала это раньше, - сказал Винсент, - потому что она действительно знает дорогу к ферме спиритических монет, и, наконец, потому что она здесь единственная искательница приключений с двумя звездами. Что ставит ее на полторы звезды выше тебя, Тэдвик,”

На лице Тэдвика отразилось замешательство.

- Полторы звезды?- Сказал Тэдвик. - Ты не можешь получить половину звезд.”

Джейсон расхохотался, вызвав гнев Тэдвика.

“Ты находишь что-то смешным?- Спросил его Тэдвик.

Джейсон посмотрел на лицо Тэдвика и рассмеялся еще сильнее.

“Он говорит, - усмехнулся Джейсон, - что ты полузвездный, потому что ты не настоящий авантюрист.”

На лице Тэдвика отразилась смесь гнева и гордости, подпитываемая ноющим чувством собственной неполноценности.

“Ты знаешь, кто мой дядя?- Спросил Тэдвик.

“И до дна, - сказал Джейсон, потягивая фруктовый напиток.

- Что?- Спросил Тэдвик.

-Конечно, я знаю, кто твой дядя, - сказал Джейсон. - Все знают, кто твой дядя. В этом-то все и дело. Тэдвик Мерсер так и не прошел аттестацию Общества любителей приключений. Это сделал племянник герцога Гринстоуна. Мне очень не хочется тебя огорчать, Тэдвик Мерсер, но единственная часть твоего имени, которую все уважают, - это последняя. Ты не можешь быть лидером, потому что тебе никто ничего не доверяет. Вообще. Ребята из твоей команды? Они должны выносить тебя с таким трудом, что это тренировка. Они действительно хороши, потому что компенсируют твою диковинную некомпетентность."

Он указал на собравшихся искателей приключений.

- Эта работа означает отдать наши жизни в руки друг друга. Никто здесь не собирается доверять тебе свою жизнь. Они могут и не сказать тебе этого, Тэдвик, потому что ты настолько мелочный, титулованный и неуверенный в себе, что можешь навредить им или их семьям, используя вопиющий уровень влияния своей собственной семьи. Это, чтобы быть ясным, единственная причина, по которой кто-либо, где-либо терпит тебя так долго, как это возможно."

Когда тирада Джейсона подошла к концу, большинство людей смотрели на него в шокированном молчании. Хамфри, уже видевший, как Джейсон теряет контроль над языком, покачал головой.

- Ты не слишком много делаешь для сплочения группы, Джейсон, - сказал Хамфри.

Джейсон посмотрел на Хамфри и рассеянно кивнул.

“Да, я ... э-э ... это от меня ускользнуло.”

“Я не обязан с этим мириться, - отрезал Тэдвик. “Я ухожу, и ты заплатишь за это оскорбление, Асано.”

Тэдвик рванулся прочь, но потом понял, что его лакеи не последовали за ним.

- Ну и что?- спросил он их, оборачиваясь.

“Мы получили этот контракт, - сказал один из них.

“Мы отказываемся, - сказал Тэдвик.

- Мы ... Общество не любит, когда ты отказываешься от контракта, - ответил другой лакей.

“Кого это волнует? Мой дядя поставит их в очередь.”

“И до дна, - сказал Джейсон, допивая сок.

Тэдвик снова зашагал прочь. Двое лакеев недовольно переглянулись и последовали за ним.

“Может быть, это все-таки было полезно для сплочения группы, - сказал кто-то. - Тедвик ушел.”

“Это не так, - сказала Фиби Геллер. “Наш единственный целитель просто ушел вслед за ним.”

Множество недовольных взглядов было обращено на Джейсона, который поморщился.

- Извиняюсь, - сказал он.

У Джейсона печенье вкуснее

Группа, теперь уменьшившаяся до семи человек, пробиралась по песку пустыни. Это была настоящая пустыня, с палящим солнцем, выжигающим любую жизнь из катящихся дюн. Там не было никаких ориентиров, поэтому Джейсон время от времени сверялся с картой. Когда они проезжали через него, перед ними не было ничего, кроме пустой пустыни, но он видел, что они двигались по прямой линии. Идя впереди, Фиби Геллер точно знала, куда идет.

Джейсон тщательно подготовился к поездке, хотя ожидалось, что она продлится всего один день. Кроме сока, который он набрал, у него было достаточно еды и воды. Он мог получить все, что ему было нужно, из монет духа, но однажды он оказался спасенным в пустыни, благодаря тому, что Фарра упаковала бутылки с водой. Браслет оазиса защищал его от жары, и у него было достаточно запаса воды, чтобы подпитывать его. Кроме того, у него были новые ботинки, которые уже окупались. В то время как другие тащились по песку, магия его сапог делала каждый шаг легким и простым. Он также захватил с собой несколько боевых предметов, поскольку открытая пустыня не была средой, которая играла на его сильных сторонах.

На поясе у него были петли, содержащие флаконы с различными полезными зельями, наряду с обычными зельями здоровья и маны. Магия на поясе была предназначена для защиты флаконов от случайных повреждений. На поясе также висел меч, сделанный Гари, в ножнах на левом бедре Джейсона. Его кинжал со змеиным зубом был в ножнах справа. На груди у него висел патронташ с девятью метательными дротиками в ножнах. У каждого дротика была маленькая веревочная рукоятка, разных цветов. У трех шнур был черный, у трех-темно-оранжевый, а последние три-зеленые.

Вскоре стало ясно, кто из членов группы присоединился к Джейсону в соответствующих приготовлениях. Хамфри, Фиби и Габриэль непринужденно болтали, словно прогуливаясь по саду. Остальные трое боролись с песком под ногами и солнцем над головой. Они неоднократно использовали монеты духа, чтобы пополнить свои запасы.

- Этот контракт будет стоить нам больше монет, чем мы получим, - пожаловался один из них.

“Тогда тебе следовало подготовиться, - сказала Фиби. - Посмотри, как удобно устроился Джейсон.”

Все взгляды обратились к Джейсону, потягивающему ледяной фруктовый напиток. Одна из измученных авантюристок прищурилась, глядя на Джейсона.

“А разве ты не тот парень с нечистой силой?”

Джейсон бросил испепеляющий взгляд на Фиби, которая подмигнула ему и дерзко улыбнулась в ответ. Джейсон вернул напиток в свой инвентарь. Одна из его любимых вещей в силе инвентаря заключалась в том, что все, что он вынимал, находилось в том же состоянии, в котором он помещал. Еда оставалась свежей, напитки-холодными. В его рацион питания входил хлеб прямо из духовки, который оставался теплым и свежим, пока он не вынимал его снова.

Один из авантюристов, которых Джейсон не знал, вдруг крикнул:

- Всем стоять!

“В чем дело?- Спросила Фиби.

“Там что-то под песком впереди нас, - крикнул авантюрист.

Было много видов способностей восприятия. Некоторые видели сквозь тьму, как Джейсон, в то время как другие обладали превосходным восприятием ауры или могли видеть магию. Общим для земной сущности была способность ощущать дрожь, способная обнаруживать предметы внутри или на Земле на больших расстояниях.

- Джейсон, - сказала Фиби. - Ты стоил нам нашего целителя, так что ты-приманка.

Джейсон кивнул, идя впереди остальных, когда вокруг него образовался звездный плащ. Он шел быстрым, но размеренным шагом, готовый среагировать в любой момент.

- Насколько близко?- он окликнул.

- Примерно в дюжине метров перед тобой.”

Джейсон остановился, вытаскивая из патронташа один из дротиков с зеленым шнуром. Это был одноразовый магический предмет, который проявлял ложную ауру при ударе. Он швырнул его на землю в дюжине метров перед собой, где тот ударился о песок.

Песок взорвался в воздухе, когда монстр вырвался из земли. Он был похож на гигантскую изможденную акулу, но с панцирем вместо кожи, паучьими ракообразными лапами и огромными клешнями.

- Шаб?

Он был похож на те шабы, с которыми Джейсон сталкивался в прошлом, но, по крайней мере, втрое больше. Вместо красной и пурпурной окраски она была песочно-желтой. Существо заметалось вокруг, словно в замешательстве, затем, казалось, заметило Джейсона и двинулось к нему. Джейсон, в свою очередь, подошел к существу и вытащил еще один дротик. У этого был черный шнур, и он бросил его в существо.

Дротик отскочил от своего панциря, и удар привел дротик в действие. Тьма вырвалась из дротика, тени поглотили существо, бросив вызов яркому солнцу. Это была не полная темнота, а темная область клубящейся тени. Джейсон продолжал идти вперед, небрежно ступая в темную массу, как будто не замечая ее. Остальные искатели приключений смотрели, как Джейсон исчез в тени.

“Что это за штука?- Спросил Хамфри.

- Песчаный шаб, - сказала Фиби. - Больше, чем водная разновидность. Любит утаскивать жертвы под песок, а не под воду."

- Может, нам помочь?- Спросила Габриэль.

Из темноты донеслись чужеродные вопли чудовищной ярости.

“Я бы не стал беспокоиться, - сказал Джейсон, внезапно оказавшись рядом с ними.

Фиби переводила взгляд с Джейсона на темноту, в которой он исчез.

- Телепорт?- спросила она.

- Теневой телепорт, - сказал Джейсон.

-Где тень?”

Джейсон посмотрел вниз, и она проследила за его взглядом, чтобы увидеть, что он стоит в ее собственной тени.

“Хитро.”

- Монстр не умер, - заметила Габриэль. Яростные вопли все еще доносились из пятна тени, которое постепенно исчезало. Они могли видеть очертания монстра внутри.

- Со временем тьма рассеивается, - сказал Джейсон. - В общей сложности это продлится около тридцати секунд.”

Он небрежно пополнил свой патронташ дротиками из инвентаря. В другой руке он держал кинжал, лезвие которого было скользким от желтой сукровицы. Он достал тряпку и принялся его вытирать.

“А что насчет монстра?- Спросил Габриэле.

- Всего это займет около пятидесяти секунд, - сказал Джейсон. “Это предположение, поскольку я собираюсь попробовать новую способность.”

Последние остатки магической тени исчезли, Шаб в смятении метался по песку. Он заметил искателей приключений и направился в их сторону.

- Э-Э, Джейсон?- Сказал Хамфри.

- Да, Хамфри?”

- Он идет сюда.”

- Шабы не очень быстрые, - сказал Джейсон. “Мне просто нужно, чтобы эти несчастья накопились еще немного.”

Он закончил чистить Кинжал, возвращая его в ножны. Он взглянул на приближающегося Шаба. Он не был приспособлен для движения вперед, покачиваясь из стороны в сторону. Он поднял руку в его направлении, произнося заклинание.

- Поплатись за свои прегрешения.

Чернота растеклась по панцирю чудовища, как будто оно переходило в тень. Его лихорадочное шуршание замедлилось до беспокойного шатания. Когда одна из его покрытых панцирями ног раскрошилась, как сухой черствый хлеб, он рухнул на землю. Еще одна часть панциря разорвалась, обнажив почерневшую иссохшую плоть. Он больше не поднимался.

Способность: [Наказание] (Гибель)

Заклинание Стоимость: умеренная Мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: железо 0 (01%).

Эффект (железо): наносит некротический урон для каждого проклятия, болезни, яда и нечестивого недуга, от которого страдает цель.

- Э-Э, Джейсон?- Спросил Хамфри.

- Да, Хамфри?”

“Что только что случилось с этим монстром?”

- Массивный некроз, - сказал Джейсон.

“Я не совсем понимаю, что это значит.”

- Ну, - сказал Джейсон, - ты знаешь, что происходит с телом, когда оно умирает? Я имею в виду обычное тело. Не тело монстра.”

“Я немного осведомлен, - сказал Хамфри.

“Я убедил его тело сделать это, - сказал Джейсон. - Просто очень быстро, и пока он был еще жив.”

- Э-Э, Джейсон?”

- Да, Хамфри?”

“Это ты тот парень с нечистой силой?”

- Надеюсь, тебя съест Шаб.

* * *

Семеро искателей приключений продолжали свой путь через пустыню. Трое незнакомых Джейсону людей замыкали шествие, пот лился с них градом, поскольку они все еще были вынуждены пополнять свои запасы духовными монетами. Фиби и Габриэль стояли рядом, поглядывая на громко разговаривающих Джейсона и Хамфри.

“ ... как столько людей вообще смогли это увидеть?- Пожаловался Джейсон. “Все дело в том, что Арчер распространял копии, верно?”

-Вообще-то, моя мама начала помогать, - сказал Хамфри. -У наших людей есть большая семейная гордость, и это хорошо, но она не хочет, чтобы мы свернули на... назовем это территорией Тэдвика."

“Итак, она начала показывать людям запись какого-то случайного парня, о котором никто не слышал, чтобы он шел один против пяти с кучей членов вашей семьи?”

“Да, это основная идея.”

“Она могла бы спросить, - сказал Джейсон.

-Я думал, все дело в том, чтобы запугать людей."

“Да, но это была моя склонность к видеоиграм, которая ускользала от меня. Теперь все думают, что я управляю монстрами. Как бы я не стал самым сильным железным скотоводом в Гринстоуне, если бы мог управлять сотнями ткачей-ловушек?”

- Что такое видеоигры?- Спросил Хамфри.

- Мои силы не злые, - перевел тему Джейсон.

- Ты дышишь огнем. Гореть заживо - не самый веселый способ."

“Внутри тебя действительно живет колония пиявок.”

- Многие люди призывали фамильяров!”

Фамильяр Хамфри, Сташ, радостно шагал рядом с ногами Хамфри. Он радостно залаял, как собака, что было немного странно, учитывая, что сейчас он был ящерицей.

- Кто хороший мальчик, - сказал Джейсон, побуждая Стэша превратиться в маленькую птичку и вспорхнуть на плечо Джейсона. Джейсон достал из своего инвентаря печенье и протянул его птице, которая превратилась в щенка и вырвала его из рук Джейсона. Джейсон использовал пустую руку, чтобы остановить восторженного щенка от падения.

- Ты его балуешь, - сказал Хамфри.

- Он этого заслуживает.

Стэш тявкнул в знак согласия, рассыпая крошки. Идя рядом с Фиби, Габриэль смотрела на них с несчастным видом.

“Почему он любит Джейсона больше, чем меня?- спросила она.

- Кто именно?- Спросила Фиби.

- Хамфри или Стэш?

За это она получила острый локоть. Поскольку у Габриэль была сущность силы, она заставила Фиби пошатнуться.

- Извини, - сказала Габриэль, поморщившись.

Фиби восстановила равновесие и покачала головой.

“Может, тебе стоит носить с собой печенье, - предложила Фиби, кивнув Джейсону, который кормил щенка еще одним.

- Печенье для кого?- Спросила Габриэль. - Хамфри или Стэша?

Фиби рассмеялась.

“Я действительно пыталась, - призналась Габриэль. “Я думаю, у Джейсона печенье лучше, чем у меня. Он сам их делает.”

“Я не думала, что ты так хорошо знаешь Джейсона, - сказала Фиби.

- Мне сказала богиня.

- Богиня сказала тебе, что он сам печет печенье?”

- Она, кажется, проявляет к нему странный интерес.”

- А?”

- Я видела их вместе, мельком. Это была странная атмосфера.”

“Ты же не думаешь, что она, ну, понимаешь, заинтересована?- спросила Фиби.

- О боги, нет, - рассмеялась Габриэль. “Я думаю, это потому, что он чужак. Он ведет себя не так, как другие люди. Она сказала, что он опасен.”

“Как этот парень может быть опасен для богини?”

- Только не для нее, - сказала Габриэль. "Для меня. Она думает, что он представляет угрозу для впечатлительных молодых умов."

- Думаю, она знает, - сказала Фиби.

Внезапно искатель приключений с чувством дрожи в тревоге вскрикнул.

- Всем стоять!

“В чем дело?- Спросила Фиби.

“Вокруг нас что-то есть. Вокруг нас.”

Все насторожились, осматривая пустую пустынную местность.

“Это что-то в песке?- Спросил Хамфри.

“Я думаю, это песок.”

Песок повсюду

Хаос разразился, когда песок ожил вокруг них, вздымаясь подобно волнам. Они внезапно оказались окружены в заброшенной пустыне, песок поднялся и принял самые разные грубые формы. Ни одна из них не была больше человека, но их были десятки, от грубых торсов, похожих на полурастаявшие снеговики, до акул, плавающих в песке, как в воде. Все фигуры были плохо сформированы, без тонких черт.

Новый Квест: [Элементальная Засада]

Вы были окружены песчаными элементалями. Победите их, прежде чем ваша команда будет повержена.

Цель: отбить атаку [меньшего песчаного Элементаля].

Награда: Квинтэссенция.

- Песчаные элементали!

Джейсон услышал, как Фиби закричала, прерывая внезапный хаос.

"Используйте мощные атаки, чтобы полностью разрушить их формы, или они просто восстановятся!”

Джейсон выпустил свою ауру, когда почувствовал, как другие омывают его.

Вы находитесь в области ауры союзника [Драконьей мощи]. Ваши атрибуты [силы] и [духа] увеличиваются.

Вы находитесь в зоне ауры союзника [Присутствия мастера]. Эффект ваших сущностных способностей увеличивается.

Он мог легко почувствовать Хамфри и Фиби через их ауры. Габриэль и один из других искателей приключений также проецировали ауры, но они, казалось, не влияли на него. К сожалению, собственная аура Джейсона вряд ли сильно влияла на исход боя.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святая, нечестивая)

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: железо 3 (14%)

Эффект (железо): союзники в ауре имеют повышенную сопротивляемость к несчастьям, в то время как враги в ауре имеют пониженную сопротивляемость к несчастьям. Сопротивление врагов еще более уменьшается с каждым ударом [греха], которым они страдают.

Он сомневался, что существа, сделанные из песка, будут использовать какие-либо болезни, и его собственная, конечно, не повлияет на них. По этой причине он вытащил меч, который Гари сделал для него вместо кинжала. К тому времени, как он выскользнул из ножен, Хамфри уже двигался рядом с ним.

Доспехи из драконьей чешуи замерцали вокруг Хамфри, когда в его руке появился огромный, похожий на крыло меч. Он направил его по широкой дуге на трех ближайших к нему и Джейсону элементалей. Они взорвались, когда меч ударил их, осыпая Хамфри и Джейсона песком, поскольку меч даже не замедлился.

- Ты в порядке?- Спросил Хамфри у Джейсона.

Вокруг Джейсона появился звездный плащ.

- Делай свое дело, приятель.

Хамфри кивнул, когда на его спине появились драконьи крылья. Они подбросили его в воздух, пытаясь удержать в воздухе, пока он осматривал команду. Фиби была в порядке, отрывая огромные куски от элементалей взрывными ударами ладоней. Габриэль наколдовала огромный железный посох, который крутился вокруг нее, как будто она устраивала представление. Любой элементаль, достаточно глупый, чтобы приблизиться, был разорван на части его мощным импульсом.

Двое других авантюристов держались спина к спине против элементалей, в то время как последний был один и уже сражался изо всех сил. Хамфри не знал его до того, как они объединились, но, поскольку тот был эльфом, то он почти наверняка был заклинателем. Ближний бой, вероятно, был наименее благоприятным обстоятельством для этого человека, поэтому Хамфри немедленно нырнул к нему.

Крылья Хамфри резко взмыли вверх, посылая его в специальную атаку пикирующей бомбы. Падая с неба, его ноги разбили элементаля, когда он проходил через него, чтобы приземлиться, крылья на его спине исчезли, когда его меч хлестнул.

Сущность могущества была одной из самых распространенных сущностей, которые можно было найти, но также и одной из самых высоко ценимых. Даже такой привилегированный человек, как Хамфри, у которого был свой выбор эссенций, решил использовать ее. Это была простая сущность с простыми способностями. Могучая сила, например, была именно тем, что подразумевалось в названии. Как самая распространенная способность самой популярной общей сущности, это была единственная самая распространенная способность сущности во всем мире.

Никому не нужно было объяснять, что сделало сущность могущества столь популярной, но любой бы подумал, что Хамфри из кожи вон лезет, чтобы продемонстрировать это. Он размахивал своим огромным мечом с такой силой и точностью, словно тот почти ничего не весил. Каждый элементаль, к которому он прикасался, взрывался, как машина в боевике восьмидесятых, осыпая окрестности песком.

Освободив немного места, Хамфри бросил взгляд на осажденного эльфа, который посмотрел на него с благодарностью.

- Держи их подальше от меня, и я смогу вытащить целую кучу, - сказал ему эльф.

- Делай то, что тебе нужно, - сказал Хамфри. “Я прикрою тебя.”

Тем временем Джейсон имел дело с собственными элементалями. Он ударил мечом, но без особого эффекта.

Специальная атака [наказание] нанесла [грех] на [меньший песчаный Элементаль].

[Меньший Элементаль песка] невосприимчив к несчастьям.

[Грех] не действует. Иммунитет к несчастью вызвал эффект на оружие [страшное спасение].

Оружие [страшного спасения] обрело экземпляр [камнереза].

Джейсон наносил быстрые легкие удары, вкладывая в каждый из них особую атаку. Лезвие едва успело сделать надрез, как песок удалил все следы, но это не было главной целью. Каждое неудавшееся несчастье вызывало эффект у его меча, который становился все сильнее с каждым ударом.

[Камнерез] (магия, наложение): все атаки наносят дополнительный урон резонирующей силы. Очень эффективен против физической защиты. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Каждая атака начинала сдувать песок с элементалей, но все еще оставляла незначительный след. Меч, возможно, и не остановит наступающих элементалей, но у него была другая задача. Он будет держать одного элементаля мечом, чтобы тот образовал щит своим телом от других; он выбрал медлительного, похожего на снеговика, слишком медлительного, чтобы представлять реальную угрозу. На других он наносил удары ногами, не задевая существ, а проскальзывая мимо них ногой. Как только он это сделал, из его сапога высунулся острый как бритва хлыст черных осколков, рассекая элементаля и разбрасывая его по ветру.

- Мне нравятся эти сапоги.

Предмет: [сапоги для резки песка] (железный ранг, редкий)

Сапоги, сделанные из хитина пескорезов, унаследовали часть его мощи. (одежда, сапоги).

Эффект: улучшается способность ходить по песку. Эффект: увеличение высоты прыжка и расстояния. Эффект: усиленная ударная атака. Очень эффективен против врагов с сильным земным сродством.

Потребовалось время, чтобы накопить силу на меч Джейсона, но с десятками элементалей, все еще окружавших их, у него под рукой всегда оставался материал для усиления. С каждой атакой сила меча росла. Песок начал сдуваться с элементалей, оставляя заметные выбоины.

Он стал более агрессивным, размахивая мечом и сапогами с бритвенными хлыстами. Меч становился все сильнее, пока не прорубил путь сквозь элементалей. К тому времени, как он пробился к Хамфри, меч Джейсона присоединился к его сапогам, уничтожая элементалов одним ударом.

Хамфри решил держать элементалей подальше от заклинателя. К тому времени, как Джейсон добрался до них, эльф за спиной Хамфри собрал над головой огромную сферу белой и огненно-оранжевой магии. Глядя на него с дикой ухмылкой, он начал произносить заклинание.

- Огонь и воздух, кровь и пир, вихревой зверь, сожри весь мир!

- Ого, рифмы, - сказал Джейсон, когда они смотрели, как шар медленно дрейфует над их головами, направляясь к самой большой массе элементалей. Жара и ветер омывали их, когда шар проходил мимо. Затем они услышали, как эльф позади них закричал.

- Бегите!

Они обернулись и увидели, что эльф уже последовал своему собственному совету, убегая от собственного заклинания на максимальной скорости. Джейсон и Хамфри переглянулись и сделали то же самое. Через несколько секунд позади них раздался какофонический взрыв, и мощная волна сбила их с ног.

Джейсон поднялся с того места, где лежал на песке, в голове звенело от шума. Все, что он мог слышать, был шум прибоя, похожий на шум океана. Опустившись на колени в песок, он пошатнулся. Хамфри похлопал его по руке и указал вперед, где эльф снова поднялся и продолжил бежать. Джейсон кивнул и после головокружительного фальстарта последовал за ним, поднимая свой меч с того места, где он его уронил.

Джейсон, шатаясь, двинулся вперед, рядом с ним стоял столь же нетвердый Хамфри. Они догнали эльфа, который остановился, чтобы не столкнуться с элементалями с другой стороны. Все еще не слыша, Джейсон почувствовал, как воздух зашевелился, сыпучий песок заплясал по земле.

Оглянувшись назад, туда, откуда они пришли, он увидел горящий шар, окруженный воздушным вихрем, втягивающим в себя что-то. Ближе к шару всасывание было явно более мощным, всасывая песчаных элементалей, когда они пытались убежать. Те, что были пойманы, прошли сквозь шар, выплескиваясь назад, как комки расплавленного песка.

Хамфри снова похлопал Джейсона по плечу, показывая в другую сторону. Джейсон посмотрел на Фиби и Габриэль, которые прекрасно справлялись с элементалями сами. Авантюристы, сражающиеся спина к спине, были менее успешны, так как элементали окружали их.

Джейсон достал из-за пояса целебное зелье, Хамфри сделал то же самое со своим собственным. Каждый из них снял пробку со своего флакона и осушил содержимое. Голова Джейсона прояснилась, шум в ушах сменился настоящим звуком.

Позади себя они слышали всасывание вихря. Впереди раздавались звуки, похожие на приглушенные взрывы, когда Фиби разорвала элементалей на части голыми руками. Со стороны Габриэль раздался обычный чмокающий звук, когда ее железный посох с необузданной силой разорвал еще больше элементалей.

“Твоя подружка немного пугает, - сказал Джейсон Хамфри.

- Не время, Джейсон - сказал Хамфри, на мгновение показались крылья, когда он использовал специальную атаку, чтобы отскочить. Он приземлился, как граната, рядом с двумя борющимися искателями приключений, сметая элементалей.

Джейсон сделал пару шагов и, используя прыгающую силу своих ботинок, последовал за ним, оказавшись в пространстве, которое только что освободил Хамфри.

“Ты должен найти время для отношений, - сказал Джейсон, пронзая мечом элементаля. - Время и общение.”

Два искателя приключений, которых они пришли поддержать, превратились из почти проигравших в совершенно ненужных. Хамфри и Джейсон встали по бокам от этой парочки и двинулись вокруг них, очищая от элементалей, как будто они подстригали живую изгородь.

У Хамфри и Джейсона были совершенно разные стили боя. Хамфри использовал силу и вес своего тяжелого меча. Твердая, как скала, его тонкая, но решающая работа ног была основой его равновесия, когда он размахивал мечом тяжелее, чем был он сам. Его размашистые удары выглядели простыми, но их сила и точность были на высочайшем уровне.

Стиль Джейсона больше походил на акробатический танец. Его меч был намного меньше, разбивая элементалей не силой, а значительной магией, которую он накопил за время боя. Клинок замерцал в его руке, элементали рассыпались в облака песка при соприкосновении. Его ноги двигались так же быстро, и не всегда на земле. Начав вращающийся прыжок, его ботинки с бритвенными хлыстами сбивали элементаля прежде, чем он приземлялся, его движение никогда не прекращалось.

Вихревая бомба стала переломным моментом битвы, позволив группе справиться с огромным количеством элементалей. Когда упал последний, вся группа собралась вместе, измученная. Они стояли вокруг, упершись руками в колени, или лежали, не обращая внимания на жар песка. Джейсон достал фруктовый напиток и громко отхлебнул, вызвав зависть остальных. Хамфри покачал головой, когда одинаковые бумажные стаканчики появились из его собственного пустого хранилища.

- Драгоценные ягоды?- Спросил Джейсон Хамфри, и тот кивнул, протягивая одну из больших чашек Габриэль. Она одарила его ослепительной улыбкой, прежде чем с удовольствием сделать глоток сока.

Фиби с усталой усмешкой оглядела собравшихся. Только эльф и два авантюриста, которые сражались вместе, были ранены, но не получили ничего серьезного, кроме синяков. Песчаные элементали по отдельности не очень опасны, по крайней мере, такие маленькие. Именно их численность делала их угрозой.

- Теперь вы знаете, почему мы посылаем такие большие команды, когда отправляемся в дюны, - сказала Фиби группе.

- Это жесть, - недовольно сказал Джейсон, неловко ерзая на месте. “Это действительно жесть.”

“Мы же предупреждали тебя, что пойдем в пустыню, - сказала Фиби.

- Что?- Рассеянно спросил Джейсон, отставляя стакан и доставая бутылку кристальной стирки.

- А, я про другое, - сказал он, опрокидывая бутылку в штаны. “Я имел в виду буквальную жесть. У меня везде песок.”

Это не работа, если любишь то, чем занимаешься

После полудня блуждания по пустыне группа наконец-то заметила ферму спиритических монет. Снаружи можно было видеть лишь высокую стену.

“А как именно работает ферма духовных монет?- Спросил Джейсон. - Они не растут на деревьях, не так ли?”

“Ты действительно не знаешь?- Спросил Моуз.

Моуз Кавендиш был тем эльфом, который выпустил вихревую бомбу огня и ветра против песчаных элементалей. Драка вселила чувство товарищества в группу, и Джейсон проявил себя достаточно хорошо, чтобы рассеять прежнее неудовлетворение своими выходками.

- Джейсон из другого мира, - сказал Хамфри. “Ты должен привыкнуть объяснять ему все.”

- Другой мир?

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон.

“Отвечая на твой вопрос, - сказал Хамфри, - монеты не растут на деревьях.”

“Я думал, это будет фруктовый сад из духовных монет, - сказал Джейсон.

- Из другого мира это прям из другого измерения?- Спросил Моуз.

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон. “Так откуда же берутся духовные монеты?”

“То есть не в этом мире?- Спросил Моуз.

- Это альтернативная вселенная, - сказал Джейсон.

- Альтернативная вселенная?

“Это не так уж и важно, - сказал Джейсон.

“Не так уж важно?”

“Я думаю, ты сломал Моуза, - сказал Хамфри. “Сейчас он просто повторяет слова.”

“Я когда-нибудь услышу о монетах духа?- Спросил Джейсон.

- Они делают их здесь, на фермах, - сказал Хамфри. -У них есть специальные формы, которые заставляют магию кристаллизоваться. Но это очень тонкий процесс. Изменения в окружающей магии могут разрушить целые партии, вот почему у них есть фермы здесь. Никакой активности, никакой жизни. Очень стабильная окружающая магия.”

“Должно быть, есть интересные последствия от закачки все большего количества монет в экономику”, - сказал Джейсон.

- Всем этим занимается магическое общество, - объяснил Хамфри. “Это главный источник их политической власти, и именно поэтому так важно, чтобы магическое общество оставалось политически нейтральным.”

- Как "общество приключений", - многозначительно заметил Джейсон.

- Да, - сказал Хамфри. “Так бывает не всегда.”

Габриэль подошла поближе, чтобы присоединиться к их разговору.

“А ты знаешь, что духовные монеты-самый крупный экспорт Гринстоуна? - спросила она. - Большинство людей думают, что это зеленый камень, из-за названия, но на самом деле это монеты духа. Особенно те, что поменьше. Фермы здесь, в пустыне, производят почти три процента мелких монет, используемых во всем мире.” (прим. Гринстоун в переводе с англ. - Зеленый Камень)

- Да, - ответил Хамфри. - Большинство этих ферм принадлежит моей семье или Мерсерам. Под контролем магического общества, конечно.”

- Конечно, - сказала она, слегка хлопнув себя по голове. - Эта монетная ферма - что-то вроде Геллерс, не так ли?”

- Геллер-семь, - сказал Хамфри.

“Но как это работает?- Спросил Моуз. “Я имею в виду, целый другой мир?”

- Возьми себя в руки, Моуз, - сказал Джейсон.

- Взять себя в руки? Само твое существование коренным образом меняет мое понимание реальности.”

- Попробуй пройти через это, пока куча людей пытается тебя съесть, - сказал Джейсон.

“Это что, какая-то метафора?- Спросил Моуз.

- Нет, - ответил Джейсон. - Нет, это не метафора. Почему в этом регионе так много людей занимаются выращиванием духовных монет? Не проще ли было бы иметь более локализованное производство?”

“Это из-за низкой магии, - сказала Габриэль. - Большинство областей в мире имеют слишком высокую магическую плотность, чтобы производить меньшие монеты. Самая маленькая номинация, с которой они могут справиться, - это обычно ранг железа или даже бронзовый ранг в очень магических областях.”

“Так почему бы просто не сделать железные монеты основной валютой?- Спросил Джейсон.

- Они слишком ценные, - сказал Хамфри. - Ценность духовных монет не произвольна. Если ферма может производить тысячу монет меньшего размера за один раз, то ферма того же размера может производить только 10 железных монет или одну бронзовую монету.”

- А монеты более высокого ранга не очень полезны в повседневной жизни, - сказала Габриэль. - Почти все магические устройства в доме или бизнесе работают на меньших монетах. Лампы, душевые кабины. Те, что повыше по званию, сожгут их дотла.”

"Некоторые крупные инфраструктурные проекты работают на более мощных монетах. Например, линия петли.”

“Такие условия трудно найти”, - добавила Габриэль. - Найти область низкой магии с такой стабильностью, как здесь, в пустыне, - большая редкость. Где-нибудь в таком же удобном для жизни месте, как Дельта, так близко к пустыне здесь - идеальный вариант. Гринстоун был основан потому, что это было такое идеальное место для недорогих ферм спиритических монет.”

“Даже в этом случае нет никаких гарантий, - сказал Хамфри. - Переменчивая погода может повлиять на окружающую магию настолько, что разрушит целые партии. То же самое, если поблизости появляется монстр или какой-то авантюрист бегает вокруг, используя способности. Вот почему нас не подпустят к самой ферме спиритических монет. Они заставят нас ждать за стенами.”

“Как они останавливают появления монстров?- Спросил Джейсон.

“Никак, - ответил Хамфри. “Если кто-то окажется слишком близко к ферме, необходимо просто смириться с потерей.”

“Итак, как ты сюда попал?- Спросил Моуз. “У тебя есть какой-нибудь корабль, способный перемещаться между вселенными?”

“Все еще с этим, Моуз?- Спросил Джейсон. - Меня случайно вызвал каннибал.”

“Ты что, сейчас все выдумываешь?- Спросил Моуз.

Джейсон резко остановился, все его тело застыло. Его лицо побледнело, он был явно потрясен.

“Ты меня поймал, Моуз, - сказал Джейсон. - Наверное, я всегда знал, что этот день настанет. Все это - тщательно продуманная уловка. На самом деле я неудачный актер, использующий множество магических устройств, чтобы притвориться искателем приключений из другого мира.”

Он устало покачал головой.

“Теперь ему ничего не остается, как уйти в пустыню одному.”

“Что происходит прямо сейчас?- Спросил Моуз. “Я понятия не имею, что происходит.”

“Не беспокойся о нем, Моуз, - сказал Хамфри. - Просто помни, что если ты разговариваешь с Джейсоном и запутываешься, то он, скорее всего, что-то замышляет. Если ты разговариваешь с Джейсоном и тебя это не смущает, значит, он определенно что-то замышляет.”

“Ну, это просто обидно, - сказал Джейсон.

* * *

Стены фермы спиритических монет были пятиметровой высоты и сложены из желтого камня пустыни. Ворота были маленькими, явно не рассчитанными на большое движение. За воротами был довольно большой участок выложенной плиткой земли, усыпанной песком пустыни. Единственной особенностью выложенной плиткой территории была беседка, дающая тень для искателей приключений, чтобы ждать в ней.

Примерно через час после того, как они приехали и Фиби в одиночестве прошла через ворота, она вернулась. С ней был еще один человек, а позади ехали три повозки.

Фургоны были немагическими, запряженными хейделами, и были длиннее, шире и определенно тяжелее, чем другие фургоны, которые Джейсон видел. Все они были сделаны из прочного металла, похожего на старые вагоны поезда. Каждая повозка занимала по восемь хейделов. Узкие колеса выглядели совершенно неподходящими для того, чтобы тащить их по песку, а фургоны вообще казались бесполезными для путешествия по пустыне. Они остановились посреди выложенного плиткой пространства, и искатели приключений покинули беседку, чтобы посмотреть поближе.

“Тебе это понравится, - сказал Хамфри Джейсону.

В каждой из повозок сидело по два человека, которые выходили и двигались позади них. Задние части фургонов складывались в рампу, по которой скользили машины. Они были очень похожи на ту воздушную лодку, на которой Джейсон катался с Клайвом, и лицо Джейсона озарилось радостью.

“Какая-то песчаная лодка?- спросил он.

“Мы называем их песчаными скиммерами, - сказал Хамфри. - Очевидно, они действуют с помощью магии, так что их нужно убрать с фермы, прежде чем заряжать.”

“Не хочешь, чтобы на твоей ферме спиритических монет появилась свободная магия?- Предположил Джейсон.

- Конечно, - подтвердил Хамфри.

Когда они подъехали ближе, люди, разгружавшие фургоны, остановились, чтобы поприветствовать молодого мастера Хамфри. Джейсон открыл было рот, чтобы заговорить о непропорциональных классовых системах, но остановился, покачав головой в самобичевании.

“В чем дело?- Спросил его Хамфри.

“Ничего, - сказал Джейсон.

- Неужели?- Спросил Хамфри. “С каких это пор ты скрываешь свое мнение?”

- Хамфри, то, что я открыл рот так широко, что в него можно было засунуть ногу, уже стоило нам целителя. Мне давно пора научиться держать язык за зубами.”

“Это был бы не ты, если бы не пустился в разглагольствования, - сказал Хамфри. - Просто выпусти его.”

Джейсон настороженно посмотрел на Хамфри.

- Смотри, - сказал Джейсон. “Просто ты родился как работодатель этих людей, а они родились, чтобы работать на тебя.”

“Просто чтобы ты знал, - сказал Хамфри, - эти люди зарабатывают больше денег, чем авантюристы железного ранга.”

- Неужели?

“Они работают в гигантской денежной мастерской, - сказал Хамфри. - Это делает лояльность очень важной. Кроме того, им приходится работать посреди пустыни, что заслуживает справедливой компенсации.”

“Они что, здесь живут?- Спросил Джейсон.

“Да, пока они работают, - ответил Хамфри. “Они отсиживаются здесь, а потом возвращаются к своим семьям со всеми заработанными деньгами. Проработав на фермах несколько лет, они получают небольшую долю собственности. По крайней мере, на наших фермах. Мерсеры так не поступают.”

“В этом-то и загвоздка, не так ли?- Спросил Джейсон. “Если бы ваша семья решила подставить этих людей и заставить их работать по дешевке, используя при этом драконовские меры, чтобы держать их в узде, что бы вас остановило?”

- Элементарная порядочность, - сказал Хамфри.

“И вот в чем настоящая проблема, - сказал Джейсон. - Грань между доброжелательностью и угнетением проходит там, где говорит твоя семья. Это настоящая сила. Что будет, когда Тэдвик Мерсер станет руководить семейными операциями?”

“Они бы не назначили его главным, - сказал Хамфри.

- Отец готовит его именно к этому. О своем отце он почти ничего не говорит.”

“А как же Кассандра?- Спросил Хамфри.

“Она собирается стать авантюристкой, как и ее мать, - сказал Джейсон. - Как и ты, если уж на то пошло. Как только очередной всплеск монстров закончится, она уйдет отсюда.”

“Откуда ты так много знаешь о Мерсерах?- Спросил Хамфри.

“Возможно, я провел некоторое время с Кассандрой. Социально.”

“Я не думал, что у нее много времени на молодых людей, - сказал Хамфри.

“Конечно много, - сказал Джейсон. “У нее просто нет времени на мальчиков.”

Рабочие закончили спускать песчаные скиммеры с огромных фургонов. Эти три машины были больше, чем воздушный катер, на котором летал Джейсон. Все они были плоскодонными, с большим кольцом сзади для магического движения. Впереди было пять кресел; одно переднее и центральное для водителя, с ручным управлением, как у гидроцикла. Сзади располагались четыре пассажирских сиденья, два на два. Между сиденьями и двигательным кольцом, поднимающим заднюю часть, была плоская площадка для груза. Это пространство уже было заполнено на всех трех машинах сложенными металлическими ящиками.

Человек, вышедший с фермы вместе с Фиби, был авантюристом бронзового ранга, возглавлявшим команду. Это был еще один член семьи Геллеров, по имени Эрнест. Сходство с Хамфри было очевидным - тот же рост и широкие плечи. Джейсон, однако, не предполагал близкого родства, поскольку все Геллеры выглядели именно так. Фиби была Амазонской богиней, почти на целую голову выше Джейсона.

“Если у нас есть все это, - спросил Джейсон, глядя поверх скиммера с песком, - то почему мы пришли сюда пешком?”

“Потому что для наших водителей встреча с вами будет лишней поездкой в город, и нам все равно, даже если вам придется идти пешком, - сказал Эрнест. - Мы используем скиммеры, чтобы доставлять монеты в город и привозить оттуда припасы. Если вы хотите использовать его сами, идите и купите его.”

- Это фантастическая идея, - сказал Джейсон. “Сколько они стоят?”

“Тебе нужна правильная способность использовать их, - сказал Хамфри.

- Отстой - усмехнулся Джейсон.

“Ты что, ребенок?- Спросил Эрнест.

- Приятель, мы собираемся лететь через пустыню на гигантских волшебных санях. Если это не вызывает никакого детского удивления, тогда проверь на месте ли твоя душа.”

- Он прав, Эрн, - сказала Фиби, похлопав Эрнеста по руке.

- Все садитесь на скиммеры, пожалуйста, - сказал Эрнест. Он покачал головой в сторону Фиби, которая одарила Джейсона улыбкой.

Эрнест и Фиби сели на первый скиммер, а Джейсон-на второй, позади Хамфри и Габриэль. Моуз и двое оставшихся авантюристов взяли последний. Трое рабочих, разгружавших скиммеры, заняли передние сиденья в каждой машине. Джейсон чувствовал присутствие одной сущности в ауре каждого водителя.

Похожая на стервятника птица спикировала с неба, затем превратилась в ящерицу песочного цвета, размахивая конечностями в воздухе, и упала в объятия Хамфри.

“Я обратил Стэша в птицу, - сказал Хамфри. “И отправил его в небо, когда мы сражались с элементалями. Я не хотел, чтобы кто-нибудь принял его за другого монстра.”

“Мой фамильяр тоже был не очень полезен там, - сказал Джейсон. - Пиявки не едят песок.”

Водитель начал скармливать духовные монеты в щель рядом со своим сиденьем, и машина завелась с громким гудением. Вокруг двигательного кольца зажглись знаки, и скиммер поднялся в воздух на полметра.

- Монетоприемник, - рассмеялся Джейсон. - Мне это нравится.

Вскоре скиммеры уже мчались по песку пустыни, горячий воздух хлестал в лица пассажиров. Как и воздушный катер, двигательные кольца песчаных скиммеров втягивали воздух спереди, чтобы вырваться из задней части. В засушливой пустыне это быстро высушивало глаза. Все водители были в очках, как и Хамфри, который дал дополнительную пару Габриэль.

“А что было с братанами до мотыг? - Крикнул Джейсон сквозь взрывающийся воздух двигательного кольца.

“Я не знаю, что это значит, - отозвался Хамфри, - но мне кажется, что я должен меньше уважать тебя за эти слова.”

“Это справедливо, - сказал Джейсон.

Пока они мчались вперед, Джейсон старался не смотреть вперед, чтобы избежать худшего эффекта сухих глаз. Это сделало его первым в машине, кто заметил быстро движущийся объект, приближающийся сбоку. Это был еще один скиммер, но больше, чем их собственный. На борту находилось по меньшей мере восемь человек, укрытых от солнца парусиновым тентом. Он взял курс на перехват.

Джейсон указал на них Хамфри, который серьезно прищурился, глядя на приближающуюся машину.

“Они охотятся за грузом, - громко сказал он.

- Песчаные пираты! - Воскликнул Джейсон с ликованием, разразившись диким смехом. Он торжествующе воздел руки к небу.

- МНЕ НРАВИТСЯ БЫТЬ АВАНТЮРИСТОМ!”

Безумный отчаянный ход

Джейсон огляделся и увидел, что несколько песчаных скиммеров приближаются к трем, занятым его группой. По сравнению с их собственными скиммерами, те, что преследовали их, были сделаны для пассажиров, а не для груза, с дополнительными сиденьями и тентами, чтобы защитить их от солнца. Джейсон усмехнулся, зная, что они готовы заплатить за комфорт, который предлагала им тень. Другие скиммеры тоже были быстрее, не отягощенные грузом монет.

“Я не чувствую их ауры на таком расстоянии, - крикнул Джейсон. Ему пришлось говорить громко, чтобы перекрыть шум воздуха, несущегося через силовое кольцо скиммера.

“Я тоже, - сказал Хамфри.

Габриэль, сидевшая рядом с Хамфри, встала. Скорость скиммера, казалось, не беспокоила ее, поскольку она стояла неподвижно, как скала, повернув голову.

- Восемь вражеских скиммеров, - сказала она. “У каждого из них есть семь или восемь человек, большинство из которых имеют по крайней мере одну сущность, с одним или двумя железными ранкерами на скиммере. Никаких бронзовых ранкеров.”

Скиммеры команды летели бок о бок, в то время как вражеские скиммеры приближались сзади и сбоку от их строя.

- Какой ты хочешь?- Спросил Джейсон у Хамфри.

Хамфри указал на пару скиммеров позади них.

“Мы со Сташем возьмем по одному, - сказал он.

“Тогда я возьму тех двоих, что идут слева от нас, - крикнул Джейсон.

“Ты можешь подойти к ним?- Спросил Хамфри.

- Не беспокойся, - сказал Джейсон, когда его плащ появился вокруг тела. Затем плащ опустел, когда Джейсон появился под тентовым навесом одного из скиммеров, где он впервые хорошо рассмотрел пиратов. Они были людьми, этнически отличными от людей, которые доминировали в Гринстоуне. На взгляд Джейсона, они больше походили на африканских аборигенов, с более темной кожей и дикими копнами вьющихся волос. Внезапное появление Джейсона среди них испугало пассажиров вражеского скиммера. Прежде чем они успели отреагировать, Джейсон отодвинул защитный чехол на бритве, привязанной к внутренней стороне его предплечья. Он рассек им тыльную сторону ладони и направил неглубокий порез на пиратов. Пиявки брызнули из раны, рассыпавшись по пиратам, тесно прижавшимся друг к другу на скиммере. Они тут же обезумели от паники.

Водитель не заметил появления Джейсона, только услышал реакцию своих товарищей, прежде чем почувствовал, как пара пиявок вцепилась в его череп. Это вызвало дикий поворот, который был замечен другим ближайшим скиммером, который подошел ближе, чтобы проверить ситуацию.

Пока песчаные пираты панически кричали вокруг него, хватаясь за ползущих на них пиявок, Джейсон удержался, ухватившись за один из шестов, поддерживавших навес. Другой рукой он вытащил один из своих патронташных дротиков, один с красной веревочной рукояткой. Он увидел, что второй скиммер приближается, и попытался оценить его скорость, пока он двигался по песку. К счастью, он приближался по прямой.

Джейсон метнул дротик, который ударился о песок прямо перед скиммером. Он пролетел над дротиком, который взорвался под ним. Силы было недостаточно, чтобы нанести больше, чем поверхностный урон, но она толкнула заднюю часть скиммера, опрокидывая переднюю часть в свою очередь. Передняя часть скиммера вонзилась в песок, но скорость скиммера не остановила его движения. Скиммер перевернулся, пролетел по воздуху и приземлился вниз головой.

Собственный скиммер Джейсона замедлил ход, когда водитель сосредоточился на удалении пиявок с его головы и спины. Джейсон использовал прыгающую силу своих ботинок, чтобы выпрыгнуть, когда его плащ проявился вокруг него. Он дрейфовал и мягко опустился на песок. Он взглянул на скиммер, бессистемно удаляющийся от него, уверенный, что команда Колина справится с несколькими песчаными пиратами.

Он обратил свое внимание на перевернутый скиммер. Шесты, поддерживавшие навес, никогда не были рассчитаны на то, чтобы выдержать вес скиммера и рухнули. Двигательное кольцо искривилось и больше не выпускало воздух.

Некоторые из пиратов были выброшены наружу, когда скиммер перевернулся, и он мог видеть, как другие пытались выползти из-под него. Джейсон выхватил кинжал и двинулся вперед, чтобы прикончить их прежде, чем они придут в себя.

* * *

Когда Джейсон телепортировался прочь от скиммера своей команды, Хамфри встал, спрятав ящерицу в одной руке. Он указал на один из скиммеров позади них.

- Падай, - скомандовал он и подбросил ящерицу высоко в воздух. Сташ превратился в маленькую птичку, порхающую в направлении, указанном Хамфри. Когда скиммер прошел под ним, Сташ превратился из птицы в огромный песчаный шар, такой же большой, как и сам скиммер.

Под тентовым навесом песчаные пираты не видели, как крошечная птичка превратилась в чудовище, которое рухнуло на них. Они были просто вдавлены в дно скиммера массивным, неизвестным весом. Сам скиммер был построен для скорости, а не для тяжелого груза, и магия, удерживающая его в воздухе, была преодолена. Он шлепнулся на песок, приземлившись ровно и тяжело, так что не перевернулся. Двигательное кольцо громко взвыло, прежде чем отключиться, когда скиммер резко остановился. Сташ сидел на нем, свесив свои ракообразные ноги по бокам.

Как только он выпустил Сташа в воздух, Хамфри повернулся к Габриэль.

- Защитишь скиммер?- спросил он.

Она кивнула, и он телепортировался прочь. Вместо того чтобы сесть на скиммер, как Джейсон, он оказался прямо перед ним. Он уставился на водителя, который ответил ему свирепым взглядом и направил скиммер прямо на него.

В его руках появился огромный, похожий на крыло меч Хамфри. Его длина равнялась значительному росту Хамфри, и он уперся ногами в песок, чтобы размахнуться под его огромным весом. Он собрал в себе всю силу, готовясь к сильнейшей специальной атаке. Когда скиммер на большой скорости приблизился к нему, он сделал огромный взмах над головой, и лезвие с грохотом обрушилось вниз.

Меч пробил навес, водителя, двух пиратов позади водителя, основание скиммера и зарылся в песок. Скиммер остановился как вкопанный, передняя половина раскололась посередине и воткнулась в землю вместе с мечом. Двигательное кольцо отключилось, и пассажиры, живые или мертвые, были отброшены инерцией вперед, пролетая мимо Хамфри, чтобы быть выброшенными на песок.

Меч был по самую рукоять зарыт в песок, поэтому Хамфри позволил магически сконструированному предмету исчезнуть. Он вложил в правую руку новый меч, на этот раз гораздо меньшего размера. Как и его большой меч, он был очень стилизован, но вместо драконьего крыла, он выглядел как ангельское, лезвие было собрано из перьев бритвенного серебра и золота. Он направил его на пиратов, стонущих там, где они упали на песок. По темной коже и растрепанным волосам он понял, что это северяне, и заговорил с ними на их языке.

- Теперь я принимаю капитуляцию.”

* * *

Команда перегруппировалась после того, как все восемь атакующих скиммеров были уничтожены. Хамфри и Джейсон взяли по два с каждой стороны, в то время как Эрнест имел дело с тремя. Последний пиратский скиммер столкнулся с огненной вихревой бомбой Моуза, превратившись в разлетевшиеся обломки искореженного металла.

Джейсон стоял над телами убитых им людей, мрачно глядя на них сверху вниз. Спарринг с Хамфри и Руфусом дал ему завышенное мнение о среднем уровне мастерства, и расправиться с пиратами, которые выжили в катастрофе, было презрительно легко. Слишком легко, чтобы отнять жизнь. Он постучал ботинком по одному из них.

[Устейский рейдер] не имеет добычи.

Он направился туда, где остановился другой скиммер. Все пираты были мертвы, благодаря Колину. Там, где трупы не были бледными и истощенными, они почернели от гнили. Он порезал руку бритвой на предплечье, протягивая ее пиявкам, чтобы те вернулись. После этого порез быстро закрылся, как будто его никогда и не было.

Грузовые скиммеры повернули назад, чтобы забрать Джейсона, Хамфри и Эрнеста, которые все покинули скиммеры, чтобы сражаться. Хамфри был последним, кого подобрали, он ждал возле развалин скиммера с четырьмя пленниками, стоявшими перед ним на коленях.

Джейсон и Габриэль спрыгнули со скиммера, когда он остановился. Габриэль подошла к Хамфри, пока Джейсон осматривал обломки пиратского скиммера. Он видел, что он был расколот посередине и вбит в землю одним нелепым ударом.

- Что это было?- спросил он.

- Особая атака, - сказал Хамфри. “Это называется непреодолимая сила.”

“Я понимаю почему, - сказал Джейсон.

Появился еще один скиммер, Эрнест и Фиби сошли с него и присоединились к остальным.

“Ты что-нибудь из них вытянул?- Спросил Эрнест, кивая на пиратов.

“Они все северяне, - сказал Хамфри. - Кочевники племени Уэстей, судя по волосам и одежде. Я понятия не имею, что они делают так далеко на юге, и они не разговаривают.”

“Зачем им нападать на конвой с духовными монетами?- Спросила Фиби. “Если они знали достаточно, чтобы перехватить его, то они должны были знать, что он будет защищен авантюристами. Это безумный шаг отчаяния.”

Четверо пленников стояли на коленях на горячем песке, свирепо глядя на своих тюремщиков.

“По-твоему, они похожи на побитых людей?- Спросил Эрнест.

- Нет, - ответила Фиби.

“Может быть, это просто храбрость, - сказал Эрнест, - но, может быть, оглядись вокруг, Хамфри.”

Хамфри кивнул и исчез, телепортировавшись высоко в воздух. Драконьи крылья появились на его спине, удерживая его в небе, когда он огляделся. С этой высоты он мог видеть город и зелень дельты. В другом направлении - несколько ферм спиритических монет. Подойдя ближе, он увидел, как что-то движется по песку. На первый взгляд ему показалось, что это громадное трехголовое чудовище, но потом он понял, что это какой-то сильно стилизованный автомобиль. Слишком большой для любого монстра ниже серебряного ранга, в его движениях чувствовалась жесткость. Он плавно двигался по песку, как огромный песчаный скиммер. Хамфри упал, используя свои крылья, чтобы замедлиться, когда он уже приблизился к Земле.

“Что-нибудь есть?- Спросил Эрнест.

- Песчаный баркас, - сказал Хамфри. “Очень большой. Мы должны быть готовы к новой битве.”

Выбор

- Мне нравится энтузиазм, - сказал Эрнест Хамфри, - но мы не должны сразу бросаться в бой. Как ты думаешь, Фиби?”

“У нас есть выбор: бежать или драться, - сказала Фиби. “Возможно, их скиммеры были быстрее наших, но песчанная баржа нас не догонит.”

“А ты как думаешь, Хамфри?- Спросил Эрнест.

“Эта баржа была больше любого корабля, который я когда-либо видел, - сказал Хамфри. “Я слышал о баржах племени кочевников, но эта превзошла все ожидания. Я готов поспорить, что все их племя на борту.”

“А как бы ты тогда подошел к борьбе с ними?- Спросил Эрнест.

“На барже будут самые сильные люди, - сказал Хамфри. «Мы определенно будем в меньшинстве, и у нас нет целителя. С другой стороны, эта первая группа вполне могла попытаться загнать нас в засаду. Если мы побежим только для того, чтобы попасть в руки более крупной и сильной команды, песчаная баржа догонит нас, когда мы окажемся в самом невыгодном положении. Если мы собираемся драться, то только на наших условиях».

“Ты думаешь, это возможно?- Спросил Эрнест.

“Я никого больше не видел с неба, - сказал Хамфри, - но лопата и брезентовая обшивка могут сделать тебя почти невидимым здесь.”

“И какие же действия ты предлагаешь?- Спросил Эрнест.

- Атаковать баржу, - сказал Хамфри. - Кочевые племена используют шоковые набеги с огромным количеством людей и славятся своей жестокостью. Они думают, что тактика - для трусов, а снаряжение - для слабых.”

Хамфри наклонился и поднял когтистое оружие, которое взял у одного из пленников.

“Они используют такое оружие, а то и вовсе его не используют, - сказал он. - Кочевые племена внушают страх изолированному сообществу, но каждый раз, когда я слышу о том, что они идут против обученной и вооруженной группы, они терпят поражение. В том числе и на этот раз. Что-то заставило их в отчаянии двинуться на юг и напасть на охраняемый конвой, но это не изменило результата.”

Хамфри посмотрел в ту сторону, откуда приближалась баржа.

- Мы берем инициативу в свои руки, - сказал он. - Мы действуем быстро, наносим сильный удар и разнимаем их прежде, чем они успеют перегруппироваться.”

Эрнест оценивающе посмотрел на Хамфри.

- Ты изменился, Хамфик, - сказал он. “Я был уверен, что ты скажешь "бежать".”

Хамфри бросил панический взгляд на Джейсона, поморщившись, когда лицо Джейсона осветилось, как у ребенка, только что получившего неожиданный подарок.

“Он только что назвал тебя Хамфик?- Спросил Джейсон у Хамфри.

Хамфри издал всхлипывающий стон.

“Мы делаем то, что предложил Хамфик?- Спросил Джейсон у Эрнеста. “Если мы собираемся следовать плану Хамфика так, как он его изложил, нам нужно двигаться, не так ли, Хамфик?”

- Ненавижу тебя, - сказал Хамфри.

- Все в порядке, Хамфик, - утешительно похлопал его по спине Джейсон.

“Вы уже закончили?- Спросил Эрнест у Джейсона.

“Не беспокойся обо мне и Хамфике, - сказал Джейсон.

- Пожалуйста, перестань говорить "Хамфик”, - взмолился Хамфри.

- Не беспокойся, Хамф. Я тебя прикрою.”

Эрнест оглядел собравшихся.

- Организация подобной атаки выходит за рамки моей компетенции как руководителя группы. Я не буду приказывать никому из вас участвовать. Если у кого-то есть какие-то мысли, давайте их выслушаем.”

Джейсон улыбнулся про себя. Он видел, что Эрнест уже принял решение и просто создает поучительный момент.

“У нас вообще есть время стоять и обсуждать это?- Спросила Габриэль.

- Хамфри?- Спросил Эрнест.

“При той скорости, с которой он двигался, - сказал Хамфри, - у нас есть пять-десять минут до прибытия баржи.”

“Мы вообще знаем, что они с этими людьми? - Спросил Моуз. “Похоже, эта баржа далеко отсюда.”

“Мы не собирались возвращаться в город по прямой, - сказал Эрнест. “Это специально, чтобы избежать перехвата. Им нужны были быстрые скиммеры, чтобы поймать нас, но они не могли справиться с весом монет. Наиболее вероятный сценарий заключается в том, что более быстрые скиммеры двигались, чтобы перехватить нас, а более медленная баржа следовала за ними, чтобы забрать добычу.”

“Остается вопрос, куда мы двинемся - к нему или от него, - сказал Хамфри.

- Кто-нибудь?- Спросил Эрнест. Его взгляд скользнул по группе, которая выглядела в значительной степени неуверенной. Когда никто не заговорил, Эрнест посмотрел на Джейсона, который стоял вокруг с небрежным безразличием. Кроме того, он был старше остальных членов команды, даже самого Эрнеста.

- Мистер Асано, - сказал Эрнест. “Какова Ваша оценка?”

- Инстинктивной реакцией может быть нейтрализация угрозы, - сказал Джейсон, - но это не работа. Мы здесь не для того, чтобы ловить пиратов или уничтожать бандитские кланы. Это будет работа, на которую они пошлют следующую группу. Мы здесь, чтобы сопровождать монеты. Нападение на неизвестную силу с неизвестными возможностями значительно влияет на вероятность того, что фактическая миссия пойдет не так. Я предлагаю просто сесть на скиммеры и уехать.”

“А если у них есть перехватывающие силы? - Спросил Эрнест.

“Тогда займемся этим, - сказал Джейсон.

“Мы справились с этим достаточно быстро, - сказала Фиби. “Скорее всего, мы справимся со следующим, прежде чем баржа догонит нас. Я голосую за то, чтобы мы оставались на задании.”

“Я тоже, - сказал Моуз. - Эта баржа не представляет непосредственной угрозы ни для кого, кроме нас.”

- Это правда, - подтвердил Хамфри. - Единственное, что здесь есть, - это ферма монет духа. Даже если на этой барже целый клан кочевников, они никак не смогут пробраться за стены.”

Эрнест снова оглядел собравшихся.

- Хорошо, - сказал он. - Хамфри, мне нравится, что ты мыслишь более активно, но ты также должен знать, когда умерить свой пыл. Всем вернуться на скиммеры, мы направляемся в город.”

“А как же заключенные?- Спросил Джейсон.

- Это твои пленники, Хамфри, - сказал Эрнест. "Твое решение.”

- Оставь их здесь, - сказал Хамфри. - Пусть за ними придут их друзья.”

* * *

Потенциальные силы захвата так и не появились, и скиммеры без дальнейших происшествий достигли ретрансляционной станции на краю дельты. Монеты были загружены из скиммеров в тяжелые бронированные экипажи. Они были из тех, что движимы магией, а не притягиваются животными. Клайв Стэндиш был под рукой в качестве представителя магического общества, чтобы проверить монетные ящики на предмет подделок и проверить экипажи.

С ним был отряд гвардейцев, принадлежавших герцогу Гринстоуну. Большинство пользователей сущности в Гринстоуне были частью общества приключений, но самая большая группа в Гринстоуне была домашней охраной герцога Гринстоуна. Они будут сопровождать экипажи по дорогам дельты в город, где они будут храниться на контролируемых городом складах для распределения и экспорта.

Торговля духовными монетами была крупнейшим источником дохода в Гринстоуне, и в ней участвовали многие крупные местные державы. Семьи Геллер и Мерсер изготавливали монеты, а общество приключений привозило их из дикой природы. Герцог Гринстоунский заботился об их распределении.

- Добрый день, Клайв, - сказал Джейсон, подходя к чиновнику магического общества.

- Добрый день, - поздоровался Клайв, не отрываясь от работы. Он наклонился, проверяя днище кареты.

“Что ты делаешь?- Спросил Джейсон.

- Несколько лет назад случился инцидент, когда кто-то испортил экипажи, - сказал Клайв. - Они были изменены каким-то довольно изощренным искусством, чтобы подчинить себе магию, которая ими управляет. Водители не справились с управлением, и экипажи уехали.”

“Это просто потрясающе, - сказал Джейсон.

“Я знаю, верно?- Сказал Клайв, взглянув на Джейсона с усмешкой. - Преступник так и не был пойман, и это позор; я хотел бы обсудить, как они это сделали. Но это было еще до меня.”

“Так зачем же беспокоиться обо всем этом?- Спросил Джейсон. “Почему бы просто не нанять кого-нибудь с запасом энергии, чтобы спрятать монеты и переместить их.”

“В прошлом бывали случаи, когда монеты, которые попадали в хранилище, не были теми, что выходили оттуда, - сказал Клайв. “Это случалось достаточно часто в достаточном количестве ферм монет по всему миру, что теперь все используют безопасные транспортные ящики.”

“Это было очень давно, - сказал Хамфри. - Они изменили систему здесь, когда моя мать была еще девочкой.”

“С водителями скиммеров все будет в порядке, они смогут вернуться?- Спросил Джейсон.

- Нет, они останутся здесь, пока не разберутся с баржей, а потом вернутся с другим эскортом, на всякий случай. В то же время, они получат некоторое неожиданное время дома со своими семьями.”

- Жаль, что у нас не было другого водителя, - сказал Джейсон. “Мы могли бы спасти этот неповрежденный скиммер за несколько лишних монет.”

“Единственный, который не был уничтожен, был полон тел, которые выглядели так, как будто они были там в течение нескольких недель, - сказал Хамфри. “Я бы не стал заставлять кого-то водить этот ужас.”

“Справедливо. Ты не хочешь выпить немного сока после? У меня уже ничего не осталось, но Араш сказал, что будет в кампусе магического общества.”

Хамфри наклонился ближе и тихо сказал:

“Вообще-то, я подумал, что мог бы спросить об этом у Габриэль, - нервно сказал он.

Клайв и Джейсон обменялись взглядами, и Джейсон положил руку на плечо Хамфри.

- Хорошая мысль, - сказал Джейсон. - Ступай с Богом, сын мой.”

Хамфри в замешательстве нахмурился.

- Каким Богом? Ты имеешь в виду бога плодородия? Тот, что со всеми этими провокационными фресками? Я не собираюсь уходить так далеко.”

- Погоди, что это за Бог?- Спросил Джейсон. “Может, мне стоит взглянуть на эти фрески?”

* * *

Джейсон забрел в номер Руфуса, Фарры и Гари и рухнул на удобный диван. Фарра сидела за обеденным столом, на котором лежало с полдюжины открытых книг. Она что-то строчила в блокноте, время от времени поднимая глаза, чтобы прочесть отрывок или перевернуть страницу. Она выглядела поглощенной своей работой, поэтому он не перебивал ее.

Через несколько минут Джейсон услышал звуки закрывающихся книг, и Фарра присоединилась к нему в гостиной, опустившись в мягкое кресло.

- У них здесь потрясающая мебель, - сказала она, с наслаждением развалившись в кресле. - Интересно, где они ее берут?”

“В дельте есть ремесленник, - сказал Джейсон. - Он использует все местные материалы.”

“Откуда ты это знаешь?”

- Мне сказала мадам Ландри, - сказал Джейсон.

- Хозяйка дома?- Спросила Фарра. “Как тебе удается так хорошо ладить с людьми, когда ты, похоже, твердо решил им досаждать?”

“Это богатые люди, - сказал Джейсон. - Аристократы и все такое. Зачем мне связываться с порядочными, обычными людьми? Мадам Ландри-владелец малого бизнеса, которая очень усердно работает, чтобы управлять качественным учреждением. У меня нет ничего, кроме уважения к ней.”

“Но ты же богатый человек, - сказала Фарра.

“И я заслуживаю вызова, как такового, - сказал Джейсон. - Ты же знаешь, что на днях Хамфри взял меня на задание. Как только я остыл, я понял, что в некоторых частях того, что он сказал, было больше смысла, чем мне изначально казалось.”

- Ну, до тебя часто доходит смысл и понимание с опозданием, - сказала Фарра. “Знаю по своему опыту.”

“Тогда ты тоже была права, - устало сказал Джейсон. - То, что ты говорила об убийстве людей.”

“Что-то случилось сегодня на твоей работе?”

“На нас напали, - сказал Джейсон. - Я убил, я не знаю. Дюжину человек?”

“Как ты это воспринимаешь?- спросила она.

- Честно говоря, даже лучше, чем хотелось бы. - Это было легко. Я имею в виду не драку, хотя и это тоже, а убийство. Это должно быть тяжелее, не так ли?”

- Авантюристы должны быть готовы действовать без колебаний, - сказала она. - Оттачивание этого рефлекса на убийство, вероятно, не очень хорошо для души, но это сохранит тебе жизнь.”

“Не то чтобы меня не предупреждали, - сказал Джейсон. - Руфус сказал мне, что за вход туда придется заплатить. Когда он сказал это, я подумал, что мог бы быть другим. Парнем, который не убивает. Это было потрясающе наивно. Теперь я не знаю, что и думать. То, что я чувствую по этому поводу, не соответствует тому, что я думаю, что я должен чувствовать по этому поводу. Я убивал людей, но я честен с самим собой... мне было весело сегодня.”

- Каждый должен найти свой собственный баланс, - сказала Фарра. “Для меня это все равно, что заслужить. Если я кого-то убью, значит, они это заслужили. Я знаю, тебе не понравилось, что мы убили тех культистов, которых захватили, когда очищали дом Вейнов, но они определенно этого заслуживали. Но это мой ответ. Ты должен найти свой собственный.”

Джейсон кивнул.

- Я думаю, что …

Он вздохнул.

- Я хочу, чтобы мой выбор делал вещи лучше, а не хуже.”

- Ты хочешь отвечать за свои поступки, - сказала Фарра. “Я могу это уважать.”

- Я думаю о Тэдвике Мерсере больше, чем следовало бы, - сказал Джейсон. - С какой стати тебе думать о нем?”

“Я вроде как опускал его пару раз, - сказал Джейсон. “Он просто такой безмозглый и злобный, что мне не стыдно его использовать. Это очень приятно. Но такой титулованный парень, как ты, заставляет его чувствовать себя даже немного беспомощным, и он вымещает это на людях, над которыми имеет власть. Сколько членов домашнего персонала Мерсеров были сгребены над углями, потому что я не мог не сделать несколько уколов? С чем пришлось мириться этим его шестеркам после того, как Тэдвик заставил их отказаться от контракта?”

“Я не думаю, что твое вмешательство было необходимо, чтобы заставить этого мальчика плохо обращаться со своими людьми, - сказала Фарра.

“Но если думать глобальнее, - сказал Джейсон. - Выбор имеет последствия, и сейчас я делаю выбор между жизнью и смертью. Сколько отцов я убил сегодня? Сколько братьев, сколько сыновей?”

Фарра встала со стула и села рядом с Джейсоном на диван.

“Я думаю, что пока ты продолжаешь задавать себе эти вопросы, - сказала она, - с тобой все будет в порядке.”

Они услышали смех, доносившийся из-за двери, и дверь открылась, впуская Руфуса и Винсента, чиновника общества приключений с огромными усами. Они оба слегка пошатывались, и Руфус держал в руке бутылку вина.

- Джейсон, - сказал Руфус со счастьем выпившего. “Как прошла работа?”

- Достаточно хорошо.”

“Это хорошо, - сказал Руфус. Он подошел к балконной двери и вышел на улицу, ведя Винсента за собой. Оба мужчины обычно вели себя более официально, так что было легко заметить легкую близость в их языке тела.

“Когда это случилось?- Спросил Джейсон.

“Совсем недавно, - ответила Фарра. “Ты слишком много работаешь.”

“Думаю, что да, - ответил Джейсон.

- Приезд в этот город пошел ему на пользу, - сказала Фарра. - Он более расслаблен, за ним не так много глаз. Трудно добиться большего успеха, когда все наблюдают за твоими ошибками.”

- Молодец, - сказал Джейсон. “Знаешь, я мог бы навестить Кассандру. Мне бы не помешала ночная прогулка.”

Муравью всё равно

Джейсон заметил Фиби Геллер, когда шел по территории кампуса общества приключений. Она помахала ему рукой и подошла ближе.

“За этой песчаной баржей готовится экспедиция, - сказала она ему после того, как они обменялись приветствиями. “Мы собираемся выяснить, что племя Устей делает так далеко на юге, и остановить их от новых набегов на поставки духовных монет. Там большая группа, с серебряным рангом во главе. Хочешь, я внесу тебя в список?”

- Абсолютно, - ответил Джейсон.

Она одарила его очаровательной улыбкой.

- Я расскажу Хамфри все подробности, он найдет тебя.

“Я в этом не сомневаюсь, - сказал Джейсон.

Они расстались, и Джейсон вошел в административное здание. Альберт сидел на стойке регистрации, направляя Джейсона в ту часть здания, где он никогда раньше не бывал. Он вошел в помещение, похожее на приемную, где за столом, рядом с дверью, ведущей дальше, сидел чиновник. Женщина читала книгу и подняла глаза, когда вошел Джейсон. Она взглянула на лист бумаги, лежащий на столе.

- Мистер Асано?- спросила она с дружелюбной улыбкой.

“Это я, - сказал он.

“Это не займет много времени, - сказала она. - Пожалуйста, присаживайтесь.”

“Спасибо.”

Она указала на пару стульев у стены, один из которых занимала привлекательная молодая эльфийка. Ее внешность сильно отличалась от Анисы, которая выглядела так, словно нацисты вырастили ее в лаборатории. У этого эльфа была такая же гибкая фигура, но смуглая кожа и яркие зеленые глаза. Каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам вниз. Ее одежда была свободного покроя, в местном стиле. Джейсон уже достаточно долго жил здесь, чтобы оценить качество изготовления и материалов. Они были простыми и не выставляли напоказ свою, несомненно, дорогую цену.

Она в свою очередь оглядела его и улыбнулась, когда он сел рядом с ней. К этому моменту он уже встречал достаточно эльфов, чтобы узнать ее возраст - примерно восемнадцать или девятнадцать лет, что сочеталось с ее аурой железного ранга.

- Джейсон Асано, - сказал он, садясь и протягивая руку эльфу, который пожал ее.

“Я знаю, - сказала она. “Я видела запись, на которой ты разрываешь команду Рика Геллера.”

Джейсон застонал.

“Я не так хорош, как кажется на этой записи, - сказал Джейсон. "Эта ситуация была очень сильно взвешена в мою пользу. Кроме того, у меня нет злых сил.”

Она рассмеялась.

“Ты вышел один против пятерых из семьи Геллер, - сказала она. - Некоторые утверждают, что ни одна ситуация не может быть достаточно тяжелой.”

- Обстоятельства всегда имеют значение, - сказал Джейсон. “Там, откуда я родом, есть поговорка: лучше везение, чем добро. Удача не раз спасала мне жизнь.”

- Звучит как захватывающая жизнь, - сказала она. - Кстати, меня зовут Бет Кавендиш."

- Захватывающая жизнь - это относительно новое для меня явление, - сказал Джейсон. “Ты родственница Моуза Кавендиша?”

- Мой кузен, - сказала она, кивнув на дверь рядом со столом. “Я жду его сейчас. Кстати, он говорит о тебе хорошие вещи.”

“Очень мило с его стороны, - сказал Джейсон. “Я был действительно впечатлен его сумасшедшей вихревой силой.”

“Он упомянул, что ты немного странный. Что-то о прибытии из другого мира, а также о каннибалах.”

“Это было бы захватывающим новым событием, о котором я упоминал.”

“Так вот как ты связался с Руфусом Ремором?- спросила она.

“Так оно и было, - сказал Джейсон. “Ты знаешь Руфуса?”

“Он провел мою полевую экспертизу, - сказала она.

“Он ведь не завалил тебя, правда?”

- Нет, - ответила она с уверенной улыбкой. - Прошла вся моя команда.”

- Вся твоя команда? Он ведь дал пропуск только шестерым, верно?”

- Четверо из них были моей командой, - сказала она. - Остальные-те двое, что следуют за Тэдвиком Мерсером. Такая пустая трата таланта.”

- Руфус сказал то же самое, - сказал Джейсон. - Моуз в твоей команде?”

- Нет, - ответила Бет. - Моуз немного непоследователен, чтобы пройти оценку Руфусу Ремору. Он великолепен, когда все идет хорошо, но нуждается в небольшой помощи, когда все идет плохо.”

Дверь рядом с женщиной за столом открылась, и в комнату вошел довольно взволнованный Моуз Кавендиш. Джейсон и Бет встали.

- Джейсон?- спросил Моуз.

- Здорова, Моуз.

- Вы можете войти, Мистер Асано, - сказала женщина за стойкой.

- Конечно, - сказал ей Джейсон, кивнув Бет.

- Приятно познакомиться, Бет Кавендиш, - сказал он. - Всегда рад тебя видеть, Моуз.”

Они быстро попрощались, и Джейсон вышел за дверь. С другой стороны находилась комната, похожая на зал суда, но почти пустая. Там была длинная высокая судейская скамья, но все места для адвокатов, прокуроров, истцов и зрителей были заменены единственным стулом в центре зала.

За скамейкой уже сидели три человека. В середине сидела директор Общества приключений, эльфийка Элспет Арелла. Джейсон разговаривал с ней только один раз, хотя время от времени замечал ее на светских раутах. Слева от нее сидел Винсент, которого Джейсон в последний раз видел на позорной прогулке из номера напротив. Справа от нее сидела еще одна эльфийка, пожилая женщина. Все трое смотрели на него с отсутствующим выражением лица.

Джейсон огляделся и плюхнулся в кресло.

“Мы не говорили, что ты можешь садиться, - сказала пожилая эльфийка.

Джейсон небрежно кивнул ей в знак согласия.

“Я вас извиняю, - сказал он, и ее губы сжались, когда она услышала его ответ.

“Я нахожу, что люди в вашем положении должны проявлять к нам уважение, - сказала женщина.

“А я нахожу, что люди в вашем положении, - возразил Джейсон, - склонны путать уважение с послушанием. Вы бы предпочли, чтобы я пришел сюда и вел себя так, как, по-моему, Вы хотите, чтобы я вел себя?”

Он указал на себя.

“Что видите, то и получаете. Вы думаете, что бесчестность более уважительна, чем правда?”

Винсент закатил глаза, а глаза Элспет Ареллы весело блеснули. Женщина, задававшая вопросы, оставалась с каменным лицом.

“Как бы Вы оценили свою работу по групповому контракту, который заключили два дня назад?- спросила женщина, остальные по-прежнему молчали.

- Крайне неудовлетворительно, - сказал Джейсон.

“Объясните.”

- Моя неспособность держать язык за зубами стоила команде тридцати процентов ее персонала, включая целителя. Таким образом, мы участвовали во множестве боевых ситуаций с критическими отсутствиями.”

“Вы признаете свою ответственность за ссору с Тэдвиком Мерсером, которая заставила его и его команду отказаться от контракта в последнюю минуту? - спросила она.

- Да, - сказал Джейсон.

- Полную ответственность?”

“Да.”

“И Вы ничего не сваливаете на Тэдвика Мерсера?”

- Тедвик такой, какой он есть, и не умеет ничего лучшего. Я умею, и это сделало меня ответственным за то, чтобы быть большим человеком ради сплоченности команды. Вместо этого я предпочел быть маленьким и мелочным.”

Женщина посмотрела на остальных двоих. То, как они общались только взглядами, говорило об их близких рабочих отношениях. Женщина снова повернулась к Джейсону.

“А как бы Вы иначе оценили свою работу на этом задании? - спросила она.

- Пригодно, - сказал он.

- Объясните, - попросила она.

“Мы столкнулись с несколькими боями, и команда справилась с ними эффективно. Там не было никаких лодырей, каждый делал свою часть работы, включая меня.”

“Вы возражали против устранения угрозы, исходящей от племени Устей.”

- Задача состояла в том, чтобы доставить монеты, а не ввязываться в драку с неизвестными противниками.”

- Преодоление превосходящих сил - это Ваша специальность, не так ли?- спросила она. “Вы знаете о широко распространенной записи Вашего выступления на арене "Мираж" семьи Геллеров.”

“Если бы Вы считали, что отредактированная запись является обоснованной основой для оценки меня, - сказал он, - то Вы вообще не были бы квалифицированы для оценки меня.”

И снова все трое обменялись взглядами.

“Вы недавно получили контракт на ликвидацию крысиного нашествия в Старом городе, - сказала она.

- Да, жующих камни крыс, - сказал Джейсон.

“В Вашем отчете говорится, что Вы убили всех крыс, - сказала она.

“Это не совсем так, - сказал Джейсон.

“Ваш отчет не был точным?”

- Нет, Ваша характеристика моего доклада не была точной, - сказал он. - В моем рапорте говорилось, что все крысы были убиты, а не что их всех убил я. Некоторые были убиты еще одним монстром, крысоглотателем.”

“Но Вы уверены, что все крысы были убиты?”

- Да, - сказал он.

- Но почему?- спросила она.

“У меня есть способность, которая помогает мне отслеживать некоторые аспекты моей деятельности.”

“Какова природа этой способности?”

“Мой собственный бизнес.”

Они встретились глазами, когда он почувствовал, как ее бронзовая аура ранга давит на него. Он выдержал ее взгляд, поскольку его собственная аура была полностью подавлена.

“А что, если я скажу Вам, что в Старом городе до сих пор водятся крысы, которые жуют камни?- спросила она.

“На ум приходят два наиболее вероятных сценария, - сказал Джейсон. - Один из них - это вторая крысиная колония, которая дала потомство. Второй - Вы пытаетесь поколебать мою уверенность в том, что первоначальная колония была полностью уничтожена. Чего у Вас не получится.”

Джейсон заметил, что Винсент кивает сам себе.

“Вы не потребовали выплаты премии после встречи с крысоглаталетем, - сказала женщина.

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон.

“Вы не запросили премию ни за один из контрактов и уведомлений Совета по приключениям, которые Вы выполнили. Некоторые из них наверняка были бы одобрены.”

“Меня не волнуют несколько монет духа здесь или там, - сказал Джейсон. “Если я сделаю достаточно, чтобы заслужить камень пробуждения, думаю, кто-нибудь мне скажет.”

“Вы заключаете контракты в быстром темпе, - сказала женщина. “Если не из-за денег, то почему?”

“Мне сказали, что я должен стать сильнее для того, что должно произойти.”

- Наставление от Руфуса Ремора? - спросила она.

“Он говорил мне стать сильнее, - сказал Джейсон, - но на самом деле я думал о ком-то, кого встретил в храме знаний.”

Мощная аура окутала комнату, заметно встревожив панель.

- Опускатель имен - прошептал женский голос, каким-то образом достаточно тихий, чтобы чувствоваться интимным, и достаточно громкий, чтобы заполнить комнату.

“Ты не против? - Спросил Джейсон у пустого воздуха. “Я тут вроде как в центре событий.”

Со смешком аура исчезла. Все трое уставились на Джейсона широко раскрытыми глазами.

- Простите, - извинился он, беспомощно пожав плечами. “У нее проблемы с личной жизнью.”

Винсент и пожилая эльфийка повернулись к директору, сидевшему между ними.

“Каковы Ваши отношения с богиней знания?- спросила его директор, заговорив впервые с тех пор, как он вошел.

“Такие же, что и мои отношения с Вами, директор. Она более могущественна, чем я, однажды мы мило поболтали, и она, по-видимому, следит за мной.”

“Похоже, Вас не волнует внимание богини, - сказала директор.

- Вы можете раздавить муравья сапогом или сбросить на него здание, - сказал Джейсон. - Для муравья это не имеет никакого значения. Ее внимание ничем не отличается от Вашего.”

“Вы, кажется, воспринимаете это спокойно, - сказала она.

“Это навык, который я развил, - сказал он.

- Воспринимать все спокойно?- спросила она.

“Нет, казаться невосприимчивым. Возможно, внутри мне очень страшно.”

Она недоверчиво посмотрела на него, когда Винсент опустил голову. Директор взглянула на двух других, пожилая эльфийка твердо кивнула, в то время как Винсент был более сдержан.

- Подойдите, пожалуйста, к столу, Мистер Асано, - сказала директор. Джейсон встал и подошел к ней. Скамейка была высокой, так что люди за ней могли смотреть сверху вниз на любого, кто стоял перед ней.

- Значок, пожалуйста, - сказала директор. Он достал из инвентаря свой значок общества приключений в кожаном бумажнике и протянул руку, чтобы положить его на скамейку. Директор открыла бумажник и приложила к нему черный камень. Он не мог видеть, что происходит, но она быстро вернула его обратно.

“Вот, пожалуйста, - сказала она, возвращая бумажник. Он посмотрел на значок, где к единственной звезде под эмблемой общества приключений присоединилась вторая.

- Вторая звезда означает, что Вы будете соответствовать более высоким стандартам, - сказала пожилая эльфийка. “Не повторяйте той ошибки, которую Вы совершили с Тэдвиком Мерсером.”

- Считайте, что урок усвоен, - сказал он.

- Отныне Вы можете взять одну или две звездные миссии из зала вакансий, - сказал ему Винсент. - Постарайтесь не выставлять себя идиотом.”

- Я могу сделать все, что в моих силах, с двумя звездами, - сказал Джейсон, - но выставлять себя идиотом -это в некотором роде моя сущность.”

Травмы и смерть

Впервые Джейсон прошел мимо однозвездочных контрактов в зале вакансий к двухзвездочным объявлениям дальше. Это была гораздо меньшая секция, и, посмотрев дальше, он увидел, что на одинокой трехзвездочной доске объявлений вообще нет рабочих вакансий.

Просматривая объявления, большинство из них были обычными охотами на монстров с некоторыми осложнениями. Самым распространенным было требование избегать повреждения любой ценной вещи, которую монстр выбрал для гнезда.

Джейсон нахмурился, читая какой-то контракт. Он взял его с доски объявлений и подошел к столу, за которым сидел незнакомый ему чиновник из общества приключений. Мужчина посмотрел на контракт, потом на Джейсона.

“Вы не можете взять этот контракт в одиночку, - сказал мужчина. “Вам нужна команда, минимум три человека.”

“У меня есть кое-кто на примете, - сказал Джейсон.

* * *

В переулке Старого города две женщины с трудом двигались. Одна из них была в порядке, но ее заметно замедляла вторая девушка, которая была серьезно ранена. Ее полностью черный наряд был испещрен длинными кровавыми пятнами на руках, ногах и торсе. Черная маска, которая первоначально скрывала почти всю ее голову, была разорвана, и из нее торчали серебристые волосы.

Невредимая женщина не была сильной, но она была полна решимости. С подругой, накинутой на нее, она продолжала двигаться вперед. Был уже день, и переулок примыкал к Бродстрит-стрит. Они могли столкнуться с людьми в любой момент.

“Мы должны остановить это, - сказала Белинда. - Просто чудо, что нас еще не поймали.”

“Мы идем дальше, - сказала Софи напряженным от боли голосом. “Если мы сможем играть достаточно долго, Вентресс будет вынуждена показать свою руку. Как только она это сделает, это даст нам возможность выбора.”

“Неужели ты не понимаешь, в каком ты сейчас состоянии? Ты едва можешь двигаться!”

“Но я могу двигаться, - сказала Софи. - Гвардия герцога расставила ловушку, но теперь мы знаем, что нужно быть готовыми. Его броненосцы умеют драться, но они ни черта не могут преследовать.”

- Общество любителей приключений давит на герцога, чтобы он не вмешивался, - сказала Белинда. “Я не смогла выяснить почему, но это хорошо для нас. Теперь все кончено. Жалобы его друзей из высшего общества, должно быть, пересилили его нежелание сопротивляться обществу приключений.”

“Мы планируем обойти его, - сказала Софи.

“Ты хоть понимаешь, как тебе повезло, что ты выбралась оттуда?”

“В этот раз мне повезло, - сказала Софи. - В следующий раз будет подготовка.”

“В следующий раз тебя, скорее всего, убьют.”

- Если герцог вмешается, мы выиграем время, - сказала Софи. - Вентресс не сможет обвинить нас в слабости, если мы потратим дополнительное время на подготовку. Что бы она ни замышляла, она не сожжет свою репутацию, чтобы получить желаемое.”

“Ты же понимаешь, что она не единственная, кто пытается нас подставить, - сказала Белинда. - Давление растет, и старые друзья уже не так надежны, как раньше.”

Они подошли к массивным металлическим воротам в Высокой стене. Белинда прислонила Софи к стене и осторожно толкнула незапертую калитку, чтобы заглянуть внутрь. Во дворе стояла горстка рабочих, перетаскивавших материалы через недавно проделанную дыру в стене во двор по соседству.

“Этих авантюристов здесь нет, - сказала она Софи, - но там идет какое-то строительство. Просто оставайся там, а я схожу за ним.”

Она нырнула во двор, рабочие даже не подняли глаз, когда она прошла мимо них в заднюю часть клиники. Она увидела, как Джори выводит пациента из смотровой.

- ...просто наносите мазь каждое утро, - объяснял он, - и у Вас не будет никаких проблем в течение дня.”

- Джори, - позвала она его.

- Белинда!

Глаза Джори загорелись, когда он обернулся, а затем сузились, увидев кровь на ее одежде. Он быстро провел пациента через дверной проем.

- Дженис, - сказал он через дверь, - пока никаких новых пациентов. Никто не должен возвращаться сюда, пока я не скажу иначе, понятно?”

Он закрыл дверь и бросился к ней.

“Ты ранена?- спросил он.

“Это не моя кровь, - сказала она. - Софи на заднем дворе.”

“Покажи мне.”

* * *

В ресторане старого города Джейсону подали блюдо с рисовыми клецками в форме трехгранной пирамиды.

“Они имеют такую форму из-за того, что их заворачивают в листья бамбука, чтобы приготовить, - сказал он, беря палочки для еды.

“Я никогда не мог научиться пользоваться палочками для еды, - сказал Хамфри, когда официант поставил тарелки с супом из клецок перед Хамфри и Клайвом. Дешевые и легко заменяемые палочки для еды были основной посудой в дельте и большей части Старого города, но Хамфри вырос с серебряными столовыми приборами. Джейсона позабавило, что самой распространенной посудой в высшем обществе был спорк - своеобразная ложка-вилка.

За обедом они непринужденно болтали. Их пустые тарелки были убраны и заменены подносом с жареным, липким рисовым пирогом.

“Так о чем же ты на самом деле хотел поговорить?- Спросил Хамфри. - Полагаю, ты не просто позвал нас на ланч, хотя он и был превосходным.”

“У меня есть контракт, - сказал Джейсон. “Две звезды. Они не позволят мне взять его без минимальной команды из трех человек.”

- Минимальная команда?- Спросил Клайв. - Это значит, что опасность либо велика, либо неизвестна.”

Лицо Хамфри потемнело.

- Неизвестность обычно означает, что контракт уже убил искателя приключений, - сказал он.

“Совершенно верно, - подтвердил Джейсон. - Одинокий авантюрист взял контракт на одну звезду для чего-то под названием болотный змей. След на его значке зафиксировал его смерть в середине дня, позавчера.”

Все трое мрачно смотрели вниз. Все они были авантюристами, и даже менее активный Клайв знал, что смерть всегда возможна.

“Тогда ладно, - сказал Клайв. “Значит, задача состоит в том, чтобы найти тело и избавиться от монстра?”

- Да, это моя работа, - сказал Джейсон. - Убейте чудовище и найдите тело. Если ничего не осталось, то мы, по крайней мере, вернем значок.”

“Не так уж много, чтобы вернуть семье, - сказал Хамфри, - но все же лучше, чем ничего.”

“Я искал болотного змея, - сказал Джейсон, - и что бы там ни было, я не думаю, что это он.”

- Ничего удивительного, - сказал Хамфри. - Монстры не всегда оказываются теми, за кого их выдают.”

“А что говорит твоя способность?- Спросил Клайв Джейсона.

“Там написано, что его убил монстр, - сказал Джейсон. “Что не говорит нам, что это такое, но означает, что должен быть только один.”

Квест: [Контракт: Павший Товарищ]

Авантюрист пал при исполнении своих обязанностей. Выполните его задание и принесите домой его останки.

Цель: устранить монстра, который убил вашего товарища авантюриста 0/1.

Цель: найти останки вашего товарища по приключениям 0/1.

“Это может быть что угодно, - сказал Хамфри. “В дельте появляется довольно много гигантских червеобразных и змееподобных монстров.”

“Есть несколько, которых можно принять за болотных змей, - сказал Клайв. “Большинство людей знают только монстров, которые обычно появляются в их районе, и обычно по описанию. Большинство убегают, прежде чем успевают их хорошенько рассмотреть.”

“Если он уже убил авантюриста, мы не можем отмахнуться от опасности, - сказал Хамфри. - Любой монстр, достаточно сильный, чтобы сразить того, кто отправился на поиски болотного змея в одиночку, будет на вершине шкалы власти железного ранга, а может быть, даже бронзового. Это не будет какой-то меньший элементаль, которого кто-то мог бы разбить вдребезги с достаточной решимостью.”

Не все монстры железного ранга были созданы равными. Их ранг зависел от их магической плотности, а не от реальной силы. Если пренебречь уменьшением урона и сопротивлением бронзового ранга, то самые мощные монстры железного ранга были сильнее, чем более слабые бронзовые монстры. Разница обычно компенсировалась численностью, причем более слабые монстры появлялись в большем количестве.

- Итак, - сказал Джейсон. “Вы в деле?”

- Конечно, - сказал Хамфри. Клайв кивнул.

- Когда-нибудь это может быть любой из нас, - сказал Клайв. “Если это буду я, то надеюсь, что меня не бросят где-нибудь на дне болота. Ты что-нибудь знаешь об авантюристе?”

Джейсон кивнул.

- Я спрашивал Винсента о нем.

“Я бы хотел это услышать, - сказал Хамфри.

* * *

Софи стояла под душем в клинике Джори. Предназначенный для мытья менее способных пациентов, душ не имел ни стен, ни занавесок. Вытянув руки перед собой, упершись ладонями в стену, она наклонилась вперед, позволяя воде стекать на затылок и шею. После нескольких сильнейших снадобий Джори, размешанных, чтобы предотвратить отравление, все, что осталось от ее ран, - это кровь, которую душ смывал с ее тела.

Когда она вышла, одетая в запасную одежду, предоставленную Джори, алхимик сунул ей в руки большую бутылку, полную красной жидкости.

- Выпей, - резко сказал он. “Сейчас.”

“В чем дело?”

“Это остановит твою кровь от реакции на следящие способности, - сказал он. “Я все сделал, пока ты приводила себя в порядок.”

Она посмотрела на Белинду, стоявшую позади него.

“Что ты ему сказала?- Спросила Софи.

“Не говори мне ничего, - сказал Джори. “Тогда мне не придется лгать, если дойдет до этого.”

Софи посмотрела на бутылку, которую держала в руках.

“Если бы я имел какие-либо злые умыслы, - сказал Джори, - все, что мне следовало бы делать - это всего лишь не помогать тебе. Выпей, пока тот, кто сделал это с тобой, не появился у моей двери.”

- Выпей, Софи, - сказала Белинда. “Нам нужно двигаться.”

Она нахмурилась, глядя на бутылку, но осушила ее до дна.

“Пойдем, Линди.”

Софи направилась к задней двери, ведя за собой Белинду. Белинда остановилась в дверях, оглянувшись на Джори, все еще стоявшего в коридоре. Их взгляды встретились, и жесткое выражение его лица смягчилось от ее извинений.

- Подожди, - сказал он, ныряя в дверь и возвращаясь с кожаным саквояжем, который протянул Белинде.

“Просто какие-то случайные медикаменты, - сказал он. “Все это помечено.”

Она взяла сумку и подарила ему грустную улыбку.

- Спасибо, - сказала она ему и вышла за дверь.

* * *

На верхнем этаже административного здания Общества приключений кабинет директора занимал большое пространство в углу здания, из окон которого открывался панорамный вид на территорию кампуса. Директор, Элспет Арелла, смотрела в окно, когда один из ее чиновников делал доклад. Ее звали Женевьева, и Джейсон узнал бы в ней пожилую эльфийку, которая допрашивала его во время слушания о повышении.

- Лорд Вордис отказывается говорить, что содержалось в пакете, кроме того, что он был очень ценным.”

“И охранники, устроившие засаду, - добавила Арелла. “Они были из личной гвардии герцога?”

- Да, - ответила Женевьева. - Шесть бронзовых чинов и втрое больше железных.”

“И она все равно сбежала, - усмехнулась Арелла. - Герцогу не понравится, как будут выглядеть его войска. Эта воровка-находчивая девушка, к счастью для нас. Назначьте встречу с герцогом. Я хочу быть предельно ясной, что в тот момент, когда он навязал нам эту проблему, она стала проблемой общества приключений. Он не может взять свои слова обратно.”

“Он уже послал упреждающий ответ, - сказала Женевьева.

- Держу пари, что так оно и есть, - сказала Арелла. “Он утверждает, что, поскольку Вы не выполнили контракт по прошествии большей части двух месяцев и отказываетесь поднять его до уровня бронзового ранга, он как городской правитель обязан вмешаться.”

- Пришлите наш ответ, когда назначите встречу, - сказала Арелла. - Дайте понять, что именно он передал этот вопрос в руки общества приключений, что общество приключений разберется с ним, когда и как мы сочтем нужным. Если он и дальше будет вмешиваться, открыто или тайно, то город Гринстоун нарушит их соглашение с обществом приключений. Тогда всякая авантюрная деятельность прекратится до тех пор, пока не будет согласовано, подтверждено и введено в действие новое соглашение.”

“Вы уверены, что хотите зайти так далеко?- Спросила Женевьева.

“Он не настолько глуп, чтобы пересматривать условия до истечения срока действия первоначального соглашения, - сказала Арелла. “Не со мной.”

“Но Вы хотите вытащить стрелу из колчана?- Спросила Женевьева. - Вы можете угрожать только один раз, иначе у него будут основания передать Вас в центральные отделения.”

“Мне нужно, чтобы Люциан Лампрей ушел, - сказала Арелла. “Пока он руководит здешним магическим обществом, пытаться очистить наш собственный дом - все равно что вычерпывать воду из тонущей лодки. Пока дыра не заткнута, лучшее, что мы можем сделать, это остановить ухудшение ситуации.”

“И Вы думаете, что это поможет избавиться от него?”

- Если все затянется надолго. Он не привык сдерживать свои аппетиты. Рано или поздно он совершит ошибку, которую мы сможем использовать, чтобы вытеснить его. Когда его терпение достигнет предела, он начнет действовать.”

“До тех пор, пока вор остается на свободе достаточно долго, - сказала Женевьева.

“Да. Вот почему за ее поимку должны отвечать железные ранкеры, без вмешательства людей герцога.”

- Госпожа директор, Вы знаете, кто этот вор?”

“Конечно, нет, - ответила Арелла. “Это было бы непрофессионально.”

* * *

“Мы уже близко, - крикнул Хамфри, перекрывая шум воздушного судна. Он указал на возвышение в болоте, и Клайв направил воздушный катер на него. Хамфри направлял их хрустальным шаром, который светился в направлении значка, за которым они следили.

Он сошел с аэробота на мокрый берег, Джейсон и Клайв последовали за ним. Они последовали за следящим шаром на более высокую, более сухую землю, Джейсон прорубал себе путь через плотный кустарник с помощью мачете. Клинок был зачарован для выполнения этой задачи, обычный инструмент, который каждый искатель приключений учился брать с собой в дельту. Они продвигались вперед, пока Хамфри не остановил их.

- О, - сказал он.

Все трое посмотрели на шар в руке Хамфри. Световой индикатор указывал прямо вниз, на влажную, тяжелую землю.

Потому что я искатель приключений

“Я не смог найти ничего даже похожего на вход, - сказал Джейсон, когда трио перегруппировалось. Остальные покачали головами, так как дела у них шли не лучше.

- Вероятно, это какое-то расширенное логово, - предположил Клайв. - Многие существа в этой среде, как монстры, так и животные, так же счастливы в воде, как и вне ее. Некоторые любят рыть норы и прятать добычу для последующего потребления. Вход может быть в любом направлении и, вероятно, находится под водой.”

- Есть предложения?- Спросил Хамфри.

“Мы могли бы попробовать простой ритуал, используемый для рытья колодцев, - сказал Клайв. “Я уверен, что у меня есть такая книга где-нибудь в хранилище.”

“Я не знаю этого ритуала, - сказал Джейсон. “Этого не было в моей книге ритуальной магии.”

- Люди делают книги умений и навыков с практическими знаниями для авантюристов, - сказал Клайв, - а не для фермеров. Это одна из многих причин, почему книги навыков не являются надлежащими магическими инструкциями. Они дают лишь самое слабое теоретическое обоснование.”

Джейсон застонал.

“Ты говоришь, как Фарра, - сказал он.

- Неужели?- Спросил Клайв, подняв голову. “Она что-то говорила обо мне?” Джейсон устало покачал головой.

“А почему ты сразу не предложил магический туннель?- спросил он.

“Меня беспокоит разрушение любого подземного пространства, в которое мы проникнем, - сказал Клайв. - Эта земля невероятно влажная. Какое бы логово или нора там ни находились, они могут быть уже полны воды, иначе наш туннель может обрушиться целиком.”

“Я не вижу лучшего варианта, - сказал Хамфри.

“Тогда пора вытаскивать старый мешок с солью, - сказал Джейсон. “ Знаешь, это все тот же мешок, который я забрал у тех каннибалов, которых убил. Я должен больше практиковать ритуалы.”

- Не утруждай себя солью, - сказал Клайв. “Я с этим разберусь.”

Клайв закрыл глаза и медленно, глубоко вздохнул. Ничего вокруг не изменилось, но Джейсон и Хамфри почувствовали, как их охватывает тишина.

[Человек] использовал [равновесие маны]. Окружающая магия вошла в гармоничное состояние. Следующее заклинание, произнесенное в этой области, будет стоить меньше маны, и гармоничное состояние будет нарушено.

- Это интересно, - сказал Хамфри, оглядываясь по сторонам. Джейсон знал, что сила восприятия Хамфри, зрение дракона, позволяла ему видеть магию. “Ты сглаживаешь окружающую магию, чтобы облегчить ритуалы, - сказал Хамфри. “Похоже, для человека ты очень хорошо ориентируешься на заклинания.”

“Я почитаю Небесную книгу, - сказал Клайв. “Я получил благословение, которое вызвало эволюцию расового дара. Это изменило человеческое особое сродство атаки на сродство заклинания, как у эльфов.”

- Круто, - сказал Хамфри.

“Я ничего не понял, - сказал Джейсон.

“Тогда ты узнаешь, каково это- разговаривать с тобой, - сказал Клайв, и Хамфри согласно кивнул.

“Что это за Небесная книга? - Спросил Джейсон. “Это Бог книг или что-то в этом роде?”

“Это одно из великих астральных существ, - сказал Клайв. - Они похожи на богов, но вместо того, чтобы принадлежать к определенному миру, они существуют между мирами, в глубоком астрале. Их можно было бы назвать богами для богов, хотя ни один из богов не сказал бы этого.”

“Итак, ты посмотрел на богов, - сказал Джейсон, - и попросил встретиться с их менеджером.”

“Это даже близко не похоже на то, как он работает, - сказал Клайв.

“А как насчет эволюции расового дара, о которой ты упомянул?- Спросил Джейсон. “Там, откуда я родом, многие религиозные люди не слишком разбираются в эволюции.”

Клайв посмотрел на Джейсона, затем повернулся к Хамфри.

“Ты объяснишь, пока я посмотрю этот ритуал, - сказал Клайв, доставая книгу из своего хранилища. В отличие от Хамфри или Джейсона, где предметы извлекались из воздуха, хранилище Клайва включало плавающее кольцо рун, в середине которого образовался небольшой портал.

“Ты, должно быть, постоянно узнаешь что-то новое, приходя из совершенно другого мира, - сказал Хамфри Джейсону.

“Ты даже не представляешь, - сказал Джейсон. “Я еще даже не выучил все фрукты, не говоря уже о волшебстве.”

“Ну, - сказал Хамфри, - у каждой расы есть шесть расовых дарований. Для таких людей, как Клайв и я, это сродство к особым атакам, и наши сущности продвигаются быстрее, чем другие. Тогда есть скрытые силы, которые приспосабливаются к нашим сущностям.”

“Да, я слышал об увеличении здоровья - сказал Джейсон. - Прям апгрейд ХP.

- Что? - Спросил Хамфри, недоуменно наморщив лоб.

- Неважно, - сказал Джейсон. - Просто продолжай рассказ.

- Эволюция расовой власти - это когда меняется расовый дар, - сказал Хамфри. - Любой расовый дар может измениться. Скрытые человеческие способности - это, по существу, пустые листы, которые гарантированно делают это.”

“Значит, любая из моих внешних способностей может развиваться?- Спросил Джейсон.

“Могли бы, - сказал Хамфри. - Обычно есть какой-то триггер, часто травматическое событие. Бои с большими монстрами, в которых вы едва выживаете, были бы хорошим катализатором. Хотя иногда это просто происходит со временем. Вы делаете что-то достаточно, чтобы это стало частью вас, и ваши силы действительно меняются, так что это происходит.”

- Значит, привычки действительно имеют свойство действовать, - сказал Джейсон.

- Вот именно, - подтвердил Хамфри. “Ты встречал кого-нибудь из расы тлеющих?”

“Нет, но я видел их здесь, - сказал Джейсон.

“Ну, у них есть естественное сродство к земле и огню, - сказал Хамфри. “С моими родителями в команде искателей приключений есть один парень, он тлеющий. Он обладает сущностью ветра и, в конечном счете, его земное сродство развилось до сродства воздуха.”

“Так что насчет Клайва и этого благословения? - Спросил Джейсон.

"Боги могут дать своим последователям благословение, которое запускает эволюцию расового дара", - сказал Хамфри. - Я думаю, что то, чему поклоняется Клайв, тоже может это сделать. На самом деле это было что-то новое для меня.”

- Великие астральные существа - задумчиво произнес Джейсон, вспоминая то, что слышал несколько месяцев назад. - Хэй, Клайв.”

- Что?- Спросил Клайв, отрываясь от книги.

- То великое астральное существо, которому ты поклоняешься “…”

“Я не сказал "поклонение", - возразил Клайв. - Я сказал - почтение. Есть разница.”

“Прекрасно, - сказал Джейсон. “Я просто думал. Ты бы описал это как невыразимую древность за пределами реальности?”

Клайв на мгновение задумался.

“Я бы описал это не так, - сказал он, - но могу представить, как это сделал бы кто-то, кто бы не знал, о чем говорит. Но зачем ты спрашиваешь?”

“Я слышал, как Крессида Вэйн говорила об этом. Очевидно, ее сын был увлечен чем-то подобным.”

“В этом есть смысл, - сказал Клайв. - Ландемир был специалистом по астральной магии, как и я. Мы часто в конечном итоге уделяем больше внимания великим астральным существам, чем местным богам. Можно сказать, мы нацелились выше.”

“И люди называют меня еретиком, - сказал Джейсон.

“Вот он, - сказал Клайв, снова уткнувшись в Книгу. “Я уже много лет не пользуюсь этой книгой.”

Он начал махать рукой, как дирижер оркестра, и светящаяся диаграмма начала рисовать себя прямо над землей.

- Способность, которую я использовал раньше, была расовой силой, которую я пробудил для магической сущности, - объяснил Клайв. - Это уравновешивает окружающую магию, так что тебе не нужно корректировать свой ритуальный круг.”

Схема золотого света продолжала вытягиваться.

“Я рисую круг, используя способность рунной сущности, - объяснил Клайв. - Он позволяет мне рисовать магические круги и использовать любые необходимые материалы прямо из моего хранилища.”

“Я вижу, как это будет удобно, - сказал Джейсон.

“Может, тебе лучше отойти, - сказал Клайв. “Я впервые использовал этот ритуал на семейной ферме, и он оставляет что-то вроде беспорядка.”

Джейсон и Хамфри сделали, как было велено. Вскоре после этого грязь начала подниматься в воздух с громким, влажным хлопающим звуком, рассеиваясь по всей площади. Джейсон наколдовал свой плащ и обернул его вокруг себя, так что любая грязь, которая попадала на него, легко соскальзывала. Клайва, оказавшегося гораздо ближе, забрызгало грязью, однако он наколдовал какое-то защитное поле, и грязь просто стекалась на землю. У Хамфри такой защиты не было, и он оказался весь в темной грязи. Все трое подошли и встали вокруг новой дыры, глядя вниз. Это был цилиндр, аккуратно вырезанный из влажной земли. Он был довольно глубоким, пять или шесть метров, как предположил Джейсон, и пару метров шириной. На дне, вместо того чтобы пробить какую-то подземную нору, отверстие заканчивалось полом из больших, аккуратно подогнанных кирпичей зеленого камня.

- Это странно обнаружить такое на дне ямы, которую мы случайно выкопали?- Спросил Джейсон. “Все здесь кажется мне немного странным, так что я не могу судить обо всем правильно. Но кажется, что это может быть очень странным.”

“Это определенно очень странно, - сказал Хамфри. “Есть идеи, Клайв?”

- Нет, - ответил Клайв. - Все, что находится здесь так глубоко, должно быть наполнено водой. Но у меня такое чувство, что это не так.”

“Мы должны это проверить, верно?- Спросил Хамфри.

“Вы имеете в виду секретное подземное здание, которое мы нашли? - Спросил Джейсон. “Конечно, мы должны это проверить.”

- Может, кому-нибудь рассказать?- Спросил Хамфри. - Может быть, магическому обществу?”

“Если мы расскажем об этом магическому обществу, - сказал Клайв, - то не нам его исследовать. Люциан Лампрей отдаст его тому, кто купит ему политические очки.”

“Однако есть проблема безопасности, - сказал Хамфри. - Там уже кто-то умер.”

“Как насчет этого, - сказал Джейсон. “Мы пришли сюда, чтобы найти человека, который умер. Давайте сделаем это, а потом расскажем людям, где мы его нашли.”

“Это звучит справедливо, - сказал Клайв.

- Хорошо, - сказал Хамфри, явно желая, чтобы его убедили. “А как мы туда попадем?”

“У меня есть кислота, которая плавит большинство местных камней, - сказал Джейсон, и оба повернулись к нему.

- Что?- Спросил Джейсон.

“Зачем тебе это нужно?- Спросил Хамфри.

- Потому что я авантюрист, - ответил Джейсон. “У меня есть все необходимое для приключений. Кислота, веревка, питоны, брезент, несколько пустых мешков, десятифутовый шест…”

“Зачем тебе все это? - Спросил Клайв.

- ...горючее масло, пара пустых ящиков для свитков, веревочная лестница, обычная лестница, палатка, Волшебный фонарь. …”

“Разве ты не видишь в темноте? - Спросил Хамфри.

"...немагический фонарь, который было странно трудно найти, кальтропы, пустые флаконы, блок и снасть, большой клубок веревок…”

“Не мог бы ты просто достать кислоту? - Спросил Клайв.

“Я мог бы, - сказал Джейсон. “Я подумал, что нам, возможно, придется найти выход. Я не думаю, что кто-нибудь случайно принес красивую длинную веревочную лестницу? О, погоди, я так и сделал. Потому что я подготовился. Как искатель приключений.”

- Я принес веревку, - сказал Хамфри.

Пока Хамфри привязывал веревочную лестницу Джейсона к земле, используя несколько длинных металлических кольев, которые также были у Джейсона, Джейсон начал выливать кислоту в отверстие.

“Разве ты не должен спуститься для этого на самое дно? - Спросил Хамфри, оглядываясь.

“Нет, он не должен, - сказал Клайв, незадолго до того, как газ начал дымиться из дыры, Джейсон и Клайв отступили назад. Когда дым рассеялся, Джейсон сделал то же самое еще раз, потом в третий. Посмотрев вниз, он увидел дыру, проделанную прямо в кирпиче.

Оставив фамильяра Хамфри охранять верхушку ямы, трое искателей приключений спустились вниз по веревочной лестнице и оказались в кирпичном туннеле, высоком и широком. Он был совершенно пуст, без каких-либо признаков проникновения влаги. Пылинки звездного света появились из-под плаща Джейсона, плавая вокруг них и освещая туннель.

- Очень мило, - сказал Хамфри. “У тебя есть это, и ты принес два фонаря?- Спросил Клайв.

- Готовность, - сказал Джейсон. “А что на счет нашего парня?”

Хамфри достал следящий камень, с которым они шли к мертвому авантюристу, и, поскольку он должен был стоять впереди, бросил его Клайву.

“Это неожиданно, - сказал Клайв.

“В чем дело?- Спросил Хамфри.

- Следящий камень, - сказал Клайв. - Он по-прежнему направлен вниз.”

Какая-то тайна

«Эти построения похожи на колонию Гринстоуна», - сказал Клайв, осматривая одну из сторон прохода, в котором они находились.

«Может быть, если мы посмотрим вокруг, - сказал Джейсон, - то найдем что-то более интересное, чем глухая кирпичная стена.»

«Сама конструкция сооружения достаточно интересна, - сказал Клайв. «Вы знакомы с акведуком Небесной реки? Техника строительства идентична. Эти кирпичи не соединены строительным раствором, но при помощи их образуется водонепроницаемая изоляция. Не забывай, что мы сейчас находимся под болотом ».

«Это и объясняет затхлый воздух», - произнес Джейсон с неприятным выражением лица.

«Должно быть, это сооружение было сложно построить», - сказал Хамфри.

«Не учитывая сложностей, - сказал Клайв,- даже с мощной и сложной магией это было рискованным предприятием».

«Может быть, это сооружение не было построено под болотом», - сказал Джейсон. «Люди, которые строили это, также построили большой акведук, они могли построить это сооружение, когда тут не было реки дельты. До стройки акведука река могла впадать в ущелье Скай-Ривер, верно?

«Это хорошее предположение», - сказал Клайв.

«Мы должны двигаться дальше», - сказал Хамфри. «Нам нужно найти путь вниз, если мы собираемся выяснить, что случилось с этим авантюристом».

Клайв согласно кивнул головой, вынул записывающий камень и подбросил его, чтобы он парил над головой и присоединился к другому плавающему там кристаллу, который постоянно восстанавливал ману. Хамфри обладал одинаковой способностью с сущностями. Оба мужчины приобрели свои способности с помощью магической сущности.

«Я собираюсь записывать все, что мы увидим», - сказал Клайв.

Мужчины двинулись по коридору. Парящие пятна света от плаща Джейсона освещали им путь. Они нашли, большой строительный комплекс, похороненный под землей, без указания его предназначения. Все комнаты и коридоры были пусты, в маленьких комнатах и больших залах не было ничего, кроме голых кирпичных поверхностей.

«Все разграблено», - сказал Клайв. «Даже если это место существует веками, должны были остаться хоть какие-то обломки мебели».

«Этот комплекс размером как минимум с большую деревню», - удивился Хамфри. «Мы даже еще не нашли выхода».

«Это должно быть какое-то грандиозное предприятие», - сказал Клайв. «Никто не строит такое для временного занятия».

Исследование строительного комплекса привело их к лестничной клетке. Кирпичные ступени были деформированы и сформованы вместе. Похоже, они были оплавлены и перенесены с лестницы на пандус, покрытый шипами.

«Какая-то сила, формировала камень», - сказал Хамфри, наклоняясь, чтобы присмотреться. «Эти лестницы были изменены, чтобы никто не мог по ним спуститься. Думаю, что было нападение ».

«Может быть, тот, от кого они защищались, и разграбил все это», - сказал Джейсон. «Это объясняет, почему ничего не осталось».

«Мы попробуем использовать эту лестницу?» - спросил Клайв. «Они не выглядят приятными для спуска, но учитывая размер этого места, должен же быть тут другой путь вниз».

«Другие места могут быть такими же», - сказал Хамфри.

«У нас есть время, чтобы проверить», - сказал Джейсон. «На мой взгляд, это разумно».

В конце концов, они нашли еще одну лестницу, на этот раз в хорошем состоянии. Мужчины спустились глубже под землю. Прежде чем они спустились уровнем ниже, мужчины прошли несколько лестничных площадок. Войдя в широкий коридор, они увидели, что разница с этажом выше была очевидна. Стены, пол и даже потолок были испещрены следами битвы. Видны были следы ожогов, зияли длинные выбоины в кирпичной кладке. Очевидно, тут происходило дикое противостояние пользователей сущностей. Разбросанные обломки валялись всюду, в основном это были камни, вырванные из стены. Оглядываясь, мужчины осторожно продвигались вперед.

«Это невероятно, - сказал Клайв. «Почти ничего не известно об истории региона до возникновения первоначальной колонии Гринстоун. Вероятно где-то здесь могут быть ответы ».

Проверяя боковые комнаты коридора, они увидели, что вокруг было пусто, как и этажом выше. Некоторые из комнат были пустыми и нетронутыми, другие несли следы битвы. В одной из комнат они нашли пару скелетов, но без каких-либо следов одежды или снаряжения.

«Они слишком стары, чтобы быть нашим авантюристом, верно?» - спросил Хамфри.

Клайв вытащил следящий камень, который все еще указывал вниз.

«Судя по углу, - сказал Клайв, - я предполагаю, что нужно спуститься еще на один этаж ниже.»

Хамфри присел, чтобы рассмотреть скелеты.

«Короткий широкий скелет – это рунический», - сказал он. «Мы все еще можем видеть слабые следы естественных рун на костях. Большой скелет - драконовский, судя по форме черепа.

«Драконианец?» - спросил Джейсон.

«Да. Это раса, которая утверждает, что произошла от драконов, - сказал Клайв, - хотя это утверждение не обосновано».

«У этой расы есть чешуя и дышат они огнем», - сказал Хамфри. «Я бы назвал эти качества довольно обоснованными».

Он скользнул взглядом по древним скелетам.

«Нет ни истлевшей одежды, ни старых ботинок или чего-то в этом роде», - сказал он, оглядываясь по сторонам. «Нет ни ржавого старого оружия, ни инструментов, ни украшений. Эти тела раздели ».

«Все это место было разграблено», - сказал Джейсон. «Как будто тот, кто вторгся, не хотел оставлять следов. Не известно, кем они были, и на кого нападали ».

«Тогда зачем оставлять тела?» - спросил Хамфри. «Почему бы просто не забрать тела вместо того, чтобы раздеть и оставить их?»

«Никто не любит возиться с трупами, - сказал Джейсон. - В любом случае, нет никого, с кем бы они захотели подружиться. Может быть, они были уверены, что тела ничего не скажут людям ».

«А может быть, они так поступили из-за каких-то религиозных соображений», - предположил Клайв. «Во многих религиях есть табу на трупы».

«Может быть, спустимся глубже и там найдем ответ», - сказал Хамфри.

Мужчины продолжили исследование. Они нашли другие тела, но не могли найти новых улик. Тела происходили из всех видов рас, строящих цивилизацию: людей, эльфов, леонидов, целестинов, рунических, тлеющих и драконианских.

Они стали понимать, как все устроено исследовав два этажа. В итоге они оказались перед стеной.

«Она, более землистая», - сказал Хамфри. «А это должна быть лестничная клетка?»

«И я так думаю, - сказал Клайв.

Стена была сделана из искривленного зеленого камня, который до затвердевания явно был жидким. Мужчины продолжили поиски и обнаружили еще одну стену из искривленного камня.

«Я попытаюсь пробиться своим большим мечом, если нет идеи получше», - сказал Хамфри. «У тебя есть еще те кислоты, Джейсон?»

«Я все использовал, чтобы добраться сюда», - сказал Джейсон.

«Так много для подготовки», - сказал Хамфри. Клайв фыркнул от смеха.

«О, вы еще шутите, - сказал Джейсон и достал из инвентаря кувалду, опустив голову к полу.

Предмет: [Камнеломный молот] (железный ранг, обычный)

Молоток, предназначенный для эффективного дробления камней (инструмент, молоток).

Эффект: Вес увеличивается в соответствии с силой владельца.

«Попробуй», - сказал Джейсон Хамфри.

Тот взял молоток и поднял его, чтобы проверить вес.

«Я думаю, что могу сломать что-нибудь в этом мире», - сказал Хамфри, затем нахмурился и снова поднял молот. «Нет, вот оно».

«Вы что-то говорили о подготовке?» - спросил Джейсон.

Клайв качнул головой.

«Эта штука становится тяжелее в зависимости от того, кто ее держит, верно?» - спросил Хамфри.

«Да, - ответил Джейсон.

«Тогда насколько хороша подготовка, когда ты не очень силен?» - спросил Хамфри.

«Вот почему я выбрал тебя», - сказал Джейсон.

«Ты называешь меня инструментом?» - спросил Хамфри.

- Хамфри, - серьезно сказал Джейсон, положив руку на плечо здоровяку. «Ты гораздо более полезен и универсален, чем какой-нибудь обычный инструмент. Ты полноценный инструмент ».

«Я также взял молоток», - сказал Хамфри, и Джейсон отскочил назад.

Клайв стал рядом с Джейсоном, и вместе они наблюдали, как Хамфри ударил молотком по стене.

«Твой рот когда-нибудь подведет тебя», - сказал Клайв.

«Я был там и сделал это», - сказал Джейсон. «Мы можем прожить свою жизнь, избегая последствий или принимая их. В моем старом мире я пробовал первый способ, а здесь – совсем другой ».

«И как это работает?» - спросил Клайв.

«Это работает хорошо, - сказал Джейсон. «Однако я не рекомендовал бы это делать без исцеляющей магии. Черт побери, он проделал вмятину в стене ».

Удары молотка Хамфри врезались в стену с регулярностью агрессивного метронома. Он бил в одно место, от которого расползались трещины, словно паутина. Вскоре молоток пробил дыру в стене, из которой хлынула волна влажного воздуха, воняющего гнилью.

Все трое поспешили прочь от дыры.

«Это фол, - сказал Клайв.

«Это не растворение монстра, - сказал Джейсон, - но как не крути все равно плохо».

Хамфри безутешно посмотрел на дыру в стене.

«Мы должны спуститься туда», - сказал он с несчастным видом.

Джейсон кивнул головой.

«Я бы не хотел, чтобы это было моим последним пристанищем», - сказал он. «Нам нужно привести домой авантюриста».

«Как они туда попали?» Хамфри задумался. «Похоже, все входы закрыты».

«Этот запах означает, что вода куда-то попала, и не нашла выхода - сказал Клайв.

«Я думаю, что какой-то монстр проник сюда, нашел дыру на нижнем уровне и сделал ее своим логовом. Они убили авантюриста на поверхности, а затем затащили его в любой вход, который монстр сделал для себя ».

«Это имеет смысл», - сказал Джейсон. «Мы ждали какого-то чудовища-червя».

Хамфри грустно вздохнул.

«Хватит тормозить», - сказал он. «Я собираюсь снести эту стену».

Вскоре размер дыры оказался достаточным, чтобы пройти через нее. Хамфри наклонился, чтобы посмотреть.

«Похоже, чтобы сделать эту стену, лестницу перестроили», - сказал Хамфри. «Можем ли мы пролить сюда немного света?»

Одно из парящих пятнышек света проплыло сквозь дыру, и Хамфри снова посмотрел.

«Да, нам придется спуститься», - сказал он.

Они взяли еще один металлический кол Джейсона, и Хамфри вбил его в пол, чтобы закрепить веревку. Джейсон первым прошел через дыру. Он спустился по лестнице, которая больше походила на шахту лифта и остановился, когда достиг уровня воды, затопившей уровень этажа ниже. Достав свой десятифутовый шест, он проверил глубину.

«Здесь внизу вода», - крикнул он. «Тут достаточно мелко, и можно пройти».

Хамфри и Клайв спустились по веревке и оказались по колено в черной ледяной воде.

«Меня это не волнует, - сказал Клайв.

«Посмотрите вокруг», - сказал Джейсон, стоя на поверхности. «Мы можем найти ответы здесь».

Как и в уровнях этажей выше, лестничная клетка выходила в широкий центральный коридор. Он был полон мусора, скопившегося на затопленном полу. Тут были большие комки грязи с торчащими из нее корнями, полностью разрушенная стена, кирпичи которой валялись повсюду, открывая в стенах дыры из утрамбованной земли. Повреждений полученных в бою было даже больше, чем этажом выше, и не нужно было далеко смотреть, чтобы увидеть трупы.

«Тут пройти трудно, - сказал Хамфри. «Куда указывает следящий камень?»

- Впереди и вправо, - сказал Клайв, стоя с камнем в руке. «Мы на правильном уровне».

«Тогда будьте готовы», - сказал Хамфри. «То, что затащило сюда нашего искателя приключений, скорее всего, таится здесь».

Они начали обыскивать полупогруженный уровень, но вода и обломки замедляли их продвижение. Клайву было очень трудно идти в воде. Джейсон легко ступал по поверхности, в то время как Хамфри свободно шагал сквозь нее, как будто воды тут совсем и не было. Они остановились у входа в большой зал. Это была одна из самых больших комнат, которую они когда-либо видели.

«Вы это чувствуете?» - спросил Хамфри.

- Это ауры железного ранга, - сказал Джейсон.

«Но это не люди и не монстры», - сказал Клайв. «Какие-то заколдованные предметы. Мы посмотрим их или продолжим следовать за следящим камнем?»

«Мне не нравится идея оставить после себя неизвестную потенциальную угрозу», - сказал Хамфри.

- Тогда давайте проверим, - сказал Джейсон.

Они вошли в холл, световые пятнышки Джейсона рассыпались, освещая пространство. Если не считать затопления, это была самая неповрежденная комната, с которой они когда-либо сталкивались. Все сгнило, заржавело или было испорчено. Но стены холла выглядели первоначально, как будто после строительства. Со стен свисали вертикальные знамена, почерневшие от гнили. Каменные статуи были покрыты черным грибком и эрозией, стойки для оружия из металла и дерева в значительной степени разрушились, их целостность была нарушена.

В задней части комнаты стояли странные статуи; манекены из камня с сегментированными частями тела, соединенными отрезками металла. Они были источником аур, их было двадцать восемь. Они стояли в четыре ряда по десять человек, как солдаты по стойке смирно, но дюжина мест была свободна.

«Боевые манекены», - сказал Хамфри. «Если они излучают такую сильную ауру, то они наверняка активны».

«Я бы хотел взять один манекен», - сказал Клайв. «Мы можем многое узнать о культуре из их волшебных предметов».

«Мы должны оставить их в покое», - сказал Хамфри. «Они, вероятно, нападут на нас, если мы подойдем достаточно близко или высвободим наши ауры».

- Тогда позвольте мне наложить на вас заклинания, - сказал Клайв.

Он наложил по два заклинания на Джейсона и Хамфри. Первое заставило их ненадолго засветиться красно-золотым светом.

«Мантия возмездия», - сказал Клайв. «Любой, кто ударит вас, получит отпор».

Второе заклинание заставило кольцо рун начать плавать вокруг них, напоминая обруч в замедленном движении.

- Руническая мантия, - сказал Клайв. «Она потребляет случайную руну, чтобы вызывать эффект каждый раз, когда на вас нападают».

«У тебя есть что-нибудь, для моей защиты, чтобы монстр не поразил меня?» - спросил Джейсон.

«Если монстры не могут поразить тебя, - сказал Клайв, - тогда зачем тебе дополнительная магия?»

«Клайв он тебя уже достал, - сказал Хамфри. Вокруг него появились доспехи из чешуи дракона, а в руках он держал гигантский крылатый меч. Меч был слишком большим, чтобы качать его в самой большей части комплекса, но в зале, в котором они находились, было достаточно места.

Клайв откинул клапан на своей мантии, и обнажил разорванный торс, покрытый синими и зелеными рунами. Руны плыли по воздуху вокруг его тела, где соединились в виде светового шара, который превратился в Онслоу- знакомую рунную черепаху Клайва. Джейсон не удосужился вытащить Колина, который никак не влиял на боевые манекены.

Они построились, Джейсон и Хамфри стали впереди, а Клайв сзади со своим фамильяром.

"Готовы?" - спросил Хамфри, глядя на двух своих попутчиков.

«Готовы», - сказал Джейсон, обнажая меч.

Клайв вытащил волшебную палочку.

«И я готов!»

«Хорошо, - сказал Хамфри. «Ауры вышли».

Вы находитесь в зоне ауры союзника [Драконья мощь].

Ваши атрибуты [Сила] и [Дух] увеличены.

Вы находитесь в области ауры [Повелителя Магии] союзника.

Вы постоянно в секунду получаете ману. Увеличено сопротивление эффектам высасывания маны.

Все двадцать восемь боевых манекенов мгновенно среагировали и двинулись к мужчинам. Как и Клайву, им мешала вода. Клайв, стоя по колено в воде, действовал первым. Его палочка выпустила красную и серебряную вспышку, оторвав руку у одного из боевых манекенов.

Рядом с ним из снаряда Онслоу сверкнула молния. Он попал в один из периферийных манекенов, не задев Джейсона и Хамфри. Клайв коснулся рукой руны, которая потускнела на панцире Онслоу, наполняя ее маной. Руна начала медленно светиться.

Хамфри шагнул вперед, одним ударом он на куски рассек два манекена, пробираясь в самую плотную группу врагов. Манекены набросились на него, вспыхнул красный свет, заклинание возмездия Клайва вырывало куски из их затупленных конечностей, когда они били по доспехам Хамфри.

Джейсон был более мобильным, он использовал удары и бег, танцуя по поверхности воды, накапливая заряды на своем мече. Не сдерживаемый окружающей средой, он кругами бегал по манекенам. Когда на него напали, он выбросил из патронташа на груди, один из дротиков с красным шнуром. Дротик разорвал манекен на части, и тот исчез через брешь в стене.

Клайв сосредоточился на дальних атаках, уничтожая манекены, прежде чем те успеют атаковать двух его товарищей. При помощи палочки и фамильяра он разумно использовал свои сущностные способности. Он произнес заклинание, и под водой засветилась руна. Пара манекенов бродя по воде, преследовала Джейсона. Клайв, щелкнув пальцами, вызвал взрыв, который разнес их на куски, разбрызгивая воду по всему залу.

К тому времени Хамфри в одиночку разорвал половину манекенов, когда он остановился, большинство его специальных атак были на перезарядке. Однако силы и мастерства было достаточно, чтобы продолжать крушить манекены. Его меч продолжал крушить их. Джейсон включил высшую передачу, когда Хамфри свернул, его меч теперь может взрывать манекены при контакте.

Последние несколько манекенов быстро улетучились. В конце боя все трое мужчин перегруппировались. Они пили зелье и ели монетки.

«Хороший бой», - сказал Хамфри. «Я считаю, что мы хорошо работаем вместе, чтобы получить на борт целителя. У нас есть задатки команды ».

«Я не думал об этом», - сказал Клайв. «В последнее время у меня был странный контракт с Джейсоном. Мои исследования и обязанности в Магическом обществе отнимают у меня большую часть времени».

«Посмотри, где мы находимся, - сказал Хамфри. «Ты хочешь разобраться в секретах, скрытых веками в том, что осталось от этих древних боевых манекенов. Можешь ли ты сделать это в своем кабинете в Магическом обществе? »

«Нет», - размышлял Клайв, оглядывая зал. «Это немаловажный момент».

«Эти манекены кажутся тебе знакомыми?» - спросил Джейсон Хамфри. «Как они сражались?»

«Они дрались так же, как ты», - сказал Хамфри. «Сначала я не был уверен, потому что вода их замедлила, но это был твой стиль боя, верно?»

«Я так думаю, - ответил Джейсон.

«Откуда взялся твой стиль?» - спросил Хамфри. «Я никогда не видел его, пока мы с тобой не начали спарринги».

«Я не знаю», - ответил Джейсон. «Это какой-то секрет».

«Тогда давай посмотрим вокруг, пока Клайв собирает сломанные части манекена», - сказал Хамфри. «Может быть, мы сможем узнать этот секрет»

Нельзя проиграть

«Думаю, я кое-что нашел», - крикнул Хамфри, и Джейсон с Клайвом подошли к нему.

«Посмотрите на это», - сказал Хамфри, указывая на стену. «Видите, как плесень по всей длине этой линии вросла в трещину между кирпичами?»

«Секретная дверь?» - спросил Джейсон.

«Я думаю, да - сказал Хамфри. Они переглянулись с довольными улыбками.

«Дайте мне взглянуть», - сказал Клайв. Он начал в воздухе рисовать пальцем, начал появляться магический круг, начертанный светящимися золотыми линиями. Когда он закончил рисовать, круг исчез, и на стене начали светиться руны в форме двери.

«Вот и все, - сказал Клайв.

«Молодец, Клайв, - сказал Джейсон. «Но как мы ее откроем?»

Клайв просмотрел руны, затем быстро коснулся нескольких из них. Он отступил, часть стены открылась, образуя рябь на воде. Они вошли в комнату, которая выглядела как хранилище книг. К сожалению, большая часть содержимого комнаты была испорчена. Около одной из стен была большая брешь в земле, которая неисчислимым годам подвергала комнату к разрушению от влаги.

«Это настоящий позор», - сказал Клайв, когда они начали осматриваться.

«Я вижу много остаточной магии», - сказал Хамфри, поднимая кожаный переплет книги, страницы которой давно превратились во влажную мякоть.

«Я тоже», - сказал Клайв. «Я предполагаю, что это все эти книги по навыкам».

«Да. В целости и сохранности они стоили бы целое состояние, - сказал Хамфри.

«Это дает нам некоторое представление о том, кто населял этот комплекс», - сказал Клайв. «Иногда в таких складских помещениях хранили самые важные предметы под замком, так что, возможно, мы еще что-нибудь найдем».

Они обшарили давно сгнившие полки, и Хамфри обнаружил большое количество металлических ящиков. Три из пяти ящиков взломаны, но два были целыми. Ящики были достаточно большими, в каждом помещалось несколько книг по навыкам.

«Мы не должны открывать их здесь», - сказал Клайв. «Содержимое ящиков определенно старое и может быть хрупким. У меня есть инструменты в Обществе магии, которые позволят открыть их более осторожно».

«Звучит хорошо, - сказал Джейсон. - Оставь их на потом, и пойдем искать авантюриста».

С помощью Хамфри, Клайв осторожно поднял ящики и уложил их в кладовое помещение.

«Я немного обеспокоен, думаю, в каком состоянии мы найдем этого искателя приключений», - сказал Джейсон, когда они покидали тренировочный зал с потайной кладовкой. «Что, если его съели, и все, что мы найдем, - это его значок внутри монстра».

«Тогда это то, что мы вернем», - сказал Хамфри.

Они продолжили исследование затопленного и засыпанного мусором нижнего уровня. Вместо того чтобы идти дальше по грязной ледяной воде, Клайв сел на свою черепаху -фамильяра. Вскоре после выхода из тренировочного зала что-то медленно стало приближаться к ним.

«Зомби?» - спросил Хамфри. «Как тут могут быть зомби?»

На пути трех мужчин лежали мертвые тела, похожие на скелеты, набитые грязью. Хамфри рванулся вперед, используя свой меньший меч в пределах туннеля. Он очень быстро расправлялся с ожившими трупами. Облако тумана поднималось над ними, когда Хамфри разрезал их на части.

Он вернулся к своим товарищам, кашляя из-за зомби-тумана. «Почему бы тут и не быть зомби?» - спросил Джейсон. «Честно говоря, я удивлен, что они так долго существуют в таком месте».

«Дельта реки наполнена жизненной энергией», - объяснил Клайв. «Вода, выходящая из астрального пространства, питающая ее, полна этой энергией. Вся эта жизненная сила не дает нежити-монстрам появляться где-нибудь в дельте.

«Тогда откуда здесь взялись зомби?» - спросил Хамфри, все еще кашляя.

«Это не очень хороший вопрос», - сказал Джейсон, держа руку перед Хамфри и читая заклинание.

«Накорми меня своими грехами.

Вы очистили все экземпляры трупного гриба с Человека.

«Трупный гриб?» - спросил Джейсон.

«Это что?»- зашипел Хамфри, вырвавшись из облака.

«Это грибок, который размножается через трупы», - сказал Клайв. «Он захватывает труп, и заставляет его передвигаться, как зомби, а затем расспыляет споры в любое живое существо, с которым сталкивается. Это совсем не зомби; просто грибок передвигает обычное мертвое тело».

«Что делают эти споры?» - спросил Хамфри.

«Они растут внутри тебя», - сказал Клайв. «В конце концов, они убью тебя, если нет под рукой Джейсона, но есть еще время, чтобы найти целителя или алхимика.

Мужчины подождали, пока облако спор осядет, прежде чем продолжить поиски. На всякий случай Джейсон снова очистил Клайва и Хамфри, и они последовали за следящим камнем, приближаясь к значку мертвого искателя приключений. Камень привел их в самую разрушенную часть комплекса. Большие участки кирпичной кладки стены были разрушены, грязь попала в комнаты и туннели. В конце другого большого зала вся кирпичная кладка на задней стене исчезла, а за ней образовался гигантский туннель.

«Зачем нужна такая большая дыра, и как обойти ее?» - спросил Хамфри.

«Ничего хорошего, эту дыру никак не обойдешь», - сказал Клайв.

Они по колено в воде пошли по земляному туннелю. Это не беспокоило Клайва, который ехал на спине Онслоу, или Джейсона, который шел по поверхности. Хамри с недовольным видом шагал по воде и грязи. Туннель оказался довольно коротким. Он вел в другую комнату комплекса. Тут был еще один большой зал, который был сильно разрушен. Помимо бреши, через которую мужчины вошли в него, большая часть кирпичной кладки была разрушена. На его месте разрушенной кладки были углубленные ниши. Они выглядели так, как будто их вырыли когтями. Каждая ниша была заполнена мертвыми существами. Большинство из них были болотные существа, хотя было и несколько трупов людей.

«Этот», - сказал Клайв, держа в руке следящий камень. Он привел их к одному из тел. Это был эльф в рваных доспехах. Из своего инвентаря Джейсон взял шкатулку, предоставленную ему Обществом приключений.

Задача выполнена: найдены останки вашего товарища по приключениям 1/1.

Хамфри озабоченно огляделся, пока Джейсон с Клайвом помешали тело внутрь шкатулки.

«Мы должны взять это тело и уйти», - сказал Хамфри. « И желательно по быстрей.»

«Почему?» - спросил Джейсон. Контракт приятелей заключался не только в том, чтобы вернуть тело, но они должны были убить монстра. И если Хамфри хотел их обезопасить, вероятно, дела были плохи.

«Живущее в болоте чудовище, внешность которого похожа на змея, зарывается глубоко в землю и строит сложные кладовые, чтобы заполнить их добычей», - сказал Хамфри. Глаза Клайва расширились от ужаса.

«Да, нам пора уходить», - согласился он. «Сейчас же».

Джейсон посмотрел вниз. Из угла комнаты полилась вода, растекаясь по полу, заливая его. Ему внезапно пришло в голову, что он понятия не имеет, была ли вода по колено. В углу комнаты, что-то выпирало на поверхность. Это было огромное существо. Оно поднималось из затепленного туннеля, вода лилась с его огромного тела. Существо представляло собой коричневую мясистую массу с пятью змеевидными шеями, оканчивающимися головами, как у змеи, но у змей было намного больше зубов.

- Болотная гидра, - затаив дыхание, сказал Хамфри.

Никто из приятелей не чувствовал ее приближения. Но теперь ее аура захлестнула их с силой бронзового ранга. Существо двинулось вперед, чтобы заблокировать путь в туннель, через который они вошли. Его толстые лапы заканчивались перепончатыми когтями, плохо приспособленными для передвижения по земле. Хамфри мог сбежать, но, видя, что Клайв и Джейсон будут отрезаны от входа, он отошел от туннеля, чтобы присоединиться к товарищам. Существо, удовлетворенное тем, что загнало мужчин в тупик, терпеливо смотрело на них своими пятью головами.

«В сочетании с выносливостью бронзового ранга болотные гидры быстро восстанавливаются, после ранения», - сказал Хамфри. «Наш единственный шанс выжить состоит в том, что ты, Джейсон, накопишь достаточно энергии, чтобы убить ее. Мы с Клайвом постараемся отвлечь гидру, чтобы ты мог подойти поближе.

«Не нужно прикрывать меня», - сказал Джейсон. «У меня есть несколько новых трюков; просто держите это существо подальше от меня, и я сделаю то, что нужно ».

Четыре ноги в виде стволов деревьев поддерживали мясистый холмик тела гидры. Длинные шеи высились над телом, как деревья на холме. Существо неуклюже двинулось к ним, и Хамфри пошел ему навстречу. Клайв похлопал Онслоу по ракушке и вытащил длинный посох из своего хранилища. У посоха был большой прозрачный кристалл, вделанный в его конец, и ярко красно-оранжевые руны, вырезанные по всей длине, которые сияли, как огонь. Клайв нацелил на гидру свой посох, как ружье. Из него вырвался поток пламенеющей энергии, поразивший одну из голов гидры. Руны на посохе потускнели, пораженная голова завизжала. Кожа на существе почернела, но повреждения были поверхностными.

Джейсон бритвой разрезал тыльную сторону руки на запястье, и пиявки с кровью посыпались в воду. Они быстро пересекли комнату, подползли к ногам гидры и обошли ее тело.

“Кровавый ужас” вызвал “Кровотечение” на Болотную Гидру. [Болотная Гидра сопротивляется “Кровотечению”. “Кровотечение” не действует. “Кровавый ужас” наложил “Пиявочный токсин” на Болотную Гидру. [ Болотная гидра сопротивляется “ Пиявочному токсину”. “Токсин пиявки” не действует. “Кровавый ужас’” вызвал “Некротоксин” на Болотную Гидру. Болотная гидра сопротивляется “Некротоксину”. “Некротоксин” не дает эффекта.

«Это нехорошо», - пробормотал Джейсон. Даже с его аурой, которая подавляла сопротивление, он не мог сломить гидру. Пиявки навалились на все слабые места гидры, но были игнорированы монстром бронзового ранга. К счастью, Колин сочетал в себе качество и количество, и некоторые проблемы были преодолены. Джейсон применил заклинания.

«Твоя судьба - страдать».

Заклинание “Неумолимая гибель’ наложило “Неумолимую гибель” на Болотную гидру. Болотная гидра сопротивлялась “Неумолимой гибели”. “Неумолимая гибель” не действует.

Джейсон произнес заклинание во второй и третий разы, и каждый раз гидра сопротивлялась.

«Мне нужно время», - крикнул он.

Джейсон хотел было подбросить Хамфри свой кинжал, который поражал ядом и игнорировал сопротивление гидры бронзового ранга. Однако у Хамфри не было времени сменить оружие, и обмен огромного меча на небольшой кинжал, скорее всего убил бы его, так как он едва держался на ногах.

Огромный меч Хамфри, броня из чешуи дракона и невероятная сила были ужасом для монстров железного ранга. Битва с гидрой забрала много сил и он едва удерживался на ногах. Головы размером с его туловище рвались к нему. Даже самая сильная атака и его неудержимая сила, были незначительными против силы гидры бронзового ранга. Только помощь Клайва и его фамильяра позволило Хамфри удерживаться на ногах. Благодаря совместным усилиям, Хамфри наконец отрубить одну из голов гидры.

«Берегись отрастающей головы», - крикнул Клайв. К его удивлению, не было никаких признаков роста новой головы. Судя по тому, что он читал о существе, его головы должны отрастать достаточно быстро, и он хотел увидеть, как это происходит.

Болотная гидра восстановила достаточно здоровья, чтобы нейтрализовать “Кровотечение”. “Токсин пиявки” был израсходован, чтобы повторно применить “Кровотечение” к Болотной гидре.

Тем временем Джейсон читал заклинание за заклинанием.

«Твоя судьба - страдать».

Заклинание “Неумолимый рок” наложило “Неумолимый рок” на Болотную Гидру.

«Да! »

Не смотря на медленное, но постоянное нападение пиявок на гидру, бедствия накапливались и были неизбежны. Джейсон снова поднял руку и произнес одно из своих новых заклинаний.

«Нести на себе знак своих беззаконий».

Заклинание “Кастигейт“ наложило “Грех“ на Болотную Гидру. Болотная Гидра сопротивлялась “Греху“. “Грех“ не действует.

Проклятие греха Джейсона, было одним из ключевых к его увеличивающейся комбинации повреждений. Новое заклинание можно было применять на расстоянии, пока ему не оказывали сопротивление. Это было первое из двух новых заклинаний Джейсона. Брокеру, к которому он обратился, потребовалось время, чтобы заключить хорошую сделку на крысиную эссенцию, поскольку она не пользовалась популярностью у тех, кто мог позволить себе быть разборчивым. Он мог бы обменять заклинание на полдюжины пробуждающих камней рыбы, но вместо этого он пошел с двумя камнями мага. Это были обычные камни пробуждения, особенно они, пользовались спросом у людей. Они гарантировали заклинание, которое люди редко пробуждали, с внешним шансом на призыв вожделенной силы или фамильярной силы.

Способность: “Кастигейт“ “Грех“;

Заклинание (проклятие, святость);

Стоимость: Умеренная манна;

Перезарядка: Нет;

Текущий ранг: Железо 0 (00%) Эффект (железо): Наносит болезненное клеймо в цель, с легким трансцендентным уроном при условии наличия “Греха“ и “Знака Sin“. Клеймо не может быть удалено, пока цель сохраняет любые экземпляры “Sin“. [Sin] (affliction, curse, stacking): получаемый некротический урон увеличивается. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный) эффект. “Знак греха“ (скорбь, святость): предотвращает втягивание ауры. Нельзя очистить, цель пока она сохраняет какие-либо экземпляры “Греха“ или “Наследия Греха“.

«Как дела?» - крикнул Хамфри.

«Все идет по плану», - отозвался Джейсон.

«Если бы это могло произойти быстрее, было бы действительно здорово!»

Джейсон читал заклинания, до тех пор пока его мана не иссякла. Он вынул запасную ману из-за пояса и выпил зелье, и дальше продолжил читать.

«Нести на себе знак своих беззаконий».

Заклинание “Кастигейт“ наложило “Грех“ на Болотную Гидру. Заклинание “Кастигейт“ наложило “Знак Греха“ на Болотную Гидру. Болотная Гидра сопротивляется “Знаку Греха“. “Знак Греха“ не вступает в силу.

Джейсон торжествующе вскрикнул. Эффект знака греха был малопригоден в текущей битве, поэтому не имело значения, если ему оказали сопротивление. С неумолимой гибелью греха и некротоксинов Колина ущерб будет расти в геометрической прогрессии.

«Все готово», - крикнул Джейсон. «Оставайся сильным, и она у нас в руках!»

«Я не уверен, можно ли ждать, - сказал Клайв возбужденным голосом. Он выпил зелье маны, и влил ману в своего фамильяра. Одна из рун на панцире Онслоу загорелась, а затем мгновенно потускнела, и из оболочки поднялось облако. Водяные пули вырвались из облака и врезались в гидру.

Хамфри стоял перед гидрой окровавленный и измученный, но он был дерзок, и продолжал двигаться вперед благодаря своей силы воли.

Теперь гидра была обречена, но она все еще могла утащить их с собой. Джейсон возобновил наложение заклинаний, пытаясь ускорить кончину Болотной гидры.

«Кровь для меня».

Заклинание “Кровоизлияние“ вызвало “Кровотечение“ у Болотной гидры. Болотная гидра уже подверглась действию“ Кровотечения“. “Кровотечение“ обновлено. Заклинание “Кровоизлияние“ вызвало “ [Жертвенную жертву“ у Болотной гидры.

«В первый раз я произнес это заклинание. Хорошая вещь»,- сказал Джейсон.

Снижение немощи гидры от ауры Джейсона имело ограниченный эффект в начале боя. Но она дополнительно сдерживала сопротивление для каждого случая проклятия греха. С накоплением проклятий, в том числе и от нового заклинания, недуги от Джейсона и Колина становились более надежными для гидры.

Способность: “Кровоизлияние“ “Кровь“;

Заклинание (ранящее, нечестивое);

Стоимость: Умеренная мана.;

Перезарядка: Нет;

Текущий ранг: Железо 0 (00%) Эффект “железо“: Наносит или освежает недуги “Кровотечение“ и “Жертвенная жертва“. “Кровотечение“ (поражение, ранение) ): Наносит постоянный урон, вызывая или увеличивая потерю крови. Как ранящий эффект, это состояние поглощает и отменяет количество поступающего исцеления, после чего этот недуг немедленно прекращается. “Жертвенная жертва“ (бедствие, нечестивость): Любые осушающие атаки или перенесенные кровавые недуги имеют усиленный эффект.

Заболев “Жертвенной жертвой“ здоровье гидры могло быть ослаблено. Но у огромного монстра было крепкое здоровье, из этого следовало, что гидра должна истекать кровью. У Клайва было огромное количество маны, большую часть, которой он швырнул в монстра. У него не было больше сил, чтобы перезарядить силы своего фамильяра - рунной черепахи.

Вступая в ближний бой, Джейсон мало что мог сделать со своими недугами. Он был уверен, что это приведет его к немедленной смерти, вероятно, и к убийству Хамфри, пытающегося спасти его. У него было еще одно заклинание, но тридцать секунд между заклинаниями казались вечностью.

«Заплатите цену за свои преступления».

Способность: “Наказание“ (Рок);

Стоимость заклинания: Умеренная манна;

Время восстановления: 30 секунд;

Текущий ранг: Железо 1 (06%). Эффект (железо): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивый недуг, которому подвергается цель. .

Несмотря на накопившиеся, на гидре недуги, ее устойчивость к потере железного ранга не позволяла заклинанию действовать в полную силу. Джейсону нечего было добавить.

Воля Хамфри была сильна, но с самого начала он действовал на полную катушку. Гидра наконец начала прятаться. Хамфри быстро слабел. Он отступил на один шаг, потом на другой. Он едва мог поднять свой меч, но делал это снова и снова.

«Не думаю, что смогу выдержать это», - сказал Хамфри с отчаянием в голосе.

Джейсон испустил протяжный стон.

«Я войду в логово гидры», - крикнул он.

«Ты умрешь!» - сказал Хамфри, когда позади него появился Джейсон.

«Тогда я думаю, тебе лучше защитить меня», - ответил Джейсон.

Хамфри взглянул на Джейсона, но не увидел ничего, кроме решимости в его глазах. Он повернулся к монстру, издав дикий вопль. Его согнутая фигура выпрямилась, дряблые руки обновились. Ему приходилось только защищаться, но он снова пошел в атаку. Из него начал светить сине-серый цвет железа. Он не заметил, как Джейсон отступил в безопасное место.

«Я просто пытался его поддержать», - сказал Джейсон, глядя на свет, исходящий от Хамфри. «Что это такое?»

- Это, преображение расового дара, - с удивлением сказал Клайв. «Его стремление защищать настолько сильно, что буквально изменило то, кем он является».

Клайв дико ухмыльнулся Джейсону.

«Если он может справиться с этим, как я могу не приложить все усилия, чтоб помочь ему?» - сказал он.

Клайв взглянул на гидру с новой решимостью. Красное сияние жизненной силы вышло из его тела и стало синим. Он сжег жизненную силу, чтобы восстановить свою опустошенную ману. Кожа Клайва побледнела, и он стиснул зубы от боли, но продолжал требовать больше маны.

Клайв бросил свой посох в воду и вытянул перед собой обе руки ладонями вверх. Перед ними возник магический круг, вращающийся в воздухе. Он рос и изменялся, становясь все более сложным. Клайв закачивал в него больше маны, а затем читал заклинание.

«Почувствуйте, что уничтожение реальности не произошло».

Перед Клайвом из круга вырвался луч радужного света, захватив одну из четырех оставшихся голов гидры. Цвета радуги начали тускнеть один за другим, пока все не стало черным. Луч исчез, и голова гидры была уничтожена, ее сменил вихрь тьмы. Вихрь втягивал воздух, заставляя отрубленную шею гидры хлопать, как ленту на ветру, когда вихрь втягивал ее.

Заклинание закончилось, темный вихрь превратился в ничто. Шея обмякла, как и Клайв, который упал на колени в воду. Онслоу обеспокоенно толкнул его, и Клайв оперся на шею черепахи.

Джейсон посмотрел на Клайва, который выглядел опустошенным, внеся свой вклад в битву с гидрой. Он посмотрел на Хамфри, который отказался от побега, ради того чтобы быть щитом между чудовищем и своими товарищами.

«Я не знаю, какой человек заслуживает таких друзей, - пробормотал Джейсон себе под нос, - но я уверен, что это не я».

Внутри Джейсона загорелся сине-серый свет, точно так же, как и от Хамфри. Джейсон посмотрел на сияние, исходящее из-под его кожи.

Способность: “Интерфейс группы“. Преобразованный из “Чужеземца“. Способность “Интерфейс“ интерпретировать реальность через узнаваемый носитель. У вас есть доступ к списку контактов. Вы можете сформировать группу, отправив приглашения через список контактов. Члены группы, пока они остаются в группе могут получить доступ к функциям интерфейса. Члены группы имеют доступ к групповому чату и голосовому чату. Эти функции имеют ограниченный диапазон. Квестами из “Системы заданий“ можно делиться с членами группы. Квест остается доступным только для членов группы, пока они находятся в группе.

«Ты тоже светишься?» - устало спросил Клайв, все еще обнимая за шею Онслоу. Он смотрел, как из Джейсона исходит свет.

«Я не уверен, что сейчас это действительно помогает», - сказал Джейсон.

Заклинание Клайва о второй голове чудовища ознаменовало переломный момент. Некроз превращал плоть гидры в гниение, ее кровь, черная от яда, проливалась в воду. Меч Хамфри захватил третью голову, и гидра бросилась в бегство, направляясь к затопленному туннелю.

Монстр собирался нырнуть в воду. Но из глубины поднялся огромный шаб, разинув пасть акулы, он яростно впился в плоть гидры. Затем шаб превратился в красочного попугая, который полетел и приземлился на Онслоу.

«Как противно, очень противно», - сказал он, выплевывая черную жидкость.

Раненая гидра была сбита с толку. Она достаточно долго лежала без движения. Хамфри подошел к ней сзади и вонзился мечом в +заднюю ногу. Джейсон последовал за ним, вонзив кинжал в другую заднюю ногу. Раны были не глубокими по сравнению с размером существа, и его особая атака «Наказание» нанесла лишь небольшое количество некротических повреждений. Однако каждый случай проклятия греха усиливал этот урон, и гидра накапливала их некоторое время. Плоть почернела и засохла, прячась от режущего лезвия Джейсона. Бок о бок Джейсон и Хамфри лежали в искалеченном чудовище, пока оно не замерло.

Квест: [Контракт: Падший товарищ]

Цель выполнена: уничтожен монстр, убивший вашего товарища-авантюриста 1/1.

Награда: “Пробуждающий камень отпущения грехов“ (Джейсон Асано).

Награда: “Пробуждающий камень чемпиона“ (Хамфри Геллер).

Награда: “Кольцо Гидры“ (Клайв Стэндиш).

Квест завершен. Все члены группы получают:

100 [бронзовых монет духов].

1000 [Монеты железного духа].

Хамфри подошел к попугаю Сташу, который возбужденно подпрыгивал на панцире Онслоу.

«Спрятать червяка! Спрятать червяка! » - повторял он.

Попугай полетел к Хамфри, превратившись в воздухе в щенка и приземлился ему на руки. Хамфри был залит кровью гидры, но Сташ, не обращал внимания на беспорядок, он смотрел на его доспехи. Хамфри снял броню из твердых чешуек, и Сташ прижался к его груди. Хамфри почесал его за ушами.

Трое искателей приключений стояли измученные, глядя друг на друга и на мертвую гидру.

«Ясные глаза, полные сердца», - сказал Джейсон.

«Какие глаза, какие сердца?» - спросил Клайв.

Джейсон снисходительно махнул рукой.

«С этим, мы разберемся позже», - сказал Джейсон.

Природа отпущения

Руфус посетил поместье Геллеров, чтобы обсудить план по совместному строительству академии Ремор и учебной базы семьи Геллер. В конференц-зале он сидел один за столом напротив трех членов семьи Геллер.

«Есть много невостребованных, неосвоенных территорий, прилегающих к поместью Геллер», - сказал Руфус. «Просто отведите нам место, которое лучше всего подходит для изменений, которые вы хотите внедрить, и мы сможем продолжить нашу работу».

«Я знаю, что у вас хорошие отношения с Даниэль», - сказал мужчина, сидящий напротив. «Но это не значит, что мы просто уступим всем вашим требованиям».

Руфус провел рукой по лицу.

«Что именно, по-вашему, я хочу предложить, чтобы вы согласились на наши условия?» - спросил Руфус. «Это совместное предприятие, уже все согласовано, нужно только уточнить детали. Я буквально сказал, что мы учтем все ваши потребности ».

Руфус встал, положил обе руки на стол и наклонился к мужчине с противоположной стороны.

«Ясно, что вы являетесь частью той внутренней фракции в семье Геллеров, которая была против этого соглашения с самого начала. Вы закончили переговоры о деталях в рамках принятия предложения вообще. Меня это не волнует. Мне неинтересно играть в такие игры, и я не собираюсь быть пешкой во внутренней политике вашей семьи ».

Руфус выпрямился и поправил свою легкую куртку.

«Я знаю, что вы хотите затянуть строительство как можно дольше, поэтому позвольте мне быть откровенным. Когда я приду сюда завтра, я хочу поговорить с кем-нибудь, кто действительно будет работать над этим проектом, а не откладывать его на потом. Если этого не произойдет, Академия Ремора возьмется за это предприятие без участия семьи Геллер ».

Мужчина, представитель семьи Геллер одарил Руфуса улыбкой и спросил: «Вы уверены, что имеете право принять такое решение, молодой мастер Ремор?»

«Я не аристократ, - сказал Руфус, - так что для вас я мистер Ремор. Если вы думаете, что у меня мало полномочий, меньше чем полная власть над предприятием, продолжайте настаивать и посмотрите, что произойдет ».

Руфус взял со стола сумку с документами и направился к двери.

«Мистер Ремор…»

«Я выслушаю то, что вы мне скажете, когда у вас будет что-то стоящее, сказать мне - сказал Руфус, и не оборачиваясь вышел за дверь.

Руфус был недоволен, когда вышел из здания. Но прогуливаясь по поместью Геллер он успокоился. Свежий воздух и запах зеленых растений улучшали его настроение с каждым новым вдохом. Он остановился, что-то странное появилось в воздухе перед ним.

Вы получили запрос голосового чата от [Джейсона Асано]. Принять Да / Нет?

«Какой?»

На протяжении всего пути назад через дельту, Клайв вытаскивал предметы из своего инвентаря, чтобы посмотреть на них через интерфейсную способность Джейсона. После того, как он чуть не врезался в воздушную лодку, находящуюся на обочине насыпи, Джейсон выгнал его с вечеринки, и сказал, чтобы он сосредоточился на вождении.

«Могу я увидеть твою новую способность?» - спросил Джейсон Хамфри. Они узнали, что члены группы могут видеть способности друг друга, и Клайв планировал использовать Джейсона в качестве инструмента каталогизации.

«Конечно», - отыетил Хамфри.

Способность: [Драйв героя]

Преобразовано из “Человеческой способности” “Человеческой амбиции”. Сущностные способности развиваются в ускоренном темпе. Враги не получают дополнительного сопротивления и происходит снижения урона против ваших способностей из-за более высокого ранга. Когда сражаются с врагами более высокого ранга или когда противники значительно превосходят вас по численности, или того же ранга, или выше. Время до того, как способности можно снова использовать, сокращается.

Увеличивайте [Mana] и [Stamina] с течением времени, пока эта способность активна. Когда эта способность срабатывает, вы получаете немедленный всплеск выносливости и маны. Это может превышать нормальные пределы маны и выносливости, пока способность остается активной.

«Это неплохо, - сказал Джейсон. «Но я бы не стал бегать в поисках монстров бронзового ранга, чтобы сразиться».

«На моем фронте нет страха», - сказал Хамфри.

«Ты так говоришь, - сказал Джейсон, - но я не могу не думать, что ты будешь каждый раз нырять, когда кому-то понадобится помощь».

«Это похоже на то, что сделал бы ты», - согласился Клайв.

«Я хотел бы посмотреть еще кое-что, - сказал Джейсон. Он открыл новый список контактов. Большинство имен, не относящихся к области были внесены в списки. Его глаза задержались на именах своей семьи.

«Очень непривычно», - пробормотал он себе под нос.

Перемещаясь через дельту на воздушной лодке, они оказались недалеко от поместья семьи Геллер. Несколько имен в списке были в пределах досягаемости, в том числе Рик, Фиби и Даниэль Геллер. Руфус также был в пределах досягаемости, это означало, что он, вероятно, сам был в поместье Геллер. Джейсон нажал в списке на свое имя.

Вы отправили запрос голосового чата [Руфусу Ремору]. Голосовой чат с [Руфусом Ремором] начался. Участник вечеринки [Хамфри Геллер] присоединился к голосовому чату.

«Джейсон?»

Голос Руфуса был немного искажен, как будто он использовал некачественный микрофон.

«Добрый день, Руфус. Не уверен, что ты меня слышишь из-за шума аэроглиссера.

«Я не слышу ни одного звука воздушной лодки. Что это?»

«У меня был расовый дар эволюции», - сказал Джейсон. «У Хамфри тоже».

- Здравствуйте, - поздоровался Хамфри.

«Что случилось?» - спросил Руфус.

«Мы сражались с монстром бронзового ранга», - сказал Джейсон. «Ну, я говорю« мы », но я и Клайв в основном наблюдали, как это делал Хамфри».

«Это совсем не так, - возразил Хамфри.

«Я не думаю, что вы хотите купить крутой хлыст бронзового ранга?» - спросил Джейсон. «Мы украли его у монстра и решили продать и разделить выручку».

«О чем вы думали, сражаясь с монстром бронзового ранга?» - отругал приятелей Руфус. «Расскажите мне все.»

«Ты удивишься, Руфус, - сказал Джейсон. «Похоже, мы собираемся выйти за пределы досягаемости».

«Что значит выйти?» - спросил Руфус.

«Что это за звуки Руфус?» - спросил Джейсон. «Кшт кшт кшт.»

Джейсон прервал соединение.

«Итак, - сказал он, обращаясь к Хамфри. «Как ты думаешь, что ты получишь от своего камня пробуждения?»

«Должен ли ты был так отключать электричество?»

«Это был плохой прием», - сказал Джейсон.

«Я не уверен, что это так, - сказал Хамфри, - ты меня обманываешь.

«Я могу провести ритуал пробуждения для тех камней, которые у тебя есть, - сказал Клайв, - Джейсон, возможно, тебе стоит это сделать? Ты, вероятно, мог бы использовать эту практику ».

«У меня работает», - сказал Джейсон.

«Могу ли я сказать так же?» - спросил Хамфри.

«Ритуал пробуждения - это базовая вещь, - сказал Клайв. «Наверное, все будет хорошо».

«Что ты подразумеваешь, под словом, наверное?» - спросил Хамфри.

Кабинет Клайва в кампусе Общества магии походил на старый магазин подержанных книг, совмещенный с антикварным магазином. Ни один из них не был хорошо организован. Стопки бумаг не падали со стульев как груда книг; на полках отсутствовали странные диковинки, их не было на подставках и внутри стеклянных шкафов.

«Это безопасно?» - спросил Хамфри, оглядываясь. Его глаза могли видеть невидимую магию, недоступную Джейсону.

«Есть определенная система», - неубедительно сказал Клайв, листая бумаги. «Знаешь, Джейсон, Магическое Общество определенно заплатит тебе за использование твоих способностей для каталогизации предметов и способностей».

«Сколько?»- спросил Джейсон.

«Не деньги, авантюриста», - сказал Клайв. «Хотя и прилично».

«Я лучше буду сражаться с монстрами, чем с бюрократами», - сказал Хамфри.

«А я думаю, что мог бы там быть с тобой», - сказал Джейсон.

«Магическое Общество делает важную работу», - сказал Клайв, ища что-то в комнате. - У вас обоих есть планшеты с пластинками-монстрами, не так ли? А как насчет таблички со списком сущностей? Думаете, это просто так случается? Люди упорно трудятся, чтобы получить информацию, которой вы располагаете, чтобы остаться в живых. Но авантюристы просто отвергают их как тупых функционеров ».

Джейсон и Хамфри посмотрели друг на друга и пожали плечами.

«Я никогда не думал об этом», - сказал Хамфри.

«Никто никогда не делает этого», - с сожалением сказал Клайв. «Ах, я знал, что она находится где-то здесь».

Он вытащил волшебную палочку из того, что выглядело как корзина с палками, и повел приятелей к двери. Снаружи была такая же убогая комната, как и первая. Единственное, что там было, это простой металлический стол, расположенный посередине.

«Закройте за собой дверь, пожалуйста», - сказал Клайв.

Из своего складского помещения Клайв достал два ящика, которые они добыли из подземного комплекса, и положил их на стол. Используя палочку, которую взял в своем кабинете, он начал перемещать ее над первым ящиком. Из него стала подниматься грязь, накопившаяся за неисчислимые годы, вплоть до самой старой грязи, которая вросла в металл. Грязь поплыла по воздуху в сторону комнаты, и стала собираясь в неприятные сферы. Оставив сферы парить в воздухе, Клайв осторожно открыл ящик. Внутри содержимое осталось нетронутым благодаря остаточной магии ящика. Клайв достал три одинаковых книги навыков и положил их на стол.

«Состояние у книг хорошее», - сказал Клайв, открывая обложку каждой из них, чтобы посмотреть название книги.

«Путь Жнеца», - прочитал он. «Форма один, Путь Иерофанта. Книга по боевым искусствам? »

«Да», - сказал Джейсон. «Это мое боевое искусство. Во всяком случае, часть этого. Всего существует пять таких форм ».

«Было пять книг», - сказал Хамфри.

«Просто эта книга размером с обычную книгу навыков», - сказал Клайв. «Неудивительно, что они их разделили. Собранная работа была бы огромной ».

«Ты говоришь это без шуток?» - спросил Джейсон.

Во втором ящике были еще три книги. На этот раз это была третья форма боевого искусства Джейсона.

«Ты сказал, что не знаешь, откуда взялось твое боевое искусство, верно?» - спросил Клайв у Джейсона.

«Верно, - подтвердил Джейсон. «Мои друзья знают, но пока держат это в секрете. Что-то связано с контрактом, который они заключили до того, как я с ними познакомился ».

«Я покопаюсь в книгах, посмотрю, может, что найду», - сказал Клайв. «А пока, как насчет того, чтобы провести ритуал пробуждения?»

В одной из специальных ритуальных комнат Магического Общества Хамфри стоял в центре магического круга, держа в руках пробуждающий камень.

«Хорошо», - одобрительно сказал Клайв. «Ты хорошо поработал, Джейсон».

Камень пробуждения исчез в руке Хамфри. Когда магия проникла в него, его глаза засветились круговым синим и золотым светом, а затем потускнела.

Член партии “Хамфри Геллер” пробудил способность сущности дракона “Спартой“. “Хамфри Геллер“ пробудил 5 из 5 способностей сущности дракона. Член партии “Хамфри Геллер“ пробудил все способности сущности дракона. Связанный атрибут “Восстановление“ будет развиваться вместе со способностью сущности дракона самого низкого ранга. Член партии “Хамфри Геллер“ имеет 2-х из 4 завершенных сущностей.

Способность: “Спартой“ (Дракон)

Призыв (ритуал, вызов);

Стоимость: Очень высокая манна;

Перезарядка: 6 часов;

Текущий ранг: Железо 0 (00%). Эффект (железо): Призывает трех воинов с драконьими зубами.

«Наконец-то», - сказал Хамфри.

«А почему, наконец, то?» - спросил Клайв.

«Это моя мощность хранилища. Она оснащает все, что я вызываю, магическим снаряжением железного ранга, но у меня не было способности призыва. Моя мама все время говорила мне, что это когда-то произойдет, и наконец, это свершилось».

«Спартой», - сказал Джейсон. «Это неожиданно».

«Ты слышал о них?» - спросил Хамфри.

«Они - часть мифа из моего мира», - сказал Джейсон. «Как ни странно, это рассказ о парне по имени Джейсон. Он был в поиске, и для его завершения ему нужно было пройти испытания, установленные королем. Одно из испытаний заключалось в том, было засеять зубы дракона, из которых выросла бы группа солдат. Парень так и сделал. И когда выросла группа солдат, он бросил в одного из них камень, солдаты запутались и убили друг друга ».

«Это был человек, в честь которого ты был назван?»

«Нет», - мрачно сказал Джейсон. «Меня назвали в честь мутного игрока».

«Думаю, ты просто надеялся, что в солдат никто не бросит камень», - сказал Клайв. «Хочешь попробовать вызвать их сейчас?»

«Я подожду, пока мы выйдем на улицу», - сказал Хамфри. «Я хочу увидеть, что получит Джейсон».

«Да», - сказал Клайв, с энтузиазмом поворачиваясь к Джейсону. «Безритуальное пробуждение. Я с нетерпением ждал этого ».

«На самом деле это не так уж и интересно», - сказал Джейсон. «Дай мне сначала убрать это». Джейсон из шкафа в ритуальной комнате взял чистящую ткань и немного алхимического раствора и стер остатки магического круга с гладко отполированного каменного пола.

Когда Джейсон убрал чистящие средства, Клайв нетерпеливо спросил: «Ну а теперь?»

Джейсон покачал головой, вынимая пробуждающий камень. Он светился бело-золотым светом, как святой предмет.

Предмет: “Пробуждающий камень отпущения грехов“ (без ранга, эпический)

“Пробуждающий камень“, содержит силу искупления (расходный материал, пробуждающий камень).

Требования: Способность непробужденной сущности.

Эффект: Пробуждает способность сущности. У вас есть 5 непробужденных способностей сущности. Вы можете поглотить “Пробуждающий камень отпущения грехов“. Поглощение Да / Нет?

Камень исчез в руке Джейсона. Его глаза начали сиять золотым светом, затем стали темнеть, пока не превратились в черные шары, возвращаясь в нормальное состояние.

Вы пробудили способность сущности “Blade of Doom“. Вы пробудили 3 из 5 способностей сущности рока.

Способность: “ [Клинок рока“ (Рок);

Колдовство (нечестивое);

Стоимость: Умеренная манна;

Перезарядка: Нет;

Текущий ранг: Железо 0 (00%);

Эффект (железо): Колдует [Руины, Клинок Скорби]. Атаки, совершенные с помощью Ruin (разорения), вызовут экземпляр Vulnerable(уязвимый) и обновят любые ранящие эффекты на цели. Эффекты от ран, обновляемые «Руинами», требуют большего исцеления, чем это происходит обычно. Руины - нечестивый объект. “ Уязвимый“ (скорбь, нечестивость, суммирование): все сопротивления уменьшаются. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Используется для очистки экземпляров “ Resistant“ (стойкий) в соотношении 1: 1.

Приятели, которые были в отряде Джейсона могли видеть описание его способностей. Все они на мгновение замолчали, глядя на него.

«Э… Джейсон?» - спросил Хамфри, нарушая тишину.

«Да, Хамфри?» - спросил Джейсон.

«Это был пробуждающий камень отпущения грехов», - сказал Хамфри.

«Да, так и было», - сказал Джейсон.

«Разве здесь не говорилось о сдерживании силы искупления?»

«Думаю, да, говорилось»,- сказал Джейсон.

«И это дало тебе возможность вызвать проклятое оружие», - сказал Хамфри.

«Правду говоря, - сказал Клайв, - это нечестиво, а не проклято».

«Это моя ошибка», - сказал Хамфри. «Ты использовал силу искупления, чтобы создать нечестивое оружие».

«Да, действительно похоже на это», - сказал Джейсон.

- Как именно тебе это удалось? - спросил Хамфри.

«Я не совсем уверен, как это получилось», - сказал Джейсон.

«Я не хочу никого обвинять в злодеяниях», - сказал Хамфри.

«Очень честно, - сказал Джейсон.

«Однако я должен тебя обязательно спросить», - сказал Хамфри. «Джейсон, ты злой?»

«Я думаю, что у всех есть темные стороны, - защищаясь, сказал Джейсон.

«Да, но не у всех есть оружие гибели», - сказал Хамфри.

«У меня были только ячейки непробужденных способностей от темной и роковой сущностей», - сказал Джейсон. «Было бы немного странно, если бы я мог вызвать жезл солнечного света и радуги».

Он протянул руку, и в ней появился замысловатый кинжал, сделанный из черного обсидиана и кроваво-красного кристалла. Лезвие было зазубренным, слегка изогнутым, и это был самый зловещий предмет, который Джейсон когда-либо видел.

«Как ты его получил?» - спросил Хамфри.

«Камнем пробуждения было отпущение грехов».

«Что ж, - сказал Джейсон, переворачивая нож в руке. «Я совершенно точно знаю, что собираюсь запутать этим некоторых монстров».

Антипиратские операции

Кассандра Мерсер проснулась от шума посуды и столовых приборов, разложенных в соседней комнате. Она опустила ноги с кровати и встала, потянувшись. Ей не хотелось надевать свежую одежду перед душем, поэтому она надела единственный предмет одежды, который попался на глаза. Это была рубашка Джейсона, которую она отбросила накануне вечером.

Она вышла на балкон, чтобы посмотреть на улицу занятую ранним утренним движением. Обычно ее день начинался с физической подготовки, но побывав с экспедицией на песчаной барже, она получила достаточно хорошую тренировку.

«Доброе утро», - сказал Джейсон, вынося большой поднос на балкон и делая паузу, чтобы посмотреть на нее, стоявшую прислонившись к перилам балкона в его рубашке. Ее тонкие черты лица были свежими, несмотря на то, что она только что проснулась. Ее длинные темные волосы были слегка взлохмачены, что казалось еще более привлекательным. Пара подтянутых, атлетичных ног выглядывала из-под рубашки. Она повернулась, и посмотрела на него с любопытством. Джейсон поставил завтрак на стол, стоящий под навесом.

«Вот как ты выглядишь утром?» - задал он вопрос, когда они сели за стол. «Ты понимаешь, что остальные из нас не выглядят так хорошо, даже когда мы стараемся изо всех сил?»

«Я не слышала, как ты встал», - сказала она, игнорируя его вопрос. «Ты лучший эксперт, как незаметно выскользнуть из постели по утрам?»

«Завтрак на следующее утро - мой фирменный шаг», - сказал Джейсон. «Так я убеждаю людей, что они не совершили ужасной ошибки».

Он начал снимать крышки с кастрюлек и мисочек ,разложенных на подносе, и стал разлаживать их на столе.

«Яичница-болтунья - коричневые гнезда; тушеная овсяная каша с яблоками; сырные блинные шарики с маслом и сиропом », - перечислял он.

Она взяла блинный шарик и откусила его. Легкий стон удовольствия поплыл в ухо Джейсона и кокетливо затронул его задний мозг.

«Просто продолжай доставлять удовольствие.» - сказала она.

«Это основная моя идея, - сказал Джейсон.

«На скольких девушках ты опробовал свой фирменный ход?» - поддразнивающе спросила она. «Разве я не первая девушка, которая посетила апартаменты Асано?»

«Ты первая женщина», - сказал он. «Девочки меня не интересуют».

Она сексуально засмеялась.

«Ты действительно хорошо разбираешься в людях, не так ли?» - спросила она.

«У меня бывают такие моменты», - сказал он.

«А как насчет того, чтобы вернуться в свой мир?» - спросила она.

«Ничего подобного. Что ты раньше слышала обо мне?», - спросил Джейсон. «Душераздирающая первая любовь, за которой последовала череда пустых встреч с жалостью к себе. Несколько настоящих отношений, здесь и там. Но я никого не оставил, если ты об этом спрашиваешь ».

Она улыбнулась, прикончила блинный шар и потянулась к одному из коричневых гнезд. Он налил из кувшина два стакана пряного молока и они принялись за еду, и все время переглядывались во время еды.

«Ты не собираешься спросить меня о моем грязном прошлом?»-спросила она.

«Ты со мной», - сказал Джейсон. «А все остальное не имеет значения».

Она склонила голову, с любопытством разглядывая его.

«Я все еще пытаюсь разгадать тебя, Джейсон Асано».

«Я никуда не хочу идти», - сказал Джейсон, взглянув на настенные часы.

«Но на самом деле, это неправда», - сказал он. «Мы должны быть на сортировочной станции примерно через полтора часа. Я должен принять душ».

«О, - сказала она с улыбкой, - я думаю, мы можем придумать, чем заняться в душе».

Кампус Общества приключений находился всего в нескольких минутах ходьбы от квартиры Джейсона. У них еще было время погулять под лучами утреннего солнца.

В хранилище Касандры было приготовлено ее приключенческое снаряжение, поэтому ей не нужно было ехать домой. В экспедицию собралось около двух десятков человек, и Джейсон и Касандра явились не последними. Их совместный приезд на сортировочную станцию не остался незамеченным. Кассандра ушла поговорить с друзьями, а Джейсон направился к группе Геллеров. Она нежно погладила его руку, когда они расставались, это также привлекло внимание любопытных глаз.

Джейсон прошел через сортировочную станцию под недовольными взглядами некоторых молодых людей. Он чувствовал, как несколько аур бронзового ранга грубо давят на него, но проигнорировал их, приветствуя Хамфри, Фиби и Габриель, послушницу Богини знаний. Других он знал по времени, проведенному на арене миражей.

«Я думаю, ты нажил себе много врагов», - сказала Фиби. «Ты знаешь, у скольких из бронзовых рангов есть рисунки на Касандре?»

«Нельзя прожить свою жизнь, боясь того, что кому-то ты не понравился», - сказал Джейсон.

К ним присоединились Рик Геллер и его команда. Они обменялись приветствиями, хотя целительница Клэр злобно посмотрела на Джейсона. Ее близнец, Ханна, смотрела в сторону Кассандры Мерсер, которая болтала со своими друзьями. Кассандра взглянула в их сторону, сверкая глазами, затем снова повернулась к своей группе.

Здоровяк, Джон, выпрямился перед Джейсоном.

«Я должен признать, - сказал Джон, что ты можешь сражаться. Но ты же знаешь, что мы бы победили тебя в считанные секунды на открытой местности, не так ли?»

«Тогда это вряд ли хороший повод для борьбы на открытом воздухе, не так ли?» - спросил Джейсон. Джон громко рассмеялся, хлопнув Джейсона по плечу.

«Это очень хороший аргумент», - признал Джон. «Как ты думаешь, что ты будешь делать на открытом песке? Сражение с песочными пиратами намного веселее, чем еще с одним болотным чудовищем, но это не похоже на твою местность».

«О, я полагаю, что я разберусь, - сказал Джейсон.

«Джейсон достал два скиммера, полных ими», - сказал Хамфри.

«Я взял один, - сказал Джейсон. - Мой фамильяр взял другой. Я был очень доволен. Сам я, пока не увидел последствий того, что сделал Хамфри. Но знаю, что на полпути он закопал скиммер где еще находились пираты. Один взмах меча и все было закончено.

«Сегодня у каждого будет свой шанс», - сказал Эрнест Геллер, подходя к группе. Он руководил экспедицией, когда они впервые столкнулись с песчаными пиратами, но сегодня он был всего лишь одним из них. С ним была пара других членов семьи бронзового ранга, они присоединились к собравшимся Геллерам и обменялись приветствиями.

«Привет, это Моис», - сказал Джейсон, заметив еще одного члена их последней экспедиции. «Он со своим двоюродным братом; Я хочу с ним поздороваться».

«Джейсон, ты знаешь Бет Кавендиш?» - спросил Хамфри.

«Мы однажды встречались», - сказал Джейсон. «А ты ее знаешь?»

«Когда люди говорят о потенциале « железных рангов », - сказала Фиби, - именно она является причиной того, что Хамфри занимает второе место. Она руководит собственной командой. В команде все местные жители, в отличие от нас ».

«Приятно знать», - сказал Джейсон, направляясь к Хамфри. «Я тоже хочу поприветствовать тебя, дружище».

Это была огромная экспедиция. В ней брало участие более сорока человек. Люди были разделены на команды по шесть человек железного ранга, плюс по одному бронзовому игроку на команду. Руководил экспедицией серебряный ранкер, эльф из семьи Кавендиш, плюс Винсент в качестве представителя Общества приключений.

После того, как группы были организованы, план был объяснен членам экспедиции. После нападения на конвой духовных монет, их стали называть песчаными пиратами, на самом деле это было племя Устей, группа кочевников из региона к северу. Экспедицию направляли, что бы показать свою силу и подвести племя к переговорам.

Лучшим исходом было мирно убедить Устей вернуться на север, либо договорится о том, чтобы они больше не атаковали следующие конвои духовных монет. В противном случае их нужно было схватить силой и доставить в город для допроса. Узнать, что в первую очередь привело их на юг.

Поезд магических экипажей доставил экспедицию к краю дельты, где каждая команда села на один из восьми подготовленных нефтесборщиков. Джейсон заметил Клайва, который был одним из пилотов скиммера в другой команде.

Джейсона поместили в группу к четырем членам команды Бет Кавендиш и ее двоюродному брату Моису. Группу возглавлял бронзовый игрок, которого Джейсон не знал, но предположил, что он из не богатой семьи в Гринстоуне. Ему было всего двадцать или двадцать один год, и он очень хотел уступить Бет.

Одним из членов команды Бет был огромный человек по имени Хадсон. Он выглядел как Хамфри с двадцати процентным бонусом, вплоть до того, что был почти таким же большим, как Гари.

Команда села на свой скиммер и двинулась в путь. Они плыли по песку, несясь в выжженном пустынном воздухе. Джейсон заметил, что огромный мужчина смотрит на него.

«Я могу Вам чем-то помочь?» - спросил его Джейсон.

«Разве Вы не тот парень со злыми силами?» - спросил Хадсон. «Тот, что на записи?»

Джейсон вздохнул.

«Да, это я», - сказал он.

«Вы не выглядите злым, - сказал Хадсон.

«Тогда Вы должны спросить себя, - сказал Джейсон. «Тогда я притворялся злым или сейчас не притворяюсь злым?»

« И что Вы за человек?" - спросил Хадсон.

«Узнать это, вероятно, будет стоить больше, чем Вы готовы заплатить», - сказал Нико, еще один член команды Бет. Нико был тлеющим человеком, расу, которую Джейсон встречал лишь несколько раз в своей жизни . У этой расы была темная кожа, светящиеся красные глаза и угольно-черные волосы. Все, что Джейсон знал о них, - это то, что у них было сильное сходство с землей и огнем, и что, несмотря на их зловещий вид, те немногие, которых он встречал, были довольно спокойными.

Скиммеры остановились, чтобы встретиться с авантюристом, которому было поручено следить за баржей с племям Устей. Он был бронзовым ранкером с сущностью песка, и чувствовал себя в пустыне как дома. Он мог передвигаться по песку быстрее, чем скиммер.

«Следуя инструкции, я не скрывал, что наблюдаю за ними», - сказал авантюрист руководителю экспедиции. «Они пытались несколько раз прогнать меня, но у них не было никого, кто мог бы опередить меня».

«Есть ли какие-нибудь признаки того, что они захотят поговорить с нами, или Вы думаете, они нападут на нас, как только увидят?» - спросил руководитель экспедиции.

«Что ж, они могли отчаянно преследовать меня из-за желания приятно поболтать», - сказал авантюрист. «Но я не задерживался, чтобы узнать».

«Судя по тому, что мы знаем об Устей, - сказал Винсент, - пока мы проявляем силу, они должны быть готовы говорить».

«Я бы не стал вдаваться в подробности, ожидая, что выйду наружу без крови», - сказал руководитель экспедиции.

«Все, что мы можем сделать, это применить наше лучшее оружие», - сказал Винсент.

Заряд баллисты, выпущенный с песчаной баржи, пробил брезентовый навес нефтесборщика, пригвоздив Моиса к основанию.

«Похоже, переговоры пошли плохо», - сказал Нико, вытаскивая копье из Моиса. После удаления копья у Моиса пошла кровь, но Бет уже читала заклинание.

«Пусть вода исцелит рану, причиненную врагом».

Перед Моисом появилась вода, текущая в рану. Он смыл кровь, обнажив чистую здоровую кожу. Скиммер остановился, и Хадсон выпрыгнул. Здоровяк опустился на колени и положил обе ладони на песок. Внезапно из песка выросла стена, защищающая их от дальнейших атак.

«Это наша точка перегруппировки», - сказала Бет. «Если вы увернетесь от врага или будите, изолированы, или драка пойдет плохо, возвращайтесь сюда. В противном случае воспользуйтесь способностью Джейсона и оставайтесь на связи ».

Благодаря новой способности интерфейса группы Джейсона, команда могла поддерживать голосовой контакт даже в разгар битвы.

«Мы будем двигаться на барже с песком», - приказала Бет, совершенно не обращая внимания на бронзового ранкера. «Гудзон, ты впереди и в центре. Эмили и Нико по бокам, я и Моис - по центру. Джейсон, ты наш странствующий разведчик. Если какая-то группа врага выглядит организованной и движется в нашем направлении, предупреди нас и посей хаос среди них. Ты с этим справишься? »

«Да, мэм», - был ответом Джейсона.

Бет повернулась к бронзовому игроку.

«Вы, э… Кларенс, не так ли?»

«Терренс», - поправил мужчина.

«Вы идете в тыл и охраняете свободный путь для эвакуации», - проинструктировала Бет. «Поражение приемлемо; сбежать - нет ».

Они двинулись вокруг стены. Огромное тело Хадсона шло впереди. По мере того как он двигался, его тело трансформировалось из плоти в песчаник, что нисколько не замедляло его ход. Вокруг них остановились другие нефтесборщики, и группы людей двигались по песчаной барже, которая также остановилась. Люди дюжинами покидали нефтесборщики, яростно выскакивая на верх, поднимая оружие в воздух.

Джейсон заметил, что некоторые группы в его команде были более организованы, чем другие. Две группы, состоящие в основном из Геллеров, двигались строем, как и команда Бет. Другие группы были не лучше организованы, чем кричащие Устей, которые бросались в их сторону. Эти менее контролируемые авантюристы уже пускали стрелы, копья и магические стрелы с ограниченным эффектом, пока другие группы все еще находились на расстоянии.

Позади атакующих Устей работали небольшие, но быстро стреляющие баллисты. В воздух взлетела молния, но ее перехватила стрела, выпущенная Эмили, лучшей лучницей из команды Бет. Эта девушка была селестиной, со светлой кожей и золотыми глазами, которые соответствовали ее стрижке пикси. Она легко выбрала приближающийся болт и выпустила стрелу, которая взорвалась при контакте.

Вы находитесь в зоне ауры “Непобедимого” союзника. У вас увеличено снижение урона против обычных источников урона и источников урона железного ранга. Вы находитесь в области ауры союзника “Life-Bringer“(несущий жизнь). Со временем вы восстанавливаете здоровье, и исцеляющие способности, применяемые к вам, более эффективны.

Джейсон высвободил свою собственную ауру, когда его накидка ночи появилась вокруг него. Забегая вперед, Устей бросались на них группами.

«Следите за своим балансом», - предупредил Хадсон, и из песка под ногами команды поднялся большой плоский блок песчаника. Он начал нести их вперед, как быстро движущийся плот по воде.

Джейсон с нетерпением ждал приближения Устей.

«Сеять хаос, сейчас?» - спросил он Бет.

«Если ты готов», - сказала она.

«Я посмотрю, что смогу сделать», - сказал Джейсон.

Он вынул из патронташа на груди одну из метательных игл, обозначенную черным шнуром, отдернул руку и бросил ее по длинной дуге, чтобы она приземлиться среди Устей, поглощая их участок сферы тенью. Джейсон шагнул в тень, проваливаясь сквозь нее, как будто это была дыра в земле. Вскоре после этого группа услышала крики, смешанные с боевым кличем Устей.

Путь к бронзе

Сфера теней просуществовала недолго, но Джейсон максимально использовал ее, передвигаясь среди ослепленных Устей.

Специальная атака “Укус пиявки” вызвала “Кровотечение” на “Воина Устей”. Оружие “Руины” наложило “Уязвимость” на “Воина Устей”. Оружие “Руины” обновило “Кровотечение” на “Воине Устей”. “Кровотечение” поглотит все исцеления воина, прежде чем будет отменено.

Даже когда тени исчезли, плащ Джейона и быстрая телепортация сделали его неуязвимым. К тому времени, когда группа, наконец, увидела его призрачную фигуру, Бет и ее команда начали атаку, врезаясь в рассеянную группу Устей. Враги падали с перерезанными горлами или пораженные кинжалами в шею сзади, другие были отравлены кровью, текущей из не смертельных ран. У некоторых вообще не было ран, но из-за заклинания Джейсона кровь текла из глаз и носа.

Лишь небольшая часть воинов Устей была рангом железа. У большинства из них была только одна или две сущности. Столкновения с небольшой армией авантюристов дало очень плохие результаты для кочевников. Несмотря на численное превосходство противника, даже наименее способные команды искателей приключений прокладывали свой путь сквозь врага.

У многих команд, впереди стоял бронзовый стрелок, рубящий песчаных пиратов, как пшеницу в поле. Только когда авантюристы подошли к песчаной барже, им навстречу вышли устейские капитаны бронзового ранга. У Бет был бронзовый игрок в команде, стоящий сзади, но она не позвала его, когда капитан Устей набросился на них.

Плоский плот песчаника, на котором они ехали, снова погрузился в землю. Его заменил блок поменьше под ногами Гудзона, огромного человека с телом из песчаника. Плот унес его вперед, в руках Гудзона появился каменный щит. Капитан Устей предпринял какую-то особую атаку.

Заряжающая сила капитана бронзового ранга разрушила каменный щит и отбросила Гудзона назад. Однако собственный импульс капитана был остановлен, и железные цепи вырвались из песка, чтобы поймать его в ловушку. Цепи накалились докрасна, отчего капитан закричал от ярости. Стрела с горящей головкой ударила его и взорвалась. Капитан Устей рванулся вперед, вырываясь из цепей.

Гудзон, оправившись от первоначального столкновения, рванулся вперед, в его руках появился огромный каменный молот для мощного удара. Капитан встретил молот взмахом своего большого топора вверх, разбив молот на осколки. Он перевел взгляд на Гудзона, не замечая, что острые как бритва осколки не падали на землю, а парили в воздухе. Осознание пришло, когда острые осколки врезались в его тело.

Капитан был в проигрыше, а команда Бет упорно давила неприятеля, развязав шквал атак. Нико наколдовал себе железный гарпун с цепью на конце. Он бросил его в капитана, который отбил гарпун голой рукой. Другие члены команды выпустили заряженные энергией стрелы и магические стрелы огня и ветра. Бет произнесла заклинание, выпустившее тонкую струю воды, режущую, как ленточная пила. Капитан Устей пал под натиском, и группа вместе с несколькими другими командами достигла баржи.

Баржа с песком представляла собой устрашающее сооружение. Во-первых, размер, был равен пассажирскому лайнеру из собственного мира Джейсона. Ясон слышал, что в ней живет все племя Устей. Он видел это своими глазами, и не сомневался, что это правда. Следующее, что нужно было отметить после огромных размеров, - это гигантские кости, составляющие основную структуру. Похоже, они разобрали скелеты левиафанов и собрали их в каркас судна. Плосконосый лук украшали три гигантских черепа, каждый размером с дом. Баржа была похожа на гигантскую химеру-нежить, крадущуюся по пустыне.

Конструкция была похожа на пассажирский паром, с несколькими палубами, возвышающимися вверх. Сбоку открывались пандусы, чтобы извергнуть Устей, они продолжали открываться, когда приближались команды авантюристов. Эмили, лучница команды Бет, выпустила стрелу, которая делилась, летя по воздуху снова и снова. Одна стрела превратилась в две, две в четыре, четыре в восемь. За то короткое время, которое летела стрела, это происходило снова и снова, пока на ближайший пандус не обрушился ливень стрел. Устей пал, ожидающие внутри замерли, а их товарищи отступили.

Хадсон, перемахнув рампу, врезался в людей, которые находились внутри баржи, и освободил место для своей группы. Они не первыми поднялись на борт. Другие команды добивались аналогичного прогресса с другими пандусами, и Джейсон заметил, что лидер экспедиции серебряного ранга просто прыгнул по воздуху на верхнюю палубу. Джейсон последовал за командой Бет на нижние палубы, где он мог обосноваться в тени.

Попав на борт, все быстро перешло в хаотичную рукопашную схватку. Уровень каждой команды Общества приключений быстро начал проявляться. Группы Бет и Рика Геллера были сосредоточены вокруг постоянных команд, их опыт совместной работы стал очевиден так, как их построение было более сильным, чем у других.

Другие команды быстро погрузились в хаос. Даже группа Хамфри, состоящая из сильных отдельных членов, не фиксированной команды, разделила свое формирование. Что же касается менее элитных команд, то меньшие по размеру ограничения начали стоить им человеческих жизней. Сила Джейсона делала его свободным и мобильным. Он не сливался с командой Бет, которая привыкла друг к другу. Не являясь частью построения, Джейсон с поднятой головой двинулся, чтобы помочь более слабым людям.

После того, как Джейсон обрушил Колина на толпу Устей, тот оказался реальной угрозой для врага. Джейсон приказал пиявкам сходить с ума, зная, что они разделяют его понимание того, кто друг, а кто враг. Он подозревал, что случайный союзник будет терпеть неудачу, но верил, что Команда Колина в основном будет выполнять задачу.

Сам Джейсон использовал подход «убей и беги». Он изо всех сил старался облегчить давление на других искателей приключений. Его целями были преследования и разрушение, поскольку Джейсон был больше заинтересован в том, чтобы остановить бой союзника, чем закончить его за них. Он наносил смертельные удары, когда мог, но у него была кровоточащая рана. При правильном времени другой искатель приключений мог использовать отвлечение, чтобы закончить работу.

Ауры неслись по барже, из-за чего трудно было выделить редких железных рангов среди многолюдных Устей. Когда Джейсон находил одинокого врага, прежде чем двигаться дальше, он набрасывался на него, оставляя полный набор недугов. Все больше и больше он находил людей, пострадавших от внимания Колина. Это побуждало его находить темное пространство, из которого можно сотворить заклинание. Его плащ скрывал его, а шума было более чем достаточно, чтобы замаскировать тихое пение.

«Получите цену за свои преступления».

Его карательное заклинание на все раны, которые Колин оставил на жертве, наносило мгновенный урон. Не было никаких указаний на заклинание, кроме производимого им эффекта, который поражал окружающих Устей. Они без какой-либо видимой причины, засыхали и умирали один за другим.

В других случаях он использовал заклинание «Праздник отпущения грехов», чтобы восполнить свою выносливость и ману. Поток энергии, текущий от врага в его руки, выдал его позицию. Но завершив заклинание, он свободно телепортировался, оставляя за собой сбитых с толку врагов.

Авантюристы медленно, но уверенно овладели нижней палубой. Капитаны Устей бронзового ранга держали различные лестницы, ведущие наверх, и приказывали соплеменникам отступать. Авантюристы бронзового ранга произвели перегруппировку своих команд, рассредоточенных в рукопашной схватке. В группе было несколько раненых, но большинство из них были живы, и целители приступили к работе. Джейсон воспользовался шансом. Он подобрал Колина, хотя многие пиявки унесли наверх Устеи.

«Хорошая командная работа», - сказал Джейсон пиявкам. Он присел, давая пиявкам войти в порезы на тыльной стороне своей руки. Как только он это сделал, бронзовые ранги собрались вокруг, чтобы обсудить следующее наступление.

«Будет сложно занять позицию на верхних колодах», - сказал Эрнест Геллер. С лидером экспедиции серебряного ранга он на верхних палубах утвердил контроль над собранными силами.

«Мы должны собрать всех наших бронзовых рангов и силой пройти по одной из лестниц и прорваться внутрь», - сказал он, и другие бронзовые ранги согласились с ним. Тут не существовало строгой иерархии команд, но доверие к Эрнесту заставило остальных подчиниться.

Команде было поручено следить за их спинами на случай встречного удара Устей с других лестничных пролетов. На следующей палубе началась атака. У кочевников еще оставались силы, но определяющим фактором было существенное несоответствие, и вскоре колода была залита кровью Устей. После организованного подъема по выбранной лестнице, команды ушли со своих позиций на следующий уровень, и все снова превратилось в хаос.

Джейсон заметил одну из более слабых команд, которая сумела держаться вместе, но была зажата племям Устей. Их командир бронзового ранга упал, утянув с собой капитана Устей. Один из воинов железного ранга взял на себя ответственность.

«Все используют свои монеты!» - крикнул он, и Джейсон видел, как они все сунули в рот серебряные монеты.

- Вот дерьмо, - пробормотал Джейсон, оглядываясь. В дикой рукопашной схватке, он заметил команду Хамфри и телепортировался, прибыв перед Эрнестом - их лидером команды. Геллеры хорошо знали его плащ, но он все же откинул капюшон, чтобы предотвратить огонь с их стороны.

«Я только что видел, как одна из команд потеряла своего лидера и скинула серебряные монеты», - сказал Джейсон. «Им понадобится извлечение».

«Идиоты», - сказал Эрнест. «Покажи дорогу».

Джейсон так и сделал, оставаясь с командой Эрнеста, пока они пробивались вперед.

«Ты прав?» - спросил Хамфри Джейсона, когда они двинулись вперед.

«Это мрачная работа», - сказал Джейсон, и Хамфри согласно кивнул головой.

Они приближались к слабой команде. Всплеск силы серебряного ранга захлестнул окружавших их Устей, но эта мимолетная сила уступила место слабости, когда сила монет оставила их. Увидев флаг своего врага, Устеи двинулись вперед, но подкрепление для ослабленных авантюристов прибыло как раз вовремя.

Как пушечное ядро, одним мощным ударом разрубив троих пополам в пояснице, Хамфри врезался в наступающих Устей. Его команда воспользовалась моментом, чтобы влиться в отряд кочевников. Джейсон появился позади самого большого скопления, и снова выпустил брызги Колина. Авантюристы взяли под свой контроль команду Хамфри, окружившую ослабленных монетами авантюристов. Их целитель начала воздействовать на упавшего лидера группы, который был сильно ранен. Целителя железного ранга было недостаточно, чтобы немедленно вернуть тяжело раненного лидера бронзового ранга в бой.

«Мы вытащим их», - сказал Эрнест Джейсону. «Тебе снова нужно устроить беспорядок».

Джейсон кивнул головой и снова поднял капюшон.

В конце концов, искатели приключений взяли полный контроль над огромной баржей с песком. Пока основные силы сражались внизу, руководитель экспедиции прыгнул прямо на верхние палубы. Пробив себе путь через руководство Устей, он столкнулся с единственным воином серебряного ранга, который у них был. Это был племенной вождь. Битва, между ним, авантюристом и кочевником, серебряными рангерами, проходила строго между ними, демонстрируя разницу подготовки.

Как только вождь клана пал, оставшееся в живых руководство Устей сдалось. Потребовалось время, чтобы очистить палубы песчаной баржи, от неприятелей, поскольку борьба все еще продолжалась, но теперь уже уничтоженное племя Устей начало сдаваться.

Джейсон был рад, что не участвовал в организации после битвы. Заключение под стражу Устей в их собственной барже было логистическим кошмаром, особенно с тем, что они нашли на борту. Женщины и дети племени были заперты как рабы, что подтвердилось, когда они нашли настоящих рабов, по сути, находящихся в таких же условиях.

Отдыхая с другими железными рангами, Джейсон сел в тени стены из песчаника, которую вначале построил Гудзон и стал медитировать.

Битва была долгой, дикой и совершенно не похожей ни на одну из битв, что он пережил. Вместо того, чтобы тщательно выбирать моменты, он мелькал в битве, ловя шансы, когда находил их. Его фамильяр оказался невероятно могущественным, и способности Джейсона нашли применение. Он даже воспользовался шансом использовать как можно чаще свои новые заклинания.

Хамфри нашел Джейсона, увидел, как он медитирует, и сел рядом, чтобы сделать то же самое. Битва для него была таким же новым опытом, как и для Джейсона. Хамфри нужно было закрепить собственное понимание. Вернулась команда Бет. Стена была точкой перегруппировки их команды. Здесь они увидели Джейсона и Хамфри. Они сидели на песке, скрестив ноги.

«Они сейчас медитируют?» - спросил Моис.

«Мы тоже займемся этим», - сказала ему Бет, вызывая стон у Хадсона.

«Не расслабляйся», - сказала Хадсону Бет. «Вы обладаете всеми природными талантами в мире, но преданность делу - вот что делает вас лучшим».

По ее команде остальные присоединились к Джейсону и Хамфри. Не все из них сразу после битвы смогли перейти в медитативное состояние. Но, по крайней мере, они работали над очищением своего разума.

Погруженный в медитацию, Джейсон был потрясен ощущением давления в своем теле. Он встал и, пошатываясь, направился к стене из песчаника, используя ее, для опоры. Волна слабости накрыла его. Он начал откашливать студенистую мокроту заливая песок кровью. Затем он начал светиться сине-серым светом, и его тело наполнилось силой.

Способность “Кровоизлияние” (Кровь) достигла уровня Железа 0 (100%). Способность “Кровоизлияние” (Кровь) достигла уровня Железа 1 (00%). Все способности “Сущности крови” достигли уровня [Железо 1]. Связанный атрибут “Сила“ увеличился с [Iron 0] до [Iron 1]. Прогресс до бронзового ранга: 2,5% (завершено 2/4 эссенции).

Джейсон отошел от стены, чувствуя легкое головокружение. Он заметил, что все остальные прервали свое медитирование и встали. Они смотрели на него с улыбающимися лицами.

«Эта выпуклость по первому признаку немного грубовата, не так ли?» - спросила Бет.

Джейсон молча кивнул головой, что было нехарактерно для него.

«Поздравляю», - сказал Хамфри, хлопнув Джейсона по спине, от чего тот чуть не повалился на песок.

«Ты сделал свой первый шаг», - сказала Бет, похлопывая его по руке. «Добро пожаловать на путь к бронзовому званию».

Жизнь и смерть

Джейсон удовлетворенно вздохнул.

«Это мило», - сказал он, затем взял бутерброд и откусил его.

На пикнике в парковой зоне острова было много народу. Даниэль Геллер сидела за столом для пикника, который делила с Талией Мерсер, Руфусом и Винсентом. Джори с Клайвом сидели за другим столом вместе с парой Риком и Фиби Геллер. Они были братом и сестрой. Гари сидел на складном стуле с бутербродом длиной с руку Джейсона.

«Верно, ты знаешь, что можешь разрезать этот бутерброд на более мелкие кусочки?» - спросила его Фарра.

«Тогда это будет не огромный бутерброд, - сказал Гари. «Это будет просто куча бутербродов».

Кассандра сидела рядом с Джейсоном на одеяле. У Хамфри и Габриель было свое собственное одеяло, как у Джейсона и Кассандры. Хамфри нервно поглядывал на свою мать, наблюдающую за ними.

«Такое ощущение, что в последнее время это была работа, а не развлечения», - сказал Джейсон. «Песочные пираты, подземные логова, снова песчаные пираты».

«Произошла небольшая игра», - сказала Кассандра, изогнув губы в дразнящую дугу.

«Ты - луч сияющего восторга в темном море обязательств», - сказал Джейсон и нежно поцеловал ее.

"Видишь?" - сказала Габриель. «Это не так уж сложно».

Хамфри снова нервно посмотрел на мать.

«Эээ…»

Руфус встал со своего места за столом и поднял бокал.

«За наших железных рангов и их первого монстра бронзового ранга», - сказал он. «Не говоря уже о двух расовых эволюциях власти».

Когда остальные подняли бокалы, Джейсон улыбнулся, Хамфри выглядел смущенным, а Клайв удивился, что вообще был вовлечен во все это.

«Джейсон», - сказал Руфус. «Ты прошел долгий путь от растерянного полуобнаженного человека, которого мы встретили в подвале в клетке каннибалов».

«Ты говоришь так, как будто мы не были там в клетках», - вмешался Гари.

«Спасибо, Гари», - сказал Руфус, затем снова повернулся к Джейсону. «Даже тогда ты был каким-то особенным. Что-то странное, конечно, в тебе было но тоже особенное. Некоторых из нас бы здесь не было, если бы не твои действия в тот день. А теперь посмотри на себя. Монстры бронзового ранга терроризируют и уничтожают бедных учеников Даниэль. Мы все здесь авантюристы и, думаю, довольно неплохие. Ты пришел к нам издалека, но ты принадлежите этому месту, как и любой из нас ».

Джейсон потер рукой затуманенные глаза. Он поднялся на ноги с бокалом в руке и оглядел компанию друзей.

«Спасибо, Руфус», - сказал он. «Спасибо вам всем. Я пришелец в чужой стране, и я знаю, что могу быть… трудным даже в лучшие времена. Вы все помогли мне, направили меня, научили меня, бросили мне вызов. Теперь терпите меня ».

«Без шуток», - крикнула Фарра.

«Тихо, ты», - увещевал ее Джейсон. «Я просто хотел выразить свою благодарность всем вам. Я построил здесь лучшую жизнь за месяцы, чем за долгие годы в своем старом мире, и я должен всех вас за это поблагодарить. Я не могу позволить, чтобы лучшие люди застряли в яме, и это хорошо, потому что я недавно сам был таким ».

Он поднял свой бокал.

«За всех Вас».

«Верно!» - крикнул Гари, поднимая кубок размером с голову Джейсона. «Мы все очень хороши».

«Ты еще не рассказал нам историю борьбы с болотной гидрой», - сказала Фарра. «К тому времени, как мы ознакомились с нашим контрактом, Кассандра уже увела тебя».

«Хорошо, это достаточно честно, - сказал Джейсон. «Клайв, Хамфри, идите сюда, нам есть что рассказать ».

Они опустили часть о книгах по навыкам. Джейсон подозревал, что это пересекается с конфиденциальной миссией, которая привела Руфуса, Гари и Фарру в Гринстоун. После некоторого размышления он попросил Хамфри и Клайва молчать. Джейсон решил не ставить авантюристов в неловкое положение, они просили его прекратить расследование, хотя фактическое расследование проводил Клайв.

В конце своего рассказа Джейсон вытащил предмет, который они украли у гидры. Это был пятихвостый кнут бронзового ранга с кусающимися пастями на концах каждого хвоста. Хвосты кнута, казалось, жили своей собственной жизнью. Когда Гари размахивал им, хвост щелкал людей по рукам. Джейсон передал его Гари для демонстрации, так как сам не мог использовать предметы бронзового ранга.

У Хамфри были свои новости, поскольку его повысили до двух звезд. Это повлекло за собой череду тостов. К этому моменту люди начали пьянеть, из-за того, что Гари пытался заставить их пить за очередной тост. Даже Джейсон не мог проигнорировать Гари, так как он пил тот же напиток бронзового ранга, что и его друзья.

«Почему у всех нас не было камней пробуждения?» - спросил Джейсон Винсента, единственного присутствующего официального представителя Общества приключений. «Убить эту гидру было суперсложно. Она чуть не съела моего мальчика Горба! »

«Как правило, - сказал Винсент, - мы не раздаем людям камни пробуждения за убийство монстров выше их ранга. Это просто побудит людей погибнуть, пытаясь перепрыгнуть через чин ».

«Верно, - сказал Руфус. «Прыжки через чин - это не то, что нужно. Хороший искатель приключений должен уметь перепрыгивать через ряды, но только против правильного монстра ».

«Не говори им этого», - отругал Винсент.

«Думаю, мне стоит попробовать», - сказал Рик.

«Это именно то, о чем я говорю», - сказал Винсент. «Железные ранги спешат на смерть».

«Я сделаю это в комнате миражей», - сказал Рик, неуверенно поднимаясь на ноги. «Давай, Джейсон, шевелись, приходи в себя».

«Сядь на место», - сказала ему Даниэль. «Вы как дети, сколько раз я должна рассказывать вам, об использовании камеры миражей в пьяном виде?»

«Я в порядке», - неубедительно сказал Рик.

«Ты очень пьян», - сказала Фиби, качая головой, глядя на брата.

«Комната миража все равно занята сегодня», - сказала Даниэль. «Бронзовые ранги практикуют бои на песчаной местности».

«У них для тренировок есть целая пустыня!» - пожаловался Рик.

Вино лилось рекой, и разговор продолжался. Более мудрые «железные ранги» не спешили с напитками, они пытались поймать любое откровенные бронзовых и серебряных рангов.

«… Комитет…», - говорила Даниэль. «Все серебряные рангеры, десятилетиями скупали ядра монстров, сидя на задворках. Талия, ты помнишь этих детей, когда мы были ровесниками? Мы были активными; выбивали контракты быстрее, чем они могли их опубликовать. Теперь они все сидят без дела, как шрифты мудрости, решая, что делать с пиратами, которых они вообще никогда не пошли бы ловить! »

«Похоже, твоей маме нравится соус, Горбунок», - сказал Джейсон.

«Она бывает немного шумной, когда отца нет рядом», - сказал Хамфри. «Или когда он, если на то пошло».

«Горбатый похож на своего отца», - сказала Фиби Джейсону. «Его отец - прямая линия к завиткам его мамы. Это вроде как Горб для тебя.

«Вот так, Горбун», - сказал Джейсон, обнимая Хамфри за широкие плечи. «Боже, какой ты большой стрелок».

«Пожалуйста, перестань говорить" Горб "».

Позже Руфус обратился ко всем железным рангам в группе.

«Не торопитесь заполнить все свои ячейки камнями пробуждения. Есть другая возможность. Я не могу вам об этом рассказать, но примерно через месяц будет ... одна вещь ».

«Что за вещь?» - спросил Джейсон.

Руфус пьяно нахмурился, глядя на Джейсона.

«Замолчи».

Выпивка, снотворное и послеобеденное солнце расположили большую часть группы бездельничать. Джейсон лежал на одеяле, Кассандра, Хамфри и Габриель лежали на другом, рядом с ним.

«Похоже, проблема в масле», - сказал Джейсон Габриель. «Ты достаешь его из холодильника и даешь постоять ему пятнадцать минут; ни больше ни меньше. Да, нужно купить миксер вместо ручного взбивания. Хорошие миксеры можно купить в Artifice Association.

«Может, ты мне покажешь, как это делать?» - спросила Габриель.

«Конечно», - сказал Джейсон. «Мадам Ландри предоставляет мне возможность бесплатно пользоваться ее кухней, изучать рецепты и готовить печенье. Это целая наука, откуда я родом, и называется это булочки с печеньем. Они очень вкусные.

* * *

Поминальная служба прошла в кампусе Общества приключений. Мавзолей занимал часть кампуса, примыкающего к северному берегу острова. Берег искусственного острова был приподнят над водой, а на его вершине был засеян газон. Служба проходила на площадке с видом на воду.

Перед службой, останки авантюриста были кремированы. Они хранились в урне со «Значком искателя приключений”, который был подарен семье авантюриста Хамфри. Следящий камень, по которому Джейсон, Клайв и Хамфри следовали к его останкам, был торжественно помещен в Зал Павших Героев. В мавзолее хранились не останки авантюристов, а камни Общества приключений, отмечавшие их жизненный путь и службу.

На протяжении всей службы Джейсон и Клайв торжественно стояли рядом. После того, как служба закончилась, семья поблагодарила их за то, что они вернули домой сына. Было широко известно, с чем пришлось столкнуться Хамфри, Клайву и Джейсону, и на них смотрели с уважением. Торжественная часть закончилась и их пригласили на частную встречу. Хамфри отказался, сказав, что пригласить - это правильный этикет, а их правильный этикет - уважительно отказаться.

Собравшиеся авантюристы направились в бар, где они приняли участие в традиционном поминании авантюристов. Это была неофициальная церемония, на которой в тишине наливали выпивку павшему, затем выпили за Хамфри, Джейсона и Клайва, что те вернули его домой. Затем те, кто знал мертвого авантюриста, поделились историями из его жизни. Настроение сменилось с траура на праздник жизни.

Авантюрист не был из знатной семьи и не был хорошо известен своими достижениями. Многие были благодарны за то, что такой известный человек, как Хамфри, готов пойти и найти своего друга.

Даже если бы у Общества приключений не было правил, запрещающих отправлять друзей и родственников авантюриста за его телом, все они знали, что они тоже пошли бы. Джейсон заметил, что даже он заработал себе репутацию среди авантюристов. Ему было не сравнится с Хамфри, но и ему почтительно пожимали руку и предлагали выпить.

С наступлением поздней ночи Хамфри, Джейсон и Клайв ушли с большинством авантюристов, остались только самые близкие друзья мертвеца. Улицы острова были ярко освещены уличными фонарями. Они молча шли бок о бок.

Необычный контракт

Когда Джейсон пробивался в зал вакансий, Кампус Общества приключений был необычайно оживлен. Было нормально видеть, как люди спокойно бродят вокруг. Но в зале преобладали должностные лица Общества, которые двигались беспокойно. Сборный двор обычно был открытым пространством, где собирались группы, но теперь он был уставлен палатками и окружен временным забором.

За пределами рабочего зала он увидел объявление о том, что сортировочная станция временно закрыта. Всем командам и экспедициям приказывалось использовать пространство перед зданием администрации для сбора. Читая объявление, Джейсон почувствовал знакомую ауру, обернувшись он увидел приближающуюся Бет Кавендиш.

«Довольно круто, не правда ли?» - сказала она, кивая на объявление.

«Ты знаешь, в чем дело?» - спросил Джейсон. «Я предполагаю, что это как-то связано со всеми теми кочевниками, которых мы захватили. Твой дядя что-нибудь упустил?»

Джейсон знал, что серебряным лидером экспедиции был дядя Бет. Он был тем, кто победил вождя Устей и принял капитуляцию их руководства.

«Общество приключений хочет выяснить, почему Устеи вообще пришли на юг, а затем посадить всех на их баржу и отправить обратно», - сказала Бет. «Но все идет не так гладко».

«Они не хотят возвращаться?» - спросил Джейсон.

«Не хотят, - сказала Бет, - и дядя Эфраим не говорит почему. Он сказал мне, что если я что-то узнаю, то должна держать язык за зубами. Он сказал, что все эти предосторожности предусмотрены, чтобы предотвратить любые возможные беспорядки ».

«Звучит серьезно, - сказал Джейсон.

«Он рассказал мне и о других проблемах, которые вызывает племя Устей. Во-первых, они серьезно относятся к своему поражению и сдаются. Они заявляют, что теперь их боевая баржа и все что на ней находится, принадлежит дяде Эфраиму ».

«Это проблема?» - спросил Джейсон.

«Ты понимаешь, что это включает в себя всех женщин, детей и рабов», - сказала Бет. «Мы не продвинулись достаточно дальше, чтобы найти, где они все были прикованы».

«Рабы», - сказал Джейсон. «Это никогда не бывает хорошим знаком. Подожди, они хотят отказаться от всех женщин племени? Не вымрет ли племя? »

«Очевидно, это их культура. Дело в том, что теперь им придется совершать набеги на другие племена за большим количеством женщин для себя ».

Джейсон покачал головой.

«Становится только хуже, - сказал он.

«Ты прав в этом. Помнишь, я говорила, что они не хотят идти на север? »

«Да, помню.»

«Они хотят пойти на восток. Кочевые племена обходят северные оазисы. Восточная пустыня не такая суровая, как северная, и здесь больше оазисов пригодных для жизни ».

«С городами и деревнями вокруг них, не говоря уже обо всем, что находится в дельте, через которые им пришлось бы пройти, чтобы добраться туда». - сказал Джейсон. «Неужели они всерьез ожидают, что мы освободим толпу мужчин, стремящихся похитить женщин и рабов в небольших изолированных группах населения?»

«Это их путь, и они говорят, что мы должны убить их или оставить племя в покое».

«Я полностью за свободу, - сказал Джейсон, - но это не значит, что если мы их освободим, они могут брать людей в рабство».

«Ты знаешь, что они напали на одну из прибрежных деревень за день до того, как мы их атаковали?»

«Я не слышал об этом», - сказал Джейсон.

«Эти деревни зарабатывают себе на жизнь рыболовством и квинтэссенцией воды. Рейдеры полагаются на квинтэссенцию воды для выживания в пустыне, поэтому они совершили набег на деревню. Потерять еду и квинтэссенцию - это одно, но они пленили всех людей ».

«Мы освободили их, верно?» - спросил Джейсон.

«Да, тех, кто выжил. Мерзкое дело ».

«И что собираются делать со всеми этими кочевниками?» - спросил Джейсон. «Не похоже, чтобы мы могли их отпустить, но мы не можем просто запереть их всех где-нибудь в тюрьме».

«Я понятия не имею, что собираются с ними делать», - сказала Бет. «Кто-то высказал идею взять мужчин Устей в рабство, чтоб, по крайней мере, они понимали каково это».

«Это безумие», - сказал Джейсон, нахмурившись от гнева. «Рабство здесь запрещено, не так ли? Я видел людей и не осознавал, что они рабы? »

«Успокойся, у нас нет рабов», - сказала Бет. «У нас есть наемные слуги. Многих преступников приговаривают к заключению контрактов, а затем их контракты продают жителям городского населения или их продают с аукциона, чтобы возместить издержки, нанесенные ими за их преступления».

«Вы продаете преступников?»

«А что с ними делают, в тех местах откуда ты родом?» - спросила Бет.

«Мы запираем их в клетки на долгие годы и обращаемся с ними как с животными», - сказал Джейсон, затем покачал головой. «Я думаю, что нам обоим нужны более совершенные системы».

«По крайней мере, вам не нужно беспокоиться о том, чтобы взять Устей в рабство», - сказала Бет. «Идея отпала окончательно, когда кто-то сказал, что Устеи не примут таких условий. Их культура не позволяет воинам становиться рабами. Для них плен означает освобождение или смерть. Это единственное, что они готовы принять ».

«Они ведь не говорят о казни всего племени, не так ли?» - спросил Джейсон.

«Я не уверена», - сказала Бет. «Дядя Эфраим озвучил мне только те условия, которые они уже отвергли».

«Это полный беспорядок», - сказал Джейсон, и затем постучал пальцем по уведомлению. «Я думаю, что так и есть. Администрация-сумасшедший дом, каждая команда собирается на крыльце ».

Они прошли в зал вакансий и отметились на стойке регистрации. Поскольку ни у одного из них не было ожидающих контрактов, они подошли к доскам объявлений. Джейсон и Бет были двухзвездными авантюристами, поэтому они направились к одной и той же доске объявлений.

«Ты будешь гоняться за дорогостоящими вещами, если за тобой будет целая команда, верно?» - спросил Джейсон, пока они просматривали объявления.

«Верно, - сказала Бет. «В основном я ищу то, что может подтолкнуть команду, но также и то, что по-прежнему хорошо окупается, разделенное на четыре направления. К счастью, это одна и та же работа. Ты работаешь в основном соло? »

«Да, но я кое-где брал групповую работу», - сказал Джейсон. «Я немного поработал с Хамфри Геллером и другом из Магического Общества».

Джейсон сорвал с доски объявление и нахмурился.

«Нашел что-то хорошее?» - спросила Бет.

«Что-то интересное, - сказал Джейсон. «Это похоже на миссию с одной звездой, но на самом деле с двумя звездами».

«Вероятно, это означает, что была одна звезда, но возникли некоторые сложности. Как только пара человек терпит неудачу, они начинают это делать. Обычно это раздражающие контракты, поэтому большинство из нас их избегает ».

«Я привык учиться на собственном горьком опыте», - сказал Джейсон. «Увидимся, Бет».

Она попрощалась с ним, помахав рукой и улыбнувшись, вернулась к объявлениям. Джейсон понес свое объявление к стойке регистрации. Объявление было зарегистрировано как простая охота на монстров (монстра, звали фергаксом). Джейсон просмотрел в свою архивную табличку с монстрами и увидел, что существо характеризовалось как очень агрессивное, похожее на медведя. Высокая сила, умеренная скорость и стойкость, никаких экзотических способностей.

«Доброе утро, Берт», - поздоровался Джейсон с Альбертом у регистратуры контрактов.

«Доброе утро, мистер Асано, - сказал Альберт. «Довольно большая суматоха у нас сегодня происходит».

«Я видел», - сказал Джейсон. «Я не думаю, что Вы что-нибудь об этом слышали?»

«О, мистер Асано, я слишком низок рангом, чтобы знать об этом, - сказал Альберт. «Я полагаю, Вы знаете больше, чем я. Разве Вы не участвовали в той экспедиции по пустыне?»

«Я был там», - сказал Джейсон. «Они не особо много говорили нам об этой экспедиции, и я понял, что это не то, что мне нравится. Мне нужно быть более рассудительным в том, в чем я хочу участвовать ».

Альберт кивнул на лист бумаги в руках Джейсона.

«Вы говорите о выборе контрактов, господин Асано? - спросил он. "Что это у Вас в руке?»

Джейсон передал листок.

«Вы можете сказать мне, почему этот контракт двухзвездочный?» -спросил Джейсон.

Альберт взглянул на него.

«А, я знаю об этом контракте», - сказал он. «Он немного необычный. Вы что-нибудь знаете о фергаксе, мистер Асано?

«Только то, что есть в архиве Общества магии», - сказал Джейсон.

«Что ж, фергаксу больше нечего делать», - сказал Альберт. «Это существа простые, но не слишком умные. Они очень агрессивны, поэтому их легко найти. Обычно они нерестятся в самых засушливых частях дельты, где действительно можно вырастить деревья, достойные для пиломатериалов ».

«Это место располагает самыми ценными землями в дельте, верно?» - спросил Джейсон.

«Действительно, сэр, - сказал Альберт. «Люди становятся очень разборчивыми, когда дело касается земельных прав. В большинстве случаев законы таковы, как говорит самый богатый человек поблизости. Но права на землю в лесном регионе жестко регулируются ».

«Чем отличается этот контракт ?» - спросил Джейсон.

«Там есть парень, который владеет лесопилкой, - сказал Альберт. Он пробыл в этих местах достаточно долго, и может узнать фергакса, когда замечает его. Но каждый раз, когда мы кого-то отправляем туда, там не находят никакого фергакса. Никаких смертей, никаких повреждений за это время. Все похоже примерно на то, как Вы отслеживаете фергакса. Владелец комбината регистрировал появление его восемь раз за три месяца, даже обещал хорошее вознаграждение. Люди берут контракт, уходят и ничего не находят. Дошло до точки, когда Общество готово поставить владельцу комбината черную метку».

«Черную метку?» - спросил Джейсон.

«Это означает, что он не сможет регистрировать контракты».

«Я не могу подумать, что это было бы хорошо для того, кто полагается на землю в дельте».

«Я так не думаю. Могут быть даже юридические последствия; те правила, о которых я упомянул. Не могу сказать наверняка, потому что это не моя область ».

Джейсон задумчиво нахмурился.

«Чья это территория?» - спросил он.

Берт на мгновение задумался.

«Я предполагаю, что земля принадлежит людям из Civic Records Hall (Зал гражданских отчетов)», - сказал он.

«Спасибо, Берт. Запиши меня на контракт; Я беру его.

Джейсон не сразу отправился в дельту. Его первая остановка была в Зале документации и библиотеке Гражданской власти в районной гильдии. Заплатив небольшую плату за доступ и умеренную взятку за помощь, он смог найти то, что ему нужно. Собираясь уйти, он обратился к своему подкупленному чиновнику.

«Ой, мисс?»- удивился Джейсон. «Ни в коем случае не говорите никому, что я был здесь или для чего я был здесь. Только мы с Вами знаем это, поэтому, если я узнаю, что кто-то другой знает, я буду уверен, что это Вы разболтали».

Он подошел прямо к ней, давя на ее ауру своей собственной. Она стояла, слегка дрожа. Он наклонился вперед, чтобы шепнуть ей на ухо:

«Неважно, кому Вы скажете, потому что они не могут защитить Вас от меня. Семья Мерсер может защитить Вас, если я попытаюсь осудить Вас за длинный язык, но этого не произойдет. Однажды все Ваши коллеги удивятся, почему Вы не пришли на работу. Ваша семья будет интересоваться, куда Вы делись, но они никогда не узнают где Вы. Вы знаете почему?»

«Может быть…, потому что Вы убьете меня?»

«Я сомневаюсь, что Вы представляете о том, что могут делать мои способности, поэтому я объясню Вам те части, которые имеют отношение лично к Вам. Во-первых, Ваше тело умрет, оно просто перестанет быть живым. Тогда я высосу из Вашего трупа всю влагу. Не уверен, что Вы в курсе, но жизненная сила имеет красивый ярко-красный цвет. Я возьму все, что осталось от Вашего тела, чтобы хорошо высушить Ваши останки. Потом я помещу Вас в бочку. Небольшую, потому что Вы не так уж большая. У меня есть большое пространство для хранения, так что в любом случае все в порядке. Какие бы остатки там ни остались, я вычищу пол с помощью хрусталя. Вы с ним знакомы? Замечательная вещь, но ее не каждый себе может позволить, если не зарабатывает денег авантюриста. Достаточно сказать, что он очистит все остаточные пятна от того, что было на Вашем теле. Затем, я в следующий раз поеду в дельту».

Он отступил назад, одарив чиновницу дружелюбной улыбкой.

«Так что давайте просто сделаем это нашим маленьким секретом, договорились?»

* * *

«Абсолютно нет», - сказал Клайв. Джейсон нашел его в своем неорганизованном кабинете.

«Это для контракта», - сказал Джейсон.

«Меня не волнует, даже если это будет для бога щедрости», - сказал Клайв. «Эти записи анонимны, и они останутся анонимными. Даже Люцианский Минога не нарушил этого, а он гнил, как трехнедельное мясо.

«Кто?» - спросил Джейсон.

- Люцианская Минога, - директор филиала Магического Общества здесь, в Гринстоуне», - сказал Клайв.

«Никогда не встречал этого человека. Думаю, мне не стоит жаловаться на твою сдержанность. Я приветствую честность везде, где я могу ее найти ».

«В любом случае, неизвестно, будет ли у нас запись о мощности, которую ты ищешь», - сказал Клайв. «Не все записывают свои силы в Магическое Общество».

«Достаточно честно, - сказал Джейсон. «А как насчет ритуала, который показывает, использовался ли призыв в определенной области?»

«Обычный призыв эссенциальной способности?» - спросил Клайв. «Я могу объяснить тебе. Как звучит ритуальный звук, который не только показывает, что было вызвано им, но и накладывает отпечаток ауры призывателя на следящий камень? Но тебе нужно быть прямо на месте призыва и, может быть, через полдня после призыва.

«Клайв, я могу поцеловать тебя».

«Пожалуйста, не надо».

«Как насчет того, если ты не можешь сказать мне, у кого есть такая способность, можешь ли ты рассказать, какая информация есть у Магического Общества о способности?» - спросил Джейсон.

«Я мог бы рассказать, - сказал Клайв, - но зачем мне напрягаться? Разве у тебя нет волшебного планшета, с помощью которого можно получить доступ ко всем публичным записям Магического Общества о способностях? Ты ведь знаешь, что мы их продаем?»

«О да, - сказал Джейсон. В том же списке, который показывал ограниченные сущности, были записи обо всем, что Общество Магии знало об индивидуальных способностях. Джейсон посмотрел мощность на своем планшете.

«Стандартный соляной круг», - прочитал он. «Не волнуйся Клайв, найди мне копию этого ритуала слежения, и я не буду морочить тебе голову».

«Почему ты морочишь мне голову?» - спросил Клайв, когда начал просматривать книжные полки.

«Это просто поговорка, - сказал Джейсон. «Это означает, что я слишком сильно увяз в вашем бизнесе».

«Для этого тебе не нужна моя голова», - сказал Клайв. «У тебя есть природный талант».

«Довольно резко», - сказал Джейсон, вздрогнув.

«Ты слышал что-нибудь о том, что будет с песчаными пиратами, захваченными в плен?» - спросил Клайв, все еще ища копию ритуала.

«Совсем немного, - сказал Джейсон. «Очевидно, они все держат в секрете, пока не решат, что делать дальше».

«Что ж, я надеюсь, что им не нужно столько пленных», - сказал Клайв. «Я пытался выяснить, кому принадлежал этот древний комплекс. Меня исключили из расследования в пользу фаворитов Миноги. Конечно, книги по навыкам, которые мы извлекли, могли бы помочь нам, но все ускользнуло из моей головы».

Джейсон усмехнулся.

« Ну ты нашел, что искал?» - спросил Джейсон.

«Это странно, - сказал Клайв. «Это похоже на то, что в исторических записях есть дыра в форме “то, что я ищу”, так если бы кто-то прошел и прочистил их. Я собираю головоломку, соединяя ее снаружи и внутри, добиваясь такой же формы, что и у странной детали, с которой я начал ».

«Я люблю головоломки», - сказал Джейсон. В качестве умственной тренировки, Фарра заставляла меня решать их на скорость ».

«Мне тоже нравится решать головоломки на скорость, - сказал Клайв. «У тебя есть один из волшебных наборов, где изображение и детали меняются? Когда я учился, чтобы вступить в Магическое Общество, мы напивались и пытались решить его».

«О, мы все время этим занимаемся», - сказал Джейсон. «Клайв, тебе следует поговорить с Габриель о недостающих знаниях. Ты знаешь, это подруга Хамфри».

«Да, я знаю ее. Она “Послушник знания", это хорошая идея - сказал Клайв. «Джейсон, а ты знаешь, что уничтожение знаний - самый большой их грех. Ты можешь передать мне книгу с того стола?» - спросил Клайв.

Джейсон достал книгу из-под горшка с растением и протянул ее Клайву.

«Я почти уверен, что здесь найду описание ритуала», - сказал Клайв, листая книгу. «Я сделаю тебе копию, и ты сможешь отправиться в путь»…

«Ты обнаружил высокое содержание соли?» - спросил Джори у Джейсона. «Да, у меня есть кое-что для этого. Пойдем со мной.»

Джейсон последовал за Джори в его новую кладовую, практически это был склад для хранения алхимических материалов.

«Наша клиника была закрыта на неделю. Тут делали ремонт, все было в полном хаосе» - сказал Джори. «Открытие клиники после ремонта планируется через пару дней. Ты будешь в городе? »

«Не уверен», - сказал Джейсон. «У меня есть контракт, и я не знаю, сколько времени затрачу на него».

«Ты знаешь, что именно ты сделал все это возможным», - сказал Джори, указывая на здание вокруг себя. «Было бы хорошо поблагодарить тебя публично».

«Если подумать, - сказал Джейсон, - я почти уверен, что этот контракт не даст мне попасть в дельту. Я бы предпочел быть твоим молчаливым партнером. Большое тебе спасибо ».

«Я не уверен, что это сработает, но учитывая, что ты лечил больных своими магическими способностями в течение нескольких месяцев, думаю, что это поможет тебе».

Джори снял с полки бамбуковую лейку и встряхнул ее.

«Там должно быть около четырех кубометров воды», - сказал он.

«Это объемная лейка из мешков?» - спросил Джейсон.

Джори усмехнулся.

«Просто вычисти ее и залей сверху, прежде чем отдавать обратно», - сказал Джори. «Эти вещи не из дешевых».

«Подойдет», - сказал Джейсон.

Джори открыл шкаф и достал большую стеклянную бутылку с бирюзовой жидкостью внутри. Он вылил половину содержимого бутылки в лейку, и поставил бутылку обратно. Затем он вынул небольшой пузырек с жидкостью, и прежде чем передать пузырек и канистру Джейсону, дал ему инструкцию по использованию, очистке и наполнению канистры.

«Не знаю, что ты задумал, - сказал Джори, - но удачи тебе».

Истина

Дальше всего от города, на южном берегу реки, в восточной части дельты, находился Лесной район. Тут Джейсон долгое время тренировался, совершенствуя стиль бега на длинные дистанции, в котором использовал способность снижать вес своего плаща. Это было похоже на серию парящих горизонтальных прыжков над поверхностью, которую он пересекал, будь то суша или вода.

Он прошел через дельту достаточно далеко, и большую ее часть нанес на карту. Он старался сэкономить время, выбирая прямые маршруты вместо того, чтобы идти по набережной. Джейсон мог идти по воде и телепортироваться мимо препятствий. Его скорость не соответствовала скорости полета на воздушной лодке, но прямолинейный маршрут помогал ему опережать обычное животное. Время от времени ему требовалось восполнить запасы энергии с помощью зелий маны и выносливости. Недорогие подарки Джори помогали ему. Они того стоили, их умеренные эффекты, не давали толчка, необходимого для интенсивного боя, но они идеально подходили для путешествий Джейсона.

Дни становились короче по мере того, как лето переходило в осень. Когда Джейсон прибыл в город Леуст, солнце уже зашло. Это был один из самых больших и богатых городов в дельте, с мощеными дорогами и каменными постройками вместо сырцового кирпича. В основном это был более дешевый желтый камень пустыни, но здесь были здания и из зеленого камня.

Внутренняя прохлада, создавалась близостью водного зеленого камня. Каждый, кто мог себе позволить по достоинству оценить это. В душной жаре дельты часто была разница между хорошим ночным отдыхом и потной бессонной ночью. По этой причине Джейсон выбрал большую гостиницу из зеленого камня, чтобы отдохнуть и переночевать. Войдя в гостиницу, Джейсон остановился, чтобы придать своему лицу недовольное выражение.

Его поза изменилась и напряглась. Лицо и плечи опустились. Он распахнул дверь бара и вошел внутрь с выражением раздражения. Пройдя через комнату, Джейсон сердито сел на табурет.

«Пить», - потребовал он от бармена. «Лучшее, что у тебя есть, и самую лучшую еду после»

Стоя за стойкой, Бармен потянулся за бутылкой янтарного спирта.

«Не это горькое дерьмо, - сказал Джейсон. «У вас есть Норвич Блю?»

«Да, сэр, мы используем его для изготовления синих прыгунов».

«Синие прыгуны сока?»

«Это смешанный напиток, сэр, но…

Бармен наклонился ближе к Джейсону.

«… Обычно мы обслуживаем этим напитком наших женщин-покровительниц».

«Если у кого-то возникли проблемы с тем, что я пью, то буду счастлив, счистить их со своего меча».

Джейсон был в полном снаряжении для приключений, с оружием на бедре и патронташем для метания дротиков на торсе. Он повернулся и окинул взглядом оживленный бар, никто не хотел встречаться с ним взглядом.

«Я так и думал», - сказал он, снова повернувшись к бармену.

«Можно спросить, сэр, - Вы авантюрист?» - спросил бармен, делая напиток.

«Так написано на значке», - проворчал Джейсон. «Они отправили меня в кровавое приключение. Ты знаешь, сколько людей они послали до меня, чтоб разобраться с этим воображаемым, долбаным монстром? Восемь!!! Я девятый, но так или иначе я буду последним. Ты веришь мне? Если на этот раз этого монстра здесь нет, я лично позабочусь о том, чтобы человек, рассылающий эти уведомления, был отмечен черной меткой. Фергакс, который никого не убивает и ничего не ломает? Что за чушь.»

« Это значит, Вы собираетесь отправиться на лесопилку Линдовера? - спросил бармен.

«Возможно», - сказал Джейсон. «Мне дали карту и меня не волнует, как это место называется, черт возьми».

Джейсону трудно было поблагодарить за то, что оказалось “восхитительным напитком и отличным ужином”, но он все равно сделал это, сопротивляясь своему обычному желанию высказать свое мнение на счет ужина. Он сердито удалился в свою комнату, выполнил простой ритуал, чтобы оградить себя от магии наблюдения, и лег спать.

На следующее утро Джейсон покинул постоялый двор, таким же раздраженным, как и приехал. Он отправился на лесопилку. Лесной массив располагался на более твердой поверхности, чем большая часть дельты- на болотах. Массив не был мертвым и пустым, как пустыня.

Путь Джейсона был похож на прогулку по лесному заповеднику. Он шел по земляным дорогам, проходящим между деревьями, которые были посажены в аккуратные ряды. Иногда лес был похож на естественный, хотя и аккуратно высаженный. Иногда он проходил мимо моря растущих молодых деревьев или недавно вырубленного поля. Мимо регулярно проезжали фургоны, везя грузы пиломатериалов в Леуст.

Джейсон миновал несколько больших деревянных указателей, на которых было написано название лесопилки. Достигнув того места, которое было обозначено как Линдовер, он прошел через него. Джейсон пошел по дороге, через аллею деревьев, к большой лесопилке, но там было тихо и безлюдно. Он продолжил свой путь мимо мельницы к большому фермерскому дому.

Джейсон постучал в дверь фермерского дома. Ему открыл мужчина, похожий на лесоруба. Они представились друг другу. Кайл Линдовер был леонидом. Он был крупнее Гари, одет в красную клетчатую рубашку, в брезентовые рабочие штаны и огромные толстые ботинки. Он выглядел так, как будто мог снести деревья, ударив их кулаками.

«Если бы я был деревом и увидел, что ты подходишь ко мне, - сказал Джейсон, - я бы просто сдался. Тебе нравится жать полевые цветы?»

«Нет», - ответил Кайл.

«Я слышал кое-что о лесорубах», - сказал Джейсон.

Кайл показал Джейсону свою лесопилку. Он остановил ее после неоднократных появлений фергакса, не желая, чтобы его рабочие пострадали. Его бизнес был достаточно прибыльным, и мог выдержать простои в течение некоторого времени. Но с течением времени, резервов стало не хватать, и большинство рабочих занялись другой работой, чтобы прокормить свои семьи.

«Моя жена и дети живут с ее родителями в Гринстоуне», - сказал Кайл. «Я кое- как стараюсь поддержать свой бизнес, но каждый раз, когда я решаю запустить лесопилку, чтобы начать производство, монстр появляется снова. Я вызывал сюда авантюристов, но они ничего не находят. Боюсь, что меня внесут в черный в список».

«Мы должны посмотреть, что можно с этим поделать».

Кайл сделал то, о чем просил Джейсон, обводя его по территории. Здесь были лесопилка, фермерский дом и общежитие для людей, работающих на предприятии. Также была небольшая столовая, где готовили еду для Кайла, его семьи и рабочих. Кайл изо всех сил старался держать все в порядке, но явно был выбит из колеи.

Джейсон сказал, что хочет сам осмотреть территорию. Кайл вернулся в фермерский дом. Джейсон обошел территорию, пока его способность “карты” не раскрыла все полностью. После обхода, Джейсон вернулся в фермерский дом. Пока он бродил, Кайл приготовил фруктовый пунш. Они сели за стол и наслаждались напитком.

«Пунш действительно хорош», - сказал Джейсон. «Могу я взять у тебя рецепт?»…

Джейсон, просматривал карту и отмечал те места, где был замечен фергакс. Он прикоснулся пальцем к карте и установил маркер, отмечая целую зону. Кайл с любопытством наблюдал за ним. Джейсон погрозил кому-то пальцем в воздухе.

«Невидимая магическая карта», - сказал ему Джейсон, не поднимая глаз.

«Я так и подумал», - сказал Кайл.

Глядя на карту, можно было заметить, что в целом область, откуда появлялся монстр, была довольно четкой. Джейсон для лучшего поиска, разделил территорию на участки, а затем покинул дом вместе с Кайлом, чтобы приступить к работе. Он достал лейку с дополнительным резервуаром для воды, которую одолжил ему Джори, и начал поливать ею область, отмеченную на его карте. Кайл смотрел с любопытством.

«Что именно ты делаешь?» - спросил Кайл.

«Ищу соль», - сказал Джейсон. Он продолжал переходить с места на место, разбрызгивая на ходу воду.

«Ты ищешь соль?» - спросил Кайл.

«Верно, - ответил Джейсон. «Когда используешь способность сущности для вызова монстра, первым делом нужно создать круг призыва. Это несложно сделать, но для этого нужно использовать правильный материал. У меня есть друзья, которые используют обсидиановую пыль и железные опилки, но такие экзотические материалы, как правило, предназначены для причудливого призыва. Большинству людей просто нужна обычная соль, включая и таких людей, которые вызывают фергакса. Держу пари, что призыватель просто швырнул ее в грязь…»

«Ты думаешь, что кто-то вызывает монстра?»

«Да, - сказал Джейсон.

«Ты думаешь, что кто-то пытается выгнать меня с моей земли?»

« Да, я так думаю».

Кайл повесил голову.

«Почему меня?» - подумал он вслух.

«Ты независим», - сказал Джейсон. «В Гринстоуне нет покровителя, который бы заступился за тебя».

«Как я должен доказать, что происходит?»

«Тебе ничего не надо доказывать» - сказал Джейсон. «Я сделаю это. “Общество приключений” к твоим услугам».

«У меня здесь раньше уже было “Общество приключений “», - сказал Кайл. «Как ты собираешься доказать то, о чем говоришь? Мы даже не знаем, кто за этим стоит ».

«Конечно, - сказал Джейсон. «Это расследование использует двоякий подход. Можно сказать, лучшее из обоих миров. Здесь мы используем местную изобретательность, чтобы следовать за магией. Это первый метод. Другой метод, которым мы пользуемся такой, когда я приехал, я позвонил по телефону и попросил следить за перемещением денег в твоем регионе ».

Белый дым начал подниматься оттуда, где Джейсон только что окропил водой.

«Это наш первый ход», - сказал Джейсон.

Он достал металлический кол с привязанной к нему ярко-красной лентой и воткнул его в землю. Затем обратно вернулся на территорию разбитую на участки, и стал разбрызгивать еще воду.

«На местном уровне не так много у вас чиновников, которые регулируют бизнес, - сказал Джейсон. «Вот что происходит, когда люди, устанавливающие правила, являются владельцами бизнеса. Однако, когда я заключал этот контракт, я узнал, что лесная промышленность является заметным исключением. Отрасль и связанные с ней права на землю строго регулируются».

«Вот почему я рискую потерять свою землю, - сказал Кайл. - Существуют производственные требования для землевладельцев, а мы не занимались производством с тех пор, как это чудовище начало появляться».

«Что ж, это хорошие новости», - сказал Джейсон. «Мое расследование здесь, похоже, состоит из поиска парня, который может бросать огненные шары. Его просят помочь в разорении компаний. Похоже, еще никто не изобрел подставные компании. Я нашел, где хранились все записи, потратил несколько часов на их поиски, и с небольшой помощью подкупленного чиновника, нашел все, что мне было нужно».

«Ты подкупил городского чиновника?»

«Я не делал ничего противозаконного», - сказал Джейсон. «Просто попросил помочь мне ориентироваться в бесполезной системе записей. Вот как я узнал, кто за всем этим стоит и почему ».

«Ты уже знаешь?»

«Да, - сказал Джейсон. «Теперь мне нужны подтверждающие доказательства, под которыми я подразумеваю того, кому они на самом деле платят, чтобы он пришел сюда и вызвал монстра. Я заставлю этого человека говорить».

«Ты думаешь, он расскажет?»

«Может быть», - сказал Джейсон. «Даже если он этого не сделает, мы получим то, что сможем использовать в своих целях».

Джейсон перерыл все отмеченные участки, ставя кол каждый раз, когда смесь водного зелья Джори обнаруживала высокое содержание соли. По окончанию своей работы, Джейсон подвел итоги. Его колья с привлекательными лентами были собраны на небольшой площади.

«Это то, о чем я думал», - сказал он. «Я проверил всю местность, чтобы убедиться. Похоже, что наш призыватель приходит сюда, и каждый раз вызывает своего монстра примерно в одном и том же месте. Затем он заставляет монстра бродить, пока ты его не увидишь. Я так понимаю, ты никогда не гнался за этим существом».

«За огромным агрессивным монстром?» - спросил Кайл. «Нет, не гнался».

«В высшей степени разумно», - сказал Джейсон. "Когда ты в последний раз видел его?»

«Пять дней назад», - сказал Кайл.

«Прошло, слишком много времени с последнего вызова, чтобы отследить это существо», - сказал Джейсон. «Но я попробую».

Джейсон проводил ритуал на каждом месте появления монстра, который подсказывал ему Клайв. На короткое время появились призрачные образы существа похожие на медведя, но остаточной магии не хватило, чтобы запечатлеть ауру призывателя на следящем камне.

«Ага», - сказал Джейсон, бросая соль в грязь, которую он использовал для кругов. «Нам понадобится новое наблюдение за монстром».

«Его последнее появление было меньше недели назад, - сказал Кайл. «Может быть немного подождать».

«Не беспокойся, Кайл, - сказал Джейсон. «Я уже заложил основу».

Когда солнце скрылось за горизонтом, Джейсон вернулся в гостиницу, более расстроенным, чем когда уходил утром.

«Еда и питье, как раньше», - потребовал он у бармена. «Я уйду с первыми лучами солнца. Я не задержусь тут ни на минуту дольше, чем должен ».

«Не повезло?» - спросил бармен.

«Когда какой-то идиот придумывает всякую чушь, то это не вопрос удачи», - с горечью сказал Джейсон. «Клянусь, если из Линдовера поступит еще один контракт, я не вернусь. Я поставлю ему черную отметку на месте, и пусть проклятые бюрократы разбираются».

Как было сказано, Джейсон отправился на рассвете по дороге в Гринстоун. Он прошел следующий город, чтобы убедиться, что за ним не следят, прежде чем свернуть по пересеченной местности к поместью Линдовер. Деревья делали его незаметным, он видел рабочих на участках, через которые проходил.

До появления фергакса в Линдовере оставалось три дня. С полностью сдержанной аурой, пока монстр, в течение нескольких часов бродил вокруг, Джейсон следил за ним с активным записывающим кристаллом. Кайл вышел и заметил убегавшего монстра. Кайл закричал, но не погнался за монстром.

Существо ничего не делало, кроме того, что просто бродило по окрестностям Линдовера, пока не исчезло, когда время призыва истекло. Все это время Джейсон тихо сидел в кустах, подальше от его пути, наблюдая, как изображение было зафиксировано записывающим кристаллом, плавающим над его головой.

Когда хозяин Линдовера и Джейсон рассматривали следы, оставленные фергаксом, Клайв сказал: «У нас проблема. Она состоит в том, что в нашей местности водятся медведи. Иногда они проявляют любопытство и подходят близко к жилищу. Следы медведей и монстра в значительной степени идентичны. Авантюристы, которые были тут, подумали, что я вижу медведей и испугались».

«Что ж, сейчас у нас есть запись, так что, по крайней мере, мы можем доказать, что монстр действительно существует», - заверил Кайла Джейсон. «Это означает, по крайней мере, что черная метка тебе не грозит. Затем мы посмотрим, сможем ли мы сделать что-то получше, чем это ».

Снова используя лейку, Джейсон обнаружил сильную солевую реакцию и выполнил ритуал слежения. На этот раз отпечаток ауры попал на подготовленный им следящий камень. Как и ожидалось, это привело его прямо к соседнему владению Клементсона. Еще до своего приезда, Джейсон знал, кто за этим всем стоит.

Поместье Клементсона было построено так же, как и собственность Линдовера, но оно полностью функционировало. Повсюду сновали рабочие, и было слышно, как на мельнице, пилы с магическим приводом, громко режут дерево. Еще одно большое отличие было в том, что фермерский дом Линдовера был большим и функциональным. А фермерский дом на территории Клементсонов был больше и роскошнее.

Джейсон не стал прятаться, шагая по собственности Клементсона. Он шел по территории так, будто это была его собственность. Он поймал несколько колючих взглядов от рабочих, но боевые мантии и оружие говорили о его приключениях, с которыми никто не хотел связываться. Мужчина вышел ему навстречу и был вынужден последовать за ним, поскольку Джейсон не замедлил шаг, позволив следящему камню вести его к своей цели. Этот человек не носил практичную одежду лесорубов, как у Кайла. Он носил городскую одежду.

«Если Вы не возражаете, я спрошу, - сказал мужчина, - что привело Вас к моей собственности?»

«Охота на монстров», - сказал Джейсон, даже не глядя на человека. «Вы Клементсон?»

«Да, сэр. Я Юстас Клементсон. Думаете, на территории есть монстр?»

«Я уверен, что Вы знакомы с проблемами, которые испытывает Ваш сосед», - сказал Джейсон. «Несколько часов назад там появился монстр, и я отслеживаю его источник».

«Отслеживаете?» - спросил Клементсон, не в силах скрыть панику в голосе. Возможно, это был испуг, что на его территории появился монстр, но Джейсон так не думал.

«Мне удалось получить отпечаток ауры. Этот отпечаток привел меня прямо к Вашей собственности».

Клементсон вспотел, его глаза нервно метались в том направлении, куда направился Джейсон.

«Вы, очевидно, много работали», - сказал Клементсон. «Разрешите уделить Вам немного гостеприимства? Вы можете немного освежиться, и я могу рассказать Вам кое о чем. Это может помочь Вам найти то, что Вы ищете ».

«Следящий камень – это все, что мне нужно», - сказал Джейсон, продолжая свой быстрый шаг.

«Тогда я оставлю Вас заниматься Вашими делами», - сказал Клементсон и начал опережать Джейсона.

« Стойте, - приказал Джейсон. Его аура обрушилась на Клементсона, который пошатнулся и остановился.

«Сэр?» - слабо спросил он.

«Думаю, будет лучше, если Вы останетесь со мной», - сказал Джейсон. «Для безопасности».

Увядший под действием ауры Джейсона, Клементсон неохотно кивнул головой. Джейсон продолжал свой путь через территорию. Они быстро подошли к зданию, отделенному от главной резиденции, сделанному из камня и небольшого количества дерева. На крыльце в кресле-качалке сидел мужчина и протирал глаза, как будто только что проснулся. Он мрачно посмотрел на приближающуюся пару, сосредоточившись на Клементсоне.

«Юстас, - сказал он, - что это была за аура, я просто…»

Мужчина замолчал, когда понял, что источник ауры стоял рядом с Клементсоном. Затем его взгляд остановился на лице Джейсона, и его глаза расширились.

Последствия

Храм Целителя в Гринстоуне был одним из центральных храмов на Божественной площади. Внутри храма стоял человек по имени Нил Давон.

«Я не буду участвовать в этом», - заявил он первосвященнику. «Это не о служении Целителю. Я провожу дни, наблюдая за самыми низкими сословиями дворян в Гринстоуне, и знаю, как выглядят сила и амбиции ».

Первосвященник собрал всех храмовых священников, готовых двинуться в путь. Он посмотрел на Нила с пренебрежительной улыбкой на лице.

«Будьте благодарны, что Ваши силы исходят не от нашего бога, потому что он заберет их у Вас. Если Вы выступите против нас, тогда Вам больше не будут рады в этой церкви. Бегите отсюда и никогда не возвращайтесь ».

Нил собрался с силами, выражение его лица было жестким. Он повернулся и зашагал из храма…

* * *

На территории Клементсона Джейсон столкнулся с человеком, к которому его привел следящий камень.

«Асано!» - произнес мужчина, отчего Джейсон нахмурился. Он откуда-то знал этого человека, но не мог вспомнить, где с ним встречался. Затем вспомнил.

«Вы один из тех, кто напал на меня в Старом городе».

«Я не нападал на Вас», - быстро сказал мужчина, его голос повысился. «Это был Динк! Мы все ушли, как Вы и сказали».

«А теперь Вы призываете монстров», - сказал Джейсон. «Оставайтесь на месте, мистер Клементсон».

Клементсон пытался ускользнуть, пока Джейсон разговаривал с искателем приключений, но остановился по команде Джейсона. Он оглянулся, и увидел, что Джейсон не обернулся и не смотрит на него.

«Да, мистер Клементсон», - сказал Джейсон, не сводя глаз с искателя приключений. «Я слежу за Вами».

Джейсон держал Клементсона под строгим контролем своей ауры, и владелец мельницы не мог этого не заметить. Джейсон смотрел, не отрывая глаз в сторону железного ранкера.

«Я ничего не знаю о вызове монстров», - сказал мужчина.

«Если Вы не хотите мне все рассказать, то не рассказывайте», - сказал Джейсон. «Ложь только усугубит ситуацию».

Мужчина посмотрел на кристалл, плывущий над головой Джейсона.

«Это записывающий кристалл?»- спросил он.

«Да. Это так, - сказал Джейсон. «Почему бы Вам не назвать мне свое имя?»

«Зачем?»

На жестком выражение лица Джейсона, появилась ухмылка.

«Ну, как бы то ни было, - сказал Джейсон, - это не может быть хуже, чем то, как я мысленно Вас называю в своей голове. Как Вас зовут?»

- Такелл, - осторожно сказал авантюрист. «Дин Такелл».

Джейсон сочувственно улыбнулся, язык его тела сменился с жесткого противостояния на расслабленный. Он небрежно подошел к крыльцу, где мужчина дремал в кресле-качалке. Мужчина напрягся при приближении Джейсона, испуганно дернувшись. Джейсон небрежно плюхнулся рядом с мужчиной на стул.

«Приятно познакомиться, Дин. Я Джейсон, но Вы это знали».

Джейсон посмотрел с крыльца. Вид с задней части дома открывался не на лесопилку, а на посевы, выращиваемые для питания рабочих.

«Неплохо», - сказал Джейсон, созерцая все это. «Если я правильно помню, Дин, именно Вы пытались отговорить Динка от нападения на меня. Его настоящее имя Динк?»

«Это его прозвище», - нерешительно сказал Дин, опасаясь человека, сидящего рядом с ним. «Его настоящее имя - Джаред».

«Я определенно приму это к сведению», - сказал Джейсон. «Это он выбрал Динка?»

«Да», - ответил Дин.

«Ясно, что некоторым людям уже не помочь. Хорошо, Дин. Это настоящие неприятности, в которые Вы сами себя запутали. На мой взгляд, отсюда все пойдет по одному из четырех путей. Я просто скажу Вам, что я знаю, что Вы делаете, для кого Вы это делаете и почему ».

«Не слушай его», - крикнул Клементсон, стоящий все еще перед крыльцом. «Он просто пытается получить от тебя информацию».

Джейсон с укором посмотрел на Клементсона.

«С Вас хватит, мистер Клементсон, - сказал Джейсон. «Если Вы собираетесь мешать мне, то, в конце концов, можете уходить».

Владелец мельницы не нуждался в дальнейших разрешениях и убежал так быстро, как только мог.

«Итак, - сказал Джейсон, - где мы остановились? Правильно, я просто сказал, что все уже знаю ».

«А Вы? Похоже, мистер Клементсон прав, Вы просто хотите, чтобы я поговорил с Вами».

«О, конечно, но желание - это не то же самое, что необходимость. Речь идет скорее о том, чтобы аккуратно связать вещи, чем о том, что я требую от Вас чего-либо. Дин, давайте рассмотрим четыре возможных варианта развития этой ситуации. В первом сценарии, - который является моим любимым, надеюсь, что будет и Вашим - Вы мне все расскажете. Это даст мне то, что мне нужно, чтобы со всем этим справиться тихо и без особой суеты. Дин, Вы член Общества приключений?»

Дин кивнул головой.

«Хорошо, тогда Вам определенно нужно поговорить со мной. За сотрудничество с нами, я замолвлю слово, где надо, и наказание не будет слишком строгим. Ваша информация позволит мне уладить все тихо и спокойно, и Мерсеры не смогут свалить всю вину на Вас, когда все станет известно общественности ».

Дин вздрогнул, когда Джейсон произнес имя Мерсер, и Джейсон почувствовал, что зацепил его на крючок.

«Дин, это возможность для Вас оправдаться. Возможность уйти от теневой работы для других и стать авантюристом, работающем на себя. Я порекомендую и помогу Вам заключить дорожный контракт. Вы будете путешествовать, помогая тем, кто в этом нуждается. Самое главное, контракт вытащит и защитит Вас от наказания, пока уладится эта ситуация. Потом Вы сможете вернуться, доказав всем, что можете делать свою работу ».

Дин выглядел неуверенно.

«Вы не слишком часто сражаетесь с монстрами, не так ли, Дин?»

Дин покачал головой.

«Ничего страшного, - сказал Джейсон. «По дорожному контракту в группе будут люди, которые Вас поддержат и помогут. Разве Вы не предпочли бы, чтобы за Вашей спиной были верные люди, а не какой-то Динк? Дин, у Вас есть все инструменты, чтобы добиться успеха в жизни. Вам не обязательно быть величайшим авантюристом в мире. Вы можете жить хорошей жизнью, просто ведя себя хорошо ».

Дин задумался.

«Это сценарий первый, - сказал Джейсон. «Ситуация постепенно ухудшается. Во втором сценарии Вы молчите, но не суетитесь. Я не знаю всех деталей, поэтому все стало запутанным, поскольку то, что я знаю, начинает громко противоречить тому, чего я не знаю. Имя Mercer широко обсуждается в обществе, и не в лучшем смысле этого слова. Конечно, с ними все будет в порядке, но я не думаю, что они станут защищать Вас в этой ситуации, не так ли? Особенно с учетом того, что им понадобится человек, на которого можно возложить всю вину. Скорее всего, они подведут общественность к выводу, что весь заговор принадлежит Вам и Клементсону».

Джейсон знал, что Дин даже не осознает всей ситуации, когда обдумывал это.

«Вот как все пойдет, если я просто уйду сейчас. В третьем сценарии Вы просто убиваете меня, чтобы все скрыть, но это грубый вариант. У меня есть связи и друзья, которые будут искать меня здесь. Вам нужно будет избавиться не только от меня, но и от них. Клементсон, и все, кто видел меня, укажут в этом направлении. В Линдовере меня тоже видели, видели даже несколько человек в Леусте. Или Вы захотите сбежать, но куда Вам бежать? Спрятаться в Гринстоуне - нет. В дельте, тоже нет. Может, Вы отправитесь в один из пустынных городов? Вельд? У Вас есть полный набор сущностей, так что Вы можете зарабатывать себе там на жизнь, если мои друзья не найдут Вас».

Джейсон хлопнул Дина по спине.

«Все это предположение. Вы можете даже убить меня, я думаю, мы оба знаем об этом. Но я полностью вооружен и экипирован для боя. Вы тоже вооружены и готовы к бою. Сценарий четвертый: Вы пытаетесь убить меня и терпите неудачу. Мне не нужно объяснять последствия этого боя, не так ли?».

Джейсон откинулся на спинку стула.

«Все зависит от Вас, Дин. За исключением того, где Вы меня убьете. Мой контракт все равно будет выполнен, как бы не развернулись события. Первый сценарий лучше всего подходит для нас обоих. Хочу предупредить Вас, какой контракт Вы не выбрали бы я все равно останусь живым».

Удобно откинувшись на спинку кресла, Дин смотрел на Джейсона, как будто ему было на все наплевать. Он долго думал в тишине, пока Джейсон терпеливо ждал.

- Хорошо, - сказал Дин. «Это был Тэдвик Мерсер. Он все это подстроил ».

«Только Тэдвик?» - спросил Джейсон.

«Не только. За последний год, он привлекал некоторых из менее успешных авантюристов. Тэдвик даже дернул за ниточки, чтобы некоторым из нас было легче пройти аттестацию ».

«Вам тоже?»

«Нет», - сказал Дин. «У меня получилось сдать экзамены не так хорошо, но я справился сам. Меня потрясло, что нужно ставить на кон свою жизнь, понимаете? Это непросто для искателей приключений, которые не хотят сражаться с монстрами. Люди смотрят на тебя свысока. Мы из достаточно приличных семей, поэтому лучше работать у кого-то вроде Мерсера, чем у какого-нибудь криминального авторитета или банды. По крайней мере, я так думал ».

«Правда ли ?» - спросил Джейсон.

« Мерсер посылал нас на разные работы. Охранять поместье, вызывать монстров, пугать жителей Линдовера, следить за Вами. Чем эта работа отличается от работы на преступника? »

«Тэдвик послал Вас за мной?»

Дин в знак согласия кивнул головой.

«Тэдвик знал о контракте, который Вам назначили, и о том, что Вы выполняете контракт в Таунхаусе. Нам просто нужно было поджидать, когда Вы пройдете».

Джейсон вздохнул. Жестокое обращение с Тэдвиком было его ошибкой с самого начала, и теперь он расплачивался за это.

«Что насчет всего этого?» - спросил Джейсон, обводя руками вокруг. «Сделка по захвату земли?».

«Я не знаю, в чем дело», - сказал Дин. «Каждые пару недель меня просили выйти сюда и напугать Линдовера своим вызовом. Затем я прятался здесь, в гостевом доме Клементсона, и через несколько дней тихонько возвращался обратно. Пару дней назад, он сказал мне выйти сюда и сделать это снова, и наверное, это будет в последний раз ».

«И, кого Вы подразумеваете под словом “он “ …»

«Тэдвика Мерсера; это был он. Тэдвик всегда говорил, что это его личное дело. И хотел показать отцу, на что он действительно способен ».

Джейсон выпрямился и глубоко вздохнул.

«Хорошо, Дин. У Вас хорошо все получилось. Мы едем в Гринстоун, чтобы все уладить. Я сказал, что буду присматривать за Вами, и я буду это делать ».

Джейсон встал, затем протянул руку Дину, чтобы пожать ему руку.

«Вы готовы к новой жизни, Дин?»

Дин встал и пожал Джейсону руку. Он чувствовал себя так, как будто освободился от непосильного груза.

«Знаете что? Я думаю, что Вам нужно кое-что знать».

« И что же?» - спросил Джейсон.

«Я пришел сюда не один. Со мной пришел еще один человек из окружения Тэдвика. Не думаю, что он позволит нам тихо уйти».

« Да, Вы правы!»

Оба мужчины повернулись в сторону раздающихся голосов. В их сторону мчался крепкий человек, Клементсон следовал за ним.

«Похоже, я должен уложить Вас двоих», - сказал дородный мужчина.

«Этого не произойдет», - сказал Джейсон, и вокруг него проявилась тьма, усыпанная звездами. «Дин, Вам стоит держаться подальше от этого»…

* * *

Нил Давон мчался по бульвару Бродстрит. К недавно отремонтированной клинике. На Бродстрит, собралась толпа, ожидающая торжественного открытия клиники после ремонта. Нил протолкнулся сквозь толпу и бросился к дверям, сделанным из армированного магического стекла. Они были спроектированы так, чтобы открываться и закрываться сами по себе. Клиника еще не открылась, и двери оставались запертыми. Нил начал колотить кулаком по стеклу.

«Друг, они скоро откроются», - заверил его пожилой мужчина. «Просто будь немного терпеливым».

Мужчина усмехнулся про себя.

«Терпеливым. Очень весело», - пробормотал Нил

Он, не обращая ни на кого него внимания, продолжал бить в стекло, пока по другую его сторону не появилась молодая женщина.

«Сэр, - громко сказала она через стекло, - если Вы не можете спокойно дождаться открытия клиники, и будете так себя вести, то Вас выведут отсюда».

«Мне нужно увидеть Джори Тиллмана», - крикнул Нил. «Мне нужно увидеть его прямо сейчас».

Женщина посмотрела на Нила. По сравнению с основной массой толпы его одежда говорила о более чем достаточном количестве денег. Он мог найти медицинскую помощь в другом месте.

«Подойдите к задним воротам», - сказала она. «Я узнаю, захочет ли мистер Тиллман поговорить с Вами».

Нил застонал от разочарования, но стал, пробиваясь сквозь толпу, чтобы пройти к задней части здания. Клиника была окружена высоким забором, из-за которого не видно было двора. Ворота были не заперты, когда Нил толкнул их. Внутри двор был выложен разноцветной плиткой и везде стояли цветочные горшки с пышной зеленью.

Во дворе было три авантюриста с аурой бронзового ранга. Мужчина-Леонид и маленькая женщина, которая держала в руках тяжело нагруженные штанги Третий авантюрист узнал Нила. Руфус Ремор медитировал на плетеной циновке, его глаза резко открылись, когда Нил вошел во двор.

- Нил Давон, - сказал Руфус. «Что привело тебя сюда?»

Руфус когда-то проводил полевую оценку Нила для Общества приключений. Нил понятия не имел, что делал Руфус в клинике Старого города, медитируя во дворе.

Из здания вышел мужчина, одетый в чистую и простую белую одежду.

«Кто Вы и почему так срочно хотите меня видеть?» - спросил мужчина. «Я сейчас очень занят».

«Вы Джори Тиллман?» - спросил Нил.

«Да», - раздраженно ответил Джори. «Что Вам надо?»

«Сюда идет главный жрец Целителя», - сказал Нил. «Он ведет за собой всех храмовых священников».

«Зачем?» - спросил Джори.

«Он думает, что Ваша новая клиника - это узурпация власти Целителя», - сказал Нил. «Они идут сюда, чтобы стереть клинику с земли».

Наказание

Стеклянные двери с парадного входа клиники открылись. Ловко используя свою ауру, Руфус, не беспокоя людей, оттеснил толпу. Он вышел из здания в сопровождении своих товарищей по приключениям, Джори и Нила Давона. Толпа стояла у дверей и ждала открытия клиники. Джори объяснил им, что открытие клиники будет на некоторое время отложено. Люди начали просить сделать им исключение. И тут вышел Гари.

«Это досадная ситуация», - сказал он. «Было бы неплохо, если бы все разошлись и вернулись позже».

«Почему?»- кричали некоторые люди. Толпа почувствовала, что здесь, у дверей клиники должно что-то произойти.

«Вот почему», - сказал Гари, указывая рукой на бульвар. Взгляды толпы последовали за его рукой. Люди увидели идущих по улице священников в рясах. Они быстро уходили с их пути. Толпа за забором клиники отошла подальше, хотя и не настолько далеко. Они могли наблюдать, что происходит во дворе клиники. Толпа увеличивалась по мере того, как подходили люди, интересующиеся, что происходит.

Во главе приближающейся религиозной делегации был верховный жрец, испускающий ауру серебряного ранга. Группа остановилась перед клиникой, откуда открылось впечатляющее зрелище. Первосвященник был окружен бронзовыми рангами, за ними выстроились железные ранги и низшее духовенство. Основная одежда духовенства Целителя была простой, коричневого цвета, но все члены делегации были одеты в роскошные белые и золотые шелка. Их одежда была украшена коричневыми украшениями.

Перед верховным жрецом стоял Руфус в окружении Фарры, Гари, Джори и Нила. Глядя на них, верховный жрец ухмыльнулся Нилу, а затем его взгляд остановился на Руфусе.

«Руфус Ремор», - произнес первосвященник, и его голос, отточенный проповедью, достиг ушей всех собравшихся зрителей. «Не знаю, что привело Вас сюда, но кажется, Вы намерены стать на сторону еретиков?»

«Я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, главный жрец», - сказал Руфус.

«Это место стремятся превратить в храм исцеления, взяв то, что принадлежит целителю, и только целителю».

«Я не из тех, кто говорит от имени Богов», - сказал Руфус. «Я скажу, толь то, что Джори здесь алхимик, а не священник. Насколько я могу судить, он в основном выступает за то, чтобы люди могли прочитать маленькие этикетки, которые он наклеивает на бутылочки с лекарствами. Он определенно не претендует на звание священника. Он просто пытается помочь людям, исцеляя их от болезней и ран. Несомненно, Ваша церковь не обидится на кого-то, кто делает именно то, что Вы защищаете ».

«Единственная правда в Ваших словах, - объявил первосвященник, - это то, что не Вам говорить от имени нашей церкви. Как Вы думаете, Вы лучше меня сможете истолковать волю Целителя? »

«Я знаю», - тихо сказал голос, но все присутствующие его услышали. Два тихих слова каким-то образом врезались в толпу, как гром, несенные волной доброжелательной, но подавляющей ауры…

* * *

Дин Такелл наблюдал, как Джеррик приближается к гостевому дому, где они с Асано разговаривали на крыльце. Дородный мужчина был самым стойким из бандитов-авантюристов, которых Тэдвик Мерсер взял под свое покровительство. Он был сильнейшим из лакеев Тэдвика, не считая дворян, преследовавших его на публике. В отличие от большинства из них, он был активным авантюристом и регулярно охотился на монстров. Не имея собственной поддержки, он последовал за Мерсером, чтобы найти применение своим скромным начинаниям. Он зарабатывал свои сущности годами, проведенными в боевых ямах Гринстоуна.

«Дин, Вам стоит держаться подальше от этого человека», - сказал Асано.

«Мистер Асано, берегитесь…» - предупредил Дин.

Его предупреждение прозвучало слишком поздно. Джеррик выстрелил из баллисты, целясь в Асано, стрела как молния пронеслась мимо него и попала в дверь гостевого дома. Дверь из плетеного тростника и бамбука разлетелась на части. Дин заглянул внутрь, и увидел борьбу между Джерриком и Асано. Они оба катались по полу. Джеррик пытался прижать Асано, но все, что у него осталось в руках, - это горсть пустого плаща. Плащ исчезал в его пальцах, показывая, что Асано уже нет.

«ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО МОЖЕТЕ ОТ МЕНЯ СКРЫТЬСЯ?» - крикнул Джеррик, поднимаясь на ноги.

«Вообще-то да», - голос Асано раздался из глубины дома. Отдельно стоящий гостевой дом Клементсона был просторным, с множеством комнат, в которых можно было спрятаться. Внешние стороны гостевого дома были хорошо освещены, но внутри кирпичного здания было очень темно.

Джеррик бросил взгляд на дверь, и погрозил пальцем Дину.

«Даже не вздумай бежать», - сказал Джеррик. Вокруг его тела волшебным образом начали появляться железные пластины, закрывавшие его тяжелой броней. Как только он был на месте, он начал штурмовать здание.

Дин попятился с крыльца, став рядом с Клементсоном. Очевидно, этот человек бросился за Джерриком в тот момент, когда Асано отпустил его. Дин и Клесентсон стояли бок о бок, прислушиваясь к звукам, доносившимся изнутри. В основном слышался громкий треск. Дин представил себе, как Джеррик крушит мебель. Иногда это звук прерывался криками Джеррика.

«ВЫ ДУМАЕТЕ, Я НЕ НАЙДУ ВАС?»

«ВЫ НЕ МОЖЕТЕ СКРЫТЬСЯ НАВСЕГДА!»

«ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО МОЖЕТЕ МЕНЯ ПОБЕДИТЬ? ВАШИ ХИТЫ-И-БЕГОВЫЕ ТРЮКИ НЕ ДОЛГОВЕЧНЫ!»

«Тебе никогда не следовало идти против Мерсера, - сказал Клементсон Дину. «Деррик разорвет этого авантюриста на части».

Дин нахмурился и решительно шагнул на крыльцо. Он взял свою мерную сумку у кресла-качалки. Спускаясь вниз, он в замешательстве остановился, увидев Асано, стоявшего позади Клементсона и евшего бутерброд. Крики Джеррика продолжали литься из здания.

Клементсон заметил странное выражение на лице Дина и оглянулся. Асано стоял прямо за его спиной. От удивления, Клементсон попятился назад.

«Давай, Дин, - сказал Асано. «Что это за кислое лицо?»

Бутерброд Асано исчез, и вокруг него появился волшебный плащ из тьмы и звезд. Клементсон крикнул Джеррику, что Асано снаружи, и бронированная фигура Джеррика вылетела из двери. С невероятной скоростью, он снова рванулся вперед, но на этот раз Асано, отскочил от него, как шарф, брошенный по ветру. Плащ развевался вокруг Асано, он двигался обратно по траве на некотором расстоянии от того места, где остановился Джеррик.

Джейсон Асано протянул руку Джеррику, произнося заклинание.

«Не твоя кровь хранит, но моя, чтобы пировать»,

Красный свет загорелся изнутри Джеррика, часть его улетучивалась, оставляя след, который поглощала рука Асано. Пока это происходило, Джеррик рванул вперед. Это не соответствовало скорости его специальной атаки, но все же бег был быстрым для него, окутанного таким количеством металла.

Передвигаясь, Джеррик махнул рукой, посылая перед собой волну металлических шипов. Асано прикрыл свое тело плащом, большинство шипов пробилось сквозь него, и он охнул.

Джеррик сотворил огромный металлический шест с металлической сферой с шипами на конце, “утреннюю звезду” огромных размеров. Он взмахнул им, как молотом, и Асано отскочил назад от ударов. Шар вонзился в землю. Джейсон произнес еще одно заклинание.

«Заплати цену за свои преступления».

Джеррик издал болезненный вопль, пошатнулся и опустил оружие. Из-за брони, Дин не мог видеть результаты заклинания, но он никогда раньше не слышал, чтобы Джеррик издавал звук боли. Джеррик вернулся к тому месту, где его оружие было наполовину зарыто в землю, и выдернул его. Держа оружие горизонтально, несмотря на его огромный вес, он метнул сферу. Сфера полетела в сторону Асано, волоча за собой цепь, связанную с шестом, который в руках держал Джеррик.

Сфера пронзила плащ Асано, но его больше не было в нем. Поднявшись за Джерриком из собственной тени, Асано воткнул свой кинжал в щель нижней части толстого нагрудника Джеррика. Джеррик обернулся, но Асано без брони был намного легче его, что давало ему некоторое преимущество.

Джейсон тихо подошел к вращающемуся Джеррику за спину. Джеррик остановился, и Асано спрятался в его тень, исчезнув в тот момент, когда из доспехов Джеррика вылетели мириады шипов.

Дин, наблюдая за боем, достал из своего мерного мешка соль и высыпал ее кругом на траве. Клементсон увидел, что он делает, и попытался вмешаться, но предплечье Дина стало большим, волосатым и когтистым. Он схватил Клементсона за горло и поднял вверх.

«Может, я и не тот авантюрист, - сказал Дин, - но это не значит, что я позволю таким людям, как ты, относиться ко мне так, как будто я ничто».

Дин швырнул Клементсона на землю. Тот отполз, на безопасное расстояние, стал на четвереньки и поднялся.

«Мерсер заставит тебя заплатить за это», - сказал Клементсон, брызжа слюной. Дин посмотрел на Асано, танцующего вокруг Джеррика. За исключением двух дворян, которые следовали за Мерсером, все его лакеи боялись Джеррика, включая и Дина.

Он расправил плечи, поднял руку и щелкнул пальцами.

Круг из соли засветился зеленым светом, затем линии внутри очертили форму пентаграммы. Между линиями появились руны, затем линии и символы стали золотыми, как круг, залитый зеленым светом. Из света появилось существо, похожее на медведя, с дикими когтями и телом, покрытым костными выступами. Дин указал на Джеррика.

«Убей!»

Дин снова сосредоточил свое внимание на Джеррике. Здоровяк казался уставшим, но все же вращал сферу на цепи вокруг себя, держась за шест у основания. Сфера плыла по воздуху, стреляя шипами. Асано легко уклонялся от сферы, но шипы попадали в цель. Из-за того, как странно плащ парил в воздухе, было трудно сказать, насколько он поврежден.

Фергакс зашел к Джеррику за спину, схватив его медвежьей хваткой. Если бы не тяжелая броня, костяные выступы на теле монстра пробили бы плоть Джеррика в полудюжине мест. Из брони вылетели шипы, пробив тело фергакса. Он пошатнулся, и Джеррик повернул его, когда сфера извиваясь, опустилась вниз, и плотно врезалась в столб. Джеррик поднял шест и обрушил его на монстра. Оружие вошло в фергакса, который упал замертво от удара. Асано снова произнес заклинание, стоя позади Джеррика.

«Заплати цену за свои преступления».

Ужасный стон вырвался из Джеррика, он уронил оружие и его ноги подкосились. Пластины его доспехов упали на землю и исчезли. На коже рук и лица виднелись черные вены и пятна мертвой, иссохшей плоти. Густая темная кровь потекла из его глаз и носа.

Дин и Клементсон отпрянули от Джеррика при виде этого зрелища, в то время как Асано подошел ближе. Не имея сил стоять на ногах, Джеррик упал на землю. Асано протянул руку и произнес еще одно заклинание.

«Накорми меня своими грехами».

Из Джеррика снова полился красный свет, затем изменился и стал синим, потом фиолетовым и в конце болезненно-белым. Обесцвечивание растеклось и попадало в ожидающую руку Асано. Джейсон поглощал недуги, оставив лишь слабую мерцающую красноту очищенной жизненной силы Джеррика. Черные вены, видимые на его коже, исчезли, но он был не в силе продолжать бой.

«Помогите мне с ним», - сказал Асано Дину. Они усадили Джеррика на скамью. Асано вынул железный ошейник и надел его на шею раненому, а затем накормил его зельем и отпустил.

«Он будет жить», - сказал Асано. «Ему понадобится принять еще несколько зелий, но они непростые».

«Это ошейник подавления?» - спросил Дин.

«Верно, - сказал Асано. «Предполагается, что он будет ограничивать плохих парней, но, похоже, что они все равно поймаются на ошейник подавления. Этот был использован на моем друге, когда некоторые культисты пытались принести нас в жертву. Я позаимствовал его на случай, если кто-то будет плохо вести себя.

«Ты не собираешься его убивать?» - спросил Дин.

«Сначала я думал об этом, - сказал Асано, - но когда человек натравливает свою собаку на вас, вы не можете винить собаку. Он тоже авантюрист?

- Да, - ответил Дин.

- Думаю, ненадолго. Извини за твоего монстра.

Они посмотрели на мертвого Фергакса, оружие Джеррика уже исчезло.

«Это вызов», - сказал Джеррик. «Новый проявляется каждый раз, когда я его призываю».

«Понятно», - сказал Асано. Он повернулся к Клементсону, который стоял съежившись в стороне.

«Как Вы думаете, этот парень одолжит нам тележку?»…

* * *

Без лишнего шума перед клиникой Джори появился Целитель; невысокого роста мужчина средних лет, с обычными чертами лица и в простой коричневой мантии. Тем не менее, от него исходила сила, воздействующая на толпу, собравшуюся на улице. Болезни были рассеяны, а травмы исцелены. Все перед клиникой Джори упали на колени, и тишина окутала многолюдную улицу. В тишине послышался лязг деревянного предмета, падающего на камень, и единственный испуганный голос.

«Моя нога снова выросла!»

Целитель засмеялся, глядя на заговорившего мужчину.

«У тебя новая ступня», - сказал он. «Пожалуйста, встань на ногу».

Худощавый мужчина встал посреди толпы и выглядел очень нервным.

«Ты пришел в эту клинику, - сказал целитель, - но здешний алхимик не смог отрастить твою ногу».

«Нет, ... помогло Ваше доброе слово, сэр. В клинике помогли мне справиться с болью, и нашли мастера, который сделал мне деревянную ногу. Это сработало очень хорошо. По крайней мере, достаточно, чтобы дать мне возможность снова работать».

«Ты ходил в мой храм?» - спросил целитель, как будто не знал, что именно происходит в его святых местах.

«В храме сказали, что у меня нет денег, чтобы отрастить ногу хоть на фут».

«Да, они делают так», - сказал Целитель и посмотрел на верховного жреца.

«Это мой способ, - сказал Целитель, - дать свободу выбора тем, кто следует за мной. Поступать неправильно, на самом деле не вариант, отсюда следует, делать добро - это не выбор; это просто послушание ».

Целитель двинулся вперед, верховный жрец преклонил колени перед ним.

Целитель обратился к нему: «Мои шаги, сделанные в прошлом, позволяли последователям сбиваться с пути, особенно в таких отдаленных регионах, как этот. Однако редко бывало, чтобы один из моих храмов падал так резко и низко. Вы должны быть готовы помочь нуждающимся. Вместо этого вы используете дары, которые я вам дал, чтобы набраться энергии и набить свои карманы ».

Целитель повернулся, глянул на вывеску клиники, затем посмотрел на главного жреца. По мере того как он продолжал говорить, его голос становился все более злым:

«Тот факт, что владелец этого заведения был вынужден вмешаться там, где вы потерпели неудачу, достаточно печален. Но зачем, мешать ему совершать добрые дела, которые должны были быть вашими? »

Целитель сделал жест, и огни начали вылетать из тел собравшихся священнослужителей. Одни огни были похожи на кубики разного цвета, другие – на маленькие сферы. Люди, из которых они вылетали, падали на землю, крича от боли. Кубики и сферы продолжали парить над ними, связанные лучиком света.

«Многие из вас приняли дары, те, что я вам предлагал, но так далеко от моей воли никто не отступал, так, что отправляетесь в другом направлении!

Эти дары я забираю обратно, потому что среди вас нет достойных. Тех, кто был, вы изгнали. Тех, кто стремился служить, чтобы помочь тем, кто нуждался в помощи. Я позову истинных верующих из дальних стран, чтобы они заняли ваши места в моем храме. Тех, кого вы презирали, а теперь будете приветствовать».

Целитель повернулся и посмотрел на Нила Давона, и тепло ему улыбнулся.

«Это касается вас, молодой человек. Я знаю, что у вас есть трудности, но вы справитесь с ними так же хорошо, как любой из нас, включая меня. Пусть всякий, кто воспрепятствует вам посещать мои святые места, снова ответит мне ».

«Спасибо, Целитель», - сказал Нил.

«Целитель…» - раздался слабый и болезненный голос Первосвященника.

«… Простите», - умолял он.

«То, что вас не изгоняют из моих храмов и не отказывают в посещении служб, как вы изгоняли других, - достаточно милосердно», - сказал Целитель. «Вы не можешь больше служить мне, но мы позаботимся о ващих недугах. Если у вас есть деньги, чтобы заплатить ».

«Без наших сущностей, мы калеки»,- умолял Верховный жрец.

«Я не дам вам мази», - сказал Целитель. «Но вы можете обратиться к другим».

Появился Второй Целитель и стал рядом с первым. Он сильно отличался от своих собратьев. Его платье было царственным, с длинным плащом, скипетром и короной. Он был молод и красив. Его лицо выражало презрение, и была легкая жестокость в глазах, в которые никто не мог смотреть. Его аура захлестнула толпу огненной волной.

Новичок кивнул в знак признательности Целителю.

«Привет Целитель», - поздоровался он.

«Доминион, рад тебя видеть», - сердечно поприветствовал его Целитель, затем указал на свое духовенство. «Они мне ни к чему. Возможно, по темпераменту они больше подходят для того, чтобы поклоняться тебе ».

Доминион присел рядом с верховным жрецом, растирая между пальцами часть его одежды.

«Очень хорошо», - сказал он, вставая. «У вас здесь есть искатели власти и привилегий; это совсем не в твоем вкусе. Я могу освободить твои руки, если они захотят подчиниться. Я могу заменить эти эссенции и пробуждающие камни ».

«Да!» - воскликнул первосвященник. «Я готов служить!»

«В моей церкви нет службы», - резко сказал Доминион. «Хорошо подумайте, прежде чем войти в мой храм. Я не совсем Целитель. У вас не будет свободы выбирать правильный путь. Вообще никакой свободы не будет. Под моим руководством вы будете подчиняться или страдать.

Или то и другое вместе. Вы не идете ко мне на службу. Вы будете полностью принадлежать мне».

Бывший главный священник сглотнул ком в горле, но в знак согласия кивнул головой. Другой священник, стоявший позади него, сделал, то же самое, хотя некоторые из священников этого не делали. По взмаху руки Доминиона сферы и кубы, плавающие над сдавшимися людьми, изменили цвет, прежде чем вернуться в их тела. Другим жестом он вызвал арочные ворота, через которые можно было увидеть внутренность одного из его храмов.

«Идите!», приказал Доминион. Бывшие священнослужители послушно встали и зашли в ворота, которые за ними тут же закрылись. Доминион повернулся к группе, собравшейся перед дверью клиники и увидел Руфуса.

«Твоего друга Джейсона здесь нет», - сказал Доминион. Руфус, Гари, Фарра, Джори и Нил все еще стояли на коленях, но удивленно подняли глаза.

«Вы знаете Джейсона?» - неуверенно спросил Руфус.

«Я люблю этого парня», - сказал Доминион с ухмылкой. «Это тот, кто не встанет на колени, и всегда самый веселый. Видит, все, что нужно, чтобы заставить врага капитулировать, и поставить на колени ».

«А если он не сможет этого сделать?» - спросил Гари. Доминион устремил свой пристальный взгляд на него. Гари задрожал от его силы, но демонстративно не сводил глаз с него, заставляя себя подняться на ноги. Доминион рассмеялся, и давление исчезло.

«Вот откуда берутся монархи, - сказал Доминион. «Я люблю их больше всего. Я буду за тобой присматривать, Гарет Ксандье».

Доминион повернулся к Целителю, кивнул на прощание и исчез, как будто его здесь вообще не было. Целитель обратился к тем священникам, которые не приняли предложение Доминиона. Один из них заговорил.

«Господин! Пожалуйста, позвольте мне смиренному грешнику, сбившемуся с пути, искать искупления в служении Вам. ».

«Вы обвиняете других в своих ошибках?» - спросил Целитель.

«Я был слаб, господин! Ошибка моя! »

Целитель посмотрел на оставшихся людей, затем слегка кивнул. Головы виновных склонились, они не могли видеть, но чувствовали его согласие.

«Путь к искуплению будет нелегким», - сказал Целитель. «Жизнь в смирении и служении».

Плавающие над священниками сущности и пробуждающие камни вернулись в их тела.

«Я восстановил те силы, которые дал вам в прошлом, но сейчас запечатал их. Они не будут вам доступны и, возможно, навсегда. Вы должны это принять».

«Спасибо господин!»- кричали они.

Целитель повернулся к Нилу.

«Нил Давон», - обратился Целитель. «Пожалуйста, приведите этих кающихся людей обратно в мой храм. Вы найдете там хороших людей, ждущих, чтобы поприветствовать вас ».

«Спасибо господин!» - сказал Нил, поднимаясь на ноги. Вскоре он уводил оставшихся священнослужителей Целителя ».

Затем Целитель повернулся к Джори.

«Встань и посмотри на меня, Джори Тиллман», - сказал он. Джори нервно поднялся на ноги.

«Я тронут тем, что вы здесь сделали, - сказал ему Целитель. «Если хочешь, я дам этому месту свое благословение и объявлю его святилищем для исцеления».

«Гм, это было бы потрясающе», - сказал Джори, но затем его лицо резко изменилось.

«Э-э, уважаемый Целитель ... мы делаем здесь кое-что, что Вы, возможно, не одобрите. Я бы остановил работу, но заказчики оплачивают большую часть исследований по исцелению ».

Целитель усмехнулся.

«Я не собираюсь завидовать людям… желе для единения», - сказал Целитель.

Джори нервно вскрикнул и кивнул головой.

«Спасибо господин».

«Все хорошо», - сказал Целитель. «Я попрошу людей приходить сюда для проведения ритуалов освящения. Они будут осторожны, чтобы не нарушить твою алхимию. И если хочешь, я найду для тебя целителя. Твой друг из-за своих приключений не такой, как был раньше».

«Спасибо, господин», - поблагодарил Джори.

«Тогда мы закончили», - сказал Целитель и повернулся к собравшейся толпе.

«Добрые люди», - сказал он. «Знайте, что это место имеет мое благословение».

Золотая волна исходила из него, проходя сквозь толпу и распространяясь за пределы города.

«В Старом городе все исцелены», - сказал Целитель. «Джори Тиллман, тебе не нужно сегодня открывать свою клинику. Отдыхай, а завтра принимай и лечи людей ».

Целитель исчез, оставив за собой тишину. Некоторое время спустя контуженные Джори, Гари, Фарра и Руфус были в клинике.

«Мне понадобятся новые лейблы», - рассеянно сказал Джори.

«Этикетки?» - спросила Фарра.

«Мне нужны этикетки для мази хорошего времени Rumpy-Pumpy», - сказал Джори. «Я определенно переименовываю его на « Желе единения»

Третьего не дано

Дорога обратно в город была долгой. Лесной массив находился на противоположной стороне дельты. Рядом с Джейсоном шел Дин, а за ними шел Джеррик, который был закован в кандалы. Джейсон хотел одолжить телегу у Клементсона, но потом решил, что лучше идти пешком, чем иметь дело с хейделом, который будет тянуть ее. Что касается самого Клементсона, то Джейсон оставил его в фермерском доме. В такой ситуации человек может быть неуправляемым, но Клементсон никуда не денется, потому, что без своей лесопилки он никто.

В начале пути Джеррик пытался устроить неприятности Джейсону. В первый день он попытался незаметно атаковать его сзади, но, не имея своих способностей, быстро пожалел об этом. В первую ночь он попытался сбежать из гостиницы, о чем пожалел гораздо больше. Джейсон не использовал своего фамильяра, когда сражался с Джерриком, и тот не знал, что он оставил связки Команды Колина прижатыми к стене над каждым выходом.

Путь, необычной компании, задерживался из-за того, что Джейсон исцелял людей в городах и деревнях, через которые они проходили. Он продолжал получать уведомления с досок приключений, если была какая-то угроза.

Оставив Джеррика в центре круга пиявок, Джейсон решил показать Дину, что делают настоящие авантюристы. Его призыв фергакса был мощным, но без особой угрозы. Джейсон быстро определил проблему Дина, когда узнал о маленьком гуманоидном монстре под названием пикселакс. Это были быстрые существа с тощими конечностями и длинными острыми пальцами. Они были высотой около метра и появлялись большими группами. Они бросились на вызов, который занимал многих из них, и устремились прямо к Дину, который начал паниковать.

Джейсон бросился к этим существам, сверкая мечом. Его раны не имели большого значения против хрупких монстров, поэтому он не беспокоился. Заостренные пальцы существ пытались схватить его за доспехи, но они были сражены удачным ударом меча. Между Джейсоном и фергаксом с пикселаксами бой быстро прекратился.

«Кто вызывал этих монстров?» - вслух размышлял Джейсон, смывая с себя кристаллы.

- Не знаю, - сказал потрясенный, Дин.

«Видимо, кто-то чрезмерно влюбился в букву Х. Оттуда, откуда я родом у меня был такой период».

Дин странно посмотрел на Джейсона, и он понял, что вероятно, высказался не очень хорошо.

«Хорошая новость, - сказал Джейсон, - твоя проблема совершенно очевидна. Она мешает тебе стать достойным авантюристом. Я знаю кое-кого в Обществе приключений, кто поможет тебе получить подходящий контракт, который поможет тебе справиться с этой проблемой. Конечно, если это то, что ты еще хочешь».

Дин нерешительно кивнул головой, но заставил себя определиться.

«Я не могу вернуться к тому, что делал», - сказал он.

«Молодец!».

Когда они приближались к городу, Джейсон с удивлением заметил в нескольких городах и деревнях новые церкви членов Целителей. Это был приятный сюрприз, и Джейсон ускорил шаг, чтобы закончить свое путешествие. Наконец они достигли Гринстоуна и направились к Старому городу.

« Предполагаю, что Клементсон уже сообщил Тэдвику о событиях, произошедших на его ферме - сказал Джейсон. «Мы не очень хорошо провели время в дельте. Дин, у тебя есть семья здесь, в Старом городе, верно?

«Верно, - ответил Дин. «Мы создаем и обслуживаем устройства, использующие квинтэссенцию воды. Это приличная жизнь, поэтому они позволили мне приобрести полный набор эссенций ».

Его голова склонилась.

«Я давно их не видел. Я очень сильно подвел свою семью ».

«Остановись у кого-то из членов своей семьи», - сказал Джейсон. «Не позволяй своей гордости удерживать тебя подальше от нее. Если я, пока не разберусь во всем, оставлю Джеррика на тебя, ты сможешь справиться с ним, если возникнут проблемы?

«Я могу это сделать», - решительно сказал Дин. «Может, мы и не одна из самых больших и знатных семей, но наш комплекс достаточно безопасен. Люди Тэдвика не двинутся с места, без него. Весь смысл заключался в том, что он использовал нас, а сам оставался в стороне с чистыми руками.».

Дин повел Джейсона и Джеррика через Старый город к дому своей семьи. Они прошли через один из главных рыночных кварталов, и зашли в огромную галерею. Она имела высокие сводчатые потолки, магазины и киоски расположились по обе ее стороны. Галерея была полна людей, что оказалось полосой препятствия для путешественников.

Ситуация изменилась, когда они увидели группу людей из двенадцати тяжеловооруженных головорезов, которые маршировали по галерее. Они били людей и даже ломали небольшие киоски, которые встречались на их пути. Люди разбегались в стороны, галерея быстро опустела. Увидев их приближение, Джейсон протянул Дину записывающий кристалл.

«Используй это», - сказал он. «Вероятно, позже, нам понадобятся доказательства».

«Доказательства чего?» - спросил Дин, подбрасывая кристалл, чтобы он парил над его головой.

«Оставайся здесь и смотрит», - сказал Джейсон вместо ответа, и пошел навстречу группе.

Один из мужчин явно был лидером. Он шел впереди в центре группы .

«Так это ты Асано», - сказал он. «Я не впечатлен».

Джейсон скользнул взглядом по группе. Вся дюжина мужчин, была с аурой железного ранга. Каждая аура была неконтролируемой, либо из-за недостатка обучения, либо из-за отсутствия сил ауры в целом.

«О, кого я вижу? Знакомые лица, - сказал Джейсон. Он заметил Динка, гораздо менее наглого, чем в их последнюю встречу. Он парил позади него со своими подельниками, которые ускользнули, увидев избиение Динка руками Джейсона.

«Я стал большим сторонником мгновенных шансов, - сказал Джейсон. «Это твои люди. Уведи их».

Он указал на тех, кого узнал.

«Кроме этого, этого, этого и этого», - сказал он, указывая на каждого. «У всех вас был второй шанс. Третьего не будет».

Лидер засмеялся.

«Разве ты не видишь, где мы находимся?» - спросил он. «Это наши улицы. Видишь, как люди расползлись? Как маленькие жуки. Это потому, что они знают, что будет дальше. Ты правда думаешь, что сможешь всех нас убить? »

- Да, - пренебрежительно сказал Джейсон. «Я просто не знаю, смогу ли я оставить кого-нибудь из вас в живых».

Лидер снова засмеялся.

«Ты серьезно это говоришь, не так ли?» - спросил он.

«Да, я говорю серьезно», - сказал Джейсон. «Либо я переоцениваю себя, либо нет. Решайте, что вы думаете, а затем соответственно действуйте».

«Ты полагаешься на эту сфальсифицированную борьбу, чтобы люди боялись тебя», - сказал лидер.

Джейсон огляделся. Закрытые люки в потолке затемняли множество уголков в галерее. Даже на открытом пространстве киоски и тележки, отбрасывали тени. Людей в галерее уже не было.

«Я надеюсь, что ты позволишь мне продолжить свое дело», - сказал Джейсон. «Я бы предпочел, чтобы оно было связано с тем, что я сделаю с тобой».

Лидер ухмыльнулся и топнул по земле ногой. Из земли вырвался камень и полетел в Джейсона, разлетаясь на осколки. Его способность прицелиться была явно не очень хороша, большинство осколков попало в одну из тележек с фруктами, стоявшую между ними. Камень врезался в тележку, куски мякоти разлетелись вокруг. Джейсона это нападение не беспокоило, так как он уже спрятался в тень на земле.

«Куда он делся?» - закричал лидер, оглядываясь. Кровь из перерезанной артерии брызнула на мужчин, они оглянулись и поняли, что один из их числа уже мертв. Его тело упало на землю, от руки призрачной фигуры, которая находилась среди них.

Обрызганные кровью своего товарища, головорезы были поражены коротким, но критическим моментом бездействия. Красно-черный кинжал Джейсона не останавливался, он двигался как призрак, находя затылок, горло, а затем голову. Джейсон прятался в тени падающего трупа. Ни один из напуганных искателей приключений, эффективно не отреагировал на несколько удивительных моментов, которые потребовались Джейсону, чтобы появиться, убить и исчезнуть. Впоследствии некоторые из них поняли, что мертвыми были Динк, и те на кого указал Джейсон.

«Последний шанс», - раздался голос Джейсона из темноты.

«Уходите сейчас же», - снова раздался его голос с противоположной стороны.

Группа нервно переглянулась, и лидер хлопнул одного из мужчин по голове.

«Не позволяй ему добраться до тебя. Это просто игры, потому что он боится драться с нами напрямую! »

Голос лидера звучал не вполне убедительно. Головорезы стояли и смотрели на трупы у своих ног.

«Ни за что», - сказал один из них и побежал прочь. У вожака ткань одежды порвалась, и из-за его спины показался огромный крысиный хвост. Джейсон, из своего укрытия, увидел цепкий хвост крыседа, с которым он раньше сражался. Хвост обернулся вокруг лодыжки убегающего человека, дернул его и потащил обратно к группе. Лидер жестоко наступил ему на голову.

«НИКТО НЕ УБЕГАЕТ», - яростно объявил лидер. «Все следите. У него не будет шанса, если мы увидим его приближение раньше ».

Все начали оглядываться по сторонам, вглядываясь в каждую тень.

«Не забывай о тени у ваших ног», - сказал лидер. «Поймаем его быстрее, и вы сможете убить его, пока он дезориентирован от появления».

Наблюдая за тенями, головорезы не заметили, что не все темные пятна в высокой галерее находятся на уровне земли. Никто из них не видел, как Джейсон плыл поверху. Он контролировал свой вес, чтобы не упасть. Затем используя вес падения, он вонзил свой кинжал в глаз испуганного человека. Лидер соскользнул с лезвия Джейсона и упал мертвым на землю. Остальные уставились на темную фигуру, стоящую перед ними, как на оленя в свете фар. Несмотря на то, что он был прямо перед ними, на открытом пространстве, никто из них не двинулся с места.

Джейсон подошел к человеку, чья голова была утоптана в землю, теперь уже мертвым лидером. Ему было очень плохо, но он все еще был жив. Джейсон подошел ближе к группе, которая вздрогнула при его приближении, вынул из-за пояса зелье и протянул его мужчинам.

«Вылечите его и уходите», - сказал он им, указывая на раненого человека, лежащего на земле. Бандиты посмотрели на зелье, как на ядовитую змею, но, в конце концов один из них протянул руку, чтобы взять его. Это движение было как выстрел из стартового пистолета, бандиты побежали. Тот, кто взял зелье, опустился на колени, и дал его своему раненому товарищу. Это не поспособствовало полному выздоровлению, но с помощью зелья и друга раненый поднялся на ноги. Головорез, который принял зелье у Джейсона, посмотрел на него настороженно и смущенно.

«Спасибо», - поблагодарил он его. «За зелье».

«Ты не станешь меня благодарить, если мы снова вот так встретимся».

Пара бандитов поспешила прочь, поддерживая друг друга. Вскоре к Джейсону осторожно подошел Дин с записывающим кристаллом над головой. Джеррик шел за ним.

«Дай мне кристалл», - сказал Джейсон. Дин нервно снял записывающий кристалл и передал его в руки Джейсона. Четверо из пяти мертвецов лежащих на земле были рядом с Дином, когда впервые столкнулись с Джейсоном. Если бы Тэдвик не нуждался в Дине из-за его способности призыва, а Джейсон не нуждался в Дине, чтобы использовать его против Тэдвика, то сам Дин легко мог бы стать одним из этих тел.

Джейсон посмотрел на Джеррика, который тоже смотрел на мертвые тела.

«У тебя было два шанса. Третьего не будет», - сказал ему Джейсон. «Если мы с тобой снова столкнемся друг с другом после того, как все здесь закончится, я надеюсь, у тебя будет достаточно ума, чтобы убежать».

«Это все авантюристы?» - спросил Джейсон.

«Что?» - отвлеченно спросил Дин, отрываясь от трупов. «О, да. Это те, кто не смог сдать экзамен самостоятельно, Тэдвик тогда ускользнул. Хотя это происходило некоторое время назад. С приходом нового директора сдать экзамены было сложно».

Джейсон начал рыться в карманах убитых, и конце концов вытащил их значки Общества приключений.

«Я немного удивлен, что они носили их», - сказал Джейсон. «Это не похоже на то, что они ищут приключений».

«Мы все их носим», - сказал Дин. «Это дает нам некоторый вес»…

Встав, Джейсон оглядел зал игровых автоматов.

«Какая тут власть?»- спросил он.

«Что?» - переспросил Дин.

«Кто здесь главный? Кому мы расскажем об убийствах?»- спросил Джейсон.

«Это территория Доргана, - ответил Дин.

«Доргана? Он один из тех трех важных криминальных авторитетов, верно?

«Да, это “Большая тройка”», - сказал Дин. «Они управляют Старым городом, потому что людям с Острова все равно, пока деньги продолжают поступать».

«А что насчет такого органа, как местное самоуправление?» - спросил Джейсон.

- Есть охрана герцога, - сказал Дин, - но они вмешиваются только в том случае, если есть какая-то угроза интересам Острова. Большая тройка следит за тем, чтобы этого не было ».

«Однако пять мертвых авантюристов - это далеко не игрушки», - сказал Джейсон. «Общество приключений будет этим заниматься».

«Так что же нам теперь делать?» - спросил Дин.

«Придерживайся плана, - сказал Джейсон. «Иди к своей семье, а я улажу дела. Это всего лишь еще одна вещь, которую нужно решить ».

Честность — это сексуально

Дин и Джеррик спрятались в семье Дина. Джейсон решил, остановиться на это время в своей квартире, прежде чем приступить к делу. Он был сильно утомлен и обагрен кровью убитых им людей. Даже кристалл не смыл с него всю кровь. Он провел долгое время в ванной комнате, принимая роскошный душ. Переодевшись, Джейсон пошел обедать с Фаррой, Гари и Руфусом в их апартаменты.

Мадам Ландри, на лифте, отправила им обед в апартаменты, и друзья решили обедать на балконе. С тех пор как Джейсон стал авантюристом, они стали меньше встречаться, и обедать на солнышке, глядя на океан. Они обедали вместе всякий раз, когда была возможность.

«Ты много пропустил», - сказала Фарра Джейсону, когда они сели за стол.

«Ой? И что же я пропустил?»

«Целители явились в клинику Джори, - стал рассказывать Гари. «Это было грандиозное зрелище. Доминион спрашивал о тебе. Он называл тебя по имени».

«Кто спрашивал?» - спросил Джейсон, сидя на стуле. «Это Доминион -целитель?»

«Да, это он», - сказала Фарра.

«Это плохо», - сказал Джейсон. «Это действительно плохо».

«Кажется, ты ему нравишься, если тебе это поможет», - сказала Фарра.

«Нет, это не помогает», - сказал Джейсон. «От этого становится хуже».

Остальные стали рассказывать Джейсону о том, что происходило за пределами клиники.

«Это хорошо для Джори, - сказал Джейсон. «Он заслуживает признания за то, что делает. И этот парень, Нил Давон, оказывается, с ним все в порядке?»

«Он напрасно следил за этим идиотом Тэдвиком», - сказал Руфус.

«Ты должен рассказать ему о другой новости», - сказал Гари Руфусу, который посмотрел на Фарру. Она покорно покачала головой.

«Трусы», - сказала она. «Джейсон, мы уезжаем ненадолго. У нас большая экспедиция, и мы принимаем в ней участие ».

«Ого».

«Наконец-то выяснилось, почему Племя Устей пришло на юг. Ты помнишь тот водопад, который ненадолго отключился? И монстров, с которыми ты сражался?»

«Конечно, помню», - сказал Джейсон.

«Ну, в пустыне были и другие случаи, кроме этого. Это был лишь краткий, единичные случай. На севере, похоже, назрела проблема намного серьезнее. Достаточно того, что оазисы, связанные с астральным пространством, больше не могут поддерживать все кочевые племена ».

«Что-то происходит с астральным пространством?» - спросил Джейсон.

«Это то, что мы собираемся выяснить», - сказал Руфус, продолжая рассказ. «Мы собираемся переместить племя Устей обратно на север, войти в одно из отверстий и исследовать астральное пространство».

«Это не похоже на небольшую экспедицию», - сказал Джейсон.

«Это не так, - сказал Руфус. «Это грандиозная экспедиция. Ее возглавляет Даниэль Геллер вместе с горсткой других серебряных рангов. В экспедиции учувствуют десятки бронзовых рангов и сотни железных. Люди, у которых годами не было контракта. Мы получили возможность, под бдительной защитой серебряных рангов, исследовать астральное пространство пустыни. Самые известные семьи города желают принять участие в ней ».

«Я могу представить», - сказал Джейсон. «Но почему я чувствую колебания от всех вас?»

Компания друзей смотрела друг на друга, качая головами. Наконец, Гари сдался.

«Ты не идешь, - сказал Гари. «Дело не только в том, что тебя не пригласили. Ты был намеренно исключен из списка».

«Специально исключен?» - прозвучал громкий голос Джейсона. Другой на его месте уже бы приготовился к взрыву, но вместо этого Джейсон глубоко вздохнул.

«Думаю, я это вижу», - сказал он.

«Ты можешь это пережить?» - спросил Руфус, глядя на Джейсона, как на гранату, которая неожиданно не взорвалась.

«Послушайте, не секрет, что я могу быть неугодным, когда дело касается высших классов. Я раньше создавал им большие проблемы. И я очень высоко и очень быстро поднялся по социальной лестнице. Я думаю, что это тест для меня. Если я покажу, что могу спокойно к этому относиться, упустить возможность учувствовать в экспедиции не взбесившись, то от этого выиграю только я ».

Джейсон снова вернулся к еде. Друзья молча смотрели как он ест.

«Что?» - спросил он их.

«Мы думали, что у тебя будет другая реакция», - сказала Фарра.

«Бушевать в лицо властям - это своего рода дело для тебя», - сказал Гари.

«Да, но я начинаю понимать, что это меня никуда не приведет. Змея, скользящая по лужайке, застреливается. Того, кто ждет, пока малыш побродит возле высокой травы, накормят ».

«Это ужасающая аналогия, но желанный и взвешенный ответ», - сказал Руфус. «Мы могли бы сделать из тебя еще приличного авантюриста».

Джейсон нахмурился.

«Иногда я задумываюсь об этом», - сказал он звучным голосом. «Мне нужен ваш совет, как справиться с одной проблемой».

«Конечно», - сказал Руфус, и друзья стали ждать, пока Джейсон заговорит. Они были озабочены его нерешительностью нехарактерной для этого человека.

«Я сегодня убил пятерых авантюристов», - сказал Джейсон.

«Как. Ты шутишь?»- немедленно последовал вопрос Гари.

«Не перебивай. Дай ему возможность рассказать», - сказала Фарра Гари.

«Конечно», - сказал Руфус. «Начни с самого начала».

Джейсон рассеянно кивнул головой.

«Все началось с контракта, который я заключил в зале вакансий»…

* * *

Резиденцией семьи Геллер, было большое поместье в дельте, а главной резиденцией Мерсеров была усадьба на острове. Она была шедевром современной магической инженерии. Вокруг нее было построено пять башен, расположенных по кольцу. Строили их из лучшего доступного зеленого камня и магического стекла. Каждая башня была высотой пятиэтажного дома и соединена сетью стеклянных переходов друг с другом. Одни переходы были изогнутыми и соединяли башни по кругу. Другие были прямыми и соединяли каждую вторую башню таким образом, что, если смотреть сверху, они напоминали форму пентаграммы.

Над каждым переход был установлен прозрачный стеклянный потолок. Дорожки тоже были стеклянными, и каждая была окрашено в свой определенный цвет. Бока переходов были открыты, без перил, но здесь были невидимые магические преграды, которые оберегали людей от падения. В переходах всегда был свежий воздух. Прохожие искали здесь защиту от ненастной погоды, какой бы она плохой ни была. Это также не позволяло детям и домашним животным Мерсера разбегаться по сторонам. В пространстве между башнями был расположен парк с деревьями и лужайками, залитыми солнечным светом. В центре парка находился пруд, по которому весело резвились водоплавающие птицы. Дети играли, родители или слуги наблюдали за ними. Они бегали, лазали по деревьям и бросали в воду хлеб, чтобы накормить уток.

Талия Мерсер проходила по одному из переходов, когда почувствовала знакомую ауру, льющуюся снизу из парка. Она отошла в сторону, чтобы посмотреть вниз, и исчезла, снова появившись на земле. В парке, на скамейке сидел мужчина и ел большой бутерброд. Талия подошла к нему.

«Джейсон», - сказала она, садясь рядом с ним. «Твоя способность сдерживать ауру вполне развита для человека твоего ранга».

«Спасибо», - сказал он. «Я очень много работал над этим».

«Это и видно.»

Джейсон спрятал бутерброд в инвентарь, промокнул лицо салфеткой и положил ее туда же.

«Леди Мерсер», - обратился он к Талии.

«Я же просила тебя, пожалуйста, зови меня Талия. Боюсь, ты скучаешь по Кассандре; она готовится к большой экспедиции ».

«К сожалению, это не светский визит», - сказал Джейсон. «Я здесь по поводу контракта».

«Мне не сообщили о твоем прибытии», - сказала Талия. «Ты использовал мою домашнюю охрану, чтобы отработать свои методы скрытности?»

«У Вашего охранника всего несколько бронзовых рангов, - сказал Джейсон, - и все они проецируют ауры настолько внушительно, насколько это возможно. Не так уж и сложно было избежать встречи с ним. Но незаметно попасть в здание я бы не смог. Слишком много высокопоставленных Мерсеров находится в резиденции.

«Это проблема связана с тем, чтобы охранять пользователей сущностей», - сказала Талия. «Тот, кто обладает навыками преуспевания, вряд ли будет работать охранником, в то время как тот, у кого нет сущностей, не может быть эффективным».

«Я полагаю, у Вас есть несколько высококвалифицированных сотрудников», - сказал Джейсон. «Недавно я узнал о способности бренда Mercer привлекать людей к работе».

«Да?»

«Я полагаю, у Вас есть записывающий хрустальный проектор, которым мы можем воспользоваться?»

«Конечно», - сказала она. «Пожалуйста, следуйте за мной»…

«Похоже, я должен уложить вас обоих», - раздался голос Джеррика из экрана. Джейсон протянул руку и постучал по проектору, остановив воспроизведение. Они сидели в кабинете Талии, между ними на столе стоял записывающий хрустальный проектор.

«После этого происходит что-то вроде потасовки», - сказал он. «С моей точки зрения, бой делает запись дезориентирующей. Много тьмы и телепортации. Достаточно сказать, что я взял этого человека под стражу ».

«Он жив?»

«Да».

«А этот твой свидетель?» - спросила Талия.

«Тоже жив, - сказал Джейсон. «Я не хотел, чтобы он связался со своей старой компанией, поэтому отправил его к семье. Они были очень рады его видеть ».

«Так может быть и с авантюристами невысокого ранга», - сказала Талия. «Семья работает годами, из поколения в поколение, стараясь заполучить искателя приключений. Однако приключения – это опасная жизнь, и не у всех есть достаточная подготовка, темперамент или талант. Добавь к этому семейное давление, и неудивительно, что многие терпят неудачу. Некоторые попадают в охрану для семей, таких как моя. Другие в конечном итоге работают на преступников в Старом городе ».

«Или и то, и другое вместе, когда они оказываются на службе у Вашего сына».

Талия нахмурилась.

«Кажется, мы слишком ослабили поводья, когда дело касалось моего сына. Его отец хочет дать ему возможность войти в силу, сделать из него мужчину, и на многое закрывает глаза. Я же предпочитаю более управляемый подход. Кассандру растила и воспитывала я, а Тэдвика – его отец. В конце концов, брак - это вопрос компромисса. На этой твоей записи запечатлено безумие моего мальчика».

«У меня есть еще одна запись, - сказал Джейсон. «Есть ли слухи о мертвых авантюристах, убитых в Старом городе?»

«С сегодняшнего утра?» - спросила Талия. «Не так широко, но да есть. Это был ты?»

«Ваш сын подослал своих лакеев, чтобы я не раскрыл преступление. У меня все это записано. Они вообще не упоминают имя Тэдвика. Я полагаю, им было приказано держать язык за зубами. Однако, если бы кто-то нашел выжившего среди них, заставить говорить его было бы совсем не сложно. Особенно с моим свидетелем из записи, которую Вы только что видели ».

«Он в безопасности, этот свидетель?» - спросила Талия.

«Достаточно в безопасном месте, - сказал Джейсон, - до тех пор пока Вашему сыну запретят мстить».

Талия вздохнула.

«Мой мальчик», - пробормотала она. «Я думаю, что нам с отцом нужно серьезно поговорить с ним. Каковы твои намерения? »

«Насчет Вашего сына? Абсолютно никаких, не зависимо от того, что он сделал. Я знаю, что Вы будете защищать его от меня. Я мог бы убить его, но думаю, что быстро последую за ним на кладбище».

«Ты готов простить?»

«Вы много требуете от меня. Я хочу вооружиться терпением. Мое желание это не потерять благосклонность Вашей дочери. Это лучший щит защиты, от Вашего сына. Я могу причинить ему вред, - максимум это собрать достаточно улик, его плохих деяний, за которые он несет прямую ответственность, чтобы вызвать у Вашей семьи головную боль. В дополнение к записи, которую Вы видели, у меня есть копии всех соответствующих документов и еще одна интересная информация, на тот случай, если что-то неизвестное случится с оригиналами ».

«Что вдохновило Вас заглянуть в зал вакансий?» - спросила Талия.

«Там, откуда я родом, не занимаются магией», - сказал Джейсон. «Когда дело доходит до мошенничества в бизнесе, мы идем в суд. И суд разбирает наши дела. Как только я услышал о кровожадном чудовище, которое появляется в лесах и полях Линдовера и ничего не разрушает и ни на кого не нападает, продолжая периодически появляться, а также о строгом регулируемом и ценном характере лесных территорий, мне показалось это странным. Все, что мне нужно было сделать, это выяснить, кто получает прибыль, а затем вывести их на чистую воду ».

«Тебе, должно быть, потребовалась помощь, чтобы найти информацию. Я удивлена, что к нам не приехали официальные лица. Широко известно, что любую взятку мы удвоим ».

«Я не предлагал взятку, - сказал Джейсон. «Я рассказал историю».

«Должно быть, это была какая-то особая история. Вопрос в том, что ты будешь делать со всей этой информацией? Честно говоря, я очень удивлена, увидев тебя здесь. Я внимательно изучила тебя, и все, что я слышала о тебе, предполагает, что ты начнешь распространять информацию повсюду. Ты, кажется, не любишь аристократические властные структуры ».

«Я просто какой-то железный ранкер», - сказал Джейсон. «Если я расскажу о захвате земли вашей семьей в целях эксплуатации людей, то все, что нужно будет сделать вам, - это продемонстрировать силу, когда столкнетесь с реальными последствиями. Вы пострадаете. Дело было сфабриковано неуклюже и стало достоянием гласности. Это ударит по вашей репутации. Головная боль, но вы легко ее перенесете ».

«Возможно, ты недооцениваешь ущерб, нанесенный нашей репутации», - сказала Талия. «Гринстоун - промышленный город, в котором есть достойная работа для тех, кто этого хочет. Если наша репутация слишком сильно пострадает, мы должны будем платить больше, иначе люди перейдут на службу в другие семьи. У нас сила, но всегда есть баланс ».

«Да, но весы сфальсифицированы». - сказал Джейсон. «Как бы то ни было, это не приведет к какой-то популистской революции. Мне нужно подняться на несколько ступеней выше, прежде чем я смогу начать изменять мир. А пока все, что я могу сделать, это добиться наилучшего результата, который я вижу»

« И какой?»

«Если я подниму шум, Ваша семья будет защищаться. Я буду страдать; пострадает владелец лесопилки Линдовер. Бедный Дин, которого я обещал оградить от всего этого, определенно пострадает. И когда все будет сказано и сделано, Вы, вероятно, в любом случае останетесь с землей ».

«Ты совсем не то думаешь, когда изображаешь мою семью в позитивном свете», - сказала Талия.

«У Вас есть сила», - сказал Джейсон. «Такова природа власти. Так что пока лучший способ это молча наблюдать, пока все забудется».

«А что Вы хотите взамен?»

«Вот как я вижу, урегулирование этого конфликт, - сказал Джейсон. «Я делаю секретный отчет в Общество приключений, чтобы закрыть контракт. Прямо в кабинет директора, чтобы скрыть детали. Ваша семья компенсирует Линдоверу месяцы приостановки производства. Документы, которые Клементсон приготовил для изъятия фермы, лесопилки, леса и земли должны быть уничтожены. Дин не просит отката за свое молчание, а Джеррика надо незаметно исключить из списка Общества приключений ».

«Ты не хочешь, чтобы его наказали за попытку убить тебя?»

«Если бы он предстал перед судом за попытку убить меня, возник бы вопрос, почему он был там. Кроме того, я не из тех людей, которые убивают миньона, когда он не может убить хозяина. С него будет достаточно потерять членство в Обществе».

«А как насчет людей, которых ты убил сегодня утром?»

«Те, кого я убил, уже имели свой шанс», - сказал Джейсон с металлом в голосе. «Я отпустил большинство из них».

«Большинство из них? Ты убил пятерых! Разреши спросить, со сколькими людьми ты дрался? »

«Элспет Арелла получит запись. Я полагаю, она покажет Вам ее, когда будет судить Вашу семью ».

Талия криво улыбнулась.

«Я полагаю, ты прав. Так ты оставишь Тэдвика в моей семье?»

«Мы оба знаем, что он вне досягаемости для меня, - сказал Джейсон. «Но независимо от того, насколько сильна Ваша семья и насколько я привязан к Вашей дочери, я готов к тому, чтобы меня подтолкнули не так далеко. У меня заканчивается жалость к Вашему сыну».

«Ты знаешь, мой муж не обрадуется такому исходу. Он ждал, чтобы Тэдвик проявил инициативу ».

«Тогда ему следует подождать, чтобы увидеть некоторые моральные принципы сына», - сказал Джейсон, его лицо стало жестким.

«Ему так же не понравится компенсация владельцу фабрики».

«Ему не обязательно должно это нравиться, - сказал Джейсон. «Он просто должен это сделать».

«Я думала, что весь смысл твоего прихода в том, чтобы не провоцировать нас?»

«И Вы должны признать, что я не коврик, по которому можно свободно пройтись. У меня есть свои принципы, леди Мерсер. Вам лучше не затрагивать их ».

«Это угроза?» - спросила Талия, приподняв брови.

«Да».

Она улыбнулась.

«Мистер Асано, у Вас есть некоторая поддержка, но в конечном итоге Вы заблудший в мире, которого Вы не знаете».

Серебряная аура Талии надавила на Джейсона.

«Вы не представляете никакой угрозы для меня или моей семьи», - сказала она ему.

«Я представляю, что очень похожая мысль была одной из последних, приходящих в голову Крессиде Вэйн, прежде чем она была побеждена».

Талия рассмеялась, снимая напряжение.

«Хорошо, Джейсон. Линдовер получит должную компенсацию, а Тэдвик будет наказан соответствующим образом. Я прослежу, чтобы мой муж не поднимал слишком много шума. Он без ума от Кэсси, и ее одобрение для тебя будет иметь большое значение».

«В моем мире отцы часто не заботятся о джентльменах своих дочерей».

«Боги знают, что у моего мужа есть свои недостатки, - сказала Талия, - но отказ доверять мнению своей дочери - не один из них».

Они встали.

«Очень хорошо»,- сказал Джейсон. «Я полагаю, Вы накажете Клементсона? Сомневаться в том, что он стоит за всем, не стоит».

«Тебя это устраивает?»- спросила Талия.

«Этот человек был соучастником и привел одного из лакеев Вашего сына, чтобы убить меня, так что да. Но не будьте к нему слишком суровы. Он это делал, чтобы снискать расположение своих аристократических покровителей. Не многие могут сказать «нет», когда Мерсеры говорят им, что делать ».

«Ты выставляешь нас тиранами», - сказала Талия.

«В том-то и дело, - сказал Джейсон. «Вы такие и есть»…

Джейсон сидел на скамейке в парковой зоне и говорил в плывущий перед ним записывающий кристалл.

«… Это было своего рода бизнес-мошенничество. Мне пришлось долго ждать контракта. Он дал мне шанс наверстать упущенное. Я застрял с парнем по имени Кайл, на заброшенной лесопилке. Я был там три дня.

Кайл достаточно милый парень, любит говорить только о дереве. Я подозреваю, что он очень хорош в своей работе, но не очень хороший собеседник. Дорогие друзья, Фарра и Клайв, я уверен, что вы видели его на некоторых записях. Мне навязывали много текстов по теории магии, так что я застрял в них. Это довольно интересно, но я не могу им этого сказать. Они и так достаточно бешеные».

«Привет, красавчик», - раздался сзади сексуальный голос. Джейсон ухмыльнулся, когда Кассандра бочком забралась на скамейку, и прислонилась к нему.

«Это одна из записей, которую ты делаешь для своей семьи?» - спросила она, глядя на кристалл.

«Это так, - сказал Джейсон. «Семья, это святое. Мы общаемся друг с другом».

«И как ты это описываешь?» - нахально спросила Кассандра.

«Я пишу это своей маме», - сказал Джейсон, снимая записывающий кристалл.

«Что ж, хочу сказать, ты произвел хорошее впечатление на мою мать», - сказала Кассандра. «На папу, не очень. Я буду прикрывать твою спину от Тэдвика ».

«Один из его приспешников пытался убить меня, так что да, я буду следить за ним. Как насчет тебя?»

«Мама сказала, что ты почти не вспомнил обо мне», - сказала она, надувая губы.

«Я не могу принимать решения, глядя в твои черные, великолепные глаза», - сказал он.

Они сидели бок обок. Джейсон потянулся и взял Кассандру за руку. Их пальцы переплелись.

«Ты уезжаешь ненадолго?», - спросил он.

«Мне не нравится, что ты не едешь», - сказала она. «Мы могли бы весело провести время в небольшом путешествии».

«Мы сможем сделать это, когда ты вернешься», - сказал Джейсон. «Твоя семья владеет большой яхтой. Мы могли бы устроить небольшое морское путешествие на ней. Корзина для пикника, немного вина ... небольшая армия слуг, владеющих мореплаванием…».

Она засмеялась, положив голову ему на плечо.

«Это то, чего стоит ждать», - сказала она.

«Ты сможешь рассказать мне все о своих захватывающих приключениях в астральном пространстве на яхте».

«Договорились», - сказала она. «Может, тебе стоит округлить свои пробуждающие камни, пока меня не будет», - сказала она. «Воспользуйся шансом, чтобы выиграть несколько контрактов с одной звездой. Двигайся к бронзе. Знаешь, ты должен добраться туда раньше, чем я не получу серебро.

«Мои друзья сказали, что не стоит этого делать, - сказал Джейсон. - Кажется, вскоре после их возвращения может появиться необычная возможность».

«Это интересно?»- сказала Касандра.

«Они до сих пор не сообщили мне никаких подробностей», - сказал Джейсон. «Это каким-то образом связано с тем, почему они приехали сюда. Они ждут, что появится еще один авантюрист. По-видимому, обладатель золотого ранга».

«Я слышала об этом. Может, тебе стоит поймать этого человека, доставляющего всем столько хлопот. Мой дядя и директор Общества приключений много спорили по этому поводу».

«Мне все это кажется призрачным, - сказал Джейсон. «Высококачественные вакансии; Герцог и Элспет Арелла проявляют такой интерес. Все это пахнет политикой ».

«Ты знаешь, ее чуть не поймали несколько дней назад. Группа авантюристов прижала ее, но на них напали».

«Кто?»

«Никто не знает», - сказала Кассандра. «Они просто надолго задержали их, чтобы она смогла сбежать, а затем убежали сами. Одеты они были во все черное. Они даже не были железными рангами.

«Я же говорил тебе», - сказал Джейсон. «Политика и бизнес это грязное дело».

«Ты не хочешь их ловить?»

«Они грабят богатых людей», - сказал Джейсон. «Я ценю это».

«Разве ты не богат?»

«По сравнению с тобой - нет».

Смысл денег и власти

В кампусе Общества приключений царил хаос. Большая экспедиция готовилась к отъезду. Устей были расселены на сортировочной станции и готовились к переезду. Авантюристы собирались на площади перед главным административным зданием. Ни одно пространство в Обществе приключений не было рассчитано для такого количества людей, поэтому они рассредоточивались по всему университетскому городку.

Джейсон бродил по шумному кампусу и неторопливо ел яблоко. Он рассеянно наблюдал, как один из Устей бежал вдогонку за парой чиновников Общества приключений. Джейсон добрался до административного здания, где толпа людей окружила экипажи, которые должны их доставить к ретрансляционным станциям в пустыне. Огромную баржу Устей с песком собирались использовать вместе с меньшими баржами, предоставленными Магическим обществом.

Это было хорошее решение - проститься с Гари, Фаррой и Руфусом в гостинице, а не на месте сбора. Глядя на огромный беспорядок и слыша взволнованные крики, Джейсон был несколько счастлив, что не стал его частью. Однако он был разочарован, что не сможет увидеть астральное пространство изнутри.

«Успокойся», - успокаивал он себя.

Джейсон подошел к площадке перед административным зданием, где собирались авантюристы. Он остановился, чувствуя, как буйная буря аур сливается в водоворот. Не у всех авантюристов был контроль, который исходил только от силы ауры, не говоря уже о том, что Джейсон получил от Фарры.

Он использовал эту тренировку, чтобы подавить другие ауры в очень маленьком пространстве вокруг своего тела, что позволило ему приблизиться, не будучи подавленным. Он заметил, что многие железные ранги выглядели одурманенными, потому что не могли делать то же самое. Еще раз подтвердился акцент Фарры на важности тренировки ауры.

Джейсону потребовалось время, чтобы разыскать кого-нибудь из знакомых в толпе, поскольку все авантюристы сдерживали свои ауры, чтобы не усугубить беспорядок. Он увидел, Даниэль Геллера деловито руководящую погрузкой припасов. Она остановилась на мгновение, достаточное для того, чтобы указать Джейсону в направлении, где собирались люди Геллеров.

Джейсон быстро сообразил, что если бы он зашел в толпу с другой стороны, у него не было бы проблем. Геллеры были собраны, как на модный показ в модельном агентстве. Они напоминали сформированную олимпийскую команду. Это совсем не удивило Джейсона, они уже были собраны и готовы к выходу. Джейсон кивнул своим знакомым, направляясь к тому месту, где разговаривали Рик и Фиби, в то время как Хамфри прощался с Габриель. Команда Рика тоже была там, Джон подшучивал над Хамфри.

«Ты уезжаешь на несколько недель, а собрался как на войну», - шутил Джон.

«Оставьте его в покое», - сказал Джейсон, подходя к ним. «Он милый и серьезный человек. …».

«Я рада, что ты так думаешь», - прервала его Кассандра, внезапно очутившись рядом с ним. Он улыбнулся, когда она взяла его за руку.

«О, привет», - поздоровался он мягким от удовольствия голосом. «Ты можешь телепортироваться?»

«Может быть. У девушки могут быть какие-то секреты?», - сказала она.

«У меня тоже есть секреты», - сказал он. «Моя смесь специй для жареной курицы лучше, чем мои эссенциальные способности».

Кассандра засмеялась и кивнула в сторону своей семьи.

«Ты меня проводишь?» - спросила она.

«Конечно», - ответил Джейсон и помахал Хамфри рукой.

«Увидимся через несколько недель, Горбун!»

«Иди в болото!» - ответил Хамфри. Он вздрогнул, заметив испуганный взгляд Габриель, и еще раз посмотрел на смеющееся лицо Джейсона.

Кассандра провела Джейсона через толпу туда, где готовилась ее собственная семья. Никто не мог сравниться с числом членов семьи Геллер. Ее ветви были разбросаны по всему миру, но Мерсеры по-прежнему показывали впечатляющие результаты.

«Что ты тут делаешь, Асано?» - послышался голос Тэдвика, вызвавший вздох Джейсона.

«Оставь мою сестру в покое», - сказал Тэдвик, подходя к Джейсону. «Перестань каждый раз совать нос в чужие дела. Тебе удалось испортить мою сделку, не так ли?

«Тэдвик…»

Джейсон собирался сказать, что, несмотря на все способы, которыми его семья пользуется для законной эксплуатации людей, Тэдвику все же удалось найти человека, который нарушил закон, но остановил себя. Вместо этого он сделал медленный очищающий вдох.

«Знаешь что, Тэдвик?» - сказал Джейсон. «Удачного тебе путешествия».

«Что это значит?»- подозрительно спросил Тэдвик.

«Просто желаю тебе всего хорошего», - сказал Джейсон. «Я хочу вложить в мир больше позитива».

«Ты очень странный», - сказал Тэдвик, настороженно взглянув на Джейсона. Его мать подошла к ним, положив руку на плечо Тэдвика.

«Иди закончи складывать свое снаряжение, дорогой».

«Почему вы не взяли для этого слуг?» - спросил Тэдвик.

«Там, куда мы идем, нет слуг, дорогой. Ты, наверное, заметил, что тут и так достаточно людно».

Голос Даниэль Геллер прогремел над толпой через какое-то магическое усиление.

«Всем, кто не являются участниками экспедиции, пожалуйста, очистите территорию, так как вы мешаете готовиться к отъезду!»

Джейсон наклонился, чтобы нежно поцеловать Кассандру, но она с силой прильнулась к нему. После долгого поцелуя они долго стояли, обнявшись.

«Не шали», - мягко сказал он ей.

«Непослушный гений?»- спросила она.

«Ты определенно меня вычислила».

«Почему-то я в этом очень сомневаюсь», - сказала она ему.

Вскоре, Джейсон, вместе с другими провожающими стоял у вагонов отъезжающего поезда. Он уже собирался уходить, когда к нему подошел Винсент.

«Вы не в экспедиции?» - спросил Джейсон. Его мозг начал усиленно работать, и он засмеялся. «Я понимаю. Все хотели бы принять участие в этой экспедиции. Семья Арелла не взяла в экспедицию неугодных ей людей, которые не слишком заинтересованы в ее планах. Это дает им некоторое преимущество. И, хотя их люди и большинство крупных городских маклеров поехали с ними, они не помешают семье провести несколько радикальных изменений ».

«Вы поняли это только потому, что я все еще здесь?» - спросил Винсент.

«Просто захотелось высказать свое мнение».

«Что ж, директор будет очень занят в следующие несколько недель, поэтому хотела сначала кое-что уладить с Вами. Следуйте за мной ».

Винсент провел Джейсона в административное здание.

«Директор надеется, что Вы сможете возобновить работу с контрактами, которую продемонстрировали, когда впервые присоединились к Обществу», - сказал Винсент, пока они шли. «Большинство наших лучших авантюристов уехали в экспедицию».

«Не беспокойтесь, - сказал Джейсон. «Большинство людей, которых я знаю, только что уехали из города, поэтому я решил с головой окунуться в работу. Я ожидал, что с убийством тех авантюристов будет много проблем».

«Запись совершенно ясно показывает, зачем они были там», - сказал Винсент. «Что действительно решило вопрос в Вашу пользу, так это то, что большинство из них не заключали контракты в течение нескольких месяцев. Директор ненавидит таких авантюристов. Мне говорили, что это как-то связано с ее прошлым. Она была бы счастлива просто забыть об этом».

«Я слышал, что она не из знатной семьи», - сказал Джейсон. «Ей удалось вырваться из Старого города».

«Это примерно то, что я слышал», - сказал Винсент. «Она не говорила о своем прошлом, по крайней мере, со мной».

«Она уважает частную жизнь», - сказал Джейсон. «В отличие от тех, кого я знаю. У меня сегодня вечером барби, не хотите присоединиться?»

«Барби?»

«Барбекю, приятель. Красиво и непринужденно. Будет несколько товарищей со своими приятелями, которые остались в городе. Вы можете привести с собой людей из Общества приключений, если хотите. Клайв придет с людьми из Общества Магии и их семьями. У нас достаточно мяса, хватит на всех, а Норвичский ликеро-водочный завод еще не прекращал работу по приготовлению напитков. Однако, есть одно справедливое предупреждение; оставьте свое социальное расслоение за дверью. Будь Вы герцог или уборщица. У Асано на барбекю все дружат».

«Я подумаю об этом, - сказал Винсент. - Ты сказал, завод Norwich Distillery?

«Да, - ответил Джейсон. - Норвич и сам будет на барбекю вместе с некоторыми из своих рабочих. Они везут с собой несколько бочек вина ».

Винсент с Джейсоном подошли к волшебным лифтам. Джейсон знал, что такие лифты есть в некоторых высоких зданиях острова. Но он никогда не пользовался ими. Это было впервые. Поездка была быстрой и плавной, они оказались на верхнем этаже. Винсент подвел Джейсона к двери с табличкой, гласящей, что это кабинет директора филиала. Он без стука зашел внутрь.

Джейсон и Винсент вошли, чтобы встретиться с директором. Элспет Арелла сидела за письменным столом, заваленным бумагами. За другим столом сидел пожилой эльф, оценивающе посмотревший на Джейсона. Они были заняты письмом, и Винсент жестом попросил Джейсона подождать.

Оглядевшись, Джейсон заметил на стенах несколько картин с изображением пустыни. Все они были написаны одним и тем же художником. Джейсон когда-то видел его картины в концертном зале и они ему очень понравились.

«У Вас хороший вкус, - сказал он директору. «У Вас много работ Мохера».

«Он друг нашей семьи», - рассеянно сказала директор. «Я сейчас освобожусь мистер Асано».

Винсент предостерегающе нахмурился, и они стали ждать, когда директор и его заместитель закончат свою работу. Как только документы, над которыми они работали, были готовы и подписаны, директор обратилась к Винсенту и Джейсону.

«Добрый день», - сказал Джейсон, протягивая руку через стол пожилому эльфу. «Нас не представили должным образом друг другу».

«Женевьева Пико», - сказала эльф, коротко пожимая ему руку. «Заместитель директора».

«Мы очень заняты, мистер Асано, - сказала Арелла, - поэтому я буду краткой. Во-первых, спасибо, что не подняли шума из-за исключения Вас из списков членов экспедиции. Я знаю, что сейчас у Вас, достаточно связей, которыми Вы могли воспользоваться ».

«Многие люди сделали бы это», - с сожалением сказала Женевьева.

«Во-вторых, - сказала Арелла, - я была очень впечатлена Вашим выполнением контракта на лесопильном заводе. Вы могли бы громко заявить о нарушениях закона, которые там происходят, но Вы не сделали этого. Тщательность, с которой Вы исследовали и собрали доказательства, дала мне очень ценный политический капитал ».

«Я сделал это не для того, чтобы дать Вам еще один рычаг, управлять герцогом», - сказал Джейсон. «Я сделал это, потому что это то, к чему меня привел контракт».

«Тем не менее, Ваш ответ продемонстрировал понимание политических реалий», - сказала Арелла.

Она открыла ящик стола, достала небольшую бамбуковую коробку и протянула Джейсону. Он приподнял крышку, и увидел внутри круглый кристалл. Джейсон постучал по нему пальцем.

Предмет: “Пробуждающий камень правосудия” (без ранга) “Пробуждающий камень”, содержащий силу вынесения приговора (расходный материал, пробуждающий камень).

Требования: Способность непробужденной сущности.

Эффект: Пробуждает способность сущности. У вас есть 4 способности непробужденной сущности. Вы можете поглотить “Пробуждающий камень правосудия”. Поглощение Да / Нет?

«Правосудие», - задумчиво произнес Джейсон.

«Мне казалось это уместным, учитывая то, что Вы продемонстрировали», - сказала Арелла. «У нас сейчас мало кадров, поэтому, если возникнет что-то неожиданное, нам понадобятся люди, которые возьмут на себя руководящие роли. В ранге железа Вы будете одним из таких людей. Отдайте, пожалуйста, свой бейдж».

Джейсон нахмурился, вынул свой значок и протянул его Арелле.

«Вы меня повышаете в звании?» - спросил Джейсон. «Через несколько дней после того, как я убил кучу авантюристов?»

«Они не были авантюристами, - мрачно сказала Арелла. «Они были грязью, цеплявшейся за борт лодки, отчаянно нуждающейся в ремонте».

Она вынула клиновидный камень и приложила его к железному значку Джейсона. Металл сдвинулся, две звезды, выбитые на нем, соединились с третьей, и Арелла вернула значок Джейсону.

«Я думал, что это будет большая, внушительная комната, где проводят допросы», - сказал Джейсон. «Но нет ни комнаты и никаких официальных допросов».

«Для разбирательства Вашего дела, правила требуют присутствия только трех должностных лиц, включая как минимум один уровень директора или заместителя директора. У нас много работы, мистер Асано, и такие разбирательства не так важны для одних людей, как для других ».

«Достаточно честно, - сказал Джейсон. «Знаете, если Вам нужно расслабиться после работы, приходите ко мне. Я сегодня вечером устраиваю барбекю для своих друзей, приятелей и знакомых…».

На барбекю к Джейсону пришло больше людей, чем он ожидал. Они заняли часть парковой зоны, поставив столы для пикника с яркими скатертями. Дженсен Норвич устроил длинный бар. Тут было множество грилей, заполненных шипящим мясом, рыбой, завернутой в листья бамбука, овощами и фруктами.

«Хорошо, что я запас больше продуктов», - сказал Джейсон. «Спасибо, что разобрались с дополнительными решетками, Джессика».

«Это было для меня абсолютное удовольствие», - сказала мадам Лэндри.

Люди в парковой зоне подходили к компании и были приглашены присоединиться. Происходила какая-то игра с мячом в три стороны, участники разметили треугольное поле. Команда Магического Общества играла против Общества Приключений и против людей, которые были членами обеих обществ. Капитаном смешанной команды был Клайв.

Джейсон заметил пару эльфов, стоящих под деревом. Он телепортировался через тень дерева, чтобы присоединиться к ним.

«Вы все-таки пришли», - сказал он им.

«Вы создали настоящий переполох в парковой зоне», - сказала Арелла. «Вы ведь получили на это разрешение, верно?»

«Как Вы знаете, - сказал он, - Талия Мерсер была мне должна за то, что я не бросил ее паршивого сына на растерзание. Ее зять - герцог, так что достать разрешение было несложно».

«На что Вы тратите свой политический капитал?» - спросила Женевьева.

«Какой смысл в деньгах и власти, если они тебе не нравятся?» - переспросил Джейсон. «Дамы, объясните, пожалуйста, правила этой игры с мячом?»

«Вы не знаете триболла?» - спросила Арелла. «Вы действительно из другого мира».

Чужая игра

Дин Такелл был членом команды авантюристов, прибывшей в деревню, расположенную в дельте реки. Команда была не готова для выполнения дорожного контракта и ее назначили патрулировать фиксированный маршрут через дельту и дальше под наблюдением бронзового ранга. Члены команды были недовольны, что вместо участия в большой экспедиции, их заставили патрулировать фиксированный маршрут. Дин был просто счастлив, что покинул город. Он не хотел, чтобы люди, работающие на Тэдвика Мерсера, нашли его и пригласили “немного поболтать”.

Команда подошла к доске объявлений о приключениях.

«На этой доске еще есть объявление», - сказал командир бронзового ранга, снимая его. Это была их третья деревня за день, и все остальные доски объявлений были пусты.

“Ткачи ловушек”, - прочитал бронзовый ранкер. Заставив железных рангов застонать.

«Подождите, это уже заявлено», - сказал бронзовый лидер. «Просто контракт еще не закончен».

После слов командира бронзового ранга, бумага растворилась в его руке.

«И теперь это произошло», - сказал он. - Значит, следующая деревня в списке наша.

«Разве мы не можем остановиться, чтобы выпить?» - спросил кто-то. «Прямо в деревне есть таверна».

«Мы можем остановиться, как только разберемся хотя бы с одним монстром», - сказал бронзовый ранкер. « Конечно, если мы сможем его найти»…

* * *

Джейсон бросил пачку бумаг на стойку регистрации в зале вакансий.

«Три контракта, одиннадцать уведомлений правления, - сказал он.

«Через три дня», - сказал Альберт. - Это график, который у вас есть».

« Мне назначены какие-нибудь контракты?» - спросил Джейсон.

« Нет, но есть несколько контрактов с поощрением. Меньше авантюристов – меньше конкуренции ».

«Я думаю, что оставлю это другим, - сказал Джейсон. - Может быть, еще несколько человек заключит контракты ».

Джейсону не нужно было возвращаться в гостиницу, чтобы принять душ. Он умылся водой из хрустальной бутылки. Сменил боевую мантию на повседневную гражданскую одежду, взял петлю из кампуса Общества приключений и зашагал в парковый район. Здесь он купил лепешку в киоске. Джейсон сел в парке на скамейку и стал есть лепешку, запивая ее фруктовым напитком из своего инвентаря, наблюдая за закатом.

«Неплохо», - сказал он себе.

Он взял в руки табличку с “Мировым фениксом” из своего инвентаря и посмотрел на нее. С тех пор, как ему сказали, что это его путь домой, он снова и снова подумывал выбросить его, чтобы закрыть за собой дверь навсегда. Но как всегда, он положил табличку обратно в свой инвентарь.

Солнце заходило за горизонт. По дорожкам парка шел городской рабочий, зажигая волшебные фонари. Джейсон встал со скамейки, и пошел прочь в темноту. Он достал меч и кристалл, похожий на записывающий. Джейсон отбросил его от себя. Кристалл остановился и парил в воздухе. Через несколько мгновений из него послышался мягкий чарующий звук. Джейсон вытащил свой меч из ножен и бросил его на траву, и вокруг него появился плащ из звезд. Он начал двигаться в такт медитативной музыке.

Его движения были медленными, неторопливыми и плавными. Постепенно они нарастали с увеличением скорости, хотя всегда полностью были контролируемыми. Его плащ струился вокруг него, отбрасывая пылинки.

Танец “Феи Меча”- был техникой медитации, которой его научил Руфус. Эта техника объединила разум и тело. Несмотря на наличие меча, речь не шла о технике боя. Целью было объединить сознательное и бессознательное состояние разума и тела. Руфус охарактеризовал эту медитацию не как, технику использование меча, а как его достижение.

Способность “Вердикт“ (Рок) достигла уровня Железа 0 (100%). Способность“ [Вердикт“] (Рок) достигла уровня Железа 1 (00%).

Погрузившись в танец, Джейсон проигнорировал развитие своей новой способности. Его движения и медитация стали единым целым. Ему казалось, что он сливается с окружающим миром. Но что-то затрагивало его чувства, настолько слабо, что он вообще не был уверен, что это происходит с ним. Он продолжил медитировать, но это чувство возникало снова и снова. Теперь Джейсон был уверен в этом. Он остановился, глядя в темноту.

«Вы почувствовали меня», - сказал мужской голос. «Это настоящий сюрприз».

Акцент человека напомнил Джейсону Руфуса. Он ничего не видел в темноте, даже с его силой зрения, и больше не мог чувствовать, что было снаружи.

«Медитация увеличивает чувствительность», - сказал Джейсон спрятавшемуся человеку.

«Впечатляющая медитация, даже в этом случае, - сказал мужчина, - Вы, должно быть, были глубоко в трансе. Приношу свои извинения за беспокойство ».

Из темноты вышел мужчина. Джейсона сбило с толку то, что он не мог видеть этого человека, хотя видел сквозь тьму. Этот человек был для него невидим до тех пор, пока сам не захотел чтоб его увидели. У него была черная кожа, как у Руфуса. Но он был не лысым, как Руфус. Его волосы были темные, сплетенные рядами и пронизанные разноцветными бусинами. Его наряд был аккуратным и подогнанным, как и предпочитает Руфус.

«Вовсе нет, мистер Бахадир, - сказал Джейсон. «Я с нетерпением ждал встречи с Вами».

Мужчина приподнял бровь.

«Откуда Вы знаете, кто я?»- спросил он.

«Ваша аура», - сказал Джейсон. «Я был рядом с достаточным количеством серебряных рангов, чтобы знать, каково это, когда они используют свою ауру. Ты чувствуешь тишину, и силы покидают твое тело от присутствия невидимого объекта. Ваша аура сливается с окружающей средой, как будто ее вообще не существует. Ожидалось, что сюда приедет только один обладатель золотого ранга, а Ваш акцент и одежда только подчеркивают это».

Бахадир засмеялся и подошел ближе к Джейсону, чтобы пожать ему руку. От этого простого прикосновения Джейсон почувствовал, как по его телу течет сила. Бахадир, прекрасно контролировал свою руку, чтобы сила золотого ранга не раздавила руку Джейсона. Он мог это сделать с большей легкостью, чем разбить яйцо.

«Эмир Бахадир», - представился он.

«Джейсон Асано».

«Я много слышал о Вас и хотел познакомиться с Вами».

«Я тоже много слышал о Вас», - сказал Джейсон. «Как прошел винный фестиваль?»

Бахадир снова засмеялся.

«Очень хорошо, спасибо. Как поживают Руфус и его друзья?

«Очень хорошо», - сказал Джейсон. «Их сейчас нет в городе».

«Я слышал. Официально я должен приехать сюда через неделю ».

«Что ж, если Вы ищете что-то, что Вас заинтересует, я предлагаю посетить Магическое Общество. Они раскапывают в дельте комплекс, принадлежавший “Ордену Жнеца”. Вот почему Вы здесь, да? Чтобы исследовать древний орден убийц? » - спросил Джейсон.

«Я не думал, что у Руфуса такой длинный язык».

«О, он мне не говорил об этом, - сказал Джейсон. «Ни он, ни Магическое Общество не знают об этой связи».

«Но Вы ведь знаете, - сказал Бахадир.

«Мы с друзьями нашли это место, но Общество магии устранило нас от раскопок. Вы будете поражены тем, что мошенник из Общества Магии и послушник знаний могут раскопать порочащие улики против “Ордена Жнеца”. Кто-то очень старается стереть имена этих убийц из истории ».

«Итак, если Вы не говорили Руфусу, и не уведомили «Магическое Общество», - сказал Бахадир. «Зачем тогда говорите мне?»

«Вы сами хотели со мной встретиться, - сказал Джейсон. «Пришли ко мне, чтобы произвести хорошее впечатление. По крайней мере, я способен заинтересовать Вас, пока Руфус не вернется. Будем надеяться, что он не задержится больше, чем на три месяца »…

* * *

Джейсон стоял на развалинах прибрежной деревни. Это была одна из многих деревень, разбросанных по пустынному побережью. Жители деревни создали свою индустрию, очищая воды в поисках квинтэссенции воды, которая образовалась в больших, чем обычно, пропорциях из-за магии реки Тимран, впадающей в море. Деревни вверх и вниз по побережью зарабатывали этим себе на жизнь, и еще рыбной ловлей. Это было опасным занятием.

«Закат жизни, верно?» - спросил Джейсон.

«Нормальная картина, после разрушения», - сказал Винсент. «Вы уверены, что хотите это посмотреть?»

Они смотрели на разрушенные остатки деревни. Дома в этой деревни строили очень маленькими, и в основном из бамбука. Они выглядели так, как будто через них прошел ураган. Некоторые лодки и дома были сильно повреждены, а другие вообще разрушены. Здесь можно было найти сушилки для сетей и прочую атрибутику прибрежной деревни, но не было ни одного нетронутого предмета. Обрывки сетки, сломанные бочки и остатки предметов, все было мусором, в котором ничего нельзя было распознать. Он ковром покрыл землю.

В деревне было единственное двухэтажное здание. Первый этаж, которого выложен камнем, а второй был из бамбука. Из стены верхнего этажа торчала шлюпка. Дверной проем на первом этаже, и кирпичная кладка были разрушены. Внутри, мужчины, нашли какое-то гнездо из обломков и костей крупных морских животных. Джейсон заметил скелет рыбы длиной более полутора метров.

«Так вот куда возвращалось морское животное, - сказал Винсент. «Это нормальный образец. Плавает в воде, нападая на глубоководную рыбу, и совершает набеги на деревни. Оно выбирает первую завоеванную территорию, чтобы построить себе логово ».

«Но это животное медленно передвигается по суше, верно?» - спросил Джейсон.

«Очень медленно, - ответил Винсент, - но Вы сами видите, насколько он силен. Если его сильно ранить, он уйдет в океан. Под водой он будет двигаться быстрее и раны очень быстро заживут. Не гоняйтесь за ним в воде».

« Но кроме того, что он очень силен, это животное обладает экзотическими способностями? »

«Нет», - ответил Винсент.

Джейсон знал всю информацию об этом монстре, но хотел лишний раз перепроверить себя. “Приливной тролль” был первым монстром бронзового ранга, с которым Джейсон специально хотел сразиться один на один. Он взял свой личный лист, чтобы быстрее решиться на бой и стал читать:

«Джейсон Асано.

Раса: “Чужеземец“.

Текущий ранг: “Железо“ (Повышение до бронзового ранга: 10% (завершено 2/4 сущности);

Атрибуты:

“Сила“ (Кровь): “ [Железо 2“. (Скорость).(Тьма): “Железо 0“. (Дух). (Гибель): “Железо 0“. (Восстановление) (Грех);

Расовые способности “Чужеземец“);

Интерфейс группы. “Система заданий“. “Инвентарь“. “Карта“. “Астральное сходство“. “Таинственный незнакомец“];

Сущности (4/4);

Тьма [Скорость] (3/5);

“Полуночные глаза“] (особая способность): “Железо 7“84%. “Плащ ночи“ (особая способность): “Железо 6“ 19%. “Путь теней“ (особая способность): “Железо 6“ 21%;

Кровь “Сила“ (5/5);

“Жатва крови“] (заклинание): “Железо 5“ 18%. “ [Укус пиявки“ (особая атака): “Железо 5“ 78%. “Пир крови“ (заклинание): [ Железо 4] 97%. “Кровавый ужас“] (фамильяр): “Железо 5“ 16%. “Кровоизлияние“ (заклинание): “Железо 2“ 46%;

Грех “Восстановление“ (5/5);

“Наказание“ (особая атака): “Железо 5“ 83%. “Пир отпущения грехов“ (заклинание): “Железо 5“ 91%. “Пожиратель грехов“ (особая способность): “ Железо 5“ 69%. “Гегемония“ (аура): “Железо 5“ 67%. “Кастигейт“ (заклинание): “ [Железо 2“ 32%;

Рок “Дух“ (4/5);

“Неумолимый Рок“ (заклинание): “Железо 5“ 66%. “Наказание“ (заклинание): “Железо 3“ 57%. “Клинок Рока“ (заклинание): “Железо 2 “ 08%. “Вердикт“ (заклинание): “Железо 1“ 00%.

Его способности постепенно развивались. Чтобы достичь бронзы, Джейсону осталось разбудить еще три способности.

«Если что-то пойдет не так, я вмешаюсь», - сказал Винсент.

«Вот почему Вы пришли?» - спросил Джейсон. «Вы думаете, я проиграю?»

«Вообще-то, я не прошу об одолжении».

«Ой ли?»

Они смотрели на океан, солнце освещало небо золотом, опускаясь к горизонту.

«Скоро монстр вернется в свое логово, но у нас должно хватить времени, чтобы поговорить», - сказал Винсент. «Вы знаете об открытом контракте? Девушка-воришка?

«Да. Я знаю».

«Вы не хотите поучаствовать в нем? Общество добавило к наградам камень пробуждения ».

«Это пахнет политикой», - сказал Джейсон. «Мне неинтересно передвигать фигуры по доске, просто чтобы закончить чужую игру».

Винсент слабо улыбнулся.

«Я хорошо знаю, что Вы имеете в виду, - сказал он. «Я поддерживаю изменения, которые пытается внести директор. Она давно сопротивляется укоренившейся власти. Никто не играет честно, и именно чиновники среднего звена, такие как я, зажаты между могущественными силами ».

«Действия этого вора становятся предметом спора между директором и традиционными властными маклерами?»

«Думаю, это может быть что угодно. Это просто случилось, и она этим пользуется ».

«А теперь на Вас давят с обеих сторон», - сказал Джейсон.

«Точно. Я не хочу идти против директора, но она либо не знает, либо готова принять сопутствующий ущерб. Я не уверен, что она понимает, как сильно ей будет больно. Многие люди были бы счастливы отойти от коррупционного прошлого, но директор давит на аристократов, а те в свою очередь нажимают на все старые рычаги. Союзники директора, становятся очень несчастными людьми ».

«Итак, Вы хотите, чтобы я исключил этот спор из игры», - сказал Джейсон. «Дайте людям немного свободы, чтобы они могли дышать полной грудью, пока знать найдет следующую заместительную битву».

«Да. Директор полагается на тот факт, что не так много людей железных рангов с набором необходимых навыков, чтобы преследовать ее. Вы быстры и хороши в темноте, а вор в основном бьет ночью. Вы замечали, что каждый раз, когда Вы не заняты контрактом, Вам назначают новый? »

«Да, знакомая песня».

«Я искал авантюристов, обладающих необходимыми навыками, чтобы преследовать вора, точно также действовала и директор. Для большинства авантюристов, назначенные контракты были достаточно прибыльными, чтобы они не могли отказаться от них. Она знает, что деньги, это не Ваш движущий фактор, поэтому она назначает контракты, которые, по ее мнению, Вам будут интересны. Подземные тоннели. Монетный двор Spirit. Возвращение останков мертвого авантюриста».

Джейсон задумался, пока они смотрели на заход солнца за горизонт.

«Вы хорошо знаете, что просите меня сделать то, что ей не понравится», - сказал он.

«Вот почему я пришел к Вам. Из всех авантюристов, которых она рассматривала для выполнения этого контракта, Вы единственный, кто все равно выполнит его».

«Держу пари, что она отправила остальных в экспедицию».

«Большинство, но не всех. Нам действительно нужны некоторые компетентные люди, которые действительно сделают эту работу ».

«Хорошо», - сказал Джейсон. «Что я могу сделать, - это рассмотреть, как лучше, выполнить этот контракт; но я не обещаю. Я думаю, что она окружает меня кольцами, как и всех остальных, которые преследовали ее».

«Это все, что я могу просить», - сказал Винсент. «Руфус верит в Вашу находчивость, как и директор. В противном случае она бы оставила Вас в покое».

Было почти темно, когда из воды появилась огромная фигура. Винсент отступил назад, когда монстр приближался к берегу. Все больше и больше огромного тела появлялось над поверхностью, пока не вышло на берег. Монстр поплелся в деревню, где Джейсон смог разглядеть его лучше, чем хотел, понимая, что он был полностью обнаженным. Монстр был около пяти метров в высоту и на одном плече нес дохлую акулу, которая могла проглотить Джейсона целиком. Кожа тролля была серо-голубой, как океан в пасмурный день, и грубой, как у акулы, которую он нес. С головы тролля в спутанном беспорядке свисало то, что больше походило на водоросли, чем на волосы.

Из-под плаща Джейсона вырвался свет, разбрасывая световые пятна по деревне. Пятна света были повсюду в разрушенных остатках пляжной деревушки, в разбитых лодках, в полуразрушенных домах. “Приливной тролль” зарычал на Джейсона и неуклюже двинулся вперед, размахивая акулой, как палкой.

Джейсон начал бой со своего старого кинжала со змеиным зубом, который снижал урон и игнорировал сопротивление яда монстра бронзового ранга. Появившись позади монстра, Джейсон порезал ему заднюю часть ноги.

Оружие ”Ночной Клык” наложило ”Яд темной змеи” на ”Приливного тролля”.

К тому времени, когда медлительный гигант развернулся, Джейсона возле него уже не было. Он зашел на другую сторону и обстрелял монстра пиявками. У тролля было много плоти, в которую вцепились пиявки и рвали ее на части. Джейсон спрятался. Он вздрогнул, когда посмотрел как они кусают его. Джейсон предпочел оставаться в тени.

Чудовище было сильным, возможно, даже более стойким, чем гидра, и с соответствующим сопротивлением. Однако огромное количество пиявок делали свое дело, это означало, что недуги надвигались. Джейсон начал работать над тем, чтобы ослабить сопротивление монстра. Переключившись на заколдованный кинжал, он бегал вокруг тролля призрачными кольцами, нанося удар за ударом.

Оружие ” Руины” наложило ” Уязвимость” на ”Приливного тролля”.

Благодаря неуловимым ударам кинжала и наложенным заклинаниям, все недуги в конечном итоге взяли верх над монстром. В это время он безуспешно пытался огромной рукой сбросить пиявки. Он наступал на тех, которые падали на землю, но даже его огромные ноги не могли растоптать всех их. Все это время каждый случай проклятия греха позволял ауре Джейсона еще больше уменьшать сопротивление тролля, как и уязвимый недуг от его нового кинжала.

”Уязвимость” (недуг, нечестивость, суммирование): все сопротивления уменьшены. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Используется для очистки экземпляров ”Resistant” в соотношении 1: 1.

Поскольку неумолимая гибель приближалась все больше и больше, тролль в конце концов вообще перестал сопротивляться эффектам. Пиявки, примененные в полную силу, нанесли множество ран существу. Монстр был побежден и пытался сбежать в океан. Винсент подбежал к Джейсону.

«Он идет к воде», - настойчиво сказал он. «Если он попадет в воду, то раны начнут заживать».

«Нет, - сказал Джейсон, - Ему все равно так далеко не зайти».

Джейсон не сдвинулся с места. Неторопливо он поднял руку в сторону монстра и произнес заклинание.

«Заплатите цену за свои преступления».

Раненое существо не сопротивлялось, но его урон бронзового ранга все еще действовал. Даже в этом случае карательное заклинание наносило удар троллю по каждой из множественных ран. Достаточно было того, что большинство монстров, даже бронзового ранга, уже были мертвы. Тролль споткнулся, его плоть стала засыхать и почернела, но упорно продолжал идти вперед. Джейсон произнес последнее заклинание.

«Мне судить, а суд - смерть».

Серебряный, золотой и синий свет озарили тролля сверху, и под его сиянием тело чудовища начало быстро растворяться в радужном дыму. Пиявки улетучились, когда плоть, в которую они зарывались, исчезла. На том месте, где они сражались, остались комки крови и плоти, а также светящиеся пятна, растворившие их. Через мгновение от тролля не осталось ничего, кроме воспоминаний.

Способность: ”Вердикт” (Рок)

Заклинание (выполнение) ;

Стоимость: Умеренная манна;

Перезарядка: 30 секунд;

Текущий ранг: Железо 1 (02%) Эффект (железо): Наносит небольшое количество запредельного урона. В качестве эффекта казни урон экспоненциально масштабируется с уровнем ранения врага.

«Это был непостижимый ущерб?» - недоверчиво спросил Винсент.

«Да», - сказал Джейсон, взглянув на награды.

Вы победили ”Приливного тролля”. ” Приливной тролль” полностью уничтожен. Он был разграблен автоматически. ”Рукавица морского великана” добавлена в ваш инвентарь. ”Ядро монстра (бронза) ” добавлена в ваш инвентарь.10 ”Бронзовые монеты духов” добавлены в ваш инвентарь.100 ”Железо” (Монеты духов) добавлены в ваш инвентарь.

Квест: Контракт: ”Приливной тролль”.

Задача выполнена: уничтожен ”Приливного тролля” 1/1. ”Ожерелье глубин” добавлено в ваш инвентарь. Квест завершен. 100 ”Бронзовые монетдухов” добавлены в ваш инвентарь. 1000 ”Монет железного духа” добавлены в ваш инвентарь.

«Что это была за способность?» - спросил Винсент, глядя на то место, где было уничтожено чудовище.

«Это некорректный вопрос», - рассеянно сказал Джейсон, тоже уставившись в пространство, где исчез тролль.

«Вы наносите невероятный урон способностью ранга железа! Вы знаете, какой непостижимый ущерб наносит? »

«Да, - сказал Джейсон.

Помощь: Трансцендентный урон.

Превосходный урон игнорирует все формы физической и магической защиты, снижая урон и сопротивление.

«Итак, что это за способность?»

Джейсон повернулся и посмотрел на Винсента, его лицо было непроницаемым.

«Это конец», - сказал ему Джейсон ровным и бесстрастным голосом.

«Конец? Конец чего?»

«Всего, что я хочу».

Строгое выражение лица Джейсона внезапно изменилось. На лице появилась улыбка, и он засмеялся.

«Не слушайте меня. Мне просто очень страшно. Все, что я хочу, это перестать слушать ангела-чуни на своем плече. Колин, собирайся. Этот морской воздух вреден для тебя».

Черновая работа

Даниэль Геллер и Талия Мерсер смотрели на воду, льющуюся из отверстия астрального пространства. Оно находилось в расщелине скалистого выступа, и представляло собой свободно парящий круг мерцающего синего цвета. Вода спокойно текла из отверстия. Ее источником был небольшой ручей, у которого они в настоящее время стояли. Это не был неудержимый поток воды, который лил в других отверстиях, поэтому они выбрали именно это место. Другая причина заключалась в том, что они потерпели неудачу и первые два отверстия, которые они пробовали, исчезли.

«Вы бывали в астральном пространстве раньше, не так ли?» - спросила Даниэль.

«Да была. Это была последняя волна появления монстров», - сказала Талия. «Монстры вылезали из отверстия в пустыне, поэтому мы создали точку защиты прямо внутри».

«Ваша семья - одна из влиятельнейших семей, и занимает не последнее место в городе», - сказала Даниэль.

«Я все время защищала поместье».

Даниэль повернулась и посмотрела назад на выстроившуюся позади нее экспедицию. Порядок входа уже был определен. Серебряные рангеры шли первыми. Они должны были разведать и узнать сведения о противнике для обеспечения безопасности отряда, и если возникнут какие-либо проблемы, устранить их немедленно.

Даниэль повернулась, глубоко вздохнула и нырнула в отверстие. Она вынырнула из воды, потеряв ориентацию. Она металась, нашла песчаное дно и использовала его, чтобы подняться. На поверхности она заметила, что дно не очень глубокое. Даниэль отплыла от отверстия, и стала рассматривать окрестности. Она находилась в лагуне с бирюзовой водой под чистым лазурным небом. Лагуна была ограничена каменистыми возвышенностями с низкорослыми деревьями, росшими по бокам. Вдали Даниэль заметила небольшой песчаный пляж. Позади него были деревья и тропические растения. Талия вышла из отверстия и тоже быстро всплыла на поверхность.

«Хорошо», - сказала Талия, отплывая от отверстия, чтобы дать место выплыть следующему человеку. «Было бы хорошо исследовать всю местность, а не просто оставаться возле отверстия и сражаться с монстрами»…

* * *

Клайв вошел в кабинет директора Общества магии. Как обычно, директор отсутствовал, в то время как его заместитель Почард Финн работал за своим столом. Почард едва взглянул на вошедшего, продолжая писать. Потом спросил:

«Что случилось, Стэндиш? У меня не так много времени. Я занят со всеми этими людьми в экспедиции ».

«Я в курсе, сэр», - сказал Клайв. «Я сам был очень занят, но мне удалось все реорганизовать, поэтому я хотел бы уделить время другому проекту. Как Вы знаете, у меня также есть членство в Обществе приключений ».

«Да, я слышал о болотной гидре», - сказал Покард. «Я не могу представить, что Ваш вклад был таким большим. Но Вы хорошо справились с этим делом».

«Есть открытый контракт с« Обществом приключений », - сказал Клайв. «Мы с моим другом хотим попробовать себя в этом».

Почард перестал писать, и взглянул на Клайва.

«Вы хотите расслабиться, и ходить на светские мероприятия в надежде, что этот вор появится там?»

«На самом деле, сэр, мы собираемся сделать все иначе. Что-то такое, что, надеюсь, будет иметь больший успех ».

«Кто этот твой друг?» - спросил Почард.

«Это еще один авантюрист. Джейсон Асано».

«Тот, кто выполнял контракт по лесопилке», - задумчиво размышлял Покард.

«Вы его знаете?»

«Мне нравится быть в курсе происходящего», - сказал Почард. «Вы уверены, что Ваши обязанности будут выполняться?»

«Я не буду полностью отсутствовать, сэр. Я буду приходить и проверять каждый день, чтобы убедиться, что все идет гладко ».

«Тогда поторопитесь, пока Вы все еще чувствуете, что Ваши шансы на успех разумны».

«Действительно?» - спросил Клайв.

Почард вернулся к своей работе. «Научись принимать ответ« да », Стэндиш».

Клайв наведался к Джейсону в его квартиру. Джейсон сидел за столом с закусками и разбросанными бумаги. Он брал по одному листу, и читал, не вставая с кресла.

«Как прошла встреча?» - спросил Джейсон.

«На удивление хорошо», - сказал Клайв, все еще чувствуя удивление. Он кивнул на бумаги. «Что все это значит?»

«Это копия контракта на оказание услуг между Обществом приключений и городом Гринстоун. Герцог Гринстоуна и директор Общества приключений играют в какую-то игру с этим вором в качестве центральной фигуры. Я подумал, что мне стоит взглянуть на доску ».

«А также?» - спросил Клайв, садясь.

«Возможно, все дело заключается в том, чтоб заставить герцога нарушить условия соглашения. Это даст местным властям большое влияние на дела Общества приключений. Это имело бы смысл, учитывая, что главная цель Элспет Арелла - устранить это влияние. Однако я склонен думать, что это не так».

«А почему нет?»

«Соглашение будет пересмотрено через пару лет, и мне кажется, что директор не будет спешить. Если бы она сама нарушила условия, пытаясь спровоцировать герцога, он мог бы обратиться к старейшинам Общества приключений, и возможно, даже заменить Ареллу. Ее взгляды на политическую и общественную жизнь Общества представляют собой прямую угрозу аристократической власти. Если будет любой другой человек на ее месте, когда начнутся переговоры, то для герцога это будет победой. Я не думаю, что она готова пойти на такой риск, все, что ей нужно сделать, это дождаться своего шанса.».

«Тогда в чем же все дело?» - спросил Клайв.

«Понимаешь», - сказал Джейсон. «Есть еще и третий фактор, помимо основных планов Герцога и Ареллы. Арелла чего-то хочет, и она готова раздвинуть границы, чтобы получить свое ».

«Как это повлияет на нас?» - спросил Клайв. «Мы просто пытаемся поймать вора».

«Это нож, которого ты не видишь, и в любую минуту может нанести тебе удар, Клайв».

«Что же тогда делать?»

«Мы выключаем фильтр, зажимаем его в бассейне и смотрим, кто придет его чистить».

«Интересно кто?» - спросил Клайв.

«Когда поймаем вора, тогда и посмотрим, кто попытается нас остановить».

«Что, если они остановят нас?»

«Будь уверен в себе, дружище». Джейсон начал собирать разбросанные страницы. «В соглашении есть несколько интересных моментов», - сказал Джейсон, убирая листы в кожаную папку. «Сообщество приключений имеет право голоса во многих гражданских делах, когда речь идет о контракте с Обществом. Интересно то, что это дает власть отдельным авантюристам, выполняющим контракты, а не самому Обществу ».

«Какое это имеет значение?»- спросил Клайв.

«Ослабленные стандарты авантюристов позволили более или менее всей аристократии быть номинальными членами Общества приключений, поэтому децентрализация власти - еще одно средство для аристократии обойти авторитет высших должностных лиц Общества приключений. Теперь я начинаю понимать, с чем столкнулась Арелла. Это то, что стоит знать. Еще одно шило в мешке».

«Что же теперь делать?» - спросил Клайв. «Я знаю, что мы с тобой не будем посещать светские мероприятия в надежде, что кого-то ограбят. Многие пытались это сделать в течение нескольких месяцев, но это не сработало ».

«Тогда, что ты думаешь? Какой первый шаг мы должны сделать?» - спросил Джейсон.

«Разобраться, как, верно поступить?» - спросил Клайв.

«Я думал о том же, - сказал Джейсон. «Нам нужно поговорить со всеми жертвами, узнать как можно больше о том, что было похищено, и о методах вора».

«Эти люди будут с нами разговаривать?» - спросил Клайв.

Джейсон усмехнулся.

«Эти люди привыкли иметь власть, а не быть жертвой, и они ничего не могут с этим поделать. Не стоит недооценивать, их. Они знают, что Общество приключений не допускает к этому никого, кроме знатоков железа, поэтому три звезды - лучшее, на что они могут надеяться. Добавь содействие от официального лица Магического Общества, и это будет похоже на луч надежды. Они будут с нами сотрудничать ».

«А если они не захотят этого делать?» - спросил Клайв.

«Мы их уговорим», - заверил Джейсон.

«Ты говоришь так, будто это будет легко сделать»…

* * *

Джейсон и Клайв покинули особняк лорда Вордиса и направились к ближайшей транзитной станции кольцевой линии. Лорд Вордис был мелким дворянином, и известен своими полезными связями в верхних и в нижних эшелонах общества.

«Ты уверен, что следовало это делать?» - спросил Клайв, нервно оглядываясь.

«Что делать?» - невинно спросил Джейсон.

«Ты сказал ему, что тебя прислали Мерсеры.

«Я этого не делал», - спокойно сказал Джейсон.

«Я был здесь и все слышал!»

«Ты внимательно слушал? Я никогда не говорил, что меня послали Мерсеры. Да, беседа прошла таким образом, что в разговоре выявилась определенная связь между мной и семьей Мерсеров. И я не могу понять, как эта конкретная тема разговора, затронула другие темы, и возможно, заставила некоторых людей предположить, что меня послали Мерсеры. Но я не делал такого утверждения. Я не отвечаю за предположения других людей, Клайв».

«Это похоже на тебя».

«Мы получили то, что искали, и это важно».

«Не могу поверить! Он контрабандой провозил катушки картера!», - сказал Клайв. «Они на особом контроле у Общества Приключений и Общества Магии, но он сказал эту информацию авантюристу и официальному лицу Общества Магии».

«Этот город настолько коррумпирован», - сказал Джейсон. «Что лорд Вордис полагал, серьезных последствий не будет».

«Потому что он думал, что тебя прислала семья Мерсер».

«Я сказал уже тебе, что я не несу ответственности за предположения других. Скажи мне лучше, что такое штоки змеевиков картера? »

«Эти штоки используются для создания очень маленьких участков, невидимых для магических органов чувств», - сказал Клайв. «Ауры, способности слежения, поисковые ритуалы, это не что иное, как ритуал или способность золотого ранга, не имеющие шанса. Хотя это очень маленькие помещения. Примерно размером с корзину для белья».

«Для чего они используются?»

«Главное в них то, что не срабатывает сигнал предупреждений. Большая часть магии слежения, будь то способности, ритуалы или предметы, дают отрицательный результат, если попадают в зону, в которую не должны проникнуть. Даже используя стержни змеевика картера правильно, большинство вещей не зарегистрируют отрицательное пространство ».

«Ты думаешь, они взяли катушки картера, чтобы создать укрытие, которого нельзя отследить?» - спросил Джейсон. «Использовать связку этих стержней, чтобы скрыть эти места?»

«Это непрактично, и они не взяли достаточно количество стержней».

«Ну, мы просто продолжаем собирать кусочки головоломки», - сказал Джейсон. «В конце концов, у нас будет достаточно информации, чтобы разобраться в картине»…

Джейсон и Клайв вернулись в его квартиру, и стали просматривать записи. Еда Джейсона была расставлена по столу в гостиной, но Клайв претендовал на обеденный стол в кухне. После недели расследования, жилище Джейсона было завалено записками, картами, списками и документами по разработке волшебных инструментов.

Мадам Лэндри предупредила Джейсона, что сейчас ее сотрудники не будут убирать его жилище.

«Скажите мне, когда закончите, и тогда я пришлю людей», - сказала она ему. «Только не затягивайте на долго, или я все равно пришлю людей для уборки»…

За три месяца вор сделал семнадцать краж. Каждый день Джейсон и Клайв переходили от жертвы к жертве, от сцены к сцене, собирая информацию.

«По сути, они выполняют два вида работы», - размышлял Джейсон. «Первый тип - публичный, обычно это своего рода кража ценностей. Рабочие места они выбирают на открытых местах с множеством путей отступления. Честно говоря, добыча не стоит риска»

«Многие авантюристы придерживаются этой точки зрения», - сказал Клайв. «За последние несколько месяцев Магическое Общество продало множество инструментов оценки».

«Другой тип работы - специализированное магическое оборудование. Очень редкое, ценное, иногда ограниченное. Они идут на гораздо больший риск ради этой работы. Каждый раз, они близки к тому, что их могут поймать, но такая у них работа ».

«Кем бы ни был этот вор, - сказал Клайв, - он либо обладает пониманием магических инструментов, либо работают в паре с тем, кто знает, -маскировка ауры, материальная деконструкция, обход магической защиты. Методы с применением эклектических магических знаний, скорее всего, специализированы для такого рода работы ».

«Действует профессиональный вор, - сказал Джейсон. - На данный момент это неудивительно».

«Я хотел бы встретиться с ним, - сказал Клайв. – Его неортодоксальный подход к изучению магии будет интересно обсудить».

«Да, думаю, будет интересно обсудить» , - сказал Джейсон, перебирая груды бумаги, лежащие перед ним на столе. Он нахмурился, глядя на весь этот беспорядок. «В этом городе есть маленькая деревообрабатывающая фабрика, так что бумаги здесь хватает».

«Фабрика выпускает тростниковую бумагу», - сказал Клайв. «В дельте растет местный тростник, - рассеянно объяснял он, не отрываясь от своих записей. «Сделать из него бумагу - довольно простой процесс. Целлюлоза, немного волшебства - и готово. Это один из местных экспортных товаров».

«Бумага для упаковки жидкостей», - произнес Джейсон, проводя пальцами по листу. «Я бы об этом не догадался. Это качественный материал ».

Клайв начал перебирать все бумаги. Некоторые из них он аккуратно разложил на столе, другие сложил беспорядочными стопками на стульях вокруг стола.

«Захват! Захват явно отвлекающий от их истинного намерения», - рассуждал он.

«Согласен», - сказал Джейсон. «Если я смогу понять, для чего все это нужно, тогда, возможно, мы сможем выяснить их конечную цель».

Он встал, потирая виски. «Мне нужен перерыв, чтобы отдохнула голова».

Джейсон посмотрел на настенные часы. Как и все в гостинице мадам Лэндри, часы были подобраны со вкусом и отлично работали.

«В любом случае, нам пора уходить», - сказал Джейсон. «Есть кое-что, что надо увидеть».

«Это как-то связано с таинственной группой, которая отправилась в экспедицию по исследованию того комплекса, который мы нашли?» - спросил Клайв. «Сверху пришли вести, что Люциана Миногу сняли с должности, это произвело нехорошее впечатление на него».

«Кто?»- спросил Джейсон. «О, директор Магического Общества. Он еще не получил удовольствия».

«Удовольствие - не то слово, которое я бы использовал, - сказал Клайв. «Тем не менее, было приятно видеть это».

«Что ж, ты можешь встретится с человеком, который его снял, - сказал Джейсон. «Он должен прибыть сегодня днем».

Настоящая фэнтезийная прелесть

Джейсон и Клайв направились к северной стороне кампуса Общества приключений. Общество занимало большую территорию в западной части на севере острова. Они прошли серую каменную башню, в которой Джейсон узнал тюремную. Только в рамках контракта, обществу разрешалось содержать заключенных здесь. Они попадали в тюрьму из зала суда...

Здесь некоторое время отбывал наказание и Джеррик, нападавший на Джейсона на лесопилке. Его лишили членства в Обществе и отпустили.

Подойдя ближе к северному берегу, Джейсон и Клайв обогнули мемориальную площадку, где три недели назад присутствовали на торжественной службе. Они оба, оценивающе, взглянули на мавзолей, и прошли мимо к причалу.

Мемориальный комплекс занимал значительную часть береговой линии, а остальную часть занимал частный причал.

«Разве это плохое место для дока?» - спросил Джейсон. «Оно удобно для постройки и ремонта судов, и хорошо защищает от природной стихии. У берега специально оборудован причал для швартовки суден».

«Он редко используется», - сказал Клайв. «Обычно здесь останавливаются знатные приезжие авантюристы, которых высаживают до того, как корабль отправится в порт. Иногда суда с важным грузом для Общества приключений или Магического общества ».

В частном доке Общества приключений было несколько сооружений, расположенных в саду, где растения были подобраны по типу устойчивости к соленым морским ветрам. Самым большим зданием было административное, которое находилось напротив причала. Производственный корпус для ремонта кораблей, с комнатой для отдыха экипажей занимал самое маленькое здание. Здание среднего размера было лучше первых двух. Это был зал ожидания. В этом здании находился уютный ресторан с шикарным танцполом, где проводились великолепные мероприятия.

Джейсон и Клайв вошли в зал ожидания. На сегодня не было запланировано никаких мероприятий, но все же большая толпа сновала по залу. Можно было подумать, что все члены аристократических семей города Гринстоун собрались здесь. Но многие знатные люди отсутствовали, так как брали участие в научной экспедиции.

Взгляд Клайва блуждал по собравшимся, и он все больше поражался. Он видел здесь директоров и заместителей директоров Общества магии и Общества приключений. Тут присутствовали герцог Гринстоун и его брат Бофорт Мерсер.

«Это отец Кассандры», - сказал Джейсон.

«Значит, ты с ним встречался?»

«Произошла короткая неловкая встреча. Сдержанное уважение на самом деле не мой конек, ты ведь знаешь ».

«Могу только предположить, как это характеризует тебя», - сказал Клайв.

Наряду со знатью здесь присутствовало и духовенство из различных храмов. В их числе была и Габриель Пеллин, помогавшая Клайву в расследовании подземного комплекса. Она стояла рядом с одним из самых высокопоставленных членов ее церкви. Учитывая то, что сколько представителей городской элиты отправилось в экспедицию, это было высококлассное собрание.

Джейсон увел Клайва от группы, собравшейся у дверей. Зал был просторный, со стеклянным фасадом и выходом к причалу. Они с трудом отыскали укромное место, с которого по-прежнему открывался великолепный вид на океан.

«Джейсон, что это?» - прошептал Клайв, когда они сели.

«Это мой босс и босс моего босса. Герцог, и куча серебряных рангов…»

В их сторону посмотрело несколько пар любопытных глаз. Джейсон почувствовал, взгляд Элспет Ареллы с весом ее серебряного ранга ... за Джейсоном стояла лишь честная аура. Это не была подавляющая сила, но она безошибочно давала о себе знать.

«Давай просто держаться на расстоянии», - сказал Джейсон. «Я не уверен, что смогу справиться с собой без социалистических разглагольствований, смотря на всю эту зажравшуюся аристократию.».

Джейсон посмотрел на воду. «Я всегда хотел спросить, как на приливы влияют две луны», - сказал Джейсон.

«Что?»- спросил Клайв, все еще отвлеченный толпой.

Он повернулся к Джейсону и смущенно нахмурился.

«Какое отношение приливы имеют к лунам?» - переспросил Клайв.

«Луна оказывает огромное влияние на приливы и отливы, - сказал Джейсон. «Я могу только представить, какое влияние окажут две луны. Что, по твоему мнению, вызывает приливное воздействие?»

«Это не совсем моя область, - сказал Клайв, - но преобладающая теория заключается в том, что это функция окружающей магии. Мы просто не можем это проверить, и чтоб узнать нам придется наблюдать за магическим полем всей планеты в течение длительного периода. Или, по крайней мере, за крупным участком планеты».

«Нет, это неправильно, приятель. Ты общаешься с… Габриель?»

«Общаюсь ли я с Габриель?» - спросил Клайв и заметил, что Джейсон смотрит мимо него.

Габриель покинула группу и приближалась к ним так быстро, как позволяла ее официальная мантия.

«Джейсон», - настойчиво прошипела она, действуя решительно, но не громко. «Этого нельзя говорить людям».

«О чем я не могу сказать людям?»

«О том, о чем ты собирался рассказать Клайву. Кстати, привет Клайв».

«Послушник Пеллин, приветствую вас», - поздоровался Клайв.

«Я не могу рассказать людям о гравитации?» - спросил Джейсон.

«Да, не можешь. Некоторые вещи люди должны выяснить сами ».

«Значит, так говорит Ваш босс, - сказал Джейсон.

«Да», - сказала Габриель. «Она сказала, что нельзя просто рассказывать людям о фундаментальных аспектах физической реальности. Особенно кому-то вроде Клайва».

«Фундаментальные аспекты физической реальности?» - спросил Клайв. «Подождите, а почему нельзя говорить такому, как я?»

Габриель посмотрела на Клайва более дружелюбно, чем на Джейсона.

«Потому что ты будешь бегать и рассказывать всем», - сказала ему Габриель. «Между прочим, хочу сказать, что ты очень нравишься Миледи».

«Действительно?» - спросил Клайв. «Она знает, кто я?»

«Она знает обо всех нас, кто мы такие, Клайв, - сказал Джейсон. «Она знает все, но, по-видимому, избегает частной беседы с нами».

«Джейсон», - сказала Габриель. «Она говорит, что люди в этом мире должны научиться важным вещам самостоятельно, а не при помощи какого-то болвана, прыгающего по измерениям».

«Она велела вам, сказать мне это?» - спросил Джейсон.

«Она была очень откровенной. Она сказала, что если ты хоть раз помолчишь, то она сделает тебе подарок ».

«Взятка?» - спросил Джейсон, обдумывая слова Габриель.

Габриель кивнул головой, и направилась к своей группе. Некоторые из них с любопытством смотрели на нее. Многие из группы имели восприятие духа серебряного ранга и могли легко прослушивать на больших расстояниях.

«Гравитация?» - спросил Клайв.

«Разве ты не слышал, как меня подкупили, чтобы я тебе не говорил?» - сказал Джейсон. «Она бы сразу узнала». Озарение промелькнуло на лице Джейсона. «Она знает, когда ты был непослушным», - размышлял он. - Очевидно, она приносит подарки».

На полпути к группе Габриель развернулась и ринулась обратно к Джейсону, махая пальцем ему в лицо. «Я не знаю, какие подарки приносит Санта-Клаус, - отругала она, - но моя Богиня определенно не из них».

«У нее есть большой храм на севере, где эльфы делают игрушки?»

«Что?» - спросили Клайв и Габриель.

«Смотрите», - воскликнул Джейсон, указывая на море. «Я думаю, это началось».

Глаза Габриель и Клайва последовали за рукой Джейсона. Они увидели на горизонте, что-то, похожее на густую массу облаков.

«Что это такое?» - спросил Клайв. «Это волшебно, но я ничего не могу разобрать на таком расстоянии».

«Вы не знаете, почему вы здесь?» - спросила Габриель.

«Джейсон мне не сказал».

«Я подумал, что это будет забавный сюрпризом», - защищаясь, сказал Джейсон.

«Что ты задумал?»- осторожно спросил Клайв у Джейсона.

«Да. На самом деле, это будет забавным сюрпризом», - признала Габриель.

Они смотрели, как облако приближается.

«Это корабль», - взволнованно произнес Клайв. «Это корабль из облаков».

Плывущий по воде, облачный корабль, оказался не так близко, как казалось сначала. Его огромные размеры, становились все больше и больше по мере приближения. Он напоминал океанский лайнер, только сделанный из пушистых белых облаков. Оттенки заката, синего и оранжевого цвета, подчеркивали размеры корабля, который парил над водой с хорошей скоростью, несмотря на отсутствие видимой движущей силы.

«Не могу поверить, что это настоящее чудо из мира фантазий, прямо здесь», - сказал Джейсон.

Облачный корабль остановился в доке, теперь стало ясно, насколько огромным он был. Судно было более трехсот метров в длину и шестидесяти метров в ширину и в высоту, даже серебряные ранги были поражены от таких огромных размеров. Корабль плавно остановился в доке, и сбоку начал появляться облачный трап. Когда он соединил корабль с берегом, в борту корабля образовалась дыра, и в ней появился Эмир Бахадира.

При дневном свете, он выглядел точно так же, как тогда, когда Джейсон встретил его в темноте. Красивая одежда, темные кожа и волосы, которые сплетены разноцветными бусинами. В ту встречу, Джейсон был неуверен, в своей способности видеть сквозь тьму.

Эмир Бахадира прошел через платформу к берегу и встретил Элспет Ареллу, которая вышла его поприветствовать. Она провела его внутрь зала ожидания, чтобы он мог встретиться с гостеприимной компанией.

Но Клайва это не заинтересовало. Он встал со стула, его глаза блуждали по борту корабля. Его сила зрения позволила ему увидеть, по крайней мере, часть невидимой магии.

«Это потрясающе», - сказал он.

Габриель стояла рядом с Клайвом, наблюдая за появлением корабля, и внезапно вспомнила, что ей следует быть с группой. Когда Бахадир исчез с того места, где стоял, она быстро поспешила прочь, чтобы присоединиться к своей группой.

«Мистер Асано, рад видеть Вас»- приветствовал Эмир.

«Мистер Бахадир, здравствуйте», - сказал Джейсон, вставая, чтобы пожать ему руку. «Это Габриель Пеллин, - представил Джейсон Габриель. «Полагаю, Вы знакомы с Даниэль Геллер. В настоящее время Габриель привязана к ее сыну Хамфри. Она вежлива и учтива с людьми, с которыми общается, но меня назвала болваном, прыгающим по измерениям, так что я не буду беспокоиться о ней ».

«Приятно познакомиться», - сказал Эмир.

Глаза Габриель метнули кинжалы в сторону Джейсона. Она с улыбкой повернуться к Эмиру.

«Очень приятно», - сказала она, пожимая ему руку. «Я служитель церкви знания».

«Подумать можно, что он не догадался об этом по твоей мантии», - сказал Джейсон. «С таким же успехом можно было надеть белый мешок и нарисовать на нем« церковь знания »».

«Ты заплатишь за это, Джейсон, - сказала Габриель.

«Столкновение с последствиями - это создание человека», - сказал Джейсон, указывая на Клайва, который все еще смотрел в окно.

«Это Клайв. Он помощник в местном магическом обществе и, похоже, больше заинтересован в Вашей лодке, чем во встрече с золотым рангом».

«Что?» - спросил Клайв, впервые отворачиваясь от лодки.

«Ой, гм, подождите. Золотой ранкер?»

«Эмир Бахадир, - представил Джейсон, - познакомьтесь это Клайв Стэндиш».

«Я устрою Вам экскурсию по кораблю », - сказал Эмир, пожимая смущенную руку Клайва. «Но боюсь, что он не будет больше кораблем, но я уверен, что Вы найдете его столь же впечатляющим».

«Это не будет судно?» - спросил Клайв.

Пока они болтали, все больше людей сходило на берег по широкому трапу, сделанному из облаков.

«Мой отряд», - сказал Эмир. «Корабль может быть укомплектован несколькими отрядами, как ты увидишь позже, Клайв, но у меня есть и другие обязательства. Для меня, запланированы некоторые необходимые социальные обязанности, поэтому мне придется вернуться, но сначала ...»

Люди закончили высадку, их было около пятидесяти.

«Пойдемте», - сказал Эмир и вышел из здания, Джейсон и остальные последовали за ним.

Когда они проходили мимо приветственного комитета, Габриель нервно взглянула на своего первосвященника, который кивнул ей головой, разрешая дальше продолжать свой путь. Возле зала ожидания собрался отряд Эмира.

Это была дикая группа рас и национальностей внутри этих рас. Люди были одеты в разнообразную одежду. Одни в аккуратной и сдержанной, как предпочитали Эмир и Руфус, другие в дикую и яркую одежды, которую предпочитали Гари и местные жители Гринстоуна. Эмир подошел к женщине, одетой в его стиле, в куртку на одной пуговице, аккуратные брюки и в практичные темные туфли.

Женщина в отличии Эмира была светлокожей. Ее темно-каштановые волосы ниспадали до шеи, прическа, как и ее одежда, была простой и стильной. У нее была приглушенная, но не полностью сдерживаемая аура серебряного ранга.

«Это Констанция», - представил ее Эмир. «Она самый незаменимый человек в моем мире. Констанция, это Джейсон, Габриель и Клайв. Я их всегда рад видеть»

Констанция кивнула головой. «Я поняла».

Джейсон чувствовал что-то родственное по духу в легкомысленном образе Эмира, который, как он знал, имел сильные и слабые стороны. Высокий профессионализм, чувствовал он в образе Констанции. Это именно она держит руку на пульсе.

«Все выключены?»- спросил Эмир Констанцию.

«За исключением их», - ответила она. «Хорошо, - сказал Эмир, залезая рукой в карман пиджака. Он вытащил из него то, что Джейсону показалось круглодонной фляжкой для химии, которую Эмир держал за горлышко. Она определенно была слишком велика, чтобы поместиться в кармане.

«Это размерная куртка?» - спросил Джейсон.

«Это так, - сказал Эмир.

«Стильно и практично. Мне это нравится», - сказал Джейсон.

«Если Вы когда-нибудь попадете в Витесс, - сказал Эмир, - я познакомлю Вас с моим портным. Он принимает новых клиентов только по рекомендации».

Эмир потряс флягой, затем вынул хрустальную пробку. Появились четыре тонких струйки тумана, которые собираясь в воздухе, образовали четыре изображения, плавающих на месте. Как и корабль, они были сделаны из облаков. Оттенки заката, придавали изображению четкость. Одно из изображений было похоже на модель большого поместья, второе на автобус или туристический автомобиль без колес. Третье на - огромный дворец, а четвертое – было маленькой копией корабля, плывущего перед ним. Последнее изображение светилось внутренним светом. Эмир сунул руку в изображение дворца, которое начало светиться, когда свет на корабле начал угасать. Через несколько мгновений образы облаков потекли обратно в бутылку, и Эмир убрал ее. Чистая магическая сила корабля придавала ему мощную ауру золотого ранга, и Джейсон почувствовал, что эта аура давит на него.

«Мне нужно вернуться на вечеринку, устроенную по поводу моего прибытия - сказал Эмир, - но я думаю, Вы, можете остаться и все здесь посмотреть. Трансформация - это то, что обязательно нужно увидеть ».

Эмир подставил Габриель свой локоть.

«А Вы юная леди, думаю, хотите присоединиться ко мне?»

«Конечно», - сказала она.

Габриель взяла Эмира под руку и они ушли. Оставшись с людьми Эмира, Джейсон и Клайв наблюдали, как огромный корабль превратился во дворец из облаков, плывущий по воде. На это ушло минут десять. Как и было обещано, тут было на что посмотреть. Тем более это было интересно для Клайва, который мог видеть часть магии, когда она трансформируется.

«Это безумие, - сказал Клайв. «Я с трудом могу понять, что происходит с этими процессами золотого ранга, и это немного удивляет. В основном я просто наблюдаю структурные изменения, когда внешние меры безопасности не позволяют мне смотреть глубже, но даже это невероятно ».

«Меры безопасности? » - спросил Джейсон.

«О да, меры безопасности!»- сказал Клайв. - Я бы очень не советовал тебе пытаться войти без приглашения. Вломиться будет легче, чем выйти оттуда».

Джейсон внимательно посмотрел на Клайва, когда тот замолчал. Клайв больше не был сосредоточен на трансформирующемся корабле. Он сел на скамью и о чем-то задумался. Такое его состояние Джейсон называл, мыслящей позой. Его глаза были закрыты, выражение лица было строгим. Он сцепил руки перед собой, зажав пальцы, и шевелил ими. Джейсон терпеливо ожидал, пока пальцы перестанут двигаться. Клайв открыл глаза, кивая головой.

«Все складывается», - рассеянно сказал он про себя, затем повернулся к Джейсону. «Я знаю, чего хочет вор».

Ты дерешься как я

Ты дерешься как я

102

В Старом городе самым богатым районом был квартал каналов. Когда-то здесь сосредоточивалась власть аристократии, но после переселения на Остров район стал доступен тем, кто управлял Старым городом с помощью денег и силы. Это была строго нейтральная территория для Большой тройки из-за обилия интересов Острова, связанных с каналами и торговлей по воде, идущей из дельты.

В менее оживленной части доков у каналов располагалась группа зданий, расположенных не слишком удачно и слишком маленьких, чтобы обслуживать водный трафик, который вырос за годы, прошедшие с их постройки. В основном эти здания использовались для хранения предметов, которые редко, если вообще когда-либо, использовались. В одном из них хранились небольшие плавсредства, ожидающие ремонта, который так и не наступил; загроможденное пространство годами оставалось нетронутым, или, по крайней мере, так казалось.

Софи предусмотрительно расставила часть хлама и тихо перенесла остальное в другие здания. Если добавить к этому несколько ритуалов Белинды, чтобы приглушить шум и создать простые статические иллюзии, то внешне заброшенное здание превратилось в хорошо спрятанное логово. Белинда тихо пробралась внутрь, где ее уже ждала Софи.

— Последний пункт из нашего списка покупок только что появился, — сказала Белинда без предисловий. — Но нам нужно действовать быстро.

— Хорошо, — ответила Софи. — Как раз пора было заняться еще одним отвлекающим маневром, иначе Вентресс объявила бы на нас открытую охоту.

— Теперь не придется. Как только мы получим наклоняющиеся камни, у нас будет все необходимое для последнего дела.

— И мы наконец выберемся из города, — сказала Софи, устало опустив плечи.

— Как идет подготовка?

— У меня есть карты и припасы, которых хватит, чтобы пройти через дельту, попасть в Вельд, а затем на юг, в Хорнис, — сказала Софи. — После того как мы обчистим хранилище духовных монет, у нас будет достаточно денег, чтобы откупиться от любого влияния Большой тройки и оставить весь этот континент позади.

— Давай не будем делать предположений, пока не окажемся в открытом океане, — предостерегла Белинда. — Между нами и этим местом два дела и долгое путешествие. Мы должны действовать быстро в этот раз.

— Рассказывай.

— В дельте какой-то крупный проект, древние руины или что-то в этом роде. Магическое общество облазило там все, пока не появились какие-то приезжие и не взяли все в свои руки.

— Приезжие?

— Они прибыли на корабле, сделанном из облаков, если можешь в это поверить.

— Корабль из облаков?

— Звучит невероятно, правда?

— Звучит как выдумка.

— А вот и нет, — сказала Белинда. — Корабль превратился в облачный дворец и парит у северной оконечности Острова. Я видела его сама. Он такой огромный, что его можно заметить с любой крыши на северной стороне города.

— Пожалуйста, скажи, что ты не хочешь, чтобы мы его ограбили.

— Нет, — рассмеялась Белинда. — Те руины, которые они раскапывают; изначально это был проект Магического общества, но эти люди захватили его.

— Это серьезное влияние.

— Да, это так. Важно то, что Магическое общество все еще предоставляет припасы и поддержку. Одна из вещей в списке поставок — это наклоняющиеся камни, которые нам нужны. Я получу предупреждение, когда их будут перевозить, но это случится на этой неделе. Мы перехватим камни во время транспортировки.

— Это не так много времени на подготовку, — заметила Софи.

— Нам она и не понадобится. Поставки отправляются из комплекса снабжения в кампусе Магического общества с минимальной охраной. Груз не представляет большой ценности, поэтому у них нет усиленной охраны, пока их не встретит охрана герцога у моста в Старый город.

— Если он не представляет большой ценности, то разве мы не могли просто купить эти наклоняющиеся камни?

— Они ограничены в обороте, — объяснила Белинда. — Не опасные, но у них есть специфическое применение в определенных видах деятельности.

— Вроде той, для которой они нам нужны?

— Именно.

— Значит, мы ударим на Острове.

— Именно. Все припасы будут в ящиках для пространственного хранения. Тебе нужно просто схватить правильный ящик и убраться.

— У тебя есть маршрут?

— Да.

— Хорошо тогда, — сказала Софи. — Пойдем разведаем места.

* * * Одним из самых больших и оживленных мест кампуса Магического общества был комплекс магического снабжения. Помимо требований к пространству, операции осложнялись зачастую нестабильной природой магических материалов. Приходилось проявлять осторожность, чтобы правильно хранить различные товары, держа отдельно материалы, которые могли повлиять друг на друга при нахождении рядом. Это создавало ряд фундаментальных проблем для бесперебойной работы комплекса снабжения.

Первая проблема была структурной. Спроектированный специально для этих целей, комплекс представлял собой гнездо взаимосвязанных зданий, соединенных охраняемыми переходами на уровне земли и выше. Там были складские помещения, башни, купола и, в одном случае, сферическое здание, закрепленное кубическим каркасом из опорных стоек.

Хранение и учет были еще большим бардаком. Из-за природы хранимых материалов магические требования превалировали над практическими требованиями эффективности пространства. Это, в свою очередь, превращало управление запасами и снабжение в кошмар.

В центральном центре погрузки и распределения менеджером по снабжению была Тел, а менеджером по распределению — Дрю. У них выдались несколько очень напряженных недель. Сначала Магическое общество начало какую-то операцию посреди болота, что уже само по себе было логистическим кошмаром. Затем все это захватила какая-то приезжая группа. Общество по-прежнему оказывало логистическую поддержку и снабжение, что означало удовлетворение различных потребностей новой группы, добавляя целый дополнительный уровень к управлению снабжением, поскольку они не были Магическим обществом. В разгар напряженного дня Тел принесла новый заказ на поставку, чтобы передать его Дрю.

— Это только что пришло из большого здания, — сказала она Дрю. Большим зданием они называли центральную администрацию, из которой управляли чиновники Магического общества.

— Отлично, — сказал Дрю, без энтузиазма принимая бумагу с заказом и просматривая ее. — Еще один идиот, который не задумывается о том, чтобы испортить нам графики.

Он взглянул на поле с подписью уполномоченного лица в заказе, чтобы увидеть, кто свалил это на него.

— Адъюнкт-помощник заместителя директора Магического общества, отделение Гринстоуна, — прочитал он. — Что, во имя богов, это значит?

— Похоже на должность, созданную для бесполезного отпрыска какого-то богача, — сказала Тел.

— Не то слово.

— Этот заказ немного странный, — сказала Тел, указывая на него. — Парень, который доставил заказ, сказал, что ему было велено очень четко передать, что это заказ с низким приоритетом.

— Низкий приоритет?

— Именно. Он сказал, что получил конкретные инструкции, чтобы мы не нарушали график и просто втиснули его, когда сможем. Он просто хочет, чтобы мы сообщили ему, когда заказ будет отправлен.

— Странно, да?

— Очень странно. Я видела много требований от начальства поторопиться с заказом, но чтобы нам велели не спешить — это впервые.

— Звучит подозрительно, — сказал Дрю. — С каких пор ты видела, чтобы кто-то наделенный властью проявлял хоть какое-то внимание или порядочность?

— Никогда, — ответила Тел. — Думаешь, стоит проверить?

— Боги, нет. Заказ ведь не поддельный?

— Нет, заказ настоящий.

— Тогда это не наша проблема. Мы получаем бумажку и делаем то, что в ней написано. Все, что сверх этого — проблема кого-то другого.

* * * Джейсон и Клайв шли по Старому городу в сторону клиники Джори.

— Ты уверен, что просто организовать поставку было достаточно? — спросил Клайв. — Может, мне стоило слить немного больше информации.

— Нет, — сказал Джейсон. — У этой воровки явно есть надежные источники информации. Если бы она продолжала слышать об этой поставке из слишком многих мест, она бы испугалась и не клюнула на приманку. Главное, что ты убедился, что поставка не сдвинется с места, пока у них не будет времени узнать о ней. Ты уверен, что это именно то, что ей нужно? Эти наклоняющиеся камни?

— Джейсон, я один из немногих людей, кто полностью понимает меры безопасности вокруг хранилища духовных монет города. Как только мы вычеркнули отвлекающие предметы из нашего списка, все, что она украла за время этой серии краж, можно использовать, чтобы обойти одну из этих мер безопасности. Снотворный газ бронзового ранга для стражников, стержни для подавления сигнализации, додека-кристаллы для двери хранилища…

— Волшебные двенадцатигранные кости, — сказал Джейсон. — Они мои любимые.

— Не знаю, как эта воровка получила такой полный обзор безопасности, но, глядя на то, что она крала, у нее он явно есть.

— И ты беспокоишься, что она не узнает о поставке?

— Хорошее замечание.

— Тебе просто нужно заменить нас на обычных водителей в самый последний момент, чтобы она ничего не заподозрила.

Они вошли через новые стеклянные двери клиники, открывающиеся автоматически.

— Неплохо, — сказал Клайв, осматривая их, пока они проходили. — Чистая, простая магия.

— Это было мое предложение, — сказал Джейсон.

Они подошли к администратору.

— Доброе утро, Дженис, — поздоровался Джейсон. — Он может уделить минутку?

— Для вас, мистер Асано? Всегда. Дела стали намного проще после первоначального наплыва, а наличие здесь целителя на постоянной основе действительно облегчает жизнь. Хотя нам не хватает вашего присутствия. Вы вечно пропадаете в захватывающих приключениях в последнее время. Удивлена, что вы не в той большой экспедиции, о которой все говорят.

— Им нужен кто-то, кто будет поддерживать порядок, пока все остальные развлекаются, — сказал Джейсон. — Вы ведь еще не встречались с Клайвом?

Они поболтали, ожидая Джори, но вместо него появился другой человек. Это был руник, с темной кожей и светящимися рунами, типичными для его народа.

— Мистер Ланж, — поздоровалась Дженис и представила их. Донал Ланж был жрецом Целителя, временно прикомандированным к клинике Джори. Он прибыл в Гринстоун через портал, созданный Целителем, чтобы помочь заменить отлученное духовенство.

— Джори много хорошего говорил о вас, мистер Асано. Порой путано и противоречиво, но с большой похвалой. Исцелять людей бесплатно — прекрасное призвание, хотя я, возможно, предвзят в этом мнении.

— Не стоит так сильно меня хвалить, — сказал Джейсон. — Это был легкий способ тренировать мою силу очищения, так что это не совсем бескорыстно.

— Джейсон! — сказал Джори, входя в зал ожидания. — Проходи.

Джейсон и Клайв пожали руку Доналу, затем последовали за Джори. В одной из задних комнат Джейсон быстро перешел к делу.

— Мне нужно что-то, что может изменить наши лица, и что-то, что может замаскировать наши ауры. Если возможно, понизьте ранг до обычного.

Джори задумчиво потер подбородок.

— Изменить лицо довольно просто, — сказал он. — Честно говоря, удивлен, что ты так долго не спрашивал.

— Что не так с моим лицом?

— У меня были сообщения, что мазь для изменения лица немного ненадежна, — сказал Джори, игнорируя вопрос Джейсона. — Активная мимика сокращает эффективную продолжительность, так что старайся не разговаривать и сохраняй лицо как можно более бесстрастным.

— Это должно быть нормально, — сказал Клайв, и Джейсон кивнул в знак согласия.

— Изменить ауру сложнее, — сказал Джори. — Если бы ты просто хотел замаскировать ее на своем ранге, это одно дело. Я мог бы дать тебе что-то для этого прямо сейчас. Понизить ее на ранг — другое дело. Это для контракта?

— Да, — сказал Джейсон. — Мы с Клайвом работаем над этим уже некоторое время.

— Слышал, ты теперь большой трехзвездочный искатель приключений, — сказал Джори. — Как ты этого добился?

— С помощью твоей лейки и капли осмотрительности, — сказал Джейсон, заставив Джори рассмеяться.

— Это имеет смысл, — сказал он. — Должно быть, они были так поражены, увидев от тебя осмотрительность, что вручили звезду от чистого изумления.

Клайв расхохотался.

— Я начинаю чувствовать себя ущемленным, — сказал Джейсон. — Можешь помочь с аурой?

— Думаю, я смогу сделать то, что тебе нужно, — сказал Джори. — Но это будет ненадежно. Как у тебя с контролем ауры?

— Постепенно налаживается.

— Придется. Если не сможешь подавить ее, она прорвет маскировку ауры. То же самое произойдет при использовании любых способностей сущности.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Это просто дополнительная мера предосторожности, которую предложил Клайв.

— Наша цель осторожна и находчива, — добавил Клайв.

— Наверное, лучше не делиться лишними деталями, — сказал Джейсон Клайву.

— Он прав, — сказал Джори. — Я не могу пролить кашу, которой нет в моей тарелке. У меня будет это для тебя завтра, или сегодня вечером, если ты очень торопишься.

— Завтра подойдет, — сказал Клайв.

— Мы позволим тебе вернуться к работе, — сказал Джейсон. — Как там поживают люди из церкви Целителя?

— Фантастически, — сказал Джори. — В основном это Донал, и он потрясающий. Это как иметь тебя на полную ставку, без зловещих подтекстов. О, прежде чем ты уйдешь; Норвичу очень понравилось то барбекю, которое ты устроил. Это принесло ему кучу заказов. Он просил меня спросить, нет ли у тебя интереса делать это на регулярной основе. Твои связи, его выпивка.

— Норвич? — спросил Клайв. — Это тот парень, который держит бар?

— Именно, — сказал Джори. — У него винокурня через пару улиц.

— Это не ужасная идея, — сказал Джейсон. — Я немного занят прямо сейчас, но передай ему, что мне интересно.

* * * По улицам Острова двигалась повозка. Ее не тянули животные; она двигалась с помощью магии. Там был возница, а рядом с ним на скамье сидел еще один мужчина. Ранним днем на улице были люди. Однако было не тесно, благодаря широким улицам и просторным тротуарам. Мужчины в повозке даже не взглянули, когда она проехала мимо молодой женщины с короткой стрижкой, одетой в легкую куртку поверх платья, украшенного темными цветами.

После того как повозка проехала мимо нее, Белинда расстегнула куртку, чтобы посмотреть на вшитую в нее кристаллическую пластину. Она показывала ауру ящиков для пространственного хранения в повозке и ауры обычного ранга двух мужчин, ехавших в ней. Она достала из кармана куртки маленькую трубку, держа ее вертикально, пока отклеивала бумажный колпачок сверху. Она почувствовала волну жара и воздуха, но магическая вспышка была невидимой и бесшумной для любого, у кого не было специального предмета для наблюдения или определенных способностей сущности.

На другой улице Острова посередине двухполосной проезжей части рос ряд деревьев. Софи пряталась в верхних ветвях одного из деревьев еще до рассвета. Она была одета в оттенки темно-зеленого, чтобы сливаться с листвой. Одежда была идеальным балансом между облегающей и свободной, чтобы обеспечить оптимальную подвижность, но их защитные свойства несколько пострадали.

Когда она увидела, как вспышка поднялась в небо, Софи сняла очки, которые позволяли ей видеть ее, и убрала их в футляр, который вернула в карман. Вскоре после этого повозка проехала под веткой, на которой она сидела, и она спрыгнула позади нее, едва издав звук, когда приземлилась на корточки на улице. Она быстро двинулась, карабкаясь по задней части крытой повозки. Она была наполнена металлическими ящиками, как и было обещано, и она быстро нашла тот, с маркировкой, которую искала. Однако, когда она схватила его, появилась руна, и взрывная сила отбросила ее с задней части повозки, когда та активировалась.

Она покатилась по земле, голова кружилась. К тому времени, как она пришла в себя, повозка остановилась, и двое мужчин в ней вышли и бросились к ней. Она быстро вскочила на ноги как раз в тот момент, когда первый добрался до нее. Она нанесла серию ударов, но каждое движение в ее шквале атак было заблокировано. Он выглядел таким же удивленным, как и она.

— Ты дерешься как я, — сказал он.

Она не ответила и возобновила атаку. Она никогда раньше не встречала никого, кто знал бы боевой стиль ее отца, но она быстро адаптировалась. После быстрого обмена ударами она выбила из него дух ударом ладони в торс и отправила его кувыркаться ударом ноги в бок головы.

Она двинулась еще до того, как он коснулся земли, спринтом направляясь к стене ближайшего участка. Она двигалась зигзагами, не давая легкой мишени, что оказалось мудро, так как мимо нее пролетел сгусток магии. На ее пути появилась светящаяся руна, и она ловко уклонилась от нее, почти достигнув стены. Позади себя она услышала заклинание, которое кто-то произносил.

— Неси метку своих прегрешений.

Софи почувствовала жжение на боку лица, но не позволила этому замедлить ее. Она достигла стены и взбежала по ней, как будто это была ровная земля. Добравшись до верха, она перемахнула через него и скрылась из виду.

Серебряные волосы

Серебряные волосы

103

Софи перемахнула через стену из одного частного владения в другое, спринтом пересекая территорию. Она проделала это еще дважды, избегая общественных улиц и людей на них. Наконец, она нырнула в большой кирпичный сарай, полный садового инвентаря.

* * * Джейсон гнался за Софи, полагаясь не на глаза, а на свое чувство ауры. Одно из проклятий, которым он ее пометил, заставляло ее ауру сиять, как маяк.

[Метка Греха] (проклятие, святое): Предотвращает втягивание ауры. Не может быть очищено, пока цель сохраняет любые проявления [Греха] или [Наследия Греха].

Используя уменьшение веса, чтобы перепрыгивать через стены, он преследовал ее, пока ее аура внезапно не исчезла. У него не было точной фиксации на ее местоположении, поэтому он был вынужден начать поиски вокруг.

— Прошу прощения! — раздался возмущенный голос в сторону Джейсона. Он блеснул своим значком искателя приключений перед разгневанным жителем.

— Дела Общества искателей приключений, сэр.

— Это связано с человеком, который только что пробежал по моему газону?

— Безусловно, — сказал Джейсон. — Не подскажете, в каком направлении они направились?

— С радостью, — сказал мужчина.

* * * — Что это у тебя на лице? — спросила Белинда. Она расчистила место на верстаке в сарае, теперь заваленном магическими инструментами.

— Не уверена, — сказала Софи. — Вероятно, какая-то магия слежения.

Белинда подошла ближе, чтобы рассмотреть это. Это было похоже на слово из символического языка, который она не знала. Она взяла тонкий металлический стержень, помахав им перед лицом Софи.

— Не слежение, — сказала она, меняя стержень на маленькую пластину, состоящую из осколков кристалла. Она посмотрела на то, что появилось, когда она поднесла ее к Софи.

— Похоже, это принудительно проецирует твою ауру, — сказала Белинда. — Не так плохо, как трекер, но у меня здесь нет ничего, что могло бы с этим справиться, как я могла бы сделать с магией слежения. С этим маскировка ауры не сработает, а маскировка внешности будет ненамного лучше. Ты будешь торчать как бельмо на глазу для любого, у кого есть чувство ауры.

— Хорошо, что мы здесь, на Острове, где все люди с чувством ауры.

— Защита, которую я установила здесь, скроет твою ауру, пока ты в этом сарае, но ты не можешь оставаться здесь. Обычный трюк со смешиванием с толпой не сработает с такой аурой.

— Есть хорошие новости? — спросила Софи.

— В отличие от трекера, за тобой могут следить только до тех пор, пока ты остаешься в пределах их чувства ауры. Если ты сможешь обогнать их и добраться до нашей запасной точки, мы сможем не торопясь разобраться с тем, что влияет на твою ауру. А бегать так, как ты, никто не умеет.

Софи кивнула, на ее лице было сожаление.

— Я не получила его, — сказала она.

Белинда положила обнадеживающую руку на плечо Софи.

— Шаг за шагом. Мы сможем поработать над тем, что будет дальше, после того как выберемся из этой передряги. А теперь тебе нужно идти.

— Тебе тоже нужно быть осторожной.

— Моя аура не сияет, как маяк в ночи, помнишь? Ты отвлекаешь, а я ускользну.

* * * — Черт возьми, она быстрая.

Джейсон почувствовал это в тот момент, когда аура воровки вновь появилась, и он немедленно бросился в погоню. Он увидел, как она спринтом проносится через чужие владения. Они были в районе северной пристани, где находился мост Брод-стрит в Старый город, пристани на восточном берегу Острова, а в остальном это были в основном частные резиденции.

Воровка двигалась невероятно быстро по земле, стены и живые изгороди едва замедляли ее. Ее пестрая зеленая одежда полностью закрывала ее, даже голова была обмотана, как у ниндзя. Если бы у него не было ее ауры для отслеживания, она, вероятно, могла бы исчезнуть в одном из садов, через которые проходила.

Он не мог сравниться с ее скоростью. В конце концов, он прибегнул к отчаянному шагу. Яркое солнце отбрасывало длинные тени от одинаково больших домов. Это позволило Джейсону прыгнуть в тень в воздухе, на три этажа вверх, рядом со стеной. Заметив воровку, он телепортировался в тень следующего здания, затем в следующую. С комбинацией уменьшенного веса, парения и теневой телепортации он преследовал ее в своего рода неловком полете.

Воровка держала прямой курс на пристань. Она пересекла оживленную эспланаду спринтом, пугая прохожих. Джейсон телепортировался на крытый балкон яхт-клуба, но это была последняя из легких теней. Он наблюдал, как воровка мчится по пирсу быстрее, чем он мог сравниться, пока она не достигла конца и не прыгнула на воду. Она приземлилась на поверхность, как будто это была твердая земля, и побежала дальше.

Джейсон мог так же ходить по воде, но к тому времени, как он догнал бы ее на другом берегу в Старом городе, ее скорость оставила бы его позади. Он подбежал к краю балкона и огляделся в поисках вариантов.

— Ну, вот и все, — сказал он себе.

Используя навыки паркура, которым его научил Гэри, он выпрыгнул, чтобы схватиться за край крыши и подтянуться на вершину здания. Он был благодарен за показной размер четырехэтажного яхт-клуба, который дал ему высокую точку обзора. Он взглянул вниз на фигуру, бегущую по воде, затем вверх на противоположный берег, примерно в двух километрах.

Когда он еще тренировался, он проводил различные эксперименты по телепортации на большие расстояния. Ключом, казалось, было видение тени, в которую нужно телепортироваться. Телепортация в тень большого, далекого объекта не работала, так как его способность требовала более дискретной тени, чтобы использовать ее как портал. Он пытался увеличивать предметы, чтобы высмотреть далекую тень, но просмотр через эти магические устройства делал его неспособным установить связь с далекой тенью.

В конце концов, поскольку он не смог найти такой предмет для покупки, Джейсон заказал мастеру изготовить высококачественный немагический телескоп. Однако необычный запрос занял время, и к тому времени, как он был готов, Джейсон жил занятой жизнью искателя приключений. Таким образом, он забрал предмет и оставил его в своем инвентаре вместе с десятифутовым шестом, веревочной лестницей и другими своими принадлежностями для приключений.

— Нет времени лучше настоящего, — сказал он, доставая телескоп.

Это действительно было прекрасное произведение мастерства, но он не остановился, чтобы полюбоваться им, поднеся его прямо к глазу. Сначала он высмотрел воровку, движущуюся по воде. Как только он высмотрел, куда она направляется, он посмотрел на дальний берег в поисках тени.

* * * Клайв оглядел интерьер кирпичного сарая. Его способность видеть магию позволяла ему вычленять те, что в противном случае были бы невидимыми магическими метками, нарисованными на кирпичах стены, чтобы защитить ее от магического обнаружения. Ему потребовалось время, чтобы найти их, используя ритуалы вспышек, чтобы найти магическую мертвую зону. Если бы Джейсон не указал ему правильную область через свою способность голосовой связи, он, вероятно, вообще бы ее не нашел.

Изучая работу, он увидел, что задействованные принципы были базовыми, использующими фундаментальную магическую теорию. Применение, однако, демонстрировало всестороннее понимание и было весьма инновационным в исполнении. Если бы не преступные цели, для которых она использовалась, он бы восхитился ею.

— Кого я обманываю? — спросил он пустой сарай. — Я действительно восхищаюсь ею.

Сарай явно не использовался часто. Почти все было покрыто толстым слоем пыли, за исключением части верстака и пары табуретов. Джейсон и Клайв обдумывали, был ли у воровки один или несколько сообщников, и, похоже, они были.

Кем бы ни был этот сообщник, он забрал свои инструменты, но у него не было времени стереть свои магические наработки. По-видимому, они полагались на то, что магия невидима, и на отвлечение внимания бегущей воровки. Это дало Клайву хороший шанс извлечь след ауры из магии.

Выйдя наружу, он уравновесил окружающую магию своим расовым даром равновесия маны, затем достал книгу и использовал свою способность сущности ритуала исполнения, чтобы начать размещать магический круг вокруг сарая. Линия сияющей золотой энергии появилась там, куда указывал его палец, когда он чертил сложный круг, ссылаясь на книгу по ходу дела.

— Что вы делаете на моем газоне? — раздался возмущенный голос.

— Дела Общества искателей приключений, — сказал Клайв, не отрываясь от своей работы.

— Опять? Кто вы, люди, такие?

— Я адъюнкт-помощник заместителя директора Магического общества, отделение Гринстоуна, — сказал Клайв.

— Это что-то важное? — неуверенно спросил мужчина.

— Вы действительно хотите узнать?

Магический круг завершился. Изнутри сарая ранее невидимая магия загорелась синим и красным. Смутно человеческий образ появился, мерцая в центре круга Клайва. Клайв взял камень слежения из своего хранилища и сунул его в центр изображения. Изображение было втянуто в камень, как будто его засосало в пустоту. Золотой свет ритуала Клайва и красный и синий из сарая затем погасли до нуля. Клайв посмотрел на камень слежения в своей руке, который теперь имел внутренний свет, указывающий в очень определенном направлении.

— Попалась.

* * * Одиночная способность сущности Софи делала ее быстрой, и, тратя ману, она могла бегать по стенам или по воде. Волнорезы на каждом конце пролива между Старым городом и Островом делали пространство между ними спокойным и легким для бега. Добравшись до порта Старого города, она взбежала прямо по боку дока на сухую землю. На мимолетное мгновение она подумала, что свободна и чиста. Затем она увидела темную фигуру, стоящую на ее пути.

Человек был окутан тем, что выглядело как ночное небо — не просто черное, а темное и глубокое, с мерцающими вдалеке звездами. Под плащом были темные, струящиеся одежды, с мечом на одном бедре и кинжалом на другом. Бандольер с тем, что выглядело как метательные ножи, шел от левого плеча к правому бедру.

Порт был занят, как всегда, и две необычные фигуры, пристально смотрящие друг на друга, привлекли внимание докеров. Софи огляделась, когда люди быстро собрались.

— Не заставляй меня проходить сквозь тебя, — сказала она темной фигуре.

— Не заставляй меня использовать свои способности, — сказала фигура. — Они для убийства, а не для поимки.

Это был тот же голос, что и у человека, который устроил ей засаду, когда она пыталась ограбить повозку. Тот, кто дрался как она. Она бросилась вперед, уверенная, что она лучше. Они столкнулись, затем разошлись безрезультатно. Это повторилось второй и третий раз. Она наносила удары, но ничего решающего. Она рассеянно отметила, что докеры начали делать ставки.

Их стили боя были одинаковыми, но использовали они их очень по-разному. Она была воплощением скорости и эффективности, используя универсальность стиля, чтобы адаптироваться и давить на противников. Он был обманчив и манипулятивен, казалось, полон открытых мест, но не раз она думала, что почти поймала его, только чтобы понять, что все как раз наоборот. Он также использовал свой плащ, чтобы маскировать свои движения, что затрудняло его чтение. У нее было несколько близких промахов, но чем больше она давила на него, тем больше она его раскусывала. Его методы были опасны, но он еще не полностью овладел ими. Пока она была осторожна и придерживалась основ, она знала, что может его одолеть.

Так, по-видимому, думал и он. Он вытащил кинжал из пояса. Костяное лезвие с легким изгибом делало его похожим на клык. Он почти наверняка был магическим. Она вытащила нож, пристегнутый к бедру, не магический, но хорошо сделанный.

— Мы все еще можем закончить это здесь, — сказал он. Он звучал искренне, но смиренно. Она снова бросилась в атаку.

Ножевой бой — грязное дело: быстрые руки, быстрые лезвия, слишком быстрые, чтобы перехватить. Даже против любителя, принять ножевой бой означало принять раны, пусть и поверхностные. Разница в исходе между Софи и темным человеком заключалась в снаряжении. Ее нож соскальзывал с его тонкой, но прочной тканевой брони, в то время как его нож прорезал ее камуфляжную одежду, оставляя неглубокие порезы на ее руках, когда она использовала их, чтобы защитить более жизненно важные точки. Снова разорвав дистанцию, она поняла, что он даже не целится в реальные удары, довольствуясь нанесением незначительных травм. Либо его кинжал, либо его способности, вероятно, наносили яд.

— Теперь ты видишь свою ситуацию, — сказал мужчина, заметив ее осознание, когда она посмотрела на свои раны. — Твой выбор сейчас — пойти со мной или умереть.

Софи оглянулась назад, обдумывая прыжок обратно с дока. В момент ее отвлечения он сделал первый ход впервые за их противостояние. Она уклонилась, но его свободная рука схватила ее. Она выскользнула, но его пальцы сомкнулись на ее маске, сдернув ее. Когда ее серебряные волосы рассыпались, он увидел ее лицо. Его собственное было скрыто в капюшоне плаща, хотя она видела его еще у повозки.

Ситуация внезапно изменилась, когда полдюжины людей прорвались сквозь круг зевак. Они были одеты во все черное, с масками, подобными той, что носила она. Темная фигура произнесла слово, которое она не узнала, и была немедленно атакована. Она воспользовалась возможностью и побежала. Даже когда он отбивался от этих новых противников, она услышала, как он пропел зловещее заклинание позади нее.

— Твоя судьба — страдать.

* * * Белинда стояла в очереди на мосту Брод-стрит, ожидая, когда отдаст свое разрешение перед переходом в Старый город. И по одежде, и по манерам она была неотличима от многих слуг, также направляющихся в Старый город по домашним делам. Она заметила небольшое волнение в очереди, оглянувшись, чтобы увидеть мужчину, идущего вдоль очереди и смотрящего на что-то в своей руке. Он был высоким и долговязым, в форме функционера Магического общества. Мужчины в повозке, которую Софи пыталась ограбить, были в такой же форме, но это был не один из тех мужчин. Если только они не меняли свои лица с помощью магии. Софи и она сама время от времени пробовали это, но это было ненадежно и склонно к преждевременному исчезновению.

Белинда не могла бегать, как Софи, и всегда полагалась на скрытность и обман. Даже если бы она могла, бежать было особо некуда. Стражники герцога, обслуживающие контрольно-пропускной пункт, могли быть небрежны с теми, кто покидает Остров, но это быстро изменилось бы, если бы она попыталась прорваться. Лучшее, что она могла сделать, — это придерживаться своей роли и надеяться, что мужчина пытается выманить людей с помощью театра безопасности. Ее надежды рухнули, когда мужчина остановился прямо перед ней.

* * * Джейсон был поражен, увидев, как серебряные волосы рассыпались, образуя корону вокруг темной красоты воровки. Он замер в тот мимолетный момент, узнав в ней подругу-целестину Джори. Она тоже замерла, выглядя загнанной, когда ее глаза забегали вокруг. Затем из ниоткуда на Джейсона набросилась группа нападавших, одетых с головы до ног в черное.

— Ниндзя? — сказал он, и они были уже на нем.

Он уклонился, но целестина воспользовалась шансом убежать. Он должен был отправить ее туда, где, как он знал, сможет ее найти.

— Твоя судьба — страдать.

Ей придется бежать к Джори, если она хочет остаться в живых, но произнесение заклинания стоило Джейсону дорого, так как его переполнили нападавшие. Они повалили его на землю и собрались над ним, нанося удары ногами. Джейсон уравнял шансы, а затем и превзошел их, послав гейзер пиявок, брызнувших прямо в них. Нападавшие пошатнулись, крича, когда они срывали пиявок, которые забирали куски плоти вместе с ними в кольцах вгрызающихся зубов. Наблюдающие докеры отступили, но не настолько, чтобы перестать смотреть.

Джейсон поднялся на ноги и протянул руку к одному из мужчин, срывавших пиявок со своего тела.

— Твоя кровь не твоя, чтобы ее хранить, а моя, чтобы пировать.

Джейсон выкачал жизненную силу мужчины, чтобы исцелить побои, которые они получили. У всех них были сущности, но он мог сказать по их аурам, что ни у кого не было полного набора.

— Вы не выживете долго, если не скажете мне, кто вас послал, — сказал он им.

— Ты можешь убить нас, — сказал один из них, — но человек, который послал нас, убьет все наши семьи.

Джейсон нахмурился на это.

— Окружить, — скомандовал он.

Пиявки упали с мужчин, чтобы образовать кольцо вокруг них. Все они кровоточили и были отравлены, но Джейсон использовал свою способность пира отпущения на каждом по очереди. Это восполнило его ману и сохранило им жизнь; они, вероятно, переживут одно кровотечение. Они стояли на месте, неуверенные и нетвердые. Джейсон двинулся вперед и сорвал маску с того, кто говорил. Джейсон не узнал его.

— Человек, который послал вас, убьет вашу семью, если вы заговорите?

— Именно так, — сказал он, напуганный, но оглядывающийся с вызовом. — Ты можешь с таким же успехом отпустить нас. Мы не заговорим, даже если ты убьешь нас.

— Отпустить вас? — спросил Джейсон. — После того, как вы напали на меня? Если вы не собираетесь говорить, то вы бесполезны мне живыми.

* * * Джори провожал пациента, когда услышал грохот из задней комнаты, и поспешил туда. Донал, жрец Целителя, также пришел проверить, что за шум. Вместе они нашли женщину, которая, по-видимому, пошатываясь, вошла сзади и опрокинула стойку с алхимическими инструментами, когда упала. Теперь она лежала среди разбитого стекла.

— Серебряные волосы, — сказал Донал. — Целестина.

Встревоженное выражение лица Джори стало еще хуже, когда они перевернули ее, и это была, как он и боялся, Софи Уэкслер. Они подняли ее со стекла и отнесли в одну из новых процедурных комнат, положив на смотровой стол. Увидев потемневшую плоть под разрывами в ее одежде, Джори разрезал ее верхнюю одежду, обнажив облегающий топ без рукавов и порезы на руках, которые были не от разбитого стекла. Зловещие черные вены проступали от каждой из ран, отчетливо видимые сквозь кожу. Сами раны уже показывали признаки некроза.

— Какой-то некротический яд, — сказал Джори.

Донал уже читал заклинание.

— Очисти то, что было осквернено.

Черные вены несколько отступили, но затем заметно начали снова ползти вверх по ее рукам.

— Похоже, яд самовоспроизводится, — сказал Донал.

— Я поработаю над ядом, — сказал Джори. — Ты не дай ему убить ее. Если мы сможем отбить его достаточно, ты сможешь попробовать более длинное заклинание.

Джори начал хватать припасы из шкафов, пока Донал читал другое заклинание.

* * * — Ты не убьешь нас на глазах у всех этих людей, — сказал один из нападавших на Джейсона.

— Ты шутишь? — спросил один из других. — Посмотри на этот плащ. Это же парень в плаще!

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — спросил первый нападавший.

— Тот, кто убил пятерых искателей приключений в торговом пассаже среди бела дня, — сказал второй нападавший. — Не просто обычных людей, а настоящих искателей приключений! И знаешь, что они сделали с ним? Они повысили его! Ты думаешь, он не убьет нас, потому что какие-то докеры видели это?

Джейсон, впитывая обмен репликами, повернулся ко второму нападавшему.

— Ты, кажется, много знаешь, — сказал Джейсон, подойдя и сорвав маску с мужчины. — Ты не скажешь мне, кто тебя послал?

— Я не могу.

— Тогда скажи мне почему. Это твой вопрос жизни или смерти.

— Я не знаю, — сказал мужчина, голос почти умолял. — Я правда не знаю. Мы должны были просто замедлить тебя и бежать, как и с другими.

— Заткнись, Джейкоб, — рявкнул один из других.

Джейсон указал на мужчину, который говорил.

— Взобраться, — приказал он, и пиявки поползли вверх по ногам мужчины и по его телу, но еще не вонзили зубы в него. Затем Джейсон повернулся обратно к Джейкобу.

— Под другими ты имеешь в виду других искателей приключений, пытающихся поймать воровку?

Мужчина кивнул, и Джейсон начал расхаживать, пока его мозг работал. Теперь напуганные нападавшие наблюдали, не двигаясь, ожидая своей участи, затаив дыхание.

— Откуда вы знали, что нужно перехватить меня здесь?

— Держи рот на замке, Джейкоб!

— К черту вас, ребята! У меня нет семьи, и я не собираюсь быть съеденным пиявками. Есть какой-то серебряный ранг, отслеживающий воровку. Способности слишком высоки, чтобы подруга воровки могла заметить.

Это был бы тот, к кому Джори неравнодушен, понял Джейсон.

— Продолжай, — сказал Джейсон.

— Это все, что я знаю. Он отслеживает воровку, затем мы получаем сигнал и местоположение, если нам нужно вмешаться. Я даже не знаю, зачем они возятся с нами, если у них есть кто-то вроде него.

— Чтобы не привлекать внимания, — рассеянно сказал Джейсон. — На кого вы работаете?

— То, что я уже сказал, уже причиняет мне боль, — сказал Джейкоб. — Если я скажу тебе это, меня убьют.

— Я знаю этого парня, — выкрикнул один из докеров.

Джейсон повернулся и бросил ему бронзовую духовную монету.

— Джейкоб Прыгун-через-Джека, — сказал докер. — Он один из людей Доргана.

Джейсон не знал больше, чем основы о Большой тройке. Дорган был тихим, в то время как амбициозная Вентресс и импульсивный Сильва строили свои козни друг против друга.

— Все складывается, — рассеянно сказал Джейсон, — но не хватает одной связи.

— Достаточно, Асано, — сказал резкий голос.

Мужчина подошел сквозь толпу докеров. Он был человеком, в хорошо сшитой одежде песочного цвета. Джейсон не мог почувствовать никакой ауры, но рабочие инстинктивно расступились перед ним. Джейсон был готов поспорить, что аура, которую он не мог почувствовать, была серебряной.

— Твоя добыча сбежала, — сказал пришелец, — и ты получил все, что можешь получить от этих людей. Время сдаться и попробовать в другой день, Асано.

Джейсон цыкнул.

— Она не будет счастлива, что тебе пришлось явиться лично, — сказал он.

Серебряный ранг вздрогнул. Джейсон усмехнулся.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — У меня в любом случае есть дела в другом месте.

* * * Софи была без сознания, но жива, все еще на смотровом столе, но теперь накрытая простыней. Джори и Донал были измотаны; Донал был развалился на единственном стуле в комнате, в то время как Джори был на полу, прислонившись к стене. На полу были десятки пустых флаконов, которые Джори использовал для лечения Софи, или которые Донал опустошил, чтобы восполнить свою ману.

— Это было какое-то проклятие, — сказал Донал. — Два проклятия, на самом деле. Одно делало яд хуже, в то время как другое добавляло больше яда к первому проклятию. Проклятие, которое продолжало создавать больше двух других, не могло быть очищено, пока другое проклятие не было очищено, а у нее было так много его в себе, когда она прибыла.

— Жаль, что Джейсона здесь нет, — сказал Джори. — Он бы съел все это, как будто это было ничто.

— Съел?

— Он может быть немного зловещим, — сказал Джори, — но он хороший человек.

— Надеюсь, ты все еще так думаешь после сегодняшнего дня, — сказал Джейсон с порога.

— Джейсон! — сказал Джори. — Ты мог бы понадобиться нам здесь некоторое время назад. С моей подругой кое-что случилось некоторое время назад. Я не знаю что, но это было плохо.

Джори и Донал поднялись на ноги.

— Проклятия и яд, — сказал Джейсон, глядя на Софи.

Джейсон был облачен в свое снаряжение искателя приключений, забрызганное кровью.

— Ты преследуешь то, что сделало это с ней? — спросил Джори.

— Я преследую ее, — сказал Джейсон. — Я тот, кто сделал это.

Исход, который меня устраивает

Исход, который меня устраивает

104

— Это плохо, — сказал Джори, расхаживая взад-вперед. — Это то, чем они занимались? Обдирали богатых и влиятельных?

Джори, Джейсон и Донал были в одной из процедурных комнат Джори, с Софи без сознания на смотровом столе. Она была почти полностью накрыта простыней, за исключением головы. Ее серебряные волосы свисали с края стола в спутанном беспорядке.

— Кто эта женщина? — спросил Донал.

— Донал, — сказал Джейсон. — Дженис, вероятно, начинает беспокоиться, что никто не принимает пациентов. Можешь подменить Джори на некоторое время?

— Я получу объяснение по всему этому позже?

— Да, но я, вероятно, совру, — сказал Джейсон. — Спасибо, что сохранили ей жизнь.

Донал нахмурился, но направился к выходу.

— Господи, ты был прав насчет того, что он — сплошная проблема, — услышал Джейсон, как он пробормотал, закрывая за собой дверь.

— Что насчет Белинды? — спросил Джори.

— Помнишь моего друга Клайва? Он поймал ее.

— Где она сейчас?

— Мы подготовили секретное место, чтобы держать воровку, пока мы разбирались с политикой. Подожди немного, и я проверю ее.

Джейсон использовал свой интерфейс группы, чтобы открыть голосовой чат с Клайвом.

— Она — проблема, — сказал Клайв, его раздражение было слышно очень отчетливо. — Использование старого склада Магического общества в качестве нашей импровизированной камеры, возможно, было не лучшей идеей. Находчивая маленькая дрянь почти выбралась из связывающего круга, используя случайные магические припасы. Этого даже не должно быть возможно. Это все случайный, оставшийся мусор.

— Ты сказал, что она находчивая, — сказал Джейсон.

— Я поймал ее за расшифровкой ритуала барьера с помощью половины волшебной палочки и сломанного устройства для оценки свежести рыбы!

— Я бы не подумал, что есть много общего между магическим барьером и рыбой.

— Нету! Эта женщина — полная... эй! Положи это! Я видел это.

— Мне нужно, чтобы ты привез ее в Старый город, — сказал Джейсон. — В ту клинику на бульваре Брод-стрит, которую мы посещали на днях, но привези ее с черного хода.

— Что? Старый город? Как я объясню стражникам моста, почему я везу женщину, которую держу под стражей, в Старый город? Они определенно подумают, что я собираюсь сделать что-то плохое.

— Да, но ты чиновник Магического общества, так что они все равно пропустят тебя.

— Что?

— Послушай, Клайв. Ее зовут Белинда. Скажи ей, что... подожди. Как звали эту, Джори?

— Софи, — сказал Джори.

— Скажи ей, что Софи была тяжело ранена и она в клинике Джори.

— Что еще?

— Просто будь честным. Не думаю, что вранье — это твое.

— Разве я не должен врать стражникам моста?

— Да, но они просто подумают, что ты нервничаешь, потому что ты сексуальный маньяк.

— Что?

— Увидимся, когда доберешься сюда, — сказал Джейсон, завершая чат.

— Что теперь? — спросил Джори, почти прыгая на Джейсона от беспокойства.

— Очевидно, — сказал Джейсон, — я должен сдать Софи.

Джори открыл рот, чтобы возразить, но остановился и неохотно кивнул.

— Если когда-нибудь всплывет, что ты выполнил контракт, а потом отменил его, — сказал он, — это конец твоему членству в Обществе искателей приключений. Моему тоже, если уж на то пошло, просто за то, что я знал об этом.

— У нас есть пространство для маневра, — сказал Джейсон. — Во-первых, контракт требует поимки воровки, а не воров. Мы поймали их обеих, потому что были дотошными, но теперь мы знаем, что они подруги, мы можем отпустить Белинду.

Джори вздохнул с облегчением, хотя у него все еще оставался запас стресса.

— Я попросил Клайва привезти Белинду сюда, — объяснил Джейсон, — потому что не хочу, чтобы она бегала вокруг и создавала проблемы, пока у меня не будет твердого плана.

— Итак, каков план?

— Мы должны сдать Софи, — сказал Джейсон. — Это то, что мы просто должны принять. Мне нужно, чтобы ты убедил ее подругу не делать ничего глупого. Тебе нужно держать их обеих здесь, чтобы они не сбежали, пока я заполняю пробелы в политическом ландшафте. Как только я узнаю, как все сочетается, мы сможем что-нибудь придумать.

— Например, что?

— Ты когда-нибудь читал договор об оказании услуг между городом и Обществом искателей приключений?

— Конечно, нет.

— В нем есть интересные положения, — сказал Джейсон. — Однако, пока я не пойму политический контекст, я блуждаю в темноте. Когда Клайв приедет сюда с Белиндой, просто постарайся держать все под контролем, пока я не вернусь.

— Вернешься? Куда ты идешь?

— Чтобы получить немного контекста, — сказал Джейсон. — Ты знаешь, где живет Дорган?

— Дорган? В смысле, криминальный авторитет Дорган?

— Именно он.

— Ты сумасшедший?

— Вероятно, — сказал Джейсон. — Я слышал, что все из Большой тройки живут довольно роскошно, так что найти его не должно быть так сложно.

— Все они живут в квартале каналов, — сказал Джори. — Безопасная и нейтральная территория из-за интересов Острова, которые работают оттуда. Не думаю, что бродить по его территории — хорошая идея.

— Да ладно, Джори. Где твое чувство приключений?

— Где твое чувство самосохранения?

Джори застонал.

— Посмотри, кого я спрашиваю, — сказал он. — В день, когда мы встретились, ты ввязался в драку с парой жрецов и был вырублен в нокаут. Ладно. Все из Большой тройки живут в огромных владениях, которые раньше принадлежали семьям, переехавшим на Остров. Иди на сторону Кавендиша в квартале каналов и ищи большие стены с большими охранниками у больших ворот.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Скоро вернусь.

— Если выживешь, — пробормотал Джори.

* * * Никто не знал, насколько физически обширно астральное пространство, снабжающее пустыню водой, так как оно никогда не было нанесено на карту. Целью экспедиции было найти то, что заставляло апертуры становиться ненадежными. Они нашли ближайшую стабильную апертуру внутри самого густого скопления нестабильных и прошли через нее.

Местность внутри астрального пространства представляла собой тропический лес; очень красивый и очень влажный. От него исходил запах жизни, мокрых листьев и земли. Там не было ночи, солнце просто двигалось по кругу в небе. Экспедиция разбила лагерь у реки, и руководители экспедиции во главе с Даниэль Геллер разработали схему поиска. Несколько команд разделились, чтобы следовать по ручьям и тропам через влажный тропический лес. То, что они обнаружили, заключалось в том, что они находились на одной из цепи разбросанных островов, достаточно близко, чтобы видеть друг друга с берега.

Преодоление короткого расстояния до следующего острова было тривиальной задачей, учитывая собрание сил в экспедиции. Они начали систематически обыскивать один остров за другим, отправляя отдельные команды на меньшие. Самым сложным аспектом окружающей среды была не пышная растительность или густой влажный воздух. Это был бесконечный дневной свет. Поскольку проходили дни, которые должны были быть днями, без передышки ночи, менее дисциплинированные члены экспедиции становились все более недовольными.

Многие из членов экспедиции пришли не ради работы, а потому, что чувствовали, что это их право — не пропустить. Даниэль обычно не приняла бы такую команду, полную избалованных некомпетентных людей и тех, кто был искателями приключений только на бумаге. У Элспет Арелла уже был список участников, когда она предложила лидерство Даниэль, чьи инстинкты подсказывали ей, что это плохая ставка. Она все равно согласилась, потому что, когда что-то неизбежно пойдет не так, находясь там, она сможет спасти жизни, которые были бы потеряны, если бы ее не было.

Даниэль Геллер составила жесткий график для достижения их цели, но против него все чаще высказывались, в основном богатые молодые железные ранги, которые были самыми новичками среди участников экспедиции. У самой Даниэль не было времени на их жалобы. Она знала, что проблема с астральным пространством потенциально представляет экзистенциальную угрозу для региона, и была полна решимости найти ее и уничтожить.

* * * Чувства ауры Адриса Доргана были не такими мощными или хорошо натренированными, как у кого-то вроде Талии Мерсер. Там, где она обнаружила ауру Джейсона, когда он был еще на территории, Джейсон проник в самое сердце дома Доргана без обнаружения. Дорган нашел его перед одной из многих картин, украшавших стены библиотеки. Он был одет в аккуратную повседневную одежду, как будто вторжение в дом было простой прогулкой. Он не отвернулся от картины, когда Дорган прошел через библиотеку.

— Мистер Асано, не так ли? — сказал Дорган. Он узнал лицо, видя его на нескольких записях. Была широко распространенная запись человека, сражающегося с Геллерами, и менее распространенная, где он избивал бандитов в Кавендише. Мужчины, о которых шла речь, использовали записывающий кристалл, копия одного из которых попала в руки Доргана. Он даже видел запись того, как Асано убивает тех же людей, в самом большом пассаже на территории Доргана. Эта запись была далеко не просто в свободном доступе, но все же попала во владение Доргана.

— Мистер Дорган, — поздоровался Джейсон, поворачиваясь с дружелюбной улыбкой и оглядывая его с ног до головы. Эльф был красив, с тонкими чертами лица, смуглой кожей и каштановыми волосами до плеч. От него исходило ощущение остроты, хотя это, возможно, была просто его аура.

— Приятно познакомиться, но я немного удивлен, обнаружив вас в своей библиотеке, — сказал Дорган.

— Знаете, я недавно обсуждал проблему безопасности дома с Талией Мерсер.

— Вы вломились и в ее дом тоже?

— Скорее пробрался на территорию, — сказал Джейсон. — Без обид, но ваши люди не ровня домочадцам Мерсеров.

— Я мог бы вызвать своих бронзовых рангов сейчас, — сказал Дорган. — Или разобраться с вами лично. Вы понимаете, что я бронзового ранга.

— Я вижу это, — сказал Джейсон. — Не так много времени, чтобы работать над контролем ауры, когда нужно управлять криминальной империей.

Джейсон одарил его легкой улыбкой.

— У меня недавно возникла проблема, — сказал Джейсон, — когда я не смог разобраться с определенным человеком из-за его связей.

— Тадвик Мерсер.

— Мне льстит, что вы следите.

— Вы оставили пять мертвых искателей приключений на моей территории, мистер Асано. Не следить было бы глупо.

— Это своего рода связано с тем, что я хочу сказать, учитывая, что теперь я нахожусь на другой стороне монеты привилегий. Если я не выйду отсюда, вам не понравится, кто придет спрашивать почему.

— Вы уверены в этом? Возможно, у меня есть связи, о которых вы не подозреваете.

Джейсон рассмеялся и указал на картину, перед которой стоял.

— Прежде чем вы вошли, мистер Дорган, я просто любовался вашей коллекцией произведений искусства. В большом концертном зале есть пустынный пейзаж Мохера, которым я очень восхищаюсь, и я вижу, что у вас довольно много его работ. Я завидую.

— Возможно, я смогу помочь вам добавить что-то в вашу собственную коллекцию. Он друг семьи.

— Так я слышал, — сказал Джейсон.

Дорган замер.

— Вы знаете, — сказал он, его голос был наполовину шепотом.

— Знаю, — сказал Джейсон. — Я пришел сюда с вопросом и нашел ответ, висящий на стенах. Она ваша дочь?

— Я держал это в секрете, чтобы ее будущее не было связано с криминальными запутанностями, — сказал Дорган. — Желание отца, чтобы его ребенок пошел дальше, чем он.

— Я могу уважать это, — сказал Джейсон. — У меня нет интереса рассказывать сказки. Я пришел сюда, чтобы узнать, почему ваши люди вмешивались в мой контракт.

— Я полагаю, это открытый контракт, мистер Асано.

— Я закрываю его, что делает его моим.

— Вы поймали воровку?

— Конечно. Когда ваши люди вмешались, я отправил ее туда, где, как я знал, смогу ее найти.

— Как вам это удалось?

— Неприятным образом. Но иногда жизнь требует неприятных вещей.

— Не то слово, — сказал Дорган. — Кажется, вы находчивый человек, мистер Асано.

— Спасибо. Моя проблема в том, что я не совсем понимаю весь политический ландшафт. Я, очевидно, понимаю связь с вашей дочерью, теперь, но чего она добивается, оставляя воровку на свободе? Похоже, она хочет создать точку раздора между собой и герцогом, но это глупый ход, а она не глупа. Она идет на риск, что является единственной причиной, по которой она была достаточно небрежна, чтобы я узнал о вас и ней.

— Каковы шансы, что кто-то посетит и ее офис, и мой дом? — спросил Дорган. — Невысокие.

— Картины в офисе вашей дочери не привели меня сюда, — сказал Джейсон. — Они просто облегчили мне задачу, как только они прибыли. Любой, кто действительно посмотрел на связи, довольно скоро бы догадался.

— Я не знаю насчет любого.

— Чего она добивается, Дорган?

— Почему это важно?

— Потому что у меня есть свои собственные заботы. Я не хочу, чтобы она раздавила меня как жука, потому что я невежественно споткнулся под ногами.

Дорган кивнул.

— Очень хорошо, — сказал он. — Ее цель — Люциан Лампри.

— Директор Магического общества?

Джейсон задумчиво потер подбородок.

— Я слышал, он ящик с тухлыми яйцами, — сказал Джейсон, — что объясняет, почему она хочет его убрать. Наличие коррумпированного Магического общества делает очистку Общества искателей приключений еще более сложной, но какая связь у Лампри с этой воровкой?

— Он зациклен на ней. Он из тех людей, которые воспринимают отказ как вызов своей власти, и он стал одержим обладанием этой женщиной. Она якобы находится под защитой Клариссы Вентресс, одной из моих коллег, но у Вентресс есть своя хорошо известная одержимость: ее репутация. Поскольку она дала понять, что девушка находится под ее защитой, она не могла просто выдать ее. Вместо этого она использовала девушку в положении, где она попала бы в руки Лампри.

— Значит, он извращенец, — сказал Джейсон. — Вот почему воровка нападала на такие безумно опасные цели. Вентресс подталкивала ее к этому под угрозой лишения защиты. Если она откажется, Вентресс может бросить ее волкам, а если ее поймают, Лампри может использовать свое влияние в неизбежно коррумпированной гражданской системе правосудия.

— Да, — сказал Дорган. — Таково мое понимание.

— Но Вентресс никогда не ожидала, что на ее поимку уйдет так много времени, — рассуждал Джейсон. — Тем временем Лампри лезет на стену, пока ваша дочь ждет, когда он сделает что-то глупое, за что она сможет его повесить.

— Да, — сказал Дорган. — Не думаю, что смогу убедить вас отпустить воровку?

— И вручить вам большой рычаг на меня? Нет, спасибо. К тому же, если я отпущу ее, то моя способность контролировать, чем это закончится, уйдет вместе с ней.

— Вы думаете, что это то, что вы можете контролировать?

— Достаточно для исхода, который меня устраивает, да.

— Вы, возможно, переоцениваете свои пределы, мистер Асано.

— У меня есть друг, который говорит, что расширение наших пределов — это то, как мы растем за их пределами.

— Тогда что теперь? — спросил Дорган.

— Теперь я завершаю контракт. Мне жаль, что это помешает планам вашей дочери, но она должна быть мне благодарна. В них было слишком много потенциальных точек отказа.

— Вы не собираетесь спрашивать, почему дочь криминального авторитета пытается искоренить коррупцию в Обществе искателей приключений?

— Это очевидно, — сказал Джейсон. — Она избавляется от Лампри, и Магическое общество становится менее коррумпированным, потому что почти что угодно было бы лучше. Она переходит к плавной очистке своего отделения Общества искателей приключений. Она завершает это время, увенчав его пересмотром договора об оказании услуг города через пару лет. Очистка одного из гнилых провинциальных отделений Общества искателей приключений позволяет ей получить повышение и выбраться из Гринстоуна, оставив свои секреты позади. Это повышение позволяет ей подняться по карьерной лестнице, а не просто двигаться дальше. Это более или менее так?

— Да, — мрачно сказал Дорган. — Мистер Асано, позвольте мне прояснить. Если вы сделаете что-нибудь, чтобы сорвать амбиции моей дочери, я увижу вас мертвым, последствия будь прокляты.

Джейсон протянул руку, чтобы Дорган пожал ее.

— Думаю, мы понимаем друг друга, мистер Дорган. Делиться секретом вашей дочери для меня бесполезно. Только хранение его имеет ценность.

Дорган пожал руку Джейсона.

— Позвольте мне проводить вас до двери, мистер Асано.

Ты не контролируешь то, что произойдет дальше

Ты не контролируешь то, что произойдет дальше

105

Софи проснулась. Незнакомый потолок, что-то вокруг шеи. Она пошевелилась, и раздался лязг цепей, когда она поняла, что ее запястья и лодыжки в кандалах. Ее тело было под мягкой, тонкой простыней. Воспоминания нахлынули, когда голова прояснилась. Погоня. Отрыв, только чтобы почувствовать, как яд разъедает ее. Борьба с телом, отчаянно желающим закрыть глаза, зная, что они больше не откроются. Преодоление своих пределов, чтобы добраться до клиники и ввалиться через черный ход. Падение на стойку со стеклянной посудой, когда она наконец сдалась.

Сидеть было неудобно в кандалах, ее ножные кандалы были соединены с наручниками длиной цепи. Ее глаза были закисшими и затуманенными. Она ощупала вещь вокруг шеи пальцами. Толстая металлическая полоса, оббитая достаточно, чтобы не врезаться в шею, но недостаточно, чтобы быть удобной. Она казалась изнуряющей на ощупь, как будто она как-то высасывала из нее силы.

— Ошейник подавления сил, — сказал мужской голос. Он был непринужденным и дружелюбным, что казалось зловещим в данных обстоятельствах. Она потерла накопившуюся грязь с глаз и огляделась.

Она была в белой, выложенной плиткой комнате на мягком столе. В углу сидел мужчина в кресле, наблюдая за ней поверх открытой книги. Это был тот друг Джори, чье имя она не помнила. Он использовал закладку, чтобы сохранить страницу, и запихнул книгу в воздух, где она исчезла. Пространство для хранения. Она слышала, что он искатель приключений.

— Доброе утро, — сказал он. — Извините за кандалы, но вы очень хороши в беге. Это ваша подруга переодела вас и привела в порядок, пока вы спали. Если она оставила на вас какие-либо острые предметы, я бы предпочел не быть зарезанным.

— Белинда здесь? — прохрипела она. Ее рот был липким.

— Она наверху, — сказал он. Он встал и подошел к ней, выудив стакан из воздуха, чтобы предложить ей.

— Сок, — сказал он ей, когда она подозрительно посмотрела на стакан. — Если бы я хотел напичкать вас чем-то, у меня было бы полно времени.

Она взяла стакан и отпила. Сок был ледяным, сладким и вкусным. Она допила остальное, и он забрал стакан из ее руки. В комнате была раковина, куда он подошел и начал мыть стакан.

— Другие хотели, чтобы она была здесь, когда вы проснетесь, — сказал он, повернувшись к ней спиной, — но мне нужно, чтобы вы поняли, что вы не контролируете то, что произойдет дальше.

— Кто вы?

Тьма начала подниматься с него, как теневое пламя, поглощая его. Это было похоже на пустоту, со звездами, мерцающими в глубинах. Она не присмотрелась во время его преследования и их короткой драки. Это было красиво, но также давало ощущение скрытых опасностей. Было странно видеть это на человеке, который моет посуду.

— Джейсон Асано, — представился он, и тьма снова исчезла. Он вытер стакан тряпкой и вернул его в свое хранилище, прежде чем снова сесть на свое место через комнату.

— Я не понимал, кто вы, пока маска не снялась, — сказал он, — вот как я узнал, что вы придете сюда. Если бы вы прожили так долго. Вы уже восстанавливались, когда я прибыл, но были совершенно без сознания. По-видимому, когда вы исцеляетесь от всесторонней травмы, требуется время, чтобы выспаться.

— Как вы поймали Белинду?

— Как и вы, я работал не один. Мой друг, Клайв, выследил ее от точки сбора, которую вы двое устроили.

— Ее нелегко выследить.

— Также как и вы, я — быстрый, в то время как мой партнер — тот, у кого есть ноу-хау. У меня есть для вас хорошие новости. Мы поймали вашу подругу из дотошности, не зная, кто вы, но контракт Общества искателей приключений предусматривает поимку воровки, а не воров. Мы собираемся отпустить ее.

— Но не меня.

— Нет, — сказал он. — Вас мы сдаем. Мы — это я, мой партнер и Джори — обсуждали, что делать дальше. Нам нужно, чтобы вы убедили свою подругу Белинду не пытаться сделать что-то безрассудное, чтобы вытащить вас отсюда. Этот корабль уплыл, и теперь единственный путь — через это.

— Итак, что теперь?

— Мой друг, Клайв, выяснил, что вашей целью было хранилище духовных монет города. Он даже думает, что у вас был шанс на успех, что впечатляет. Не хороший шанс, но все же. Я полагаю, смысл вашей безрассудной схемы был в том, чтобы получить достаточно денег, чтобы выкупиться из-под Клариссы Вентресс.

— Что вы об этом знаете?

— Я знаю, что она подтолкнула вас к этим ограблениям. И я знаю почему, о чем ваша подруга говорит мне, вы не знаете.

— Островная политика.

— Да, — сказал он, — но началось все не так. Вы знаете, кто такой Люциан Лампри?

— Какой-то островной шишка, — сказала Софи. — Любит проводить время на бойцовских аренах.

— Да, — сказал он. — Ваша подруга рассказала мне немного о ваших проблемах с Коулом Сильвой, еще одним членом Большой тройки. Вы играете в опасные игры.

Софи нахмурилась.

— Иногда все ваши варианты плохи. Похоже, моя подруга много наговорила.

— Вы и я дрались два дня назад, — сказал он ей. — Вы проспали долгое время, что дало мне время немного покопаться.

— Два дня?

— Да.

— Тогда люди уже знают, что мы здесь. Вентресс, Сильва.

— Дорган тоже, — сказал Джейсон. — Тройка Большой тройки.

— Какой интерес у Доргана?

— Мы доберемся до этого. Со всеми глазами на вас прямо сейчас, было бы лучше, если бы ваша подруга заняла гостевую комнату Джори на некоторое время. Между его связями и его недавним признанием Целителем, никто ничего не попытается сделать. Не до тех пор, пока она остается здесь.

— Вы упомянули Сильву, — сказала Софи. — Почему? Вентресс не посылала нас провоцировать Остров из-за него. Слишком большой риск.

— Нет, — сказал он. — Насколько я понимаю, Сильва проявляет к вам очень сильный интерес. Можете рассказать мне об этом?

Она посмотрела на Асано, небрежно развалившегося в кресле, не зная, что о нем думать. Она не узнала, откуда он родом, этнически говоря. Его кожа была светлее местных людей и намного светлее ее. Его черты лица были немного слишком острыми, чтобы быть красивыми, но его короткие волосы имели привлекательный шелковистый блеск.

Он терпеливо ждал, пока она ответит, как будто у него не было забот в мире, что, как она была уверена, было не так. Это должно было быть большим делом для него. Он мог казаться непринужденным и контролирующим ситуацию, но он хотел чего-то от этого разговора, ведя ее к своей цели, как хайдела к воде. Она решила позволить ему, пока что. Если она узнает, чего он добивается, она может найти какой-то рычаг давления или, по крайней мере, узнать кое-что по пути.

— Сильва и я вроде как выросли вместе, — сказала она ему. — Мой отец работал на его. Он хотел того, чего хотят все молодые люди, но я очень не хотела. Его отец слишком потакал ему, что превратило его в маленького диктатора.

— Я знаю этот тип, — сказал он. — Неуверенные в своей силе, они становятся зацикленными на получении или уничтожении всего, что бросает ей вызов.

— Именно. Он не привык слышать «нет», но его отец защищал меня.

— Пока его отец не умер.

— Это было тогда, когда мы обратились к Вентресс за защитой. Сначала все было хорошо. Затем она заставила меня драться на аренах, чтобы спровоцировать Сильву на глупости. Я могла с этим смириться. Затем пришло это. Кражи у богатых и влиятельных. Вы сказали, что знаете почему.

— Это интересно, — сказал он ей. — История, которую вы только что рассказали мне, разыгрывалась снова, но с большими ставками. Причина, по которой я спросил о Люциане Лампри, заключается в том, что именно он побудил Вентресс отправить вас воровать. Как и Сильва, Лампри проявил к вам интерес, но Вентресс обещала защитить вас.

— Репутация значит для нее все, — сказала Софи.

— Вот почему она отправила вас на задания, на которых вас могли поймать. Как только вы оказались в системе и вне ее досягаемости, Лампри мог нагрянуть, используя свое влияние, чтобы заполучить вас. Проблема в том, что Лампри оказался очень похож на Сильву. Он не привык, когда ему говорят «нет», и вы стали символом его отказа. Со временем его неспособность обладать вами стала одержимостью, заставляя его все больше давить на Вентресс. Вы, к сожалению, привлекаете определенный тип мужчин.

— Мы скрывались от Вентресс. Она тихо пыталась найти нас, даже когда публично мы были под ее защитой. Даже ее репутация не будет иметь значения, если кто-то настолько влиятельный давит на нее. Но то, что вы сказали о повторяющейся истории... кто-то хочет спровоцировать Лампри, так же, как Вентресс провоцировала Сильву?

— Да.

— Кто?

— Я не собираюсь вам говорить.

Софи замолчала, обдумывая это.

— Дорган, — заключила она. — Это был не первый раз, когда кто-то вмешивался, чтобы помочь мне сбежать. Те люди, которые напали на вас в доках, должны были быть его. Люди Вентресс или Сильвы пошли бы за мной, а не за вами. Это было потому, что они хотели, чтобы меня не поймали, чтобы Лампри продолжал давить?

— Да.

— Кто бы это ни был, он должен был знать, кто мы и что мы делаем. Кто-то с Острова использует людей Доргана как ширму, чтобы держать свои руки чистыми.

— Да.

— Значит, все, что мы сделали. Наш план. Мы просто танцевали в руке какого-то богатого придурка на Острове.

— Да.

— Но вы испортили это. И теперь я иду именно туда, куда Лампри и Вентресс хотели с самого начала.

— Не совсем, — сказал он.

— Вы шутите? Вы думаете, я не знаю, как это происходит? Меня приговаривают к индентуре, только вместо того, чтобы быть проданной с аукциона, суд заключает сделку, чтобы передать меня добропорядочному члену общества.

— Вот где я вмешиваюсь, — сказал он. — Я не могу остановить индентуру, но я недавно читал договор между городом и Обществом искателей приключений. Одно из правил, спрятанных мелким шрифтом, заключается в том, что любой, кто выполняет контракт, имеет право отказа от любого, приговоренного к индентуре в результате этого контракта.

— Значит, я попадаю в ваши руки, вместо рук Лампри.

— Да.

— Откуда мне знать, что это хоть немного лучше?

— Вы не знаете. Я мог бы все это выдумать, чтобы манипулировать вами, чтобы вы тихо согласились на мои договоренности.

Она уставилась на него, и он ответил ей дружелюбной улыбкой. Они сидели в тишине, пока она обдумывала все.

— Почему? — спросила она, наконец.

— Почему что?

— Почему берете мою индентуру? Разве это не настроит вас против Лампри?

— Да.

— Вы работаете на человека, который хочет спровоцировать его, не так ли?

— Если бы это было так, я бы вообще вас не поймал.

— Вы так говорите, но может быть полно причин. Те люди, которых они послали вмешаться, они, казалось, не остановили вас. Это может быть просто прикрытие. Они боялись, что план мой и Белинды может действительно сработать, или, может быть, что нас поймают при его выполнении. Поэтому они посылают вас поймать меня и все равно удержать меня вне рук Лампри.

Он улыбнулся.

— Это имеет смысл, — сказал он, — предполагая, что все, что я вам сказал, — правда. Лампри может быть вообще не вовлечен. Может не быть никакой таинственной фигуры с Острова, руководящей событиями. У нас может не быть вашей подруги наверху, и это может быть даже не клиника Джори. Вы были внутри после ремонта? Это все может быть игрой, в которую я играю. Человеком с похотливыми намерениями могу быть я.

— Тогда зачем возиться со всем этим?

— Кто знает? Может быть, мне нужно, чтобы вы подыграли моему сюжету из-за какого-то нюанса местных законов, который поставил бы вас в мою власть. Может быть, я просто извращенный маньяк, который любит играть со своей едой. Я сказал вам в начале, что вы не контролируете то, что произойдет дальше.

— Я начинаю думать, что вы извращенец, в чем бы ни была правда, — сказала она ему.

Он усмехнулся.

— Вполне вероятно, — сказал он и встал. — Я пойду за вашей подругой. Вы можете все обсудить.

Он открыл дверь и вышел, затем она открылась снова немедленно, и он снова просунул голову внутрь.

— Пожалуйста, не пытайтесь сбежать.

Что-то нечисто

Что-то нечисто

106

Кухонный стол Джори был покрыт магическими диаграммами, и Белинда объясняла Клайву, как они работают.

— Очевидно, замок невосприимчив к обычному проникновению, — объяснила она. — Я переупорядочила магические всплески в нерегулярный узор. Это не сбивает с толку ни один отдельный элемент, но...

— ...это накапливает небольшие ошибки, которые заставляют все это сломаться, — закончил Клайв. — Это блестяще. Как ты до этого додумалась?

— Я работала над чем-то некоторое время назад. Я застряла, используя стержни низкого качества для секвенирования, и не понимала, что происходит, пока рассогласование не обрушило всю установку. Я придумала это во время устранения неполадок.

— Блестяще, — сказал Клайв. — Невзгоды стимулируют инновации.

Помощница Джори, Дженис, постучала в дверь, когда вошла.

— Мистер Асано говорит, что она проснулась. Вы можете пойти и увидеть свою подругу сейчас.

Они все вернулись вниз, Дженис направилась обратно на ресепшн, а Клайв и Белинда пошли в процедурную комнату, где была заперта Софи. Джейсон был снаружи, прислонившись к стене. Он наблюдал за изображением, проецируемым на противоположную стену маленьким кристаллом.

— Как она? — спросила Белинда.

— Она пытается взломать замок прямо сейчас, — сказал Джейсон, — так что я полагаю, в порядке.

Он указал на стену напротив, и они увидели Софи, сверху и сзади, сгорбившуюся над дверным замком. Трое из них стояли, глядя на дверь, когда пять рун загорелись вокруг дверной ручки.

— Пятиэлементный замок, — сказала Белинда. — Неплохо для внутренней двери.

— Джори хранит некоторые дорогие припасы в этих комнатах, — сказал Джейсон.

— Хорошо знать, — сказала Белинда.

— Пожалуйста, не крадите их, — сказал Джейсон.

— Не думаю, что она бы сделала это, — сказал Клайв.

— Нет, я бы сделала, — сказала Белинда.

Руны на двери двигались, пока не образовали прямую линию, и замок щелкнул. Дверь открылась ровно настолько, чтобы Софи могла выглянуть.

— Разве я не просил вас специально не делать этого? — спросил Джейсон.

Софи застонала от недовольства, но Белинда распахнула дверь, чтобы заключить подругу в огромные объятия.

— Я так рада, что ты в порядке.

— Ты тоже.

Джейсон указал на комнату, из которой Софи только что выбралась.

— Вы можете поговорить там, — сказал он. — Клайв, можешь сделать что-нибудь с дверью, чтобы они не открыли ее снова?

— Чтобы остановить ее, — сказал он, кивая на Софи, — вероятно.

Затем он указал на Белинду.

— Чтобы остановить ее, вероятно, нет.

Джейсон застонал.

— Просто идите внутрь и поговорите, — сказал Джейсон.

Белинда мягко втолкнула Софи обратно в комнату, закрыв дверь за ними. Она огляделась, пока не заметила кристалл дальнего видения, который Джейсон использовал для наблюдения за комнатой, парящий незаметно у потолка. Она встала на стул, чтобы снять его и запихнуть в ящик.

— Что это было? — спросила Софи.

— Он наблюдал за тобой.

— Какой крип.

— Ты ведь пыталась выбраться.

— Я не пыталась; я выбралась.

— Как ты?

— Я чувствую себя нормально, — сказала Софи. — Немного увядшей на корню. Неужели прошло действительно несколько дней?

— Прошло.

Софи села в кресло, ерзая, чтобы найти позу, в которой кандалы не беспокоили бы ее слишком сильно. Белинда запрыгнула, чтобы сесть на процедурный стол.

— Итак, — сказала Софи. — Что они тебе сказали?

— Вентресс, парень из Магического общества, индентура.

— То же самое для меня. Чего они добиваются?

— Я не уверена. По словам Асано, он погнался за нами только потому, что кто-то его попросил. Люди в Обществе искателей приключений были под давлением из-за того, сколько времени уходило на нашу поимку.

— Ты веришь ему?

— Я не уверена. Кажется, он главный, или, по крайней мере, остальные берут с него пример. Его трудно читать, но его партнер — не совсем.

— Это тот, который поймал тебя?

— Да. Он весь книжный, больше интересуется тем, как мы выполняли задания, чем тем, что мы их выполнили. Я подыгрывала пару дней, проводя его через вещи, пока выуживала информацию. Думаю, Асано знает, что я это делаю, но по какой-то причине не дает парню знать. Что означает, что он либо честен, либо играет в игру, о которой его партнер не знает.

— Может быть и то, и другое, — сказала Софи. — Когда я разговаривала с ним, он знал, что я не буду ему доверять, поэтому он выкрутил подозрительность на максимум, пока я не знала, что и думать.

— Итак, какой ход?

— Я не вижу никаких хороших углов, — сказала Софи. — Сделка с Вентресс сожжена, так что даже если мы сбежим от этих людей, улицы не безопасны. Мы могли бы попытаться осуществить план побега из города, но у нас было бы не намного больше, чем еда и карта.

— Тогда что? — спросила Белинда. — Согласие с планом этого парня ставит нас прямо в его руки. Нет выхода, если он играет с нами или любая из дюжины других вещей пойдет не так.

— Они сказали тебе, что отпустят тебя? — спросила Софи.

— Да. Они сказали, что я должна остаться здесь, куда Вентресс и Сильва не посмеют прийти за мной.

— Что ты думаешь?

— Я думаю, что та, о ком я беспокоюсь, — это ты, Соф.

Софи вздохнула.

— Мы бежали дальше в огонь некоторое время, чтобы избежать того, чтобы нас поджарили, — сказала Софи. — Может быть, все, что у нас осталось, — это выбрать, кто нас испечет, если мы можем выбрать хотя бы столько.

Белинда кивнула. — Думаю, может быть, мы рискнем с этим парнем. Джори и Дженис знают его месяцами. Все это время он, по-видимому, приходил и лечил людей бесплатно.

— Похоже, он проворачивает какую-то аферу.

— Я знаю. Но Джори видит в нем друга, как и тот его партнер, Клайв. Я знаю, что Джори в порядке, и мне нравится Клайв. Он освежающе прямолинеен.

— Это не много, на что можно поставить будущее.

Белинда спрыгнула со стола и подошла к Софи, ободряюще сжав ее плечо.

— Ты знаешь, почему мне нравится Джори? Большинство людей, которых я встречала, включая нас, заботятся только о себе. Те, у кого нет, пытаются получить. Те, у кого есть, пытаются получить больше. Джори мог бы открыть лавку на Острове, продавая свою алхимию богачам, но он этого не сделал. Он приехал сюда и помогает людям.

— Ему, должно быть, не так уж плохо, — сказала Софи. — Деньги на восстановление всего этого взялись откуда-то.

— Они пришли от Асано, — сказала Белинда. — По крайней мере, по словам Дженис. Асано просто дал Джори деньги. Никакого кредита, никаких вопросов.

— Зачем ему это делать?

— Я думаю, и я просто гадаю здесь, что Асано смотрит на Джори так же, как я.

— С девичьей привязанностью?

— Заткнись. Я думаю, он видит кого-то, кто помогает людям. Даже бог исцеления видит его таким, так почему бы не этому парню? И если его ответ на это — дать Джори деньги, чтобы он делал это больше, насколько плохим он может быть?

— Это много «если» и догадок, — сказала Софи.

— Если у тебя есть что-то еще, от чего можно оттолкнуться, сейчас самое время поделиться.

Софи провела руками по лицу.

— Это не много, чтобы отдавать себя в руки незнакомца.

— Думаю, мы уже в его руках, — сказала Белинда. — Это просто вопрос того, насколько сильно мы сопротивляемся.

— Итак, что нам делать?

— Думаю, мы пока подыграем, — сказала Белинда. — Те браслеты слежения, которые они дают индентурам, не могут быть такими сложными для взлома. Но носить его буду не я, так что решай ты, что мы будем делать. Я поддержу тебя, что бы это ни было.

* * * — Войдите, — голос Ареллы раздался из-за двери, и Джейсон показался в ее кабинете. Джейсон был немного удивлен, обнаружив заместителя директора также присутствующей, сидящей за своим собственным столом.

— Значит, ты встретил моего отца, — сказала Арелла, как только Джейсон закрыл дверь. Он взглянул на заместителя директора, прежде чем снова перевести взгляд на Ареллу.

— Встретил, — сказал он. — Он мне нравится. Похоже, он очень заботится о тебе.

— Чего ты хочешь в обмен на молчание?

— Я не шантажист, директор. Я хотел бы избежать любых бюрократических препятствий в обеспечении индентуры воровки, но поскольку это разозлит Люциана Лампри, это именно то, чего хотите вы. И вы мне должны хотя бы это.

— Я должна тебе?

— Вы послали людей вмешаться в мое выполнение контракта, который вы разместили. Это непрофессионально.

Арелла неохотно кивнула.

— Признаю этот момент, — сказала она. — Кто сказал тебе об этом пункте в договоре об оказании услуг?

— Я нашел его сам.

— Ты читал его? — спросила Женевьева. Это был первый раз, когда пожилой заместитель директора вступила в разговор.

— Именно, — сказал Джейсон.

— Никто его не читает.

— Он был не так уж плох, — сказал Джейсон. — Вы должны увидеть юридические документы там, откуда я родом.

— Ты знаешь, что встать между Люцианом Лампри и его целью может быть не самым безопасным положением, — сказала Арелла, возвращая разговор в нужное русло.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на нее. — Если я этого не сделаю, кто будет?

— Это действительно имеет значение?

— Я поставил эту женщину в ситуацию, где Лампри может потенциально вцепиться в нее когтями. Это делает моей ответственностью проследить, чтобы он этого не сделал.

— Твоей ответственностью?

— Да.

— Ты понимаешь, что люди попадают в ужасающие ситуации каждый день? — спросила она.

— Они не моя ответственность. Не до тех пор, пока у меня нет силы действительно изменить что-то.

— И когда она у тебя есть, что заставляет тебя думать, что ты знаешь лучше?

— Некоторые вещи просто очевидно неправильны, из какого бы мира ты ни был.

— Значит, ты собираешься прийти сюда и учить нас, что правильно, а что нет?

— Легко оправдать бездействие, — сказал Джейсон. — Это наши традиции, наша культура, наши ценности. Это не делает приемлемым передачу кого-то хищнику.

— Ты наивен, — сказала Арелла. — Легко нанести больше вреда, чем пользы, блуждая без понятия о реальности.

— Я видел реальности, директор. Я покрывал преступления человека, который пытался убить меня. Я сделал это, потому что единственными людьми, которые пострадали бы, если бы я попытался что-то с этим сделать, были бы жертвы. Тем не менее, эта женщина, которую я только что запер в башне, была объектом охоты месяцами. Почему? За то, что брала вещи, которые ей не принадлежали? Это легкое оправдание, которое позволяет извращенцу с властью тянуться к ней. Тадвик Мерсер пытался убить меня, и лучшее, на что я могу надеяться, это то, что его мама сделает ему выговор. Каждый раз, когда я убиваю людей пачками, я получаю повышение. Но боги упаси бедному человеку взять вещь богатого человека. Этого предлога достаточно, чтобы передать их любому грязному развратнику, у которого есть власть требовать этого. Все это было из-за охоты на жертв, и вы собираетесь сказать мне, что я не знаю, что правильно, а что нет?

— Ты закончил, мистер Асано?

Джейсон испустил вздох облегчения напряжения.

— Вы же спросили, — сказал он.

— Думаю, мы закончили здесь. Ты можешь забрать свою воровку, мистер Асано. Соглашение с городом довольно ясно по этому пункту, и я прослежу, чтобы оно выполнялось. Постарайся не создавать больше проблем, чем необходимо.

* * * Удерживающее сооружение Общества искателей приключений было каменной башней. Не обычный Гринстоун, а темно-серый. Оно использовалось редко и имело небольшую вместимость, поэтому устеи были заперты на сортировочном дворе. Только руководство устеи содержалось в башне. Искатель приключений вошел, толкая перед собой двух угрюмых мужчин в кандалах. Внутри единственной двери была небольшая административная зона, где функционер Общества искателей приключений сидел за защитным стеклом.

— Мне нужно поместить этих двоих в камеру, — сказал искатель приключений Альберту, человеку за стеклом.

Альберт регулярно работал в зале заданий много и имел глаз на лица, но он не узнал этого искателя приключений. Это случалось часто в последнее время. С таким количеством людей в экспедиции директор направлял более номинальных членов Общества на службу. Этот искатель приключений выглядел более грубым и неотесанным, чем обычный благородный щеголь, однако.

— Мне нужно увидеть копию контракта, по которому они были взяты, — сказал ему Альберт.

— Нет контракта, — сказал искатель приключений. — Эти двое идиотов попытались ограбить не того парня.

— Если это не связано с контрактом, — сказал Альберт, — то мы не можем держать их здесь. Везите их в тюрьму при суде.

— У меня есть дела. Просто позволь мне спрятать их здесь, а остальное мы разберем позже.

— Это не хостел, — сказал Альберт. — Мы их не берем.

— Ты бы предпочел, чтобы я выпустил двух закоренелых преступников прямо здесь?

— Если хочешь, — сказал Альберт. — Мы посреди Общества искателей приключений. Если у них есть хоть капля ума, они побегут так, будто за ними пожар.

Искатель приключений одарил Альберта насмешкой, но потащил мужчин прочь. Примерно через час он вернулся. Вместе со своими двумя заключенными он привел Гая Сполдинга, чиновника Общества искателей приключений, который был начальником Альберта.

— Бертинелли, — отчитал Сполдинг Альберта. — Заключенных этого искателя приключений нужно отправить наверх.

— Сэр, у него не было контракта.

— Мне все равно, — сказал Сполдинг. — Отправьте их наверх, прямо сейчас.

Альберт нахмурился.

— Если вы настаиваете, сэр, но мне нужно сначала оформить их.

— Не утруждайся этим; просто отправь их наверх. По моему распоряжению.

— С уважением, сэр, у вас есть полномочия приказывать мне выполнять мою работу. У вас нет полномочий приказывать мне не делать ее.

— Что? Если знаешь, что для тебя хорошо, сделаешь, как я говорю.

— С уважением, сэр, я сильно подозреваю, что то, что хорошо для меня, не сильно влияет на ваши рассуждения.

— Ты собираешься делать это или нет?

— Нет, сэр, не собираюсь. Совершенно очевидно, что происходит что-то нечистое, и я предлагаю вам бросить это, пока вы не сделали что-то, что выйдет вам боком.

Сполдинг уставился на Альберта через стекло, затем повернулся к искателю приключений, который привел его туда.

— Пошли, — рявкнул Сполдинг.

— Ты шутишь, — сказал искатель приключений Сполдингу.

— Я сказал, пошли!

Качая головой, искатель приключений неохотно последовал за ним. Снаружи искатель приключений повернулся к Сполдингу.

— Что это было, черт возьми? Я сделал, как ты сказал, а ты все испортил дважды. Теперь нет способа добраться до девушки тихо.

— Не разговаривай со мной так, будто я один из прихвостней Сильвы, — предупредил Сполдинг.

— Человек, который играет так же тяжело и так же плохо, как ты, — сказал искатель приключений, — должен беспокоиться, когда не может сдержать свои обещания.

— Не угрожай мне, — сказал Сполдинг. — Посмотри, где ты находишься.

— И как бы это обернулось для тебя, если бы твой новый директор узнал, как глубоко ты погряз? Мир меняется, Сполдинг. Быть на подхвате не так просто, как раньше. Ты должен знать, что делаешь в наши дни, а тебе было слишком легко слишком долго. Сильва — не его отец, желающий потакать твоим прихотям. Тебе нужно показать нам, что ты можешь адаптироваться к временам, или все станет очень неприятно для тебя.

Все хорошие люди, которых мы можем найти

Все хорошие люди, которых мы можем найти

107

Экспедиция двигалась остров за островом, ища следы того, что нарушало астральное пространство. Они сделали свое первое открытие на третьем острове, пятисторонняя колонна, примерно с человека ростом и покрытая магическими гравировками. Один из искателей приключений, который также был членом Магического общества, осмотрел ее, пока Даниэль Геллер кружила неподалеку.

— Ну? — спросила Даниэль.

— Определенно какая-то астральная магия, — сказал мужчина. — Мы могли бы использовать Ландемира Вейна, если бы кто-то не пошел и не убил его. Он был мастер в таких вещах. Даже Клайв Стэндиш был бы хорошим выбором. Он всего лишь железного ранга, но он знает свою астральную магию.

— Я не выбирала членов экспедиции, — сказала Даниэль. — Жаловаться на то, чего у нас нет, в любом случае не продуктивно. Что ты можешь мне сказать?

— Немного, — сказал мужчина. — Это реле для большего эффекта. Какая-то астральная магия в очень большом масштабе, но мне нужно найти центральный узел, чтобы получить больше. Даже тогда, это не похоже ни на что, что я видел. Нам нужен специалист по астральной магии.

Даниэль нахмурилась. Состав экспедиции был полным бардаком. Каждая видная семья в Гринстоуне хотела поехать, и Элспет Арелла приняла их всех. Это было слишком много людей с слишком малыми способностями, до такой степени, что Даниэль хотела полностью отозвать участие своей семьи. Она не смогла убедить достаточное количество руководства семьи для этого, поэтому в итоге согласилась. Когда все неизбежно пойдет не так, она сможет хотя бы смягчить ущерб, если будет присутствовать. Однако она подала официальный протест через голову Элспет Арелла, непосредственно в Континентальный совет Общества искателей приключений.

— Большой масштаб, — сказала она недовольно. — Достаточно большой, чтобы нарушить массивное, охватывающее пустыню астральное пространство?

— Я бы сказал, в точности достаточно большой. Если мы сможем найти еще несколько таких, я, возможно, смогу определить центральный узел. Это может привести нас к тому, кто все это устроил.

— Это то, что я люблю слышать, — сказала Даниэль, похлопав мужчину по плечу. — Хорошая работа.

* * * Джейсон и Винсент мчались через кампус Общества искателей приключений к тюремной башне. С ними были Джори и Белинда, которые поспешили из клиники Джори после того, как Джейсон отправил тревожное сообщение через свою способность голосового чата. Четверо из них шли быстро, не переходя на бег только для того, чтобы избежать внимания.

— Я идиот, — сказал Джейсон, пока они маршировали. — Я был так впечатлен собой. Чистое высокомерие. Я глупо забыл, что самый фундаментальный аспект коррупции — это работа в обход правил, а не в их рамках.

— Я не знаю, почему директор делает это, — сказал Винсент.

— У нее есть ряд веских причин. Рычаг давления на герцога, для начала. Если один из его судей вынесет сомнительное решение относительно договора об оказании услуг между городом и Обществом, директор получит еще одну стрелу в свой колчан. Затем Люциан Лампри. Готов поспорить, он был готов выложить некоторые реформы, на которые ему было наплевать, в обмен на то, что директор пойдет на это.

— Но искоренение коррупции — это вся ее повестка дня, — сказал Винсент. — Я не понимаю, как она повернулась и использует ее сама.

— Я предупреждал тебя, что это пахнет политикой, — сказал Джейсон. — Ей на самом деле нет дела до искоренения коррупции. Очистка этого отделения — просто ее билет в высшие ранги Общества искателей приключений.

— Ты был прав, — сказал Винсент. — Мы просто оказались фигурами в чужой игре. Ты ввязался только потому, что я попросил.

— Ты исходил из достойного места, в отличие от Элспет Арелла. Нам нужно смотреть вперед; нет смысла волноваться о том, что сделано.

— Я все еще не понимаю, что происходит, — сказала Белинда. — Джори просто сказал, что мы должны идти, и привел меня сюда.

— Ты и мне не объяснил, — сказал Джори.

Они заметили башню. Было бы быстрее срезать прямо через траву, но Джейсон направил их на более извилистую дорожку.

— Придерживайтесь дорожек, — сказал Джейсон. — Мы не хотим привлекать внимание Ареллы.

— Она может сказать, ходят ли люди по траве? — спросила Белинда.

— Нет, но бег через траву к тюремной башне — это то, на что люди могут обратить внимание. Чем дольше Арелла не узнает, что мы затеяли, тем лучше.

— Что мы затеяли? — спросил Джори. — Ты сказал, что мы должны очень спешить, но так и не сказал, зачем.

— Слушание по назначению индентуры Софи сегодня, — сказал Винсент. — Она уже приговорена к индентуре, и сегодня тот день, когда эта индентура будет назначена.

— Я думал, она будет назначена тебе, — сказала Белинда Джейсону.

— Правила очень ясны насчет этого, — сказал Джейсон. — К сожалению, правила имеют значение только до тех пор, пока они имеют значение для сильных мира сего.

— Я могла бы сказать тебе это, — сказала Белинда.

— У Люциана Лампри есть юридический защитник, который будет настаивать на том, что, поскольку контракт был открытым, пункт в договоре об оказании услуг с городом не применяется, — объяснил Винсент.

— Так это работает? — спросил Джори.

— Даже близко нет, — сказал Джейсон. — Аргумент ничего не стоит.

— Тогда в чем проблема? — спросил Джори.

— Вот где я вступаю, — сказал Винсент. — Директор Общества искателей приключений могущественна, но она поднялась очень быстро и не знает всех старых сетей. Юридический защитник Общества искателей приключений, которому она приказала не оспаривать судебный аргумент Лампри, дал мне наводку. Магистрат также был обработан, но это не новость. Я просто не понимаю, почему Арелла работает с Лампри, когда она пыталась избавиться от него.

— Изгнание Лампри всегда было средством достижения цели, — сказал Джейсон. — Если она сможет заставить его встать в строй, это послужит ей так же хорошо. Фальшивое судебное решение — просто приятное дополнение.

— Судебное решение так плохо для герцога? — спросил Джори. — Разве он не может просто указать, что Общество искателей приключений не боролось с этим?

— Есть сотня способов обойти это, — сказал Винсент. — Арелла могла бы заявить, что Общество искателей приключений не видело смысла оспаривать это по незначительному делу. Она могла бы бросить защитника под повозку, заявить о некомпетентности или коррупции.

— Она могла бы убить его и заявить, что никто не знает, каковы были его мотивы, — добавил Джейсон.

— Она бы не зашла так далеко, правда? — спросил Винсент.

— Ее отец — один из Большой тройки, — сказал Джейсон. — Она бы заставила своего папу сделать это.

— Дорган? — сказала Белинда. — Он отец директора Общества искателей приключений?

— Она держала это в секрете, по очевидным причинам, — сказал Джейсон.

— Тебе вообще следовало рассказывать нам это? — спросил Джори.

— Она потеряла привилегии на осмотрительность, когда солгала мне в лицо, — сказал Джейсон. — Она сказала мне, что поможет, а потом ударила меня в спину, пока я поздравлял себя с тем, что я такой политический гений.

Они достигли тюремной башни, Джори и Белинда ждали снаружи, пока Джейсон и Винсент вошли внутрь.

— Мистер Асано, — сказал Альберт. — Пришли проверить своего заключенного?

— Я пришел, чтобы забрать ее из тюрьмы, Берт, — сказал Джейсон.

— Поскольку это был открытый контракт, — сказал Альберт, — есть немного дополнительной бумажной работы. Я могу выпустить ее под опеку законтрактованного агента, но с открытым контрактом вы считаетесь законтрактованным агентом, только если вы тот, кто его закрыл. Мне понадобится документация, подтверждающая ваш статус.

Винсент достал папку из своей кожаной сумки, вынимая короткую стопку документов. Он положил их перед экраном безопасности, проталкивая под узкую щель у основания.

— Копия контракта, — отметил Альберт, листая документы. — Подтверждение закрытия контракта, регистрация закрытия контракта. Пожалуйста, приложите свой значок к экрану безопасности, мистер Асано.

— Без проблем, — сказал Джейсон, доставая свой значок и прижимая его к стеклянному окну между собой и Альбертом. Альберт прижал один из документов к другой стороне стекла, и он коротко пульсировал желтым светом.

— Все в порядке, — продолжил Альберт и повернулся обратно к бумагам, которые дал ему Винсент. — Наконец, приказ об освобождении под опеку законтрактованного агента. Которым теперь официально являетесь вы, мистер Асано.

Альберт проштамповал различные формы.

— Я могу передать ее вам, тогда, сэр.

— Быстро было бы идеально, Берт, — сказал Джейсон.

— Мне придется надеть на нее браслет слежения, — сказал Альберт. — Не хотелось бы, чтобы люди просто убегали. Особенно такая хорошенькая девушка, сэр. Вы могли видеть, как она может вскружить голову мужчине. Заставить его отпустить ее вопреки его здравому смыслу.

— Избавь бог, — сказал Джейсон. — Быстро, как только можете, было бы очень признательно.

Всего через несколько минут Альберт в сопровождении охранника железного ранга вывел Софи. Вокруг ее запястья был простой металлический обруч.

Джейсон достал бутылку лучшего из винокурни Норвича, передавая ее Альберту.

— В качестве извинения, — сказал Джейсон.

— За что?

— За то, что произойдет позже.

* * * — Ну? — спросила Даниэль, когда Талия вошла в командную палатку.

— Все еще ничего, — сказала Талия. — Это уже на два часа просрочено.

— Тогда наша разведывательная группа, скорее всего, либо захвачена, либо мертва, и мы все еще понятия не имеем, кем. Как готовность лагеря?

— Все еще в состоянии готовности, но это большая и недисциплинированная группа. Слишком много людей, привыкших быть капитанами, и недостаточно желающих быть командой. Они в полной готовности с тех пор, как группа должна была вернуться, и попытка удерживать их сфокусированными часами делает их невнимательными и мятежными.

— Прокляни Арелла за то, что вручила мне весь этот мусор, — сказала Даниэль. — Все наши хорошие люди тратят время на присмотр за плохими. С половиной этого числа мы были бы вдвое эффективнее.

— Ты слишком привыкла иметь дело только с Геллерами, — сказала Талия. — Ты знаешь лучше, чем жаловаться на то, что хочешь, вместо того, чтобы иметь дело с тем, что есть.

Даниэль одарила ее усталой улыбкой.

— Ты права. Спасибо.

— Так что нам делать? У нас пропавшая разведывательная группа и мятежные войска.

— Мы дадим им фокус, — сказала Даниэль. — Готовьтесь к мобилизации в полном составе; мы собираемся узнать, что случилось с нашими людьми.

— Направляемся на неизвестную территорию, потенциально против неизвестного врага?

— Лучше, чем ждать, пока они придут к нам. По крайней мере, это дает нам инициативу.

Внезапно в лагере произошел взрыв, за которым последовали крики и вопли. Даниэль и Талия вышли наружу и увидели, как какая-то армия автоматов штурмует лагерь. Враги были не из плоти и крови, а построены из дерева, стали и камня. Большинство были размером и формой с людей, но были возвышающиеся големы, стоящие в два или три раза выше человека, и даже более странные конструкции. Был огромный стальной паук, на котором можно было увидеть фигуру в мантиях. Другие фигуры в мантиях ехали на столь же диковинных творениях, но всего в тылу вражеских сил было около дюжины фигур в мантиях.

Пара была ошеломлена лишь на мгновение, прежде чем они начали громко отдавать приказы.

* * * — Браслет слежения девушки? — спросила Арелла.

— Не отображается, — сказала заместитель директора Женевьева. — Последнее показанное местоположение было перед облачным дворцом.

— Он прячет ее с Эмиром Бахадиром, — размышляла Арелла. — Неудивительно, что трекер не будет работать там. Насколько крепка эта связь?

— Асано с Бахадиром? Поверхностная, насколько я смогла собрать. Связь — Руфус Ремор.

— Можно ли убедить Бахадира выдать ее?

— Вряд ли. Мое прочтение в том, что Бахадир будет продолжать оказывать Асано любезность, по крайней мере, пока Ремор не вернется и он не сможет сделать еще одну оценку. Может быть иначе, если бы у нас было что предложить, но это маловероятно. Для золотого ранга в этом городе хотеть и иметь — одно и то же.

Арелла наклонила голову, ее чувства ауры уловили что-то.

— Тренслоу в лифте. Он может ворваться, так что иди через боковую дверь и жди его, когда он уйдет.

Женевьева кивнула, выбрав вторую дверь в конференц-зал вместо того, чтобы идти прямо обратно в зал.

* * * Винсент прибыл к кабинету директора, делая укрепляющий вдох.

— Наконец-то, Тренслоу. — Голос Ареллы прозвучал недовольством из-за двери. — Входи.

— Госпожа директор, — сказал Винсент, когда вошел. Она сидела за своим столом.

— Где ты был, Тренслоу? Ты останавливался, чтобы навощить свои усы?

Он, на самом деле, сделал именно это. Длинный, привычный процесс успокаивал его, и он чувствовал себя лучше подготовленным к встрече с миром, когда они были в лучшем состоянии.

Арелла не стала ждать ответа, размахивая листком бумаги перед ним.

— Не хочешь ли ты объяснить, почему я держу в руке приказ о помещении заключенного под личную опеку Джейсона Асано, выданный тобой?

— Вы обнаружите, что все правила и процедуры были соблюдены, госпожа директор.

Винсент демонстрировал лучшую стойкость, чем он думал, что сможет, но у него не было иллюзий, что директор не видит его насквозь. Арелла сделала вдох и откинулась на спинку своего кресла.

— Я думала, ты мой человек, Винсент, — сказала она мягко. — Я думала, ты согласен с тем, что я делаю.

— Я был согласен, — сказал Винсент. — Но потом вы начали срезать углы; причинять боль людям, которые хотели вам помочь. Я не мог понять почему, но я был готов быть терпеливым. Теперь вы показали себя всем тем, с чем, как вы утверждали, боролись. Продажа женщины кому-то вроде Люциана Лампри? Даже не пытайся сказать мне, что ты не знаешь, какая судьба ждет ее в его руках. С таким отцом, как у тебя, нечего притворяться незнающей.

— Асано сказал тебе, — сказала Арелла. — Я задавалась вопросом, сделает ли он это.

— Он сказал, что это не сильно повредит тебе. Вещи, которые ты сделала, затмят то, откуда ты пришла. Он даже думал, что ты выбрала искоренение коррупции в качестве своего проекта для продвижения, потому что это играет на истории о возвышении над своим криминальным происхождением.

— Он не глуп, хотя далеко не так умен, как думает. Где он сейчас, Винсент?

— Я не знаю. Он сказал, что никуда не собирается.

— Конечно, он сказал; он высокомерен и безрассуден. Бегает вокруг, веря, что он какой-то мастер-манипулятор. Если бы не люди, не желающие злить Руфуса Ремора и Даниэль Геллер, он был бы в земле месяцами назад. Он стоял, прямо там, где ты, и рассказывал мне, как все будет. Ему даже в голову не пришло, что им играют. Ты знаешь, что я заберу его членство, если он не предоставит девушку. Надеюсь, ты сказал ему это.

— Думаю, Лампри не сдержит свою часть сделки, если не получит ее, — обвинил Винсент.

— Я не ищу твоего мнения о моих делах, Винсент. Ты больше здесь не работаешь. Женевьева ждет снаружи, чтобы забрать твой значок чиновника и другие принадлежности.

Винсент знал, что это приближается, прежде чем он ступил в здание, но это не уменьшило укола. Не утруждая себя ответом, он повернулся и пошел к двери.

— Я не говорила тебе уходить, — сказала она ему.

Он открыл дверь и замер, не оглядываясь.

— Вы только что отдали право говорить мне хоть что-то, — сказал он. — Я думал, вы другая. Что у вас есть честность. Просто чтобы вы знали, мне все равно, кто ваш отец. Вы стоите того, чтобы вас ненавидели сами по себе.

Он закрыл дверь за собой и обнаружил заместителя директора, ожидающую в холле, как и обещала. Винсенту всегда нравилась пожилая эльфийка. Она была строгой, но справедливой в своих делах, по крайней мере, тех, о которых он знал. Его опечалило знание того, что она была в курсе деятельности директора.

Он снимал значок Общества искателей приключений и передавал его, когда взволнованная функционер выскочила из лифта и бросилась по коридору.

— Заместитель директора! — поприветствовала запыхавшаяся женщина. — Что-то происходит с экспедицией!

— Говори.

— Камни слежения, подключенные к их значкам. Они отмечают людей как умирающих. Много железных рангов, но также бронзовые и даже серебряный.

Женевьева нахмурилась, коротко обдумав, затем распахнула дверь в кабинет директора.

— Внутрь, — скомандовала Женевьева, и функционер прошмыгнула внутрь. Она посмотрела на Винсента и вложила значок обратно ему в руку.

— Почему? — спросил он.

— Похоже, нам понадобятся все хорошие люди, которых мы можем найти.

Тебе не хватит сил

Тебе не хватит сил

108

Облачный дворец Эмира Бахадира был раскидистым, чудовищным сооружением. Паря прямо у побережья с северной стороны острова, он был полностью открыт ветрам и течениям, но при этом оставался неподвижным, словно твердая земля. Вся конструкция была создана из облаков, окрашенных в синий, пурпурный, оранжевый и золотой цвета. Расположенный в несколько крыльев и башен, дворец выглядел как ожившая сказка.

Даже просто ходить по облачным полам было приятно — они дарили ощущение безмятежности, мягкости и легкости, но при этом надежно поддерживали. Джейсон и Эмир прогуливались по огромному длинному балкону, глядя на кампус Общества искателей приключений.

— Не знаю, как вас отблагодарить, — сказал Джейсон. — В городе нет места, где я мог бы спрятать ее от Элспет Арелла.

— Вот за что я люблю пришельцев из других миров, — отозвался Эмир. — У вас есть талант навлекать на себя кучу неприятностей за короткий срок. Возможно, дело в неумении распознавать опасность или просто в нежелании тратить вторую жизнь на осторожность и беспокойство. По моему опыту, помощь пришельцу в момент его ранних нужд окупается сторицей. Не сомневаюсь, что через десять лет тот факт, что вы, мистер Асано, будете мне должны услугу, станет весьма ценным активом.

— Вы не заработали здесь услугу, мистер Бахадир. Вы приобрели друга, а друзья не считают услуги. Если я вам понадоблюсь, я буду рядом.

— Я начинаю понимать, о чем говорил Руфус. Мне любопытно, почему вы так многим рискуете ради пары воришек, которых, если я не ошибаюсь, едва знаете.

— Я не считаю, что у меня был выбор.

Пройдя по балкону к террасе, они погрузились в гостеприимные объятия пары кресел, сделанных из облаков. Джейсон довольно вздохнул.

— Не думаю, что смогу после этого нормально пользоваться обычной мебелью.

Эмир усмехнулся.

— К хорошему быстро привыкаешь, — сказал он. — Но мы всегда должны помнить, на что идем ради этого. Вы говорили, что не чувствовали, будто у вас есть выбор.

— Именно я поймал эту девушку, а значит, ее судьба — моя ответственность.

— Не уверен, что согласен, — заметил Эмир. — Она сама выбрала свой путь.

— Да, потому что у сирот с долгами перед криминальными авторитетами так много вариантов в жизни. Если бы вы отдали кого-то в руки грязного подонка, вы бы чувствовали, что ваши руки чисты?

— Полагаю, нет. Но не уверен, что стал бы так сильно их защищать.

— Ответственность — это не то, что перестает быть ответственностью, как только становится неудобно, — сказал Джейсон. — Я могу жить с сожженными мостами, если эти мосты прогнили. Если я потеряю членство в Обществе, так тому и быть.

— Насколько я понимаю, вы все сделали по правилам, — сказал Эмир. — За исключением того, что вы «потеряли» девушку, находящуюся под вашей опекой, конечно, но некомпетентность — не повод для исключения. Однако я ожидал бы понижения в ранге. У вас есть вторая звезда?

— И третья, — ответил Джейсон, — но я задаюсь вопросом, сколько из этого было сделано, чтобы отвлечь меня. Думаю, когда все закончится, у меня останется только одна.

— Думаю, возможно, пришло время оставить Гринстоун позади, мистер Асано. Руфус не предлагал вам присоединиться к нему, когда он вернется в Витесс?

— Предлагал, — сказал Джейсон. — Но у него здесь еще остались дела.

— Да, остались. Я пробуду здесь еще некоторое время, и он должен вернуться вместе со мной. Позвольте мне распространить это приглашение и на вас, и на девушек, нашедших здесь убежище. Полагаю, новый город, далеко отсюда, — это именно то, что им нужно.

— Судя по тому, что они были готовы мне рассказать, это был их план. Пока я не вмешался. У меня появилась еще одна мысль, как уберечь мисс Уэкслер от лап Люциана Лампри.

— О?

— Элспет Арелла может отдать Лампри вора, и никто и глазом не моргнет. Но если она попытается выдать искателя приключений…

— Вы хотите сделать эту девушку искателем приключений?

— А почему нет? Она к этому гораздо больше готова, чем я. Вероятно, даже больше, чем я сейчас. Я собрал достаточно денег, чтобы позволить себе эссенции низкого ранга на аукционе. Через несколько дней будет один, и я надеюсь, что из-за отсутствия многих участников мне удастся купить их по хорошей цене.

— Поиск эссенций — не самое большое препятствие на этом пути.

— Но это препятствие. Вы проходите сквозь стены по одной, мистер Бахадир.

— Вы хотели сказать: поверх стен.

— Я тщательно подбираю слова, мистер Бахадир.

Эмир рассмеялся.

— Вы определенно несетесь напролом к проблеме, мистер Асано. Перспектива юности.

На первый взгляд Эмиру было не больше тридцати лет. Однако в нем была какая-то вневременность, которую Джейсон в меньшей степени замечал у Даниэль Геллер и Талии Мерсер. Большинство других серебряных рангов Гринстоуна выглядели на свой возраст.

— Я бы повременил с этим аукционом, — предложил Эмир. — При должном терпении возможность сама найдет вас.

— Точно, — сказал Джейсон, вспомнив кое-что. — Фарра говорила мне не спешить с получением моих последних камней пробуждения. У меня сложилось впечатление, что это связано с тем, что изначально привело их сюда, но больше они мне ничего не сказали. Полагаю, поэтому вы здесь тоже.

— Именно так. Я уже некоторое время кое-что ищу, пересекая моря и континенты. Это моя работа. Люди знают, что что-то существует где-то, и платят мне, чтобы я это нашел. И платят хорошо. Обычно это давние золотые или даже алмазные ранги. Интересы тех, кто живет столетиями, далеко идущие, сложные и эзотерические.

— Вы работаете на алмазные ранги?

— Работаю. Немногие встречали их столько, сколько я, не говоря уже о возможности оказать услугу. Они платят более экзотической валютой, чем мирские монеты.

— Вроде замков из облаков?

— Именно так. Знаете, мистер Асано, если ваши попытки убедить людей убить вас не увенчаются успехом, думаю, я смогу найти для вас работу, когда вы подниметесь на ранг или два.

— Не уверен, что готов ждать месяцами, пока вы проверяете ложные зацепки. Руфус и его команда убеждены, что то, что вы ищете, находится здесь. Вероятно, где-то в более сохранном месте, чем тот комплекс на болотах.

— Да, он был разочаровывающе пуст. Вы случайно ничего не прихватили?

— Мы взяли несколько деталей от боевых манекенов. Мой друг хотел собрать их заново.

— И собрал?

— Еще нет. Так что это за загадочное событие, которое вас ждет? Еще один комплекс, как тот, что нашел я, но более целый? Полагаю, если он простоял нетронутым столетиями, есть хороший шанс найти эссенции и тому подобное, так как никто не бродил там и не растащил их. Клайв сказал, что нам не повезло не наткнуться ни на что подобное в нашей находке.

— Я действительно не должен говорить больше на данном этапе, но вы на верном пути. В исследовании есть некоторые необычные нюансы, из-за которых мне потребуется помощь на месте, что должно быть выгодно всем участникам. По крайней мере, судя по тому, что мне удалось собрать воедино.

— Заманчиво, — сказал Джейсон. — Вы уверены, что я не смогу вытянуть из вас больше?

— Я и так сказал больше, чем следовало. В конце концов, разве не говорят, что предвкушение лучше самого блюда?

— Только если все повара, которых они знают, ужасны.

К ним подошел один из сотрудников Эмира. По ограниченному опыту Джейсона, люди Эмира были эклектичной и неформальной компанией, но это не относилось к его начальнику штаба, Констанции. Этот серебряный ранг была правой рукой Эмира и излучала профессионализм каждый раз, когда Джейсон сталкивался с ней.

— Сэр. Элспет Арелла у входа и просит вас принять.

— Она здесь лично? Не прислала гонца?

— Лично, сэр, да.

— Тогда я сейчас спущусь.

Констанция кивнула и ушла, а Эмир с тоской проводил ее взглядом.

— Я безнадежно влюблен в эту женщину, — сказал он с грустью. — Она, конечно, не хочет иметь со мной ничего общего. Она видела меня в худшем виде.

— Она знает о ваших чувствах?

— О да.

— Она все еще готова работать на вас, что хороший знак. Полагаю, у нее не было бы проблем устроиться в мире вне вашей службы.

— Безусловно; понятия не имею, почему она остается со мной. Если не считать оплаты. И путешествий. И условий проживания.

Он вздохнул.

— Лучше пойду встречусь с директором филиала, — сказал он. — Хотите пойти со мной? Вы ведь не видели ее с тех пор, как сбежали сюда?

— Не видел, — сказал Джейсон. — Не вижу проблем в том, чтобы составить компанию.

* * * Софи и Белинда находились в роскошном гостевом люксе с двумя спальнями. Вся стена перед ними превратилась в туман, позволяя им смотреть на океан, пока они отдыхали в плюшевых облачных креслах.

— Я больше не понимаю, что происходит, — сказала Белинда. — Эти облачные кровати. Никогда в жизни так не спала. Неделю назад мы гадали, будем ли еще живы, а посмотри на это.

— Это мило, — сказала Софи, — но какова цель Асано? Что он получает от того, что привез нас сюда?

— Может, он действительно просто пытается помочь нам, — сказала Белинда.

Это вызвало у Софи скептический взгляд.

— Да, — сказала Белинда. — Это прозвучало глупо, пока я говорила.

* * * Констанция ждала Эмира и Джейсона у выхода из дворца, соединенного с берегом облачной тропой. Эмир зашагал по дорожке, а Констанция и Джейсон шли по бокам от него. Элспет Арелла ждала на берегу, одна.

— Если ваша цель — убедить меня выдать моих гостей, — сказал Эмир без предисловий, — то боюсь, вы тратите время.

— Это может подождать, — сказала Арелла, даже не взглянув на Джейсона. — Экспедиция, в которой участвуют ваши соратники из Витесса. Произошла проблема.

— Какого рода проблема? — спросил Эмир.

— Меньше часа назад ее участники начали умирать. У нас есть только их камни слежения, так что мы ничего больше не знаем, но мы потеряли серебряный ранг, несколько бронзовых и кучу железных. Все, кого мы могли бы использовать для отправки поддержки вовремя, уже находятся в экспедиции, поэтому я здесь, чтобы спросить, можете ли вы или ваши люди помочь.

Эмир недовольно нахмурился, Джейсон повторил его выражение лица.

— Констанция? — спросил Эмир.

— Эстер была в ряде районов региона. Я посмотрю, как близко она сможет нас доставить.

— Сделайте это и подготовьте полевую команду, — приказал Эмир. Обычный оттенок легкого веселья исчез из его голоса. Констанция немедленно зашагала обратно к дворцу.

— Я хочу быть частью этого, — сказал Джейсон.

— Тебе не хватит сил, — сказал Эмир. — Твоя защита обойдется нам дороже, чем помощь, которую ты сможешь оказать.

— Я знаю алхимика с запасом медицинских припасов и связями с Целителем. Мы могли бы организовать пункт восстановления за пределами астрального пространства, пока вы будете внутри спасать их.

Эмир оценивающе посмотрел на Джейсона, затем кивнул.

— Как быстро ты сможешь все собрать?

— Я могу одолжить ему немного полномочий Общества искателей приключений, чтобы ускорить дело, — сказала Арелла. — Я попрошу вашего друга Винсента встретиться с вами.

— У него все еще есть работа?

— Сегодня есть.

* * * Хаос воцарился, когда на лагерь экспедиции напали. Среди нападавших было очень мало живых людей, и все они были серебряного или бронзового ранга. Их черты лица нельзя было разглядеть под мантиями песочного цвета, даже расу. Только их ауры выдавали их природу как живых существ.

Основную часть сил врага составляли существа-конструкты, дизайн которых дико варьировался. Были существа, похожие на деревянных марионеток, неуклюжие, но многочисленные. Среди них вышагивали тяжеловесные каменные големы, в два-три раза больше человека. Были странные существа, сделанные из сложных, взаимосвязанных частей. Некоторые были размером и формой с людей, другие больше напоминали животных, иногда служа ездовыми животными для людей в мантиях. Позади всех возвышался колосс из камня и металла: десятиметровый паукообразный стальной бегемот. По-видимому, его придерживали, чтобы не встревожить лагерь до внезапной атаки. Поэтому он все еще пробирался вперед издалека.

Даниэль быстро обнаружила, что навести порядок в этом хаосе невозможно. Все, что она могла сделать, — это находить ключевых людей и пытаться направлять их туда, где они были нужнее всего. В промежутках она сама выходила на поле боя. Она хотела добраться до людей в мантиях, которые, как она предполагала, управляли армией конструктов, но слишком многим людям требовалась помощь против искусственной орды.

Она рассчитывала свои силы, зная свои пределы. В коротком бою она была уверена в себе против любого противника, но ее мощные способности быстро истощали ману. Помимо призыва своего клинка измерения, она полагалась на навыки и атрибуты серебряного ранга, чтобы прорубаться сквозь более слабых врагов. Свои самые изматывающие силы она берегла для критических моментов, когда решался вопрос жизни и смерти.

По всему полю боя более способные искатели приключений пришли к тем же выводам, что и Даниэль, и делали все возможное, чтобы помочь остальным. Те, кто хорошо знал свои способности и умел ими пользоваться, выбирали цели соответствующим образом. Талия Мерсер прокладывала путь сквозь толпы конструктов, как шар для боулинга, враги отлетали, не замедляя ее. Она сосредоточилась на големах, которые были большими, медленными и имели бронзовый или серебряный ранг. Бронзовые едва замедляли ее, взрываясь каменными осколками, когда она буквально пробивалась сквозь них ударами плечом. С серебряными, в три раза выше ее ростом или больше, она расправлялась, отрывая конечность и разбивая остальное тело, используя ее как дубину.

Фарра и Гэри завербовали Бет Кавендиш и ее команду. Фарра облачилась в обсидиановую броню и призвала огромный обсидиановый меч. Клинок был вовсе не клинком, а столбом зазубренных сегментов, похожих на ужасные зубы. Сегменты могли распадаться и хлестать вокруг на шнуре из светящейся магмы. Она размахивала им, сжигая и ломая конструктов. Добавляя разрушительные заклинания лавы, она использовала свои способности, чтобы создать пространство для отступления более слабых членов экспедиции.

В это пространство из земли поднимались стены из металла и камня, образуя баррикады. Это были совместные усилия Гэри и Хадсона, фронтлайнера-человека, который был почти таким же крупным, как Гэри. Остальные члены команды Бет зачищали все, что оставалось, пока Бет использовала заклинание за заклинанием, чтобы продолжать подпитывать Фарру маной. Ее мощные способности были затратными и трудными для поддержания по мере затягивания битвы, в то время как Бет отчаянно восполняла ее так быстро, как могла.

Руфус тем временем мелькал сквозь врагов, как призрак. Он появлялся и исчезал в быстрой последовательности, двигаясь беспрепятственно. В его руке был серебряный меч, под которым падали конструкты, когда он проходил мимо. Это были простые гуманоидные формы, в основном дерево на металлическом каркасе. По сути, это были боевые манекены без защитных функций. Однако это были лишь случайные цели. Его главными целями были менее распространенные существа-конструкты, которых было много и они были разнообразны. Они были крупнее гуманоидных, по большей части, и были созданы, чтобы имитировать различных животных и монстров. Помимо того, что они были крупнее и прочнее своих деревянных гуманоидных собратьев, они были также быстрее и умнее. В то время как другие шаркали, как зомби, в поисках живых врагов, их формы действительно следовали функции.

Руфус выследил одного конкретного — гигантского тигра, сделанного из сложных стальных шестеренок. Заводной кот бронзового ранга был быстрее своих более простых собратьев, сея хаос среди паникующих железных рангов экспедиции, даже забрав жизни некоторых бронзовых.

Руфус прекратил свой быстрый, исчезающий бег. Он бросил призванный серебряный меч, и на его месте появился золотой. Кот зафиксировал на нем свой неживой взгляд и бросился в высокий прыжок. Его скорость, столь ужасающая для железных рангов, для Руфуса была равносильна стоянию на месте.

Когда Руфус активировал свою силу скорости света, мир вокруг него, казалось, замер во времени. Существо застряло в середине прыжка, зависнув в воздухе. Сила дала Руфусу лишь две секунды ускоренного времени, и он не потратил впустую ни мгновения. Он пробежал под существом, доведя свои рефлексы бронзового ранга до предела, и нанес четыре удара золотым мечом. Каждое движение оставляло за собой след золотого света.

Руфус вернулся к обычному течению времени, и кот снова несся в то самое место, откуда Руфус только что исчез. Золотой след показывал каждое движение, которое он совершил в ускоренном времени, но коту это не помогло. Он приземлился, уязвимый на земле, все его конечности были чисто отсечены. Отрезанные конечности светились золотым жаром там, где прошел меч Руфуса.

Существо беспомощно приземлилось на землю, конечности были разбросаны вокруг. Руфус вонзил свой меч ему в голову по самую рукоять. Затем он провел мечом вдоль всего тела, оставляя след из горячего металла, разрезав его пополам. Он оставил свой меч вонзенным в заводного кота, призвал новый серебряный и исчез.

Даниэль следила за полем боя в целом. Они не переламывали ход битвы, но их ключевые люди приводили неразумных автоматов во все большее замешательство. Этого было достаточно, чтобы она могла начать организовывать отступление. В одном углу битвы некоторые из ее людей возвели баррикады, которые она могла использовать как отправную точку для отступления. Хитрость заключалась в том, чтобы удерживать остальную часть линии, пока она собирала тех, кто был позади. Она расширила свои чувства ауры, выискивая лидеров экспедиции, которые ей понадобятся, чтобы это осуществить.

Тирания рангов

Тирания рангов

109

Отступление шло хуже, чем надеялась Даниэль, но лучше, чем она опасалась. Железные ранги были отведены за спины бронзовых и серебряных рангов, удерживающих линию. К счастью, на другой стороне было лишь несколько пользователей эссенций, их число в основном пополнялось конструктами. Искусственные существа не были ровней пользователю эссенций равного ранга, но их было так много, что они компенсировали разницу. Вражеские пользователи эссенций также неохотно рисковали собой, вступая в прямой бой, что помогало Даниэль в ее попытках взять ситуацию под контроль.

Они все еще были в опасности, так как враг продолжал давить, но конструкты платили за свою агрессию. Безумно напирая на все более упорядоченное формирование отступления, они быстро перемалывались. Однако они были неумолимы, у неживых конструктов не было морального духа, который можно было бы потерять. В тропическом лесу было не так много открытого пространства, но в разрушенных остатках лагеря экспедиции, который был расчищен от деревьев с помощью способностей эссенций, удалось сформировать линию фронта. Это создало относительно открытое поле, на котором оборона держалась, пока остальная часть экспедиции отступала в деревья.

Поле боя медленно менялось. Первоначальная атака посеяла хаос и смерть среди искателей приключений, большинство их потерь пришлось на те первые минуты. Битва постепенно начала меняться, когда сильнейшие искатели приключений вышли на передний план, а руководство экспедиции сумело придать обороне подобие порядка. Как только была установлена грубая, но четкая линия фронта, существа-конструкты начали перемалываться в щепки об нее.

* * * Спасательная экспедиция сформировалась на плацу. Эмир раздал указания, разделив группу на команду вторжения и команду поддержки. После этого он направил одну из своих людей, женщину по имени Эстер, открыть портал. Она начертила в воздухе круг, который начал мерцать, открывая изображение города на той стороне. Эмир шагнул внутрь один, и портал схлопнулся — его мощности хватало только на то, чтобы отправить одного золотого ранга. Остальным придется ждать, пока способность перезарядится, прежде чем они смогут последовать за ним.

Эстер была ближе всего к другому азиатскому человеку в этом мире, кого видел Джейсон. Он болтал с ней, пока они ждали, когда ее способность портала снова станет доступной. Она сказала ему, что может открывать портал только в места, где уже бывала, что было нормально для способностей телепортации на большие расстояния. Ближайшим местом к апертуре, куда отправилась экспедиция, был город на севере под названием Боко.

Первой задачей экспедиции было вернуть Устеи на северные территории на их чудовищной песчаной барже. Город Боко был местом, куда Общество искателей приключений решило вернуть рабов Устеи, вместе с любыми женщинами и детьми, которые хотели выбраться из племени. Многих из них изначально захватили из небольших общин в этом регионе.

Время между использованиями силы Эстер зависело от дальности. На расстоянии между Гринстоуном и Боко она снова будет доступна через час — одно из нескольких ограничений. Чем могущественнее люди, проходящие через портал, тем меньше людей могут им воспользоваться, прежде чем он схлопнется. Эстер была серебряного ранга, но ее способность портала уже достигла золотого. Это была единственная причина, по которой ее портал вообще мог передать Эмира золотого ранга.

Эмир проведет этот час, реквизируя транспортные средства у местного отделения Магического общества. Все остальные пройдут через второй портал, который создаст Эстер, включая серебряные и бронзовые ранги, которых собрала Арелла. В отличие от первой экспедиции, это были лучшие, что остались в Гринстоуне, лучшие люди из каждой семьи. Они все были готовы отправиться и спасти своих членов семьи, без уклонения или колебаний с их стороны.

В команду поддержки входили Джори, несколько священников из церкви Целителя, а также различные другие добровольцы со способностями к исцелению. Завершали список функционеры и чиновники Общества искателей приключений, которые отправлялись для оказания общей поддержки и помощи. Если только не будет много недугов, это будет и роль Джейсона.

* * * Оборонительное построение отступающих сил экспедиции строилось вокруг ключевых людей, которые служили якорями для менее могущественных. Серебряные ранги выстроились против сильнейших противников, но серебряных рангов на всех не хватало. Остальной части линии приходилось обходиться группами более могущественных бронзовых рангов. В одном таком месте Фарра, Руфус и Гэри работали в синергии, чтобы сдерживать врага, пока другие искатели приключений отступали. Фарра сеяла хаос в основной массе врага, в то время как Гэри и Руфус перехватывали более могущественные угрозы, пытающиеся остановить ее. Фарра призвала для себя обсидиановую броню, которая светилась внутренним жаром. Гэри призвал нечто подобное, сделанное из железа, став неподвижным оплотом. Руфус был неудержимой силой для неподвижного объекта Гэри, танцуя вокруг застрявших врагов, пока его золотой меч прорезал их.

Вражеское руководство до сих пор оставалось на безопасном расстоянии, верхом на своих странных конструктах-скакунах и скрываясь под капюшонами мантий. Наконец, они начали действовать, когда условия на поле боя начали меняться. Они одновременно прыгнули в гущу событий, нанося удары по критическим точкам оборонительной линии. Вражеские лидеры все были бронзовыми и серебряными рангами, и их вмешательство создало давление на несколько критических точек линии.

Фигура, покрытая мантиями, двинулась на Фарру. Руфус увидел это, жестом показал Гэри, и они бросились на перехват. У него была аура серебряного ранга, а его мантии были наполнены странным объемом. Его движения были странными, руки безвольно свисали по бокам. Он рванулся вперед с ударом ноги, Гэри шагнул вперед, чтобы вмешаться. У него в одной руке был огромный молот, а в другой — щит, который он поднял перед собой.

Мастерски Гэри расположил щит под углом, чтобы отразить большую часть силы удара. Несмотря на свою огромную силу, он все равно отлетел назад с большой вмятиной на щите. Скорость и сила Гэри были на самом пике того, чего мог достичь бронзовый ранг, будучи равными большинству серебряных низкого ранга. Их враг был так же высок в серебре, как Гэри и Руфус в бронзе, поэтому даже Гэри был сильно переигран.

Руфус двинулся в атаку, быстро распознав, что руки, свисающие по бокам врага, казались искалеченными. Он сражался только ногами, двигаясь и вращаясь со скоростью, граничащей с золотым рангом. Однако одни только удары ногами не были эффективным способом борьбы, и когда Гэри вернулся на передний план, они объединились для атаки.

Пока они сражались с серебряным рангом, Фарра усердно удерживала линию. Искатели приключений вокруг них были бронзовыми и не такими сильными, как она и ее спутники. Они не компенсировали удержание линии вместо Гэри и Руфуса, давая паре широкий простор, пока они сражались с серебряным рангом.

Врага в мантиях теснили Гэри и Руфус, во многом из-за того, что он не использовал ни способности эссенций, ни свои руки. Однако их атаки, казалось, не имели особого эффекта, так как объем в мантиях, по-видимому, был какой-то броней. Он, казалось, игнорировал каждую атаку, которая достигала цели.

Наступил краткий баланс: Гэри и Руфус со всеми своими способностями против фигуры в мантиях, которая только била ногами. Этот баланс был резко нарушен мощным ударом ноги, который прошел мимо щита Гэри и пришелся прямо в торс его тяжелой брони. Броня деформировалась, вдавившись в его грудь, когда он отлетел кубарем по земле со сломанными ребрами. Только его прочность бронзового ранга и тяжелая броня сохранили ему жизнь, но он уже не поднимался.

* * * Когда подошла их очередь, Джейсон и Джори подошли к порталу. Они переглянулись и шагнули внутрь. Возникло ощущение стремительного движения, которое сопровождало прохождение через портал, точно такое же, как при его способности телепортации. После того как они появились, Джори пошатнулся и упал на колени, его вырвало. Оглядевшись, Джейсон увидел, что Джори не одинок; многих это выбило из колеи. Джейсон заметил других, кто, как и он, не пострадал, и большинство из них были представителями расы целестинов. Он вспомнил, что его расовый дар астральной близости был тем, который он разделял с целестинами, что, по-видимому, давало устойчивость к телепортации.

Город Боко напомнил Джейсону Старый город, с обилием пустынного камня. Воздух здесь был суше, без близости дельты и океана; от одного дыхания пересыхало во рту. Однако у него не было времени оглядываться, так как нужно было работать. Эмир эффективно использовал свой часовой запас времени, оставив песчаные скимеры ждать, чтобы доставить их в пустыню.

* * * Руфус теперь сражался с серебряным рангом в одиночку. У него не было рефлексов Гэри, но его мастерство было на уровень выше, чем у их врага. Фигура в мантиях последовала за ударом по Гэри ударом, направленным в Руфуса, который вовремя распознал движение, чтобы едва избежать его.

Руфус использовал свою силу скорости света, один из своих самых сильных козырей. Все вокруг него, казалось, замерло, даже его невероятно быстрый враг. В этот краткий момент благодати он нанес несколько ударов по фигуре в мантиях. Даже с врагом в состоянии покоя, золотой меч Руфуса имел мало эффекта против брони, скрытой под объемными мантиями врага. Даже удар прямо в голову отскочил, пугающе без лязга в моменты вне времени. Его сила длилась всего пару секунд, и Руфус мысленно проклинал себя, так как она была потрачена впустую на проделывание дыр в мантии врага.

Время снова начало двигаться с нормальной скоростью. Мантии были разорваны и обожжены светящимся золотым мечом Руфуса, прорехи обнажали металл под ними. Остатки мантий внезапно были разорваны, когда что-то вырвалось изнутри, впервые показав Руфусу истинную форму его атакующего.

Защита, по которой ударил клинок Руфуса, была не внешней броней, а металлом, вживленным прямо в плоть. Сталь, вогнанная в кожу, тяжелые болты, использующие кости в качестве точек крепления. Это было уродство из живой ткани и холодного стали; даже у его головы были пластины, привинченные к черепу. Под всем металлом едва была видна плоть, только челюсть и некоторые участки вокруг суставов. Там не было даже достаточно живой плоти, чтобы сказать, мужчина это или женщина.

Из его спины выходили четыре полностью искусственные руки. Длинные и нечеловеческие, они были сочленены в нескольких точках и были сделаны из острого как бритва металла. Они заканчивались огромными кистями, каждый палец сужался к кончику, как пучок наконечников копий. Руки были обернуты вокруг тела врага, являясь источником объема под его мантиями. Именно высвобождение этих рук разорвало мантии. Естественные руки врага продолжали безвольно висеть, пока их металлические аналоги мощно напрягались, прежде чем нанести удар, как копья.

Ранг к рангу, единственным человеком, который мог сравниться с мастерством Руфуса на поле боя, была, возможно, Даниэль Геллер. Враг Руфуса, безусловно, не мог, но они были не ранг к рангу. Теперь враг перестал скрывать свою истинную форму, его скорость и сила подкреплялись мощными способностями и его жуткими металлическими руками. Мастерство Руфуса позволяло ему едва держаться перед лицом внезапно ставшего более могущественным врага, но каждое мгновение было отчаянной борьбой за выживание.

Это было столкновение непревзойденного мастерства и подавляющей силы. Идеально выполненные атаки встречали защиты, которые были не более чем адекватными, но настолько мощными, что они справлялись с задачей, несмотря ни на что. Тот небольшой урон, который Руфусу удавалось нанести, быстро блокировался призванным металлическим щитом. Он занимал только одну руку, оставляя три для атаки. Другие способности врага могли быстро восстановить вживленную броню или даже исцелиться, когда клинок Руфуса вонзался в плоть.

Как и у большинства людей, многие способности Руфуса были специальными атаками. Он использовал все свои навыки, чтобы максимизировать их эффективность, каждый трюк, который у него был. Финты, чтобы нанести удар в слепую зону; движения, чтобы обнажить слабость. Беспрецедентная угроза вытягивала каждую крупицу способностей. Если бы их продвижение как пользователей эссенций было ближе, причудливый враг был бы полностью превзойден. Но это было не так. Не было спасения от тирании ранга.

Пока Руфус связывал каждую атаку в следующую, враг контратаковал. Его силы эссенций позволяли ему трансмутировать руки в другие формы, допуская собственные специальные атаки. Он начал с того, что превратил их в копьеподобное оружие для простых, но мощных атак. Руфус был способен предсказать линейные атаки и эффективно уклониться. Он переключился на оружие на цепях, но Руфус аналогичным образом предвидел их движение. Их слабостью было время восстановления после атак, которое Руфус выманивал, прежде чем уклониться из зоны поражения, а затем возвращался для контратаки.

Враг снова сменил тактику, отступая, когда Руфус отходил. Его руки превратились в иглометы, плюющиеся потоками крошечных, но смертоносных игл в него и заставляя его снова сблизиться. Когда он это сделал, руки превратились в бритвенные клыки, которые дико хлестали вокруг. Они не были такими мощными, как оружие на цепях, но были неумолимыми и непредсказуемыми.

Каждое мгновение битвы Руфус бежал по лезвию ножа. Даже скользящие удары от его более могущественного врага означали серьезный урон, и он был измотан все более хитрыми атаками. Он был вынужден держаться близко, иначе его бы пронзили еще больше игл, но это оставляло его открытым для рвущих кнутов, теперь капающих его кровью.

Именно земля под его ногами в конце концов предала его. Тропический лес астрального пространства был полон влажной земли, превращенной в грязь сначала лагерем экспедиции, а затем битвой. Руфус поскользнулся, лишь слегка, но он сражался без права на ошибку. Металлическая рука трансформировалась в клинок и полоснула вверх, отсекая руку Руфуса с мечом. Споткнувшись в шоке, Руфус был закончен. Еще один удар ноги отбросил его, как Гэри, но даже в этом состоянии его тренированные инстинкты сработали. Он бросился, чтобы смягчить удар, что спасло ему жизнь, но едва-едва. Изувеченный и почти мертвый, он полетел кубарем беспомощно через грязь.

Помощь прибывает

Помощь прибывает

110

Эмир и его люди уже покинули город к тому времени, как Джейсон и остальные прибыли. Они путешествовали по пустыне на песчаных скимерах, хотя пустыня была больше каменистой, чем песчаной. Как только они достигли апертуры в астральное пространство, они могли использовать камни слежения, чтобы быстро найти группу. У них был каждый камень слежения от каждого члена экспедиции, упакованный в пространственную сумку.

Потребовалось бы время, чтобы пересечь пустыню и достичь апертуры в астральное пространство, но у Эмира был козырь. Один из его людей специализировался на магических инструментах и мог периодически разгонять их скимеры до скоростей, значительно превышающих их обычные возможности. Все транспортное средство вибрировало под ним, когда оно мчалось с темпом, для которого никогда не было предназначено, но Эмир был невозмутим. Все, что его волновало, — это прибыть вовремя.

* * * Не каждому искателю приключений удалось присоединиться к основному формированию при отступлении. Целые команды были отрезаны от основных сил, изолированные индивидуумы быстро падали. Тем, кому удалось остаться в группах, повезло больше, но большинство заплатило кровью за свое спасение.

Хамфри был с Фиби Геллер, ее братом Риком и его командой. Они пробивались через ад магических автоматов, окрашенных в красный цвет кровью искателей приключений. Осажденный со всех сторон, огромный меч Хамфри прорубал команде путь. Крупный мужчина, Джона, принимал на себя основной удар врага в арьергарде. Фиби и Рик удерживали фланги, завершая кордон вокруг сестер-близнецов эльфиек. Как только казалось, что они добиваются прогресса, появилась новая волна конструктов-монстров и двинулась вперед.

* * * Пока Руфус и Гэри были связаны боем с серебряным рангом, Фарра отбивалась от всех остальных врагов. Без их поддержки ее теснили к краю. Едва удерживаясь против наступающей орды, теперь между ней и чудовищем не было ничего.

Ко всему прочему, у нее заканчивалась мана. Справляться с натиском врагов оставило ее истощенной в худший возможный момент. Она была вынуждена полагаться на свою тяжелую броню и меч-кнут, ни один из которых не был ровней чудовищу, теперь наваливающемуся на нее.

* * * Отступающие силы содрогнулись от удара вражеского руководства, вступившего в бой. Они спрыгнули со странных конструктов, на которых ехали, и двинулись вперед, чтобы атаковать оборонительную линию.

Даниэль металась вокруг, выкрикивая приказы, лично вмешиваясь по мере необходимости. Линия прогибалась местами, но еще не была прорвана. Заметив одного из лидеров серебряного ранга, Даниэль лично нырнула в рукопашную. Она сражалась оружием, призванным из ее эссенции измерения, называемым клинком измерения. Он выглядел как меч из черной молнии, окаймленный серебром. Он шипел и потрескивал, клинок был диким и мерцающим. У него не было веса, но он мог прорезать почти все и причинял разрушительный вред всему, к чему прикасался.

Быстрее молнии она нанесла внезапную атаку, заставив фигуру в мантии отступить. Враг отреагировал, вырвавшись из своих мантий, чтобы показать ужасающе чудовищную форму.

Основная масса армии конструктов была похожа на магические боевые манекены; сегментированные части конечностей, головы и торса, нанизанные на скелетный металлический каркас. Отбросив мантию, враг оказался похожим на такой манекен, но с ужасающей разницей. Вместо конечностей из дерева или камня, каждый полностью отдельный сегмент — кисти, стопы, руки, ноги, голова — все были сделаны из живой плоти. Как и у манекена, конечности держались на человекоподобном скелете из стали, а не костей. Даниэль лишь на мгновение замерла при виде отвратительного облика, прежде чем возобновить атаку.

* * * Они не могли провести скимеры через апертуру, поэтому, как только они прибыли в астральное пространство, Эмир и его люди пошли пешком. Не у всех были способности к передвижению, чтобы поспевать за Эмиром, но он не ждал. Только двое его людей, специализирующихся на мобильности, смогли не отстать, когда они помчались в направлении, куда указывали камни слежения. Они быстро обнаружили, что находятся на какой-то островной цепи, но вода их не замедляла. Напротив, они двигались быстрее по спокойной воде, чем по переполненной местности тропических островов.

* * * Даниэль заставила причудливого врага отступить, но решила не преследовать. Бой отвлек ее внимание от более крупной битвы, и ей нужно было остановиться и переоценить ситуацию. Подпрыгнув высоко в воздух, она использовала одну из своих сил времени, чтобы замедлить себя, паря, пока сканировала поле боя.

Она искала потенциальные слабые места в их формировании и людей, которых могла отправить для их усиления. На дальнем фланге она заметила второго причудливого серебряного ранга, одолевающего Руфуса. Это было еще одно отвратительное слияние металла и плоти, наполовину существо-конструкт, наполовину живое существо.

Даже когда она полностью переключила внимание на действие, Руфус поскользнулся, и бой был окончен. Его рука была отсечена, и противник отбросил его ударом ноги. Увидев, что чудовище поворачивается к Фарре, Даниэль телепортировалась прямо в гущу событий.

* * * В хаосе битвы Тадвик и двое его помощников, Нил и Дастин, были отделены от основных сил. Дастин использовал свои силы, чтобы защитить их, пока Нил поддерживал их жизнь своим исцелением. Тадвик слепо палил силами во врага с расстояния, истощая свою ману.

— Пополни меня, — потребовал Тадвик.

— Ты не можешь просто продолжать бросать атаки в толпу, — сказал Нил. — Мы должны найти способ воссоединиться с группой, а не привлекать больше внимания врага.

Эссенциями Тадвика были молния, ветер, мощь и шторм, и он использовал избыток камней пробуждения мага, чтобы получить больше заклинаний, чем человеческая склонность к специальным атакам обычно производила. Его силы эссенций были простыми, прямыми и мощными, с сопутствующей высокой стоимостью маны. Чего они не были, так это тонкими.

Тадвик огляделся, только сейчас осознав, насколько они изолированы, несмотря на предупреждения, которые ему давали другие.

— Вы должны сдерживать их, чтобы я мог вернуться, — сказал он остальным двоим, немедленно убегая от врага.

Нил и Дастин посмотрели друг на друга.

— Дасти, он что, только что...?

— Да, он это сделал.

— С меня хватит этого маленького засранца.

* * * Даниэль видела, как Джейсон сражается на ее арене миражей, достаточно, чтобы позавидовать свободе, с которой он телепортировался. Даже после многих лет использования собственной способности, при прибытии все еще был момент дезориентации. Этот момент оказался решающим, когда она прибыла близко к Фарре и чудовищному серебряному рангу, атакующему ее. Это мимолетное замешательство стоило слишком дорого, так как четыре металлические руки пронзили тело Фарры, как копья. Ни клинок Фарры, ни ее броня не смогли их заблокировать, одна из них вонзилась ей в голову. Труп Фарры все еще падал на землю, когда Даниэль пришла в себя и атаковала.

Четыре руки были быстрыми, но, как и ее враг, Даниэль была на пике серебряного ранга. Ее эссенцией слияния было время, и все вокруг нее, казалось, замедлялось, когда ее клинок измерения снова и снова врезался во врага. Во многом это было отражением боя Руфуса. Она была более искусной, чем ее враг, и использовала экспертную технику, чтобы наносить удары своим призванным клинком. У нее даже была сила, похожая на ту, которой обладал Руфус, чтобы на короткое время ускориться настолько, что мир вокруг нее казался замершим.

Разница между ее боем и боем Руфуса заключалась в том, что ее не подавлял враг. Вместо того чтобы отскакивать от кажущегося непроницаемым металла, ее оружие оставляло дикие борозды как на стали, так и на плоти. Ей не нужно было компенсировать меньшую силу и скорость, вместо этого она легко опережала своего врага. Когда ее ударяли, травмы были гораздо менее опасными для ее брони и прочности серебряного ранга.

Внезапно она, казалось, совершила ошибку, перенапрягшись, когда бросилась к основному телу противника, оставив возможность для всех четырех рук вонзиться в ее тело. Он не упустил краткий, но решающий шанс, металлические конечности пронзили ее броню. Неожиданно они остановились как вкопанные, когда коснулись ее плоти, словно ударились о непроницаемую стену. Враг понял, что его заманили в ловушку, даже когда она положила руку ему на грудь. Раны, которые он должен был нанести ей, вместо этого были высвобождены на его собственном теле ее силой.

Тяжело раненный, серебряный ранг попытался сбежать. Даниэль хотела броситься в погоню, но в отсутствие Фарры враги наступали. Ни один серебряный ранг не сдастся легко, и у нее не было времени продолжать бой. Она неохотно позволила ему сбежать. Она двинулась удерживать линию, призывая больше людей на помощь. Как только ситуация стабилизировалась, она подвела итоги. Гэри снова был на ногах, но едва, пошатываясь вперед с лицом, полным ярости. Даниэль подобрала отсеченную руку Руфуса и прижала ее к его груди.

— Руфус нуждается в тебе сейчас, — твердо сказала она. — Фарре уже не помочь.

Лицо Гэри исказилось от агонии, и на мгновение показалось, что он попытается оттолкнуть ее, но вместо этого он кивнул и повернулся к Руфусу. Руфус все еще лежал на земле, дезориентированный и в шоке. Его глаза бегали туда-сюда, не фокусируясь, лицо было растерянным. Все еще держа отсеченную руку, Гэри развеял свою призванную броню, поднял Руфуса и направился в тыл. Он попытался позвать целителя, но это вышло как громкий хрип, его собственный торс был жестоко избит.

Люди приходили, чтобы удерживать линию, и вражеское руководство отступало. Будь то нежелание терять всех своих конструктов или из-за того, что они почти потеряли часть своего руководства, этого было достаточно, чтобы они начали выходить из боя. Даниэль забрала тело Фарры, чья призванная броня исчезла после ее смерти. Под ногами роящихся конструктов оно было изуродовано до неузнаваемости. Она запечатала его в шкатулку Общества искателей приключений, которую затем поместила в свое хранилище.

* * * Даниэль не была довольна их позицией, с водой за спиной. Организация все еще была в беспорядке, безусловно, за пределами пересечения между островами в боевых условиях. Преимущество заключалось в том, что пляж был достаточно открытым пространством, чтобы перегруппироваться и подвести итоги. Единственным другим открытым пространством была расчищенная земля лагеря, за побег из которого они заплатили такую цену. Они потеряли еще одного серебряного ранга и некоторых бронзовых, но большинство из тех, кто остался, были надежными. Главной потерей была Фарра. Она была не только огромным фактором в крупномасштабном бою, но и ее спутники были почти такими же ценными, и ее потеря подорвала их моральный дух.

У группы все еще был их целитель серебряного ранга, поэтому повторное прикрепление руки Руфуса не было проблемой. Жестокий удар ноги, который вывел его из боя, потребовал большего исцеления. Помимо усталости, которая пришла с обширным исцелением, Руфус и Гэри были физически как новенькие. Эмоционально они были разбиты, особенно Руфус. Оставленный сидеть на песке с другими восстанавливающимися искателями приключений, он просто смотрел в пустоту, ничего не говоря. Гэри расхаживал взад-вперед рядом с ним, вулкан, который мог извергнуться в любой момент.

Извержение, однако, пришло из другого места. Талия Мерсер, которой Даниэль нужно было быть спокойной и собранной, взрывалась на паре железных рангов.

— ВЫ ОСТАВИЛИ ЕГО ТАМ ОДНОГО?

— Мы никого не оставляли, — сказал Нил, противостоя ярости Талии. — Ваш сын сказал нам сдерживать их, пока он уже бежал. Это не наша вина, что ваш...

Другой прихвостень Тадвика ударил Нила по руке, чтобы тот замолчал. Выплеск десятилетней фрустрации в этот момент, вероятно, привел бы к тому, что их обоих убила бы разъяренная мать Тадвика. Похоже, это могло случиться в любом случае, пока не пришла Даниэль, встав между Талией и парой.

— Нам нужно пойти найти его, — сказала Талия Даниэль, пара исчезла из ее поля зрения. Талия обрела некоторое самообладание, глядя на лицо своей подруги.

— Мне жаль, — сказала Даниэль, — но мы все еще подводим итоги. Люди, которые были изолированы, все еще подтягиваются; он вполне может тоже. Отправка большего количества людей до того, как у нас будут списки, — это поиск проблем, когда у нас уже есть избыток.

— Он мой сын! Если бы Хамфри все еще отсутствовал, вы бы отправляли людей?

— Хамфри все еще отсутствует, — сказала Даниэль, ее лицо было твердым, как гранит.

— О, — беспомощно сказала Талия после долгой паузы.

— Кассандра справилась нормально?

— Она сейчас проводит перекличку семьи.

— Я рада. Мне нужны ваши лучшие прямо сейчас, Талия. Или, по крайней мере, ваши достаточно хорошие, что все равно лучше, чем лучшие у большинства людей.

Талия кивнула.

— Хорошо. А теперь давайте начнем брать все под контроль.

Хамфри в конце концов появился, в сопровождении брата и сестры Рика и Фиби Геллер. Выжившие из команды Рика были с ними, потеряв двоих из своего числа. Генри Геллер, их огненный дамагер, погиб. Их крупный фронтлайнер, Джона, сдерживал врага, чтобы позволить остальным сбежать, его окончательная судьба неизвестна.

Эмир и его люди наконец прибыли. Они опоздали, чтобы вмешаться в битву, но стали подспорьем для подорванного морального духа импровизированного лагеря. Как только прошел слух, что прибыл золотой ранг, чтобы помочь, надежда возродилась в сердцах, полных страха. Одной его фигуры было достаточно, чтобы предотвратить повторение битвы, из которой они только что сбежали, и на подходе были еще серебряные ранги.

Эмир встретился с Даниэль, получив краткий обзор событий. Все еще были люди, чья судьба была неизвестна, но камни слежения в распоряжении Эмира позволили им отделить пропавших от погибших. Они организовали команды для спасения живых, в каждой команде спасателей был серебряный ранг для безопасности.

С первоначальной организацией было покончено, Эмир разыскал Руфуса, Гэри присматривал за ним. Пустым глазам Руфуса потребовалось время, чтобы осознать присутствие Эмира.

— Я подвел ее, — сказал Руфус, его голос был едва слышен.

— Нет, — мягко сказал Эмир, перемещаясь, чтобы положить руку ему на плечо. — Она умерла так хорошо, как любой из нас мог бы пожелать. Товарищи позади нее, враги перед ней и друзья рядом с ней.

Странная звезда

Странная звезда

111

Большая часть злополучной экспедиции была эвакуирована обратно через апертуру, которая была их точкой входа. На другой стороне был лагерь восстановления, готовый и ждущий. Только серебряные и бронзовые ранги оставались в астральном пространстве, и не все из них.

Каждый член новой, оптимизированной экспедиции либо прибыл с Эмиром, либо был лично отобран Даниэль и Талией. Они отступили на остров, у которого была их подводная апертура прямо у берега, используя его как плацдарм. Пока велись приготовления к поиску пропавших людей, постоянный поток уходящих членов экспедиции заходил в воду и через апертуру прямо под поверхностью. Трудной частью было управление людьми, все еще находящимися без сознания после исцеления от экстремальных травм. Искатели приключений с силами воды были задействованы, чтобы провести их через нее.

С организованным выходом из астрального пространства, следующим приоритетом было спасение искателей приключений, которые отделились от группы. Команды под руководством серебряных рангов отправились в путь, используя камни слежения, чтобы найти их. Только после этого они перейдут к поиску и уничтожению врага.

С оставшимися только сливками экспедиции, усиленными людьми Эмира, Даниэль была уверена в искоренении армии конструктов и ее хозяев. Ее самой большой заботой было на самом деле найти их. Последующая атака, которой она опасалась, так и не произошла, а поисковые группы не наткнулись ни на кого, кроме пропавших членов экспедиции.

— Есть проблема, — сказал Эмир. Он был в командной палатке с Даниэль и Талией.

— Вам придется уточнить, — сказала Даниэль без юмора.

— У нас все еще девятнадцать пропавших людей, которые живы, согласно их камням слежения, — сказал Эмир. — Проблема в том, что для пяти из них их камень указывает, что они все еще живы, но отследить их невозможно.

— Могли они потерять свои значки или их могли отобрать? — спросила Талия.

— Если бы они потеряли их, мы все равно могли бы отследить значки. Лучшее объяснение, на которое мы можем надеяться, — это то, что в астральном пространстве есть регионы, которые естественным образом маскируют слежение. Я видел это в астральных пространствах раньше, хотя все они были менее стабильны, чем это.

— Неслыханно, — сказала Даниэль.

— Это может быть эволюция расового дара, — сказала Талия. — У наших потерянных людей, безусловно, есть подходящие условия, чтобы спровоцировать ее.

— Мы знаем, что эволюции способностей меняют способность, чтобы удовлетворить немедленные потребности, — сказала Талия. — Способность, которая предотвращает их отслеживание, имела бы смысл.

— Но пять человек, все одновременно получающие эволюции навыков, и все с одинаковыми или похожими способностями? — спросила Даниэль. — Было бы здорово, если бы это произошло и с ними все в порядке, но мы не можем ожидать, что это так.

— Альтернативы оттуда становятся только хуже, — сказал Эмир. — Что-то могло случиться с ними, что изменило их ауру настолько, что они больше не соответствуют отпечатку ауры на их значках, что разрушило бы магию слежения. Что предполагало бы, что враг нашел их и сделал с ними что-то.

— Кто эти пятеро? — спросила Даниэль.

Эмир посмотрел на Талию с сочувствием.

— Мне жаль, но среди них Джона Геллер и Тадвик Мерсер.

Лицо Талии исказилось, но она сохранила контроль над собой.

— Что мы собираемся с этим делать? — спросила она.

— Как только мы найдем тех, кого можем отследить, — сказала Даниэль, — нам все равно нужно прочесать все это место. Цель все еще состоит в том, чтобы выяснить, что происходит с астральным пространством, и остановить это. Если наши люди все еще там, мы найдем их.

— И сколько времени это займет? — спросила Талия.

— Мы исследовали достаточно, чтобы знать, что астральное пространство — это лишь малая часть размера мира, к которому оно прикреплено, — сказала Даниэль. — Мы не уйдем, пока не вернем всех наших людей, живыми или мертвыми.

— Совершенно верно, — сказал Эмир. — И так уж вышло, что мои люди — специалисты по поиску вещей на больших территориях, которые часто скрыты магией. Надежда — отнюдь не экстравагантный выбор.

Талия кивнула. — Я хочу услышать, как только мы что-нибудь найдем.

— Конечно.

* * * Лагерь поддержки снаружи апертуры представлял собой массив больших палаток, установленных рядом с отверстием. Апертура находилась в расщелине в скалистом выступе, и люди выходили постоянным потоком. На стороне астрального пространства целители были в режиме сортировки, исцеляя людей ровно настолько, чтобы отправить их через подводную апертуру. Промокших до нитки искателей приключений затем сортировали на две группы. Тех, кто нуждался в дальнейшем исцелении, отправляли в палатки восстановления, а остальных — в палатки общежития.

Винсент отвечал за лагерь и привлек Джейсона в качестве своего помощника. Особой нужды в способности очищения Джейсона не было, только случайные инфекции. Винсент отвечал за принятие реальных решений, а работа Джейсона заключалась в том, чтобы улаживать любые проблемы с их исполнением.

Самой большой ответственностью Джейсона было общение с людьми, которые были недовольны условиями, и удержание их от беспокойства Винсента. Это была, как утверждал Винсент, единственная причина, по которой он выбрал Джейсона в помощники. Даже после побега от ужасов битвы были те, кто чувствовал необходимость жаловаться на условия проживания. Это были те, кто никогда не видел фронта и был эвакуирован первым.

— Вы ожидаете, что я останусь в палатке со всеми этими людьми? — спросил Джейсона один дворянин.

— Вы были в палатке во время экспедиции, — сказал Джейсон.

— В частной магической палатке! Это просто брезент с шестами, а что касается того, что вы щедро описываете как кровати...

— Слушай, приятель, у тебя есть три варианта. Вариант первый — принять условия и заткнуть свой чертов рот. Вариант второй — проваливать в пустыню и искать свой собственный путь домой. Вариант третий — слоняться здесь, создавая неудобства, и твой рот заткнут за тебя.

— Ты думаешь, можешь обращаться со мной так? Ты понятия не имеешь, кто ты...

— Парни! — громко позвал Джейсон, перекрывая дворянина. — У нас есть еще один третий вариант.

Пара искателей приключений вошла в палатку, их ауры бронзового ранга заметно воздействовали на дворянина, которого они увели. После очень обстоятельного разговора его поместят с другими нарушителями спокойствия в изолированную группу палаток с людьми, присматривающими за ними.

* * * Руфус и Гэри были отправлены обратно с другими бронзовыми рангами, которых Даниэль сочла ненадежными. Гэри дал краткое объяснение отсутствия Фарры, прежде чем Джейсон отправил пару к целителям для дальнейшего лечения. Впоследствии Джейсон ходил во сне, выполняя свои обязанности, пока Винсент не нашел кого-то на его место. Внезапно свободный, Джейсон отправился искать Гэри и Руфуса.

Он нашел их в палатках общежития, отправленных туда после завершения их исцеления. Руфус сидел на койке, тупо глядя в никуда. Он был не один. Каждый в этой палатке потерял друзей или семью. Это был кластер страданий и шока.

Джейсон сел рядом с Руфусом, не говоря ни слова, пока Гэри подробно рассказывал историю. После этого трое долго сидели в тишине, другие искатели приключений суетились вокруг них. Наконец, Джейсон встал, похлопал Руфуса по плечу и вернулся к работе.

* * * Эмир и его люди быстро собрали разбросанных искателей приключений. Даже пятеро, которых нельзя было отследить, были найдены в короткие сроки, найдены настолько тяжело раненными, что их ауры едва регистрировались даже чувствами серебряного ранга. Поисковые группы наткнулись на всех пятерых, пока отслеживали остальных.

Эмир наблюдал, как Талия суетится над Тадвиком. Он все еще был без сознания после исцеления, и она договаривалась с Кассандрой, чтобы та забрала его обратно через портал. Возвращаясь в командную палатку, Даниэль уже была там. На ее лице была обеспокоенная хмурость.

— Что-то случилось? — спросил Эмир. — Кроме очевидного, я имею в виду.

— Это было слишком легко, — сказала Даниэль. — Наши поисковые группы нашли всех пятерых, даже не ища. От этого у меня мурашки по коже.

— Вы думаете, их оставили для нас?

— Как часто аура искателя приключений меняется настолько, что их трекер не работает?

— Я не знаю, — сказал Эмир. — Я слышал, что это случается после сильной травмы, и вы видели, в каком состоянии они были.

— Вы видели это раньше?

— Нет.

— Вы не видели этого ни разу, а у нас пятеро одновременно?

— Это звучит подозрительно, когда произносишь это вслух. Мы можем попросить Магическое общество осмотреть их.

— Это будет не так просто, — сказала Даниэль. — Их семьи будут сопротивляться. Если с ними что-то сделали, их семьи захотят тихо с этим разобраться. Позволить Магическому обществу расследовать это — значит выпустить контроль из их рук.

— Это невероятно близоруко.

— Добро пожаловать в политику Гринстоуна.

— А как насчет того, из вашей семьи?

— Как только мы вернемся в Гринстоун, я использую камеру для переговоров, чтобы поговорить с его родителями. У них не должно быть приоритета, кроме того, что лучше для их сына. Проблема в директоре отделения Магического общества Гринстоуна. Он определенно встанет на сторону семей, вплоть до отказа от осмотра любого из них.

— Это нехорошо.

— Нет, — сказала Даниэль. — Возможно, нам придется осмотреть Джона самим и действовать оттуда.

— Мне трудно поверить, что люди предпочли бы невежество. Я думал, они захотят узнать, если с их членами семьи что-то сделали. Возможно, мы сможем убедить их в этом.

— Вы не встречали людей? — спросила Даниэль. — Мы обожаем выбирать невежество. Сейчас не время начинать из-за этого драку. Прямо сейчас все потеряли людей. Не стоит ковырять свежие раны.

— Тогда лучшее, что мы можем сделать сейчас, — это присматривать за ними. Тем временем у нас есть еще работа.

Даниэль кивнула. Их первоначальной задачей было расследовать, что идет не так с астральным пространством. То, что они нашли внутри, сделало поиск правды еще более важным. Она поручила Эмиру вернуть разбросанных искателей приключений, пока она реорганизовывала экспедицию. Группа была сокращена до лучших и усилена людьми Эмира, каждый из которых был не только способен, но и опытен в исследовании необычных сред.

С возвращением пропавших искателей приключений теперь были команды, тщательно прочесывающие острова. Они находили регулярные следы деятельности врага, принося различную магическую атрибутику из заброшенных рабочих мест. Становилось очевидно, что их враг занимал астральное пространство месяцами, если не годами. Однако после битвы с экспедицией все признаки указывали на быстрый отход. Каждое место, которое они находили, показывало признаки немедленной эвакуации.

* * * — Спасибо за это, — сказала Кассандра, сжимая руку Джейсона. Он организовал отдельную палатку для пяти искателей приключений, чье отслеживание не удалось. Все они были восстановлены в здоровье, но не проснутся еще некоторое время.

— Это меньшее, что я могу сделать, — сказал он, одарив ее усталой улыбкой. — Не то воссоединение, которого я ожидал.

— Мне нужно вернуться, — сказала ему Кассандра. — Еще есть работа.

Он кивнул, оглядывая шумный лагерь. Сейчас там было более ста человек, многие из которых, казалось, чувствовали, что должны быть главными. Его ранние, временные меры были подавлены огромным количеством людей, и он больше не мог защищать Винсента от давления.

— Здесь тоже работы хватает, — сказал он.

— Я слышала о твоем друге, — сказала она ему. — Я не знала ее хорошо, но мне жаль. Ты в порядке?

— Нет, но разве кто-то из нас в порядке? Мы все потеряли друзей. Увидимся снова, когда все это закончится.

* * * Края астрального пространства были отмечены радужным хаотичным пустотным пространством, излучающим мощную ауру, которая заставила даже Эмира сделать паузу. Астральное пространство, хотя и было, безусловно, обширным, оказалось лишь частью размера пустыни. Тем не менее, там были сотни островов, из которых команды могли тщательно обыскивать около дюжины каждый день.

Враг бежал, оставив большую часть своей армии конструктов, чтобы изматывать преследующие силы. Были также обычные монстры, с которыми приходилось бороться, но ни те, ни другие не представляли реальной угрозы для мощных поисковых групп.

Само вражеское руководство бежало через различные апертуры. Команды следовали за ними, обычно обнаруживая, что они сеяли хаос на другой стороне, прежде чем исчезнуть в различных районах пустыни. Однако не всем удалось сбежать, и командам удалось захватить двух вражеских лидеров. Как и другие, которых они видели, под мантиями они были ужасающими слияниями стали и плоти. Два лидера не дали никакой информации, совершив самоубийство взрывным способом при поимке.

Эмир увеличил свое личное участие в поиске, надеясь, что его сила золотого ранга позволит ему взять кого-то живым. Он подошел к вражескому лагерю в одиночку, его аура была сдержана, пока его чувства распространялись. Когда-то это был крупный лагерь, с расчищенной землей и деревянными хижинами. Теперь он был в основном пустынным; Эмир чувствовал только одну живую ауру и множество конструктов.

Эмир приблизился к лагерю через густой лес, наконец достаточно близко, чтобы взглянуть. Он увидел одну фигуру в мантии, упаковывающую инструменты в пространственную сумку, в окружении искусственных стражей. Наблюдая из укрытия, Эмир держал открытый ошейник подавления в одной руке и призванный посох в другой. Посох имел черный каменный стержень с золотым шрифтом, бегущим по нему, и золотые наконечники на каждом конце.

Он ударил основанием посоха о землю, и копии его изверглись из земли под каждым существом-конструктом. Конструкты железного ранга взорвались на куски от чистой силы, бронзовые были также уничтожены одним ударом. Серебряные выжили, но были подброшены в воздух. Эмир уже двигался. Он исчез с места, оставив иллюзорный остаточный образ, когда появился рядом с испуганным человеком. Эмир уже бросил посох и использовал обе руки, чтобы защелкнуть ошейник подавления вокруг шеи человека.

Беспокойство Эмира заключалось в том, что ошейники подавления требовали нескольких мгновений, чтобы адаптироваться к носителю и подавить его силы. Руки человека взметнулись вверх, чтобы сорвать ошейник, но Эмир отбил его руки. Эмир мог чувствовать эффект на ауре врага, когда силы человека подавлялись. Враг усмехнулся Эмиру, бросаясь к нему, когда Эмир почувствовал, как внутри человека внезапно поднялась сила серебряного ранга. Это была не собственная сила человека, а что-то внутри него. Эмир отступил в одно мгновение, оставив на своем месте еще один остаточный образ.

Огромные кристаллические шипы изверглись из человека во всех направлениях, превышая по объему собственное тело человека. Они разорвали его на куски изнутри, оставив окровавленную тушу, накинутую на странную звезду из зазубренного кристалла.

Полдесятка поврежденных конструктов серебряного ранга упали с воздуха. Эмир двигался размытым пятном, когда снова призвал свой посох и разбил их вдребезги, прежде чем перейти к осмотру мертвого человека и кровавой скульптуры, которая появилась из него. Он чувствовал, что магия угасла, оставив инертный объект для его изучения.

— Это не то, что просто попадается на улице, — пробормотал он себе под нос, осматривая его. В этот момент к нему присоединилась Констанция, его начальник штаба.

— Это то, что случилось с другими двумя, — сказала она ему.

— Это была не его сила, — сказал Эмир. — Это был какой-то объект внутри него. Если нам удастся догнать еще одного, нам понадобится какой-то способ нейтрализовать его.

Накопленное за жизнь

Накопленное за жизнь

112

Пока поиски ответов продолжались в астральном пространстве, лагерь поддержки внезапно наводнили бронзовые ранги, которых Даниэль и Талия сочли недостаточно надежными для участия. Там также была пара серебряных рангов, одну из которых звали Глория Фаэль. У нее не было интереса управлять лагерем, но она не хотела видеть простолюдина на руководящей должности, поэтому она сплотила бронзовые ранги, вытеснила Винсента и поставила на его место своего сына.

Административные навыки нового лидера лагеря оставляли желать лучшего, и поскольку Джейсон остался в качестве его помощника, он делал все возможное, чтобы поддерживать порядок. Это быстро оказалось невыполнимым, так как новый лидер лагеря не проявлял особого интереса к выполнению или даже выслушиванию дел. Это было исправлено тем, что Джейсона тоже убрали.

Оставшись без дела, Джейсон проводил время с Гэри и Руфусом, который все еще едва двигался. Он механически ел духовную монету, когда его побуждал Гэри, но никогда не разговаривал. Гэри отвел Джейсона в сторону, потому что у них заканчивались монеты и нужна была чистая одежда. Все их имущество было сохранено в пространстве хранения Фарры.

Джейсон пошел и нашел Винсента.

— Этот никчемный, мокрый мешок ничего на самом деле запер меня в палатке, — пожаловался Винсент.

— Они следят за этим? — спросил Джейсон.

— Нет, но это все равно унизительно.

— Это не имеет значения, — сказал Джейсон. — Гэри и мне нужно кое-что сделать, поэтому нам нужно, чтобы ты присмотрел за Руфусом.

Винсент держался от Руфуса на расстоянии, по предложению Гэри.

— Конечно, — сказал Винсент.

Он и Гэри вышли в пустыню. Они нашли ровное место из красной, каменистой земли, вдали от любопытных глаз лагеря, и Джейсон достал шкатулку с телом Фарры. Он хранил ее в своем собственном пространстве хранения с тех пор, как ее вынесли через апертуру. Она была в магической шкатулке, которая сохранит ее, пока ее не вернут семье. У Джейсона однажды была печальная задача поместить другого искателя приключений в идентичную шкатулку, и теперь он понимал, почему друзей и семью не отправляли забирать павшего искателя приключений.

Джейсон начал выкладывать ритуальный круг солью, со шкатулкой Фарры в центре. Используя порошкообразные ядра низших монстров, он тестировал круг, исправляя его снова и снова.

— Я продолжаю портить его, — сказал он, голос дрогнул.

— Не торопись, — сказал ему Гэри.

Осталось невысказанным, что Джейсон мог бы извлечь предметы из пространственного хранилища Фарры, разграбив ее тело, как монстра. Они оба знали, что это можно сделать, но ни один из них не предложил такого осквернения.

Все еще пытаясь сделать круг правильно, Джейсон должен был остановиться. Его зрение расплывалось от слез, когда он вспоминал, как Фарра учила его его самому первому магическому кругу.

— Я только что думал о том, когда мы призывали моего фамильяра, — сказал он. — Помнишь, как мы улизнули на другую сторону поместья, чтобы Аниса не нашла нас?

Гэри рассмеялся, ностальгическое веселье было отягощено печалью. После дней мрачных раздумий звук был странным и чуждым.

— Ты не хотел говорить нам, что это было, но мы знали, что ей это не понравится, исходящее из камня апокалипсиса.

— Фарра провела меня через ритуальный круг. Это был сложный для моего первого раза.

— Ты снова потерял сознание. Ты постоянно падал в обморок, тогда.

— Получение удара по голове лопатой сделает это. Я иногда задаюсь вопросом, нет ли у меня каких-то остаточных повреждений от всей этой черепной травмы.

— Мы тоже задавались этим вопросом, — сказал Гэри, и они обменялись грустной улыбкой.

Джейсон закончил круг и выполнил ритуал, прочитав заклинание. Предметы из пространственного хранилища Фарры начали появляться вокруг ее шкатулки. К тому времени, как все было сделано, образовалась небольшая горка ящиков, коробок, книжных шкафов, шкафов, гардеробов, мебели и различных свободных предметов.

— У меня нет места для всего этого в моем инвентаре, — сказал Джейсон. — Кое-что из этого вообще не поместится. У нее был банкетный стол там?

— Насколько большой предмет ты можешь вместить? — спросил Гэри.

— Примерно размером с обычный обеденный стол. Может быть, в половину размера той большой длинной штуки. Кому нужен банкетный стол под рукой?

— Ты удивишься, — сказал Гэри. — Неважно, если ты не можешь вместить все. Там где-то есть пространственные сумки. Банкетный стол должен поместиться в бронзовый ранг.

Они начали сортировать все, накопленное за жизнь. Они нашли пространственные сумки, поместив вещи Гэри в одну, а Руфуса в другую. Это была только часть кучи; остальное они начали складывать в оставшиеся сумки.

Джейсон провел рукой по корешкам книг на одном из нескольких книжных шкафов.

— Она всегда хотела, чтобы я уделял больше внимания магической теории, — сказал он.

— Возьми их, — сказал Гэри. — Она бы хотела, чтобы они были у тебя.

— Ты уверен?

— Просто убедись, что ты их прочитаешь, — проинструктировал он Джейсона. — Ты понятия не имеешь, как часто она жаловалась, что ты не хочешь учить магию должным образом. Она видела в тебе такой потенциал.

— Я не знаю насчет этого, — сказал Джейсон, — но я постараюсь соответствовать этому.

* * * Вернувшись в лагерь поддержки, Джейсон и Гэри направились к большой палатке общежития, где они оставили Руфуса. Подойдя ближе, они услышали шум, доносящийся из палатки, и увидели, как люди эвакуируются из нее.

— МОЙ СЫН ЧУТЬ НЕ ПОГИБ, ПОТОМУ ЧТО ВЫ НЕ МОГЛИ УДЕРЖАТЬ ЛИНИЮ!

Гэри и Джейсон вошли в палатку. Руфус стоял, его безвыразительный взгляд был устремлен на мужчину, который схватил Руфуса за одежду в кулак. Он выкрикивал проклятия в адрес Руфуса, извергая свою ауру бронзового ранга. Все остальные либо отступили, либо ушли совсем.

— Мне не нравится, к чему это идет, — сказал Гэри, шагая вперед.

— Все еще нечего сказать? — продолжал кричать мужчина в лицо Руфусу. — Вы даже не смогли защитить себя!

— Что толку было от вас? — продолжал кричать мужчина. — Тот никчемный друг твой не стоил грязи, которую испачкала ее кровь!

Выражение лица Руфуса оставалось пустым, но в руке сбоку появился золотой меч. Рука Гэри была быстрее и сильнее, зажимая руку Руфуса и удерживая ее на месте. Другая рука Гэри сформировала кулак, который врезался в лицо кричащего мужчины, даже не глядя на него. Его взгляд был устремлен на Руфуса, который смотрел на него в ответ с пустым выражением.

— Ты смеешь? — спросил мужчина с пола, не веря.

Гэри повернулся к нему.

— Уходи. Иначе я позволю ему убить тебя.

— Он бы не посмел!

— Посмотри на него и скажи это снова, — сказал Гэри, отходя в сторону, продолжая крепко держать руку Руфуса.

Руфус посмотрел вниз на мужчину, и мужчина посмотрел в ответ. То, что он увидел в пустых глазах Руфуса, встревожило его больше, чем меч в руке Руфуса, и он пополз прочь, из палатки.

* * * После краткого обсуждения Гэри и Джейсон решили, что лагерь не подходит для Руфуса. Винсент хотел остаться и попытаться помочь лагерю, как бы тщетны ни были его усилия.

Джейсон снабдил себя всем необходимым для пустыни, и они отправились из лагеря в ранние часы, незадолго до рассвета. Их пунктом назначения был Боко, куда Джейсон впервые прибыл через портал Эстер. Лагерь поддержки был посреди нигде, но у Джейсона был город на карте, и не было опасности заблудиться. Это был бы путь в несколько дней без песчаного скимера, но в этом и заключалась суть. Ничего, кроме тишины, пустого пространства.

Руфус пассивно следовал за ними, пока они шли. Это напоминало их путешествие через пустыню, когда они впервые встретились. После часов ходьбы в тишине Джейсон начал рассказывать об их первой встрече. Оказавшись в ловушке с Руфусом, Гэри и Фаррой в том подвале, затем в камере жертвоприношений. Ужасающее зрелище вулканических сил Фарры. После того как рассказ подошел к концу, Гэри начал рассказывать истории с тех пор, как Джейсон встретил трио. Он рассказывал о том, как они встретились, сражаясь с зомби-чумой, которая уничтожила огромный город. Он говорил о других приключениях, которые они предприняли вместе. Он говорил о том, как они рвались в бой под присмотром того или иного серебряного ранга.

— У нас было мало шансов контролировать свои собственные судьбы, — сказал Руфус.

Его первые слова за несколько дней заставили остальных остановиться.

— Мы пришли сюда, чтобы уйти от этого, — продолжил Руфус, — но она умерла под командованием серебряных. Потому что она последовала за мной.

— Из-за тебя? — прорычал Гэри, голос гремел. — Это самая большая куча дерьма, которую я когда-либо слышал. Ты думаешь, она следовала за тобой, как потерянная собака? Я что, твой домашний кот? Мы пришли сюда, чтобы контролировать свои собственные судьбы; ты только что сам это сказал. Она выбрала быть здесь, так же как и ты. Она знала риски этой жизни и умерла, защищая людей, как герой.

Гэри подошел к Руфусу и сильно толкнул его, заставив того споткнуться и упасть. Руфус поднялся на локтях, только чтобы быть снова толкнутым вниз огромной ногой. Руфус посмотрел на Гэри, наконец стряхнув с себя пустое выражение.

— Если я услышу, что ты снова пытаешься обесценить ее жертву, — прорычал Гэри, — я изобью тебя до полусмерти, и тогда с тобой будет покончено.

Гэри убрал ногу с груди Руфуса и ушел. Джейсон подошел и присел рядом с Руфусом, который лежал на твердой земле с шокированным выражением лица. Джейсон посмотрел на Руфуса, затем на Гэри, идущего в одиночку.

— Мы все потеряли ее, — сказал Джейсон Руфусу. — Ты не единственный, кому позволено скорбеть.

Джейсон встал и последовал за Гэри.

* * * Эмир вышел из апертуры в лагерь, который был в хаосе. Оригинальные аккуратные ряды палаток были дополнены беспорядочным образом, плохо адаптируясь к притоку людей из экспедиции.

— Что, черт возьми, они делают здесь?

Он зашагал к палатке управления, только чтобы обнаружить, что она исчезла. Он расширил свои чувства, низкоуровневый гнев в его ауре вызвал мурашки у людей по всему лагерю. Он был недостаточно знаком с Винсентом Тренслоу, чтобы уловить его ауру, и не чувствовал Джейсона нигде в лагере.

Он пробрался к ближайшей ауре бронзового ранга, ужасая ее владельца, когда потребовал местоположение палатки управления. Она была перемещена из своего центрального расположения на изолированный холм за пределами лагеря, откуда открывались красивые виды и не пахло людьми. Эмир ворвался внутрь, где обнаружил какого-то бронзового ранга, который закинул ноги, откинувшись назад, и ел виноград. Мужчина вздрогнул, почувствовав ауру золотого ранга, давящую на него, чуть не упав на пол, когда он вскочил на ноги.

— Кто вы? — спросил Эмир.

— Кассиус Фаэль, лорд Бахадир.

— Я не аристократ, Фаэль. Где Винсент Тренслоу?

— Кто?

— Человек, который отвечает за этот лагерь!

— Я отвечаю за этот лагерь.

— Почему? Где человек, который отвечал за него раньше?

— Понятия не имею. Мы проводили его.

— Проводили?

— Мы не могли позволить ему указывать дворянам, что делать. Он был просто какой-то простолюдинский мусор.

— Как я?

Фаэль стал белым как молоко.

— Как вы оказались во главе? — спросил Эмир.

— Моя мать сказала мне сделать это, — сказал Фаэль.

— О, боги. А как насчет Асано?

— Кто?

— Помощник Тренслоу.

— Тот дерзкий? Мы избавились и от него тоже.

— Асано говорил что-нибудь о пяти людях, чье отслеживание было потеряно?

— Точно, да, — сказал Фаэль. — Я узнал, что у него были люди, наблюдающие за ними. Можете поверить? Семьи, из которых они происходят, а у него были люди, шпионящие! Очевидно, я избавился от них и предупредил семьи.

Эмир посмотрел на идиота с недоверием, делая медленный, успокаивающий вдох.

— Вы знаете, почему Асано не сказал мне ни о чем из этого?

— Он пытался пойти к вам, но мы остановили его. Очевидно, он собирался просто жаловаться и подлизываться, поэтому мы убедились, что он не беспокоил вас. Немного благодарности было бы кстати.

Эмир провел рукой по лицу.

— Внезапно я вижу изъян в том, чтобы поставить всех компетентных людей на одну сторону апертуры, а остальных — на другую.

— Сэр?

— Фаэль, где сейчас Тренслоу?

— Мне пришлось запереть его в одной из палаток общежития, — сказал Фаэль. — Он продолжал приходить, чтобы давать глупые советы. Теперь я главный.

— Вот что произойдет, — сказал Эмир, сохраняя контроль над собой, пока его голос слышно дрожал на грани срыва в крик. — Вы найдете Тренслоу и скажете ему, вместе с любым, кто возражает, что я лично поставил его во главе этого лагеря. Затем придумайте, как оставаться вне моего поля зрения, потому что если я когда-нибудь увижу вас снова, я могу просто ударить вас так сильно, что это изменит вашу религию. Вы понимаете, что я только что сказал вам?

— Думаю, да, сэр. Моя семья поклоняется Винограднику, если это поможет. Он подчиняется богу веселья.

— О, боги. Послушайте, просто скажите мне, где я могу найти его.

— Бога веселья?

— Тренслоу, кретин!

* * * Руфус плелся позади Гэри и Джейсона на расстоянии остаток дня, пара время от времени оглядывалась, чтобы убедиться, что он все еще там. Когда наступила темнота, Джейсон и Гэри разбили лагерь. Они установили палатки, подавляющие ауру, которые защищали бы их от чувств неразумных монстров, и поместили согревающий камень, который избавил их от необходимости разводить огонь. Сухой воздух быстро остывал, как только заходило солнце, и хотя любой искатель приключений мог выдержать это, они предпочли бы не делать этого. Гэри особенно, так как его мех обладал естественной способностью рассеивать тепло, предлагая при этом мало изоляции.

Сидя на одеялах по обе стороны от цилиндрического теплового камня, к ним в конце концов присоединился Руфус. Его прежде пустое выражение теперь выглядело уставшим и измученным. Они долго сидели в тишине, прежде чем Руфус неожиданно заговорил.

— Помнишь ту маленькую деревню в восточных пределах? — спросил он Гэри.

Гэри посмотрел на Руфуса с удивлением.

— Ту, с мукомольной мельницей?

Руфус кивнул, и Гэри разразился смехом.

— Я что-то пропускаю? — спросил Джейсон.

— Там была эта мукомольная мельница, — сказал Гэри. — Фарра не всегда была так точна со своими неуправляемыми вулканическими силами, и она взорвала мукомольную мельницу. Взрыв, правда, убил монстра.

— Что это за манера рассказывать истории? — спросил Руфус Гэри. — Ты перескочил прямо к концу.

— Если хочешь рассказать ее как следует, — сказал Гэри, — тогда рассказывай.

— Тогда я расскажу, — сказал Руфус. — Это было несколько лет назад, когда Фарра и я только достигли бронзы. Гэри был бронзой несколько лет, когда мы встретили его, но он отлынивал.

— Я фокусировался на кузнечном деле, а не отлынивал.

— Так он утверждает, — сказал Руфус. — Мы втроем взяли этот контракт, далеко в восточных пределах. Это был долгий путь, и желающих было немного, но это была зона низкой магии, и мы могли идти без присмотра, поэтому мы приняли контракт.

— Я думал, ты сказал мне, что приход сюда был твоим первым шансом брать контракты без серебряного ранга за плечом.

— Ну, был один случай, — сказал Руфус. — Он прошел не очень хорошо.

— Они заставили нас вернуться и доставить кучу еды, — сказал Гэри, — из-за того, что мы взорвали их мукомольную мельницу.

— Что я только что сказал насчет перескакивания к концу? — спросил Руфус. — Итак, мы отправились в восточные пределы, и миссия казалась проклятой с самого начала. Один из хайделов захромал посреди нигде, а никто из нас не был целителем. Именно тогда мы обнаружили, что хайделы плохо реагируют на лечебные зелья...

Тебе нужно поработать над тем, чтобы наживать врагов

Тебе нужно поработать над тем, чтобы наживать врагов

113

Облачный дворец был не только крупнейшим магическим сооружением в Гринстоуне, но и самым сложным. Это было заметно во всем, от его способности принимать различные формы до удобств, встроенных по всей структуре.

В гостевом люксе Белинды и Софи было несколько шкафов-холодильников, каждый с передней частью из полупрозрачного тумана. Белинда подошла к тому, что был специально для безалкогольных напитков, и протянула руку прямо сквозь завесу, почувствовав холод. Она достала морозный кувшин с фруктовым пуншем и отнесла его к столику на террасе, где они с Софи проводили свои праздные дни.

— Это так странно, — сказала она, садясь в тающее мягкое кресло для патио, сделанное из сине-белого тумана. — Ты когда-нибудь ожидала испытать что-то подобное?

— Нет, — сказала Софи, беря кувшин и разливая напитки в хрустальные стаканы. — Это пугает меня.

— Ты задаешься вопросом, если сейчас так хорошо, как плохо будет потом?

— Да. Я не знаю, в какую игру играет Асано или как он намерен использовать нас.

— Это не может быть хуже, чем передача нас Сильве или тому парню из Магического общества, — сказала Белинда. — Оглянись. Директор Общества искателей приключений не смеет прийти и забрать нас. Если это компания, в которой вращается Асано, что ему до Сильвы или даже местного Магического общества? Зачем он вообще мог бы нуждаться в нас?

— Для многого. И ничего из этого не сулит нам ничего хорошего.

— Джори думает, что Асано делает это, чтобы помочь нам, — сказала Белинда.

— Ты серьезно веришь в это?

— Я верю, что он верит в это. Как и Клайв.

После того как Асано и Бахадир ушли, Клайв периодически появлялся, чтобы навестить Белинду, и они часами разбирали различные инструменты и трюки, которые она использовала в своей карьере профессиональной воровки. Они также осматривали облачный дворец и его бесчисленные чудеса. Дворец был огромным, с множеством крыльев во всех направлениях, соединенных с центральным зданием облачными тропами. Дворец не подвергался воздействию от плавания на открытой воде, ни ветер, ни волны не вызывали даже дрожи.

Там были столовые, бальные залы, спальни, ванные комнаты, ритуальные залы, гостиные, террасы, кухни, кабинеты, тренировочные залы, библиотеки, художественные галереи, и это продолжалось и продолжалось. На самых нижних уровнях, ниже ватерлинии, были лаунжи со стенами из полупрозрачного тумана, позволяющие обитателям видеть воду. Очень немногие места казались запретными, за главным исключением личного люкса Бахадира. Он занимал четыре верхних этажа центрального здания, но почти все остальные зоны были открыты для них. Другими ограниченными зонами были безопасные комнаты, содержащие различные ценности. Две воровки, естественно, думали об ограблении места, но не были настолько глупы, чтобы пытаться.

Экспериментально они отправились к облачной тропе, ведущей к берегу. Никто из людей, оставленных Эмиром, не попытался остановить двух женщин, когда они стояли прямо внутри дворца, глядя наружу. Мост к берегу был закреплен прямо перед зданием приема Общества искателей приключений, за которым находились садовые дорожки, ведущие глубже в кампус.

— Я действительно не думаю, что они попытаются остановить нас, если мы уйдем, — сказала Белинда.

— Им не нужно, — сказала Софи. — Ты действительно думаешь, что мы выбрались бы с территории Общества искателей приключений, не будучи схваченными?

* * * Руфус протянул свой стакан.

— За Фарру.

Гэри и Джейсон коснулись своими стаканами его, и они выпили. Трио находилось в баре под открытым небом в одной из более богатых частей города Боко. Прошло полтора дня с тех пор, как они прибыли, и они исследовали город. Это был не портовый город, как Гринстоун, и не такой большой. Как таковое, население не было таким разнообразным, состоящим почти полностью из людей. У них была очень темная кожа, как у Устеи, но культуры были явно очень разными. Прически в Боко не были дикими и сумасшедшими, а одежда не была лоскутным месивом. Местная мода была свободной и дышащей, как в Гринстоуне, но в более приглушенных цветах. Землистые коричневые, желтые и красные тона доминировали по сравнению с калейдоскопом цветов, который предпочитало население Гринстоуна.

Гэри и Руфус делились историями о Фарре, пока Джейсон вводил их в курс своих дел в их отсутствие.

— Ты хочешь сделать эту воровку искателем приключений? — спросил Руфус. — Как ее там звали?

— Софи Уэкслер. Она целестин, никаких семейных связей в Гринстоуне, из того немногого, что мне удалось из нее вытянуть.

— Это креативное решение, — сказал Руфус. — По крайней мере, это предотвратило бы ее тихую передачу Лампри в какой-нибудь закулисной политической сделке. Общество никогда бы этого не допустило для члена.

— Фиксация Лампри на ней — это ключ, — сказал Джейсон. — Это рычаг, за который дергает Арелла. Если мы сможем окончательно убрать Уэкслер из досягаемости Лампри, этот рычаг исчезнет. Ее политическая ценность испарится, и она снова станет просто какой-то женщиной из Старого города.

— Проблема в ее статусе беглянки, — сказал Руфус. — Пока это не будет решено, ты не сможешь получить ей членство в Обществе искателей приключений.

— Что, если мы сделаем это здесь? — спросил Гэри. — Она не беглянка здесь, в Боко, и у них есть отделение Общества искателей приключений.

— Я думал об этом, — сказал Джейсон. — Слишком велик шанс, что Арелла узнает и вмешается. Одно сообщение директору филиала здесь, и все распадется.

— Тогда каков план? — спросил Руфус.

— Ключ — это соглашение об обслуживании между Обществом искателей приключений и Гринстоуном, — сказал Джейсон. — Право на ее индентуру, очевидно, мое. Пока юридический адвокат Общества искателей приключений не сдастся, проблем не будет. А это значит, что нам либо нужен рычаг на адвоката, либо рычаг на Ареллу.

— То, что ее отец криминальный авторитет, недостаточно? — спросил Гэри.

— Я очень сомневаюсь, — сказал Джейсон. — Подняться над своим преступным прошлым, чтобы стать борцом с коррупцией, — это нарратив, который она может использовать в своих интересах. Однако это усложняет ей совершение любых откровенно коррумпированных шагов.

— Возможно, тебе ничего не придется делать, — сказал Руфус. — Рычаг может найтись сам собой.

— О? — подтолкнул Джейсон.

— Общество искателей приключений признает, что политиканство — это необходимая часть управления филиалом, но интересы общества должны быть защищены превыше всего. Мы только что потеряли целую кучу искателей приключений, а это значит, что Континентальный совет обрушится всей своей мощью. Будет расследование, которое перевернет Общество искателей приключений Гринстоуна вверх дном и будет трясти его, пока все вкусности не выпадут.

— И Арелла — та, кто ответственна за состав экспедиции, — сказал Джейсон, и до него дошло. — Все хотели попасть туда, поэтому она пустила каждого политического соперника, который хотел поехать, вместо того чтобы создать эффективную команду. Тем не менее, вина может лечь на многие места. Полагаю, это зависит от того, кто будет обвинять.

— Это будет зависеть от того, кого пришлет Континентальный совет, — сказал Руфус.

— Экспедиция была беспорядком, — сказал Гэри. — Конечно, это должно лечь на Ареллу. Мы потеряли так много, потому что не было достаточно сильных людей, чтобы защитить слабых.

Стакан в руке Руфуса разбился, его лицо было полно тихой, но горячо пылающей ярости.

— Фарра умерла, прикрывая этих людей, — сказал он. — Я покончил с тем, чтобы терпеть никчемных искателей приключений Гринстоуна. Думаю, я сам нанесу визит Элспет Арелле.

— Я бы повременил, если у тебя нет цели, выходящей за рамки криков на нее, — сказал Джейсон. — Не мути воду, если мутная вода не полезна тебе.

* * * Даниэль и Эмир наконец объявили экспедицию завершенной. Они вывели всех своих людей обратно через апертуру, вместе со всем, что они собрали. Хотя цена кровью была тяжелой, они преуспели в своей цели найти и остановить то, что нарушало астральное пространство.

Сеть узлов астральной магии влияла на все астральное пространство. Они еще не выяснили, для чего это было, но им и не нужно было; им просто нужно было демонтировать это. Они сделали именно это, упаковав большие части в пространственные сумки для изучения и уничтожив остальное.

Пока людей и припасы грузили на скимеры и песчаные баржи, Эмир и Даниэль смотрели на объект, ожидающий упаковки. Это была пятисторонняя колонна, высотой с человека и покрытая гравировками, одна из многих, ожидающих погрузки.

— Так вот что вызывало все неприятности, — сказал Эмир. — Сколько мы берем?

— Наши люди осмотрели их, — сказала Даниэль. — Есть пятнадцать различных типов, поэтому мы берем по три каждого и уничтожаем остальные. Теперь это проблема Магического общества.

— Это то, что они делают, — сказал Эмир. — Думаю, давно пора мне добавить специалиста по астральной магии в свою команду.

Колонны были физическим носителем астральной магии. Никто в экспедиции даже не мог сказать, была ли дестабилизация целью или побочным эффектом. Они также заберут останки нескольких существ-конструктов, плюс один конструкт, который они захватили неповрежденным. Их предназначение и происхождение в конечном итоге будут выяснены Магическим обществом.

— А как насчет Руфуса и Асано? — спросил Эмир. — Есть новости?

— Произошла какая-то стычка, — сказала Даниэль. — Вскоре после этого Гэри и Джейсон забрали Руфуса в пустыню и не вернулись. По словам Винсента Тренслоу, они направлялись в город, так что вы должны найти их там.

Возвращение в Гринстоун должно было пойти двумя путями. Подавляющее большинство людей и припасов отправятся на скимерах и баржах, которые они привезли с собой, обратно по суше, под командованием Даниэль. Эмир и его люди вернут дополнительные скимеры, реквизированные из города Боко.

— Сделай мне одолжение, когда отправишься в Общество искателей приключений в Боко, — попросила Даниэль Эмира. — Посмотри, не доставляли ли Устеи неприятностей с тех пор, как мы повернули их обратно туда, откуда они пришли.

Когда он прибыл в Боко, его первой целью было договориться с местным отделением Общества искателей приключений об отправке периодических патрулей серебряного ранга в астральное пространство. Оставленное в покое, астральное пространство должно в конечном итоге вернуться к нормальному функционированию, пополняя пересыхающие оазисы. После этого он вернется в Гринстоун через способность портала. Многие из более престижных членов экспедиции просили присоединиться к нему, но получили прямой отказ.

Когда последнее снаряжение было упаковано, обе группы оставили апертуру позади. У Эмира и его людей был более короткий путь, они прибыли в Боко в течение дня. Он организовал своих людей, чтобы вернуть реквизированные скимеры и посмотреть, смогут ли они найти Руфуса, Джейсона и Гэри. Эмир направлялся в штаб-квартиру Общества искателей приключений, когда перед ним появилось что-то странное.

Вы получили запрос на голосовой чат от [Джейсон Асано]. Принять Д/Н?

— Что?

* * * Эстер была членом персонала Эмира, которая открыла портал в Боко и обратно. Она была широко путешествующей, что было преимуществом для любого с такой силой. Способности портального типа имели несколько ограничений, начиная с пункта назначения. Они могли быть открыты только в места, где тот, у кого была сила, уже бывал раньше. Были также ограничения на то, кто мог использовать его, основанные на ранге. Единственная причина, по которой она смогла создать портал, через который мог пройти Эмир золотого ранга, заключалась в том, что ее способность портала достигла золотого ранга, даже несмотря на то, что она сама — нет.

После того как Эмир воссоединился с Джейсоном, Руфусом и Гэри в Боко, они все были возвращены в Гринстоун через портал, прямо рядом с облачным дворцом. Было поздно днем, и Эмир завел их внутрь, где быстро был организован большой обед. Люди Эмира занялись своими делами после этого, за исключением Констанции. Она присоединилась к Эмиру, Джейсону, Гэри и Руфусу на одной из многих террас, которые мог предложить облачный дворец. Они пили напитки после обеда, наблюдая, как солнце садится над океаном.

Джейсон издал громкий вздох.

— Я только сейчас вспоминаю кризис, с которым я имел дело до другого кризиса, — сказал он. — Я пропустил аукцион эссенций и камней пробуждения. Эта твоя таинственная штука все еще в силе, Эмир?

— Я собираюсь отложить ее, — сказал Эмир. — Я намеревался полагаться на железные ранги Гринстоуна, но это явно не жизнеспособно. Все сообщество искателей приключений здесь будет потрясено результатами этой экспедиции. Даже если бы это было не так, стандарты здесь ниже, чем я опасался. За исключением нескольких выдающихся, общий уровень мастерства плачевен. Я собираюсь выставить открытый контракт и привезти более способных людей.

— У тебя будет конкуренция, Джейсон, — сказал Гэри.

— Конкуренция в чем? — спросил Джейсон.

— В том, что пока останется нераскрытым, — сказал Эмир. — Достаточно сказать, что есть место, куда могут попасть только железные ранги, в котором есть вещь, которую железные ранги не могут использовать. Тот, кто принесет эту вещь мне, получит славные призы.

— И в этом месте будут эссенции и камни пробуждения? — спросил Джейсон.

— Если условия таковы, как мы полагаем, то да.

— Все равно, — сказал Джейсон, — если ты переносишь это, мне понадобится другой источник эссенций.

— Ты все еще хочешь сделать эту девушку-воровку искателем приключений? — спросил Эмир.

— Это, или отправить ее так далеко отсюда, что никому не стоит искать. Учитывая, как трудно было бы устроить ее в Общество искателей приключений, я склонялся к этому направлению. Это может измениться, в зависимости от того, в какой беде находится Элспет Арелла.

— В большой, — сказал Эмир. — Общество не любит вмешиваться в дела своих директоров филиалов, но потеря всех тех искателей приключений будет больше, чем они готовы терпеть. Даниэль Геллер сказала мне, что она подала протест по поводу состава экспедиции еще до того, как она отправилась. Это сделает все только хуже для Ареллы. Я буду поражен, если она сохранит свою должность.

— Тогда мне следует действовать быстро, — сказал Джейсон. — Если ей приходится ходить по струнке, внезапно правила, по которым люди топтались, имеют зубы. Если я смогу закрепить индентуру, это решит вопрос с тем, что Уэкслер — беглянка, и если я смогу затем сделать ее искателем приключений, она получит защиту общества.

— Я никогда не слышала, чтобы кто-то устроил своего индентурного слугу в Общество искателей приключений, — сказала Констанция. — Защита обществом своих членов устранила бы почти весь контроль над ними.

— Джейсон совершает безумные выборы, чтобы спасать людей, буквально с того дня, как мы встретились, — сказал Гэри. — Ты привыкнешь к нему.

— Нет, не привыкнешь, — сказал Руфус. — Джейсон, тебе нужно поработать над тем, чтобы наживать врагов своего ранга. У тебя теперь директора Общества искателей приключений и Магического общества охотятся за тобой.

— Да, — сказал Джейсон. — Но насколько потрясающе это будет, когда я выиграю?

ГОТОВЫ К ВТОРОЙ КНИГЕ?

Восхождение на горы

Восхождение на горы

Джейсон Асано шел по залам облачного дворца, принадлежащего Эмиру Бахадиру, могущественному искателю приключений, который прибыл в город с такой помпой. Облачный дворец состоял далеко не только из белого облачного вещества: стены, полы и потолки были окрашены в закатные оттенки синего, фиолетового, оранжевого и золотого. В некоторых местах цвет был поразительно ярким, в других — мягким и приглушенным. Все светилось собственным светом; Эмир сказал Джейсону, что это поглощенный солнечный свет, который дворец может накапливать и распределять по мере необходимости. Полы под ногами пружинили, но оставались устойчивыми, словно какой-то чрезмерно рассудительный инженер был вынужден спроектировать надувной замок. В целом создавалось ощущение, будто идешь по сказке.

Целое крыло облачного дворца было отведено под гостевые люксы, и Джейсон прошел из своего номера в тот, где Эмир разместил Белинду и Софи. Две воровки стали пешками в местной политике, и Джейсон поместил их под защиту Эмира, на что они согласились лишь от безысходности. Дверь в их люкс была белой, с синей окантовкой. На стене рядом с дверью находилось небольшое круглое золотистое пятно, в которое он вдавил палец. На ощупь оно было как зефир.

Он услышал приятный перезвон с другой стороны двери, похожий на журчание воды. Через несколько мгновений дверь стала полупрозрачной, открывая Софи, стоявшую по ту сторону. Она была одета в темную, практичную одежду, а вся ее поза кричала о чем угодно, только не о радушии.

— Значит, хочешь войти, — сказала она, хотя тон ее пытался убедить его в обратном.

— Нам пора поговорить, — сказал Джейсон, — но не обязательно делать это здесь. Во дворце полно мест для приятной беседы.

— Приятной, значит?

— Вероятно, нет, раз уж ты спрашиваешь. Но я принес сэндвичи, если это поможет.

Софи дернула головой в знак неохотного приглашения, и Джейсон вошел внутрь. Его собственный люкс был больше любого места, где Джейсон когда-либо жил, а Белинда и Софи занимали номер, который казался похожим.

— Терраса, — указала она, хотя сама не направилась туда.

Он видел террасу сквозь стены, непрозрачность которых была изменена до такой степени, что они стали невидимыми. Стена тумана взъерошила волосы Джейсона, когда он проходил сквозь нее.

— Вот это я понимаю — жизнь в помещении и на свежем воздухе, — пробормотал он себе под нос, направляясь к садовой мебели на террасе. Он выставил поднос с сэндвичами, тарелками, стаканами и кувшином со смесью фруктовых напитков из своего инвентаря, извлекая предметы из воздуха, прежде чем сесть.

Белинда и Софи вышли как раз в тот момент, когда он разливал напитки. Белинда была одета в легкую летнюю одежду: свободную рубашку, брюки и сандалии в красочном стиле, обычном для Гринстоуна. Она села и сразу же схватила сэндвич. Софи не потянулась к еде, глядя на нее с подозрением.

— Это хлеб из пекарни Пантеро? — спросила Белинда, проглотив первый кусочек. Пекарня Пантеро находилась в Старом городе, и там был лучший хлеб, который Джейсон находил в этом городе.

— Именно, — бодро ответил он. — Моя подруга Бет рассказала мне о ней. Они работают там невероятно долгое время. Ее бабушка ходила туда еще девочкой, когда их семья владела всей этой частью города.

— Ты говоришь о семье Кавендиш?

— Это они.

— Разве они не покинули район Кавендиш добрых два столетия назад?

— Что-то вроде того, — сказал Джейсон. — Такова жизнь искателя приключений, полагаю. Живешь достаточно долго, чтобы увидеть историю своими глазами.

Легкая улыбка исчезла с его лица.

— Если она не убьет тебя раньше, — добавил он мрачно, явно разговаривая сам с собой.

— Что-то случилось, пока тебя не было? — спросила Белинда.

— Моя подруга умерла, — сказал он.

— Близкая подруга?

— Настолько близкая, насколько это возможно в этом мире. Она научила меня так многому о том, как быть искателем приключений.

— Она научила тебя сражаться? — спросила Софи.

— Нет, это был Руфус. Он научил меня сражаться как искатель приключений. Фарра научила меня жить как один из них.

Он грустно улыбнулся.

— Она одергивала меня, когда я начинал нести чушь. Что, как вы скоро поймете, случается довольно часто.

Он провел тыльной стороной ладони по глазам и одарил их улыбкой, которая была лишь слегка натянутой.

— Впрочем, для вас это не имеет значения, — сказал он им. — У вас свои проблемы, вот почему я здесь.

— Я думала, твой хитроумный план развалился, — сказала Софи.

— Так и есть, — сказал Джейсон, — но времена, как поется в песне, меняются.

— В какой песне?

— Неважно, — сказал Джейсон, отмахнувшись. — На данный момент я вижу четыре варианта развития событий. Вам двоим придется выбрать один из них.

— А если нам не понравятся твои варианты? — спросила Софи.

— Это был бы первый вариант, — сказал Джейсон. — Вы оставляете меня и мои схемы позади, что разумно, учитывая, как они до сих пор продвигались. Вы уходите из облачного дворца и вершите свою судьбу сами. Второй вариант похож, но, думаю, более привлекателен. Вы все равно уходите, но сначала мы отправим вас далеко отсюда. У нашего хозяина есть человек, который может отправить вас в такие места, откуда вас не стоит даже искать.

— Телепортация? — догадалась Софи.

— Она открывает порталы, именно так мы недавно пришли и ушли. Ее зовут Хестер, и она кажется довольно милой. Вы можете поговорить с ней, чтобы выбрать пункт назначения, а затем мы вас проводим. Мы дадим вам с собой пригоршню денег, но это все, что у вас будет, помимо друг друга. Думаю, паре таких находчивых женщин, как вы, не составит труда начать все сначала.

— Чистый лист — это все, чего мы искали, — сказала Белинда.

— Вы можете его получить, — сказал Джейсон, — если выберете это. Третий вариант — сменить того, кто стоит между вами и Люцианом Лампри. Вы видели, что мои усилия оказались не такими успешными, как я думал. Эмир, с другой стороны, — это вся защита, о которой можно только просить.

— Почему он должен нам помогать? — спросила Софи.

— То, как вы сражаетесь. То, как мы сражаемся. Ему интересны истоки этого стиля. Если он узнает, что вы его используете, я уверен, он полностью возьмет вас под свою защиту. Он захочет, чтобы вы помогли ему проследить его историю, но не думаю, что это будет обременительной задачей.

— Так ты поэтому его знаешь? — спросила Белинда. — Ты помогаешь ему найти историю этого боевого стиля?

— Нет. Я встретил Эмира, потому что он друг одного моего знакомого. Он не знает, что кто-то из нас может использовать этот стиль, но я мало чем могу ему помочь, потому что выучил его по книге навыков.

— Ты выучил это по книге навыков? — спросила Софи. Она казалась заинтригованной, ее выражение лица впервые с момента его прихода сменилось со строгой подозрительности на любопытство. — Я раньше сражалась с людьми, которые использовали книги навыков. Сражение с тобой ощущалось иначе.

— Я прошел дополнительное обучение, чтобы полностью усвоить эти навыки, — сказал Джейсон. — Если только вы тоже не учились сражаться по книге навыков, обращение к Эмиру может быть хорошим вариантом для вас.

— Почему ты еще не сказал ему? — спросила Софи.

— Это не мой секрет, чтобы его раскрывать.

— Ты ожидаешь, что мы в это поверим?

— Нет. — Джейсон улыбнулся им вместо того, чтобы пытаться убедить дальше.

— Какой четвертый вариант? — спросила Белинда.

Прежде чем ответить, Джейсон взял сэндвич и откусил большой кусок, тщательно прожевал, прежде чем проглотить. Он запил его, опустошив свой стакан, а затем медленно налил себе еще.

— Серьезно? — спросила Софи, и он одарил ее ухмылкой.

— Я взял это у парня, который делает фруктовые коктейли здесь, на Острове, — сказал он. — Недешево, но что на Острове дешево?

Белинда с любопытством пригубила свой стакан, ее глаза расширились от сладкого, приятного вкуса. Софи сердито посмотрела на нее, оставив свой стакан нетронутым.

— Пока меня не было, должен был состояться аукцион, — сказал Джейсон. — Но все крупные транжиры уехали, так что его отменили. Это значит, что у брокеров есть несколько эссенций и камней пробуждения по относительно разумным ценам.

— Почему ты говоришь об эссенциях? — спросила Софи. — Мне плевать, насколько разумны цены; они намного выше того, что у нас есть. Мы воровали не ради денег, и прибыль была невелика, потому что элитные украшения и тому подобное легко отследить. После расходов мы едва выходили в ноль. Ты предлагаешь нам кредит?

— Четвертый вариант, — сказал Джейсон, — это первоначальный план. Я беру тебя, Софи, в качестве подопечной. Это снимает твой статус беглянки, а значит, с парой дополнительных эссенций ты сможешь записаться в Общество искателей приключений. Ты будешь защищена от Люциана Лампри и Коула Сильвы навсегда. По крайней мере, для тех целей, для которых они изначально планировали. Ничего из того, что я слышал о них обоих, не говорит о том, что они выше мелкой мести.

— Ты не ответил на ее вопрос, — сказала Белинда. — Как мы должны позволить себе эссенции?

— Кредит был бы не самой точной характеристикой, — сказал Джейсон. — Вступление в Общество искателей приключений предложило бы вам множество защит, в том числе и от меня, но обязательство подопечной все равно останется.

— Ты хочешь, чтобы я отработала это, — сказала Софи.

— Именно. А как только станешь искателем приключений, обнаружишь, что возможностей предостаточно. Если будешь готова ради них работать.

— Что это значит? — спросила Софи.

— Честно говоря, я не совсем уверен, — сказал Джейсон. — Намечается какое-то соревнование, организованное нашим хозяином. Он сказал мне, что там можно получить эссенции и камни пробуждения. Даже если ты не получишь достаточно для своей подруги, ты все равно будешь искателем приключений. Это лишь вопрос времени.

— Как это вообще будет работать? — спросила Белинда. — Я думала, вопрос с подопечной закрыт.

— Я говорил вам ранее: времена меняются. Вы, вероятно, не слышали, запертые здесь, но большая экспедиция пошла не по плану. Очень не по плану. Погибло много искателей приключений, поэтому мы и ушли, чтобы помочь.

— Вы хоть чем-то помогли? — спросила Софи.

— Софи! — прикрикнула Белинда.

— Ты кажешься слишком слабым, чтобы помочь большой экспедиции искателей приключений, — сказала Софи, не раскаиваясь. — Ты едва поймал меня.

— Ты права, — сказал Джейсон. — В основном я просто указывал людям, где ставить палатки, пока какой-то серебряный ранг не избавился от меня.

— Так какое отношение эта экспедиция имеет к обязательству подопечной? — спросила Белинда.

— Поскольку все пошло очень не по плану, — сказал Джейсон, — будет расследование. Существует Континентальный Совет, который курирует дела Общества искателей приключений по всему континенту. После беспорядка, который случился, они отправляют сюда команду, чтобы провести своего рода аудит всего филиала Общества искателей приключений.

— Ты хочешь сказать, что людям действительно придется следовать правилам хотя бы раз, — сказала Софи.

— По крайней мере, на небольшой промежуток времени, — сказал Джейсон. — Скоро все вернется на круги своя, но до тех пор директор не сможет продать юридическое соглашение Общества с городом. А это значит, что я могу «вернуть» тебя, и слушание по делу о подопечной снова в силе.

— Почему? — спросила Софи. — Эссенции, слушания по подопечным. Почему ты стал бы делать все это ради нас? Пытаешься сказать мне, что Джори настолько хороший друг для тебя, что ты готов зайти так далеко из-за какой-то девчонки, которая ему нравится?

— Ты же знаешь, что я сижу прямо здесь, — сказала Белинда.

— Не уверен, что вы поверите мне, если я скажу, почему, — сказал Джейсон. — Вы бы поверили, может быть, одному слову из десяти, слетающему с моих губ.

— Если и это, — сказала Софи. — Все равно расскажи нам. Многое узнаешь о человеке по тому, как он лжет.

Джейсон усмехнулся, откинулся на спинку стула и сделал еще один долгий глоток. Его забавную полуулыбку, которой он маскировал свои эмоции, сменило слегка грустное, трезвое выражение.

— Когда я впервые пришел сюда, — сказал он, — я был потерян. Более потерян, чем вы можете себе представить. Я никого не знал; ничто не имело смысла. Я был уставшим, избитым, и люди пытались меня убить, и все это время я сомневался в собственном рассудке. Я встретил новых друзей, которые помогли мне встать на ноги. Они учили меня, поддерживали. Терпели меня. Они помогли мне взять контроль над своей жизнью.

Он долго молчал, глядя на океан. Софи собиралась что-то сказать, но Белинда жестом попросила подождать.

— Один из них теперь мертв, — сказал он. — Думаю, ей бы понравилось, что я пытаюсь сделать то же самое для кого-то другого. Или, может быть, она накричала бы на меня и сказала, чтобы я сначала разобрался со своими проблемами, прежде чем лезть в чужие.

Он грустно, но искренне улыбнулся, его глаза заблестели от влаги. Он вытер их и встал.

— Я оставлю обед, — сказал он. — Обсудите, что хотите делать, и скажите мне, когда решите. Или исчезните и ничего не говорите. Решать вам.

Он направился сквозь невидимую стену их люкса и пошел к двери.

— Сколько у нас времени на раздумья? — крикнула Белинда ему вслед.

Он остановился и обернулся к ним.

— Столько, сколько вы сможете убедить Эмира держать вас у себя, — сказал он. — Если хотите стать искателем приключений, чем скорее, тем лучше. Я не единственный, кто заметил дешевые эссенции, а следующий набор в Общество искателей приключений через девять дней. Нам нужно провести слушание по подопечной, выбрать несколько эссенций и запихнуть их в вас до этого времени.

Он оставил Белинду и Софи сидеть за столом с кучей сэндвичей и фруктовым напитком.

— Если он лжец, то хороший, — сказала Белинда.

— Он лжец, — сказала Софи. — И он* хороший* лжец.

— Думаешь, он играет с нами? Не вижу, что он с этого получит.

— Какая-то политическая игра, о которой мы недостаточно знаем, чтобы заметить.

— Не знаю, — сказала Белинда. — Джори и Клайв не похожи на людей, с которыми мы обычно имеем дело. Может, он тоже нет.

— Он кажется тебе таким?

— Нет, — сказала Белинда. — Тех двоих легко читать. Асано больше похож на темную воду. Ты видишь там что-то, но не можешь сказать, было ли увиденное реальным.

— Я видела таких людей раньше, — сказала Софи. — Они знают, что ты не поверишь тому, что они говорят, поэтому рассказывают тебе пять историй и позволяют самой выяснить, какая из них правдива.

— И как ты это делаешь?

— В этом-то и ловушка: ни одна из них не является правдой.

— Значит, те варианты, которые он нам дал, ты не считаешь реальными вариантами?

— Может быть, — сказала Софи. — Но, может быть, он хочет, чтобы мы думали, что это наши единственные варианты.

— Наши текущие варианты — уйти или надеяться, что нас не вышвырнут, — сказала Белинда. — Если у тебя есть что-то получше того, что он предлагает, я слушаю.

— Ты знаешь, что нет. Но я ему не доверяю.

— На данный момент мы должны доверять либо ему, либо судьбе. Это не судьба поместила нас в магический замок. Это сделал он.

— Это то, что он хочет, чтобы мы думали, — сказала Софи.

— Может, мы сможем поговорить с кем-то еще из здешних людей, — сказала Белинда. — Получить лучшее представление о нем.

— Это хорошая идея, — сказала Софи. — Информационная изоляция — наша самая большая слабость прямо сейчас.

— Это наша самая большая слабость?

— Самая большая, с которой мы можем что-то сделать. Прижми Клайва насчет него, в следующий раз, когда он зайдет. А пока мы можем выяснить, кто еще в этом месте его знает.

* * * Джейсон покидал облачный дворец, когда столкнулся с Эмиром и его начальницей штаба Констанцией, которые возвращались обратно. Они остановились поболтать на полпути через платформу, соединяющую облачный дворец с берегом.

— Ты поговорил с моими другими гостями? — спросил Эмир.

— Я только что оттуда.

— И?

— Моя догадка, они предпочтут отправиться далеко отсюда.

— Жизнь искателя приключений не прельщает?

— Они мне не доверяют, — сказал Джейсон. — Вероятно, разумный выбор. Мой первый план не совсем сработал.

Эмир усмехнулся.

— Тебе нужно поработать над этим, — сказал он. — Я был не рад обнаружить, что лагерем управляет какой-то идиот после того, как я поручил его тебе и другу Руфуса.

— Ты не поручал нам управлять этим лагерем, — сказал Джейсон. — Все как-то само собой так сложилось. Пока не перестало.

— Ты уверен? — спросил Эмир. — Такое чувство, что это я поставил вас во главе.

— Ты единственный золотой ранг здесь, — сказал Джейсон. — Наверное, кажется, что все происходит потому, что ты этого захотел.

— Он прав, — сказала Констанция. — Вы не ставили их во главе.

— Ну, если Констанция так говорит. Чем ты сейчас занимаешься, Джейсон?

— Никто сегодня не верит тому, что я говорю? Я направляюсь к Элспет Арелле, чтобы объяснить, почему слушание по делу о подопечной пройдет так, как я хочу.

Констанция, которая обычно была отстраненным профессионалом, нахмурилась в замешательстве.

— Ты же знаешь, что ты все еще железный ранг, верно? — спросила она.

— Знаю, — сказал Джейсон.

— И ты собираешься ворваться в кабинет директора филиала Общества искателей приключений серебряного ранга и указывать ей, что делать?

— Собираюсь.

— Что, если я правильно понимаю, в точности то, что ты сделал в прошлый раз. После чего она немедленно выставила тебя дураком.

— Это было бы точное резюме, да, — сказал Джейсон.

— Надеюсь, ты не собираешься разбрасываться именем мистера Бахадира.

— У меня немного больше приличий, чем это, — сказал Джейсон. — У меня есть свои рычаги, на которые можно надавить, спасибо.

— Что ж, — сказала она, ее выражение лица все еще оставалось предупреждающим.

— Мы позволим тебе заняться этим, — сказал Эмир. — Удачи.

Они разошлись, Эмир и Констанция вернулись во дворец. Как только они скрылись из виду, поза Констанции стала более расслабленной.

— Руфус был прав, — сказала Констанция. — Этот мальчишка сумасшедший.

— В этом-то и дело с восхождением на горы, — сказал Эмир. — Первое, что тебе нужно, — это кто-то достаточно глупый, чтобы попытаться.

— Никогда не видела смысла в этом как в развлечении, — сказала Констанция. — Надеть на себя ошейник подавления и карабкаться по зданию? Если они так жаждут опасности, почему бы не сражаться с чудовищами, как обычные люди?

— Смысл в том, что они бросают вызов самим себе, чтобы сделать то, что другие считают невозможным.

— Тот человек, Кениг, который работал на вас, когда я только начинала. Ему нравилось лазить по горам, не так ли?

— Да, действительно, — сказал Эмир. — Он был большим энтузиастом.

— Что с ним случилось?

— Он упал с горы и погиб.

— Разве не многие люди погибают, пытаясь лазить по горам?

— Да, — сказал Эмир. — Да, погибают.

Ничто не ранит так, как надежда

Ничто не ранит так, как надежда

Дверь в кабинет Ареллы в Обществе искателей приключений открылась, когда Джейсон подошел, и он вошел прямо внутрь. Сидя за своим столом, она сделала жест, и дверь закрылась за ним. Он стоял перед столом, оглядываясь по сторонам.

— Вы сменили картины.

— Удивлена, что ты показался на глаза, — сказала она. — Полагаю, мне не следовало ожидать каких-либо границ для твоей наглости.

— Это, вероятно, справедливо. Однако я должен поблагодарить вас за наглядный урок о ловушках высокомерия. Ваша ошибка была одинаковой каждый раз; вы никогда не задумываетесь о том, как ваши действия ранят других людей. Вор, которого вы пытались передать Лампри. Искатели приключений железного ранга, которых вы выставили шутами из-за их неспособности поймать ее. Ваши собственные чиновники, зажатые между вами и Герцогом. Это уже вредило вам, но экспедиция? Вину можно распределить между многими, но мы оба знаем, что вы в очереди на солидную порцию. Вы оттолкнули своих союзников и заключили сделки с врагами.

Арелла смотрела на него с нескрываемым отвращением.

— Ты действительно никогда не устаешь слушать собственный голос, не так ли?

— Я люблю моноложить, не правда ли? Глядишь, скоро начну строить машину погоды в горной крепости, высеченной в форме моей собственной головы.

— Ты также любишь молоть чепуху. Зачем ты здесь, Асано?

— Вы все еще собираетесь аннулировать мое членство?

— Ты знаешь, что нет.

— Столько глаз на вас делает мелкую месть немного сложнее, не так ли?

— Если это все, что тебе нужно, тогда убирайся.

— Есть одна вещь, — сказал Джейсон. — Должно состояться новое слушание об отмене приговора для воровки. Мне нужно знать, что вы не будете пытаться саботировать его снова.

Она сердито посмотрела на него.

— Ты прекрасно знаешь, что я не могу вмешиваться. Не если хочу оставаться в этом кабинете через месяц.

— Вы так говорите, но в прошлый раз я был здесь, чтобы просить о том же самом. Вы сказали, что все пройдет гладко, но я готов поспорить, что у вас был гонец на пути к Лампри еще до того, как я вышел из здания. Я здесь за гарантиями.

— Ты думаешь, что можешь выдвигать требования?

— Я пытался сотрудничать. И, да, я думаю, что могу выдвигать требования.

— Я могла бы раздавить тебя в лепешку, даже не вставая с этого кресла.

— Могли бы? Вы умная женщина, директор. Не настолько умная, как вы думаете, но достаточно, чтобы знать последствия этого. Вы разочаровали своих союзников, в то время как я продолжаю заводить друзей. Я сказал вам, что ваша ошибка была в том, что вам было плевать, кому вредят ваши игры. Убейте меня, и вы не просто потеряете этот кабинет; вы умрете в нем.

Она протянула руку в хватательном движении, ее рефлексы серебряного ранга были слишком быстрыми, чтобы Джейсон мог среагировать. Его аура, проекция души, которая была магическим представлением его личного пространства, была стерта в порошок. Невидимая сила подхватила его, подняв в воздух, пока она сжимала его со всех сторон. Сдавливающая сила причиняла боль всему его телу.

— Ты так уверен в себе, — сказала она. Она все еще полулежала в своем кресле, протянув руку в его сторону.

— Да, — прохрипел он, глядя в ответ с вызовом.

Она сжала еще сильнее, пока его мышцы не стали похожи на кашицу, а кости не оказались на грани перелома. Его голова была готова лопнуть, как прыщ.

Она взмыла вверх, поднявшись со своего места и перелетев через стол, пока они не оказались лицом к лицу. Ее лицо выражало насмешку, в то время как его наливалось фиолетовым цветом.

— Сила превыше всего, — сказала она ему. — Неважно, насколько ты умен или насколько хорошо умеешь манипулировать правилами. Схемы и законы — ничто перед лицом полной и абсолютной силы.

— Тогда делай это, — выдавил он. — Достаточно ли у тебя сил, чтобы справиться с последствиями?

Она разжала сжатую руку, и он рухнул на пол. Она плавно опустилась на пол, глядя на него сверху вниз, пока он задыхался и отплевывался.

— Вон из моего кабинета, — сказала она ему.

Джейсон с трудом принял сидячее положение, затем со стоном встал, глядя ей прямо в глаза.

— Я же сказал, — произнес он. — Я пришел за гарантиями.

Она издала недоверчивый смешок.

— Ты смел для того, кто прячется за силой других.

— Делаешь, что можешь, с тем, что имеешь, — сказал Джейсон. — То, что, как я полагаю, вам очень хорошо известно.

Она усмехнулась.

— Ты сказал «гарантии». Какие гарантии тебе нужны?

— Вы неправильно поняли, — сказал Джейсон. — Когда я сказал, что пришел за гарантиями, это было для того, чтобы дать их, а не получить.

— О чем ты говоришь?

— Если вы не уберете руку с весов во время слушания по отмене приговора, то это предстоящее расследование услышит все от меня.

— Секрет уже раскрыт, Асано. Люди знают историю моей семьи.

— Не об этом, — сказал Джейсон. — Я имею в виду тот факт, что директор Общества искателей приключений приложила немалые усилия, чтобы предотвратить выполнение контракта, который сама же и разместила. Вам повезет, если вы сохраните свое членство после этого, не говоря уже о должности.

— У тебя нет доказательств.

— Вы были небрежны. Слишком полагались на то, что никто не догадается, что вы затеяли. Вы думаете, расследование ничего не найдет, как только они будут знать, где искать? Даже если вы начнете заметать следы, как только я выйду отсюда, сколько тел вам придется убрать? Вы уверены, что сможете убрать их все? Я не думаю, что сможете. Слишком много нитей, и погоня за всеми ними только создаст новые.

Ее рука дернулась вверх, затем снова вниз. Он одарил ее хищной улыбкой.

— Убийство меня только навредит вам, — сказал он. — Вы это знаете, и у вас есть проблемы покрупнее, чем я. Даниэль Геллер еще не привела обратно тех, кто остался от экспедиции, но вы узнаете об этом, когда она это сделает. Я сказал вам, что ваша ошибка была в том, что вы не учитывали сопутствующий ущерб от ваших интриг, и она возложит всех погибших людей на вас. Она когда-то была очень высокого мнения о вас, но она потеряла семью там.

Лицо Ареллы скривилось от нежелания и невыплеснутой ярости.

— Какие у меня гарантии, что ты все равно не сожжешь меня этим расследованием? — спросила она, отрывисто произнося слова.

— В прошлый раз, когда я пришел сюда с просьбой соблюдать правила, я доверился вам и обжегся на этом. В этот раз вы должны довериться мне.

Она выдавила кивок.

— Я прикажу адвокату защищать принципы соглашения об обслуживании с городом, — сказала она, недовольно откусывая слова.

— Это все, что я хотел услышать, — сказал он и немедленно повернулся к двери.

— Асано, — окликнула она, и он остановился, чтобы оглянуться.

— Ты действительно встал бы между Лампри и этой девчонкой, не так ли? — спросила она.

— Это причина, по которой вы меня предали? Вы не думали, что у меня хватит решимости?

Гнев, казалось, смыло с нее, плечи опустились, а лицо внезапно осунулось, несмотря на совершенство серебряного ранга.

— Назови это усвоенным уроком. В ближайшем будущем у меня дела пойдут не очень хорошо, но я снова поднимусь.

— Я не сомневаюсь, — сказал Джейсон.

— Я также не забуду искателя приключений железного ранга, который вошел в мой кабинет, чтобы поставить свою ногу мне на шею, когда я была внизу.

* * * Белинда с беспокойством наблюдала, как Софи расхаживает взад-вперед по террасе. Ее подруга редко показывала свою тревогу, а это означало, что она была на грани.

— Если они действительно готовы отправить нас далеко отсюда, — сказала Софи, — я думаю, мы сделаем это, а затем уберемся подальше от того места, куда нас отправили. Оставим их и весь этот город позади.

Она ускорила шаг, запуская руки в волосы. Обычно она собирала их в хвост, но сегодня они были распущены и выглядели дико.

— Это при условии, что мы можем доверять прохождению через какой-то портал, который они установили, — продолжила она, — чего мы абсолютно не можем. Может быть, лучший вариант — действительно уйти и пробиваться отсюда самостоятельно.

Белинда встала со своего стула, преграждая путь Софи. Та остановилась, глядя вверх, как будто удивляясь, что она вообще здесь. Белинда заключила ее в объятия, Софи в ответ обвила ее руками, цепляясь, как за спасательный круг.

— Ты же знаешь, что мы не можем уйти отсюда как беглянки, — мягко сказала Белинда. — Даже если бы мы выбрались с территории Общества искателей приключений, чего бы не случилось, была причина, по которой мы обратились за защитой к Вентресс, хотя мы просто меняли одного корыстного криминального авторитета на другого. Если мы выйдем в город, для нас все будет хуже, чем тогда.

Белинда отпустила Софи и прошла сквозь невидимую стену в их люкс.

— Я выпью, — сказала она. — И ты тоже.

Просторная главная зона гостевого люкса была единым открытым пространством, но имела зоны, разделенные для отдыха, обеда, кухню и бар. Белинда прихватила пару стаканов и бутылку, принеся их обратно на улицу. Они сели, и Софи сделала первый глоток, не распробовав, прежде чем пригубить второй.

— Ты понимаешь, что эта бутылка стоит больше, чем большинство вещей, которые мы когда-либо крали, — сказала Белинда.

— Мне показалось, мы наполовину опустошили эту бутылку. Ты достала ее из холодильного шкафа?

— Я достала ее из бара. Там есть напольный шкаф и два настенных шкафа с напитками в дополнение к бару, — сказала Белинда. — Как я должна помнить, откуда взялась та или иная бутылка?

— Ты знаешь, что там есть винная комната? — сказала Софи.

— Нет, где она?

— Ты знаешь те парящие штуки, которые поднимают тебя на верхний этаж?

— Ага.

— Если нажать на то золотое пятно рядом с ними на стене дважды, они едут вниз.

— Это место сумасшедшее.

Софи посмотрела на стакан в своей руке, затем на облачный дворец вокруг них.

— Все в этом опыте сумасшедшее, — сказала она.

— Будет трудно отказаться, — сказала Белинда. — Если мы решим так поступить.

Софи нахмурилась.

— Ты думаешь, нам стоит согласиться на план Асано.

— Ты знаешь, я пойду за тобой, что бы ты ни решила, — сказала Белинда.

— У тебя столько же права голоса, сколько и у меня, — настаивала Софи.

— Отлично, — сказала Белинда, вставая. — Я пойду найду Асано, и мы сможем достать тебе несколько эссенций.

— Погоди, — сказала Софи, полувставая со своего места. Белинда одарила ее ухмылкой и снова села.

— Что случилось с «у меня столько же права голоса, сколько у тебя»? — спросила Белинда.

— Столько же, — сказала Софи, бросив на Белинду прямой взгляд. — Не больше.

— Ты же знаешь, я только наполовину шутила, — сказала Белинда. — Даже если мы уберемся так далеко отсюда, что нам не придется иметь дело с Сильвой, Вентресс или Лампри, ты действительно хочешь вернуться отсюда к воровству?

— Мы хороши в воровстве.

— А что, если мы хороши в чем-то другом? Что, если бы нам не пришлось жить по прихоти какого-то садиста-криминального авторитета? Ты же знаешь, куда бы мы ни отправились, всегда найдется Кларисса Вентресс или Коул Сильва. Если мы откажемся от этого шанса, это будет нашей жизнью. Навсегда.

— Мы могли бы заняться чем-то другим, — сказала Софи. — Чем-то законным.

— Например? Открыть магазин?

— Мы могли бы стать взломщиками замков, — сказала Софи. — Это при условии, что даже предложение отправить нас куда-то подальше — реальное. Мы застряли в этой коробке, слыша только то, что они хотят, чтобы мы слышали. Они могут использовать нас для чего угодно.

— Зачем им это? — спросила Белинда. — Посмотри, где мы. Посмотри, кто они. Посмотри, что мы пьем! Что мы можем предложить Бахадиру, чего он не может просто взять? В какой момент такое количество усилий в угоду какой-то сложной уловке становится менее правдоподобным, чем то, что они просто хотят нам помочь? Думаю, мы перешли эту черту. То, что они предлагают, может показаться нам странным, но очевидно, что для них это не так. Они искатели приключений, зарабатывающие деньги искателей приключений.

Софи глубоко вздохнула, обдумывая слова Белинды.

— Мои инстинкты все еще кричат мне бежать, — сказала она. — Чем лучше все кажется, тем хуже будет, когда почва уйдет у нас из-под ног. Ничто не может ранить так сильно, как надежда.

Белинда посмотрела на свою подругу из-под приподнятых бровей.

— Серьезно, Соф? Ничто не ранит так, как надежда? Это то, как ты хочешь прожить свою жизнь?

— Когда наши жизни были другими? У нас обеих были мертвые родители и огромные долги, когда мы были еще детьми.

— Именно поэтому я думаю, что нам стоит рискнуть, — сказала Белинда. — Мы уже рисковали всем на этих сумасшедших работах, и ради чего? Шанса отправиться куда-то еще и иметь другую паршивую жизнь? Я не хочу возвращаться к воровству ради того, чтобы какой-то убийственный маньяк был главным там, где мы окажемся.

Она указала на небесный дворец вокруг них.

— Я хочу большего. Ради этого стоит рискнуть всем.

Софи долго смотрела на свою подругу. Она взяла бутылку, налила себе большую порцию и залпом выпила.

— Ладно, — сказала она наконец.

— Ладно?

— Да.

На лице Белинды расплылась огромная улыбка.

— Софи Уэкслер, искатель приключений.

— Не увлекайся.

— Ты станешь искателем приключений!

— Все это все еще может пойти ужасно не так.

— Это значит, что я тоже стану искателем приключений, рано или поздно.

— Тебе придется заработать умение сражаться, — сказала Софи. Несмотря на все ее усилия, на ее лице проступала улыбка.

— Я умею сражаться, — сказала Белинда.

— Пнуть парня в пах, а потом убежать — это не сражаться.

— Это довело меня до этого момента.

Увидимся в суде

Увидимся в суде

Элспет Арелла находилась в семейном доме, в котором проводила очень мало времени, даже будучи ребенком. Воспитанная матерью в тайне, теперь, когда тайна наконец была раскрыта, она была вольна приходить и уходить, когда ей заблагорассудится. Те драгоценные, тайные визиты к отцу, Доргану, остались в прошлом; теперь она могла запросто заглянуть, чтобы выпить чаю в одном из его внутренних дворов, когда пожелает.

— Твоя ошибка была в потребности чувствовать контроль, — сказал ей Дорган. — У тебя был выбор между тем, чтобы позволить Асано принять на себя основной удар гнева Лампри, или заключить сделку с самим Лампри.

— Я не думала, что Асано сможет противостоять Лампри.

— Мальчик высокомерен и безрассуден, — сказал Дорган. — Он бы противостоял Лампри. Вероятно, не успешно, но это не имело бы значения. Если бы Лампри прижал мальчишку, это дало бы тебе все рычаги влияния, которые тебе были нужны. Ты не выбрала этот путь, потому что он казался пассивным. Ты хотела, чтобы события двигались твоей рукой, поэтому проявила инициативу и пошла к Лампри.

— Это казалось правильным, — сказала Арелла.

— Наши чувства не всегда самый мудрый советчик. Даже если бы все прошло хорошо, прямая сделка с Лампри не дала бы тебе ничего, чего ты не могла бы получить, просто подождав. Все, что она принесла тебе, — это риск, последствия которого ты впоследствии понесла. Теперь, с печальной судьбой экспедиции, ты осталась критически уязвимой.

Она кивнула.

— Я была нетерпелива, — сказала она. — Что мне делать дальше?

— Пока что ты должна быть безупречна, — сказал он ей. — Каждое правило, каждое условие. Сейчас не время настаивать на новых целях. Расследование либо отстранит тебя, либо нет. Только когда решение будет принято, мы узнаем путь вперед.

— Если они отстранят меня, все, что мы сделали, будет напрасно.

— Не все, — сказал он. — Наша связь теперь открыта, и хотя она может не одобряться, ее терпят. Если нам придется начинать сначала, мы начнем. Кто не любит историю искупления?

— Я очень хочу раздавить Асано под своей пяткой, — сказала она. — Если бы он не поймал воровку…

— Если бы он не поймал, тебе все равно было бы пора организовать ее поимку. Ты уже слишком долго позволяла этому затягиваться. Асано был идеальным инструментом, чтобы уколоть Лампри, и твоя ошибка была в том, что ты не использовала его должным образом.

— Он ворвался в мой кабинет, чтобы потребовать, чтобы я помогла ему с его чертовой повесткой. Дважды!

— Не совершай ошибку Лампри и не зацикливайся на ком-то, кто не важен для твоих конечных целей. Если ты действительно должна что-то сделать с Асано, будь терпелива. После того как расследование закончится, мы сможем действовать, но на осторожном расстоянии. Если мы будем действовать ловко, то, как только он умрет, месть его друзей падет на тех, чье устранение будет нам выгодно.

— Как нам это сделать? — спросила она.

— Люциан Лампри и Коул Сильва — родственные души. Когда придет время, мы сможем помочь им наладить связь.

— А как насчет сделок Лампри с Клариссой Вентресс? Она и Сильва ненавидят друг друга.

— Вентресс не выполнила то, что обещала Лампри месяцы назад. К тому времени, когда мы решим действовать, я буду поражен, если она все еще будет жива.

* * * Руфус и Гэри, друзья-искатели приключений Джейсона, были крайне мотивированы выяснить, кто стоит за неожиданным врагом, с которым столкнулась экспедиция. Их спутница, Фарра, погибла неотомщенной. Различная магическая атрибутика, обнаруженная там, прибудет только после того, как экспедиция вернется по суше, но Руфуса нельзя было уговорить ждать. Он втянул Гэри в прочесывание записей Магического общества и библиотеки храма Знания в поисках любого упоминания о причудливых врагах, с которыми они столкнулись в астральном пространстве. Впервые за несколько дней их друзья увидели их, когда они прибыли в здание суда, демонстрируя свою солидарность с Джейсоном.

Белинда оставалась в облачном дворце ради безопасности, пока Джейсон вел Софи в суд на слушание по отмене приговора. Пока ее дело не было вызвано, она должна была оставаться в тюрьме при суде в подвале в ожидании слушания. Джейсон взял с собой Гэри; он остался наблюдать на случай каких-либо схем в последнюю минуту, пока Софи была заперта и изолирована. Когда Джейсон уходил, один из охранников остановил его. Охранник бросил неуверенный взгляд в сторону Гэри, который прислонился к стене у камеры Софи.

— Он не может здесь оставаться, — сказал охранник.

Джейсон посмотрел на возвышающегося человека-льва Гэри, затем обратно на охранника.

— Лучше иди скажи ему это сам, потому что, будь я проклят, если я буду это делать.

Оставив озадаченного охранника позади, Джейсон поднялся наверх. На первом этаже, прямо у входа в зал суда, он заметил Винсента и Руфуса, разговаривающих с кем-то. Винсент заметил Джейсона в свою очередь и поманил его.

— Это Руперт Клайн, — сказал Винсент. Руперт был опрятным мужчиной лет тридцати с аурой железного ранга. — Именно он предупредил нас об Арелле и Лампри.

Джейсон пожал руку Руперту.

— Спасибо за это, — сказал он. — Вы уберегли пару молодых женщин от неприятной участи.

— Мы же Общество искателей приключений, верно? — спросил Руперт. — Стоять между людьми и всякой дрянью — это то, для чего мы существуем.

Джейсон одарил его ухмылкой.

— Да, существуем, — счастливо сказал он. — Приятно встретить коллегу-идеалиста.

Винсент и Руфус обменялись скептическими взглядами, что Джейсон заметил.

— Что? — спросил он их.

— Просто странно видеть, как ты встречаешь кого-то и ведешь себя как нормальный человек, — сказал Винсент.

— Это обидно, — сказал Джейсон.

— Я слышал о том, через что ты заставил пройти Клайва, когда впервые встретил его.

— Джори сказал мне так сделать. Клайв думал, что я подделываю монеты духа или что-то в этом роде.

— Он так думал?

— Ага. Никогда больше к этому не возвращались после того, как я сказал ему, что я иномирец.

— Что такое иномирец? — спросил Руперт.

Они болтали, пока разбирательство не должно было начаться. Руперту нужно было идти внутрь, а Джейсон, Винсент и Руфус поднялись наверх на смотровую галерею. Они заняли места в ожидании начала процесса. Знания Джейсона о залах суда были почерпнуты в основном из телевизора. Суд Гринстоуна был меньше похож на американскую юридическую процедуру и больше на британскую костюмированную драму. Галерея была мезонином, выходящим в зал суда.

Пока они ждали, в галерею прибыл мужчина с аурой серебряного ранга. Несмотря на то, что он был эльфом, мышцы бугрились под его дорогой одеждой. Он носил значок Магического общества, более вычурный, чем обычный, и тисненый странным металлом, который переливался радужными цветами. Мужчина остановился по пути к сиденью, повернувшись, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Ты Асано, — сказал он.

— Ага. Должно быть, ты… на самом деле, я понятия не имею, кто ты, — сказал Джейсон.

— Я Люциан Лампри.

— Не припоминаю. Вижу, ты в Магическом обществе. Ты один из тех парней, которые работают в будке, идентифицируя магические предметы?

— Что? В будке?

— Еще не слышал об этом? Ты, наверное, новенький, так что это нормально. Тебе стоит убедиться, что ты узнал обо всех услугах, которые предлагает Магическое общество. Не хотелось бы быть уволенным.

— Я директор Магического общества.

— Ты Пошар Финн? Я думал, ты будешь худее.

— Пошар Финн — мой заместитель. Я Люциан Лампри.

— Все равно не припоминаю. Ты уверен?

Лампри открыл рот, чтобы ответить, когда увидел, что Винсент и Руфус сдерживают смех. Лампри подошел ближе, нависая над все еще сидящим Джейсоном.

— Тебе следовало бы знать, что не стоит насмехаться надо мной, — предупредил Лампри.

Джейсон запрокинул голову, чтобы посмотреть на лицо Лампри.

— Друг, ты вряд ли в том положении, чтобы указывать, что другие делают не так. Использовать власть своей должности, чтобы принуждать женщин спать с тобой? Это настолько низко, насколько это вообще возможно. Это вообще необходимо? Ты супер накачанный; держу пари, есть много людей, которые на это откликнутся. Это дефицит обаяния? Просто держи рот на замке, регулярно мойся и делай вид «сильный, но молчаливый». У тебя будут желающие.

Зловещая улыбка пересекла лицо Лампри.

— Ты всегда должен был заплатить за это, Асано. За твою насмешку я позабочусь о том, чтобы ты платил медленно.

— Как в рассрочку? Ты кажешься парнем, который кинет меня на проценты. Я лучше заплачу за то, что поступил правильно, чем прогнусь и позволю кому-то вроде тебя делать все, что ему вздумается.

— Настанет день, когда я напомню тебе эти слова. Посмотрим, что ты скажешь тогда.

— Вероятно, что-то о загрузке углеводами. Сколько ты жмешь от груди?

Лампри покачал головой, глядя на Джейсона, как на сумасшедшего, прежде чем уйти, чтобы занять место на другом конце галереи.

— Зачем ты так его провоцируешь? — спросил Винсент.

— Он все равно шел за мной; он сам это сказал. Я предпочитаю, чтобы он делал что-то в гневе, а не что-то умное.

— Ты играешь в опасные игры, Джейсон, — предупредил Руфус. — Когда-нибудь ты за это заплатишь.

— Я знаю.

Софи привели из подвальных камер и поместили в камеру для заключенных, где она должна была стоять на протяжении всего разбирательства. Джейсон понял, что никогда толком не присматривался к ней. Они встречались мельком при нормальных обстоятельствах, месяцы назад, но большинство их встреч происходило, когда она была загнана в угол, окровавлена и грязная.

Он видел ее достаточно часто, чтобы знать, что она предпочитает простую одежду, более облегающую и практичную, чем обычная мода. Сегодня было не иначе, она была в белом, что привлекательно подчеркивало ее темную кожу. Ее наряд демонстрировал телосложение атлета, стройное и сильное.

Физически она была воплощением контрастов. Ее серебристые волосы были собраны в простой хвост, ярко выделяясь на фоне ее шоколадной кожи. Ее черты лица были тонкими для такой грубой женщины; вместо того чтобы делать ее хрупкой, они придавали ей остроту. Обещание опасности в ее серебряных глазах, которые перемещались по комнате, впитывая все вокруг. Он заметил, как ее взгляд задержался на выходах.

Когда она оглядела комнату, она встретилась взглядом с Джейсоном и удержала его, ее выражение лица было вызовом. Она была окружена силой, ее судьба была в руках незнакомцев, и все же она стояла прямо, гордая и бесстрашная. Джейсон понял в тот момент, почему такие люди, как Лампри и Коул Сильва, испытывали такую потребность обладать ею или уничтожить ее.

— Знаешь, Руфус, — сказал Джейсон. — Думаю, она может быть красивее тебя.

— Она нет, — сказал Винсент.

— Спасибо, — сказал Руфус, пока Джейсон усмехался.

Слушание прошло быстро; реальное принятие решений уже произошло за закрытыми дверями. Адвокат Общества искателей приключений, Руперт Клайн, подтвердил право Общества искателей приключений заявить права на ее обязательство через члена Общества искателей приключений, который ее поймал, и магистрат согласился без возражений. Лампри, по-видимому, сдался, осознав, что это бесполезно.

Вскоре после этого Джейсон, Гэри, Руфус и Винсент покидали здание суда вместе с Софи. На ее запястье был серебряный браслет слежения, но в остальном она была свободна.

— Нам пора идти, — сказал Руфус Гэри. — Мы достаточно долго отсутствовали в нашем расследовании. Нам нужно найти, кем были эти люди, которые убили Фарру.

Гэри бросил на Джейсона взгляд.

— На самом деле, — сказал Джейсон, — я надеялся, что вы сможете помочь мне кое с чем. Я хочу, чтобы Софи попала в следующий набор в Общество искателей приключений. Мне нужен ваш опыт, чтобы подготовить ее.

— У меня уже есть дела, — сказал Руфус.

— Руфус, у тебя недостаточно информации. Подожди, пока экспедиция вернется со всем, что они собрали. Клайв — их специалист по астральной магии, и он расскажет нам, что найдет. Это значит, что ты будешь знать, где искать, вместо того чтобы спотыкаться вслепую. Когда придет время действовать, ты будешь отдохнувшим и готовым.

На лице Руфуса появилось выражение нежелания, но Джейсон опередил его.

— Что бы сказала тебе Фарра? — спросил его Джейсон. — Сказала бы она тебе работать усердно или работать с умом? Делай то, в чем ты хорош сейчас, и делай следующее, когда оно будет готово к выполнению.

Руфус выглядел недовольным, но кивнул.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Софи, тебя ждет сюрприз. Он неохотно рассказывает людям, но семья Руфуса на самом деле управляет школой для искателей приключений…

Остальные посмотрели на Джейсона, когда он замолчал.

* Контакт [Фиби Геллер] вошел в зону связи.

— Что это? — спросил Гэри.

* Контакт [Рик Геллер] вошел в зону связи. * Контакт [Ханна Адиа] вошел в зону связи. * Контакт [Клэр Адиа] вошел в зону связи. * Контакт [Талия Мерсер] вошел в зону связи. * Контакт [Даниэль Геллер] вошел в зону связи. * Контакт [Кассандра Мерсер] вошел в зону связи. * Контакт [Хамфри Геллер] вошел в зону связи.

— Экспедиция, — сказал Джейсон. — Они вернулись.

Шестимесячный контракт

Шестимесячный контракт

Возвращение экспедиции в Гринстоун было смесью приветствия, облегчения, сочувствия и утраты. Руфус и Гэри окунулись в хаос, в то время как Винсент направился к административному зданию и огромному количеству работы, которая вот-вот должна была на него свалиться. Не имея ничего другого делать, Софи поплелась за Джейсоном на плац кампуса Общества искателей приключений.

Они нашли Геллеров, Руфуса и Гэри, направляющихся поговорить с Даниэль. С их прибытием на плац ее работа в качестве лидера экспедиции наконец была закончена. Напряжение было заметно, даже сквозь жизненную силу ее серебряного ранга. Когда Руфус и Гэри поприветствовали ее, Джейсон отыскал Геллеров железного ранга. Он встретил своего друга, выглядевшего уставшим Хамфри, с широкой улыбкой и теплым рукопожатием.

— С возвращением домой, приятель; рад, что вы выбрались. Из того, что я слышал, там было все на грани. Прости, что меня не было рядом, чтобы помочь.

— Я — нет, — сказал Хамфри. — Я рад, что тебе не пришлось через это пройти. Жизнь и смерть разделяло не намного больше, чем удача. Все потеряли людей, и мы не исключение.

Джейсон знал многих Геллеров железного ранга в лицо, и некоторых знакомых лиц не хватало. Тот, кого он знал лучше всех, был Генри Геллер, с которым он сражался в их теперь печально известной стычке в миражной камере.

Рик Геллер подошел и пожал Джейсону руку.

— Я хочу поблагодарить тебя, — сказал он. — То, что ты сделал с нами в миражной камере… мы были лучше подготовлены к тому, когда все пошло по-настоящему не так. Мы жили с мыслью о потере людей и все равно двигались вперед. По-настоящему было хуже, намного хуже. Но мы держались вместе, даже после потери людей. Ты помог нам быть готовыми к этому.

Клэр Адиа была одной из двух сестер-эльфиек в команде Рика. Из всех них она больше всего возмущалась действиями Джейсона в их учебном бою. Она подошла к Рику и предложила Джейсону свою руку, и он пожал ее.

— Рик прав, — сказала она. — Мне не нравилось то, что ты сделал тогда, но это было ничто по сравнению с реальностью.

— Я хотел бы сказать, что это было моим намерением, — сказал Джейсон. — Честно говоря, однако, я просто искал способ победить.

— Неважно, почему, — сказал Рик. — Ты помог нам остаться в живых, когда иначе мы могли бы не выжить.

— Нет, это ваша заслуга, — сказал Джейсон. — Вы вывели оттуда столько людей, сколько смогли, когда умирали гораздо более сильные искатели приключений.

Рик кивнул.

— Мы слышали о твоей подруге, — сказал он. — Тебе стоит оглянуться вокруг прямо сейчас. Многих из этих людей не было бы здесь, если бы она не выиграла им время, чтобы выжить.

Джейсон огляделся, видя лица незнакомцев.

— Я бы обменял их всех, чтобы вернуть ее, — сказал он. — Это делает меня плохим человеком?

— Это делает тебя человеком, который лжет самому себе, — голос раздался позади него. Он обернулся, и Кассандра заключила его в объятия.

— Если бы у тебя действительно был выбор, — прошептала она ему на ухо, — ты бы позволил ей спасти этих людей.

— Это не так ощущается, — прошептал он в ответ.

Они отстранились, их руки были сцеплены между собой.

— Как твоя семья выбралась? — спросил он. — Как твой брат?

— Мы потеряли людей, но не так много, как некоторые. Тадвик очнулся по пути обратно. Он… другой.

— Столь близкое столкновение со смертью может изменить тебя, — сказал Джейсон.

Она кивнула.

— Как будто он наконец увидел, насколько пуста вся та чепуха, которую он выстроил вокруг себя. Насколько все вещи, о которых он заботился, были просто бесполезным хвастовством перед лицом реальной силы. Думаю, в конечном итоге это пойдет ему на пользу.

— Нам следует взять все хорошее, что можно, из всей этой неразберихи, — сказал Джейсон.

— У меня есть один вопрос, — сказала Кассандра со сладкой, усталой улыбкой.

— Какой?

— Почему эта очень привлекательная молодая женщина пялится на нас?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — невинно сказал Джейсон, не сводя с нее глаз.

— Нет? — спросила Кассандра, поворачивая голову, чтобы рассмотреть Софи. — Ты не заметил чрезвычайно красивую женщину с серебряными волосами и браслетом слежения.

— А, она.

— Да, она.

— Она новенькая.

— Да, полагаю, я бы заметила ее раньше. Она выделяется, не так ли?

— Тебе не нужно беспокоиться о ней.

— Разве?

— Совсем нет. Это просто моя юная рабыня.

— ЧТО? — воскликнули Софи и Кассандра одновременно, на фоне дикого хохота Джейсона, когда толпа людей начала перебивать друг друга.

— Я не рабыня!

— Тебе придется серьезно объясниться, Асано!

— Джейсон, думаю, ты теперь мой герой.

— То, что есть у меня, нельзя преподать, Рик.

— Только попробуй обращаться со мной как с рабыней, я утоплю тебя в твоем собственном…

— ЭЙ!

Громоподобный голос Руфуса прорезал шум, когда он подошел.

— Что здесь происходит? — спросил он. — Джейсон, что ты натворил?

— Почему ты предполагаешь, что это был я?

— Это был ты?

— Ну, да, но где же вера?

— О чем ты думал, вызывая переполох здесь?

— Я подумал, что людям не помешало бы немного нормальности, — сказал Джейсон. — Что может быть нормальнее, чем две женщины, сражающиеся за сексуального мужчину?

— Можешь оставить его себе, — сказала Кассандра Софи.

— Не нужен он мне; можешь оставить его себе.

— Это обидно, — сказал Джейсон, глядя на обеих.

— Джейсон, сейчас не время для твоей чепухи, — сказал Руфус.

— Руфус, это как раз самое время. Будут дни и дни скорби по погибшим. Эти люди только что вернулись домой в безопасности, и им нужно всего несколько моментов, чтобы отпраздновать выживание. Немного смеха, немного радости. Этого будет не так много в ближайшее время.

— Я совсем с тобой не согласен, — сказал Руфус, затем вздохнул и одарил его грустной улыбкой.

— Фарра бы согласилась, — сказал он. — Только будь уважителен к людям.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. Он одарил Руфуса редкой, искренней улыбкой, далекой от его обычных, когда он выглядел так, будто что-то замышляет. Он повернулся к Кассандре.

— Тебе нужно домой, или у тебя есть время для галантного кавалера?

— О, тебе придется ответить на несколько вопросов, — сказала она. — Ты будешь отвечать на них прямо сейчас.

— Я открытая книга, — сказал Джейсон. — Пойдем, рабыня.

— Я не твоя рабыня!

— Она в аренде, — сказал Джейсон, когда они начали выбираться из оживленного плаца. — Шестимесячный контракт.

— Ты не арендовал меня!

— У меня есть квитанция.

— Это контракт об обязательствах подопечной.

— Почему у тебя вообще есть подопечная? — спросила Кассандра.

— Ну, ты же знаешь, как ты сказала, что я должен поймать ту воровку?

Кассандра посмотрела на Софи.

— Это была ты?

— Была, — несчастно сказала Софи.

— Честно говоря, я удивлена, что он поймал тебя.

— Это его друг придумал, как устроить нам засаду.

— Это была командная работа, — сказал Джейсон. — А так как я был лидером команды, заслуга в основном моя.

— Какая команда? — спросила Софи. — Вас было всего двое.

— Старший партнер, тогда.

— Стендиш знает, что ты был старшим партнером?

— Думаю, он это интуитивно понял, — сказал Джейсон.

— Думаю, ты несешь чушь, — сказала Софи.

— Она мне нравится, — сказала Кассандра. — Но как она оказалась в обязательстве перед тобой?

— А, — сказал Джейсон. — Это история о порочных криминальных авторитетах, сомнительных политиках и красивом искателе приключений, великодушном душой…

Рик Геллер наблюдал, как Джейсон расхаживает, бесстыдно хвастаясь перед двумя красивыми женщинами.

— Я хочу быть таким же, как он, — сказал он с тоской, после чего получил сильный удар по руке. Он вскрикнул, обернувшись и увидев, что это Клэр ударила его.

— За что это?

* * * — Этот человек приводит в бешенство, — сказала Софи. Она была обратно в своем общем люксе с Белиндой. Они стояли у перил террасы, наслаждаясь прохладным океанским бризом.

— Почему? — спросила Белинда.

— Он постоянно называет меня рабыней.

— Он обращается с тобой как с рабыней?

— Не в этом дело.

— На самом деле именно в этом, — сказала Белинда.

— Он назвал меня юной рабыней.

Белинда расхохоталась.

— Это не смешно!

— Ты жалуешься на то, что тебя называют рабыней, живя как принцесса, в комплекте с заколдованным замком.

— Да, ну… ты не знаешь, что он задумал.

— Ты права, — сказала Белинда. — Он не хотел, чтобы ты была рядом после слушания по обязательствам?

— Он там в коридоре со своей высокородной любовницей. Я не собираюсь оставаться ради этого, каковы бы ни были условия обязательства.

— У него есть подружка? Какая она?

— Она Мерсер. Главная семья, а не одна из ветвей. Несносно хорошо выглядит.

Белинда застонала.

— Я знаю, каково иметь дело с хорошенькими, — пожаловалась она.

— Она кажется нормальной. Погоди, это было направлено на меня?

— Имеет смысл, что она большая шишка, — сказала Белинда, игнорируя вопрос Софи. — Посмотри, в какой компании вращается Асано.

— Какое у него прошлое? — спросила Софи. — Что тебе удалось вытянуть из Стендиша?

— Предложение о работе, на самом деле. Клайв попросил меня прийти поработать с ним. При условии, что вся эта политическая чепуха утрясется.

— Что он хочет, чтобы ты делала?

— Быть научным ассистентом, что, я почти уверена, означает заботу обо всех мирских вещах, на которые у него нет времени. Он ожидает, что скоро будет очень занят.

— Ты уверена, что он не ищет чего-то более интимного?

— У него был роман с той подругой Асано, которая умерла. Он не очень хорошо это скрывает, просто бросаясь в работу.

— Ты собираешься принять предложение?

— Конечно. В Магическом обществе я смогу узнать больше об этом парне Лампри. Асано может думать, что он со всем справился, но я сомневаюсь, что мы слышали конец этого.

— Что ты получила от Стендиша об Асано?

— По словам Клайва, — сказала Белинда, — Джейсон даже не из этого мира.

— Что это значит?

— Ну, ты знаешь мир? — спросила Белинда.

— Конечно, я знаю мир, — сказала Софи. — Это большая круглая штука. Мы стоим на ней.

— На самом деле, мы стоим на облачном дворце.

— А облачный дворец сидит на мире. По твоей логике, ты не стоишь на земле, если носишь обувь.

— Это на самом деле хороший аргумент, — признала Белинда, нахмурившись.

— Тебе не нужно звучать удивленной, — сказала Софи.

— Прости, — сказала Белинда. — О чем мы говорили? Точно, мир. В целом, ты думаешь о мире как обо всем, верно?

— Но ты говоришь, что это не так.

— Именно это я и говорю. Асано пришел из целого другого мира, который, по-видимому, существует там.

— Целый другой мир, — задумчиво произнесла Софи.

— Да, — сказала Белинда. — Э-э, но нет.

— Что?

— Ну, это другой мир. За исключением того, что это тот же самый мир. Но другой. Это сложно.

— Я могу сказать по тому факту, что единственная часть этого, которую я смогла понять, была та, что остальное сложно. Ты сказала, что он пришел из другого мира.

— Да.

— Но потом ты сказала, что этот другой мир — тот же самый мир.

— Нет. За исключением того, что да. Они — разные версии одного и того же мира. Как когда мы помогали Донзо с рэкетом фальшивых монет духа.

— Не могу поверить, что позволила тебе уговорить меня на это. Ты хочешь сказать, что Асано пришел из фальшивого мира?

— Нет, оба мира реальны.

— Тогда это не очень хорошее сравнение.

Белинда сердито посмотрела на Софи.

— Может, если бы ты когда-нибудь прочитала книгу, в которой три страницы не было фразы «блестящие бедра», мне не пришлось бы так упрощать.

— О, так я должна была читать всю ту скучную чепуху, которую ты собираешь, на случай, если я когда-нибудь стану юной рабыней какого-то парня из мира, сбитого с толку каким-то божественным эквивалентом Донзо, делающего фальшивые деньги в своей ванне?

— Именно, — сказала Белинда.

Они посмотрели друг на друга и обе разразились смехом. Они забрели в зону отдыха и вместе рухнули на диван.

— Как это стало нашей жизнью? — спросила Белинда, откидываясь на мягкую, облачную мебель. — Как будто все становилось все хуже и хуже, пока не стало настолько плохо, что все обернулось удивительным, и теперь мы каким-то образом живем в магическом дворце.

— Это только временно. Нам нужно быть готовыми к тому, что будет дальше.

— Дальше — ты получишь удивительные магические силы, — сказала Белинда. — Ты же знаешь, я виню тебя во всем этом.

— Как это моя вина? К тому же, ты только что сказала, что это удивительно.

— Если бы ты сбрила все эти блестящие серебряные волосы, за тобой, возможно, не бегали бы жуткие парни.

— Ты хочешь, чтобы я бегала лысой?

— Ты могла бы носить парик, чтобы прикрыть это, — сказала Белинда. — Правда, он должен быть уродливым, иначе это лишило бы смысла. Лысой было бы лучше, если подумать.

— Я сделаю это, если ты сделаешь, — сказала Софи.

— И отказаться от этих натуральных кудрей? Нет, спасибо.

Раздался звонок в комнате, и Белинда встала, чтобы нажать на золотое пятно на стене, которое сделало дверь полупрозрачной. По ту сторону был Джейсон.

— Если хотите, пойдемте со мной, дамы.

— Что случилось с твоей подружкой? — спросила Белинда.

— Она только что вернулась из экспедиции, и у нее свои обязанности. Наше воссоединение было коротким, но сладким.

— Проблемы с выносливостью? — спросила Софи, подходя за спину Белинды.

— С моей выносливостью все в порядке, — защищаясь, сказал Джейсон.

— Конечно, — сказала Софи.

— Я вполне вирилен, спасибо большое.

— Куда именно ты хочешь нас отвести? — спросила Белинда.

— Я собрал группу опытных искателей приключений для совета и каталог товаров, которые доступны — и доступны по цене — у брокеров в торговом зале. Пришло время твоей подруге выбрать свои эссенции.

Преимущества пользователя эссенций

Преимущества пользователя эссенций

Джейсон привел двух воровок в комнату для совещаний, которая была маленькой только по меркам облачного дворца. У нее была стена, открытая к одной из вездесущих террас и ее видам на океан, облачный дворец все еще парил недалеко от острова Гринстоун. Трое искателей приключений из его группы были с одной стороны стола, Джейсон и две женщины заняли места с другой.

Джейсон представил Софи и Белинду своей группе опытных искателей приключений. В нее входили Эмир и Клайв, которых они знали, плюс лысый темнокожий мужчина, которого они не знали. Незнакомец был красив, с гибкими мышцами и держался с видом прямолинейной компетентности. Даже просто сидя за столом, Софи считывала тонкие сигналы, которые говорили ей, что он будет опасен, если потребуется.

Уверенное чувство способности, которое он излучал, было полной противоположностью тому, что она считывала от Асано. В своих встречах с ним Джейсон попеременно казался случайным, опасным, дружелюбным, манипулятивным, уязвимым, контролирующим и шутовским. Она понятия не имела, что из того, что она видела, было подлинным, если вообще что-то было.

— Вы знаете Эмира и, конечно, Клайва, — сказал Джейсон. — Эмир — самый опытный искатель приключений в городе, а Клайв работает на Магическое общество. Он потратил немало времени на каталогизацию способностей эссенций, включая мои.

— Кстати о чем, — сказал Клайв, — я действительно хотел бы услышать больше об этой способности казни у тебя…

— Не тема дня, Клайв, — сказал Джейсон, жестом приказывая ему остановиться, прежде чем он станет слишком увлеченным. — Последний член нашей импровизированной группы советников — Руфус Ремор.

— Тот, кто научил тебя сражаться, — сказала Софи, бросив на Руфуса второй взгляд.

— Кто-то внимателен, — сказал Джейсон. — Руфус из престижной академии, поэтому он знает довольно много о подборе людей к эссенциям. Руфус, это Софи Уэкслер и Белинда Каллахан.

Руфус кивнул в знак приветствия.

— Можете ли вы трое объяснить мне, почему это происходит? — спросила Софи. Белинда сползла вперед.

— Серьезно, Соф?

— Я все еще не понимаю, почему Асано делает все это, — сказала Софи. — Зачем беспокоиться ради людей, которых он едва знает?

— Ты знаешь его дольше всех, Руфус, — сказал Эмир. — Должен признаться, что разделяю любопытство этой юной леди.

Все взгляды обратились к Руфусу, который обдумывал ответ.

— В день, когда я встретил Джейсона, — сказал он, — мы все оказались в обстоятельствах, которые я могу описать только как ужасные. Это было особенно верно для него, который понятия не имел, что происходит и почему. Как вы, несомненно, узнаете сами, Джейсон может быть весьма находчивым, когда это важнее всего, и ему удалось освободиться от наших похитителей. Он выбрался из своей клетки и имел свободный путь к свободе.

— Он преувеличивает, — сказал Джейсон. — Меня бы легко поймали.

— Так он говорит, — парировал Руфус.

— Вы сказали «клетка»? — спросила Белинда.

— Да, — сказал Руфус. — Моя команда и я были в весьма прискорбных обстоятельствах, за исключением одного: мы встретили Джейсона. Он не воспользовался этим путем к свободе. Вместо того чтобы сбежать, он вернулся в жертвенную камеру кровавого культа. Он был в меньшинстве и проигрывал, но вошел прямо туда. Он сделал это, чтобы спасти трех незнакомцев, что является единственной причиной, по которой я жив, чтобы рассказать вам эту историю.

— Они были нужны мне, чтобы выбраться, — сказал Джейсон. — Если бы я не вытащил их, я бы погиб от рук культистов или в пустыне. Руфусу просто нравится списывать это на альтруизм.

— Да, нравится, — сказал Руфус.

— Ты действительно ожидаешь, что мы поверим, что он делает это по доброте душевной? — спросила Софи.

— Можете верить во что хотите, — сказал Руфус. — Вы все еще можете просто уйти.

— Нет, — сказала Белинда, одарив остальных натянутой улыбкой. — Она собирается плотно сжать губы, прежде чем отговорит нас от лучшей возможности, которая у нас когда-либо была.

— Ее осторожность оправдана, — сказал Эмир. — За все мое время в качестве искателя приключений я никогда не сталкивался с подобной ситуацией. Я бы тоже был подозрителен.

— Что будет, дамы? — спросил Джейсон. — Если хотите уйти, я не буду вас останавливать. Ваше обязательство не нарушено, если я не скажу обратного, чего я не сделаю. Мы все еще можем отправить вас через портал в пункт назначения по вашему выбору.

— Нет, — сказала Белинда, положив руку на руку Софи. — Мы решили принять твое предложение.

Софи несчастно взглянула на Белинду, затем неохотно кивнула Джейсону.

— Ладно, — Джейсон достал два листа бумаги из своего инвентаря. — Этот первый лист — список всех эссенций, которые доступны и которые я могу себе позволить. Второй список — камни пробуждения с теми же условиями, хотя* если* я вообще смогу позволить себе их, будет зависеть от того, какие эссенции мы выберем.

— Ты не кажешься стесненным в деньгах, — сказала Софи, переводя взгляд на облачный дворец вокруг них.

— Это место мое, — сказал Эмир. — Планы Джейсона относительно вас — его, как и стоимость их осуществления.

— Вы обременены самым бедным искателем приключений в облачном дворце. Это не жалоба, заметьте. У меня гораздо больше денег, чем у большинства; просто я вожусь с высокопоставленной компанией.

— За исключением нас, — сказала Белинда.

— Дайте время, — сказал Джейсон с ободряющей улыбкой.

Он взял первый список, и они начали просматривать эссенции. Часы проходили, пока они обсуждали ценность различных комбинаций, что они предлагали и что требовалось от их пользователя. У Софи уже была эссенция скорости, вместе с единственной способностью, которая пробудилась, когда она ее приобрела. Она так и не получила вторую способность за более чем полдюжины лет с тех пор. Этого было более чем достаточно, чтобы поднять ту одну способность до бронзового ранга, даже без обучения или ядер монстров.

Им нужно было выбрать еще две эссенции для Софи, чтобы завершить комбинацию. Эмир предложил свое понимание, видя многие эссенции в действии. У Клайва был планшет с полным списком зарегистрированных способностей из Магического общества и годы каталогизации таких способностей. Он был лучше всех подготовлен, чтобы описать, какие способности каждая комбинация, вероятно, пробудит. Руфус видел многих людей в академии своей семьи, обучающихся использованию своих способностей, и понимал навыки и обучение, необходимые для того, чтобы получить максимум от различных наборов сил.

— Эссенция баланса требует высокого уровня навыков, — сказал Руфус.

— И под навыком он имеет в виду не просто быстрые руки или боевую технику, — сказал Эмир. — Многие способности, основанные на навыках, требуют их, но дело не всегда в рефлексах и мышечной памяти.

— Тайминг, суждение и способность предвидеть — вот ключ, — сказал Руфус. — Когда Джейсон преследовал вас, вы сбежали, но проснулись и обнаружили его, ожидающего вас. Вы думаете, это была случайность? Он отправил вас туда, где, как он знал, сможет вас найти. Это тот тип навыка, который делает великих искателей приключений.

— Спасибо, — бодро сказал Джейсон.

— Потенциально великих, — поправил Руфус. — Очень, очень в конечном итоге.

— Это менее приятно, но я приму это.

— Разница между простыми способностями и способностями навыков — их эффективность при использовании неэкспертом, — объяснил Руфус. — Простые способности легки в использовании и широко эффективны, даже с неэкспертным пользователем. Молния, которая отслеживает врагов, не так уж сложна, чтобы сделать ее правильно. Способности навыков проваливаются, если их не использовать правильно. Но используйте их правильным образом, в правильный момент, и они могут перевернуть ход боя с ног на голову.

— Эссенция скорости и баланса — интересное сочетание эссенций, — сказал Эмир. — У Даниэль Геллер есть эти эссенции, и она знает, как ими хорошо пользоваться. Конечно, вы не сможете сравниться с ее эссенцией измерения. Даже* ее* семье повезло заполучить это.

— У меня тоже есть эссенция баланса, — сказал Клайв. — Мои способности очень ориентированы на заклинания и требуют больше предвидения и тайминга, чем ловкости или боевых способностей. Как целестин, вы можете ожидать, что большинство ваших способностей будут вспомогательного типа, а не заклинаниями или специальными атаками.

— Какого рода вспомогательные? — спросила Белинда.

— Как и во всем остальном, — сказал Клайв, — это зависит от эссенции и используемого камня пробуждения. С эссенцией скорости, которая у вас уже есть, мисс Уэкслер, вы можете ожидать способности передвижения и эффекты, зависящие от мобильности. Эссенция баланса сложнее для предсказания. Мои силы, например, касаются баланса риска и награды, а не изящества. Леди Геллер, с другой стороны, требует изящества, наряду с суждением и таймингом. Награда за все это испытание — способности, которые могут перевернуть ход боя в одно мгновение.

— Вы хотите сказать, что способности навыков лучше, если у вас есть навыки, — сказала Софи, — а простые способности лучше, если вы никчемны во всем.

— Это не совсем так, — сказал Эмир. — Простые способности более полезны в большем количестве ситуаций. В большинстве обстоятельств лучшее решение — простое. Если вы собираете команду искателей приключений, последнее, что вы хотите, — это иметь состав, полный специалистов по навыкам. Вы в основном хотите людей, у которых есть простые способности и которые знают, как эффективно их использовать, с вкраплениями людей с высокими навыками.

— Возьмите Джейсона в качестве примера, — сказал Руфус. — Ему приходится работать усерднее, чтобы эффективно устранять монстров, которых большинство искателей приключений находят легкими. Ему требуется больше навыков и усилий, чтобы достичь того же результата, не говоря уже о том, чтобы быть лучше. Его сила — в обращении с монстрами, которых многие искатели приключений вообще не смогли бы победить. Это делает его ценным дополнением к команде с преобладанием простых способностей, в то время как он мало что добавил бы к команде, уже загруженной наборами сил с высокими навыками.

— Значит, ты высококвалифицированный, да? — скептически спросила Софи Джейсона.

— Я поймал тебя, — парировал он.

— Эффективность любого набора сил сводится к пользователю, какой бы ни была сила, — сказал Эмир. — Мои способности, например, находятся на простой стороне шкалы. Немного боевой техники помогает, но они быстрые, мощные и полезны почти в любом сценарии. Против того, кто использует способности с высокими навыками, мне нужно давить на них, чтобы их способности, которые труднее выполнить, стали невозможными. Если я преуспеваю, я побеждаю. Если нет, бой оборачивается против меня в ключевой момент, и я проигрываю.

— Я думаю, что-то, что было упущено, — сказал Клайв, — это то, что у каждого искателя приключений есть набор сил из двадцати способностей. Хотя большинство людей склонны склоняться в ту или иную сторону по шкале навыков и простоты, очень немногие являются полностью простыми или основанными на навыках. Даже если вы в конечном итоге получите много способностей с высокими навыками, у вас, вероятно, будет горстка более простых. Они не будут самыми захватывающими, но вы обнаружите, что используете их чаще всего, используя их для подготовки своих более специализированных.

— Он прав, — сказал Руфус. — Мои более экзотические силы, как правило, заканчивают бои, но именно простые и надежные делают это возможным.

— Вам также нужно понимать, что у вас нет особого выбора в том, какой путь выбрать, — сказал Клайв. — Случайность присуща пробуждению способностей эссенций. Люди с избытком времени и доступом к экспертам иногда пытаются склонить результаты, но даже самые дорогие и трудоемкие усилия имеют в лучшем случае смешанные результаты. Некоторые люди просто получают способности с высокими навыками, и эссенция вроде баланса делает это еще более вероятным.

— Я скажу вот что, — сказал Руфус. — По моему опыту, люди получают способности, к которым они естественным образом склонны.

— Да, — согласился Эмир. — Я обнаружил, что люди отражаются в своем наборе сил. Мой, например, показной, но эффективный. У Руфуса — красивый и опасный. Я не очень знаю о Джейсоне и мистере Стендише.

— Силы Джейсона попеременно лживы и ярки, ведущие к жалкой, неумолимой кончине, — сказал Руфус. — Ходит запись, как он маниакально мучает группу могущественных искателей приключений, пока он приносит им длительные, ужасающие смерти.

Все повернулись, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Это было в миражной камере, — сказал он. — Никто из них на самом деле не умер.

— Что-то, что вам нужно понимать, — сказал Эмир Софи, — это то, что, какова бы ни была природа ваших способностей, каждая комбинация эссенций мощна в правильных руках. Нам просто нужно найти правильные эссенции для ваших конкретных рук.

— Каждая комбинация имеет потенциал для величия, — сказал Руфус. — Даже те, которые вы могли бы списать со счетов. Когда я был мальчиком, через академию моей семьи прошел человек с эссенцией утки. Все думали, что он шутка, включая меня. Я не мог понять, почему мой дед взял этого парня из сельской местности и поместил в нашу школу. Я на горьком опыте узнал, что если знаешь, как ее использовать, каждая эссенция — это угроза.

— Вот почему я попросил Руфуса быть частью этого, — сказал Джейсон. — Он вырос, наблюдая, как люди обретают свои способности.

— Джейсон ознакомил нас с вашими сильными сторонами, — сказал Руфус. — Мобильность и боевые навыки — это то, в чем, по его словам, вы преуспеваете.

— Ты думаешь, что можешь судить меня? — спросила Софи Джейсона, затем повернулась к Руфусу. — Он сказал, что я сражаюсь лучше, чем он?

— Сказал, — сказал Руфус.

— О, — сказала Софи. — Тогда, может быть, он может судить меня.

— Вы очень грубы с людьми, которые пытаются быть нашими благодетелями, — сказала Белинда сквозь стиснутые зубы.

— Если вежливость — это то, где они проводят черту, то они не совсем надежные благодетели, — сказала Софи.

— Это отношение, которое я узнаю, — сказал Клайв, глядя на Джейсона.

Руфус согласился со смеющимся кивком.

— Если вы уверены, что сможете развить навыки, — сказал Эмир, возвращая разговор к теме, — то эссенция баланса может быть хорошим выбором.

— Скорость и навык — это именно то, на чем я хочу сосредоточиться, — сказала Софи.

— Хорошо, — сказал Эмир. — Осталась одна последняя эссенция. Эссенция адепта — очевидный выбор, если навык — это то, на чем вы хотите сосредоточиться.

— Вместо того чтобы сильнее давить на один аспект, — сказал Руфус, — возможно, лучше диверсифицировать. Что-то, что все еще синергирует, предлагая при этом другие способности.

— Это хороший аргумент, — сказал Эмир. — Я видел людей, которые чрезмерно специализируются и заканчивают с пятью ответами на одну проблему и без ответов на остальные.

— Эссенция ветра, — уверенно сказал Клайв, указывая на список. — Будет по крайней мере одна способность мобильности, и она будет отличаться от того, что дала бы эссенция скорости. Некоторый элементальный контроль определенно расширил бы ее набор сил, но ветер лучше сочетается со скоростью и навыком, чем земля или огонь.

— Вы приводите убедительный аргумент, мистер Стендиш, — сказал Эмир. Руфус кивнул в знак согласия.

— Какую эссенцию слияния производит комбинация скорости, баланса и ветра? — спросил Руфус.

— Мистик, — сказал Клайв, не утруждая себя проверкой. — Если бы вы хотели чего-то более агрессивного, вы могли бы заменить баланс на эссенцию мощи, это произвело бы слияние натиска.

— Не лучшая идея, — сказал Руфус. — Натиск лучше всего подходит для людей со всеми этими специальными атаками.

— В любом случае, это не вариант, — сказал Джейсон. — Эссенции мощи быстро расхватывают, так что в нашем списке их нет.

— Мистик — определенно лучший выбор для целестина, — сказал Клайв. — Мистик может пробудить некоторые очень интересные вспомогательные силы, в которых они преуспевают.

— Мистик — это обычная эссенция слияния, — сказал Руфус. — Это не просто потому, что так много комбинаций производят ее. Много полезных способностей исходит из эссенции мистика. Это легкий и эффективный выбор, особенно когда работаешь с обычными эссенциями.

— У меня самого есть эссенция мистика, — сказал Эмир. — Посох, мощь, магия и мистик. Все три мои комбинационные эссенции — обычные. Две из них очень востребованы, но все еще обычные, и все же я был только счастлив с ними.

— Мистер Бахадир прав, — сказал Клайв. — Эссенция мистика хорошо известна тем, что производит способности того типа, которые редки в других эссенциях.

— Какие способности я получу от этих эссенций ветра и мистика? — спросила Софи.

— Мистик широко открыт, — сказал Клайв. — Камни пробуждения, которые вы используете, будут определяющим фактором, подобно эссенции баланса, но даже в большей степени. Что касается эссенции ветра, вы можете ожидать чего-то связанного с движением, а также какого-то элементального контроля. Вероятно, комбинация того и другого. Способность полета весьма вероятна.

— Способность полета? — спросила Софи.

— Именно так, — сказал Клайв.

— Полет, в смысле возможность летать?

— Именно так работает полет, да, — сказал Клайв.

— То есть это была бы я, способная летать?

— Да. Это была бы вы. Летающая. С вашей способностью полета. Которая заставляет вас летать. Я слишком усложняю это?

— Кажется, мне все понятно, — сказал Джейсон. — Жаль, что я не знал, что полет был на столе, прежде чем я использовал первые эссенции, которые мне попались.

— Просто чтобы быть абсолютно ясным, — сказала Софи, — у меня была бы сила летать.

— Скорее всего, вы будете ограничены планированием на железном ранге, — сказал Клайв. — В конечном итоге, однако, да.

Софи и Белинда посмотрели друг на друга, затем обратно через стол.

— Это та самая, — сказали они вместе.

— Решительный выбор, если я когда-либо слышал такой, — сказал Эмир со смешком.

— У нее есть и другие преимущества, — сказал Джейсон. — Эссенция ветра обычная, но не такая востребованная, как эссенция магии или мощи. Это оставляет место в бюджете для некоторых камней пробуждения.

— Я просматривал этот список, — сказал Руфус, поднимая его со стола. — Здесь есть несколько интересных обычных вариантов. Камень пробуждения глаз — хороший шанс получить способность восприятия.

— Я смотрел на это, — сказал Клайв, указывая на предмет в списке.

— Набор из двух камней пробуждения руки и двух камней пробуждения стопы, — прочитал Руфус. — Цена подходящая, но я не уверен насчет этих камней.

— Вы сами сказали, что каждая способность хороша в правильных руках, — сказал Клайв. — Мое понимание таково, что мисс Уэкслер — довольно искусный кулачный боец. Многие смотрят свысока на камни пробуждения руки, но они хорошо известны тем, что пробуждают способности рукопашного боя и атаки. Мисс Фиби Геллер использовала несколько из них и была вполне удовлетворена результатами. Они — именно то, что нужно безоружному бойцу в камне пробуждения.

— Я видел Фиби Геллер в действии, — сказал Джейсон. — Я видел, как она заставляла элементалей взрываться с одного удара.

— Камни пробуждения стопы также могут пробуждать безоружные атаки, но также способности передвижения и столь же ценны для того, кто сосредоточен на рукопашном бою, — сказал Клайв. — Для правильного пользователя эссенции, которым, я верю, является мисс Уэкслер, эта коллекция камней очень недооценена. Эти четыре камня, плюс камень глаз, и она будет на верном пути к созданию своего набора способностей.

Эмир и Руфус посмотрели друг на друга, затем на Клайва.

— Неплохо, мистер Стендиш, — сказал Эмир. — Совсем неплохо. Мысли, дамы?

— Звучит правильно, — сказала Софи. — Двигаться, бить, пинать. Это мои области компетенции.

— Это было бы пять способностей, плюс четыре от использования эссенций, — сказал Джейсон. — Почти половина ваших способностей, пробужденных с самого начала, — это довольно хорошо. Если это решено, тогда я пойду прямо к покупкам. В конце концов, я не единственный, кто охотится за выгодными сделками.

Он встал, затем посмотрел на Софи.

— Я зарабатываю много денег, но это все равно не будет дешево для меня. Следующие шесть месяцев ты будешь много работать, чтобы вернуть это. Много работать.

— Это может быть первое, что я слышала от тебя, чему я наполовину готова доверять, — сказала Софи.

Джейсон одарил ее ухмылкой. — Если ты готова доверять мне так рано, возможно, ты была невнимательна.

Он драматично вылетел из комнаты, Клайв и Руфус покачали головами.

— Кто-нибудь из вас понимает этого человека? — спросила Софи в отсутствие Джейсона.

— Определенно нет, — сказал Руфус.

— Я знаю его не очень долго, — добавил Эмир.

— Я все еще не понимаю, почему он обвинил меня в том, что я спал с его женой, — сказал Клайв. — У него нет жены. У меня тоже, если уж на то пошло, что не остановило его от обвинения самого себя в том, что он спал с ней.

Джейсон внезапно высунул голову в дверь.

— Я только что вспомнил, — сказал он. — Не уверен, упоминал ли кто-нибудь, но один из бонусов наличия полного набора эссенций — вам больше не нужно какать. — Его голова втянулась, когда он снова отправился по коридору.

Эмир, Руфус, Клайв, Белинда и Софи посмотрели на пустой дверной проем.

— Я меняю свой ответ, — сказал Эмир, нарушая тишину. — Я только сейчас узнал его достаточно долго, чтобы понять, что я абсолютно точно не понимаю его вовсе.

Этот момент

Этот момент

Кампус Общества искателей приключений превратился в череду поминальных служб. Погибших было так много, что групповые панихиды проводились одна за другой. Сначала шли самые многочисленные группы, состоявшие из наименее влиятельных авантюристов. Службы проходили на северном берегу, откуда их можно было легко наблюдать с высоких террас облачного дворца. Гэри и Руфус, будучи сами участниками экспедиции, покидали облачный дворец, чтобы посетить каждую из них. Джейсона, Эмира и авантюристов из числа сотрудников Эмира можно было в разное время увидеть на террасах, где они наблюдали за мрачными церемониями.

После массовых поминальных служб настала очередь более камерных и закрытых: каждое из самых видных семейств проводило службу по своим погибшим. Джейсон и Эмир посетили службу семьи Геллер, а Джейсон — семьи Мерсеров. Он стоял рядом с Кассандрой, которая крепко держала его за руку. Тадвик не удостоил Джейсона даже взглядом.

Руфус и Гэри решили не проводить поминальную службу по Фарре, пока не отвезут её домой. Её гроб был спрятан где-то глубоко в облачном дворце. Руфус сообщил её родителям через водную связь, после чего стал выглядеть вдвое старше. Ни Гэри, ни Руфус не возвращались в жильё, которое делили с Фаррой. Джейсон уладил дела с мадам Лэндри и забрал их вещи.

Прежде чем отвести Софи на ритуалы эссенций, Джейсон взял её и Белинду на террасы, чтобы они увидели одну из служб.

— Стать авантюристом — это возможность, — сказал он им, — но это и опасность.

— Ты думаешь, мы не знаем, что такое опасность? — спросила Софи.

— Конечно, знаете, — ответил Джейсон. — Вы знаете худший её вид, ту злобу, которую можно встретить только в людях. Монстры — другое дело. Они не ненавидят вас. Они просто хотят вас убить. Разумный враг может быть одержим вами. Преследовать вас безжалостно. Но злобным врагом можно манипулировать. С ними можно договориться, сыграть на их страхах и желаниях. С монстром это не работает. Кто-то из вас лучше убивает, чем другой, и это единственный вопрос между вами. Никаких колебаний, никаких сомнений. Это более простая опасность, чем алчный криминальный авторитет, но с монстром нельзя договориться или вести переговоры. Единственная цель монстра — убить вас.

Обе женщины посмотрели на Джейсона. Он опирался на перила, глядя на поминальную службу внизу, но толком её не видя. Он продолжал говорить, его взгляд всё ещё был устремлён вдаль.

— Эта жизнь может убить вас, не давая никакой возможности исправить ситуацию, — сказал он. — Она может забрать и забирает даже лучших из нас. Быть авантюристом — значит получить всё, чего вы когда-либо хотели. Богатство, уважение, мощь. Для некоторых это всё, что есть. Они берут всё это, не платя цену, но они не настоящие авантюристы.

Он постучал рукой по перилам террасы.

— Вы увидите удивительные вещи, например, дворец из облаков. Почти в любой день нет лучшей жизни, чем жизнь авантюриста. Но бывают дни, если вы настоящий авантюрист, когда вы заслуживаете все остальные. Вы делаете трудный выбор и должны поставить на кон всё. Вы проходите сквозь огонь, чтобы никому другому не пришлось этого делать.

Наконец он повернулся к женщинам.

— Руфус произнёс эту речь в ночь перед тем, как я завершил свой набор эссенций, а теперь я произнёс её для вас. Вам придётся самим выбирать, какими авантюристами стать.

— Ты не делаешь то, что называешь «настоящим авантюристом», очень привлекательным, — сказала Белинда.

Он одарил их странной улыбкой — усталой и немного грустной, но с оттенком удовлетворения.

— Я просыпаюсь каждое утро, гордясь тем, кто я есть, — сказал он им. — Я выхожу в мир, ни разу не пожалев о том, что хотя бы не попытался стать тем, кем хочу быть. Я сталкиваюсь с опасностями и совершаю ошибки. Иногда меня бьют, а иногда побеждаю я. Я отстаиваю то, во что верю, чего бы мне это ни стоило. Когда вы отдаёте всё, вы должны быть тем, кем хотите быть — это и есть свобода, каковы бы ни были обстоятельства.

Он повернул голову, чтобы посмотреть вниз на поминальную службу.

— Если богатство и мощь — это всё, чего вы хотите, — сказал он, — то вы можете их получить. Делайте безопасный выбор и пожинайте плоды. Многие авантюристы именно так и поступают, и, объективно говоря, это разумный выбор. Но если вы хотите увидеть, кто вы есть на самом деле, на что вы действительно способны, вы должны подтолкнуть себя к пределу. Нет лучшей работы для этого, чем быть авантюристом.

Он отошёл от перил, глядя прямо на них.

— Эссенции вы получите в любом случае, — сказал он. — У вас есть шесть месяцев, чтобы решить, что будет потом. А пока Клайв должен подготовить комнату.

* * * По пути в одну из ритуальных комнат Эмира они прошли через переход, соединяющий два крыла дворца. Он находился высоко на башнях, простираясь над морем внизу. Дорожка была широкой, открытой по бокам и служила садом. Цветущие лианы росли прямо из облачной субстанции, пышная зелень и яркие цветы обрамляли стороны перехода. Джейсон рассмеялся, когда они шли по нему.

— Не думаю, что провёл в этом дворце хоть день без приятного сюрприза, — сказал он.

— Хорошо, — ответила Белинда. — Значит, не только мы.

— Как ты ориентируешься? — спросила Софи. — Мы уже не раз терялись.

— Одна из моих способностей наносит на карту все места, где я бываю, — рассеянно сказал Джейсон, подойдя понюхать цветы. — Чувствуете? Это потрясающе.

— Ты считаешь цветы потрясающими? — спросила Софи.

— Эмир хранит весь этот дворец в бутылке не больше твоей головы и всё равно успешно выращивает цветы. Где твоё чувство прекрасного?

— Кстати о запахах, — сказала Белинда, — что это за парфюм на тебе?

— Я не пользуюсь парфюмом, — ответил Джейсон.

— Не нужно стесняться, — сказала Белинда. — Многие мужчины пользуются ароматами.

— Я не беспокоюсь о том, чтобы не смущаться, — сказал Джейсон. — Я действительно не пользуюсь парфюмом.

— Люди так не пахнут, — сказала Белинда. — Стоит им немного вспотеть, и они пахнут как кожа, оставленная в сыром шкафу. Ты пахнешь скорее как эльф или селестина, но даже сильнее. Свежо, как, эм…

— Весна, — сказала Софи, пока Белинда искала подходящее слово.

— Да, — сказала Белинда, удивлённо глядя на Софи. — Именно так.

— Я не человек, — сказал Джейсон. — Это просто мой запах.

Он продолжил путь по облачной садовой дорожке, и Белинда обменялась взглядом с Софи.

— Он пахнет весной, — сказала Белинда.

— И что с того? — спросила Софи и последовала за Джейсоном.

* * * Ритуальная комната имела обычные стены и потолок из облаков, но пол представлял собой цельную плиту чёрного камня, идеально ровную и гладкую. Учитывая, что комната была размером примерно с половину баскетбольной площадки, Джейсон был впечатлён. Клайв ждал их, а на полу золотыми линиями был начертан магический диаграмма.

— Клайв будет проводить ритуалы, — сказал Джейсон. — Если бы это делал я, мы бы провозились весь день, а в любом случае он эксперт.

Способность эссенции Клайва, «Проведение ритуала», делала подготовку и выполнение ритуалов гораздо удобнее. Джейсон осмотрел диаграмму, в основе которой лежали два частично перекрывающихся магических круга. Знания Джейсона о ритуальной магии включали несколько ритуалов эссенций, но этот был сложнее всего, что он знал.

— Я думал, ритуалы эссенций должны быть самыми простыми, — сказал Джейсон.

— Это круг для ритуала двойной эссенции, — объяснил Клайв. — Идея в том, что поглощение большего количества эссенций одновременно способствует синергии между ними. Эффективность этого ещё не доказана из-за нашего ограниченного понимания того, как выбираются способности, но попробовать стоит.

— Две сразу? — настороженно спросила Софи. — Будут какие-нибудь побочные эффекты?

— Никаких, — ответил Клайв. — На самом деле, хотя исследования никогда не могли доказать увеличение синергии, они обнаружили, что одновременное поглощение облегчает эффект очищения по сравнению с последовательным.

— Когда ты достигнешь железного ранга, твоё тело будет улучшено магией, — сказал Джейсон. — Часть этого улучшения заключается в том, что оно избавляется от всего лишнего в виде грязи.

— Грязи? — переспросила Софи.

— Очень много грязи, — подтвердил Клайв и указал на сторону комнаты, где была небольшая дверь. — Как только поглотите эссенции, идите прямо туда, прежде чем вас накроет. Белинда, тебе стоит присоединиться к ней, так как она может потерять сознание. Там есть душ, и Джейсон любезно предоставил запас своего кристального средства для мытья, который я тоже там оставил. Есть также большой шкаф, из которого, как сказал господин Бахадир, вы можете взять всё, что захотите оставить себе.

— Возможно, вам даже не понадобится кристальное средство, — сказал Джейсон, пока Софи и Белинда направились осмотреть соседнюю комнату. Там был душ, достаточно большой, чтобы в нём можно было лечь, а также скамейки и шкафы.

— Душа, вероятно, будет достаточно, — продолжил Джейсон.

— Это ложь, — сказал Клайв. — Вам абсолютно точно понадобится кристальное средство. Правда, Джейсон?

— Да, — угрюмо признал Джейсон.

— Если бы вы знали Джейсона, — сказал Клайв, — вы бы поняли, что он скорее расстанется с этими эссенциями, чем со своим кристальным средством. Кстати, они у тебя?

Джейсон достал две добытые эссенции вместе с пятью камнями пробуждения, положив их на скамью у стены. Эссенции представляли собой кубы, сияющие цветами. Эссенция ветра была бурлящей массой белого цвета, смешанной с полосами бледно-серого и синего. Цвета эссенции равновесия были разделены мертвой прямой линией посередине. Цвета каждой стороны постоянно менялись в контрасте друг с другом: красный и синий, чёрный и белый, зелёный и фиолетовый. Большинство камней пробуждения по сравнению с ними были простого персикового цвета, а последний выглядел как огромный стеклянный глаз.

— Тот какой-то жуткий, — сказала Белинда, глядя на глаз.

— Откуда нам вообще знать, что это именно то, что они говорят? — спросила Софи.

— Серьёзно? — спросила Белинда, поворачиваясь к ней. — Ты пытаешься заставить их передумать?

— Не волнуйтесь, — сказал Джейсон. — Клайв берёт своих подопытных из деревень в дельте, где люди просто решат, что их забрал монстр.

— Что? — спросил Клайв.

— Мы до сих пор не знаем, зачем Асано всё это делает, — сказала Софи. — Если он помогает нам, то зачем давать мне эссенции, когда можно просто выбросить нас через портал, чтобы мы были подальше от всего?

— Софи! — прикрикнула Белинда.

— Нет, — сказал Джейсон.

Его голос внезапно стал жёстким и холодным, приковав всеобщее внимание. Его обычная насмешливая беззаботность исчезла с лица; расслабленная поза стала твёрдой. Он встретился взглядом с Софи через всю комнату.

— Тебе трудно доверять, — сказал он ей.

— И что? — огрызнулась она.

— Настоящий ответ — полумеры. Я согласился помочь вам. Отправить вас прочь, чтобы вы жили той же жизнью, приведёт вас к тому же концу. Если я собираюсь спасти вас, то вы останетесь спасёнными, а это значит, что когда я закончу с вами, у вас должны быть средства, чтобы защитить себя.

Он подошёл к скамье с эссенциями, положив руку на каждую.

— В этом мире это означает эссенции, — сказал он, беря их в руки. — Они — грань между действием и тем, на кого воздействуют. — Он подошёл обратно к Софи. — Они — разница между господством и подчинением. Справедливостью и беззаконием. Управлением своей судьбой и ролью пешки в руках судьбы.

Он протянул эссенции перед ней.

— Почему — неважно, — сказал он. — Важен только выбор, который вы делаете прямо сейчас. Иногда моменты, определяющие нашу жизнь, остаются незамеченными до самого конца. Но этот — не из таких. Я предлагаю вам шанс буквально ухватиться за свою судьбу. Возьмите их или уходите, зная, что это момент, который решает всё, что будет потом.

Он стоял, всё ещё держа эссенции.

Софи посмотрела на эссенции в его руках, затем на его лицо. Он одарил её дурашливой ухмылкой.

— Кто ты такой? — спросила она его. — Дурак? Безумец? Лжец, играющий в игры, которые видит только он?

— Да, — ответил он, и его глаза заискрились. — Я однажды встретил женщину, которая думала, что эссенции формируют то, кто ты есть, но она ошибалась. Эссенции — это мощь, а мощь не меняет тебя. Она раскрывает тебя. Дай кому-то силу быть тем, кем он всегда хотел, и ты увидишь, кем он всегда хотел быть. Это тот, кто я есть, со всеми достоинствами и недостатками. Это ваш шанс стать теми, кем вы хотите быть, а не теми, кем вы вынуждены быть, чтобы выжить.

Её ответ прозвучал мягким голосом, впервые Джейсон увидел её уязвимой.

— Я не знаю, кто я без этого.

— Ты хочешь узнать? — нежно спросил он.

Она кивнула, положив руки на эссенции, которые он всё ещё держал для неё.

Железный ранг

Железный ранг

В ритуальной комнате Клайв потирал руки. — А теперь самое интересное.

— Самое интересное? — спросила Белинда.

— У Джейсона есть способность, которую он бессовестно растрачивает, — сказал Клайв. — Он мог бы стать революцией в том, как мы классифицируем силы, но он отказывается прийти и работать на Магическое общество.

— Это то самое Магическое общество, которым управляет парень, желавший заполучить мисс Уэкслер для того, что я могу предположить только как жуткое любовное подземелье? — спросил Джейсон.

— О, — сказал Клайв, переводя взгляд с Софи на Белинду. — Тогда я, наверное, не смогу убедить вас в достоинствах Магического общества.

— Вряд ли, нет, — сказала Софи. Она всё ещё держала две эссенции, которые приняла от Джейсона.

— Погоди, — сказал Клайв, поворачиваясь к Белинде. — Почему ты тогда приняла работу в качестве моей помощницы?

— Чтобы узнать больше о Лампри, очевидно. К тому же, это звучало довольно интересно, и никто не собирается запирать меня в… любовном подземелье.

— Полагаю, Джори не показал вам все ремонтные работы, — сказал Джейсон, что вызвало смех у Софи. Джейсон повернул голову, удивлённо глядя на неё.

— Что? — спросила Софи.

— Я никогда раньше не слышал, чтобы ты смеялась, — сказал Джейсон.

— У тебя проблемы с тем, как я смеюсь?

— Вовсе нет, — ответил он. — Просто наше обычное общение варьируется от того, что ты говоришь, что не доверяешь мне, до того, как ты бьёшь меня ногой по голове.

— Она такая со всеми, — сказала Белинда.

— Гарантирую, с Джейсоном иметь дело хуже, — сказал Клайв.

— Почему это со мной хуже? Я общительный. И я не выдумал историю про удар ногой по голове.

— Он определённо хуже, — сказал Клайв Белинде. — Ты понятия не имеешь, через что он заставил меня пройти, когда мы впервые встретились.

— Джори велел мне это сделать, — сказал Джейсон.

— Он велел тебе сказать твоей домовладелице, что я спал с женой, которой у тебя нет?

— Он оставил детали на моё усмотрение, но да.

— Зачем ему это делать? — спросил Клайв.

— Ты расследовал моё дело о подделке духовных монет или что-то в этом роде.

— Ты тоже подделывал монеты? — спросила Белинда у Джейсона.

— Погоди, — сказал Клайв, поворачиваясь к Белинде. — Ты подделывала духовные монеты?

— Э-э… нет.

— Думаю, пришло время использовать эту способность, Клайв, — сказал Джейсон. Он открыл список контактов, выбрал Софи, Белинду и Клайва и отправил приглашения в группу.

* Вы получили приглашение в группу от [Джейсон Асано]. Принять Д/Н?

Софи и Белинда были поражены внезапным появлением экранов перед ними. Белинда начала махать рукой в воздухе перед собой.

— Приглашение в группу? — спросила она. — Типа, куда все наряжаются?

— Скорее, где люди формируют отряд, чтобы сразиться с монстром, — сказал Джейсон. — Это способность, которая у меня есть, и я могу поделиться ею с другими людьми. Она позволяет вам узнавать вещи о мире.

— Какие вещи? — спросила Софи.

— Примите приглашение и узнаете.

Она почти не колебалась, прежде чем кивнуть, к облегчению Джейсона. Софи была похожа на уличную кошку, которую пинали так много раз, что она не доверяла тебе, когда ты пытался её накормить. Вскоре после этого она с широко открытыми глазами смотрела на одну из эссенций в своих руках.

Предмет: [Эссенция ветра] (без ранга, обычная)

*Проявленная эссенция ветра *(расходуемый предмет, эссенция).

* Требования: Менее 4 поглощённых эссенций. * Эффект: Дарует 1 пробуждённую способность эссенции ветра и 4 непробуждённые способности эссенции ветра. * Вы поглотили 1/4 эссенций. После поглощения эссенция не может быть отдана или заменена.

— Я ничего не вижу, — сказала Белинда, и Джейсон предложил ей пожать руку. Как только они коснулись друг друга, перед ней появилось окно.

* Джейсон Асано (чужеземец). * Пользователь эссенций (железный ранг).

— Одна из особенностей заключается в том, что вы можете идентифицировать вещи на ощупь. От людей многого не узнаешь, но это полезно для предметов.

Он с хмурым видом посмотрел на Клайва.

— Как видите.

Клайв открыл своё магическое хранилище. В отличие от хранилища Джейсона, которое было инвентарём видеоигры, видимым только Джейсону, доступ к хранилищу Клайва осуществлялся путём создания круга магических рун, светящихся при парении в воздухе. Внутри круга был портал, через который он мог складывать и извлекать предметы. Он вытащил через портал ряд стоек, нагруженных вещами. Он начал брать их одну за другой, делая пометки в блокноте.

— Клайв, — сказал Джейсон.

— Да? — рассеянно спросил Клайв, не отрываясь от своего сосредоточенного занятия.

— Ты приберегал кучу предметов, которые хотел каталогизировать, до следующего раза, когда мы будем в группе?

— Я подумал, если спрошу, ты скажешь «нет».

— Конечно, я бы сказал «нет».

— Вот почему я подумал: «Что бы сделал Джейсон?». Очевидно, он бы просто сделал это, не спрашивая, а потом указал бы, что никто не говорил, что нельзя.

— Это то, что я бы сделал, да?

— Конечно, — сказал Клайв. — Кроме того, хочу заметить, что никто не говорил, что мне нельзя.

Джейсон застонал.

— Послушай, нам нужно продолжать ритуал, — сказал он. — Убери это пока, сможешь сделать ещё, пока она будет восстанавливаться, прежде чем мы перейдём к камням пробуждения.

— Обещаешь, что дашь мне закончить в конце? — спросил Клайв.

— Да, ладно, — уступил Джейсон. — Не то чтобы мне действительно нужно было что-то делать. Просто не хочу, чтобы ты относился ко мне как к административному софту.

Джейсон посмотрел на стойки с предметами, которые вытащил Клайв.

— У тебя вообще есть время этим заниматься? Я был удивлён, что ты вообще согласился помочь с ритуалом эссенций. Я думал, ты к этому времени будешь по уши в том, что они привезли из экспедиции.

— Мне не позволят увидеть это как минимум несколько дней, — сказал Клайв, пока стойки начали исчезать обратно в его пространственное хранилище. — Тот, кто выяснит, что они искали, будет очень хорошо выглядеть в глазах более широкого Магического общества. Люциан Лампри движим исключительно личной выгодой, а я сын угриных фермеров. Первый взгляд на привезённое достанется членам Магического общества, от которых он хочет получить услуги.

Упоминание Лампри привлекло внимание Софи и Белинды.

— Мы всё знаем об определении личной выгоды Лампри, — горько сказала Белинда. Одержимость Лампри тем, чтобы подчинить Софи своей власти, была основной причиной неприятностей Софи и Белинды.

— Думаешь, твои коллеги найдут ответ? — спросил Джейсон Клайва.

— Крайне маловероятно, — сказал Клайв. — Магическое общество Гринстоуна почти такое же гнилое, как и Общество искателей приключений. По сути, это социальный клуб для людей, которые любят магические игрушки, и лишь горстка настоящих исследователей. Экспертов в каждой области немного, и я подозреваю, что потребуется настоящая экспертиза в астральной магии. Помимо меня, единственным другим учёным по астральной магии в Гринстоуне был Ландемир Вейн. Которого ты убил.

— Звучит как обвинение, — сказал Джейсон.

— Было бы лучше, если бы ты убил кого-то глупого. Он был способным магическим учёным.

— Он не перечислил свои аккредитации, прежде чем попытаться убить и съесть меня.

— Ты только что сказал съесть? — спросила Белинда.

— Безусловно, — сказал Джейсон. — У вас двоих нет монополии на попадание в плохие ситуации.

Пока Клайв убирал свои стойки с принадлежностями, Джейсон подошёл к Софи. Она всё ещё с восхищением смотрела на эссенции в своих руках.

— Теперь ты знаешь, — сказал он.

— Что знаю? — спросила она, глядя на него.

— Как я вижу мир.

— Там, откуда ты родом, у всех так?

— Нет. Я потерял свою человечность, когда пришёл в этот мир. Это то, что я получил взамен.

Она наблюдала за его выражением лица, когда он смотрел на эссенции в её руках. Он был явно погружён в какие-то воспоминания, его маска вечного веселья на мгновение исчезла.

— Ты прошёл через свои собственные трудности, не так ли? — тихо спросила она.

Он поднял взгляд, одарив её ухмылкой, когда его обычное выражение вернулось.

— Ничего такого, с чем не справились бы дерзкое обаяние и лихая внешность.

Она нахмурилась, ища на его лице что-то подлинное.

— Я никогда не могу понять, что в тебе настоящее, — сказала она. — Я знала манипуляторов раньше. Хорошие используют уязвимость как оружие.

— Когда я впервые встретил Кассандру, я сказал ей, что есть только один способ использовать уязвимость как оружие.

— Это была ложь.

— Да.

— Оставь её с вопросом и посей семя соблазна, — сказала Софи. — Я видела, как это работает раньше.

— Это был просто флирт, — сказал Джейсон. — Это не была какая-то организованная кампания.

— Конечно, нет. Такие мужчины, как ты, пытаются превратить мир в историю, даже с друзьями и любовниками. Это как дыхание; ты даже не осознаёшь, что делаешь это.

— Ты думаешь, что хорошо меня знаешь, — сказал он.

— Я знала многих таких, как ты. Некоторые тонкие, другие возмутительные, как ты. Держишь людей в неуравновешенном состоянии, чтобы можно было их опрокинуть. Ты не особенный, Джейсон Асано.

Клайв закончил упаковывать свои вещи. Он стоял с Белиндой, наблюдая за Джейсоном и Софи через всю комнату. С такого расстояния они не могли слышать тихо произнесённый обмен фразами, но наблюдали за их языком тела. Они стояли лицом к лицу, никто не отводил взгляд. Их тела занимали конфронтационные позиции, но были близко друг к другу, кубы в руках Софи заполняли большую часть пространства между ними.

— Это проблемы, — сказал Клайв Белинде.

— Ага, — согласилась она.

— Надеюсь, Джейсон не сделает ничего глупого.

— Если он не будет держать руки при себе, она их сломает.

— Я не это имел в виду, — сказал Клайв. — У Джейсона очень специфические взгляды на властные отношения, и хотя его ценности могут быть странными, они важны для него. Он не Люциан Лампри.

— Тогда о какой глупости ты говоришь?

— Посмотри на выбор, который он сделал, чтобы доставить вас сюда, — сказал Клайв. — Какой авантюрист железного ранга стал бы противостоять серебряному, чтобы превратить пару воров в авантюристов?

— Я до сих пор не знаю, почему он зашёл так далеко ради незнакомцев. Он произнёс свою большую речь, но это больше походило на то, что он рассказывает историю, а не говорит правду.

— Фарра, — начал Клайв, его голос дрогнул. — Думаю, она была единственной, кто действительно понимал его.

— Это та женщина, которая умерла?

Клайв кивнул.

— Когда я впервые встретил Джейсона, я хотел лучше понять его. В конце концов, человек из другого мира. Для такого учёного по астральной магии, как я, это была возможность всей жизни. Фарра сказала мне, что под всем этим… Джейсоном, он чувствует себя постоянно уязвимым. Окружённый со всех сторон силами, которые могут легко уничтожить его.

— Я знаю это чувство, — сказала Белинда.

— И он признаёт это. Вот почему он хочет помочь.

— Всё так просто?

— У него есть что-то вроде комплекса героя.

— Такие вещи приводят к гибели людей, — сказала Белинда.

— Вероятно, — сказал Клайв. — Но где бы вы были сейчас, если бы у него его не было?

Клайв оставил Белинду на краю комнаты, подойдя к магической диаграмме. Он указал Джейсону отойти в сторону с Белиндой, а Софи — шагнуть в магический круг. Он проинструктировал её держать руки в стороны, с кубом эссенции в каждой. Он достал волшебную палочку и начал размахивать ею, словно дирижировал оркестром. Воздух в комнате зашевелился, сосредоточившись на диаграмме и Софи внутри неё. Он закружился вокруг неё, развевая её серебряный хвост.

— Твой ритуал проходил так же? — спросила Белинда Джейсона, тихо, чтобы не прерывать.

— У меня не было ритуала эссенций, — сказал Джейсон. — Я просто поглотил свои эссенции с помощью своих огромных магических сил.

— Потому что ты какой-то чудак из другого мира?

— Вроде того, — сказал Джейсон, снова задаваясь вопросом, насколько точна его способность перевода.

Ветер продолжал усиливаться, бушуя в закрытой ритуальной камере. Раздался гул, и они почувствовали покалывание на коже. Острый запах озона наполнил их рты. Свет от магической диаграммы на полу начал подниматься золотыми пылинками, втягиваясь в два куба эссенций. По мере того как свет погружался в них, эссенции сбрасывали пыль, которая плавала в воздухе, также слабо светясь. Сначала медленно, а затем с возрастающей скоростью эссенции растворялись, седлая ветер, чтобы окутать Софи магическим шквалом. Радужный свет появился в шквале, впитываясь в скрытое тело Софи.

Последние частицы эссенций превратились в светящуюся пыль, кружащуюся вокруг Софи. Внезапно ветер стих. Светящаяся пыль перестала светиться, осыпаясь на землю. Магический круг погас, когда обессиленная пыль рассеялась по каменному полу.

Член группы [Софи Уэкслер] поглотил [Эссенция ветра]. [Софи Уэкслер] поглотила 2 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 50% (2/4 эссенций).

[Эссенция ветра] связалась с атрибутом [Мощь], изменив [Мощь] с обычного на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции ветра, чтобы увеличить атрибут [Мощь].

Вы пробудили способность эссенции ветра [Клинок ветра]. Пробуждена 1 из 5 способностей эссенции ветра.

— Обожаю эту часть, — сказал Клайв.

Член группы [Софи Уэкслер] поглотил [Эссенция равновесия].

[Софи Уэкслер] поглотила 3 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 75% (3/4 эссенций).

[Эссенция равновесия] связалась с атрибутом [Восстановление], изменив [Восстановление] с обычного на [Железо 0].

Освойте все способности эссенции равновесия, чтобы увеличить атрибут [Восстановление].

Вы пробудили способность эссенции равновесия [Равновесие]. Пробуждена 1 из 5 способностей эссенции равновесия.

— Это было совсем не больно, — сказала Софи.

— Ритуалы эссенций очень мягкие, — сказал Клайв. — Только если вы запихиваете эссенцию внутрь себя без ритуала, опыт бывает суровым.

— Ты просто злишься, что не видел, как это делал я, — сказал Джейсон.

— Это правда, — сказал Клайв, читая описание первой новой силы Софи.

Способность: [Клинок ветра] (Ветер)

Специальная атака.

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Создать режущий снаряд из воздуха.

— Специальная атака, — сказал Клайв. — У тебя их, вероятно, будет немного, поэтому каждая из них ценна.

Способность: [Равновесие] (Равновесие)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Медитировать, чтобы медленно накапливать экземпляры [Целостность], до порога экземпляров, основанного на атрибуте [Восстановление]. Экземпляры быстро исчезают, когда медитация заканчивается.

[Целостность] (исцеление-со-временем, мана-со-временем, выносливость-со-временем, святой): Периодически восстанавливать небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

— Видишь, это отлично, — сказал Клайв, записывая в свой блокнот. — Джейсон, тебе действительно стоит помогать Магическому обществу с этой способностью. У людей есть инстинктивное чувство своих способностей, но они не всегда могут хорошо их выразить словами. Время и неточность, которые это экономит, просто фантастические.

— Зри в корень, Клайв, — сказал Джейсон.

— Точно, — сказал Клайв, снова сосредоточившись на Софи.

Три нематериальных, полупрозрачных куба выплыли из её тела, накладываясь друг на друга, пока не образовали один куб, парящий перед ней. Всё ещё нематериальный, он имел яркий синий цвет.

— Эссенция слияния, — сказал Клайв. — Бери её.

Софи протянула руку, и нематериальный объект стал твёрдым при её прикосновении. Он начал растворяться в синий дым в её руках, который просочился в её тело, пока не исчез.

Член группы [Софи Уэкслер] поглотил [Эссенция мистики].

[Софи Уэкслер] поглотила 4 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 100% (4/4 эссенций).

[Эссенция мистики] связалась с атрибутом [Дух], изменив [Дух] с обычного на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции мистики, чтобы увеличить атрибут [Дух].

Вы пробудили способность эссенции мистики [Сильная душа]. Пробуждена 1 из 5 способностей эссенции мистики.

— Сильная душа звучит хорошо, — сказала Белинда, читая описание.

Способность: [Сильная душа] (Мистика)

Специальная способность (измерение).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Урон разрушительной силой, наносимый вам, уменьшен на большую величину; другой урон, наносимый вам, уменьшен на небольшую величину. Сопротивление к пространственным и астральным эффектам и энергиям увеличено. Вы можете физически взаимодействовать с бесплотными сущностями.

— Как наличие сильной души заставляет получать меньше урона? — спросила Белинда.

— Мой совет — просто порадуйся, что это так, — сказал Джейсон. — Моя способность снижения урона — это удар им в спину. Как ты себя чувствуешь, Уэкслер?

Софи всё ещё читала последнее системное сообщение.

Вы поглотили 4/4 эссенций.

Все ваши атрибуты достигли железного ранга.

Вы достигли железного ранга.

Вы получили снижение урона против источников урона обычного ранга.

Вы получили повышенное сопротивление к эффектам обычного ранга.

Вы получили способность чувствовать ауры.

Вы получили способность поддерживать себя, используя источники концентрированной магии.

Она стояла в центре камеры, поражённая, потирая одну руку о другую, чувствуя свою кожу.

— Это невероятное чувство, — сказала она, её обычный тон цинизма полностью исчез.

— Тебе нужно пойти в соседнюю комнату, — напомнил ей Клайв.

— Что? — спросила она, глядя на него, отвлечённая.

— Соседняя комната, — повторил Клайв. — Сейчас.

— Я чувствую себя нормально, — сказала Софи. — Даже лучше, чем нормально.

— Дай этому момент, — сказал Джейсон, подходя к Клайву.

— Я не вижу, что вы…

Лицо Софи побледнело. Она рванула в соседнюю комнату, ударив рукой по золотой метке, открывающей дверь. Она вбежала внутрь, и остальные услышали, как её яростно вырвало.

— Я пойду проверю её, — сказала Белинда.

Камни пробуждения

Камни пробуждения

Софи и Белинда вышли из соседней комнаты, Софи была в свежей одежде.

— Это было крайне неприятно, — сказала Софи, всё ещё выглядя болезненно.

— Полагаю, Джейсону было хуже, — сказал Клайв. — Он чужеземец, который пришёл сюда, прежде чем получить хоть одну эссенцию.

— Почему это имеет значение? — спросила Белинда.

— Он создал своё тело из самой разбавленной и нечистой магии. Он был, по сути, меньшим монстром в форме человека.

— Это немного грубо, — сказал Джейсон.

— Поскольку его тело было так полно примесей, его очищение при повышении ранга должно было быть очень экстремальным.

— Это определённо было невесело, — сказал Джейсон.

— Что ты имеешь в виду под «он создал своё тело»? — спросила Белинда.

Джейсон и Клайв обменялись взглядами.

— Пожалуй, лучше оставить это на другой день, — сказал Клайв.

— Не то объяснение, которое выигрывает от краткости, — согласился Джейсон. — Достаточно сказать, что моё восхождение к железному рангу было грязным и глубоко ужасным опытом.

— Софи сама устроила изрядный беспорядок, — сказала Белинда. — Хорошо, что всё это место самоочищается, потому что я бы такого никому не пожелала. Вся грязь просто ушла в пол.

— Моё всё равно было хуже, — сказал Джейсон. — Я полностью потерял сознание.

— Ты уверен, что ты просто не был слабаком? — спросила его Софи.

— Да, — сказал Джейсон. — Я был, но дело было не только в этом.

— Как насчёт того, чтобы начать? — спросил Клайв. Он уже использовал свои способности, чтобы очистить остаточную магию от предыдущего ритуала и начертить новый круг на полу. — В отличие от эссенций, нам придётся использовать камни пробуждения по одному. Хотя это быстрый и простой ритуал.

Всё было так просто, как и обещалось, начавшись с камня пробуждения глаз.

Вы пробудили способность эссенции мистики [Зрение за пределами зрения]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции мистики.

Способность: [Зрение за пределами зрения] (Мистика)

Специальная способность (восприятие).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Воспринимать ауры.

— Способность восприятия, — сказал Клайв. — Это то, чего мы ожидали, но всё равно приветствуем.

Софи была дезориентирована притоком новых стимулов. Её способность железного ранга чувствовать ауры была всего несколько минут от роду и теперь извергалась чувствительностью. Она могла не только видеть ауры Белинды, Джейсона и Клайва, но и чувствовать их всеми своими чувствами. Она могла пробовать ауры вокруг себя, чувствовать их на своей коже.

Аура Белинды была слабой, со странными привкусами, которые Софи не могла понять. Это было похоже на подглядывание за мыслями подруги, и она инстинктивно убрала свои чувства. Вместо этого она направила их на Джейсона и Клайва. Их ауры были гораздо более контролируемыми, ничто не ускользало так, как это было с Белиндой.

Аура каждого из мужчин имела странное и мощное ощущение. Аура Клайва ощущалась как источник магической силы. Аура Джейсона казалась более опасной — гнетущей и контролирующей.

— Что-то не так? — спросил Джейсон, когда она уставилась на него.

— Я смотрела на ваши ауры, — сказала она ему и кивнула на Клайва. — Его мне нравится больше.

Оставшимися камнями были два камня пробуждения руки и два камня ноги.

— Рекомендую начать с камней руки, — сказал Клайв. — По мере того как вы используете больше камней пробуждения, пробуждённые способности будут всё больше заполнять пробелы в вашем наборе сил. Если камни руки дадут вам способности рукопашного боя, камни ноги вряд ли сделают то же самое. Больше шансов, что они дадут способности передвижения.

— Звучит неплохо, — сказала Софи.

— Но я не могу ничего обещать, — сказал Клайв.

— Понятно, — ответила она.

Клайв очистил окружающую магию и установил новый круг.

Вы пробудили способность эссенции мистики [Бессмертный кулак]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции мистики.

Способность: [Бессмертный кулак] (Мистика)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Рукопашные атаки наносят дополнительный урон резонирующей силой, который высокоэффективен против физической защиты. Не получать урона от нанесения ударов без оружия по объектам и нейтрализовать весь урон от активно перехваченных атак. Не весь урон от очень мощных или более высокоранговых атак будет нейтрализован.

— Снова способность эссенции мистики, — сказал Клайв. — Довольно необычно пробуждать способности эссенции слияния первыми.

— Это плохо? — спросила Белинда.

— Нет, просто интересно, — сказал Клайв. — Есть теория, что наши личности оказывают большое влияние на виды способностей, которые мы пробуждаем.

— Это немного тревожит, — сказал Джейсон, обдумывая свои собственные способности.

— Некоторые сторонники этой теории предполагают, что люди с очень сильным чувством собственного «я» пробуждают способности эссенции слияния первыми, хотя я нахожу доказательства в поддержку этой идеи довольно сомнительными.

— Асано, — сказала Софи. — Ударь меня оружием.

— Погоди, что? — спросила Белинда.

— Прочитай её способность, — сказал Джейсон. — Она нейтрализует урон от входящих атак.

— Читать — это хорошо и прекрасно, — сказала Белинда. — А вот пытаться поймать меч — совсем другое дело.

— Мне рано или поздно придётся проверить эту способность, — сказала Софи.

— Тогда я голосую за «поздно»!

— Сейчас — лучше всего, — сказал Джейсон, доставая свой магический меч. — У меня под рукой есть лечебные зелья.

— Красивый меч, — сказала Софи.

Джейсон протянул его, чтобы она взяла. Она вытащила его наполовину из ножен, осматривая. С действующим интерфейсом группы Джейсона она смогла прочитать описание.

Предмет: [Погибель и Спасение] (железный ранг [рост], легендарный)

*Меч, выкованный с благодарностью в надежде, что он принесёт величайшую пользу в момент величайшей нужды. Он был выкован со страстью и мастерством, чтобы стать надёжным спутником, наделив его невероятным потенциалом *(оружие, меч).

— Друг сделал его для меня, — сказал Джейсон. — Это моё самое ценное имущество.

— Я всё ещё не убеждена насчёт этой идеи, — сказала Белинда.

— Я же говорил, — сказал Джейсон. — Если что-то пойдёт не так, у меня есть лечебные зелья.

Софи вернула меч и, подтвердив, что готова, Джейсон вытащил его и полоснул по ней. Она без колебаний заблокировала атаку ударом ладони, меч отскочил, словно ударился о стену.

Все посмотрели на руку Софи, которая была совершенно невредима.

— Отлично, — сказал Джейсон.

— Даже не больно, — сказала Софи. — Продолжай.

Джейсон обрушил серию атак мечом, которые Софи перехватывала предплечьями, голенями, плечами и даже ударом головы. Она получила несколько поверхностных порезов, пока осваивалась со способностью, но призывала Джейсона продолжать.

— Мне нужно будет скорректировать свой стиль боя для этого, — сказала она.

— Это нормально, — сказал Клайв. — Авантюрист, который не корректирует то, как он сражается, чтобы соответствовать своим силам, — плохой авантюрист.

— Как ты сражаешься? — спросила его Софи.

— Издалека, — ответил Клайв. — Адаптация подхода, которую я с радостью сделал.

— Похоже, твоя способность защищает не только твоё тело, — сказал Джейсон. — Твоя одежда была разрезана только тогда, когда ты не смогла перехватить удар.

Софи посмотрела на свою одежду, где кровь сочилась из нескольких разрезов на ткани.

— Ты прав, — сказала она.

— Ты говорила что-то о лечебных зельях? — спросила Белинда.

— Я хотел бы кое-что попробовать сначала, — сказал Джейсон. Он посмотрел на Софи. — Готова?

— Я могу выдержать всё, что у тебя есть.

— Хорошо. Я собираюсь использовать специальную атаку.

Он снова ударил мечом, и она перехватила его кулаком.

[Селестина] нейтрализовала весь урон от специальной атаки [Наказание].

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] на [Селестина].

— Интересно, — сказал Джейсон.

Софи нахмурилась, глядя на сообщение перед собой.

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] на вас.

— Ты наложил на меня Грех, — сказала Софи. — Надеюсь, это не что-то сексуальное.

— Ты полностью нейтрализовала урон от моей физической атаки, — сказал ей Джейсон. — Даже магический урон. Но эффект, не наносящий урон, всё же прошёл.

— Что это за эффект, не наносящий урон? — спросила Белинда.

— Проклятие.

— Проклятие, — сказала Софи, метая молнии взглядом.

— Небольшое проклятие, — сказал Джейсон. — Оно ничего не сделает, если я не буду использовать на ней больше специальных атак. К тому же, я могу просто снять его.

— Так сними! — потребовала Белинда.

— Без проблем, — сказал Джейсон и указал рукой на Софи.

— Накорми меня своими грехами.

Жизненная сила Софи излучалась из её тела ярким красным свечением. Тёмное пятно плавало внутри, но было вытянуто, проплыло по воздуху и исчезло в протянутой руке Джейсона. Светящаяся жизненная сила втянулась обратно в её тело, и он бросил ей лечебное зелье из своего инвентаря. Она выпила его, скривившись.

— Эти дешёвые зелья Джори делают своё дело, — сказала она. — Но я никак не могу привыкнуть к этому вкусу.

Клайв подготовил ещё один ритуал, и Софи поглотила следующий камень пробуждения руки.

Вы пробудили способность эссенции мистики [Сияющий кулак]. Вы пробудили 4 из 5 способностей эссенции мистики.

Способность: [Сияющий кулак] (Мистика)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Рукопашные атаки наносят дополнительный урон разрушительной силой, который высокоэффективен против магической защиты и нематериальных или бесплотных врагов. Рукопашные атаки не вызывают эффектов возмездия. Нейтрализовать любые эффекты, не наносящие урон, от активно перехваченных атак.

— Снова эссенция мистики, — сказал Джейсон. — Это магическая версия последней способности.

— Это полезно, — сказал Клайв. — Типы урона этих двух способностей: резонирующая сила и разрушительная сила. Между ними ты пройдёшь сквозь почти любую защиту. Это специальные способности, а не специальные атаки, так что я полагаю, урон ограничен, но они будут эффективны против любого врага, до которого ты можешь дотянуться рукой.

— Попробуй ту специальную атаку снова, — сказала Софи, и Джейсон снова вытащил меч.

[Селестина] нейтрализовала весь урон от специальной атаки [Наказание].

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] на [Селестина].

[Селестина] предотвратила вторичные эффекты специальной атаки [Наказание].

[Грех] не вступил в силу.

Нейтрализация недуга вызвала эффект на оружии [Погибель и Спасение].

[Селестина] нейтрализовала вызванный эффект.

— Ого, — сказал Джейсон. — Это даже остановило мой меч от самобаффа.

— Похоже, ясно, в каком направлении развиваются её способности, — сказал Клайв. — Из её первых семи способностей три защитные и одна — самовосстановление. Однако это не способности тотальной защиты; чтобы эффективно использовать их, нужно мастерство. Она развивает набор защитных способностей специалиста по уклонению.

— Танк-уклонист, — сказал Джейсон.

— Существует, в широком смысле, два вида защитных специалистов, — сказал Клайв. — Они соответствуют двум видам пользователей эссенций, о которых мы говорили вчера. Наиболее распространённый тип использует грубую прочность, полагаясь на простые, пассивные способности, которые смягчают урон. Их сильные стороны — стоять на своём и выдерживать наказание.

— А я — другой тип, — сказала Софи.

— Похоже на то, — сказал Клайв. — Ты можешь ожидать больше активных защитных сил и больше мобильности. Ты не будешь так хороша в удержании фиксированной позиции, но у тебя будут инструменты, чтобы оказаться именно там, где нужно, именно тогда, когда нужно. Ты не будешь так хороша в пассивном принятии ударов, но будешь лучше в их перехвате. Другой тип специалиста переживёт тебя под шквалом атак. Однако более мощные, одиночные атаки могут пробить их защиту, в то время как у тебя будут инструменты, чтобы избежать или нейтрализовать их.

— Похоже, ты будешь хороша в том, чтобы оставаться в живых, когда дела идут хуже всего, — сказал Джейсон.

— Я всегда была такой, — сказала Софи.

Клайв подготовил следующий ритуал, перейдя к камню пробуждения ноги.

Вы пробудили способность эссенции равновесия [Облачный шаг]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции равновесия.

Способность: [Облачный шаг] (Равновесие)

Специальная способность (передвижение).

Стоимость: Низкая выносливость и мана.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Сделать один шаг по воздуху, как будто это твёрдая земля, становясь нематериальной на короткий момент. Эту способность можно использовать, пока все шаги на перезарядке, за экстремальную стоимость маны за шаг. Если используется в тумане, дымке или облаке, эта способность не имеет перезарядки.

— Наконец-то не мистическая, — сказал Джейсон. — В некотором роде обидно на данном этапе. Ты почти полностью пробудила эту эссенцию.

— Что такое перезарядка? — спросила Белинда, читая описание способности.

— Это то, сколько времени нужно ждать после использования способности, прежде чем можно будет использовать её снова, — сказал Джейсон.

— Это терминология из мира Джейсона, — сказал Клайв. — Его способность служит для него проводником в наш мир, поэтому она описывает их так, как он лучше всего поймёт.

— Почему ей нужно ждать? — спросила Белинда.

— Наши тела служат средой для магии наших способностей эссенций, — сказал Клайв. — Использование одной и той же магии одним и тем же способом может привести к перенапряжению тела. Менее внушительные способности требуют мало времени или вообще не требуют времени, прежде чем их можно будет использовать снова, в то время как более чрезмерные силы требуют больше времени для восстановления. Эта твоя способность, мисс Уэкслер, довольно интересна тем, что вы можете обойти это ограничение, используя большое количество маны.

— Это необычно? — спросил Джейсон.

— Да, но далеко не неслыханно, — сказал Клайв. — Она работает, распределяя напряжение по всему телу, что позволяет использовать её в быстрой последовательности, но требует гораздо больше маны, чтобы пробиться. Очень неэффективно, но неэффективно лучше, чем недоступно в критический момент.

— Попробуй, — сказала Белинда.

Софи ступила на невидимую ступеньку, а затем упала обратно на пол.

— Кажется неубедительным, — сказала Белинда.

— Я хочу попробовать эту штуку с нематериальностью, — сказал Джейсон, доставая из инвентаря небольшой мешочек. — Попробуй свою способность снова.

Софи использовала свою способность, чтобы ступить на воздух, когда Джейсон бросил глазированный орех. Он отскочил от её лба, заработав Джейсону взгляд, полный ярости.

— Способность действительно говорит «кратковременно нематериальна», — сказал Джейсон. — Думаю, нам нужно правильно подобрать время. Ты чувствуешь, что становишься нематериальной?

— Думаю, да, — сказала Софи. — Есть очень короткое ощущение лёгкости.

После нескольких попыток они наконец добились того, чтобы глазированный орех прошёл сквозь нематериальное тело Софи, как раз в тот момент, когда она делала шаг по воздуху.

— Интересно, что произойдёт, если она использует её, стоя на земле, — сказал Джейсон. — Она провалится?

— Не сквозь облачный дворец, — сказал Клайв. — Одно из его многих свойств — блокировать прохождение нематериальных сущностей. Но она может пройти сквозь каменный пол этой комнаты.

Ритуальная комната имела каменный пол, сделанный из цельного листа гладко отполированного камня, чтобы облегчить черчение ритуальных кругов. После некоторых экспериментов они обнаружили, что Софи будет погружаться в него, если у неё будет нога на земле во время использования способности. После мимолётного момента нематериальности её нога выталкивалась обратно из камня.

— Нужно двигаться быстро, но можно использовать это, чтобы пройти сквозь стену, — сказала Белинда. — У тебя есть, может быть, секунда нематериальности. Нужно двигаться достаточно быстро, чтобы пройти большую часть пути, чтобы тебя вытолкнуло на другую сторону.

— Не уверен, что мне нравится звучание этого теста, — сказала Софи. — Что если я застряну на полпути?

— Твою ногу вытолкнуло из пола, — сказала Белинда. — Нет причин думать, что со стеной будет иначе.

— Что случилось с той женщиной, которая не хотела, чтобы я ловила мечи? — спросила Софи.

— Есть лечебные зелья, — сказала Белинда.

— Не думаю, что лечебное зелье исправит мою голову, занимающую то же пространство, что и кусок стены.

— Мы можем рассмотреть возможности позже, — сказал Клайв. — У нас есть ещё ритуалы для выполнения.

— Чуть позже, — сказала Софи. — Я хочу посмотреть, на что способна эта способность. Асано, поспаррингуй со мной немного.

Джейсон и Софи вступили в лёгкий спарринг, никто не перенапрягался. Когда она была в бойцовских ямах, акробатическое использование скорости и стен, чтобы переиграть противников, было её визитной карточкой. Она начала использовать свою новую способность как стену, чтобы оттолкнуться, когда ей нужно. Это не было дико эффективно сразу, но она увидела потенциал. В конце концов, она попросила перерыв из-за раскалывающейся головной боли, и Джейсон протянул ей зелье маны.

— Это твоя первая головная боль от низкого уровня маны? — спросил Джейсон.

Она вздохнула с облегчением, когда зелье подействовало, а затем кивнула.

— Неприятно, правда?

— Нет, не приятно, — согласилась она, потирая виски.

— Хочешь сделать перерыв? — спросил Клайв.

— Я в порядке, — сказала она.

— Сделай перерыв, — отчитала её Белинда. — Тебе не обязательно всё терпеть из принципа.

— В любом случае, уже пора обедать, — сказал Джейсон. — У меня есть сэндвичи.

На скамье, где всё ещё ждал своего часа последний камень пробуждения, он разложил обед. Поднос с сэндвичами, плюс стаканы и кувшин с холодным чаем, в котором плавали кусочки льда.

— Ты всегда носишь с собой сэндвичи? — спросила Белинда, пока Джейсон разливал напитки.

— Носит, — сказал Клайв, беря сэндвич с подноса. — Ещё и верёвочную лестницу.

Софи подошла последней, и Белинда сунула ей в руку сэндвич.

— Где ты взял этот чатни? — спросила Белинда Джейсона, откусив от своего сэндвича.

— Моя домовладелица его делает. Теперь, когда Эмир устроил нас в облачном дворце, я её не вижу, что жаль. Я много узнал о местных ингредиентах на её кухне. Я пошёл и упаковал вещи из комнат, которые мы с друзьями арендовали, и она снабдила меня чатни и джемом. Я собирался выяснить, как готовить на кухне из облаков, и испечь несколько сладких булочек.

Белинда болтала с Джейсоном и Клайвом, пока Софи ела в молчании. Белинда изредка поглядывала в её сторону, отмечая, что Софи приговорила добрую часть сэндвичей. Пока Джейсон убирал остатки их обеда, Клайв подготовил ритуал для последнего камня пробуждения.

Вы пробудили способность эссенции мистики [Призрачный шаг]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции мистики.

Вы пробудили все способности эссенции мистики. Связанный атрибут [Дух] будет развиваться в сочетании со способностью эссенции мистики самого низкого ранга.

У вас 1 из 4 завершённых эссенций.

Способность: [Призрачный шаг] (Мистика)

Специальная способность (измерение, передвижение, иллюзия).

Стоимость: Низкая выносливость и мана.

Перезарядка: 40 секунд.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Мгновенно переместиться в близлежащее место, оставляя после себя остаточное изображение.

— Мгновенное перемещение, — сказал Клайв. — Функционально похоже на телепортацию, но требует пути прохождения.

— Телепортация может быть сложной, — сказал Джейсон. — У меня ушло много времени, прежде чем я смог успешно…

Софи внезапно появилась рядом с ним.

— …активировать способность, — закончил он. — Неважно, я полагаю.

Мерцающее остаточное изображение задержалось на мгновение на прежней позиции Софи, прежде чем исчезнуть. Что касается самой Софи, она пошатнулась, теряя равновесие.

— Это было потрясающе, — сказала Софи, головокружительно разведя руки. — Это было просто невероятно. Мне, правда, понадобится практика. Это был последний из камней пробуждения, так что мне стоит этим заняться.

— На самом деле, — сказал Джейсон, — Клайву и мне удалось раздобыть несколько дополнительных вчера.

Он подошёл к скамье. Хотя она была очищена от камней пробуждения, он достал из инвентаря ещё два и положил их.

— Один из них я получил от Общества искателей приключений за то, что поймал тебя. Другой я получил от ...... где-то ещё, но тоже за то, что поймал тебя.

— Где-то ещё? — спросила Белинда.

Джейсон не ответил на вопрос. Клайв достал третий камень, положив его рядом с двумя другими.

— Это тот, который я получил за то, что поймал тебя, — сказал он. — Джейсон не пробудил свой полный набор сил, но он близок к этому. Поскольку он ждёт того, что готовит Эмир, он решил отдать их тебе.

— А как насчёт вас? — спросила Белинда.

— У меня полный набор уже давно, — сказал Клайв. — Я просто никогда не был большим авантюристом.

Джейсон хлопнул его по спине.

— Ты убил монстра бронзового ранга в скрытой крепости под болотом, — сказал Джейсон. — Теперь ты вполне хороший авантюрист.

— Вчера вечером, после нашей встречи, с нами с опозданием связалось Общество искателей приключений по поводу награды за то, что поймали вас, — сказал Клайв. — Я собирался отдать свой камень Джейсону, но раз уж он отдавал свой тебе, я решил сделать то же самое.

— Что это за камни пробуждения? — спросила Софи. Она подошла к скамье, глядя на камни. Джейсон приглашающе указал на них.

— Коснись их и увидишь.

Дети

Дети

Софи провела рукой по первому из трёх камней пробуждения, которые Клайв и Джейсон положили на скамью.

Предмет: [Камень пробуждения фокуса] (без ранга, необычный)

*Камень пробуждения, содержащий нерассеянную силу. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

Требования: Непробуждённая способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 11 непробуждённых способностей эссенции.

— Это самый распространённый из трёх, — сказал Клайв. — Магическое общество оценивает камни по шкале от одной до пяти звёзд, основываясь на том, как часто они встречаются по всему миру. Мы работаем с брокерами и Обществом искателей приключений, чтобы попытаться каталогизировать их все. Способность Джейсона также, кажется, оценивает их по пяти стадиям редкости, но не численно. Камни, которые вы использовали до сих пор, были все обычными, или однозвёздочными. Необычный — это две звезды.

Софи коснулась следующего камня, который был синим с белыми полосами.

Предмет: [Камень пробуждения неба] (без ранга, эпический)

*Камень пробуждения, содержащий свободу открытого неба. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

Требования: Непробуждённая способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 11 непробуждённых способностей эссенции.

— Эпический, — сказала она.

— Четыре звезды, вторая по величине редкость, — объяснил Клайв. — После того как на то, чтобы поймать вас, ушло так много времени, Общество искателей приключений повысило награду до четырёхзвёздочного камня пробуждения для каждого человека в команде, которая вас поймала.

— Им пришлось установить лимит в шесть, после того как люди начали формировать гигантские группы, — сказал Джейсон.

— После того как мы поймали вас, — сказал Клайв, — возникли некоторые проблемы, как вы можете помнить. Джейсон и я получили свои награды вчера вечером, и нам дали выбор из четырёхзвёздочных камней.

— Вторая по величине редкость, — сказала Белинда. — Это те камни, которые использовали вы?

— На самом деле, я использовал только одно- и двухзвёздочные камни, — сказал Клайв. — Однако мне дали эпическую четырёхзвёздочную эссенцию. Эссенцию рун. Очень ценную.

— Кто дал тебе её? — спросил Джейсон. — На угриной ферме не может быть много эпических эссенций.

— Мой наставник, — сказал Клайв. — Он был директором Магического общества, предшественником предшественника Люциана Лампри. Он вывез меня из дельты, дал образование. Показал ценность того, что мы делаем в Магическом обществе. Я стал авантюристом как раз к последнему всплеску монстров, когда мне было шестнадцать. Он погиб во время всплеска, и после того, как всё закончилось, я больше не пробовал свои силы в авантюризме до недавнего времени. Я полностью погрузился в Магическое общество, но наш филиал здесь не такой, каким был тогда.

— Не думаю, что Лампри способствует позитивной институциональной культуре, — сказал Джейсон.

— Нет, — сказал Клайв. — Я бы сказал, что предыдущий был не лучше, но Лампри действительно устанавливает новую планку снизу.

— Я даже не в Магическом обществе, и я знаю это, — сказала Белинда.

Джейсон снова переключил внимание на камни.

— Камень неба, — сказал он. — Я подумывал выбрать его и использовать сам.

— Он очень востребован, — сказал Клайв. — Шансы пробудить какую-то способность полёта очень высоки. Я немного удивлён, что у нашего Общества искателей приключений был такой.

— Оказывается, у меня уже есть способность полёта, — сказал Джейсон. — Клайв рассказал мне. Я очень жду этого сейчас, но полететь я смогу только на серебряном ранге.

— У Джейсона есть ряд способностей, о которых у нас очень мало информации, — сказал Клайв. — Однако у нас есть подробные записи о многих из них, и его способность плаща позволит ему планировать на бронзовом ранге и летать на серебряном. Это будет не так эффективно, как более специализированная способность передвижения, но он будет летать.

— Мне, наверное, стоит поискать, что делают мои способности на более поздних рангах, — сказал Джейсон.

Клайв в недоумении повернулся к нему.

— Я именно это тебе и говорю!

— Ты уверен? — спросил Джейсон. — Не припоминаю.

Пока Клайв начал краснеть, Джейсон повернулся к Софи.

— Клайв выбрал этот, в конце концов, раз уж мы отдавали их тебе. Это твой лучший шанс на способность полёта.

— Хотя гарантий нет, — сказал Клайв, всё ещё глядя на Джейсона. — Он с таким же успехом может дать тебе специальную атаку, эффективную против врагов в воздухе.

— Не будь занудой, Клайв, — сказал Джейсон.

— Я просто управляю ожиданиями, — сказал Клайв. — Взгляни на последний камень, и мы начнём.

Софи протянула руку и коснулась последнего камня, который был прозрачным с такой чистотой, что его было трудно увидеть.

Предмет: [Камень пробуждения очищения] (без ранга, эпический)

*Камень пробуждения, обладающий очищающей силой. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

Требования: Непробуждённая способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 11 непробуждённых способностей эссенции.

— Это почти наверняка даст тебе какую-то способность очищения, — сказал Клайв. — У тебя нет никаких очевидных эссенций для этого, так что она может принять множество форм. Это может быть способность равновесия, которая переносит недуги на твоих врагов, или способность скорости, которая позволяет быстрее восстанавливаться от недугов. Это может быть какая-то другая способность с самоочищением в качестве вторичного эффекта.

— Насколько ценны эти эпические камни? — спросила Белинда.

— Каждый из них ценнее, чем все остальные камни вместе взятые, — сказал Клайв. — Камень неба ценнее, чем любая из эссенций, которые вы использовали.

— И вы просто отдаёте их мне? — спросила Софи.

— Твой контракт об индентуре на шесть месяцев, — сказал Джейсон. — К тому времени, как он закончится, ты будешь авантюристом дольше, чем я на данный момент. Ты их заработаешь, поверь мне.

— Вопрос, — сказал Клайв, — в каком порядке ты хочешь их использовать? Хочешь начать с потенциальной способности полёта или приберечь её на конец?

— Даже если ты её получишь, — предупредил Джейсон. — Ты, вероятно, не сможешь хорошо летать. Мой друг Хамфри умеет летать, но это стоит ему столько маны, что он не может делать это долго.

Клайв кивнул.

— Он прав, — сказал Клайв. — На железном ранге сила будет ограничена либо стоимостью, либо типом полёта, например, планированием. Она станет дешевле или полезнее по мере повышения ранга.

— Кстати о рангах, — сказал Джейсон. — Ты не использовала ядра монстров, чтобы поднять способность, которая у тебя уже есть, верно?

— Нет, — сказала Софи. — Перед тем как мой отец умер, он оставил мою единственную эссенцию отцу Белинды, который провёл ритуал, как только я достаточно повзрослела.

— У моего отца не было никаких эссенций, но он знал хорошую смесь разных магических полей. Он знал, что ядра монстров испортят развитие её эссенции, и отговорил её от них, — сказала Белинда.

— Похоже на хорошего парня, — сказал Клайв.

— Он был пьяным придурком, чьим единственным актом порядочности было не продать ту эссенцию, прежде чем отдать её Софи, — сказала она. — Он попытался ограбить отца Коула Сильвы и потерпел неудачу. Сильва убил его, а я осталась должна возместить ущерб.

— Как узнать, когда ты достаточно взрослая, чтобы использовать эссенцию? — спросил Джейсон. — И что будет, если попытаться, а ты недостаточно взрослая?

— Есть простой тест, может ли твоё тело справиться с этим, — сказал Клайв. — Обычно это шестнадцать или семнадцать лет, но я слышал о случаях в четырнадцать и даже в девятнадцать или двадцать. Что касается того, что будет, если ты не готова, ну, я слышал ужасные истории. Магические деформации. Люди, использующие детей в экспериментах с эссенциями, чтобы попытаться раскрыть секреты эссенций.

Клайв покачал головой.

— Не каждый филиал Магического общества — лучшая группа людей, очевидно, — сказал он. — Но даже худшие из нас положат этому конец.

— Ну, здесь не о чем беспокоиться, — сказала Белинда. — Софи практически старая дева.

— Мне двадцать три.

— Мне тоже, — сказал Джейсон. — На самом деле, прошло около четырёх месяцев. Думаю, я пропустил день рождения.

— Я собираюсь подготовить следующий ритуал, — сказал Клайв. — Выбирай, какой камень хочешь использовать.

— Оставь камень неба на конец, — сказала Белинда. — Если ты действительно получишь способность летать, мы сможем сразу отправиться и попробовать её.

— Хорошая идея, — сказал Джейсон. — Двигайся к грандиозному финалу.

Софи кивнула, и Клайв принялся за работу, быстро подготовив и проведя ритуал с использованием необычного камня фокуса.

Вы пробудили способность эссенции скорости [Аватар скорости]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции скорости.

Способность: [Аватар скорости] (Скорость)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Ваши способности передвижения имеют увеличенный эффект и сниженную стоимость выносливости и маны.

— Выглядит немного неубедительно, — сказала Белинда.

Из середины угасающего ритуального круга Софи взорвалась движением. Она быстро побежала к стене комнаты и вверх по ней, поворачиваясь, чтобы бежать вдоль стены и вокруг комнаты несколько раз.

— Ну, это кое-что, — сказал Клайв, когда остальные наблюдали за ней, как она носится, сворачивая из стороны в сторону на стене в маленьких рывках, которые, казалось, не замедляли её.

— Она обычно такая шустрая? — спросил Джейсон Белинду.

— Не уверена, — сказала Белинда. — Когда она бегает, первое, что она делает, — это убегает, так что я никогда не вижу многого.

Софи спрыгнула со стены, перевернувшись в воздухе и приземлившись на корточки.

— Это может быть самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел, — сказал Джейсон.

— Ты знаешь, что сказал это вслух, да? — спросил Клайв.

— Я остаюсь при своём мнении.

Белинда посмотрела на Джейсона из-под скептически нахмуренных бровей.

— Ты считаешь женщину, делающую сальто со стены, сексуальной? — спросила она его.

— Ага.

— Ты странный.

— Я остаюсь и при этом тоже.

Софи встала и подошла к ним.

— Хорошая способность, — сказала она.

— Способности Аватара часто хороши, — сказал Клайв. — Они воплощают аспект эссенции, делая тебя очень хорошей в чём-то конкретном. В данном случае — в способностях передвижения.

— Мне нравится быть быстрой, — сказала Софи. — Способность, которая у меня всегда была, делает меня быстрой, а эта делает меня быстрее.

— Можешь показать нам ту способность? — спросил Джейсон.

— Как мне это сделать?

— Это довольно инстинктивно. Ты просто хочешь, по сути.

После короткого момента способность появилась перед ними.

Способность: [Фрираннер] (Скорость)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%)

Эффект (железо): Увеличенная скорость. Низкая стоимость выносливости и маны в секунду для бега по стенам и воде. Импульс должен поддерживаться на стенах или воде, чтобы не упасть.

Эффект (бронза): Улучшенный баланс и пространственное чувство.

— Улучшенный баланс и пространственное чувство, — прочитал Джейсон. — Это позволило бы тебе очень быстро перемещаться по сложной среде. Супер паркур.

— Паркур?

— В моём мире это то, что мы называем практикой перемещения через сложные пространства с эффективностью и скоростью. Люди тренируются, чтобы быть очень хорошими. Полагаю, та твоя способность делает тебя очень, очень хорошей в этом.

— Да, — просто сказала Софи.

Он видел, что она не хвастается, а просто констатирует факт. Ей не нужно было его одобрение, и она его не искала. Он усмехнулся.

— Это классическая, ориентированная на навыки сила, — сказал Клайв. — Она кажется простой и слабосильной, но позволяет делать то, в чём ты хороша, очень хорошо.

— Посмотрим, что со следующей, — сказала Софи. — Подготовь её.

Клайв сделал именно это, проведя ритуал пробуждения с камнем очищения.

Вы пробудили способность эссенции ветра [Очищающий бриз]. Вы пробудили 2 из 5 способностей эссенции ветра.

Способность: [Очищающий бриз] (Скорость)

Аура (святой, очищение).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Союзники внутри ауры имеют повышенное сопротивление к проклятиям, болезням, магическим недугам, ядам и нечестивым недугам. Это святой эффект. Нейтрализует яды в воздухе; это эффект очищения.

— Аура, — сказал Клайв. — Это большая победа.

— Это так, — согласился Джейсон.

— Почему? — спросила Белинда.

— Манипуляция аурой — важный навык для авантюристов, — сказал Клайв. — Ты можешь изучить его, только когда у тебя есть способность ауры, хотя любая способность ауры подойдёт.

— Он прав, — сказал Джейсон. — Контроль ауры — одна из вещей, которая отличает способного авантюриста от неудачника.

— Неудачника? — спросила Софи.

— Ты можешь знать это как «бастер», — сказал Джейсон. — Неважно, поймёшь из контекста.

— Это неожиданная способность для эссенции ветра, — сказал Клайв. — Я бы ожидал что-то от эссенции мистики. Это также полная противоположность ауры Джейсона.

— Будут ли они конфликтовать? — спросила Белинда.

— Нет, — сказал Клайв. — Аура Джейсона влияет только на врагов, в то время как аура мисс Уэкслер влияет только на союзников. Пока они на одной стороне, это не будет проблемой.

Клайв и Белинда перевели взгляд с Джейсона на Софи, которые оценивающе смотрели друг на друга.

— Я бы не стал исключать проблемы прямо сейчас, — сказала Белинда.

— Это ещё и святая способность, — сказал Клайв. — Это хорошо сочетается со святой склонностью селестины.

— Я думал, у них астральная склонность, — сказал Джейсон.

— У них есть и святая, — сказал Клайв. — Всё ещё не так много, как у эльфов, у которых есть склонности к жизни, природе и магии, поэтому эльфы — такие хорошие целители. Я подготовлю следующий ритуал.

Джейсон стоял рядом с Клайвом, пока тот использовал свою способность эссенции, чтобы рисовать золотые линии на полу.

— Насколько действительно вероятно, что она получит способность полёта? — тихо спросил он. — Я слышал много людей, говорящих, что нельзя делать прогнозы, включая тебя.

— Глядя на все двадцать способностей, это верно. Вот почему лучший подход — выбрать более общее направление для своего набора сил. Выбери свои эссенции и оставь детали судьбе. Однако всегда есть одна или две способности, которые можно уверенно предвидеть. Например, есть определённые камни пробуждения, которые имеют более высокий шанс произвести ауры, если у тебя много способностей и ещё нет ауры. Другой пример — все те камни пира, которые ты использовал, Джейсон.

— Я не рассказывал тебе об этом.

— Фарра рассказывала. Комбинация камней пира и эссенции крови означала, что способность высасывания здоровья была почти гарантирована. Это могла быть любая из целого ряда способностей высасывания здоровья, но ты был почти уверен, что получишь одну из них. Если объединить естественную склонность селестины к утилитарным способностям, эссенцию ветра и камень неба, это так близко к гарантии способности полёта, как только можно получить. Лучшего шанса не пожелаешь, разве что с эссенцией крыла.

Джейсон отошёл от круга, остановившись рядом с Софи.

— Удачи, — сказал он, затем присоединился к Белинде в стороне у стены.

Клайв провёл ритуал не иначе, чем все остальные.

Вы пробудили способность эссенции ветра [Листой на ветру]. Вы пробудили 3 из 5 способностей эссенции ветра.

Способность: [Листой на ветру] (Скорость)

Специальная способность (передвижение, измерение).

Стоимость: Умеренная мана в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Планировать по воздуху; высокоэффективно при седлании ветра. Может уменьшить вес, чтобы замедлить падение за сниженную стоимость маны. Игнорировать или седлать эффекты сильного ветра, даже когда эта способность не используется активно.

Клайв издал мальчишеский смешок.

— Ты получила её, — сказал он. — Мне придётся проверить, чтобы убедиться наверняка, но я бы поставил свою библиотеку на то, что это способность полёта.

Джейсон достал планшет и посмотрел способность.

— Ага, — сказал он. — Она была третьей в списке способностей полёта эссенции ветра. Из того, что я вижу здесь, ты планируешь на железе и своего рода летаешь-планируешь на бронзе. Седлаешь ветер, что-то в этом роде. У тебя будет полноценный полёт на серебре, затем вернёшься к седланию ветра на золоте, но ты будешь контролировать ветер. Ничего не сказано про алмаз, что неудивительно.

Софи и Белинда посмотрели друг на друга, улыбки расплылись на их лицах.

— Ты можешь летать, — сказала Белинда.

Софи кивнула. — Я чувствую это.

— Значит, следующий шаг очевиден, — сказал Джейсон. — Пойдём прыгнем с небесного дворца.

— Возможно, вам стоит быть немного осторожнее, — сказал Клайв. — Пока она не освоится со способностью.

— Бу-у! — заулюлюкала Белинда.

— Ты только что заулюлюкала мне? — спросил Клайв.

— И правильно сделала, — сказал Джейсон. — Бу-у!

— Вы ведёте себя как дети.

— Мы собираемся прыгнуть с крыши, — сказал Джейсон. — Конечно, мы ведём себя как дети.

Звездное семя

Звездное семя

На сортировочном дворе Общества искателей приключений открылся портал, и люди начали выходить через него. Всего их было четырнадцать, каждый носил значок, отмечающий их как чиновников Общества искателей приключений. Женщина во главе выглядела на начало среднего возраста, с волосами, нелестно туго заколотыми назад. Её значок Общества искателей приключений был чёрным.

* * * Джейсон, Клайв, Белинда и Софи ждали, пока закончится последняя поминальная служба за день, прежде чем выйти наружу, чтобы проверить новые способности Софи. С планированием было несколько ложных стартов, но функция замедленного падения силы была достаточно интуитивной, так что она осталась невредимой. Через несколько попыток она уже планировала над океаном, прежде чем развернуться обратно, чтобы приземлиться на нижних уровнях дворца. Конечно, она предпочла бы, чтобы предыдущие попытки не включали в себя вытаскивание своего промокшего тела на одну из платформ дворца на уровне моря.

Помимо способности планирования, пребывание на свежем воздухе позволило ей проверить свой клинок ветра. Она могла выбрасывать мерцающую дугу режущего ветра взмахом руки или ноги. Короткий жест создавал маленький, быстрый клинок, который было трудно увидеть. Более широкое движение создавало более длинный и заметный клинок, который был заметно медленнее.

— Некоторые способности придут легко и естественно, — сказал Клайв. — Другие тебе нужно будет практиковать, прежде чем сможешь использовать их эффективно.

— Оставим вас на сегодня, — сказал Джейсон. — Поиграйте и привыкните к ним. Завтра начнём тренировки.

— Эта оценка Общества искателей приключений через неделю, верно? — спросила Белинда. — Она будет готова?

— Следующий набор был отменён, — сказал Джейсон. — После дней поминальных служб никто не стремится скармливать своих молодых людей в мясорубку. Оценки будут строгими, какими они не были уже давно, за несколькими исключениями.

— Разве это не усложнит Софи прохождение? — спросила Белинда.

— Полевая оценка оценивает две вещи, — сказал Джейсон. — Навык надёжно охотиться на монстров и суждение, чтобы знать, когда этого не делать. Я не позволю ей участвовать, пока она не будет готова.

Он посмотрел на Софи, стоящую несчастной в своей всё ещё мокрой одежде.

— Никто не будет спорить, что тебе не хватает навыков, — сказал он ей. — Ты когда-нибудь сражалась с монстром?

Она покачала головой.

— Как только Руфус сочтёт тебя готовой, я отвезу тебя в дельту, и мы выполним несколько уведомлений с доски приключений. Если ты будешь соответствовать его стандартам, то прохождение полевой оценки не будет проблемой.

* * * В конференц-зале рядом с кабинетом директора в административном здании Общества искателей приключений проходило собрание. Во главе стола, но стоя, а не сидя, находилась руководитель следственной группы Табита Герт. Её одежда была простой, единственным украшением был чёрный значок Общества искателей приключений. У неё было суровое выражение лица, подчёркнутое туго затянутыми назад волосами. Элспет Арелла также присутствовала, сидя справа от Герт. Эмир Бахадир сидел в другом конце стола, его расслабленная поза контрастировала с осанкой Ареллы и строгостью Герт.

— Есть ли причина, по которой директора Магического общества здесь нет? — спросила Табита.

— Люциан Лампри будет препятствовать и информировать, потому что это служит его целям, независимо от внешних последствий, — сказала Арелла. Это вызвало многозначительный кашель в её сторону от Эмира, на что она ответила плоским взглядом.

— Наличие Лампри здесь, — сказала Арелла, поворачиваясь обратно к Герт, — было бы равносильно отправке заинтересованным семьям пояснительной брошюры с подробным описанием наших намерений.

— Это очень бесполезно, — сказала Герт.

— Я знаю об этом, — сказала Арелла.

Герт перевела внимание на Эмира.

— Вы убеждены, что эти пять членов экспедиции были скомпрометированы? — спросила она. — Если я обнаружу, что это какая-то уловка, чтобы отвлечь от расследования, это плохо кончится для вас, золотой ранг или нет.

— Я убеждён, что политическая цена принуждения к решению и ошибки предпочтительнее, чем оставить всё как есть и ошибиться.

Арелла указала на дверь, которая распахнулась сама собой, чтобы впустить Даниэль Геллер. Арелла снова использовала свою силу, чтобы закрыть дверь за ней. Хотя Даниэль предпочла бы выбросить её в окно, она ограничилась тем, что бросила на Ареллу недовольный взгляд, прежде чем придать своему выражению лица пустую профессиональность.

— Извините, что опоздала, — сказала Даниэль. — Я только что пришла с водной связи с семьёй Ионы.

— Это один из пяти из вашей семьи? — спросила Герт.

— Он из боковой ветви Дома Геллер, но в целом, да. Я только что разговаривала с его родителями и патриархом боковой ветви.

— Этот мальчик, Иона, — сказал Эмир. — Он отказывается от обследования?

— Да, как и остальные, — сказала Даниэль. — Он изолирует себя от нас. Его поведение убедительно указывает на то, что он видит в нас какую-то угрозу.

— У меня только что появились новости, — сказала Арелла. — Все пятеро вышли из своих существующих команд и сформировали одну команду вместе.

— Что? — спросила Даниэль. — Когда это произошло?

— Около часа назад. Я попросила своего заместителя директора следить за любой официальной деятельностью, связанной с этой пятёркой.

— Нам нужно действовать, — сказала Герт. — Однако вне компетенции Общества искателей приключений принудительно подвергать эту пятёрку обследованию.

— Иона мог не дать согласия, — сказала Даниэль, — но я объяснила ситуацию его людям. Они дали мне официальное разрешение действовать от их имени в отношении его благополучия. Они оформляют юридические документы прямо сейчас, и они отправят всё через Магическое общество посредством дублирования документов.

— Есть риск, что информация просочится таким образом, — сказала Арелла. — Лампри мало внимания уделяет своему собственному Магическому обществу, но сейчас далеко не обычные времена. Даже если он сохранит свою невнимательность, его заместитель тонок и дотошен.

— Опасное сочетание, — сказал Эмир. — Его лояльность?

— Лампри. По всем признакам они настоящие друзья. Мои инстинкты говорят мне, что его единственная истинная преданность — только самому себе, но я никогда не находила даже намёка на нелояльность, а я искала довольно долго.

Герт нахмурилась, глядя на Ареллу.

— Использование Магического общества для такой связи — необходимый риск, — сказала Герт. — Этот город видел достаточно деятельности, выходящей за рамки правил.

— Мы не должны позволять правилам мешать чему-то столь важному, — сказал Эмир.

— Всегда есть причины игнорировать правила, — сказала Герт, — поэтому мы должны быть дотошны в их соблюдении. Они — сама основа цивилизации, без которой мы существовали бы в состоянии анархии.

— Я не согласен, — сказал Эмир.

— Мне всё равно, — сказала Герт. — Эта операция проводится в соответствии со строгими правилами Общества искателей приключений, а не одной из ваших легкомысленных частных экскурсий. Золотой ранг или нет, вы будете следовать инструкциям.

— Да, мэм.

— Как только прибудет юридическая документация, — сказала Герт, — мы должны действовать немедленно, чтобы обезопасить этого мальчика Иону. Вы подобрали кого-то способного обследовать его? Местное Магическое общество не звучит как удовлетворительное место, чтобы найти помощь, которая нам нужна.

— Я связалась с местным верховным жрецом Чистоты, — сказал Эмир. — Он политически отстранён и имеет столько же шансов, сколько кто-либо другой, найти что-то, что было с ними сделано, и безопасно очистить это.

— Вы думаете, может быть опасность? — спросила Арелла.

— Люди, которых мы захватили в астральном пространстве, все довольно тщательно покончили с собой с помощью какого-то предмета, зарытого в их телах, — сказал Эмир. — Моё беспокойство в том, что наши пять авантюристов придут к похожему концу.

— Обращение к церкви Чистоты — хороший выбор, — сказала Даниэль. — Я хочу отправить Иону домой к его семье в целости и сохранности.

* * * Прибытие следственной группы из Континентального Совета Общества искателей приключений мало повлияло на Джейсона, по крайней мере, в первые несколько дней. Он не был членом экспедиции и имел слишком низкий ранг, чтобы участвовать в важных делах общества. Тем временем он работал с Руфусом, чтобы подготовить Софи к следующему набору Общества искателей приключений.

Руфус дал Софи свою собственную оценку, но оставался в основном в стороне, оставив Джейсона знакомить её с различными аспектами авантюризма. Он взял на себя больше роль наставника для Джейсона, предлагая советы и руководство о том, чему учить её и как. Они обсуждали именно это на одной из многочисленных террас облачного дворца, прохладная влага океанского бриза прорезала горячий, сухой воздух.

— Её навыки впечатляют, — сказал Руфус. — С точки зрения техники боя без оружия, она лучше меня. Её работа с оружием не так сильна, но, учитывая её способности, это не будет проблемой.

— Но все бои, которые она вела, были против людей, — сказал Джейсон.

Руфус кивнул.

— Её недостаток опыта в сражениях с монстрами — несомненно, её главный пробел, — сказал он. — Вывези её в дельту и выполни несколько уведомлений с доски приключений. Найми Хамфри, если сможешь. Он имеет более непосредственное влияние, чем ты, если кому-то нужно вмешаться.

— Я думал о том же, — сказал Джейсон. — Ты слышал что-нибудь от его матери насчёт расследования?

— Они проводят аудит всего филиала, — сказал Руфус. — Судя по тому, что она слышит, будут массовые понижения в должности по всем направлениям, члены экспедиции или нет. Немало людей лишатся своего членства вовсе.

— Меня, вероятно, понизят обратно до двух звёзд, — сказал Джейсон. — Я всегда подозревал, что быстрое повышение до трёх звёзд было частью игр Ареллы, и смею сказать, это расследование подтвердит это.

— Я бы не слишком беспокоился о местной политике, — сказал Руфус. — Бронзовый ранг будет свежим началом, которое ты сможешь сделать далеко отсюда. Моя часть в пристройке Академии Ремор с Геллерами должна хорошо совпасть с твоим повышением ранга и окончанием срока твоего контракта об индентуре. Мы сможем направиться в Витесс, оставив этот город и его проблемы позади.

— Мы понятия не имеем, как всё будет выглядеть через шесть месяцев, — сказал Джейсон. — К тому времени должен быть всплеск монстров, верно?

— Всплеск монстров должен быть уже сейчас, — сказал Руфус. — Мне будет интересно, где будут твои воры через шесть месяцев. Всё меняется очень сильно для них.

— Это зависит от них, — сказал Джейсон. — Весь смысл был в том, чтобы дать им шанс выбрать свой собственный путь.

— Как идут небоевые тренировки?

— Я учу их тому, чему Фарра учила меня — медитации и манипуляции аурой. Ментальным упражнениям. Ты уверен, что я готов кого-то учить?

— Фарра всегда была впечатлена тобой, — сказал Руфус. — Мы все видели в тебе потенциал. Теперь ты её наследие.

Джейсон выглядел потрясённым.

— Не говори так, — сказал он. — Я не могу соответствовать этому.

— Никто из нас не соответствует ожиданиям, которые мы возлагаем на себя, — сказал Руфус. — Гэри и Фарра научили меня принимать это. Но в попытке мы подталкиваем себя к новым высотам. Тебе не нужно быть каким-то сияющим представителем того, кем она была. Просто старайся быть авантюристом, которого она гордилась бы обучить.

— Это я могу сделать. Странно передавать то, чему она учила меня, этим женщинам.

— Ты учишь их обеих?

— Уэкслер рано или поздно получит эссенции для своей подруги. Если она знает техники медитации и тренировочные упражнения заранее, это только к лучшему. Уэкслер склонна больше слушать, когда её подруга присматривает за ней.

— Проблемы с тренировками?

— Стены Уэкслер медленно рушатся, — сказал Джейсон. — Хотя на их строительство ушло много сил. Завоевание доверия — это половина битвы.

— Доверие имеет решающее значение, — сказал Руфус. — Если ты хочешь эффективно чему-то научить её, она должна доверять тому, что то, что ты передаёшь, имеет ценность, и что ты делаешь это добросовестно.

— Есть советы?

— Не пытайся торопить события. Позволь времени сделать своё дело.

Джейсон кивнул.

— Тогда не повредит взять выходной, — сказал он. — Я не видел Кассандру с того дня, как экспедиция вернулась.

— У тебя планы?

— Она пригласила меня пойти под парусом.

* * * — Их нет, — сказала Женевьева. Заместитель директора Общества искателей приключений была в кабинете директора вместе с Даниэль, Эмиром и Табитой Герт.

— Что насчёт отслеживания их значков? — спросила Герт.

— Тот факт, что мы не могли отследить их значки, — это то, что привлекло наше внимание к ним в первую очередь, — сказала Даниэль.

— Всем им было предписано пройти повторное обследование ауры и замену значков, — сказала Арелла. — Никто из них не явился, чтобы сделать это.

— Мы хоть что-то знаем? — спросил Эмир.

— У меня уже есть моя информационная сеть в Старом городе, которая ищет, — сказала Арелла. — У них нет навыков или сил, чтобы спрятаться от моих людей в Старом городе. Если они там, мы найдём их. Если они ушли, мы узнаем, в каком направлении. Наш лучший план действий сейчас — терпение.

— Насколько надёжна ваша сеть в Старом городе? — спросила Герт.

— Теперь, когда все знают, что мой отец стоит за мной, его власть в Старом городе неоспорима, — сказала Арелла. — Лучше и не пожелаешь.

— Вы сказали, что у них нет навыков, чтобы спрятаться, — сказал Эмир. — Это при условии, что их навыки — это то, чем они были. Насколько мы знаем, они могут больше не управлять своими телами.

— Это не меняет наш план действий, — сказала Даниэль. — У нас есть люди, которые ищут, поэтому мы будем терпеливы и позволим им. Действовать просто ради того, чтобы что-то сделать, — это навлекать на себя неприятности, когда их и так достаточно.

* * * Все главные храмы в Гринстоуне выходили фасадами на Божественную площадь, но остальная часть их пространства занимала обширные куски храмового района в раскидистых, многозданных комплексах. Храм Чистоты не был исключением, с рядом внушительных зданий, разбросанных по его просторной территории. Жрица Чистоты, Аниса Ласаль, шла по этой территории к строительной площадке на ранних стадиях добавления нового здания к коллекции храма.

На площадке находился офис прораба, сделанный из того, что выглядело как наспех собранные материалы. Любой, кто обладал нужными знаниями и способностью видеть магию, понял бы, что время, усилия и средства были вложены в мощную защиту от подслушивания, встроенную в конструкцию. Если бы кто-то спросил, это была мера по подавлению звука, позволяющая прорабу проводить встречи с представителями церкви в тишине и покое.

Войдя внутрь здания, Аниса огляделась, ощущая пробелы в магии звукоизоляции, но обнаружив её тщательной и нетронутой. Другой обитатель комнаты выглядел как обычный прораб, но она смотрела на него с отвращением, неподобающим простому торговцу.

— Ну? — спросил мужчина.

— Вашему наспех собранному плану достаточно повезло, чтобы сработать, — сказала Аниса. — Всё внимание сосредоточено на пяти, которых вы засеяли. Никто даже не подумал, что существуют ваши истинные агенты, которых нужно искать. Мы предлагаем вам ограничить свою деятельность на данный момент, чтобы не рисковать разоблачением.

— Согласен, — сказал мужчина. — Следующий этап зависит от того, чтобы оставаться незамеченными.

— Вы уверены, что Бахадир отправит людей в другое астральное пространство?

— Люди Бахадира лояльны и осмотрительны, но люди, с которыми они работают, не всегда такие же. Наша информация надёжна.

— И это другое астральное пространство всё ещё достаточного масштаба, чтобы выполнить обещанное?

— О, да, — сказал прораб. — Это не тот приз, которым было бы астральное пространство пустыни, но всё же очень желанный. Что касается вторичных эффектов нашего захвата его, они будут более чем достаточны, чтобы удовлетворить ваши потребности. Даже лучше, на самом деле, так как вам не нужно будет эвакуировать своих людей так далеко.

— Мы никого не эвакуируем, — сказала Аниса. — Это вызвало бы слишком много подозрений.

— Я восхищаюсь вашим убеждением, — сказал он. — После того как авантюристы вернутся из этого нового астрального пространства, нам нужно будет стать более активными, чтобы выполнить следующий шаг. Риск того, что некоторые из наших агентов будут разоблачены на этой фазе, высок.

— Им нельзя позволить говорить, — сказала Аниса.

— Опять же, мы согласны, — сказал он. — У нас есть больше звёздных семян, и любой из наших людей, кто что-то знает, будет имплантирован.

— Позаботьтесь, чтобы это было сделано, — сказала Аниса. — Мы поговорим снова после того, как первый этап будет завершён.

— Жду с нетерпением, жрица.

— А я — нет.

Она пронеслась к двери, распахнула её и ушла, словно спеша убежать от запертой вони.

Важно то, как ты это используешь

Важно то, как ты это используешь

Пока клика самых могущественных людей города строила планы, как заполучить Тадвика Мерсера и других четырёх завербованных авантюристов, сестра Тадвика была на семейной лодке с Джейсоном. Джейсон и Кассандра были — если не считать полдюжины сотрудников семьи Мерсер — совсем одни в открытой воде. Рекреационное судно семьи Мерсер было таким же большим и экстравагантным, до такой степени, что для движения было достаточно только магии. Оно было сделано из дерева, но сильно отличалось от деревянных кораблей, которые знал Джейсон. Белая краска и гладкий лак, казалось, были невосприимчивы к морской воде и солёному воздуху, придавая ему ощущение, больше похожее на современное прогулочное судно. Оно напомнило Джейсону суперъяхту из его собственного мира, заставив его задуматься о том, что богатые люди кажутся одинаковыми в любом мире, в котором он находится.

В середине передней палубы была утопленная зона отдыха. Это было квадратное пространство, обставленное сиденьями со всех сторон и спортивным стеклянным столом посередине. Огромный зонт был прикреплён к центру стола, чтобы предложить тень. Джейсон и Кассандра отдыхали на диване, прислонившись друг к другу.

— Это была очень хорошая идея, — сказал Джейсон. — Я так рад, что ты предложила. В последнее время всё было печалью, разочарованием и горем.

— Мои мысли точно такие же, — сказала Кассандра. — Сначала люди, потерянные в экспедиции, теперь эти чужаки со своим расследованием давят, чтобы передать им Тадвика.

— За что?

— Они думают, что с ним что-то сделали, и хотят, чтобы его обследовали их собственные люди, когда наши уже осмотрели его довольно тщательно. Мать рассматривает возможность того, чтобы Тадвик уехал, пока всё не утихнет. Ты не слышал ничего об этом от золотого ранга, не так ли?

— Эмир замешан в этом? Я не видел его несколько дней. Если не считать прочего, я был занят тем, что пытался заставить свою новую индентуру слушать меня.

— Дела идут не очень хорошо?

— Я здесь, чтобы забыть об этом, — сказал Джейсон, — а не говорить об этом.

— Я думала, ты здесь ради меня? — провокационно сказала она.

— Нет, — сказал Джейсон с усталой бесстыдностью. — Ты — приятное дополнение к тому, что является прежде всего планом побега. Я просто надеюсь, что ты не возьмёшь на себя стереотипную роль красивых женщин в планах побега и не предашь меня в критический момент.

— Какой критический момент?

— Ну, — сказал Джейсон, — тот, в котором есть гамак, например. Я уверен, что видел, как я приметил гамак, висящий где-то, когда поднялся на борт.

— Он был достаточно большим для двоих? — спросила Кассандра.

— Знаешь, теперь, когда ты об этом заговорила, думаю, да.

Она издала расслабленный смешок.

— Даже если нет, — сказала она, — он станет таким к тому времени, как мы доберёмся туда.

Сотрудники были незаметно вне поля зрения, но Джейсон мог чувствовать их ауры.

— Должно быть, это был очень странный способ вырасти, — сказал он. — Никогда не иметь по-настоящему личного момента.

— Это учит тебя надевать фасад, — сказала она. — Такой, который требует необычного человека, чтобы его потрясти.

— Потрясти его — это не трюк, — сказал Джейсон. — Тебе нужно заставить человека захотеть выйти из-за него. Ты должна быть дразнящей.

— Это то, кто ты есть, да?

— Думаю, у меня есть свои моменты, — сказал он. — Тебе придётся сказать мне.

— Где именно ты научился своему особому способу обращения с людьми? — спросила она.

— Частная школа.

— Частная школа?

— Да. Я вырос на приятном маленьком участке побережья. Просто маленький городок, туристы летом.

— Туристы?

— Провести отпуск там, откуда я родом, намного дешевле и проще, чем здесь. Это не только богатые могут делать, хотя они, безусловно, делают это лучше всего. Менее обеспеченные, участвующие в таких мероприятиях, называются туристами.

— Они имеют какое-то отношение к твоей частной школе?

— Определённо нет. Около тридцати лет назад много богатых людей посмотрели на наш прекрасный участок побережья и удобно расположенное местное шоссе и решили переехать. Будучи богатыми, конечно, они не проявляли интереса к нашему скромному маленькому городку. Маленькие, эксклюзивные сообщества начали появляться вокруг нас, как грибы после дождя. Шикарные летние дома и тип жилья, который можно позволить себе, только если у тебя есть лодка, подобная этой.

— Здесь не особо дожди, — сказала она. — Мне придётся поверить тебе на слово насчёт грибов.

— Я заслуживаю доверия, — сказал Джейсон. — Я просто не кажусь таким, потому что казаться заслуживающим доверия — подозрительно.

— Ты можешь быть излишне запутанным человеком.

— Спасибо. В любом случае, многие из этих богатых людей зависали только на лето, но достаточно осталось, чтобы им нужно было место, куда их дети могли бы ходить в школу. Так был сформирован Образовательный институт Касселтона. Отличные учителя, качественное образование. Заоблачная стоимость. Все состоятельные люди в регионе отправляли туда своих детей, с первого дня школы, пока их не отправляли в университет.

— Образование более заметно на твоей родине, не так ли? — спросила Кассандра.

— Пока что. Правительство продолжает забирать деньги у государственных школ, чтобы отдавать их богатым частным, но они ещё не закончили работу.

Кассандре не нужно было спрашивать почему; динамика власти была универсальной во всех мирах.

— Теперь, мы не были среди богатейших из богатых, — продолжил Джейсон, — но моя семья очень хорошо преуспела. Моя мать рано занялась продажей недвижимости, сделав довольно приличную сумму на притоке богатых покупателей. Мой отец — ландшафтный архитектор, и он приложил руку к буквальному формированию новых сообществ. Между ними они продали и/или спроектировали большую часть региона.

— Значит, у твоей семьи было достаточно денег, чтобы отправить тебя в эту модную школу.

— Я не выгляжу как большинство детей, которые ходили в ту школу. Родители моего отца приехали из другой страны, и у нас есть только люди там, откуда я родом. Вместо того чтобы смотреть свысока на эльфов или леонидов или кого-то ещё, люди изолируют и исключают по этнической принадлежности.

— Это звучит глупо.

— Это так. Становится лучше, но всегда есть эти подтексты предрассудков, проявляющиеся в мелочах, которые большинство людей даже не замечают. Это как постоянно быть уколотым иглами и быть обвинённым в создании шума, если у тебя хватает наглости указать на это.

— Это звучит ужасно, — сказала она.

— Ты привыкаешь. Это просто фоновая проблема, однако. Более специфической проблемой был мой старший брат.

— Он усложнял тебе жизнь?

— Не намеренно, что делало это ещё более трудным для решения. Видишь ли, мой брат отлично ладит с людьми. Он красивый, обаятельный. Послушный. Он может просто плыть по течению, позволять вещам проходить, не задавая вопросов. У него есть способ интуитивно чувствовать, чего хотят люди, и становиться этим. Социальный хамелеон. У вас есть хамелеоны здесь?

— Есть, — сказала Кассандра.

— Ну, он один из них, социально говоря. Он не манипулирует людьми, не сознательно. Ему просто нравятся люди, и люди нравятся ему. Он очень хорошо сошёлся с богатыми семьями, которым нравилось, насколько непредвзятыми они выглядели, если у их детей был многоэтнический друг. Это спасло их от того, чтобы завести одного самим.

— Дай угадаю, — сказала Кассандра. — Один друг-чужак был как раз нужным количеством, а второй был излишним для требований.

— Именно, — сказал Джейсон. — Похоже, богатые семьи одинаковы, куда бы ты ни пошёл.

— То, как ты описываешь своего брата, напоминает мне Бет Кавендиш, — сказала Кассандра. — Ты встречал её, да?

— Встречал.

— Немного нечеловеческих семей на вершине общества Гринстоуна, что не всегда выглядит хорошо, когда имеешь дело с глобальными торговыми партнёрами. Бет — своего рода идеал, что заставляет людей хотеть вовлечь её. Она очень социально ловкая, в более тонкой манере, чем ты. Похожа на твоего брата, подозреваю.

— Ты хочешь сказать, что я не гладко вписываюсь?

— Твой подход к социализации — как бросание змей в бальный зал.

— Понятия не имею, о чём ты говоришь, — сказал он невинно.

— Моя мать сказала, что в первый раз, когда ты встретил её, ты отрицал пребывание в группе с некоторыми из самых могущественных людей города и утверждал, что выиграл в лотерею.

— Я забыл об этом, — сказал он со смешком. — Ты права насчёт социальной ловкости, однако. У меня никогда не было навыка Кайто — это имя моего брата, Кайто. У меня никогда не было его навыка ладить. Я просто не могу не бросать вызов и провоцировать.

— Да, мы все заметили.

— Тише ты, — сказал он, приложив палец к её губам.

Она поцеловала его и оттолкнула.

— Я был одним иностранным мальчиком слишком много, — продолжил он, — несмотря на то, что вообще не был иностранцем. Кайто на год старше меня, так что, насколько другие дети беспокоились, я был разочаровывающим пересказом хорошо принятого оригинала. У меня был только один настоящий друг. Буквально девушка по соседству. Её зовут Эми, и мы выросли вместе.

— В которую ты влюбился, очевидно, — сказала Кассандра.

— О, это была не просто любовь, — сказал Джейсон. — Это была любовь в стиле восьмидесятых, мощная баллада.

— Понятия не имею, что это значит.

— Представь мужчину с длинными волосами, без рубашки, в открытом жилете и кожаных штанах, идущего в океан, напевая песню.

— Это звучит как безумный человек.

— Да, — согласился Джейсон. — Это была такая любовь.

— Она закончилась трагически?

— Она вышла замуж за моего брата.

— Должно быть, это было больно.

— Я отреагировал плохо, признаю, — сказал Джейсон, — но это история на другой день. Когда мы были в школе, мой брат отбрасывал длинную тень, и у меня никогда не было его таланта становиться тем, чего хотели люди. Оказалось, что мой талант — втягивать людей в свой собственный темп. Это заставляло людей делать то, что я хотел, по крайней мере, пока они не останавливались, чтобы подумать о том, что они делают, и не злились. У них не было интереса быть моими друзьями, однако, и я быстро перестал заботиться о том, что куча избалованных богатых детей думает обо мне.

— Это был мой опыт, — сказала Кассандра, — что вещи могут стать довольно политическими, когда собираешь достаточно богатых детей вместе.

— Это был и мой опыт, — сказал Джейсон. — Там и здесь. Кстати об избалованных богатых детях, как поживает твой брат? Ты сказала, люди хотят изучать его.

Кассандра кивнула, несчастно.

— Всё шло так хорошо с ним после экспедиции. Он тренируется без остановки, на самом деле развивая навыки, которые должен был развить давно. Мать и отец в восторге. Или были бы, если бы не слухи, которые ходят, поэтому люди хотят забрать его и начать зондировать.

— Какие слухи? — спросил Джейсон. — Я был слишком занят, чтобы прислушиваться в последнее время.

— Твой друг Бахадир принёс камни отслеживания для всех членов экспедиции, сначала чтобы спасти выживших, затем восстановить павших. Было пять человек, мой брат включён, чьи камни отслеживания потеряли их. Их всё же нашли, всех тяжело раненными. Теперь люди говорят, что что-то было сделано с ними за время, пока их нельзя было отследить, и их оставили, чтобы их нашли.

— Мне жаль.

— Это расстраивает, — сказала она. — Тадвик наконец превращается в человека, которым мы всегда надеялись, что он станет, а люди нашли совершенно новый способ преследовать его. Они говорят, что изменения в его личности — какой-то магический паразит.

— Я знаю по опыту, что быть брошенным в дикую и неожиданную опасность может увидеть, как ты выходишь с другой стороны другим. Я не тот человек, которым был до прихода сюда. Я видел опасности и был движим стать настолько подготовленным, насколько могу, к следующему разу. Для меня имеет смысл, что Тадвик испытал что-то похожее.

— Спасибо, — сказала она, прислонившись к нему. — Я знаю, вы с ним никогда не ладили, и я думала, это может испортить твоё суждение.

— Надеюсь, я расту как личность. Другие четверо испытывали похожие проблемы?

— Испытывали, — сказала она. — До такой степени, что они почувствовали необходимость все покинуть свои старые команды и сформировать новую вместе.

— Это только углубит слухи.

— Я знаю, но Тадвик кажется более спокойным таким образом. Вернись к разговору о своей школе; я хочу услышать больше.

— Ну, рассказывать особо нечего, на самом деле. Я извлёк два урока о людях, которые всегда оставались верными, в моём мире или твоём. Один был в том, что люди очень любят заполнять пробелы в истории. Ты даёшь кому-то правильный подбор фактов, и тебе не нужно лгать им. Они соединят части в соответствии со своими собственными убеждениями и солгут себе за тебя.

— Разве это не сделало бы людей осторожными с тобой, как только они поймут, что ты делаешь?

— Вот где вступает в силу второй урок, — сказал Джейсон. — Когда кто-то во что-то верит, они верят в это сильно. Слишком сильно. Они отбросят хорошие доказательства, которые противоречат их убеждению, и примут ложные доказательства, которые поддерживают его. Так что, в их уме, если ты неправ, они очень неправы, и весь смысл в том, что их мысли не идут по этому пути.

— Это звучит как что-то, что может выйти из-под контроля.

— О, да, — сказал Джейсон. — Эти осознания были далеко не оригинальными. Люди использовали их в моём мире тысячи лет, с довольно катастрофическим эффектом.

— Так почему использовать их?

— Эми спрашивала меня о том же. Людям она нравилась больше, чем я.

— Что ты сказал ей?

— Это то, что у меня есть, — сказал он. — Как и любой инструмент, важно то, как ты его используешь. Молоток можно использовать, чтобы построить дом или забить кого-то до смерти.

— Это сделало тебя хоть немного более дружелюбным?

— Я бы скорее сказал, что это дало мне принятую позицию в социальном ландшафте. Я научился подходить к личным отношениям с точки зрения качества, а не количества, — сказал он. — Посмотри на тебя, например. Каждый подходящий молодой человек в городе ненавидит меня из-за тебя, и так и должно быть. Ты впечатляющая по любым меркам.

— Спасибо. Но как насчёт этой девушки Эми? Не похоже, что она была слишком впечатляющей.

— Она была, — сказал Джейсон. — Всё ещё, по-видимому. Я знаю её большую часть своей жизни, и нет никого, кого я понимаю лучше. Она определённо стоила того, чтобы влюбиться, что стало проблемой только тогда, когда мой брат наконец заметил этот факт.

— Если ты знал её так хорошо, почему не предвидел этого?

— Я же говорил: люди отбросят хорошие доказательства, если плохие доказательства говорят им то, что они хотят услышать. Я не более иммунен к этому, чем кто-либо другой.

— Ты, кажется, принял это хорошо.

— Я могу говорить об этом сейчас, — сказал он. — В то время я взорвал всю свою жизнь, формируя всё углубляющийся вихрь посредственности. Банальная работа, никаких настоящих друзей. Серия отношений, конец которых можно было увидеть, прежде чем они начались.

Он одарил её кривой улыбкой.

— Приход в альтернативный мир был лучшей вещью, которая когда-либо случалась со мной, — сказал он. — Конечно, девять из десяти худших вещей, которые когда-либо случались со мной, случились здесь. Всё же, полностью стоит того. Я доволен балансом.

— Ну, — сказала Кассандра. — Может быть, мы сможем найти тот гамак и наклонить весы.

Здесь мы заканчиваем

Здесь мы заканчиваем

Когда неделя непрекращающихся поминальных служб подошла к концу, сообщество искателей приключений погрузилось в скорбное молчание. Кампус Общества искателей приключений опустел и, впервые на памяти Джейсона, был по большей части занят авантюристами, которые не принадлежали к высшим эшелонам общества Гринстоуна.

Со временем Джейсон научился распознавать авантюристов из высшего общества. Многих он знал в лицо, хотя качество их снаряжения служило еще более явным индикатором. Люди, которых он видел бродящими по кампусу, обычно носили простое, функциональное снаряжение — скорее практичное, чем высокоэффективное.

После катастрофической экспедиции наступила тягостная пауза, пока люди ждали известий о том, что предпримет следствие. В отсутствие привычных доминирующих сил на передний план вышли авантюристы, которых раньше часто не замечали. Это были те, кто никогда не получил бы места в экспедиции, но в отсутствие тех, кто там был, они заполнили образовавшуюся пустоту. Хотя экспедиция вернулась, самые могущественные семьи города зализывали раны и ожидали результатов расследования. Авантюристы, внезапно расцветшие на их месте, получили свободу действий.

Белинда начала работать с Клайвом в Магическом обществе. Он принял ее и показал, что от нее требуется, пока у него еще было затишье. Он рассчитывал, что станет очень занят, как только ему наконец разрешат доступ к тому, что привезла экспедиция. К тому моменту она должна была уже освоить основы своей новой работы.

Сам же он для подготовки просматривал работы по астральной магии из библиотеки Магического общества, а также из собственной коллекции. Хотя это отвечало его целям, он был весьма разочарован их доступностью. Люди, работающие с привезенными материалами, должны были уже вовсю изучать тексты по астральной магии.

Некомпетентность его коллег позволила Клайву составить справочную библиотеку по астральной магии, чтобы помочь собственному расследованию, как только он получит доступ к материалам. Он также подготовил для Белинды несколько теоретических пособий, чтобы заполнить пробелы в ее лоскутном образовании. Всякий раз, когда у Клайва не было для нее конкретных задач, она могла погрузиться в этот список.

Тем временем Джейсон познакомил Софи с циклом тренировок, который ему предложили Руфус, Гэри и Фарра. Кое-что, например, медитативные практики и поднятие тяжестей, было для нее в новинку. Другими вещами, такими как паркур и тренировка наблюдательности, она в той или иной форме занималась годами.

Поскольку в некоторых аспектах тренировок она могла превзойти его, это окрашивало ее взгляд на его способности в других областях. По своей натуре она была самодостаточной, привыкшей скорее прокладывать собственный путь, чем следовать чьим-то указаниям. У нее не было ничего похожего на учителя с тех пор, как умер ее отец, и теперь она сопротивлялась этому.

В одной из комнат для медитаций облачного дворца Джейсон обучал ее использованию техник медитации для лучшего контроля маны внутри своего тела. Они сидели на мягком облачном полу, скрестив ноги, лицом друг к другу.

— Я могу активно перемещать ману по своему телу, — спорила Софи. — Взять ее под контроль — это лучше. Сильнее.

— Эта техника не о силе или контроле, — сказал Джейсон. — Она о том, чтобы составить карту того, как мана течет внутри тела. Тебе нужно быть терпеливой, почувствовать, как мана движется сама по себе. Попытки контролировать ее до того, как придет понимание, принесут больше вреда, чем пользы.

— Это кажется неправильным, — сказала она. — Мне действительно кажется, что я должна делать это по-своему.

Джейсон провел руками по лицу, сделав глубокий, успокаивающий вдох. Он поднялся на ноги.

— Думаю, на сегодня хватит, — сказал он.

— И это все?

— Не думаю, что продолжение будет продуктивным.

Она легко вскочила на ноги.

— Значит, если я не делаю все так, как ты хочешь, ты просто сдаешься?

— Медитация — это достижение полезного состояния ума, — сказал Джейсон. — Если у нас принципиально противоположные позиции относительно того, чего тебе нужно достичь, мы никуда не придем. Отпустить ситуацию и начать заново завтра даст больше, чем принуждение.

Их люксы находились рядом в гостевом крыле, поэтому они возвращались вместе, хотя и в молчании. По пути они встретили Клайва и Белинду, которые легко заметили напряжение. Джейсон коротко кивнул им в знак приветствия, прежде чем скрыться в своем люксе.

Клайв нахмурился, глядя на дверь, за которой скрылся Джейсон, а затем на недовольное выражение лица Софи.

— Думаю, нам пора немного поговорить, — сказал он. — У тебя есть минутка обсудить кое-что?

Она одарила его настороженным, оценивающим взглядом, прежде чем кивнуть и направиться в люкс, который делила с Белиндой.

— Она имеет в виду: «Конечно, пожалуйста, заходи», — сказала Белинда.

— Именно такое впечатление у меня и сложилось, — сказал он.

Белинда рассмеялась, когда они последовали за Софи в главную гостиную их люкса. Софи взяла охлажденную бутылку воды из холодильника и упала на диван, а Клайв сел в кресло напротив нее, через низкий столик с закусками.

— Итак, в чем дело? — спросила Софи, когда Белинда села рядом с ней. Клайв посмотрел Софи прямо в глаза.

— Мы сказали тебе, что нам дали выбор камней пробуждения, и Джейсон выбрал тот, который дал тебе твою ауру.

— Я помню.

— Джейсон — специалист по недугам, и этот камень почти наверняка должен был дать тебе способность, которая была бы плоха для него, если бы вы снова оказались по разные стороны баррикад. Что, собственно, и произошло.

— И что? — спросила Белинда.

— Он хочет, чтобы я спросил «почему», — сказала Софи.

— Да, — подтвердил Клайв. — Я сам спрашивал его, почему он выбрал именно этот камень.

— И? — спросила Софи.

— Он сказал, что трое мужчин приложили немало усилий, чтобы контролировать твою судьбу. Коул Сильва упустил свой шанс, когда вмешался Люциан Лампри. Лампри упустил свой шанс, когда Джейсон заявил права на твой контракт. Но я не знал, кто был третьим.

— Асано — третий, — сказала Софи.

— Да, — сказал Клайв. — Он сказал мне то же самое. И именно поэтому он выбрал этот камень. Это немного затрудняет для него возможность усилить свою хватку на тебе.

— Я никогда не просила его быть моим защитником, — сказала Софи.

— Он и не хочет им быть, — сказал Клайв. — Он дает тебе инструменты, необходимые, чтобы защитить себя самой.

— Он думает, что он мой герой?

— Он* — твой герой, — сказал Клайв. — Бросить тебя через портал и больше никогда не думать о тебе — это выполнило бы любую ответственность, которую он чувствовал по отношению к тебе, и немногие из нас сделали бы даже это. Но он мыслит не так, как я, и решил, что это правильный поступок.

Он недоверчиво покачал головой, прежде чем продолжить:

— Ты хоть понимаешь, чем он пожертвовал, в буквальном и переносном смысле, чтобы поставить тебя в то положение, в котором ты сейчас? Он противостоял директорам как Общества искателей приключений, так и Магического общества. Он буквально встал перед каждым из них и сказал, что забирает тебя из их рук. Я бы так не поступил. Сама мысль об этом никогда не пришла бы мне в голову. Не думаю, что ты стоишь того, что он для тебя сделал, но когда Джейсон решает что-то сделать, он идет до конца. Он решил помочь тебе, вот почему ты здесь, а не прикована где-то к кровати со стеклянным взглядом.

— Я не просила ни о чем из этого, — сказала Софи.

— И ты этого не заслуживаешь, — сказал Клайв. — Не всего, что он для тебя сделал. Пора бы тебе начать проявлять к нему хоть какую-то благодарность.

— Ты выставляешь его таким замечательным парнем, — сказала Софи, — но я видела полно лживых, интригующих манипуляторов. Он отлично вписывается в их число.

— Да, это так, — сказал Клайв. — И посмотри, к чему привели его интриги и манипуляции.

Клайв встал.

— Я сказал свое слово; принимай его или игнорируй, как хочешь. Увидимся завтра, Белинда. — Он вышел из люкса, оставив Софи и Белинду одних.

Белинда посмотрела на Софи, погруженную в раздумья. Софи встретилась с ней взглядом.

— Что ты думаешь? — спросила Софи.

Белинда немного подумала, прежде чем ответить.

— Может быть, Асано нужно чувствовать себя могущественным. Чтобы доказать самому себе, что он может сделать что-то чуть менее ужасное, когда ужаса вокруг в избытке. Мы обе знаем, каково это — застрять в грязи, будучи не в силах что-либо с этим поделать.

— Люди не помогают другим, чтобы чувствовать контроль, — сказала Софи. — Они подавляют этих людей.

— Джори так не делает, — сказала Белинда. — Посмотри, что он сделал, чтобы помочь людям. Думаю, может быть, Асано такой же. И если это так, то то, что он сделал для нас, действительно невероятно.

— Так что, мне теперь бегать за Асано, заискивая перед ним?

— Нет, — сказала Белинда. — Но, может быть, не стоит относиться ко всему, что он говорит и делает, как к части какой-то схемы, чтобы тебя облапошить. У него была куча шансов навредить нам, но все, что он делал, помогало нам. По крайней мере, дай ему шанс доказать, что он действительно пытается поступить с тобой правильно. Может, даже позволь ему это сделать.

— Если он такой хороший парень, то почему он всегда ведет себя так подозрительно?

— Может, он понял, что ты сочтешь хорошего парня еще более подозрительным, и не хотел, чтобы ты сбежала куда глаза глядят.

Софи нахмурилась, обдумывая это.

— Да, — признала она с кивком. — Пожалуй, я бы так и сделала.

Она поднялась на ноги.

— Я пойду поговорю с ним, — сказала она. — Может, удастся немного разрядить обстановку. По крайней мере, выслушаю его с открытым разумом.

Белинда ободряюще улыбнулась ей.

— Это звучит разумно, — сказала она. — Думаю, мы так долго барахтались, что могли разучиться быть разумными и терпеливыми.

Софи вышла в коридор и обнаружила Руфуса, выходящего из люкса Джейсона.

— Он внутри? — спросила она.

— Да, но я бы оставил его в покое на данный момент. Я только что сообщил ему, что его понизили до одной звезды.

— Что это значит?

— Это значит, что он только что перешел с высшего ранга, который мог иметь, на низший.

— Почему?

— Расследование в Обществе искателей приключений.

— Я думала, они просто проверяют ту экспедицию, — сказала Софи.

— Они проводят полный аудит местного отделения, проверяя все и всех. Они только что объявили о масштабной волне понижений в должности, включая Джейсона.

— Он не похож на того, кого это беспокоит.

— Да, — сказал Руфус. — Не выглядеть обеспокоенным — это то, что он умеет.

* * * Джейсон смотрел со своей террасы, как солнце позднего дня сияет над океаном. Он ожидал потерять одну звезду, но две — это был удар. Руфус снова сказал ему, что это не имеет значения, что вскоре он станет бронзовым и сможет начать все сначала с нового ранга. Но все же это ощущалось как отрицание всего, чего он достиг. Он знал, что совершил несколько спорных поступков, но верил, что он хороший авантюрист. До того момента, как вошел Руфус, у него были звезды, чтобы это доказать.

Джейсон перепрыгнул через край террасы, его плащ появился вокруг него. Спустившись на уровень ниже дворца, он направился к берегу и отправился через кампус Общества искателей приключений.

Когда он добрался до плаца, он обнаружил толпу людей. Были установлены ряды досок объявлений со списками пониженных в ранге. Большое объявление впереди предписывало пониженным идти в административное здание, чтобы снять звезды со своих значков. Джейсон прошел через ряды, плечом к плечу с людьми, выискивая свое имя. Он не думал, что Руфус ошибся, но ему нужно было увидеть все самому. Просматривая имена, он заметил, что многих не просто понизили, а полностью лишили членства.

Он нашел свое имя. Джейсон Асано. Старый ранг: три звезды. Новый ранг: одна звезда. Он устало выдохнул, а затем выбрался из толпы. Он посмотрел в сторону Общества искателей приключений и увидел, что не так много людей направляются туда, чтобы подтвердить свое понижение. Он подслушал разговоры о том, что люди не потерпят этого и решение будет отменено. Он слышал не одно утверждение, что они откажутся подтверждать понижение, пока не разыграется вся политическая карта.

Джейсон направился к административному зданию, где была установлена длинная скамья. За ней сидели четыре чиновника Общества искателей приключений, а перед ними выстроилась очередь. Каждый чиновник использовал клиновидный магический камень, чтобы удалять звезды со значков. Очереди были небольшими, и Джейсон встал в ту, что вела к Винсенту.

— Значит, Руфус нашел тебя, — сказал Винсент, когда Джейсон подошел к началу очереди.

— Нашел.

— Сожалею об этом.

Джейсон отдал свой значок, наблюдая, как третья звезда, а затем вторая исчезают, когда Винсент дважды коснулся их своим камнем. Джейсон забрал значок и ушел. Стоя снаружи административного здания, он не испытывал желания возвращаться в облачный дворец. Направив стопы в сторону зала заданий, он зашагал прочь. Ему хотелось кого-нибудь убить.

* * * Через четыре дня в дельте он встретил члена семьи Геллер и обнаружил, что люди думали, будто он пропал без вести.

— Нет, — сказал Джейсон мужчине. — Я просто выполняю уведомления авантюристов. Скажите им, что я в порядке.

Прошла еще неделя, прежде чем он вернулся в город. Он прямиком направился в зал заданий, сдав контракт, который изначально взял, вместе со стопкой выполненных уведомлений с доски объявлений. Проходя по кампусу Общества искателей приключений, он услышал, как Кассандра выкрикнула его имя. Она спешила догнать его, но заколебалась, приблизившись.

— Что случилось? — спросил он.

— Я пыталась найти тебя, — сказала она. — Я слышала, ты был в дельте.

— Был.

— Джейсон, я…

Она огляделась. Они стояли на открытом травянистом участке, людей поблизости было мало. С момента экспедиции на кампусе стало гораздо меньше людей, а понижения в рангах только усугубили ситуацию.

— В чем дело? — спросил он. Он старался вести себя так, будто дистанция, которую она держала, не говорила ему о том, что она собирается сказать.

— Я должна закончить наши отношения. Между тобой и мной.

Он хотел спросить почему, но мозг опередил язык.

— Понижение в ранге, — сказал он.

— Я получила много привилегий, будучи частью своей семьи, — сказала она. Ее прекрасное лицо было осунувшимся, полным нежелания, но решимости. — Но с этим приходят и обязанности. Я должна найти пару, которая сделает семью сильнее.

— Понимаю.

— Твое отсутствие происхождения всегда затрудняло убеждение семьи. Мать помогала. Твои связи с Геллерами и авантюристами Витесса были хороши, а твой стремительный взлет заставил замолчать многих. Но падение до одной звезды... Я должна найти кого-то надежного.

— Ты считаешь меня ненадежным?

— Ты знаешь, что нет. Я спорила против этого, но решение было принято. Здесь мы заканчиваем.

— Вот так просто.

— Я не хотела этого, — сказала она. — Они близоруки, я знаю.

— Но они семья, — сказал Джейсон.

— Да, — тихо сказала она.

Она держала руки перед собой, уязвимость проступала в том, что обычно было неприступным обликом. Он подошел ближе, осторожно взяв ее руки в свои.

— Хорошо, — сказал он.

— Хорошо?

— Не совсем, но да.

— Вот так просто?

— А чего ты ожидала? — спросил он.

— Не знаю. Может, я думала, ты скажешь, что дворяне глупы, и сделаешь что-то безрассудное и импульсивное.

— Это только навредило бы тебе и ничего бы не дало, — сказал он. — Поверь тому, кто позволил неудавшимся отношениям вбить клин между ним и его семьей.

Он наклонился, нежно поцеловал ее и отступил, отпуская ее руки. Его глаза блестели от слез, но на лице играла знакомая озорная ухмылка.

— Ты будешь скучать по мне, Кассандра Мерсер.

— Я знаю.

Он развернулся и пошел прочь, не оглядываясь.

Ядовитая пилюля

Ядовитая пилюля

Было позднее утро, солнце стояло высоко в небе. Клайв прибыл в облачный дворец и обнаружил кого-то, стоящего возле платформы, касающейся берега.

— Аколит Пеллин, — поприветствовал он.

— Мистер Стэндиш, — ответила она приветствием.

— Вы чего-то ждете?

— Я жду мистера Асано, — сказала она. — Я собираюсь передать подарок от моей богини, как и обещала.

— Джейсон отсутствует почти две недели, — сказал Клайв. — Полагаю, как аколит Знания, вы знаете что-то, чего не знаю я.

— Он сейчас на кампусе Общества искателей приключений, — сказала она. — Он разговаривает с Кассандрой Мерсер и скоро закончит.

Клайв посмотрел вверх на возвышающийся облачный дворец.

— Тогда думаю, я тоже подожду, — сказал он. — Мои дни были заняты, но я могу уделить несколько минут. Должно быть, это странный опыт — когда богиня вкладывает знания прямо в твой разум.

— Мне говорили, что ощущение похоже на использование книги навыков, — сказала Габриэль. — Я сама никогда не использовала, но, насколько мне известно, мой опыт мягче, чем от книги навыков. Богиня не передает так много информации сразу.

— Я всегда представлял, что это будет сбивать с толку, — сказал он. — Я провел так много времени в погоне за знаниями, что если бы они просто появились у меня в голове, это было бы весьма тревожно.

— Богиня знает о ваших поисках, мистер Стэндиш, и она любит вас за это.

— О, эм… спасибо?

— Он здесь, — сказала она, отворачиваясь от Клайва.

Клайв проследил за ее взглядом и заметил Джейсона. Он слегка встревожился от увиденного. Джейсон все еще был в своих боевых одеждах, чего он редко делал в городе. Его взгляд обычно был острым и сфокусированным или блуждающим и наблюдательным, но сегодня он выглядел опухшим и дезориентированным.

— Не думаю, что ваша богиня говорила вам, пил ли он? — спросил Клайв.

— Нет, — сказала Габриэль. — Кассандра Мерсер только что закончила их отношения.

— О, — грустно сказал Клайв, а затем перевел узкий взгляд на Габриэль. — Думаю, я начинаю понимать, почему Джейсон жалуется на вашу богиню и приватность.

Габриэль одарила Клайва неодобрительным взглядом.

— Она — Знание, — сказала Габриэль. — Знание принадлежит ей, и она распространяет его по своему усмотрению.

Джейсон подошел ближе, одарив Клайва грустной и усталой улыбкой.

— Добрый день, Клайв; прошло много времени. — Он поприветствовал Габриэль кивком. — Аколит.

— Мистер Асано.

Джейсон повернулся обратно к Клайву.

— Должно быть, в Магическом обществе вас уже держат в ежовых рукавицах.

— Это так, — сказал Клайв. — У меня пока нет ответов, но я добиваюсь прогресса.

— Как ваша новая помощница?

— У нее есть некоторые необычные пробелы в знаниях, но она усердно работает и быстро учится. Все, на что я мог надеяться.

— Хорошо. Говорили ли они о привлечении большего количества специалистов по астральной магии?

— Вы разве не слышали? — спросил Клайв.

— Слышал что? — спросил Джейсон. — Я две недели гонялся за монстрами по болотам.

— События в нашем астральном пространстве не были уникальными. Инциденты происходили и в других астральных пространствах по всему миру.

— Это тревожно, — сказал Джейсон. Его расфокусированное выражение лица стало острым, когда его смущенный мозг начал переваривать информацию.

— Но это объясняет, почему в нашем пространстве не было противников выше серебряного ранга для операции такого масштаба, — сказал он. — Кем бы они ни были, им нужны были их высокоранговые бойцы для зон с высокой магией. Не было причин ожидать здесь авантюристов золотого ранга, поэтому они могли приберечь их для других регионов.

— Таков был консенсус, — сказал Клайв. — По крайней мере, это означает, что если мне не удастся раскрыть их намерения, многие другие работают над этой проблемой в других местах.

— Не принижай себя, Клайв, — сказал Джейсон. — Если ты не уверен, что у тебя есть ответы, я буду уверен за тебя. Ты доберешься до сути.

— Спасибо, — сказал Клайв. — Послушай, мне нужно идти поговорить с Руфусом, но я хотел проверить, как ты. Ты заставил людей волноваться, сбежав вот так без предупреждения.

— Извини, — сказал Джейсон. — Я в порядке, как видишь.

— Да, — сказал Клайв, не убежденный. — Хорошо видеть, что ты вернулся.

Клайв бросил неуверенный взгляд на Габриэль.

— Мне жаль насчет Кассандры, Джейсон.

Лицо Джейсона застыло, затем он медленно повернулся к аколиту.

— Спасибо, Клайв, — сказал он, голос звучал как кремень, когда его глаза впились в Габриэль. — Найди меня, когда у тебя будет свободное время. Мы выпьем.

— Это может занять некоторое время, но звучит неплохо, — сказал Клайв. Он направился через облачный мост, чтобы войти во дворец.

— Мне не следовало говорить ему об этом, — извиняющимся тоном сказала Габриэль.

— Ты даже не должна была об этом знать. Я знаю, что шутил насчет твоей богини и ее проблем с приватностью, но у нее не было права рассказывать тебе это.

Выражение лица Габриэль стало жестким.

— Она — богиня, мистер Асано. У нее есть любые права, какие она пожелает.

— Я бы ответил на это, но она уже знает, что я скажу, потому что я это сделаю. На случай, если она тебе не передаст: это включало много нецензурной лексики и несколько физиологически неправдоподобных предложений.

— Вам следует проявлять к ней больше уважения.

— Уважение нужно заслужить.

— Она заслужила его тем, что является богиней.

— Это логика тирана. Если позволите, я ухожу.

— Подождите. Я пришла сюда, чтобы дать вам кое-что.

У нее через плечо была перекинута небольшая сумка, из которой она достала деревянный футляр. Протянув его, она открыла его, обнаружив три предмета на мягкой подкладке. Два были камнями пробуждения, а другой — небольшим каменным квадратом. Он выглядел похоже на жетон мирового феникса в инвентаре Джейсона, но выцветшего синего цвета вместо ярко-красного.

— Она знает, что вы столкнетесь с людьми, ответственными за смерть вашего друга, — сказала Габриэль. — Она ожидает, что вы встретитесь с ними не один раз. Она выбрала подарок, который лучше подготовит вас к этим встречам.

Джейсон коснулся рукой первого камня пробуждения.

Предмет: [Божественный камень пробуждения неизбежности] (трансцендентный ранг, эпический)

*Камень пробуждения, созданный богом для дарования специфической способности ауры. *(расходуемый, камень пробуждения).

Требования: Эссенция рока, непробужденная способность эссенции рока, отсутствие способности эссенции ауры.

Эффект: Пробуждает способность эссенции ауры [Неизбежный рок].

У вас 3 непробужденные способности эссенции.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого предмета.

Джейсон нахмурился, глядя на описание, которое обеспокоило его по нескольким пунктам. Он сосредоточился на указанной способности.

Способность: [Неизбежная кончина] (Рок)

Аура (магия).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Эффект (железо): Враги внутри ауры имеют любые иммунитеты к недугам, включая врожденные иммунитеты, рассматриваемые как полное сопротивление. Это сопротивление может быть уменьшено обычными эффектами снижения сопротивления. Это магический эффект.

Он не мог использовать камень, так как каждый человек мог пробудить только одну ауру. Предполагая, что квадратная табличка — это какое-то решение, он коснулся следующего объекта.

Предмет: [Таблетка очищения души (аура)] (трансцендентный ранг, легендарный)

???. (расходуемый, ???).

Эффект: ???.

Осталось использований: 1/1.

Вы соответствуете требованиям для использования этого предмета. Использовать Д/Н?

Как и жетон мирового феникса, этот предмет был слишком мощным для способности Джейсона распознать его характеристики. После того, как он посмотрел на него некоторое время, описание изменилось.

Предмет: [Таблетка очищения души (аура)] (трансцендентный ранг, легендарный)

Таблетка с силой удалить способность эссенции ауры. Не может быть принудительно использована на другом какими-либо средствами. (расходуемый, формирование души).

Требования: Пробужденная способность эссенции ауры.

Эффект: Удаляет существующую способность эссенции ауры.

Осталось использований: 1/1.

Предупреждение: Информация об этом предмете была предоставлена внешним источником и не может быть проверена.

Вы соответствуете требованиям для использования этого предмета. Использовать Д/Н?

Он даже не подозревал, что удаление способности эссенции вообще возможно, если только это не бог забирает то, что дал сам. Посмотрев на описание некоторое время, он коснулся второго камня пробуждения.

Предмет: [Божественный камень пробуждения упорства] (трансцендентный ранг, редкий)

*Камень пробуждения, созданный богом для дарования специфического заклинания. *(расходуемый, камень пробуждения).

Требования: Эссенция тьмы, непробужденная способность эссенции тьмы.

Эффект: Пробуждает способность эссенции заклинания [Темный спуск].

У вас 3 непробужденные способности эссенции.

Вы соответствуете требованиям для использования этого предмета. Использовать Д/Н?

Джейсон проверил способность.

Способность: [Проклятие изоляции] (Тьма)

Заклинание (проклятие, магия).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Эффект (железо): Это заклинание нельзя отразить. Периодически накладывает экземпляр [Темного спуска]; это эффект проклятия.

[Темный спуск] (недуг, магия, суммирующийся): Цель имеет дистанцию восприятия, эффект способности восприятия и сопротивление всем недугам, сниженные на небольшую величину. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Эти три предмета сделали бы Джейсона гораздо более эффективным против врагов, невосприимчивых к его недугам. Различные типы монстров не были плотью и кровью, но способности, предлагаемые двумя камнями, позволили бы ему действовать так, как будто они таковыми являются. Учитывая армию конструктов, о которой он слышал от участников экспедиции, если он действительно столкнется с ними, то такие способности будут чрезвычайно полезны.

— Согласно богине, — сказала Габриэль, — ваши текущие способности плохо подходят для ваших сужденных врагов. Эти дары были созданы ею специально, чтобы исправить это. Она сказала, что вы узнаете их полезность.

— Да, — сказал он. — Это блестящее красное яблоко, точно.

Он захлопнул футляр в руках Габриэль.

— Спасибо, но нет. Она выбрала момент, чтобы предложить мне это, не так ли?

— Она сказала, что вам не помешают хорошие новости.

— Нет, — сказал он усталым голосом. — Она послала тебя сейчас, потому что я эмоционален и уязвим для принятия поспешных решений.

Габриэль сверкнула глазами на Джейсона.

— Моя богиня не лжет.

— У нее есть все знания в мире и почти бесконечная сила, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, бог обмана смотрит на нее с восхищением.

Габриэль запихнула коробку обратно в свою сумку и наколдовала тяжелый железный посох в руку. Она подняла конец прямо под подбородок Джейсона.

— Следи за своими словами, Джейсон Асано. Я буду терпеть их лишь до определенного предела.

Он одарил ее взглядом усталого презрения. — Это та часть, где твоя начальница велит тебе уйти.

Она открыла рот, чтобы ответить, затем замерла.

— Видишь? — спросил он. — Не знаю, какая от меня может быть польза ей, но я ей зачем-то нужен. Насколько я знаю, она провоцирует эту реакцию, потому что хочет, чтобы я злился. Я не настолько глуп, чтобы думать, что могу переиграть ее. Однако я действительно думаю, что она совершила здесь настоящую ошибку. Она однажды сказала мне, что люди постоянно удивляют ее, и я думаю, это правда. Она знает все, но это создает у нее «слепое пятно». Она ближе всех к тому, чтобы видеть оптимальный выбор человека в любой ситуации, но мы постоянно действуем против своих собственных интересов. Должно быть, это сводит ее с ума.

Волнение Габриэль росло, в то время как Джейсон стоял перед ней, просто выглядя уставшим.

— Ты думаешь, что знаешь мою богиню? Ты думаешь, у нее есть недостатки, которые могут увидеть такие, как ты?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Боги — существа с широким кругозором, старше, чем мы можем себе представить. Готов поспорить, у них куча проблем с пониманием мыслей таких недолговечных несчастных, как мы.

— Богохульник!

— Да, — сказал Джейсон. — Это вроде как моя фишка.

Снова Габриэль открыла рот, чтобы заговорить, но остановилась. Знание собственной персоной появилась рядом с Габриэль, положив руку ей на плечо.

— Достаточно, дорогая, — сказала она. — Пора возвращаться в храм.

— Да, Богиня, — сказала Габриэль, склонив голову, прежде чем уйти сердитым шагом.

Как и во время их последней встречи, богиня выглядела как обычный человек. Несмотря на это, она излучала славу, даже с полностью подавленной аурой.

— Я совершила здесь ошибку, — сказала она.

— Если только это не то, что вы хотите, чтобы я думал, — сказал Джейсон.

— Ты тоже совершаешь ошибку, — сказала она. — Ту же самую, которую совершает Софи Уэкслер. Не отталкивай невероятную возможность из-за инстинктивного недоверия.

— Если бы я был ею, я бы тоже себе не доверял.

— Такой подозрительный. Ты думаешь, мой дар — это ядовитая пилюля.

— Если бы вы хотели дать мне что-то, чтобы помочь разобраться с людьми, которые убили Фарру, вы могли бы просто сказать мне, где их найти.

— Ты знаешь, что это не так, — сказала она. — Если я начну говорить смертным, как решать все их проблемы, где это закончится? Если я скажу им, как исправить все, тогда жизнь превратится в кукольное представление, где я держу все ниточки. Другие боги не потерпели бы этого, да и ты тоже.

— Я не могу сражаться с богом.

— Мы оба знаем, что это не остановило бы тебя от попыток. Я могу не говорить людям то, что знаю, чтобы позволить им жить своей жизнью, но я делаю исключения для своих последователей.

— Вы хотите, чтобы я поклонялся вам? Вы не можете всерьез думать, что я стану.

— Не будь таким поспешным. Приходи в мою церковь с полной верой и доверием, и я расскажу тебе о людях, которые убили Фарру.

— Не произносите ее имя.

— Я расскажу тебе, кто убил твоего друга. Кто они, где они. Что они делают и как их остановить. Все это я дам тебе в обмен на твою веру.

— Вы имеете в виду послушание.

— Я не Владычество. В вере мне нет послушания, только преданность. Не спеши отвергать это предложение. Найди время, чтобы обдумать его объективно. Подумай о том, что могут сделать эти знания. Жизни, которые они могут спасти. И это не конец. Следуй за мной, и ты сможешь сделать бесчисленное количество добра с помощью знаний, которые я тебе подарю.

— Могу я рассказать Клайву о гравитации?

— Ты не понимаешь гравитацию.

— А вы?

— Да. Я могу ее видеть.

— Вы видите гравитацию?

— Я богиня.

— Должно быть, это отстой. Осталось не так много вершин, на которые можно взобраться. Вы, должно быть, чувствуете себя бесцельной.

— Ты не можешь вывести меня из себя, Джейсон Асано.

— В этом преимущество быть смертным; я могу ставить цели. Если вы чего-то хотите, у вас это есть.

— Я хочу, чтобы ты поклонялся мне.

— Думаю, у вас могут быть цели, — сказал Джейсон. — Вы знаете то, что знаю я, поэтому вы знаете, что я думаю о вас, и куда бы я хотел, чтобы вы засунули свое предложение.

— Ты позволяешь своему сердцу управлять головой. Я дам тебе время подумать.

Джейсон издал горький, злобный смешок.

— Должно быть, это разочаровывает вас, — сказал он. — Вы не можете предсказать мои реакции, но знаете их мгновенно. Вы видите, как каждый ваш подход только отталкивает меня дальше. При условии, что вы не пытаетесь оттолкнуть меня по какой-то причине, которую я не вижу, потому что я не всезнающий бессмертный.

— Мы поговорим снова, когда ты станешь более разумным.

— Но именно поэтому вы выбрали этот момент, верно? Я зол и несчастен. Не соображаю ясно. А тут вы с удобными инструментами, чтобы выплеснуть мою ярость на хорошую, заслуживающую того цель. Надеюсь, вы действительно совершили ошибку, и это не то, чего вы хотели. Мне приятно думать о том, как вы осознаете, как все пошло не так, шаг за шагом. Но вы это знаете.

— Настанут времена в будущем, когда я понадоблюсь тебе, Джейсон Асано.

— Вы это знаете, да? Потому что звучит так, будто вы просто гадаете.

— Немногие боги потерпели бы такую дерзость.

— Поразите меня тогда.

Она одарила его грустной улыбкой.

— Мы поговорим снова, Джейсон Асано. Надеюсь обнаружить, что с холодной головой ты сделаешь лучший выбор.

Она исчезла, оставив Джейсона одного.

— У меня для вас плохие новости, леди, — сказал он в пустоту. — Совершать плохие жизненные выборы — это моя фишка.

— Кажется, у тебя много фишек, — сказал Эмир, внезапно появившись рядом с Джейсоном.

— Я разносторонний, — сказал Джейсон. — Никто в этом мире не уважает приватность?

— Богиня появилась на моем пороге, — сказал Эмир. — Ты правда ожидал, что я не взгляну?

— Она позволила вам. Она хочет, чтобы вы рассказали Руфусу о ее предложении.

— Это было бы опрометчиво, — сказал Эмир. — Руфус очень хочет отомстить за Фарру. Он будет сильно давить на тебя, чтобы ты принял предложение, делая его дружбу еще одной ценой отказа.

— Да, она хитрая, — сказал Джейсон. — Она, вероятно, позаботится о том, чтобы он узнал в любом случае.

— Что ты будешь делать, если она это сделает?

— То, что делаю всегда, — сказал Джейсон. — Лучшее, что могу, с тем, что у меня есть.

Эмир кивнул.

— У меня есть кое-что, о чем нужно поговорить с тобой самому, но сейчас не время. Ты даже толком не вернулся, стоишь здесь на пороге. Я был бы признателен, если бы ты нашел меня в ближайшие несколько дней.

— Я могу это сделать.

Давайте просто сражаться с монстрами

Давайте просто сражаться с монстрами

Руфус открыл дверь своего люкса, чтобы впустить Клайва.

— Я думал, ты в эти дни занят, — сказал Руфус.

— Так и есть, поэтому мне и понадобился перерыв. Кстати, Джейсон вернулся. Я только что видел его снаружи.

Руфус нахмурился.

— С этим парнем нужно поговорить. Нельзя просто уходить, никого не предупредив, когда вокруг рыщут монстры, желающие тебя сожрать, и серебряные ранги, желающие сделать кое-что похуже. Не говоря уже о женщине, которую он должен обучать.

— Я бы не стал давить слишком сильно, — сказал Клайв. — Кассандра Мерсер только что порвала с ним.

— Поэтому он и ушел? Она ведь приходила сюда, искала его, верно?

— Нет, я имею в виду, что она действительно порвала с ним. Буквально несколько минут назад.

— Оу.

— Впрочем, я здесь не за этим, — сказал Клайв. Он вытащил папку с документами из своего хранилища. — Я пока не смог выяснить, что они делали в астральном пространстве, но прогресс есть. Это список наиболее необычных и специализированных техник и материалов, которые они использовали.

— У меня нет магических знаний, — сказал Руфус. — Я не смогу помочь тебе расшифровать это.

— Дело не в том, чтобы выяснить, для чего нужны эти вещи, — сказал Клайв, постучав по папке. — Каждая из перечисленных здесь вещей — редкая, характерная, и ее невозможно достать на месте. Сюда входят экзотические материалы и магические устройства, требующие специальных знаний. Это дает нам три возможности. Первая — у них есть пользователь портала высокого ранга. Мы можем отбросить этот вариант, потому что для нас это тупик. Вторая возможность — предметы доставляются через какой-то большой сухопутный путь, чтобы сохранить секретность, избегая встреч с кем-либо.

— Это маловероятно, — сказал Руфус. — В незаселенных землях полно монстров, которых никто не истребляет, кочевников, которые знают территорию гораздо лучше любых чужаков, плюс логистические проблемы и возможные навигационные ошибки.

— Остается контрабанда товаров через порт в Хорнисе или здесь, в Гринстоуне, — сказал Клайв. — Похоже, это как раз то, во что мог бы ввязаться предприимчивый и целеустремленный искатель приключений.

— Да, это так, — сказал Руфус. Он взял папку и пожал руку Клайву. — Спасибо тебе за это.

Клайв кивнул.

— Давайте просто найдем этих людей.

* * * Софи была предоставлена самой себе почти две недели. Джейсон исчез, а Белинда целыми днями пропадала с Клайвом. Часть времени она проводила с Руфусом, который направлял ее в тренировочном цикле, показанном Джейсоном. Он казался более комфортным и способным инструктором, чем Джейсон, но был отвлечен собственными тренировками. В том, как он доводил себя до предела, чувствовался неистовый драйв, с которым она, находясь на пике бронзового ранга, не могла сравниться. Каждые пару дней он также уходил охотиться на монстров. Она просилась с ним, но он ответил, что монстры, на которых он охотится, — самые сильные в округе, и ей лучше дождаться возвращения Джейсона.

Она искала библиотеку Эмира или, как оказалось, библиотеки. Правда, в них был разочаровывающий дефицит бульварных романов. Не имея лучшего занятия, она наконец обратилась к техникам медитации, которые показал ей Джейсон. Поначалу она продолжала делать все так, как ей казалось правильным, но все чаще заканчивала сеанс с чувством напряжения и усталости. Она начала пробовать делать все так, как он предлагал, меньше стесняясь этого в его отсутствие.

Сначала это казалось неловким и бессмысленным, хотя в конце каждого сеанса она чувствовала себя лучше. Постепенно это стало казаться более естественным, а ее терпение и настойчивость принесли небольшие, но заметные результаты. Она стала чувствовать себя комфортнее с силой, текущей через нее. Поначалу она ощущалась как дикий зверь, которого нужно было силой укротить. С каждым днем она начинала понимать, что больший контроль приходит через принятие того, что эта сила — часть ее, а не внешняя энергия, которую нужно насильно привести в порядок.

Через две недели медитация стала приятной и комфортной частью ее дня. Она перенесла свои сеансы из комнаты для медитаций в конце коридора от своего люкса на террасу, которая огибала все гостевое крыло. В отличие от террас частных люксов, на эту террасу мог выйти любой, у кого был доступ к гостевому крылу.

Обычно она предпочла бы уединение, но в отсутствие Белинды изоляция начала ее тяготить. Она была рада любой случайной встрече с персоналом дворца, у которого приятно отсутствовали какие-либо скрытые мотивы.

Она медитировала в теплых лучах солнца, когда ее прервал голос Джейсона.

— Я был плохим учителем, — сказал он. — Даже до того, как ушел, не сказав ни слова.

Она открыла глаза и повернулась, чтобы посмотреть на него. Он выглядел усталым.

— Я не почувствовала, как ты подошел, — сказала она.

— Преимущества контроля ауры, — ответил он. — Я слишком старался контролировать тебя, говоря себе, что помогаю тебе.

Сидя, она откинулась назад, а затем вскочила на ноги. Она окинула его взглядом: снаряжение искателя приключений и смертельно уставшее лицо. Она наконец была готова попытаться открыться, но он просто улизнул. Она была готова высказать ему все, что думает, но он явно был не в состоянии это выслушать. Она почувствовала, как ее гнев рассеивается, задаваясь вопросом, не побочный ли это эффект всех этих медитаций.

— Это не только твоя вина, — сказала она. — Я сражалась со всеми подряд, хотя должна была выбирать своих врагов.

— Как насчет того, чтобы начать сначала? — предложил он. — Я покажу тебе то, что знаю, а ты поможешь мне улучшить то, в чем ты уже лучше.

— Тебе это выгодно, — сказала она. — Я во многом лучше.

В ее выражении лица промелькнуло сомнение, но она выглядела более открытой, чем когда-либо видел Джейсон, с намеком на улыбку. Это был долгожданный прорыв.

— Ты во многом лучше меня, — согласился он. — Ты всю жизнь выживала трудным путем. Шесть месяцев назад я был помощником менеджера в оптовой компании по продаже канцелярских товаров.

— Я не знаю, что это.

— Наверное, к лучшему, — сказал Джейсон. — Так что скажешь? Начнем с чистого листа?

Он протянул руку, и она пожала ее.

— Я готова попробовать, — сказала она. — С чего начнем?

— Я собираюсь отдохнуть, — сказал он. — Я только что вернулся и пережил серию встреч, которые прошли для меня не лучшим образом. Продолжай делать то, что делаешь, а завтра мы пойдем охотиться на монстров.

— Что за встречи?

— Я поссорился с девушкой моего приятеля, моя девушка бросила меня, я поскандалил с богиней после того, как она попыталась обмануть меня, выманив мою силу ауры, и я видел Клайва и Эмира. Это было не в таком порядке, и встречи с Клайвом и Эмиром прошли нормально.

— Что ты имеешь в виду под «поскандалил с богиней»?

— Она пытается заманить меня, чтобы я поклонялся ей. Я не эксперт, но почти уверен, что поклонение должно выглядеть иначе, и мы поспорили об этом.

— Ты имеешь в виду настоящую богиню?

— Да, Знание. Полагаю, ты о ней слышала.

— Она богиня, Асано; конечно, я о ней слышала. Ты ожидаешь, что я поверю, будто настоящая богиня спустилась вниз, чтобы попытаться завербовать тебя в свою церковь?

— Звучит подозрительно, правда? Спроси Эмира. Он наблюдал за всем этим, или, по крайней мере, за концом. Сейчас я собираюсь найти удобную облачную кровать и постараюсь не думать о том, как моя девушка выставила меня за дверь.

Софи покачала головой в недоверии.

— Ты — это слишком, — сказала она ему. — Я не знаю, говоришь ли ты правду или лжешь, и не знаю, что из этого безумнее.

— Я из другой вселенной, — пожал плечами Джейсон. — Почти уверен, что теперь это моя жизнь. Добро пожаловать на борт.

Он указал большим пальцем себе за спину.

— Я пойду посплю.

— Еще даже не время обеда.

— Оказывается, ночь все это время была внутри меня.

— Что?

— Увидимся завтра, Векслер. Готовься сражаться с монстрами.

Вскоре после этого Джейсон был в своем люксе, вокруг него клубился дым, пока его одежда менялась. Его боевые мантии сменились парой шелковых боксеров, и он вышел на террасу балкона. Он достал бутылку алкоголя из своего инвентаря.

Предмет: [Ром из мерцающей свеклы] (бронзовый ранг, обычный)

*Алкогольный напиток, сваренный на винокурне Норвича в городе Гринстоун. *(расходуемый, яд).

Эффект: Накладывает [алкоголь].

Это было то, что он хранил в своем инвентаре для Кассандры. Он отвел руку, чтобы выбросить бутылку в океан, но остановился и сделал глубокий глоток прямо из горлышка.

Специальная атака [Ром из мерцающей свеклы] наложила на вас [Алкоголь].

Напиток бронзового ранга сумел преодолеть его сопротивление, и пошел тяжело. Джейсон любил мягкие и сладкие напитки, избегая крепкого алкоголя в чистом виде. Он посмотрел на бутылку в своих руках и сделал еще один глоток.

* * * — Выглядишь ужасно, — сказала Софи, когда Джейсон, пошатываясь, прошел мимо нее и рухнул в мягкое кресло.

Джейсон ответил невнятным стоном.

— А как же «пойти сразу спать»? — спросила она. — Похоже, ты сделал крюк к шкафчику с выпивкой.

— Мне нужно было лекарство для сна, — сказал он.

— Похоже, довольно много.

— У него похмелье? — спросила Белинда, выходя из своей спальни и глядя на Джейсона.

— Его подружка бросила его, — сказала Софи.

Белинда посмотрела на струйку слюны, капающую изо рта полубессознательного Джейсона.

— Он держится молодцом. В тот же день, когда на него накричала богиня.

Ради собственного просвещения Софи последовала совету Джейсона и обратилась к Эмиру за подтверждением.

— Он определенно водит интересные знакомства, — сказал ей Эмир накануне вечером. — Я имею в виду, посмотри на нас; мы не божества, но все же. Профессиональный вор и искатель приключений золотого ранга? Самым интересным человеком, которого я знал на железном ранге, был парень по имени Брайан, который мог наколдовать огромную металлическую утку.

Она рассказала Белинде всю историю, вернувшись после разговора с Эмиром.

— Разве Асано не должен был взять тебя с собой и сразиться с монстром? — спросила Белинда, глядя на обмякшую фигуру Джейсона.

— Мы все еще собираемся это сделать, — пробормотал Джейсон.

— Не уверена, что ты в состоянии сражаться, — сказала Софи.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Я связался со своим другом, чтобы он пошел с нами. Он обеспечит твою безопасность лучше, чем я, в любом случае.

— Еще один нелепо хорошо связанный молодой отпрыск? — спросила Белинда. — Это не та девушка, чья бабушка владела всем районом города, в котором я выросла?

— Бет? Она скорее знакомая. Хамфри из семьи Геллеров. Слышала о них?

— Серьезно?

— Я просто надеюсь, что он не будет на меня кричать. Я поссорился с его девушкой.

* * * — Богохульство, Джейсон?

— Не так громко, Хамфри.

— Она сказала, что ты этим гордишься!

— Если я солгу и скажу, что это не так, ты будешь отчитывать меня тише?

Хамфри встретил Джейсона и Софи возле зала заданий.

— Я думал, алкоголь на тебя не действует? — спросил Хамфри.

— Я использовал штуку бронзового ранга.

— Зачем тебе это?

— Его подружка разорвала отношения, — сказала Софи. — Прямо перед тем, как он встретился с твоей подружкой, насколько я понимаю. Она ведь аколит, верно?

— Верно, — сказал Хамфри.

— Ее бог выбрал именно этот момент, чтобы поставить твоего друга на пути Асано, — сказала Софи. — Я не собираюсь говорить плохо о богах, но она должна была предвидеть, к чему это приведет.

— По словам моей матери, боги иногда с трудом понимают поведение людей. Вопрос перспективы, говорит она. Мне жаль насчет Кассандры, Джейсон. Это из-за ее семьи по поводу понижения в ранге?

— Да.

— Я тоже потерял свою вторую звезду, но на железном ранге это не так уж плохо. Тебе и моей матери досталось сильнее.

— Даниэль понизили?

— С трех звезд до двух. На серебряном ранге это хуже, чем потерять две звезды на железном.

Они вошли, и Хамфри направился к доске заданий, в то время как Софи была удивлена, увидев человека за стойкой.

— Берт?

* * * После того как Хамфри выбрал подходящий контракт, они покинули кампус Общества искателей приключений по кольцевой линии — подводной системе метро, проходящей под Островом. Взгляд Джейсона был прикован к полу, так как просмотр через окна вызывал у него тошноту.

— Кажется, это первый раз, когда я еду по кольцевой без маскировки, — сказала Софи.

— Зачем тебе маскировка? — спросил Хамфри.

— Обычно потому, что я была на пути к краже чего-нибудь или обратно, — сказала Софи.

— Краже чего-нибудь?

— Разве я не говорил тебе? — спросил Джейсон, глаза которого все еще были прикованы к полу. — Пока все были в экспедиции, я поймал ту воровку, о которой все говорили. Это она.

— Почему ты тренируешь ее, чтобы она стала искателем приключений?

— А кем ты меня считал? — спросила Софи.

— Клайв сказал мне, что Джейсон помогает подруге своего нового помощника стать искателем приключений, — сказал Хамфри.

— Правда, хоть и неполная, — сказал Джейсон. — Хорош, Клайв.

— Ты украла ожерелье моей тети, прямо с ее шеи, — сказал Хамфри Софи.

— Она его вернула? — спросила Софи.

— Да, — сказал Хамфри. — Мы поймали какого-то преступника, пытавшегося его продать.

— Неумно, — сказала Софи. — Товары с высокой специфичностью, такие как это, продают в другом городе. Конечно, мы специально выбирали глупых скупщиков краденого. Хотя денег на этом не заработали. Требуется дорогостоящая подготовка, чтобы грабить таких людей, как вы, а что-то настолько «горячее» продать чертовски сложно.

— Кстати о другом городе, — сказал Хамфри, — Джона и его новая команда были найдены в Хорнисе.

— Погоди, что? — спросил Джейсон. — Хорнис? У Джона новая команда? А как же Рик? И зачем тебе нужно было его искать?

— Мы ведь толком не виделись после поминальных служб, верно? — сказал Хамфри. — Удивлен, что ты не слышал, впрочем.

— Я был в отъезде, — сказал Джейсон.

— Верно, — сказал Хамфри. — Помню, слышал, как один из моих кузенов сказал, что они встретили тебя в дельте.

— Давайте пока просто сражаться с монстрами, — сказал Джейсон. — Мы сможем наверстать упущенное, когда не будет маленького человечка, пытающегося пробить киркой путь из моего мозга.

Урон, после которого не ходят

Урон, после которого не ходят

Поскольку у Хамфри не было способностей для длительного передвижения, а у желудка Джейсона — терпимости к ним, они подсели в торговый фургон, направлявшийся в дельту, за одну духовную монету с каждого. Используя ящики с припасами в качестве мебели, они подпрыгивали в кузове фургона, а Джейсон выглядел решительно бледным.

Они остановились у клиники Джори, чтобы забрать зелья, и в этот момент Джейсон обнаружил, что легкого лекарства от похмелья не существует. Джори объяснил, что у него есть средство от обычного похмелья, но попытка использовать его при похмелье от выпивки железного или бронзового ранга только сделает хуже. Это сродни использованию зелья слишком рано после того, как уже принял одно, или использованию зелья сразу после использования духовной монеты высокого ранга. Джейсон сам испытал это на себе, и это чувствовалось еще хуже, чем похмелье.

— Думаю, меня избаловал облачный дворец, — сказала Софи, неудобно ерзая на своем ящике.

— Я бы с удовольствием взглянул по-настоящему, — сказал Хамфри. — Я видел его только издалека во время поминальных служб.

— Я почти уверен, что Эмир не был бы против, если бы ты осмотрелся, — сказал Джейсон. — О чем ты говорил раньше, о том, что Джона ушел из команды Рика?

— Было пять человек в экспедиции, чьи камни отслеживания отказали, — сказал Хамфри. — Их всех нашли, но они были при смерти.

— Я знаю этих людей, — сказал Джейсон. — Эмир хотел, чтобы за ними наблюдали в лагере восстановления, но никогда не говорил почему. Все было в хаосе. Это были Джона, Тадвик Мерсер и трое, которых я не знаю. Кассандра рассказывала мне о слухах. Еще до того, как бросила меня. Эти слухи были только из-за истории с камнем отслеживания?

— С этого все началось, — сказал Хамфри. — Однако известно, что тяжелые травмы меняют ауру людей. Настолько, что она больше не совпадает с отпечатком на их значке, и их невозможно отследить, пока они не получат новый.

— Это часто случается? — спросил Джейсон.

— Вовсе нет, — сказал Хамфри. — Один человек, столкнувшийся с таким, был бы экстраординарным случаем. Пятеро одновременно? Более чем маловероятно.

— Значит, люди думают, что с ними что-то сделали, — сказал Джейсон.

— Да, — сказал Хамфри. — Это началось по пути обратно в город. Они все вели себя иначе, чем до экспедиции. Можно было бы списать это на последствия встречи со смертью, но изменения со временем становились все более заметными, а не наоборот.

— Я помогал сдирать с них то, что осталось от одежды, — сказал Джейсон. — Они получили такие повреждения, после которых не выживают. Было бы странно, если бы это на них не повлияло.

— Это была не просто травма, — сказал Хамфри. — Джона был как другой человек. Он всегда был предан своей команде, это то, что случилось с ним в астральном пространстве. Он сдерживал врага, чтобы выиграть время. Теперь он смотрит на них, и как будто не видит. Он покинул команду, не сказав ни слова; он просто пошел в Общество искателей приключений и вычеркнул свое имя из списка команды. Он и остальные четверо сформировали новую команду, проводя все свое время вместе.

— Признаю, это похоже на несколько тревожных сигналов о «похитителях тел», — сказал Джейсон.

— Похитители тел? — спросила Софи.

— Ну, знаешь. Жуткая паразитическая штука, которая проникает внутрь и берет управление на себя.

— Такое бывает? — спросила она в ужасе.

— С магией нет ничего невозможного, — сказал Хамфри.

— Неужели их не проверили? — спросил Джейсон.

— Они все отказались, — сказал Хамфри. — Ни у Общества искателей приключений, ни у Магического общества нет права насильно подвергать их обследованию без сложных юридических разбирательств.

— Не могу поверить, что твоя мать позволила этому так просто остаться. Не тогда, когда это касается члена семьи или экспедиции, которой она руководила.

— Нет, — сказал Хамфри. — Она не сказала мне многого, кроме того, что принимаются меры. Однако прежде чем все это прояснилось, все пятеро взяли и исчезли. Их нашли неделю спустя в Хорнисе, на корабле, направлявшемся к далеким берегам.

— Они пытались сбежать? — спросила Софи. — Нельзя просто улизнуть из города и сбежать в Хорнис, когда за тобой наблюдают. Поверь мне, я изучала это. Нужно либо получить проход через порт здесь, либо совершить сухопутный переход через очень пустую и негостеприимную территорию.

— Бофорт Мерсер помогал им, — сказал Хамфри.

— Отец Тадвика, — сказал Джейсон.

— Да, — сказал Хамфри. — Моя мать не сказала этого прямо, но она по крайней мере намекнула, что жена Бофорта была той, кто предупредил ее. Они дружат с юности, и я думаю, она беспокоится о своем сыне не меньше, чем мать о Джоне.

— Меньше интересуется репутацией семьи, чем тем, что с ее ребенком что-то не так, — предположил Джейсон. — Молодец она.

— Общество искателей приключений отправило того пользователя портала, который работает на Эмира Бахадира, чтобы отправить их обратно, хотя я не уверен, насколько добровольно, — сказал Хамфри. — Тем временем мать хочет, чтобы я заменил Джону в команде Рика.

— Разве Рик сам не выполняет роль бронированного нападающего? — спросил Джейсон.

— Да. Они потеряли дальнобойного наносящего урон и специализированного защитника. Я не то, что им нужно. Понятия не имею, почему мать хочет, чтобы я присоединился.

Хамфри вопросительно посмотрел на Джейсона. — У тебя получается лучше, чем у большинства, распознавать ее намерения, — сказал он. — Что ты думаешь?

— Я думаю, она вовсе не хочет, чтобы ты присоединялся к команде Рика.

Хамфри разочарованно вздохнул.

— С ней всегда урок. Так что же она на самом деле хочет, чтобы я сделал?

— Лучшая догадка? Сформируй свою собственную команду. Кем бы ни был тот, с кем вы сражались в астральном пространстве, они все еще там. Полагаю, она хочет, чтобы рядом с тобой были люди, на которых ты можешь положиться в следующей катастрофе. Кроме того, она, вероятно, хочет, чтобы ты нашел нового фронтлайнера для Рика.

— Она могла бы сделать это сама; я ей не нужен.

— И упустить шанс завести связи с искателями приключений? Да ладно тебе, Хамфри.

Хамфри издал стон.

— Знаешь, иногда ты звучишь как она, — сказал он.

— Так кто может заполнить вакансию в команде Рика? — спросил Джейсон.

— Не знаю, — сказал Хамфри. — Вокруг полно специализированных защитников, но единственный, кто, как мне кажется, мог бы сравниться с Джоной, — это Хадсон Кеттеринг. Нет никаких шансов вытащить его из команды Бет Кавендиш.

— Никого больше? — спросил Джейсон.

— Единственный другой человек, который мог бы сравниться, — это кузен Хадсона, Дастин, но он…

На лице Хамфри отразилось осознание.

— Он что? — спросил Джейсон.

— Он застрял, следуя за Тадвиком, — сказал Хамфри. — Хотя Тадвик официально аннулировал ту команду.

— Один из прихвостней Тадвика? Даже Руфус думает, что они «в деле». Тебе стоит перехватить его для Рика, пока вонь Тадвика не выветрилась и люди не начали стучаться в его дверь.

Хамфри нахмурился.

— Жаль, что я не понял раньше, — сказал он. — Я мог бы поговорить с Дастином до того, как встретился с тобой, а теперь мы направляемся в дельту.

— Мы все еще довольно близко к городу, — сказал Джейсон. — Дай мне посмотреть, что я могу сделать.

Джейсон проверил свой список контактов, состоящий из всех, с кем у него было разумное взаимодействие. Это был длинный список, который он, к счастью, мог организовать по группам. Хадсон Кеттеринг появился в списке искателей приключений, вместе с остальной командой Бет Кавендиш, когда Джейсон временно присоединился к ней для штурма песчаной баржи. Они были достаточно близко к городу, чтобы Хадсон был в зоне доступа, и Джейсон отправил запрос на голосовой чат.

— Джейсон, — поприветствовал его Хадсон. Он уже пользовался голосовым чатом Джейсона и не был удивлен. Хамфри и Софи были в группе Джейсона и тоже могли слышать его голос.

— Утро, Хадсон, — сказал Джейсон. — Я здесь с Хамфри Геллером. Он хочет поговорить с тобой о твоем кузене.

— Дастине? Если это по поводу допроса его о том, что Тадвик был под контролем разума или что-то в этом роде, он не хочет этого слышать.

— Дело не в этом, — сказал Хамфри. — Доброе утро, Хадсон. Я хотел узнать, был бы у Дастина интерес присоединиться к команде Рика Геллера. Им нужен качественный фронтмен, и они понимают, каково это — когда одного из членов их команды подозревают.

— Присоединиться к команде Геллеров? — задумался Хадсон. — Это хорошее имя, чтобы быть с ним связанным, но так же было и с Мерсерами. Он действительно пострадал за семью, застряв с Тадвиком, поэтому в этот раз мы хотим для него только лучшего. Настоящих искателей приключений.

— Рик — настоящий, — сказал Хамфри. — Он практически одержим тем, чтобы стать сильнее. Должен заметить, что это уже не совсем команда Геллеров. Один ушел, чтобы присоединиться к Тадвику, и они потеряли кого-то во время экспедиции. Остались Рик и пара сестер-эльфиек.

— Сожалею, — сказал Хадсон трезво. — Нам повезло; те искатели приключений из Витесса прикрыли нас и заплатили цену. Они ведь твои друзья, верно, Джейсон?

— Да.

— По ней не было поминальной службы, — сказал Хамфри. — То, что она выстояла, — причина, по которой моя команда выбралась живой, и мы хотели отдать дань уважения.

— Они везут ее домой для этого, — сказал Джейсон. — Но мы устроим неофициальные поминки, как только все уляжется. Я дам тебе знать.

— Спасибо. Хамфри, я предложу Дастину и посмотрю, что он думает. Думаю, он будет почти ваш, как только я расскажу ему о сестрах-эльфийках.

* * * Пока Джейсон и Хамфри знакомили Софи с охотой на монстров, Руфус маршировал через административное здание Общества искателей приключений. В главном вестибюле он направился к подъемной платформе на верхние уровни. Рядом с платформой стоял человек в одеждах церкви Знания, терпеливо ожидая.

— Мистер Ремор, — поприветствовал его священник.

Руфус вздохнул.

— Я занят, но ваша богиня это знает. Излагай свою цель.

— Ваши дела связаны с преследованием людей, которые сразили вашего драгоценного товарища по команде, — сказал священник. У него был дружелюбный вид, его бронзовый ранг и внешность человека средних лет означали, что ему, вероятно, было шестьдесят или семьдесят лет. В его голосе звучало сочувствие, которое казалось совершенно искренним, эмпатия священнослужителя.

— Если только ваша богиня не хочет сказать мне, кто они и где их найти, нам не о чем говорить.

— Она предложила это и многое другое тому, кого вы считаете другом, но этот друг отверг ее предложение.

Хмурый взгляд Руфуса сказал священнику, что Руфус совсем не желает, чтобы его водили за нос.

— У тебя мое внимание, — сказал Руфус.

— Джейсону Асано предложили все ответы, которые вы ищете, но он отказался.

— Почему?

— Вы знаете этого человека, — сказал священник. — Вы знаете, что он может не доверять фигурам власти.

— Какое было условие? — спросил Руфус.

— Условие? — переспросил священник.

— Он бы не отказался, если бы она просто предложила. Что она попросила взамен?

— Богиня знает все. Впереди испытания, и Асано понадобится руководство, чтобы успешно их преодолеть. Она желает предложить это руководство.

— Поклонение, — предположил Руфус. — Она предложила преподнести убийц Фарры на блюдечке в обмен на поклонение, не так ли?

— Это выходит далеко за рамки людей, убивших вашего друга, — сказал священник. — Вы слышали о вторжениях в другие астральные пространства по всему миру.

— И что? — резко спросил Руфус. — Ваша богиня отдаст все ответы в обмен на поклонение одного железного ранга в провинциальном городе?

— Она видит то, что не видят другие. Узоры слишком велики, чтобы смертные могли их заметить. За такую малую цену она предлагает такие большие выгоды. Ей отказали, но она остается терпеливой. Совет друга мог бы принести столько пользы.

Удар тыльной стороной ладони Руфуса пришелся прямо в рот священнику, отправив его на пол. Руфус стоял над ним, пока тот смотрел вверх, его выражение удивления отразилось на лицах всех в вестибюле. Он заговорил со священником голосом, холодным и твердым, как лед.

— Если ваша богиня готова предоставить такую информацию, то по какому моральному принципу она этого не делает? Вместо этого она пытается выкупить принципы человека. Ты только что пытался настроить меня против моего друга, человека, который спас мне жизнь, и у тебя хватает наглости лежать там с таким удивленным видом? Если хочешь помочь мне, то помогай. Еще раз придешь ко мне со своими корыстными путями, и получишь хуже, чем сегодня.

Руфус зашагал прочь, поднимаясь на подъемной платформе вверх по зданию.

Отбирая лучших

Отбирая лучших

Софи, Джейсон и Хамфри покинули фургон в первом же городе, в который приехали. Будучи ближайшим к городу, он был оживленным распределительным центром. Пробираясь через город, Софи была поражена тем, как много людей, казалось, знали Джейсона. Некоторые махали рукой, другие подходили, чтобы обменяться парой слов приветствия. Как Джейсон запоминал все их имена, было выше ее понимания.

Софи заметила разницу между тем, как люди относились к Джейсону и Хамфри. К Джейсону подходили без колебаний и приветствовали как старого друга. К Хамфри относились с уважением и сдержанностью, никто не заговаривал с ним, если не обращались напрямую.

— Откуда ты знаешь так много людей здесь? — спросила она Джейсона.

— Я довольно часто здесь бывал, — сказал Джейсон.

— Ты ведь наверняка тоже, — спросила Софи Хамфри.

— Бывал, — сказал Джейсон. — Гораздо чаще, чем я. Родовое поместье Геллеров находится в дельте, так что Хамфри всю жизнь курсировал между семейным поместьем и семейным таунхаусом. Все эти люди знают, какая он важная шишка.

— Разве они не думают то же самое о тебе? — спросила она. — Ты разгуливаешь с ним и покрыт снаряжением, которое выглядит дорогим.

— Они знают «обычное», когда видят его, — сказал Джейсон.

По пути к доске объявлений для искателей приключений они обнаружили большую группу людей, стоящих в очереди за чем-то.

— Целитель, должно быть, здесь сегодня, — сказал Джейсон. — Хорошо, что они теперь выходят в люди. Это было действительно откровением, когда я услышал, что Целитель появился у Джори, чтобы навести порядок. Заставило меня переоценить весь сценарий с богами.

— Должно быть, это было разочаровывающе для тебя, — сказал Хамфри. — Я знаю, ты можешь быть непреклонен в своих убеждениях.

— Всегда стоит приветствовать доказательство того, что ты неправ, — сказал Джейсон. — Это значит, что твое понимание мира только что стало немного лучше.

— Говорит парень, который становится откровенно невыносимым, когда оказывается прав, — сказал Хамфри.

— Я не говорю, что всегда приветствую свою неправоту в моменте, — признал Джейсон. — Важно поразмыслить над этим и принять это в дальнейшем.

Они дошли до доски объявлений, просмотрели их и взяли все. После того как они наметили места, они составили маршрут и отправились из города.

* * * Щупальце обвилось вокруг другой руки Софи, первое уже было поймано. Мясистое тело монстра имело много цепких щупалец, и у нее заканчивались конечности. Гибкие щупальца были усеяны острыми костяными выступами, которые вонзались в ее кожу, покрывая тело порезами, пока существо сжимало ее руки, ноги и туловище. В отчаянии она впилась зубами в щупальце. Ее способности добавляли урон к любой безоружной атаке, что на самом деле означало любую безоружную атаку, так как ее укус отсек тонкую конечность монстра. Это освободило ее правую руку, чтобы атаковать щупальце, сковывающее левую, более традиционным способом.

Два щупальца были отсечены, монстр отступил и направился к воде.

— Нет, не уйдешь, — сказала ему Софи, бросившись вперед, чтобы схватить по щупальцу в каждую руку. С усилием она вытащила его из воды. Удерживая его на месте одной рукой у основания щупальца и прижимая ногой, она наклонилась и жестоко ударила его луковицеобразное тело свободной рукой.

Вы победили [Болотный тентаклоид].

Вам начислено 10 [Железных духовных монет].

Задание: [Объявление: Болотный тентаклоид]

Цель выполнена: Уничтожить [Болотный тентаклоид] 1/1.

Задание выполнено.

Вам начислено 100 [Железных духовных монет].

— Какие духовные монеты… ай!

Мешок появился в воздухе над ней и упал, отскочив от ее головы, прежде чем свалиться в грязь.

— Что это было? — пожаловалась она, поднимая мешок. Она обнаружила, что он полон монет.

— Добыча, — сказал Джейсон с ухмылкой.

— Мы не получили награду, несмотря на то, что были в группе, — заметил Хамфри.

— Не думаю, что моральная поддержка считается реальным вкладом, — сказал Джейсон.

— Все искатели приключений получают такие монеты? — спросила Софи. — Неудивительно, что вы все богаты.

— На самом деле, это уникальное преимущество работы с Джейсоном, — сказал Хамфри.

— Я бы предпочел, чтобы ты не распространялся об этом, — сказал Джейсон. — Не хочу, чтобы люди пытались использовать меня как ферму для лута. Если бы у тебя была способность хранилища, как у Хамфри, монеты отправились бы прямо туда.

— Тебе стоит позволить Джейсону хранить твои деньги, пока не купишь себе пространственную сумку, — сказал Хамфри. — Это заслуженная награда.

— Ты правда так думаешь? — спросила она.

— Было неплохо, — сказал Джейсон. — Не отлично. Ты вся в крови, твоя одежда в лохмотьях. Ты чуть не позволила этой штуке устроить с тобой хентай-монстр шоу.

— Что такое хентай-монстр? — спросила она.

— Без понятия, — сказал Хамфри. — Скажу лишь, что я был на грани того, чтобы вмешаться. Тем не менее, это было очень хорошо для твоей первой охоты на монстров.

— Да, — признал Джейсон. — Для первого раза ты справилась неплохо. Ни один из этих порезов и царапин не является серьезным. Я был пронзен в своей первой настоящей битве с монстром. К счастью, у меня была способность к исцелению.

— У меня тоже есть, — сказала Софи.

Способность: [Равновесие] (Баланс)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Медитируйте, чтобы медленно накапливать экземпляры [Целостности], до порога экземпляров (атрибут [Восстановление] +1). Экземпляры быстро исчезают, когда медитация заканчивается.

[Целостность] (исцеление-со-временем, мана-со-временем, выносливость-со-временем, святой): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Они нашли сухую землю, и она села в позу для медитации, чтобы использовать ее. На исцеление травм ушло время, но Джейсон и Хамфри были готовы ждать. Чем больше она ее использовала, тем быстрее способность прогрессировала.

— Я бы дал тебе что-нибудь, чтобы очиститься, но скоро снова придется сражаться, — сказал Джейсон.

— И он не хочет, чтобы ты израсходовала его кристальную воду, — сказал Хамфри.

Вторая встреча была менее опасной, но все еще далекой от идеала. Джейсон неохотно предоставил немного кристальной воды и чистую одежду из своего хранилища.

— Тебе стоит потратить эти монеты, которые ты зарабатываешь, на приличную броню, — сказал Хамфри.

— Я знаю парня, который поставляет качественную легкую броню, — сказал Джейсон.

По пути к следующему месту задания они проезжали через небольшую деревню. И снова Софи была поражена тем, как много людей, казалось, знали Джейсона.

— Серьезно, Асано, что происходит?

— Я просто немного путешествую, — сказал Джейсон.

Они остановились на обед в закусочной под открытым небом, обслуживающей проезжающих торговцев и искателей приключений. Владелец относился к Джейсону как к приезжающей королевской особе.

— Ребенок родился две недели назад, — сказал владелец Джейсону. — Здоровый, как и положено.

— Рад это слышать, — сказал Джейсон.

— Если бы тебя там не было, не знаю, что бы случилось, — сказал он.

— Уверен, все бы обошлось. Вы не так далеко от города, чтобы нельзя было дойти до целителя.

— Но она была так больна. Не уверен, сколько еще ребенок мог бы выдержать.

— Нам повезло, — сказал Джейсон. — Должен представить вас. Йохан, мои друзья, Хамфри и Софи. Это Йохан, который делает лучшие жареные пикантные слойки в дельте.

— Любые друзья Джейсона более чем желанны, — сказал он. — Вам никогда не придется доставать кошелек в моем заведении.

Джейсон сделал заказ на троих, и Йохан ушел внутрь, на кухню.

— Это то, что происходит? — спросила Софи. — Ты здесь исцелял людей, как в клинике Джори?

— Скорее излечивал, — сказал Джейсон. — Я не могу исцелять травмы, только болезни и яды. Еще кое-что, но проклятий у деревенских жителей не так много.

— Джейсон делает это довольно часто, — сказал Хамфри. — Во время нашей полевой оценки для Общества искателей приключений он постоянно задерживал группу.

— Они позволяли ему останавливаться для этого? — спросила Софи.

— Попробуй сказать толпе больных людей, что ты слишком занят, чтобы им помочь, — сказал Хамфри. — В одной деревне была огромная толпа, и мы были там все утро. Местные устроили этот большой полуденный пир, который был на самом деле очень приятным.

— Сейчас эти остановки отнимают меньше времени, — сказал Джейсон, — и часто вообще не нужны. Жрецы Целителя стали гораздо активнее с тех пор, как Целитель заменил их всех. Они тоже перестали брать плату за услуги, так что люди не зависят от шанса, что я буду проезжать мимо.

— Новое отношение местной церкви Целителя вызвало некоторое замешательство среди дворян, — сказал Хамфри. — Пока Целитель не заменил все свое духовенство, церковь по большей части была по первому зову дворянских семей. Теперь к ним относятся так же, как к обычному населению, и возникло много недовольства.

— В последнее время много потрясений для высшего общества, — сказал Джейсон. — Сначала целители, потом экспедиция, теперь эти слухи о Джоне, Тадвике и остальных.

— Не говоря уже о расследовании, — сказал Хамфри. — Ты слышал, что всей семье Фаэль аннулировали членство в Обществе искателей приключений? Всем до единого, даже серебряному рангу.

— Я имел дело с ними только в лагере поддержки экспедиции, — сказал Джейсон, — но даже это оставило неприятный осадок. Если остальные были такими же, как те, кого я встретил, это не такой уж сюрприз.

Пока они ждали еду, они обсуждали выступление Софи против монстров. Сражаться с людьми в городе — это совсем не то же самое, что сражаться с монстрами в болотах и топях. Будь то бойцовская яма или темный переулок, в городе почва обычно твердая.

Напротив, в дельте была скользкая грязь, обманчиво глубокие болота, случайные препятствия и множество мест, где можно спрятаться или отступить. У Софи не было опыта сражений в такой среде, в то время как монстры были хорошо приспособлены к местам, в которых они появлялись. Элементы, которые вредили ей, были вещами, которые они могли использовать в своих интересах.

Нечеловеческий облик монстров затруднял чтение их намерений, что замедляло ее реакции. Их чудовищные формы делали многие из ее любимых атак бессмысленными, заставляя использовать давно забытые элементы ее стиля. Это были техники, о которых она почти не думала с тех пор, как отец впервые научил ее им.

Проблема была не только в их физической форме. Монстрам не хватало сомнений и колебаний более вдумчивого противника, и она начала понимать, как сильно полагалась на психологические игры в бою. Они также обладали кровавой решимостью, упорно продолжая сражаться после того, как человек уже сдался бы.

Последнее, что вредило ей в боях, — она все еще привыкала к своим новым способностям. Она работала над изменением своего стиля, чтобы наилучшим образом использовать их, но это были еще ранние дни.

— То, что мы видели сегодня, было хорошо, — сказал Джейсон. — Очевидно, есть место для улучшения, но это первый день. Мы составляем список того, над чем нам нужно поработать, что покажет нам, на чем сосредоточить тренировки. Мы с тобой сражаемся одинаково, но у тебя было больше практики против людей, а я больше использовал это против монстров. Мы можем помочь друг другу.

После обеда они отправились на третье и последнее задание, которое взяли с доски объявлений. После этого будет задание, которое они взяли из зала заданий, что должно занять их до вечера.

— Все искатели приключений бегают, выполняя так много заданий сразу? — спросила Софи.

— Вовсе нет, — сказал Хамфри. — Это один из способов отбора лучших. Они часто на заданиях и берут несколько контрактов. Во всяком случае, это верно для железного ранга. На более высоких рангах стоит подходить к контрактам с большей осторожностью и осмотрительностью, сопоставляя задания, которые вы берете, со своими способностями.

— Это забегание вперед, — сказал Джейсон. — Давайте пока просто сосредоточимся на том, чтобы устроить ее в Общество искателей приключений.

Он повернулся к Софи.

— Ты сама выбираешь, каким искателем приключений хочешь быть, — сказал он ей. — Если хочешь броситься в это с головой и довести свои способности до предела, это здорово. Если хочешь быть просто номинальным членом и никогда на самом деле не охотиться на монстров, это тоже нормально.

— Нет, — сказала Софи. — Я никогда не думала, что у меня будет шанс получить полный набор эссенций. Я хочу увидеть, как далеко это может меня завести.

— Я тоже, — сказал Джейсон. — Хамфри уже знает, потому что его мама сказала ему.

— Эй, — запротестовал Хамфри.

— Ты действительно много говоришь о своей матери, — сказала Софи, — а я знаю тебя только с сегодняшнего утра.

Грядущие события

Грядущие события

Руфус прибыл в офис Ареллы и понял, что ее нет, когда дверь не открылась сама при его приближении. Когда он постучал, ее открыла заместитель директора. У Руфуса было мало дел с пожилой эльфийкой Женевьевой. Он слышал, что она — единственный человек, которому Арелла полностью доверяет, но он слышал много такого о директоре, что оказывалось ложью.

— Что-то, в чем я могу вам помочь, мистер Ремор? — спросила она.

— Я искал директора.

— Ее вызвали по важному делу. Возможно, я могу быть полезна?

— Только если вы не можете представить меня ее отцу и помочь убедить его помочь мне.

— О, я, вероятно, смогу это устроить, — сказала она, к явному удивлению Руфуса. — Я немного занята, чтобы пойти с вами, но найдите дорогу к его дому, и я прикажу кому-нибудь ждать вас.

* * * В однокомнатном ритуальном здании на территории поместья Геллеров открылся портал. Джона Геллер споткнулся, проходя сквозь него, словно его толкнули, за ним последовал Эрнест Геллер бронзового ранга. Портал закрылся за ними. Ритуальная комната была объявлена запретной зоной на несколько недель, и обслуживающему персоналу было запрещено входить. Только Рику Геллеру Даниэль доверяла присматривать за ней; она снабдила его удобным креслом и стопкой книг на приставном столике.

Рик отложил книгу и встал при появлении остальных, его взгляд был прикован к Джоне. Он искал хоть что-то в выражении лица этого крупного мужчины, что он мог бы узнать, но это было похоже на взгляд на другого человека. Как будто кто-то другой носил лицо его друга.

— У вас нет права делать это, — сказал Джона Эрнесту, игнорируя присутствие Рика.

— Ты продолжаешь это говорить, — сказал Эрнест, голос и язык тела которого были одинаково непреклонны. — Ты останешься здесь, пока мы не закончим с тобой.

— Джона, — сказал Рик.

Джона повернулся, глядя на Рика так, будто тот был связан с ним не больше, чем стул, на котором сидел Рик.

— Пожалуйста, просто скажи мне, что с тобой случилось, — умолял Рик. — Ты знаешь, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь. Как ты делал для меня, не раз.

— Тогда вытащи меня отсюда, — сказал Джона. — Они хотят разрезать меня.

— Не слушай его, — сказал Эрнест. — Он скажет что угодно, чтобы мы отпустили его.

Джона бросил на Эрнеста взгляд, полный желчи.

— Ты понятия не имеешь, с чем имеешь дело.

— Ты прав, — сказал Эрнест. — Именно поэтому мы здесь. Рик, ты был здесь, чтобы объявить о нашем прибытии Даниэль, верно?

— Верно.

— Проверь замки перед уходом, — сказал Эрнест. — Убедись, что все они заперты снаружи.

* * * Поместье семьи Геллеров было сильно благоустроено, чтобы находиться на твердой, безопасной земле. Извилистые ручьи, живописные садовые пруды и даже небольшое озеро могли показаться естественными водоемами, но были искусно и тщательно спроектированы столетия назад. Был участок реки, который был отведен в то, что выглядело как естественный участок реки, но на самом деле был каналом, который отводил ее через поместье, прежде чем вернуть в исходное русло. Между строительством и разрастанием садов потребовались усилия поколений, чтобы довести поместье до того впечатляющего и естественного состояния, в котором оно находилось в настоящее время.

Клайв знал обо всем этом; семья Геллеров подробно описала процесс и передала копии записей в Магическое общество. Только многочисленные функции безопасности, разработанные и улучшенные на протяжении столетий, были утаены. Пока он вел аэроглиссер через дельту, он громко объяснял это Белинде, которая сидела позади фамильяра Клайва, рунной черепахи Онслоу. Для Клайва было необычным опытом, когда кто-то разделял его интерес к магической эзотерике.

Клайв направил аэроглиссер к водяным воротам поместья и плавно остановился. Арка, обрамлявшая ворота, была меньше той, что в городской стене Гринстоуна, но арочный проем с решеткой все равно выглядел внушительно. Это было особенно верно, поскольку решетка Геллеров обычно была закрыта, в отличие от городских ворот, что выставляло внушительную металлическую решетку на всеобщее обозрение.

Охранники на посту, на небольшом каменном причале с будкой, вышли, чтобы допросить Клайва. Поскольку его ждали, они быстро позволили ему продолжить путь, магически подняв решетку, чтобы пропустить его аэроглиссер в поместье. Белинда открыла рот от изумления, когда они прошли через каменную арку.

Вскоре за стеной находился большой каменный причал, встроенный в насыпь, где Геллеры хранили свои внутренние водные суда. Там был дежурный в другой бамбуковой будке, который помахал им в пустой причал и привязал транспортное средство. Как только они оказались на берегу, мужчина записал их данные в небольшой блокнот и дал указания.

Как бы им ни хотелось исследовать все вокруг, Клайв и Белинда пришли с важной целью и придерживались главных дорожек. Используя спокойный темп фамильяра Клайва в качестве оправдания, они, однако, нашли время хотя бы осмотреться. Клайв время от времени оглядывался, чтобы проверить своего фамильяра, который постоянно останавливался, чтобы перекусить кустарником.

— Онслоу, прекрати! Мы здесь гости!

Они следовали данным им указаниям по главной дорожке, которая постоянно искушала свернуть в сторону. Наконец они прибыли к главному дому и обнаружили снаружи августейшую компанию, даже по стандартам семьи Геллеров.

Вместе беседовали Эмир Бахадир, Талия Мерсер, Элспет Арелла и суровый глава следственной группы Общества искателей приключений. С ними был жрец бога чистоты, который выглядел старше большинства, но был с чистым лицом и казался очень здоровым. Клайв не разбирался в дизайне одежд церкви Чистоты, но сложный наряд подразумевал значительный ранг почти так же сильно, как и компания, в которой он находился. Даниэль Геллер была с ними, выступая в роли хозяйки. Когда Клайв стоял в стороне, тихо представляя Белинду, Эмир заметил их и тихо указал на них Даниэль. Она подошла, чтобы поприветствовать их.

— Вы, должно быть, друг Хамфри из Магического общества, Клайв. Я слышала о вас хорошее.

— Спасибо, мэм. Это мой помощник, Белинда.

Даниэль окинула ее оценивающим взглядом.

— Полагаю, вы находите помощь Клайву менее антагонистичным занятием, чем беготню и ограбление людей, — сказала Даниэль.

— Это мой друг занимался беготней, — сказала Белинда. — Что касается антагонизма, несколько богатых театралов вряд ли сравнятся с армией вооруженных магических конструктов.

Даниэль усмехнулась.

— Хорошо подмечено. Итак, Клайв, вы наш местный специалист по астральной магии?

— Да, мэм.

— Я удивлена, что вы были готовы так быстро.

— Мы усердно работали, — сказал Клайв, включая Белинду взглядом. — Это важно. Это большая ответственность.

— Действительно, — сказала Даниэль. — Захватывающие времена — опасные времена. У нас сейчас происходит кое-что, о чем я не могу говорить, так что вы должны простить меня за то, что я не занимаюсь вами лично. Я попрошу одного из членов моей семьи предоставить вам доступ к миражной камере.

— Спасибо, — сказал Клайв.

— Я полностью освободила расписание для миражной камеры; она ваша на весь день. Если вам нужно больше времени, просто скажите нам, и я позабочусь, чтобы вы его получили. Вы принесли все, что нужно?

— Да, — сказал Клайв, его тон не оставлял места для сомнений. — Наша подготовка была весьма тщательной.

— Хорошо. Я найду юного Рика, чтобы он показал вам путь; он где-то здесь бродит. Вы встречались с Риком?

— Да, леди Геллер. На пикнике в парке, после штурма песчаной баржи.

— Конечно. Джейсон может быть своего рода взрывным фактором, социально говоря, но когда дело доходит до проведения по-настоящему непринужденного мероприятия, он проявляет себя во всей красе. Рик надежен и заслуживает доверия. Он еще не знает, что здесь происходит, но я бы оценила, если бы вы не спрашивали, в любом случае. У него личная заинтересованность в текущих событиях.

— Конечно, — сказал Клайв. — У него случайно нет эссенции мощи? Или земли, железа? Что-нибудь, что дает ему силу?

— У него есть эссенция мощи, — сказала Даниэль. — Вам нужно что-то тяжелое поднять?

— Да, — сказал Клайв. — Я просмотрел конструкцию вашей миражной камеры, и у нее старая конфигурация управления на каменных плитах. Несомненно, поэтому она так хорошо держалась так долго, но мне нужно снять верх, чтобы внести необходимые улучшения.

— Вы хотите улучшить нашу миражную камеру?

— Это совершенно необходимо для того, что мне нужно с ней сделать, — сказал Клайв.

— У вас есть опыт, чтобы выполнить это? — спросила Даниэль.

Клайв посмотрел на нее, сбитый с толку.

— Это не требует никакого реального опыта.

— Мои люди заверили меня, что любое улучшение очень даже потребует как опыта, так и непомерных затрат на материалы.

— Полагаю, все сводится к тому, что вы считаете опытом, — сказал Клайв. — Я понимаю, как это может быть дорого, если сделать неправильно. В смысле, очень неправильно. Я не сделаю. Я взял необходимые материалы со склада Магического общества и записал все на счет Общества искателей приключений. Это было достаточно дешево, чтобы уложиться в мой дискреционный бюджет. Все дорогие материалы в миражной камере находятся в куполе, который мне не нужно трогать. Это должно занять у меня меньше пары часов.

— Вы работали с миражной камерой раньше? — спросила Даниэль.

— Я помогал в полной перестройке миражных камер в Боко и Хорнисе и до сих пор провожу ежегодное обслуживание. Оригинальная конструкция была не такой долговечной, как ваша каменная установка.

— В Боко и Хорнисе есть свои люди из Магического общества, — сказала Даниэль.

— Да, — сказал Клайв.

— И они все равно зовут вас?

— Да.

Даниэль окинула Клайва оценивающим взглядом.

— Вы один из тех людей, не так ли? — спросила она. — Те, кто просто тихо исключительны в том, что делают.

— Не знаю, сказал бы я так, — ответил Клайв, неловко почесав затылок.

— Вы своего рода противоположность Джейсона. Он полон потенциала, но бегает вокруг, создавая огромные беспорядки, потому что он упрям и неопытен. Вы формируете команду с моим сыном, верно?

— Мы никогда на самом деле не обсуждали это.

— Ну, теперь вам и не нужно, — сказала Даниэль. — Я наведу о вас справки, и если все проверится, вы будете частью команды моего мальчика.

— Не думаю, что вы можете решать это, — неуверенно сказал Клайв. — Мы сами формируем свои команды.

— Не будьте глупым, — сказала Даниэль. — Конечно, я могу решать это. А теперь ждите здесь, пока я пойду найду Рика.

Клайв с недоумением посмотрел на удаляющуюся фигуру Даниэль, когда она вошла в дом.

— Это было странно похоже на разговор с Джейсоном, в конце, — размышлял он.

* * * Софи чувствовала себя хорошо после своей третьей встречи с монстром. Это была группа крысолюдов, грабящих сельскохозяйственные культуры. Хотя не совсем гуманоиды, они были близки к ним, и она сражалась с ними на ровной, открытой местности. Сначала они окружили ее, но их оппортунистической агрессии не хватало сплоченности. Ее быстрота и ловкость позволили ей избежать окружения, поймать одного в уязвимом положении и быстро с ним расправиться. Трусливые по своей природе, остальные разбежались. Они были быстрыми только по сравнению с кем-то другим, кроме Софи, которая преследовала их одного за другим.

Оставалось только задание из зала заданий, но по пути они проходили через деревню, где к ним подошел взволнованный возчик. Он узнал в них искателей приключений по их снаряжению и сообщил о гнезде ткачей ловушек недалеко от главной торговой дороги.

— Ткачи ловушек? — спросила Софи.

— Противные, паукообразные монстры, — сказал Хамфри. — Опасные и, к сожалению, распространенные в дельте. Мы должны очистить их сейчас.

— Ага, — согласился Джейсон. — Я сделаю это.

— Ты сегодня не в лучшей форме, — сказал Хамфри.

— Битва не ждет, пока ты будешь готов, Хамфри. Немного тренировки с ограничениями пойдет мне на пользу.

— Можно мне? — спросила Софи.

— Нет, — сказали Джейсон и Хамфри хором.

— Вы думаете, он может это сделать, — сказала Софи, — а он с похмелья. Он не намного лучше меня.

— Да, лучше, — сказал Хамфри. — Ты не видела, как он сражается.

— Я сама с ним сражалась, — сказала она.

— Нет, — сказал Хамфри. — Ты спарринговала с ним. Убегала от него. Ты не сражалась с ним. Джейсон очень хорош в убийстве и очень плох в том, чтобы оставлять вещи в живых. Если бы он хотел, чтобы ты была мертва, ты была бы мертва.

— Да? — скептически спросила она. — Тогда я хочу это увидеть.

— В том-то и дело, — сказал Хамфри. — Ты не видишь его, пока не должно случиться что-то очень плохое. Я покажу тебе запись, когда мы вернемся в город.

— Не показывай ей это, — сказал Джейсон. — Это показывает меня на пике «чуни».

— Чуни? — спросила Софи.

— Мы почти уверены, что все, что проскальзывает через силу перевода Джейсона, — это он ведет себя сложно, — посоветовал ей Хамфри. — Мы обнаружили, что лучше отпустить это и не спрашивать.

— Кто это «мы»? — спросил Джейсон.

* * * Руфус прибыл ко входу в поместье Доргана на магически движущемся экипаже. Вместо вожжей кучер управлял рычагом, который поворачивал передние колеса при смещении влево и вправо. Скорость контролировалась рычагом рядом с сиденьем кучера. Такие транспортные средства были не быстрее экипажей, запряженных животными, но избавляли от необходимости иметь дело с животными.

Руфус сошел и подошел к большим воротам во внешней стене. Поместье когда-то было главной резиденцией могущественной семьи Гринстоуна и было по-своему впечатляющим, с территорией, которая была возмутительно роскошной для переполненного пространства Старого города.

В небольшом посту охраны, встроенном в стену, был хорошо одетый эльф. Руфус мог почувствовать от него ауру железного ранга, неконтролируемую и мутную, которая говорила об избытке магических ядер и дефиците тренировок. Эльф вышел, чтобы открыть ворота и впустить его.

По ту сторону ворот был другой эльф-слуга, который ждал его прибытия и проводил внутрь. Пока они шли по территории, Руфус мог видеть, что величие поместья не позволили угаснуть после того, как первоначальные обитатели освободили его для Острова. Сады тщательно поддерживались, кирпичная кладка многовековой давности все еще была в отличном состоянии.

Слуга привел Руфуса в одно из широких крыльев поместья и в библиотеку. Он показал Руфусу часть библиотеки, где эльф стоял перед большой картиной, изображающей пустынный пейзаж. Адрис Дорган имел смуглую кожу и длинные каштановые волосы. Он был классическим стройным, красивым эльфом. Не отрывая взгляда от картины, он отпустил слугу с благодарностью.

— Вам нравится эта картина, мистер Ремор? — спросил Дорган.

Руфус рассмотрел работу.

— Художник был больше озабочен созданием атмосферы, чем точным изображением. Это подходит к суровой пустынной среде. Ясно, что художник находит смысл в запустении. Местный художник?

— Мохер, — сказал Дорган. — С того дня, как я нашел вашего друга Асано стоящим прямо здесь, дела у моей дочери идут плохо.

— Она сохранила свою должность, — сказал Руфус. — Она бы не сохранила ее, если бы некоторые люди добились своего. К счастью для нее, Джейсон не имел права голоса в этом вопросе.

— Его неудачное понижение в ранге, — сказал Дорган. — Ассоциация с моей дочерью стояла за этим, я полагаю.

— Он выполнял свою работу, и выполнял ее хорошо, — сказал Руфус. — Все, что ей нужно было сделать, — позволить ему.

— Я говорил ей почти то же самое. Терпение — урок, который часто трудно усвоить. Я пытался отговорить ее от того, чтобы считать его частью ее проблем, но его положение как отправной точки того, что все пошло не так, играет на ее уме.

— Ей пошло бы на пользу, если бы она сосредоточила внимание на том, что будет дальше, — сказал Руфус. — Грядущие события имеют большое значение, и ей нужно наводить мосты.

— Поэтому вы здесь, мистер Ремор? Чтобы наводить мосты?

— Это зависит от вас, — сказал Руфус. — Есть шанс, что кто-то контрабандой провозил необычные материалы через это место или Хорнис. Если вы поможете мне выследить их, это хорошо отразится на вашей дочери. Покажите Ассоциации, что вы актив, а не якорь. Я был бы готов отразить это в своем отношении к теме, которое имеет вес в определенных кругах.

— Даже после того, как она ополчилась на вашего друга?

— Она только пыталась навредить его интересам, а не ему, — сказал Руфус. — Там, откуда я родом, политика — это факт жизни. Поскольку она собирается продолжать работать директором, моим предпочтением было бы, чтобы она была эффективной. Ее план все еще в силе, если она этого хочет.

— Какой это план?

— Получить повышение, уехав из этого города, наведя в нем порядок. Надлежащее проявление раскаяния и использование расследования в качестве стартовой площадки, по крайней мере, дадут ей шанс. Соглашение о городском обслуживании подлежит пересмотру через два года. Два года — это долгий срок в политике.

— Так и есть, — размышлял Дорган. — Если я соглашусь помочь вам, я не могу просто взмахнуть рукой и предъявить всех городских контрабандистов. Я могу использовать свои связи, здесь и в Хорнисе, но есть осложнения. Кларисса Вентресс и Коул Сильва контролируют немалую часть менее документированных аспектов городской торговли. И есть некоторые операторы, которых никто из нас не терпит и которые вынуждены работать в обход нас. Есть вещи, которыми даже худшие из нас не позволят торговать.

— Мне трудно в это поверить, — сказал Руфус.

— Мистер Ремор, я скорее правительственный чиновник, чем преступник. Власти, правящие Островом, позволили бы Старому городу погрузиться в хаос, пока текут деньги. Признаю, что я ходил по трудным дорогам, но у меня есть свои стандарты.

— А как насчет двух других? Вентресс и Сильва.

— Вентресс знает свои границы, или, по крайней мере, знала. Если кто-то и работает с теми, кого я не потерплю, так это Коул Сильва. Он импульсивен, недальновиден и достаточно отвратителен, чтобы торговать с теми, на кого его отец охотился бы.

— Я бы нанес ему визит, — сказал Руфус, — но это заставило бы тех, за кем я охочусь, скрыться в тени.

— Я наведу некоторые осторожные справки, — сказал Дорган. — В свою очередь, я буду ожидать вашей поддержки для моей дочери.

— Лучший ход вашей дочери — делать свою работу правильно, открыто, где люди могут видеть, как она это делает. Я был бы рад помочь этому.

— Очень хорошо, — сказал Дорган. — Вы обеспечили мою помощь, мистер Ремор. Я найду вас, когда у меня что-то будет.

Чего стоит имя Геллеров

Чего стоит имя Геллеров

Рик вел Клайва и Белинду по территории. Клайв и Белинда были в восторге, когда Рик вел их по тропинкам в стороне от главных дорог, посетители быстро разговаривали.

— Видишь эту цветущую лозу? — спросил Клайв, указывая на нее Белинде. — Видишь, как они пустили ее расти по бамбуковой раме?

— Это парящий цветок-призрак, верно? — спросила Белинда.

— Хороший глаз, — сказал Клайв.

— Я знаю парня, который выращивает его.

— Аптекарь?

— Скорее любитель-энтузиаст.

Клайв остановился под аркой, покрытой цветущей лозой, делая широкие жесты руками.

— Если бы ты могла видеть магию, ты смогла бы заметить тонкое влияние, которое ландшафтный дизайн оказывает на окружающую магию во всем поместье. Тот, кто спроектировал это место, был гением. Дальновидность подождать десятилетия, пока растения вырастут, планируя сдвиги в магии по мере роста растений и деревьев. Адаптация к сезонным изменениям, разным стадиям роста.

— Не могу представить, чтобы планировать это на всем пространстве, — сказала Белинда. — Это поместье больше, чем целый район в Старом городе.

— Нам, наверное, стоит двигаться дальше, — поторопил Рик. Его кузен, Генри, был экспертом по магии в команде и был так же впечатлен территорией, когда они впервые прибыли. Теперь прах Генри был смешан с почвой.

Они заметили купол миражной камеры задолго до того, как добрались до пристроенных к нему зданий. Рик открыл контрольную комнату миражной камеры и завел их внутрь. Свет из стеклянного потолка освещал интерьер, показывая деревянные платформы вдоль сторон комнаты и каменный блок по пояс высотой под широким окном, которое пересекало всю заднюю стену. Интерьер купола за ним был темным.

Клайв немедленно начал объяснять все Белинде, которая никогда не видела ничего из этой отрасли магии. — Эти деревянные платформы — интерфейс, — объяснил он. — Он проецирует твои чувства в иллюзорное «я», которое может взаимодействовать с другими сгенерированными иллюзиями в куполе, по ту сторону этого окна.

Он подошел к каменному блоку. Он был тяжелым и серым, с диким беспорядком рун и символов, вырезанных на нем.

— Это элементы управления, — сказал Клайв. — Это гораздо более впечатляюще, когда камера активна, что ты увидишь позже.

Клайв указал на небольшое отверстие сбоку блока.

— Это место, куда ты подаешь кристаллы, содержащие различные вещи, которые нужно воспроизвести под куполом, — объяснил он. — Текущая конфигурация камеры подходит для создания некоторых сред с некоторыми монстрами в них. Она немного примитивна, чтобы справиться с тем, что мы принесли с собой, впрочем. Тем не менее, просто построить миражную камеру в области с такой низкой плотностью магии было невероятно впечатляюще, особенно для того времени, когда они это сделали. Только часть того, что сейчас является Старым городом, была построена. Даже сейчас важная часть — купол — более чем способна делать то, что нам нужно. Нам просто нужно улучшить систему управления, чтобы она могла сказать куполу сделать это.

Клайв повернулся, чтобы посмотреть на Рика.

— Твои предки были грозными людьми, Рик. У тебя есть полное право гордиться тем, чего достигла твоя семья.

Рик рассеянно кивнул, поглядывая на дверь.

— Это наследие приходит с ответственностью, — сказал он мрачно. — Той, которую мы оплачиваем кровью, чтобы поддерживать.

Клайв прервал то, что делал, чтобы долго посмотреть на Рика.

— Я на самом деле был здесь, в поместье, раньше, — сказал Клайв. — Мой первый всплеск монстров был предпоследним, когда я был мальчиком. Члены моей семьи — угриные фермеры здесь, в дельте, и именно ваша семья приняла нас и укрыла, вместе с бесчисленным множеством других.

Он подошел к Рику и положил руку ему на плечо.

— Это Гринстоун, — сказал Клайв. — Мы знаем, чего стоит имя Геллеров. Если тебе когда-нибудь что-то понадобится, ты проси. Все в дельте знают, что мы просили много раз, и ваша семья отвечала каждый раз.

Рик закалил свое лицо, чтобы скрыть эмоции, и Клайв широко улыбнулся ему, похлопав по плечу, прежде чем оставить его в покое.

— Пора начинать, — сказал Клайв, начав вытаскивать ящики из своего хранилища. Он оставил Белинду аккуратно организовать их и вскрыть их с помощью рычага.

— У тебя нет пространственного хранилища, — сказал Клайв, глядя на маленький, но эффективный ломик. — Где ты держала это?

— Профессиональные хитрости, — сказала Белинда. — Всегда нужно быть готовой.

— Ты полна сюрпризов, не так ли?

— Ты понятия не имеешь.

После того как вытащил последний ящик и оставил их Белинде, Клайв оглянулся на Рика, затем на каменный блок.

— Теперь, Рик, — сказал Клайв. — Ты видишь ту линию, проходящую вокруг стороны каменного блока, ближе к верху?

— Да, — сказал Рик.

— Эта линия — место, где вся верхняя часть блока отходит как плита, чтобы получить доступ внутрь. Я собираюсь распечатать ее, и мне нужно, чтобы ты снял эту плиту и убрал ее с дороги. Это что-то, с чем ты можешь справиться?

— Это увесистый кусок камня, но я разберусь, — сказал Рик.

Клайв использовал магическую палочку, чтобы провести вокруг внешней стороны блока, вдоль линии, на которую только что указал. Рик затем стащил покрытый рунами верх, открыв блок как большой каменный ящик. Внутри он был покрыт рунами и оснащен различными компонентами. Каменные таблички, также покрытые рунами, были вставлены вертикально в дно, как и кристаллы, похожие на скульптурные сосульки. В отличие от панели управления, магические свечения прочерчивали линии и сияли из кристаллов, распыляя радужные цвета в комнату.

— Где все кристаллы? — спросил Рик. — Те, которые ты вставляешь сбоку, чтобы добавить новых монстров.

— Вроде этого? — спросил Клайв, доставая кристалл. Это был длиной с палец граненый кристалл.

— Да, — сказал Рик. — Я видел, как их вставляли.

— Это высокоспециализированные, искусственные проявления чистой магии, — объяснил Клайв. — Вроде очень сложных духовных монет, если хочешь. Когда ты подаешь их в приемник сбоку, они исчезают, как когда ты ешь духовную монету.

— Значит, они не просто скапливаются внутри? — спросил Рик.

— Нет, что хорошо. Нам нужно будет добавить довольно много, как только улучшение заработает.

— Сколько это «довольно много»?

— Четыре тысячи девяносто шесть.

— Серьезно?

— Взгляни на те ящики, — сказал Клайв. — Большинство из них заполнены мягкими стойками для кристаллов.

Клайв достал простой стол из своего хранилища, затем накрыл его простой коричневой тканью. Он разложил серию магических инструментов, от клиновидных камней до кристаллических сфер с серебряными подставками, чтобы они не укатились. Было множество магических палочек, разных по длине, материалу и форме. Многие были изогнуты или перекручены; одна была согнута в спираль на полпути по своей длине. Клайв принялся за работу, объясняя Белинде, что он делает, по ходу дела.

— Я подожду снаружи, — сказал Рик. — Я буду прямо за дверью, если я вам понадоблюсь.

— Спасибо, — рассеянно сказал Клайв, не поднимая глаз от своей работы. Оттуда, где он был согнут в каменный ящик, он позвал Белинду, чтобы та подавала ему различные инструменты. Белинда засыпала его вопросами, подавая ему каждый новый инструмент, заглядывая внутрь, пока он объяснял, что делает на каждом шаге. Один за другим магические огни гасли, пока он работал. Как только свечение полностью угасло, он начал осторожно удалять детали.

Отложив их в сторону, он попросил Белинду подать ему запасные части из ящиков, которые они принесли. Он изменил руны внутри ящика, его инструменты перерабатывали твердый камень, как самую мягкую глину. Он вставил новые таблички и кристаллы, заменив почти все внутри. Наконец, он выбрал несколько компонентов, которые удалил, и, проверив их, вернул на место. Выброшенные детали он попросил Белинду упаковать в ящики для Геллеров, чтобы они делали с ними что хотели.

Наконец, Клайв начал реактивировать магию системы управления, дотошно проверяя свою работу, пока радужный свет снова начал сиять изнутри.

— Все выглядит хорошо, — сказал Клайв. — Я немного переделаю контрольную плиту, и мы сможем провести окончательное тестирование. Позови Рика, пожалуйста? Мне нужно, чтобы он переориентировал плиту, пока я работаю с ней.

Клайв модифицировал обе стороны крышки каменного ящика, изменяя элементы управления миражной камеры. Он попросил вернуть крышку на место и начал проводить тесты функциональности миражной камеры. Они наблюдали через окно, как дикие узоры освещали пространство под куполом. Было несколько проблем, требующих снятия и установки плиты несколько раз, пока Клайв вносил коррективы и тестировал снова.

Под куполом, по другую сторону смотрового окна, изображения мерцали. Монстры случайным образом появлялись с странными цветами или странно деформированными телами. Самым странным был хайдель с утиными ногами, и обе его головы были заменены на голову Рика.

— О, это неправильно, — сказал Рик.

— Ты, должно быть, часто используешь камеру, если твоя голова выскочила, — сказал Клайв. Он методично решал каждую проблему, тестируя и перетестируя, пока работал над каждой несовместимостью и настраивал каждую ошибку калибровки. Наконец, все было в рабочем состоянии.

— Спасибо, — сказал Клайв Рику. — Ты сделал это намного проще. Или вообще возможным, на самом деле. Сомневаюсь, что я смог бы даже сдвинуть эту крышку, не говоря уже о том, чтобы поднять ее.

— Моему кузену это понравилось бы, — сказал Рик. — Влезать в кишки этой штуки.

— Экспедиция? — мягко спросил Клайв, и Рик кивнул.

— Поможет ли это нам найти людей, с которыми мы сражались там? — спросил Рик. — Тех, кто…

Голос Рика подвел его, когда он вспомнил пустой взгляд, который его друг бросил на него всего несколько часов назад.

— В этом-то и идея, — мрачно сказал Клайв. — Мы ищем что-то, что позволит нам выследить их.

Рик кивнул, глаза ясные и сфокусированные.

— Что еще я могу сделать, чтобы помочь?

— Хватай тот первый ящик с кристаллами, — сказал Клайв. — Нам нужно много чего туда запихнуть.

Очищение

Очищение

— Это должно быть гнездо там, — сказал Хамфри.

Они были на широкой насыпной дороге, проходящей через участок водно-болотных угодий. На самой большой части возвышенности была значительная группа деревьев, в которых, как их проинформировали, находились ткачи ловушек.

Хамфри и Софи посмотрели на Джейсона, у которого все еще были мешки под налитыми кровью глазами. Его взгляд сфокусировался на деревьях, и Софи заметила сдвиг в его осанке. Уверенная, ленивая, полусутулая поза стала более прямой, ноги готовыми к движению. Появилась внезапная готовность, которую ее собственные инстинкты распознали как готовность к бою.

— Используй записывающий кристалл, — сказал Хамфри. — Дай ей что-нибудь посмотреть позже.

Он кивнул, доставая свою карусельную стойку с записывающими кристаллами и выбирая один, прежде чем вернуть карусель в инвентарь. Он подбросил кристалл над головой, когда его магический плащ сформировался вокруг него. Он побежал к краю насыпи и спрыгнул, плащ развевался вокруг него, когда он легко опустился, чтобы приземлиться на поверхность воды, как будто она была твердой землей. Двигаясь вперед, он исчез в деревьях.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 1/14.

— Это было быстро, — сказала Софи.

— У Джейсона есть способности и снаряжение, хорошо подходящие для борьбы с ткачами ловушек, — сказал Хамфри. — Большинство из нас находят их неприятными в лучшем случае и смертельными в худшем. Больше искателей приключений железного ранга в Гринстоуне умирает от ткачей ловушек, чем от чего-либо другого.

* * * Джейсон держал свой наколдованный кинжал обратным хватом. Выйдя из тени, он ударил в сторону, пригвоздив паука к дереву, за которое тот держался. Тело паука было размером с человеческий торс, извергая кровь, когда нож пронзил его.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 2/14.

Вы победили [Ткач ловушек].

Хотите собрать добычу с [Ткач ловушек]?

Джейсон выдернул нож, и ткач ловушек шлепнулся в воду. Он пошел по поверхности воды, не беспокоясь. Корни торчали из воды, но его способность восприятия позволяла ему легко замечать их в темноте. Толстая нить паутины выстрелила и зацепилась за его плащ, немедленно пытаясь потянуть за него. Эта часть плаща стала бестелесной, и нить обмякла, когда Джейсон вытащил метательный дротик из патронташа на груди и метнул его в другой конец нити. Дротик имел красный шнур, помечающий его как взрывной. Куски ткача ловушек вылетели из темноты с громким хлопком.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 3/14.

Джейсон подошел к куску плоти, который ударился о дерево, и ткнул в него.

Вы победили [Ткач ловушек].

Хотите собрать добычу с [Ткач ловушек]?

Одной из функций капюшона Джейсона было то, что он мог видеть прямо сквозь него, не загораживая обзор. Он видел ткачей ловушек повсюду вокруг себя, ползающих по деревьям и считающих себя скрытыми в темноте. Они были серыми тенями, как доспехи Джейсона, которые были сделаны из их кожи. Их ноги заканчивались острыми кончиками, которые вонзались в кору, что делало их отличными древолазами. Эти ноги также были мощными и пружинистыми, позволяя им прыгать между деревьями или на добычу.

Один из пауков прыгнул на Джейсона слева. Он протянул руку и схватил его в воздухе, сжав за голову. Тот впился в его руку, а его острые ноги пытались пронзить руку, но соскользнули с доспехов.

[Ткач ловушек] наложил на вас [Яд ткача ловушек].

Вы сопротивлялись [Яд ткача ловушек].

[Яд ткача ловушек] не подействовал.

Вы получили экземпляр [Сопротивление].

Он раздавил голову паука в кулаке и бросил его в воду.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 4/14.

Вы победили [Ткач ловушек].

Хотите собрать добычу с [Ткач ловушек]?

С нескольких направлений в него выстрелили нити. Некоторые неэффективно ударились о его плащ, другие соскользнули с доспехов, не достигнув цели.

Предмет: [Боевая мантия ткача ловушек] (железный ранг, эпический)

Полный доспех для тела, тщательно изготовленный вручную из шелка и кожи ткачей ловушек. (доспех, ткань/кожа).

Эффект: Повышенное сопротивление урону. Высокоэффективен против режущего и колющего урона, менее эффективен против дробящего урона.

Эффект: Восстанавливает повреждения со временем. Обширные повреждения могут потребовать внешнего ремонта.

Эффект: Поглощает кровь, чтобы предотвратить оставление кровавого следа.

Эффект: Повышает сопротивление эффектам кровотечения и яда.

Эффект: Устойчив к клейким веществам и способностям с клейкими эффектами.

Эффект: Адаптирует посадку к владельцу, в определенном диапазоне.

Джейсон стоял посреди окружения ткачей ловушек. Монстры суетились, сбитые с толку своими неэффективными атаками. В тенистой роще деревьев Джейсон мог телепортироваться почти как хотел. Он обвел взглядом окрестности, намечая тени и позиции ткачей ловушек. Когда монстры начали второй залп паутины, он исчез и принялся за работу.

* * * Хамфри и Софи ожидали возвращения Джейсона.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 5/14.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 6/14.

Цель: уничтожить [Ткачи ловушек] 7/14.

— Он действительно не валяет дурака, — сказала Софи.

— У каждого свой способ сражаться, — сказал Хамфри. — С большинством монстров мне легче, чем Джейсону, но ткачи ловушек — плохой соперник для меня. Я наиболее эффективен против врагов, которые стоят на своем на открытом пространстве. Сложные, тенистые среды — это места, где гнездятся ткачи ловушек, но именно там Джейсон процветает. Со временем ты найдешь то, что лучше всего работает для тебя. По мере того как ты будешь получать больше способностей и больше опыта, ты будешь оттачивать свой стиль.

Задание: [Объявление: Ткачи ловушек]

Цель выполнена: Уничтожить [Ткачи ловушек] 14/14.

Задание выполнено.

Софи посмотрела вверх, но мешок с монетами не появился.

— Никаких наград, если мы не внесли вклад, — сказал Хамфри. — Я могу понять, что падение мешка на тебя становится раздражающим.

— Устать от денег, буквально падающих с неба, — проблема, которой я буду рада.

Они заметили радужный дым, поднимающийся с верхушек деревьев, когда Джейсон появился. Как только он достиг их, он сбросил плащ, обнажив большое количество крови на голове. Кровь монстра исчезла в дыму, заставляя то, что осталось, исходить из его собственных ран.

— Ты в порядке? — спросил Хамфри.

— Без проблем, — сказал Джейсон. — Я исцелился, используя свои способности.

— Один из них укусил тебя в голову? — спросил Хамфри.

— Э-э… да. Это был он.

— Что на самом деле случилось? — спросила она.

— Как сказал Хамфри, — сказал ей Джейсон. — Меня укусил монстр.

— Надеюсь, ты не будешь исключать меня из слишком многих боев, — сказала Софи. — Мне нравится получать оплату. Не то чтобы это так ощущалось, когда ты хранишь все деньги.

— Не волнуйся, — сказал Джейсон. — Мое хранилище держит все деньги вместе, но я веду учет того, сколько из них твои.

— И я могу доверять тебе, что ты будешь вести учет правильно? — спросила она.

— Ты все еще не доверяешь мне?

— Если бы мы поменялись местами, — сказала она, — я бы абсолютно точно воровала у тебя.

Джейсон усмехнулся.

— Ты его подотчетный слуга, — отметил Хамфри. — Вся работа, которую ты делаешь, для него, и он имеет право забрать любую или всю часть того, что ты зарабатываешь, как захочет. Ему не нужно воровать у тебя, потому что он может забрать все это с полной законностью. Ему не нужно делать больше, чем кормить тебя.

— Не волнуйся, — сказал Джейсон. — Я буду вести правильный учет. Но тебе придется платить за свое собственное снаряжение.

Он достал бутылку кристальной воды и опрокинул ее себе на голову.

— Это означает как снаряжение, так и расходные материалы, — добавил он.

Она посмотрела на него ровным взглядом.

— Что? — спросил он ее.

— Зачем ты лгал и утверждал, что тебя укусили в голову? — спросила она.

— Я не лгу, — сказал Джейсон. — Я определенно не почувствовал головокружение после боя из-за того, что слишком много телепортировался с похмелья, и ударился головой о бревно.

* * * Процессия людей, вошедших в ритуальную комнату, была столь же престижным собранием, какое можно найти в Гринстоуне. Даниэль Геллер, Талия Мерсер, Элспет Арелла, Эмир Бахадир и архиепископ церкви Чистоты Николас Хендрен. Эрнест Геллер ждал внутри, играя роль охранника Джона Геллера. Джона, чье плечо было крепко сжато в хватке Эрнеста, сверлил взглядом каждого, кто входил. Когда вошел архиепископ, глаза Джоны расширились, и он напрягся, пытаясь вырвать руку из хватки Эрнеста. Она не сдвинулась в хватке силы бронзового ранга Эрнеста.

Элспет Арелла использовала свою ауру, чтобы жестоко подавить ауру Джоны. Многие мощные способности сжатия могли воздействовать только на тех, чьи ауры были подавлены, как способность, которую она использовала, чтобы запереть Джону в пузыре силы. Это отрезало его протесты и подняло его беспомощно в воздух.

— Спасибо, мадам директор, — сказал архиепископ. — Если бы вы могли переместить его подальше от центра комнаты, это было бы оценено.

Пузырь Джоны отплыл, пока его кулаки колотили изнутри. Его рот был явно занят извержением инвектив, но его голос был так же ограничен, как и его тело. Архиепископ достал белый мешочек из сумки на боку и вытащил пробку из носика в углу мешка. Из него он начал осторожно высыпать смесь порошкообразного серебра и золота, чтобы сформировать ритуальный круг.

— К счастью, — сказал он, — божественные ритуалы не так уязвимы к капризам окружающей магии, как мирские разновидности.

— Я никогда не видела, как это выполняется раньше, — сказала Арелла.

— Они во многом похожи на обычные ритуалы, — сказал архиепископ. — Они все еще черпают силу из окружающей магии, но наполнены славным могуществом божественного. Воля моего бога движет магию, а не наоборот, поэтому ваша способность, запирающая несчастного мальчика, не повлияет на это.

Начертив магическую диаграмму, архиепископ обошел ее, расставляя материалы внутри. Духовные монеты серебряного ранга составляли основную часть материалов, в то время как большинство других были золотыми или кристаллическими сферами, расставленными в небольших рамках, похожих на серебряные подставки для яиц. Когда он закончил, он отступил, протянул руку и начал петь.

— Бог чистейший, я молю. Сделай в этом месте святилище чистейшее, чтобы подавить то, что отравляет стебель, и выявить то, что отравляет корень. В этом круге пусть не распространяется гниль и не действует чужеродная скверна. Пусть все станет чистым и ясным.

Белый и золотой свет начал сиять из круга.

— Вы можете поместить человека в круг, мадам директор, — сказал архиепископ.

Пузырь поплыл к кругу с Джоной, запертым внутри, все еще яростно бьющимся. Его руки и голова были в крови от того, что он колотил ими о преграду. Как только он вошел в свет, пузырь быстро растворился, как масло, тающее на солнце. Джона выпал, но вместо того, чтобы рухнуть на пол, дрейфовал по воздуху, чтобы зависнуть над центром магического круга. Его руки и ноги были вытянуты в стороны, все его тело дергалось в небольшом припадке. Его глаза были широко открыты и быстро наливались кровью, челюсть крепко сжата.

— Джона, — прошептала Даниэль, ее голос был полон страданий, когда она смотрела на него. Талия Мерсер положила утешающую руку ей на плечо, ее собственный встревоженный взгляд был прикован к молодому человеку в круге.

Глаза Джоны закатились, когда его вены стали видны как тонкие темные линии по всему телу.

— Нет никаких сомнений, — сказал бесстрастный архиепископ с пустым лицом. — Что-то находится внутри тела. Круг очистит его.

— У врагов в астральном пространстве было что-то внутри них, — сказал Эмир, глядя на Даниэль с беспокойством. — Когда они оказывались в опасности, они могли активировать это и убить себя, а не быть взятыми живыми.

— Для этого уже слишком поздно, — сказал архиепископ. — Любая сила, которую имеет штука внутри него, не может быть активирована внутри круга. Беспокойство, которое вы должны испытывать сейчас, — как глубоко она проникла в его тело. Удаление может повредить или даже убить его.

— У меня есть зелья золотого ранга высшего сорта, готовые к использованию, — сказал Эмир Даниэль. — Пока в нем есть хоть искра жизни, мы не дадим ей угаснуть.

— Я исцелю его, как только буду уверен, что скверна ушла, — сказал архиепископ.

Даниэль не признала их слова, ее взгляд был непоколебим от борьбы Джоны. Его тело дергалось все сильнее, сопротивляясь магии круга, которая удерживала его на месте. Его глаза стали кровавыми и темными, затем лопнули, разбрызгивая темные жидкости, когда что-то изверглось из них.

Развевающиеся металлические провода, тонкие как волосы, выстрелили кластерами из его теперь пустых глазниц, махая, как щупальца морского существа. Даниэль сделала движение вперед, но ее руку схватил Эмир, его рефлексы золотого ранга поймали ее до того, как она двинулась. Она повернулась к нему в ярости.

— Вы не можете помочь ему, пока это не будет сделано, — сказал архиепископ. — Я бы предложил молитву.

Даниэль бросила на священника взгляд, полный яда, прежде чем снова повернуться к Джоне. Она сделала это как раз вовремя, чтобы очищение Джоны достигло финальной стадии. Провода вырвались из каждой части его тела, разрывая мышцы и кожу, разрезая кости. Его плоть была разорвана так же сильно, как и его одежда, когда они изверглись из него.

Провода образовали сложную сеть, которая, казалось, пронизала всю его кровеносную систему. Целое гнездо проводов пронизывало мозг Джоны, разрезая его череп на куски, которые падали на землю вместе с остальной частью его разорванного трупа.

То, что осталось, было смутно человекоподобной проволочной фигурой, со всеми проводами, проходящими в и из ядра на месте сердца. Свободная от тела Джоны, масса проводов шатнулась вперед, но быстро подверглась коррозии от воздействия света круга. Провода растворились в ничто, когда ядро упало на пол с глухим стуком.

Впоследствии свет погас из теперь окровавленного круга. То, что когда-то было Джоной, было разбрызгано по кругу. Все, что осталось от проволочной конструкции, было пустое ядро. Оно выглядело как маленький очищенный кокос. Даниэль не удостоила его взглядом, когда шатаясь двинулась вперед, к кровавому месиву, которое было всем, что осталось от Джоны.

— Это сделано, — сказал архиепископ, его безэмоциональная интонация заставила всех, кроме Даниэль, посмотреть на его спокойное выражение лица. Эмир и Талия повернулись к Даниэль, которая, к счастью, казалось, не услышала. Она стояла перед кровавыми останками Джоны, больше не узнаваемыми как человек.

Нужно просто практиковаться

Нужно просто практиковаться

Поздно днем Хамфри, Софи и Джейсон шли по дороге с высокими, лиственными посевами по обе стороны. Наконец начав чувствовать себя лучше, Джейсон позволил своей голове откинуться назад, когда он сделал глубокий вдох. Он почувствовал теплое солнце ранней осени, почувствовал свежий, землистый запах посевов. Он издал довольный вздох.

— Вот оно, — сказал он счастливо. — Люди говорят о деньгах и власти, но это та жизнь искателя приключений, которую я хочу. Блуждать по красивым местам с хорошим другом и красивой женщиной, которая, возможно, ждет шанса свернуть мне шею и сбежать.

— Серьезно? — спросила Софи ровно. Хамфри покачал головой.

— Я сказал «возможно». Просто оглянись вокруг. Вдохни этот воздух. Скажи мне, что ты не хочешь провести свою жизнь, путешествуя по миру и посещая приятные места.

Софи оглянулась, сначала скептически, затем сравнила это с замкнутыми улицами Старого города. Открытые пространства. Мирный ветерок, играющий среди лиственных посевов.

— Здесь действительно пахнет намного приятнее, чем в Старом городе, — признала она.

— Деньги и власть — это здорово, — сказал Джейсон. — Все, что ты хочешь получить, они могут дать тебе. Все, что ты хочешь сделать, они могут позволить тебе. Но ты должен хотеть вещей, стоящих того, чтобы их иметь, и хотеть делать вещи, стоящие того, чтобы их делать. Деньги и власть должны быть средством, а не целью, иначе ты проживешь безрадостную жизнь.

Джейсон снова оглядел пейзаж.

— Свобода. Путешествия. Я хочу увидеть, что этот мир может мне показать. И когда-нибудь я хочу вернуться домой. Увидеть свой собственный мир новыми глазами.

Софи ничего не сказала, окинув Джейсона оценивающим взглядом.

— Что? — спросил он.

— Ничего, — сказала она. — Ты просто не то, что я ожидала.

— И чего ты ожидала?

— Не знаю, — сказала она. — Не этого.

— Какой твой мир, Джейсон? — спросил Хамфри.

— В нем есть такие места, — сказал Джейсон. — Моя семья ездила в поездки за город, когда я был моложе. У моей матери большая семья, в основном сельские жители. Хорошие, трудолюбивые люди, понимаешь? Не все с причудами в голове, как я. Я вырос в сонном маленьком пляжном городке. Летом он наполняется людьми. Позже я переехал в большой город, хотя и не похожий на Гринстоун. Я даже не знаю, как начать описывать его. Я не был там счастлив, но не думаю, что тогда пытался быть.

Он сверкнул ухмылкой.

— Но теперь я здесь. У меня есть деньги, магические силы, и я гуляю по такому месту в такой день, как сегодня. Да, монстры часто пытаются убить меня, и я нажил свою долю врагов, но я живу своей жизнью сейчас, вместо того чтобы просто ждать.

— Кстати о монстрах, — сказал Хамфри. — Контракт на марголлов. Собакоголовые гуманоиды с большими когтями. Они должны быть хорошим соперником для тебя, мисс Векслер, но не недооценивай их.

— Они крайне агрессивны и сражаются стаями, — сказал Джейсон. — Вас будет меньше. В контракте сказано шесть, но никогда не стоит предполагать, что детали точны.

— Это важный урок, — сказал Хамфри. — Пару месяцев назад мы с Джейсоном отправились забрать тело искателя приключений, убитого из-за того, что детали контракта были неверны.

— Очень неверны, — сказал Джейсон. — Нам повезло, что кто-то другой не пришел за нашими телами.

— Марголлы — еще один распространенный местный монстр, — сказал Хамфри. — Когда они появляются, все эвакуируются, и в город посылают весть, чтобы вывесить контракт. Здесь есть несколько ферм, так что они, вероятно, обосновались, пока не съедят свои стада. Как только Сташ заметит их, у нас будет местоположение.

— Сташ? — спросила Софи. — Это птица-фамильяр, которая у тебя летала вокруг?

— Он проводит много времени в облике птицы в последнее время, — сказал Хамфри. — Я не уверен, насколько он понимает, что произошло во время экспедиции, но он знает, что было много опасности. Думаю, он пытается быть более полезным.

— Проводит время в облике птицы? — спросила Софи.

Хамфри собирался ответить, когда большая птица спикировала с неба к Хамфри, превратившись в щенка и упав ему в руки. Хамфри почесал его за ушами.

— Он оборотень, — сказал Хамфри. — Ты нашел их, малыш?

Сташ радостно тявкнул. Поворачивая голову и издавая маленькие тявканья, Сташ повел их в нужном направлении. В конце концов они заметили марголлов в поле, полном мертвых животных. Трое присели в высокой траве, за простым деревянным рельсовым забором, который отделял поле от дороги. Они смотрели через забор на марголлов на дальнем конце поля.

— Похоже, марголлы пришли с этой стороны, — сказал Хамфри. — Стадо бежало в дальний конец поля и было прижато к забору и перебито.

Убитое стадо было существами, которых Джейсон всегда считал коровами-ящерицами, никогда не будучи в состоянии вспомнить их правильное название. Марголлы убили их всех и пировали на тушах.

— Эти бедные животные, — сказал Хамфри. — Я знаю, что это было мясное стадо, но им не нужно было умирать в страхе вот так. И это расточительно. Марголлы не могут съесть все это мясо, но они едят только свою свежую добычу. Они насытятся, выспятся и пойдут охотиться на другие вещи, чтобы убить.

— Нет, не пойдут, — сказал Джейсон. — Они не покинут это поле. Я насчитал девять.

— Я тоже, — сказала Софи.

— Векслер, Хамфри будет готов быстро вмешаться, если что-то пойдет не так. Ты должна понимать, однако, что когда дела идут не так, они идут не так быстро и жестко. Я не говорю не рисковать, потому что подталкивание себя — это и есть цель. Просто убедись, что это просчитанные риски.

Софи сделала успокаивающий вдох, затем легко перепрыгнула деревянный забор и начала идти через поле. Увлеченные пированием на мертвых животных, марголлы не замечали ее, пока не поднялся ветерок и не донес до них ее запах. Как только это произошло, они подняли головы от своей добычи и завыли. Вскочив на ноги, они начали нестись через поле к ней. Она остановилась, наблюдая за их приближением.

Собакоголовые монстры с серповидными когтями безумно скреблись в ее направлении, некоторые на двух конечностях, другие на четырех. Она снова начала двигаться, ускорив шаг, чтобы бежать на них, пока они неслись в ее направлении, издавая диссонирующие, кровожадные вопли. Они были быстрыми, но она парила над травой, как дух ветра.

Не добежав до них, она прыгнула в воздух. Она вращалась через один горизонтальный удар, а затем во второй другой ногой, оба без касания земли. Затем она наступила на воздух, чтобы сохранить свой импульс, и ударила еще раз, прежде чем наконец приземлиться. Она сделала два полных поворота в воздухе и приземлилась на бегу.

Каждый размашистый удар высвобождал широкое лезвие ветра, которое прокладывало мерцающий путь к марголлам. Трио широких лезвий были такими же большими и медленными, как она могла их сделать, но алчущие монстры вообще не обращали внимания на их приближение.

Изменение произошло, когда первое лезвие растерзало передних монстров, кровь брызнула, когда они побежали прямо на лезвие. Этого было недостаточно, чтобы убить их, но двое упали на землю, воя от боли. Тот, кто остался стоять, принял на себя всю мощь второго лезвия, его тело было разрезано на рваные половины, в то время как больше существ были ранены позади него. Третье лезвие последовало по пятам за вторым, добило раненых марголлов и ранило еще больше.

Стая осталась злой, раненой и сбитой с толку. Их атака была остановлена, когда они суетились в беспорядке.

Назад на дороге Джейсон и Хамфри наблюдали, используя кристалл дальнего видения, чтобы увеличить вид.

— Ты знал, что она может это сделать? — спросил Хамфри.

— Нет, — ответил Джейсон. — Нам стоит подойти ближе?

— Думаю, да, — сказал Хамфри. Крылья появились у него на спине, и он перелетел через забор. Джейсон перепрыгнул его, не с той грацией, с которой это сделала Софи, но тренировка мобильности Гэри сделала это незначительной задачей.

— Сколько времени у тебя займет добраться туда? — спросил Джейсон.

— Несколько секунд, — сказал Хамфри. — Пять, может быть.

— Ты можешь преодолеть расстояние так быстро?

— Если я полечу вперед, а затем запущу свою атаку в летящем прыжке, да.

— Неплохо.

Марголлы были в смятении, и Софи не собиралась тратить это впустую, все еще бежав через траву, как будто летела. Она врезалась в одного из раненых, толкнув его в остальных и добавив к хаосу, который посеяли ее лезвия ветра. Марголлы сражались с дикой свирепостью, в то время как ее движения были чистыми и эффективными. Блоки создавали возможности для атаки, а уклонения подготавливали комбинации ударов. Кулаки и ноги, локти и колени; ни одно движение не было потрачено зря, ни одна возможность не была упущена, когда она колотила марголлов с силой и точностью.

Несмотря на ее скорость и мастерство, френетические существа недолго были в защите, используя свое количество, чтобы зажать в угол своего единственного врага. Серповидные когти целились, чтобы пожинать ее жизнь, но были встречены кулаками и предплечьями. Каждую атаку, которую она могла встретить, ее способности защищали ее от получения даже царапины.

Когда они двинулись, чтобы окружить ее, она не могла перехватить каждую атаку. Рассекающий удар сбоку порезал ее ногу, а сзади — рваный удар поцарапал ее плечо. Она проигнорировала боль и продолжала сражаться; она заманила их, как и хотела.

Зажав ее в угол, монстры сильно надавили, только чтобы обнаружить, что она была заменена остаточным образом. Когда их когти неэффективно пронеслись сквозь него, она появилась на небольшом расстоянии. Сгруппированные марголлы суетились в замешательстве, но Софи запускала еще одно тройное лезвие ветра.

Поскольку они сблизились так близко в своей попытке одолеть ее, марголлы сделали себя уязвимыми для размашистых лезвий воздуха. Острый ветер извергался при ударе после разрезания кожи и мышц, лезвие было ужасающе эффективным против марголлов, у которых не было больше защиты, чем их короткий, щетинистый мех. После трех лезвий только один остался стоять, тяжело раненый. Софи добила его, прежде чем убедиться, что те, что на земле, все мертвы.

Окруженная мертвыми врагами, Софи стояла высоко и делала тяжелые, изнуренные вдохи. Джейсон и Хамфри прибыли на место, когда мешок с монетами упал ей на голову.

— Ой.

— Когда ты придумала этот вращающийся прыжок? — спросил ее Джейсон.

— Ты ушел на две недели, — сказала она, поднимая мешок. — Ты думал, я все время медитировала?

— Справедливо, — сказал он, забирая мешок и помещая его в инвентарь. — Руфус помог с этим?

— Думаю, ему было жаль меня.

— Извини, — сказал Джейсон. — Я вроде как оставил тебя в подвешенном состоянии.

Джейсон достал блокнот, исписанный карандашом.

— Что это? — спросила Софи.

— Это то, как я веду учет твоих денег, — сказал он, убирая их снова.

— О, — сказала она. — Спасибо.

— У тебя есть реальные навыки безоружного боя, — сказал Хамфри. — У меня есть родственница, Фиби. Она тоже безоружный специалист, и она уже давно ищет кого-то, с кем можно попрактиковаться. Думаю, вы могли бы помочь друг другу.

— Мне бы это понравилось, — сказала Софи, дернув большим пальцем в сторону Джейсона. — Она должна быть надежнее, чем этот парень.

— О, да ладно, — сказал Джейсон.

— Ты ведь действительно ушел, никого не предупредив, — отметил Хамфри.

— Да, ну… ладно. Это справедливо.

— Если тебе интересно, то чем раньше, тем лучше, — сказал Хамфри. — Будет темно задолго до того, как мы доберемся до города; мое семейное поместье ближе, здесь, в дельте. Я могу представить тебя Фиби, и мы можем вернуться в город утром.

— Звучит неплохо, — сказал Джейсон. — Что скажешь, Векслер? Хочешь остановиться в самом престижном поместье в Гринстоуне? Я просто соберу лут с этих монстров, и мы можем идти.

— Ты понимаешь, что говоришь это кому-то, кто живет в облачном дворце Эмира Бахадира, — сказал Хамфри.

— Я буду скучать по облачной кровати, — сказал Джейсон. — Это была худшая часть долгого отсутствия в городе.

— Я не могу предложить такие, — сказал Хамфри, — но у нас есть гамаки. Они действительно хороши для жарких ночей.

— Никогда не занимайтесь сексом в гамаке, — посоветовал Джейсон. — Кажется, что это должно быть здорово, но на самом деле это довольно хлопотно.

— Нужно просто практиковаться, — сказал Хамфри небрежно, заслужив широко раскрытый взгляд от Джейсона.

— Что? — спросил Хамфри.

* * * — На что мы смотрим? — спросил Рик.

В контрольной комнате миражной камеры Рик, Белинда и Клайв смотрели через окно. Под куполом большая иллюзорная сфера и маленькая иллюзорная сфера давили друг на друга.

— Маленькая сфера — это симулированное астральное пространство, — сказал Клайв. — Большая сфера — это симулированный мир, к которому оно прикреплено. Это не то, как они выглядели бы на самом деле; я симулировал их магические аспекты, а не физические.

— Почему? — спросил Рик.

— Много оборудования было привезено из астрального пространства, — объяснил Клайв. — Мне удалось воспроизвести то, что они делали, в малом масштабе, но я не мог понять, что это делает. Использование этого в нашем мире, вместо астрального пространства, означало, что вся мощность, которую оно выдавало, просто поглощалась. Наш мир слишком велик. Конечно, возвращение в астральное пространство и настройка этого снова не были вариантом. Здесь мы создали симуляцию астрального пространства, мира, чтобы привязать его, и оборудования, которое экспедиция купила, работающего внутри него.

— Значит, вместо монстра ты создал целый мир? — спросил Рик.

— Не совсем, — сказал Клайв. — Я изучил оборудование довольно тщательно и выделил то, с чем оно должно взаимодействовать, и симулировал это. Симуляция целого мира — это выше любой миражной камеры, о которой я когда-либо слышал.

— Итак, каковы результаты? — спросил Рик.

— Придется подождать. Я ускорил симуляцию настолько, насколько это возможно, и пока я не упустил ничего важного, она в конечном итоге покажет нам точно, что прервала экспедиция.

Они с нетерпением наблюдали первый час, внимание угасало ко второму. Рик ушел и принес обед, в то время как Клайв и Белинда обратились к книгам из личного запаса Клайва. После просмотра коллекции Клайва Рик пошел за книгой с меньшим количеством теории и большим количеством историй о лихих геройствах.

Был вечер, прежде чем что-то изменилось внутри камеры. Они все подошли к окну, чтобы посмотреть на две сферы, которые наконец стали более активными.

— Мы уже знаем, что то, что они делали, привело бы к катастрофическим результатам, — сказал Клайв. — Главный вопрос в том, было ли это целью или побочным эффектом.

Две сферы давили друг на друга на протяжении всего запуска симуляции, но пока они наблюдали, маленькая сфера оттянулась. Поверхность большой сферы, где маленькая сфера контактировала с ней, была сморщенной и испорченной, в то время как остальная часть была гладкой.

— Это все? — спросил Рик.

— Нет, — сказал Клайв. — Астральное пространство, маленькая сфера, не должно быть способно поддерживать свою целостность, не будучи прикрепленным к своему миру. Просто оттягивание должно было вызвать его распад.

— Кто-то пытается создать маленький, независимый мир? — спросила Белинда.

— Если они пытаются, это не сработает, — сказал Клайв. — Он не может долго продержаться, вот так.

Как будто чтобы доказать свою точку зрения, маленькая сфера начала искажаться, распадаясь на куски, а затем исчезла вовсе.

— Вот и все, — сказал Клайв. — Их целью было отделить астральное пространство от нашего мира, сохраняя при этом его структуру в течение по крайней мере какого-то количества времени.

— Какого количества времени? — спросила Белинда.

— Недели. Месяцы, в лучшем случае. Мне нужно будет изучить запись симуляции, чтобы получить больше деталей, но основы ясны.

— Зачем им это делать? — спросил Рик.

— Без понятия, — сказал Клайв.

— Кто получает выгоду? — спросила Белинда. — И как?

— Кто получает выгоду от огромного куска вытесненной физической реальности, плавающего в глубоком астрале? — спросил Клайв. — Никто. Даже боги не могли бы ничего с этим сделать; как только это покидает их мир, это вне их способности влиять. Все, что остается, это…

Глаза Клайва расширились, когда он издал низкий звук ужаса.

— Нет…

Он расхаживал взад-вперед, хватаясь за волосы руками.

— Это больше, чем мы, — сказал он. — Астральные пространства. Наше было не единственным затронутым. О, это плохо.

— Что плохо? — спросила Белинда. Она и Рик смотрели на Клайва с разочарованием.

— Я понял, — сказал он.

— Это мы поняли, — сказала Белинда. — Что ты понял?

— Нам нужно кому-то рассказать, — сказал Клайв. — Ранг алмаза. Много алмазных рангов.

Он рванул к двери, Белинда и Рик последовали за ним, только чтобы встретить Клайва, вбегающего обратно. Он посмотрел на Рика с диким паническим взглядом.

— Я не знаю, как вернуться в главный дом!

Создание мира

Создание мира

Небо уже почти погрузилось в темноту, но дорожки поместья Геллеров были освещены магическими огнями — правда, их подбирали и расставляли скорее ради эстетики, чем из практических соображений. Вместо простого освещения, эти ненавязчиво расставленные светильники заливали сады переливающимися цветами.

У Клайва не было времени остановиться и оценить это, он торопливо вел Рика и Белинду через сады, шагая своими длинными ногами. У Белинды время было — энтузиазм Клайва опережал его способность ориентироваться, из-за чего Рику приходилось поправлять его, когда он сворачивал не на ту дорожку одну за другой. Это позволяло Белинде не отставать, несмотря на её более размеренный темп.

— Мне нравятся эти огни, — сказала Белинда.

— Хороши, правда? — спросил Рик. — Нет, Клайв, налево.

Клайв проворчал что-то, возвращаясь с одной дорожки, чтобы свернуть на другую.

— Объясни ещё раз, — сказала Белинда Клайву, когда он проходил мимо. — Есть какой-то супербог?

— Да, — рассеянно ответил Клайв. — Хотя нет. Но да. Но нет.

— Это всё проясняет, — заметил Рик, пока Клайв снова зашагал прочь.

* * * В отличие от Клайва, Хамфри, Софи и Джейсон прогуливались по территории поместья неспешным шагом. Они не торопились, наслаждаясь красочно освещенными дорожками.

— Я разжился кое-какими материалами у тех ткачей-ловушечников, — сказал Джейсон. — Мои боевые мантии сделаны из того же материала. Я знаю парня, который, вероятно, сможет использовать это, чтобы сделать тебе что-то подобное, Уэкслер.

— Я думала, ты сказал, что мне придется самой платить за свое снаряжение, — ответила Софи.

— Мы в группе, — сказал Джейсон. — Мы делим добычу как группа. Но за работу тебе всё равно придется платить самой.

— Спасибо, — сказала она, нахмурившись. — Прости, это прозвучало неискренне. Благодарность — это чувство, к которому я не привыкла.

Джейсон рассмеялся.

— Ничего страшного. Я знаю, каково это — превратиться из случайного никого в искателя приключений с магическими способностями и тому подобным, вращаясь среди богатых и влиятельных людей. Скоро мы станем такими же. Это немного дезориентирует, не так ли? Трудно твердо встать на ноги. Нормальная жизнь постоянно ускользает, как кусок мокрого мыла. Ты постоянно пытаешься понять, что теперь является нормой.

— Да, — сказала она. — Именно так это и ощущается.

* * * Даниэль, Эмир, Талия, Арелла и архиепископ направлялись через территорию поместья от ритуального здания к главному дому. Только что став свидетельницей ужасной кончины Джоны Геллера, Даниэль всё ещё была потрясена и плелась в хвосте группы. Эрнест Геллер, единственный среди них не серебряного ранга, взял на себя обязанность сопровождать их по территории.

— Я не позволю подвергнуть моего сына этому процессу, — твердо заявила Талия Мерсер, пока они шли по дорожке.

— В этом не будет необходимости, — сказал Херстон, архиепископ Чистоты. — Теперь, когда мы знаем, с чем имеем дело, наши методы могут быть более точными.

— Мы знаем, с чем имеем дело? — спросила Арелла.

— В мальчика было имплантировано звездное семя. Моя церковь видела подобное в прошлом и давно разработала способы их извлечения. Будет нанесен ущерб, в зависимости от того, как долго семя находилось внутри, но непоправимого вреда не будет.

— Какая от этого польза Джоне? — выплюнула Даниэль. Это был первый раз, когда она заговорила с тех пор, как Эмир увел её от изуродованного тела Джоны.

— Что это за звездное семя, в точности? — спросил Эмир.

— Это творения сущностей из-за пределов вашей физической реальности, существующих только в глубоком астрале, — сказал архиепископ. — Они известны под разными именами, но чаще всего как великие астральные сущности. В нашем мире есть еретики, которые воздают им неподобающее поклонение, извращенно похожее на то, как благочестивые люди поклоняются богам. Астральные сущности могут даровать благословения, как боги, но не могут даровать эссенцию и камни пробуждения. Вместо этого они могут посылать своим последователям звездные семена.

— Это то, что использовали люди, которых мы пытались захватить, чтобы покончить с собой? — спросил Эмир.

— Скорее всего, — сказал архиепископ. — Семя должно быть сначала имплантировано в тело. Как только оно прорастет, тело претерпевает трансформацию, которая может быть незначительной или серьезной.

— Мы это видели, — сказала Талия. — Люди, напавшие на экспедицию, были причудливыми сочетаниями плоти и стали.

— Как только трансформация завершена, остаточная мощь звездного семени становится доступна еретику для использования. Взорвать эту мощь, чтобы убить себя, вполне в их силах.

— И они поместили эти штуки в наших детей, — прорычала Талия. — Я убью их всех.

— И правильно сделаете, — сказал архиепископ. — Семена превращают имплантированных людей в сосуды для астральных сущностей — марионеток без воли. Только самые преданные добровольно идут на такой процесс. Поначалу влияние едва заметно. Их воспоминания и личности остаются нетронутыми, единственный контроль — это стремление защитить семена внутри себя от обнаружения. Постепенно, даже не осознавая, что происходит, носители становятся марионетками. Их личности вытесняются, смещаясь в сторону воли астральной сущности, создавшей семена.

— Сколько времени это занимает? — спросила Талия.

— Не знаю, — сказал архиепископ. — Я знаю это лишь потому, что изучал все виды и способы нечистоты. Я никогда не сталкивался со звездным семенем лично. Я изучу записи моей церкви после возвращения в город.

— Почему эти семена не были обнаружены раньше? — спросила Талия. — Всех пятерых осматривали в лагере, а затем в городе, целители серебряного ранга. Почему они не нашли эти штуки внутри них?

— Звездные семена — это не какая-то болезнь, которую легко очистить способностью эссенции, — объяснил архиепископ. — Это объекты ранга трансцендентности, созданные сущностями настолько огромными и чуждыми, что мы не можем постичь их целиком. Для их обнаружения, не говоря уже об очищении, требуется нечто большее, чем простой ритуал или способность эссенции. Мы должны благодарить наших богов за то, что они защищают нас от подобного.

— Ваш бог не помог Джоне, — сказала Даниэль. — Ритуал вашего бога разорвал его на части.

— Возможно, если бы ваша семья была более предана своему благочестию, он был бы защищен.

Эмир использовал миражный шаг, чтобы оказаться между Даниэль и архиепископом, выставив руку, чтобы предотвратить её ярость. Вся группа остановилась. Убедившись, что она не собирается броситься мимо него, Эмир свирепо посмотрел на священника.

— Вам лучше следить за собой, архиепископ, — предупредил Эмир. — Продолжите в том же духе, и я больше не буду стоять у неё на пути.

Архиепископ фыркнул от презрения, но больше ничего не сказал, возобновив свой путь через сады. После тяжелой паузы остальные последовали за ним.

— Следующим шагом должно стать возвращение остальных четверых, — сказала Арелла, когда они приблизились к главному дому. — Вы уверены, что сможете извлечь эти семена, не причинив вреда людям, в которых они имплантированы?

— Без вреда — нет; без убийства — да. Я уверен, что у моей церкви есть средства, хотя есть два требования. Во-первых, мы должны заполучить людей, которые их носят, прежде чем семена пустят слишком глубокие корни. Как только семена захватывают тело, они воздействуют на душу, после чего становится слишком поздно. Второе требование — нам нужно знать, какая астральная сущность создала семена. Каждая такая сущность создает разное семя, и к каждому нужно приспосабливаться соответствующим образом.

— Тогда у нас есть два приоритета, — сказала Арелла. — Во-первых, вернуть оставшихся четверых пострадавших, что должно быть легкой частью. Общество искателей приключений следит за ними, ожидая результатов этого ритуала. Теперь, когда мы уверены, что они скомпрометированы, мы можем немедленно их доставить. Они будут задержаны, и пользователь портала мистера Бахадира сможет доставить их обратно в Гринстоун.

— А как насчет того, чтобы выяснить, с какой великой астральной сущностью мы имеем дело? — спросила Даниэль. — Я хочу знать, кто делает это с нами.

— Я могу ответить на это! — раздался голос.

Они приближались к главному дому, где дорожки, ведущие через всё поместье, сходились в открытое пространство. С другой дорожки шел взволнованный Клайв, а за ним следовали Рик и Белинда.

Рик тревожно окинул взглядом группу. Он увидел, что Джоны с ними нет, а Эрнест, которого он в последний раз видел охраняющим Джону, здесь. Затем он заметил Даниэль, с покрасневшими глазами и в смятении, что поразило его. Он никогда не видел её в ином состоянии, кроме полного самообладания. Всё тело Рика обмякло, когда он понял, что это означает для судьбы Джоны.

— О чем вы говорите? — спросила Арелла, когда Клайв поспешил к ним.

— Вы говорили об астральной сущности, верно? — спросил Клайв. — Я знаю, какая именно, и чего она добивается.

Две группы слились воедино, когда Рик и Белинда подошли, а затем снова выросли, когда появились Хамфри, Джейсон и Софи. Белинда и Софи обменялись удивленными взглядами, заметив присутствие друг друга, в то время как Хамфри был поражен явным горем своей матери и бросился к ней. Его крупная фигура возвышалась над ней, когда он заключил её в крепкие объятия.

— Я думаю, возможно, — сказала Арелла, — нам стоит перенести дальнейшее обсуждение внутрь.

Она повернулась к Эрнесту.

— Вы были частью группы, которая нашла пятерых, верно? — спросила она.

— Да, — сказал Эрнест.

— Полагаю, здесь в поместье есть зал для совещаний. Личная автономия остальных четверых больше не действует. Скажите остальным членам вашей группы немедленно взять оставшихся четверых под стражу и доставить их сюда, под полную ответственность Общества искателей приключений.

— Да, мэм, — сказал Эрнест, прежде чем уйти на полубеге.

— У нас в доме есть конференц-зал, — сказала Даниэль, ободряюще похлопав Хамфри по руке, когда она высвободилась из его объятий. — Мы можем выслушать мистера Стендиша там. Хамфри, пожалуйста, позаботься об остальных наших гостях.

Даниэль повела группу в дом, оставив Хамфри с Джейсоном, Белиндой, Софи и Риком.

— Что ты здесь делаешь, Линди? — спросила Софи.

— Сложная магия, на кону судьба мира, — небрежно ответила Белинда. — А ты?

— Уже поздно, и мне предложили гамак.

— Мое дело поинтереснее, — сказала Белинда.

— Похоже на то. Кто были все эти люди?

— Просто кучка богачей, — сказала Белинда. — Итак, гамак? Помнишь того парня Барри? Он всегда спал в гамаке.

— Это тот, которого убило, когда на него упала наковальня?

— Именно. Строить кузницу на третьем этаже было ужасной идеей.

— Я помню, что многие его идеи были плохими.

— И не говори. Однажды он хотел, ну, заняться этим в своем гамаке. Я думала, будет весело, но вышло просто неловко.

— Мне говорили, что нужна практика, — сказала Софи.

— Конечно, тебе так говорили, — сказала Белинда. — Любой, кто смотрит на тебя, первой мыслью имеет: «как бы заставить эту девушку почаще практиковаться со мной в сексе?». Именно так мы и влипли во всю эту историю, помнишь?

— Я бы не стала так это описывать.

Пока две женщины разговаривали, Хамфри и Джейсон подошли к Рику, который смотрел в пустоту.

— Рик? — позвал Хамфри.

— Не думаю, что Джона выжил, — рассеянно сказал Рик, сфокусировав взгляд в никуда.

— Он мертв? — спросил Хамфри.

— Они не сказали, но ты видел свою мать.

Хамфри опустил голову, запустив в неё руки. — Проклятье. Я не знал, что всё так плохо.

— Эрнест доставил его через портал, — сказал Рик. — Они заставили меня ждать, чтобы пойти за всеми…

Он махнул рукой в сторону дома, куда ушли все важные люди, оставив их позади.

— Где это было? — спросил Хамфри.

— В ритуальной комнате. Той большой, изолированной.

— Ну, пойдем посмотрим, — сказал Хамфри. — Посмотрим, не сможем ли мы получить ответы.

Хамфри указал на здание, пристроенное к главному дому.

— Это одна из гостевых резиденций, — сказал он. — Джейсон, ты, мисс Уэкслер и её подруга можете идти прямо туда.

Джейсон кивнул, похлопав Рика по плечу.

— Дай знать насчет Джоны, ладно?

— Конечно.

* * * Клайв расхаживал в конце конференц-зала, пока группа самых важных людей Гринстоуна сидела вокруг длинного прямоугольного стола. Декор был типичным для поместья Геллеров: светлое дерево и искусно сплетенный тростник обеспечивали приятную циркуляцию воздуха, а невидимая магия отвечала за приватность.

— Откуда вы знали, что замешана одна из великих астральных сущностей? — спросил Клайв.

— Вы здесь, чтобы отвечать на наши вопросы, — сказал архиепископ. — А не наоборот.

— Точно, да. Э-э, так вот, великие астральные сущности. Мы не так уж много знаем о большинстве из них, потому что лишь немногие, кажется, проявляют какой-либо интерес к физическим реальностям. Мировой Феникс, Всепожирающее Око, Жнец, Небесная Книга. Однако больше, чем кто-либо из них, некто по имени Строитель проявляет особый интерес к физическим реальностям.

— Вы, кажется, хорошо разбираетесь в знаниях об этих сущностях, — сказал архиепископ.

— Да, — сказал Клайв. — Я сам поклоняюсь Небесной Книге. Это довольно распространено среди тех из нас, кто глубоко вовлечен в магическую теорию.

— Вы признаете, что вы еретик? — спросил архиепископ, наполовину вставая. Гнев на его лице резко контрастировал с бесстрастным видом, с которым он наблюдал за ужасной смертью Джоны.

Клайв сердито посмотрел на архиепископа.

— Полагаю, меня можно считать еретиком, — сказал Клайв. — Точно так же, как использование жесткой догмы для проявления личных предубеждений можно считать верой.

Аура серебряного ранга архиепископа взорвалась в сторону Клайва, но была немедленно подавлена аурой золотого ранга Эмира.

— Сейчас не время, архиепископ. Мы здесь, чтобы слушать, а не судить.

— Боги всегда судят нас. Отказ от праведности ради выгоды — это легкий путь к греху.

— А не затыкаться — это путь к тому, чтобы быть вышвырнутым, — сказала Даниэль. — Это мой дом, и вы здесь по моему снисхождению.

Архиепископ нахмурился, но молча опустился обратно на свое место.

— Эмоции накалены, и на то есть веские причины, — сказал Эмир. — Это не меняет того факта, что сдержанность даст больше, чем потакание себе.

Эмир обвел взглядом комнату, утверждая свой авторитет тонким, но безошибочным использованием своей ауры.

— Пожалуйста, продолжайте, мистер Стендиш, — сказал он.

— Спасибо, — сказал Клайв. — Как я уже говорил, есть одна астральная сущность, которая проявляет больше интереса, чем другие, к физическим реальностям, то есть к мирам, подобным нашему. Большинство остальных действуют подобно богам: они хотят продвижения различных идеалов. Мировой Феникс способствует целостности измерений; Небесная Книга способствует пониманию глубинной природы магии. Жнец выступает за окончательность смерти. Строитель не похож на остальных. У него нет интереса к распространению принципов, вместо этого он одержим физической реальностью, будучи при этом по своей природе неспособным сосуществовать с ней. Эта дихотомия его основного стремления и его внутренних свойств привела к начинанию такой амбициозности, что это поражает воображение.

— Какого рода начинанию? — спросил Эмир.

— Он строит свой собственный мир, — сказал Клайв. — Создает новую физическую реальность в глубоком астрале. Он делает это, беря сырые материалы, которые не являются полностью ни астральными, ни физическими.

— Вы говорите об астральных пространствах, — сказала Арелла.

— Именно, — сказал Клайв. — Астральные пространства формируются привязанными к мирам, без которых они немедленно разрушаются. Без реального мира, чтобы закрепить их, они не могут существовать. Но если астральному пространству дать способность поддерживать себя, пусть даже на короткий период, Строитель может взять его и прикрепить к миру, который он создает из украденных частей.

— Вы хотите сказать, что те люди, с которыми мы сражались, пытались украсть астральное пространство для этого Строителя? — спросила Арелла. — Межпространственный пират, грабящий куски реальности, чтобы построить свою собственную?

— Именно это я и говорю. Астральная сущность не может взаимодействовать с физической реальностью напрямую, поэтому ей нужны другие, чтобы действовать за неё. Строитель вербует людей, чтобы они отсекали астральные пространства, связанные с их миром, а затем он вмешивается и заявляет на них права. Я читал о том, что Строитель делает это, но теперь я увидел средства, с помощью которых он это осуществляет.

— Каковы последствия потери астральных пространств? — спросил Эмир.

— По-разному, поскольку разные астральные пространства связаны с мирами по-разному. Процесс, который они использовали в нашем локальном астральном пространстве, был разработан так, чтобы сохранить астральное пространство нетронутым, ценой катастрофического разрушения физической реальности. Могу с уверенностью утверждать, что результаты были бы аналогичными и в других случаях.

— У нас есть сообщения об астральных пространствах, страдающих от вторжений, подобных нашему, по всему миру, — сказала Арелла.

— Верно, — сказал Клайв. — Астральные пространства по всему миру. Мы говорим о катастрофических разрушениях по всему миру. Смерть и разрушение в масштабах, угрожающих цивилизации. Единственное утешение, которое я могу найти, — это то, что есть люди умнее меня, изучающие всё это, и люди сильнее нас, делающие что-то с этим. Это угроза, которая выходит за пределы нашего мира. Нам нужно, чтобы действовали ранги алмаза, и действовали быстро.

— Не принижайте себя, мистер Стендиш, — сказал Эмир. — Информация, которую вы нам даете, — это не та информация, которую мы получаем из других источников. Либо они не знают, либо скрывают потенциальные риски, чтобы избежать паники.

— Рискуя согласиться с архиепископом, — сказала Талия Мерсер, — насколько вы уверены в этой информации, Стендиш?

— Очень, — сказал Клайв. — Мои знания о великих астральных сущностях исходят от одного из предыдущих директоров Магического общества. Великие астральные сущности были его областью изучения, и у него была коллекция журналов от искателей приключений алмазного ранга, которые путешествовали между мирами. Он оставил их мне после своей смерти, и я хорошо их знаю.

— И вы уверены, что люди этого Строителя — те, кто проделывает эти вещи с нашими астральными пространствами? — спросила Талия.

— Да. У Строителя, как я упоминал, нет движущей идеологии. Он формирует группы, культы, движимые не идеологией, а дарами силы. Тот факт, что мы видим хоть что-то из этого, говорит о том, что они действуют здесь годами. Может быть, десятилетиями.

— Но вы уверены, что за ними стоит этот Строитель? — спросила Арелла.

— Мне удалось успешно симулировать то, что они делали в миражной камере Геллеров. Целью их усилий было укрепить астральное пространство и отсечь его от нашего мира. Никто, кроме великой астральной сущности, не обладает силой совершить нечто подобное, и из них только Строитель проявляет к этому интерес.

— Думаю, нашим следующим шагом должно стать подтверждение этой информации, насколько это возможно, — сказала Арелла. — Если мы объединим то, что видели сегодня, выводы мистера Стендиша и опыт экспедиции, мы вполне можем получить приемлемый уровень подтверждения, чтобы распространить его среди Общества искателей приключений в целом.

— Мистер Стендиш, я хотел бы взглянуть на эти журналы, если вы не против, — попросил Эмир.

— Я сделал копии оригиналов, — сказал Клайв. — Я доставлю их в ваш облачный дворец.

— Я изучу записи наших ритуалов по удалению звездных семян, — сказал архиепископ. — В ритуалах по удалению семян этого Строителя могут быть детали, которые помогут подтвердить, что именно он за этим стоит.

— Спасибо, — сказал Эмир.

— Я спущу более ученых членов своей семьи на библиотеку храма Знания, — сказала Даниэль. — Богиня всегда приветствует искателей истины.

— Я сделаю то же самое, — сказала Талия.

— Я позабочусь о том, чтобы всё, что мы узнаем, было распространено среди Общества искателей приключений в целом, и посмотрю, есть ли у них что-то взамен, — сказала Арелла. — Мы не единственные, кто сталкивается с этой проблемой, но мы — одна группа из многих, работающих над тем, чтобы внести свой вклад.

— Хорошо, — сказал Эмир, вставая. — У всех нас есть свои задачи; нам следует приступить к ним. Отличная работа, мистер Стендиш.

— Час уже поздний, — сказала Даниэль, тоже поднимаясь. — Вы все можете остаться на ночь. У нас достаточно места.

Талия и Эмир приняли предложение, а архиепископ и Элспет Арелла отказались; все понимали, что ни священник, ни директор Общества искателей приключений не являются по-настоящему желанными гостями в доме Даниэль Геллер. Они отправились к своему транспорту, а Даниэль повела Талию, Эмира и Клайва в гостевое крыло.

— Мистер Стендиш, — сказал Эмир, когда они вышли из конференц-зала. — Вы никогда не задумывались о том, чтобы стать профессиональным охотником за сокровищами?

Сказочные призы

Сказочные призы

Первый свет дня застал Джейсона медитирующим на веранде. Она была пристроена лишь к одному из гостевых домов семьи Геллер, каждый из которых был больше четырехкомнатного дома, в котором вырос Джейсон. Как и большинство зданий поместья Геллеров, он был спрятан среди пышной зелени садов.

Способность [Покров ночи] (Тьма) достигла Железа 6 (100%).

Способность [Покров ночи] (Тьма) достигла Железа 7 (00%).

Джейсон открыл глаза. Его недавний двухнедельный шторм охоты на монстров оказался не таким эффективным для повышения способностей, как он надеялся. Его способности низкого уровня улучшались достаточно хорошо, но самые высокоранговые начали плато. Как только он вернется в город, он обратится к Руфусу за советом.

Джейсон Асано

Раса: Иномирянин.

Текущий ранг: железо

Прогресс до бронзового ранга: 25%

Атрибуты

[Мощь] (Кровь): [Железо 5].

[Скорость] (Тьма): [Железо 0].

[Дух] (Рок): [Железо 0].

[Восстановление] (Грех): [Железо 5].

Расовые способности (Иномирянин)

[Групповой интерфейс].

[Система квестов].

[Инвентарь].

[Карта].

[Астральное сродство].

[Таинственный незнакомец].

**Эссенции (4/4)*

Тьма [Скорость] (3/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [Железо 8] 19%.

[Покров ночи] (особая способность): [Железо 7] 00%.

[Путь теней] (особая способность): [Железо 7] 04%.

Кровь [Мощь] (5/5)

[Кровавая жатва] (заклинание): [Железо 6] 98%.

[Укус пиявки] (особая атака): [Железо 6] 14%.

[Пир крови] (заклинание): [Железо 5] 92%.

[Кровавый ужас] (фамильяр): [Железо 6] 89%.

[Кровоизлияние] (заклинание): [Железо 5] 06%.

Грех [Восстановление] (5/5)

[Наказание] (особая атака): [Железо 7] 23%.

[Пир отпущения грехов] (заклинание): [Железо 6] 23%.

[Пожиратель грехов] (особая способность): [Железо 6] 69%.

[Гегемония] (аура): [Железо 7] 69%.

[Бичевание] (заклинание): [Железо 5] 23%.

Рок [Дух] (4/5)

[Неотвратимый рок] (заклинание): [Железо 7] 16%.

[Возмездие] (заклинание): [Железо 6] 54%.

[Клинок Рока] (заклинание): [Железо 4] 39%.

[Вердикт] (заклинание): [Железо 3] 94%.

Джейсон чувствовал изменения в своих атрибутах. Его атрибут мощи сделал его сильнее, чем он был раньше. Он также мог лучше справляться с тем, что его швыряют монстры. Это было совсем не похоже на сверхчеловеческую силу Гэри или даже Руфуса, но по сравнению с его прежним «я» это было определенно заметно. Кроме того, его повышенный атрибут восстановления значительно увеличил его выносливость, а восстановление маны стало быстрее, чем раньше.

Изменения отразились и на его внешности. Его скудное телосложение не стало массивным, но дряблые мышцы постепенно становились гладкими и подтянутыми. Он встал и потянулся.

— Чувствую себя сексуальным.

— Что ты сказал? — спросил Эмир, приближаясь по садовой дорожке.

— Я сказал, что чувствую себя сексуальным, — ответил Джейсон. — Мне не стыдно признаться. Ты рано встал.

— Много дел, — сказал Эмир. — Я хотел поговорить с тобой, прежде чем отправлюсь обратно в город.

Джейсон вернул свой коврик для медитации в инвентарь и жестом пригласил Эмира к садовой мебели на веранде.

— Холодный чай? — предложил Джейсон.

— Было бы неплохо.

Жара дельты уже начинала нарастать. Джейсон достал из инвентаря пару высоких стаканов и кувшин. Он наполнил стакан рубиново-красным чаем, охлажденным кусками льда из кувшина. Эмир сделал одобрительный глоток.

— Что ты туда добавил?

— Джем-ягоды, — сказал Джейсон. — Они сейчас в сезоне.

Эмир сделал ещё глоток, прежде чем перейти к главной теме.

— Я хотел поговорить с тобой. Я ожидал, что этот разговор состоится раньше, но задержка к лучшему, учитывая недавние откровения. Насколько ты осведомлен о том, что происходит?

— Ты имеешь в виду монстра из-за пределов реальности, который любит играть в кубики? Клайв рассказал нам об этом вчера вечером.

— Ты слышал о звездных семенах?

— Да. Между тем, что видел Эрнест, и тем, что знает Клайв, думаю, я в курсе всего.

— Что ты думаешь о том, что делают наши враги, сея эти семена в людях?

Джейсон задумчиво потер подбородок.

— Я думаю, их план идет так хорошо, как они могли бы пожелать, учитывая, что он почти наверняка был состряпан в очень короткие сроки.

— Хочешь развить мысль? — спросил Эмир.

Джейсон фыркнул.

— Знаешь, у меня были такие учителя, как ты, — сказал он. — Те, которые заставляют тебя говорить, пока не убедятся, что ты прав, или не убедятся, что ты ошибаешься.

Эмир усмехнулся. — Думаю, я начинаю понимать некоторые жалобы Руфуса на тебя. Почему бы тебе не продолжить и не потешить меня?

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Подумай об этом с точки зрения плохих парней. Они месяцами работали в этом астральном пространстве, и тут прибывает небольшая армия искателей приключений. Они знают, что игра окончена, поэтому наспех стряпают план. Используют свою армию конструктов, чтобы привести вторгающихся искателей приключений в замешательство, давая злодеям время вывезти своих людей. Пока они этим занимаются, они хватают нескольких железных рангов в хаосе, запихивают в них звездные семена и оставляют в подозрительно легкодоступных местах. Они смываются, оставляя нас с кучей подозрительно подозрительных людей, к которым нужно относиться с подозрением. Что мы и делаем. Тайные встречи между влиятельными людьми; местные власти пытаются понять, что с ними сделали, не вызывая политического вулкана. Тем временем их настоящие агенты бегают вокруг, а мы даже не задумываемся, существуют ли они вообще.

— Ты думаешь, те пятеро были отвлекающим маневром?

— Это единственное, для чего они годятся. Пытаться использовать их как агентов для какой-то повестки было бы бессмысленно, потому что за ними следили с того момента, как мы их вернули, что, очевидно, должно было произойти. Моя догадка в том, что у них есть вторичная цель. Может быть, ещё одно астральное пространство где-то ещё.

— Как бы ты стал выяснять, являются ли они просто отвлекающим маневром?

— Это просто; ключ — остальные четверо. Они всего лишь железного ранга, поэтому, если они таинственным образом ускользнут от людей более высокого ранга, которые пытаются их доставить, заставляя нас тратить ещё больше времени и ресурсов на них, тогда они определенно отвлекающий маневр. Тот, кто за это отвечает, возможно, даже позволил Джоне попасться, чтобы они нашли то, что внутри него. Таким образом, мы вынуждены сделать возвращение остальных приоритетом, даже если поймем, что они — отвлекающий маневр. Мы не можем просто оставить кучу богатых отпрысков, начиненных межпространственными бомбами контроля разума.

Эмир оценивающе посмотрел на Джейсона, наполняя свой стакан.

— Итак, учитель, я был прав или неправ?

— Мы отправили весть доставить тех четверых вчера вечером, — сказал Эмир. — Они все ускользнули от людей, следивших за ними. Хорнисское отделение Общества искателей приключений проводит масштабные поиски.

— Вот видишь, — сказал Джейсон. — Тебе нужно, чтобы люди искали настоящих агентов, может быть, выяснили, нет ли поблизости другого астрального пространства. Но у тебя уже есть люди на этом, не так ли?

— Есть другое астральное пространство, — сказал Эмир. — Меньше, чем пустынное астральное пространство, и отличается в нескольких ключевых аспектах. Оно было скрыто дольше, чем Гринстоун существует здесь, но оно всё ещё здесь.

— Похоже, у тебя всё под контролем.

— Есть некоторые сложности, — сказал Эмир. — Я уже упоминал тебе событие, ради которого приехал в Гринстоун.

— О, — сказал Джейсон. — Это место, которое ты хочешь исследовать, — астральное пространство?

— Да, но в него гораздо труднее попасть, чем в пустынное астральное пространство. Для его открытия требуются определенные условия, выполнение которых я искал последние два года, всё это время занимаясь поиском входа.

— Который находится здесь, — сказал Джейсон.

— Не прямо здесь, но достаточно близко. Мои люди подтвердили это вскоре после моего прибытия. Однако главная сложность в том, что даже после открытия войти могут только железные ранги. Мы предприняли значительные меры, чтобы обойти это, но ни одна из них не оказалась жизнеспособной.

— Значит, тебе нужна куча железных рангов, чтобы исследовать его для тебя, — сказал Джейсон.

— Именно. Есть кое-что, что хочет получить мой клиент внутри него, и значительные награды ждут того, кто принесет это мне.

— Два года поисков… Я полагаю, награды, которые ждут тебя, ещё более значительны.

— Действительно, — сказал Эмир. — Именно это позволяет мне быть таким щедрым.

— Насколько щедрым?

— Я не скажу тебе главный приз, но вторичный приз — пять легендарных камней пробуждения для той команды, которая принесет мне предмет. Это должно дать тебе некоторое представление.

— Пять легендарных камней — это вторичный приз? Это щедро, ничего не скажешь.

— К сожалению, твои шансы выиграть приз изрядно упали, — сказал Эмир.

— О?

— Ты знаешь, что я отложил событие после экспедиции.

— Ты говоришь о железных рангах, которых ты завозишь из-за пределов города? Будет сложнее, потому что я буду противостоять не только гринстоунским никчемным железным рангам.

— По сути, да.

— Это ничего особо не меняет. Умные деньги всегда были на Бет Кавендиш и её команду, или, может быть, на одну из групп Геллеров. Команда Рика понесла потери, но у них, что? Ещё пять команд?

— Хамфри — Геллер. Вы собираетесь оформить команду официально?

— Мы говорили об этом.

— Вам стоит не просто говорить, — сказал Эмир. — Твои способности должны уже начать замедлять их продвижение, да?

— На самом деле, да, — сказал Джейсон. — Какое это имеет отношение к команде?

— Вам нужно начать фокусироваться на контрактах, для которых вы плохо подходите. Вам нужно подталкивать себя сильнее.

— Я понял, — сказал Джейсон. — Браться за сложное, но иметь команду, чтобы спасти тебя, когда всё пойдет не так.

— Именно.

— Спасибо за совет.

Эмир допил свой стакан холодного чая.

— Ещё? — предложил Джейсон.

— Пожалуйста.

Эмир вздохнул, пока Джейсон наливал.

— Эти откровения об астральных пространствах неприятно влияют на мои планы, — сказал он.

— Они хотят, чтобы ты оставил астральное пространство запечатанным, или использовал его как приманку?

— Приманку. Они хотят, чтобы проверка церковью чистоты была условием участия, но сообщать об этом людям только тогда, когда они соберутся на месте. Я не уверен, сможет ли церковь организовать подходящий тест, но мы можем обнаружить людей, когда они откажутся его проходить.

— Не уверен, что готов подвергнуться этому, — сказал Джейсон. — О какого рода проверке идет речь?

— Не знаю. У меня сложилось впечатление, что эти семена трудно обнаружить без инвазивных методов.

— Ну, если ты думаешь, что я позволю священнику засунуть в меня зонд, ты глубоко ошибаешься, что, я полагаю, будет мнением большинства. Не говоря уже о том, что если бы я был этими людьми, железные ранги, которых я бы послал, были бы свободны от злых имплантов.

— Что бы мы ни решили сделать, — сказал Эмир, — я попрошу некоторых участников, которым доверяю, присматривать за тем, что происходит в астральном пространстве. Мы понятия не имеем, кто может быть культистом Строителя.

Джейсон нахмурился.

— Это звучит знакомо, — сказал он. — Культист Строителя. Я где-то это видел.

— Где?

— Не могу вспомнить, — сказал Джейсон, рассеянно почесывая голову. — Уверен, что видел, но… о, это будет раздражать меня, пока я не выясню.

Эмир осушил свой второй стакан.

— Это действительно хорошо, спасибо, — сказал он, вставая. — Оставлю тебя, хочу заглянуть к нашей хозяйке, прежде чем уйду.

— Она вчера выглядела не лучшим образом, — сказал Джейсон. — Она тяжело перенесла смерть Джоны.

— Даниэль винит себя в неудачах экспедиции. Не так сильно, как она винит Элспет Ареллу, но всё же. А потом, когда она думает, что всё кончено, её семья теряет ещё кого-то.

— Я знал Джону, — сказал Джейсон. — Его было легко ненавидеть, но также трудно удержаться от того, чтобы не полюбить. В конце концов. Нам нужно добраться до этих людей.

— Да, нужно, — сказал Эмир, сходя с веранды. — Постарайся вспомнить, где ты слышал о культистах Строителя. Если мы сможем отследить любую их деятельность за пределами астрального пространства, это может стать нитью, по которой мы выйдем прямо на них.

* * * Джейсон, Хамфри и Софи присоединились к Клайву и Белинде, чтобы отправиться обратно в город на воздушной лодке Клайва. Из-за нехватки места рунный черепаха Клайва, Онслоу, не смог занять свое обычное место на носу. Клайв призвал его обратно в свое тело, где он появился на торсе Клайва в виде рунной татуировки.

— Какую способность ты получаешь, когда Онслоу сливается с тобой? — спросил Джейсон.

— Я могу использовать рунные силы на его панцире как заклинания, — сказал Клайв.

— Это мило, — сказал Хамфри. — Это как иметь ещё больше способностей эссенции. Это фантастическая сила фамильяра.

Собственный фамильяр Хамфри, Сташ, в данный момент был в форме щенка, развалившись на коленях Белинды и подставляя животик для чесания. Внезапно он вырвался из объятий Белинды и начал пытаться втиснуться в ногу Хамфри.

— Глупыш, — сказал Хамфри, поднимая его. — Ты не можешь залезть внутрь меня; ты не такой фамильяр.

Щенок Сташ издал жалобный скулеж, посмотрев на Хамфри надутыми глазами, прежде чем превратиться в птицу.

— Нет! — закричал Хамфри, когда птица Сташ выпрыгнула из его руки и тут же была засосана через магическое кольцо в корме, которое затягивало воздух, чтобы двигать лодку.

— Опять? — спросил Клайв, замедляя воздушную лодку. — Каждый раз это происходит.

— Ты же слышал, я ему говорил, — сказал Хамфри.

— Тебе нужно взять под контроль своего фамильяра, — сказал Клайв.

— Ты сам не особо контролируешь своего фамильяра, — сказал Хамфри. — Он просто такой медленный, что не видно, как он убегает.

Воздушная лодка полностью остановилась, и лягушка размером с сенбернара подплыла к борту, угрожая перевернуть лодку, пытаясь забраться на неё.

— Ты слишком большой, — сказал ему Хамфри.

Она превратилась обратно в щенка, который очаровательно заскребся у борта лодки, прежде чем плюхнуться обратно в воду. Хамфри потянулся вниз, чтобы вытащить его, игнорируя то, как намокла его одежда, пока он прижимал Сташа к груди.

— Бедняжка. Опять это случилось, да? — сказал Хамфри.

Мокрый щенок прижался к груди Хамфри, пока Клайв снова заводил лодку. Когда они приблизились к городу, Джейсон вспомнил голосовой чат, который у них был при отъезде.

— Ты собираешься встретиться с Хадсоном насчет вступления в команду Рика, когда доберешься до города? — спросил Джейсон Хамфри.

— Именно, — сказал Хамфри.

— Знаешь, был ещё один парень, который был в команде Тэдвека, — сказал Джейсон. — Если мы собираемся собрать команду сами, нам понадобится целитель.

— Нил Дэвон, — сказал Хамфри. — Я могу пойти и поговорить с ним потом, но может быть уже слишком поздно. Даже с Тэдвеком в его послужном списке, люди быстро разберут свободного целителя.

— Я должен быть тем, кто это сделает, — сказал Джейсон.

— Ты уверен? — спросил Хамфри. — У тебя самого была история с Тэдвеком.

— Вот почему это должен быть я. Если это сработает, воздух должен быть очищен.

— Ладно, тогда. Тогда их будет пятеро, верно?

— Ага, — сказал Джейсон.

— Кто остальные двое? — спросил Клайв.

— Ты и она, — сказал ему Джейсон, дернув большим пальцем в сторону Софи.

— Ты хочешь меня в свою команду? — спросил Клайв.

— Конечно, хотим, — сказал Хамфри.

— Разве вы не хотите кого-то, я не знаю… хорошего?

Джейсон и Хамфри обменялись взглядами и рассмеялись.

— Ты хороший, — сказал Хамфри Клайву.

— Я?

— Ты, — сказал Джейсон.

— О, — сказал Клайв. — Правда?

— Не пойми меня неправильно; ты не одиночный игрок, — сказал Джейсон. — Тебе нужно, чтобы кто-то стоял между тобой и плохим парнем, но как только это есть, ты хорош.

— И она тоже хороша? — спросил Клайв, глядя на Софи.

— Нет, но она дешевая, — сказал Джейсон, прямо перед тем, как Софи ударила его по руке.

— Ай. Не забывай, что ты мой кабальный слуга; я могу заставить тебя пройти по доске. У кого-нибудь есть доска в хранилище?

Любая команда, кроме вашей

Любая команда, кроме вашей

Джейсон поднялся от петлевой линии в один из самых зеленых районов Острова, где улицы и дома были полны яркой зелени с длинными листьями и красочными цветами. Водная близость зеленого камня, который был фундаментом Острова, помогала цветам противостоять наступающей осени. У домов были не столько дворы, сколько участки с низкими стенами, которые служили скорее для украшения, чем для безопасности. Улицы не имели номеров, но фамилии были указаны на табличках возле входных ворот.

Джейсон нашел ту, которую искал, и подошел к воротам. По другую сторону сидел привратник, читающий книгу в небольшой беседке для тени. Эльф явно был скорее приветствующим, чем охраной, так как выглядел старше дома, который охранял, хотя его обычная аура говорила, что это не так. Он отложил книгу, чтобы подойти к Джейсону изнутри ворот.

— Могу я поинтересоваться, кто пришел?

— Джейсон Асано. Я ищу Нила Дэвона.

Старый эльф кивнул и открыл ворота, направив Джейсона вверх по дорожке к дому, чтобы тот постучал.

Сделав именно это, Джейсон увидел людей, пьющих напитки на террасе, и садовников, ухаживающих за территорией, — все они были эльфами. Расслабленные люди с любопытством взглянули на него, но не предприняли попыток подойти, пока он делал, как было велено: подошел к парадной двери и постучал. Дверь открыл другой эльф, пожилой мужчина, который был самим воплощением сдержанной элегантности. Джейсона снова спросили о цели визита, и он представился во второй раз.

— Ах, мистер Асано. Мне жаль было слышать о вашем понижении, и я не сомневаюсь, что вы скоро снова подниметесь по служебной лестнице.

— Вы знаете о моем понижении? И о том, что я существую?

— В обязанности персонала входит быть в курсе вопросов, которые могут повлиять на домохозяйство.

— Полагаю, это верно только для персонала определенного калибра, — сказал Джейсон. — Сомневаюсь, что все разделяют ваш профессионализм.

— Благодарю за добрые слова, сэр. Не желаете ли подождать в гостиной, пока я узнаю о доступности молодого господина?

— Это было бы прекрасно, — сказал Джейсон.

Эльф-дворецкий проводил Джейсона в садовую гостиную, прямо у большого двора, наполненного зеленью. Эльф едва ушел, как вошла горничная с чайным подносом и пальчиковыми пирожными.

— Спасибо, — сказал Джейсон, когда она налила чай.

— Эта смесь из владений семьи в долине Мистран, — сказала ему горничная, пока он делал глоток. — Там производят одни из лучших чайных полей в мире.

Джейсон сделал ещё глоток и кивнул.

— Верю, — сказал он, улыбнувшись ей. — Не могу припомнить чашки лучше.

— Благодарю, сэр, — сказала горничная, прежде чем удалиться.

Джейсон наслаждался ветерком, доносившимся из двора, принося с собой приятный аромат цветов. Допив первую чашку, он налил себе ещё одну и взял одно из пирожных, ожидая. Когда Нил Дэвон наконец вошел, Джейсон встал, чтобы поприветствовать его.

Они сели, Нил налил себе чаю в другую чашку.

— Итак, что привело вас в мой дом, Асано? — спросил Нил. Джейсон уловил в его тоне вежливость с подтекстом вызова или обиды.

— По той же причине, по которой, как я полагаю, заходили всевозможные молодые искатели приключений, — сказал Джейсон.

— Вам нужен целитель. Вы собираете команду.

— Да. Прежде чем мы перейдем к этому, могу я спросить вас о кое-чем?

— Валяйте, — сказал Нил.

— Все, кого я здесь видел, — эльфы.

— Это не вопрос, — сказал Нил. — У нас эльфийское домохозяйство; что в этом странного?

— Вы приемный? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Нил.

— Ваши родители — эльфы?

— Конечно, они эльфы, — сказал Нил. — К чему вы клоните?

— Ваш молочник — человек?

— О чем вы вообще говорите? — спросил Нил.

— Мне просто интересно, почему вы не эльф, — сказал Джейсон.

— Я эльф.

— Вы эльф?

Раздраженный, Нил откинул волосы, чтобы показать заостренное ухо.

— Ого, — сказал Джейсон, не скрывая удивления.

— Почему вы решили, что я человек? — спросил Нил.

— Ну, просто… смотрите. Эльфы — стройный народ. За исключением Люциана Лампри, который, вероятно, сидит на каких-то магических стероидах, но это не суть важно. Для человека ваши пропорции вполне здоровые. А вот для эльфа вы немного толстоваты.

— Простите?

— Ну, знаете, лишний вес. Слишком много времени в сэндвич-магазине. Чрезмерно увлеченный перекусами между приемами пищи.

— Вы хотите сказать, что я толстый?

— Я не говорю, что вы толстый, — заверил его Джейсон. — Не думаю, что это вообще возможно для пользователей эссенции. Я говорю, что вы выглядите толстым. Для эльфа.

— Это то, как вы пытаетесь нанять кого-то? — спросил Нил с недоверием.

— Похоже, я пытаюсь вас принизить, не так ли? — спросил Джейсон с извиняющейся гримасой. — Простите. Я правда не хочу быть таким парнем.

— Принизить?

— На самом деле всё сводится к тому, что я не столько человек, который выставляет всё в лучшем свете, сколько человек, который говорит как есть, — сказал Джейсон. — Что видите, то и получаете, и если вы присоединитесь к нам, этого будет много, если честно. А я честен. Вы видели меня в самом мелочном проявлении, когда я имел дело с Тэдвеком. Я мог бы сказать, что это не репрезентативная выборка, но это была бы ложь. Вам следовало видеть мои слушания по повышению до двух звезд. Стенограмма того заседания, должно быть, читается очень странно.

— Может, поэтому вас и понизили, — заметил Нил.

— Не удивлюсь, — весело сказал Джейсон. — Итак, к вопросу о формировании команды. Первый вопрос: присоединились ли вы уже к какой-то команде. Уверен, у вас были предложения.

— У меня были предложения, — сказал Нил. — Семья взвешивает их.

— Полагаю, они хотят поставить вас в хорошую команду. Вы оказали им услугу, терпя Тэдвека всё это время.

— Это забота моей семьи, а не ваша, — сказал Нил. — Почему я должен уделить хоть мгновение размышлениям о присоединении к вашей команде?

— У меня нет никакой сложной презентации, — сказал Джейсон. — Всё, что у меня есть для вас, — это две вещи: причины, по которым мы хотим, чтобы вы присоединились к нам, и причины, по которым вы захотите присоединиться к нам.

— Вы думаете, я действительно хочу присоединиться к вам?

— Конечно, нет, — сказал Джейсон. — Вы ещё об этом не думали. Давайте начнем с того, почему мы хотим, чтобы вы присоединились к нам.

— Почему меня должны волновать ваши причины?

— Потому что, если вы присоединитесь к нам, мы будем вашей командой, и то, что мы думаем друг о друге, будет иметь значение. Подумайте, как отношение Тэдвека повлияло на вашу старую команду.

— Вы ничего не знаете о нашей команде.

— Я не говорю, что знаю, — сказал Джейсон. — Я просто говорю: подумайте об этом. Как Тэдвек относился к вам? Как это повлияло на команду? То же самое с другим членом вашей команды, Дастином.

Нил нахмурился, но не стал спорить.

— Мы знаем, что вы хороший целитель, — сказал Джейсон. — Руфус Ремор сказал, что вы настоящий мастер, а это действительно что-то значит.

— Руфус Ремор сказал, что я хорош?

— Не один раз, — сказал Джейсон. — Я могу много болтать ерунды, но он — нет. Если он говорит, что вы хороши, значит, вы хороши. Но это не причина, по которой мы хотим вас видеть. Это, конечно, не помешает, но мы ищем не это. Вы пошли против собственной церкви из принципа. Вы заступились за людей, потому что это было правильно, даже когда это стоило вам многого. Это то, что мы ищем.

Джейсон криво улыбнулся Нилу.

— Я знаю, что я самонадеянный дурак, — сказал Джейсон. — Работайте с тем, что есть. Может показаться, что у меня нет руководящих принципов, но они есть. Вы заступились за то, что считали правильным, что как раз помогло моему другу Джори и кто знает скольким ещё. Что бы ни случилось, присоединитесь ли вы к нашей команде или пошлете нас подальше, я хочу, чтобы вы знали, что я уважаю вас за это. Сомневаюсь, что вас сильно волнует, что я уважаю или не уважаю, но это так.

— Вы продолжаете говорить «мы», — сказал Нил. — Кто именно в этой вашей команде? Я предполагаю, Хамфри Геллер. Джори Тиллман тоже в ней?

— Не Джори, — сказал Джейсон. — Он весь в медицинских исследованиях и не ищет приключений. Это я и Хамфри, как вы сказали. Ещё есть парень из Магического общества, если Эмир Бахадир его не переманит, и моя кабальная слуга.

— Бахадир хочет украсть члена вашей команды?

— Он хочет нанять его для целей, не связанных с приключениями. Он мастер практического применения магической теории. Солидная ритуальная магия, немного артефакторики. Он только что сделал апгрейд миражной камеры Геллеров.

— И вы сказали «ваша кабальная слуга»?

— Ага, — сказал Джейсон. — У неё ещё нет членства в Обществе искателей приключений, но мы её тренируем.

— Это не очень убедительно, — сказал Нил. — Магический исследователь и полурабыня, которая даже не в обществе?

— Как я сказал, мы её тренируем. Она должна практиковаться с Фиби Геллер в тренировочном зале в облачном дворце прямо сейчас. Такая компания в таком месте должна сказать вам всё само за себя.

Нил покачал головой.

— Она была той воровкой, за которой все охотились, верно?

— Это она, — сказал Джейсон.

— И теперь она тренируется в облачном дворце, чтобы стать искателем приключений. Как вообще такое происходит?

— Короткий ответ? Я. На самом деле, это происходит так же, как и всё остальное. Ты смотришь на то, чего хочешь достичь, а затем выясняешь, что потребуется, чтобы добраться туда из того места, где ты есть. Ты можешь сделать почти всё, если готов сделать то, что требуется. Люди в основном терпят неудачу в делах, потому что пасуют перед тем, что им приходится делать. Дело не в том, что пути нет, а в том, что они не готовы идти по нему. Есть цена, которую они не готовы заплатить, будь то буквальная, политическая, социальная, какая угодно. Но если ты готов взять на себя обязательства, «невозможно» — это просто слово для людей, убеждающих себя не пытаться.

Джейсон легко улыбнулся Нилу.

— Вы не из таких людей, — сказал Джейсон. — Вы доказали это, когда встали перед всей своей церковью и сказали им «нет».

Джейсон не был свидетелем принципиальной позиции Нила, когда его собственная церковь попыталась закрыть клинику Джори, но он много об этом слышал. Руфус был глубоко впечатлен, иначе Джейсон не пытался бы нанять Нила сейчас.

— Я действительно думал, что остановить целую церковь невозможно, — сказал Нил.

— Тем не менее, вы противостояли им, и остановили их. Большинство людей отошли бы в сторону, так и не узнав, что к чему, и это то, что имеет значение. Вы попытались. Это то, что я хочу видеть в своей команде.

— А как насчет того, почему я захочу присоединиться? — спросил Нил. — Вы не особо заманиваете меня рассказами о дважды пониженном парне и его кабальной слуге, формирующих команду.

— Справедливости ради, она может быть временно. Её кабала на шесть месяцев, и она может уйти после, я не знаю.

— Похоже, вы пытаетесь убедить меня присоединиться к любой команде, кроме вашей.

— Вы хотите причину присоединиться к нашей команде? Хамфри Геллер — вот причина.

— Я был в команде с громким именем, — сказал Нил. — Это имеет прямо противоположный эффект.

— Дело не в имени, — сказал Джейсон. — Дело в человеке. Вы слышали, что мы однажды столкнулись с болотной гидрой?

— Слышал. Тэдвек думал, что это ложь.

— Конечно, думал, — сказал Джейсон. — Она напала на нас неожиданно, через затопленный туннель, пока мы были глубоко под землей. Хамфри был у выхода и мог выбраться. Это была слишком маленькая дыра, чтобы монстр мог погнаться за ним, но Хамфри даже не посмотрел на выход. Он пришел и встал рядом с нами, потому что мы не были достаточно близко, чтобы добраться до того выхода. И именно он сражался с ней. Остальные из нас просто болтались сзади и старались не умереть.

Джейсон осушил свою чашку чая и поднялся на ноги.

— Все знают, что Тэдвек сделал с вами во время экспедиции, — сказал он. — Хамфри Геллер никогда так не поступит. Он пойдет в поле смерти без другой причины, кроме той, что вы уже там. Я должен представить, что это привлекает человека, который буквально встал на пути собственной церкви.

Джейсон прихватил последнее пальчиковое пирожное с подноса.

— Мы не самая впечатляющая команда, — сказал Джейсон. — Но что вам нужно помнить, так это то, что вы и я — искатели приключений. Спросите себя, что ценнее, чем люди, которые будут стоять плечом к плечу с вами, когда дела идут хуже некуда?

Джейсон откусил половину маленького кусочка пирожного, одобрительно пробормотав.

— Спасибо за ваше время, Нил. И за чай. Если бы вы сказали своему дворецкому вышвырнуть меня, это было бы понятно.

Нил встал и проводил Джейсона до двери. Когда он смотрел, как Джейсон идет к воротам, он окликнул его.

— Да? — спросил Джейсон, обернувшись.

— У вас есть теневой телепорт, верно?

— Верно.

— И та гидра застала вас глубоко под землей, верно.

— Да.

— Разве вы не могли добраться до того выхода тоже?

Джейсон почесал голову, рассеянно размышляя об этом.

— Мне это даже в голову не пришло, — сказал Джейсон. — Было очень страшно.

Больше одного клоуна

Больше одного клоуна

Фиби Геллер шла через кампус Общества искателей приключений к северному берегу. Облачный дворец высился у конца причала, затмевая любое здание в Гринстоуне. Начальник штаба Эмира, Констанция, перешла через облачный мост, чтобы встретить её.

— Госпожа Геллер, — поприветствовала Констанция. — Прошу сюда.

— Это удовольствие, — сказала Фиби, когда они перешли по облачному мосту ко входу. — Все хотят взглянуть сюда.

— У мистера Бахадира было много плодотворных дел с семьей Геллер, — сказала Констанция. — Он рад приветствовать вас, хотя и заочно через меня. В дополнение к его собственным делам, недавние события сильно претендовали на его время.

— Я бы не ожидала, что золотой ранг найдет время для железного ранга, как я. Даже серебряный ранг, как вы, — это более чем приятно.

Облачный мост простирался на несколько метров над водой внизу, ведя к большой двери, которая служила главным входом. Как и все двери во дворце, это была не настоящая дверь, а участок стены, выделенный среди остальных синей окраской и золотой каймой.

— Подождите здесь минутку, пожалуйста, — попросила Констанция, проходя прямо сквозь неё. Через несколько мгновений дверь начала рябить, как поверхность пруда.

— Пожалуйста, входите, — услышала Фиби голос Констанции.

После минутного колебания она шагнула внутрь. Внутри был огромный атриум с обширным открытым пространством и большими окнами, которые снаружи выглядели как просто стена. Там были дверные проемы, две парадные лестницы и растения повсюду: в кашпо, декоративных горшках и даже растущие прямо из стен. Самым впечатляющим был пруд, окруженный растениями, между двумя лестницами, питаемый небольшим водопадом с двух этажей выше.

— Ого, — сказала Фиби. — Он действительно умещает всё это в бутылке?

— Растения — самая сложная часть, — сказала Констанция. — Почти невозможно поместить живой материал внутрь пространственного хранилища, и даже тогда жизнеспособны только некоторые тщательно отобранные растения. Ваша аура была добавлена в реестр облачного дворца, так что вы сможете получить доступ к любой из незапретных зон дворца. Это сейчас или в любой будущий визит.

— Спасибо, — сказала Фиби, всё ещё вытягивая шею, осматриваясь.

— Мисс Уэкслер находится в одном из наших тренировочных залов. Если вы последуете за мной, пожалуйста.

Констанция повела Фиби через дворец и из главного здания по дорожке, которая покоилась на поверхности воды, к одному из четырех окружающих крыльев. Свежий ветерок играл в проходе под открытым небом, пока вода плескалась о борт. Они вошли в гостевое крыло, пройдя мимо бального зала, гостиной и столовой по пути к подъемной платформе, которая подняла их на два уровня выше.

Они сошли в тренировочном зале, который занимал весь уровень и был высотой с трехэтажное здание. Стены были почти полностью прозрачными, открывая виды на берег, океан и другие крылья дворца. Платформа доставила их в зону наблюдения, отделенную от остальной части полупрозрачным барьером. Она была поднята выше основной боевой зоны и включала две раздевалки, ряды сидений и шкафчик с напитками, на всё это указала Констанция.

По другую сторону барьера была основная боевая зона, в данный момент заполненная искусственным ландшафтом, сделанным из облачной материи. Облако было дико раскрашено в синий, фиолетовый, оранжевый и золотой цвета, создавая странный, инопланетный пейзаж. Проносясь через него на бешеной скорости, женщина преследовалась безликими людьми и монстрами — тренировочными манекенами, созданными из красочной и, по-видимому, довольно универсальной облачной материи.

— Это мисс Софи Уэкслер, — сказала Констанция, пока они наблюдали за женщиной, мечущейся по комнате. Манекены, преследующие её, были разных форм и размеров, от гуманоидных до монстров, от поясных до больше, чем фургон для дальних поездок. Меньшие фигуры были быстрыми и гнались за ней напрямую. Более крупные формы карабкались прямо по ландшафту или посылали длинные щупальца, обвивающие его.

У Софи волосы были завязаны в простой хвост, который метался у неё за головой. Её одежда была легкой и свободной, белой на фоне её темной кожи. Она буквально летала по комнате, максимально используя ландшафт благодаря своей скорости и ловкости. Используя движение, чтобы рассредоточить преследующих манекенов, она изолировала нескольких за раз и меняла ход событий, обрушивая на них шквал атак, прежде чем сбежать, оставляя наступающие подкрепления позади.

Фиби заметила, что к каждому удару Софи была приложена какая-то сила, так как лишь несколько ударов разрывали меньших манекенов на куски. Против более крупных она применяла тактику «ударил-убежал», уничтожая их серией атак. Однако, большие или маленькие, каждый поверженный манекен немедленно заменялся другим, создавая невыполнимую задачу.

Фиби села наблюдать, пока Констанция удалилась. Акробатические приемы, которые использовала Софи, казались Фиби дикими и неэффективными, но она заставляла их работать. Она была безоружна, но ландшафт становился её оружием, пока она порхала, как стрекоза. Её скорость и ловкость были невероятными, до такой степени, что Фиби с трудом верила, что она железного ранга.

Фиби с восхищением смотрела, как Софи отбивается от волн бесконечно пополняющихся монстров. Неизбежно, Софи начала выдыхаться, и её противники подходили всё ближе и ближе, пытаясь загнать её в угол. В конце концов, её одолели, она упала, сражаясь, прежде чем манекены и ландшафт исчезли, когда она рухнула под их атаками. Внезапно пустая боевая зона оставила Софи на спине, тяжело дышащую на внезапно плоской, широко открытой площадке.

Она перевернулась на живот, тяжело поднимаясь на колени, а затем на ноги. Она взглянула на Фиби через прозрачный барьер и поплелась к ней, поднявшись по склону, ведущему к поднятому барьеру, и прямо сквозь стену.

— Ты можешь пройти сквозь неё, только когда комната неактивна, — сказала Софи, увидев удивленное выражение лица Фиби. — Тебе не нужно беспокоиться о том, что шальной манекен пролетит сквозь неё.

На стене были два шкафчика с напитками с открытыми фасадами. Один был заполнен различными видами спиртного и стопкой маленьких стаканов. В другом были стаканы с охлажденной водой, из которого Софи взяла один и осушила. Она бросила его в стену, в которую он исчез без звука, пока она брала второй из шкафчика. Новые стаканы появлялись из задней части шкафчика, чтобы заменить тот, который она взяла, а вода лилась сверху, наполняя их.

У Фиби всё ещё были следы гринстоунского происхождения её семьи, но она была светлокожей, чем местные, будучи из дальней ветви семьи. Её волосы были светло-коричневыми, в стрижке пикси, которая была короткой и практичной, но подчеркивала её круглое лицо и нежные черты.

— Ты не очень похожа на Геллера, — сказала Софи.

— Если ты имеешь в виду Хамфри, мы лишь дальние кузены. Я Фиби Геллер.

— Софи Уэкслер. Я слышала, ты умеешь драться.

— Я слышала то же самое о тебе, — сказала Фиби с вызывающей ухмылкой. — Хотя ты в основном, казалось, убегала.

— О, так вот как это выглядит? — спросила Софи.

— Думаешь, сможешь доказать, что я неправа?

Софи указала на одну из раздевалок.

— Можешь переодеться там.

* * * Джейсон поймал петлевую линию обратно от резиденции Дэвонов и заметил знакомое лицо, когда вышел из транзитного терминала Общества искателей приключений.

— Гэри, — позвал он, помахав рукой, и поспешил к своему другу. Он не видел его несколько недель и заключил большого пушистого парня в быстрое объятие.

— Черт возьми, Гэри. Я не люблю ставить под сомнение гигиену человека, но я не видел тебя две недели, и не думаю, что ты видел душ. Хочешь немного кристальной мойки?

Гэри выглядел уставшим и растрепанным, хотя и не так сильно, как человек рядом с ним. Это был человек в ученых мантиях с криво приколотым значком чиновника Магического общества на груди. У него была копна непослушных волос и неухоженная борода. Его аура железного ранга означала, что его вид в середине тридцати лет, вероятно, был точным. В общем, он выглядел как слегка постаревшая, бездомная версия Клайва.

— Я довольно сильно провонял, ладно, — сказал Гэри. — Мы всю неделю были в мастерской, спали на раскладушках. Мы с Расселом здесь разбирали останки монстров-конструктов, которые привезла экспедиция, — сказал Гэри. — Я разбирал их, чтобы Рассел понял, как они работают.

— Мы пытались выяснить, как кто-то либо пробрался, либо построил с нуля целую армию анимированных конструктов, чтобы никто не заметил, — сказал Рассел. — То, что Клайв рассказал нам сегодня утром о происхождении людей, с которыми мы сталкиваемся, заполнило важные пробелы, и у нас случился прорыв.

— У него случился прорыв, — сказал Гэри. — Я просто разбирал эти штуки.

— Даже не пытайся преуменьшить свой вклад, — сказал Рассел. — Без твоего опыта в деконструкции неповрежденного экземпляра решающая часть могла быть повреждена, упущена или полностью потеряна.

— Прими комплимент, Гэри, — сказал Джейсон. — Рассел, кажется, мы встречались.

— Да, — сказал Рассел. — Я присутствовал при вашем первоначальном приеме в Общество искателей приключений. Я много слышал о вас с тех пор.

— Правда?

— По крайней мере, — сказал Рассел, — Люциан Лампри вас очень, очень не любит.

— Чувство взаимно.

— Я Рассел Клаунс, — представился он. — Приятно встретиться снова.

— Взаимно, — сказал Джейсон. — Клаунс, говоришь?

— Да, Клаунс.

— Как в «больше одного клоуна»?

— Не уверен, что понимаю.

— Я говорю о нескольких клоунах.

— Клаунсы — не большая или престижная семья, — сказал Рассел, замешательство всё ещё было ясно видно на его лице.

— Но вы целая семья клоунов, — сказал Джейсон.

— Э-э, да? Я всё ещё не уверен, почему это важно.

— Я думал, у вас должны быть ботинки побольше.

— Ботинки? — спросил Рассел, глядя вниз.

— Джейсон, — сказал Гэри, — мы оба слишком устали для тебя сейчас.

— Да, вам, наверное, просто стоит идти, — сказал ему Джейсон, затем повернулся обратно к Расселу. — Вы все путешествуете в одной крошечной карете?

— Какая-то часть этого разговора определенно прошла мимо меня, — сказал Рассел.

— Нет, это просто Джейсон, — сказал Гэри. — К нему нужно привыкнуть. Джейсон, нам нужно пойти доложить о некоторых находках, а потом поспать.

— Хорошего пути, — сказал Джейсон. — Расскажете мне всё, когда проснетесь.

— Думаю, это будет дня через два, — сказал Гэри, Рассел кивнул в знак согласия. Они разошлись; Джейсон смотрел, как они устало бредут к административному зданию.

[Рассел Клаунс] добавлен в ваш список контактов.

— Это разочаровывает, — размышлял Джейсон про себя. — Узнать, что Клаунсы — это семья межпространственных путешественников, было бы весело.

* * * Софи и Фиби залпом выпили большие стаканы воды, Фиби последовала примеру Софи, бросив свой пустой стакан в стену. Они взяли свежие стаканы из шкафчика-холодильника и развалились на сиденьях. Фиби вздохнула, когда мягкая облачная мебель обволокла её.

— Ты действительно умеешь драться, — сказала Фиби.

— Ты тоже, — согласилась Софи. — Я завидую всем этим особым атакам.

— Я завидую той способности, которая их нейтрализует. Только мои самые сильные атаки хоть немного проходили, и я не могла поверить, как быстро ты научилась вычислять их и уклоняться. Тебя невозможно прижать к стене.

Фиби счастливо устроилась в своем кресле, потягивая из второго стакана, пока Софи переходила в медитативную позу со скрещенными ногами. Софи быстро восстановилась, выглядя свежей, когда её глаза распахнулись.

— Это способность к восстановлению?

Софи кивнула.

— Мило. Это только мана и выносливость, или здоровье тоже?

— Всё три.

— Мило. Не очень полезно в бою, но не стоит недооценивать ценность быстрого восстановления между стычками. Когда всё пошло не так в большой экспедиции, это была серия беговых сражений. Иногда у нас были лишь мгновения между боями, и такая сила имела бы огромное значение.

— Я не ищу никаких больших битв, — сказала Софи.

— Когда ты искатель приключений, — сказала Фиби, — они иногда сами приходят за тобой.

— Искатель приключений, — сказала Софи. — Не уверена, что готова пройти эту оценку.

— Это не так сложно, — сказала Фиби. — В основном они проверят твою боевую способность, а с этим у тебя проблем нет. Всегда обращай внимание на то, с чем тебе предстоит столкнуться. Если можешь себе позволить, купи каталог монстров в Магическом обществе, чтобы ты могла посмотреть следующего монстра. Знай, что они могут сделать, и будь готова к этому. Другое, что они проверят, — это суждение. Если экзаменаторы попытаются бросить тебя на что-то, и это кажется неправильным, тогда скажи им «нет». Это то, что они ищут.

— Спасибо, — сказала Софи. — Всё это безумие. Я не могу понять, была ли встреча с Асано лучшим или худшим, что когда-либо случалось со мной. Ты ведь знаешь его, верно?

— Не хорошо, но его нетрудно понять.

— Нетрудно?

— Джейсон во многом похож на Даниэль Геллер, — сказала Фиби. — Она утонченная и изысканная, а он возмутительный и разрушительный, но они действуют одинаково. С Даниэль всегда есть ощущение, что она играет в игру, о которой знает только она. Как будто ты видишь её только под одним углом. Джейсон такой же, только громкий и отвлекающий, а не тонкий и нюансированный. По сути, они оба хорошие люди, которые думают как плохие люди.

— Это может объяснить, почему я всегда ухожу с чувством дезориентации.

Фиби рассмеялась. — Да, я знаю это чувство.

— Но ты думаешь, что он хороший парень?

— Думаю, — сказала она. — Я видела немного и слышала много. Тем не менее, мне действительно стоит показать тебе запись боя, который у него был с моим братом.

— Геллер — Хамфри — сказал что-то о записи, — сказала Софи.

— О, на это стоит посмотреть, — сказала Фиби. — Я могу принести её, если хочешь повторить это. В этом месте должен быть проектор, верно?

— Я бы хотела, — сказала Софи.

* * * — Что значит, никого нет? — спросил Гэри.

— Они все важные люди, выполняющие свои собственные задачи, чтобы ответить на эту угрозу, — сказала Женевьева. — Они не просто ждут, пока люди придут и расскажут им что-то. Они соберутся сегодня вечером, и вы можете попросить, чтобы вас выслушали. В противном случае, глава инквизиционной группы присутствует. В этот момент она является самым высокопоставленным официальным лицом Общества искателей приключений в Гринстоуне.

— Забудь про эту леди, — сказал Гэри. — Рассел, иди домой и выспись. Я иду в облачный дворец. Либо Бахадир там, либо я смогу поспать. Это победа в любом случае.

* * * Когда Джейсон прибыл в облачный дворец, его настроение и выражение лица стали ледяными, когда он заметил уходящую Талию Мерсер. Она, в свою очередь, заметила его, и они встретились на полпути через облачный мост.

— Привет, Джейсон.

— Талия.

— Мне жаль, что всё так закончилось с тобой и Кассандрой.

— Мне всё равно.

Гнев промелькнул на лице Талии.

— Моя дочь не стоит того, чтобы ты переживал о её потере?

— Конечно, стоит, — сказал Джейсон, возобновляя свой путь через мост, проходя мимо неё. — Мне всё равно, что тебе жаль.

Воскрешение

Воскрешение

Личный кабинет Эмира представлял собой обширную куполообразную зону, занимающую весь верхний этаж самой высокой и центральной башни облачного дворца. Поскольку это была одна из ограниченных зон дворца, единственным доступом в его кабинет была подъемная платформа с нижних этажей — или сила полета. Платформа не активировалась ни для кого, кроме Констанции и Эмира, поэтому Констанции пришлось сопровождать Джейсона и Клайва наверх. Эмир установил купол почти на полную прозрачность, слегка приглушая яркий солнечный свет, сохраняя при этом в комнате свежесть и прохладу.

На первый взгляд комната казалась почти пустой, когда они вошли, если не считать людей в ней и нескольких небольших кругов воды в полу, из которых росли растения. Единственной мебелью были сиденья, на которых сидели присутствующие, но ещё два стула поднялись из пола, чтобы разместить Джейсона и Клайва. Констанция удалилась, спустившись на платформе вниз, только для того, чтобы на её месте появилась новая платформа.

— Спасибо, что пришли, — сказал им Эмир, когда они сели.

В комнате уже были Гэри и Рассел, оба выглядели лучше благодаря регулярному питанию, душу и паре хороших ночей сна. Они обменялись приветствиями, Джейсон отметил, что Клайв и Рассел, кажется, хорошо знают друг друга. Клайв не раз высказывался о состоянии персонала Магического общества, но, похоже, Рассел был среди немногих, кого Клайв считал по-настоящему способными.

— Вам повезло застать нас, — сказал Джейсон. — Мы собираемся взять Уэкслер на ещё один забег на монстров.

— Вы собираетесь работать над групповой тактикой? — спросил Эмир.

— Хамфри воодушевился разработкой тактики, основанной на нашем составе команды, — сказал Джейсон. — Наконец-то применяет всё то обучение, которое дала ему семья. Нам всё ещё не хватает целителя, но мы можем хотя бы начать.

— Я удивлен, что ты оставляешь это Хамфри, вместо того чтобы делать самому, — сказал Гэри.

— Я, может, и немного самовлюбленный…

— Немного? — вставил Клайв, вызвав смешок у Гэри.

— Да, — сказал Джейсон, обводя острым взглядом одного и другого. — Немного. Я знаю, что лучше не думать, что я знаю больше, чем кто-то с обучением или опытом.

— Правда? — спросил Гэри.

— Да, — сказал Джейсон. — Правда. — Его плечи поникли. — Фарра вбила это в меня. Она бы не потерпела этого.

В комнате на мгновение воцарилась тишина, все глаза опустились в пол, за исключением Рассела, который был достаточно умен, чтобы оставаться тихим.

— Мы кое-что нашли, — сказал Гэри, прерывая задумчивость.

— Мы почти уверены, что именно так они сделали всех этих конструктов, — добавил Рассел, доставая из кармана мантии небольшой предмет, завернутый в ткань. — Гэри сказал, что у тебя есть способность идентифицировать предметы, и подумал, что нам стоит показать тебе, чтобы подтвердить.

Он хотел передать Джейсону предмет, но Джейсон остановил его поднятой рукой. Через мгновение Джейсон добавил Эмира, Гэри и Рассела в группу, которая уже содержала его и Клайва, чтобы они все могли видеть то, что он собирался.

— У этой способности такой потенциал, — сказал Эмир. — Сколько людей ты можешь включить одновременно?

— Себя плюс ещё девять, — сказал Джейсон.

Рассел развернул ткань и достал предмет внутри. Он был размером и формой с монстр-ядро, но состоял из сложных часовых механизмов.

— Коснись его, — сказал Джейсон.

Предмет: [Заводное ядро] (железный ранг, редкий)

Ядро искусственного монстра. (материал для крафта, магическое ядро).

Эффект: При использовании в качестве ядра существа-конструкта, используемые материалы и процессы значительно упрощаются.

— Это полезно, — сказал Рассел. — Ты можешь делать это для любого предмета?

— Это не работает на предметах очень высокого ранга, — сказал Джейсон.

— Всё равно, возможности безграничны. Тебе стоит прийти работать в Магическое общество.

Джейсон застонал.

— Я ему говорил, поверь мне, — сказал Клайв.

Рассел завернул ядро обратно, возвращая его в карман.

— Спасибо за это, Джейсон, — сказал Эмир. — Приятно подтвердить, с чем мы имеем дело.

— Итак, эти штуки — это то, как они смогли построить свою армию конструктов, — сказал Джейсон. — Строитель снабдил их?

— Не напрямую, — сказал Рассел. — Заводные ядра производятся существом, называемым заводной король.

— Какой-то монстр? — спросил Клайв.

— Нет, — сказал Рассел. — Мне удалось найти некоторые записи о заводных ядрах в библиотеке храма Знания, включая их источник, этих заводных королей.

— Что это за существа? — спросил Джейсон.

— В нашем мире существа вроде драконов высокомагичны, но они настоящие существа, которые рождаются, живут и умирают. Они не монстры. Заводные короли такие же, но они не являются коренными жителями нашего мира. Они родом из мира, который создал Строитель.

— Ты думаешь, они как-то попали сюда? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Рассел. — Плохая новость в том, что это сущности золотого ранга. Хорошая новость в том, что я не думаю, что в этой области есть хоть один. Конструкты, с которыми столкнулась экспедиция, были простыми делами. По сути, блоки дерева, камня и металла, сбитые вместе вокруг одного из этих ядер. Заводные короли используют ядра, которые они создают, чтобы мастерить более сложные и продуманные конструкты. Мы не видели ничего подобного тому, что описано в записях, которые я нашел.

— Если они мастерят вещи, значит ли это, что они разумны? — спросил Джейсон.

— О, да, — сказал Рассел. — Они, вероятно, занимают ключевые руководящие должности.

— Они сами искусственные существа или живые? — спросил Джейсон.

— Насколько я понимаю мир Строителя, — внес вклад Клайв, — это не строгое разграничение.

— Это совпадает с тем, что я нашел, — согласился Рассел.

— Есть ли шанс, что здесь есть заводной король, а лучшие конструкты придерживаются, чтобы скрыть этот факт? — спросил Джейсон. — Усыпить нас ложным чувством безопасности?

— Это возможно, — сказал Эмир. — Но я думаю, они использовали бы их, чтобы попытаться удержать астральное пространство от нас.

— Это маловероятно, — сказал Клайв. — Путешествие между мирами организовать непросто, даже для великой астральной сущности, такой как Строитель. Они не могут способствовать этому напрямую, потому что они враждебны физической реальности. Попытка напрямую взаимодействовать с физической реальностью была бы слишком разрушительной. Насколько я знаю, путешествия между реальностями — это домен алмазных рангов, что означает, что Строителю пришлось бы полагаться на то, сколько алмазных рангов он может выделить из любых других интересов, которые у него есть по всему космосу.

— Ты сказал «разрушительной», — сказал Джейсон. — Я бы не подумал, что Строителя это волнует.

— Его — нет, — сказал Клайв. — Мирового Феникса — да, однако, и великие астральные сущности осторожны в посягательстве на интересы друг друга. Вот почему они не просто воскрешают любого из своих ключевых миньонов, которые погибли, как иномирян.

— Что ты имеешь в виду, «воскрешают»? — спросил Гэри.

— Речь о том, как работает смерть, — сказал Клайв. — Когда душа умирает, она задерживается с телом лишь на короткое время. Обычно минуты, но аннигилированное тело может привести к тому, что душа уйдет за секунды, в то время как замерзание до смерти может задержать её на час или даже дольше. Вот почему, если целитель золотого ранга может восстановить тело в этот льготный период, смерть можно обратить вспять.

— Я не знал, что это возможно, — сказал Джейсон. Он был не единственным в комнате, кто с горечью думал о Фарре.

— Для тех из нас, кто не умирает рядом с одним из самых могущественных целителей в мире, — сказал Клайв, — наши души покидают тело и физическую реальность, в которой оно находится. Непривязанная душа — это астральный объект, и она дрейфует в астрал.

— Где здесь иномиряне? — спросил Гэри, взглянув на Джейсона.

— Иномирянин — это тот, чья душа повторно вошла в физическую реальность, рефлекторно проявляя тело для себя, — объяснил Клайв.

— Как монстр, — добавил Джейсон.

— Да, — сказал Клайв. — Тело иномирянина сродни телу монстра или призванного фамильяра. Это промежуточное существование между астральным и физическим.

— Ты именно так описал астральные пространства, — отметил Эмир.

— Я так и сделал, — сказал Клайв. — Аналогия уместна. Суть, однако, в том, что иномирянин — это душа, которая была вытолкнута, любыми средствами, из астрала в физическую реальность. Обычно это происходит, когда естественные, магические явления соединяют одну физическую реальность с другой, создавая канал, который затягивает кого-то между двумя реальностями. Их тело аннигилируется, когда они проходят через астрал, а затем восстанавливается, когда входят в свою новую физическую реальность.

— Я вижу, к чему ты клонишь, — сказал Джейсон. — Если одна из этих великих астральных сущностей взяла одну из душ, плавающих в астрале, и запихнула её в мир, это сделало бы то, что делают души, когда это происходит. Это создало бы новое тело, и у вас есть кто-то, воскрешенный как иномирянин.

— Именно, — сказал Клайв. — Они этого не делают, однако, из-за астральной сущности по имени Жнец.

— Это тот же Жнец, как в «Пути Жнеца»? — спросил Джейсон.

— Что ты знаешь о «Пути Жнеца»? — спросил Эмир, сузив глаза, глядя на Джейсона.

— Что это было боевое искусство древнего ордена убийц.

— Орден Жнеца, — сказал Клайв. — И да; это тот же Жнец. Жнец очень за окончательность смерти. Некоторые считают его истинным богом смерти, так как всё, чем управляет наш бог смерти, — это переход души в астрал. Последнее пристанище душ — это астрал, где наши боги не имеют власти.

— И другие великие астральные сущности не берут души, которые они хотят, и не воскрешают их, потому что они не перейдут дорогу Жнецу, — сказал Эмир.

— Именно, — сказал Клайв. — По той же причине Строитель не просто разбивает миры и берет куски, которые ему нравятся, потому что он не перейдет дорогу Мировому Фениксу. Поэтому Строитель собирает последователей, чтобы отсекать астральные пространства, оставляя миры, к которым они привязаны, избитыми, но целыми.

— Так ты говоришь, — сказал Гэри, — что если мы убедим этого Жнеца отдать её, мы сможем вернуть Фарру?

— Даже не думай об этом, — сказал Клайв. — Жнец никогда бы не стал рассматривать просьбу смертных. Он бы презирал алмазный ранг, не говоря уже о ком-либо из нас.

— А как насчет этого древнего ордена? — спросил Гэри. — Бахадир, ты здесь, чтобы расследовать их, верно? Ты должен что-то знать.

— Я знаю, — сказал Эмир. — Я знаю, что Орден Жнеца был древним культом убийц. Они несли смерть. Я не видел никаких признаков где-либо, когда-либо, что они даже пытались обратить её вспять. Я также знаю, что они были вычищены из этого мира, с корнем и ветвями, коалицией церквей, давным-давно. Остались только руины, заполненные мертвецами.

— Даже если бы они всё ещё существовали, — сказал Клайв, — они поклонялись Жнецу. Возвращение кого-то было бы анафемой для них.

— Не позволяй надежде вернуть её завладеть тобой, Гарет, — сказал Эмир. — Пусть она живет в памяти. Попытка вернуть её только запятнает эти воспоминания.

— Должен быть способ, — настаивал Гэри.

— Гэри, — сказал Клайв. — Даже боги не могут вернуть её.

— Может, нам стоит вернуть внимание к текущим проблемам, — предложил Рассел. — Заводные короли.

— Да, — твердо согласился Эмир. — Наиболее вероятный сценарий заключается в том, что Строитель не смог послать достаточно в этот мир, чтобы выделить одного на такую низкомагическую область, как Гринстоун. Они послали бы минимальное количество людей, вербуя местных и используя эти заводные ядра, чтобы буквально наращивать свою численность.

— Так что нам делать с этой информацией? — спросил Рассел.

— Как и со всем остальным, мы распространим её среди более широкого Общества искателей приключений и будем надеяться, что это поможет, — сказал Эмир.

— Вы разобрали этих существ-конструктов до базовых компонентов, верно? — спросил Клайв. — Если есть что-то, что вы нашли, что они используют, что трудно найти на месте, передайте список Руфусу Ремору. Он уже идет по этому следу, и это может помочь ему.

— Мы можем это сделать, — сказал Рассел. — Если мы закончили здесь, мы можем пойти и просмотреть наши записи прямо сейчас. Гэри?

Гэри ничего не сказал, но угрюмо кивнул.

— Мы тоже пойдем, — сказал Джейсон.

— Спасибо всем, что пришли, — сказал Эмир. — Джейсон, мы назначили поминки по Фарре на конец недели. Обязательно вернись к этому времени.

— Я думал, мы ничего не будем делать для Фарры, пока её тело не вернется домой к её семье, — сказал Клайв.

— Это неформально, — сказал Эмир. — Что-то для тех из нас, кто здесь, кто знал её.

— Команда Бет Кавендиш хотела присутствовать.

— Они сражались с нами во время экспедиции, — сказал Гэри. — Я прослежу, чтобы их уведомили.

— Ладно, тогда, — сказал Джейсон. — Мы пойдем. Мне нужно, чтобы кто-то управлял лифтом?

— Нет, — сказал Эмир. — Он не поднимет вас, но спустит вниз вполне нормально.

Клайв и Джейсон подошли к подъемной платформе и спустились из виду.

— Мне жаль, — сказал Эмир Гэри. — Я не ожидал, что дискуссия пойдет в этом направлении.

— Ничего, — кивнул Гэри. — Просто… всё развалилось, когда она умерла. Руфус и я едва разговаривали с тех пор, как мы вернулись. Я давно не чувствовал себя таким одиноким.

У Гэри, Рассела и Эмира перед глазами всплыло сообщение.

Лидер группы [Джейсон Асано] исключил вас из группы.

Они все посмотрели на сообщение, затем Гэри издал смешок, снимающий напряжение.

— Ну, это просто грубо, — сказал он.

Проявление

Проявление

Четверо людей находились в гостевом люксе Софи и Белинды, пока изображения воспроизводились на проекторе кристаллической записи. Софи и Белинда были оба присутствовали, как и Фиби и Джори. Фиби принесла записывающий кристалл, в то время как Белинда затащила Джори взять выходной. Он был неохотен, но не брал перерыв с тех пор, как клиника открылась снова. С жрецом целителя под рукой, он позволил себя уговорить.

Фиби была единственной, кто видел запись боя Джейсона раньше. Остальные смотрели с разными реакциями, следя за записью с точки зрения Рика и его команды.

— Этот смех жуткий, — сказала Белинда.

— Я знал, что у Джейсона есть темная сторона, — сказал Джори, — но это уже слишком.

— «Слишком» — это точно, — сказала Софи. — Он ведет себя как полный клоун. Подожди, почему он выходит на открытое место? Его же просто проткнут копьем. Видишь, что я только что сказала?

Белинда прикрыла рот рукой в ужасе. — Он что, только что лизнул копье?

Они смотрели, пока запись не закончилась, застыв на изображении Джейсона с ногой на затылке Джоны, топящего его в грязи.

— Это было ужасно, — сказала Белинда. — Этот парень преследовал тебя?

— Это было не по-настоящему, — сказал Джори, хотя его слова звучали пусто.

— Это была театральность, — сказала Софи. — Залезь в голову противника, и ты уже победил их. Такого рода чрезмерная нелепость сработала бы только на людях без реального опыта.

Раздался мелодичный звон, указывающий на посетителя у двери, и Белинда встала, чтобы впустить Клайва и Джейсона.

— О, — грустно сказал Джейсон, узнав застывшее изображение себя и Джоны. — Мне не нравится, что эта запись гуляет.

— Учитывая, каким абсурдным ты был, я понимаю почему, — сказала Софи. — Ты всё время играл в нелепые игры, вместо того чтобы просто устранить их.

— У меня не было навыков для такого подхода, — сказал Джейсон. — Их было пятеро, и стать монстром было единственным, что я мог придумать, чтобы поиграть с их головами. Если бы они думали прямо, я бы проиграл.

— Признаю, это хорошо, чтобы показать людям, что ты сделаешь, если они перейдут тебе дорогу, — сказала Софи. — В следующий раз вырежи маниакальный смех и придерживайся ужасной смерти. Тот момент в конце, где ты топишь парня в грязи, был хорош.

— Тот человек в грязи, — тихо сказал Джейсон. — Его звали Джона. Он мертв по-настоящему, теперь, вместе с другим членом той группы. У меня нет интереса смотреть, как я убиваю их.

— Думаю, тебе пора идти, Соф, — сказала Белинда. — Иди сражайся с монстрами или что-то в этом роде. Мы с Джори собираемся на пикник.

— Собираемся? — спросил Джори.

— Да, — сказала Белинда. — Спасибо ещё раз за то, что собрал корзину, Джейсон.

— Без проблем.

* * * Джейсон, Хамфри, Клайв и Софи были в районе лесопилки дельты, посреди плантационного леса. Их целью была стая монстров, называемых фланардами. Фланарды были изможденными существами с четырьмя руками и отвисшими челюстями, полными острых зубов. По отдельности они были слабее марголлов, но появлялись ещё большими группами. Их количество делало их идеальными для изучения командной тактики, что было причиной, по которой Хамфри выбрал этот конкретный контракт.

Густая плантация имела деревья, растущие аккуратными рядами. Сражаясь среди них, Софи повела трех существ между стволами и прямо на ожидающий меч Хамфри. Он вышел с горизонтальным взмахом, который разрубил двоих из них пополам, в то время как третий упал на землю, лезвие едва прошло над ним. Он вскочил и возобновил погоню за Софи.

Ещё трое гнались за Джейсоном, но потеряли его в тенях. Заметив Софи, проносящуюся мимо, они присоединились к её теперь одинокому преследователю. Софи заметалась, казалось бы, в панике, когда они присоединились к погоне. Она изменила направление, и монстры последовали за ней, не заметив странную метку на одном из деревьев. Они слепо бросились за Софи, пока звук щелчка пальцев Клайва не предварил взрыв земли под ними вверх, сила его магического взрыва разорвала их всех на куски.

Хамфри прибежал через лес, присоединившись к Софи и Клайву.

— Это было хорошо, — сказал Джейсон, появляясь из тени. — Хороший план, Хамфри.

— Ключ в том, чтобы оставаться гибкими, — сказал Хамфри. — Ситуации всегда меняются, и жесткие планы не работают. Вместо чрезмерно сложных стратегий, если у нас есть изученная и отработанная серия гибких тактик, мы можем быстро адаптироваться к этим меняющимся ситуациям. Это была одна из более простых тактик, описанных в буклетах, которые я дал вам всем.

— Не могу поверить, что ты написал их, — сказал Джейсон. — Когда ты что-то делаешь, ты не валяешь дурака, Хамфри. Думаю, мы все очень впечатлены.

Остальные кивнули в знак согласия.

— Теперь, когда они у нас есть, — сказал Хамфри, — нам нужно убедиться, что мы выучили их головой, а затем практиковать, пока не узнаем их. Если мы объединим общее знание гибкого тактического набора с коммуникационным преимуществом способности Джейсона, мы будем готовы реагировать на любую ситуацию.

— Как злобный золотой ранг, который заставляет нас участвовать в соревновании по вязанию, где на кону наши жизни, — сказал Джейсон.

— Что? — спросил Хамфри. Остальные посмотрели на Джейсона с замешательством.

— Хамфри сказал «любую ситуацию», поэтому я предположил ситуацию, с которой мы можем столкнуться.

— Как это помогает? — спросила Софи.

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Мы будем готовы к большинству ситуаций. Эти тактики, однако, все предварительные. Их стоит изучить, чтобы войти в привычку, но их нужно скорректировать, как только мы получим целителя и узнаем их возможности, плюс заполним наши способности, продвинемся до бронзы и так далее. Мы будем корректировать и перекорректировать их на постоянной основе.

— Есть новости об этом целителе? — спросил Клайв.

— Мелисса Дэвон нанесла визит моей матери в наш таунхаус в городе, — сказал Хамфри. — Дэвон, по крайней мере, рассматривает возможность присоединения к нам.

— Сколько способностей у тебя осталось пробудить? — спросил Джейсон Хамфри.

— Две, — сказал Хамфри. — Одна от эссенции магии и одна от мощи. А у тебя?

— Три. Две от тьмы и одна от рока.

— У меня ещё восемь осталось, — сказала Софи.

— Всё ещё ранние дни для тебя, — сказал Хамфри. — Джейсон и я получили наши эссенции месяцы назад. Получить столько, сколько у тебя, меньше чем за месяц — это хорошее начало.

После того как Джейсон собрал добычу с монстров, они отправились обратно в город. Район лесопилки был менее доступен по воде, чем большая часть дельты, поэтому Клайв реквизировал карету с магическим приводом с открытым верхом. Клайв сел на водительское место, остальные — сзади. Когда пошел дождь, капли скатывались с магического барьера, покрывающего карету. Обычно невидимый, он на мгновение мерцал синим, когда капли дождя…

— Что это? — спросила Софи с тревогой.

— Это просто барьер, чтобы не намокнуть от дождя, — сказал Клайв. — Он влияет только на воду.

— Но откуда берется вода? — спросила она. — Это монстр делает?

Клайв оглянулся, обменявшись озадаченным взглядом с Хамфри и Джейсоном.

— Это просто дождь, — сказал Джейсон.

— Дождь?

— Ты не знаешь, что такое дождь? — спросил Джейсон.

— О, — сказал Хамфри. — Ты никогда не покидала город раньше?

— Не с тех пор, как я впервые поехала туда девочкой, — сказала Софи. — Это было, когда я была очень маленькой. Я не очень помню что-либо до этого. Ты хочешь сказать, что вода, просто падающая с неба, — это как-то нормально?

— Ага, — сказал Джейсон. — В городе не идет дождь? Я думал, просто не было, с тех пор как я здесь.

— Это одна из странностей местного климата, — сказал Клайв. — Сочетание пустыни, дельты и водной близости массы зеленого камня, составляющего Остров, влияет на погоду определенным образом. Один из таких способов заключается в том, что, хотя в дельте регулярно идут дожди, в городе дождь никогда не идет.

— Это странно, — сказал Джейсон.

— Как вода попадает в небо? — спросила Софи.

— Она испаряется, — сказал Клайв.

— Я думал, ты скажешь «магия», — сказал Джейсон. Затем они с Клайвом дали базовое объяснение круговорота воды.

Карета продолжала движение, пока дождь становился сильнее. Софи и Джейсон оба смотрели вверх на воду, брызгающую с невидимого дождевого барьера, Джейсон с удивлением, а Софи с осторожностью. Они ехали по насыпной дороге через болота, когда Хамфри внезапно крикнул.

— Останови карету!

Он указал на сторону дороги, где в воздухе кружился вихрь радужного света.

— Что это? — спросил Джейсон.

— Магическое проявление, — сказал Хамфри. — Редко можно увидеть, как они происходят на самом деле.

— Что такое магическое проявление? — спросила Софи.

— Это естественное проявление магии из эфирного в физическое, — объяснил Клайв. — Магия, сливающаяся в физическую форму. Скорее всего, это будет монстр, но это может быть камень пробуждения или даже эссенция. Давайте пойдем посмотрим.

— Как мы доберемся туда? — спросил Хамфри. — Джейсон может ходить по воде, но остальные из нас не могут.

— Я могу бегать по воде, — сказала Софи. — Но я тону, если перестаю двигаться.

— У меня кое-что есть, — сказал Клайв. — Я вдохновился подготовленностью Джейсона, когда мы нашли тот зарытый комплекс, и положил несколько вещей в свое собственное хранилище.

Они покинули карету и её дождевой барьер, так что начали намокать. Софи с трепетом посмотрела на небо, пока они спускались по крутой насыпи к кромке воды. Из своего инвентаря Клайв вытащил целый плот, который затем упал в воду. Это вывело Клайва из равновесия, когда он это делал. Клайв упал вместе с ним и вынырнул, отплевываясь.

Плот был невелик, но места как раз хватало для Хамфри, Софи и Клайва. Клайв сидел промокший спереди, его мокрая одежда обрисовывала его долговязую фигуру. Положив руку на металлическую панель рядом с передней частью деревянного плота, он магически направил его медленно дрейфовать в сторону красочного вихря. Джейсон шел рядом, его плащ позволял ему ходить по воде и защищал от дождя.

Вихрь был около двух метров в поперечнике. Несмотря на то, что выглядело как яростное бурление, он даже не потревожил воздух. Как будто его на самом деле вовсе не существовало. Они остановились и стали ждать завершения процесса проявления.

— Мы в безопасности, находясь так близко? — спросила Софи.

— Всё в порядке, — сказал Клайв. — Он не может повлиять на нас, а мы не можем повлиять на него без какой-то высокоуровневой ритуальной магии.

— Это довольно красиво, — сказал Джейсон, доставая записывающий кристалл и подбрасывая его, чтобы он завис над его головой. Он начал объяснять вихрь для того, чтобы потом показать его своей семье. После того как он сделал это, он повернул кристалл на Софи.

— Я упоминал её в более ранних записях, — сказал Джейсон, — но это она во плоти. Моя юная рабыня, Софи Уэкслер.

Софи сидела на плоту, поэтому её быстрый тычок попал ему по бедру.

— Ай. Как видите, у неё есть проблемы с поведением.

Софи повернулась к Хамфри и Клайву.

— Если я утоплю его здесь, — спросила она их, — вы двое поддержите меня и скажете, что это был несчастный случай?

— Безусловно, — сказал Клайв.

— Кто-то должен был сделать это рано или поздно, — согласился Хамфри.

— Как вы также можете видеть, — сказал Джейсон, — она безжалостно подчинила моих миньонов.

— Ты только что назвал нас миньонами? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказал Джейсон. — Мой голос просто звучит странно из-за дождя.

Они ждали несколько минут, прежде чем вихрь начал сжиматься, становясь всё меньше и меньше.

— Это не монстр, — сказал Клайв. — Я вижу, как магия принимает форму. Это будет камень пробуждения.

— Мило, — сказал Джейсон. — Как нам решить, кому он достанется?

— Мисс Уэкслер нужнее всего, — сказал Хамфри. — У тебя и у меня осталось всего несколько свободных мест, и нам, вероятно, следует подождать события Бахадира.

— Хамфри, тебе следует называть меня Софи, — сказала она, одарив Хамфри редкой улыбкой, прежде чем сбросить её и повернуться к Джейсону. — Тебе не следует.

— Жестоко, — сказал Джейсон.

— Ты ведь назвал её рабыней, — сказал Хамфри.

— Думаю, ты неправильно помнишь, — сказал Джейсон. — Это не похоже на меня; я весь за эгалитаризм.

Вихрь продолжал сжиматься, пока не стал размером с кулак, сливаясь в синий камень пробуждения, который упал в воду с всплеском. Остальные все повернулись, чтобы посмотреть на Клайва.

— Что? — спросил он.

— Ты уже заходил один раз, — сказал Хамфри.

Клайв увидел, что остальные представляют собой единый фронт, и застонал, спрыгивая с борта плота. Вода была по пояс, но ему пришлось погрузиться по шею, когда он шарил там, куда упал камень.

— В такие моменты я жалею, что Онслоу — черепаха, а не сухопутная черепаха, — сказал Клайв.

Он издал вопль боли, вскакивая на ноги и размахивая рукой. Маленькая фигурка была отброшена, её зубы впились в руку Клайва. Она была сброшена и начала парить в воздухе. Это была маленькая, похожая на фею фигурка, размером с человеческую ладонь, с голым, андрогинным телом, темно-синими волосами и насекомыми крыльями, которые быстро жужжали, чтобы удерживать её в воздухе. В руках она сжимала камень пробуждения, почти такой же большой, как она сама.

Камень был мокрым, грязным и, под его тяжестью, существо едва могло удерживаться в воздухе. Оно попыталось улететь со своим призом, но камень был слишком тяжелым, выскальзывая из его рук обратно в воду. Разъяренный Клайв попытался схватить существо, но оно упорхнуло, обернувшись, чтобы показать язык, прежде чем умчаться прочь по воздуху.

— Ненавижу эти штуки, — пробормотал Клайв, размазывая лечебную мазь по ране на руке.

— Ты видел их раньше? — спросил Джейсон.

— Болотных пикси? О, да. Они обожают есть угрей, так что они всегда околачивались вокруг фермы, когда я рос. Не могу сосчитать, сколько сапог Нана потеряла, швыряя их в эти чертовы штуки. Она никогда ни во что не попадала, а сапоги обычно приземлялись в болото.

— Ну, лучше ныряй обратно и хватай камень, — сказал Джейсон. — Там может быть больше этих штук.

Потенциал

Потенциал

В своем гостевом люксе в облачном дворце Руфус сидел за столом с разложенными перед ним бумагами. Оценки на местах, потенциальные проекты, требования к интеграции. Он устало провел руками по лицу, пытаясь сосредоточиться. В ожидании новостей по различным расследованиям Руфус возобновил задачу по созданию филиала академии, над которым работал вместе с семьей Геллер.

Адрис Дорган сдержал свое слово и добивался прогресса в поиске материалов по спискам, предоставленным Клайвом, а теперь и Расселом. Определенные грузы прибывали в порт Хорниса, прежде чем их перегружали на частные суда, направлявшиеся в неизвестные пока пункты назначения. Дорган в настоящее время копал глубже в вопросе владения этими частными судами.

Руфус обнаружил, что его внимание постоянно переключается на культистов Строителя. Туманного врага, который в этот самый момент был спрятан, продвигая свои разрушительные планы. Он задавался вопросом, сколько еще друзей он потеряет, прежде чем их наконец остановят. Встав, он вышел на балкон и позволил морскому бризу освежающе овеять его.

Он решил оставить работу на данный момент и пойти найти Гэри, который, казалось, был в такой же растерянности после завершения собственного проекта с конструктами. Они не виделись друг с другом с момента возвращения из экспедиции, и между ними чувствовалось трение, которое всегда сглаживала Фарра. Присутствие Джейсона помогло им пережить худшее после ее смерти, но ее отсутствие висело между ними.

У Руфуса и Гэри были смежные люксы в гостевом крыле, соединенные террасой. Руфус забрел туда и увидел Гэри внутри с полупустой бутылкой какой-то дешевой выпивки, которую он, должно быть, купил в городе; Эмир никогда бы не держал ничего настолько дешевого и противного. Гэри растворил всю внешнюю стену своего люкса, оставив его открытым свежему воздуху. Гэри, развалившись в кресле, кивком подтвердил прибытие Руфуса.

— Пьешь днем? — спросил Руфус. — Едва середина утра.

— Хочешь присоединиться? — спросил Гэри.

— Да, — сказал Руфус, подходя к шкафчику и беря стакан.

* * * — Мы можем сделать это здесь? — спросила Софи, с неуверенностью оглядывая деревню вокруг них.

— Клайв может, — сказал Джейсон. — Он более гибок, чем большинство, поэтому может сделать это практически везде, где есть ровное место.

— Может показаться необычным, что вы двое просто берете и делаете это посреди деревенской площади, — сказал Хамфри, — но это то, что жители будут рады увидеть.

— Это не займет много времени, — сказал Джейсон. — Клайв может просто вставить это в тебя прямо здесь, и мы сможем отправиться в путь.

— Он прав; это не займет много времени, — заверил ее Клайв. — Даже в менее комфортных условиях я заканчиваю очень быстро.

— Хорошо, — сказала Софи. — Не то чтобы это был мой первый раз.

— Ты слышала леди, Клайв, — сказал Джейсон. — Доставай.

Клайв достал камень пробуждения, который они нашли на болоте, и передал его Софи.

Предмет: [Камень пробуждения дождя] (без ранга, обычный)

*Камень пробуждения, содержащий силу дождя. *(расходуемый, камень пробуждения).

Требования: Непробужденная способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 8 непробужденных способностей эссенции.

Используя свои способности, Клайв сбалансировал окружающую магию и начертил ритуальный круг. Как и предсказывал Хамфри, это действие на деревенской площади привлекло любопытных зрителей. Ритуал прошел без происшествий, пробудив новую способность Софи.

Способность: [Между каплями дождя] (Стремительность)

Особая способность.

Стоимость: Высокая мана в секунду и высокая выносливость в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Увеличенные рефлексы и пространственное восприятие.

— И это все? — спросил Хамфри. — Это кажется изнурительной ценой за увеличенные рефлексы.

— Атакуй ее, — сказал Джейсон.

— Что? — спросил Хамфри.

— Атакуй ее, — сказал Джейсон. — Ты заходишь справа, а я возьму ее в клещи слева.

— Не уверен, что это хорошая идея.

— Делай, — сказала Софи. — Без оружия; я не причиню вам слишком сильной боли.

Джейсон ухмыльнулся и прыгнул вперед, Хамфри сделал то же самое с гримасой. Они атаковали одновременно с обеих сторон, но было такое чувство, будто у Софи глаза на затылке. Она не только среагировала на каждое их движение, но сделала это в тот самый момент, когда они их совершили. Вскоре Хамфри отлетел назад от удара ногой в лицо. Джейсону досталось хуже, он сложился пополам на земле, схватившись обеими руками за пах.

— Обязательно было бить прямо по бубенцам? — пропищал он.

Она подошла и посмотрела на него сверху вниз.

— Ты сам хотел атаковать меня, — сказала она.

* * * Нил Дэвон начал проводить время в поместье семьи Мерсер еще мальчиком. Тадвику нужны были друзья его возраста, и семьи Дэвон и Кеттеринг, с их тесными связями с Мерсерами, часто присылали своих мальчиков. Резиденция Мерсеров была самой впечатляющей в Гринстоуне, с ее пятью соединенными башнями и безупречными территориями. Даже с тираническим малышом Тадвиком в качестве товарища по играм, это всегда было захватывающее место для посещения в детстве.

По мере того как он взрослел, привлекательность дома Мерсеров для Нила претерпевала различные изменения. Когда он стал более любопытным к миру, впечатляющая библиотека питала его ум. Когда он стал пользователем эссенции, он в полной мере использовал тренировочные сооружения, которыми пренебрегал Тадвик. Остальные Мерсеры были более чем рады позволить Нилу и его товарищу по команде Дастину пользоваться ими столько, сколько они хотели. В конце концов, их работа заключалась в том, чтобы сохранить жизнь Тадвику.

Еще одним изменением в том, что делало поместье Мерсеров привлекательным для Нила по мере взросления, было присутствие старшей сестры Тадвика, Кассандры. Как и для многих молодых людей на орбите семьи Мерсер, умная, способная и великолепная молодая женщина была объектом его юношеской привязанности. Будучи на четыре года старше его, она была недосягаемым образом красоты и утонченности в глазах тринадцатилетнего Нила. Она покинула город вместе с матерью после достижения бронзового ранга, положив конец его мальчишеской влюбленности.

Кассандра и ее мать вернулись в город шесть месяцев назад, готовясь к наплыву монстров. Многие молодые люди снова боролись за ее внимание, но Нил не был одним из них. Одно дело — терпеть Тадвика в детстве, но теперь они были авантюристами. Его эгоизм и некомпетентность приносили с собой реальную опасность, кульминацией которой стало его бегство во время экспедиции. Помимо Кассандры и ее матери, тех, кто уехал, он разочаровался во всем, что носило имя Мерсер. Любая идея возродить юношеские страсти и преследовать ее закончилась в тот момент, когда он подумал о ее семье.

К тому времени, как он услышал, что Кассандра и Джейсон Асано встречаются, он уже видел Асано сам и не нашел в нем ничего особенного. Он был просто еще одним в череде самовлюбленных людей, которые считали себя смелыми и умными, выставляя Тадвика дураком. Нил знал, что это, возможно, была лишь его затянувшаяся привязанность, но его мнение о Кассандре все еще было достаточно высоким, чтобы он задавался вопросом, что она увидела в Асано, что возвысило его над остальными.

Визит Асано в дом Нила оставил его в неуверенности относительно того, что делать. По идее, Нил получал предложения получше; единственной реальной привлекательностью присоединения к команде Асано было участие Хамфри Геллера. Нил знал наверняка, что за закрытыми дверями Хамфри был тем человеком, которым Мерсеры хотели бы видеть Тадвика. Их семейные ситуации предоставили Тадвику и Хамфри одни и те же возможности, однако Хамфри хвалили, в то время как Тадвика игнорировали.

После визита Асано в его дом намерение Нила состояло в том, чтобы сразу отклонить предложение. Однако были вещи в Асано, которые не выходили у него из головы, начиная с того, почему именно он стал тем, кто сделал предложение. Как бы он ни смотрел на это, Хамфри Геллер был бы лучшим адвокатом. Характерно идиосинкратическое поведение Асано подтверждало это. Абсурдность вопросов об эльфийском наследии Нила. Описание Асано своей собственной команды, которое было совсем не привлекательным. Затем было то, что Асано большую часть времени объяснял не то, почему Нил захочет присоединиться к ним, а почему они хотят, чтобы он присоединился.

Хотя Нил этого не понимал, не было сомнений, что Асано умеет впечатлять важных людей. Людей, действительно заслуживающих уважения. Геллеры, Эмир Бахадир золотого ранга, авантюристы Витесса. Даже его враги были впечатляющими. Он уже вращался в высоких кругах, до такой степени, что даже когда он вызывал ненависть, она исходила от людей, настолько превосходящих его, что им не следовало бы заботиться. Ходили слухи, что Асано враждует с директорами как Магического, так и Общества искателей приключений. Если это правда, то это безумие для ранга железа. Затем было то, что заставило Кассандру посмотреть на него выше всех многочисленных мужчин в Гринстоуне, борющихся за ее внимание.

Если отбросить характер Асано, критически важным при выборе команды была сила команды как авантюристов. Нил почти ничего не знал о двух других, но то, что Асано рассказал ему, не звучало многообещающе. Хамфри, с другой стороны, был известен как один из самых умелых авантюристов железного ранга в городе.

Что касается Асано, по крайней мере как авантюрист он казался способным. Одержимость Тадвика дала Нилу довольно хорошее представление о послужном списке Асано. Он закрыл поразительное количество контрактов за несколько месяцев, каждый из которых сопровождался уведомлениями с доски объявлений. Во всех из них у него не было ни одной зафиксированной неудачи. Асано быстро поднялся по рангам и упал еще быстрее, но вокруг было полно понижений.

Он видел несколько записей сражений Асано. Все видели ту, из миражной камеры Геллеров с чрезмерным театральным представлением Асано. Нил видел другие, где Асано сражался по-настоящему, его мелодрама сменялась жестокой эффективностью.

Тадвик был в ярости, услышав об Асано, проводящем время с Кассандрой, и, в типично реакционной манере, послал кучку головорезов, чтобы избить Асано. После того, что Асано сделал с первым, остальные не только сдались, но и указали Асано дорогу туда, куда он направлялся. Нил услышал об этом только постфактум, иначе он заставил бы отца Тадвика положить этому конец. Тадвик по глупости заставил своих головорезов записать весь этот разгром. Его отец поручил Нилу забрать их все.

Самым сильным из прихвостней Тадвика был Джеррик, которого Тадвик использовал в качестве мускулов в своей необдуманной схеме захвата земель. Нил был в комнате, когда отец Тадвика рвал и метал из-за грандиозного провала плана. Асано записал свой сбор доказательств, и запись заканчивалась тем, что Асано сражался с Джерриком.

Отец Тадвика нашел время, чтобы отметить, что Асано даже не сражался в полную силу. Против бронированного врага Асано должен был оставаться скрытым и использовать своего фамильяра-пиявку, чтобы заползти в броню. Вместо этого он сражался на открытом месте, получая больше урона, чем необходимо. Асано использовал битву не на жизнь, а на смерть с сильнейшим головорезом Тадвика как тренировку.

Последняя запись Асано, которую видел Нил, была, когда двенадцать человек противостояли ему на улице. Четверо были головорезами, которых Асано разогнал в предыдущей записи, плюс вдвое большее число дополнительных. Дюжина, по общему признанию, посредственных авантюристов, но Асано сделал бой двенадцать на одного односторонним в свою пользу. Пятеро авантюристов убиты в торговом пассаже средь бела дня, и единственным последствием было то, что это, возможно, способствовало его последующему понижению.

Было хорошо известно, что Асано столкнулся с болотной гидрой бронзового ранга вместе с Хамфри Геллером и каким-то другим парнем, о котором никто не слышал. Все говорили, что Хамфри вытянул их, включая самого Асано, но Нил после разговора с Асано стал менее уверен в этом. Он знал, что Бет Кавендиш высоко ценит способности Джейсона, а ее суждение было острым как бритва.

Пока эти мысли крутились у него в голове, Нил прибыл в дом семьи Мерсер впервые после экспедиции. После той катастрофы Тадвик был изолирован семьей, а затем распустил их команду без предупреждения. Он подумывал о том, чтобы противостоять Тадвику, пока не поговорил с другим членом их команды, Дастином. В конце концов, они были просто рады быть свободными с тем, что осталось от их репутации после того, как их знали как прихвостней Тадвика.

Нил подошел к одним из пяти ворот, которые были основными входами на территорию семьи Мерсер.

— Нил Дэвон, — сказал охранник железного ранга с другой стороны ворот, заметив приближение Нила. Охранники семьи Мерсер давно знали Нила, но обычного уважения не было на лице этого охранника. Было ясно, что в его глазах Нил потерял статус ценного союзника Мерсеров. Теперь он был просто еще одним авантюристом железного ранга, как и сам охранник.

— Я хотел бы видеть Кассандру Мерсер, — сказал ему Нил.

— Держу пари, хотел бы, — дерзко сказал охранник.

— Прошу прощения?

— Я не собираюсь беспокоить ее ради таких, как ты.

— Ты сейчас серьезно?

— Проходи, Дэвон. Ты больше не получаешь места за большим столом.

— Да, получает, — сказала Талия Мерсер, телепортируясь рядом с охранником. — Здравствуй, Нил.

— Леди Мерсер, — почтительно поздоровался Нил.

— Сначала позволь мне поправить этого человека, который раньше работал на нас, и сказать тебе, что тебе здесь всегда рады. Твоя семья важна для нас, и ты всегда был предан моему сыну, чего он, к сожалению, никогда не заслуживал. Что привело тебя?

— Я хотел спросить вашу дочь о Джейсоне Асано.

— Почему?

— Он пригласил меня присоединиться к его команде. Я, вероятно, откажусь, но мне показалось странным с ним разговаривать. Я хотел узнать больше.

Талия коснулась ворот, которые бесшумно отъехали в сторону.

— Понимаю. Если ты не возражаешь, Джейсон — это тема, которую я предпочла бы, чтобы ты не обсуждал с моей дочерью. Она сейчас недовольна семьей, и я не хочу усугублять это чувство.

— Конечно, — сказал Нил. — Прошу прощения, что отняла ваше время, леди Мерсер. Я пойду.

— Пожалуйста, не надо, — сказала она. — Возможно, ты можешь уделить момент мне вместо этого.

— Конечно, леди Мерсер.

Она повернулась к охраннику, который молча маячил на протяжении всего разговора.

— Ты, иди на пост охраны и пусть пришлют замену. Если я смогу загладить твое оскорбление мастеру Дэвону, возможно, у тебя будет шанс сохранить свою работу.

Охранник кивнул и поспешно удалился.

— Это не обязательно, леди Мерсер, — сказал Нил.

— Чепуха, — сказала она. — Пожалуйста, проходи.

После минутного колебания Нил прошел через ворота, которые она закрыла за ним.

— Не хочешь ли выпить со мной утреннего чая?

— Я не смею, леди Мерсер.

— Чепуха, пожалуйста.

— Тогда спасибо, леди Мерсер.

Нил не мог не заметить, что то, что его привели на частную социальную встречу с Талией Мерсер на глазах у всего домохозяйства, было многозначительным заявлением о его статусе. Она отвела его в синюю гостиную, одну из различных приемных гостиных дома Мерсеров. Каждая была названа в честь основного цвета своего декора, а синяя гостиная была залита океаническими оттенками. Это была одна из меньших гостиных, для близких и уважаемых гостей. Вскоре после их прибытия горничная доставила чай и небольшие закуски, прежде чем удалиться. Талия налила чашку для каждого из них.

— Я знаю, что стандарты чая в вашей семье очень высоки, — сказала она. — Надеюсь, вы не слишком смотрите на нас свысока.

— Никогда, — сказал Нил.

— Какой хороший молодой человек ты стал. Итак, ты подумываешь о присоединении к команде Джейсона Асано и Хамфри Геллера?

— Не совсем, — сказал Нил. — Просто некоторые вещи в том, как он сделал предложение, оставили меня в замешательстве.

— Возможно, я смогу помочь тебе с ответами. Когда моя дочь заинтересовалась Асано, я изучила его так глубоко, как, думаю, кто-либо другой.

— О?

— Он был довольно груб, когда мы встретились в последний раз, чем я вполне довольна.

— Довольны?

— Если бы он остался равнодушным к разрыву с моей дочерью, я была бы весьма разочарована. Он поразительно хорош для своего ранга в том, чтобы скрывать свои эмоции в ауре, но когда я встретила его, он был в полном беспорядке. Гнев юношеской страсти означал, что его чувства были искренними. Это всегда беспокоит, когда дело касается аристократических отношений. Есть ли какая-то молодая особа, которую ты преследуешь, Нил?

— Нет, леди Мерсер. Мое внимание сосредоточено на моем будущем как авантюриста.

— Да, ты обдумываешь предложение Джейсона. Я знаю, он кажется эксцентричным, но ты обнаружишь, что в его безумии есть метод. У него есть способ заставить людей думать именно то, что он хочет.

— Каким образом? — спросил Нил.

— Ты сам сказал, что, вероятно, откажешь ему. Однако вот ты здесь, задаешь вопросы. Почему?

— Были странности в том, как он пытался завербовать меня. Как будто он скрывал причины присоединиться и давал мне те, по которым не стоит.

Талия улыбнулась.

— Вот именно. Хамфри Геллер в стороне, его команда не выглядит заманчиво на первый взгляд, и он знал, что обычное приглашение не сработает. Иначе он послал бы Хамфри. Вместо этого он нашел способ разжечь твой интерес. Он увидел путь, который вел к твоему присоединению к его команде, и направил тебя на него.

— Вы хотите сказать, что он манипулировал мной, и я должен отказаться от предложения?

— Я говорю, что он манипулировал тобой, и ты должен принять предложение. Некоторые в этих стенах скажут тебе, что Джейсон ненадежен. Это не так. Когда приходит время работать, он выполняет свою работу. Моим первоначальным намерением было поместить его и Хамфри к Кассандре, как только они достигнут бронзового ранга. Это больше не вариант, но если бы я была на твоем месте, я бы присоединилась к его команде в мгновение ока.

— Это не то, что я ожидал от вас услышать, — сказал Нил.

— Большинство авантюристов в этом городе никогда не покидают его, да и не должны. Они посредственны, без потенциала процветать в опасном мире. То, чего им не хватает в себе, они не могут распознать в других. Любой может увидеть, что Бет Кавендиш или Хамфри Геллер добьются успеха, но только те из нас, кто видел более широкий мир, признают потенциал в ком-то вроде Асано, и в ком-то вроде тебя.

— Во мне?

— У тебя есть все необходимое, — сказала она. — Люди не могли этого увидеть, пока ты был прикован к моему сыну. Я была эгоистична, привязывая тебя к нему, потому что это помогало сохранить жизнь моему сыну. У тебя есть мои извинения за это, но не мое сожаление.

— Вам не нужно извиняться, леди Мерсер.

— Ты хороший мальчик, Нил, но не лги мне в лицо.

Она усмехнулась нервному выражению лица Нила.

— Это интересная команда, которую собрали Джейсон и Хамфри, — сказала она. — Я недавно встретила еще одного члена их команды, интересного молодого человека из Магического общества. Он достаточно способный, чтобы Эмир Бахадир пытался переманить его.

— Асано сказал мне, что это для небоевых навыков, — сказал Нил.

— Так оно и есть, — сказала Талия, — но почему он сказал тебе это? Он хотел, чтобы ты был любопытен, чтобы ты сам узнал, что человек весьма способен. Что он и есть, кстати. Даниэль Геллер внимательно следит за командой, которую формирует ее драгоценный мальчик, и ей можно доверять в том, чтобы вырезать любую гниль. И теперь, когда ты услышал это от меня, ты поверишь этому больше, чем если бы Джейсон сказал тебе, что человек хорош.

— А как насчет контрактного слуги Асано?

— Не уверена, — сказала Талия. — Даниэль сказала мне, что пока воздерживается от суждений. Я скажу, что водить за нос авантюристов железного ранга города в течение нескольких месяцев говорит о определенной способности, независимо от того, какую помощь она получила. Теперь, когда у нее есть полный набор эссенций, кто знает, чего она достигнет?

— Вы кажетесь вполне уверенной, что я должен присоединиться, — сказал Нил.

— Ты должен быть в команде, которая поможет тебе летать, вместо того чтобы приковывать тебя к земле, как это делала я. Мой совет: допей свой чай, уходи отсюда и иди прямо в таунхаус Геллеров. Скажи Даниэль Геллер, что хочешь присоединиться к команде ее сына.

— Не Асано или Хамфри? — спросил Нил.

— Они могут думать, что последнее слово в отношении членов их команды остается за ними, — сказала Талия. — Вероятно, лучше позволить им так думать.

Превращение барбекю в оружие

Превращение барбекю в оружие

Джейсон встретил Нила у входа в облачный дворец вместе с одним из сотрудников Эмира, который добавил аура-сигнатуру Нила в список доступа во дворец.

— Есть некоторые ограниченные зоны, — объяснил Джейсон, когда они вошли. — Ты не должен наткнуться ни на одну из них, кроме гостевых люксов, которые индивидуально заперты для гостей, которые могут предоставить тебе вход или нет.

Нил не сказал много, оглядываясь с широко открытыми глазами, пока Джейсон вел его в гостевое крыло. Он нервничал, сомневаясь в своем выборе команды, но Джейсон был приветлив и дружелюбен. Он также казался как дома в поразительных окрестностях облачного дворца.

— Мы начнем с небольшого приветственного обеда, — сказал Джейсон. — Ты сможешь встретиться с командой и некоторыми людьми вокруг нее. После этого мы проведем вторую половину дня на предварительной стратегической сессии, рассматривая способности каждого и работая над тактическими концепциями вокруг них. С этого момента это будет наш каждый день: разрабатывать тактику, отрабатывать ее в тренировочном зале, а затем проверять в полевых условиях.

— Ты готовишься к событию, которое планирует Бахадир? — спросил Нил.

— Ты слышал об этом?

— Слухи разошлись.

— Конечно, быть готовым к этому — хорошая идея, — сказал Джейсон. — Однако наши цели простираются дальше этого. Мы смотрим на путь к бронзе и дальше. Мы хотим создать сборник стратегий и тактик, которые мы знаем как команда настолько хорошо, что готовы действовать в любой момент. По мере роста наших способностей мы сможем адаптировать и уточнять наш репертуар, но первый шаг — это совместная работа, когда каждый знает свои потенциальные роли. Надеюсь, ты не боишься тяжелой работы и тренировок.

— Честно говоря, Асано, ты всегда казался мне более легкомысленным, чем трудолюбивым.

— Я из тех парней, кто усердно работает и усердно отдыхает, — сказал Джейсон. — Но разговоры мало что значат. Ты можешь судить сам.

Джейсон повел Нила на подъемную платформу, которая подняла их в верхние пределы облачного дворца, прежде чем направиться к террасе, заполненной людьми, столами с едой и парой больших грилей с огнем. Среди толпы были люди, которых Нил узнал. Руфус Ремор болтал с Винсентом Тренслоу и его нелепыми усами; Хамфри Геллер переворачивал мясо на одном из грилей. Даниэль Геллер болтала с Эмиром Бахадиром, оба держали мясо на гриле и овощные палочки. Он даже заметил своего друга и предыдущего товарища по команде, Дастина, откусывающего кусок сэндвича со стейком. Двоюродный брат Дастина, Хадсон, был рядом с ним, и они были окружены своими командами. Дастин теперь был в команде Геллеров, выглядя более расслабленным, чем Нил видел его долгое время.

— Что все это значит? — спросил Нил.

— Если собираешься устроить барбекю, — сказал Джейсон, — ты приглашаешь друзей. Давай возьмем еды, и я сделаю несколько представлений.

* * * Обед с барбекю затянулся до второй половины дня, оставив Нила дезориентированным от пьянящей смеси мяса на гриле, качественного алкоголя и тех политических связей, о которых его семья только мечтала. Это было социальное событие, совершенно не похожее на те, что он испытывал на орбите Мерсеров.

Все было непринужденно, и присутствующие люди искренне, казалось, нравились друг другу. Не было тщательно срежиссированных социальных подколов, не было игры одной семьи против другой. Не было стратификации по рангам, где бронзовые, серебряные и даже золотые ранги счастливо болтали с железными. Вместо изысканных, деликатных закусок, люди наваливали мясо на тарелки, нанизывали на палочки или запихивали между ломтями хлеба. Были столы с гарнирами, наваленными в огромные миски, чтобы любой мог взять их щипцами.

Нил мог слышать голос своей матери, говорящей ему быть меркантильным, бросить Асано и воспользоваться возможностью, наладить связи. Голос казался растерянным, когда Джейсон водил его вокруг, делая представления без каких-либо подсказок с его стороны. Люди задавали ему вопросы, казалось, действительно интересуясь, а не просто выискивая какую-то полезную информацию, которую могли бы использовать позже.

— Как долго ты в Гринстоуне? — спросил Нил Джейсона между разговорами.

— Около пяти месяцев.

— Как ты завел такие политические союзы за пять месяцев?

— Я не заводил, — сказал Джейсон. — Я завел друзей.

* * * Джейсон нашел Хамфри в стороне от группы, выглядящего несчастным, когда он смотрел на океан. Джейсон присоединился к нему, опираясь на перила.

— Что тебя гнетет, приятель?

— Это Габриэль, — сказал Хамфри. — С ней ничего не выйдет.

— Это отстой, — сказал Джейсон. — Жаль это слышать. Полагаю, я не был полезен в этом отношении.

— Это больше, чем просто это, — сказал Хамфри. — Я бы никогда не попросил ее выбирать между мной и ее религией, но она становится все более и более догматичной. Она становится честной до грубости, требуя секретов, на которые не имеет права.

— Ну, я тоже занимаюсь грубой честностью, — сказал Джейсон. — Но в свою защиту скажу, что я также много лгу.

Хамфри рассмеялся, затем вздохнул.

— Она начала говорить мне, с кем я не должен проводить время, — сказал он. — Вот почему ее здесь нет. Ей действительно не нравишься ты и Руфус, но это только начало. Строгие правила ее бога — это все хорошо и прекрасно, но я не последователь Знания. У нее нет права удерживать меня в рамках этих принципов.

— Мне жаль, — сказал Джейсон. — Я, по крайней мере, немного ответственен за то, что подтолкнул тебя в ее сторону.

— Мне не жаль, — сказал Хамфри. — Я забочусь о Габриэль и наслаждался нашим временем вместе. Это время просто подходит к концу.

— Ого, — сказал Джейсон. — Это супер-зрело с твоей стороны. Я был на пару лет старше тебя, когда мои первые большие отношения закончились, и я взорвал всю свою жизнь из-за этого, как идиот.

— Я скажу ей завтра, — сказал Хамфри. — Она, вероятно, уже знает.

— Из-за ее босса, — понял Джейсон. — Черт, должно быть, это было очень раздражающе, когда богиня рассказывала ей все.

— Это не было моей любимой вещью, — признал Хамфри. Он повернулся, чтобы посмотреть на собрание. — Как Нил вписывается?

— Немного в шоке. Думаешь, это было правильно, выставлять тяжелую социальную артиллерию? Я не люблю превращать барбекю в оружие.

— Его семья была дворянством второго эшелона на протяжении поколений, и это обеспечит поддержку его семьи. Что касается самого Нила, это зависит от нас с тобой.

* * * Когда все подходило к концу, Джейсон и Эмир отправляли людей, обычно с едой в пакетах с дешевым, недолговечным зачарованием, чтобы сохранить еду внутри свежей и горячей. После этого Джейсон собрал их команду вместе. Нил теперь встретился с остальными, долговязым Клайвом Стэндишем и поразительно красивой Софи Уэкслер. Нил не был уверен, чего ожидать от контрактной слуги Джейсона, но женщина с серебряными волосами, темной кожей и острыми, настороженными глазами, безусловно, не была тем, чего он ожидал. Она была той, в ком он был больше всего не уверен, но наблюдение за ее гладкой гибкостью сделало его гораздо более уверенным.

Они отправились в люкс Джейсона в гостевом крыле. Среди всей облачной мебели выделялось трио деревянных книжных шкафов, забитых до отказа книгами в кожаных переплетах. Еще больше книг было сложено на столе рядом с креслом для чтения, одну из которых Клайв взял, чтобы изучить.

— Это тяжелая теория, — сказал он Джейсону. — Ты наконец прислушиваешься к моему совету?

— Это была коллекция Фарры, — грустно сказал Джейсон, указывая на книжные шкафы. — Она была как ты, говоря мне не полагаться только на книги навыков. С ними почти как будто она все еще учит меня.

— Фарра была одним из авантюристов Витесса, — тихо упомянул Хамфри Нилу. — Она погибла во время экспедиции.

Они сели, и Джейсон достал блокнот. В нем были записаны способности всех участников группы, к которым они добавили способности Нила. Его комбинация эссенций была щит, рост и обновление, создавая конфлюэнцию процветания. Наряду с силами исцеления и очищения, Нил мог создавать недолговечные щиты, которые перехватывали атаки, усиливали союзников и пополняли их ману и выносливость.

— Это потрясающий набор сил, — сказал Джейсон, записывая их. — Не очень здорово, если тебя поймают в одиночку, но любая команда, в которой ты есть, должна праздновать. Что, полагаю, наша команда, так что… ура, приятель!

Поскольку его силы были наиболее эффективны при использовании на союзниках, Нил был сильно зависим от своей силы призыва при сражении в одиночку. Это был не призванный фамильяр, а временный призыв, как кузнечный голем Гэри или магматический элементаль Фарры. Он просуществовал бы только ограниченное время, но он мог позволить себе рисковать им так, как не мог с фамильяром.

Его призывом была сущность, называемая големом-куколкой. Это был кристаллический конструкт-монстр; он мог создавать защитную оболочку вокруг себя, когда был сильно поврежден. Когда он появлялся, он был полностью отремонтирован и адаптирован, чтобы противостоять атакам, которые ранее причинили ему вред.

— Не могу дождаться, чтобы взглянуть на эту штуку, — сказал Джейсон. — С призывами Хамфри это делает два, исключая призванных фамильяров, которые есть у Клайва и меня. Мы должны быть в состоянии сделать интересные вещи с ними.

Хамфри взял на себя инициативу в обсуждениях, когда они начали разрабатывать потенциальные стратегии.

— Самое фундаментальное — это то, что мы все должны иметь здравое понимание способностей друг друга, — сказал он. — Нил, это особенно верно для тебя, так как твои способности сильно зависят от суждения и тайминга. Ты научишься по мере тренировок, конечно, но у тебя должно быть хотя бы общее представление о том, что делает каждый из нас, прежде чем мы начнем копаться в конкретной тактике.

— Давай начнем с Хамфри, тогда, — сказал Джейсон. — Его эссенции — мощь, магия, крыло и дракон. Он двигается быстрее, бьет сильнее и выдерживает больше урона, чем большинство авантюристов. Его атаки — это в основном обычные способности ближнего боя, но они надежны и приземляются как грузовик.

— Что такое грузовик? — спросил Нил. — Это какой-то монстр?

— Это большая, тяжелая, быстрая штука, — ворчливо сказал Джейсон. — Не моя вина, что в твоем глупом мире нет внутреннего сгорания.

— У многих людей есть внутреннее сгорание, — сказал Клайв. — В основном от эссенции огня, поэтому это распространено.

Джейсон застонал на Клайва, пока Хамфри подхватил объяснения.

— У Клайва эссенции магии, руны, баланса и кармы. В отличие от большинства людей, его фокус — заклинания. Он может использовать магическое оружие, такое как посохи и жезлы, и работает со своим фамильяром, чтобы выдавать надежный урон на расстоянии. У него также есть некоторые вспомогательные силы, ловушечная магия и способность заставлять наших врагов страдать от возмездия за атаку на нас.

— У него также есть некоторые крупные атаки, если он идет ва-банк, — добавил Джейсон. — Если нам нужен один большой удар, он наш парень. Эти увесистые заклинания требуют некоторой настройки, однако, поэтому мы уже начали разрабатывать стратегии вокруг них.

— Мисс Уэкслер — защитник типа уклонения, — сказал Хамфри. — Стремительность, ветер, баланс и мистицизм. Она самая новая из нас, со многими способностями, которые еще предстоит пробудить, но она уже самая быстрая и самая сложная для причинения вреда из всех нас. У меня нет сомнений, что она станет все более грозной.

— Асано — скрытный придурок команды, — сказала Софи. — Его эссенции — тьма, кровь, грех и рок.

— Грех и рок? — спросил Нил. — Звучит так, будто они должны быть в списке ограниченных.

— Они не в списке, — сказал Джейсон. — Мы проверяли.

— Джейсон — специалист по недугам, — сказал Хамфри. — Как только он берется за работу, то, с чем он сражается, закончено, даже если кажется, что оно ушло. Он также хороший разведчик, со скрытностью и мобильностью.

— Очевидно, мы не ожидаем, что ты запомнишь все это, — сказал Хамфри. — У тебя будет много времени, чтобы научиться, потому что это то, что мы делаем сейчас. Мы встаем, мы встречаемся, затем мы тренируемся. Физические тренировки и тренировки мобильности мы проводим в Старом городе.

— Когда Джори отремонтировал свою клинику, — сказал Джейсон, — он превратил свой двор в специализированное тренировочное пространство. Так что спасибо за помощь в том, чтобы его не снесли.

— Это был не совсем я, — сказал Нил.

— Конечно, ты, — сказал Джейсон. — Если бы ты не противостоял им и не форсировал конфронтацию, Целитель мог бы подождать, пока они не снесут это место, а затем поразил бы их всех как грешников.

— Мы будем чередовать наше время между разработкой стратегий, их уточнением в тренировочных зонах или тестированием в полевых условиях, — сказал Хамфри.

— Тренировочные зоны — это тренировочный зал, здесь, в облачном дворце, или в миражной камере Хамфри.

— Это не моя миражная камера, — сказал Хамфри.

— Помимо этого, это будут контракты и уведомления авантюристов, — сказал Джейсон. — Это будет наш день, каждый день, до таинственного состязания Эмира. Мы идем на него настолько сильными, насколько можем быть.

— Будет ли это проблемой, Нил? — спросил Хамфри. — Мы ищем кого-то, кто готов работать над этим усердно, так что если это не ты, скажи нам сейчас.

— Не беспокойтесь обо мне, — сказал Нил. — Я ждал команду, которая серьезно относится к приключениям. — Он посмотрел на Джейсона. — Я не был уверен, что это ты.

— Ты можешь судить сам, — сказал Джейсон. — Сегодня мы только говорим. Мы бросаем каждую идею на стену и смотрим, что прилипнет. Завтра мы начнем выяснять, что практично, а что — какая-то чрезмерно сложная идея, которая пришла мне в голову, потому что я забыл, что простота — это король.

Они перешли к обсуждению конкретных стратегий под руководством Хамфри.

— Думаю, вы упускаете то, что должно быть нашей основной стратегией, — сказал Джейсон Хамфри в начале обсуждения.

— Что это? — спросил Хамфри.

— Ты, — сказал Джейсон. — Ты наносишь больше урона, чем большинство, и можешь выдержать больше урона, чем большинство. С Клайвом и Нилом у нас есть два баффера, плюс щиты и исцеление. Нил может даже пополнить твою ману. Мы загружаем все это на тебя и позволяем тебе идти напролом. Добавь сюда твою мобильность, и ты будешь абсолютным ужасом для всего, с чем мы сражаемся.

Неуверенность промелькнула на лице Хамфри.

— Ты уверен, что хочешь полагаться так сильно на меня?

Джейсон покачал головой. — О, Хамфри. Поднимите руки, кто хочет полагаться на Хамфри как на ядро команды.

Софи и Клайв подняли руки вместе с Джейсоном, Нил поднял руку сразу после.

— Это очаровательно, что ты достаточно скромен, чтобы мне пришлось говорить тебе это, Хамфри, — сказал Джейсон, — но все любят и доверяют тебе.

Хамфри оглядел группу, смущенный.

— Теперь, — сказал Джейсон. — Если мы примем это как нашу основную стратегию, вся наша тактика должна быть плавными адаптациями этого стандарта. Что скажешь, Хамфри?

— Ну, есть несколько моментов, которые нам нужно рассмотреть, используя это как стратегию. Первым было бы выявление и отвлечение любого или чего-либо с силой одиночной атаки, чтобы пробить баффы и щиты.

— Значит, Клайв другой команды, — сказала Софи.

— Именно, — сказал Хамфри. — Для других Клайвов мы хотим, чтобы вы с Джейсоном по крайней мере отвлекали и мешали, или, предпочтительно, вывели их из строя.

— Не уверен, что мне нравится эта аналогия с «другим Клайвом», — сказал Клайв.

— А как насчет настоящего Клайва и нового парня? — спросила Софи. — Они не такие мобильные, как остальные из нас, и если мы используем мобильную атаку, они останутся открытыми.

— Да, — сказал Хамфри. — Они станут заманчивой целью, поэтому вместо того, чтобы пытаться прикрыть это, мы используем это.

— Мне нравится, — сказал Джейсон. — Мы уже разработали стратегии, используя Клайва как приманку, так что развивайте их и сделайте Нила вторым сочным червяком на крючке. Превратите то, что кажется слабостью, в оружие.

Клайв и Нил обменялись взглядами.

— Не уверен, что мне нравится этот план, — сказал Клайв.

В этом городе нам тесно

В этом городе нам тесно

Камера миражей создала раскинувшиеся древние руины в пустыне. Это был город, давно мертвый и иссохший. Построенные на склоне холма, ветхие здания цеплялись за крутой склон или были выдолблены прямо в желтой пустынной скале. Туннели и лестничные пролеты то открывались взору, то оказывались погребены под разрушительной силой времени, образуя крысиное гнездо из небезопасных проходов и скрытых уголков. Из горстки уцелевших зданий ни одно не имело соседа в таком же состоянии: склон представлял собой мешанину из обвалившегося кирпича и камня, полуразрушенных стен и заваленных обломками улиц из твердой земли. Воздух дрожал от жары, пока неумолимое солнце палило по глиняным и каменным остаткам города. Среди крутых руин три команды выслеживали друг друга. Прячась и перемещаясь, они рисковали, пробираясь по ненадежным туннелям и крышам, стремясь найти добычу, не став при этом чужой.

— Следите за тенями, — предупредил свою команду Рик Геллер. — Асано — лучший разведчик здесь, и мы все знаем, на что он способен, если дать ему сыграть в свои игры.

— О, у меня припасено немало игр, — голос Джейсона громко разнесся по руинам.

— Он снова за свое, — сказала Клэр Адиа, целительница и одна из двух сестер-эльфиек в команде. — Этот парень такой раздражающий.

— Он просто пытается вывести тебя из себя, — сказала ее сестра сверху. — Он знает, что не может повторить то, что сделал в прошлый раз, но все равно попытается сбить тебя с толку.

Ханна Адиа, ведя разведку с крыши, была лучницей, единственным оставшимся в команде специалистом по дальнему бою. Экспедиция и ее последствия унесли жизни Джоны и Генри Геллера, их защитника первой линии и мага дальнего боя. Их новыми участниками стали Дастин Кеттеринг, местный житель, занявший роль защитника вместо Джоны, и сестра Рика, Фиби.

Двоюродный брат Дастина, Хадсон, был его коллегой в команде Бет Кавендиш и в данный момент являлся врагом. Дастин был классическим защитником: не очень мобильным, но его было крайне сложно обойти или прорвать. Это поставило его на роль члена команды, которого он заменил, в отличие от Фиби. Вместо мага дальнего боя она была быстрым бойцом ближнего боя, использующим рукопашные приемы. Это вынудило команду изменить общую стратегию, так как раньше они держались вокруг своих двух стрелков. Присутствие Фиби не смогло восполнить их прежнюю мощь, но расширило их возможности. За недели после появления новых участников команда работала над стратегиями, которые были менее специализированными, но более адаптивными и универсальными.

Ханна спрыгнула с крыши, легко приземлившись, чтобы воссоединиться с остальными.

— В этой среде он не представляет такой угрозы, как когда нам приходилось преследовать его через те мангровые заросли, — сказала Ханна. — Слышали, как громко он кричал? Он пытается заманить другую команду к нашему местоположению.

В другой части разрушенного города Бет Кавендиш и ее команда двигались с той же осторожностью, что и команда Рика. Бет была широко известна как лидер и целитель команды, но именно опасное сочетание ее способностей по наложению эффектов на обширной площади и контроля делало ее по-настоящему грозной.

Их лучница, Эмили, также вела разведку с крыши, но крутой склон делал это непростой задачей. Команда медленно продвигалась вверх по склону в поисках визуального и тактического преимущества. Эмили была селестиной со светлой кожей и золотистой стрижкой пикси, которая сочеталась с цветом ее глаз. Она носила простую кепку, чтобы солнце не отражалось от ее волос и не выдавало ее позицию.

Их команда состояла всего из четырех человек, по сравнению с пятью у остальных, и они проявляли должную осторожность. Эмили аккуратно спустилась со своей скрытой позиции, возвращаясь к команде.

— У меня есть хотя бы направление, откуда кричал Асано, — сказала она. — Очевидно, он хочет заманить нас к другой команде и добить тех, кто останется. Разведаем и подождем или полностью избежим этого?

— Пусть они проредят друг друга, — сказала Бет. — У команды Джейсона есть его способность голосовой связи, поэтому у них больше тактической гибкости. Мы остаемся в тени и продолжаем двигаться к возвышенности. Ждем, пока остальные столкнутся, а потом выдвигаемся.

— Разве не это собираются делать все? — спросил Нико. Нико Томич был из расы тлеющих, с темной кожей и горящими красными глазами. Нико использовал силы огня и железа, чтобы наносить тяжелый урон в ближнем бою или комбинировать урон и контроль на средней дистанции, что делало его самым универсальным нападающим команды.

— Команда Джейсона будет более активной, — сказала Бет. — Их защитник полагается на мобильность и ограничен в силах, в то время как у команды Рика есть Кеттеринг, а у нас — Хадсон. Мы оба сильнее его группы в плане выдерживания атак, а Хамфри — лучший инициатор, которого только можно пожелать. Они попытаются застать нас в неподходящий момент и извлечь из этого максимум выгоды.

Хадсон был огромным, словно персонаж комиксов, и защитником команды Бет. Он владел силами земли и, подобно Клайву, обладал расовой эволюцией дара, которая сместила его способности со специальных атак на другой тип. В случае Хадсона это была конъюнкция, позволяющая ему создавать каменное оружие, щиты, стены и другие объекты для защиты своей команды.

Как и предсказывала Бет, три команды двигались по разрушенному городу медленно и осторожно. Команда Джейсона предприняла несколько попыток заманить одного из своих противников в необдуманную атаку, но безуспешно, после чего перегруппировалась для обсуждения следующего шага.

— Обе команды крайне осторожны, — сказал Хамфри. — Они не желают рисковать, растягиваясь, потому что знают, что им лучше защищаться, будучи готовыми. Все ждут несчастного случая или ошибки, которые переломят ситуацию, позволив им ворваться и добить остальные команды.

— Так что нам делать? — спросил Нил.

— Лучший вариант — ударить первыми, — сказала Софи. — Если мы сможем подавить ключевого защитника в обеих командах, это откроет остальную часть команды для наших атак. Мы зарядим Хамфри силами и используем это, чтобы пробить их сильнейшего бойца первой линии и зачистить остальных.

— Инициирование прямого противостояния дорого нам обойдется в долгосрочной перспективе, — сказал Хамфри. — Даже если другая команда не успеет вовремя, чтобы взять нас в клещи вместе с группой, с которой мы уже сражаемся, они будут свежими, а мы — израненными, когда они появятся.

— Однако отсиживаться в обороне больше подходит другим командам, чем нам, — сказал Клайв. — Наша основная стратегия — наступательная, опирающаяся на мобильность и мощь. Нам лучше противопоставить наши сильные стороны их сильным сторонам, чем наши слабости — их, э-э, средним.

— Их средним? — переспросил Нил.

— Да, их средним, — подчеркнуто сказал Клайв. — Я это сказал и буду стоять на своем.

Джейсон усмехнулся, покачав головой.

— Ты прав, Клайв, — сказал он. — Это не те команды, которых мы можем победить чем-то, кроме наших лучших качеств. Хамфри тоже был прав. Если мы хотим застать их врасплох, это должно произойти, когда они будут двигаться, чтобы воспользоваться ошибкой.

— Что ты предлагаешь? — спросил Хамфри.

— Я предлагаю нам совершить ту самую ошибку, которую они оба ищут. Они оба ждут, когда кто-то другой ввяжется в драку, поэтому мы ввяжемся в нее, а затем устроим засаду, когда они бросятся на помощь. Я нашел хорошее место, когда бродил здесь раньше. Ты ведь хорош в тех ритуалах иллюзий, о которых рассказывал, верно, Клайв?

— В полевых условиях? — сказал Клайв. — Если ты не хочешь, чтобы любая старая способность восприятия видела сквозь нее, я не могу сделать ничего лучше, чем глухую стену.

— Это пойдет, — сказал Джейсон. — Нам просто нужно, чтобы они думали, что есть только один вход, чтобы мы могли выскользнуть, когда они влезут внутрь.

— Итак, с кем мы будем сражаться? — спросила Софи.

— Друг с другом, очевидно, — сказал Джейсон.

* * * Эмили склонила голову, прислушиваясь.

— Слышали?

Бет жестом призвала к тишине. Вскоре они услышали шум срабатывания взрывной способности.

— Они нашли друг друга? — спросил Хадсон.

— Это может быть уловка, чтобы выманить нас, — сказала Бет. — Двигайтесь медленно и тихо; подождем, не продолжится ли это.

Они двинулись вперед осторожным шагом, Эмили разведывала путь к каждому новому укрытию, прежде чем они его занимали. По мере приближения к шуму они услышали, что бой в самом разгаре: применялись способности, сталкивалось оружие.

— Хорошо, — сказала Бет. — Ускоряемся, но не слишком сильно. Мы хотим добраться туда, когда они уже выдохнутся друг на друге.

Они ускорились, двигаясь по пути, Эмили снова разведывала впереди, пока они приближались к звукам продолжающегося боя. Когда они подошли ближе, Эмили жестом велела им остановиться. Она вернулась и собралась с остальными, спрятавшись под разрушенной стеной.

— Шум доносится изнутри холма, — сказала Эмили. — Там обрушившееся здание, которое открыло доступ к туннелю. Я мельком видела бой внутри, но не стала испытывать судьбу.

— Есть другие входы? — спросила Бет.

— Не могу исключать, но я не видела, — сказала Эмили. — Мое предположение: одна из команд заметила, как другая входит, и напала на них.

— Ладно, — сказала Бет. — Действуем по нашему стандартному трехэтапному шаблону атаки. Способности контроля на любые свободные угрозы; обязательно называйте свои цели. Это касается тебя, Нико. Затем накрываем бой площадной атакой и зачищаем тех, кто еще способен сражаться. Когда будешь готов, Хадсон.

Хадсон кивнул, его тело приобрело цвет пустынного камня, плоть трансформировалась в живую породу. Затем он вырвался из укрытия, остальные члены команды последовали за ним. Они бросились вверх по склону к разрушенному зданию и в туннель, балансируя между спешкой и осторожностью, пробираясь сквозь обломки. Туннель был около дюжины метров в длину, за ним открывалась тьма, прорезаемая вспышками магического света. Они рванулись вперед, мельком видя сталкивающиеся фигуры. Похоже, несколько фигур нормального размера сражались против одной, которая возвышалась даже над Хадсоном.

— Стойте! — крикнула Бет, и все остановились. — Заткните дыру!

Реагируя без вопросов, Хадсон протянул руку вперед, и плита из пустынного камня поднялась, запечатав конец туннеля и отгородив их от комнаты.

— Что это? — спросил Хадсон позже.

— Это были призывы, — сказала Бет. — Отступаем, сейчас же.

Они начали спускаться обратно по туннелю, когда в него влетела стрела. Она вошла под углом, ударившись о стену, но не потеряв инерции, отрикошетила. Более того, стрела раздвоилась, и теперь две стрелы пронеслись по туннелю под разными углами. Они продолжали отскакивать и множиться, зигзагами пролетая по туннелю, а замкнутое пространство позволяло им превратиться в шторм из стрел. Хадсон действовал быстро, поставив еще одну стену между ними и выходом, заперев их с обоих концов, но защитив от атаки стрелами.

— Это были обе мои способности стены, — сказал Хадсон. — Скоро они не появятся.

— Ты молодец, — сказала Бет и указала на новую стену. — Это твоя стена из осколков камня, верно?

— Да.

— Тогда посмотри, не сможешь ли ты проложить нам путь с ее помощью. Выпусти нас отсюда.

Хадсон прошел от передней части своей команды к задней. Первая стена, которую он создал, была самой прочной; простая способность создания стены из его сущности крепости под названием «Оплот». Вторая способность называлась «Стена осколков» и могла превращать защиту в нападение. Он щелкнул пальцами, и стена взорвалась, устремившись от него волной острых каменных осколков, осыпав Рика и Дастина, которые находились по ту сторону.

Двоюродные братья были в противоборствующих командах, но выполняли схожие роли. Они оба были огромными, защищая свои команды при поддержке своих стихийных сил. Хадсон превратил себя в камень, а Дастин был облачен в доспехи, выкованные полностью из льда. Осколки взорвавшейся стены вонзились в них, не пробив насквозь.

Стоя рядом с Дастином, Рик также имел тяжелую броню, но без полного покрытия, которым наслаждался Дастин. Он избежал большей части урона, но все же получил несколько порезов и царапин, которые игнорировал. Как только две команды заметили друг друга, Бет уже начала читать заклинание.

— Пусть яд дрейфует на ветру.

Она широко открыла рот, и из него хлынули цветочные лепестки, устремившись вверх по туннелю. Это были лепестки лотоса, темно-зеленые, фиолетовые и черные. Они вырвались из туннеля на потоке воздуха, пролетая мимо ее товарищей по команде без инцидентов, но прилипая к вражеской команде. Везде, где они касались плоти, они быстро растворялись в коже.

Прежде чем эффекты лепестков стали заметны, Нико шагнул вперед и выдохнул конус огня, подобно дракону. Между таинственными лепестками и ревущим пламенем импульс команды Рика был полностью остановлен.

— Хадсон, — позвала Бет.

Мгновение спустя под их ногами поднялся каменный блок. Он понес их по туннелю, как плот по быстрому течению, земля рябила, словно вода, когда они проносились мимо. Хадсон стоял впереди, создавая огромный каменный щит, пока они на полной скорости вылетали из туннеля.

Там, где каменный блок нес команду Бет, твердая сухая земля стала мягкой и неустойчивой. Когда они выбрались из туннеля, Рик и Дастин были вынуждены отступить, так как зыбкая почва лишила их уверенной опоры.

Со скрытой позиции команда Джейсона наблюдала за происходящим. Хамфри похлопал Клайва по плечу как раз в тот момент, когда каменный плот вылетел из туннеля, и Клайв щелкнул пальцами. Магическая руна, которая появилась, осталась незамеченной под плотом, но все же взорвалась вверх. Каменный блок поглотил большую часть силы, но разлетелся на куски, фонтанируя вверх, словно гейзер.

Бет и Эмили были отброшены силой взрыва, порезанные и побитые кусками камня. Хадсон и Нико были удержаны на месте своими защитными способностями, их состояние отражало силу этих способностей. Нико пошатнулся, раненый и дезориентированный, в то время как Хадсон остался совершенно невредимым. Он огляделся, оценивая состояние команды Рика.

Сам Рик выглядел опаленным, но функционально был не ранен, хотя чувствовал головокружение от ядовитых лепестков, которые попали на его открытые руки и лицо. Дастин стоял твердо, как и его ледяная броня. Она выталкивала каменные осколки от взрыва стены и затягивала трещины. Было некоторое подтаивание от огненного дыхания, но оно также быстро восстанавливалось.

Фиби была без доспехов и находилась прямо за Риком и Дастином, готовая двинуться по туннелю, прежде чем их отбросило назад. Она попыталась использовать Дастина как щит от огненного дыхания, но приняла на себя основную массу ядовитых лепестков. Она уже отпрянула назад, протянув руку ладонью вверх. Капли черной, фиолетовой и зеленой жидкости начали падать вверх с ее ладони, собираясь в маленький шар, парящий над рукой.

Пока Фиби очищала себя от яда, последние члены ее команды уже приступили к работе. Сестры-эльфийки были далеко позади, избежав площадных атак. Клэр очищала Рика от яда с помощью заклинания, в то время как Ханна наложила стрелу на тетиву. Наконечник стрелы светился, свет быстро нарастал, пока не начал стробировать. Она прицелилась в Бет, которая все еще лежала после взрыва.

Все происходило одновременно, хаос царил на поле боя. Фиби жестом руки отправила шар яда в Эмили, вражескую лучницу, которая, как и Бет, все еще лежала на земле.

Хадсон видел, как Ханна готовит стрелу, и двинулся, чтобы встать на ее пути, прежде чем она была выпущена, но Дастин перехватил его. Рик и Нико двинулись друг на друга, Рик уже держал меч, а в руках Нико появился огромный железный молот. Нико заметно увеличился, и грубый молот рос вместе с ним. Даже рукоять была сделана из темного железа, которое начало светиться от жара.

Ханна выпустила стрелу в Бет, но на ее месте появился Хадсон, в то время как она оказалась там, где он только что стоял. Светящаяся стрела вырвала кусок из торса Хадсона, который осыпался с него каменными фрагментами. Дастин, внезапно обнаружив Бет перед собой, создал по ледяному топору в каждой руке и начал наносить удары.

Бет активировала способность, которую она делила с Софи, под названием «Между каплями дождя». Она получила ее через сущность воды вместо сущности скорости, но функционально она была такой же. Ее пространственное восприятие и рефлексы совершили скачок вперед ценой быстрого расхода выносливости и маны, что стоило того, чтобы избежать атак Дастина.

После того как Фиби бросила ядовитый шар, она начала двигаться еще до того, как он попал в цель. Эмили вытянула руку, в которой появилась стрела со светящимся наконечником. Когда ядовитый шар попал в нее, она вонзила стрелу в землю. Произошла ударная волна, отбросившая Фиби назад, а саму Эмили подбросившую в воздух. Она не пострадала от собственной силы, даже используя импульс, чтобы перевернуться назад и приземлиться на ноги. Однако она сразу почувствовала головокружение, так как ядовитый шар подействовал.

Со своей позиции команда Джейсона наблюдала за разворачивающимся конфликтом.

— Ситуация стабилизируется, — сказал Хамфри. — Пора вмешаться, снова навести беспорядок. Все знают, что делать.

Команда кивнула, и Хамфри посмотрел вверх, телепортируясь высоко в небо.

Второй по силе Железный ранг

Второй по силе Железный ранг

После первоначального хаоса две столкнувшиеся команды начали приходить в себя. Это был тот самый момент, когда крылатая смерть рухнула с небес в образе Хамфри Геллера. Пикируя вниз со своей специальной атакой «ныряющая бомба», с расправленными крыльями, его силы были усилены Клайвом и Нилом. Круг магических рун парил вокруг него, а его меч светился светом. Он был вдвое больше своего обычного размера, с соответствующим увеличением силы от заклинания Нила «Мощь гиганта».

Хамфри держал меч острием вниз, в обратном хвате двумя руками. Хадсон все еще лежал после своего телепортационного обмена с Бет, когда Хамфри приземлился с буквально сотрясающей землю силой, и его клинок обрушился на Хадсона, отбивая куски его каменного тела. Лезвие меча Хамфри нашло именно то место, где Хадсон только что был ранен, передав всю мощь множественных усилений, массивного падения и двух объединенных специальных атак Хамфри.

Почти любой Железный ранг погиб бы от одного этого удара, но Хадсон был не просто любым Железным рангом. Более половины его торса и одна рука просто исчезли, превратившись в каменную пыль. Он был все еще тяжело ранен и лежал плашмя, когда Хамфри поднялся из приседа, в котором приземлился, все еще почти вдвое выше своего обычного роста от заклинания Нила. Он поднял меч и снова опустил его. Хадсон поднял оставшуюся руку, и появился каменный щит, чтобы перехватить атаку.

Невероятный эффект от появления Хамфри на поле боя приковал все взгляды, пока остальная часть его команды появлялась незамеченной. У Клайва был большой посох, из которого он выпустил магический заряд в сестер-эльфиек. Клэр и Ханна были в значительной степени отделены от битвы, что оставляло их свободными для лечения и поддержки дальним боем соответственно.

Нил также вышел с Клайвом, но не действовал, вместо этого приготовившись вмешаться своими способностями при необходимости. Третий член команды, рунная черепаха Онслоу, не был прирожденным засадником и степенно выбирался из укрытия позади них.

Взрыв от посоха Клайва потрещал по щиту Клэр, рассеявшись без какого-либо эффекта, кроме привлечения внимания двух эльфиек. Сестры не поняли, что это был лишь отвлекающий маневр, когда они повернулись лицом к Клайву и Нилу, отвернувшись от своих теней, отбрасываемых на землю ярким солнцем. Благодаря отточенному контролю ауры Джейсона, они не заметили, как его темная фигура поднялась из собственной тени Клэр.

Клэр выпустила заряд из жезла, а Ханна запустила стрелу, которая загорелась в полете. И Клайв, и Нил обладали той же способностью «Магический щит», что и Клэр, атаки ударялись об их невидимые щиты. «Магический щит» был силой, которую каждый из них получил из разных сущностей, но эффекты были одинаковыми, нейтрализуя атаки ценой маны.

Однако слабости были такими же: они не препятствовали не-атакам или атакам, совершенным изнутри их сферы. Это была слабость, которая уже стоила Клэр поражения раньше, из-за пиявок Джейсона, и она собиралась стоить ей снова. Стоя позади нее, Джейсон полоснул рукой по лезвию на своем браслете и проник внутрь щита Клэр.

Пиявки посыпались на нее, вызвав пронзительные крики, заставившие ее сестру обернуться, чтобы увидеть, что произошло. Джейсон направил руку на Ханну, которую также обдало пиявками. Обе сестры были покрыты зубастыми пиявками, и «Команда Колин», самый мощный и ужасающий фамильяр Джейсона, принялась за работу.

Телепортационный обмен Хадсона убрал Бет с пути стрелы, но поставил ее прямо перед Дастином и его ледяными топорами. Ее способность «Между каплями дождя» позволила ей избежать его атаки и выйти из зоны непосредственного досягаемости, но не из зоны атаки. Он начал метать ледяные шипы, заставляя ее держать внимание на нем, а не на поле боя.

У нее не было времени оценить состояние своей команды, не говоря уже о том, чтобы руководить ими, как она привыкла. С того момента, как команда Рика зажала ее в тиски, и до того, как их прорыв был прерван тем, что взорвало каменный плот Хадсона, она была в обороне.

Лучница Бет, Эмили, также находилась под давлением. Она вела оборонительный бой, так как ее неустанно преследовала быстрая и мощная Фиби Геллер. Пораженная ядовитым шаром, который Фиби использовала на ней, Эмили попадала стрелами в Фиби, но наносила лишь незначительные ранения. Фиби это не останавливало, она медленно, но верно сокращала дистанцию.

Тем временем Хамфри продолжал колотить бойца первой линии Бет, Хадсона. Хадсон был на пределе своих возможностей, ползая по земле и создавая щит за щитом, которые Хамфри разбивал. Несмотря на свои усиления, Хамфри находил Хадсона досадно трудным для добивания. Его усиление размера спало, вернув Хамфри к нормальным пропорциям, но он не отступал.

Последним членом команды Бет был Нико, использующий свои силы огня и железа, чтобы сражаться с Риком Геллером. Способности Нико включали усиление размера, которое он мог использовать на себе, но дополнительное пространство, которое он занимал, оказывалось скорее помехой, чем преимуществом. Стоя по колено в грязи, против роя пиявок, Рик был неважным бойцом, но это была открытая местность. Свободно двигаясь и имея перед собой одного крупного врага, Рик был ужасен в ближнем бою; воплощение скорости и силы, чьи атаки были столь же мощными, сколь и неумолимыми.

Из четырнадцати бойцов на поле ни один не был слабаком, но Рик был лидером своей команды не просто так. Никто не обвинил бы Нико в недостатках как искателя приключений, но Рик просто превосходил его. Он обрушил на Нико всю досаду от неудачи за неудачей, которые понесла его команда, потеряв не только членов команды, но и семью. Рик был неумолим и подавляющ, его меч находил Нико снова и снова, заставляя того отступать, стремительно накапливая ранения.

Бет выиграла себе время, воспользовавшись собственной силой Дастина. Одно из ее заклинаний быстрой атаки называлось «Водяной резак», которое выпускало луч воды, достаточно твердый и плотный, чтобы разрезать как минимум немагический металл. Между ледяными шипами она выстрелила им прямо в лицо Дастина. Он не пробил его ледяной шлем полностью, но вода замерзла на передней его части от холода брони, ослепив его непрозрачным слоем льда.

Дастин не беспокоился, сбив лед кулаком; у Бет не было сил навредить ему за то короткое мгновение, которое он потратил на прояснение зрения. Однако атака не была причиной, по которой она выиграла это время. Она использовала его, чтобы осмотреть поле боя.

Она увидела своих товарищей по команде разбросанными и отступающими. Они были на грани уничтожения, и она знала, что должна вмешаться, начав читать заклинание, пока Дастин счищал мешающий лед. Он метнул в нее ледяной шип, но она уклонилась от него и продолжила заклинание.

— Пусть прохладные воды станут горнилом избавления, влекущим достойных в кокон мира и возрождения.

Как раз когда Дастин добрался до нее, гигантские магические цветы лотоса появились вокруг Бет, Эмили и Нико, полностью окутав их. Бет не успела завершить заклинание вовремя, чтобы спасти Хадсона, которого наконец добил Хамфри. Люди, атакующие троих, теперь скрытых внутри лотосов, обнаружили, что их атаки безвредно отскакивают.

— Они ничего не могут сделать изнутри, но и мы не можем их ранить, — сообщил Хамфри через групповой чат. — Идите на команду Рика.

Скрытая атака Джейсона опустошила сестер-эльфиек, которые бились на земле под грудами кровавых пиявок. Софи, еще не появившаяся, внезапно начала скрытую атаку на Фиби, которая была в растерянности перед окутанной лотосами Эмили. Она уклонилась от скрытой атаки, оттанцевав в сторону, чтобы создать дистанцию, и женщины приготовились к бою.

— Тебе следовало бы попросить Асано поработать над твоим втягиванием ауры, — сказала Фиби. — Его практически незаметна, а твоя только что выдала тебя.

— Скрытность — это действительно его область, — сказала Софи. — Я больше по части ударов, а для этого аура не нужна.

Они столкнулись в серии ударов, прежде чем одна из специальных атак Фиби разбросала их, обе женщины ловко приземлились.

— Ты совершила ошибку, даже придя за мной, — сказала Фиби. — Если бы ты пошла за Бет, она бы не защитила свою команду.

— Но тогда нам пришлось бы сражаться с обеими командами, — сказала Софи со злобной усмешкой.

Глаза Фиби расширились от осознания.

— Хамфри знает способности Бет, — сказала она. — Он предсказал, что она сделает.

— Хамфри хороший парень и не скажет этого, — сказала Софи, — но я думаю, он сыт по горло тем, что его называют вторым по силе Железным рангом.

Фиби оглядела битву. Сестры-эльфийки не собирались возвращаться из своего затруднительного положения, но Рик и Дастин перегруппировались, чтобы сразиться с Хамфри. Джейсон вышел из ближайшей тени.

— Приятно, что ты завела друга, но ты должна сражаться с ней, — сказал он Софи.

— Я новичок в этом, — сказала Софи. — Я ждала, когда большой сильный мужчина спасет меня.

— Правда? — спросил он.

— Правда, — сказала Софи. — Если бы ты мог пойти и разобраться с Хамфри, было бы здорово.

— Ну, это просто обидно, — сказал Джейсон.

— Ты знаешь, что я все еще здесь, верно? — сказала Фиби.

— Полагаю, нам стоит разобраться с тобой, — сказал Джейсон.

— О, вы собираетесь разобраться со мной, да?

— Таков план, — сказал Джейсон. — Займи ее, хорошо, Векслер?

Софи бросилась в атаку, прежде чем он закончил говорить, Фиби ловко защищалась. Джейсон посмотрел на Фиби.

— Кровоточи для меня.

Кровь начала течь из глаз и носа Фиби, когда он произнес еще одно заклинание.

— Неси клеймо своих прегрешений.

Фиби отвлеклась, когда сигил выжегся на ее лице, получив удар кулаком в ребра от Софи.

— Твоя судьба — страдать.

— У тебя есть несколько мерзких заклинаний, — сказала Фиби, все еще сражаясь с Софи. Внезапно она вырвалась и бросилась на Джейсона. Двигаясь, она увидела, как он бросил что-то на землю, и оказалась окутана мутной тьмой. Это была не полная тьма, так как она могла видеть фигуры, движущиеся в странной зоне теней. Она узнала эффект как один из его метательных дротиков и знала, что он покрывает лишь небольшую область. Сделав немедленный рывок наружу, она почувствовала легкий порез на руке, когда выбралась на свет.

Полностью осознавая, на что способны силы Джейсона, Фиби протянула руку, чтобы очиститься от токсинов, так же, как она делала ранее, собирая их в шар. Софи не дала ей шанса, вынудив защищаться от возобновившейся серии атак. В их первоначальном столкновении у Фиби было преимущество. У Софи было преимущество в технике боя, но у Фиби было больше сил и больше опыта их использования. Ситуация изменилась, так как Фиби нужно было уйти и очиститься, прежде чем недуги Джейсона одолеют ее. Хотя Фиби была сильнее, силы Софи сочетали защиту с ошеломляющей скоростью. Она не смогла бы быстро победить Софи или перегнать ее и сбежать.

Пока Софи и Джейсон противостояли Фиби, Рик и Дастин перегруппировались, так как их противники были заперты в лотосах. Вместо этого они повернулись к Хамфри, только что закончившему с Хадсоном. При прочих равных условиях Хамфри и Рик были достойными соперниками с довольно схожими стилями боя. Добавление Дастина помогло Рику, но у Хамфри были Клайв, Нил и наконец появившаяся рунная черепаха Онслоу, чтобы поддержать его.

Способность Нила усиливать и лечить была ценной, но не простой в использовании. Что привлекло внимание Руфуса Ремора, так это способности Нила к созданию щитов. Способности щита, которые он мог использовать на союзниках, длились лишь мгновения и заканчивались после поглощения только одной атаки. Без хорошего суждения и тайминга обе могли быть легко потрачены впустую, оставаясь недоступными до тех пор, пока не закончится время восстановления. Способность «Взрывной щит» отбрасывала всех поблизости, когда щит перехватывал атаку. Другая способность, «Поглощающий щит», восполняла ману защищаемого человека. Чем больше урона предотвращалось, тем больше маны восстанавливалось.

Используя голосовой чат, Нил предложил повторно применить силу роста размера, но Хамфри отказался, не повторяя ошибку Нико. Клайв обновил свои усиления, круг рун, который вызывал эффекты при атаке, и отражающее урон усиление, «Мантия возмездия». Нил все же обновил свою другую способность усиления, «Броня обновления», которая уменьшала получаемый урон и давала исцеление со временем.

Хамфри столкнулся с Дастином и Риком. Двое противников должны были оказывать на него давление, но Хамфри потратил недели, открывая свои пределы под защитой Клайва и Нила. Он оставлял бреши, чтобы наносить атаки, доверяя щитам и лечению Нила, позволяя срабатывать эффектам возмездия Клайва. Клайв обеспечивал поддержку дальним боем, чередуя залпы посоха с использованием собственной маны для перезарядки способностей панциря Онслоу.

Трое против двоих было невыгодно для Рика и Дастина, но они держались. Они также усердно тренировались, и Дастин использовал свои ледяные силы, чтобы защитить Рика и подготовить контратаки. Мощные атаки Хамфри приводили к тому, что его меч ударялся о внезапно появившуюся ледяную стену, которая взрывалась острыми осколками, полосующими его, как ножи. Порывы ледяного воздуха отбрасывали его и замедляли его рефлексы с помощью холодных дебаффов. Хамфри сделал финт против Рика, чтобы ударить Дастина, но тот был заменен ледяным клоном, когда телепортировался на небольшое расстояние. Ледяной клон разбился под атакой, снова осыпав Хамфри ледяными осколками.

Этого было недостаточно. Хамфри все больше и больше загонял их в оборону, их атаки либо блокировались щитами, либо исцелялись заклинанием «Световой луч жизни» Нила. Было ясно, что если ничего не изменится, они неизбежно проиграют.

— Идите на целителя, — рявкнул Рик.

Дастин отступил, Хамфри не пытался его остановить. Дастин бросился на Клайва и Нила, в то время как Хамфри использовал отвлечение Рика, чтобы поймать его прямо в грудь ударом ноги, заставив пошатнуться назад. К удивлению Рика, вместо того чтобы использовать преимущество, Хамфри посмотрел в небо и телепортировался прочь.

Клайв посмотрел на Хамфри, находившегося более чем в ста метрах в воздухе, затем вниз на атакующего Дастина. Он улыбнулся и прочел заклинание.

— Обмен судьбами.

Внезапно Хамфри оказался там, где Дастин атаковал Клайва. Рик посмотрел в замешательстве, затем вверх в небо, откуда доносился все нарастающий звук. Крик Дастина оборвался в тот же момент, что и его падение.

Команда Рика была фактически закончена. Сестры поддались Колину. Фиби была еще жива, но слишком обессилена, чтобы сражаться, что оставляло Рика единственным активным бойцом. Хамфри повернулся, чтобы встретить его, но способность видения Клайва могла видеть магию оболочек лотоса, которая вот-вот должна была закончиться, и предупредила команду.

Хамфри направил команду быстро собраться, что не заняло много времени. Он уже был близок к Клайву и Нилу, в то время как Джейсон появился из ближайшей тени. Софи двигалась так быстро, что казалось, будто она скользит над землей, а не бежит.

Внутри своей оболочки лотоса Бет понятия не имела, что ждет ее снаружи. Ей придется полагаться на быстрые действия и еще более быстрое мышление, когда ее заклинание спадет. Потеря Хадсона была ударом, но Нико и Эмили будут полностью исцелены, с восстановленной маной и выносливостью. Она надеялась, что команды Хамфри и Рика потратили время на то, чтобы разорвать друг друга на части, что позволило бы ее команде выбраться и добить оставшихся.

Оболочка лотоса спала, и ее взгляд немедленно упал на команду Хамфри. Они выглядели невредимыми, но были собраны вместе в удобную кучу. Она произнесла заклинание, стремясь успеть, пока они не среагировали на спадение оболочек и не рассеялись.

— Сталерезные шипы, прорвитесь и сделайте землю своей.

Колючие лозы изверглись из твердой земли, раскалывая камень по мере появления, полностью окутывая команду Джейсона. Острые шипы вонзились в них, даже пронзив созданную Хамфри броню из драконьей чешуи. Они не проникли глубоко, но все они были связаны так, что любое движение заставляло шипы вонзаться в них. Как только шипы начали расти, Бет двинулась в их сторону. Эмили и Нико также готовились начать атаки в тот момент, когда шипы перестанут закрывать команду Джейсона.

— Клайв и Нил, вперед, — сказал Хамфри через голосовой чат.

Не нуждаясь в движении для произнесения заклинаний, Нил и Клайв оба начали читать длинные заклинания. Этого времени хватило, чтобы Бет успела добежать до края шипов и прочитать свое собственное заклинание. По завершении она открыла рот, из которого хлынула волна зеленых спор, затопив поле шипов.

Все они начали получать сообщения от способности интерфейса Джейсона.

Заклинание [Облако спор] наложило на вас [Споровый токсин].

Вы сопротивлялись [Облако спор].

[Облако спор] не возымело эффекта.

Вы получили экземпляр [Сопротивляемость].

Застряв в облаке, сообщения продолжали повторяться. Только Джейсон сопротивлялся всем спорам, но аура Софи помогала остальным сопротивляться многим из них. Джейсон использовал свой «Пир отпущения грехов» на Клайве и Ниле, чтобы очистить их, пока они читали свои заклинания.

Нил завершил свое, и в воздухе над шипами появился богато украшенный фонтан воды, парящий в воздухе. Он распылял воду на людей в поле шипов, исцеляя их раны.

Заклинание [Фонтан жизни] исцеляет вас со временем.

Вскоре после этого Клайв завершил свое заклинание. Высоко в небе магический свет вычертил форму огромного глаза в красном и золотом свете.

Вы вошли в зону, затронутую [Око кармы]. Когда вы получаете урон, инициатор этого урона также получит урон.

— СЕЙЧАС! — крикнул Хамфри, и вся команда начала проталкиваться в шипы. Парящий фонтан постоянно исцелял их, даже когда шипы ранили их. Бет закричала, когда ответный урон от пяти человек, пронзенных по всему телу, разорвал ее плоть в клочья. Когда она умерла, шипы завяли, оставив фонтан исцелять их от любого оставшегося урона.

Когда шипы завяли, с неба обрушился град стрел, и их обдало огненным дыханием, так как Эмили воспользовалась шансом нанести удар. Однако это было слишком мало и слишком поздно, так как фонтан все еще исцелял их. С их командой, превосходящей по численности выживших из обеих других вместе взятых, исход был неизбежен. Рик и Нико сформировали временный союз, но были подавлены Хамфри, Софи, Нилом и Клайвом.

Джейсон тем временем преследовал Эмили. В отличие от обычного преследователя, она никогда не знала, из какой тени он появится, и быстро поняла, что бежать бессмысленно. Вместо этого она приготовилась осыпать его стрелами, если он появится. В конце концов, он заманил ее. Когда он появился из теней, она выпустила свою самую сильную специальную атаку, отступая и создавая дистанцию между ними. Она отступила прямо в ожидающую массу пиявок.

* * * В диспетчерской камеры миражей были установлены дополнительные платформы, чтобы вместить четырнадцать человек. Участники встали и потянулись. Их настоящие тела лежали в комфорте, но все они чувствовали себя измотанными.

Бет подошла к Хамфри, пожимая ему руку.

— Ты полностью предугадал меня, — сказала она ему. — Это была хорошая победа.

— Это недостаток того, чтобы быть лучшим искателем приключений в городе, — сказал он ей, не в силах скрыть свою победную улыбку. — Все обращают внимание на твои способности.

— Это было очень хорошо, — сказала Даниэль, стоя рядом с панелью управления.

— Согласен, — сказал Эмир, стоя рядом с ней. — У вас всех будет хороший шанс в моем маленьком состязании.

— Когда вы собираетесь сообщить больше подробностей об этом? — спросил Джейсон.

— Только когда ваше соревнование прибудет в город, — сказал Эмир. — Это должно произойти со дня на день.

Прибытие

Прибытие

— Можете начинать, кандидат Векслер, — сказал Винсент. Чиновник Общества искателей приключений с возмутительными усами руководил оценкой Софи, точно так же, как он делал это с Джейсоном. Софи кивнула, сойдя с дороги в поле урожая, который был выше нее.

— Было сообщено о девяти травяных дротиках, — сказал Винсент другим кандидатам. — Пока кандидат Векслер охотится за ними, у нас будет время обсудить остальную часть сегодняшних объявлений. Те из вас, кто еще не продемонстрировал свою пригодность на удовлетворительном уровне, должны стремиться стать добровольцами…

Он замолчал и посмотрел на посевы, откуда появилась Софи, с трудом неся четырех мертвых жуков размером с небольших собак. Группа наблюдала, как она свалила их на дорогу, у каждого в панцире было отверстие размером с кулак.

— Согласно списку Магического общества, — сказала Софи, — панцири этих штук довольно ценные. Ты говорил, что знаешь ритуалы сбора урожая, верно, Клэй?

— Э-э, да, — сказал Клэй. — Они уже были мертвы?

— Если бы они были уже мертвы, они бы уже превратились в радужный дым, — сказала Софи. — Просто собери эту партию, и мы разделим поровну. Я пойду еще наберу.

— Как ты поймала их так быстро? — спросил другой кандидат.

— Думаю, эти были бракованными, — сказала Софи. — В списке Магического общества говорилось, что они быстрые, но эти казались немного вялыми. К тому же они не могут скрыть свои ауры, поэтому моя способность восприятия позволяет легко их найти.

Софи нырнула обратно в поле.

— Я бы не стал придавать большого значения тому, что кандидат Векслер считает медленным, — посоветовал Винсент другим кандидатам. — Ее перспектива несколько искажена.

* * * На сортировочной площадке Джейсон и Белинда были частью толпы, ожидающей возвращения группы оценки Софи. Это был первый набор в Общество искателей приключений после экспедиции; последний был отменен после той катастрофы и вторжения следственной группы. Для этой оценки Винсент был объединен с членом той команды, который в основном наблюдал в молчании. Это была также группа меньше обычного, так как семьи внезапно стали более осторожными в отношении того, чтобы подвергать своих молодых людей потенциальному вреду.

— Она пройдет, верно? — нервно спросила Белинда.

— Должна, — сказал Джейсон. — Винсент не даст ей легкий проход просто так, но она лучше, чем я был, когда проходил свою оценку.

— Она лучше, чем ты сейчас, — сказал Нил. Вся их команда ждала ее в знак солидарности.

— К вашему сведению, люди находят меня очень страшным, — сказал Джейсон.

— Ты носишь розовую рубашку с принтом тропических цветов, — сказал Нил.

— Они могут быть ядовитыми цветами; ты не знаешь.

— Мое беспокойство вызывает член следственной группы, которого они прислали, — сказал Хамфри. — Он должен оценивать выполнение Винсентом оценки, но он может просто завалить всех в качестве какого-то примера.

— Они могли бы просто прислать Руфуса для этого, — сказал Джейсон. — Он завалил всех, когда проводил оценку.

— Он не завалил меня, — сказал Нил.

— Он завалил меня, — сказал Хамфри.

— Он завалил меня еще до того, как все началось, — сказал Джейсон. — Он не позволил мне пройти, сказал не беспокоиться, потому что я определенно провалюсь.

— Он был прав? — спросил Клайв.

— О, да, — сказал Джейсон. — Несколькими неделями ранее я был помощником менеджера в магазине канцелярских товаров.

— В каком магазине? — спросила Белинда.

— Канцелярских товаров, — сказал Джейсон. — «Станция-Орлиное гнездо», где мы по-ястребиному относимся к вашим потребностям в офисных принадлежностях.

— Это кому-нибудь понятно? — спросил Нил.

— Лучше просто позволить ему продолжать и не задавать вопросов, — сказал Клайв. — Это ведет к безумию, поверь мне.

— Мне любопытен его мир, — сказала Белинда.

— Там много различий, — сказал Джейсон. — Больше брошюр, например. Приходишь в отель, а там стойка с брошюрами местных достопримечательностей. Я здесь такого не видел.

— Брошюр, — сухо сказал Нил.

— Да, — сказал Джейсон. — Сложенные листы бумаги с напечатанной информацией. У вас здесь их, похоже, не так много. Может, мне стоит начать бизнес. Я мог бы стать магнатом брошюр.

— Еще не поздно сменить команду? — спросил Нил. — Кто-то должен искать целителя.

Повозка въехала на сортировочную площадку, кандидаты Общества искателей приключений вылезали, когда она остановилась. После нескольких слов Винсента они разошлись, чтобы встретиться со своими семьями, некоторые выглядели уверенными, другие — угрюмыми. Винсент обменялся коротким разговором со следственным чиновником, прежде чем последовать за Софи к их группе.

— Как думаешь, как ты справилась? — спросила Белинда, обнимая Софи.

— Тебе придется спросить этого парня, — сказала Софи, ткнув большим пальцем в сторону Винсента.

— Мы составим наши оценочные отчеты сегодня, а окончательные результаты будут вывешены завтра, — сказал Винсент. — Не думаю, что кандидату Векслер есть о чем беспокоиться.

— Как был следственный чиновник? — спросил Хамфри.

— Жесткий, но справедливый, — сказал Винсент. — Он не требовал такого высокого стандарта, как Руфус, но он, безусловно, не собирался терпеть обычный стандарт Гринстоуна.

— Значит, мы можем ожидать лучших искателей приключений с этого момента? — сказал Клайв.

— На какое-то время, — сказал Винсент. — Как долго потребуется, чтобы вернуться к старым шаблонам, кто знает. Культура Общества искателей приключений задается на вершине, а Элспет Арелла — не то, на что я надеялся.

— Моя мать ненавидит работать с ней, — сказал Хамфри. — Она не была счастлива, что Арелла удержала свою позицию, но эта угроза от Строителя отодвигает все остальное на второй план.

— Кстати об этом, — сказал Нил, — твоя мать говорила что-нибудь о Тэдвике?

— Немного, — сказал Хамфри. — После того как они поймали его, она сама наблюдала за ритуалом очищения. Похоже, он извлек звездное семя неповрежденным, но Тэдвик был сильно измотан процессом. Последнее, что я слышал, он еще не очнулся от исцеления.

— Спасибо, — сказал Нил. — Я ненавидел быть в его команде, но я знал его большую часть своей жизни. Он этого не заслуживал.

— Он пытался убить меня однажды, так что я думаю, что заслуживал, — сказал Джейсон. — Часть со страданиями, по крайней мере; я рад, что он не мертв.

— Чтобы закончить работу самому? — предположила Софи.

— Нет, — сказал Джейсон. — Талия Мерсер знает, что ее сын бесполезный дурак, но она все равно убила бы меня, если бы я это сделал. Тогда мои друзья пошли бы за Мерсерами, и так далее. Я собираюсь сделать то, что должен был сделать, когда впервые встретил этого парня, и отпустить это.

— Это зрелое отношение, — сказал Винсент.

— Я все равно буду подшучивать над ним, — сказал Джейсон. — Много. Этот парень отстой.

— Это немного менее зрело, — сказал Винсент, — но я приму это.

* * * Софи перепрыгнула через разрыв между крышами Старого города, пролетев по свежему утреннему воздуху и приземлившись с изяществом и точностью. Солнце только начинало выглядывать над дельтой, начиная прогонять ночной холод.

Гэри был недалеко позади Софи, его прыжки были тяжелыми и мощными по сравнению с ее легкой ловкостью. Джейсон был далеким третьим, его плащ развевался вокруг него, позволяя ему легко преодолеть расстояние. На пятках у Джейсона был Хамфри, проявляющий крылья, чтобы пересечь разрыв. Замыкали шествие Клайв, Нил и Белинда, которые засомневались перед прыжком, остановившись на краю крыши.

— Я не могу совершить этот прыжок, — сказал Нил, тяжело дыша.

— Не с таким настроем, — крикнул Гэри в ответ.

— У нас нет способностей к передвижению, — сказал Клайв. — Я могу только телепортировать других людей.

— Телепортируй меня тогда, — сказала Белинда.

— Почему ты должна получить телепорт? — спросил Нил. — Ты даже еще не пользователь сущности.

— И мне все еще приходится выполнять эту ужасную тренировку, — парировала Белинда. — Вот почему я должна получить телепорт.

— Никто не получит телепорт, — сказал Клайв. Он отступил, перешел на бег и перепрыгнул разрыв, успешно достигнув другой стороны.

— Зачем мне вообще нужно это делать? — спросил Нил. — У меня нет никаких способностей к мобильности.

— Что делает это еще более важным, — сказал Хамфри. — Это означает, что если до этого дойдет, навыки, которые ты развиваешь сейчас, будут всем, на что ты сможешь положиться. Что случилось с человеком, который стремился тренироваться?

— Я хочу тренировать то, в чем я хорош.

— Это все хорошо и прекрасно, — сказал Гэри, — но именно то, в чем ты не хорош, тебя и убивает.

Нил застонал, но двинулся на разбег, прежде чем едва преодолел разрыв.

— Неплохо, — сказал Гэри, тяжело похлопав его по спине.

Это оставило только Белинду на другой крыше, присматривающуюся к прыжку, когда сердитый мужчина вылез из окна.

— Кто прыгает вверх и вниз по моей крыше, первым делом ранним утром?

Команда неуверенно посмотрела друг на друга, затем Клайв прочел заклинание.

— Обмен судьбами.

Белинда и Нил поменялись местами, переместив Белинду в группу и оставив Нила с сердитым домовладельцем.

— БЕЖИМ! — крикнул Джейсон, и все они бросились бежать.

— О, да ладно, — пожаловался Нил, наблюдая, как они уходят. Затем он неловко повернулся к человеку, на чьей крыше он стоял.

— Ну? — потребовал мужчина.

— Я из Общества искателей приключений, — сказал Нил.

— Здесь есть монстр? — спросил мужчина, оглядываясь.

— Э-э, нет, — признал Нил. — Нет, его нет.

— Тогда убирайся с моей чертовой крыши!

* * * Толпа собралась у дока в порту Старого города, который был полностью расчищен для приближающегося корабля.

— Зачем я нужен здесь для этого? — спросил Руфус. — Я должен был проводить финальные инспекции площадки пристройки этим утром, прежде чем дать добро на начало работ.

— Ты все еще мой контрактный агент здесь, — сказал Эмир. — Вот почему ты приехал сюда в первую очередь, что делает любые другие предприятия второстепенными.

— С каких пор тебя это волнует? — спросил Руфус.

— С этого момента, — сказал Эмир. — Заткнись и готовься приветствовать людей, когда они будут высаживаться.

Они заметили приближающийся корабль с облачного дворца. Полный набранных Эмиром Железных рангов, он обычно использовал бы частный док Общества искателей приключений, но тот был в настоящее время занят облачным дворцом. Вместо этого место было освобождено в обычном порту.

— Ты понимаешь, что устроил хаос во всем порту, верно? — спросил Руфус. — Они не ожидали, что какой-то Золотой ранг придет и просто заберет целый док.

— Весь смысл быть Золотым рангом в том, чтобы другие люди разбирались со всеми мирскими проблемами.

— А я-то думал, это чтобы защищать цивилизацию от монстров, — сказал Руфус. — Это жизненный урок, полагаю.

Руфус пробирался через собрание чиновников Общества искателей приключений, сотрудников Эмира, портовых рабочих и искателей приключений, прибыв к причалу, когда корабль приближался к доку. Глаза Руфуса расширились, когда он заметил на борту человека с кожей цвета полуночи и темными кудрявыми волосами, завязанными сзади. Мужчина тоже заметил его, и он спрыгнул с лодки, пролетая по воздуху на магическом ветру, чтобы приземлиться перед Руфусом.

— Здравствуй, сынок, — сказал мужчина.

— Здравствуй, папа, — сказал Руфус. — Что ты здесь делаешь?

Полный Джейсон

Полный Джейсон

Пока лодка еще заходила в док, аэронавтическое раннее прибытие Габриэля Ремора привлекло довольно много внимания. Любопытная толпа напирала лишь мгновение, прежде чем он оттеснил их своей аурой Золотого ранга.

— Вижу, ты не работал над тонкостью, пока меня не было, — сказал Руфус.

— Боги, ты звучишь как твоя мать. Она сказала мне, что я не должен был прилетать.

— Она тоже здесь? — спросил Руфус, переводя взгляд с отца на приближающийся корабль.

— О, теперь ты проявляешь эмоциональную вовлеченность, — сказал Габриэль.

— Может, если бы ты не делал все вокруг себя, — сказал Руфус. — Прилететь сюда перед всеми этими людьми. О чем ты думал?

— О том, что я мог бы утешить своего драгоценного сына.

— Тогда почему ты не привез маму?

Веселье исчезло с лица Габриэля, когда он повернулся, чтобы посмотреть на корабль.

— Она с Хуринами, — сказал он.

Лицо Руфуса было поражено.

— С родителями Фарры? — спросил он слабо.

— Они хотели приехать.

Руфус пошатнулся на месте. — Я не должен был… Я должен был привезти ее домой сразу же.

— Все в порядке, — сказал Габриэль, положив успокаивающую руку на плечо сына. — Я не скажу, что им было не тяжело, потому что как могло быть иначе. Но те из нас, у кого есть дети-искатели приключений, знают, что искатели приключений не всегда возвращаются домой.

— Я должен был защитить ее.

— Ты должен был вести ее, и ты это делал.

Габриэль огляделся на собравшихся людей, наблюдающих за ними. Он уже использовал свои способности ветра, чтобы сделать их разговор частным, но зевак было предостаточно.

— Ты прав, — сказал он сыну. — Я не должен был так прилетать.

Руфус был с затуманенными глазами, но улыбнулся отцу.

— Если бы ты не устроил из себя зрелище, я бы заподозрил, что ты какой-то оборотень.

— Это немного обидно.

— Ты устроил внеплановый танец с огненным мечом на моем выпускном в академии, — сказал Руфус.

Габриэль усмехнулся.

— Твой дед устроил мне нагоняй за это.

Эмир прошел сквозь ветряной пузырь, удерживающий звук, и заключил Габриэля в приветственные объятия.

— Как прошла поездка, Гейб?

— Было хорошо, — сказал Габриэль.

— Ты знаешь, я мог бы попросить Хестер телепортировать вас, — сказал Эмир.

— Арабель хотела выбрать длинный путь, — сказал ему Габриэль. — Все эти остановки, чтобы подобрать Железных рангов, дали нам шанс увидеть новые места. Это было хорошо для Хуринов.

— Раз здесь ты, я и Арабель, тебе следовало привезти и Кэла, — сказал Эмир. — Собрать старую команду для воссоединения.

— Ты знаешь, какой он, — сказал Габриэль. — Если нет монстров, достойных сражения, ему это не интересно. Ты не смог бы затащить его в зону с низкой магией, как эта.

— Он не меняется, правда? — спросил Эмир, снова взглянув на лодку. — Они скоро будут готовы к высадке. Мне лучше пойти поприветствовать всех головастиков.

* * * Эмир был перед собравшейся группой Железных рангов. Около шестидесяти человек были на лодке, еще две лодки приближались.

— Добро пожаловать в Гринстоун, — сказал Эмир. — Меня зовут Эмир Бахадир, и я хотел бы поблагодарить вас всех лично за то, что проделали весь этот путь в ответ на мой контракт. Что касается конкретики, будет большое объявление на собрании, как только прибудут все искатели приключений. Тем временем я предлагаю вам сообщить о своем прибытии в местное отделение Общества искателей приключений. Я организовал несколько карет, чтобы отвезти вас всех туда напрямую, и они могут помочь вам найти местное жилье.

У искателей приключений не было багажа, вместо этого они носили свои вещи в пространственных сумках или использовали способности пространственного кармана. Они были обучены путешествовать налегке и эффективно, и вскоре направлялись на Остров в веренице карет. Не все из них воспользовались предложенной поездкой, направляясь прямо исследовать Старый город или околачиваясь у дока, надеясь на личное время с Эмиром.

Других встречали представители знати Гринстоуна или других видных семей. Каждая другая семья в Гринстоуне завидовала власти и влиянию, которыми обладали Геллеры в других землях, и ухватилась за шанс наладить внешние связи. Они надеялись, что, принимая следующее поколение лидеров, они получат доступ в большой мир. Это подкреплялось самой семьей Геллеров, которая отправляла представителей, чтобы собрать определенных людей, с которыми у них были связи.

Эмир отправил большинство тех, кто стремился наладить раннюю связь, всех, кроме молодой девушки всего пятнадцати лет, с темной кожей и радужными волосами, которые спадали назад на голову серией тугих кос.

— Кетис, — тепло поприветствовал ее Эмир.

— Дедушка, — сказала она с уважительным кивком.

— Никаких объятий для дедули?

Она обняла его, оглядевшись вокруг с самосознанием своего возраста.

— Как прошла поездка? — спросил он.

— Лодка была такой маленькой, — пожаловалась она, вызвав смех у Эмира.

— Конечно, она была маленькой после облачного корабля, — сказал он. — Тебе полезно расширять свой кругозор.

— Ты не расширяешь кругозор, сужая корабль, — сказала она угрюмо, и Эмир снова рассмеялся.

— Тебе понравилось путешествовать с тетей Арабель?

Она кивнула.

— Хорошо, — сказал он. — Пойдем со мной, пока я здороваюсь. У меня будет для тебя подарок позже.

Они подошли туда, где Руфус и его отец разговаривали с тремя другими людьми. Мать Руфуса, Арабель, имела еще более темную кожу, чем ее муж, ее длинные волосы были окрашены в радужные цвета в стиле Витесс. Родители Фарры, Хурины, были светлокожими, как и их дочь. Эмир знал, что, хотя они выглядели старше Реморов, Амелия и Уильям Хурин на самом деле были моложе.

Скромного происхождения, они стали искателями приключений позже в жизни. Будучи молодыми родителями, они наткнулись на ценную мощную сущность. Вместо того чтобы продать ее за значительную стоимость, они держали ее скрытой, работая над получением большего. К тому времени, когда их дочь стала достаточно взрослой, чтобы использовать их, у Хуринов были более распространенные сущности огня и земли в придачу. Только после того, как их дочь добилась успеха как искатель приключений, она вернула подарок вдвойне, и они тоже стали пользователями сущности.

Родители Фарры не проявляли интереса к тому, чтобы последовать за своей дочерью в Общество искателей приключений. Они оба были Бронзового ранга, развив свои способности, используя ядра монстров, которые Фарра приносила из своих приключений. Руфус и Гэри также внесли свои доли.

Когда Эмир подошел, Руфус поклонился перед ними, практически стоя на коленях.

— Мне так жаль, — сказал он им.

— Пожалуйста, перестань извиняться, — сказала мать Фарры, Амелия. — Наша дочь умерла как искатель приключений, и она умерла гордо. Ты виноват не больше, чем мы, за то, что дали ей эти сущности в первую очередь.

— У нас были неофициальные поминки пару недель назад, — сказал Руфус. — Теперь, когда вы здесь, я организую что-то более официальное.

Две пары родителей обменялись взглядами поверх склоненной головы Руфуса.

— Сделай это, — сказал отец Фарры, Уильям. — Мы бы оценили это, сынок.

* * * В тренировочном зале облачного дворца Хамфри и Софи сражались, в то время как Джейсон, Нил, Клайв и Белинда отдыхали в зоне наблюдения. У Хамфри был вынут его меньший созданный меч, Софи отражала его кулаками.

— Когда я получу свои собственные сущности, — сказала Белинда Клайву, — думаю, я предпочту сражаться на расстоянии, как ты. Сближаться вот так — это действительно больше область Софи.

— Это может быть непросто для человека, — сказал Нил. — Люди получают больше специальных атак, чем что-либо другое, если только вы не получите расовую эволюцию дара рано, как Клайв. В основном это означает атаки ближнего боя. Если хочешь дистанцию, то сущность лука была бы хорошим выбором. Это самый надежный способ получить специальные атаки дальнего боя.

— Или ты могла бы получить способность, которая позволяет использовать книги навыков, — сказал Клайв. — Таким образом, ты сможешь получить любые навыки, которые тебе нужны. Сущность адепта — солидная ставка в этом случае.

— Я смотрела на сущность лука, но решила отказаться, — сказала Белинда. — Адепт в моем списке, правда.

— Ты уже выбираешь сущности? — спросил Нил.

— Клайв позволил мне посмотреть списки сущностей Магического общества, — сказала Белинда. — Я выбрала набор, который мне нравится. Они все обычные сущности, так что их должно быть не так сложно достать.

— Ты приняла решение? — сказал Клайв. — Какая комбинация?

— Магия, адепт и ловушка, — сказала она.

— Магия и адепт — популярные сущности, но их несложно найти, — сказал Клайв. — Ловушка — это скорее нишевый выбор. В основном убийцы и охотники выбирают ее; я думаю, это недооцененная сущность, когда речь идет об охоте на монстров.

— Какая сущность слияния для этого? — спросил Нил.

— Шарлатан, — сказала Белинда с восторгом. — Я просматривала способности, которые она, как известно, дает, и они звучат фантастически.

Нил и Клайв обменялись взглядами.

— Шарлатан? — спросил Нил.

— По памяти, — сказал Клайв, — это слияние, которого избегает больше людей, чем ищет. Большинство не согласилось бы с тобой по поводу ценности способностей, которые она дает.

— Тогда этим людям не хватает воображения, — сказала Белинда. — Я просматривала длинные списки способностей. Я не хочу выбирать какие-то сущности в поисках забавных, хитрых способностей, только чтобы в итоге получить скучный набор прямолинейных атак. В идеале я бы получила одну из тех расовых эволюций дара, которые означают, что я не застряла, стреляя девятью видами магических стрел.

— Мы сражались с парой людей в камере миражей недавно, которые могли бы не согласиться, — сказал Нил.

— Эти люди проиграли, — сказала Белинда. — Может, они справились бы лучше, если бы у них было больше трюков в кармане.

— Жестко, — сказал Джейсон. — Хотя я должен согласиться с ценностью наличия нескольких скрытых сюрпризов наготове.

— Как и я, — сказал Эмир, когда поднимающаяся платформа подняла его в комнату. — Кстати о сюрпризах, полагаю, у вас есть что-то для меня?

Клайв поднялся со стула, взял тяжелую книгу из своего хранилища и передал ее Эмиру.

— Книга навыков. Путь Жнеца, форма третья.

— Вы все еще не скрываете от меня, не так ли? — спросил Эмир. — Джейсон сказал мне, что вы ничего не взяли из того комплекса, который нашли.

— Я не говорил ничего подобного, — сказал Джейсон. — Если вспомнишь, то увидишь, что я уклонился от вопроса. Если бы я рассказывал высокоранговым каждый раз, когда находил что-то интересное, они бы просто продолжали забирать их у меня.

— Вот почему вы так долго скрывали от меня ваш с мисс Векслер необычный стиль боя?

— Я думал, будет лучше, если ваш интерес к ней будет чисто альтруистическим, — сказал Джейсон. — Это был ее выбор — рассказать вам. Она хотела поблагодарить вас за то, что вы приняли ее, когда в этом не было необходимости.

— Мой клиент очень заинтересован в происхождении этого стиля боя, — сказал Эмир. — Как только наши дела здесь будут закончены, я подозреваю, он проявит интерес к отслеживанию истории семьи мисс Векслер. Возможно, как только ее контракт закончится, она сама заинтересуется этим путешествием.

— Это зависит от нее, — сказал Джейсон. — Итак, эта ваша внучка тоже изучает Путь Жнеца?

— Мои поиски заняли время и обнаружили много реликвий Ордена Жнеца, — сказал Эмир. — Это включает книги навыков. Моя внучка может использовать книги навыков и была очень заинтересована в практике утраченного стиля. Я сопротивлялся, найдя книги, содержащие только три из пяти форм. В конце концов, она меня уговорила.

— Ваш клиент не хотел книги? — спросил Клайв.

— Мой клиент ценит любые реликвии, которые я присылаю, и платит мне соответственно, но я законтрактован только на один предмет. Мы нашли несколько копий этих книг навыков и имели несколько запасных, но только для трех форм. Мы ничего не нашли для второй или третьей.

— Мы нашли неповрежденные копии первой и третьей форм, — сказал Клайв. — Мы не можем помочь вам с книгой для второй формы.

— Я не так уверен в этом, — сказал Эмир. — Моя надежда в том, что одна будет найдена во время предстоящего состязания, — сказал Эмир. — Я поделюсь подробностями, как только прибудут другие лодки. Даже если нет, и у вас, и у мисс Векслер есть знание второй формы, не так ли, Джейсон?

— Есть. Мы благодарны за все, что вы для нас сделали, поэтому будем рады научить ее всему, чему сможем.

— Это превосходно, — сказал Эмир. — Вы скоро встретитесь с ней. Вы уже встречались с родителями Руфуса?

— Еще нет, — сказал Джейсон. — Руфус и Гэри были с ними и родителями Фарры с тех пор, как они прибыли.

— У Руфуса была просьба к вам, когда вы встретитесь с его отцом.

— О? — спросил Джейсон.

— Отец Руфуса, Габриэль, любит производить большое первое впечатление. Он не сказал Руфусу, что приедет, а затем сделал довольно эффектный вход в порту.

— Так я слышал, — сказал Джейсон.

— Руфус попросил, чтобы, когда вы встретитесь с его отцом, вы сделали то, что он назвал «полный Джейсон», что бы это ни значило.

— О, мы знаем, что это значит, — сказал Нил.

— Да, знаем, — сказал Клайв.

— О чем вы двое говорите? — сказал Джейсон.

— Ты усомнился, эльф ли я вообще, а затем обвинил меня в том, что я толстый, — сказал Нил.

— Ты заявил, что спал с моей несуществующей женой, а затем обвинил меня в том, что я спал с твоей несуществующей женой.

— Нил эльф? — спросила Белинда.

— Да, я эльф!

— Ты довольно крупный для эльфа.

— Мои пропорции совершенно нормальные!

— Теперь я вижу, — сказал Эмир. — Это именно то, что искал Руфус.

— Он заставил свою домовладелицу кричать на меня.

Универсальность

Универсальность

Джейсон сидел в позе для медитации на одной из открытых террас облачного дворца, когда Руфус прогуливался со своими родителями.

— Это Джейсон, — сказал Руфус.

Джейсон повернул голову и открыл один глаз, чтобы посмотреть, прежде чем легко вскочить на ноги.

— Габриэль и Арабель Ремор, — сказал Руфус.

— Так это тот самый Джейсон Асано, о котором я так много слышал, — сказал Габриэль.

— Слышали? — спросил Джейсон, удивление было отчетливо видно на его лице. — Большинство людей обращают внимание только на громкие имена, знаете? Штадлер, Моранс; те, что с изысканными техниками глазури, перегруженными вазами, которые никто никогда не использует как вазу. Я серьезно. Если форма подавляет функцию, в чем смысл, я прав?

— Глазурь? — спросил Габриэль в замешательстве.

— Я знаю, да? — спросил Джейсон. — Истинный энтузиаст понимает, что дело не в яркой отделке, а в мастерстве базового продукта. Каждый знаток, который действительно знает свое дело, понимает, что настоящий предмет коллекционирования — это еще и самый практичный. Они не гонятся за странными негабаритными чашами или модными кувшинами с художественными излишествами, которые ставят под угрозу объем. Они знают, что прочные, экономичные конструкции — это то, что действительно долговечно.

— Прошу прощения, — сказал Габриэль, — но о чем вы говорите?

— О гончарном деле, — сказал Джейсон. — Вот почему вы слышали обо мне, верно? И я могу сказать вам, что слухи правдивы: у меня лучшее соотношение глины к монете в Гринстоуне. Если вам нужна практичная, доступная керамика, то я ваш человек.

— Гончарное дело?

— О да, — сказал Джейсон с энтузиазмом. — Я не только про горшки и чаши. Если вам нужна подноготная индустрии, то я ваш человек.

Джейсон сузил глаза, оценивающе посмотрев на Реморов, затем наклонился, заговорщически.

— Поскольку вы семья Руфуса, — сказал Джейсон, — у меня может быть для вас небольшой инсайдерский совет.

— Думаю, здесь могла быть ошибка, — сказал Габриэль.

— Никакой ошибки, мой друг, — сказал Джейсон, похлопав Габриэля по руке. — Вы хотите инсайдерскую информацию? Скрытую правду, которую другие торговцы керамикой вам не скажут? Можете забыть о вазах, мой друг. Чаши, горшки, кувшины, кашпо и кувшины. Я знаю, что это все модные, привлекающие внимание вещи, за которыми гоняются обычные коллекционеры. И эти именитые гончары более чем счастливы скармливать им всякий хлам, оставляя настоящие товары для себя.

— Что происходит? — спросил Габриэль, глядя на сына в замешательстве.

— Происходит будущее, — сказал Джейсон. — Не просто будущее гончарного дела, как будто это было недостаточно захватывающе, но будущее самих напитков!

— Напитков?

— О да, мой друг. Я знаю, кажется, что все хранят вино в бутылках в наши дни, но поверьте инсайдеру индустрии: амфоры возвращаются в большой моде.

— Амфоры?

— Это то самое, — сказал Джейсон. — Это не амфоры вашей бабушки; они не только для вина. Молоко, чай, сок, ликер, Боврил.

— Боврил?

— О, я забыл, у вас здесь нет коров. Ящеричный Боврил? Забудьте про Боврил, сосредоточьтесь на амфорах. Я понимаю, что у каждого хорошего коллекционера есть амфора или две, спрятанные где-то. Они всегда как дополнение, однако; знак препинания в пикантной гончарной поэме, но я здесь, чтобы сказать вам, друг, что амфоры вот-вот взорвут сцену, что сделает вазы похожими на маленькие блюдца, которые люди используют для леденцов!

— Я действительно не понимаю, что происходит, — сказал Габриэль.

— Конечно, нет, — сказал Джейсон, перемещаясь рядом с Габриэлем и сочувственно кладя руку ему на плечо. — Даже сейчас гончары мира скрыты, создавая амфору за амфорой для грядущего бума.

Габриэль отстранился от Джейсона, что ничуть не умерило энтузиазм Джейсона.

— Я явно что-то упустил в этой ситуации, — сказал Габриэль.

— Конечно, упустили, — сказал Джейсон, — но это не ваша вина. Это все так называемые профессионалы индустрии, агенты по коллекциям и владельцы галерей. Они знают правду, но скажут ли они ее хорошим, честным коллекционерам, как вы? Нет, не скажут. Это заговор, мой друг, амфорный заговор, чтобы держать вас вне игры, пока рынок не взорвется, а у них на руках будут все козыри.

— Я очень сбит с толку, — сказал Габриэль.

— Я знаю, — сказал Джейсон сочувственно. — От бедного, невинного энтузиаста гончарного дела нельзя ожидать понимания рыночных нюансов и секретов индустрии. Вот почему Руфус привел вас ко мне, верно?

— О, я определенно привел его сюда ради этого, — сказал Руфус.

— Вот видите, — сказал Джейсон. — Очевидно, вы джентльмен с проницательностью и средствами.

Джейсон наклонился к Руфусу.

— Он человек со средствами, верно? — прошептал Джейсон громко.

— О, да, — сказал Руфус, и Джейсон одарил Габриэля сияющей улыбкой.

— Проницательность и средства, — сказал он снова. — Человек, который не упустит возможность, буквально скрытую от более обычного коллекционера. Позвольте мне нарисовать вам картину. Мастерская, полная скрытных, но способных подмастерьев, все под руководством опытного и обаятельного мужчины с почти месячным опытом. Стеллаж за стеллажом амфор. Никаких чаш, никаких горшков, никаких кувшинов. Только одна амфора за другой, готовые к этому сдвигу рынка, готовые взорваться в известности.

— Вы пытаетесь заставить меня дать вам денег? — спросил Габриэль.

— Дело не в деньгах, — сказал Джейсон. — Дело в том, чтобы показать тем, у кого железная хватка в индустрии, что мы можем взломать их искусственный дефицит! А также деньги. Вы бросите семь или восемь золотых монет духа сейчас, и через несколько лет вы вполне могли бы вернуть часть этого!

— Мог бы?

— Подождите, у меня где-то здесь есть брошюра.

— Брошюра?

Джейсон рассеянно похлопал себя по карманам, затем его лицо осветилось, когда он вспомнил, и он выхватил брошюру из воздуха, запихнув ее в руку Габриэля. Габриэль с опаской посмотрел на обложку.

— Шаг первый, собрать трусы? — прочитал он.

— Ой, — сказал Джейсон, выхватывая брошюру обратно и запихивая ее в свой инвентарь. Затем он вытащил горсть брошюр и начал листать их, читая про себя.

— Церковь Ом; мало надежды на то, что это приживется. Сборка стеллажа. Руководство по выбору плетеной или ротанговой мебели.

Он посмотрел на Габриэля. — Извини, приятель, всего секунду.

Джейсон возобновил сортировку брошюр, пока Габриэль искал на лице своего все еще невинно выглядящего сына хоть какой-то намек на объяснение.

— Базовое руководство по йогурту, — продолжил Джейсон. — Уход за плетеным ковром в пять простых шагов; я искал его. Бар «Голубая устрица», это для Руфуса. О, вот оно; базовое руководство по выбору амфор.

Джейсон передал брошюру, запихивая остальное обратно в инвентарь.

— Обратите внимание, что на картинках каждая амфора показана одного размера, — сказал Джейсон, указывая. — Это просто чтобы использовать место на брошюре, хотя, очевидно, любая амфора может быть любого размера. Для ясности заметьте, что на каждой картинке есть стандартная эталонная груша.

Габриэль посмотрел на Джейсона, как на какого-то сумасшедшего.

— Эталонная груша?

— Это отраслевой стандарт, — сказал Джейсон. — Я думал, вы сказали, что вы коллекционер?

— Я не коллекционер!

— Тогда зачем вы сказали, что вы им являетесь? — спросил Джейсон, гнев и замешательство отразились на его лице. — Вы просто здесь, чтобы выведать промышленные секреты? Я рассказал вам о своей рабской мастерской!

— Рабской мастерской?

— Контрактных слуг, неважно. О, это шокирующий поворот.

— Я думал, вы искатель приключений.

— О, всегда так, правда? — сказал Джейсон. — Убиваешь несколько сотен монстров, и внезапно все видят в тебе только искателя приключений. Позвольте мне сказать вам, приятель, приключения — это просто работа. Гончарное дело — это призвание.

Джейсон вырвал брошюру из руки Габриэля.

— Забудьте об этом, — сказал он горько, подошел к перилам террасы и перепрыгнул через них, скрывшись из виду.

— Итак, это был Джейсон, — сказал Руфус мягко. — Дальше мы направимся в лаунж гостевого крыла и обеденную зону, где я приказал приготовить обед.

— Дорогой, — сказал Габриэль.

— Да, любовь моя? — спросила Арабель. Она оставалась молчаливой на протяжении всей встречи.

— Что только что произошло?

— Мы только что встретили друга Руфуса, дорогой, — сказала она. — Не будь осуждающим.

— Осуждающим? Человек был психом!

— Он из очень далеких краев, — сказала Арабель. — У него неизбежно будут некоторые идиосинкразии.

— Идиосинкразии? Он пытался заставить меня инвестировать в гончарную мастерскую, укомплектованную рабами! Он не переставал говорить «амфора», и я до сих пор понятия не имею, что такое Боврил.

— Я думаю, это местный деликатес там, откуда он родом, — сказал Руфус. — Не беспокойся об этом, папа. У меня ждет еда.

— Да, пойдем, дорогой, — сказала Арабель и отправилась с сыном, Габриэль поплелся следом.

— Ты подстроил это, — обвинил Габриэль Руфуса. — Это за то, что я спрыгнул с корабля перед всеми этими людьми, верно?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, папа.

* * * — Ты действительно сделал брошюры? — спросил Гэри, когда Джейсон пересказывал историю позже.

— Ага, — сказал Джейсон. — Восемь штук. Есть простой ритуал для печати изображений, так что настоящей проблемой был поиск правильного картона. Для хорошей брошюры он должен быть приятным и тонким, но тверже, чем просто бумага. Прочным, с хорошим ощущением в руке.

Они сидели за банкетным столом в лаунже гостевого крыла и обеденной зоне. Это была полная команда Джейсона, плюс Гэри, Белинда, Джори, Фиби, Эмир и его начальник штаба, Констанция.

Эмир смеялся, когда Руфус привел своих родителей.

— Ты! — сказал Габриэль, указывая на Джейсона, заставив Эмира смеяться еще сильнее.

— Садись и ешь, Гейб, — сказал Эмир. — Всегда рад, Белла. Можешь сесть рядом со мной.

— Убери руки от моей жены, — сказал Габриэль, садясь.

— Конни, всегда рада, — сказала Арабель, садясь рядом с Констанцией.

— Белла, — поприветствовала Констанция. Обычно сдержанный начальник штаба Эмира казалась немного более расслабленной, чем обычно. Лишь немного, но это выделялось.

— Приятно видеть вас снова, — сказал Джейсон и представил всех за столом. Представляя родителей Руфуса, он назвал его мать уважаемым искателем приключений, почитаемым королями и героями. Габриэля он назвал каким-то учителем.

— У меня вопрос, — сказал Габриэль Джейсону.

— Только один?

— Сколько из того, что ты говорил мне, было ложью?

— Все, — сказал Джейсон. — Я лгал сквозь зубы. Я бы, вероятно, принял печь за деревенский барбекю и использовал бы ее, чтобы готовить сосиски.

— Я Золотой ранг, — сказал Габриэль. — Я вижу прямо сквозь твою ауру.

— Грубо, но ладно, — сказал Джейсон.

— Почему я не мог сказать, что ты лжешь? Это должно было быть в твоей ауре.

— О, это техника из моего мира, называемая системой Станиславского, — сказал Джейсон. — Если сильно упростить, это о том, чтобы стать человеком, которым ты притворяешься в данный момент.

— Это грозный инструмент, — сказала Арабель.

— Особенно когда ты бегаешь, наживая высокопоставленных врагов, как это делает Джейсон, — сказал Гэри.

— О чем ты говоришь? — сказал Джейсон. — Все меня любят.

— Кстати об этом, — сказал Эмир, — я надеялся, что ты сможешь помочь мне с кое-чем, Джейсон.

— О? — спросил Джейсон.

— Я подумал, что мог бы воспользоваться возможностью прибытия всех этих новых искателей приключений, чтобы попытаться выманить культистов Строителя, и у меня появилась идея, которая использует твой талант к напыщенной мелодраме.

— Напыщенной мелодраме? — сказал Джейсон, когда смех распространился по столу из-за его обиженного выражения лица.

— Это твоя проблема? — спросил Эмир. — А не то, что тебя используют как приманку для злых культистов?

— Никаких проблем, приятель, — сказал Джейсон. — Злые культисты — это своего рода моя тема.

— Злые культисты — твоя тема? — спросила Фиби.

— У Джейсона много тем, — сказал Гэри.

— Я универсален, — сказал Джейсон.

Мне не нравится этот план

Мне не нравится этот план

Сортировочная площадка была полна искателей приключений, ожидающих прибытия Эмира Бахадира. Третья и последняя лодка с Железными рангами прибыла накануне, и было созвано собрание, чтобы наконец объяснить большую работу. Наряду со всеми пришлыми искателями приключений, местные были в полном составе. После экспедиции участвовать собирались только те, кто был уверен в своих силах, но — Железный, Бронзовый или Серебряный — все хотели знать, что привело Эмира в Гринстоун в первую очередь.

— Асано!

Голос был громким и вызывающим, привлекая внимание. Джейсон и его команда ждали вместе со всеми, подняв глаза, когда кто-то выкрикнул имя Джейсона. Место освободилось, когда молодой человек зашагал через толпу.

— Асано, — снова сказал мужчина.

— Чем могу помочь? — спросил Джейсон.

— У тебя один из членов твоей команды в рабстве? — спросил мужчина.

— Контрактный слуга, — сказал Джейсон. — У тебя есть имя, или мне просто продолжать думать о тебе как о том громком парне, который не будет заниматься своим делом?

— Джулиан Кросс, — сказал мужчина.

— Ладно, Джулиан, — сказал Джейсон. — Какое отношение твоя команда или мой контрактный слуга имеют к тебе?

— Позволять искателю приключений быть контрактным слугой — это позор. Откажись от нее.

— Это не освободит ее, идиот. Это контракт по решению суда, так что они просто выставят ее контракт на аукцион.

— Тогда ты должен передать ее контракт кому-то, кто не будет обращаться с ней как с рабом.

— Говорит парень, который говорит о ней, а не с ней, когда она стоит прямо здесь.

Джейсон наполовину повернул голову в сторону Софи. — Что думаешь? Хочешь, чтобы этот парень получил твой контракт?

— Я не против уйти от тебя, — сказала она. — Но думаю, я могу найти вариант получше, чем он.

— Неправда, — сказал Джулиан. — Я бы не обращался с тобой как с рабом. Ты бы получила гораздо лучшее обращение, чем он когда-либо дал бы тебе.

— Дело в том, — сказал Джейсон, — что ни у кого из вас на самом деле нет права голоса. Ты, Джулиан, вообще не участвуешь, несмотря на то, что подошел и устроил сцену перед всеми этими людьми. Что касается тебя, женщина, ты принадлежишь мне.

— Пошел ты, — сказала Софи.

— Если и когда я скажу, — холодно сказал Джейсон.

— Ты думаешь, я просто буду стоять здесь и позволю тебе так обращаться с искателем приключений? — спросил Джулиан. — Я вызываю тебя.

— Вызываешь меня?

— На дуэль. Я слышал, в этом городе есть камера миражей. Если ты выиграешь, я откажусь от этого события и вернусь на свою родину. Если выиграю я, то ты передашь контракт мне.

— Если хочешь дуэли, приятель, никакой камеры миражей не будет. Хочешь поставить что-то на кон, тогда это твоя кровь. У вас здесь есть правило первой крови на дуэлях?

— Есть, — сказал Джулиан.

— Тогда мы сделаем это здесь и сейчас, — сказал Джейсон. — Ты и я. Первая кровь.

— Хорошо, — сказал Джулиан. — Одного удара мне все равно хватит, чтобы убить тебя.

Место быстро освободилось, круг зрителей образовал границы их импровизированной арены. Джулиан и Джейсон кружили друг вокруг друга, примерно в пяти метрах друг от друга. У Джулиана было худощавое, атлетичное телосложение, как у большинства искателей приключений, с острыми, хищными чертами лица, смуглой кожей и гривой янтарных волос. Его рука легко лежала на невынутом мече на бедре.

Джейсон был на другой стороне окружающих искателей приключений, окутанный своим плащом. В его руке был его созданный кинжал, Руин. Пара бойцов присматривалась друг к другу, каждый ждал открытия, которое принесет им победу. Они медленно кружили, каждый осторожен со своей работой ног, готовый двигаться в любой момент. Джулиан первым перешел к действиям.

Его меч вырвался из ножен, искра вспыхнула от лезвия и вонзилась в плащ Джейсона. Плащ был уже пуст; Джейсон оставил его позади, когда использовал его для теневой телепортации. Он поднялся позади Джулиана из его тени, потянувшись вокруг, чтобы полоснуть Джулиана по горлу.

Пока Джейсон небрежно отбросил свой созданный кинжал, который исчез в тонком воздухе, Джулиан сжал руку на горле, кровь сочилась между его пальцами. Его другая рука шарила в поисках зелья, которое он влил себе в рот.

— Первая кровь, — сказал Джейсон. — Тебе лучше, чтобы целитель посмотрел на это, приятель. Пожалуйста, за то, что я не пошел глубоко.

Джулиан пробился сквозь толпу, рука все еще сжимала горло. Джейсон развернулся на месте, бросая вызывающий взгляд на всех.

— У кого-нибудь еще есть проблемы со мной? — крикнул он. — Это было предупреждение. Больше дуэлей не будет. У вас есть проблемы со мной, либо держите их при себе, либо я вас прикончу. Если у кого-то еще здесь есть проблема с этим, я могу начать прямо сейчас.

— Легко говорить, когда Бахадир стоит за твоей спиной, — крикнул кто-то из толпы. — Думаешь, мы не знаем, что ты останавливался в облачном дворце? Можешь говорить что угодно, но не тебя мы боимся.

— Хорошо сказано, — голос Эмира прогремел над толпой сверху.

Все посмотрели вверх и увидели Эмира, летящего по воздуху, ноги были окутаны небольшим облаком. Облако исчезло, и он легко опустился на землю, рядом с Джейсоном.

— Джейсон, — сказал Эмир, — если ты хочешь бросить вызов всем, кто попадется на твоем пути, то, во что бы то ни стало, делай это. Однако ты должен использовать свою собственную силу для этого, а не мою. Думаю, пришло время моему гостеприимству подойти к концу, прежде чем оно начнет мешать твоему прогрессу как искателя приключений. Облачный дворец теперь закрыт для тебя.

— Вы не можете этого сделать! — воскликнул Джейсон.

— Я могу и сделал. Твой отпечаток ауры будет стерт из списка доступа облачного дворца. Это для твоего же блага; полагаться на силу других приведет к атрофии твоей собственной.

— Думаете, вы мне нужны? — спросил Джейсон. — Вы только подождите. Вы увидите, на что я способен сам по себе.

— Я искренне с нетерпением жду этого.

Разъяренное лицо Джейсона скрылось, когда его плащ снова сформировался вокруг него. Затем плащ был пуст, когда он телепортировался прочь, дрейфуя вниз на мгновение, прежде чем исчезнуть. Эмир испустил усталый вздох, затем повернулся к толпе.

— Я понимаю, что будет напряженность между местными и новичками, поэтому позвольте мне быть прямым. Как многие из вас догадались, Джейсон Асано находится под моей защитой. Я распространяю эту защиту на каждого Железного ранга, который подпишется на открытый контракт, который я опубликую в Обществе искателей приключений сегодня, и эта защита одинакова для всех, как по ее охвату, так и по ее пределам. Защита такова: каждый из вас должен быть готов к действию, когда контракт начнется через три дня. Мне все равно, что вы делаете друг с другом, пока вы можете быть исцелены и готовы к действию в это время. Это касается Асано и каждого из вас.

Облако снова появилось вокруг ног Эмира, и он поплыл в воздух, поднявшись немного над толпой.

— Теперь, когда с этим покончено, мы переходим к характеру контракта. Столетия назад существовал древний орден убийц, известный как Орден Жнеца. Они были выслежены и истреблены, но слухи всегда оставались о наследии, оставленном позади, финальной скрытой крепости. По заказу клиента Алмазного ранга я потратил последние несколько лет на поиски этой крепости по всему миру.

Эмир обвел взглядом группу.

— Как вы, несомненно, догадались, крепость была найдена, здесь, в регионе Гринстоун. Есть озеро, на дне которого остатки этой крепости были долго скрыты. Мои люди нашли ее, но истинное святилище не так легко проникнуть. Наследие, найденное там, приходит с испытанием, проверкой для тех, кто ищет его. Оно удерживается внутри астрального пространства, которое, даже будучи распечатанным, допустит только Железных рангов. Все попытки проникнуть в него иначе потерпели неудачу. Только активировав испытания, оно откроется, и только для тех, у кого впереди еще самый длинный путь. Железные ранги, такие как вы.

Он сделал паузу, давая толпе несколько мгновений, чтобы его слова улеглись.

— Как я сказал, эта крепость находится на дне озера. Мои люди будут под рукой, чтобы предоставить вам доступ, но достижение глубин — а это глубины — будет первым требованием участия. Если вы не можете справиться даже с этим, то нет надежды, что вы завершите испытание в любом случае. Все дальнейшие подробности будут в открытом контракте, который будет опубликован в ближайшее время.

С этими словами Эмир уплыл прочь.

* * * Многие города и деревни в дельте имели жилье только для искателей приключений. Всегда стоило сделать людей, которые убивали монстров ради вас, желанными и комфортными. Определенные узловые локации были особенно привычны к проходящим искателям приключений, и люди знали лучше, чем бросать второй взгляд на часто странно одетых и тяжело вооруженных личностей.

В одно из больших заведений вошли две фигуры, окутанные темными плащами. Это было не необычно; более чем несколько молодых искателей приключений стали увлечены тем, чтобы быть загадочными. Один из плащей был явно магическим, казалось, сделанным из самой тьмы. Другой был темно-коричневым, простым, но высокого качества. Два искателя приключений заплатили за одну из больших частных комнат и вошли внутрь.

Плащ Джейсона исчез, и Хестер откинула капюшон на своем. Хестер была единственным азиатски выглядящим человеком, которого он видел в этом мире вне своего собственного отражения. Ее внешность была ближе к южноазиатской, чем его собственные японские черты.

— Откуда ты, Хестер? — спросил он.

— Из Праная, изначально.

Джейсон постепенно узнавал о своем новом мире, включая географию. Пранай был эквивалентом Шри-Ланки в этом мире, больше и дальше на юг, чем его собственный. Это составляло огромный массив суши посреди того, что в его мире называлось Индийским океаном.

— Как там?

— На самом деле, очень похоже на дельту, — сказала она. — Я стала искателем приключений, чтобы увидеть мир, но теперь путешествия для меня так легки, что я провожу все больше и больше своего времени дома.

— Это мило, — сказал Джейсон. — Я хотел бы иметь возможность делать это когда-нибудь. Мой дом, однако, немного дальше.

— Нет ничего невозможного, — сказала Хестер. — Работая на Эмира, я видела достаточно Алмазных рангов, чтобы узнать хотя бы это. Даже из того немногого, чему я была свидетельницей, они функционируют в масштабе силы, в который трудно поверить.

Хестер нарисовала круг в воздухе рукой, который замерцал, превратившись в портал, когда она закончила. Они прибыли в лаунж гостевого крыла облачного дворца, где большая группа уже обедала. Эмир и Констанция, Белинда и Джори, Руфус и его родители, плюс Гэри и команда Джейсона. Джулиан был там тоже, его травма горла полностью зажила.

Джейсон кивнул в знак приветствия Джулиану, когда он и Хестер сели.

— Я не зашел слишком глубоко, правда? — спросил Джейсон.

— Нет, это было идеально, — сказал Джулиан. — Одного зелья было достаточно, чтобы справиться с повреждением. Ты знаешь толк в перерезании горла.

— Ты даже не представляешь, — сказал Хамфри. — У меня есть эта запись, которую тебе стоит увидеть.

— Ты перестанешь показывать это людям?

— Тот момент, где ты позволяешь копью попасть в тебя, самый жуткий, — сказала Белинда. — То, как ты вытаскиваешь его и облизываешь? Так отвратительно.

— Это действительно было так, — сказал Джейсон. — Думаю, Джона мог задеть кишку.

— У тебя нет кишок, — сказал Клайв.

— У меня нет кишок?

— Как пользователи сущности, — объяснил Клайв, — мы все проходим через физиологические изменения по мере повышения ранга. На Железном ранге наше пищеварение начинает работать совсем иначе. Нашим Золотым рангам здесь даже не нужно дышать. Каждый раз, когда мы повышаем ранг, в дополнение к тому, чтобы сделать наши тела превосходными сосудами для магии, происходят изменения в том, как работают наши тела. Это одна из причин, почему мы можем получать больше урона, чем другие. Многие уязвимые точки в торсе менее уязвимы, потому что мы используем то, что там находится, меньше. К тому времени, как мы достигаем Серебряного и Золотого, мы в основном просто контейнеры для живой массы, которая служит для быстрого исцеления травм.

— Ты уверен, что не хочешь прийти работать на меня? — спросил Эмир.

— Перестань пытаться переманить члена моей команды, — сказал Джейсон.

— Я все еще не понимаю смысла того, что мы делали там, — сказал Джулиан. — Я благодарен за возможность, не поймите меня неправильно. Прийти работать на вас, мистер Бахадир, — это гораздо лучшая возможность, чем какой-то приз, который я, вероятно, не получу, но я не понимаю цели натравливания Железных рангов друг на друга.

— Хаос, — сказал Джейсон. — Вы слышали о пяти людях, которым имплантировали звездные семена, да?

— Да, — сказал Джулиан.

— Мы уверены, что целью имплантации этих людей было посеять раздор, — сказал Эмир. — Один умер, и мы захватили и очистили двух других. Однако двое остаются на свободе, и внимание и ресурсы, которые мы посвящаем их поиску, — это внимание и ресурсы, которые мы не направляем на культ Строителя.

— Заявление Эмира сегодня в основном дало всем возможность провести следующие пару дней, занимаясь контролируемым хаосом, — сказал Джейсон. — Надежда в том, что культ Строителя попытается склонить этот хаос от контролируемого к неконтролируемому в преддверии открытого контракта, облегчая им осуществление своих планов на астральное пространство.

— Какое отношение это имеет к тебе? — спросил Джулиан.

— Джейсон теперь является фокусом этого хаоса Железных рангов, который устроил Эмир, — сказал Габриэль. — Он близок с Эмиром, но внезапно оказался вне защиты Эмира. Не было бы лучшего способа замутить воду, чем имплантировать Джейсону звездное семя, что, как мы надеемся, они попытаются сделать.

— Даже если они не клюнут, это на самом деле ничего нам не стоит попробовать, — сказал Джейсон.

— Что, если они преуспеют, и тебе действительно имплантируют его? — спросил Джулиан.

— Это та часть, которая беспокоит меня тоже, — сказал Гэри. — Мне не нравится этот план.

— За Джейсоном будут наблюдать в любое время, — заверил его Эмир. — Я привел специалиста.

Эмир кивнул человеку, сидящему за столом, которого никто не заметил. Это был мужчина средних лет, тот тип потрепанности, который постоянно заставлял его выглядеть так, будто он должен быть где-то в дикой местности, охотясь на что-то.

— Ты заставил Хестер привести Кэла, — сказал Габриэль.

— То, что мой муж имел в виду сказать, это привет, — сказала Арабель. — Как ты, Кэл?

— Занят, — сказал Кэл, его голос был таким же гравийным, как и его лицо. — Хорошо видеть тебя, Белла.

— Это Каллум Морс, — сказал Эмир. — Если он не хочет, чтобы его видели, никто, кроме Алмазного ранга, не увидит его. Он будет за плечом Джейсона в каждый момент, пока не начнется контракт. Надеюсь, он поймает нам несколько культистов Строителя.

Обед продолжался, большая группа болтала. Джулиан, Клайв и Нил были тихими, запуганными компанией Золотого ранга. Хотя Клайв был прирожденным педагогом, его легко было разговорить при возможности объяснить что-то одно или другое.

— Знаешь, Кэл, — сказал Габриэль, — Джейсон здесь может удерживать ложь вне своей ауры. Ты единственный другой человек, которого я видел, кто может это делать.

— Как вы все знаете друг друга? — спросил Джейсон.

— О, мы все были командой, когда были молодыми и глупыми, как вы, дети, — сказал Эмир. — Однако после того, как мы достигли Золотого, наши приоритеты начали смещаться. Кэл здесь был счастлив провести остаток своих дней, прорубая себе путь через популяцию монстров, но ему приходилось искать более сложный вызов. Я хотел приключений более экзотических, чем те, что предлагало Общество искателей приключений, и занялся поиском сокровищ по найму.

Он помахал пальцем между Габриэлем и Арабель.

— Эти двое, — сказал он, — хотели уйти и делать детей. Совершенно бессмысленно.

— Прошу прощения? — сказал Руфус. — Я один из этих детей.

— И как долго тебе потребовалось, чтобы быть в состоянии вести стоящий разговор? — спросил Эмир. — Дети — это неэффективное с точки зрения времени предложение.

— Я бы хотел детей когда-нибудь, — тихо высказала мнение Констанция.

— Что такое время в конце концов? — спросил Эмир, быстро исправляясь. — Когда живешь так долго, как мы, что такое немного времени в обмен на радость родительства?

После обеда Хестер вернула Джейсона в гостевой дом, из которого они порталом попали в облачный дворец. Она не осталась, снова уходя порталом, в то время как Софи заняла позицию Хестер под коричневым плащом. Джейсон и Софи затем ушли, якобы затаившись после событий на сортировочной площадке, оставляя след, по которому культ Строителя мог последовать.

Невозможно подчинить

Невозможно подчинить

— Зачем я тебе понадобилась? — спросила Софи.

— Тебе не нравится наслаждаться чудесным днем в Дельте?

Они прогуливались по дороге вдоль насыпи в Дельте, и Джейсон задавал их неспешный темп.

— Не то чтобы это было ужасно, — признала Софи. — Просто не понимаю, зачем я тебе понадобилась на рыбалке.

— Ты знаешь о рыбалке, но не знала о дожде?

— Наверное, я слышала, как кто-то об этом упоминал, но это не то, с чем часто сталкиваешься.

— Кажется, это должно быть обычным делом, — сказал Джейсон. — Торговцы Дельты, моряки. И ведь ты родилась не здесь, верно? Ты приехала в этот город на корабле? Уж он-то точно попадал под дождь.

— Кто тебе это сказал? Белинда?

— Не припомню, — ответил Джейсон. — Может, кто-то из Бертов?

— Я почти ничего не помню до Гринстоуна, — сказала Софи. — Я была совсем маленькой. Мои самые ранние воспоминания связаны с тем, как мой отец работал на семью Сильва.

— Мой отец много работал на правительство, — сказал Джейсон. — Поверь мне, это хуже, чем работать с преступниками.

— Ты не ответил на мой вопрос, — сказала Софи. — Хамфри меня об этом предупреждал.

— Подростки, — сказал Джейсон, качая головой. — Никакой осмотрительности.

— Это слышать от тебя особенно забавно, — сказала она. — Весь этот план был построен на том, чтобы ты устроил грандиозное зрелище. Что ты и сделал.

— Прости за всю эту историю с «делай, что я говорю, женщина». Я немного переборщил со злодейством.

— Похоже, это твоя первая реакция, — сказала она. — Я видела запись той нелепой драки.

— Это было чересчур, да? Я просто искал способ победить. А это означало убийство кучи подростков, так что превращение в киношного монстра показалось естественным выбором.

— Зачем ты это делаешь? — спросила она.

— Что делаю?

— Ссылаешься на вещи, которые, как ты знаешь, люди не поймут. Это часть того сумасшедшего образа, который ты создал?

— Нет, — сказал Джейсон. — Ну, то есть, наверное, да. Там, откуда я родом, это называют «лицензией на странности». Если люди ожидают, что ты будешь делать странные вещи, они легче принимают это, когда ты их делаешь. Ты когда-нибудь замечала, что люди не ждут от меня уважения к власти или соблюдения обычных правил поведения?

— Я ждала, что кто-нибудь набьет тебе за это морду.

— Такое случалось, разок-другой, — сказал Джейсон. — Но мне это сходит с рук чаще, чем нет. Сколько раз ты видела, как я делаю что-то абсурдное, а кто-то говорил тебе: «О, это же просто Джейсон»?

— Довольно часто, на самом деле.

— Вот видишь, — сказал Джейсон. — У меня никогда не получалось вписываться в рамки, поэтому я научился выделяться правильным образом. Признаю, здесь я зашел довольно далеко, но магия и монстры делают всё… масштабнее. Масштабнее личности, масштабнее опасности. Полумеры не работают, и приходится искать способ либо оставить свой след, либо раствориться в массовке. Если застрянешь посередине, тебя просто пережуют и выплюнут. Рискуй по-крупному или уходи домой, как говорят там, откуда я родом.

— Значит, вся эта странность — просто игра?

— Вовсе нет, — сказал он. — В безумии есть метод, конечно, но в безумии есть и само безумие. Нужно опираться на свои сильные стороны и работать с тем, что у тебя есть — урок, который тебе не помешало бы усвоить, кстати.

— О чем ты говоришь? — спросила она.

— Посмотри на свои обстоятельства до того, как мы с Клайвом появились, — сказал он. — Вы с Белиндой метались от одной проблемы к другой. Каждый побег загонял вас в ситуацию похуже, город сжимался вокруг вас, как удавка. Знаешь, почему так?

— Потому что жизнь — отстой.

— У тебя были тяжелые обстоятельства, спору нет, — признал Джейсон. — Но ты подходила к ним неправильно.

— Вот как?

Софи посмотрела на болота вокруг возвышающейся дороги, по которой они шли. Уход с привычных городских улиц только усилил ее ощущение того, что всё выходит из-под контроля.

— Я говорил тебе, что нужно либо выделяться, либо исчезать, — сказал Джейсон, — иначе тебя пережуют, если застрянешь посередине. Тебя пережевали довольно сильно. Я узнал немало о том, через что ты прошла и что ты с этим делала, и легко понять, что произошло.

— Ты думаешь, что знаешь меня? — спросила она.

— Я начинаю понимать, — сказал он. — Ты постоянно пыталась раствориться в массовке, но всё, что ты делала, было направлено на то, чтобы оставить свой след. Ты убеждала себя, что делаешь одно, хотя на самом деле делала противоположное.

— Значит, ты знаешь, что мне действительно следовало сделать?

— Вовсе нет, — сказал Джейсон. — Я не прожил твою жизнь и не сталкивался с твоими обстоятельствами. По сравнению с тобой, моя жизнь была сплошным солнцем и радугой. Но ты должна понять, что никогда не сможешь раствориться в массовке. Дело не только в твоей внешности, хотя это, безусловно, имеет значение.

— У тебя проблемы с моей внешностью?

— Конечно, нет, — сказал Джейсон. — Я мужчина, и у меня есть глаза. Но твоя внешность — идеальное отражение того, кто ты есть. Твои волосы, твоя одежда; ты выбираешь их из практичности. Они кричат миру, что ты хочешь заниматься своим делом и не хочешь, чтобы тебя беспокоили. Но они не могут скрыть, кто ты такая.

— И кто же я? — спросила она, и в ее голосе звучал вызов.

— Свирепая. Пленяющая. Непокорная. Если бы ты спросила Коула Сильву или Люциана Лампри, почему они преследовали тебя, они, вероятно, сказали бы, что из-за того, как ты выглядишь. Может, так оно и началось, но это не причина, по которой они так упорно преследовали тебя так долго. Они бы лгали, особенно самим себе. Определенный тип мужчин не уверен в своей силе. Если он чувствует угрозу для нее, он должен обладать или уничтожить то, что заставляет его чувствовать эту угрозу.

— Ты так думаешь? Ты слишком много надумываешь о паре подонков, привыкших получать то, что хотят.

— В этом-то и суть того, что я говорю, — сказал Джейсон. — Они не получили того, чего хотели. Я, может, и появился в конце, но Лампри охотился за тобой месяцами. Сильва — годами, как я слышал. Если бы тебя не поймали благодаря моей находчивости и ослепительной внешности, ты бы, наверное, до сих пор была на свободе.

— Разве не Клайв в основном нас поймал?

— Я взял на себя большую часть драки и погони.

— Как приспешник, пока он занимался подготовкой. Как босс.

— Разве это не делает тебя приспешником Белинды?

— Меня это устраивает.

— Это на самом деле очень мило, — сказал Джейсон. — Такой уровень доверия.

— У тебя нет людей, которым ты доверяешь?

— На самом деле, у меня их полно, — сказал Джейсон. — У меня было не так много друзей дома. Кто-то причинил мне боль, из-за чего стало трудно доверять людям. Меня часто пережевывали, потому что я слишком боялся принять то, кем я являюсь на самом деле.

— Бессмысленным безумцем?

— Да, — сказал он. — Этот мир заставил меня ответить на новые вызовы. Стать чем-то большим, чем я был, и найти людей, которым я могу доверять и на которых могу положиться. Я мог бы оставаться тихим, пробиваться наверх как еще один непримечательный боец железного ранга. Но знаешь что? Я примечательный. К добру или к худу.

Он одарил ее кривой усмешкой.

— Как и ты, нравится тебе это или нет. Большинство людей, столкнувшись с твоими обстоятельствами, сдались бы. Терпели бы, чтобы выжить. Ты — нет. Ты принимала одну экстремальную меру за другой, даже когда говорила себе, что пытаешься не высовываться. У тебя так плохо получается идти тихим путем, что ты пришла прямо в эпицентр бури из политиков, криминальных авторитетов и искателей приключений. Ты не можешь спрятаться, потому что сияешь слишком ярко. Пока ты не примешь это, тебя так и будут пережевывать.

Она не ответила, размышляя и бросая на него настороженные взгляды.

— Что значит «непокорная»? — спросила она наконец.

— Невозможно подчинить, — сказал Джейсон.

— Я твоя кабальная слуга.

— Так ли это? — спросил Джейсон. — Если бы ты хотела уйти, мог бы я тебя остановить? Я ни на секунду не сомневаюсь, что Белинда уже поняла, как снять этот браслет слежения. Наверняка у тебя при себе есть что-то, что позволит тебе сделать это, если понадобится.

Они долго шли в молчании.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — вслух осознала она.

— Какой вопрос?

— Зачем я тебе нужна здесь, с тобой?

— Тебя легче отследить, — сказал он.

— А тебя отследить нелегко?

— Нет. У меня есть сила, которая это затрудняет.

— Значит, никаких реальных навыков.

— Никаких вообще, — сказал он, вскинув кулак в воздух. — Магические способности рулят!

— Почему ты так гордишься тем, чего не заработал?

— Гордость — это легкий рычаг, — сказал Джейсон. — Никогда не позволяй людям знать, чем ты гордишься на самом деле.

— Ты хоть когда-нибудь перестаешь манипулировать людьми?

— Мы все манипулируем окружающими, — сказал Джейсон. — Мы все показываем разные лица друзьям, семье, коллегам. Врагам.

— Ты думаешь, это одно и то же?

— Ты думаешь, это по-разному? Ты думаешь, мои друзья не видят сквозь напыщенность и браваду? Думаешь, Джори не знает, что я чувствую, исцеляя людей в его клинике? Что Хамфри не знает о моей гордости, когда мы помогаем защитить деревню от монстров? Что Руфус не чувствует моего триумфа, когда я чуть больше напрягаю свои способности и становлюсь чуточку сильнее?

— Разве ты не усложняешь им жизнь?

— Мы все усложняем. Руфус бывает жестким, когда нужно быть гибким. Хамфри бывает близоруким, когда нужно смотреть глубже. Джори нужно быть амбициознее, прежде чем он сможет по-настоящему достичь того, чего хочет. Что касается меня, ну, я худший из всех. Я постоянно создаю проблемы, которых можно было бы избежать с помощью капли вежливости. Я ввязываюсь в драки, в которых мне нечего делать, наживаю врагов, которые могли бы не обращать на меня внимания, если бы я просто научился держать язык за зубами. Я колючий, манипулятивный. Совершенно лишенный почтения.

— Если ты так самокритичен, то почему бы не исправить всё это?

— Потому что это не проблемы, — сказал Джейсон. — Это часть того, кто я есть, и сейчас я счастлив с этим больше, чем когда-либо. Я же говорил, этому миру нужно, чтобы ты была масштабнее. Может, нужен чужак, чтобы увидеть это ясно.

Он улыбнулся ей.

— Я не знаю, кто ты, но тебе нужно перестать прятаться, потому что я знаю, что ты не из тех, кто прячется, — сказал он. — Мне повезло найти людей, готовых терпеть меня, со всеми моими достоинствами и недостатками. Выясни, кто ты, и выбей из этого всю дурь. А потом найди людей, готовых это терпеть. Ты же знаешь, что именно этого Белинда и ждала, верно?

— О чем ты говоришь?

— Она знает, кто ты, лучше, чем кто-либо другой, — сказал Джейсон. — Лучше, чем ты сама. Моя догадка? Она годами ждала, когда ты проявишь себя.

— Она не просто какое-то приложение ко мне, ожидающее, когда я соберусь с силами, — сказала Софи. — Она блестящая, любознательная. Если бы она не продолжала связывать себя со мной, она могла бы достичь невероятных вещей.

Джейсон расхохотался.

— Ты думаешь, это смешно? — сердито спросила Софи.

— Ага, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, что вы двое подталкивали друг друга вперед, каждая думая, что тянет другую назад. Векслер, это твой шанс. И ее тоже. Ты получишь те эссенции, за которыми она охотится, и тогда вы обе узнаете, на что вы действительно способны.

Софи остановилась, вскинув руки.

— Что с тобой такое, Асано? — спросила она. — Всё это. Вытащить нас из-под Лампри. Эссенции, приключения. Речи о том, чтобы стать кем-то. Никаких уходов от ответа, никаких пряток за потоком бессмыслицы. Серьезно. Зачем?

Джейсон тоже остановился, обернувшись, чтобы посмотреть на нее. Вечная, самодовольная полуулыбка исчезла с его лица. Его глаза, обычно мерцающие какой-то шуткой, о которой, казалось, знал только он, стали ясными и острыми.

— Потому что я мог, — сказал он. — Тебе это было нужно, я мог это сделать, поэтому я сделал.

— Почему мы?

— А почему не вы? Джори хотел вам помочь, а у меня слабость к людям, которые выступают против власти, когда разумнее было бы уступить. Это одна из тех вещей, за которые люди больше всего меня ненавидят.

— Вот так просто. Ты встал на пути Коула Сильвы и Люциана Лампри, потому что твой друг хотел нам помочь?

— Да.

— Почему?

— Потому что он мой друг.

— Ты пойдешь так далеко ради друга?

— Как ты думаешь, как я завел так много отличных друзей?

— Ты серьезно.

— Если только я не манипулирую тобой прямо сейчас.

— Боги, проклятье, ты невыносим.

— Я просто говорю, — сказал Джейсон. — Честная уязвимость может быть мощным инструментом.

— Разве ты не говорил своей подруге, что это всего лишь инструмент соблазнения?

— Я лгал. Ты же знаешь, какой я.

— Ты хоть когда-нибудь останавливаешься?

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Да!

— Правда? — спросил он, и на его лице появилась ухмылка.

— Заткнись, — сказала она и зашагала дальше, проходя мимо него по дороге вдоль насыпи. Джейсон посмотрел на нее, покачал головой, а затем последовал за ней.

— Такая цундэрэ.

— Я слышала это!

— Ты хоть знаешь, что это значит?

— Заткнись!

Глава 36: Цена, которую мы платим, не имеет значения

Глава 36: Цена, которую мы платим, не имеет значения

Джейсон и Софи сидели на поваленном дереве, ели сэндвичи и смотрели на нетронутые водно-болотные угодья перед собой. Они старались держаться подальше от населенных пунктов, сохраняя изоляцию, чтобы стать как можно более заманчивой приманкой. Джейсон довольно вздохнул.

— Как бы ни было приятно провести время в тишине на природе, пора возвращаться, — сказал Джейсон. — Похоже, мы оказались не такой уж привлекательной приманкой. Иронично, учитывая, сколько людей охотилось за тобой.

— Возможно, они попытаются напасть на обратном пути, — ответила Софи. — Как думаешь, насколько вероятно, что это сработает?

— Полагаю, вероятность того, что не сработает, выше, — сказал он. — Но, учитывая ставки, попробовать все же стоит.

— Насколько опасны эти люди, если говорить точно?

— По словам Клайва, если бы их предоставили самим себе в астральном пространстве, они бы перебили всех отсюда и до Боко, так что… очень опасны.

— Я даже представить не могу разрушения такого масштаба.

— Именно это и делает их такими опасными, — сказал Джейсон. — Люди, с которыми мы имеем дело… монстр в духе Лавкрафта из LEGO, на которого они работают, действует в масштабах, выходящих за пределы нашего понимания. Странный, чуждый разум, которому нет дела до жизней, которые он забирает, не больше, чем нам — до жуков, которых мы давим, даже не замечая.

— Как вообще сражаться с чем-то подобным?

— Клайв говорил, что такие сущности существуют в своего рода равновесии, уравновешивая друг друга.

— Не похоже на равновесие, если они могут убить нас и всех, до кого мы сможем добраться за неделю пути.

— Нет, не похоже, — согласился Джейсон. Он потер руки, стряхивая крошки, и поднялся на ноги. Софи последовала его примеру.

— Тогда пошли.

* * * — Итак, это последний, — сказала Даниэль Геллер.

Из пяти человек, в которых были внедрены звездные семена, четверо были найдены и получили помощь. После неудачного лечения Ионы, из следующих трех звездные семена удалось извлечь, не убив носителей, хотя они и остались в критическом состоянии, нуждаясь в исцелении.

Наконец они нашли пятую и вернули ее в Гринстоун с помощью Хестер, специалиста по порталам Эмира Бахадира. Сейчас она была привязана к вертикальной платформе; руки, ноги, торс и голова были зафиксированы по отдельности. Они находились в храме Чистоты, в одном из помещений, которые называли комнатами очищения. Несмотря на безупречную чистоту, в воздухе витал запах, от которого Даниэль подумала, что здесь происходили ужасные вещи.

Собралась небольшая толпа, чтобы посмотреть на процесс очищения. Даниэль сопровождала родителей девушки, которые настояли на своем присутствии, несмотря на возражения архиепископа. Он предупреждал их, что их дочь дольше всех находилась под воздействием звездного семени и может не пережить его извлечение. Также присутствовала Табита Герт, глава следственной группы Общества искателей приключений. Она была де-факто главой Общества искателей приключений, пока продолжалось расследование, и еще ни разу не видела извлечения звездного семени. Клайв Стэндиш был представителем Магического общества, а другими членами группы были Эмир и Талия Мерсер. Как и Даниэль, Талия присутствовала при каждом извлечении звездного семени.

Ритуал прошел так, как и предупреждал архиепископ. Провода, проникшие глубоко в тело девушки, втянулись обратно перед тем, как семя было извлечено, но нанесенный ими ущерб оказался слишком велик. Даже немедленное исцеление серебряного ранга не смогло облегчить нагрузку, и она скончалась, содрогнувшись в конвульсиях. Даниэль увела скорбящих родителей, а остальные последовали за архиепископом в комнату для совещаний. Это снова был конференц-зал в поместье Геллеров, оформленный в стиле, который Джейсон начал считать стилем тропического курорта.

— Это был последний из пяти, — сказала Табита Герт, беря управление собранием на себя, когда группа расселась вокруг стола. — Теперь мы должны полностью переключить наше внимание на будущую деятельность культа Строителя. Каков наш прогресс?

— Магическое общество совершило пару прорывов, — сказал Клайв. — Во-первых, мы знаем, чего они хотят и как они собираются этого добиться. Техники астральной магии, которые они используют, не похожи ни на что, что мы видели раньше, предположительно, они были переданы в наш мир Строителем. Это более продвинутая магия, чем наша астральная магия, но мы уже начали раскрывать ее секреты. Могу сказать, что для достижения своих целей им необходимо работать изнутри астральных пространств.

— Что возвращает нас к вам, господин Бахадир, — сказала Табита. — Вы все еще намерены открыть это астральное пространство?

— Да.

— У меня есть искушение запретить вам это делать, — сказала Табита, — но это может быть лучшим шансом поймать культ Строителя за хвост. Вы нашли способ выявить тех, кого они попытаются протащить в группу?

— Эффективного способа — нет, — ответил Эмир. — Единственное средство, которое у нас есть, чтобы идентифицировать их, — это наличие звездного семени.

— Мы нашли ритуал, который позволит нам обнаружить его в человеке, — сказал архиепископ. — Он быстрый и простой, так что мы можем провести его для каждого человека, прежде чем разрешить им участвовать.

— Но если у них его нет, — сказал Эмир, — то нет способа определить истинную лояльность человека. Если бы такой способ существовал, я не уверен, что одобрил бы его использование.

— А как насчет других подходов? — спросила Табита.

— Руфус Ремор продолжает координировать действия с моим отцом, — сказала Элспет Арелла. — Они отслеживают то, что считают припасами, импортированными культом Строителя, пытаясь выяснить, где эти припасы оказались. Это может вывести нас на их ключевую базу. Сейчас они пытаются определить конечный пункт назначения.

— Ваш отец, — сказала Табита. — Это лидер преступной группировки, Адрис Дорган?

— Да, — ответила Арелла.

— Хорошо, — сказала Табита. — В такие времена нам нужно отбросить второстепенные опасения, такие как преступность, и использовать все доступные ресурсы. Держите меня в курсе, если найдете что-то новое.

— Слушаюсь, мэм, — ответила Арелла.

— Что насчет бывших носителей звездных семян? — спросила Табита. — Есть прогресс?

— Трое выживших пришли в себя, — сказала Талия. — У них ограниченные воспоминания о времени под влиянием культа Строителя. Их воспоминания наиболее яркие сразу после внедрения семян, и все они описывают это так, будто кто-то другой контролировал их. Они описывают это как заточение в собственном разуме, когда хочется кричать о помощи, но не можешь этого сделать. По мере того как семена захватывали контроль, их воспоминания становились все более разрозненными, пока не оставались лишь вспышки.

— Есть что-то полезное среди того, что они помнят?

— У меня есть люди, которые работают с ними, — сказала Талия. — Мы действуем осторожно — легко создать ложные воспоминания наводящими вопросами. Все, что они могут вспомнить, собирается и анализируется в поисках следов, по которым мы могли бы пойти.

— Вам нужна помощь или ресурсы, чтобы ускорить процесс? — спросила Табита.

— Попытки ускорить процесс — неверный подход, — ответила Талия. — Чтобы сделать все правильно, потребуется столько времени, сколько потребуется.

— И вы не предвзяты, потому что ваш сын — один из троих?

— Не имеет значения, предвзята я или нет, — отрезала Талия. — Попробуй вмешаться, и я оторву тебе руку и засуну ее тебе в глотку.

Табита нахмурилась, но не стала развивать тему.

— Как продвигается расследование? — спросил ее Эмир. — Вы надолго задержитесь в городе?

— Экспедиция, возможно, и привела нас сюда, — сказала Табита, — но стало ясно, что то, как она планировалась и проводилась, было результатом более масштабной проблемы. Настоящая тревога вызывает то, что культура вокруг этого отделения Общества искателей приключений — это гноящаяся рана. Мы исключили худших людей и понизили в должности почти всех остальных. В течение следующих нескольких недель мы будем проверять всех членов, чье членство мы не аннулировали полностью, чтобы увидеть, кто действительно заслуживает своего ранга.

— Приятно это слышать, — сказал Эмир, переводя взгляд на Ареллу. — Какое влияние наш уважаемый директор собирается оказать на этот процесс?

— Мы установили, что директор находилась под сильным влиянием культуры, в которой она получила эту должность. Ее ошибки были попытками эффективно работать в ее рамках. Это не оправдание для определенных провалов, но мы считаем, что тот факт, что она пришла извне местной знати, остается преимуществом в будущем. В конечном итоге она вернет себе полные полномочия, как только расследование завершится. Поэтому она, конечно, будет участвовать в распределении рангов для местных членов.

— Ваша забота — Асано, — сказала Арелла Эмиру. — Его оценят справедливо. Кстати, как продвигается ваша маленькая операция с приманкой?

— Кто вам рассказал об этом? — спросил Эмир.

— В этом не было необходимости, — ответила Арелла. — Асано устраивает из себя зрелище — не новость, но обычно он делает это с определенной целью. Вы хотели, чтобы культ Строителя клюнул на него, пытаясь создать новое отвлечение после того, как мы закончили охоту на все их семена.

— Похоже, они не ведутся, — сказал Эмир. — Гарантии успеха не было. Они не хотят рисковать, раскрывая себя, и портить шанс отправить людей в астральное пространство.

— Или, может быть, они просто не хотят связываться с Асано, — сказала Арелла. — Этот парень коварнее, чем звездное семя.

— Какие у нас планы по перехвату агентов культа Строителя, которых они могут внедрить в астральное пространство? — спросила Табита.

— Никаких, — сказал Эмир. — Я не знаю, что там, а я искал это годами. Все, что мы можем сделать, — это попросить тех, кому мы доверяем, следить и действовать, если смогут.

* * * Аниса снова вошла в кабинет прораба на строительной площадке храма Чистоты.

— Ты был прав, не став охотиться за Асано, — сказала она без предисловий.

— Признаешь, что ошибалась, — сказал прораб. — Не похожа ты на такую.

— Это была приманка, — сказала Аниса. — Они пытались поймать ваших людей.

— Легко жаловаться постфактум, — сказал прораб. — Если ты знала, что за ним следует человек золотого ранга, могла бы предупредить нас. Мы потеряли серебряного и троих бронзовых, которые покончили с собой, пытаясь его достать.

— Конечно, я не знала заранее, — сказала она. — Мы узнали об этом только тогда, когда они доложили после. Ты обещал мне, что не будешь покушаться на Асано.

— Я обдумал твои доводы после нашего последнего разговора, — сказал он. — Ты переубедила меня, только чтобы я обнаружил, что мне все-таки следовало придерживаться собственного мнения.

— Ты не выглядишь обеспокоенным, — сказала она. — Это катастрофа для вас. Потерять серебряного ранга.

— Цена, которую мы платим, не имеет значения, — сказал прораб. — Только цель. Использование ручного «железного» ранга Бахадира, чтобы отвлечь людей, ищущих нас, было удачной возможностью, не более того. Одним серебряным рангом меньше — не имеет значения для астрального пространства, в которое серебряные ранги войти не могут.

— А если они получат информацию от людей, которых вы послали за Асано? — спросила она.

— Не получат. Они уже мертвы.

— Ты уверен, что никто из них не был взят живым?

— Абсолютно.

* * * Джейсон и Софи смотрели на четыре странные кристаллические звезды, которые когда-то были людьми. Кровь и плоть окрашивали кристалл там, где он вырвался из них, остальные останки были разбросаны по деревне, где на Джейсона и Софи напали.

Рядом с ними появился человек золотого ранга, Каллум.

— Это все, — сказал он своим хриплым голосом. — Я не смог обезвредить их до того, как они покончили с собой. Возможно, это невозможно.

— Я не почувствовал, как они приближаются, — сказал Джейсон.

— Я тоже, а у меня есть способность чувствовать ауру, — сказала Софи.

— Один был серебряного ранга, остальные — бронзового, — сказал Каллум.

— Спасибо, что был начеку, Кэл, — сказал Джейсон. — Они действовали жестко и быстро.

Вокруг деревни люди наблюдали из укрытий после неожиданного взрыва насилия.

— Они больше не попытаются, — сказал Каллум. — Нам следует вернуться в город. Эмир, скорее всего, заберет их и отдаст на изучение. Возможно, удастся что-то узнать.

— Я пойду найду старосту деревни, — сказал Джейсон. — Нам нужно куда-то их положить, пока не появится Хестер. Если мы оставим их посреди деревни, они будут пугать людей.

— Скажи им, чтобы проследили, что люди к ним не приближались, — добавила Софи. — Не думаю, что случайным деревенским жителям стоит тыкать в эти штуки.

— Разумно, — согласился Каллум.

Джейсон нашел старосту деревни и объяснил ситуацию — или, скорее, сказал, что тут произошли некоторые дела искателей приключений и людям лучше держаться подальше от остроконечных магических штук. Староста предложил им сарай на окраине деревни, который не использовался после того, как пострадал от нападения монстра.

— Я нашел для них место, — крикнул Джейсон, возвращаясь к остальным. — Есть кое-что, что мне, вероятно, стоит сделать сначала. Кэл, ничего, если мы их облутаем?

— Валяй.

— Ладно. Векслер, забирай тех двоих, а я возьму остальных.

Джейсон коснулся части кровавых останков, размазанных по кристаллическим звездам.

Вы получили разрешение на мародерство [Культист Строителя].

14 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

211 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

116 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Позади он услышал, как монеты посыпались на землю, а затем приглушенные протесты Софи.

— О, что за ерунда, — пожаловалась она.

Джейсон обернулся и увидел ее закованной в металлические доспехи.

— Думаю, ты облутала его доспехи, — сказал Джейсон.

— О, ты так думаешь? — сказала она, поднимая переднюю часть шлема, чтобы показать лицо. — Ясно, ты здесь мозг операции, раз догадался.

— Может, снимешь их? — предложил Джейсон. — Не думаю, что это твой стиль.

— В этом описании, которое всплыло, сказано, что я не соответствую требованиям, — сказала она. — Как я могу не соответствовать требованиям, если я уже ношу… ай. Эй, кажется, эта штука меня жалит.

— Кэл, помоги мне снять это с нее, — сказал Джейсон.

Каллум кивнул, двигаясь, чтобы помочь.

— Чем дольше носишь, тем хуже будет, — предупредил Каллум Софи, когда они начали снимать различные металлические пластины, пристегнутые к ее телу. К тому времени, как они закончили, Софи сдерживала стоны боли, пока Каллум использовал свою силу золотого ранга, чтобы грубо сорвать детали. Одежда и кожа Софи были исцарапаны ремнями и пряжками.

— Это было неприятно, — сказала она. — Остальное мародерство делай сам.

— Наверное, так будет лучше, — сказал Джейсон, бросая ей баночку с целебной мазью из своего инвентаря. Он убрал доспехи в инвентарь. Это были необычные бронзовые доспехи с базовым усилением и чарами самовосстановления. Затем он проверил следующее тело.

Вы получили разрешение на мародерство [Культист Строителя].

2 [Золотые духовные монеты] добавлены в ваш инвентарь.

28 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

211 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

316 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Амулет прерывистых доспехов] добавлен в ваш инвентарь.

— О, золотые монеты. И у них было ровно такое же количество бронзовых монет. Странно.

Он вытащил магический предмет, чтобы взглянуть.

Предмет: [Амулет прерывистых доспехов] (бронзовый ранг, необычный)

*Шейная цепочка и амулет, накапливающие защитную силу *(ювелирное изделие, ожерелье).

Эффект: Медленно накапливает экземпляры [Благословения Стража], до максимума, основанного на вашем атрибуте [Восстановление] бронзового ранга.

[Благословение Стража] (бонус, святое): Урон от всех источников снижается на небольшую величину. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Снижение урона менее эффективно против урона от источников серебряного ранга или выше. Когда экземпляр поглощается, вы получаете экземпляр [Щедрости Благословения].

[Щедрость Благословения] (исцеление со временем, святое, суммирующееся): Исцеление со временем. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого предмета.

У Джейсона в инвентаре скопилось несколько предметов бронзового ранга. Он так и не продал странный хлыст гидры, а еще у него была перчатка, которую он забрал у приливного тролля бронзового ранга, с которым сражался. Теперь у него были доспехи, а амулет выглядел как полезный предмет для Софи, когда она достигнет бронзового ранга.

Последнее тело принесло нечто совершенно неожиданное.

[Звездное семя (Строитель)] добавлено в ваш инвентарь.

Глава 37: Извлечь максимум

Глава 37: Извлечь максимум

Аниса ворвалась в главный зал храма Чистоты, направляясь к выходу. Церковный функционер у дверей вышел ей навстречу.

— Вы выходите поздно, леди жрица, — сказал он. — Поклонение совершается при чистом свете солнца.

— Ты думаешь, что знаешь доктрину лучше меня? — прорычала Аниса.

— Вы та, кто выходит в часы темных дел.

Аниса остановилась, оглядывая мужчину с ног до головы. Никаких эссенций в его ауре, возраст между сорока и пятьюдесятью, но все еще низший ранг церковного чиновника. Она усмехнулась.

— Использовать свою жалкую меру власти, чтобы почувствовать себя могущественным, — признак нечистого сердца, — сказала она. Она залезла в свои одежды и протянула ему жетон. — Возьми это и явись на личную инквизицию.

Его лицо стало таким же белым, как у нее.

— Леди жрица, — взмолился он. — Неужели вы можете отправить меня на инквизицию из-за такой мелочи?

— В этом-то и проблема, — сказала она. — Ты подумал, что это такая мелочь, что не понесешь никаких последствий, но нечистые семена приносят гнилые плоды. Твои недостатки будут найдены и вычищены из твоей души. Она снова станет первозданной.

Она пронеслась мимо него и вышла за двери, на территорию, по пути, который становился неприятно знакомым, к строительной площадке. Когда она приблизилась, прораб вышел из бараков для рабочих.

— Поздно, леди жрица, и я знаю, что ваши люди не заботятся о часах тьмы. Если цель вашего визита распутна, то я с радостью приму вас.

— Закрой свой поганый рот, — сказала она ему. — Твой постоянно растущий список провалов вынудил архиепископа потребовать твоего присутствия.

— Я думал, архиепископ никогда не хотел меня видеть.

— Твои постоянные промахи поставили его в положение, когда он должен исправлять катастрофы, которые ты устроил.

Она залезла в свою сумку и вытащила белую мантию.

— Надень это и держи лицо закрытым, — приказала она, бросив ее к его ногам.

Мужчина поднял мантию из грязи и накинул ее поверх своей одежды.

— О чем это, собственно? — спросил он.

— Мы перешли тот этап, когда можно вести беседы, — сказала она ему. — Твоя задача теперь — отвечать на вопросы, следовать инструкциям и в остальном держать рот на замке.

— Напомню тебе, жрица, что мы партнеры в этом деле.

— Партнеры подразумевают взаимовыгодный обмен, а не то, что одна сторона создает беспорядок, а другая его разгребает. Следуй за мной.

Она зашагала прочь, а культист Строителя в капюшоне, выдававший себя за прораба, последовал за ней. Она провела его по территории, используя ключ, чтобы открыть ворота в обнесенном стеной саду, а затем снова заперла их за ними. Внутри стен был частный сад с кругом сидений в центре, обращенных внутрь. Архиепископ Николас Хендрен уже сидел и ждал. Аниса заняла другое место, и культист попытался сделать то же самое.

— Оставайся на ногах, — отчитала она его.

— Разве это не немного мелочно, жрица?

— С тебя хватит, — сказал ему архиепископ. — Ты будешь стоять, ты будешь слушать, и ты будешь отвечать.

— Это вряд ли в духе партнерства, архиепископ.

— Если бы наши связи не простирались так далеко за пределы этого города, наше партнерство было бы окончено, и ты не был бы ничем большим, чем пятном на земле, с которой мы тебя очистили, — прорычал архиепископ. — Ты не устроил ничего, кроме череды катастроф. Ты потерял астральное пространство, это одно, но ты держал нас так далеко от этой операции, что у нас не было возможности предупредить тебя, что стоило тебе людей, ресурсов и заставило тебя ползти обратно в свои норы.

— Думаю, вы могли бы помочь, если бы действительно хотели, архиепископ. Раз уж вы настаиваете на том, чтобы поднять этот вопрос, я должен усомниться в преданности ваших усилий.

— Я не буду подвергать опасности своих людей, чтобы смягчить провал твоих, больше, чем должен. И все же, даже тогда, кажется, я никогда не могу перестать это делать. Единственное, в чем ты никогда не ошибаешься, — это разочаровывать. Ты мог бы удержать астральное пространство, если бы у тебя был заводной король, но твой человек не смог вызвать его должным образом, несмотря на поразительный уровень ресурсов, которые мы предоставили. Мало того, что он не смог его вызвать, он вместо этого вызвал какого-то иномирного безумца, который не только убил его, но и чуть не раскрыл причастность моей жрицы, а теперь еще и захватил одно из ваших звездных семян. В целости.

— Что? — спросил культист. — О чем вы говорите?

— Ты уверял мою жрицу, что даже перед лицом очередного провала они ничего не смогут извлечь из твоих людей. С какой стати нетронутое, неиспользованное звездное семя считается «ничем»?

— Этого не должно быть возможно.

— Ты не должен быть настолько плох в задачах, которые тебе поручают, — сказал архиепископ. — Разочарование повсюду.

— Вы должны вернуть его! — сказал культист.

— Разгрести еще один твой беспорядок? — спросил архиепископ. — Именно твой гениальный план внедрить звездные семена в первую очередь привлек к ним столько внимания.

— И поставил вас в такое выгодное положение, чтобы узнать все, что они замышляли, — парировал культист. — Вы были достаточно довольны в то время, так что не пытайтесь упрекать меня задним числом. Я знаю, что лицемерие — основной постулат вашей церкви, но я не последователь.

Архиепископ вскочил со своего места и ударил культиста тыльной стороной ладони, отправив его на землю.

— Ты будешь следить за своим гнилым языком на землях, принадлежащих нашему господину, ты, поклоняющаяся чудовищам дрянь.

Культист поднялся на ноги и вытер кровь с разбитой губы.

— Я задел больное место, архиепископ? Вам может не нравиться укрывать таких, как я, но вы делаете это и будете продолжать делать.

— Единственная причина, по которой я терплю тебя, — это более широкое соглашение вашего вида с церковью. Если бы воля была за мной, я бы сжег вас всех и покончил с этим.

— Но это не вам решать, не так ли, архиепископ? Так что вы будете хорошим мальчиком, будете делать то, что вам говорят, и окажете нам ту помощь, которая нам требуется. А что нам требуется сейчас — это вернуть то звездное семя.

Лицо архиепископа исказилось от нежелания, но он не стал возражать.

— Что они могут с ним сделать?

— Есть много возможностей, и ни одна из них не хороша, — сказал культист. — Это может разоблачить нас всех, если использовать правильно. Если у них есть люди, которые знают, что делают. Достаточно квалифицированный специалист по астральной магии будет точно знать, как его использовать.

* * * — Итак, для чего его можно использовать? — спросил Джейсон.

— Без понятия, — ответил Клайв.

— Серьезно? — спросил Джейсон. — Я думал, ты взглянешь на него и такой: «Да, теперь мы можем дать им хорошего пинка под зад!»

— Ты думал, я так скажу?

— Ты постоянно говоришь подобные вещи.

— Я никогда в жизни ничего подобного не говорил.

Хранилище Магического общества содержало всевозможные опасные и ограниченные в доступе объекты, запечатанные в различных комнатах. Построенное в самом фундаменте Острова, оно находилось не просто под кампусом Магического общества, а под кольцевой линией, подземными водотоками и инженерными туннелями, которые пересекались под землей. Джейсон, Клайв, Руфус, Эмир и Даниэль Геллер находились в комнате, которую Клайв выделил для звездного семени.

Оно лежало в надежной коробке из покрытого рунами стекла. Само семя выглядело как сфера, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что оно состоит из крошечных кубиков, склеенных вместе. Как ни странно, звездное семя было цвета обычного, ничем не примечательного кирпича. Псевдосфера удерживалась на месте тусклой металлической рамой: кубом с зубцами, чтобы удерживать шар.

— Рама шла в комплекте, или мы ее добавили? — спросил Эмир.

— Она была с ним, — сказал Джейсон. — Это только мне кажется, или рама точно такого же размера, как куб эссенции?

— Думаю, ты прав, — сказал Эмир. — Это тревожная мысль.

— Не уверен, что помещать его в хранилище было лучшей идеей, — сказала Даниэль. — Оставить его в своем хранилище и очень осторожно выбирать, кому об этом рассказывать, было бы лучше.

— К черту это, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь оставлять эту штуку в своем инвентаре и позволять Строителю использовать ее, чтобы взломать меня.

— Мы даже не знаем, возможно ли это, — сказал Клайв.

— Полгода назад я не знал, что возможно все то, что произошло за последние пять месяцев, и большая часть этого пыталась меня убить. Поезд «вещей-о-которых-я-не-знаю» продолжает ехать. Я не позволю ему засунуть руку мне в задницу и размахивать мной, как чертовски красивой куклой-носком.

Остальные трое повернулись, чтобы посмотреть на него, за исключением Руфуса, который просто покачал головой.

— Не обращайте внимания, — сказал он остальным.

— Что? — спросил Джейсон.

Даниэль покачала головой и повернулась к Клайву. — Есть идеи, что нам делать со звездным семенем?

— Не с ходу, — сказал Клайв. — Мне придется провести исследование. Я все еще жалею, что ты убил Ландемира Вейна, Джейсон. Даже его записи были бы полезны; иногда казалось, что он вырывал эти удивительные инновации в астральной магии из воздуха. Впрочем, все его записи были конфискованы церковью Чистоты после разоблачения культа крови.

— Почему это церковь Чистоты получила право забрать все вещи его семьи? — спросил Джейсон Руфуса.

— Именно они узнали о культе крови, — сказал Руфус. — Не уверен как, но они обратились в суды, которые дали им право конфисковать все их имущество, если обвинения будут подтверждены. Они наняли нас сделать именно это, а остальное ты знаешь.

— Серьезно, — сказал Джейсон. — Этому месту нужна серьезная правовая реформа. И еще, вам нужно перестать жаловаться, что я убил того парня. Он собирался съесть меня. Он был в культе кро…

Глаза Джейсона расширились, когда он замолчал. Он начал ходить взад-вперед, рассеянно постукивая себя по голове в раздумьях. Эмир собирался задать вопрос, но Руфус жестом приказал ему молчать. Джейсон перестал двигаться и поднял глаза.

— У нас проблема, — сказал он. — С тех пор как мы узнали о культе Строителя, меня что-то беспокоило.

— Ты говорил мне, что уже где-то это видел, — сказал Эмир.

— Видел, и только что вспомнил где. Ландемир Вейн был культистом Строителя.

— Откуда ты можешь это знать? — спросил Клайв.

— Вы видели мою способность мародерства в действии. Когда я облутал Ландемира Вейна, мне пришло то же сообщение, что и тогда, когда я облутал парня, который дал мне это. Оно спросило, хочу ли я облутать культиста Строителя.

Джейсон повернулся к Руфусу.

— Помнишь, когда мы впервые встретились в том подвале? — спросил Джейсон. — Крессида Вейн и парень с лопатой говорили о том, как я убил Ландемира. Что она сказала о своем сыне?

— Ты прав, я помню это, — сказал Руфус. — Что-то о невыразимых вещах из-за пределов реальности.

— Если Ландемир Вейн был культистом Строителя, — сказал Джейсон, — это означает очень плохие вещи.

— Это так, — согласилась Даниэль. — Действительно, очень плохие вещи.

— Кажется, я пропустил шаг, — сказал Клайв. — Как то, что Ландемир Вейн был культистом Строителя, вообще имеет значение сейчас? Он умер месяцы назад.

— И церковь Чистоты конфисковала все, чем он владел, вместе с остальным имуществом его семьи, — сказала Даниэль Геллер. — Каждую записку, письмо и запись. Даже его работу здесь, в Магическом обществе, верно?

— Верно, — сказал Руфус. — Аниса Ласаль потратила большую часть дня, разбирая все их вещи, еще до того, как ее церковь пришла, чтобы заявить на все права.

— Вы думаете, церковь Чистоты работает с культом Строителя? — спросил Эмир. — Зачем им посылать Руфуса и его команду в дом Ландемира Вейна?

— Потому что его семья была не в том культе, — сказал Джейсон. — Вы можете видеть, как они могли бы это обрисовать. Ландемир Вейн боится того, во что ввязалась его семья, и сообщает в церковь Чистоты. Церковь нанимает искателей приключений, чтобы сопровождать их жрицу для расследования. Всех захватывают, но Ландемиру удается освободить жрицу и сбежать. Как только Руфус и его команда погибли, его семья обрушилась бы на остальную часть семьи Вейн, как молот божий. Это оставило бы Ландемира единственным наследником и дало бы культу Строителя роскошную, изолированную и безопасную базу операций. С церковью Чистоты, помогающей ему «очистить» имущество от скверны культа крови, кто пойдет туда, чтобы присмотреться? Наличие прав на конфискацию имущества было непредвиденным обстоятельством на случай, если что-то пойдет не так или им понадобится убить Ландемира самим, по какой-либо причине. Непредвиденное обстоятельство, которое позволило им прикрыть все это дело.

— Мы были захвачены еще до твоего прибытия, — сказал Руфус. — Ландемир мог уже организовать ее побег до того, как ты убил его, пока она ждала, когда все уйдут, чтобы принести нас в жертву. То, что ее вывели из группы, могло быть просто удачей, или даже идеей, которую Ландемир вложил в голову впечатлительного сотрудника. Если бы она не была, она могла бы сбежать и покинуть камеру жертвоприношений, оставив остальных из нас умирать.

Лицо Руфуса отражало его потрясенный разум.

— Человек, который предал нас культу крови, — сказал он. — Он был контактом церкви Чистоты. Когда мы не умерли, как планировалось, и хотели допросить его, она убила его на месте, заявив, что это власть ее церкви.

Он повернулся к Джейсону.

— Ты сказал, что тогда это было подозрительно, — сказал Руфус. — Мы говорили об этом.

— Мы не могли знать, — сказал Джейсон. — Я был против нее просто потому, что она была такой… мы не ладили.

— Но все пошло не так, — сказал Руфус. — Никто из них не ожидал, что появится пьяный иномирный безумец и все испортит. Благодаря Джейсону Ландемир умер, а мы выжили, что прямо противоположно их плану.

— Не совсем все не так, — сказал Джейсон. — Есть еще поместье Ландемира, под контролем церкви. Это вполне может быть место, где перегруппировался культ Строителя после побега из астрального пространства.

— Это все весьма спекулятивно, — сказал Эмир. — Выдвигать такие обвинения против церкви — дело нешуточное, и даже я пока не полностью убежден. У нас нет доказательств.

— Я и есть доказательство, — сказал Джейсон. — Моя способность показала, что Ландемир Вейн был культистом Строителя.

— Это косвенно относится к виновности церкви, даже с подтверждением Руфуса, — сказала Даниэль. — А твои показания — шаткая основа для дальнейших действий.

— Что не так с моими показаниями? — спросил Джейсон.

— Джейсон, — сказал Эмир. — Ты можешь вращаться в высоких кругах, относительно Гринстоуна, но ты все еще железный ранг. К тому же ты проводишь много времени, лгая и бегая вокруг, как сумасшедший. Есть разница между людьми у власти, которые терпят тебя, и тем, чтобы они слушали то, что ты говоришь.

— Он прав, — сказала Даниэль. — Будет нелегко убедить кого-либо в том, что церковь Чистоты причастна к внедрению этих звездных семян в людей, когда мы даже не можем ответить на вопрос «зачем», не говоря уже о предоставлении окончательных доказательств.

— Согласен, — сказал Эмир. — Я сам не буду убежден без чего-то более убедительного.

— Нам нужно найти доказательства, прежде чем мы сможем действовать, — сказала Даниэль.

— Поместье Вейнов, — сказал Руфус.

— Да, — согласилась Даниэль. — Пока все отвлечены отправкой железных рангов в астральное пространство Эмира, мы пошлем небольшую команду, которой можем доверять, для расследования поместья.

Звуки множества ног, двигающихся наверху, привлекли внимание группы. Вскоре вход в их камеру заполнился сочетанием стражников хранилища Магического общества и церковных боевиков храма Чистоты. Во главе была Аниса Ласаль.

— Аниса, — сказал Джейсон. — Я только что думал о том, что тебя следует подвесить и сжечь за колдовство.

— Все еще болтаешь чепуху, я вижу. Отойди, Асано, и дай взрослым поговорить.

— Не думаю, что твой стиль переговоров здесь сработает, Джейсон, — сказала Даниэль. — Может, оставишь это мне?

Джейсон кивнул, отступая.

— Мы здесь за звездным семенем, — сказала Аниса. — Уйдите с нашего пути.

— Какое право вы имеете на звездное семя? — спросила Даниэль.

— Наша церковь забрала и уничтожила все предыдущие, — сказала Аниса. — Это новое — просто еще один артефакт нечистоты, который должен быть уничтожен.

— Ваша церковь забрала предыдущие, потому что они извлекли их. Это было получено искателем приключений.

— Это все равно наша обязанность — уничтожить его, — сказала Аниса.

— Вероятно, оно будет полезно в нашей борьбе с неуловимым врагом, — сказала Даниэль.

— Мне все равно, — сказала Аниса. — Мои инструкции — забрать его для уничтожения, и ничто из того, что вы скажете, не заставит меня свернуть с этого пути.

— Ваша церковь не имеет здесь власти, — сказал Клайв. — Я адъюнкт-помощник заместителя директора Магического общества, и я распорядился поместить этот объект сюда.

— Это звучит внушительно, — сказала Аниса. — «Директор» звучит лаконичнее, и в данном случае уместнее. Люциан Лампри уже передал его нам.

Она достала документ из своей пространственной сумки и протянула его Клайву. Он просмотрел его с недовольным выражением лица, давая Даниэль неохотный кивок.

— Что ж, — сказала Даниэль и отошла в сторону.

Один из стражников хранилища убрал стеклянный футляр вокруг звездного семени, и Аниса забрала его, поместив в свою сумку. Бросив Джейсону торжествующую ухмылку, она вымелась вон, уводя с собой свою многочисленную свиту. Клайв высунул голову за дверь, чтобы посмотреть вверх по лестнице и убедиться, что они ушли.

— Я удивлен твоей сдержанностью, — сказал Руфус Джейсону. — Я ожидал, что ты сделаешь что-то экстремальное.

— Звездное семя потенциально ценно, — сказал Джейсон. — Знать, что церковь Чистоты по уши в этом, когда они не знают, что мы знаем? Это ценнее, а действие сейчас выдало бы нас. В противном случае Даниэль остановила бы их.

— Именно так, — сказала Даниэль. — Впервые мы на шаг впереди. Теперь нам нужно извлечь из этого максимум.

Глава 38: Поминки

Глава 38: Поминки

У Фарры не было официальной панихиды, только несколько ужинов и неформальных встреч с рассказами историй и тем, что все напивались до беспамятства. С неожиданным появлением ее родителей Руфус перешел к действиям, организовав официальную панихиду за день до того, как искатели приключений отправились на состязание Эмира.

После службы традиционные поминки прошли не в баре, а в лаунже гостевого крыла облачного дворца. По крайней мере, там был лучший запас алкоголя, чем в большинстве таверн. Джейсон оглядел группу, некоторые из них были издалека, а других Фарра узнала за свои месяцы в Гринстоуне. Некоторые были друзьями, другие в меньшей степени, но не было никакого антагонизма, когда люди выражали свое почтение. Джори присутствовал, добросердечный мужчина выглядел красноглазым, пока Белинда стояла рядом с ним для моральной поддержки. Она и Софи никогда не встречались с Фаррой, и Софи не присутствовала со своим другом.

Элспет Арелла и ее заместитель, Женевьева, оставались ровно столько, чтобы проявить уважение, и ушли достаточно рано, чтобы быть незаметными. Появилась мадам Лэндри, их давняя домовладелица. Она не была пользователем эссенций и была несколько ошеломлена облачным дворцом и компанией, пока ее не взяли под опеку родители Фарры. Ее коллеги из Магического общества присутствовали двумя контингентами.

Одним из них была группа вокруг Клайва, которая действительно знала ее и работала с ней; другим был Люциан Лампри и его заместитель, Пошар Финн. Несмотря на превосходное обучение социальным тонкостям между иностранным дворянином и тайным ребенком криминального авторитета, Лампри не хватало социальной деликатности Ареллы, и он пересидел свое время долго после того, как она ушла. Джейсон изо всех сил старался сдержать свою неприязнь к этому человеку и был благодарен, что Софи не присутствовала. Решив не устраивать сцен на поминках Фарры, он дипломатично избегал Люциана, чтобы не спровоцировать какие-либо из своих плохих социальных привычек.

У самого Лампри, однако, были другие идеи. Он пил дорогой алкоголь Эмира быстрее, чем кто-либо другой в комнате, и, будучи наполовину пьяным, искал Джейсона с выражением полусмущенного пьянства и наполовину решительного гнева.

— Асано, — громко позвал он, приближаясь.

Руфус двинулся, чтобы вмешаться, но был остановлен рукой Даниэль Геллер на его руке.

— Если Джейсон когда-нибудь собирается реализовать свой потенциал, — тихо сказала она Руфусу, — ему нужно показать, что он может справляться с ситуациями с тактом, а не с напыщенностью, бравадой и провокациями.

— Сейчас не время для уроков, — прошипел на нее Руфус.

— Это как раз самое время, — заявила она. — Мы искатели приключений, Руфус. Наши самые важные уроки приходят от столкновения с монстрами.

Лампри подошел к Джейсону, оглядываясь, чтобы убедиться, что у него есть аудитория. Его заместитель, Финн, попытался увести его, но Лампри отмахнулся от него. Джейсон отвернулся от разговора, который вел, чтобы встретиться с Лампри. Выражение лица Джейсона было настроено на полное спокойствие.

— Директор Лампри, — сказал Джейсон. — Спасибо, что пришли. Членство Фарры в Магическом обществе было очень важно для нее; я знаю, что она оценила бы сильное представительство, которое общество здесь продемонстрировало. То, что вы пришли лично, очень приятно.

— Думаешь, я не вижу тебя насквозь, Асано? — сказал Лампри так, как пьяные люди умеют быть громкими, думая, что они тихие. — Ты думаешь, что ты такой умный, стравливая людей друг с другом, сгибая правила в любую форму, какую хочешь. Но ум не спас твоего друга, не так ли? Когда она встретилась лицом к лицу с силой, она сразила ее в одно мгновение. У тебя даже не хватило мужества быть там, когда это произошло.

Все в комнате теперь смотрели, как Джейсон слегка улыбнулся Лампри.

— Это показывает вас как человека с характером, отбрасывающего личные неприязни перед лицом большей угрозы, — сказал Джейсон, агрессивно искажая намерения Лампри. — Я рад, что такой человек может прийти сегодня и отбросить старые проблемы, чтобы мы могли вместе встретить новые.

Он взял руку Лампри, торжественно пожимая ее. — Мы ценим ваши соболезнования, директор. Я полагаю, ваш заместитель только что сказал, что вам пора идти, что понятно. У человека вашего положения так много дел. Мы все же благодарим вас за то, что пришли.

Пошар Финн быстро подошел, когда ярость отразилась на лице Лампри, готовая вырваться наружу. Эмир также двинулся рядом с Финном, незаметно используя свою ауру в непосредственной близости, чтобы подавить назревающий всплеск Лампри.

— Спасибо, директор Лампри, заместитель директора Финн, — сказал Эмир, когда он и Финн проводили Лампри к двери. По ту сторону порога сотрудники Эмира помогли Финну увести Лампри из виду. Эмир вернулся к группе, дверь за ним закрылась.

— Видишь? — сказала Даниэль Руфусу. — Я говорила тебе с самого начала: у парня политический ум.

Лампри был последним из социально обязанных присутствовать, кто ушел. После его ухода мрачные, контролируемые выражения лиц уступили место настоящим эмоциям, когда поминки по-настоящему начались. Напитки лились рекой, глаза увлажнялись, и даже звучал смех, когда люди делились историями.

Одной из групп присутствующих была команда железных рангов, выглядевшая нервно из-за обилия высокопоставленных людей вокруг них. Это были не просто безымянные «серебряные» из провинциального города. Их хозяин, Эмир Бахадир, пил с Талией Мерсер и ведьмой времени Даниэль Геллер. Констанция, знаменитая непреклонная глава обширной организации Эмира, была обескураживающе выразительна, когда непринужденно болтала с Габриэлем и Арабеллой Ремор. Даже после лет в Академии Ремор железные ранги чувствовали себя запуганными инструктором Габриэлем.

Железные ранги были командой из Витесса, обученной в Академии Ремор. Габриэль обнаружил их, когда они отправлялись в путь, и именно он пригласил их на панихиду и поминки. Они прошли через академию на несколько лет позже Руфуса, собственного вундеркинда семьи Ремор, чье присутствие нависало над другими студентами.

Одни только ауры, струящиеся по комнате, были достаточны, чтобы смутить даже тех, у кого были годы тренировок ауры. Было еще несколько железных рангов, которые казались спокойными под давлением, за исключением одного человека, который игнорировал это полностью. Они наблюдали, как он расхаживает так, будто владеет этим местом, как будто мощного супа ауры вокруг не существовало. Он подходил к легендам и говорил с ними, как с обычными людьми. Еще более удивительным было то, что они, казалось, совсем не смотрели на железный ранг свысока, приветствуя его в своих разговорах.

— Нат, кто это? — спросил Лэнс. Лэнс был эльфом и лидером команды. Его длинные светло-коричневые волосы были стянуты назад за головой.

— Иномирный, о котором мы слышали, — сказала ему леонид Натали. — Асано.

Натали была леонидом женского пола и, как и другие ее вида, была меньше самцов, таких как Гэри.

— Это тот, кого тренировал Руфус? — спросил Максимилиан. Он был членом редкой расы драконидов, крупнее даже самцов леонидов и покрытый блестящей чешуей. Его чешуя была цвета темных листьев, зеленый переходил в фиолетовый.

— Это то, что я слышала, — сказала ему Натали.

— Какого рода тренировки? — спросил Оскар. Он был красивым селестином с темной кожей и соответствующим серебром в глазах и волосах. — Тренировки ауры в академии не учили нас так хорошо справляться с аурами.

Последним членом группы была «тлеющая» с типичной кожей цвета полуночи и глазами, горящими как угли. Ее волосы были подстрижены очень коротко. Она не сводила глаз с Джейсона, пока остальные разговаривали.

— Фарра тоже тренировала его? — спросила она.

Нахмурившись от интенсивности своей подруги, Натали кивнула. Тлеющая вышла из группы в его направлении.

— Падма! — позвал Лэнс под нос, но она проигнорировала его.

Джейсон заметил тлеющую девушку, марширующую через комнату, как женщина на задании. Она не могла быть старше Хамфри, вероятно, моложе. Она была той, о ком ему рассказывали, приближаясь к нему с эмоциями, бушующими в ее ауре. Выпускник Академии Ремор должен был иметь лучший контроль, но девушка явно была в смятении. Когда она достигла Джейсона, это было похоже на то, как ветер вырвался из ее парусов, оставив ее стоять перед ним, успокоенной.

— Падма? — мягко спросил он. Она кивнула, и он мягко улыбнулся ей.

— Я Джейсон Асано. Как насчет того, чтобы увести тебя от этих несносных аур и поболтать?

Он не стал ждать ответа, прежде чем уйти, взяв два стакана и бутылку, пока она кротко следовала за ним в тихий угол комнаты. Джейсон медленно вытянул историю Падмы из нее, пока она сжимала стакан со сладким ликером в руках, как талисман. Джейсон продолжал наполнять его из бутылки, пока она говорила. Сначала она колебалась, но с сочувствующими подсказками Джейсона слова вскоре полились из нее.

Падма и ее команда тренировались в Академии Ремор, на несколько лет позже Руфуса. Он выпустился раньше них, но его присутствие в академии едва ли уменьшилось. Он был символом для студентов, которые пришли после. Когда он впервые привел свою команду, Руфус искал Падму, которая даже не знала, что Руфус знает, кто она такая. Новый член команды Руфуса, Фарра, имела те же эссенции, что и Падма, и Руфус представил их друг другу. Фарра взяла молодую тлеющую под свое крыло, став чем-то вроде наставника.

Джейсон слушал, не более чем кивками и словами признания, чтобы показать свою внимательность. Он быстро понял, что Фарра была для Падмы больше, чем просто наставником. Фарра была ее кумиром, источником вдохновения и направляющей рукой. Падма с нетерпением ждала ее возвращения в Витесс, гордясь ее успешным вступлением в Общество искателей приключений, пока Руфус и его команда были далеко в Гринстоуне.

Падма ждала воссоединения, где она могла бы поделиться своей гордостью, но пришли новости о смерти Фарры. Когда Эмир позвал искателей приключений, она не колебалась. Каждое место на кораблях, доставляющих людей, было призом. Люди Эмира организовывали турниры, чтобы привезти в Гринстоун только лучших. Несмотря на неопытность Падмы, ее команда поддержала ее и победила. Она сама не была уверена, зачем ей нужно было ехать, но чувствовала себя движимой, вынужденной какой-то внутренней потребностью, которую не до конца понимала.

После того, как она закончила свою историю, Джейсон кивнул. Он поделился немного своим собственным опытом обучения у Фарры, что привело к обмену мнениями о том, каким было ее наставничество. Джейсон ясно видел, что у Падмы были недели накопившегося разочарования, жаждущего выхода. Он методично использовал вопросы и маленькие анекдоты, чтобы проделать дыры, через которые оно могло бы вырваться.

Они сидели в углу, разговаривая больше часа, прежде чем начались речи. Руфус и Гэри произнесли короткие речи, анекдоты теперь плавно отточенные в пересказе. Джейсон встал, чтобы выступить последним. Выйдя перед группой. Его взгляд задержался на родителях Фарры, которых он узнал за последние несколько дней. Мать Фарры грустно, ободряюще кивнула ему.

— Я знал Фарру с того дня, как попал в этот мир, — сказал он, затем нахмурился. — Это было примерно полгода назад, а не когда я был младенцем или что-то в этом роде. Думаю, все здесь знают мою историю.

— Хватит говорить о себе, ты, чудак, — крикнул Гэри, вызвав раунд смеха.

— Я создаю сцену, ты волосатый болван, — ответил Джейсон. — Я выстраиваю повествование.

— Строй быстрее, — сказал Гэри. — Я не хочу протрезветь, пока ты болтаешь.

— Может, если меня не будут постоянно перебивать. На чем я остановился?

— Ты очень грустный, конец, — сказал Гэри. — Давай выпьем еще.

— С тебя хватит, — сказал Джейсон, ткнув пальцем в его сторону. — Так вот, я встретил Фарру в худший день своей жизни. Я понятия не имел, где я, что происходит или даже в своем ли я уме. Моя первая встреча с настоящей силой была, когда она выплеснула лаву через комнату, как будто это нормальная вещь, которая может произойти. И это была Фарра — скромно потрясающая.

Он посмотрел вниз, улыбаясь в воспоминаниях.

— После этого она познакомила меня с миром. Руфус научил меня сражаться как искатель приключений, а Гэри научил меня двигаться как один из них. Фарра, однако, научила меня быть искателем приключений. Как смотреть на мир вокруг меня, буквально и фигурально. У меня есть привычка молоть языком раньше, чем заработает мозг, и задолго до того, как я буду иметь хоть какое-то представление о том, о чем говорю. Фарра была той, кто спустил меня с небес на землю, прежде чем то, чего я не знал, привело бы меня к гибели.

Он посмотрел вверх и вокруг на собрание.

— Мы все знаем, что она умерла как искатель приключений, — сказал он. — В этой комнате есть люди, которых не было бы здесь, если бы она не стояла твердо перед лицом самого ужасного врага. Чудовище, которое сразило ее, его время придет, но это не о нем. Это даже не об искательстве приключений, на самом деле. По крайней мере, не для меня.

Джейсон сделал паузу, чтобы отпить из напитка в руке.

— Да, она учила меня, — продолжил он. — Да, я сражался с ней. Под чем я имею в виду, что я стоял рядом, пока она взрывала монстра апокалипсиса. Это казалось очень вовлекающим, в тот момент. Но большую часть времени с Фаррой я провел не как начинающий искатель приключений. Это было как с другом. Большие моменты — это истории, которые мы будем пересказывать, но именно маленькие моменты я вспоминаю и улыбаюсь. Сидеть вокруг, пока Фарра и Клайв говорили какую-то теоретическую чепуху над головами всех остальных. Фарра и Гэри объединяются против Руфуса, потому что он стал слишком чопорным. Разделить еду или день в парке. Приключения будут историями, которые мы расскажем, но дружба — это то, по чему мы будем скучать. За Фарру. Нашего друга.

Он поднял свой стакан, и все сделали то же самое.

— Вот на чем я собирался остановиться, — сказал Джейсон. — Когда Руфус сказал мне выступать последним сегодня вечером, я сопротивлялся. Но он сказал, что это должен быть я. Что последнее слово должно быть о наследии, частью которого, нравится мне это или нет, я являюсь. Это было достаточно убедительно, чтобы заставить меня выйти сюда, но сегодня вечером я встретил молодую женщину, у которой как минимум столько же прав на это, сколько у меня. Она не подготовила никаких слов, но я сам видел, что у нее они внутри, готовые к выходу.

Падма слушала Джейсона с нарастающим ужасом. Тлеющие были физически неспособны побледнеть, но она по крайней мере приобрела оттенок очень темно-коричневого.

— Падма, — сказал Джейсон. — Пожалуйста, подойди. Последнее слово за тобой.

Все проследили за взглядом Джейсона на девушку, пытающуюся изо всех сил выглядеть как неприметный предмет мебели.

— У тебя есть что сказать, и я уже слышал, как ты хорошо это говоришь, — сказал ей Джейсон. — Ими стоит поделиться.

Она оставалась прикованной к месту, пока голос Габриэля не пронзил комнату с натренированным авторитетом.

— Кадет Падма Парселл, — сказал он с проекцией театрального ветерана. — Шаг вперед.

Тело Падмы двинулось, голос инструктора Габриэля вызвал обусловленное послушание. Она обнаружила себя стоящей рядом с Джейсоном, перед собравшимися высокоранговыми. Джейсон улыбнулся ей и ободряюще похлопал по плечу, прежде чем отойти.

Она начала говорить. Это было нерешительно, со стаккато-ритмом; из-за нервозности она делала паузы и теряла нить того, что говорила. По мере того как она продолжала, это стало более плавным, нервозность смывалась страстью. Это была не великая речь, но никто в комнате не сомневался в ее любви и искренности. Джейсон вмешался как раз перед тем, как она начала запинаться.

— Вот и все, — сказал он. — У страсти есть красноречие, которое превосходит слова, и я думаю, мы можем согласиться, что никто из нас не превзойдет страсть этой молодой леди. Так что пусть слова будут закончены, и мы сможем сделать то, что сделала бы Фарра: напиться на дорогом алкоголе Эмира.

После речей началось настоящее пьянство. Родители Фарры, Амелия и Уильям, отвели Джейсона в сторону, чтобы поблагодарить его за его слова.

— Фарра говорила, что ты можешь быть хорош со словами, — сказал Уильям. — Слишком хорош, сказала она нам. Вероятно, навлечешь на себя неприятности.

— Она говорила обо мне?

Родители Фарры жили в городе, где выросла Фарра, хотя и в гораздо большем доме, благодаря заработкам Фарры как искателя приключений. Там не было камер для общения по водной связи, но они каждый месяц ездили в Витесс, чтобы поговорить со своей дочерью.

— Она определенно говорила о тебе, — сказала Амелия. — Мы не были уверены, чего ожидать от ее описания, впрочем.

— Ты должен знать, что она думала, что у тебя невероятный потенциал, — сказал Уильям.

— Если бы ты мог научиться не мешать самому себе, — добавила Амелия. — Думаю, она хотела бы, чтобы на это указали.

— Это похоже на нее, — сказал Джейсон. — Мне так жаль, что ее больше нет.

— Мы всегда знали, что есть шанс, что это произойдет, — сказала Амелия. — Это было то, что мы приняли, когда впервые начали работать, чтобы получить те эссенции для нее.

— От этого не болит меньше, — сказал Уильям. — Но мы были, по крайней мере, немного готовы к этому.

Джейсон кивнул.

— А как насчет твоей семьи? — спросила Амелия. — Фарра объяснила нам твою ситуацию, которая кажется немного необычной, даже по стандартам искателей приключений.

— Я не уверен, — сказал Джейсон. — Я не знаю, думают ли они, что я мертв или пропал без вести. Я делаю записи для них, на случай, если когда-нибудь вернусь домой. Когда я вернусь домой.

Джейсон внезапно нахмурился.

— Простите, но мне только что кое-что пришло в голову. Я оставлю вас наедине с соболезнованиями других. Еще раз, мне так жаль.

Джейсон направился туда, где Руфус и Гэри разговаривали с Клайвом, оставив родителей Фарры искать Падму, чтобы поговорить с ней.

— У меня только что возникла мысль, — сказал Джейсон Руфусу, Гэри и Клайву. — Родители Фарры спрашивали о моих собственных родителях, и я подумал о кое-чем. Я попал сюда из-за Ландемира Вейна, и вы думаете, что он получал какую-то продвинутую астральную магию от Строителя, верно, Клайв?

— Это возможно, — сказал Клайв. — То, что он делал, не вернуло бы тебя домой, впрочем. Это послужило лишь случайным катализатором для гораздо больших, естественных сил, впрочем.

— Но что он пытался вызвать? — спросил Джейсон. — Что-то из мира Строителя в астрале? Это межпространственные путешествия. Знания Ландемира могут не иметь ответов, но там могут быть подсказки.

— Все его записи и труды были забраны церковью Чистоты, — сказал Руфус. — Их было бы невозможно достать, даже если бы они не были уничтожены.

— Тебе также нужно будет повысить свои знания теории астральной магии, если ты когда-нибудь захочешь их понять, — сказал Клайв. — Книг навыков будет недостаточно.

— Но они будут началом, — сказал Джейсон. — Они даруют любые знания, которые были в них вложены, и я получил эти книги от самого Ландемира Вейна. Даже если в них нет ничего, что могло бы помочь мне вернуться домой, в них может быть что-то, что поможет нам против Строителя.

— Ты не можешь использовать их, пока не достигнешь бронзового ранга, впрочем, — сказал Гэри. — Это займет месяцы.

— О, есть способы обойти это, — сказал Клайв. — Они немного грубые, но мы можем изучить это после события Эмира.

— Ладно, тогда, — сказал Джейсон. — Это план.

Глава 39: Я не могу доверять ничему из этого

Глава 39: Я не могу доверять ничему из этого

Толпа из сотен людей собралась в кампусе Общества искателей приключений, перед облачным дворцом, ожидая появления Эмира. Было море железных рангов, плюс всевозможные городские светила и другие, жаждущие стать свидетелями начала грандиозного события Эмира. Наряду с тайной, окружающей его, наконец, находясь на пороге получения ответов, многие искали смены темпа. Со времен экспедиции над искателями приключений города и крупными семьями, к которым они принадлежали, нависла пелена.

Состязание Эмира предлагало как опасность, так и возможность. Многие семьи Гринстоуна восприняли экспедицию как урок и не позволяли своим отпрыскам участвовать. После результатов последнего вторжения в астральное пространство они не желали бросать людей в новое. С загадочным врагом, нацеленным на астральные пространства по неизвестным причинам, идея отправки своих самых неопытных членов в другое заставила многие семьи призадуматься.

Однако не каждая семья ставила безопасность превыше всего. Расследование было масштабным, с понижениями в должности, и наиболее пострадавшие семьи отчаянно искали способы вернуть утраченный престиж. Хотя экспедиция в астральное пространство технически была успешной, поскольку проблема, влиявшая на астральное пространство, была устранена, многие рассматривали ее как провал.

Большинству крупных семей Гринстоуна никогда не было дела до реальной цели экспедиции, вместо этого они видели в ней шанс для личной славы. С огромными потерями, понесенными при отступлении с боями, с этой точки зрения это был провал. Экспедиция Эмира была шансом для них переписать свой имидж после экспедиции.

Затем были те семьи, которые, как Геллеры, просто хотели следующего приключения. Они признавали, что опасность есть всегда, но такова природа жизни искателя приключений. Если их молодые люди когда-нибудь собирались стать равными Геллерам или приезжим искателям приключений, они должны были подталкивать себя сильнее, сталкиваясь с большими угрозами.

Железные ранги в толпе были разделены на три общие группы: местные, Геллеры и аутсайдеры. Даже с учетом того, что многие местные железные ранги отказались от участия, местные были самой большой группой. Геллеры были самой маленькой из трех групп, участвовало семь команд, не считая Хамфри и его команды. Геллеры были в основном из дальних земель, но глубокие корни семьи в Гринстоуне не позволяли им быть настоящими аутсайдерами.

Команда Хамфри не учитывалась, так как состояла из местных, причем даже сам Хамфри был уроженцем Гринстоуна. Только Джейсон не был местным, но он все равно считался больше местным Гринстоуна, чем где-либо еще в мире.

Аутсайдеры и Геллеры бросали друг на друга много оценивающих взглядов, в значительной степени пренебрежительно относясь к местным. Аутсайдеры ответили на призыв Эмира из многих разных земель, но конкуренция за место на лодках, которые привез Эмир, была ожесточенной. Никто не недооценивал способности тех, кто пробился.

Что касается Геллеров, их высокие стандарты были известны во всем мире. Это было подчеркнуто присутствием Даниэль Геллер. Ведьма времени была более известна, чем большинство золотых рангов, и было хорошо известно, что она близка к тому, чтобы самой присоединиться к их рядам. Как только она это сделает, она будет стоять на вершине мира искателей приключений.

Среди приезжих команд искателей приключений была та, которая присутствовала на панихиде и поминках Фарры, хотя присутствовали только четверо из пяти. Как и все команды, ожидающие появления Эмира, они состояли из людей в возрасте от середины до конца подросткового периода. Менее обычным было полное отсутствие людей в их команде. Лидер, Лэнс, был эльфом, чье мастерство владения мечом опиралось как на изящество его магии, так и на изящество его рук. Как и у Джейсона, его предпочтением были струящиеся боевые мантии. У него была светлая кожа, а светло-коричневые волосы были практически стянуты назад за головой.

Рядом с Лэнсом была Падма, с кожей цвета оникса и огненными глазами, типичными для ее народа. Также типичной для ее народа была ее тяжелая одежда, так как она была полностью невосприимчива к жаре. Эффект дельты на климат заключался в том, чтобы поддерживать температуру выше, чем в других местах региона, даже когда осень приближалась к зиме. Для тлеющей, однако, даже самая палящая пустыня была прохладной, как мягкий весенний день.

Целитель команды, Оскар, был мужчиной-селестином, чья красота затмевала даже эльфийского лидера команды. Сравнение становилось еще сильнее, так как он повторял прическу Лэнса, стягивая ее назад простым зажимом. Той же этнической принадлежности, что и Софи, он имел шоколадную кожу с серебряными волосами и глазами. Его одежда была белой, опрятной и модной в стиле Витесса, который предпочитал Руфус. Они также были готовы к приключениям, сочетание формы и функции говорило об их экстравагантности.

Рядом с ним стоял самый высокий человек, находящийся в настоящее время в Гринстоуне, единственный присутствующий член народа драконидов. Максимилиан был внушительной фигурой с его размером и длинной, безволосой головой. Вместо кожи его чешуя в темных оттенках зеленого и фиолетового блестела под ярким солнцем. Его одежда была разработана, чтобы показать их, не более чем с кисточками на наплечниках и набедренной повязке.

Человек, которого они не знали, шел к ним, но ее внешность магически трансформировалась в облик леонида женского пола, когда она приблизилась. Это была истинная форма их самого скрытного члена команды, Натали. По сравнению с самцами леонидов, такими как Гэри, женщины были меньше, гибче и стройнее, с более коротким мехом и чертами лица, близкими к человеческим, эльфийским и селестинским. В случае с Натали ее гибкое тело было привлекательным даже для человеческих глаз, ее естественно плавные движения излучали чувственность, как будто это была их работа.

— Нат, — поприветствовал Лэнс. — Мы начали задаваться вопросом, собираешься ли ты появиться.

— Ты тот, кто попросил меня немного покопаться, — сказала Натали. — Там было больше, что нужно было выкопать, чем я ожидала.

— Давай начнем с нашей конкуренции, тогда, — сказал Лэнс. — Что у тебя есть на Геллеров?

— То, что ты ожидаешь, в основном, — сказала Натали. — Хорошо обученные, хорошо обеспеченные ресурсами. Хорошая командная синергия.

— Есть выдающиеся?

— Те, за кем стоит следить, судя по всему, команда под руководством Рика Геллера, но ему пришлось перестраивать команду после потери людей. Во время большой стычки здесь с теми людьми, вторгающимися в астральные пространства. Много погибших искателей приключений.

— Как Фарра, — сказала Падма.

— Да, — сказала Натали. — Эта команда Геллеров потеряла двух человек. Лидер добавил свою сестру и местного, чтобы заменить их потери, но их командная сплоченность еще не полностью сформирована. Им пришлось изменить большинство своих методов для нового состава.

— А как насчет местных? — спросил Лэнс.

— Хуже, чем ты ожидаешь, даже для такого отдаленного места, как это. Только одна команда считается конкурентоспособной.

— Насколько конкурентоспособной? — спросил Лэнс.

— Достаточно, чтобы команды Геллеров считали их реальным претендентом. У них был учебный бой с командой, о которой я только что говорила, и другой командой, возглавляемой Геллером. Сыном Даниэль Геллер.

— Хамфри Геллер? — спросил Лэнс.

— Верно, — сказала Натали. — Он только недавно собрал команду из местных, вместо того чтобы использовать членов своей семьи и связи.

— Интересно, — сказал Лэнс. — Я немного поболтал с Хамфри на поминках, но мы не говорили о делах. Я немного знаю его с тех пор, как его мать привозила его в Витесс несколько раз, но это было до того, как кто-либо из нас стал пользователем эссенций. Я даже не знаю, какие у него эссенции.

— Его слияние — эссенция дракона, — сказала Натали.

Максимилиан издал недовольный стон.

— Фальшивый дракон, — пожаловался он. Дракониды гордились своим заявленным драконьим происхождением и часто имели проблемы с другими расами, владеющими эссенцией дракона. У Максимилиана у самого была эссенция дракона.

— Не начинай с этим снова, — сказал Оскар.

— Я ничего не начинаю, — несчастно сказал Максимилиан. — Он просто не должен ходить вокруг, делая вид, что обладает истинной драконьей силой.

— Макс, он не утверждает, что на самом деле является драконом, — сказал Оскар. — Не больше, чем Лэнс, со своей эссенцией меча, утверждает, что является настоящим мечом.

— Насколько хорошо ты знаешь этого Хамфри? — спросила Натали Лэнса.

— Только мельком, социально. Я удивлен, услышав, что его мать позволила ему создать команду из местных, впрочем. Я не могу себе представить, чтобы она позволила ему добавить просто любого местного идиота в свою команду.

— О, он добавил не просто любого местного идиота, — сказала Натали. — Насколько я слышала, этот идиот особенный. Попытки разобраться в вещах, которые я слышала об этом парне, были сумасшествием. Я до сих пор не знаю, сколько из этого правда.

— Кто он? — спросил Лэнс.

— Новый друг Падмы, — сказала Натали. — Джейсон Асано, тот, кому Фарра помогала тренироваться с Руфусом.

— Джейсон? — спросила Падма, вздрогнув. — Он был действительно милым. Не считая того, что выставил меня перед всеми так.

— Ну, вещи, которые я слышала о твоем новом друге, довольно дикие. Некоторые люди боятся его, другие думают, что он идиот или сумасшедший. Некоторые даже называли его гением, пробивающим свой путь вверх по социальной иерархии. В конце концов, он оказался в команде Хамфри Геллера.

— Какова твоя оценка? — спросил Лэнс Натали.

— Я честно не имею понятия, — сказала Натали. — Либо большая часть того, что я слышала, ложь, что имело бы смысл, либо этот человек — какой-то безумный магический пикси. Помнишь на поминках, директор местного Магического общества напился и противостоял ему? По-видимому, там есть какая-то вражда, где Асано каким-то образом вышел победителем.

— Из-за чего железный ранг мог враждовать с директором Магического общества? — спросила Падма. — И как он мог победить?

— Говорят, это было из-за крепостного, — сказала Натали, — что подводит нас к следующей вещи. Помнишь ту суматоху на прошлой неделе перед большой встречей?

— Это было из-за крепостного, — сказал Оскар. — Я могу понять почему, увидев ее сам. Арестовывающая женщина.

— Это был Асано, — понял Лэнс, вспоминая. — Разве Бахадир не выгнал его из облачного дворца за это? Они казались дружелюбными во время поминок.

— Весь этот инцидент был уловкой, — объяснила Натали. — Оказывается, это был какой-то план, чтобы приманить этих астральных захватчиков. Я не уверена в деталях, но это, по-видимому, сработало.

— Похоже, Джейсон находится в центре многого, — сказала Падма.

— Это было мое впечатление, — сказала Натали. — Я наткнулась на слишком много противоречивых историй о нем, впрочем. По-видимому, было какое-то соперничество с директором Общества искателей приключений, но она все равно повысила его до трех звезд. Я слышала, он месяцами лечил бедных бесплатно. Я также слышала, что он пошел двенадцать на одного с кучей искателей приключений в торговой аркаде посреди дня, убив половину из них. Я даже слышала, что он иномирный.

— Это звучит выдуманно, — сказал Оскар. — Нельзя просто убить кучу искателей приключений.

— Двенадцать на одного еще менее правдоподобно, — сказал Максимилиан.

— Местные ниже стандарта, — сказала Натали. — Любой из нас, вероятно, мог бы пойти двенадцать на одного. По-видимому, есть запись того, как люди нападают на него первыми, так что самооборона. Я слышала о нескольких записях парня, плавающих вокруг, включая тот учебный бой, о котором они упоминали. Он, по-видимому, очень большой фанат кристаллов записи.

— Ты права, — сказала Падма. — Он использует один прямо сейчас.

Она заметила Джейсона, на некотором расстоянии в толпе, когда он говорил в кристалл записи, парящий перед ним. Она помахала в направлении Джейсона, человек рядом с ним заметил ее и указал на нее. Он помахал в ответ с дружелюбной ухмылкой.

— Итак, каков твой взгляд на парня? — спросил Лэнс Натали.

— Непредсказуемый и опасный, — сказала она. — Я не хотела тратить все время на расследование одного парня, поэтому я решила, что будет лучше, если ты и Падма спросите Руфуса Ремора. Вы двое знаете его лучше, чем остальные из нас.

— Ты слышала, как он пришел к тому, что Руфус и Фарра обучают его? — спросила Падма. — Когда я подняла это прошлой ночью, он просто сказал, что они нашли его в пустыне, потерянным и сбитым с толку.

— Из того, что я узнала, это очень неполное объяснение, — сказала Натали. — Не то чтобы то, что я слышала, было более вероятным. Мне сказали, что Асано спас команду Руфуса от гибели до того, как Асано даже стал пользователем эссенций.

— Это не звучит правдоподобно, — сказал Максимилиан.

— Как я сказала, вещи, которые я слышала о парне, дикие. Достаточно из этого было настолько очевидно ложным, что я не могу доверять ничему из этого.

— А как насчет остальной команды Хамфри? — спросил Лэнс.

— Это необычная кучка, — сказала Натали. — Один — чиновник Магического общества. Он какой-то эксперт по астральной магии, который, по-видимому, сыграл важную роль в выяснении информации об этих астральных захватчиках.

— И он железный ранг?

— Да, но он, по-видимому, настоящий. Местные выкапывали информацию, которую крупные отделения Общества искателей приключений держали в секрете, и я слышала, что этот парень — ключевая причина.

— Какие секреты? — спросил Лэнс.

— Пока не уверена, — сказала Натали. — У меня больше шансов выведать секреты здесь, чем дома, впрочем, как только мы закончим с тем, что Бахадир приготовил.

— Кто еще в команде Хамфри? — спросил Лэнс.

— Там есть какой-то местный, мелкий дворянин. Ничего примечательного, что я нашла при быстрой проверке. Я слышала, он солидный целитель, но не более того. Последний член — это тот крепостной, о котором мы говорили.

— Серьезно? — спросил Оскар, подаваясь вперед с любопытством.

— Искатель приключений — крепостной? — спросил Лэнс.

— Похоже, она была какой-то воровкой. Она грабила местную знать месяцами, но никто не мог поймать ее. Пока Асано не сделал это, а затем пошел и сделал ее искателем приключений после того, как заявил права на ее контракт.

— Зачем ему это делать? — спросила Падма.

— Тебе придется спросить его об этом самой. Я слышала много предположений, большинство из них довольно отвратительные.

— Это странно, — сказал Лэнс. — Кто делает своего крепостного искателем приключений?

— Умный человек с великолепным крепостным, — сказал Оскар. — Это тот вид благодарности, который делает реальную работу.

— Видишь? — спросила Натали. — Довольно отвратительно.

* * * — Джейсон, та команда, которой ты помахал, говорит о тебе, — сказала Бет.

— Ты можешь слышать их отсюда? — спросил Джейсон. — Это эльфийская штука с ушами?

— Нет! — сказала Бет, поднимая руки к ушам в жесте саморегулирования. — Это штука с силой эссенции. Что не так с моими ушами?

— Ничего, — сказал Джейсон, глядя на далекую команду. — Это то, как выглядят леониды женского пола? Надеюсь, это не пробудит во мне ничего.

— О чем ты говоришь? — спросил Нил.

— Мне не нравится то, что происходит в моей голове, — сказал Джейсон. — Я теперь фурри? Я не хочу быть фурри.

— Почему ты должен быть фурри? — спросил Клайв.

— Я не выше того, чтобы исследовать новые вещи, — сказал Джейсон. — У меня просто нет времени работать над костюмами. Делать их, чистить их, боги милосердные. Может, у Джори есть что-то, что могло бы помочь.

— Хоть что-то из этого имеет смысл для тебя? — спросила Бет, глядя на команду Джейсона.

— Лучше не спрашивать, — сказал Нил. — Ты быстро усваиваешь этот урок.

— Держу пари, это сексуальная штука, — сказала Софи. — Это сексуальная штука, не так ли?

— Э-э… нет, — сказал Джейсон.

— Кто они? — спросил Нико. Тлеющий член команды Бет смотрел на Падму дальше в толпе собравшихся искателей приключений. — Она выглядит грустной. Мне пойти посмотреть, не нужно ли ей утешение?

Бет шлепнула его по затылку.

— Не будь мерзким, — отчитала она.

— Как я стал мерзким? — спросил Нико. — У Джейсона есть сексуальная рабыня.

— У меня нет Софи, — сказал Джейсон. — Это просто необходимая юридическая фикция.

— Черт возьми, нет, — сказала Софи.

— Если только я не захочу, — сказал Джейсон.

— Ты хочешь тоже получить пощечину? — спросила Софи.

— Ты бы стала меньше думать обо мне, если бы я сказал «да»? — сказал Джейсон. — Мое стоп-слово — «щедрый».

— С тобой невозможно иметь дело, — сказала Софи.

— Я говорил тебе, что он мерзкий, — сказал Нико.

— Могли бы все просто вести себя с небольшим приличием? — спросил Хамфри.

— Это было бы превосходно, — согласилась Бет.

— Хамфри, ты действительно собрал не ту команду для этого, — сказал Нил.

— Всем тихо, — сказал Клайв. — Эмир выходит.

Глава 40: Наследие

Глава 40: Наследие

Эмир и Констанция шли через огромный атриум в центральной башне облачного дворца, огромную и грандиозную камеру, в которой пышные растения росли прямо из стен и колонн из облачного материала. Они направились к главному входу неторопливым шагом, готовясь обратиться к толпе ожидающих железных рангов.

— Кто делал круг голосовой проекции? — спросил Эмир.

— Трент, — сказала Констанция.

— Ты имеешь в виду Трента «стекло точно не разобьется» или Трента «не может удержать рыбу»?

— Мы не будем называть его так, — упрекнула Констанция. — Это была гноящаяся жирная рыба. Никто не мог бы удержать ее.

— Элспет Арелла могла бы, — сказал Эмир. — Нам следовало добиться ее увольнения, чтобы мы могли нанять ее сами.

Констанция покачала головой в усталом раздражении.

— Тебе нужно перестать это делать.

— Даниэль хотела, чтобы я это сделал.

— Мы не вмешиваемся в местную политику, — сказала Констанция. — Это твоя политика.

— Кажется, здесь это оправдано.

— Тебе всегда так кажется, вот почему ты поставил меня отвечать за то, чтобы не позволять тебе.

— Мы уже по уши в этом деле с астральным пространством.

— Это не местная политика, — сказала Констанция. — Это международная политика. Межпространственная, если верить Стэндишу.

— Клайв, — сказал Эмир со вздохом. — Не могу поверить, что Джейсон увел его у нас из-под носа.

— Это именно то, как ты описывал свою собственную попытку вербовки.

— Он хороший парень, Асано.

— Это бы не сработало, знаешь ли, — сказала Констанция.

— О, я полагаю, мы могли бы переманить его. Он пропадает в этой глуши.

— Нет, я имею в виду рыбу, — сказала Констанция. — Арелла на самом деле не смогла бы удержать ее. Масло гноящейся жирной рыбы устойчиво к телекинезу.

— Правда?

— Вот почему мы потратили столько усилий, чтобы найти ее.

— Я думал, мы просто собирались приготовить ее.

Они дошли до двери, но остановились, прежде чем войти, продолжая разговор.

— Ты думал, мы потратили три недели, используя более дюжины человек, чтобы найти и поймать очень специфическую и трудную для поиска рыбу только для того, чтобы мы могли съесть ее? — спросила Констанция.

— Нет, — сказал Эмир неубедительно. — Зачем она нам была нужна снова?

— Работа Римароса.

— О, точно. Где мы прорыли тот туннель через дно парящего острова и ускользнули с… что мы снова крали?

— Мы не крали, — сказала Констанция. — Мы репатриировали королевские церемониальные доспехи Кодина.

— Точно, да. Те нелепые доспехи, которые выглядели так, будто кто-то надул их. Удивлен, что они вообще хотели их вернуть.

— Они имеют культурное значение для народа Кодина, — сказала Констанция.

— Это ощущалось как кража. Они догадались, что это были мы?

— Догадались, — сказала Констанция. — Грег не успел вовремя поставить тележку с манго. С другой стороны, они не могли признать, что у них вообще были доспехи, так что все делают вид, что этого не было.

— Точно, — сказал Эмир, кивая. — Грег. Грег «недостаточно манго».

— Нет, это был Грег «фруктовая тележка». Мы избавились от Грега «недостаточно манго» после того, что его поймали делающим с этими безволосыми волами.

— Это был он? Хорошо, что избавились, тогда. Мы потеряли кучу денег, разгребая этот беспорядок. Что с ним случилось?

— Мы передали его местным властям. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы не основывать свою политику найма на получении людей с одинаковыми именами?

— Я пробовал это в первые дни, — сказал Эмир. — Люди гораздо более устойчивы к прозвищам, когда нет никого другого с таким же именем, как у них.

— Прозвища — это важная часть операции?

— Почему ты думаешь, что я делаю все это? — спросил Эмир.

— Деньги, власть, путешествия, волнение и связи.

— Это безвкусные цели слабых, — сказал Эмир высокомерно. — Мы, золотые ранги, стремимся к высшей цели.

— Думаю, ты проводишь слишком много времени с Джейсоном. Ты несешь все больше чуши.

Они вышли через большие двойные двери башни и двинулись по облачному мосту к берегу, где железные ранги и другие присутствующие были собраны на траве рядом со зданием приема.

— Все вышли из дворца? — спросил Эмир, когда они стояли в конце облачного моста, осматривая толпу искателей приключений.

— Мы последние, — сказала Констанция. — Готово к переключению.

После того как он и Констанция сошли с облачного моста, Эмир залез в свою куртку и вытащил большую флягу с круглым дном. Он встряхнул флягу, затем вытащил пробку, выпуская четыре потока тумана, каждый из которых принял разные формы. Один выглядел как дом, другой как большое транспортное средство. Третий был маленькой копией облачного дворца, а четвертый — кораблем. Эмир просунул руку сквозь туманный корабль, и четыре изображения вернулись во флягу. Когда он убрал флягу обратно в свою пространственную куртку, облачный дворец медленно начал деформироваться.

Эмир отвернулся от дворца, который начал процесс превращения обратно в облачный корабль. Шагнув на траву, он топнул ногой, и поднялся деревянный столб, поднимая его в воздух перед искателями приключений.

— Приветствую, коллеги-искатели приключений, — сказал он, его голос проецировался над толпой. — Как вы все знаете, я пришел в этот прекрасный город с целью. Многие, я уверен, слышали шепот и слухи, но сегодня все будет раскрыто. Столетия назад существовал древний орден убийц. Известные и пугающие во всем мире, их враги объединились, чтобы стереть их с лица нашего мира. Сегодня можно найти только скрытые остатки, и те только со временем и усилиями. Я и другие предприняли это время и усилия, что подводит нас к сегодняшнему дню.

Он обвел взглядом толпу.

— Этот орден убийц был известен как Орден Жнеца. Возвращаясь ко дням до того, как их организация была уничтожена, ходили истории о наследии, которое они оставили после себя. Истории об испытании для тех, у кого есть потенциал получить это наследие. Уже много лет я искал это наследие, и наконец я нашел его. В дни до основания этого города последняя крепость ордена была спрятана в регионе, который тогда был отдаленным и незаселенным.

Не все уделяли полное внимание Эмиру, пока облачный дворец деформировался за его спиной в переходе от грандиозной резиденции к океанскому судну.

— Как вы, несомненно, догадались, — продолжил Эмир, — цель, ради которой вы все здесь собрались, — это претендовать на это наследие. Древняя, скрытая крепость сейчас в руинах, но истинное сердце комплекса остается непроникновенным. Оно лежит внутри собственного астрального пространства, ожидая тех, кто достаточно смел и квалифицирован, чтобы встретить испытания внутри. Это не обычное отверстие астрального пространства, однако. Чтобы защитить свои секреты, Орден запечатал его, средства открытия были разбросаны по всему миру. Эти средства теперь собраны, и отверстие готово к открытию. Испытания готовы к началу.

Он сделал широкий жест, охватывая толпу.

— Только из того факта, что я приложил столько усилий, чтобы собрать вас всех здесь, вы все, безусловно, поняли, что все не так просто, как я описал. Даже после открытия отверстие все еще имеет ограничения. Внутри лежит истинное испытание — серия испытаний, оставленных Орденом Жнеца. Испытания, чтобы увидеть, кто может соответствовать их идеалам. Только те, у кого наибольший нераскрытый потенциал — железные ранги — могут войти. Первый из тех, кто пройдет каждое испытание, получит оставленное наследие. В качестве предупреждения, испытания останутся открытыми в течение восемнадцати дней, после чего они снова запечатаются. Любой из вас, кто не вернется к тому времени, не вернется вовсе.

Эмир достал из куртки круглый кристалл размером с ладонь и подержал его перед собой. Над его головой появилось большое изображение золотой и черной косы.

— Никто не знает полной степени наследия Ордена. Что мы знаем, так это то, что оно включает этот объект. Эта коса — древний символ Ордена Жнеца и объект многолетних поисков. Цель каждого из вас — принести мне этот предмет. Все остальное, что вы найдете в том месте, часть наследия Ордена или нет, остается у вас. Кроме того, та команда, которая принесет мне косу, будет вознаграждена пятью легендарными камнями пробуждения, которые вы можете выбрать свободно из моих запасов. Если вы команда из одного, то все пять будут принадлежать вам. Помимо камней, однако, есть еще один приз.

Эмир указал позади себя, где облачный дворец все еще деформировался.

— Мой облачный дворец — это чудо, но он не достался мне таким, каким вы видите его здесь. Это предмет роста, на который мне посчастливилось наткнуться, когда я, как вы сейчас, был только железным рангом. Много лет спустя я наткнулся на человека, который создал его, алмазного ранга. В оплату за оказанную услугу он дал мне второй, все еще на железном ранге. Тот, кто принесет мне косу, получит его для себя.

Шум пробежал по толпе. Облачный дворец доминировал на горизонте Общества искателей приключений неделями. Каждый собравшийся хотел претендовать на один.

— Итак, вы все теперь знаете, зачем вы здесь. Как только облачный дворец вернется к форме корабля, все участвующие железные ранги могут подняться на борт, чтобы увидеть его своими глазами. Мы поплывем вдоль береговой линии к ближайшему месту к нашей цели и оттуда отправимся по суше. Наша цель — та, о которой местные могут знать: Озеро Небесного Шрама. Руины находятся на дне озера, которое очень глубокое, так что у вас есть время до отплытия моего корабля, чтобы подготовиться к этому погружению. Четыре часа. Считайте это своим первым испытанием. Будьте здесь и готовы к посадке в это время.

Эмир вышел из круга общения. Люди немедленно попытались подойти к нему, но появился портал, через который он прошел с Констанцией, прежде чем он исчез.

* * * Толпа пришла в смятение, когда Эмир закончил свою речь. Некоторые были подстрекаемы старейшинами своих семей получить облачный дворец любой ценой. Другие уже мчались в сторону торгового зала, ища предметы, которые позволили бы им справиться с водой озера.

Команды Джейсона и Бет были захвачены водоворотом людей, проталкивающихся из толпы.

— У вашей команды есть способ пройти через озеро? — спросила Бет, когда они освободились.

Джейсон кивнул. — Есть ритуал, который я знаю. Полагаю, ты тоже, Клайв.

— Я знаю тот, о котором ты говоришь. Мне придется поискать его, впрочем.

— Я могу сделать это, не беспокойся, — сказал Джейсон, затем повернулся к Бет. — А как насчет тебя?

— У меня эссенция воды, — сказала она. — Одна из моих способностей сделает эту работу.

— Думаю, мы сделаем последние приготовления и увидимся через несколько часов тогда.

* * * Многие люди стремились попасть на борт облачного дворца, теперь превращенного обратно в корабль размером с океанский лайнер. Посадка прошла не так гладко, как планировалось для некоторых, когда выяснилось, что они должны пройти простой тест ауры. Любой, чья аура не соответствовала записям Общества искателей приключений до экспедиции, был исключен. Только горстка людей попалась на этом, но они были громкими в своих протестах. Вместо того чтобы быть услышанными, однако, их забрали для более тщательного осмотра.

На корабле команде Джейсона дали свои собственные каюты, наряду с теми, которые были назначены Руфусу, Гэри и родителям Фарры. Родители Руфуса оставались в Гринстоуне, проводя негласные расследования в отношении церкви Чистоты. Их товарищ по команде, Кэл, уже ушел, чтобы проверить поместье Ландемира. Основная масса железных рангов была размещена вместе в экипажных общежитиях, в то время как настоящий экипаж наслаждался каютами, как гости Эмира.

Как и в гостевом крыле, когда это был облачный дворец, на корабле был гостевой лаунж с выходом на широкую боковую палубу. Хамфри быстро пошел пригласить их друзей из толпы людей, размещенных вместе на нижних палубах, вернув команды Рика и Бет, чтобы насладиться их гостевым лаунжем. Он привел с собой Лэнса и его команду также.

— Моз! — радостно поприветствовал Джейсон. — Прошло много времени. Как дела, приятель?

— Бет наконец впустила меня в свою команду, — радостно сказал Моз. — Думаю, она хотела дополнительной силы после того, как ты победил ее так.

Моз Кавендиш был кузеном Бет, которого Джейсон знал дольше, чем Бет. Они встретились на миссии по сопровождению духовных монет, где Джейсон стал свидетелем разрушительной силы заклинаний Моза.

— Это был не я, — сказал Джейсон. — Ты можешь винить Хамфри в этом. Он предсказал точно, как твоя кузина отреагирует, если мы сможем поставить ее в невыгодное положение.

Руфус и Гэри вскоре присоединились к ним, и группа общалась, пока корабль плыл на юг вдоль побережья. Прошло всего несколько часов, прежде чем он приплыл к берегу у ничем не примечательного участка пустыни. Люди Эмира начали разгружать песчаные баржи с корабля. Ни одна из них не была размером с великую баржу племени Устеи, которую Джейсон видел в ожесточенной битве против племени песчаных пиратов, но трех из них было достаточно, чтобы перевезти всю группу вглубь страны к Озеру Небесного Шрама.

Прошло еще несколько часов, наступала ночь, прежде чем баржи прибыли к берегам озера, огромного почти до степени внутреннего моря. Это был огромный оазис в пустыне, благословенный глаз синего и зеленого на твердом, желтом лице пустыни. Огни деревень вдоль берега озера сияли в ранней темноте. Вокруг озера были расположены города и деревни, и песчаные баржи высадили своих пассажиров у самой большой.

Искателям приключений сообщили, что они начнут утром. Горожане были предупреждены заранее о грядущем наплыве и имели кровати для тех, кто хотел их, или еду и напитки для тех, кто не хотел. Эмир снова вывел облачный дворец, прямо на поверхность озера, позволяя избранным людям использовать его для размещения.

На следующий день местные жители расставили столы и вынесли еду и напитки массово, чтобы накормить встревоженную орду искателей приключений. Даже элитные искатели приключений из-за границы не были застрахованы от нервозности. Несмотря на всю их подготовку и престиж, они все еще были железными рангами и, поскольку они были из регионов с высокой магией, у них не было индивидуального опыта охоты на монстров местных.

Некоторые не ели из-за нервозности, в то время как другие не могли запихнуть в себя еду достаточно быстро. Хамфри шел через ближайшую деревню с Нилом, Софи и Белиндой.

— В следующий раз, когда мы сделаем это, ты тоже будешь искателем приключений, — сказала Софи Белинде.

— Очень вероятно, — сказал Хамфри. — Астральное пространство, нетронутое веками, должно было накопить хорошее количество эссенций и камней пробуждения. Если нам повезет, они будут необычными, хотя это зависит от природы астрального пространства.

— Люди не говорят об этом много, из-за того, как все прошло, — сказал Нил, — но экспедиция была довольно хорошим уловом.

— Вот как Джейсон получил для тебя так много камней пробуждения на открытом рынке, — сказал Хамфри Софи. — Ты видела, как он ушел сегодня утром?

— Я видела, как он улизнул рано с Клайвом, — сказала Софи.

— Это они там? — спросила Белинда. Остальные проследили за ее взглядом, чтобы увидеть Клайва и Джейсона за каким-то прилавком для готовки в фартуках. Там была очередь из людей, ведущая к ним, пока они быстро работали за большой гриль-панелью перед ними. Джейсон был одет в какой-то пухлый белый колпак, а на его фартуках было написано «ты не можешь сражаться с монстрами на пустой желудок».

— О, эй! — позвал Джейсон, заметив их приближение. — Клайв учит меня правильно жарить угрей!

Глава 41: Поспешное решение

Глава 41: Поспешное решение

— Вот, — сказал Джейсон радостно, — это то, на что должно быть похоже искательство приключений.

Искатели приключений распространялись по поверхности Озера Небесного Шрама, как огромная стая гусей, используя все способы и средства передвижения. Был дикий массив способностей эссенций, ритуалов и предметов, от книг хождения по воде до плащей, которые позволяли носителю плавать как скат манта. У самого Джейсона был полезный предмет, который он приобрел у приливного тролля, которого победил.

Предмет: [Ожерелье глубин] (железный ранг, необычный)

*Ожерелье, содержащее силу гигантов глубокого океана *(ювелирное изделие, ожерелье).

Эффект: Игнорировать эффекты высокого давления и изменения давления.

Эффект: Дышать под водой.

Эффект: Ваш вес увеличен. Вы не можете использовать способности или предметы уменьшения веса железного ранга.

Джейсон мог использовать его, чтобы идти по дну озера, но его команда не могла, так что оно оставалось в его инвентаре. Было приятно иметь его под рукой, впрочем, и он всегда мог протестировать его позже.

Его команда была недалеко от края берега, одни из сотен, пробирающихся в озеро или на него. Они были снаряжены и готовы, плащ звездного света Джейсона уже был на месте, о чем он начинал жалеть.

— Хороший плащ, — сказал ему искатель приключений. — Сколько, чтобы купить его у тебя?

— Это способность, — сказал Джейсон. — Не могу продать.

— Он лжет, Брэндон, — сказала вторая искательница приключений. Она была приклеена к боку Брэндона. — Он просто не хочет продавать его тебе.

— Давай, сколько? — спросил Брэндон.

— Это действительно способность, — настаивал Джейсон.

— Парень, ты не хочешь связываться со мной, — сказал Брэндон. — Просто продай мне чертов плащ. Ты хоть представляешь, кто мой отец?

Стоя рядом с Джейсоном, Нил поморщился, ущипнув себя за переносицу. Плащ исчез с Джейсона.

— Видишь? — сказал Джейсон. — Все исчезло.

Плащ появился снова.

— Это способность, — повторил Джейсон. — Попробуй камень пробуждения звезд; это то, где я его взял.

— Забудь этого парня, — сказала спутница Брэндона. Брэндон кивнул.

— Нил, твой новый товарищ по команде — катящийся вагон дерьма, — сказал Брэндон, и они поспешили прочь, чтобы догнать свою команду. Девушка шлепнула Брэндона по руке за то, что он глазел на Софи, пока они уходили. Нил и Хамфри вздохнули с облегчением.

— Ты знаешь этого парня? — спросил Клайв Нила.

— Один из периферийных прихлебателей Тэдвика, — сказал Нил. — Его семья — это «хочу-быть-аристократами», и он — отбросы родословной. Если бы его семья знала, что он не только не узнал Хамфри, но и дерзил перед ним, они бы утопили его в этом озере.

— Я просто благодарен, что Джейсон не клюнул на приманку, — сказал Хамфри.

— Фарра пыталась вбить мне в голову, что я должен начинать неприятности только тогда, когда неприятности — это то, чего я хочу.

— С каких пор ты когда-либо не хочешь неприятностей? — спросила Софи.

— Ты слишком много слушала других людей, — сказал Джейсон. — Когда ты когда-либо видела, чтобы я начинал неприятности?

— Ты убил кучу людей в торговой аркаде посреди дня!

— Я не начинал это, — сказал Джейсон.

— Он прав, — сказал Нил. — Тэдвик послал их убить его, когда запаниковал из-за того, что Джейсон раскрыл его аферу с лесопилкой. Дастин и я не узнали об этом до позже, так что к тому времени, как мы пошли к отцу Тэдвика, чтобы остановить это, Джейсон уже убил их и дал запись того, как он делает это, матери Тэдвика.

— Какой-то парень пытался убить тебя, и ты просто позволил этому сойти с рук? — спросила Софи. — Если ты позволяешь этому сойти с рук, что остановит его от попытки снова?

— Я бы хотел разобраться с ним в то время, — сказал Джейсон, — но были смягчающие обстоятельства. Даже не принимая во внимание власть его семьи, я не собирался убивать брата моей девушки.

— Погоди, — сказала Софи. — Брат той девушки Кассандры пытался убить тебя?

— Пытался, — сказал Джейсон. — Это было поспешное решение.

— У него что, странная сестринская штука или что-то в этом роде? — спросила Софи.

— Насколько я знаю, нет, — сказал Джейсон. — Нил?

— Нет, — сказал Нил. — Тэдвик не самый великий парень в мире, но он не такой жуткий.

— Это то, откуда берется возмущение? — спросил Джейсон. — Мы только что говорили о том, как он пытался убить меня.

— Я почти уверен, что то, что ты спал с его сестрой, помогло этому решению немного, — сказал Нил.

— Я в конце концов понял, что так будет лучше, — сказал Джейсон. — Что мне даст его убийство? Убийство его мамой, вот что. Тогда Эмир и Руфус навалятся на Мерсеров.

— Моя семья тоже, — сказал Хамфри. — Моя мать и леди Мерсер близки, но Мать не потерпела бы, чтобы она убила тебя.

— Именно, — сказал Джейсон. — Колесо не перестает вращаться, пока кто-то не сойдет и не простит, и это вполне могу быть я. К тому же, у Тэдвика достаточно проблем, чтобы продолжать.

* * * Тэдвик был в постоянной компании бронзовых рангов семьи Мерсер с тех пор, как из него вычистили звездное семя. Они стояли на страже, пока он спал днями в восстановлении, затем они стояли у его комнаты по «предложению» его родителей, чтобы он оставался на месте и сосредоточился на том, чтобы стать лучше.

Хотя его комнаты в семейном доме Мерсеров были противоположностью тюремным, он раздражался от заточения. Его сестра навещала его, только чтобы быть прогнанной его кричащими обвинениями в том, что она продается иномирному мусору. Его отец не потерпел бы таких истерик и не возвращался с тех пор, как преподал Тэдвику этот урок тыльной стороной ладони. Его мать была более нежной, но не менее непреклонной. Она донимала его бесконечными вопросами, пока он не сказал ей оставить его в покое.

Воспоминания Тэдвика о времени со звездным семенем были туманными. Его последние ясные мысли были о том, как его захватили в астральном пространстве и вырубили. Оттуда были только несвязные вспышки, мимолетные моменты без контекста или понимания. Ясность пришла только тогда, когда он проснулся после восстановления, звездное семя было удалено.

Его мать сказала ему, что другие испытали примерно то же самое. Она хотела знать все, что он мог вспомнить, все, что он мог собрать воедино. Она должна была быть его матерью, но вместо того, чтобы утешать его и давать ему то, что он хотел, она приставала к нему снова и снова с вопросами. В конце концов, она была просто еще одним человеком, который хотел от него только чего-то. Как и все остальные, она была ослеплена какими-то странными методами, которые использовал Асано, чтобы заставить всех любить его.

Его мать была так очарована этим грязным, межпространственным ублюдком. Она не делала секрета из своих планов сосватать его с Кассандрой. По крайней мере, семья положила конец этой грязной идее. Мысль о том, что его прекрасная, способная сестра тратится на такое мерзкое существо, наполняла его яростью.

Все начало идти не так с того момента, как появился Асано. Показывая его перед всеми на собрании по оценке способностей. Завоевывая Геллеров, приезжих больших шишек и даже собственную мать Тэдвика. Она однажды даже имела наглость сказать, что он мог бы быть больше похож на Асано.

На каждом шагу Асано строил планы, чтобы возвысить себя, принижая Тэдвика. Он втерся в расположение Кассандры, просто чтобы разозлить его. Как долго Асано работал, чтобы раскрыть блестящий план Тэдвика показать отцу, что он готов сделать шаг вперед в управлении семейными делами? Асано, должно быть, искал какой-то способ подорвать его с того момента, как прибыл в город.

С момента прибытия Асано в город Тэдвик чувствовал себя все более бессильным. Сама величина планирования Асано была умопомрачительной, и Тэдвик был единственным, кто был достаточно умен, чтобы видеть это насквозь. Единственный раз, когда он чувствовал себя могущественным за месяцы, был в нескольких моментах, которые он не понимал. Воспоминания были разрозненными, но одна вещь присутствовала во всех них: невероятное чувство силы.

Его воспоминания включали несколько лиц и мест, которые он узнавал. Обрывки разговоров, о которых он не рассказал матери, когда она допрашивала его. У него было лучшее применение для этих обрывков памяти: он хотел вернуть это чувство силы.

Он встал и сбросил постельное белье, в котором был во время своего заточения. Он выбрал уличную одежду, натянул ее и зашагал к двери.

— Юный мастер Мерсер, — сказал один из бронзовых рангов, когда Тэдвик прошел мимо.

— Ваша мать сказала нам, что было бы лучше, если бы вы остались в своих комнатах, чтобы отдохнуть, — сказал другой.

— Я достаточно отдохнул, — сказал Тэдвик, не останавливаясь.

Один из двоих последовал за ним, другой пошел в другом направлении. Когда Тэдвик достиг уровня земли и только покидал башню, его мать телепортировалась перед ним, вместе с охранником, который ходил за ней.

— Тэдвик, дорогой, — сказала она. Ее искренность могла обмануть других, но он видел ее насквозь.

— Я выхожу, Мать. Я достаточно просидел взаперти.

— Я не думаю, что это было бы лучше, — сказала она.

— Я что, заключенный в своем собственном доме?

— Конечно нет, дорогой.

— Тогда я выхожу, — сказал он твердо.

— Что ж, — сказала она, не имея способа обойти его мужскую уверенность. — С таким количеством людей вне города все должно быть тихо, так что сейчас может быть лучшее время. Но Джеффри и Кайл пойдут с тобой.

— Кто? — спросил Тэдвик.

Талия указала на охранников, которые были приставлены к комнате Тэдвика неделями, того, который последовал за ним, и того, который привел ее.

— Мне нужно, чтобы они были с тобой, — сказала она. — Чтобы держать тебя в безопасности.

— Ладно, — сказал Тэдвик. Ему было все равно, что они будут страдать там, куда он направлялся.

Почти два часа спустя Тэдвик и его эскорт шли по улицам Старого города. Близко к крепости, управляемой Большой тройкой, криминальными авторитетами, выступающими в качестве де-факто правителей Старого города, многие заведения предлагали тот вид очень специфических услуг, которые могли позволить себе только богатые.

— Не думаю, что это место, где ваша мать хотела бы, чтобы вы были, юный мастер Мерсер, — сказал один из его охранников.

— Вам не платят за то, чтобы думать, Джеффри.

— Я Кайл, юный мастер.

— Мне все равно.

Тэдвик выбрал знакомый путь вниз по лестнице к неприметному подвальному магазину. Планка открылась, и глаза за ней осмотрели Тэдвика и его охранников.

— Ты знаешь лучше, чем приводить людей в цветах дома сюда, — голос раздался из-за двери. Охранники Тэдвика действительно были одеты в форму дома Мерсеров.

— Разбирайся с этим с моей матерью, — сказал Тэдвик. — У тебя нет камней, чтобы держать эту дверь закрытой перед моим лицом, так что поторопись и открой ее.

Глаза сверкнули, но мгновения спустя дверь распахнулась. Тэдвик усмехнулся швейцару, проходя мимо, его охранники плелись позади. После короткого коридора был большой, роскошный лаунж. Там был длинный бар и множество кабинок, которые предлагали удобную уединенность. Комната была украшена красивыми мужчинами и женщинами в провокационной одежде: эльфы и люди, селестины, тлеющие и даже несколько крепких мужчин или гибких женщин-леонидов.

Охранники Тэдвика привлекли внимание, но люди быстро вернулись к своим собственным делам. Тэдвик огляделся и заметил человека, которого искал — праздного мужчину, развалившегося в кабинке с женщиной по обе стороны от него.

— Тэдвик, — поприветствовал его мужчина, оглядывая охранников Мерсеров. — Вижу, твоя мать выпустила тебя, пока ты носил свой поводок.

— Я знал, что ты будешь здесь, Тимос.

— Я беру свое удовольствие там, где могу его найти, — сказал Тимос. — Ты едва ли можешь винить меня за то, что я так хорош в поиске его.

— Нам нужно поговорить.

— Тогда, со всей любезностью, присаживайся.

— Ты захочешь этот маленький чат наедине, Тимос.

— О? Наконец учишься исследовать все дразнящие удовольствия, которые жизнь может предложить, Тэдди?

Тэдвик подался вперед, схватив переднюю часть одежды Тимоса и прошептал ему на ухо.

— У меня были эти очень интересные вспышки того, через что я прошел, Тимос. Некоторые лица я узнал, когда меня захватили во время экспедиции. Если ты не хочешь говорить о них, держу пари, моя мать захочет.

Тэдвик встал обратно, глядя с удовлетворением на лицо Тимоса, пренебрежительная усмешка была стерта с него.

— А как насчет твоих парней здесь? — спросил Тимос.

— Мне все равно, что с ними случится.

* * * Со всеми аурами, способностями и магическими предметами, используемыми вокруг, окружающая магия стала мутной. Клайв закрыл глаза и сделал медленный, глубокий вдох, посылая волну магической тишины, которую могли почувствовать даже те, у кого не было способностей восприятия магии.

Член группы [Клайв Стэндиш] использовал [Равновесие Маны].

Окружающая магия вошла в гармоничное состояние.

Следующее заклинание, произнесенное в этой области, будет стоить меньше маны, и гармоничное состояние будет нарушено.

— Так удобно, — сказал Джейсон. — Спасибо, Клайв.

Джейсон быстро применил ритуал, круг которого был начертан на плоской вершине квадратной платформы, сделанной из деревянных досок и лакированной, чтобы сделать поверхность подходящей для маркировки надписями. После короткого пения Джейсона мерцающий пузырь появился вокруг доски. Хамфри просунул руку сквозь пузырь беспрепятственно, поднял платформу и бросил ее на воду. Она не ударилась о воду, вместо этого остановившись в воздухе над поверхностью. Вода была заметно вдавлена пузырем.

Вся команда шагнула в пузырь, на доску, которая оставалась полностью стабильной. Это была доска хорошего размера, но там было место только стоя с пятью людьми на ней. Они смотрели, как поблизости команда Бет отплыла на лодке, сделанной из конденсированной воды, которая каким-то образом не намочила людей в ней.

— Может, нам следовало использовать доску побольше, — сказал Нил.

— Это максимум, насколько мы можем пойти, прежде чем ритуал начнет становиться затратным в материалах, — сказал Джейсон. Он сосредоточился на доске, и она медленно поплыла по озеру.

— Именно так, — сказал Клайв. — Она может быть не быстрой или большой, но она сделает то, что нам нужно.

Они поплыли, часть массы искателей приключений. В конце концов, они нашли Руфуса, стоящего на поверхности озера. На его ногах были большие, кричащие, синие сапоги, из которых струился туман. Он направлял людей спуститься на дно озера в этом месте. Он дал им ободряющий взмах, но не прервал свою задачу, чтобы поговорить с ними. Джейсон направил доску вниз, вода окутала их пузырь, когда они спускались.

Глава 42: Хорошая штука

Глава 42: Хорошая штука

Джейсон и его команда спускались сквозь толщу воды, по мере того как дневной свет, пробивавшийся с поверхности озера, становился всё тусклее. Они стояли тесной группой на платформе, а магическая сфера вокруг них сдерживала воду, заключая их в идеальный пузырь. Когда стало слишком темно для всех, кроме Джейсона, Хамфри достал световой кристалл и подбросил его вверх, чтобы тот завис над его головой. В темноте вокруг другие команды предпринимали схожие меры. Результатом стал настоящий дождь из света, устремившийся в водные глубины.

— Это потрясающе, — сказал Джейсон, глядя на огни, спускающиеся сквозь тьму. — Я знаю, что я из другого мира, и, может, вы все привыкли видеть подобное постоянно, но мне это очень нравится.

— Это определенно впечатляет, — согласился Хамфри. — Возможно, мы не видим такого постоянно, но мы только начали свой путь в качестве искателей приключений. Нас ждет жизнь, полная чудес.

Джейсон посмотрел на красивое лицо и широкие плечи Хамфри, пока тот с очаровательной улыбкой смотрел наружу из их пузыря.

— Черт, Хамфри, — сказал Джейсон. — Должно быть, от дам у тебя отбоя нет.

— Я справляюсь, — ответил Хамфри. — С Габриэль всё закончилось не лучшим образом, но начало и середина были хорошими. Я не жалею о времени, проведенном вместе, и это дало мне важную перспективу.

— Послушать тебя, так ты такой зрелый, — заметил Джейсон. — Куда делся тот нервный парень, каким ты был полгода назад?

— У него появился друг, который подтолкнул его пробовать новое. Даже если иногда это был отравленный суп.

— О, это было всего один раз, — сказал Джейсон. — Откуда я мог знать, что они заменили обычного повара, вместо того чтобы закрыться на день? И это был не отравленный суп, он был просто… неправильно приготовлен.

Джейсон взглянул на Софи, которая осматривалась по сторонам с такими же широко открытыми глазами, как и остальные.

— Если бы ты решила не становиться искателем приключений, где бы ты сейчас была? — спросил он её.

— Ни в каком хорошем месте, — ответила она. — Я рада, что Белинда уговорила меня.

— Это только начало, — сказал Хамфри. — У нас будет еще много таких дней.

Приблизившись к дну озера, они увидели воздушные купола над темными руинами, освещенные дешевыми магическими лампами.

— Эти купола — большие версии того, что используем мы, верно? — спросил Джейсон Клайва.

— Не уверен, — ответил Клайв. — Хотелось бы взглянуть самому.

— Как думаешь, о каком из них говорил Эмир? — спросил Джейсон. — Он сказал «средний купол», но их тут целое скопление.

— По идее, их должны соединять туннели, — сказал Клайв. — Просто выбери любой, и мы разберемся.

Джейсон направил их парящий воздушный пузырь к основанию одного из куполов. Купол удерживал только воду, поэтому, как только купол и их пузырь соединились, они смогли легко шагнуть внутрь, не намокнув. Пока Клайв убирал платформу, они увидели, что множество других искателей приключений точно так же находят путь внутрь.

Оглядевшись внутри купола, они увидели, что оказались в древней каменной деревне. Давно поглощенная водами озера, деревня снова стала сухой благодаря куполу, сдерживающему озеро. Границы деревни в точности совпадали с границами воздушного купола. Повсюду виднелись слизистые наросты, которые, к счастью, обеспечивали сцепление с тем, что иначе было бы скользкой, отполированной водой брусчаткой. Пока остальные осматривали здания, Джейсон и Клайв переключили внимание на купол. В земле, по кругу, охватывающему всю деревню, было вкопано каменное кольцо, покрытое рунами.

— Посмотри на это, — сказал Клайв, указывая на него Джейсону. Они присели, чтобы рассмотреть внимательнее.

— Брусчатка заканчивается прямо у этого кольца, — заметил Джейсон. Снаружи каменного кольца и воздушного купола, следовавшего за его изгибом вокруг деревни, дно озера состояло из ила, камней и подводных растений. Внутри кольца была вымощенная площадка.

— Я бы сказал, что это кольцо когда-то использовалось для постоянного поддержания купола, — предположил Клайв, изучая его. — Видишь эти следы ремонта? Полагаю, купола обрушились после того, как это место забросили, а люди Эмира использовали кольцо как платформу для этих новых куполов. Впрочем, они будут лишь временными. Восстановление постоянных куполов стоило бы непомерно дорого, даже с использованием существующей инфраструктуры.

Теперь, когда Джейсон начал лучше разбираться в магической теории, он стал проявлять больше интереса к функциональности магии. Клайв был только рад взять на себя роль наставника.

— Нам, возможно, стоит двигаться дальше, — предложил Нил. — Если мы будем останавливаться, чтобы изучить всё подряд, мы никуда не доберемся.

— Он прав, — сказал Хамфри. — Сначала нам нужно найти путь к правильному куполу, потому что я не думаю, что это тот самый.

— Вы все это чувствуете? — спросила Софи.

Остальные члены команды переглянулись и дружно покачали головами.

— Снаружи купола, — сказала Софи. — Полголжины аур ранга Железо.

Будучи единственным членом команды с навыком восприятия ауры, Софи первой обнаружила приближающихся монстров. Она указала направление, и остальные посмотрели туда, заметив группу монстров, движущихся по дну озера. Они были крупными, с телами акул и крабьими ногами, покрытые панцирными пластинами. Они направлялись прямиком к куполу.

— Шабы, — сказал Джейсон. — Какая ностальгия.

— Встать в формацию три-два, — скомандовал Хамфри.

Команда заняла позиции. Хамфри, Софи и Джейсон выстроились в линию, за которой встали Нил и Клайв. Подняв руки перед собой, Клайв наколдовал магический круг вертикально в воздухе. Он питал его маной, готовый активировать. Хамфри призвал свой огромный меч и ждал, пока Софи стояла рядом, расслабленная. Плащ Джейсона уже был на месте, и он призвал свой кинжал, переводя взгляд с него на гигантский меч-драконье крыло Хамфри.

— Готовы? — спросил Нил, когда шабы приблизились к куполу.

— Действуйте, — сказала Софи, и Нил немедленно прочел заклинание.

— Пусть твоя сила воспламенится.

Софи начала слегка мерцать серебристо-золотой магией.

Способность: [Укрепление] (Рост)

Заклинание (магия, благословение)

Стоимость: Умеренное количество маны.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Железо 6 (19%)

Эффект (железо): Следующая способность сущности, использованная целевым союзником, имеет усиленный эффект. Это может влиять на такие параметры, как урон, дальность и количество целей, в зависимости от затронутой способности. Нельзя использовать на себе.

Софи взмахнула ногой в вертикальном ударе, продемонстрировав впечатляющую гибкость. Лезвие ветра прорезало пространство, беспрепятственно пройдя сквозь купол и поразив одного из приближающихся шабов. Тот взорвался облаком красной жидкости и штормом пузырей, скрывших остальных.

— Ты не шутила насчет взрывного эффекта в воде, — сказал Хамфри.

— Разойдитесь, пожалуйста, — попросил Клайв, и Хамфри с Софи отошли в сторону, открыв ему прямую линию к врагу. Оставшиеся пять шабов прошли сквозь то, что осталось от первого, и Клайв прочел заклинание.

— Почувствуй силу переписанной реальности.

Луч радужного света вырвался из магического круга, парящего перед руками Клайва, и зафиксировался на ближайшем шабе. Красный цвет исчез из радуги, которая затем растворилась. Шаб замер на месте, из-под его панцирных пластин закипела жидкость.

— Я решил, что жара будет достаточно, — сказал Клайв. — Не хотелось тратить слишком много маны.

Способность: [Гнев Магистра] (Магия)

Заклинание (огонь, магия, проклятие, яд, ранение, лед, измерение)

Стоимость: Умеренное количество маны плюс дополнительная мана за каждый эффект.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Железо 5 (38%)

При каждом использовании этой способности выберите один из следующих эффектов:

Вариант эффекта один (железо): Зафиксировать призматический луч на враге. Потратить дополнительную ману, чтобы уничтожить реальность в локальной области, создав внутри цели сферу аннигиляции. Этот эффект требует направления магии в цель с экстремальными затратами маны до тех пор, пока не будет направлено достаточно маны для активации эффекта.

Вариант эффекта два (железо): Зафиксировать призматический луч на враге. Потратить дополнительную ману, чтобы изменить реальность цели, используя любую комбинацию доступных цветовых эффектов. Это нельзя использовать в сочетании с другим вариантом этого заклинания, требующим альтернативного заклинания.

[Красный] (высокая мана): Температура цели значительно повышается (обморожение при сочетании с синим).

[Желтый] (высокая мана): Способности цели требуют больше маны.

[Розовый] (умеренная мана): Сопротивляемость цели снижается.

[Зеленый] (умеренная мана): Кровь цели становится ядовитой для нее самой.

[Фиолетовый] (очень высокая мана): Расход маны вредит цели.

[Оранжевый] (очень высокая мана): Цель получает увеличенный урон из всех источников.

[Синий] (высокая мана): Температура цели значительно понижается (обморожение при сочетании с красным).

Хамфри и Софи снова встали перед Клайвом и Нилом. Три шаба были повержены еще до того, как достигли купола.

— Что это? — спросил Нил, указывая на другую фигуру, приближающуюся сквозь воду. Она выглядела как осьминог, сделанный из колючих лоз. — Выглядит мерзко.

— Это Сташ, — сказала Софи, которая могла почувствовать ауру дракона-оборотня.

Хамфри позволил своему шумному фамильяру добираться через озеро самостоятельно. У призванного фамильяра Джейсона было много преимуществ перед связанным фамильяром, как у Хамфри, но у связи были свои плюсы. В то время как Джейсон мог чувствовать Колина, только когда рой пиявок был поглощен его телом, Хамфри и Сташ всегда чувствовали друг друга. Они оба знали общее состояние другого и могли найти друг друга на любом расстоянии.

Сташ обвил своими колючими щупальцами самого заднего шаба, выискивая уязвимые щели между пластинами панциря. Оставшиеся два шаба наконец достигли купола. Один встретился с огромным мечом, опустившимся сверху, который прорезал переднюю половину монстра, оставив рваный разрез.

В более компетентной версии своего самого первого боя с шабами, Джейсон перекатился под монстра, вынырнул и полоснул кинжалом по уязвимой нижней части. Ихор брызнул на его плащ, и он отстранился, когда монстр упал замертво. Он отбросил испачканный плащ, который тут же исчез. Ихор, который был на нем, внезапно лишился опоры и упал на землю.

— Это было хорошо, — сказал Хамфри, как раз перед тем, как Сташ с всплеском прошел сквозь купол, обдав Джейсона и Хамфри внутренностями шабов и водой в своей гигантской форме осьминога. Софи исчезла, прежде чем ее задело, и появилась неподалеку. Сташ затем превратился в щенка, глядя на Хамфри невинными глазами.

— Фу, — недовольно сказал Джейсон.

— Думаю, мы знаем, кто из нас пойдет наружу собирать лут с монстров, — сказал Нил. — Нет смысла мне пачкаться, если ты уже такой.

Джейсон застонал и достал свое ожерелье глубин — серию круглых разноцветных камней, нанизанных на жилистый шнурок. Застегнув его на шее, он закрыл глаза и рот, зажав нос, и шагнул сквозь купол.

Ожерелье защищало его от давления глубин и тянуло вниз, пока он вслепую брел сквозь воду, зараженную шабами. Он задержал дыхание, несмотря на способность ожерелья позволять дышать под водой. Его ледяной холод в любом случае сделал бы это неприятным занятием. Не желая открывать глаза, он спотыкался, пока не почувствовал, что коснулся достаточно слизи шабов, чтобы активировать три уведомления о добыче. Он сохранил чувство направления достаточно, чтобы найти путь обратно, не открывая глаз.

Все отступили, когда он появился внутри купола, промокший до нитки и покрытый полужидкими останками шабов. Когда он открыл глаза, он увидел, что уведомления на месте, и принял их; вся слизь в воде, а также на Джейсоне и Хамфри растворилась в радужном дыме. Снаружи купола радужный дым пузырями поднимался к поверхности озера.

Монеты, собранные с шабов, появились в способностях пространственного хранилища Клайва, Хамфри и Джейсона. Нил, опытный благодаря своей собственной способности сбора добычи, отступил и ловко поймал свой мешок с монетами, когда тот упал сверху. Софи, менее опытная, получила им по голове.

— Мог бы и предупредить, — сказала она Джейсону.

— Когда ты идешь в ледяное озеро вылавливать деньги для всех, — сказал он, — посмотрим, насколько ты будешь думать о мелких деталях.

Он достал с пояса флакон с оранжевой жидкостью и выпил.

— О, остренько.

От тела и одежды Джейсона начал подниматься пар. Через несколько минут его кожа, волосы и одежда были полностью сухими.

— Рад, что купил их, — сказал он. — Напомни поблагодарить Джори за то, что посоветовал их.

Джори на самом деле участвовал в событии, хотя Джейсон его не видел. Различные ремесленные ассоциации решили, что есть хороший шанс найти утерянные секреты мастерства, и сформировали несколько команд для участия. Чтобы избежать конфликтов, каждая команда состояла из разных видов магических ремесленников: от кожевников до оружейников, от граверов до алхимиков.

У них не было намерения искать косу Эмира, они собирались прочесать скрытое астральное пространство в поисках секретов создания предметов. Джори отправился с контингентом ассоциации ремесленников и не сталкивался с Джейсоном.

Разобравшись с шабами, Джейсон и его команда отправились на поиски центрального купола. Пока они сражались, другие команды нашли туннель, так что они могли следовать за другими искателями приключений. Туннель уходил под дно озера, ведя под землей между куполами. Центральная область была явно важнее для первоначальных обитателей, чем купол, из которого они пришли. Здания были больше и внушительнее, напоминая скорее центр города, чем деревню купола, откуда они прибыли.

Следуя за толпой, команда Хамфри обнаружила Эмира, стоящего возле арки из темного камня, прямо посреди большой площади. Это позволило искателям приключений собраться вокруг нее. Гэри был там, вместе с Констанцией и некоторыми людьми Эмира, которые чертили сложный ритуальный круг вокруг арки. В разных точках ритуальной диаграммы было размещено более дюжины предметов — все древние каменные артефакты. Люди Эмира сдерживали искателей приключений, предупреждая их не использовать способности, которые могли бы помешать окружающей магии. Одно лишь присутствие такого количества пользователей сущности и их магических предметов было достаточно плохо.

Пришлось долго ждать, пока все искатели приключений либо прибудут, либо будут спасены после своей плохой подготовки к подводному путешествию и возвращены на поверхность, обреченные больше не участвовать. Одной из главных проблем была сложность правильного проведения ритуалов среди всех искателей приключений. Без способности сглаживать окружающую магию, как у Клайва, ритуалы могли легко пойти не так. У Эмира в штате был ритуалист с похожей способностью именно по этой причине.

Как только Эмир подтвердил своим людям, что всё готово, он обратился к толпе.

— И вот мы наконец здесь, — громко позвал он. Он не использовал круг усиления голоса в этот раз, опять же, чтобы не нарушить магию. — Здесь мы достигли, вместе, предела того, что я могу вам сказать. Дверь скоро откроется, и мои люди направят вас через нее. Я прошу вас быть терпеливыми, ожидая своей очереди войти, так как мои люди разберутся с любым, кто ведет себя неподобающим образом. Помните, команда, которая принесет мне косу, — это команда, которая выиграет главный приз.

Квест: [Наследие Жнеца]

Вы присоединились к миссии по возвращению наследия Ордена Жнеца.

Цель: Пройти испытания жнеца 0/5

Цель: Достичь центра Города Павших Отголосков.

Цель: Получить [Косу Жнеца] 0/1.

Цель: Доставить [Косу Жнеца] Эмиру Бахадиру 0/1.

Награда: Трансфигурация расового дара.

— Я этого ждал, — сказал Джейсон. — О, хорошая штука.

Это был не первый раз, когда группа видела появление квеста, так как они вместе выполнили множество контрактов. Однако это был первый раз, когда они увидели награду, которая была не просто духами монет. Глаза Нила были прикованы к указанной награде.

— Это то, о чем я думаю? — спросил он.

— Думаю, да, — ответил Джейсон. — Должно быть для всех нас, раз мы все получили квест.

— Как это вообще возможно? — спросил он.

— Не уверен, — сказал Джейсон. — Моя теория в том, что как только достигаешь определенного порога красоты, она переливается через край и начинает давать странные эффекты.

Несмотря на поразительное окно квеста перед ними, вся команда повернулась к Джейсону.

— Что? — спросил он.

Город Павших Отголосков

Город Павших Отголосков

Искатели приключений, жаждущие пройти через проем, начали толкаться и пихаться, пока несколько низких рыков Гэри не привели строптивых в чувство. Эмир стоял рядом с Гэри, наблюдая со стороны, как они проходят по одному. Когда его команда приблизилась к Эмиру, Джейсон поприветствовал его.

— Не думаю, что у тебя есть какие-то инсайдерские советы, Эмир? — спросил Джейсон, проходя мимо. Это привлекло внимание окружающих искателей приключений.

— Джейсон, — сказал Эмир с кривой усмешкой. — Если бы мне было что еще сказать, я бы сказал это всем. Цель — принести мне косу. Если бы цель была в том, чтобы косу принесли мне именно вы, тогда вы были бы единственными, кого я послал.

— Справедливо.

Джейсон сталкивался с астральными проемами в пространстве дважды, оба раза в астральное пространство тропического леса, которое снабжало водой дельту, наряду со многими оазисами пустыни. Те были мерцающими синими, парящими без привязки, словно не имеющими реальной связи с миром. Когда он взглянул на этот проем астральных ворот, он оказался совсем другим. Он был заключен в арку размером с большие двойные двери. Арка была сделана из камня, цельного куска с черным, гладким блеском полированного обсидиана. В отличие от зданий вокруг, столетия пребывания под водой никак не повредили её поверхность и не приглушили блеск. Сам проем внутри арки содержал странную тьму, которая почти казалась имеющей субстанцию, пожирая свет вокруг себя.

— Это только мне кажется, — сказал Нил, — или кто-то еще думает, что это похоже на плащ Джейсона?

Джейсон приглушил звезды на своем плаще до нуля. Результатом стала пустота, окутывающая его, которая, как и предположил Нил, очень походила на темный проем перед ними.

— Похоже, — сказал Клайв. — Моя догадка, что в качестве основы для этой арки была использована способность темной сущности, вероятно, даже...

— Нам стоит двигаться дальше, — сказал Хамфри, остановив Клайва, прежде чем его увлеченность пересилила осознание ситуации. Это вызвало взгляд благодарности от сотрудника Эмира, стоявшего рядом с проемом. Его задачей было поддерживать движение, но он также не хотел раздражать людей, о которых его босс был явно высокого мнения.

Хамфри подошел к проему. — Увидимся на той стороне, — сказал он остальным и шагнул внутрь.

Как и для Хамфри, для Нила это был не первый вход в астральное пространство, и он последовал без колебаний. Джейсон подтолкнул Клайва следом, не желая оставлять его наедине с любопытством. Софи остановилась перед проемом, нерешительность и неуверенность пропитывали язык её тела.

— Мы уверены, что эта штука не просто пожирает людей? — спросила она. — Похоже, будто она пожирает людей.

Она была далеко не первым искателем приключений, который колебался при виде безсветной пустоты проема. Джейсон ободряюще похлопал её по плечу, проходя мимо.

— Никто не будет тебя толкать, — сказал он. — Если не хочешь этого делать, возвращайся с Эмиром, и увидимся через несколько недель.

Джейсон сам остановился перед проемом, предвкушающая ухмылка пересекла его лицо, прежде чем он шагнул внутрь.

— Мисс Уэкслер, — сказал сотрудник. — Мне нужно, чтобы вы либо прошли, либо отошли в сторону.

Софи посмотрела на него, кивнула сама себе и задержала дыхание, шагнув через портал.

* * * Разные способы телепортации ощущались по-разному. Ощущение путешествия через порталы, созданные Хестер, отличалось от собственной способности Джейсона. Оно, в свою очередь, снова отличалось от обычной способности телепортации Даниэль Геллер. У неё была такая же, как у сына, но её версия более высокого ранга позволяла брать больше людей. Она иногда телепортировалась вместе с семейными командами Геллеров, включая команду Хамфри, чтобы помочь им акклиматизироваться к таким способностям.

Эти преимущества были доступны не всем, о чем свидетельствовало состояние людей, которых Джейсон обнаружил, когда вышел из темной арки, идентичной той, в которую он шагнул. Они варьировались от выглядящих слегка бледными до стоящих на четвереньках и блюющих. У Джейсона таких проблем не было.

Способность: Астральное сродство

Повышенная сопротивляемость к эффектам измерений и астральным силам. Способности измерения имеют усиленный эффект, а трансцендентный урон увеличен.

Его расовый дар сделал его более терпимым к эффектам телепортации, но, более того, ощущение прохождения через портал было невероятно знакомым. Путешествие через темный проем ощущалось точно так же, как использование его теневой телепортации.

Как только Джейсон вышел, системные сообщения начали немедленно всплывать. Он отмахнулся от них на периферию зрения, чтобы осмотреться. Он начал с того, что отошел с дороги, прежде чем прибыло больше людей, обходя тех, кого громко рвало.

Беглым взглядом он увидел, что находится на какой-то большой башне с плоской крышей. Она была сделана из темного серого кирпича, с лишайником, растущим в щелях. Арка стояла прямо посередине, и башня, по-видимому, была довольно высокой, так как он мог видеть в основном небо над краями. Солнце стояло высоко в небе, размытое летней дымкой. Воздух был влажным и тяжелым, как в дельте в худший день. Он слышал плеск воды о камни снизу — безошибочный звук моря. Однако безветренный воздух не нес никакой соленой свежести океана.

Искатели приключений, которые уже оправились от магической транспортировки, поворачивали лица к небу или бродили по краям, осматриваясь. Другие искали членов своих групп, но большинство не находило их. Сам Джейсон не мог найти и следа Хамфри, Нила или Клайва. Пока он ждал, не появится ли Софи следом за ним, он взял браслет из песчано-желтых камней на петле и надел его на запястье.

Предмет: [Браслет оазиса] (ранг железо, необычный)

Браслет, использующий силу квинтэссенции воды, чтобы даровать благословения личного оазиса (аксессуар, браслет).

Эффект: Сохраняет владельца в прохладе и свежести. Энергия браслета расходуется с разной скоростью в зависимости от климата.

Эффект: Уменьшает входящий урон от огня и жары. Это быстро расходует энергию браслета.

Эффект: Потребляет драгоценный камень квинтэссенции воды, чтобы полностью восполнить энергию браслета.

Достав драгоценный камень квинтэссенции воды, он прикоснулся им к браслету, и тот растаял. Желтые камни стали синими, и Джейсон немедленно почувствовал преимущества своего магического предмета, так как душный и гнетущий воздух внезапно стал прохладным и освежающим.

Софи вышла из арки как раз в тот момент, когда Джейсон делал глубокий, удовлетворенный вдох. Выглядя испуганной, она начала махать рукой перед собой, словно отмахиваясь от насекомых. Джейсон подошел обратно к арке.

— Просто представь, что экраны убираются в сторону, на периферию твоего зрения, — сказал он ей. Она нахмурилась на пространство перед собой.

— Почему их так много? — спросила она, пока они отходили в сторону, чтобы пропустить следующего искателя приключений.

— Я их еще не читал, — ответил он.

Она огляделась.

— Значит, это астральное пространство, — сказала она. — Где остальные?

— Не здесь, — сказал он. — Это лишь часть людей, которые прошли, так что могут быть и другие места прибытия.

— Если только магическая дверь пустоты не пожирает людей, — сказала она.

— Будем надеяться, что нет, — ответил Джейсон. — Осмотримся?

— Это уберет нас от всех этих людей, которых рвет. Что с ними происходит?

— Они не справляются с телепортацией так хорошо, как мы, — сказал Джейсон. — Заметила, что все целестины в порядке. У тебя есть способность выдерживать эффекты измерений, которую я, как оказалось, разделяю.

— Это то, почему нас не съели?

— Их не съели. Вероятно. Что касается того, повлияло ли это на то, что мы прибыли в одно место, я не уверен.

Они подошли к краю башни, у которой не было никаких перил, она просто заканчивалась обрывистым краем. Их башня была огромной, около двадцати метров в поперечнике и не менее семидесяти в высоту. Она возвышалась бы даже над самым высоким зданием в Гринстоуне.

Глядя с края, они увидели, что башня расположена прямо на береговой линии, с водой, казалось бы, безграничного моря, простирающегося справа от них. Слева был древний, заброшенный город. Он был ошеломляюще огромным, раскинувшимся вдаль, насколько хватало глаз. Растительность давно отвоевала его: лианы ползали по зданиям, а деревья росли на бульварах сквозь щели, оставленные сломанными и смещенными плитами мостовой. Хотя он был больше Гринстоуна как минимум в несколько раз, это были скорее джунгли, чем мегаполис.

Остановившись, чтобы посмотреть и послушать, они услышали звуки существ — трели птиц, далекий рев какого-то хищника, будь то животное или монстр. Они даже смогли различить несколько нечеловеческих фигур, бредущих и рыщущих по заросшим улицам.

Башня, на которой были Джейсон и Софи, была не единственной великой башней, которую можно было увидеть. Возможно, в двадцати километрах была другая, тоже прямо на береговой линии. Они переместились по краю башни, чтобы лучше рассмотреть город внизу.

Вы использовали панорамный обзор, чтобы открыть части карты Города Павших Отголосков. Посетите открытые локации, чтобы добавить дополнительные детали.

Другие искатели приключений также перемещались к краю. Похоже, не было никакого способа попасть внутрь башни с крыши, но некоторые искатели приключений нашли вершину лестничной клетки, которая вилась вниз по внешней стороне. Некоторые начали спешно спускаться, чтобы получить хоть какое-то преимущество перед конкурентами. Большинство решило остаться и оценить обстановку. Похоже, во всех присутствующих командах не хватало членов, и никто из них точно не понимал, что им следует делать. Софи и Джейсон нашли свое собственное место, сидя на краю, свесив ноги вниз.

— Нам стоит начать с тех сообщений, которые мы отложили, — сказал Джейсон, вытягивая экраны с периферии своего зрения.

Вы вошли в зону высокой магической насыщенности. Магические проявления будут происходить с увеличенной частотой.

— Что такое магическая насыщенность? — спросила Софи. — Магические проявления — это хорошо?

— Окружающая магия, невидимая магия вокруг нас, — объяснил Джейсон, — оценивается двумя способами. Один — это магическая плотность, которая вроде как сила местной магии. Она определяет, насколько мощным может быть магический предмет и как он работает, а также силу ритуалов, которые могут быть выполнены. Однако самый важный эффект — это то, что она определяет силу монстров, которые появятся. Эмир сказал, что магическая плотность здесь должна быть такой же, как в мире снаружи, так что мы можем ожидать в основном монстров ранга железо, плюс немного бронзы. Серебро должно быть чрезвычайно редким, но монстр ранга серебро может задерживаться на годы, прежде чем распадется обратно в магию, так что где-то может быть один или два.

— Это хорошо знать, но на самом деле не отвечает на мои вопросы, — сказала Софи.

— Я предоставляю контекст, — сказал Джейсон.

— Ты начинаешь звучать как Клайв.

— Клайв умный парень.

— Но он также любит лить воду. Тебе стоит послушать его и Белинду. Это бесконечно.

— В любом случае, — сказал Джейсон, — пока магическая плотность — это то, насколько сильна магия, магическая насыщенность — это то, сколько её там. Если получаешь более высокую магическую насыщенность, получаешь больше магических проявлений. Это значит больше сущностей, больше камней пробуждения и больше монстров, что всё хорошо.

— Больше монстров — это хорошо?

— Наша способность становиться сильнее зависит от того, бросаем ли мы себя в вызов за вызовом, — сказал Джейсон. — Здесь у нас есть все вызовы, о которых мы могли просить. Это святая земля для искателей приключений, стремящихся стать сильнее. Жаль, что у нас есть только восемнадцать дней.

— Тогда нашим первым шагом должно быть воссоединение с остальными, — сказала Софи.

Остальные экраны сообщений, сложенные вместе, были вариациями на одну тему.

Член группы [Хамфри Геллер] вышел из зоны действия. Голосовая связь и обмен добычей с членами группы вне зоны действия недоступны.

Клайв, Нил и Хамфри были вне зоны действия, в то время как Джейсон и Софи были вне зоны действия только столько, сколько Джейсон был на одной стороне проема, а Софи на другой.

Член группы [Софи Уэкслер] вернулась в зону действия. Голосовая связь и обмен добычей восстановлены. Голосовая связь и обмен добычей с членами группы вне зоны действия недоступны.

— Итак, как нам их найти? — спросила Софи.

Джейсон украдкой взглянул на других искателей приключений. Некоторые сбились в кучки, ведя дискуссии, как Джейсон и Софи. Другие пытались сформировать импровизированные группы после того, как были отделены от своих. Джейсон узнал несколько лиц, но никого, кого он знал хорошо. Несколько человек, казалось, узнали его по плащу, пара из них направлялась в их сторону.

— Джейсон Асано? — спросил один из них.

— Верно.

— Мы были отделены от нашей группы, и похоже, вы тоже. Вы могли бы присоединиться к нам, если хотите, пока не найдете своих людей.

Джейсон взглянул на Софи, которая слегка покачала головой.

— Извините, — сказал Джейсон. — Мы потеряли людей, но наши самые мобильные люди всё еще вместе. Мы собираемся использовать это, чтобы покрыть больше земли. Спасибо за предложение, однако. Это очень любезно.

После еще немного вежливой болтовни они ушли.

— Не думаю, что они были любезны, — тихо сказала Софи. — Думаю, они пытались присоседиться к кому-то, о ком слышали.

— Они просто пытаются выжить в ситуации, которая вышла из-под их контроля, — сказал Джейсон. — Ты, как никто другой, должна это понимать.

Софи взглянула на других искателей приключений с большей симпатией.

— Я это вижу, — сказала она. — Думаешь, может, нам стоит собрать команду?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я тоже склонялся к тому, чтобы оставить всё как есть. Я не лгал насчет скорости, и попытка сплотить новую группу в опасной обстановке может вызвать проблемы в критический момент.

— Только мы, значит, — сказала она. — Итак, что мы делаем?

— Открой квест, — сказал Джейсон, делая то же самое.

Квест: [Наследие Жнеца]

Вы присоединились к миссии по возвращению наследия Ордена Жнеца.

Цель: Пройти испытания жнеца 0/5

Цель: Достичь центра Города Павших Отголосков.

Цель: Получить [Золотую косу Жнеца] 0/1.

Цель: Доставить [Золотую косу Жнеца] Эмиру Бахадиру 0/1.

Награда: Трансфигурация расового дара.

— Это Город Павших Отголосков, — тихо сказал Джейсон. — Цель — добраться до середины. Знание этого может быть хорошим преимуществом для нас перед другими командами. Это также означает, что наша команда знает, куда идти. Пока мы держим путь к середине, мы в конце концов их найдем.

— И где именно середина? — спросила Софи. — Мы просто идем прочь от воды?

Джейсон открыл свою карту. Это была отдельная способность от его интерфейса группы, что означало, что Софи не могла использовать её сама, но это позволяло ей видеть её, когда Джейсон смотрел. В углу карты было указано их местоположение.

Зона: Город Павших Отголосков (Башня ворот три)

Карта показывала идеально круглый город, окруженный водой. Всё, кроме области вокруг одной башни с маркером позиции Джейсона на ней, было скрыто.

— Я не могу видеть места, где не был, на карте, — сказал Джейсон. — Центр, однако, довольно очевиден по очертаниям.

Он поднялся на ноги, и Софи сделала то же самое.

— Давай спустимся, — сказал он. — Лестница начинается вон там.

— Забудь об этом, — сказала Софи, пятясь от края.

— Это выглядит подозрительно похоже на разбег.

— Я не буду слишком сильно, — сказала она. — Ты должен быть в состоянии последовать, если вложишь немного смелости.

Она побежала к краю башни и прыгнула без колебаний. Джейсон наблюдал, как она парит в воздухе, погружаясь к земле, пока не активировала свою способность «лист на ветру», замедляясь до плавного спуска. Она приземлилась посреди широкого бульвара, заросшего деревьями, который вел в том направлении, куда они направлялись. Джейсон посмотрел вниз на неё и пожал плечами, взяв свой собственный разбег и прыгнув следом за ней.

Тень

Тень

Плащ Джейсона развевался вокруг него, пока он плавно опускался на землю.

— Клайв говорил, что некоторые считают наши способности отражением того, кто мы есть, — сказала Софи.

— И что?

— И то, что ты спускаешься с небес в привлекающем внимание плаще, который весь искрится, — это очень похоже на тебя.

— Не виноват, что я такой красивый, — ответил Джейсон. — Кстати, мне нравится твоя новая броня. Выглядит в стиле «убиваю за деньги». Очень профессионально.

Гилберт Бертинелли, который поставлял Джейсону броню, торговал исключительно мужской одеждой, но Джейсон попросил его порекомендовать кого-нибудь, кто работает с кожей ткача ловушек. Тот посоветовал мастера, который создавал броню специально для женщин. Результатом стал простой наряд с четкими линиями, в отличие от струящихся линий боевых одеяний Джейсона.

Наряд Софи в темно-серых и черных тонах напоминал Джейсону скорее боевое обмундирование. Он был аккуратным, но свободным, что обеспечивало максимальную подвижность, с усиленными вставками в критических зонах и множеством петель и карманов для снаряжения. По сравнению с облегающей одеждой, которую Софи носила обычно, эта броня была сугубо практичной и скрывала ее стройное тело.

— Я бы предпочла что-нибудь белое, — сказала Софи.

Джейсон про себя признал, что она выглядела бы исключительно хорошо в белом, но промолчал. Несмотря на то, что контракт об обязательной службе был, по сути, фикцией, он прекрасно осознавал, сколько мужчин пытались самоутвердиться за ее счет ради собственного удовольствия. Он не хотел быть еще одним парнем, который давит на нее.

— Ну, полагаю, пора двигаться, — сказал Джейсон.

— Если судить по шумам, которые мы слышим, мы столкнемся с кучей монстров. Особенно если они спавнятся быстрее из-за избытка магии.

— Думаю, ты права, — согласился Джейсон. — Если наткнемся на что-то неприятное, ты берешь его на себя, а я займусь уроном. В остальном — будем действовать по ситуации.

— Звучит неплохо, — ответила Софи. — С этими деревьями и разрушенными зданиями, отбрасывающими тени, это место должно стать для тебя игровой площадкой.

— Если вы не возражаете, — раздался голос позади них, — я хотел бы переговорить с вами, прежде чем вы отправитесь в путь.

Они оба обернулись, вздрогнув от того, что кто-то подошел к ним незамеченным. Посреди заросшей улицы стояла темная фигура, словно человек, сделанный из той же теневой материи, что и плащ Джейсона. Он был живым силуэтом, дырой в форме человека во вселенной.

— Кто ты? — спросила Софи. — Что ты такое?

— Почему у тебя британский акцент? — спросил Джейсон.

— Я не знаю, что такое британский, — ответила теневая фигура.

— И к лучшему, — сказал Джейсон. — Не говори им, что у вас нет огнестрела, а то они колонизируют вас до смерти.

— Мне не хватает контекста, чтобы понять сценарий, который вы предлагаете, — сказала фигура. — Полагаю, вы вводите сбивающее с толку отступление в разговор, чтобы оценить мою реакцию на неожиданный ответ на мое появление.

— Да, примерно так. Ты мне нравишься, британский теневой парень. У тебя есть имя?

— Я — Тень.

— Жестко, — сказал Джейсон. — Ты человек, сделанный из теней, и тебя зовут Тень? Это как если бы меня звали Человек.

— Ты не человек, — сказала Тень.

— Да, но я был им, когда мне дали имя. Я Джейсон, а это Софи. Ты местный, Тень?

— В некотором роде, — ответила Тень. — Я инквизитор Испытаний Наследия. Я буду проводить каждое из пяти испытаний, которые вы должны пройти, чтобы получить наследие Ордена Жнеца.

— Если ты здесь главный, почему ты появился перед нами? — спросила Софи.

— Моя природа многогранна. В данный момент я являюсь каждому человеку, который вошел на территорию испытаний. Я здесь, чтобы представить вам испытания и проинструктировать, что нужно сделать, чтобы их пройти.

— Ну, это отстой, — сказал Джейсон. — А я-то думал, у нас есть фора. Почему мы не появились в том же месте, что и остальные члены нашей команды, Тень?

— Существует двенадцать врат-башен. Каждый входящий прибывает к случайной башне.

— Двенадцать, — сказала Софи. — Мы могли бы разделиться полностью, так что могло быть и хуже.

— Я беспокоюсь о Клайве, — сказал Джейсон. — Хамфри справится сам, а Нил — целитель, так что он без проблем найдет компанию. Клайва сложнее продать, особенно если он сам выступает в роли продавца.

— Мы здесь ничего не можем с этим поделать, — сказала Софи. — Все, что нам остается — это двигаться к центру и верить, что он сможет сделать то же самое.

Джейсон неохотно кивнул.

— Если позволите, — сказала Тень, — часть моей задачи — проинструктировать вас о грядущих испытаниях и о том, что от вас потребуется.

— Валяй, Тень.

— Благодарю, — сказала Тень. — Наследие Ордена Жнеца ждет того, кто его заберет. Тот, кто это сделает, докажет, что способен воплотить идеалы Ордена. Мужество, интеллект, решимость, способности и мудрость. В ходе пяти испытаний вам предстоит продемонстрировать эти пять добродетелей.

— И эти испытания находятся в центре города? — спросил Джейсон.

— Последние три находятся в самом сердце города, — ответила Тень. — Этот Город Павших Отголосков сам по себе является вторым испытанием: испытанием способностей. Оно составляет самое длинное из пяти испытаний, и не каждый сможет успешно преодолеть таящиеся в нем опасности.

Квест: [Второе испытание]

Второе из испытаний Жнеца — достичь сердца города.

Цель: Достичь центра Города Павших Отголосков.

Награда: Случайный магический предмет.

— Город — это второе испытание? — спросила Софи. — А как насчет первого?

— Первое испытание я проведу сейчас. Оно самое простое, так как его невозможно провалить. Скорее, это выбор, который будет важен, когда вы доберетесь до финальных испытаний.

— Его невозможно провалить? — переспросил Джейсон. — Звучит как подарок, но я не могу отделаться от мысли, что здесь есть подвох.

— Испытание простое, — сказала Тень. — Желаете ли вы войти во второе испытание с мудростью или с мужеством?

— В чем разница? — спросила Софи.

— Войти с мудростью означает, что вы получите два предмета. Один позволит вам полностью покинуть испытания. Вам не разрешат войти снова, но он сможет вытащить вас из безвыходной ситуации. Другой — предмет восстановления, который может спасти вас в критический момент.

— А мужество означает вступление во второе испытание без них, — сказал Джейсон.

— Именно так, — подтвердила Тень.

— Похоже, мудрость объективно лучший выбор, — сказала Софи.

— Именно поэтому это путь мудрости, — ответила Тень.

— Тогда зачем кому-то выбирать мужество? — спросил Джейсон.

— Каждое из финальных испытаний будет проверять добродетели, которые еще не были продемонстрированы, — сказала Тень. — Но чтобы достичь испытаний интеллекта и решимости, нужно пройти испытание, проверяющее то, что вы не продемонстрировали здесь, в первом испытании. Для тех, кто уже доказал свое мужество, испытание мудрости оценит их суждения. Провал означает исключение из испытаний, но в этом нет никакой опасности. Тем же, кто доказал свою мудрость, предстоит столкнуться с испытанием мужества. Испытание простое, но опасное. Пройти его — значит двигаться дальше, провалить — значит умереть.

— Значит, это выбор между безопасностью сейчас и опасностью потом, или безопасностью потом и опасностью сейчас, — сказал Джейсон. — Что ты можешь рассказать нам о последующих испытаниях?

— Только то, что вы будете проинформированы о природе каждого испытания непосредственно перед тем, как столкнетесь с ним. Как только вы пройдете город, каждое будущее испытание будет разъяснено, после чего вы сможете выбрать: столкнуться со следующим испытанием или быть безопасно удаленным из испытаний вовсе.

— Значит, ты можешь рассказать нам о втором испытании сейчас? — спросила Софи.

— Да, могу, — ответила Тень. — Ограничений по времени нет, кроме закрытия испытаний через восемнадцать дней.

— Что произойдет, если мы все еще будем здесь через восемнадцать дней? — спросил Джейсон.

— Тогда вы окажетесь здесь в ловушке, — сказала Тень. — В этом месте есть опасности, и монстры — не самые страшные из них. Следует опасаться двух более серьезных угроз.

— Мы ценим предупреждение, — сказал Джейсон. — Что ты можешь рассказать нам о них?

— Я могу объяснить практические опасности, — сказала Тень. — Если хотите, я могу объяснить происхождение испытаний и опасности, с которыми вы столкнетесь, предприняв их.

— Я не откажусь от контекста, если предлагаешь, — сказал Джейсон.

— Это астральное пространство изначально было тренировочной площадкой для Ордена Жнеца, — объяснила Тень. — Вы прибыли сюда из руин последнего и самого скрытого оплота Ордена. Когда-то это было тайное место для обучения новичков Ордена, превращенное в последнее убежище, когда церкви стремились уничтожить Орден.

— Церкви уничтожили Орден Жнеца? — удивился Джейсон. — Я нашел подземную крепость, которая подверглась какому-то нападению столетия назад. Думаю, она тоже принадлежала Ордену.

— У Ордена действительно был подземный объект, который был стерт с лица земли. Сначала считалось, что скрытый тренировочный центр избежал внимания церквей после того, как они напали на то место. Однако Орден был предан, и убежище под озером было раскрыто. Церкви пришли, разрушили магические купола, сдерживавшие воды, и утопили всех внутри.

— Это ужасно, — сказал Джейсон.

— Какие церкви? — спросила Софи. — Не может быть, чтобы все.

— Нет, — ответила Тень. — Орден Жнеца служил ряду важных целей. В мире королей и королев лидеры выбираются по крови, а не по добродетели. Глупец или безумец может по праву рождения получить власть обречь бесчисленные жизни на хаос, страдания и смерть. В таких случаях нож в темноте может стать спасением для наций.

— Королевские убийцы, — сказал Джейсон. — Я бы сказал, что вам стоит попробовать демократию, но результаты там, откуда я родом, очень неоднозначные.

— Хотя Орден оставался скрытым в тени, — продолжила Тень, — его функция была известна и принята нациями и организациями мира. Обществом искателей приключений, Магическим обществом, даже церквями.

— Но не всеми, — сказала Софи.

— Нет, — ответила Тень. — Были две церкви. Одна — церковь Неживых. Орден был не только убийцами, но и охотниками на нежить. Покой окончательного упокоения — самый главный принцип Жнеца, и от рук Ордена пало больше некромантов, чем принцев или королей.

— Сейчас этим занимается Общество искателей приключений, — сказал Джейсон.

— В отсутствие Ордена другие должны взять на себя их задачи. Церковь Неживых действовала против Ордена не одна. Была еще одна церковь, которая, как и Орден, была враждебна церкви Неживых. Тем не менее, они заключили нечестивый союз, чтобы устранить то, что эта церковь называла нечистыми методами Ордена.

— О, вы, должно быть, шутите, — сказал Джейсон. — Церковь Чистоты?

— Именно так, как вы говорите, — подтвердила Тень.

— Как эта церковь может быть хоть сколько-нибудь чистой? — громко возмутился Джейсон. — Они объединяются с худшими людьми, которых только могут найти, при первой же возможности.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — сказала Тень.

— Они снова за свое, — сказал Джейсон. — Церковь Чистоты объединилась с каким-то межпространственным дерьмом, чтобы выкачивать астральные пространства.

— Это может подождать, пока мы не вернемся наружу, — сказала Софи. — Прямо сейчас нам нужно сосредоточиться на этих испытаниях. Полагаю, ты подводил свой рассказ к опасности, о которой упоминал.

— Да, — сказала Тень. — Когда церкви обнаружили тренировочные объекты под озером, последний гроссмейстер Ордена отправил всех новичков сюда, в город. Затем они запечатали вход, чтобы церкви не могли последовать за ними. Ключи от входа были взяты и разбросаны по всему миру. Цель была в том, чтобы однажды кто-то смог доказать свою достойность идеалам Ордена и вернуть то, что было оставлено. Этот день должен наступить скоро, но если все вы, кто вошел, провалитесь, будет еще один шанс.

— О?

— Через восемнадцать дней испытания закроются. Ключи можно будет использовать, чтобы открыть их снова через год, чтобы другие могли попытаться там, где вы потерпели неудачу.

— А как насчет тех новичков? — спросила Софи. — Что с ними случилось?

— Церкви не хотели оставлять угрозу, исходящую от новичков, но не могли добраться до них в астральном пространстве. В первые дни существования Ордена один из гроссмейстеров нашел это астральное пространство. Оно было нестабильным, прото-астральным пространством, которое с равной вероятностью могло раствориться в астрале или стать настоящим миром.

— Очевидно, так и случилось, — сказала Софи.

— Орден Жнеца давно использовал такие места, — сказала Тень. — Существовало древнее знание о том, как закрепить такие миры, предоставленное самим Жнецом.

— Значит, Орден действительно связан с великим астральным существом, — сказал Джейсон.

— Это было так, — ответила Тень. — Гроссмейстер, который построил это место, был похож на вас, Джейсон Асано. Как и вы, он был пришельцем из другого мира с эссенцией тьмы. Многие функции этого места основаны на его способностях. Я когда-то был его призванным фамильяром.

— Ты был фамильяром? — спросил Джейсон.

— Был. Теперь я привязан к этому месту, пока испытания не будут завершены, а наследие не будет востребовано.

— Он был из моего мира? — спросил Джейсон.

— Нет, — ответила Тень. — Вы изначально были человеком, а люди не существуют в мире, из которого он родом.

— Ты не сказал нам, что случилось с новичками, — напомнила Софи.

— Как я уже сказал, церкви не хотели оставлять новичков в покое, но средства, которыми это астральное пространство было привязано к миру, не пускали тех, кто охотился на них. Поэтому церкви заключили вторую сделку, на этот раз с сущностями глубокого астрала. Известные как воргеры, они обладают силой нарушать пространственные границы.

— Как границы астрального пространства, — сказал Джейсон.

— Да, — ответила Тень. — Они не могут войти в по-настоящему физический мир, но астральные пространства частично астральны, а частично физические. Неизвестно, как они заманили таких существ, поскольку это животные сущности, действующие только на основе первобытных инстинктов. Однако церкви заманили их, и воргеры остаются здесь по сей день.

— Что это за воргеры, в точности? — спросила Софи.

— Это существа нематериальной природы, ибо они не являются физическими существами. Они принимают много форм, но их природа одна и та же. Их прикосновение искажает плоть, превращая ее в отвратительные новые формы.

— Это то, что случилось с новичками? — спросил Джейсон. — Они были убиты воргерами?

— Хуже, — ответила Тень. — Воргеры не убивают. Их жертвы не наслаждаются сладким избавлением смерти. В том, что, возможно, является величайшим оскорблением Жнеца, новички были превращены в нестареющие мерзости из плоти. Они никогда не умирают, их души заперты внутри искаженных оболочек ярости и боли, проклятые вечным безумием. Они до сих пор бродят по этому месту, нападая на все, с чем сталкиваются.

— Это те опасности, о которых ты говорил, — сказал Джейсон. — Воргеры и эти мясные мерзости.

— Да.

— Что ты можешь рассказать нам о том, как с ними бороться? — спросила Софи.

— Воргеры не имеют физической субстанции, — сказала Тень. — Магическое оружие будет иметь ограниченный эффект, но если вы не найдете их в изоляции, этого будет недостаточно, чтобы справиться с их количеством. Они склонны появляться роями, и без специальных инструментов или способностей с ними трудно иметь дело. Они будут искажать ваши тела, пока город не получит еще одну мясную мерзость. Поскольку вы оба обладаете близостью к астральной энергии, вы будете гораздо более устойчивы, чем большинство.

— Твои способности должны сработать хорошо, — сказал Джейсон Софи. — Мой меч тоже должен быть достаточно эффективен. А как насчет мясных мерзостей, Тень?

— Если вы сможете убить их и освободить их души от мучений, то это будет милосердием. Однако мой совет — избегать их или убегать. Их сила находится на уровне бронзового ранга, и они — непростые противники. Их тела будут адаптироваться к вашим атакам и защите, делая их более эффективными, а вас — менее, с каждым мгновением. Если вам придется сражаться с ними, то я бы порекомендовал сражаться по очереди, а не работать вместе. Когда они адаптируются к одному виду атаки, они могут создать слабость к другой, которую вы сможете использовать.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Мы запомним твои слова.

— Тогда ваш следующий шаг — первое испытание, — сказала Тень. — Ваш выбор остается прежним: мужество или мудрость.

— Что думаешь? — спросила Софи Джейсона.

— Я думаю о мудрости, — ответил Джейсон. — Мне кажется, мужество, вероятно, лучший выбор для того, чтобы добраться до конца, но как бы мне ни хотелось облачный дворец, я выберу жизнь без облачного дворца, чем смерть без него.

— Я думала, ты выберешь мужество, — сказала Софи. — Все истории, что я слышала о тебе, рисуют тебя довольно безрассудным.

— Раньше был, — сказал Джейсон. — Наверное, и сейчас такой, честно говоря, но смерть Фарры заставила меня о многом задуматься. Смерть достаточно легко найти, будучи искателем приключений. Мне не нужно ее искать.

— Хорошо, — кивнула Софи и повернулась к Тени. — Двое за мудрость.

— Очень хорошо, — сказала Тень и подняла свои теневые руки. В каждой из них покоились маленький флакон и медальон. Они взяли их, почувствовав холод теневой руки Тени, когда поднимали предметы.

Джейсон сначала посмотрел на медальон. Он был сделан из того же глянцевого черного камня, что и арка, через которую они вошли в астральное пространство, и был украшен символом косы. Он был маленьким и висел на шнурке, который можно было легко накинуть на шею.

Предмет: [Медальон побега] (серебряный ранг, необычный)

*Путь к спасению для тех, у кого есть мудрость знать, когда отпустить *(расходуемый, телепортация).

Эффект: Направьте свою ауру в медальон, чтобы немедленно эвакуироваться из астрального пространства. Работает только в пределах Города Павших Отголосков.

— Направьте свою ауру в медальон, — прочитал Джейсон. — Разве это не значит, что любой, кто не контролирует ауру, не сможет его использовать?

— Часть мудрости — знать, какие вызовы не стоит принимать, — сказала Тень.

— Хорошо, что ты взяла способность ауры, — сказал Джейсон Софи. Они оба надели медальоны на шеи и спрятали их под броню. Затем они посмотрели на второй предмет, флакон.

Предмет: [Малое зелье чуда] (железный ранг, легендарный)

*Спасение в бутылке *(расходуемый, зелье).

Эффект: Полностью восстанавливает здоровье, ману и выносливость. Это зелье эффективно только для обычных людей и людей железного ранга. Магия этого зелья задерживается в теле дольше, чем обычные зелья, что означает, что дополнительные зелья восстановления здоровья и предметы восстановления не будут эффективны в течение более длительного периода.

— Ничего себе, — сказал Джейсон. — Вот это зелье.

— Я и не знала, что такие зелья вообще возможны, — сказала Софи.

— Я тоже, — сказал Джейсон, осторожно помещая его в свой пояс для зелий. Как и у него, у Софи был зачарованный пояс для зелий, который защищал флаконы от разбивания, если только не было приложено целенаправленное усилие.

— И последнее, — сказал Джейсон Тени. — Не думаю, что ты можешь сказать нам, где наши товарищи?

— Могу, — ответила Тень, — но не буду.

— Так я и думал. Увидимся в центре города?

— Увидитесь, — сказала Тень. — Удачи.

С этими словами Тень исчезла в вихре тьмы.

Серьезный хардкор

Серьезный хардкор

На взгляд Джейсона, монстр, с которым они столкнулись, больше всего походил на леопарда, если не считать ног. Они все еще были покрыты пятнистой шерстью, как и остальное тело существа, но их было восемь, многосуставчатых, торчащих из боков монстра, как лапы паука. Для бега эти ноги подходили не лучшим образом, зато существо было отличным и быстрым верхолазом. Это не имело большого значения, когда лезвие ветра Софи отсекло половину этих ног, и монстр рухнул на землю, где она прикончила его жестоким ударом ноги в голову.

Вы победили [Пятнистая древесная кошка].

— Пятнистая древесная кошка, — сказал Джейсон. — Фантазии ноль, но, по крайней мере, соответствует названию. Я боялся, что его назовут паукопардом или чем-то подобным. Некоторые из этих имен монстров просто глупые. Уверен, из-за некоторых из них люди погибли.

— Как имя монстра может привести к гибели человека? — спросила Софи.

— Ну, возьми демонов-ленивцев и ленивцев-демонов. Ленивцы-демоны — это железный ранг, сильные и относительно выносливые, но медленные. Не так уж сложно их победить, если быть осторожным. Демон-ленивец — это монстр золотого ранга с усыпляющей способностью, которая калечит твою скорость, превращая тебя в легкую добычу.

— Понимаю, к чему ты клонишь, — сказала Софи. — Не хотелось бы их перепутать.

— Нет, не хотелось бы. Хамфри заставил тебя читать записи Магического общества о монстрах? Он говорил, что собирается.

— Заставил, — ответила Софи. — На самом деле довольно интересно узнавать обо всем том безумии, которое там водится.

— Может показаться странным это говорить, — сказал Джейсон, — но не стоит быть слишком эффективной в убийствах. Будет лучше, если ты будешь использовать как можно больше своих способностей.

— Не думаю, что у меня не будет другого шанса, — сказала Софи. — Не думаю, что прошел даже час. К тому же, эти легкие бои не принесут мне особой пользы. Мне нужно что-то посложнее, или что-то, что нападает числом.

— Это верно, — признал Джейсон.

Он подошел и коснулся существа.

Хотите собрать добычу с [Пятнистая древесная кошка]?

— Погоди секунду, — сказала Софи.

Она сняла ботинок и поставила его на низкую, разрушенную стену, прежде чем отойти. Джейсон мысленно активировал сбор добычи, и существо растворилось в радужном дыме вместе с грязью на ботинке Софи. На ее штанах и брючинах остались небольшие брызги, которые тоже растворились, заставив Софи поморщиться от запаха, когда Джейсон отошел в сторону.

— Ты когда-нибудь привыкаешь к этому? — спросила она.

— Немного, но не совсем, — ответил Джейсон. — С другой стороны, после этого ты сможешь справиться практически с чем угодно. Я сражался с монстром по имени отрыжковый жук, у которого такая вонь, что тебя должно стошнить. У меня едва желудок дернулся.

Они пробирались по широкому бульвару, который вел именно в нужном им направлении. У них было восемнадцать дней, чтобы максимально использовать отличную тренировочную среду, но они решили начать с того, что доберутся до центра города. Это давало им лучшие шансы найти заблудших членов их группы, а оттуда они могли просто бродить вокруг, сражаясь с монстрами.

Бульвар был неровным, когда-то аккуратно уложенные плиты потрескались, поднялись из-за роста корней или были полностью вытеснены деревьями. Тем не менее, это был самый открытый путь, предлагавший легкий проход к центру города. По обе стороны возвышались когда-то впечатляющие здания, полуразрушенные и покрытые ползучими растениями и другой растительностью.

— Нам стоит порыться в некоторых из этих зданий, — сказал Джейсон.

— А как же идти прямо к центру города? — спросила Софи.

— Мы должны хотя бы немного осмотреться, — сказал Джейсон. — Давай просто выберем следующее здание, которое выглядит потрясающе, и заглянем. Может, найдем эссенцию или что-то в этом роде.

— Думаешь?

— Может быть, — сказал Джейсон. — Справедливости ради, мы могли бы так же легко найти ее прямо посреди бульвара. С увеличением проявлений и тем, что это место оставалось нетронутым веками, здесь может быть настоящий клад, просто ждущий, когда мы его найдем.

— Может, проверим одно здание, — сказала она. — Как насчет того?

Большинство зданий, мимо которых они проходили, были двух- или трехэтажными. То, на которое указала Софи, было шестиэтажным и сохранилось лучше большинства.

— Выглядит немного как крепость, — сказал Джейсон. — Какие-то военные казармы?

Парадный вход, должно быть, когда-то представлял собой пару возвышающихся металлических дверей, но столетия влажного воздуха оставили лишь ржавые обрывки. Нависающий дверной проем был достаточно большим, чтобы через него можно было провезти осадное орудие, о чем свидетельствовали остатки такого орудия. Оно находилось на каком-то плацу за огромными дверями, заброшенное и пришедшее в упадок. Теперь это была груда деревянных балок, ржавых металлических прутьев и кожаных ремней.

— Это потрясающе, — сказал Джейсон, глядя на него. — И подозрительно.

— Подозрительно?

— Может, оно и выглядит как груда хлама, — сказал он, — но не достаточно разрушенного. Дерево должно было давно сгнить, а металл может быть ржавым, но сравни его с тем, что осталось от дверей. Я был на фермах и видел, что делает с местом пятьдесят лет запустения. Это здесь уже сколько? Десять раз по столько, как минимум? В этом влажном климате от этой штуки ничего не должно было остаться.

— О чем ты думаешь? — спросила Софи.

— Думаю, тебе стоит подойти ближе, осторожно. Посмотри, сможешь ли ты почувствовать от него ауру.

Софи так и сделала, подойдя к большому дверному проему. Прежде чем она успела что-либо почувствовать от осадного орудия, упавшая груда металла и дерева начала двигаться. То, что было немногим больше груды сгнившего дерева, ржавого металла и кожаных обрывков, собралось в некое подобие гуманоидной формы. Оно возвышалось почти на четыре метра, настолько, что когда оно встало прямо, верхушка стала неразличимой; оно было выше даже огромного дверного проема.

Конструкция существа была асимметричной и казалась нескоординированной: две руки с одной стороны и одна с другой. Из двух рук, которые делили одну сторону, одна была короткой и заканчивалась грубой, ржавой клешней. Другая была длиннее, но менее подвижной, в форме длинного ящика, заканчивающегося ржавым шаром. Единственная рука с другой стороны на самом деле была платформой для баллисты. Когда оно встало, они оба почувствовали его ауру бронзового ранга.

— Это одно из творений культа Строителя? — спросила Софи, пока конструкция собирала себя.

— Маловероятно, — сказал Джейсон. — Похоже, оно здесь как раз к месту. Вероятно, монстр или что-то, оставленное давным-давно.

— Мы бежим? — спросила Софи.

— Сражаемся, — сказал Джейсон, вынимая меч. — Что-то подсказывает мне, что практика сражения с монстрами-конструктами окупится в будущем.

Зная, что его основные способности будут бесполезны против конструкции, Джейсон мысленно поблагодарил Гэри за то, что тот сделал его меч.

— Я никогда раньше не сражалась с монстром бронзового ранга, — сказала Софи.

— Вот почему это поможет нам стать сильнее, — сказал Джейсон. — Если думаешь, что не справишься, просто беги. Не похоже, что он будет хорошим преследователем.

Существо медленно протискивалось под дверным проемом с резкими движениями, высота монстра была слишком большой даже для негабаритного проема. Джейсон воспользовался его неловкостью, чтобы броситься вперед. Оно грубо ударило рукой-шаром, но Джейсон легко увернулся, полоснув мечом по одной ноге, затем по другой, нырнув под него и пройдя мимо существа. Его меч не сделал ничего, кроме как поцарапал дерево, но это было все, что ему нужно.

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] на [Осадный голем].

[Осадный голем] невосприимчив к проклятиям.

[Грех] не подействовал.

Иммунитет к недугам вызвал эффект на оружии [Погибель и Спасение].

Оружие [Погибель и Спасение] получило экземпляр [Камнерез].

Голем застрял наполовину под дверью. Он почти прошел, но начал разворачиваться обратно за Джейсоном. В этот момент Софи вступила в атаку, нанося быстрые удары.

Специальная способность [Бессмертный кулак] нанесла резонирующий урон [Осадный голем].

[Осадный голем] имеет чрезвычайно жесткое тело и получает дополнительный урон от резонирующей силы.

Бой начался в пользу Джейсона и Софи, застав голема в плохой позиции. Однако ни у Джейсона, ни у Софи не было мощных атакующих способностей, чтобы воспользоваться этим, и их атаки железного ранга имели ограниченный эффект на врага бронзового ранга. Софи начала сильнее с уроном от резонирующей силы; атаки Джейсона почти ничего не делали, пока его меч накапливал силу. С каждой атакой он наносил все больше той же энергии резонирующей силы, но ему потребовалось бы время, чтобы оказать реальное воздействие.

Голем сосредоточился на Софи как на большей угрозе, пробираясь наружу. Как только он собирался выбраться из двери, она ловко проскользнула мимо него, чтобы присоединиться к Джейсону внутри. Джейсон немедленно направился обратно наружу. Бездумная конструкция не могла сделать ничего, кроме как реагировать, та же нехватка внутреннего духа, которая делала его невосприимчивым к проклятиям Джейсона, делала его слишком глупым, чтобы понять, что его водят туда-сюда.

Наконец, он выбрался из двери, благодаря мечу Джейсона. Он накапливал достаточно силы, чтобы повлиять даже на прочное тело конструкции бронзового ранга, и когда Джейсон отсек выступ от его тела, он, пошатываясь, выбрался из дверного проема обратно во двор.

Джейсон достиг точки, когда мог нанести реальный урон, но, освободившись от двери, голем получил возможность использовать свои собственные трюки. Короткая клешня дернула руку с баллистой, и из руки выскочил болт баллисты, готовый к выстрелу. Голем запустил его в Джейсона, но от грубого, массивного оружия было легко увернуться. Он отошел в сторону, цель существа была очевидна, и болт пролетел мимо, вонзившись огромным металлическим наконечником в каменный пол.

Как только Джейсон собирался возобновить атаку, древко болта баллисты взорвалось, выпустив осколки пронзающего дерева длиной с палец, острые как иглы и твердые как железо. Софи, с другой стороны голема, была достаточно далеко, чтобы успеть нырнуть в дверной проем, прежде чем осколки достигли ее. Джейсон, с другой стороны, принял основной удар на себя. Атаки несли в себе врожденную силу атак бронзового ранга, разрывая его плащ и пробивая броню. Он закрыл лицо руками, повернувшись боком, чтобы уменьшить профиль и защитить определенные уязвимые места. Его руки, ноги и бока были усеяны деревянными осколками, которые торчали из него, как иглы ехидны. Он выхватил зелье из пояса и залпом выпил его, целительная сила лишь немного помогла вытолкнуть все шипы.

Голем тем временем поднял в воздух свою неуклюжую коробку-руку с ржавой рукой-шаром. Он опустил ее в сторону Джейсона, пока тот все еще был ошеломлен и невнимателен. Шар сорвался с конца кабеля, вытянувшись, когда он сильно качнулся вниз. Джейсон слишком поздно осознал опасность, но Софи появилась перед ним, используя свою способность миражного шага. Уперевшись ногами, она нанесла удар по опускающемуся шару.

Способность: [Бессмертный кулак] (Мистическая)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 2 (14%).

Эффект (железо): Атаки без оружия наносят дополнительный урон резонирующей силой, который высокоэффективен против физической защиты. Не получает урона от нанесения безоружных ударов по объектам и нивелирует весь урон от активно перехваченных атак. Не весь урон от очень мощных или высокоранговых атак будет нивелирован.

Огромная металлическая сфера была отклонена, но ее сила была слишком велика, чтобы Софи могла ее полностью нивелировать. Ее вбило в камень, она отлетела, а ее рука была жестоко изувечена. Джейсон, защищенный и восстановившийся, посмотрел на нее. Под капюшоном его плаща лицо исказилось от злобы, когда он увидел, что осталось от ее руки. Он перевел этот взгляд на голема, меч в его руке буквально гудел от силы, даже когда кровь из пробитой руки Джейсона стекала по нему.

Он побежал на голема; он достаточно сражался с ним, чтобы знать, что его неуклюжий размер и медленная скорость были слабостями, которые ему нужны для победы. Его меч сверкнул. Его тело танцевало, раз за разом вонзаясь в существо. С каждым ударом урон становился все больше, пока голем молотил по фигуре в плаще, порхающей у его ног. Вскоре даже сопротивление урону бронзового ранга оказалось недостаточным. Джейсон сжег большую часть своей маны на специальные атаки, к которым тот был невосприимчив, активируя меч, пока каждый удар не выбивал куски дерева и не сдирал полоски металла. Он целился в суставы, сначала в ноги, затем в руки, когда тот повалился. Наконец Джейсон принялся за каждую часть его тела, которая была достаточно большой, чтобы попасть.

Вы победили [Осадный голем].

Джейсон бросил меч на разрушенного голема, прежде чем броситься к Софи. Она изо всех сил пыталась, одной рукой, встать на колени. Он осторожно помог ей подняться, и она беззвучно поморщилась от боли. Ее правая рука безвольно висела, кисть торчала из рукава. Джейсон вытащил малое зелье чуда из пояса, но она отмахнулась от него.

— Я был бы блином, если бы не ты, — сказал он, все еще настаивая.

— Это для середины боя, — прорычала она сквозь боль и сжатые зубы. — Не будь идиотом и не трать его сейчас. Я могу использовать это, чтобы практиковать свою силу восстановления.

Джейсон наблюдал, как она преодолевает боль, чтобы принять позу медитации на коленях, насколько могла.

Способность: [Равновесие] (Баланс)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 1 (76%)

Эффект (железо): Медитируйте, чтобы медленно накапливать экземпляры [Целостность], до порога экземпляров, основанного на атрибуте [Восстановление]. Экземпляры быстро исчезают, когда медитация заканчивается.

[Целостность] (лечение-со-временем, мана-со-временем, выносливость-со-временем, святая): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

— Хотя бы прими какое-нибудь зелье, — сказал Джейсон.

— Это довольно сложно, так что как насчет того, чтобы ты хоть раз заткнулся.

— Леди, — сказал Джейсон, убирая малое зелье чуда и доставая обычное лечебное зелье для себя. — Ты серьезно хардкорная.

— Что я только что сказала?

Смешанная медикация

Смешанная медикация

Травма руки Софи была серьезнее, чем любая из ран Джейсона. Ее рука была сильно повреждена и требовала длительного периода для исцеления с помощью ее силы самовосстановления. Джейсон был довольно сильно истыкан, но потребовалось всего несколько зелий, чтобы устранить мелкие, пусть и многочисленные, раны. Его способность сбора крови обычно позволяла ему исцеляться после боев, используя остаточную жизненную силу павших врагов, но она работала только на врагах с кровью. Осадный голем был в значительной степени невосприимчив к способностям Джейсона, даже после того, как был уничтожен.

Точки проколов в его броне также медленно восстанавливались благодаря свойствам саморемонта его брони. Совет Гэри найти броню с таким качеством сэкономил Джейсону немало денег на ремонте. Теперь, когда он был отрезан от места, где можно было сделать ремонт, это стало еще более ценным.

Сила исцеления Софи была основана на медитации, и концентрация оказалась трудной задачей из-за состояния ее руки. Она делала регулярные перерывы, тяжело дыша и потея, несмотря на то, что не делала ничего, кроме как сидела на месте. Джейсон пытался отвлечь ее от боли каждый раз, когда она делала перерыв.

— Я собираюсь собрать добычу с монстра, теперь, когда ты не в середине медитации, — сказал он ей во время первого перерыва. — Я не хотел прерывать тебя раньше.

Он подошел к поверженному голему, который выглядел не намного хуже, чем когда имитировал сломанное осадное орудие. Он положил руку на кусок разбитого дерева.

Хотите собрать добычу с [Осадный голем]?

— Берегись, — предупредил он Софи, отходя в сторону.

Голем растворился в радужном дыме.

[Метеоритный молот] добавлен в ваш инвентарь.

[Ядро монстра (Бронзовый ранг)] добавлено в ваш инвентарь.

10 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Осадные захваты] присуждены члену группы [Софи Уэкслер].

10 [Бронзовых духовных монет] присуждены члену группы [Софи Уэкслер].

100 [Железных духовных монет] присуждены члену группы [Софи Уэкслер].

Софи отскочила в сторону, когда два мешка с монетами упали с того места, где они появились у нее над головой со вспышкой радужного света. Там также была пара перчаток, которые она подняла, чтобы осмотреть.

Предмет: [Осадные захваты] (бронзовый ранг, редкий)

*Пара боевых перчаток, содержащих силу осадного орудия *(одежда, перчатки).

Эффект: Добавляет взрывную силу к физической атаке, нанося дополнительный урон резонирующей силой и создавая мощный эффект отбрасывания. Перезарядка 20 секунд.

Эффект: Призывает таран, который летит по воздуху, чтобы нанести чрезвычайно тяжелую атаку резонирующей силой. Перезарядка 5 минут.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого предмета.

— У меня перчатки бронзового ранга, — сказала она. — А у тебя?

— Шар на цепи, — сказал Джейсон, показывая ей оружие в своих руках. Это был, как он и сказал, металлический шар на конце цепи. Он выглядел как уменьшенная версия руки-шара осадного голема, вплоть до металлического шара, изъеденного ржавчиной.

Предмет: [Метеоритный молот] (бронзовый ранг, необычный)

*Магическое цепное оружие, взятое у ожившего осадного орудия *(оружие, цепь).

Эффект: Наносит дополнительный урон резонирующей силой, основанный на том, как долго метеоритный молот раскачивался перед атакой.

Эффект: Длина цепи может быть увеличена или уменьшена во время раскачивания.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого предмета.

— Не думаю, что это действительно мне подходит, — сказал Джейсон. — К тому же, это бронзовый ранг.

— Как и эти, но я могла бы представить, как использую их позже.

Джейсон убрал предметы и монеты Софи в свой инвентарь. Он взглянул на ее руку, все еще безвольно висящую, кисть была фиолетовой и опухшей. Она старалась как можно меньше шевелить ею, когда двигалась.

— Как успехи? — спросил он.

— Небольшой прогресс с рукой, — сказала она несчастно. — Но в остальном я чувствую себя лучше. Этот большой шар действительно сильно ударил.

— Спасибо за это, кстати, — сказал Джейсон. — Не думаю, что я бы принял удар так же хорошо.

— На исцеление уйдет больше времени, чем я думала, — сказала она. — Может, мне стоит принять зелье. Не одно из хороших, просто обычное лечебное зелье.

— Нет, ты была права с самого начала, — сказал Джейсон. — Исцеление будет хорошей тренировкой для твоей способности, а у нас есть время. Ты укрывайся здесь во дворе, пока я осмотрю остальную часть здания. Я поищу хорошее место, чтобы разбить лагерь. Используй голосовой чат, если что-то случится, и я прибегу.

— Хорошо, — сказала Софи. Она вернулась к медитации, а Джейсон отправился дальше в здание.

* * * Джори был недоволен. Он согласился участвовать только как часть совместной деятельности между ремесленными ассоциациями, но затем был немедленно отделен от своей назначенной команды, когда башни врат случайным образом разбросали их. Поскольку люди формировали импровизированные группы с теми, с кем оказывались на башне, у Джори не было особого выбора команд. Его способности эссенции, связанные с алхимией, позволяли немного лечить, но люди, собирающие группы, соревновались в привлечении более традиционных целителей.

Джори был одет в тяжелое пальто, покрытое карманами. Оно было зачаровано, чтобы защищать как его самого, так и содержимое карманов от вреда. К счастью для Джори, оно также было зачаровано, чтобы сохранять прохладу, несмотря на то, что куртка была такой же толстой, как влажность. Вместе с курткой у Джори было два пояса на талии и две портупеи через грудь. Они были полны флаконов с зельями и реагентами, которые Джори мог использовать для создания зелий на лету. Как и его пальто, пояса и портупеи были зачарованы для защиты содержимого. Через плечо была перекинута сумка-саквояж с пространственным карманом.

Группа, в которой оказался Джори, явно рассматривала его как вариант «лучше, чем ничего», но это была самая способная группа из оставшихся. Лучшие люди уже сформировали команды и отправились в путь. Группа, к которой присоединился Джори, по крайней мере, имела трех членов из одной команды, трио леонидов, которым повезло прибыть на одну и ту же башню. Затем они добавили Джори и крепкого типа-стража по имени Кин, который мог призывать тяжелую броню и огромный щит.

Если бы они не были так явно недовольны тем, что не получили лучшего целителя, Джори был бы вполне счастлив. А так, он жалел о всей затее, пока они не столкнулись со странной персоной Тени. Джори хотел принять его предложение объяснить место, в котором они оказались, но остальная часть его группы стремилась двигаться дальше. Все три леонида выбрали мужество, в то время как Джори и Кин выбрали мудрость.

Малое зелье чуда, которое дала ему Тень, было объектом восхищения для Джори, у которого была способность эссенции, позволявшая ему определять его эффекты. Его намерением было забрать его обратно в свою мастерскую и посмотреть, чему он может научиться. Он не смог бы воспроизвести его по образцу, но он не сомневался, что все, что он сможет извлечь из него, будет бесценным.

Лидера команды леонидов звали Ларами. Он и его товарищи не спешили достичь центра города, больше интересуясь поиском сокровищ. Каждое здание, которое они замечали и которое выглядело более-менее целым, было главной целью.

Джори поначалу был раздражен, но был вынужден признать, что их выбор был хорошим, так как они откопали немало стоящих находок. Преимущество магических предметов заключалось в том, что они выделялись, выдержав испытание временем лучше, чем обычные предметы.

Леониды давали себе право первого выбора, но в остальном распределяли добычу поровну. Они нашли магическую шкатулку неизвестного назначения, магический посох, который забрал Джори, несколько кожаных наручей и не менее четырех камней пробуждения. В основном это были обычные, но камни пробуждения растений, змей и земли были достаточно желанными, чтобы хорошо продаться. Один редкий камень, камень пробуждения руин, продался бы лучше всего. Он неизбежно оказался в распоряжении Ларами.

Способность эссенции Джори, которая идентифицировала предметы, раскрывала свойства каждого из них, кроме магической шкатулки, которая ускользала от силы его способности. Все, что она раскрыла, было название предмета, которое, как ни странно, было «таинственная шкатулка». Джори мог бы использовать свою способность, чтобы занизить стоимость редкого камня пробуждения, но его этическая натура не позволяла ему даже подумать об этом. Он был достаточно доволен разделом добычи, чтобы с радостью продолжать путь.

Проблемы возникли, когда они обыскали то, что оказалось обширной, многоэтажной алхимической мастерской. Даже с учетом обширных ремонтных работ в его собственной мастерской и ветхого состояния здания, Джори не мог не завидовать. Ему даже удалось выкопать несколько магических алхимических инструментов, которые попали в его пространственную сумку. Остальные не завидовали ему, так как их было бы трудно продать, и это дало им повод исключить его из следующего раунда дележки добычи. Они сказали ему, что все, что связано с алхимией, принадлежит ему. Это продолжалось до тех пор, пока честная натура Джори не заставила его раскрыть огромное открытие.

Внутри магического шкафа, запечатанного для защиты содержимого от стихий, Джори нашел целый каталог алхимических формул. Многие из них были устаревшими по сравнению с превосходными современными аналогами или использовали ингредиенты, слишком дорогие или редкие для того, что делали зелья. Однако среди них было несколько жемчужин, и один огромный приз. Требования и ингредиенты были возмутительными как по редкости, так и по цене, но там была полная формула для малого зелья чуда, которое дала ему Тень. Когда он раскрыл этот факт, Ларами немедленно потребовал, чтобы он отдал его.

— Вы сказали, что все, что связано с алхимией, принадлежит мне, — сказал им Джори.

— Это было до того, как ты нашел что-то настолько ценное, — сказал Ларами. — Отдавай.

— Вы трое уже забирали самые ценные товары себе, — сказал тяжелобронированный щитоносец. — Мы договорились, что он может забрать алхимические вещи, так что вы должны придерживаться сделки, которую заключили.

Он тихо злился на то, что считал несправедливым распределением добычи, и использовал их ход против Джори как шанс надавить на проблему. Они все еще находились в алхимическом здании, в большой комнате, когда-то использовавшейся для подготовки алхимических компонентов, с рядом длинных скамеек, разделяющих комнату.

— Сделка изменилась, — сказал Ларами.

Джори наблюдал, как двое мужчин сошлись.

— Давайте просто продолжать разговаривать, — сказал Джори. — Там достаточно монстров, чтобы нам не сражаться друг с другом.

— Нет нужды сражаться, — сказал Кин, глаза большого человека не покидали Ларами. — Они просто должны дать тебе то, что обещали.

— Я обещаю, что проделаю дыру прямо в этом шлеме, если ты не отступишь, — сказал Ларами. Леониды были мощными дилерами урона.

Трое сошлись против одного, с Джори на заднем плане, его призывы к деэскалации остались без внимания. Напряжение росло, пока один из троих наконец не дернулся, нанеся удар огненным хлыстом. Остальные двое отстали лишь на такт, их координация оказалась слишком мощным натиском для Кина.

Его защитные способности были сильны, но это было трое против одного, и слаженная командная работа трио подавила защитника. Он недолго продержался под ужасающим шквалом, пока Джори кричал им остановиться, но вскоре он упал на землю. Большинство искателей приключений погибли бы, но Кин был лишь выведен из строя, его раненая плоть уже начала исцеляться сама по себе. Ларами переключил свое внимание на Джори.

— Я отдам его, — сказал Джори. — Просто забирайте и уходите, пока я присмотрю за ним.

— У тебя был шанс, — сказал Ларами. — Теперь вы станете несчастными жертвами многих опасностей, здесь.

— Вам не нужно…

Бесплодные слова Джори были прерваны, когда в него метнули копье из твердого камня. К его удивлению, вокруг него захлопнулся пузырь-щит, снова исчезнув, когда он поглотил атаку копья.

— С некоторыми людьми нет смысла спорить, — сказал Нил Дэвон, входя в комнату. Голем из тусклого стекла шагнул вперед перед ним, голем-куколка Нила встал между трио и Нилом, который схватил Джори и дернул его за скамью. — Пора уходить, Джори.

— Дэвон? Я не оставлю этого парня им, — сказал Джори, указывая на Кина, чьи раскинутые ноги они могли видеть за краем скамьи.

— Не сопротивляйся, Джори, — позвал Ларами. — Твой друг не спасет тебя.

— Еще как спасу, — сказал Нил Джори с тихой настойчивостью. — Я ничего не могу поделать с парнем на земле, если только у тебя нет какой-то потрясающей силы, которая позволит тебе сразиться со всеми этими парнями в одиночку.

Джори поморщился. — Если это то, что потребуется. Но последствия плохие, так что тебе придется позаботиться обо мне.

— Погоди, у тебя серьезно есть что-то подобное?

— Да, — сказал Джори трезво. — Но я не люблю это использовать.

— Думаю, сейчас может быть то время, для которого ты это берег, — сказал Нил.

Джори вытянул руки, и флаконы выплыли из своих петель на поясе, паря в воздухе. Один за другим флаконы открывались, выливая свое содержимое в воздух. Вместо того чтобы упасть на землю, они слились в сферу жидкости, которая темнела с каждым добавленным ингредиентом. В это время Джори снял пальто и расстегнул пояса и портупеи, даже когда все больше флаконов вылетало, чтобы извергнуть свое содержимое в воздух.

Атаки теперь вонзались в стеклянного голема, куски откалывались от него. С каждым нанесенным уроном на его поверхности гравировались руны. Он не сопротивлялся, оставаясь стойко стоять между своими атакующими и Нилом.

— Я думал, это очень плохая идея — смешивать зелья вот так, — сказал Нил, наблюдая, как все жидкости и силы из флаконов плещутся вместе перед ними.

— Это так, — сказал Джори.

— Тогда почему ты это делаешь?

— Чтобы показать этим идиотам, что происходит, когда ты толкаешь алхимика на использование очень плохой идеи.

Жидкость потекла в ожидающий рот Джори. Немедленно, с головы до ног, тело Джори начало сильно раздуваться. Все его тело выросло, кожа стала пятнистой смесью болезненно-желтого, фиолетового, синего и зеленого цветов. Его волосы выпали. Голова раздулась, как и остальное тело, слишком большая, чтобы спрятаться за скамьей. Его было не узнать как Джори, теперь он был просто монстром из мышц.

Болт пламени ударил его, выпустив вонь едких химикатов и горящей плоти, которую Джори, казалось, не заметил. Каменное копье пронзило его туловище, которое он пренебрежительно выдернул, бросив его обратно с силой баллисты. Затем он поднял скамью перед собой, несмотря на то, что она была прикреплена к полу. Сопровождаемый звуком разбивающейся плитки, он вырвал ее прямо из пола и швырнул в леонидов.

Нил наблюдал за процессом с ужасом и восхищением. Трое искателей приключений выбрались через дверь на другой стороне комнаты. Монстр Джори двинулся за ними в тяжелой погоне, но не с той скоростью, чтобы их догнать.

* * * Джейсон вел Софи через здание. День сменился ночью, пока Софи работала над тем, чтобы исцелить себя, в то время как Джейсон задавался вопросом, как работает солнце в астральном пространстве. Ее рука не была полностью восстановлена, но она снова обрела контроль над ней, и ее кисть теперь выглядела как кисть, а не как картофелина, по которой кто-то ударил молотком. Она не могла видеть в темноте, как Джейсон, поэтому у нее над головой парил светящийся камень.

— Ты нашел что-нибудь, обыскивая здание? — спросила она.

— Нашел, — сказал Джейсон. — Я нашел арсенал с парой магического оружия, хотя они были довольно посредственными. Что еще важнее, я нашел камень пробуждения.

— Правда?

— Это необычный, — сказал он. — Камень пробуждения подготовки. Я знаю, остальные говорили просто собирать все, что можно, чтобы потом выбрать, какие использовать, но, может, ты могла бы использовать хотя бы один.

— Думаешь, стоит?

— Вероятно, нет, но я бы использовал. Могу провести ритуал утром, если хочешь. Подумай об этом за ночь.

Они добрались до места, где Джейсон установил палатку ауры, которая скрывала их присутствие от большинства монстров. Он также установил несколько ритуалов тревоги, на всякий случай. Это было на верхнем этаже здания, недалеко от ступеней, ведущих на крышу.

— Я установил только одну палатку, — сказал он, — но могу поставить другую, если хочешь.

— Все в порядке, — сказала Софи. — Просто знай, что если начнешь распускать руки, ты их больше не вернешь.

Предоставление людям выбора

Предоставление людям выбора

Софи проснулась от манящих запахов завтрака. Она чувствовала боль и усталость; поврежденная рука не давала ей покоя всю ночь. Только в последние несколько часов она смогла вырвать немного драгоценного, непрерывного сна. Она осторожно выбралась из палатки и последовала за запахами вверх по каменной лестнице на плоскую крышу. Джейсон расставил складной походный стол и пару стульев, на одном из которых он сидел.

— Утро, — поприветствовал он ее. — Присоединишься?

Он указал вилкой на другой стул, на конце которой был нанизан кусочек сосиски. Остальная часть сосиски лежала на тарелке перед ним, вместе с яйцами пашот и горячими, намазанными маслом тостами. Когда она села, он достал вторую тарелку с едой из своего инвентаря, такую же свежую и горячую, как в тот момент, когда он ее туда положил. Кувшин с соком уже стоял на столе, Джейсон наполнил пустой стакан, чтобы соответствовать своему.

— Это сюрреалистично, — сказала Софи. — Я могу более или менее принять всю жизнь искателя приключений. Магические силы, альтернативные измерения, астральные пространства. Монстры, культисты, даже древний орден убийц. Но каким-то образом видеть тебя, сидящего посреди всего этого, комфортно завтракающим — это уже слишком.

— Хочешь верь, хочешь нет, но ты не первая женщина, которая говорит мне, что я «слишком».

— О, я верю, — сказала она и сделала глоток сока. — Это действительно вкусно.

— Это смесь дельта-фруктов. Я купил кучу у Араша.

— Того парня, который продает сок с тележки и постоянно называет тебя еретиком?

— Это он.

— Значит, когда ты готовился войти в это неисследованное астральное пространство, полное неизвестных опасностей, ты взял с собой мебель для пикника, тарелки с горячим завтраком и кувшины с фруктовым соком.

— Жизнь не для того, чтобы выживать, Уэкслер. Жизнь для того, чтобы жить.

Джейсон поставил стол так, чтобы он выходил на улицу внизу. Здание было довольно высоким, как и многие другие соседние здания. Это превратило заросший бульвар, по которому они шли, в некое подобие джунглевого каньона. Джейсон осмотрел его с улыбкой, попивая сок.

— Тебе это действительно нравится, правда? — спросила его Софи.

— Нравится, — сказал он. — Я понимаю, что ты имеешь в виду насчет того, что все вокруг безумие, но мой совет — сдаться ему. Я знаю, ты потратила много времени, задаваясь вопросом, почему я так сильно помог тебе, когда мог просто вытащить тебя из города и закончить с этим. Не так давно я сам был тем, кто сидел за столом с более опытным искателем приключений, не имея ни малейшего представления о том, что ждет впереди, и гадая, что делать. Он помог мне осознать, что у меня есть шанс начать все с чистого листа. Стать тем человеком, которым я хотел быть.

Он улыбнулся, вспоминая.

— Отдайся опыту, Уэкслер. Это твой шанс взять контроль в свои руки. Река может бушевать, но ты удивишься, как быстро ты поплывешь, работая с течением, а не против него.

— Странно слышать это от тебя, — сказала она. — Я никогда не встречала человека, который шел бы против течения больше, чем ты.

— Дело в том, чтобы выбирать моменты, — сказал Джейсон. — Я пришел в этот мир с наивностью человека, который прожил свою жизнь в безопасности. У меня было разрушено много иллюзий, о мире и о самом себе. Но иногда, когда мир пытается прогнуть тебя, ты должен стоять прямо, пока кто-то из вас не сломается.

— Ты думаешь, мир сломается раньше тебя?

— Вероятно, нет. Но шансов нет, если я не попробую. Я решил еще в самом начале, что со своим вторым шансом единственным сожалением, которое у меня никогда больше не будет, — это не попробовать вовсе. Поэтому я делаю вещи, которые кажутся правильными. Когда я услышал о твоей ситуации, я посочувствовал тебе и Белинде. Я знаю, каково это — быть в безвыходной ситуации. Я нашел друзей, чтобы выбраться. Я знаю, что Джори хотел помочь тебе, поэтому я тоже дал ту помощь, которую мог. Теперь я даю тебе совет, который получил сам. Используй этот шанс, чтобы стать тем, кем хочешь быть.

— А если я не знаю, кто это?

— На каком-то уровне знаешь. Просто делай то, что кажется правильным, пока не разберешься. Это то, что я делал, и я не жалею ни о чем, включая ошибки.

Он указал вилкой на астральное пространство вокруг них.

— В своей старой жизни у меня никогда не было шанса посетить такие места. Да, этот мир принес свою долю проблем, но столкновение с этими проблемами было более полноценным, чем что-либо в моей старой жизни. В какой-то момент я вернусь в свой мир, но я не собираюсь оставлять этот мир позади, когда сделаю это. Есть способ путешествовать между мирами, и я собираюсь его найти.

— Как?

— Я разговаривал с Клайвом, так как он эксперт. У этих культистов Строителя, похоже, более продвинутая астральная магия, чем в этом мире. Клайв думает, что у них есть какой-то способ пересечения пространственных границ, который не требует алмазного ранга, иначе у них не было бы здесь так много агентов, чтобы действовать по всему миру. Если я смогу заполучить их магию, это вполне может направить меня на верный путь, если не преподнесет то, что мне нужно, на блюдечке.

— Путь домой.

— Нет, — сказал Джейсон. — Путь сюда. Мне сказали, что я вернусь домой, рано или поздно. Я не могу не чувствовать, что мне нужно вернуться и разобраться с вещами, которые я оставил позади. Однако, как только я это сделаю, я вернусь в этот мир, даже если эта поездка будет в один конец. Мой старый мир — это мое прошлое, и хотя я вынужден уладить это прошлое, этот мир — мое будущее.

— А если ты не сможешь найти путь обратно?

— Вещь, которую я осознал, когда по-настоящему пришел к принятию того, что магия реальна, — это то, что невозможное — лишь ограничение, которое я накладываю на свое собственное мышление. Если у тебя есть время и решимость, ты можешь сделать практически все что угодно. Но ты уже это знаешь.

— Я знаю?

— Конечно, знаешь. Ты была в ужасном положении. Зажата между двумя криминальными авторитетами и могущественным аристократом, не имея никаких связей и власти, которыми я наслаждался с момента прихода в этот мир. Все, что у тебя было, — это верный друг. Большинство людей сдались бы. Нашли бы наименее ужасный путь и приняли свою судьбу. Но не ты и не Белинда. Вы придумали план и бросились в него.

— Вероятно, это бы не сработало, даже без твоего вмешательства.

— Но могло бы, и ты пошла на это. Ты увидела тот проблеск света, который большинство других людей отбросили бы как недостижимый, и потянулась к нему. Я действительно восхищаюсь этим.

Он поднял стакан в небрежном салюте.

— Спасибо, — сказала она неуверенно, ерзая на стуле. — Я не… не многие люди смотрят на меня как на ту, кто я есть. Всю мою жизнь мужчины смотрели на меня как на животное, которое им нужно сломать.

Джейсон кивнул.

— У меня есть философия в жизни, — сказал он. — У моего брата всегда была эта способность вписываться. Становиться тем, кем ему нужно было быть для других людей, но я так не могу. Каждый раз, когда я пытался, я в итоге терял это и делал что-то сумасшедшее и саморазрушительное. Поэтому я решил еще в самом начале, что буду тем, кто я есть, а люди могут принимать это или оставить. Нравлюсь я им или ненавижу, я выберу страсть, а не амбивалентность. Это позволяет мне знать, кого избегать, а с кем дружить. Это делает жизнь лучше.

— Но много раз тебе, должно быть, приходится иметь дело с людьми, которым ты не нравишься.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Я из совершенно другого мира, поэтому люди всегда будут находить меня странным. Я просто иногда подыгрываю этому, чтобы немного дезориентировать их. Если тебе нужно вывести кого-то из равновесия, помогает сначала сбить их с толку.

— Не знаю, верю ли я в это полностью, — сказала она.

— О?

— Я наблюдала за тобой и готова поспорить, что ты странный, даже там, откуда ты пришел. Если бы это был просто спектакль, ты не был бы одинаковым со своими друзьями и врагами.

— Это не спектакль, — сказал Джейсон. — Я сказал тебе, что я просто тот, кто я есть, и люди могут принимать это или оставить. Я просто немного усиливаю или убавляю это для любой конкретной ситуации.

— И это работает?

— Когда ты используешь очень специфический подход к вещам, как я, ты должен принять, что некоторые люди откликнутся на это, а другие отвергнут его полностью. Это игра чисел, и ты должен принять, что определенное количество людей собирается послать тебя подальше. Некоторым людям нравится то, что я продаю, другие не могут этого выносить. Я работаю с теми, кому нравится, и не беспокоюсь о тех, кому нет.

— Звучит так, будто ты просто ищешь оправдания тому, чтобы делать все, что тебе нравится, — сказала Софи.

— О, я абсолютно это и делаю, — сказал Джейсон. — Я же сказал тебе, это жизненная философия. Я просто выяснил, как заставить ее работать.

— Манипулируя людьми.

— Ты говоришь это так, будто мы все не делаем этого каждый день. Мы все создаем фасады, корректируем то, кто мы есть, сколько мы показываем себя разным людям вокруг нас. Я просто делаю это более сознательно, чем большинство. Возьми Нила, например. Когда я пошел вербовать его, я мог бы использовать другой подход. Представить что-то более универсально привлекательное, чтобы привлечь его на борт. Вместо этого я показал ему, кто я есть, немного усилил, чтобы подчеркнуть точку зрения. Я полагал, что он с большей вероятностью откажет нам, чем присоединится, но я не хотел лучшего человека, которого мы могли бы найти для нашей команды. Я хотел лучшего соответствия. Поэтому я представил определенную версию себя, не чтобы привлечь его на борт, а чтобы помочь ему решить, хочет ли он быть с нами.

— Ты дал мне этот выбор тоже, не так ли? Присоединиться к твоей веселой банде неудачников или исчезнуть в какой-то далекой стране, чтобы начать все сначала.

— Мне нравится давать людям выбор.

— Это потому, что тебе нравится контроль. Если ты тот, кто дает выбор, ты решаешь, что это за выбор. В противном случае люди могут найти свои собственные варианты, которые не вписываются в твой нарратив.

Джейсон усмехнулся, не отрицая этого.

— Как рука? — спросил он.

— Не боевая сила, но пара часов использования моей силы медитации должны помочь.

— Итак, теперь ты испытала силу монстра бронзового ранга, — сказал Джейсон. — Согласно Руфусу, хороший искатель приключений должен быть в состоянии справиться с монстрами на ранг выше, если матч-ап хороший. Это означает, что стоит выбирать бои с большими монстрами, только когда твои силы противостоят их силам.

Они обсудили бой и их командную работу в сбивании с толку неразумного монстра, чтобы держать его застрявшим в дверном проеме. Они обсудили, что сделали хорошо, что можно было улучшить. Джейсон был впечатлен способностью Софи анализировать бой, находить ошибки и смотреть, как их исправить.

— Моя большая ошибка, — сказал Джейсон, — была в том, что я настроился на то, что мои силы на нем не работают. Моя сила казни сработала бы отлично, но я попал в ловушку, преуменьшая эффективность своих способностей. Когда я только тренировался, одна из вещей, которые сказал Руфус, была подумать о том, что может сделать каждая способность и как эффективно использовать каждую из них в ситуации.

— Моя ошибка была в попытке противостоять такой очевидно мощной атаке, — сказала Софи. — Я должна была ударить тебя вместо этого.

— Что? — спросил Джейсон.

— Я могла бы выбить тебя с пути, — сказала она.

— О, точно.

После завтрака Джейсон начал упаковывать все в свой инвентарь.

— Ты решила, хочешь ли использовать тот камень пробуждения? — спросил Джейсон.

— Не думаю, что буду, — сказала Софи. — Не думаю, что это лучшая ситуация, чтобы осваивать совершенно новую силу.

— Это разумно.

Джейсон продолжал упаковываться. У Софи еще не было своей пространственной сумки. Она хотела что-то, что не мешало бы ее очень мобильному стилю боя, как, например, куртка с пространственным хранилищем Эмира. Что-то подобное было трудно найти на месте. Поэтому, на данный момент, она полагалась на Джейсона, как Гэри и Руфус делали с Фаррой.

Софи приняла позу медитации, пока Джейсон спускался вниз. Остановившись на вершине лестницы, он окликнул Софи.

— Эй, Уэкслер.

— Что?

— Спасибо, что не дала размазать мою голову по полу.

Он спустился по лестнице, прежде чем она успела ответить. Он аннулировал ритуалы тревоги, которые установил, и упаковал палатку ауры. Затем он поднялся и присоединился к Софи, которая устроилась на краю крыши. Они сидели, медитируя бок о бок. В конце концов, улыбка расползлась по лицу Джейсона, когда он совершил прорыв.

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) достигла Железо 8 (100%).

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) продвинулась до Железо 9 (00%).

Как способность восприятия, полуночные глаза были способностью, которую Джейсон использовал постоянно, и по этой причине она продвинулась быстрее всего. Однако, как и другие его способности, она замедлилась до минимума, приближаясь к бронзовому рангу. Несмотря на то, что он не был большой частью боя, сражение с монстром бронзового ранга помогло ей продвинуться вверх.

Спустя почти два часа Софи объявила, что ее рука полностью восстановлена. Чтобы проверить это, она и Джейсон немного поспарринговали на открытом пространстве крыши. Софи усердно тренировалась с тех пор, как стала искателем приключений, но это не была улица с односторонним движением. Иметь кого-то с ее навыками, кто понимал его стиль лучше, чем он сам, было невероятно полезно для Джейсона. Она подтолкнула его использовать его не только для побегов и скрытных атак, но и стать сильнее в прямом бою.

До того, как он встретил Софи, Джейсон уже работал над обманчивым стилем, который выманивал врага. Софи указала, что Джейсон впустую тратит то, что могло быть одной из его лучших боевых способностей: его плащ. Поскольку он имел физическую субстанцию только тогда, когда он хотел, он мог скрывать его движения, не препятствуя им. Более того, способность быть реальным или нематериальным по желанию предлагала мощную полезность.

Используя свой плащ, чтобы скрыть свою стойку, Джейсон сделал финт вперед, только чтобы отпрянуть назад, когда Софи выбросила кулак для контратаки. Удар обернул ее руку в его плащ. Он дернул ее вперед, убирая ее руку с пути. Он шагнул вперед с коленом вверх. Она не могла видеть, как оно приближается, но предвидела движение, остановив колено Джейсона блоком ноги, прежде чем оно набрало силу. Она дернула руку назад, и он позволил плащу стать нематериальным. Без сопротивления она использовала слишком много силы и споткнулась назад. Это был лишь момент потери равновесия, но Джейсон двинулся вперед, чтобы воспользоваться этим.

Вскоре после этого Джейсон лежал лицом вниз на крыше.

— Ты неплохо справился, — сказала Софи. — Ты улучшаешься.

— Тогда почему такое чувство, что я становлюсь хуже? — простонал он.

— Ты становишься лучше, но я также учусь тому, как ты сражаешься, — сказала она. — Учитывая, что я знаю твой стиль и занимаюсь этим гораздо дольше, логично, что я буду улучшаться против тебя быстрее, чем ты против меня.

— Не значит ли это, что тебе стоит быть со мной помягче? — спросил он, поднимаясь на ноги.

— Вероятно, — признала она. — Но есть что-то в том, чтобы бить тебя неоднократно, что действительно приносит удовлетворение.

— Спасибо, — сказал он, бросив на нее недовольный взгляд. — Я рад, что ты можешь использовать меня для своего личного удовлетворения.

Он начал снимать одежду, доставая лечебную мазь, чтобы втереть ее в мышцы, которые Софи размягчила.

— Ты очень худой, — сказала она, беззастенчиво разглядывая его, пока он стоял там в своих боксерах.

— Ты шутишь? — спросил Джейсон, осматривая себя. — Я полностью заполнился. Раньше я был гораздо худее, чем сейчас.

— Правда? Ты что, из расы людей-веточек?

— Нет!

— Ты кажешься очень защищающимся, — сказала она. — Ты человек-веточка, не так ли?

— Я не человек-веточка! Я обычный человек!

— Угу.

— Да, ну, ты не такая уж великая, со своей…

Он помахал рукой вверх-вниз на ее стройное тело, ее карамельная кожа подчеркивалась подходящим серебром ее глаз и волос.

— …как это честно? — закончил он вяло. — Я собираюсь надеть одежду обратно.

— Что это за штуки на твоих шортах?

— Сердечки, — сказал Джейсон.

— Это не то, как выглядит сердце.

— Откуда ты знаешь, как выглядит сердце? — спросил Джейсон. — Ты не производишь впечатление человека, который брал уроки анатомии.

— Брала, в некотором роде, — сказала она. — Несколько лет назад, во время моего первого раза на бойцовских ямах, был парень, который вырывал людям сердца и ел их. У него была какая-то сила, где это делало его сильнее.

— Серьезно?

— Да.

— И они позволили ему участвовать?

— Это заводило толпу.

— Неужели они просто позволили этому продолжаться?

— Идея была в том, чтобы нагнетать напряжение, — сказала она. — Они бросали туда новичков, чтобы сразиться с ним, вызвать интерес к бою в нижней части карты, прежде чем выставить его против настоящих бойцов. Типа ситуации «кто сможет победить монстра».

— Значит, он был убит на арене?

— Нет, Общество искателей приключений пришло и сделало это. Оказывается, им не нравятся способности эссенции, которые требуют есть человеческие сердца.

Хорошо информированный человек

Хорошо информированный человек

Город Павших Отголосков кишел монстрами. На второй день у Джейсона и Софи случались столкновения почти каждый час, пока они пробирались к центру города. Иногда они следовали по улицам, иногда шли по крышам. В любом случае, недостатка в монстрах, желающих напасть на них, не было.

Были сходства между заросшим джунглями городом и дельтой, где они обычно охотились на монстров, с душной жарой и пышной растительностью. Монстры, с которыми они сталкивались здесь, были похожими, если не такими же. Они сражались со змееподобными монстрами, паукообразными монстрами и, особенно неприятным, змее-пауком размером с фургон, который ползал на своем волосатом брюхе и имел восемь змеиных голов вместо конечностей.

Большая разница между сражениями с монстрами в дельте была в количестве. Магически насыщенное астральное пространство производило гораздо больше монстров, чем внешний мир. Джейсон и Софи уже поняли это, но когда они наблюдали за своим потенциальным следующим столкновением, этот момент действительно был усвоен.

Притаившись на крыше, Джейсон и Софи смотрели вниз на кишащую массу марголлов. Они оба имели дело с собакоголовыми гуманоидами в прошлом, но теперь они смотрели на толпу монстров в четыре раза больше обычной стаи.

— Я насчитал сорок одного, — тихо сказал Джейсон.

С шестого этажа у них был хороший обзор. Ветра почти не было, чтобы разнести их запах, а плохое зрение существ делало их обнаружение маловероятным. Прожорливые существа только что расправились с меньшей группой монстров и громко пировали на телах, толкаясь за место вокруг трупов.

— Это был и мой подсчет, — сказала Софи. — Что думаешь?

— Честно? Я хочу попробовать. Но мы должны сделать это правильно. Если мы просто сразимся с ними на улице, они нас задавят.

— Ты смотришь на то здание, через дорогу?

— Смотрю, — сказал Джейсон. — Мы усложним окружающую среду. Узкие места, пути отхода. Сгруппируем их так, чтобы их количество помогало нам больше, чем вредило.

— Как ты хочешь их заманить?

— Они агрессивны, неумолимы и не очень умны. Я говорю, мы просто спрыгнем и побежим прямо внутрь. Они будут преследовать нас по всему зданию, и мы сбежим с крыши, если станет слишком жарко.

— Разделимся или будем держаться вместе? — спросила она.

— Выбор леди.

— Разделимся. Я лучше справлюсь, найдя узкое место и удерживая позицию, а ты лучше справишься в движении.

— Звучит хорошо, — сказал Джейсон. — Только убедись, что у тебя всегда есть выход, и будь на связи через голосовой чат. Рассчитывай свой риск.

Они спрыгнули со строения, пролетая над улицей, чтобы приземлиться перед зданием, которое они выбрали на другой стороне. Марголлы почуяли их запах еще до того, как они приземлились, и уже оглядывались, когда они коснулись земли и бросились к зданию. Два искателя приключений пронеслись через открытый дверной проем в темноту, Джейсон немедленно исчез, а Софи направилась к каменной лестнице, которая поднималась вдоль одной стены. Все остальное в большой комнате давно сгнило, за исключением лиан и грибов, которые процветали в тенях больше, чем на ярком солнце снаружи.

Остановившись на полпути вверх по лестнице, Софи развернулась и начала медленное, боевое отступление. Марголлы были вынуждены встречать ее по двое; остальные застряли, толпясь сзади. Она бесстрашно встречала атаки их огромных когтей и мощных челюстей, доверяя своим силам защищать любую часть тела, которую использовала для блока. Она отвечала жестокими ударами кулаков и свирепыми пинками, отправляя искалеченных марголлов кувыркаться с лестницы. Когда она выигрывала себе пространство, она посылала лезвие ветра, разрезающее путь вниз по лестнице. У монстров, толкающихся за позицию, не было места, чтобы увернуться.

Стая марголлов, собравшаяся внизу лестницы, выла от разочарования, толкая друг друга в гонке за добычей. Некоторые полосовали друг друга своими злыми когтями, сражаясь за доступ к лестнице. Другие пытались карабкаться по лианам, растущим по бокам лестницы. Темный интерьер здания был не таким заросшим, как экстерьер, но растительности было достаточно, чтобы некоторые из них в конце концов пробрались наверх. Софи пинками сбрасывала их обратно, когда их головы появлялись над краем лестницы, но это отвлекало ее внимание от монстров перед ней. Не желая позволить зайти себе во фланг, она отступила вверх по лестнице на следующий уровень, затем побежала в поисках нового узкого места.

В большой комнате марголлы, оставшиеся позади, начали замечать что-то неладное. Они улавливали обрывки запаха, который исчезал так же быстро, как появлялся. Они заметили одного из своих, мертвого на земле, далеко от суеты того места, где женщина пинками сбрасывала их обратно вниз по лестнице. Второй марголл из задних рядов упал замертво, издав не более чем звук удара тела о землю. Третий вскоре последовал за ним.

У марголлов было плохое зрение, они гораздо больше полагались на свое обоняние. Поскольку они только что вошли с яркого солнца, их зрение было еще хуже. Еще несколько из них были молчаливо убиты, прежде чем они заметили темную фигуру, движущуюся среди них, появляющуюся и исчезающую так же быстро.

Монстры метались в замешательстве. Их базовая агрессия, их большое количество в относительно тесном пространстве и разочарование от борьбы с врагами, которых они не могли прижать, превращались в токсичное варево. Некоторые из марголлов набросились друг на друга. Если бы Софи не была вынуждена отступить, позволив монстрам вырваться вверх по лестнице в погоне, марголлы вполне могли бы перебить друг друга.

Некоторое время спустя Софи и Джейсон были на крыше, сражаясь с последними из стаи марголлов. Несмотря на то, что их численность сокращалась, пока они преследовали пару по зданию, свирепые монстры никогда не ослабевали в своем яростном натиске, пока последний не пал. Джейсон и Софи затем пробирались вниз через здание, добивая тех, кто был слишком искалечен, чтобы продолжать погоню. Джейсон касался каждого, чтобы пометить его для сбора добычи.

Хотите собрать добычу с [Марголл]?

Он соглашался только тогда, когда они были вдали от тел и вони, которую они будут источать, когда растворятся. Пока они обыскивали здание, Джейсон сделал приятное открытие. Темный куб лежал в нише под лестницей, в месте, куда свет снаружи никогда не проникал. Если бы не его способность видеть в темноте, он бы никогда его не увидел.

Предмет: [Эссенция тьмы] (без ранга, необычный)

*Проявленная эссенция тьмы *(расходуемый, эссенция).

Требования: Менее 4 поглощенных эссенций.

Эффект: Наделяет 1 пробужденной способностью эссенции тьмы и 4 непробужденными способностями эссенции тьмы.

Вы поглотили 4/4 эссенций.

Вы не соответствуете требованиям для использования этого предмета.

— Ностальгия, — пробормотал он про себя.

— Что там? — спросила Софи, подходя к нему.

— Я нашел эссенцию, — сказал Джейсон. — Это эссенция тьмы, которая была моей первой.

— Должна пойти по хорошей цене, верно?

— Должна, — сказал Джейсон. — Она всего лишь необычная, и после всего этого на рынке, вероятно, будет избыток эссенций, но тьма — популярная. У нее отличная полезность, и это последнее слово в эссенциях скрытности. Тебе стоит взять ее, когда мы будем делить добычу после всего этого. Эссенции, которые хочет Белинда, все обычные, так что ты, вероятно, сможешь обменять эту на две из них, или, по крайней мере, на магическую эссенцию и несколько твердых камней пробуждения.

Они вышли на улицу, перед зданием, прежде чем Джейсон принял все сообщения о добыче. Вскоре радужный дым потек из окон от шлейфа, созданного всеми сорока одним телом, преобразованными одновременно.

41 [Ядро монстра (Железное)] добавлено в ваш инвентарь.

410 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

60 [Собачья квинтэссенция] добавлена в ваш инвентарь.

10 [Мириадная квинтэссенция] добавлена в ваш инвентарь.

410 [Железных духовных монет] присуждены члену группы [Софи Уэкслер].

60 [Собачья квинтэссенция] присуждена члену группы [Софи Уэкслер].

10 [Мириадная квинтэссенция] присуждена члену группы [Софи Уэкслер].

Софи отступила; ее тайминг уклонения от добычи улучшился настолько, что три мешка упали на землю перед ней.

— Итак, твоя сила наколдовала мешки, верно? — спросила она.

— Ага, — сказал Джейсон. — Насколько я понимаю, сила сбора добычи, как у меня или Нила, берет магию монстра, когда она сливается с окружающей магией, и создает из нее предметы. Обычно магические проявления, такие как духовные монеты или эти квинтэссенции, которые мы только что получили, но иногда и предметы.

— Белинда говорила, что Клайв потратил целый день, изучая один из этих мешков, чтобы увидеть, есть ли в нем что-то особенное.

— Это похоже на него, — сказал Джейсон.

Софи открыла один из мешков, доставая квинтэссенцию, чтобы осмотреть ее. Она была как алмаз, почти сферическая, но покрытая крошечными гранями.

Предмет: [Мириадная квинтэссенция] (железный ранг, легендарный)

*Проявленная эссенция множественности. *(материал для крафта, эссенция).

Эффект: Материал для крафта предметов с мультипликативными атрибутами.

— Красиво, — сказал Джейсон, когда она подняла ее, чтобы он мог увидеть. Она ловила яркий солнечный свет, преломляя радужные цвета.

— Легендарная редкость, — сказала она. — Должна быть ценной, верно?

— Полагаю, да, — сказал Джейсон. — Мириадная эссенция тоже легендарная. У Эмили, лучницы из команды Бет Кавендиш, она есть.

— Она селестина? — спросила Софи.

— Верно.

Софи бросила камень обратно в мешок и передала свою добычу Джейсону для хранения. Он достал блокнот и записал всю добычу для последующего дележа. Пока он писал в нем, Софи задрала голову, наблюдая за радужным дымом от более чем сорока монстров, поднимающимся из здания.

— Все эти монстры, — сказала она. — Как будто в этом месте происходит всплеск монстров.

— По сути, так и есть, — сказал Джейсон, убирая блокнот. — Всплеск монстров — это многонедельное увеличение магического насыщения.

— Ты не сталкивался с таким, верно? — спросила она. — У вас в мире их нет?

— У нас вообще нет монстров, — сказал Джейсон. — Я только начал узнавать о том, как они работают, изучая астральную магию с Клайвом. Надеюсь, у него все в порядке.

* * * Клайв начал волноваться, как только понял, что никто из его команды не прибыл с ним через арку. Поскольку люди начали формировать импровизированные команды, он не ожидал найти кого-то, кто искал бы его эклектичный набор способностей. Его нетрадиционные способности работали лучше всего при использовании в сочетании с людьми, которые знали и были готовы к ним. Наспех сформированная команда лучше справилась бы с дальнобойным атакующим с прямолинейными силами, к которым они могли бы легко адаптироваться.

Он подумывал о том, чтобы провернуть трюк Джейсона и «скорректировать» перспективу, через которую он описывал свои способности, но немедленно отбросил эту идею. Хуже, чем то, что никто не хотел его в свою команду, было бы остаться брошенным посреди кишащего монстрами города за искажение того, что он может внести.

Один из присутствующих имел прямо противоположную проблему. Он не был крупным мужчиной; его худощавое телосложение напоминало Клайву Джейсона. Если бы светлые волосы и светлая кожа мужчины не пометили его как одного из иностранных искателей приключений, то впечатляющее снаряжение, которое узнал Клайв, сделало бы это. Как только снаряжение переходило определенный уровень стоимости, оно начинало переходить от показного обратно к незаметному, и снаряжение этого человека выглядело очень незаметным. Клайв знал, что это тот вид дороговизны, который тратится впустую на снаряжение железного ранга, если только у тебя нет столько денег, чтобы разбрасываться ими, что это смешно.

Мужчина выглядел так, будто был одет в легкую и простую одежду, но Клайв уловил тонкие признаки в том, как драпировалась ткань, что сигнализировало о невероятно мощной магии усиления. Это был тот вид брони, который предпочитали искатели приключений с мобильностью и наборами навыков высокого уровня. У него на бедре был меч с кольцом в верхней части ножен, которое большинство приняло бы за часть дизайна. Клайв узнал в нем магический предмет, который придавал дополнительный урон первому удару после вытягивания клинка. Куртка мужчины была сделана из эластичной кожи, защитной, но не сковывающей. Клайв знал по странному способу, которым она соответствовала форме тела под ней, что это была пространственная куртка, очень похожая на ту, что использовал Эмир Бахадир.

Другие иностранные искатели приключений явно знали, кто он, и все требовали сформировать команду с ним. К удивлению Клайва, глаза мужчины выделили его. Мужчина отошел от людей, приглашавших его в свои группы, и направился прямо к Клайву.

— Вы Клайв Стэндиш, — сказал мужчина.

— Верно, — сказал Клайв. — Не уверен, кто вы, но на вас более дорогое снаряжение, чем я видел на ком-либо бронзового ранга.

Мужчина издал дружелюбный смешок.

— Что означает либо кто-то не доверял мне выжить, — сказал он, — либо думает, что я того стою.

— Вы того стоите, — сказал Клайв. — Если у кого-то нет навыка, ты тратишь эти деньги совсем иначе.

Мужчина снова рассмеялся и протянул руку Клайву для рукопожатия.

— Я Валдис. Вы соответствуете своей репутации, мистер Стэндиш.

— Клайв — это нормально, — сказал Клайв. — У меня есть репутация?

— Мне нравится быть в курсе. Власти в Гринстоуне знают гораздо больше о культе Строителя, чем большинство провинциальных районов, и ваш вклад был большой частью этого. Слухи просто еще не распространились из-за того, насколько близко сейчас удерживается информация.

— Но, похоже, не от вас, — сказал Клайв.

— Мой отец имеет небольшой вес за границей, что дает мне немного больше влияния, чем я действительно заслуживаю.

— Мой отец — фермер, разводящий угрей, что дает мне больше длинной, слизистой рыбы, чем я действительно хочу.

Валдис снова рассмеялся, явно чувствуя себя более комфортно в их обстоятельствах, чем большинство присутствующих искателей приключений. Клайв заметил недовольные взгляды искателей приключений, которые добивались внимания Валдиса.

— Хотите сформировать группу со мной, Клайв?

— Я должен предупредить вас, — сказал Клайв, — мои способности могут быть немного сложными. Мой урон приходит всплесками, и многие мои способности требуют предвкушения и подготовки.

— Ваша конъюнкция — это кармическая эссенция, если я правильно помню, да?

— Да, — сказал Клайв. — Вы действительно любите быть в курсе. У меня есть некоторые баффы возмездия и много восстановления маны. В основном я атакую посохами и жезлами, но у меня есть большое, универсальное заклинание атаки.

— Я знаю кого-то с кармической эссенцией, — сказал Валдис. — Она говорит, что суждение и тайминг — ключи к успеху.

— Я бы согласился, — сказал Клайв.

— Я сам классический фехтовальщик — меч, скорость, адепт, мастер. Хотя способностей, требующих больше маны, чем вы ожидаете от этой комбинации, поэтому я буду с нетерпением ждать того восстановления маны, о котором вы упомянули. Предполагая, что вы хотите присоединиться ко мне.

— Определенно, — сказал Клайв.

— Отлично, — сказал Валдис, потирая руки, когда переключил свое внимание на группу, прислушивающуюся к ним. — Давайте найдем себе членов команды.

Опасность — это мы

Опасность — это мы

За то время, которое они потратили, позволяя Софи восстановиться, некоторые другие группы продвинулись глубже в город. Они начали видеть следы по мере продвижения; растения и здания показывали следы использования способностей эссенции. Они знали, что недалеко позади другой группы, когда находили монстров, которые еще не растворились в дым.

— Ты можешь собрать с них добычу? — спросила Софи.

— Вероятно, нет, — сказал Джейсон, коснувшись пальцем мертвого монстра.

Это убийство монстра не ваше. Вы не можете собрать добычу с этого монстра.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это позволяет мне собирать добычу только тогда, когда убийца — я или кто-то из моей группы.

— У способности Нила есть такое ограничение?

— Не совсем, но монстр должен умереть внутри его ауры, так что выходит примерно то же самое.

— Нам стоит свернуть с нашего прямого пути? — спросила Софи. — Мы не получим много тренировки, если все монстры, которых мы находим, мертвы.

— Можно, — сказал Джейсон. — Пока мы идем более или менее в нужном направлении, все должно быть в порядке.

Пара обнаружила свои самые эффективные тактические паттерны по мере того, как проходили дни, и они сталкивались с монстрами почти каждый час. Это была в основном какая-то вариация того, что Софи привлекала внимание монстров, пока Джейсон двигался во фланг. Иногда она водила их вокруг, иногда стояла на своем или устраивала беговые бои через здания.

Каждый день в городе был как недели охоты на монстров за его пределами, причем и Джейсон, и Софи были неумолимы в охоте. Для Софи это был шанс ухватиться за силу, чтобы поделиться с Белиндой и дать себе свободу от любого, кто пытался контролировать ее судьбу.

Для Джейсона это была кульминация долгого ожидания. Он откладывал продвижение и получение большего количества камней пробуждения в ожидании грандиозного события Эмира. Теперь он был полон решимости завершить свой набор сил лучшими камнями пробуждения, которые мог найти. По крайней мере, он решил получить некротический урон от недуга, который отсутствовал в его наборе с самого начала. Руфус постоянно говорил ему, что он придет, но с каждым новым камнем пробуждения он оставался неуловимым.

По мере того как проходили дни, они также встречали других искателей приключений. Никто из них не был людьми, которых они хорошо знали, если вообще знали, но искатели приключений из Гринстоуна имели тенденцию узнавать Джейсона, или, по крайней мере, его плащ. Столкновения варьировались от дружелюбных до настороженных, причем иностранные искатели приключений были особенно осторожны.

Из кратких взаимодействий Джейсон и Софи поняли, что иностранные искатели приключений больше всего опасаются друг друга. Было беспокойство по поводу соперников, пытающихся устранить их конкуренцию напрямую. Учитывая, что все группы теперь были смешанными, Джейсон и Софи согласились, что им лучше держаться подальше от этого и держаться вместе.

Каждую ночь они чередовали медитацию, сон и несение вахты. Сну уделялось меньше всего времени, так как у них обоих были эффективные силы восстановления выносливости, которые позволяли им двигаться вперед в течение дня. Нельзя сказать, что не было отвлекающих факторов в свободное время.

— Что ты делаешь? — спросила Софи, когда она выползла, с заспанными глазами, из палатки ауры.

— Я пытаюсь научить Колина писать, — сказал Джейсон.

Коллектив пиявок был разложен в форме слова PLURB.

— Думаю, он все-таки может быть злым, — продолжил Джейсон. — Он правильно пишет только грубые слова.

Их способности улучшались быстро. Только первые несколько дней показали, что почти каждая способность Джейсона продвинулась как минимум на уровень. Его самые низкие способности — его призванный кинжал и его сила казни — продвинулись дважды. Способности Софи продвигались еще быстрее, так как она начала с более низкого уровня.

На пятый день они снова встретили искателя приключений, но этот был мертв. Софи нахмурилась, присев, чтобы осмотреть тело. Это был леонид мужского пола, большая часть его меха была выжжена пятнами, соответствующими локализованным следам ожогов на его одежде и коже.

— Я видела это раньше, — сказала она. — Тела, оставленные вот так.

— Монстр, которого ты видела?

— Нет, — сказала она. — Человек. Там есть боец арены, которого они называют огненный кулак. Одна эссенция, одна способность, как у меня. Ты можешь догадаться, что это, по названию. Ему нравилось играть со своими противниками; не торопиться убивать их. Вот так это выглядело, когда он это делал.

— Думаешь, кто-то сделал то же, что и я, с тобой? Дал ему эссенции, чтобы стать искателем приключений?

— Сомневаюсь, — сказала она. — Последний раз я видела его, когда оставила его болтаться в клетке за сломанные руки. Люди не склонны поднимать неудачников.

— Ты никогда на самом деле не встречала Тадвика Мерсера, не так ли? Но я понимаю твою точку зрения. Может, это был монстр с силами огня.

— Не думаю, — сказала Софи. — Достаточно искателей приключений беспокоятся о том, что люди прореживают конкуренцию, так что это, вероятно, реальная проблема. Также, я не уверена, что это среда, способная произвести огненных монстров. Плюс, я думаю, с этого тела сняли магические предметы. Сапог нет, а эта одежда — подброневая набивка. Нет никаких магических украшений или пространственной сумки.

— Справедливые замечания, — сказал Джейсон. — Если он был искателем приключений из Гринстоуна, он мог быть просто бедным. Хотя я не думаю, что кто-то из участников из Гринстоуна был леонидом. Они все были в иностранной группе, и худшие из них были оснащены так же хорошо, как лучшие местные.

— Монстр или человек сделал это, — сказала Софи, — этот человек, скорее всего, был в группе. Если его товарищи не забрали его, их либо прогнали, либо убили. Нам стоит поискать еще тела.

— Ты права, — сказал Джейсон. — Будем надеяться, что не найдем.

Каждый искатель приключений с пространством для хранения или пространственной сумкой нес специализированные гробы для хранения трупов. Общество искателей приключений, признавая риски, с которыми сталкиваются люди железного ранга, установило награду для любого, кто вернет останки павших. Награда была высокой, чтобы стимулировать возвращение мертвых, но не настолько высокой, чтобы стимулировать убийство ради прибыли.

Они нашли второго мертвого леонида на улице и третьего леонида, даже в худшем состоянии, чем другие, в соседнем здании.

— Это определенно были пытки, — сказала Софи, когда они присели над третьим трупом. — Здесь нет больших ожогов, как на другом теле. Тот, кто это сделал, не торопился.

— Посмотри на синяки на запястьях и лодыжках, — сказал Джейсон. — Они были связаны. На шее тоже, но не так сильно. То, что было вокруг нее, было с набивкой. Как ошейник подавления.

Он встал, нахмурившись, и Софи сделала то же самое.

— Они забрали силы этого человека, связали его, а затем пытали, — сказал Джейсон. — Это было не просто устранение конкуренции. Тот, кто это сделал, хотел чего-то. Информации?

— Нет способа узнать, что происходит между иностранными искателями приключений, — сказала Софи. — Я знаю, тебе нравится докапываться до сути, но не отвлекайся на то, о чем у нас недостаточно информации. Насколько мы знаем, это могут быть просто садисты, получающие удовольствие, или какой-то странный ненавистник леонидов.

Джейсон кивнул. — Ты права. Это легкое место, чтобы сойти с рук, свалив смерти на несчастный случай.

— Итак, что нам делать? — спросила Софи.

— Мы положим его в гроб, — сказал Джейсон, — а потом посмотрим, есть ли еще, прежде чем идти дальше. Не то чтобы мы и так не были осторожны.

— А если тот, кто это сделал, попытается сделать это с нами? Пытаться захватить их и таскать с собой, пока мы заканчиваем испытания, не сработает.

— Нет, не сработает, — сказал Джейсон. — Руфус однажды сказал мне, что когда ты в приключении, иногда вся справедливость, которую ты получаешь, — это уложить другого парня. Так что, если на нас нападут, мы уложим их. До самого конца.

— Хорошо, — сказала Софи. — Я немного волновалась, что ты захочешь попробовать какую-то полумеру, которая поставит нас в опасность.

— Нет, — сказал Джейсон мрачно. — Нам нужно убедиться, что опасность — это мы.

* * * Гигантский монстр-ящерица бросился на Хамфри, его огромные челюсти были широко открыты. Хамфри в свою очередь открыл свой рот, извергая из него огонь в зияющую пасть монстра. Это не был критический урон для монстра бронзового ранга, но пламя, лижущее внутреннюю часть его рта, заставило его отпрянуть и захлопнуть пасть. Это обнажило остальную часть его морды. Хамфри шагнул вперед, нанося свою самую мощную специальную атаку в бок головы монстра, ломая кость и разрывая один огромный глаз.

Это был переломный момент в бою. Остальная часть группы обрушила атаки на пошатывающегося монстра, пока он не упал.

— Впечатляюще, как и ожидалось, от сына Даниэль Геллер, — сказал Лоуэлл.

Лоуэлл был одним из иностранных искателей приключений, и ему повезло, что четыре из шести членов его команды прибыли на одну и ту же башню. Хамфри присоединился к ним для путешествия к центру города, где он мог воссоединиться со своей собственной командой, но у Лоуэлла были другие идеи.

— Я знаю, у тебя есть некоторая привязанность к той команде местных, которую ты собрал, — сказал Лоуэлл, — но, очевидно, ты хорошо подходишь нам.

— Я вполне счастлив со своей нынешней командой, — сказал Хамфри холодно. Его обычные социальные манеры постепенно разрушались постоянными попытками Лоуэлла завербовать его. Он перешел от косвенных к прямым.

— Я понимаю это, — сказал Лоуэлл, — но, откровенно говоря, твое время тратится впустую с неполноценной командой.

— Согласен, — прорычал Хамфри. — Но я был отделен от своей аркой, так что мне придется обходиться тем, что есть.

— Погоди, что? — спросил Лоуэлл, его самодовольная маска треснула. — Ты думаешь, какой-то сброд провинциалов лучше нас?

— На самом деле, — вмешалась Карли, — он просто теряет терпение из-за того, что ты не уважаешь его команду. Извини за Лоуэлла, Хамфри. Он хороший парень, но ему трудно видеть вещи с точки зрения других людей. У него появляется идея в голове, и ее трудно выбить.

— Карли права, — согласился Хэмпстед. — Если бы я был Геллером, я бы уже выбил всю твою голову, Лоуэлл.

— Все в порядке, — сказал Хамфри. — Давайте просто двигаться дальше.

* * * За пределами астрального пространства облачный дворец Эмира сидел на озере, а Руфус сидел со своими родителями на открытой террасе чуть выше уровня воды. Они заставили Руфуса должным образом расслабиться впервые с тех пор, как умерла Фарра. Эмир и Констанция также присутствовали вместе с родителями Фарры, которых они завербовали, чтобы убедиться, что у Руфуса нет путей к отступлению.

Было утро, и они пили чай, глядя на озеро и живописные города и деревни вокруг него. Яркая, сочная зелень береговой линии была привлекательно резким контрастом к пустыне за ней. Было слишком много небольших общин, чтобы сосчитать, вокруг озера, которое было практически внутренним морем.

— Озеро Небесного Шрама, — задумчиво произнесла мать Фарры, Амелия. — Интересно, откуда взялось название.

— Это местная легенда, — вызвалась Констанция. — Говорят, что люди поселились на этой земле давным-давно, но разгневали богов, которые поразили их. Сила гнева богов иссушила землю, превратив плодородную почву в пустыню и создав дыру, которая стала озером, каким мы видим его сегодня.

— В этом есть элементы правды, — сказал Эмир. — Действительно, здесь давным-давно поселились люди, и они были поражены. Церквями, а не самими богами, но все же. Конечно, пустыня и озеро уже были здесь, когда все это произошло.

— Я бы хотела посетить еще несколько этих деревень, — сказала Амелия. — Те, что поблизости, были весьма восхитительны. Было бы неплохо увидеть те, что не так сильно встревожены внезапным появлением гигантского, плавающего дворца на их пороге.

— Вы бы не узнали, — сказал отец Руфуса Габриэль, — но на самом деле есть менее грандиозная форма дворца. Готов поспорить, Эмир не использовал ее с наших дней искателей приключений, хотя, когда мы заставили его использовать ее.

— Я устраиваю грандиозное событие, — сказал Эмир. — Оно требует грандиозности.

— Эмир, ты думаешь, что надевание носков требует грандиозности, — сказал Габриэль.

— Это потому, что у меня исключительные носки, — сказал Эмир. — Это не моя вина, что ты не относишься к своим ногам с той заботой, которой они заслуживают.

Один из сотрудников Эмира подошел, прошептав что-то Констанции, которая нахмурилась.

— Могу я одолжить Руфуса на минутку? — спросила она. Она и Руфус вскоре вместе шли по облачному дворцу.

— В чем дело? — спросил Руфус.

— Адрис Дорган здесь, — сказала она.

— Лично?

— Да.

— Он должен был что-то найти, чтобы прийти лично.

Констанция привела Руфуса в приемную, где ждал Дорган. Она была маленькой, но все еще имела цвета заката и удобную облачную мебель, повсеместную в облачном дворце. Констанция оставила двух мужчин наедине и ушла.

— Дорган, — сказал Руфус, когда они сели. — Я полагаю по твоему личному присутствию, что у тебя что-то есть.

— И да, и нет, — сказал Дорган. — Отчасти я пришел, потому что не думал, что они пропустят кого-то из моих людей через дверь. Я делал, как ты просил, и я определенно кое-что нарыл. Однако я постоянно натыкаюсь на странные тупики.

— Странные как?

— Кто-то скрывает вещи. Кто-то с такой властью и влиянием, что я обычно бежал бы от них, как от женщины с образцами обивки. Я знаю, что здесь на кону, однако, поэтому я продолжал копать.

— И?

— И я начал терять людей. Кто-то заставляет исчезать моих людей, которые касаются определенных областей. Что еще хуже, они явно не боятся возмездия. Я не могу продолжать посылать людей на смерть.

— Это справедливо, — сказал Руфус. — Итак, что тебе удалось получить?

— У меня есть много частей, которые не совсем подходят друг другу, — сказал Дорган. — Частные экспедиции по доставке с излишней секретностью. Взятки в суммах, которые ошеломляют разум. Целые компании, созданные для выполнения одной тихой работы, а затем снова закрывающиеся, все для того, чтобы скрыть, кто на самом деле стоял за сделками. Если посмотреть на все это вместе, это почти складывается во что-то.

— Ты пришел сюда по причине, — сказал Руфус. — Что тебе нужно от меня?

— Мне нужно, чтобы кто-то задал вопросы, которые я не могу, — сказал Дорган. — Чтобы потыкать в темные углы, в которые мои люди продолжают исчезать.

— Что-то более конкретное?

— Тот, кто скрывает это на самом верху, могущественен и влиятелен, — сказал Дорган. — Больше, чем местные власти могут справиться, потому что у них есть иностранное влияние, и немалое. Я не могу заглянуть глубже, чем я заглянул, в то, кто они такие. Если ты сможешь выяснить это для меня, тогда я, может быть, смогу собрать все части воедино. Я не могу заглядывать в темные углы, но если я буду знать, кто прячется в них, я смогу следить за их легальной деятельностью. Я знаю достаточно теневых вещей, что если я буду знать, за какой легальной деятельностью следить, я думаю, я смогу принести тебе то, что тебе нужно.

Руфус сделал долгий, медленный вдох, его глаза были прикованы к лицу Доргана.

— Я, возможно, знаю, о ком ты говоришь, — сказал Руфус. — Однако ничего не подтверждено, и сказать тебе было бы не малым делом. Это информация, которая все еще чрезвычайно ограничена, и мы держим ее такой, пока у нас не будет доказательств. Мы даже еще не поделились нашими подозрениями с Обществом искателей приключений.

Дорган поднялся на ноги, Руфус сделал то же самое.

— Ну, когда доберешься до того, чтобы рассказать людям, приходи ко мне, — сказал Дорган. Он взял бумажную папку из своего пиджака и передал ее Руфусу.

— Это все, что мои люди смогли найти, с некоторыми наблюдениями от меня о том, что различные части этого могут означать. Пока информация, на которой ты сидишь, не станет немного менее ограниченной, это все, что я могу для тебя сделать. Просто чтобы прояснить, я не говорю, что не помогу. Я говорю, что не могу.

Руфус листал записи, пока Дорган говорил. Он посмотрел на криминального авторитета, оценивающе взглянув на него.

— Пожалуйста, подожди здесь, — сказал Руфус. — Я велю прислать закуски, пока поговорю с некоторыми людьми.

Руфус ушел, и когда он вернулся, Дорган наслаждался чаем со сконами.

— Дорган, — сказал Руфус без предисловий. — Я собираюсь сказать тебе кое-что, и ты сделаешь все возможное во всех своих делах, чтобы запутать тот факт, что я это сделал.

— Хорошо, — сказал Дорган настороженно, отставляя чашку и вставая со стула.

— Ты сказал, что тебе нужно знать, какая влиятельная сила скрывает вещи.

— Верно.

Руфус заметно собрался, сделав долгую паузу, прежде чем снова заговорить.

— Церковь Чистоты, — тихо сказал он.

Глаза Доргана становились все шире и шире по мере того, как последствия сказанного Руфусом осознавались. Он провел руками по волосам и начал ходить взад-вперед, прежде чем остановился и повернулся обратно к Руфусу.

— В какое безумие ты меня втянул?

Лишние элементы

Лишние элементы

Джейсон и Софи продолжили свой путь через Город Павших Отголосков. Стараясь быть осторожнее, чем когда-либо, они по возможности избегали открытых пространств, простреливаемых насквозь. Иногда они использовали узкие улочки, чтобы укрыться от наблюдения сверху, а иногда — крыши полуразрушенных зданий, чтобы спрятаться от тех, кто мог быть внизу.

Оставаться незамеченными им помогала бесшумность их способностей сущности. Лишь хлопок, сопровождавший клинок ветра Софи, производил хоть какой-то шум, но по сравнению с воплями монстров, с которыми они сражались, он был не особенно громким.

Позже в тот же день, когда они обнаружили трех мертвых леонидов, наконец произошло то, чего они ждали.

Участник группы [Нил Дэвон] вошел в зону связи.

Голосовой чат с [Нил Дэвон] восстановлен.

Полный функционал [Группового интерфейса] восстановлен для участника группы [Нил Дэвон].

Участник группы [Нил Дэвон] обнаружен с помощью способности [Карта].

Джейсон остановился, нырнул в тень разрушенного здания и открыл голосовой чат.

— Нил?

— Джейсон?

— Рад тебя слышать. Ты в порядке?

— Да. Со мной Джори и еще один парень, довольно неплохой фронтлайнер. Нам бы пригодился хороший дамагер, но и ты сойдешь.

— О, спасибо за доверие. Здесь только я и Векслер. Хамфри, вероятно, в порядке, но надеюсь, что Клайв тоже.

— Привет, Софи, — сказал Нил.

— Нил, — отозвалась Софи. — Нам нужно выяснить, где каждый из нас находится.

— Я об этом позаботился, — сказал Джейсон.

Он открыл карту и быстро нашел Нила.

— Похоже, вы к востоку и немного южнее нас, — сказал Джейсон.

— В этом месте есть восток? — спросил Нил.

— Возможно, это произвольное обозначение моей способности «Карта», не уверен. Найдите, где можно затаиться, и мы придем к вам.

Джейсон и Софи сориентировались и направились к местоположению Нила, указанному на карте. Прошло около десяти минут, как они получили сообщение от Нила. Оно прозвучало шепотом, что означало, что сообщение было отправлено беззвучно, через мысль.

— Здесь кто-то есть, — раздался голос Нила. — Судя по их поведению, думаю, они следили за нами и растерялись, когда мы остановились, чтобы подождать вас.

— Держитесь, мы будем так быстро, как только сможем, — сказал Джейсон.

— Что значит «держитесь»? — спросил Нил.

— Да ладно тебе, ты же можешь понять из контекста, — пожаловался Джейсон.

— В тактической ситуации важна четкая коммуникация, — ответил Нил.

— Мальчики, мы разберемся с этим позже, — сказала Софи. — Асано, заткнись. Нил, мы будем как можно быстрее.

Софи и Джейсон оставили попытки скрытности ради скорости, мчась по улицам так быстро, как могли. Джейсон не мог сравниться со скоростью Софи, даже когда она использовала свои способности лишь пассивно. Когда же она начала использовать их активно, преодолевая сложный ландшафт, словно это была полоса препятствий, только его телепортация в тень позволяла ему не отставать. На каждом перекрестке он проверял карту и корректировал их курс.

— Они нашли нас, — сказал Нил по голосовой связи.

— Мы приближаемся, — сказал Джейсон. — Еще пара минут.

Джейсон и Софи выложились на полную, мчась по заросшим улицам.

— У нас тут пользователь огня, пользователь ветра и здоровяк с молотом, — продолжал держать их в курсе Нил. — Джори смеется как сумасшедший, по какой-то причине, которую я не понима… о, черт.

— Что случилось? — спросила Софи.

— Дай секунду, — раздался поспешный голос Нила.

— Мы справляемся, — сказал Нил через несколько мгновений, его голос был полон удивления. — Кин, это наш фронтлайнер, отлично сдерживает их здоровяка. Две женщины с элементальными способностями швыряют в нас всем подряд, но Джори впитывает все их атаки и использует их для подпитки своих собственных способностей. Что этот парень делает, проводит дни в клинике?

— Просто держись, — сказал Джейсон. — Мы скоро будем.

— Не должно быть проблем, — сказал Нил. — Они просто продолжают швырять элементальные атаки… что это, черт возьми, такое?

— Нил? — спросил Джейсон.

— Другие искатели приключений бегут, — сказал Нил. — По улице идет волна каких-то призрачных существ. Думаю, это могут быть те самые твари, о которых предупреждал парень из тени.

— Воргеры, — сказал Джейсон.

— Да, — сказал Нил. — Люди, с которыми мы сражались, имели способности к передвижению и рванули прочь, но мы не можем двигаться быстрее, чем эти твари.

— Сгруппируйтесь и защищайте друг друга, как можете, — сказал Джейсон. — Мы с Софи должны быть хорошо подготовлены, чтобы справиться с ними. Наверное.

— Наверное? — переспросил Нил.

— Это лучше, чем «точно нет».

Джейсон и Софи заметили воргеров раньше, чем Нила, Джори и другого мужчину, которого они подобрали. Воргеры выглядели как нечто среднее между туманной завесой и роем, их формы были белыми и эфирными, принимающими самые разные очертания. Некоторые выглядели как животные, другие — как монстры или даже гуманоидные фигуры, хотя Тень говорил им, что форма не имеет значения. Какой бы ни была их форма, именно прикосновение этих существ искажало и раздувало плоть.

Джейсон и Софи увидели последствия, пробегая мимо того, что раньше было человеком, судя по кускам доспехов и обрывкам одежды на отвратительном сгустке плоти. Они не остановились, продолжая спешить на помощь своим товарищам.

— Думаю, мы нашли одного из ваших сбежавших искателей приключений, — сказал Джейсон Нилу через голосовой чат. — Здоровяк, судя по твоему описанию. Полагаю, он был не таким быстрым, как остальные.

Посреди роя воргеров Нил пока держался, но ситуация быстро ухудшалась. Его щит маны сдерживал любого воргера, который бросался на него, но каждый раз, когда пузыреобразный барьер вспыхивал, он поглощал ману, чтобы сохранить его в безопасности. Кин оставил свой меч в ножнах. Обе его руки были заняты большим щитом, полупрозрачным синим объектом, который явно был магической конструкцией. Он использовал его, чтобы перехватывать и отталкивать воргеров, когда они набрасывались на него и Джори, который присел рядом.

Нога Джори была задета одним из существ и заблокировалась в согнутом положении, заставив его опуститься на колени. Перед ним из поясов и карманов начали подниматься флаконы и маленькие бутылочки, извергая жидкости и силы, которые сливались воедино. В отличие от черного сгустка, который образовался в прошлый раз, когда он использовал эту способность, этот был мерцающим, бледно-голубым.

— Я покажу вам искажение плоти, — пробормотал он, и сгусток влился ему в рот. Его тело стало худым и длинным, конечности вытянулись. Пот проступил на коже, покрыв его мерцающим маслом. Он встал, его удлиненная нога больше не была поражена. Он начал размахивать руками, словно кнутами, и воргеры растворялись в ничто при прикосновении к маслу, покрывающему конечности Джори.

Со своей стороны, Нил решил действовать, прежде чем его мана истощится настолько, что он больше не сможет произносить заклинания. Даже когда воргеры продолжали биться о его щит маны, он начал песнопение.

— Явитесь, колеса фортуны; пусть судьба, справедливая и злая, падет на тех, кто здесь, чтобы принять ее.

В воздухе над головой Нила возникли три каменных барабана, полупрозрачных и нематериальных. Они были сложены горизонтально друг на друге, и на краях каждого из них было выгравировано несколько изображений. Большинство изображений были воргерами, но на каждом барабане также было изображение лиц Нила, Джори и Кина.

Способность: [Барабаны фортуны] (Процветание)

Заклинание (эта способность имеет переменные подтипы, зависящие от эффекта).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 10 минут.

Текущий ранг: Железо 7 (41%)

Эффект (железо): Призывает три нематериальных барабана. Направляйте ману в барабаны, чтобы генерировать случайные эффекты на случайных лиц в области действия. Если лицо подвергается воздействию более одного раза за одно использование барабанов, эффект увеличивается для каждого барабана.

Само призывание барабанов съело значительную часть его тающей маны, и он немедленно потратил еще больше, направляя ее в барабаны. По своей природе присущая барабанам случайность делала способность в лучшем случае умеренно надежной, но поскольку мана Нила стремительно падала, он ставил всё на то, насколько численность воргеров склоняла шансы в его пользу.

Он решил использовать барабаны не только из-за потенциальной силы заклинания, но и потому, что их так сильно превосходили числом воргеры, что шансы стали перекошенными. Это подтвердилось, когда барабаны перестали вращаться, и изображения на передней панели загорелись, каждое из них показывало воргера.

Странная молния вырвалась из барабанов — черная полоса, окаймленная белым, цепью проходящая через воргеров, от одного к другому. Каждый пораженный воргер рассыпался в ничто, словно туман под ярким солнцем. За каждого растворившегося воргера соответствующее изображение исчезало с каждого из барабанов, но их было так много, что разница была незначительной. Воргеры быстро погибали, а Нил и все остальные восстанавливались, так как умирающие воргеры активировали ауру Нила.

Способность: [Трофеи победы] (Процветание)

Аура (восстановление, призыв).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 8 (19%)

Эффект (железо): Союзники в пределах вашей ауры восстанавливают ману и выносливость за каждого врага, умершего в пределах вашей ауры, а также получают небольшой лечебный эффект. Вы можете собирать добычу с врагов, умерших в пределах вашей ауры.

Истощающаяся мана Нила заметно восстанавливалась по мере того, как воргеры погибали от его заклинания. С восстановленным запасом маны щит маны Нила снова стал безопасным убежищем от призрачных существ. Это также помогло Кину, который получил ряд ударов от воргеров, несмотря на свой призванный щит. Исцеление разблокировало суставы, которые сковали атаки искажения плоти.

Нил направил больше маны в барабаны, и они снова начали вращаться.

Пока Нил и Джори переламывали ход битвы, Джейсон и Софи наконец добрались до места сражения, ворвавшись прямо в гущу событий на полной скорости. Меч Джейсона был уже обнажен, он рубил призрачных воргеров.

Специальная атака [Укус пиявки] наложила [Кровотечение] на [Воргера].

[Воргер] имеет иммунитет к [Кровотечению].

[Кровотечение] не возымело эффекта.

Иммунитет к недугу вызвал эффект на оружии [Погибель и Спасение].

Оружие [Погибель и Спасение] получило экземпляр [Разрушитель заклинаний].

Экземпляры быстро накапливались на мече Джейсона, и вскоре он с легкостью разрубал воргеров, в то время как безоружные атаки Софи имели схожий эффект. Она также, по-видимому, была невосприимчива к прикосновению воргеров, в то время как Джейсон наслаждался собственной защитой.

Специальная атака [Прикосновение воргера] наложила [Искажение плоти воргера] на вас.

Вы сопротивлялись [Искажению плоти воргера].

[Искажение плоти воргера] не возымело эффекта.

Вы получили экземпляр [Сопротивляемость].

Когда Джейсон и Софи появились в бою, их лица также появились на барабанах, но второй поворот заклинания также закончился тремя воргерами. Удача все еще была на стороне искателей приключений. В этот раз энергетическая волна выкатилась из барабанов и коснулась ближайшего воргера. Его полупрозрачное тело сменило цвет с белого на черный, а затем взорвалось. Близлежащий воргер, попавший под взрыв, аналогично почернел и взорвался в свою очередь. Эффект продолжал цепную реакцию, пока наконец не затух, когда воргеры рассредоточились так, что взрывы больше не задевали их. Между взрывами и предыдущими цепями черных молний Нил уничтожил добрую треть роя воргеров.

Следующий поворот барабана остановился на изображениях двух воргеров и картинке лица Джори. Взрыв посреди воргеров уничтожил еще одну часть их числа, хотя и не так много, как три эффекта барабанов.

[Человек] был затронут [Колесами фортуны]. Длительность способности [Алхимическая мерзость] была увеличена.

Воргеры сражались до последнего, но добились немногого. Новая форма Джори была так же невосприимчива к их атакам, как Джейсон и Софи, и все трое набросились на воргеров без остатка. Магические защиты Нила и другого мужчины, Кина, все еще держались, защищая их до конца боя.

В конце концов, Джейсон и Софи почувствовали себя довольно лишними. Они искромсали свою долю призрачных существ, но большинство было уничтожено заклинанием Нила, а затем Джори и его странной способностью к изменению формы. Как только воргеры исчезли, искатели приключений перегруппировались, испытывая облегчение от того, что так хорошо пережили испытание.

— Рад вас видеть, — сказал Джейсон, хлопая Нила по плечу, пока Джори тепло приветствовал Софи.

— Нам стоит найти тихое место, чтобы провести ночь, и это не здесь, — сказал Джейсон.

— Нам нужно быть осторожными, — сказал Нил. — Те люди все еще где-то поблизости.

— Думаю, мы могли пройти мимо одного, который не убежал достаточно быстро, — сказала Софи. — Там был большой сгусток плоти, который, как мне кажется, раньше был человеком.

— Он погиб? — спросил Нил.

— Воргеры не убивают, — сказала Тень, чья теневая фигура внезапно возникла рядом с ними. — Они изменяют.

Они все повернулись в ту сторону, откуда пришли Джейсон и Софи. К ним, шатаясь, приближалась мясная чудовищность, четырехногий асимметричный холм, который скорее переваливался вперед, чем шел.

— Векслер, — сказал Джейсон, глядя на существо. — Мне кажется, или эта штука намного больше, чем когда мы пробегали мимо нее?

Худший план

Худший план

Команда Клайва поднималась по зданию, которое становилось всё более шатким по мере их подъема. Это было самое высокое здание, которое им встречалось в городе, почти такое же высокое, как башни-арки, на которых они прибыли. Эта часть города больше походила на лес, чем на джунгли: остатки зданий покоились в тени возвышающихся деревьев.

Здание, по которому они взбирались, возвышалось над окружающими его деревьями. Оно сохраняло структурную целостность, несмотря на то, что одно особенно высокое дерево проросло прямо сквозь него. Здание, по-видимому, было каким-то роскошным дворцом. Дорогостоящая конструкция обеспечила ему прочный фундамент, но с каждым этажом, на который они поднимались, становилось всё больше признаков разрушения.

— Начинаю думать, что опасность перевешивает обещание сокровищ, — сказал Клайв.

— Если Его Высочество говорит, что мы должны это проверить, значит, мы проверяем, — ответил Абарка.

Абарка, Кампос и Хильдебранд были членами команды, которых Вальдис выбрал, чтобы присоединиться к ним. Вальдис предложил систему голосования вместо выбора лидера для их импровизированной группы. Трое согласились немедленно, как и со всеми последующими идеями, которые выдвигал Вальдис.

Вальдис, как оказалось, был принцем из крошечного, но влиятельного Королевства Зеркал. Маленькое, богатое и географически благословенное, оно не расширяло свои границы и не позволяло никому посягать на них более восьми веков. Это было заслугой ранга «алмаз», известного как Король Зеркал, который основал королевство и правил им по сей день. На протяжении веков у Короля Зеркал была череда королев, и, как сообщалось, он души не чаял в каждой из них, даже когда они старели и умирали рядом с ним. Вальдис был одним из сыновей нынешней королевы-консорта.

Вальдис был убежден, что на вершине этого возвышающегося сооружения должно быть какое-то великое сокровище, и остальные трое согласились с ним в принципе. Клайв знал, что спорить с тремя «да-менами» Вальдиса нет смысла, но не мог не спросить, что делает Вальдиса таким уверенным.

— Никто не рассказывает историю о том, что нашел в безопасном, разумном месте, — сказал ему Вальдис. — Великое сокровище на вершине разрушающегося дворца, сквозь который проросло могучее дерево? Это история, после которой ты проснешься в чужой спальне, мой друг Клайв.

Вальдис по-дружески обнял Клайва за плечи.

— Держись меня, и тебя ждет дикое приключение.

— Я вполне уверен, что нас ждет дикое приключение в любом случае, — сказал Клайв. — Меня больше интересует выжить, чтобы рассказать эту историю.

Вальдис лишь рассмеялся и продолжил путь, уверенно ведя их за собой. Клайву нравился Вальдис, чей безрассудный энтузиазм напоминал ему Джейсона. Клайв позволял Джейсону втягивать себя в достаточное количество дел, которые в итоге ему нравились, поэтому он не был против идеи Вальдиса. Это же сравнение заставляло его быть голосом разума.

Они без происшествий прошли основную часть здания, наиболее сохранившуюся секцию. Затем они достигли комплекса из шести башен, соединенных на разной высоте различными переходами. Это напомнило Клайву дом семьи Мерсер, чьи переплетенные башни были визитной карточкой горизонта Гринстоуна.

Башни были не такими прочными, как здание под ними, что стало еще очевиднее, когда они начали подниматься по разрушающимся лестницам внутри. Они начали с башни, которая выглядела наиболее целой, но внутренние повреждения заставили их не раз переходить из одной башни в другую по переходам. Переходы, однако, были еще более ненадежными, чем башни. Когда-то это были полностью закрытые туннели, но целые участки пола давно обвалились.

Они переходили по одному, и Клайв пытался убедить себя, что ему только кажется, будто кирпичи сдвигаются под каждым шагом. Вальдис легко проскакал по переходу, используя способность легкого шага, обычно применяемую для хождения по воде, что уменьшало давление, которое он оказывал при каждом шаге. Клайв не был столь благословлен и осторожно пробирался мимо дыр в полу.

Первые два туннельных перехода они преодолели без происшествий. Добравшись до третьего, они обнаружили, что он почти полностью обрушился. Крыша исчезла, как и большая часть стен и значительный участок в середине пола. Единственным, что соединяло одну сторону с другой через провал, был почти нетронутый участок стены.

— Это действительно плохая идея, — сказал Клайв. — Думаю, нам стоит прекратить это.

— Мы почти на месте, — сказал Вальдис.

Над ними находилась огромная каменная платформа, башни поддерживали ее, как ноги гигантского зверя. Вальдис всё еще был убежден, что на вершине их ждет что-то удивительное. Однако, глядя на отсутствующую среднюю часть перехода, даже остальные трое начали проявлять осторожность.

— Наверняка есть способ перебраться всем нам, — сказал Вальдис. — Клайв, ты умный. Готов поспорить, ты что-нибудь придумаешь.

Клайв нахмурился.

— Да, — неохотно ответил он. Он открыл свое хранилище — круг рун, в который он просунул руку, чтобы начать доставать предметы. Он вытащил четыре крюка, молоток и две веревки.

— Мы закрепим концы этих веревок с обеих сторон, — объяснил Клайв. — Одну высоко, другую низко. Мы протянем их вдоль стены там, где есть разрыв, и будем пробираться вдоль нижней, используя стену и верхнюю веревку для равновесия.

— Значит, тебе нужно, чтобы я перебрался и закрепил другой конец, — сказал Вальдис.

— Да, — сказал Клайв. — Я хотел бы заметить, что ты единственный из нас, у кого есть способность медленного падения, поэтому твой энтузиазм не так сдерживается, как у остальных.

— Всё будет хорошо, — сказал Вальдис, и большую часть пути так оно и было. Вальдис пробежал по стене, чтобы преодолеть разрыв, и закрепил веревки на другом конце, позволив Клайву, Абарке и Кампосу перейти. Последний член группы, Хильдебранд, поддался нервам, веревка выскользнула из его рук, и он сорвался. Клайв бросился к краю, его взгляд переместился с Вальдиса на падающего Хильдебранда, пока он быстро произносил заклинание.

— Обмен судьбами.

Хильдебранд исчез, и его место в воздухе занял ошеломленный Вальдис. Хильдебранд оказался на том месте, откуда сам Вальдис только что смотрел вниз. Клайв схватил дезориентированного и всё еще кричащего Хильдебранда, прежде чем тот снова упал.

Абарка и Кампос всё еще кричали на Клайва, когда Вальдис поднялся обратно. Без остальных Вальдис добрался гораздо быстрее, чем когда они поднимались вместе, и Абарка, и Кампос выразили облегчение при его появлении.

— В чем проблема? — спросил Вальдис. — Вы же знали, что у меня есть способность медленного падения. Это было остроумно, Клайв.

— Я говорил тебе, что это опасно, — сказал Клайв.

— А я говорил, что всё будет хорошо, — ответил Вальдис. — Эти ребята доставили тебе неприятности?

— Это неважно, — сказал Клайв.

— Мне вернуться и забрать веревку? — спросил Вальдис.

— Нам нужно спускаться обратно, помнишь?

— Точно, да.

После медленного и едва не ставшего катастрофическим перехода, они смогли подняться по башне до самого верха. Лестница вывела их через пол массивной платформы, соединявшей башни, которая, казалось, была вырезана из цельного куска камня. Посреди платформы стояли шесть статуй, образуя круг и глядя внутрь. Перед каждой из них был постамент с различными предметами, но внимание группы было приковано к центру круга.

Посреди круга находилось крупное существо — бескрылый дракон размером со слона, с мощными ногами и хвостом, заканчивающимся грозным жалом. Его чешуя была коричнево-серой, матовой, до такой степени, что он больше походил на огромный камень. Существо почувствовало их и лениво поднялось с того места, где грелось на солнце посреди платформы. Потягивая конечности, оно хищно уставилось на них.

— Горный змей, — сказал Вальдис, и в его голосе исчезло обычное веселье. — Маленький, наверное, бронзового ранга, но всё равно мощный. Он может черпать силу из камня, чтобы исцеляться и укреплять себя. Честно говоря, не думаю, что мы сможем победить его здесь. Остальные, спускайтесь вниз, а я буду отвлекать его, сколько смогу, а потом спрыгну вниз. Используйте свои медальоны побега, если придется.

Клайв и остальные выбрали путь мудрости, получив предметы для сохранения жизни от Тени. Только Вальдис выбрал вариант с мужеством.

Хильдебранд не колебался при словах Вальдиса, бросившись обратно вниз по лестнице. Абарка и Кампос последовали за ним, бросив быстрый взгляд на решительный взгляд Вальдиса, прикованный к монстру.

— К краю! — крикнул Клайв, убегая от лестницы к краю платформы.

— Что? — спросил Вальдис, глядя на Клайва в замешательстве, прежде чем ухмыльнуться в осознании и тоже побежать.

— Ты уверен, что это сработает? — крикнул Вальдис.

— Вероятно, — отозвался Клайв.

— Вероятно?

— У тебя есть план получше?

— Ты слышал мой план.

— Это был худший план, — крикнул Клайв. — Ты в любом случае спрыгнешь с края.

Вальдис легко догнал Клайва. Позади него змей двигался в их сторону на мощных ногах, но его тяжелое тело двигалось не быстрее Клайва, и они добрались до края платформы намного раньше него. Клайв остановился, вытащив серебряную духовную монету.

Клайв знал, что монстр бронзового ранга, скорее всего, будет сопротивляться его заклинанию. Использование духовной монеты для повышения своих характеристик выше ранга монстра до серебряного сделает заклинание Клайва более вероятным к срабатыванию. Это представляло опасный риск ради награды: если заклинание всё равно не сработает, он останется слабым и беспомощным перед лицом монстра.

Клайв без колебаний запихнул монету в рот, пока Вальдис прыгал с края башни. Клайв перевел взгляд с него на дракона, произнося заклинание, чувствуя, как сила монеты разливается по нему.

— Обмен судьбами.

Вы применили заклинание [Сопоставление] на [Вальдис Волер] и [Малый горный змей].

[Малый горный змей] оказал сопротивление. [Сопоставление] не возымело эффекта.

Перезарядка заклинания сброшена из-за неудачи.

— Черт.

Он попробовал снова.

— Обмен судьбами.

— О, да ладно…

Он чувствовал, как мимолетная сила вот-вот иссякнет. Он посмотрел на Вальдиса, медленно парящего вниз, затем обратно на драконьего монстра, который был почти у него.

— Обмен судьбами.

Монстр исчез, замененный Вальдисом. Вальдис подбежал, и они посмотрели вниз, наблюдая, как монстр проламывается сквозь верхушки деревьев внизу. Клайв опустился на четвереньки у края платформы, тяжело дыша от изнеможения, глядя вниз.

— Думаешь, это его убьет? — спросил он. — Может, деревья смягчат падение.

— Возможно, — сказал Вальдис. — Если выживет, то сможет подлечиться камнями на земле.

Вы победили [Малый горный змей].

— Нет, он мертв, — с облегчением сказал Клайв. У него не было никакого желания снова встречаться с монстром после того, как они спустятся.

— Ты уверен?

— Уверен.

— Тогда мне, пожалуй, стоит пойти забрать тех троих, пока они снова не попытались воспользоваться той веревкой.

— Иди, — сказал Клайв, перекатываясь на спину и раскинув руки на платформе. — Я просто полежу здесь немного.

В конце концов Вальдис вернулся с остальными тремя, которые, несмотря на заверения принца, осторожно высунули головы над краем лестничной клетки, прежде чем подняться полностью. Вальдис подошел к Клайву.

— Готов подниматься? — спросил Вальдис.

— Нет.

Вальдис рассмеялся, протягивая руку, чтобы помочь Клайву встать. Клайв застонал, когда они пошли осматривать круг статуй. Статуи были примерно в два раза выше Клайва, каждая изображала разного человека. По снаряжению, вырезанному на каждой статуе, было ясно, что все они были искателями приключений. Самым интересным было то, что перед каждой статуей стоял постамент, на котором покоилось то, что выглядело как настоящие версии некоторого снаряжения, которое было на статуях. Для каждой статуи было по два предмета снаряжения, ожидающих, когда их заберут.

Каждый из пяти искателей приключений тяготел к определенному снаряжению. Вальдис — к мечу и ножнам, Клайв — к посоху и жезлу. Другие комплекты включали сферу и обруч, плащ и кинжал, меч и щит, а также одну перчатку в паре с амулетом.

Клайв не увидел никакой магии своим навыком восприятия, но не исключал наличия ловушки, слишком мощной для его способности обнаружить ее. Он достал инструменты, внимательно изучая постамент, даже когда остальные уже начали подбирать предметы. Убедившись, что любые ловушки, которые могли присутствовать, были вне его способности обнаружить, Клайв переключил внимание на посох и жезл.

Посох был вырезан из дерева темного цвета, украшен магическими символами. На конце был басовый наконечник с крупным фиолетовым драгоценным камнем. Жезл представлял собой стержень из синего металла со сложными линиями, образующими плавные узоры, идущие вдоль всей его длины.

У Клайва была своя способность идентифицировать магические предметы, которая, как и большинство подобных способностей, работала, давая ему ощущение свойств предмета при прикосновении. По сравнению с тем, как сила Джейсона давала наглядное объяснение, он находил это разочаровывающим.

Пока они были вне досягаемости Джейсона, такие способности, как голосовой чат и идентификация предметов, не работали. Однако, к радости Клайва, способность интерфейса группы в сочетании с собственной способностью идентификации Клайва восстановила эту функциональность. Таким образом, он с радостью смог прочитать свойства посоха.

Предмет: [Заклинательное копье Магистра] (железный ранг [развитие], легендарный)

Посох древнего колдуна, это оружие сфокусировано на подготовке врагов к мощной магической атаке (оружие, посох).

Требования: Сила владения магическими инструментами.

Базовая атака: Взрывной снаряд разрушительной силы. Накладывает [Заклинательный импульс].

Базовая атака: Луч разрушительной силы. Потребляет ману. Поддержание луча на цели периодически накладывает [Заклинательный импульс].

Эффект: Увеличивает потребление маны при произнесении заклинания для усиления эффекта. Эффект дополнительно увеличивается при владении как [Заклинательным копьем Магистра], так и [Десятиной Магистра].

[Заклинательный импульс] (недуг, магия, суммирующийся): Все сопротивления снижены. Когда получатель страдает от наступательного заклинания от того, кто владеет [Заклинательным копьем Магистра], все экземпляры [Заклинательного импульса] поглощаются для усиления эффекта заклинания.

Магистр был потенциально мифической фигурой, чье реальное существование горячо обсуждалось. Многие предметы и способности были названы в честь него или нее, включая две собственные способности Клайва. Независимо от истории, нахождение оружия развития сделало поездку в астральное пространство успешной, что бы еще он ни встретил. Он взглянул на жезл.

Предмет: [Десятина Магистра] (железный ранг [развитие], легендарный)

Жезл древнего колдуна, используемый для поддержания боевой эффективности (оружие, жезл).

Требования: Сила владения магическими инструментами.

Базовая атака: Луч разрушительной силы. Накладывает [Высасывание маны].

Базовая атака: Луч, истощающий ману. Этот эффект усиливается при владении как [Заклинательным копьем Магистра], так и [Десятиной Магистра].

[Высасывание маны] (недуг, магия): Сила эффектов высасывания маны против получателя увеличивается.

Клайв в благоговении уставился на предметы в своих руках. Парный комплект легендарного оружия развития был настолько хорош, что ему лучше было бы промолчать и никому не рассказывать, чтобы его не ограбили. Он поместил их в свой инвентарь и обернулся, обнаружив четырех человек, протягивающих ему предметы. Вальдис криво улыбнулся ему.

— Ты ведь умеешь идентифицировать предметы, верно?

Никто такого не заслуживает

Никто такого не заслуживает

После битвы с воргером у Джейсона и Софи не было времени догнать Нила и Джори. Плотское чудовище, бредущее в их направлении, представляло собой новую, пусть и медленно приближающуюся проблему. Они стояли вместе, наблюдая, как это нечто не столько шло в их сторону, сколько смутно ковыляло. По сути, это была огромная, неопределенно сферическая груда мышц, кожи и жира на четырех коротких, бесформенных ногах. Обрывки одежды и куски доспехов виднелись, застрявшие в жировых складках, где слои плоти и кожи наслоились друг на друга.

— Оно нападает на нас? — спросил Нил.

— Оно будет двигаться вяло, пока его не спровоцируют, — сказала Тень. Сущность, управляющая испытаниями, решила появиться снова. Также с ними был Кин, искатель приключений, который путешествовал с Нилом и Джори.

— Значит, мы можем просто уйти? — спросил Нил.

— Да, — сказала Тень. — Если бы вы были одни, я бы посоветовал вам так и сделать. Однако ваших коллективных способностей должно хватить, чтобы убить его, поэтому я прошу вас сделать это. Душа внутри заперта в мучительной боли, лишенная избавления смертью, пока ее плотская тюрьма не будет уничтожена.

— Это один из тех людей, что напали на нас? — спросил Джори.

— Был, — сказала Тень. — Он не сбежал так быстро, как его товарищи.

— Тогда забудьте, — сказал Нил. — Он сам напросился.

— Никто такого не заслуживает, — сказал Джейсон.

— Он пытался нас убить.

— И если бы он всё еще сражался с вами, когда мы прибыли, — сказал Джейсон, — я бы помог вам убить его в ответ. Но смерть — это одно, а быть запертым в боли вечно — совсем другое.

— Я согласен, — твердо сказал Джори.

— Софи, новенький, — сказал Джейсон. — Что думаете?

— Прикончите его, — сказала Софи. — Ты был прав насчет того, что никто такого не заслуживает.

— Я новенький? — спросил Кин.

— Ага, — сказал Джейсон, — но счет уже три к одному. Твой голос больше не имеет значения, извини.

Джейсон посмотрел на отвратительное комковатое чудовище. У него было как минимум в пять раз больше плоти, чем у человека.

— Тень, у вас здесь нет закона сохранения массы?

— Есть, — сказала Тень. — Но у нас также есть магия, поэтому законы физики — это скорее настоятельные рекомендации. Лучше для всех, если вы будете их придерживаться, но если вы действительно сопротивляетесь, есть и другие способы.

— Ты знаешь о законах физики? — спросил Джейсон.

— Я был фамильяром много раз, во многих мирах. Я знаю многое.

— Должно быть, удобно иметь тебя рядом, — сказал Джейсон. — И ты говоришь, что много «фамильярил»? Не думаю, что ты ищешь новую работу?

— Мое время здесь заканчивается, когда все испытания пройдены. Пройдете испытания, получите право на способность сущности, а там посмотрим.

— О, неплохо, — сказал Джейсон. — Какой камень пробуждения для этого потребуется?

— Все, кто выживет на этом этапе испытаний, получат камень пробуждения, который больше нигде не найти, — сказала Тень.

— Клайв будет рад это услышать, — сказал Джейсон.

— Разве у него уже нет полного набора способностей? — спросил Нил.

— Да, но ты же знаешь, какой он. Дай ему что-то новое, и он как ребенок на Рождество.

— Что такое Рождество?

— Это религиозный праздник, который мы присвоили, чтобы стимулировать экономику раз в год, — сказал Джейсон.

— Эта штука приближается, — сказала Софи. — Медленно, но приближается. Тень, можешь еще раз рассказать о лучшем способе сражаться с ним?

— Плотское чудовище адаптируется к тому, как вы с ним сражаетесь. Если вы быстры, оно станет быстрее. Сильны — оно станет крепче. Спрячетесь — его чувства обострятся. Атакуете издалека — оно разовьет дальнобойные атаки. Его слабость в том, что оно не может быть всем сразу. Если оно становится быстрым и гибким, оно становится уязвимым для режущих атак. Если оно отращивает хитиновую оболочку, оно становится неповоротливым и медленным. Советую использовать некротические силы Джейсона Асано как основной источник урона. Какие бы изменения оно ни вносило, плоть есть плоть, и плоть может умереть.

Джейсон осмотрел то, что должно было стать их полем битвы. Это было типично для того, что они видели в городе; джунгли заполняли пространство между заросшими зданиями. Разбитая каменная дорога была пронизана почвой и корнями, пробивающимися сквозь брусчатку, вместе с растениями и полноценными деревьями. Опора была ненадежной, а местность сложной, с множеством теней, которые он мог использовать.

— Ладно, — сказал он. — Софи, начни. Заставь его ускориться, чтобы оно гонялось за тобой, пока оно не станет мягким. Затем, Нил, ты свяжешь его, чтобы я мог познакомить его с Колином. Звучит хорошо?

— Мне подходит, — сказала Софи.

— Если оно бронзового ранга, я не смогу удерживать его дольше нескольких мгновений, — сказал Нил. — Вам нужно будет правильно рассчитать время.

— Дай сигнал, и я буду готов, — сказал Джейсон. — Джори, держись с Нилом. Новенький, встань между Джори, Нилом и плохим парнем.

— Не проблема, — сказал Кин. — Я занимаюсь этим уже несколько дней.

— Все знают свою работу. Софи, начнешь?

Софи одарила его ухмылкой и бросилась в сторону чудовища. Она высоко подпрыгнула в воздух, оттолкнувшись от верхушки бесформенной груды плоти, прежде чем приземлиться с другой стороны и побежать дальше.

— Безрассудно, — сказал Джейсон, качая головой.

— Тогда почему ты ухмыляешься? — спросил Нил.

— У меня слабость к плохим, но эффектным решениям.

Существо отреагировало быстро, его тело стремительно менялось. Оно уменьшилось, приняв форму мясистого жука с шестью ногами, и поспешило за Софи. Из его спины выросли четыре длинные, тонкие руки. Длиннее всего его тела, руки приводились в движение множеством суставов.

— Это очень тревожно, — сказал Джори. — Гигантский мясной жук с четырьмя руками, торчащими из него? Думаю, самое худшее — это все эти лишние локти.

Софи устроила существу веселую погоню, убегая и отбивая длинные, хватающие руки, когда они подходили достаточно близко, чтобы схватить ее. После первоначальной трансформации изменения в существе замедлились, но не прекратились. Пока оно гналось за Софи, оно вносило постепенные изменения в свою форму, чтобы помочь в преследовании. Тело продолжало уменьшаться, ноги меняли форму, чтобы лучше справляться со скоростью Софи и быстрыми сменами направления. Его руки, которые она продолжала отбивать, превратились из пугающе человеческих кистей в длинные пальцы с перепонками между ними.

— Будь готов, — сказал Нил Джейсону, который кивнул.

Нил прочел заклинание, и заросшая растительность начала выпускать массы лиан, хлещущих, чтобы обернуться вокруг существа. Его многочисленные руки и ноги были скованы, вместе с длинным телом, что полностью остановило его движение. Джейсон появился из тени, порезав тыльную сторону ладони бритвой, спрятанной в браслете для этой цели. Из раны на плотское чудовище выплеснулась куча Колина, пиявки немедленно вгрызлись своими ужасающими кольцами зубов.

Системные сообщения быстро прокручивались перед глазами Джейсона, уведомляя его о недугах, которые накладывала Команда Колин. Большинство было отражено, но сила фамильяра Джейсона росла, как и его аура, снижающая сопротивление. Он радостно отметил, что каждый третий недуг приживался, что было лучше, чем при предыдущих встречах с бронзовым рангом. Благодаря огромному количеству Команды Колин, мясной монстр быстро был нагружен недугами.

У Колина было всего несколько мгновений, чтобы наложить недуги, прежде чем чудовище изменило свою форму, предприняв еще одну масштабную, быструю трансформацию. Перейдя из горизонтального положения гексапода в вертикальное двуногое, четыре из шести ног уменьшились, а оставшаяся пара стала громоздкой и сильной. Его тело стало больше и тяжелее, мясистая внешность обросла толстой, жесткой кожей с выступами остроконечных костей. Четыре руки стали короче, но мощнее, перепончатые кисти заменились свирепыми когтями. В результате получилось нечто вроде безволосой четырехрукой гориллы, покрытой слоновьей кожей с костяными лезвиями, растущими из тела.

Новая кожа была слишком прочной, чтобы пиявки могли ее прокусить. Костяные лезвия перерезали многие лианы, и оно вырвалось из остальных грубой силой. Лианы пытались снова запутать его, но существо вырвалось из их хватки, сбрасывая пиявок, как капли воды.

Во время трансформации Джейсон не бездействовал, пользуясь возможностью наносить удары своими заклинаниями. Им не хватало немедленного воздействия, и их неоднократно отражали, но они быстро произносились. К тому времени, как чудовище вырвалось на свободу и возобновило свою яростную погоню за Софи, Джейсон уже наложил на него свои ключевые способности.

Чудовище теперь было нагружено постоянным некротическим уроном от Колина, плюс кровотечением и отравлением крови. Кровотечение поглощало регенерацию существа, которая иначе исцелила бы его, и кровотечение заканчивалось только тогда, когда оно впитывало определенное количество исцеления. Яд затем повторно накладывал эффект кровотечения каждый раз, когда он спадал. Это было важно, так как чудовище изменило себя, чтобы ускорить исцеление в попытке адаптироваться к недугам Джейсона, но вся эта регенерация уходила впустую.

Другими столпами, поддерживающими дом недугов Джейсона, были недуг греха, который увеличивал весь получаемый некротический урон, и неотвратимый рок, который добавлял урон к любому наложенному недугу. Сочетание некротоксина пиявок и греха, ускоряющего некроз, которые оба увеличивались со временем, приводило к мультипликативному эскалационному урону, в то время как кровотечение и антикоагулянтный токсин пиявок держали регенерацию чудовища под контролем.

Эскалирующие эффекты недугов Джейсона поставили жизнь чудовища на таймер. Оставался вопрос, сколько урона чудовище может нанести, прежде чем этот таймер истечет. В данный момент неизбежная гибель существа не была очевидна, так как чудовище колотило по пиявкам, всё еще падающим с его тела.

Джейсон отступил в тени и отозвал пиявок, которые начали исчезать, соприкасаясь с кровью на руке, которую он опустил, чтобы принять их. Однако они были довольно рассеяны и могли лишь медленно пробираться к его скрытой позиции. Плотское чудовище не обладало интеллектом, чтобы следовать их направлению к скрытому местоположению Джейсона. Его плащ идеально сливал его с тенью, скрывая даже от тех чувств, на которые полагалось мясное чудовище без глаз и ушей.

Чудовище яростно топтало пиявок, но без особого успеха; они были довольно рассеяны монстром, стряхивающим их. Не в силах поймать неуловимую Софи, оно остановилось. Его четыре руки и костяные выступы втянулись, когда тело вернулось к более комковатой форме, сохранив при этом толстую шкуру. Через мгновение по всей его поверхности появились волдыри, из которых во все стороны выстрелили крошечные костяные иглы.

Кин использовал свой щит, чтобы укрыть Джори, Нила и себя. Нил наложил свое заклинание мощи гиганта на Кина вскоре после того, как Софи начала бой, и щитоносец стал в два раза больше своего обычного размера, как и призванный щит перед ним. Именно Софи, Джейсон и Колин должны были принять на себя основной удар, но Нил был начеку, и вокруг Софи захлопнулся пузыреобразный щит. Он продержался всего мгновение, но мгновения было достаточно, чтобы она переместилась за дерево с помощью своей способности миражного шага. Остаточное изображение, оставленное ее способностью, по-видимому, не обмануло безглазые и безухие чувства чудовища, и оно перестало атаковать ее.

Скрытая позиция Джейсона означала, что Нил не мог видеть его, чтобы обеспечить еще один щит. Это оставило Джейсона единственным человеком, который не избежал атаки. Иглы, которые вонзились в него, были легкими, но это была атака бронзового ранга. Они пронзили его плащ и во многих местах доспехи под ним. Всё, что успел сделать Джейсон, — это отвернуться от атаки и закрыть лицо, прежде чем иглы ударили. Он нырнул за дерево, когда из чудовища посыпалось еще больше костяных игл.

Команда Колин приняла на себя худшее. Лишь малая часть массы пиявок вернулась к Джейсону, прежде чем остальные были пронзены костяными иглами. Некоторые, всё еще цеплявшиеся за чудовище, были сбиты иглами. Большинство лежало на земле, изрешеченное иглами.

В целом, Джейсону не приходилось беспокоиться о благополучии Команды Колин. Очень немногие монстры обладали такими площадными атаками, которые могли представлять опасность для регенерирующего роя пиявок. В этот раз Джейсон поглотил лишь малую часть полной массы Колина, которой потребовался бы день или два, чтобы восстановиться в безопасности кровотока Джейсона.

Поскольку ускоренное исцеление, которое Джейсон получал от Колина, зависело от того, сколько массы в данный момент находилось в его крови, эффект был значительно снижен, пока рой пиявок не восстановится. К счастью, исцеление, которое они предлагали, стало сильнее по мере развития силы фамильяра Джейсона. То, что сейчас было сниженным эффектом, было похоже на то, когда он впервые получил эту способность.

Хотя все недуги были зафиксированы и смерть чудовища теперь была неизбежна, чудовище на данный момент всё еще было полно жизни. Некроз вызывал появление участков почерневшей плоти, сочащейся кровью, но чудовище пока не выглядело замедленным. Из его противников Джейсон и Софи были скрыты, а то, что осталось от пиявок, было мертво. Это оставило Кина, Нила и Джори под его вниманием, а скрыть увеличенное тело Кина было невозможно. Чудовище снова трансформировалось, увеличиваясь в размерах и опускаясь на четыре мощные ноги, когда из передней части появился огромный костяной шип. Теперь оно напоминало носорога, чья голова была сплошным рогом.

Оно бросилось прямо на Кина.

Оно быстро набрало скорость, когда бросилось вперед, но не шло ни в какое сравнение с Софи, которая выбралась из своего укрытия и помчалась впереди него. Встав между монстром и остальными, она была внезапно с силой отброшена в сторону, когда Джейсон появился из ближайшей тени, сбив ее с пути и позволив монстру пронестись мимо.

— Что ты делаешь? — крикнула на него Софи, когда он освободился из его грубых объятий.

— Твоя способность может остановить лишь многое, помнишь? — крикнул на нее Джейсон. — Доверяй своим союзникам.

Софи сверкнула на него глазами, затем посмотрела на свою руку, вспоминая, в какое сломанное месиво она превратилась в прошлый раз, когда атака подавила ее защитную способность. Потребовалась большая часть дня, чтобы ее магическая сила исцелила это. Атака этого мясного монстра определенно была бы мощнее.

Нил, Джори и Кин вместе двигались и сражались по городу уже несколько дней. С таким количеством монстров это было достаточно времени и достаточно боев, чтобы найти ритмы боя друг друга. Это была необычная смесь, без выделенного наносящего урон, но у Нила и Джори были мощные баффы, которые могли превратить Кина в ходячую крепость.

Уже гигантского размера от заклинания Нила, Нил дал ему еще одно заклинание — укрепление — которое усилит его следующее использование активной способности сущности. Джори тем временем имел вокруг себя скопление маленьких прозрачных сфер. Материалы начали выплывать из его карманов и поясов, паря перед ним. Микроэлементы смешивались с веществом, которое он наколдовал из воздуха, в результате чего получился маленький красный сгусток, над которым пролетела одна из сфер и поглотила его. Затем сфера полетела к Кину, прошла прямо сквозь его доспехи и была поглощена прямо в его плоть.

У Джори было три способности, которые были основой его эффективности как полевого алхимика. Сферы были способностью под названием «мистические глаза», которые могли доставлять зелья через поле боя как врагам, так и союзникам. Сферы также позволяли ему безопасно разведывать на расстоянии, ценный навык поддержки для любой команды.

Его телекинетическая сила, «мистик зелий», позволяла ему изменять и комбинировать ингредиенты, не касаясь их, превращая Джори в ходячую алхимическую лабораторию. Это была не та способность, которая заменяла настоящую лабораторию для создания правильных зелий, но для работы на ходу она была идеальна.

Причина, по которой Джори мог выбрасывать зелья, не истощая свои материалы, заключалась в способности «универсальный реагент». Она создавала универсальную основу для зелий, которую он мог использовать для создания недолговечных зелий, используя только микроэлементы, что позволяло ему экономить материалы по сравнению с обычным приготовлением зелий. Эти быстрые зелья быстро становились инертными, если их не использовать, но требовали лишь доли материалов, которые потребовала бы обычная версия того же зелья. Это позволяло Джори массово производить зелья, что было ключевым элементом как финансовой жизнеспособности его клиники, так и его устойчивой эффективности в полевых условиях.

Пока он не злоупотреблял своей требовательной к материалам способностью изменения формы, он мог нести достаточно материалов для многочисленных столкновений. Благодаря универсальности своих зелий, Джори мог быть импровизированным целителем, баффером, дебаффером и даже накладывать некоторые недуги, используя яды и другие вредные смеси.

Благодаря баффам Джори и Нила, Кин был готов к чудовищу, несущемуся на них, насколько это было возможно. Прямо перед ударом заклинание взрывного щита Нила образовало пузырь вокруг Кина. Кин использовал свою собственную способность, которая поглощала силу атаки и возвращала ее атакующему, что было усилено предыдущим использованием заклинания укрепления Нила.

Но даже сочетания баффов, способности щита Нила и усиленной способности Кина было недостаточно, чтобы полностью выдержать грубую силу атаки чудовища бронзового ранга. Щит Нила лопнул так же легко, как пузырь, на который он был похож, в то время как щит в руках Кина деформировался и разлетелся, призванный объект растворился в ничто, когда он сломался.

Все их усилия по нагромождению защиты, однако, не были напрасны. Кин наклонился навстречу удару, и хотя его отбросило назад, он устоял на ногах. Ответная сила взрывного щита Нила и способности отражения урона Кина смягчили ужасающий импульс чудовища. Атака и защита были исчерпаны, и на короткое, странно неподвижное мгновение Кин стоял, глядя на неподвижное чудовище.

Мгновение прошло, и Кин призвал свежий щит, когда монстр начал снова менять свою форму. Кин отступил, удерживая себя между чудовищем и двумя сторонниками позади него. Софи возобновила свою атаку, открывшись лезвием ветра, прежде чем нанести удары. Ее способности безоружного удара предлагали лишь ограниченный урон, но ее две специальные атаки добавляли урон к каждому удару. Природа этого урона была такова, что один тип или другой всегда был эффективен, независимо от защиты ее противника.

С Софи, снова перешедшей в атаку, монстр вступил с ней в бой, превратившись в толстоногого четвероногого с восемью руками, появляющимися со всех сторон его тела. Руки были длинными и многосуставными, как они видели раньше, но на этот раз заканчивались острыми как бритва костяными лезвиями. Софи держалась, сочетание упрямства, вызова предыдущему вмешательству Джейсона и необходимости дать другим время перегруппироваться.

Костяные лезвия хлестали по ней, но она уклонялась или отражала их руками, ногами, даже головой. Пока она активно перехватывала атаки, ее способности поглощали урон. Монстр мог быть бронзового ранга, но он мог вложить лишь определенное количество силы в такие быстрые, многочисленные атаки.

Поскольку Софи успешно отбивалась от него, чудовище делало то, что делало всегда — меняло свою форму, чтобы адаптироваться. Его руки превратились в щупальца, всё еще имеющие лезвия на конце. Это уменьшило силу каждой атаки, но сделало их более гибкими и труднопредсказуемыми.

Софи ответила активацией своей способности «между каплями дождя», которая усилила ее рефлексы за высокую стоимость маны. В результате, вместо того чтобы защищаться менее эффективно, она справлялась со щупальцами легче, чем с руками.

Потребление маны способностью было высоким, но несколько смягчающих факторов позволяли ей поддерживать ее. Одним из них была естественная способность расы селестинов, которая снижала стоимость маны текущих способностей. Другим был Нил, использующий заклинание восполнения для восстановления ее маны, и Джори, быстро приготовивший зелье маны и отправивший его ей в сфере. Ее противостояние позволило им перегруппироваться за Кином, готовыми, если существо снова повернется к ним.

Столкнувшись с продолжающейся неспособностью навредить Софи, чудовище начало снова меняться, но эффекты недугов Джейсона наконец дали о себе знать. Когда оно попыталось снова изменить форму, его кожа треснула, как у тухлого яйца, в комплекте с отвратительным запахом. Черная жидкость вылилась на землю, наполнив воздух единственным запахом, который кто-либо из них встречал, способным соперничать с радужным дымом по силе вызываемой тошноты. Когда чудовище рухнуло, Софи побежала прочь, чтобы вырвать. Она вдохнула самую большую дозу.

Чудовище влажно шлепнулось на землю в луже собственной почерневшей, жидкой плоти. Оно адаптировалось к экспоненциально ускоряющемуся некрозу, изолировав его, продолжая бой, даже когда он рос внутри, как гиперускоренный рак, пока не осталось ничего, чтобы сдерживать его. Группа наблюдала издалека, прикрыв носы тканью, как то, что час назад было человеком, таяло в черную, красную и фиолетовую лужу.

— Спасибо, — сказала Тень, снова появляясь среди них. — В этом месте много тех, кто так страдает. Я благодарен за любого, кого вы можете упокоить.

Часть командной работы

Часть командной работы

После победы над плотским чудовищем временная команда Джейсона выросла до пяти человек. С двумя защитниками в лице Кина и Софи, двумя целителями в лице Нила и Джори, Джейсон был их единственным выделенным источником урона. Они были сильны в устойчивом, но слабы в немедленном уроне. Способности Джейсона приносили верную, но постепенную смерть монстрам, с которыми они сталкивались.

Такая расстановка делала продвижение медленнее, чем могло бы быть с кем-то вроде Хамфри под рукой, но это было не без преимуществ. С огромными группами монстров, с которыми они сталкивались, бои были долгими, и способности каждого получали тренировку. Вся эта практика давала результаты каждую ночь, так как по крайней мере один член группы испытывал продвижение способностей.

Способность [Бичевание] (Грех) достигла Железного 6 (100%).

Способность [Бичевание] (Грех) достигла Железного 7 (00%).

Все способности [Грех] достигли [Железного 7].

Связанная характеристика [Восстановление] увеличилась с [Железного 6] до [Железного 7].

Прогресс до бронзового ранга: 35% (2/4 сущности завершены).

Верхний предел железного ранга представлял собой пик человеческого потенциала в данной характеристике. Характеристики силы и восстановления Джейсона достигли семи, значительно улучшив его сердечно-сосудистое здоровье, сделав его сильнее и крепче, чем можно было предположить по его худощавому телосложению. По мере того как его худощавое телосложение переходило в сухие мышцы, он чувствовал себя невероятно сильным.

— Если так приятно продвигаться по железному рангу, — сказал он остальным, когда они готовились отправиться в путь утром, — не могу дождаться бронзового ранга.

— Там, откуда я родом, можно случайно бросить камень и попасть в серебряный ранг, — сказал Кин. — Говорят, ты даже не настоящий искатель приключений, пока не достигнешь бронзового.

Они узнали Кина за последние несколько дней. Он был темнокожим человеком с островного города, расположенного в Карибском море этого мира. У него не было того высокомерия, которое они видели у некоторых заезжих искателей приключений, он просто стремился быть максимально эффективным членом группы.

* * * Они вошли в ежедневный ритм. С раннего утра до позднего вечера они двигались к центру города, сражаясь с монстрами по пути. В конце дня они находили многообещающее здание, обыскивали его на предмет сокровищ и зачищали любых монстров, обитающих внутри, прежде чем разбить лагерь.

— Как думаете, что это было за здание? — спросил Джори, когда они перегруппировались после обыска последнего здания. — Какой-то огромный постоялый двор?

— Бордель, — рассеянно сказал Нил, а затем заметил, что все повернулись, чтобы посмотреть на него. — Что?

— Это был очень уверенный ответ, — сказал Джейсон.

— Ты проводишь много времени в борделях? — спросила Софи.

— Да, — вздохнул Нил. — Потусуйся с Тадвиком Мерсером достаточно долго, и ты увидишь изнутри много борделей.

— Ему семнадцать, — сказал Джейсон. — В скольких борделях он мог побывать?

— Думаю, я видел изнутри каждый бордель в Гринстоуне, — сказал Нил. — Высокого класса, низкого класса, высокого класса, притворяющегося низким. Ему всё равно. Он потратил кучу денег в церкви Целителя за последний год или около того.

— По крайней мере, он использует платных добровольцев, — сказал Джейсон. — От него исходит очень сильная атмосфера «свидания с изнасилованием».

* * * Они иногда встречали других искателей приключений, но ни одна из этих встреч не приводила к дальнейшим конфликтам или объединениям. Происходил обмен припасами — многие искатели приключений были отделены от членов своей команды, несущих большую часть снаряжения. Джори оказался популярен в этом отношении со своей специализированной пространственной сумкой, переполненной зельями.

Они также встречали больше воргеров и плотских чудовищ. Опираясь на свой предыдущий опыт, к третьей и четвертой встречам у них было хорошее представление о том, что работает, а что нет.

— Нам повезло, что они оба довольно безмозглые, — сказал Кин, когда они обсуждали тактику однажды вечером. — Самое опасное в монстрах более высокого ранга — это не их более экзотические способности, а их интеллект.

— Ты видел несколько монстров более высокого ранга? — спросил его Нил.

— Да, — сказал Кин. — В зонах с высокой плотностью магии нам, железным рангам, не разрешается охотиться в одиночку, как вам, людям из Гринстоуна. Но мы можем пойти вместе и увидеть в действии монстров более высокого ранга.

Одна вещь, которую Джейсон наконец смог попрактиковать, была его способность казни. Даже без членов команды с взрывным уроном, только самые крепкие монстры железного ранга могли выдержать достаточно урона, чтобы она была эффективной. Только против врагов бронзового ранга, будь то плотские чудовища или обычные монстры, он действительно мог получить от нее пользу.

Команда была достаточно сильна, чтобы справиться с монстром бронзового ранга, но в то время как плотские чудовища бродили в одиночку, настоящие монстры — нет. Поскольку город был так насыщен магией, даже обычно одиночные монстры появлялись стаями. Перед лицом этого обычная стратегия команды заключалась в том, чтобы вести бой при отступлении, используя своих двух защитников и двух целителей, чтобы сохранить группу в целости, пока Джейсон нагружал врагов недугами.

Это дало Джейсону шанс использовать две способности, с практикой которых у него было больше всего проблем. Обе были способностями прямого урона, но ни одна из них не была эффективна для того, чтобы просто начать бой. Обе требовали подготовки и были довольно похожи в использовании, что, по крайней мере, означало, что когда он мог получить пользу от одной, он мог получить ее и от другой.

* * * Сражаясь с трио монстров, команда была под давлением. Их сильная оборонительная стратегия была высокоэффективна против монстров железного ранга, даже в больших количествах, но звери бронзового ранга с мощными атаками угрожали подавить их.

Монстры выглядели как четырехрукие гориллы, покрытые кожей ящерицы вместо меха. Они любили лазить и прыгать, нанося быстрые атаки своими четырьмя руками, прежде чем отпрыгнуть, чтобы подготовиться к следующей атаке с разбега.

Софи и Кин перехватывали каждую атаку, пока Нил и Джори поддерживали их баффами, щитами и исцелением. Этого было достаточно, чтобы команда удержалась, но едва-едва, их мана быстро истощалась, когда они использовали свои способности на полную. Если бы не Джори, доставляющий зелья маны, и заклинания восполнения Нила, они были бы уже истощены и подавлены. Джейсона нигде не было видно, хотя пятна черной плоти и кровь, сочащаяся из ран монстра, отмечали его активное присутствие.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду под тем, что умные — это опасно, — сказала Софи Кину во время затишья в действиях. — Они начинают координироваться лучше.

Монстры начали атаковать все сразу или атаковать в быстрой последовательности с небольшой паузой или без нее, чтобы искатели приключений могли перегруппироваться, пытаясь разрушить их построение. У команды была сильная оборонительная линия и хорошая индивидуальная синергия, но грубая сила монстров бронзового ранга начинала подавлять их.

Пара монстров ударила по щиту Кина, который начал прогибаться, пока один из монстров внезапно не споткнулся и не отступил. Джейсон наложил на него заклинание из темноты.

Способность: [Бичевание] (Рок)

Заклинание

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Железный 6 (91%).

Эффект (железный): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивый недуг, от которых страдает цель.

Хотя у монстра бронзового ранга было врожденное снижение урона к заклинанию железного ранга Джейсона, это же снижение урона означало, что недуги, от которых он страдал, имели время размножаться, не убивая его. Заклинание, усиленное за каждый из этих недугов, опустошало тело монстра, даже несмотря на снижение урона. Монстр пошатнулся, когда мертвая плоть заменила здоровую, проходя по существу, как тень. Джейсон добил его своей способностью казни.

Способность: [Вердикт] (Рок)

Заклинание (казнь)

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Железный 5 (38%)

Эффект (железный): Наносит небольшое количество трансцендентного урона. Как эффект казни, урон масштабируется экспоненциально с уровнем травм врага.

Мерцающий свет синего, серебряного и золотого цветов озарил монстра. Трансцендентный урон игнорировал разницу в ранге, и существо растворилось прямо в радужный дым.

Вы победили [Гриззард].

[Гриззард] был полностью уничтожен. Он был разграблен автоматически.

[Ядро монстра (Бронза)] добавлено в ваш инвентарь.

10 [Бронзовых духовных монет] добавлено в ваш инвентарь.

100 [Железных духовных монет] добавлено в ваш инвентарь.

Остальные проигнорировали свою долю добычи, которая упала на них, всё еще будучи в разгаре боя. К тому времени, как бой закончился, они были избиты, истощены, но ухмылялись в триумфе от того, что преодолели таких могущественных врагов.

— Эта искрящаяся сила, — сказал Кин, когда они растянулись внутри здания, чтобы спрятаться от других монстров. — Тебе следовало использовать ее с самого начала с этими плотскими чудовищами.

— Ты прав, — сказал Джейсон. — Но с этими плотскими чудовищами трудно рассчитать время. Это сила казни, поэтому они должны быть сильно ранены, чтобы она имела хоть какой-то эффект. Обычно можно увидеть состояние монстра, но что бы мясные штуки ни делали, чтобы попытаться адаптироваться к моим недугам, это скрывает их состояние. Мне остается только гадать.

— Мне нравится эта твоя способность интерфейса, — сказал Кин. — Я чувствую, когда мои способности переходят порог, очевидно, но когда это отображается для меня, чтобы я видел, это дает реальное ощущение прогресса.

— Мы ценим и твои силы, — сказал Джори Кину. — Стоять передо мной и принимать все удары — это то, что мне действительно нравится в члене команды.

«Принимать удары — это хорошо, — сказал Кин, — но некоторые удары я бы очень хотел иметь возможность уклониться. Я завидую твоей способности уходить с дороги, Софи. Или вставать на пути, как тебе нужно. У меня было много раз, когда я был недостаточно быстр, чтобы оказаться там, где нужно моей команде. Надеюсь, они справляются без меня».

* * * — Хм, — сказал Клайв, когда перед ним появилось системное уведомление.

[Джори Тиллман] добавлен в вашу группу.

[Имран Кин] добавлен в вашу группу.

— Что случилось? — спросил Вальдис.

— Похоже, некоторые из моих друзей нашли друг друга, — сказал Клайв. — И кто-то новый. Хорошо знать, что они в порядке.

— Полезная способность, работающая на таком расстоянии.

— Большая часть ее полезности теряется на таком расстоянии. Но лучше, чем ничего. По крайней мере, она дает мне знать, что они всё еще живы.

Вальдис кивнул. — Далеко не факт, в этом месте.

После прохождения через возвышающееся здание остальные три члена их группы стали более уважительно относиться к Клайву. Он доказал свою состоятельность несколько раз, включая идентификацию клада предметов развития, которые они нашли на вершине. Каждый член команды выбрал по одной паре предметов для себя из шести пар. Остальная часть команды согласилась, что последний комплект должен достаться Клайву как самому сильному участнику в их фактическом получении. Этой последней парой были сфера и обруч, которые не были полезны самому Клайву, но он знал, что они будут очень полезны Нилу.

После того, как они спустились обратно из здания, они снова отправились через город. Клайв оглянулся на здание позади них, затем на Вальдиса.

— Ты напоминаешь мне одного моего друга, — сказал он ему.

— О? — спросил Вальдис.

— Он общительный, как и ты. Хорошо умеет вовлекать людей в свой собственный темп. Но у вас обоих есть опасная привычка.

— И какая же?

— Вы идете на риск, игнорируя то, что последствия могут понести люди вокруг вас. Мой друг, например, имеет эту кабальную служанку, которую он сделал искателем приключений.

— Тот иномирец, — сказал Вальдис. — Тот, кто поднял такой шум на собрании. Кабальная служанка была той великолепной селестинкой?

— Это они, — сказал Клайв.

— Я слышал о том, как он сделал свою кабальную служанку искателем приключений. Это необычный выбор.

«Он пытался помочь ей, потому что она была другом друга, — сказал Клайв. — Затем он переоценил свою собственную политическую проницательность и чуть не отдал ее в то, что равносильно сексуальному рабству. Если спросить его, он скажет, что сделал это, потому что сочувствует ее обстоятельствам. На самом деле, однако, я думаю, он чувствует вину за то, во что он чуть не втянул ее».

— Я бы никогда не сделал ничего подобного с кем-то, — сказал Вальдис.

— Нет? — спросил Клайв. — Поднимаясь по тем башням, ты не столкнулся с реальным риском, но Хильдебранд был буквально сброшен со здания.

— Но мы выбрались, целыми и невредимыми, с немалой наградой за наши хлопоты.

— В этот раз, — сказал Клайв. — Но сколько раз ты можешь идти на такой риск, чтобы это не закончилось плохо? И когда это случится, будешь ли ты тем, кто заплатит цену? Мой друг сделал для меня много хорошего. Его энтузиазм помог мне найти ту часть себя, которую я потерял, которая заставила меня хотеть стать искателем приключений. В свою очередь, мне нужно попытаться помочь ему избежать совершения ошибок, которые будут преследовать его. Прикрытие слабых мест и слепых зон друг друга — это часть командной работы.

Клайв кивнул головой на остальных троих, ведущих свой разговор дальше впереди.

— Надеюсь, твоя настоящая команда не похожа на них, — сказал Клайв. — У них есть навыки, безусловно, но тебе нужны люди, которые скажут тебе, когда ты неправ.

— Думаю, мне нужны, — сказал Вальдис, нахмурившись. — Хотя в моей жизни не так много людей, которые будут разговаривать со мной так, — сказал он. — Не думаю, что смогу уговорить тебя сменить команду?

— У меня всё хорошо, спасибо, — сказал Клайв. — Я почти уверен, что беготня с иномирцем даст мне много шансов увидеть что-то интересное. Особенно с этим иномирцем.

Выставляя себя на посмешище

Выставляя себя на посмешище

— Мы приближаемся к центру, — сказал Джейсон, глядя на свою карту. — Мы могли бы добраться туда сегодня, если бы пошли прямо к нему.

— Это объясняет, почему мы вчера столкнулись с таким количеством групп, — сказал Нил. — Все сходятся.

— Идем прямо к середине? — спросил Джори. Его способности росли так же быстро, как и у всех остальных, но это никогда не было его целью. Он получил больше, чем мог просить, с алхимическим рецептом, из-за которого его предыдущая группа вступила в драку, и был готов покинуть астральное пространство. Формула зелья малого чуда гарантировала финансирование его клиники в вечности.

— Мне нравятся тренировки, — сказал Кин. — Это как наш собственный частный всплеск монстров, без невинных людей, попадающих в него. Мне нравятся сокровища, которые мы находим, тоже. Сказав это, осталось шесть дней. Я голосую за то, чтобы направиться к середине и решить, что делать после того, как увидим, что мы там найдем.

Согласие с доводами Кина было единогласным, и они направились прямо к сердцу города. Монстры, что неудивительно, не имели интереса приспосабливаться к их ускоренному графику и продолжали свои регулярные атаки. Они не наткнулись ни на что опаснее, чем встречали ранее, однако, и придерживались своего ожидаемого темпа в течение утра. Они остановились на обед, все сидя на краю высокого здания и поедая сэндвичи.

— Это хороший сэндвич, — сказал Кин. — Я не уверен, зачем ты взял еду, однако. Духовные монеты поддерживают нас вполне хорошо и занимают намного меньше места.

— Конечно, — сказал Джейсон, — но из всего времени, что ты проводишь здесь, будешь ли ты когда-нибудь вспоминать то время, когда ты ел духовную монету, тащась вперед? Конечно, нет. Ты будешь помнить сумасшедшие бои и удивительные сокровища. Дерзкого специалиста по недугам с отличными волосами. И теперь ты можешь оглянуться на тихий момент, когда ты остановился поесть с друзьями и насладиться этим удивительным местом. Если это не то, ради чего ты стал искателем приключений, значит, ты делаешь это неправильно.

Кин посмотрел на Джейсона, глядя на город, раскинувшийся перед ними, с довольной улыбкой. Кин повернулся, чтобы самому насладиться видом. Со словами Джейсона он понял, что был настолько поглощен с самого начала, что никогда не останавливался, чтобы оценить то, что он испытывал.

Когда Кин прибыл на башню-арку, он был поражен тем, что его отделили от его команды. Затем он сформировал временную группу, только чтобы увидеть, как она распадается из-за сокровищ. После этого пришла эта новая группа, более сплоченная, чем первая, но также более необычная в своих чувствах. Лидер команды был склонен к бессмысленным бредням, селестинка была каким-то образом его кабальной служанкой и искателем приключений. Целитель казался достаточно нормальным, но Джори, с которым Кин был дольше всего, на самом деле, казалось, не любил приключения. Это была отчетливо необычная позиция для искателя приключений.

С тех пор они сталкивались с боем за боем, приближаясь к смерти ближе, чем ему хотелось бы, не раз. За всё это время, через потерю одной команды, затем второй, только чтобы пробиться с самой странной из трех, он никогда не находил времени, чтобы действительно остановиться и подумать, где он и что он делает. Теперь он нашел время, чтобы посмотреть на город, который на самом деле был довольно красив с природой, отвоевавшей руины. Он взглянул на людей, сидящих с ним на крыше, поедающих сэндвичи, как будто это был обычный день.

— Я хотел бы, чтобы моя команда была здесь, — сказал он.

— Они здесь, где-то, — сказал Джори. — Мы доберемся до середины, и вы найдете друг друга.

Они закончили есть и возобновили свой курс через город. Через несколько часов и пару стай монстров спустя, перед Джейсоном всплыло приветственное сообщение.

* Контакт [Нико Томич] вошел в зону связи. * Контакт [Бетани Кавендиш] вошел в зону связи. * Контакт [Хадсон Кеттеринг] вошел в зону связи.

Джейсон немедленно открыл голосовой чат.

— Бет, — сказал Джейсон. — Вы все в порядке?

— Мы да, — вернулся голос Бет. — Нико и я были сброшены на одну и ту же башню, и мы нашли Хадсона по пути. Никаких признаков Эмили или Мозе, пока что. Как насчет тебя?

— Тоже двое пропали: Клайв и Хамфри. Хотите встретиться?

— Хочу, — сказала Бет. — Мы здесь вроде как застряли, в любом случае. Здесь куча людей, все ищут путь к центру города.

— Что-то блокирует путь?

— Да. Приходи найди нас, и ты увидишь сам.

Джейсон добавил их в группу, позволяя ему найти ее с помощью своей способности карты. Вскоре после этого Джейсон и его группа прибыли в немаленький лагерь искателей приключений. Судя по всему, некоторые из них были здесь уже несколько дней. Осторожность, с которой искатели приключений относились друг к другу, здесь отсутствовала. Все стремились найти путь вперед.

Искателей приключений из Гринстоуна было легко отличить от приезжих, просто по их аурам. У иностранных искателей приключений были чистые, контролируемые ауры. За исключением групп Джейсона и Бет, у большинства искателей приключений из Гринстоуна контроль ауры был в лучшем случае некачественным.

— Что происходит? — спросил Джейсон после приветствий и представлений между их командами.

— Какое-то нашествие растений-монстров, — объяснила Бет. — Любой, кто пытается подобраться ближе к центру города, чем это, сталкивается со щупальцами и растениями-монстрами, выползающими из земли. Люди пытались обойти, но нашествие, кажется, окружает большую часть, если не весь центральный регион города.

— Откуда вы знаете, что оно окружает центральную область, а не покрывает ее полностью? — спросил Джори.

— Мы не знаем, — сказала Бет. — Мы просто надеемся, потому что иначе, как кто-то собирается завершить эти испытания. Несколько групп пытались пробиться с боем, но мы понятия не имеем, справились ли они или они теперь мульча. Мы знаем от людей, которые пытались обойти, что есть несколько лагерей, подобных этому, с людьми, собравшимися, чтобы увидеть, сможет ли кто-нибудь найти путь через них. Предполагая, что путь вообще есть.

Квест: [Отвоевано природой]

Растительная жизнь не просто отвоевала эту часть города, но активно защищает ее. Найдите путь мимо агрессивной флоры, чтобы достичь сердца города.

Цель: Обойти агрессивную растительную жизнь 0/1.

Награда: Варьируется в зависимости от эффективности метода.

Некоторые члены группы находятся слишком далеко, чтобы участвовать в этом квесте. Они не получат этот квест, пока не вернутся в зону близости к лидеру группы.

— Что это за чертовщина? — спросила Бет.

— Это способность Джейсона, — сказала Софи. — Он получает бесплатные вещи за то, что собирался сделать в любом случае. По сути, это мошенничество.

— Я могу исключить тебя из группы, если ты не хочешь участвовать, — сказал Джейсон.

— Я могу сбросить тебя со здания, — сказала ему Софи.

— Я могу спланировать вниз, помнишь?

— Не если я сначала вырублю тебя.

— Послушайте, я люблю сексуально заряженные подколки так же, как и любая другая девушка, — сказала Бет, — но у нас есть куча растений-монстров, с которыми нужно разобраться.

Пока Джейсон и Софи смотрели на Бет с одинаковыми выражениями молчаливого оскорбления, Бет переключила свое внимание на Джори.

— Ты алхимик, верно? Растения-монстры часто могут быть обработаны алхимическими растворами. Есть что-то, что ты можешь сделать?

— Возможно, — сказал Джори. — Мне нужно будет знать, с чем мы имеем дело, прежде чем я смогу искать решения.

— Здесь много впечатляющих искателей приключений, — сказал Нил. — Должен представить, что кто-то что-то знает.

— Есть небольшой совет, своего рода, — сказала Бет. — Каждая команда посылает одного или двух человек, чтобы обсудить путь мимо этого. Люди пробуют всякие вещи, поэтому мы встречаемся каждые несколько часов, чтобы поговорить о результатах.

— Как успехи? — спросил Джейсон.

— Это куча искателей приключений, привыкших добиваться своего, так что примерно так, как и следовало ожидать.

— Джори, — сказал Джейсон. — Ты ближе всего к эксперту по растениям, которого мы получим. Бет, можешь отвести нас к людям с непосредственным знанием этой штуки?

— Могу, — сказала Бет. — Я говорила тебе, что некоторые группы пытались пробиться. Некоторые не вернулись, так что мы не знаем, преуспели ли они. Другие пытались и вернулись, когда всё стало слишком тяжело.

Джейсон кивнул в знак благодарности и предложил остальным членам своей группы поспрашивать, посмотреть, что они смогут узнать. Пока остальные бродили по лагерю, Бет отвела Джейсона и Джори поговорить с некоторыми другими командами. Джори делал заметки обо всем, что они могли им сказать. После разговора с достаточным количеством команд, что они получали только ту же информацию снова и снова, они перегруппировались, чтобы подвести итоги.

— Что думаешь? — спросил Джейсон Джори.

— Это потенциально очень плохо, — сказал Джори.

— В каком смысле? — спросила Бет.

— Я думаю, то, с чем мы имеем дело, может быть не растениями-монстрами, — сказал Джори. — Я слышал о чем-то подобном тому, что нам описали, раньше, и это был вовсе не монстр. Это было магическое растение.

— Ты думаешь, эти растения захватили эту часть города? — спросил Кин.

— Не растения, — сказал Джори. — Растение, в единственном числе. Одна единственная, массивная растительная масса, зарытая под землей и посылающая части себя, чтобы найти добычу.

— Добычу? — спросил Нил. — С каких пор растения хищные?

— Я слышал о хищных растениях, — сказал Джейсон. — Те, что в моем мире, маленькие, однако. Они заманивают насекомых, в таком роде.

— То, о котором я думаю, больше, — сказал Джори. — Намного больше. Это занимает столетия, но известно, что они вырастают до размера, который мы видим здесь. Оно процветает под землей, медленно расширяясь. Оно образует симбиотические отношения с другой растительной жизнью в районе, которые становятся как сенсорные органы для него. Затем оно начинает охотиться на всё, что забредает в его зону. Животные быстро учатся избегать его, и оно переходит в спячку. Оно позволяет животным вернуться, ждет, пока район не закишит, затем наносит удар. Щупальца-лианы и порожденные, полунезависимые растительные существа.

— И ты думаешь, это то, с чем мы имеем дело? — спросил Джейсон.

— Я не могу знать это наверняка, — сказал Джори. — Это то, о чем я могу подумать, что подходит.

— Ты думаешь, под всей этой частью города гигантское растение-монстр? Один монстр?

— Не монстр, — сказал Джори. — Мы знаем от людей, которые сражались с ними, что порожденные растительные существа железного ранга, в то время как щупальца, которые будут придатками основного тела, бронзового ранга. Ни один монстр бронзового ранга не порождается таким большим или занимающим так много места под землей.

— Как оно называется? — спросил Джейсон.

— Оно называется кровавая корневая лоза, — сказал Джори. — Оно названо так потому, что балансирует на грани между растением и животным, с его хищным поведением и кровяным соком. Это то, что действительно выдало его, когда люди начали говорить, что щупальца кровоточат при порезе. Сок кровавой корневой лозы почти идентичен крови и имеет ряд алхимических применений. Большинство больших, о которых вы слышите, происходят из алхимических оранжерей, которые были заброшены, и кровавая корневая лоза медленно расширялась, пока кто-то не нашел ее снова. Это история, которая ходит в алхимических кругах, но вы никогда на самом деле не ожидаете увидеть ее.

— Итак, что нам с этим делать? — спросила Бет.

— Предполагая, что я прав, — сказал Джори, — ключ — это основное тело. Это означает подземную корневую сеть. Из того, что я слышал, при зачистке кровавой корневой лозы, которая вышла из-под контроля, есть два способа справиться с ней. Один — выкопать всю эту чертову штуку и сжечь ее. Это логистически невыполнимо, особенно за пять дней. Я слышал, однако, о другом методе. Методе, который нам посчастливилось иметь под рукой.

Джори перевел пристальный взгляд на Джейсона.

— Я? — спросил Джейсон.

— Ты, — сказал Джори. — Я не могу гарантировать подлинность этой истории, но я слышал об использовании недугов для заражения основного тела и гниения всей штуки. Вам нужно попасть под землю, к самой корневой системе, однако. Если вы просто попробуете это на щупальцах, оно позволит щупальцам отпасть, чтобы защитить себя.

— Мы уже пробовали это, — сказала Бет. — В лагере есть несколько человек, которые могут использовать недуги, включая меня. Мы выбили кусок из земли и влили все недуги, которые у нас были, в корни. Они засохли, но это не распространилось.

— Кто-нибудь из вас был сфокусированным специалистом по недугам, как Джейсон, или они все были площадными способностями, как твои? — спросил Джори.

— Площадными, как мои, — сказала Бет. — Не в обиду тебе, Джейсон, но кто накладывает недуги на одного человека, когда можно воздействовать на целые группы.

— Это ваша проблема, — сказал Джори. — Мы говорим о растении, распространенном на площади размером со Старый город. Недуги, которыми вы кормили его, были как попытка сделать море желтым, пописав в него украдкой. Вам нужны недуги, которые становятся всё хуже и хуже, быстрее и быстрее, вместо того чтобы затухать.

— Будут ли мои недуги вообще работать на нем? — спросил Джейсон. — Мы видели несколько растений-монстров с тех пор, как мы здесь, и мои способности были непоследовательны на них.

— Должны, — сказал Джори. — Как я сказал, кровавая корневая лоза больше похожа на животных, чем на другие растения.

— Кровь — это одно, — сказал Джейсон, — но чтобы получить тот вид эскалации урона, который нам нужен, мне понадобятся мои проклятия. Это требует души или, по крайней мере, движущего духа, который есть у большинства монстров вместо нее.

— Я не могу ничего гарантировать, — сказал Джори, — но как только оно достигает определенного размера, у него даже есть тусклый, животный интеллект. Надеюсь, оно достаточно близко к животному, чтобы внутри него было что-то, за что ваши проклятия могли бы уцепиться.

— А если нет?

— Тогда мы уходим и придумываем что-то новое, — сказала Бет. — Если у вас нет плана получше, мы можем так же хорошо попробовать.

— Трюк будет в получении доступа к корневой системе, — сказал Джори. — Ты сказал, что у тебя есть кто-то, кто может открыть дыру в земле?

Они все повернулись к Хадсону, крупному мужчине, который служил фронтлайнером для команды Бет. Он хранил молчание на протяжении всего разговора, оставляя такие вещи, как планирование, Бет. Его способности земли были самыми заметными способностями в его наборе сил.

— Это не я, — сказал он. — У меня есть сущность земли, но нет способности копать дыры.

— Это был другой пользователь земли, — сказала Бет. — Мы можем найти ее снова.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Бет, поговори с этим советом, о котором ты упоминала. Посмотри, не сможешь ли ты найти нам немного дополнительной силы, чтобы пробиться внутрь. Джори и я попробуем уточнить, чего мы можем ожидать, когда попробуем это.

— А как насчет остальных из нас? — спросил Кин.

— Отдохните, — сказал Джори. — Эта штука будет неумолима в борьбе против нас. Вам понадобится вся выносливость, которую вы сможете собрать.

* * * Группа, которую они собрали, насчитывала двадцать шесть человек, включая пятерых из группы Джейсона и троих из группы Бет. Кин нашел члена своей собственной команды в лагере и втянул его в это начинание, вместе с собственной временной группой этого члена команды. Помимо этого, был еще один пользователь сущности земли и еще несколько человек, которых Бет заставила участвовать.

Регион города, занятый растением, был более заросшим, чем другие части города. Здания были в основном руинами, мощеные улицы давно перевернуты корнями и другим растительным ростом. Когда они вошли в зону, щупальца-лианы выползли на землю, чтобы запутать ноги, шипы, покрытые усыпляющим токсином, впивались в кожу. Команда отбивалась, срезая лианы, пока целители очищали яд, задача, в которой Джейсон участвовал, используя свою собственную очищающую способность. Это было высокоэффективно, хотя то, как Джейсон поглощал очищенные недуги, не осталось незамеченным.

— Ты только что сказал «покормите меня своими грехами»? — спросил его другой искатель приключений.

— Там много людей, скандирующих заклинания, — сказал Джейсон. — Ты, вероятно, ослышался.

Разнообразные растения-монстры начали шаркать в атаку. Плетущиеся груды волокнистого материала хлестали их щупальцевидными руками. Они были не очень опасны, но они были крепкими, их число росло, пока группа боролась, чтобы уничтожить их так же быстро, как появлялись новые.

— Этого должно быть достаточно далеко! — крикнул Джори после того, как он определил, что они должны были пробиться через корневую систему.

— Ладно! — позвала Бет. — Все знают, что делать. Собирайтесь вокруг меня!

Группа плотно сгруппировалась вокруг Бет, когда Хадсон, рядом с ней, начал произносить заклинание. Вскоре после этого каменный купол поднялся из земли двумя половинками, закрываясь над ними. Когда он запечатал их внутри, кристаллы, встроенные в купол, осветили интерьер люминесценцией.

Другой пользователь земли попросил больше места, и люди внутри купола прижались к стенам. Существа снаружи были заперты, но щупальца всё еще пробивались сквозь землю. Бет назначила команду защищать пользователя земли, пока она использовала свое заклинание, чтобы копать. Ее заклинание не заняло много времени, и вскоре комья влажной земли гейзером вырвались из земли и над всеми внутри купола.

— Извините, — позвала она. — Я обычно не делаю этого в помещении.

С завершением заклинания пользователя земли Джейсон взглянул на Джори, который кивнул в ответ. Джейсон затем подошел к дыре, даже когда больше щупалец выползло из земли, чтобы атаковать людей под куполом. Бет направила людей, которые защищали пользователя земли, переключить их защиту на Джейсона. Дыра была вертикальным туннелем, из которого была выкопана влажная земля. Оставленными позади, соскобленными, но нетронутыми заклинанием копания, были толстые корни, выглядящие как толстые зеленые и желтые вены.

— Момент истины, — пробормотал он про себя. Нагруженный всеми баффами, которые вся группа могла собрать, он прочел заклинание.

— Кровоточи для меня.

Трещина появилась на самом толстом корне, кроваво-красный сок сочился наружу. Сок был, как предположил Джори, достаточно близок к крови, чтобы способность Джейсона возымела действие.

Специальная атака [Кровоизлияние] наложила [Кровотечение] на [Кровавая корневая лоза].

— Теперь настоящий тест.

Он прочел другое заклинание.

— Неси метку своих прегрешений.

Заклинание [Бичевание] наложило [Грех] на [Кровавая корневая лоза].

Заклинание [Бичевание] наложило [Метка Греха] на [Кровавая корневая лоза].

[Кровавая корневая лоза] оказала сопротивление [Метка Греха].

[Метка Греха] не возымела эффекта.

Трансцендентный урон выжег символ на корне, когда заклинание возымело действие. Лоза бронзового ранга сопротивлялась одному из эффектов, даже со всеми баффами, под которыми был Джейсон, но это был тот, который Джейсону не был нужен. Он выпустил облегченный вздох, затем вспомнил, что не может позволить себе расслабиться, когда колючая лиана обернулась вокруг его ноги.

Специальная атака [Шип лианы] наложила [Покоряющий токсин] на вас.

Вы оказали сопротивление [Покоряющий токсин].

[Покоряющий токсин] не возымел эффекта.

Вы получили экземпляр [Устойчивый].

Прежде чем Джейсон смог срезать лиану, один из его защитников сделал это за него.

— Нужна очистка? — спросил мужчина.

— Всё хорошо, спасибо, — сказал Джейсон, переключая внимание обратно на дыру.

Он наложил еще одно проклятие на лозу, которому она сопротивлялась, затем второй и третий раз, прежде чем оно возымело действие.

[Неотвратимый рок] наложил [Неотвратимый рок] на [Кровавая корневая лоза].

Джейсон протянул руку, затем порезал ее бритвой на запястье. Пиявки посыпались вниз в дыру.

— Извините, что бросил вас в дыру, Колин. Посмотрите, не сможете ли вы высосать немного крови из этой лозы.

* * * В другом лагере искателей приключений вокруг зоны агрессивного растения Клайв и Вальдис наблюдали, как тяжело раненая группа отступает из опасной зоны.

— Думаю, ты был прав, призывая к осторожности, Клайв, — сказал Вальдис. — Похоже, что-то сильно разозлило лианы.

Ранее щупальца появлялись из земли только для того, чтобы атаковать злоумышленников. Теперь, однако, они извергались отовсюду из земли, дико хлеща вокруг.

— Думаю, что-то происходит с ними, — сказал Клайв. — Ты видишь эти черные пятна?

— Вижу.

Они наблюдали, как черные пятна становились больше, некоторые лианы даже гнили и падали мертвыми на землю.

* * * В другой части города Хамфри и его временная команда были глубоко на территории агрессивных лиан. Их намерением было пробиться с боем, но чем глубже они заходили, тем больше растений-монстров и щупалец появлялось, чтобы встретить их. Они были мощной группой, но их медленно подавляли.

— Мы продолжаем давить вперед или возвращаемся? — позвала Карли, паника звенела в ее голосе.

— Вперед, — позвал Лоуэлл. — Должен быть конец этому. Мы могли бы быть почти свободны.

— Нет гарантии этого, — возразил Хамфри. — Мы возвращаемся.

— Мы не можем вернуться, — возразил Лоуэлл. — Мы должны рискнуть.

— Нет, мы не должны. — Хамфри стоял на своем, не останавливаясь, пока он рубил щупальца. — Наши шансы могут быть малы, но, по крайней мере, мы знаем, что есть один, если мы вернемся.

Щупальца становились всё более многочисленными, но дико хлестали, вместо того чтобы хватать искателей приключений, как они делали ранее.

— Что происходит? — спросила Карли.

— Что-то гноит щупальца, — сказал Лоуэлл. Он указал туда, где щупальца чернели от основания. Некоторые сгнивали и падали мертвыми, даже когда больше появлялось из земли. Затем серебряный, синий и золотой свет озарил все щупальца, растворяя их в ничто. По мере того как он это делал, растения-монстры становились инертными коллекциями растительного материала.

— Это был трансцендентный урон? — спросила Карли.

— Был, — сказал Хамфри.

Они огляделись. Что бы ни уничтожило растения вокруг них, это затронуло всё в поле зрения. Раненые и истощенные, они упали на землю, чтобы отдохнуть.

— Как думаешь, что это сделало? — спросила Карли.

— Не что. Кто, — сказал Хамфри с улыбкой. — Я знаю, кто это сделал.

— Ты хочешь сказать, что какой-то железный ранг сделал всё это? — спросил Лоуэлл.

— Я знаю эти силы, — сказал Хамфри. — Они принадлежат человеку, который не может не выставлять себя на посмешище. К счастью.

Смена команды

Смена команды

Только семь групп успели прорваться в самый центральный регион города до того, как кровавая корневая лоза была убита. Одна состояла из людей со способностями полета. Такие способности были манозатратными на железном ранге, требуя от них глушить зелья маны так быстро, как они могли, не отравляя себя, и останавливаться, чтобы отдохнуть на вершине каждого здания, не превращенного в руины растениями.

Другая состояла из искателей приключений из королевства джунглей, которым удалось найти всю свою оригинальную команду. Они пришли как искатели приключений, сражающиеся с растениями-монстрами, и решили сделать ставку на свои способности и опыт, чтобы пройти через это. Это было даже хуже, чем они ожидали — бесконечная, неумолимая тяжелая работа, пока они наконец не достигли земли, не лопающейся от щупалец-лиан. Они были ранены и истощены, их сила воли и припасы были исчерпаны. Это было близко, но их опыт, командная работа и взаимное доверие помогли им пройти.

Из пяти оставшихся групп, которые прошли мимо растений, все нашли методы сделать это при обыске зданий вокруг периметра зоны. Для некоторых это был активный поиск. Заключив, что растения были частью теста, они рассудили, что средства пройти его должны быть где-то. Для других это была случайность, наткнуться на путь мимо растений во время поиска сокровищ.

Только две из групп прошли в оригинальных командах, которые у них были до входа в астральное пространство. Разделенные в начале испытания, как и все остальные, они нашли друг друга в одном из лагерей. Одна из этих команд включала Падму, бывшую подопечную Фарры. Наполненные решимостью после того, как нашли друг друга, они не питали иллюзий насчет того, чтобы пробиться с боем, и искали другой путь. Их интенсивные поиски наконец привели к заброшенной алхимической мастерской, содержащей бутылки с жидкостью, которая отпугивала растения.

Как бы они ни прибыли, каждая группа была в восторге от того, что прошла мимо агрессивных растений. Их усилия были трудными и дорогостоящими, но они знали, что та же трудность сделала каждую команду, которая пробилась, более вероятной стать теми, кто выхватит приз. К их большому огорчению, другие команды начали достигать середины массово, в основном волнами из трех лагерей. Быстро стало очевидно, что один из лагерей нашел способ убить растения полностью.

По сравнению с остальной частью города, через которую искатели приключений пробирались, истинный центр города был более нетронутым. Здания были всё еще пустыми, время и влажный воздух разъедали всё, что не было магически запечатано. Это была также относительно небольшая область, позволяющая разделенным членам команды воссоединиться, когда искатели приключений из трех лагерей хлынули туда.

Все искатели приключений оказались в том, что карта Джейсона помечала как самый центр города. Там было огромное открытое пространство, как городская площадь, с круглой башней посередине. Это было единственное здание в городе без каких-либо признаков повреждений вообще, и оно было как широким, так и высоким. Каждый искатель приключений, который пытался подобраться близко к башне, сталкивался с дезориентирующим магическим полем, которое отбрасывало их назад. Это было верно даже при приближении сверху — один летун получил травму, когда поле отбросило его по воздуху. Инвигилятор, Тень, наконец появилась, чтобы объявить, что башня откроется в последний день испытаний, через несколько дней.

Предыдущие конфликты были в значительной степени отложены в сторону, когда искатели приключений прибыли на площадь. Люди находили свои оригинальные команды, даже когда праздновали новые узы, выкованные в огне общего невзгоды. Не каждое воссоединение было счастливым, так как кто-то начал организовывать подсчет павших. Те, кто собрал останки, возвращали их своим командам, где это было возможно. Некоторые команды пали полностью, в то время как другим не хватало ресурсов, чтобы нести гробы своих мертвецов.

Другие не были мертвы, но ушли, использовав свои медальоны побега, чтобы сохранить свои жизни ценой дальнейшего участия в испытаниях. Тень появилась, чтобы сообщить командам, кто из их членов сбежал в безопасность. В то время как многие искатели приключений смогли восстановить свои команды, другие снова искали новых компаньонов перед лицом отсутствия или смерти их оригинальных команд. Некоторые, оставшись одни, сдавались и использовали свои медальоны побега, чтобы оставить астральное пространство позади.

Команда Хамфри ввалилась в город, потрепанная своим узким спасением. Если бы не Хамфри, рубящий растения, как маниакальный, магически усиленный лесоруб, они бы не выжили, чтобы увидеть свою передышку, когда растение-монстр умерло. Направляясь в город после этого, они собрали тела двух отдельных групп, которые погибли, пытаясь совершить тот же переход.

Группа, помимо Хамфри, состояла из четырех человек из команды из шести, и им повезло в основном прибыть в город вместе. Они поблагодарили Хамфри, трезвые в осознании того, что без него они были бы среди павших. Лоуэлл потерял много своего высокомерия на их пути через город. Хамфри всё еще не любил его, но они разделяли уважение к опасностям, пережитым вместе. Группа отправилась искать оставшихся членов своей команды в растущей толпе, в то время как Хамфри пошел искать Джейсона и остальных.

Клайв, Вальдис и остальная часть их временной команды прибыли в гораздо лучшем состоянии, чем Хамфри. После опасностей башни Клайв склонил остальную часть команды против предложения Вальдиса пробиться с боем. Клайв предложил искать альтернативные способы продвижения вперед, но зона растений очистилась до того, как у них появился шанс. У них было легкое время прохождения через руины того, что ранее было зараженным растениями регионом. Они были осторожны с опасностью, но выжившие джунгли состояли из обычной растительной жизни. Они были даже свободны от монстров, благодаря теперь мертвому плотоядному растению.

Очистив зону, Клайв был рад услышать свою команду по голосовому чату. Он объявил о своем намерении найти их, сигнализируя об окончании их временного союза. Каждый член группы был из другой команды и имел своих людей, чтобы найти, но Абарка, Кампос и Хильдебранд не хотели расставаться с Вальдисом. Их объединение с принцем было возможностью, от которой они не хотели отказываться, каждый стремился обеспечить обещания встретиться после испытаний. Вальдис, явно не новичок в таких встречах, проводил их каждого гладко. Он, в свою очередь, обеспечил обещание будущих сделок от Клайва.

У Джейсона уже было два члена его команды, поэтому он ждал, пока Хамфри и Клайв найдут их. Кин, у которого теперь был один из его собственной команды с ними, дружески попрощался, прежде чем они отправились искать остальных. Джори собирался уйти и искать свою собственную команду, которые все были коллегами из различных ремесленных ассоциаций. Тень быстро появилась, чтобы сообщить ему, что каждый другой член его команды использовал свои медальоны побега, поэтому Джори остался с Джейсоном.

Оставался всего час или около того хорошего света. Оставались дни, чтобы искать сокровища города, и каждый использовал то, что осталось от дня, чтобы реорганизоваться. Искатели приключений воссоединялись со своими командами, собирали своих мертвецов и иногда создавали новые команды снова. У многих команд были члены, которые были мертвы или, по предпочтению, безопасно извлечены через медальон побега. Как и когда они впервые прибыли, тогда временные команды создавались из остатков тех, кто остался.

Джейсону повезло, что вся его команда выжила, чтобы перегруппироваться. Поскольку он использовал свою карту и способность голосового чата, чтобы собрать свою команду, он сделал то же самое для отсутствующих членов команды Бет Кавендиш. Это были лучница, Эмили, и кузен Бет Мозе, которые оба безопасно прибыли в сердце города.

Многие группы застолбили территорию вокруг площади. Команда Джейсона и Бет сделала то же самое, ожидая, пока их разрозненные члены найдут их. Группы быстро занимали в основном нетронутые здания, которые были ближе всего, и они выбрали пятиэтажное здание, которое оказалось квадратом вокруг открытого пространства посередине. Внутренний двор означал, что каждый этаж здания был залит естественным светом.

Пока они подводили итоги, вошла другая группа и попыталась запугать их, чтобы они отдали его. Бет и Джейсон вышли наружу, чтобы встретить их вызов. Один из команды побледнел, когда Джейсон проявил свой плащ, и повернулся, чтобы быстро прошептать остальным. Джейсон и Бет обменялись вопросительным взглядом, наблюдая, как группа бормочет в кучке. Тот, кто узнал плащ Джейсона, использовал агрессивный язык тела, чтобы донести свою точку зрения.

— Что они говорят? — тихо спросил Джейсон. — У тебя есть та способность эльфийских ушей, верно?

— Это не способность эльфийских ушей! — прошипела Бет в ответ.

— Да, но она у тебя есть, верно?

— Я могу слышать их, да.

— Так что они говорят?

— Они говорят об этом нелепом слухе о том, что ты убил кучу искателей приключений в торговом центре.

— О?

— Он утверждает, что ты убил шесть человек.

— Было только пять, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, люди думают шесть, потому что их было двенадцать, и люди просто говорят, что я убил половину.

— Подожди, — спросила Бет, поворачиваясь к Джейсону. — Это действительно произошло?

— Ты не знала? Тадвик послал каких-то подонков низкого уровня убить меня, чтобы я не раскрыл его сомнительную схему захвата земель.

— Так ты убил их?

— Некоторых из них, — сказал Джейсон защитно. — Если ты сражаешься с двенадцатью парнями, и они думают, что ты не готов убить их, они не отступят.

— Ты действительно побил двенадцать парней?

— Они все были мусором, — сказал Джейсон. — Не думаю, что у кого-то из них был даже полный набор способностей.

— У тебя нет полного набора способностей.

— Да, но они этого не знали.

— Какое отношение это имеет к…

Бет замолчала, когда другая группа закончила свой разговор.

— Мой друг здесь думает, что ты какой-то крутой парень, — бросил вызов один из них Джейсону.

— Не имеет значения, кто я, — сказал Джейсон. — Мой друг Хамфри стоит позади тебя с мечом больше, чем ты, поэтому я предлагаю тебе валить отсюда, приятель.

Мужчина обернулся, чтобы обнаружить Хамфри, стоящего там, как и было обещано, с его мечом из крыла дракона, перекинутым через одно плечо.

— Да, ну, — сказал мужчина, уходя, размахивая пальцем на Джейсона с прозрачным бахвальством. — Тебе стоит считать себя счастливчиком.

— Почему? — спросил Джейсон. — Ты проводишь лотерею?

Они наблюдали, как группа уходит, Хамфри с облегчением убирая свой меч.

— Ненавижу держать его так на плече, — сказал он. — Такое чувство, что я опрокинусь всё время.

— Это было как раз вовремя, — сказал Джейсон. — Небрежно запугивающе, как будто ты мог выбить из них дурь как хобби.

— У тебя действительно очень большие руки, — сказала Бет.

— Они довольно большие, не так ли? — сказал Джейсон. — Ты делаешь какие-то специальные упражнения?

— Мы тренируемся вместе, — сказал Хамфри, бросив на него плоский взгляд. — Ты точно знаешь, какие упражнения я делаю.

— Так ты говоришь, что натираешь их специальным маслом, когда никто не видит?

— Что?

Джейсон сбросил плащ и направился обратно в здание, громко выкрикивая.

— Эй, Джори! Ты продавал Хамфри специальное масло для рук?

* * * Еще три команды присоединились к командам Джейсона и Бет в здании, которое они делили. Вальдис был самим собой, напрашиваясь вместе со своей командой, пока Клайв пытался объяснить иностранного принца остальным.

— Представьте Джейсона, но если бы его отец был королем алмазного ранга, — сказал Клайв, пока Вальдис уже выбирал комнаты для своих людей.

— Их двое? — спросил Нил. — Я иду на крышу.

Нил сделал себя редким, а Вальдис счастливо представлялся, выбирая каждого человека из описаний Клайва. Селестинка в команде Вальдиса, Сигрид, тихо извинялась за него.

— Не беспокойся, — сказал ей Джейсон. — Если Клайв говорит, что он в порядке, значит, всё в порядке.

— Не вините меня за это, — сказал Клайв. — Я никогда не говорил, что всё в порядке.

Джейсон и Сигрид оба посмотрели на него.

— Ладно, всё в порядке, — уступил Клайв. — Он просто, ну знаете, много. Одного из вас достаточно плохо.

— Кабальная служанка, — говорил Вальдис, приветствуя Софи с энтузиазмом. — Это странно. Это не грубо, сказать это, верно? Я имею в виду, это странно. Посмотрите на меня, однако. Это не то же самое, что быть принцем с восьмисотлетним отцом — это нормально.

— Да, — сказала Софи, — но одно странно тем, что люди дают тебе всё, что ты только можешь хотеть, а другое странно тем, что люди продолжают пытаться отдать меня мерзким мужчинам.

— Я вижу, как это отличается, — сказал Вальдис. — Теперь, когда ты говоришь это, однако, я слышал некоторые истории о принце Калюта и довольно нетрадиционном рынке скота…

— Вал, — сказала Сигрид многозначительно, прерывая его.

— Точно, да. Не должен говорить об этом. Приятно познакомиться, однако.

Следующей командой, которая нашла их и более вежливо попросила поделиться жильем, была команда Кина. Лидер команды Кина был явно в двух умах, но Кин был настойчив. Обнаружив присутствие принца Вальдиса, команда Кина стала значительно более воодушевленной.

Последней командой, которая присоединилась, была команда Падмы. Команда из Витесса уже была в городе, когда большинство команд прибыло, и слышала много историй, пока все остальные реорганизовывались. Падма хотела услышать больше о Фарре от Джейсона и убедила свою команду попросить, могут ли они разделить здание.

Это составило тридцать одного искателя приключений, превращая в остальном чрезмерное пятиэтажное здание в комфортное соответствие. С таким количеством людей Джейсон решил устроить импровизированное празднование достижения центра города и завербовал Вальдиса, чтобы вовлечь всех. Вскоре после этого все пять групп были на крыше, музыка играла благодаря записывающему кристаллу из коллекции Вальдиса.

— Я вроде как просто хотел спать, — сказала Бет.

— Думаю, все просто хотели спать, — сказал Хамфри.

— Так почему мы устраиваем вечеринку?

— Нас переголосовали Джейсон и принц.

— Как два человека могут переголосовать двадцать девять?

— Не уверен, — сказал Хамфри, — но думаю, нам, возможно, нужно держать этих двоих подальше друг от друга.

Компания, которую стоит ценить

Компания, которую стоит ценить

Поскольку именно они стали инициаторами вечеринки на крыше, Джейсон и Валдис взяли на себя снабжение. Джейсон организовал фуршет: расставил пару столов, выложил множество больших мисок с едой, щипцы и стопку тарелок. Он также позаботился о напитках, откупорив бочонки с вином, пивом и медовухой.

— У меня всего дюжина кружек, — объявил он, — так что надеюсь, у вас есть из чего пить.

Валдис совершил набег на пространственное хранилище своей помощницы Сигрид, откуда извлек целое море подушек, чтобы никому не пришлось сидеть на жесткой каменной крыше. Он также предоставил светящиеся камни на случай, если дневной свет угаснет, и записывающие кристаллы, полные музыки. Джейсон и Валдис стояли плечом к плечу, с удовлетворением оглядывая приготовления.

Тридцать искателей приключений общались, разделяя общую усталость после путешествия по городу. Моуз, кузен Бет, подошел к Джейсону и Валдису, встав рядом, чтобы тоже оценить их старания.

— Неплохо для древнего города посреди запечатанного астрального пространства, правда, Моуз? — весело спросил Джейсон.

— Это то, что вы принесли, чтобы исследовать астральное пространство, которое когда-то было домом для древнего ордена убийц? — уточнил Моуз.

Джейсон и Валдис обменялись понимающими кивками.

— Ага, — ответил Джейсон.

— В деле искателей приключений важно правильно расставлять приоритеты, — добавил Валдис.

Из пяти команд группа Валдиса держалась особняком. Они явно не понимали, почему Валдис решил разбить лагерь с местными командами, а не с более известными группами. Сигрид отвела его в сторону, чтобы убедить наладить связи с более видными командами. Она прекрасно знала, насколько бесполезно пытаться им командовать, но если начать заранее, то, возможно, через пару дней он действительно начнет прислушиваться.

— Я принц Зеркального королевства, — сказал ей Валдис. — Если я захочу встретиться с именитыми искателями приключений, я могу сделать это в любой момент.

— Вал, дело не во встрече, — возразила Сигрид. — Дело в налаживании связей.

— Согласен, — рассмеялся Валдис. — Смотри, Сиг. Связи налаживают, когда кто-то уже стал важной шишкой, и они просто становятся твоими знакомыми. А ты налаживай связь, когда они еще никто, и тогда они станут твоими друзьями.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты ведь по-настоящему знаешь только одного из этих людей, верно? С чего ты взял, что с ними стоит дружить?

— Назови это интуицией, — ответил Валдис. — Я провел достаточно времени с Клайвом, чтобы понять, какую компанию он предпочитает, и это компания, которую стоит ценить. Здесь сын Даниэль Геллер; на это грех жаловаться. И за этим Асано стоит приглядеть. Опасный тип.

— Правда? — спросила Сигрид, бросив скептический взгляд в сторону Джейсона.

— Скажи мне вот что, Сиг, — произнес Валдис. — У тебя есть двое мужчин, которые кромсают людей, как мясник туши, расправляясь с противниками пачками и оставляя после себя моря крови. Оба овладели смертоносными навыками, убивающими быстро, и ужасающими силами, убивающими медленно. Один из них целыми днями ходит во всем черном и почти не говорит. Трезвость убийцы. Другой отмывается, вкусно ужинает с друзьями и хорошо высыпается. За кем из этих двоих ты бы стала приглядывать?

— Ты довольно уверен в человеке, которого только что встретил.

— Он похож на меня, я чувствую это, — сказал Валдис. — То, как он наблюдает за людьми. То, как он кажется неуравновешенным, но на самом деле все контролирует. Не уверен, что он сам понимает, насколько сильно это делает. Внутри этого парня есть что-то темное, и он не хочет, чтобы это определяло его сущность. Я знаю это чувство. Наведи справки, и держу пари, ты обнаружишь, что он уже ронял тела, которые не были монстрами.

— Я уже навела, — сказала Сигрид. — И это так. Мне стоит приглядывать за ним?

— Нет, просто скажи парням, чтобы вели себя прилично. Его не пугает мое происхождение.

— А должно было бы.

— Будь милой, Сиг. Иномиряне — хорошие друзья, но ужасные враги.

Наступила ночь, и они активировали светящиеся камни, установленные ранее. Тридцать один уставший искатель приключений, наевшись до отвала и приложившись к напиткам, развалился на подушках в теплом ночном воздухе. С полными животами и полными кубками команда Валдиса наконец тоже расслабилась.

— Мистер Асано, — позвал Валдис, обращаясь ко всей группе с преувеличенным пьяным пафосом.

— Ваше королевское высочество, — отозвался Джейсон.

— До меня дошли слухи, — сказал Валдис, — что те довольно неудобные растительные монстры, с которыми мы столкнулись, на самом деле были единой гигантской сущностью. А еще я слышал, что именно ты убил ее.

— Строго говоря, это был не монстр, — спокойно ответил Джейсон. У него было выпивка бронзового ранга, которой он мог бы напиться, но не хотел рисковать похмельем. — Что касается того, что именно я убил его, то я был лишь одним из членов очень большой группы. Если бы все зависело только от меня, мы бы до сих пор сидели во внешнем городе и чесали свои задницы.

— Но именно твои способности уничтожили его.

— Это было просто удачное стечение обстоятельств: противник и специфическая природа моих способностей, — сказал Джейсон. — Он с таким же успехом мог оказаться полностью невосприимчив.

— Меня больше интересуют сокровища, которые ты получил из него, — сказала Эмили. Лучница из команды Бет не участвовала в битве, но слышала о совместном квесте от своих товарищей по команде. Нико, «тлеющий» из команды Бет, который присутствовал там, рассмеялся.

— Вам бы видеть лица всех присутствующих, — сказал он. — В один момент мы сражаемся за свои жизни против всех этих колючих щупалец, а в следующий — с неба начинают падать сокровища. Куча предметов, даже эссенции. Мне по голове прилетел целый мешок самоцветов растительной квинтэссенции. Мешок! Это было безумие.

— Люди немного злились, что добыча досталась только нам, — сказал Нил. — Джейсон в итоге раздал духовные монеты. Ну, те, которые все видели. Те из нас, у кого были пространственные хранилища, разделили остальное только между своими командами.

— Почему бы нам немного не похвастаться? — предложила Бет. — Я начну.

Она встала, взяв стоявшую рядом пространственную сумку. Она достала длинную робу и приложила ее к себе. Роба была зеленого и коричневого цвета с лесным узором и висела как платье. Цвета подчеркивали смуглую кожу, каштановые волосы и яркие зеленые глаза этой красивой эльфийки.

— Роба заклинателя бронзового ранга, — сказала она с сияющей улыбкой. — Она усиливает способности к растениям и ядам.

— Простите, откуда это взялось? — спросил Лэнс, лидер команды Падмы. — Сила мародерства?

— У нас с Нилом есть способности к мародерству, — сказал Джейсон, не давая никому выболтать больше информации о его способностях.

Люди, участвовавшие в рейде на растительного монстра, по очереди демонстрировали свою добычу, полученную в квесте по преодолению этого препятствия. Результаты не просто обхода растения, а его полного уничтожения, принесли впечатляющую компенсацию. Были наборы доспехов, оружия и предметов, влияющих на способности эссенций, обычно с каким-то растительным аспектом. Хадсон, пользователь эссенции земли из команды Бет, получил браслет, похожий на обвивающую лозу, который добавлял эффекты к его способностям призыва земли. Джейсон раздобыл похожий браслет из лозы, который мог создавать различные виды призыва лоз.

Все магическое снаряжение было бронзового ранга, как и растительное существо, поэтому никто из них пока не мог им воспользоваться. Зато у них был задел на будущее, когда они повысят свой ранг. А еще были эссенции. Джейсон достал пару зеленых кубов и положил их перед собой, где сидел, скрестив ноги, на своей подушке. Оба были зелеными, один — эфемерный и переливающийся, словно куб был наполнен жидкостью. Другой казался более твердым, похожим на опал с насыщенным зеленым цветом в основе, подкрепленным сочными, перекрывающимися оттенками более темного зеленого.

— Эссенции растений и роста, — сказал Джейсон. — Обе довольно обычные.

— Разве не было третьей? — спросила Бет.

— Действительно, была, — сказал Джейсон, с шиком достав из инвентаря третий куб и положив его рядом с остальными. Он был цвета открытого летнего неба, с облаками, которые, казалось, плавали внутри куба.

— Эссенция простора, — сказал Джейсон. — Эта — редчайшая из всех.

— Сколько ты за нее хочешь? — тут же спросил Валдис, с жадностью подавшись вперед.

— Что скажешь, Клайв? — спросил Джейсон. — Стоит нам заключить с ним сделку?

— Боги, нет, — ответил Клайв. — Обобрать его до нитки.

Группа разразилась смехом из-за преувеличенно оскорбленного вида, который Валдис принял, глядя на Клайва. Демонстрация добычи продолжилась: каждый хвастался тем, что удалось собрать за время путешествия по городу, сопровождая это историями о трудностях, с которыми пришлось столкнуться ради этих сокровищ.

Рассказы завершились тем, что Валдис и Клайв пересказали свое восхождение на башню и предметы, найденные на вершине. Валдис поведал об этом в форме эпической саги, а Клайв вызывал смех, периодически вставляя более приземленные описания. Наконец, их история дошла до невероятной находки предметов роста у основания статуй зданий, и Валдис указал Клайву, что это именно та добыча, о которой он им говорил.

Они закончили рассказ презентацией последней пары предметов ошарашенному Нилу. Первым был шар размером с кулак, а вторым — золотой обруч с синим камнем, вставленным в лоб. Благодаря способности Джейсона, Нил мог сразу увидеть их эффекты. Он начал с осмотра сферы.

Предмет: [Сфера стража] (железный ранг [рост], легендарный)

Объект, обладающий силой очищать энергию барьера до ее совершенной формы (инструмент, сфера).

Эффект: Увеличивает эффект способностей эссенции, основанных на щите.

Эффект: Время восстановления способностей эссенции, основанных на щите, сокращается.

Эффект: При использовании одновременно [Сферы стража] и [Короны стража], ваши способности щита даруют эффект исцеления со временем.

— Ну, это просто нелепо, — сказал он, а затем посмотрел на обруч.

Предмет: [Корона стража] (железный ранг [рост], легендарный)

Головной убор короля стражей (аксессуар, обруч).

Эффект: Восстановление маны увеличено. Скорость восстановления маны кратковременно увеличивается после использования способности эссенции, основанной на щите.

Эффект: Стоимость маны способностей эссенции, основанных на щите, снижена.

Эффект: При использовании одновременно [Сферы стража] и [Короны стража], ваши способности щита даруют эффект маны со временем.

— И это тоже, — сказал он, глядя на Клайва. — Вы не можете просто отдать их мне.

— Конечно, могу, — ответил Клайв, как будто это было самое очевидное в мире. — Ты в нашей команде.

Нил оглянулся на остальных членов своей команды. Хамфри ободряюще кивнул. У Джейсона была обычная, самодовольная ухмылка, которая вызывала у Нила почти постоянное желание ударить его по лицу. Софи просто пожала плечами.

— Спасибо, — сказал Нил Клайву. — Правда, спасибо.

— Отплати нам тем, что сохранишь нам жизнь, — сказал Клайв.

— И тебе придется купить новую одежду, — добавил Джейсон. — Золотая повязка с огромным камнем посередине — это смелый образ. Тебе придется подбирать гардероб под нее.

* * * На следующий день искатели приключений хлынули в центр города, словно поток воды. Казалось бы, более целостный вид зданий должен был указывать на наличие остатков сокровищ, но день, проведенный командами в поисках, принес лишь несколько эссенций и камней пробуждения на всех, доказав обратное. Команды в здании Джейсона не участвовали в поисках в этот день, во многом из-за похмелья. Валдис горел желанием участвовать, но его команда была скорее верной, чем послушной — они коллективно послали его подальше, прежде чем снова заползти в свои лагерные спальники.

Те, кто перенес ночные празднества лучше, все равно были измотаны. Были дни, когда каждое мгновение, не потраченное на сражения, они все равно оставались в полной боевой готовности. Они были рады присоединиться к страдающим от похмелья, оставаясь в своих спальных мешках до тех пор, пока солнце не поднялось высоко в небо. Поздним утром на крыше прошла групповая медитация; Валдис провел дюжину искателей приключений через медитацию «танец меча», очень похожую на ту, которой Руфус учил Джейсона. Учитывая атлетическую привлекательность искателей приключений в целом, Джейсон чувствовал, что каким-то образом присоединился к группе моделей, занимающихся тай-чи в парке.

Искатели приключений, прочесавшие центральную часть города, делились безрезультатностью своих поисков, общаясь на площади башни вечером. Большинство команд на следующий день будут искать в более отдаленных местах, возвращаясь во внешний город, где охота за сокровищами оказалась более прибыльной.

Команды Джейсона и Бет решили остаться на месте, отмахнувшись от команд Кина, Падмы и Валдиса в их «поисках эпической добычи». Вместо того чтобы рисковать, что случится что-то еще, группы Джейсона и Бет предпочли потратить время на восстановление своей лучшей формы перед тем, как откроются финальные испытания.

Бет, Хамфри, Джейсон, Клайв и Нил проводили томный день в тени верхнего уровня своего здания. Они сидели у окна на подушках, которые Валдис оставил после вечеринки. Сторона здания была открыта, словно там не хватало эркера, что позволяло им смотреть на центральную башню, внутри которой находились финальные испытания. С крыши над ними они слышали, как Софи тренируется с остальной командой Бет.

— Как вы думаете, почему все остальные испытания становятся доступны только в последний день? — размышляла Бет.

— Очевидно, что город сам по себе является основным компонентом испытания, — сказал Хамфри. — Я полагаю, что в башне есть более прямые, специфические тесты. Тень действительно сказал нам в самом начале, что цель испытаний — проверить пять добродетелей. Выбор, брать или не брать предложенные им предметы, был первым испытанием, а достижение башни — вторым. По-видимому, в башне осталось еще три испытания.

— Мне любопытно следующее, — сказал Нил. — Испытание для тех, кто выбрал мужество, теперь должно быть легче. Я не использовал предметы, которые дала мне Тень. Это заставляет меня жалеть, что я их взял.

— Не знаю насчет этого, — сказал Джейсон. — Мы все сделали смелые шаги, чтобы добраться сюда. Сделали бы мы это, если бы у нас не было спасительных защит? Даже с ними люди погибали. Не уверен, что я был бы готов пойти на те риски, на которые пошел без них.

— Кто-нибудь из вас выбрал путь мужества? — спросил Клайв. — Я знаю, Валдис выбрал.

Остальные покачали головами.

Когда солнце село, перед ними появилась Тень.

— Приветствую, искатели приключений. Я являюсь перед вами, чтобы объявить, что второе испытание подходит к концу через один день. Любой, кто будет присутствовать на площади башни в центре города, когда завтра зайдет солнце, пройдет его. Те, кто не достигнет ее к этому времени, могут уйти с помощью медальона побега. Тем, у кого нет медальонов, они будут предоставлены. Однако их необходимо использовать до того, как испытания полностью закроются, иначе вы окажетесь в ловушке внутри. В качестве последнего примечания, награда за второе испытание будет выдана завтра, когда завершится второе испытание.

— Еще один день, — сказал Хамфри. — Было хорошо отдохнуть и восстановиться, но стоит ли нам завтра присоединиться к охоте за сокровищами?

— Плохая идея, — сказала Софи, спускаясь по лестнице неподалеку. Она была вся в поту и налила себе стакан сока из угощений, которые выставил Джейсон.

— Это не только последний день для поиска сокровищ, — продолжила она после того, как сделала большой глоток. — Это также последний день, чтобы тихо устранить конкурентов. В любом случае, есть большая вероятность, что нам придется убить кого-то, прежде чем они убьют нас, если мы отправимся туда. Я бы предпочла остаться здесь.

— Возможно, мы могли бы пообщаться с другими группами искателей приключений, которые остались, как и мы, — предложил Хамфри. — Большинство команд моей семьи заняли пару зданий недалеко отсюда, и некоторые другие иностранные искатели приключений были поблизости.

— Не самая худшая идея, — сказала Бет. — Хотя мне любопытна эта награда за испытание. Как думаете, что это?

— Специальное снаряжение, может быть? — предположил Клайв. — Это место изначально было тренировочной площадкой для стажеров-убийц, верно? Было бы логично, если бы они получили какую-то награду за вступление в орден, вроде униформы или чего-то в этом роде.

— Была бы у тайных убийц униформа? — спросил Нил.

— Вероятно, нет, теперь, когда ты это сказал, — признал Клайв.

— Камни пробуждения, — сказал Джейсон. — Я уверен, что Эмир знает больше, чем сказал нам, и он не раз намекал мне, что будет шанс получить необычные камни пробуждения.

— В этом есть смысл, — сказал Клайв, с энтузиазмом присаживаясь. — Великие астральные существа не могут создавать эссенции так, как боги, но они могут производить свои собственные камни пробуждения.

— У меня нет интереса к божественным эссенциям и камням пробуждения, — сказал Джейсон. — Идея о том, что какой-то бог заберет мои магические силы, мне не нравится.

— Нет, в этом-то и интерес, — сказал Клайв. — Камни, которые производят астральные существа, — это не божественные камни, которые астральные существа могут отозвать. Это просто обычные камни пробуждения, чей аспект совпадает с соответствующим великим астральным существом. Я сам использовал некоторые из них, хотя Небесная Книга гораздо более доступна, чем Жнец. Вопрос в том, какие силы даровало бы высшее астральное существо смерти?

— Силы вроде способностей Джейсона, я полагаю, — сказал Нил.

— Думаю, нам придется подождать и увидеть, — сказал Джейсон. — Хотя не думаю, что мы будем использовать их, пока испытания не закончатся.

— Это был бы разумный подход, — согласился Клайв. — Хотя люди будут нетерпеливы узнать, что они делают.

— Да, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, найдется куча людей, которых будет раздражать, сколько времени потребуется, чтобы выяснить, что делают найденные здесь камни пробуждения.

Тот, кто сражается с чудовищами

Тот, кто сражается с чудовищами

В самом сердце города, на площади башни, собралась толпа искателей приключений, когда солнце опустилось за горизонт. Сбившись в команды, они образовали кольцо вокруг грандиозной башни в центре площади. Хотя простая кирпичная кладка башни не впечатляла, ее огромная высота и ширина заставляли ее возвышаться над всем остальным в центральной части города.

Группа Джейсона теперь воссоединилась, с добавлением Джори, чья собственная группа уже сбежала из испытаний. Команды Кина, Валдиса, Падмы и Бет собрались вокруг них, ожидая вместе со всеми остальными следующего этапа испытаний.

Квест: [Второе испытание]

Цель выполнена: Достичь центра Города Павших Отголосков 1/1.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Зонт ритуалиста] добавлен в ваш инвентарь.

Другие члены команды Джейсона также получили предметы. У Хамфри и Клайва были личные пространственные хранилища, в которых они появились, в то время как награды Софи, Нила и Джори выпали прямо из воздуха. Они начали сравнивать предметы.

— У меня пояс, который накапливает силу по мере моего движения, — сказала Софи, уже повязывая его вокруг талии. — Я могу высвободить накопленную силу как одну атаку.

— Я получил жезл, который призывает и мечет металлические иглы, — сказал Джори.

— Ты умеешь пользоваться жезлами? — спросил Нил.

— Да, у меня та же способность использовать предметы, что и у Клайва, — ответил Джори. — Но я не занимаю высокого положения в Магическом обществе, поэтому не могу запрашивать магические транспортные средства, когда захочу, чтобы кататься по дельте.

Клайв смущенно почесал затылок.

— Если вы все получили такие хорошие вещи, почему я получил зонт? — спросил Джейсон.

— Зонт? — переспросил Хамфри.

— Ага, — сказал Джейсон, доставая его из инвентаря. Он выглядел качественно, с рукояткой и спицами из бледно-голубого, легкого металла. Ткань была плотной и гораздо более темного синего цвета, чем рукоятка. Когда Джейсон открыл зонт, он обнаружил на нем магическую диаграмму, начертанную серебром.

Предмет: [Зонт ритуалиста] (железный ранг, эпический)

Устройство, созданное для повышения удобства использования ритуалов в полевых условиях (инструмент, зонт).

Эффект: В открытом состоянии парит в воздухе и следует за человеком, который его открыл.

Эффект: Отталкивает жидкость в открытом состоянии, одновременно извлекая пригодный для дыхания воздух из окружающих жидкостей. Можно использовать для подводного путешествия, но не обеспечивает движущей силы.

Эффект: Гармонизирует окружающую магию в открытом состоянии, достаточно, чтобы облегчить проведение ритуалов железного и бронзового рангов. Использование магии поблизости может нарушить этот эффект.

— Беру свои слова назад, — сказал Джейсон. — Эта штука потрясающая.

— Возможно, нам стоит разобраться с этим позже, — сказал Нил. — Мы привлекаем немного внимания.

Как и сказал Нил, искатели приключений поблизости смотрели в их сторону.

— Хорошо подметил, Нил, — сказал Джейсон, убирая зонт.

Вскоре после этого внимание искателей приключений переключилось с группы Джейсона на их истинную цель пребывания там, когда появилась Тень — но не одна. По одной Тени для каждой присутствующей команды искателей.

— Поздравляю, — сказали Тени. Они говорили тихо, но их голоса разносились по площади, жутко накладываясь друг на друга. — Вы пережили второе испытание, и пришло время для наград.

Тени раздали черные камни пробуждения, по одному каждому искателю приключений. В руках они почти не ощущались, словно их там и не было. Черный цвет камня был не столько цветом, сколько отсутствием, той же поглощающей свет тьмой, которую мог создавать плащ Джейсона.

Предмет: [Камень пробуждения Жнеца] (без ранга, легендарный)

Камень пробуждения, разделяющий сродство со Жнецом (расходуемый, камень пробуждения).

Требования: Непробужденная способность эссенции.

Эффект: Пробуждает способность эссенции.

У вас 3 непробужденные способности эссенции.

— Высшая редкость, — с волнением сказал Клайв. — Это означает, что список способностей, которые он может пробудить, намного меньше обычного, обычно ограниченный всего одним или двумя типами.

Джейсон и Клайв были не единственными искателями приключений со способностью идентифицировать предметы, и по толпе пронесся шепот, когда распространился слух, что все они получили легендарный камень пробуждения.

— Ты выглядишь взволнованным для того, кто не может его использовать, — сказал Нил Клайву.

— Клайва больше интересуют новые знания, чем новая сила, — сказал Джейсон.

— Именно, — подтвердил Клайв. — Вы знаете, насколько редка эта возможность? Информация о самых редких эссенциях и камнях пробуждения невероятно ограничена, потому что лишь немногие люди когда-либо получают шанс использовать их, и эти люди могут не иметь никакого интереса помогать Магическому обществу заполнять свои записи. Но посмотрите, сколько людей у нас здесь! Мы получим так много информации о том, кто получил какую силу, среди разных рас и эссенций. Это будет великолепно.

— Что ты тогда будешь делать со своим камнем? — спросил Хамфри.

— Пока у нас нет лучших записей, — сказал Клайв, — я могу только предположить, что камень пробуждения Жнеца лучше всего подойдет Джейсону.

Клайв легко подбросил свой камень Джейсону.

— Спасибо, Клайв, — радостно сказал Джейсон.

— Ну, я знаю, что ты некоторое время воздерживался от новых камней пробуждения, — сказал Клайв. — Кроме того, дополнительный образец того, что получает от него иномирянин, был бы очень ценен.

— Теперь твои мотивы стали ясны, — сказал Джейсон. — Полагаю, дальше ты будешь просить куски плоти, чтобы сравнить плоть иномирянина с плотью обычных людей.

— Это неплохая идея, теперь, когда ты сказал, — задумчиво произнес Клайв, потирая подбородок. — Что-нибудь из туловища было бы лучше всего, может быть, срезать немного внутренних органов.

— Ни за что, — сказал Джейсон.

— Мы могли бы исцелить тебя обратно, — сказал Клайв. — Верно, Нил?

— Пока я могу смотреть, как ты отрезаешь кусочки, я готов участвовать.

— Я сказал «нет».

— Мы могли бы погрузить тебя в магический сон, — сказал Клайв.

— Если вы хотя бы попытаетесь, я сдам вас Обществу искателей приключений за некромантию.

— Я в том же положении, что и ты, пробудив все свои способности, — сказал Джори, возвращая разговор в нужное русло. — Думаю, я отдам свой камень Белинде, так как она скоро будет получать свои собственные эссенции.

— Спасибо, — сказала Софи.

— Следующее испытание, — сказали Тени, привлекая всеобщее внимание, — проверит мудрость или мужество. Для тех, кто выбрал путь мужества в начале, ваша смелость будет вознаграждена сейчас. Испытание мудрости теперь перед вами, и вы можете пройти его без страха. Если вашего суждения будет недостаточно для выполнения задачи, в неудаче нет никакой опасности. Вас просто выведут с территории испытаний в полной безопасности.

Башня, которую окружили искатели приключений, была из пустой кирпичной кладки, но с громким скрежетом камня это начало меняться. Кирпичи выдвигались из стен или отступали назад, образуя серию прямоугольных дверных проемов. Каждый второй дверной проем открывался, медленно уходя вверх в потолок, открывая темные проходы за ними. Остальные оставались закрытыми, кирпичная кладка отмечала их положение.

— Те, кто выбрал мужество, — сказали Тени, — выберите дверь и пройдите сквозь нее. Каждый должен встретиться со своим испытанием индивидуально, и вы должны каждый выбрать дверь для себя, и только для себя.

— Это только мне кажется, или эта странная манера говорить делает все еще более зловещим? — спросил Джейсон. — Не поймите меня неправильно, древняя башня испытаний в разрушенном межпространственном городе убийц и так достаточно зловеща, но это, кажется, ставит точку.

— Он всегда такой? — спросила Сигрид.

— В основном, — ответил ей Хамфри.

Сигрид перевела взгляд с Джейсона на Валдиса, слегка вздрогнув.

Слова Тени вызвали гул среди искателей приключений, которым, только что воссоединившим свои команды, снова требовалось разделиться. Вскоре первый человек шагнул вперед, чтобы принять вызов. Предсказуемо, это был Валдис, за которым быстро последовали другие. Они составляли лишь малую часть собравшихся искателей приключений. Только один из пяти или шести выбрал путь мужества с самого начала.

Искатели приключений выбрали свои двери и прошли сквозь них, камень медленно опускался обратно за ними. Однако в одном случае дверь с грохотом захлопнулась, не за искателем приключений, а прямо на нем, легко раздавив его насмерть.

— Испытание мудрости для тех, кто уже выбрал мужество, — объявили Тени. — Те, кто не желает проходить испытание мужества, могут уйти в безопасности. Те, кто стремится двигаться вперед, не доказав свое мужество, увидят, что этот выбор также демонстрирует недостаток мудрости.

Ряд других искателей приключений, которые двигались вперед, поспешно отступили к основной группе.

Когда последний из искателей приключений выбрал дверь или вернулся в группу, оставшиеся двери закрылись, а альтернативные открылись.

— Испытание мужества не для сомневающихся, — предупредила Тень. — Каждый из вас столкнется с сущностью, известной как кошмарная карга. Это сущности алмазного ранга из астрала, которые не имеют физического существования в этом месте и не могут причинить вам вред напрямую. Что они могут делать, так это искажать реальность вокруг вас, проявляя то, чего вы боитесь больше всего. Если вы не сможете встретиться лицом к лицу с этим страхом, он определенно убьет вас.

Короткие линии темной энергии появились на земле вокруг башни. Поднимаясь из линий, возник ряд арок, каждая из которых была сделана из цельного куска глянцевого обсидиана. Темные линии, из которых они появились, поднялись, чтобы заполнить арки поглощающей тьмой. Каждая арка теперь была идентична той, что впервые привела искателей приключений в город.

— Эти теневые врата вернут вас к башням арок, — объявили Тени. — Если вы не желаете проходить следующее испытание, эти врата вернут вас к башням арок. Вы можете затем использовать врата башни, чтобы покинуть город. Если пожелаете, вы можете использовать этот последний день, чтобы продолжить исследовать город, но знайте, что если вы останетесь здесь, когда завтра зайдет солнце, то здесь вы и останетесь.

— Я пас, — сказал Нил, как только Тень закончила говорить. — Я не настолько глуп, чтобы думать, что смогу победить всех этих других искателей приключений, и я не собираюсь умирать, пытаясь. К тому же, быть убитым собственными страхами — это буквально худший способ умереть, который я могу себе представить.

— Как и я, — сказал Клайв. — По тем же самым причинам.

— Я тоже, — сказал Джори. — Между рецептом, который я нашел, и достаточным количеством растительной квинтэссенции, чтобы заполнить тачку, я получил все, что мог желать, и даже больше от этого места.

— Я тоже не пойду, — сказала Софи. — Мне удалось избежать некоторых неприятных судеб за последний год, и у меня нет интереса к тому, чтобы какая-то магическая тетка-призрак бросила меня во все то, от чего я так отчаянно пыталась сбежать.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — Только ты и я, Хамфри?

— Да, — сказал Хамфри. — Моя семья оберегала меня от многого. Я никогда не сталкивался с теми испытаниями, с которыми сталкивалась ты, Софи. Если я хочу быть хорошим искателем приключений, мне нужно встретиться лицом к лицу со своими страхами, в какой бы форме они ни проявились.

Квест: [Третье испытание]

Испытание мужества поставит вас лицом к лицу с вашим величайшим страхом. Решимость поможет вам пройти, в то время как отсутствие воли приведет вас к смерти.

Цель: Успешно противостоять своему величайшему страху.

Награда: Случайный магический предмет.

— Я уже знаю, в чем мой величайший страх, — сказал Джейсон. — Он не представляет для меня угрозы.

— Это предполагает, что на самом деле это не твой величайший страх, — сказал Нил.

— Нет, — сказал Джейсон, — это он. Увидимся на той стороне.

С этими словами он зашагал к открытым дверям. Хамфри кивнул на прощание и сделал то же самое. Вместе со многими другими искателями приключений они выбрали дверной проем и прошли сквозь него. Двери закрылись за ними с окончательностью.

* * * Хамфри пришел в сознание, растянувшись на мягкой земле. В голове звенело, а тело ныло. Воздух был полон шума и густ от привкуса крови. Визги страха и боли перемежались с визгом и ревом монстров.

Он вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам. Сначала он не понял, где находится, а потом осознал, что не узнал свой дом, потому что тот был полуразрушен и охвачен огнем. Он был снаружи главного здания, окруженный трупами людей, которых он узнавал. Некоторые были обожжены, другие растерзаны монстрами, но все лежали мертвыми там, где упали.

Он видел полдюжины монстров прямо оттуда, где стоял, и слышал еще многих за пределами видимости. Он начал двигаться, призывая свой меч в руки. Он начал резню, одного монстра за другим, но им не было конца. Пробиваясь через территорию, он находил только монстров и мертвецов. Свою команду, своих друзей, свою семью. Наконец он нашел свою мать, цепляющуюся за последние остатки жизни.

— Ты должен был стать лучшим из нас! — обвинила она с хриплым предсмертным вздохом. — Ты оказался недостаточно силен! Ты подвел нас…

Пока он смотрел, как она умирает, монстры бросились на него. Вместо того чтобы сражаться, он позволил мечу выпасть из рук, оглядывая монстров, бросающихся на него.

— Нет, — сказал он ровно, с каменным лицом и острым взглядом. — Я не позволю этому случиться. Я буду достаточно силен.

Мир вокруг него замерцал, как мираж, и исчез, оставив его в темноте. Он достал светящийся камень, осветив свое местоположение — круглая комната из той же кирпичной кладки, что и башня. Рядом стояла Тень, а также клетка с серебряными прутьями, испещренными золотыми рунами. Внутри была фигура, очень похожая на Джейсона в его теневом плаще, хотя этот плащ тьмы казался рваным и потрепанным. Из комнаты было два выхода, оба в виде ниш в стенах. Один вел вверх, другой вниз.

— Поздравляю с прохождением третьего испытания, — сказала ему Тень.

* * * Джейсон поднялся по лестнице в темную, круглую, пустую комнату. Там была еще одна лестница, в нише, как и та, из которой он вышел. Вниз по лестнице в комнату вошел человек — сам Джейсон, но другой. Его черты лица были более красивыми, с большим сходством с братом. Его боевые одежды были более сложными и в оттенках темно-фиолетового и золотого, вместо серого. На бедре у него был меч, который идеально соответствовал тому, что был у самого Джейсона. На голове была простая корона из темного золота.

Два Джейсона подошли ближе, оценивая друг друга.

— Мои скромные начинания, — сказал другой Джейсон. — Надо же встретиться здесь. Но ты знал, что встретишься, так же как знаешь, что однажды ты станешь мной.

— Ты не неизбежен.

— Разве? Может быть, если бы ты все бросил и вел тихую жизнь, но мы оба знаем, что ты этого не сделаешь. У тебя этот комплекс героя. Эта потребность чувствовать себя важным.

Другой Джейсон рассмеялся.

— Ты не можешь скрыть это от меня, — продолжил он. — Ты продолжишь эту жизнь, и ты знаешь, что тебе придется делать трудный выбор. Ты будешь продолжать делать его, потому что в глубине души тебе это нравится. Тебе нравится, насколько важным тебя делает то, что ты находишься в центре всего. И рано или поздно это приведет тебя ко мне. Как говорится? Тот, кто сражается с чудовищами, должен следить за тем, чтобы самому не стать чудовищем?

— Не притворяйся, что читал Ницше, — сказал Джейсон своему двойнику. — Ты взял это из видеоигры.

— Я — это ты из будущего, — сказал двойник. — Я совершил всевозможные вещи, которые ты еще не совершил.

— Но ты не читал Ницше, — сказал Джейсон. — Превращение в злодея не сильно меня изменило.

Двойник рассмеялся. — Справедливо. Но я не злой, знаешь ли. Я просто потерял свои иллюзии.

— В иллюзиях нет ничего плохого. Справедливость — это иллюзия. Цивилизация, мораль. Это иллюзии, на которые мы все соглашаемся, потому что они делают нас лучше.

— Действительно ли? Ты думаешь, люди не разочаруют тебя? Они всегда не дотягивают. У меня есть сила исправить это, и у тебя тоже будет.

— Это то, ради чего корона? Ты какой-то мелкий диктатор?

— Что-то вроде того, — сказал Другой Джейсон. — Демократия — это кучка доверчивых идиотов, которых эксплуатируют эгоистичные и аморальные люди. Когда у тебя есть сила взять контроль, ты можешь все исправить.

— Могу ли? — спросил Джейсон. — Ты был прав насчет того, что люди всегда не дотягивают, и это включает нас. Я часто не дотягивал, но ты явно скатился до самого дна.

— Так ты думаешь сейчас. Сколько плохих дней отделяет тебя от того, чтобы стать мной?

— Это из Бэтмена, — сказал Джейсон. — Причем даже не из хорошего Бэтмена.

— Тебе не нравится «Убийственная шутка»? Я забыл, каким социальным нытиком я был.

— Ладно, закончили, — сказал Джейсон. — Я точно не превращусь в тебя.

— Ты уверен? — спросил Другой Джейсон, приближаясь со зловещей ухмылкой. Он остановился, когда они оба осознали, что двойник выше, затем Другой Джейсон ухмыльнулся.

— Похоже, я лучше оригинала во всех отношениях. Хочешь измерить…

— Даже не думай, — сказал Джейсон. — Ты знаешь, что Кайто все равно выше нас.

— О, я разобрался с нашим дорогим старшим братом. Этот человек женился на любви всей нашей жизни.

— Как ты до сих пор не пережил это, когда я пережил? К тому же, если вы расстаетесь в девятнадцать, это не любовь всей вашей жизни. Это была любовь вашей юности.

— Ты продолжай говорить себе это, потому что ты слишком слаб, чтобы что-то с этим сделать, — сказал Другой Джейсон. — Ты станешь сильнее, не бойся.

— Серьезно? «Не бойся» во время испытания страхом? У злого меня слабые шутки.

— Эй, я просто физическое воплощение твоих страхов, — сказал Другой Джейсон. — Все, что я делаю, — на твоей совести.

— Разве ты не должен меня запугивать?

— Это сработало бы?

— Нет. Хорошо, что я, кажется, перерос эту фазу «чуни».

— Да, там стало довольно плохо, — признал Другой Джейсон.

— Если ты — будущий я, я когда-нибудь вернулся домой?

— Я на самом деле не из будущего, — сказал Другой Джейсон.

— Верно. Ты — проявление моего потенциального будущего «я».

Третья фигура замерцала и появилась на месте. Это была фигура из тьмы в рваном плаще.

— Убей его! — прошипела она двойнику Джейсона.

— О, мамочка недовольна, — сказал Другой Джейсон.

— Это… как ее называли? — спросил Джейсон.

— Кошмарная карга. Да, это она. Она на самом деле не контролирует то, что создает, и она не очень умна. Зачем мне убивать тебя до того, как у тебя появится шанс превратиться в меня? Это как если бы твои страхи победили самих себя.

— УБЕЙ ЕГО! — снова прошипела карга, звук заполнил камеру.

Рука двойника дернулась в сторону меча на бедре, его лицо исказилось от внезапной ярости. Его рука завершила движение к мечу, который он выхватил, обратив яростный взгляд на каргу.

— НИКТО НЕ УКАЗЫВАЕТ МНЕ, ЧТО ДЕЛАТЬ! — взревел он, нанося удар мечом. Он полоснул по эфемерной карге, и она, и двойник исчезли. На их месте были Тень и пустая клетка.

Квест: [Третье испытание]

Цель выполнена: Успешно противостоять своему величайшему страху 1/1.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Истинный свет] добавлен в ваш инвентарь.

— Поздравляю с прохождением третьего испытания, — сказала Тень, когда Джейсон достал свой новый предмет, чтобы изучить его. Это был кусок золотого кристалла размером с кулак.

Предмет: [Истинный свет] (алмазный ранг, редкий)

Истинный свет солнца, пойманный в одном моменте (расходуемый, кристаллизованный свет).

Эффект: Потребление высвобождает истинный свет Солнца.

Джейсон приподнял бровь при виде ранга предмета, хотя он не был уверен, насколько он будет полезен. Может быть, он производил какой-то мощный, жгучий свет, но он не мог использовать его, чтобы узнать.

— Испытание должно было пройти так? — спросил Джейсон, снова убирая предмет.

— Что есть, то есть, и идет как идет, — сказала Тень. — Убийцы адаптируются к своей ситуации.

— Я не убийца.

— И все же ты здесь, проходишь испытания убийцы.

— Это правда. Я уже некоторое время думал, что со всем этим что-то не так.

Непримиримые идеалы

Непримиримые идеалы

Тень повела Джейсона наверх в квадратную комнату. Лестница выходила из ниши посередине одной стены, с запечатанной дверью на противоположной стене. Стены по обе стороны были покрыты квадратными панелями, отмеченными тем, что выглядело как перемешанные сегменты созвездий. На стенах и полу были изображения созвездий, которые были целыми и в порядке. Джейсон собирался войти в комнату, когда Тень остановила его.

— Как только ты войдешь в эту комнату, — предупредила Тень, — начнется следующее испытание.

Квест: [Четвертое испытание]

Испытание интеллекта проверит, достаточно ли ваш разум не только остр, но и спокоен, чтобы спасти вас от ужасной участи.

Цель: Успешно решить комнату-головоломку.

Награда: Случайный магический предмет.

— Добродетель, которую проверит это испытание, — интеллект, — продолжила Тень. — Если вы не сможете пройти этот тест в течение установленного времени, вы умрете.

— Снова «успех или смерть»?

— Ордену Жнеца нужны те, кто не просто разумен, но кто может использовать свой интеллект под давлением. Интеллект, который подводит, когда это важнее всего, бесполезен. Хотя Ордена может уже не быть, остались их испытания и их стандарты, которых вы должны достичь.

— Итак, каков лимит времени?

— Это станет ясно, как только начнется испытание. Если вы хотите отказаться в этот момент, вы можете. Я вызову врата и позволю вам уйти. Однако, как только вы примете испытание, я больше этого не сделаю. Остающиеся вопросы тогда: насколько умным вы себя считаете, и правы ли вы?

Джейсон сделал долгий, успокаивающий вдох, глядя в комнату.

— Это сложный вопрос, не так ли? — сказал Джейсон. — У людей есть склонность переоценивать собственный интеллект. Я уверен, что ничем не отличаюсь. Я имею в виду, я думаю, что я довольно сообразительный, но действительно ли я верю в это в глубине души?

— У вас есть день, чтобы завершить финальные испытания, — сказала Тень, пока Джейсон размышлял, насколько оправдана его уверенность в себе. — У вас есть время подумать.

— Нет, я в порядке, — сказал Джейсон, разминая плечи, когда он укрепил свою решимость. — Если я собираюсь быть тем типом искателя приключений — тем типом человека, — которым хочу быть, я собираюсь столкнуться с более сложными вызовами, чем этот.

Тень отошла в сторону, и Джейсон собрался двинуться вперед, но остановился.

— На самом деле, — сказал он, — думаю, я воспользуюсь временем, чтобы остановиться и подумать.

Тень была нечетким силуэтом, но Джейсон каким-то образом почувствовал ироничную улыбку, исходящую от теневого наблюдателя.

— Очень хорошо, Джейсон Асано. Когда будете готовы начать, войдите в комнату.

Тень исчезла, и Джейсон повернулся к комнате. Он осмотрел узоры созвездий на потолке и полу, затем сравнил их со стенами. Судя по всему, ему нужно было сдвинуть квадратные настенные панели, чтобы составить правильные узоры, основываясь на полных узорах на потолке и полу. Он осмотрел все, проверяя совпадения и различия, видя, как узоры сочетаются друг с другом.

Узор на полу отличался от узора на потолке. Его первым предположением было, что хитрость заключается в том, чтобы выяснить, какая стена будет соответствовать какому узору, а затем сопоставить их. Но продолжая смотреть, он понял, что ни на одной из стен нет правильных частей, чтобы соответствовать узорам. Теперь, когда он понял, что дело не в сопоставлении изображений, Джейсон посмотрел на созвездия в поисках других закономерностей.

Наконец, его лицо расплылось в широкой ухмылке. Созвездия, понял он, были просто маскировкой. Сами звезды составляли числовой узор. Осмотрев стены, чтобы убедиться, он потратил изрядное количество времени, проверяя, что может заставить всю комнату соответствовать узору, а затем шагнул внутрь.

В тот момент, когда его нога коснулась пола, каменная плита начала опускаться, чтобы запечатать нишу, запирая его в комнате. Узорчатые стены затем начали грохотать, медленно двигаясь навстречу друг другу с рокотом камня.

— Комната-головоломка со сжимающимися стенами! Погоди, сосредоточься, Джейсон!

Он бросился к одной из стен и начал сдвигать панели. Они были тяжелыми, но двигались хорошо, по-видимому, хорошо смазанные, несмотря на столетия бездействия. Уже наметив нужные ему узоры, он работал быстро, пока стена медленно давила на него. Он закончил первую стену и, быстро проверив свою работу, перешел к другой.

Стены медленно сближались, но комната была уже на треть меньше, чем когда он начал. Увидев это, он понял, что остановка снаружи комнаты была обязательной частью теста. Мало того, что ему не хватило бы времени, если бы он вошел, не зная, что делать, но сдвигающиеся стены уже скрывали части узоров потолка и пола.

Он принялся за вторую стену, практика позволяла ему двигаться быстрее. Он с облегчением установил последнюю панель на место.

Но стены не перестали двигаться.

— Что? — спросил он, в панике осматривая стены.

— Это правильно, это правильно! — сказал он пустой комнате.

Его глаза метались по узорам. — Это неправильно!

Он безумно начал сдвигать панели, одновременно укоряя себя.

— Четыре идет перед пятью, идиот! Ты не будешь раздавлен насмерть только потому, что не знаешь, как работает счет!

Исправив узор, стены остановились, комната стала вдвое меньше своей первоначальной ширины. Джейсон издал дрожащий вздох, когда стены отступили.

Квест: [Четвертое испытание]

Цель выполнена: Успешно завершить комнату-головоломку 1/1.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Кость призывателя: Форма] добавлена в ваш инвентарь.

Тень появилась рядом с ним.

— Поздравляю.

— Никаких проблем, — сказал Джейсон. — Вся эта штука со сжимающимися стенами вызывала панику, но головоломка была не такой уж сложной. Больше похоже на головоломку из шутера с повествованием от третьего лица, чем на головоломку из игры-головоломки. Из тех, где, как только ты ее решаешь, оказывается, что плохие парни следовали за тобой все это время, и комната наполняется безликими болванчиками для убийства.

Джейсон огляделся в надежде.

— Последний тест — это не куча безликих болванчиков, врывающихся сюда, верно?

— Нет, — сказала Тень. — Любой может научиться сражаться, что является лишь гранью того, что Орден требовал от своих членов. Ты продемонстрировал мудрость в принятии инструментов для выживания, способности в пересечении города, мужество в противостоянии своему страху и интеллект в решении комнаты-головоломки.

Дверь в конце комнаты сдвинулась вверх, открывая еще одну лестницу.

— Финальная добродетель, которую предстоит проверить, — решимость, — объяснила Тень. — Члены Ордена Жнеца должны были работать в одиночку в течение длительных периодов. Вдали от дома, часто живя ложной жизнью, легко потерять фокус на миссии. Только самые решительные допускались в Орден. Доказательство их решимости всегда было финальным тестом Ордена.

— Это звучит совсем не зловеще, — сказал Джейсон. — Вверх по лестнице, значит?

— Да.

Прежде чем двигаться дальше, Джейсон достал свой новый предмет, чтобы взглянуть. Это был прозрачный драгоценный камень с двенадцатью гранями, на каждой из которых был выгравирован разный символ. Его способность перевода подсказала ему, что означают символы, каждый из них был названием разного животного.

Предмет: [Кость призывателя: Форма] (железный ранг [рост], легендарный)

Элдрический инструмент для изменения природы призванных существ (инструмент, кость).

Требования: Сила призыва.

Эффект: Бросок этой кости во время активации силы призыва железного ранга случайным образом изменит форму, которую принимает призыв.

Можно использовать в сочетании с [Костью призывателя: Элемент] и [Костью призывателя: Сила]. Использование более одной кости того же типа сведет на нет эффекты всех костей.

— Черт, — сказал Джейсон, просматривая описание. — Предмет роста, плюс это D12. Жаль, что у меня нет силы призыва.

Он убрал ее и последовал за Тенью через комнату и вверх по лестнице в огромную круглую камеру с высоким потолком. Она была из пустой кирпичной кладки, за исключением потолка, где многочисленные отверстия, достаточно широкие, чтобы человек мог провалиться сквозь них, вели вверх и в темноту.

— Впечатляющий потолок, — сказал Джейсон. — Я имею в виду, все эти отверстия не могут быть хороши для структурной целостности, но в такой большой комнате нет опорных столбов. Архитекторам, должно быть, легко, когда есть магия, на которую можно положиться.

— Финальный тест, — сказала Тень. — Как и в первом, нет никакой опасности, только выбор. Нет головоломки, только воля двигаться вперед. Нет препятствия; вам нужна только решимость сделать то, что вы должны, чтобы идти вперед.

Металлический лязг эхом разнесся вниз через отверстия в потолке, за которым последовало опускание цилиндров из матового стекла, подвешенных на цепях, которые опускали их на пол. Один цилиндр спустился из каждого из десятков отверстий, остановившись на полу. Света не было, но способность Джейсона видеть сквозь тьму позволяла ему видеть ясно. Внутри каждого цилиндра был человекоподобный силуэт.

Все сразу, цилиндры с треском открылись, из каждого выпал человек, оставленный рядом с облаком морозного воздуха. Люди были без сознания, связаны по рукам и ногам с ошейником подавления силы вокруг шеи каждого. Большинство были людьми, эльфами или селестинами, но были и другие, разбросанные повсюду: тлеющие, рунические, леониды и дракониды. Все они были одеты для боя, хотя ни у кого не было оружия.

— Что это? — спросил Джейсон.

— Когда Орден тестировал своих инициатов, инициаты были вынуждены сражаться со своими собственными друзьями и товарищами, чтобы доказать, что они готовы сделать все, что требовал от них Орден. Представлять Орден — значит подчинить свои собственные принципы тому, что требует от вас Орден.

— Дай угадаю, — сказал Джейсон. — На самом деле они сражались с проекцией или каким-то подобием. Ровно столько, чтобы доказать, что они готовы, не выбрасывая хороших инициатов.

— Все было так, как ты говоришь, — сказала ему Тень. — Когда церкви атаковали последнее убежище Ордена, они не взяли его легко или без потерь. Эти люди — некоторые из заключенных, которые были взяты из атакующих сил и заключены в этом месте. Они были помещены сюда как новый тест решимости.

— Ты хочешь, чтобы я казнил этих людей?

— Да. Они удерживались здесь веками, запертые в магическом состоянии, где они не стареют, не думают, не чувствуют и не умирают. Товарищи, которые оставили их позади, без сомнения, по большей части мертвы и ушли. Теперь их очередь. Покажи, что у тебя есть сила воли, чтобы расправиться с врагами Ордена.

Квест: [Пятое испытание]

Наблюдатель испытаний попросил вас казнить врагов Ордена Жнеца.

Цель: Показать свою решимость.

Награда: Случайный магический предмет.

— Ни за что, — сказал Джейсон.

— Ты проявил бы к ним милосердие, — сказала Тень, — но у них не было милосердия. Они не ограничились резней членов Ордена. Большинство людей, живущих в последней крепости, были слугами, чьим единственным преступлением была жизнь, полная усердия. Их семьи, их дети. Эти люди не пощадили никого из них.

— Что делает их ужасными людьми, если предположить, что ты не врешь мне прямо в лицо, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь казнить кучу людей по твоему слову.

Джейсон подошел к ближайшему человеку, опустившись на колени, чтобы осмотреть ее. Она была одета в робы, стилизованные для боя, как и его собственные, но белые с коричневыми узорами. Они были грязными и испачканными, но он все еще мог различить символ Целителя, вышитый на них.

— Целитель, — пробормотал он про себя. Это не соответствовало картине, которая была нарисована о нетерпимых церквях, наносящих удары в невежестве. — Ревизионистская история. Как шокирующе.

Она была без сознания, ее кожа бледная, липкая и дрожащая. Джейсон приложил руку к ее лицу и почувствовал ее щеку.

— Если это какая-то проекция или двойник, то довольно чертовски хорошая, — сказал он. — Я не собираюсь убивать этих людей.

— Они заслуживают смерти.

— Это говоришь ты, которого я не так хорошо знаю.

— Либо это, либо уходи.

Джейсон встал, поворачиваясь лицом к Тени.

— Тогда я выбираю уйти. Я не собираюсь убивать их, так что открывай свои магические врата, потому что я закончил. Кроме того, я забираю эту группу с собой.

— Они не твои, чтобы забирать.

— Плевать.

— Ты думаешь, это твое место — решать их судьбу?

Джейсон подошел вплотную к Тени, лицом к тому месту, где должно было быть лицо Тени.

— Приятель, ты хочешь решимости, тогда вот она: помогай, останавливай меня или убирайся с моего чертова пути. Это выбор, который тебе нужно сделать.

— Очень хорошо, — сказала Тень. — Ты можешь забрать их.

— Правда? — спросил Джейсон. — Я ожидал, что ты надеру мне задницу.

— Орден никогда не хотел тех, кто будет слепо следовать указаниям. Способность принимать суждения перед лицом неизбежно меняющихся обстоятельств — одна из самых важных черт членов Ордена. Решимость принять лучшее решение и следовать ему, даже вопреки собственным указаниям Ордена, всегда была решающей добродетелью. Орден хотел думающих, разумных агентов, а не слепо послушных солдат.

— Погоди, ты хочешь сказать, что я прошел?

— Да.

Квест: [Пятое испытание]

Цель выполнена: Показать свою решимость 1/1.

Квест выполнен.

100 [Железных духовных монет] добавлены

[Бессмертный герб] добавлен в ваш инвентарь.

— Бессмертный герб? — удивился Джейсон.

Предмет: [Бессмертный герб] (железный ранг, редкий)

Объект, который позволяет душе отметить тело (расходуемый, татуировка).

Эффект: При нанесении мистическим татуировщиком, этот предмет вытянет герб души. Этот предмет можно использовать только на пользователе эссенции железного ранга.

— Можно получить магические татуировки?

Джейсон свернул окно и переключил свое внимание на Тень.

— Я могу забрать всех этих людей с собой? — спросил он Тень.

— Всех тех, кто выживет. Ты не единственный, кто достиг финального испытания, и есть другие комнаты, подобные этой.

— Если отказ убить их — это проход, ты собираешься позволить людям убить их только ради того, чтобы они провалились?

— Убийство их не означает провал, — сказала Тень. — Это не тест на готовность или неготовность убивать. Это тест на решимость, которую можно проявить многими способами. Отказ прогнуться, даже если это означает отказ от того, ради чего ты пришел. Решимость выполнить любое действие в погоне за целью.

— Возможно ли вообще провалить этот тест? — спросил Джейсон. — Я знаю, люди склонны делать все только наполовину, но я должен полагать, что любой, кто дошел так далеко, не является тем, кого ты назвал бы нерешительным.

— Когда они по-настоящему брошены в вызов, многие колеблются, когда должны довести дело до конца, или компрометируют себя, когда должны придерживаться своих принципов.

— Каков размер твоей выборки, приятель? Разве ты не говорил, что это новый тест?

— Хотел бы ты отказаться от успеха, которого ты достиг, и столкнуться с новым испытанием?

— Нет, спасибо, приятель; твои испытания ошибочны. У твоего Ордена и у меня непримиримые идеалы, и все же вот я здесь. Как будто все это…

— Что? — спросила Тень, когда Джейсон замолчал.

— Ничего, — сказал Джейсон. — Что дальше?

Тень молчала долгий момент, Джейсон почувствовал оценивающий взгляд от безликой тени.

— Дальше, — сказала Тень, — приз. Наследие Ордена Жнеца.

Тем временем, две недели назад в Гринстоуне…

Тем временем, две недели назад в Гринстоуне…

Талия Мерсер чувствовала себя не в своей тарелке. Большинство железных рангов покинули город несколько дней назад и должны были отсутствовать неделями. Она надеялась, что в тишине, воцарившейся в Гринстоуне в их отсутствие, ей удастся найти подход к сыну. Они с мужем совершили так много ошибок в его воспитании, что это едва не стоило им сына. Таинственные культисты и та ужасная вещь, которую они имплантировали в Тэдвика, наглядно показали, насколько катастрофической стала ситуация. Они решили наставить Тэдвика на путь истинный.

В их личной гостиной Талия полулежала на кушетке, прислонившись к мужу, Бофорту.

— Не уверена, что стоило его отпускать, — сказала она, демонстрируя неуверенность, которую открывала лишь немногим. Несколько часов назад Тэдвик покинул поместье впервые с тех пор, как из него извлекли звездное семя.

— Если бы мы держали его здесь, это лишь еще больше отдалило бы его от нас, — ответил Бофорт. — С ним двое бронзовых рангов.

Талия кивнула.

— Я тщательно выбирала Кайла и Джеффри, — сказала она. — Они самые надежные люди в нашей домашней страже. Они все еще зарегистрированные искатели приключений, хотя уже не активны.

— Они обычно работают на ферме духовных монет, верно? — спросил Бофорт.

— Да. Я сняла их оттуда, чтобы обеспечить Тэдвику самую надежную защиту, какую только могла. В том числе и от него самого.

— Ну вот и все, — сказал Бофорт. — Они не позволят ему сделать что-то слишком саморазрушительное. Ты знаешь, куда он отправился?

— В один из его борделей в Старом городе, — ответила Талия. — Я установила на него маячок с помощью ритуальной магии, пока он еще восстанавливался. Он не знает, что он там.

В дверь постучали.

— Лорд Мерсер! Леди Мерсер!

Это был голос их семейного дворецкого, Кривенса, звучавший с нехарактерной паникой. Талия и Бофорт вместе подошли к двери.

— Что случилось? — спросил Бофорт.

— Милорд, миледи. Только что прибыл представитель Общества искателей приключений. Она утверждает, что у нее важные и срочные новости, но отказывается говорить с кем-либо, кроме вас лично.

— Где ты ее разместил? — спросил Бофорт.

— Она подошла к поместью незаметно, милорд, даже миновав наши сигнализации и защиты. Поэтому я счел лучшим поместить ее в черную гостиную.

— Как всегда, хорошо обдумано, Кривенс, — сказал Бофорт.

— Благодарю, милорд.

Черная гостиная находилась под землей и служила тайным местом для самых конфиденциальных встреч семьи. Единственный доступ к ней осуществлялся через усиленно защищенную подъемную платформу, которой могли пользоваться лишь немногие члены семьи и самый доверенный, необходимый персонал. Талия и Бофорт спустились на платформе и обнаружили, что представителем Общества искателей приключений является не кто иная, как заместитель директора Женевьева Пико. Пожилая эльфийка выглядела совершенно непринужденно среди черных подушек и темного дерева черной гостиной, поднявшись, чтобы поприветствовать пару, когда они вошли.

— Заместитель директора, — поприветствовала Талия, когда они все расселись. — Мне сказали, что ваше дело срочное.

— Совершенно верно, — сказала Женевьева. — Не буду тратить время на любезности. Полагаю, вы знакомы с отделом мониторинга Общества искателей приключений.

— Да, — сказала Талия. — Их основная задача — отслеживать камни слежения искателей приключений на случай, если кто-то из них погибнет.

— Да, — сказала Женевьева. — Примерно час назад отдел довел до моего сведения проблему с двумя камнями. Искатели приключений, связанные с ними, не были мертвы, но камни больше не могли их отслеживать. Мы уже сталкивались с подобным.

— Те пятеро, в которых были имплантированы звездные семена, — сказала Талия.

— Да, — сказала Женевьева. — Насколько мы можем судить, их ауры изменились настолько, что отпечаток ауры, который у нас есть, больше не эффективен. Я была встревожена, обнаружив, что двое упомянутых искателей приключений больше не активны, а работают на ваше домохозяйство.

Талия и Бофорт обменялись полными ужаса взглядами.

— Кайл и Джеффри, — сказал Бофорт.

— Да, — сказала Женевьева. — Почему вы догадались, что это они?

— Потому что они сейчас с нашим сыном, — сказала Талия.

— А как же Тэдвик? — спросил Бофорт.

— Он так и не настроился на новый значок после экспедиции, — сказала Талия. — Они не отслеживают его, но я — да.

Она достала из кармана камень и дважды постучала по нему. Вскоре после этого на подъемной платформе прибыл Кривенс.

— Кривенс, собери команду, которая отслеживает Тэдвика. Всю команду; доставь их сюда как можно быстрее и тише.

Талия и Бофорт пытались выведать у Женевьевы больше подробностей, но она мало что могла им сказать, кроме того, что дело решается с максимальной осторожностью. И директор Общества искателей приключений, и временный директор из следственной группы очень четко дали понять отделу мониторинга, как следует действовать в подобных ситуациях.

Люди, отслеживавшие Тэдвика, появились с прискорбной поспешностью.

— Мы уже искали вас, миледи, милорд. Несколько минут назад маячок на юном господине Тэдвике перестал работать.

* * * Тэдвик вернулся в поместье Мерсеров в сопровождении двух своих телохранителей. Они едва успели пройти через ворота, как мать Тэдвика телепортировалась, чтобы встретить их. Двое охранников почтительно склонили головы, но на лице Тэдвика появилось недовольное выражение.

— Тэдвик, дорогой. Надеюсь, ты хорошо провел время.

— Все было нормально. Я иду к себе в комнату.

— Конечно, — сказала Талия. — Если тебе что-то понадобится, не стесняйся обращаться.

— Я знаю, как работают слуги, мама.

— Я имела в виду себя, дорогой. Я думала, может быть, мы могли бы провести больше времени вместе. И с твоим отцом тоже. Как семья.

— Как угодно, — бросил Тэдвик, обходя ее.

— Иди, дорогой, — сказала Талия. — Я просто хотела переговорить с твоими ребятами.

Тэдвик остановился и обернулся.

— Ты хочешь, чтобы они рассказали тебе все, что я делал, — обвинил он. — Позволь избавить тебя от хлопот. Я ходил в Старый город, и у меня были женщины. Сначала одна, потом пара, потом снова одна, чтобы завершить день. Ты довольна?

— Лишь бы тебе понравилось, дорогой. Я попрошу кого-нибудь из церкви Целителя заглянуть и разобраться с тем, что ты мог подхватить.

— Нет, — сказал Тэдвик. — Я уже заплатил кому надо.

— Думаю, будет лучше, если я кого-нибудь приглашу, дорогой.

— Мне плевать, что ты считаешь лучшим! Я сказал, что все в порядке. Почему ты никогда не доверяешь тому, что я говорю?

— Прости, дорогой. Если ты говоришь, что все в порядке, то я больше ничего не скажу.

— Хорошо, — сказал Тэдвик, затем развернулся и ушел.

Талия проводила его взглядом, затем повернулась к двум телохранителям.

— Ну?

— Как он и сказал, миледи. Он был довольно агрессивен, но владелец знает, что нужно держать язык за зубами, и ему заплатили, чтобы он об этом помнил.

— Очень хорошо, — сказала Талия. — Если что-то еще всплывет, я хочу знать немедленно, как бы незначительно это ни казалось.

— Конечно, миледи.

— Возвращайтесь на свои посты. Я хочу, чтобы о моем сыне заботились.

* * * Талия прибыла в черную гостиную, где все еще находились Женевьева и Бофорт.

— Ну? — спросил Бофорт.

— Это не наш сын, — сказала Талия.

— Ты думаешь, в него снова вселили семя? — спросил Бофорт.

— Это что-то другое, — сказала Талия. — Личность вроде бы та же, но я знаю его ауру, как с семенем, так и без него. Она была неправильной, на фундаментальном уровне. То, что вернулось домой, — это какой-то двойник, в которого он проецируется из другого места.

— Разве это вообще возможно? — спросил Бофорт.

— Да, — сказала Талия. — Мы можем использовать то, что находится наверху, чтобы отследить нашего сына, но тот, кто на другом конце, сразу узнает об этом и начнет действовать. Однако они не могут быть слишком далеко, так что если у нас будут люди, готовые действовать в городе, у нас есть хороший шанс их поймать.

— Если это действительно не наш сын.

— Это не он, — с уверенностью сказала Талия. — Наш сын где-то там, и он нуждается в нас.

— Значит, мы должны действовать сейчас, и мы должны сделать это правильно, — сказал Бофорт. — Мы больше не потеряем его.

Талия кивнула, ее лицо было искажено виной и болью. — Он даже не оправился от того, что они с ним сделали, а они снова делают его своей жертвой. Почему они так хотят заполучить его?

— Надеюсь, мы сможем ответить на этот вопрос, когда вернем его, — сказала Женевьева. — А как насчет телохранителей?

— Их ауры определенно искажены, но это едва заметно, — сказала Талия. — Мое предположение: они заражены семенами и используют что-то, чтобы маскировать свои ауры под нормальные. Я смогла заметить это только потому, что знаю их ауры и обладаю достаточно сильным чувством ауры, чтобы видеть сквозь это.

— Нам нужно начинать, — сказал Бофорт. — С Кайлом и Джеффри, которые скомпрометированы, мы не можем мобилизовать наших собственных людей, не выдав себя. У Кеттерингов есть люди в Старом городе; я поговорю с ними о том, чтобы подготовить людей к действиям, как только мы отследим местонахождение Тэдвика.

— Я подготовлю людей, которые отслеживали Тэдвика, — сказала Талия. — У них есть опыт, чтобы отследить нашего мальчика от этого двойника или того, кто им управляет.

— Я вернусь в Общество искателей приключений, — сказала Женевьева. — Я проинформирую директора и временного директора и соберу те силы, которые смогу привлечь тихо. Я скоординируюсь с семьей Кеттеринг.

— Мы не хотим, чтобы эти люди поняли, что мы собираемся действовать против них, — сказал Бофорт. — Талия, как только наши люди будут уверены, что у них есть способ отследить Тэдвика, мы нанесем удар.

* * * Кайл и Джеффри были размещены снаружи комнаты Тэдвика. Коридор, расположенный в главной семейной части, на верхнем этаже одной из башен, был большим и залитым светом, проникавшим через потолок, по большей части сделанный из стекла.

Двое охранников, казалось, почувствовали, что что-то не так. Хотя Талия шла к комнате сына непринужденно, что-то в том, как она себя держала, насторожило их. Результат для Кайла и Джеффри был ужасающим: вещи, которые были имплантированы в них, начали действовать.

Их тела разорвались, сегментируясь в суставах. Колени и локти, запястья, лодыжки, плечи — все с отчетливым звуком разрывалось. Оба мужчины погибли мгновенно, гримасы боли и ужаса застыли на их мертвых лицах. Их тела теперь были скреплены проводами, словно плохо сделанные марионетки, в комплекте с дергаными движениями. Охранники превратились из людей в чудовищ из плоти и металла.

Что больше всего беспокоило Талию, так это аура, исходившая от двух трупных марионеток. Мгновение назад они были живыми бронзовыми рангами. Теперь они были ужасающими мерзостями, излучающими ауры серебряного ранга. Талия вспомнила экспедицию с ее монстрами-конструктами и причудливыми культистами. Это был момент, когда все начало рушиться в жизни ее сына. Магия хлынула внутри нее.

Талия Мерсер была искателем приключений серебряного ранга, и далеко не слабой. Она, может, и не ровня своей подруге и товарищу по команде, Даниэль Геллер, но все еще оставалась мощной силой сама по себе. С эссенциями мощи, потенциала, скорости и натиска, в плане чистой взрывной силы она могла сравниться с любым живым искателем приключений. Это было определенно слишком для двух долговязых, неуклюжих существ, которые мгновение назад были людьми. Под шквалом ярости Талии они вскоре были разорваны на части, их металлические компоненты оказались так же разорваны в клочья, как и их плоть.

Талия не стала открывать дверь Тэдвика. Она разнесла ее в щепки специальной атакой и ворвалась внутрь. Там она обнаружила факсимиле своего сына в состоянии, похожем на таяние; казалось, что глина, которая выглядела как плоть, стекает с железного скелета. Талия немедленно позвала ритуалистов. Ей пришлось кричать на них, чтобы они сосредоточились, так как их внимание было приковано к мертвым мясным марионеткам и железно-глиняному двойнику, разлагающемуся перед ними.

* * * Тэдвик часами находился в ритуальном круге, подключенный к своему мистическому двойнику. Но теперь его выдернули оттуда. Пара ритуалистов методично уничтожала любой элемент, который мог быть использован для отслеживания их местонахождения. Вокруг них другие люди упаковывали припасы в пространственные сумки, очищая здание от всего, что могло быть использовано против них.

— Что это было? — крикнул Тимос на Тэдвика.

Тимос быстро пожалел о том, что согласился на агрессивный самонабор Тэдвика. Вместо того чтобы быть полезной пешкой среди аристократии, он был ходячей катастрофой. Тимос годами действовал в Гринстоуне, не вызывая даже малейшего подозрения, но за считанные часы Тэдвик навлек на них всех беду. От открытого сближения с ним до неспособности немедленно выдать себя — Тимос мысленно ругал себя за то, что не убил Тэдвика и его телохранителей, а затем не сбросил их в канал. Если бы он мыслил здраво, уверял он себя, он бы никогда не рискнул столь многим ради капризного подростка.

Тимос был человеком, который ценил методичное терпение, но их союзники из церкви Чистоты все портили своей поспешностью. Несмотря на предупреждения культа о том, что им следует подождать до всплеска монстров, церковь была настойчиво нетерпелива, заставляя их двигаться вперед, прежде чем все было полностью готово.

Их опрометчивые действия оставили им мало шансов на ошибку. Каждая ошибка грозила превратиться в катастрофу. То, насколько их деятельность была раскрыта даже в такой провинциальной местности, как Гринстоун, говорило о многом. Тимос был, в кои-то веки, благодарен, что его не назначили в один из более важных регионов. Проблемы, с которыми они столкнулись бы в городе, полном первоклассных искателей приключений, заставляли его содрогаться. Даже тогда он с радостью променял бы опасного врага на такого союзника, как Тэдвик.

— Наши люди годами работали у всех на виду, — упрекал Тимос Тэдвика. — Годами! А ты не можешь продержаться больше нескольких часов?

— Я предупреждал тебя, что у моей матери сильное чувство ауры, — огрызнулся Тэдвик. — Это ты был так уверен, что этот фальшивка сработает.

— Что последнее ты видел перед тем, как связь прервалась? — спросил Тимос.

— Люди вошли в комнату вслед за моей матерью. Двое ее ритуалистов, кажется.

Тимос зарычал, как зверь.

— Мы должны двигаться быстро, — сказал он. — Скоро они будут повсюду здесь.

— Разве ваши люди не устраняют связь? — спросил Тэдвик.

— Ты не остаешься скрытым в этом городе так долго, как мы, если полагаешь, что наши люди лучше, чем люди Талии Мерсер.

— Моя мать не так уж впечатляет.

— Да, Тэдвик, впечатляет, — сказал Тимос. — Как ты стал таким — полная загадка.

— Если ты знал, насколько она велика, то почему пытался обмануть ее?

Тимос вздрогнул, не обрадовавшись тому, что ему указали на его собственный вклад в нынешнюю катастрофу.

— Потому что наши методы были разработаны не местными, а дарованы нам свыше, — сказал Тимос. — К сожалению, твой жалкий городишко не заслужил лучших инструментов.

Как только здание было очищено от любых следов культа и его деятельности, Тимос повел своих людей, включая Тэдвика, через незаконно сделанное и хорошо замаскированное отверстие в полу, вниз к туннелям водоснабжения, проходящим под Старым городом. В туннелях были каменные дорожки по обе стороны, возвышающиеся над водными каналами, бегущими посередине.

Они поспешили вперед, Тимос сверялся с картой по пути. Сырые туннели эхом отзывались на их шаги; Тимос подал сигнал остановиться, когда они что-то услышали. Это были шаги и свист, исходившие от человека, который вышел из бокового туннеля недалеко перед ними. Он был средних лет, в свободных комбинезонах и с нагруженным поясом для инструментов.

— Ну, привет, — сказал он. — Вы, ребята, должно быть, сильно заблудились, раз оказались здесь, но старина Фрэнк проводит вас…

Фрэнк так и не закончил фразу. Его труп упал, когда вызванное Тимосом копье исчезло, оставив рваную дыру в горле Фрэнка. Тимос сбросил тело с дорожки в водный канал, прежде чем снова поспешить дальше.

* * * Дни шли, и после первоначального тайного поиска ресурсы города были задействованы в полной мере. Общество искателей приключений и Магическое общество, наряду со всеми дворянскими семьями, были привлечены к усилиям. Откровение о природе их врага перешло из разряда секретных в общеизвестные факты, вызвав волны беспокойства среди населения. Информация была обнародована, чтобы дать понять: любой, кто укрывает врага, столкнется с суровым возмездием.

Поиски погрузили город в хаос. Культ был гораздо осторожнее в своей деятельности, чем местные преступники, чьи тайные операции были менее тщательно скрыты. Именно их выявили поиски, в то время как культ тихо ускользнул в темноту.

Поискам не способствовала нехватка компетентных железных рангов. Обычно они составляли рядовой состав Общества искателей приключений, но их отсутствие из-за экспедиции Эмира оставило в Гринстоуне только отбросы. Их все равно призвали к действию, хотя многие из них годами не брались за контракты. Бандиты, преступники, бойцы арены, большинство из которых годами бездельничали на железном ранге — их все равно привлекли.

Не каждый скрывающийся культист сбежал. Адрис Дорган был не только эффективен в определении того, когда поиски тратили время впустую на обычных преступников, но и имел хоть какое-то представление о сети снабжения культистов. Под его руководством было проведено несколько рейдов, обнаруживших культистов, хотя и с небольшим эффектом. При захвате хрустальные звезды взрывались внутри них, оставляя после себя лишь бесполезные клочья разорванной плоти.

Пока город прочесывали, в дельте произошла серия бандитских налетов, убивавших людей и грабивших припасы. Они были совершены против владений многочисленных семей, в основном легких целей, полагавшихся на угрозу возмездия ради безопасности. Атаки на более защищенные объекты дали понять, кто был основной целью нападений.

Почти каждый налет, в котором использовалась большая координация по более сложным целям, был совершен против владений семьи Мерсер. Также было ясно, что у нападавших была инсайдерская информация: они били по слабым местам в охране, быстро и эффективно забирая только самые ценные товары.

Мерсеры быстро поняли, что знания Тэдвика об их операциях, привитые ему отцом, используются против них. Они быстро внесли изменения и, при поддержке персонала Общества искателей приключений, устроили серию засад, которые опустошили нападавших. Павшие и захваченные люди взрывались хрустальными звездами, что подтверждало, что за атаками стоит культ. Но пленных для допроса не осталось.

В небольшой деревне на окраине дельты Тимос и Тэдвик находились в общей комнате гостиницы. Как и остальные жители деревни, владельцы таверны были мертвы.

— Сначала ты был бесполезен как лазутчик, — отчитывал Тимос Тэдвика. — Теперь твоя полезность как эксперта по безопасности семьи Мерсер подошла к концу. Они использовали то, что ты знаешь, чтобы переломить ситуацию и расставить ловушки. Мы потеряли людей, каждый из которых стоит десяти таких, как ты. Итак, что мне нужно от тебя прямо сейчас, так это причина не убивать тебя и не оставлять твоей семье, чтобы они нашли.

— Ты бы не стал, — сказал Тэдвик.

— Нет? — спросил Тимос. — Я почти уверен, что если бы они нашли твое тело, давление на нас уменьшилось бы, пусть даже немного. Оно того стоило бы.

— Зачем вам вообще грабить припасы? — спросил Тэдвик. — А как насчет тех кораблей снабжения, которые вы использовали?

— Ты идиот? Посмотри, кого я спрашиваю. Адрис Дорган неустанно выкапывает наши линии снабжения. Если бы не наша местная поддержка, мы были бы полностью парализованы, и я начинаю подозревать, что он тоже знает, кто они такие.

— Кто они? — спросил Тэдвик.

— Ты серьезно думаешь, что я скажу тебе что-то, что может скомпрометировать нас? Я привез тебя сюда в закрытой карете, чтобы убедиться, что ты не найдешь способа раскрыть наше местоположение!

— Если Дорган — тот, кто давит на ваши поставки, то убейте его, — предложил Тэдвик. — Какое вам дело до какого-то криминального авторитета?

— Дочь этого криминального авторитета — директор Общества искателей приключений, идиот. Ты думаешь, сейчас все плохо? У нас каждый серебряный ранг, которого они могут мотивировать, ищет нас. Ты убьешь отца директора, и можешь быть уверен, что она замотивирует остальных. Так что пока нам нужно снабжаться из других мест. Которыми были склады твоей семьи, потому что у нас был ты. Теперь ты бесполезен.

— Я покажу тебе бесполезность…

Пощечина Тимоса по лицу Тэдвика была пугающе громкой.

— Ты заткнешь свой чертов рот, — сказал Тимос. — Нравится тебе это или нет, теперь ты один из нас. Это значит, что ты делаешь то, что тебе говорят, пока мы не выясним, стоит ли тебя вообще оставлять в живых. Я не могу дождаться, когда твой никчемный город и все в нем умрут.

— Что? — спросил Тэдвик.

— О, разве я не упоминал? — сказал Тимос с радостной ухмылкой. — Наш астральный эксперт, прежде чем его глупо убили, определил, что следующее астральное пространство, которое мы захватим, будет немного необычным из-за некоторых особенностей его связи с вашим миром.

Говоря это, Тимос двигался к Тэдвику, медленно и устрашающе, пока Тэдвик отступал.

— Плохая новость в том, что астральное пространство закреплено слишком далеко, чтобы превратить ваш город в астральную пыль, к сожалению. Хорошая новость в том, что будет вторичная волна разрушений, которая сотрет эту ужасную дельту с ее влажной жарой и отвратительными насекомыми, прямо вместе с городом и еще более худшими паразитами, которые его населяют.

— Моя семья… — слабо сказал Тэдвик.

— Ты что, не слушал? — спросил Тимос. Он стоял близко к Тэдвику, который отступил к барной стойке таверны. — Ты предал свою семью, Тэдвик. Сделать тебя одним из нас вместо того, чтобы оставить мокрым трупом, было ошибкой, но дело сделано.

— Мой отец, — сказал Тэдвик. — Мы могли бы привлечь его в наши ряды.

— Это не сработает, Тэдвик. Он не избалованный ребенок, готовый ухватиться за любого, кто предложит ему силу, которую, как он думает, он заслуживает. Он никогда не будет служить Строителю, но ты служишь, и так или иначе, я собираюсь извлечь из тебя пользу.

Забирай добычу и уходи

Забирай добычу и уходи

Последний лестничный пролет привел Джейсона в коридор, который зацикливался в кольцо — огромный контур, который, по его оценкам, был почти таким же широким, как вся башня. Внешней стеной коридора был привычный камень, а внутренней — сплошное стекло: единая изогнутая панель, замыкающаяся в гигантский круг. За стеклом находилась библиотека, мягко освещенная магическими люстрами, свисающими с потолка. Круговое пространство было спланировано хаотично: полки стояли под странными, казалось бы, случайными углами, а не аккуратными рядами.

Идя по коридору, Джейсон наткнулся на другие лестничные клетки, очень похожие на ту, через которую он вошел. Вскоре он обнаружил других искателей приключений, которые воспользовались ими. Его первой встречей был один из иностранных искателей приключений, которого он не знал. Они обменялись осторожными кивками приветствия и продолжили двигаться по кругу вместе. К ним присоединились другие люди, включая Хамфри, Бет, Валдиса и члена команды Валдиса, Сигрид.

— Вам всем сказали казнить целую группу людей? — спросил Хамфри.

— Да, — сказал Джейсон. — Я думал, что покончил с этим, когда отказался, но вот мы здесь.

— То же самое, — сказал Валдис. — Я сам выбираю, кого убивать и почему. Я не какой-то слепой палач.

— Я убил их всех, — сказал один из других искателей приключений, его лицо было изможденным. — Это было ужасно, но я сделаю все, что потребуется. Мы не все принцы и иномиряне. Некоторым из нас приходится пробиваться с низов, даже если это означает испачкать руки.

Джейсон нахмурился, но ничего не сказал. Хотя у него были свои трудности, не было сомнений, что многое ему досталось легко.

Девятнадцать искателей приключений собрались вместе, прежде чем наконец появилась Тень.

— Искатели приключений, — сказала Тень. — Вы все прошли испытания и доказали, что достойны наследия Ордена. Пожалуйста, пройдите сквозь стекло.

Они протянули руки, чтобы коснуться стеклянной стены. Многие делали это раньше, обнаружив, что она твердая и теплая на ощупь. Теперь она была густой, как патока, но проницаемой, и их руки проходили прямо сквозь нее. Все они шагнули вперед, войдя в библиотеку.

Группа последовала за Тенью через странно расставленные полки в центр библиотеки, где полки уступали место столам. На них были сложены книги, собранные в серию аккуратных, одинаковых стопок. Однако их внимание привлек круговой помост в самом центре. На нем покоилась тяжелая металлическая стойка, содержащая единственный предмет: большую косу, стилизованную далеко за пределами практичности в качестве оружия или инструмента. Лезвие было сделано из серебра, а древко — из золота, инкрустированного обсидианом, отполированным до жемчужного блеска.

Тень протянула руку, чтобы коснуться одной из стопок книг.

— Каждая из этих коллекций содержит собранные учения Ордена Жнеца, — сказала Тень. — Как двигаться в тишине, ходить незамеченным. Как проходить сквозь запертые двери и комнаты с ловушками беспрепятственно. Как убивать. Это не обычные книги. Для каждого тома есть две копии. Одна — книга навыков, другая — письменное руководство. Руководства, однако, — это нечто большее, чем просто слова на странице.

Тень взяла книгу, подняв ее, чтобы показать синий драгоценный камень, вставленный в обложку. Она коснулась камня, и появилось эфемерное изображение мужчины.

— Это первый том Пути Жнеца, — сказало изображение. — В нем подробно описана первая форма полной боевой техники нашего Ордена. Откройте любую страницу, и я буду инструктировать вас.

Тень вернула книгу в стопку, и изображение исчезло.

— Каждый из вас доказал, что воплощает добродетели, которыми когда-то обладал Орден, — сказала Тень. — Хотя Ордена, возможно, больше нет, его наследие может быть обеспечено путем передачи знаний тем, кто олицетворяет его идеалы.

Одни из теневых ворот поднялись из пола.

— Пожалуйста, — сказала Тень. — Каждый из вас может взять коллекцию и идти. Испытания завершены.

— Погодите, — выкрикнул один из искателей приключений. — А как насчет косы?

— А что с ней? — спросила Тень.

— Кому она достанется?

— Никому, — сказала Тень. — Она останется здесь.

— Нам сказали, что тот, кто пройдет испытания, получит косу, — сказал Валдис.

— Я отвечаю за проведение испытаний теми способами, которые мне поручены, — сказала Тень. — Я не отвечаю за то, что вам сказал кто-то другой.

— Ну, я все равно ее заберу, — сказала другая искательница приключений. — Назовем это сувениром.

Она двинулась вперед, чтобы взять косу, но в тот момент, когда она приблизилась к помосту, она упала, как мешок с мясом, не сделав больше ни шагу.

— Коса — это объект смерти, — сказала Тень. — Приблизиться к ней — значит умереть.

— То есть вы хотите сказать, что нам нужно вынести ее на длинной палке, — сказал Джейсон.

— Вы, безусловно, можете попробовать, — пригласила Тень.

Вместо того чтобы взять книги, как было указано, искатели приключений сбились в группы, немедленно начав обсуждение косы.

— Должен быть способ ее забрать.

— Может, есть скрытое, дополнительное испытание.

— Очевидно, но какое?

— Может, выяснить, как забрать косу — это и есть испытание.

Джейсон, Хамфри, Валдис и Сигрид сформировали свою группу.

— Что думаете? — спросил Валдис.

— Я забираю книги и ухожу, — сказал Джейсон.

— Тебе не нужен облачный дворец? — спросил Валдис.

— Мне нужен облачный дворец, — сказал Джейсон. — Чего я не хочу, так это той косы.

Хамфри прищурился на Джейсона. — Ты что-то понял.

— Нет, — отрицал Джейсон. — Я просто думаю, что то, что прилагается к получению этой косы, — это неприятности, которых лучше избежать.

— Правда? — спросил Валдис. — Ты зашел так далеко и хочешь сдаться?

— Да, — сказал Джейсон. — Я забираю добычу и ухожу.

— Ты не производишь впечатление того, кто сдается, — сказал Валдис.

— Смотри, — сказал Джейсон. — Я сдаюсь насчет косы и советую всем вам сделать то же самое.

Джейсон взял одну из стопок книг, поместил ее в свой инвентарь и прошел сквозь обсидиановый портал. Это привлекло внимание — он был первым, кто сделал это, но никто не двинулся, чтобы остановить его. На одного человека меньше означало меньше конкуренции за косу.

Джейсон вышел из портала в другую круговую камеру, которая, по его оценкам, была точно такого же размера, как библиотека. Эта комната, однако, была пуста, за исключением помоста посередине. На нем была точная копия косы, которую он уже видел. Единственным источником света была лампа прямо над косой — простая магическая лампа, которая освещала оружие, но оставляла остальную часть комнаты погруженной в тень. Тень появилась рядом с Джейсоном, который заметил ее благодаря способности восприятия, позволявшей видеть сквозь тьму.

— Я думал, этот портал должен был вывести меня отсюда, — сказал Джейсон.

— Ваше время здесь еще не вышло, — сказала Тень.

— Вы сказали, что мы закончили.

— Финальное испытание проверяет добродетель проницательности, — сказала Тень. — Способность видеть дальше внешнего вида, чтобы постичь истину.

— Я искренне хочу выбраться отсюда, если это поможет.

Квест: [Скрытое испытание]

Инспектор испытаний осознал откровение, которое у вас было об истинной цели испытаний.

Цель: Раскрыть истинную цель испытаний и забрать косу.

Награда: ???.

— Отклонить, — сказал Джейсон экрану. — Отклонить, отклонить, отклонить.

Этот квест нельзя отклонить.

— Черт возьми.

— У вас были озарения насчет этого места, — сказала Тень. — Вы пытались предостеречь своих друзей.

— Просто общие подозрения, — сказал Джейсон.

— Расскажите мне, что вы осознали.

— Я осознаю, как сильно хочу уйти, — сказал Джейсон, его рука скользнула в одежду и обхватила медальон побега, болтавшийся на шнурке у него на шее. Он вложил свою ауру в него, и тот растворился в ничто.

Вы использовали [Медальон побега].

Инспектор испытаний [Тень] аннулировал ваши привилегии побега.

[Медальон побега] не возымел эффекта.

— О, это просто нечестно.

— Я выслушаю, что вы скажете, прежде чем вы покинете это место.

— Выпустите меня отсюда, — сказал Джейсон. — Слышите.

— Вы увидели истину, Джейсон Асано. Скажите ее, или вы не будете выпущены из этого места.

— Как это честно?

— Если кто-то обещал вам честность, Джейсон Асано, он солгал.

Джейсон застонал.

— У вас есть какая-то способность читать мысли? — спросил он.

— Я просто внимательно наблюдал за вами, наряду со всеми остальными. У вас было откровение, которое вы отказываетесь озвучить.

— А если я пообещаю продолжать не озвучивать его, я могу идти?

— Скажите это.

— Я не хочу это говорить. Я не хочу последствий. Вы могли бы убить меня за это. Я бы убил себя за это. Убить меня было бы умным ходом.

— Вы представляете большую ценность, чем в качестве трупа.

— Я не ищу новую работу.

Прежде чем Тень успела ответить, через арку появился Хамфри.

— Я думал, это должно было вывести нас, — сказал Хамфри.

Джейсон снова застонал.

— Ты догадался? — спросил его Джейсон.

— О чем догадался? — спросил Хамфри. — Я просто последовал твоему совету и уходил.

Джейсон посмотрел на Тень. — Значит, все проходят через это?

— Нет, — сказала Тень. — Я решила, что вам нужна дополнительная мотивация. Теперь ваш друг заперт здесь с вами, пока вы отказываетесь говорить.

— Это только впутывает его, — пожаловался Джейсон.

— Тогда я предлагаю вам заговорить, прежде чем я приведу сюда больше ваших друзей, — сказала Тень.

— Джейсон, что происходит? — спросил Хамфри.

Джейсон вздохнул.

— Дело в том, для чего это место, — сказал Джейсон. — Его истинная цель.

— Что ты имеешь в виду?

— Подумай о том, что потребовалось, чтобы попасть сюда, — сказал Джейсон. — Эмир — эксперт в поиске вещей, и даже ему потребовалась большая часть двух лет, огромный штат и куча наемных искателей приключений, чтобы найти это место и все, что нужно, чтобы открыть его. Он золотой ранг с точно подходящим набором навыков и ресурсами, чтобы выполнить работу, и все равно это заняло больше времени и денег, чем мы видели с тех пор, как стали искателями приключений.

— И что? — спросил Хамфри.

— И то, что после всего этого единственные люди, которые могут попасть сюда, — это железные ранги. Но главный приз — коса — бесполезна для железного ранга, если не считать того, на что ее можно обменять.

— К чему ты клонишь?

— Цель этих испытаний — не даровать какое-то наследие давно погибшей организации убийц. Подумай об этом. Столетия историй, легенд о древнем ордене убийц и великом сокровище, которое они оставили после себя. Подсказки, спрятанные по всему миру, наконец собранные воедино с большими затратами времени и сил. Зачем? Чтобы дать какому-то железному рангу кучу книг и, может быть, перегруженный инструмент для сбора урожая?

— Тогда для чего нужны испытания?

— Они здесь, чтобы создать легенду, — сказал Джейсон. — Если ты рассказываешь истории о древнем ордене убийц, который был уничтожен, знаешь, чего ты не делаешь?

— Чего?

— Не спрашиваешь, были ли они уничтожены вообще. Готов поспорить, что большая часть истории верна. Коалиция церквей объединилась, чтобы выследить и искоренить их. Но это были величайшие убийцы в мире. Ты действительно думаешь, что никто из них не сбежал? Конечно, сбежали. Некоторые из них, по крайней мере. Затем они создали эти испытания, спрятали ключи, чтобы открыть их, и начали распространять слухи и истории. Ровно столько, чтобы они продержались сквозь столетия.

— Ты думаешь, Орден Жнеца все еще существует?

— Думаю, да, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, что сейчас они действуют совсем иначе. Меньшая численность, другие методы. Мое предположение: их первый принцип сейчас — секретность.

— Поэтому ты не хотел, чтобы мы шли за косой, — сказал Хамфри. — Ты не хотел, чтобы мы связались с Орденом.

— Именно.

— Они собираются убить нас?

— Наверное, — сказал Джейсон. — Я бы убил.

— Тогда зачем вообще проводить скрытое испытание?

— Чтобы поймать любого, кто догадается, — сказал Джейсон. — Если люди уходят с кучей древних знаний от ордена убийц, который давно исчез, то легенда об их гибели продолжает жить. Но если кто-то догадывается, они хотят разобраться с этими людьми. Допуская только железные ранги, они не пускают никого, кто мог бы по-настоящему расследовать это место. Коса — это приманка, чтобы какой-нибудь высокоранговый искатель приключений в конце концов приложил усилия, чтобы завести внутрь железные ранги. Тех, кто достаточно быстр, чтобы догадаться, они могут отвести в сторону и разобраться с ними.

Цель выполнена: Раскрыть истинную цель испытаний 1/1.

Джейсон вздохнул.

— Прости, Хамфри, — сказал он. — Они привели тебя, потому что я отказался признать, что догадался, что происходит.

— Было довольно очевидно, что ты что-то понял, — сказал Хамфри.

— Очень хорошо, Джейсон Асано, — сказала Тень.

— Это та часть, где вы убиваете нас?

— Это было бы пустой тратой, — сказала Тень. — Как вы сказали, Орден сейчас действует совсем иначе. Он вообще не ведет список убийц. Скорее, мы налаживаем связи. Тихие союзники. Работа, которую стоит делать, стоит того, чтобы делать ее хорошо, поэтому, чтобы сделать работу хорошо, вы должны найти кого-то, кто считает, что ее стоит делать. Это то, что мы делаем: находим работу, которую нужно сделать, и подбираем ее человеку, который считает, что делать ее стоит.

— Значит, вы говорите о волонтерской сети, — сказал Джейсон.

— Что-то вроде того, — сказала Тень. — Падение оригинального Ордена Жнеца не было необоснованным. Изначальная цель Ордена заключалась в том, чтобы делать то, что необходимо. Со временем он стал более контролирующим, стремясь править из теней, а не служить. Новая структура была разработана, чтобы передать силу действовать в руки других. Чтобы позволить их суждению и совести быть проводником.

— Вот для чего нужны тесты, — сказал Джейсон. — Чтобы найти людей с принципами, которые вы хотите видеть в агенте.

— Да.

— А если мы скажем нет? — спросил Джейсон. — Что если мы не хотим быть частью вашего ордена?

— Это не мой орден, — сказала Тень. — Я всего лишь администратор этого испытания. Есть и другие подобные тесты, ищущие людей и принимающие многие формы. Как только этот будет закончен, мои обязательства перед Орденом будут выполнены. Что касается вас, вас не приглашают в Орден. Все, о чем вас просят, — это быть открытыми к нему, если Орден найдет задачу, для которой вы подходите.

— Звучит разумно, — сказал Джейсон. — Как стоять на вершине скользкого склона. Все в порядке, потому что ты на вершине. А как насчет других людей в испытании? Вы тоже будете использовать их, верно?

— Если правильные обстоятельства и человек сойдутся вместе, то мы будем использовать любого.

— Как это работает? Человек просто случайно натыкается на ситуацию, где его естественная склонность будет вмешаться?

— Именно так.

— И что заставляет вас думать, что мы с Хамфри не проболтаемся?

— Ваша нежелание говорить даже со мной демонстрирует, что у вас есть мудрость, чтобы понять последствия этого. Что касается Хамфри Геллера, он вообще никогда не узнавал об этом в первую очередь.

Хамфри исчез в воздухе, и Джейсон хмыкнул от смеха.

— Это та магия дублирования, которую вы использовали для старого теста на решимость, верно?

— Да, — сказала Тень.

— Значит, теперь я просто ухожу?

— Сначала вы должны забрать косу с собой.

— Погодите, я правда могу забрать косу?

— Да.

— Я не думал, что вы позволите мне ее забрать. На самом деле, это имеет смысл. Это действительно подчеркивает идею, что Орден мертв и похоронен. Иначе зачем им оставлять сам символ своего ордена томиться в коллекции какого-нибудь алмазного ранга, как любую старую безделушку.

— Действительно.

— А как насчет всей этой штуки с объектом смерти?

— Это относится только к копии в комнате внизу.

— Что мне говорить людям о том, как я получил косу?

— Используйте свою изобретательность.

— Это полезно.

— Если вы не можете додуматься хотя бы до этого, то вы не принесете большой пользы Ордену.

— Я не очень-то хочу быть полезным.

Он побрел к косе, замедляясь по мере приближения.

— Вы уверены, что здесь нет поля мгновенной смерти?

— Да.

— Откуда мне знать, что вы не лжете?

— Вы не знаете.

— Это потрясающе.

— Вы можете уйти без нее, если хотите.

— Просто потому, что я забираю это, не означает, что я готов быть вашим убийцей.

— Думаю, вы обнаружите, что если Орден когда-нибудь свяжется с вами, Джейсон Асано, обстоятельства будут более сложными и нюансированными, чем простое убийство.

— Просто Джейсон — это нормально.

— Я предпочел бы называть вас мистер Асано.

— Что бы ни гребло вашу лодку, приятель.

Собравшись с духом, Джейсон подошел к косе и схватил ее.

Предмет: [Коса Жнеца] (алмазный ранг, легендарный)

*Символическое наследие Ордена Жнеца *(инструмент, коса).

Эффект: ???

Коса не сдвинулась со своей стойки.

— Почему она застряла? — спросил Джейсон. — Я думал, вы сказали, что я могу ее забрать.

— Она не закреплена на месте, — сказала Тень. — Вам просто не хватает силы, чтобы сдвинуть ее вес.

— Хм.

После серии попыток, которые не привели даже к тому, чтобы сдвинуть косу на ее стойке, Джейсон придумал кое-что новое. Встав прямо у косы, он открыл окно своего инвентаря с другой стороны. Затем, с одной рукой на косе, он отступил назад, окно последовало за ним. Когда оно коснулось косы, оружие исчезло, появившись в его инвентаре в виде иконки. Джейсон посмотрел на нее с удовлетворением.

— Отлично.

Квест: [Скрытое испытание]

Цель выполнена: Забрать косу 1/1.

Квест завершен.

100 [Духовных монет Железного ранга] были добавлены в ваш инвентарь.

[Жетон Жнеца] был добавлен в ваш инвентарь.

— Ладно, — устало сказал Джейсон. — Я действительно готов выбраться отсюда.

Он направился обратно в сторону арки, через которую пришел. Он уже собирался шагнуть внутрь, когда кто-то вышел. Это была Сигрид, член команды Валдиса.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Джейсон, отступая, чтобы дать ей пространство.

— Не уверена, — сказала Сигрид, оглядываясь. — Где это «здесь»?

— Она догадалась, — сказала Тень.

— Я поняла, что причина, по которой ты хотел выбраться, — это избежать внимания Ордена Жнеца, который все еще существовал.

— Ну, поздравляю, — сказал Джейсон. — Тень может все объяснить; я ухожу. Кстати, я забрал косу, так что тебе придется спросить Тень, нет ли у него запасной.

— Запасной?

— Тень, — сказал Джейсон, указывая на арку. — Эта штука на самом деле ведет туда, куда я хочу, в этот раз?

— Да.

— Отлично, — сказал Джейсон, похлопав Сигрид по плечу. — Увидимся на той стороне.

Выход

Выход

Теневые ворота перенесли Джейсона из башни в самом сердце города в одну из тех, что на краю города. Он появился у основания одной из башен с арками, недалеко от того места, где руины уступали место морю. Он был окружен другими искателями приключений, толпящимися вокруг, перегруппировывающимися или поднимающимися по лестницам, которые вились вокруг башни.

Его немедленно засыпало сообщениями, как только его контакты и члены группы вошли в зону досягаемости. Его команда быстро связалась с ним через голосовой чат, испытывая облегчение, что он вернулся живым. Хамфри уже прибыл, удивленный тем, что Джейсон не появился первым, и рассказал команде об испытаниях, с которыми они столкнулись.

Из собравшейся толпы казалось, что Тень отправила всех к одной и той же башне для выхода. Джейсон быстро нашел Хамфри, легко узнаваемого, так как он был выше всех, кроме нескольких леонидов и драконидов, для разговора с глазу на глаз.

— Что случилось? — спросил Хамфри. — Я ушел сразу после тебя, но ты прибываешь только сейчас?

— Тень хотела тихого разговора, — тихо сказал Джейсон, не желая привлекать внимание.

Хамфри поднял вопросительную бровь. — Ты…?

— Да.

Хамфри покачал головой. — Я никогда не должен был сомневаться в тебе.

— Ты сомневался во мне?

— Нет, теперь, когда я думаю об этом.

Джейсон рассмеялся, хлопая Хамфри по плечу.

— Пойдем найдем всех остальных.

Клайв и Нил объединились с командой Бет, за вычетом самой Бет, которая отсутствовала с Джейсоном и Хамфри. В то время как множество групп использовали свою последнюю возможность поохотиться за сокровищами, смешанная команда взяла на себя задачу поиска культистов. Клайв принес с собой все, что мог придумать, чтобы отследить потенциальную активность культистов, но ничего не нашел.

Джейсон и Хамфри встретились с Клайвом и Нилом, которые привели всех туда, где Джори и Софи обустроили удобное место, чтобы ждать всех остальных. Вместо того чтобы искать свежих врагов или сокровища в последнюю минуту, они выбрали хорошее место у воды, натянули тент и гамак, постелили одеяло и поставили складной стул. Софи отдыхала в гамаке, а Джори довольно сидел в кресле, оба читали книги.

Джейсон и Хамфри сошлись у маленького лагеря, прибыв сразу после Клайва, Нила и команды Бет. Приветствия были теплыми, с облегчением от того, что прошли через недели смертельной опасности. Чувство того, что они пережили все и знали, что находятся в безопасности на данный момент, было потрясающим. Оно только усиливалось горьким знанием, что не каждой команде так повезло.

Даже Софи присоединилась к приветственным объятиям, по крайней мере, для Хамфри. Джейсона она окинула взглядом с ног до головы и просто сказала: — Значит, ты не умер.

— Разочарована? — спросил он.

— Я рада, что ты жив, — признала она. — Было бы куча юридических проблем с моим контрактом, если бы ты умер.

— Это звучит сурово, — сказал Нил. — И это исходит от того, кто смутно надеялся, что он хотя бы немного покалечится.

— О, я чувствую здесь любовь, — сказал Джейсон.

— Ты ведь чуть не убил ее, — сказал Джори. — Потребовался я и жрец Целителя, чтобы очистить то проклятие и яд, которыми ты ее напичкал. Даже тогда это было на грани.

Они расширили лагерное пространство Джори, добавив больше стульев и стол с закусками, наполненный сэндвичами и холодным чаем. Когда они устроились, Софи села рядом с Джейсоном на мягкий коврик, небрежно толкнув его плечом.

— Я рада, что ты не умер, — тихо сказала она, словно неохотная искренность ее слов была пугливым животным, которое убежит, если его испугать. Джейсон одарил ее фирменной озорной ухмылкой.

— Пока наши уважаемые лидеры команд пытались убить себя из-за косы, которую, по-видимому, никто не заполучил, — сказал Клайв, — остальные из нас изучали проблему культистов. Я сосредоточил наши поиски вокруг башни, потому что эти башни, опоясывающие город, являются якорями, которые привязывают это астральное пространство к нашему миру. Культистам придется разрушить их, чтобы разорвать эту связь, поэтому я искал следы магического вмешательства. Башни сами по себе увлекательны, но, насколько я могу судить, та, что здесь, функционирует беспрепятственно. Может быть, они работают над другими башнями или используют какую-то астральную магию, о которой мы никогда не слышали.

— Может быть, культисты не хотели рисковать, посылая кого-либо, — предположил Хамфри. — Люди Эмира проверяли ауры.

— Нет, — сказал Джейсон. — Культисты могли либо послать людей, у которых не было звездных семян, либо людей, у которых звездные семена были так долго, что отпечаток ауры, который есть у Магического общества для них, включает семя.

— Ты думаешь, культ был в Гринстоуне достаточно долго для этого? — спросил Моз.

Моз Кавендиш был кузеном Бет, эльфом с разрушительными заклинаниями огня и ветра, с которым Джейсон и Хамфри уже работали по контракту в прошлом. Классическая стеклянная пушка, с тех пор он усердно работал, чтобы заработать место в команде своей кузины.

— Они определенно были в Гринстоуне некоторое время, — сказал Нил. — Ты не действуешь в том масштабе, который мы видели, без того, чтобы люди не заметили. Не если только ты не строишься очень медленно и очень осторожно.

— Тогда вопрос, который меня занимает, — сказал Хамфри, — заключается в том, является ли то, что Клайв ничего не нашел, хорошо или плохо.

— Определенно плохо, — сказал Джейсон. — Мы все собираемся эвакуироваться. Если бы я был глубоко преданным культистом — а тот факт, что они все взрываются при поимке, предполагает, что они таковы, — то я бы не стал ничего предпринимать, пока все здесь. Я бы остался позади и выполнил работу, как только мы все уйдем. По-видимому, пребывание здесь в ловушке длится только до тех пор, пока астральное пространство не будет отрезано и Строитель не придет, чтобы забрать его.

— Я не уверен, что слежу за этим разговором, — сказал Хадсон. Он был фронтлайнером команды Бет и даже крупнее Хамфри, с склонностью к созданию стен земли. Команда Джейсона была необычна тем, сколько они знали о культе Строителя и угрозе, которую они представляли. Команда Бет и Джори слушали с ужасом, пока Клайв объяснял.

Во время объяснения Бет воссоединилась со своей командой. Команды Валдиса и Кина также нашли путь к лагерю, требуя от Клайва пару раз повторить свои объяснения. Это оказалось полезным — повторение помогло тем, кто менее искушен в восприятии объяснений о великих астральных существах, астральных пространствах и идее их кражи.

Некоторые из иностранных искателей приключений уже знали кое-что из этого, особенно Валдис и Сигрид. Однако даже они имели мало понимания о вовлеченных механизмах и были впечатлены, когда Клайв разъяснял различные детали.

— Ты уверен, что доволен своей нынешней командой? — снова спросил его Валдис, заработав шлепок по руке от Сигрид.

— Прямо перед его командой, — сказала Сигрид. — Ты бессовестный. К тому же, он не согласится оставить их, пока они прямо перед ним. Тебе нужно отвести его в сторону, где ты сможешь объяснить, насколько мы лучше.

Джейсон расхохотался. — А ты говоришь, что он бессовестный.

Клайв закончил свое объяснение предположением, что культ Строителя будет нацелен на астральное пространство, в котором они сейчас находятся.

— Итак, что нам делать? — спросил Валдис. — Было ясно, когда мы входили, что культ будет охотиться за этим астральным пространством. Кто-нибудь разработал план, чтобы справиться с этим?

— Мы понятия не имели, с чем столкнемся, — сказал Джейсон. — По сути, нам сказали держать глаза открытыми и доверять своему суждению.

— В нашем более раннем обсуждении, до того как ты пришел, — сказал Клайв, — мы пришли к выводу, что культисты среди нас, скорее всего, останутся позади, пока остальные эвакуируются до того, как астральное пространство закроется.

— Оставляя их свободными для выполнения своей работы, как только все остальные уйдут, — рассудил Валдис. — Не говоря уже о монстрах, тех призрачных вещах и мясных существах. Можем ли мы попытаться составить какой-то список? Все эти команды высматривали друг друга еще до того, как мы даже начали. Держу пари, мы могли бы получить полный список участников, если бы поспрашивали.

— Это не имело бы значения, — сказала Сигрид. — Нет способа узнать, кто погиб или использовал свои медальоны побега, чтобы уйти. Мы даже не знаем, отправляла ли Тень людей к другим башням с арками, чтобы уйти. Похоже, что здесь все, но мы не можем быть уверены.

— Я не думаю, что мы можем что-то сделать, — сказал Хамфри. — У нас не так много вариантов, которые я вижу, и у нас их не будет, как только мы уйдем. Оставаться позади — тоже не вариант. Успех все равно будет означать остаться здесь в ловушке навсегда, в то время как неудача оставит нас в руках Строителя.

Валдис кивнул. — Я тоже не вижу никакого стоящего варианта. В таком случае, мы можем так же хорошо уйти. Здесь для нас больше ничего не осталось.

Джейсон, Бет и Хамфри посмотрели друг на друга и обменялись кивками.

— Согласны, — сказала Бет.

Лидер команды Кина, Роланд, сделал то же самое.

Они присоединились к постоянному потоку людей, уже поднимающихся по башне, болтая, пока они непринужденно пробирались вверх по винтовым лестницам. Ступени были каменными колышками, установленными в стене башни, достаточно широкими, чтобы идти по двое. Команды смешивались, расслабляясь и разговаривая вместе теперь, когда они почти выбрались. Передняя группа состояла из Валдиса, Сигрид, Бет, Хамфри, Джейсона и Кина.

— Знаете, у меня на самом деле был шанс получить косу, — сказала Бет.

— Правда? — спросил Валдис, бросив взгляд на Сигрид.

— Была дополнительная комната для людей, которые разгадали последнюю загадку, — сказала Бет.

— Каким было скрытое испытание? — спросил Валдис.

— Лучше оставить это при себе, спасибо, — сказала ей Бет.

— Вот что сказала Сигрид, — пожаловался Валдис.

— Тогда тебе следует перестать спрашивать, — сказала ему Сигрид.

— Я опоздала, — сказала Бет. — Я была там четвертой. Я не видела, кто забрал косу, потому что они уже ушли. Если только Сигрид не лгала и не забрала ее до того, как я туда добралась.

— Я не забирала, — сказала Сигрид.

— Согласно Тени, — сказала Бет, — кто-то разгадал скрытое испытание до того, как остальные из нас узнали, что оно вообще существует, вот как они пошли и так быстро ее забрали.

— Значит, это определенно была не Сигрид, — сказал Валдис. — Я был с ней, когда она догадалась. Джейсон и Хамфри, вы двое уже ушли. Вы практически прыгнули через те теневые ворота.

— Я просто хотел выбраться до того, как люди набросятся друг на друга из-за косы, — сказал Джейсон.

— Ты так говоришь, — сказал Валдис, — но если я правильно помню, Хамфри интересовался, догадался ли ты, прямо перед тем, как вы двое сделали ноги. Вы были первыми двумя, кто прошел через ворота.

— Джейсон, ты получил косу? — спросил Кин.

— Конечно, нет, — сказал Джейсон.

— Он лжет, — сказала Софи из-за спины Джейсона. — Можно понять, когда он лжет.

— Как? — спросил Валдис с жадным любопытством.

— Он бодрствует, — сказала Софи. — Даже его язык тела манипулятивен.

— Это правда, — сказал Хамфри со смехом.

— Я чувствую себя очень обремененным.

— Я знаю твою боль, — сказал Валдис, давая плечу Джейсона сочувствующий похлопывание. — Моя команда тоже набрасывается на меня.

— Ты говоришь «набрасывается», — сказала Сигрид. — Почему-то он всегда кажется, что превосходит нас числом, хотя он один.

— Я не могу помочь тому, что у меня мужская энергия десяти мужчин, — сказал Валдис. — Это просто то, какой я есть.

— Это благословение и проклятие, верно? — спросил Джейсон.

— Так верно, — согласился Валдис.

— Нам следует столкнуть их с края, — сказала Сигрид.

— Не знаю насчет твоего парня, — сказала Софи, — но у нашего есть способность медленного падения, так что это не поможет.

Они достигли вершины, где Тень направляла искателей приключений через теневые ворота посреди плоской крыши. Когда Джейсон приблизился, Тень остановила его.

— О, что теперь? — спросил Джейсон.

— У вас есть жетон Жнеца, — сказала Тень.

— Откуда вы это знаете?

— Я чувствую это. Я связана с ним.

— Почему? — настороженно спросил Джейсон.

— Я вызванное существо, — сказала Тень. — Меня можно описать как фамильяра этого места, точно так же, как я когда-то была фамильяром человека, который построил его. Как и все фамильяры, я астральная сущность, просто населяющая этот сосуд. Моя истинная природа — это тень Жнеца.

— Погодите, — сказал Джейсон. — Вы имеете в виду настоящую тень Жнеца? В смысле, поставьте лампу рядом с парнем, и вушка, вот вы и здесь?

— У Жнеца много теней, — сказала Тень. — Я лишь одна из множества.

— Итак, что именно делает этот жетон? — спросил Джейсон.

— Джейсон, мы задерживаем очередь, — позвал Нил. — Люди становятся ворчливыми.

— Иди, — сказала Тень Джейсону. — Включи жетон в свой ритуал пробуждения.

Недовольно оглянувшись на толпу искателей приключений, Джейсон прошел через теневые ворота. На другой стороне, в некогда затопленной деревне на дне озера, Гэри, Руфус и сотрудники Эмира приветствовали искателей приключений, когда они возвращались через арку. Они отправляли железные ранги прочь, чтобы освободить место для постоянного потока позади них. Над головой магический купол не пропускал воду.

Джейсон заметил Эмира, который стоял и разговаривал с Констанцией. Рядом с ним была его внучка, Кетис. Ряд искателей приключений пытались приблизиться, но были развернуты другими его сотрудниками.

— Грег, — поприветствовал Джейсон.

— Асано.

— Могу я увидеть его?

Грег обернулся, чтобы взглянуть на Эмира, который кивнул, и Джейсона пропустили. Это не осталось незамеченным другими искателями приключений.

— С возвращением, — устало сказал Эмир. — Я слышал, что арбитр испытаний отказал в косе всем.

— Он раздал кучу книг, — сказал Джейсон. — У вас не будет проблем с заполнением пробелов в боевом образовании юной леди. Доброго дня, Кетис.

— Мы уже слышали, что никто не получил косу, — сказала Кетис.

— Действительно, слышали, — сказал Эмир. — Мы говорили с парой человек, которые прошли все испытания и сказали, что она никому не была отдана. Руфус, однако, думал иначе.

— О? — спросил Джейсон.

— Он сказал, что ты не позволишь тому, что что-то невозможно, остановить тебя. Он поспорил со мной на изысканную бутылку вина, что ты выйдешь с важным видом, скажешь что-то несносное и предъявишь косу.

— Ну, конечно, я это сделаю, — сказал Джейсон. — Я не какой-то неудачник.

Джейсон протянул руку, и коса появилась, немедленно упав на землю. Древко, приземлившись на конец, раздробило булыжники от чистого веса, затем она опрокинулась, снова расколов камень, когда рухнула вниз.

— Осторожнее с ней, — сказал Джейсон. — В ней есть немного веса.

— Констанция, — срочно сказал Эмир. Начальник штаба Эмира достала большой черный лист и положила его на землю. Эмир едва смог поднять ее, напрягая даже свою силу золотого ранга, чтобы удержать ее достаточно долго для того, чтобы Констанция подсунула лист под нее. После мгновения покоя на листе, золотой и серебряный свет начали искриться над ней.

— Настоящая вещь, — сказал Эмир, затаив дыхание.

Он поднял глаза и увидел, что Джейсон уже зашагал прочь, его плащ теперь развевался вокруг него, когда он держал путь к своей команде на краю купола. Они были готовы и ждали, их частный воздушный пузырь был как нарост на боку купола.

Пока все глаза были устремлены на Джейсона, Руфус и Гэри подошли, чтобы присоединиться к Эмиру.

— Что я тебе говорил? — спросил Руфус Эмира. — Этот человек не может не хвастаться.

— Но ты должен отдать ему должное, — сказал Гэри. — Он знает, как сделать выход. Не думаю, что он закончил, кстати. Ты видишь это?

Из-под плаща Джейсона исходил сине-серый свет, излучаемый из-под его кожи. Когда он достиг своих товарищей по команде, наблюдатели поняли, что тот же свет исходит не только от Джейсона, но и от всей его команды.

Квест: [Наследие Жнеца]

Все цели выполнены.

Квест завершен.

Награда: Расовое дарование трансфигурации.

Джейсон игнорировал выполнения целей квеста, потому что никогда не ожидал завершить его. Только сейчас он был готов насладиться причудливой наградой. Он наколдовал свой плащ, чтобы скрыть идиотскую ухмылку, настолько широкую, что он чувствовал, как она пытается вывихнуть верхнюю часть его головы. Глядя вперед на свою команду, он увидел, как свет начал исходить от них, и поспешил встретить их.

— Это ощущается покалыванием, — сказала Софи.

— Я знаю, что у тебя была эта квестовая штука, но я не могу поверить, что она действительно может сделать это, — сказал Нил.

— Статья, которую я напишу об этом, будет так хорошо принята, — сказал Клайв.

— Ну, — сказал Хамфри, положив руку на плечо Джейсона. — Теперь мы официально прибыли. Лучше поверь, что слух об этом распространится.

— Просто пойдем, — сказал Джейсон.

Они взобрались на ритуальную платформу, которую подготовил Клайв, и выскользнули из купола. Свет продолжал исходить от них, пока собравшиеся искатели приключений наблюдали, как они уплывают прочь.

Расовая способность иномирянина [Карта] эволюционировала в [Тактическую карту].

Способность: [Тактическая карта]

Трансфигурирована из способности иномирянина [Карта].

Самообновляющаяся карта. Открывается по мере исследования областей.

Маленькая, полупрозрачная карта позволяет отслеживать ближайших союзников и врагов. Это эффект отслеживания.

— Мини-карта, неплохо, — пробормотал Джейсон про себя, пока члены его команды смотрели на свои собственные способности.

Расовая способность человека члена группы [Клайва Стэндиша] [Человеческие амбиции] эволюционировала в [Жажду знаний].

Расовая способность эльфа члена группы [Нила Дэвона] [Сродство с жизнью] эволюционировала в [Хранителя жизни].

Расовая способность целестины члена группы [Софи Уэкслер] [Целостность маны] эволюционировала в [Источник маны].

Расовая способность человека члена группы [Хамфри Геллера] [Сродство со спецприемами] эволюционировала в [Атаку миражного дракона].

— Посмотри на это, — сказал Джейсон. — Нил действительно эльф.

— Заткнись, Асано.

Неглубокая почва

Неглубокая почва

Команда Хамфри горела желанием испытать свои новые способности, как только они достигли берега, но дела были немного заняты. Пока железные ранги были в астральном пространстве, еще больше людей ожидали их возвращения. Многие из иностранных искателей приключений привезли семьи, даже не включая местных. Облачный дворец был размещен недалеко от берега маленького городка, который переживал то, что было по сути фестивалем на протяжении большей части трех недель. Горожане были измотаны, но все более богаты, так как городки и деревни вокруг озера были вовлечены. Маленькая армия требовательных посетителей принесла приливную волну денег в местную экономику.

Дела стали еще более оживленными теперь, когда постоянный поток искателей приключений выходил из озера в радостные объятия семьи. Семья Нила присутствовала, более чем счастливая поддерживать компанию с Геллерами. Отец и сестра Хамфри вернулись в Гринстоун, пока он был в астральном пространстве, и ждали вместе с его матерью. Даже родители Клайва были вовлечены Даниэль Геллер, выглядя очень неловко рядом с самым престижным искателем приключений Гринстоуна.

Все, что когда-либо было у Софи, — это ее ныне давно умерший отец, но Белинда была теперь ее сестрой и подошла к ней с приветственным объятием. Джейсон смотрел на них всех, чувство изоляции, которого он не испытывал долгое время, подкрадывалось к нему. В его старой жизни близкой была только семья его старшей сестры; он избегал других людей. Он не был счастлив, но и одиноким себя не чувствовал.

Его охватило воспоминание, что это не его мир. Его драгоценные связи были также новыми связями. Он пустил корни, но они все еще были в неглубокой почве. Взяв свое выражение под контроль, он нацепил убедительную ухмылку и достал записывающий камень.

— Привет, семья, — сказал он бодро. — Я вернулся из озера, работа сделана. Я выиграл маленький конкурс, потому что оказалось, что я потрясающий, но люди здесь пока не знают, так что я, наверное, не должен говорить это слишком громко…

* * * Утро стало днем, день стал вечером. Команда Джейсона и их семьи направились на облачный дворец, прежде чем распространился слух об их победе в конкурсе Эмира. Рассказывались истории об их приключениях, восхищая родителей Хамфри так же сильно, как они ужасали родителей Клайва. Успех Клайва в жизни, безусловно, обогатил их, что для трудолюбивой семьи Стэндиш означало большую ферму угрей. Им очень нравилось, что у их сына была хорошая, безопасная работа в офисе.

— Вы не можете держать кого-то с талантом Клайва взаперти, — сказала им Даниэль. — Вы знали, что Эмир пытался нанять его?

— Как и принц Валдис из Зеркального королевства, — сказал Хамфри.

— Погодите, — сказала мать Клайва. — Тот Валдис, о котором вы говорили, — принц?

Софи тихо ушла и нашла Джейсона, спрятавшегося в стороне, облокотившись на балкон, пока он наблюдал, как больше искателей приключений выходят из воды к восторженному приему. Она облокотилась на перила рядом с ним, его взгляд не двигался.

— Это не похоже на тебя — упустить шанс для самовозвеличивания, — сказала она, но ее голос был мягким, без обычного жала.

— Это семейное время, — сказал Джейсон. — Моя семья так далеко, что боги не могут преодолеть расстояние. Они так далеко, что там даже нет богов.

— Ты уверен в этом? Ты не верил в магию однажды, но вот мы здесь. Было бы так странно, если бы она была скрыта от тебя, там, в твоем мире?

— Знание сказала мне, что в моем мире не хватает магии, чтобы поддерживать бога.

— И ты доверяешь ей, так внезапно?

— Нет, но я не думаю, что она когда-либо лгала мне, — сказал Джейсон. — Она как я; зачем лгать, когда факты сделают это за тебя? Она просто лучше в этом, чем я.

— Если это имеет значение, — сказала она, — я думаю, Даниэль Геллер готова усыновить тебя.

Джейсон усмехнулся, и она оторвалась от перил.

— Возвращайся, — сказала она. — Что за собрание без тебя, рассказывающего людям, насколько ты велик?

— Простите? — спросил он, также выпрямляясь. — Я хочу, чтобы вы знали, что я невероятно скромен. Я вызываю вас найти кого-то более скромного, чем я…

* * * Команда наконец ускользнула, чтобы испытать свои новые способности, собравшись в тренировочном зале гостевого зала. Они не сбежали полностью, с матерью, отцом и сестрой Хамфри, наблюдающими из-за прозрачной стены наблюдательной комнаты.

По сравнению с Даниэль, ее муж, Кит, был больше похож на их сына: твердый и надежный контрапункт к ее властным чарам. Их дочь, Генриетта, казалось, серьезно относилась к своей роли старшей сестры Хамфри. Она дала понять, что его товарищи по команде еще не заслужили ее одобрения. Однако даже ее стоический взгляд сломался от недоверия, когда Хамфри объяснил, что вся команда прошла через одновременные эволюции расовых даров.

Далеко не было неизвестно, чтобы люди проходили через такие события вместе, так как обстоятельства, которые толкали одного человека за пределы его возможностей, могли легко повлиять на другого таким же образом. Хамфри и Джейсон испытали именно это в своей битве против гидры. Для целой команды сделать это было чем-то совсем другим. Несмотря на некоторые зондирующие вопросы от Даниэль и ее дочери, команда договорилась скрыть роль Джейсона как катализатора.

Однако не было смысла скрывать, что это произошло, и команда испытала свои новые способности, где это было уместно. Клайв был изначально недоволен своим расовым даром.

Способность: [Жажда знаний]

Трансфигурирована из способности человека [Человеческие амбиции].

Способности эссенций развиваются быстрее.

Изучайте информацию через использование книг навыков.

— Книги навыков? Книги навыков для людей, слишком глупых, чтобы учиться правильным способом. Без обид, Джейсон.

— Ты и твои предрассудки к книгам навыков, — сказал Джейсон. — Нет ничего плохого в том, чтобы быть полезным парнем. Мои расовые дары не то чтобы косят моих врагов, как пшеницу. Подумай обо всех обыденных вещах, которые тебе нужно изучить, которые отнимают время от того, как ты действительно хочешь проводить свое время. Теперь ты можешь просто изучить неважные вещи по книгам навыков и проводить время там, где это действительно важно.

— Хм, — задумчиво сказал Клайв. — Я никогда не думал об этом так.

— Возьми боевые искусства, например, — сказал Джейсон. — Ты никогда не находил времени, чтобы изучить навыки рукопашного боя, но теперь ты можешь изучить их по книге навыков. Они не сравнятся с Софи или даже со мной, с тем временем, которое я вложил, но они могут стать разницей между жизнью и смертью в крайнем случае.

Никто не спорил, что способность Нила была чем угодно, кроме как благом для команды.

Способность: [Хранитель жизни]

Трансфигурирована из способности эльфа [Сродство с жизнью].

Эффекты, используемые или полученные с положительным эффектом на жизнь, имеют больший эффект.

Использование способности эссенции на основе щита на союзниках также дарует эффект исцеления со временем.

Они испытали исцеление, которое было не особенно мощным, но все же заметным. Где способность Нила восстанавливала здоровье, способность Софи пополняла ману.

Способность: [Источник маны]

Трансфигурирована из способности целестины [Целостность маны].

Текущие затраты маны на поддерживаемые способности снижены. Сопротивление эффектам истощения маны увеличено.

Когда мана не потребляется поддерживаемой способностью, регенерация маны для себя и союзников в пределах вашей ауры значительно увеличена.

Способность ауры Клайва также увеличивала регенерацию маны, и некоторые быстрые тесты с перекрытием аур показали, что комбинированный эффект был впечатляющим.

— У нас никогда не закончится мана, — сказал Нил, наблюдая, как его полоска маны наполняется. Джейсон показал им, как вызывать индикаторы для маны, выносливости и здоровья.

— Говори за себя, — сказал Хамфри. — Ты можешь недооценивать, как быстро я могу сжечь ее. Мой расовый дар драконьей эссенции позволяет мне сжигать ману, чтобы увеличить мою физическую и магическую силу. Если я использую это и прогоню свои силы одну за другой, я могу очень быстро опустошить бак.

— А как насчет новой? — спросил Джейсон. — Твоя — та, которую мы все ждали.

— Согласен, — сказал Нил. — Почему миражный дракон?

— Сташ — миражный дракон, — сказал Хамфри. Мышь высунула голову из нагрудного кармана Хамфри, и он почесал ее за ушком.

— Я держал его скрытым во время испытаний, потому что не хотел привлекать слишком много внимания. Миражные драконы редки, даже для драконов, и я не хочу, чтобы кто-то пытался убить меня и забрать его.

— Ну, давайте посмотрим на новую способность, — сказал Джейсон.

Способность: [Атака миражного дракона]

Трансфигурирована из способности человека [Сродство со спецприемами].

Вы с большей вероятностью пробуждаете специальные атаки, чем другие типы способностей. Ваши специальные атаки имеют увеличенный эффект.

Когда вы совершаете специальные атаки, вы можете потратить ману, чтобы создать недолговечного, иллюзорного двойника, повторяющего атаку. Иллюзия не наносит урона и не дублирует другие эффекты атаки, но вы можете потратить ману, чтобы переключиться-телепортироваться с ней в момент ее создания. Это иллюзия и эффект телепортации.

— Что за чертовского рода читерская способность? — спросил Джейсон.

Они наблюдали, как Хамфри и Софи участвуют в легком спарринге. Атаки Хамфри были больше подходили для борьбы с монстрами, чем с людьми, что обычно давало ей относительно легкое время блокировать или уклоняться от них. Даже просто обучение использованию его обманчивых новых двойных атак уже заставило сложность взлететь до небес.

— Это ужасно, — сказала Софи, когда они закончили. — Гибкость, которую это добавляет к твоим атакам, просто безумна.

— Думаю, мы можем с уверенностью сказать, кто выиграл в лотерею расовых даров, — сказал Джейсон, хотя он был вполне доволен своей собственной способностью. Мини-карта, плавающая в его поле зрения, имела зеленые точки для его союзников и желтые точки для других людей. Он еще не встречал врага, но ожидал, что они появятся как красные.

* * * Джейсон вздохнул.

— Нет, Клайв. Нет, и я серьезно.

— Это невероятная возможность. Все эти люди ищут ритуалы пробуждения, и тебе даже не пришлось бы ничего делать. Я проведу ритуалы, а ты просто должен пропустить их через свою группу.

Джейсон потер виски.

— Клайв, ты не слушаешь. Хамфри, пожалуйста, объясни это Клайву.

Они тихо заняли одну из террас гостевого крыла, отпросившись у своих семей, чтобы немного отдохнуть. Солнце зашло, но облачный дворец осветился внутренним освещением, и они наслаждались теплым ночным воздухом, откинувшись на ряде шезлонгов. Снизу поднимались звуки празднования оттуда, где искатели приключений разбили лагерь между облачным дворцом и городом.

После недель постоянной опасности внезапная безопасность была как выпуск предохранительного клапана. Большинство из них уснули, пока Клайв не начал выступать за запись каждой способности, пробужденной камнями Жнеца, которые получили так много искателей приключений.

— Джейсон уже привлек больше внимания к своим способностям, чем, вероятно, следовало, когда мы все продвинули наши расовые способности, — сказал Хамфри. — Вызывать у людей еще больший интерес — опасное предложение.

— Вот почему Руфус, Гэри и Фарра предупредили меня держать иномирянина при себе, — сказал Джейсон. — Что произойдет, когда кто-то разделит твой интерес к моим способностям, Клайв, но они золотого ранга и не заботятся о моем мнении? Меня утащат ночью, и ты больше никогда меня не увидишь.

— Это просто кажется пустой тратой потенциала, — сказал Клайв.

— До того как я пришел сюда, — сказал Джейсон, — трата моего потенциала была своего рода моим делом.

— Иногда ты просто должен принять то, что получаешь, и отпустить остальное, — сказала Софи Клайву.

Джейсон сознательно отводил глаза от того места, где она томно растянулась на шезлонге, опасаясь, что они вылетят из его головы.

— Если ты бегаешь, преследуя наилучший возможный результат, — сказал Нил Клайву, — ты можешь упустить великую вещь, от которой отказался, чтобы поддерживать погоню.

— Что это значит?

— Это значит, что Джейсон не собирается уступать в этом, и если ты продолжишь давить, он вышвырнет тебя из группы, пока мы все не пройдем наши ритуалы пробуждения.

— Значит, ты говоришь, что я должен быть счастлив с записью способностей нашей собственной команды? — спросил Клайв, нежелание все еще было густым в его голосе.

— После того показа эволюций даров, — сказал Нил, — хранение способностей Джейсона при себе может быть закрытием ворот после того, как хайдель сбежал, на данный момент. Может, компромисс, Асано. Позволь Клайву провести ритуалы пробуждения для нашей группы, группы Кавендиша и, может быть, группы принца Валдиса. Не то чтобы он уже не обращает внимания.

Джейсон издал стонущий вздох.

— Я могу с этим жить, — уступил он.

— Отлично! — сказал Клайв, вскакивая со своего стула. — Я пойду организую вещи.

— Придержи коней, шеф, — сказал Джейсон. — Мы должны разобраться с собой, прежде чем начнем собирать кого-то еще.

— Он прав, — сказал Хамфри. — По крайней мере, у нас есть несколько камней пробуждения, которые нужно забрать у Эмира.

— Тогда пойдем найдем его! — сказал Клайв.

— Завтра, — твердо сказал Хамфри. — Сегодня вечером мы отдыхаем.

Облегчение

Облегчение

По возвращении в облачный дворец на следующий день первым действием Эмира было обеспечение безопасности косы. Вторым — поиск Джейсона и его команды на террасе балкона и наслаждение легким обедом.

— Присоединяйтесь к нам, — сказал Джейсон, когда прибыл Эмир.

— Я немного занят прямо сейчас, — сказал Эмир.

— Вы уверены? — спросил Джейсон. — У нас есть суфле из золотой сливы.

— Ну, — сказал Эмир. — Полагаю, мы можем поговорить за обедом.

— Итак, вы пришли дать нам несколько камней пробуждения высшего класса?

— На самом деле, я пришел дать вам четыреста девятнадцать перемещенных во времени жрецов, которые вышли из арки очень сбитыми с толку и спрашивающими вас по имени.

— О, точно, — сказал Джейсон. — Оказывается, у сущности, управляющей испытаниями, была куча жрецов и святых воинов, запертых еще с тех времен. Я уговорил его отпустить их всех. Я не осознавал, что их будет так много, но полагаю, им нужно было достаточно для всех. Я не был уверен, что он действительно выполнит обещание и отпустит их. Вы действительно оставляете их мне, чтобы я разобрался? Я бы подумал, что вы будете повсюду вокруг этих людей и того, что они знали.

— На самом деле, да, — признал Эмир. — У меня в штате есть историк, у которой чуть не случился припадок, когда я рассказал ей о них. Думаю, мы в конечном итоге тщательно допросим их, а затем передадим их различным церквям, чтобы они разобрались. Что бы мы ни думали о определенных религиозных организациях, прямо сейчас я не вижу особо лучшего варианта.

— Они, возможно, не все захотят возвращаться, — сказал Джейсон. — Я мог бы представить, что некоторые из них будут разочарованы тем, через что прошли.

— Не все так легкомысленны с церквями, как ты, Джейсон, — сказал Эмир. — Если кто-то из них все же отложит свою веру в сторону, ты можешь скоординироваться с Обществом искателей приключений, чтобы разобраться с этим.

— Я представляю, что они заберут это из моих рук, — сказал Джейсон. — Это звучит как проблема для трехзвездочного искателя приключений, что слишком сложно для простого старого меня с моей единственной звездой.

— Верно, — сказал Эмир, заработав оскорбленный взгляд от Джейсона. — И насчет тех наград, я попрошу Констанцию принести тебе список камней пробуждения, которые у нас есть. Ты можешь выбрать любые пять, какие захочешь.

— А как насчет облачного дворца? — спросил Хамфри. — Это была награда, от которой у всех искателей приключений текли слюнки.

— Очевидно, есть только один облачный дворец, который можно получить, — сказал Эмир. — Это связанный предмет, так что вам нужно будет решить, к кому из вас он будет привязан.

— Это будет Джейсон, — сказал Хамфри. — В конце концов, именно он получил косу.

— Мы должны хотя бы поговорить об этом, — сказал Джейсон.

— Мы поговорили, — сказал Хамфри. — Мы все согласились.

Джейсон оглянулся на команду, и они все кивнули.

— Если ты не хочешь его, я с радостью заберу его у тебя, — сказала Софи.

— Нет, это нормально, — сказал Джейсон. — Я возьму его.

* * * Они смогли выбрать пять камней, по одному для каждого члена команды. Легендарный камень был ближайшей вещью к фактическому выбору конкретной силы, что делало выбор из подборки легендарных камней несравненной роскошью. Констанция принесла им список камней в запасе Эмира, который оказался поразительно большим.

Нил и Джейсон оба выбрали камни пробуждения аватара, известные тем, что чаще всего производят способности призыва и мощные усиливающие способности. Хамфри выбрал камень пробуждения возрождения, надеясь на мощную способность восстановления. Софи, по совету Констанции, выбрала камень пробуждения целестиалов. Клайв выбрал камень пробуждения кармы, такой же, как его эссенция слияния, хотя он не смог бы его использовать.

Они ждали в гостиной гостевого крыла, пока Констанция ушла и вернулась с длинной деревянной коробкой, верх которой она сдвинула, чтобы показать пять камней пробуждения, лежащих на черном бархате.

— У нас изначально было три таких, — сказала Констанция, передавая камень целестиалов Софи. — Они были созданы из способности иномирянина, как у Джейсона, и я никогда не слышала, чтобы они появлялись где-то еще. Единственная причина, по которой они вообще появляются в записях Магического общества, заключается в том, что мы позволили обществу исследовать их.

— Значит, вы не знаете, каковы их наклонности к силе? — спросил Клайв.

— Остальные два были использованы целестинами, — сказала Констанция. — В обоих случаях способности усиливали их естественные расовые дары.

Клайв передал свой камень Софи.

— Он должен хорошо сочетаться с твоей эссенцией баланса и дать тебе что-то грозное, — сказал он.

Софи посмотрела на камни, которые держала в каждой руке. Каждый из них был ценным на уровне, который она едва могла осознать. Даже большинство эссенций не принесли бы такой высокой цены, если бы кто-то растратил их на открытом рынке. Она посмотрела на Клайва, который положил свою руку поверх ее, закрывая ее пальцы, когда она попыталась отдать его обратно. Он одарил ее теплой улыбкой.

— Это только начало, — сказал он ей. Она неуверенно огляделась, но нашла поддерживающие улыбки повсюду. Даже Джейсон выглядел нехарактерно искренним, без своего обычного выражения размышления о шутке, о которой никто другой не знал.

— Итак, чьи камни мы используем первыми? — спросила она.

— Джейсона, — сказал Клайв. — Я хочу увидеть, что производят эти два камня Жнеца. К тому же, он быстрее, потому что ему не нужен ритуал.

— На самом деле, я хочу использовать один, — сказал Джейсон. — Тень сказала, что я должен включить это в ритуал.

Джейсон бросил предмет Клайву, квадрат обсидиана с выгравированной косой в серебре, вместе с надписью, которую он не мог прочитать. Клайв посмотрел на него, затем вверх на Джейсона.

Предмет: [Жетон Жнеца] (трансцендентный ранг, легендарный)

*??? *(расходуемый, ???).

Эффект: ???

— Это жетон астрального благословения, — сказал он. — Для Жнеца, верно?

— Ага, — сказал Джейсон.

— Что такое жетон астрального благословения? — спросила Софи.

— Это то, что великие астральные существа раздают, чтобы даровать благословения, как знаки одобрения, — сказал Клайв. — Они запускают эволюции расовых даров, точно так же, как та, через которую мы все прошли. Я сам использовал один из них, когда был в возрасте Хамфри.

— Значит, это как те звездные семена? — спросил Нил, съеживаясь.

— Нет, — сказал Клайв. — Благословения безвредны. Великие астральные существа раздают их по разным причинам, тем, кто почитает их, или тем, кого они одобряют. Некоторые астральные существа даже раздавали их тем, кто работает против их интересов, потому что они враги, достойные уважения.

— И вы используете их как часть ритуала пробуждения? — спросил Джейсон, думая о другом жетоне в своем владении. Том, который, как утверждала богиня знаний, отправит его домой.

— Некоторые можно, — сказал Клайв. — Они склонны устраивать специфические способности, если вы это делаете. Это то, что могут устроить только трансцендентные существа, такие как боги. Каждый жетон имеет дополнительный эффект, и некоторые могут быть запущены только определенными способами. Если Тень сказала вам использовать его с ритуалом пробуждения, это, вероятно, должно быть с одним из камней Жнеца.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Как вы получили свой жетон, Клайв?

— Он просто появился однажды ночью, пока я учился, — сказал Клайв. — В моей комнате было пятно лунного света, хотя шторы были закрыты, и вот он. Мой наставник знал, что это такое, и помог мне использовать его с моим следующим ритуалом пробуждения.

Клайв нахмурился в раздумьях.

— Это один интересный момент, — продолжил он. — Ваш жетон пришел из вашей способности, верно? Награда за квест?

— Все верно, — сказал Джейсон.

— Это не должно быть возможным, — сказал Клайв. — Способность вашей системы квестов производить предметы — это просто еще один вариант силы добычи. Она не должна быть способна производить жетон астрального благословения. Только великие астральные существа могут делать это.

— Может, я тайно великое астральное существо, — сказал Джейсон. — Я мог бы состряпать паршивое тело, закинуть туда несколько фальшивых воспоминаний и запихнуть кусок своего сознания в него, чтобы получить смертную перспективу. Или ради смеха, что угодно.

Глаза Клайва расширились от ужаса, когда он уставился на Джейсона.

— Это… нет… это не может быть… нет… но… нет. Погодите… нет… это не может быть правдой.

— Приятель, успокойся, — сказал ему Джейсон. — Я не тайно Жнец.

— Но, я имею в виду, мыслимо…

— Нет, — твердо сказал Джейсон. — Эти существа могут просто заставить жетоны появиться, если им нравится, верно? Конечно, Жнец, имея в квадриллион раз больше силы, чем я, мог бы подправить мою способность произвести его в этот один раз. Просто награда за получение его магического инструмента для фермерства.

— Да, — сказал Клайв, кивая самому себе. — Это имеет больше смысла.

— Именно. Теперь, вы знаете, как включить эту штуку в ритуал эссенции?

— О, абсолютно, — сказал Клайв, оживляясь. — Давайте пойдем в ритуальную комнату и сделаем это.

Клайв сдержал свое слово, установив более сложный магический круг, чем он делал для пробуждений Софи. Джейсон встал посередине, с камнем пробуждения Жнеца в одной руке и жетоном Жнеца в другой.

— Готовы? — спросил Клайв.

— Да, — сказал Джейсон.

— На что вы надеетесь? — спросил Клайв.

— Ну, по-видимому, Тень ищет новую работу, — сказал Джейсон. — Я подумал, что она была бы потрясающим фамильяром.

— Серьезно?

— Почему нет? Колин великолепен, не поймите меня неправильно, но разговор не совсем искрится.

Клайв покачал головой и провел ритуал. Все прошло как обычно, за исключением того, что жетон Жнеца слился с его телом вместе с камнем пробуждения, и для Джейсона это ощущалось не иначе, как поглощение их обычно.

Вы пробудили способность темной эссенции [Тень Жнеца]. Вы пробудили 4 из 5 способностей темной эссенции.

Способность: [Тень Жнеца] (Темная)

Фамильяр (ритуал).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%)

Эффект (железный): Призвать [Тень Жнеца], чтобы служить фамильяром.

— Это выглядит как победитель, — сказал Джейсон. — Думаю, я, возможно, действительно сделал это?

Когда остальные прочитали его способность через интерфейс группы, сине-серый свет начал исходить из тела Джейсона.

— Как и ожидалось, — сказал Клайв.

[Жетон Жнеца] был потреблен.

Расовая способность иномирянина [Таинственный незнакомец] эволюционировала в [Темного всадника].

Способность: [Темный всадник]

Трансфигурирована из способности иномирянина [Таинственный незнакомец].

Языковая адаптация.

Поглощение эссенций, камней пробуждения и книг навыков.

Иммунитет к эффектам идентификации и отслеживания.

Фамильяры на основе тени могут принимать форму верхового животного, подходящего для окружающей среды.

— О, способность верхового животного, мило, — сказал Джейсон. — Теперь мне не нужно фармить все это золото.

Затем он посмотрел на требования для ритуала призыва, который потребовала бы его новая способность фамильяра.

Требования к материалам ритуала призыва [Тени Жнеца]:

343 [Камня темной квинтэссенции (Железный ранг)].

2401 [Духовная монета Железного ранга].

500 грамм [Порошка полуночного оникса].

1 [Полуночный нефрит].

24 маленькие, квадратные пластины [Ночного камня].

— Фарминг материалов для крафта, кажется, не совсем исключен.

— О чем ты говоришь? — спросила Софи.

— Ритуал для призыва моего нового фамильяра. Он требует кучу вещей, которых у меня нет.

— Это должно было быть так же для твоего первого фамильяра, верно? — спросил Клайв. — Даже более затратно, если что. Твой первый фамильяр — это апокалиптический зверь, в конце концов.

— Ты только что сказал апокалиптический? — спросил Нил.

— Не беспокойся об этом, — сказал Джейсон. — Все в порядке.

— Апокалиптический? — снова спросил Нил.

— Я сказал, все в порядке. Скажи ему, что все в порядке, Клайв.

— Он прав, — сказал Клайв. — Пока он не достигнет алмазного ранга, он определенно не сможет уничтожить всю жизнь в мире.

— ЧТО?

— Клайв, я сказал сказать ему, что все в порядке, а не что-либо об очищении мира от жизни, чего Колин никогда бы не сделал.

— Он мог бы, — сказал Клайв.

— Он бы не стал есть растения, правда? — спросил Джейсон.

— О, ты, наверное, прав, — сказал Клайв. — У тебя все еще есть книга из кровавого культа? Она может быть в ней.

— Да, Фарра отдала ее мне, когда закончила с ней. Из-за моего фамильяра. На самом деле, кровавый культ — это причина, почему у меня был такой легкий призыв Колина. Они ушли со всеми высококлассными товарами, но оставили кучу материалов железного ранга. И будучи кровавым культом, там было полно материалов железного ранга, чтобы провести ритуал. Когда Руфус делил добычу, он дал мне запасной набор на случай, если что-то случится, и мне придется призывать маленького парня снова.

— Тебе придется заняться шопингом, — сказал Хамфри. — Тем временем, как насчет твоих других камней пробуждения?

— О, да, — сказал Джейсон, потирая руки, затем вытащил еще один камень пробуждения из своего инвентаря. — Еще один камень Жнеца. У меня заканчиваются шансы получить то некротическое поражение, за которым я охотился, и я думаю, это тот самый.

После ритуала, который он использовал, чтобы поглотить свой последний камень, спокойное поглощение следующего казалось антиклимаксом.

Вы пробудили способность темной эссенции [Рука Жнеца]. Вы пробудили 5 из 5 способностей темной эссенции.

Вы пробудили все способности темной эссенции. Связанный атрибут [Скорость] будет продвигаться в сочетании с самой низкоранговой способностью темной эссенции.

Способность: [Рука Жнеца] (Темная)

Конъюнкция (болезнь).

Стоимость: Низкая мана-в-секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%)

Эффект (железный): Призвать гибкую, полусущественную теневую руку, которая может удлиняться или уменьшаться. Предметы могут быть призваны в теневую руку. Может использоваться для совершения специальных атак ближнего боя. Специальные атаки, совершенные с использованием руки, наносят [Ползучую смерть] в дополнение к другим эффектам.

[Ползучая смерть] (урон-со-временем, болезнь, суммирующийся): Наносит продолжающийся некротический урон, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Огромная ухмылка растянулась на лице Джейсона. Отсутствие некротического поражения в его репертуаре способностей все больше давило на его разум по мере того, как его доступные слоты уменьшались. Облегчение от закрытия пробела в его наборе сил было подобно наконец сходить в туалет после отчаянного сдерживания слишком долго, и он издал довольный вздох.

— Эта сила звучит странно, — сказала Софи, читая описание. — Она также звучит жутко. Гибкая рука, крадущаяся вокруг?

— Кажется, она будет универсальной, — сказал Хамфри. — Ты можешь использовать ее для совершения специальных атак, но также просто увеличить свою способность дотянуться. Это не сила телекинеза, но я представляю, что ты найдешь ей применение.

— Я попробую, — сказал Джейсон.

Он протянул руку, которая трансмутировала в ту же теневую материю, из которой был сделан его плащ. Она удлинилась, чтобы скользнуть вокруг лодыжки Хамфри, как удав.

— Я могу использовать это в бою не только для совершения атак, — сказал Джейсон и сильно дернул назад теневой рукой. Хамфри, однако, не сдвинулся, Джейсон вместо этого дернул себя с ног и упал в нелепую кучу.

— Кажется, она вообще не увеличивает мою силу, — сказал он с пола.

— Тебе нужно будет тщательно протестировать ее, чтобы увидеть, что ты можешь, а что не можешь делать с ней, — сказал ему Хамфри. — А пока переходи к следующему камню.

— Точно, — сказал Джейсон. — Я могу закончить с последним, и кто-то другой может прыгнуть в центр внимания.

Он достал последний камень, камень пробуждения аватара.

— Это будет сила рока, — сказал Джейсон. — Как думаешь, это будет какое-то супер-отвратительное поражение?

— Я думаю, это скорее будет сила призыва, — сказал Клайв. — Может, та, которая бегает вокруг, вызывая поражения за тебя?

— У меня уже есть Колин для этого, — сказал Джейсон.

— Помимо призывов, — сказал Клайв, — камни аватара известны способностями усиления и трансформации. Если это от эссенции рока, может, она превращает тебя в сгусток пустулезной плоти, который брызжет кусками ядов из язв по всему твоему телу.

Все настороженно посмотрели на Клайва.

— Что? — спросил Клайв.

— Это что, на самом деле вариант? — спросил Джейсон.

— Конечно, — ободряюще сказал Клайв. — Я читал тематическое исследование о ком-то с очень похожей силой. Это был на самом деле увлекательный случай, потому что постоянная природа трансформации делала ее устойчивой к ошейникам подавления.

— Постоянная? — спросил Джейсон, его лицо было бледным.

— Я уверен, все будет в порядке, — радостно сказал Нил, похлопав Джейсона по спине. — Если будет совсем плохо, мы можем возить тебя в тачке или что-то в этом роде.

— Я не буду той, кто будет ее толкать, — сказала Софи.

— Ты его контрактный слуга, — сказал Нил. — Я думаю, это должна быть ты.

— Парень, о котором я читал, был более-менее гуманоидом, — сказал Клайв, — так что это не должно быть проблемой.

— Более-менее? — повторил Джейсон.

— У него определенно было что-то, что могло сойти за ноги, — сказал Клайв.

— Может, мне стоит найти камень пробуждения, более ориентированный на специальные атаки, — сказал Джейсон.

— Не позволяйте им отговорить вас от использования такого драгоценного камня, — сказал Хамфри. — Я уверен, что вы будете в порядке. Мы бы никогда не возили вас в тачке.

— Спасибо, — благодарно сказал Джейсон.

— Мы бы попросили кого-нибудь сделать маленькую магическую тележку, — продолжил Хамфри. — Вероятно, с чем-то, чтобы запечатать запах, потому что я должен представить, что он был бы плохим.

— О, он определенно был бы, — сказал Клайв. — Вместо того чтобы потеть, парень выделял это масло, которое держало его в прохладе и убивало насекомых, но было, по-видимому, очень едким.

— Ладно, вам всем нужно перестать говорить, — сказал Джейсон.

Слава

Слава

Несмотря на все старания команды вывести его из равновесия, Джейсон использовал свой последний камень пробуждения, хотя и зажмурившись и что-то бормоча себе под нос.

— Только не превращайся в сгусток, только не превращайся в сгусток, только не превращайся в сгусток…

Вы пробудили способность эссенции Рока [Аватар Рока]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции Рока.

Вы пробудили все способности эссенции Рока. Связанная характеристика [Дух] будет развиваться вместе с наименее прокачанной способностью эссенции Рока.

Способность: [Аватар Рока] (Рок)

Фамильяр (ритуал).

Стоимость: Экстремальное количество маны.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Призвать [Аватар Рока] в качестве фамильяра.

— Еще одна способность на призыв фамильяра, — сказал Джейсон. — Я превращаюсь в персонажа-питомцевода. Не думаю, что кто-то знает, что такое аватар рока?

— Я о таком не слышал, — ответил Клайв, доставая планшет с архивом монстров. Пролистав его несколько мгновений, он покачал головой.

— Здесь нет, — сказал он. — Впрочем, с призванными фамильярами такое случается часто, ведь все они — существа из глубокого Астрала. Это бесконечный источник странных и ужасающих кошмаров.

— Мы не знаем, будет ли он ужасающим, — заметил Джейсон.

— Он называется «аватар рока», — сказал Нил. — Сомневаюсь, что это будет фамильяр целительского типа.

— А такое возможно? — спросил Джейсон. — Иметь собственного личного целителя?

— У моей сестры есть такой, — сказал Хамфри. — Но она специалист по призыву, так что у нее есть по одному представителю почти всего.

— О, черт возьми, — сказал Джейсон, просматривая требования для ритуала призыва.

Материалы для ритуала призыва [Тень Жнеца]:

108 [Квинтэссенция сияющих самоцветов (Железный)].

108 [Квинтэссенция пустотных самоцветов (Железный)].

1296 [Духовные монеты (Железный ранг)].

— Эти ритуальные материалы просто ужасны, — сказал Джейсон. — Пустотная и сияющая квинтэссенции?

— Ой, — сказал Клайв. — Это будет похуже предыдущего.

— Хорошо, что мы только что разжились сокровищами, — сказала Софи. — Эта квинтэссенция растений, может, и обычная, но у нас ее целые горы, да и бронзового ранга.

— Это немного смягчит цену, — признал Джейсон.

— Проблема будет в поиске материалов, — сказал Клайв. — Я знаю, что у Магического общества есть немного сияющей квинтэссенции, хотя дешево они ее не отдадут. Думаю, главной преградой для тебя станет пустотная квинтэссенция. На железном ранге ее на самом деле сложнее достать, чем на более высоких, даже если она дешевле.

— Об этом мы побеспокоимся позже, — сказал Джейсон. — Теперь очередь других использовать свои камни.

— Верно, — сказал Клайв. — Я подготовлю ритуал, пока вы решаете, кто следующий.

— Нам еще нужно разобраться с моими камнями, — сказала Софи. — Я подожду до попозже.

— Разумно, — сказал Хамфри. — Нил, хочешь быть следующим?

— Есть хоть какой-то шанс, что Нил превратится в монстра-сгустка? — с надеждой спросил Джейсон у Клайва.

Клайв задумчиво хмыкнул, используя свою силу, чтобы начертить ритуальный круг.

— Если я правильно помню, — сказал Клайв, — у тебя, Нил, есть свободные слоты в эссенциях щита и роста, верно? Камень аватара может дать некоторые результаты, связанные со сгустками, в эссенции роста. А что касается камня Жнеца — кто знает?

— Это утешает, — сказал Нил. — Я скорее рассчитывал на еще один призыв или, может быть, заклинание усиления. Щитовой голем был бы неплох.

— Щитовой голем? — переспросил Джейсон. — Звучит действительно потрясающе. Надеюсь, ты его получишь.

Ритуал пробуждения Нила прошел без происшествий в умелых руках Клайва.

Вы пробудили способность эссенции роста [Момент героя]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции роста.

Вы пробудили все способности эссенции роста. Связанная характеристика [Дух] будет развиваться вместе с наименее прокачанной способностью эссенции роста.

Способность: [Момент героя] (Рост)

Заклинание (благо, восстановление).

Стоимость: Экстремальное количество маны.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Дарует союзнику мощное благо, значительно увеличивающее все характеристики и сопротивления. Цель получает снижение урона, увеличение максимального запаса маны и выносливости, а также постоянное восстановление маны и выносливости. Цель игнорирует эффекты разницы в рангах. Когда действие эффекта заканчивается, цель временно ослабевает, страдая от обратного эффекта всех предыдущих усилений.

— Вот и то усиление, которое ты искал, — сказал Джейсон. — Оно превратит Хамфри в монстра.

— Думаю, более интересным применением будет призыв Нила, — сказал Клайв. — Мы едва коснулись того, что можно с ним сделать. Возможно, вы помните, что при получении тяжелых повреждений он претерпевает трансформацию, основанную на том, чему подвергся перед изменением. Представьте, что он получит, если использовать на нем это заклинание.

— Это интересный момент, — сказал Хамфри. — Одно из наших стратегических слабых мест — это наши призывные существа. У нас есть несколько стратегий, построенных вокруг роя пиявок Джейсона, но мои призывные существа и существа Нила использовались довольно мало. Как только мы добавим новых фамильяров Джейсона, у нас будет довольно внушительный выбор союзников под нашим командованием.

Пока Клайв готовил следующий ритуал, остальные строили догадки о последней способности Нила.

— Единственная непробужденная способность у меня осталась от эссенции щита, — сказал Нил. — Какая способность может исходить от камня, связанного со смертью?

— Еще один из твоих быстрых пузырей-щитов? — предположил Джейсон. — Может, с ответным уроном, как твоя способность взрывного щита.

— А как насчет стены смерти? — предложил Хамфри. — Помню, во время последнего нашествия монстров я был на внешних стенах вместе с отцом. На нас хлынула роящаяся стая марголлов, и один из моих родственников воздвиг такой пласт энергии. Каждый монстр, прошедший сквозь него, умирал на месте.

Вы пробудили способность эссенции щита [Оплот Жнеца]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции щита.

Вы пробудили все способности эссенции щита. Связанная характеристика [Мощь] будет развиваться вместе с наименее прокачанной способностью эссенции щита.

Способность: [Оплот Жнеца] (Щит)

Заклинание (измерение).

Стоимость: Экстремальное количество маны.

Перезарядка: 6 часов.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Кратковременно переносит союзников в пространственное измерение, одновременно заливая область энергией смерти, нанося урон разрушительной силой, некротический урон и накладывая [Ползучую смерть].

[Ползучая смерть] (урон с течением времени, болезнь, суммирующийся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока болезнь не будет снята. Дополнительные наложения имеют кумулятивный эффект.

— Я знаю, что я новичок во всем этом деле с приключениями, — сказала Софи, — но эта способность звучит очень мощно, верно?

— Это то же самое поражение, что и у моей способности, — сказал Джейсон. — Должно быть, любимая штука Жнеца.

— Тот факт, что до следующего использования проходит шесть часов, говорит о том, что она определенно сильна, — сказал Хамфри. — Другая способность требует целого дня. Умение выбирать момент для использования своих сил будет ключевым, Нил.

— Ничего нового, — ответил Нил.

— Полезность этой новой способности будет зависеть от того, насколько близко мы должны быть к Нилу, чтобы нас перенесло в пространственное измерение, — оценил Хамфри. — Не думаю, что остаться позади, когда применят остальные эффекты, будет приятным опытом.

— Мне кажется, я могу захватить любого в радиусе около дюжины метров, — сказал Нил. — Думаю, с таким радиусом мы сможем работать.

Пользователи эссенций инстинктивно понимали свои способности, так как камни пробуждения запечатлевали их в душе пользователя. Даже не используя их, они обладали внутренним пониманием свойств способности. Это затруднялось только в необычных случаях, как у Джейсона с его теневой телепортацией.

Пока он не преодолел ментальный блок, чтобы полностью отдаться магии, Джейсон не мог заставить теневой прыжок работать. Но даже тогда у него было понимание того, как это должно работать. Поэтому оценке Нила параметров его новой силы можно было доверять.

После Нила они перешли к Хамфри. Камень пробуждения Жнеца дал ему особую атаку, что неудивительно для человека.

Вы пробудили способность эссенции магии [Духовный жнец]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции магии.

Вы пробудили все способности эссенции магии. Связанная характеристика [Дух] будет развиваться вместе с наименее прокачанной способностью эссенции магии.

Способность: [Духовный жнец] (Магия)

Особая атака (ближний бой, измерение, истощение).

Стоимость: Низкое количество маны и выносливости.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Наносит дополнительный урон разрушительной силой и истощает ману. Обладает дополнительным эффектом против бестелесных или полубестелесных существ.

— Атака, специализирующаяся на борьбе с бестелесными противниками, — сказал Хамфри. — Я был бы разочарован, если бы не провел последние недели, сражаясь с этими существами-воргерами. Магическое оружие могло на них воздействовать, но не очень эффективно.

— Кроме того, не упускай из виду использование урона разрушительной силой для прорыва магической защиты, — сказал Нил. — Он может разрушать магические щиты, подобные моему, гораздо быстрее обычного.

Они перешли к последнему камню Хамфри. Он выбрал камень пробуждения возрождения, надеясь на восстанавливающую силу, которая увеличила бы его выносливость в затяжном бою или позволила бы дольше работать на полную мощность в коротком. Он выбрал его специально по совету матери; она хотела, чтобы он избежал недостатка в ее собственном наборе способностей. Ее силы были невероятно мощными, но ценой быстрого расхода маны и выносливости. В коротких стычках она была почти непобедима в своем ранге. Однако затяжные конфликты оставляли ее уязвимой; слишком истощенной, чтобы использовать свои грозные способности.

Вы пробудили способность эссенции мощи [Бессмертие]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции мощи.

Вы пробудили все способности эссенции мощи. Связанная характеристика [Мощь] будет развиваться вместе с наименее прокачанной способностью эссенции мощи.

Способность: [Бессмертие] (Мощь)

Особая способность (исцеление, восстановление).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Железный 0 (00%).

Эффект (железный): Мгновенно восстанавливает большую часть здоровья, маны и выносливости. Восстанавливаемое количество зависит от того, насколько истощены здоровье, мана и выносливость в момент использования способности.

— Серьезно? — спросил Джейсон. — Я был доволен своей силой теневой руки, а этот парень получает бессмертие?

— Справедливости ради, — сказала Софи, — что бы ты сказал, если бы тебя спросили, заслуживаешь ли ты или Хамфри лучшей силы?

— Я бы сказал, что я, очевидно, — ответил Джейсон. — Я буду врать, не моргнув глазом, если на кону бессмертие.

— Ты будешь врать, не моргнув глазом, если на кону хотя бы сносный обед, — сказал ему Нил.

— Это справедливо, — весело признал Джейсон.

— Поздравляю, — сказал Клайв Хамфри, хлопая его по плечу. — Ты только что приобрел то, что, возможно, является самой желанной силой в мире. Конечно, она не вернет тебя с того света, пока ты не достигнешь золотого ранга.

— Значит, это настоящее бессмертие? — спросила Софи.

— Это известная сила, по понятным причинам, — сказал Клайв. — У Магического общества есть обширные записи о ней. Конечно, существуют различные ограничения на ее способность возвращать мертвых. Ходят слухи, что эти ограничения уменьшаются или даже исчезают на алмазном ранге, но у меня нет доступа к такого рода записям.

— Похоже, Хамфри выиграл в лотерею эссенций, — сказал Джейсон.

— Тебе стоит помнить, что ты уже возвращался с того света, — сказал Клайв Джейсону, привлекая внимание группы.

— Это штука пришельцев из другого мира, — пренебрежительно сказал Джейсон. — Клайв может объяснить, пока мы идем за покупками.

Джейсон повернулся к Софи.

— Ты говорила, что Белинда осматривала рынок, верно?

— Все верно, — сказала Софи.

— Тогда пойдемте, посмотрим, сможем ли мы ее найти.

* * * В лагере искателей приключений, между облачным дворцом и близлежащим городом, возник рынок. Искатели приключений вернулись с испытаний с пространственными сумками, переполненными добычей, как и предсказывали брокеры Гринстоуна. Ряд палаток и даже бамбуковых построек, поспешно возведенных с помощью магии, образовали импровизированную торговую ярмарку. Голосовой чат Джейсона позволил им связаться с Белиндой и договориться о месте встречи, но Констанция перехватила Джейсона и остальных по пути из облачного дворца.

— Джейсон, — сказала она. — Эмир хотел бы встретиться с тобой по поводу священников, которых ты освободил во время последнего испытания.

— О, — сказал он, нахмурившись. — Хорошо. Вы идите на рынок, а я встречусь с вами позже.

Джейсон последовал за Констанцией в кабинет Эмира на вершине башни. Он был таким же, как во время его предыдущего визита: ровное пространство под полупрозрачным куполом, разделенное бассейнами с водой, в которых росли растения. К удивлению Джейсона, там находилась глава следственной группы Общества искателей приключений Табита Герт. Она бросила на Джейсона оценивающий взгляд, но ничего не сказала и ушла вместе с Констанцией на подъемной платформе, как только Джейсон прибыл.

Эмир сидел за столом, который, как и его кресло, был сделан из облачной материи. На противоположной стороне комнаты из пола поднялось такое же кресло, когда Эмир жестом пригласил Джейсона присоединиться к нему. Джейсон сел, бросив взгляд на стопки бумаг на столе Эмира.

— Как оказалось, — сказал Эмир, проследив за взглядом Джейсона, — немалая часть охоты за сокровищами — это логистика. Я подписывался на путешествия по миру и лихие приключения, но каким-то образом оказался погребен под административной работой. Мне все еще нужно представить тебе облачный дворец, но я хочу выделить для этого достаточно времени. Такой необычный предмет требует определенного количества инструкций, которые я не намерен торопить, да и есть другие заботы, требующие внимания.

— Вам нужно что-то от меня по поводу этих священников, которые сбежали из испытаний? — спросил Джейсон. — Вы же привезли их церкви, верно?

— Да, хотя неизбежны проблемы. Одна из них связана с нашим старым другом, церковью Чистоты, к которой принадлежит целая четверть священников.

— Кэл проверял поместье Вейнов? — спросил Джейсон.

— Проверял. Насколько он может судить, это был пункт перегруппировки для членов культа Строителя, которые рассеялись после побега из пустынного астрального пространства. Однако после этого они двинулись дальше.

— Он нашел достаточно, чтобы прижать церковь?

— Нет, — сказал Эмир. — Они могут просто заявить, что ничего не делали с этим местом из-за его изолированности и что они ничего не знали.

— Жаль, — сказал Джейсон. — Мне почти жаль отдавать этих священников церкви.

— Как оказалось, это не проблема, — сказал Эмир. — Церковь объявила их оскверненными за время, проведенное в астральном пространстве. Подозреваю, они не хотят видеть кучу новых лиц, пока находятся в разгаре проведения огромного заговора.

— Не стоит недооценивать старую добрую нетерпимую фанатичность, — сказал Джейсон.

— В любом случае, — сказал Эмир, — у нас есть сотня сбитых с толку, перемещенных во времени, только что отлученных от церкви священнослужителей.

— Как это вообще работает? — спросил Джейсон. — Чистота явилась и забрала их эссенции?

— Да, у тех, у кого были божественные эссенции и камни пробуждения.

— Так что теперь с ними будет?

— Либо их примет другая церковь, либо они заменят свои недостающие эссенции обычными. К счастью, они всего лишь железного ранга, так что потеря эссенций не является критической. Ты видел уходящего временного директора; она будет организовывать, что с ними делать.

— Она не выглядела жаждущей вовлечь меня в этот процесс, — сказал Джейсон. — Зачем я вам нужен?

— Похоже, существо, управляющее испытаниями, сообщило им, что именно ты был тем, кто вступился за их освобождение. Они и представители церкви, которые действительно приветствовали возвращение своих потерянных людей, очень хотят встретиться с тобой.

Джейсон застонал. — Почему он должен был пойти и рассказать им?

— Разве ты не хочешь своего момента славы? — спросил Эмир с улыбкой.

— Мне комфортнее присваивать незаслуженную славу, чем получать настоящую, — сказал Джейсон. — Все, что я сделал, — это попросил парня отпустить их, и он сказал «да». Едва ли стоит поднимать из-за этого шум.

— Считай это практикой, — сказал Эмир. — Искатели приключений становятся героями для многих, и сомневаюсь, что это последние жизни, которые ты спасешь.

— Полагаю, — сказал Джейсон. — Но в следующий раз, когда я кого-то спасу, я скажу им, что меня зовут Хамфри.

Эмир рассмеялся.

— Ты уже использовал свои камни пробуждения? — спросил Эмир, меняя тему.

— Констанция поймала нас, когда мы только вышли из ритуальной комнаты, — сказал Джейсон. — Нам нужно разобраться с камнями и эссенциями Софи и Белинды, плюс у меня есть материалы для двух призывов фамильяров, которые нужно достать. Я не питаю надежд найти нужную мне квинтэссенцию на месте.

— Возможно, я смогу помочь с этим, — сказал Эмир. — Пусть твоя команда воздержится от продажи своих товаров здесь. Будет наплыв эссенций и камней пробуждения, что снизит цену. Покупайте здесь то, что сможете, по дешевке, а я попрошу Хестер отправить вас порталом туда, где вы сможете продать свою добычу с хорошей прибылью. Вы также сможете получить доступ к более широкому рынку для того, что вам нужно.

— Это было бы потрясающе, спасибо, — сказал Джейсон.

— Иди встреться с представителями церкви, а я улажу дела с Хестер. Констанция будет ждать, чтобы показать тебе путь.

— Как у вас с Констанцией? — спросил Джейсон. — Кажется, она начинает оттаивать по отношению к вам.

— Ну, думаю, наше более долгое, чем ожидалось, пребывание здесь заставляет всех вести себя немного свободнее. Однако что-то ее сдерживает, и я никак не могу понять, что именно. Я думал, может, дело в том, что она работает на меня, но это не так.

— Может, дело в ее ранге? — предположил Джейсон. — Она может не захотеть делать этот шаг в ваших отношениях, пока вы не на одном уровне.

— Интересная мысль, — сказал Эмир.

— Вы пробовали спрашивать ее? — спросил Джейсон.

— Это не так просто, — сказал Эмир. — Мы долгое время ходим вокруг да около. В пространстве между нами много тяжелого воздуха.

— В любом случае, тебе не стоит принимать советы от меня, — сказал Джейсон. — Я едва ли старше твоей внучки. Она нормально использовала книги навыков?

— О да, — сказал Эмир. — Она тренировалась бы всю ночь, если бы я позволил. Мне пришлось отрывать ее от Габриэля, чтобы заставить лечь спать. Он балует ее почти так же сильно, как и я.

— Меня кое-что интересовало, — сказал Джейсон. — Помню, у вас были определенные взгляды на детей, но у вас есть внучка.

— У меня был сын, о котором я не знал, — сказал Эмир. — Результат юношеского увлечения, еще до того, как у меня появились эссенции. Та молодая леди никогда не говорила мне, и я не узнал об этом, пока он не погиб во время последнего нашествия монстров.

— Мне жаль, — сказал Джейсон.

— Жена моего сына погибла вместе с ним, оставив только мою внучку, Кетис. Она отправилась жить к своей бабушке, матери моего сына, но та не была богатой женщиной. Она знала, кто я такой, но никогда не искала меня ради денег. Насколько я слышал, она вырастила из моего сына прекрасного человека. Она обратилась ко мне только ради Кетис. О ее бабушке теперь хорошо заботятся, конечно. Деньги, эссенции и достаточно ядер монстров, чтобы поднять ее до бронзового ранга. Кетис будет с ней еще некоторое время.

— И сама Кетис получит лучшее из всего.

— Не все, — сказал Эмир. — Я бы хотел, чтобы она в итоге стала больше похожа на твоего друга Хамфри, чем на твоего друга Тэдвика.

— Вы знаете Тэдвика? О, он был одним из тех, кого культ «засеял».

— Не знаю, слышал ли ты, — сказал Эмир. — Культ снова забрал его, за то время, что ты отсутствовал.

— Почему? — спросил Джейсон. — Без обид к парню, но он никому не нужен ни для чего.

— Культ был загнан в подполье, — сказал Эмир. — В глубокое подполье. Нам удалось выявить и пресечь многие их операции в городе. Они использовали знания Тэдвика о значительных владениях семьи Мерсер для совершения рейдов за припасами.

— Даже Тэдвик не заслуживает того, чтобы внутри него была одна из этих штук, — сказал Джейсон.

— Разве он не пытался убить тебя?

— Да, но он все испортил, как и все, что он делает. Его семья, должно быть, с ума сходит, разыскивая его.

— Действительно, так и есть, — сказал Эмир.

— Ну, это не мое дело, — сказал Джейсон, вставая со своего кресла. — Вся эта чепуха с культом выше моего уровня, и у меня достаточно своих забот. Думаю, я пойду покончу с этим делом со священниками.

Демонстрация благодарности

Демонстрация благодарности

Лагерь искателей приключений был разделен на три зоны. Первая — это собственно палаточный лагерь, где были расставлены роскошные шатры для престижных приезжих искателей приключений. Вторая — торговые палатки, простые, но большие, где брокеры Гринстоуна и вернувшиеся искатели приключений торговались за добычу. Последний лагерь был самым скромным, там собрали вернувшихся священников.

Джейсон обогнул переполненную рыночную площадь, воспользовавшись моментом, чтобы связаться со своей командой через способность чата. Он сообщил им, что задержится подольше, и передал совет Эмира не продавать добычу по дешевке по рыночным ценам. Закончив, он прошел сквозь палатки туда, где расположились священники и другие люди, освобожденные из астрального пространства. Не все спасенные были настоящими священнослужителями; многие просто принадлежали к воинствующим религиозным фракциям своих верований.

Джейсон ловил на себе взгляды, проходя через лагерь. Слух о его приобретении косы распространился, и те, кто видел, как он передавал ее, узнавали его и указывали на него другим. Никто не подходил к нему, пока он почти не пересек лагерь. Группа искателей приключений преградила ему путь.

— Могу я вам чем-то помочь, приятель? — спросил Джейсон очевидного лидера.

— Как ты достал косу? — спросил мужчина без вступлений и предисловий.

— Помнишь ту арку, которая вывела нас после испытаний?

— Да.

— Она также могла перенести тебя к месту, где находится настоящая коса.

— Как?

— Оказалось, у нее есть порог сексуальности. Ты симпатичный парень, но… — Джейсон провел чувственной рукой по своему телу. — …по сравнению со всем этим, тебе просто не повезло.

— Ты насмехаешься надо мной?

— Тебе не обязательно говорить мне, приятель; я тот, кто это делает. Ты что, не знаешь, как работают насмешки?

— Ты хоть представляешь, кто я такой? — спросил искатель приключений.

— Моя первая мысль была — лирический гангстер, но я просто не думаю, что у тебя есть флоу.

— Что?

Солнце было позади искателей приключений, а тень мужчины — под ногами Джейсона. Пока тот смотрел на Джейсона в гневе и замешательстве, Джейсон провалился сквозь тень мужчины, словно под его ногами открылась дыра. Искатель приключений дико огляделся.

— Куда он делся?

Джейсон телепортировался в палатку, полог которой был открыт ровно настолько, чтобы он мог видеть затемненное пространство внутри. Это была чрезвычайно большая палатка, как и многие другие, с роскошно обставленным интерьером. Пол был покрыт толстым ковром, а подушки были сложены в высокую мебель для отдыха. В центре комнаты также стояло три гамака на стойках и низкий столик. От внезапного вторжения вскочили три женщины, двое из которых выхватили мечи и с пугающе твердыми руками направили их на горло Джейсона.

— Приветствую, леди, — сказал Джейсон, одарив их дружелюбной улыбкой, поднимая руки в знак сдачи. — Прошу прощения, что вломился.

Язык тела подсказал Джейсону, что третья женщина в комнате — главная. Все трое были целестинами, хотя и другой этнической принадлежности, нежели сереброволосая Софи или золотоволосые местные жители. Их кожа была карамельной по сравнению с шоколадной кожей Софи, а глаза — сапфировыми сферами. Поразительная синева сочеталась с их волосами, которые струились вниз, словно свет, проходящий сквозь водопад.

Джейсон надеялся, что испуганное выражение на его лице спишут на мечи, а не на завораживающую красоту его пленительниц. Все они были одеты в одежду с запахом, которая свободно драпировалась, приглушенные цвета выгодно подчеркивали яркий цвет их волос и глаз.

— Ты Джейсон Асано, — сказала главная женщина, оглядывая его с ног до головы. Она с любопытством склонила голову набок, словно глядя на животное, забредшее в ее палатку. У Джейсона возникло неприятное ощущение, что она решает, достаточно ли он мил, чтобы быть питомцем, или достаточно сочен, чтобы быть едой.

— Э-э, да, — сказал Джейсон.

— Что привело тебя в мою палатку?

— Поверите ли вы в случайность?

Она сделала пренебрежительный жест, когда двинулась к Джейсону, а остальные двое отступили, вкладывая мечи в ножны. Он видел, что она точно знала, какой эффект производит чувственная походка ее гибкого тела, и точно знала, как его использовать. Она подошла прямо в личное пространство Джейсона. Она посмотрела вниз, так как была немного выше его худощавого телосложения. Он опустил свои сдающиеся руки по бокам.

— Какую цену ты заплатишь за свое грубое вторжение, мистер Асано?

— Полагаю, приглашение на ужин не рассматривается?

Руки двух других дернулись обратно к мечам, на их лицах вспыхнул гнев. Их остановил еще один пренебрежительный жест их предводительницы.

— Ты не спросил, кто я, — сказала она. — Ты уже знаешь или тебе все равно?

— Я довольно невежественен, — сказал Джейсон. — Вероятно, это ничего бы не значило, если бы вы мне сказали.

Она улыбнулась ему улыбкой змеи, которая только что нашла яйцо без присмотра.

— Ты такой, как о тебе говорят, мистер Асано. Прячешься за лицом дурака.

— Что не так с моим лицом? — спросил Джейсон, оскорбленный. Он ткнул в него пальцем, исследуя.

Женщина рассмеялась.

— Я слышу, как настоящий дурак устраивает переполох снаружи, — сказала она. — Это из-за тебя?

— Я встретил парня, которому было любопытно, как я достал косу, — сказал Джейсон. — Его подход был немного грубым.

Она приподняла бровь.

— Я осознаю иронию, — сказал Джейсон.

— Так как же ты это сделал?

— Я сказал парню снаружи, что это сексуальность, — сказал Джейсон. — Я понимаю, что пытаться провернуть это здесь было бы оскорбительно неправдоподобно.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Я тоже это заметил, — сказал он с хитрой ухмылкой. — Как вас зовут?

Ответила одна из двух помощниц.

— Ты имеешь честь обращаться к ее королевскому высочеству…

— Я не просил называть должность, — прервал Джейсон. — Я в любом случае не большой любитель кумовства. Я просил имя.

— Это имеет значение? — спросила женщина перед Джейсоном. — Мы еще не решили, выйдешь ли ты из этой палатки живым.

— О, я выйду, и со мной все будет в порядке, — сказал Джейсон.

— Ты уверен в себе.

— Нет, но я хорош в притворстве.

Он поднял руку, и в ней появилась тарелка, доверху наполненная красными и белыми кондитерскими квадратиками.

— Что это? — спросила она.

— Квадратики из самоцветных ягод и молочных орехов, — сказал Джейсон. — Вы спрашивали о цене, которую я заплачу за то, что вломился.

Его рука превратилась в теневую материю, огибая женщину и вытягиваясь, чтобы поставить тарелку на стол. Одна из ее помощниц выхватила меч и полоснула по теневой руке, лезвие безвредно прошло сквозь нее. Джейсон втянул руку, и она вернулась в нормальное состояние.

— Как только попробуете их, — сказал он, — вы пожалеете, что не приняли мое приглашение на ужин.

Он собрался уходить, и она не остановила его, но заговорила, когда он поднял полог, чтобы выйти.

— Мистер Асано.

— Джейсон — это нормально, — сказал он, остановившись у входа в палатку.

— Зара, — сказала она.

— Зара?

— Мое имя.

Джейсон ослепительно улыбнулся ей.

— Было искренне приятно встретиться с вами, Зара. Наслаждайтесь кусочками.

Он покинул палатку, позволив пологу опуститься за его спиной.

— Тебе следовало позволить нам порезать его за его дерзость, — сказала одна из слуг Зары. — Ничего смертельного. Просто урок уважения к тем, кто выше него.

Зара тяжело вздохнула. Члены ее отряда были отобраны отцом за преданность, а не за ум.

— Вы уже пробовали это, и это не особо помогло, — сказала Зара. — Это был Джейсон Асано. Порезать его — быстрый путь стать кормом для пиявок.

* * * Джейсон прибыл в лагерь священников, присматривая за отрядом искателей приключений, который он раздражал по пути. Его быстро заметили, и к нему подошла небольшая делегация церковных чиновников. Он узнал символы Целителя, Владычества и нескольких других. Заметно отсутствовали Чистота и Нежить — две церкви, которые составляли основную часть сил, атаковавших крепость Ордена Жнеца на дне озера.

Когда церковные чиновники приблизились, весь лагерь внезапно был затоплен сталкивающимся водоворотом подавляющих аур, когда появились сами боги. Одного бога было достаточно плохо, но проявление нескольких сразу, даже с их аурами, приглушенными до минимальной силы, повергло лагерь в хаос.

Некоторые из железных рангов с меньшим контролем над своими собственными аурами упали на колени, их яростно тошнило. Многие из них жили исключительно на духовные монеты, что обрекало их на мучительные сухие рвотные позывы. Большинство железных рангов, однако, были в порядке, так как лагерь был собранием исключительных искателей приключений. Это включало Джейсона, который плотно втянул свою собственную ауру и позволил божественным аурам омывать ее, словно остров в шторм.

Перед Джейсоном появилось несколько фигур. Они были очень похожи на церковных чиновников, стоящих позади них, но не было сомнений в силе, исходящей от них. Люди падали на колени, словно католическая волна коленопреклонения перед неожиданным появлением своих богов. Вскоре только Джейсон остался стоять прямо перед ними.

— А я думал, что у меня склонность к мелодраме, — сказал он.

Один из богов рассмеялся. Каждый был облачен в мантии своих орденов, дополненные священным символом. Джейсон узнал смеющегося как Владычество по его символу. Он выглядел молодым и красивым, с намеком на вечное презрение в глазах. Его мантии были пурпурно-золотыми, а на голове была простая золотая корона. Наряд был пугающе похож на то, что носила манифестация злого будущего «я» Джейсона.

— Ты никогда не разочаровываешь, — сказал Владычество.

— Не уверен, как это воспринимать, исходя от вас, — сказал Джейсон, вызвав еще один смех у бога. Другой бог шагнул вперед, и Джейсон узнал символ Целителя.

— Мы хотели выразить нашу благодарность за возвращение наших людей, давно потерянных для нас, — сказал Целитель Джейсону. — Астральные пространства, не будучи по-настоящему частью этого мира, существуют вне нашего влияния. Мы понимаем, что у тебя сложные взгляды на нас, богов, и решили, что лучший подарок, который мы можем тебе сделать, — это поблагодарить тебя лично. Сам факт того, что мы это сделали, должен помочь тебе укрепить свою репутацию по мере продвижения твоей карьеры искателя приключений.

— Отпустить их было не совсем в стороне от моего пути.

— Думаю, возможно, это было не так просто, как ты выставляешь, но я больше ничего не скажу. Мы выразили свою благодарность и теперь удалимся.

— Без проблем, приятель.

Боги исчезли; внезапное отсутствие их аур ощущалось как заложенность ушей при перепаде давления. Люди поднялись на ноги, все взгляды были устремлены на Джейсона. Он огляделся, затем его теневой плащ сформировался вокруг него, и он немедленно телепортировался сквозь него, оставив плащ на мгновение повисеть, прежде чем он также исчез.

Джейсон быстро телепортировался по лагерю, прыгая из тени в тень. Наконец он добрался до облачного дворца и вошел внутрь. Пройдя через дверь, он рухнул на стену, тяжело дыша. Ему стоило огромных усилий сохранять хладнокровие перед лицом не просто одного, а целой горстки богов, и все это на глазах у толпы.

Чистая сила множественных божественных присутствий давила на него, словно тяжесть неба. Впервые он мог почувствовать свою собственную душу. Даже сейчас, сбежав от этой невообразимой силы, он чувствовал давление. Вместо того чтобы уменьшиться, он чувствовал, будто погружается в океанские глубины, с каждым мгновением увеличивая шанс того, что хрупкий сосуд его души разрушится. К тому времени, когда давление наконец спало, он свернулся калачиком на полу атриума облачного дворца, обхватив голову руками.

Новый титул: [Безбожный пророк]

Ваша аура была повреждена прямым, согласованным фокусом множества сущностей трансцендентного уровня. Процесс повреждения и восстановления усовершенствовал силу вашей ауры, увеличив ее подавляющую силу и сопротивление подавлению со стороны аур более высокого ранга.

Подпись вашей ауры изменилась. Эхо трансцендентной силы может быть обнаружено, если ваша аура будет исследована силой обнаружения ауры или при проецировании вашей ауры.

Джейсон продолжал лежать на полу, издавая изнуренные, свистящие кашли.

— Джейсон? — голос Хамфри раздался в чате группы. — Мы все почувствовали множественные божественные ауры, а потом начали слышать странные вещи.

— Вам стоит попробовать с моей точки зрения, — слабо ответил Джейсон. — Вам всем стоит идти за покупками без меня. Думаю, я прилягу.

— Что случилось? — спросил Хамфри.

— Расскажу позже, — сказал Джейсон. — Просто оплатите за меня все, что захотят купить Софи и Белинда, хорошо?

— Я могу это сделать, — сказал Хамфри.

* * * В гостиной гостевого крыла облачного дворца Софи и Белинда просматривали с Клайвом камни пробуждения, которые выбрала Софи. Они получили эссенции для Белинды, но решили оставить их до тех пор, пока не будет завершен набор сил Софи. Хотя во время испытаний они нашли несколько интересных эссенций, Белинда была непреклонна насчет комбинации трех обычных эссенций, которые она уже выбрала. У них не было проблем с обменом на эссенции магии, ловушек и адепта, которые она хотела.

У Софи также были разобраны ее оставшиеся камни пробуждения. Клайв обладал обширными знаниями о попытках спроектировать наборы сил с помощью выбора камней, хотя он первым повторял, что не может давать никаких обещаний.

Помимо легендарных камней пробуждения, ее самыми сильными приобретениями была пара эпических камней пробуждения момента. Представители Общества искателей приключений предлагали хороший обмен на ограниченные эссенции, чтобы вывести их с рынка, и Софи обменяла эссенцию смерти на два эпических камня пробуждения.

— Это действительно был отличный обмен, — сказал Клайв в третий или четвертый раз с тех пор, как убедил Софи взять их в первую очередь. Он убедил ее, объяснив, что они идеально подходят для набора сил, основанного на навыках. Способности, которые они, как известно, производят, требовали точного выбора времени, но были невероятно эффективными.

Выбор Софи дополняли два необычных камня, выбранных из тех, что они нашли во время испытаний. Поскольку набор сил Софи был очень ориентирован на навыки, камень пробуждения подготовки, будем надеяться, даст ей способность, которая будет действовать как предохранитель, когда дела неизбежно пойдут не так. Они надеялись, что камень пробуждения всплеска дарует способность усиления, которая поможет в критические моменты.

— Отличительной чертой хорошего высококвалифицированного искателя приключений является проявление себя в критические моменты, — объяснил Клайв. — Если твои способности отражают это, ты обнаружишь, что гораздо эффективнее. Однако будь предупреждена, что такие способности требуют навыка, суждения и выбора времени. Ошибись с ними, и они могут принести больше вреда, чем пользы. Тебе, очевидно. Причинение вреда другому парню — это своего рода цель.

— Нам следует собрать всех вместе, чтобы использовать камни, — сказала Софи. — Асано до сих пор не вышел из своего люкса?

— Насколько я знаю, нет, — сказал Клайв. — Появление кучи богов прямо перед тобой было бы напряженным опытом для любого.

— Тебе стоит пойти проверить его, — сказала Белинда Софи.

— Почему я?

— Он ведь владеет тобой.

— Он не владеет мной.

— Аренда — это своего рода владение тобой.

— Это не аренда!

— И все же, ты должна быть той, кто…

Софи и Клайв посмотрели на удивленное выражение лица Белинды, когда она замолчала и проследила за ее взглядом на террасу снаружи. Джейсон бродил там, выглядя потерянным. Более заметно было то, что у него были густые усы и никакой одежды вообще. Софи, Белинда и Клайв посмотрели друг на друга в замешательстве, а затем вышли встретить Джейсона.

— Э-э, Джейсон, — сказал Клайв. — На тебе нет штанов.

— Справедливое замечание, — ярко сказал Джейсон.

— Думаю, Клайв хотел спросить почему, — сказала Белинда.

— Тема этого разговора — своего рода мое дело! — сказал Джейсон.

Софи, Белинда и Клайв обменялись еще одним взглядом.

— Асано, — сказала Софи. — Все в порядке?

— Печеньки!

— Печеньки? — спросила Софи.

— Печеньки!

Внезапно голос Хамфри прогремел в их сторону сердитым ревом.

— ЗАПАС!

Глаза Джейсона расширились, и он вскарабкался на перила террасы, превратившись в щенка, прежде чем спрыгнуть в воздух. Хамфри затем пронесся по террасе бегом.

— ЧТО Я ТЕБЕ ГОВОРИЛ? — взревел он, прежде чем перемахнуть через перила в погоне за своим сбежавшим фамильяром.

Софи, Белинда и Клайв посмотрели друг на друга еще раз.

— Кто-нибудь еще хочет выпить? — спросил Клайв.

— Да, пожалуйста.

— Безусловно.

Человек, которым я решил стать

Человек, которым я решил стать

В облачном дворце единственным человеком, который мог открыть дверь гостевого люкса, не будучи настроенным на неё, был Эмир. Он сделал это, когда Джейсон не ответил на звонок. Эмир вошел, а затем прошел туда, где Джейсон, ошеломленный, смотрел на озеро. Казалось, Джейсон даже не заметил прихода Эмира.

Эмир присоединился к Джейсону, облокотившись на перила и наслаждаясь прохладным бризом, веющим над водой, который освежал после пустынного зноя. Даже когда осень сменялась зимой, пустыня оставалась беспощадной. Более беспощадной, чем следовало бы быть так далеко на юге, по любым меркам, которые мог бы признать Джейсон. Ещё одно отличие этого мира от его собственного.

— Повреждение души — это серьезно, — сказал Эмир.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на него впервые с момента прибытия.

— Откуда ты узнал? — спросил Джейсон.

— Твоя сигнатура ауры изменилась. Я связан с облачным дворцом, и он не хотел впускать тебя, потому что ты не соответствуешь тому отпечатку ауры, который дал ему раньше. Я изменил его, чтобы он соответствовал твоему новому, иначе ты не смог бы здесь передвигаться.

— Облачный дворец может считать мой отпечаток ауры, когда мой значок Общества искателей приключений не может?

— Твой значок отлично считывает твой отпечаток ауры, — сказал Эмир. — Просто его нельзя отследить. Кстати, тебе стоит переделать значок.

— Моя аура изменилась, — сказал Джейсон. — Как у людей с семенами звезд. Теперь все будут меня подозревать?

— Не после того, что случилось, когда все наблюдали. Было бы странно, если бы не было никаких последствий после такого тесного общения с богами. Гэри некоторое время был сам не свой после встречи всего с двумя, а он бронзового ранга. Ты встретил шестерых, будучи железного ранга? Черт возьми, конечно, это оставило след.

— Ты сказал «повреждение души», — произнес Джейсон.

— Верно. Ты знаешь, как работает магическое исцеление?

— Я больше сосредоточен на астральной магии, — ответил Джейсон.

— На самом деле, тут есть интересное пересечение, — сказал Эмир. — Представь свою душу как план или, может быть, воспоминание обо всем, чем ты являешься. Магическое исцеление работает так: оно видит разницу между планом и реальностью и приближает одно к другому.

Брови Джейсона нахмурились, когда эта информация улеглась в его сознании.

— Вот как моя душа смогла создать новое тело, когда прибыла в этот мир, — сказал Джейсон. — Это было похоже на чертеж. И именно поэтому я ничего не помню с момента исчезновения в моем мире до прибытия сюда. У души есть резервная копия состояния моего мозга, но нет самого мозга, чтобы думать в пространстве без физической реальности.

— Если ты так говоришь, — сказал Эмир. — Я не особо сведущ в процессе перемещения иномирян.

— Тебе стоит поговорить с Клайвом, — сказал Джейсон.

— Тебе стоит убедить его прийти и работать на меня.

— Ни единого шанса.

— Он зря тратит время, будучи искателем приключений.

— Он зря тратил время, не будучи им, — возразил Джейсон. — За то время, что я его знаю, он обрел столько уверенности. Ему нужно быть искателем приключений. По крайней мере, сейчас.

— Это до невозможности хороший аргумент, — признал Эмир.

— Расскажи мне больше о повреждении души, — попросил Джейсон.

К его удивлению, Эмир задрал рубашку и приподнял её, обнажив шрам, идущий горизонтально через грудь и вокруг левого бока.

— Я не думал, что шрамы возможны при магическом исцелении, — сказал Джейсон.

— Обычно нет, — ответил Эмир. — Как я уже сказал, душа — это как воспоминание о том, каким ты должен быть, но некоторые вещи меняют тебя навсегда. Некоторые шрамы ты несешь на своей душе.

— Твоя сигнатура ауры однажды изменилась? — спросил Джейсон.

— Ничего настолько радикального, — сказал Эмир. — Моя душа была отмечена. Этого было недостаточно, чтобы изменить мою ауру, но события того дня стали частью того, кто я есть сейчас. Этот шрам олицетворяет выбор, который я однажды сделал относительно того, кем решил стать. Такое случается. Травма знаменует фундаментальное изменение в том, кто ты есть, и ты несешь её с собой. Найди любого ветерана-искателя приключений, настоящего, который рискует собой, и ты обнаружишь, что у него есть подобные шрамы. Впрочем, нужно нечто более потрясающее душу, чтобы не просто отметить ауру, а изменить её.

— «Потрясающее душу» — это точно, — сказал Джейсон. — Я всю ночь продрожал. Это было так, будто кто-то взял мою душу в руку и мог раздавить её, как будто она ничего не стоит. Одно дело — знать, что у бога есть сила, превосходящая воображение. Совсем другое — почувствовать её. По-настоящему почувствовать, вокруг себя. Это как тонуть.

— Судя по всему, ты не показал этого, — сказал Эмир. — Я слышал, ты ушел очень быстро.

— Ты шутишь? — спросил Джейсон. — Я думал, что знаю, что такое чувствовать себя уязвимым и беззащитным, но это было всё равно что идти голым через пустыню. Люди так себя чувствуют, когда их ауры подавлены?

— Полагаю, то, что ты испытал, было похоже, но хуже, — сказал Эмир. — Я знаю, что ты на удивление хорошо справляешься с подавлением ауры, но для остальных из нас это ощущается так, будто твоя душа выставлена напоказ для всех. Думаю, твоя на самом деле была.

— Остальные, должно быть, волнуются, — сказал Джейсон.

— Мы все уже привыкли к тому, что ты всё воспринимаешь спокойно, — сказал Эмир. — Думаю, то, что ты был так потрясен, немного развеяло твой ореол таинственности. К тому же, девушки видели тебя голым.

— Они что?

— Похоже, фамильяр Хамфри…

— О, точно, — сказал Джейсон. — Сташ вообразил, что если превратится в меня, то сможет наколдовать печенье.

— Он не может имитировать твои способности, верно?

— Нет, — сказал Джейсон. — Он может перенимать только магические силы существ более низкого ранга, чем он сам, что в основном означает мелких монстров. Искрящиеся черви, что-то в этом роде. В остальном — только обычные физические свойства того, во что он превращается. Когти, плавники, крылья, вот такие вещи.

— Значит, как только он достигнет бронзового ранга, он сможет имитировать искателя приключений железного ранга?

— Такова теория, — сказал Джейсон. — Как отмечает Клайв, выборка миражных драконов-фамильяров невелика. На самом деле, больше записей об апокалиптических зверях. Многие из них — роевые, как Колин. Полагаю, это помогает охватить территорию, чтобы устроить этот апокалипсис.

— Не могу поверить, что ты назвал апокалиптического зверя Колином.

— Он хороший мальчик. Девочка. Пиявки могут менять пол.

Внезапно Джейсон рассмеялся.

— В чем дело? — спросил Эмир.

— В моем мире, — сказал Джейсон, — есть определенные слои общества, которые думают, что трансгендерные люди приведут к концу света. Колин — трансгендерная личность, которая действительно могла бы это сделать, что, как я полагаю, изменило бы их взгляд на проблему. Вероятно, не в лучшую сторону, правда.

— Ты очень странный человек, — сказал Эмир. — Я не завидую богам, которые покопались в твоей душе. Подозреваю, она очень извилистая.

— Это, возможно, самая грубая вещь, которую кто-либо когда-либо говорил мне.

— Правда?

— Да, — сказал Джейсон. — Тэдвик пытался меня убить, но это ощущается даже хуже. Вероятно, потому что ты не идиот, пытающийся спасти плохой план ещё худшей реакцией.

— Ты правда обвинил группу богов в мелодраматичности?

— Вероятно, — сказал Джейсон. — Честно говоря, всё как в тумане.

— Что ж, твоя команда ждет, чтобы услышать, что ты в порядке, — сказал Эмир. — Полагаю, у мисс Векслер готов полный набор камней пробуждения.

— Тогда мне стоит заняться этим. Наверное, они устали ждать.

— Думаю, ты недооцениваешь то, насколько они тебя поддерживают, — сказал Эмир. — Ты найдешь их в лаунже гостевого крыла.

* * *

У тебя есть друзья, которые помогут

У тебя есть друзья, которые помогут

В ритуальной комнате группа наблюдала, как Софи продолжает свои ритуалы пробуждения. У неё осталось три непробужденные способности: одна от эссенции ветра и две от эссенции баланса, а также три легендарных камня пробуждения, которые нужно было использовать. Она решила оставить камень Жнеца напоследок, отложив камень небожителей, который предложила Констанция, и камень кармы, который выбрал Клайв. Она начала с камня небожителей.

Вы пробудили способность эссенции ветра [Дитя небесного ветра]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции ветра.

Вы пробудили все способности эссенции ветра. Связанный атрибут [Мощь] будет развиваться вместе с самой низкоранговой способностью эссенции ветра.

Способность: [Дитя небесного ветра] (Ветер)

Особая способность (измерение, святая).

Стоимость: Нет.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Ваши расовые способности целестинов имеют усиленный эффект. Вы получаете снижение урона от разрушительной силы.

— Что это за расовые способности целестинов? — спросил Нил. — Я знаю, что у тебя есть склонность к утилитарным способностям и ты можешь использовать постоянные способности с меньшими затратами маны. Это та способность, которая эволюционировала, верно?

— Да, — сказала Софи. — Мы также быстрее восстанавливаем ману, мы быстрее, и у нас есть сродство к астральной и святой магии.

— Что делает святая магия, помимо улучшения святых способностей? — спросил Нил.

— Она увеличивает эффект исцеляющей магии и святых благословений, используемых на мне.

— О, это приятно, — сказал Нил. — Это те способности, эффект которых хочется увеличить.

Они перешли к камню пробуждения кармы.

Вы пробудили способность эссенции баланса [Кармический воин]. Вы пробудили 4 из 5 способностей эссенции баланса.

Способность: [Кармический воин] (Баланс)

Особая способность (святая).

Стоимость: Нет.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Получайте экземпляр [Агент кармы] при получении урона или любого вредного эффекта, даже если урон и/или эффект были полностью нивелированы.

[Агент кармы] (благо, святое, суммирующееся): Атрибуты [Мощь] и [Дух] временно увеличиваются на небольшую величину. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

— То есть, по сути, — сказал Джейсон, — всякий раз, когда ты получаешь урон, даже когда нивелируешь его своими читерскими способностями, ты становишься сильнее, выносливее, а твои магические способности становятся мощнее.

— Атрибут духа на самом деле выполняет несколько функций, — сказал Клайв. — Очевидно, что влияние на силу способностей эссенции — это главное, но не стоит упускать из виду его влияние на наше восприятие. По мере того как наши атрибуты духа перешагнут бронзовый ранг, наши чувства выйдут за пределы того, что есть сейчас. Цвета, звуки и запахи, к которым мы были невосприимчивы, внезапно станут нам понятны.

— Значит, ты можешь двигаться так быстро, что это равносильно остановке времени, становиться невосприимчивой к урону, а затем сваливать весь урон, который должна была получить, на противника, — сказал Джейсон. — Теперь у тебя есть ещё одна имбовая способность. Хамфри получил чертово бессмертие, а я — растягивающиеся руки? Даже не руки. Одна растягивающаяся рука.

— Зато ты можешь менять, какая именно рука, — сказала Белинда. — Вот так-то.

Группа рассмеялась, увидев, как Джейсон посмотрел на неё.

— Мы были бы более сочувствующими, — сказал Нил, — если бы твои силы не убили плотоядное растение размером с небольшой город.

— Это не только я, — сказал Джейсон. — В этом участвовало ещё двадцать пять человек.

— Асано, мы бы все сидели без дела, если бы тебя там не было, — сказала Софи. — Перестань ныть.

— Полагаю, это справедливо, — признал Джейсон.

— Софи, эта новая способность делает тебя чем-то вроде оборонительной версии Джейсона, — отметил Хамфри. — У тебя нет взрывных атакующих способностей, но теперь, чем дольше длится бой, тем опаснее ты становишься. Увеличение атрибута мощи, очевидно, увеличит твою физическую силу, а увеличение духа повлияет на дополнительный урон, который твои способности добавляют даже к твоим обычным атакам. В конечном итоге это приведет к тому, что каждый твой удар будет обладать такой силой, которая остальным из нас доступна только со спецприемом. А мы все знаем, как быстро ты можешь атаковать.

— Нам осталось пробудить ещё одну способность, — напомнил Клайв, заканчивая настройку для финального ритуала.

— Вы слышали, что люди получали из камней Жнеца, пока вы были на рынке? — спросил Джейсон.

— Клайв довольно рано отлучился, чтобы поспрашивать, пока остальные распродавали добычу, — сказал Нил. — Ты действительно заставил людей рассказать тебе, Клайв?

— Вроде того, — сказал Клайв. — Я нашел контингент Магического общества и организовал дешевые ритуалы пробуждения для всех, кто позволил нам записать их способности.

— Я видел это, — сказал Нил. — Ты это организовал?

— Я всё ещё чиновник Магического общества, — сказал Клайв, — даже если Люциан Лампри фактически лишил меня всех обязанностей.

— Я бы хотел однажды выбить из этого парня всю дурь, — сказала Софи.

— Это из-за меня? — несчастно спросил Джейсон.

— Ему не нравится, что я работаю с тобой, — сказал Клайв. — Но всё сложилось удачно, так как это освободило меня для приключений и исследований. Всё его наказание на самом деле лишь освободило меня от кучи административных обязанностей.

Джейсон нахмурился, зная, что это не было той удачей, которую пытался представить Клайв.

— Прости, — сказал он.

— Я же говорил, всё в порядке, — сказал Клайв. — Возвращаясь к теме, мне действительно удалось узнать о множестве способностей, исходящих из камней Жнеца. Самые распространенные, насколько я понял, — это агрессивные утилитарные способности, — сказал Клайв, продолжая работать. — Довольно много способностей к призыву, в основном оружия, но и более странных вещей, вроде призыва руки Джейсона. Однако все они, похоже, включают в себя наступательные аспекты, как, например, негативный эффект, который наносит теневая рука Джейсона.

— Я бы хотела что-то эффектное, с чего можно начать бой, — сказала Софи. — Что-то, чтобы загнать врага в оборону.

— Не уверен, что это возможно, — сказал Клайв. — Судя по людям, с которыми я говорил, камни Жнеца, как правило, дают способности, более близкие к стилю Джейсона. Медленная, неизбежная смерть.

Спекуляции сменились предвкушением, когда Клайв закончил ритуал и провел его.

Вы пробудили способность эссенции баланса [Отрицание Жнеца]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции баланса.

Вы пробудили все способности эссенции баланса. Связанный атрибут [Восстановление] будет развиваться вместе с самой низкоранговой способностью эссенции баланса.

Способность: [Отрицание Жнеца] (Баланс)

Специальная атака (контр-казнь, исцеление).

Стоимость: Умеренная мана.

Время восстановления: 30 секунд.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Целевой враг получает небольшое количество трансцендентного урона, а вы исцеляетесь на небольшое количество. Как эффект контр-казни, урон и исцеление масштабируются экспоненциально в зависимости от вашего собственного уровня травм.

— Контр-казнь? — сказал Джейсон. — Это что-то новенькое для меня.

— Обычно это встречается в оборонительных наборах способностей, — сказал Клайв. — Они, как правило, мощнее других способностей, но только если использовать их, когда дела идут плохо. Обычно у них есть комбинация снижения урона, исцеления, ответного урона или вытягивания здоровья.

— Моя способность бессмертия — это своего рода ложная контр-казнь, — сказал Хамфри. — Вряд ли она будет масштабироваться так же хорошо, как новая способность Софи, но она также может масштабироваться от низкого уровня выносливости и маны, и будет полезнее, не требуя предварительного избиения.

— Думал, эта способность масштабируется, как и эта, — сказал Нил.

— Да, но это не обязательно должно быть связано с уроном, — сказал Хамфри. — Если у меня, например, просто мало маны, она восполнит мою ману, не делая особого вклада в здоровье и выносливость.

— Значит, она более универсальна, — сказал Джейсон. — Тупая имбовая способность. Но держу пари, твоя мама счастлива.

— Вообще-то, она была в восторге, — сказал Хамфри. — Я никогда не видел её такой.

— Конечно, была, — сказал Джейсон. — Мать только что узнала, что её ребенок бессмертен.

— На самом деле я не бессмертен.

— Это всё равно мощный навык выживания, — сказал Клайв. — Однако эту способность Софи не стоит недооценивать. Шанс вернуть бой, идущий плохо, к равному положению вписывается в классический режим эссенции баланса. Баланс довольно популярен, потому что у него есть такие способности, которые могут вытащить тебя из тяжелых ситуаций.

— Я хотела атаку для начала боя, а не для конца, — сказала Софи.

— Посмотри на это с другой стороны, — сказал Хамфри. — Ты бы предпочла большой, эффектный выход, который может принести пользу, а может и нет, или что-то, на что можно положиться, когда всё идет не так.

Софи обдумала слова Хамфри, кивая сама себе.

— Полагаю, ты прав, — сказала она. — Большие атаки — это в любом случае твоя область.

— К тому же, трансцендентный урон, — сказал Клайв. — Это настолько надежно, насколько это вообще возможно, к тому же невероятно редко на железном ранге. Вы видите это только в условных способностях, таких как казни, или когда урон незначителен. И то, и другое демонстрируют способности Джейсона.

— Осталась ты, — сказала Софи, поворачиваясь к Белинде. — Готова стать пользователем эссенции?

— Ты шутишь? — спросила Белинда. — Не могу дождаться, когда Джейсон начнет жаловаться на то, какие у меня крутые способности.

— Что? — спросил Джейсон.

— Ты бываешь немного нытиком, — сказал ей Нил.

— Я не нытик, — сказал Джейсон. — Я просто открыто выражаю свои чувства. Я нежный цветок.

— Из тех цветов, которые трудно искоренить, даже если пытаешься от них избавиться, — сказал Нил. — Есть ли слово для этого?

— Ты называешь меня сорняком? — спросил Джейсон. — Это очень грубо.

— Ты сказал, что я толстый!

— Ты объективно крупноват для эльфа.

— У меня хорошее телосложение.

— Как изысканный торт, — сказал Джейсон. — Но я полагаю, ты всё знаешь о тортах, учитывая, сколько их ты, должно быть, съел, чтобы стать таким.

— Я не единственный эльф, который так выглядит, знаешь ли.

— Ты про Люциана Лампри? Он не лучший пример для подражания. Даже если отбросить всю эту мерзость и злодейства, парень выглядит так, будто из него выкачали весь воздух, как из пакета с орехами.

Пока Джейсон и Нил продолжали препираться, Клайв принялся за настройку первого ритуала эссенции Белинды. Он был более сложным и трудоемким, чем ритуал пробуждения, но в остальном довольно похожим. Вскоре Белинда стояла посреди магической диаграммы, нервно сжимая в руках магическую эссенцию.

— Не о чем беспокоиться, — сказала Софи. — Ты видела, как я через это прошла.

— Поверь мне, — сказал Клайв. — Я делал это десятки раз. Наверное, сотни.

— А что, если я получу отстойную способность? — спросила Белинда.

— Моя мама говорит, что не бывает плохих способностей, — сказал Хамфри. — Бывает только плохой пользователь эссенции, который не знает, что с ней делать.

— Все здесь знают, какая ты умная и находчивая, — сказал ей Джейсон. — Если ты получишь базовую атаку, это надежная способность, на которую можно рассчитывать, когда всё слишком хаотично, чтобы составить хитрый план. Если получишь что-то более эзотерическое, сможешь проявить инновации и действительно показать, на что способна. В любом случае, я знаю, что ты сможешь извлечь из этого максимум пользы.

Белинда кивнула.

— Спасибо, — сказала она им.

— Но если все твои способности будут отстойными, — добавил Джейсон небрежно, — мы не возьмем тебя в команду.

Он взвизгнул, когда Софи хлопнула его по руке.

— За что это? — спросил он.

— За что это? — с недоверием повторила Софи. — Если бы у меня был ошейник подавления, я бы надела его на тебя и сбросила с самой высокой башни во всем этом чертовом дворце!

— Я тут вообще-то в процессе, — вмешалась Белинда.

— Прости, — сказал Джейсон.

Клайв провел ритуал, эссенция в руках Белинды растворилась в туманное облако, которое покружило вокруг неё, прежде чем мягко впитаться в тело.

Вы поглотили [Эссенцию магии]. Вы поглотили 1 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 25% (1/4 эссенций).

[Эссенция магии] связалась с вашим атрибутом [Дух], изменив ваш [Дух] с обычного на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции магии, чтобы увеличить атрибут [Дух].

Вы пробудили способность эссенции магии [Мешок фокусов]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции магии.

Способность: [Мешок фокусов] (Магия)

Особая способность (измерение).

Стоимость: Нет.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): У вас есть личное, пространственное хранилище. Вы можете экипировать любой предмет из своего хранилища прямо на себя или убрать любой предмет с себя прямо в хранилище.

— Пространственное пространство в качестве первой способности, — сказал Нил. — Даже не из какого-то высококлассного камня; ты получила его прямо из эссенции. Похоже, это удобная вещь. Никакого призыва шкафа или чего-то подобного.

— У нас в команде много пространственных хранилищ, — сказал Клайв. — Нам повезло в этом плане.

Сине-серое сияние начало исходить изнутри Белинды.

— Началось, — сказал Клайв.

Расовая способность человека [Дар эссенции] эволюционировала в [Инструменты искателя приключений].

Способность: [Инструменты искателя приключений]

Трансформирована из способности человека [Дар эссенции].

Активная способность (призыв). Призыв базовых, немагических предметов.

Софи и Белинда уже решили просто закончить с эссенциями Белинды, прежде чем отправиться за покупками, чтобы продать добычу на рынке, не переполненном эссенциями и камнями пробуждения. У них уже были выбраны некоторые камни, но они также ждали, чтобы увидеть, что дадут её первые силы. Обычно они пробуждали только около половины её сил сразу, как это было с остальными членами команды. Однако Белинда уже отставала от них, поэтому они решили использовать все камни после возвращения из похода по магазинам.

Тем временем они перешли к следующей эссенции.

Вы поглотили [Эссенцию ловушек]. Вы поглотили 2 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 50% (2/4 эссенций).

[Эссенция ловушек] связалась с вашим атрибутом [Мощь], изменив вашу [Мощь] с обычной на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции ловушек, чтобы увеличить атрибут [Мощь].

Вы пробудили способность эссенции ловушек [Подмена]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции ловушек.

Способность: [Подмена] (Ловушка)

Особая способность (измерение, иллюзия).

Стоимость: Высокая мана.

Время восстановления: 1 минута.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Телепортация себя или ближайшего союзника в ближайшее место. Субъект становится невидимым на короткий период, оставляя после себя реалистичную иллюзию. Иллюзия не имеет субстанции или ауры.

— Способность к побегу, — сказал Клайв. — Стоимость маны и интервал использования для такой способности довольно велики, потому что её можно использовать на других людях. Это ценная способность.

Вскоре сработала следующая эволюция расового дара Белинды.

Расовая способность человека [Дар эссенции] эволюционировала в [Цена силы].

Способность: [Цена силы]

Трансформирована из способности человека [Дар эссенции].

Активная способность (заклинание, проклятие). Субъект этой способности получает урон от разрушительной силы при расходовании маны, пропорционально количеству потребленной маны.

— Это интересно, — сказал Клайв. — Активные расовые дары редки, особенно те, которые можно использовать на других людях.

— Как это может быть способностью ловушки? — спросила Софи.

— Она превращает собственную ману человека в ловушку, — сказал Нил. — Это противная способность.

— Я рада, — сказала Белинда. — Первая была не очень. Полезная, не поймите меня неправильно, но немного разочаровывающая.

— Разочаровывающая? — сказал Джейсон. — Эта способность призывать инструменты — самая чистопородная приключенческая способность, которую я когда-либо видел. Я мог бы освободить половину своего хранилища, если бы у меня была эта сила.

— Он действительно мог бы, — сказал Хамфри.

— Должен признать, я тоже таскал с собой некоторые полезные товары, — сказал Клайв. — Поскольку у меня были веревки, у нас с Нилом теперь есть несколько предметов роста.

— Осталось ещё две эссенции, — сказал Клайв. — Я настрою следующий ритуал.

— На самом деле, можно сделать перерыв? — спросила Белинда. — Это довольно интенсивно, и мне не помешал бы отдых.

— Хорошая идея, — сказал Джейсон. — Мы все можем подняться в мой люкс, и я приготовлю обед.

Когда все потянулись из ритуальной комнаты, Клайв попросил Софи и Белинду задержаться на мгновение, чтобы обсудить проблему с их новыми способностями.

— Есть проблема с нашими способностями? — спросила Софи, когда остальные ушли.

— Это не совсем о ваших способностях, — сказал Клайв. — Это о Джейсоне.

— Что с ним? — спросила Софи.

— Мне не нравится, как вы на него нападали, — сказал Клайв.

— Серьезно? — спросила Софи. — Когда мы спаррингуемся, он получает в десять раз сильнее.

— Но вы не спарринговались.

— Ты думаешь, он не мог меня остановить?

— Суждение Джейсона скомпрометировано, когда дело касается тебя, — сказал Клайв. — Он опасается своей власти над тобой и мужчин, которые имели власть над тобой в прошлом. Из-за этого он позволяет тебе делать вещи, которые не потерпел бы ни от кого другого. Не забывай, он только что пережил нечто невероятно влияющее на него.

— Он казался мне нормальным, — сказала Белинда.

— Именно, — согласилась Софи. — Ты видела его. Он в порядке.

Клайв грустно улыбнулся им. — Вы никогда не встречали Фарру, но когда мы с Джейсоном начали приключаться вместе, она попросила меня присматривать за ним. Убедиться, что он действительно в порядке, а не просто кажется таким. Он умеет скрывать, когда перегружен.

— Это бред, — сказала Софи. — Он просто один из тех парней, которые всё воспринимают спокойно. Таких людей ничто по-настоящему не задевает.

— Таких людей не существует, — сказал Клайв. — Джейсон, может, и не прошел через всё то, через что прошли вы, но у него были свои испытания. Он более уязвим, чем кажется.

Софи нахмурилась, а Белинда задумчиво посмотрела на неё.

— Может, мы можем немного сбавить обороты, — сказала она.

— Ты имеешь в виду, я могу, — сказала Софи.

— Да, Соф, — сказала Белинда. — Я имею в виду тебя.

* * * Они снова собрались в ритуальной комнате после обеда. Софи была подавлена, её хмурый взгляд сменился несчастным, задумчивым выражением, когда она бросала взгляды в сторону Джейсона. Джейсон подошел к Клайву, когда тот чертил круг для следующего ритуала.

— Что ты сделал? — тихо спросил Джейсон.

— Мне не понравилось, как она с тобой обращалась.

— Ей это было нужно, — сказал Джейсон. — Чтобы знать, что она действительно свободна и её не придавят обратно за действия против человека, имеющего власть над ней.

— Ты думаешь, это было здоровое проявление свободы? — спросил Клайв.

— Конечно, нет, — сказал Джейсон. — Но это было начало.

— А как насчет того, что нужно тебе? — спросил Клайв. — Ты можешь делать хорошую мину при плохой игре, но я знаю, что происходит с людьми, которые так близко подходят к такому количеству богов. Я читал статьи об этом. Ты не можешь сказать мне, что ты в порядке, когда я знаю, что ты был потрясен до самой души. Буквально.

— Всё в порядке.

— То, как она с тобой обращалась, — не в порядке. Нил и Хамфри могут думать, что она злится из-за какой-то другой девушки, но они подростки и ничего лучше не знают.

— Векслер травмирована, — сказал Джейсон. — Нам нужно дать ей некоторую свободу действий.

— Травма — это не оправдание, чтобы причинять боль другим людям, — сказал Клайв. — Разве смысл не в том, чтобы она взяла на себя ответственность за своё поведение? Это не то, как нужно прорабатывать свои проблемы.

— Ты не можешь исправить всё сразу, Клайв. Ты берешь те победы, которые можешь получить.

— Ты не надежный судья, когда дело касается её. Ты так боишься злоупотребить властью в этом контракте об индентуре, что не действуешь, когда должен. Но это ладно. У тебя есть друзья, которые помогут тебе. И у неё тоже. Позволь нам держать вас обоих на правильном пути.

Джейсон взглянул на Софи, затем кивнул.

— Хорошо, Клайв, — сказал Джейсон. — Спасибо, приятель.

Тело-сгусток

Тело-сгусток

После того как они все снова собрались в ритуальной комнате облачного дворца, Клайв провел следующий ритуал эссенции для Белинды.

Вы поглотили [Эссенцию адепта]. Вы поглотили 3 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 75% (3/4 эссенций).

[Эссенция адепта] связалась с вашим атрибутом [Скорость], изменив вашу [Скорость] с обычной на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции адепта, чтобы увеличить атрибут [Скорость].

Вы пробудили способность эссенции адепта [Благословение готовности]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции адепта.

Способность: [Благословение готовности] (Адепт)

Заклинание (восстановление).

Стоимость: Умеренная мана.

Время восстановления: Варьируется.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Это заклинание может воздействовать только на союзника, а не на вас самих. Время восстановления следующей способности, используемой целью, сокращается на срок до одной минуты. Время восстановления этой способности равно времени, вычтенному из времени восстановления способности цели.

— Возможность использовать ключевую способность дважды подряд может быть очень доминирующей, — сказал Хамфри. — Это сильная способность.

Теперь, привыкнув к этому, они ждали сине-серого света, сигнализирующего об эволюции расового дара.

Расовая способность человека [Дар эссенции] эволюционировала в [Способный ученик].

Способность: [Способный ученик]

Трансформирована из способности человека [Дар эссенции].

Вы можете использовать книги навыков, требования которых вы удовлетворяете.

— О нет, — сказала Белинда, и её плечи опустились.

— Отлично, — сказала Софи. — Наконец-то ты сможешь начать изучать некоторые из тех навыков, которые упустила.

— Я ничего не упускала, Софи. Я не хочу учиться пинать людей.

— Ты теперь искатель приключений.

— И я намерена стоять сзади, — сказала Белинда. — Посмотри на способность, которую я только что получила. Она буквально создана для того, чтобы кто-то другой занимался пинками.

— Никогда не помешает иметь несколько боевых навыков в запасе, — сказал Хамфри. — Искатели приключений, которые полагают, что всё пойдет так, как они хотят, очень быстро умирают.

— Книга навыков не требует много времени для использования, — сказал Джейсон. — В этом-то и смысл. Это не обязательно должно быть сражение. Ты могла бы значительно расширить свои магические знания.

— У неё уже есть магические знания, — сказала Софи. — Что ей нужно, так это боевые навыки, и у нас как раз оказались довольно хорошие. Очевидно, ей нужно тренироваться, чтобы убедиться, что она правильно усваивает все эти знания. Асано, ты сказал, что Руфус Ремор может обеспечить такие тренировки, верно?

— Да, — сказал Джейсон. — Он тренировал меня таким образом.

— Правда? — спросила Софи, скептически оглядывая Джейсона. — Полагаю, он сделал всё, что мог, с тем, что у него было.

— О, приятно, — сказал Джейсон с преувеличенной обидой, пока остальная часть команды смеялась.

Они говорили всего несколько мгновений, когда эфемерный куб выплыл из груди Белинды, за ним второй и третий. Они зависли перед ней, спиралевидно вращаясь друг вокруг друга, пока не слились в один куб. Он переливался приглушенными цветами, образующими призрачные фигуры, которые были почти узнаваемы, прежде чем снова раствориться на заднем плане.

— Это твоя эссенция слияния, — с благоговением сказал Клайв.

— Что мне делать? — спросила Белинда.

— Протяни руку и возьми её.

Нерешительно Белинда протянула руку и коснулась камня пробуждения. Он растворился в дым, который извивался вокруг неё, прежде чем впитаться в тело.

Вы поглотили [Эссенцию шарлатана]. Вы поглотили 4 из 4 эссенций.

Прогресс до железного ранга: 100% (4/4 эссенций).

[Эссенция шарлатана] связалась с вашим атрибутом [Восстановление], изменив ваше [Восстановление] с обычного на [Железо 0]. Освойте все способности эссенции шарлатана, чтобы увеличить атрибут [Восстановление].

Вы пробудили способность эссенции шарлатана [Эхо духа]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции шарлатана.

Способность: [Эхо духа] (Шарлатан)

Фамильяр (ритуал).

Стоимость: Экстремальная мана.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 0 (00%)

Эффект (железо): Призовите [Эхо духа] в качестве фамильяра.

— Способность фамильяра, — сказал Клайв. — Знаете, вместо того чтобы ждать, пока мы вернемся из этого похода по магазинам, мы могли бы арендовать одну из ритуальных комнат местного Магического общества, где бы мы ни оказались, и провести остальные ритуалы Линди. Если у неё есть ещё фамильяры, нам нужно будет знать материалы для призыва, пока мы ещё находимся там, где их можно купить.

— Это хороший момент, — сказал Джейсон. — Уверен, мы сможем разобраться.

Сине-серое сияние начало исходить от Белинды по сигналу.

Расовая способность человека [Дар эссенции] эволюционировала в [Лицо в толпе].

Способность: [Лицо в толпе]

Трансформирована из способности человека [Дар эссенции].

Примите форму другой расы. Вы можете имитировать конкретного представителя этой расы или иным образом изменить свою внешность в рамках естественных особенностей расы. Ваша аура сливается с любыми окружающими аурами, становясь труднообнаружимой, даже при более высоком ранге чувств ауры. Вы не получаете никаких способностей этой расы.

— Смена облика, — сказал Клайв. — Неудивительно. Эссенция шарлатана известна сменой облика и иллюзиями. Однако большинство предпочитает другие варианты. Что-то, что сочетает обман с атакующими способностями для более классического набора способностей убийцы. О, ещё одна! Началось.

Белинда снова засветилась сине-серым светом, пока Клайв говорил.

Расовая способность человека [Сродство со спецприемами] эволюционировала в [Форма и функция].

Способность: [Форма и функция]

Трансформирована из способности человека [Сродство со спецприемами].

Когда вы принимаете форму другой расы, получите некоторые из их расовых способностей в дополнение к своим собственным. Ваша аура будет соответствовать ауре представителя расы, которую вы имитируете.

— Ты потеряла бонус к спецприемам людей, — сказал Нил.

— Хорошо, — сказала Белинда. — Думаю, я довольно ясно выразила свою позицию по поводу того, чтобы стоять впереди и бить людей. Итак, это всё?

— Не совсем, — сказал Клайв.

— Я положила свежую одежду в уборную, — сказала Софи. — Асано даже пожертвовал бутылку кристального мыла.

— О, точно, — сказала Белинда и направилась прямиком в соседнюю уборную. На полпути её начало сильно тошнить. Софи догнала её и провела через дверь.

Вы поглотили 4/4 эссенций.

Все ваши атрибуты достигли железного ранга.

Вы достигли железного ранга.

Вы получили снижение урона от источников урона обычного ранга.

Вы получили повышенную устойчивость к эффектам обычного ранга.

Вы получили способность чувствовать ауры.

Вы получили способность поддерживать себя с помощью источников концентрированной магии.

Остальные члены команды стояли в неловкости; все прошли через неприятности, которые испытывала Белинда в соседней комнате. Очищение тела от примесей было таким же отвратительным опытом, через который проходили искатели приключений. И всё это было тем хуже, что источником оскорбительной грязи были их собственные тела.

— Итак, во что на самом деле превращается тело по мере повышения рангов? — спросил Джейсон. — Это просто магически усиленные версии того, что у нас всех есть сейчас?

— Нет, и это на самом деле довольно интересно, — сказал Клайв. — Чем выше ранг, которого достигает искатель приключений, тем больше его тело становится похожим на твоё, Джейсон — физическое проявление чистой магии. Физический материал, из которого состоит их тело, очищается и заменяется. Очевидно, тело высокорангового искателя намного лучше твоего.

— Моё тело? Ты имеешь в виду тело иномирянина?

— Именно.

— Но это просто тело монстра с душой внутри.

— Да, — сказал Клайв. — Прямо сейчас у всех нас, кроме тебя, есть обычное внутреннее устройство наших соответствующих видов. Но ты, Джейсон, по сути, недифференцированная масса биологической ткани. У тебя есть скелет, чтобы всё это подвесить, достаточно мышц, чтобы выполнить работу, и кожа, чтобы всё это удерживать. Несколько дополнений, вроде волос и глазных яблок. Кровь, чтобы поддерживать работу всей этой массы. Там, где у нас есть такие вещи, как легкие, сердце и прочее, ты — просто масса лишней плоти и крови, которую твое тело может использовать по мере необходимости.

— Что? — в ужасе спросил Джейсон.

— Это дает тебе преимущество перед остальными из нас, — сказал Клайв с завистью. — Никакой селезенки, которая может лопнуть, никаких легких, которые можно проколоть. Никакого сердца, которое можно пронзить.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Ты хочешь сказать, что я просто обычный кусок биомассы?

— Да, — сказал Клайв. — Мы все когда-нибудь дойдем до этого, но у тебя есть фора перед нами.

— Но я дышу, — сказал Джейсон. — У меня есть сердцебиение.

— Привычка, — сказал Клайв.

— Привычка?

— По сути, твое тело притворяется. У тебя нет сердца или легких.

— Значит, я мог бы просто уйти под воду и никогда не утонуть?

— Да, — сказал Клайв. — На самом деле, я бы рекомендовал это. Преодоление этого рефлекса утопления — отличный способ избавиться от привычки дышать.

— Это звучит ужасно, — сказал Джейсон. — Что происходит, когда я ем?

— О, я бы не стал доставать еду, если ты это сделаешь, — сказал Клайв. — Она вся размокнет.

— Не когда я пытаюсь утопиться, — сказал Джейсон. — Я имею в виду, что происходит с едой, которую я запихиваю в свое тело?

— Масса плоти и крови внутри тебя потребляет её для энергии с полной эффективностью, — сказал Клайв. — Строго говоря, ей даже не нужно попадать в твой рот.

На этот раз все посмотрели на Клайва с ужасом.

— Что? — спросил он. — Это правда.

— Погоди, — сказал Джейсон, думая о чем-то другом и отчаянно желая сменить тему. — Эмир сказал мне, что мое тело было сформировано с использованием отпечатка моей души.

— Это в целом верно, — сказал Клайв.

— Мое тело не было сгустком массы, когда я покинул свой мир. Почему моя душа сделала тело-сгусток?

— Ты правда думаешь, что твоя душа путешествовала между мирами, не изменившись? — спросил Клайв. — Душа обычного ранга?

— Полагаю, нет.

— Тэдвик на самом деле интересовался всем этим, — сказал Нил.

— Правда? — спросил Хамфри. — Я знаю его с детства, и я никогда не видел его даже с книгой.

— У него была теория, которую он сформулировал для себя, — сказал Нил. — Как только он узнал, что исцеление исправляет различия между душой и телом, ему в голову пришло, что если постоянно думать о… определенных частях себя, что они больше, всё время, это отпечатается на его душе. Тогда магическое исцеление действительно заставит это произойти.

После паузы, чтобы посмотреть на Нила в недоумении, они все начали смеяться.

— Дай-ка я проясню, — сказал Джейсон между приступами смеха. — Тэдвик проводит всё свое время, разгуливая и думая о том, что у него в штанах «цукини»?

— Это так много объясняет, — сказал Хамфри.

— Правда же? — согласился Джейсон.

Они перестали смеяться, когда дверь уборной открылась и вышла Софи.

— Всё было не так уж плохо, — сказала она. — Линди скоро выйдет.

Софи посмотрела на застывшие выражения лиц своих четырех товарищей по команде.

— О чем вы все говорили, прежде чем я вышла?

— Ни о чем, — сказал Клайв, остальные согласно закивали.

* * * — Завтра все отправляются в Гринстоун, — сказал Эмир. — Ну, кроме моих сотрудников, которым ещё предстоит изучить подводный город. Коса была главной целью для моего клиента, но чем больше информации мы выкапываем, тем больше бонус.

— Векслер пряталась от твоего историка, — сказал Джейсон. — Она гонялась за ней по всему облачному дворцу.

Джейсон присоединился к Эмиру в его куполообразном кабинете для послеобеденного чая, по просьбе Эмира. Эмир обычно держал комнату пустой, создавая только облачную мебель для удовлетворения своих потребностей в данный момент. Он заставил небольшой столик и пару стульев подняться из пола, вместе с лифтом для еды, через который прибыл поднос с угощениями.

— Откровение о том, что случайный уличный вор знает утраченное боевое искусство древнего ордена убийц, ставит определенные интересные вопросы.

— Вы с твоим историком можете обсудить это с Векслер, — сказал Джейсон. — Я не имею к этому никакого отношения.

— Не знаю, не знаю, — сказал Эмир, его пронзительный взгляд сопровождался тонким давлением ауры. — Должен предположить, что человек, победивший всех остальных в испытаниях Жнеца, почерпнул хотя бы несколько вкусных крупиц истины.

Джейсон не пытался противостоять ауре золотого ранга, а позволил ей омыть себя, одарив Эмира снисходительной улыбкой. Эмир усмехнулся, ослабив давление.

— Кстати о вкусных крупицах, — сказал Эмир, — мои люди готовят что-то вроде пира на вечер, приглашены некоторые из различных участвующих светил. Я надеялся, что нашего прославленного победителя можно будет убедить выступить в роли хозяина.

— Это может быть не лучшей идеей, — сказал Джейсон. — Я не всегда лажу с аристократией. Они думают, что право на почтение — это то, что ты наследуешь, как шкаф от бабушки, который пахнет так, будто тридцать лет назад в лавандовом поле сдох кот.

— Как конкретно. Честно говоря, я ищу способ обойти тот конфликт этикета, который, кажется, всегда провоцирует такое разношерстное собрание дворян. Все требуют встречи с человеком, который превзошел всех их хорошо обученных и обеспеченных детей. Если ты хозяин, то ты устанавливаешь правила. И, конечно, на барбекю Асано нет рангов, не так ли?

— Нет, их нет, — сказал Джейсон с усмешкой. — Но сработает ли это вообще?

— Вероятно, нет, — сказал Эмир. — Но если их заранее предупредить об ожидаемом этикете, то их участие — это молчаливое согласие с установленными хозяином правилами, даже если хозяин немного нетрадиционен. Я скажу им, что дресс-код крайне повседневный.

— Значит, они должны согласиться с правилами барбекю Асано или не приходить, — сказал Джейсон. — Неплохо.

— Постарайся быть дипломатичным в этом вопросе.

— Я сделаю всё, что смогу, — сказал Джейсон. — Но честное предупреждение: мой максимум не так уж велик. Но кто знает, сколько одолжений я тебе должен на данный момент, так что считай, что я в деле.

— Один довольно странный молодой человек однажды сказал мне, что друзья не считают одолжения.

— Он звучит мудрым не по годам. И чертовски красивым.

Эмир усмехнулся, качая головой.

— Я попрошу Хестер перенести тебя порталом на твой поход по магазинам утром, — сказал Эмир. — Она предложила оставить тебя в её родном городе, который, на самом деле, огромный мегаполис. Ты можешь провести там несколько дней, пока она воспользуется шансом навестить семью. После этого она может перенести тебя порталом прямо обратно в Гринстоун.

— Какой у неё радиус действия для этого?

— Она, может, всё ещё серебряного ранга, — сказал Эмир, — но её способность портала достигла золотого ранга. Она может переместиться на полмира.

— Отлично.

— Тогда, возможно, тебе стоит провести вторую половину дня, налаживая связи с моими сотрудниками, — сказал Эмир. — Держись Констанции, и она подготовит тебя к обязанностям хозяина в кратчайшие сроки.

Особые аппетиты

Особые аппетиты

В старой каменной крепости в Старом городе, ставшей теперь нейтральной территорией криминальных удовольствий, один из головорезов Коула Сильвы постучал в дверь кабинета криминального авторитета.

— Войди, — раздался грубый лай изнутри. Головорез вошел, его тело кричало о нежелании.

— Босс?

— Что?

— Вы просили любые новости о Векслер.

— И?

— Она была частью команды, которая принесла ту вещь, за которой охотился тот важный приезжий. Не думаю, что у нас когда-нибудь будет шанс против неё, босс.

Спустя короткое время двое других головорезов вытащили тело из кабинета, пока Сильва расхаживал взад-вперед, кипя от ярости.

— Хотите, чтобы мы прислали кого-нибудь убрать кровь, босс?

— Нет, — прорычал Сильва, затем остановил свои расхаживания. — Найди Киллиана Лорана и пусть он придет ко мне.

* * * Эмир не полностью отбросил обычный этикет светского раута — его сотрудники объявляли каждого из престижных гостей по мере их прибытия. Затем гостей встречала Констанция, будучи максимально вежливой, и Джейсон, будучи значительно менее таковым.

— Тебе не приходило в голову надеть длинные брюки? — тихо спросила его Констанция между прибытиями.

— Не-а, — сказал Джейсон.

Следующей прибыла Зара Риморос в сопровождении двух своих помощников и пожилой женщины. Спутницей Зары была другая целестинка с такой же карамельной кожей, подчеркнутой сапфировыми глазами и волосами. На вид ей было около тридцати, но Джейсон уже научился распознавать безвозрастность пользователей эссенции, даже если бы её вежливо отведенная, но безошибочно серебряного ранга аура не выдала её. В глазах высокоранговых было что-то такое; что-то в том, как они себя держали. Это была абсолютная уверенность, которую низкоранговые, даже среди знати, ещё не развили. Эта женщина буквально излучала её.

— Джейсон, — поприветствовала Зара с улыбкой, полной опасного обещания. — Могу я представить мою тетю, Веспер Риморос?

— Истинное удовольствие, — поприветствовал Джейсон, его уважительный тон был совершенно несовместим с его короткими шортами, рубашкой с цветочным принтом и сандалиями с открытым носком.

— Я много слышала о вас, — сказала Веспер, по-видимому, не смущенная нарядом Джейсона.

— О, — поморщился Джейсон. — Не волнуйтесь, мы вернули всех хейделей, и большинство из них не были слишком травмированы. Правда, после всего этого у нас совсем закончился фруктовый чатни, так что позвольте мне избавить вас от хлопот проверки стола с приправами.

— О чем вы говорите? — спросила Веспер. Её брови медленно поползли вверх над её в остальном вышколенным выражением лица.

Выражение лица Джейсона внезапно стало выражением человека, осознавшего, что он сболтнул лишнее.

— Э-э… ни о чем, — сказал он, нервно оглядываясь. — Вам стоит поздороваться с Эмиром. Он где-то здесь.

Зара спрятала хихиканье за рукой, сверкнув глазами на Джейсона.

— Эмир Бахадир в настоящее время является объектом интереса нашей королевской семьи из-за кражи, которая произошла несколько лет назад, — сказала ему Зара, её слова были формальными, но голос не мог скрыть нотку веселья.

— И он всё равно пригласил тебя? — спросил Джейсон. — Какой великодушный парень.

— Знаешь, Джейсон, — сказала Зара. — Рискуя показаться самовлюбленной, мне нравится думать, что когда кто-то встречает меня, я самый интересный человек, которого они встречают в тот день. Я не привыкла, чтобы меня затмевали боги.

— Не бойся, — сказал Джейсон. — Ты была абсолютно самым интересным человеком, которого я встретил в тот день. Я почти уверен, что боги — это просто большие сгустки магии, которые существуют так долго, что обрели сознание и начали иметь забавные идеи.

— Это опасно близко к богохульству, — сказала тетя Зары.

— Богохульство — это своего рода моя фишка, — сказал Джейсон.

— И всё же, тебя только что лично и публично похвалили несколько богов, — сказала Зара.

— Я знаю, правда? — спросил Джейсон. — Забавный старый мир.

* * * На другой стороне барбекю Даниэль Геллер наткнулась на Рика Геллера, стоящего в одиночестве. Он был лишь дальним родственником; она не была уверена, каково их фактическое родство. Какой-то очень дальний племянник, насколько она помнила. Она начала восхищаться и уважать молодого человека, который был так же близок к недавним трагедиям семьи, как и кто-либо другой, потеряв двух членов своей команды, которые были близкими родственниками. Вместо того чтобы клясться отомстить, он вырос в своих обязанностях лидера. Вместо того чтобы зацикливаться на тех, кто пал, он сосредоточился на защите тех, кто остался.

Она заметила, что его взгляд прикован к чему-то на другом конце комнаты. Она проследила за ним туда, где Джейсон тихо разговаривал с принцессой Риморос и её королевской тетей. Даниэль отметила язык тела принцессы и сбитое с толку выражение лица Веспер Риморос, которое она начала ассоциировать с людьми, разговаривающими с Джейсоном.

— Это принцесса ураганов, — сказал Рик.

Даниэль вздохнула.

— Я не понимаю людей, которые настаивают на этих раздутых прозвищах, — сказала Даниэль. — Она железного ранга, ради всего святого. Ни у кого из вас ещё не было шанса по-настоящему проявить себя.

Они наблюдали, как Зара хихикает над чем-то, что сказал Джейсон, прикрывая рот рукой.

— Как он это делает? — спросил Рик.

Даниэль посмотрела на него.

— Без обид, дорогой мальчик, но такая женщина пережевала бы тебя и выплюнула. Я думала, ты интересуешься одной из молодых леди в своей команде?

— Да, — сказал Рик. Обычно он бы не признался в этом, но никто, прошедший обучение Геллеров, не подумал бы лгать Даниэль.

— Но я мог бы использовать немного манеры Джейсона с женщинами, — сказал Рик с тоской. — Серьёзно, как он это делает?

— Ты спрашивал его?

— Он сказал, что то, что у него есть, нельзя преподать.

Даниэль усмехнулась.

— Вероятно, правда, — сказала она. — Хочешь, я скажу тебе почему?

— Да, — с энтузиазмом сказал Рик, поворачиваясь к Даниэль.

— Когда дело доходит до принцесс или других высокородных женщин, знаешь ли ты, как часто они встречают кого-то, кому плевать, что они принцессы? Никогда, вероятно, по крайней мере в своей возрастной группе. Более умные мальчики учатся ценить притворство, что делает более умных молодых женщин очень хорошими в распознавании этого. Тем более благодаря социальному обучению, которое они проходят. А потом появляется Джейсон, которому искренне плевать, кто их семья. Добавь немного остроумия, пренебрежение приличиями и склонность к табу, и ты размахиваешь свежим мясом перед голодным животным.

— Не думаю, что смогу быть таким наглым, как Джейсон, — сказал Рик.

— И не должен, — сказала Даниэль. — Джейсон — это тот, кто он есть, без извинений и стыда. Он принимает последствия, зная, что столько же или больше людей будут ненавидеть его за это, сколько будут привлечены к нему. Однако люди уважают аутентичность, даже когда она такая необычная, как у Джейсона. В этом есть целостность. Это то, что ты ищешь. Тебе не нужно быть как Джейсон. Тебе нужно понять, кто ты есть, Рикард. Будь верен этому и принимай последствия. Тогда тебе не придется искать правильных людей, потому что ты уже научишься их распознавать.

— Ты правда думаешь, что это так просто? — спросил Рик.

— Думаю, да, — сказала Даниэль. — Однако просто — не значит легко.

* * * Джейсон всё ещё приветствовал новых прибывших, а успокаивающее присутствие Констанции было путеводной звездой. Она тонко указывала на гостя, который не очень хорошо отреагирует на особые социальные манеры Джейсона, и он проявлял достаточно вежливости, чтобы никто не поднимал шума, несмотря на его, в их глазах, нелепый вид.

Прибыли различные группы из многих религиозных организаций, многие из которых были в замешательстве, как обращаться с Джейсоном. Одна такая группа была из церкви Знания.

— Габриэль, — поприветствовал Джейсон. — Я не знал, что вы участвуете в испытаниях.

— Моя госпожа почувствовала, что мне будет полезно столкнуться с вызовами, где я не смогу на неё положиться.

— Да, Целитель упоминал, что боги не могут получить доступ к астральным пространствам. Всегда забавно слышать, что даже у богов есть свои пределы.

Позади него Констанция выразительно прочистила горло.

— Моя госпожа приготовила для тебя ещё один дар, — сказала Габриэль, явно недовольная тем, что ей приходится передавать сообщение. — Она считает, что ты найдешь его более приемлемым, чем предыдущий. Он будет доставлен по твоему возвращении в Гринстоун.

— Я немного насторожен после последнего, — сказал Джейсон.

— Она уверена, что этот будет более желанным.

— Думаю, увидим.

* * * Хестер была одним из самых важных сотрудников Эмира. Она отвечала за логистику и координацию между всеми разрозненными операциями Эмира, для чего её способность портала была важнейшим инструментом.

Хестер была родом из Праная, эквивалента Шри-Ланки в этом мире. В этом мире, однако, он был намного больше, расположен дальше на юг и запад. В мире, где Аравийского полуострова не существовало, а Средиземное море соединялось напрямую с Индийским океаном, его северное побережье было домом для нескольких важных связей для морской торговли.

Хестер родилась в одном из этих портов, городе Джаяпура. Она открыла портал, и Джейсон со своей командой шагнули в этот город. Они вышли из портала со смешанными реакциями на переход. Джейсон и Софи, с их астральными сродствами, остались невозмутимыми. Они немедленно начали осматриваться, включая своих товарищей по команде, которые перенесли переход хуже.

У Хамфри была своя собственная способность телепортации, поэтому, хотя он и не был невосприимчив к дезориентации, он был, по крайней мере, привычен к ней. Телепортация через континент была более утомительной, чем через комнату, но он глубоко вздохнул и был в порядке. Клайв и Нил были менее опытны, но это был не первый их раз, они немного пошатывались, прежде чем выпрямиться. Белинда перенесла это хуже всех, шатаясь от головокружения, пока Софи не вмешалась, чтобы предотвратить её падение. Щенок Сташ спотыкался, прежде чем опрокинуться и издать недовольный скулеж.

Они находились во внутреннем дворе, полном пышных растений, в приподнятых кадках и свисающих со стен. Стены, кадки и даже пол были покрыты мозаичной плиткой в ярких, прохладных тонах. Оттенки синего, зеленого и бирюзового придавали двору ощущение подводного мира, яркое пространство освещалось ярким солнечным светом. Воздух был жарким, как в Гринстоуне, но более сухим, без духоты, создаваемой дельтой. Жара сменялась свежим бризом с привкусом моря, дующим через арки, ведущие из двора.

Хестер провела им экскурсию по невероятному дому на вершине скалы с видом на океан. Туннели, вырытые в скале, с каменными лестницами, ведущими вниз в сеть пещерных гротов. Платформы из металла и дерева вились через пещеры, подвешенные над водой внизу. Магические светящиеся камни освещали пещеры, как под водой, так и над ней.

— Здесь внизу или наверху есть гостевые комнаты, — сказала им Хестер. — Вы можете выбрать то, что предпочитаете.

— Здесь внизу, — немедленно сказал Джейсон, ухмыляясь как сумасшедший, когда он посмотрел через перила в воду.

— Если хотите поплавать, не стесняйтесь, — сказала Хестер, продолжая вести их через красочно освещенные пещеры. — В главном развлекательном гроте на самом деле есть бар, до которого можно добраться только вплавь. Или летая, ходя по воде, телепортируясь. Какие бы силы у вас ни были.

— У вас великолепный дом, — сказал Джейсон, когда Хестер повела их обратно наверх.

— Вы можете много путешествовать как искатель приключений, — сказала ему Хестер, — особенно с такой силой, как у меня. Но я думаю, важно иметь место, куда можно вернуться домой. И, конечно, быть искателями приключений дает нам средства, чтобы иметь это.

Хестер представила их своей большой семье, все из которых жили в обширном комплексе, раскинувшемся на вершине скалы. Как и многие успешные искатели приключений, она обеспечила свою семью эссенциями и ядрами монстров, чтобы продлить их долголетие, даже если они никогда сами не сражались с монстрами. Семья Хестер была чрезвычайно гостеприимной, особенно мать Хестер, Анис.

— Она никогда не приводит домой друзей, — говорила Анис Джейсону, пока они шли, присоединившись к ним на остаток экскурсии.

— Мама…

— О, тише, дорогая. Ты действительно должна рассказать мне, чем занималась Хестер, Джейсон. Она всегда такая скрытная.

— Дай подумать, — сказал Джейсон. — А, я знаю. Некоторое время назад была большая экспедиция, которая отправилась из города, где мы останавливались. Это было огромное дело, и они отправили всех, кто мог открыть портал или совершить массовую телепортацию. Конечно, потом они оказались в астральном пространстве, из которого не могли выбраться порталом. Вы знакомы с астральными пространствами, Анис?

— О, да, — сказала Анис. — В наши дни ходит так много слухов о них.

— Ну, оказалось, что та экспедиция отчаянно нуждалась в помощи, и именно Хестер сделала это возможным. Без неё никто бы не успел вовремя.

— Почему ты сама не рассказываешь мне об этих вещах? — спросила Анис Хестер.

— Я на самом деле ничего не сделала, — сказала Хестер.

— Чепуха, — сказал Джейсон. — Она абсолютный герой. Хамфри и Нил, здесь присутствующие, были в той экспедиции. Их могло бы здесь не быть, если бы не ваша дочь.

— Он преувеличивает, — сказала Хестер.

Они вышли на дорожку снаружи дома, откуда могли видеть город, раскинувшийся вниз от вершины холма, на котором располагался дом Хестер. Он был намного больше Гринстоуна, раскинувшись вдоль береговой линии, рядом с лазурным океаном, сверкающим на солнце.

— Это прекрасно, — сказал Джейсон, когда они остановились, чтобы посмотреть вдаль. — Спасибо, что поделились с нами своим домом, Хестер.

— Я просто счастлива, что вам удалось вернуть ту косу, — сказала Хестер. — Эмир кажется расслабленным боссом, но с ним было не очень приятно находиться рядом, пока вы были в астральном пространстве. Перспектива того, что никто не вернет её после двух лет усилий? Весь персонал готов расцеловать вас. Только не позволяйте им. Особенно Странным Штанам Киту.

* * * Киллиан Лоран был эльфом, который выглядел как злодей из сказки, с уродливыми, запавшими чертами лица, изможденными конечностями и болезненно бледной кожей. Одетый в плохо сидящее черное, даже то, как он ходил, имело неприятную подобострастность. Он проскользнул в кабинет Сильвы, даже не взглянув на кровь, впитывающуюся в ковер. Сильва стоял спиной к двери и не обернулся на вход Киллиана.

— Ты однажды сделал мне предложение, — сказал Сильва без предисловий. — Я отказался.

— Вы не хотели идти на риск обнаружения, — сказал Киллиан своим хриплым голосом.

— С тех пор ко мне незаметно обратились, — сказал Сильва. — Кто-то предложил помощь, которая может сделать что-то вроде того, что ты предлагал, более осуществимым.

— Вы готовы забрать девушку?

— Нет, — сказал Сильва, всё ещё отвернувшись. — Мне предложили помощь в устранении человека, который забрал её у меня. Она получит свое, когда человек, который держит её контракт об индентуре, будет смыт в море на тысячу кусков. Это то, что ты можешь устроить?

— Мистер Сильва, я человек с особыми аппетитами, — сказал Киллиан. — Я перенес свою лояльность от вашего отца к вам, потому что вы надежно и незаметно удовлетворяете мои аппетиты, чего ваш отец не делал. Люди моей склонности действуют в очень узких кругах, и я знаком с человеком, искателем приключений серебряного ранга, с пристрастиями, не такими уж далекими от моих собственных. Нет способа, чтобы такой человек, будучи серебряного ранга, поступил к вам на службу. Но если бы ему предложили те же условия, которыми наслаждаюсь я, я полагаю, он был бы готов оказать случайную услугу. Например, тихое приобретение проблемного молодого искателя приключений.

— Насколько надежен этот человек?

— Могу заверить вас, мистер Сильва, что он человек исключительной осторожности.

Сильва долго не отвечал, всё ещё глядя на стену, не поворачиваясь лицом к Киллиану.

— Очень хорошо, — сказал Сильва. — Назначь встречу; я хочу поговорить с этим человеком. Также узнай точно, чего он захочет, до того, как встреча состоится.

Властный, территориальный и крепкий

Властный, территориальный и крепкий

Для тех, кто мог себе их позволить, личный транспорт в Джаяпуре состоял из дисков размером с блюдо, которые парили в воздухе, под ногами, а ездок направлял их, перенося свой вес. Хестер вынесла несколько из них на открытый участок газона, чтобы её гости могли освоиться.

— Ховерборды! — радостно воскликнул Джейсон.

— На самом деле они называются персональные парящие диски, — поправил его Клайв.

— Ховерборды!

— Это не…

— Ховерборды! — снова заявил Джейсон.

Сташ превратился в птицу и приземлился на голову Джейсона, эхом повторяя его крик.

— Ховерборды!

— Хороший мальчик, — сказал Джейсон, давая птице-Сташу печенье.

Диски поменьше, вроде тех, что принесла Хестер, были для того, чтобы на них стоять. Она объяснила, что есть диски побольше, на каждом из которых есть сиденье. Однако использование их кем-либо, кроме физически немощных, считалось зазорным.

Хамфри и Клайв уже пользовались ими раньше, а Софи и Джейсон быстро поймали баланс. У Нила и Белинды возникло больше проблем; они изо всех сил пытались заставить свой диск хотя бы сдвинуться с места, только для того, чтобы он вылетал из-под них, когда это удавалось. Пока они продолжали практиковаться, Джейсон носился по краям двора, хихикая как сумасшедший.

— Ховерборды, — сказал он счастливо, подъезжая к Клайву. — Почему у нас в Гринстоуне таких нет?

— Магическая плотность слишком низкая, — сказал Клайв. — Вот почему всем магическим транспортным средствам нужен кто-то вроде меня, чтобы ими управлять.

— Разве это не делает твою способность бесполезной здесь? — спросил Джейсон.

Клайв ухмыльнулся.

— Тебе нужен кто-то вроде меня, чтобы управлять этим, — сказал Клайв, указывая вверх.

Джейсон посмотрел в небо, где то, что выглядело как дирижабль, изящно плыло по небу. Вместо надутой воздушной оболочки у него был виден проволочный каркас воздушной оболочки, заметно светящийся магией.

— Потрясающе.

В конце концов Хестер сочла Нила и Белинду готовыми к строго контролируемому использованию парящих дисков, и они начали спускаться с холма в город, осторожно, ради блага Белинды и Нила.

— Обязательно было начинать спуск? — нервно спросил Нил, управляя своим диском.

— Не то чтобы я не согласна с этим чувством, — сказала Белинда, также двигаясь с осторожностью. — Но, возможно, было бы слишком просить Хестер перенести её дом куда-нибудь поровнее ради нашего блага.

Хестер повела их в город, проходя через всё более старые секции по мере приближения к центру. Их пунктом назначения был Мистический квартал, где располагались главные храмы города, а также кампусы Магического общества и Общества искателей приключений.

— Торговый зал Общества искателей приключений должен быть местом, где можно найти большую часть того, что вы ищете, — сказала им Хестер. — Возможно, вам понадобится Магическое общество для некоторых компонентов ритуалов. В любом случае, брокеры торгового зала заберут всю добычу, которую вы захотите продать.

Кампус Общества искателей приключений затмевал кампус Гринстоуна, хотя ему не хватало открытой простоты. Вместо этого это был лабиринт узких переулков и узких улиц, где здания прижимались друг к другу, как товары, упакованные в ящик. Это было больше похоже на город, один только торговый зал был размером с деревню.

— Тебе должно это понравиться, Хамфри, — сказал Джейсон, когда они пробирались сквозь толпы главного торгового зала. — В отличие от Гринстоуна, здесь нет никого, кто мог бы тебя узнать. Ты можешь просто быть каким-то парнем здесь.

После посещения брокеров они потратили некоторое время на покупки. Групповой чат Джейсона позволял им оставаться на связи, когда они разделялись. Они двигались через переполненный торговый зал, водоворот голосов вокруг них, зазывающих и торгующихся.

— У кого-нибудь есть кристальное мыло? — услышали они чей-то голос. — Везде, кажется, оно внезапно закончилось.

Джейсон выглядел немного подозрительно, услышав это, и изо всех сил старался продолжать делать покупки с невозмутимым видом. Команда перегруппировалась снаружи торгового зала, чтобы сравнить покупки. Они купили всего несколько вещей, так как их главной целью было передать свои камни пробуждения и эссенции брокерам для аукциона. Рынок был достаточно активным, чтобы аукционы проходили ежедневно, так что они смогут забрать свою выручку утром.

— Я нашел наводку на мастера магических татуировок с нужными мне навыками, — сказал Джейсон. — Кто-то, кто может нанести бессмертный герб.

Бессмертный герб был предметом, который Джейсон получил во время испытаний, необычным по своей природе. Использование его требовало услуг специализированного мастера магических ремесел, ни один из которых не проживал в Гринстоуне. Хамфри сам использовал такой, путешествуя со своей матерью.

Предмет: [Бессмертный герб] (железный ранг, редкий)

*Объект, позволяющий душе отметить тело *(расходуемый, татуировка).

Эффект: При нанесении мистическим татуировщиком этот предмет проявит герб души. Этот предмет можно использовать только на пользователе эссенции железного ранга.

После приобретения предмета Джейсон спросил о нем Клайва. Клайв, в свою очередь, привлек Хамфри, у которого уже был герб души. Герб души, объяснили они, — это магическая татуировка, напечатанная не на теле, а на душе. Этот отпечаток, в свою очередь, появится на теле в форме, которая сопротивляется дизайну. Форма герба была видимым отражением истинной природы носителя.

Герб использовался как форма идентификации. Уникальный отпечаток на ауре оставался прежним, даже если сама аура менялась, а вместе с ней и видимая форма герба. Невозможно отследить или подделать даже с помощью сильнейшей магии, пока есть запись отпечатка, это была гарантированная проверка личности.

Бессмертные гербы были сложными и дорогими в изготовлении, особенно для предмета железного ранга, но многие богатые искатели приключений всё равно заказывали их. Как только у Общества искателей приключений появлялась запись отпечатка, это было железным доказательством личности, которое можно было проверить в любом отделении по всему миру.

Видимую форму герба нельзя было выбрать. Вместо этого она отражала душу, которая её создала. Это имело знаменито смешанные результаты.

— Если мы собираемся к мастеру магических татуировок, — сказал Хамфри, — то вам всем стоит сделать себе такой. Я уже сделал, когда использовал свой бессмертный герб.

Как группа, они решили сделать это своей следующей остановкой. Клайв объяснял магические татуировки, пока они пересекали город на своих парящих дисках.

— Она продержится только до твоего текущего ранга, — сказал Клайв. — Она выводится из твоего тела по мере повышения ранга, вместе с любыми другими магическими отходами, которые не выдерживают твоего нового ранга. Это оставляет тебя свободным сделать новую татуировку на новом ранге.

— Что они делают? — спросила Белинда. — Я слышала о магических татуировках, но никогда не видела ни одной.

— Мы можем это изменить, — сказал Хамфри. Он оттянул рукав, чтобы показать сложный сигил на плече, достаточно уверенный в своем мастерстве управления парящим диском, чтобы сделать это, не упав. Цвет татуировки был блестящим оттенком синего, который мерцал, как солнечный свет на океане.

— Разные татуировки делают разные вещи, — сказал Клайв. — Это похоже на накопитель маны.

— Верно, — сказал Хамфри. — Она медленно накапливает ману, которую я могу поглотить, когда мне нужно. Это, по сути, зелье маны, которому требуется несколько часов, чтобы наполниться.

— Функции татуировок железного ранга довольно базовые, — объяснил Клайв, — поэтому большинство людей выбирают какой-то вариант восстановления здоровья или маны, будь то умеренное увеличение естественного восстановления или мгновенный всплеск, как у Хамфри. Однако есть и другие варианты. Короткий всплеск снижения урона или сокращение времени восстановления способности. Такие эффекты являются одноразовыми и требуют времени для восстановления перед повторным использованием.

— Сколько можно сделать? — спросила Софи.

— Только одну, — сказал Клайв. — Обычно, во всяком случае. Есть способности эссенции, которые могут увеличить это число. Моя эссенция рун, например, часто производит такой тип способностей. Но я не получил такую.

Следуя указаниям, которые получил Джейсон, Хестер увела их подальше от основных районов Мистического квартала, улицы становились всё уже, а здания — всё старше по мере их продвижения.

— Ты уверен, что это место, куда мы идем, легально? — спросил Нил Джейсона.

— Ты шутишь? — спросил Джейсон. — Загадочные владельцы магазинов в обветшалых частях города, куда большинство никогда не ступит, всегда лучше.

— По чьему мнению? — спросил Нил.

— Фильмов восьмидесятых.

— Восьмидесятых что?

— Я сам оценю это место, — сказала Хестер.

Они нашли тату-салон, и хотя обшарпанный экстерьер не внушал доверия, интерьер был в резком контрасте. Они вошли в комнату с полированным деревом, сияющей плиткой и стеклом, таким же чистым, как безоблачное зимнее небо. На стенах висели изображения различных татуировок, некоторые художественные, другие с описанием их эффектов.

— Если мастерство, на которое мы можем рассчитывать, соответствует тому, что выставлено здесь, — сказал Клайв, изучая изображения, — то я не предвижу никаких проблем.

— Согласна, — сказала Хестер, также просматривая экспозиции. Она повернулась к Джейсону. — Кто рассказал тебе об этом месте?

— Я спрашивал в торговом зале, — сказал Джейсон. — Я не особо мог отличить хороший совет от плохого, поэтому попробовал кое-что другое. Они не разделяют торговый зал по рангам, как в Гринстоуне; здесь всё перемешано. Поэтому я начал искать места, которые казались немного менее впечатляющими, чем можно было бы ожидать в торговом зале. В конце концов я нашел место, которое не выглядело как нечто особенное, и все, казалось, игнорировали его, но каждый человек, которого я видел входящим туда, был явно первоклассным искателем приключений. Это были сплошь серебряные и золотые ранги, те, у кого простое снаряжение, которое, если присмотреться, на самом деле является хорошим. Итак, я вошел, немного поболтал с парнем, который им управлял, и он дал мне наводку.

— Просто так? — спросила Софи.

— Ну… мне пришлось пообещать отправить Нила на особый визит.

— Что? — спросил Нил.

— Всё будет в порядке, — сказал Джейсон. — Им очень понравилось, как звучит «крупный эльф». Но нам стоит начать искать костюм матроса в ближайшее время, потому что найти такой твоего размера может быть непросто.

— Им?

— Думаю, у него были приятели, которых он хотел привести с собой. Чем больше, тем веселее, верно?

— Ты знаешь, что однажды кто-то привяжет тебя к валуну и бросит в океан, — сказал Нил.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Оказывается, мне не нужно дышать.

Из задней комнаты вышла жилистая женщина. Она выглядела пожилой, но здоровой и закаленной, как дерево, пережившее бурю за бурей. Джейсон не смог обнаружить от неё никакой ауры вообще.

— Мне было интересно, кто поднимает шум в моем магазине, — сказала она, оглядывая их. — Немного шумных юнцов заглядывает ко мне. В сопровождении Хестер Махаралы, не меньше. Леди с домом на холме. Ты всё ещё ходишь за этим мальчиком Бахадиром?

— Вы знаете Эмира? — спросила Хестер.

— «Знаю» — может быть сильным словом, — сказала женщина. — Мы пересеклись, когда он был ещё вундеркиндом. Хорошо слышать, что он занялся поиском сокровищ, потому что искатель приключений из него был так себе. Та пара, с которой он бегал, вот они знали свое дело. И тот хитрый тоже.

— Габриэль и Арабелла Ремор, — сказал Джейсон. — Мы скоро увидимся с ними, если хотите, чтобы мы передали привет.

— О, они не захотят слышать ничего от какой-то старой владелицы магазина, — сказала она. — Кто тот, кто направил вас ко мне?

— Человек, продающий магические лампы в торговом зале.

— И ты был тем, кто вытянул это из него? — спросила она. — Он, вероятно, увидел, что ты иномирянин, и разволновался, чертов старик.

— Я Джейсон Асано. Могу я узнать ваше имя?

— Тилли вполне сойдет. Вы пришли сюда не только за татуировками, Джейсон Асано. Вы могли бы сделать их во многих местах, дешевле и проще.

Джейсон достал простую металлическую пластину и протянул её.

— Бессмертный герб, — сказала Тилли, переворачивая её в руках. — Кто сделал это?

— Я, вроде того, — сказал Джейсон. — Способность к мародерству. Своего рода.

— Своего странного рода, чтобы произвести нечто подобное. Ладно, я могу разобраться с этим. Как только мы решим вопрос с ценой.

— И какая она? — спросил Джейсон.

— Крупный эльф в костюме матроса на столе?

Джейсон удивленно моргнул, а затем разразился смехом.

— Боги, прокляни тебя, Асано, — сказал Нил.

— Цена — это деньги, конечно, — сказала Тилли с искоркой в глазах. — Это тату-салон. Это будет тачка, полная монет за бессмертный герб, и день или два, чтобы подготовить всё.

— Как только сегодняшние аукционы пройдут, у нас будет тачка наличных, — сказал Джейсон. — А пока мы сделаем зачарованные татуировки.

Тилли отвела их в рабочую комнату с большим креслом, которое выглядело так, будто оно из кабинета очень страшного дантиста. На столе рядом с ним был разложен ряд очень больших игл, горшков с маслами, мазями и порошками. Больше банок и горшков было набито на полках вдоль стен без видимой системы организации. Свет лился из большого светового люка над их головами.

— Ты первый, — сказала Тилли Хамфри. — Рубашку долой.

— У меня уже есть татуировка, — сказал Хамфри.

— Мне плевать, — сказала она. — Я хочу взглянуть на этот герб души. Цена того, что я сделаю татуировку для твоего друга.

Хамфри стянул рубашку, обнажив свое впечатляющее телосложение.

— Черт, Хамфри, — сказал Джейсон. — Я не знал, что ты делаешь эпиляцию груди.

— Я не делаю эпиляцию груди.

— Ты кажешься странно безволосым, — сказала Белинда. — Ты берешь тот крем для удаления волос у Джори?

— Нет!

— Думаю, у него есть какой-то магический кристалл, который он использует для бритья, — сказал Джейсон.

— Пожалуйста, перестаньте говорить о волосах на моей груди.

— У тебя нет волос на груди, — сказала Белинда. — В этом-то и смысл.

— Хватит болтать и поворачивайся, — сказала Тилли Хамфри, который был явно рад это сделать.

Хамфри открыл поразительное изображение на своей спине: радужный дракон на большом, песочного цвета щите. Чешуя дракона мерцала на свету, заставляя его казаться живым существом.

— Тот, кто нарисовал это, знал свое дело, — оценила Тилли. — Это стиль Витесса. Это был Климпсен?

— Вы можете сказать это, просто взглянув? — спросил Хамфри. — Я думал, изображение определяется душой.

— Так и есть, — сказала Тилли. — Но оно сформировано художником, который вытянул его из твоей души. Климпсен был хорошим выбором, но он не работает на кого попало. У тебя должны быть хорошие семейные связи.

— Его мама — важная шишка, — сказал Джейсон.

— Кому-то везет, — сказала Тилли. — Ты следующий, Асано. Мне нужно знать, с чем я имею дело, чтобы сделать правильные приготовления. Рубашку долой.

Джейсон посмотрел на Хамфри и смущенно снял рубашку. Тело Джейсона было в такой же хорошей форме, как и всегда, но всё ещё выглядело дряблым и скудным рядом с Хамфри.

— Как это справедливо? — сказал Джейсон. — Ты выглядишь как какая-то знаменитая скульптура, оживленная ведьмой, чтобы украсть мою девушку.

— У тебя нет девушки, — сказал Хамфри.

— Сыпь соль на рану, почему бы и нет?

Тилли толкнула Джейсона и потыкала его в спину своими сморщенными пальцами.

— Тебе не стоит делать ничего слишком постыдного в качестве герба. Ты не поверишь, сколько защищенных молодых идиотов делают бессмертный герб и не радуются, когда он показывает, кто они на самом деле. Что твой тоже сделает, не сомневайся. Если не думаешь, что справишься с тем, чтобы увидеть свою истинную природу, то я бы остановилась здесь.

— Что есть, то есть, — сказал Джейсон. — В худшем случае, рубашки существуют.

— Интересная аура, — сказала Тилли, продолжая ощупывать спину Джейсона. — Властная и территориальная. Крепкая, особенно для твоего ранга. И что-то ещё. Ты какой-то священник?

Вся команда рассмеялась.

— Он определенно нет, — сказал Нил. — Если уж на то пошло, он полная противоположность.

— Тогда немного странно найти на тебе оттенок божественного.

— Я был тронут богами, это точно, — сказал Джейсон. — Они довольно навязчивы, как только узнаешь их поближе.

Чем дальше, тем подозрительнее

Чем дальше, тем подозрительнее

Тилли предоставила группе каталоги в форме записывающих кристаллов, позволяя им просматривать проекции доступных магических татуировок.

— Я возьму руну исцеления всплеском, — сказала Софи. Вскоре она была в большом кресле в своей майке, пока Тилли колола иглами ей в руку.

— Тебе нужно уединение для этого? — спросил её Джейсон.

— Ты никогда не видел женское плечо? Мне жаль эту девушку Кассандру.

К тому времени, как Тилли закончила рисовать красную руну на руке Софи, остальные выбрали свои собственные татуировки. Белинда выбрала ту, которая позволила бы ей игнорировать задержку перед тем, как она сможет снова использовать способность. Это позволило бы ей использовать свою способность сокращения времени восстановления дважды подряд, что, в свою очередь, позволило бы кому-то другому использовать мощную способность три раза в быстрой последовательности. Та татуировка была маленькой, напечатанной на задней части шеи.

Клайв взял такую же, а Джейсон взял ту, которая сделала его негативные эффекты немного более устойчивыми к сопротивлению. Татуировка Джейсона была отпечатана на груди, прямо над сердцем.

— У вас впечатляюще широкий репертуар, — похвалил Хамфри Тилли. — Место, где я получил свою татуировку, имело более ограниченный выбор.

— Климпсен делает качественную работу, — сказала Тилли, не поднимая глаз от того места, где она колола иглами грудь Джейсона. — Но его нельзя назвать инноватором. Он тот парень, к которому идешь за надежностью, а не за оригинальностью.

Нил изначально собирался взять татуировку, которая давала общее увеличение скорости восстановления маны, но изменил свое мнение благодаря Тилли. Она смогла сделать татуировку восстановления маны всплеском, по сути, бесплатное зелье маны, со временем перезарядки, зависящим от скорости восстановления маны. Учитывая, что Софи и Клайв оба усиливали восстановление маны команды, он смог бы использовать татуировку с завидной частотой.

Как и у Джейсона, татуировка Нила была на груди, но когда Нил снял рубашку, он получил громкие реакции от команды.

— Ого, — сказала Белинда.

— Ага, — согласилась Софи, обе женщины наклонили головы, пробегая глазами по мускулистому телу Нила.

— Что? — спросил Нил.

— Э-э, мы все думали, что ты толстый, — сказал Клайв.

— Погоди, вы правда думали, что я толстый?

— Я нет, — сказал Джейсон, на что Нил развернулся к нему.

— Ты тот, кто отвечает за это, и ты даже не думал, что я толстый?

— Я не собираюсь издеваться над реальным толстяком, — сказал Джейсон. — Это просто бить лежачего. К тому же, твой портной — тот, кто отвечает за это, а не я.

— Твои наряды действительно не льстят, — согласился Хамфри. — В них есть подкладка?

— Нет, в них нет подкладки.

— Они сидят очень плохо, — сказал Джейсон. — Тебе стоит попробовать Гилберта в торговом зале в Гринстоуне. Он, к сожалению, не продает короткие шорты или цветочный принт, но если хочешь выглядеть хорошо, он твой парень.

— Ты тоже ходишь к Гилберту? — спросил Хамфри Джейсона.

— Хожу, — сказал Джейсон. — Думаю, он делает тебя лучше, чем меня. У тебя эти мощные плечи.

Когда все татуировки были закончены, они договорились вернуться через день после завтрашнего дня за гербом Джейсона. После всех их покупок небо начало темнеть, и они вернулись в дом Хестер.

Большая семья Хестер собралась по случаю её возвращения и приветствовала команду в своем доме для вечера еды и семьи. Джейсон быстро нашел путь на кухню. Все остальные собрались на развлекательной палубе под землей, где красочные огни освещали грот, наблюдая, как солнце садится над морем через пещеру, выходящую на запад, которая смотрела вдоль побережья.

Белинда ушла рано, в ожидании использования ошеломляющих шестнадцати камней пробуждения на следующий день, плюс призыва как минимум одного фамильяра. Поздно вечером Софи заметила Джейсона в его призванном плаще, идущего по воде в гроте и выходящего через вход в пещеру. Она тихо спрыгнула через перила, используя свою способность медленного падения, чтобы опуститься на поверхность воды самой. Она последовала за ним туда, где океанская вода была пугающе спокойной и свет двух лун сиял на ней. Капюшон плаща Джейсона был откинут, его голова запрокинута, он смотрел на ночное небо.

— Клайв сделал тебе выговор на днях, — сказал он, не глядя.

Он, по-видимому, почувствовал её, несмотря на то, что она двигалась в тишине. Её способности восприятия усилили её способность чувствовать ауры, но она едва могла почувствовать его. Те же способности позволили ей почувствовать контроль ауры Джейсона, когда он становился всё более точным за то время, что они знали друг друга. Она знала, что мертвый друг, которого она никогда не встречала, научил Джейсона техникам, которые он передавал ей. Усердная практика, казалось, была его способом связи со своим отсутствующим наставником.

— Наверное, мне не стоило так сильно тебя бить, — сказала она.

— Я понимаю, — сказал Джейсон, не отводя взгляда от звезд. — Я знаю, что ты сдерживалась, и мне не было больно. Но тебе, вероятно, стоит поискать более здоровые выражения свободы.

— Я свободна? — спросила она.

— Если хочешь уйти и никогда не возвращаться, просто поговори с Хестер, — сказал Джейсон. — Я говорил тебе это с самого начала.

— Я прошла долгий путь с тех пор, — сказала Софи. — Ты вложил немало капитала в то, чтобы сделать меня искателем приключений, как денежного, так и политического.

Джейсон перевел взгляд с неба на неё, нахмурившись.

— Я устал вести этот разговор. Я устал оправдываться, как будто я каким-то образом недостаточно хорош, чтобы сделать что-то просто потому, что это было правильно. Насколько я понимаю, у меня нет крепостного слуги. У меня есть товарищ по команде, который постоянно говорит об уходе. Если ты собираешься уйти, сделай нам одолжение и сделай это сейчас, потому что нам нужно будет найти новых людей.

— Мы с Белиндой никуда не собираемся.

— Хорошо, — сказал он раздраженно, — потому что я закончил говорить об этом.

Джейсон исчез в тени своего плаща, который проплыл пусто, прежде чем тоже исчезнуть.

Софи уставилась на место, где он стоял.

— Отличная работа, Векслер, — упрекнула она себя.

* * * Утром команда отправилась без руководства Хестер, оставив её наверстывать упущенное с семьей. Они видели достаточно города, чтобы разобраться, так как уже посетили Мистический квартал. Было несложно получить указания к кампусу Магического общества, а растущее мастерство Белинды и Нила с парящими дисками компенсировало время, которое они потеряли, не имея гида.

Клайв взял на себя инициативу в Магическом обществе, его понимание работы общества обеспечило им быстрое рассмотрение. Они решили, что планом дня будет нанять ритуальную комнату и провести все оставшиеся ритуалы пробуждения Белинды. После этого они купят материалы, которые понадобятся Джейсону и Белинде для призыва фамильяров. У Белинды уже была одна такая сила, и, с шестнадцатью силами, которые нужно было пробудить, у неё был хороший шанс получить больше.

— Специалист по компаньонам был бы интересен, — сказал Хамфри. — Способности моей сестры похожи на это. Это создало бы интересный потенциал, помимо фамильяров и призывов, которые у нас уже есть.

— Думаю, специалист по поддержке более вероятен, — сказал Клайв, — основываясь на силах, которые мы видели до сих пор. Хотя пробуждено всего четыре силы. Это может быть что угодно, на самом деле.

— Мне подходит и то, и другое, — сказала Белинда. — Лишь бы я не была перед кем-то, размахивая большим мечом.

— У нас для этого есть Хамфри, — сказал Джейсон.

По мере того как они пробуждали силы Белинды одну за другой, её способности в целом делились на три категории. Как и ожидалось, её эссенция ловушек произвела способности контроля области. Одной была способность, которая была у Клайва от эссенции рун, называемая рунная ловушка. Другая призывала ловушку-яму в пространственном пространстве под ногами врагов, в то время как последние две силы использовали магические привязи, чтобы воздействовать на врагов разными способами.

От эссенции магии она получила способности с эффектами, основанными на силах других. У неё было проклятие, которое заставляло использование силы врагом блокировать его от другой их способности. Способность под названием «вор силы» была специальной дальнобойной атакой, которая блокировала силу врага, давая Белинде возможность использовать её вместо этого. У неё было заклинание, которое позволяло ей имитировать заклинания, недавно использованные союзниками, в то время как её последняя способность была ещё одним призванным фамильяром, называемым астральный фонарь.

— Фамильяры фонарного типа довольно хороши, — сказал Хамфри. — Судя по сестре, по крайней мере.

— Они, как правило, дальнобойные атакующие, — сказал Клайв.

Эссенция адепта началась хорошо, со способности восприятия, которая позволяла ей видеть магию, как Клайву. Она стала лучше с аурой, которая заставляла способности союзников быстрее восстанавливаться, за которой последовала сила, используемая раз в день, которая сбрасывала каждое время восстановления, которое было у человека.

Именно когда она пробудила последнюю способность адепта, всё начало выходить из-под контроля, по крайней мере, с точки зрения Белинды.

Вы пробудили способность эссенции адепта [Мгновенный адепт]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции адепта.

Вы пробудили все способности эссенции адепта. Связанный атрибут [Скорость] будет развиваться вместе с самой низкоранговой способностью эссенции адепта.

Способность: [Мгновенный адепт] (Адепт)

Особая способность.

Стоимость: Очень высокая мана.

Время восстановления: 6 часов.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Получите значительное увеличение атрибута [Скорость] и временное мастерство в акробатике, малых клинках и дальнобойном оружии. Ваша максимальная выносливость увеличивается, и вы получаете постоянный эффект восстановления выносливости.

— Что это за способность? — спросила она, прочитав силу.

— Я видел такие раньше, — сказал Клайв. — Они даруют определенный набор навыков, во многом как книга навыков, но только временно. Это позволяет вам заполнять архетипические роли, не так хорошо, как специалист, очевидно, но если это то, что вам нужно в данный момент, то это очень полезно.

— Здесь сказано «дальнобойное оружие», — сказал Джейсон. — Это может быть хорошо. Возьми себе хороший магический лук, стреляй стрелами по цели, а затем сбеги с помощью тех акробатических навыков, о которых упоминается.

— Полагаю, это не так уж плохо, — сказала Белинда неохотно, прежде чем они перешли к следующей силе.

К тому этапу у неё осталось пробудить только две силы от эссенции шарлатана, которые уже произвели две необычные силы. «Вне себя» была силой, которая делала её невидимой, пока иллюзия имитировала её поблизости. «Неожиданные союзники» была силой, которая использовала иллюзии, чтобы заставить союзников выглядеть как враги, но союзники могли видеть сквозь неё. Заклинание затем случайным образом меняло местами всех союзников и врагов в области друг с другом.

— Это должно быть лучше, чем та глупая способность к стрельбе из лука, — сказала Белинда, когда Клайв закончил ритуал.

Вы пробудили способность эссенции шарлатана [Поддельный боец]. Вы пробудили 4 из 5 способностей эссенции шарлатана.

Способность: [Поддельный боец] (Шарлатан)

Особая способность (смена облика).

Стоимость: Очень высокая мана.

Время восстановления: 6 часов.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Получите значительное увеличение атрибута [Мощь] и временное мастерство в броне и оружии ближнего боя. Ваше телосложение увеличивается, ваша максимальная выносливость увеличивается, и вы получаете постоянный эффект восстановления выносливости.

— О, боги, прокляните это.

— Это привносит некоторую универсальность в команду, — предложил Хамфри.

— Я не хочу универсальности! Команда уже переполнена универсальностью! Я хочу стоять сзади, будучи умной и разрушительной. Что умного в том, чтобы проломить кому-то голову скимитаром?

— Это не обязательно должно быть умно, — сказал Хамфри. — Это просто должно быть полезно.

— Ты думаешь, что ставить меня вперед, чтобы бить людей, будет полезно?

— Это будет неожиданно, — предложил Джейсон. — Кто ожидает, что маленький, очаровательный человек ударит их по голове большим молотом?

— Думаю, я понимаю то уникальное пространственное пространство, которое ты пробудила, — сказал Клайв. — Как вы, несомненно, помните, его уникальным нюансом была способность напрямую экипировать или снимать снаряжение. Учитывая твои новые способности брать на себя определенные роли, это теперь становится очень полезным.

— Ты хочешь сказать, что моей следующей способностью может быть ещё одна из этих идиотских сил, чтобы бить людей оружием, как бандит?

— Не думаю, — сказал Клайв. — У тебя уже есть силы, чтобы превратить тебя в быстрого атакующего и сильного атакующего.

— Может, ты сможешь превратиться в целителя, — сказал Нил. — Способность иметь ещё одного в крайнем случае была бы потрясающей.

— Это правда, — признала Белинда, успокаиваясь.

Клайв провел её финальный ритуал пробуждения.

Вы пробудили способность эссенции шарлатана [Мнимый чародей]. Вы пробудили 5 из 5 способностей эссенции шарлатана.

Вы пробудили все способности эссенции шарлатана. Связанный атрибут [Восстановление] будет развиваться вместе с самой низкоранговой способностью эссенции адепта.

Способность: [Мнимый чародей] (Шарлатан)

Особая способность.

Стоимость: Очень высокая мана.

Время восстановления: 6 часов.

Текущий ранг: Железо 0 (00%).

Эффект (железо): Получите значительное увеличение атрибута [Дух] и способность использовать магические инструменты. Ваша максимальная мана увеличивается, и вы получаете постоянный эффект восстановления маны.

Белинда застонала.

— Это только мне кажется, — спросила она, — или названия этих способностей становятся всё более подозрительными по мере того, как мы идем дальше?

— Эти способности могут казаться разочаровывающими сейчас, — сказал Клайв, — но помните, что это только начало. Силы вроде этих обычно предлагают дополнительные силы для использования, пока они активны. Твоя сила адепта, скорее всего, даст утилитарные способности, в то время как силы, основанные на силе и магии, вероятно, дадут тебе специальные атаки и заклинания соответственно. Вы даже можете считать их средством получения большего количества способностей, чем у всех остальных.

— Да? — задумчиво спросила Белинда. — Мне действительно нравится идея иметь больше вещей.

— Это завершение способностей всех, — сказал Хамфри. — Если не считать призыва фамильяров, мы готовы приступить к настоящей работе.

— Настоящей работе? — спросил Нил.

— Тренировкам, — сказал Джейсон. Хамфри кивнул в знак согласия.

— На троих у нас есть способности искателя приключений с половиной в запасе, которые нужно изучить. Следующие несколько недель будут посвящены разработке стратегии, тестированию, тренировкам, а затем повторению всего этого снова. Мы будем учиться не просто тому, как использовать наши силы, но как использовать их как команда. Потребуются недели, может быть, месяцы, чтобы добраться туда, где мы должны быть.

— Месяцы? — спросила Софи.

— Это не будет так утомительно, как он заставляет это звучать, — сказал Джейсон. — Но мы все должны быть готовы усердно работать.

— У меня была идея, чтобы немного вдохновить нас, — сказал Хамфри. — В этом городе есть зона публичного миража. Я попросил Хестер зарезервировать для нас комнату просмотра на этот вечер. Думаю, увидеть, на что способен лучший из такого большого города, покажет вам, как далеко нам ещё идти. Если я имею к этому хоть какое-то отношение, мы станем лучше, чем кто-либо, кого мы увидим сегодня вечером.

Великолепная сущность

Великолепная сущность

— Момент истины, — сказал Джейсон.

Он сам начертил круг призыва, вместо того чтобы позволить Клайву сделать это с помощью его способности к ритуальным диаграммам. Все материалы были разложены: духи монет, квинтэссенция драгоценных камней и другие магические объекты. Рассыпав немного порошка из магических ядер низшего уровня, чтобы дважды проверить правильность всего, он встал, готовясь произнести заклинание.

— Когда Гэри услышал, что Джейсон получит новых фамильяров, — прошептал Хамфри, — он пытался поспорить со мной, что заклинание будет по-настоящему злым.

— Ты ведь не принял пари, правда? — спросила его Софи.

— Боги, нет.

— Вы не возражаете? — спросил Джейсон. — Я пытаюсь призвать потрясающее британское теневое существо.

— Прости, — сказал Хамфри. — Продолжай.

— Ну, теперь я чувствую себя неловко, — сказал Джейсон. — Вы все будете воспринимать заклинание как злое, даже если оно самое обычное и безобидное.

— Все будет хорошо, — сказал Хамфри. — Мы обещаем сохранять непредвзятость.

— А я — нет, — сказал Нил.

— Просто сделай это, — сказала Софи. — От того, что ты нагнетаешь обстановку, оно не станет казаться менее злым.

Джейсон застонал, но повернулся обратно к ритуальному кругу и начал читать заклинание.

— Я взываю к царству за пределами холода и тьмы, где смерть не имеет смысла, ибо жизни там нет места. Пусть моей станет тьма за пределами тьмы, нисходящая на последний путь к концу всего сущего. Пусть моей станет тень смерти.

Пока Джейсон читал заклинание, темная энергия закипела, поглощая ритуальный круг.

— Не знаю, о чем мы волновались, — сказал Нил. — Совсем не похоже, что он призывает какую-то всепоглощающую тьму и что нам следует убить его, чтобы она не проникла в мир.

— Не думаю, что назвал бы это злом, — сказал Хамфри с очень слабой уверенностью.

— Жалеешь, что не принял пари? — спросила Софи.

— Нет, не жалею, — ответил Хамфри.

Джейсон опустился на колени, а затем перекатился на спину. Он достал зелье маны и залпом выпил его, чтобы унять головную боль от нехватки маны, внезапно пульсирующую внутри черепа.

— Это было намного проще, чем в прошлый раз, — сказал он. — Призыв Колина вытянул из меня не только ману, но и здоровье, и выносливость.

Все взгляды устремились к ритуальному кругу, где тьма поднималась, словно темный близнец огня, поглощая свет, а не излучая его. Комната, казалось, погрузилась в полумрак, несмотря на магические светящиеся камни.

— Странно, — сказал Клайв. — Эти камни экранированы, чтобы не влиять на окружающую магию в комнате. Ничто здесь не должно быть способно воздействовать на них.

Из темного круга черного пламени медленно поднялась фигура. Не более чем силуэт, она казалась эфемерной и в то же время внушительной. У нее была грубая форма человека, закутанного в плащ. Товарищи Джейсона не могли не подумать о самом Джейсоне, каким он выглядел с полностью приглушенным магическим плащом.

Внезапно гнетущее чувство исчезло. Комната снова осветилась, и черное пламя исчезло, оставив лишь фигуру, которая, казалось, была соткана из самой тьмы, с размытыми краями, даже когда она стояла на свету.

— Снова здравствуй, Джейсон Асано.

— Тень, — сказал Джейсон, и на его лице расплылась широкая ухмылка. — Я надеялся, что это будешь ты.

— Прошло немало времени с тех пор, как я ходил по мирам, — сказала Тень. — Ты, похоже, увидишь больше, чем большинство. Должен предупредить тебя: сосуды, которые я населяю сейчас, гораздо менее способны, чем те, к которым я был привязан в астральном пространстве.

— Сосуды, во множественном числе? — спросил Джейсон.

Он протянул руку, чтобы коснуться Тени.

Тень (Тень Жнеца).

Фамильяр (железный ранг).

Бестелесный.

Может занимать до трех теневых тел.

Хорошо заметен в хорошо освещенных местах, но может быстро перемещаться.

Теневые тела могут прятаться в тенях других людей. Когда к призывателю не прикреплено хотя бы одно теневое тело, у призывателя нет тени.

Может вытягивать ману при касании. Вытянутая мана может быть передана любому, у кого теневое тело спрятано в тени.

Пока хотя бы одно теневое тело спрятано в тени призывателя, призыватель может видеть и слышать через другие теневые тела.

Теневые тела, спрятанные в тени призывателя, могут содержать следы присутствия призывателя, причем одно тело содержит каждый обнаруживаемый фактор.

— Тень, — сказал Джейсон, — думаю, этого будет вполне достаточно. Кстати, об астральном пространстве, ты случайно не заметил, кто остался позади, когда все остальные ушли?

— Да, — сказала Тень. — Когда испытательный срок закончился, сосуды, которые я населял, растворились, вернув меня в астрал. Это был момент, когда врата закрылись, поэтому те, кто не воспользовался ими, остаются там до сих пор. Я знаю, кто эти люди.

— Ты знаешь, кто остался? — спросил Джейсон. — Конкретные имена?

— Да. Силы, предоставленные мне сосудами, которые я населял, были могущественны. Все, что было сказано, я слышал.

— Это просто потрясающе, — сказал Джейсон и повернулся к своей команде. — Я собираюсь нанять одну из камер водной связи Магического общества и передать этот список имен обратно в Гринстоун. А пока призывай своих фамильяров, Белинда. Я в любом случае довольно устал после своего призыва. Я закончу, когда ты будешь готова.

Тень проскользнула в тень Джейсона, и Джейсон ушел, не выдав присутствия своего нового пассажира. Остальные члены группы убрали остатки его ритуального круга, и Белинда начала настраивать свой собственный. Как и Джейсон, она рисовала свою магическую диаграмму, получая советы, но не помощь, от Клайва.

Первый призыв Белинды сопровождался более мистическим и менее зловещим пением, чем у Джейсона. Его появление предвещал серебристо-голубой свет, который заполнил комнату, прежде чем собраться над ритуальным кругом, сжимаясь до тех пор, пока вокруг него не появился серебряный фонарь. Фонарь поплыл по комнате, заливая ее холодным светом.

— Он красивый, — сказала она. — Мне это нравится гораздо больше, чем какая-то тень смерти.

— Тень была добра к нам в астральном пространстве, — сказала Софи. — Вероятно, он был добр ко всем, но мне он нравится.

Белинда была истощена после призыва, последовав примеру Джейсона и выпив зелье, чтобы облегчить умственное утомление. Ее фамильяр подпрыгивал в воздухе вокруг нее, как щенок, ищущий внимания, и она протянула руку, чтобы коснуться его.

Безымянный (астральный фонарь).

Фамильяр (железный ранг).

Обнаруживает скрытых врагов поблизости.

Совершает дальние атаки лучами разрушительной силы, потребляя небольшое количество энергии ядра.

Может перехватывать и нейтрализовать магические снаряды. Нейтрализация мощных снарядов потребляет энергию ядра.

Энергия ядра естественным образом восполняется со временем. Призыватель может использовать ману для восстановления энергии ядра.

Фамильяр может быть поглощен глазами заклинателя. Когда это происходит, призыватель может видеть скрытых врагов и расходовать ману, чтобы выпускать лучи разрушительной силы из своих глаз.

— Тебе нужно имя, малыш, — сказала Белинда. — Флоти? Искорка?

— Ужасно, — сказала Софи.

— У тебя есть идея получше? — спросила Белинда.

Софи обдумала это, глядя на серебряный фонарь с серебристо-голубым светом.

— Как насчет Мерцания? — предложила она.

— Мне нравится, — сказал Хамфри.

— Это довольно неплохо, — сказала Белинда, затем повернулась к своему фамильяру. — Что думаешь? Тебе нравится Мерцание?

Фонарь покачался из стороны в сторону в воздухе.

— Кто-нибудь знает, значит ли это «да»? — спросила Белинда.

Джейсон вернулся только тогда, когда Белинда пришла в себя и почти закончила начертание своего следующего ритуального круга.

— Поскольку это не было запланированное сообщение, — сказал Джейсон, — мне пришлось ждать, пока они кого-нибудь найдут. Я не собирался сообщать эту информацию кому попало, поэтому поговорил с Руфусом.

— Это дополнительное время должно было стоить дорого.

— Руфус сказал, что заставит Общество искателей приключений раскошелиться.

— Раскошелиться? (Pony up)

— Это как маленькая лошадка.

— Это те самые одноголовые хейдели, верно?

— Ага, только с шелковистой шерстью вместо жуткой чешуи рептилий.

— И какое отношение они имеют к оплате чего-либо?

— Никакого.

— Тогда зачем ты это сказал?

— Потому что язык — странная штука.

— Знаешь, ты мог бы приложить больше усилий, чтобы быть понятым через свою способность перевода.

— Твоя мама меня понимает.

— Какое это имеет отношение к делу? — спросил Хамфри.

Джейсон застонал.

— Иногда попытки раздражать людей в этом мире только раздражают меня самого, — пожаловался он, а затем подозрительно посмотрел на Хамфри. — Ты был намеренно тупым, просто чтобы вывести меня из себя?

Улыбка тронула уголки рта Хамфри.

— Тебе не стоит говорить о моей матери.

— Это правда, — сказал Джейсон. — Это не тот гнев, который я хотел бы навлечь на себя.

Белинда завершила свой ритуал и призвала своего другого фамильяра. В отличие от двух предыдущих, его появление не предварялось никакими явлениями, он внезапно возник из ниоткуда. Это была странная, мерцающая сущность, прыгающая по комнате, не проходя через промежуточное пространство. Его форма постоянно менялась, изменяясь с каждым мерцающим телепортом. Сначала он появился в форме Белинды, затем Хамфри, затем Клайва. Затем это был странный амальгама Софи и Нила, но только на мгновение, так как изменения продолжались. Иногда он копировал члена группы, в другое время — сливал две или более форм вместе в причудливое целое. Он никогда не принимал какой-либо собственной формы.

Он слегка замер, удерживаясь на месте, когда Белинда приблизилась к нему, но все еще мерцал, как телевизор с плохим приемом. Она протянула руку и коснулась его.

Безымянный (дух эха).

Фамильяр (железный ранг).

Бестелесный.

Может имитировать форму врагов или союзников.

Может меняться местами с помощью телепортации с имитируемыми союзниками.

Может зеркально повторять движения и атаки имитируемого союзника, но не наносит урона или других эффектов.

При поглощении в ауру призывателя, призыватель может манипулировать собственной аурой, проецируя ложные черты или имитируя ауру других.

— Он основан на обмане, — сказала она. — Работает как новая способность Хамфри создавать иллюзорного двойника.

— Будет интересно посмотреть, сможет ли он удвоить иллюзорного двойника Хамфри, — сказал Джейсон. — Это сделало бы его почти невозможным для защиты, если только не убегать.

Снова Белинде нужно было выбрать имя. В конечном итоге она приняла предложение Джейсона — Джемини.

— На языке моего мира это означает «близнецы», — объяснил он.

Остался последний фамильяр Джейсона, для которого он начал подготовку.

— То последнее заклинание было довольно жутким, — сказал Нил. — Но это называется «аватар рока». Кто поспорит, какое заклинание более злое?

— Серьезно? — спросил Джейсон, не отрываясь от своего занятия.

— Я ставлю на аватара рока, — сказала Софи. — Он должен быть хуже.

— Не знаю, — сказала Белинда. — Весь тот момент про конец всего сущего в предыдущем был довольно плохим. Я поставлю на теневое заклинание.

— Да, я тоже поставлю на теневого фамильяра, — сказал Клайв.

— О, да ладно, Клайв, — сказал Джейсон. — И ты тоже?

— А что насчет тебя, Хамфри? — спросила Белинда.

— Нет, он судья, — сказал Нил. — Он должен быть объективным, так что я дополню число и выберу новый как худший.

— Мне следует выгнать вас всех и сделать это в одиночку.

Белинда и Софи немедленно освистали его, к ним присоединился Нил. Он повернулся, чтобы сердито посмотреть на них, пока Хамфри и Клайв беспомощно пожали плечами. Джейсон покачал головой и игнорировал их, пока не закончил.

— Мы не решили, на что спорим, — сказала Белинда.

— Проигравшие покупают всем закуски в камере миражей сегодня вечером, — сказал Нил.

— Это разумно, — сказал Клайв.

— Серьезно, Клайв? — спросил Джейсон.

— Тебе не на что жаловаться, — сказал Нил. — Твои закуски в любом случае будут куплены за тебя.

— Мои проблемы не связаны с закусками, — сказал Джейсон.

— Может, просто сделаешь это и покончишь с этим? — предложил Хамфри.

— Ты просто участвуешь, потому что твои закуски тоже гарантированы.

Хмурясь, Джейсон повернулся обратно к ритуальному кругу и начал читать заклинание.

— Когда миры заканчиваются, ты — арбитр. Когда боги падают, ты — инструмент. Вестник аннигиляции, явись и стань моим предвестником. У меня есть рок, который нужно принести.

Сначала казалось, что ничего не происходит. Нил только открыл рот, чтобы обвинить Джейсона в том, что он все сделал неправильно, когда светящиеся камни, освещающие комнату, начали мерцать.

— Этого действительно не должно происходить, — сказал Клайв.

Светящиеся камни гасли один за другим, пока комната не погрузилась во тьму. Затем они все вспыхнули одновременно, залив комнату ослепительным светом, прежде чем начали разбиваться, осколки камней падали в кристалл, который должен был защищать их от всего в комнате.

После ослепительной яркости тьма казалась особенно глубокой. Когда они огляделись, появилось пятнышко оранжевого света, парящее над кругом. Оно расширялось, кружась в темноте, как туманность в пустоте космоса. К оранжевому присоединился синий, и вскоре они смогли увидеть, как расширяющиеся цвета принимают форму оранжевого глаза с яркой синей радужкой.

Тьма вокруг туманности-глаза начала сгущаться, приобретая физическую субстанцию, подобно тому, как это делал наколдованный Джейсоном плащ. Она даже приняла форму плаща, драпируясь вокруг туманности-глаза, который парил там, где должен был быть торс. Вокруг плаща проявились две сферы, сами по себе являющиеся уменьшенными версиями глаза. Одна была синей в оранжевом, другая — оранжевой в синем. Они дрейфовали в воздухе, медленно кружа вокруг плаща, словно стражи.

Товарищи Джейсона были готовы высмеять заклинание, но были заворожены красотой фамильяра. В темноте, оставшейся от разбитых светящихся камней, туманность-глаз и парящие сферы были единственными источниками света.

— А, черт, — сказал Джейсон. — Я буду «чуни» вечно.

— Эй, Клайв, — сказал Нил.

— Э-э, да?

— Полагаю, этого тоже не должно было случиться.

— Нет, не должно, — сказал Клайв, его обычная любознательность взяла верх.

Он подошел к Джейсону, чтобы посмотреть на нового фамильяра.

— Любопытно, что фамильяры оба отражают твой внешний вид, — заметил Клайв. — Твой внешний вид, когда ты в своем плаще, во всяком случае. Я заметил, что Тень выглядит несколько иначе, чем в астральном пространстве. Там его силуэт был ближе к форме человека, а не к форме плаща, который он населяет сейчас.

— Ты можешь говорить? — спросил Джейсон фамильяра.

Теневой капюшон медленно покачал своей пустой не-головой — зловещий жест в свете, исходящем от его собственного тела. В форме его плаща доминировал глаз, но остальное пространство в плаще медленно заполнялось тем, что выглядело как менее сформированная туманность с оттенками красного, зеленого, фиолетового и других цветов, которые сменялись, как радужный прилив.

— Ты можешь меня понимать, однако, это хорошо, — сказал Джейсон. — Давай попробуем так: сделай сферу, которая синяя снаружи, чуть ярче для «да», а ту, что оранжевая снаружи, — для «нет». Можешь это сделать?

Синяя сфера засветилась ярче.

— Отлично. Это вполне подойдет.

Он протянул руку, чтобы коснуться аватара, и его рука почувствовала странное покалывание, когда она встретилась со светом туманности-глаза.

Безымянный (аватар рока).

Фамильяр (железный ранг).

Бестелесный.

Каждая сфера может совершать продолжительные атаки лучами. Одна сфера наносит урон разрушительной силой, другая — резонирующей силой.

Враги, поврежденные аватаром, получают эффект [Уязвимость]. Продолжительный урон от луча вызовет накопление дополнительных экземпляров.

Обычное движение аватара медленное, но он может совершать быстрые энергетические рывки, нанося урон разрушительной силой врагам на пути рывка. Сферы не атакуют во время рывка.

Может быть поглощен в ауру призывателя, делая ауру призывателя гораздо труднее обнаруживаемой и читаемой.

[Уязвимость] (недуг, нечестивый, суммирующийся): Все сопротивления снижены. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Потребляется для очистки экземпляров [Сопротивление] в соотношении один к одному.

— Значит, имени нет?

Оранжевая сфера.

— Хочешь его?

Синяя сфера.

— Да, оно у тебя должно быть. Я же не могу постоянно говорить: «Эй, Аватар Рока, хочешь сосиску?» Это было бы абсурдно.

— Не похоже, что он большой любитель сосисок, — сказала Белинда.

— Ты должен дать ему величественное имя, — сказал Нил. — Даже я готов признать, что это великолепная сущность.

Джейсон задумчиво потер подбородок. — Я назову тебя… Гордон.

— Что?

— Нет!

— Ты не можешь так его называть!

— Что скажешь, Гордон? — спросил Джейсон. — Хочешь отправиться посмотреть на арену миражей?

Синяя сфера.

Я пытаюсь найти истину, но это твое убежище

Я пытаюсь найти истину, но это твое убежище

Город Джаяпура располагал обширным комплексом камер миражей, который был больше и сложнее, чем частная камера семьи Геллер в Гринстоуне. Более высокая плотность магии в Джаяпуре означала, что можно было использовать и поддерживать более продвинутые магические эффекты. Это включало мощную пространственную магию, которая позволяла воспроизводить обширные пространства, а также несколько одновременно работающих камер в одном комплексе.

Помимо сдачи помещений в аренду для тренировок, это было главное развлекательное пространство в городе. Пользователи эссенций сталкивали друг друга или иллюзорные испытания, и все это ради развлечения платящей публики. Это приносило более чем достаточно средств для частых обновлений и регулярного обслуживания, необходимых для объекта высшего уровня.

Организация, которая владела и управляла камерой, имела тесные связи с Магическим обществом, Обществом искателей приключений и местным правительством. Поскольку это было важно как для удобств, так и для дохода, который она приносила городу, Ассоциация камер миражей обладала значительной властью и влиянием в Джаяпуре.

Вместо купола камера миражей представляла собой плоское круглое здание на краю Мистического квартала. Очень большое, оно, как ни странно, выходило в соседний театральный район. Большинство людей приходили в поисках развлечений, а не для того, чтобы использовать объекты для себя.

— Есть целые команды пользователей эссенций, которые никогда не становятся искателями приключений, — объяснила Хестер, когда они прибыли. Она встретилась с командой после того, как они закончили дела в Магическом обществе, и привела их к месту их вечернего развлечения. Они присоединились к толпе, направляющейся через большие общественные входы.

— Они зарабатывают все свои деньги здесь, на арене, и используют ядра монстров, чтобы повышать ранг.

— Они могут заработать на это достаточно денег? — спросила Белинда.

— Здесь, на арене, есть соревновательные лиги, — объяснила Хестер. — Команды сражаются друг с другом весь год, вплоть до гранд-чемпионатов. В год проводятся две лиги, в серебряном, бронзовом и железном дивизионах. Очевидно, серебряный — самый привлекательный, с наибольшим количеством поклонников и самыми большими призами.

— Нет золотого дивизиона? — спросил Нил.

— Даже с деньгами, которые здесь вращаются, достижение золотого ранга с использованием ядер монстров — сложная задача, — сказала Хестер. — У них просто нет такого количества людей, чтобы создать золотой дивизион, поэтому горстка профессионалов, достаточно успешных, перестает использовать ядра до того, как достигает золота. Пребывание на пике серебра позволяет им оставаться на вершине своей игры.

— И поскольку они использовали ядра монстров, чтобы добраться туда, — понял Джейсон, — их способности уже не могут развиваться за счет регулярных тренировок и практики.

— Именно, — сказала Хестер. — Они продолжают, пока долголетия серебряного ранга становится недостаточно, после чего уходят на покой и отправляются к золоту ради продления жизни. Всем этим местом управляют бывшие участники, которые сейчас все золотого ранга.

— Это обычная практика в больших городах? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Хамфри. — Я путешествовал по многим крупным городам и видел то же самое в каждом из них.

— Это все PvP или они смешивают? — спросил Джейсон.

— PvP? — переспросила Хестер.

— Горячие разборки искателей приключений, — уточнил Джейсон.

— Есть три события, но главное — это командные сражения на арене, — сказала Хестер. — Они быстрые и захватывающие, с множеством летающих способностей. Есть также охота на монстров, но они не так популярны. Это обычно привлекает конкурентов, которые также являются активными искателями приключений, но большинство зрителей предпочитают видеть, как люди сражаются друг с другом. Наконец, снова командный конфликт, но в более крупных, сложных условиях, с бродячими монстрами. Это более медленное, сложное событие, которое не так интересует публику. Оно в основном привлекает внимание профессиональной толпы искателей приключений.

Они вошли внутрь вместе с толпой, но вместо больших зрительных залов для широкой публики сотрудник отвел их наверх в частную ложу. Это была большая гостиная, с передней стеной из темного, непроницаемого стекла. Перед ней были расставлены роскошные кресла и диваны, а несколько низких столиков были заставлены едой и напитками.

— Помимо более комфортных условий, — объяснил сотрудник, — эти отдельные комнаты отличаются от общественных зон тем, что вы можете выбирать, на что хотите смотреть в любой момент времени. Любое событие, любой дивизион, любой матч, по вашему усмотрению. Проектор управляется с планшета на столике. Тот же планшет используется для заказа любой еды или напитков, которые вы можете пожелать из нашего обширного выбора, и они будут доставлены прямо сюда.

— Кому мы платим за закуски? — спросил ее Нил.

— Все расходы включены в стоимость комнаты, — сказал ему сопровождающий.

— Тогда как Клайв и Белинда собираются за них платить?

— Мы? — спросила Белинда.

— Очевидно, вы проиграли пари, — сказал Нил.

— Ни за что, — возразила Белинда. — «Моей станет тень смерти» — это куда хуже, чем другое заклинание.

— Ты явно ошибаешься. В другом говорилось об убийстве богов. Богов!

— Там не упоминалось о том, чтобы делать это лично. Не забывай про ту часть про «последний путь к концу всего сущего».

Клайв подошел, чтобы успокоить сопровождающего, который начал выглядеть немного нервным.

— Не волнуйтесь, — заверил ее Клайв. — Они просто говорят о новых фамильярах нашего друга. Мы здесь будем в порядке; вы можете идти.

— Честно говоря, — сказала Софи, когда она ушла, — кровожадный зверь апокалипсиса более зловещий, чем любой из них. Держу пари, то заклинание было худшим из всех…

Сопровождающий поспешно вышел, закрыв за собой дверь.

* * * — Я не ошибаюсь, — сказал Нил, не отрывая глаз от экрана просмотра, — или эти ребята действительно хороши? В смысле, очень, очень хороши.

— Они хороши, — подтвердил Хамфри.

Они смотрели одно из событий охоты на монстров железного ранга, где команды по очереди охотились на идентичных монстров в идентичных обстоятельствах и оценивались по результатам.

— Как вы думаете, как бы мы выглядели на фоне таких команд? — спросил Клайв.

— Плохо, — сказал Джейсон. — Эти люди на вершине своей игры в городе, где есть много игр, чтобы подняться туда. Они явно натренированы и эффективно работают вместе. Мое предположение, что они все приближаются к бронзовому рангу.

— Так и есть, — сказала Хестер. — Это лучшее, что может предложить Джаяпура, и они, действительно, приближаются к бронзовому рангу.

— Мы доберемся до этого, — сказал Хамфри. — Тренировки и опыт, вот и все.

— Единственные люди в нашей команде, работающие на этом уровне прямо сейчас, — сказал Джейсон, — это Хамфри и Нил. У остальных из нас есть свои сильные стороны, но также и критические недостатки. Клайв давно не в игре, и его набор способностей заключается в оценке обстоятельств и выборе моментов. Это то, что может улучшить только опыт. То же самое касается Белинды, но даже в большей степени, учитывая, что она пользователь эссенций около часа. Она даже не готова к полевому тесту Общества искателей приключений.

— Мы доведем тебя до этого, Линди, — заверила подругу Софи.

— Да, доведем, — сказал Джейсон. — У Векслер есть навыки, чтобы сравниться с кем угодно, но слишком много способностей, с которыми она еще не успела разобраться. То же самое верно для всех нас, в некоторой степени. Что касается меня, мой набор способностей не дает мне запаса прочности, как у Хамфри или Нила, с броней и самощитами. Меня можно свалить одним ударом, если застать врасплох, а я в этом мире всего полгода. У меня все еще много слепых зон, где остальные из вас увидели бы опасность.

— Значит, все те люди, которые отправились с нами в астральное пространство, — сказал Клайв. — Они все были так хороши?

— Нет, — сказала Хестер. — Эти люди, которых мы смотрим сегодня, уже реализовали весь потенциал, который у них был. Когда я отбирала людей для испытаний Жнеца, Эмир заставил меня искать нереализованный потенциал. Эти люди здесь хороши, но у тех, кто прошел испытания, есть по крайней мере потенциал быть такими же хорошими или лучше.

— И мы победили их всех, — сказала Софи с удовлетворением.

— Это было везение, — сказал Джейсон. — Сигрид была почти такой же быстрой, и она была не единственной, кто прыгнул через это последнее кольцо.

— Ты так и не рассказал нам, что видел там, в конце, — сказал Клайв.

— И не должен, — сказала Хестер, ее голос был полон предупреждения. — Я сегодня связывалась с Эмиром, и произошло необычное событие. Один из тех, кто достиг финальной стадии, пропал, вместе со всеми, кто сопровождал их в Гринстоун. Исчезли без следа, оставив все свое имущество.

— Некоторые секреты лучше оставить мертвыми и похороненными, — сказал Джейсон, — чтобы не быть похороненным вместе с ними. Я полагаю, что некоторые из вас будут размышлять о значении того, что произошло. Оставьте эти размышления при себе, ради всех нас.

— Это перекликается с советом, который Эмир просил меня передать, — сказала Хестер. — Я собиралась подождать до нашего возвращения вечером, чтобы рассказать вам, но раз уж тема зашла, это показалось уместным.

Джейсон был разочарован тем, что ему не с кем это обсудить, хотя бы для того, чтобы использовать кого-то в качестве собеседника. Пока остальные продолжали смотреть на экран, его разум был поглощен возможностями. Если Орден Жнеца хотел оставаться в секрете, зачем им действовать так откровенно? Готовились ли они к грандиозному возвращению или вообще не были вовлечены? Если бы Джейсон хотел убить кого-то, кто также достиг той секретной последней стадии, Орден Жнеца стал бы устрашающим, хотя и рискованным, козлом отпущения.

Он снова размышлял о том, что в этом мире ответ на каждый вопрос и решение каждой проблемы были одними и теми же: стать сильнее. Он откладывал свои последние камни пробуждения для испытаний Жнеца, и хотя он не мог быть уверен, стоят ли легендарные камни, которые он приобрел, такой задержки, он подозревал, что его новые фамильяры были грозными.

Он чувствовал их в своей тени и своей ауре, точно так же, как чувствовал своего первого фамильяра в своей крови. Они ощущались как сила, ожидающая высвобождения, и это было только начало. Хотя Джейсон был железного ранга, он все еще чувствовал себя в рамках обычного человека, что бы ни говорил Клайв о странном внутреннем устройстве его тела. Бронзовый ранг был порогом, за которым обычное оставалось позади, превосходя даже самого исключительного обычного человека.

Сама концепция достижения этих уровней была странной и захватывающей. Сильнее олимпийского пауэрлифтера и проворнее олимпийского гимнаста одновременно. Его восприятие было связано с его атрибутом духа, что заставляло его задаваться вопросом, что это будет означать. Телескопическое зрение? Видение инфракрасного спектра или слышание ультразвуковых звуков?

В мире монстров, магии, искателей приключений и культистов это почему-то было приемлемо. При рассмотрении в контексте его собственного мира это внезапно становилось невозможным и абсурдным. Было ли там для него еще место? Хотел ли он этого? Рассеянно он достал жетон мирового феникса, вертя его в руках.

Знание сказало ему, что он вернет его домой, но мог ли он доверять словам богини? Он был очень похож на жетон Жнеца, который он уже использовал. Вызовет ли это еще одну эволюцию дара? Как он должен был его использовать? Богиня сказала ему, что ему не хватает веры в магию. Джейсон больше не был атеистом, но это не означало, что он готов прыгнуть в веру. Ему нравилось верить в вещи по веской причине.

Софи встала со своего кресла, чтобы взять немного еды, и заметила Джейсона, необычно тихого, когда он смотрел на что-то в своих руках. Она плюхнулась рядом с ним на диван.

— Что это? — спросила она.

— Не уверен, — сказал Джейсон, убирая планшет. — Будущее, может быть.

* * * На следующий день команда пробиралась по улицам Джаяпуры, обратно к неприметному тату-салону Тилли. Пока они плыли на своих дисках, темой обсуждения была природа личного герба Джейсона.

— Держу пари, это просто картинка с ним с идиотской ухмылкой и сэндвичем, — сказал Нил.

— Думаю, это будет что-то устрашающее, — сказал Клайв. — Посмотри на его фамильяров. Это будет все темное и жуткое.

— Как Джейсон может быть хоть в чем-то устрашающим? — спросил Нил.

— Попробуй сразиться с ним, — сказала Софи. — Я единственная здесь, кто делал это по-настоящему. У меня был хорошо продуманный план, тщательная подготовка и, как оказалось, серебряный ранг, вмешавшийся от моего имени. Даже тогда потребовались жрец бога исцеления и целитель-алхимик, работающие вместе, чтобы сохранить мне жизнь, а он даже не пытался меня убить. Он заставляет таких людей, как ты, думать, что он идиот, потому что иначе они бы бежали без оглядки.

— Она преувеличивает, — сказал Джейсон. — Я на стороне Нила. Думаю, это будет связано с сэндвичем.

— А что насчет тебя, Хамфри? — спросил Клайв. — Ты знаешь его дольше, чем остальные из нас.

— Я не знаю, каким будет его герб, — сказал Хамфри. — Полагаю, я могу сказать, каким хочу его видеть.

Остальные посмотрели на Хамфри, их интерес был подогрет. Нил, однако, повернул глаза туда, куда ехал, когда чуть не врезал свой диск в стену.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Софи, глядя между Хамфри и Джейсоном.

Выражение лица Хамфри было серьезным и задумчивым, Джейсона — пустым и нечитаемым. Он в основном молчал во время их игры в угадайку.

— Джейсон хорош в надевании масок, чтобы получить то, что он хочет, — сказал Хамфри. — Он становится тем, кем ему нужно быть, чтобы спровоцировать реакцию, которую он ищет, будь то абсурдный шут или бессердечный убийца. Я видел, как он был дружелюбен и доступен с обычными людьми, резок и провокационен по отношению к аристократам. Он будет смотреть сверху вниз на серебряные ранги и уступать своей домовладелице. Я хотел бы увидеть, кто он под всем этим. Какие части того, что он нам показывает, действительно являются тем, кто он есть.

Остальные посмотрели на Джейсона, который оставался бесстрастно молчаливым.

— Черт, — сказал Нил. — Это стало тяжелым довольно быстро.

Остальная часть поездки прошла в неловком молчании. Когда они добрались до тату-салона, Тилли почувствовала странную атмосферу вокруг них и кивнула в сторону задней комнаты, ничего не сказав.

Джейсон снял рубашку, пока Тилли регулировала стул, чтобы она могла работать с его спиной. Она достала набор баночек, некоторые из которых слабо светились, и расставила их на столе с набором кистей.

— У тебя есть герб?

Джейсон достал бессмертный герб из своего инвентаря. Тилли взяла мелок из кармана, нацарапав на нем несколько символов, пока Джейсон держал его на месте. Затем она усадила его на стул, сказав прижать его к груди. Он сделал это, поместив его поверх сигила своей магической татуировки.

Тилли начала рисовать сложную магическую диаграмму на спине Джейсона, используя кисти и краску, которые она расставила. Она часто останавливалась, ее лицо было погружено в мысли, как будто она обдумывала, что делать дальше. Иногда она делала медленный прогресс, минута или более проходила между мазками кисти. В другое время это была ярость деятельности, когда она неистово наносила краску на целые секции. Ее спешка, казалось, не имела никакого плохого влияния на ее точность.

Ее кисти окунались в одну банку за другой, пока каждая часть спины Джейсона не была заполнена крошечными, точными линиями и сигилами. Диаграмма была нарисована обычным черным, ярким синим, мерцающим серебряным и ярко-золотым цветами. Наконец, она отложила кисть и откатила стол, прежде чем пододвинуть другой. Она достала свернутую ткань и развернула ее на столе, открыв ослепительный набор игл. Некоторые были серебряными, другие — черными, зелеными, красными и золотыми. Она начала втыкать их в спину Джейсона, одну за другой. К тому времени, как она закончила, спина Джейсона была лесом металла, сложная диаграмма была полностью скрыта.

Она отошла от стула, затем достала брезент и постелила его на пол мастерской.

— Вставай и иди встань на него, — проинструктировала она.

Джейсон сделал это.

— Теперь ждем, — сказала она.

Они все стояли в молчании, глаза Джейсона были прикованы к полу. Софи и Хамфри не сводили глаз с Джейсона, в то время как остальные обменивались неловкими взглядами. Как раз когда тишина стала настолько тяжелой, что казалось, кто-то должен что-то сказать, раздался глухой звук, когда игла упала со спины Джейсона на брезент. За ней последовала вторая, третья, быстро увеличиваясь, пока они не начали каскадом сыпаться с его спины, образуя кучу вокруг его ног.

Никто ничего не сказал в течение минуты.

— Ну? — спросил Нил, нарушая тишину. — Повернись и дай нам посмотреть.

— Он видит первым, — сказала Тилли, ее тон не допускал возражений. Она взяла лист темного стекла размером с большую книгу и подержала его за спиной Джейсона некоторое время. Она передала его Джейсону, чтобы он посмотрел. Он держал стекло в руках, долго глядя на изображение, которое оно записало с его спины. Наконец он кивнул, передавая стекло обратно Тилли.

— Хороший, — сказала она, — но тебе не обязательно показывать их. Тебе не обязательно показывать кому-либо, если не хочешь.

— Все в порядке, — сказал Джейсон, осторожно выходя из игл у своих ног. Затем он повернулся, позволяя остальным увидеть.

На его спине было изображение темного, пустого плаща, не похожего на его нового фамильяра, Гордона. Вокруг плаща было темное небо, полное серебряных звезд. Внутри плаща было открытое синее небо с золотым солнцем прямо там, где находился туманный глаз Гордона, прямо посреди груди.

— Он светится? — спросил Клайв, прищурив глаза.

Тилли подошла к стене, постучав по кристаллу. Ставни опустились на окна, и светящиеся камни в мастерской потускнели до нуля. В темноте единственным светом было слабое сияние солнца и звезд на спине Джейсона. Они мягко освещали его новый герб, серебряные звезды подчеркивали темное небо, а золотой свет солнца освещал яркую часть посередине.

— Это выглядит как день, спрятанный в ночи, — сказал Хамфри.

— Ага, — сказала Софи. — С этим ты точно будешь пользоваться успехом.

Последняя награда

Последняя награда

Ранним утром Джейсон стоял на краю платформы в подземном гроте, глядя на выход из пещеры и расстилающийся за ним океан. Дневной свет еще не проник в обращенную на запад пещеру, и освещение по-прежнему обеспечивали разноцветные светящиеся камни, сиявшие из-под воды.

— Прошло всего пара дней, но я уже буду по этому скучать, — сказал Джейсон.

— Это уж точно лучше, чем прятаться на задворках заброшенного лодочного склада, — отозвалась Софи, выходя из своей комнаты и присоединяясь к нему у перил.

— И все же, — Джейсон оттолкнулся от ограждения, — там, снаружи, нас ждет целый мир чудес. Пойдем поищем их?

— Пойдем, — ответила Софи, улыбнувшись ему.

Пока они поднимались по винтовой лестнице, Джейсон с удовольствием отметил про себя, что Софи наконец-то перестала воспринимать любое сближение как попытку нападения. Наверху, на открытой террасе, выходящей со скалы к океану, их уже ждали Хамфри и Клайв.

— С тех пор как на нас перестали активно охотиться, — сказала Софи, — Линди полюбила поспать подольше.

— Весьма разумно, — заметил Нил, выходя из главного дома. — Я знаю, что Хамфри планировал тренировки от рассвета до заката, как только мы вернемся, так что это, возможно, наше последнее ленивое утро на долгое время.

— И ночные тренировки тоже, — добавил Хамфри, даже не пытаясь отрицать. — Мы не можем быть готовы ко всем обстоятельствам, но мы можем попытаться.

Белинда и Хестер появились вместе.

— Спасибо за щедрое гостеприимство, — поблагодарил Джейсон. — Для тех из нас, кто раньше не покидал Гринстоун, это был великолепный опыт.

Время, проведенное за пробуждением способностей, призывом фамильяров и нанесением татуировок, составило лишь часть их многодневного пребывания в Джаяпуре. Они также успели осмотреть город, посетив рынки и различные достопримечательности. Новые обычаи, новая еда. Новые виды и звуки, вкусы и запахи.

Джейсон всегда хотел путешествовать, пока обстоятельства не пустили его жизненные планы под откос. Вместо того чтобы закончить университет, он устроился на работу в розничную торговлю и едва ли выезжал за пределы нескольких городских кварталов. Все чаще новая жизнь заставляла его размышлять о старой.

Хестер открыла портал, и они шагнули сквозь него, оказавшись в районе Острова под названием Северная Марина. Джейсон знал его довольно хорошо, так как часто здесь бывал. Именно здесь находился мост, по которому он чаще всего переходил из Старого города на Остров, и именно здесь он впервые встретил — и получил ногой в лицо — Софи.

Они стояли у одной из марин, давших название району. Вся восточная сторона Острова была уставлена причалами с частными судами городской элиты. Торговое судоходство ограничивалось разросшимся портом со стороны Старого города, а Остров служил для него огромным волнорезом.

Эмир ждал их вместе с Констанцией. Они находились на открытой площадке рядом с главным зданием марины, выложенной приятной на вид приглушенно-зеленой и желтой плиткой.

— Превосходно, — поприветствовал он их. — Надеюсь, ты хорошо добралась домой, Хестер. Мне нужно, чтобы мой координатор по логистике приступила к работе.

— Разумеется, — покладисто ответила Хестер.

— Все детали у Констанции, — сказал Эмир. — Она введет тебя в курс дела, пока я займусь Джейсоном. Ты готов к своему облачному... ну, пока еще не дворцу?

— Определенно готов, — подтвердил Джейсон.

— Мой облачный дворец все еще на озере, так как мои люди сейчас в основном заняты изучением подводного комплекса. Я взял на себя смелость арендовать для тебя место в марине — в смысле, поручил это Констанции. У нее все документы, так что обратись к ней по этому поводу позже. Там нет ничего такого, чего бы ты не мог себе позволить.

Эмир полез во внутренний карман куртки и достал из мерного пространства большую колбу. Она была круглой, с цилиндрическим горлышком, в точности такая же, как та, что Эмир использовал для своего собственного облачного дворца. Сквозь стекло было видно, как внутри кружится энергия — вихрь синего и белого цветов. Он протянул бутыль Джейсону, который тут же выронил этот, как оказалось, невероятно тяжелый предмет.

— Ах, точно, — спохватился Эмир. — Я и забыл, насколько слабы те, кто находится на ранге Железа.

— Я ее не разбил? — в ужасе спросил Джейсон, глядя на бутыль, лежащую на каменной плитке.

— Не беспокойся об этом, — Эмир указал на каменное трехэтажное здание рядом с ними. — Ты мог бы обрушить это здание на эту колбу, и на ней не осталось бы ни царапины.

Он достал блокнот, пролистал страницы, пока не нашел нужную, и передал его Клайву.

— Сможешь начертить это для меня? — попросил Эмир. — Тут может быть немного сложновато.

Клайв лишь на мгновение взглянул на записи, прежде чем начал чертить ритуальный круг, используя свою силу. Прохожие с любопытством оглядывались, пока золотой свет выписывал магическую диаграмму. Когда он закончил, Эмир поднял колбу и перенес ее в центр круга, жестом пригласив Джейсона присоединиться.

— Тебе не нужно проводить ритуал, Клайв, — сказал Эмир. — Джейсону просто нужно капнуть немного крови в колбу. Всего пары капель будет достаточно.

Эмир вытащил стеклянную пробку, и Джейсон надрезал палец лезвием, спрятанным под браслетом. Он носил его даже тогда, когда не был в боевом снаряжении, на случай, если в экстренной ситуации понадобится призвать Колина.

Капли крови упали в колбу. Эмир снова закупорил ее, пока содержимое бешено вращалось. Несмотря на то что он потерял всего несколько капель крови, Джейсон почувствовал внезапный упадок сил. Полоски маны и выносливости на периферии его зрения опустели, и он пошатнулся, прежде чем выпрямиться.

Вы привязали к себе [Облачную колбу].

[Облачная колба] в данный момент имеет ранг Железа.

Вы можете призывать, отзывать и изменять параметры ранга Железа вашей [Облачной колбы].

После того как Джейсон влил в себя зелья маны и выносливости, Эмир протянул ему колбу.

— В прошлый раз все прошло не очень гладко, — заметил Джейсон, но все же взял предложенную бутыль.

К его удивлению, теперь колба была настолько легкой, что казалась почти невесомой. Он чувствовал связь с энергией внутри нее, похожую на то чувство, которое он испытывал к своим фамильярам, когда те находились внутри его тела.

Предмет: [Облачная колба] (ранг Железа [рост], легендарный)

Этот предмет привязан к вам и не может быть использован кем-то другим.

Используйте энергию внутри облачной колбы для создания зданий и транспортных средств из облаков. Доступные формы ограничены рангом.

Предметы, находящиеся внутри облачной конструкции в момент ее возвращения в колбу, помещаются в мерное пространство и не могут быть извлечены до тех пор, пока не будет создана другая облачная конструкция.

Доступные формы (ранг Железа): Облачный дом (величественный), облачный дом (адаптивный).

— Привязанные к душе предметы встречаются редко даже по сравнению с другими растущими артефактами, — сказал Клайв. — За десять лет в Магическом обществе я вижу такой лишь в третий раз. Требования для их продвижения обычно весьма суровы.

Джейсон просмотрел требования для роста.

1000 [Квинтэссенций воздуха (бронза)].

1000 [Квинтэссенций воды (бронза)].

200 [Квинтэссенций пространства (бронза)].

10 000 [Бронзовых духовных монет]

— Ого, это много, — сказал Джейсон. — Действительно много.

— Не беспокойся, — успокоил его Эмир. — У меня есть все необходимое, чтобы поднять ее до Бронзы. Заберешь все, когда в следующий раз будешь в облачном дворце. Но после этого за припасы отвечаешь сам.

— Спасибо, — с благодарностью ответил Джейсон. — Это очень щедро.

— Думаю, пришло время опробовать ее в деле, — сказал Эмир. Он повел группу к нужному пирсу, где арендовал три соседних места, чтобы у Джейсона было достаточно пространства.

— И как это работает? — спросил Джейсон. — Мне просто открыть бутыль?

— Это первый шаг, — ответил Эмир. — Сделай это сейчас.

Джейсон открыл колбу, и из нее повалил туман, меняя цвет и формируя в воздухе маленькое изображение дома. Он был похож на небольшое поместье в цветах заката, которые они помнили по облачному дворцу.

— Здесь ты можешь выбрать конфигурацию дома, которую хочешь использовать, — объяснил Эмир. — То, что ты видишь сейчас, — это величественная форма. Просунь руку в изображение и поверни его.

Джейсон последовал инструкции, и изображение изменилось: вместо поместья появился большой плавучий дом.

— Это адаптивная форма, — пояснил Эмир. — Она не будет такой огромной, как величественная, но гораздо лучше впишется в окружение, вплоть до маскировки. Хорошо подходит для необычных условий или когда не хочешь привлекать лишнее внимание. Однажды я использовал адаптивную форму дворца в лесу и получил целую сеть домиков на деревьях, соединенных подвесными мостами. Это было потрясающе.

— Как мне его активировать? — спросил Джейсон.

— Выбрав форму, — сказал Эмир, — сосредоточься на том месте, где он должен появиться, и просто подтолкни его.

Джейсон оставил маленькое изображение в форме хаусбота и толкнул его рукой. Изображение рассыпалось, и туман начал изливаться из колбы в пустое пространство у причала марины. Они наблюдали, как туман медленно принимает форму большого плавучего дома с тремя внушительными этажами, явно слишком тяжеловесного для передвижения. Потребовалось около десяти минут, чтобы он обрел окончательную форму, после чего облачная материя, из которой он был построен, стала приобретать вид крашеного дерева, пока дом не стал неотличим от настоящего деревянного судна.

— Я думал, ты выберешь величественную версию, — заметил Эмир. — Какой смысл в облачном дворце, если о нем никто не знает?

— В том, чтобы наслаждаться им самому, — ответил Джейсон. — Я не золотого ранга, Эмир. Мне приходится быть осмотрительным в том, как и когда устраивать из себя зрелище.

— Тебе? — переспросил Клайв.

— Похоже, ты больше выдумываешь это на ходу, — вставил Нил.

— Конечно, так и есть, — согласился Джейсон. — Но когда все получается, нужно говорить всем, что ты так и планировал с самого начала.

Эмир расхохотался: — Совершенно верно!

Они поднялись на борт и обнаружили, что фасад хаусбота был лишь декорацией; интерьер был выполнен из уже знакомой им облачной материи. Они осмотрелись, обнаружив несколько спален, две палубы для отдыха и внушительную кухню.

— У всех облачных зданий есть определенное сходство, — объяснял Эмир во время осмотра. — Однако у каждого есть свои нюансы, отражающие владельца. В моих домах, например, никогда не бывает кухонь.

— На самом деле это обычное дело для привязанных к душе предметов, — добавил Клайв. — Ни один магический предмет не может сравниться с потенциалом, заложенным в душе, поэтому предметы, связанные с ней, склонны перенимать ее свойства. Это становится более выраженным у растущих предметов по мере повышения их ранга.

— Значит, по привязанным к душе предметам можно судить об истинной натуре человека? — спросил Хамфри.

— О, да, — подтвердил Клайв. — Если встретишь кого-то, кто кажется хорошим человеком, но обладает отвратительным и извращенным привязанным к душе предметом — держись от него подальше. Сравни это с облачным дворцом Эмира, который является очевидным его отражением. Возмутительно грандиозный, но при этом гостеприимный и прекрасный.

— Клайв, — тепло произнес Эмир. — Это, пожалуй, самое приятное, что кто-либо когда-либо обо мне говорил. Кстати, о раскрытии истинной натуры: Хестер упоминала, что ты обзавелся личным гербом, Джейсон. Должен признаться, мне любопытно.

— Это просто я, поедающий сэндвич с большой дурацкой ухмылкой, — сказал Джейсон. — Честно говоря, это даже немного неловко.

Эмир скептически посмотрел на Джейсона, но не стал оспаривать его утверждение.

— Тебе стоит быть осторожным и не полагаться полностью на безопасность этого облачного дома, — предупредил Эмир, возвращаясь к теме нового жилища Джейсона. — Твой дом всего лишь ранга Железа, так что кто-то ранга Бронзы при наличии времени сможет пробиться внутрь. Обладая нужными навыками, кто-то мог бы даже прокрасться внутрь незамеченным. Полагаю, Клайв и Белинда могли бы это провернуть, если бы объединили усилия. По мере роста ранга он будет становиться все более устойчивым ко всем формам проникновения.

Прогуливаясь по дому, Джейсон обнаружил, что быстро начинает чувствовать его, даже ощущая людей внутри. Эмир ознакомил Джейсона с различными функциями, такими как снятие отпечатков ауры, чтобы давать другим различные разрешения.

— Есть еще кое-что, что я выяснил, используя свою облачную колбу, — сказал Эмир, протягивая Джейсону блокнот, который ранее давал Клайву. — Все, что я узнал, собрано здесь. Обрати особое внимание на раздел о растениях — это результат многих лет проб и ошибок.

— Спасибо, Эмир, — поблагодарил Джейсон, принимая блокнот.

— Я рад, что она досталась именно тебе, — сказал Эмир, — хотя, признаюсь, я немного удивлен. У тебя были впечатляющие конкуренты, с которыми ты, судя по всему, подружился. Корабли уже ушли, но несколько заметных групп остались и им придется добираться самостоятельно. Они ждали твоего возвращения.

— Похоже, пора устраивать вечеринку в честь новоселья, — сказал Джейсон. — Нужно будет раздобыть припасов.

— Только без лишнего шума, — вставил Хамфри. — Завтра мы начинаем серьезные тренировки.

— Нам также нужно решить вопрос с жильем, — сказал Джейсон. — Пока облачный дворец на Озере Небесного Шрама, вам с Линди, Векслер, наверное, стоит поселиться здесь. Если только вы не хотите устроиться как-то иначе.

— И отказаться от облачных кроватей? — фыркнула Белинда. — Ни за что.

— Здесь около восьми спален, — сказал Джейсон. — Любой из вас может присоединиться к ним. Это пойдет на пользу командному духу.

— Я воспользуюсь предложением, — сказал Клайв. — Я годами жил в общежитии Магического общества.

— Отличная идея, — поддержал Хамфри. — Мы сможем гораздо лучше контролировать наши тренировки, если будем все вместе.

Нил простонал: — Ты действительно позволишь Хамфри гонять нас на тренировках каждую свободную минуту?

— Ты так говоришь, — заметил Джейсон, — но сам тренируешься не меньше остальных. Можешь сколько угодно притворяться безучастным, но мы-то знаем, насколько ты целеустремлен.

— А что будет, когда Хамфри начнет планировать рацион для максимальной эффективности? — спросил Нил.

Глаза Джейсона расширились.

— Теперь, когда я об этом подумал, — произнес он, — соблюдение почтительной дистанции, возможно, пойдет команде только на пользу.

Одного «невозможного» было мало

Одного «невозможного» было мало

В тренировочном зале на территории кампуса Общества искателей приключений принц Валдис сошелся в поединке с Руфусом. Оба держали в руках тренировочные мечи, которые оставляли болезненные следы, но не наносили необратимых травм.

Валдис двигался стремительно, кружа вокруг Руфуса и нанося град быстрых, но точных ударов. Руфус же вел себя более вальяжно: он перемещался медленными, размеренными шагами, отражая каждую атаку с почти пренебрежительной легкостью. Он оставался в обороне, но не выглядел стесненным, время от времени лениво выбрасывая встречные удары, чтобы сбить Валдису ритм.

К тому моменту, когда их тренировка подошла к концу, Валдис потной кучей повалился на пол, а Руфус, протерев мечи, вернул их на настенную стойку.

— А ты не так уж плох, — заметил Руфус. — Как только перестанешь пытаться подражать моему деду и начнешь сражаться в собственном стиле, из тебя выйдет толк.

— Спасибо, что согласился на это, — поблагодарил Валдис, поднимаясь на ноги.

— Не за что, — ответил Руфус. — На днях я разговаривал с дедом, и он выразил свое почтение твоему отцу. Ты уже видел здешние камеры водной связи?

— Да, я воспользовался одной, чтобы сообщить матери, что моя команда задержится в Гринстоуне на некоторое время. Для такого захолустного городка здесь впечатляющие залы связи.

— Я нахожу, что этот город полон сюрпризов, — сказал Руфус.

— Мне следовало догадаться об этом, раз здесь обосновалась семья Геллер, — отозвался Валдис. — Это правда, что твоя академия открывает здесь филиал?

— Да, — подтвердил Руфус. — Это мой личный проект, но сейчас мое внимание отвлечено другими делами.

— Вся эта история с астральными пространствами определенно внушает опасения, — произнес Валдис. — Как думаешь, этот культ использовал испытания Жнеца, чтобы внедрить своих людей внутрь?

— Почти наверняка, — согласился Руфус. — Люди Эмира сейчас проверяют, стало ли проникновение внутрь более осуществимым теперь, когда испытания завершены.

Валдис отошел к краю комнаты, достал из безразмерной сумки зелье выносливости и выпил его.

— Джейсон Асано — твой друг, верно? — спросил Валдис. — Мог ли ты представить, что именно он добьется успеха в испытаниях?

— Да, — коротко ответил Руфус.

— Серьезно? Я не видел его в деле во время самих испытаний, но позже посмотрел записи. Он делает успехи в навыках и освоении своих способностей, но в состязании участвовали десятки людей с лучшей подготовкой, превосходными умениями и куда большим мастерством.

Руфус усмехнулся.

— В тот день, когда я встретил Джейсона, я усвоил одну вещь: того, что что-то считается «невозможным», недостаточно, чтобы его остановить. У моего деда много поговорок об искателях приключений, и я нахожу, что Джейсон часто напоминает мне о них. Полагаю, у твоего отца тоже найдется парочка изречений на этот счет.

Валдис рассмеялся: — О, гораздо больше, чем парочка.

— Ну так вот, — продолжил Руфус, — ты удивляешься, как кто-то с меньшим мастерством и подготовкой смог обойти всех этих людей, подобных тебе. Что бы сказал твой отец?

Валдис на мгновение задумался над вопросом Руфуса.

— Одна из поговорок моего отца гласит, — наконец произнес он, — что мастерское владение силами может сделать тебя хорошим искателем приключений, но только хорошим. Чтобы стать великим, нужно овладеть самой судьбой.

— Звучит немного пафосно, но суть верна. Около полугода назад я оказался в ситуации хуже некуда. Я считал это место глухой провинцией и недооценил опасности. Я позволил своей команде попасть в засаду; нас заперли в клетках в подавляющих ошейниках и ждали часа, чтобы убить. Я был уверен, что мы погибнем.

— Очевидно, этого не случилось, — заметил Валдис.

— Нет, — сказал Руфус. — Именно тогда я встретил Джейсона. Он был в еще более плачевном положении, чем мы. Он пробыл в нашем мире всего несколько часов и понятия не имел, что происходит. Он пришел из мира, где нет магии, нет монстров, нет эссенций. Мне пришлось объяснять ему, что такое духовная монета. Его заперли вместе с нами, без ошейника, но из способностей эссенций у него были только медленное падение и зрение в темноте.

— Он помог вам сбежать?

— Помог? Он вырвался сам и освободил нас. Конечно, после этого нам пришлось столкнуться с поймавшими нас бронзовыми рангами и понести наказание, потому что на нас все еще были ошейники. И тогда вмешался Джейсон. Две способности эссенций против двух бронзовых рангов — в итоге они мертвы, а мы здесь.

— Как?

— Именно так, как ты и ожидал: неся всякую чепуху. Великие искатели приключений — это те, кто понимает, что их навыков и сил недостаточно, но все равно побеждает. Вот почему я не удивился, когда именно Джейсон заполучил косу.

— Знаешь, кое-кто из моей команды почти опередил его.

— Тогда позаботься о том, чтобы они остались в твоей команде.

Валдис еще раз поблагодарил Руфуса и направился в душевую, а Руфус ушел. Когда он выходил из здания, из тени раздался голос:

— Можно вас на пару слов, мистер Ремор?

Руфус подошел ближе.

— Мистер Дорган, — произнес он. — Я уже начал гадать, услышу ли я вас снова.

— Думаю, мы оба понимаем, с какими рисками сопряжено то, о чем вы меня просили, — сказал Дорган. — Я не доверяю эту информацию даже посыльным.

Взгляд Руфуса стал острым: — У вас что-то есть?

— Да.

— Нам стоит говорить здесь?

— Не забывайте, кто моя дочь, — ответил Дорган. — Со стороны это кажется случайным разговором, но было приложено немало усилий, чтобы сохранить его и мое присутствие здесь в тайне. Ближайшие уши — это ваш юный друг-принц, но за ним присматривают.

— Что у вас? — спросил Руфус.

— В прошлую нашу встречу я говорил, что кто-то заметает все следы. Вы сказали мне кто, и это дало мне зацепку, но расследование деятельности церкви — дело деликатное. Обычно подкуп и шантаж — надежные инструменты, но когда замешана религия, люди становятся по-настоящему фанатичными. Никогда не знаешь, когда рвение вышвырнет здравый смысл в окно, особенно если речь о церкви Чистоты.

— Я понимаю.

— Но когда Мерсеры обезумели и начали все выкорчевывать, ситуация изменилась. Эти ублюдки-культисты стали в спешке вывозить всё из города и начали совершать ошибки. А извлекать выгоду из чужих ошибок — это то, что я умею лучше всего. Мне удалось отследить кое-какие припасы, которые вывозились из города в спешке, без обычных осторожных посредников.

— И?

— Есть остров, — сказал Дорган. — Все те материалы, которые вы просили меня отслеживать, те, что проходили через город и таинственно исчезали? Вот куда они направлялись.

— У вас есть координаты?

Дорган протянул Руфусу большой толстый конверт.

— Все, что мне удалось разузнать, там.

— Кто еще об этом знает?

— Я держал людей, которых использовал, порознь, — пояснил Дорган. — Никто из них не знает достаточно, чтобы сложить общую картину, и все они знают достаточно, чтобы не пытаться выяснить лишнее. Им известно лишь то, что я руковожу этим делом лично, чего я обычно не делаю. Даже моя дочь не знает ничего, кроме того, что я выполняю для вас поручение.

— А как насчет тех, кто обеспечивает приватность этой встречи? — спросил Руфус.

— Она позаботилась о том, чтобы они не подслушивали. Это люди, которых она сама привела в Общество искателей приключений. Они верны ей.

Руфус посмотрел на конверт в своих руках и серьезно кивнул.

— Спасибо, Дорган.

— Знаете, вы не единственный, кого беспокоят эти люди, — сказал Дорган. — Вы можете смотреть на меня свысока, но я часть этой общины. Жители Старого города — мои люди.

Руфус кивнул и протянул Доргану руку для рукопожатия.

— Я запомню это, — пообещал Руфус. — Ваша дочь может рассчитывать на мою поддержку на своем посту, если это чего-то стоит.

Дорган принял рукопожатие.

— Я думал, вы затаите обиду, — признался Дорган. — Я знаю, что в той экспедиции вы потеряли друга.

— Виноватых предостаточно, — ответил Руфус. — Но я знаю, кто настоящий враг.

* * * — Руфуса здесь нет? — удивился Валдис. — Я тренировался с ним только сегодня утром.

Джейсон устроил небольшое собрание на своем облачном доме-лодке, в основном для искателей приключений, прошедших через испытания Жнеца. Несколько команд остались в городе, решив использовать низкоранговых монстров Гринстоуна для получения опыта самостоятельной работы. Среди них были команды Валдиса и Падмы, обе присутствовали на вечеринке Джейсона.

— Наверное, об этом лучше не распространяться, — тихо произнес Хамфри. — Сегодня поздно утром он покинул город вместе с моими родителями и другими серебряными рангами.

Рик Геллер со своей командой тоже был здесь. Рик и его сестра Фиби достигли бронзового ранга во время испытаний и вскоре должны были вернуться в родной город. С ними отправлялся и Дастин, друг Нила, который когда-то вместе с ним страдал в роли прихвостня Тэдвика.

Сестра Хамфри, Генриетта, также присутствовала. Она была бронзовым рангом уже почти два года и вернулась в Гринстоун вместе с отцом в ожидании наплыва монстров. Изначально они не планировали этого, но из-за задержки решили воспользоваться шансом навестить дом.

— Генри согласилась помочь нам с тренировками, — с энтузиазмом объяснял Хамфри товарищам по команде. — У нее полный набор фамильяров и призывов, а это та область, над которой нам действительно нужно поработать. Мы недостаточно использовали тех, что у нас есть, а теперь их стало еще больше.

Джейсон посмотрел на Генриетту, которая в свою очередь изучала их. Она была статной, как и ее брат, с волевыми, красивыми чертами лица и практичной короткой стрижкой. Джейсон уже познакомился с отцом Хамфри и заметил, что оба сиблинга пошли телосложением в этого могучего мужчину, в отличие от их изящной матери.

Джейсон усмехнулся про себя. Было очевидно, что Генриетту не столько интересовала помощь в тренировках, сколько желание убедиться, что эта разношерстная компания, собранная Хамфри, достаточно хороша для ее младшего брата.

— Нашел что-то смешное? — спросила она Джейсона.

— Постоянно нахожу, — со смехом ответил тот.

* * * С таким количеством новых способностей Джейсону и его команде предстоял колоссальный объем работы. Хамфри, как и обещал, руководил тренировками, начиная с самых основ. Физическая подготовка, отработка движений и медитация занимали утро, а после обеда начиналась индивидуальная работа по освоению способностей.

Тренировки Джейсона разделились на два направления. Наряду с новыми фамильярами он начал внедрять в свой боевой стиль новую силу теневой руки. То, что поначалу казалось простым дополнением к репертуару, оказалось крайне гибкой способностью — как в прямом, так и в переносном смысле. Она не только стала долгожданным источником некротических недугов, но и обеспечила невероятную пользу при использовании в паркуре и боевых искусствах.

Именно во время обучения использованию теневой руки он начал понимать, насколько всеобъемлющим был боевой стиль Пути Жнеца. В нем были техники для интеграции различных сил в движение и даже в боевые приемы. Это касалось способностей к увеличению дистанции атаки и телепортации, как у Джейсона, а также способностей к перемещению, как у Софи.

Софи переживала подобное откровение, тем более что у нее появилось еще больше новых сил. Они практиковали один и тот же стиль, но ее техники не были получены из книги навыков. Это давало ей более прочный фундамент, чем у Джейсона, но означало, что у нее не было готовых приемов, и ей приходилось обращаться к книгам, принесенным из испытаний Жнеца, чтобы углубить свои знания.

Хамфри подарил ей свой комплект книг Пути Жнеца; у него был собственный боевой стиль, и он не собирался его менять. Тень когда-то демонстрировал способность книг создавать проекцию, дающую наставления по их содержанию. Однако сам Тень был куда более умелым наставником. Будучи когда-то фамильяром одного из лидеров старого Ордена Жнеца, Тень прекрасно разбирался в их техниках. Его активная помощь была лучше любого книжного руководства, даже если это книга навыков.

Каждый из трех фамильяров Джейсона привносил в бой что-то свое. Колин не раз доказывал свою ценность как система массовой доставки недугов, от которой невероятно трудно избавиться из-за его роевой природы. Остальные два фамильяра, несмотря на то что оба были бесплотными сущностями в форме плащей, сильно различались.

Тень давал мало в плане прямого боевого воздействия, так как был способен лишь поглощать ману. Его функция была прежде всего вспомогательной. Помимо того, что он был эффективным шпионом, Джейсон мог телепортироваться в его призрачную фигуру и из нее. Расположенный в нужных точках на поле боя, Тень делал Джейсона еще более мобильным. Также его можно было оставить в тени врагов, где его почти невозможно обнаружить, превращая их в маяки, через которые Джейсон мог незаметно следить, оставаясь скрытым.

Гордон, напротив, был самым боевым элементом в арсенале Джейсона, включая самого Джейсона. Две сферы, парящие вокруг Гордона, извергали непрерывные разрушительные лучи. Один луч был оранжевым, наносящим урон резонирующей силой, пробивающей броню. Другой — синим, наносящим урон разрушительной силой, эффективной против магической защиты и бесплотных врагов. Лучи не были запредельно мощными, но они были слишком сильны, чтобы их игнорировать, они преследовали цели и никогда не ослабевали.

Сам Гордон был бесплотной сущностью, почти невосприимчивой к большинству видов атак. Магия оказывала ограниченное воздействие, и только атаки разрушительной силой представляли для него реальную угрозу. Одной из сильных сторон команды была их универсальность: у многих были такие атаки, от ударов Софи без оружия до легендарного оружия Клайва и новой особой атаки Хамфри — «жнеца духа». Во время тренировочных боев в камере миражей Геллеров они часто нападали на Гордона, чтобы прекратить его неустанные атаки. Однако у него была способность быстро уклоняться, превращаясь в сине-оранжевое облако, которое могло пронестись через поле боя, прежде чем он снова примет форму для продолжения обстрела. Лучшим сдерживающим фактором оказался фамильяр-фонарь Белинды, у которого были собственные атаки разрушительной силой.

В дополнение к урону, лучевые атаки Гордона накладывали суммирующийся недуг, который делал врагов более восприимчивыми к последующим негативным эффектам, снижая их сопротивляемость. Быстро стало очевидно, что не недуг и даже не урон делали Гордона столь эффективным инструментом для Джейсона. Дело было в том, что атаки Гордона, хоть и не были сокрушительными, были достаточно мощными, чтобы требовать ответа, и при этом совершенно неумолимыми.

Для безмозглого монстра непрерывные атаки Гордона были бы постоянным источником угрозы, так как по крайней мере один из лучей эффективен против любого вида защиты. Более разумный противник понял бы, какую опасность представляет Гордон, если оставить его без присмотра. Многие целители и маги дальнего боя, такие как Клайв и Нил, обладали магическими щитами, способными защитить их на время, пока не вмешается защитник. Но постоянный обстрел разрушительной силой быстро пробил бы этот барьер, а ни одна команда пользователей эссенций не была настолько глупа, чтобы оставить целителя без прикрытия.

Присутствие Гордона на поле боя не было подавляющим, но оно требовало реакции, заставляя врага сбиваться с собственного ритма и подстраиваться под темп Джейсона. Отвлеченный противник, который вынужден реагировать вместо того, чтобы действовать, — это именно тот сценарий, в котором процветал стиль «бей и беги». Пламя хаоса разгоралось, когда Джейсон появлялся и исчезал, навешивая на врага недуги.

Джейсон вспомнил свой бой против команды Рика. Ему больше не нужно было прибегать к вычурным театральным жестам, чтобы выбивать врагов из равновесия. С Гордоном, вынуждающим противника действовать, и Тенью для скрытности и мобильности, Джейсону не придется так сильно трудиться, чтобы взломать строй команды. Даже на открытой местности он мог прыгать от одного двойника Тени к другому, оставаясь стремительным и неуловимым, пока врагу все еще приходилось разбираться с Гордоном. И пока оппоненты тщетно пытались его прижать, он заманивал бы их в идеальное место, чтобы выпустить Колина и обрушить на них «зверя апокалипсиса».

И все это — когда он действовал в одиночку. При работе с командой ему открывалось множество стратегий. Против экстремально сильных противников он мог стать основным источником урона. Он мог стать для своей команды тем же, чем Гордон был для него: отвлечением, которое враг не может игнорировать, иначе оно всех погубит. Они также могли поменяться ролями: команда связывала врага боем, пока Джейсон кружил вокруг, накладывая недуги на всех подряд.

Они разработали широкий спектр стратегий для самых разных ситуаций — достаточно разнообразных для широкого применения и достаточно гибких для адаптации к конкретным условиям. По мере того как они развивали и оттачивали свои приемы, становилось ясно, что главной силой команды была не индивидуальная мощь, а гибкость. Универсальность их потенциальных стратегий сделала их отличительной чертой способность диктовать темп сражения.

Их усилия были избыточны для борьбы с монстрами железного ранга, но они метили выше. На более высоких рангах монстры станут умнее, их силы — экзотичнее. В краткосрочной же перспективе никто не знал, когда они могут оказаться в бою с культистами Строителя. Они разработали специальные стратегии, основываясь на том, что знали о культе и их тактике: Джейсон сосредоточился на контролерах, пока команда сдерживала конструктов.

Каждый вечер после тренировок команда отдыхала на палубе дома-лодки, и к ним часто присоединялись другие. Некоторые, как команда Бет, по примеру Джейсона полностью отдавались тренировкам. Иностранные команды, такие как у Валдиса и Падмы, наслаждались свободой выполнения контрактов без надзора. Команда Падмы в основном оставалась из-за Руфуса, который вместе с Гэри занял две пустые спальни на лодке, пока облачный дворец все еще находился на озере.

Бет предложила Хамфри устроить еще несколько состязаний на арене миражей. Хамфри каждый раз отказывался, видя лишь то, как много команде еще предстоит пройти. Наконец, Джейсон встал на сторону Бет.

— Нам пора испытать на себе какое-то давление, — сказал он ему. — Мы должны бросить команду в огонь, чтобы посмотреть, закалимся ли мы.

Затмение

Затмение

Ударная группа была немногочисленной, чтобы избежать утечки информации: три «золотых», шесть «серебряных» и дюжина «бронзовых». Золотой ранг представляли родители Руфуса — Габриэль и Арабель, а также их товарищ по команде Каллум. Серебряный ранг — Даниэль Геллер, Талия Мерсер, Элспет Арелла, начальник штаба Эмира Констанция и еще двое «серебряных» на службе у Эмира. Бронзовый ранг — Руфус, Гэри и еще десять человек Эмира под командованием Констанции.

На остров они прибыли глубокой ночью. Чтобы не выдать себя чутким чувствам врага, они не использовали ни способностей, ни магических предметов, ни даже судов на магической тяге — вместо этого они плыли на обычных кораблях и гребли к берегу на яликах. Только увидев обитателей острова воочию, они убедились, что враг не был предупрежден. Как и ожидалось, культистов было больше, даже если не брать в расчет небольшую армию существ-конструктов, замерших в ровном строю.

К счастью для них, остров, занятый культистами, пустовал не просто так. Расположенный у побережья, далеко к северу от Гринстоуна, он отличался суровым рельефом: немногие плоские, пригодные для использования участки были отделены друг от друга хребтами и ущельями. Растительности почти не было — в основном голые скалы, но дикий ландшафт с обрывами и возвышенностями давал множество мест для укрытия.

Суровая топография вынудила культистов разделиться на ряд лагерей и аванпостов, разбросанных по всему острову. Некоторые из них были явно основательно обустроены, со зданиями из тесаного кирпича или камня, измененного способностями сущностей. Большинству же пришлось довольствоваться палатками, разбитыми на скалах или, счастливчикам, на твердой земле.

Лучшим разведчиком в их группе был Каллум, специалист по устранению золотого ранга. Он отправился на рекогносцировку, пока остальные ждали его возвращения, притаившись среди валунов на вершине хребта.

Габриэль посмотрел на сына, чье бесстрастное выражение лица не могло полностью скрыть ярость в глазах. В сознании Руфуса все еще пылало воспоминание о смерти Фарры. О той панической, внезапной битве и каждой ошибке, которую он совершил. Если бы он сражался так, как должен был, так, как его учили, то, возможно, смог бы выиграть те мимолетные несколько секунд, о необходимости которых он не знал до вмешательства Даниэль.

Руфус снова размышлял о своем недостатке опыта. Всю жизнь ему твердили о том, каким удивительным искателем приключений он станет, и в то же время оберегали его от необходимости по-настоящему нести за себя ответственность. Он стал небрежным и самодовольным, что стало очевидным, стоило ему прибыть в Гринстоун и попасть в руки культистов крови.

Несмотря на всю его превосходную подготовку и мощь бронзового ранга, в действительности он был крайне неопытен. Ценность подхода семьи Геллер — растить своих наиболее перспективных членов там, где они могли бы сами отвечать за себя — подтверждалась всё больше и больше. Он не осознавал, насколько велик его дефицит опыта, пока не оказался над павшим телом Фарры.

Со смерти Фарры мысли Руфуса были поглощены следующим боем. Он отказался от роскоши и отдыха, тратя каждое свободное мгновение на подготовку к следующей встрече с культистами. Если у отца не было времени тренироваться с ним, то Эмир, мать, Даниэль или любой, кто был сильнее его, подходили для этой цели. Если он не мог найти кого-то сильнее, он тренировал других. Выросший в академии, он знал, что обучение других может стать уроком для тебя самого. Только когда родители, Гэри или Джейсон заставляли его сделать перерыв, он останавливался, чтобы отдохнуть или заняться чем-то социальным. Но даже тогда грядущая битва пылала в его сознании огнем.

Руфуса всегда называли вундеркиндом, даже в его семье, которая обучала лучших искателей приключений в мире. С момента прибытия в Гринстоун он раз за разом не оправдывал этого звания. Хватит. Он собирался вложить в этот бой каждую крупицу своих тренировок, каждую каплю опыта. Они поплатятся за каждый усвоенный им урок, за каждую совершенную им ошибку.

— Сын, — позвал Габриэль.

— Я знаю, — ответил Руфус. — Запри гнев в коробку и доставай его только тогда, когда он понадобится.

— Легче сказать, чем сделать, — заметила его мать, Арабель.

— Гнев мне не помогает, — холодно произнес Руфус. — В прошлый раз я сражался не так, как умею. Я оборонялся, позволяя загнать себя в угол, вместо того чтобы вести бой по своим правилам. Мой взор ясен.

Габриэль и Арабель переглянулись, но больше ничего не сказали. Вскоре вернулся Каллум.

— У нас есть подтверждение, — сообщил он. — Жрецы Чистоты здесь. Причем при полном параде. Они явно уверены, что мы не знаем об этом месте.

— Ты сделал запись для доказательства? — спросила Арелла.

Каллум покачал головой.

— Там внизу жрец золотого ранга. Слишком велик шанс, что он бы это почувствовал.

— Мы используем записывающие кристаллы, когда нападем, — сказала Даниэль. — Всего один «золотой»?

Каллум кивнул.

— Каковы их силы, Кэл? — спросил Габриэль.

Каллум подробно описал численность и расположение жрецов и культистов на острове. Там было более десятка различных лагерей. Они начали разрабатывать план атаки; малая численность, которая дала им этот шанс, теперь была их главной слабостью.

— Мы не сможем перебить их всех, как бы ни старались, — сказал Каллум. — Портальные устройства, установленные в разных точках лагеря, скорее всего, послужат точками отхода, как только они поймут, что дело плохо. Они могут даже сразу броситься к ним. Уничтожьте их, если сможете, но не идите на неоправданный риск. У нас и так проблем хватает из-за их численности.

— Если у них столько портальных устройств, сколько ты описал, — заметила Даниэль, — значит, их астральная магия действительно превосходит нашу.

— Как ты это поняла по количеству порталов? — спросил Гэри.

— По стоимости, — ответила Даниэль. — Если бы у них были ресурсы, необходимые для создания такого количества портальных устройств на основе наших знаний, они могли бы организовать совсем другую операцию.

В конечном итоге они решили разделиться на специализированные группы, стараясь пронестись по лагерям как можно быстрее. Они могли противостоять столь превосходящим силам, потому что разница в рангах компенсировала разницу в численности. Трое «золотых» против одного — этого было более чем достаточно, чтобы уравнять шансы, если они смогут эффективно применить эту мощь. Враг не ожидал даже одного «золотого», поэтому им нужно было устранить его быстро.

Это было задачей первой группы. Их целью была ликвидация руководства: жреца золотого ранга, его «серебряных» последователей и «серебряных» из культа. Первая группа была самой малочисленной, но самой могущественной, состоящей из всех «золотых» и большинства «серебряных». Цель заключалась в том, чтобы быстро закончить свою задачу и перейти к поддержке остальных. У врага был только один «золотой» против их троих, а их трое были лучшими из лучших по любым меркам.

Элспет Арелла возглавит вторую группу, чтобы вступить в бой с монстрами-конструктами и уничтожить их до того, как их успеют перебросить в другое место. Самое большое скопление конструктов находилось в крупнейшем лагере, по которому они и нанесут первый удар.

Третья группа под руководством Констанции попытается смести основную массу сил культистов бронзового ранга и ниже. Руководство собралось в наименее ужасном из аванпостов острова, в то время как остальные их силы были рассредоточены по различным лагерям.

Основная часть их собственных «бронзовых» будет распределена между второй и третьей группами. Обе они столкнутся с превосходящими силами противника, но, опять же, ставка делалась на качество, а не на количество.

— У нас нет способа брать культистов в плен так, чтобы они не покончили с собой, так что даже не пытайтесь, — сказал Габриэль перед выступлением. — Нас меньше, так что помните: вы можете быть сильнее любого из ваших врагов, но вы не сильнее их всех вместе взятых. Берегите силы, насколько это возможно. Остаться в живых до того, как первая группа придет на зачистку — ваша первоочередная задача. Весь смысл разделения в том, чтобы они не смогли консолидироваться. Удары по нескольким точкам, надеемся, заставят их думать, что наших сил больше, чем кажется, пока наши «золотые» не вступят в бой в полную силу, и тогда будет уже поздно.

— А как насчет жрецов? — спросил Гэри. — Их берем в плен?

— У нас не хватит людей, — отрезал Габриэль. — Если это не один из наших — убивайте. Те, кто доживет до конца и будет взят в плен — это лишь бонус.

— При условии, что мы победим, — добавила Арабель. — Вы все знаете свои точки отхода; лучше организованное отступление раньше, чем бегство позже. Точки отхода достаточно укреплены, чтобы продержаться, пока мы не придем за вами.

Три группы нанесли удар под покровом темноты. Первая группа обрушилась подобно божьему молоту: трое «золотых» возникли словно взрыв. Габриэль извергал волны огня и ветра взмахами своего меча, превращая всё на своем пути в летящий пепел. Он двигался стремительно, каждое его движение было сокрушительным; он проносился по полю боя как воплощение гнева, неся уничтожение направо и налево, пробиваясь к жрецу золотого ранга.

Арабель двигалась легко, словно ветерок, и враги, которых она касалась рукой, оседали иссохшими оболочками. С каждой жертвой вокруг нее появлялась урна, светящаяся красным светом жизненной силы, готовая подпитывать другие ее способности. Когда жрецы и культисты давали отпор, она использовала эту жизненную силу для мощной исцеляющей магии и разрушительных атак. Однако, следуя за мужем, она оставалась незамеченной почти для всех, кроме своих жертв.

Габриэль, Арабель и Каллум были соратниками на протяжении десятилетий, попадая в ритм друг друга подобно танцорам. Габриэль вел свой яростный натиск, привлекая внимание, в то время как Арабель прикрывала его фланги и исцеляла раны. Каллум использовал эту возможность, чтобы сосредоточиться на истинной цели. Когда жрец золотого ранга приготовился к встрече с наступающим Габриэлем, Каллум возник у него за спиной для удара.

Каллум был экспертом в устранении, и его способности поразили жреца точно и мощно, произведя сокрушительный эффект. Однако «золотой» не умирает так просто, и даже мастерства Каллума было недостаточно, чтобы мгновенно покончить с ним. Жрец уже начал исцеляться, отвечая на атаку Каллума, в то время как Габриэль и Арабель приближались.

«Серебряные» не были столь ошеломляющими в своем столкновении с противниками-культистами и быстро пробуждающимися монстрами-конструктами. Тем не менее, они более чем успешно удерживали позиции. Каждый член небольшого отряда, который они привели с собой, был невероятно силен для своего ранга.

Вторая группа первой ударила по самому большому скоплению конструктов, ряды которых были выстроены подобно солдатам на параде. Элспет Арелла была выбрана лидером не случайно, и причины этого стали очевидны, когда она начала свое сокрушительное наступление. Ее телекинетические способности были ограничены против людей, требуя сначала пробить их ауру. Поскольку у конструктов аура была не сильнее, чем у инертного камня, она могла использовать свои силы против них в полную и впечатляющую мощь.

Она вытянула руки перед собой, и целые скопления конструктов взмыли в воздух. Взмахивая руками, словно дирижер, она сталкивала их друг с другом снова и снова, пока от них не осталось лишь парящее облако обломков. Затем она резко опустила руки, обрушивая это облако на паникующих культистов, пытавшихся отправить новых конструктов на защиту.

Пока Арелла начинала процесс заново, остальная часть второй группы рванулась вперед во главе с Гэри. В его руке был молот, который он выковал сам специально для борьбы с такими врагами. Тяжелый боек опустился на первого попавшегося конструкта, разнеся его вдребезги, словно стекло. Остальные хлынули за ним; его выбрали как самого эффективного против искусственных врагов.

Третьей группе пришлось иметь дело с самым большим числом живых культистов, и у Констанции не было таких способностей, как у Ареллы, чтобы нанести столь мощный вступительный удар. Хуже того, среди культистов скрывался неприятный сюрприз: трое «серебряных» против их одного. Каллум выследил всех «серебряных», но, видимо, они сменили лагеря, пока группа планировала атаку.

Первоначальный штурм прошел успешно: большинство культистов спали в своих палатках. Однако атакующие еще не знали о притаившемся серебряном сюрпризе. Первым признаком стала оборона, организованная гораздо быстрее, чем ожидалось. Культисты формировали отряды и пробуждали конструктов стремительно и слаженно под тираническим контролем «серебряных».

Эффект неожиданности вскоре был подавлен численным превосходством, когда культисты организовали контратаку. Констанция попыталась сдержать этот тревожный отпор, и именно тогда «серебряные» обнаружили себя. Все трое бросились на Констанцию, хотя ее привычная осторожность уберегла ее от ран. Она ответила осторожным оборонительным отступлением. В тот момент, когда она почувствовала три ауры серебряного ранга, она громко приказала всем своим людям отступать.

Однако призыв прозвучал почти слишком поздно: третья группа была рассеяна контрнаступлением культистов. Всё висело на волоске, но команду спасла стремительная и разрушительная сила, прошедшая сквозь врага, оставляя за собой смерть. Золотой свет солнца и серебряный свет луны сменяли друг друга яркими вспышками, когда Руфус двигался сквозь ряды культистов, неуловимый и неостановимый.

Движения Руфуса были быстрыми и плавными, за исключением моментов, когда он мерцал вспышкой солнца или луны, исчезая в одном месте и появляясь в другом, а один из его двух мечей обрывал очередную жизнь. В одной руке он держал пылающий золотой меч. Тот проходил сквозь культистов и конструктов так легко, словно его враги были мягкой сырной нарезкой. В другой руке был серебряный меч, движение которого было почти невозможно проследить. Не в силах предугадать его траекторию, враг обнаруживал клинок в критическом суставе или мягком горле раньше, чем осознавал свою смерть.

Те немногие, кому удавалось пережить поцелуй клинков Руфуса, оставались со зловещими напоминаниями. Вокруг раненных золотым мечом парил маленький огненный шар, миниатюрное золотое солнце, обжигая их своим жаром. У тех, кого коснулся серебряный меч, вместо него была крошечная луна. Она поглощала тепло вместо того, чтобы отдавать его, пробирая до костей и высасывая силы.

Путь смерти Руфуса был отмечен прекрасным светом. Крошечные солнца и луны ярко сияли в ночи. Благодаря его способности ускоряться, мир, казалось, замирал, а он оставлял за собой след из света. Разрубленные конструкты и куски брони светились докрасна там, где прошел его золотой меч.

Пока Констанция сдерживала «серебряных», именно Руфус и его вихревые усилия вывели основную часть третьей группы, сократив их потери с почти фатальных до всего лишь нескольких человек. За его спиной тянулся след из трупов. В его сознании копошилось разочарование: атака, которая должна была стать возмездием, превратилась в очередной бой с отступлением, совсем как в прошлый раз.

Его люди уходили. Пришло время отступать. Но гнев полыхал в нем, когда эта битва и прошлая слились в его сознании воедино. Он видел, как Констанция отбивается от «серебряных» так же, как он, Гэри и Фарра отбивались от культистов и их творений в астральном пространстве.

Глядя на битву Констанции мельком, пока он продолжал прорубаться сквозь врагов низкого ранга, он сначала подумал, что ему это кажется, что это плод его воображения. Но затем он взглянул снова и понял, что прав. Одним из троицы, которую едва сдерживала Констанция, был человек, убивший Фарру. Та же самая жуткая смесь плоти и стали.

Их люди отступали, и он должен был уйти, Руфус это знал. В прошлый раз, когда он столкнулся с этим чудовищем, оно одолело его в считанные мгновения. Он это знал. Пришло время возвращаться. Он это знал.

Он пошел вперед.

* * * В самой гуще хаоса культист Тимос спешил к ближайшему портальному устройству. Повсюду слышались крики и вопли, конструкты тяжело приходили в движение, а культисты метались туда-сюда. Он понятия не имел, как их нашли; они были так осторожны. Логически он понимал, что брешь в их завесе секретности, скорее всего, возникла по вине союзников из церкви Чистоты. Однако инстинкты заставляли его винить человека, идущего рядом.

— Что нам делать? — панически взвизгнул Тэдвик.

— Заткнись, — огрызнулся Тимос.

Вопреки решительной рекомендации Тимоса, его начальство не только решило оставить Тэдвика в живых на случай, если он пригодится, но и сделало Тимоса ответственным за этого идиота. Пока остальные вокруг бежали в дикой панике, он целенаправленно шагал к порталу, в то время как его разум безмолвно изливал потоки ненависти на Тэдвика.

Все пошло наперекосяк с того самого момента, как Тэдвик присоединился к ним, словно проклятие, каким-то образом насланное их врагами. Тимос знал, что Тэдвик не был истинным виновником их бед, но не мог выкинуть эту мысль из головы.

Он увидел, как впереди вспыхнул портал, сияя серебристо-голубым светом в темноте. Он подумывал бросить Тэдвика здесь и заявить, что тот потерялся в хаосе. Однако последствия неподчинения, если ложь раскроется, всё еще перевешивали его ненависть к Тэдвику. Он схватил дурака за шиворот и потащил в сторону портала.

* * * В способностях Руфуса была ловушка, о которой его не раз предупреждали. Это была ловушка, характерная для многих пользователей сущностей. Синергетические способности были мощными, но можно было легко потратить столько времени на подготовку идеального момента, что погибнешь, упустив просто хороший.

Теперь Руфус сознательно шел в ловушку, которой его годами учили избегать. Молясь о том, чтобы Констанция продержалась, он не направился прямиком к месту, где сражались «серебряные». Вместо этого он продолжал двигаться сквозь толпу врагов, исчезая в одном месте и появляясь в другом в сопровождении вспышек света.

В отличие от Джейсона, у Руфуса не было способности к телепортации, которую он мог бы использовать снова и снова. Вместо этого у него был набор умений, сочетающих в себе движение, телепортацию, иллюзорные послеобразы и атаки. Требовалось мастерство и практика, чтобы связать их все воедино в динамичной обстановке. Руфус делал именно это с абсолютной уверенностью. К тому времени, как он прорабатывал цикл своих способностей, они становились доступны снова, и он превращался в неудержимого дервиша света.

Теперь Руфус больше не стремился убить. Нанося скользящие раны и мелкие порезы, его парные клинки оставляли за собой рой крошечных солнц и миниатюрных лун, пока его мечи мелькали с абсолютной точностью. Он продолжал двигаться, продолжал резать, рассекать и идти вперед, отчаянно призывая Констанцию держаться. Каждый раз, когда ему удавалось мельком увидеть битву серебряного ранга, на нее давили всё сильнее и сильнее.

Постепенно море крошечных солнц и крошечных лун закружилось в толпе врагов, среди конструктов и культистов. Враги засуетились, их былая координация сменилась замешательством. Их руководство было занято сражением с Констанцией, слишком занятое, чтобы отдавать приказы. Противник отступил, оставив лишь Констанцию и неуловимого дервиша света, носящегося среди них подобно полтергейсту.

Голос Констанции сорвался на крик, когда мощная атака пробила магический пузырь, защищавший ее. Он был ключом к тому, чтобы выдержать шквал обрушившихся на нее ударов, но теперь был близок к полному краху. Руфус понял, что пришло время действовать, и, в любом случае, он сам довел себя до грани истощения. Его тело и разум ныли от нехватки выносливости и маны. Повернувшись, наконец, к битве серебряного ранга, он отбросил свои призванные мечи и залпом выпил самое сильное зелье восстановления, которое у него было. Он почувствовал, как свежий прилив маны и выносливости разлился по телу, словно он окунулся в прохладную воду. Он активировал свою способность ускорения в последний раз.

Время вокруг него словно застыло. Впереди трое серебряных чудовищ и Констанция замерли перед ним, как на картине, изображающей битву. Он не использовал свой мимолетный миг ускорения для атаки. Вместо этого он остановился и начал читать заклинание, не опасаясь нападения окружавших его врагов.

— Тьма и свет, солнце и луна; да пробудятся они и двинутся по моему велению. Мои — владения, моя — мощь; явись, царство затмения.

Действие ускорения Руфуса закончилось как раз в тот момент, когда он завершил заклинание. Тьма, подобно мощному взрыву, пронеслась по полю боя. Звезды в небе исчезли, как и две луны, освещавшие битву. Каждый светящийся камень, встроенный в конструкта или парящий вокруг культиста, погас, оставив лишь крошечные солнца и луны излучать свет. Толпа культистов вскрикнула от шока, и даже «серебряные» вздрогнули, на мгновение замернув. Заминка в их атаках дала Констанции столь необходимую передышку.

Солнца и луны взмыли в воздух. Люди, которых они покинули, внезапно лишились красок, превратившись в темные силуэты. Вспыхнуло пламя серебра и золота, очерчивая темные фигуры, которые начали кричать.

Над ними солнца и луны слились воедино, увеличиваясь и сплавляясь, пока не образовали огромную сферу тьмы, окутанную светом, — затмение, парящее над их головами. Оно нависло над полем боя, могущественное и господствующее в магической тьме, наполнившей воздух. Пронзительные крики тех, кто сгорал в серебряном и золотом огне внизу, служили ужасающим аккомпанементом к зловещему затмению.

У «серебряных» было сильное магическое чутье, и они почувствовали связь между окутавшей их тьмой, парящей над ними сферой и человеком, призвавшим ее. Они обернулись как один, их взгляды упали на Руфуса. Он, наконец, стоял неподвижно, но окружавшие его культисты либо горели заживо, либо метались в панике, слишком занятые, чтобы узнать врага среди них. Конструкт бросился на него, но Руфус, даже не глядя, поднял руку, и поток солнечного огня, вырвавшийся из ладони, мгновенно расплавил стальное чудовище.

Один из трех «серебряных» презрительно усмехнулся, узнав Руфуса, когда их взгляды встретились. Лицо Руфуса было бесстрастным; он поднял руку и указал на него — на культиста, отнявшего жизнь Фарры. Из сферы наверху в сторону чудовища ударил ужасающий луч — яркий поток с темным ядром, обрушивая на культиста трансцендентный урон.

Никогда прежде Руфусу не удавалось накопить столько силы для этой атаки. Под таким напором любой, кто был ниже серебряного ранга, был бы мгновенно аннигилирован, и даже большинство «серебряных» погибли бы в считанные мгновения. Однако культист, на которого Руфус излил всю свою ярость и всю свою мощь, не был обычным «серебряным». Находясь на пике своего ранга, на пороге получения золота и обладая полнотой власти, дарованной его иномировым господином, культист всё еще стоял на ногах, когда луч иссяк, а сила, собранная в затмении, была исчерпана. Оно исчезло, и вместе с ним пропало гнетущее поле тьмы.

По всему полю боя лежали десятки мертвых культистов и конструктов. Огни собрали свою жатву. Враг, принявший на себя основной удар этой мощи, всё еще стоял, хотя любой, кто взглянул бы на его состояние, предположил бы, что он предпочел бы умереть. Культист воздвигал одну стальную стену за другой, чтобы выдержать трансцендентный взрыв, но тот прошивал их насквозь. С самим культистом произошло то же самое: плоть и сталь его тела сплавились воедино, словно свеча, расплавленная солнечным светом через увеличительное стекло.

На поле боя воцарилась странная тишина, все взгляды были прикованы к изувеченному культисту. Он шевельнулся — совсем чуть-чуть, затем сильнее. Он напряг свои искореженные конечности и расплавленные мышцы, взревев от бессловесной боли и ярости.

Руфус был истощен так же, как и его сила; всё, что у него было, и даже больше, сгорело ради подготовки и нанесения этого одного великого удара. Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание в окружении врагов, — это чудовищно раненый культист, ставший еще большим воплощением мерзости, чем когда-либо, движущийся в его сторону.

Вопрос, который вы еще не знаете, как задать

Вопрос, который вы еще не знаете, как задать

Джейсон Асано и его команда искателей приключений жили в плавучем доме, буквально сделанном из облаков. В гавани города Гринстоун он был пришвартован среди прогулочных судов богатой и аристократической элиты Гринстоуна. Облачный дом был желанным призом Испытаний Жнеца — смертельно опасного состязания в ином мире. Джейсону и его товарищам по команде удалось обойти некоторых из лучших молодых искателей приключений в мире.

Команда Джейсона не питала иллюзий, что они лучше многих выдающихся молодых людей, с которыми соревновались, понимая, что удача и обстоятельства сыграли большую роль в их победе. После праздничной поездки, во время которой они закрепили свои достижения, полученные на состязании, их новой целью стали тренировки. Их молодая команда добилась успеха, но им предстоял долгий путь — как индивидуально, так и как команде.

Джейсон и его товарищ по команде Хамфри Геллер вставали первыми каждое утро. Джейсон готовил завтрак для команды, пока Хамфри планировал тренировки на день. Поскольку члены команды были магическими существами, преображенными поглощенными ими эссенциями, они могли поддерживать силы с помощью духовных монет и вообще обходиться без еды. Хамфри нравилось, как совместные завтраки влияли на моральный дух и сплоченность команды, а Джейсону просто нравилось завтракать.

Когда Эмир Бахадир вручил Джейсону магический предмет, создающий облачный дом, он предупредил, что это будет своего рода «черная дыра» для денег. Облачный дом был способен воспроизводить всевозможные удобства: от душа и печей до окон, которые могли работать как телескоп. Однако для активации этих функций Джейсону требовалось поставлять магические ресурсы, обычно в виде драгоценных камней — квинтэссенций. Квинтэссенция воды — для ванных комнат, огонь, железо и стекло — для плиты и духовки. Джейсон уже вбухал в него целое состояние.

Возможность вызвать гриль прямо из палубы, когда облачная субстанция, из которой был сделан дом, меняла форму под его нужды, заставляла Джейсона думать, что оно того стоит. Для человека, у которого кулинария была такой важной частью жизни, это было восхитительно удобным решением.

— Обожаю быть богатым, — радостно пробормотал Джейсон, переворачивая оладьи на гриле.

— Что ты сказал? — спросил Хамфри, рассеянно подняв взгляд.

— Ничего, — ответил Джейсон, подняв сжатый кулак. — Захватим средства производства!

— О чем ты говоришь? — спросил Хамфри.

— Ни о чем, все в порядке, — сказал Джейсон, возвращаясь к оладьям.

«Я чертовски лицемерный социалист, — пробормотал он про себя. — Слишком уж я люблю деньги».

Они находились на открытой палубе: Джейсон работал у гриля, а Хамфри сидел за соседним столом, просматривая тщательные записи, которые он сделал о тренировках команды. Зима в Гринстоуне была приятной, с мягкой температурой и меньшей духотой, идущей от влажных джунглей дельты, магически поддерживаемой посреди сухой пустыни. Небо было великолепным, пустым и синим, а зимний воздух обладал такой кристальной чистотой, с которой не мог сравниться даже самый яркий летний день.

— Похоже, сегодня отличный денек, — сказал Джейсон, глядя вверх.

— Ты прав, — ответил Хамфри. — Как насчет того, чтобы провести тренировку на свежем воздухе? Может, сосредоточимся на тренировке мобильности.

— Мне подходит, — сказал Джейсон. — Ты запланировал тот матч против команды Бет?

— Это будет через несколько дней, — сказал Хамфри. — Не мы одни впали в тренировочную лихорадку после Испытаний Жнеца. Миражная камера сильно загружена.

Как и все, кто благополучно вернулся с Испытаний Жнеца, команды семьи Геллер привезли с собой сокровищницу камней пробуждения, чтобы открыть новые магические способности и завершить свои наборы сил. Даниэль Геллер получила то же предупреждение, что и Джейсон, о возможности появления необычных камней пробуждения. Большинство искателей приключений, прошедших испытания, теперь имели в своем арсенале способность Жнеца, так как почти каждый выживший был награжден крайне редким камнем пробуждения Жнеца.

Это касалось и Джейсона, и Хамфри, причем Джейсон даже подобрал второй такой камень. Редкие камни не пробуждали по своей сути более мощные способности, но наличие малоизвестной силы в арсенале могло стать козырем для любого искателя приключений.

Это множество новых и редко встречающихся сил привело в восторг Клайва, товарища Джейсона и Хамфри. Будучи энтузиастом усилий Магического общества по каталогизации всех известных сил, Клайв со своими настойчивыми вопросами теперь активно избегался. Он также убеждал их товарища по команде, Белинду, принять облик Джейсона, чтобы попытаться воспроизвести силу интерфейса, которая позволяла ему просматривать подробные описания магических способностей. К его разочарованию, у нее всегда получалась не та сила, и она могла лишь воспроизвести способность Джейсона к картам.

— Карта — отличная сила, — настаивал Джейсон, когда Клайв жаловался ему.

— Не для административных целей, — сетовал Клайв.

— Думаю, ты и я смотрим на потенциал магических сил совершенно по-разному, — сказал ему Джейсон.

Хамфри и Джейсон болтали, занимаясь утренними делами, пока Джейсон не заметил знакомую, но неожиданную фигуру. Она шла по причалу гавани к плавучему дому.

— Хамфри, — сказал Джейсон. — Твоя бывшая идет.

— Моя бывшая? — переспросил Хамфри. Он заметил Габриэль, когда она подошла к плавучему дому.

Габриэль Пеллин была жрицей бога Знания, а также невероятно красивой бывшей возлюбленной Хамфри. Изначально они с Джейсоном ладили, но она была не первым человеком, чьи твердые религиозные взгляды ставили ее в положение, враждебное Джейсону.

Джейсон сожалел о той роли, которую это сыграло в ухудшении отношений Хамфри с ней. Он уважал Хамфри за то, что у него хватило сил порвать с той, кто выделялся даже в мире, полном людей, сделанных красивыми с помощью магии. Джейсон сомневался, что смог бы сделать такой зрелый выбор в семнадцать лет.

Джейсон пригласил Габриэль на борт. Открытые палубы плавучего дома не требовали от лодки снятия отпечатка ауры перед предоставлением доступа.

— Габриэль, — поприветствовал Хамфри со сложным выражением лица.

— Здравствуй, Хамфри, — сказала она. Одетая в простую версию облачения своей церкви, она явно пыталась быть стоичной, но не могла скрыть напряженность в движениях. Собравшись с духом, она повернулась к Джейсону.

— У богини есть для тебя новый дар, — сказала она. — Я здесь, чтобы доставить его.

— Это стриптизерши? — спросил Джейсон. — Не ты; ты слишком молода. Другие стриптизерши, но примерно того же уровня горячности.

Хамфри и Габриэль одарили его полными ужаса взглядами.

— Что? — невинно спросил он.

— Не обращай внимания, — сказал Хамфри.

— Моя госпожа хочет, чтобы я передала тебе: шутки об объективации ниже твоего достоинства, — сказала Габриэль Джейсону.

— Да, — усмехнулся Джейсон, — но не стоит доверять тому, кто не проводит хотя бы немного времени в канаве.

— Я совершенно не согласна, — сказала Габриэль.

— Удивила так удивила. Итак, что у твоего босса для меня? Признаюсь, я немного опасаюсь после прошлого раза.

Джейсон заключил сделку с богиней Знания, что она даст ему дар в обмен на то, что он не будет привносить свое весьма слабое понимание физических наук в этот мир. Ее первая попытка преподнести дар была воспринята так же плохо, как Джейсон понял гравитацию, которую пытался объяснить Клайву.

— Она признала твои опасения, — сказала Габриэль, явно недовольная, — и подготовила новый дар, который должен показаться тебе более приемлемым. Тебе следует знать, что этот дар граничит с границами ее собственных правил. Такое внимание ты не заслуживаешь.

— Что ты имеешь в виду?

Габриэль открыла свою пространственную сумку и начала доставать книги одну за другой, складывая их на стол рядом с записями Хамфри.

— Это знание — ответ на вопрос, который ты еще не знаешь, как задать, — сказала Габриэль, продолжая доставать книги. — Это раздвигает границы того, что она готова сделать. Более того, это знание не из этого мира. Она не хотела давать его кому-либо, но ты тоже не из этого мира.

— Не из этого мира? — спросил Хамфри.

— Культисты Строителя получили знания из-за пределов этой реальности, — сказала Габриэль. — Теперь, когда они здесь, она делится ими с тобой.

— А, — сказал Джейсон. — Я знаю, что она хочет, чтобы этот мир развивал знания самостоятельно, поэтому она и предложила мне взятку в первую очередь. Культ Строителя, однако, об этом не заботится, и теперь джинн выпущен из бутылки.

— Что джинн будет делать в бутылке? — спросил Хамфри.

— Погоди, джинны существуют? — спросил Джейсон. — Они исполняют желания?

— Нет, это было бы возмутительно. Они исполняют желания там, откуда ты родом?

— Только в сказках, — сказал Джейсон, затем повернулся обратно к Габриэль. — Значит, это знание пришло от Строителя?

— Да. Как только знание стало известно кому-то в этом мире, оно стало частью богини. Она лично переписала эти тома для передачи тебе.

Глаза Хамфри расширились.

— Богиня сделала это лично?

— Да, — подтвердила Габриэль, доставая небольшой деревянный футляр. Она открыла его, обнаружив аккуратные ряды записывающих кристаллов. — Она также создала их и информацию, содержащуюся внутри. Она могла бы создать все это в виде книг навыков, которые ты мог бы усвоить быстрее, но знала, что ты их отвергнешь.

— Я бы отверг, — сказал Джейсон. — Я не буду впечатывать вещи прямо в свой разум, если они пришли из источников, которым я не доверяю полностью. Итак, что это за знания?

— Богиня рекомендует тебе обратиться за помощью к своему другу Клайву. Она ожидает, что он будет весьма воодушевлен.

— Он всегда воодушевлен, — сказал Джейсон, взяв случайную книгу и открыв ее. Похоже, это была какая-то магическая теория, уровень которой был намного выше того, что он мог разобрать с первого взгляда. Он закрыл книгу и положил ее обратно.

— Спасибо, — сказал он. — Я не совсем уверен в последствиях этого дара, но, учитывая источник, ожидаю, что он будет весьма полезен.

Габриэль покачала головой. — Я постоянно в недоумении, почему богиня считает, что ты заслуживаешь такого внимания.

— Мы оба в недоумении, сестренка. Хочешь остаться на оладьи?

Габриэль бросила на Хамфри неуверенный взгляд, затем покачала головой.

— У меня есть другие обязанности. Я откланяюсь.

* * * Руфус пришел в сознание под действием мощной целительной магии своей матери Арабель. Он лежал на песчаном берегу острова, где группа искателей приключений столкнулась с культистами Строителя. Последнее, что он помнил, — это как бросил вызов культисту, гораздо более могущественному, чем он сам, человеку, который убил Фарру. Он вложил все силы в один великий удар, которого было почти, но не совсем достаточно. Последнее, что он помнил, — это как потерял сознание, не ожидая, что когда-нибудь проснется.

— Значит, мы победили? — простонал он.

— Мы уже были в пути, когда увидели твое поле тьмы, а затем тот огромный луч, — сказал его отец. — Мы прикончили того серебряного ранга, но он был почти готов, когда мы его нашли. Я, по сути, ткнул его, и он упал замертво.

Руфус закрыл глаза и сделал резкий, рваный вдох. Человек — эта нечеловеческая тварь, — который убил Фарру, был мертв.

Габриэль одарил его гордой улыбкой, положив теплую руку на плечо Руфуса. — Ты сделал это, сынок. Фантастическая работа.

— Твой отец имеет в виду, — сказала Арабель, многозначительно взглянув на Габриэля, — что тебе никогда не следовало противостоять такому врагу.

— Именно, — сказал Габриэль. — Ужасная работа, сынок. Не делай этого снова.

Арабель покачала головой, глядя на своих мужчин. — Думаю, пришло время для еще одного ребенка, муж. На этот раз — дочери.

— Я бы хотел маленькую девочку, — сказал Габриэль. — Какую эссенцию нам ей дать? Как насчет эссенции хлыста? Я видел студента в академии, который совсем недавно проделывал очень интересные вещи с ним.

— Думаю, ты немного забегаешь вперед, дорогой.

— А как насчет культистов? — спросил Руфус.

— Многие из них прошли через порталы, — сказал Каллум. Руфус даже не понял, что он был там, что было обычным делом для скрытного искателя приключений.

— Мы взяли большую часть руководства, — продолжил Каллум. — В подсчете оказалось на одного серебряного ранга меньше, чем я ожидал, так что они, вероятно, сбежали среди масс низкого ранга.

— Пленные? — спросил Руфус.

— Ни одного, — сказал Габриэль. — Культисты проделали обычную штуку с самовзрывающейся кристаллической звездой. Однако перед этим они перебили жрецов среди своих.

— Убивают своих же союзников, — сказала Арабель, качая головой. — Ненавижу сражаться с фанатиками.

— У нас есть множество записей того, как духовенство Чистоты якшается с культистами, — сказал Каллум. — Более чем достаточно для того, чтобы другие церкви сформировали экуменический совет и принудительно провели расследование.

Руфус поднялся на ноги.

— Итак, что теперь? — спросил он.

— Теперь мы приводим всех остальных. Нам нужно опознать мертвых, посмотреть, не приведет ли это нас к новым культистам. Дать Магическому обществу шанс выяснить, куда ведут эти порталы. Что касается нас, мы можем вернуться в город.

* * * Для Джейсона и его команды дни непрерывных тренировок превратились в недели, по мере того как их потенциал медленно превращался в возможности. Это включало регулярную практику против других команд в миражной камере. Команда Бет Кавениш также быстро совершенствовалась, побеждая их менее чем в половине случаев, но имея всего пять членов против шести в команде Джейсона.

Падма была полуученицей погибшей подруги Джейсона, Фарры, с командой, состоящей из младших учеников Руфуса из Академии Ремор. Они были заинтересованы в том, чтобы испытать себя против Джейсона, человека, которого Руфус и Фарра тренировали лично. Поначалу их конфликты были односторонними в пользу элиты Академии Ремор, но команда Джейсона продвигалась семимильными шагами, пока не стала выигрывать так же часто, как проигрывать.

Команда Падмы поначалу держалась отчужденно, и тем более после того, как они разгромили команду Джейсона в своих первых столкновениях. Они стали более открытыми, когда Джейсон и его команда твердо доказали свою состоятельность, хотя их драконид оставался стоически пренебрежительным к Хамфри и его эссенции дракона. Их оборотень, Натали, подружилась с Белиндой, которая получила свои силы и присоединилась к команде только после Испытаний Жнеца. Натали была ценным источником опыта для Белинды в специализированной области изменения формы.

Лидер команды Падмы, тем временем, вступил в соперничество с Вальдисом. Оба были специалистами по мечу с почти идентичными комбинациями эссенций, но они были очень разными фехтовальщиками. Вальдис обладал классической комбинацией меча, скорости и мастерства, что давало мастерское слияние. Каждая эссенция была обычной, но с такими легендами, как дед Руфуса, использующими эту комбинацию, никто не смотрел на нее свысока. Вальдис был во многом фехтовальщиком этой традиции; у него был набор специальных атак, которые на первый взгляд казались очень похожими. Это был набор сил высокого мастерства, который зависел от понимания нюансов пользователем.

Лэнс, лидер команды Падмы, был эльфом. Его эссенции — меч, мириады и мастерство — также давали мастерское слияние. Он обладал эльфийской склонностью к заклинаниям, а не к специальным атакам, в которых специализировались люди, что приводило к совершенно иному стилю боя, чем у Вальдиса.

Эльф не мог сравниться с Вальдисом в ближнем бою, но ему это было и не нужно. Он был далеко не слаб в рукопашной, но его силы давали ему свободу сражаться на любой дистанции. Смешивая заклинания со своим фехтованием, он мог создавать свои копии, призывать танцующие клинки для сражения за него или выпускать волны острой как бритва силы с расстояния.

Из двух фехтовальщиков более опытный Вальдис чаще побеждал своего противника, хотя Лэнс также набирал свои очки.

Вальдис и его команда сохраняли идеальный рекорд против команды Джейсона в миражной арене, хотя то, что начиналось как серия разгромов, постепенно превращалось в настоящие сражения. Однако, слушая разговоры Вальдиса за послебоевыми напитками на плавучем доме, можно было подумать, что проигрывает именно он.

— С вашей командой ужасно сражаться, — сказал он Джейсону. — Ты бегаешь вокруг, как невидимая, телепортирующаяся чума, пока твой фамильяр пытается сжечь нашего целителя. Обычно моя работа — устранять подобные проблемы, но эта чертова женщина сделана из ветра. Как неподвижный объект может двигаться так быстро? Неподвижные объекты так не работают.

— Ты же понимаешь, что победил, верно? — спросил его Джейсон.

— Она боднула мой меч! Это невозможно. И что с той женщиной, которая «все»? У нее в одной руке был жезл, а в другой щит, что, кажется, не то, что людям должно быть позволено делать.

— Я почти уверен, что это не правило.

— Однажды она ударила меня моей же силой. Моей собственной силой! Способность брать на себя разные роли — это одно, но ни одна из этих ролей не должна быть мной!

— Успокойся, — сказала ему Сигрид. — Ты проливаешь свой напиток.

* * * Вслед за Испытаниями Жнеца в городе Гринстоун наблюдался относительный наплыв эссенций и камней пробуждения. Иностранные искатели приключений в основном забрали свои достижения и отправились домой, но многие местные жители также участвовали. Большинство никогда не собиралось бороться за главный приз, а вместо этого грабили астральное пространство, вынося столько сокровищ, сколько могли унести. В результате рыночная цена на эссенции и камни достигла рекордно низкого уровня.

С таким количеством эссенций и камней пробуждения, поступающих на рынок, популяция начинающих искателей приключений Гринстоуна переживала всплеск. Семьи, которые раньше могли только мечтать о том, чтобы иметь искателя приключений в своих рядах, объединяли ресурсы, чтобы купить наборы эссенций для своих самых многообещающих молодых людей. Это стало сильным первым шагом к восполнению численности, уменьшенной потерями в катастрофической экспедиции. Более могущественные преступники города также использовали шанс добавить сильных приспешников в свои ряды.

Последствия экспедиции в астральное пространство, унесшей жизни стольких искателей приключений, все еще ощущались в продолжающемся присутствии расследования Общества искателей приключений. Расследование началось с масштабных понижений в должности, после чего они просеяли записи филиала, пока так много искателей приключений были на Испытаниях Жнеца. Как только они вернулись, расследование начало интервью, иногда с отдельными лицами, иногда с группами.

Наконец, Общество искателей приключений начало переаттестацию, оценивая пониженных в должности искателей приключений одного за другим, чтобы восстановить их в ранге, подтвердить понижение или даже полностью аннулировать членство. Это принесло чувство надежды, но для большинства понижения были подтверждены. Когда членство аннулировалось, это не подлежало апелляции. Лоббирование по этому поводу из определенных секторов было быстро и решительно отвергнуто.

Другие проблемы были на таком уровне, что железные ранги, такие как Джейсон и его команда, не были вовлечены, хотя связи команды держали их в курсе событий. Культ Строителя был в отступлении, по крайней мере, локально. Культ был изгнан из города и, после нескольких дорогостоящих засад, прекратил свои рейды за припасами в дельте. Однако сбежавшие из рейда на остров все еще были на свободе. Истории о деятельности культа по всему миру продолжали поступать, и напряжение росло, пока город ожидал раскрытия их следующего большого шага.

Церковь Чистоты находилась под большим контролем, чем любая другая церковь обычно могла бы терпеть. Экуменический совет других церквей санкционировал их, начав масштабное расследование. Их храм был обыскан, и всевозможные материалы изъяты. Церковь официально утверждала, что их члены, присутствовавшие на рейде на остров, были раскольнической фракцией, осужденной их богом. Заявления о нескольких изолированных «гнилых яблоках» звучали неубедительно, однако, поскольку подобные откровения были сделаны о церкви Чистоты по всему миру.

Некоторые личности выделялись либо своим отсутствием, либо проблемами, в которые их втянули текущие события. Ряд ключевых членов церкви Чистоты, казалось, исчезли в «ранее запланированные отпуска». Среди этих отсутствующих были архиепископ церкви Чистоты Николас Хедрон, Аниса Ласаль и почти вся семья Ласаль, которые были одними из самых сильных сторонников церкви Чистоты. Те, кто остался, утверждали, что не знают, куда привели их духовные путешествия.

Джейсон был особенно рад услышать о том, как Люциан Лампри суетится, пытаясь оправдаться. Личное вмешательство Лампри в передачу звездного семени церкви Чистоты внезапно стало объектом пристального внимания.

Жрецы, перемещенные во времени, которых Джейсон освободил из астрального пространства во время Испытаний Жнеца, были необычным новым присутствием в городе. Большинство были поглощены своими различными церквями, но бывшие члены церкви Чистоты были другим делом, будучи отвергнутыми их теперь уже бывшим богом. Как и предсказывал Джейсон, Общество искателей приключений взяло их судьбу в свои руки. Учитывая проблемы, с которыми столкнулась церковь, отвергнувшая их, жрецы были довольно неловким присутствием в городе.

Те жрецы, у которых часть сил была дарована им богом, лишились этих сил, что оставило их с опасно несбалансированной силой. Те, кто имел наибольший уровень силы, и те, у кого было отозвано много сил, пострадали больше всего. Пока они не заменят недостающие силы, все они будут страдать, и их сила никогда не вернется к прежнему уровню, если только они не найдут нового бога, чтобы заменить свои недостающие способности.

Одна группа бывших пуристов посвятила себя тому, чтобы вернуть доступ в церковь Чистоты. Они были неустрашимы перед лицом новых откровений о своей церкви, но их преданность была категорически отвергнута. Небольшое число из них даже покончили с собой в отчаянии, вместо того чтобы смириться с исключением.

Другие искали должности в других церквях, многие добились успеха. Остальные в конце концов смирились с необходимостью начать все сначала и приняли новые обычные эссенции. При рекордно низких ценах на рынке Общество искателей приключений предоставляло обычные эссенции бесплатно в качестве акта милосердия.

Какова бы ни была их ситуация и какова бы ни была их вера, каждый член, теперь освобожденный из астрального пространства, должен был решить свое будущее. Все они родились до основания Гринстоуна и должны были найти новый путь в том, что для них было новым миром. Все, кого они знали и любили, давно ушли. Большинство взяло билеты на родину, даже зная, что их там никто и ничто не ждет.

Жрецы, чьи боги приняли их обратно, по крайней мере имели путь. Их церкви размещали их на местах или отправляли в отдаленные филиалы своей веры. Другие, в основном бывшие пуристы, которые смирились со своим изгнанием, решили начать все сначала в Гринстоуне. Они брали эссенции, которые им предлагали, даже если они были дешевыми и не идеальными. Многие, пуристы и другие, яростно отвергали свою прежнюю веру. Они были полны негодования к богам, которые отправили их в то место и стоили им всего и всех, кого они знали. У них было новое отношение к богам, по сравнению с которым Джейсон казался благочестивым.

Все спасенные священнослужители, отлученные от церкви или нет, имели разное отношение к Джейсону. Поскольку он был агентом их освобождения, они были в значительной степени благодарны, хотя и в совершенно разной степени. Некоторые чувствовали, что он освободил их только как запоздалую мысль. Некоторые даже обижались на него за свое нынешнее положение. Большинство, однако, были более любезны, часто благодаря его лично, когда он бродил по кампусу Общества искателей приключений. Был даже небольшой контингент освобожденных жрецов, которые считали его своим спасителем, особенно после того, как боги публично явились, чтобы поблагодарить его лично.

Однажды Джейсон и его команда вернулись с тренировки и обнаружили Руфуса, пьющего на палубе плавучего дома с Винсентом, чиновником Общества искателей приключений с возмутительными усами. Ранее они поддерживали неформальные отношения, хотя и не так сильно после смерти Фарры. Напряженный график Винсента и одержимость Руфуса привели к тому, что они мало виделись. После противостояния с убийцей Фарры и того, что он был в значительной степени ответственен за его смерть, Руфус наконец начал двигаться вперед.

Они были не одни. Гэри и его друг Рассел, артефактор из Магического общества, сидели с ними.

— Джейсон, — поприветствовал Винсент. — Твое интервью по переаттестации в Обществе искателей приключений назначено. Я подумал, что приду и скажу тебе лично.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Есть идеи, вернут ли мне мой старый ранг?

— Проблема в том, что ты очень... шумный для железного ранга, — сказал Винсент. — Они захотят увидеть проявление смирения.

— Не беспокойся, — сказал Джейсон. — Никто не умеет быть таким смиренным, как я.

Взгляд в будущее

Взгляд в будущее

В приемной клиники Джейсон болтал с помощницей Джори, Дженис, пока Джори не вышел с пациенткой из процедурных кабинетов в глубине.

— Джейсон, — весело поприветствовал его Джори, проводив пациентку. — Приятно видеть тебя лично, а не просто слышать через твою силу голосового чата. Ты же знаешь, что странное сообщение, всплывающее с просьбой связаться со мной, может быть тревожным, верно?

— Тревожным?

— Помнишь, на днях ты пытался связаться со мной, а я отказался?

— Я подумал, что ты занят с пациентом.

— Я был в ванне! Казалось, будто ты наблюдаешь за мной. Это было жутко.

— Иногда у меня просто нет времени на личный визит. Команда была занята тренировками.

— Это я знаю. Я почти не видел Белинду в последнее время.

— Можешь уделить мне несколько минут сейчас? — спросил Джейсон.

Джори оглядел приемную, которая была заполнена примерно наполовину, затем вопросительно взглянул на Дженис.

— Несколько минут не должны сильно выбить из колеи, — сказала она. — Несколько минут.

— Пойдем, — сказал Джори. — Я заварю нам чаю. Хочешь, Дженис?

— Было бы чудесно, — ответила она с милой улыбкой.

Джори провел Джейсона обратно в комнату, которую он и любой дежурный жрец Целителя использовали для отдыха, если дела становились слишком напряженными. Там был большой холодильник и шкафы, полные закусок и напитков. Большое окно выходило во двор, где Джейсон, Руфус, Гэри и Фарра раньше тренировались. Далеко не тот грязный двор, что был тогда, теперь он был красиво выложен плиткой, а стоячие и настенные кашпо добавляли приятной зелени.

— Мы проделали долгий путь, — сказал Джори, прослеживая взгляд Джейсона. — Только летом ты был безнадежно потерян, безумно тренируясь на грязном заднем дворе. Теперь это место — процветающий медицинский центр, а ты — большой искатель приключений.

— Это только начало, — сказал Джейсон. — Теперь я смотрю в сторону бронзового ранга. Думаю, я смогу добраться туда до того, как пробуду здесь год. Я определенно смогу, если начнется всплеск монстров. Все эти монстры в том астральном пространстве заставили мои способности резко подскочить. То же самое для всех, кто не использует ядра монстров.

— Я знаю, — сказал Джори. — Мои сделали то же самое. У меня никогда не было денег, чтобы тратить их на ядра монстров, и я определенно не заинтересован в охоте за ними.

— У тебя есть навыки, — сказал Джейсон, — но я думаю, ты на своем месте. Нас там полно, убивающих монстров. Нам нужно больше людей, таких как ты, помогающих тем, кто больше всего в этом нуждается. Я действительно восхищаюсь тобой за это.

— Спасибо, Джейсон. Это много значит.

— Кроме того, мне нужно сорок галлонов кристальной промывки.

— Погоди, что? Сорок галлонов?

— Если бы я мог получить их в бочке, было бы хорошо. Может, в одном из тех больших бочонков, которые Норвич использует в своей пивоварне, с маленьким краником. Это было бы удобно.

— Ты сумасшедший? Ты пытаешься вымочить весь свой плавучий дом в этой штуке?

— На самом деле, в некотором роде да, — сказал Джейсон. — Эмир предупредил меня, что для питания различных удобств потребуются определенные дополнительные материалы, особенно на раннем этапе. Облачная субстанция автоматически очищает себя и все, что в ней находится. Ты когда-нибудь замечал, как выходишь из облачной кровати с чувством, будто только что принял освежающий душ?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — неубедительно сказал Джори.

— Джори, мы все знаем о тебе и Белинде.

— Знаете? В смысле, что?

— Джори, я связан с плавучим домом. Я знаю всех, кто заходит на борт, и где они находятся в любое время. Даже если бы не знал, Хамфри и я видели, как ты каждое утро прокрадываешься в растрепанном виде. Я даже не знаю, почему ты скрываешь это. Стыдиться нечего.

— Я бы не хотел запятнать ее репутацию.

— Джори, она осужденная преступница.

— Я был воспитан определенным образом, — защищался Джори. — Меня учили, что есть правильный процесс ухаживания за леди.

— Почему ты тогда этого не сделал?

— Я работал над этим. Потом она вроде как схватила меня и утащила в свою комнату.

— По крайней мере, один из вас благоразумен, — сказал Джейсон. — В любом случае, облачные кровати. Как и все остальное на плавучем доме, облачная субстанция очищает все, что в ней находится. К сожалению, плавучий дом израсходовал все ресурсы, с которыми начинал для очистки. Эмир предупредил меня, что многие ресурсы нужно будет пополнять рано, и теперь мне нужно много квинтэссенции очищения и огромный запас кристальной промывки. К счастью, большинство активов храма Чистоты были конфискованы, и Клайв считает, что может заполучить квинтэссенцию, которая мне нужна. Остается только кристальная промывка.

— Джейсон, это количество безумно. Сорок галлонов?

— Как минимум. Теперь, я точно знаю, что ты значительно увеличил производство из-за всех этих причудливых иностранных дворян в городе. Готов поспорить, у тебя приличный запас припрятан.

— Я продал большую часть, — сказал Джори. — Принц Вальдис покупает почти столько же этой штуки, сколько и ты.

Джори посмотрел на раздражающую ухмылку Джейсона, рассеянно почесав затылок, и вздохнул.

— Я, наверное, смогу что-то придумать, — уступил он. — Я собираюсь перепрофилировать производственные площади, используемые сейчас для кристальной промывки, под меньшее чудодейственное зелье, но я все еще ищу нужные материалы. Это будет двигателем для финансирования клиники в будущем. Полагаю, я мог бы поддерживать производство кристальной промывки до тех пор. Я мог бы подготовить столько для тебя к концу месяца.

— Спасибо, — благодарно сказал Джейсон. — Я заплачу полную цену, вместо обычных дружеских скидок. В конце концов, я заберу значительную часть твоего производства.

— Это ценится, — сказал Джори. — Получение помощи от церкви Целителя было здорово, но мы все еще работаем с узкой маржой. Деньги от чудодейственного зелья в конечном итоге поступят, но я использовал последние остатки финансирования от ремонта на импорт всех материалов.

— Кажется, чем больше денег мы зарабатываем, тем больше нам нужно, верно?

— Не шути так, — сказал Джори. — Откуда у тебя расходы?

— Помимо зияющей денежной пропасти, которой является мой облачный дом? Подготовка к бронзовому рангу. Я не знаю, когда смогу вернуться в большой город, поэтому, пока меня не было, я приобрел материалы для повторного призыва моих фамильяров на бронзе. Я думал, что буду при деньгах после аукциона этих эссенций, но я почти все их отложил на подготовку нового снаряжения, плавучий дом, ритуалы призыва, это просто продолжается и продолжается.

Джейсон издал усталый стон. — Тогда мне стоит позволить тебе вернуться к работе. Мне нужно пойти потратить еще немного денег.

— Ты не тренируешься сегодня? — спросил Джори.

— У нас с Хамфри сегодня днем переаттестация рангов в Обществе искателей приключений, — сказал Джейсон. — Мы решили дать остальным выходной. Тебе стоит закончить пораньше, сходить к Белинде. На самом деле, сегодня вечером играет симфония. Возьми ее и воспользуйся моей личной ложей.

— У тебя есть личная ложа?

— Я хожу, когда есть возможность, — сказал Джейсон. — В последнее время это случалось не так часто, как хотелось бы. Я заскочу и прослежу, чтобы они знали, что тебе нужно ею воспользоваться. У тебя есть хороший костюм, верно, Джори?

— Э-э...

— О, боже, — сказал Джейсон, качая головой. Он достал из инвентаря карусель записывающих кристаллов, просматривая их, пока не выбрал один. Он сказал Джори стоять смирно.

— Что ты делаешь? — спросил Джори, когда Джейсон медленно двигался вокруг него, проводя кристаллом вверх и вниз по его телу.

— Это специализированный записывающий кристалл для снятия мерок одежды, — сказал ему Джейсон. — Я знаю парня, который сделает срочную работу для меня без ущерба для качества. Тебе повезло, что он на самом деле моя следующая остановка.

— Ты носишь с собой кристалл специально для мерок одежды?

— Хороший искатель приключений всегда готов.

* * * — Мистер Асано, добро пожаловать обратно.

Гилберт просиял, когда Джейсон вошел в «Стойкое облачение Гилберта для взыскательного джентльмена». — Как и у всех хороших искателей приключений, у вас отличный тайминг, — продолжил Гилберт. — Я как раз просил Эмиля отнести все в примерочную.

— Вы достигли железного ранга, — сказал Джейсон, пожимая руку Гилберта. — Наконец-то получили ту последнюю эссенцию.

Коренастый мужчина средних лет заметно похудел, а волосы на голове стали гораздо гуще.

— Да, я наконец пошел и сделал это, — сказал Гилберт. — Все мои способности эссенции ткани достигли бронзы много лет назад, но я долго сопротивлялся получению большего количества эссенций. Никогда не казалось правильным брать эссенции, которые другие могли бы использовать, чтобы помочь людям. Возраст и здоровье, однако, смиряют, и с тем, как сейчас обстоят дела на рынке, я воспользовался возможностью. Я поглощал ядра монстров, но мне еще далеко до бронзы и тех дополнительных лет, которые она мне купит.

Гилберт провел Джейсона в просторную примерочную как раз в тот момент, когда появился его помощник, толкая длинную вешалку с одеждой из подсобки на колесной тележке. Когда Эмиль ушел за следующей, Гилберт начал показывать Джейсону наряды.

— Ваш зимний гардероб, — объявил Гилберт. — Как и заказывали, это в основном в стиле Витесс, с теми украшениями, которые мы обсуждали ранее.

Джейсон давно восхищался чувством стиля Эмира, которое, как он обнаружил, во многом зависело от Констанции. Она была достаточно любезна, чтобы проконсультировать, когда Джейсон решил купить одежду для прохладных месяцев. Между ее советами и опытом Гилберта зимний гардероб Джейсона стал элегантным, приталенным и острым. Цвета были более землистыми и строгими, чем местная мода Гринстоуна, которая предпочитала взрывы ярких оттенков.

— Было интересно работать с чем-то отличным от местного вкуса, — сказал Гилберт. — Я вполне доволен результатом.

— Так и должно быть, — сказал Джейсон с восхищением. — Вы превзошли себя, Берт.

— Спасибо, сэр. С мягкими зимами здесь ткани средней плотности идеальны. Включены, конечно, некоторые тонкие чары для поддержания уровня комфорта, независимо от того, склоняется ли день к жаре или холоду. Конечно, есть выбор нарядов, которые склоняются в ту или иную сторону. Я включил ассортимент зимних цветов в моде Витесс, темно-зеленые и бордовые, ожидаемые черные, серые и синие. Некоторые очень приятные коричневые, темные и насыщенные, а также глубокий карамельный, который мисс Констанция назвала «бренди». Я также включил несколько более легких вариантов, конечно, и ожидаемую формальную одежду для различных случаев.

Джейсон начал убирать одежду в свое пространственное хранилище, открывая вкладку нарядов своего инвентаря и помещая каждый ансамбль в свой собственный набор.

— Могу ли я сделать что-то еще для вас сегодня? — спросил Гилберт, пока Джейсон убирал один наряд за другим.

— На самом деле, да, — сказал Джейсон. — Пара вещей. Одна — срочная работа, просто базовая формальная одежда для друга, которую можно записать на мой счет.

— У вас есть его мерки? — спросил Гилберт.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Я взял кристалл, который вы предложили.

— Очень хорошо.

— Другая работа не срочная, — сказал Джейсон. — Пора начинать смотреть вперед и думать о бронзовом ранге. Моя боевая мантия фантастическая, но мне нужно будет обновить ее, когда я повышу ранг.

— Хорошо сделанное снаряжение искателя приключений — это соответствие материала и мастерства цели, — сказал Гилберт. — Вы мудры, что начинаете думать об этом сейчас, чтобы мы могли собрать именно то, что вам нужно.

— На самом деле, есть кое-что, что я долгое время держал в рукаве, — сказал Джейсон.

Он продолжал снимать наряды с вешалок и убирать их в инвентарь, пока Эмиль выкатывал новые тележки. Три были вешалками, а четвертая — коробочной тележкой, набитой нижним бельем и другими всякими вещами.

— Вы сделали сердечки на боксерах как раз как надо, — сказал Джейсон, потирая материал пальцами. — Эта текстура невероятна. Вы были абсолютно правы, предложив шелк туманной долины.

— Я импортирую большой запас каждый год, — сказал Гилберт. — Я обнаружил, что это исключительный выбор для нижнего белья в нашем специфическом зимнем климате.

Джейсон начал завязывать галстуки вокруг шеи, завязывая узел, прежде чем добавить по одному к каждому наряду. Он подбирал узел к наряду, будь то простой узел «четверка», красивый, чистый узел «Пратт» или смелый, полный «Виндзор». Он даже добавил экстравагантный узел «тринити» к паре самых ярких нарядов.

— Должен признаться, мистер Асано, я не был уверен насчет петли, но она действительно имеет свойство собирать наряд воедино.

— Сколько раз, Берт? Это галстук, а не петля.

— Я беспокоился, что ваши противники могут не увидеть это так, если вы окажетесь в неожиданном столкновении, мистер Асано. В конце концов, этот магазин предоставляет стойкое облачение для взыскательного джентльмена. Я наложил чары на галстуки, чтобы предотвратить их использование для удушения вас.

— Очень предусмотрительно, Берт.

— Предусмотрительность — мой девиз.

— Как оказалось, однако, мне на самом деле не нужно дышать.

— Вам нужно распевать заклинания? — спросил Гилберт.

— Это справедливое замечание, — признал Джейсон.

Убрав все, он на мгновение окутался темным дымом, прежде чем тот исчез, открыв Джейсона в одном из его новых нарядов. Оглядев себя в зеркало в полный рост, он слегка поправил галстук.

— Я, может, и не беспристрастный судья, мистер Асано, но я бы сказал, что вы выглядите очень щегольски.

На взгляд Джейсона, это имело больше готического стиля по сравнению с костюмом из его старого мира, с узорчатой вышивкой жилета и украшениями на длинном пиджаке, который сужался в талии, прежде чем доходить до середины бедра. Он немного пошевелился, обнаружив, что его движения совершенно не стеснены. Обувь выглядела формально и стильно, но ощущалась как спортивная.

— Превосходно, Берт. Вы — гордость своей профессии.

— Спасибо, мистер Асано.

— У меня встреча с Обществом искателей приключений, так что, думаю, я надену его.

— Конечно. Прежде чем вы уйдете, мистер Асано, вы упомянули, что у вас есть что-то в рукаве?

— Точно, да, — сказал Джейсон. Он подошел к столу сбоку комнаты и достал из инвентаря большой рулон темного материала. — Я приберегал это некоторое время. Что скажете, Берт?

Берт подошел к Джейсону и слегка провел пальцем по материалу. Он был темным, матовым и прохладным на ощупь.

— Змеиная кожа, — сказал он. — Теневая змея, вероятно, горная разновидность. Сильные сродства к тьме и яду. Бронзовый ранг, и она наполнена какой-то странной магией. Это почти кажется внутренним, а не внешне навязанным, но... — Гилберт нахмурился. — Это был фамильяр?

— Был, — сказал Джейсон. — Это проблема?

— С точки зрения ценности материала, как раз наоборот, — сказал Гилберт. — Мои опасения этические. Вы не получаете фамильяров без пользователей эссенций.

— Вы в курсе людей, бегающих и создающих проблемы в астральных пространствах?

— Культисты или что-то в этом роде, — сказал помощник Гилберта, стоявший в стороне. — Это почти все, о чем кто-либо хочет говорить в эти дни.

— Да, — сказал Гилберт, кивнув помощнику. — Соревнование, проведенное золотым рангом, отвлекало людей некоторое время — кстати, еще раз поздравляю, — но они вернулись ко всем этим нервирующим разговорам. Странные силы из-за пределов реальности и безумцы, которые им поклоняются. Это так же неприятно сбивает с толку, как и монотонно. Страх — это не тот вид, который подходит к любому наряду, который можно найти в этом магазине.

— Страх ожидаем, — сказал Джейсон. — Угроза реальна, и остановить ее — дело более могущественных людей, чем мы. Однако около полугода назад я столкнулся с одним из этих культистов, и он попытался убить меня. После того как он умер, его фамильяр тоже попытался убить меня.

Он похлопал по материалу.

— Это его кожа.

— Тогда скатертью дорога, — сказал Гилберт. — Мы должны посмотреть, не сможем ли мы сделать что-то из этого, чтобы помочь вам справиться с большим их количеством.

— Если фамильяр был бронзового ранга, — сказал Эмиль, — значит, культист тоже должен был быть, верно?

— Верно, — сказал Джейсон.

— Но вы только железного ранга, — сказал Эмиль.

— Тогда я даже таким не был. У меня даже не было моей первой эссенции.

— Тогда как вы их победили? — спросил Эмиль.

— Мне повезло, — сказал Джейсон. — Вещи, которые нападают на меня, имеют свойство заканчивать смертью.

— Иди, Эмиль, — сказал Гилберт, отпуская своего помощника.

— Да, босс. Э-э, можно спросить вас кое о чем, прежде чем я уйду, мистер Асано?

— Эмиль, — укорил Гилберт.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Валяй, Эмиль.

— Те боги действительно явились, чтобы поблагодарить вас лично?

— Появление богов — едва ли большое дело, — сказал Джейсон. — Проведите немного времени на Божественной площади; они появляются довольно регулярно. И я бы вряд ли назвал это «всеми теми богами», когда их было едва полдюжины.

— Вон отсюда, — сказал Гилберт, выпроваживая помощника из примерочной.

— Он будет рассказывать эту историю повсюду, мистер Асано. Вы создали себе немалую репутацию недавними событиями. Местный парень, победивший всех этих причудливых иностранных искателей приключений? Принцев и принцесс, не меньше.

— Я не совсем местный, — сказал Джейсон. — На самом деле, я настолько далек от местного, насколько это возможно.

— Теперь вы местный, — со смехом сказал Гилберт. — Вас кооптировали. Ничто не вызывает такой доброй воли, как успех.

— Итак, с этим материалом можно работать?

— Безусловно. Если вы готовы оставить его мне, я могу изучить лучшие варианты.

— Хорошо, потому что это была довольно большая змея, — сказал Джейсон, доставая второй рулон материала.

— О, боже, — сказал Гилберт. — Здесь определенно хватит на два комплекта брони, вероятно, три. Возможно, даже четыре, в зависимости от того, как мы его используем. Вы искали запасные, или вы хотите что-то для своей ловкой подруги тоже? Этот материал должен быть полезен для чего-то, что подошло бы ей.

Софи, как и Джейсон, использовала очень гибкую броню из кожи ловчего ловушек. Гилберт обслуживал только взыскательного джентльмена, но у него была своя подруга. По рекомендации Гилберта они отнесли кожу ловчего ловушек в «Эмпориум резни Бренды», в другом месте торгового зала.

— Софи, возможно, захочет что-то, что лучше сочетает гибкость и защиту, — сказал Джейсон. — Скрытность и яд не подходят к ее набору сил.

— Тогда не хотите ли, чтобы я взял на себя смелость присматривать за подходящими материалами? Я могу попросить Бренду сделать то же самое.

— Это было бы здорово, — сказал Джейсон. — Для всей команды, на самом деле. Как насчет того, чтобы я привел их на беседу, чтобы вы знали, что искать?

— Дальновидная идея, мистер Асано.

Искатели приключений — тоже люди

Искатели приключений — тоже люди

Джейсон поднялся на подъемной платформе через административное здание Общества искателей приключений, прибыв на пятый этаж. Там была новая стойка регистрации, установленная в рамках изменений, внедренных командой расследования. За стойкой было знакомое лицо.

— Берт, — поприветствовал его Джейсон. — Вас перевели наверх. Это из-за новых эссенций?

— Именно, — сказал Альберт. — Получение полного набора — это способ выбраться с нижней ступени в Обществе искателей приключений. Или где-либо еще, если на то пошло. Похоже, начальству понравилось, что я не позволил им забрать мисс Софи, когда она была заперта в тюремной башне.

— Мисс Софи и я тоже ценим это, — сказал Джейсон. — Приятно видеть, что честность вознаграждается.

— Это один из костюмов, которые шил для вас Гилберт? — спросил Альберт.

— Безусловно.

— Ну, если не возражаете, мистер Асано, вы выглядите довольно щегольски.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — У нас есть поговорка там, откуда я родом: костюм делает человека. В характерном проявлении совершенства семьи Бертинелли, ваш брат сделал из меня вполне приличного человека.

— Спасибо, что сказали, мистер Асано. Можете проходить и ждать в конференц-зале.

— Я знаю дорогу. Спасибо, Берт.

Джейсон прошел в конференц-зал и сел ждать. Тем временем он достал увесистый том магической теории, открыв его на том месте, где отметил страницу ленточкой, и начал читать. Это была не одна из новых книг, которые передала Габриэль, так как они были слишком продвинутыми, а более фундаментальный текст, который он унаследовал от Фарры.

Книги, которые доставила ему богиня Знания, прямо попадали в область астральной магии Клайва, все сосредоточенные на одном конкретном аспекте: пространственном нарушении. Порталы, телепортация и даже базовые теории прохождения между мирами. Клайв чуть не взорвался от удивления, когда впервые просмотрел книги, чтобы понять их цель.

— Я не знаю, достаточно ли этого, чтобы доставить тебя в твой мир или обратно, — взволнованно сказал Клайв Джейсону, — но это приближает нас на порядки.

Клайв проводил каждый момент, не занятый тренировками, зарывшись в книги. Эти книги основывались на работе, которую он нашел среди записей Ландемира Вейна, изъятых у церкви Чистоты.

Джейсон закрыл книгу и убрал ее, когда дверь открылась, чтобы впустить Элспет Ареллу и Табиту Герт, суровую главу команды расследования. Он встал, чтобы поприветствовать их; Арелла покачала головой, увидев, что Джейсон сидит во главе стола.

— Арелла, — сказал он с кивком. — Временный директор.

— На самом деле, — сказала Герт, — директор Арелла возобновила свои полные обязанности, поскольку расследование подходит к концу. Вы можете обращаться ко мне по моему обычному рангу Инспектора.

— Очень хорошо, Инспектор, — сказал Джейсон.

Джейсон окинул Герт взглядом, от туго завязанных волос и чопорной, простой одежды до того, как ее холодные глаза осматривали окружение и, казалось, находили его неудовлетворительным. Ее обычное выражение лица излучало неодобрение, как будто у нее было общее ожидание, что мир в целом не сможет соответствовать ее стандартам.

Учитывая его стиль межличностных отношений, Джейсон научился быстро оценивать, как люди будут реагировать на его особый бренд провокационной беспечности. Он сразу понял, что инспектор — это тот тип человека с нулевой терпимостью к неформальной приветливости, которая была его сильной стороной. С такими людьми он либо включал ее на полную, либо полностью убавлял, в зависимости от своих нужд. Из всего, что он слышал, Табита Герт была жесткой, но беспристрастной женщиной, выполняющей свою работу со строгим профессионализмом. Поскольку он чувствовал, что честность заслуживает уважения, он сдерживал свои обычные наклонности.

Герт жестом пригласила Джейсона на одну сторону стола, когда она и Арелла сели напротив.

— Мистер Асано, — начала Герт. — В ходе нашего расследования общей культуры этого филиала Общества искателей приключений ваше имя появлялось значительно чаще, чем подобает железному рангу. То есть, вообще появлялось. Привлечение внимания влиятельных и могущественных слишком рано в вашей карьере — отличный способ для этой карьеры закончиться рано и позорно.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Все, что я могу сказать в свою защиту, это то, что я делал то, что считал правильным выбором на каждом этапе. Я признаю, конечно, что такое направление часто ведет в места, куда я никогда не собирался и не хотел идти. Мне говорили, что это обычная ситуация для пришельцев из других миров.

Герт кивнула, хотя даже это подтверждающее действие каким-то образом выглядело как неодобрение.

— Ваш ранг был снижен в рамках первоначальной волны понижений, — сказала Герт. — Из наших кратких первоначальных оценок, ваши повышения имели привкус политики. Что они были частью какой-то игры, которую вела Арелла.

Арелла оставалась молчаливой и бесстрастной, не реагируя на упоминание своего имени или предположение о своих мотивах.

— У меня нет сомнений, что это был фактор, — сказал Джейсон. — Мне нравится думать, что мои способности сделали это легкой пилюлей для проглатывания, но, естественно, это не беспристрастное мнение.

— Вы думаете, что заслуживаете три звезды, мистер Асано? — спросила Герт.

— Из того, что я видел от требований к искателям приключений, да. По крайней мере, на железном ранге.

— Я склонна согласиться, — сказала Герт, удивив Джейсона. Она казалась созданной для того, чтобы сообщать новости, которые вы не хотите слышать.

— Я читала ваш отчет о контракте вокруг земли в лесном районе. Он был тщательным и хорошо задокументированным. Я очень благосклонно отношусь к тщательным отчетам. Доставка этого отчета непосредственно на верхние уровни администрации также была хорошо обдуманной. Ваше обращение с политически деликатной ситуацией продемонстрировало здравое суждение. Вы также приняли исключение из престижной экспедиции с невозмутимостью, направив свою энергию на выполнение контрактов. На уровне железного ранга этого более чем достаточно, чтобы оправдать повышение до трех звезд.

— Не думаю, что все так просто, однако, — сказал Джейсон.

— Действительно. Честно говоря, вы продемонстрировали способности выше вашего ранга. Проблема в том, что, делая это, вы продемонстрировали, что считаете свой фактический ранг ниже себя. Я знаю, что вы окружаете себя бронзовыми, серебряными и даже золотыми рангами, но вы не один из них. У меня нет сомнений, что вы подниметесь выше, если выживете так долго, но прежде чем восстановить ваше повышение, я хотела бы увидеть доказательство того, что вы понимаете, что вы, на данный момент, железный ранг.

Джейсон кивнул.

— Я предполагал, что что-то подобное всплывет во время переаттестации, — сказал Джейсон, — и я немного обдумал это. Думаю, у меня есть предложение, которое сработает для всех вовлеченных сторон.

— И что это за предложение, мистер Асано?

— Дорожный контракт, — сказал он.

— Наказательный отряд, — задумчиво произнесла Герт. — Интересно.

— Моя репутация сейчас на высоте, — сказал Джейсон. — По идее, я должен купаться в похвалах. Но если вы назначите мне наказательный отряд, и я приму его без жалоб, то это будет публичной демонстрацией моего уважения к авторитету Общества искателей приключений.

— Что вам с этого? — спросила Арелла, впервые заговорив с момента входа в комнату.

— Моя команда проходила интенсивный тренировочный период. Выход и столкновение с некоторыми реальными вызовами — это именно то, что нам сейчас нужно. В моем мире это называют «обкатка». Это позволит мне проявить немного смирения, закалить мою команду и помочь некоторым людям на пути. Победа для всех, по моим подсчетам.

— Хорошо обдуманная идея, — сказала Герт. — Я одобряю.

— Я буду выбирать ваш запланированный маршрут, — сказала Арелла. — Можете ожидать гораздо большего таскания по пустыне, чем по приятным городам дельты.

— Это нормально. Я был бы признателен, если бы он включал Северо-Восточную Карьерную Деревню Четыре, если это возможно. Я завел там друзей некоторое время назад, и было бы неплохо проведать их.

Арелла выглядела слегка раздраженной тем, что Джейсон так охотно принял ее условие.

— Вы уверены, что сможете заставить свою команду смириться с тем, что их поместили в наказательный отряд вместе с вами? — спросила она.

— Мы уже строим планы, — сказал Джейсон. — Если вы не дадите нам один, мы, вероятно, все равно будем бродить вокруг, выполняя уведомления доски приключений.

— Очень хорошо, — сказала Герт. — Вам будет назначен дорожный контракт. При условии его удовлетворительного выполнения, ваше повышение будет восстановлено по его завершении.

— Спасибо, Инспектор.

— Поблагодарите меня, выполняя свою работу и выполняя ее хорошо, мистер Асано. Мы закончили.

Она встала и ушла без лишних слов. Арелла последовала за ней, бросив на Джейсона сложный и оценивающий взгляд.

— Я пришлю вам детали до того, как дорожные контракты будут выданы в начале месяца, — сказала она ему и также покинула комнату.

Джейсон вышел своим путем, вернувшись к стойке регистрации.

— Как вы нашли главу команды расследования? — спросил Альберт, когда он остановился поболтать.

— Обескураживающе приятной, — сказал Джейсон.

Альберт поднял бровь.

— Это первый раз, когда я слышу, чтобы кто-то назвал ее так, — сказал он. — Герцог ненавидит ее больше, чем ненавидит Ареллу.

— Правда?

— О, да. Она совершенно жесткая, когда дело доходит до правил и авторитета Общества искателей приключений, но имеет полное пренебрежение ко всему остальному. Местные законы и власти для нее ничего не значат. Я видел, как Герцог входил сюда не раз, только чтобы уйти более злым, чем пришел.

— Что-то, что стоит знать. Спасибо за предупреждение, Берт.

* * * Вальдис сообщил Джейсону и его команде, что они скоро вернутся в Зеркальное королевство. Две команды договорились об одном финальном матче в миражной камере семьи Геллер. Джейсон и Хамфри собрали свою команду на плавучем доме, чтобы обсудить стратегию.

— Я очень хочу победить, хотя бы раз, — сказал Нил. — Отправить его прочь, зная, что мы можем стоять рядом с лучшими.

— Это легче спланировать, чем выполнить, — сказал Хамфри. — Они все близки к бронзовому рангу, более опытные и работают как команда гораздо дольше. Они смогли разобрать каждую стратегию, которую мы пытались применить, сохраняя спокойствие и отвечая тактикой, которая эффективно использует их превосходящую силу и отработанную командную работу.

— Тогда мы нарушим их спокойствие, — сказал Нил. — Затрудним их эффективность, нарушим их командную работу. Неужели у тебя нет чего-то, Джейсон? Нарушение спокойствия людей — дело всей твоей жизни.

— Ну, я думал о кое-чем, — сказал Джейсон.

— О? — подтолкнул Хамфри.

— Мы думали о команде Вальдиса неправильно, — сказал Джейсон. — Мы разрабатывали стратегию так, будто они были наборами сил и навыков.

— Ты не думаешь, что нам следует разрабатывать стратегию вокруг их сил?

— Конечно, но нам также нужно смотреть на них как на людей. Подумай о Вальдисе. Мы думали о нем как о высокоскоростном, высокоэффективном атакующем ближнего боя и использовали Софи, чтобы сдерживать его. Пытаться вывести его из строя стратегически не имеет смысла. Усилия, чтобы уложить его, стоили бы больше, чем стоит его укладка, по сравнению с тем, как Софи связывает его.

— Ты думаешь, это неправильно? — сказала Софи.

— Думаю, — сказал Джейсон. — Мы не думали о них как о людях. Вальдис — не просто набор сил. Он принц Зеркального королевства. Вся команда была построена вокруг него, древко к его наконечнику копья.

— О, — сказал Хамфри, глаза расширились, когда пришло озарение. — Я понял. Нарушить их спокойствие.

— Вы не против посвятить остальных из нас? — спросил Нил.

— Стратегически, — объяснил Хамфри, — их команда построена вокруг их целителя, Сигрид. Она облегчает и направляет стратегию. Мы пытались навалиться на нее несколько раз, но у них есть опробованные и проверенные стратегии защиты именно от этого.

— Это не новая информация, — сказала Белинда.

— Стратегическое ядро команды — Сигрид, — сказал Джейсон, продолжая свое объяснение. — Политическое ядро, однако, — Вальдис. Принц Зеркального королевства. Он причина, по которой существует их команда, и я обещаю вам, что в их головах центральная фигура команды — не Сигрид, а он. Это наш последний шанс победить их, пока мы не отправимся в Зеркальное королевство однажды и не выбьем дурь из них на их родной земле. Я готов поставить все на то, что нижняя линия команды Вальдиса заключается в том, что он должен выжить, любой ценой.

— Но это бой в миражной камере, — сказал Клайв. — Он выживет.

— Да, — сказал Хамфри, — но эти инстинкты прививались годами. Я могу сказать вам прямо сейчас, их готовили для команды Вальдиса еще до того, как кто-либо из них получил эссенцию.

— Именно, — сказал Джейсон. — Это несоответствие между фактическим ядром их команды, Сигрид, и ядром, которое было вбито в них, Вальдисом, — это брешь в их броне. Если мы пойдем ва-банк на Вальдиса, прямо с порога, держу пари, они сделают ту единственную вещь, которую мы не смогли из них вытянуть. Они совершат тактическую ошибку. Даже если это будет лишь мимолетный момент, прежде чем их дисциплина вернется, этот момент — наше маленькое, но критическое окно.

— Значит, мы делаем финт на Вальдиса, но на самом деле движемся на Сигрид, — сказала Софи.

— Именно, — сказал Джейсон.

— Нам придется по-настоящему продать финт, — сказал Хамфри.

— Это вполне в наших силах, — сказал Джейсон. — Преимущество, которое у нас есть перед ними, — универсальность. Мы адаптируемся быстрее, чем они, к изменениям обстоятельств, поэтому мы можем переключить весь наш тактический подход быстрее, чем они могут отреагировать. Пока мы можем заставить их совершить эту ошибку, мы можем извлечь выгоду, прежде чем они смогут ее прикрыть.

— Ты думаешь, мы победим так? — спросила Софи.

— Только этим — нет, — сказал Джейсон. — Они тренируются вместе годами. Есть хороший шанс, что они перегруппируются и вернут свое построение, даже перед лицом всего, что мы на них обрушим.

— Тогда нам нужно придумать, как это остановить, — сказал Нил.

— Нет, — сказал Джейсон. — Мы пытаемся их остановить, потому что было бы подозрительно, если бы мы этого не сделали, но у нас не получается. Мы сражаемся изо всех сил, чтобы они были настолько рассеяны, что инстинктивно сбиваются в кучу еще больше. Если они собираются приложить столько усилий, чтобы собраться вместе, было бы пустой тратой не использовать это против них. Преимущество того, что наши стратегии никогда не работали против них, в том, что они не видели их до завершения. Пришло время показать Вальдису и его команде некоторые козыри, которые у нас никогда не было шанса вытащить раньше.

Валькирия

Валькирия

Вальдис яростно отбивался от атак Хамфри. Позади него Сигрид отчаянно исцеляла членов своей команды. Даже используя свой меньший меч, Хамфри не мог сравниться со скоростью Вальдиса, но его сила была подавляющей. Вальдис был скорее высокомобильным нападающим, чем защитником, и не мог противостоять шквалу специальных атак. Это вынудило его к медленному отступлению, пока Сигрид отходила за него.

В их предыдущих столкновениях Вальдис всегда в конечном итоге сражался с Софи, в то время как Хамфри использовал свой стиль тяжелого меча, чтобы давить на тяжелого защитника из команды Вальдиса. Он отмахивался от фехтования Хамфри как от сплошной силы, без изящества.

Теперь Хамфри использовал свой меньший меч, стилизованный под ангельское крыло. Несмотря на украшения, это все еще была практичная однолезвийная сабля, сверкающая более быстрыми атаками, чем Вальдис видел от Хамфри в прошлом. Когда он впервые двинулся, чтобы защитить Сигрид, Вальдис предположил, что его превосходные навыки компенсируют то, что его вынудили удерживать позицию. Только сейчас он вспомнил, что мать Хамфри была известной фехтовальщицей. Фехтование Хамфри было столь же строго тренированным, как и его собственное.

Если бы это была просто дуэль, мобильность Вальдиса и опыт дуэлей с более легкими клинками дали бы ему преимущество. Однако, будучи вынужденным оставаться между Хамфри и Сигрид, преимущество перешло к Хамфри, чей стиль был более приспособлен к стоячему столкновению. Он оттеснял Вальдиса шаг за шагом, твердыми, непрекращающимися атаками.

Хотя Вальдис, несомненно, имел более сильную команду, единственным преимуществом Джейсона и его союзников была универсальность. Они видели почти каждый трюк, который могли предложить Вальдис и его высокоэффективная когорта, в то время как у них самих было больше козырей в рукаве. Их способность удивлять была тем, что загнало Вальдиса в положение, в котором он сейчас находился.

Когда бой начался, Софи, которая обычно охотилась за Вальдисом, вместо этого рванула прочь, в то время как остальная часть ее команды сгруппировалась на нем, чтобы продать финт. Переключение Клайва, телепортирующего ее с тяжелым защитником, охраняющим Сигрид, было сигналом прекратить финт и двинуться на нее вместо этого.

Защитник не волновался. Вытеснение защитников было стандартной стратегией, с которой он сталкивался раньше, и его способности включали силу быстрого перемещения, которая позволяла ему перепозиционироваться по мере необходимости. Однако, когда он попытался использовать ее, его дернуло назад, как собаку, пытающуюся рвануть вперед, но остановленную цепью на шее.

Он обернулся, чтобы посмотреть, что его дернуло. Из земли торчал кристаллический стержень, с силовой связью, соединяющей его с ним. Он бросился в заряжающую специальную атаку. Она отскочила от силового поля вокруг стержня, хотя он почувствовал, как удар ослабил поле. Сначала он не заметил, что другая его способность внезапно стала недоступна, как будто он использовал и ее тоже.

Он был человеком и не испытывал недостатка в специальных атаках, поэтому, когда он начал их высвобождать, силовое поле быстро начало прогибаться. Когда поле наконец сдалось, кристаллический стержень взорвался, отбросив его назад. Он был слишком крепким, чтобы это его остановило, хотя он, безусловно, почувствовал это. Это был не первый его опыт с пробивающим броню ощущением резонирующего силового урона.

Он быстро поднялся на ноги, только тогда осознав, что на каждую использованную атаку была потрачена другая сила, включая его критические способности передвижения. Он вспомнил, что это был эффект проклятия, наложенного странной женщиной, меняющей роли в команде противника. С гримасой он начал бежать обратно в сторону основного сражения, обремененный своей тяжелой броней.

Сигрид получила почти смертельный урон, когда Джейсон и его команда устроили свою ловушку из финта против Вальдиса. Как и предсказывал Джейсон, ее команда пережила краткий, но критический момент паники, оставив тончайшее окно, в котором Сигрид была открыта для атаки. Джейсон и его команда были готовы к этому моменту, готовые переключить передачи в тот момент, когда команда Вальдиса двинулась, чтобы защитить его.

Сигрид едва удержалась в живых благодаря использованию мощного самоисцеления, которое не будет доступно снова в течение нескольких часов. Даже тогда она была сильно ранена и даже страдала от некоторых недугов. Атака духа-жнеца Хамфри пробила ее личный щит, дав Джейсону шанс бросить быстрые заклинания в ее сторону, прежде чем щит снова захлопнулся.

Обе команды состояли из шести членов, хотя их составы были очень разными. По сравнению с эклектичной и универсальной командой Джейсона, у Вальдиса были традиционный целитель и тяжелый защитник. Остальная часть его команды была мобильной и ориентированной на атаку, и они преуспевали в тактике быстрого блица. Вместе с самим Вальдисом была копейщица, специализирующаяся на мощных, заряжающих ударах. Их дальнобойными атакующими были лучник, использующий стиль стычки средней дальности, и заклинатель с эссенциями ветра и иглы.

Эти три атакующих оказались в быстро движущемся танце с Джейсоном и Софи, удивленные тем, что пара более чем удерживала свои позиции против превосходящих сил. Софи была даже быстрее их и, по-видимому, неуязвима для вреда. Она отражала снаряды голыми руками, физические и магические. Когда они пытались поймать ее в зональных атаках, они попадали в пустой воздух, который она уже освободила.

Как и Вальдис, трио было поражено мастерством своего врага. Хотя они были разочарованы неспособностью нанести какой-либо реальный урон, они были облегчены ее отсутствием мощных атак. Они переключили свое внимание на Джейсона, но обнаружили, что он доставляет не меньше проблем. Их собственные тени ожили, истощая их ману, когда Джейсон двигался в них и из них по своему желанию. В любой момент он мог появиться или исчезнуть прямо рядом с ними, полосуя своим черно-красным кинжалом или быстро распевая заклинание на ходу.

Хотя радиус действия его кинжала был коротким, обманчивый стиль Джейсона оказался сложным противником. Магия тьмы, составлявшая его плащ звездного света, плавала вокруг него, скрывая его движения, когда теневая рука вытянулась, длиннее даже длинного оружия копейщицы, чтобы ударить кинжалом. Он не наносил критических ударов, но ему это было не нужно с ужасными недугами, которые производили его силы. Незначительные раны оставляли после себя проклятия, яд и невозможно быстродействующую плотоядную болезнь.

Силы Джейсона благоприятствовали затяжному бою, становясь все более впечатляющими по мере того, как бой затягивался. Тени самих врагов, казалось, обернулись против них, интимная и нервирующая форма атаки. Недуги Джейсона наполняли его врагов растущим чувством ужаса, выполняя свою ужасающую работу на плоти искателей приключений. Поток исцеления Сигрид сдерживал это некоторое время, но она не могла опередить неумолимую эскалацию недугов. Они продолжали ухудшаться, в то время как ее мана неуклонно истощалась.

Между быстрыми теневыми прыжками и чистой скоростью Джейсон и Софи мерцали вокруг трио врагов, как спаривающиеся колибри. Джейсон был более агрессивен, чем в своем обычном стиле «вход-выход», его быстрые атаки оставляли лишь поверхностные раны, но каждая из них была часами рока, отсчитывающими время для его врагов. Он даже бросал странные заклинания в сторону Вальдиса и защитника, безумно бегущего обратно к бою. Только эффективное исцеление Сигрид, распространяемое по полю боя, держало ситуацию под контролем, хотя у нее не было времени, чтобы очистить недуги.

Более агрессивный подход Джейсона оставлял его более открытым, но он доверял Софи прикрыть его. Каждый раз, когда их враги думали, что прижали его, внезапно там оказывалась Софи. Большинство команд предпочитали традиционного тяжелого защитника, но Софи демонстрировала истинную ценность архетипа мобильного стража.

Когда все трое их врагов подошли слишком близко друг к другу, Джейсон высвободил один из своих козырей — пиявки, брызгающие из пореза, который он сделал на своей руке. Это вполне могло означать конец боя, если бы не Сигрид. Используя еще одну из своих сил с долгим временем восстановления, каждый член ее команды, кроме далекого защитника, получил недолговечный щит, который взорвался изнутри них, сдувая пиявок, покрывающих их тела.

Многие пиявки были уничтожены на месте, другие разлетелись по полю боя. Даже кратковременное воздействие оставило после себя больше недугов, но Джейсон был застигнут врасплох. Как только он действительно ловил врагов, развертывание Команды Колин, его фамильяра-роя пиявок, обычно было завершающим ударом. Никогда раньше рой не был так тщательно и немедленно нейтрализован.

Со всеми своими членами, вовлеченными в бои, команда Вальдиса столкнулась с еще одной угрозой. Клайв, Белинда и Нил собрались за защитной стеной призывов и фамильяров, готовые к атаке. Стратегия бункера была одной из многих, которые разработала команда; это было место для Белинды и Клайва, чтобы запускать контролирующие и атакующие силы из безопасности. Это также освобождало Нила для выброса щитов и исцеления без давления, которому подвергалась Сигрид.

Нил часто обращался к Сигрид за советом в течение предыдущих недель. Их наборы способностей были похожи, а ее опыт был гораздо более обширным, чем его. Его способность исцелять и защищать свою команду была не намного хуже ее, но она делала это, также служа тактическим ядром команды. Наблюдая за всем и направляя своих товарищей по команде с эффективностью и точностью, Нил не мог не восхищаться невозмутимостью, с которой она направляла свою команду, даже когда Хамфри давил на нее.

Хотя команда Сигрид была поймана в стратегию своих противников и рассеяна, они медленно, но верно перегруппировывались. Их дисциплина и опыт проявились, когда они вернулись в строй, даже будучи вовлеченными в свои индивидуальные бои. Если бы не опасные заклинания, изливающиеся от Клайва, они могли бы уже переломить ход боя. Необходимость защищать свою команду была ключевой причиной, по которой Сигрид была слишком занята, чтобы очистить все недуги, которые наложил Джейсон.

Стена миньонов делала преследование Клайва, Белинды и Нила невыполнимым вариантом для команды Вальдиса, пока они не восстановили подобие порядка. Единственными атакующими, которых они могли выделить, были их собственные фамильяры и призывы, которые могли сделать не более чем инициировать отвлекающую драку монстров.

На стороне Джейсона была зловещая фигура Гордона, его третьего фамильяра. Бесплотный плащ, парящий в воздухе, внутри которого было туманное облако синего и оранжевого цвета, в форме глаза. Дрейфующими вокруг странной сущности были синие и оранжевые сферы с узором глаз, которые стреляли непрекращающимися лучами синей и оранжевой энергии по вражеским миньонам.

Фамильяры Белинды, Клайва и Хамфри также присутствовали, вместе с призванными воинами драконьих зубов Хамфри и призванным големом-куколкой Нила. Голем выглядел как огр, вырезанный из алмаза. С каждой атакой по нему руна появлялась на одной из его многочисленных граней. Фамильяр-черепаха Клайва, Онслоу, стрелял элементальными атаками из магических рун на своем панцире, пока Клайв периодически перезаряжал их своей собственной маной. Онслоу был обратно рядом с Клайвом, как и фамильяр-фонарь Белинды, который стрелял болтами силы во врага. Ее второй фамильяр, иллюзорный дух эха, танцевал вокруг вражеских фамильяров, отвлекая и приманивая их.

Воины драконьих зубов Хамфри обычно были гуманоидными фигурами с телами из слоновой кости, украшенными призванным снаряжением, предоставленным его личной пространственной силой, магической оружейной. В этом случае, однако, призывы были затронуты игральной костью призыва, которую Джейсон подарил Хамфри, которая случайным образом влияла на форму призванных существ. То, что обычно было тремя солдатами из слоновой кости, вместо этого было трио громоздких костяных горилл, покрытых тяжелой призванной броней. Они даже владели увесистыми, окованными железом дубинами.

Последним членом стены миньонов был Сташ, фамильяр-дракончик Хамфри, меняющий форму. Сташ имел преимущество быть универсальным, как и команда, к которой он принадлежал. Он дико двигался через дерущихся фамильяров и призывы, его форма быстро менялась от одной к другой. В один момент он был упругим древесным скрытнем, впитывающим атаку, направленную на горилл. В следующий момент он был порхающей птицей, быстро меняющей позицию.

Призывы и фамильяры на стороне Вальдиса были, как и их владельцы, быстрыми и ориентированными на атаку. Существо, похожее на оборотня, сражалось вместе с гладкой металлической гуманоидной фигурой, покрытой острыми краями. Был шар из игл с хитиновыми паучьими ногами и скорпион, стреляющий шипами из своего жала. Парящим среди них был маленький фонарь, проецирующий щиты для их защиты. Их мощные атаки были притуплены превосходящим числом фамильяров и призывов из команды Джейсона, не делая большого прогресса, кроме как вынуждая Клайва, Белинду и Нила следить за ними.

Силы, защищенные за рукопашной миньонов, были ключевой причиной, по которой команда Вальдиса еще не успела перегруппироваться. Наступательный потенциал Клайва был в основном заключен в одном мощном заклинании, «гнев магистра». Он мог зарядить его и высвободить мощные атаки, с минутным временем восстановления. С способностью Белинды сокращать время восстановления способности на ту же величину, как с помощью способности, так и с помощью ее татуировки, Клайв высвобождал манозатратную, но невероятно мощную серию атак. Поскольку его запас маны был больше, чем у любых двух его товарищей по команде, однако, у него была свобода делать это.

Больше, чем что-либо другое на поле боя, Сигрид была готова ответить на заклинание Клайва лучше всего, выбрасывая свои сильнейшие щиты для перехвата. Даже тогда заклинание пробивало ее защиты, вынуждая Сигрид следовать за ним со своими сильнейшими исцелениями. Как и в случае с высвобождением Колин Джейсоном, только мастерское мастерство и сила исцеления и защиты Сигрид предотвратили окончание боя.

Некоторое время, по крайней мере, способность Белинды зацикливать мощное заклинание Клайва была определяющей силой на поле боя. Она даже скопировала заклинание и сама применила его, когда он закончил. Это была еще одна стратегия, которую они не использовали против Вальдиса раньше, и его команда понятия не имела, как долго Клайв и Белинда могут поддерживать шквал. Они были слишком заняты, чтобы делать что-то еще, однако, и были вынуждены терпеть.

Неспособность команды Джейсона добить Сигрид с помощью их засады была определяющим моментом боя. Не было сомнений, что она была самым влиятельным человеком на поле. Стоя окровавленной и непокоренной со своими валькирьими светлыми волосами, ее пронзительные голубые глаза охватывали каждую часть боя. Она была клеем, который удерживал свою команду вместе после стратегии «разделяй и властвуй» противника; Сигрид была критическим фактором в каждой части поля боя. Сквозь хаос она отчаянно сражалась, чтобы вернуть свою команду в порядок, выкрикивая указания между распевами заклинаний. Их отработанная командная работа и обширный опыт позволили им делать тонкие движения для координации, даже будучи вовлеченными в более насущные проблемы.

Команда Джейсона определила темп боя, но прибытие защитника Вальдиса превратило преимущество врага шесть на пять в равный бой. Время восстановления защитника наконец истекло, и он ворвался на поле боя по указанию Сигрид. Джейсон и Софи были оттеснены, Джейсон не осмеливался нырнуть в построение, в которое Вальдис и его команда входили. Он отозвал тела своего фамильяра Шейда к себе, когда Вальдис начал атаковать их специальными атаками разрушительной силы.

Переформирование команды Вальдиса произошло, когда они поняли, что шквал заклинаний от Клайва и Белинды наконец закончился. Они должны были воспользоваться моментом и переломить ход событий, так как атаки Джейсона поставили их на тикающие часы. Недуги Джейсона были за пределами того, что Сигрид могла устранить, продолжая исцелять команду. Они приняли одно из своих построений с размашистой атакой и двинулись на Клайва, Белинду и Нила. Если бы они могли вывести из строя целителя вместе с Клайвом до того, как его время восстановления закончится, бой был бы окончен.

Вальдис рванул вперед во главе своей команды, сверкая триумфальной ухмылкой при шансе наконец сражаться на своих условиях. Затем он увидел нехарактерно голодную улыбку на лице Хамфри, и беспокойство промелькнуло в его уме. Сигрид также интуитивно почувствовала, что что-то не так, но предупреждение рассеяться пришло слишком поздно.

Кристаллический стержень поднялся из земли в пространстве между двумя командами. Воздух задрожал, когда силовые связи дернули команду Вальдиса к команде Джейсона. Затем команда Джейсона исчезла. Холодная, темная энергия затопила область. Малейшее прикосновение открывало ужасные раны на команде Вальдиса, когда их плоть гнила, как будто она отпрянула.

Связь Белинды сблизила обе команды достаточно, чтобы Нил мог поймать их всех в шестичасовой силе восстановления, которую он получил от своего камня пробуждения жнеца. Редут жнеца поместил его команду в безопасное пространственное пространство и затопил область энергией смерти. Учитывая, что команда Вальдиса была поражена проклятием Джейсона, усиливающим некроз, способность Нила была завершающим приемом, который закрыл бой. В странном, темном пространственном пространстве силы Нила команда начала получать сообщения.

Вы победили [Вальдис Волер].

Вы победили [Сигрид Фрейн].

Как самые способные члены команды, Вальдис и Сигрид поставили себя на кон, чтобы прикрыть остальных, что сделало их первыми, кто пал. Остальные вскоре последовали за ними и, мгновения спустя, проснулись в контрольной комнате миражной камеры.

Вальдис сел на своей платформе, глядя между Сигрид и все еще неподвижными телами вражеской команды внутри. Он издал расслабленный смех.

— Это было неожиданно, — сказала Сигрид.

— И просто подумай, Сиг, — сказал ей Вальдис. — Ты не хотела заводить друзей.

Отъезд

Отъезд

В контрольной комнате миражной камеры Даниэль Геллер воспроизвела запись боя в миражной камере для самого престижного гостя, когда-либо посещавшего ее. Вместе они наблюдали, как разворачивается битва между командой Джейсона и командой принца Вальдиса.

— Они использовали статус моего сына против него, — заметил Король Зеркал. — Похоже, твой сын перенял твой талант находить рычаги давления на людей.

— Нет, не перенял, — сказала Даниэль. — Мой Хамфри — хороший мальчик.

— Понимаю, — сказал Король Зеркал. — Ты объединила его с тем, кто думает больше как ты.

— Этот человек хорош в заведении друзей, — сказала Даниэль. — Просто спроси своего сына.

* * * Вальдис глубоко сожалел о своем настоянии присоединиться к Джейсону в распитии ликеров бронзового ранга. Это была прощальная вечеринка для его команды на плавучем доме Джейсона, и когда он увидел, что Джейсон пьет более высокоранговые вещи, он присоединился, несмотря на предупреждения Джейсона. Он не помнил ничего между этим и следующим утром, когда проснулся с пульсирующей головной болью и отцом, сидящим в ногах его кровати. Теперь, несколько часов спустя, его команда прощалась на палубе плавучего дома, хотя Вальдис ничего не говорил и не слушал, борясь с пульсирующей головой и непокорным желудком.

Вальдис и его команда были собраны и готовы уйти через портал, проведя ночь на плавучем доме после шумной вечеринки. Изначально они путешествовали в Гринстоун на лодке только из-за договоренностей, достигнутых Эмиром. Эмир любил грандиозные появления, о чем свидетельствовало грандиозное прибытие его облачного корабля через несколько дней после того, как Хестер тихо доставила его в город порталом.

Была также проблема с фактическим открытием портала в Гринстоун. Какими бы другими нюансами ни обладала сила пространственного транспорта, универсальным требованием было то, что человек с силой портала должен был посетить пункт назначения первым. Большинство команд были доставлены порталом как можно ближе к Гринстоуну, куда могли добраться их люди, что также было на пути транспортных кораблей Эмира.

— Это к лучшему, — сказала Сигрид Джейсону, кивнув на Вальдиса. — Если бы он был в лучшем состоянии, он бы предпринял последнюю попытку переманить членов твоей команды.

Вальдис выглядел так, будто собирался что-то сказать, затем так, будто его сейчас стошнит, отказавшись от первого, чтобы избежать второго.

— Ты не собираешься делать вербовочный питч от его имени? — спросил Джейсон.

— Моя работа, прежде всего, — сказала она, — держать Вальдиса подальше от неприятностей. Ты определенно неприятность.

Джейсон рассмеялся. — В следующий раз, когда мы увидимся, мы все будем бронзового ранга. Мы, может, навестим то твое королевство и дадим вам шанс на реванш в вашей местной миражной камере.

— Ты же помнишь, что мы неоднократно побеждали вас, верно? — спросила Сигрид.

— Ты хороша настолько, насколько хорош твой последний бой, — сказал Джейсон. — Это делает нас победителями, оставляя вас возвращаться домой в позоре.

Она покачала головой. — Я все еще не могу полностью разгадать тебя, Джейсон Асано. Ты дурак, гений или монстр?

— Да, — сказал он с озорной ухмылкой.

Внезапно каждый член команды Вальдиса опустился на одно колено, кроме самого Вальдиса. Собственная команда Джейсона последовала за ними через удар, оставив Джейсона и Вальдиса единственными на ногах. Джейсон обернулся и обнаружил мужчину, стоящего на палубе, которого он не почувствовал, даже через свою связь с лодкой. Мужчина был одет хорошо, но не экстравагантно, выглядел лет на тридцать с небольшим, с аккуратно подстриженной светлой бородой.

Его внешность была непримечательной, но его аура была чем-то совершенно иным. Она не была подавляющей, на самом деле, как раз наоборот. Джейсон едва мог сказать, где заканчивается аура мужчины и начинается остальной мир, как будто сам мир был продолжением его силы.

Другой мужчина прошел по облачному трапу на палубу с причала. Его положение и осанка отмечали его как подчиненного первому мужчине, несмотря на его собственную мощную ауру золотого ранга. Он недовольно смотрел на Джейсона.

— Тебе следует встать на колени, — сказал он Джейсону.

— Зачем? — спросил Джейсон.

— Чтобы проявить свое уважение. Ты стоишь перед королем.

— Если требуется обязательное коленопреклонение, это не уважение, которое вы ищете. Кроме того, король? Я имею в виду, он король, я признаю. Конечно, не мой король, однако.

— У вас вообще есть монархи там, откуда вы родом? — спросил Король Зеркал. Его голос был глубоким, богатым и с оттенком веселья.

— Вроде того, — сказал Джейсон. — Мы сами решаем свои дела, но старики любят иметь королевскую особу или две, плавающие вокруг, поэтому мы время от времени одалживаем чью-то королеву.

— Вы одалживаете королеву?

— Ага, — сказал Джейсон. — Мы привозим ее, возим по улице, чтобы люди могли помахать, а потом отправляем обратно. Это работает для всех.

— Это безумие, — сказал помощник Короля Зеркал. — Он рассказывает странные истории пришельцев, чтобы проявить к вам неуважение.

Король Зеркал рассмеялся. — Что он делает, так это тыкает в гнездо, чтобы посмотреть, насколько агрессивны осы. Ты напоминаешь мне Даниэль Геллер, когда она была молодой и вундеркиндом.

— Спасибо, — сказал Джейсон.

— Тебе придется простить моего друга Хастора, — сказал Король Зеркал. — Среди его разнообразных и ценных ролей — быть офицером протокола, в чем он очень преуспевает.

— Спасибо, Ваше Величество.

— К сожалению, — продолжил Король Зеркал, — черты, которые делают его отличным офицером протокола, служат ему меньше в более неформальных условиях. Если нет таблицы, чтобы рассадить всех в комнате по относительному рангу, он начинает нервничать.

— Ваше Величество! — протестовал Хастор.

В этот момент Вальдис, который скрывался за Джейсоном, проиграл битву со своим желудком. Шатнувшись к краю палубы, он громко вырвал за борт.

— Хорошо, что я повысил свою силу сопротивления яду, — доверительно сказал Джейсон Королю Зеркал. — Она впитала как раз нужное количество алкоголя. Также, у меня, по-видимому, нет желудка. Я собирался спросить об этом своего приятеля Клайва — это Клайв, стоящий там на коленях, — но решил, что ответ будет довольно грубым. Что может звучать странно, исходя от парня с силами гниения плоти, но вот так.

— Похоже, мой сын усвоил урок об ограничениях, — сказал Король Зеркал со смешком. — Их бывает трудно найти для принцев.

Вальдис пошатываясь вышел вперед, чтобы встать рядом с Джейсоном.

— Пап, — прохрипел Вальдис в приветствии.

Король Зеркал одарил сына кривой улыбкой.

— Весело?

Вальдис издал безмолвный стон, и Король Зеркал снова усмехнулся.

— Спасибо, что терпели моего сына, мистер Асано. Думаю, пора идти.

— Без проблем, Ваше Королевство. И можете называть меня Джейсон.

Король Зеркал ухмыльнулся и обнял сына за плечи, тот простонал.

— Пойдем, мальчик; ты можешь объяснить состояние, в котором находишься, своей матери. Если можно, Хастор?

Хастор вызвал портал, который выглядел как лист стекла, и Король Зеркал направил своего сына в него. Как раз перед тем, как пройти через него, Вальдис обменялся с ухмыляющимся Джейсоном многострадальным взглядом, уходя с волной. Как только король ушел, команды Джейсона и Вальдиса встали, Сигрид вежливо отошла, чтобы поприветствовать Хастора. Недовольное выражение лица Хастора смягчилось от их краткого и формального, но все еще теплого взаимодействия.

— Приятно видеть тебя, отец, — сказала Сигрид после своего формального приветствия.

— Погоди, этот парень твой отец?

— Он мой отец, — подтвердила Сигрид.

— И он не получает объятий? Это холодно.

Сигрид усмехнулась, качая головой.

— Спасибо за гостеприимство, — сказала она команде Джейсона. — С нетерпением жду следующей встречи.

Она повела остальную часть своей команды через портал, оставив только Хастора с Джейсоном и его командой.

— Спасибо, — сказал Хастор, к удивлению Джейсона. — Хотя я не могу согласиться с вашим грубым дефицитом этикета, у юного принца не так много друзей, которые будут стоять рядом с ним, а не на коленях.

Хастор не стал ждать ответа, шагнув через свой портал, который затем исчез.

— Это было неожиданно, — сказал Джейсон. — Итак, портальная леди Эмира — Хестер, а портальный парень того парня — Хастор, — размышлял он. — Портальные силы — это именная вещь?

— Конечно, нет, — сказал Клайв. — Тебе нужно следить за своим декорумом в присутствии королевских особ.

— Нужно? — спросил Джейсон. — Я скорее думал, что мне нужно стать достаточно могущественным, чтобы они следили за своим декорумом в моем присутствии.

* * * Стоя на пристани, Джейсон вернул свой плавучий дом, сделанный из облаков, в магическую флягу, в которой он хранился, облачная субстанция извивалась, как джинн, входящий в бутылку. Как только облачный дом был полностью возвращен, Джейсон взял из инвентаря большой пивоваренный бочонок.

Там был маленький краник, под который он подставил флягу, прежде чем открыть ее, позволив кристальной промывке вылиться внутрь. Несмотря на то, что вылилось гораздо больше жидкости, чем фляга должна была быть способна вместить, она не показывала никаких признаков наполнения, приняв все содержимое бочонка, даже не став тяжелее.

Он не восстановил плавучий дом после опорожнения бочонка, так как брал его с собой в предстоящий дорожный контракт своей команды. Это обеспечило бы приятное размещение, пока они бродили по пустыне, хотя это оставило Руфуса и Гэри, которые также останавливались в облачном доме, без жилья до их возвращения.

С конфликтом с культом Строителя на неловкой паузе, Гэри и Руфус переключились на другие начинания. Гэри должен был воссоединиться с Эмиром на Озере Небесного Шрама, в то время как Руфус должен был остановиться в поместье Геллер, поскольку он перефокусировал свое внимание на своем проекте пристройки академии обучения.

Борьба против культа Строителя была в затишье после рейда на их островную заставу. Церковь Чистоты находилась в своего рода подвешенном состоянии, пока все ждали вестей свыше, будь то экуменический совет, сформированный для расследования их, или сами боги. Тем временем люди из церкви Чистоты были комфортно, но тщательно задержаны под властью экуменического совета.

Как только Джейсон осушил бочонок кристальной промывки, восстановив очищающие функции своего магического жилища, пришло время отправляться. Это была короткая прогулка от пристани до станции кольцевой линии для Джейсона и его команды, которая доставила их в кампус Общества искателей приключений. Ожидала их снаружи зала заданий сестра Хамфри, Генриетта.

Генриетта была статной и красивой женщиной, чьи коротко стриженные волосы драматично зачесаны назад. В практичной кожаной одежде и с пространственной сумкой, перекинутой через плечо, она обладала уверенной легкостью опытного искателя приключений. Ее глаза были ярко-фиолетового оттенка, верный признак обитающего в них призванного фамильяра. Фамильяр-фонарь Белинды, Мерцание, был аналогичным образом поглощен ее глазами, окрашивая их в серебряный цвет.

Генриетта была специалистом по миньонам, и Джейсон знал, что у нее внутри тела будут три призванных фамильяра. Ее четвертый фамильяр был связан с ней, как Сташ с Хамфри. Это был феникс, классическая разновидность, родная для пустыни. Магическая птица была редкой и неуловимой; люди жили целые жизни и умирали в пустыне, так и не увидев ни одной. Это было великолепное существо с перьями, как живой огонь, которые выделялись, даже когда фамильяры были обычным зрелищем. Поскольку феникс не мог маскироваться так, как Сташ, Генриетта в основном оставляла мистическую птицу на произвол судьбы. Она всегда могла чувствовать ее и общаться с ней.

Призванные фамильяры имели ряд практических преимуществ перед связанными типами, но связь была не без своих бонусов. Связанного фамильяра можно было чувствовать в любое время, в то время как призванных фамильяров можно было чувствовать только будучи поглощенными внутри призывателя, что не было практическим преимуществом. Ближайшим к этому у Джейсона был Шейд и его три тела. Пока другие тела Шейда были снаружи, Джейсон мог чувствовать их, пока хотя бы одна копия Шейда занимала место его собственной тени. Это также помогало сделать Шейда полезным шпионом.

— Я уже взяла контракт, — сказала Генриетта. — Пойдемте.

Каждый дорожный контракт состоял из группы железных рангов с контролирующим бронзовым рангом. В нынешние, неопределенные времена, Генриетта назначила себя присматривать за своим братом и его командой. Даниэль также убедилась, что у Генриетты были определенные дорогие магические расходные материалы, чтобы использовать их в крайнем случае.

Команда развернулась и направилась обратно к кольцевой линии. После ухода со станции они приготовились отправиться в пустыню. Клайв договорился о тяжелом скиммере, который мог справиться с каменистой местностью, чтобы он ждал их на краю дельты. Скиммеры, специализирующиеся на песке, были относительно дешевыми, но магия, которая удерживала их в воздухе, становилась менее эффективной на пересеченной, обширной местности. Зная, что они будут бродить далеко и широко, Клайв заказал более прочную модель, разработанную для всех видов местности.

Чтобы добраться до заставы Магического общества на краю дельты, команда развернула свои различные средства передвижения. После возвращения из поездки в Джаяпуру у команды появились новые средства передвижения.

У Хамфри уже был Сташ, который с радостью превращался в хайделя, на котором он мог ездить. Хайделы были примерно формы лошадей и были одомашнены для тех же целей, но у них была чешуя вместо волос и две головы. Сташу не нравился цвет обычных хайделов, оставляя Хамфри ездить на ярко-розовом животном.

Фамильяром-скакуном Джейсона был Шейд, который также мог превращать каждое из своих трех тел в скакунов благодаря силе темного всадника Джейсона. Поскольку Джейсон находил хайделов жуткими, Шейд превратился в трио лошадей. Волосы каждой лошади были черными, с белыми, светящимися копытами, глазами и гривой. Белый туман, сияющий на фоне черной шерсти лошадей, поднимался от копыт. Джейсон был бы удовлетворен, пока Шейд не превратился в хайделя, но был в восторге от великолепной формы, которую он принял.

— Выглядишь сексуально, Шейд.

— Я хотел бы напомнить, — сказал Шейд, — что этот комментарий неуместен на многочисленных уровнях.

С каждым из трех тел Шейда, превращающимся в лошадь, у Джейсона, Софи и Белинды было по одной для езды. Шейд даже проявил седла, хотя только с ремешком для захвата рукой на седле вместо поводьев, удил и уздечки. Джейсон не был великим наездником, но умел ездить после семейных поездок на ферму двоюродного брата его матери в детстве. Он был, по крайней мере, способен помочь Софи и Белинде усесться на своих собственных лошадях.

Клайв приобрел парящий диск во время их поездки. Он был во многом таким же, как те, что они использовали в Джаяпуре, но мог функционировать в зонах с низкой магией, таких как Гринстоун. Как и в большинстве таких случаев, им мог управлять только кто-то со специальной силой для использования магических инструментов. У Нила не было такой силы и фамильяра, меняющего форму. Он оказался в парящей тележке, буксируемой за Клайвом магической связью.

— Это не кажется достойным, — сказал Нил, когда Клайв тащил его, как ребенка в тележке. Он посмотрел на Генриетту, которая ехала на хайделоподобном конструкте-существе, странно сделанном из того, что выглядело как сложенная бумага. Оно не выдержало бы суровости боя, но могло сложиться достаточно маленьким, чтобы носить в кармане, как двухголовая лошадь-оригами.

— Мне следовало купить одну из них, — посетовал Нил. Он видел их в продаже в Мистическом квартале в Джаяпуре, но побоялся цены. Учитывая деньги, которые у него все еще оставались от аукционов эссенций, он теперь сожалел о своей собственной осмотрительности.

— Я смотрела запись вашего боя с тем принцем и его командой, — сказала Генриетта, когда они ехали по городским улицам.

— Что ты думаешь? — спросил Нил. — Победа над той командой впечатляет, верно?

— Впечатляет? — пренебрежительно спросила Генриетта. — Это был травести. Вы выстроили своих фамильяров и призывы, как будто они были кирпичами в стене. У вас есть представление, сколько потенциала вы разбазарили?

Как специалист по использованию призывов и фамильяров, Генриетта находила тактику, которую команда использовала для своих, болезненной для наблюдения.

— Во время этой поездки я буду муштровать вас всех, пока вы не перестанете тратить своих фамильяров. Джейсон — единственный из вас, кто даже начинает использовать своих фамильяров должным образом, и ему еще предстоит пройти долгий путь.

— Спасибо, — сказал Джейсон.

— Я бы не была так счастлива, — сказала Генриетта. — Твое выступление было лишь приличным по сравнению с остальной этой кучей. Ты также оставил одного из своих фамильяров стоять без дела с остальными. Ты будешь муштроваться так же усердно, как и все остальные.

— Я не против немного тяжелой работы, — сказал Джейсон.

Генриетта ухмыльнулась ему.

— Ты будешь, когда я закончу с тобой.

Они пробирались по Бродстрит-бульвару, одной из главных артериальных дорог между Островом и северо-восточными воротами Старого города, когда все они почувствовали всплеск ауры. Посмотрев в том направлении, они могли видеть радужный свет, сияющий над крышами с расстояния нескольких улиц.

— Манифестация, — мрачно сказала Генриетта. — Прямо посреди города.

— Может, это будет просто камень пробуждения, — сказал Нил.

— Не с таким размером светового дисплея, — сказал Клайв. — Это монстр. Вероятно, серебряный ранг.

— Серебряный ранг? — сказал Нил. — Мы идем?

— Конечно, мы идем, — сказал Джейсон. — Мы искатели приключений.

— Я нет, — сказала Белинда. — У меня еще не было моей оценки. Означает ли это, что мне можно не идти?

Джейсон одарил ее ухмылкой. — Нет.

Он побудил свою теневую лошадь к галопу, рванув впереди группы. Позади него тянулся звук копыт по утрамбованной земле улицы, смешанный со звуком голоса Шейда.

— Я хотел бы напомнить, — сказал Шейд, — что я умею говорить. Ты мог бы просто попросить меня идти быстрее, вместо того чтобы вонзать пятки.

Никакого горшка с золотом

Никакого горшка с золотом

Жители Старого города реагировали на радужный свет, сияющий в воздухе, одним из двух способов. Многие бежали со всех ног, проносясь мимо Джейсона и его команды, которые ехали к источнику переполоха. Другие пытались найти место, чтобы понаблюдать с безопасного расстояния. В худшем случае они увидят искателей приключений в деле. Еще лучше — если это окажется эссенция. Может, им даже удастся урвать ее для себя.

Джейсон и его команда были не единственными искателями приключений, примчавшимися сюда. Была еще одна команда железного ранга в полном снаряжении, плюс горстка людей с аурами железного и бронзового рангов, которые, судя по их повседневной одежде, просто оказались здесь по гражданским делам. Джейсон и его команда спешились со своих транспортных средств.

— Как только монстр проявится, — сказала Генриетта, — все следуйте моим указаниям. Если появятся вторичные монстры низкого ранга, я поручу часть из вас разобраться с ними. В противном случае вы займетесь контролем толпы. Зеваки не захотят уходить, пока ситуация не станет опасной, поэтому нам нужно будет не дать им запаниковать и затоптать друг друга.

Радужный свет пробивался из-под земли. Куски улицы разлетались в стороны и парили в воздухе, словно одуванчики на ветру, пока свет поднимался из оставшихся после них дыр. Собравшиеся искатели приключений подошли ближе, чтобы заглянуть в отверстия, и сквозь свет увидели, что внизу есть довольно просторное помещение.

— Какой-то узел водопроводных туннелей, — сказал Клайв. Он достал из личного хранилища каменную табличку, чтобы свериться с ней. Магическая карта, выгравированная на ней, менялась, когда он проводил пальцами по поверхности.

— Это тревожно, — сказал Клайв, найдя то, что искал. — Прямо под нами находится узел очистки сточных вод. Вероятно, он был поврежден из-за столь сильного проявления.

— Ты считаешь это тревожным? — спросил Джейсон. — По-моему, ты упускаешь главное.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Клайв.

— Монстры принимают формы в соответствии с окружающей средой, верно?

— О, — сказал Клайв, и до него дошло.

— В чем дело? — спросила Генриетта.

— В конце этой радуги нет горшка с золотом, — сказал Джейсон. — Думаю, мы сейчас будем сражаться с монстром из дерьма.

Едва он это произнес, как из дыр в земле забили гейзеры грязной воды. Собравшаяся толпа с шумом отпрянула, когда с неба посыпались комья вязкой воды, принеся с собой ужасную вонь. Джейсон быстро вытащил свой магический зонт, защищаясь от дождя из сточных вод пузырем, который образовался вокруг него. Белинда и Софи тут же нырнули в пузырь вместе с ним, в то время как остальные смотрели на них с завистью, быстро пропитываясь нечистотами.

— Думаю, нам понадобится еще бочонок кристального очистителя, — сказал Джейсон.

Разбрызгивающаяся вода не оставалась неподвижной после приземления. Подобно живому существу, она ползала по земле, зданиям и даже людям, на которых попадала, стремясь слиться в лужи.

— Дождь и есть монстр, — крикнула Генриетта. — Какой-то элементаль.

По мере того как дождь собирался в лужи, они начинали излучать ауры. Самая большая лужа конденсировала ауру серебряного ранга, те, что поменьше — бронзового или железного.

— Начинайте атаку, если у вас есть что-то эффективное, — крикнула Генриетта, обращаясь не только к команде Джейсона, но и ко всем собравшимся искателям приключений. — Против элементаля водного типа лучше всего подойдут взрывчатка или способности с резонирующей силой. Избегайте льда или всего, что основано на воде, если только не сможете заморозить и разбить его одновременно.

Элементали формировались везде, где скапливалась вода: от середины улицы до плоских крыш и даже на навесах магазинов. Глобулярные массы густой, прогорклой жидкости сгущались в желеобразные куски, пока накопившаяся груда не начинала извиваться в сторону ближайшего живого существа. Они просачивались по земле, переливались через стены и выплескивались из любых емкостей, в которых скапливались сточные воды, шлепаясь на землю. Джейсон заметил, как один элементаль просочился из тележки с фруктами, стекая между ними, словно какой-то нечестивый сок.

— Прямо как смузи из кейла, только хуже, — пробормотал он про себя.

Гордона, обитавшего в ауре Джейсона, было гораздо легче вызвать, чем Колина, который жил в его кровотоке. Джейсону нужно было лишь правильно спроецировать свою ауру, чтобы Гордон появился рядом, и вскоре синие и оранжевые лучи силы прокладывали себе путь сквозь элементалей.

Афликции Джейсона были бесполезны против собственных сил элементалей, поэтому он вытащил меч, хотя знал, что принесет больше пользы в другом месте.

— Мне лучше заняться контролем толпы, — сказал он Генриетте. — Это плохой матч-ап для меня.

Генриетта кивнула.

— Ты знаешь свою команду лучше меня, — сказала она. — Распределяй роли.

Джейсон взял Софи в помощь по контролю толпы, так как ее скорость была полезнее ее кулаков против ходячих монстров из канализации. Остальных он назначил на охоту за элементалями. Мощные атаки Хамфри могли разнести элементаля на куски, снова делая магически заряженную воду инертной. Клайв держал свой легендарный посох под одной рукой, а легендарную палочку в другой, выпуская энергию силы из обоих. Нил следил за всем полем боя, защищая и исцеляя всех, кто в этом нуждался — от своей команды до других искателей приключений и мирных жителей. Белинда использовала свою силовую привязь, чтобы собирать элементалей вместе, где все искатели приключений могли обрушить на них площадные атаки.

Другие искатели приключений также вступили в бой, когда элементали появились на обширной территории улиц, переулков и крыш, куда выпал дождь из сточных вод. В их числе была и Генриетта, которая призвала своих фамильяров. Она выдохнула, и ее дыхание превратилось в вихрь пепла и углей, который бросился на жидких элементалей, испаряя их в облака зловонного, удушливого пара.

Из глаз Генриетты полился фиолетовый свет, из которого проявился огромный, причудливый парящий глаз, удерживаемый в воздухе кожистыми крыльями по бокам сферы. Он летал вокруг, проецируя луч фиолетовой энергии, который разрывал элементалей на части. Последним фамильяром был фонарь, излучающий мягкий зеленый свет, который исцелял любое живое существо, с которым соприкасался. Она отправила его на поиски мирных жителей, застигнутых врасплох и отрезанных элементалями.

Даже ранее отсутствовавший феникс Генриетты появился, нырнув с неба, словно горящее копье. В серии пикирующих ударов он пронзал элементалей, и их водянистые тела взрывались брызгами нечистот и пара.

Заставив своих фамильяров работать, Генриетта применила способность, не похожую на умение Клайва рисовать ритуальные круги. Ее же была предназначена специально для призыва существ. В то время как большинству людей приходилось выкладывать круг из соли или другого подходящего вещества, она нарисовала в воздухе пальцем простой магический круг, который проступил серебристо-голубым светом. Она закончила за считанные мгновения, и круг превратился в мерцающий портал, из которого один за другим выходили призванные существа.

Первым был ворон из золотого огня, внешне похожий на феникса, но полностью состоящий из золотого пламени с горящими красными глазами. Он вылетел из портала и присоединился к фениксу в его пикирующих ударах. Следующим из портала вышел крылатый кентавр в доспехах, со щитом и копьем. Он поскакал в гущу сражения, сокрушая элементалей широкими ударами щита и сокрушительными ударами собственных крыльев, которые он использовал как дубины.

Третья сущность, вышедшая из портала, выглядела как странный темный ангел. У него не было рук, но было четыре крыла: два черных и два белых. Вокруг него парили четыре бесплотные руки. Он взлетел в воздух, возвышаясь над хаосом и посылая парящие руки. Там, где они касались союзника, союзник исцелялся. Там, где они касались элементаля, элементаль высыхал. Рука вдавливалась в элементаля, пока тот не превращался в сухой, твердый комок отходов, после чего снова улетала.

Последним призывом был голем из грубого железа, светящийся от внутреннего жара. Подобно кузнечному голему, которого Джейсон видел в прошлом у Гэри, у этого печного голема за металлической решеткой в торсе было пламя, а не расплавленный металл.

Элементалей, на которых можно было охотиться, было предостаточно, так как их появлялось все больше и больше. Гейзеры сточных вод продолжали бить без остановки, и дождь из нечистот продолжал лить. Пока одни сосредоточились на том, чтобы как можно быстрее уничтожить элементалей, Джейсон, Софи и некоторые другие искатели приключений рассредоточились, чтобы помогать людям. Дождь пролился дальше, чем кто-либо ожидал, просачиваясь под двери и в здания вокруг них.

Распределив роли, Джейсон не мог больше уделять внимание тому, что делает остальная команда. Он использовал голосовой чат для связи, но в основном канал оставался свободным для координации Хамфри, Клайва, Белинды и Нила.

Больше всего он полагался на свою развитую способность карты; теперь она умела выделять друзей, врагов и нейтралов. Джейсон бегал вокруг, а Гордон следовал за ним. Джейсон держал при себе одно из тел Тени, чтобы общаться с двумя другими, которых он отправил на разведку. Способность Тени высасывать ману оказалась эффективной даже против элементалей, которые, по сути, были магически заряженной физической материей. Высасывание магии из них оказывало сильное разрушительное воздействие на их целостность.

Он сражался с элементалями, когда приходилось, и его меч оказывался достаточно эффективным. По крайней мере, его хватало, чтобы вытаскивать людей из мест, где они оказались заперты, и находить им путь из-под дождя. Поначалу он полагался в основном на своих фамильяров, пока накапливал силу на мече, чтобы тот разрезал элементалей с одного удара.

Люди были разбросаны, паниковали и принимали неверные решения. Элементали проникали в их дома и магазины, а они бежали в совершенно неверном направлении. Это было похоже на попытку пасти котов во время грозы.

Из-за того, что люди разбежались, а дождь лил на целом ряде улиц, переулков и зданий, Джейсон не всегда успевал добраться до них вовремя. Некоторых он находил мертвыми, утонувшими в вязких нечистотах. У него не было времени размышлять о том, насколько он привык к смерти, он уже искал следующего человека, которого мог спасти.

Казалось, гейзеры сточных вод никогда не закончатся. Все больше и больше зловонной жидкости извергалось в небо, проливаясь дождем и образуя все новых элементалей. Сначала сливались более мелкие, железного ранга, за ними следовали более крупные, бронзового ранга. К тому времени, как самая большая лужа сгустилась в возвышающегося элементаля серебряного ранга, искатели приключений в основном уже эвакуировали паникующих невинных. Высотой с двухэтажное здание, он навис над искателями приключений, сражающимися с его меньшими сородичами. К счастью, с его формированием гейзер нечистот наконец иссяк.

По мере продолжения битвы прибывало все больше искателей приключений. Генриетта и другие бронзоранговые готовились противостоять гигантскому элементалю, когда прибыл первый серебряноранговый. С темными волнистыми волосами, широкими плечами и огромным молотом он спрыгнул с крыши соседнего здания. Он прибыл уже после того, как дождь из нечистот прекратился, но быстро покрылся грязью, так как с каждым взмахом его гигантского молота от элементаля отлетали огромные куски. Это был огромный кусок металла, даже рукоять, но он размахивал им так, будто тот весил не больше палки.

Прибытие серебрянорангового и прекращение дождя, формирующего новых элементалей, ознаменовали поворотный момент в битве. Каждый ранг искателей приключений переключился на соответствующий ранг элементалей, с которыми быстро расправились. После битвы искатели приключений собрались вместе, в основном покрытые грязью. У немногих были способности к созданию щитов, которые защитили их, в то время как другие уже использовали кристальный очиститель или подобные предметы, чтобы очиститься. Джейсон бросил бутылку кристального очистителя серебряноранговому, который теперь был с ног до головы в грязи.

— Спасибо, — сказал искатель приключений, выливая бутылку себе на голову. Это вернуло ему мужественную квадратную челюсть и привлекательность, а также блестящие волнистые волосы. — Судя по плащу, который на тебе, полагаю, ты тот самый Джейсон Асано, о котором все говорят.

— Это я, — сказал Джейсон.

Искатель приключений оглядел команду, формирующуюся вокруг Джейсона. Его взгляд упал на Софи и Белинду.

— Значит, кто-то из вас двоих — Софи Уэкслер?

— С чего бы тебе слышать обо мне? — спросила Софи, беря одну из бутылок кристального очистителя, которые раздавал Джейсон.

— Директор Общества искателей приключений поручил моему другу тайно следить за тобой месяцами. Именно он тихо вмешивался, чтобы помочь тебе избежать поимки. Конечно, ему не разрешалось говорить об этом в то время. Немного сомнительно с этической точки зрения, но что есть, то есть.

— Я встречался с ним ненадолго, — сказал Джейсон.

— О, я знаю, — со смехом сказал искатель приключений. — Ты заставил его получить нагоняй, так что он тебя ненавидит.

Генриетта подошла к группе, кивнув серебряноранговому искателю приключений.

— Хороший тайминг, Берт.

— Генри, прошло много времени, — поприветствовал в ответ искатель приключений.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Ты Бертранд Бертинелли?

— Можешь звать меня Берт, — сказал Бертранд.

— Ого, — сказал Джейсон. — Ты действительно тот самый красавчик.

Слава успеха или цена неудачи

Слава успеха или цена неудачи

Бертранд был самым высокоранговым искателем приключений, поэтому именно на него легла ответственность за составление отчета о проявлении элементалей для Общества искателей приключений. Поскольку он прибыл на место происшествия с опозданием, Генриетта усердно восполнила пробелы в его знаниях. Команда была рада оставить разбор завалов на покрытых грязью улицах ему. Нужно было подсчитать и зарегистрировать потери среди гражданского населения, а также организовать ремонт и уборку. Благодаря какой-то метеорологической причуде магии, в Гринстоуне никогда не было дождей. Все нечистоты нужно было очистить, прежде чем они засохнут на стенах. В конце концов, необработанные сточные воды представляли бы угрозу для здоровья, если с ними не разобраться.

Бертранд реквизировал услуги некоторых других присутствующих искателей приключений, когда команда Джейсона уходила. Их контракт на путешествие удачно освобождал их от этого; у них был график, которого нужно было придерживаться. Они покинули город и направились по прибрежной дороге к северному краю дельты.

— Я слышала, что, учитывая события последних месяцев, — сказала им Генриетта, — некоторые из более отдаленных районов не получают должного внимания. Не все деревни были охвачены искателями приключений за последние два месяца, что, по-видимому, привело к жертвам от монстров железного ранга, которые достигли стадии берсерка. Монстры бронзового ранга, появившиеся в этот период, еще не достигли этой стадии, поэтому мы можем ожидать их повышенное количество на досках объявлений.

— Мы собираемся сражаться с монстрами бронзового ранга? — спросила Белинда. Будучи новейшим и единственным не-искателем приключений в их команде, ее лицо отражало понятную неуверенность.

— Моя роль — преимущественно наблюдательная, — сказала Генриетта. — Хотя с менее способной группой бронзоранговый мог бы взять на себя более активное руководство, это шанс для вас показать не только способности, но и рассудительность.

— То есть мы сами выбираем, сражаться ли с монстром бронзового ранга или обратиться к тебе, — сказал Нил.

— Именно, — сказала Генриетта. — Моя роль — вмешаться, когда я решу, что ваши способности или рассудительность подвели вас, и опасность стала неприемлемой.

— Если эти отдаленные районы, которые мы посетим, были настолько заброшены, — сказал Джейсон, — то я полагаю, были отправлены гонцы с жалобами.

— Были, — сказала Генриетта.

— Готов поспорить, Арелла выбрала маршрут, где мы будем разгребать ее проблемы, оставляя нас наедине с недовольными горожанами.

— Если это все, что она сделает, — сказал Нил. — Ее отец — криминальный авторитет, и она ненавидит тебя, Асано. Я больше беспокоюсь о том, что она попытается убрать тебя здесь, в глуши, прихватив заодно и нас.

— У Ареллы есть корыстный интерес в том, чтобы я оставался жив, на данный момент, — сказал Джейсон. — Она едва удержалась на своей должности, и поддержка семьи Ремор была большой частью этого. Не говоря уже о том, что Хамфри и Генриетта с нами. Их мать не была довольна Ареллой после экспедиции, и если бы Даниэль заподозрила ее в создании угрозы для своих детей, Арелла могла бы просто исчезнуть, и о ней больше никто бы не услышал. Тем не менее, я уже предполагал, что Арелла сделает умный выбор, и поплатился за это предположение. Не помешает быть начеку.

— Она ничего не сделает, — сказала Генриетта. — Моя мать продавила свое участие в надзоре за разработкой нашего графика. Она также предоставила Хамфри и мне определенные ресурсы, на которые можно положиться в критические моменты.

— Если только кто-то другой не получил график и не решил закопать Асано где-нибудь в пустыне, — сказал Нил. — Не все ценят его кавалерское пренебрежение рангами и социальным положением. Даже если бы он не разозлил определенных криминальных авторитетов, что он сделал, у Люциана Лампри есть хорошо известные преступные связи. Я также знаю наверняка, что некоторые старейшины семьи Мерсер действительно ненавидят его.

— За что? — спросил Джейсон. — Они все еще раздражены тем, что у меня хватило дерзости состоять в отношениях с Касандрой?

— Дело никогда не было в тебе, Асано. Это внутренняя семейная политика. Старейшины семьи Мерсер привыкли быть главными, и они были не в восторге, когда леди Талия вернулась в Гринстоун после приключений. Она отрезала кусок их влияния, просто появившись. Они знали, что Талия одобряет тебя и Касандру как пару, поэтому они надавили на семью, чтобы заставить вас расстаться, демонстрируя силу. Они устроили из этого целое событие, мол, ты недостаточно хорош, а Талия не думает о семье.

— Понимаю, — сказал Джейсон. — Они отгоняют меня от своей драгоценной отпрыски, потому что я какой-то никто, а потом внезапно я расхаживаю с приезжими королевскими особами, золоторанговыми и даже богами. Талия выглядит прозорливой, поддержав меня, когда я был никем, а они выглядят дураками, оттолкнув того, чья звезда восходит.

— В этом-то и суть, — сказал Нил. — Ты на самом деле не важен для них, но они все равно обижены на тебя.

— Погоди, Асано, — сказала Генриетта. — Ты и Касандра Мерсер?

— Они с Джейсоном были вместе какое-то время, — сказал Хамфри. — Пока ее семья не заставила ее закончить это.

— Ого, Касандра Мерсер, — сказала Генриетта. — Я завидую.

— Генри! — сказал Хамфри.

— Что? — спросила Генриетта. — Ты не видел Касандру Мерсер? Она умная, веселая и до смешного великолепная. Всегда была такой, даже до того, как у нее появились эссенции.

— Ты ее знаешь? — спросил Джейсон.

— Знала, до того как мы обе отправились в приключения. Наши матери дружат, и мы одного возраста, так что мы вращались на периферии одних и тех же светских мероприятий. Кэсси они нравились больше, чем мне.

Несмотря на то, что Генриетта была старшим искателем приключений, она не была среди самых старших членов группы. Ей был двадцать один год по сравнению с Клайвом, которому было почти тридцать, Джейсоном — двадцать четыре, плюс Софи и Белинда, обе примерно на год моложе Джейсона.

— Как вообще все это дело семьи Мерсер является виной Асано? — спросила Софи. — Они просто пытались использовать его и отбросить, а теперь они раздражены, что он успешен?

— Это одна из проблем аристократии, — сказал Джейсон. — Если учить кого-то, что все остальные существуют только ради их выгоды, нельзя удивляться, когда они начинают использовать людей так, будто те ничего не значат.

— Как аристократ, — сказал Хамфри, — я думаю, что проблема более нюансирована, чем это.

— Хамфри, — сказала Софи. — Каждая проблема, которая когда-либо была у Линди и у меня, была тем, с чем тебе никогда не приходилось сталкиваться, потому что ты родился в большом поместье. Когда Асано появился и дал мне достаточно эссенций, чтобы я могла быть здесь сегодня, это было то, о чем я никогда не могла и мечтать. Что-то невероятное и меняющее жизнь. Но для тебя никогда не было сомнений, что ты не только получишь эссенции, но и сможешь выбирать.

— Джейсон, ты отравлял Софи своей политикой? — спросил Хамфри.

— Хамфри, ты что, не слушал? — спросил Джейсон. — Мы знаем, что ты один из хороших. Мы все видели, как усердно ты работаешь, чтобы заслужить то, что у тебя есть, но если бы ты бездельничал и ничего не делал, ты бы все равно это получил. Проблема аристократии в том, что ты получаешь все награды и зарабатываешь их, только если тебе этого хочется.

— Все не так просто, как ты выставляешь, — сказал Хамфри.

— Никогда не бывает просто, — сказал Джейсон. — Это не отменяет фундаментальных проблем.

— Ты, кажется, много знаешь о политике семьи Мерсер, — сказала Генриетта Нилу, резко пресекая политическую дискуссию решительной сменой темы.

— Пока мы занимались всеми этими тренировками, — сказал Нил, следуя примеру Генриетты, — я находил время, когда мог, чтобы выпить чаю с семьей Тэдвика. Думаю, им нравится, когда есть кто-то, кто знает его, с кем можно поговорить. Не так много тех, кто не ненавидит его полностью.

— Думаю, больше людей возненавидят его к тому времени, как все это разрешится, — сказал Клайв.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Нил.

— Я ближе всех к эксперту по звездным семенам в Гринстоуне, — сказал Клайв. — Со мной консультировались по поводу повторного засеменения Тэдвика, когда культ Строителя продемонстрировал так много инсайдерских знаний об операциях семьи Мерсер во время их рейдов за припасами. Дело в том, что временной промежуток от момента, когда Тэдвика снова захватили, до начала рейдов слишком мал, чтобы объяснить его поведение. Семени потребовалось бы больше времени, чтобы вытеснить его первоначальную личность до такой степени, чтобы он выдал такие важные семейные секреты.

— Ты предполагаешь, что Тэдвик выдал информацию добровольно, — сказал Джейсон.

— Это имело бы смысл, — сказал Нил. — Семья Тэдвика пару раз вела себя неловко, когда мы разговаривали, и я тогда не понимал почему. Если они уже знали то, что ты только что нам сказал, это многое объясняет.

— Конечно, я рассказал им, — сказал Клайв. — Они заслуживали знать больше, чем кто-либо другой.

— Ты думаешь, он связался с культистами? — спросила Белинда.

— Даже Тэдвик не опустился бы так низко, — сказал Джейсон. — Они уже однажды захватили его и имплантировали одну из этих штук. Даже он не был бы настолько глуп, чтобы добровольно пойти на второй круг.

— Ты думаешь, они просто выпытали из него информацию? — сказала Генриетта.

— Это имело бы смысл, — сказал Хамфри. — Мне не нравится плохо говорить о человеке, который, вероятно, сейчас находится в ужасных обстоятельствах, но он кажется тем, кто довольно быстро сломается под допросом.

— И правильно сделает, — сказал Джейсон. — Каждый в конце концов сломается, так что можно сэкономить себе пытки. Я бы так и сделал.

— Ты бы выдал информацию под пытками? — спросил Хамфри.

— Зачем ждать, пока они начнутся? — спросил Джейсон. — Я бы сдался уже при одной угрозе пыток. Я не хочу, чтобы меня пытали. Я бы раскололся как яйцо.

* * * Они двигались по прибрежной дороге, день клонился к вечеру, когда они приблизились к разделительной линии, где дельта встречалась с пустыней. Магическое общество содержало аванпосты на краю дельты, где грузы духовных монет проверялись перед тем, как их передавали от эскорта искателей приключений людям Герцога Гринстоуна для транспортировки в город. План состоял в том, чтобы переночевать на одном из аванпостов, прежде чем отправиться в пустыню утром.

Команда ехала на тяжелом скиммере, который плавно парил над дорогой, словно судно на воздушной подушке. Больше и дороже скиммеров, которые они использовали в прошлом, это был большой десятиместный аппарат. Он использовал магию, чтобы предотвратить шум от потока воздуха, толкающего его вперед, что позволяло пассажирам разговаривать. Они обсуждали элементаля серебряного ранга, появившегося в городе, и было ли это признаком того, что монструозный всплеск наконец начинается.

— Безусловно, есть показатели того, что это может быть так, — сказал Клайв. — Монструозный всплеск — это нечто вроде воды, скапливающейся за плотиной, только с магией. Если скапливается слишком много, прежде чем быть выпущенным — в форме монструозного всплеска, — в итоге получается наводнение, когда это наконец происходит. Тот факт, что так много подчиненных монстров появилось вместе с серебряноранговым, указывает на значительное накопление. Быть элементалем — еще один показатель. Элементали — это, по сути, просто обычные материалы, наполненные магией, поэтому так много материала осталось после того, как всех элементалей разграбили и они испарились в радужном дыму. Такой тип проявления монстров более распространен по мере того, как магия накапливается перед всплеском.

Благодаря присутствию Нила и Джейсона, после битвы с элементалями было много мародерства. В основном это была вода и испорченная квинтэссенция, но была также испорченная эссенция от самого большого элементаля. Этот лут принадлежал Бертранду, так как он убил его, и он собирался передать его Обществу искателей приключений, поскольку тот был в списке ограниченных эссенций.

— Означает ли это, что может возникнуть ситуация прорыва плотины? — спросил Джейсон. — Я как-то предполагал, что именно это и есть монструозные всплески.

— Звучит плохо, — сказал Нил.

— Монструозные всплески — часть естественных магических циклов нашего мира, — сказал Клайв. — Вот почему я сравнил их со шлюзом, который открывают, потому что они являются частью нормального функционирования. Прорыв плотины был бы такой массой магии, накапливающейся без высвобождения, что, как и при прорыве плотины, это фундаментально повредило бы структуру мира. Плотина в данном случае — это мембрана между нашей физической реальностью и астралом. Постоянное повреждение этой мембраны было бы очень, очень плохо, да.

— Как бы это выглядело? — спросила Генриетта.

— Я не могу быть уверен, — сказал Клайв. — Это открыло бы наш мир астральным силам, от которых он обычно защищен, но результаты этого — чистое предположение. Идея обсуждалась, но не на серьезном уровне, потому что этого просто не должно произойти. Естественный процесс сброса монструозного всплеска включился бы задолго до достижения этой точки. Это было бы возможно только при каком-то внешнем вмешательстве, но мы говорим о масштабе силы, изменяющей мир. Люди обсуждали идеи о том, как это могло бы работать, потому что всплески стали приходить дольше, но это конспирологический бред. У нас даже нет зачатков того вида астральной магии, который для этого потребовался бы.

— Разве нет? — спросил Джейсон. — Как продвигается то дополнительное чтение, которое я тебе дал?

— Джейсон, это большой скачок между некоторыми новыми откровениями в астральной магии и изменением магии целого мира. Это просто невозможно.

— Клайв, — сказал Джейсон. — Год назад я не знал, что магия реальна. В тот момент, когда я принял это — по-настоящему принял, — я понял, что не существует такого понятия, как невозможное.

Хамфри оценивающе посмотрел на Джейсона.

— Думаю, я стал чуть ближе к пониманию того, как ты мыслишь, — сказал он Джейсону.

— Я бы не пытался, если бы был тобой, — сказал Нил. — Залезть в этот разум — все равно что сунуть руку в огонь.

— Или в ловушку, — добавила Софи.

— Ты этого не знаешь, — сказал Джейсон. — Иди, Нил, и искупайся в успокаивающем тепле моих мыслей.

— Я лучше искупаюсь в том фекальном элементале, — сказал Нил. Группа рассмеялась над притворно обиженным выражением лица Джейсона.

— Ты так и не ответил на первоначальный вопрос, Клайв, — сказала Софи. — Ты думаешь, это начало монструозного всплеска?

— Возможно, — сказал Клайв. — Блуждание во время монструозного всплеска похоже на путешествие по астральному городу, где проводились испытания Жнеца. Не пройдет и часа или двух, как на тебя напрыгнет какой-нибудь монстр, а мы ехали весь день без происшествий. Это может быть какой-то вспышкой в качестве предвестника всплеска, но они могут случаться за недели, даже месяцы до него.

— Значит, это просто очередное проявление монстра? — спросила Софи.

— Я знаю, кажется, что это что-то значит, потому что монстр появился в городе, но это мы приписываем значение, которого нет. Для проявления монстра город ничего не значит. Оно не более и не менее вероятно появится в городе, чем где-либо еще, но когда оно появляется в городе, а не в дикой местности, нам кажется, что это другое. Вот почему возникает склонность видеть в этом что-то особенное, хотя это не так. Быть проявлением серебряного ранга только добавляет к этому. Они случаются здесь, хотя и редко.

— Сколько времени может пройти между всплесками? — спросила Белинда. — Какой рекорд?

— Чуть меньше четырнадцати лет, — сказал Клайв. — Это был печально известный случай. В этот раз уже больше двенадцати и счет продолжается.

— Может, я просто слишком много об этом думаю, — сказал Хамфри. — Со всем, что происходит с культом Строителя и церковью Чистоты, я не могу отделаться от ощущения, что все это ведет к чему-то. К чему-то большему, чем то, что мы видели.

— Будем надеяться, что нет, — сказала Генриетта. — Вы знаете, что не везде удалось остановить культ Строителя. Большинство крупных мест нашли и закрыли их, но были города и сельские районы, стертые с лица земли, когда местные астральные пространства были оторваны от нашего мира. Моя команда разведала одно из них, прежде чем мы разделились, чтобы отправиться защищать наши родные города. Окраины были опустошены, словно прошел ураган. Сама территория была еще хуже. Там ничего не осталось. Ни растений, ни зданий, ни жизни. Только огромная, зияющая дыра в ландшафте.

— Насколько большая территория? — спросил Нил.

— Размером с озеро, — сказала Генриетта. — Большое. Вы все слышали легенду об Озере Небесного Шрама? Что бог создал его, чтобы наказать грешников, живших там? Вот как это было, словно какой-то бог спустился и вычерпал землю.

— Это ужасающе, — сказала Белинда.

— В основном это были маленькие места, — сказала Генриетта. — Сельские районы или даже дикая местность, где недостаточно, если вообще есть, искателей приключений, чтобы найти и остановить их. Вчера пришло известие о потере города с двенадцатью тысячами жителей. Это самый большой на данный момент, и никто не думает, что культисты закончили.

— Я не осознавал, что все так плохо, — сказал Нил.

— Вы должны понимать, что Гринстоун не является приоритетом по сравнению с остальным миром, — сказала Генриетта. — Вы видите только периферию более крупного конфликта. Культ был в значительной степени ослаблен здесь, и они могут нанести не так уж много ущерба.

— Я бы не был так уверен, — сказал Клайв. — Мы знаем от фамильяра Джейсона, что некоторые люди остались позади, когда астральное пространство было запечатано. Эмир и его люди искали способ вернуться внутрь.

Джейсон промолчал. Он переложил вопрос о возвращении в астральное пространство на Тень, которая сказала, что это возможно, но пока нет. Астральное пространство изначально было стабилизировано бывшим призывателем Тени, который использовал свои собственные способности эссенции как фундамент для большей части инфраструктуры. Это означало установку собственного фамильяра в качестве администратора и строительство арочных порталов на основе его способности к телепортации, пути теней.

Тень предположила, что как только собственная сила Джейсона «путь теней» достигнет бронзового ранга и сможет открывать порталы, то вместе с ней, собственными знаниями Тени об инфраструктуре и достаточно квалифицированным специалистом по астральной магии, возможно, удастся отправить людей обратно в астральное пространство. Джейсон до сих пор никому об этом не рассказывал, так как гарантий не было. Открытие рта сейчас просто сделало бы его мишенью, так как культ попытался бы убить его, прежде чем он повысит уровень своей силы.

* * * — Возвращение сюда — это риск, — сказал Тимос.

— Наша ситуация отчаянная, — сказал Зато.

Зато был последним серебряноранговым, оставшимся в местных силах культа Строителя. Поручив ему руководство эвакуацией, когда их островная крепость была захвачена, он смог сбежать с большим количеством своих людей. Однако никто из его коллег-серебряноранговых не выбрался, что оставило его на позиции лидера. Они перебрались в бывшее Поместье Вейн вместе с членами церкви Чистоты, работающими непосредственно с ними.

— Они знают, что мы использовали это место в прошлом, — сказал Тимос.

— Наши люди, все еще внедренные в Гринстоуне, те немногие, что у нас есть, подтвердили, что они уже проверяли это место и считают, что мы его забросили, — сказал Зато.

— А если они решат проверить снова, выкурив нас из нашего последнего укрытия?

— Тогда последствия все равно будут менее суровыми, чем продолжающаяся неудача. Астральное пространство, которое открыли люди Бахадира, — наш последний шанс доказать свою ценность руководству. Ты видел, что они делают с теми, кто оказывается большей обузой, чем активом?

— Переработка, — сказал Тимос с содроганием. — Я сам не видел, но слышал истории.

— У нас обоих внутри звездные семена, — сказал Зато. — Нет бегства или укрытия. Только слава успеха или цена неудачи. Нам нужна инфраструктура, которую мы здесь спрятали, если мы собираемся претендовать на это астральное пространство.

Они прибыли в то, что когда-то было подземной ритуальной комнатой Ландемира Вейна, и работали над созданием портала, который им был нужен. Все прежнее содержимое было вынесено, даже штукатурка со стен и дерево с пола, обнажив тесаный камень. В камень пола был вмурован захватывающе сложный магический круг из латуни. Они создали его, вырезав каналы в каменном полу и залив туда расплавленный металл. В центре круга находилась грубая арка, сложенная из кирпичей, на каждой видимой стороне которых были вырезаны глифы.

— Наши люди внутри астрального пространства успешно установили маяк, — сказал Зато. — Как только мы его обнаружили, мы смогли нацелиться на него и начать устанавливать астральный мост. Как только он будет завершен и портал откроется, все пройдут через него.

— Все? — спросил Тимос.

— Когда Строитель заявит права на отключенное астральное пространство, мы будем там, триумфально прибыв с последним дополнением к его миру. В любом случае, ты не хочешь остаться здесь. Ты видел окончательные оценки того, насколько разрушительным будет захват этого астрального пространства?

— Не окончательные, — сказал Тимос. — Я знал, что его необычная природа делает его особенным. Последнее, что я слышал, это то, что оно опустошит Гринстоун.

— Знания, использованные для закрепления этого астрального пространства за этим миром, были получены Жнецом от самого Строителя, — сказал Зато. — Разрыв этих связей вызовет ужасающий обратный удар. Нам нужно забрать всех наших людей, хотя бы потому, что Гринстоун и все остальное в радиусе ста километров от Озера Небесного Шрама перестанет существовать.

Прошлое Тимоса было усеяно трупами, которые он оставлял позади, но этот уровень разрушения заставил даже его замолчать.

— Сколько людей это убьет? — спросил он.

— Разве это имеет значение? — спросил Зато.

— Полагаю, нет, — сказал Тимос. Его вспышка сострадания была мерцающим пламенем свечи, быстро погасшим. — Можем ли мы оставить Тэдвика?

Приемлемо

Приемлемо

Низкое, приземистое здание из пустынного камня вмещало в себя немногим больше, чем жесткие койки. Джейсон бросил один взгляд на спартанское общежитие аванпоста Магического общества и зашагал обратно наружу. Там было полно ровного, пусть и каменистого, открытого пространства, и он достал свою облачную флягу.

Он выбрал адаптивную версию облачного дома, и из фляги начал струиться туман. Он сформировался в пять небольших зданий, стоящих кольцом; снаружи они напоминали общежития и были соединены крытыми переходами. Однако внутри облачный дом представлял собой нечто совершенно иное: мягкие, роскошные интерьеры из облачной материи, к которым они все уже успели привыкнуть.

— Это очень расточительно, — сказала Генриетта после своей первой ночи в облачном доме. Три из пяти зданий были спальнями, в то время как два последних включали в себя кухню с обеденным залом в одном и гостиную с баром в другом.

— Ты вольна поставить палатку снаружи, если думаешь, что это сделает тебя изнеженной, — ответил ей Джейсон.

— Мой долг — оставаться с командой, — поспешно сказала она.

— Нам стоит ожидать много работы, — сказала Генриетта на следующее утро, когда они отправились в путь. Их запланированный маршрут заключался в том, чтобы двигаться на север, проверяя деревни вдоль побережья, прежде чем углубиться вглубь материка, проделать путь обратно на юг, а затем вернуться по реке в город.

— Чем дальше мы будем продвигаться, тем больше уведомлений на досках заданий нам будет попадаться, — предупредила Генриетта. — В некоторых случаях я буду делить команду на две группы, чтобы закрывать более одного задания за раз, но не более двух. Мы хотим сохранить хоть какую-то безопасность, обеспечиваемую численностью.

— Сегодня в нашем списке есть одна деревня, — сказал Джейсон. — В прошлый раз, когда я ее видел, она была в полных руинах. Будет приятно увидеть, что ее отстроили.

— Что с ней случилось? — спросила Белинда. — Шторм или нападение монстров?

— Приливный тролль, — ответил Джейсон, — хотя выглядело так, будто пронесся ураган. Это было как раз перед тем, как Клайв и я подобрали вас с Софи. Хамфри и Нил были в экспедиции, и я взял контракт в одиночку. Это был мой первый бронзовый монстр, которого я одолел соло, а также первый, с которым я сражался намеренно.

— Ты в одиночку завалил приливного тролля? — удивилась Генриетта. — Они крепкие и сильные, даже для монстров бронзового ранга. Хамфри со своей эссенцией мощи будет близок к серебряному рангу, прежде чем сможет сравниться с ним.

— Зато они медленные, — сказал Джейсон. — Большие, медленные и без всяких странных способностей. Это сделало его идеальным врагом для меня. Огромная площадь поверхности, за которую Колин мог уцепиться.

— Понимаю, — сказала Генриетта. — Но если ты действовал медленно и методично, используя негативные эффекты, должно быть, было трудно не дать ему добраться до воды.

— Его нельзя было назвать быстрым, — сказал Джейсон. — К тому времени, как он рванул к океану, было уже поздно. Я использовал свое «Казнить», чтобы добить его, прежде чем тролль пересек пляж.

— Ты первый специалист по негативным эффектам, которого я встречаю, — сказала Генриетта. — Все остальные были специалистами по массовому поражению. Очень хороши в отсеивании слабаков и ослаблении основных сил противника. Они очень популярны в командах, и это оправдано. Они отлично начинают бой, но не очень хороши в его завершении. Лучше работают против больших групп слабых врагов.

— Это полная противоположность тебе, — сказал Хамфри Джейсону.

— Я вижу в этом привлекательность, — сказал Джейсон. — Просто накрыть область негативными эффектами было бы неплохо. Я по-настоящему завидовал, когда Бет Кавендиш демонстрировала подобные способности. Я надеялся, что и сам смогу что-то подобное подобрать. Мне приходится потрудиться, чтобы наложить эффекты на людей, и зачастую проще просто пырнуть их ножом в шею и двигаться дальше.

— Тебе нужно избавиться от этой привычки, — сказала Генриетта. — Чем выше твой ранг, тем менее жизнеспособным становится удар ножом. Серебряный ранг вытащит твой нож из своего горла и пырнет тебя в ответ. Если у тебя нет силы, как у Хамфри, или ты не добавляешь урон к своим атакам пассивно, как Софи, обычные атаки будут бесполезны. Люди становятся слишком крепкими на высоких рангах, а монстры — тем более. Если ты кого-то пырнул и хочешь, чтобы это принесло результат, к этому должен прилагаться особый атакующий навык.

— Навешивать на врагов негативные эффекты на этом ранге часто кажется бессмысленным, — сказал Джейсон. — Это не стоит усилий, когда один хороший удар ножом решает проблему.

— Это неправильный подход, — сказал Хамфри. — Привычки, которые мы вырабатываем сейчас, определяют нас в будущем. Тебе нужно сражаться сейчас так, как ты будешь сражаться потом.

— В этом есть смысл, — согласился Джейсон. — К тому же, мне нужно использовать эти способности, чтобы повышать их ранг.

— Может быть, повышение ранга твоих способностей на негативные эффекты даст тебе какие-то массовые эффекты, — предположил Хамфри.

— Не нашел ничего подобного, когда мы с Клайвом просматривали записи Магического общества, — сказал Джейсон. — Оказалось, что мой теневой телепорт открывает порталы, начиная с бронзового ранга. Моя дальность будет намного меньше, чем у Хестер, и он не сможет переносить людей выше бронзового ранга, но это все равно потрясающе.

— Мой телепорт будет дальнего действия и позволит мне брать людей с собой на бронзовом ранге, — сказал Хамфри.

— Моя способность личного пространства, рунные врата, также создает портал на бронзовом ранге, — добавил Клайв.

— Погодите, — сказала Генриетта. — Я знала о способностях Хамфри, но у вашей команды будет три пользователя порталов?

— Мой технически не портал, — сказал Хамфри.

— Это не имеет значения, — сказала Генриетта. — Я думала, что это уже перебор, когда у четверых из вас были способности личного хранилища, но три портала? И ты, Клайв, получаешь оба в одной способности? Большинство команд убили бы за то, чтобы заполучить пользователя портала в свой состав.

— Только не говорите Эмиру, — сказал Джейсон. — Он и так уже пытается переманить Клайва.

— Ты нарасхват, — сказала Белинда Клайву. — Тебе стоит договориться о большей доле добычи.

— Вопрос был, — сказал Клайв, — в том, получат ли способности Джейсона какие-то массовые эффекты. В знаниях Магического общества о способностях Джейсона много пробелов. Его фамильяры, конечно, необычны, но это верно для многих искателей приключений. Он не единственный искатель приключений, у которого есть фамильяр — зверь апокалипсиса.

— Не единственный? — удивился Хамфри.

— Нет, — сказал Клайв. — Есть действующий искатель приключений с другим роевым зверем апокалипсиса. Опустошающие саранчи, кажется, их так называют. Впрочем, я думаю не о способностях фамильяров Джейсона. Многие узкоспециализированные мастера негативных эффектов обнаруживают, что их способности приобретают массовый характер где-то на серебряном или золотом уровне. Из эссенций греха и рока Джейсона у Магического общества есть записи только о том, что делает одна из них после бронзового ранга. Я с нетерпением жду возможности заполнить эти пробелы по мере того, как он будет повышать ранг.

— Эссенция греха чрезвычайно редкая, — сказал Джейсон, — и, по-видимому, не популярная для легендарной эссенции.

— Нужно обладать особым видом высокомерия, чтобы впитать в свою душу эссенцию, отрицающую богов, — сказал Нил.

— Я так не считаю, — сказал Джейсон. — Эссенция греха не об отрицании богов.

— А о чем тогда? — спросил Нил. — Потому что выглядит это именно так.

— Она о природе греха, — сказал Джейсон. — Грех — это нарушение набора правил.

— Именно, — сказал Нил. — Правил, установленных богами.

— Но эти правила произвольны, — сказал Джейсон. — У каждого бога свой набор грехов. Для Знания ложь — это грех, но для Обмана или даже Торговца ложь — часть их основных практик. У каждого бога свой набор правил.

— И что? — спросил Нил.

— И то, что я не думаю, что эссенция греха — о нарушении правил богов. По крайней мере, для меня. Может быть, для кого-то другого это работает именно так.

— Определенно работает, — сказал Клайв. — Я видел некоторые комбинации в записях Магического общества.

— В любом случае, — сказал Джейсон, — у меня это работает не так. Моя эссенция греха, я почти уверен, о том, чтобы иметь собственные правила, которые нарушают другие.

— О, так ты не нарушаешь правила богов, — сказал Нил. — Ты ставишь себя в один ряд с ними. Позволь мне взять назад свои слова о твоем захватывающем дух высокомерии.

* * * Самой сложной частью уведомлений на досках заданий в прибрежных деревнях было обилие океанских монстров. Ритуал воздушного пузыря Клайва был хорош для медленного подводного путешествия, но не выдержал бы боя. Зная, что их маршрут через прибрежные деревни вызовет эту проблему, команда перед отъездом запаслась зельями водного дыхания у Джори.

Они берегли зелья на случай, когда потребуется вся команда. Большинство заданий они решали, полагаясь на магический зонт Джейсона, в то время как его Ожерелье глубин было передано Хамфри.

Предмет: [Ожерелье глубин] (железный ранг, необычный)

*Ожерелье, содержащее силу гигантов глубокого океана *(ювелирное изделие, ожерелье).

Эффект: Игнорирует эффекты высокого давления и перепада давления.

Эффект: Дыхание под водой.

Эффект: Ваш вес увеличен. Вы не можете использовать способности или предметы железного ранга для снижения веса.

Пузырь Джейсона и магический зонт, который его создавал, были довольно стабильны и справлялись с подводным контактом без проблем. Поскольку зонт сам парил над его головой, обе руки оставались свободными, а воздушный пузырь означал, что его движения не замедлялись сопротивлением воды. Самым большим препятствием для его боевой мощи была невозможность выпустить Колина, который не переносил соленую воду. Зато нематериальные Тень и Гордон справлялись с этим отлично.

Ожерелье не давало такого же эффекта свободы движений, но обеспечивало устойчивую опору за счет дополнительного веса, а остальное делала сверхчеловеческая сила Хамфри.

Пара выбралась из океана после того, как уничтожила монстра-краба, который мешал операциям деревни по тралению морского дна. Водная квинтэссенция, которая формировалась вдоль побережья к северу и югу от дельты, составляла основную часть заработка деревни. Их товарищи по команде ждали их на берегу.

— Тебе стоит попробовать обойтись без зонта, — предложил Клайв. — Преодоление рефлекса утопления — хороший способ избавиться от привычки дышать.

— Он всего лишь железного ранга, — сказала Генриетта. — Он утонет.

— Он иномирец, — сказал Клайв. — Его тело получило фору в магической трансформации.

— Полагаю, вы все уже провели тот разговор? — спросила Генриетта.

— Какой разговор? — спросил Джейсон.

— Разговор о том, что «мы все превращаемся в мокрые, магические мешки с плотью».

— Да, было дело, — сказал Джейсон. — Следующим пунктом у нас рассказ Нилу о том, откуда берутся дети.

Самым большим пожирателем времени во время их путешествия должно было стать не передвижение, поскольку тяжелый скиммер, который обеспечил Клайв, быстро и относительно комфортно проносил их над пустыней. Именно усилия, затраченные на охоту за монстрами из уведомлений на досках заданий, поглощали их время. Ни один из них не находился рядом с центрами деревень. Если бы монстры были ближе и представляли большую угрозу для деревни, они бы вызвали немедленную помощь искателей приключений.

Первая деревня была ближе всего к городу и меньше всего нуждалась в дополнительном внимании. Именно в отдаленных деревнях в пустыне они ожидали скопления уведомлений. Вторая из трех деревень, которые они планировали посетить в тот день, была той самой, где Джейсон сражался с приливным троллем.

Поскольку деревню полностью отстроили, он не узнал ее, когда они прибыли под теплый прием местных жителей. После того как им пришлось бежать из своих разоренных домов, Общество искателей приключений отомстило за их павших, вернуло деревню и даже помогло профинансировать восстановление. Они настояли на том, чтобы выразить свою благодарность небольшим обеденным пиром, прежде чем искатели приключений получили шанс взглянуть на доску объявлений.

Наконец они перешли к задаче, которая привела их в деревню. Это был монстр бронзового ранга, но не агрессивный. После приливного тролля просто избегать территории, которую занял зверь, было легкой задачей для жителей деревни. Особенно учитывая, что его территория представляла собой пустынный участок пустыни, не представляющий для кого-либо ценности. Они просто развесили предупреждения на прибрежной дороге, советуя торговцам объезжать это место — обычное дело в мире, где монстры были частью жизни.

— Это будет первый монстр бронзового ранга, с которым многие из вас столкнулись, — сказала Генриетта команде. — Жители деревни определили его как каменного скрытня, который является обычным монстром в этой местности, так что информация должна быть надежной. Он крепкий, сильный и хорошо маскируется в каменистых пустынных районах. Если вы застанете его на песке, его будет легко заметить, но будьте бдительны, если начнут попадаться камни. Он очень хорошо умеет скрывать свою ауру.

— Кроме того, не думайте, что он только один, — добавил Хамфри. — Джейсон, ты будешь основным источником урона.

— Тебе стоит быть осторожным, Джейсон, — сказал Клайв. — Каменный скрытень не такой сильный, как приливный тролль, но и не такой медленный. Он также может совершать стремительные рывки, что он и сделает в засаде.

Каменных скрытней было двое, но бой прошел настолько хорошо, насколько они могли надеяться. Софи, с ее усиленным чувством ауры, обнаружила их прямо перед атакой. Она и Хамфри перехватили их; она сдерживала одного, пока Джейсон принимался за работу. У них уже были призваны существа Хамфри и Нила, которых они направили на поддержку Хамфри.

Каменные скрытни были крупными двуногими ящерами, которые наносили удары огромными кулаками с костяшками. Их сила была такова, что столкновение кулак в кулак сотрясало руку Софи, несмотря на ее способность поглощать атаки. Она в основном уклонялась от ударов, выводя гигантскую ящерицу из себя. Для своего размера он был удивительно быстрым, но для Софи это было ничто.

У Хамфри не было защитной силы Софи, поэтому остальная часть команды поддерживала его. Он держал строй, пока щиты Нила защищали его, один за другим, а затем позволял призванным существам принимать основной удар на себя, пока способности Нила не становились доступными снова.

Клайв и Белинда начали атаку, закольцевав мощное заклинание Клайва: Белинда копировала заклинание после того, как Клайв его использовал, сбрасывала время восстановления, чтобы он мог использовать его снова, а затем сбрасывала собственное время восстановления, чтобы скопировать его во второй раз. Это позволило им выпустить самый мощный атакующий навык команды четыре раза подряд, вместо того чтобы использовать его один раз, а затем ждать отката. Последовательность потребляла огромное количество маны, но была невероятно разрушительной.

Джейсон использовал радиус действия своей теневой руки, чтобы наносить атаки из безопасности. Многие из его негативных эффектов поначалу отражались, хотя его аура, снижающая сопротивление, была сильнее, чем в прошлом, и почти половина из них проходила. Неумолимый луч Гордона и призванный кинжал Джейсона накладывали состояние «Уязвимость», которое снижало сопротивление ящера за каждый наложенный экземпляр. Вскоре Джейсон наложил на ящера весь свой набор негативных эффектов. Он мог бы выпустить Колина, но приберег пиявок в резерве на случай, если появится третий монстр, ожидая удобного момента для атаки.

Как только его негативные эффекты закрепились, Джейсон использовал свое заклинание наказания. Оно наносило урон за каждый эффект определенного типа на цели. Они быстро накапливались, но монстр бронзового ранга был способен выдержать столько от заклинания железного ранга Джейсона. Он не мог использовать его снова полминуты, поэтому переключился на второго монстра, пока Софи продолжала занимать первого.

Джейсон добавил свои усилия к остальным. Его эффекты вскоре закрепились, и бой стал вопросом времени. Он использовал свое заклинание наказания каждый раз, когда оно становилось доступным, заставляя плоть монстра отмирать все больше по мере накопления эффектов. В конце концов, он добил монстров, одного за другим, своей способностью «Казнить», наносящей трансцендентный урон.

Команда была уставшей, выносливость на исходе, мана потрачена. Против монстров бронзового ранга, даже когда бой шел по их сценарию на каждом этапе, сражаться было тяжело. Клайв и Белинда усвоили, что выносливость — это ключ, когда их совместные усилия, хотя и ранили монстра, были недостаточны, чтобы добить его до того, как они были вынуждены неэффективно стрелять из жезлов с задней линии.

— Вы справились приемлемо, — сказала им Генриетта после боя. — Однако не думайте, что все всегда будет идти так гладко. Впереди будут тяжелые бои, и вы столкнетесь с испытаниями. Когда я вмешаюсь, чтобы спасти вас, скорее всего, вы уже будете ранены. Тяжело ранены. Вы все должны быть к этому готовы.

Команда вернулась в деревню, чтобы сообщить им, что можно убрать знаки объезда с прибрежной дороги. Затем они быстро двинулись дальше — любезность жителей деревни была оценена по достоинству, но также отнимала много времени.

Уезжая, Софи перевела взгляд с деревни на спину Асано.

— Что такое? — тихо спросила Белинда.

— Он не сказал им, — произнесла Софи.

— Не сказал кому что?

— Асано, — сказала Софи. — Они не знают, что это он убил монстра, который разрушил их деревню, и он не сказал им.

— И что?

Золотой мусор

Золотой мусор

Джейсон установил облачный дом после того, как они очистили доски заданий в третьей деревне за день. Генриетта собрала команду, чтобы обсудить их выступление в сегодняшних боях.

— Очевидно, что большинство этих заданий не представляли никакой сложности, — сказала она. — Как команда, и даже поодиночке для большинства из вас, очень немногие враги железного ранга будут представлять хоть какую-то угрозу. Это приемлемо на данный момент, но полноценная команда способных бойцов железного ранга должна уверенно справляться не только с большинством монстров железного ранга, но и с монстрами бронзового ранга. Один на один любой искатель приключений должен стоить больше, чем любой монстр своего ранга. Это не значит, что вы все должны быть способны справляться с монстрами в одиночку. Нил и Клайв, ваши способности очевидно подходят для групповой среды. Вам нужно убедиться, что ваша ценность для команды выше, чем у любого монстра для его стаи.

Нил бросил осторожный взгляд в сторону Джейсона.

— Что? — спросил Джейсон.

— Ничего ехидного не скажешь о моей ценности для команды?

— Ты шутишь? — спросил Джейсон. — Ты потрясающий. Если команда попадет в ситуацию, где тебя или меня придется выкинуть из автобуса, это будешь не ты.

— Джейсон прав, — сказала Генриетта. — Нил, ты самый незаменимый член команды. Это не значит, что тебе нечего улучшать, что относится ко всем вам. Вы победили монстров бронзового ранга сегодня, но если вы все еще будете выступать на этом уровне к тому времени, как мы вернемся в Гринстоун, то я лично прослежу за тем, чтобы вы расформировались. Я не позволю моему брату быть в стагнирующей команде, потому что прямо сейчас вы все — сплошной потенциал и никакой отдачи.

Она обвела взглядом группу.

— Вы явно выстраивали стратегию вокруг универсальности, — продолжила она, — что хорошо подходит для состава вашей команды и наборов способностей. Теперь, когда я увидела вас в действии против живого врага, который представляет реальный вызов, я легко смогла определить фактор, который вас сдерживает. Этот фактор — отсутствие динамизма.

— Мы используем различные стратегии, — сказал Хамфри, — и постоянно придумываем новые.

— И это хороший фундамент, — сказала Генриетта. — Вы неплохо комбинируете свои способности, но только когда вписываетесь в эти разработанные стратегии. Когда вас выталкивают из них, вы скатываетесь к индивидуальным усилиям. Вам нужно усвоить эти стратегии до такой степени, чтобы вы могли импровизировать на ходу и адаптироваться к различным конфигурациям, требуемым в моменте. Ключ в том, что когда вы адаптируетесь, вы должны включать своих товарищей по команде, вместо того чтобы полагаться на то, что, как вы знаете, работает только для вас.

— Доверие, — сказал Джейсон.

— Именно, — сказала Генриетта. — Чтобы максимально использовать вашу универсальность, импровизация будет критически важна. Вы должны знать, на что способна ваша команда, и доверять им в принятии правильного решения в нужный момент.

— Что означает, что мы действительно должны принимать правильное решение в нужный момент, — пробормотала Белинда.

— У тебя есть что-то конструктивное, чем можно поделиться с группой? — спросила ее Генриетта.

— Нет, — угрюмо сказала Белинда.

— Тогда прибереги свои ехидные комментарии на потом. Теперь, как я уже говорила: командная работа. Вы должны научиться читать друг друга. Знать, что сделают ваши товарищи по команде без обсуждения и без колебаний. Оценить, адаптироваться, действовать.

— Конечно, это вопрос опыта, — сказал Нил.

— Это именно вопрос опыта, — сказала Генриетта. — Но не любого опыта. Вы должны знать все, на что способна ваша команда, и вы не выясните этого, если будете продолжать попадать в одни и те же легкие шаблоны. С этого момента я буду отправлять вас в бои в разных группировках. Когда вы делали это сами, вы выбирали очевидные, дополняющие друг друга пары. Джейсон и Софи, Клайв и Белинда, Хамфри и Нил. Вы обнаружите, что эти новые группы, в которые я вас поставлю, будут неудобными, возможно, даже опасными. Ваша работа будет заключаться в том, чтобы выявить все, на что способны ваши товарищи по команде. Найти синергию, которую вы никогда не видели, и задействовать способности, которые были заброшены. По крайней мере, это поможет вам повысить ранг всех ваших способностей на пути к бронзе.

* * * Генриетта воплотила свои планы в жизнь в следующей деревне, куда они прибыли. Первой была пара Джейсона и Белинды. Белинда попала в ловушку шаблона сброса и дублирования редких, высокоэффективных способностей Клайва, но это была бесполезная тактика с быстрыми, низкоэффективными способностями Джейсона. Вместо этого Белинда служила импровизированным защитником, отвлекая внимание врага, пока Джейсон принимался за работу.

— Жалкое зрелище, — такова была оценка Генриетты. — Джейсон, ты растрачиваешь способности Белинды и пытаешься сделать все сам. Ожидай, что тебя будут ставить в эту пару снова и снова, пока вы не найдете синергию, которая заставит вас сражаться как команда, а не как нервные подростки, путающиеся друг у друга под ногами.

— Думаю, это значит тебя, Хамфри, — сказал Джейсон.

— Было ли в моем тоне хоть что-то, приглашающее к хоть капле легкомысленной причудливости, мистер Асано? — огрызнулась Генриетта. — Если у тебя есть время использовать свой остроумие — такое, какое оно есть — против моего брата, ты обнаружишь, что лучше потратить его на развитие своих боевых навыков, а не социальных.

Хамфри получил похожий нагоняй после того, как его поставили в пару с Клайвом. Генриетта отчитала их обоих за работу в качестве разобщенных индивидуумов.

— Недостаточно быть отвлекающим фактором для вашего основного источника урона, — сказала Генриетта брату. — Ты пытаешься подготовить Клайва к использованию его атакующего заклинания, как будто у него нет девятнадцати других способностей эссенций. Я хочу видеть, как ты заманиваешь людей в его заклинание-ловушку. Выманиваешь врага на проведение мощных атак, где его способности урона возмездия будут иметь наибольший эффект. А ты, Клайв, должен перестать ждать, пока все остальные дадут тебе шансы. Ты должен создавать их сам.

По мере того как они переходили от деревни к деревне, от боя к бою, команду ставили в различные конфигурации. Нила объединили с Джейсоном, чья обычная тактика скрытности оставила бы целителя одного и беззащитного. Затем его поставили в пару с Софи против монстра с высокой защитой. Нил и Софи составили комбинацию, которую даже сложнее ранить, чем самого монстра, но им не хватало наступательной мощи, чтобы нанести ответный удар, превращая бой в войну на истощение.

Белинда видела больше всего действий из всех в команде, объединяясь со всеми остальными в различных конфигурациях по двое или трое. Мало того, что ее способности были самыми разнообразными и непроверенными, она также была той, кто больше всего нуждался в опыте.

* * * Следующая встреча с монстром бронзового ранга произошла в последней прибрежной деревне перед тем, как их маршрут увел их вглубь материка. Генриетта намеревалась позволить им сразиться с монстрами бронзового ранга в меньших группах, но этот монстр был водным. Она не только позволила всей группе действовать вместе, но и сама приняла участие.

Монстр не был известен своей силой, но он был водным и имел преимущество среды. Они использовали зелья водного дыхания. Джейсон наконец принял совет Клайва и заставил Хамфри держать его голову под водой, пока он не выдохся и не сломал рефлекс дыхания. Потребовалось несколько попыток, прежде чем Джейсон смог активно перестать дышать, не позволяя инстинктам паниковать и запускать процесс снова. Только после того, как он наконец преодолел рефлекс утопления, ему это удалось.

— Это ощущается очень странно, — прохрипел он задыхающимся голосом. — Мне нужно привыкнуть говорить, когда я не дышу.

— Не спеши, — сказал Нил.

— Это немного нервирует, — продолжил Джейсон. — Как будто мое тело чувствует, что что-то не так. Оно определенно не хочет, чтобы я тратил дыхание, которого у меня нет, на разговоры.

— Доверься своим инстинктам, — сказал Нил.

— Это не помогает, — сказала Генриетта Нилу.

— Мне помогает, — сказал Нил.

— Потребуется время, прежде чем твое тело адаптируется, — сказал Клайв. — На самом деле это необычный и увлекательный процесс. Твое тело, переставая делать вещи так, как делает смертное тело, начнет находить новые способы. Твой голос, например, будет исходить не из дыхания через горло, а из использования вибраций для создания звука. Пройдет время, прежде чем ты будешь звучать как прежде, но по пути ты обнаружишь, что осваиваешь интересные трюки. Бросать голос или проецировать его, чтобы заполнить комнату. Или просто греметь громче, чем ты когда-либо мог с такой сентиментальной вещью, как легкие.

— Не пытайся полагаться на отсутствие дыхания в бою, пока что, — сказала Генриетта Джейсону. — Ты дышал всю свою жизнь, и от этой привычки не так просто избавиться. Ты можешь делать это нормально, стоя на месте, в безопасности. Ты уйдешь под воду, ввяжешься в драку, и обнаружишь, что рефлекс утопления вернется.

Бой против водного монстра был бардаком. Во время дыхания под водой заклинания все еще можно было произносить, но это нужно было делать с тщательной артикуляцией заклинаний, замедляя процесс. Рычаг, необходимый для взмаха оружием под водой, был невозможен без предмета вроде ожерелья глубин, которое носил Хамфри, и даже тогда ему требовалась вся его сила, чтобы взмахнуть мечом в воде хотя бы с минимальным эффектом. Мобильность под водой была явно ограничена, и координация команды развалилась, даже при использовании голосового чата Джейсона для беззвучной, телепатической речи.

— Это был полный хаос, — сказала им Генриетта, когда они вытащили себя из прибоя после того, как вырвали победу. Она проделала большую часть работы, используя заклинание, которое позволяло ее фамильярам свободно действовать под водой.

— Нил, ты был единственным, кто выделялся, — продолжила она. — То, как ты прикрывал команду и их многочисленные, многочисленные ошибки, делает тебе честь. Отличная работа. Сколько маны у тебя осталось?

— Я истощен, — сказал он, падая на спину на песчаный пляж.

— И вот насколько вы были близки к провалу, — сказала Генриетта остальным. — Если бы бой продлился дольше, существовала опасность, что некоторые из вас получили бы реальный урон, когда у Нила закончилась бы мана.

— Бой был в экстремальной среде против монстра бронзового ранга, — сказал Хамфри в защиту команды. — Если бы ты ожидала, что мы справимся хорошо, ты бы не участвовала сама.

— А если бы меня здесь не было, чтобы участвовать? — бросила вызов брату Генриетта. — Что бы вы сделали?

— Послали бы за кем-то другим, — сказал Хамфри. — Если бы он был достаточно агрессивен, чтобы выйти из воды для атаки, мы могли бы сразиться с ним на суше. Если нет, у нас было бы время послать за искателем приключений, более подходящим для борьбы с ним.

Генриетта ухмыльнулась, удивив команду.

— Хороший ответ, — сказала она. — Признание того, когда не стоит сражаться, — это тоже сила, которую стоит развивать. Если главная причина гибели искателей приключений — плохая информация, то вторая — отсутствие мужества признать, что они не ровня противнику перед ними.

— Не умаляя того факта, что я был лучшим, — сказал Нил оттуда, где он растянулся на песке, — но насколько вообще полезно учиться сражаться под водой?

— Мы не всегда будем выбирать свои бои или иметь шанс уйти, — сказал Джейсон. — Мы должны быть готовы к боям, которых не хотим. Тот бой показал нам силу наличия правильных предметов для компенсации экологических проблем. Если мы подберем еще несколько и будем хранить их в хранилище, то с некоторым опытом мы должны, по крайней мере, суметь постоять за себя.

— Асано прав, — сказала Генриетта. — Всегда будьте настолько готовы, насколько можете. С этими прибрежными деревнями покончено, но как только вернетесь в Гринстоун, подберите несколько предметов и практикуйте больше подводных боев в камере миражей.

* * * Когда команда повернула свой путь вглубь материка, они пересекли пустые пески пустыни. Тяжелый скиммер позволял им путешествовать в относительном комфорте, сидя под навесом, пока мимо проносилась бесконечная пустыня. Воздух был горячим, проносясь мимо их лиц со скоростью скиммера, но не был гнетущим при более мягких зимних температурах.

У Джейсона и Клайва были оазисные браслеты, которые защищали их от жары, как и у Белинды. Джори подарил его ей в рамках подготовки к ее первой настоящей экспедиции искателей приключений. Для остальной части команды он предоставил менее ценную, но все же приветствуемую защиту от жары за номинальную плату. Софи, Нил и Хамфри носили головные платки, которые были алхимически обработаны, чтобы оставаться влажными и прохладными. У Генриетты была эссенция огня, и она могла переносить худшую жару, которую могла выбросить на нее пустыня.

Они пробирались через отдаленные деревни, разрывающиеся между благодарностью за их прибытие и разочарованием, что это заняло так много времени. Деревни были расположены в оазисах, питаемых из апертур в астральное пространство тропического леса. Одна деревня даже подверглась нападению культистов Строителя, которые сбежали через местную апертуру после битвы с экспедицией в астральном пространстве.

Деревни в песчаных регионах пустыни в основном существовали для обслуживания более отдаленных ферм монет духов. Поскольку многие магические практики были запрещены в районе чувствительных ферм монет, люди, работавшие там, обращались к близлежащим деревням.

Продвигаясь глубже, песок сменился каменистыми пустошами. Большинство жителей деревень, которых они встречали, добывали камень, в честь которого был назван Гринстоун. Другие деревни были шахтерскими городками. Большинство этих городов были построены вокруг мест раскопок магической руды, которая появлялась в пустыне. Исследуя это из собственного любопытства, Джейсон сделал интересное открытие.

Магический минерал «солнечное золото» можно было найти в жилах железного и бронзового ранга, и он в основном появлялся в засушливых землях, где круглый год стояло ясное небо. По этой причине большинство шахт солнечного золота были расположены в пустынях. Солнечное золото всегда находили с большими количествами того, что они называли «мусорным золотом», которое было обычного ранга и не обладало магическими свойствами. Оно просто формировалось в больших количествах вокруг жил солнечного золота и должно было быть тщательно отделено от ценного материала в процессе плавки.

Джейсон подобрал немного выброшенного металла.

Предмет: [Золотой самородок] (обычный ранг, обычный)

*Кусок немагического золота. Имеет небольшую ценность в мирах с магическими эквивалентами (материал для крафта, металл).*

Эффект: Немагический материал для крафта.

Солнечное золото очищалось местным жителем, чьи эссенции железа и трансмутации превратили его в человеческую плавильную машину. Мусорное золото было дешевым косметическим материалом, который считался слишком тяжелым, чтобы стоило его отправлять, и в значительной степени выбрасывался. Джейсон заплатил плавильщику, чтобы тот перебрал кучи шлака, помогая ему экспериментировать с тем, какие размеры он может поместить в свой инвентарь. Оказалось, что он может сложить двадцать десяти-килограммовых слитков очищенного мусорного золота в один слот, так как ограничения были скорее по размеру, чем по весу. Джейсон покинул деревню с двумя слотами, заполненными тяжелыми золотыми слитками.

— Зачем тебе все это мусорное золото?

— Когда-нибудь я вернусь домой, — сказал Джейсон. — В моем мире мусорное золото — это просто золото.

Странности

Странности

По мере того как команда переходила из города в город, очищая огромные стопки уведомлений о приключениях, не все шло по плану. Генриетта продолжала разбивать команду на неэффективные комбинации, что было только началом того, что все шло не так.

Хамфри регулярно призывал своих воинов из зубов дракона, как для практики работы с ними, так и для повышения их уровня силы. Каждый раз, когда он это делал, он использовал кость призывателя, чтобы изменить их форму. Кость доказала свою эффективность, превращая его воинов в огромных горилл, быстрых охотничьих кошек или даже гигантских, высасывающих кровь пауков.

Способ работы кости заключался в том, чтобы бросить ее в кругу призыва, который для Хамфри был простым кругом из мелового порошка. Это служило для активации силы, вызывая призванных существ в их измененной форме. Три гигантские рыбы из слоновой кости появились на земле, облаченные в кольчуги и хлопающие плавниками, как рыба на пристани.

— Что это? — спросил Хамфри.

— Похоже, одна из сторон на этой кости — рыба, — сказал Джейсон, похлопав Хамфри по плечу в утешение.

— Я не могу призвать их снова в течение шести часов.

— Не повезло, приятель, — сказал Джейсон. — Полагаю, ты сражаешься с этим монстром без них, если только не найдешь озеро очень быстро.

* * * Среди монстров железного ранга, которых они зачищали, словно магические дезинсекторы, команда наткнулась на случайное дополнительное уведомление о монстре бронзового ранга. Именно здесь команда столкнулась с вызовами, которые по-настоящему проверили их способности.

Генриетта поручила Нилу, Клайву и Белинде выследить монстра, называемого песчаным громилой, младшим гигантом, который был обычным явлением в пустынных районах. Без Софи, Хамфри или даже Джейсона, чтобы препятствовать или отвлекать, у команды было мало вариантов для фронтальной линии против медленного, но мощного монстра.

Способность Белинды «фальшивый комбатант» была на нижней границе железного ранга, далеко не дотягивая до того уровня, чтобы они рискнули позволить ей пытаться сдерживать его. Это оставило призванное существо Нила, голема-куколку, который получил всего по одному удару от огромных кулаков монстра, прежде чем отступить в свое безвредное состояние куколки. Он больше не мог сражаться в этом состоянии, но даже гигант, в два раза выше человека, не смог повредить его. Гигант потратил драгоценные мгновения, которые команда использовала для отступления, пока он безуспешно колотил по хрустальному кокону.

Команда вела сдерживающее отступление, обстреливая монстра из жезлов и заклинаниями. Фамильяр Клайва, Онслоу, оказался относительно эффективным источником атак. Всякий раз, когда Клайв не произносил свои собственные заклинания, он постоянно перезаряжал элементальные силы черепахи. Единственной проблемой было то, что черепаха была еще медленнее гиганта. Клайву приходилось периодически возвращать Онслоу в руну на своей коже, затем отступать дальше, прежде чем снова вызывать фамильяра.

Фамильяр-фонарь Белинды посылал силовые разряды в песчаного громилу, но его атаки были менее эффективными, чем атаки фамильяра Клайва, Онслоу. Атаки разрушительной силой фонаря Белинды были лучше против магии у нематериальных сущностей, а не против твердого, физического монстра.

Они обрушили силу за силой на песчаного громилу, который в значительной степени отмахнулся от всего этого. Он прошел прямо по рунным ловушкам Клайва и Белинды. Молниеносная привязь Белинды наносила урон тем больше, чем дальше цель отходила от нее, но даже на максимальной дистанции ее урон был поверхностным. Большое атакующее заклинание Клайва, зацикленное и скопированное Белиндой, было единственным, что наносило реальный урон.

Белинда взглянула на Клайва. Он кивнул, и она использовала свою способность «Яма Жнеца». Она открыла пространственную яму — не настоящую дыру в земле, а внепространственную, которая не занимала места и была открыта для обычного пространства сверху. Стены были без трения, и любой внутри получал постоянный некротический урон.

Беспокойство команды заключалось в том, что они изучили способности песчаного громилы и знали, что он может превращаться в облако песка. Информации о форме песчаного облака было мало, и Клайв опасался ее. Они не знали, может ли он летать или использовать какую-то атаку песчаной бури, от которой они не могли защититься. Команда воздерживалась от использования ямы, так как опасалась, что это спровоцирует силу, но им нужно было все время, которое они могли получить, чтобы сжечь монстра. Если он не мог выбраться из ямы, и они могли стрелять вниз по нему, как по рыбе в бочке, то тем лучше.

Медлительного монстра было несложно сбросить в яму, но их первое опасение подтвердилось. Он вылетел прямо обратно в форме песчаного дервиша. Однако он двигался не быстрее, чем предыдущий темп монстра, и принял форму гиганта.

За то время, пока яма задерживала его, голем Нила успел догнать. Он вылупился из своего кокона некоторое время назад, но был не намного быстрее гиганта. Новая форма голема была чем-то средним между кристаллической и желатиновой. Он обернул пару длинных, резиновых конечностей вокруг монстра, который немедленно начал сопротивляться.

Монстр оторвал липкие конечности, но голем просто отрастил новые из своей жидкой массы тела. Монстр колотил по телу голема, которое рябило, как желейный десерт, поглощая удар. Монстр попытался превратиться в песок, чтобы вырваться из захвата, только чтобы узнать, что по мере того, как его тело начало превращаться в песок, этот песок прилипал к голему. Монстр прекратил трансформацию и вернулся к попыткам освободиться с помощью грубой силы.

Пока гигант был в застое, команда усилила свои атаки, обрушивая на него все, что у них было. Призванное существо Нила выполнило свою функцию адаптации к потребностям боя восхитительно, но в конечном итоге это был монстр железного ранга, сражающийся с монстром бронзового ранга. Он не мог навредить песчаному громиле. Он мог лишь связать его на короткие, но ценные несколько мгновений. В конце концов, песчаный громила вырвался, разорвав голема на глобулярные куски и отбросив их в сторону. Как только голем упал без движения, гигант повернулся обратно к команде.

Несмотря на свою невероятную устойчивость, монстр был в плохом состоянии к этому моменту. Огромное накопление урона оставило его в выбоинах и ожогах, из него высыпался песок, словно кровь. Нил и Клайв воспользовались шансом использовать мощные эффекты возмездия на големе, которые вернули урон от собственных мощных ударов песчаного громилы обратно на него самого. Заклинание Клайва продолжало оказывать большое влияние, и простое накопление урона от рунных ловушек, жезлов, элементальных атак Онслоу и других способностей просто нагромождалось.

Когда стало ясно, что монстр вырвется из голема, Белинда и Клайв установили целую линию рунных ловушек. Монстр прошел по ним, одну за другой. Этого было достаточно, чтобы наконец заставить песчаного громилу решить бежать, что он попытался сделать в форме медленно движущегося песчаного облака. Клайв использовал свое большое атакующее заклинание, «гнев магистра», еще раз. Он использовал самую мощную версию, призматический луч, запущенный в облако. Цвета тускнели один за другим, пока луч не стал черным, и в центре облака не появилась сфера пустоты. Песок был втянут внутрь, как будто сфера пустоты была дырой во вселенной, и некогда казавшийся неразрушимым монстр был аннигилирован в ничто.

Уставшая группа поплелась обратно к остальной части команды. Они посмотрели на Генриетту в ожидании ее оценки, хотя первым заговорил Джейсон.

— Не думаю, что есть что лутать, — сказал он. — Нил?

— Я был слишком далеко, — сказал Нил. — Он не был в радиусе действия моей ауры.

— Может быть, остались какие-то обрывки там, где они атаковали его по пути, — предположил Джейсон.

— Лут может подождать, — сказала Генриетта. Она окинула уставших бойцов оценивающим взглядом. — Я забрала самых крепких и мобильных членов вашей команды, и вы все равно справились с задачей. Это было приемлемое выступление. Если мы встретим еще одного песчаного громилу, он ваш, Асано.

— Разве это не будет легко для меня? — спросил Джейсон. — Большой, медленный монстр, вроде этого?

— В записи Магического общества не сказано, снимает ли эта форма облака негативные эффекты, — сказала Генриетта. — Готова поспорить, что снимает. Мне любопытно, что ты будешь с этим делать.

* * * Поздно вечером Джейсон вышел из облачного дома. Они были в пустыне, между деревнями, и он снова принял форму набора плоских каменных зданий.

Джейсон сосредоточился, и на боку одного из зданий появились ступени. Это могло выглядеть и ощущаться как камень, но все еще принимало форму облачной материи, которой на самом деле являлось. Джейсон становился все более искусным в управлении им. Он поднялся по ступеням на крышу, где, к своему удивлению, обнаружил фамильяра Клайва, Онслоу, стоящего посреди крыши.

— Как ты сюда попал?

Онслоу ответил лишь медленным зевком.

— Веди себя непринужденно, не раскрывай всех карт, — сказал Джейсон. — Я могу это уважать. Не возражаешь, если я присоединюсь?

Ближе всего к ответу было бесстрастное моргание Онслоу.

— Приму это за «да».

Участок крыши поднялся, образуя облачное кресло, и Джейсон сел. Он сосредоточился на том, чтобы остановить свое дыхание. Генриетта была права насчет необходимости времени для адаптации к отсутствию дыхания, и он практиковался по ночам, надевая свою самую теплую одежду холодной пустынной ночью.

Ни одной луны не было на небе, но у него не было проблем с тем, чтобы видеть бесплодный ландшафт. Его способность «полуночные глаза» мучительно приближалась к тому, чтобы стать его первой способностью бронзового ранга, и его зрение в темноте было почти абсолютным. Изначально сила позволяла ему видеть с выцветшими цветами. Теперь он мог видеть так же ясно, как днем, но при этом он также мог видеть тьму почти как физическую субстанцию, странно наложенную на его зрение. Это должно было конфликтовать, но все же казалось ему частью естественного целого, даже если результат выглядел как нечто вроде инопланетного ландшафта. Это было то, чего его старые человеческие глаза никогда не могли воспринимать.

«Полуночные глаза» были его самой первой способностью эссенции. По сравнению с другими вещами, которые он мог делать, это было совершенно обыденно, но это также было самым символичным для всего, через что он прошел. Из-за этой силы то, как он смотрел на мир, буквально изменилось. Именно в тихие моменты, в одиночестве в темноте, Джейсон больше всего чувствовал странность своего нового мира. Более того, он чувствовал странность того, кем он стал, живя в нем.

Он практиковался говорить, не дыша, используя упражнения, которым его научила Генриетта. Онслоу наблюдал за ним, и Джейсон вызвал Колина, который нагромоздился перед черепахой. Онслоу наклонил голову, чтобы посмотреть на кучу, в то время как Команда Колин взволнованно извивалась перед ним.

В конце концов Джейсон устал от практики и решил немного отдохнуть, собрав Колина и направившись обратно вниз по ступеням. Там у него случилась странная встреча, когда два человека одновременно вышли из разных зданий. Они оба тоже были Джейсонами.

Три Джейсона посмотрели друг на друга. У одного было смущенное выражение лица, у другого — густые усы.

— Полагаю, Клайв все еще пытается заставить тебя реплицировать мою способность интерфейса?

— Ага, — сказала Белинда/Джейсон с извиняющейся улыбкой.

— Печеньки!

Джейсон взъерошил волосы Сташа/Джейсона. — Что Хамфри говорил насчет сладкого перед сном?

— Теплое молоко? — рискнул Сташ/Джейсон.

— С этим, думаю, мы справимся, — сказал Джейсон.

— Ура! — ликовал Сташ/Джейсон. — Почему все выглядят лучше меня?

— С тебя хватит, дракон.

Замкнутый круг

Замкнутый круг

Шестиногие ящерицы не были особенно опасны по отдельности. Они были не больше средних собак и представляли небольшую угрозу. Что делало их проблемными, так это то, что они были необычайны как в своей выносливости, так и в своем количестве. Группу ящериц обычно называют «гостиной», но массу существ, которую команда наблюдала с расстояния, лучше было бы описать как рой или даже ковер.

— Пустынные ящерицы-ордынцы, — сказала Генриетта. — Они не представляют реальной опасности для искателя приключений, но их намного труднее убить, чем кажется. Большую часть времени они просто лежат под солнцем пустыни, никого не беспокоя. Но если они в движении, значит, ищут, чем поживиться. Они могут обрушиться на город, как рой гигантской саранчи. У обычных людей нет шансов справиться с ними.

Она повернулась к команде, глядя вниз на монстров с высокого хребта. — Есть добровольцы?

— Позвольте нам с Белиндой пойти, — сказал Джейсон.

Генриетта подняла брови. Она ставила Джейсона и Белинду в пару чаще всего, потому что эта комбинация показывала наименьшие результаты. Хотя их эффективность улучшилась, это улучшение пришло от объединения индивидуальных усилий вместо работы как единое целое.

— Тебе есть что мне показать? — спросила Генриетта.

— Мы работали над некоторыми вещами, — сказала Белинда. — Это должен быть хороший враг, чтобы продемонстрировать результаты.

Генриетта согласилась, и Джейсон с Белиндой направились вниз по крутому хребту. Ящерицы следовали вдоль основания хребта, поэтому, спустившись с одной стороны, у них было время подготовиться до того, как ящерицы прибудут. Пара вызвала своих фамильяров, за исключением Колина, и Джейсон вытащил большую плоскую доску, установив ее на земле. Белинда достала мелок и начала рисовать ритуальный круг.

Клайв был мастером ритуальной магии в команде, с широтой знаний, которая регулярно поражала Джейсона. Белинда, как и Джейсон, училась у Клайва, но для нее это было скорее заполнение пробелов. Когда дело доходило до определенной ветви магии, ветви обмана и вторжения, даже Клайву было чему у нее поучиться. Круг, который она рисовала, не скрывал их визуально, но он содержал любую ауру, которую они непреднамеренно раскрывали при использовании способностей эссенций.

Пустынные ящерицы-ордынцы были близоруки, полагаясь больше на чувства ауры, чем на обычные ощущения, чтобы чувствовать добычу или других хищников. Пока у ящериц было что-то другое, чтобы удерживать их внимание, Джейсон и Белинда должны были иметь возможность произносить заклинания с расстояния, не будучи обнаруженными.

Они отправили своих фамильяров вперед, чтобы встретить монстров, когда те обогнули хребет. Позади остались Колин, все еще в крови Джейсона, и одно из трех тел Тени, в настоящее время служащее тенью Джейсона.

Ящерицы превратились в кипящий котел хаоса, когда они нахлынули на фамильяров, агрессивные монстры нагромождались друг на друга, чтобы добраться до них. Их свирепые укусы имели мало эффекта, так как Гордон, Тень и живая иллюзия Белинды были нематериальными. Летающий фонарь Белинды парил вне досягаемости, стреляя вниз силовыми разрядами. Врожденная магия в монстрах позволяла им минимально воздействовать на фамильяров, но не до такой степени, чтобы они представляли реальную угрозу, даже в своих огромных количествах.

Фамильяры, в свою очередь, не наносили большого урона ящерицам. Только Гордон, со своим лучом резонирующей силы, наносил какой-то эффективный урон. Однако целью было не нанести урон, а удержать внимание монстров. Только когда Джейсон и Белинда были уверены, что ящерицы сосредоточены исключительно на фамильярах, они начали произносить заклинания. Джейсон начал, распевая заклинание, которое, с точки зрения жертвы, не давало никаких указаний на то, где находится заклинатель. На расстоянии, на котором они находились, не было шансов, что ящерицы услышат его тихое чтение.

— Несите на себе метку своих прегрешений.

Способность: [Бичевание] (Грех)

Заклинание (проклятие, святое).

Стоимость: Умеренная мана.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 8 (19%).

Эффект (железо): Выжигает болезненное клеймо на цели, нанося небольшой трансцендентный урон и накладывая состояния [Грех] и [Метка Греха]. Клеймо не может быть исцелено, пока цель сохраняет любые экземпляры [Греха].

[Грех] (негативный эффект, проклятие, суммируется): Весь получаемый некротический урон увеличивается. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Метка Греха] (негативный эффект, святое): Предотвращает втягивание ауры. Не может быть очищено, пока цель сохраняет любые экземпляры [Греха] или [Наследия Греха].

Небольшое количество трансцендентного урона выжгло клеймо на одной из ящериц, и она получила два негативных эффекта. Важным был грех, который увеличивал любой некротический урон. Не было никаких указаний на источник заклинания, и жесткий контроль ауры Джейсона не давал ей просачиваться, пока он использовал способность. Даже если бы это произошло, ритуальный круг Белинды сдержал бы ее. Неразумная ящерица пришла в бешенство, возобновив свое внимание на очевидных врагах — фамильярах.

Сразу после того, как Джейсон использовал свое заклинание, Белинда использовала то же самое заклинание и применила его на второй ящерице. Ее контроль ауры не был таким натренированным, как у Джейсона, поэтому ритуал был в первую очередь для нее.

Способность: [Зеркальная магия] (Магия)

Особая способность.

Стоимость: Варьируется.

Время восстановления: Варьируется.

Текущий ранг: Железо 2 (91%).

Эффект (железо): В течение короткого времени после того, как ближайший союзник использует заклинание, вы можете использовать то же самое заклинание один раз. Сила заклинания, которое вы применяете, основана на ранге этой способности и ваших атрибутах, а не на атрибутах первоначального заклинателя. Это может сделать вашу версию заклинания выше или ниже рангом, чем оригинал, включая потерю или получение дополнительных эффектов от более высоких рангов. Эта способность имеет ту же стоимость и время восстановления, что и оригинальное заклинание.

В прошлом Белинда в основном использовала способность для копирования мощного атакующего заклинания Клайва. Поскольку они с Джейсоном проводили вечера в поисках новых способов синергии своих сил, их осенило. Способности Джейсона могли быть менее впечатляющими, но у них также не было времени восстановления. В обстоятельствах, когда ему нужно было использовать их снова и снова, Белинда могла удвоить скорость применения.

Джейсон последовал за своим заклинанием бичевания «неотвратимым роком», чтобы заставить эффект греха множиться. Как и его первое заклинание, оно не давало никаких указаний на свой источник, проявляясь непосредственно на цели. Это было редкостью для способностей с более немедленными эффектами и чаще всего встречалось в способностях негативных эффектов по одиночной цели. Такие способности могли игнорировать многие физические препятствия, пока цель была видна. Требовалась магическая защита, такая как обычная способность магического щита, чтобы предотвратить легкое использование такой силы.

Фамильяры Джейсона были его ключевыми инструментами в решении этой конкретной проблемы. Колин мог проскользнуть прямо сквозь щит, который не регистрировал движение как атаку, если оно не было намного быстрее, чем Колин мог справиться. Только если бы он вырывался из Джейсона, движение засчиталось бы, поэтому Джейсону обычно приходилось заманивать такого врага в радиус действия Колина.

Тень обычно не могла пройти сквозь такие силы, магические щиты блокировали даже движение нематериальных существ. Однако со способностью магического щита, которая непосредственно проявляла ману как щит, он мог вытягивать ману прямо из него. Магический щит был чрезвычайно распространенной силой, доступной через множество эссенций. Клайв и Нил оба обладали им, как и Сигрид и Клэр, целительница из команды Рика Геллера. Это делало Тень очень полезной для прорыва через эту конкретную силу.

Для Гордона прорыв магических щитов был гораздо более прямой проблемой. Его луч разрушительной силы не был дико мощным, но его устойчивый эффект очень быстро разрушал магические щиты. Как бы щит ни пал, это давало Джейсону шанс применить заклинание, прежде чем щит снова встанет на место.

Ничего из этого, однако, не требовалось против ящериц. Джейсон применял свое бичевание на одной ящерице и следовал «неотвратимым роком», Белинда следовала на второй. Он использовал бичевание, она использовала бичевание. Он использовал неотвратимый рок, она делала то же самое. Она могла дублировать заклинание только один раз за каждый раз, когда оно было использовано первоначальным пользователем. Стоимость и длительность способности были равны стоимости скопированной силы.

Ни у одного из заклинаний Джейсона не было времени восстановления, поэтому они смогли покрыть ящериц клеймами и негативными эффектами. Оба заклинания имели умеренную стоимость маны, поэтому только когда они закончили, их запасы маны начали снижаться. У Джейсона дела обстояли не так плохо, как у Белинды; его атрибут восстановления был более чем на полранга выше, чем у нее, и его мана естественным образом восстанавливалась быстрее. Она выпила зелье маны, чтобы компенсировать это.

— Это все? — спросила Белинда.

— Должно быть, большинство из них, по крайней мере, — сказал Джейсон. — Ты устраиваешь большое шоу, а я приберусь после. Отзывай их, Тень.

Тень Джейсона была одним из трех тел Тени, в то время как остальные помогали удерживать внимание ящериц. Одним из трюков, которые разработали Белинда и Джейсон, было использование Тени для управления их фамильярами, позволяя им эффективно работать на расстоянии. Фамильяры Белинды без колебаний вернулись, когда Тень передала призыв к возвращению.

Большинство ящериц получили клейма, наложенные с помощью неудержимого трансцендентного урона, далеко не калечащего, но болезненного. Это привело их в бешенство в погоне за фамильярами, за которыми они немедленно погнались, когда фамильяры начали отступать к Белинде и Джейсону.

Ящерицы были хорошо собраны в своей погоне, поэтому, когда кристаллический стержень появился посреди них, все они оказались в радиусе его действия.

Способность: [Силовая привязь] (Ловушка)

Конъюнкция.

Стоимость: Низкая мана-в-секунду.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Железо 1 (34%).

Эффект (железо): Создает кристаллический стержень, от которого привязь мерцающей силы соединяется со всеми ближайшими врагами в умеренном радиусе. Привязанные враги притягиваются к стержню, который защищен силовым полем, наносящим умеренный урон резонирующей силой любому, кто контактирует с ним. Если силовое поле разрушено, оно взрывается волной урона резонирующей силой. Если стержень уничтожен или удален со своего места, он взрывается волной урона разрушительной силой. Пространственное смещение, такое как телепортация, разрывает привязь. Непривязанные враги, входящие в радиус действия стержня, становятся привязанными. Может существовать только один стержень одновременно.

Силовая привязь была мощным контрольным эффектом против групп более слабых врагов. Более сильные враги, или кто-то вроде Хамфри, могли сопротивляться притяжению стержня физической силой. Ящерицы, однако, были далеко не такими сильными, как крепкими. Привязь быстро стянула их в кучу, похоронив стержень и его маленькое силовое поле под ними. Затем Белинда использовала другую способность конъюнкции.

Способность: [Яма Жнеца] (Ловушка)

Конъюнкция (измерение).

Стоимость: Высокая мана.

Время восстановления: 2 минуты.

Текущий ранг: Железо 1 (14%).

Эффект (железо): Создает пространственную яму на любой горизонтальной поверхности. Поверхность не должна быть твердой или поддерживающей. Любой внутри ямы получает постоянный некротический урон. Если это заклинание используется снова, пока яма уже существует, существующая яма исчезает, выгружая любого внутри на поверхность, на которой была создана яма.

Дыра в земле появилась под кучей ящериц, и они упали внутрь. Несколько ящериц по периферии остались снаружи ямы из-за огромного размера кучи монстров. Их побег был недолгим, так как кристаллический стержень, который был источником силовых привязей, также упал вниз, увлекая монстров за край и в яму вместе с остальными. Перемещение с исходного места спровоцировало стержень и его силовое поле взорваться, двойные волны силы разбили ящериц о безфрикционные стены ямы.

Вскоре из ямы поднялись визжащие крики ящериц. Некротический урон ямы не был большим количеством, но большинство ящериц были высоко нагромождены эффектом греха, который умножал его. Крики начали затихать по мере того, как ящерицы умирали, пока через минуту с небольшим действие ямы не закончилось.

Единственными ящерицами, которые выжили, были те, кто не был заклеймен, потому что Джейсон и Белинда пропустили их в первоначальной разросшейся группе. Эти выжившие ящерицы двинулись в направлении Белинды, Джейсона и вернувшихся фамильяров.

— Гордон, перехвати тех, кто движется на Белинду. Тень, одна на мне, одна на Линди и одна с Гордоном.

Джейсон перешел на спринт в направлении ящериц. Фамильяры быстро последовали за ним. Джейсон подпрыгнул в воздух, сочетая снижающую вес силу своего плаща звездного света и прыжковую силу своих магических сапог, чтобы пролететь над монстрами.

Предмет: [Сапоги песчаного резака] (железный ранг, редкий)

*Сапоги, включающие хитин песчаного резака, наследующие часть его силы *(одежда, сапоги).

Эффект: Улучшенная способность ходить по песку.

Эффект: Увеличенная высота и дальность прыжка.

Эффект: Усиленная атака ударом ноги. Высокоэффективна против врагов с сильной земной аффинностью.

Он порезал руку, когда пролетал над ними, выпуская пиявок и осыпая Колина на монстров, прежде чем легко приземлиться на другой стороне. Теперь неистовые ящерицы развернулись, чтобы погнаться за ним, даже когда Команда Колин вгрызалась в них. Джейсон не стал пытаться добить их сам. Вместо этого он танцевал вокруг, играя роль отвлекающего фактора, как это делали фамильяры раньше. Гордон и фонарь Белинды с другой стороны начали обстреливать их, разделяя их внимание.

Всякий раз, когда ящерица подходила слишком близко, Джейсон наносил удар ногой перед ней. Цепной хлыст из острых осколков вылетал из его сапога с каждым ударом, заставляя ящериц вздрагивать от удивительно глубоких рваных ран, которые он вырезал на них. Как и многие пустынные монстры, они обладали сильной земной аффинностью, что делало их уязвимыми к атакам сапог Джейсона.

Отсутствие интеллекта было самой большой слабостью, которой обладали монстры низкого ранга; Джейсон и его фамильяры гоняли их туда-сюда, пока Колин делал свою работу. Джейсон мог легко телепортироваться между Тенями, одна оставалась на дальней стороне монстров, одна с Белиндой и одна посередине, с Гордоном. Вскоре выжившие отставшие были закончены, Джейсон использовал свое «Казнить» на некоторых из них, чтобы помочь повысить уровень силы.

После боя пара направилась обратно вверх по хребту. Белинда была измотана, капая потом, несмотря на освежающую силу своего магического браслета. Джейсон восстановил себя на телах павших монстров с помощью своего заклинания сбора крови, поэтому был снова в полной силе.

— Это было превосходно, — сказала им Генриетта. — Белинда, ты только начинаешь осознавать потенциал своих сил. Ты сможешь достаточно хорошо справляться с монстрами своего ранга, но как только у тебя будет полное владение своими способностями, работа в одиночку будет вопиющей тратой. Ты должна быть раствором в кирпичной стене. Ты можешь сделать приемлемую стену просто из кирпичей, но раствор делает ее намного лучше, чем она когда-либо могла быть без него.

Она повернулась к Джейсону.

— Ты своего рода противоположность, — сказала она ему. — Ты силен сам по себе, и с тобой труднее сочетаться с другими, не отнимая некоторые из твоих величайших сильных сторон. Из-за этого тебе нужно развивать разные наборы навыков для работы в команде и для работы в одиночку. Чтобы по-настоящему быть частью команды, ты должен использовать их не просто как отвлекающий фактор, пока у тебя свой бой. Я не сомневаюсь, что ты мог бы провести какую-то версию того, что сделал здесь, в одиночку, но, интегрировав свои способности, ты разработал надежную, эффективную и действенную стратегию.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Я как бы ждал поворота, где ты начнешь говорить мне, что я сделал не так.

— Ты не был идеален, ни в коем случае, — сказала Генриетта, — но ты продвигаешься. Твое быстрое улучшение говорит мне, что Хамфри знал, что делал, когда собирал эту команду. Здесь есть большой потенциал.

* * * Маршрут команды пролегал на север от Гринстоуна, вверх по побережью, вглубь страны над песками того, что Джейсон знал как пустыня Намби, и в Калахари. Там было больше растительности, пусть и пятнистой и сухой, с горами, усеивающими горизонт. Джейсон смотрел на свою карту, пока они путешествовали, которая открывала пространство по мере того, как он проходил через него. Он наблюдал, как их путь формировал петлю открытого пространства, его глаза всегда возвращались к точке, где петля должна была замкнуться.

Из-за своей способности карты Джейсон играл роль навигатора команды. Одной из функций карты, которую он обнаружил, было отмечать путевые точки, даже в областях, которые все еще были скрыты. Он мог использовать путевую точку, чтобы наметить маршрут, и использовать функцию мини-карты, которую карта получила, когда эволюционировала, чтобы держать их на курсе. Как навигатор, Джейсон занимал другое переднее сиденье скиммера, рядом с Клайвом, который вел машину. Когда петля почти полностью замкнулась, он наклонился к Клайву и заговорил поверх звука воздуха, проносящегося через магическое кольцо в задней части скиммера.

— Можем сделать небольшой крюк? — спросил Джейсон. — Должно занять всего около часа нашего пути для скиммера.

— Что ты хочешь увидеть? — спросила Генриетта из-за его спины.

— Некоторые кровавые культисты пытались принести в жертву меня и моих друзей в этой большой ритуальной камере, внутри горы. Я бы не прочь взглянуть еще раз, теперь, когда я не напуган до смерти и провел больше, чем несколько часов в этом мире.

— Я определенно хочу это увидеть, — сказал Хамфри. — Я слышал эту историю, и мне бы хотелось увидеть, где это произошло.

Генриетта посмотрела на остальных и получила общее согласие в виде кивков.

— Хорошо, тогда, — сказала она. — Пойдем посмотрим.

* * * Вход представлял собой пещеру, которую легко было пропустить с любого расстояния, но они заметили остатки экспедиции Магического общества. Мусор, обломки и пара заброшенных палаток, которые, казалось, пострадали от нападения монстров, служили очевидным маркером.

— Это проблема с этими экспедициями в пустыне, — сказал Клайв, осматривая палатки после того, как скиммер остановился. — Здесь мало что есть, поэтому они имеют тенденцию привлекать монстров.

— Когда Магическое общество пришло сюда? — спросил Джейсон.

— Сразу после того, как Руфус представил свой отчет Обществу искателей приключений, — сказал Клайв. — Услышав, что произошло, Общество искателей приключений передало это нам, чтобы мы могли оценить место на предмет потенциальных будущих угроз.

— Вы нашли какие-нибудь? — спросил Нил. — Стоило бы знать перед тем, как мы войдем туда.

— Нет, — сказал Клайв. — В конечном счете, это была просто обычная, если впечатляющая, ритуальная комната. Если что-то и имеет главную ценность, так это историческая. Как акведук Небесной реки или комплекс Ордена Жнеца, который мы нашли под болотом, ритуальная комната здесь предшествует поселению Гринстоун. Похоже, семья Вейн просто нашла ее и использовала.

Они вошли через пещеру, вниз по длинному туннелю в гору. Светящиеся камни были вытащены, чтобы осветить путь.

— У культа были эти странные красные фонари, которые окрашивали все в цвет крови, — сказал Джейсон. — Я не знаю, были ли они для какой-то цели или просто эстетические.

Они вышли в главную камеру. Ступени, похожие на вырезанные колышки, торчащие из стены, вились вверх и вокруг цилиндрической камеры. По мере подъема лестницы были более крупные платформы в кардинальных точках. На уровне пола то, что раньше было бассейном с похожей на кровь жидкостью, все еще занимало большую часть пространства. Теперь он был осушен, напоминая Джейсону пустой бассейн в каком-то заброшенном доме.

— Яма была полна этой мерзкой жидкости, — сказал Джейсон остальным, когда подошел, чтобы заглянуть внутрь. Она была примерно такой же глубины, как Джейсон был высотой, безликая яма из темного камня. — Из нее исходил свет, который окрашивал все в красный цвет, как те фонари, о которых я упоминал.

— Здесь пахнет кровью, — сказала Софи.

— Не так, как раньше, — сказал Джейсон. — Тогда воздух был густым и тяжелым от нее. Я был довольно одурманен, потому что меня уже несколько раз вырубали в тот день.

— Команда Магического общества осмотрела и утилизировала жидкость, — сказал Клайв. — Она казалась в основном водой, смешанной с различными алхимическими материалами. Там также было много крови. Команда оценила, что по меньшей мере дюжина человек умерла, чтобы произвести ее. Отчет описывал вещество как напоминающее кровь, которая отказывалась высыхать или сворачиваться, и это было чрезвычайно нервирующим, даже с магией внутри, которая ушла в спячку.

— Общество искателей приключений провело собственное расследование, — сказал Джейсон. — Я был квалифицирован, чтобы посмотреть отчет после того, как достиг трех звезд. Семья Вейн годами охотилась на города в регионе и выдавала это за нападения монстров.

— Я не могу поверить, что они действительно ели людей, — сказал Нил. — Я знал Ландемира Вейна. Не хорошо, но я видел его на светских мероприятиях.

— Я тоже его знал, — сказал Клайв. — Мы делили одну и ту же магическую специализацию. Я думал, он гений, казалось, вырывающий эти невероятные инновации из воздуха. Теперь мы знаем, что он получал их от культа Строителя все это время. Какая трата.

Клайв покачал головой с отвращением. — Все эти знания из-за пределов нашего мира, и вот для чего он их использует.

Джейсон провел их через события того дня, как он их помнил.

— Это была платформа, где они оставили меня. Они сбросили Гэри первым, потому что он был тяжелым. Если вы посмотрите через край, вы увидите дверной проем на другой стороне комнаты. Я спрыгнул с края платформы и использовал свой плащ, чтобы спуститься. Все, что у меня было, это он и моя способность темного зрения. Моим намерением было бежать со всех ног, и я почти сделал это.

— Но ты вернулся, — сказал Хамфри.

— Если верить Гэри, — сказал Джейсон, — это была блестящая схема, чтобы выманить часть культистов. Правда в том, что я действительно бежал. Но я был без сознания, когда меня принесли в камеру, и понятия не имел, что в конце того туннеля. Я знал, что мне понадобится помощь, если я не хочу быть пойманным снова через десять минут. Кроме того, меня слишком много раз ударили по голове. Мое суждение было скомпрометировано.

Они продолжили подниматься по ступеням.

— Это место, где у Руфуса была дуэль на мечах с сестрой Ландемира Вейна. Я не помню ее имени.

— Алика, — сказал Нил.

— Точно, — сказал Джейсон. — В любом случае, у нее был меч, но у Руфуса был только этот злой магический садовый совок, который я нашел в поместье Вейн. В конце концов он бросил его Гэри, который метнул его через горло Алики. Это было так быстро и плавно, никто не видел, как это произошло.

Джейсон задумчиво посмотрел на Генриетту.

— На самом деле, это то, о чем Генриетта говорила все это время. Знание того, что сделает твой товарищ по команде, и доверие им в том, что они это сделают.

— Тогда, возможно, тебе стоит воспринимать мои инструкции более серьезно, — сказала Генриетта.

Они поднялись до самого верха, платформа, когда-то державшая алтарь, теперь была пуста. Джейсон подошел к краю и посмотрел вниз со вздохом.

— Первый раз, когда я когда-либо намеренно убил человека, был в этой комнате. Ландемир Вейн был первым, еще в поместье, но это просто как-то случилось, когда мы боролись за нож.

— Эти люди убили бы и тебя, — сказал Хамфри. — Это вся причина, по которой они привели тебя сюда.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я не жалею о том, как все обернулось. Но это первое место, где я когда-либо решил убить человека, а затем сделал это.

Он повернулся обратно и подарил Софи грустную улыбку.

— Ты, наверное, думаешь, что я избалованный дурак, — сказал он ей. — Жизнь, которая была у тебя, и вот я жалуюсь на вещи, которые ты, вероятно, делала гораздо моложе.

— Ты определенно дурак, — сказала Софи, подарив ему ироничную улыбку. — И да, мне пришлось принять это решение моложе, чем тебе. Это не делает его легким, однако, всякий раз, когда это происходит.

— Для меня это были бандиты, — сказал Хамфри. — Я только получил свои эссенции и все еще тренировался. Я был со своим кузеном, Эрнестом, который просматривал уведомления о монстрах в поисках чего-то, с чем я мог бы справиться. Мы были на охоте и наткнулись на этот торговый караван, бегущий от бандитов. Их лидер был бронзового ранга, поэтому Эрнест был занят борьбой с ним, пока я брал остальных. Я знал, что мои специальные атаки мощны, и я видел, что они могут сделать в камере миражей, но в реальной жизни все было иначе. Я имею в виду, не было, но было. Ужасающе, как легко люди могут умереть. Тот первый бандит, когда я ударил ее... это было как будто верхняя половина ее просто взорвалась, неузнаваемые куски падали в грязь. Она даже не приземлилась на меня; сила сдула все это прочь. Я помню, как подумал, что странно, что я остался чистым.

— Для меня это тоже были бандиты, — сказал Клайв. — Они совершают набеги на отдаленные фермы и ранчо в дельте, иногда. Они не знали, что у моей семьи есть сын-искатель приключений, или что он был в гостях.

Выражение лица Клайва стало жестким.

— Они узнали, — сказал он тихо.

Группа проделала путь обратно вниз к нижней части камеры, и Джейсон указал на следы ожогов, трудноразличимые на темном камне.

— Это место, где мы сражались с сангвиническим ужасом, — сказал Джейсон. — Фарра сняла свой ошейник подавления и превратила его в пепел.

— Неплохой способ начать свое путешествие в качестве искателя приключений, — сказала Генриетта.

— Знаешь, я не уверен, что я даже знал, что такое искатель приключений, в последний раз, когда я был здесь, — сказал Джейсон. — Руфус, Фарра и Гэри только имели шанс начать отвечать на мои многочисленные, многочисленные вопросы по пути обратно в поместье Вейн. Будет интересно увидеть это место снова.

Пожалеть позже

Пожалеть позже

Джейсон огляделся вокруг скиммера, пока он плавно плыл над каменистой землей. Это был ничем не примечательный участок пустыни, но прогулка между горой с ее скрытой жертвенной камерой и поместьем Вейн была важным временем для Джейсона. После того как он попал в этот мир, эта прогулка была его первым шансом замедлиться и получить ответы от кого-то, кто не хотел его съесть или бросить в злую кровавую яму.

Это было тогда, когда он по-настоящему встретил Руфуса, с его твердой надежностью, и Гэри, с его шумным энтузиазмом. Затем была Фарра. Она была той, кто заставлял команду работать, приводя Гэри в чувство, когда приходило время для дела, и расслабляя Руфуса, когда он вызывал ненужное напряжение. Умнее любого из них, она могла бы легко возглавить свою собственную команду. Она была достаточно мудра, чтобы признать, что не хочет этого. Она оставила это Руфусу, пока занималась своими собственными делами.

Но Джейсон не осознавал этого в то время. Он все еще был ошеломлен ужасающими вулканическими силами, которые она использовала, чтобы уничтожить сангвинический ужас. Он только начинал узнавать людей, которые станут его первыми друзьями и наставниками в его новом мире.

Возвращаясь к месту, с которого все началось, путь, который он проделал, тяжело давил на его разум. Это был путь насилия с самого начала, такой другой по сравнению с безопасной, процветающей жизнью, которую он знал до этого. В ту первую ночь он говорил Руфусу о своих страхах, о том, во что жизнь насилия может его превратить. Руфус не дал ему того утешения, которое он искал.

Вместо этого Руфус сказал Джейсону, что ему придется выбирать между сохранением своей невинности или захватом своей собственной судьбы. Он пообещал, что жизнь приключений даст Джейсону мир, но это будет стоить определенной цены. Эта цена — безопасность и неизбежное пятно кровавых рук. Оглядываясь назад, обещание Руфуса было выполнено. У Джейсона были деньги, власть, влияние. Драгоценные друзья и верные товарищи. Но он также сталкивался с опасностью и был опасностью, с которой сталкивались другие. Это можно было бы считать наивностью, но он задавался вопросом, не стали ли насилие и убийство слишком легкими.

Потребность в насилии и моральное действие были более сложной вещью для баланса, чем он когда-либо думал. Он гордился своей растущей способностью и в значительной степени тем, что он сделал с ее помощью. Но эта гордость также приносила опасность и сожаление. Он пошел вместе со всеми остальными, чтобы сразиться с племенем Устеи на их песчаной барже, и хотя их, безусловно, нужно было остановить, не более чем символические усилия были направлены на примирение. То, что он не знал, сколько людей он убил в тот день, было достаточно плохо. То, что это было по причинам кого-то другого, сделало это еще хуже.

Он думал о людях, которых убил в торговом центре. При всем том, что он говорил себе, что это оправдано, он мог легко сбежать, не причинив никому вреда. В свои самые честные моменты Джейсон знал, что он не убил их в целях самообороны или из-за какой-то необходимости послать сообщение. Не какое-либо сообщение, стоящее того, чтобы его посылать, во всяком случае. Это была гордость. У них хватило дерзости бросить ему вызов, и он хотел — нуждался — дать всем понять, что прийти за ним — значит заплатить цену кровью.

Тадвик Мерсер был, по своей сути, существом гордости. Это то, что делало его таким легким для ранения и что двигало каждой ошибкой, которую он совершал. В испытаниях Жнеца Джейсон столкнулся лицом к лицу со своим собственным темным будущим, с местом, куда его приведет его гордость, если он не будет внимателен к ней. Он мог стать слишком похожим на Тадвика.

То, что он был более успешным, чем Тадвик, заставляло людей более терпимо относиться к его гордости, но это была ловушка. Что-то, что делало его гордость более коварной, более опасной. Он проигнорировал потребность Общества искателей приключений в том, чтобы он сделал смиренный жест, считая себя умным за то, что обратил это в свою пользу. Он начинал осознавать, что у него есть большая потребность найти некоторое смирение, чем он думал.

— Это оно? — спросил Клайв рядом с ним, когда они пересекли каменистый подъем.

Когда Джейсон впервые заметил поместье Вейн те месяцы назад, это был несоответствующий участок зелени. Руфус заметил, какая это трата ресурсов — поддерживать умеренную весну посреди пустыни. Судя по желтым и коричневым цветам, которые заменили зелень, эта цена, по-видимому, больше не платилась.

— Это оно, — сказал Джейсон, перепроверяя свою карту. — Выглядит немного хуже, чем в последний раз, когда я был там.

— Останови скиммер снаружи, — сказала Генриетта, наклоняясь вперед, чтобы поговорить с Клайвом. — Мы не думаем, что кто-то будет в резиденции, но Общество искателей приключений хочет, чтобы мы проверили это по причине. Лучше не объявлять о себе слишком громко.

По мере приближения они обнаружили увядающие растения, засохшие кусты и полуголые деревья, с их оставшимися листьями цвета коричневого, красного и желтого глубокой осени. Территория поместья Вейн была английским загородным садом, удерживаемым в вечной весне. По мере того как энергия, поддерживающая искусственный климат, истощалась, эта весна проходила через глубокую осень на пути к выжженной солнцем зимней пустыне.

Столбы, расставленные вдоль внешнего края территории поместья, все еще отмечали границу между пустыней и поместьем. Клайв подвел скиммер к одному из них. Команда высадилась и переступила через границу. Воздух внутри был все еще прохладнее, чем в пустыне, но горячее, чем помнил Джейсон. Ведомые картой Джейсона, они отправились через желтеющую траву к внутренним пределам обширного поместья.

— Это живой лабиринт, — указал Джейсон. Возвышающиеся стены живой изгороди выглядели тоньше, чем он помнил, бледно-зеленые изгороди были бледным отражением его прежней, пышной славы. — Я попал в этот мир где-то посередине этого.

— Это то, что сделало ту большую дыру? — спросила Софи, указывая.

В изгородях была рваная арка, отраженная в изгородях, которые они могли видеть сквозь нее.

— Нет, это был Гэри, — сказал Джейсон. — Он и Фарра отправили своих призванных существ прямо через середину этого. Он сказал, что это чтобы вымести любых культистов, но я думаю, это было в основном чтобы позлить Анису.

— Аниса? — спросила Генриетта.

— Жрица Чистоты. Она была временно прикомандирована к команде Руфуса. Церковь была теми, кто отправил их сюда, что, как мы думаем, было частью их игр. Я должен представить, что союз между ними и культом Строителя — неспокойный.

— Кажется опасным для культа вовлекать посторонних таким образом, — сказала Белинда. — Слишком большой шанс разоблачения. Слишком впечатлиться хитроумностью своих собственных планов — верный способ испортить их.

— Культ Строителя, по-видимому, положил глаз на это место, — сказал Джейсон. — Я могу понять, как комбинация изоляции, пространства и комфорта могла бы привлечь. Матриарх дома, однако, не любила Строителей. Не одобряла того, что ее сын был частью неправильного культа.

— Ты, кажется, натыкаешься на много культистов, — сказал Хамфри.

— О, это ничто, — сказал Джейсон. — В моем мире они приходят к твоей двери с брошюрами.

Он перевел взгляд обратно на живой лабиринт.

— Я не мог бы точно сказать, где я появился там. Мое прибытие, казалось, не нанесло никакого ущерба, и каждое место выглядит как любое другое в лабиринте. Что, я полагаю, и есть весь смысл.

По мере того как они продвигались по поместью, они видели все больше и больше ущерба, помимо того, что было вызвано пустыней, возвращающей землю. Кто-то приложил топор и пламя к этому месту, разрушая хозяйственные постройки и поджигая сады. Когда они достигли поместья, они увидели, что оно явно приняло на себя основной удар того гнева, который двигал вандалами. Только секции сгоревшего и обрушившегося здания все еще стояли на первоначальной высоте. Каждая секция стены, достаточно целая, чтобы поместить ее, была расписана ярко-красными граффити, осуждающими жителей как пьющих кровь и убийц.

— Похоже, слухи о кровавом культе, охотящемся на близлежащие города и деревни, распространились, — сказал Хамфри. — Здесь осталось не так много от поместья, чтобы проверить.

— Там были довольно обширные подвалы, — сказал Джейсон. — Они могут быть целы.

Команда пробралась в выпотрошенные руины поместья.

— Осторожнее с частями, которые еще не обрушились, — предупредила Генриетта.

Они быстро обнаружили, что полы прогорели, сбрасывая обугленные остатки дома сверху в почерневшие кучи в обширном пространстве подвала. Джейсону удалось найти вход в подземную ритуальную комнату, но туннель был плотно забит обломками.

— Нам стоит раскопать его? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказала Генриетта. — Если бы мы сделали это быстро, то, что осталось от дома, обрушилось бы на нас. Если бы мы пошли осторожно, это заняло бы слишком много времени и могло бы обрушиться в любом случае.

— Есть другой вход, — сказал Джейсон. — Это немного ползания через узкий, влажный туннель. Который находится на дне колодца. После этого, однако, это просто подземная пещера с дорожкой, и вы там.

— Я не думаю, что нам нужно заходить так далеко, — сказала Генриетта.

— Возможно, нам стоит быть тщательными, — сказал Хамфри.

— Согласен, — сказал Джейсон.

— Хорошо, мы пойдем на компромисс, — сказала Генриетта. — Я просканирую своими чувствами ауры сверху через ту систему пещер. Она должна быть между здесь и центром лабиринта, верно?

— Я могу поставить нас прямо над ней, используя свою карту, — сказал Джейсон. — Может быть, нам стоит на самом деле спуститься и взглянуть, однако.

— Ползая через влажный туннель на дне колодца? — сказал Нил. — Если бы здесь все еще были культисты, то они бы убили людей, которые пришли сжечь это место. Или ушли, если это случилось до того, как они вернулись.

— Это действительно кажется бесполезным как место, чтобы отсидеться, — сказал Клайв. — Без поместья это просто место, которое, как известно, они использовали в прошлом. Это делает его сплошной угрозой и никакой ценностью. Даже если бы они пришли сюда, они бы двинулись дальше.

— В этом есть смысл, — признал Хамфри.

— Все же, я сделаю сканирование ауры, просто чтобы быть тщательной, — сказала Генриетта. — Мы не хотим потом жалеть об этом.

* * * Изнутри края территории поместья Тимос и Зато наблюдали, как скиммер исчезает вдали.

— Считай это официальным извинением, — сказал Зато. — Я думал, твои идеи были перегружены. Сжечь поместье и переселить всех в пещеру. Использовать так много наших ресурсов, устанавливая подавление ауры. Ты защитил наш последний шанс. Даже если бы мы убили их, другие пришли бы искать.

— Наша работа здесь займет месяцы, — сказал Тимос. — Я знал, что кто-то придет, в конце концов. Я оставался скрытым в Гринстоуне так долго, потому что я был более осторожным и более тщательным, чем кто-либо верил, что у меня есть причина быть. Если бы руководство не чувствовало, что Тадвик стоит того, чтобы рисковать разоблачением, я бы оставался скрытым там до сих пор.

— Ты сделал из меня верующего, — сказал Зато. — Ты отвечаешь за то, чтобы держать нас в безопасности. Какие бы меры ты ни считал необходимыми, принимай их. Пока это не компрометирует работу.

* * * Команда двинулась на юг от поместья Вейн, следуя направлению, но не пути, который Джейсон когда-то проделал к реке Мистран. Прямой маршрут, который они выбрали в то время, требовал почти неделю пешком. Команда ожидала, что это займет примерно столько же времени из-за их зигзагообразного маршрута, который посетит все местные города и деревни, со всем временем, которое потребуется, чтобы очистить их доски объявлений. В милях от поместья Вейн Джейсон упрекал себя.

— Я должен был отправить Тень разведать подземелье, — сказал он. — Я не привык иметь такого полезного фамильяра.

— Я извиняюсь за то, что не предложил себя сам, — сказала Тень. — Я не хотел переходить границы на этом раннем этапе нашего сотрудничества.

— О, пожалуйста, переходи, — сказал Джейсон. — Я довольно сильно просто блуждаю через всю эту вещь искателя приключений без реального представления о том, что я делаю.

— Это правда, — подтвердил Нил. — Ему нужна вся помощь, которую он может получить.

— Спасибо, Нил, — сказал Джейсон сухо.

— Я имею в виду, он действительно плох в этом.

— Ты можешь перестать помогать в любое время, Нил.

— О, это не проблема, — сказал Нил.

* * * Скиммер привлек внимание, когда прибыл в Северо-Восточную Карьерную Деревню Номер Четыре. Такое магическое средство передвижения использовалось только искателями приключений или большими шишками, приезжающими проверить карьерные операции, поэтому жители деревни сразу поняли, что прибыли важные посетители.

Деревня была расположена кольцом вокруг озера, питаемого каналом, который вел от близлежащей горы, которая была местом карьеров. Водопад брызгал из дыры в склоне горы, питая канал.

— Я был выбрызган из горы тем водопадом, — сказал Джейсон, указывая на него.

— Почему ты прыгнул в те брызги? — спросила Софи.

— Я был там наверху, осматривался, когда он выключился, — сказал Джейсон. — Мы с другим парнем осматривались, когда он включился снова.

— Он питается апертурой, верно? — спросила Генриетта.

— Это верно, — сказал Джейсон.

— Было несколько случаев, когда апертуры прерывались, — сказал Клайв. — Это была вся причина, по которой экспедиция была сформирована в первую очередь. Это должно было быть одним из самых ранних инцидентов. Что случилось, точно?

— Я стоял прямо рядом с потоком, когда он остановился, — сказал Джейсон. — Мы со смотрителем пошли поближе посмотреть, и шаб прошел сквозь. Это был мой первый монстр железного ранга, и это был огромный, ужасающий крабо-акулий монстр. Я имею в виду, я знаю, что они неловкие и довольно мусорные сейчас, но они выглядят ужасающе. Мы убили его, а затем вода включилась снова. Она выбросила меня, того другого парня и кучу дополнительных шабов прямо с края горы. Это было довольно потрясающе, на самом деле. Большинство шабов погибли, когда ударились о землю, но некоторые выжили, приземлившись в воду, хотя они все еще получили хороший удар с той высоты. Руфус, Гэри и Фарра были заняты преследованием парня, который подставил их для кровавого культа, поэтому я, тот другой парень и Колин добили шабов.

Их прибытие было замечено, и мэр вскоре спешил выйти, чтобы поприветствовать их.

— Джейсон? Джейсон Асано?

— Добрый день, Грег, — сказал Джейсон, пожимая руку мэра.

Он оглядел Джейсона с ног до головы, оценивая темные боевые мантии, меч на одном бедре и кинжал на другом, его патронташ, полный метательных дротиков.

— Посмотри на тебя, весь такой устрашающий, — сказал Грег. — Каждый дюйм успешного искателя приключений.

— Я бы не спешил с выводами, — сказал Джейсон. — Я причина, по которой моя команда застряла с наказанием.

— Да, я припоминаю, твой друг упоминал, что ты скоро будешь. У них все хорошо?

Джейсон насильно поддерживал легкую улыбку на своем лице, вспоминая фривольное замечание Фарры.

— Позволь мне представить тебя некоторым новым друзьям, — сказал он, называя Грегу все их имена.

— Геллер? — спросил Грег. — Как в...

— Нет, не те Геллеры, — сказал Джейсон. — Эти двое из другой семьи Геллеров. Очень крупные в торговле торфом. Как говорится, если хочешь найти Геллера, ищи в том отвратительном торфяном болоте. Это одни из первых, кто пошел в искатели приключений. Не самые первые, однако. Жаль было остальных. Такой недостойный способ умереть.

Генриетта наблюдала за Джейсоном из-под поднятых бровей, пока Нил качал головой. Хамфри воспринял это спокойно, также пожимая руку мэра. Грег повел их в деревню, вдоль кольцевой дороги, которая окружала озеро. Они привлекли много внимания, некоторые люди подходили и приветствовали Джейсона по имени.

— Моя дочь все еще хранит ту монету духа, которую ты дал ей, когда заставил ее бежать от монстров. Она хранит ее в коробке как сокровище.

Джейсон обменивался несколькими словами с каждым жителем деревни, прежде чем они позволяли устрашающей группе искателей приключений двигаться дальше.

— Дэн, — поприветствовал Джейсон одного человека. — Нам придется достать немного того жареного гигантского червя.

— Не в это время года, — сказал Дэн, пожимая руку Джейсона. — Мы не берем их во время их сезона размножения. Я могу сделать тебе парового ящера-прыща, если хочешь.

— Звучит ужасно, — сказал Джейсон. — Я в деле.

— Я не понимаю, — сказал Нил, когда они направились к доске объявлений искателей приключений. — Ты был здесь сколько? Пару дней, полгода назад?

— Три, я думаю, — сказал Джейсон. — Два с половиной, может быть.

— Откуда ты знаешь всех этих людей?

— Вы, аристократы, все о достоинстве и статусе, — сказал Клайв. — Мы, обычные люди, ценим кого-то, кто не лезет на свой высокий холм. И говори что хочешь о Джейсоне, ясно, что если он когда-либо был на высоком холме, он с него упал.

— И приземлился на голову, — пробормотал Нил.

Команда нашла уведомления на доске приключений, и Генриетта просмотрела их.

— Здесь нет ничего впечатляющего, — сказала она. — Если хочешь, Асано, можешь остаться здесь, пока мы с остальными разберемся с этим, и подобрать тебя после. Кажется, тебе нужно кое-что наверстать.

— Это было бы неплохо, — сказал Джейсон. — Я могу заглянуть к старому другу.

— Три дня, шесть месяцев назад, — снова сказал Нил. — Как у тебя могут быть старые друзья?

— Магическое общество на самом деле изучало это, — сказал Джейсон. — Оказывается, как только ты пересекаешь определенный порог харизмы, она начинает искажать реальность вокруг тебя.

— Просто чтобы прояснить, — сказал Клайв остальным, — Магическое общество не делало этого.

* * * Джейсон сидел во дворе Хайрама, смотрителя местной апертуры астрального пространства. Они были выброшены с горы вместе и сражались с монстрами, которые вышли из нее. Его дом выходил на озеро, где его внучка плескалась с кем-то из детей соседей.

— Здесь все было просто отлично, — сказал Хайрам. — Я хочу услышать все о твоих захватывающих приключениях.

— У меня могло быть пара близких вызовов, — сказал Джейсон. — На самом деле был своего рода конкурс для искателей приключений, который...

Джейсон замолчал, когда радужный свет начал сиять из середины озера. Он выскочил из шезлонга, его суровый взгляд был прикован к этому свету. Он быстро рос, до размера, указывающего на бронзовое, или, возможно, даже серебряное проявление.

— Что с этой деревней? Хайрам, тебе нужно эвакуироваться. Все, вся деревня. Если у вас есть какое-то укрытие, поместите их в него. В противном случае, просто уводи всех так далеко, как можешь.

— Сколько времени до того, как он закончит проявляться? — спросил Хайрам.

— Если это бронзовый ранг, — сказал Джейсон, — может быть, четверть часа. Я, вероятно, могу справиться с этим, однако. Если это серебро, у вас в два раза больше времени, но я ничего не смогу сделать.

Хайрам кивнул и направился к детям, которые перестали играть и смотрели на красивый радужный вихрь.

Удар

Удар

Джейсон протянул свою теневую руку к крыше дома Хайрама, и вокруг него появился теневой плащ. Он уменьшил свой вес и втянул руку, легко запрыгнув на крышу. Оглядев деревню, он увидел, как люди суетливо собирают семьи, чтобы уйти. Они знали, что означает проявление монстра, и никто из них еще не видел ничего настолько масштабного, как радужный вихрь, сияющий сейчас над поверхностью озера.

Остальные члены его команды находились вне зоны голосовой связи. Они вернутся через несколько часов, в зависимости от того, сколько времени у них уйдет на погоню за монстрами, на которых они охотились.

Джейсон перевел мрачный взгляд обратно на вихрь. Это определенно будет серебряный ранг. Это даст жителям деревни больше времени, но его будет недостаточно. Эвакуировать всю деревню за полчаса невозможно, особенно с детьми и стариками. Кому-то придется выиграть для них время, и единственным человеком, оказавшимся на месте, был он.

Джейсон не питал иллюзий насчет победы над монстром серебряного ранга. Он был уверен в своих силах против бронзового ранга, даже против пользователя эссенций бронзового ранга, если тот был из числа посредственностей, цепляющихся за нижние ступени Гринстоуна. Но монстр серебряного ранга — это не то, с чем он мог справиться. Даже с его способностями снижать сопротивление врага, его недуги отскакивали бы от существа серебряного ранга, как дождь от зонта.

Пользователи эссенций развивались гармонично, и с повышением ранга росли все их характеристики. Даже если у них не было способностей для усиления, каждый пользователь эссенций становился быстрее и сильнее, чем на предыдущем ранге. Монстры не подчинялись этому балансу. Некоторые были быстрыми, некоторые — сильными; другие были физически слабыми, но обладали мощными магическими способностями. Если он хотел добиться чего-то большего, чем просто быть проигнорированным или убитым, Джейсону нужно было, чтобы монстр серебряного ранга оказался большим и медлительным.

Если он будет неповоротливым, у него был хороший шанс увести монстра подальше от жителей деревни. Если же он окажется быстрым или будет обладать странными способностями, то вполне мог убить Джейсона за считанные мгновения, прежде чем обрушиться на бегущих жителей. Джейсон наблюдал за радужным светом и ждал, понимая, что жизнь или смерть для него самого и сотен других людей — это просто вопрос удачи.

Это было третье магическое проявление, свидетелем которого стал Джейсон, после камня пробуждения и того другого монстра серебряного ранга в городе. Монстры серебряного ранга были редкостью в регионе с низким уровнем магии, однако он оказался рядом с двумя из них за один месяц. Возможно, нашествие монстров действительно было не за горами.

Ему говорили, что ни одно проявление не происходит точно так же, как другое, хотя он с трудом мог этому радоваться, так как его мысли были заняты вероятной скорой смертью. В конце концов, радужный вихрь начал сжиматься, превращаясь в сферу, которая становилась все ярче и ярче, пока Джейсону не пришлось прикрыть глаза. Он видел, как деревня залита синим светом, словно над озером появилось лазурное солнце. Затем свет потускнел, и он смог снова смотреть. Он наблюдал, как сфера синего света упала в воду и исчезла.

С точки зрения Джейсона, воцарилась странная тишина, хотя вдалеке он все еще видел, как жители деревни в панике пытаются бежать. Световое шоу ничуть не развеяло их страхи. Вокруг же Джейсона все было тихо.

Момент тишины прошел. Огромный столб воды вырвался из озера, взметнувшись в воздух, словно на глубине взорвалась бомба. Волны разошлись в стороны, раскачивая лодки, пришвартованные у пристаней вдоль берега. Озерная вода посыпалась дождем, и Джейсон испугался повторения того, что произошло в городе с небольшой армией элементалей.

Джейсон напряг свои чувства ауры, сканируя каждый водоем и лужу, которые образовывались, в поисках проявляющихся элементалей. Вода казалась благословенно инертной, если не считать единственной ауры серебряного ранга, выпирающей из центра озера. Его глаза устремились в самый центр озера, где не вся вода успела опасть. Часть ее приняла форму элементаля, стоящего на поверхности озера.

Этот элементаль отличался от бесформенных сгустков, которые он видел в прошлом. Он напоминал статую, высеченную из воды и наполненную кусками скал, плавающими внутри жидкого тела. Он выглядел как человек, бронированная женщина в поножах, нагруднике, шлеме и даже со щитом в одной руке. В другой был длинный хлыст, тянущийся от ее руки к озеру. Хлыст был усеян острыми, как бритва, камнями по всей длине.

Задание: [Эвакуация]

Жителям деревни Четвертый Северо-Восточный Карьер нужно время, чтобы увести своих людей от монстра, появившегося посреди них. Вы — единственное, что стоит между ними и быстрой смертью.

Цель: Задержать [Тиран Оазиса], пока жители не эвакуируются или не прибудет помощь.

Награда: [Амулет Темного Защитника].

Джейсон выдохнул, понимая, что новости в целом неплохие. Обычно элементаль был плохим противником для него, но любой противник серебряного ранга в любом случае был бы невосприимчив к его недугам. Элементали типа воды и земли не славились скоростью, которая была прерогативой типов ветра и огня. Самое главное — он был один. Он будет мощным, но все, что нужно было сделать Джейсону — это отвлекать одного монстра до тех пор, пока жители не успеют уйти.

Если он сможет не дать ему преследовать жителей, пока те не скроются, это будет победа. Если он сможет продержаться достаточно долго, чтобы остальные вернулись, это будет триумф. Генриетта была единственной, у кого хватило бы сил сразиться с монстром, и даже это было бы непростым боем.

Джейсон призвал Тень и Гордона. Колин был бы полезнее, оставаясь в его кровотоке, исцеляя травмы, которые Джейсон неизбежно получит.

— Тень, я буду полагаться на тебя в плане передвижения. Один из вас остается со мной, остальные тела держи там, куда я смогу прыгнуть в случае необходимости. Жители бегут на север, так что начнем с движения на юг. Будем использовать здания вокруг озера как укрытие и постепенно продвигаться в обход. К тому времени, как мы доберемся до места, где сейчас жители, они должны уже уйти. Гордон, держись рядом со мной. Когда я буду совершать теневой прыжок, догоняй как можно быстрее.

Джейсон вытащил меч и посмотрел на элементаля. Несмотря на отсутствие глаз, тот повернул голову, словно сканируя взглядом деревню.

— Гордон, привлеки его внимание.

Двойные лучи вырвались из глаз, вращающихся вокруг Аватара Рока, сигнализируя о начале боя. Элементаль, стоявший на поверхности озера, перевел взгляд с деревни на Гордона.

Элементаль был возвышающейся фигурой, в три раза выше дома, на котором стоял Джейсон. Как он и надеялся, его шаги были медленными и тяжелыми, даже несмотря на то, что он шел по поверхности воды так, словно ничего не весил. Однако, как только он приблизился, Джейсон обнаружил, что легко отделаться не удалось. Элементаль хлестнул своим хлыстом из воды и острых камней толщиной с древесный ствол в сторону Джейсона.

Элементаль, может, и был медленным, но хлыст — нет. У Джейсона едва хватило времени спрыгнуть с крыши, прежде чем хлыст пробил переднюю стену дома Хайрама. Когда он дернул хлыст обратно, крыша разломилась пополам, и остатки рухнули внутрь.

Гордон последовал за Джейсоном с крыши Хайрама на крышу соседнего коттеджа, превратившись в туманную облако оранжево-синей энергии. В форме облака он совершил стремительный рывок по воздуху, прежде чем вернуться в свое нормальное состояние. Джейсон смог совершить такой огромный прыжок на следующую крышу благодаря магии прыжка на своих ботинках. В этот момент он послал безмолвное благословение в сторону братьев Бертов, Гилберта и Филберта, которые нашли их для него.

Бой между Джейсоном и элементалем вовсе не был боем. Это была игра в кошки-мышки, домовладелец, прихлопывающий назойливое насекомое. Гордон появлялся из-за пары зданий и стрелял лучами в элементаля. Джейсон использовал это отвлечение, чтобы удлинить свою теневую руку и нанести удар мечом, целясь в хлыст.

Хотя элементаль использовал его как отдельное оружие, он был частью самого элементаля. Это не имело особого значения, так как меч был почти безвреден. Целью было удержать внимание элементаля. После атаки Джейсон исчезал в Тени, прежде чем сама Тень мерцала, словно тень облака.

Игра была не из легких. Поскольку хлыст был одушевленной частью элементаля, он не был ограничен движением обычного хлыста. Он хлестал и извивался, змеился и искал, преследуя свою неуловимую добычу. Пока Джейсон и Гордон прятались среди деревьев и садов, домов и лавок, прохождение хлыста опустошало их все. Коттеджи превращались в руины, деревья вырывались с корнем, когда существо пыталось прихлопнуть Джейсона и его фамильяров.

Джейсон нырял среди деревьев и зданий, бегая, прыгая, телепортируясь. Это была череда опасных моментов, когда хлыст змеился вокруг или пробивал насквозь препятствия, которые он использовал как укрытие. Он был вынужден постоянно искать новое место, чтобы спрятаться, пока монстр крушил деревню по кругу. Джейсон понял, что уничтожает деревню быстрее, чем жители успевают ее эвакуировать. Состязание заключалось не только в том, выживет ли Джейсон, но и в том, успеют ли жители эвакуироваться, пока еще есть деревня, из которой можно эвакуироваться.

С первого дня тренировок Гэри вбивал в Джейсона навыки движения, а Софи научила его еще большему. Казалось, у нее было сверхъестественное чутье на движение, помогающее ему внедрять каждую новую силу эффективными, инновационными способами. Все эти тренировки и практика доказали свою ценность, когда его подтолкнули к пределу его способностей и даже дальше.

В горниле действия Джейсон проделывал дикие трюки, которые едва успел освоить, по той простой причине, что был вынужден. Он даже не был уверен, остался ли у него физиологически адреналин, но казалось, что все его тело им переполнено. Он подпрыгивал высоко вверх, паря со своим плащом, подтягиваясь в воздухе, цепляясь за дерево или здание своей теневой рукой. Это позволяло ему уклоняться от сокрушительного удара хлыста, пытавшегося вбить его в землю.

Он дико носился по все более разрушающейся деревне, отвечая лишь настолько, чтобы элементаль продолжал преследовать его. Уколы его меча не причиняли ему настоящего вреда, но, казалось, раздражали и злили, заставляя его еще яростнее хлестать хлыстом.

Гордон был верным спутником, следуя за диким рывком Джейсона через руины некогда прекрасной деревни. Обычная форма Гордона не была быстрой, поэтому большую часть времени он проводил в своей быстрой, туманной форме облака. Тем временем Тень постоянно менял положение своих тел, чтобы дать Джейсону места для телепортации.

Одно из тел Тени стало первой жертвой, оставшись позади, когда Джейсон едва успел телепортироваться через него. У хлыста не было врожденной силы воздействовать на нематериальные объекты, но монстр серебряного ранга был настолько пропитан магией, что разорвал фамильяра железного ранга.

Гордон стал второй жертвой. Его рывок в форме облака был быстрым, но рефлексы в остальном были медлительными. Он получил один касательный удар, затем второй, прежде чем прямой удар разбил его в ничто, и его сосуд полностью рассеялся.

Джейсон все сильнее чувствовал давление. Потеря одного из тел Тени затруднила его мобильность, и у него больше не было Гордона в качестве вторичного отвлекающего фактора. Когда представилась возможность, он взглянул на эвакуирующихся жителей. Его опасения подтвердились — он не выигрывал достаточно времени. Деревня разрушалась быстрее, чем они могли ее покинуть, и разрушения приближались все ближе к точке эвакуации. Как раз когда отчаяние начало нарастать, он получил благословенное облегчение.

* Контакт [Клайв Стэндиш] вошел в зону связи. * Контакт [Генриетта Геллер] вошел в зону связи. * Контакт [Софи Уэкслер] вошел в зону связи. * Контакт [Белинда Каллахан] вошел в зону связи. * Контакт [Нил Дэвон] вошел в зону связи. * Контакт [Хамфри Геллер] вошел в зону связи.

— ПОМОГИТЕ! — закричал он в голосовой чат. — МОНСТР СЕРЕБРЯНОГО РАНГА!

Голос Генриетты ответил в голосовом чате потоком ругательств.

— Она имеет в виду, что мы уже в пути, — сказал Хамфри. — Как думаешь, сколько ты сможешь продержаться?

— Честно говоря, я удивлен, что продержался так до... — сказал Джейсон, прежде чем прерваться, чтобы увернуться от хлещущего удара хлыста, который разнес стену позади него и осыпал его обломками.

— Если бы вы могли слышать посторонние звуки, — сказал Джейсон, срываясь с места, — вы бы только что услышали, как рухнул дом. Не могу сейчас говорить.

— Будь начеку и оставайся в живых, Асано, — сказала Генриетта. — Мы уже в пути.

Обновленная надежда наполнила Джейсона новой решимостью. Жителям нужно было, чтобы он держал монстра подальше от них, а у него заканчивалась деревня, поэтому он был вынужден дольше оставаться в уже разрушенных секторах, где укрытий было меньше, и элементалю было легче отслеживать его движения. Он шел на больший риск и более отчаянные шаги. Наконец, один из участившихся опасных моментов оказался слишком опасным. Хлыст нашел свою цель.

Это был лишь касательный удар, но Джейсон почувствовал, будто его сбил грузовик, и его тело, как камень, проскакало по земле, прежде чем врезаться в стену. Едва способный пошевелиться, он потянулся вниз и достал флакон из своего пояса для зелий. Зачарование на поясе, защищающее их от случайных повреждений, было одним из его старейших предметов, и он мысленно поблагодарил Гэри за то, что тот настоял на его покупке. Откупорив флакон, он опрокинул его в горло.

Предмет: [Малое зелье чуда] (железный ранг, легендарное)

*Спасение в бутылке *(расходуемый предмет, зелье).

Эффект: Полностью восстанавливает здоровье, ману и выносливость. Это зелье эффективно только для существ обычного и железного ранга. Магия этого зелья задерживается в теле дольше, чем у обычных зелий, предотвращая эффективность дополнительных лечебных и восстанавливающих предметов в течение более длительного периода.

Джейсон испытал ощущение, не похожее ни на что, что он когда-либо чувствовал. Мощь, сила и жизненная энергия слились в бушующий поток, проносящийся через его тело. Это было как выступление на переполненной арене, победа в гранд-финале. Это было как рождение заново во время оргазма. Он вскочил на ноги, игнорируя прорехи в своих боевых одеждах. Хлыст приближался, чтобы закончить дело, но Джейсон внезапно почувствовал, что может победить элементаля в одиночку.

К счастью, это заблуждение быстро прошло, и он увернулся от хлыста. Его теневая рука змеилась, подобно хлысту, который преследовал его, чтобы схватить упавший меч и продолжить бой.

За время погони Джейсон нанес много ударов своим мечом и накопил значительные заряды дополнительного урона силой в лезвии. Он прикинул, что это было больше, чем в любой предыдущей стычке, однако оружие железного ранга оставило на элементале серебряного ранга лишь вмятины размером с ноготь.

Джейсон продолжал свой безумный рывок, выигрывая столько времени, сколько мог, пока его ситуация ухудшалась. Второе тело Тени было уничтожено, затем третье. В отсутствие Тени он призывал и перепризывал свой плащ, телепортируясь через него к любой тени, которую мог видеть. Оживляющий эффект зелья иссяк, так как он сжигал и выносливость, и ману, балансируя на грани. Прятки превратились в постоянное уклонение, его тело было испещрено порезами от обломков, разлетающихся на осколки. У него больше не было времени проверять жителей или замедлять разрушение их деревни.

Конец настал, когда он почувствовал приближение группы новых аур. Он узнал свою команду и издал усталый смешок. Эта минутная отвлеченность стоила дорого, когда хлыст врезался в него. Каменный осколок внутри хлыста прорезал его торс, отправив его кувыркаться по воздуху. Он был уже без сознания, когда врезался в стену, как насекомое в лобовое стекло.

Цель Общества искателей приключений

Цель Общества искателей приключений

Джейсон пришел в сознание и обнаружил, что на него смотрит маленькое лицо.

— ДЕДУШКА! — завопила она с оглушительной громкостью. — Он очнулся!

— Он еще и немного хрупкий, — прохрипел Джейсон, пока внучка Хайрама ускакала искать своего деда.

Он отмахнулся от ожидающих системных сообщений, чтобы сесть и оглядеться. Судя по всему, он был в одном из коттеджей в деревне, но не у Хайрама. Тот был первым, разрушенным хлыстом, который пронесся по деревне, словно шар для сноса зданий. Кровать, на которой он лежал, находилась в маленькой спальне с большим открытым окном, впускающим приятный свежий воздух.

Пока он оглядывался, в комнату вошел Хайрам вместе с Хамфри и Нилом. Нил пробился вперед и начал осматривать Джейсона, вытащив кристалл из своей пространственной сумки и водя им над Джейсоном.

Джейсон посмотрел вниз и заметил шрам, идущий от правого бедра к середине торса на другой стороне. Нил проследил за его взглядом.

— Ничего не могу с этим поделать, — сказал Нил. — Шрам на душе. Физически ты в порядке, просто очень истощен. Но не пытайся ускорить свое восстановление с помощью зелий выносливости и маны. Ты спал четыре дня, так что не торопись.

— Четыре дня?

— Не думаю, что ты осознаешь, насколько близок был к смерти, — сказал Нил. — Мы чуть не дали тебе малое зелье чуда, прежде чем я проверил на токсичность зелий и понял, что ты все еще отходишь от одного. В том состоянии, в котором ты был, еще одно прикончило бы тебя. Если бы не твое тело иномирца и тот фамильяр внутри тебя, сомневаюсь, что ты дожил бы до того момента, как мое исцеление подействовало.

— Спасибо, Нил, — сказал Джейсон. — И спасибо тебе тоже, Колин. А что с монстром?

— Генриетта разобралась с ним, — сказал Хамфри. — Но это было непросто. Она потеряла пару своих фамильяров и ей пришлось призывать их заново.

— Я тоже, — сказал Джейсон. — Мне нужно будет достать материалы. У меня есть только аналоги бронзового ранга, которые я купил на случай повышения ранга.

Он спустил ноги с кровати и протянул руку. Хамфри взял ее и помог ему встать, поддерживая, когда он пошатнулся.

— Полегче, — сказал Нил. — Ты все еще восстанавливаешься после всего этого лечения. Мы никуда не уйдем еще как минимум день, пока ты не поправишься. Полагаю, ты проголодался?

— Да, теперь, когда ты сказал.

— Духовные монеты, по одной каждый час или около того, чтобы пополнить твои запасы. Никакой еды как минимум день.

— Насколько гибкое это правило «никакой еды»?

— Совсем не гибкое, — сказал Нил. — Обычно я бы сказал тебе, что если ты хочешь испортить свое восстановление, это твое дело, но ты часть этой команды. Мы должны полагаться на тебя, так что делай все правильно.

Джейсон благодарно улыбнулся Нилу.

— Хорошо, приятель. Еда пока останется в моем хранилище.

— Тебе не обязательно заходить так далеко, — сказал Нил. — Остальные из нас могут есть еду, пока ты смотришь и сосешь духовную монету.

— О, это жестоко.

— Как ты себя чувствуешь?

— Покалывание. Слабость.

Джейсон осмотрел себя. На нем были только шелковые боксеры, которые были на нем, когда он потерял сознание. Боевые одежды и нижнее белье исчезли, как и кровь и пот, которыми, он был уверен, они пропитались во время боя. Кто-то явно раздел его и ополоснул какой-то кристальной водой.

— Это нормально, — сказал Нил. — Пока ты продолжаешь есть духовные монеты и сосредоточен на отдыхе, ты вернешься к полной силе через день или два. Рекомендую использовать это время для медитации.

Джейсон заметил свою боевую робу на вешалке, свисающую с крючка. Как и он, четыре дня было достаточно, чтобы она восстановилась, так как магия саморемонта вернула ее в первозданное состояние. И, как и он, она была почищена.

— Спасибо за то, что ты сделал, — сказал Хайрам, когда Джейсон взял робу и убрал ее в свой инвентарь.

— Этого было достаточно? — спросил Джейсон. Темный туман появился вокруг его тела, скрывая его на мгновение, прежде чем исчезнуть, открыв Джейсона, переодетого в повседневную одежду. — Все успели уйти?

— Летало много обломков, даже на расстоянии, — сказал Хайрам. — Было много порезов и ссадин, но целитель вашей команды позаботился обо всех после того, как устроил тебя. Трудолюбивый парень. Мы все же потеряли пару пожилых людей. Их семья была вне деревни, и в безумной панике никто их не проверил.

Джейсон опустил голову. — Мне жаль, Хайрам.

— Тебе не за что извиняться, — упрекнул Хайрам. — Ни за что. Даже не пытайся извиняться после битвы с таким монстром.

— Я бы не назвал это битвой, — сказал Джейсон. — Скорее безумная суматоха, чтобы не умереть.

— Ты справился лучше, чем кто-либо мог ожидать, — сказал Хамфри. — Немногие «железные» попытались бы сделать то, что сделал ты.

— Ты бы сделал, — сказал Джейсон.

— Я бы нет, — вызвался Нил. — Я бы бежал так быстро, как только мог, жалуясь, что у меня нет сил бежать быстрее.

— Я это понимаю, — сказал Джейсон с усмешкой. — Это примерно то, что я и делал.

Джейсон достал железную духовную монету и положил ее в рот. Он поморщился от привкуса озона.

— Хороший мальчик, — сказал Нил, и Джейсон простонал в ответ.

— Готов выйти? — спросил Хайрам. — Там много людей, которые хотят поблагодарить тебя.

— Нет, спасибо, — сказал Джейсон. — Пусть Белинда превратится в меня, и они могут поблагодарить ее.

— Если ты собираешься бегать и играть в героя, — сказал Нил, — тебе придется смириться с тем, что люди будут относиться к тебе как к герою.

— Нил имеет в виду, что люди здесь хотят выразить тебе свою благодарность, — сказала Генриетта, входя в комнату. — Часть работы заключается в том, чтобы позволить им это сделать. Им нужно знать, что Общество искателей приключений будет рядом, когда они больше всего в этом нуждаются. Цель Общества искателей приключений, в конце концов, в том, чтобы позволить людям жить, не живя в страхе.

Она взглянула на своего брата, затем снова повернулась к Джейсону.

— У нашей семьи есть определенные взгляды на то, что делает настоящего искателя приключений, — сказала она. — Многие искатели приключений зацикливаются на деньгах и власти, которые дает наша работа, и отбрасывают ответственность. Ты настоящий искатель приключений, Асано, и пусть никто не говорит тебе обратного. Как ты, кстати?

— Он настолько хорош, насколько это возможно, — сказал Нил. — Хотя ему еще день или два до возвращения в путь.

— Разве он не может отдыхать, сидя в скиммере? — спросила Генриетта.

— Было бы лучше, если бы у него была свобода немного походить и покой для медитации, без рева воздухозаборника скиммера за спиной.

— Хорошо, — сказала Генриетта. — Ты готов выйти и встретиться с людьми, Асано? Тебе лучше покончить с этим.

— Нет, я бы хотел немного времени, чтобы собраться с мыслями. Я выйду через минуту.

Остальные вышли из маленькой комнаты, и Джейсон откинулся на кровать, переключив внимание на системные сообщения, которые он изгнал на периферию своего зрения.

Задание: [Эвакуация]

Цель выполнена: Задержать [Тиран Оазиса], пока жители не эвакуируются или не прибудет помощь.

Задание выполнено.

100 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

1,000 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

10,000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

[Амулет Темного Защитника] добавлен в ваш инвентарь.

Джейсон достал предмет-награду из своего инвентаря. Он висел на цепочке из сложных звеньев резного обсидиана. Сам амулет изображал копию личного герба Джейсона: плащ, наполненный дневным небом, окруженный ночью.

Предмет: [Амулет Темного Защитника] (развитие, железный ранг, легендарный)

*Защитный амулет с силой теневого стража *(ювелирное изделие, ожерелье).

Этот предмет привязан к вам и не может быть использован никем другим.

Эффект: За каждый случай применения недуга к врагу, получите экземпляр [Благословения Стража]. Вы можете даровать все экземпляры [Благословения Стража] другому человеку при прикосновении.

[Благословение Стража] (дар, святое): Экземпляры поглощаются для поглощения урона из любого источника. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. За каждый поглощенный экземпляр получите экземпляр [Щедрости Благословения].

[Щедрость Благословения] (лечение со временем, святое, суммируется): Лечение со временем. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Условия развития (бронза):

Привязанный пользователь должен быть как минимум бронзового ранга.

100 самоцветов квинтэссенции барьера бронзового ранга.

100 самоцветов квинтэссенции обновления бронзового ранга.

100 самоцветов квинтэссенции баланса бронзового ранга.

100 самоцветов квинтэссенции злобы бронзового ранга.

1000 духовных монет бронзового ранга.

Ритуал бронзового вознесения.

Джейсон застегнул цепочку у себя на шее, спрятав амулет под одежду.

— Думаю, мы с тобой отлично поладим.

Это, однако, означало больше материалов, которые ему нужно было купить. Он потратил большую часть своих денег на подготовку материалов для бронзового ранга, плюс ресурсы, которые он буквально вливал в колбу с облаком. Он привез два комплекта материалов для призыва бронзового ранга для каждого из своих фамильяров, на случай, если их сосуды будут уничтожены, но он не ожидал, что это произойдет, пока он все еще был железного ранга. Замена материалов для повторного призыва Тени будет терпимой, но даже материалы железного ранга для Гордона были обременительны.

К счастью, задание принесло ему денежный куш, что должно было смягчить расходы. У него также была добыча с элементаля. Нил использовал свою собственную силу мародерства на нем после того, как Генриетта победила его. Команда решила, что Джейсон и Генриетта должны разделить добычу, так как у обоих были дорогие ритуалы призыва, которые нужно было провести в результате. Наряду с духовными монетами, Генриетта заявила права на магический хлыст бронзового ранга, сделанный из воды, наполненной острыми, как бритва, камнями. Джейсон получил эссенцию раздора эпической редкости.

Он переключился на другое системное сообщение.

Новый титул: [Решительный]

Урон, который вы получили в своем противостоянии с гораздо более могущественным врагом, оставил след на вашей душе. Ваше сопротивление подавляющей силе аур более высокого ранга увеличено.

Ваша аура изменилась. Ваша непоколебимая решимость может быть обнаружена, если ваша аура будет исследована силой обнаружения ауры или при проецировании вашей ауры.

Джейсон расстегнул рубашку и провел пальцами вдоль шрама, от правого бедра, через живот и изгибаясь немного вокруг левой стороны торса. Было странно видеть шрам, который выглядел зажившим, хотя он обнаружил его всего несколько минут назад.

В очередной раз он подошел вплотную к смерти. Чем больше росли его силы, тем с большими опасностями он сталкивался. В этот раз эскалация была сильнее, чем он ожидал. Он вспомнил те моменты, когда ждал проявления монстра, не зная, выживет он или умрет.

В конце концов, ему повезло с монстром, который появился. Слишком часто именно удача спасала его. С самого начала он стал искателем приключений, чтобы взять под контроль свою судьбу. Он должен стать сильнее, достаточно сильным, чтобы встретить любой вызов. Он встал, его лицо было полно стальной решимости. Затем у него закружилась голова, и он снова сел, прежде чем встать более медленно.

* * * Водопад извергался из горы, падая в бассейн у подножия, впадая в канал, который питал озеро, вокруг которого была построена деревня. Сила воды заставляла ее падать через воздух, а не стекать по скале, оставляя пространство под водопадом у подножия скалы. Это было любимое место игр деревенских детей, прыгающих со скал в бассейн. Все они были сильными пловцами, что было редкостью для детей пустыни.

Однако никого из детей не было, так как большинство семей уже покинули деревню. Те, кто все еще был поблизости, не выпускали своих детей из виду. С остатками всего нескольких домов, большинство жителей уже направились в укрепленный город, где региональные деревни пережидали нашествия монстров. Джейсон сам однажды посещал этот город, где Руфус познакомил его с досками объявлений для искателей приключений.

Оставшиеся жители занимали небольшую группу уцелевших зданий. Оставить маленькую спальню только для Джейсона было роскошным размещением, учитывая обстоятельства. Они никогда не планировали оставаться на ночь, поэтому Джейсон не установил свой облачный дом до начала боя.

Карьерные работы не возобновятся, пока деревня снова не будет в состоянии поддерживать их. Те, кто остался, были мэром, управляющим карьерными работами и другими лидерами города, которые планировали реконструкцию деревни. Их планы, однако, были очень неопределенными из-за неизвестности, окружающей просроченное нашествие монстров.

Опыт Джейсона сделал его более комфортным с людьми, которые раздражены, сбиты с толку или и то, и другое, чем с искренними проявлениями благодарности. Он много улыбался и пожимал руки, в то время как в голове ждал подвоха, который так и не наступил. В конце концов, Генриетта спасла его, сказав людям, что ему нужно больше отдыха. Хайрам тихо предложил место у горы, зная, что Джейсон захочет уйти и помедитировать.

Он сидел один на мокром камне, медитируя, пока брызги водопада обдавали его приятной прохладой. Он позволил своему разуму блуждать, а усталости тела — исчезнуть. Периодически он выходил из состояния транса, клал духовную монету в рот, а затем возобновлял медитацию.

Системные сообщения появлялись периодически, которые он игнорировал, пока не почувствовал, как внутри него нарастает источник силы, наполняя грудь неприятным давлением. Он откашлял мокроту с вкраплениями крови, которая брызнула в воду. Сине-серый свет начал исходить изнутри его тела.

Способность [Рука Жнеца] (Тьма) достигла Железного 2 (100%).

Способность [Рука Жнеца] (Тьма) достигла Железного 3 (00%).

Все способности [Эссенции тьмы] достигли [Железного 3].

Связанная характеристика [Скорость] увеличилась с [Железного 2] до [Железного 3].

Прогресс до бронзового ранга: 50% (4/4 эссенции завершены).

Многие из самых продвинутых способностей Джейсона наконец-то получили реальное движение после боя, включая силу «Полуночные глаза», которая, несмотря на то, что почти не использовалась, была в пределах досягаемости, чтобы стать первой силой Джейсона бронзового ранга.

Солнце садилось, и пора было возвращаться в деревню, где он установил облачный дом. Перед уходом, однако, он открыл свой лист персонажа, чтобы посмотреть на свой прогресс.

Джейсон Асано

Характеристики

[Мощь] (Кровь): [Железный 7].

[Скорость] (Тьма): [Железный 3].

[Дух] (Рок): [Железный 3].

[Восстановление] (Грех): [Железный 7].

Эссенции (4/4)

Тьма [Скорость] (5/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [Железный 9] 99%.

[Покров ночи] (особая способность): [Железный 9] 12%.

[Путь теней] (особая способность): [Железный 8] 41%.

[Рука Жнеца] (особая способность): [Железный 3] 00%.

[Тень Жнеца] (фамильяр): [Железный 3] 09%.

Кровь [Мощь] (5/5)

[Кровавая жатва] (заклинание): [Железный 7] 41%.

[Укус пиявки] (особая атака): [Железный 8] 14%.

[Пир крови] (заклинание): [Железный 7] 02%.

[Кровавый ужас] (фамильяр): [Железный 8] 89%.

[Кровоизлияние] (заклинание): [Железный 8] 92%.

Грех [Восстановление] (5/5)

[Наказание] (особая атака): [Железный 8] 45%.

[Пир отпущения грехов] (заклинание): [Железный 7] 63%.

[Пожиратель грехов] (особая способность): [Железный 7] 69%.

[Гегемония] (аура): [Железный 9] 18%.

[Бичевание] (заклинание): [Железный 8] 21%.

Рок [Дух] (5/5)

[Неотвратимый рок] (заклинание): [Железный 8] 97%.

[Возмездие] (заклинание): [Железный 8] 24%.

[Клинок Рока] (заклинание): [Железный 8] 26%.

[Вердикт] (заклинание): [Железный 6] 94%.

[Аватар Рока] (фамильяр): [Железный 3] 12%.

Теперь он был твердо на пути к бронзе. Его новейшие силы не сильно возрастали во время тренировок, но регулярные охоты во время их путешествий, когда они зачищали уведомления об приключениях, дали толчок. К тому времени, как они достигнут высот его старых сил, вероятно, потребуются монстры бронзового ранга, чтобы действительно подтолкнуть его через черту в сколько-нибудь разумные сроки.

Он встал и побрел обратно в деревню, шагая босиком по пышной траве, которая росла вдоль канала, вопреки окружающим пустынным пейзажам. Он снова был поражен разрушениями, постигшими деревню. Если внезапное преобладание монстров серебряного ранга было каким-то показателем, то в самом ближайшем будущем у него будет достаточно монстров, чтобы повысить ранг.

Эльфийские решения для хранения

Эльфийские решения для хранения

Облачный дом принял форму большого двухэтажного здания из пустынного камня. Джейсон нашел Клайва и Белинду снаружи, работающими над разбросанной коллекцией деталей, которые когда-то были скиммером. После того как Клайв получил призыв Джейсона о помощи через голосовой чат, он использовал быстрый и грубый ритуал, чтобы перегрузить скиммер. Это доставило их в деревню как раз вовремя, но также сказалось на транспортном средстве. Пока Джейсон восстанавливался, он и Белинда пытались починить его, используя случайную коллекцию материалов, которые случайно оказались у него в хранилище.

— Как успехи? — спросил Джейсон.

— Мы придумали кое-что, чего должно хватить на остаток пути, — сказал Клайв. — Хотя это переложит всю нагрузку на детали, которые еще исправны.

— Что означает, что скиммер будет окончательно готов к списанию к тому времени, как мы доберемся до реки, — добавила Белинда. — Он может даже не дотянуть, в зависимости от того, сколько погонь за монстрами из уведомлений мы устроим.

— Мы подготовим его к утру, — сказал Клайв.

— Джейсон, ты уже видел Софи? — спросила Белинда.

— Нет, с тех пор как очнулся, — сказал Джейсон. — Она искала меня зачем-то?

— Нет, — сказала Белинда. — Просто сделай мне одолжение и не будь слишком… собой, когда увидишь ее.

— Слишком собой?

— Да, — сказала Белинда. — Ты знаешь, о чем я.

— Не думаю, что он может с этим что-то поделать, — сказал Клайв.

— Не верь этому, — сказала Белинда. — Он может казаться совершенно непредсказуемым, но это гораздо более осознанно, чем ты думаешь. Я знаю мошенника, когда вижу его.

Джейсон одарил ее ухмылкой и вошел в дом.

* * * Команда смотрела на темную дыру, ведущую в земляной вал. Трудно было назвать это норой, когда они могли бы заехать туда на скиммере, и еще осталось бы место. Генриетта нахмурилась, глядя на темное отверстие, одно из многих, которые они заметили поблизости.

— Это опасно, — сказала она. — Темные охотники. Бронзовый ранг, они появляются в больших количествах и любят выкапывать себе лабиринт темных туннелей.

— Я пойду, — сказал Джейсон.

— Не думаю, что идти туда одному — хорошая идея, — сказала Генриетта.

— Идти с кем-то еще было бы опаснее, — сказал Джейсон. — Это мой тип боя.

Бой в темноте против могущественных монстров был именно тем, что ему нужно было, чтобы подтолкнуть свою силу восприятия через край. Хамфри и Клайв, с их человеческим преимуществом, уже достигли бронзового ранга со своими силами восприятия, получив усиленные чувства ауры. Нил, который был пользователем эссенций дольше Джейсона, также достиг бронзы со своей силой восприятия. Это дало ему способность чувствовать уязвимости в магических защитах и обнаруживать травмы, как у союзников, так и у врагов.

— Не уверена, что идти в темноту в одиночку — хорошая стратегия.

— Идти в одиночку в темноту — моя лучшая стратегия, — сказал Джейсон. — Я практиковался сражаться разными способами в этой поездке. Теперь пришло время сражаться по-моему.

Генриетта посмотрела на Джейсона; обычная причудливость исчезла из его выражения лица. Все, что там было, — это уверенность и решимость.

— Что ж, — уступила она. — Но я не хочу, чтобы ты колебался звать нас, если что-то пойдет не так. Мы уже были достаточно близки к тому, чтобы потерять тебя.

Джейсон пошел вперед, его плащ проявился вокруг него. Когда он вошел в туннели, звезды на его плаще взлетели в воздух, превращая чистую тьму в танцующие тени. Остальная часть команды ждала, не видя никаких признаков чего-либо, выходящего из пещеры.

— Асано, ты в порядке? — спросила Генриетта через некоторое время.

— Да, — вернулся голос Джейсона. — Сейчас все начнется.

Она сосредоточилась на дыре перед собой, расширяя свои чувства ауры.

— Что это? — спросил Хамфри, видя ее сосредоточенный взгляд.

— Твои чувства ауры теперь сильнее, — сказала Генриетта Хамфри. — Протолкни их вперед, в пещеры.

— Ты сказала, что темные охотники хорошо скрывают свои ауры, — сказал Хамфри.

— Они такие, — сказала Генриетта.

Хамфри сделал так, как ему было сказано, сосредоточив свои чувства на входе в нору перед собой. Софи и Клайв сделали то же самое, используя свои собственные усиленные чувства ауры. Было трудно почувствовать что-либо изнутри лабиринта, но они уловили ауру, излучающую страх и панику. Она приближалась, к входу в нору прямо перед ними.

Существо вывалилось из дыры. Оно выглядело как богомол размером с сенбернара, но с хвостом-жалом и твердой черной оболочкой скорпиона. Оно потеряло ногу где-то и сочилось темными жидкостями из-под хитиновых пластин. Из темноты позади него донесся холодный голос.

— Мой — суд, и суд — это смерть.

Свет пролился на монстра из ниоткуда, великолепная смесь серебряного, синего и золотого. Красота этого была опровергнута эффектами трансцендентной энергии, которая быстро испарила монстра в радужный дым. Джейсон не вышел из дыры. Только члены команды с чувствами ауры бронзового ранга мельком увидели его ауру в момент произнесения заклинания.

Они заметили больше монстров, выходящих из других дыр вокруг них, эвакуирующихся из своего подземного лабиринта. Существа игнорировали искателей приключений, пока они удирали так быстро, как только могли нести их ноги. Каждое излучало ауру, пропитанную тем же страхом и паникой, что и первое.

— Это странно, — сказала Генриетта, нахмурившись на убегающих монстров.

— Что именно? — спросил Хамфри.

— Их называют темными охотниками не просто так, — сказала Генриетта. — Я никогда не слышала, чтобы они сбегали на солнечный свет раньше.

Некоторые монстры были быстрее других, которые были явно повреждены. Самые поврежденные начали падать замертво вскоре после выхода на поверхность, в то время как другие становились все более вялыми со временем, пока они тоже не рухнули на землю. Выход Джейсона из лабиринта был предварен парящими огнями, которые вернулись на свои места на его плаще, когда он вышел на свет.

Он начал обходить мертвых монстров, используя свою силу кровавой жатвы на всех телах, прежде чем обыскать их. Ему больше не нужно было восстанавливать ману после первых пары монстров, но он продолжал делать это, чтобы прокачать свою способность. Наконец, завершив свой обход, он вернулся к группе, как будто вышел на прогулку, кивнув на скиммер.

— Поедем?

* * * Это наконец случилось, когда Джейсон медитировал на крыше облачного дома той ночью. Началось с жжения за глазами, которое перешло в острую, скручивающую боль, пока внезапно не прекратилось.

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) достигла Железного 9 (100%).

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) достигла Бронзового 0 (00%).

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) получила новый эффект.

Способность: [Полуночные глаза] (Тьма)

Особая способность (восприятие).

Базовая стоимость: Нет.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железный): Видеть сквозь тьму.

Эффект (бронзовый): Чувствовать магию.

Способность [Полуночные глаза] (Тьма) не может развиваться дальше, пока все характеристики не достигнут бронзового ранга.

Зрение Джейсона поплыло, и его поразило сильное головокружение. Он перекатился вперед из своей медитативной позы, на четвереньки для устойчивости. Мир казался опрокидывающимся и вращающимся вокруг него.

Чувства Джейсона были наполнены странными новыми стимулами. Он мог почувствовать что-то странное в воздухе, несущее слабый озоновый привкус, как послевкусие духовной монеты. Он мог чувствовать свое ожерелье и амулет, как электричество на своей коже, но совсем не болезненное. Он вытащил его из-под рубашки, и оно заметно мерцало силой. Гораздо более слабая магия, вплетенная в его повседневную одежду, была мягче, но все еще видна.

Он оттолкнулся, вернувшись в сидячее положение, когда головокружение стало управляемым. Вокруг него даже окружающая магия в воздухе стала ощутимой. И это было не только его зрение. Он мог чувствовать магию как ветерок на своей коже, обонять и пробовать ее на вкус в воздухе. Настоящие магические предметы, такие как его амулет и ботинки, имели то, что выглядело как мерцающее тепловое марево на них. Он призвал свой плащ и кинжал и смог увидеть ману, выходящую из его тела как синий туман, прежде чем слиться в призванные предметы. Они были похожи на его магические предметы под его новыми чувствами, но все же заметно отличались.

Облачный дом под ним был огромным колодцем магии, хотя его восприятие не могло проникнуть дальше экстерьера. Он осторожно поднялся на ноги, все еще немного неуверенно. Его зрение плавало, как будто он смотрел на мир через аквариум. Он стоял на месте и сосредоточился на восстановлении равновесия.

В конце концов его чувство равновесия стабилизировалось. Его зрение пришло в норму, и он оценил, насколько иначе он воспринимает мир. Он мог чувствовать тонкие сдвиги в окружающей магии вокруг него, но все это было слишком новым, чтобы придать этому какой-то смысл. Ему потребуется время, чтобы акклиматизироваться ко всем новым сенсорным данным.

Как только он убедился в своем равновесии, он направился к краю крыши. Облачный дом снова принял форму двухэтажного здания из пустынного камня, крыша давала ему широкий обзор пустынного пейзажа. Он легко спрыгнул с края, его плащ позволял ему мягко дрейфовать вниз.

Он мог чувствовать призванный предмет, как будто он был частью него, когда он подпитывал его дополнительной маной, чтобы уменьшить свой вес. Его новые чувства, однако, предполагали, что менялся не его вес, так как он чувствовал, что это влияет не на него, а на поле вокруг него. Это объясняло, как он мог делиться силой плаща с другими, и он задавался вопросом, не было ли фактической функциональностью каким-то образом влиять на гравитацию.

Он приземлился на землю рядом с Софи, которая только что выходила из здания.

— Ты в порядке? — спросила она. — Я могла чувствовать твою ауру наверху на крыше, и она была повсюду. Ты обычно не такой небрежный.

— У меня наконец-то случился бронзовый прорыв, — сказал он. — Наверное, не большое дело для человека, который получил свою первую силу до бронзы годы назад. Итак, ты снова разговариваешь со мной теперь? Считая время, когда я был без сознания, это первое, что ты сказала мне за неделю.

Она перевела взгляд, не встречаясь с его глазами. Это был резкий контраст с ее обычным режимом смотрения на мир, как будто он был должен ей денег.

— Довольно очевидно, что ты объявляешь кому-то бойкот, когда вы вместе едете по пустыне в полуразвалившемся скиммере, — сказал он.

— Я не избегаю тебя, — отрицала она.

— Это могло бы звучать более правдоподобно, если бы ты не избегала зрительного контакта прямо передо мной, когда говорила это.

Она подняла голову, чтобы вызывающе посмотреть на него, но он заметил уязвимость в ее глазах. Он одарил ее своей лучшей обнадеживающей улыбкой.

— Как насчет того, чтобы ты рассказала мне, в чем проблема, и мы посмотрим, что можно сделать?

Она нерешительно нахмурилась, и он наблюдал, как ее язык тела отстраняется.

— Они сказали тебе, что тебя чуть не накормили зельем, которое убило бы тебя, верно? — спросила она, голос приглушенный и неохотный.

— Что-то припоминаю, — сказал Джейсон. — Я только что вышел из четырехдневной лечебной комы, так что моя способность запоминать была не идеальной.

— Они не сказали тебе, что это была я, правда? — спросила она. — Это я бросилась вперед. Если бы твой голосовой чат все еще не был включен, если бы Нил не понял, что я делаю, и не крикнул мне остановиться…

Джейсон пару раз моргнул, затем издал смешок.

— Я чуть не убила тебя, а ты думаешь, что это смешно?

— Теперь да, — сказал Джейсон. — Если бы ты действительно убила меня, я полагаю, я бы смотрел на это иначе. Ты бросилась мне на помощь, говоришь?

— «Бросилась» — может быть, сильное слово, — отступила она. — Полагаю, можно назвать это быстрым темпом.

Он ухмыльнулся и снова рассмеялся.

— Думаю, немного человечности начинает проявляться под этим каменным фасадом, Уэкслер. Целестиальность? Это слово? Послушай, я выберу безрассудное желание помочь, а не холодное безразличие в любой день. Ну, не в любой день. Я могу придумать сценарии, где… неважно. Суть в том, что я рад, что ты бросилась спасать меня. Да, все пошло не по плану, но ты научилась на будущее. Вместо того чтобы брать зелье, подхвати Нила и неси его.

— Что это было? — голос Нила донесся изнутри. Он вышел из здания, чтобы присоединиться к паре.

— Ничего, Нил, — крикнул Джейсон в ответ. — Мы просто обсуждаем стратегии оказания лечебной помощи, когда кто-то уже принял зелье.

— О, хорошо, — сказал Нил, затем явно понял, что могло спровоцировать ситуацию, так как неловкое выражение появилось на его лице. — Э-э…

— Ты можешь идти, Нил, — сказал Джейсон.

— Спасибо, — быстро сказал Нил и нырнул обратно внутрь.

— О, Нил, — позвал Джейсон вслед за ним.

— Да? — голос Нила донесся обратно.

— Есть ли шанс, что ты мог бы пришить ручки к своей одежде?

— Ручки?

Софи подавила смешок.

— Да, — сказал Джейсон. — Одну где-нибудь на верхней части торса, может быть, под одной рукой, а другую на бедре. Это должен быть хороший баланс.

— Асано, — сказал Нил, — я понятия не имею, что ты задумал, но ответ — нет.

— Наверное, к лучшему, — тихо доверительно сказал Джейсон Софи. — Думаю, какая-то ситуация с рюкзаком была бы лучше. Ты сможешь бежать быстрее с ним, закинутым за спину. Один из тех детских рюкзаков-переносок, но размера для супер-накачанного эльфа. Нет, ты не захочешь таскать такую тяжесть. У вас здесь есть ремни с защелками? Неважно, Белинда, вероятно, может сделать несколько с той силой, которая у нее есть для создания обычных предметов. Ты не знаешь, где она?

— Ладно, серьезно, — сказал Нил, выходя обратно. — О чем вы двое говорите?

— Мы пытаемся найти Белинду, — сказал Джейсон невинно. — Ты ее не видел, случайно?

Расформированы

Расформированы

Криминальная культура Гринстоуна находилась в состоянии крайней нестабильности. Чистка культа Строителя перевернула всё вверх дном в Старом городе, выявив множество преступных предприятий. Тот факт, что культ присосался ко многим подобным тайным операциям, лишь усугублял ситуацию. Криминальные авторитеты Старого города процветали, пока Остров их игнорировал, но теперь влиятельные фракции Острова агрессивно переключили своё внимание на Старый город.

Для криминальных лордов, известных как Большая тройка, чистка принесла совершенно разные результаты. Адрис Дорган пошел в гору после того, как его дочь была объявлена директором Общества искателей приключений. Когда она прошла через последующее расследование, сохранив свою должность, положение Доргана в городской иерархии укрепилось.

Он получил мощный щит от давления правящей элиты. Ходили также слухи, что он был глубоко вовлечен в более секретные элементы расследования деятельности культа Строителя, получив за свои хлопоты серьезные уступки. Как бы то ни было, его дела после чистки каким-то образом пошли даже лучше, чем раньше.

Кларисса Вентресс вела себя крайне тихо еще до начала чистки. Летом она пыталась вторгнуться на территорию Коула Сильвы, стараясь отхватить как можно больше. Целью было извлечь выгоду из хаоса, последовавшего за смертью старого патриарха, но Вентресс внезапно прекратила все подобные попытки в одночасье.

Ходило множество слухов о причинах этого, но Вентресс и ее организация тихо вели свои дела до тех пор, пока чуть больше недели назад не распространилась весть о смерти Вентресс. Обстоятельства ее кончины тщательно скрывались ее людьми, а ее бывший телохранитель, леонид Дарнелл, занял ее место.

Смена руководства, казалось, прошла без особых споров, но атмосфера неопределенности сохранялась, став тяжелым бременем для их операций. Несмотря на относительно плавный переход, власть Дарнелла была крайне нестабильной, особенно после чистки. Беспокойство распространилось по его территории и среди его людей, сделав их уязвимыми для внешних сил. Как ни странно, Адрис Дорган не предпринял никаких попыток воспользоваться этой слабостью и расшириться, несмотря на свое собственное прочное положение. Вместо этого возможностью воспользовался Коул Сильва.

Сильва столкнулся с похожими проблемами после того, как взял в руки бразды правления, оставленные отцом, и все еще находился в процессе укрепления своей власти. Многие в его собственной организации были недовольны изменениями, которые он вносил в методы их работы, и большая часть старого руководства постепенно вытеснялась.

Чистка сильно ударила по операциям Сильвы. Коул наконец взял ситуацию под контроль, проведя масштабные изменения. Старая гвардия была устранена, а новые направления деятельности — установлены. В отличие от отца, Коул преследовал свои амбиции, не заботясь о том, с кем он работает и над чем.

Интересы, которых всегда избегал его отец, внезапно оказались на столе, принося новые источники дохода и контроля. Прибыльность новых операций стала тем фактором, который позволил ему наконец полностью сплотить организацию вокруг себя.

Неразборчивый подход Сильвы к выбору партнеров позволил ряду операций культа Строителя внедриться в его организацию. В результате многие из его рэкетирских схем были зачищены силами Герцога, Общества искателей приключений и даже коалицией благородных семей во главе с Мерсерами.

Несмотря на это, Сильва воспользовался шансом захватить как можно больше территории, которую когда-то контролировала Кларисса Вентресс. Это заставило его жонглировать множеством дел одновременно, и один личный проект был отложен. Он был готов позволить одному из этих проектов «залечь на дно», поскольку объект его внимания покинул город на длительный период. Теперь у Сильвы была информация, что Асано должен вернуться, и он отвлекся от своих территориальных амбиций, чтобы привести в действие новые планы.

Сильва вышел из своего кабинета в Крепости, жестом приказав своему телохранителю бронзового ранга следовать за ним. Сам Сильва тоже был бронзового ранга, но не обладал никакими боевыми навыками. Его вкус к насилию заключался в том, чтобы применять его к тем, кто был слишком слаб, чтобы дать отпор. Он повысил свой ранг исключительно за счет потребления ядер монстров. Его телохранитель был одним из пяти других бронзовых рангов, находящихся у него на службе, — самыми мощными и ценными членами его организации.

Крепость была нейтральной территорией для Большой тройки, каждая из которых контролировала свои секции. Сильва направился к подъемной платформе, доступ к которой был только у него и его самых доверенных людей. Они спустились в недра здания, глубоко в подземные хранилища, построенные столетия назад, чтобы защитить горожан того времени от монстров.

Киллиан Лоран ждал его в роскошной подземной гостиной, которую Сильва использовал для своих самых тайных встреч. Его отец оформил комнату в сдержанном стиле, но Сильва переделал ее, отметив самое личное святилище организации как свое собственное. Деревянные панели на стенах были выкрашены в черный цвет, а толстый новый ковер был вызывающе красным. Простая и элегантная мебель, которую предпочитал его отец, была заменена на плюшевые атласные кресла и шезлонги. Простой утопленный светящийся камень в потолке был заменен на великолепную люстру. Вместо сдержанных произведений искусства прошлого, украшавших стены, там висели смелые изображения секса, насилия и власти.

— Мистер Сильва, — поприветствовал Лоран. Бледный эльф поднялся с края кресла, где он сидел в ожидании. — Если вы готовы, я приведу нашего первого гостя.

— Почему он не ждал здесь заранее? — спросил Сильва.

— С уважением, мистер Сильва, это человек, которого ждут вы, а не тот, кто ждет вас.

Лицо Сильвы исказилось от гнева, но он коротко кивнул, и Киллиан удалился через другую дверь, не ту, которой воспользовался Сильва. Сильва становился все более нетерпимым к любому, кто бросал вызов его власти, по мере того как он вычищал старую гвардию своего отца с верхушки организации. Однако с серебряными рангами шутки были плохи. Ходили слухи, что один из его гостей имел дело с Клариссой Вентресс и в конечном итоге стал причиной ее кончины.

Сильва рухнул в одно из мягких кресел, жестом приказав телохранителю налить ему выпить. Бар был одной из немногих вещей в комнате, оставшихся со времен его отца.

— Принеси бутылку, а потом жди снаружи.

К тому времени, как Киллиан вернулся, он уже выпил три порции, и крепкий алкоголь подпитывал вечно пылающую печь ярости и обиды внутри него. Человек, с которым вернулся Киллиан, был полностью скрыт под мантией. Чувства ауры Сильвы замерли, когда они столкнулись с ним, что указывало на магию сокрытия серебряного ранга.

— Мне обычно нравится знать, с кем я имею дело, — сказал Сильва.

— Наш гость — человек, который очень ценит свою анонимность, — ответил Киллиан.

— Можете называть меня Мистер Воробей, — произнес человек в капюшоне. В его голосе чувствовался легкий реверберационный эффект, указывающий на магию изменения голоса. — Благодарю вас за предоставленные удобства. Договоренности оказались весьма удовлетворительными.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — сказал Киллиан, хотя сам остался стоять, пока Сильва и Мистер Воробей садились.

— Я понимаю, вы хотите, чтобы кто-то был устранен быстро и тихо, — сказал Мистер Воробей.

— Верно, — подтвердил Сильва. — Я хочу, чтобы он оказался в моем распоряжении, но это должно быть сделано в строжайшей секретности. Он известен как скользкий, находчивый и неуловимый тип, поэтому мне нужен кто-то, кто может нанести удар быстро и решительно. Мне сказали, что это ваша специализация.

— Это так, — ответил Воробей. — Строжайшая секретность — мой предпочтительный метод ведения дел, поэтому я считаю, что мы сможем достичь взаимовыгодного соглашения. Кто тот человек, которого вы хотите забрать?

— Авантюрист железного ранга, — сказал Сильва. — Джейсон Асано.

Воробей выпрямился в кресле.

— Я слышал об этом Асано; у вас сложная просьба. У него есть влиятельные друзья, которые будут его искать.

— Они его не найдут, — уверенно сказал Киллиан. — Мы подготовили безопасное и изолированное место, а сам Асано обладает способностью, которая не позволяет его отследить. Если его забрать чисто, то его нельзя будет выследить с помощью значка Общества искателей приключений.

— Легко сказать, — заметил Воробей, — но сложнее проверить. Я не заинтересован в том, чтобы на меня охотились золотые ранги из-за того, что ваша информация оказалась неверной.

Киллиан посмотрел на Сильву, который кивнул.

— У нас есть еще один гость, который может развеять ваши подозрения, — сказал Киллиан. — Я пойду приведу его.

— Я не привык ждать других, — сказал Воробей, и в его голосе, несмотря на магическую маскировку, проскользнула нотка раздражения.

— Мои извинения, сэр, — сказал Киллиан, — но ради этого человека вам придется подождать.

Сильва усмехнулся, услышав, как Воробью говорят то же самое, что и ему ранее. Киллиан вышел из комнаты, а Сильва налил себе еще выпить, не удосужившись предложить Воробью. Пара сидела в тишине, Воробей, казалось, оставался бесстрастным под темным капюшоном, пока Сильва кипел от ощущения, что он не самый влиятельный человек в комнате.

Это чувство неприятно напомнило Сильве времена до смерти отца. Главные люди его отца смотрели на него без уважения, распространяя слухи, что старик не передаст бразды правления сыну. Софи Уэкслер должна была стать символом его захвата власти; женщина, которую его отец всегда оберегал от него, наконец оказалась в его руках. Вместо этого она стала символом его бессилия, выставляя себя напоказ перед своими новыми друзьями из высшего общества.

Ее членство в Обществе искателей приключений сделало ее по-настоящему недосягаемой для него. Если авантюрист искал неприятностей в преступном мире и получал нож в живот, Общество искателей приключений списывало это на самонанесенный ущерб. Но если преступный мир начинал охоту на авантюристов, Общество искателей приключений обрушивалось на них, как цунами. Это означало, что даже если они используют, убьют и быстро избавятся от тела Уэкслер, останется слишком много ниточек, ведущих обратно к нему.

Вместо этого ему придется довольствоваться Асано, человеком, который вмешался, чтобы отказать ей кому бы то ни было. Невозможность отследить Асано давала им возможность, которой у них не было бы с другими авантюристами. Это все еще было опасно, поэтому он колебался, когда его второй гость предложил это. Этот гость, которого подобострастный Киллиан вводил в комнату, заставил Сильву и Воробья подняться со своих мест.

— Люциан Лампри, — сказал Воробей, и его модулятор не смог скрыть удивление в голосе.

Лампри посмотрел на фигуру в капюшоне, и на его лице появилась ухмылка.

— Здравствуй, Лоуренс, — сказал Лампри. — Передавай привет своей сестре от меня.

Воробей вздрогнул, но не ответил на колкость Лампри.

— Какой у тебя интерес в этом? — спросил Воробей.

— Мальчишка меня разозлил, — ответил Лампри. — Любой, у кого есть глаза, видит, что он из тех паразитов, которых нужно раздавить, пока они не выросли настолько, что с ними станет трудно справиться.

Воробей повернулся к Сильве.

— Зачем я вам нужен, если у вас уже есть серебряный ранг? — спросил Воробей.

— Потому что, когда Асано исчезнет и его больше никто не увидит, пройдет совсем немного времени, прежде чем кто-то спросит меня, где я был в это время. Я собираюсь убедиться, что я достаточно на виду, чтобы собрать людей, как скот, для алиби. Кроме того, у него есть какая-то коммуникационная способность. Я могу его вырубить, но не раньше, чем он подаст сигнал. Нам нужен кто-то, кто сможет убрать его чисто, прежде чем он поймет, что произошло. Это ваша специализация.

— Вы уверены, что его нельзя отследить?

— Полностью, — сказал Лампри. — Проблема с этими низкоранговыми авантюристами, обладающими силой избегать отслеживания, заключается в том, что любая магия, достаточно сильная, чтобы пробить эту защиту, сжигает отпечаток ауры, который пытается отследить. К тому времени, как они становятся достаточно сильными, чтобы их способности работали, эти маленькие гаденыши становятся настолько сильны, что их сила защищает их от этого. Магическое общество годами пытается решить эту проблему, чтобы лучше отслеживать значки Общества искателей приключений. Но та же самая досада дает нам возможность взять Асано, которой у нас не было бы с другим авантюристом. Иначе мы бы взяли девчонку.

— Вы кажетесь уверенным, — сказал Воробей.

— Да, — ответил Лампри. — Вам не нужно беспокоиться о том, что кто-то что-то найдет на месте происшествия. Даже если вы будете настолько небрежны, что люди узнают, откуда вы его забрали, Магическое общество не найдет ничего полезного, я об этом позабочусь.

Воробей начал расхаживать взад-вперед.

— Если я собираюсь это сделать, — сказал он, — Асано больше никогда не должен увидеть свет дня. Он должен быть мертв и похоронен.

— Забудь про похороны, — радостно сказал Сильва. — Он будет мертв и разбросан по дельте на мелкие кусочки, чтобы дикие животные могли ими полакомиться. В конечном итоге, во всяком случае. Как только на нем не останется достаточно плоти, чтобы чувствовать боль.

— Ты сделаешь это, — сказал Лампри Воробью. — Ты знал это с того момента, как увидел, как я вошел в дверь, Лоуренс. Осталось только договориться о цене.

— Цена была уплачена к моему удовлетворению, — сказал Воробей.

— И сколько Сильва тебе платит? — спросил Лампри. — На самом деле, не говори мне. Твои пристрастия ужасны даже для меня, а это о чем-то говорит.

— Асано уже должен был вернуться в город, — сказал Киллиан. — Он может вернуться в любой момент.

— Он был втянут в проявление серебряного ранга, — сказал Лампри.

— Еще одно? — нахмурился Киллиан. — Если начинается всплеск монстров, это усложнит место, которое мы подготовили для содержания Асано.

— Это не всплеск монстров, — сказал Лампри. — Эти проявления — лишь предвестники. Могут пройти месяцы, прежде чем всплеск ударит в полную силу.

— Тогда действуем? — спросил Сильва.

— Да, — сказал Лампри.

— Тогда мне нужны детали, — сказал Воробей. — Все, что у вас есть на Асано, и куда вы хотите, чтобы я его доставил.

Киллиан одарил его елейной улыбкой.

— У меня есть все, что вам нужно.

* * * Пекарня Пантеро в районе Кавендиш Старого города всегда была полна народу. Однако для Джейсона, который был и постоянным клиентом, и молодым авантюристом на подъеме, обслуживание всегда было быстрым.

— Вы много купили сегодня, мистер Асано.

— Моя команда только что вернулась в город, миссис Пантеро. У нас небольшой праздник.

* * * — Сколько времени нужно, чтобы сходить в пекарню? — пожаловалась Софи, а затем покачала головой. — Посмотрите, о ком я говорю. Я однажды видела, как он перебрал полтележки яблок, выбирая идеальные для пирога. Это яблоки для пирога. Они не обязаны быть такими хорошими.

Команда отдыхала на палубе плавучего дома, вернувшись на свое место в гавани Гринстоуна. Джори присоединился к ним; он заметил их, проходя мимо клиники как раз в тот момент, когда закрывался на день. Теперь он примостился рядом с Белиндой, и они вдвоем делили большое облачное кресло.

— Он и правда задерживается, — согласилась Генриетта.

— Готов поспорить, он увидел какую-то новую еду в витрине магазина, — сказал Джори. — Я усвоил, что лучше не ходить с ним по определенным улицам. Если он видит что-то новое, что можно съесть, вам повезет, если он просто купит это, а не найдет дорогу на кухню.

— О боги, да, — со смехом сказал Клайв. — Я как-то показал ему то место с супом с пельменями — ты знаешь его, Хамфри, — и Джейсон устроился туда на работу примерно на неделю. Джори, тебе повезло, что он еще не прибрал к рукам твою алхимическую лабораторию для какого-нибудь грандиозного кулинарного эксперимента.

— Ассоциация алхимиков не донимала тебя из-за рецепта чудо-зелья? — спросил его Нил.

По возвращении Джори подарил команде первую партию меньших чудо-зелий, произведенных его алхимическим предприятием. Это была благодарность за то, что Джейсон дал ему финансирование для создания самого предприятия.

— Они ограничиваются довольно явными намеками на то, что хотели бы получить формулу, — сказал Джори. — Теперь, когда меня поддерживает церковь Целителя, они не давят. Подозреваю, если бы Целитель не сделал клинику освященной землей, они бы уже взломали ее, чтобы украсть рецепт.

Внезапно вся команда замерла.

— Что это? — спросил Джори.

* Лидер группы [Джейсон Асано] подвергся подавлению магических способностей. * Способность [Групповой интерфейс] была аннулирована. * Ваша группа была расформирована.

Человек за говорящим ртом

Человек за говорящим ртом

Комната была почти полностью лишена каких-либо особенностей — темная каменная коробка без окон. Там была тяжелая стальная дверь, утопленный светящийся камень в потолке и металлическая цепь, вбитая в твердый пол. Другой конец цепи был прикреплен к ошейнику подавления силы на шее обнаженного тела. Джейсон был прикован и без сознания, лежа на твердом камне.

По другую сторону двери находились Киллиан Лоран и фигура Мистера Воробья в плаще. Они стояли в другой каменной комнате, хотя эта была завалена ящиками.

— Вы уверены, что ушли чисто? — спросил Киллиан.

— Если только за мной не следовал золотой ранг, специализирующийся на скрытности и отслеживании, то да.

— Мы вам благодарны, Мистер Воробей, — сказал Киллиан. — Вы найдете свои обычные договоренности в обычном месте, но я также подготовил небольшой бонус, который, я уверен, покажется вам заманчивым.

— Тогда моя часть в этом деле закончена, и я умываю руки, — сказал Воробей. — Вам было бы лучше не поднимать этот вопрос снова, Лоран. И еще лучше убедиться, что никто другой не упомянет о моем участии в нем.

— Я приму ваш совет к сведению, — сказал Киллиан. — Полагаю, вы знаете, что на мою осмотрительность можно положиться, Мистер Воробей.

Голова Воробья в капюшоне кивнула, затем он шагнул в тень и исчез. Когда Воробей ушел, Лоран покинул комнату. Здание состояло не более чем из этих двух комнат и находилось как раз там, где дельта встречается с пустыней.

Когда-то это был один из перевалочных пунктов, которые Магическое общество использовало для переправки партий духовных монет с ферм. Неиспользуемый в течение ряда лет, небольшой аванпост был одновременно безопасным и изолированным. Он был заброшен десятилетия назад, когда в эксплуатацию вступило больше монетных ферм, что изменило транспортные маршруты и потребовало более крупных объектов. Там была мощеная площадка, где перегружались грузы, причем когда-то ровные плиты теперь сдвинулись и стали неровными.

Было второе, меньшее здание, которое служило постом охраны, с большими зеркальными окнами. Алхимически обработанное стекло помогало сохранять прохладу внутри и не давало тем, кто снаружи, заглянуть внутрь.

Внутри здания охраны находились три человека, включая еще одного из немногих ценных бронзовых рангов в организации Сильвы. Сильва был намерен сохранить безопасность объекта и лично отобрал троих для управления им. Бронзовый ранг вышел навстречу Киллиану.

— Мистер Лоран, — уважительно сказал мужчина. Из бронзовых рангов под началом Сильвы Киллиан был бесспорным лидером. — Спасибо, что обновили магию охлаждения в здании охраны.

— Конечно, Реми, — сказал Киллиан. — Мистер Сильва очень ценит вас и доверяет вам. Как ваши люди?

— Кобурн надежен. Не то чтобы он много думал, но знает, когда держать уши востро, а рот на замке. У другого, Джеррика, есть реальный потенциал; я работал с ним раньше. Хотя я был удивлен, что его выбрали для этого. Он в организации всего несколько месяцев.

— Мистер Сильва предпочитает новых людей, которых он набрал сам после того, как избавился от старых опор своего отца, — сказал Киллиан. — Те, кто приложил усилия, чтобы доказать свою лояльность, являются его самыми ценными людьми. В остальном он предпочитает тех, кого набрал и воспитал сам. Это позволяет избежать проблем с ностальгической преданностью.

Реми кивнул. — У старика было слишком много принципов, из-за чего он упускал деньги повсюду. Мистер Сильва не зациклен на старом образе мышления.

— Именно так, — сказал Киллиан. — У Джеррика есть история с нашим гостем. Асано ответственен за то, что его вычеркнули из списков Общества искателей приключений, а также за то, что разрушил отношения этого человека с дворянином, на которого он работал.

Реми нахмурился. — Мне не нравятся личные связи. Это мешает людям должным образом выполнять свою работу.

— Я не лишен сочувствия, Реми, но мистер Сильва посчитал, что Джеррик разделит его страсть к тому, чтобы Асано получил по заслугам.

— Он босс, — сказал Реми. — Если он чего-то хочет, он это получает.

Киллиан улыбнулся своими тонкими бледными губами.

— Это отношение, которое далеко вас заведет, Реми. Я ухожу, чтобы привести мистера Сильву. Помните, что мы хотим сохранить иллюзию заброшенности этого места.

— Мы останемся в здании и не будем показываться.

— Проверяйте нашего гостя каждый час, — сказал Киллиан. — Как только он придет в себя, дайте ему съесть духовную монету. Мистер Сильва хочет, чтобы он был достаточно сильным и здоровым, чтобы пережить то, что мы запланировали.

* * * Боль в теле Джейсона, когда он пришел в сознание, меркла по сравнению с болью, вонзающейся в его мозг, словно железнодорожный костыль. Это было неприятно ностальгическое чувство, возвращающее его к первым часам в этом мире, когда он несколько раз подряд терял сознание. Только несколько зелий и доза целительной магии предотвратили тогда смертельное кровоизлияние в мозг.

Его первой мыслью было открыть инвентарь и достать зелье, но окно инвентаря появилось лишь в дымке статики, прежде чем снова исчезнуть. Он попытался вызвать другие окна интерфейса, но получил тот же результат. Протестуя, мышцы заставили его сесть, и он ощупал свою шею, обнаружив толстый железный ошейник. Он никогда не носил ошейники подавления, но использовал их на других. Было очевидно, что это источник его проблем с силой.

Он все еще чувствовал Колина в своей крови, но связь с ним, которую Джейсон обычно ощущал, казалась странно заблокированной. Он понял, что попытка призвать фамильяра не сработает, а сама попытка может вызвать болезненную отдачу. С другой стороны, способность Колина исцелять его все еще действовала. Он уже чувствовал, как боли в теле проходят, а туман в голове рассеивается.

Джейсон оценил ситуацию. Его одежды не было, хотя большая часть его снаряжения авантюриста была надежно спрятана в инвентаре. Единственным важным предметом, который отсутствовал, был его новый амулет. Он сел, скрестив ноги, и огляделся.

Он был в комнате из пустынного камня. Здесь было тепло, а не холодно, сидеть было не слишком неприятно. Нагретый солнцем кирпич означал, что он, вероятно, не под землей, несмотря на отсутствие окон.

Цепь, соединяющая его с полом, была недостаточно длинной, чтобы он мог встать, только сидеть или стоять на коленях. Даже наклон слишком далеко вперед заставлял ее тянуть за шею, создавая удушающий захват. Остальная часть комнаты мало что могла предложить: только тяжелая металлическая дверь и светящийся камень в потолке.

Джейсон понятия не имел, кто пришел за ним, не помня ничего, кроме темной фигуры, вырвавшейся из переулка. Это мог быть бронзовый ранг, хотя серебряный был более вероятен. Он был достаточно высокого мнения о своих силах, чтобы думать, что даже бронзовому рангу было бы трудно так основательно застать его врасплох с помощью тьмы и скрытности.

Его обстоятельства были не лучшими, но и не совсем безнадежными. Если бы тот, кто его схватил, хотел его смерти, он был бы уже мертв. Однако он не ожидал, что его ближайшее будущее будет приятным. Целительная сила Колина, вероятно, будет очень полезна.

Если ты слышишь меня там, Колин, прекрати исцеление, пока я не скажу. Если они не знают, что ты все еще можешь мне помочь, ты можешь стать моим секретным оружием для того, что будет дальше.

Хотя связь была приглушена, Джейсон почувствовал согласие от своего фамильяра.

Не имея других вариантов, Джейсон сел и начал медитировать. Через некоторое время Джейсон почувствовал приближение ауры бронзового ранга, а значит, по крайней мере, его чувства ауры остались нетронутыми. Человек вошел в комнату, и Джейсон открыл глаза.

— У тебя вид приспешника, — сказал Джейсон. — Не думаю, что я мог бы соблазнить тебя и тайно вытащить ключи от этого ошейника? Ну, я говорю «вытащить».

Он указал на свое обнаженное тело.

— Это фигура речи, очевидно.

Мужчина с каменным лицом бросил в Джейсона духовную монету, которую тот поймал на лету. — Ешь. Босс хочет, чтобы ты был здоров для того, что он запланировал.

— Полагаю, это не благотворительный забег. Итак, кто босс? Если сюда войдет Тони Данца, я сойду с ума.

Мужчина озадаченно нахмурился и вышел, не ответив. Джейсон задавался вопросом, как долго он сможет продолжать болтать, прежде чем то, что должно произойти, возьмет свое. Он осмотрел монету, но его интерфейс снова выдал статику и исчез, не дав никакой информации. Похоже, это была обычная духовная монета; кристаллический объект был тусклого железного цвета.

Маловероятно, что это была какая-то ловушка. В его нынешней ситуации им не нужны были уловки, чтобы заставить его проглотить яд или какой-то испорченный предмет. Поддержание сил было очевидно хорошей идеей, но в конечном итоге он бросил монету в угол. В своих исследованиях магии Джейсон узнал, что существуют определенные виды магии, обычно связанные с душой, которые требуют добровольного участия. Без него душа была в значительной степени неприкосновенна, даже для самых мощных магических сил. Он не хотел рисковать тем, что поедание монеты станет принятием какого-то магического лицензионного соглашения конечного пользователя.

Прошло некоторое время, прежде чем дверь снова открылась, впуская двух человек. Один был одет в тот дорогой стиль, который гарантировал, что все узнают, сколько стоит его одежда. Покрой казался знакомым, и Джейсон заподозрил, что этот человек пользуется тем же портным, что и Тадвик Мерсер.

Человек в модной одежде выглядел молодо. Это вряд ли было достижением, учитывая ауру бронзового ранга, но в его ехидном выражении лица была и незрелость. Джейсон знал достаточно высокоранговых, чтобы распознать уровень легкой уверенности и невозмутимости у тех, чье юное лицо скрывало их возраст. Этот человек держался как мальчишка.

Аура этого «мальчика-мужчины», в дополнение к его внешности, отмечала его как посредственность. Сила восприятия Джейсона не усилила бы его чувства ауры, пока она не повысится во второй раз, но он мог почти почувствовать запах ядер монстров, которые использовал этот человек, как будто он облил себя каким-то мерзким одеколоном. Джейсон сомневался, что этот человек когда-либо сталкивался с монстром в дикой природе.

Рядом с человеком был поразительно жуткий эльф, чья темная одежда делала его болезненную, бледную кожу еще более заметной. Джейсон подозревал, что этот человек был изменен своими силами сущности. Силы, которые фундаментально меняли человека, обычно приводили к тому, что их исходные сущности попадали в список ограниченных. Джейсон нисколько не удивился бы, обнаружив в арсенале этого человека сущность смерти.

— Итак, — сказал мальчик-мужчина. — Ты тот самый Джейсон Асано, который поднял такой шум.

— Если я скажу, что вы ошиблись парнем, вы ведь не отпустите меня?

Джейсон все еще сидел, скрестив ноги на полу. Цепь не позволяла ему встать на ноги и встретиться лицом к лицу со своими похитителями.

— Ты понятия не имеешь, насколько плохой будет остаток твоей короткой жизни, — сказал мальчик-мужчина. — Ты хоть знаешь, кто я?

— Ты точно не Тони Данца, — сказал Джейсон. — Если ты Джудит Лайт, то жизнь завела тебя на очень странные дорожки.

— О чем ты лепечешь? — спросил мальчик-мужчина.

— Он несет чепуху, чтобы сбить вас с толку, — сказал эльф голосом, таким же жутким, как и он сам. — Не дай ему отвлечь себя.

— Значит, ты Палпатин для его Вейдера, — сказал Джейсон эльфу. — Я знаю этот сценарий. Просто чтобы сэкономить вам время, поддаться моей ненависти будет легко, при данных обстоятельствах.

— Заткнись! — заорал мальчик-мужчина. — Меня зовут Коул Сильва.

— Ты Коул Сильва? — спросил Джейсон.

— Верно, — злорадно сказал Сильва. — Теперь ты понимаешь, в какой беде оказался.

— Имя мне ни о чем не говорит, — сказал Джейсон, нахмурившись, когда он напрягся, чтобы вспомнить. — Постой, это ты продал мне тот бракованный магический кухонный комбайн? Импульсный режим в этой штуке был дрянью. Это месть за жалобу Ассоциации артефакторов на твое низкое качество? Думаю, мы оба знаем, что это на самом деле твоя вина.

— Я один из Большой тройки! — заорал Сильва. Джейсон подавил ухмылку при реакции эльфа. Тот явно хотел вмешаться, но не желал рисковать гневом молодого человека.

— О, криминальные лорды, — сказал Джейсон, и в его голосе прозвучало осознание. — Я встречал Адриса Доргана, очень крутой парень. У него есть то сочетание класса и мужественности, которое позволяет ему действительно носить этот щегольской вид. Затем есть Кларисса Вентресс и тот другой. Я забываю имя, потому что все просто называют его «тупой». Должен сказать, Кларисса, ты совсем не похожа на то, как тебя описывали.

Сильва бросился на Джейсона, но костяные копья вырвались из твердого кирпичного пола, словно стена, чтобы преградить ему путь. Сильва перевел свой яростный взгляд на эльфа.

— Мистер Сильва, — сказал эльф. — Не позволяйте ему спровоцировать вас на быструю смерть. Ничто из того, что вы можете сделать, не будет хуже того, что мы уже приготовили для него.

Сильва кипел от ярости, но большая часть гнева улетучилась, и он взял себя в руки. Сильва сердито поправил одежду, когда костяные копья исчезли, оставив дыры в каменном полу. Затем он повернулся к Джейсону со злобной ухмылкой.

— Посмотрим, будешь ли ты таким же умным, когда начнется боль, — сказал Сильва Джейсону.

— Буду, — ответил Джейсон. — Просто этого не будет видно из-за криков и мольбы. Я почти уверен, что будут мольбы. Не знаю, чего именно вы от меня хотите, но надеюсь, не достоинства. Вы забрали мои штаны, так что, полагаю, это не проблема.

— Все, чего я хочу, — это чтобы ты заплатил за вещи, которые забрал у меня, — сказал Сильва.

— Которые, к счастью, не включали советы по моде, — сказал Джейсон. — Тебе нужно сбавить обороты, что действительно о чем-то говорит, учитывая то, как люди одеваются в Гринстоуне.

— Мне интересно посмотреть, как долго продержится твое мужество, — сказал эльф.

— О, оно давно улетучилось, — сказал Джейсон. — Это, по сути, испуганный лепет, который я пытаюсь выдать за браваду. Неспособность обмочиться — единственное, что продает это на данный момент.

Эльф одарил Джейсона голодной улыбкой.

Сильва фыркнул от презрения. — Ты добровольно признаешься в страхе?

— Я прикован, голый, в комнате с победителем конкурса «самый очевидный секс-хищник» и парнем, которого дисквалифицировали за то, что он слишком жуткий. Не бояться — значит признаться в том, что ты идиот.

— Мистер Сильва, думаю, пора показать ему.

— Он вообще поймет, что это? — спросил Сильва.

— Я не сказал вам? — спросил эльф. — Наш друг здесь — тот самый, кто добыл это в первую очередь.

— Правда? — сказал Сильва со зловещим смешком. — Это почти поэзия.

Костяной шкаф поднялся из пола, напоминая Джейсону каменный сундук для хранения, который был у Фарры. Это также оказалось местом для хранения, так как эльф достал объект, который Джейсон узнал. Он был заключен в кубическую металлическую раму, сферу, состоящую целиком из крошечных кирпичиков цвета серого камня.

— Звездное семя, — сказал Джейсон, и его лицо побледнело. — Вы с культом Строителя?

— Вовсе нет, — сказал эльф. — Это то самое звездное семя, которое вы приобрели и которое было забрано церковью Чистоты. Когда активы храма были конфискованы, нам удалось прибрать к рукам это маленькое сокровище. И теперь мы собираемся вернуть его вам.

Джейсон промолчал, свирепые глаза были прикованы к эльфу.

— Вот он, — с восторгом сказал эльф. — Человек за говорящим ртом.

— Вам лучше быть очень осторожными с тем, что произойдет дальше, — сказал Джейсон, — иначе вы можете пожалеть, что встретили его.

Поиск

Поиск

Киллиан начал тщательную подготовку к использованию звездного семени. Он начал с того, что наколдовал скелетные руки, которыми забил шип в потолок, а затем подвесил к нему пару наручников. Он отстегнул цепь от ошейника подавления Джейсона, а затем использовал скелетные руки, чтобы заставить запястья Джейсона попасть в наручники. Джейсон не стал сопротивляться, экономя силы.

Как только Джейсон неудобно повис под потолком, Киллиан достал серию мешочков из своего костяного шкафа, высыпая из них порошок, чтобы создать сложный ритуальный круг под ногами Джейсона. Когда это было сделано, он начал помещать предметы в круг. Некоторые были простыми кирпичами из драгоценных материалов, другие — инструментами из экзотических металлов.

— Как именно вы знаете, как все это делать? — спросил Джейсон.

— Это на самом деле хороший вопрос, — сказал Сильва, наблюдая со стороны. — Как вы выучили ритуал культа Строителя?

— От культиста Строителя, очевидно, — сказал Киллиан. — Вы открыли свои операции людям, с которыми ваш отец никогда бы не стал иметь дело, и культ Строителя воспользовался этой возможностью. Когда Талия Мерсер начала выбивать двери, почему вы думали, что многие из них были вашими?

— Вы способствовали этому? — спросил Сильва.

— Ваши точные слова были: «больше денег, меньше вопросов», — сказал Киллиан.

— Он уложил вас в постель с врагом всего мира, — сказал Джейсон. — Вы хоть знаете, что делает культ Строителя? Они грабят целые куски этого мира, как межпространственные пираты, и им плевать, кто или что будет уничтожено в процессе. Это не та ассоциация, от которой можно убежать достаточно далеко, Сильва.

— Заткнись, — прорычал Сильва.

— Что сделано, то сделано, — спокойно сказал Киллиан. — Единственный путь вперед — это вперед.

Киллиан поместил последний объект, звездное семя, прямо под Джейсоном.

— А теперь начнем, — сказал он.

* * * Талия встретилась с Клайвом и Нилом в одной из приемных семьи Мерсеров.

— Нил, — поприветствовала Талия Мерсер. — Всегда рада. И мистер Стэндиш, снова здравствуйте. Вам придется принять мои извинения, но я могу уделить лишь немного времени. Культ Строителя ушел в подполье, что сделало их искоренение еще более трудоемким.

— Тогда мы перейдем сразу к делу, — сказал Нил. — Джейсон Асано пропал.

Талия нахмурилась.

— Вы уверены, что это нечестная игра? Помню, он уходил, никому не сказав, однажды раньше, во время того времени, когда он встречался с Кассандрой.

— Мы уверены, — сказал Нил.

— Я не уверена, чем именно могу помочь, — сказала Талия.

— Мы ищем любого, у кого есть мотивация сделать что-то Джейсону, — сказал Клайв. — Вы сейчас возглавляете расследование культа Строителя.

— Вы думаете, за этим может стоять культ Строителя? — спросила Талия. — Месть за то, что у них забрали звездное семя? Кажется, у них должны быть заботы поважнее.

У Клайва и Нила были неловкие выражения лиц.

— Это правда, леди Мерсер, — сказал Клайв. — Мы думали о другом потенциальном сценарии. Если говорить прямо, мы говорим о Тадвике.

Выражение лица Талии помрачнело. — Тадвик — пленник. Жертва.

— Скорее всего, да, — сказал Нил. — Мы просто изучаем все возможности, как бы отдаленно они ни звучали.

— Мы не понимаем, сколько от первоначальной личности сохраняется, когда звездное семя берет верх, — сказал Клайв. — Вполне возможно, что собственная личность Тадвика подавлена, но та вещь, которая его захватила, унаследовала его ненависть к Джейсону и действует на ее основе.

— Мы оба знаем, что Тадвик стал зациклен на Джейсоне, — сказал Нил Талии. — Джейсон стал символом его недавних неудач.

— Даже если то, что вы говорите, правда, — сказала Талия, — что я могла бы сделать такого, чего еще не сделала? Вы думаете, я не пыталась вернуть своего сына? Его нет уже несколько месяцев. Насколько мы знаем, он был в той куче трупов, которую Ремор и его родители оставили на том острове. Они все еще разбирают тела, пытаясь идентифицировать их всех.

— Дело в том, — сказал Нил, — что мы все работали под предположением, что Тадвик был полностью вытеснен звездным семенем.

— Если он скорее гештальт-сущность, — подхватил Клайв, — то это может открыть пути расследования, которые вы, возможно, упустили из виду. Места, куда Тадвик мог бы подумать пойти.

— Я, может, и эмоционально вовлечена в возвращение сына, — сказала Талия, — но я не ослеплена эмоциями. С того момента, как мы поняли, что культ действует на основе знаний Тадвика, мы немедленно испробовали все пути, которые могли придумать, которые могли бы быть продиктованы его мышлением, а не культом.

Она поднялась на ноги.

— Это все время, которое я могу уделить, — сказала она, и ее голос был холодным и пренебрежительным. — Вы знаете выход, Нил.

* * * — Мистер Ремор, — поприветствовал Дорган. — Конечно, вы желанный гость в моем доме, но я не знал, что мы встречаемся так открыто.

— Вы знаете, почему я здесь? — спросил Руфус.

— Отсутствующий мистер Асано, я могу только предположить, — сказал Дорган. — Насколько я понимаю, он и раньше уходил без предупреждения.

— Это не тот случай, — сказал Руфус.

— Что ж, позвольте мне начать с того, что я не несу ответственности и не являюсь соучастником.

— Вы знаете, кто несет?

— Я встречал мистера Асано только один раз, — сказал Дорган. — Он показался мне человеком, который любит играть в игры выше своего ранга с довольно невыносимым самодовольством. Честно говоря, я удивлен, что потребовалось так много времени, чтобы он таинственно исчез.

— Мне нужны ответы, а не новые вопросы.

— Что ж, хотя кандидатов предостаточно, не так много тех, кто достаточно глуп, чтобы рисковать гневом вас и ваших друзей. Или ваших родителей. О боги, ни один здравомыслящий человек не перешел бы дорогу паре золотых рангов.

— Кто бы стал?

— Коул Сильва, вероятно. Плохое суждение, свирепый нрав. Я знаю его с тех пор, как он был мальчишкой. Девушка тоже; возможно, она единственное, в чем ему когда-либо действительно отказывали. Думаю, вы глубоко недооценили, насколько Коул зол из-за того, что его обломали в тот момент, когда он думал, что наконец получил ее. Вентресс понимала глубину этого чувства и использовала его как оружие.

— Вы думаете, Сильва несет ответственность?

— Все, что у меня есть для вас, — это догадки, основанные на моем понимании Коула. Он достаточно высокомерен, но я не уверен, что он предпринял бы попытку без подсказки. Даже если он несет ответственность, возможно, вам стоит поискать источник схемы в другом месте.

— Кто бы ни придумал эту идею, это вторично, — сказал Руфус. — Найти Асано — приоритет.

— Что ж, у меня его нет, и я не знаю, у кого он. Все, что я могу предложить, — это совет. Если вы будете копать под Сильву, не смотрите на самого Сильву. Ищите то, что он делал. Даже он не настолько глуп, чтобы забрать вашего друга без предосторожностей. Найдите эти предосторожности, и вы найдете своего друга. Предполагая, что Сильва — тот, кто его забрал.

* * * Даниэль и Хамфри Геллеры наткнулись на Люциана Лампри, когда тот читал в библиотеке Магического общества. Он находился в открытой зоне, полной удобных кресел для чтения, и не потрудился встать с того, которое занимал. Он положил книгу на приставной столик и дружелюбно помахал им, приглашая присоединиться.

— Вас было очень легко найти, мистер Лампри, — сказала Даниэль, садясь. Хамфри остался стоять рядом с ее креслом. — Вплоть до заметности, на самом деле. Можно было бы почти подумать, что вы были щепетильны в создании алиби.

— И для каких именно темных дел мне понадобилось бы алиби, леди Геллер?

— Джейсон Асано пропал.

— О? Полагаю, я понимаю, почему вы смотрите на меня, но я должен представить, что я лишь одно имя в очень длинном списке. Он мог завести союзников среди влиятельных людей, таких как вы, но он раздражил еще больше. Забирая возможности, которые по праву принадлежали знати Гринстоуна. Полное пренебрежение приличиями, декорумом и врожденным превосходством аристократического класса. Он нажил врагов, которых даже никогда не встречал.

— Но именно вы угрожали ему публично, — сказала Даниэль.

— Это были просто разговоры. Я только что проиграл в суде, и вы не можете отрицать, что у него есть и способность, и намерение действовать людям на нервы. Если бы я действительно намеревался от кого-то избавиться, то я бы сделал ставку на то, чтобы быть дружелюбным, а не угрожать им. Даже если отбросить предупреждение, это помогает избежать подобных разговоров.

Даниэль одарила его улыбкой, которая не достигла ее глаз.

— Полагаю, мы можем рассчитывать на полную поддержку Магического общества в его поисках?

— Естественно, — сказал Лампри. — Я лично отберу всех, кто будет участвовать в его поисках, и буду контролировать все лично. Конечно, у него есть та маленькая проблема с отслеживанием, не так ли? Какая жалость.

Даниэль снова встала.

— Мистер Лампри, если вы случайно наткнетесь на кого-то, замешанного в этой ситуации — по чистой случайности, например, — то вам было бы полезно убедить их пересмотреть все предприятие.

— О, я не могу не согласиться, — сказал Лампри. — С Бахадиром и Реморами это означает иметь дело с золотыми рангами. Это то, что сделал бы только кто-то настолько глупый, как Асано.

Даниэль бросила пронзительный взгляд на Лампри, затем повернулась, чтобы уйти, Хамфри последовал за ней. Лампри окликнул их, и они обернулись.

— Дайте знать, если появится тело. Это возобновит судебное разбирательство в отношении одной молодой леди, остро нуждающейся в некотором… строгом руководстве.

— Общество искателей приключений не позволит вам прикоснуться к ней, — сказал Хамфри, лицо которого исказилось от гнева. — И даже если бы позволили, я бы не позволил.

— Лай собаки, прячущейся под юбками своего хозяина, — пренебрежительно сказал Лампри. — Ты привязался к моей воровке, собачка?

— Я бы никогда не позволил тебе взять ее в качестве наемного слуги, — сказал Хамфри. — Я бы никому не позволил взять ее.

— Нет? — спросил Лампри. — Я не видел тебя в суде в прошлом году, когда я забирал свою предыдущую.

Он грустно покачал головой.

— Бедная девочка. Такая хорошенькая, но она тоже таинственно исчезла. Конечно, у нее не было героического клана Геллеров, спешащего ей на помощь. Вы помогаете бедным людям только тогда, когда Асано говорит вам? Надеюсь, с ним все в порядке, иначе вам придется вернуться к защите наследниц.

Даниэль положила руку на плечо Хамфри, заставив его замолчать, прежде чем он успел выплюнуть ответ.

— Вам следует быть осторожнее, Лампри, — сказала она. — Таинственные исчезновения, кажется, входят в моду.

— Вы угрожаете мне, леди Геллер?

Даниэль зашагала обратно через комнату, Лампри встал ей навстречу. Высокий мускулистый эльф возвышался над маленькой женщиной, но она излучала угрозу, как меч. Столкновение их аур привлекло взгляды тех немногих посетителей библиотеки, которые еще не наблюдали украдкой за противостоянием директора Магического общества и самого известного авантюриста города. Их ауры давили друг на друга, пока, наконец, аура Лампри не уступила под безупречной, непоколебимой силой и контролем Даниэль.

— Лампри, если Асано мертв и я узнаю, что ты причастен, я разделаю тебя на приманку для акул на ступенях Общества искателей приключений, чтобы все видели, а потом использую тебя для ловли акул. Это была я, угрожающая тебе.

* * * Белинда шла по переулку в Старом городе, остановившись перед неприметной дверью и дважды постучав. Панель на двери сдвинулась, открыв пару глаз, которые расширились, узнав Белинду.

— Она внутри? — спросила Белинда.

— Тебе не следует быть здесь, — сказала женщина за дверью. — Ходят всякие истории о тебе и Уэкслер.

— Реальность безумнее историй, обещаю.

— Просто уходи, Белинда.

Белинда спроецировала свою ауру через дверь, подавляя ауру женщины за ней.

— Я пройду через эту дверь, — сказала Белинда. — Для нас обеих будет лучше, если ты откроешь ее первой.

— Впусти ее, — раздался другой голос изнутри. Это был богатый, глубокий голос пожилой женщины. Дверь открылась, женщина за ней настороженно наблюдала за Белиндой, когда та проходила мимо. У пожилой женщины было широкое, мужское тело и вьющиеся волосы до плеч. Ей было за пятьдесят, но она была в форме и сильна.

— Привет, Марг, — поприветствовала Белинда.

— Линди, — тепло сказала Марг. — Пожалуйста, поднимайся.

Она повела Белинду вверх по лестнице на плоскую крышу, где на ковре была расставлена мебель для пикника. Марг жестом пригласила Белинду сесть в кресло, а сама заняла другое.

— Знаешь, Линди, мы действительно слышали несколько странных историй. Я даже слышала, что ты теперь авантюрист.

— Еще нет, — сказала Белинда. — Софи — да. У меня есть сущности, но я отложила полевую оценку, пока мы были в сафари на монстров.

— У тебя есть сущности?

Белинда изменила форму, став копией Марг.

— А вот это то, что мы могли бы использовать, — сказала Марг. — Не думаю, что смогу уговорить тебя взяться за работу?

— Извини, Марг. Для меня только прямой и узкий путь.

— Жаль. Что же тогда привело тебя сюда?

— Один человек пропал. Софи и я выясняем, не стоят ли за этим кто-то из Большой тройки.

— Ты думаешь, они?

— Возможно. Он раздражал их всех так или иначе, в основном в процессе помощи мне и Софи. Так что мы в долгу перед ним.

— Джейсон Асано, — сказала Марг.

— Ты слышала о нем?

— Его имя начало всплывать, когда он работал в клинике Бродстрит. Я слышала, ты сама проводила там некоторое время.

Белинда покраснела.

— Можешь узнать об Асано для меня?

— Я могу поспрашивать, — сказала Марг. — Насколько это срочно?

— Я действительно собиралась пройти через твою дверь.

— Эта дверь прочнее, чем кажется.

— Я знаю, — сказала Белинда. — Я ее поставила, помнишь.

— Точно, поставила. С чего мне начать?

— Адрис Дорган слишком умен и ему есть что терять, так что вряд ли это он. У Вентресс меньше всего причин раздражаться на него, почти наверняка недостаточно для этого.

— Вентресс мертва, — сказала Марг.

— Мертва?

— Никто не знает как давно, но весть распространилась около недели назад. Тот ее телохранитель, Дарнелл, занял место.

— Это ненадолго, — сказала Белинда. — Он не гибкий мыслитель.

— Сосредоточиться на Сильве, значит? — спросила Марг.

— Если это кто-то из них, то почти наверняка он, — сказала Белинда. — Учитывая друзей, которых завел Джейсон, Коул — единственный, кто достаточно глуп, чтобы попытаться что-то предпринять.

— Что делает Уэкслер, если ты здесь?

— Мы уже решили, что если это кто-то из Большой тройки, то это Коул, — сказала Белинда. — Софи выбрала более прямой подход.

* * * Софи перешагивала через разбитое стекло и тела без сознания, ища кого-то, кто был бы достаточно в сознании для допроса. Она последовала за ближайшим стоном боли и нашла крупного мужчину, свалившегося за барной стойкой с разбитой бутылкой, торчащей из бока. Она легко подняла его на барную стойку, заставив его вскрикнуть, когда бутылка сдвинулась.

— Как я и говорила, — небрежно сказала Софи, — я хочу знать, что Сильва замышляет в данный момент.

— Я даже не встречался с ним, — простонал мужчина. — Я отвечаю перед парнем, который отвечает перед парнем, который отвечает перед парнем. Никто мне ничего не говорит.

— Кому говорят?

— Ты знаешь, что Сильва сделает с тобой?

Софи схватила бутылку и повернула ее, вызвав крик.

— Доки! — заорал он. — В доках есть таверна под названием «Приют моряка».

— Я знаю ее, — сказала Уэкслер. — Там сзади работает притон с туманом.

— Сильва сильно расширил торговлю туманом с тех пор, как ты ушла, — сказал мужчина. — Парень, который им управляет, теперь районный босс для всех притонов с туманом на той стороне города.

Кристальный туман — это наркотик, сделанный из записывающих кристаллов, содержимое которых пропитывалось в порошок, растворялся в воде, испарялся и вдыхался. Он создавал мир внутри разума, основанный на записях.

Кристальный туман был нелегален из-за его пагубного воздействия на мозг. Со временем он вызывал накопление осадка, который медленно, но неумолимо наносил необратимый ущерб. Даже с помощью магии повреждения нельзя было исцелить, пока осадок не будет выведен. Поскольку осадок был устойчив к большинству форм очистки, это была дорогая, хотя и не невозможная перспектива.

Отец Коула Сильвы поддерживал небольшую операцию, обслуживающую членов знати с низкими вкусами. У них были деньги и связи, чтобы незаметно организовать дорогостоящую очистку. Коул массово расширил операции, зная, что никогда не будет недостатка в обездоленных людях, ищущих побега.

Перед дверью была куча людей, поэтому Софи вышла, легко выпрыгнув в окно и спрыгнув этажом ниже на землю. К тому времени, как третий человек пролетел через него, от стекла почти ничего не осталось, и она легко приземлилась среди разбитых остатков окна. Мужчины, которых она отправила через него, уже пошатывались. Она видела, как один из них помогал другому идти по улице с травмированной ногой. Она повернулась в другую сторону, к докам, и побежала.

* * * Ритуальное пение было долгим; оно звучало больше как проповедь, прославляющая Строителя, чем заклинание для ритуала. По мере того как Киллиан продолжал, от звездного семени начала исходить аура. Она была слабой, но содержала эхо огромной силы, подобно свету звезды. Металлическая рама отпала от сферы, когда та поднялась в воздух, и ее аура омыла Джейсона. Его собственная аура уже была полностью подавлена ошейником на его шее.

Крошечные фрагменты, составлявшие сферу, отделились, дрейфуя вверх, чтобы медленно парить в воздухе вокруг Джейсона. Они поднимались со сферы, как дым от огня, пока семя не было полностью разобрано, и фрагменты не поплыли вокруг него, как облако. Внезапно их движение прекратилось, как будто они застыли во времени. Аура звездного семени резко усилилась, и фрагменты рванулись внутрь, вонзаясь в плоть Джейсона.

Непокорность

Непокорность

Боль от крошечных объектов, вонзающихся в его плоть, Джейсон мог вытерпеть достаточно хорошо. За последние шесть месяцев он перенес достаточно страданий, как умственных, так и физических, что мог перенести и этот град ран, даже вися беспомощно под потолком. Под ним магический круг сиял серебряным светом.

— Процесс имплантации звездного семени не быстрый, — сказал Киллиан. — Сначала семя будет прокладывать себе путь по всему вашему телу, подчиняя вашу плоть в подготовке к тому, чтобы заявить права на ваше тело как на свое собственное. Боль, которую вы чувствуете сейчас, — это просто медленное, легкое начало. Она будет расти со временем, усиливаясь, пока ваш разум не сможет больше ее выносить и не сломается. Но это будет только начало. Вы будете сломлены снова и снова, пока от вас ничего не останется, пока не останется только воля Строителя. Звездное семя — это дверь, которая позволит ему протянуть руку и заявить права на вашу душу.

— А я буду здесь, чтобы смотреть, — радостно сказал Сильва. — Знаешь, что самое лучшее, Асано? Позволь мне рассказать ту часть, которая убедила меня, что это способ наказать тебя.

— Шанс для монолога? — предположил Джейсон, его голос был лишь слегка напряжен. — Для этого не нужно звездное семя. Ты мог бы просто объяснить свой злой план, а затем уйти, предполагая, что все пойдет по плану. Так они делают это там, откуда я родом.

— Давай, болтай, Асано.

— Ладно. Тебе стоит серьезно пересмотреть эргономику здесь, потому что я не думаю, что это хорошо для моих плеч.

— Заткнись!

— Определись уже, парень. Тебе действительно нужно…

Джейсон был прерван приступом боли.

— Извини, что ты сказал, Асано? — спросил Сильва со злобным смешком. — Тебе будет очень, очень тяжело.

Джейсон издал свой собственный смешок, пронизанный болью.

— Это забавно, — простонал он.

— Что именно?

— Я сказал то же самое твоей матери прошлой ночью.

— Правда, Асано? Боль, должно быть, донимает тебя, если дешевые шутки о моей матери — это лучшее, на что ты способен. Моя мать умерла дюжину лет назад; ее прах захоронен в семейном мавзолее.

— Это действительно лишило меня большей части веселья, — признал Джейсон. — Все, что я мог сделать, — это снять крышку с урны и помахать там своим хозяйством.

Лицо Сильвы покраснело от ярости. Он двинулся, чтобы атаковать Джейсона, но остановился на краю магической диаграммы.

— Пожалуйста, сдержитесь, мистер Сильва, — сказал Киллиан. — Верьте, что процесс медленно принесет ему уровень страданий, который не сможет выдержать никакое бахвальство.

Сильва расслабился, и злая ухмылка вернулась на его лицо.

— Ты прав, Киллиан, — сказал он. — Ты прервал меня, Асано, когда я собирался объяснить лучшую часть всего этого. Видишь ли, оказывается, звездное семя не может захватить тебя. Не если ты не позволишь.

— Неприкосновенная душа, — сказал Киллиан. — Одно из самых фундаментальных правил магии.

— Так что делает звездное семя, — продолжил Сильва, смакуя каждое слово, — это просто продолжает наращивать боль, пока твой разум не сможет ее вынести. Не думай, что ты найдешь облегчение в темном бесчувствии, однако. После тела оно придет за твоей душой. От этого не спрятаться. Может, у него и нет способа вторгнуться в твою душу, Асано, но оно может причинить ей боль. Ты будешь страдать так, как не можешь себе представить. К счастью, тебе не придется, потому что ты почувствуешь все это. Ты не можешь предотвратить это, избежать или сбежать. Ты будешь страдать и страдать, пока не сможешь больше, и дашь Строителю то, что он хочет. Ты откроешь дверь и впустишь его, позволив его воле вытеснить твою, просто чтобы боль прекратилась. Ты будешь не более чем сосудом, пустой оболочкой. Марионеткой, танцующей на ниточке.

Сильва подошел близко к Джейсону, осторожно переступая через линии магического круга, не нарушая их. Он схватил Джейсона за волосы и прошептал ему на ухо.

— Я буду смотреть на все это, — прошептал Сильва. — Я буду смаковать твою боль, наслаждаться твоими страданиями. Последнее, что ты увидишь в последний момент, прежде чем твоя душа будет погашена, будет мое лицо. Последней мыслью у тебя будет осознание того, что ты был полностью, абсолютно и безвозвратно сломлен, и что это случилось, потому что ты забрал то, что принадлежало мне.

Джейсон не ответил, стиснув зубы от боли, похожей на ледяных червей, зарывающихся в его тело. Сильва провел рукой по щеке Джейсона.

— А когда мы закончим, мы отпустим тебя, — сказал он. — Конечно, это будешь уже не совсем ты. Интересно, что Строитель заставит тебя делать. Убежать к культистам? Возможно, ты вернешься к своим друзьям и посмотришь, сколько ущерба сможешь нанести, прежде чем они поймут, что тебя больше нет дома. Я бы очень хотел услышать, что ты убил Софи. Сделаешь это для меня? Сделай это уродливо. Сделай ее уродливой. Пусть все знают, что мое — это мое, и ничье больше.

— Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь, — выдавил Джейсон сквозь стиснутые зубы, — но ты своего рода придурок.

* * * Джейсон чувствовал прогресс звездного семени, когда оно вторгалось в его тело, как кусачий холод, словно его вены превращались в лед. Однако по мере того, как холод прокладывал себе путь через его тело, следы, которые он оставлял, начинали снова теплеть. Джейсон чувствовал присутствие Колина, работающего над тем, чтобы вернуть его тело от звездного семени. По мере того как звездное семя захватывало его тело, он понял, что оно ощущается как темное зеркало Колина: холодное и мертвое вместо теплого и наполненного яркой жизнью.

Попытки Колина вернуть тело Джейсона не помогали с болью. Напротив, как раз наоборот, поскольку звездное семя и фамильяр вели войну внутри его тела. Колин, однако, не был физической пиявкой в крови Джейсона, а скорее духовной формой внутри души Джейсона, закрепленной в физическом мире через кровь. В большинстве случаев смерть призывателя привела бы к тому, что дух фамильяра вернулся бы в астрал, так как его якорь был бы перерезан. Если бы душа Джейсона была нарушена, однако, дух Колина стал бы уязвим. Джейсон не знал, что бы это значило для его фамильяра, но был уверен, что ничего хорошего.

Джейсон знал, что усилия Колина неизбежно обречены, так как звездное семя изменяло его плоть быстрее, чем Колин мог ее восстановить. В этот момент, однако, он почувствовал невероятное тепло к пожирающему жизнь апокалиптическому зверю, так усердно работающему, чтобы помочь ему. Он наполнился свежей решимостью продолжать борьбу, защищать своего фамильяра так же, как его фамильяр защищал его.

Сильва, казалось, никогда не уставал насмехаться над Джейсоном, но по мере того, как боль усиливалась, Джейсон больше не слышал слов. Все, что у него было, — это боль, мир белого шума без чувства места или времени. Когда боль внезапно отступила и его чувства начали возвращаться, он понятия не имел, сколько прошло времени.

— Что случилось? — спросил Сильва.

Джейсон заметно расслабился, и серебряное свечение магического круга значительно потускнело.

Киллиан нахмурился.

— Строитель — сущность настолько мощная, что если бы она напрямую коснулась этого мира, мир был бы уничтожен. Звездное семя — это проводник его силы, но пока у него нет души, которой можно питаться, мы должны сами снабжать его силой. Цель этого магического круга — собрать и сконцентрировать окружающую магию, чтобы подпитывать звездное семя. Магия этого региона, однако, слаба, и нам нужно будет периодически дополнять силу духовными монетами, чтобы поддерживать ритуальный круг активным.

— Как долго нам придется тратить монеты?

— Пока Асано не сломается и не отдаст свою душу Строителю. Он всего лишь смертный, а Строитель бесконечен. Пока мы подпитываем круг, Асано в конце концов капитулирует.

— Как скоро? — спросил Сильва. — Мы хорошо спрятаны здесь, но его союзники будут искать, а у них есть и ресурсы, и сила.

— Как долго это займет, зависит от силы решимости Асано. Он продержится дольше, чем ты, подозреваю.

— Почему ты говоришь мне об этом только сейчас?

— Круг истощается слишком быстро, — сказал Киллиан.

— Ты хоть сделал все правильно?

— Если бы я не использовал ритуал правильно, семя вообще не стало бы активным.

Киллиан перевел любопытный взгляд на Джейсона.

— Что-то в Асано мешает работе семени над его телом, заставляя его работать усерднее и потреблять быстрее.

Джейсон, который, как они не осознавали, снова цеплялся за сознание, издал болезненный смех, который перешел в удушающий кашель. Он безумно ухмыльнулся своим похитителям, глаза налились кровью, но все еще были живы.

— Продолжай улыбаться, — сказал ему Сильва. — Если бы у тебя не было духа, в чем был бы смысл его ломать?

* * * Первая передышка длилась всего несколько минут, прежде чем Киллиан скормил духовные монеты магическому кругу. Он стал ярче, и боль возобновилась. Колин использовал это время, чтобы вернуть территорию, но этого было недостаточно. Джейсон лишь смутно осознавал, что крики, которые он слышал, были его собственными, прежде чем вернуться в это белое пространство боли.

Были и другие короткие периоды передышки, когда звездное семя истощало себя против Джейсона и ненадолго впадало в спячку, черпая больше силы из круга. Джейсону казалось, что каждый перерыв был короче предыдущего, но на самом деле они становились длиннее. Это его все более уменьшающиеся способности больше не могли точно это оценить. Усилия Колина также становились менее эффективными; по мере того как Джейсон слабел, слабел и он.

— Это занимает все больше и больше времени, — пожаловался Сильва. — В прошлый раз это прекращалось на часы. Как долго будет этот?

— Вероятно, большую часть ночи, — сказал Киллиан. — Плотность магии в этом регионе слишком низка, чтобы круг мог эффективно собирать магию, и мы можем скормить ритуальному кругу только определенное количество монет, не разорвав его. Хотя перерывы длятся дольше, но и период между ними тоже. Асано проигрывает битву, как он неизбежно проиграет. Он один человек против силы более обширной, чем если бы вы сожгли планету, на которой мы стоим, ради топлива. Предлагаю воспользоваться этим временем, чтобы отдохнуть. Я попросил Реми подготовить несколько кроватей в соседней комнате. Мы узнаем, когда вернуться, когда возобновятся крики.

— Я не хочу пропустить, как он сломается, — сказал Сильва.

— Не пропустишь, — сказал Киллиан. — Он оказывается гораздо более устойчивым, чем я ожидал. У тебя будет все время, которое нужно, чтобы насладиться его страданиями.

— Я хочу видеть, как он ломается.

— Увидишь, мистер Сильва. После тела приходит разум, а затем душа. Что есть воля одного человека против существа, большего, чем весь наш мир?

* * * — Он просто висит там, — с отвращением сказал Сильва. — Ни криков, ни корчей. Он практически расслаблен.

— Звездное семя теперь захватило его тело, — сказал Киллиан. — Мы приближаемся к концу. Даже его мозг больше не принадлежит ему. Все, что осталось от его сознания, должно быть, нашло последнее убежище в бастионе его души. Скоро он сдастся, и ты увидишь, как он сломается. Как ты и хотел.

* * * Боль ушла, но чувства Джейсона не вернулись. Не было ни зрения, ни звука, ни осязания. Он был в месте чистой воли, на границе между его душой и сущностью, которая стремилась заявить на нее права. Он чувствовал себя дрейфующим в море, не из воды, а из огромной воли. Воли, слишком большой для Джейсона, чтобы даже постичь ее полноту. Больше, чем небо, обширнее, чем солнце. Старше звезд и непостижимее самых глубоких пустот космоса.

Перед этой волей Джейсон был гол и обнажен. Это было больше, чем быть слабым и уязвимым. Перед лицом этой немыслимой силы он понял, что она не только за пределами того, чем он был, но и за пределами всего, чем он когда-либо мог стать. Всего, что он мог даже вообразить. Он был крошечной пылинкой творения перед силой, которая превосходила творение.

Как ни странно, это было не совсем незнакомое ощущение. С того момента, как он был заброшен в странный мир, полный силы и опасности, Джейсон был окружен силами, большими, чем он сам. Раз за разом его доводили до края, постоянно под давлением. Он отбивался от смерти и стоял непоколебимо перед лицом богов. Жизнь в его новом мире была огнем, сжигающим все, во что он верил, и очищающим его до того, чем он был на самом деле.

Он чувствовал желание капитуляции, исходящее от этой обширной воли. Давление, которое она оказывала, давя на его душу. Но он знал это давление. Он терпел его с самого начала. Как будто все, с чем он сталкивался в этом мире, готовило его к этому моменту. Рядом с чуждым разумом Строителя и его возвышающейся волей Джейсон был ничем. Но он понял, что даже трансцендентное существо со всей своей силой не может открыть двери к его душе. Только Джейсон мог это сделать. Пока у него была воля сопротивляться, Строитель не мог заявить права на него. Он собрал свою волю и бросил ее в волю Строителя, песчинку в урагане.

* * * — Он… ухмыляется? — спросил Сильва. — Он ухмыляется! Как это… что… Киллиан! Что происходит?

— Понятия не имею, — сказал Киллиан. Если бы уши Джейсона все еще принадлежали ему, он бы узнал тот же восхищенный тон, который Клайв использовал бы, столкнувшись с чем-то совершенно неожиданным.

Двое мужчин вздрогнули, когда Джейсон заговорил.

— Это все, что у тебя есть, приятель? Тебе придется постараться лучше, межпространственный засранец.

Киллиан начал безумно смеяться.

— Ты думаешь, это смешно? — спросил его Сильва.

— Такого не должно быть возможно, — сказал Киллиан, пораженный. — Этого действительно, действительно не должно быть возможно.

* * * Вслед за вспышкой Джейсона давление этой обширной воли внезапно исчезло. Подобно спокойному морю, абсолютная тишина несла в себе зловещее чувство опасности, изоляции и беспомощности. Больше всего она несла в себе молчаливую угрозу, ожидание того, что произойдет, когда погода неизбежно изменится.

* * * Киллиан и Сильва смотрели, как Джейсон снова повис обмякшим и неподвижным. Сильва был все более взволнован, в то время как Киллиан перешел от любопытного наблюдения к жадному увлечению.

— Мы должны убить его сейчас, — сказал Сильва. — Я сделаю это.

— Вам было бы лучше не забирать обратно то, что вы предложили Строителю, — сказал Киллиан. — Мы начали это и должны довести до конца, иначе заплатим цену.

— Какую цену?

— Худшую, — сказал Киллиан. — Цену, которую не знаешь, пока не заплатишь. Но вам не о чем беспокоиться; простой человек не может бросить вызов воле трансцендентного существа.

— А если ты ошибаешься?

— Тогда это тот момент, когда мы убиваем его и убеждаемся, что все сделано правильно, — сказал Киллиан. — Человек, который может бросить вызов такой силе, может сделать что угодно. Это не тот человек, которого оставляют в живых. Не после того, что мы с ним сделали. Но, как я сказал, это невозможно.

Сильва открыл рот, чтобы ответить, но остановился. Оба мужчины повернулись к двери. Они почувствовали взволнованную ауру охранника, Реми, быстро приближающегося. Его прибытие было отмечено грохочущим стуком.

— Мистер Сильва, мистер Лоран, — раздался голос Реми. Реми отвечал за наблюдение за объектом, пока Сильва и Киллиан разбирались с Джейсоном. Он не должен был покидать комнату охраны, если только что-то не пошло не так.

Сильва и Киллиан пошли во внешнюю комнату, и Киллиан открыл внешнюю дверь.

— Что такое? — потребовал он.

— Мы спали посменно в комнате охраны, — сказал Реми. — Я только что проснулся и обнаружил Кобурна мертвым, а Джеррика пропавшим. Я не почувствовал никакого всплеска ауры от использования способностей, так что он, должно быть, убил Кобурна, не используя их. В задней части шеи Кобурна была колотая рана.

— Как давно? — спросил Киллиан.

— Не могу быть уверен, — сказал Реми. — Часы. Не знаю сколько.

— Это не имеет смысла, — сказал Сильва. — Зачем ему это делать?

— Не знаю, — сказал Реми. — Могу только предположить, что это как-то связано с связью Джеррика с Асано.

— Вот почему я выбрал его, — сказал Сильва. — Асано добился того, что его выгнали из Общества искателей приключений. Если уж на то пошло, он должен был хотеть сам нанести удары. Зачем убивать Кобурна и уходить?

— Это не имеет значения, — сказал Киллиан. — Все кончено. Ваш заблудший приспешник имел часы, чтобы вернуться в город и предупредить союзников Асано. Они, несомненно, уже направляются сюда.

— Ты этого не знаешь, — сказал Сильва. — Зачем Джеррику помогать Асано? Это не имеет смысла.

Обычная подобострастная поза Киллиана выпрямилась, его жуткая, заискивающая полуулыбка исчезла. Сильва не заметил опасного изменения в языке тела Киллиана. Реми заметил, тихо отступая. Киллиан стоял во весь рост, его бледное лицо было пустым и безвыразительным, глаза жесткими. Даже его аура изменилась, став стально-твердой.

— То, что тебе не хватает воображения, не значит, что причины нет, — сказал Киллиан Сильве. — Он может пытаться вернуть себе допуск в Общество искателей приключений, помогая человеку, который добился его исключения. Он мог понять, что мы использовали звездное семя культа Строителя, и пойти на попятную. В конце концов, причины не имеют значения, важен только результат.

— Погодите, что это было про культ Строителя? — спросил Реми.

Киллиан взглянул на Реми, и костяной шип выстрелил из земли, пронзив приспешника. Разница между квалифицированным и могущественным бронзовым рангом, приближающимся к серебру, и неудачливым авантюристом, вроде Реми, стала ослепительно очевидной, когда труп приспешника безвольно сполз по шипу. Сильва смотрел в шоке, наконец осознав, что Киллиан был намного сильнее, чем когда-либо показывал.

— Мы закончили, — сказал Киллиан. — Мы закончили здесь, мы закончили в Гринстоуне, и мы закончили как сотрудничество.

— О чем ты говоришь? — спросил Сильва.

— Ты до сих пор не понимаешь, что это предприятие даже не было риском? — спросил Киллиан. — Оно всегда должно было пойти не так. Твое положение в Гринстоуне теперь несостоятельно. Союзники Асано слишком сильны, и я обещаю, что они идут за тобой, даже пока мы говорим. К этому все всегда и шло.

— Тогда почему ты пошел на это? — спросил Сильва. — Ты организовал большую часть этого.

— Потому что я отвел достаточно ресурсов от твоих операций за последний год, чтобы удовлетворить свои потребности в будущем, — сказал Киллиан. — Когда Лампри принес эту идею тебе, она представила идеальный отвлекающий маневр, чтобы вытащить себя из твоей организации и этого города. Пока все гоняются за тобой за убийство Асано, я могу завершить свои дела и уйти с миром. Здесь наши пути расходятся, мистер Сильва.

Сильва пошатнулся от предательства своего самого доверенного последователя.

— Ты поворачиваешься против меня?

— Конечно, — сказал Киллиан. — Если уж на то пошло, я поражен, что кто-то вообще лоялен к тебе. Ты совершенно не осознаешь, сколько усилий мне пришлось потратить на удержание твоей организации вместе, вопреки твоим лучшим стараниям.

Сильва бросился на Киллиана, только для того, чтобы из земли вырвалось еще больше костей, пронзая плоть криминального лорда и удерживая его на месте. Сильва схватил две кости и выгнул их наружу, но, хотя кости немного поддались, они удержали. Сила Сильвы, усиливающая его мощь, была на ранних стадиях бронзы. Она не шла ни в какое сравнение с силой Киллиана, которая уже достигла серебра.

— Так жалко, — сказал Киллиан. — Ты мог бы дать больше боя, если бы знал как, но ты даже не понимаешь свои собственные силы. Все эти ядра монстров. Беспомощные жертвы вместо даже притворства настоящего боя. Ты действительно жалкое существо, но я не убью тебя, мистер Сильва. Когда очнешься, предлагаю не проявлять к Асано того же милосердия. Если Строитель не заполучит его к тому времени, убей его и беги. С друзьями Асано, охотящимися за тобой, тебе повезет, если ты проживешь достаточно долго, чтобы заплатить цену за отказ Строителю.

Сильва уставился на Киллиана безумными глазами.

— А если они поймают меня и я натравлю их на тебя?

— Мистер Сильва, вы не знаете обо мне ни единой вещи. Вы не знаете, кто работает на меня или каковы мои активы. Если бы вы знали, вы бы задались вопросом, почему так много из них исчезло из ваших собственных месяцев назад.

— Я убью тебя, — прорычал Сильва.

— Маловероятно, но удачи, — сказал Киллиан. Скелетная рука прорвалась сквозь брусчатку и начала душить Сильву. Сильва попытался выплюнуть еще слова, но они вышли как удушенное бульканье. Он попытался использовать свои активные силы, но костяная клетка имела эффект подавления, который не давал им активироваться. Его последней мыслью перед тем, как потерять сознание, была ярость на мир, который продолжал отказывать ему в вещах, принадлежащих ему по праву.

* * * Все, что осталось от истинного «я» Джейсона, было спрятано в крепости его души. Его тело украдено, у него не было мозга, чтобы управлять его мыслями. Он быстро был сведен к немногим большему, чем тот последний клочок воли, внутреннее ядро его существа. За неприступными стенами его души сила Строителя претерпела изменение. Если она не могла заставить Джейсона капитулировать, она вернется к причинению боли, пока он не сдастся.

Воля Строителя стала ураганом ножей, оставляющих шрамы на душе Джейсона. Это была боль, не похожая ни на что, что могло вынести тело, режущая не плоть, а саму сущность его существа. Джейсон терпел, теплое присутствие его фамильяра рядом с ним. В своем бездумном состоянии у него было смутное ощущение вещей, которые отсутствовали. Он больше не помнил фамильяров, которых ему еще предстояло призвать, но чувствовал их отсутствие.

Становилось хуже, ножи были сверлами, бурящими путь в его душу. И все же они терпели неудачу. Пока у Джейсона была воля сопротивляться, они не могли пробить его душу. Все, что они могли сделать, — это принести боль, которая несла с собой обещание. Она могла прекратиться, и все, что ему нужно было сделать, — это сдаться.

Боль вычищала эхо, которое было остатками того, чем Джейсон был, когда его тело и разум принадлежали ему самому. Все, что осталось, — это скудный клочок «я», рваный и разорванный, но все еще непоколебимый.

Дни мучений с момента имплантации звездного семени были микрокосмом каждой угрозы, с которой Джейсон столкнулся с момента прибытия в свой новый мир. Эти воспоминания теперь исчезли, но их последствия все еще ощущались. События сделали его новым, перековав само ядро его существа в нечто, что никогда не перестанет бороться. Даже против несгибаемой воли чуждого разума, с силой, превосходящей воображение. Даже когда от него ничего не осталось, кроме воли бороться.

Воля Строителя была неумолима, посылая боль в те уголки души Джейсона, куда она иначе не могла добраться, в крепость души Джейсона. Все, что осталось, — это мерцающий уголек, последний клочок его истинного «я». Чуждый разум стремился погасить эту последнюю искру, но она отказывалась угасать.

После того, как все остальное было содрано, осталась только одна часть Джейсона. Единственная вещь, которая заставляла его двигаться, каждый раз, когда он ходил по грани между жизнью и смертью. Которая толкала его вперед перед лицом монстров, культистов, каннибалов и богов. Воспоминания об этом опыте были потеряны, но воля, которую они сформировали, была единственным, что у него осталось. Нежелание гнуться, соответствовать, капитулировать.

Все, что осталось от Джейсона Асано, была чистая, непримешанная непокорность. Он не мог перетерпеть Строителя больше, чем одуванчик мог противостоять торнадо. Но в то время как у великого астрального существа не было пределов, у звездного семени, соединяющего его с Джейсоном, они были. Чем сильнее Строитель давил на Джейсона, тем быстрее расходовалась его сила. Наконец, воля Строителя угасла, когда семя перешло в спячку, вынужденное остановиться и пополнить себя из уменьшающейся силы, оставшейся в магическом круге, питающем его.

В результате шторма душа Джейсона пульсировала и дрожала, сотрясаемая силами, которые осаждали ее. Из глубины что-то сдвинулось, как будто чуждая сила, бурящая ее, обнаружила какую-то огромную силу, погребенную и забытую. Сила росла и росла внутри, давление поднималось, как вулкан на грани извержения. Угасающий уголек воли Джейсона воспламенился в яростное пламя, которое взорвалось наружу, сжигая ледяные когти звездного семени, которое захватило его тело. Дух Колина взмыл наружу, фамильяр добавил свою собственную силу, когда воля Джейсона стремилась вернуть тело, оставленное без защиты спящим звездным семенем.

Воля Строителя вернулась, почувствовав опасность для звездного семени, исходящую от возрождения Джейсона. В семени остался лишь фрагмент силы, и Джейсон почувствовал мерцание неуверенности в этом древнем, чуждом разуме. Оно должно было остановить Джейсона сейчас, прежде чем звездное семя будет полностью преодолено. Строитель воздействовал на него всей силой своей воли.

Семя, уже истощенное до последних крупиц энергии, не могло выдержать напряжения. Попытка Строителя перехватить Джейсона, прежде чем он сможет перевернуть ситуацию с семенем, сама по себе вытолкнула его за пределы своих возможностей, окончательно испортив звездное семя.

Связь исчезла, а вместе с ней и воля Строителя. Семя было мертво, а вместе с ним и проводник к Строителю. Физические остатки семени все еще были в теле Джейсона, но они были инертны, потраченная сила. Конец их силы, однако, не был концом их угрозы. Эти физические остатки пронизывали тело Джейсона. Без силы семени, поддерживающей его жизнь, пока оно трансформировало его, инородная материя, бегущая по его телу, теперь убивала его. Если бы не странная природа его иномирного тела, он был бы уже мертв.

Даже когда его тело отказывало, однако, его душа вернула его себе. Сознание Джейсона вернулось, только чтобы снова угаснуть, неспособное функционировать с остатками звездного семени, пронизывающими его мозг.

* * * Джейсон пришел в себя, все еще вися под потолком. Его тело было мокрым от его собственной крови, вытекающей из разрывов в его плоти, где фрагменты звездного семени были вытолкнуты обратно из его тела. Колин каким-то образом поддерживал в нем жизнь через трудоемкую задачу очистки его тела от звездного семени, восстанавливая его до чего-то, что лишь отдаленно напоминало здоровье. Он чувствовал Колина, теперь спящего внутри него. Фамильяр отдал все, что у него было, чтобы сохранить Джейсону жизнь.

— Ты хорошо поработал, приятель, — прохрипел Джейсон. — Отдыхай.

Его тело было разорено, более слабое и истощенное, чем он когда-либо считал возможным. И все же каким-то образом он чувствовал себя сильным, сильнее, чем когда-либо был. Он мог чувствовать свою душу, ощущать ее так, как никогда раньше. Это было его истинное «я», его последнее убежище, а не мясная оболочка, в которой он расхаживал. С тех пор как он узнал, что его тело было уничтожено и воссоздано из магии, у него было чувство беспокойства о себе и своем самом существовании. Это исчезло теперь, когда он понял, что тело, которое он носил, в конечном счете не важнее костюма.

Он вытянул шею, чтобы посмотреть вниз на фрагменты звездного семени на полу под ним. Магический круг превратился в пепел. Он рассмеялся, хрипло и болезненно, но продолжал хохотать, как сумасшедший.

— Не знаю, слышишь ли ты меня через свой мертвый магический ректальный зонд, — прорычал Джейсон, — но тебе нужно слушать, межпространственный бандит душ. Тебя только что победил помощник менеджера магазина канцелярских товаров, пока он висел на крюке и был гол, как в день своего рождения. И перерождения, если уж на то пошло. Так что тебе лучше собрать свой никчемный маленький культ и забрать их обратно в свою волшебную страну в небесах, потому что я иду за ними. И в этот раз у меня будут штаны.

Болтаться без дела

Болтаться без дела

«Где, черт возьми, плохие парни?»

Все еще вися под потолком, Джейсон вспомнил, что его пытки сопровождались мучителями. Они могли казаться несущественными, когда он противостоял Строителю, но теперь эта битва была окончена, а он все еще был подвешен, как мясо на мясницком крюке.

Даже если бы он не был связан и на нем были хотя бы какие-то трусы вместо ошейника подавления, оба его похитителя были выше рангом, чем он. В полной силе, которой у него определенно не было, он думал, что мог бы, вероятно, справиться с Сильвой. Эльф был другим делом.

У странного бледного эльфа был такой жесткий контроль ауры, который Джейсон ассоциировал с экспертами по сущностям, и он знал достаточно таких, чтобы судить. Что кто-то с реальным мастерством делал, работая на Сильву, было загадкой.

Чем больше Джейсон думал об этом, тем более странным казалось присутствие эльфа. Он утверждал, что не является частью культа Строителя, но знал ужасно много о том, как работает звездное семя. Джейсон был готов поспорить, что чем бы ни занимался эльф, он водил Сильву за нос. Это могло быть даже причиной, по которой пара отсутствовала.

Джейсон обдумывал свои варианты. В полной силе он мог бы, вероятно, вырвать крюк, который эльф забил в потолок, и освободиться, даже без магических способностей. Он был достаточно силен и хорошо обучен, чтобы подтянуться и упереться ногами в потолок для рычага.

Однако он был далек от полной силы в данный момент. Его тело было заметно истощено под слоем крови и покрыто мелкими травмами. Джейсон чувствовал, что внутри него Колин впал в спячку. Фамильяр истощил себя, поддерживая жизнь Джейсона и очищая остатки звездного семени. Мертвые фрагменты были вытолкнуты из тела Джейсона исцелением Колина, скапливаясь под свисающими ногами Джейсона. Намного больше, чем масса, которая была исходным семенем, почти пятая часть веса тела Джейсона была в металле, липком от крови Джейсона.

«Хорошая работа, маленький приятель».

Джейсон чувствовал жжение от остаточных ран по всему телу. Одна была прямо над его левым глазом, который он должен был заставить открыться через липкую кровь, склеившую его. Он чувствовал другую справа от своего подбородка, под колючей бородой, которая выросла за время его плена. Ни одна из них не была критической; как и другие раны, это были места, где звездное семя вторгалось в его тело, а затем было вытолкнуто обратно. Настоящий ущерб был нанесен внутри его тела и снаружи его души. Раны присутствовали по всему его телу, хотя его самые нежные части были милостиво пощажены.

Раны не представляли особой угрозы для его благополучия, но они то жалили, то чесались, с чем он ничего не мог поделать в своем нынешнем затруднительном положении. Он рассмеялся над абсурдностью того, что несколько зудящих царапин раздражают его после испытания, через которое он прошел, или даже ситуации, в которой он все еще находился.

Богиня Знание однажды отрицала, что разум Джейсона был изменен, когда он стал иномирцем, чтобы лучше обрабатывать травмы, которые он перенес с тех пор. Теперь, учитывая его странное спокойствие после дней буквально сдирающей душу пытки, он был почти уверен, что она лгала. Она также пропустила часть о его иномирном теле, но это, вероятно, было к лучшему. В тот момент он не был готов услышать что-либо из этого, отчаянно цепляясь за любую часть своей старой идентичности.

Джейсон обдумывал свои варианты. Вариант один: буквально болтаться и ждать спасения. Его друзья были способны и найдут его в конце концов, но будет ли это до того, как Сильва и эльф вернутся? Вариант два был… все еще на стадии формулировки. Он был слишком слаб, чтобы двигаться, слишком бессилен, чтобы действовать.

Его новое осознание собственной души принесло с собой лучшее чувство давления, оказываемого на нее ошейником подавления. Это было похоже на то, как будто его душа выросла, чтобы коснуться сторон этого контейнера, как воздушный шар, надуваемый внутри коробки. Он чувствовал сильное желание пробиться из этой коробки.

Мог ли он? Он вряд ли был в лучшем состоянии прямо сейчас, а ошейник был подавляющей силой. Он не представлял физического давления, но имел ощущение нерушимой границы. Несмотря на это ограничение, он не мог избавиться от желания попробовать. Он размышлял, откуда исходит это чувство.

Джейсон был уверен, что претерпел значительные изменения в результате преодоления вызова звездного семени, но впервые он был без системного сообщения, чтобы объяснить это. В отличие от других пользователей сущностей, Джейсон никогда не был вынужден постигать свои способности на ощупь. Был элемент этого, но у него всегда были системные сообщения, чтобы направлять и прояснять. Было ли желание дать отпор подавлению просто исполнением желаний или инстинктивным пониманием способности, которая изменилась? Возможно, его астральное сродство эволюционировало от контакта с великим астральным существом.

Он решил попробовать, закрыв глаза и ощущая силу внутри своей души. Он не был уверен, как активно ее использовать. Следуя инстинкту, он использовал технику проекции ауры, которую Фарра преподала ему как основу, и спроецировал эту силу наружу. Инстинкт оказался верным. Он понял через свою попытку, что истинная природа его ауры была проекцией его души.

Эта первая попытка была неуклюжей и неэкспертной, но, вооруженный своим новым откровением, он попробовал снова. Аура Джейсона была полностью подавлена ошейником, но он чувствовал силу внутри себя, чтобы дать отпор этому заточению. Его вторая попытка ощущалась более утонченной и мощной, чем первая, но это было похоже на попытку столкнуть валун со своего тела. Он напрягся и почувствовал дразнящий сдвиг в стенах, которые связывали его ауру, но не смог оттолкнуть их назад. В конце концов он не смог поддерживать усилие и был вынужден сделать паузу.

Он понял, что продолжать в том же духе не принесет результатов. Ему нужно было значительно улучшить способ, которым он владел силой. С откровением, что его аура и душа были более неразрывно связаны, чем он предполагал ранее, ему нужно было изменить способ использования своей ауры.

Джейсон всегда считал свой контроль ауры очень сильным, и другие говорили ему то же самое. Он подумал о Руфусе и своем осознании того, что люди, говорящие ему, насколько он превосходен, остановили его от попыток стать лучше. С его улучшенным чувством собственной души и новым пониманием своей ауры, Джейсон понял, что использование его ауры было грубым и неэффективным. Ему нужно было лучше включить силу своей души в способ использования своей ауры.

Основа, которую Фарра помогла ему заложить, была прочным фундаментом, из которого можно было внедрить ключевую силу его души, которую выявил его конфликт со Строителем. Как только он овладеет ею, она увеличит его силу и контроль над аурой в бесчисленное количество раз. Ошейник подавления станет горнилом, в котором он переделает свою ауру. Вместо того чтобы просто проецировать ее в ничто, эта подавляющая сила станет прессом, который сконцентрирует его силу, точильным камнем, на котором он отточит свой контроль.

Ранее Джейсон чувствовал, что его контроль ауры находится на пределе того, на что он был способен. Он предполагал, что только следующий ранг предложит шанс существенно улучшиться. Когда он заставил свою ауру упереться в силу ошейника подавления, он понял, насколько глупым и высокомерным он был. Он снова был неуклюжим любителем, возвращаясь к тем первым дням, тренируясь с Фаррой. Он взобрался на холм, который считал концом своего пути, только чтобы найти грандиозную новую перспективу перед собой.

Впереди была длинная новая дорога, и он не собирался достичь конца здесь и сейчас, болтаясь на крюке. Что ему нужно было в его нынешней ситуации, так это оттолкнуть силу ошейника подавления, хотя бы на миг.

Когда он тренировал Джейсона, Руфус часто повторял советы, которые вбивала в него его семья. Это было особенно верно в отношении его деда, знаменитого мастера меча алмазного ранга, Роланда Ремора. Из того, что передал Руфус, Джейсон тайно подозревал патриарха Ремора в том, что он провел свою жизнь алмазного ранга, выясняя, как звучать как можно более глубокомысленно. В этом мире не было печений с предсказаниями, поэтому ему приходилось находить ритмы самому.

Руфус много говорил об идеях своего деда о разнице между хорошим авантюристом и великим. После катастрофической вылазки Руфуса против культистов крови, это было различие, которым он был одержим. Он стал озабочен своими неудачами, сомневаясь в своем суждении, лидерстве и даже квалификации как авантюриста. Это был шаблон, который повторился со смертью Фарры.

Согласно деду Руфуса, разница между хорошим авантюристом и великим была вопросом моментов. Правильное решение в правильный момент было разницей между успехом и неудачей, между триумфом и смертью. Великие авантюристы были алхимиками обстоятельств, превращающими возможность в удачу. После того, как все сложилось с культом крови, Руфус верил, что у Джейсона был инстинктивный дар к этой самой вещи.

Джейсон надеялся, что Руфус прав. Он бросил все, что у него было, против сдерживания ошейника, толкая свою ауру против него, как будто он взваливал на плечи валун. Он толкал и напрягался, пока финальный рывок наконец не заставил его сдвинуться. Он купил себе момент, и теперь должен был использовать его.

Системные сообщения изверглись в лицо Джейсона, но он проигнорировал их, открыв инвентарь рядом со своими закованными в наручники руками и выхватив предмет, едва успев схватить его, прежде чем подавление захлопнулось обратно, толкая его ауру вниз. Системные окна растворились в статике и исчезли.

Отдача скребла по самой его душе. Боль заставила бы его потерять сознание до его недавнего опыта. Она почти заставила его уронить маленький флакон, который теперь был у него в руке, и паника вспыхнула в нем. Он судорожно сжал пальцы вокруг флакона, почти разбив его с панической свирепостью своего захвата.

Он снова безвольно повис на наручниках, хватая ртом воздух. Висение под потолком было плохой позицией для восстановления. Когда он восстановил дыхание, он посмотрел на маленький флакон. Он использовал свое оригинальное зелье меньшего чуда, сражаясь с гигантским водным элементалем, но Джори заменил его, прежде чем они даже прошли весь Старый город.

Он вытянул шею, выравнивая рот как мог, прежде чем большим пальцем снять пробку с флакона. Часть зелья плеснула ему на лицо, но большая часть попала в рот, и он высунул язык, чтобы слизать все, что мог, из остального.

Эффекты зелья были, как и обещано, чудесными. Он почувствовал исцеляющее покалывание, когда истощенная мышца восполнилась, а раны по всему его телу закончили заживать. Посмотрев вниз на свою грудь, Джейсон увидел, что травмы оставили после себя серию маленьких шрамов. Те, что были на его лице, вероятно, сделали то же самое.

Его тело теперь было наполнено энергией. Ошейник подавления не имел никакого влияния на магию зелья, хотя у Джейсона не было способа использовать свой восполненный запас маны. Вместо этого он занялся тем, что потратил немного выносливости, напрягая руки, чтобы схватиться за цепь наручников.

Стиль боя Джейсона, Путь Жнеца, был гораздо более всеобъемлющим, чем простое боевое искусство. Он включал мобильные техники, скрытность и, что непосредственно актуально, методологию побега. Джейсон подтянулся, рука за рукой, затем перенес вес, чтобы развернуть тело, раскачивая ноги, пока его ступни не уперлись в потолок.

Кольцо, через которое были продеты наручники, удерживалось на месте шипом, который эльф зафиксировал на месте наколдованными скелетными руками. Это было не тщательно просверленное отверстие, просто гладкий шип без резьбы, который был забит прямо в кирпичную кладку. Джейсон решил, что может объединить рычаг, силу и вес тела, чтобы вырвать его.

Это была задача, которая оказалась легче задумать, чем выполнить, и Джейсон остался висеть вниз головой, дергая за цепь. Он занимался этим некоторое время, когда шип внезапно поддался, и он упал на пол в кучу.

Он встал, неловко дотягиваясь закованными в наручники руками, чтобы смахнуть фрагменты инертного звездного семени, которые прилипли к его телу, когда он приземлился. Они образовали кучу под тем местом, где он висел, и, как и Джейсон, были липкими от крови Джейсона. Остатки ритуального круга были не чем иным, как пеплом.

В комнате больше ничего не было, и Джейсон не терял времени, направляясь к двери. Пройдя через внешнюю комнату к выходу из здания, он осмотрел окрестности. Он быстро предположил, что находится где-то на окраине дельты, где последние клочки кустарника заканчивались и начинались мертвые пески. Планировка зданий была похожа на аванпосты обмена духовных монет, которые он видел, хотя этот был явно заброшен. Клочки желтой травы росли между брусчаткой, смещенной и неровной от времени и погоды.

К его удивлению, Сильва лежал на открытом месте в луже собственной крови. Чувства ауры Джейсона были ограничены наряду с его аурой, поэтому он не был уверен, жив Сильва или мертв. Того же нельзя было сказать о другом человеке, которого Джейсон узнал как охранника, который дал ему духовную монету, пока он ждал своей участи. Этот человек был определенно мертв. Толстый костяной шип, торчащий из земли, вошел через его пах и вышел через макушку, оставив его висеть, как жуткое украшение.

Джейсон проверил Сильву. У него были жестокие следы удушения на шее и множественные колотые раны на руках, ногах и туловище. Сильва потерял довольно много крови, но, хотя был в плохом состоянии, недостаточно, чтобы угрожать бронзовому рангу смертью. Его атрибут восстановления бронзового ранга исцелил бы его быстрее, чем обычного человека, хотя он не разбудил его за все время, пока Джейсон висел в здании.

— Кто-то определенно поработал над тобой, — сказал Джейсон, обыскивая тело Сильвы. Он обнаружил маленькую связку ключей в кармане куртки, радуясь, когда нашел ключ от своих наручников и ошейника на шее. Ощущение снятия ошейника было похоже на тот первый вдох после почти утопления; это было облегчение, как найти туалет как раз вовремя, чтобы избежать загрязнения в середине торгового центра.

Джейсон не терял больше минуты, наслаждаясь, когда почувствовал возвращение своих сил. Он минимизировал все системные сообщения, наводняющие его зрение, и защелкнул ошейник подавления на шее Сильвы. Сильва не отреагировал; он оставался без сознания, когда Джейсон затем надел наручники на лодыжки Сильвы.

— Теперь посмотрим, как тебе нравится быть заключенным, — сказал ему Джейсон. — Нет, это паршивая фраза. У тебя будет много времени для сна в тюряге? Это хуже, это сложно. Восьмидесятые боевики не так хороши, как я помню? Колин, когда мы вернемся в мой мир, я покажу тебе «Гимнасту». Это буквально все, что тебе нужно знать о западной культуре.

Джейсон возобновил свой обыск Сильвы, обнаружив, что карман в его куртке ведет в пространственное хранилище. Он опустошил его и украл все, что выглядело интересным или ценным, запихнув все в свой собственный инвентарь, кроме своего отсутствующего амулета, который он немедленно застегнул на шее.

Пришло время одеться, но он все еще был покрыт кровью. Джейсон достал бутылку кристаллической воды и вылил ее себе на голову. Она смыла кровь с его тела и из волос, включая его новую бороду. Не было никаких признаков его отсутствующего костюма, поэтому он призвал другой из своего инвентаря. Темный туман прикрыл его скромность, но на данном этапе это не имело особого значения. Даже если бы Джейсон не привык к наготе, единственными людьми здесь были либо без сознания, либо мертвы.

Джейсон поправлял свои запонки, когда замер, увидев движение вдалеке. Три транспортных средства неслись по кустарниковой местности, трио скиммеров летело к нему. Когда он смотрел, большинство фигур на одном из скиммеров исчезли, и он внезапно был окружен людьми. Даниэль Геллер телепортировала Руфуса, Гэри и Хамфри со своего скиммера прямо к нему.

— А, вы здесь, — сказал Джейсон и закончил поправлять запонку. — А я как раз нуждался в поездке.

Попытка Джейсона сохранить достоинство была немедленно подавлена, когда Гэри схватил его в объятия, которые были больше похожи на захват в регби.

Что нас не убивает

Что нас не убивает

Остальные члены команды Джейсона прибыли на трех скиммерах. Клайв управлял одним, а слегка дрожащие Джори и Белинда — остальными, причем оба впервые. Все высыпали из транспортных средств, еще не успевших полностью остановиться, и окружили Джейсона. Он встретил их обеспокоенные взгляды с легкой уверенностью, заверяя, что с ним все в порядке.

У Клайва было так много вопросов, что он так и не смог задать ни одного. Хамфри сжал плечо Джейсона, одарив его сияющей улыбкой, ради которой молодые женщины Гринстоуна продали бы собственные семьи.

— Мы мчались сюда, чтобы спасти тебя, — сказала Белинда, — а ты стоишь здесь, словно ждешь поездку на чертову симфонию. Ты хоть представляешь, скольким людям мы надавали пинков, разыскивая тебя?

— Мы? — спросила Софи.

— Это была командная работа, — ответила Белинда.

— Софи в одиночку разнесла два бара, полных бандитов, — сказал Нил. — Один был полон преступников, а другой — моряков.

— Справедливости ради, там много пересечений, — заметила Софи. — Ты правда в порядке, Асано?

— Я успел заскочить и купить вам подарок, — сказал Джейсон. — Он немного поврежден, но, думаю, вы не будете возражать.

Все были настолько сосредоточены на Джейсоне, что даже не взглянули на тела на земле. Джейсон подошел к лежащему без сознания Сильве и ткнул его ногой.

— Ты его поймал, — сказала Софи.

— Ага, — ответил Джейсон. — Он весь ваш.

— Нет, — сказала Даниэль. — Он мой. У меня есть вопросы, на которые мистер Сильва будет крайне вынужден ответить.

— Как ты вообще умудрился его похитить? — спросил Гэри.

— Это была невероятная битва, — сказал Джейсон. — Я против бойца бронзового ранга, истощенный после своего дерзкого побега. Сражался туда-сюда, пока наконец не вырвал эту тяжелую победу.

— Он выглядит довольно свежим для того, кто с тобой сражался, — заметил Нил. — Вокруг ран даже нет следов гниения.

— Да, я не знаю, что там произошло, — сказал Джейсон. — Я нашел его уже таким.

— Ты нашел его таким? — спросил Руфус.

— Наверное, мне стоит начать с самого начала, — сказал Джейсон.

Внезапно с неба спикировала птица, превратившись в щенка, который врезался ему в грудь, словно очаровательный шар для боулинга.

— О, привет, дружище, — сказал Джейсон. Он держал Сташа на руках и чесал его за ушами. Хамфри забрал своего фамильяра с укоризненным взглядом.

— Ты должен быть осторожнее, — отчитал его Хамфри. — А если бы Джейсон был ранен? Ты же не знаешь, через что он прошел.

— С Джейсоном все в порядке, — сказал Нил. После достижения бронзового ранга способность восприятия Нила, «глаза возможности», позволяла ему видеть уязвимости других. Это включало и травмы — не просто что это такое, а как они влияют на организм. Это был мощный инструмент для целителя, позволявший ему с первого взгляда оценить состояние своей команды.

— Было немного жестко, не буду лгать, — сказал Джейсон. — Я выпил то чудодейственное зелье, которое дал мне Джори. Спасибо за него, Джори.

— Может, перестанешь попадать в ситуации, где они тебе нужны? — сказал Джори.

— Полностью согласен, — ответил Джейсон. — Никакого больше геройства для этого искателя приключений.

— А ведь ты только что сказал, что не будешь лгать, — заметила Софи.

Джейсон рассказал им о событиях, насколько мог вспомнить, но его память была довольно туманной. Даже в те моменты, когда он контролировал свой разум, чтобы формировать воспоминания, боль делала его рассказ довольно отрывочным. Самые важные события произошли, когда он отступил в свою душу, чего он толком не помнил. Вместо этого казалось, что его чувства того времени отпечатались на нем. Страх, боль, сила и непокорность. Это было трудно выразить словами так, чтобы это имело смысл.

Внешнее спокойствие Джейсона начало трещать, когда он попытался объяснить те моменты, и Даниэль положила этому конец, поручив остальным заняться осмотром места.

С внезапным чувством безопасности дверь, за которой Джейсон прятал всю панику, ужас и боль, внезапно открылась. Его тело содрогнулось, по нему пробежал озноб. Даниэль положила обеспокоенную руку ему на плечо и почувствовала, как он дрожит, даже несмотря на то, что на его лице сохранялась беззаботная улыбка. Его ноги стали ватными, и он достал из инвентаря стул, чтобы сесть, прежде чем повалиться. Он откинулся назад, запрокинув голову к небу, чтобы почувствовать солнце на своем лице.

Остальные часто бросали взгляды на Джейсона, выполняя свои задачи. Руфус и Гэри обыскивали территорию, высматривая любые признаки пропавшего эльфа, которого описывал Джейсон. Клайв занял здание, где пытали Джейсона, а Хамфри обыскал второе здание с зеркальными стеклами.

Нил и Джори осматривали бессознательного Сильву, а Софи и Белинда сосредоточились на мертвом человеке, лежащем рядом с ним. Белинда обнаружила маленькое свежее отверстие в брусчатке и заметила еще несколько там, где рядом лежал Сильва. Дальнейший осмотр показал, что края отверстий были сломаны, а вокруг них были разбросаны крошечные фрагменты. Похоже, что-то тонкое и твердое пробилось снизу, и Белинда перевела взгляд с отверстий в земле на колотую рану на теле Сильвы.

— Тот эльф, которого описывал Джейсон, — сказала Белинда Софи. — Мы ведь предполагаем, что это Киллиан Лоран?

— Описание подходит, — сказала Софи.

— Я что-то слышала о том, что он призывал костяные шипы из земли?

— Кажется, я слышала об этом, — ответила Софи.

— Кто такой Киллиан Лоран? — спросил неподалеку Джори.

— Он годами крутился на периферии семьи Сильва, — сказала Белинда. — Старик Сильва держал его рядом только потому, что тот был силен в ритуальной магии.

— Ходили слухи, что старик использовал его для выполнения по-настоящему грязных дел по-тихому, — добавила Софи. — Того, о чем даже преступники и убийцы дважды подумали бы.

— Говорят, что Лоран резко поднялся после смерти старика, — сказала Белинда.

— Зачем ему делать это с Сильвой? — вслух задалась вопросом Софи. — Это не может быть захват власти. Сильва был неприятен, но у него были семейные связи и хоть какие-то ограничения. Никто бы не потерпел этого развращенного эльфа во главе.

— Полагаю, ответы придется отложить до тех пор, пока этот парень не очнется, — сказал Джори, опускаясь на колени рядом с Сильвой. Две женщины подошли, чтобы встать над человеком, который был источником стольких их несчастий.

— Мы должны убить его сейчас, — сказала Белинда. — Не похоже, чтобы кто-то возражал.

— Нет, — сказала Софи. — Он не сможет страдать, если будет мертв.

— Я не позволю вам просто так начать причинять ему боль, — сказал Нил. — Напомню, что я принадлежу к церкви Целителя.

— Я бы не ограничилась физической болью, — сказала Софи. — Она проходит, а я хочу, чтобы он страдал так, чтобы это никогда не заканчивалось. Я хочу, чтобы он увидел нас и понял, что преследование нас стоило ему всего.

— Думаю, он преследовал в основном тебя, — сказала ей Белинда. — Я почти уверена, что меня он мог бы и не трогать.

— Если хотите задеть его чувства, валяйте, — сказал Нил. — Пока вы его не пырнете или что-то в этом роде, это ваше дело.

Софи посмотрела на Джейсона, затем снова на Сильву.

— А что, если я просто немного пну его?

Нил проигнорировал эту просьбу, его глаза все еще сканировали бессознательное тело Сильвы. Джори, также оценивавший повреждения, не обладал способностью восприятия Нила. Вместо этого он полагался на свои знания и опыт, проводя физический осмотр.

— Удушение, верно? — спросил Джори Нила.

— Да, — подтвердил Нил. — Тот, кто это сделал, либо был близок к тому, чтобы убить его, либо недостаточно близок, в зависимости от того, чего они добивались. Мозг поврежден, и потребуется время, чтобы он зажил, прежде чем он сможет очнуться. Но он бронзового ранга, так что полностью восстановится даже без вмешательства.

В другом месте Руфус и Гэри прочесывали территорию, но, кроме здания, которое обыскивали остальные, найти было почти нечего.

— Ты ведь не веришь в этот спектакль Джейсона о том, что он в порядке, потому что не помнит большую часть произошедшего, верно? — тихо спросил Гэри, взглянув туда, где Джейсон устало обмяк на своем стуле.

— Конечно, нет, — ответил Руфус. — То же самое было с кровавыми культистами. Он был в порядке, пока все оставалось диким и опасным, но как только он оказался в безопасности, все навалилось на него. В этот раз будет намного хуже.

— Ты чувствовал его ауру?

— Да, — серьезно сказал Руфус. — Его сила ауры определенно достигла бронзового ранга.

— Думаю, она может быть сильнее моей, — сказал Гэри. — Я знаю, что мой контроль ауры не лучший, но это не должно влиять на грубую силу, а я почти серебряного ранга. Даже если его сила ауры бронзовая, он все еще железного. Что нужно сделать с душой человека, чтобы такое произошло?

— Надеюсь, заставить их отбиться от звездного семени, — сказал Руфус.

— Ты думаешь, оно действительно захватило его?

— Надеюсь, что нет.

— Как нам помочь ему? — спросил Гэри.

— Сначала убедимся, что внутри действительно он. Затем будем рядом. Дадим ему понять, что он в безопасности и среди друзей. А дальше оставим это моей матери. Она умеет помогать людям справляться с подобными вещами.

— Ты прав, — сказал Гэри.

Мать Руфуса, Арабель, создала себе репутацию, помогая другим искателям приключений справляться с травмирующими событиями, которые были неотъемлемой частью работы. Только после того, как она приехала помочь своему сыну после смерти Фарры, Руфус смог по-настоящему начать двигаться дальше.

Хамфри обыскал здание охраны. Вместе с пропавшим костюмом Джейсона он нашел еще один труп, на этот раз с колотой раной в задней части шеи. Он знал, что это, вероятно, Кобурн, человек, которого Джеррик убил, чтобы пробраться обратно в город и сообщить им местонахождение Джейсона.

Только Клайв был взволнован тем, что нашел. В импровизированной ритуальной комнате, где пытали Джейсона, он обнаружил пепельные остатки ритуального круга и инертные остатки звездного семени. Записав все с помощью кристалла записи, он начал доставать специальные коробки для образцов, собирая пепел и запечатывая фрагменты звездного семени.

Вернувшись на улицу, Даниэль с беспокойством посмотрела на Джейсона, обмякшего в кресле.

— Мне не нравится, что я должна говорить тебе это, — сказала Даниэль, — но после того, что ты нам рассказал…

— Ты должна предположить, что я был скомпрометирован Строителем, — закончила за нее Джейсон. — Я знаю.

— Церковь Целителя взяла на себя обязанности Чистоты по борьбе со звездными семенами, — сказала Даниэль. — Целитель предоставил своим людям ритуалы, которые им были нужны.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Если бы вы попытались сдать меня Чистоте, я бы не пошел тихо.

— Я рада, — сказала Даниэль. — Я начинаю понимать, что «не идти тихо» — это в твоем стиле.

Джейсон поднял взгляд, и они обменялись улыбками: ее — материнской, его — усталой.

* * * Как только группа убедилась, что на месте не осталось никаких сюрпризов, Даниэль собрала всех, чтобы телепортироваться обратно в Гринстоун.

— А как же скиммеры? — спросил Клайв. — Я не могу просто оставить здесь транспорт Магического общества.

— Да, можешь, — сказала Даниэль. — Я позабочусь о том, чтобы все уладить. Как только Общество искателей приключений узнает о том, что здесь произошло, они будут ползать по этому месту и приплетут к этому людей из Магического общества. Они их вернут.

Способность телепортации Даниэль не могла воздействовать на других без их согласия, поэтому Джори дал Сильве зелье, чтобы разбудить его. Тот открыл затуманенные глаза и обнаружил, что сидит в кресле Джейсона, а Джейсон и Софи смотрят на него сверху вниз.

— Доброе утро, солнышко, — сказал Джейсон. — У тебя будет тяжелый день, дружище.

Глаза Сильвы расширились. Он попытался вскочить с кресла, но огромные руки Гэри опустились ему на плечи и вдавили обратно. Сильва был силен, но Гэри был сильнее.

— Асано! — прорычал Сильва. — Векслер? Что случилось? Как ты до сих пор не марионетка?

— Суровая внешность, — сказал Джейсон. — Что случилось с твоим жутким эльфом-приятелем?

Ярость продолжала гореть в глазах Сильвы, но он взял себя в руки.

— Вы должны пойти за ним. Это все была его идея. Я понятия не имел, что он собирается использовать звездное семя.

— Дружище, твои слова не будут такими бессвязными, если перестанешь нести чушь. Можешь лгать сколько угодно, когда мы вернемся в город. Просто заткнись и прими телепорт.

— Телепорт?

Сильва огляделся, заметив остальных.

— С чего бы мне идти с вами?

— Потому что если нет, — сказала Софи, и ее голос был подобен ледяной игле, — то ты останешься здесь со мной.

Сильва побледнел, затем сердито скрыл вспышку страха.

— Ты никто, Векслер. Если бы не мой отец, я бы использовал тебя, а потом выбросил в бордель. Если бы ты вообще была еще жива к этому моменту, ты была бы накачана наркотиками до предела, лежала бы в грязной постели, ожидая, когда следующий парень сделает свой ход.

Софи подалась вперед, приблизив свое лицо вплотную к лицу Сильвы, ее рот растянулся в голодной улыбке, а глаза стали серебряными кинжалами.

— О, я знаю, — сказала она. — Вот почему я надеюсь, что ты заставишь меня везти тебя в город длинным путем. Очень, очень длинным путем.

* * * Джейсон наконец был дома, один в своей комнате в облачном лодочном домике. С одной мыслью темный туман закружился вокруг него, и вся его одежда, кроме нижнего белья, исчезла. Он пошатываясь подошел и упал в прохладные объятия своей облачной кровати. Как только мягкость окутала его, все то, что он сдерживал, вырвалось наружу. Все, что он отгонял от себя с момента своего пленения, нахлынуло на него с полной силой. Он остался лежать, содрогаясь, свернувшись в позу эмбриона. Истощение не тела, а души наконец настигло его и погрузило в беспокойный сон.

Его разбудил утренний свет, проникающий сквозь прозрачный потолок, который он не сделал непрозрачным перед сном. Он все еще чувствовал слабость, но в некотором роде очистился. Его реакция накануне вывела что-то из его организма. Он пересмотрел свое мнение, возможно, Знание все-таки не лгало. Ему стало лучше, чем накануне, но это не то же самое, что быть в порядке. Его переживания последних нескольких дней были размытым месивом, но он знал, что они будут преследовать его всю оставшуюся жизнь.

Когда команда привезла его домой, Даниэль предложила ему остаться там под присмотром чиновника Общества искателей приключений, хотя бы ради приличия. Она знала, что он в любом случае вряд ли захочет уходить, и это было лишь до тех пор, пока церковь Целителя не проведет тщательное обследование.

— Только пока мы не подтвердим, что ты полностью очищен от звездного семени, — сказала она ему.

Команда собралась на палубе для большого завтрака, приготовленного Гэри, что означало мясо, еще больше мяса и немного яиц. С мясом.

Джейсон впервые за долгое время искренне улыбнулся, глядя, как все с удовольствием уплетают завтрак. Его поразило чувство, что, возможно, со временем он будет в порядке. Команда по привычке опекала его, но после завтрака он попросил оставить его в покое, попросив немного времени для себя. Он поднялся на верхнюю палубу плавучего дома, оставаясь снаружи, где его мог видеть чиновник Общества искателей приключений. Он не собирался давать незнакомцу доступ к внутренним помещениям своего плавучего дома.

Был мягкий зимний день, на самом деле довольно приятный, с ясным голубым небом. По мысленной команде из пола поднялся шезлонг из облачной материи. Он лег и использовал наручный клинок, который Гилберт встроил во все его наряды, чтобы полоснуть себя по тыльной стороне ладони, позволяя одному из членов Команды Колин выбраться наружу. Колин пополз вверх по руке Джейсона, чтобы устроиться на плече.

— Чувствуешь себя лучше, маленький приятель? Как насчет того, чтобы взглянуть, не стал ли ты сильнее от всего этого?

Джейсон посмотрел на системные сообщения, все еще свернутые в углу его зрения. Глубоко вздохнув, он начал открывать их одно за другим. Многие из них были просто предупреждениями о подавлении его сил, что было не очень полезно, учитывая, что он не мог их видеть, пока его способности не будут снова разблокированы. Другие были важнее.

Расовая способность иномирянина [Система квестов] эволюционировала в [Непокорный].

Способность: [Непокорный]

Трансформирована из способности иномирянина [Система квестов].

Предыдущие эффекты расовой способности [Система квестов] утеряны.

Игнорировать усиленные сопротивления, полученные из-за разницы в рангах. Это влияет только на усиленное сопротивление от более высокого ранга, а не на другие источники сопротивления.

Игнорировать усиленное подавление ауры и сопротивление подавлению ауры, полученные из-за разницы в рангах. Это влияет только на усиленные эффекты от более высокого ранга, а не на внутренне превосходящую силу аур более высокого ранга.

Способности мародерства, используемые на монстрах более высокого ранга, побежденных вами, будут иметь увеличенный эффект.

— Погоди, больше никаких квестов? У меня много накладных расходов, когда я достигну бронзового ранга.

Подавляющее большинство квестов, которые выполнял Джейсон, были простыми, связанными с его работой в Обществе искателей приключений, что приносило ему неплохую сумму денег. Что касается более исключительных квестов, то они были источником некоторых из самых важных предметов Джейсона. Его эссенции, по крайней мере. Похоже, что эта часть, по крайней мере, все еще будет играть роль, а новая версия будет усиливать добычу с более мощных монстров.

Система квестов была вариантом Джейсона способности руководства, которую, по-видимому, получали все иномиряне. Если квесты исчезли, значит ли это, что он больше не нуждается в руководстве? Стал ли этот мир по-настоящему домом? Он внезапно почувствовал себя дальше от своего собственного мира, чем когда-либо.

Джейсон отсортировал системные сообщения, выбрав нужные. Некоторые из них были просто бессмыслицей, он предположил, из-за сочетания ошейника подавления и экстремального стресса, оказываемого на его душу, источник всех его сил.

Он выудил еще одно важное сообщение.

— Эй, это про тебя.

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) достигла Железного ранга 8 (100%).

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) достигла Железного ранга 9 (00%).

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) достигла Железного ранга 9 (100%).

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) достигла Бронзового ранга 0 (00%).

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) получила новый эффект.

Способность: [Кровавый ужас] (Кровь)

Фамильяр (ритуал, призыв).

Базовая стоимость: Экстремальная мана, экстремальная выносливость, экстремальное здоровье.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железо): Призвать кровавый ужас, чтобы он служил фамильяром.

Эффект (бронза): Призвать сосуд бронзового ранга для вашего фамильяра с улучшенными способностями.

Способность [Кровавый ужас] (Кровь) не может развиваться дальше, пока все атрибуты не достигнут бронзового ранга.

— Посмотри на себя, дружище, прыгнул сразу до бронзового ранга, как большой мальчик.

Колин радостно зашевелился.

— Хорошо, что я уже подобрал материалы для твоего следующего ритуала призыва. Хотя, возможно, мне придется освежить знания ритуалов, чтобы убедиться, что я все сделаю правильно.

Джейсон открыл еще одно сообщение о повышении.

Способность [Гегемония] (Грех) достигла Железного ранга 9 (100%).

Способность [Гегемония] (Грех) достигла Бронзового ранга 0 (00%).

Способность [Гегемония] (Грех) получила новый эффект.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святая, нечестивая).

Базовая стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление недугам, в то время как враги в пределах ауры имеют сниженное сопротивление недугам. Сопротивления врагов дополнительно снижаются за каждый экземпляр [Греха], от которого они страдают.

Эффект (бронза): Накладывает экземпляр [Греха] на врагов, которые совершают физические или магические атаки против союзников в пределах ауры. Экземпляры, примененные таким образом, не могут быть отражены.

Способность [Гегемония] (Грех) не может развиваться дальше, пока все атрибуты не достигнут бронзового ранга.

— Ничего себе, это чертовски крутое улучшение.

Грех был силой Джейсона, которая увеличивала эффект некротического урона, и теперь любой враг, атакующий его команду, будет накапливать экземпляры на себе. Это будет отлично сочетаться не только с его собственными силами, но и со способностями, которые Белинда и Нил получили от камней пробуждения Жнеца.

Было еще одно важное системное сообщение, прежде чем Джейсон очистил стек.

Новый титул: [Духовный воин]

Отражение согласованной атаки на вашу душу трансцендентной сущностью пробудило ваше осознание собственной души и отточило вашу способность использовать ее в качестве оружия.

Сила подавления и сопротивление подавлению вашей ауры увеличены. Вы можете использовать сопротивление подавлению вашей ауры, чтобы противостоять формам магического подавления, помимо простого подавления ауры.

После полного подавления ауры других, вы можете использовать свою ауру, чтобы атаковать их душу напрямую.

Ваша аура-подпись изменилась. Ваша непоколебимая натура перед лицом даже величайшей силы может быть обнаружена, если ваша аура исследуется способностью восприятия ауры или при проецировании вашей ауры. Эхо трансцендентной силы внутри вашей ауры увеличено.

Джейсон долго сидел, глядя на описание. Его воспоминание об атаке Строителя на его душу не было в точности воспоминанием. Это было больше похоже на нечто, отпечатавшееся на его душе, более глубокое и долговечное. Его собственные атаки, несомненно, были бы пустым эхом того, что Строитель сделал с ним, но это все равно было не то, что он хотел бы сделать с другим человеком.

— Это хорошо, — сказал он себе, неубедительно. — Конечно, это хорошо.

Он не мог избавиться от вопросов, возникающих в глубине его сознания. Кем и чем именно его опыт превращает его? Он уже перестал быть человеком. Когда он наконец найдет путь домой, узнает ли кто-нибудь, во что он превратился?

Остаточные сомнения

Остаточные сомнения

Группа людей направилась вдоль пристани к плавучему дому. Ее возглавляла Даниэль Геллер вместе с Руфусом, его матерью Арабель, а также Клайвом и Винсентом Тренслоу, чиновником Общества искателей приключений с грандиозными усами. С ними был жрец золотого ранга из церкви Целителя, только что прибывший в город через портал.

— Как он? — спросила Даниэль. Прошло чуть больше недели с тех пор, как Джейсона вернули домой.

— Он спал четыре дня, — сказал Клайв. — Эти чудодейственные зелья Джори откладывают необходимость восстановления после исцеления, что впечатляет. Но когда это навалилось на него, то ударило сильно.

— Неудивительно, — сказал жрец Целителя. Его звали Карлос, широкоплечий и смуглый мужчина. Его черты лица обладали отполированным совершенством, которое было универсальным для золотого ранга. Его одежда была не облачением Целителя, а повседневным нарядом. Однако коричневый цвет и простой крой напоминали скромную церковную одежду Целителя. Только когда они сбились с пути, местное духовенство Целителя перешло на показные вариации.

— Даже в случае с культистами, которые принимают это, — продолжил Карлос, — внедрение звездного семени в тело является глубоко травмирующим. Удаление его — еще хуже.

— Я видела, как удаляли звездное семя до того, как оно стало инертным, — сказала Даниэль. — Это было не травматично, это была мясорубка.

— К сожалению, это правда, — сказал Карлос. — Люди терялись повсюду, прежде чем мы поняли, кто такой культ и что они делают. Судя по тому, что вы рассказали мне о ситуации здесь, вы, похоже, разобрались во всем до того, как Общества искателей приключений и Магическое общество широко распространили информацию.

— Клайв здесь в значительной степени ответственен за это, — сказала Даниэль. Клайв выглядел смущенным.

— Хотя сейчас мы можем лучше понимать, что делаем, — сказал Карлос, — мы не всегда успешны в помощи людям, которым культ имплантировал семена. Даже когда они инертны, извлечение звездных семян может быть смертельным без постоянного исцеления. Если ваш друг действительно справился с этим самостоятельно, с ошейником подавления на шее, это глубоко впечатляет. Что он делал с тех пор, как очнулся?

— Он находится под добровольным домашним арестом, по моему предложению, — сказала Даниэль.

— Он уже несколько дней на крыше плавучего дома, — сказал Руфус. — Он встал, позавтракал и поднялся туда три дня назад. Не думаю, что он спускался с тех пор. Он просто сидит там, медитируя все это время.

— Очень вероятно, что он тренирует ауру, — сказал Карлос. — В случаях душевной травмы практика контроля ауры может помочь восстановить чувство собственного «я». Многие люди осознают это инстинктивно, в то время как другим мы настоятельно рекомендуем это. На самом деле, наличие инструкций по манипуляции аурой заранее, очевидно, является огромной помощью.

Они прибыли к плавучему дому. Винсент сказал чиновнику Общества искателей приключений, дежурившему на причале, что он может идти. Так или иначе, Джейсон больше не будет под заключением.

— Он должен быть внутри, — сказала Даниэль. — Я вообще не чувствую его ауры.

— Он наверху, — сказала мать Руфуса, Арабель. Она наклонила голову, словно пытаясь что-то услышать, затем нахмурилась.

— Его аура не втянута, — сказала она. — Она подавлена.

Используя свою силу золотого ранга, она запрыгнула прямо на крышу плавучего дома, Даниэль заставила остальных коснуться друг друга в цепном соединении, заканчивающемся на ней, и телепортировала их наверх. Они обнаружили Джейсона, мирно сидящего в позе медитации со скрещенными ногами и ошейником подавления на шее. Он открыл глаза, когда они появились на его крыше.

— Джейсон, — в ужасе спросил Клайв. — Что ты делаешь с этим ошейником?

Так близко они все могли почувствовать подавляющую силу ошейника своими чувствами ауры. Все они вздрогнули, когда аура Джейсона вырвалась изнутри него, отталкивая ее. Он достал ключ из своего хранилища, отпирая ошейник, и убрал его.

— Тренировка ауры, — сказал Джейсон, легко поднимаясь на ноги.

— Увлекательно, — сказал Карлос. — Способность противостоять магическому подавлению с помощью ауры — это явление, о котором я слышал, но никогда не думал, что увижу.

— Я не знал, что что-то подобное вообще возможно, — сказал Руфус.

— Экстремальная душевная травма может вызвать некоторые необычные реакции, — сказал Карлос. — Время от времени некоторые недобросовестные исследователи пытаются изучить это. Они берут пользователей эссенций и подвергают их всевозможным душевным пыткам, чтобы попытаться выяснить процесс, с помощью которого можно надежно получить особые эффекты души. Цена в страданиях и жизнях невообразима. И все это зря, потому что исследования ни к чему не приводят. Максимум, чего кто-либо когда-либо достигал, — это несколько человек с повышенным сопротивлением подавлению ауры и множество людей, которые умерли в агонии.

— Я слышал о подобных случаях, — сказал Клайв.

— Душевная травма на самом деле является моей специализацией в исцелении, — сказал Карлос. — Я видел больше жертв этих злодеяний, чем кто-либо другой, и пришел к собственному выводу. Душа, выдерживающая травму и растущая, — это не о процессе, а о человеке.

— Не чувствую ли я себя особенным, — сухо сказал Джейсон. — У вас есть имя, эксперт по душевным травмам?

— Извините, я веду себя грубо. Карлос Квилидо, церковь Целителя.

Джейсон холодно посмотрел на него.

— Вы здесь, чтобы решить мою судьбу?

— Я здесь, чтобы помочь вам, — сказал Карлос, не показывая признаков того, что его задела грубость Джейсона. — Если в вас действительно нет звездного семени, я здесь, чтобы доказать это окончательно и развеять любые остаточные сомнения. Если оно у вас внутри есть, я здесь, чтобы извлечь его.

Джейсон недовольно нахмурился.

— Вы правы, извините, — сказал он. — Просто я уже несколько дней жду приговора.

— Я полностью понимаю, — сказал Карлос. — У меня есть некоторый опыт общения с людьми в обстоятельствах, подобных вашим. Из-за моей специализации церковь и Общество искателей приключений заставляли меня путешествовать, чтобы работать с людьми, у которых были извлечены звездные семена. По большей части культ имплантирует только своих членов, но они будут имплантировать их другим, когда это служит их целям. Я понимаю, что вы не первый в этом городе, кто перенес это. Церковь Чистоты первой разработала методы извлечения, но мы, церковь Целителя, взяли на себя эту задачу.

— Я никогда не понимал, почему духовенство Чистоты делало бы это, если они тайно работают с культом, — сказал Руфус.

— Потому что лучший способ скрыть тайный союз — это прикрыться врагом, — сказал Джейсон.

— Именно, — согласилась Даниэль. — Имплантация звездных семян не членам культа всегда была отвлечением от их реальных целей. Это так же верно везде, как и здесь.

— У меня есть вопрос о людях, которым имплантировали семена и удалили их, — сказал Джейсон Карлосу. — Похоже, у вас может быть ответ, если вы не возражаете?

— Конечно, — сказал Карлос.

— Люди, которые имплантировали их мне, — сказал Джейсон. — Они сказали мне, что как только вы впускаете семя в душу, Строитель владеет вами. Навсегда. Что как только вы открываете эту дверь, с вами покончено. Это заставляет меня задуматься о людях, у которых семена были извлечены.

— Насколько я понимаю, это был не культ, который имплантировал их вам. Похоже, кем бы ни были эти люди, их информация о звездных семенах была неполной. Это правда, что Строитель запечатлевает себя на душе тех, кто дает доступ. Однако без звездного семени в качестве канала Строитель не может осуществлять контроль. Насколько мы можем понять, эти люди действительно обретают себя снова, хотя, очевидно, сильно изменившись после этого опыта. Не обесценивая ваш опыт, они страдали и изменились даже больше, чем вы. К сожалению, они были повреждены больше, чем вы.

— Могу себе представить, — сказал Джейсон. — Я чувствую себя другим человеком, а моя душа не была взломана. Если бы я открыл ту дверь…

— Совершенно верно, — сказал Карлос. — Мы обнаружили довольно тревожную тенденцию: люди, которым ранее имплантировали семена, чувствуют принуждение, оставленное Строителем.

— Какого рода принуждение? — спросил Джейсон.

— Искать другое звездное семя. Кажется, есть тоска по силе, которую оно обещало. Большинство сопротивляется этому порыву, зная, насколько он саморазрушителен. У некоторых из них больше нет воли сопротивляться, и они поддаются ему. Сейчас мы наблюдаем за всеми ними, включая тех, кто здесь, в Гринстоуне. Я понимаю, что один местный житель был потерян до того, как этот протокол был введен в действие.

— Это не подтверждено, — сказала Даниэль, — но да. Сын друга.

— Странно жалеть Тэдвика, — сказал Джейсон. — Итак, вы какая-то важная шишка, мистер Квилидо?

— Я бы так не сказал, и, пожалуйста, называйте меня Карлос. У меня просто есть специализация, которая трагически полезна в эти несчастные времена. Арабель и я работали вместе в прошлом, и она связалась со мной после того, что случилось с вами.

Джейсон обменялся извиняющейся улыбкой с Карлосом и Арабель.

— Вы проделали весь этот путь, чтобы помочь, а я был груб с вами с того момента, как мы встретились.

— Серьезно? — спросил Клайв. — Столько времени, и ты извиняешься перед этим парнем?

— Я не понимаю, — сказал Карлос.

— Не обращайте внимания на Клайва, — сказал Джейсон. — Он стал раздражительным с тех пор, как я переспал с его женой.

— У меня нет жены!

— Да, я разрушитель семей, — обаятельно сказал Джейсон, поворачиваясь, чтобы посмотреть вдаль. — Когда ты с чужой женой, это жизнь, которую ты живешь.

— На что ты вообще смотришь? — спросил Клайв.

— У меня такое чувство, что я что-то упускаю, — сказал Карлос.

— Привыкай к этому чувству, — сказал Руфус. — Думаю, мы только что обнаружили, что внутри настоящий Джейсон. Что там говорит Хамфри?

— Если ты не понимаешь, о чем говорит Джейсон, он, вероятно, что-то замышляет, — сказал Клайв. — Если ты понимаешь, о чем говорит Джейсон, он определенно что-то замышляет.

— Возвращение к нормальному поведению — хороший знак, — сказал Карлос. — Что бы ни значило нормальное поведение. Однако не стоит недооценивать влияние этих событий. Пользователи эссенций по своей природе психически устойчивы, как механизм выживания. Однако ущерб не исчез, а лишь отсрочен. Если семя было отражено, мы ожидаем увидеть поведение, соответствующее травме, проявляющееся со временем. Будут постоянные изменения. Душевная травма — это то, что оставляет след навсегда.

— Мы ожидаем увидеть? — сказал Джейсон, повторяя слова Карлоса. — Неужели я не единственный, кто отразил имплантацию семени?

— Нет, — сказал Карлос. — Мы знаем как минимум о шести случаях, но их, несомненно, больше. При нормальных обстоятельствах звездные семена Строителя имплантируются культистами Строителя. Если семя отвергается, оно обычно убивает человека. Если они выживают, культ убивает их. Необычные обстоятельства вашей имплантации позволили вам сбежать без того, чтобы культ убил вас, просто в силу их отсутствия. Мне любопытно, как вы очистили свое тело от семени и выжили без посторонней помощи.

— Это было не без помощи, — сказал Джейсон. — Мой фамильяр исцеляет меня. Он работал как трудяга, чтобы сохранить мне жизнь.

— Я был бы очарован, если бы мог осмотреть его.

Лицо Джейсона застыло.

— Вы можете тыкать и проверять меня сколько угодно, — сказал он голосом твердым, как гранит. — Но если вы придете за Колином, мне плевать, кто вас послал или какой у вас ранг. Я найду способ убить вас.

Температура упала, когда все замолчали после внезапного поворота Джейсона. Группа выглядела нервной от откровения, что возвращение Джейсона к своему прежнему «я» было сконструированным фасадом. Руфус вспомнил первые дни Джейсона в городе, где его уязвимость точно так же была скрыта за его чрезмерно яркой личностью. Только Карлос казался невозмутимым после этой вспышки.

— Понятно, — сказал он. — Я воспользуюсь вашим предложением потыкать и проверить. Есть причина, по которой церковь и Общество искателей приключений так охотно одобрили просьбу Арабель доставить меня сюда порталом. Ваше выживание представляет собой уникальную возможность узнать больше о процессе имплантации звездного семени. Скрытые в вашем теле и опыте могут быть идеи, которые позволят нам помочь другим. Мистер Асано, вы единственный известный случай человека, который пережил как отторжение, так и последствия. Надежда на то, что мы сможем улучшить процесс, с помощью которого мы извлекаем звездные семена у жертв культа.

— Мне жаль, — сказал Джейсон. — Я знаю, у вас есть заботы поважнее, чем просто я.

— Вам не нужно ни перед кем извиняться после того, что вы пережили, — сказал Карлос. — Но вы правы насчет более важных забот. Во многих отношениях Строитель организовал войну в нашем мире, о которой мы даже не знали, пока он не начал побеждать. Все, что мы можем узнать, чтобы наверстать упущенное, — это важные знания.

— Не уверен, насколько я могу вам помочь, — сказал Джейсон.

— Все, что мы сможем выяснить, очевидно, будет превосходно, — сказал Карлос с открытой улыбкой. — Но прежде всего, я жрец Целителя. Прежде всего, я здесь, чтобы помочь вам, а не для того, чтобы вы помогали мне.

Шрамы

Шрамы

Карлос работал с Клайвом, направляя его начертить ритуальный круг на крыше.

— Это ритуал эха повреждений, — объяснил Карлос. — Он позволит мне изучить историю физических повреждений тела мистера Асано.

Когда Джейсон встал в центре круга, над ним появилось человекоподобное изображение из света, с красными и синими линиями, проходящими через него, как вены. Карлос взмахнул рукой, манипулируя изображением. Появился след первого шрама Джейсона, яркий и резкий на его торсе. Карлос медленно и методично прошел через все, хотя большая часть изображения была абстракцией, непонятной без соответствующих знаний.

— Это на самом деле довольно просто, — заметил Карлос, работая. — Поскольку вашему телу меньше года, все довольно ясно. Отлично подходит для получения окончательных результатов.

В конце концов он завершил ритуал.

— Это согласуется с тем, что мы видели у других, которые, как мы полагаем, отвергли семена, — сказал Карлос. — Однако все они были мертвы, поэтому мы работали с трупами. Информация, которую мы имеем, не идеальна.

— Вы сказали, что их было шестеро, о которых вы знали? — спросил Клайв.

— Это только те, кого мы нашли, — сказал Карлос. — Мы не знаем, каковы реальные цифры. Очевидно, требуется ряд смягчающих факторов, чтобы дать человеку хоть какой-то шанс. Что касается того, сколько еще людей сопротивлялись звездным семенам и были убиты, не будучи найденными, мы просто не знаем.

— Насколько точно вы можете определить мое состояние, если трупы являются вашей основой для сравнения? — спросил Джейсон.

— Даже по трупам мы могли определить специфические различия между теми, кто отверг семя, и теми, кто был вынужден принять его, а затем оно было удалено. Если представить тело как поле, семя вспахивает это поле, готовое к посадке. Если поле принимает семя, мы видим изменения, когда семя пускает корни. Если же семя отвергается, все, что мы получаем, — это перепаханная земля. Почва была разорвана, но семя не будет расти.

— Значит, он чист? — спросил Руфус. — Никакого звездного семени?

Винсент, стоявший рядом с Руфусом, почувствовал его волнение. Он скользнул рукой в руку Руфуса и ободряюще сжал ее. Руфус бросил на него благодарный взгляд.

— Предварительно я готов сказать, что признаки хорошие. Поскольку тело мистера Асано достаточно молодое, результаты однозначны. Однако Общество искателей приключений и моя церковь требуют, чтобы я также провел обследование вашей души, мистер Асано.

— Если вы собираетесь порыться в моей душе, — сказал Джейсон, — нам, вероятно, стоит перейти на «ты».

— Обследование души не является инвазивным, — сказал Карлос. — Это невозможно. Если Строитель не может проникнуть туда, я, конечно, не могу. Однако это подвергнет вашу душу тщательному изучению, что, как я обнаружил, заставляет людей чувствовать себя очень уязвимыми. Это чувство похоже на то, как если бы ваша аура была полностью подавлена. Я могу сказать вам это по опыту, так как этот же ритуал проводили надо мной.

— Мы могли бы использовать этот ритуал несколько месяцев назад, — сказала Даниэль.

— Это ритуал золотого ранга, — сказал Карлос. — Его нелегко распространить или использовать, особенно в таком месте, как Гринстоун. Кроме того, эта версия ритуала новая, разработанная специально для этого случая. Я был первым человеком, прошедшим через него, чтобы испытать то, через что пройдут другие, но вы — наш первый настоящий живой субъект, Джейсон. Следующий ритуал создаст проекцию вашей души, которую я смогу изучить, чтобы подтвердить, что она не была взломана. Ощущение похоже на проецирование вашей ауры, за исключением того, что будет мощный поток энергии, чтобы сделать проекцию намного мощнее, чем обычно.

— Это надежный тест? — спросил Руфус.

— Очень, — сказал Карлос. — Если мистер Асано — Джейсон — когда-либо впускал что-то чужеродное в свою душу, это будет очень очевидно. Этот ритуал только сейчас распространяется Магическим обществом для проверки подозреваемых получателей звездных семян. К счастью, Строителю требуется время, чтобы преодолеть чувство самосохранения, когда он заставляет невольных жертв открывать свои души. Только те, кто был засеян в течение длительного времени, готовы взорвать себя при захвате.

— Если у него в душе есть звездное семя, — спросила Даниэль, — повредит ли этот ритуал Джейсону, прежде чем мы сможем его извлечь?

— Нет. Это будет просто проекция души, ничего более. Но, как я уже сказал, это глубоко неприятный опыт. Чувство незащищенности, уязвимости очень реально.

— Не проблема, — сказал Джейсон.

— Легко сказать, — сказал Карлос. — То, что выявит ритуал, будет не просто видимым, хотя это будет частью этого. Любой, у кого есть чувства ауры, сможет почувствовать вашу полностью обнаженную душу. Это особенно верно, потому что ритуал включает в себя элемент усиления. Джейсон, твоя душа только железного ранга, и мне нужно изучить ее четко, поэтому проекция будет мощнее, чем твое обычное проецирование ауры. По этой причине я предлагаю перейти в закрытую ритуальную комнату, а не на высокое открытое пространство на оживленной пристани.

— Нет, — сказал Джейсон, его голос был почти рычанием. — Я хочу, чтобы люди видели.

Его друзья посмотрели на него с беспокойством, но промолчали.

— Тогда давайте начнем, — сказал Карлос.

Клайв использовал свои силы, чтобы сбалансировать окружающую магию и начать чертить ритуальный круг из книги, которую передал ему Карлос.

— Видимое представление будет весьма заметным, — объяснил Карлос, наблюдая за работой Клайва. — Особенно учитывая наш выбор места. Внешний вид будет довольно похож на ваш личный герб, если он у вас есть. У меня его нет, поэтому мне было очень любопытно, когда я сам проходил этот ритуал. Моя душа, как оказалось, выглядит как сверкающее яблоко. Вероятно, потому что я милый и свежий.

Джейсон усмехнулся, пока его друзья неловко наблюдали. После его угрюмого поведения и недавней вспышки они не были уверены, как на него смотреть.

— Это отличная работа, — оценил Карлос, осматривая законченный ритуальный круг. Это был, безусловно, самый сложный круг, который когда-либо видел Джейсон. Обычно сила Клайва чертила магические диаграммы светящимися золотыми линиями. Большая часть круга все еще была золотой, но в различных секциях он отличался радугой цветов: от яркого красного до холодного зеленого и ярко-небесно-голубого.

— У меня возникло искушение позволить вам провести ритуал самостоятельно, мистер Стэндиш, если бы направление силы ритуала золотого ранга не заставило вас взорваться.

— Вы упоминали ранее, что это ритуал золотого ранга, — сказал Руфус. — Я не думал, что ритуал такого ранга возможен при низкой магической плотности в этом регионе.

— Обычно нет, — сказал Карлос. — Вы, вероятно, могли бы провести ритуал серебряного ранга здесь, если бы были осторожны, но не золотого. Мы будем использовать конденсаторы маны.

Карлос начал доставать из своей пространственной сумки то, что выглядело как простые лампы, и расставлять их по углам крыши. Там, где в обычной лампе был бы светящийся камень, у этих были вихри света синего, серебряного и золотого цветов. Это очень напоминало свет, излучаемый трансцендентным уроном способности казни Джейсона.

— Конденсаторы маны — это инструмент для проведения ритуалов, требующих более высокой плотности магии, чем доступна в данной местности, — объяснил Клайв, пока Карлос расставлял их. — Вы заряжаете их, довольно медленно, в зоне с низкой магией, и они могут создать искусственное поле высокой плотности окружающей магии. Очень неэффективно, но если это то, что вам нужно, это то, что вам нужно.

Он расставил лампы вместе с другими материалами, большинство из которых, казалось, были кристаллами разных цветов. Было также несколько золотых духовных монет, что, если не считать некоторых предметов, таких как облачный дворец, было больше, чем все богатство, которым владел Джейсон.

— Похоже на пустую трату монет, — сказал Джейсон.

— Если у вас мало денег, церковь Целителя будет рада помочь вам, — сказал Карлос. — Информация, которую мы получим здесь, будет критически важной в будущем. Если вы готовы посвятить несколько часов, чтобы рассказать о своем опыте и ответить на вопросы, насколько сможете, может быть, пройти дополнительный ритуал или три, чтобы изучить ваше состояние, мы можем и будем хорошо платить за информацию по теме, которую сейчас очень трудно найти.

— Это поможет людям, верно? — спросил Джейсон.

— Очень сильно, — сказал Карлос. — Даже с руководством нашего бога нынешние методы, которые у нас есть для извлечения звездных семян, грубы и жестоки. Не все выживают. Информация, которую мы потенциально можем получить, изучая вас, может помочь нам значительно улучшить эти методы.

— Помогать людям и получать деньги за свои неприятности, — сказал Джейсон. — Похоже на приключения.

— Погоди, ты позволяешь этому парню изучать тебя? — пожаловался Клайв. — Я прошу тебя все время.

— Он хочет помочь исцелять людей, — сказал Джейсон. — А не помочь оптимизировать свой бюрократический процесс.

— Бюрократический процесс? — пожаловался Клайв. — Ты хоть представляешь, насколько критична работа Магического общества для…

Клайв замолчал, увидев лукавую ухмылку Джейсона, и начал бормотать жалобы себе под нос.

— Почти готово, — сказал Карлос. — Для этого все остальные должны спуститься на нижнюю палубу. Мистер Стэндиш, вы можете остаться, если считаете, что у вас достаточно опыта, чтобы не испортить ритуал.

— Я, вероятно, могу, но предпочел бы не рисковать, — сказал Клайв, следуя за остальными вниз по лестнице на нижнюю палубу.

Снизу они могли слышать, но не видеть проводимый ритуал. Песнопение было не словами, а нечленораздельными звуками.

— Нелингвистические песнопения очень сложны, — сказал Клайв, — но они становятся все более и более распространенными в ритуалах более высокого ранга.

Вокруг них на пристани всплеск магии с крыши привлекал внимание. Состоятельные посетители пристани, как правило, были пользователями эссенций, многие из которых обладали способностями восприятия, позволявшими чувствовать изменения в окружающей магии. Они указывали другим на всплеск плотности окружающей магии.

Когда ритуал был завершен, каждый пользователь эссенций на пристани и многие в районе Марина-Норт почувствовали выброс ауры. Невероятно властный, но не индивидуальная сила суверена. Это было больше похоже на то, что небесный закон пронесся над областью, наполненный непоколебимой решимостью и эхом божественной силы.

Помимо ощущения ауры, она несла в себе властную подавляющую силу. Люди бронзового ранга и выше могли выдержать всплеск ауры, в то время как люди железного ранга без твердого контроля ауры обнаружили, что дрожат и трясутся. Единственным членом команды Джейсона, присутствовавшим там, был Клайв, который выдержал всплеск ауры, несмотря на то, что находился в эпицентре. После возобновления своих приключений спустя годы в качестве чиновника Магического общества, он извлек пользу из тренировок ауры Фарры, наряду с Джейсоном.

Люди без чувств ауры на самом деле справились лучше, чем пользователи эссенций. Их отсутствие чувствительности дало им не более чем предчувствие беспокойства.

Высоко над крышей тьма распространилась, как зловещее облако, покрывая огромное пространство. Это была не полная тьма, а содержала россыпь тусклых, слабых звезд, как гнетущее ночное небо. Внутри тьмы неясные формы двигались и смещались, определяемые только тем, что они были темнее, чем небо вокруг них. Было трудно разглядеть их формы или проследить за их движениями, но то, что наблюдатели могли видеть в этих нервирующих, инопланетных формах, заставляло их радоваться, что они не могут.

В центре тьмы скопление звезд начало светиться ярче, принимая форму плаща. Плащ открылся и расширился, обнаружив, что внутри было чистое голубое небо и яркое солнце, как вселенная, заключенная внутри темной пустоты.

Темные фигуры немедленно устремились к плащу из звездного света, разрывая его призрачными когтями. Они разорвали плащ, но из каждого разрыва солнечный свет вырвался в форме ярких, хватающих усиков, цепляющихся за темные фигуры. Они обернулись вокруг темных, инопланетных форм, которые растворились, как утренний туман, подвергшийся воздействию солнца. Когда они это сделали, ужасающие визги вырвались из проекции с каждой темной сущностью, которая была уничтожена.

Люди смотрели вверх на проекцию со всей пристани, чувствуя источник странной ауры, которая омыла их.

— Это душа Джейсона? — спросил Руфус. — Ты видел его личный герб, верно, Клайв?

— Да, — слабо сказал Клайв. — Это было похоже на это, но в нем не было тех вещей. Это звездное семя? Оно все-таки проникло внутрь?

— Нет, — позвал Карлос сверху. Его чувства золотого ранга легко слышали их разговор, даже сквозь визг. — Это последствия войны, которую он вел за свою душу. Душа не оставляет шрамов так, как тело.

Карлос не ожидал ничего подобного силе проекции души, которую произвел ритуал. Он беспокоился, что ритуал золотого ранга фильтрует слишком много силы через душу Джейсона, чтобы создать проекцию, но Джейсон казался невозмутимым. Он стоял в центре круга, с закрытыми глазами и полностью расслабленный.

Удовлетворенный тем, что душа Джейсона не была нарушена, Карлос завершил ритуал, аура исчезла, а изображение растворилось в ничто.

Я не позволю им сделать из меня это

Я не позволю им сделать из меня это

После испытания со звездным семенем Джейсон не сразу вернулся к приключениям. Вместо этого он посвятил время тренировкам и восстановлению. Его команда проводила дни, участвуя в охоте на Киллиана Лорана, чье обладание звездным семенем и его использование сделали его приоритетной целью в усилиях по поиску и борьбе с культистами. У него потенциально была ценная информация, и, в отличие от склонных к самоубийству культистов, его, возможно, удастся захватить.

В то же время Сильва был заперт в тюремной башне Общества искателей приключений, где ему задавали весьма острые вопросы. Это не помогло в поисках Лорана, а лишь выявило глубину невежества Сильвы относительно своего бывшего приспешника. Однако Сильва добровольно предоставил другую информацию, которая была более полезной.

* * * Если только у кого-то не было специальной способности для этого, большинство сеансов связи на дальние расстояния проводились через переговорные камеры. Две камеры можно было соединить, позволяя человеку в каждой из них проецировать себя в водного клона в другой камере.

Большинство переговорных камер располагались в отделениях Магического общества и управлялись ими. Одним из преимуществ должности директора отделения было использование личной переговорной камеры, пристроенной к кабинету. Люциан Лампри пользовался своей, но человек на другом конце провода говорил совсем не то, что он хотел услышать.

— У нас нет никого, кто был бы там, чтобы открыть портал, Люциан. С чего бы нам это делать? Это просто захолустный провинциальный город, который, вероятно, не существовал бы, если бы не фермы духовных монет.

— Неужели вы не можете найти кого-нибудь? — спросил Лампри.

— Вероятно, могу, но не буду. Вас сослали туда не просто так, Люциан. Здесь у вас не осталось друзей.

— Мне нужен всего один портал наружу.

Человек на другом конце связи вздохнул.

— У меня есть человек, который может открыть портал в Хорнис. Если вы сможете добраться туда, я, возможно, смогу что-то устроить. Но это будет стоить вам денег.

— Вы мне должны. Еще с тех времен.

— Те времена прошли, Люциан. Я вам ничего не должен. Доберитесь до Хорниса и свяжитесь со мной снова. Мы сможем что-нибудь придумать. Если вам будет что предложить.

Лампри хотел что-то сказать, но собеседник разорвал связь. Вода, из которой состоял клон, потеряла свою оживляющую силу и с плеском вернулась в бассейн.

Лампри вылетел из облицованной плиткой кабинки.

— Хорнис, — пробормотал он себе под нос. Это был портовый город, как и Гринстоун, к югу, вдоль побережья. Ему придется либо сесть на корабль и рискнуть тем, что кто-то раскроет его отъезд, либо идти по суше, на восток в вельд, а затем на юг. Он решил, что это более безопасный путь, так как пустыня не представляла угрозы для серебряного ранга.

Он открыл потайной сейф в своем кабинете, запихнул содержимое в пространственную сумку, прежде чем направиться к выходу. Как только он вышел из кабинета, он заметил Даниэль Геллер в дальнем конце длинного коридора. Она, в свою очередь, заметила его.

— Уходите? — окликнула она Лампри. — Это удачно, потому что вам нужно пойти со мной.

— Я сейчас занят, леди Геллер, — сказал Лампри. — В другой раз.

— О, я настаиваю, — сказала Даниэль.

Они долго смотрели друг на друга через коридор. Затем, словно кто-то взмахнул стартовым флагом, они оба пришли в движение. Лампри хлопнул в ладоши перед собой, создав волну силы, которая пустила трещины по каменным стенам, полу и потолку. Картины, украшавшие стены, были разорваны в клочья, окна разбиты, а напольная плитка взорвалась, подняв пыль и обломки, которые окутали коридор.

Его атака опоздала еще до того, как началась; попытка двигаться быстрее Даниэль Геллер была бессмысленным занятием. К тому времени, как коридор начал рушиться, она уже телепортировалась за его спину, и ее клинок вонзился в его толстую мышцу шеи. Однако Лампри был мощью против скорости Даниэль, и ее меч едва вошел в плоть. Он потянулся вверх и схватил клинок, одновременно ударив другим локтем Даниэль в грудь. Его невероятная сила отбросила ее назад, как ракету, через дверной проем и через весь его кабинет, где она грубо ударилась о стену.

Лампри обернулся, все еще сжимая меч Даниэль в руке за лезвие. Он прощупал рану свободной рукой, наблюдая, как она поднимается на ноги.

— Я знала, что ты крепкий, — сказала она, — но думала, что это сработает лучше.

— Тебе придется резать меня так тысячу раз, если хочешь, чтобы я упал, — усмехнулся Лампри.

Даниэль в ответ одарила его хищной улыбкой.

— Договорились.

Она исчезла, как и ее меч, оставив порез на руке Лампри. На его теле начали появляться кровавые полосы, движения Даниэль были не более чем размытым пятном.

* * * Даже когда его надзиратель из Общества искателей приключений ушел, Джейсон редко покидал плавучий дом. Большую часть времени он тратил на совершенствование контроля ауры. Он быстро достиг того уровня, когда мог полностью нейтрализовать эффекты ошейника подавления железного ранга, и начал работать с ошейником бронзового ранга. Он мог сдерживать его эффекты лишь на несколько мгновений, но знал, насколько ценными могут быть эти мгновения.

Когда он все же выходил, он оставался незамеченным. Он передвигался по Старому городу невидимым, практикуя свою теневую телепортацию. Ему нужно было достичь бронзового ранга, надеясь открыть путь обратно в астральное пространство Ордена Жнеца и к культистам Строителя внутри.

Друзья Джейсона явно хотели его поддержать, хотя в основном не знали как. Участие в погоне за Киллианом было их способом попытаться найти какое-то завершение испытаниям Джейсона. Тем временем Карлос и Арабель ежедневно приходили на плавучий дом, осторожно обсуждая с Джейсоном события его пленения и побега.

Арабель помогала ему исследовать травмирующие воспоминания. Для тех странных чувств, запечатлевшихся в его душе, когда у него не было разума, чтобы формировать воспоминания, у Карлоса были свои методы. Управляемая медитация была большой частью этого, как и обучение Джейсона душе с точки зрения магической теории. Понимание Джейсоном магической теории постоянно улучшалось, и он был способен следить по крайней мере за основами того, о чем говорил Карлос.

— Некоторым людям помогает более интуитивный подход, — сказал ему Карлос. — Другие, такие как ты, кажется, получают больше от понимания того, как душа функционирует магически. Понимание и разбор того, через что они прошли, помогает им переработать это.

Однажды Карлос и Арабель прибыли на плавучий дом со старой командой Арабель: ее мужем, скрытным и загадочным Каллумом Морсом и Эмиром. Также с ними были Даниэль Геллер, Констанция и Хестер.

— Мы хотели прийти раньше, — сказал Эмир Джейсону. — Арабель сказала, что лучше подождать.

Хотя его первоначальная цель в Гринстоуне была достигнута, операция Эмира на Озере Небесного Шрама продолжалась. Зная, что культ Строителя проник в астральное пространство там, его люди пытались найти способ вернуться обратно. Джейсон держал кое-что при себе, не желая говорить, пока не будет уверен, но передумал.

— Ты спрашивал меня раньше, есть ли у Тени какие-то идеи, которые могли бы помочь вам вернуться в астральное пространство, — сказал ему Джейсон. — Я тогда ничего не сказал, но, возможно, кое-что есть.

— О? — спросил Эмир.

— Мы не сможем проверить это, пока моя способность теневой телепортации не достигнет бронзового ранга, — сказал Джейсон.

— Мы здесь не за этим, — сказала Арабель, пресекая разговор.

— А зачем вы здесь? — спросил Джейсон. — Не то чтобы я не ценил добрые пожелания.

Как оказалось, Карлос и Арабель организовали групповую терапию для искателей приключений. Джейсон через многое прошел, но ни один искатель приключений не достигал серебряного и золотого ранга без собственных ужасных историй.

В прошлом Джейсон чувствовал дистанцию между собой и опытными высокоранговыми искателями, которых знал. Когда каждый из них делился своими невзгодами, он почувствовал новое чувство принадлежности. Это было то, чего ему не хватало еще до недавних неприятностей. Сама его природа как пришельца из другого мира отмечала его как аутсайдера. Поделиться своей историей с другими и услышать их в ответ было похоже на кусочек пазла, встающий на свое место.

Когда они уходили из плавучего дома, Даниэль отвела Джейсона в сторону.

— Однажды Хамфри и остальные столкнутся с подобными проблемами, — сказала она ему.

Джейсон кивнул, понимая. Им обоим не нужно было говорить больше.

* * * Прошло почти два месяца с тех пор, как Джейсон в последний раз ступал на территорию Общества искателей приключений. Он взглянул на тюремную башню, где были заключены Люциан Лампри и Коул Сильва. Окончательная судьба ни одного из них еще не была решена.

После катастрофической экспедиции и последовавшей волны понижений в должности кампус на время стал почти пустынным местом. Затем, после испытаний Жнеца, он был переполнен перемещенными во времени жрецами. Спустя месяцы после экспедиции и после того, как жрецы отправились к своим новым жизням, все вернулось к той же суете, которую Джейсон помнил со своих первых дней в качестве искателя приключений. Многие люди смотрели в его сторону, либо украдкой, либо открыто глазея. Одна женщина даже указала прямо на него, что-то шепча своим спутникам. Он проигнорировал это, направляясь в административное здание и поднимаясь на подъемной платформе на пятый этаж.

— Утро, Берт. — Джейсон заметил Альберта за стойкой регистрации исполнительного уровня. — Я вижу по твоей ауре, что обучение продвигается.

— О, кто бы говорил, мистер Асано. Бертрам дежурил на мосту, когда вы устроили свое маленькое представление. Вы его изрядно напугали.

— Можешь списать это на ритуал, через который я проходил, а не на меня.

— Если вы так говорите, мистер Асано. Кстати, добро пожаловать обратно. Приятно видеть вас на ногах после того, что случилось.

— Что именно говорят люди, Берт?

— Всякое, мистер Асано; вы же знаете, какие бывают слухи. Магический контроль разума, криминальные авторитеты, а теперь директор Лампри заперт в тюремной башне. Все это очень захватывающе, но никто не уверен, жертва вы или преступник, если не возражаете. И это не говоря уже о том деле с проекцией ауры. Никто не знает, что об этом думать. Плюс, ходят разговоры о какой-то разрушенной деревне, о том, что Герцог отправил туда кучу людей и материалов для восстановления.

— Спасибо, Берт.

— Если вы не против, мистер Асано, что же все-таки произошло?

Джейсон на мгновение задумался.

— Коул Сильва и Люциан Лампри пытались расправиться со мной, используя культ Строителя как оружие.

— Похоже, для них это вышло не очень хорошо, — сказал Альберт. — Вы здесь, а они заперты в башне. В итоге все закончилось хорошо.

— Это еще не конец, — мрачно сказал Джейсон. — Не до тех пор, пока культисты не будут вытащены из своих нор и выброшены из нашего мира.

— Ну, не думаю, что я бы стал ставить против вас, мистер Асано.

— Знаешь что, Берт? Я бы тоже.

* * * Джейсон сел напротив Элспет Арелла. Табита Герт и ее следственная группа покинули Гринстоун, пока он был на дорожном контракте, и Арелла снова была главной.

— Мистер Асано.

— Директор.

— У нас с вами несколько спорное прошлое.

— Это так, — согласился Джейсон. — Однако Руфус Ремор согласился поддержать вас в обмен на помощь вашего отца, и ваш отец ее оказал. Поскольку поддержка Руфуса безусловно включает меня, то вы можете считать, что у вас есть моя, какой бы ценности вы это ни находили.

Арелла молча изучала Джейсона некоторое время. Он был бесконечно далек от дерзкого, высокомерного мальчика, которым казался в прошлом. Высокомерие все еще было там, безошибочный вызов в глазах. Но на смену вундеркинду пришел человек со стальным лицом.

— Я рассматриваю свое пребывание в должности после расследования как новый старт, — сказала она наконец. — Возможно, вы и я могли бы сделать то же самое.

— Это кажется справедливым, — сказал Джейсон.

— Очень хорошо, тогда к делу. Я понимаю, что Даниэль Геллер держит вас в курсе расследования в отношении Сильвы, а теперь и Лампри.

— Верно.

— Поскольку основные обвинения против них касаются члена Общества искателей приключений, Общество будет ими заниматься. Поскольку это также связано с культом Строителя, решения относительно них будут приниматься выше моего уровня. Я понимаю, что Табита Герт прибудет порталом, чтобы забрать их обоих. Однако, как у жертвы, у вас есть право быть услышанным в отношении их окончательного наказания.

— Я предпочитаю не считать себя жертвой, — сказал Джейсон. — Кроме того, давать жертвам право голоса может казаться правильным, но это инструмент мести, а не правосудия.

— Вы не хотите мести?

— Конечно, хочу, — сказал Джейсон. — Если бы вы спросили меня, что с ними сделать три недели назад, я бы сказал повесить их на дереве и бить, пока не выпадут сказочные призы. Но я не тот человек, которым хочу быть, и я не позволю им сделать из меня это. Пока их не поставят в положение, где они смогут продолжать причинять вред людям, мне все равно, что с ними будет.

— Как обдуманно. Мисс Векслер чувствует то же самое?

— Не думаю, что вам стоит пытаться начать все с чистого листа с ней, — сказал Джейсон. — Она знает, что вы пытались продать ее Лампри, и у нее другие чувства по поводу мести, чем у меня. Но мы оба совершили ошибки, за которые она почти поплатилась, так что я не буду бросать камни.

— Оставим это, тогда, и перейдем к следующему вопросу. Деревня при карьере Северо-Восток номер четыре. Вы проделали там отличную работу.

— Спасибо, — сказал Джейсон.

— Вы и Генриетта Геллер проделали превосходную работу по укреплению репутации Общества искателей приключений.

— А также помогли людям, — сказал Джейсон.

— Да, конечно. Общество хотело бы выразить свою благодарность, предоставив материалы, необходимые для повторного призыва всех ваших фамильяров. Тех, которых вы потеряли в той стычке, а также того, который теперь достиг бронзового ранга.

— Вы, кажется, много знаете о состоянии моих фамильяров.

— Эта награда была предложена вашей командой. Мистер Стандиш предоставил список припасов. Мне пришлось просить кого-то доставить их порталом, но после экспедиции я взяла за правило всегда иметь под рукой пользователя портала. Отправлять их всех вместе было ошибкой, которую я больше не повторю.

Джейсон на мгновение задумался, затем кивнул.

— Спасибо, — сказал он.

— Если вы поговорите с администратором, он направит вас, чтобы забрать их. Остается только вопрос вашего звездного рейтинга. Табита Герт обещала, что если вы будете вести себя приемлемо, ваш рейтинг будет восстановлен до трех звезд. Думаю, можно с уверенно сказать, что это произошло. Вам понадобится новый значок из-за изменений в вашей ауре и вашем личном гербе, так что, пожалуйста, явитесь в Магическое общество, когда вам будет удобно.

— Кстати о моей ауре, — сказал Джейсон, — есть ли какие-то последствия, о которых мне нужно знать после инцидента с проекцией ауры?

— Не те, о которых вам стоит беспокоиться.

Воссоединение команды

Воссоединение команды

После ареста Коула Сильвы его организация погрузилась в хаос, так как кузены Сильвы боролись за захват власти. Сначала это ограничивалось осторожным прощупыванием ключевых людей и тихим завоеванием лояльности. По мере того как дни сменялись неделями, а окончательный лидер так и не появился, это начало создавать проблемы с уличными операциями, и конфликт стал более кровавым.

В разгар всего этого след Киллиана был наконец найден, но слишком поздно. В конце концов выяснилось, что он полностью покинул город, взяв корабль, груженный значительной частью нечестно нажитого имущества Коула Сильвы. Пока команда той лодки где-нибудь не объявится, это был тупик.

* * * Джейсон почувствовал, что переломил ситуацию в своем восстановлении с повторным призывом своих фамильяров. Он начал с Гордона, а затем с Тени, с благодарностью обнаружив, что это те же самые фамильяры, что были у него раньше. Хотя тела фамильяров при каждом призыве были бы теми же, астральные духи, населяющие их, могли быть другими, если бы первоначальные духи не хотели возвращаться к нему на службу.

— Твоя душа довольно сильно изменилась, — заметил Тень. — Ты прошел через тяжелое испытание за то время, пока меня не было.

— Было непросто, — признал Джейсон. — Рад, что ты вернулся, дружище.

— Я тоже рад вернуться, — сказал Тень. — Царство Жнеца — довольно монотонное место. Однако я нашел время навести справки, пока был там, в предположении, что ты выжил и призовешь меня снова. Теперь я более уверен в доступе к астральному пространству Ордена Жнеца.

Повторный призыв Колина был совсем другим делом. Для призыва его нового сосуда бронзового ранга потребовался бы ритуал бронзового ранга. Часть своего времени на восстановление он потратил на продолжение изучения магической теории, и у него было инстинктивное понимание своей силы, чтобы направлять его. Несмотря на это, он не был полностью уверен в том, что справится с возросшей сложностью и мощью, которые потребовал бы ритуал более высокого ранга. Он обсудил этот вопрос с Клайвом, у которого было предложение.

— У тебя же есть та книга навыков бронзового ранга, верно? Та, которую ты забрал у Ландемира Вейна?

У Джейсона действительно все еще были книги навыков, описывающие ритуальную и астральную магию бронзового ранга.

— Но для их использования требуется бронзовый ранг, — сказал Джейсон.

— Так притворись им, — сказал Клайв. — Используй духовную монету перед тем, как использовать книгу навыков. Это будет напряженно, но это не то, с чем ты не справишься после всего, через что прошел.

Джейсон последовал совету Клайва. Сев в своем облачном доме, он потребил духовную монету бронзового ранга под присмотром Клайва, с Нилом под рукой на случай, если это станет слишком тяжелым. В отличие от предыдущих использований, его усиленное осознание собственной души позволило ему точно почувствовать, что монета делает с ним. Она безвредно пронеслась через его душу, сливаясь с его собственной силой, прежде чем хлынуть в его тело. Он получил лучшее понимание стоимости использования духовных монет, так как мог ясно чувствовать, что силы было больше, чем его тело могло содержать. Он смог бы лишь ненадолго использовать этот всплеск силы, прежде чем его тело перегорит и отключится.

Поспешно он использовал книгу навыков. Как и в прошлый раз, когда он ее использовал, текст выплыл из книги, став магическим облаком, парящим вокруг него. Сила монеты угасла, оставив его бессильно обмякшим в кресле, но она сделала свое дело. Без достижения состояния ложного бронзового ранга он вообще не смог бы активировать книгу.

Когда облако магического текста начало внедряться в тело Джейсона, что-то пошло ужасно не так. Джейсон уже использовал книги навыков раньше, и это было менее утомительно, чем огромный том, содержащий его боевое искусство. Однако в то время, когда он использовал ту книгу навыков, он не пережил имплантацию звездного семени.

Все началось с знакомого чувства, когда его тело было захвачено. Магия книги навыков проникала в его разум, не в душу, но это было достаточно близко, чтобы пробудить похороненные вспышки памяти. Внезапно он снова оказался в той комнате, подвешенный к потолку, уязвимый и беспомощный, пока его тело и разум подвергались вторжению.

Клайв и Нил в ужасе наблюдали, как Джейсон вывалился из кресла на колени, хватаясь за голову и крича. Нил начал читать исцеляющее заклинание, но Клайв остановил его.

— Не надо, — срочно предупредил Клайв. — Вмешательство в магию, входящую в него прямо сейчас, может нанести реальный вред.

— Что нам делать? — спросил Нил.

— Все, что мы можем сделать, это позволить ему пройти через это, — несчастно сказал Клайв.

В конце концов крики прекратились, и Джейсон лежал на полу, глядя вверх пустыми глазами.

— Он не дышит, — сказал Клайв.

— Он тренировался, — сказал Нил. — Я помогал ему с этим. Теперь он вообще не дышит.

* * * После проблемы с книгой навыков Джейсон не стал сразу призывать Колина. Он продолжал работать с Арабель, так как Карлос покинул город. Он был важен для усилий по восстановлению после имплантации звездного семени и не мог быть отвлечен более чем на пару недель на одного человека. Он помог Джейсону пройти через худшее, а Джейсон сделал все возможное, чтобы дать Карлосу информацию, которую тот мог использовать, чтобы помочь другим; это была единственная причина, по которой Общество искателей приключений и его церковь позволили ему остаться так долго, как он это сделал.

То, что его другие фамильяры вернулись, помогло. Их присутствие в его душе было утешением, поддержкой, когда он просыпался от кошмара или переживал очередной флешбэк.

Он сосредоточился на других задачах. Больше тренировок, но также и более приземленные дела. Одним из них была его новая борода. Она была коротко подстрижена, с линией рядом с подбородком, где был тонкий шрам. Еще один шрам пересекал его левую бровь.

— Я все еще не уверен насчет бороды, — сказал он за завтраком.

— Мне нравится, — сказал Нил. — Она закрывает твое лицо.

— Нет, она правда хорошая, — сказала Белинда. Именно она первой предложила ему оставить ее.

— Она не делает меня похожим на злодея?

— Разве казаться злодеем — это не твое? — спросил Гэри.

— Перестаньте его отговаривать, — сказала Белинда. — Она хорошо выглядит, правда, Соф?

Софи оторвалась от своей сосиски с яйцами, чтобы пристально посмотреть на Джейсона. Наконец она кивнула.

— Твое лицо слишком острое, — сказала она. — Она смягчает углы.

— Я бы сказал, что она выгодно обрамляет структуру твоего лица, — сказала Белинда, — но я соглашусь. Для Софи это был бурный комплимент.

* * * В конце концов Джейсон решил, что пора призывать Колина. После использования книги навыков он углубился в теорию, чтобы закрепить свои знания. Теперь он был готов настолько, насколько мог быть. После книги навыков вся его команда должна была присутствовать для поддержки, вместе с Руфусом и Гэри.

Для каждого предыдущего повторного призыва фамильяра он арендовал ритуальную комнату в Магическом обществе, а не делал это на плавучем доме. Облачный пол плавучего дома был не идеален для рисования ритуальных кругов, так как там не было специализированных ритуальных комнат с твердым полом, как во дворце Эмира.

Джейсон снова сделал это для ритуала Колина. Клайв помог ему выбрать ту, где были условия, чтобы смыть комнату после. Он начал подготовку, раздевшись до нижнего белья. Никто не упомянул шрамы, покрывающие его тело, или один длинный шрам через торс.

— Это действительно необходимо? — спросил Нил. — Никто не хочет видеть твое худощавое тело.

— Это будет грязно, если судить по прошлому разу, — сказал Джейсон.

— Действительно было, — согласился Гэри. — Мы так и не убрали ту комнату после, просто подобрали его тело без сознания и улизнули.

— Нет смысла портить хорошую одежду, — сказал Джейсон. — Простите, что мы не можем все быть такими суперкачками, как ты, Нил. Что напоминает мне, нам нужно отвести тебя, чтобы купить более подходящую одежду. Серьезно, кто делает эти вещи?

— Моя тетя очень интересуется дизайном одежды.

— О, теперь я понял, — сказал Джейсон. — Она слишком влиятельна, чтобы быть честным с ней о том, насколько плоха ее работа, или вы все просто милые?

— Она контролирует довольно большую часть активов семьи, да, — признал Нил.

— Справедливо тогда. Просто скажи ей, что твой лидер команды заставил тебя обновить гардероб, чтобы соответствовать группе.

— С каких пор ты лидер команды? — спросил Нил.

— Конечно, я лидер команды, — сказал Джейсон. — У меня лучшие волосы.

— У Софи лучшие волосы, — сказал Нил.

— Я самый красивый?

— Даже не в тройке лучших, — сказал Нил.

— В команде всего четыре парня, — уныло сказал Джейсон.

— Может, начнешь ритуал сейчас? — предложил Клайв.

Джейсон кивнул и начал расставлять круг и материалы, в основном драгоценные камни квинтэссенции крови бронзового ранга. Джейсон взял бритву из своего инвентаря и полоснул по тыльной стороне ладони, позволяя Колину вылиться на землю. Куча пиявок растеклась вокруг диаграммы, казалось, инстинктивно понимая, куда двигаться.

— Ладно, маленький дружок, — сказал Джейсон Колину. — Скоро увидимся.

Джейсон начал ритуал. Линии красной жизненной силы вытекли из пиявок и впитались в Джейсона, пиявки сморщились и исчезли. Даже с этой дополнительной жизненной силой ритуал потребовал от Джейсона тяжелой платы. На краю его зрения шкалы маны и выносливости быстро опустели, когда умственное и физическое истощение одолели его. Маленькая фигурка тела, указывающая на повреждения, сменилась с зеленой на красную повсюду, когда кровь начала сочиться из его пор, стекая по телу и вливаясь в центр круга, где она исчезала.

Снова разум Джейсона попытался затащить его обратно к пыткам, воспоминанию о том, как его тело терзало звездное семя. Он заставил себя остаться в моменте. Он чувствовал своих других фамильяров, живущих внутри него. Он взглянул на своих друзей, наблюдающих с беспокойством.

Он опустился на одно колено, борясь за то, чтобы оставаться в сознании. Вдвое меньшая потеря крови убила бы обычного человека. Все это вливалось в круг и исчезало, пока все, что Джейсон вложил, и даже больше не начало выплескиваться из пола, как из родника, затопляя ритуальный круг. Оно остановилось только тогда, когда достигло края.

Из лужи выползла пиявка, ничем не отличающаяся от предыдущей формы Колина. У нее было то же скользкое, червеобразное тело и зияющая пасть с круговыми кольцами огромных зубов миноги. К ней присоединилась вторая, затем третья, их появлялось все больше, пока их не начало выталкивать, как мясо из мясорубки.

Полоски кровавой ткани появились из массы, собирая пиявок вместе и оборачивая их. Словно компрессионные бинты, они сжимали пиявок в форму, медленно связывая их в гуманоидную фигуру.

Сангвинический ужас, с которым сражались Джейсон, Гэри, Руфус и Фарра в той пещере, принял облик мумии. Хотя базовая форма, которую принял Колин, была похожа, она не была идентичной. Вместе со связыванием пиявок в форму, полоски ткани образовали рваный плащ и капюшон, свисающие с гуманоидной фигуры.

— Думаю, он пытается выглядеть как ты, Джейсон, — сказал Хамфри.

Джейсон не слышал его, стоя на коленях на полу. Его тело было измучено, и он отчаянно пытался удержать свой разум от возвращения в комнату пыток.

Как только фигура закончила формироваться, кровавые полоски высохли, оставив их ржавого цвета. Она протянула руку, чтобы помочь Джейсону встать. Он схватился за грубую, безпалую руку.

Колин (сангвинический ужас).

Фамильяр (бронзовый ранг).

Рой. Коллективный разум.

Укусы роя пиявок накладывают [Кровотечение], [Токсин пиявки] и [Некротоксин].

Атаки пиявок высасывают здоровье и выносливость, позволяя быстро восстанавливать разрушенную биомассу.

Дальние запутывающие атаки могут быть совершены с использованием полосок ткани. Захваты наносят минимальный урон от сжатия, но периодически накладывают [Токсин пиявки] и [Некротоксин], если захвачена область с открытой раной или цель страдает от состояния [Кровотечение].

Пока фамильяр поглощен внутри призывателя, призыватель получает ускоренное исцеление и восстановление выносливости. Скорость исцеления и восстановления определяется тем, сколько биомассы было поглощено, и увеличивается с уровнем травм призывателя.

В дополнение к изменениям в форме Колина, исцеление, которое он предоставлял, теперь увеличивалось по мере того, как Джейсон получал больше повреждений, ценность чего была очевидна. Джейсон заставил Колина немного походить, что фамильяр и сделал, сначала нерешительно, а затем с возрастающей уверенностью. Его новый псевдочеловеческий облик был быстрее, чем куча пиявок в его предыдущей форме, хотя он все еще не мог двигаться намного быстрее, чем поспешная шаркающая походка.

— Ладно, Колин, — устало сказал Джейсон. — Пора домой.

Через свое инстинктивное чувство способности фамильяра Джейсон мог чувствовать, что ему больше не нужно будет резать себя, чтобы Колин мог войти в его тело или выйти из него. Он протянул руку. Колин сделал то же самое, и фамильяр был поглощен прямо через кожу. Это произошло в комичном порыве, как будто персонажа мультфильма засосало в пылесос. Джейсон сразу почувствовал, как Колин принялся за работу, помогая ему исцеляться и восстанавливаться. Он посмотрел на свое окровавленное тело и достал бутылку кристальной промывки.

Ничто не говорит громче, чем сила

Ничто не говорит громче, чем сила

Возвращение фамильяров Джейсона очень помогло ему почувствовать себя лучше. С его улучшенным чувством души он мог ощущать их утешающее присутствие внутри себя гораздо сильнее, чем раньше. Он даже сохранял чувство связи, когда они были вне его тела. Это не соответствовало связи привязанного фамильяра, как у Хамфри со Сташем, но этого было достаточно, чтобы вернуть ему уверенность, которой ему не хватало некоторое время.

Он еще не вернулся к приключениям, но начал совершать некоторые социальные вылазки. Это началось с того, что Гэри пришел на плавучий дом, чтобы забрать Джейсона в дельту, взглянуть на строительную площадку учебного корпуса для академии Руфуса. Они поехали, используя два тела Тени в форме лошадей, пустотно-черных, но со светящимися белыми копытами, гривой и глазами. Туман окутывал каждое копыто, оставляя след, пока лошади мчались по дорогам насыпи дельты.

— Значит, это те лошади, о которых ты все время говоришь, — сказал Гэри. — Они похожи на хейделей, но то, что у них только одна голова, это странно.

— У большинства вещей только одна голова, — сказал Джейсон и похлопал Лошадь-Тень по шее. — Хотя Тень гораздо красивее обычных лошадей.

В форме лошади Тень проявлялся с уздечкой и седлом, но без удил. Езда была мягкой и плавной, так как Тень был не настоящим животным, а существом из теневой материи. Тень также мог бегать по поверхности воды, что комфортно сокращало время их пути.

Они объехали огромные стены, отмечающие край территории поместья Геллеров, пока не достигли строительной площадки. Гринстоун находился к западу от поместья, а строительная площадка — прямо за южными стенами.

Учебный корпус Академии Ремор будет в основном сделан из камня, как и большинство зданий в регионе, где дерево было в дефиците. Гэри был нанят для создания металлических каркасов и армирования до того, как будет уложен камень, используя силы своей эссенции кузнеца для создания сплавов тяжелее и прочнее стали.

— Я много занимаюсь строительными работами в Витессе, — объяснил Гэри, пока он и Руфус водили Джейсона по площадке. — Будучи только бронзового ранга, мы не получаем свободы отправляться в приключения, как здесь, так что это неплохой приработок.

— Это настолько ограничивает? — спросил Джейсон.

— Не так уж плохо, — сказал Руфус. — Однако ты не выходишь без серебряного ранга. Даже если твоя команда может справиться с монстром серебряного ранга, если на тебя нападет целая стая, неудачное сочетание для твоей команды или монстр золотого ранга — и твоя команда может очень быстро погибнуть. На более высоких рангах от монстров сложнее убежать.

— Все это особенно верно, когда приближается всплеск монстров, — сказал Гэри. — Увеличение количества монстров серебряного ранга здесь явно является предвестником всплеска, а в Витессе это увеличение касается монстров золотого ранга.

— Это значит, что всплеск монстров близок, верно? — спросил Джейсон.

— Может быть, — сказал Руфус. — Это может быть еще недели или даже месяцы, поэтому мы продолжили строительство.

* * * Друзья Джейсона продолжали вытаскивать его из плавучего дома, до такой степени, что он понял, что Арабель сама предложила им помочь Джейсону выбраться из его добровольной изоляции. Он начал делать свои собственные шаги наружу, включая использование членства в Музыкальном обществе, которое он приобрел месяцы назад, но был слишком занят, чтобы использовать. Использование собственной частной ложи в концертном зале позволило ему выбраться, не сталкиваясь слишком много с другими людьми.

Однако прогресс Джейсона не был направлен только вперед. Кошмары были частыми. Флешбэки могли подкрасться к нему в неожиданные моменты. Придя рано на симфонию однажды вечером, что-то в том, как оркестр настраивал инструменты, вызвало флешбэк, и он сбежал из своей ложи, спотыкаясь через зал и в одну из пустых комнат вокруг концертного зала. Он прислонился к окну, когда почувствовал, как приближается знакомая аура. Он обернулся, с дикими глазами, к открывающейся двери.

— Привет, Джейсон.

Лицо Кассандры было наполнено беспокойством.

— Я видела тебя в зале, — сказала она. — Ты выглядел неважно, и твоя аура была повсюду.

— Все в порядке, — сказал он с гримасой, откидываясь назад на холодное стекло окна.

— Я слышала о том, что с тобой случилось, — тихо сказала она. Она оставалась на расстоянии у двери, словно боясь спугнуть пугливое животное.

— Что ты слышала? — спросил он.

— Они засунули в тебя одну из этих штук. Как Тадвику.

— Не как Тадвику, — прорычал Джейсон. На его лице вспыхнул гнев, затем сожаление.

— Прости, — сказал он. — Я знаю, что твой брат все еще пропал. Но меня не захватили.

— Я слышала и это, — сказала она. — Многие люди не верят.

— Мне все равно, что думают многие люди, — сказал он. — Все, чье мнение мне дорого, знают лучше.

— Мне жаль из-за того, как моя семья обошлась с тобой, — сказала она. — Обошлась с нами.

— Они сделали то, что правильно для них, — сказал Джейсон. — Разве мы все так не делаем?

— Нет, — сказала Кассандра. — Я слышала и о том, что случилось в той деревне. Немногие противостояли бы монстру серебряного ранга вот так.

Аура Джейсона успокаивалась. Ее аура была успокаивающим присутствием, переплетаясь с его в эхе их прежней связи как любовников. Она подошла ближе, медленно пробираясь через комнату.

— Твоя аура такая другая, — сказала она. — Я едва могу ее узнать.

— Многое произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз.

Ее улыбка несла горечь их последней встречи.

— Тебе вернули повышение.

— Нетерпеливость, кажется, является чертой семьи Мерсер.

— Это стоило нам больше, чем один раз.

Она оказалась перед Джейсоном. После короткой паузы она утешающе обняла его, и он не сопротивлялся, положив голову ей на грудь.

— Мы могли бы стать чем-то, правда? — грустно сказала она.

— Может быть, — сказал он.

— Вероятно, к лучшему, — сказала она. — Я бы не стала мириться с этой бородой.

Все еще прижимаясь к ее груди, он разразился смехом.

* * * Даниэль заставила Хамфри вытащить Джейсона и его команду на большое светское мероприятие в таунхаусе Геллеров на Острове. Для Белинды и Софи это был первый раз, когда они посещали такое мероприятие без плана украсть что-то у присутствующих. В элегантном белом платье Софи привлекла немало внимания. Хамфри, который вырос в такой обстановке, помог ей ориентироваться в новых водах, умело отгоняя акул. Если бы не его социальный опыт, ей пришлось бы прибегнуть к своему собственному, что было неуместно для мероприятия. Она убедилась, что если дойдет до этого, разрез на ноге ее платья освободит ее для высоких ударов ногами.

— Я ограбила того парня, — тихо сказала она, когда они циркулировали. — И того. Хорошо, что Белинда умеет делать маскировку.

Джейсон оказался в странном социальном положении из-за различных историй и событий, в которые он был втянут. Его успех в испытаниях Жнеца, наряду с его близостью к золотым рангам, с которыми хотел связаться каждый карьерист в комнате, подняли престиж Джейсона. Однако слухи, витающие вокруг после его похищения и инцидента с проекцией ауры, сделали воды довольно мутными.

В один момент вечера бронзовый отпрыск аристократической семьи подошел к Джейсону. От его дыхания разило выпивкой, а от его ауры — ядрами монстров.

— Тебя вообще не должны подпускать к приличным людям, — пробормотал он в сторону Джейсона. — Откуда нам знать, что у тебя все еще нет одной из этих штук внутри? Ты можешь работать на них.

— Довольно, брат, — сказала женщина. Она подошла, чтобы попытаться увести мужчину. Джейсон узнал в ней Лиану Стеллин, члена аристократического клана среднего уровня. Она была частью группы полевой оценки Джейсона и Хамфри, присоединившись к Обществу искателей приключений вместе с ними.

— Кайл, пора идти домой.

Ее брат отмахнулся от нее, указывая пальцем в лицо Джейсону.

— Что ты думаешь, что делаешь, приходя в наш город? Ты, вероятно, был одним из них с самого начала. Готов поспорить, ты подставил всех наших людей, которые погибли в экспедиции!

В комнате стало очень тихо. Высшее общество Гринстоуна пробилось в экспедицию. Софи и Белинда были единственными в комнате, кроме обслуживающего персонала, кто не потерял кого-то близкого.

Кайл был единственным, кто не почувствовал сдвига в атмосфере, несмотря на то, что он был направлен на него. Его чувства ауры были слишком затуманены выпивкой, чтобы почувствовать, как ауры вокруг комнаты стали свирепыми и жесткими.

— Тебе стоит прислушаться к совету сестры и уйти, — сказал Джейсон, сдерживая свою собственную ауру. С яростью, горящей внутри него, он не доверял тому, что сделает с ней, если выпустит ее. Ярость, которую он накопил за недавние события, была больше, чем заслуживал какой-то пьяный идиот, чтобы ее на него обрушили. К сожалению, идиот в вопросе принял сдержанность Джейсона за слабость.

Не чувствуя никакой ауры, Кайл использовал свою собственную ауру, чтобы надавить на Джейсона. Его контроль ауры был небрежным, но за ним все еще стояла душа бронзового ранга. Однако был предел терпимости Джейсона, и собственная аура Джейсона поднялась, как монстр из глубины. Она с легкостью поглотила проекцию ауры бронзового ранга Кайла, вгрызаясь, как огромная пасть, пока Кайл не почувствовал ее зубы против своей обнаженной души.

Джейсон остановил себя, прежде чем довести дело до конца с атакой души. Кайл был охвачен страхом и рухнул на пол. Джейсон шагнул вперед, чтобы встать прямо над ним.

— Тебе стоит быть очень осторожным, обвиняя меня в гибели моих друзей, — сказал он, его голос был зазубренным лезвием льда. — Лиана, забери своего брата домой.

Джейсон втянул свою ауру, и Лиана быстро утащила своего широкоглазого брата, чье сопротивление теперь исчезло. Как ни странно, эта встреча имела противоположный эффект тому, что ожидал Джейсон, вызвав одобрение многих, кто был не уверен в нем. В мире искателей приключений богатство и влияние были хороши, но неразбавленная магическая мощь делала их приобретение неизбежностью. Демонстрация Джейсона дала понять, что его потенциал расцветает в способности.

Даниэль подлетела, чтобы зацепиться за его локоть, напоминая всем присутствующим, что у нее была дальновидность поддержать его, когда другие игнорировали его.

— Ничто не говорит громче, чем сила, — сказала она ему.

Она не была настолько глупа, чтобы упустить социальную возможность, когда она представлялась, и водила Джейсона по комнате, чтобы сделать представления, которых она ранее избегала. Одним из них был Герцог Гринстоуна, который разговаривал со своим братом и невесткой, Бофортом и Талией Мерсер.

— Бофорт, Талия, — поприветствовала Даниэль. — Вы, конечно, знаете Джейсона.

Талия знала Джейсона лучше, чем ее муж, но Джейсон встречал этого человека во время своих отношений с Кассандрой.

— Полагаю, это будет ваш первый разговор с ним, Герцог, — продолжила Даниэль.

— Приятно познакомиться, Герцог, — сказал Джейсон, пожимая руку мужчине. — Естественно, я видел вас на различных светских мероприятиях, но осмелюсь сказать, вы никогда не замечали такого маленького железного ранга, как я.

— Ну, теперь все вас заметили, — сказал Герцог с ироничной улыбкой.

Из того, что он слышал об этом человеке, Джейсон не ожидал, что Герцог ему понравится. К своему удивлению, он нашел человека очень приятным. Он, казалось, совсем не смотрел на Джейсона свысока из-за его ранга или положения.

— Мы обсуждали проблему Старого города, — сказал Герцог. — Междоусобицы в семье Сильва, пока они ищут новое руководство, перерастают в уличные беспорядки. Организация, созданная покойной Клариссой Вентресс, идет тем же путем. Одно время она была стабильна, но ее замена не удерживает вещи вместе и вряд ли удержит свою позицию. К счастью, Адрис Дорган хранит молчание, вместо того чтобы раздувать пламя. Однако, если он изменит свой подход, улицы Старого города вполне могут стать зоной боевых действий. В этот момент у меня не будет выбора, кроме как вмешаться, чтобы восстановить порядок. Я бы предпочел избежать этого исхода так скоро после чистки культа Строителя.

— Я все еще говорю, что вам стоит просто сделать это сейчас, прежде чем все выйдет из-под контроля, — сказал Бофорт.

— Возможно, вы можете предложить нам некоторое понимание, мистер Асано, — сказал Герцог. — У вас есть некоторый опыт работы с Большой тройкой, не так ли?

— Я встречал Адриса Доргана, и он мне понравился. Я слышал хорошие вещи от людей, которым доверяю, которые знают его лучше. Я никогда не встречал Клариссу Вентресс или ее замену, но, опять же, я знаю людей, которые встречали. Они были менее лестными. Что касается Коула Сильвы, ну… если вы проведете четыре дня, вися на потолке без штанов, пока парень стоит там и наблюдает за вами все это время, я полагаю, можно сказать, что вы его знаете.

— Как красочно, — сказал Герцог с усмешкой. — Итак, какие идеи вы можете предложить?

— Ну, — сказал Джейсон. — Я не особо обращал внимание, так что, возможно, упускаю некоторые политические нюансы, но решение кажется очевидным.

— О? — подтолкнул Герцог.

— Пришло время закончить ваш невмешательский подход к Старому городу и взять прямое управление. На данный момент Адрис Дорган, по сути, является мэром Старого города, так что вы можете сделать это официально. Поскольку его дочь управляет Обществом искателей приключений, а его уровень влияния растет после его помощи в вытеснении культа Строителя, он на данный момент сильно вложился в легитимность. Поставьте его под себя официально, и у вас будет рычаг на одного человека, у которого есть реальный шанс снять котел с огня, прежде чем он закипит. Это также подаст сигнал людям, копошащимся за вакантные позиции в Большой тройке. Как только они поймут, что эра криминальных авторитетов закончилась, они не будут готовы сражаться так сильно. Криминальные боссы, конечно, все еще будут, но у них не будет той власти, что была в прошлом, что деэскалирует междоусобицы.

Герцог поднял брови, поворачиваясь к Даниэль.

— Это вы? — спросил он.

Даниэль подняла руки в жесте невиновности, пока Джейсон смотрел между ней и Герцогом.

— Вы сказали ему то же самое? — спросил он ее.

— Она сказала, — сказал Герцог. — Она также использовала слово «очевидно».

— Это просто мое неосведомленное мнение, — сказал Джейсон. — У меня нет сомнений, что будет множество политических препятствий для навигации. И, конечно, ничто не предотвратит насилие полностью. Честно говоря, я предвзят, потому что очень плохо думаю об отсутствии реальной гражданской власти в Старом городе. Большая тройка, возможно, сделала кое-что хорошее, чтобы поддерживать порядок как де-факто правительство, но в конечном итоге они являются хищническими. Они работают в пробеле, оставленном бездействием существующих гражданских властей.

Герцог хохотнул.

— Вы понимаете, что существующие гражданские власти — это, по сути, я?

— Мой друг Хамфри любит говорить, что привилегия приходит с ответственностью, — сказал Джейсон.

— Он хороший мальчик, — сказала Даниэль.

— Должен сказать, мистер Асано, — сказал Герцог. — Вы определенно оправдываете свою репутацию.

Джейсон грустно покачал головой.

— Когда ты такой красивый, — пожаловался он, — конечно, люди будут говорить. Почему они не позволят парню жить своей жизнью?

Даниэль провела рукой по лицу.

— Ты просто не можешь удержаться, да?

Меня зовут Джейсон Асано

Меня зовут Джейсон Асано

Элизабет Сильва зашевелилась, когда почувствовала, что что-то надавило на ее большую кровать с балдахином. На другой стороне сидел молодой бородатый мужчина в темном костюме, скрестив ноги. Она открыла рот, чтобы позвать стражу, прежде чем остановила себя. Если бы они могли помочь, они бы уже это сделали. Ее чувства ауры бронзового ранга вообще не могли обнаружить ауру мужчины, что означало, что он был опасен.

— Здравствуйте, мисс Сильва, — сказал мужчина. — Прошу прощения, что пришел так поздно.

— Чего вы хотите? — спросила она.

— Я хочу, чтобы вы поняли, что Старый город меняется, — сказал мужчина. — Дни криминального правления подходят к концу. Другие члены вашей семьи пришли к пониманию этого, но вы видели только слабость вместо мудрости и давили на них еще сильнее. Люди страдают, невинные люди, и я здесь, чтобы убедить вас остановиться.

— Значит, вы одна из собак Доргана, — сказала она.

— Нет, — сказал мужчина. — Я искатель приключений, и у меня контракт. Заставить людей вроде вас понять, что это новые времена. Никто не говорит, что вы не можете быть криминальным боссом. Полное искоренение преступности было бы бессмысленным и глупым даже пытаться. Наличие людей вроде вас, сохраняющих меру власти, сводит хаос к минимуму. Но это то, что вы получаете: меру. Дни Большой тройки прошли, и попытки вернуть их приведут только к большему кровопролитию, которое, я обещаю, будет включать ваше.

— Так высокое и могущественное правительство Острова собирается прижать нас к ногтю угрозами смерти?

Молодой человек улыбнулся.

— Если мне придется вернуться сюда, мисс Сильва, вы обнаружите, что мое милосердие не распространяется на ваше убийство. Меня зовут Джейсон Асано.

Холодный страх окатил ее тело, когда она узнала имя.

— Ваш кузен приложил немало усилий, чтобы уничтожить меня. У меня ушло больше времени, чем следовало, чтобы исправить сценарий, и мои друзья прервали меня, прежде чем я получил свой вкус возмездия. Я бы посоветовал не быть средством, с помощью которого я утолю свое разочарование.

Тень поднялась за спиной Асано, прошла по его телу, и он исчез.

* * * Белинда наконец прошла свою полевую оценку, и команда собралась на сборочном дворе, чтобы дождаться ее возвращения. С ними был довольно нервный Джори. Сборочный двор был переполнен множеством новых пользователей эссенции, которые появились после испытаний Жнеца. Падение рыночной цены на эссенции не было истинной демократизацией силы, но многие из только относительно обеспеченных семей Гринстоуна добавляли искателей приключений в свои ряды. Искатель приключений, который нашел успех, смог бы поднять свою семью вместе с собой.

Обычно толпа, собравшаяся в ожидании, состояла из семей богатых и влиятельных. Так было, когда Джейсон проходил свою полевую оценку. До того, как катастрофа экспедиции пошатнула их веру, они были так горды, так уверены в себе. Вслед за этим некоторые семьи осознали свои ошибки и исправились. Они ввели новые программы обучения для своих пользователей эссенции, часто обращаясь к более успешным семьям искателей приключений, таким как кланы Кавендиш, Мерсер и Геллер, за руководством. Это помогло закрепить такие семьи на вершине Гринстоунской кучи.

Другие семьи искали где угодно, кроме себя, чтобы возложить вину. Громко осуждая неудачи Даниэль Геллер и Элспет Арелла, они зашли так далеко, что искали возмещения от Геллеров и самого Общества искателей приключений.

Результаты этих различных подходов отразились в изменениях, внесенных следственной группой Общества искателей приключений. Семьи, которые стремились исправить свои ошибки и использовали людей, которых они потеряли, как шанс расти и улучшаться, увидели, что их позиции в Обществе искателей приключений улучшились соответственно. После масштабных понижений в должности это были группы, которым чаще всего восстанавливали их предыдущие рейтинги.

Те, кто сделал врагом Общество искателей приключений, очевидно, преуспели меньше. Возможно, самая мощная политическая сущность на планете, Общество искателей приключений не имело времени на увещевания некоторых аристократов низшего уровня в одном провинциальном городе. Эти семьи обнаружили, что их понижения в должности были оставлены в силе, вплоть до того, что они подверглись дополнительным волнам понижений. Многие обнаружили, что члены их семей были полностью лишены членства в Обществе искателей приключений.

Как ни странно, протест дураков, выступающих против них, был полезен как Даниэль Геллер, так и Элспет Арелла. Чем больше их обвиняли, тем яснее вина падала на системные проблемы внутри местной культуры искателей приключений, за которые ни Даниэль, ни Арелла не несли ответственности. Даниэль проводила большую часть своего времени вдали от города, и какие бы откровения ни вышли относительно ее мотиваций, Арелла предпринимала конкретные шаги для исправления коррупции внутри своего отделения.

В то время как старые семьи искателей приключений претерпевали изменения после экспедиции, люди, собравшиеся на сборочном дворе, представляли новое, пост-экспедиционное движение в Гринстоуне. Там, где старая гвардия имела новое чувство осторожности и смирения, эти новые искатели приключений были полны оптимизма и надежды.

Люди вокруг команды Джейсона были более амбициозными, чем устоявшимися, тревожась о возвращении человека, на которого они возложили все свои надежды. Для многих семей наличие искателя приключений среди них было шансом поднять всех их.

Джейсон знал, что реальность была более суровой. Даже среди элиты Гринстоуна лишь горстка семей производила качественных искателей приключений. Джейсон видел результаты разбитых иллюзий у молодых искателей приключений, таких как те, кто попал под влияние коварной знати, как Тадвик Мерсер, или преступников, как Коул Сильва. Такие люди редко встречали хороший конец. Из тех, кто последовал за Тадвиком, половина погибла от руки самого Джейсона. Он находил утешение в том, что некоторым из других удалось найти новые начала, по крайней мере.

Джейсон обдумывал группу, которая попала под большой палец Тадвика. В ходе расследования сомнительной схемы захвата земли Тадвиком Джейсон решил судьбу большинства из них тем или иным образом. Те, кто приходил за ним раньше, погибли от его рук.

Месяцы спустя его все еще беспокоило, как быстро и легко он перешел к убийствам. Он задавался вопросом, было бы лучше отпустить их, но они уже приходили за ним однажды и привели большие числа во второй раз. Возможно, чем дольше он оставлял это, тем больше убийств это означало бы в конце.

Двум из бывших приспешников Тадвика удалось найти некоторую меру искупления. Дин был тем, кого Джейсону удалось вернуть на прямой путь. Разочарованный, когда его мечты стать великим искателем приключений провалились, он был втянут на орбиту Тадвика в своей самой низкой точке. Джейсон помог ему найти путь обратно, и хотя он никогда не собирался быть исключительным искателем приключений, для него все еще было место в Обществе искателей приключений Гринстоуна.

Другим из пары был Джеррик. Там, где Дин сдался немедленно в тот день, Джеррик сражался, и Джейсон взял его живым. Вместо того чтобы быть судимым, он был исключен из Общества искателей приключений как часть тихого сокрытия деятельности Тадвика. После Тадвика Джеррик связался с Коулом Сильвой. Затем он рискнул всем, чтобы предать Сильву и привести спутников Джейсона к нему в час его величайшей нужды.

Был ли это циничный выбор, чтобы попытаться вернуться в Общество искателей приключений или нет, Джейсона не особо волновало. Когда его попросили высказать свое мнение, он не высказал возражений против восстановления Джеррика в Обществе искателей приключений. Джейсон встретился с ним однажды после его восстановления, посоветовав ему пробиваться вверх, используя свою собственную силу, вместо того чтобы привязываться к другим. Последовал ли Джеррик его совету или нет, зависело от него, и больше не было заботой Джейсона.

Джейсон был выведен из своих мыслей вниманием, которое получала его команда. Его чувства ауры обнаружили внимание обычных людей без способа контролировать свои собственные ауры. Хамфри и он сам были довольно хорошо известны, и вся его команда была дорого одета. Джейсон наконец отвел Нила в «Устойчивое облачение Гилберта для взыскательного джентльмена», и Нил вышел, выглядя раздражающе хорошо. Периодически кто-то пытался сделать социальный подход, только чтобы передумать. Джейсон помогал этому с помощью тонкой ауры, которую он проецировал, чтобы усилить их беспокойство. Это был трюк, который он подсмотрел у матери Хамфри, которая показывала ему некоторые нюансы контроля ауры, обычно удерживаемые до бронзового или даже серебряного ранга.

— Твоя мать уже говорила с тобой о программе обучения, о которой она говорила? — спросил Хамфри Джейсона.

— Она упоминала, — сказал Джейсон. — Я не ненавижу идею того, что они делают.

У Даниэль и Арелла были напряженные отношения после экспедиции, но обе женщины осознавали, что как важные фигуры в сообществе искателей приключений им нужно будет отложить свои разногласия. Даниэль рассказала Джейсону о программе, которую они стремились разработать, предлагая новой волне искателей приключений некоторое базовое обучение. Цель состояла в том, чтобы предотвратить слишком многих от попадания в паттерны, которые поставили так много пользователей эссенции под влияние Большой тройки.

— Мать втайне думает, что они могут изменить весь тон культуры искателей приключений Гринстоуна, — сказал Хамфри.

— Она и директор кажутся решительными сделать так, чтобы что-то хорошее вышло из их общей ошибки, — сказал Джейсон. — Я испытываю большое уважение к этому.

— Что ты думаешь? — спросил Хамфри. — Ты собираешься присоединиться?

— Я не уверен, что я квалифицирован учить кого-то чему-либо, — сказал Джейсон. — В это время в прошлом году я даже не верил в магию.

— Это просто базовый контроль ауры, — сказал Хамфри. — Ты серьезно собираешься стоять здесь, используя свою ауру вот так, и говорить, что не можешь научить кого-то основам?

— Чему она затащила тебя учить? — спросил Джейсон.

— Базовая боевая техника. Она затащила кучу людей, не так ли, Софи?

— Если Общество искателей приключений платит, я возьмусь, — сказала Софи.

— Я тоже согласился присоединиться, — сказал Нил. — Не чтобы учить чему-то, а чтобы убедиться, что обучение Софи никого не убьет.

— Я не несу ответственности за то, что другие люди слабые, — сказала Софи.

— На самом деле, — сказал Джейсон, — если ты согласилась учить людей сражаться, ты напрямую несешь ответственность за то, что они слабые.

Она задумчиво наклонила голову. — Хм. Думаю, ты прав.

Первый фургон, полный будущих искателей приключений, прибыл на сборочный двор. Это был большой набор, поэтому они выезжали отдельными группами.

— Она пройдет, верно? — нервно спросил Джори.

— Конечно, она пройдет, — сказала Софи. — Верно?

— Верно, — сказал Нил. — У нее есть полный набор ее сил, и она была на дорожном контракте. Она более квалифицирована, чем любой из нас был для наших оценок.

— Итак, что дальше? — спросил Нил. — Вернуться к приключениям?

— Нам нужно искать правильные контракты, те, которые приведут нас к бронзе, — сказал Хамфри. — Самые сложные контракты железного ранга, которые мы можем найти, плюс любые бронзовые, которые мы можем получить. Теперь, когда Джейсон вернулся к трем звездам, процесс подачи заявки на получение контракта бронзового ранга намного проще.

— Мы можем это сделать? — спросил Нил.

— В Гринстоуне это делается не часто, — сказал Хамфри. — Бет Кавендиш и ее команда брали некоторые контракты бронзового ранга, после испытаний Жнеца. Процесс одобрения — это боль, если у тебя нет трех звезд, которые у нее есть.

Группы будущих искателей приключений начали прибывать, включая команду Белинды. Она подбежала, чтобы обняться с Софи и Джори.

— Какие-то проблемы? — спросил Джейсон.

— Я втайне уверена, — сказала Белинда. — Хотя я думала, что Винсент будет снисходителен ко мне. Разве он и Руфус не пара?

— Тот факт, что он не был снисходителен к тебе, — это причина, по которой он и Руфус пара, — сказал Джейсон. — Они оба большие сторонники честности.

* * * С командой, официально внесенной в списки Общества искателей приключений, они бросились в контракты, с прицелом на повышение своих способностей. Белинде и Софи больше всего требовалось повышение способностей, поэтому команда выдвигала их чаще, чем других. Однако, кроме Клайва, у каждого члена команды были свои новые силы для освоения.

Клайв был ближе всего к достижению бронзы. Он был искателем приключений дольше всех и обладал ускоренной скоростью продвижения человека. Он втайне позволял другим выйти на передний план в обучении, не желая достигать бронзы еще. Если было возможно получить доступ к астральному пространству Ордена Жнеца, было наиболее вероятно, что ограничение железного ранга все еще было на месте. Оказавшись внутри, они все были бы свободны достичь бронзового ранга, как это сделали некоторые участники испытаний Жнеца в первый раз. Покидание пространства не было проблемой для них.

Для Джейсона именно его фамильяры требовали больше всего работы, но его реальное внимание было сосредоточено на пути теней, его способности теневой телепортации. Он только сказал Клайву, что есть шанс найти путь обратно в астральное пространство Ордена Жнеца, и Клайв втайне работал над этим вопросом, используя информацию как от людей Эмира, так и от Тени.

Контракты железного ранга были шансом для Белинды продолжать набивать руку на монстрах железного ранга, так как ее способности были на самом низком уровне в команде. Они продолжили технику, которую узнали от Генриетты, смешивая комбинации членов команды и сольные операции, чтобы подтолкнуть ее к использованию различных сил. Команда всегда была под рукой, чтобы вмешаться, если что-то пойдет не так.

Другие искали большие группы монстров железного ранга или бронзового, когда могли их получить. Хамфри и Джейсон даже брали их в одиночку, оба обладая силами, которые могли преодолеть разрыв в рангах.

По мере того как мягкая зимняя пустыня почти незаметно переходила в весну, команда взяла нетрадиционный контракт. К востоку от Гринстоуна, в глубине страны за пустыней, лежал вельд. Люди там были выносливыми и жесткими, вне досягаемости астрального пространства пустыни и ее оазисов. Они редко обращались в Общество искателей приключений, но послали весть в Гринстоун, что группа бандитов-пользователей эссенции обосновалась в их районе.

Жители вельда держались в основном особняком, и даже когда дело доходило до монстров, они обычно справлялись с ними сами. Использование каждой эссенции, найденной слабо связанной группой общин, решалось коллективно, с небольшой группой местных охотников на монстров, служащих им всем. Они обращались в Общество искателей приключений в Гринстоуне только если появлялось что-то за пределами их способностей. Люди имели изоляционистскую гордость, но также практичность, рожденную из принципов выживания в тяжелых условиях.

Поскольку группу возглавлял бронзовый ранг и у них было слишком много пользователей эссенции, чтобы местные могли справиться, бандиты захватили целый город, убив большинство жителей и поработив остальных. Они начали совершать набеги на другие маленькие города вельда, торгуя добычей и рабами с кочевыми племенами севера.

Когда Элспет Арелла предложила команде контракт, Джейсон и Хамфри долго обсуждали, брать его или нет. С количеством бандитов, удаленностью их местоположения и хаосом, который они вызвали, в контракте не было условий для захвата. Приказ был — уничтожить их всех.

Джейсон был неохотен, но Хамфри был непреклонен.

— Джейсон, эти люди умрут. Общество искателей приключений отправит кого-то туда, чтобы убить их, и не у всех есть твои принципы. Я бы предпочел сделать это из чувства ответственности, чем отправлять кого-то, кто ищет шанс убить реальных людей вместо монстров.

— Неужели есть искатели приключений, настолько жаждущие крови? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Хамфри. — Я слышал истории от своей семьи. Мне рассказывали, как распознать признаки искателей приключений, с которыми я никогда не должен объединяться. Тот тип людей, которые убьют бандитов, а затем убьют их жертв, потому что могут. Затем они свалят это на бандитов, и никто не сможет сказать иначе.

— И Общество искателей приключений позволяет это?

— Конечно, нет, — сказал Хамфри. — Но в дикой местности, кто скажет, что произошло? Время от времени будет толчок к внедрению правил об использовании записывающих кристаллов, когда контракт — уничтожить реальных людей, но всегда есть сопротивление. Есть некоторые обоснованные аргументы против этого, например, записывающие кристаллы могут быть обнаружены, но в основном искатели приключений не любят ничего, что отдает кандалами.

— Я могу посочувствовать, — сказал Джейсон.

В конце концов Джейсон согласился. Они поднялись на лодке вверх по реке, затем Клайв реквизировал скиммер Магического общества из местного депо, и они направились в вельд. Именно там они встретились с Китом из местных охотников на монстров, который привел их к бандитскому городу. Джейсон отправился один на разведку, прежде чем вернуться к команде.

Он обнаружил, что бандиты были из Гринстоуна, криминальные пользователи эссенции из организаций Сильвы и Вентресс. Они видели, что грядут перемены, и полностью покинули город, зная, что Большая тройка больше не обеспечит их тем же уровнем награды. Многие боялись, что их призовут к ответу за прошлые проступки, когда они использовали свою силу в преступном мире, чтобы воплотить свои самые порочные желания.

Под руководством харизматичного лидера они отправились в вельд, где, как они полагали, власти Гринстоуна не последуют. Однако без контролирующей руки они одичали. Эскалация серии зверств, которые они совершали, совершая набеги на местные поселки, быстро привела местных жителей к тому, чтобы обратиться в Общество искателей приключений.

После разведки их города Джейсон сказал своей команде, что хочет разобраться с бандитами в одиночку. Они немедленно отказались, но как раз когда Хамфри убедил его взять контракт, он убедил их позволить ему сделать это в одиночку. Они были неохотны, но эта ситуация была совсем не похожа на ту, когда его захватил Сильва. Он будет сражаться на своих условиях, с командой поблизости, чтобы обеспечить поддержку, если что-то пойдет не так. Город, как он аргументировал, был идеально настроен для него, чтобы сражаться, используя тактику, которая позволила бы ему использовать свои способности в полной мере.

Джейсону потребовалось время, чтобы убедить их согласиться. В конечном счете, их убедила его решимость и твердость. Непоколебимая жесткость его глаз была идеальным отражением его ауры. Как только они согласились, их местный гид был ошеломлен.

— Он всего лишь один железный ранг!

Джейсон не ответил, когда его тень поднялась, прошла по нему, и он исчез. Клайв отправил дорогой записывающий кристалл дальнего действия высоко над городом. Проекционный кристалл парил перед ними, показывая то, что записывал первый кристалл.

— Вы сможете сами увидеть, что произойдет, — сказал Клайв.

Пока они смотрят, как я убиваю тебя

Пока они смотрят, как я убиваю тебя

Город был немногим больше, чем скопление каменных и глиняных зданий вдоль одной главной улицы. Он не стал лучше от своих новых жителей, с признаками способностей эссенции, разрушительно бросаемых вокруг. Стены были треснуты от колец ударов и опалены вспышками огненных сил.

Все казалось тихим, без признаков Джейсона. Вокруг города были бандиты, вместе с некоторыми выглядящими жалко несчастными, которых бандиты использовали как рабов. Бандиты сидели вокруг, играя в карты или приставая к одной из своих более привлекательных рабынь. Среди бандитов были как мужчины, так и женщины, которые заботились больше о жесткости и злобе, чем о поле. Эссенции избавляли от любого естественного неравенства в физической силе между полами.

На стене был приколот труп большими каменными шипами; бандиты не обращали на него внимания. Невидимый в тенях, Джейсон наблюдал, как один из порабощенных бывших жителей с тоской смотрит на окраину города, а затем со страхом на мертвое тело. Даже с форой, в редкой, плоской местности вельда негде было спрятаться. Это была только низкая трава, отмеченная случайным одиноким деревом.

Вялый день бандитов был нарушен, когда один из них, шатаясь, вышел из здания. Это была бедная деревня, и на зданиях не было дверей, через которые бандит громко спотыкался, проходя сквозь занавеску из бус, прежде чем рухнуть на землю, кровь скапливалась под его головой. Его товарищи бросились к нему и перевернули тело, обнаружив, что его горло перерезано.

— Кто-то убил Крейга!

Обращая внимание на тело, они не заметили пару кроваво-красных полосок рваной ткани, змеящихся из дверного проема, из которого появился мертвый бандит. Только когда они обернулись вокруг ног трупа, их заметили, бандиты смотрели в изумлении, как труп быстро затащили обратно в здание.

— Что это было?

— Идите за боссом, пока я проверю. Кто-то думает, что может связываться с нами, и у них скоро будет очень плохой день.

Один из более крупных бандитов напряг свои мышцы, темные, твердые чешуйки покрыли его тело. Другие подобрали оружие или наколдовали его из воздуха, некоторые были окутаны огнем или шипели электрическими искрами. Тот, что с чешуей, вошел внутрь, и остальные услышали, как он там грохочет.

— Черт, здесь еще один мертвый, — крикнул он, затем ворвался обратно из комнаты.

— Двое наших парней мертвы там, и никто из вас, идиотов, ничего не видел и не слышал. Что с вами, идиотами, не так?

— И ты тоже!

Это заработало говорящему удар по лицу.

— Я сказал, идите за боссом, идиоты.

Он указал на одного из бандитов.

— Ты, иди за ним. Все остальные обыщите город. Тот, кто это сделал, где-то здесь, и выгоните всех, пока вы этим занимаетесь.

Видя изображения, записанные высоко сверху, команда Джейсона наблюдала, как бандиты начали переворачивать город. Они не нашли никаких признаков своего атакующего, кроме того, что было оставлено позади. Многие здания имели мертвых бандитов, обычно от разреза поперек горла или ножевого ранения в заднюю часть шеи. Другие выглядели как трупы, оставленные в пустыне на недели, их тела высохли и сгнили, когда их видели ходящими вокруг часами или даже минутами ранее.

Бандиты тащили тела в песчаную грязь главной улицы, очищая здание одно за другим.

— Где Варгас?

— Я видел, как он зашел в то здание вон там.

— Ты видел, как он вышел?

Бандиты начали понимать, что больше их числа пропадают в ходе поиска. Они услышали крики, доносящиеся из одного из зданий, а затем один из них, шатаясь, вышел, выглядя более мертвым, чем живым. Большой бандит с чешуей бросился к нему и схватил человека за плечи, чтобы удержать его в вертикальном положении.

— Кто это был?

Человек едва смог выкашлять ответ.

— Тень… глаз…

Они почувствовали зловещую ауру, исходящую из здания, вместе с ледяным голосом.

— Страдайте от цены ваших прегрешений.

Бандит, удерживающий человека, почувствовал, как плоть размягчается под его пальцами. Он бросил человека, когда они наблюдали, как его уже трупоподобный вид полностью сгнил на глазах. Большой человек ворвался в здание, но нашел его пустым.

Лидер бандитов вышел из самого большого здания в городе, бывшего единственной таверной, прежде чем он присвоил ее себе. Он был без рубашки и все еще подтягивал штаны, глаза расширились при виде кучи тел на улице. Оставшиеся бандиты, лучшая часть двух дюжин, собрались перед ним.

Лидер громко потребовал узнать, что происходит, и дюжина бандитов заговорили одновременно, встревоженные тем, что почти четверть их числа мертва от рук невидимых врагов.

— ЗАТКНИТЕСЬ! — взревел лидер.

Он собирался выдвинуть больше требований, когда посмотрел за бандитов, собирающихся перед ним. Следуя его взгляду, они все обернулись, чтобы увидеть четыре фигуры в плащах, стоящих за ними в ряд. Одна была мужчиной в плаще из тьмы и звезд. Другая, казалось, была сделана полностью из тьмы. Третья была обернута с головы до ног в кровавые тряпки, ее капюшон и плащ сделаны из свисающих полосок. Последняя фигура была просто плащом без владельца. Все, что было внутри него, — это глаз, немного больше головы, сделанный из того, что выглядело как синий и оранжевый огонь. Два шара дрейфовали вокруг парящего плаща, немного меньшие версии главного глаза.

Лидер пробился вперед через своих людей, чтобы встать перед ними. Он догадался, что человек в плаще был настоящим человеком; другие выглядели как призывы или фамильяры. Единственная аура, которую он мог почувствовать от любого из них, была аура бронзового ранга от фигуры, сделанной из кровавых тряпок. Неудивительно, что чувство, которое он получил от ауры, было пропитанным кровью голодом.

— Вы убили моих людей? — спросил лидер.

— Да.

— Почему?

— Чтобы вы все собрались в одном месте.

— Зачем?

— Чтобы убить остальных.

Лидер нахмурился. — Вы из Общества искателей приключений?

— Да.

— Они просто сказали убить нас, вместо того чтобы взять нас живыми, верно?

— Да.

Лидер был обеспокоен своей неспособностью почувствовать ауру человека. Если человек был сильным бронзовым рангом, его клан бандитов мог быть достаточным, чтобы убить его числом. Если это был серебряный ранг, они все были мертвы. Нужно было знать наверняка, поэтому он надавил своей аурой на человека.

Аура, которая появилась, чтобы заблокировать ее, оставила его почти смеющимся от удивления.

— Железный ранг? — спросил он, не веря. — Ты правда думал, что сможешь уничтожить нас всех, и ты железный ранг?

— Я все еще так думаю, — последовал холодный ответ.

— Кто ты такой, по-твоему?

— Джейсон Асано.

Многие из бандитов, ранее работавших под началом Коула Сильвы, побледнели. Они все слышали разные истории, но фактом было то, что охота на Асано свалила Коула Сильву и разбросала его организацию на куски. Это было именно то, что привело многих из них в вельд.

— Это должно меня напугать? — спросил лидер.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это должно напугать их, пока они смотрят, как я убиваю тебя.

Бандит усмехнулся. Он надавил своей аурой на ауру Джейсона, но был поражен, обнаружив, что он мог с таким же успехом бросать яйцо в скалу. Усмешка исчезла, когда его аура была оттеснена силой, которая чувствовалась такой же неумолимой, как восходящее солнце.

— Убейте этого дурака! — рявкнул лидер, но аура Джейсона хлынула наружу и на бандитов. Она зажала каждого, перемалывая их собственные ауры в ничто. Они были наводнены чувствами открытости и уязвимости, затем что-то острое кольнуло не их тела, а их самые души. Словно заключенные в духовную железную деву, бандиты чувствовали, что любое движение оставит их в боли и проколах.

Большой бандит с чешуей набрался смелости и бросился в сторону Джейсона. Он немедленно рухнул, испуская инопланетный, свистящий визг, пока внезапно не остановился. Лежа на земле, он выглядел так, будто все еще кричал, но не издавал ни звука. Его глаза были широко открыты и слезились, пропитанные глубоким душевным страхом. Все его тело было жестким и дрожащим, словно пойманным в судороге.

Лидер бандитов посмотрел вниз на упавшего бандита, затем на остальных. Они были застывшими на месте, кожа блестела от холодного пота, а глаза были полны ужаса. Он повернулся обратно к Джейсону.

— Ты ожидаешь, что я сдамся?

Джейсон повернул голову, чтобы посмотреть на труп, приколотый к стене, затем обратно на бандита.

— В контракте нет условий о сдаче.

Выражение лидера бандитов стало жестким, свирепые глаза зафиксировались на Джейсоне.

Сила восприятия Джейсона теперь включала магические чувства, которые позволяли ему обнаруживать магию, бурлящую под его ногами. Он увернулся в сторону, когда толстый каменный шип вырвался из земли в том месте, где он стоял. Шип затем взорвался, осыпав его каменными осколками. Армия коротких усиков выстрелила из теневого плаща Джейсона, перехватывая любые, которые собирались ударить его. Он был полностью невредим.

Способность: [Покров ночи] (Тьма)

Конъюгация (тьма, свет, измерение).

Базовая стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Колдует магический плащ, который может изменять владельца. Предлагает ограниченную физическую защиту. Может генерировать свет или сливаться с тенями. Плащ может уменьшать вес владельца за низкую стоимость маны в секунду, позволяя уменьшенную скорость падения и хождение по воде. Не может быть дан или отобран, хотя эффекты могут быть распространены на других в очень близкой близости.

Эффект (бронза): Плащ рефлекторно перехватывает снаряды. Высокоэффективен против быстрых, более слабых атак, но менее эффективен против мощных, одиночных атак. Плащ позволяет скольжение за низкую стоимость маны в секунду. Уменьшение веса больше не стоит маны, если не влияет на дополнительных людей.

Джейсон двинулся в гущу бандитов, его движения были легкими и быстрыми, его плащ парил вокруг него. Бандиты не двигались, замороженные ощущением ножей против их души и воспоминанием о том, что случилось с их товарищем.

Стойка оленьих рогов выросла со лба лидера бандитов, и он прорвался через своих собственных людей, чтобы добраться до Джейсона. Один был убит копьевидными рогами их лидера, в то время как еще двое были сбиты. Они пытались отползти, но затем закричали за мгновение до того, как замолчать, как их товарищ до них.

Джейсон и лидер сражались среди других бандитов, как дуэлянты в саду статуй. Лидер был сильнее и быстрее, но Джейсон научился сражаться у Руфуса Ремора. По сравнению с этим, навыки неудачливого захолустного искателя приключений были грубыми и шутовскими. Он был весь мощь и никакой тонкости; если бы не его рефлексы бронзового ранга, бой был бы смехотворным.

Колин и Гордон оставались там, где были, не двигаясь, чтобы помочь. Три тела Тени, с другой стороны, присоединились к Джейсону и лидеру бандитов в танце среди других бандитов. Джейсон телепортировался между телами Тени, чтобы бегать кругами вокруг лидера бандитов, уклоняясь от мощных, но медленных атак. Это давало ему пространство, чтобы произнести заклинание или позволяло ему перепозиционироваться, чтобы сделать атаки самому, с его кинжалом, стреляющим вперед в хватке теневой руки.

Не многие из бандитов на самом деле имели силы ауры. Одна, у которой они были, выжидала своего часа, и когда она оказалась позади Джейсона, она надавила на его ауру и бросилась ему в спину со своим ножом, пропитанным электрической энергией, когда она использовала силу эссенции на нем. В тот момент, когда она двинулась, аура Джейсона раздавила ее ауру, как жука в кулаке. Она тоже рухнула на землю, визжа, как будто бог смерти схватил ее.

Пользователи эссенции-люди обычно имели преобладание специальных атак, и лидер бандитов не был исключением. Многие включали метание фрагментов земли по широкой области, что лидер делал, чтобы попытаться поймать быстро движущегося Джейсона. Он быстро понял, что это бессмысленно, так как плащ поглощал атаки с легкостью. Лидер попробовал множество других подходов, от создания и метания молотов до метания каменных копий. Пока Джейсон продолжал танцевать вокруг него, ноги бандита трансформировались в оленьи ноги, увеличивая его ловкость. Куски камня извергались из земли, чтобы заключить его руки в тараны, и он прыгал вокруг на оленьих ногах, пытаясь поймать и забить Джейсона.

Поимка Джейсона все еще оставалась неуловимой перспективой. Каждый раз, когда он думал, что нанес удар, оказывалось, что Джейсон скрыл свою истинную позицию внутри своего плаща, удар проходил близко, но не попадал ни во что.

Джейсон, в свою очередь, использовал несколько заклинаний в начале, которые, казалось, ничего не делали. Лидер бандитов предположил, что они провалились из-за разницы в рангах. С тех пор все, чем Джейсон мог управлять, были поверхностные раны от его кинжала, над которыми лидер насмешливо усмехался. Было неудивительно, что специалист по скрытности не мог по-настоящему навредить более высокому рангу в открытом бою.

Бандит не обращал внимания на крошечные раны, пока он боролся, чтобы прижать Джейсона. Один хороший удар — это все, что потребовалось бы. Прошло некоторое время, прежде чем он понял, что что-то ужасно не так. У него появилось растущее чувство ужаса, затем он заметил черные вены под своей кожей.

— Яд, — выплюнул он, останавливаясь.

— Болезнь, на самом деле, — сказал Джейсон, делая то же самое. — Не то чтобы это имело значение.

— Ты думаешь, этого железного ранга дерьма достаточно, чтобы свалить меня?

— Да.

Когда бандит снова бросился, Джейсон еще раз исчез в одном из тел Тени, появляясь на расстоянии из тени одного из зданий. Он уже произносил заклинание.

— Страдайте от цены ваших прегрешений.

Заклинание наказания иссушило пораженное недугами тело лидера бандитов некрозом, его мышцы атрофировались на месте. Он шатался на месте, даже когда Джейсон произнес другое заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

Заклинание (восстановление, очищение, святое).

Базовая стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Очистить все проклятия, болезни, яды и нечестивые недуги с одной цели. Дополнительно очистить все святые недуги, если цель — союзник. Восстановить выносливость и ману за каждый очищенный недуг. Эта способность игнорирует любой эффект, который предотвращает очищение. Не может быть нацелена на себя.

Эффект (бронза): Враги страдают от одного экземпляра [Епитимья] и [Наследие Греха] за каждое условие, очищенное от них.

[Епитимья] (недуг, святой, урон-со-временем, суммирующийся): Наносит продолжающийся трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадая по мере нанесения урона.

[Наследие Греха] (недуг, святой, суммирующийся): Вы считаетесь более поврежденным для целей масштабирования урона способности казни. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Жизненная сила лидера бандитов стала видимой, сияя изнутри его тела. Она была загрязнена недугами, отмеченными завихрениями цветов синяков: уродливыми оттенками желтого, фиолетового и красного. Загрязнение вытекало из жизненной силы лидера бандитов и в протянутую руку Джейсона. То, что осталось позади, было сияющим светом золотого и серебряно-синего, погружающимся обратно в тело бандита с его жизненной силой и освещающим его изнутри, сияя сквозь его кожу. Трансцендентный свет быстро пожирал его уже пораженное тело, пока лидер бандитов не начал кричать.

Джейсон произнес еще одно заклинание, чтобы закончить работу.

— Мой — суд, и суд — это смерть.

Больше трансцендентного света появилось, ударяя сверху, как гнев божества. Искалеченное тело лидера было полностью искоренено, и Джейсон переключил свое внимание на оставшихся бандитов.

— Ты не собираешься просто убить нас, верно? — спросил один из них, голос напряжен паникой.

Джейсон оглядел маленький город и увидел людей, которых бандиты взяли в рабство, наблюдающих из укрытия. Его глаза снова упали на труп, приколотый к стене.

— Сколько невинных людей вы убили? — спросил Джейсон. — Есть искатели приключений, направляющиеся на север, даже пока мы говорим, чтобы вернуть людей, которых вы продали в рабство. Перед лицом этого вы просите милосердия? Если бы я отвез вас обратно в город, они бы просто убили вас там.

Ужас наполнил лица бандитов, когда они поняли, что они вот-вот умрут. Бандиты начали разбегаться, несмотря на страх, который все еще причиняло подавление ауры Джейсона. Результаты были такими же, как у тех, кто ушел раньше, так как они все немедленно рухнули, крича от боли, не похожей ни на что, что они когда-либо знали раньше, прежде чем замолчать, как другие.

Джейсон посмотрел на них, корчащихся на земле, и сделал судорожный вдох. Он убивал раньше, довольно много теперь. Это была его первая казнь. Его беспокоило то, как мало эта перспектива беспокоила его.

— Колин, — сказал он плоско. — Кормись.

Все еще стоя в стороне, Колин внезапно взорвался, как будто в него попала бомба, осыпая пиявками бандитов. Пойманные в атаке души Джейсона, никто из них не кричал, пока недуги Колина не унесли их жизни.

Джейсон стоял посреди мертвых бандитов, раскинул руки в стороны и произнес заклинание.

— Как ваши жизни были моими, чтобы пожать, ваши смерти — мои, чтобы собрать.

Способность: [Кровавая жатва] (Кровь)

Заклинание (высасывание).

Базовая стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Высасывать остаточную жизненную силу недавно умершего тела, пополняя здоровье, выносливость и ману. Влияет только на цели с кровью.

Эффект (бронза): Влияет на любое количество тел в широкой области.

Используя свой удаленный кристалл просмотра, команда наблюдала, как кроваво-красная жизненная сила вытекала из тел и в Джейсона. Сверху он выглядел как паук в центре кровавой паутины.

— Теперь, я не хочу обидеть, — сказал их гид, — но ваш человек там кажется хуже, чем люди, за которыми его послали.

— Мнение, которое ты оставишь при себе, — резко сказал Хамфри, хотя его глаза не отрывались от проекции. — Если я услышу, как ты говоришь это там, где он может услышать, ты будешь отвечать передо мной.

— О, не беспокойтесь на этот счет, — сказал человек. — Он обнаружит, что все очень вежливы.

По своей сути развращающая

По своей сути развращающая

Обычные люди, оставшиеся в городе, не были склонны выходить после демонстрации Джейсона. С их точки зрения, теневая фигура с чудовищными спутниками была явно опаснее бандитов. Джейсон ушел, оставив героически выглядящего Хамфри и их местного гида войти и играть спасителей.

Там была плавучая баржа, направляющаяся, чтобы забрать горожан. Она двигалась медленнее, чем скиммер, на котором они прибыли, и будет ждать в другом городе для получения сигнала «все чисто». Джейсон вызвался пойти и вернуть баржу.

— Ты сделал свою часть, — сказал ему Хамфри. — Клайв может вернуться на скиммере.

— Я хотел бы это сделать, — сказал ему Джейсон. — Мне не помешала бы поездка, чтобы прояснить голову.

— По крайней мере, возьми кого-нибудь с собой. Софи не совсем тип чувствительного спасателя.

— Что я ищу, это некоторое одиночество, Хамфри. Некоторое время, чтобы успокоиться после…

Джейсон посмотрел на останки бандитов, не заканчивая предложение.

В форме лошади Тень на полном галопе был не медленнее скиммера и такой же неутомимый. Полуночная лошадь со светящимися белыми глазами, копытами и гривой мчалась по травянистой равнине вельда, оставляя за собой след белого тумана, поднимающегося с копыт. Форма лошади Тени была сделана из теневой материи, а не из плоти и костей, и имела похожее ощущение на мягкую облачную субстанцию, из которой состоял облачный дом Джейсона. Это делало поездку плавной и комфортной.

Он достиг города, который использовался как база операций для Общества искателей приключений. Оказалось, что преступники, прибывающие из Гринстоуна, создали ряд бандитских операций, и Джейсон уничтожил только одну из нескольких групп. Больше команд, подобных команде Джейсона, были отправлены в ключевые районы, пока Общество искателей приключений создавало операционный центр. Джейсон вошел внутрь и доложил, что его команда была успешна, серебряному рангу, отвечающему за это, кого-то, кого он не встречал раньше.

Общество искателей приключений не собиралось просто оставлять людей, которых Джейсон освободил, в городе, полном мертвецов, поэтому баржа была отправлена. Джейсон пробрался на крышу, садясь, чтобы тихо медитировать, пока парящее транспортное средство плавно прокладывало свой путь через вельд.

Медитация Джейсона была беспокойной. Он привык к тому, что его жизнь была наполнена насилием, и он чувствовал себя в значительной степени нетронутым им больше. Это было источником беспокойства, поскольку, хотя это было полезно, он беспокоился о потере своей человечности. Он был, в конце концов, больше не человек.

Каждый раз, когда он убивал людей, а не монстров, он вспоминал свою первую ночь в своем новом мире и свой разговор с Руфусом. Каждый раз он чувствовал себя все более отделенным от человека, который задавался вопросом, была ли его невинность достойной ценой за силу.

Медитация долгое время была одним из ключевых механизмов преодоления Джейсона. После его встречи со звездным семенем у него было гораздо более сильное чувство собственной души, что делало медитацию очень другим опытом. Это было более вовлеченным, более контролируемым, путешествием через внутренний мир.

Он начал с того, что направлял свои мысли и чувства прочь, помещая свой разум и душу в состояние идеальной неподвижности. Его чувство окружения было каким-то образом как усиленным, так и отодвинутым в сторону, не вторгаясь, пока он культивировал внутренний мир.

В прошлом его глубокое медитативное состояние ощущалось как обширная, пустая пустота. Теперь он был способен чувствовать вещи внутри этого внутреннего пространства. Там было утешительное присутствие его фамильяров, живущих в его душе. Когда он достигал состояния неподвижности и спокойствия, он чувствовал, как они делают то же самое. Со временем он стал чувствовать симбиоз между ними гораздо яснее.

Внутри своей души Джейсон открыл глаза и стоял в саду, освещенном солнцем, сияющим в голубом небе. Цветочными клумбами были его силы, цветущие в оттенках красного, белого и черного. Цветы его сил бронзового ранга выросли, чтобы заполнить свое пространство, неспособные расти дальше, пока сад не будет расширен.

Границы сада были отмечены высокой крепостной стеной из темного камня. Были повреждения, как будто они были в осаде, но бреши были заполнены черным металлом. Повреждение раскрыло что-то более сильное и странное под поверхностью. Металл был отполирован зеркально гладко, темный и отражающий, с жутким и бездонным ощущением. Было легко почувствовать, что он был намного тверже камня первоначальной конструкции, что делало его похожим на фасад, осмеливающий захватчика содрать его.

Джейсон шел через сады, позволяя своему пальцу коснуться лепестков цветов. Когда он только начал свое обучение, Руфус рассказал Джейсону о трех столпах эффективного продвижения: обучение, практика и консолидация. В то время он просто доверял слову Руфуса, тренируя свое тело и навыки, затем используя их в бою и используя медитацию, чтобы получить максимум от своих достижений, создавая фундамент и выращивая свою силу на нем.

Теперь у Джейсона было гораздо лучшее чувство этого процесса. Над его головой неконсолидированная сила мерцала, как марево. Он мог чувствовать ее, сформированную его обучением и стимулированную боем. Он тянул эту силу вниз и кормил ее в садовые клумбы, удобрение, чтобы быть впитанным корнями его сил. Он работал осторожно, методично, всегда уважая силу и никогда не действуя с поспешностью. Он культивировал сад, чтобы расти хорошо, а не быстро, и он рос.

Способность [Путь теней] (Тьма) достигла Железо 9 (100%).

Способность [Путь теней] (Тьма) достигла Бронза 0 (00%).

Способность [Путь теней] (Тьма) получила новый эффект.

Способность [Путь теней] (Тьма) изменилась с [Специальная способность] на [Специальная способность/Конъюгация]. Тип для любого данного использования способности основан на эффекте.

Способность [Путь теней] (Тьма) получила подтип [Тьма].

Базовая стоимость способности [Путь теней] (Тьма) изменилась с [Низкая] на [Варируется].

Перезарядка способности [Путь теней] (Тьма) изменилась с [Нет] на [Варируется].

Способность: [Путь теней] (Тьма)

Специальная способность/Конъюгация (измерение, телепорт, тьма).

Базовая стоимость: Варируется.

Перезарядка: Варируется.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Телепортироваться, используя тени как портал. Вы должны быть способны видеть целевую тень. Этот эффект является специальной способностью с низкой стоимостью маны и без перезарядки.

Эффект (бронза): Вы можете чувствовать близлежащие тени и телепортироваться к ним без требования прямой видимости. Увеличивая стоимость до умеренной, маленькие тени могут быть увеличены, чтобы служить жизнеспособными порталами как в точках входа, так и выхода. Альтернативно, наколдовать теневые врата между двумя локациями в региональном масштабе. Дальние врата должны появиться в локации, которую вы ранее посещали. Этот эффект является конъюгацией с очень высокой стоимостью маны и 10-минутной перезарядкой. Эффект железного ранга все еще может быть использован, пока эта способность находится на перезарядке.

С его новым осознанием и более контролируемым продвижением, способность, переходящая на бронзу, была другим опытом, чем то, через что он проходил в прошлом. Продвижение его силы восприятия было неприятным, болезненным и дезориентирующим. В этот раз он замедлил и направил процесс, делая его безболезненным, плавным и бодрящим.

— Очень впечатляюще, — сказала Арабель.

Глаза Джейсона резко открылись. Несмотря на то, что его чувства ауры были усилены его медитацией, он совсем не почувствовал ее приближения. Конечно, если золотой ранг с даже базовым контролем ауры хотел избежать его чувств, они могли. Он все еще не мог обнаружить ее присутствие своими чувствами ауры, что было немного отталкивающим, глядя прямо на нее. Это делало ее кажущейся иллюзорной и нереальной.

Она стояла небрежно на краю крыши баржи, глядя вниз на него, все еще сидящего в медитативной позе.

— Вы здесь не как часть команды баржи, — сказал Джейсон. — Вы прятались. От меня.

— Да, — сказала она. — Я не могла не сказать тебе, как я впечатлена, однако. Большинство людей достигают бронзы или даже серебра, прежде чем они могут самостоятельно направлять свое продвижение вот так.

— Вы могли это видеть?

— Я могу видеть твою душу, Джейсон.

— Потому что это совсем не зловеще.

Она одарила его теплой улыбкой.

— Я могу видеть шрамы на твоей душе, — сказала она. — Яснее, чем те на твоем теле, даже если бы ты стоял голым передо мной.

— Лучше не надо, — сказал Джейсон. — Парень не может ходить вокруг, занимаясь всякими штуками с мамой своего приятеля.

Она издала легкий смех.

— Ты не собираешься спросить меня, что я здесь делаю? — спросила она.

— Люди хотели убедиться, что со мной снова ничего не случится, — сказал Джейсон.

— И что ты не делаешь ничего глупого, — добавила она. — Я почти вмешалась, когда ты убедил свою команду позволить тебе встретиться с бандитами в одиночку.

— У них есть вера в меня.

— Я слышала, ты не особо заботишься о вере.

— Да, но ты используешь то, что у тебя есть, — сказал Джейсон.

— Это интересный выбор слов, — сказала Арабель. — Ты сказал «используешь». Это твои друзья и спутники, о которых мы говорим. Ты используешь их?

— Манипуляция — это просто инструмент, — сказал Джейсон. — Как убийство. Опасно, когда используется неуместно, но иногда это правильный выбор, даже когда люди смотрят на тебя свысока из-за этого.

— И ты хотел манипулировать ими, чтобы позволить тебе совершить убийство. Почему это?

— Убой тридцати с лишним человек — это не маленькая вещь, даже если ты убивал раньше, что не все остальные делали.

— Но это нормально для тебя делать это в одиночку?

— Я пробивал свой путь вверх. Я в порядке с этим.

— Ты ожидаешь, что я поверю в это?

— Нет.

— Хорошо, потому что мы будем говорить об этом снова. Просто не на крыше баржи, в ста милях от приличной чашки чая.

— У меня есть чай со льдом, если это вас интересует.

— Правда?

Джейсон легко вскочил на ноги и взял пару высоких стаканов, наполненных фруктовым чаем со льдом, кусок льда в каждом звенел о стекло.

— Спасибо, — сказала Арабель, беря предложенный стакан и потягивая через бумажную трубочку. — Это хорошая трубочка.

— Я знаю парня с эссенцией бумаги, — сказал Джейсон, когда они сели на край крыши, их ноги свисали с края. — В основном он работает в издательстве, но я уговариваю его на некоторые побочные проекты. Вы когда-нибудь пили напиток с крошечным зонтиком в нем?

— Почему у напитка должен быть крошечный зонтик?

— Это делает его лучше.

— Как?

— Это своего рода магия из моего мира.

— Я думала, в твоем мире нет магии.

— Вот почему мы должны проявлять творческий подход. В моем мире есть фокусник, который заставил девяностометровую статую исчезнуть и появиться снова, прямо перед людьми. Это, вероятно, самая известная статуя на всей планете. Она называется Свобода, озаряющая мир, что в конечном итоге оказалось немного ироничным.

— Как кто-то может быть фокусником в мире без магии?

— С помощью отвлечения внимания и обмана, которые не являются по своей сути плохими. Они могут быть использованы, чтобы развлекать и радовать. Просто люди также могут использовать их для недобрых целей, потому что в этом есть деньги и власть. Позвольте мне сказать вам, политика в этом мире — это детская игра. В моем мире у каждого есть устройство с записывающим кристаллом, и ни у кого нет магии. Даже самые невежественные, по крайней мере на моей родине, просто имеют лучшее представление о том, как все это работает. Нет врожденных иерархий власти. Ты должен строить их сам или родиться в них.

— Вот почему ты так пренебрежительно относишься к ним, — сказала Арабель.

— Это, и они подставляют людей.

— Это звучит как плодородная почва для коррупции, — сказала Арабель.

— Нет такой вещи, как некоррумпируемая система. Все, что ты можешь сделать, это стараться изо всех сил сделать ее менее дерьмовой.

— А что, если бы бог управлял ею? Кто мог бы повлиять на бога, чтобы развратить их?

— Я перенаправлю этот вопрос церкви Чистоты, — сказал Джейсон.

Арабель нахмурилась.

— Мне не нравится то, что там происходит, — сказала она. — Почему Чистота бросил своих последователей к этим культистам? Они осквернители.

— Вам не нужно говорить мне, — сказал Джейсон. — У меня есть шрамы на душе, чтобы доказать это.

— Да, твоя душа почти неузнаваема с тех пор, как мы впервые встретились. События, меняющие ауру, редки, и у тебя было три за серию месяцев. Вероятно, к лучшему, что у тебя есть этот личный герб, потому что между изменениями и твоей способностью анти-отслеживания, попытка идентифицировать тебя по твоей ауре без него была бы ненадежной перспективой.

— Изменения не полностью лишены преимуществ, — сказал Джейсон.

— Да, твоя способность подавлять ауры и атаковать души впечатляет в действии, — сказала она. — На железном ранге только те, у кого есть высокотренированный контроль ауры или способность противостоять подавлению ауры, смогут противостоять тебе. Тем не менее, не думай, что ты мог бы сделать с такими, как Хамфри или твой друг Валдис, то, что ты сделал с кучей нетренированных отбросов. Тебе следует помнить обо всех элитных искателях приключений, которые собрались на событие Эмира. Они — твои современники, а не эти местные.

— Я осознаю, — сказал Джейсон. — Мы спарринговали с некоторыми отличными командами, и они регулярно надирали нам задницы.

— Я рекомендую тебе практиковать свой контроль ауры со своими товарищами по команде, — сказала Арабель. — Трудно найти людей, которым ты можешь доверять, чтобы делать упражнения по подавлению и анти-подавлению.

— Я опасаюсь этого, — сказал Джейсон. — Когда я впервые получил силу использовать атаки души, я сказал себе, что не буду, если не придется. Конечно, это длилось недолго. Как будто власть была по своей сути развращающей.

— Мы можем обсудить это подробно позже, — сказала Арабель.

— Времени может не быть, — сказал Джейсон. — Способность, которую я ждал, была той, которая только что достигла бронзы. Пришло время начать пытаться попасть в астральное пространство всерьез.

* * * Когда песчаная баржа прибыла, чиновники Общества искателей приключений на борту взяли на себя управление спасенными людьми от команды Джейсона. Команда собралась вокруг Джейсона, явно обеспокоенная.

— Я в порядке, — заверил он их, не упоминая присутствие Арабель в вельде. Если она хотела оставаться скрытой, он не собирался портить это.

Пока его команда готовилась вернуться в Гринстоун на скиммере, на котором они приехали, Джейсон протестировал свою новую силу бронзового ранга. Он взмахнул рукой, и линия субстантивных теней появилась на земле, танцуя, как темное пламя. Затем арка поднялась из нее, сделанная из того, что выглядело как цельный кусок полированного обсидиана. Темный огонь затем поднялся, чтобы заполнить арку.

— Это выглядит очень похоже на теневые врата в астральном пространстве Ордена Жнеца, — сказал Хамфри, затем посмотрел на Джейсона и Клайва. — Чему никто из вас не кажется удивленным.

— У меня была догадка, — сказал Джейсон. — Тень видел эту силу раньше.

— Что вы нам не говорите? — спросил Хамфри.

— Это разговор на потом, — сказал Джейсон.

— Куда ведут врата? — спросил Клайв.

— Обратно в город, где Общество искателей приключений создало свой операционный центр.

Джейсон расправил плечи, прежде чем пройти сквозь них, появляясь посреди главной улицы города. Ощущение было очень знакомым для него: бестелесное ощущение движения, как будто мир вращался вокруг него. Это было более интенсивно, чем его обычные теневые прыжки, но он уже испытал это несколько раз теперь, с порталами Хестер.

Некоторое количество людей смотрели на него, увидев арку, поднимающуюся из земли. Софи прошла через портал за ним, затем Клайв. Ему не хватало астрального сродства, которое делало путешествие через портал скорее волнующим порывом, чем вызывающим тошноту рывком.

— Ладно, тест окончен, — сказал Джейсон. — Возвращаемся.

— Дай мне момент, — простонал Клайв.

* * * На обратном пути в город они экспериментировали с силой, обнаружив три основных ограничения. Одно было расстояние. Насколько они могли судить, дальность составляла около сорока километров. Клайв сказал Джейсону, что это нормально для способности портала, и он может ожидать, что она будет быстро улучшаться. Она будет увеличиваться на свою текущую дальность при каждом малом пороге продвижения, что означает, что к тому времени, как она достигнет пика бронзового ранга, она будет иметь в десять раз большую дальность.

Следующим вторым ограничением была вместимость. Десять железных рангов или один бронзовый ранг могли пройти через врата в любом направлении, прежде чем сила была потреблена. Один железный ранг смог бы пройти и вернуться пять раз, прежде чем врата были исчерпаны.

Они смогли уговорить бронзовый ранг, которого встретили на обратном пути, протестировать это, но не смогли найти достаточно обычных людей, желающих пройти через зловещую магическую арку для целей тестирования. Предложение тем, кто был готов, пройти через них и обратно несколько раз привело к тому, что немногие, кого они могли найти, отступили. Именно в этот момент Белинда задала очевидный вопрос.

— Почему бы просто не спросить свою силу интерфейса?

Джейсон и Клайв посмотрели друг на друга, затем обменялись кивком.

Помощь: Ограничения способности, [Путь теней] (Тьма).

Вместимость (Бронза 0): 1 бронзовый ранг, живая сущность. Альтернативно, 10 железных рангов вместо 1 бронзового, и 10 нормальных рангов вместо 1 железного.

Вместимость уменьшается при переносе больших количеств неживого материала, либо напрямую, либо в пространственных сумках. Предметы в пространственном хранилище, генерируемые личными силами, не учитываются в вместимости.

Дальность (Бронза 0): 40 километров. Пункт назначения должен был быть ранее посещен, до или после получения этой способности.

— Это было преднамеренно, — сказал Джейсон.

— Мы хотели полево протестировать силу с непредвзятыми взглядами, прежде чем смотреть в интерфейс, — добавил Клайв.

— Вы забыли о слепо очевидной вещи, не так ли? — спросила Белинда.

— Да, — сказал Клайв немедленно. — Да, мы забыли.

— Серьезно, Клайв? — спросил Джейсон. — Ты сложился как оригами-лебедь, которого ты должен положить куда-то, не выбрасывая, достаточно долго, чтобы человек, который сделал его для тебя, не обиделся, когда ты наконец выбросишь его и заявишь, что влажность заставила его упасть или что-то в этом роде.

— Это было очень специфично, — сказала Софи.

— Полностью гипотетически, — твердо заявил Джейсон.

— Что такое оригами? — спросил Нил.

* * * Вернувшись в город, Клайв и Джейсон рассказали команде об идее вернуться в астральное пространство Ордена Жнеца.

— Нет никаких гарантий, — сказал Клайв. — Способность Джейсона ничего не говорит о прорыве пространственных барьеров. Это означает, что мы понятия не имеем, сможем ли мы заставить это работать, или сколько времени потребуется, чтобы выяснить это. Я буду жить с командой Эмира на Озере Небесного Шрама, чтобы работать над проблемой, а Джейсон будет приходить порталом каждый день, чтобы мы могли провести серию тестов.

— Тем временем, — предложил Джейсон, — те из нас, кто планировал работать в учебном центре, который создается, должны делать именно это. Мы также можем использовать это время, чтобы решить, как команда, является ли возвращение в астральное пространство тем, что мы хотим сделать. Мы понятия не имеем, с какими неизвестными опасностями мы столкнемся, поэтому даже если мы сможем вернуться, это не значит, что мы должны.

Глава 30: Никому ничем не обязана

Глава 30: Никому ничем не обязана

Одним из способов, которым Джейсон с пользой использовал время своего восстановления, стало возвращение к тренировочному графику. Руфус, Гэри и Фарра старались привить ему хорошие привычки во время его начального обучения, но насыщенная жизнь искателя приключений неизбежно приводила к тому, что он пускал всё на самотек.

Руфус, Гэри и команда Джейсона часто чувствовали себя беспомощными, не имея возможности помочь Джейсону после пережитого им испытания. Им приходилось оставлять всё в руках сначала Карлоса, а затем Арабель, у которых был опыт и знания, необходимые для оказания Джейсону нужной помощи. Когда Джейсон выразил желание пересмотреть свои тренировочные привычки, они ухватились за возможность быть полезными.

Регламентированный график тренировок также помогал им максимизировать собственные усилия — будь то изучение и развитие своих сил, как у Белинды, или последний рывок к бронзовому рангу, как у Хамфри и Джейсона.

После Клайва Хамфри был ближе всех к достижению порога бронзового ранга. Как и у остальных, у него были силы, которые нужно было развивать с нуля после завершения формирования набора способностей, но поскольку он был человеком, его силы росли хоть и незначительно, но ощутимо быстрее, чем у Джейсона, Нила или Софи. Он последовал примеру Клайва, сократив тренировки до тех пор, пока они не узнают, нужно ли им оставаться на ранге железа, чтобы вернуться в астральное пространство.

Клайв перебрался к Озеру Небесного Шрама, поселившись в облачном дворце Эмира и работая с его людьми. Многие из них были опытнее Клайва, даже в его профильной области астральной магии, но проницательный ум Клайва и его феноменальная способность к обучению неизменно впечатляли. Тем более что он обрел способность изучать обыденные вещи через книги навыков, освободив свой разум для решения эзотерических задач.

Джейсон практиковал свою способность портала, каждый день посещая купола на дне озера. Он не мог ее улучшить, но прицеливание портала на большие расстояния было навыком, над развитием которого он работал. Это требовало такого уровня визуализации, который затруднял наведение на места, которые он знал не очень хорошо. Способность различать места в своем сознании с помощью ориентиров была очень полезна.

Расстояние между Гринстоуном и Озером Небесного Шрама означало, что Джейсону требовался час, чтобы добраться туда, открывая портал на максимальное расстояние, проходя через него, а затем ожидая десятиминутной перезарядки перед следующим прыжком. Чтобы осуществить это, ему сначала нужно было пересечь пустыню, находя ориентиры, которые он мог запомнить достаточно хорошо, чтобы использовать их в качестве путевых точек. Для этого путешествия Тень превратился не в лошадь, а в гигантскую песчаную ящерицу, чтобы шагать по пескам пустыни.

Каждый день по прибытии он встречался с Клайвом и людьми Эмира, чтобы обсудить конфигурации ритуалов, которые они разработали. Конечная цель заключалась в том, чтобы использовать его силу для повторного открытия портала, но они еще не достигли того момента, когда ожидали, что это сработает. Астральная магия, задействованная здесь, подобно той, что использовалась культом Строителя, была невероятно продвинутой. Теория астральной магии, которую Знание передало Джейсону, а тот затем поделился ею с Клайвом, оказалась бесценной.

Джейсон старался следовать объяснениям Клайва по мере их работы. Он многому научился, но по большей части это было выше его понимания, даже со всей магической теорией, которую он изучал. Это был новый передний край теории астральной магии.

Джейсон часто чувствовал, что его присутствие излишне, за исключением роли «волшебной палочки» для создания портала нужного типа. Настоящим соавтором был Тень, который был бесконечным источником восхищения для Клайва и людей Эмира. Его идеи двигали их работу вперед, пока они не объявили, что вопрос уже не в том, смогут ли они получить доступ к астральному пространству, а в том, когда это произойдет.

* * * — Что ты обо всем этом думаешь? — спросил Джейсон Тень, после того как они посещали это место в течение недели. — Тебя не раздражает, что тебя каждый день таскают сюда, чтобы постоянно отвечать на вопросы?

— Как раз наоборот, — заверил его Тень. — Я стал фамильяром, чтобы получить больше впечатлений, чем можно найти в мрачной пустоте царства Жнеца. Пребывание в астральном пространстве на протяжении веков вызвало у меня сильное желание общения. Группа умных людей, жаждущих услышать все, что я могу сказать, меня полностью устраивает.

— Я рад. И я также рад, что ты решил остаться со мной после того, как я позволил тебе погибнуть в бою с тем элементалем.

— Мое единственное сожаление заключается в том, что это помешало мне предложить свою поддержку во время твоего недавнего испытания.

Из глубин своей души Джейсон почувствовал всплеск чувств от Гордона, отражающий настроение Тени.

— Ну, я рад, — сказал Джейсон. — Как бы я ни ценил поддержку, я не знаю, что бы с тобой случилось, если бы эта штука проникла в мою душу.

— Мы были бы уничтожены, — сказал Тень. — Наши истинные, духовные сущности, а не просто сосуд. Звездные семена весьма разрушительны для фамильяров. Я слышал, что они разрывают связь и с привязанными фамильярами, хотя призванные фамильяры страдают от этого больше всего.

* * * Пока Клайв работал над получением доступа к астральному пространству, Джейсон продолжал откладывать любое обсуждение того, стоит ли им туда идти, как только он его откроет. Его команда в основном считала, что это бессмысленный вопрос с очевидным ответом, и была сбита с толку уклончивостью Джейсона.

Он уклонялся от обсуждения, пока наконец не собрал группу вместе, включая Клайва, которого Хестер доставила обратно в город через портал. Они встретились на палубе плавучего дома, где Джейсон накрыл впечатляющий обед из весенних салатов и ингредиентов для приготовления сэндвичей. Они сидели за длинным столом, разговаривая во время еды.

— Почему ты откладывал это? — спросила Софи. — Не думаю, что здесь могут быть какие-то сюрпризы. Мы все хотим попасть в это астральное пространство.

— Как минимум, это должны быть ты и я, — сказал Клайв Джейсону. — Продолжая разбираться в том, как работает печать на астральном пространстве, мы подтвердили, что войти смогут только обладатели ранга железа, и мы не знаем, возникнут ли проблемы с возвращением обратно. Твоя способность портала вполне может оказаться необходимой, а я — единственный обладатель ранга железа с необходимыми знаниями о печати.

Джейсон повернулся к Софи.

— Я ждал тебя, — сказал он ей.

— Меня? Я донимаю тебя этим уже две недели. Почему ты ждал меня?

Джейсон достал из инвентаря толстый конверт с документами и протянул его ей. Она нахмурилась, открывая его и вынимая содержимое.

— Это мой контракт об обязательной службе, — сказала она, просматривая первую страницу.

— Да, — сказал Джейсон. — Контракт истек сегодня.

— Он закончился? — удивленно спросила Софи. — Честно говоря, я даже не думала об этом с тех пор, как…

Она замолчала, виновато глядя на Джейсона.

— С тех пор, как меня забрали, и ты не знала, кому он достанется, если я умру, — закончил Джейсон.

— Прости, — сказала она.

— Нет, — сказал Джейсон. — Тебе не за что извиняться, это было разумное беспокойство. Но теперь ты свободна. Полностью. Никому, кроме самой себя, ничем не обязана. С сегодняшнего дня ты член этой команды не по какой-то другой причине, а потому, что сама этого хочешь.

Он одарил ее улыбкой.

— Добро пожаловать в команду, искатель приключений, — сказал он, и остальные члены команды эхом повторили поздравления Джейсона. Хамфри хлопнул ее по плечу так, что она охнула от боли, за чем последовало его поспешное извинение. Его способность к усилению силы достигла бронзового ранга, и он все еще привыкал к своей возросшей мощи.

Когда Софи обвела взглядом искренние, улыбающиеся лица, на ее лице появилось редкое застенчивое выражение.

— Спасибо, — тихо сказала она.

* * * Дерзкие молодые искатели приключений заполнили один из учебных залов Общества искателей приключений. Он был поразительно похож на лекционный зал из мира Джейсона, вплоть до экрана проектора на стене за кафедрой для демонстрации изображений с записывающих кристаллов. Традиционно в Гринстоуне было мало формализованного обучения. Совместная инициатива Даниэль Геллер и Элспет Арелла стала совершенно новым явлением. Внезапный рост спроса на помещения все еще требовал решения.

Некоторые из искателей приключений нервничали, тихо занимая свои места, в то время как другие были наглыми и самоуверенными, развалившись с ногами на сиденье перед собой. Их возраст варьировался от подросткового до начала двадцатых, многие были старше обычных обладателей ранга железа, потому что только недавно получили шанс стать пользователями эссенций.

— Этот парень Асано вообще квалифицирован, чтобы учить нас? — спросил кто-то. — Он искатель приключений, ну, сколько? Неделю?

— Многие из нас стали искателями приключений буквально неделю назад, — сказала молодая женщина. — Я приму любой дельный совет, какой смогу получить.

— Нет, он прав, — сказал другой парень. — Это просто еще один пример фаворитизма. Они дают хороших тренеров семьям с громкими именами, а нам оставляют какого-то никчемного парня.

— Большим семьям не нужно это обучение, идиот. Все это затеяно для таких, как мы.

— Вот почему они взяли какого-то обладателя ранга железа, чтобы учить нас. Чем аура этого парня лучше нашей?

— Это просто, — в комнате раздался мощный, уверенный голос, за которым последовал и его обладатель. Он был высоким и красивым, широкоплечим, и вошел через боковую дверь с непринужденной уверенностью, чтобы встать рядом с кафедрой. — Джейсон прошел отличное обучение и получил опыт, которого я никому из вас не пожелаю. Для тех, кто меня не знает, меня зовут Хамфри Геллер. Возможно, вы слышали о моей семье или, может быть, только о моей матери, Даниэль. Я здесь, чтобы помогать Джейсону, а также следить за тем, чтобы он не делал ничего слишком возмутительного. Если вам нужен более конкретный пример его квалификации, то я уверен, что все вы слышали об инциденте с выбросом ауры в Марине-Норт. Некоторые из вас, возможно, даже испытали это на себе.

— Я бы на это не ставил, — выкрикнул кто-то. — Мы не совсем та публика, что тусуется на прогулочных яхтах.

— Это был Асано? — спросил кто-то еще.

— Он самый, — сказал Хамфри.

— Не можешь ли ты просто учить нас вместо него? — крикнул кто-то.

— Меня попросили только помогать, — сказал Хамфри. — А также следить, чтобы он не увлекся.

— Увлекся? — спросил кто-то. — Как он может увлечься?

— Ну, с Джейсоном никогда нельзя быть уверенным. Есть вероятность, что он попытается завербовать вас в какое-нибудь подпольное движение и свергнуть существующие политические структуры. Или в бизнес по продаже сэндвичей.

— Звучит очень надуманно, — сказал кто-то.

— Да, но я обнаружил, что предполагать, будто Джейсон чего-то не сделает только потому, что это безумно или невозможно, — не самый разумный подход.

— Ты не боишься подорвать его авторитет здесь? — спросил тот же человек.

— У Джейсона свой способ делать вещи, и он сможет утвердить свой авторитет, как только выйдет на сцену.

— Какой он? — нерешительно спросила девушка. — Я слышала несколько историй, из-за которых чуть не осталась дома.

— Он хитрый, — сказал Хамфри.

— Хитрый? — переспросила девушка.

— Это звучит грубо, — сказал предыдущий человек. — Я слышал, он очень красив.

— Я такого не слышал, — сказал кто-то еще.

— Я тоже.

— Я слышал много историй о нем, и это никогда не всплывало.

— Я видел его лицо на записях, оно какое-то острое. Особенно подбородок.

— Он начал носить бороду, — сказал Хамфри. — Под словом «хитрый» я имел в виду, что он из тех людей, которые, согласившись обучать группу новых искателей приключений, смешаются с ними и начнут поливать грязью самих себя, чтобы посмотреть, как люди отреагируют.

Большинство группы выглядели смущенными, но некоторые повернулись к человеку, который начал разговор.

— Серьезно? — сказал человек, на которого все смотрели. — С моим подбородком все в порядке.

Джейсон встал и прошел к передней части сцены. По мере того как он шел, его слабо контролируемая аура становилась плотнее и сильнее, превращаясь из слабого сгустка силы в непоколебимую стальную сферу.

— Маскировка ауры, — сказал он, поворачиваясь лицом к группе, — это продвинутая техника, выходящая за рамки этого базового курса. Честно говоря, я сам только начал ее изучать. То, что мы будем проходить, — это основы. Проекция, втягивание, подавление. Овладение этими тремя вещами окажет преобразующее влияние на вашу карьеру искателя приключений.

— Даже я знаю, что это основы, — выкрикнул кто-то. — Если это все, чему вы собираетесь нас учить, какая польза от всего этого?

Джейсон обвел группу хищной ухмылкой, словно сканируя их лазером.

— Вы все должны быть способны чувствовать ауры в этой комнате. Посмотрите на всех вас, а затем посмотрите на Хамфри и меня.

Он подождал мгновение, затем указал на нервную девушку, которая была раньше.

— Как тебя зовут?

— Кэрол.

— Хорошо, Кэрол. Как ощущаются мои аура и аура Хамфри по сравнению с аурами всех остальных?

— Они твердые, — сказала Кэрол. — Они не колеблются.

— И что ты думаешь, когда чувствуешь такую ауру? Не задумывайся слишком сильно, просто скажи первое, что придет в голову. Когда ты чувствуешь такую ауру, как у нас, на ком-то, какая твоя первая мысль об этом человеке?

— Что они знают, что делают.

Джейсон снова указал на Кэрол с одобряющим жестом.

— Именно, спасибо, Кэрол. Ты чувствуешь человека, чья аура находится под жестким контролем, и кажется, что он знает, что делает. Это ваш первый шаг к успеху. Если вы хотите, чтобы вас уважали в этом бизнесе, то это ваш первый шаг. Если вы хотите найти себя с громким именем, стоя рядом с Кавендиш или…

Он указал на Хамфри.

— …Геллером, то вы должны понять, что ваша аура — это первое, что другой искатель приключений узнает о вас. Если ваш контроль ауры небрежен, это также будет последнее, что он о вас узнает. Если вы получите контракт, один из тех лакомых, с дополнительными бонусами, и придете на встречу с клиентом, а он сможет видеть вас насквозь, как окно, то вы обнаружите, что эти контракты иссякают.

— Очевидно, — взял слово Хамфри, — быть искателем приключений — это гораздо больше, чем просто создавать хорошее впечатление. Но если вы не можете справиться даже с этим, то, возможно, у вас никогда не будет шанса показать, на что еще вы способны.

— Это не единственное, для чего нужен контроль ауры, — сказал Джейсон. — Но это важно, и вам не всегда говорят, что важно, когда вы начинаете с самого низа, не так ли?

— Черт возьми, это точно, — выкрикнул кто-то.

— Ну, теперь у вас есть мы, — сказал Джейсон. — Мы здесь, чтобы научить вас пользоваться своей аурой, и, может быть, по пути вы подцепите несколько трюков, которые «большие шишки» приберегали для себя.

— Мы начнем с проекции, — сказал Хамфри. — Это самая базовая форма контроля ауры и самая легкая для изучения.

— Она также, возможно, самая важная, — добавил Джейсон. — Она не только определяет, как мир искателей приключений будет смотреть на вас, но и хороший контроль проекции лучше подготовит вас к сопротивлению подавлению.

— Это так важно? — спросил кто-то.

— Да, — сказал Джейсон. — В ходе этой программы вы все испытаете, каково это — когда ваши ауры полностью подавлены. Хорошая проекция ауры делает подавление вашей ауры гораздо более сложной задачей.

— Я уверен, вы все слышали о недавних проблемах с бандитами, — сказал Хамфри.

— У нас была возможность увидеть, как один из бандитских лагерей был подчинен почти полностью кем-то, использующим свою ауру, — вмешался Джейсон. — У всех тех бандитов ауры были такими же, как у вас сейчас. Если бы у них была та подготовка, которую мы собираемся вам дать, это было бы невозможно, по крайней мере, не против более чем двадцати человек одновременно.

— Тогда почему они не послали того человека учить нас? — выкрикнул кто-то.

Хамфри повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Они и послали, — сказал Хамфри.

Глава 31: Детектор зла

Глава 31: Детектор зла

Джейсон сидел на крыше своего плавучего дома, скрестив ноги, а остальные члены его команды сидели вокруг него. У всех них были закрыты глаза, они концентрировались на том, чтобы с силой проецировать свои ауры. Вся его команда давила на Джейсона, а он в ответ давил на них.

Хамфри, Нил и Клайв имели больше всего подготовки и опыта в контроле ауры, и их проекции были стабильными и последовательными. Их ауры не колебались, не обнаруживая никаких слабостей, когда они сталкивались с непоколебимой аурой Джейсона.

Софи и Белинда были менее опытны и менее отточены. Они приняли все наставления своих товарищей по команде, но было так много вещей, которые им нужно было изучить и сделать как искателям приключений, что у них просто не было времени и опыта, которые были у остальных. Аура Джейсона наводняла их ауры, выискивая любой изъян или несоответствие и давя на него, пока они не исправляли его и не давали отпор.

Они продолжали упражнение часами, пока все, кроме Джейсона, не начали выдыхаться, падая на мягкую крышу из облачной материи от истощения. После того как Джейсон принес закуски и напитки на подносах, команда снова села, чтобы с жадностью приняться за еду.

— Я использовал много магических ингредиентов в этих блюдах, — сказал он. — Они должны восстановить вас так же эффективно, как духовные монеты, но с лучшим вкусом.

— Мне нравится вкус духовных монет, — сказал Нил. — Мне нравится это покалывание на языке.

— Правда? — сказал Клайв. — Терпеть его не могу.

— Как ты можешь не уставать? — спросила Белинда Джейсона. — Не думаю, что смогла бы сейчас встать, а ты сдерживал всех нас и выглядишь отлично.

— Проекция ауры — это вопрос души, — сказал Джейсон. — Трудно дифференцировать разум и душу, и если вы вкладываете в это слишком много разума, ваш разум будет перенапрягаться. Душа же, напротив, насколько я могу судить, неисчерпаема. Я не знаю, является ли это каким-то источником силы, скрытым внутри нас, или она как-то связана с астралом и черпает силу оттуда. Клайв может знать лучше меня.

— Понятия не имею, — сказал Клайв. — Душа — вещь таинственная, и эксперименты над ней — табу из табу. Не то чтобы не было людей, проводящих неэтичные проекты втихаря, но Магическое общество и Общество искателей приключений всегда следят за подобными вещами. Не говоря уже о церквях. Если вы хотите найти одну проблему, которая объединяет людей разных религий, посмотрите, как быстро они объединяются, чтобы преследовать кого-то, кто проводит эксперименты с душой.

— Хитрость, — сказал Джейсон, — в том, чтобы контроль ауры исходил не от разума, а от души. Техники медитации помогают, но я понимаю, что отличить разум от души непросто. Я стал гораздо более сознательно воспринимать свою душу после того, как был вынужден отступить в нее, когда звездное семя захватило мое тело. Во время наших тренировок по медитации я работал с Хамфри и Нилом, чтобы помочь им провести это различие, не проходя через то, что прошел я. Наличие прочного фундамента контроля ауры — это путь к этому, в чем и заключается смысл сегодняшнего упражнения. Когда вы станете сильнее, я постараюсь помочь вам таким же образом.

— Хорошо, что ты здесь для этого, — сказал Хамфри Клайву. — Нам не хватало тебя, пока ты был с Эмиром.

— Сегодня будет собрание, чтобы обновить информацию об операциях против культа Строителя, — сказал Клайв. — Они проводят их регулярно с тех пор, как мы узнали о культе и звездных семенах, и я участвую в них, так как именно я выяснил, что это Строитель. Сегодня они хотят, чтобы я привел Джейсона. Сейчас основное внимание уделяется культистам, которые, как мы думаем, находятся в астральном пространстве Ордена Жнеца, и вклад Тени будет неоценим. Не говоря уже о том, что Джейсон — тот, кто обеспечит нам вход.

— Думаю, говорить так — это немного чересчур, — сказал Джейсон. — Люди работали над этим месяцами, в то время как я просто появляюсь раз в день, чтобы пару раз активировать свою силу и посмотреть, что произойдет. Если бы со мной что-то случилось, вы могли бы просто найти кого-то с такой же силой и отправить их через портал.

— Это правда, — сказал Клайв. — Однако ты находишься на идеальной стадии для того, что нам нужно. Твоя сила на бронзовом ранге, следовательно, полезна для нас, но ты сам — нет, поэтому ты можешь пройти через портал, как только он будет открыт. Твое присутствие может быть необходимо для возвращения обратно, мы не можем быть уверены. Вполне возможно, что как только мы окажемся там, мы сможем просто уйти без проблем.

* * * Джейсон и Клайв пробирались по улицам Острова, каждый верхом на теневой лошади.

— У меня есть довольно важная просьба, мистер Асано, если вы готовы меня выслушать, — сказал Тень. Джейсон давно перестал пытаться заставить Тень использовать свое имя.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Излагай.

— Это не пустяковое дело, — сказал Тень. — Оно касается плотяных мерзостей в астральном пространстве. Бывших послушников Жнеца, затронутых Воргерами.

— Там, вероятно, есть несколько человек, которые раньше были искателями приключений, — добавил Клайв.

— Действительно, есть, — сказал Тень. — Четырнадцать, на момент окончания испытаний. У меня нет знаний сверх этого, так как моя цель была достигнута, и я был освобожден обратно в астрал.

— Что насчет них? — спросил Джейсон.

— Если вы собираетесь снова посетить астральное пространство, — сказал Тень, — я бы попросил вас выследить их всех и убить. Это были люди, которые почитали Жнеца, чьей главной ценностью является конечность смерти. Они заперты в недоступном царстве, внутри тюрем из нестареющей плоти. Если у нас будет шанс, я хотел бы освободить их.

Джейсон нахмурился.

— Я знаю, каково это — быть запертым внутри тела, захваченного внешними силами, — сказал он. — Нашим приоритетом должно быть противостояние культу Строителя, и мы должны будем оценить ситуацию, когда окажемся там. Как только мы убедимся, что астральное пространство вне досягаемости Строителя, я сделаю все возможное, чтобы помочь им. Уверен, остальные члены команды почувствуют то же самое.

— Конечно, почувствуем, — сказал Клайв.

— Спасибо, — сказал Тень.

— Мое беспокойство вызывает то, как найти их всех, — сказал Джейсон. — Это большой город.

— Компас душ, — сказал Клайв. — Они работают по тем же принципам, что и отслеживающие камни, которые Общество искателей приключений использует для своих членов. Вместо отслеживания конкретной сигнатуры ауры мы можем сделать такой, который будет указывать на что угодно. Мы просто отфильтруем самих себя и духовных существ, ложные души, которые есть у монстров, и все, на что он укажет, будет либо культистом, либо одной из мерзостей. При условии, что в астральном пространстве нет естественных существ.

— Их нет, — сказал Тень. — Растительность естественна, хотя часто и магическая. Однако там нет животных или обычных людей.

— Тогда звучит как план, — сказал Джейсон.

Они были далеко не единственными на улицах, и они проезжали мимо оживленной закусочной, когда Джейсон внезапно остановил теневую лошадь. Джейсон повернул голову, чтобы пристально всмотреться в здание, а затем спешился.

— Джейсон, — сказал Клайв, сам останавливаясь. — У нас нет времени, чтобы ты отправлялся исследовать какой-то новый вид закуски.

— Дело не в этом, — сказал Джейсон.

Выражение лица Клайва стало серьезным, когда он услышал голос Джейсона. Это был ледяной тон, который он использовал для врагов.

Джейсон прошел мимо столиков на открытом воздухе и вошел в оживленный магазин, расчищая пространство проекцией ауры, которая заставила людей поспешно убираться с его пути. Он остановился перед обычным человеком, которого Клайв не узнал. У мужчины была аура ранга железа, и он выглядел нервным, но Клайв не нашел это удивительным. Было бы страннее, если бы кто-то, над кем аура Джейсона нависла, как топор палача, выглядел совершенно спокойным.

— Что тебе нужно? — неуверенно спросил мужчина.

— Ты идешь со мной, — сказал Джейсон.

— О чем ты говоришь? Что происходит?

У Клайва был тот же вопрос, но он знал, что лучше не озвучивать его вслух.

— Ты знаешь, кто я, — сказал Джейсон. — Ты чувствуешь это, не так ли? Точно так же, как я чувствую, кто ты. Что ты такое.

Клайв наблюдал, как притворное замешательство мужчины сменилось гневным презрением.

— Мы убьем тебя, Отвергающий, — выплюнул мужчина в сторону Джейсона, и Клайв почувствовал, как огромная сила внезапно всколыхнулась внутри тела мужчины. Аура Джейсона обрушилась вниз, разрывая ауру мужчины и подавляя силу, сводя ее на нет. Глаза мужчины расширились, лицо исказилось.

— Как… ты не можешь… это невозможно!

— Теперь я в замешательстве, — сказал Клайв.

— Ты знаешь, что Магическое общество искало способ находить звездные семена без обширного ритуала? — спросил Джейсон. — Похоже, я и есть этот способ. Я заблокировал его душу, чтобы он не мог ее взорвать и покончить с собой. Готов поспорить, мы сможем найти людей в Обществе искателей приключений, которые хотели бы провести долгий разговор с этим парнем.

* * * Попытки найти способ предотвратить самоубийство культистов Строителя при обнаружении имели ограниченный успех. Магическое общество разработало вариант ошейника подавления, который, теоретически, мог предотвратить срабатывание функции взрыва, но за то время, которое требовалось на активацию, семя завершало свой процесс, чтобы взорваться как обычно.

Чувства ауры Джейсона были сильнее, чем до его испытания, но все еще не такими сильными, как у Софи с ее способностью чувствовать ауру. Однако он имел глубокое понимание звездных семян Строителя и чувствовал тонкое влияние, которое оно оказывало на душу тайного культиста. Одного подавления ауры было бы недостаточно, чтобы предотвратить срабатывание семени. Необычная способность Джейсона атаковать душу напрямую смогла нарушить триггер и предотвратить взрыв семени в кристаллическую звезду. Удерживая душу человека в тисках своей аурой, Джейсон смог доставить его в Общество искателей приключений, чтобы на него надели один из специальных ошейников.

— Это исключительная работа, Асано, — сказала ему Элспет Арелла, когда он вышел из охраняемой комнаты. — Очень немногие культисты Строителя были взяты живыми.

— Надеюсь, он знает что-то, что мы сможем использовать, — сказал Эмир.

Оба готовились к собранию, когда получили известие о том, что Джейсон захватил культиста.

— Кто будет проводить допрос? — спросил Клайв.

— Заместитель директора уведомляет Континентальный Совет Общества искателей приключений прямо сейчас, — сказала Арелла. — Они захотят прислать кого-то. Тем временем, время этого события выбрано отлично. Мы можем обсудить потенциальные последствия на собрании.

* * * Собрание было чем-то вроде военного совета для усилий против культа Строителя. Оно было сформировано после ужасающего первого извлечения звездного семени и заявления Клайва о том, что Строитель — их невидимый враг. С самого начала в него входили Элспет Арелла, Эмир, Даниэль Геллер, Талия Мерсер и сам Клайв.

В него также входил Николас Хендрен, архиепископ церкви Чистоты. После разоблачения очевидной причастности Чистоты архиепископ исчез вместе с другими ключевыми членами церкви, как они выразились, в заранее запланированные отпуска. На месте Хендрена был новый Верховный Жрец Целителя.

Как и остальное местное духовенство Целителя, Целитель привел его после того, как вырезал предыдущую коррупцию. Новый Верховный Жрец теперь отвечал за дела, касающиеся очищения от звездных семян, хотя новых случаев не возникало с момента первых пяти. Ближе всех был Джейсон, который сам по себе был уникальным случаем, для которого был приглашен специализированный член церкви.

Герцог Гринстоуна теперь также был включен, как и Арабель с Габриэлем Ремором. Из приезжих обладателей золотого ранга отсутствовал только их товарищ по команде Каллум.

Люциан Лампри был заметно отсутствующим на предыдущих собраниях. Исключение директора Магического общества было смелым шагом, но его склонность к коррупции была хорошо известна. Учитывая, что его увезли в цепях, это оказалось прозорливым шагом.

Преемником Лампри стал Пошар Финн, который был столь же неприятной личностью, но с лучшим пониманием того, где проходит черта, когда дело доходит до нарушения правил. Даже с усилением безопасности после исчезновения архиепископа Хендрена, Финн был включен в собрания как исполняющий обязанности директора Магического общества. Арелла была уверена, что Финн понимает, чего от него ожидают. Ему нужно было быть безупречным, чтобы его должность стала постоянной, особенно учитывая его дружбу с Лампри.

Собрание началось с того, что всех ввели в курс дела о новом пленнике и открытии того, что Джейсон может чувствовать звездные семена.

— Это было таким же сюрпризом для меня, как и для всех остальных, — сказал Джейсон. — Применение очевидно, но я не знаю, возможно ли спрятаться от моих чувств. Человек, которого мы захватили, возможно, просто не пытался, потому что не знал, что ему нужно это делать.

— Даже если они смогут скрыть это от тебя, — сказала Даниэль Геллер, — они, скорее всего, так же неуверенны в этом, как и мы, что мы можем использовать.

— Что вы имеете в виду? — спросила Талия Мерсер.

— Она имеет в виду, что мы начнем использовать меня как детектор зла, чтобы проверить всех самых важных людей в Гринстоуне, — сказал Джейсон. — Мы сделаем это по-тихому, потому что слухи все равно просочатся, а хранение секретов сделает их пугливыми и параноидальными. Некоторые совершат ошибки, другие убегут.

— Значит, мы пнем шкаф и посмотрим, какие жуки оттуда высыплются, — сказал Габриэль.

— В этом и идея, — сказала Даниэль. — Мы не сможем поймать столько, сколько хотели бы посадить в банку, но по крайней мере мы очистим часть заражения и получим представление о том, насколько все плохо.

Они приняли некоторые предварительные решения, но в основном оставили детали на потом. Затем они перешли к первоначальной главной теме — предстоящему вторжению в астральное пространство. Единственным реальным решением, которое нужно было принять, было то, кого отправить. Команда Джейсона была само собой разумеющейся, оставался только вопрос, кто пойдет один.

— Я думаю, чем больше, тем лучше, — высказал мнение Герцог. — Мы должны быть абсолютно уверены, что эти люди остановлены.

— Есть вопрос способностей, — сказал Эмир. — Честно говоря, местным искателям приключений их не хватает, поэтому я привлек больше людей в первый раз, когда мы отправляли группу. Помимо команды Джейсона и Клайва, команда Бетани Кавендиш и некоторые стажеры Геллер — единственные, кого я бы счел достаточно надежными, чтобы отправить.

— У нас осталось не так много обладателей ранга железа в поместье, — сказала Даниэль. — С неизбежным наплывом монстров и всем этим делом со Строителем было принято решение отправить их всех домой.

— Ты привел больше людей раньше, Бахадир, — сказала Талия. — Мы могли бы сделать это снова. Отправить их порталом напрямую, вместо всей этой помпы с доставкой на корабле.

— Есть некоторые детали, связанные с тем, как мы входим, которые нужно учесть, — рискнул Клайв. — Мы не можем быть уверены, что люди, которых мы отправим, прибудут в одно и то же место. Город внутри астрального пространства окружен башнями точек входа, и хотя мы все можем выйти из одной и той же, мы можем и не выйти, как это случилось в прошлый раз, когда мы входили. Кроме того, сила Джейсона в настоящее время позволяет пройти только десяти обладателям ранга железа за раз. Мы ожидаем, что этот лимит останется в силе при использовании ее для доступа к астральному пространству.

— Каков наиболее вероятный исход? — спросила Арелла.

— Мы не можем быть уверены, — сказал Клайв. — Астральная магия, задействованная здесь, работает на принципах, которые мы только начинаем понимать.

— Какой подход вы считаете лучшим? — спросила его Арабель.

— Есть шанс, — сказал Клайв, — что как только мы взломаем дверь, мы не сможем сделать это снова. По крайней мере, с этой стороны. Если мы не отправим Джейсона в надежде, что он сможет продолжать открывать дверь, чтобы отправить больше людей, есть шанс, что мы оставим тех, кого отправили, в ловушке. Насколько мы понимаем, покинуть астральное пространство должно быть намного легче, чем войти, но нет способа убедиться в этом до того, как мы совершим переход. Здесь гораздо больше неопределенности, чем я был бы готов рискнуть, если бы нам не пришлось.

— Вы даете нам много оговорок, Стэндиш, — сказал Пошар Финн. — Вы не уверены в своем понимании того, над чем работаете?

— Конечно, я не уверен, — сказал Клайв. — Вы администратор, Финн. Вы понятия не имеете, с чем мы имеем дело. Дело не только в сложности. Эта астральная магия, с которой мы имеем дело, переписывает основы нашего понимания. Когда все это закончится, люди будут строить карьеру в Магическом обществе на основе того, что мы узнаем сегодня. Если кто-то говорил вам, что уверен в том, что разобрался во всем этом, то избавьтесь от них как можно быстрее. Этот человек не просто невежда. Он опасный идиот.

Джейсон спрятал тихий смешок за рукой.

— Мой совет — отправить одну команду, — сказал Клайв. — В нашей шесть человек. Потенциально ее можно дополнить четырьмя.

— Этого достаточно? — спросила Арелла. — Мы точно знаем, кто вошел в это астральное пространство и кто вышел. Конечно, мы не знаем, сколько из них погибло, потому что отслеживающие камни не могут зафиксировать смерть через пространственную границу.

— Я знаю, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — На момент окончания испытаний сорок восемь человек погибли, и четырнадцать были превращены в плотяных мерзостей.

— Семьдесят пять не вернулись, — сказала Арелла. — Это потенциально тринадцать культистов Строителя.

— Я бы поставил на команду моего сына против любых пятнадцати культистов, — сказала Даниэль.

— Не позволяй семье ослепить себя, — горько сказала Талия. — Я совершила эту ошибку, и это стоило мне сына.

— Она права, — сказал Габриэль. — Арелла, можешь ли ты использовать этот список, чтобы выяснить, кто эти тринадцать?

— Если фамильяр Джейсона может сказать мне, кто из них был превращен или убит, то да.

— Тогда мы выясним, с чем потенциально столкнутся те, кто пройдет, и решим исходя из этого, — сказал Габриэль.

После дальнейшего обсуждения предложение Клайва было предварительно принято в ожидании дальнейшего расследования.

— Последний вопрос, тогда, когда это действительно произойдет, — сказала Арелла. — Когда мы можем ожидать ритуал, который откроет дверь?

— Джейсон ежедневно приезжает на место, — сказал Клайв. — Примерно через неделю мы должны будем привезти остальную команду вместе с ним, потому что к тому моменту мы можем открыть портал в любой момент. И, как я сказал, у нас может быть только один шанс отправить людей.

— На самом деле, есть еще одна вещь для обсуждения, — сказал Джейсон. — Как только с культом Строителя будет покончено, мы намерены освободить всех людей, запертых в тюрьмах из плоти астральными существами, заражающими астральное пространство. Я уверен, вы все слышали о Воргерах.

— Асано, — сказала Арелла, — пока вы не дадите культистам сбежать с астральным пространством, мне все равно, если вы переедете туда и откроете ларек с жареными осьминогами. Просто убедитесь, что помните о приоритете.

Миру нужны такие люди, как ты

Миру нужны такие люди, как ты

Джейсон и его команда готовились к переходу в астральное пространство, хотя некоторые приготовления были важнее других.

— Я просто не могу сделать так много кристальной промывки, — сказал Джори. — Большая часть моей мастерской сейчас занята изготовлением чудодейственных зелий низшего ранга.

— Мы проведем в том месте месяцы, выслеживая этих мерзких тварей, — ответил Джейсон. — Их там сотни.

— Твой облачный дом использует кристальную промывку эффективнее, чем если просто выливать её себе на голову, верно?

— Да, — неохотно признал Джейсон. — Она добавляет разбавленное количество в душ.

— Вот и отлично. Послушай, я отложу несколько заказов и дам тебе всё, что смогу, но больше у меня просто нет.

— Это всё, о чем я могу просить. Спасибо, приятель. Белинда сказала тебе, что перед уходом мы устраиваем большую прощальную барбекю-вечеринку, да?

— Сказала.

— Ну, тогда ладно. Пора идти.

Джори и Джейсон вышли через приемную, куда как раз входил Верховный Жрец Целителя.

— Мистер Асано, мистер Тиллман, — поприветствовал он.

— Верховный Жрец, — ответил Джейсон, прежде чем направиться к выходу.

— Если у вас есть минутка, мистер Тиллман, — сказал Верховный Жрец, — я хотел бы обсудить с вами кое-что.

— Конечно, — ответил Джори, провожая Верховного Жреца в комнату отдыха в глубине помещения. — Могу я предложить вам прохладительные напитки, Верховный Жрец?

— Благодарю, я откажусь.

— Вы уверены? Квадратики из морозного перца от Джейсона нельзя пропустить.

— Хорошо, — согласился Верховный Жрец, и Джори поставил завариваться чай, выкладывая на тарелку несколько сладких ломтиков из холодильника.

— Причина, по которой я пришел к вам сегодня, — обсудить будущее здешней клиники, — сказал Верховный Жрец.

— О? — настороженно отозвался Джори.

— Целитель чрезвычайно доволен тем, чего вы здесь достигли. Он считает, что вам пора подумать о том, чтобы обучить кого-то, кто сможет взять управление на себя, и двигаться дальше.

Джори нахмурился.

— Вы пытаетесь выгнать меня из моей собственной клиники? Я осознаю и ценю, что Целитель освятил её, но это не дает вам права заставлять меня уйти.

— Вы неправильно меня поняли, мистер Тиллман, — сказал Верховный Жрец. — То, что вы сделали здесь, изучая местные ресурсы и находя лучшие способы создания эффективных и доступных лекарств, — радость для моего бога. В церкви много алхимиков, но ваша преданность тем, кто больше всего нуждается, а не тем, кто может больше всего заплатить, наполняет его восторгом. Он хочет, чтобы вы сделали это снова и научили других поступать так же. Мы хотим, чтобы метод Тиллмана распространился по всему миру, и мы предоставим вам всё финансирование и ресурсы, которые вам могут понадобиться.

Джори посмотрел на Верховного Жреца, затем вернулся к завариванию чая, обдумывая сказанное священником. Он разлил чай по чашкам и принес их вместе с тарелкой ломтиков.

— Не знаю, как на это ответить, — сказал Джори. — Не уверен, что у меня достаточно опыта, чтобы учить других.

— Ваша скромность делает вам честь, мистер Тиллман. Это правда, у вас нет навыков мастера-алхимика, но вы далеко не некомпетентны, и мы поможем вам развить ваши способности. Однако для моего бога важно не ваше мастерство, а ваш образ мышления. Алхимиков мы можем подготовить; нам нужно ваше видение. Ваше видение.

— Я… Я никогда не задумывался о чем-то подобном. В смысле, целый мир?

— Миру нужны такие люди, как вы, мистер Тиллман. И мы бы очень хотели отдать вас ему.

Джори рассеянно откусил кусочек кондитерского изделия, погрузившись в раздумья. Верховный Жрец сделал то же самое, ожидая, пока Джори всё обдумает.

— О, а это довольно вкусно, — заметил священник.

Джори взял паузу, чтобы собраться с мыслями, пока священник с аппетитом поглощал свой ломтик так быстро, как позволяли приличия.

— Почему сейчас? — спросил Джори, когда священник вытер пальцы салфеткой. — Приближается нашествие монстров, а по всему миру бегают сумасшедшие культисты. Кажется, не лучшее время для нового начинания.

— Если ждать, пока всё станет идеально, — сказал священник, — вы никогда ничего не сделаете. Мы наблюдали за вами, мистер Тиллман, в ходе ваших недавних и стремительных изменений обстоятельств. Сначала вы смогли построить новое учреждение, затем получили публичное одобрение моего бога и поддержку нашей церкви. Теперь ваше новое предприятие с чудодейственными зельями уже приносит богатство.

— Значит, это потому, что у меня больше ресурсов?

— Нет, мистер Тиллман. По сравнению с нашей церковью, масштаб ваших ресурсов и операций незначителен. Важен характер. Что вы сделали после того, как превратились из борющегося алхимика, пытающегося помочь людям, в обеспеченного и уважаемого члена общества? Вы стали работать ещё усерднее, чтобы помогать людям. Больше исследований по расширению ассортимента дешевых лекарств. Наем людей для работы на производстве, чтобы расширить операции без ущерба для качества обслуживания. Мы наблюдали, мистер Тиллман, и нам нравится то, что мы видим. Вы заняли место в сердце моего бога.

Джори выглядел неловко и смущенно, пытаясь подобрать подходящий ответ.

— Спасибо?

— Нет, мистер Тиллман, спасибо вам.

Священник встал.

— Подумайте над нашим предложением, мистер Тиллман. Когда будете готовы обсудить это дальше или если у вас возникнут вопросы, не стесняйтесь найти меня.

Развернувшись, чтобы уйти, священник помедлил, глядя на тарелку на столе и оставшиеся ломтики.

— Можно мне взять один?

* * * Джейсон смотрел на боевую робу, висевшую на стойке. В основном она была сделана из чешуйчатой матово-черной кожи призрачных змей с серой кожаной отделкой. Она была темнее его нынешней боевой робы, сохраняя серо-черную расцветку, но меняя её местами: черный цвет перешел с украшений на основной материал. Она сохранила гладкие, ниспадающие линии, подчеркнутые чешуйчатой текстурой змеиной кожи. Казалось, она сочетает в себе прочность и гибкость в пропорции, которая его очень устраивала.

— Я знаю, что вы были довольны своей существующей боевой робой, — сказал Гилберт, — поэтому я не стал слишком сильно отходить от этого дизайна. Тем не менее, я воспользовался кожей призрачной змеи, которую вы предоставили, и смог подогнать наряд под ваши личные нужды, а не делать вещь «как из магазина». Я добавил кожу болотной гидры к шкуре призрачной змеи, а подкладка сделана из шелка глубинного змея, который мне удалось достать. Это немного увеличило стоимость, но я уверен, что вы увидите, что затраты оправданы результатом. Эстетику я по большей части сохранил, хотя, очевидно, материал сделал результат темнее. Я разработал внешний вид так, чтобы он дополнял вашу знаменитую способность плаща.

Джейсон протянул руку, чтобы коснуться робы.

Предмет: [Роба Темной Гидры] (бронзовый ранг, эпический)

*Полный доспех, тщательно изготовленный вручную из кожи призрачной горной змеи и болотной гидры, на подкладке из шелка глубинного змея. (доспех, ткань/кожа).

Эффект: Повышенное сопротивление урону. Высокая эффективность против режущего и колющего урона, меньшая эффективность против дробящего урона.

Эффект: Быстрое восстановление повреждений. Может восстанавливаться после почти полного разрушения.

Эффект: Эффекты исцеления со временем имеют увеличенную силу и длительность.

Эффект: Повышает естественное сопротивление ядам. Способности, усиливающие сопротивление ядам, усиливаются.

Эффект: Оружие, созданное во время ношения робы, наносит [Яд призрачной змеи].

Эффект: Адаптируется под владельца в определенных пределах.

[Яд призрачной змеи] (периодический урон, яд, суммирующийся): Наносит постоянный некротический урон, пока яд не будет очищен. Дополнительные наложения имеют кумулятивный эффект.

— Берт, ты превзошел самого себя, — сказал Джейсон.

— Я стремлюсь угодить, мистер Асано.

— Тогда ты перевыполнил план, потому что я в восторге.

Учитывая потенциальное пребывание в течение нескольких месяцев в кишащем монстрами астральном пространстве, Джейсон и его команда рассчитывали достичь бронзового ранга во время своего пребывания. Был хороший шанс, что длительное пребывание заставит их пропустить нашествие монстров, но месяцы в магически насыщенном астральном пространстве будут похожи на личное нашествие монстров, которое никогда не заканчивается. Поскольку в астральном пространстве было мало торговых точек, они закупали снаряжение сейчас. Каждому из них понадобится хотя бы базовое снаряжение бронзового ранга, чтобы максимально использовать свой новый ранг.

Расходы Хамфри были незначительными, так как он призывал своё самое важное снаряжение. Поскольку он был из богатейшей семьи, он взял на себя расходы на большую часть общего запаса расходных материалов команды. В основном это были зелья исцеления и маны как бронзового, так и железного ранга. Вместо того чтобы идти к Джори, он в основном покупал дорогостоящие, высокоэффективные зелья в торговом зале.

Он купил запас чудодейственных зелий у Джори, хотя это было зелье, требующее долгого приготовления и малых партий. Джори выделил им всё, что мог, позволив Обществу искателей приключений связаться со своей обширной базой клиентов, чтобы объяснить, почему возникли задержки в поставках. Большинство клиентов чудодейственного зелья находились далеко, но спрос был высоким.

Софи и Белинда, но в основном Софи, заработали немного денег на приключениях. К этому они добавили «заначку», предназначенную для финансирования их побега из города. Софи приобрела доспех, сделанный из остатков кожи призрачной змеи, хотя дизайн отличался от Джейсонова. Она предпочитала облегающий, но всё ещё гибкий наряд, в данном случае с хитиновыми пластинами, дополняющими змеиную кожу там, где не требовалась гибкость. Это обеспечивало дополнительную защиту критических зон, выглядя для Джейсона как сексуальный тактический доспех.

У Белинды были некоторые расходы, так как её способности смены ролей требовали базового снаряжения для разных ролей, включая жезлы, легкий доспех, тяжелый доспех, лук, щит и набор оружия ближнего боя. Этот вид снаряжения был вне сферы её знаний, поэтому Гэри выступил в качестве её эксперта-проводника. Он помог ей подобрать надежное базовое снаряжение по хорошим ценам, следя за тем, чтобы ей не подсунули ерунду.

У Белинды также были свои фамильяры, которые должны были повысить ранг на каком-то этапе, но у неё не было столько денег, сколько было у Джейсона во время их поездки на рынки Джаяпуры. У неё хватило материалов только на то, чтобы призвать своих фамильяров один раз на бронзовом ранге.

У Клайва и Нила были предметы роста, благодаря усилиям Клайва во время их первой поездки в астральное пространство. Как и в случае с повторным призывом фамильяра, ритуал возвышения до бронзового ранга, который требовался каждому из них, сопровождался дорогостоящими требованиями к материалам.

Из всей команды у Джейсона дела с расходами обстояли хуже всего, хотя он не жаловался. Его предметы роста и фамильяры были благословением, которому многие искатели приключений завидовали и завидуют. Он твердо верил, что каждая монета, потраченная на них, была полностью оправдана.

Джейсон потратил огромную часть своих денег на материалы для призыва своих фамильяров, которые были его главным приоритетом. По сравнению с его снаряжением, они были его союзниками, ценными и важными. Ничто в сознании Джейсона не имело приоритета над тем, чтобы дать им всё, что он мог, после той поддержки, которую они оказали ему. Их утешительное присутствие в его душе было благом во время его восстановления, и без Колина, особенно, возможно, не было бы души, которую нужно восстанавливать.

Он убедился, что у него достаточно материалов, чтобы призвать их на бронзовом ранге и призвать их снова, если с ними что-то случится. Поскольку Общество искателей приключений предоставило материалы для ритуала повышения ранга Колина, у него было достаточно, чтобы призвать уже бронзового монстра-пиявку ещё два раза.

Между этими материалами и тем, что он потратил, вкладывая ресурсы в свой облачный дом, он в значительной степени исчерпал свои средства. Если бы не огромное денежное вознаграждение за финальный квест перед тем, как его система квестов исчезла, у него возникли бы проблемы с покупкой чего-либо.

К счастью, он мог создать своё собственное оружие, сэкономив на этом. Он ограничился улучшенными версиями своего существующего доспеха и сапог, любезно предоставленными Гилбертом и Филбертом соответственно. Поставка основного материала для его доспеха также снизила стоимость, хотя он оставался премиальным продуктом с премиальной ценой. Помимо этого, Джейсон купил большой запас дешевых расходных материалов, в основном зелья у Джори и большой запас метательных дротиков, которые он использовал.

Его последней заметной тратой была пара книг навыков. Это были распространенные темы, поэтому не слишком дорогие. Одна охватывала основы алхимии, а другая — артефакторику, создание магических предметов. Они не дали ему мастерства Джори или человека, который поставлял ему дротики. Они были запасным вариантом на случай, если он сможет собрать материалы для каких-то расходных материалов, но не будет мастера-ремесленника. Больше, чем сами книги, стоили базовые инструменты для артефакторики и алхимии.

Джейсон с опаской относился к использованию книг навыков снова, после того как в прошлый раз это вызвало флешбэки. К счастью, использование книг железного ранга оказалось менее стрессовым, чем книга бронзового ранга, которую он использовал ранее, и не вызвало никаких флешбэков.

* * * В конференц-зале рядом с офисом директора Общества искателей приключений команда Джейсона выстроилась в ряд, сидя вдоль одной стороны стола. Напротив них сидела Элспет Арелла.

— Семья Кавендиш отказалась позволить Бет Кавендиш и её команде присоединиться к вам, — сказала Арелла. — В первый раз погибло много способных искателей приключений, а это были недели, а не месяцы. К тому же там не было культистов Строителя, с которыми нужно было бороться.

— Тогда кто будет привлечен, чтобы дополнить нас? — спросил Джейсон.

— Было некоторое обсуждение этого, — сказала Арелла. — Как только мы поняли, что фамильяр Хамфри займет одно из доступных мест, мы рассматривали возможность привлечения команды из четырех человек из-за пределов города. Однако в конечном итоге мы решили, что ваша команда пойдет одна. При условии, что вы всё ещё готовы на это.

— Конечно, готовы, — твердо сказала Софи. Джейсон и Арелла, возможно, и достигли дружеского перемирия, но Софи всё ещё затаила обиду из-за попытки Ареллы продать её Люциану Лампри.

— Вам удалось выяснить, какие люди остались позади, когда закончилось испытание? — спросил Клайв.

— Удалось, — ответила Арелла. — Все местные, никто из тех, кого Бахадир привез извне. Мы изучали их семьи и другие связи. Для большинства из них их команды думали, что они мертвы. Если ваш фамильяр прав насчет того, что они всё ещё живы, но остались позади, значит, у нас есть наши культисты.

— Насколько они способны в бою? — спросил Хамфри.

— Не очень, — сказала Арелла. — Прилично по меркам Гринстоуна, но мы все знаем о мерках Гринстоуна. Однако опасность, которую они представляют, нельзя недооценивать. Учитывая количество времени, которое они там провели, они почти наверняка уже бронзового ранга. У них также есть численное преимущество. Если все тринадцать всё ещё живы, это лучше, чем два к одному против вас.

— Лучше всего будет выждать, как только мы туда попадем, — сказал Нил. — Довести кого-то из наших до бронзового ранга, прежде чем вступать с ними в бой.

— Проблема в том, что мы не знаем, сколько у нас времени, — сказал Клайв. — Мы не знаем точно, что они там делают и как они это делают.

— Что ж, узнать это — будет нашей задачей, — сказал Джейсон.

— Мы можем предложить вам одно возможное преимущество, — сказала Арелла. — У всех, кто отправился в астральное пространство, проверяли ауры. Мы не могли проверить на наличие звездных семян конкретно в тот момент, но любого, у кого аура не совпадала с существующей записью, исключали.

— Значит, культ, вероятно, отправил людей, у которых не было семян, — сказал Хамфри.

— Да, — подтвердила Арелла. — Это означает, что если кто-то из них ещё не достиг бронзового ранга, их следящие камни всё ещё будут работать, если вы возьмете их с собой в астральное пространство. Однако если они все достигли бронзового ранга, изменение их ауры нивелирует силу камней. Искателям приключений нужны новые значки на каждом ранге не просто так.

— Но камни всё равно должны показать нам, живы они или мертвы, — сказал Клайв. — Это уже что-то. Астральное пространство Ордена Жнеца — опасная зона, и некоторые или все они вполне могли погибнуть.

— Это был бы самый удачный результат, — сказала Арелла. — В каких бы обстоятельствах вы ни оказались, ваша конечная цель остается прежней: выяснить, что они делают, и остановить это. Это та самая исключительно редкая миссия железного ранга с тремя звездами. Мы не можем предсказать ситуацию, поэтому детали того, как вы будете действовать, решать вам.

— Доверьтесь тем, кто на месте, — сказал Хамфри.

— Именно так выразилась ваша мать, да, — сказала Арелла. — Она очень верит в вас.

— Звучит всё же опасно, — сказала Белинда.

— Всё равно шансы лучше, чем те, что были год назад, — сказала ей Софи. — Мы только что попали под защиту Вентресс, а Сильва дышал нам в затылок.

Софи повернулась к Арелле.

— Есть новости о Сильве?

Джейсон знал, что длительное тюремное заключение — редкая форма наказания в его новом мире. Наказание было более немедленным, часто через штрафы и конфискации для богатых, или кабальное служение для бедных. Для могущественных людей лишение доступа к услугам, таким как Магическое общество и Общество искателей приключений, могло быть очень вредным. Казнь также была доступна за более тяжкие преступления.

— Да, — сказала Арелла. — Он будет возвращен сюда. Лампри будет отправлен в свой родной город. Оба получат скелетное подавление.

Клайв тихо присвистнул, в то время как Хамфри и Нил поморщились. Это не было формой наказания, о которой слышал Джейсон.

— Что такое скелетное подавление? — спросил он.

— Это как ошейник подавления, — сказал Клайв. — Только вместо ошейника магия вписывается прямо в скелет. Постоянная потеря сил. Это невероятно инвазивная и болезненная процедура, основанная на техниках некромантии. Это спорное наказание, которое многие, включая церковь Целителя, считают, что нужно запретить.

— Обычно это всё равно смертный приговор, — сказал Нил. — Люди, получающие такое наказание, обычно имеют врагов. Как только их отпускают без всякой силы, эти враги быстро их настигают.

— Мне подходит, — сказала Софи. — Я как раз тот враг, который хотел бы его настичь.

— А что насчет культиста, которого я поймал? — спросил Джейсон, принудительно меняя тему. — Он выложил что-нибудь полезное?

— Континентальный совет Общества искателей приключений прислал людей, чтобы поработать с ним, — сказала Арелла. — Они делают это прямо сейчас и пока не много мне рассказали. Они сказали, что среди культистов Строителя, похоже, есть осведомленность о вас, Джейсон. Они называют вас Отвергающим.

— Это не крутое прозвище, — сказал Джейсон. — Они могли бы выбрать что-то более потрясающее, вроде «Непокорный» или «Капитан Потрясающий».

— Ты правда хочешь, чтобы люди называли тебя Капитан Потрясающий? — спросила Софи.

— Разве не все этого хотят?

— Этот разговор официально пересек мой порог идиотизма, — сказала Арелла, вставая. — Собрание окончено.

Я очень ценю трусость

Я очень ценю трусость

По мере того как команда Эмира приближалась к открытию портала, было принято решение переместить команду Джейсона на объект под озером. Постоянная доступность Джейсона была бы полезна для финального рывка по открытию портала, и команда должна была быть готова к отправке. Они не были точно уверены, когда исследователи Эмира наконец добьются успеха; команда должна была быть упакована и ждать.

Даже если они преодолеют опасности и благополучно вернутся из астрального пространства, пройдут месяцы, прежде чем они снова увидят семью и друзей. За день до этого в парковом районе прошла большая барбекю-вечеринка. Друзья и семья прибыли, чтобы попрощаться перед более личными прощаниями, которые состоятся на следующее утро.

Поскольку он был организатором, Джейсон улыбался, пожимая руки и болтая с друзьями, которых он завел за большую часть последнего года. Даниэль Геллер сказала ему присматривать за её сыном, но также и за собой. Мать Нила отчитывала его за то, чтобы он не втягивал её мальчика ни в какие неприятности.

Мероприятие началось до обеда, продолжилось днем и перешло в вечер, когда барбекю снова разожгли для ужина. В течение дня Джейсон незаметно ускользал, наблюдая издалека или бродя в одиночестве по красивым садам паркового района. Джейсон завел близких, замечательных друзей, но, наблюдая за ними с их семьями, он вспоминал, что знал каждого из них не дольше года.

Мощная и контролируемая аура Джейсона позволяла ему эффективно скрывать свое внутреннее смятение от большинства присутствующих. Серебряный ранг должен был бы грубо исследовать его ауру, а золотые ранги следовали приличиям и держали свои ауры в состоянии неинтрузивной готовности к опасности, не зондируя окружающих. Это было верно для всех, кроме Арабель. Её чувствительная и мощная аура бесстыдно, хотя и тонко, изучала состояние Джейсона. К её удивлению, Джейсон почувствовал её вторжение и посмотрел на неё безэмоциональным взглядом.

Во время одного из коротких исчезновений Джейсона она послала Гэри за ним, а не пошла сама. Большой леонид также был одним из немногих, у кого не было семьи; даже у жаждущего странствий Эмира была там внучка. Софи и Белинда были другими, но эта пара годами считала друг друга своей единственной настоящей семьей.

Парковый район представлял собой сочетание открытых травянистых пространств и тематических садов. Гэри нашел Джейсона, сидящего в одиночестве в небольшой беседке в саду, который искусно демонстрировал наиболее привлекательную флору дельты. Это было похоже на уменьшенную версию поместья Геллеров.

— Кажется, мы давно не виделись, — сказал Гэри, садясь рядом с Джейсоном. — Даже когда я живу в твоем плавучем доме.

Реакция Руфуса на смерть Фарры была громкой и немедленной. Скорбь Гэри по их подруге была медленнее, тише, вызывая более длительные изменения. Он стал более трезвым и замкнутым, и всё ещё сохранялась неопределенность насчет его команды, теперь состоящей только из него и Руфуса. Фарра была клеем, удерживающим их трио вместе, и в её отсутствие они особо не приключались вдвоем. Руфус выплескивал свой гнев через серию одиночных охот на монстров, в то время как Гэри погрузился в ремесло.

Гэри был старше Руфуса и Фарры; как и Джори, он провел большую часть своего времени на железном ранге, занимаясь своей профессией оружейника. После смерти Фарры он отступил обратно в свою профессию, используя стук молота по стали и жар кузницы, чтобы успокоить мысли в голове. Это был медитативный процесс, пока он создавал одно оружие за другим.

Руфус делил свое время между проектом пристройки академии с семьей Геллеров и расследованием деятельности культа Строителя. Гэри, в свою очередь, провел большую часть последних месяцев, работая с Магическим обществом над конструктами культа Строителя, ища эффективные способы борьбы с тем, что казалось основной боевой силой культа.

Гэри сделал для Джейсона оружие, которое было бы эффективно против врагов-конструктов. Его последующая работа не разделяла той же заботы и времени, что ушли на меч Джейсона, вместо этого фокусируясь на объеме. Оружейный рынок Гринстоуна стал наводнен анти-конструктным оружием, которое было недорогим и надежным.

Постепенно пара начала снова сближаться. Руфус обратился к Гэри за помощью в строительстве своего тренировочного комплекса. Это была не высококвалифицированная работа, и это мог быть любой приличный кузнец, но Гэри взялся за задачу с энтузиазмом.

Совсем недавно, когда команда Джейсона собиралась войти в астральное пространство, они объединились, чтобы помочь команде подготовиться. Руфус рассказал им всё, что они знали о культе, а Гэри — всё, что они знали об оружии культа. Любое преимущество, которое они могли получить над культом или их монстрами-конструктами, могло стать разницей между жизнью и смертью. Гэри также помог команде подготовить снаряжение для бронзового ранга. Белинда получила больше всего помощи, закончив с рядом личных творений Гэри по очень дружественным ценам.

Джейсон и Гэри сидели вместе в беседке.

— Ничто не кажется правильным, когда её нет, верно? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Гэри. — Как будто я жду, когда всё вернется в норму, хотя оно уже вернулось. Мне просто не нравится, что в этой норме есть большая дыра в форме Фарры. Я даже не знаю, когда моя команда стала такой большой частью того, кто я есть, но кажется, что часть меня ушла вместе с ней.

Джейсон не мог найти слов, чтобы поддержать его, которые не звучали бы банально, поэтому вместо этого он коротко прислонился к большому мужчине, простой жест солидарности.

— Она бы гордилась тобой, знаешь ли, — сказал Гэри. — Тем искателем приключений, которым ты стал.

— Я был таким вредным с ней, — сказал Джейсон с грустным, ностальгическим смехом. — Читать ей морали, когда я сам ничего не знал. Она, должно быть, думала, что я избалованный ребенок.

— Дело в детях, — сказал Гэри, — в том, что они невинны. Она не хотела, чтобы ты это потерял.

— Не думаю, что мне это удалось, — сказал Джейсон. — На моих руках теперь много крови.

— Арабель сказала мне, что нет особой ценности в том, чтобы смотреть на вещи, которые мы сделали, — сказал Гэри. — В конце концов, всё, что может сделать прошлое, — это помочь нам решить, что мы будем делать дальше. Вот что важно.

Джейсон кивнул. Он был не единственным, кого мать Руфуса провела через темные времена.

— Что дальше для тебя? — спросил Джейсон Гэри.

— Ну, Руфус здесь на некоторое время, с тренировочным комплексом, которым он занимается. Наш контракт с Эмиром фактически закончился с тех пор, как он приехал. Я думал, может, пора вернуться домой, помочь им пережить нашествие монстров. Домой, домой, не в Витесс.

— У тебя семья дома?

— Да, я с ними очень близок, — сказал Гэри. — Стать искателем приключений действительно помогло им, и я смог отправить домой эссенции для многих из них. Но это также держало меня вдали от них. Думаю, пора вернуться на некоторое время.

— Я растратил свою семью, — сказал Джейсон. — Я видел только свою сестру. Она намного старше меня и брата и не особо росла с нами. Она жила рядом со мной с мужем и маленькой дочкой и пыталась наладить отношения между мной, мамой и братом. Я не понимал, что теряю, отказываясь отпустить прошлое. Не до тех пор, пока не приехал сюда и у меня больше не было выбора.

— Как только закончишь с астральным пространством, можешь приехать навестить мою семью, — сказал Гэри. — Получишь всю материнскую заботу, о которой только можешь просить, и даже больше.

— Мне бы это понравилось, — сказал Джейсон. — Наш план — отправиться в Витесс, когда вернемся. Но мы остаемся сосредоточенными на задаче перед нами.

— Так и должно быть, — сказал Гэри. — Дорожи своей командой, Джейсон. Приключения — опасное дело, и тебе предстоит столкнуться с такой опасностью, которую может предложить эта работа.

* * * Каждый член команды Джейсона прошел через свои прощания. Для Хамфри это было почти формальное дело. Геллеры отправляли своих молодых людей в жизнь приключений сотни лет, и Хамфри чувствовал груз всех их, когда занимал свое место среди этой традиции. Все члены его семьи присутствовали, чтобы пожелать ему удачи. В семье могли быть различные фракции, но приключения были священным долгом для всех них.

Для Нила и Клайва их проводы также были большими семейными делами. Несмотря на все различия в статусе фермеров-угреводов и аристократии среднего звена, каждый переживал странно похожие обстоятельства в одно и то же время. Их семьи собрались в шумном праздновании, и оба были окружены заботой своих матерей. Оба также были предупреждены не «позволять этому парню Асано втянуть вас в неприятности».

— Мам, — сказал Клайв. — Я хорошо знаю Джейсона. Я знаю вещи, через которые он прошел, и вещи, которые он сделал. Ты сама встречалась с ним, много раз. Ты разговаривала с ним вчера.

— Он кажется милым мальчиком.

— Тогда почему ты всегда думаешь, что что-то, что тетя Хелен услышала от какого-то парня, каким-то образом более надежный источник информации, чем я?

* * * Пока те, у кого были семьи, прощались, Белинда провела свое последнее утро с Джори. Софи бродила по улицам Старого города, бесцельно и в одиночестве. Как и у Джейсона, у неё не было семьи, но не было и его способности заводить таких быстрых друзей. Со своей внешностью она всегда была хороша в привлечении внимания, но с её обстоятельствами это редко было желанным.

Если бы не Белинда, она была бы совершенно одна в мире. У неё не было семьи, по крайней мере, она о такой не знала. Она даже не знала названия города, в котором родилась; отец привез их в Гринстоун после смерти матери, когда она была маленькой девочкой.

До откровения, что боевые искусства, которым учил её отец, были наследием какого-то древнего ордена убийц, она никогда не интересовалась своим происхождением. Теперь она ждала расследования Эмира о её прошлом, интересуясь результатами так же сильно, как и он.

Идея о том, что известный охотник за сокровищами помогает ей найти её прошлое, была одной из многих странных вещей, которые произошли из-за попадания в сферу влияния Джейсона Асано. Он перевернул многое из её понимания и опыта. Внезапно она оказалась в окружении людей, которые не пытались забрать всё, что могли, потому что им это было не нужно. У них это уже было. Она всегда презирала богатых и могущественных, но пребывание среди них дало ей незнакомое ощущение людей, которые не хотели от неё ничего, кроме общения. Она могла быть другом и союзником, а не инструментом или объектом вожделения.

В Асано была странная харизма, которая влияла на окружающих его людей. Казалось, он мог нивелировать социальную иерархию одной лишь силой личности, ставя фермеров и воров плечом к плечу с принцами и дворянами. Это привело её в странный мир возможностей, который даже сейчас казался хрупким, как будто его можно было отобрать в одно мгновение.

С порывом воздуха, который напугал окружающих, она подпрыгнула на крышу и села на край. Её пространственная сумка имела форму жилета, из которого она достала конверт, потертый от частого использования. Внутри был её контракт о кабальном служении; это был символ шести месяцев, в течение которых она была якобы порабощена, но получила свободу и возможность. Этот период превратил её из отчаяния и безнадежности в мир потенциала. Она повертела конверт в руках, глядя на него, не открывая, прежде чем убрать его снова.

У неё теперь было больше друзей, чем она знала, что с ними делать. Хамфри, праведный и добрый, с непоколебимым чувством ответственности. Клайв, умный, как Белинда, но наполненный мальчишеским любопытством. Нил, чья разумная практичность вписалась бы в большинство мест, но выделялась в группе экстремальных личностей. Затем был Джейсон. Странный и непредсказуемый, но также свирепый и принципиальный. Способный причинять ужасные ужасы, но готовый пойти на многое, чтобы помочь не только другу, но и незнакомцу.

Её чувства к Джейсону были сложными. Он был притягательным, но бесил. Умный, но глупый; наивный, но также хитрый. Он скрывал свои достоинства и с гордостью объявлял о своих недостатках. Казалось, у него не было ни гордости, ни чести, но она пришла к пониманию, что он полон собственных версий того и другого.

Всё чаще она ловила себя на мысли, что он думает о ней. Дружба? Жалость? Он всегда держал определенную дистанцию, болезненно осознавая контракт о кабальном служении. Казалось, он не понимал, до какой степени превратил его из клетки в инструмент освобождения, несмотря на то, что это был его план с самого начала.

Она знала, что она не та, кто его привлекает в женщинах. Она видела его с его возлюбленной, Кассандрой, и его флирт с сапфироволосой принцессой-селестиной. Его привлекали знойные, социально агрессивные женщины, а не те, кто был отстраненным и обычным типом агрессивным.

Она чувствовала его взгляд время от времени, но также чувствовала, как он пытается быть уважительным. Он знал вещи, через которые она прошла, и типы мужчин, которых она знала. Он был почти до бешенства другим по сравнению с мужчинами, которые преследовали её большую часть жизни.

В некотором смысле Джейсон напоминал ей Джори. Долгое время Джори был единственным приличным мужчиной в жизни её и Белинды. Даже насчет старика Сильвы, чьей защитой она наслаждалась годами, у неё не было иллюзий. Он говорил ей, что считает её дочерью, но относился как к питомцу. Как и многие властные мужчины, он смотрел на других людей как на собственность.

В то время как Белинду привлекали доброта и щедрость Джори, Софи больше притягивали умные, игривые мужчины. Однако в её мире такие мужчины неизбежно оказывались хищниками, и не один любовник усвоил на горьком опыте, что она не добыча.

Она встала, используя свои силы, чтобы взобраться на самое высокое здание в районе и посмотреть на Старый город. Большую часть жизни это был весь её мир, и она задавалась вопросом, когда он начал казаться таким маленьким. Теперь одного мира было уже недостаточно. Скоро она отправится в потусторонний город древних убийц и амбициозных культистов.

Она проверила свои часы, которые были раздражающе дорогими, но дешевые имели тенденцию отставать в её пространственной сумке. Она рассмеялась, думая о том, какие проблемы у неё теперь, по сравнению с тем, когда она жила на улицах внизу. Её мысли вернулись к Джейсону.

Джори хотел помочь ей, но Джейсон был тем, кто нашел способ. Он посмотрел на её, казалось бы, непреодолимые проблемы и перешел от охоты на неё к трансформации её мира без другой причины, кроме того, что она была ему нужна. Он сделал это перед лицом её подозрений и враждебности, и он сделал это так тщательно, что это переписало всё её будущее. Она подумала о его самодовольном, ухмыляющемся лице, озорной улыбке и призналась себе.

— Черт возьми, — пробормотала она.

* * * Джейсон и его команда переместились в странную, разрушенную деревню на дне озера, вода давила на магический купол над ними. В то время как Эмир поддерживал дворец на поверхности озера наверху, Джейсон установил свой облачный дом под куполом. Вместо адаптивной версии, которую он использовал, он попробовал более показную версию. Результат — большое двухэтажное здание с теми же красивыми цветами заката, что и у облачного дворца, не будучи при этом таким огромным и грандиозным. Ему приходилось возвращать его во флягу перед каждой попыткой открытия портала, иначе ему пришлось бы оставить его позади.

Джейсон пригласил Джори, и тот решил присоединиться к ним, пока они не уедут, чтобы провести несколько дополнительных дней с Белиндой. Команда даже предложила ему шанс поехать с ними. Немало искателей приключений ухватились бы за это предложение, но он твердо отказался. Одной поездки в астральное пространство было достаточно, чтобы подтвердить Джори, что он целитель и алхимик по выбору, а искатель приключений — только по необходимости.

Арка, которую они использовали для входа в астральное пространство, всё ещё была там, гладкий обсидиановый объект, который выглядел почти так же, как способность Джейсона «теневые врата». Арка теперь была окружена самой большой и сложной магической диаграммой, которую когда-либо видел Джейсон. Несколько раз в день Клайв выводил Джейсона, чтобы попытаться активировать портал с последней перестановкой диаграммы.

Когда дни превратились в неделю, Джейсон привык к тому, что его сила угасает. Когда это наконец сработало, он был почти поражен. Линия темной энергии появилась в основании арки, поднимаясь вверх, чтобы заполнить арку и установить портал. Пока он смотрел, глаза Эмира блеснули триумфом, и он поздравил свою команду, которая стояла вокруг с Клайвом, празднуя успех.

Остальная часть команды была в режиме ожидания для каждой попытки и быстро собралась вместе.

— Джейсон и я пойдем первыми, — сказал Клайв, — так как у нас больше шансов вернуться, если что-то пойдет не так. Остальные быстро следуйте за нами, так как мы не знаем, как долго портал останется стабильным.

— Мы все обсудили, что делать, если нас разделят, — добавил Хамфри. — Если вы окажетесь одни на той стороне, вы знаете, что делать.

Джейсон перевел взгляд на Эмира, пытаясь передать всю благодарность, которую он чувствовал, простым кивком, получив в ответ улыбающийся кивок Эмира. Он сделал укрепляющий вдох, затем шагнул через портал, практически подтолкнутый Клайвом, который последовал сразу за ним. Хамфри и Сташ были следующими, за ними Нил, все осторожно пробираясь через магическую диаграмму на полу. Софи посмотрела на Белинду, обнимающую Джори.

— Ты слышал человека, — сказала Софи. — Не задерживайся.

Софи сама пробралась через комнату, оглянувшись перед тем, как шагнуть через теневые врата.

— Я знаю, ты всё ещё думаешь о том, что просил тебя Целитель, — сказала Белинда Джори, перемещая руки с его талии на его шею. Он открыл рот, чтобы заговорить, но она положила руку ему на рот.

— Тебе нужно перестать думать и просто сделать это, — сказала она. — Я не хочу вернуться и найти тебя там, где оставила, Тиллман.

Глаза Джори сверкнули, и она убрала руку.

— Да, мэм.

Она подарила ему долгий поцелуй и направилась через круг к порталу, когда он окликнул её.

— Береги себя!

— Не волнуйся, — сказала она, одарив его улыбкой. — Я очень ценю трусость.

— Я слышал, Джейсон говорил то же самое, — сказал он ей. — И он большой, толстый лжец.

Она шагнула через портал, и улыбка сползла с лица Джори. Он вздохнул, затем посмотрел на купол над собой, сдерживающий всю воду.

— Как мне выбраться отсюда?

Могущественнее, чем мы предполагали

Могущественнее, чем мы предполагали

В своем скрытом логове в руинах поместья Вейн лидер местного культа Строителя, Зато, был в ярости. Один из культистов использовал силу изменения камня, чтобы построить комнаты в подземной пещере, из которых личные покои Зато были самыми большими.

Тимос, который дослужился до его заместителя, пережидал ярость. Он знал, что, хотя Зато казался поглощенным яростью, как только он справится со своим гневом, он будет готов принимать более взвешенные решения. На данный момент, однако, он проклинал стены. Предметом его бессвязного ворчания был Джейсон Асано.

Это имя теперь терзало умы культистов; сама мысль о том, что кто-то сопротивляется силе Строителя, вызывала дрожь у каждого культиста со звездным семенем. Как добровольцы, они отдали лишь часть своей воли Строителю, по сравнению с полным захватом, которому подвергались невольные субъекты. Тем не менее, у них была прямая связь с невообразимой необъятностью силы Строителя. Мысль о том, что кто-то противостоит этой силе, наполняла их ужасом.

Самым раздражающим было то, что культ даже не был ответственен за создание Отвергающего. Киллиан Лоран казался бесценным союзником в вывозе ресурсов культа из города во время чистки. Дать ему то, что нужно, чтобы подчинить другого человека контролю Строителя, казалось небольшой ценой, учитывая, что у него уже было звездное семя.

Результаты этой сделки были катастрофическими. Асано не только противостоял звездному семени, но ему позволили жить, что было таким же тяжким грехом, как и любой другой в культе. Результаты, от раскрытых агентов до деморализованных культистов, были достаточной демонстрацией того, почему. Обещание силы было тем, что привело так много людей в культ в первую очередь. Никогда не было недостатка в обездоленных людях, ищущих место, где можно принадлежать, и способ сбежать от бессилия своей жизни. Отвергающий был живой демонстрацией того, что сила Строителя не абсолютна, и он всё ещё бегал вокруг и создавал проблемы. Обычно тех невероятно редких немногих, кому удавалось каким-то образом пережить звездное семя, уничтожали, жестко и быстро.

Неудача Лорана убить Асано была лишь началом его предательства. Логистическая помощь, которую он оказывал культу, не была такой добросовестной, как они думали, будучи использованной в его собственных целях. Не у многих хватало смелости заключить сделку, а затем обмануть культ. Как оказалось, Лоран использовал чистку как прикрытие, чтобы подготовить свой собственный побег из города. Многие потери, которые культ понес во время чистки, были фактически скормлены Обществу искателей приключений самим Лораном, отвлекая внимание, пока он грабил богатство семьи Сильва. Теперь Лоран ушел с небольшим состоянием в деньгах и ресурсах, оставив культ и семью Сильва разбираться с последствиями.

Помимо деморализующего фактора самого существования Отвергающего, было влияние, которое он оказал на их операции. Было достаточно плохо, что он каким-то образом нашел путь в астральное пространство, до прорыва в которое им самим оставались ещё месяцы. Хуже было то, что Общество искателей приключений смогло использовать его, чтобы выкурить некоторых ключевых людей культа, всё ещё внедренных в Гринстоун. Более того, некоторые из раскрытых были взяты живыми. Ничего из этого не должно было быть возможным. Из той скудной информации, которую они собрали, прежде чем полностью разорвать свои контакты в Гринстоуне ради безопасности, следовало, что встреча Отвергающего со Строителем дала Асано некоторую силу, чтобы шокировать их звездные семена в бездействие достаточно надолго, чтобы подавить силу семени к детонации.

Было удачей, что Тимос, который способствовал большинству этих внедрений годы назад, был щепетилен в своих предосторожностях. Он управлял оперативниками культа небольшими группами, держа их изолированными друг от друга, а информацию — разрозненной. Никто из людей, внедренных в Общества искателей приключений и Магическое общество, не имел информации, которая могла бы критически повлиять на более крупные планы культа в случае раскрытия. Поток информации был односторонним, через сеть тайников.

Внедренные могли опознать Тимоса, но поскольку Тимос уже был раскрыт, это больше не было проблемой. Они также могли раскрыть самые основы плана по захвату астрального пространства Ордена Жнеца, но это тоже было уже в значительной степени раскрыто. Тимос держал их в неведении относительно деталей, не относящихся к их конкретным ролям, что сделало их раскрытие лишь ограниченным обязательством.

Самой большой потерей было то, что их самые ценные источники информации в городе были выкорчеваны. Директора Обществ искателей приключений и Магического общества прогнали всех ключевых чиновников мимо Асано, который начал выбирать их, как фрукты на рынке. Зато и Тимос смогли передать слово некоторым из своих людей, которые либо сбежали, либо превентивно детонировали себя. Но мертвы ли они, сбежали или взяты живыми, эти люди больше не снабжали культ информацией. Им пришлось предположить, что вся их информационная сеть тайников скомпрометирована, и они полностью её закрыли.

В конце концов Зато успокоился, заняв место на богато украшенном стуле, разграбленном из поместья наверху до того, как они его разрушили. Он выпустил долгий, медленный вздох, очищая остаточную ярость и снова беря себя в руки.

— Прости, что тебе пришлось это терпеть, — сказал Зато Тимосу. — Я считаю, что лучше выплеснуть весь гнев, чем позволить ему кипеть и компрометировать мое суждение.

— Понятно, — сказал Тимос. — Это ещё одна в длинной череде неудач, но это не компрометирует наш окончательный план.

— Команда искателей приключений проникла в астральное пространство, — сказал Зато. — Всё, что у нас там есть, — это несколько несеянных новобранцев. Ты видел отчеты о команде Отвергающего. Мне плевать, если у наших людей двойное численное преимущество или если они достигли бронзового ранга. Асано, Геллер и их команда разорвут их, как будто они из мокрой бумаги.

— Это не имеет значения; их задача выполнена. Маяк был установлен месяцы назад, и астральный туннель уже на пути к формированию. Наши специалисты по астральной магии здесь заверили меня, что на данный момент маяк не нужен. Пункт назначения туннеля зафиксирован. Отвергающий может бегать сколько угодно, брать наших людей живыми или даже уничтожить сам маяк. Они могли отправиться в астральное пространство месяц назад и всё равно опоздать, чтобы остановить нас. Если не найти нас здесь и не остановить туннель с этой стороны, нас никак не удержать от попадания в астральное пространство.

— Но они будут знать, что мы идем.

Зловещая улыбка заиграла на губах Тимоса.

— На самом деле, я позаботился о том, чтобы люди, которых мы отправили, верили, что маяк необходим для наших планов. Небольшая дополнительная мера предосторожности, которую я ввел. Асано и его команда могут идти вперед и уничтожить его, полагая, что это положило конец нашим планам. Это просто освобождает нас, чтобы войти неожиданно, как только туннель будет закончен.

Зато усмехнулся.

— Знаешь, я был одним из тех, кто смотрел свысока на твою осторожную натуру, — сказал он Тимосу. — И всё же ты был единственным, кто вообще представлял, что всё может пойти так плохо для нас. У тебя моя благодарность.

— Достаточно благодарности, чтобы позволить мне наконец убить Тадвика Мерсера? — спросил Тимос.

— Нет, — сказал Зато. — Мерсер знает Асано, что может быть полезно для нас.

— Думать, что Тадвик может быть полезен, — большая часть того, что привело нас сюда в первую очередь, — возразил Тимос. — Я уже подробно говорил с ним об Асано, но этот мелочный маленький подонок настолько предвзят, что я не доверяю ничему из того, что он мне дал.

— Мерсер будет жить, — твердо сказал Зато. — Почему бы тебе не применить этот свой осторожный ум и не посмотреть, не сможешь ли ты найти способ сделать Тадвика активом?

* * * Джейсон вышел из теневых врат. С его астральным сродством силы перемещения в измерениях давали ему приятный прилив сил. Казалось, это был более длительный переход, чем его предыдущий опыт порталов, или даже предыдущее использование портала, через который они только что прошли.

* Вы вошли в зону высокой магической насыщенности. Магические проявления будут происходить с увеличенной частотой.

У Клайва было другое мнение, которое он продемонстрировал, вывалившись из портала, упав на четвереньки и громко вырвав. Остальные последовали через портал в быстрой последовательности. Хамфри сам был опытным телепортом, но всё равно выглядел болезненно.

— Это было довольно грубо, — сказал он напряженным голосом.

Нил прошел через портал и оказался в том же состоянии, что и Клайв. Софи последовала за ним, сочувственно поморщившись при виде своих измученных товарищей по команде. Как и у Джейсона, у неё было астральное сродство, которое делало переход волнующим, а не вызывающим тошноту.

— Белинду отправили к одному из других входов? — вслух задался вопросом Хамфри. Взгляд вокруг был достаточен, чтобы увидеть, что они находятся на одной из портальных башен, которые окружали город снаружи.

— Не думаю, — сказала Софи. — Она, наверное, просто медлительна в том, чтобы оторваться от Джори.

— Хорошо для них, — счастливо сказал Джейсон. — Кто не любит любовь?

Белинда наконец прошла через портал, выглядя нездоровой, но сумев удержать свой обед. К тому моменту Клайв и Нил отползли от беспорядка, который они устроили на плоской кирпичной вершине башни. Они сидели вместе, оба откинувшись назад и выглядя тошнотворно.

— Как только мы получим это странное магическое тело, как у Джейсона, мы перестанем быть способными рвать, верно? — спросил Нил.

— Ага, — подтвердил Клайв. — Я теперь официально с нетерпением жду этого.

— Ты и я, брат, — сказал ему Нил.

— Мы увернулись от первой стрелы, — сказал Хамфри. — Мы прибыли вместе и нам не нужно перегруппировываться.

— Это на самом деле было моим главным беспокойством, — сказал Джейсон, разделяя облегчение Хамфри. — Из всех неопределенных угроз здесь моим самым большим страхом было столкнуться с ними в изоляции.

— Мы не все хорошо приспособлены к одиночным операциям, нет, — согласился Клайв.

Разделение уменьшало их потенциальные ответы на любую ситуацию. Это была самая большая потенциальная угроза, которую они предвидели, потому что она делала каждую другую угрозу более опасной. Они сделали ряд подготовительных мер на случай такого исхода, включая следящие камни для всех, кроме Джейсона, который был неотслеживаемым.

— Значит, нам не нужны следящие камни друг для друга, — сказал Нил.

— Они могут быть полезны, если мы по какой-то причине разделимся, — сказал Хамфри. — Держите их под рукой. Нам следует взглянуть на те, что у нас есть для культистов.

— Кстати о них, — сказал Нил, — почему мы не могли проверить их извне астрального пространства? Разве не так они узнали, что экспедиция пошла не так? Следящие камни для людей в пустынном астральном пространстве?

— Разница в самих астральных пространствах, — объяснил Клайв. — Пустынное астральное пространство сформировано естественным образом и имеет много постоянно открытых отверстий. Измерение между нашим миром и тем астральным пространством тонкое, как бумага, заполненное дырами. Это астральное пространство, напротив, искусственно стабилизировано и очень трудно проницаемо. Это скальная стена, которую нужно просверлить, отсюда и проблемы, которые у нас были с возвращением.

— Это значит, им нужно будет найти другой способ отделить это астральное пространство от нашего мира, верно? — спросила Белинда. — Не ту же технику, которую они использовали раньше.

— Почти наверняка, — сказал Клайв. — Однако я понятия не имею, что это повлечет за собой. Это может быть проще или сложнее. Это астральное пространство меньше, чем пустынное. Это одна из вещей, которую нам нужно выяснить.

— Мы забегаем вперед, — сказал Хамфри. — Нам следует подходить к вещам по порядку. Сначала оценим обстановку. Где мы и какова наша ситуация? Я обеспокоен окружающим магическим фоном.

Большинство способностей восприятия усиливали магические чувства и чувства ауры где-то в первых трех рангах, наряду с третьей силой, которая была предшественником более уникальных эффектов высшего ранга. Для Джейсона это было видение в темноте, для Нила — чувство уязвимостей. У Хамфри уже были усилены как магические чувства, так и чувства ауры. У всех, кроме Софи и Белинды, способности восприятия были уже на бронзовом уровне, и только Софи не хватало усиленных магических чувств. У неё их не будет до серебряного ранга, когда у Нила и Джейсона будут усилены чувства ауры.

— Я чувствую всю лишнюю магию в воздухе, — сказал Джейсон. — Я думал, это нормально. В этом месте всегда была более высокая магическая насыщенность, верно?

— Да, — сказал Клайв, — но в последний раз, когда мы приходили сюда, магическая плотность была такой же, как в регионе Гринстоуна. Теперь она выше.

— Я не знал, что это вообще возможно, — сказал Джейсон. Он никогда не сталкивался с зоной другой магической плотности, поэтому не распознал изменение.

— Можешь объяснить это парню, который изучал магию исцеления вместо астральной магии? — спросил Нил.

— Или человеку, который вообще никогда не изучал магию, — добавила Софи.

— Магическая насыщенность — это то, сколько магии существует, — объяснил Клайв. — Она определяет, сколько монстров, эссенций и камней пробуждения проявляется. Нашествие монстров — это временный период повышенной магической насыщенности, поэтому появляется так много монстров.

— Магическая плотность — это качество магии, — сказала Белинда, подхватывая объяснение. — Она определяет ранг монстров, которые проявляются, наряду с кучей других вещей. Какие ритуалы можно проводить, функционируют ли определенные магические предметы, например.

— Повышенная насыщенность, которую мы ожидали, — сказал Клайв. — Увеличение магической плотности означает, что все монстры, с которыми мы будем сталкиваться, будут мощнее, чем мы думали. Это также означает, что они будут оставаться дольше. Монстр железного ранга естественным образом распадется обратно в магию через месяц. В зависимости от того, как давно произошло это изменение, астральное пространство может быть густо населено более мощными монстрами, которые проявлялись без распада.

— Насколько мощными, как вы думаете? — спросил Хамфри, глядя на воздух вокруг них. — Я бы предположил, что новый стандарт — низкий бронзовый.

— Я бы сказал, что это примерно так, — сказал Клайв. — Плотность Гринстоуна — около среднего железного, что очень низко.

— Что вы имеете в виду под средним железным? — спросил Нил.

— О, это просто рейтинг для самого распространенного вида монстра, который появится. В Гринстоуне монстры железного ранга — легко самые распространенные, с полурегулярными бронзовыми и только очень редкими серебряными. То, что мы видим здесь, в основном будет низкоуровневый бронзовый, с некоторыми высокоуровневыми железными и бронзовыми вкраплениями. Встреча с монстром серебряного ранга всё ещё будет необычной, но с тем, сколько монстров мы увидим, это неизбежность. Надеюсь, к тому моменту мы будем достаточно сильны, чтобы сразиться с ним, или, по крайней мере, убежать.

— Мы могли бы использовать Асано как приманку и заставить его увести его, — сказал Нил.

— Из-за его способностей к уклонению, — сказал Хамфри, кивая.

— Э-э, конечно, вот почему, — сказал Нил. Джейсон посмотрел на Нила безэмоциональным взглядом, тот пошевелил бровями в ответ.

— Мы знали, что будем иметь дело с неизвестными опасностями, — сказал Хамфри. — Это только первая. Если что, то, что монстры мощнее, чем мы предполагали, будет лучше для нашего продвижения.

— Думаю, мы можем упускать лес за деревьями здесь, — сказал Джейсон. — Важнее монстров то, что что-то повышает магическую плотность этого астрального пространства. Это должно быть фундаментальным элементом любого участка физической реальности, верно?

— Верно, — сказал Клайв. — Изменение этого в астральном пространстве было бы на порядки проще, чем в истинном мире, но даже так, задействованные силы, мягко говоря, обескураживают.

— Это должно быть связано с тем, что замышляет культ Строителя, — сказал Хамфри. — Предлагаю найти их и спросить.

Судьба не может дождаться, чтобы убить нас всех

Судьба не может дождаться, чтобы убить нас всех

Астральное пространство было островным городом древних каменных зданий, отвоеванных джунглями. Широкие бульвары были покрыты лианами, трава росла между смещенными брусчатками. Здания высотой в три, четыре, даже пять этажей, варьирующиеся от почти нетронутых до немногим более чем груды щебня, разбросанного среди пышной, зеленой растительности. Можно было увидеть странные, магические растения. Луковичные, фиолетовые наросты, прилипшие к бокам зданий. Огромные, возвышающиеся деревья, не соответствующие джунглям вокруг них. Они тянулись вверх, выше любых зданий, цепляясь за небо лиственными пальцами.

Как и в их первоначальной вылазке в город, команда прибыла на одну из портальных башен, которые окружали внешний край города. Расположенная там, где островной берег встречался с водой, каждая башня имела арку, подобную той, через которую они прибыли. Их всё ещё была открыта, обсидиановая арка, заполненная темной энергией. Было что-то жуткое в силе внутри неё. Это было не просто отсутствие света, а пустота, которая стремилась поглотить его.

Сила Джейсона позволяла десять путешественников, прежде чем сила была исчерпана. Она оставалась активной, так как прошли только семеро, включая Сташа. Устроившись на голове Хамфри в форме маленькой птички, Сташ вертел головой с любопытством. Транзит, казалось, совсем не повлиял на маленького дракона.

— Итак, кто построил этот город? — спросил Нил. — Я имею в виду, это был кусок нашего мира, как те, которые Строитель продолжает отрывать? Или кто-то пришел и построил этот огромный город в этом астральном пространстве? Это был тот орден убийц?

— Нет, — сказала Тень, появляясь из тени Джейсона. — Этот город был таким, каким вы его видите, когда Орден Жнеца впервые обнаружил это место и начал работать над его стабилизацией. Даже эти башни, которые использовались для соединения его с вашим миром, уже были на месте, ожидая использования.

— Они уже были здесь? — спросил Клайв. — Мы предполагали, что основной функцией башен было служить соединением с нашим миром. Если они предшествуют людям, которые использовали их таким образом, то это предполагает, что это астральное пространство было прикреплено к другой реальности в прошлом, или, возможно, к нашей, и было отсечено каким-то образом. О, это увлекательно.

— Увлечение — это роскошь для потом, — сказал Хамфри. — Что важно, так это культ Строителя.

— Это может быть то, о чем я говорю, — сказал Клайв. — Мы уже знаем, что у культа есть доступ к астральной магии, которая заставляет нашу выглядеть как детские рисунки на песке. О чем мы говорим, с этим астральным пространством, так это о проектировании реальности. Строитель — величайший проектировщик реальности в существовании и за его пределами. Строитель пытается претендовать на это астральное пространство или вернуть его? Откуда Орден Жнеца взял знания, чтобы сделать то, что они сделали здесь? Это было не из нашего мира.

— Вы предполагаете, что Орден Жнеца, или, возможно, даже сам Жнец, каким-то образом украл это астральное пространство у Строителя? — спросил Джейсон.

— Я бы не стал заниматься такого рода постулированием без значительно большего количества данных, — сказал Клайв. — Мне нужно изучить эту башню, очень тщательно.

— Не сейчас, — напомнила Клайву Белинда. — Портал, сначала.

— Верно, да.

Белинда всё ещё служила Клайву помощником по исследованиям время от времени, хотя стипендия, которую она получала, была незначительной по сравнению с деньгами искателей приключений. Она оказалась хороша для Клайва, так как была очень ориентирована на детали, в то время как он любил метаться от одной большой идеи к другой.

Его предыдущие помощники никогда не могли соответствовать стандартам Клайва, что приводило к столкновениям и проблемам. Были причины, по которым он никогда не продвигался дальше Гринстоуна, несмотря на свой талант. Белинда помогала ему воплощать идеи в жизнь, вместо того чтобы увязать в деталях, которые он игнорировал, в то время как она нашла в Клайве восторженного магического наставника. Как хорошо знал Джейсон, Клайв был совершенно восторженным, когда дело доходило до обмена изучением магии.

Клайв и Белинда пошли изучать всё ещё открытый портал. Им нужно было знать, безопасно ли возвращаться в их собственный мир, и насколько легко будет снова открыть портал с этой стороны. Они выложили серию резных камней вокруг портала. Они выглядели как кости: шестигранные кубы с сигилом, выгравированным на каждой грани.

Клайв взял пару жезлов, передав один Белинде, и они начали ими размахивать. Кубы взлетели в воздух и вращались, снова и снова, пока не остановились, одна из гравировок на каждом кубе загорелась. Клайв поспешно записывал в блокнот, прежде чем пара снова начала размахивать жезлами.

— Я бы настоятельно не советовал пытаться вернуться через этот портал, — сказал Клайв после нескольких последовательностей этого.

— Он выглядит нормальным, — сказал Хамфри. — Насколько всё это может быть нормальным. Он выглядит как сила портала Джейсона.

— Но это не так, — сказал Клайв. — Мы использовали силу Джейсона, чтобы побудить портал открыться, но это не способность Джейсона, как бы она ни выглядела. Эта арка смогла послужить якорем, позволив порталу исходить с другой стороны. Однако любая сила, влияющая на окружающую магию города, оказывает разрушительное воздействие на всё, что исходит с этой стороны. Попытка вернуться с этой стороны, даже через этот уже открытый портал, была бы меньше похожа на проход через дверь и больше на прыжок в мясорубку.

— Значит, мы здесь в ловушке? — спросил Нил.

— Не знаю насчет ловушки, — сказал Клайв. — Всё, что мы узнали, выясняя, как открыть портал, предполагало, что уйти должно быть намного проще, чем вторгаться в первую очередь. Если я смогу определить, что происходит с магией, я уверен, что смогу компенсировать это. Мы, вероятно, сможем запустить выход, даже не нуждаясь в силе Джейсона, чтобы начать процесс.

— Мы должны предположить, что всё, что влияет на магию, — это часть того, что делает культ, — сказал Хамфри.

— Да, — сказал Клайв. — Первый шаг к решению этой головоломки — выяснить это и найти способ остановить это.

— Я голосую за то, чтобы начать с того, чтобы убить их всех, и идти дальше, — сказала Софи.

— Ты, вероятно, права, — сказал Джейсон с покорностью в голосе. — Нам нужно допросить их, если сможем, но я не вижу дипломатического решения как вероятного исхода.

— Никогда не хорошо идти, зная, что ты собираешься убивать людей, — сказал Хамфри. — Раньше ты ограждал команду от этого, Джейсон, но в этот раз я не позволю тебе. Мы искатели приключений, а искатели приключений сражаются с монстрами, даже когда они люди. Нам всем нужно примириться с этим.

Белинда и Нил обменялись взглядами, никто из них раньше никого не убивал. Остальные одарили их трезвыми, но обнадеживающими улыбками.

— Я бы хотел начать с того, чтобы исследовать эту башню очень тщательно, — сказал Клайв. — Они, скорее всего, являются средой для всего, что замышляет культ.

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Сколько времени это займет?

— Я знаю, это не лучший ответ, — сказал Клайв, — но это займет столько, сколько займет. Как только я начну, я, вероятно, смогу дать вам лучшую оценку.

— Как только мы начнем, — поправила Белинда.

— Именно так, — согласился Клайв.

Остальные были предоставлены сами себе, пока Клайв начал доставать магическую атрибутику для использования им и Белиндой. Они сидели на краю башни, ноги свисали с края.

Со странной красотой заросшего города, развернувшегося перед ним, Джейсон сделал глубокий вдох горячего, тяжелого воздуха. Он был богат ароматом растений и земли, смешиваясь с нежным, соленым бризом, идущим с воды. Он овладел искусством не дышать, но делал это всё равно, ради чистого удовольствия от ощущения. Он наслаждался чувством теплого солнца на своей коже.

— Я знаю, мы здесь, чтобы бороться со злом и всё такое, — сказал Джейсон, — но черт возьми, если я иногда не люблю эту работу.

Джейсон заметил, что остальная часть команды обменялась взглядами.

— К чему это? — спросил он.

— Просто хорошо видеть настоящую улыбку, — сказал Нил. — Ты заставлял их некоторое время, что отнимает много веселья от насмешек над тобой.

Софи хлопнула Нила по руке.

— Эй… — пожаловался Нил.

* * * Прежде чем Клайв и Белинда начали свое исследование, Хамфри попросил Клайва достать следящие камни для культистов. Они не ожидали получить фактические местоположения, так как не только культисты, скорее всего, были бронзового ранга после всего этого времени, но следящие камни отслеживали их значки Общества искателей приключений, а не самих людей.

— У них всё ещё могут быть их значки, — сказал Клайв. — Они были нужны им, чтобы попасть сюда в первую очередь. Помните, как люди Эмира проверяли их ауры на соответствие записям Магического общества?

— Как только они остались позади, они знали, что их дни в Обществе искателей приключений закончились, — сказал Нил. — Готов поспорить, они выбросили свои значки в ту же секунду, как попали сюда.

Независимо от того, сохранили ли культисты свои значки или нет, следящие камни, по крайней мере, будут отслеживать, кто жив, а кто мертв, даже после того, как их аура изменится достаточно от повышения ранга, чтобы рассинхронизироваться с их значками.

— Пятеро из них мертвы, — сказал Клайв.

— Это большая победа для нас, — сказала Софи. — Стало шесть против тринадцати, теперь шесть против восьми.

— Не думай, что это делает вещи легкими, — предупредил Хамфри, увидев отсутствие активности от камней. — Остальные не отслеживаются, что означает, что они бронзового ранга.

— Или они превратились в плотских мерзостей, — добавила Белинда.

— Да, — согласился Хамфри. — Даже если они не самые сильные пользователи эссенций, тирания ранга — это не то, что можно игнорировать. Мы все видели, как Джейсон уничтожил одного бронзового ранга, но это был только один. Целая группа их вместе — это мультипликативная опасность, а не аддитивная.

— Хамфри, ты уже произносил нам эту речь раньше, — отметил Нил. — Так же как твоя мать, твоя сестра, мистер Бахадир, Габриэль Ремор…

— И вы услышите её снова, прежде чем мы закончим, потому что это важно, — сказал Хамфри. — Я выведу каждого из вас из этого места живым.

— Не говори таких вещей, — предостерег Джейсон. — Это огромный флаг смерти. Ты мог бы так же хорошо вытащить фотографию своей девушки из дома, объяснить, что скоро станешь отцом, и что тебе осталось два дня до пенсии.

— Джейсон, это серьезно, — сказал Хамфри.

— Я серьезен, — сказал Джейсон. — Как бы ты себя чувствовал, если бы я сказал, что ничего не может пойти не так?

— Определенно не говори этого, — сказал Нил.

— Не искушай судьбу, — согласилась Софи. — Судьба не может дождаться, чтобы убить нас всех.

* * * Клайв и Белинда, казалось, изучали огромную башню почти кирпич за огромным кирпичом, начиная с вершины башни и спускаясь по лестнице, которая вилась вокруг снаружи. Несмотря на размер башни, не было видимого способа попасть внутрь, или какого-либо указания, была ли она твердой или полой.

— Это действительно то, что мы делаем? — пожаловался Нил. — Вся эта подготовка к возвращению в астральное пространство, противостояние монстрам и культистам, и что мы делаем? Стоим вокруг, пока Клайв смотрит на кирпичи.

— Это Нил, которого вы можете слышать, ноющий, — сказал Джейсон в записывающий кристалл. В путевом дневнике Джейсона на записывающем кристалле был большой пробел, с момента незадолго до его похищения, пока он наконец не почувствовал готовность возобновить их.

Нил подошел, чтобы заглянуть в записывающий кристалл.

— Семья Джейсона, — сказал Нил. — В следующий раз, когда будете присылать нам кого-то, пришлите нам кого-то получше. У тебя есть брат, верно, Джейсон?

— Отвали, — сказал Джейсон, выталкивая Нила из кадра.

Софи медитировала, зная, что её контроль ауры не такой сильный, как у большинства команды. Хамфри патрулировал край башни, высматривая угрозы. У его ног Сташ превращался в серию всё более очаровательных щенков. Иногда он превращался в нечто более странное, например, в копию одного из Бертов, но с огромными усами.

— Я на самом деле один человек, притворяющийся многими! — восторженно заявил Сташ.

— Сташ! — отругал Хамфри. — Что я говорил? Братья Бертинелли — все разные люди.

— Нет! — крикнул Сташ, превращаясь обратно в щенка и спринтуя, чтобы запрыгнуть на колени Софи, находящейся в медитативной позе. Она улыбнулась, не открывая глаз, потянувшись вниз, чтобы почесать щенка за ушами, когда он прижался к ней.

Белинда вернулась на вершину башни, созывая всех. Они собрались и последовали за ней вниз по лестнице к основанию башни, где Клайв использовал свою силу, чтобы нарисовать невероятно сложную ритуальную диаграмму на стене.

— Что ты нашел? — спросил Хамфри.

— Я не уверен, — рассеянно сказал Клайв, всё ещё рисуя диаграмму. Он помахал пальцем в воздухе, как ручкой, и золотые линии появились внутри диаграммы, чтобы соответствовать. — Какой-то скрытый дверной проем, хотя я не могу сказать, шкаф ли это, или всё внутри пусто.

В конце концов Клайв закончил диаграмму и пропел заклинание открытия. Секция стены бесшумно сдвинулась назад в башню и сдвинулась вверх, открывая большое темное пространство за ней. Остальные могли различить форму от света, идущего через дверь, только Джейсон видел ясно. Он подошел и оглядел интерьер того, что оказалось полой башней. Он понял, что за нависающая фигура занимает большую часть пространства, и его глаза расширились.

— Что это? — спросил Хамфри, вглядываясь в темноту.

Глыба металла размером с машину, на которую они смотрели, была передней половиной гигантской металлической ступни.

Бег навстречу чему-то

Бег навстречу чему-то

Клайв подбросил несколько светящихся камней, которые взлетели в темноту, освещая огромную фигуру, занимавшую интерьер башни.

— Гигантская статуя? — предположил Нил.

— Не статуя, — сказал Клайв. — Есть точки артикуляции на лодыжках и коленях. Я не вижу ясно отсюда, но, вероятно, и на всех других суставах тоже. Это какой-то голем. Нелепо огромный голем.

Воздух внутри башни был холодным и липким. Джейсон шагнул вперед и коснулся рукой холодной металлической ступни.

??? (мировой инженер).

Конструкт (алмазный ранг).

???.

Клайв быстро последовал, чтобы увидеть то же сообщение, остальные сделали то же самое. Все, кроме Софи, которой не хватало усиленных магических чувств, могли почувствовать невероятную, но дремлющую силу внутри.

— Что такое мировой инженер? — спросил Нил.

— Понятия не имею, — сказал Клайв.

— Подозреваю, лучше для всех, если никто из нас никогда не узнает, — сказал Нил. — Не знаю, как вы, а я чувствую очень сильное ощущение Строителя от этой штуки.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросил Джейсон.

— Что? — спросил Нил. — Нет, я просто имел в виду, ну знаешь, мировой инженер, гигантский конструкт. Это как бы кричит «Строитель», верно?

— Я чувствую эхо Строителя в силе этой штуки, — сказал Джейсон. — Это принадлежит ему.

— Тогда почему Орден Жнеца владел этим? — спросил Хамфри.

— Тень? — спросил Джейсон.

— Я не знаю, — сказала Тень. — Существование этих конструктов было мне неизвестно.

— Похоже, у этого места больше секретов, чем кто-либо осознавал, — сказал Хамфри.

— Мы думали, они просто пытаются захватить астральное пространство, — сказал Клайв. — Эти штуки — истинная цель?

— Может, и то, и другое, — сказал Джейсон. — Строитель хочет вернуть их, что он и получит, если заявит права на это астральное пространство.

— Неважно, чего хочет Строитель, — сказала Софи. — Это не меняет того, чего хотим мы. Мы здесь, чтобы остановить культистов, что бы они ни замышляли.

— Точно, — сказал Хамфри. — Важная часть этого открытия — выяснить, как оно помогает нам.

— Не уверен, что помогает, — сказал Клайв. — У меня нет ресурсов или, откровенно говоря, знаний, чтобы начать разгадывать, что это за штука, для чего она или что она здесь делает.

— По крайней мере, это говорит нам, что делать дальше, верно? — спросила Софи. — Даже если мы не знаем точно, что они замышляют, это будет включать эти башни. Мы уже думали об этом, и это просто делает всё более очевидным.

— Она права, — согласился Хамфри. — Нашим первым шагом должно быть продвижение по окраинам города и проверка всех этих башен. Культисты вполне могут обосноваться в одной из них.

— Мы также можем посмотреть, содержат ли все башни одну из этих штук, — сказал Клайв.

— Мы знаем, сколько всего башен? — спросил Нил.

— Двенадцать, — сказал Клайв. — Каждая примерно в восьми километрах друг от друга.

— Хорошо, Клайв, посмотри, не сможешь ли ты запечатать эту штуку обратно, и мы уйдем.

Клайв отозвал светящиеся камни, которые он отправил летать вверх в башню, и команда ушла. Как только он убрал магическую диаграмму, которую использовал, чтобы открыть её, дверной проем снова закрылся, не оставив следа, что он когда-либо был там.

— Я знаю, первоначальная идея заключалась в том, чтобы добираться от башни к башне пешком, — сказала Белинда, — но с вершины этих башен мы можем видеть некоторые другие. Может, нам стоит перемещаться порталами или телепортацией или чем-то ещё?

Джейсон был не единственным членом команды, открывшим способность массового перемещения с помощью способности бронзового ранга. Клайв мог открыть портал, в то время как Хамфри теперь мог телепортировать людей как группу. Их пропускная способность и время восстановления для каждого были такими же, как у портала врат Джейсона.

— Мы хотим подходить к каждой башне так тихо, как только можем, — сказал Хамфри. — Телепортация в середину восьми бронзовых рангов — хороший способ быть убитым. Нам следует придерживаться пешего хода и позволить Джейсону разведать всё.

Способности скрытности Джейсона стали довольно грозными к тому времени, когда все его силы пробудились. Его плащ помогал ему сливаться с тенями, и он получал дальнейшие усиления от своих фамильяров, Тени и Гордона. Для каждого тела, поглощенного тенью Джейсона, Тень могла замаскировать один выдающий элемент, такой как запах, тепло или даже звук, приглушая движения Джейсона против чувствительных ушей. Пока Гордон был поглощен аурой Джейсона, способность Джейсона полностью втягивать её была усилена. В сочетании с текущей силой ауры Джейсона, даже большинство бронзовых рангов были бы неспособны почувствовать её.

Они отправились от башни в направлении следующей. Береговая линия состояла из больших камней, которые были нелегко проходимы, поэтому они следовали по заросшим улицам. Даже тогда местность была нелегкой. Они могли бы двигаться быстрее, после всей тренировки мобильности, которую они прошли, но Хамфри настаивал на медленном, но верном темпе. Они ожидали монстров и худшее, и он не хотел, чтобы они наткнулись на слишком большую опасность сразу.

Софи двигалась впереди, в то время как два из трех тел Тени следили за их флангами, а последнее заняло свое место как тень Джейсона. Тактическая карта Джейсона и голосовая связь гарантировали, что каждый может быть оповещен в момент появления угрозы.

Софи не была скрытным разведчиком, как Джейсон, но её мобильность была несравненной. Бегала ли она по бокам зданий или парила между ними, она была воплощением ловкости и грации. Иногда она подбрасывала себя в воздух порывом ветра и скользила над ними, используя дальнейшие порывы, чтобы подбросить себя выше. Таким образом, она могла эффективно летать, разведывая впереди с преимуществом, которое это предлагало. Она также была, казалось, неисчерпаемой. Её природа селестины снижала текущие затраты маны на силы, в то время как её сила аватара скорости снижала эти затраты ещё больше.

— Она действительно справляется со своими силами, — сказал Джейсон, глядя вверх с восхищением. — Она как птица на крыле.

— Раньше они называли её Соловей, на бойцовских аренах, — сказала Белинда. — Если бы только они могли видеть её сейчас.

У них был компас душ, который указывал на ближайшую вещь с душой, за исключением их самих, которые были отфильтрованы. Это означало культистов или плотских мерзостей, которые вполне могли быть одним и тем же. Однако это не предупредило бы их о монстрах.

Команда уже определила политику того, как справляться со встречами с монстрами. Для начала они будут сражаться со всем, что не узнают, все вместе, даже если это железный ранг. Как только у них появится представление о том, с чем они столкнулись, они начнут посылать своих членов, которые лучше всего могут справиться или лучше всего научиться от любой данной встречи.

Магическая насыщенность астрального пространства обещала монстров, которых она быстро доставила. Было всего восемь или около того километров от одной башни до другой, но у них было две встречи с монстрами по пути. Первой была пара монстров бронзового ранга, которые были довольно жесткими, но не ровня быстро растущим способностям команды. Следующей был кластер коряжников, тип монстров железного ранга, часто встречающихся в дельте. Обычно это одиночное существо, но здесь они столкнулись с полудюжиной, все сразу. Они были очень выносливыми существами и оказались труднее для борьбы, чем два бронзового ранга.

Они сидели на разбросанном, покрытом мхом щебне, отдыхая после боя.

— Похоже, мы можем сражаться все вместе некоторое время, — сказал Нил. — Эти дополнительные числа — это грубо.

— Это магическая насыщенность в действии, — сказал Клайв. — Чем слабее монстр, тем больше их мы можем ожидать увидеть.

— А как насчет чего-то, что уже путешествует стаями? — сказал Нил. — Будет ли там целая армия их?

— Вероятно, — сказал Клайв.

— Джейсон сражался с коряжником во время нашей полевой оценки, — сказал Хамфри.

— Тогда мои недуги были лучшим способом справиться с ними, — сказал Джейсон. — Ваши специальные атаки, кажется, справляются сейчас вполне нормально.

— Я завидую этим атакам с высоким уроном, — сказала Софи.

— Мне нравится твоя сила возмездия, — сказал ей Хамфри. — Ты остановила ту штуку, как будто она врезалась в скалу.

Коряжники были в основном медленными, но делали атакующие рывки. Один из них попытался использовать это на Софи, с неудачным эффектом. Её способность эссенции баланса, момент единства, могла поглощать атаки на короткий момент, затем возвращать их силу обратно на врага. Она вонзила пальцы в промежуток между толстыми пластинами панциря коряжника и высвободила всю силу его собственного рывка на него.

— Не уверен, что это было так сурово, как ты говоришь, — сказал Хамфри Нилу. — Нам нужно будет подтолкнуть себя дальше, чем эти бои, если мы хотим пересечь эту черту до бронзы.

— Говори за себя, — сказала Белинда. — Я нашла те достаточно грубыми.

— Прости, — сказал Хамфри ей. — Я знаю, это будет труднее для тебя, чем для любого из нас. Мы все пробудили свои силы медленнее, чем ты, и пробивали свой путь через более легкие бои, чем ты, и будешь продолжать сталкиваться. Тем более, поскольку твои силы намного сложнее, чем набор, подобный моему.

Остальные кивнули.

— Тебе пришлось тяжелее, чем всем нам, — сказал Джейсон. — Ты вышла на дорожный контракт до того, как даже стала членом Общества искателей приключений. Это должно быть довольно ошеломляющим.

— Это было много изменений, — признала Белинда, затем обменялась взглядом с Софи, прежде чем перевести взгляд обратно на команду. — Мы знаем, каково это — бежать по лезвию ножа, однако. По крайней мере теперь мы бежим навстречу чему-то, вместо того чтобы убегать.

* * * Между пересеченной местностью и боями с монстрами команде потребовались часы, чтобы сократить расстояние до второй башни.

Они достигли второй башни, не найдя больше признаков активности культистов, чем на первой. Клайв, теперь, когда он знал, что искать, смог найти скрытую дверь довольно быстро, открывая ещё одного огромного голема.

Солнце опускалось над городом, и было маловероятно, что они доберутся до следующей башни до темноты, не ускорив темп.

Пока остальные оставались у основания башни, когда Клайв закрывал дверь обратно, Джейсон и Хамфри направились на вершину, глядя на следующую башню.

— Что думаешь? — спросил Хамфри. — Мы лагерем здесь или поднажмем?

— Ни то, ни другое, — сказал Джейсон. — Нам не следует лагерем рядом с башнями. Культисты, вероятно, не знают, что мы здесь, но давайте не будем облегчать им задачу, на всякий случай. Мы выберем место более скрытое и защищенное между здесь и следующей башней.

— Хорошо, — согласился Хамфри.

* * * Джейсон установил свой облачный дом. Поскольку он выбрал адаптивную версию, он принял вид заросшего каменного здания, идеально сливаясь с окружением.

На следующее утро Хамфри поднял команду не для того, чтобы немедленно двигаться дальше, а для ежедневной тренировочной рутины.

Тренировка заняла солидную часть утра, переходя от физической тренировки к тренировке мобильности, к тренировке боя, к ментальной тренировке. Они принесли с собой набор весов, который Джейсон унаследовал от Фарры, которые были простыми, но послужили бы им до бронзового ранга.

— Мы в странном измерении, полном монстров и сокровищ, — пожаловался Нил, — а я здесь делаю сгибания рук?

— Лучшие — лучшие, потому что не отлынивают, — сказал ему Хамфри.

— Должен ли я быть лучшим? — спросил Нил. — Не мог бы я просто быть довольно хорошим, но с сексуальной женой?

Софи вела путь с тренировкой мобильности, странная местность на самом деле делала её хорошей тренировочной площадкой. Джейсон направлял команду через медитацию, тренировку ауры и ментальные упражнения, которым Фарру научила его.

Они поддерживали медленный, но верный темп, монстр за монстром и башня за башней, без признаков культистов. Они проверяли две или три новые башни каждый день, в зависимости от местности и того, сколько монстров они встречали. Каждая башня, казалось, имела одного из огромных големов внутри.

Они не могли путешествовать более нескольких часов без встречи с монстрами. Ночью они удалялись в облачный дом, гораздо более роскошное жилье, чем то, что у них было для испытаний Жнеца. Это всё ещё была лишь ограниченная передышка, так как каждую ночь какой-нибудь магически чувствительный монстр находил дом и атаковал его.

Какой ограниченный ущерб монстры могли нанести, прежде чем команда появлялась, чтобы решить проблему, дом легко восстанавливал. Это означало, что Джейсону нужно было пополнять магию, затраченную на это, бросая дух-монеты в облачную флягу, как если бы это был игровой автомат. Сырая магия монет была именно тем, что нужно дому, чтобы восстановить любой ущерб.

Они были экономны со своими припасами. Они не использовали кристальную промывку, вместо этого демонстрируя то, что неизбежно было покрытыми кровью и грязью телами в душевых облачного дома каждый вечер. Еда была в дефиците; команда выделила место в своих личных пространствах хранения и пространственных сумках для критических припасов искателей приключений. Они поддерживали себя дух-монетами. Джейсон копил свой небольшой запас настоящей еды, чтобы отпраздновать повышения ранга, когда они в конце концов наступят.

— На данный момент кажется, что они не обосновались вокруг одной из башен, — сказал Хамфри на их четвертую ночь в городе, когда команда сидела в гостиной облачного дома.

— Где нам проверить дальше тогда? — спросил Нил. — Центр города, где были последние испытания?

— Это такое же хорошее место, как любое другое, — сказал Хамфри. — Что мы можем ожидать найти там, Тень?

— Испытательная башня должна быть довольно тщательно разрушена к настоящему времени, — сказала Тень. — Магия, поддерживающая целостность башни, была отозвана с завершением испытаний. Без контроля над пространственными областями внутри, они, скорее всего, поглотили сами себя и большую часть башни вместе с ними. Там могут быть некоторые вещи, представляющие ценность в том, что осталось. Возможно, сокровища, невостребованные во время испытаний, не были уничтожены и могли бы всё ещё ждать, чтобы быть раскопанными.

— Вот это разговор, — сказал Нил. — Скрытые секреты, зарытые сокровища. Вот это приключение.

* * * Компас душ не был плоским объектом, а сферическим, с иглой, плавающей магически внутри. Игла двигалась на центральной точке поворота, как обычный компас, но могла также указывать вертикальность. Она двигалась медленно, предполагая, что ближайшая душа всё ещё была на некотором расстоянии.

— Думаю, можно с уверенностью сказать, что культисты глубже в городе, — сказал Клайв.

— Мы всё равно проверим последние две башни сегодня, на всякий случай, — сказал Хамфри. — Завтра мы направляемся в центр.

— И за добычей, — добавил Нил.

Они уже столкнулись с некоторыми сокровищами, тремя камнями пробуждения, которые они подобрали по пути. Они не искали, но с таким количеством усиленных магических чувств в команде их было легко найти простым приближением.

Хотя плотские мерзости и культисты оставались далекими, монстры всё ещё атаковали с энтузиазмом. Команде напомнили, что это были не единственные угрозы, которые могло предложить астральное пространство, когда Софи легко опустилась на землю перед ними.

— Воргеры, — предупредила она. — Их много. Это было похоже на облачный банк, который надвигался.

Джейсон использовал легкость своего плаща и прыжковую силу своих магических сапог, чтобы достичь вершины близлежащего здания за несколько легких прыжков. Он посмотрел на бестелесных, призрачных астральных существ, несущихся на них, пока команда делала приготовления внизу. Они приближались всё ближе и ближе, пока он смотрел, пока это не стало похоже на стену белизны, движущуюся через небо.

Аура Джейсона изверглась из него, как цунами, омывая воргеров. Астральные существа сами были как рваные клочки души, поэтому он совершил атаку душой против них. Раздался пронзительный визг и ужасный рвущий звук, а затем воргеры исчезли, как будто их никогда не существовало вовсе.

Оранжерейные цветы

Оранжерейные цветы

Как они и ожидали, они добрались до всех двенадцати башен, не встретив культистов.

— Разве столпы не должны быть центральным элементом того, чего они пытаются достичь? — спросил Джейсон, когда команда стояла на вершине последней башни. — Будь то попытка разорвать связь с миром или сделать что-то с гигантскими големами внутри них, башни должны быть ключевым звеном, верно?

— Да, — сказал Клайв. — Учитывая их отсутствие здесь и то, что они делают для повышения плотности магии, я крайне обеспокоен. Еще до того, как мы вошли сюда, мы знали, что никто из людей в нашем списке потенциальных культистов не обладал тем уровнем мастерства в астральной магии, который потребовался бы для реального достижения чего-либо. Всегда оставался вопрос, как именно они собирались разорвать это астральное пространство, но теперь кажется, что план культа куда масштабнее, чем мы предполагали.

Перед отъездом из Гринстоуна биографии подозреваемых в принадлежности к культу были тщательно изучены. Все они были местными жителями, выходцами из низших слоев аристократии или состоятельных неаристократических семей. Поскольку у вовлеченных семей не было политического влияния, чтобы остановить это, Общество искателей приключений прочесало дома и изучило связи подозреваемых в поисках любой информации. У большинства семей не было признаков активности культа, в то время как другие уже были разоблачены как сочувствующие культу во время чистки.

— Нашим главным поводом для замешательства было то, что люди, которых мы ищем, просто не обладают набором навыков для достижения целей культа, как мы их понимаем, — продолжил Клайв. — Мы предполагали, что они принесли что-то с собой, какой-то артефакт или устройство, способное сделать то, что им нужно. Теперь кажется, что наше невежество относительно их целей было еще больше, чем мы думали. Мы не знаем, хотят ли они по-прежнему захватить астральное пространство, пробудить эти конструкции или это как-то связано с изменениями окружающей магии.

— Мы уверены, что не должны попытаться уничтожить одну из этих конструкций? — спросил Нил.

— Абсолютно, — сказал Клайв. — В любом случае, мы бы не смогли. Даже Хамфри и Джейсон, которые в определенных аспектах могут игнорировать разницу в рангах, не смогли бы их повредить. Все, чего они добьются — это активация любых защитных механизмов, которые могут быть установлены. И это не говоря уже о том, что големы могут каким-то образом быть необходимы для основной функции башен, которая заключается в стабилизации этого астрального пространства.

— Но астральное пространство все равно станет нестабильным, не так ли? — спросил Джейсон. — Разве неестественно высокий уровень плотности магии в конечном итоге не приведет к разрушению пространственной стены?

— Верно, — сказал Клайв. — Если что-то проталкивает магию, которая слишком высокого уровня для того, чтобы пространственная стена могла ее выдержать, она в конечном итоге разрушится. Это займет довольно много времени, под чем я подразумеваю десятилетие или дольше, но если то, что вызывает изменения, не остановить, это в конечном итоге произойдет. Даже если это остановить, если это произойдет слишком поздно, ущерб уже будет нанесен.

— Каковы будут последствия этого? — спросил Хамфри.

— Если пространственная стена между физической реальностью и этим астральным пространством разрушится, — сказал Клайв, — то астральные силы хлынут внутрь, как прилив, и смоют все. Это астральное пространство перестанет существовать.

— Какими будут последствия этого для нашего мира? — спросил Хамфри.

— На самом деле, для нашего мира это было бы нормально, — сказал Клайв. — Астральное пространство было бы смыто с края нашего мира, как грязь с вашей руки.

— Однако это не то, чего хочет Строитель, — сказал Джейсон. — Он хочет захватывать астральные пространства, а не уничтожать их. Особенно, я думаю, когда они наполнены его собственностью.

— Надеюсь, у культистов есть ответы, — сказал Хамфри. — Если их нет в центре города, нам просто придется начать следовать за компасом душ, зачищая плотские мерзости по мере их обнаружения. В конце концов, он приведет нас к культистам.

* * * Команда направила свой путь, полный монстров, к центру города. Впервые они ощутили резкое изменение направления, на которое указывал компас душ. Он сигнализировал об их близости к тому, что, как оказалось, было плотской мерзостью. Мерзости превосходили культистов по численности более чем пятьдесят к одному, и культисты почти наверняка были вместе. Мерзости по своей природе были одиночками, агрессивно набрасываясь на любое живое существо, которое встречали. Это оставляло их разбросанными по всему городу, в отличие от того камня, под которым прятались культисты.

Учитывая, что борьба с мерзостями была одной из их явных целей при возвращении в астральное пространство, они обдумали, как это сделать. У мерзостей было два преимущества: способность адаптироваться и мощь монстра бронзового ранга высшего уровня. Слабости, которые команда стремилась использовать, заключались в низком интеллекте и в том факте, что, хотя она могла адаптироваться, она всегда оставалась существом из живой плоти.

Первую слабость — низкий интеллект — они надеялись использовать, «запутывая» адаптации монстра, чередуя способы атаки, чтобы поглощать время, пока он переключался туда-сюда. Для этого план состоял в том, чтобы Софи и Хамфри по очереди сменяли друг друга в бою с монстром, заставляя его адаптироваться то к ее скорости, то к его силе. Надежда заключалась в том, что это предотвратит появление единой адаптации, которую он мог бы использовать для эффективной борьбы с командой.

Цель затягивания боя заключалась в том, чтобы использовать вторую слабость мерзости — неспособность преодолеть недуги Джейсона. Они знали по опыту предыдущего боя, что монстр будет адаптироваться, чтобы не потерять боевую эффективность, но что в конечном итоге возникнет порог, за которым он больше не сможет поддерживать себя.

Мерзость обосновалась в старой церкви, хотя и не того бога, которого знала команда. То немногое, что осталось от иконографии, было совершенно незнакомым, и у них было мало времени на ее изучение, прежде чем мерзость почувствовала их присутствие. Они ждали снаружи, где могли воспользоваться открытым пространством и держать основную часть команды на безопасном расстоянии. Когда существо появилось, это была большая, бесформенная масса розовой и желтой плоти, ковыляющая по улице на четырех коротких ногах.

Неактивное состояние мерзости было самым слабым, когда она была медленной и мягкой, чем Джейсон воспользовался в полной мере. Он начал с заклинаний, а затем последовал специальными атаками, используя свою теневую руку, чтобы держать дистанцию. Он накладывал свои недуги с отработанной эффективностью, пока мерзость уже меняла свою форму в ответ.

Пока Джейсон танцевал вокруг нее, произнося заклинания и нанося специальные атаки, у мерзости выросли щупальца по всему круглому телу, заканчивающиеся злобными когтями. Результат выглядел как лавкрафтовская ехидна, гибкие конечности которой хлестали, пытаясь поймать Джейсона, куда бы он ни пошел.

К тому времени, когда существо по-настоящему разогналось, работа Джейсона была сделана, и он чисто телепортировался прочь. Общаясь через голосовой чат, Хамфри телепортировался внутрь, прямо заняв его место. Быстрые и гибкие конечности, полезные для того, чтобы прижать неуловимого Джейсона, не обладали силой, чтобы пробить броню Хамфри, когда тот бросился вперед, вонзив свой меч в бок мерзости.

Существо отреагировало, отрастив толстые хитиновые пластины, которые должны были защитить его, в то время как многие конечности объединились в меньшее количество более крупных и мощных. Они также были покрыты хитином, напоминая длинные, острые руки богомола. Завершение адаптации сигнализировало об уходе Хамфри, так как он снова телепортировался. На его месте Софи ворвалась, как шторм, чтобы встретить теперь медлительное, тяжело бронированное существо.

Существо взмахнуло своими мощными конечностями в ее сторону. Они не были медленными, но чтобы поймать Софи, нужно было нечто большее, чем «не медленно». Она ловко избегала их, атакуя бронированное тело кулаками и ногами. Ее атаки не были такими мощными, как у Хамфри, но сила резонирующего удара, которую добавляли ее способности к безоружным атакам, смогла пробить тяжелую броню.

Казалось, все пойдет идеально по плану, поскольку Софи и Хамфри сменяли друг друга в быстрой последовательности, заставляя чудовище постоянно адаптироваться. Однако стало очевидно, что все будет не так просто, как казалось на первый взгляд, когда адаптации мерзости становились все более и более утонченными. Медленно оно трансформировалось в худощавое, похожее на насекомое существо с прочными пластинами, но ловкими конечностями, которое было трудно поймать и трудно ранить.

У него были два кнутоподобных усика с сегментированными осколками острого как бритва хитина. Они хлестали и танцевали, достаточно сильные, чтобы ранить Хамфри, но при этом быстрые и непредсказуемые, чтобы поймать Софи. Нил бросал щиты и исцеление с безопасного расстояния, но бой медленно поворачивался против них. Чем дольше длился бой, тем ближе мерзость подходила к нахождению идеальной комбинации черт.

Бой, казалось, был на грани перелома не в пользу команды, поскольку мерзость продолжала превращать себя в идеальное оружие. Софи и Хамфри отчаянно сражались вместе, а Клайв и Белинда оказывали поддержку. Они придерживали свои силы для самого опасного момента, не желая, чтобы мерзость адаптировалась к ним, когда они вступят в бой в критический момент.

Клайв начал со своего мощного атакующего заклинания, затем применил его второй и третий раз с помощью Белинды, прежде чем она скопировала его, чтобы использовать самой. Заклинание Клайва было медленным и сложным в использовании, но одним из его преимуществ было то, что оно могло атаковать разными способами.

Способность: [Гнев Магистра] (Магия)

Заклинание (огонь, магия, проклятие, яд, ранение, лед, измерение)

Стоимость: Умеренная мана плюс дополнительная мана за каждый эффект.

Время восстановления: 1 минута.

Текущий ранг: Железный 9 (61%).

Эффект (железный): Зафиксировать призматический луч на враге. Расходуйте дополнительную ману, чтобы изменить реальность цели, используя любую комбинацию доступных цветовых эффектов. Это нельзя использовать в сочетании с другим вариантом этого заклинания, который требует альтернативного заклинания.

Эффект (железный): Зафиксировать призматический луч на враге. Расходуйте дополнительную ману, чтобы уничтожить реальность в локализованной области, создавая аннигилирующую сферу пустоты внутри цели. Этот эффект требует направления магии в цель с экстремальными затратами маны до тех пор, пока не будет направлено достаточно маны для активации эффекта.

[Красный] (высокая мана): Температура цели значительно повышается (морозный ожог, если сочетается с синим).

[Желтый] (высокая мана): Способности цели требуют больше маны.

[Розовый] (умеренная мана): Сопротивления цели снижаются.

[Зеленый] (умеренная мана): Кровь цели становится ядовитой для нее самой.

[Фиолетовый] (очень высокая мана): Расход маны вредит цели.

[Оранжевый] (очень высокая мана): Цель получает увеличенный урон от всех источников.

[Синий] (высокая мана): Температура цели значительно понижается (морозный ожог, если сочетается с красным).

У Клайва были различные способности, которые давали ему больший запас маны, чем у большинства искателей приключений его ранга. Зная, что он произнесет лишь несколько заклинаний, он выложился на полную. Первое применение заклинания снизило сопротивление мерзости, сделало ее кровь ядовитой для нее самой и заставило ее получать больше урона от всех источников. Второе заклинание объединило тепло и холод в мощный эффект морозного ожога, более сильный, чем каждый по отдельности. Его третье заклинание использовало вариант со сферой пустоты с разрушительным эффектом, а Белинда немедленно последовала за ним со вторым.

Ошеломляющий шквал магии вывел мерзость из строя. Хитин был исцарапан и потрескался от морозного ожога. Куски отсутствовали вовсе, сфера аннигиляции вырезала их, как шарики мороженого. Больше не в силах сдерживать недуги, существо рухнуло на землю, и темная грязь вылилась наружу, как разбитое тухлое яйцо.

Команда видела немало жутких вещей на своем веку, но жалкая, гниющая кончина плотского существа была особенно тяжелой для наблюдения. Зловоние, которое ударило их после, было еще хуже, почти сравнимое с радужным дымом растворяющегося монстра.

— Трудно представить, что эта штука когда-то была человеком, — сказал Нил.

— Это настолько плохой конец, насколько я могу себе представить, — сказал Клайв. — Тюрьма ярости и безумия, построенная из твоего собственного искаженного тела. Единственное спасение, на которое можно надеяться — это освобождение смертью, но ты не можешь умереть, пока кто-то не принесет тебе насильственную кончину.

— Хорошо, что мы делаем это, — сказала Софи. — У меня было немало плохих ситуаций, но ничего подобного. Я рада, что мы можем им помочь.

Остальная часть команды мрачно кивнула в знак согласия.

— Спасибо, — сказала Тень. — Большинство этих мерзостей страдали веками.

— Одна готова, еще несколько сотен осталось, — сказал Хамфри. — У нас впереди много работы.

* * * Островной город был примерно круглой формы, сорок километров в поперечнике. Если бы улицы не были захвачены джунглями, полными монстров, добраться до центра можно было бы за несколько часов. Во время испытаний команды не торопились, проверяя себя в окружающей среде и ища сокровища, зная, что у них есть на это время. Джейсон и его команда выбрали более прямой подход, но были осторожны.

Они могли бы потратить часы, если бы поторопились, или телепортироваться прямо внутрь. Клайв, Джейсон и Хамфри могли бы каждый доставить их в здание, в котором они отдыхали в ожидании финального этапа испытаний, что было бы относительно безопасным местом для прибытия. Однако, хотя они были бы скрыты от глаз любых присутствующих культистов, невозможно было скрыть показную магию открытия портала от их магических чувств. Учитывая, что культисты теперь были бронзового ранга, у них было бы столько же людей с усиленными магическими чувствами, сколько у Джейсона и его команды.

Их время в астральном пространстве все больше превращалось в испытание. Каждый день был бесконечной изнурительной борьбой с монстрами, от многочисленных до могущественных, и команда быстро истощалась. Однажды вечером, когда команда отдыхала в облачном доме, Джейсон и Хамфри сидели вместе на крыше.

— На каком-то этапе нам нужно будет остановиться на день отдыха, — сказал Хамфри.

— Просто спрятаться в облачном доме и восстановиться? — спросил Джейсон.

— Именно, — сказал Хамфри. — Это постоянное давление полезно для нашего продвижения, но я не хочу переходить ту черту, когда оно перестает двигать нас вперед и начинает тянуть вниз.

— Не думаю, что мы уже там, — сказал Джейсон. — Эти монстры либо бронзового ранга, либо толпа железного ранга, так что это заставляет команду больше полагаться друг на друга. Если мы когда-нибудь хотим иметь такую командную работу, как у команды Валдиса, нам это нужно.

— Я не хочу вступать в конфликт с культистами, когда команда притуплена от переутомления, — сказал Хамфри. — Я хочу встретить их, когда мы будем как свежезаточенный нож. Означает ли это, однако, свежесть после заслуженного отдыха или сильный ритм на фоне серии успешных боев с монстрами?

— Спроси Нила, — сказал Джейсон. — Он наш целитель, и он хорошо делает свою работу. Он обращает больше внимания на состояние команды, чем кто-либо другой.

Хамфри кивнул.

— Ты прав, — сказал он. — Один из последних советов, которые дала мне мать перед нашим отъездом, был полагаться на команду. Она сказала, что я не должен попадать в ловушку, пытаясь сделать все сам. Полагаю, это относится не только к бою, верно?

— Нет, — сказал Джейсон. — Это ловушка, в которую мы оба могли бы легко попасть. Я на горьком опыте убедился, что не всегда так умен и проницателен, как думаю.

Он тяжело вздохнул с сожалением.

— Я много думал о Тэдвике, — сказал Джейсон. — Я пришел к осознанию, что мы с ним очень похожи.

— Правда?

— Да, — сказал Джейсон. — У нас одни и те же недостатки. Высокомерие, тщеславие, самолюбование и потребность красоваться. Настоящая разница между нами в том, что у меня были люди, которые приводили меня в чувство, в то время как люди вокруг него только укрепляли идею, что он особенный. Его мать большую часть его жизни была в приключениях, а отец готовил его как наследника. Его голова была забита мыслями о том, каким великим и важным он будет, без смягчения этого смирением. У него никогда не было чувства ответственности, которое вбивала в тебя твоя мать, или друзей, которые возвращают меня на путь истинный, когда я слишком сильно сбиваюсь с курса.

— Полагаю, я могу это понять, — сказал Хамфри. — Возможно, Тэдвик тоже это видел. Может быть, поэтому он был так зациклен на тебе.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон. — В конце концов я понял, что причина, по которой я так невзлюбил Тэдвика, заключается в том, что если бы не лесть, то же самое могло бы случиться и со мной.

— У тебя все сложилось намного лучше, чем у Тэдвика, — сказал Хамфри.

— Тэдвик — это то, что в моем мире называют оранжерейным цветком, — сказал Джейсон. — Вне той специфической среды, в которой он был воспитан, он увядает. Его никогда не учили противостоять суровой погоде.

— У меня было немного того же, — сказал Хамфри. — Думаю, моя мать жалеет о том, как сильно она меня оберегала.

— Я такой же, — сказал Джейсон. — Моя родина намного безопаснее, чем этот мир. У моей семьи есть деньги, не как у твоей, но достаточно, чтобы жить лучше, чем большинство. Однако для тебя и для меня всегда находился кто-то, кто понимал, что рано или поздно нам придется прокладывать свой путь самостоятельно. Они подготовили нас к этому. А для Тэдвика его родители всегда намеревались проложить путь за него, и он заплатил за это цену.

— Ты все еще жалеешь его, после всего, что он сделал? — сказал Хамфри. — Пытался убить тебя, сбежал к культу Строителя?

— Жалею, — сказал Джейсон.

— Думаешь, для него есть путь к искуплению?

— Нет, — сказал Джейсон. — Он зашел слишком далеко, сделал слишком много. Его выбор причинил боль слишком многим. Для него больше нет пути назад.

Преобразившийся человек

Преобразившийся человек

Команда поздравила Джейсона, когда одна из его способностей достигла бронзового ранга во время его вечерней медитации. Поскольку все они постоянно использовали интерфейс группы, они поделились уведомлением.

Способность [Клинок Рока] (Рок) достигла Железного 9 (100%).

Способность [Клинок Рока] (Рок) достигла Бронзового 0 (00%).

Способность [Клинок Рока] (Рок) получила новый эффект.

Способность [Клинок Рока] (Рок) получила подтипы [Проклятие], [Болезнь] и [Яд].

Способность: [Клинок Рока] (Рок)

Заклинание (нечестивое, проклятие, болезнь, яд).

Стоимость: Умеренная мана.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железный): Призывает [Погибель, Клинок Невзгод]. Атаки, совершенные Погибелью, накладывают экземпляр [Уязвимость] и обновляют любые эффекты ранения на цели. Эффекты ранения, обновленные Погибелью, требуют большего исцеления, чем обычно, чтобы их нейтрализовать. Погибель — нечестивый объект.

Эффект (бронзовый): Погибель накладывает по одному экземпляру [Разрушение Крови], [Разрушение Плоти] и [Разрушение Духа].

[Уязвимость] (недуг, нечестивое, суммирующееся): Все сопротивления снижены. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Потребляется для очистки экземпляров [Сопротивление] в соотношении 1:1.

[Разрушение Крови] (урон с течением времени, яд, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон, пока яд не будет очищен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Разрушение Плоти] (урон с течением времени, болезнь, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Разрушение Духа] (урон с течением времени, проклятие, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон, пока проклятие не будет очищено. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

— Это мощный прирост к твоему краткосрочному урону, — сказал Клайв. — Это не то же самое, что сила прямого урона, но для более слабых врагов быстрая горсть наносящих урон недугов позволит тебе посеять много страданий за короткое время.

— Это очень поможет тебе против групп, — согласился Хамфри. — Это всегда было проблемой для тебя, потому что накладывание недугов занимало больше времени, чем того стоило. Теперь ты можешь наложить, что? Четыре недуга, наносящих урон, простым порезом своего кинжала?

— Наверное, к лучшему, что ты не злой, — сказал Нил. — Ты ведь не злой, правда?

— Нет, я не злой, — сказал Джейсон.

— Потому что ты кажешься злым. Со своими силами.

— Ну, я не злой.

— Это хорошо знать, — сказал Нил. — К счастью, кто-то злой не стал бы лгать об этом. О, подожди…

— Ты понимаешь, кто будет первым в моем списке, если я действительно злой, верно? — спросил Джейсон.

— Тот парень, который выкупил лавку сыровара на Мейпл-стрит и заменил ее магазином стройматериалов? — предположил Нил.

— О да. Я ненавижу этого парня.

* * * Клайв стоял на вершине разрушенного шпиля, а монстры роились к нему, словно река. Они были похожи на обезьян, но более худощавые и с более длинными ногами. Они приближались к башне, на которой он стоял, быстрой, получетвероногой рысью.

Клайв стоял на том, что когда-то было внутренним пространством вершины башни, теперь открытым со всех сторон, со давно исчезнувшими стенами и крышей. Под его ногами пол светился ритуальными кругами, начертанными его силой линиями золотого света. Это был результат бронзового варианта его сильного атакующего заклинания.

Способность: [Гнев Магистра] (Магия)

Заклинание/ритуал (огонь, магия, проклятие, яд, ранение, лед, измерение)

Стоимость: Варьируется.

Время восстановления: Варьируется.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%)

Эффект (бронзовый): Создать ритуальный круг, в котором магические атаки заклинаний, посохов и жезлов имеют усиленный эффект. Этот эффект имеет очень высокую стоимость маны и время восстановления в один час.

Вместо того чтобы усиливать и без того мощное и универсальное атакующее заклинание, бронзовый вариант предлагал еще один способ повышения боевой эффективности. Клайв держал в каждой руке одно из своих двух легендарных сетовых оружий: жезл и посох. На конце каждого из них были еще ритуальные круги, парящие в воздухе, как магические насадки на ствол.

Способность: [Инструменты Магистра] (Магия)

Специальная способность/ритуал.

Стоимость: Варьируется.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%)

Эффект (железный): Использовать специализированные магические инструменты, транспортные средства и оружие.

Эффект (бронзовый): Использовать ритуальный круг для усиления магической атаки посоха или жезла. Этот вариант требует высокой маны.

Клайв выпустил из своего посоха заряды, которые устремились в приближающихся монстров. Он даже толком не целился, по сути, стреляя «от бедра», сжимая посох в одной руке и зажав его под мышкой. Независимо от того, попадали ли заряды в землю или в монстра, результаты были взрывными, разбрасывая щепки дерева и камня из заросшей местности или куски агрессивно дезинтегрированного монстра.

В другой руке его жезл испускал непрерывный луч, которым он водил туда-сюда по монстрам с не большей точностью, чем посохом. Обычно жезл требовал постоянной концентрации, чтобы быть смертоносным, но усиленный луч прорезал монстров по широкой дуге, отсекая конечности или убивая наповал.

Через кристалл дальнего видения Джейсон и остальная часть команды наблюдали за происходящим. В глазах Джейсона Клайв превратил разрушенный шпиль в научно-фантастическую лучевую башню из стратегии в реальном времени. Монстры, однако, не были обескуражены своими потерями и продолжали свой «зерг-раш» на позицию Клайва.

— Теперь я понимаю, почему он заставил тебя приманить их, — сказал Джейсон Софи. Она только что вернулась, заманив монстров в сторону Клайва.

— Он устраивает беспорядок, но он довольно неточен, — заметил Хамфри. — Они начнут взбираться на эту башню в любой момент.

— Полагаю, именно для этого у него есть подстраховка, — сказала Белинда.

Как только Хамфри произнес эти слова, монстры достигли башни и начали карабкаться — штурм, для которого обезьяноподобные существа были хорошо приспособлены. В этот момент большая круглая фигура медленно проплыла по воздуху из-за башни.

Фамильяр Клайва, Онслоу, тяжело дрейфовал в поле зрения, подвешенный в небе на подушке мерцающего воздуха. Теперь бронзового ранга, он был примерно размера и формы «Фольксваген Жука», с большим количеством рун, выгравированных на его панцире, чем когда-либо прежде.

Руническая черепаха начала обстреливать существ, карабкающихся вверх, стихийными атаками, исходящими от рун на его панцире. Взрывной заряд пламени сбил сразу нескольких, в то время как молния перескакивала с одного на другого, заставляя их с визгом падать со стороны башни. Темное тяжелое облако поднялось с панциря Онслоу, став больше самой черепахи, и осыпало бок башни водяными пулями. Они не были очень смертоносными даже для монстров железного ранга, но служили для того, чтобы сбить их, а также оставляли камень башни мокрым и более трудным для лазания.

Клайв продолжал расстреливать основные силы монстров, которые быстро редели, пока Онслоу продолжал отстреливать отставших. Наступила короткая пауза, когда Онслоу подплыл к Клайву; он использовал свою собственную ману, чтобы перезарядить руны на панцире Онслоу, прежде чем пара вернулась в действие.

Несмотря на то, что большая часть их числа была скошена еще до того, как они достигли башни, монстры продолжали наступать, не ослабевая. Команда, наблюдая издалека, была готова вмешаться в любой момент. Когда Клайв сказал им, что хочет встретить орду в одиночку, они были насторожены, но приняли это. Теперь они просто смотрели в изумлении на пиротехническое шоу, пока монстры бросались в тщетную смерть.

— Ну, черт возьми, — сказала Софи.

— Разве все это не привлечет много внимания? — спросил Нил.

— Вероятно, — сказал Хамфри. — Хотя любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, посмотрит на это и побежит в другую сторону.

Среди нескольких десятков монстров железного ранга было два более крупных варианта бронзового ранга. Клайв, казалось, игнорировал их, когда они достигли шпиля и начали быстро карабкаться. Онслоу тоже не реагировал, кроме того, что отплыл дальше от башни. Когда первый из них добрался до вершины, Клайв использовал свою силу телепортации с переключением.

Способность: [Сопоставление] (Баланс)

Специальная способность.

Стоимость: Высокая мана.

Время восстановления: 1 минута.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%)

Эффект (железный): Поменять местами положение двух союзников и/или врагов. Вы должны видеть обоих субъектов заклинания. Если союзник сопротивляется или иным образом предотвращает эффект, эта способность аннулируется, но время восстановления сокращается до 30 секунд.

Эффект (бронзовый): Враги, затронутые этой способностью, получают дополнительный урон от всех источников в течение короткого периода.

Монстр исчез, а на его месте появился Онслоу. Оказавшись в воздухе там, где был Онслоу, монстр упал, дико размахивая конечностями. Он тяжело приземлился прямо на одну из невидимых рунических ловушек Клайва. Ловушка сработала, отправив монстра — или, по крайней мере, те части, которые когда-то были монстром — обратно в воздух и разбросав их по полю боя. Через несколько мгновений раздались взрывы поменьше там, где упали крупные куски монстра.

Способность: [Руническая ловушка] (Руна)

Заклинание.

Стоимость: Высокая мана.

Время восстановления: 1 минута.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%)

Эффект (железный): Создать взрывную руну, которая исчезнет через короткий промежуток времени. Руна может быть настроена на срабатывание по близости, по команде заклинателя или обоим сразу.

Эффект (бронзовый): Враги, затронутые рунической ловушкой, станут источником вторичного взрыва через короткий промежуток времени.

Второй монстр достиг вершины башни и нанес огромный удар кулаком по Клайву. Воздух вокруг кулака обезьяноподобного существа мерцал, точно так же, как подушка, поддерживающая Онслоу. Кулак обрушился на Клайва, как молот, и ударил по щиту вокруг Клайва, который на мгновение стал видимым, когда он впитал ману Клайва, чтобы выдержать удар.

Клайв зажал жезл между зубами, а его теперь пустая рука стала зеркально-серебряной. Воздух вокруг нее мерцал, точно так же, как у монстра, и он вонзил кулак в торс волосатого монстра. Несмотря на то, что худощавый мужчина ударил монстра, который был как минимум в три раза тяжелее его, монстр полетел прочь со шпиля. Клайв быстро прицелился и выстрелил из посоха, попав в монстра в воздухе.

Красный цвет жизненной силы вышел из тела Клайва, усик змеился наружу и в ритуальный круг, который парил на краю его посоха. Золотые линии ритуального круга превратились в яростный, кроваво-малиновый цвет.

Способность: [Магия Крови] (Баланс)

Специальная способность.

Стоимость: Варьируется.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%)

Эффект (железный): Потреблять количество собственной жизненной силы для восполнения маны.

Эффект (бронзовый): Потреблять количество жизненной силы для усиления эффекта активного ритуала.

Следующий заряд, вырвавшийся из посоха, был намного больше тех, что были раньше. Энергетический болт попал в монстра в тот же момент, когда монстр ударился о землю. Он больше не встал.

К этому моменту монстры железного ранга были лишь разрозненным остатком первоначальной орды, но дико агрессивные существа продолжали неистовствовать, сталкиваясь с неизбежной гибелью. Когда последний из них был мертв, Клайв легко запрыгнул на панцирь Онслоу, сидя по-турецки, пока черепаха плыла обратно к команде. Новая способность фамильяра к полету была намного быстрее при парении близко к земле, поэтому Онслоу опустился низко и проплыл прямо над телами мертвых монстров, пока они возвращались к команде.

Клайв прибыл к разрушенному зданию, откуда команда наблюдала за происходящим из безопасности. Он легко соскользнул с панциря Онслоу, держа жезл небрежно в одной руке и посох, перекинутый через плечо.

— Знаете, — сказал он ожидающей команде, — я начинаю думать, что, возможно, я не так уж плох в этом.

* * * В ночь перед тем, как они ожидали добраться до центра города, команда проводила вечернюю медитацию. Джейсон вел Нила, Софи, Белинду и Хамфри в Танце Мечного Фея, технике медитации, которая включала танцеподобные физические движения с использованием меча в качестве фокуса. Это было то, чему его научил Руфус, и что оказалось одной из самых успешных техник для Софи.

Клайв был снаружи, сделав приготовления к своему ожидаемому восхождению на бронзовый ранг. Он выделил место для грязного перехода, выбрав точку внутри руин недалеко от облачного дома. Он разделся до нижнего белья и положил свежую одежду там, где мог достать ее позже. Под рукой была одна из драгоценных бутылок неразбавленного кристаллического состава для очистки Джейсона.

Клайв расположился на мягком мху, медитируя.

— Нет, Онслоу, не ешь мох. Это мое место.

Клайв отозвал Онслоу обратно в татуировку на своем торсе, прежде чем возобновить медитацию. Когда он пересек последний порог, остальная часть команды узнала об этом немедленно.

Способность [Зеркало Возмездия] (Кармическая) достигла Железного 9 (100%).

Способность [Зеркало Возмездия] (Кармическая) достигла Бронзового 0 (00%).

Способность [Зеркало Возмездия] (Кармическая) получила новый эффект.

Способность: [Зеркало Возмездия] (Кармическая)

Специальная способность.

Стоимость: Варьируется.

Время восстановления: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железный): Копировать последнее заклинание или специальную атаку, использованную на вас врагом. Стоимость маны определяется скопированной способностью. Вы все еще можете использовать эту способность, если триггерный эффект был нейтрализован вашими способностями, но не если он был нейтрализован способностями союзника. Скопированная сила функционирует на ранге этой способности, а не на ранге врага, который изначально ее использовал.

Эффект (бронзовый): Использовать скопированную способность второй раз.

Это было только начало напряженной серии изменений.

Все способности [Кармической Эссенции] достигли [Бронзового 0].

Связанный атрибут [Мощь] увеличился с [Железного 9] до [Бронзового 0].

Прогресс до бронзового ранга: 100% (4/4 эссенций завершены).

Янтарный свет начал сиять изнутри тела Клайва. Он почувствовал, как давление нарастает внутри него, как воздушный шар, надутый до точки разрыва. Команда бросилась наружу, но не вторгалась в его уединенное место в руинах. Они отступили и наблюдали за янтарным светом, сияющим изнутри.

Все ваши атрибуты достигли бронзового ранга.

Вы достигли бронзового ранга.

Вы получили сопротивление к источникам урона и эффектам железного ранга и ниже.

Мощность вашей ауры увеличилась.

Ваши чувства ауры улучшились.

Прогресс до серебряного ранга: 00%.

— О, это потрясающее чувство, — сказал Клайв через голосовой чат. — Я просто жду… о, вот оно.

Звуки, доносившиеся из уединенного места Клайва, были плохими, но ничто по сравнению с запахом. Кашляющие, отхаркивающие звуки рвоты сопровождались зловонием, которое они все уже испытывали при достижении железного ранга, когда их тела очищались и обновляли всю биомассу, которую немедленно заменяли.

— Жаль, что я только что поднял свой атрибут духа до бронзового, — поморщился Нил, зажимая нос. — Улучшенные чувства сейчас совсем не радуют.

— Тебе следует воспринимать это как возможность для тренировки, — сказал Хамфри. — Есть монстры, которые будут использовать зловоние против тебя, так что тебе следует приспособиться сейчас.

— Скажи мне это снова, когда будешь чувствовать этот запах с обонянием бронзового ранга, и, может быть, я послушаю.

Звуки прекратились. Все, что они могли слышать, было тяжелое, изнуренное дыхание.

— Ты еще в сознании там, приятель? — крикнул Джейсон.

— Да, — устало сказал Клайв. Он снова использовал голосовой чат, а не тратил силы на крик. — Дайте мне минуту, чтобы привести себя в порядок. Подозреваю, что как только я избавлюсь от этого запаха, я буду очень голоден.

— Без проблем, — сказал Джейсон. — Я просто перемещу облачный дом с подветренной стороны, а потом устрою пир для короля. Правда, маленького короля. У нас было не так много места.

* * * Клайв прибыл к слегка перемещенному облачному дому, чистый после кристаллического состава и в свежем комплекте одежды. Он был человеком, буквально преобразившимся; неловкая, худощавая фигура и несчастные, книжные черты лица исчезли. На их месте была высокая и стройная фигура с легкой грацией в походке и легко привлекательными чертами лица.

— Ты — ученый, которого никто не слушает в начале фильма-катастрофы, — сказал Джейсон. — Только теперь ты в конце фильма, когда ты потерял свои очки, твои волосы привлекательно взъерошены, ты нашел в себе героизм и понял, что твоя невероятно привлекательная лаборантка все это время сохла по тебе.

— Я даже не буду пытаться следовать за этим, — сказал Клайв. — Я просто приму это за комплимент и скажу спасибо.

— К тому же, я не сохну, — сказала Белинда. — Хотя нереалистично привлекательная часть мне понравилась. Тебе стоит попробовать найти мужчину, который тебе нравится, когда рядом стоит Софи. Благодарите богов, что у Джори есть глубина характера.

— Ты намекаешь, что людей интересует только моя внешность? — спросила Софи.

— Конечно, я это говорю, — сказала Белинда. — Ты как сундук с сокровищами, полный мечей без рукояток. Выглядит заманчиво, но копаться внутри — значит пораниться.

— Спасибо, — ярко сказала Софи.

— Это был не комплимент!

— Как это может быть не комплимент? — спросила Софи. — Кто не хочет быть полным мечей?

— Можем мы просто перейти к еде? — спросил Клайв.

Худший из возможных вариантов

Худший из возможных вариантов

С полноценным бронзовым рангом в своих рядах команда чувствовала себя более уверенно, пробираясь к центру города. Они продвигались быстрее, чем кто-либо из них во время испытаний Жнеца, по двум основным причинам. Первая — уверенность. Вместо того чтобы быть разбросанными по городу и вынужденными объединяться в импровизированные команды, они вошли в астральное пространство с союзниками, которых знали и на которых могли положиться. Даже такой могущественный союзник, как Валдис, не был заменой настоящему товарищу, когда на кону стояла жизнь и смерть.

Вторая причина заключалась в том, что они не прочесывали местность в поисках сокровищ, хотя сокровища все равно находили. Несмотря на людей, которые наводнили астральное пространство во время испытаний, команда все равно натыкалась на небольшое состояние в камнях пробуждения, эссенциях и других товарах. В старом тренировочном зале они нашли эссенцию адепта и целую стойку магического оружия бронзового ранга. Ни одно из них не было исключительным, но, тем не менее, они были ценными. В библиотеке они нашли эссенцию знаний, а также несколько книг навыков, магия которых сохранила их в целости, несмотря на жаркий, влажный воздух. Обычные книги давно сгнили, что сделало книги навыков легкими для обнаружения.

Центральный регион города был четко разделен на две зоны во время испытаний. Самое ядро города было его наиболее сохранившимся регионом. Джунглям не давали захватить его неизвестными средствами. В прямом противоречии с этим, область, окружавшая центральный регион, была наиболее сильно захвачена джунглями, как будто весь рост, не происходящий в центре, каким-то образом скапливался вокруг него. Здания там были немногим больше, чем груды щебня, и большая часть руин была полностью поглощена листвой и лианами.

Это кольцо густых зарослей было местом обитания гигантского плотоядного растения, которое занимало ошеломляющее количество пространства под землей. Оно было почти полностью уничтожено усилиями Джейсона и большой группы искателей приключений. Только несколько мертвых остатков растения-монстра остались после того, как оно было уничтожено трансцендентным уроном способности казни Джейсона. Его недуги никогда раньше не достигали такого грандиозного масштаба, и он считал маловероятным, что когда-либо достигнут снова. Существа размером с небольшой город не часто встречаются, и он предпочел бы избегать сражений с подобными.

Команда остановилась, достигнув кольца густых джунглей.

— Вы не думаете, что оно выросло снова? — спросил Нил.

— Нет, — сказала Тень, чей голос доносился из тени Джейсона. — Какого бы мнения ни был кто-либо о способностях мистера Асано, недостаток тщательности в их смертоносности — это не та критика, которую можно было бы к ним применить. Могу вас заверить, что лоза кровавого корня была весьма тщательно уничтожена.

— Нам нужно быть осторожными, проходя через этот участок джунглей, — сказал Хамфри. — Джунгли выглядят гуще, чем там, где я переходил. Судя по всему, нам придется прорубать себе путь местами. Это будет медленное продвижение, и разведка будет нелегкой.

— Нет особого смысла наблюдать сверху, — сказала Софи. — Этот полог слишком густой. Я могла бы отследить вас по вашим аурам, но не знаю, насколько это было бы полезно.

— Не думаю, что риск демонстрировать наши ауры стоит того. Мы должны держать наши ауры настолько скрытыми, насколько можем, — сказал Хамфри. — Мы все должны держаться близко, пока не пройдем.

— Может, нам поискать место, где заросли не такие густые? — спросила Софи. — Это определенно гуще, чем там, где мы проходили в прошлый раз.

— Рост этой области, по-видимому, быстро расширился в отсутствие лозы кровавого корня, — сказала Тень. — Во время испытаний ни в одной части города не было таких густых джунглей. Логично предположить, что остальная часть центрального кольца испытала бы подобный рост в наше отсутствие.

— Может, нам пересмотреть вариант с телепортацией? — спросил Нил.

— Это не самая худшая идея в мире, — сказал Джейсон. — Теперь, когда я смотрю на эти джунгли, мне не хочется прорубать себе путь. Не тогда, когда местные монстры сильнее, чем когда-либо, и можно поспорить, что любые, проявляющиеся там, будут лучше использовать окружающую среду, чем мы.

Хамфри посмотрел в густую листву, обдумывая.

— Что думают остальные? — спросил он.

— Я городская девушка, — сказала Белинда. — Если мы можем пропустить таскание через все это, то я за.

— Это простой вопрос оценки риска, — сказал Клайв. — Прохождение через кишащие монстрами джунгли опаснее, чем телепортация в потенциальную самую гущу культистов? Учитывая, что мы должны иметь возможность телепортироваться в зону относительной безопасности, я бы сказал, что телепортация — лучший вариант.

— А если они почувствуют магию того, как мы все телепортируемся? — спросила Софи.

— Тогда мы будем сражаться, — сказал Хамфри. — Мы в любом случае идем туда ради этого боя. Тем не менее, я бы предпочел начать его на наших собственных условиях.

— Похоже, у нас консенсус, — сказал Клайв. — Я открою портал на крышу здания, в котором мы останавливались перед финальными испытаниями.

Клайв протянул руку, и появился круг рун, чередующихся синим и золотым. Обычно они затем наполнялись мерцающим воздухом и размытым изображением пункта назначения, но вместо этого руны просто погасли, как будто кто-то выдернул из них шнур питания.

— Это странно, — сказал Клайв.

— Могут ли порталы быть как-то затруднены здесь? — спросила Белинда.

— Этого не должно быть, — сказала Тень, появляясь из тени Джейсона. — Тем не менее, это пространство претерпело много изменений за месяцы с момента моего пребывания здесь. Мы сделали ряд обескураживающих открытий, о которых я не знал, поэтому мои знания об этом царстве не так надежны, как я полагал. Если есть какой-то вид помех для порталов, я считаю, что ваша сила, мистер Асано, имеет лучшие шансы сохранить функциональность. В конце концов, это основа для порталов, встроенных в это место.

Джейсон попробовал свою способность портала, но не имел большего успеха, чем Клайв. Появилась обсидиановая арка, но теневые врата не наполнились тьмой. Вместо этого они отступили, не активировавшись. Хамфри попытался телепортировать их, но также ничего не добился.

— Моя телепортация на короткие дистанции работает нормально, — сказал Хамфри, исчезая и появляясь неподалеку, чтобы доказать свою точку зрения. — Джейсон, у тебя не было проблем с теневыми прыжками, верно?

— Все работает просто отлично, — сказал Джейсон.

— Эти результаты предполагают одну из трех возможностей, — сказал Клайв. — Первая, как предположила Белинда, — это какой-то вид воздействия окружающей среды. Мы знаем, что порталы для выхода из этого астрального пространства в настоящее время не функционируют. Мое лучшее предположение — это связано с изменениями в окружающей магии и может влиять на наши способности порталов таким же образом.

— Это имеет смысл, — сказал Хамфри.

— Другие возможности, — продолжил Клайв, — это обычные причины, по которым способности порталов терпят неудачу. Как мы все знаем, пункт назначения портала должен быть местом, которое человек со способностью портала посещал в прошлом. Они также должны быть в состоянии четко визуализировать это пространство. Если пространство слишком общее, чтобы быть запоминающимся, или если время и ослабевающая память искажают воспоминания, это не сработает.

— Вот почему в больших городах есть портальные станции, — сказал Хамфри. — Они делают их запоминающимися, визуально яркими местами, чтобы их было легко вспомнить даже после одного посещения.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон. — Когда я искал путевые точки через пустыню для портала, когда путешествовал к Озеру Небесного Шрама, мне приходилось находить ориентиры, которые выделялись. Не думаю, что смог бы телепортироваться в случайный участок пустыни только потому, что однажды проезжал через него.

— Я довольно хорошо помню то место, — сказал Хамфри. — Я очень ярко помню вид с крыши. Площадь, полную искателей приключений, огромную испытательную башню.

— Что подводит нас к третьей возможности, почему порталы не сработали, — сказал Клайв. — Если пункт назначения значительно изменился, то визуализация будет неверной, и портал не сработает. Недостаточно просто переделать комнату, но что если вы снесли здание, в котором находится комната?

— Тень, ты сказал, что башня, скорее всего, уже была разрушена, — сказал Джейсон.

— Это верно, — ответила Тень. — Пространства внутри, скорее всего, схлопнулись, с разрушительным эффектом.

— Возможно, разрушение было достаточно масштабным, чтобы наше здание было сильно повреждено, — сказал Хамфри.

— Это всего несколько километров, верно? — сказала Белинда. — Софи, не могла бы ты подпрыгнуть в воздух достаточно высоко, чтобы проверить?

— Действительно ли важно, что является причиной? — спросила Софи. — Странная ли магия или здание было снесено, мы ничего не можем сделать ни с тем, ни с другим.

— Ты права, — согласился Хамфри. — Какова бы ни была причина, порталы не могут доставить нас туда, куда мы хотим. Мы можем провести тестирование позже, но сейчас мы должны пробираться через эти джунгли. Тень, можем ли мы положиться на тебя в разведке для нас?

— Конечно, мистер Геллер. Мне было бы приятно внести свой вклад.

* * * Пересеченная местность была чем-то большим, чем просто густые джунгли. Земля была крайне неровной, от заросших куч щебня до областей, где земля провалилась в глубокие ямы. Команда следовала по пути наименьшего сопротивления, насколько могла, полагаясь на карту Джейсона, чтобы держать их направленными примерно в нужном направлении. Иногда путь был слишком трудным, заставляя Хамфри прорубать путь через подлесок своим мечом.

— Эти дыры выглядят относительно свежими, — заметил Клайв. — Я подозреваю, что под землей могут быть значительные пространства, которые ранее были заполнены растением-монстром. То, что Джейсон полностью уничтожил его трансцендентным уроном, могло оставить землю здесь нестабильной.

— Во время испытаний путь определенно не был таким трудным, — сказал Хамфри. — Найти путь было определенно легче.

— Когда мы искали способ обойти растение-монстра, — сказал Джейсон, — Джори сказал мне, что растения в этом астральном пространстве адаптировались питаться тяжелым насыщением магии. Может быть, растение-монстр впитывало большую часть этого, а теперь его нет. Возможно, оставшаяся растительность объедалась, что привело к взрывному росту.

— Меня больше беспокоят монстры, — сказала Софи.

— Какие монстры? — спросил Нил. — Мы не видели ни одного с тех пор, как вошли в этот густой участок джунглей.

— Именно, — сказала Софи. — Единственный другой раз, когда мы так долго шли без монстра, нападающего на нас, был, когда мы останавливались на ночь.

— Прошло уже немало времени, — согласился Хамфри. — Я ожидал бы по крайней мере какого-то змеиного монстра к этому моменту, на такой местности.

— Может, нам просто везет, — сказал Нил.

— Или, может быть, местные монстры знают что-то, чего не знаем мы, — сказала Софи.

* * * Большинство членов команды были городскими жителями. Джейсон вырос в маленьком пляжном городке, в то время как Нил, Белинда и Софи были из Гринстоуна. Хамфри в основном вырос в дельте, но тщательно благоустроенное поместье Геллеров вряд ли было дикой природой.

Хотя все они проводили время, путешествуя по дельте, именно академик Клайв оказался наиболее комфортно чувствующим себя на этой местности. Он вырос в настоящей дельте, на семейной угриной ферме. Он был самым уверенным в походке и самым наблюдательным из всех.

Клайв также был самым образованным в отношении потенциальных угроз, обладая знаниями о монстрах, уступающими только записям Магического общества, которые он провел так много времени, каталогизируя. Это позволило ему заметить то, что другие упустили, и он остановился, чтобы изучить это.

— Что ты нашел? — спросил Хамфри, когда Клайв пристально вглядывался в какой-то белый налет на большом зеленом листе. Клайв огляделся, заметив его еще.

— Не уверен, — сказал Клайв. — Какой-то секрет, вероятно, от монстра. Это старое, так что трудно быть уверенным. Если присмотреться, есть некоторые остаточные следы магии.

У большинства членов команды были магические чувства, поэтому они присоединились к Клайву, вглядываясь в налет.

— Я едва могу почувствовать это, — сказал Нил. — У тебя нет идей, что это может быть?

— У меня сотни идей, что это может быть, — сказал Клайв. — Мне нужно больше информации, чтобы сузить их круг, прежде чем я буду готов сделать хоть какое-то предположение.

Команда продолжила путь, все еще не встречая никаких монстров, но время от времени замечая больше налета. Они нашли немного более свежего, свисающего с ветки дерева, как нить. Остаточная магия на нем была сильнее, и Джейсон потер вещество между большим и указательным пальцами.

— Тебе стоит трогать это? — спросила Белинда. — Я почти уверена, что первое правило обращения с загадочными магическими вещами — не трогать их.

— Мне показалось, я почувствовал что-то в магии, — сказал Джейсон. — Магия Крови.

— И это заставило тебя захотеть потрогать это? — спросил Нил.

— Я определенно чувствую магию крови от этого, — сказал Джейсон. — Но не эссенциальную магию, как у меня. Какая-то сила монстра.

Хамфри заметил хмурый взгляд Клайва.

— Что такое? — спросил его Хамфри.

— Еще рано строить догадки, — сказал Клайв.

— Что-то только что пришло тебе в голову, — сказал Хамфри. — Мы доверяем твоим инстинктам.

Клайв снова неохотно нахмурился.

— Этот налет, — сказал он. — Он кому-нибудь еще напоминает старую паутину?

— Может быть, — сказал Хамфри.

— Эта остаточная магия продержалась достаточно долго, так что мы, вероятно, имеем дело с чем-то серебряного ранга, — сказал Клайв. — Если мы объединим это с магией крови и паутиной, то кое-что приходит на ум. То, в чем я предпочел бы ошибаться.

— А именно? — спросил Нил.

— Кто-нибудь из вас слышал о кровавом ткаче?

Хамфри тихо выдохнул, в то время как остальные покачали головами.

— Что такое кровавый ткач? — спросил Джейсон.

— Паук-монстр, как можно догадаться по паутине. Он серебряного ранга и умнее большинства монстров более низкого ранга. Это все еще скорее животная хитрость, чем настоящий интеллект, но он вполне способен на планирование и долгосрочное мышление.

— Однако это не то, чем он знаменит, — сказал Хамфри. — После того как он питается обычным животным или монстром, он может превратить их в безжизненного слугу. Зомби, но есть кое-что похуже.

— Почему это всегда что-то похуже? — спросил Нил. — Почему это никогда не может быть чем-то лучше? Например, тортом.

— О, я бы не отказался от хорошего пышного бисквитного торта, — сказал Джейсон.

— Ты принес один? — с надеждой спросил Нил.

— Да, но ты не получишь его, пока не повысишь ранг.

— Постарайтесь придерживаться темы, парни, — упрекнула Белинда.

— Прости, — сказали Нил и Джейсон вместе.

— Как я уже говорил, — сказал Хамфри, — кровавый ткач может превращать обычных людей и животных в нежить, шаркающие оболочки. Ничего слишком опасного. Однако монстра или пользователя эссенции он может превратить в вампира. Кровавую марионетку, которая будет выходить и собирать больше жертв для кровавого ткача, чтобы тот мог их поглотить.

— То есть ты хочешь сказать, что эти культисты теперь могут быть вампирами? — сказал Нил.

— Это только возможность, — сказал Клайв. — Однако, учитывая окружающую среду, текущую плотность магии и магию крови в паутине, все это подходит.

— Можем ли мы вообще сражаться с культистами, если они ко всему прочему еще и вампиры? — спросил Нил.

— На самом деле, с ними было бы легче сражаться, — сказал Клайв. — По крайней мере, по отдельности. У них есть вампирские способности, но они больше не могут получить доступ к своим способностям эссенции. У них все еще есть эти способности, потому что душа все еще там, но они не могут использовать их без тела, которое они больше не контролируют. Тело все еще будет подвержено влиянию пассивных способностей, но контролируемое тело не может использовать никакие активные способности, потому что оно не может контролировать душу, которая по сути заперта.

— Я знаю, каково это, — мрачно сказал Джейсон.

— А как насчет камней слежения? — спросила Белинда. — Если культисты были превращены в нежить, показывали бы их камни, что они все еще живы?

— Я не уверен, — сказал Клайв. — Возможно, поскольку у них все еще есть души. Или я могу ошибаться во всем этом, никаких кровавых ткачей нет, а культисты где-то играют в карты.

— Можешь ли ты придумать что-то худшее, чем кровавый ткач? — спросил Нил.

— Не приходит в голову, — сказал Клайв.

— Тогда это, вероятно, то, с чем мы имеем дело, — сказал Нил. — Всегда оказывается, что это худший из возможных вариантов.

— Я могу придумать кое-что похуже, — сказал Джейсон. Все посмотрели на него. — Они могли бы назвать это вампир-пауком.

* * * Команда продолжила путь, белый налет становился все более и более заметным. Быстро стало ясно, что это определенно остатки паутины, и они нашли поляну, где деревья были задрапированы паутиной, как занавесками. Там были старые коконы из паутины, размером с человека и больше, которые были разорваны изнутри. Внутри них запеклась сухая кровь, которая все еще воняла.

— Старое гнездо, — сказал Клайв. — Это определенно кровавый ткач.

Храбрый портняжка

Храбрый портняжка

Клайв поднялся с того места, где присел, чтобы осмотреть один из пустых коконов. Поляна была лишь началом: пустые коконы, висящие на деревьях или упавшие на землю, тянулись далеко вглубь джунглей. Клайв обошел их все, тщательно изучая содержимое каждого.

— Если только здесь нет других людей, о которых мы не знали, — сказал Клайв, — то я бы сказал, что всех наших культистов схватил Кровавый ткач. Коконы плотно и уютно упаковывают свою жертву, и внутри тринадцати из них видны очертания, похожие на человеческие. Похоже, она либо полностью съела пятерых погибших и превратила остальных, либо в этом процессе есть процент неудач.

— Значит, теперь мы точно знаем, что должны выследить эту тварь, — сказала Софи. — Как нам её найти?

— Никак, — ответил Клайв. — Мы все видели, на что способен монстр серебряного ранга. Сомневаюсь, что мы смогли бы одолеть его, даже если бы застали в одиночку, не говоря уже о том, что, надеюсь, это лишь небольшая армия монстров-вампиров. Приспешники Ткача обладают своего рода коллективным разумом, контролируемым самим монстром. Как только мы начнем сражаться с одним из них, мы будем сражаться со всеми. Нам не победить их всех, да еще и Кровавого ткача в придачу.

— Мы не знаем, сколько у нас времени, чтобы остановить то, что затеял культ, — сказала Белинда. — Как бы мне ни нравилась идея отступить, разве мы не должны преследовать его сейчас, если он приведет нас к культистам?

— На данный момент я не знаю, что культисты могут нам предложить, — сказал Клайв. — Сомневаюсь, что мы когда-нибудь найдем их в состоянии, в котором сможем допросить. Может быть, если мы сначала убьем Кровавого ткача, они обретут подобие самосознания и смогут с нами говорить. Но, скорее всего, нам придется попытаться найти хоть какую-то зацепку на их трупах.

— Культисты были достаточно опасны, когда были просто кучкой второсортных искателей приключений, — сказал Нил. — А теперь у них за спиной монстр серебряного ранга? Мы все видели, на что способен монстр серебряного ранга.

— Именно, — сказал Хамфри. — Мы ничего не сможем остановить, если станем кровавыми марионетками какого-то гигантского паука. Клайв, чего мы должны достичь, прежде чем сможем прикончить эту тварь?

— Как минимум, Джейсон должен достичь бронзового ранга, — сказал Клайв. — Кровавый ткач силен, как монстр серебряного ранга, быстро исцеляется и может лечиться еще быстрее, питаясь своими приспешниками. Нарастающий урон Джейсона — наш единственный способ пробить это, даже когда мы достигнем бронзы.

— Разве он не может сделать это сейчас? — спросила Софи. — У него же есть способность преодолевать сопротивление более высоких рангов, верно?

— Это монстр серебряного ранга, — сказал Клайв, — а не какой-то неуклюжий гигант, которого он может обогнать. На железном ранге он слишком медленный, слишком слабый и слишком хрупкий. Он умрет раньше, чем успеет наложить эти недуги. И это если говорить только о самом монстре. Остальным из нас нужно сдерживать армию монстров-вампиров достаточно долго, чтобы Джейсон сделал своё дело. Учитывая плотность магии, мы должны предположить, что для этого будет готов запас монстров бронзового ранга, и культисты, безусловно, будут в их числе. Может быть, их будет столько же, сколько здесь коконов, но, судя по состоянию этой паутины, я думаю, это старое гнездо. Готов поспорить, что их больше. Это ставка, на которую мы ставим свои жизни.

— Значит, ты предлагаешь нам бежать без оглядки, — сказал Джейсон.

— У нас лучшая тренировочная среда, которую кто-либо из нас когда-либо видел, — сказал Клайв. — Каждый искатель приключений растет во время выброса монстров, а у нас есть такой, который никогда не заканчивается, и всё это только для нас. Мы должны использовать это. Я предлагаю прекратить погоню за следами культистов и сосредоточиться исключительно на том, чтобы стать настолько сильными, насколько возможно, и как можно быстрее.

— Полностью согласен, — сказал Хамфри. — Я знаю, что остановка культа была вбита нам в голову как первоочередная задача, как только мы здесь оказались, но теперь этот путь ведет туда, куда мы еще не готовы идти. Я предлагаю нам выйти отсюда и начать следовать за компасом душ от мерзости к мерзости, сражаясь со всем, что попадется на пути.

— Если это не монстр серебряного ранга, — добавил Нил.

— Если это не монстр серебряного ранга, — согласился Хамфри. — Мы придерживаемся тренировочного режима, максимизируем наше развитие. Я достигну бронзы раньше Джейсона, и Нил, вероятно, тоже. Это наш порог для возвращения. Софи и Белинде потребуется больше времени, чем остальным из нас, а этого времени у нас может не быть. Мы даже не знаем, достаточно ли его сейчас.

Хамфри сочувственно посмотрел на Белинду и Софи.

— Это означает, что когда мы всё-таки отправимся за Кровавым ткачом, вы будете самыми уязвимыми.

— Говори за себя, — сказала Софи. — Я за себя постою.

— Я почти уверен, что он имел в виду меня, — сказала Белинда. — Я останусь с Клайвом и Нилом. Усиление бронзовых рангов даст мне шанс нести свою ношу самостоятельно.

— Погодите, — сказал Нил. — Мы что, только что приняли разумное решение и не бросились в безнадежный бой? Команда, вперед!

* * * Попытавшись переместиться порталом за пределы джунглей, команда также попробовала использовать порталы в другие места и подтвердила, что способности порталов вообще не работают. Это заставило их выбираться из густого кольца джунглей, возвращаясь тем же путем, которым они пришли. Вскоре стало очевидно, что их присутствие уже заметили.

— К нам приближаются монстры с нескольких сторон, — предупредил Шейд из тени Джейсона, пока два других его тела разведывали джунгли вокруг. — Судя по их физическому облику, разрозненной природе и слаженным движениям, я полагаю, что это вампирические марионетки Кровавого ткача.

Команда развила свою слаженность настолько, что им не нужно было обсуждать тактику, когда они перестраивались в оборонительное построение. В тесноте густых джунглей Хамфри и Софи встали на защиту Нила, Белинды и Клайва, а Джейсон растворился в темноте.

Появился Онслоу, и Клайв легко запрыгнул ему на спину. Даже в самом начале бронзового ранга показатели силы и скорости Клайва давали ему мощь огромного пауэрлифтера и ловкость крошечного гимнаста. Белинда также призвала своих фамильяров: серебряный фонарь, парящий над ней, и живую иллюзию — мерцающую копию самой себя, которая возникла рядом с ней.

— Почему они решили напасть только сейчас? — задался вопросом Нил.

— Они ждали, пока мы зайдем глубже на территорию Кровавого ткача, — сказал Клайв. — А теперь мы пытаемся уйти.

— Мы их совсем не чувствовали.

— Многие паукообразные монстры могут использовать сети паутины, чтобы отслеживать свою добычу на обширной территории, — сказал Хамфри.

— Клайв не упоминал об этом раньше, — сказал Нил.

— Клайв не знал, — раздраженно ответил Клайв. — Может, если бы искатели приключений меньше пренебрегали обменом информацией с Магическим обществом, в наших знаниях было бы меньше пробелов.

— Сосредоточьтесь, — сказал Хамфри. — Джейсон должен начать прямо сей—

Чужеродный визг эхом разнесся по джунглям. Они почувствовали приближающиеся ауры раньше, чем увидели монстров. Это была разношерстная группа, бронзовые и железные ранги вперемешку, но одна и та же нить проходила сквозь каждую из этих аур. Это ощущалось как пропитанный кровью проволочный поводок, удерживаемый в руках невидимого хозяина.

— Я определенно не хочу, чтобы это было в моей ауре, — сказала Софи.

Монстры хлынули из джунглей — разновидности, с которыми они уже сталкивались в городе, но изменившиеся. Глаза налились кровью, кожа была бледной и натянутой на жилистые мышцы. Там были змеи с шипами вдоль спин, двухголовые кошки и разноцветные лягушки, плюющиеся шипами. Почти половину их числа составляли обезьяноподобные существа, с которыми сражался Клайв, но еще более дикие. В нападающих, бросившихся на команду, чувствовался безумный голод.

Хамфри и Софи бросились в бой. Софи была настоящим размытым пятном, отражая летящие шипы и калеча обезьяноподобных монстров одного за другим. Казалось, они стоят на месте, пока кулаки, ступни, локти, колени и удары ладонями обрушивались на суставы, горла и глаза. Несмотря на натиск, её лицо было спокойным, а движения — такими же клинически точными, как и быстрыми. Она сражалась с чистой эффективностью машины, без лишних движений, без колебаний и без жалости.

Двухголовая кошка высоко подпрыгнула над другими монстрами, пролетая по воздуху в её сторону. Она выбросила руку, и порыв ветра отправил кошку обратно в джунгли.

Способность: [Волна ветра] (Ветер)

Особая способность (движение).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 6 секунд.

Текущий ранг: Железо 6 (41%).

Эффект (железо): Создает мощный порыв воздуха, который может отталкивать врагов и физические снаряды. Может использоваться для прыжка в воздух или быстрого перемещения, уже находясь в воздухе.

Шипастая змея прыгнула на неё с низкого угла, и она выхватила её из воздуха, держа одной рукой за верхнюю, а другой за нижнюю челюсть. Она резко развела руки в стороны, разорвав голову змеи, и даже не замедлилась, продолжая сражаться с обезьяноподобными существами.

Один из обезьяноподобных монстров бронзового ранга вырвался вперед, быстрее и сильнее остальных. Он протаранил своих сородичей, бросившись на Софи. Она активировала способность, и время вокруг неё замерло.

Способность: [Вечный миг] (Скорость)

Особая способность.

Стоимость: Экстремальная мана в секунду и выносливость в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 5 (91%).

Эффект (железо): Действуйте на сильно ускоренной скорости в течение одной секунды реального времени, которая растягивается в субъективном времени.

Массивная способность ускорения Софи дала ей лишь мимолетный момент почти застывшего времени для действий. Она быстро замахала руками перед собой, каждый взмах создавал дугообразное лезвие ветра, которое замирало, как только отделялось от её тела.

Способность: [Клинок ветра] (Ветер)

Специальная атака.

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 8 (88%).

Эффект (железо): Создает режущий снаряд из воздуха.

Застывшее время закончилось после кратчайшего интервала, но быстрые движения Софи подготовили стену из ветряных клинков. Как только сила иссякла, все они обрушились на монстра, бросившегося на неё, превратив массивную обезьяну в кровавое месиво. Её рывок превратился в шатание, и она ударила её ногой прямо в грудь, испачкав ботинок в крови. Монстр упал навзничь и больше не шевелился.

Хотя она была невероятно быстра на ногах, Софи держала оборону, не отходя далеко, пока отбивалась от нападавших. Хамфри тем временем был мечом для её щита, бросаясь вперед, чтобы перенести бой на врага. Он наколдовал свой огромный меч, стилизованный под крыло дракона, который тут же окутался пламенем.

Способность: [Меч крыла дракона] (Крыло)

Призыв (огонь).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Призывает огромный меч в форме крыла дракона. Специальные атаки с подтипом движения, выполненные этим оружием, наносят дополнительный урон.

Эффект (бронза): Обычные и специальные атаки, выполненные этим оружием, наносят урон огнем и накладывают состояние [Горение].

[Горение] (недуг, периодический урон, стихийный): Наносит постоянный урон огнем.

Урон от огня казался едва ли важным, когда меч сметал врагов, как опавшие листья.

Способность: [Неудержимая сила] (Мощь)

Специальная атака.

Стоимость: Высокая мана, экстремальная выносливость.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Атака ближнего боя с огромным импульсом, наносящая большое количество дополнительного урона резонирующей силой и разрушительной силой. Требует тяжелого оружия.

Эффект (бронза): За каждого пораженного врага перезарядка этой способности и стоимость следующего использования этой способности уменьшаются.

Трое обезьяноподобных монстров и двухголовая кошка практически взорвались, их тела даже не замедлили горизонтальный взмах огромного меча. Хамфри не заботился о самозащите, прибыв в гущу монстров, как брошенная граната. Однако он был хорошо защищен, начиная с доспеха из чешуи дракона, который он наколдовал прямо на своем теле.

Способность: [Доспех дракона] (Дракон)

Призыв.

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Призывает комплект доспехов из чешуи дракона, который обеспечивает сильную физическую защиту и повышает сопротивление урону огнем и эффектам.

Эффект (бронза): Доспех обеспечивает повышенное сопротивление нефизическому урону и дополнительно повышенное сопротивление урону огнем и эффектам.

Пока Хамфри обрушивался на врага, иллюзорное изображение сражалось рядом с ним, безобидное, но отвлекающее, из-за чего его атаки было трудно предугадать. Как только монстры думали, что вычислили настоящего Хамфри, они понимали, что сражаются с его иллюзорным двойником. Это был фамильяр Белинды, Джемини, который мог не только имитировать союзников, но и меняться с ними местами с помощью телепортации. Для этого он использовал ментальную связь с имитируемым союзником, как более инстинктивную версию голосового чата Джейсона. Это была странно интимная связь, позволявшая союзнику активировать силу.

Сила фамильяра Белинды была весьма похожа на одну из способностей самого Хамфри.

Способность: [Атака миражного дракона]

Трансформировано из способности [Человек] [Сродство со спецприемами].

Вы с большей вероятностью пробуждаете специальные атаки, чем другие типы способностей. Ваши специальные атаки имеют усиленный эффект.

Когда вы совершаете специальные атаки, вы можете потратить ману, чтобы создать недолговечного иллюзорного двойника, повторяющего атаку. Иллюзия не наносит урона и не дублирует другие эффекты атаки, но вы можете потратить ману, чтобы переместиться телепортом, поменявшись местами с ней в момент создания. Это эффект иллюзии и телепортации.

С каждой специальной атакой он создавал не только еще одного недолговечного двойника, но и Джемини делал то же самое, оставляя четырех Хамфри бегать вокруг, чтобы монстры пытались их поймать. Только союзники Хамфри могли видеть туманное размытие, сигнализирующее о том, кто из них является иллюзией.

Рывок в рой нападающих открыл его для их атак, и некоторые неизбежно целились в истинное тело Хамфри. Многие из этих атак перехватывались своевременными, но недолговечными пузырьковыми щитами, любезно предоставленными Нилом.

Способность: [Поглощающий щит] (Щит)

Особая способность (восстановление, возмездие, истощение).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Создает недолговечный щит, который поглощает входящую атаку и генерирует ману с течением времени, сила которой масштабируется в зависимости от количества поглощенного урона. Атаки с высоким уроном серебряного ранга или выше могут быть поглощены не полностью.

Эффект (бронза): Истощает здоровье и ману атакующего и передает их получателю щита.

Поглощающий щит Нила одновременно защищал Хамфри и восполнял его здоровье и ману, позволяя ему продолжать сражаться в полную силу. В дополнение к эффекту истощения, один из эволюционировавших расовых даров Нила был невероятно ценным.

Способность: [Хранитель жизни]

Трансформировано из способности [Эльф] [Сродство с жизнью].

Эффекты, используемые или получаемые с положительным влиянием на жизнь, имеют больший эффект.

Использование эссенциальной способности на основе щита на союзниках также дает эффект исцеления с течением времени.

Если на Хамфри наваливалось слишком много врагов, Нил применял свою другую способность пузырькового щита.

Способность: [Взрывной щит] (Щит)

Особая способность (восстановление, возмездие).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Создает недолговечный щит, который поглощает входящую атаку и взрывается, отбрасывая ближайших врагов и нанося сотрясающий урон. Атаки с высоким уроном серебряного ранга или выше могут быть поглощены не полностью.

Эффект (бронза): Накладывает [Резонирующее эхо] на любого, кто получил урон от взрыва.

[Резонирующее эхо] (недуг, периодический урон, магия): Наносит постоянный урон резонирующей силой.

Хотя Хамфри и Софи сражались с множеством монстров, их двоих было недостаточно, чтобы прикрыть каждый угол подхода. Монстры, пытавшиеся проскользнуть в бреши, встречали стихийные атаки Онслоу и силовые болты от фамильяра-фонаря Белинды, Мерцания. Белинда использовала свою способность ложного колдуна, дававшую ей силу использовать жезл, из которого она выпускала болты огня.

Оружие Клайва всё еще было убрано в его хранилище, пока он сидел верхом на Онслоу, распевая чрезвычайно длинное заклинание. Когда он закончил, в небе, подобно небесному телу, появился огромный красно-золотой глаз. Он выглядел как огненная туманность, напоминая разозленную версию глаза в торсе фамильяра Джейсона, Гордона.

Способность: [Око кармы] (Кармический)

Заклинание (зона, возмездие).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Бронза 0 (04%).

Эффект (железо): Создает зону широкого действия. Внутри зоны весь урон, нанесенный врагами или эффектами, созданными врагами, вызывает нанесение урона разрушительной силой врагу, который был источником урона.

Эффект (бронза): Всякий раз, когда урон активирует эффект зоны, поврежденный союзник получает экземпляр [Хорошая карма], а враг получает экземпляр [Плохая карма].

[Хорошая карма] (благо, святой, суммирующийся): Урон от врагов с [Плохая карма] уменьшается; это не уменьшает возмездный урон, получаемый врагами с [Плохая карма]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Плохая карма] (недуг, святой, возмездие, суммирующийся): Часть урона, который вы наносите врагам с [Хорошая карма], также наносится вам в виде трансцендентного урона. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, до максимума в 100% возврата урона.

Команда тратила ману как воду, зная, что восстановление маны — одна из их величайших сильных сторон. Клайв, Нил и Софи имели силы, которые восполняли ману товарищей по команде в пределах их перекрывающихся аур, в то время как Клайв и Нил также имели заклинания для восполнения маны команды.

Завершив заклинание зоны, Клайв вытащил свое оружие и начал палить во все стороны. Без времени на установку ритуальных усилений они были не так эффективны, но всё еще оставались мощным оружием. Он также восполнил силы Онслоу.

Монстры, атакующие Хамфри и Софи, теперь вредили сами себе в результате заклинания зоны, но огромное количество врагов всё еще угрожало смять команду. По быстрому подсчету Клайва, их здесь было не менее тридцати, не считая тех, с кем Джейсон сражался где-то в джунглях.

Несмотря на усилия команды, врагов всё еще было слишком много, и они были на грани того, чтобы быть подавленными. Белинда начала распевать свое собственное длинное заклинание, и как раз когда казалось, что команду сейчас раздавят, поле битвы изменилось.

Способность: [Неожиданные союзники] (Шарлатан)

Заклинание (иллюзия, измерение, телепортация).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 1 час.

Текущий ранг: Железо 4 (16%).

Эффект (железо): Вы и ваши союзники принимаете иллюзорные формы ближайших врагов, но ваши союзники всё еще могут узнавать друг друга. Все союзники и враги в области случайным образом перемещаются телепортацией.

Как раз когда построение команды было готово нарушиться под напором противников, заклинание Белинды взорвало его. Команда была случайно телепортирована, как и монстры. Телепортация была короткой и относительно мягкой, едва ли побеспокоив тех членов команды, которые были к ней чувствительны. Монстры же, напротив, пришли в замешательство от внезапного перемещения и кажущегося исчезновения своих врагов. Не в силах видеть сквозь иллюзорные покровы, теперь скрывающие команду, существа в растерянности бродили вокруг.

Сила Белинды была краеугольным камнем одной из тактик команды для сражения с большими группами, которую Джейсон назвал стратегией «Храброго портняжки». Они наносили точечные удары, которые побуждали монстров атаковать друг друга, их раздор на мгновение нарушал нить контроля в их ауре. В дополнение к тому, что монстры вредили друг другу, заклинание зоны Клайва наносило еще больше урона.

Контролирующая сила быстро восстановилась, но внезапный хаос дал команде время собраться вместе. Джейсон уведомил их, что все выжившие монстры собрались близко, и он появился из теней. Это было как раз вовремя, чтобы исчезнуть вместе с командой, когда Нил использовал способность.

Способность: [Оплот Жнеца] (Щит)

Особая способность (измерение, болезнь).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 6 часов.

Текущий ранг: Железо 8 (64%).

Эффект (железо): Кратковременно переносит союзников в межпространственное пространство, одновременно наполняя область энергией смерти, нанося урон разрушительной силой, некротический урон и накладывая [Ползучая смерть] на всё в области.

[Ползучая смерть] (периодический урон, болезнь, суммирующийся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Когда команда через несколько мгновений вновь появилась из межпространственного пространства, ландшафт превратился в ужасающий Тартар. Энергия смерти силы Жнеца Нила расколола джунгли вокруг них, оставив мертвых и гниющих монстров среди почерневших и иссохших джунглей. Подлесок превратился в черный перегной под ногами, а древесина деревьев сгнила и раскололась, заставляя их рушиться на землю.

Несколько монстров бронзового ранга выжили, но они были ранены, и численное преимущество было уже не на их стороне. Команда быстро с ними расправилась.

— Кого-нибудь укусили во всем этом? — спросил Клайв. — Укусы вампиров могут иметь неприятные последствия.

— Их зубы нашли только мою броню, — сказал Хамфри.

— Я получила несколько когтей и пару шипов, но укусов не было, — сказала Софи.

Джейсон использовал свою способность поглощения недугов на Софи, очищая яд от шипов лягушки-плевательницы.

— Мои способности крови были весьма эффективны, — сказал Джейсон. — Оказывается, вампиры немного восприимчивы к магии крови.

— Обсуждение после боя можно провести позже, — сказал Хамфри. — А пока давайте максимально отдалимся от этого паука.

Условия пакта

Условия пакта

— Эти монстры-вампиры немного разочаровали, — сказал Джейсон. — Они казались не столько вампирическими, сколько страдающими от похмелья. Немного бледные, глаза налиты кровью. Они даже не призвали никаких летучих мышей.

— Это паучьи вампиры, — сказал Нил. — С чего бы им призывать летучих мышей?

— Ну, они и пауков тоже не призвали.

— Не думаю, что это так работает, — сказала Белинда. — Разве не паук их как бы призвал?

— Хорошее замечание, — сказал Джейсон.

Команда выбралась из кольца густых джунглей, вернувшись к относительно целым улицам и зданиям заросшего города. Они убедились, что отошли достаточно далеко, прежде чем поставить дом-облако и остановиться на ночь.

— Всем хорошо отдохнуть, — сказал Хамфри. — С этого момента наше единственное внимание сосредоточено на том, чтобы стать сильнее.

— Жаль, что нет эссенции кино, — размышлял про себя Джейсон. — Способность «тренировочный монтаж» была бы имбой.

— О какой ерунде ты сейчас говоришь? — спросила Софи.

— Думаю, я знаю это, — сказал Клайв. — В твоем мире есть басня о том, как учились сражаться, чистя карету старика, верно?

— Есть разные интерпретации этой истории, — сказал Джейсон. — Многое сводится к вашей терпимости к пафосным балладам. Но посыл в том, что всё, что мы делаем, — это кунг-фу. Это термин, который там, откуда я родом, стал означать боевые искусства. Но на самом деле он означает достижение через усердный труд. Каждое наше действие и каждое сказанное слово — это то, что формирует нас. Усердный человек действует, чтобы улучшить и расширить свои возможности во всем, что он делает, каким бы обыденным это ни было.

— Тогда почему ты бегаешь как сумасшедший, болтая ерунду, вместо того чтобы быть усердным? — спросил Нил.

— Потому что всё — это оружие, — сказал Джейсон, — и мало какое оружие так же мощно, как то, как люди смотрят на тебя.

Выражение лица Джейсона претерпело тонкое, но мощное изменение. Самоуверенная улыбка внезапно стала зловещей, его смеющиеся глаза стали хищными, когда он уставился на Нила. Под этим взглядом Нил заерзал на своем месте, чувствуя себя неловко, когда Джейсон смотрел на него, как ястреб на мышь. Затем Джейсон ослепительно улыбнулся, его глаза заискрились, когда он развеял напряжение так же внезапно, как и создал его.

— Всё — это оружие, — повторил Джейсон, — если знаешь, как им пользоваться. Нет лучшего оружия, которое можно дать врагу, чем предсказуемость. Каждый из вас в какой-то момент говорил кому-то не утруждать себя попытками понять, о чем я говорю. Если враг даже не пытается меня понять, это оружие и щит, которые он только что бесплатно вручил мне.

— А как насчет твоих союзников? — спросил Нил. — Разве им не нужно полагаться на тебя?

— Им нужно, да. Ты доверяешь мне, Хамфри?

— Да.

— Клайв?

— Да.

— Софи?

— Да.

Джейсон улыбнулся Нилу.

— А как насчет тебя, Нил? Ты доверяешь мне, чтобы я прикрыл твою спину? Что я буду рядом, когда понадоблюсь?

— Думаю, да, — признал Нил.

— Ты вырос в мире магической силы, — сказал Джейсон, переводя взгляд с Нила на всю команду. — Прямой, объективной, честной силы. Я пришел из политического мира, где власть туманна, а войны ведутся не только за территорию, но и за идеологию. Мы растем, наблюдая за лидерами, которым нужно склонять население на свою сторону, чтобы удержать власть, даже если население может делиться информацией способами, которые были бы для вас так же удивительны, как магия для меня.

Джейсон кивнул Хамфри.

— Мать Хамфри поощряла нашу дружбу, потому что понимала, что у меня более политический ум, чем обычно встречается в Гринстоуне. Я уверен, что в более космополитичных городах всё иначе, но здешняя политика любительская и грубая. Опасная, да, потому что власть всегда опасна, но не особенно сложная. Она хотела, чтобы Хамфри узнал меня, чтобы он видел следующего парня, похожего на меня, за версту.

Джейсон наколдовал кинжал в своей руке.

— Это, — сказал он, — самое слабое оружие из всех. Клинок может сразить человека, но слова могут погубить королевство. Прелюбодеяние может положить конец династии, жадность может начать войну, а сострадание — закончить её. Люди будут умирать за незнакомцев из веры и убивать своих соседей из страха.

Он небрежно отбросил кинжал, и тот исчез.

— Всё — это оружие, — заключил он. — Фокус в том, чтобы научиться владеть ими, не причинив себе вреда.

В комнате воцарилась тишина после импровизированной речи Джейсона, пока Софи не нарушила её.

— Боги милостивые, как же ты любишь слушать собственный голос.

* * * Команда перешла к регламентированному графику физических тренировок, тренировок навыков, ментальных тренировок и охоты на монстров. Дни превращались в недели, и Хамфри присоединился к Клайву на бронзовом ранге, его волевая красота стала еще более выраженной.

Поскольку Клайв уже достиг бронзового ранга, во время тренировок его перевели в разряд низкого приоритета. Это дало ему время изучить изменения в окружающей магии астрального пространства. Он пытался узнать, что вызывает эти изменения и как это мешает им использовать порталы или сбежать. Он не нашел ответов, которые искал, но сделал другие открытия, о которых рассказал однажды вечером в доме-облаке.

— Плотность магии увеличивается, — объявил он команде. — Я не совсем уверен почему, но что-то, похоже, нагнетает высокоплотную магию в это астральное пространство.

— Что это значит для нас? — спросил Хамфри.

— Несколько вещей, — сказал Клайв. — Во-первых, мы не выберемся отсюда, пока не найдем то, что вызывает это, и не остановим. Во-вторых, нам нужно продолжать тренировки, потому что монстры будут становиться сильнее. Со временем мы будем видеть всё меньше железных рангов, и встреча с серебряным станет всё более неизбежной. В-третьих, скорость, с которой это астральное пространство будет разрушаться, идет по всё более крутой кривой. Мы пока говорим о годах, но по мере роста плотности магии временные рамки будут сокращаться.

— Что ж, это просто совершенно ужасающе, — сказал Нил.

— Что ты рекомендуешь нам делать? — спросил Хамфри.

— У нас уже есть верный план, — сказал Клайв. — Улучшение нашей силы важнее, чем когда-либо, а культисты по-прежнему наш лучший шанс разобраться в том, что происходит. Нам нужно разобраться с этим Кровавым ткачом и, надеюсь, понять, что они затеяли.

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Джейсон, Софи и Белинда, мы будем переносить всё внимание на вас. Как только Джейсон достигнет бронзы, мы немедленно выступим против Кровавого ткача. Софи и Белинда, мы доведем вас до бронзы как можно быстрее. Мы не можем позволить вам оставаться на железном ранге, если собираемся регулярно встречать монстров серебряного ранга.

* * * Способности Белинды прогрессировали устойчивыми, но не исключительными темпами. Она достигла того уровня, когда могла комфортно сражаться с небольшими группами монстров железного ранга в одиночку, используя способности, которые давали ей временные навыки. Они обнаружили, что она на самом деле прогрессировала быстрее в групповых боях, где больше её сил можно было использовать эффективно.

Набору способностей Белинды «мастер на все руки» не хватало мощи, чтобы перепрыгивать ранги и сражаться с монстром бронзового ранга в одиночку. У Софи таких проблем не было, она наслаждалась как боями, так и последовавшим быстрым развитием своих способностей. Наводненный монстрами город был рад услужить; они видели столько боев за день, сколько активный искатель приключений в Гринстоуне увидел бы за неделю.

Повышение ранга на последних стадиях способности было более трудным и медленным процессом, но монстры железного ранга становились редкостью. Их заменяли монстры бронзового ранга, которые предлагали достаточно вызова, чтобы их прогресс продолжался в прежнем темпе. Монстры появлялись в таком количестве, в каком команда изначально встречала монстров железного ранга, и команде всё чаще приходилось сражаться всем составом, вместо того чтобы отделять членов для максимизации вызова.

Джейсон ожидал, что его способность фамильяра для Шейда будет самой сложной для повышения ранга. Колин и Гордон могли напрямую участвовать в бою, тогда как сила Шейда для атаки сводилась к небольшому высасыванию маны. К удивлению Джейсона, Шейд не отставал от Гордона, быстро проходя через нижние уровни развития.

Хотя Шейд не был атакующим, его полезность как цели для теневого прыжка заставляла Джейсона сильно полагаться на него в бою. Оглядываясь назад, Джейсон понял, что, конечно, фамильяр вспомогательного типа будет развиваться от вспомогательных задач. Чтобы помочь этому, он практиковался в разделении чувств одного из удаленных тел Шейда. Это было бы полезно для того, чтобы позволить ему напрямую наблюдать из безопасности за всем, что разведывает его фамильяр. Он мог даже говорить через Шейда, хотя его голосовой чат всё еще был более совершенным методом общения.

* * * У культа, скрывающегося в поместье Вейн, появился посетитель: Аниса Ласаль. Тимос провел её по территории, теперь мертвой и сухой, поскольку пустыня отвоевывала её обратно. Живая изгородь лабиринта превратилась в лабиринт из сухих веток, и культ проложил более прямой путь к центру, по которому Тимос вел жрицу. Она прибыла одна, в то время как у Тимоса под рукой была пара приспешников железного ранга.

— Давно не виделись, жрица, — сказал Тимос, и на его губах заиграла улыбка. — Как прошел ваш… творческий отпуск?

Идя рядом с ним, Аниса Ласаль с презрением взглянула на Тимоса. Эльфийская жрица была одета в чрезвычайно облегающее снаряжение искателя приключений, его монохромный белый цвет был едва ли бледнее её кожи. Её платиновые волосы были собраны в простой и практичный хвост.

— Я презираю вас и вам подобных, — сказала она. — Честно говоря, я бы предпочла оставаться в укрытии, чем иметь с вами дело. Каждое унижение, которое я перенесла за последние месяцы, можно возложить исключительно на ваши неудачи.

— У вас плохая память, жрица, — сказал Тимос. — Думаю, вы обнаружите, что нетерпеливость вашего бога…

Тимос осекся, когда рука Анисы в перчатке сжала его горло, а большой палец дико вдавился в трахею. Его двое приспешников двинулись на помощь, но перед ними угрожающе зависло трио обжигающих сфер света.

— Ты не будешь порочить моего бога, — спокойно сказала Аниса Тимосу. — На самом деле, для всех участников было бы лучше, если бы ты никогда не осквернял его имя своими оскверненными губами. Я ясно выражаюсь?

Тимос кивнул, задыхаясь еще сильнее от этого действия. Она отпустила его, и он упал на колени, кашляя и отплевываясь. Его глаза метнули в неё яд, когда он потер горло, но он снова кивнул.

— Я понимаю, — сказал он.

— Смотри, чтобы так и было. А теперь вставай; я не собираюсь стоять без дела, ожидая, пока ты оправишься от последней в длинной череде ошибок.

Люди Тимоса выглядели готовыми действовать, но он остановил их покачиванием головы. Этот жест не остался незамеченным Анисой, но она не удостоила его комментарием. Он пошатываясь поднялся на ноги, и они продолжили путь, достигнув того, что когда-то было колодцем в центре лабиринта.

Никто не проверял поместье с тех пор, как через него прошла группа Отвергающего, и культ решил, что раскопки колодца и туннеля на дне — приемлемый риск. Один из культистов с силами изменения земли создал набор каменных ступеней в то, что изначально было естественной пещерой. Деревянный настил, по которому когда-то проходил Джейсон, был убран, а стены и пол сглажены. Были возведены каменные стены, чтобы сформировать подземный комплекс. У них не было плотника, поэтому, несмотря на обилие материалов наверху, вместо дверей висели занавески. Светящиеся камни, прикрепленные к стенам, освещали комнаты и коридоры.

Тимос вел жрицу через комплекс, но она остановилась на полпути. Её глаза буравили одного из культистов, седого мужчину, перемещающего ящик с припасами.

— Ты, — сказала она мужчине. — Я знаю тебя.

— Да, мисс. Я Дугалл. Я выпустил вас из клетки, когда кровавый культ захватил вас.

— Крыса, бегущая с тонущего корабля, — сказала она. — Ты прознал о том, что Ремор расправился с вашей маленькой ветвью Красного стола, и понял, что тебе нужен новый хозяин. Кровавый культ, в конце концов, расправляется с неудачами весьма плотоядными способами. Очевидно, ты знал о лояльности Ландемира Вейна гораздо больше, чем кто-либо в доме осознавал. Оппортунистическая лояльность культиста обнаруживается как низкая и корыстная перед лицом невзгод. Где лежит твоя вера?

— Я…

— Я не хочу, чтобы ты говорил. Или, может быть, тебе стоит. Я помню, что ты искал вкус эльфийской плоти. Ты всё еще хочешь полакомиться моими костями, культист?

— Я бы никогда, мисс…

— Жалко. Ты не стоишь того, чтобы ради твоего убийства пачкать руки кровью.

Она пронеслась мимо, а Тимос поспешил продолжать показывать путь. Они дошли до металлической двери, ведущей в старый ритуальный зал Ландемира Вейна. Всё было ободрано до голого камня. Единственными оставшимися элементами были арка в центре комнаты, сложный ритуальный круг вокруг неё и мановые лампы, которые искусственно повышали окружающую магию, позволяя кругу функционировать. Культ заряжал большое количество ламп вокруг поместья, чтобы поддерживать ритуальный круг в рабочем состоянии.

Арка выглядела так, будто была сделана из спасенных строительных материалов — нерегулярная конструкция из дешево выглядящих, несоответствующих друг другу кирпичей, скрепленных тем, что выглядело как обычный раствор.

Лидер культистов серебряного ранга, Зато, стоял спиной к двери, глядя на инертную арку. Он обернулся на их вход, глаза задержались на следах на шее Тимоса, но ничего не сказал.

— Сколько? — потребовала Аниса без предисловий.

— Недели, — сказал Зато. — Два с половиной месяца, самое большее.

— Два с половиной месяца! — взревела Аниса. — У вас уже было более чем достаточно времени!

— А у вашей церкви совсем нет терпения! — крикнул Зато в ответ. — Каждая проблема, в которой вы обвиняете нас, сводится к тому, что ваша церковь отказывается ждать, как вам советовали. Ваша настойчивость действовать так рано стоила нам всего и не принесла ничего. Как будто вы каким-то образом думаете, что поклоняетесь богу времени, способному заставить вещи происходить, когда вы захотите. Если бы ваша церковь была готова ждать, то личность культа и ваше общение с нами остались бы в секрете. Мы всё еще в годах от настоящего начала, но вы должны были вести себя как нетерпеливые дети.

Аниса кипела от ярости, но она была бронзового ранга против его серебряного и имела свои приказы.

— Я здесь, чтобы сообщить вам, что ваша просьба неприемлема, — сказала она, отчеканивая каждое слово. — Мы не будем её удовлетворять.

— Иди и скажи своему архиепископу, что не только его люди присоединятся к нам в астральном пространстве, но и он сам. Халатность вашей церкви стоила нам каждого серебряного ранга, который у нас был в этом регионе. Я единственное исключение, и я едва достиг ранга, когда ваши люди привели Реморов на остров. Меня даже не успели полностью посвятить в руководство.

— Вина за то, что произошло на острове, не лежит на нас.

— Конечно, нет, — усмехнулся Зато. — Каждый успех — ваш, а каждая неудача — моя. Я мог бы так же хорошо спорить с ребенком.

— Мы потеряли золотой ранг в атаке на остров, так что не приходите жаловаться мне, — сказала Аниса.

— Я не звал вас сюда, чтобы слушать жалобы, — сказал Зато, восстанавливая самообладание. — Я призываю к условиям пакта. Николас Хендрен поведет своих людей присоединиться к нам, когда туннель закончит формироваться и откроется портал. Я жду всех вас здесь через два месяца.

Аниса одарила его улыбкой, которая каким-то образом идеально воплощала ненависть, но ничего не сказала. Она развернулась на месте и вымелась из комнаты, как гневный ветер.

Обменивая сегодняшнюю безопасность на завтрашнюю смерть

Обменивая сегодняшнюю безопасность на завтрашнюю смерть

Команда знала заранее, что в городе есть места, которые были чем-то большим, чем просто пустые руины. Ряд участников испытаний сообщали о таких местах Магическому обществу и людям Эмира, которые провели масштабный опрос выживших в испытаниях железных рангов. Помимо того, что такие места были полны монстров, не похожих на тех, что встречались в других частях города, они содержали необычайно ценные сокровища.

Клайв был одним из тех, кто столкнулся с таким местом во время испытаний, где он получил легендарный комплект предметов, которыми теперь владели и он, и Нил. Для него это был комплект посоха и жезла, ставший важнейшей частью его боевого потенциала. Для Нила это была сфера размером с кулак, которая светилась синим светом, когда её держали, и золотой обруч с синим камнем, вставленным в лоб. Способности в сочетании мощно усиливали его способности щита, что команда оценила по достоинству.

Учитывая грозную силу способностей этих предметов, команда с нетерпением исследовала любое место, выходящее за рамки обычного. Помимо того, что там с такой же вероятностью, как и в любом другом месте, могли быть монстры, всегда был шанс найти сокровища. В грядущих битвах любое преимущество было крайне необходимым благословением.

Большинство таких мест были либо подземными комплексами, либо находились на вершинах необычайно высоких зданий, как то, что нашел Клайв. Первым из таких мест, с которым столкнулась команда, был обширный комплекс подземных кузниц, литейных цехов и печей. Помимо опасных элементалей огня и железа, он был наводнен причудливой нежитью, с металлом, вплавленным в их тела, словно магические киборги.

Джейсону было неприятно там сражаться. Большинство врагов обладали высокой устойчивостью, если не полным иммунитетом к его способностям. Он активно использовал меч, который дал ему Гэри, но это был заметный шаг назад в его возможностях.

— Это полезно для тебя, — сказала ему Софи.

— Если тренируешься только для случаев, когда всё идет хорошо, ты умрешь в тот момент, когда всё пойдет не так, — сказал Хамфри.

— Да, — несчастно признал Джейсон. — Руфус говорил мне почти то же самое.

В конечном итоге это место принесло несколько впечатляющих сокровищ, хотя и не таких полезных, как те, что нашел Клайв. Там была пара перчаток, усиливающих способности на основе огня и железа, и наковальня, улучшающая создание оружия. Команда забрала их с намерением передать Гэри.

Комплекс также дал солидный улов эссенций и камней пробуждения, почти все из которых были огненными и железными. Они были обычными, но очень популярными, а значит, принесли бы хорошую цену, когда они вернутся в цивилизацию. Они стали желанным дополнением к кучам духовных монет и самоцветов квинтэссенции, скапливающимся в их хранилищах благодаря способностям мародерства Джейсона и Нила.

Следующее подобное место, на которое они наткнулись, было также подземным. Сначала они не были уверены в его природе, так как оно было очень простым, но поняли, что оно необычное, по тому, насколько оно было целым. Большинство подземных пространств в городе были густо покрыты плесенью и корневыми системами, пробивающимися сквозь стены и потолок. Этот комплекс состоял из квадратных туннелей и пустых комнат, кирпичная кладка была однородной и безупречной.

— Здесь, похоже, ничего нет, — сказала Белинда, осматривая очередную пустую комнату. — Ни добычи, ни монстров, гнездящихся здесь. Даже нет ветхой мебели и прочего, что встречается в большинстве руин.

— Все эти пустые комнаты напоминают мне место, которое мы нашли в дельте под болотом, — сказал Хамфри.

— Это стоит запомнить, — сказал Клайв. — То место казалось пустым, пока мы не получили полную порцию болотной гидры.

— Хороший урок, — согласился Хамфри. — Это место вполне может быть пустым, потому что единственная тварь здесь распугала остальных.

— Мы готовы встретиться с монстром серебряного ранга? — спросил Нил. — Нам еще не приходилось этого делать, но монстры становились всё сильнее и сильнее. Мы почти не видим железных рангов.

— Если бы мы застали одного в изоляции, то, может быть, — сказал Хамфри. — Проблема в том, что у нас всё еще слишком много железных рангов.

— Я так близко к бронзе, что могу это почувствовать, — сказал Нил.

Они продолжили путь через комплекс, наконец обнаружив, что это такое.

— Тюрьма, — сказал Джейсон, осматривая последнюю комнату, в которую они вошли. — Это замечательно. Ничего плохого никогда не случалось в жуткой, заброшенной, подземной тюрьме. Я так рад, что монстры оказались реальными.

Они находились в большом, длинном тюремном блоке с мезонином, идущим вдоль каждой стороны. Камеры, тянущиеся вдоль комнаты на обоих уровнях, были заперты, давая команде четкий обзор внутри. Ни в одной из камер не было обитателей, каждая была такой же пустой, как и любая другая комната, в которую они заходили. Пройдя через большой тюремный блок, они нашли лестницы, ведущие в другой, а затем в третий. Именно там они наконец что-то нашли.

— Следы боя, — сказал Клайв. — Это действительно напоминает мне то место, которое мы нашли.

— Это свежее, — сказал Хамфри, осматривая след от ожога на стене. — Скорее всего, кто-то нашел это место во время испытаний.

— В дальнем конце комнаты что-то есть, — сказал Джейсон. Его способность видеть сквозь тьму простиралась дальше того места, где свет светящихся камней команды тускнел.

Команда осторожно двинулась вперед, обнаружив горстку трупов, разбросанных там, где они упали. Жестокая кончина и месяцы в душной подземной камере не привели их в приятное состояние, но, поскольку силы Джейсона оставляли врагов в таком же состоянии, они к этому привыкли. Вместо того чтобы зацикливаться на состоянии тел, они обдумывали, что могло оставить их такими.

— Никаких следов того, что их убило, — сказал Джейсон. — Похоже, бой был либо односторонним, либо тот, кто их убил, забрал своих павших, когда уходил.

— Трудно определить, что их убило по телам, — сказал Нил. — Они слишком сильно разложились, чтобы что-то разобрать. Я вижу несколько сломанных костей, так что, возможно, что-то физически мощное.

— Мы не сражались ни с чем по пути сюда, — сказала Софи, уже осматривая комнату вокруг. — Перед этим не было никаких следов боя, и я думаю, они бы их оставили. Я вижу следы ожогов, куски, вырванные из каменного пола. Думаю, то, что их убило, не появлялось, пока они не достигли этой точки.

Никто из команды не терял бдительности, но на данный момент никто не нападал.

— Это могли быть другие искатели приключений, — сказал Джейсон. — Мы знаем, что по крайней мере некоторые из нас убивали друг друга.

— Всё, что мы можем сделать, — это быть осторожными в дальнейшем, — сказал Хамфри. — Это, и собрать эти несчастные души для возвращения их семьям.

Они занялись жуткой задачей извлечения значков Общества искателей приключений для идентификации и возвращения семьям. Были обсуждения о том, чтобы забрать останки до того, как они войдут, но место в хранилище было ограничено для гробов, а любые останки, скорее всего, были бы в беспорядке. Ряд семей тихо обращались, пытаясь договориться о конкретных мерах для своих потерянных людей, но Хамфри наотрез отказался. Он настаивал на том, чтобы всё было по справедливости и ограничивалось возвращением значков Общества искателей приключений.

— А как насчет их снаряжения? — спросила Белинда. — Чувствуется мародерством — грабить мертвых.

— Мы вернем их снаряжение семьям вместе с останками, — сказал Хамфри. — Как только они будут идентифицированы.

В конце тюремного блока, недалеко за телами, была пара больших дверей. Они были металлическими, но, в отличие от решеток камер, не были тронуты временем и влагой. Они были простыми и тяжелыми, с большой замочной скважиной на каждой. Вокруг каждой замочной скважины были следы ритуального круга.

— Может быть, это и вызвало то, что их убило, — сказал Джейсон. — Попытка взлома спровоцировала какую-то защиту, может быть?

— Очевидное решение, тогда, состояло бы в том, чтобы не взламывать, — сказал Нил. — Я имею в виду, сокровища — это хорошо, но мы только что подобрали мертвую команду искателей приключений. Мы действительно хотим стать следующими?

— Он не ошибается, — сказал Джейсон. — У нас здесь есть ответственность. Мы можем быть единственными, кто может остановить культ от отрыва этого астрального пространства от края мира. Или что бы они ни собирались делать с этими гигантскими големами. Мы не можем позволить себе погибнуть из-за какой-то добычи.

— С другой стороны, — сказал Хамфри, — нам нужно подтолкнуть себя к пределу и за его пределы. Мы не знаем, с какими вызовами нам придется столкнуться, останавливая культ, но я не думаю, что захват культистов Кровавым ткачом — это конец. Я уверен, что впереди нас ждут большие испытания, прежде чем мы сможем покончить с намерениями культа.

— Значит, ты предлагаешь нам встретиться с тем, что убило этих людей, в качестве тренировочного упражнения? — спросил Джейсон.

— С каких это пор ты голос умеренности? — спросил Клайв.

— Я не говорю, что мы не должны этого делать, — сказал Джейсон. — Я просто думаю, что идея не делать этого стоит того, чтобы её изучить. Я был слишком безрассуден, слишком часто. Я выживал слишком много раз на удаче, которая, рано или поздно, закончится. Это не монстр, о котором у нас есть хоть какое-то представление, прежде чем мы войдем. Мы отступили, потому что не были готовы к Кровавому ткачу. А что, если это хуже?

— Нам нужно перевести тебя и Нила через порог бронзы, — сказал Хамфри.

— Я не уверен, что это поможет, — сказал Джейсон. — Если здесь есть всё еще активная система защиты, то это должно быть что-то, что не вымерло за все годы, пока это место было в спячке. Моя догадка — какой-то охранный конструкт или, может быть, нежить. Я не смогу так тренировать свои силы.

— Твои фамильяры — последние способности, которые тебе нужно повысить, — сказал Хамфри. — Если твои другие способности менее полезны, твои фамильяры становятся важнее.

— Я говорю, давайте сделаем это, — сказала Софи. — Хамфри прав, что нам нужен опыт того, что на нас обрушится что-то, к чему мы не готовы. Лучше мы испытаем это сейчас, чтобы у нас был опыт, прежде чем культисты сделают это с нами.

— Что думаешь, Клайв? — спросил Хамфри.

Клайв задумчиво потер подбородок.

— Самая большая опасность — для наших железных рангов, — сказал он. — Думаю, мы оставим решение за ними.

— Это справедливо, — сказал Хамфри. — Итак, что решили?

— Я всё еще за.

— Если Софи в деле, то и я в деле, — сказала Белинда.

— Я скажу «нет», — сказал Джейсон. — Если Нил хочет сделать счет три к одному, я не против, но если он хочет сыграть безопасно, я поддержу его.

Все повернулись к Нилу.

— Отлично, — сказал Нил. — Теперь это моя вина, если все умрут.

— Ты говоришь «давайте сделаем это»? — спросил Джейсон.

— Джейсон, тебя не было во время экспедиции, — сказал Нил. — Ты не сражался с этими людьми. Ты не видел тех чудовищ, в которых они себя превратили. Бесконечное море конструктов под их командованием. Я не знаю, что они собираются обрушить на нас, но мы не можем быть достаточно готовы. Не использовать каждый шанс, который у нас есть, чтобы стать сильнее, — это обмен сегодняшней безопасности на завтрашнюю смерть.

— А я-то думал, что ты самый разумный, — сказал Джейсон. — Ладно, тогда. Конечно, если мы ошибаемся насчет защитных механизмов, весь этот разговор был бессмысленным.

Решение принято, Клайв перевел внимание на большие двери.

— Они напортачили со своим ритуалом разблокировки, — сказал Клайв. — Даже на взгляд я вижу, насколько он был любительским. Неудивительно, что они активировали защиту.

— Тогда делай то же, что и они, — сказал Джейсон. — Можешь беспокоиться о том, чтобы сделать это правильно, потом.

— Это не очень профессионально, — пожаловался Клайв.

— Быть профессиональным сейчас не цель, — сказал Джейсон.

— Если цель не в том, чтобы сделать правильно, тогда ты можешь так же хорошо сделать это сам, — сказал Клайв.

— Это обидно, — сказал Джейсон. — Но справедливо. Остальные, готовьтесь.

Пока команда собиралась в подготовке к бою, Джейсон осматривал двери и остаточные линии ритуального круга, нарисованные мелом на каждой из них.

— Ты не шутил, Клайв, — сказал Джейсон. — Даже я могу сказать, что это полная чушь. Похоже, кто-то, кто едва знал, что делает, просто скопировал этот ритуал из книги.

— Вероятно, кто-то, кто использовал книгу навыков ритуальной магии и никогда не находил времени изучить теорию, — сказал Клайв.

— Это было в мой адрес? — спросил Джейсон. — Я довольно усердно грызу гранит науки, как вы хорошо знаете.

— Можешь ты, пожалуйста, просто продолжить? — спросил Хамфри.

— Простите, — сказал Джейсон.

Джейсон достал кусок мела, чтобы перерисовать выцветшие линии. Он узнал базовый ритуал разблокировки, который действительно был в книге навыков ритуальной магии, которую он использовал сам. К счастью, это означало, что он запомнил ритуальное заклинание, что было несколько сложно. Песнопение состояло из ряда звуков, которые сами по себе были бессмысленными, а не связными словами. Они просто существовали, чтобы создать резонанс и начать направлять магию через ритуалиста в ритуальную диаграмму.

Джейсон провел ритуал, но замки в середине ритуальных кругов раскалились докрасна. Большая часть перерисованных кругов сорвалась с дверей в облаке меловой пыли. Джейсон обернулся и присоединился к остальным, вытаскивая меч в готовности к тому, что появится им навстречу. Им не пришлось долго ждать.

Отдельные кирпичи в стенах и полу ушли в ниши с каменным скрежетом. Мгновение спустя из отверстий по всей комнате посыпались маленькие каменные и металлические пауки. Они немедленно заскребли к группе, роясь по стенам и по потолку.

Конструкты имели минимальные ауры, но они явно были железного ранга.

— Белинда, Нил, — сказал Хамфри.

— Да, — сказала Белинда.

— Понял, — последовал Нил. — По твоему сигналу, Белинда.

Крошечные конструкты покрасили стены и потолок, двигаясь на команду. По мере того как передовые ряды подбирались всё ближе и ближе, некоторые из команды бросали на Белинду взгляды.

— Э-э, Белинда? — спросил Нил.

— Ждите, — спокойно сказала она.

Пауки-конструкты падали с потолка и верхних частей стен, когда они подошли мучительно близко к команде. Клайв поднял посох, чтобы выстрелить, но Белинда остановила его жестом.

— Еще нет, — сказала она.

— Ты шутишь? — спросил Клайв.

— Мне нужно поймать многих из них, — сказала Белинда. — Хорошо, Нил. Сейчас.

Нил быстро пропел заклинание.

— Пусть твоя сила воспламенится.

Способность: [Подкрепление] (Рост)

Заклинание (благо).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Следующая эссенциальная способность, использованная целевым союзником, имеет усиленный эффект. Это может влиять на параметры, включая урон, дальность и количество целей, в зависимости от затронутой способности. Не может быть использовано на себе.

Эффект (бронза): Стоимость маны и выносливости затронутой способности уменьшается. В случае постоянных затрат маны и выносливости затрагиваются только затраты, инициированные способностью. Затраты, вызванные после активации способности, не затрагиваются.

Как только она почувствовала силу заклинания Нила, влияющую на неё, Белинда выбросила руку, и из пола поднялся кристаллический стержень.

Способность: [Силовая привязь] (Ловушка)

Призыв.

Стоимость: Низкая мана в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 7 (09%).

Эффект (железо): Призывает кристаллический стержень, от которого мерцающая силовая привязь соединяется со всеми ближайшими врагами в умеренном радиусе. Привязанные враги перетаскиваются к стержню, который защищен силовым полем, наносящим умеренный урон резонирующей силой любому, кто контактирует с ним. Если силовое поле разрушено, оно взрывается волной урона резонирующей силой. Если стержень уничтожен или удален со своего места, он взрывается волной урона разрушительной силой. Пространственное смещение, такое как телепортация, разрывает привязь. Непривязанные враги, входящие в радиус действия стержня, становятся привязанными. Может существовать только один стержень силовой привязи одновременно.

Мерцающие привязи силы выстрелили к каждому пауку в радиусе действия, а это были почти все, учитывая, как близко Белинда позволила массе подойти к команде. Их было так много, что это казалось не серией привязей, а стеной. Все пауки были сорваны со стен, потолка или пола, где они упали, и потащены к кристаллическому стержню. Конструкты были такими легкими и слабыми, что все они были дернуты прямо к кончику стержня, сваливаясь в шар на конце стержня, как головка одуванчика. Самые внутренние пауки постоянно получали урон, когда их тащили против силового поля, окружающего кристаллический стержень.

Не каждый из пауков попал в радиус действия усиленной привязи, но это было подавляющее большинство. Белинда последовала за этим другой силой.

Способность: [Яма Жнеца] (Ловушка)

Призыв (измерение).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 2 минуты.

Текущий ранг: Железо 6 (14%).

Эффект (железо): Призывает яму межпространственного пространства на любой горизонтальной поверхности. Поверхность не обязательно должна быть твердой или поддерживающей. Любой внутри ямы получает постоянный некротический урон. Если это заклинание применено снова, пока яма уже существует, существующая яма исчезает, помещая любого внутри на поверхность, на которой была призвана яма.

Стержень упал в яму, которая открылась под ними, увлекая пауков вниз. Поскольку он был перемещен со своего первоначального места, стержень сдетонировал. Силовое поле вокруг кристаллического стержня взорвалось первым, затем сам стержень вскоре после этого, оба поражая пауков силой и раздавливая их о стороны межпространственной ямы. Некоторые были выброшены обратно вверх и из ямы, хотя они приземлились инертными и неподвижными.

Команда двинулась зачищать пауков-конструктов, которые избежали комбинации привязи и ямы, расчищая остальных жезлом, посохом, мечом и, в случае Софи, ботинком. Прошло немного времени, прежде чем всё было закончено. Яма исчезла, а остатки уничтоженных конструктов были извергнуты из исчезающей ямы в кучу.

— Кто-нибудь еще чувствует, что это было немного антиклиматично после всех разговоров? — спросил Нил, и Джейсон тут же издал стон.

— С чего бы тебе вообще идти и говорить что-то подобное? — спросил Джейсон.

— Что? — в свою очередь спросил Нил.

Внезапно раздался скрежет, когда большие секции пола начали опускаться, оставляя большие дыры.

— Вот что, — сказал Джейсон.

— Думаю, они бы открылись, независимо от того, сказал я что-то или нет, — сказал Нил.

— Ну, теперь мы никогда не узнаем.

Сталварт

Сталварт

Пауки-конструкты появились из отверстий, которые открылись в стенах и потолке. На этот раз открылся пол: шесть больших, равномерно расположенных, но гораздо более крупных отверстий появились в линию вдоль тюремного блока. Команда не стала ждать, пока появится то, что внутри, сразу бросившись в бой.

— Я возьму первое, ты второе, — сказал Клайв Белинде, и они оба быстро пропели заклинание рунической ловушки.

— Установите знак силы.

Руны появились на полу перед первым и вторым отверстиями. Они ярко светились короткое мгновение, прежде чем исчезнуть. Пока они творили заклинания, Хамфри подпрыгнул в воздух, пара крыльев дракона появилась у него на спине и подтолкнула его вверх.

Способность: [Крылья дракона] (Крыло)

Призыв (движение).

Стоимость: Высокая мана в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (01%).

Эффект (железо): Проявляет крылья, которые мощны, но лишены ловкости.

Эффект (бронза): Сила и устойчивость крыльев увеличены, что позволяет использовать их для грубых атак по бокам и сзади. Крылья обладают сильным сопротивлением урону и очень сильным сопротивлением огню. Постоянная стоимость маны снижена с очень высокой до высокой.

Хамфри опустился на верхний уровень мезонина, позволив манозатратным крыльям снова исчезнуть. Софи неспешно двинулась вперед, готовая встретить всё, что появится, а Джейсон растворился в тенях.

Нил поспешно сыпал соль из маленького мешочка, чтобы сделать круг. Он коротко опустился на колени и коснулся пальцем круга, когда тот был готов. Кристаллы соли сверкнули, как алмазные крошки на солнце, прежде чем вихрь кристалла появился над кругом, быстро соединившись в форму призыва Нила.

Способность: [Голем-куколка] (Рост)

Призыв.

Стоимость: Очень высокая мана.

Перезарядка: 6 часов.

Текущий ранг: Железо 9 (97%).

Эффект (железо): Призывает голема-куколку.

Голем был большим гуманоидным сооружением из полупрозрачного кристалла, в полтора раза выше своего призывателя. Нил жестом направил его вперед, где он расположился между вспомогательным контингентом команды и отверстиями, из которых вот-вот должен был появиться враг.

Из каждого отверстия снизу поднялась одинокая фигура. Как и голем Нила, они были конструктами, поднимающимися на платформах, которые запечатывали отверстия, из которых они пришли. Они также разделяли внушительный размер голема, но не его гуманоидный облик. У этих новых конструктов тело представляло собой вертикальный цилиндр из простого темного камня. От основания его поддерживали четыре ноги, построенные для устойчивости, а не для скорости.

На равном расстоянии в кардинальных точках вокруг середины цилиндра располагались длинные, нечеловеческие руки. Каждая рука была сегментирована парой локтей, которые позволяли ей двигаться в жутких жестах. Руки заканчивались тупыми четырехпалыми когтями. На вершине каждого цилиндра, вместо головы, была каменная чаша. По мере того как конструкты поднимались, сферы магической силы проявлялись в каждой чаше, мерцая, как мыльные пузыри, и конструкты начали двигаться.

Как и все конструкты, у них не было души, а их ауры были скудным продуктом магии, оживляющей их. Этого было достаточно, чтобы команда знала, что их противники находятся где-то в среднем диапазоне силы бронзового ранга.

Две стороны двинулись друг на друга еще до того, как платформы, поднимающие конструктов, завершили свою задачу. Софи была самой быстрой, игнорируя первых двух конструктов, чтобы броситься на третьего, быстро вбивая атаки в суставы его рук. Движения рук были быстрыми и хитрыми, но рефлексы Софи были на высоте. По мере того как он продолжал подниматься, она нацелилась и на суставы ног. Эффективность её атак была ограничена, но урон резонирующей силой её специальной способности преуспел в том, чтобы отколоть куски от твердого камня ноги.

Способность: [Бессмертный кулак] (Мистик)

Особая способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 8 (21%).

Эффект (железо): Атаки без оружия наносят дополнительный урон резонирующей силой, который высокоэффективен против физической защиты. Не получают урона от нанесения безоружных ударов по объектам и нивелируют весь урон от активно перехваченных атак. Не весь урон от очень мощных или более высокоранговых атак будет нивелирован.

Два конструкта, которых она пропустила, перешагнули край своих отверстий до того, как платформы, на которых они ехали, достигли уровня пола, чтобы запечатать их. Они двинулись к основной группе, шагая по теперь невидимым рунам, которые сдетонировали, когда они это сделали. Взрывы не были достаточными, чтобы опрокинуть тяжелых существ, но они нанесли достаточно урона, чтобы в их ногах появились трещины. Это было наиболее верно для ближайшего конструкта, который прошел по ловушке Клайва. Он получил полный эффект силы бронзового ранга, а затем вторичный взрыв после этого.

Способность: [Руническая ловушка] (Руна)

Заклинание.

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 0 (03%).

Эффект (железо): Создает взрывную руну, которая исчезнет через короткий период. Руна может быть настроена на срабатывание по близости, по триггеру заклинателя или обоим.

Эффект (бронза): Враги, затронутые рунической ловушкой, станут источником вторичного взрыва через короткий период.

Второй конструт был не намного больше, чем просто слегка ошеломлен ловушкой Белинды, но Хамфри извлек максимум из неподвижной цели. Он рухнул вниз, как метеор, складывая силы в одну мощную атаку. Он начал с применения одного из своих расовых даров.

Способность: [Кровь дракона]

Трансформировано из способности [Человек] [Дар эссенции].

Атрибуты [Мощь] и [Дух] усилены за умеренную ману в секунду.

Его крылья дракона появились снова, когда он нырнул сверху, с силой направляя его к цели внизу.

Способность: [Пикирование] (Крыло)

Специальная атака (движение, комбинация).

Стоимость: Высокая выносливость.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (02%).

Эффект (железо): Ускорение вниз для атаки цели сверху; может быть объединено с обычными или специальными атаками ближнего боя. Физический урон от этих атак увеличен. Урон от падения не получается при использовании этой способности, даже если атака промахивается.

Эффект (бронза): Ударная волна резонирующей силы создается из точки удара.

Еще один из расовых даров Хамфри дополнительно усилил мощь его атаки.

Способность: [Налетчик на крыльях]

Трансформировано из способности [Человек] [Дар эссенции].

Скорость, импульс и урон специальных атак типа движения увеличены. Тяжелое призванное оружие и доспехи не увеличивают потребление выносливости, независимо от веса, и не препятствуют способностям движения. Легкое призванное оружие имеет увеличенный вес и импульс, не будучи тяжелее в обращении, считаясь тяжелым оружием для целей требований специальных атак.

Пикирование нанесло бы урон само по себе, но поскольку это была комбинационная специальная атака, Хамфри добавил еще одну силу, которая была бы особенно эффективна против конструкта.

Способность: [Разрушитель щитов] (Мощь)

Специальная атака.

Стоимость: Низкая мана, умеренная выносливость.

Перезарядка: 10 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (04%).

Эффект (железо): Наносит дополнительный урон резонирующей силой, высокоэффективный против физической защиты. Требует тяжелого оружия.

Эффект (бронза): Урон по жесткому материалу значительно увеличен.

Пока Хамфри нырял сквозь воздух, сфера, сформировавшаяся в странной чаше-голове монстра, всплыла, чтобы перехватить его. Она выросла, когда переместилась на его пути, достаточно большая, чтобы поглотить всё его тело. Хамфри прошел сквозь сферу, которая лопнула, как мыльный пузырь, который она напоминала. Она его даже не замедлила.

Вы были пойманы в [Сфера заточения].

[Сфера заточения] активировала способность [Неудержимый].

[Сфера заточения] была уничтожена.

В команде, полной нетрадиционных членов, легко было упустить из виду Хамфри и его силы, которые были такими же прямолинейными, как и сам Хамфри. Что он привносил в команду, так это то, чего им иначе не хватало: простая, надежная сила. Когда Хамфри Геллер хотел атаковать вас, вы будете атакованы.

Способность: [Неудержимый]

Трансформировано из способности [Человек] [Дар эссенции].

Способности движения не могут быть нивелированы или нарушены. Урон резонирующей силой и урон разрушительной силой передаются любому препятствующему объекту, увеличиваясь для каждой способности движения и специальной атаки в действии. Это эффект движения.

Хамфри обрушился на конструкта, как вооруженные силы Соединенных Штатов на богатую нефтью страну. Его атака сверху была властной, подавляющей и нанесла уровень широкомасштабного урона, который намного превзошел его ожидания.

Первичный удар пробил каменную чашу и глубоко зарылся в цилиндрическое тело. Конструт был испещрен трещинами и наполовину разрушен, работа была завершена вторичной ударной волной атаки пикирования. Это освободило меч Хамфри, когда конструт был разнесен в шрапнель.

Пока Хамфри уничтожал второго конструкта, Софи продолжала связывать третьего. Он попытался поймать её своей сферой, но её способности скорости и мобильности позволили ей ловко избежать этого, даже когда её атаки продолжались, не ослабевая. Ближе всего к тому, чтобы быть пойманной, она была, когда оглянулась, так как фрагменты конструкта позади неё взрывообразно осыпали её шрапнелью.

Одна из ног её конструкта подкосилась под её неустанными атаками, но он продолжал отбиваться длинными, многосуставными руками, которые пытались вбить её в пол. Некоторые атаки она блокировала, другие аккуратно обходила стороной, всё время продолжая свой собственный штурм. Она более чем держалась против своего врага бронзового ранга, но он оставался опасным противником. Она слишком хорошо осознавала, что, ввязавшись в бой только с одним, она не защищает команду от остальных.

Софи и Хамфри оставили одного конструкта между собой и основной частью команды, который был перехвачен призывом Нила. Хотя два конструкта были схожего размера, враг бронзового ранга быстро начал подавлять призыв. Он начал с того, что использовал две из своих четырех когтистых рук, чтобы схватить руки голема-куколки, удерживая их в стороне, пока третья клешня колотила по кристаллическому телу голема. С каждым ударом новая руна появлялась на бесчисленных гранях голема-куколки, даже когда он боролся, безрезультатно.

Пока это происходило, Нил наблюдал в тишине, готовый выбросить любые необходимые щиты и исцеление для своих товарищей по команде. Белинда была также активно готова поддержать команду по мере необходимости. Клайв, напротив, рисовал ритуальный круг на конце своего посоха, линии золотого света появлялись по взмаху его пальца.

Способность: [Проведение ритуала] (Руна)

Особая способность.

Стоимость: варьируется.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (09%).

Эффект (железо): Проявляет линии магии для рисования ритуальных диаграмм. Материалы, необходимые для ритуала, могут быть использованы непосредственно из пространственного хранилища вместо того, чтобы быть помещенными внутри диаграммы.

Эффект (бронза): Создает простые ритуальные диаграммы для изменения параметров магических предметов.

Быстро завершенный, ритуальный круг парил в воздухе, прикрепленный невидимой силой к концу его посоха.

Вы изменили эффект [Заклинательное копье магистра]. Урон был изменен с разрушительной силы на резонирующую силу.

Разрушительная сила его атак посохом была высокоэффективна против магии и адекватна для большинства врагов, но пострадала бы против твердых и жестких тел конструктов. Время, которое стоило ему изменение своего оружия, было компенсировано эффективностью их нового, временного типа урона. Однако он оставил свой жезл без изменений, так как опасался магических сфер, которые были у каждого конструкта. Его чувства могли различить их магическую природу, против которой оригинальный урон его жезла был бы эффективен.

Пока конструт продолжал колотить по голему-куколке, его сфера выплыла, чтобы зависнуть над головой голема. Последняя рука конструкта поднялась из-за его основного тела, чтобы коснуться сферы, которая начала вибрировать и расти. Клайв немедленно направил луч своего жезла, чтобы зафиксироваться на сфере, в то время как его посох неоднократно выпускал болты в тело конструкта. Магические болты взрывались при контакте, также воздействуя на голема-куколку. Урон вызывал формирование новых рун на теле голема. Сфера над големом продолжала расти, но разрушительная сила жезла замедлила этот рост до минимума.

В дальнем конце тюрьмы расстояние от остальной команды и светящиеся камни, которые они несли, сделали теневую тьму игровой площадкой для Джейсона. Он танцевал среди последних трех конструктов, неуловимой, мерцающей тенью. Недостатком было то, что его единственным жизнеспособным источником урона был его меч, которому требовалось время, чтобы накопить достаточно силы, чтобы стать эффективной угрозой.

Предмет: [Погибель и Спасение] (железный ранг [рост], легендарный)

Меч, созданный с благодарностью, в надежде, что он будет наиболее полезен в момент наибольшей нужды. Он был выкован со страстью и мастерством, чтобы быть надежным спутником, даруя ему невероятный потенциал (оружие, меч).

Эффект: Если специальная атака, накладывающая недуг, совершена этим мечом, но цель атаки имеет физический иммунитет к нему, экземпляр [Камнерез] накладывается на лезвие.

Эффект: Если специальная атака, накладывающая недуг, совершена этим мечом, но цель атаки имеет магический иммунитет к нему, экземпляр [Разрушитель заклинаний] накладывается на лезвие.

[Камнерез] (магия, суммирующийся): Все атаки наносят дополнительный урон резонирующей силой; высокоэффективен против физической защиты. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Разрушитель заклинаний] (магия, суммирующийся): Все атаки наносят дополнительный урон разрушительной силой; высокоэффективен против магической защиты и бестелесных сущностей. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Джейсон двигался среди конструктов, как дух, делая всё возможное, чтобы удержать их внимание своим минимальным уроном. Чем больше он мог отвлечь заднюю половину врагов, тем быстрее его союзники разберутся с передней и двинутся на помощь ему.

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] и [Цена отпущения грехов] на [Тартарский голем].

[Тартарский голем] имеет иммунитет к [Грех].

[Грех] не вступает в силу.

Иммунитет к недугам активировал эффект на оружии [Погибель и Спасение].

Оружие [Погибель и Спасение] получило экземпляр [Камнерез].

[Тартарский голем] имеет иммунитет к [Цена отпущения грехов].

[Цена отпущения грехов] не вступает в силу.

Иммунитет к недугам активировал эффект на оружии [Погибель и Спасение].

Оружие [Погибель и Спасение] получило экземпляр [Камнерез].

Пока его союзники не могли присоединиться, чтобы помочь, Джейсон имел помощь Гордона, чьи лучевые атаки оказались более привлекающими внимание, чем Джейсон. Один луч был разрушительной силой, которая ослабляла и в конечном итоге разбивала магические сферы, заставляя конструктов формировать новые. Другой луч был резонирующей силой, эффективным оружием против жестких, каменных тел конструктов.

Шейд сообщил Джейсону, что конструкты почти наверняка полагались на чисто магические чувства, лишенные сенсорных органов живого существа. Поскольку Джейсону мало нужны были теневые тела Шейда в затемненной области, Шейд предположил, что он мог бы скрыть Джейсона от их чувств полностью. Для каждого тела Шейда, поглощенного в тень Джейсона, он мог замаскировать аспект присутствия Джейсона, такой как тепло или звук. По-видимому, это также распространялось на более необычные чувства.

Джейсон, однако, отказался, так как ему нужно было удерживать внимание конструктов. Их сферы перемещались, а их руки выбрасывались, ударяя только по твердому полу и пустому воздуху. Джейсон, может, и не был ровней Софи, но он обладал навыками, запечатленными на нем книгами навыков и закрепленными годом тренировок и опыта. Он стал грозным сам по себе.

Три конструкта стали двумя, когда Хамфри прошел мимо Софи и начал колотить по одному из них, отвлекая его внимание. Он начал с сильнейшей из своих специальных атак, которая отбросила конструкта назад, несмотря на его огромный вес.

Способность: [Неудержимая сила] (Мощь)

Специальная атака.

Стоимость: Высокая мана, экстремальная выносливость.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 0 (07%).

Проведя неделю за неделей в почти ежечасных боях, команда быстро улавливала ритмы друг друга. Белинда была наготове и немедленно сбросила атаку Хамфри.

Способность: [Благословение готовности] (Адепт)

Особая способность (восстановление).

Базовая стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: Варьируется.

Текущий ранг: Железо 8 (14%).

Эффект (железо): Это заклинание может воздействовать только на союзника, а не на себя. Перезарядка следующей способности, используемой целью, уменьшается до одной минуты. Перезарядка этой способности равна времени, взятому из перезарядки целевой способности.

Используя свою магическую татуировку, Белинда завершила перезарядку своей силы, позволяя ей сбросить атаку Хамфри во второй раз. Джейсон чуть не попал в сферу, когда наблюдал, выпучив глаза, как Хамфри толкал гигантское каменное чудовище, как если бы это был маленький ребенок. Хамфри прикончил конструкта атакой разрушителя щитов, специальная сила резонирующей силы нанесла еще больше урона, чем его атака неудержимой силы.

Софи, тем временем, аккуратно разобрала своего противника. Там, где Хамфри оставил лишь разрушенные куски, Софи разобрала своего голема сустав за суставом, а затем разбила чашу, заставив сферу, от которой она уклонялась, исчезнуть и не вернуться.

— Софи! — позвал Нил, и она обернулась посмотреть.

Сфера первого конструкта наконец выросла достаточно, чтобы инкапсулировать голема Нила, который внезапно оказался покрыт кристаллическим коконом внутри сферы. Пойманный в сферу и переведенный в свое инертное состояние куколки, голем больше не был никаким защитником для Белинды, Нила и Клайва. Белинда шагнула вперед, чтобы выиграть время, необходимое команде.

Потратив свои способности сброса силы, Белинда знала, что пришло время сменить роли. Она начала с призыва комплекта тяжелой брони, плюс молота и щита, которые возникли на её персоне.

Способность: [Мешок фокусов] (Магия)

Особая способность (измерение).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 8 (08%).

Эффект (железо): У вас есть личное пространственное хранилище. Вы можете экипировать любой предмет из своего хранилища непосредственно на свою персону или убрать что-либо со своей персоны непосредственно в свое хранилище.

Она активировала другую силу, которая заставила её вырасти выше и нарастить мышцы, её одежда и снаряжение росли вместе с ней.

Способность: [Поддельный боец] (Шарлатан)

Особая способность (благо).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Железо 4 (74%).

Эффект (железо): Получите значительное увеличение атрибута [Мощь] и временное владение доспехами и оружием ближнего боя. Ваше телосложение увеличивается, снаряжение меняется, чтобы соответствовать.

Настолько подготовленная, насколько могла, она расправила плечи и двинулась перехватить конструкта. Однако она была лишь бойцом железного ранга, да и то в таком виде. Это стало болезненно очевидно, когда её быстро оттеснили назад, подавленную множественными, нерегулярными атаками конструкта. Её единственным спасением было то, что сфера конструкта всё еще была занята содержанием голема-куколки, конструт, по-видимому, не осознавал, что голем находится в инертном состоянии.

Появилась Софи, двигаясь по комнате, как ветерок. Она взяла на себя управление от благодарной Белинды, которая получила изрядную трепку от многорукого конструкта. Щиты и исцеление, предоставляемые Нилом, были единственным, что позволило ей продержаться против врага более высокого ранга даже то короткое время, что она смогла.

В другом конце тюремного блока Хамфри двинулся на одного из двух оставшихся конструктов. Теперь они игнорировали Джейсона, несмотря на растущую мощь его меча, справедливо признавая большую угрозу.

Хамфри не мог так быстро уничтожить двух конструктов, как первых двух, нуждаясь в ожидании перезарядки своих самых мощных способностей. Его атака разрушителя щитов, к счастью, имела короткую перезарядку, сделанную еще короче аурой Белинды.

Способность: [Мастерство] (Адепт)

Аура (восстановление).

Базовая стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Железо 7 (55%).

Эффект (железо): Способности союзников в пределах ауры перезаряжаются быстрее.

Между ударами своей главной атакой Хамфри сражался, используя другую из своих специальных атак. Человеческая склонность к специальным атакам заставила его пробудить целый массив их, способствуя его мощной наступательной способности.

Способность: [Неустанный натиск] (Мощь)

Специальная атака.

Стоимость: Низкая выносливость, увеличивающаяся с каждой последующей атакой.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (02%).

Эффект (железо): Каждое использование этой атаки в быстрой последовательности увеличивает урон этой атаки. Урон того же типа, что наносится обычной атакой.

Эффект (бронза): После достижения порога последовательных атак, с каждой атакой наносится эскалирующий урон резонирующей силой.

Даже эта резервная атака Хамфри начала расправляться с конструктом, с которым он сражался, в относительно короткие сроки. Он прикончил его атакой разрушителя щитов, специальная сила резонирующей силы нанесла еще больше урона, чем его атака неудержимой силы. Он перешел к следующему конструкту, когда Джейсон понял, что его вклад в бой действительно будет минимальным.

Пока он и Хамфри вступали в бой с последним конструктом в тылу, оставшийся спереди теперь сражался против Софи. Посох Клайва оставил его изрешеченным повреждениями, и Софи делала то же самое, но именно пробуждение голема Нила ознаменовало конец этого боя.

Голем взорвался, выйдя из своей куколки. Осколки бритвенно-острого кристалла дико разлетелись, изрешетив сферу, содержащую голема. Обнаруженный после сдетонировавшего кокона, голем был стройнее, чем был раньше, теперь с четырьмя руками, как у его противника, хотя и более традиционно расположенными, по две на каждой стороне тела голема.

С исчезновением своей первой светящейся сферы конструт создал другую в своей чаше, которая затем поплыла к вновь сформированному голему. Голем ударил по сфере кулаком, и пузырь не только лопнул, но и выбросил силу обратно на своего создателя. Когда конструт был отброшен назад на ноги, голем, более ловкий, чем раньше, плавно двинулся вперед, чтобы начать колотить кулаками. Грубые, тупые придатки вибрировали при ударе, посылая ударные волны через вражеский конструт.

Новый и улучшенный голем-куколка уничтожил своего врага почти так же быстро, как Хамфри, который заканчивал с последним из последних конструктов в тылу.

Команда перегруппировалась в середине тюремного блока. Клайв и Нил с энтузиазмом рассказывали Джейсону и Хамфри о героических усилиях Белинды по выигрыванию времени для Софи, чтобы та пришла им на помощь.

— Всё же, — сказал Нил. — Не так плохо, как мы думали, в конце концов.

— Серьезно? — спросил Джейсон. — Ты опять за своё?

— Плохое уже вышло, — сказал Нил. — Каковы шансы, что будет еще один…

Он осекся, когда тюремный блок наполнился звуком скрежета камня.

Я сыт по горло сражениями с магическими камнями

Я сыт по горло сражениями с магическими камнями

Теперь уже знакомый звук скрежета камня эхом разнесся по тюремному блоку. В первый раз это были маленькие отверстия в стенах и потолке. Во второй — большие отверстия в полу. Группа огляделась в поисках нового источника скрежещущего шума.

— Это идет из камер, — сказал Хамфри. — Из всех камер.

Команда посмотрела сквозь ржавые решетки и заметила отверстия, появившиеся в полу позади них.

— Сколько там камер? — спросила Софи.

— Двенадцать камер с каждой стороны, на каждом уровне; два уровня с каждой стороны, — сказала Белинда. — Почти пятьдесят, в общей сложности.

— Как вещи могут подниматься из полов верхних камер? — спросил Нил. — Они должны приходить из тех, что ниже, верно?

— Пространства измерений, — сказала Белинда. — Как силы, которые получили ты и я от камней Жнеца, Нил.

В каждой камере из пола поднялся большой стеклянный ящик. Все они были заполнены болезненно-желтым туманом, из которого команда могла почувствовать ауры внутри, в данный момент в спящем состоянии.

— Это ауры бронзового ранга, — сказала Софи. — Мы готовы к этому?

— Мы должны быть, — сказал Хамфри. — Так что, да.

Кроваво-красный свет озарил их ноги. Они обернулись и увидели, что он светит из-под больших дверей, которые они использовали, чтобы активировать защиту комнаты в самом начале. Похоже, это был триггер для того, что находилось внутри стеклянных ящиков, так как команда почувствовала, как ауры внутри них пробуждаются.

— Время немного уравнять шансы, — сказал Хамфри, доставая мешочек с меловым порошком и поспешно высыпая круг. Он достал свою кость призывателя и бросил её на пол, грань с руной светилась, когда она остановилась.

— О нет, — сказал Хамфри, когда пять больших рыб, вырезанных из кости, были призваны в бытие и начали беспомощно биться на полу.

— Опять рыба? — сказал Джейсон. — Может, тебе не стоит бросать кости в важных боях. Буквально и фигурально.

— Это шанс один из двенадцати, — сказал Хамфри.

Вместо того чтобы держать своих беспомощных призывов под ногами, он отозвал их, и они исчезли. Призыв Нила всё еще присутствовал, кристаллический голем поддерживал свою более продвинутую, пост-куколочную форму. Стройнее и ловчее, чем его базовая форма, он имел четыре руки, заканчивающиеся кулаками, способными на мощные вибрационные атаки.

— Мы идем крушить эти стеклянные ящики? — спросил Нил. — Нам придется пробиваться сквозь решетки, верно?

— Я подозреваю, что то, что внутри, само придет к нам, — сказал Джейсон. — Если хочешь войти в тюремную камеру, где вот-вот вырвется наружу неизвестное существо, то будь моим гостем. На самом деле, ты целитель. Ты должен оставаться здесь.

Звук разбивающегося стекла сигнализировал о том, что их до сих пор неизвестные враги собираются появиться. Болезненно выглядящий дым, который был в стеклянных ящиках, хлынул через решетки камер. Его объем предполагал, что либо туман был невероятно сжат в стеклянных ящиках, либо он постоянно подавался через то место, откуда появились стеклянные ящики. Он закрывал команде обзор интерьеров камер, когда они услышали, как решетки начали открываться с неохотными, ржавыми визгами.

Существа, вышедшие из дыма, были грубо гуманоидными — широкие, тяжелые и безволосые, с темной, чешуйчатой кожей. Их руки были длиннее и мощнее ног, заканчиваясь толстыми трехпалыми кистями. У них были крошечные, глубоко посаженные глаза и ноздри на плоских, безносых лицах. Их широкие рты были полны уродливых зубов, похожих на осколки разбитого желтого камня. Они проталкивались через двери камер, едва достаточно большие, чтобы вместить их.

— Они не выглядят слабыми, — сказал Нил.

Дым рассеялся, продвигаясь в комнату впереди существ, наполняя тюремный блок неприятной дымкой.

Ядовитое облако наложило на вас [Дыхание Тартара].

Вы сопротивлялись [Дыхание Тартара].

Вы получили экземпляр [Сопротивление].

Вы получили экземпляр [Целостность].

Джейсон с беспокойством посмотрел на своих спутников. Они были более уязвимы, чем он, не разделяя силу становиться сильнее от недугов.

Способность: [Пожиратель грехов] (Грех)

Особая способность (восстановление, святой).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Повышенное сопротивление недугам. Получайте экземпляр [Сопротивление] каждый раз, когда вы сопротивляетесь недугу или очищаете недуг, используя эссенциальные способности.

Эффект (бронза): Получайте экземпляр [Целостность] за каждый недуг, которому вы сопротивляетесь или удаляете, используя эссенциальные способности.

[Сопротивление] (благо, святой, суммирующийся): Сопротивление недугам увеличено. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Потребляется для нивелирования экземпляров [Уязвимость] в соотношении 1:1.

[Целостность] (исцеление с течением времени, мана с течением времени, выносливость с течением времени, святой, суммирующийся): Периодически восстанавливайте небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Остальные члены команды не были полностью уязвимы, так как ауры Софи и Джейсона защищали их.

Способность: [Очищающий бриз] (Скорость)

Аура (святой, очищение).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление проклятиям, болезням, магическим недугам, ядам и нечестивым недугам. Это святой эффект. Нивелирует яды в воздухе; это эффект очищения.

Эффект (бронза): Союзники в пределах ауры периодически очищаются от проклятий, болезней, магических недугов, ядов и нечестивых недугов. Эффекты восстановления маны и выносливости на союзниках имеют больший эффект.

Очищающий бриз был одной из немногих драгоценных сил, достигших бронзы у Софи, ускоренной обилием ядовитых монстров в городе. Колючие растительные монстры, плюющиеся лягушки-монстры, змеи-монстры. У команды было хорошее количество очищения между ними, что делало таких существ легкой добычей, а также помогало им ускорить развитие этих сил.

В случае ауры Софи, она медленно, но верно очищала многие типы недугов от своих союзников. Она уже очищала туман вокруг них и, добавленная к ауре Джейсона, оставляла команду в относительно хорошем состоянии.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святой, нечестивый).

Базовая стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (бронза): Накладывает экземпляр [Грех] на врагов, которые совершают физические или магические атаки против союзников в пределах ауры. Экземпляры, примененные таким образом, не могут быть отражены.

Белинда, Софи и Нил страдали больше всего, их конституции железного ранга боролись против яда даже с силами, поддерживающими их сопротивление. Джейсон положил руку на плечо Нила.

— Накорми меня своими грехами.

Красная жизненная сила вышла из Нила, окрашенная в тот же цвет, что и туман. Окраска исчезла в руке Джейсона, оставив Нила выглядящим облегченным, когда его теперь здоровая жизненная сила вернулась в его тело.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

Заклинание (восстановление, очищение, святой).

Базовая стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (бронза): Враги страдают от одного экземпляра [Епитимья] и [Наследие Греха] за каждое очищенное с них состояние.

[Епитимья] (недуг, святой, периодический урон, суммирующийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадая по мере нанесения урона.

Пока это происходило, некоторые из монстров уже перешли в атаку. У команды были спины к большим дверям, так что монстры не могли зайти с фланга, хотя они могли спрыгнуть сверху. Пока Софи шагнула вперед с големом Нила, чтобы сдержать первую волну нападающих, Хамфри подпрыгнул на мезонин слева от них с взмахом наколдованных крыльев дракона.

Хамфри вступил в бой с одним из существ, которое собиралось спрыгнуть на первый этаж. Его длинные руки давали ему радиус действия, а узловатая чешуя, бегущая вдоль них, делала эти руки такими же жесткими, как любое оружие. Монстр, может, и не был ровней Хамфри, но он всё еще был обескураживающе сильным и жестким, учитывая, сколько их, как они знали, собиралось, невидимых в ядовитой дымке.

Джейсон использовал свои магические ботинки, чтобы подпрыгнуть на мезонин с другой стороны, также вступая в бой с монстром. Он нанес быструю серию ударов, радиус действия существа не мог сравниться с радиусом теневой руки Джейсона.

Способность: [Рука Жнеца] (Темный)

Призыв (болезнь, нечестивый).

Стоимость: Низкая мана в секунду.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Призвать высокогибкую, полусущественную теневую руку, которая может удлиняться или уменьшаться. Призванные предметы могут быть призваны в теневую руку. Может использоваться для совершения специальных атак ближнего боя. Специальные атаки, совершенные с использованием руки, накладывают [Ползучая смерть] в дополнение к другим эффектам.

Эффект (бронза): Вы можете призвать вторую руку. Специальные атаки, совершенные с использованием рук, накладывают [Трупное окоченение] в дополнение к другим эффектам.

[Трупное окоченение] (недуг, нечестивый, суммирующийся): Штраф к атрибутам [Скорость] и [Восстановление]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Каждый раз, когда накладывается новый экземпляр, наносит некротический урон за каждый существующий экземпляр.

Кинжал Джейсона едва пустил кровь из чешуйчатой кожи, но всё, что нужно было Джейсону, — это неглубокие порезы. Всего несколькими ударами на монстра было наложено более дюжины недугов. Призванный кинжал Джейсона был источником многих недугов, но не всех из них, таких как специальная атака, которую он использовал.

Способность: [Наказание] (Грех)

Специальная атака (ближний бой, проклятие, святой).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Наносит некротический урон и недуг [Грех].

Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Цена отпущения грехов].

[Грех] (недуг, проклятие, суммирующийся): Весь полученный некротический урон увеличен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Цена отпущения грехов] (недуг, святой): Получайте трансцендентный урон за каждый экземпляр [Грех], очищенный с вас.

Ни Джейсон, ни существо не собирались ждать, пока недуги медленно поглотят его. Оно бросилось на Джейсона, хотя его относительно короткие ноги и недуги, от которых оно уже страдало, сделали его немного медленным. Джейсон легко шагнул в одно из тел Шейда и вышел из другого, которое проскользнуло мимо существа, пока оно было занято Джейсоном, давая ему достаточно времени, чтобы произнести быстрое заклинание, прежде чем существо повернулось, чтобы снова встретиться с ним лицом к лицу.

— Страдай от цены своих прегрешений.

Способность: [Возмездие] (Рок)

Заклинание.

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивый недуг, от которого страдает цель.

Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Епитимья].

[Епитимья] (недуг, святой): Получите экземпляр [Епитимья] за каждое проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, который очищен с вас. Это святой эффект.

Существо пошатнулось, когда его мышцы увяли от некроза, даже когда его раны светились трансцендентным уроном, начинающим терзать его изнутри. Оно снова бросилось на Джейсона без какого-либо эффекта. Джейсон легко мог перемещаться из одного тела Шейда в другое, как хулиган, играющий в «не догонишь». Он произнес другое заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Жизненная сила существа стала видимой, окрашенная бурей недугов внутри него. Уродливые проклятия, яды и другие ужасы, которые накладывал Джейсон, кружились вместе с сияющей трансцендентностью святых недугов, пока они не были вытянуты, откачаны в протянутую руку Джейсона. Еще больше святых недугов осталось на их месте, когда жизненная сила существа снова стала невидимой.

18 недугов были очищены с [Тартарский громила].

36 экземпляров [Епитимья] были наложены на [Тартарский громила].

18 экземпляров [Наследие Греха] были наложены на [Тартарский громила].

Ваши мана и выносливость были восполнены.

Выносливость и мана не могут превышать нормальные максимальные значения. Избыточная выносливость и мана теряются.

Громила споткнулся и остановился, когда трансцендентный урон опустошил его тело, освещая его изнутри, как какое-то божественное существо, спустившееся на землю. Джейсон наклонил голову, наблюдая за существом, одним из немногих, с которыми он сталкивался, способных выжить так долго в его последовательности способностей. Он пропел заклинание для добивающего удара.

— Мой есть суд, и суд есть смерть.

Способность: [Вердикт] (Рок)

Заклинание (казнь).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Наносит небольшое количество трансцендентного урона. Как эффект казни, урон масштабируется экспоненциально с уровнем травмы врага.

Эффект (бронза): Базовый урон увеличен за каждый экземпляр [Епитимья] на цели.

Недуги епитимьи на существе увеличили базовый урон силы казни, в то время как недуг наследия греха заставил эскалацию урона расти намного быстрее. Мультипликативный эффект двух стеков недугов создал ливень трансцендентного света, который не оставил после себя даже капли крови.

Джейсон никогда не убивал что-то настолько крепкое так быстро, но, конечно, Хамфри уже закончил со своим первым и быстро расправлялся со вторым. Еще один громила вывалился из ядовитого тумана, и Джейсон просто поднял руку. Кровь просочилась из его ладони на короткий момент, после чего поток пиявок брызнул на существо. Джейсон не обращал на него больше внимания и прыгнул со своей стороны комнаты через пролет к Хамфри на противоположном мезонине.

— Можешь уничтожить эти верхние уровни с этого конца, чтобы существа не могли спрыгнуть на команду? — спросил Джейсон, когда Хамфри сбросил мертвого громилу со своего меча.

Хамфри бросил оценивающий взгляд на кирпичный пол под ними.

— Да. Хочешь встать спиной к стене и позволить им прийти к нам?

— Нет, но мы не можем позволить им падать нам на головы, — сказал Джейсон. — Ты держи остальных в безопасности, пока Нил и Софи держат яд на расстоянии.

— А как насчет комнаты, полной монстров и ядовитого газа?

Шейд появился из тени Джейсона, когда Гордон проявился с всплеском своей ауры. Джейсон взглянул на Колина, теперь связанного в свою гуманоидную форму из кровавой ткани.

— Я сыт по горло сражениями с магическими камнями, — сказал Джейсон. — Можешь оставить эту кучу нам.

* * * Аура Софи прореживала газ в области, непосредственно окружающей команду, и вскоре должна была очистить его полностью. Хамфри использовал свою атаку разрушителя щитов, чтобы разбить мезонин на их конце комнаты, так что существа могли приближаться к ним только на уровне земли, с одного направления.

Софи, Хамфри и голем Нила отбивали их, при поддержке Клайва и его магического оружия. Нил наблюдал за всей группой, но следил за тем, чтобы внимательно присматривать за Белиндой, которая больше всех страдала от газа, еще не полностью очищенного. Всякий раз, когда он начинал брать над ней верх, он изгонял его из неё заклинанием.

Способность: [Чистый лист] (Процветание)

Заклинание (очищение, исцеление с течением времени, святой).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронза 0 (00%).

Эффект (железо): Нивелировать блага на добровольном субъекте. Очистить цель от недугов всех типов, кроме ранений. Базовая сила эффекта очищения усилена за каждое нивелированное благо.

Эффект (бронза): Цель получает эффект исцеления с течением времени, который имеет дополнительную эффективность против ранящих недугов. Сила эффекта исцеления увеличена за каждое нивелированное благо.

Из дымки ядовитого тумана команда видела вспышки трансцендентного света и слышала ужасающие крики. Они могли только предположить, что они исходят от существ, потому что это определенно был не голос Джейсона, хотя ни одно из существ, которых Хамфри и Софи разрубили, не издало даже хрюканья, когда они умирали.

Сначала громилы хлынули на них, но постепенно их количество иссякло. Наконец, последний, кто появился, был в таком жалком состоянии разложения, что выглядел как зомби, в комплекте с шатающейся походкой, когда он вышел из тумана, прежде чем упасть на то, что осталось от его лица. Кровавая полоса ткани змеилась из тумана, обвиваясь вокруг его ноги и утаскивая его обратно из виду.

Следующим, что вышло из тумана, были четыре фигуры в плащах: Джейсон, в сопровождении своих фамильяров. Он осмотрел команду, кивнул, когда увидел, что они в порядке, и его взгляд обратился к большим дверям позади них.

— Что скажете, посмотрим, что там?

Пересекая порог

Пересекая порог

Команда ждала скрежета камня, который возвестил бы о новой волне боя, но в комнате было так же тихо, как и от Нила под мрачным взглядом Джейсона.

— Думаю, мы в безопасности, — наконец сказал Хамфри.

Команда остановилась передохнуть в зоне чистого воздуха, которую расчистила способность Софи, пока ядовитый туман в остальной части комнаты медленно рассеивался. Когда дымка исчезла, она обнажила ужасающее зрелище: груды мертвых существ вокруг разбитых останков конструктов, которые они уничтожили ранее.

Нил попытался обыскать врагов, но если конструкты принесли немного материалов для крафта, то существа — ничего. К тому же они не исчезли в радужном дыму, что указывало на то, что это были не монстры, а настоящие живые существа.

— Эти твари были запечатаны здесь бог весть сколько времени, — сказал Нил. — Вроде тех жрецов, которых освободил Джейсон.

— Мой интерфейс назвал их Тартарскими громилами, — сказал Джейсон. — Конструкты были Тартарскими големами. Это кому-нибудь о чем-то говорит?

Все взгляды обратились к Клайву, который покачал головой.

— В моем мире, — сказал Джейсон, — есть миф о царстве под названием Тартар. Это царство-тюрьма.

— Похоже, мы действительно в тюрьме, — сказала Белинда. — Мне любопытно, что за этими дверями.

Пока Нил занимался мародерством, Клайв изучал двери. Он начертил на них магические диаграммы золотыми линиями с помощью своей ритуальной силы. Джейсон отметил, что, в отличие от попыток искателей приключений, приходивших до них, их наносили посередине дверей, а не вокруг замков.

— Ты не пытаешься взломать замки? — спросил он Клайва.

— Это обманка, — ответил Клайв. — Главный совет для ритуальной магии — да и для жизни, по правде говоря — не делать того же, что и люди, которые погибли, пытаясь это сделать. К тому же, ритуал с двумя кругами — очень плохая идея, если не знаешь, что делаешь.

Клайв завершил ритуал, и два магических круга на двери засветились. Красный свет, сиявший снизу, погас, и раздались два отчетливых щелчка замков. Клайв взмахом рук развеял светящиеся ритуальные круги и надавил на двери, распахивая их.

За ними находилась круглая камера со сводчатым потолком, в которой была лишь одна деталь. Посреди комнаты стоял каменный постамент, на котором лежал, по-видимому, цельный блок кристалла, заключавший в себе меч. Вокруг кристального блока была сфера мерцающего света — того же золотого, серебряного и синего цвета, который создавали способности Джейсона по нанесению трансцендентного урона.

Меч в блоке был искусно выполнен в зловещей форме. Клинок был сделан из какого-то черного металла, а по всей его длине были выгравированы светящиеся красные руны. Эфес был изготовлен из какого-то красного кристалла и черного камня, напоминающего рубин и оникс. Рукоять имела острые шипы; любой, кто схватился бы за нее, пронзил бы собственную ладонь.

— Он чем-то похож на кинжал Джейсона, — сказал Нил.

Джейсон призвал свой кинжал в руку, подняв его, чтобы группа могла сравнить. Кинжал Джейсона был таким же вычурным предметом из черного обсидиана и красного кристалла.

— Ты прав, — сказал Джейсон. — Хотя это должно быть совпадением, верно? В смысле, если делаешь круто выглядящее красно-черное клинковое оружие, все они в итоге будут иметь определенную степень сходства.

— Эти руны на клинке что-нибудь значат? — спросила Софи. У Джейсона и Клайва были способности к переводу, поэтому они присмотрелись.

— Они не говорят ничего связного, — сказал Джейсон. — Они просто представляют различные концепции.

— Причем не самые лучшие концепции, — добавил Клайв. — Душа. Мощь. Голод. Жизнь. Пир.

— Звучит довольно плохо, — сказал Нил. — В смысле, как способности Джейсона.

— Эй…

— Меня больше интересует энергия вокруг него, — сказал Клайв. — Она кажется очень странной как для ауры, так и для магических чувств.

— Похоже на способности Джейсона превращать людей в ничто, — сказала Софи. — Я к этому не притронусь.

— Согласен, — сказал Нил.

Джейсон перевел внимание на мерцающий свет, медленно приближаясь.

— Будь осторожен, — предупредил Хамфри, но Джейсон вместо этого протянул руку к свету.

— Джейсон, тебе стоит дать мне время изучить это, прежде чем делать что-то опрометчивое, — сказал Клайв.

Джейсон проигнорировал их. Он почувствовал что-то знакомое в этой энергии. Когда его кончики пальцев соприкоснулись с ней, разряд ощущений пронзил его тело, и он отдернул руку, словно его ударило током. Он пошатнулся и сделал пару шагов назад, прежде чем выровняться.

— Это душа, — сказал Джейсон, и его голос звучал призрачно. — Этот свет — бесплотная душа, каким-то образом удерживаемая здесь.

— Ты уверен? — спросил Клайв.

— Полностью.

Клайв почесал затылок, в замешательстве глядя на свет.

— Такого даже быть не должно.

— Я все больше убеждаюсь, что невозможного не существует, — сказал Джейсон.

— Значит, кто-то превратил настоящую, живую душу в шкатулку? — спросил Хамфри. — Разве это не слишком много, чтобы просто держать людей подальше от меча?

— Он пытается не держать вещи снаружи, — сказал Джейсон. — Он пытается удержать что-то внутри.

— Ты уверен? — спросил Клайв. — Даже с усиленными чувствами ауры, как будто что-то скрывает его.

— Можешь коснуться, если хочешь, — сказал Джейсон. — Но я бы не советовал. Он гораздо выше рангом, чем мы. По крайней мере золотой, а возможно, даже алмазный. Одно только соприкосновение с ним вызвало настоящий духовный удар, но его цель была сразу ясна. Все, чем он является, было направлено на одну единственную задачу: удерживать этот меч именно там, где он находится.

— Я коснусь его, — сказал Клайв.

— Только предупреждаю, — сказал Джейсон. — Он ударит тебя прямо по душе.

— Может, не стоит? — предложил Хамфри.

— Я должен, — сказал Клайв. — Назовите это духом исследования. Я лучше перенесу любой удар, который он мне нанесет, чем буду жить, зная, что у меня был шанс испытать нечто столь редкое и уникальное, но не хватило смелости.

Клайв протянул руку и, после короткого момента колебаний, коснулся света. Дыхание вырвалось из него, и он повалился, как дерево, упав на землю без сознания. Нил быстро опустился на одно колено, чтобы осмотреть его.

— Он в порядке, — быстро сказал Нил. — Он просто получил встряску системы, вызвавшую дисфорию души и тела. Лучше дать ему прийти в себя, чем пытаться насильно разбудить.

— Эта штука с дисфорией души и тела звучит плохо, — сказала Софи.

— Для обычного человека — да, — сказал Нил, доставая подушку из своего пространственного саквояжа и подкладывая ее под голову Клайва. — Для пользователя эссенции это вроде как задержать дыхание на слишком долгое время и потерять сознание. Он проснется с сильной головной болью, но не более того.

Команда собралась вокруг Клайва, с беспокойством глядя на него.

— Правда, он будет в порядке, — сказал Нил. — Ему не потребуется много времени, чтобы очнуться.

— Ладно, — сказала Белинда. — Думаю, мы решим, что делать с этим мечом, пока ждем.

— Мы ничего не будем делать, — сказал Джейсон. — Кто-то или что-то приложило значительные усилия, чтобы удержать его здесь. Все то, с чем мы сражались в блоке камер, было немногим больше таблички «посторонним вход воспрещен» по сравнению с силой, задействованной здесь. Если кто-то потрудился сделать такое с чьей-то душой, просто чтобы запереть эту штуку, я не думаю, что выпускать ее — хорошая идея. Даже если предположить, что мы сможем понять, как это сделать.

— То есть, после всех боев, что мы провели, чтобы добраться сюда, ты просто хочешь уйти? — спросила Белинда.

— Да, — сказал Джейсон. — Именно это я и хочу сделать.

— Я готов принять совет Джейсона на этот счет, — сказал Хамфри. — Софи, Нил?

— О, я был рад оставить его там, как только увидел, что рукоять пронзает тебя, — сказал Нил. — Это говорит тебе все, что нужно знать о том, что это за оружие.

— Мы ведь даже не ищем меч, — сказала Софи. — Ты призываешь свой, Хамфри, и ты ведь не собираешься отказываться от того, что сделал Гэри, верно, Асано?

— Совершенно верно, — сказал Джейсон.

— Остаешься только ты, Линди, — сказала Софи. — Может, не помешало бы иметь хорошее снаряжение для твоего превращения в воина.

— Нет, спасибо, — сказала Белинда. — Я останусь с оружием, которое пронзает только врага.

Клайв громко застонал, приходя в сознание. Он сонно сел, обхватил голову руками и издал еще один кашляющий стон. Нил снова опустился, чтобы осмотреть его.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Нил.

— Как будто на меня уронили парусный корабль, — сказал Клайв, глядя мимо Нила на Джейсона. — Как тебе удалось избежать того, чтобы эта штука ударила тебя по душе, как молотом?

— Мне не удалось, — сказал Джейсон. — Я же предупреждал тебя.

— Хотел бы я иметь твою стойкость души, — сказал Клайв.

— Нет, — отрезал Джейсон. — Не хотел бы.

— Мы решили оставить меч там, где он есть, — сказал Хамфри Клайву. — Если только ты не хочешь возобновить дебаты.

— Нет, — сказал Клайв, качая головой и морщась от боли, которую это принесло. — Я почувствовал ту душу. То, через что она прошла, чтобы поместить эту штуку туда и удерживать ее там. Я даже не уверен, что мы смогли бы вытащить этот меч, но я совершенно уверен, что нам не следует этого делать.

* * * Нил и Джейсон медитировали снаружи, где был установлен облачный дом. Оба они ожидали перехода на бронзовый ранг после битвы в блоке камер и не хотели устраивать беспорядок внутри. Облачный дом смог бы убрать его, но это лишь ускорило бы расход запаса кристального раствора, который Джейсон в него залил. Его было огромное количество, и этого должно было хватить на годы, но не было смысла ускорять потребление, когда в этом нет необходимости.

Способность Нила к призыву была его последней оставшейся способностью железного ранга. Голем сражался как чемпион в их последнем конфликте, поэтому никто не удивился, когда Нил перешагнул порог бронзового ранга. Он вышел из уединенного участка руин, где завершил свое продвижение. Он смыл с себя все с помощью бутылки кристального раствора после того, как очистил тело от всей грязи в процессе перехода.

Он был в одном нижнем белье, поэтому его ожидающие товарищи по команде могли видеть, что его коренастое телосложение тяжелоатлета сменилось более стройным, но все еще мускулистым. Это также привело к тому, что его волосы выпали, а ногти странно выросли. Джейсон помог исправить эти мелкие проблемы с помощью ножниц для стрижки и крема для роста волос Джори.

Переход Джейсона не произошел в тот день, но Хамфри назначил день отдыха. Это было то, что они делали примерно раз в неделю, делая перерыв в остальном неумолимом графике тренировок и боев. Они убили больше монстров, чем стоило считать, хотя они вели счет плотским мерзостям. Они нашли и уничтожили сорок одну мерзость на данный момент, что, по подсчетам Тени, составляло около десятой части от общего числа в городе.

Способность Тени как фамильяра продвинулась раньше Гордона, тени, которая была самым постоянным спутником Джейсона. Джейсон привык полагаться на его теневое присутствие, доступное даже тогда, когда монстр апокалипсиса или межпространственный убийца реальности были социально неуместны.

Все способности [Эссенции тьмы] достигли [Бронзового ранга 0].

Связанный атрибут [Скорость] увеличился с [Железного ранга 9] до [Бронзового ранга 0].

Атрибут мощи Джейсона достиг бронзового ранга за время их пребывания в астральном пространстве, официально подняв его силу за пределы того, на что способен любой обычный человек. Однако именно переход атрибута скорости заставил его почувствовать, что он действительно изменился. Это повлияло не только на его способность быстро бегать, но и на рефлексы, ловкость, координацию и проприоцепцию.

Его недавно возросший атрибут скорости также сочетался с атрибутом мощи, делая его способным на невероятные подвиги. Когда ему действительно следовало бы вернуться к медитации, команда застала его за выполнением сальто на месте и лазанием по руинам, прыгая со стены на стену.

— Я чувствую себя персонажем видеоигры!

— Никто не знает, что это значит, — сказала Софи.

— Ты могла двигаться так, сколько я тебя знаю, — сказал ей Джейсон. — Как ты не бегаешь постоянно вокруг и не хихикаешь, как идиотка?

— Тебе стоило видеть ее, когда она была моложе, — доверительно сообщила Белинда, получив в ответ взгляд Софи.

Джейсон наконец успокоился и возобновил медитацию, после чего не прошло много времени, как способность Гордона также пересекла черту.

Все способности [Эссенции рока] достигли [Бронзового ранга 0].

Связанный атрибут [Дух] увеличился с [Железного ранга 9] до [Бронзового ранга 0].

Прогресс до бронзового ранга: 100% (4/4 эссенции завершены).

Все ваши атрибуты достигли бронзового ранга.

Вы достигли бронзового ранга.

Вы получили сопротивление к источникам урона и эффектам железного ранга и ниже.

Мощность вашей ауры возросла.

Ваши чувства ауры улучшились.

Прогресс до серебряного ранга: 00%.

Переход Джейсона с железного на бронзовый ранг был гораздо менее болезненным, чем с обычного на железный. В тот раз его вновь созданное тело состояло из того, что Клайв называл мусорной магией, в то время как его тело железного ранга было ближе к идеальному состоянию для его ранга. Тем не менее, оно все равно вывело большое количество черной, вонючей биомассы, которую он смыл кристальным раствором.

Он подстриг внезапно выросшие ногти и отрастил волосы с помощью крема, оставив бороду расти самостоятельно. Хамфри и Клайв отрастили бороды за время пребывания в астральном пространстве, так как они также потеряли их во время повышения ранга. Нил, будучи эльфом, никогда не отращивал ничего, кроме легкой щетины, которую Джейсон находил завидно привлекательной.

Джейсон действительно чувствовал себя преображенным. Он был новым человеком, и он это чувствовал. Просто двигаться в своем теле бронзового ранга было по-другому. Его атрибут духа, достигший бронзового ранга, также оказал большое влияние, так как он не только усилил шестое чувство, обнаруживающее ауры, но и вывел остальные пять чувств за пределы человеческого потенциала. Мир внезапно ожил нюансами цвета, подобными тем, что он никогда не испытывал. Он мог различать запахи, словно каталогизируя их, а его слух мог воспринимать мир вокруг него почти так же хорошо, как зрение. Он чувствовал воздух на коже, ощущал его вкус на языке. Казалось, мир преобразился вместе с ним.

— Хорошо, да? — спросил Хамфри с улыбкой, обнаружив, что Джейсон смотрит вдаль с глупой ухмылкой.

— О, да.

— Мы можем справляться с монстрами или их эквивалентами более высокого ранга, чем наш, в больших количествах, — сказал Хамфри. — Помнишь те команды, которые мы видели на арене миражей в Джаяпуре? Мы можем стоять плечом к плечу с любой из них сейчас.

— Некоторые могут подумать, что это значит, что мы можем немного расслабиться, — сказал Джейсон. — Что-то мне подсказывает, что ты думаешь, что это значит, что мы должны тренироваться еще усерднее.

— Могу с уверенностью сказать, что мы находимся на элитном уровне для нашего ранга, — сказал Хамфри. — Хотя на железном ранге это не так уж важно. Если мы хотим сказать то же самое на бронзовом и серебряном, нам нужно начать работу прямо сейчас.

— Знаешь, Хамфри, родители любой девушки, с которой ты когда-либо будешь встречаться, будут тебя обожать.

— А что они думают о тебе? — спросил Хамфри.

— Я не заходил так далеко слишком много раз, — сказал Джейсон. — Была моя первая девушка, чьим родителям мой брат нравился больше. Что в итоге сработало. Все между ней и Кассандрой были более случайными. Талия Мерсер любила меня. Ее муж, не очень, я думаю. История с Тэдвиком, знаешь ли.

— Я всегда чувствовал себя неловко с родителями Габриэль, — сказал Хамфри. — Религиозность — это хорошо, но некоторые люди доводят ее до такой степени, что это становится немного пугающим.

— Если отбросить мысль о том, что религиозность — это хорошо, я понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал Джейсон. — Встречаются те очень религиозные люди с такой странной интенсивностью, понимаешь?

— О да, — сказал Хамфри. — Я имею в виду, богиня Знания. Это должна быть довольно расслабленная группа, верно? Они постоянно спрашивали меня, что я читаю. Им не нравилось слышать, что у меня не было много времени на чтение из-за всех тренировок. Кстати, об этом, мы вернемся к ним. Несколько дней, чтобы дать тебе и Нилу привыкнуть к вашему новому уровню силы. Затем мы отправимся за кровавым ткачом и посмотрим, что сможем найти от того, что осталось от культистов.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — У меня есть кое-какие дела до этого, правда. Растущие предметы, призыв фамильяра. В общем, куча ритуалов. У Нила тоже есть его растущие предметы.

— Мы можем взять завтрашний день, — сказал Хамфри. — Но после этого — обратно за работу.

Каждый может быть полезен

Каждый может быть полезен

— На самом деле я достал материалы довольно дешево, — сказал Джейсон. — Гэри в первую очередь сделал его из местных материалов, так что мне просто нужны были версии более высокого качества того же самого.

Джейсон нарисовал диаграмму для ритуала вознесения, который позволил бы его мечу, как и ему самому, продвинуться с железного ранга до бронзового. Теперь он раскладывал слитки кровавого золота и серебра звездопада, кучки самоцветов квинтэссенции и аккуратные стопки духовных монет бронзового ранга.

Остальная часть команды бездельничала на крыльце облачного дома в подвесных креслах. Джейсон повернулся к Софи, которая весь день пялилась на него.

— Что? — спросил он.

— Что? — спросила она.

— Ты смотрела на меня так весь день.

— Как? — спросила Софи.

— Бесстрастно, полагаю, — сказал Джейсон. — Ты все делаешь бесстрастно, так что трудно различить.

— Твое лицо, — сказала она.

— Что с моим лицом?

— Бронзовый ранг, — сказала она. — Это сделало его менее ужасным.

— Ага, — согласилась Белинда.

— Я скучаю по подбородку, — сказал Нил. — Он был похож на какую-то странную способность эссенции.

— Он был не так уж плох, — сказал Джейсон. — Хамфри, скажи им, что он был не так уж плох.

— Он был не так уж плох, — сказал Хамфри. — Я бы даже сказал, что он был хорош.

— Спасибо, — сказал Джейсон.

— Я имею в виду, — продолжил Хамфри, — если бы у меня когда-нибудь закончилась мана и я не смог бы призвать меч, он был прямо там. Что мне использовать в качестве запасного варианта теперь?

Джейсон выглядел оскорбленным, когда команда рассмеялась.

— Он действительно выглядит хорошо, — сказала Белинда, сжалившись над ним. — Бронзовый ранг пошел тебе на пользу. Квадратный подбородок, который у тебя теперь, на самом деле неплох. Верно, Соф?

— Это… не ужасно.

— Это на языке Софи означает «чертовски сексуально», что, я думаю, немного чрезмерно, но каждому свое, — сказала Белинда. Это заслужило взгляд Софи, в то время как Джейсон покачал головой и вернулся к своему ритуалу.

Клайву было бы быстрее провести ритуал, как он сделал с растущими предметами Нила, но он не предложил, а Джейсон не просил. Они оба понимали, что если ты можешь продвинуть свои растущие предметы самостоятельно, ты делаешь это сам.

Меч был прост и элегантен в своем дизайне: серебристый клинок, простой красно-золотой эфес с черной обмоткой и короткой черной кисточкой. Джейсон осторожно поместил его в центр магического круга и провел ритуал.

Растущий предмет [Погибель и Спасение] продвинулся с железного ранга до бронзового.

Растущий предмет [Погибель и Спасение] достиг своего максимального потенциала. Он должен быть перекован оригинальным мастером, чтобы продвинуться дальше.

Предмет [Погибель и Спасение] получил новые способности.

Клайв, Нил и Хамфри уже повысили ранг своих растущих предметов без дополнительных эффектов, то же самое произошло и с амулетом Джейсона. Его меч был первым из их предметов, получившим новые эффекты.

Предмет: [Погибель и Спасение] (бронзовый ранг [растущий], легендарный)

Меч, созданный с благодарностью, в надежде, что он принесет величайшую пользу в момент величайшей нужды. Он был выкован со страстью и мастерством, чтобы стать надежным спутником, наделив его невероятным потенциалом (оружие, меч).

Эффект: Если этим мечом совершается специальная атака, накладывающая наложение, но цель атаки имеет физический иммунитет к нему, на клинок накладывается экземпляр [Камнереза], а на врага накладывается экземпляр [Резонирующего эха].

Эффект: Если этим мечом совершается специальная атака, накладывающая наложение, но цель атаки имеет магический иммунитет к нему, на клинок накладывается экземпляр [Разрушителя заклинаний], а на врага накладывается экземпляр [Сияющего эха].

[Резонирующее эхо] (урон со временем, магия, суммирующийся): Наносит постоянный урон резонирующей силой. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Сияющее эхо] (урон со временем, магия, суммирующийся): Наносит постоянный урон разрушительной силой. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Помимо того, что меч становился мощнее со временем, новые способности позволяли ему оставлять после себя эффекты постоянного урона, что приводило его в большее соответствие с собственным набором способностей Джейсона. Наложения магического типа было легче развеять, чем большинство других, но почти ничто не имело к ним иммунитета, в отличие от различных проклятий Джейсона. Чтобы продвинуть меч дальше, потребовалась бы помощь Гэри, но серебряный ранг был, на данный момент, далеким горизонтом.

Джейсон оставил улучшения фамильяров напоследок, поэтому перешел к облачному дому. Он выгнал всех с крыльца и вернул облачный дом в его колбу; весь дом за несколько минут растворился в дым и влился в бутылку, словно джинн.

— Должен быть большой, сложный ритуал для такого предмета, как облачная колба, — сказал Нил.

— Нет, — сказал Джейсон. — Тебе просто нужно достичь бронзового ранга, а затем скормить этому жадному гаду кучу вкусностей на сумму в миллиард баксов.

Он покачал головой на бутылку, доставая воронку из своего инвентаря, вставил ее в горлышко колбы и начал запихивать горсти квинтэссенции.

— Две тысячи двести квинтэссенции, — пожаловался он. — Двести из них — пространственная квинтэссенция. Напомни мне поблагодарить Эмира еще раз за поставку товаров для первого повышения ранга. Ни за что бы я не смог позволить себе это, в дополнение ко всему остальному.

Запихивание всех самоцветов квинтэссенции, а затем десяти тысяч духовных монет заняло больше времени, чем ритуалы для растущего оружия Джейсона и Нила вместе взятые. Лишившись своих удобных облачных сидений, некоторые члены команды начали проявлять нетерпение.

— Мог бы ты просто использовать серебряные монеты? — спросил Нил. — Или золотые. Это бы хорошо помогло.

— Дело не в ценности монет, — сказал Клайв. — Дело в магии внутри них. Вся эта сила не просто питает улучшение, но уравновешивает всю магию, участвующую в трансформации, чтобы она не пошла наперекосяк.

— Знаешь, — сказал Нил Клайву, — хоть раз я хотел бы, чтобы что-то всплыло, и ты сказал, что понятия не имеешь.

— Эй, Клайв, — сказала Белинда.

— Да?

— Как бы Нил убивал монстров, если бы нас не было рядом?

— Понятия не имею, — сказал Клайв.

— Вы двое уморительны, — отрезал Нил.

— На самом деле, это было довольно неплохо, — сказал Джейсон.

— Заткнись и играй со своей бутылкой.

* * * Лидер культа, Зато, вел Тимоса и Тэдвика по разрушенной территории поместья Вейн. Последние остатки магии, меняющей климат, исчезли, и пустыня быстро отвоевывала некогда пышную территорию. Теперь это были лишь иссохшие остатки и груды руин, и только ныне бездействующие магические пилоны отмечали то, что когда-то было четкой границей между поместьем и пустыней.

Они прибыли к тому, что раньше было усадьбой, а теперь представляло собой разрушенный камень и сухую древесину. Зато вытянул руку, и конечность разделилась на части, обнажив внутри не теплую плоть и кровь, а холодное железо. Куски были нанизаны на проволоку, которая разматывалась по мере того, как сегменты устремлялись вперед, зарываясь в груды обломков.

Мгновение спустя куски этого мусора взмыли в воздух, все больше и больше их, принимая организованную форму. Материалы плавились, дерево и камень текли, как вода, смешиваясь, чтобы сформировать странный гибридный материал. Материал стекался в линии, создавая ритуальный круг на земле, а затем купол, который покрыл его, оставив лишь отверстие, достаточно большое, чтобы проползти.

— По мере того как вы становитесь сильнее, — сказал Зато, — ваши скудные способности эссенции будут вытеснены, одна за другой, превосходной силой Строителя. Вы не будете связаны смертными ограничениями, выскребая крохи мощи из бесполезных тренировок или жалких ядер монстров.

— Это сделает меня сильным? — спросил Тэдвик, кивая на купол, который был близок к завершению.

— Да, — сказал Зато. — Так много людей обошли тебя, Тэдвик, но я вижу твой истинный потенциал. Ты докажешь свою высшую ценность для Строителя, как только станешь сильнее. Входи и почувствуй, как сила течет сквозь тебя.

После последнего, настороженного взгляда, Тэдвик опустился и прополз через отверстие. Когда отверстие закрылось за ним и он погрузился в темноту, он на мгновение запаниковал. Затем он почувствовал, как обещанная сила хлынула в него. Прошло всего несколько мгновений, но он чувствовал, как сила течет сквозь него, и начал смеяться, как безумец.

Снаружи купола Зато и Тимос не могли слышать Тэдвика, как и он их, когда они уходили.

— Когда ты сказал, что найдешь что-то для Тэдвика, я не был оптимистичен, — сказал Тимос. — Я не осознавал, что подобное возможно.

— Более чем возможно, это необходимо, — сказал Зато. — Я не был полностью посвящен в руководство, которое унесло свои планы с собой в могилу во время битвы на острове. Нам нужно руководство. Тэдвик и тот другой…?

— Дугалл, — напомнил Тимос.

— Точно, да. Тэдвик и Дугалл — не истинно верующие. Они пришли к нам из отчаянных, наемнических побуждений. Половинная лояльность будет встречена половинным членством. Они оплатят остаток своего пути жертвой и будут почитаемы за свою службу.

— Зачем утруждать себя обманом? — спросил Тимос. — Почему просто не заставить Тэдвика подчиниться?

— Потому что даже с семенем души внутри, изменение души — трудное дело, если эта душа не желает этого. Зачем запихивать яд ему в глотку, когда ложка меда заставит его проглотить его?

— Честно? Я хочу заставить его подавиться этой ложкой.

Зато усмехнулся.

— Насколько близок к готовности Дугалл? — спросил Тимос.

— Он достигнет требуемого состояния незадолго до прибытия людей церкви Чистоты, — сказал Зато. — Время выбрано удачно. На данный момент убедись, что ни Дугалл, ни Тэдвик не осознают, что они получают одно и то же лечение.

— Не проблема, — сказал Тимос. — Дугалл так стремится выслужиться, что сделает все, как просят. Тэдвик настолько зациклен на себе, что не замечает ничего, что происходит вокруг.

Зато улыбнулся.

— Видишь? Каждый может быть полезен, если найти задачу, которая лучше всего подходит их способностям.

* * * — Он большой, — сказал Нил.

— Он не позволил мне использовать версию с маскировкой, — сказал Джейсон.

— Не думаю, что есть версия этого, которую можно незаметно провести через джунгли, — сказал Хамфри.

Предмет: [Облачная колба] (бронзовый ранг [растущий], легендарный)

Этот предмет привязан к вам и не может быть использован никем другим.

Используйте энергии внутри облачной колбы для создания зданий и транспортных средств из облаков. Доступные формы ограничены рангом.

Предметы, содержащиеся внутри облачной конструкции, когда она возвращается в колбу, хранятся в пространстве измерения и не могут быть восстановлены до тех пор, пока не будет сформирована другая облачная конструкция.

Доступные формы (железный ранг): Облачный дом (грандиозный), облачный дом (адаптивный).

Доступные формы (бронзовый ранг): Каретный дом (грандиозный).

Недоступные формы (бронзовый ранг): Каретный дом (адаптивный).

— Каретный дом должен быть зданием, в котором хранятся кареты, — сказал Джейсон. — А не зданием, которое тащится, как одна из них.

Для Джейсона форма облачной колбы бронзового ранга выглядела как огромный дом на колесах, один из тех глупо дорогих, с двумя уровнями и крышей-террасой, в которых живут кинозвезды на съемочной площадке. У него даже было место для водителя спереди, хотя управление осуществлялось путем возложения рук на туманную сферу, а не руль. Помимо этого, Джейсон мог направлять его движения мысленно.

Облачно-белое транспортное средство с украшениями в виде заката ярко выделялось среди темного камня и густой зелени заросших джунглей. Колес не было, что делало его чем-то вроде судна на воздушной подушке. Бульвары заросших улиц были широкими, но густыми от джунглей, что делало их непроходимыми для огромного транспортного средства. Джейсон немного подвигал его туда-сюда, но места для езды действительно не было.

Интерьер был таким же, как у роскошного дома на колесах, с кроватями, диванами и удобными креслами. На самом деле была даже терраса на крыше. Изнутри полупрозрачный туман создавал прозрачные окна, хотя снаружи сквозь них ничего нельзя было увидеть.

— Ну, — утешил Хамфри, — будет приятно, когда мы выберемся из астрального пространства. Это будет здорово для долгих поездок, чтобы ты, я и Клайв могли посетить места, чтобы потом телепортироваться туда. Это то, что делала моя мать на протяжении всего бронзового ранга. Путешествовала по миру, совершая приключения.

— На самом деле, это звучит довольно круто. Нил не получает вступительные титры до второго сезона, правда, и это будет «также в ролях» с его лицом, скрытым дыней или чем-то подобным.

— Что?

— Мы можем разобраться с этим позже, — сказал Джейсон. — Думаю, мне стоит превратить его обратно в дом, а затем закончить. Что скажете, парни? Сохраним лучшее напоследок?

Гордон появился со вспышкой ауры Джейсона, когда Тень возник из его тени.

— Гордон говорит, что я должен быть последним, — сказала Тень.

Оранжевая сфера Гордона ярко вспыхнула, что было его сигналом «нет».

— Видишь? — спросила Тень. — Он действительно не хочет быть последним.

Оранжевая сфера начала сердито стробировать.

— Он довольно громогласен по этому поводу, — продолжила Тень.

— Тень, перестань дразнить Гордона, — сказал Джейсон. — Гордон, это просто выражение. Быть последним на самом деле не значит, что ты лучший.

Небольшое пятно крови просочилось с шеи Джейсона, превратившись в пиявку, которая поползла по его плечу. Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Колин, ты уже повысил ранг. Ты не можешь сделать это снова.

Неутешная пиявка ускользнула обратно в шею Джейсона.

Серия способностей фамильяров

Серия способностей фамильяров

Тень визуально не изменился в своем новом сосуде бронзового ранга; он оставался теневой фигурой в плаще тьмы. Единственным видимым отличием было увеличение количества его тел, с трех до семи. Он также получил способность оказывать небольшое физическое воздействие, оставаясь при этом бестелесной сущностью. Этого было недостаточно, чтобы нанести урон, но это позволило бы ему выполнять задачи в местах, слишком опасных для людей, которые не были нематериальными и не имели шести дополнительных тел.

Все это также означало, что было маловероятно, что сосуд Тени будет полностью уничтожен в бою. За исключением необычного боя, такого как тот, что был против элементального тирана, который забрал его оригинальный сосуд железного ранга, он останется целым. Любые уничтоженные тела могли быть воссозданы, пока оставалось хотя бы одно. Единственной ценой было время и почти вся мана Джейсона. Это было бы не то, что делается в разгар боя.

Другой новой способностью, которую приобрела Тень, было его собственное пространственное хранилище. Оно не было таким вместительным, как у Джейсона, Хамфри или Клайва, но было доступно из любого тела Тени.

Собственное хранилище Джейсона, его способность инвентаря, также улучшилось, когда он достиг бронзового ранга. Одним из его нюансов была возможность расширить количество доступных слотов за счет использования пространственных сумок. В углу интерфейса экрана инвентаря было пять слотов для размещения пространственных сумок, но доступен был только один, и его можно было заполнить только сумкой железного ранга.

Джейсон заполнил этот слот в начале своей карьеры искателя приключений, но он взял с собой две сумки бронзового ранга для использования после повышения ранга. Ему приходилось нести их пустыми, так как пространственные сумки можно было поместить в другие пространственные пространства только тогда, когда они сами ничего не содержали.

Еще одним бонусом к его инвентарю было увеличение максимального объема на предмет. Он чувствовал изменение инстинктивно, но ему нужно было поэкспериментировать, чтобы найти точный новый предел.

Хамфри и Клайв также испытали улучшения своих способностей хранения, достигших бронзового ранга. В отличие от силы Джейсона, их способности были способностями эссенции, которые получали не только постепенные улучшения, но и совершенно новые эффекты при повышении ранга. Способность Хамфри к пространству хранения, магический арсенал, теперь значительно снижала затраты маны на призыв его оружия и доспехов. Теперь ему больше не нужно было тратить значительную часть маны в начале каждого боя или всякий раз, когда он переключался между двумя своими призванными мечами.

Способность Клайва «рунные врата» претерпела самые впечатляющие изменения. Первоначальная функция открывала портал рунного круга в его пространство хранения, но теперь это была полноценная способность портала. Сочетание пространственного хранения и портала для путешествий в одной способности не было полезным в бою, но это была, безусловно, самая концентрированная способность полезности в команде.

Увеличение полезности было еще одним показателем несколько необычного состава команды. Хамфри и Нил были единственными членами, которые легко вписывались в обычные командные роли, но Джейсон, Клайв, Белинда и Софи — все они действовали вне нормы в разной степени.

На относительно нормальном конце спектра находились Джейсон и Софи. Специалисты по наложениям и танки-уклонисты были менее распространенными вариациями обычных ролей наносящего урон и защитника. Клайв был наносящим урон на основе заклинаний, у которого было только одно атакующее заклинание. Белинда была самой экстремальной, одновременно не выполняя никаких установленных ролей и выполняя большинство из них.

Традиционная команда искателей приключений использовала надежные сильные стороны и фиксированные роли, чтобы подходить к каждой ситуации одинаковым образом, чтобы максимизировать свои сильные стороны и минимизировать слабости. Слабостью команды Джейсона была неспособность сделать это. Им нужно было разрабатывать стратегию и адаптироваться к любым обстоятельствам.

Команда, в некотором смысле, стала отражением Джейсона. Были лучшие наборы способностей для повседневной охоты на монстров, но эта команда процветала, встречая вызовы, с которыми обычные команды боролись бы. Не будучи привязанными к одному подходу, они будут готовы, когда на их пути возникнут необычные обстоятельства.

Частью адаптивной природы команды было включение большого количества полезности. Большинство команд включали бы хотя бы одну способность пространственного хранения и считали бы любые дополнительные приятным бонусом. Что касается способностей портала или телепортации, не было команды, которая не ухватилась бы за шанс. Многие команды взяли бы в остальном непримечательного или даже откровенно некомпетентного члена по той простой причине, что их репертуар включал способность портала. Команда Джейсона владела четырьмя способностями хранения и тремя способностями путешествия на большие расстояния, что делало их довольно завидными.

Сташ также эволюционировал до бронзового ранга вместе с Хамфри; привязанный фамильяр не требовал нового тела, чтобы быть призванным, как это делали фамильяры Джейсона. Хотя он был таким же озорным, как и всегда, он был более уверен в раскрытии своей истинной формы, которую раньше видел только Хамфри. Его истинная форма была маленькой, с длинным, змеевидным телом, покрытым радужной чешуей, которая бежала по нему волнами цвета, мерцая и меняясь. Белинда была полностью очарована его драконьей истинной формой, а Сташ был очарован похвалой, которую она осыпала на него.

Гордон претерпел небольшое изменение, когда его новое тело было призвано: вторая пара светящихся синих и оранжевых глазных яблок присоединилась к первой, паря вокруг его тела. Это дало ему четыре одновременных атакующих луча: два из резонирующей силы, эффективные против сильных противников, и два из разрушительной силы, эффективные против магии и бестелесных существ, таких как сам Гордон. Кроме того, он мог посылать два шара одного типа, даже летящими за углы, прежде чем они соединялись и детонировали. Результирующий взрыв был мощным, но шарам требовалась минута, чтобы восстановиться, в течение которой их нельзя было использовать для совершения дальнейших атак.

* * * Исполняя свою угрозу, Хамфри подталкивал команду оставаться в движении, выслеживая больше плотских мерзостей и любых обычных монстров, с которыми они сталкивались по пути. Стремясь расширить границы своих новых возможностей, и Хамфри, и Джейсон впервые в одиночку сразились с плотскими мерзостями.

В случае с Джейсоном его способностей бронзового ранга было достаточно, чтобы подавить способности восстановления монстра гораздо быстрее. Он уже был способен обойти сопротивление урону, основанное на ранге, но теперь его способности наносили урон бронзового ранга. Это была лишь часть изменений, так как его новые наложения также играли роль.

Трупное окоченение, наносимое его способностью теневой руки «Жнец», давало суммирующийся штраф к атрибутам скорости и восстановления любого несчастного, на которого он его накладывал. Его способность «Неумолимый рок» заставляла эффект суммироваться снова и снова, штраф к скорости делал существо все более и более вялым, даже когда оно принимало быстрые формы, чтобы попытаться пригвоздить неуловимого Джейсона. Тем временем штраф к восстановлению оставлял его способность сдерживать наложения все более уменьшающейся, даже когда сами наложения становились все хуже и хуже.

Еще одно ключевое наложение исходило от специальной атаки Джейсона, «Укуса пиявки». Наряду с наложением эффекта кровотечения, теперь он также накладывал тот же яд пиявки, что и Колин. Экземпляр суммирующегося яда обновлял эффект кровотечения всякий раз, когда он исцелялся, оставляя адаптивные способности плотских мерзостей неспособными сдерживать злобные способности Джейсона так эффективно, как в прошлом.

Хамфри также был способен преодолеть способность мерзостей адаптироваться к нему, в его случае — грубой силой. Он продемонстрировал преимущество быть человеком-специалистом по специальным атакам с массивом наступательных техник, которые могли справиться с любым видом врага. Если он принимал твердую форму, резонирующая сила его атаки «Разрушитель щитов» разбивала ее, как яйцо. Более аморфная форма поглощала тяжелые физические удары, но была уязвима к разрушительной силе его атаки «Жнец духа». Его способность «Неостановимая сила» имела более длительное время восстановления, но опустошала мерзостей в любой форме, которую они принимали.

Хамфри не сражался ни с одной из них в одиночку до того, как Джейсон и Нил повысили ранг, так как доведение их до бронзового ранга всегда было приоритетом. Теперь, когда они это сделали, он был более счастлив дать волю себе. Как и Джейсон, он уже игнорировал разницу в рангах, но увеличение силы его атак с железного до бронзового ранга превратило его из угрозы в заклятого врага. Он безжалостно обрушивался на мерзость, которая просто не могла найти форму, чтобы противостоять гнетущей мощи.

* * * Команда была подвергнута испытаниям, когда они направились прямиком к центру города и территории кровавого ткача. Ночами они продолжали отдыхать в облачном доме, который теперь был более безопасным, чем когда-либо. Магия дома была более сложной на бронзовом ранге, с более сильной защитой и превосходной способностью скрывать себя от чувств блуждающих монстров.

Когда они останавливались каждую ночь, Клайв проводил более точные измерения окружающей магии, которая росла с угрожающей скоростью. Он обновлял информацию для команды, пока они отдыхали вечером.

— Разве это не едва измеримое увеличение? — спросил Джейсон после того, как Клайв предоставил им результаты своего последнего анализа.

— Тот факт, что увеличение вообще измеримо, вызывает тревогу, — сказал ему Клайв. — То, что оно произошло всего за несколько недель, безумие. Нам нужно выяснить, что сделали эти культисты.

— А если мы не можем допросить их, потому что они бездумные кровавые рабы? — спросила Софи.

— Сомневаюсь, что они будут бездумными, — сказал Клайв. — Кровавый ткач мог превратить их в безмозглых кровавых марионеток, но, скорее всего, он применил традиционную форму вампиризма, где они подчиняются воле того, кто их обратил, сохраняя при этом свой собственный разум.

— Мы берем их живыми, если сможем, — сказал Хамфри. — Но не рискуя подвергнуть команду опасности. Если нам придется их уничтожить, мы сделаем это.

— Если от них не будет никакой помощи, это не конец пути, — сказал Клайв. — То, что вызывает это изменение, — не то, для чего можно просто провести магический ритуал и пойти дальше. То, что происходит, сложнее этого.

— Есть идеи, что это такое? — спросил Хамфри.

— Я просматриваю книги, которые Знание дало Джейсону, в поисках чего-то, что могло бы привести к таким результатам. Однако без дополнительной информации я даже не уверен, что искать. На данный момент, больше, чем разговаривать с этими культистами, мне нужно увидеть, какие инструменты они привезли с собой.

* * * У Тени теперь было достаточно тел, чтобы он мог превратиться в ездовое животное для каждого члена команды, а бронзовый ранг расширил природу ездовых животных, в которых он мог превращаться. Во-первых, он мог собрать несколько тел вместе, чтобы воспроизвести самоходные магические кареты, предпочитаемые элитой Гринстоуна. Это было малополезно на улицах, заросших джунглями, но это был не единственный новый трюк, который он освоил.

Вместо полноценного транспортного средства Тень также мог объединить меньше тел, чтобы создать разных индивидуальных ездовых животных. Объединив свои тела парами, он стал тремя существами, которые были чем-то средним между узкотелым жуком и богомолом. У каждого был глянцевый черный панцирь, светящиеся глаза и огромные руки-клинки с сияющими белыми краями, от которых мягко исходил туман. Они были пугающим зрелищем.

— Очень мило, — одобрительно сказал Джейсон. — Тень, ты абсолютный чемпион.

— Эти существа не появляются в этом мире, — сказала Тень своим оставшимся телом. — Они существуют в другом мире, в котором я проводил время, служа фамильяром.

— Погоди, — сказал Хамфри. — Джейсон, у тебя нет проблем с этими ужасающими монстрами с клинками вместо рук, но хейдели тебя беспокоят?

— У них две головы, Хамфри. Две головы. Можешь себе представить, что у тебя две головы? Представь, если бы у тебя была отличная идея для рецепта, а потом тебе пришлось бы объяснять ее своей другой голове. Это неправильно.

— Погоди, это твоя проблема? — спросил Хамфри.

— А что, если ты ешь что-то вкусное? Либо одна голова остается ни с чем, либо каждая получает только половину, потому что им приходится делить желудок. Половину! А что, если это вкусный торт!

— Это был хороший торт, который ты принес на пир в честь повышения ранга, — сказал Нил. — Ты сам его приготовил?

— Да. Секрет в том, чтобы подсластить сливки перед взбиванием и действительно сделать их изюминкой.

— Остался торт? — спросила Софи с подозрительно густыми усами.

— Нет, — сказал Джейсон.

— Бу, — освистала она, прежде чем превратиться в переливчатую синюю ящерицу джунглей.

— По крайней мере, он теперь разобрался, как менять форму одежды, — сказала настоящая Софи.

— Они все еще часть его тела, так что технически он был голым, — сказал Джейсон.

Хамфри ничего не сказал, потирая переносицу и качая головой.

* * * Не все члены команды ехали на жуках-богомолах. Софи поддерживала свой разведывательный полет-планирование над их головами, в то время как Хамфри ехал на Сташе в форме ящерицы. Клайв присоединился к Софи, медленно дрейфуя по воздуху на Онслоу, летающей черепахе. Его фамильяр был не очень быстрым на любой высоте, кроме как чуть выше уровня земли, но так как ему не нужно было ориентироваться на местности, проблем с тем, чтобы не отставать, не было.

Это оставило три жука-богомола, максимум, что могла произвести Тень. Этого было достаточно для Джейсона, Нила и Белинды, обеспечивая всю команду эффективным транспортом. Руки-клинки ездовых животных были идеальны для прокладывания пути через джунгли, в то время как оставшиеся шесть ног жука предлагали устойчивую платформу, которая могла легко перемещаться по неровной земле.

— Тень, как ты думаешь, как эта форма проявит себя в бою? — спросил Джейсон. Хотя жук-богомол выглядел так, будто у него твердая, хитиновая оболочка, на самом деле он состоял из той же мягкой, удобной теневой материи, что и лошадиная форма Тени. Руки-клинки, однако, эффективно прорезали подлесок.

— Это было бы ненадежно, в лучшем случае, — сказала Тень. — Я сильно подозреваю, что любое количество урона сделало бы меня неспособным поддерживать эту форму. Тебе, однако, не обязательно говорить об этом кому-либо. Меня можно было бы использовать для эффективного блефа.

— Мне нравится, как ты мыслишь.

— О, отлично, — сказал Нил. — Как будто Асано был недостаточно подозрительным. Теперь у него есть напарник.

Команда достигла центра города, где здания были полностью разрушены, а джунгли полностью возобладали. Как и во время их первого визита, монстры не беспокоили их, пока они пробирались внутрь. Вместо того чтобы ехать на ездовых животных, команда прокладывала путь пешком через густой подлесок.

— Думаете, кровавый ткач взял под контроль всех монстров в этой области? — спросил Нил.

— Могли быть некоторые слишком сильные, чтобы их захватить, — сказал Хамфри. — Другие монстры серебряного ранга. Их скорее вытеснили с территории ткача, чем подчинили. Однако вы можете ожидать столкновения с вампирскими версиями всего бронзового ранга и ниже, что было здесь.

— Меня немного беспокоит, что мы все еще никого не видим, — сказал Нил.

— Он почти наверняка уже знает, что мы здесь, — сказал Клайв. — Он достаточно умен, чтобы попытаться заманить нас, как он сделал в прошлый раз, но недостаточно умен, чтобы понять, что мы раскусим его.

— Да, но мы все равно идем в ловушку, — сказал Нил.

— Как только начнется бой, он, вероятно, не прекратится, пока мы не доберемся до кровавого ткача, — сказал Хамфри. — Мы будем сражаться со всеми монстрами с большой территории, все одной волной. Пусть Джейсон и Софи делают тяжелую работу, насколько это возможно, так как они наши игроки на выносливость. Очевидно, делайте то, что должны, но берегите свою ману и выносливость, насколько можете. У нас много восстановления маны, но ожидайте много борьбы.

Хамфри остановился, оглядывая команду.

— Не заблуждайтесь, — сказал он. — Это будет битва, а не драка. Мы собираемся испытать самый изнурительный боевой сценарий, с которым кто-либо из нас когда-либо сталкивался. Больше, чем экспедиция в астральное пространство пустыни, больше, чем Джейсон, играющий роль отвлечения для элементаля серебряного ранга. Мы идем на войну против армии монстров-вампиров, и мы будем пробираться через тела мертвых, прежде чем закончим.

— Итак, я слышу, что это будет легко, и нам не стоит беспокоиться, — сказал Нил.

Хамфри посмотрел на него, и Джейсон положил обнадеживающую руку на плечо Хамфри.

— Приятель, все в порядке, — сказал Джейсон. — Мы знаем ставки, мы знаем, с чем имеем дело, и мы знаем, с чем нам придется столкнуться, прежде чем закончим. Не трать свою энергию сейчас на то, чтобы быть напряженным; у тебя будет достаточно интенсивности, как только начнется бой. А пока просто доверься своей команде.

Джейсон взглянул на джунгли вокруг них, как будто ожидая чего-то.

— Черт, — сказал он.

— Что? — спросил Хамфри.

— Это был бы эпический момент для появления монстров, — сказал Джейсон. — Можно было бы подумать, что у вампиров должно быть более подходящее чувство драмы.

Дело не в убийстве монстров

Дело не в убийстве монстров

Они услышали монстров раньше, чем увидели их. Всё началось с шума чего-то, что с грохотом пробиралось сквозь густые джунгли, грубо проламывая себе путь через подлесок. Хамфри велел команде развернуться и вернуться назад, направляясь к одной из оборонительных точек, которые он приметил во время пути.

Он выбрал конструкцию, сохранившуюся лучше других благодаря прочной, плоской каменной платформе. Она была лишь по грудь высотой — недостаточно, чтобы остановить монстров, но по крайней мере служила препятствием, которое можно было использовать. К тому же она была достаточно просторной для команды, позволяя Софи и Хамфри перемещаться, оставаясь при этом рядом с более уязвимыми членами группы.

Тень вернулся в свою обычную форму, осторожно опуская своих седоков на землю. Остальные потратили мгновение на призыв своих существ и фамильяров, а Сташ превратился из ездовой ящерицы в гигантскую болотную гидру. На бронзовом ранге он мог принимать физическую форму монстров бронзового ранга, но использовать полную магическую силу мог только монстров железного ранга. Он мог применять некоторые второстепенные магические способности монстров бронзового ранга, но, конечно, ничего столь мощного, как сильное быстрое исцеление гидры. Зато он получил силу, выносливость и множество зубастых голов гидры.

Джейсон приказал Гордону оставаться с основной группой, так как прямой урон фамильяра будет полезнее для команды, чем для самого Джейсона в предстоящем бою. Он уже собирался раствориться в тенях, когда Хамфри остановил его.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — В этом бою мы будем сильно на тебя рассчитывать, но я знаю, что ты справишься.

Джейсон усмехнулся.

— Хамфри, — сказал он, качая головой, — ты до сих пор не понимаешь сути приключений. Дело не в убийстве монстров.

Джейсон небрежно потянул за край своего нового боевого халата бронзового ранга.

— Дело в том, как ты выглядишь, пока убиваешь монстров. И ты должен признать…

Вокруг Джейсона проявился его теневой плащ.

— …я выгляжу в этом отлично.

— Боги, ты невыносим, — крикнул Нил, который как раз устанавливал круг призыва. — И кстати, удачи, пожалуйста, не умри.

Джейсон откинул капюшон своего магического плаща, одарив Хамфри редкой улыбкой, в которой не было ни капли насмешки.

— Не вздумай вообразить, что должен делать всю работу сам, — предупредил его Джейсон. — Не думай, что именно ты обязан спасти всех и принести великую жертву. Помнишь, как я решил в одиночку пойти и перебить всех тех бандитов? Я был неправ. Учись на моих ошибках. Это не только твоя ноша. Или моя, о чем мне тоже время от времени нужно напоминать.

— Рад помочь! — отозвался Нил, продолжая сыпать соль для своего круга призыва.

— Спасибо, Нил, — сухо бросил Джейсон, а затем снова переключил внимание на Хамфри.

— Доверяй команде, Хамфри. Полагайся на команду. Мы довольно хороши. Ну, Нил — так себе. Но остальные…

Джейсон накинул капюшон обратно и легко побежал прочь, исчезая в джунглях. Он был сильнее, когда мог действовать свободно, но оставался на связи с командой через голосовой чат.

Вся платформа была опутана лианами, и Клайв передал Софи и Белинде флаконы, которые они использовали, чтобы быстро иссушить растения и обеспечить себе чистую опору для ног. Это был состав Джори, который Клайв раздобыл перед возвращением в поросший джунглями город. У них не было достаточно средства, чтобы тратить его на прокладывание пути сквозь чащу, но для того, чтобы получить столь необходимую твердую опору в решающий момент, оно подходило идеально.

Пока две женщины расчищали растения, Клайв чертил ритуальные круги. Он начал с большого круга в центре платформы — своего ритуала боевой платформы, который усиливал атаки жезлом и посохом, а также любые заклинания урона группы. Затем он перешел к кругам, нанесенным на концы его оружия. Светящиеся линии двигались вместе с оружием, когда он размахивал им.

Преимущество посохов и жезлов заключалось в их высокой мана-эффективности по сравнению с боевой магией. Недостатком было то, что они были слабее, но ритуальные круги Клайва помогали это исправить.

Использованные им круги очищали окружающую магию местности и направляли её в оружие, обеспечивая дополнительную мощь без необходимости расходовать ману из собственного резерва Клайва. Влияние, которое это окажет на окружающую магию, как только он начнет использовать оружие, означало, что любые дальнейшие ритуалы в этой зоне будет сложно проводить некоторое время, но это была малая проблема по сравнению с тем, что должно было произойти.

Клайв решил вмешаться до этого и попробовать кое-что, над чем работал. Это не было связано с его способностями сущности, а являлось чистой ритуальной магией. Ритуальная магия, предназначенная для боя, была исключительно редкой, и Клайв разработал её сам.

Он начертил ритуальные круги в воздухе, один за другим в линию, словно трубу. В каждый из них он влил большое количество собственной маны, почти полностью исчерпав свой запас к тому времени, как закончил. Линия тянулась от центра круга боевой платформы прямо к джунглям, откуда с каждым мгновением доносился всё более громкий шум приближающихся монстров.

Тем временем Хамфри и Нил призывали своих существ. Голем-куколка Нила выглядел иначе на бронзовом ранге. Он был таким же высоким, но прежде коренастая, огроподобная форма теперь стала более утонченной, напоминая мощного мускулистого гиганта.

Что касается собственного призыва, Хамфри заколебался, прежде чем бросить Кость призывателя Форма. В конце концов, он решил использовать её, зная, что это может дать решающее преимущество в предстоящем изнурительном бою. Будем надеяться, что даже неудачный бросок будет смягчен новой способностью, которую она получила по достижении бронзового ранга. Сначала Хамфри подумал, что функции кости не изменились, так как описание почти не поменялось.

Предмет: [Кость призывателя Форма] (бронзовый ранг [рост], легендарный)

Древний инструмент для изменения природы призванных существ (инструмент, кость).

Требования: Сила призыва.

Эффект: Бросок этой кости во время активации способности призыва бронзового ранга или ниже случайным образом изменяет форму, которую принимает призыв.

Может использоваться в сочетании с [Кость призывателя: Элемент] и [Кость призывателя: Мощь]. Использование более одной кости одного вида аннулирует эффекты всех костей.

Только позже он осознал, что три грани на кости изменились. Это случилось всего день назад, когда он использовал кость, и выпала одна из новых граней. Когда она остановилась, символ, который загорелся, был не животным, а тем, что Клайв быстро перевел как «мощь». Затем кость снова покатилась сама по себе, остановившись на символе волка. Результатом стало то, что призывы Хамфри превратились в существ, похожих на оборотней — более крупных, мощных и стоящих на двух ногах. Они всё ещё были сделаны из костей дракона и имели зачарованное снаряжение, созданное силой хранения Хамфри, в данном случае — бронзовую броню, идеально подогнанную под их необычную форму тела.

Хамфри надеялся на подобный результат, когда бросил кость снова. Когда она остановилась, из неё поднялся светящийся символ — ещё один из новых. Хамфри разобрал их вместе с Клайвом после того, как узнал о новых гранях; этот означал «удвоение». Он надеялся, что это значит удвоение количества призванных существ. Даже без усиления костью, десять его костяных солдат имели бы критическое значение против того количества врагов, которое они ожидали.

Остановившись, кость снова покатилась сама. Символ птицы поднялся и завис рядом с символом удвоения. Затем кость покатилась в третий раз, остановившись на кошке. Три символа слились, образовав новый, который Хамфри не знал. Затем начали появляться его призывы.

Их было пять — обычное количество для его силы призыва на бронзовом ранге. У них были задние лапы и тело огромных львов, а также крылья и голова гигантского орла. Их передние лапы также были орлиными, заканчивающимися мощными когтями.

— Грифоны, — прошептал Хамфри. Он видел их в детстве, путешествуя с матерью. Плывя на корабле вдоль побережья, они заметили грифонов, величественно парящих над вершиной скалы. Они спикировали вниз, выхватывая акул прямо из воды, прежде чем улететь с ними.

Это была первая встреча юного Хамфри с магическим зверем, который был естественным существом, а не монстром. Такие существа были редки в регионе Гринстоун с низким уровнем магии, где он родился и вырос. Этот опыт оставил грифонов в его сердце, и он был заворожен, когда его призывы приняли их форму. Все они были белыми, цвета костей дракона, и носили бронированную попону, подходящую их формам.

— Хамфри, — позвала Софи. — Смотри вверх.

Хамфри очнулся от неожиданных ностальгических грез и понял, что звуки приближающихся монстров превратились из шума отдельных особей, проламывающихся сквозь джунгли, в нечто, похожее на волну. Подобно воде, разбивающейся о скалистый берег, яростные звуки монстров, разрывающих подлесок, нахлынули на них.

Хамфри коснулся одного из грифонов.

— Пикировать, схватить и бросить, — скомандовал он. Они поднялись в воздух. Затем он легко запрыгнул на платформу, куда уже взобрались Нил и его голем. Большинство членов команды собрались со своими фамильярами и призывами, за исключением Хамфри и Джейсона. Джейсон взял с собой Колина и Тень, оставив Гордона позади. Хамфри был на месте, но его грифоны парили над головой, пока парящая черепаха Клайва печально наблюдала за их величественным пикированием.

Хамфри отправил Сташа в его доминирующей форме гидры позади платформы. Монстры в основном пытались атаковать их с фронта, где была сосредоточена их главная оборонительная мощь. Однако было неизбежно, что платформу окружат. Сташ должен был стать их основной линией обороны с той стороны.

Клайв и Нил начали накладывать заклинания на своих товарищей по команде. Хамфри вырос ещё наполовину от первого дара Нила.

Способность: [Мощь гиганта] (Рост)

Заклинание (благо).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 10 минут.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (04%).

Эффект (железо): Целевой союзник и его снаряжение увеличиваются в размерах, получая повышенную характеристику [Мощь].

Эффект (бронза): Союзник также получает сопротивление физическому урону и эффектам высокого импульса.

Первое заклинание Клайва подействовало на всю команду на платформе, включая их призывы и фамильяров. Джейсон, Тень, Колин и грифоны, находившиеся вне зоны действия, не были так благословлены. Способность создала кольца светящихся рун, которые парили вокруг каждого.

Способность: [Руническая мантия] (Руна)

Заклинание (благо, эта способность имеет переменные подтипы, зависящие от эффекта).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: 10 секунд.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (02%).

Эффект (железо): Дарует кольцо случайных рун вокруг союзника. Каждая руна связана с определенным эффектом, который влияет на союзника или врага. Атаки по союзнику вызывают разрушение случайной руны, приводя к срабатыванию её эффекта.

Эффект (бронза): Увеличение стоимости до умеренной маны позволяет наложить руническую мантию на всех ближайших союзников.

Второе заклинание Клайва также подействовало на всю команду, заставив их на мгновение засветиться красно-золотым, прежде чем свечение угасло.

Способность: [Мантия возмездия] (Кармическая)

Заклинание (благо, возмездие).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: 10 секунд.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (01%).

Эффект (железо): Наносит ответный удар урона любому, кто атакует целевого союзника.

Эффект (бронза): Увеличение стоимости до умеренной маны позволяет наложить мантию возмездия на всех ближайших союзников.

Пока заклинания накладывались, приближение монстров становилось всё громче, но не было слышно ни рыка, ни визга. Они были безмолвны, если не считать шума их прохождения сквозь джунгли, когда они сносили всё на своем пути.

Наконец монстры появились перед командой, вырвавшись из джунглей. Столь же тревожным, как и отсутствие звуков, было то, как эта разношерстная группа двигалась как единое целое. Обычно такая дикая коллекция монстров была бы более склонна сражаться друг с другом, чем с искателями приключений.

Когда существа достигли платформы, они наконец начали издавать звуки, все в унисон. Это был чужеродный, звучный крик, полный голода.

— Используйте свои самые мощные атаки, чтобы ослабить первую волну, затем берегите ману, — крикнул Хамфри, как будто команда не обсуждала планы битвы перед этим моментом снова и снова.

Клайв уже потратил много маны на свой ряд ритуальных кругов. Они были выстроены как ствол пушки, и он выстрелил зарядом из своего посоха через первый из них. Заряд замер, словно пойманный невидимой рукой, и мана, которую Клайв вложил в круг, перетекла в заряд, пока круг не разрушился. Заряд снова рванулся вперед, останавливаясь и вытягивая ману из каждого круга, пока не превратился в огромный шар силы, от которого воздух вокруг команды завибрировал.

Пока заряд проходил свой путь с остановками, остальная часть команды начала атаку. Белинда использовала свою силу привязки силы, чтобы собрать большую группу монстров, стоящих плечом к плечу, а затем открыла под ними свою силу ямы жнеца. Привязка взорвалась, и остатки их здоровья были поглощены ямой. Лишь немногие из стойких монстров бронзового ранга в конечном итоге спаслись, когда действие ямы подошло к концу.

Заряд Клайва завершил свой путь, поглотив все ритуальные круги. Он врезался в монстров, как военный снаряд, подняв огромное облако грязи и пыли, сопровождаемое низким гулом, который ударил по барабанным перепонкам. Облако скрыло большинство монстров из виду, в то время как куски влажной земли джунглей и останки монстров дождем посыпались на команду. У них не было времени обращать на это внимание — то, что они могли видеть в монстрах, показывало, что они не замедлились.

— Что это, черт возьми, было? — спросил Джейсон через голосовой чат.

— Извините, — сказал Клайв. — Я не думал, что эффект будет таким масштабным.

— Просто следи за тем, куда целишься этой штукой!

Пожиратель грехов

Пожиратель грехов

Софи и Хамфри ждали, пока монстры подойдут ближе, в то время как Нил произнес заклинание, наколдовав над головой два набора из трех каменных барабанов. На барабанах были изображения различных присутствующих монстров, словно на гигантском архаичном игровом автомате. Там также были изображения команды, хотя их было значительно меньше, чем монстров.

Способность: [Барабаны удачи] (Процветание)

Заклинание (эта способность имеет переменные подтипы, зависящие от эффекта).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 10 минут.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (00%).

Эффект (железо): Колдует три нематериальных барабана. Направляйте ману в барабаны, чтобы генерировать случайные эффекты на случайных лиц в области. Если лицо подвергается воздействию более одного раза за одно использование барабанов, эффект увеличивается для каждого барабана.

Эффект (бронза): Колдует второй набор барабанов. Каждый барабан с большей вероятностью соберет комбинацию для дополнительного эффекта, когда присутствует большое количество существ одного типа.

Барабаны вращались, прежде чем замедлиться и зафиксироваться на месте, один за другим. Благодаря эффекту бронзового ранга и преобладанию монстров, было почти гарантировано, что каждый барабан выдаст совпадающую комбинацию. Первый выдал три совпадающих изображения змееподобного монстра и послал удар электричества в облако. Команда могла видеть лишь вспышки молний сквозь грязь и пыль облака, которое создал Клайв.

Второй барабан показал три изображения монстра, похожего на гориллу, и отправил огромный огненный шар в воздух. В высшей точке своей дуги он распался на множество мелких огненных шаров, обрушившихся в облако, когда барабаны над Нилом исчезли.

К этому моменту монстры были почти у них.

Хамфри перевел взгляд в небо и телепортировался высоко над ними, прежде чем начать атаку пикирующей бомбой и неудержимой силой, спускаясь с небес, словно меч правосудия. Он разрубил тяжелобронированного жукоподобного монстра пополам и послал ударную волну, которая разметала окружающих монстров, рассеяв импульс, который они восстановили после атаки Клайва. На спине Хамфри появились крылья, и тяжелым взмахом они отбросили его обратно на платформу.

Первые монстры достигли платформы, и Софи использовала свою силу массового ускорения, вечный момент. Время, казалось, замерло, пока она быстро создавала лезвия ветра, которые выстрелили, когда сила угасла — их было так много, что даже атака железного ранга уничтожила монстра бронзового ранга.

Когда все использовали свои мощные открывающие приемы, Нил произнес заклинание.

Способность: [Рог изобилия] (Процветание)

Заклинание (благо, восстановление).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: 1 час.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (01%).

Эффект (железо): Дарует очень сильные эффекты восстановления маны и выносливости всем ближайшим союзникам с умеренной продолжительностью.

Эффект (бронза): Предоставляет блага, адаптирующиеся к потребностям каждого союзника. Эти эффекты имеют длительную продолжительность.

Мана команды быстро восстановилась, и они получили различные бонусы. Клайв получил прибавку к урону жезлом и посохом, как и Белинда, которая использовала свою силу мнимого колдуна, чтобы также получить способность использовать магическое оружие. Хамфри получил снижение стоимости специальных атак, в то время как у Софи усилились пассивные способности урона. Что касается Нила, у него сократилось время перезарядки. Даже фамильяры получили бонусы. Только Джейсон остался в стороне, так как был вне зоны действия.

Всё превращалось в хаос, когда монстры скапливались вокруг платформы. После того как взрыв Клайва опустошил центр волны монстров, сильнее всего давили фланги. Хамфри и Софи удерживали каждый свою сторону, пока голем Нила занимал менее напряженный фронт. Он был выше рангом, чем Софи, но упорный искатель приключений всё равно лучше удерживал линию, чем призыв.

Монстры были в основном смесью высокоуровневых железных и низкоуровневых бронзовых, с несколькими мощными исключениями среди них. Орда распространилась к тылу платформы быстрее, чем ожидалось, после того как их оттеснили по бокам. Там они столкнулись со Сташем в форме гидры, и Хамфри приказал грифонам переместиться и поддержать его.

Монстры громоздились вокруг платформы, сдерживаемые Сташем, Софи, Хамфри и големом. Хамфри размахивал мечом взад-вперед в рабочем ритме, его обычных ударов хватало, чтобы покончить с врагами железного ранга. Свои специальные атаки он приберегал для бронзовых.

Софи двигалась так быстро, что напоминала анимацию флипбука, серию застывших изображений, переходящих одно в другое. Она максимально использовала свой бафф на увеличение урона и обрушивала на врагов ослепительную серию ударов, которые выглядели скорее как скорость бронзового ранга.

Её сила лезвий ветра имела ограниченный эффект против силы и количества врагов. Вместо этого она полагалась на свою силу ветряной волны, которая могла создавать мощные порывы воздуха и отбрасывать врагов. Использовать её можно было каждые шесть секунд, и это был эффективный инструмент для нарушения строя врага и выигрыша времени. Благодаря регенерации маны команды и её собственной эффективности, это был паттерн, который она могла поддерживать бесконечно.

Остальные изливали урон с тыла: Белинда и Клайв с посохами, Гордон и фамильяр-фонарь Белинды с лучами и сгустками силы. Онслоу парил над ними, выстреливая силами из своего панциря. Магически насыщенное астральное пространство было благосклонно к рунной черепахе, позволяя её силам перезаряжаться быстрее, чем обычно, и делая её менее зависимой от маны Клайва.

Дальние атакующие в основном фокусировались на стороне Софи и големе спереди. Хамфри обладал достаточной силой и стойкостью, чтобы удерживать сторону практически в одиночку.

Сложилось нестабильное равновесие: монстры слепо атаковали, но пока не могли прорвать оборону команды. Изначально бесстрастные монстры всё больше впадали в состояние кровавого безумия, их вампирическая природа проявлялась в неистовой жажде крови команды.

Силы, которые Клайв наложил на команду — кольца рун и урон возмездия — оказались высокоэффективным использованием его маны. Их эффекты не были велики, но они были постоянными и дешево возобновляемыми. Мантия возмездия наносила ответный урон врагам, не в огромных количествах, но он накапливался, когда монстры бросались на Хамфри, голема и Сташа, которые все получали регулярные удары.

Каждая атака также запускала одну из рун рунической мантии с самыми разными эффектами. Некоторые давали союзнику исцеление с течением времени, мгновенный всплеск восстановления маны или благо, такое как снижение урона, усиленная сила или даже ещё больший урон возмездия.

Когда руны воздействовали на атакующего врага, они обычно обрушивали урон любого типа. Стихийный урон был наиболее распространенным, но также встречались разновидности силы, от мощных резонирующих и разрушительных типов до звуковых ударных волн. В другое время руны накладывали недуги, от ослабляющего яда до пламени, которое, казалось, не гасло.

Ещё один эффект воздействовал на врагов с каждой их атакой. Он имел мало немедленного эффекта, но грозил в конечном итоге решить исход боя.

Способность: [Гегемония] (Грех)

Аура (святая, нечестивая).

Базовая стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (09%).

Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление недугам, в то время как враги в пределах ауры имеют сниженное сопротивление недугам. Сопротивление врагов дополнительно снижается за каждый случай [Греха], от которого они страдают.

Эффект (бронза): Накладывает случай [Греха] на врагов, совершающих физические или магические атаки по союзникам в пределах ауры. Случаи, примененные таким образом, не могут быть отражены.

[Грех] (недуг, проклятие, суммирующийся): Весь получаемый некротический урон увеличен. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект.

Первоначальные планы Джейсона были буквально стерты в пыль Клайвом, заставив его переориентироваться. Он и тела Тени были теневыми фигурами, перемещающимися среди монстров, неуловимыми и мимолетными присутствиями, по которым монстры успевали нанести лишь пару ударов, прежде чем те исчезали.

Его аура окутывала область, не выдавая его позиции, подобно тому, как прячут дерево в лесу. Это была одна из первых техник ауры, которую Фарра когда-либо показывала ему, и теперь она стала его второй натурой. Возможно, он не смог бы скрыть свою ауру от хорошо обученного серебряного ранга, но даже им было бы трудно точно определить его местоположение, когда он использовал эту технику.

Он держался относительно близко к платформе, где его аура могла окутать монстров, атакующих его команду. Каждая атака приносила монстрам случай недуга греха, усиливающего некроз, подготавливая их к падению. Каждый враг, который наносил удар по его союзникам, медленно выкапывал землю из собственной могилы.

Сам Джейсон тоже получал урон. Даже без того, чтобы его аура выдавала его присутствие, простое маневрирование среди монстров означало, что многие наносили по нему удары, когда он проходил мимо. Это была малая цена за хаос, который он сеял в ответ.

По бронзовым рангам он наносил удары кинжалом, накапливая недуги с каждым размашистым разрезом. В другой руке у него было оружие бронзового ранга, которое он хранил в своем инвентаре с тех пор, как раздобыл его с болотной гидры, с которой сражался вместе с Хамфри и Клайвом.

Предмет: [Цеп гидры] (бронзовый ранг, редкий)

Кнут, пропитанный жизненной силой гидры (оружие, кнут).

Эффект: Кнут функционирует не как обычный кнут. При взмахе головы кнута ищут врагов для атаки.

Эффект: Яд, нанесенный с использованием кнута в качестве проводника, более мощный.

У кнута было пять толстых, коричневых, кожистых хвостов, заканчивающихся луковицами, внутри которых были пасти, полные острых как бритва зубов. Они неконтролируемо хлестали, жадно бросаясь на любую плоть, которая не была прикреплена к руке, направляющей его. Поскольку Джейсон теперь мог использовать две теневые руки, у него была одна для гибкости с кинжалом и одна, чтобы увеличить радиус действия кнута.

Недостатком кнута было то, что он не наносил трио недугов, которые производил зачарованный кинжал, поэтому Джейсон использовал его для более сильных монстров. Он всё ещё применял болезнь, добавленную его силой теневой руки, и эффект любой специальной атаки, которую он использовал.

Самое главное, эти эффекты доставлялись каждой из пяти голов. Это означало, что специальная атака по одной цели теперь могла поразить пятерых одновременно, хотя и случайно в любом неопределенном направлении, куда был направлен взмах кнута. В густой толпе монстров это был отличный инструмент для прореживания более слабых. Укусы кнута, возможно, не наносили много урона, но как система доставки недугов он был великолепен.

Джейсон не беспокоился об уроне, наносимом ему, несмотря на то, что находился посреди моря монстров. Боль была старым другом любого искателя приключений, который по-настоящему отдавался работе, и его силы давали ему мощные преимущества перед вампирическим врагом. Его способности крови были особенно эффективны против вампирических существ и магии крови, которая их питала. Когда он набрасывался на них с кинжалом, это делало выбор специальной атаки очевидным.

Способность: [Укус пиявки] (Кровь)

Специальная атака (ближний бой, ранение, кровь, высасывание, яд).

Базовая стоимость: Низкая выносливость.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (07%).

Эффект (железо): Накладывает или обновляет состояние [Кровотечение]. Высасывает небольшое количество здоровья и выносливости при обновлении состояния [Кровотечение].

Эффект (бронза): Накладывает случай [Токсина пиявки].

[Кровотечение] (недуг, ранение, кровь): Наносит постоянный урон, вызывая или увеличивая потерю крови. Как эффект ранения, это состояние поглощает и нивелирует количество входящего исцеления, после чего этот недуг немедленно заканчивается.

[Токсин пиявки] (недуг, яд, кровь, суммирующийся): Когда [Кровотечение] нивелируется, случай [Токсина пиявки] на цели поглощается, чтобы повторно наложить [Кровотечение]. Дополнительные случаи могут быть накоплены.

Против вампирических монстров как эффект кровотечения, так и высасывание здоровья работали мощнее, чем обычно, даже с учетом повышения до бронзового ранга. Высасывание здоровья помогало ему держаться, хотя в одиночку этого было недостаточно, чтобы опередить регулярные удары и укусы, которые он получал. К счастью, он был способен пожирать сами средства, с помощью которых вампиры пытались его одолеть. Каждый укус, который он получал, только делал его сильнее, так как его способность пожирателя грехов поглощала проклятия, которые они несли.

Вы были поражены [Вампирским проклятием крови].

[Вампирское проклятие крови] (недуг, яд, кровь, суммирующийся): Имеет легкий дезориентирующий эффект, который увеличивается со стаками. Выше определенного порога смерть под этим эффектом заставит вас восстать в виде вампирического гуля.

Вы отразили [Вампирское проклятие крови].

Вы получили случай [Сопротивление].

Вы получили случай [Целостность].

Для Джейсона вампирические силы их врагов не были проблемой. У него были некоторые опасения по поводу своей команды, но они сдерживали их до определенной степени. Ауры Софи и Джейсона защищали их, а Нил был под рукой, чтобы очистить, если потребуется. План состоял в том, чтобы оставить это Джейсону, когда необходимо. Он не только не тратил ману на очищение, но и получал её обратно.

Способность Джейсона пожирателя грехов уже увеличивала его сопротивления, и увеличивала их ещё больше за каждый эффект, который он отразил. На бронзовом ранге каждый отраженный эффект также даровал новое благо, наряду с каждым случаем блага сопротивления.

[Целостность] (исцеление-с-течением-времени, мана-с-течением-времени, выносливость-с-течением-времени, святой, суммирующийся): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект.

Эффект одного случая был очень мягким, но с каждым укусом, который он получал, исцеление продолжало накапливаться. Вдобавок к этому у него был его защитный амулет.

Предмет: [Амулет Темного Защитника] (рост, бронзовый ранг, легендарный)

Эффект: За каждый случай недуга, наложенного на врага, получите случай [Благословения Защитника]. Вы можете даровать все случаи [Благословения Защитника] другому человеку прикосновением.

[Благословение Защитника] (благо, святой): Случаи поглощаются для поглощения урона из любого источника. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект. За каждый поглощенный случай получите случай [Щедрости благословения].

[Щедрость благословения] (исцеление-с-течением-времени, святой, суммирующийся): Исцеление с течением времени. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект.

Когда он накладывал недуги, он получал стаки защиты, которые поглощались так же быстро, как накладывались, оставляя исцеляющий эффект в своем следе. Между двумя исцеляющими эффектами и высасыванием, Джейсон исцелял большую часть урона, который монстры наносили ему своими оппортунистическими ударами.

Он постоянно мерцал вокруг, используя тела Тени, чтобы оставаться в движении. Он никогда не останавливался достаточно долго в каком-либо конкретном месте, чтобы монстры вокруг него могли остановиться и предпринять согласованные атаки. Такая концентрация, когда он был окружен, легко могла бы подавить его в короткие сроки.

Даже оставаясь в движении, и даже со всеми своими защитами, он получал урон быстрее, чем исцелял его. Это, а также медленно накапливающееся вампирическое проклятие, влияющее на команду, означало, что пора возвращаться на платформу. Он отправил одно из тел Тени вперед, позволив себе шагнуть через другое и прямо в середину своей команды.

Самое опасное в темноте

Самое опасное в темноте

Позади его товарищей по команде на передовой раны Джейсона быстро начали заживать. Сила восстановления, которую он получил от пожирания вампирических проклятий, в сочетании с исцелением, которое предоставлял Колин, закрыла его раны без необходимости вмешательства Нила. В большинстве случаев его броня смягчала основную часть урона, так что не было никаких вопиющих одиночных травм.

Джейсон не сразу переключил внимание на команду. Сначала он посмотрел на скапливающихся монстров, выискивая более крепких бронзового ранга. Его глаза искали тех, кто был затронут его недугами, но достаточно стойких, чтобы они были ещё далеки от поражения. Он наложил неотвратимый рок на них, одного за другим, чтобы начать производить автоматические недуги, которые накапливали бы его амулет.

Способность: [Неотвратимый рок] (Рок)

Заклинание (проклятие).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (09%).

Эффект (железо): Периодически накладывает дополнительный случай каждого суммирующегося проклятия, болезни, яда или нечестивого недуга, от которого страдает цель. Это эффект проклятия. Этот эффект не может быть очищен, пока действует любое другое проклятие или любая болезнь, яд или нечестивый недуг.

Эффект (бронза): Накладывает или обновляет недуг [Неизбежность].

[Неизбежность] (недуг, магия): Субъект не может быть затронут телепортацией или немагическими эффектами измерения.

С его недугами, тикающими вверх, Джейсон переключил внимание на команду. Софи была относительно невредима, преимущество защитника уклоняющегося типа. Однако удерживать оборону против численности не было её сильной стороной, и её собственная броня была отмечена разрывами от укусов и когтей. Джейсон использовал свою силу пира отпущения, чтобы поглотить вампирическое проклятие крови с неё и накопить своё собственное исцеление в процессе.

Остальные, удерживающие линию, были Хамфри, голем Нила и Сташ, охраняющий их тыл позади платформы. Он всё ещё был в форме массивной гидры, с которой Джейсон раздобыл свой кнут.

Голем был невосприимчив к проклятию вампира и не требовал внимания Джейсона. Он получил достаточно урона, чтобы быть вынужденным перейти в состояние куколки, но этого было недостаточно, чтобы позволить врагу пройти мимо теперь уже бронзового ранга призыва. Кристаллический кокон больше не был инертной массой, какой был в прошлом. Теперь это был покрытый рунами обелиск из кристалла, стреляющий кристаллическими шипами в толпу. Всё, что приближалось, поражалось кристаллическими копьями, которые вылетали, чтобы поразить цель, а затем оставались торчать из обелиска, как алмазные пики. Учитывая массу монстров, пытающихся прорваться, он быстро превратился из обелиска в высокого алмазного ехидну, покрытого кровавыми шипами. Стадия куколки, как оказалось, была лучшим блокировщиком, чем голем до входа в неё.

Хамфри стоял твердо против орды, его сила и стойкость были непреодолимым оплотом, пока его меч молотил монстров перед ним, словно апокалиптический сельскохозяйственный инструмент. Его броня была намного прочнее, чем у Софи, но он, тем не менее, получил травмы, бесстрашно выдвигаясь вперед. Исцеление Нила было поверх травм, но он оставил недуги Джейсону, чтобы тот их выпил, что он и сделал.

Это оставило Сташа, которому приходилось хуже всех, так как он был вне платформы и, по сути, удерживал тыл в одиночку. Нил помогал, но отсутствие регенеративных сил гидры было очевидным, а большие размеры формы гидры делали её легкой мишенью для окружения. Джейсон вытянул недуги из Сташа, затем окликнул его.

— Я иду, Сташ!

Сташ замер на мгновение, хотя форма гидры не была проворной. Джейсон запрыгнул прямо ему на спину, позади пяти длинных шей гидры, и хлопнул рукой по одной из них.

Вы даровали все случаи [Благословения Защитника] фамильяру члена группы, [Велитраксистааш].

Джейсон воспользовался своей ловкостью бронзового ранга, равной любому цирковому акробату, и сделал сальто назад со Сташа обратно на платформу. Его плащ не запутал его; он мог сделать его бестелесным по желанию и позволить ему пройти прямо сквозь его тело, чтобы улечься, окутывая его кувыркающуюся форму тенью.

— Кто-нибудь записывает этот бой? — спросил он.

— Мы немного заняты, Джейсон, — упрекнул его Клайв.

— Точно, да.

Джейсон окинул взглядом ситуацию вокруг Сташа. Многоголовая форма гидры была хороша для быстрого уничтожения более слабых монстров, и фамильяры-грифоны Хамфри также работали на той задней стороне битвы. Они также охотились на более слабых, подлетая и хватая их когтями, прежде чем поднять в воздух. Хотя их формы грифонов были мощными, а их тела из костей дракона не подвергались вампирическим силам, они не рисковали опускаться среди скапливающейся орды. Они клевали монстра до смерти в воздухе или уносили их достаточно высоко, чтобы последующее падение завершило дело.

В результате вокруг Сташа рос процент монстров бронзового ранга и более крепких железного ранга, всё больше оказывая на него давление. Джейсон начал своё вмешательство, бросая быстрые заклинания в монстров, которые представляли наибольшую угрозу. У него ещё не было на них много недугов, но он начал с неотвратимого рока в качестве подготовки и последовал за ним заклинанием крови.

Способность: [Кровоизлияние] (Кровь)

Заклинание (ранение, нечестивый, кровь).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (06%).

Эффект (железо): Накладывает или обновляет недуги [Кровотечение] и [Жертвенная мишень].

Эффект (бронза): Накладывает недуг [Некротоксин].

[Жертвенная мишень] (недуг, нечестивый): Любые высасывающие атаки или недуги крови имеют увеличенный эффект.

[Некротоксин] (недуг, яд, суммирующийся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока яд не будет очищен. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект.

Джейсон прошелся по самым сильным врагам, накладывая комбинацию из двух заклинаний на каждого. Когда он был доволен своим охватом, он снова прыгнул в гущу событий, пробираясь сквозь монстров, чтобы поддержать Сташа. Он преследовал монстров, на которых наложил заклинания, одного за другим. Он ударял каждого из них всего один раз, накладывая недуги своим кинжалом, прежде чем двигаться дальше. Своим кнутом он продолжал хлестать в направлении более слабых врагов, используя его, чтобы создать пространство, насколько мог, в тесноте монстров.

К тому времени, как он закончил, так много недугов тикало, что его амулет накапливал благословения быстрее, чем удары, которые он получал, могли их поглотить. По пути обратно на платформу он снова даровал их Сташу. Они продержались бы лишь некоторое время, но это была передышка для исцеления Нила, которая была желанной в битве на выносливость.

Вернувшись на платформу, Джейсон обернулся, чтобы посмотреть на монстров, сдерживаемых массивным телом гидры Сташа и пятью щелкающими головами. Он искал одного из более крепких, теперь сильно пораженных недугами монстров и произнес заклинание. Вместо своих обычных финишеров, наказания или вердикта, он ударил его чем-то другим.

Способность: [Пир крови] (Кровь)

Заклинание (высасывание, кровь).

Базовая стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (03%).

Эффект (железо): Высасывает здоровье и выносливость. Влияет только на цели с кровоточащими ранами или страдающие от недуга [Кровотечение].

Эффект (бронза): Высасывает дополнительное здоровье и выносливость за каждый случай яда на цели.

Из всех способностей Джейсона, кроме одной, пир крови оказался самым мощным против вампиров, питаясь магией крови, текущей в них. После повышения ранга он становился сильнее от каждого случая яда на цели, а Джейсон мог накладывать довольно много ядов. Некротоксин, токсин пиявки, разрушение крови от его кинжала и яд теневой змеи от его новой брони — всё это суммировалось и накапливалось под эффектами неотвратимого рока. Результат, усиленный вампирической уязвимостью к магии крови, заставил первого монстра увянуть и умереть, его пустая оболочка упала на землю.

Даже его финишер трансцендентного урона не был так силен против вампирических монстров. Пока он ждал перезарядки, он бросал больше заклинаний, переключая внимание на сторону платформы Софи. Всё ещё будучи железного ранга, она бесстрашно сражалась выше своих сил, но хотя она не была в такой опасности, как Сташ, её сторона была ближе всего к прорыву. Джейсон продолжал бросать заклинания на её стороне, между использованием пира крови как финишера на стороне Сташа.

Джейсон взглянул на остальную часть поля. Хамфри держался наиболее устойчиво. Заклинание роста Нила спало, но Хамфри оставался мощной силой, сильнее и крепче любого другого члена команды. Джейсон спросил Нила о потреблении маны Хамфри.

— Он справляется отлично, — сказал Нил. — Очень контролируемо; нам почти не приходилось его подпитывать.

Несмотря на смертоносного, пропитанного кровью дикобраза, монстры начали скапливаться на стороне голема. Джейсон собирался вмешаться, когда голем вырвался из своей куколки. На этот раз он принял форму трех простых кристаллических блоков, каждый из которых казался комичным и безобидным, стоя на трех ногах каждый. Это стало менее смешно, когда они заковыляли на место, чтобы сформировать стену, каждый из которых обладал той же силой шипов, что и форма куколки. Вскоре все трое ощетинились кровавыми шипами.

Джейсон переключил внимание обратно на Сташа, выпустив ещё одно заклинание пира крови, прежде чем даровать третий стак благословений фамильяру. Многие из самых крепких врагов были теперь устранены, и Сташ с грифонами могли справиться с остальными на данный момент.

Джейсон вернулся на сторону Софи, где она сражалась, не жалуясь, даже когда её травмы и давление на неё возрастали. Джейсон шагнул вперед и поднял руку, чтобы высвободить свой самый сильный козырь, силу, которая была однозначно его самой сильной против монстров-вампиров. Кровь просочилась из его ладони, а затем пиявки вырвались из его руки. Он взмахнул рукой, как водомет на бунте, разбрасывая свой фамильяр-рой на толпу монстров.

Колин был машиной по пожиранию вампиров. Вся эта сторона битвы рухнула, как увядающие цветы. Джейсон подумывал о том, чтобы выпустить Колина с самого начала, но решил, что приберечь его для момента, когда он будет нужен больше всего, будет наиболее эффективным использованием. Монстры в значительной степени оправились от начальных мощных ударов команды и наращивали давление, поэтому казалось, что момент для развертывания его самого сильного оружия настал.

— Я прикрою тебя, — сказал Джейсон, снова вытянув недуги Софи. — Отдохни.

Пока бойцы передовой принимали на себя основной удар, Клайв и Белинда наносили урон, как и Джейсон. Используя свою силу мнимого колдуна, Белинда получила способность использовать жезлы и посохи, как Клайв. Несмотря на то, что она могла воспользоваться его ритуалом боевой платформы, а он также наложил ритуалы усиления на её оружие, она всё ещё была бледным подобием. Он был на ранг выше, как и его легендарные предметы.

И Белинда, и Клайв использовали свои силы рунной ловушки по перезарядке. Это было немного затратно по мане, но до тех пор, пока они в остальном придерживались своего оружия, это было устойчиво. Ценность заклинаний, даже версии Белинды железного ранга, была невероятной. Монстры были слишком плотно сгруппированы, чтобы уйти с дороги, толкая друг друга, что максимизировало эффективность небольшой взрывной области.

Софи возобновила свою позицию, и Джейсон снова нырнул в мешанину монстров, бродя вокруг, накладывая недуги. Через голосовой чат Клайв предупредил их о новой угрозе.

— Летающие монстры, — объявил он. — Думаю, это ночные сорокопуты.

Команда посмотрела вверх на приближающихся существ, летящих над пологом джунглей в воздух над их поляной. Ночные сорокопуты были ещё одним монстром, с которым они сталкивались раньше. Их тела были размером с небольшого, стройного человека, нечто среднее между летучей мышью и птицей с крючковатым клювом. Они были бронзового ранга, но физически слабыми. Их преимущества заключались в полете и их специальной силе, которую они комбинировали, чтобы совершать атаки с налета своими острыми клювами.

Паря над командой, Онслоу повернул голову к новому врагу, но Клайв приказал ему оставаться сосредоточенным на наземных монстрах.

— Джейсон разберется с ними, — сказал Клайв своему фамильяру.

По мере повышения рангов монстров росла и вероятность появления монстров с экзотическими силами. В случае с ночным сорокопутом, они обладали способностью погружать область в магическую тьму, которая даже высасывала магию из светящихся камней, хотя ни одного не было для этой дневной битвы. Затем сорокопуты атаковали, используя тьму как оружие, так как их собственные чувства не были ею ограничены.

Как и ожидалось, сорокопуты окутали платформу полной тьмой, превращая яркий день в нечто более темное, чем ночь. То, что летающие монстры быстро обнаружат, как и те их сородичи, что приходили раньше, было то, что они не были самым опасным в темноте.

Джейсон был не более ограничен отсутствием света, чем сорокопуты. Звезды зажглись на его плаще, излучая свет, который проникал сквозь магическую силу сорокопутов. Частицы света отделились от его плаща, оставляя его пустотно-черным, пока они плыли вверх и вокруг платформы. Они сосредоточились на самой платформе, давая команде весь свет, необходимый для продолжения боя.

Вокруг платформы частицы света были мягче и рассеяны, давая достаточно освещения, чтобы превратить черную пустоту тьмы в теневой сумрак. Превращая царство абсолютной тьмы монстров в царство теней, Джейсон сделал их королевство своим.

В зоне вездесущей тени Джейсон мог телепортироваться, куда хотел. Он прыгнул в тень позади одного из сорокопутов, обхватив его ногами под крыльями и одной рукой за шею. Сила его плаща, уменьшающая вес, остановила их от немедленного падения с неба, но полет существа был резко затруднен, и они начали круто пикировать вниз. Джейсон игнорировал их затруднительное положение, вонзая свой кинжал в монстра несколько раз, прежде чем прыгнуть снова.

Джейсон оказался ужасающим врагом для сорокопутов, прыгая от одного к другому и заставляя их врезаться в своих собратьев-монстров внизу. Некоторые были уже мертвы, когда ударялись о землю, остальные вскоре после этого от жесткой посадки и недугов Джейсона.

Сорокопуты разлетелись, тяжело хлопая крыльями, когда они поднимались в небо. Это не имело значения. Покров тьмы исчезал пятнами, когда сорокопуты умирали один за другим, восстанавливая господство яркого солнечного света. Когда последний сорокопут умер в воздухе, Джейсон обнаружил, что парит в небе в одиночестве.

Используя новую силу планирования своего плаща, Джейсон проплыл над командой. Плащ развевался вокруг него, и он мягко опустился среди них.

— Ладно, — признал Нил. — Ты, может, и правда выглядишь в этом неплохо.

— Что думаешь? — спросил Хамфри Нила, снова переключая внимание. — Пора?

— Вокруг сейчас много недуга греха Джейсона, — сказал Нил. — Да, думаю, пора. Все, сбрасывайте свою ману.

Команда высвободила все свои дорогостоящие способности, быстро истощая свои запасы маны, почти так же, как они делали в начале битвы. Колин собрался за это время, полоски кровавой ткани змеились по полю боя, собирая пиявок, как липкую ленту, и затягивая их в центральную массу, которая обернулась в его гуманоидную форму.

— Поехали, — сказал Нил.

Он активировал свою силу, отправляя команду, плюс их призывы и фамильяров, в пространственное измерение.

Способность: [Оплот Жнеца] (Щит)

Специальная способность (измерение, восстановление, болезнь).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 6 часов.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (01%).

Эффект (железо): Переносит союзников в пространственное измерение ненадолго, заливая область энергией смерти, нанося урон разрушительной силой, некротический урон и накладывая [Ползучую смерть] на всё в области.

Эффект (бронза): Союзники проходят через экстремальное восстановление маны, находясь в пространственном измерении.

[Ползучая смерть] (урон-с-течением-времени, болезнь, суммирующийся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные случаи имеют кумулятивный эффект.

Команда вышла из пространственного измерения с восстановленной маной. Джунгли вокруг них были иссушены силой Нила, и большинство монстров были мертвы. Лишь горстка задержалась за пределами того, что теперь было линией джунглей, находясь вне зоны действия силы.

Они собирались двинуться на них, когда восемь фигур вышли из джунглей. В отличие от монстров, это были люди. Они медленно шагали вперед, без той спешки, которая была у монстров.

— Это они, — сказал Хамфри, лицо стало стальным. — Время сделать то, ради чего мы сюда пришли.

Босс прибывает в город

Босс прибывает в город

Хамфри с силой свел руки, жестоко хлопнув ими по обе стороны головы вампира-культиста. Тот прекратил кусать шею Нила, отпрянув назад и издав чужеродный визг из своего нечеловеческого рта. Его челюсть отвисла в жуткой пародии на бывшую человеческую анатомию. Во рту больше не было зубов, только голые десны и пара волосатых шипов, неловко растущих из неба. Они ощетинились, влажные от слюны и крови Нила.

Хамфри схватил вампира за волосы и разбил его голову о каменную платформу, пока тело не перестало дергаться. Это был последний из причудливо искаженных искателей приключений, превращенных в нечеловеческих прислужников.

— Думаю, я получил большую дозу этого проклятия крови, — сказал Нил, звуча одурманенно. Он наложил на себя заклинание.

— Наделить жизнью.

Чистый зеленый свет окружил его руку, затем выстрелил в шею.

Способность: [Стрела жизни] (Обновление)

Заклинание (исцеление).

Стоимость: Низкая мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронзовый 0 (11%).

Эффект (железо): Доставляет жизненную энергию через снаряд, давая небольшой всплеск мгновенного исцеления. Наносит урон определенным целям, которые враждебны жизненной силе, таким как большинство форм нежити.

Эффект (бронза): Дарует мягкий, постоянный исцеляющий эффект.

Это было основное исцеляющее заклинание Нила, которое также могло использоваться как оружие против большинства форм нежити. Для неживых жизненная сила, содержащаяся в исцеляющей магии, была разрушительной силой, причиняя им вред так же, как она исцеляла живых. Вампиры были исключением: украденная жизненная сила в их телах создавала искаженное подобие живой плоти, которая могла принимать исцеляющую магию.

— Дай мне секунду, и я очищу это проклятие, Нил, — сказал Джейсон. — Я сейчас немного занят.

Он был приклеен к платформе одеялом липкой паутины. Гордон освобождал его своими четырьмя лучами силы.

— Моя новая броня определенно лучше, — сказал Джейсон, ожидая. — Хотя сопротивление к адгезивным эффектам на старой было бы кстати.

— Было, — сказала Софи. Она всё ещё использовала броню железного ранга, сделанную в основном, как и у Джейсона, из кожи ткача ловушек. — Они разбрызгивали эту паутину повсюду, как гигантские сети. Я не могла уклониться от всего.

— Клайв, — сказала Белинда. — Ты говорил нам, что с ними будет легче сражаться после того, как они станут вампирами.

— И он был прав, — сказал Хамфри. — Несколько странных паучьих способностей не компенсируют полный набор способностей бронзового ранга.

— Их трансформация была более экстремальной, чем я ожидал, — признал Клайв. — Из того, что я читал о кровавых ткачах, они почти всегда оставляют разумных жертв в значительной степени нетронутыми. Они осознают, что высокоинтеллектуальный прислужник стоит больше, чем ещё одна физически мощная кровавая марионетка.

— Не уверен, что высокий интеллект был проблемой, — сказал Нил. — Они вступили в культ и согласились прийти сюда.

— Справедливо, — признал Клайв. — Кровавые ткачи могут подвергнуть пользователей сущности более сильной трансформации, как мы видели здесь, но это разрушает разум. Вы видели, как по-животному они сражались.

После того как вампиры-культисты жутко уставились на них с линии джунглей, они безрассудно бросились на команду. Их безрассудные атаки привели к тому, что команда быстро с ними расправилась, хотя и не до того, как они проникли в тыл команды. Клайв продемонстрировал неожиданно уверенный бой на посохах, сочетая удары и блоки с магическими взрывами. Белинда использовала способность побега, но Нил был схвачен одним из прислужников.

Джейсон вскоре был освобожден, и он немедленно очистил команду от недугов, начав с Нила.

— Это была хорошая работа с посохом, — сказала Софи Клайву. — Ты практиковался с Хамфри?

— Практиковался, — сказал Клайв. — Он сказал мне, что я должен тренироваться для боя, которого не хочу, наряду с тем, который хочу. Похоже, он был прав.

— Это только мне кажется, — спросил Джейсон, — или это было немного антиклиматично после всего этого времени? Мы пришли сюда за культистами, а они оказались просто ещё одними монстрами. Я имею в виду, после всей этой армии монстров-вампиров, они были просто ещё несколькими вампирами.

— Они казались мне более чем достаточно угрожающими, — сказал Нил, затем ударил себя ещё одним заклинанием стрелы жизни.

— Мне жаль, что они прошли мимо меня, — извинилась Софи перед Нилом.

— Мне тоже, — сказал Хамфри. — Не думаю, что кто-то ожидал этого самоубийственного броска. Джейсон был прав, я думаю. После всей подготовки культисты не стоили многого.

— Нам нужно найти, где они останавливались, — сказал Клайв. — Моя догадка, что где-то в центре города, за самыми густыми джунглями. Вероятно, именно там кровавый ткач нашел их.

— Значит, там мы, скорее всего, найдем его, — сказала Белинда.

— Возможно, — сказал Клайв. — Хотя он мог сбежать. Подозреваю, он понял, что мы достаточно сильны, чтобы убить его, и бросил прислужников на нас, чтобы выиграть время. Вероятно, он выбрал горстку тех, кто был силен и мобилен, и покинул область с ними, пока мы перемалывали пушечное мясо.

— Мы сделаем перерыв, — сказал Хамфри. — Затем мы соберем добычу с монстров, сожжем культистов и двинемся к центру города. Мы найдем, где останавливались культисты до того, как пришел кровавый ткач, и затем, что они замышляли.

* * * — Это был огромный улов, — сказал Нил. — Три сущности крови и одна сущность тьмы. Если мы найдем сущность рта где-нибудь, мы сможем воссоздать комбинацию Джейсона.

Они обсуждали добычу, пробираясь через все ещё пустынные джунгли. Каждый монстр в широкой округе был либо захвачен кровавым ткачом и убит командой, либо бежал, чтобы избежать этой участи. Они ехали парами на трех формах жуков-богомолов Тени, которые отлично справлялись с прокладыванием пути сквозь густой подлесок. Хамфри с Джейсоном, Нил с Клайвом и Софи с Белиндой.

— Это не очень зрело, Нил, — сказал Джейсон. — Не стоит так высмеивать людей. Вот почему люди любят меня больше, чем тебя.

— Нет, это потому, что ты всегда приносишь сэндвичи, — сказала Софи.

— Сэндвичи, — высокомерно сказал Джейсон, — это гарнир к первоклассному куску идеально обжаренного на сковороде дерзкого обаяния.

— Получение той сущности мириад было большим выигрышем, — сказал Клайв. — Легендарная сущность, и одна из лучших. Мы могли бы купить материалы, чтобы повысить ранг каждого фамильяра в команде до серебряного, и у нас ещё остались бы деньги.

— Я буду счастлива довести своих до бронзового, — сказала Белинда. — Я бы также хотела стать ближе к ним. Как ты это делаешь, Джейсон? Ты так хорошо ладишь со своими фамильярами, а мои такие чужие.

— Колин и Гордон тоже не совсем обычные ребята, — сказал Джейсон.

— Тогда в чем секрет? — спросила Белинда.

— Они просто люди, — сказал Джейсон. — Относись к ним так. Да, они немного странные для нашего восприятия, но если оно может думать, это личность. Это одно и то же, говоришь ли ты о фамильяре или боге. Даже монстре, хотя это трагично. Представь, что ты появляешься на свет, зная, что у тебя неизлечимое состояние, и твои варианты — быть убитым искателем приключений или сойти с ума, убить кучу людей самому и умереть.

— Боги — не люди, — сказал Хамфри.

— Это немного грубо, — сказал Джейсон. — Тебе придется искупить это.

— Боги выше людей, — сказал Хамфри.

— Нет никакого «выше людей», Хамфри. Есть просто люди. Дай им достаточно силы, и они становятся немного странными, но всё ещё людьми.

— Ты кажешься очень уверенным для того, кто не верил в богов год назад, — сказал Хамфри.

— Но я верил в людей. Просто оказалось, что некоторые из них магические. Как мы.

— Ты понимаешь, что у людей разные положения в жизни, верно? — спросил Нил. — Король — это не то же самое, что нищий.

— Конечно нет, — сказал Джейсон. — Король наследует шляпу и стул, а нищий счастлив, если получит шляпу. Лучшая шляпа, впрочем. Какой идиот думает, что металлическая шляпа без верха — это отличная идея? Тот же парень, который думает, что монархия имеет смысл, полагаю.

— Как ты вообще можешь думать, что боги — это просто люди? — спросил Нил. — Ты думаешь, что можешь просто стоять перед богом и начать дерзить? Я был в присутствии богов. Просто быть рядом с ними было как стоять под водопадом.

— Из того, что я слышал, он сделал именно это, — сказал Клайв. — Я разговаривал со многими людьми после последней вылазки в это астральное пространство. Многие из них говорили о том, как появились боги, а безумец разговаривал с ними, как будто они были случайными людьми с улицы.

— Они и есть случайные люди, — сказал Джейсон. — Немного показные, но достаточно милые. Им нравится устраивать из себя зрелище, однако.

Группа повернулась, чтобы уставиться на Джейсона. Хамфри пришлось вытянуть шею, сидя перед Джейсоном на жуке-богомоле, чтобы сделать это.

— Что? — спросил Джейсон.

* * * Они прошли через остальную часть густых джунглей, не будучи атакованными монстрами. Если кто и был рядом, они, по-видимому, были достаточно умны, чтобы держаться подальше от искателей приключений, ответственных за избавление от остальных. Разрушенные и разбросанные руины, погребенные в джунглях, уступили место полностью нетронутым зданиям в поразительно короткие сроки. Линия разграничения была настолько резкой, что напомнила Джейсону поместье Вейн, где пышные сады встречались с пустыней.

Команда направилась прямиком к самому центру города и большой площади, содержащей испытательную башню Ордена Жнеца. Проходя через здания, они начали замечать фрагменты необычной магии.

— Все остальные чувствуют это, верно? — спросила Белинда.

— Да.

— Ага.

— Да.

— Я чувствую.

— Богами проклятая магия, — пробормотала Софи. — Нет.

Команда прекратила движение, чтобы исследовать. Магия была достаточно слабой, чтобы быть любопытством, а не угрозой. Она была хаотичной, клочковатой и слабой. Они нашли фрагмент срезанной стали, застрявший в кирпичной стене с огромной силой. Клайв достал инструменты и начал исследовать его.

— Мне стоит посмотреть ещё, — сказал он, закончив. По его указанию команда искала места, из которых исходила странная, рассеянная магия. Одной из них была подушка, которая каким-то образом зарылась в стену с такой же силой, как и металлический осколок. Другой была круглая вмятина, содержащая темный кристаллический порошок. Исследовав порошок некоторое время, Клайв растер немного между пальцами.

— Это измельченный камень пробуждения, — сказал он.

— Я не знал, что это можно сделать, — сказал Хамфри.

— Нельзя, — сказал Клайв. — Каждая попытка изменить форму камня пробуждения либо не давала ничего, либо запускала его возвращение в состояние сырой магии. Радужный дым.

— Это результат силы Жнеца, — сказала Тень. — Я могу почувствовать это, потому что это та же сила, что и моя собственная.

— Ты знаешь, что здесь произошло? — спросил Клайв.

— Подозреваю, что эти фрагменты — остатки сокровищниц башни. Я ранее постулировал, что пространственные измерения, в которых хранились эти запасы, разрушатся, как только испытания подойдут к концу и сила, контролирующая их, будет отозвана. Моя догадка — мана-имплозия, затронутая защитными мерами, принятыми орденом, вызвала неожиданно разрушительную реакцию. Вероятно, сокровищ для поиска меньше, чем я изначально предполагал.

— Думаю, он прав, — сказал Клайв. — Следы астральной магии на всем, что я осмотрел, хаотичны и не спроектированы. Эти фрагменты не делают ничего, кроме как выбрасывают остаточную магию. Это говорит скорее о неконтролируемом явлении, вроде пространственного взрыва.

— Является ли эта остаточная магия угрозой для нас? — спросил Хамфри. — Здесь она слабая, но будут ли более опасные участки?

— Это конгломерат случайных пространственных энергий, — сказал Клайв, — взорванный в хаотичную мешанину и смешанный с силой существа, которое могло бы, если бы захотело, использовать эту силу для убийства вселенной. Так что… возможно.

— Думаю, нам стоит дать Клайву немного пространства, — сказал Джейсон. — Оставить его разбираться во всем, не отвечая на вопросы.

Клайв бросил на Джейсона благодарный взгляд, когда Джейсон отогнал остальную часть команды.

* * * — Это будет последняя церемония вознесения, — сказал Зато Дугаллу. — Последняя из твоих способностей сущности исчезнет, но сегодня ты пересечешь порог серебряного ранга. Ты можешь ожидать, что будешь наполнен чем-то новым и гораздо большим.

— Спасибо, мастер Зато, — сказал Дугалл. — Я знаю, что пришел в культ при немного других обстоятельствах, чем большинство, но я глубоко благодарен.

Они шли по территории разрушенного поместья Вейн, входя в то, что когда-то было небольшим лесом, а теперь было лишь мертвыми и иссохшими деревьями. Они достигли места, где пять равноудаленных деревьев стояли в точках пентаграммы, с частью магической диаграммы, выложенной между ними кирпичами. Деревья едва ли можно было назвать таковыми, лишенные ветвей и коры и высеченные в деревянные обелиски. Руны спускались по их сторонам, попеременно сделанные из вбитой стали или выгравированные прямо в дереве и окрашенные в ржавый цвет засохшей крови.

— Это то самое место, — сказал Зато. Тимос ждал их, голова скрыта в объемном ритуальном халате. Он протянул халаты Зато и Дугаллу. Зато одарил Дугалла ободряющей улыбкой, когда они надели их.

Ритуал проходил с Дугаллом в центре круга, Зато и Тимос на противоположных сторонах. На халатах всех троих магические сигилы вспыхнули силой. Произошло накопление энергии, пока пара проводила расширенное песнопение. Вскоре Дугалл почувствовал силу, поднимающуюся изнутри. Сила хлынула через него, очищая и изменяя. Он пересек порог в серебро, и примеси просочились через его поры, оставив его покрытым грязью. Он тяжело дышал и был уставшим, но яростно ухмылялся, чувствуя всю тяжесть силы, теперь находящейся под его командованием.

Тимос шагнул вперед с бутылкой кристаллического омовения, игнорируя запах. Дугалл снял халаты и испорченную одежду, прежде чем очиститься, грязь на его коже и выпавшие волосы сошли. После этого Тимос отвел его туда, где у него была свежая одежда, аккуратно сложенная в сумке.

Переодеваясь, Дугалл наслаждался ощущением своей новой силы. Он больше не мог чувствовать свои сущности, но по сравнению с силой, которую он мог чувствовать на их месте, это была не потеря. Он мог даже чувствовать больше потенциальной силы, скрытой глубоко в его душе. Она лежала нетронутой, прямо рядом со… звездным семенем.

Его охватило внезапное чувство ужаса — осознание того, что сила внутри него вовсе не принадлежит ему.

Словно прорастая, он почувствовал, как сила раздувается из звездного семени. Она продолжала приходить и приходить, чужеродная мощь хлынула из его собственной души, чтобы заполнить каналы силы, которые месяцы ритуальных процедур установили в его теле. Он похолодел от страха и абсолютной уверенности, что его душа больше не принадлежит ему.

Последней свободной мыслью Дугалла была ярость на Зато за его предательство. Он открыл рот, чтобы крикнуть, но был задушен, когда новая сила инициировала радикальное изменение. Плоть рябила, но не с органической текучестью. Это было так, словно его плоть состояла из крошечных, крошечных блоков, претерпевающих какой-то сдвиг. Странная рябь охватила всё его тело, прежде чем снова успокоиться, не оставляя никаких следов тела, кроме органического.

Его тело обмякло, стоя как марионетка, висящая на ниточке. Дугалл выпрямился, его выражение было пустым, глаза — простыми серыми сферами. Он посмотрел на одежду, наполовину надетую, и закончил одеваться. Зато и Тимос опустились на колени, головы склонены, пока Дугалл заканчивал и осматривал свое тело.

— Лорд Строитель, — поприветствовал Зато, не поднимая глаз.

— Этот сосуд адекватен, — сказал Строитель, теперь занимающий тело Дугалла. — Если я использую больше силы серебряного ранга, он немедленно разрушится, но сосуд был подготовлен эффективно. При бережном обращении он прослужит некоторое время.

— Следующий сосуд уже на поздней стадии подготовки, Лорд Строитель, — сказал Зато.

— Я знаю, — сказал Строитель. — Я в вашей душе. Нет ничего, что вы могли бы скрыть от меня.

— Нет, Лорд Строитель.

Строитель подошел к тому месту, где Зато стоял на коленях, голова опущена.

— Здесь была череда неудач, — сказал Строитель. — Вы сделали правильный выбор, продолжая работу, но вы сделали его из страха. Страха последствий неудачи.

— Мы сделали, Лорд Строитель, — признал Зато.

Строитель долго молчал. Зато мог видеть по его ногам, что он не двигался. Тимос вообще не мог его видеть, не осмеливаясь поднять глаз.

— Ваши мотивы приемлемы, — сказал Строитель наконец. — Последствия неудачи существуют, чтобы стимулировать желаемое поведение, в конце концов, что они и сделали. Встаньте, оба.

Культисты встали, но держали глаза опущенными.

— Я знаю всё, что произошло, — сказал Строитель. — Я впечатлен тем, как вы оба справились с ужасными обстоятельствами, возложенными на вас неудачами других. Продолжение работы вместо того, чтобы отступить и перегруппироваться, было правильным выбором. Подготовка сосуда, чтобы я мог направить вас сейчас, вместо того чтобы ждать успеха, чтобы сгладить неудачи, было также правильным выбором. Вторжение этого астрального пространства более важно, чем вы осознаете.

— Лорд Строитель?

— Вас ещё не посвятили в истинную цель астрального пространства, которое мы собираемся претендовать. Это одно из небольшого числа на этом мире, которые важнее других. Первоначальное намерение состояло в том, чтобы заводной король возглавил эту экспедицию. Вслед за неудавшимся призывом руководство здесь совершило последовательность дорогостоящих ошибок. Это включало повышение нашего профиля до такой степени, что я больше не мог перемещать значительные ресурсы сюда, не предупредив местных жителей о важности задачи, которая теперь перед вами.

— Мы сделаем всё, что сможем, с тем, что у нас есть, Лорд Строитель, — сказал Зато.

— Как вы и делали. Я удовлетворен тем, что вы оба поднялись до станций, на которые вас толкнули неадекватности тех, кто руководил до вас.

— Спасибо, Лорд Строитель, — сказали оба мужчины.

— Это астральное пространство было отнято у меня в прошлом, — сказал Строитель. — Пришло время вернуть его. Внутри есть инструменты, которые значительно помогут нашей работе в этом мире.

— Что бы вы хотели, чтобы мы сделали, Лорд Строитель? — спросил Зато.

— Пока что продолжайте, как делали. Сначала мы войдем в астральное пространство. Затем мы подготовимся привести сюда моих мировых инженеров. Ваши оставшиеся ритуалисты посредственны, но под моим руководством их будет достаточно. Открытие тех врат будет дико разрушительным, но вы знали это.

— Да, Лорд Строитель, — сказал Зато. — Мне сказали, что претендование на астральное пространство будет необычно разрушительным, но не почему.

— Трудно допрашивать наших людей, но не невозможно, — сказал Строитель. — По этой причине секрет был ограничен руководством. Вы поймете полную цель достаточно скоро.

— Спасибо, Лорд Строитель. Как вы очевидно знаете, Отвергающий уже в астральном пространстве. Как только мы будем там, я позабочусь о том, чтобы Отвергающий был найден и убит, если он всё ещё будет жив по нашему прибытию.

— Нет, — сказал Строитель. — У нас с Отвергающим незаконченные дела. Вы доставите его мне живым.

Всё очень сложно, и вам всем нужно уйти

Всё очень сложно, и вам всем нужно уйти

Пятиэтажная масса паутины была натянута между двумя зданиями, полностью блокируя улицу.

— Думаю, я нашел гнездо кровавого ткача, — сказал Нил.

— Хорошие глаза, — сказала Софи. — Может, тебе стоит быть тем, кто проводит разведку.

— Это дар, — сказал Нил.

— Кто-нибудь ещё заметил, что Нил начинает перенимать некоторые из более нескромных черт Джейсона? — спросил Хамфри. Все рассмеялись, кроме оскорбленного Джейсона и ошеломленного Нила.

— Вы правда думаете, что наш дружелюбный сосед-монстр-паук сбежал? — спросил Джейсон Клайва.

— Это место теперь пустынно, — сказал Клайв. — Он может снова заманивать нас, но во что? Если бы у него было что-то, что могло бы нас одолеть, он бы не потратил свою армию. Само существо серебряного ранга, но главный источник его силы — прислужники, которых он создает. Он довольно быстр и довольно силен. Он может использовать паутину, очевидно, и быстро исцеляется, особенно если у него есть прислужники, которыми можно питаться. Но сражаться с ним на самом деле? Миры врозь с элементальным тираном, которого мы видели в деревне у водопада.

— Опасность кровавых ткачей — в их прислужниках и в том факте, что неспособность победить одного означает присоединение к ним, — сказал Хамфри. — Мы уже справились с главной угрозой.

— Именно, — сказал Клайв. — Как только с прислужниками покончено, у приличной команды бронзового ранга не должно быть проблем. Вещи, за которыми нужно следить — это исцеление и паутина. Насчет паутины, нужно просто быть осторожными. Насчет исцеления, нужно остановить его от питания и быть способными нанести достаточно урона.

— Если эта штука там, — сказал Хамфри, — мы будем готовы. Нил, ты наша первая линия обороны против паутины; держи свои щиты для любого, на кого летит паутина. Что касается нанесения урона и снятия исцеления, Джейсон будет делать и то, и другое. Остальные из нас здесь, чтобы облегчить им работу и освободить любого, кто всё-таки окажется в паутине.

— Мы действительно идем туда? — спросила Белинда.

— Идем, — сказал Хамфри.

— Разве там не будет всё липко? — спросила Софи.

— Нет, — сказал Клайв. — Монстры-пауки, которые делают такую паутину, могут производить два вида шелка. Один — инструмент и оружие. Он липкий и опасный, но длится лишь короткое время. Помните остатки, которые мы нашли в джунглях. Они деградировали относительно быстро, что не способ сделать дом. Другой материал прочнее и более устойчив к элементам. Также трудно строить структуры из липкого вещества. Гнездо вроде этого буквально соткано из шелка. Вот почему многих монстров, которые делают такие гнезда, называют ткачами.

Гнездо оказалось сетью широких туннелей, чтобы вместить самого кровавого ткача, который был довольно большим. Команда не чувствовала стеснения, пробираясь вверх по спиральным туннелям, которые поднимались повсюду. Туннели вели их в камеры, назначение некоторых было неясным, в то время как другие были неприятно очевидны. Жуткая кладовая кровавого ткача была самым неприятным зрелищем, с которым Джейсон сталкивался со времен кухни каннибалов, которая была его введением в ужасы, которые мог таить его новый мир.

Команда обыскала всё место, не найдя ни монстра, ни сокровищ. Когда они тщательно исследовали гнездо, они переместились из его самых высоких пределов на крышу одного из зданий, к которым оно было прикреплено.

— Полагаю, это значит, что нам всегда нужно быть начеку, — сказала Белинда. — Не то чтобы мы уже не были.

— Да, — согласился Клайв. — Он серебряного ранга и монстр скрытного типа, поэтому может скрывать свою ауру от нас. Трудно увидеть, как он приближается. Сказав это, монстры не склонны быть мстительными, как люди. У них нет гордости, которую можно уязвить. Скорее всего, кровавый ткач найдет какой-нибудь дальний угол города и обустроится там снова. Он достаточно умен, чтобы подготовиться, если мы найдем его снова, а также достаточно умен, чтобы не искать нас.

— Так что нам делать с этим? — спросил Нил. — Охотиться на него, пока он не обустроился снова?

— Мы пришли сюда не для того, чтобы убить кровавого ткача, — сказал Хамфри. — Он был препятствием, а не целью.

— Кровавый ткач может готовиться сколько угодно, — сказал Джейсон. — Время не на его стороне. Монстры не становятся сильнее, так что максимум, что он может сделать — это собрать ещё один набор прислужников, в то время как мы все взлетаем, как ракеты, в этом месте.

— Что такое ракеты? — спросила Софи.

— Это вещи, которые летят вверх, — сказал Джейсон. — Очень, очень вверх. С их помощью можно отправить людей на луну.

— Я слышал о людях алмазного ранга, которые телепортировались на луны, — сказал Клайв. — Без понятия, правда ли это. Как люди могли попасть на луну в твоем мире, если у них нет магии?

— С помощью ракет, — сказал Джейсон.

— Как они работают? — спросил Клайв.

— Ну, знаешь, как когда происходит взрыв, вещи разлетаются?

— Конечно, — сказал Клайв.

— Это по сути то же самое, но нужно быть очень осторожным.

— Звучит так, будто ты не очень понимаешь, как это работает, — сказал Нил.

— Я знаю немного, — признал Джейсон. — Также я почти уверен, что большая часть того, что я знаю, неверна. Также это может подпадать под вещи, о которых Знание не хочет, чтобы я говорил. Когда я беру взятку, я остаюсь подкупленным. Так работает целостность.

— Это не то, как работает целостность! — сказал Хамфри, команда рассмеялась над его раздражением. Команда чувствовала противостояние с монстром серебряного ранга и её армией монстров-вампиров, нависшее над ними, пока они неистово тренировались. Теперь битва была закончена, по крайней мере на время, напряжение уходило, словно открыли шлюз.

— Что теперь? — спросила Софи.

— Лагерь культистов, — твердо сказал Клайв.

— Наша лучшая ставка сейчас — что они обосновались здесь, в центре города, когда кровавый ткач либо появился, либо забрел сюда. Любые инструменты, которые они использовали для того, что они делали, должны быть там.

— Самые неповрежденные здания были прямо вокруг центральной площади, — сказал Хамфри. — Если разрушение башни значительно не повредило их, это была бы моя догадка, где они пытались переждать планы Строителя на это место.

— Я просто надеюсь, что цель магии, которая поднимается, — не разбудить тех гигантских големов, — сказал Нил.

— Думаю, мы все можем согласиться с этим, — сказал Хамфри. — Первое, что мы сделаем, — направимся к старой башне и оценим разрушения. Мы можем переоценить ситуацию оттуда.

— Что насчет этих фрагментов магии, которые мы видели? — спросил Нил.

— Всё, что я смог определить, поддерживает постулат Тени, — сказал Клайв. — Думаю, это просто фрагменты разрушенных сокровищ. Я бы не стал их есть, но они не должны представлять для нас никакой угрозы.

— Не уверен, что хочу полагаться на «не должны», — сказал Нил.

* * * Двигаясь к самому центру города, стало ясно, что испытательная башня Ордена Жнеца саморазрушилась крайне жестоким образом. Огромные куски щебня лежали на улице под следами ударов стен, в которые они врезались. Когда они достигли самой площади, широкая башня была заменена кратером.

Здания вокруг площади выглядели так, словно их обстреляли. Неповрежденные фасады, которые помнила команда, были изрешечены дырами. Многие обрушились полностью, обнажая интерьеры.

— Вероятно, не там, — сказал Нил.

Поверх разрушений фрагменты сокровищ, излучающие магию, были настолько густыми, что перекрывали друг друга. Это всё ещё не представляло никакой ощутимой угрозы, но утомляло магические чувства, как стробоскопические радужные огни.

Оставив здания, ближайшие к центру, позади, команда отправилась искать те, которые сохранили свою целостность и не были раскрашены отвлекающими магическими осколками. Они должны были быть тщательными и не хотели рисковать разделением, поэтому потребовался день с половиной тщательных поисков, прежде чем они нашли, где укрывались культисты. Лагерь был в двух улицах от центральной площади, удобно отмеченный остаточными паутинами от того, что, предположительно, было битвой, где культисты пали жертвой кровавого ткача.

Культисты создали относительно комфортный дом для себя, со стульями, кроватями, даже коврами. Там была большая и хорошо укомплектованная книжная полка, хотя Клайв насмешливо фыркнул, просматривая её.

— Думаю, эти ребята разделяли твой вкус в литературе, Соф, — сказала Белинда, также просматривая тома. — Похоже, здесь много книг про «блестящие бедра».

— Блестящие бедра? — спросил Нил.

— Ну ты знаешь, — сказала Белинда. — Много вздымающихся грудей и мужчин, которым плевать, что кто-то о них думает, но при этом их грудь безупречно воскована.

— Этого достаточно, — сказала Софи, выглядя смущенной.

— Она даже думала о том, чтобы написать свою собственную.

— Я нет!

— Это о женщине, рожденной в бедных обстоятельствах, преследуемой подлыми мужчинами за её красоту, пока её не спасает лихой мужчина, который ведет её в жизнь приключений.

— Она полностью это выдумывает, — настаивала Софи.

— Джейсон, ты воскуешь грудь?

— Заткнись, Линди!

— Я не воскую её, — сказал Джейсон. — Если бы я это делал, я бы использовал депиляционный крем Джори, а не воск. Хотя я получил ранг только на днях, так что я в любом случае почти безволосый сейчас.

— Нам действительно нужно перестать говорить об этом, — сказала Софи.

— Ты не должна стыдиться того, что любишь читать, — сказал Джейсон. — Пока тебе это нравится, это то, что имеет значение.

Софи закрыла лицо руками и издала всхлипывающий стон.

* * * Клайв нашел то, что искал, в подвале здания. Команда изначально направилась прямо на верхний этаж, куда, казалось, ворвался кровавый ткач, прежде чем обыскать остальную часть здания более методично.

— Они, должно быть, принесли это с той специальной пространственной сумкой, которую мы нашли наверху, — сказал Клайв.

Пространственные сумки железного ранга имели ограничение по объему на предмет, немного меньшее, чем у силы личного пространства железного ранга. Чтобы хранить огромную металлическую пластину, которую они нашли установленной в полу, потребовалась бы специальная сумка, предназначенная для хранения этого предмета и только этого предмета. Это была массивная, тяжелая пластина из цельной латуни. В неё была вставлена мучительно сложная магическая диаграмма из серебра, наряду с рунами и сигилами, сделанными из драгоценных камней в разнообразии ярких цветов.

На стенах подвала также были установлены магические круги, эти были вырезаны прямо из кирпича и заполнены каким-то синим штукатурным раствором. Это были гораздо более грубые усилия, чем тонкая, элегантная работа пластины.

— Что это? — спросил Хамфри.

— Не знаю, — сказал Клайв, слегка, благоговейно проводя пальцами по ней.

— Тебе стоит трогать это? — спросил Джейсон. Его магическим чувствам пластина казалась ещё более сложной, чем предполагал её внешний вид.

— Это не повлияет на нас, — сказал Клайв. — Это какая-то астральная магия. Что бы она ни делала, она работает напрямую с астралом, не влияя на физический мир вообще. Ты мог бы станцевать на ней, и ей было бы всё равно.

— Эти магические диаграммы на стенах — от простых ритуалов маскировки, — сказала Белинда.

— Ты права, — сказал Джейсон. — Это выглядит в точности так, как сделал бы я, когда всё, что у меня было — это знания из книг навыков. Готов поспорить, что один из культистов был нагружен достаточным количеством знаний из книг навыков, чтобы настроить ту большую пластину делать своё дело и наложить несколько ритуалов, чтобы скрыть магию пластины.

— Чтобы не давать проходящим монстрам приходить и расследовать, — сказала Белинда.

— Именно, — сказал Джейсон. — Это звучит правильно, Клайв?

— Хм? — Клайв поднял взгляд, отвлеченный. — Что?

— Это звучит правильно? — повторил Джейсон.

— Без понятия, — сказал Клайв. — Мне потребуется время, чтобы разобраться. Джейсон, достань те книги по астральной магии, которые дало тебе Знание, тогда вы все должны просто подняться наверх и устроиться. Всё очень сложно, и вам всем нужно уйти. Я, вероятно, позову тебя и Белинду вниз, Джейсон, чтобы помочь мне просмотреть книги, когда у меня будет лучшее представление о том, с чем мы имеем дело. У вас обоих есть хотя бы некоторое обучение, так что я должен быть в состоянии получить от вас пользу.

— Ты заставляешь нас звучать как рождественский подарок от невнимательной тети, — сказал Джейсон.

— Что такое Рождество? — спросил Клайв.

— Неважно, — сказал Джейсон. Он достал книжный шкаф из своего инвентаря, который купил, чтобы хранить всё, что дало ему Знание.

— Просто убедись, что не забудешь поесть снова, — сказал Джейсон Клайву.

* * * — Клайв поднимался поспать? — спросил Хамфри утром. Облачный дом был установлен на крыше здания, где он принял форму дополнительного этажа. Он сливался прямо, вплоть до включения лестничной клетки, которая вела на крышу, как точки входа.

— Нет, — сказала Белинда. — Разве ты не ходил проверить его ночью, Джейсон?

— Он прогнал меня, — сказал Джейсон. — Я собираюсь проверить его снова сейчас.

— Мы все должны спуститься, — добавил Хамфри.

— Определенно нет, — сказал Джейсон. Он направился вниз, где Клайв установил стол, покрытый открытыми книгами, и три классные доски на стоячих рамах.

— Клайв…

— Уходи!

* * * Растрепанный Клайв поднялся в облачный дом и уставился на команду, с дикими глазами.

— Ты и ты, — сказал он, указывая на Джейсона и Белинду. — Прочитайте это.

Он сунул кусок бумаги в руку Белинды, он был измазан меловой пылью, но написанное карандашом было таким же аккуратным, как Клайв был неряшливым. Джейсон встал рядом с Белиндой, и она протянула его так, чтобы они могли прочитать вместе. Из команды они были единственными, кто изучал магическую теорию. Нил изучал некоторые практические ритуалы исцеления, но это был предел.

— Ну? — спросил Клайв Белинду и Джейсона.

— Ну, что? — спросил Джейсон.

— Вы поняли это? — потребовал Клайв.

— Я поняла, — сказала Белинда.

— Ага, — согласился Джейсон.

— Объясните мне, — сказал Клайв.

— Друг, если ты не можешь понять это, думаю, мы могли быть очень неправы насчет того, что мы понимаем это.

— Нет! — сказал Клайв и издал разочарованный рык. — Конечно, я понимаю это. Я написал это! Мне нужно убедиться, что вы понимаете это.

— Это об астральном резонансе, — сказала Белинда.

— Идея в том, чтобы настроить средство удаленного сопоставления, — добавил Джейсон.

— Да! — сказал Клайв торжествующе. — Вы двое, идите со мной. Мне нужно, чтобы вы помогли мне просмотреть книги.

— Что тебе нужно, — сказал Джейсон, — это поспать. Ты выглядишь немного маниакально, друг.

— Что? Нет. Заткнись! Просто иди со мной.

— Клайв, — сказал Джейсон. — Ты помнишь, что ты говорил мне о ритуальной магии? Делать её правильно, а не делать её быстро?

— Очевидно, я не думал ясно. Ты можешь просто делать её правильно и быстро, теперь пошли.

— Клайв, — твердо сказал Хамфри. — Ты собираешься поспать, если мне придется вырубить тебя.

— Это не совсем сон, — сказал Клайв. — Быть без сознания — это другое…

— Тогда тебе лучше тихо отправиться в кровать, — сказал Хамфри. — Потому что спишь ты или без сознания, тебя сейчас уложат.

Клайв зарычал, как животное.

— Ладно, — уступил он, затем повернулся к Белинде и Джейсону. — Вы двое, работайте над теми книгами. Всё, что относится к тому, что на той бумаге, которую я вам дал, делайте заметку о книге и странице, затем продолжайте.

Клайв огляделся.

— Где спальни?

Нил указал, не желая говорить ничего агрессивному, одурманенному сном Клайву.

— Не то чтобы я собираюсь поспать, — пробормотал Клайв сердито, уходя. — Мой разум мчится в тысячу направлений. Я буду просто лежать там, не достигая ничего, кроме великолепной траты времени.

Через мгновение после того, как он устроился в мягких объятиях облачной кровати, он спал.

Прочный фундамент

Прочный фундамент

К тому времени, как команда провела почти неделю в лагере бывших культистов, Белинда и Джейсон уже почти всё время помогали Клайву в подвале, в комнате с большой магической плитой, вмонтированной в пол. Они перерывали тексты, которые Знание даровало Джейсону, выискивая всё, что могло бы пригодиться Клайву. Постепенно они стали лучше понимать, с чем имеют дело и как это может быть полезно.

— Очевидно, что богиня предвидела, что нам понадобится, и подготовилась соответствующим образом, — сказал Клайв. — Без всего этого у нас не было бы ни единого шанса разобраться в происходящем.

— И как успехи, если не секрет? — спросил Джейсон. — Признаюсь, за последнюю неделю я узнал об астральной магии больше, чем считал возможным, но то, на что смотришь ты, находится далеко за пределами моего понимания.

— И моего тоже, — ответил Клайв. — Мы говорим о принципах астральной магии, которые выходят за рамки всего, что нам удалось открыть в этом мире. Всё, что я учил до получения этих книг, похоже на каменные орудия труда, а я только что открыл способ ковки стали.

— И сколько времени тебе потребуется, чтобы во всём разобраться? — спросила Белинда.

— О, думаю, я понял это ещё вчера, — сказал Клайв. — Я просто пытаюсь убедиться, что ничего не упустил и не ошибаюсь в корне. Учитывая, с каким количеством новых идей я работаю, я мог легко допустить простую ошибку, которая полностью исказила бы всю мою концепцию.

— Ты понял это вчера и не сказал нам? — спросил Джейсон.

— Я не собирался выдвигать никаких идей, пока не буду в них уверен. По моему опыту, делать предварительные заявления — себе дороже. Люди имеют привычку верить в то, что им нравится, а не в то, что подтверждается доказательствами, поэтому я не люблю делать заявления, в которых не уверен.

— Справедливо, — кивнул Джейсон.

— В одном я уверен точно, — сказал Клайв. — Эту плиту сделал Ландемир Вейн.

Джейсон посмотрел на большую плиту в полу.

— Ты уверен? — спросил он. — Это значит, что он работал над ней ещё до того, как кто-либо из нас вообще узнал о существовании этого астрального пространства.

— Уверен, — ответил Клайв. — Ритуальная магия — это больше, чем холодный, расчётливый анализ. В ней есть артистизм, и у каждого свой стиль. Даже у вас двоих. Магия Белинды смелая и изобретательная. Твоя, Джейсон, умная, но слишком усложнённая. У Ландемира тоже был свой стиль.

— И ты знал его достаточно хорошо, чтобы узнать сейчас? — спросил Джейсон. — И кстати, что значит «слишком усложнённая»?

Клайв усмехнулся.

— Джейсон, такое чувство, что ты не доверяешь простым решениям.

— Похоже на правду, — заметила Белинда.

— Я действительно узнаю стиль Ландемира, — сказал Клайв. — Мы с ним были специалистами по астральной магии в Магическом обществе Гринстоуна. Он был очень замкнутым и скрытным в отношении своей работы. По причинам, которые теперь стали довольно очевидными. Однако, когда ему требовалась помощь, он всегда обращался ко мне. По тому немногому, что я видел в его работах, я мог сказать, что они невероятно продвинуты, и не раз призывал его поделиться ими с академическим сообществом.

— Держу пари, ему очень понравилась эта идея, — съязвил Джейсон.

— Он не был восприимчив, нет, — сказал Клайв. — Конечно, теперь я понимаю, что он не был таким уж блестящим новатором, как я думал. Он был хорош, не поймите меня неправильно, но, очевидно, он работал с тем, что ему дал культ Строителя.

— Это также означает, что он закончил эту штуку ещё до того, как я его убил, — сказал Джейсон. — Это было за несколько месяцев до того, как Эмир прибыл сюда, в Гринстоун, не говоря уже о раскрытии астрального пространства. Это значит, что культ Строителя знал об астральном пространстве и о том, что кто-то готовится его открыть.

— Им нужно было только, чтобы Эмир собрал части ключа и открыл его, — сказал Клайв. — Насколько мы знаем, человек, который изначально нанял его, мог быть культистом Строителя.

— Пугающая мысль, — сказал Джейсон. — Культист Строителя алмазного ранга, заставляющий нас всех плясать под свою дудку. Хотя я не думаю, что происходит именно это.

— Почему нет? — спросила Белинда.

— Если бы культ Строителя держал нас настолько крепко, — сказал Джейсон, — они бы не потерпели столько неудач. Они бы гораздо лучше контролировали ситуацию.

* * * Команда собралась в гостиной облачного дома. Все сидели, кроме Клайва.

— Это маяк, — объявил Клайв. — Культистам, которые пришли в это астральное пространство вместе с остальными из нас, не нужно было делать ничего, кроме как принести его сюда и установить. Для этого требовались лишь самые базовые знания ритуальной магии. Им нужен был кто-то с начальными навыками, чтобы провести серию ритуалов активации. Очень просто, всего лишь раз в несколько дней в течение месяца, пока маяк не зафиксируется на месте, говоря языком измерений. После этого вся тяжёлая магия происходит уже в нашем мире.

— Чтобы сделать что, именно? — спросил Хамфри.

— Чтобы создать туннель. Или мост, называйте как хотите. Суть в том, что он соединяет наш мир с этим астральным пространством, минуя уже установленный вход.

— Это также означает обход его ограничений, — добавила Белинда. — Включая верхний предел ранга.

— Ты хочешь сказать, что придут новые культисты? — спросил Нил.

— Да, — сказал Клайв. — Именно это я и говорю.

— Когда? — спросила Софи.

— Как минимум месяц до завершения туннеля, — сказал Клайв. — Может быть, два месяца или больше, но точно меньше трёх. Теперь, когда я знаю, что искать, я использовал знания из книг Джейсона, чтобы импровизировать некоторые тесты, но результаты столь же неточны, как и можно было ожидать.

— Мы можем уйти до того, как он откроется? — спросил Нил. — Найти способ вернуть обычные порталы и привести подкрепление?

— Этот туннель, который они строят, отвечает за изменения плотности магии, — сказал Клайв. — Он влияет на мембрану измерений между этим астральным пространством и глубоким астралом. С хорошей стороны, это означает, что она не будет продолжать расти, пока астральное пространство не разрушится. Менее удачно то, что мы не сможем использовать обычные порталы, пока окружающая магия здесь не достигнет новой стабильной точки. Моё лучшее предположение — это произойдёт не раньше, чем через некоторое время после того, как этот туннель откроется, закроется, и магия успеет успокоиться. В этот момент я, вероятно, смогу перенастроить порталы на новый уровень магии и снова сделать их рабочими.

— Вероятно? — переспросил Нил.

— Если у тебя есть более надёжный способ выбраться отсюда, говори, — ответил Клайв.

— А что, если мы уничтожим плиту? — спросила Софи. — Это остановит их от попадания сюда?

— К сожалению, нет, — сказал Клайв. — Работа маяка была завершена ещё до нашего прибытия. Как только они узнали его пространственное расположение на той стороне, они смогли бы начать работу. Они занимаются этим уже несколько месяцев.

— Итак, подытожим, — сказал Джейсон, — через месяц или два, в течение которых мы будем продолжать оставаться здесь в ловушке, в это астральное пространство прибудет неизвестная сила неизвестной численности, но очень хорошо известной враждебности.

— Замечательно, — сказал Нил. — И каковы же наши варианты, в точности?

— Очевидно, нам нужно остановить то, что они задумали, — сказал Клайв. — Это может быть отделение астрального пространства от нашего мира или вопросы, связанные с этими гигантскими големами, мировыми инженерами. Возможно, и то, и другое.

— Мы не знаем, какие силы выступят против нас, — сказал Джейсон. — Надеюсь, это будут только остатки сил Строителя из Гринстоуна. Перед самым нашим уходом Элспет Арелла сообщила мне кое-что, что следователи получили от культистов, которых нам наконец удалось захватить.

— Которых удалось захватить тебе, имеешь в виду, — поправила Софи.

— Именно поэтому они вообще были готовы держать меня в курсе, — сказал Джейсон. — Согласно показаниям захваченных культистов, местное руководство культа было почти полностью истреблено в результате атаки на их главную базу на том острове. На ту, куда отправились Руфус и его родители. По имеющейся у нас информации, в живых остались лишь пара лидеров среднего звена, чтобы взять управление на себя. У них может остаться всего один серебряный ранг.

— Это хорошо, — сказал Хамфри. — С одним серебряным рангом у нас может быть шанс. Если придет золотой, нам конец.

— Итак, что мы делаем? — спросил Нил. — Ставим ловушки?

— На самом деле, это неплохая идея, — сказал Клайв. — У нас есть время, и мы можем быть уверены, что они будут проверять тех големов. Я мог бы установить несколько ловушек в тех скрытых дверях.

— А до тех пор мы тренируемся, — сказал Хамфри. — Даже здесь мы не сможем достичь серебряного ранга за это время. Что мы можем сделать, так это довести каждого не просто до бронзового ранга, а закрепиться на нашем новом уровне. Нам нужно выжать каждую каплю силы, которую мы можем собрать для того, что грядёт.

— Это будет не просто цель, — сказал Клайв. — Это будет необходимость. Насколько я могу судить, плотность магии будет возрастать по нарастающей по мере приближения туннеля к завершению. Даже если мы больше никогда не увидим кровавого ткача, мы встретим монстров серебряного ранга раньше, чем позже.

* * * Команда оставила логово мёртвых культистов позади и вернулась к тренировкам. Они вернулись к неистовому темпу, который был у них при подготовке к противостоянию с выводком кровавого ткача, снова не зная, с каким количеством или какими монстрами им предстоит столкнуться.

Ощущение зловещей опасности нависло над ними, пока они боролись со временем и страхом, что их борьба безнадёжна. То, что пройдёт через туннель, когда он откроется, вполне может оказаться им не по силам, какими бы сильными они ни стали. Даже самые оптимистичные предположения оставляли их в роли небольшой повстанческой группы против силы, которая готовилась к прибытию дольше, чем кто-либо из них был искателем приключений.

В результате Хамфри никогда не чувствовал нужды подгонять команду. Словно волк, щелкающий зубами у них за пятками, команда двигалась только вперёд, и их единственным проводником был компас душ, ведущий от одного мясного чудовища к другому. Их агрессивный график позволял находить как минимум одно, а иногда два или даже три чудовища в день. Компас аккуратно вёл их через город в ожидающие объятия монстр за монстром.

Их жизни превратились в войну, ведущуюся против монстров астрального пространства. Это была отчаянная гонка против врага, который, насколько они знали, был бы непобедим, что бы они ни делали. Каждый прошедший день приближал их к прибытию культа, но каждая стычка приближала их к готовности. Каждый член команды был отточен, как нож, не только в способностях, но и в настрое. Жалоб не было, дни сливались в один, тренировки, охота, отдых, снова и снова. Команда горела желанием стать сильнее, и они доводили себя до предела. Хамфри наконец пришлось ввести день отдыха в конце каждой недели, чтобы команда не перегорела.

Они встретили первых монстров серебряного ранга, с которыми действительно сражались, а не избегали. Пара джунглевых кошек без голов, но с огромными пастями на животах. Хотя физически они были слабее некоторых топовых монстров бронзового ранга, их скорость представляла опасность. Даже Софи не могла угнаться за ними, всё ещё находясь на железном ранге, и получила ряд опасных травм. Белинда была почти убита на месте, и только мощное исцеление Нила вернуло её с края пропасти.

Способность: [Великое обновление] (Обновление)

Заклинание (исцеление, ритуал).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 1 час.

Текущий ранг: Бронза 1 (14%).

Эффект (железо): Проведение мощного ритуала исцеления, который очищает все недуги. Эта способность заменяет материальные компоненты ритуала.

Эффект (бронза): Ритуальный круг чертится магически, что позволяет проводить ритуал быстрее и в менее идеальных условиях.

Нил смог начертить ритуальный круг, очень похожий на тот, что делал Клайв, хотя светящиеся ритуальные линии были зелёными, и это было только для одного, конкретного ритуала. Этот ритуал, однако, был чрезвычайно мощным. Важно отметить, что он не требовал обычно дорогостоящих ресурсов для ритуального исцеления без эссенции.

* * * Всплеск монстров длился неделями и, как известно, был временем для активных искателей приключений, чтобы продвинуть свои способности семимильными шагами. Команда не только испытала это явление дольше, чем даже самый длительный всплеск монстров, но они не были заняты защитой уязвимых населённых пунктов. Им не оставалось ничего, кроме как наносить удары, напрягаясь всё сильнее и сильнее, словно всплеск искателей приключений, обрушившийся на монстров.

Софи неизбежно достигла бронзового ранга. Её способности продолжали следовать теме: не быть броскими по отдельности, а требовать навыка и суждения, чтобы раскрыть их истинный потенциал. В основном это были улучшения и итерации эффектов железного ранга.

Белинда также достигла бронзы, улучшив свою эклектичную коллекцию сил. В отличие от Софи, у неё был ряд сил, чьи эффекты бронзового ранга оказали бы значительное влияние на то, как она действует, и, верные её стилю, они были полезны для поддержки команды. Её способность «Яма Жнеца» больше не заставляла союзников падать внутрь. Самые уязвимые члены команды могли стоять на ней, в то время как любой, кто пытался атаковать их, падал прямо в яму.

Её различные силы для копирования разных видов искателей приключений также получили важное развитие. Её сила ловкости, «мгновенный адепт», получила эффекты магического передвижения, такие как бег по стенам и хождение по воде. Её сила копирования воина, «фальшивый комбатант», теперь давала ей доступ к некоторым простым специальным атакам. Её сила «лживого колдуна» больше не давала только способность владеть жезлами и посохами, но и применять некоторые простые заклинания. Пока сила активна, у неё был доступ к заклинанию «силовой снаряд» и тому же заклинанию «жизненный снаряд», который мог использовать Нил.

Команда не просто тратила время на бездумную охоту и убийство монстров. Тренировки также были важной частью их подготовки, погружаясь в то, что было отложено, когда армия кровавого ткача всё ещё была впереди них. Одним из важнейших аспектов этой тренировки была адаптация к их новым атрибутам бронзового ранга.

Хотя они все видели, как их способности увеличивались по мере того, как их атрибуты росли на железном ранге, произошёл скачок в возможностях, когда их способности пересекли порог смертного потенциала и перешли в бронзу.

К их новым уровням силы было довольно легко адаптироваться, хотя кому-то уже сильному, как Хамфри, было легче, чем кому-то вроде Белинды. Настоящей адаптацией был атрибут скорости, который управлял ловкостью, гибкостью, координацией и проприоцепцией. Два атрибута в сочетании дали всей команде уровень атлетизма, который был ошеломляющим, и потребовал бы времени, чтобы изучить его в полной мере.

Тренировки, чтобы максимально использовать их новый потенциал, привнесли столь необходимое веселье в суровые дни регламентированных тренировок и непрекращающегося насилия. У всех них была ловкость акробатов, и Нил стал одержим сальто назад. Вся команда с новым рвением занялась тренировками по паркуру. Их возможности означали не только новые уровни ловкости, но и способность прыгать дальше и выдерживать более длительные падения, чем когда-либо прежде.

Софи взяла на себя инициативу в этом обучении при поддержке Джейсона. Он наконец достал книги навыков бронзового ранга для своей боевой системы «Путь Жнеца», которые они выиграли в своей последней поездке в астральное пространство. Они включали техники передвижения для скорости, скрытности и акробатического преодоления местности. Софи училась по тем же книгам долгим путём. Они были зачарованы магическими проекциями, чтобы действовать в качестве гидов, хотя эти гиды имели второстепенное значение для Тени. Фамильяр был хорошо знаком с техниками Ордена Жнеца, служа гидом как для Джейсона, так и для Софи.

— Мисс Векслер, я уверен, что в период своего расцвета Орден Жнеца придал бы огромное значение вам как новобранцу, — сказал он ей.

— А как насчет меня? — спросил Джейсон.

— Они могли бы принять и вас, мистер Асано.

Джейсон давно интересовался высшими рангами своего боевого искусства, которые были навыками, а не способностями эссенции. Он знал теоретически, что это техники, требующие больше, чем человеческих возможностей, но только начав изучать их, он по-настоящему понял это. Дело было не только в силе атрибута мощи и ловкости атрибута скорости. Была ситуационная осведомлённость, которая приходила с атрибутом духа, добавлявшая измерение к бою, которое просто было невозможно в рамках ограничений смертных чувств.

Наблюдая за спаррингом Хамфри и Софи, он понял, что их бой имел почти хореографический оттенок. Они думали быстрее, лучше чувствовали своих противников и окружающую обстановку, их пространственное восприятие было гораздо острее. Бой был менее суетливым, более точным. Ошибки наказывались, но наказывалась и нерешительность.

Ни одна из техник бронзового ранга не изобретала колесо, полностью заменяя существующие методы. Подавляющее большинство было контекстуальным, для боя в различных обстоятельствах и средах, что стало возможным только благодаря атрибутам бронзового ранга.

Именно техники передвижения претерпели наиболее фундаментальные изменения. Сначала это казалось неловким, ломать старые привычки, которые были укоренены на протяжении всей жизни. Он и Софи заставляли команду практиковать техники, разработанные для того, чтобы сломать эти привычки, пока не укоренятся новые.

Комплексные техники передвижения «Пути Жнеца» включали техники, которые объединяли многие общие способности передвижения. Джейсон был заинтригован, обнаружив технику бега на длинные дистанции, похожую на ту, которую он сам разработал в начале своей карьеры, используя силу уменьшения веса своего плаща. Магические транспортные средства и доступ к формам верховых животных Тени заставили его в значительной степени оставить этот метод, но техника Жнеца позволила ему усовершенствовать его, если бы у него снова возникла в нём нужда.

Только после работы над использованием своих новых атрибутов команда по-настоящему поняла, насколько трансформационным на самом деле был бронзовый ранг. Дело было не только в увеличении силы, но и в обучении использованию её в полной мере. Именно во время этой тренировки Джейсон понял, насколько сильно бронзовые ранги, которых он видел в прошлом, растратили свой потенциал.

Он думал, что понял, почему Руфус, Гэри и Фарра смотрели свысока на искателей приключений Гринстоуна, увидев своими глазами, насколько они сильнее окружающих их бронзовых рангов. Однако только достигнув бронзового ранга самому, он полностью осознал разницу. Их тренировки заложили фундамент за его карьеру железного ранга, который теперь, на бронзовом ранге, позволил ему построить на нём нечто поистине грандиозное.

Если предположить, что команде каким-то образом удастся одолеть культистов и найти выход из астрального пространства, ему придётся должным образом поблагодарить Руфуса и Гэри, только теперь понимая, какую огромную услугу они ему оказали. Что касается Фарры, самое большее, что он мог сделать, — это поднять тихий бокал в небо в её память, как он сделал это однажды ночью, стоя в одиночестве на крыше своего облачного дома.

Доблестная смерть

Доблестная смерть

— Я чувствовал силу, которую он излучал, словно жар, — сказал Тэдвик, полный энтузиазма. — Я хочу эту силу.

— И ты её получишь, — сказал Зато. — Дугалл начал лечение раньше тебя, поэтому его сила пришла к своей полноте раньше.

Новое присутствие Дугалла в анклаве культистов не осталось незамеченным. Хотя он оставался в уединении, все чувствовали силу, исходящую от него. Они ощущали инстинктивное стремление к поклонению, исходящее от звёздных семян внутри их душ, и видели уважение, с которым Тимос и Зато относились к нему. Те же, кто спрашивал о нём, встречали лишь каменное молчание.

— Почему только мы двое? — спросил Тэдвик. — Почему не дать эту силу всем?

— Потому что не все достойны, — ответил Зато. — Только те, у кого есть благородная кровь, имеют право на самую благородную силу. К сожалению, наше руководство было в значительной степени потеряно. Дугалл, как и ты, пришёл к нам из дворянства, и поэтому является для нас сокровищем. Как и ты.

— Мне послышалось, кто-то сказал, что он был слугой.

— Нет, у него были слуги, — сказал Зато. — Как и у многих из высокой крови, окружающие завидовали его врождённому превосходству и стремились его свергнуть. Мы, конечно, приняли его, зная, что даже капля благородной крови стоит больше, чем вся кровь в телах нас, простолюдинов.

— Высокая кровь, — повторил Тэдвик. — Я давно не слышал этого термина. Это больше не приемлемо. Мой двоюродный дед говорил так, пока мать не заставила его замолчать. Раньше нам не приходилось относиться к черни как к равным. Думаю, моя мать действительно верит в этот мусор. Это всегда вызывало у меня отвращение к ней.

— Здесь ты не найдёшь таких проблем.

— Тимос не казался слишком почтительным.

— Вот почему я перевёл тебя на свою сторону. Ты стоишь выше него и со временем будешь стоять выше меня. Скоро наступит день, когда твой голос станет нашим законом. Команды, исходящие из твоих уст, станут нашей целью.

— Хорошо, — сказал Тэдвик. — Мне всегда говорили, что я рождён для великого наследства, но мне отказывали на каждом шагу. Я рад, наконец, найти людей, которые понимают мою ценность.

К ним подошёл культист.

— Лидер, — сказал мужчина. — Церковь начала прибывать. Мне послать людей встретить их?

— Не до тех пор, пока не появится архиепископ, — сказал Зато. — Тогда приходи и сообщи мне.

* * * Члены Церкви Чистоты прибыли в поместье Вейна через портал, партиями. Всего их было пятьдесят восемь, в основном железного ранга, разбавленные солидным контингентом бронзовых и единственным серебряным рангом в лице архиепископа. Потребовалось три портала, чтобы доставить их всех, архиепископ прибыл последним.

Это были тяжёлые времена для членов церкви, изгнанных из Гринстоуна. Только те, у кого был хотя бы полный набор эссенций, считались достойными спасения; остальные были брошены на произвол расследований Общества искателей приключений. В любом случае, они были слишком невежественны, чтобы причинить какой-либо вред.

Архиепископ Николас Хендрен выглядел крайне недовольным тем, что его вызвали, хотя он, с неохотой, явился. Его люди слонялись вокруг, не зная, что делать. Культисты вышли из подземного комплекса культа, бесстрастно отгоняя любого, кто приближался к уже не скрытому входу. Они отказывались взаимодействовать с собравшимся духовенством, не отвечая на любые вопросы, отправленные в их сторону.

Только когда прибыл сам Хендрен, культ пошёл на контакт. Тимос появился из-под земли в сопровождении другого человека, полностью скрытого в капюшонных мантиях. Хендрен нахмурился, как из-за отсутствия лидера, Зато, так и из-за своей неспособности почувствовать ауру фигуры в капюшоне. Если культ усилил свои ряды золотым рангом, его способность направлять ход событий будет значительно затруднена.

Они отошли от культистов и духовенства более низкого ранга, Тимос с фигурой в капюшоне, а Хендрен с Анисой Ласаль.

— Тимос, — сухо поздоровался Хендрен. Он отметил подчинённую позицию, которую занял Тимос по отношению к фигуре в капюшоне. Аниса стояла рядом с Хендреном в такой же позе. Фигура ничего не сказала, когда Тимос ответил на приветствие.

— Архиепископ. Учитывая наше ограниченное пространство, вашим людям потребуется разбить лагерь над землёй, как, я полагаю, вы уже были осведомлены. Естественно, мы выделили место для вас лично в одной из наших более комфортабельных камер внизу.

Тимос бросил насмешливый взгляд на Анису.

— Жрица будет делить с вами камеру, — спросил он, — или останется здесь наверху, чтобы занять ваших людей?

Лицо Анисы исказилось в оскале, но она замерла от примиряющего жеста Хендрена.

— Серьёзно, Тимос? — спросил Хендрен. — Я вряд ли думаю, что сейчас время для такой мелочности между союзниками, собирающимися разделить общее дело.

— Некоторые союзники более восторженны, чем другие, — сказал Тимос. — Конечно, я не имел в виду ничего непристойного. Прошу прощения, если мои невольные замечания заставили ваши умы естественным образом последовать по нежелательному пути.

— Просто пусть ваши люди покажут моим, где разбить лагерь, — сказал Хендрен. — Затем есть вещи, требующие обсуждения, но не с вами.

Хендрен повернулся к фигуре в капюшоне.

— Вы новый лидер здесь? — спросил он.

— Он лидер везде, — сказал Тимос. — Вы будете говорить с ним только тогда, когда к вам обратятся.

— Это плохой способ обращаться с союзниками, — сказал Хендрен.

— Вы были плохими союзниками, — раздался голос из-под капюшона. Голос был мягким и не нёс никакой ауры, но каким-то образом ударил Хендрена, словно неуправляемая телега с кирпичами. Он сразу понял, кто — или что — находится под мантиями.

— Большинство наших людей не знают о присутствии Лорда, — сказал Тимос. — Если вы или ваша жрица будете ответственны за изменение этого, последствия будут суровыми.

— Мы понимаем, — сказал Хендрен. — Правда, Аниса?

Он внезапно и полностью осознал, что любое влияние, которое у него было, должно быть убеждающим, а не властным, в чём Аниса не преуспевала.

— Да, архиепископ, — сказала Аниса, неохотно, но послушно следуя примеру своего начальника.

— Жрица, работайте с людьми культа, чтобы организовать наше размещение. Я спущусь вниз, чтобы обсудить следующий шаг с нашими союзниками.

— Вы уверены, что мне не следует идти с вами? — спросила она.

— Совершенно уверен, — сказал Хендрен. — Примите командование нашими людьми здесь. Держите их в узде и убедитесь, что никто не затевает неприятностей с нашими союзниками.

Он бросил на неё многозначительный взгляд.

— Слова могут ранить нас здесь, жрица. Будьте осторожны, чтобы они этого не сделали.

Тимос одарил Анису елейной улыбкой, но после предупреждения архиепископа она была встречена каменным безразличием. Она ушла организовывать их людей, не взглянув на Тимоса второй раз.

Тимос повёл Хендрена в комплекс внизу, фигура Строителя в капюшоне молча сопровождала их. Хендрен отметил, что, помимо отсутствия звука, фигура не оставляла следов на песчаной почве, которая захватила территорию поместья.

— Сколько времени до открытия пути? — спросил Хендрен, когда они спускались под землю, по каменным ступеням.

— Дни, — сказал Тимос. — Максимум две недели.

* * * Монстры железного ранга стали редким явлением в заросшем городе. Когда они появлялись, то либо в огромных количествах, либо вместе с более мощными вариациями своего вида. В первом случае команда даже не утруждала себя борьбой, заставляя их бежать всплеском подавления ауры. Только самые бездумно агрессивные были достаточно глупы, чтобы атаковать, с катастрофическими результатами.

Один только навык Софи «ветряное лезвие» был катастрофой для слабых, собранных в кучу врагов. Его сила была невелика, но за ним стояла мощь бронзового ранга. Кроме того, новый эффект, который он получил за повышение ранга, заключался в том, что лезвия становились шире по мере движения, позволяя Софи срезать более слабых врагов группами.

Монстры бронзового ранга становились всё меньшей проблемой по мере того, как команда наращивала свою силу и оттачивала навыки. Именно растущая частота монстров серебряного ранга позволяла им достигать новых высот.

Сразиться с монстром серебряного ранга на бронзовом было не так просто, как столкнуться с монстром бронзового ранга на железном. Каждый ранг представлял собой больший скачок в силе, чем предыдущий, делая прыжки через ранги более сложным предложением с каждым уровнем продвижения. С монстрами серебряного ранга было легче справиться, чем даже с посредственным пользователем эссенции серебряного ранга, но это не то же самое, что быть лёгкой добычей.

Только Хамфри, Джейсон и Софи могли в одиночку сражаться с более слабыми, одиночными серебряными рангами. Даже тогда они не пытались этого делать, пока не закрепили свою силу. Только полностью овладев своими способностями бронзового ранга и продвинув их до нижне-средней точки бронзы, они даже пробовали это.

Даже тогда, только слабых одиночных монстров кто-либо из них встречал в одиночку. Такие бои были редкостью, так как даже монстры серебряного ранга появлялись стаями. Как правило, самыми опасными были те, что появлялись в одиночку.

Команда прорывалась через город во всё более ускоренном темпе, даже когда монструозная оппозиция становилась сильнее. Мясные чудовища больше не представляли той угрозы, что была в прошлом. Как только команда достигла бронзового ранга, способность чудовища к адаптации больше не была равна полному набору способностей эссенции. Белинда, особенно со своими универсальными силами, могла адаптироваться к чудовищу быстрее, чем оно к ней.

С их стратегиями, проверенными в бесчисленных столкновениях, чудовища больше даже не стоили того, чтобы использовать их для практики. Команда шла напролом, чтобы уничтожить их как можно быстрее и двигаться дальше. Они начали зачищать по два, три, даже четыре в день, освобождая сотни мучимых душ, запертых внутри. Команда знала, что они приближаются к концу своей самонавязанной задачи, так как поиск чудовищ по компасу душ занимал всё больше и больше времени.

В конце концов, компас привёл их на территорию, которую, как они поняли, занимал кровавый ткач. Снова они обнаружили остатки паутины и пустые оболочки преобразованных монстров.

— Кровавому ткачу придётся тяжелее, — сказал Клайв. — Монстры становятся слишком сильными. Он не сможет одолеть и превратить их.

— Возможно, — сказал Хамфри. — Он мог бросать более слабых монстров на более сильных волнами, а затем превращать этих более сильных монстров.

— Даже если это так, — сказал Клайв, — он не смог бы сделать это более чем несколько раз.

— Нескольких раз достаточно, — сказал Хамфри. — Несколько монстров серебряного ранга одновременно — наш предел, даже как команды. Наши способности растут, но если мы станем высокомерными или самодовольными, мы можем легко здесь погибнуть.

Когда произошло столкновение с кровавым ткачом, монстров серебряного ранга оказалось не так много, как они опасались. Неприятным сюрпризом стало то, что кровавому ткачу удалось захватить и превратить трёх мясных чудовищ. Вампирическая сила опасно сочеталась с природой мясных монстров, давая различные эффекты.

Первым неприятным сюрпризом стало то, что нечто в природе чудовищ и их новом вампирическом состоянии сделало их менее уязвимыми к кровавым силам Джейсона, вместо того чтобы сделать их более уязвимыми, как других вампирических монстров. Силы всё ещё действовали, но с уменьшенной мощью. К счастью, они всё ещё имели повышенный эффект против других вампирических миньонов.

Другим аспектом вампирических чудовищ было то, что они могли искажать себя, чтобы производить целый ряд различных атак высасывания. Мана, здоровье и выносливость — всё высасывалось колючими мясными хлыстами, игольчатыми когтями и жуткими, разрозненными конечностями, покрытыми зубастыми пастями.

К тому времени, как они пробились к кровавому ткачу, команда была настолько истощена, что даже относительно слабое существо всё ещё представляло угрозу. В конце концов, однако, они отдыхали на вершине здания, которое служило якорем для нового гнезда, ткач и его миньоны были мертвы.

Джейсон даже не потрудился достать облачный дом, команда растянулась на черепичной крыше, изнемогая от усталости. Нил лишь наполовину исцелил команду, прежде чем сам выдохся настолько, что не смог закончить работу.

— Это было плохо, — сказала Белинда. — Топ-5 худших боёв, легко.

— Топ-3, — сказал Нил.

— Не уверен насчёт топ-3, — сказал Клайв. — Я имею в виду, вихревые элементали были номером один, верно?

— Определённо, — согласился Джейсон. — Зеркальный гриб точно был в топ-3.

— Я бы сказал, и ястребы-заики тоже, — добавил Хамфри. — Вот это топ-3.

— Нет, — сказал Нил. — Вам не приходилось исцелять и пополнять силы команды через все эти атаки высасывания. Вампирические чудовища были хуже ястребов-заик.

— На самом деле, да, — сказал Клайв. — Я соглашусь с этим. Топ-3.

— Нам действительно не стоит просто лежать здесь, — сказал Хамфри. — Монстр может прыгнуть на нас, пока мы не защищаемся.

— На данный момент монстр может забрать меня, — сказала Софи. — Я немного отдохну, даже если это будет холодный отдых в могиле. Вы знаете, как трудно устать с моими силами? Это первый раз, когда я по-настоящему устала с тех пор, как мы покинули Гринстоун.

— Ты хочешь, чтобы кто-то встал, тогда вставай сама, — сказал Нил Хамфри.

— Ладно, я встану, — сказал Хамфри, но даже не дёрнулся. — Я встал?

— Нет, — сказала Белинда.

— Ну, я пытался, — сказал Хамфри. — По крайней мере, я смогу сказать, что умер доблестно.

— Я кровоточу на крыше, — сказала Белинда.

— Если домовладелец будет жаловаться, я солгу за тебя, — сказал Джейсон.

— Это очень благородно с твоей стороны, — сказала Белинда.

В конце концов команда всё же поднялась, прежде чем что-то взобралось на сторону здания, чтобы съесть их, и Нил закончил исцеление команды. Они перебрались в другое место, и Джейсон установил облачный дом. Хамфри стал героем для всех, вызвавшись на первую вахту, в то время как все остальные, кроме Клайва, легли спать. Клайв выбрался на крышу, где провёл последние из своих текущих тестов, чтобы оценить целостность мембраны измерений, разделяющей астральное пространство от истинного астрала.

— Ну? — спросил Хамфри, когда Клайв спустился обратно.

— Это может случиться в любой день, — сказал Клайв. — Скоро мы будем по уши в культистах.

Амбиции

Амбиции

За последнюю неделю фоновая магия в астральном пространстве приобрела странный ритм. Подобно ряби на спокойной воде от шагов великого зверя, само пространство вокруг них было взволновано. Оно становилось сильнее с каждым днём, пока даже Софи не смогла почувствовать это, хотя у неё вообще не было магических чувств.

Монстры, казалось, были затронуты, их поведение стало необычным. Некоторые забивались в самые глубокие норы, которые могли найти. Другие собирались в большие стаи из разрозненных существ, которые в обычное время вцепились бы друг другу в глотки.

Когда команда находила такие группы на ранних стадиях их формирования, до того как их численность возрастала, они нападали и уничтожали их. Однако по мере того как шли дни, они обнаруживали, что вообще избегают эти группы. Численность стала просто слишком большой, чтобы с ними справиться; целые армии монстров бронзового и серебряного рангов собирались вместе, затмевая всё, что накопил кровавый ткач.

Ещё одной причиной, по которой команда укрылась в облачном доме, было то, что изменения в фоновой магии начали влиять на их силы. Иногда они не работали, в другое время их эффекты были непредсказуемыми, смешивая союзников и врагов. К счастью, вампирические мясные чудовища, которых превратил кровавый ткач, были одними из последних. Команда знала, что они уничтожили последнего, когда компас душ начал бесцельно вращаться.

— Странный эффект на наши силы пройдёт, как только туннель откроется и мембрана измерений станет стабильной, — сказал Клайв. — Либо это, либо всё астральное пространство рухнет, и мы будем уничтожены. Определённо одно из двух.

— Не хочешь сделать ставки? — спросил Джейсон.

— Понятия не имею, — ответил Клайв. — Моё понимание в лучшем случае неполное. Я не собирался ничего говорить, но я так и не понял, как они собираются стабилизировать туннель с этой стороны.

— Э-э, — сказала Белинда, — разве это не будет означать, что он, по сути, разорвёт мембрану измерений, затопит астральное пространство магией, и произойдёт та самая вещь с коллапсом, о которой ты упоминал?

— Да, — подтвердил Клайв.

— И ты не можешь понять, почему этого не произойдёт? — спросил Джейсон.

— Верно, — сказал Клайв. — Но я здесь блуждаю в темноте. Мы говорим о магии, которую я едва понимаю, и я видел лишь части того, что они делают.

— Это утешает, — сказал Нил. — Насколько ты можешь судить, мы все умрём, но ты знаешь так мало, что можешь ошибаться.

— Примерно так, — сказал Клайв.

— Думаю, у меня остался торт, — сказал Джейсон, открывая свой инвентарь. — Если я снова буду стёрт в астральное ничто, я сделаю это с тортом.

— Что значит «снова»? — спросил Нил.

* * * Джейсон сидел на крыше облачного дома, говоря в записывающий кристалл.

— Итак, я почти уверен, что всё это место не просто взорвётся. Если это произойдёт, вы никогда не увидите этого, так что я сделаю уверенное утверждение, и либо я окажусь прав, либо вы никогда не узнаете, так что я в выигрыше в любом случае.

Он повернул кристалл, чтобы направить его на небо. Там был большой участок, который мерцал, иногда показывая совершенно другое небо. Звёзды ночью, тёмные облака, странный фиолетовый цвет.

— Мы видим туннель сейчас, так что Клайв думает, что это вопрос часов.

Он вздохнул, поворачивая кристалл обратно на себя.

— Надеюсь, мы готовы к тому, что пройдёт через него. В последний раз, когда люди выступали против культистов в больших масштабах, я потерял друга. И это было тогда, когда противоборствующие силы были довольно равны. Я даже не знаю, насколько смогу внести свой вклад. Если у них будет куча конструктов, я могу быть не очень полезен.

Джейсон наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то.

— Что ж, пора идти. Вероятно, больше не будет таких записей, пока всё не закончится, так или иначе.

Он убрал записывающий кристалл.

— Я всё, Белинда, — позвал он, и Белинда направилась вверх по лестнице снаружи дома.

— Как ты узнал, что это я?

— Аура.

Она покачала головой. — Мне нужно поработать над втягиванием своей ауры, — сказала она.

— Что случилось? — спросил он, взмахнув рукой, чтобы облачное кресло поднялось для неё.

— Записываешь ещё одно сообщение домой? — спросила она, уходя от его вопроса, когда села в мягкое сиденье.

— Записывал.

— Как думаешь, ты когда-нибудь сможешь показать их своей семье?

— Надеюсь, — сказал он. — У меня там есть отношения, которые нужно наладить. Понятия не имею, как я буду объяснять всё это. Я даже не уверен, что мои силы будут работать. Мой мир магически бесплоден.

Белинда устало выдохнула, глядя в небо.

— Это будет нечто, правда? — спросила она. — Убьёт ли нас всех эта штука или извергнет кучу злобных ублюдков, это последний кусочек тишины, который у нас будет, прежде чем всё станет очень занятым и очень опасным.

— Ага, — согласился Джейсон.

— Это может быть последний шанс, возможно, уладить некоторые вещи, которые, не знаю, висели над нами некоторое время, — сказала Белинда. — Личные вещи, между членами команды.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Джейсон.

— О, да ладно. Ты же знаешь, что ты ей нравишься.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Что подводит меня к вопросу, почему именно ты здесь.

— Ты, возможно, заметил, что она не очень-то умеет быть уязвимой, — сказала Белинда. — Она не знает, что делать.

— Думаю, лучше оставить это в покое, — сказал Джейсон. — Даже если мы отбросим клубок проблем вокруг того, как мы встретились, чего мы не можем сделать, это не… я не…

Он вздохнул.

— Софи умеет отсекать глупости, чтобы добраться до сути. Это то, что нужно таким людям, как я, в их жизни. И она великолепна, очевидно, но на этом для меня влечение заканчивается. Я хочу её в своей жизни и в своей команде. Мы оба не самые простые друзья, но, думаю, мы оба хорошие. Это то, чего я хочу. Всё, чего я хочу.

— Ах, чёрт, — сказала Белинда.

— Да, — сказал Джейсон. — Это примерно всё.

— Что нам делать?

— Ничего, — сказал Джейсон. — Она сама должна решить, какой путь выбрать.

— А если этот путь ведёт прямо к тебе? — спросила Белинда.

— Тогда у нас с ней будет неловкий разговор, и мы разберёмся с этим. В любом случае, ей нужно найти себя как искателю приключений, прежде чем она начнёт добавлять осложнения. Не в той части, что касается беготни и охоты на монстров. Она прирождённая в этом.

— Да, это так, — согласилась Белинда.

— Я имею в виду место в обществе, которое даёт статус искателя приключений. Власть и привилегии. Деньги. Вот где ей понадобишься ты.

— Я не просто её помощник, знаешь ли.

— Я знаю.

— У меня есть свои надежды и амбиции. Я не хочу просто тратить свою жизнь, таскаясь за ней.

— Я никогда не думал, что ты этого хочешь, — сказал Джейсон. — Но именно ты ведёшь этот разговор, хотя на самом деле это должна быть она. Возможно, тебе стоит подумать, не она ли та, кто таскается за тобой.

— Она просто не очень хороша в некоторых вещах, — сказала Белинда. — Она плохо с ними справляется. Я не хочу, чтобы она убежала или набила тебе морду, или что-то в этом роде.

— Я ценю это, — сказал Джейсон. — Итак, где ты видишь себя в будущем? Если предположить, что мы выживем, чтобы выбраться из этого бардака.

— Мне нравится эта работа искателя приключений, — сказала Белинда. — Не столько охота на монстров, сколько странствия, решение интересных задач. Думаю, я хочу оказаться где-то между Клайвом и Эмиром. Хорошо образованной, но не связанной Магическим обществом, как Клайв. Брать интересные заказы за большие деньги, но самой выходить туда, пачкать руки. Я не хочу быть пауком в центре паутины, как Эмир.

— Жизнь, полная волнения, путешествий и приключений, — сказал Джейсон. — Звучит в точности как то направление, в котором должна двигаться команда. Может, тебе стоит взять всё в свои руки.

— Мне это подходит, — сказала Белинда. — Я могу заставить Софи ходить за мной и разгребать мои беспорядки хотя бы раз.

* * * Искажение неба было прямо над центром города. Команда решила переждать события с крыши здания на окраине центрального региона, на одном из последних уцелевших зданий, прежде чем началась густая полоса джунглей. Джейсон установил облачный дом на крыше. В отличие от многих других аспектов магии, облачная фляга, казалось, не была затронута изменениями в фоновой магии. Клайв объяснил, что они видели лишь фрагмент истинного мастерства, стоящего за её созданием.

Когда земля начала трястись, как при землетрясении, все они вышли наружу.

— Нам стоит спуститься с этого здания? — спросил Нил. — Такое чувство, что здание вот-вот рухнет.

— Давайте поднимемся на крышу облачного дома, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что он плавно опустит нас, если здание вытряхнет из-под нас землетрясением.

— Почти уверен? — переспросил Нил.

Команда поднялась на крышу облачного дома, который сам находился на крыше высокого здания, что давало им хороший обзор.

В самом центре города находился кратер, который когда-то был испытательной башней Ордена Жнеца. Они не могли видеть уровень земли там из-за зданий, но услышали какофонический грохот земли и камня, затем огромное облако пыли и грязи поднялось вверх, распространяясь по городу. Аура Софи, очищающая от токсинов, создала поле чистого воздуха вокруг команды, когда облако омыло их и прошло мимо.

Через несколько мгновений облако осело достаточно, чтобы команда снова смогла видеть город. В пространстве над кратером находилось гигантское каменное кольцо, парящее горизонтально в воздухе. Оно было толстым и около сотни метров в диаметре, медленно поднимаясь в воздухе в направлении небесной аномалии.

— Не помню, чтобы видела это, — сказала Софи. — Такое чувство, что мы бы заметили что-то настолько большое.

— Должно быть, оно было закопано, — сказал Хамфри. — Это облако поднялось, когда оно вытолкнуло себя наружу.

— Есть идеи, Клайв?

— Всё, что я могу предложить, — это догадки, — сказал Клайв. — Я предполагаю, что это своего рода конечная точка для туннеля, чтобы остановить его от уничтожения астрального пространства.

— Это хорошие новости, — сказал Нил. — Мы выживем достаточно долго, чтобы нас уничтожила армия культистов.

— Может быть, это стабилизирует магию, — сказал Клайв. — Откроет порталы и даст нам шанс сбежать.

— Побег — не вариант, — сказал Хамфри. — Если только ограничение на вход железного ранга не было изменено, мы единственные, у кого есть сила остановить культ. Привод большего количества людей железного ранга был бы как отправка животных на бойню. Монстры добрались бы до них раньше, чем культисты.

— Если предположить, что у нас есть сила, — сказала Белинда.

— Я предполагаю это, — сказал Хамфри. — Это единственный шанс, который у нас есть, чтобы остановить то, что они делают, чего мы очень хотим сделать.

Команда наблюдала, как кольцо медленно поднимается в воздух.

— Я полагаю, это называется кольцевые врата, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — Я слышал о них, но никогда не видел их в действии. Как предположил мистер Стендиш, это, вероятно, якорная точка моста физической реальности, простирающегося через астрал между этим пространством и вашим миром.

— Искусственная апертура астрального пространства, — сказал Клайв.

— Да.

— Ты не хотел упомянуть об этом раньше? — спросил Нил.

— Мои знания в этой области ограничены, — сказал Тень. — Даже сейчас я лишь строю предположения.

Кольцо продолжало свой тяжелый подъём в небо.

— Как долго эта штука была там, спрятанная под землёй? — задалась вопросом Софи.

— Во время моего возвращения сюда стало ясно, что многие вещи скрывали от меня, когда меня сделали администратором этого места, — сказал Тень. — Мы были в местах, о существовании которых я не знал, и которые, по-видимому, были закрыты для сосуда, в котором я обитал в то время.

— Они не хотели, чтобы ты знал, — сказал Джейсон.

— Я считаю, что это так, — сказал Тень. — Похоже, у него есть возраст и цель, которые выходят далеко за рамки тренировочной площадки, которой он служил во время моего пребывания здесь. Орден Жнеца и мой предыдущий призыватель явно скрывали эту историю и цель от меня.

— Нам стоит, не знаю, подготовиться к атаке? — спросил Нил. — Поймать их, когда они прибудут?

— Нет, — сказал Хамфри. — Мы должны исходить из того, что нас будет меньше, и что у врага будет по крайней мере несколько серебряных рангов среди них. Мы должны делать каждый шаг с осторожным обдумыванием.

— Правила повстанцев, — сказал Джейсон. — Партизанская тактика. Находить уязвимые точки, ослаблять их. Создавать шанс для удара по критическим точкам.

— Именно, — сказал Хамфри. — Мы топтали это место последние пять месяцев. Мы знаем его лучше, чем они, и мы используем это.

— Первое, что нам нужно, — это информация, — сказал Клайв.

— Да, — сказал Хамфри. — Нам нужно увидеть, что пройдёт через это кольцо.

— Оно в небе, — сказала Софи. — Может, они все просто упадут и умрут.

— Это было бы неплохо, — сказал Хамфри. — Почему-то я не думаю, что всё будет так просто.

* * * В небе астрального пространства кольцо наконец вошло в контакт с мерцающей аномалией. Немедленно аномалия начала сжиматься, вливаясь в пространство внутри кольца, словно вода, уходящая в слив. Аномалия сконцентрировалась; то, что изначально было периодически меняющимся небесным пейзажем, стало бурлящей массой неразличимой силы внутри кольца.

Затем бурление прекратилось. Всплеск магии накрыл город, словно ударная волна взрыва, когда пространство внутри кольца стало неподвижным, тёмно-синим небом перед закатом. Наблюдая издалека, ошеломлённые магическим взрывом, Джейсон и его команда смотрели, как фигура, которая казалась невероятно крошечной на таком расстоянии, выпала из кольца. Окутанная синим светом, она медленно дрейфовала к земле.

Появились новые фигуры, выпадая через кольцо и падая на землю в быстрой последовательности. Команда насчитала десятки, и это были не только люди. Были большие ящики, также медленно падающие под силой синего света, все они спускались к земле в самом сердце города.

— Это много, — сказал Нил.

— Ага, — согласился Джейсон.

— Мы справимся со всем этим?

— Справимся, — сказал Хамфри.

— Итак, что теперь? — спросила Софи. — Нам нужно больше информации, верно?

— Нужно, — сказал Джейсон. — Думаю, я начну с того, что посмотрю, что они задумали.

Вера и слава

Вера и слава

Сила кольцевых врат позволила культистам безопасно спуститься с небес, но приземлились они прямиком в неприятности. Во время спуска культисты привлекли к себе немало внимания: синее свечение, замедлявшее их падение, делало их заметными как визуально, так и магически. Результатом стала свора слюнявых монстров, поджидавших их на земле.

Центр города уже некоторое время не был свободен от чудовищ. Кровавый ткач давно исчез, но даже если бы он остался, растущая плотность магии порождала монстров, способных легко потягаться с ним силой. Из-за магического насыщения, из-за которого монстры появлялись густо и быстро, центр города теперь был заражен не меньше, чем остальные районы.

Культистам, спускавшимся первыми, предстояло отвоевать безопасную зону для тех, кто следовал за ними, но монстры, ожидавшие их, превзошли все ожидания — как числом, так и силой.

Ранги бронзы смогли удержать позиции против толпы чудовищ, двигавшихся к их месту высадки. Им повезло, что монстры серебряного ранга еще не появились. Однако ранги бронзы не смогли расчистить пространство для тех, кто шел следом. Их товарищи падали прямо в пасть битвы. Тем временем прибывали всё новые монстры, жаждущие добычи, сброшенной с небес.

Ранги железа, прибывшие следом, быстро стали жертвами могучих монстров, поскольку ранги бронзы были слишком заняты, чтобы защитить их. Вместо зоны высадки им удалось создать лишь зону боевых действий.

Ситуацию переломило появление фигуры в капюшоне, принадлежащей Строителю. Из земли вырвались копья из искусно вырезанного камня, пронзая монстров по десятку за раз. Грандиозные стены, толстые и высокие, поднялись кругом, чтобы отсечь более рассредоточенных монстров и изолировать тех, что были ближе всего. Ранги бронзы набросились на чудовищ, уцелевших после копий, быстро создавая зону высадки, которую они не смогли организовать в одиночку.

Стены были не из грубого камня, возведенного примитивными навыками камнестроения, а из кирпича и раствора, с зубчатыми стенами, наблюдательными вышками и металлическими воротами на все четыре стороны. Результат оказался масштабнее и искуснее всего, что мог наколдовать любой обладатель эссенции серебряного ранга.

В центре укрепленного лагеря стояла командная палатка. Она была магически защищена от любопытных глаз и ушей и содержала круглый стол с четырьмя стульями. Внутри находились двое: Зато сидел, а Строитель стоял.

— Создание этого базового лагеря перегрузило данный сосуд, — сказал Строитель Зато. — Он начинает разрушаться.

Признаки разрушения были очевидны. Тело Дугалла, в котором обитал Строитель, имело сильно покрасневшие глаза, запавшие черты лица и изможденную, бледную кожу. Волосы выпадали уродливыми клочьями.

— Новый сосуд готов к заселению, — ответил Зато. — Мы работаем над третьим, просто в качестве страховки.

— В этом не должно быть нужды, но я приветствую вашу предусмотрительность, — сказал Строитель. — Пока я не использую ту силу, что возвела эти стены, следующий сосуд должен без проблем выдержать нашу задачу здесь. Поскольку этот уже почти исчерпан, я создам еще несколько зданий и возведу настоящую крепость вместо этих палаток.

— Есть одна проблема со следующим сосудом, — сказал Зато.

— Он осознал, что станет выпотрошенной марионеткой.

— Да, — подтвердил Зато.

— Не беспокойтесь, — сказал Строитель. — В отличие от предыдущего переноса, я здесь, чтобы участвовать лично. Сопротивление не станет препятствием для процесса. У этого сосуда есть еще несколько дней, прежде чем он станет непригодным, так что готовьтесь соответствующе.

— Слушаюсь, Лорд Строитель.

— Убедитесь, что уничтожите этот сосуд, как только я закончу с ним. Он будет не более чем ходячим голодом, когда я покину его. Мне не нужно объяснять, почему наличие энергетического вампира, разгуливающего вокруг, — плохая идея, даже если он быстро умрет от голода.

— Я позабочусь об этом, Лорд Строитель.

Тимос прибыл к палатке вместе с архиепископом Николасом Хендреном. Объявив о них снаружи, Тимос провел Хендрена внутрь, а затем удалился.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — сказал Зато, поднимаясь.

Хендрен сел и посмотрел на Строителя. Он впервые видел сосуд без капюшона.

— Вы в порядке? — спросил Хендрен.

— Этот сосуд направил слишком много моей силы на создание лагеря, — ответил Строитель. — Скоро я возьму другой.

— Мальчишка Мерсер? — спросил Хендрен. — Это из-за него он кричал и вопил?

— Именно.

— Мальчишка — идиот, — сказал Хендрен. — Его мать потратила все крохи своего влияния, чтобы убедиться, что его звездное семя не удалят, пока у нас не появится безопасный метод, а он бежит прямо обратно к вам? Имбецил.

— Ваша роль в этом деле достойна похвалы, — сказал Строитель Хендрену. — Мои люди сделали опрометчивый выбор, имплантировав звездные семена в качестве отвлечения. Это дало тем, кто готов сражаться с нами, слишком много информации. Встать в центр событий и замедлить процесс удаления семян до черепашьего темпа было смелым шагом эффективного союзника. Ваша сторона и моя совершили ошибки, но лично вы заслуживаете моего уважения.

— Уважение союзника — ценная вещь, — дипломатично ответил Хендрен, а затем повернулся к Зато. — Могу я поинтересоваться, почему вы попросили меня исключить жрицу Лассаль из этой встречи?

— Жрица — женщина рьяная, — сказал Зато. — Сила ее веры — свидетельство вашего бога. Однако такая преданность может быть негибкой, когда обстоятельства диктуют компромисс. В знак доброй воли я также исключил своего заместителя из этой встречи.

Хендрен неохотно кивнул.

— Аниса непоколебимо предана, но, как вы сказали, она бывает не склонна к адаптации. Она зацикливается на том, как, по ее мнению, всё должно быть, вместо того чтобы принять вещи такими, какие они есть.

— Обстоятельства здесь не такие, какими должны быть, — сказал Зато. — Непредвиденное изменение магической плотности потребует принятия ряда жестких решений.

— Монстры определенно слишком сильны для наших людей ранга железа, — сказал Хендрен. — Вы знаете, что стало причиной?

— Наш первоначальный специалист по астральной магии был потерян некоторое время назад, — сказал Зато.

— Ландемир Вейн, — произнес Хендрен. — Похоже, Джейсону Асано было суждено вечно отравлять это предприятие.

Вспышка ярости промелькнула на лице сосуда Строителя, сопровождаемая выбросом ауры — кратким, но достаточным, чтобы заставить остальных двоих неуверенно покачнуться на своих местах. Звуки лагеря снаружи стихли, когда аура прошла над ним. Двое мужчин ждали, заговорит ли Строитель, но он промолчал.

— Детали не имеют значения, — в конце концов продолжил Зато. — Похоже, наши другие ритуалисты допустили ошибку в формировании туннеля. К сожалению, всё было запущено за месяцы до того, как Лорд Строитель был на месте, чтобы направлять нас. Они не смогли постичь элемент конструкции, оставленный Вейном, поэтому импровизировали, заменив его другим аспектом пространственной магии. Это изменение не имело видимых последствий с другой стороны, но мы работаем с мощными пространственными силами. Крошечное изменение стало опасным колебанием к тому моменту, как мост начал воздействовать на астральное пространство.

— Вы не осознавали? — спросил Хендрен, поворачиваясь к Строителю.

— Чувства этого сосуда ограничены, — сказал Строитель. — Что касается этого мира, я могу видеть физические реальности только через сосуд или тех, кто несет мое семя. Это включает в себя пограничное физическое пространство, такое как это.

— Что именно произошло?

— Пространственная мембрана этого мира была нарушена, вызвав быстрое изменение магической плотности, — сказал Строитель. — Кольцевые врата стабилизировали туннель, и план продолжается, но сила монстров представляет собой непредвиденное препятствие, которое необходимо учесть.

— Практический результат, — сказал Зато, — в том, что наши люди слишком слабы, чтобы выполнить план. Ваши тоже. Ранги железа нельзя отправлять в таких условиях, даже под присмотром рангов бронзы. Там есть монстры серебряного ранга, и их немало. Вы доверяете своим рангам бронзы справиться со стаей серебряных? Для этого нужны элитные и опытные пользователи эссенции.

— Искатели приключений, — сказал Хендрен.

— Да, — согласился Зато. — Я знаю, что в вашем духовенстве были члены Общества искателей приключений, как и в нашем числе, но ни одного на полной ставке. Ни у кого из нас нет людей, чтобы справиться с этим в нужном количестве. Особенно учитывая, что сила монстров — не единственная причина для беспокойства.

— Изменения в окружающей магии взбудоражили монстров, — сказал Строитель. — Это изменило их поведение до степени, которую мы пока не знаем. Возможно, они успокоятся, когда стабилизируется магия, но уверенности нет. На данный момент группы там опаснее обычных стай монстров.

— А как насчет созданных существ? — спросил Хендрен.

— Они станут неотъемлемой частью нашего ответа, — сказал Зато. — У нас все еще есть запас часовых ядер, которые мы будем использовать для создания отряда конструктов. Слабость конструктов в том, что им нужно управление. Они могут дополнить силу наших людей, но не заменить ее. Нам нужно больше людей, способных действовать независимо в этой среде монстров. Мы не можем отправлять команды на задания, если им всем нужна защита наших сильнейших бойцов.

— Я не уверен, чего вы хотите от меня, — сказал Хендрен. — Я не могу просто поднять всех своих людей до бронзового ранга.

— Я могу, — сказал Строитель.

— Прошу прощения? — переспросил Хендрен.

— Я могу превратить ваших рангов железа в ранги бронзы.

— Как это возможно? Почему вы не сделали это со своими людьми?

— Потому что цена — мои последователи, — сказал Строитель. — Я могу принести в жертву последователя ранга железа со звездным семенем, чтобы создать особый вид часового ядра. Его можно использовать, чтобы поднять другого ранга железа до бронзы. Я пожертвую своим последователем ранга железа, чтобы сделать вашего достаточно сильным, чтобы принести пользу.

— Нет, — отрезал Хендрен. — Мы — церковь Чистоты, если вы забыли. Мы не собираемся осквернять себя ради сиюминутной силы.

— Нет? — спросил Строитель. — А чем, по-вашему, является этот пакт между мной и вашим богом? Ваше божество знает, что его цели не могут быть достигнуты в одиночку. Без силы из-за пределов вашего мира другие боги остановили бы любую попытку реализовать грандиозную повестку вашего бога.

— Я не берусь судить о целях моего бога, — сказал Хендрен. — Моя роль — служить. Подчиняться.

— Вы даже не знаете, к чему стремится ваш бог? — недоверчиво спросил Зато.

— Истина скрыта от нас, чтобы мы не могли испортить планы нашего бога, если нас скомпрометируют, — сказал Хендрен. — Нам не нужно знать замысел нашего бога. У нас есть вера. Мы готовы отбросить наши низменные, смертные взгляды и предаться высшей силе. Той, что знает лучше нас. Той, что лучше нас.

— Неужели вам не приходило в голову, что мое вторжение в этот мир само по себе является формой нечистоты? — сказал Строитель. — И все же ваш бог участвует. Почему? Потому что придет время, когда моя повестка будет выполнена, и я уйду. Именно тогда ваш бог получит шанс провести великую чистку в мире, содрогающемся от ущерба, который я оставил после себя. Очистить скверну и создать мир, который будет чист. Пока структуры власти, которые сопротивлялись бы вам, сражаются со мной, ваша церковь будет готовиться войти, когда я уйду, а они будут наиболее уязвимы.

— Так вы говорите, — сказал Хендрен. — Я бы не стал претендовать на знание намерений моего бога.

— И в этом месте вы не можете спросить, — сказал Строитель. — Это царство находится вне вашего мира, а значит, вне власти вашего бога. У него нет глаз, чтобы видеть, нет голоса, чтобы говорить. Нет руки, чтобы действовать. Вы — его высший агент здесь, Николас Хендрен. Что посоветовал вам ваш бог, прежде чем вы пришли сюда?

— Делать то, что необходимо, — сказал Хендрен.

— Ваш бог понимает реальность, — сказал Строитель. — Что компромисс сегодня означает чистоту завтра. Да, будут жертвы. Эти ваши люди, как только мы наделим их силой, их цель и судьба будут предопределены. Они будут служить, по мере необходимости, а затем вы очистите их, когда работа будет сделана.

— Я не могу просить об этом своих людей, — сказал Хендрен.

— Вера — это подчинение высшей силе, — сказал Зато. — Ваши слова, архиепископ. Разве духовенство Чистоты служит только тогда, когда хочет, или когда их призывают? Какая честь может быть выше жертвы на службе вашему богу?

— Вы не можете просить об этом и моих людей, — сказал Хендрен.

— Принесение в жертву ваших людей — это бремя, которое вам придется нести, — продолжил Зато, — ибо это не та жертва, которую вы разделите. Вам придется помнить их. Чтить их. Пусть они станут вашим символом. Вашими мучениками. То, что вы сделаете здесь, покажет вашему богу, что вы способны на большее. Великий слуга, принимающий решения, которые должен принимать лидер. Это ваш шанс доказать, что вы достойны занять более значимую роль в служении вашему богу.

Хендрен нахмурился, глядя на стол перед собой. Отсутствие голоса его бога тревожило его, но это также делало его высшим моральным авторитетом в том царстве, в котором он оказался. В некотором смысле это делало его решения правильными по той простой причине, что он их принимал, как это было с его богом.

— Хорошо, — сказал Хендрен, затем поднял взгляд от стола, чтобы встретить разрушенные глаза сосуда Строителя. — Мне потребуется время, чтобы убедить Лассаль. Ее нужно будет убедить, чтобы создать единый фронт.

— Конечно, — сказал Зато. — У нас есть свои приготовления. Свои жертвы, которые нужно подготовить.

* * * Аниса, как оказалось, вызывала гораздо меньше беспокойства, чем опасался Хендрен.

— Мы не должны быть близорукими, — сказала она в ответ на его объяснение. — Никакая жертва не является слишком великой на службе богу. Даже среди нашего духовенства немногие по-настоящему достойны, по-настоящему чисты. Только такие, как вы и я, должны быть полностью поручителями. Для остальных жертва во имя продвижения повестки нашего бога — большая слава, чем они заслуживают или имеют право ожидать.

* * * Тэдвик сидел в клетке, обхватив колени руками. С прибытием культа в астральное пространство он наконец ощутил всю мощь «Дугалла» во всей красе. Он наконец осознал, что сила, которую ему предложили, никогда не будет подвластна ему, что он — лишь чаша, которую нужно наполнить и держать в руке другого.

Сила внутри него, которая привела его к бронзовому рангу ценой его способностей эссенции, казалась такой грандиозной, такой мощной. Теперь она казалась чуждой, угрозой, от которой он не мог сбежать, потому что она уже была внутри него.

Склонив голову, Тэдвик не увидел, как призрачная фигура Тени просочилась сквозь прутья. Но он узнал ненавистный голос, донесшийся из тела Тени.

— Привет, Тэдвик. Давно не виделись.

Тэдвик

Тэдвик

Проход Тени через лагерь культистов оказался легче, чем ожидалось. Лагерь был разделен на три части; секция с палатками, которая была его точкой доступа, была самой большой. Именно там собралась основная масса обеих групп рангов железа. Грубые здания, созданные силой камнестроения, были зонами, которых он старался избегать, так как кто-то из рангов бронзы мог оказаться достаточно проницательным, чтобы заметить Тень. Те немногие здания, которые выглядели так, будто были построены квалифицированным мастером, он обходил стороной полностью.

Меньше всего ему хотелось столкнуться с рангом серебра или, если догадка Клайва была верна, даже с самим Строителем. Клайв знал больше других о великих астральных существах, даже поклоняясь одному из них. Именно так он знал, что для них возможно занять человеческий сосуд, хотя процесс был далек от этичности.

Используя тело Тени, скрытое в тенях, Джейсон слушал разговоры и быстро подтвердил подозрения Клайва, а затем извлек свое восприятие из Тени. Его настоящее тело находилось на первом этаже большого, неповрежденного здания.

— Всё как ты и подозревал, — сказал Джейсон Клайву. — Строитель занял смертный сосуд.

— Я знал, что это нечто большее, чем мог бы создать камнестроением даже ранг серебра, — сказал Нил.

— Что дальше? — спросила Софи.

— Я возвращаюсь туда, — сказал Джейсон.

— Это ошибка, — сказал Клайв. — Если Строитель действительно там, даже в смертном сосуде, он, скорее всего, найдет тебя раньше, чем позже. Он может даже выследить тебя через связь с фамильяром.

— О чем ты и говорил ранее, — сказал Джейсон. — На самом деле, я хотел бы поговорить с тобой об этом, Клайв.

* * * Клетка Тэдвика стояла у стены, вылепленная силой камнестроения из кирпича под ногами. Процесс подготовки его к роли следующего сосуда Строителя дал ему силу в верхних пределах бронзы, поэтому прутья были толстыми и усилены магией сдерживания. Способности эссенции Тэдвика исчезли, поэтому на нем не было ошейника подавления.

Клетку поставили в стороне, за грудой поврежденных ящиков для хранения. Обстоятельства, при которых прибыли культисты, были столь же жестоки к их припасам, как и к их членам. Бесполезные и сломанные товары были отброшены в кучу, а вместе с ними и Тэдвик. Тэдвик сидел, опустив голову, подтянув ноги и обхватив их руками. Бесплотное тело Тени проскользнуло прямо сквозь прутья и присело.

— Привет, Тэдвик, — поздоровался Джейсон через своего фамильяра. — Давно не виделись.

Услышав ненавистный голос Джейсона, Тэдвик поднял голову. Его рука метнулась, чтобы схватить призрачную фигуру за горло, но прошла прямо сквозь нее.

— Меня здесь на самом деле нет, Тэдвик. Я говорю через одно из проецируемых тел моего фамильяра. Даже если бы ты мог убить его, мне бы это стоило лишь немного маны на замену.

— Значит, ты выжил, — горько сказал Тэдвик. — Мы не были уверены, сможешь ли ты остаться в живых в этом месте.

— Не думаю, что кто-то сомневался, кроме тебя, Тэдвик. В этом месте есть свои опасности, но не настолько, чтобы хорошая команда искателей приключений не могла с ними справиться. Кстати, Нил передает привет.

— Я не хочу ничего слышать от этого предателя.

— Ого, — сказал Джейсон. — Твоя аура изменилась больше, чем моя, до такой степени, что я не был уверен, что это действительно ты. Но называть кого-то предателем после того, как ты выгнал его из своей команды, чтобы записаться в злой культ? Это в твоем духе.

— А самодовольно смотреть на других — в твоем, — огрызнулся Тэдвик.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Мы оба так далеко ушли от того дня, когда встретились на сборном пункте, но наши недостатки остались прежними. При этом, с тех пор как мы виделись в последний раз, у меня случилось некое откровение.

— И какое же? — скептически спросил Тэдвик.

— Что ты и я похожи больше, чем нам обоим хотелось бы.

— Я ничем на тебя не похож!

— Говори что хочешь, но это ничего не меняет. Я не могу приписать себе заслугу в различиях, которые привели тебя к тому, что ты застрял в этой клетке, пока я волен приходить и уходить. Мне просто посчастливилось иметь людей, которые сдерживали меня, прежде чем я превратился в тебя.

— Ты думаешь, что ты намного лучше меня, не так ли, Асано?

Джейсон грустно улыбнулся, качая головой.

— Тэдвик, все лучше тебя. Ты буквально худший. Ты не просто предал свою семью и Общество искателей приключений, хотя ты, безусловно, это сделал. Эти люди, с которыми ты связался, — враги всего мира и всех в нем. Ты предал весь свой мир. Ты хуже людей, которые бьют своих детей или грабят и убивают стариков. Ты хуже культистов, к которым присоединился. Они, может, и следуют какой-то извращенной, жаждущей власти идеологии, но, по крайней мере, они действуют из страсти. Они не просто смотрели, как кто-то другой сеет смерть и разрушение в глобальном масштабе, и присоединялись из обиды, потому что мир не дал им того, на что, по их мнению, они имели право.

— Ты думаешь, что понимаешь меня?

— Да, Тэдвик. Не хочу добивать лежачего, но ты немного простоват.

Тэдвик снова дернулся, его рука опять безвредно прошла сквозь теневое тело Тени.

— И немного тугодум, — добавил Джейсон.

— Пошел ты, Асано. Ты никогда не выберешься из этого астрального пространства живым.

— Возможно, — сказал Джейсон. — Но если я умру, я умру собой. Пока мой фамильяр осматривался, я сложил воедино, как ты оказался в этой клетке. Строитель действительно здесь лично? Разгуливает внутри какого-то бедолаги?

— Да, — сказал Тэдвик, и презрение в его голосе было вытеснено страхом. — Он потратил слишком много сил, строя этот лагерь, и почти сжег свой нынешний сосуд. Следующий бедолага — это я.

Глаза Тэдвика загорелись искрой надежды, когда он пристально посмотрел на тело фамильяра Джейсона.

— Ты можешь вытащить меня! — сказал Тэдвик. — Я могу помочь тебе. Я видел вещи. Я знаю вещи. Вещи, которые могут помочь тебе.

— Наверное, ты прав, — сказал Джейсон, — но я не могу тебе помочь. Тело этого фамильяра не может вытащить тебя или перебросить через стену. Я даже не могу предложить избавить тебя от страданий, прежде чем Строитель заберет тебя. Всё, что может это тело, — это высасывать ману.

— Ты мог бы прийти сам, со своей командой. То, что я знаю, стоит риска.

— Я не собираюсь вести свою команду вслепую на укрепленную позицию, полную могущественных врагов, — сказал Джейсон. — К тому же, я тебе не доверяю. Мы легко можем обнаружить, что плохие парни ждут нас, потому что ты предупредил их в надежде на помилование.

— Я бы так не поступил!

— Да, Тэдвик, поступил бы. Скорее, было бы сюрпризом, если бы ты нас не предал.

— Я могу начать кричать, знаешь ли, — сказал Тэдвик. — Дать всем знать, что ты здесь, в лагере.

— Они уже знают, — сказал Джейсон. — Как ни странно, они ждали, пока мы закончим наш разговор. Полагаю, то, что они с тобой сделали, притупило твои чувства. Или, может, это просто старая тэдвиковская забывчивость. Ты никогда не обращал особого внимания ни на что, кроме самого себя.

— С нетерпением жду известий о твоей смерти, — сказал Тэдвик.

— Даже если она придет, Тэдвик, не ты будешь о ней слышать. Очень скоро кто-то другой будет владеть твоими ушами.

Лицо Тэдвика побледнело при этой мысли. Он склонил голову, глядя вниз, а не на Джейсона.

— Как моя семья? — тихо спросил Тэдвик.

— Твое предательство было для них не самым приятным событием, — сказал Джейсон. — Было бы хуже, если бы твоя мать не подняла город, как ковер, и не вытряхнула из него большинство культистов. Она пыталась спасти тебя, прежде чем все поняли, что ты ушел добровольно. Она продолжала пытаться и после, если уж на то пошло. Она дольше остальных не хотела в это верить, твоя мама. Я почти уверен, что она до сих пор думает, что это был какой-то навязанный импульс, из-за которого ты вернулся.

— Может, так оно и было, — сказал Тэдвик, глядя в пол, его голос звучал подавленно и пусто. — Это была сила. Я чувствовал ее в воспоминаниях с того первого раза, когда у меня было семя. Я до сих пор толком не помню тот первый раз. Ты не сохраняешь контроль, если они вынуждены навязать его тебе. У меня были только вспышки, но я помнил ощущение силы. Это было ясно. Сила, которую мне всегда обещали, но которую я, казалось, никогда не получал.

Он поднял взгляд, глядя на Джейсона через тело Тени.

— Это была ложь, не так ли? Приманка.

— Да, — тихо сказал Джейсон.

— Пожалуйста, — взмолился Тэдвик. — Пожалуйста, вытащи меня отсюда.

— Мне жаль, Тэдвик. Как ни странно, мне действительно жаль. Но ты вырыл себе такую глубокую яму, что всё, что тебе остается, — это ждать, пока стены обрушатся. Любой, кто прыгнет внутрь, просто будет похоронен вместе с тобой.

— Пожалуйста…

Тело фамильяра выбралось из клетки и выпрямилось.

— Прощай, Тэдвик. В следующий раз, когда я увижу тебя, не думаю, что внутри будешь ты.

Тень вышла на открытое место, не утруждая себя скрытностью, в то время как позади него Тэдвик начал выкрикивать его имя, проклиная его до небес. Зато ждал неподалеку, культисты со всего лагеря оглядывались.

— Вы лидер? — спросил Джейсон.

— Зато, — представился он.

— Джейсон Асано. Спасибо за терпение.

— Мы оба плохо обращались с Тэдвиком. Не то чтобы незаслуженно, но в конце концов он все равно пришел к Строителю добровольно. Я не стану жалеть ему последнего разговора с тем, кто ближе всего к другу, даже если это враг.

— Не уверен, было ли это добротой или нет, — сказал Джейсон.

Зато посмотрел в сторону клетки, где Тэдвик все еще кричал.

— Не хотели бы вы перейти в более укромное место для разговора?

— Конечно, — сказал Джейсон.

Зато повел Джейсона через лагерь, в направлении тех немногих небольших зданий, которые были действительно хорошо построены. Повсюду были культисты и конструкты. Также духовенство Чистоты, хотя Джейсон не заметил Хендрена или Анису. Он тихо надеялся, что точно знает, где они.

— Строитель лично выбил эти? — спросил Джейсон, указывая на более добротные здания, к которым они направлялись.

— Да, — сказал Зато. — Я веду вас в нашу командную резиденцию.

— Командная резиденция, — сказал Джейсон. — Мне нравится. Звучит достойно. Хочу поблагодарить вас за вежливый прием. Тэдвик — старый, ну, не друг, но… я хотя бы могу сказать его матери, что в конце у него было с кем поговорить.

— Мы вряд ли можем причинить какой-либо вред проецируемому телу вашего фамильяра, так зачем быть варварами? В лагере нет ничего, что нам нужно скрывать от вас. Всё, что вы здесь найдете, — это то, что у вас нет ни сил, ни численности, чтобы справиться с нами.

— Это пугает, — согласился Джейсон, разглядывая крупного конструкта. Он был похож на жука, с твердым телом и шестью ногами. Довольно вызывающим отличием была шея, длинная, гибкая и сегментированная, заканчивающаяся тем, что выглядело как голова носорога, но с лезвийным плавником вместо рога. Джейсон чувствовал слабую ауру конструкта, которая была серебряного ранга.

— Это конструктная версия настоящего существа?

— Ядра конструктов — это вариации ядер монстров, — сказал Зато. — Они создают более мощные версии обычных монстров.

Зато привел их к тому, что выглядело как каменный коттедж, и вошел внутрь, придержав дверь для Джейсона. Внутри была на удивление уютная гостиная, полная кресел, дивана и хорошего ковра на полу.

— Не ваш дом в облаках, уверен, — сказал Зато, — но неплохо, в крайнем случае. Пожалуйста, садитесь.

— Смысла мало, — сказал Джейсон. — Мой фамильяр нематериален, так что мне пришлось бы притворяться. Но здесь очень мило. Можно было бы добавить немного комнатных растений.

— Лорда Строителя они не интересуют.

— Полагаю, это его дом.

— Да, это так, — сказал Строитель, входя в комнату. Он не излучал ни следа ауры, которую мог бы почувствовать Джейсон.

Джейсон посмотрел на Строителя. Он был одет в простые мантии с откинутым капюшоном, открывающим трупное лицо. И все же оно казалось знакомым.

— Кто этот бедолага, внутри которого ты сейчас? — спросил Джейсон. — Он выглядит как-то знакомо, но не могу вспомнить. Наверное, потому что это выглядит так, будто ты устраиваешь Уикенд у Берни этому парню.

— Уикенд у Берни? — переспросил Зато. — Не уверен, что понимаю.

— Асано любит делать отсылки, которые люди из этого мира не поймут, — сказал Строитель. — Цель — вывести их из равновесия. Не обращайте внимания.

— Ты захватил мой мозг на некоторое время, — сказал Джейсон. — Логично, что ты знаешь все мои трюки. Тебе и богине Знания стоит собраться вместе и поиграть в Mario Kart. Боги и великие астральные существа общаются? Полагаю, должны, раз Чистота, кажется, аккуратно умещается у тебя в кармане.

— Он также любит говорить без умолку, сбивая разговор с толку, — сказал Строитель. — Он переводит его в свой собственный темп, чтобы контролировать. Внутри его разума — нескончаемое место.

— Не выбалтывай все секреты, — сказал Джейсон. — Забудь про мою голову. Как насчет этого парня, внутри которого ты сейчас?

— Этот сосуд уже встречался с тобой, — сказал Строитель. — Когда он был слугой в поместье Вейна, он захватил тебя. Дважды.

— Погоди, это тот парень с лопатой? — спросил Джейсон. — Как его звали? Хочется сказать… Дагги?

— Дугалл, — сказал Строитель.

— Нет, я почти уверен, что Дагги.

— Это был Дугалл.

— Тебе, может, стоит еще раз порыться в этой голове, приятель. Парень должен знать свое имя.

— Ты пытаешься меня разозлить, — сказал Строитель.

— Приятель, я делаю это, просто расхаживая вокруг. Я живой памятник твоему провалу. Зачем мне утруждать себя попытками разозлить тебя еще больше?

— Потому что тебе это весело.

Джейсон рассмеялся. — Ты действительно был у меня в голове, не так ли?

— А теперь ты внутри одного из выводка Жнеца, — сказал Строитель. — Зачем одной из теней Жнеца опускаться до участия в смертных делах?

— Странно лицемерная критика, исходящая от тебя, — сказала Тень. — Я всегда был сам по себе и волен делать то, что хочу.

— Тебе следовало выбрать призывателя получше, — сказал Строитель. — Этот скоро умрет.

— Возможно, — сказала Тень. — Он умирал и раньше.

— Ты кажешься уверенным, — сказал Джейсон Строителю. — Думаешь, я не смогу победить тебя?

— У нас есть численность, и у нас есть сила, — сказал Строитель. — Преодолеть нас для тебя невозможно.

— То же самое говорили, когда вышвыривали твою межпространственную задницу из моего тела, но вот мы здесь, — сказал Джейсон. — Я побеждал тебя раньше и побежу снова. Я говорил, что в следующий раз буду в штанах, но моих ног здесь нет, так что это не считается.

— Причина, по которой я пригласил вас, — вмешался Зато, — заключалась в обсуждении возможности взаимоприемлемого решения.

Зато отступил при появлении Строителя, но шагнул вперед, когда разбирательство продолжило оставаться спорным.

— Вы хотите перемирия? — спросил Джейсон.

— Никто не сомневается, что вы можете доставить нам неприятности, — сказал Зато. — Однако столь же очевидно, что вы не можете, в конечном счете, остановить нас. Поэтому мы предлагаем компромисс.

— Вы же не думаете всерьез, что мы на это пойдем? — спросил Джейсон.

— Это астральное пространство, как вы, уверен, знаете, — сказал Зато, — весьма необычно. Связь, которую оно имеет с большим миром, поддерживается искусственно. Это означает, что нам не нужно разрушительно вырывать его, как мы делали с другими астральными пространствами. Контролируемое распутывание астральных связей позволит ему дрейфовать без причинения какого-либо вреда.

— Значит, — сказал Джейсон, — вы предлагаете нам просто позволить вам оставить его себе?

— Взамен мы откроем портал обратно в мир. Мы получаем астральное пространство, вы и ваша команда выбираетесь живыми, и мы можем вернуться к борьбе за следующую вещь. Мы можем даже добавить Тэдвика, если хотите.

— Он не особо подсластит сделку, — сказал Джейсон. — Я не могу принять это решение. Мне придется посоветоваться со своей командой.

— Конечно, — сказал Зато.

— Просто чтобы вы знали, — сказал Джейсон, — я буду голосовать за то, чтобы вам отказать. И у меня бывают убедительные моменты.

— Я бы тоже хотел, чтобы вы отказались, — сказал Строитель. — Я бы предпочел предать вас смерти здесь, но Зато убедил меня в достоинствах этого предложения.

— Он действительно кажется человеком, который держит всё под контролем, — сказал Джейсон. — Не то, что я ищу во враге, если честно. Мне он даже чем-то нравится. Не полагаю, вы не хотите присоединиться к команде «Безнадежно превосходящие числом», Зато?

— Нет, спасибо.

— Не виню вас, приятель. Зато — это ваше имя или фамилия?

— Это мое единственное имя.

— О, мононим, — ярко сказал Джейсон. — Как Шер. Пусть ваш босс расскажет вам о музыкальном видео на «If I could Turn back Time». Это могло бы вам подойти. Смело, но думаю, вы бы справились.

Джейсон посмотрел на выражение лица Строителя.

— О, думаю, он становится раздражительным, — сказал Джейсон. — Лучше мне исчезнуть, пока он не передумал насчет всей сделки.

— Лучше вам так и сделать, — предупредил Строитель.

— Я просто заставлю Тень растворить свое тело здесь, — сказал Джейсон. — Не хотелось бы, чтобы вы последовали за мной домой.

— Пожалуйста, обдумайте мое предложение, мистер Асано, — сказал Зато. — Я предпочел бы выйти из этого с уважаемым врагом, чем с побежденным противником.

Тело Тени растворилось в небытии.

— Думаете, он поверил мне? — спросил Зато.

— Нет, — сказал Строитель, — но это не имеет значения. Наши люди почти настигли их.

* * * Джейсон открыл глаза и повернулся к Тени.

— Сколько времени? — спросил Джейсон.

— Они менее чем в двух минутах пути.

У Тени два тела были размещены между их местоположением и лагерем Строителя.

Джейсон набросил свои ауральные чувства на фиктивные ауры, которые установил Клайв. Они были тонкими и впечатляюще близкими к оригиналам. Учитывая, что враги не почувствовали их текущие ауры, они должны быть полностью неотличимы от реальности.

Джейсон побежал. Он смотрел и говорил через Тень с нижнего этажа большого, неповрежденного здания, как раз такого, которое подошло бы для лагеря. Он выбрался из здания и посмотрел вверх, заметив одно из тел Тени на крыше соседнего здания.

Он быстро телепортировался через цепочку тел Тени туда, где команда ждала на крыше, в нескольких зданиях отсюда. Это привело его внутрь ритуального круга подавления ауры, который установил Клайв.

— Ну? — спросил Нил.

— Да, — сказал Джейсон. — Клайв был прав. Строитель смог выследить меня через связь с телом Тени.

* * * Отряд представлял собой смесь духовенства и культистов, состоящий из самых быстрых людей, которых они смогли собрать. Они ворвались в здание, жаждая найти и зарубить Асано, прежде чем он сбежит, надеясь попутно захватить остальную часть его команды. Они прибыли в недра здания, остановившись, когда достигли сложного ритуального круга, который был источником аур, на которые они нацелились.

— Что это? — потребовала ответа жрица.

Тимос, лидер отряда культистов, широко раскрыл глаза.

— Нам нужно убираться!

Даже когда он кричал, их магические чувства уловили пробуждение ранее спящей силы вокруг здания.

* * * Команда достигла соседней крыши как раз вовремя, чтобы увидеть конец обрушения здания. Их накрыло облаком пыли, аура Софи снова очищала воздух вокруг команды.

Они спустились на уровень земли. Джейсон поделился своей способностью медленного падения с Белиндой и Нилом. С аурой Софи, постоянно очищающей воздух вокруг них, они отправились проверить нестабильные обломки.

— Это всё, да? — спросила Белинда. — Это должно было убить их, верно?

— Зависит от того, кого они послали, — сказал Хамфри.

Они только начали осмотр, когда услышали, как обломки сдвинулись в облаке пыли перед ними. Медленно что-то пробилось вверх и наружу, разбитые куски кладки осыпались, когда оно поднялось из руин. Сквозь дымку они увидели купол магической силы, поднимающийся из разбитых остатков здания. Внутри были три фигуры, которые в свою очередь заметили их.

Джейсон никогда раньше не видел Тимоса и не узнал его. Двух других он узнал: Анису и ее архиепископа, Николаса Хендрена.

Настоящая опасность

Настоящая опасность

Архиепископ Хендрен успел вовремя выставить барьер, полностью защитив троих, которые были едва грязными после того, как на них обрушили здание. Купол мигнул и исчез; любой с магическим чутьем мог обнаружить, что в него было влито огромное количество маны. Это мало помогло команде, поскольку одна из многих проблем при столкновении с рангом серебра заключалась в том, что у них не было недостатка в мане, которую можно было потратить.

Аура Анисы, подобно ауре Софи, очистила воздух вокруг нее, архиепископа и Тимоса. Когда они шагнули вперед и две ауры наложились друг на друга, воздух между ними внезапно очистился.

— Умно, — сказал Хендрен. — Заманить нас в ловушку. Мы спешили поймать вас, прежде чем вы покинете район, и были не так осторожны, как следовало бы.

— Вам не обязательно было выживать, чтобы сказать нам это, — сказал Джейсон. — Ваша немедленная смерть была бы достаточным комплиментом.

— Ум поможет вам лишь до определенного предела, — сказал Хендрен. — Он всегда дрогнет перед лицом истинной силы.

— Это как раз то, во что вас заставили поверить умные люди, — сказал Джейсон. — Потому что они, знаете ли, умные.

— Не трать на него слова, — сказала Аниса. — Он заслуживает только смерти.

— Аниса, если бы заслуги имели хоть какое-то отношение к тому, что мы получаем в жизни, — сказал Джейсон, — метеорит упал бы тебе на голову много лет назад. Ты точишь на меня зуб с того дня, как мы встретились, и я думаю, пришло время нам с тобой покончить с этим, так или иначе. Ты и я, очищение против страдания. Готова ли ты противопоставить силу своего бога тьме в сердце человека? Человека, то есть меня. Или тьма — это я; не стоило использовать метафору. Я тык-тык, ты хиль-хиль. Что скажешь?

— Я получу удовольствие, заткнув этот рот навсегда, — сказала она.

Джейсон рванулся вперед, взгляд Анисы сфокусировался на нем, когда вокруг ее тела проявились сферы света. Затем, рядом с ней, Хендрен выкрикнул предупреждение.

— Сзади!

Чувства Хендрена серебряного ранга заметили приближение Сташа в форме грызуна, карабкающегося по обломкам. Даже когда Хендрен кричал, Сташ принимал форму одного из монстров, с которыми они сталкивались во время пребывания в астральном пространстве. Его новая форма имела тело носорога и ноги горного козла, но совсем без шеи или головы. Передняя часть его тела была полностью занята пастью, окруженной зубами, с парой зазубренных, цепких языков.

Монстр-Сташ бросился на Анису, но Хендрен оттолкнул ее в сторону, встав на место, которое она занимала. Несмотря на то, что он был намного меньше и легче чудовищной формы Сташа, Сташ был отброшен в сторону громким, хлестким ударом тыльной стороны ладони.

Аниса тем временем сама кубарем покатилась с того места, куда Хендрен оттолкнул ее с пути. Раскинувшись на неровных обломках, она подняла взгляд на врага, чтобы обнаружить не Джейсона, а Хамфри, пролетевшего по воздуху с силой специальной атаки.

Быстрая последовательность событий произошла всего за мгновение. Это было свидетельством неустанных тренировок команды. Неделя за неделей, день за днем и час за часом совместных сражений с монстрами превратили их в хорошо отлаженную машину. Импровизированная тактика началась с того, что Джейсон вызвал Анису.

Команда знала, что он — плохой противник для жрицы Чистоты, и его призыв к одиночному противостоянию был сигналом сделать прямо противоположное. Если он привлекал внимание к себе вместо того, чтобы исчезнуть в поисках возможностей, это означало, что он стремится создать отвлекающий маневр. Хотя обычно он был кинжалом в темноте, Джейсону также нравилось играть правой машущей рукой, пока левая наносила удар.

Левой рукой, в данном случае, был Хамфри. Хамфри направлял Сташа через их связь фамильяра, зная, что его обнаружат и ранг серебра будет достаточно быстр, чтобы среагировать, но у него будет мало времени, чтобы сделать эту реакцию очень эффективной. Даже если у архиепископа была способность быстрого щита, как у Нила, Хамфри ставил на инстинктивную реакцию оттолкнуть Анису. Хамфри сделал ставку на это и уже двигался, бросаясь в то место, где ожидал увидеть жрицу, а не туда, где она была в момент запуска его специальной атаки.

Способность: [Летящий прыжок] (Крыло)

Специальная атака (комбинация, движение).

Стоимость: Низкая выносливость.

Перезарядка: 10 секунд.

Текущий ранг: Бронза 4 (19%).

Эффект (железо): Быстрый и мощный прыжок с ограниченным контролем в воздухе, который можно комбинировать с обычными или специальными атаками ближнего боя. Физический урон от этих атак увеличен.

Эффект (бронза): Весь урон от специальных атак ближнего боя, комбинированных с этой способностью, увеличен, независимо от типа урона.

Хамфри стал больше, когда пролетел по воздуху, благодаря заклинанию Нила «Мощь гиганта». Он также обрушил свой тяжелый меч в ударе сверху, когда прыгнул, — его самая мощная атака неудержимой силы. Усиленный силой прыжка, он обрушился на Анису, как божественный суд. Нил, молниеносный со своими заклинаниями, успел применить второе заклинание до того, как атака достигла цели, используя «Поддержку», чтобы еще больше усилить атаку.

Аниса быстро выставила щит, даже когда ее три сферы двинулись, чтобы перехватить меч Хамфри. Раздался звук, похожий на бьющееся стекло, когда они рассыпались одна за другой. С тройным усилением заклинаний Нила и комбинированными специальными атаками Хамфри, способность неудержимой силы оправдала свое название.

Бронзовый и серебряный ранги представляли собой очень разные стадии развития для пользователя эссенции. Серебро было похоже на целый новый мир, где то, что было опасностью для обычных людей, больше не было фактором. Бронзовый ранг был первым шагом за пределы нормального, смертного потенциала, но лишь небольшим. Только на серебряном ранге Аниса смогла бы пережить то, что меч Хамфри вонзился в ее тело.

Аниса была чем-то вроде идеального оружия против способностей Джейсона, обладая способностями подавлять его стиль «смерти от тысячи порезов», как в защите себя, так и в очищении от недугов. Джейсон догадался об этом еще давно, поэтому он немедленно подал сигнал своей команде сделать ход.

Хамфри был противоположностью того, в чем она была лучшей, его мощные, одиночные атаки полагались не на повторение или зловещие побочные эффекты. Одиночная, подавляющая атака была так же опасна для нее, как она для Джейсона, поэтому Хамфри сбрасывал ее труп со своего меча уже через несколько мгновений после начала боя.

Архиепископ зарычал от ярости, выбросив руку, которая отшвырнула Хамфри, даже увеличенного заклинанием Нила, кубарем назад. Джейсон, забытый после привлекающей внимание атаки Хамфри, занял позицию для удара по отвлеченному архиепископу. Несмотря на ярость, рефлексы Хендрена были быстрыми, и он не утратил бдительности, будучи окруженным врагами.

Кинжал Джейсона едва пустил кровь, в то время как ответный удар тыльной стороной ладони был гораздо мощнее. Нил снова был на высоте, вокруг Джейсона появился щит, чтобы нейтрализовать атаку, купив Джейсону момент, необходимый для отступления.

Тимос, во всем этом, понял ситуацию и среагировал немедленно, прямо противоположным образом архиепископу. Вместо того чтобы броситься в атаку, он активировал две отдельные способности движения одну за другой, когда бежал, а затем способность хамелеона, которая сделала его удаляющуюся форму трудноразличимой. Джейсон быстро применил заклинание в его сторону в качестве прощального выстрела.

Способность: [Бичевание] (Грех)

Заклинание (проклятие, святое, отслеживание).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 4 (06%).

Эффект (железо): Выжигает болезненное клеймо на цели, нанося небольшой трансцендентный урон и условия [Грех] и [Метка Греха]. Клеймо нельзя исцелить, пока цель сохраняет любые экземпляры [Греха].

Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Тяжесть Греха]. Вы получаете благословение [Маршал Суда].

[Грех] (недуг, проклятие, стакающееся): Весь получаемый некротический урон увеличен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Метка Греха] (недуг, святое): Предотвращает отвод ауры. Нельзя очистить, пока цель сохраняет любые экземпляры [Греха] или [Наследия Греха].

[Тяжесть Греха] (недуг, святое): Цель получает трансцендентный урон при воздействии святого благословения, восстановления, исцеления или очищающего эффекта.

[Маршал Суда] (благословение, отслеживание, святое): Знание расстояния и направления любого, кто несет [Метку Греха], наложенную вами. Этот эффект длится до тех пор, пока любая метка остается на месте, и не может быть нейтрализован.

Если у Тимоса не было способности, подобной способности Джейсона, чтобы избежать эффектов отслеживания, Джейсон будет знать, где находится Тимос, примерно, пока культист не найдет способ снять недуги. Большинство недугов Джейсона имели длительную продолжительность, но грех никогда не спадет, пока его не очистят, а это значит, что метка греха и маршал суда также будут оставаться в силе вечно. Однако Тимос не выказал намерения возвращаться, так как Джейсон почувствовал, что он движется прямо от них на скорости.

Джейсон и его команда захватили инициативу своим мощным открывающим гамбитом, убрав опасного врага с доски. Однако ни один бой против пользователя эссенции серебряного ранга не мог быть таким простым. Даже в одиночку угроза, которую представлял Хендрен, лишь незначительно уменьшилась из-за потери его спутников бронзового ранга. Он всегда был настоящей опасностью.

Команда также потратила ряд своих более мощных способностей в своих первых ходах. Наличие их на перезарядке и невозможность немедленного повторного использования сместили импульс в пользу Хендрена. Он использовал свою почти неразрушимую способность купола, но в остальном был полностью заряжен силами.

Разъяренный архиепископ наколдовал в руки посох, деревянный посох, покрытый рунами. Когда Софи двинулась вперед, прежде чем он пошел за одним из ее менее стойких членов команды, он продемонстрировал, что вполне способен использовать его в полной мере. Он обрушил головокружительный каскад вращающихся атак, Софи дико двигалась, чтобы перехватить их руками, ногами и кулаками.

Воздух был полон пыли от только что разрушенного здания, за исключением пузыря чистого воздуха, созданного аурой Софи. Обломки под ногами создавали неустойчивую опору, но ни Софи, ни архиепископ не казались обеспокоенными, танцуя вокруг друг друга, как будто они были на твердой земле. Хамфри не мог повторить этот подвиг, поэтому подождал несколько секунд, пока его атака прыжком станет доступной, прежде чем снова броситься в бой.

Хотя это не была его атака неудержимой силы, все равно было поразительно видеть силу двух специальных атак Хамфри, полностью остановленных не чем иным, как обычным блоком посохом. Ранг серебра даже не пошатнулся, когда его посох продолжал опасно вращаться, преследуя одновременно Софи и Хамфри.

Хендрен был близок к точному рангу выше основной части команды, в низко-среднем диапазоне серебра. У него не было способностей, усиливающих его скорость или силу, но его атрибуты серебряного ранга все равно делали его быстрее Софи и сильнее Хамфри. Разница была не такой большой, но воплощенная в одном человеке, результат был, безусловно, самым грозным противником, с которым когда-либо сталкивалась команда.

Боевые навыки Хендрена, хотя и были высоко тренированными, не шли в сравнение с Хамфри или Софи, а были скорее на уровне Джейсона. Они все еще были более чем опасны в сочетании с его силой и скоростью серебряного ранга и шквалом специальных атак.

Как человек, архиепископ имел в распоряжении множество специальных атак. В основном они казались разновидностями умеренной силы с короткой перезарядкой, что позволяло ему связывать их в хорошо отработанные последовательности. Он мог увеличивать длину своего посоха, создавать шторм иллюзорных ударов, которые все равно наносили урон, или бесшовно интегрировать магические взрывы из своего посоха, даже используя его как оружие ближнего боя. Выполняя атаку за атакой, обрушиваясь на Софи и Хамфри, он также был способен ловко перемещаться по неуверенной опоре.

Хотя Хендрен не был ровней Даниэль Геллер или Талии Мерсер, он все равно возвышался над тем типом мусорного ранга серебра, который томился в Гринстоуне, вместо того чтобы искать больших высот в широком мире. Если бы Софи и Хамфри были всем, с чем ему приходилось иметь дело, он бы уже закончил бой.

У Хамфри и Нила оба призыва были готовы поблизости, и они вызвали их, как только началась драка. Несмотря на постоянно ухудшающиеся шансы, архиепископ продолжал отбиваться от всех приходящих с тем, что выглядело как обескураживающая легкость.

Взрывы посоха Клайва были гораздо менее эффективны, чем обычно, так как у Хендрена была та же способность кристаллизации маны, что и у Нила, Хамфри и самого Клайва. Чрезвычайно распространенная способность на серебряном ранге оставила пять кристаллов, парящих вокруг Хендрена, которые не только перехватывали магические снаряды, но и отражали их обратно. Это отправило взрывы посоха Клайва обратно в его собственном направлении, где его собственные три кристалла поглотили атаки.

Клайв сражался, сидя по-турецки на сумке Онслоу, парящая черепаха предлагала ему легкую маневренность на пересеченной местности разрушенного здания. Он не заставлял Онслоу использовать свои силы, которые были лучше для отстрела мелкой сошки.

Белинда даже не утруждала себя оружием, сосредоточившись на роли поддержки. Ее фамильяр духа эха помогал Хамфри совершать иллюзорные дублирующие атаки, что частично компенсировало его дефицит скорости против архиепископа, а также его меньшую способность перемещаться по опасно нестабильной опоре.

Силовые болты фамильяра-фонаря, Мерцания, оказались опаснее для нее, чем для врага, учитывая защиту Хендрена. Она могла бы использовать их, чтобы помочь Клайву преодолеть эту защиту, чтобы его взрывы посоха прошли, но отраженный урон был дополнительной угрозой, которую они не могли себе позволить. Вместо этого она использовала их для проецирования щитов, чтобы защитить себя и Клайва от случайного взрыва посоха Хендрена, направленного в их сторону. Это оставило Нила свободным, чтобы сосредоточиться на поддержании Софи и Хамфри в боевой форме.

Сташ снова сменил форму и принял облик иглобрюхого скорпиона, с прочной броней и способностью стрелять шипами из хвоста на расстоянии. Гордон также атаковал с расстояния лучами.

Несмотря на дальнобойных атакующих, именно Софи и Хамфри больше всего удерживали внимание архиепископа. В конечном счете, их сила бронзового ранга не могла нанести никаких критических ран их невероятной устойчивости серебряного ранга. Только Хамфри доказал, что является подлинной угрозой, со своими мощными атаками и способностью игнорировать сопротивление, которым Хендрен иначе наслаждался против атак более низкого ранга. Угроза Хамфри и мобильность Софи были единственными вещами, которые не давали Хендрену бесчинствовать на поле боя.

Атаки Софи, хотя и минимальные по урону, пробивали защиту ранга серебра. Однако именно ее физическое вмешательство было большим препятствием. Просто за счет позиционирования она постоянно подготавливала Хамфри к атакам, усиливая угрозу, которую он представлял.

Защита от удара сверху посохом Хендрена заставила Хамфри опуститься на одно колено, несмотря на то, что он успел поднять меч вовремя, чтобы заблокировать его. Хендрен последовал ударом ноги в грудь, который отправил Хамфри кубарем назад, хотя он не улетел далеко через обломки.

Софи могла почти сравниться с его скоростью и, безусловно, могла сравниться с его мастерством. Однако ее урон был ограничен, а ее специальные способности парировались. Хендрен был опытным бойцом, и это было видно. Он, казалось, знал, какие способности он может игнорировать, какие требуют блокировки и какие требуют активного ответа способностью с его собственной стороны.

Когда Софи пыталась сбить его с ног своей силой ветра, например, он вонзил посох и использовал способность неподвижности. Способность Софи тогда не сделала ничего, кроме как взъерошила боевые мантии священника.

Хамфри и архиепископ встретились оружие к оружию, уклоняясь от атак и нанося ответные удары. Хендрен в полной мере использовал свою превосходящую скорость, чтобы создавать бреши и следовать за ними специальными атаками. Даже с его мощной броней, только постоянный поток щитов и исцеления от Нила удерживал Хамфри в бою.

Джейсон держал Колина внутри себя, опасаясь, что священник Чистоты вполне может иметь ответ на состояние роя Колина. Если у ранга серебра была какая-то способность области, она могла быстро измельчить пиявок, поэтому Джейсон держал Колина наготове, хотя еще не развернул его. Как только больше крупных способностей священника были вытянуты и поставлены на перезарядку, у него был Колин в качестве козыря, если потребуется. В данный момент его больше интересовало дополнительное исцеление, которое Колин предоставил бы ему.

Джейсон остро осознавал, насколько опасен враг; он не был таким устойчивым, как Хамфри и Софи. Один хороший удар специальной атакой серебряного ранга мог убить его на месте. Его обычные методы подкрадывания, использования тел Тени для постановки атак из засады, были бы гораздо менее эффективны против чувств серебряного ранга.

Его единственным запасом на ошибку было то, насколько он мог накопить защитную силу своего амулета, накладывая недуги, но было только столько, сколько он мог наложить одними заклинаниями. Свиток системных сообщений отражал суровую реальность борьбы со священником Чистоты, использующим недуги.

[Яд призрачной змеи] был очищен с [Николаса Хендрена].

[Некротоксин] был очищен с [Николаса Хендрена].

[Токсин пиявки] был очищен с [Николаса Хендрена].

Хендрен постоянно и пассивно очищал себя, что означало, что Джейсону нужно было пустить в ход свой кинжал, чтобы подавить эту силу. Если только он не мог получить хорошую базу недугов, на которой затем могло бы строиться его заклинание неотвратимого рока, очищающая сила Хендрена смывала даже это заклинание. Он колебался, бросаясь в гущу событий. Даже с досягаемостью своих теневых рук опасность, которую представлял архиепископ, была пугающим предложением.

Единственным светлым пятном было то, что один удар, который Джейсон нанес в начале, был специальной атакой наказания. Он доставил способность цены отпущения, которую способность Хендрена, по-видимому, была не в состоянии очистить. Сам эффект был незначительным, нанося небольшое количество трансцендентного урона всякий раз, когда недуг греха очищался с цели. Урон был ничтожным для ранга серебра, но важной частью было то, что недуг прилип. Это указывало на то, что очищающие силы Хендрена, возможно, не способны удалить святые недуги.

Пока Джейсон был в значительной степени неэффективен, Клайв зарядился и высвободил свое самое мощное заклинание, гнев магистра. Оно было дополнительно усилено заклинанием поддержки Нила, которое усиливало одно использование способности. Клайв был уверен, что оно обладает мощью, чтобы действительно навредить даже рангу серебра.

Клайв высвободил заклинание, и радужный свет хлынул из его рук, но Хендрен поднял свою собственную руку в останавливающем жесте, и магический круг появился в воздухе перед ней. Радужный свет заклинания Клайва отразился от магического щита, Хендрен перенаправил его на Хамфри вместо этого.

Клайв не мог прервать заклинание без получения отдачи, которую он определенно не пережил бы. Он был вынужден довести его до конца, но остальная часть команды не подвела его. Их с трудом заработанный опыт проявился, когда они мгновенно отреагировали на неожиданный разворот. Теневая рука Джейсона метнулась и хлопнула Хамфри по спине, передавая все заряды, которые он накопил на своем амулете. Нил выставил щит, и второй, похожий на стену щит появился между Хамфри и заклинанием, любезно предоставленный фамильяром Белинды.

Несмотря на лучшую защиту, которую они могли предложить, сила Клайва создала пустоту в груди Хамфри. Щиты отвели достаточно силы, чтобы пустота была меньше обычной, но все равно прорвала дыру в броне и торсе Хамфри, которая убила бы ранг железа на месте. Даже крепкий ранг бронзы, такой как Хамфри, немедленно рухнул на землю, зависнув на грани смерти.

Давление внезапно спало с Хендрена, но вместо того, чтобы давить на Софи или команду, он воспользовался шансом начать демонтаж мешанины призывов, которые преследовали его. Воины из зубов дракона были разбиты в короткие сроки, и он взялся за голема, который был быстро загнан в свое состояние куколки. Как бы она ни хотела защитить этот источник давления на Хендрена, Софи стояла в стороне, пока он прорывался через их поддержку. Она не собиралась давать ему возможности закончить работу над пораженным Хамфри, пока ее товарищ по команде не встал на ноги.

Хендрен бросил на нее насмешливый взгляд, полностью осознавая ее намерения. После разрушения призывов он использовал свободу от атак, чтобы произнести заклинание. Большая масса разрушительной силы ударила по Гордону, массивно повредив бесплотную сущность. Парящий плащ его тела порвался, как папиросная бумага, и Джейсон немедленно втянул своего фамильяра обратно в себя.

В движении, которое повергло команду в шок, Хендрен затем продемонстрировал, что не каждая специальная атака в его распоряжении была способностью с низкой перезарядкой и соразмерно умеренным уроном. Он поднял свой посох, и выгравированные на нем руны начали ярко светиться. Он обрушил конец на состояние куколки голема, которое до сих пор доказывало свою неуязвимость к любой форме атаки. Она была не только повреждена от удара, но трещины распространились повсюду, светясь тем же светом, что и руны на посохе. Свечение становилось ярче, и трещины продолжали распространяться, пока куколка и голем внутри не взорвались, осыпав поле боя кристаллами, прежде чем раствориться в зловонном, радужном дыме.

Забытое место

Забытое место

Хамфри лежал на земле, едва находясь в сознании, его жизнь вытекала из ужасной раны в груди. Обстоятельства остальной части команды были не намного более многообещающими, с уничтоженными призывами и кажущимся неразрушимым врагом, слишком опасным, чтобы даже приближаться. Недуги Джейсона, средства, с помощью которых они победили так много сильных врагов, спадали так же быстро, как он мог их накладывать, даже те, которые применялись возмездно аурой Джейсона. Самая мощная магическая атака команды была обращена против них самих, оставив их в шатком положении, в котором они оказались.

Хендрен воспользовался шансом ослабить давление на себя, уничтожив призывы и отправив фамильяра Джейсона в состояние, не намного лучшее, чем то, в котором был Хамфри. Единственным благословением была краткая передышка, которую команда получила в свою очередь, так как атаки ранга серебра не были направлены на них. Нилу, которому не нужно было готовиться, чтобы выставить щит без предупреждения, хватило времени, чтобы произнести свое большое, с долгой перезарядкой исцеляющее заклинание.

Фонтан обновления объединил мощные эффекты исцеления и восстановления маны, которые покрыли всю команду, ценой перезарядки, измеряемой часами. Однако, несмотря на эту мощь, заклинание не спасло жизнь Хамфри. Это было достигнуто способностью самого Хамфри.

Способность: [Бессмертие] (Мощь)

Специальная способность (исцеление, восстановление).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Бронза 3 (16%).

Эффект (железо): Мгновенно восстанавливает большую часть здоровья, маны и выносливости. Восстанавливаемое количество зависит от того, насколько истощены здоровье, мана и выносливость при активации способности.

Эффект (бронза): Получает текущие эффекты восстановления здоровья, маны и выносливости. Сила этих эффектов зависит от того, насколько истощены здоровье, мана и выносливость при активации способности.

Это была сила, которую Хамфри получил от легендарного камня пробуждения возрождения, его доля награды от Эмира за успех в их первом путешествии в астральное пространство. Эффекты были чудотворными, исцеляющий свет пылал из-под кожи Хамфри, по всему его телу. На ранге железа свет исчез бы после начального исцеления, но на ранге бронзы свет лишь потускнел. Хамфри поднялся на ноги, кратер в его груди уменьшился до зияющей раны.

Рана продолжала заживать от мощных исцеляющих эффектов, наложенных на Хамфри, остаточного эффекта его способности бессмертия и эффекта заклинания Нила. Фонтан обновления действительно наколдовал фонтан в воздухе, распыляя иллюзорную воду, которая несла вполне реальную омолаживающую силу. Был также эффект щита амулета, который передал Джейсон. При потреблении экземпляры защиты становились текущим эффектом исцеления.

Хамфри воссоздал свою броню, у которой была большая дыра спереди, и меч, который исчез, когда он уронил его, падая. Хамфри затем бросился на Хендрена, как одержимый.

Это была не ярость; его мать тренировала его слишком долго и слишком усердно, чтобы он позволил ярости взять верх. Это была контролируемая интенсивность, движимая его страстью, но не поглощенная ею. Каждую частицу силы и мастерства, которые мог собрать Хамфри, он обрушил на архиепископа, который был поражен, обнаружив, что его оттесняет враг, которого он считал поконченным. Хендрен расправился с большинством призывов, но для него это было так, как будто его враги удвоились в числе, а не уменьшились вдвое.

Джейсон воспользовался шансом нанести несколько скрытных ударов, Хендрен пропускал их, выдерживая шквал Хамфри. Без немедленного вреда Хендрен доверял своим текущим очищающим способностям продолжать справляться с недугами. Джейсон был рад, что он так думает, наконец имея достаточный буфер недугов, чтобы закрепить некоторые заклинания, которые прилипнут.

Возрождение Хамфри было мощным поворотом в бою, но оно не могло решить главную проблему, что они не могли нанести окончательный урон своему противнику. Всплеск Хамфри не мог длиться вечно, и архиепископ неумолимо вернул себе импульс.

* * * Без призывов за спиной Хендрен был лучше способен сосредоточиться на Софи и Хамфри, избивая их так, что щиты и исцеление Нила, даже с поддержкой Белинды, медленно, но неизбежно пересиливались. Если бы не перекрывающиеся эффекты восстановления маны, которыми наслаждалась команда, вклад Нила уже иссяк бы.

Команде все еще удавалось держаться. Хендрен осознал, что, хотя он оттеснил атаку Хамфри, девушка-вор, Векслер, становилась все труднее и труднее в обращении. Традиционный тип защитника был наиболее эффективен против множества мелких атакующих, чьи бесчисленные удары не могли пробить их защиту. Она процветала против одиночных атакующих, уклоняясь от мощных атак, которые традиционный защитно-ориентированный искатель приключений не мог выдержать.

Хендрену было трудно иметь с ней дело с самого начала, она всегда была именно там, где он не хотел ее видеть. Несмотря на то, что он был быстрее нее, она знала, как лучше использовать свою скорость, что оставляло его с ощущением, что он медленнее. Он мог лишь периодически наносить удары с помощью своих специальных атак, и даже тогда у нее была какая-то способность, которая накапливала защитную силу со временем и расходовала ее в защитной силе, когда ее наконец ударяли.

Без дополнительных хлопот с призывами он был свободен сделать несколько попыток сосредоточиться на ней, но каждый раз, когда он это делал, она становилась еще более неуловимой. Она внезапно ускорялась, его магические чувства обнаруживали, как само пространство искажается, когда ее рефлексы на мгновение затмевали его собственные.

Даже некоторые из его специальных атак не достигали цели. Он пытался пригвоздить ее атакой, которая дублировала его посох и атаковала несколько раз, быстрее, чем даже его восприятие серебряного ранга могло уследить. Она превратилась в размытое пятно, которое невозможно уклонялось или блокировало каждую атаку.

Теперь, когда он чувствовал, что должен подтолкнуть врага за точку сопротивления, она была труднее в обращении, чем когда-либо. Ее атаки становились сильнее, не только удар, но и магический урон, который приходил с каждым ударом. Его собственные атаки вредили ей все меньше и меньше, в то время как атака любого, кроме нее, вызывала ответный урон, который проходил прямо сквозь его защиту.

* * * Что касается Софи, она никогда не чувствовала себя более могущественной. Никогда они не встречали врага, который мог бы так непроницаемо противостоять всему, что команда могла обрушить на него. Результатом стало то, что способность, которая имела ограниченное влияние на бои в прошлом, стала все более важной.

Способность: [Кармический воин] (Баланс)

Специальная способность (исцеление, восстановление).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 3 (20%).

Эффект (железо): Получает экземпляр [Агента Кармы] при получении урона или любого вредного эффекта, даже если урон и/или эффект был полностью нейтрализован.

Эффект (бронза): Получает экземпляр [Хорошей Кармы] при исцелении других, очищении других или получении урона. Враги, которые атакуют или предпринимают наступательные действия против вас, поражаются [Плохой Кармой]. Пока у любого врага есть экземпляр [Плохой Кармы], вы имеете [Кармическую жертву].

[Агент Кармы] (благословение, святое): Бонус к атрибутам [Мощь] и [Дух]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Плохая Карма] (недуг, возмездие, святое): Получает небольшое количество ответного, трансцендентного урона при совершении атаки или другого наступательного действия против кого-либо без благословения [Кармическая жертва]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Хорошая Карма] (благословение, святое, стакающееся): Бонус к [Восстановлению]. Урон от врагов с [Плохой Кармой] уменьшен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

[Кармическая жертва] (благословение, святое, исцеление-со-временем): Получает текущий эффект исцеления, сила которого определяется количеством [Хорошей Кармы], которую вы накопили. Этот эффект немедленно заканчивается, если нет врагов, страдающих от [Плохой Кармы].

Каждая атака, которая достигала цели, делала ее только сильнее. В конце концов она поняла, что архиепископ понял это и больше не пытается прикончить ее специальными атаками, просто пытаясь справиться с ней, пока он сильнее давит на Хамфри.

* * * Способность восприятия Хендрена позволяла ему чувствовать благословения и недуги, поэтому он чувствовал святую силу, собирающуюся на девушке-воре каждый раз, когда он наносил удар. К его разочарованию, его текущие очищающие силы не могли устранить святые эффекты. У него была только одна способность, которая могла, но он приберегал ее на случай, когда Асано сделает свой неизбежный ход.

Девушка-вор превращалась из помехи в электростанцию, но это все еще было в пределах бронзового ранга. Она еще не была такой большой проблемой, чтобы Хендрену пришлось предпринимать решительные действия. Несмотря на то, что ее урон увеличивался, плюс ответный урон, который проходил прямо сквозь его защиту, это еще не было в масштабе, который угрожал его стойкости серебряного ранга. Его текущего восстановления здоровья все еще было достаточно, чтобы компенсировать это, что означало, что на данный момент он мог позволить себе оставить ее в покое.

Хендрен обращал внимание на Асано на протяжении всего боя, несмотря на то, что специалист по недугам не совершил ничего, кроме нескольких тщетных заклинаний, с недугами, быстро спадающими. Во время натиска Хамфри Асано удалось наложить несколько недугов с помощью атак ближнего боя, используя те растягивающиеся теневые руки, чтобы атаковать из относительной безопасности.

Однако по мере развития боя Хендрену стало ясно, что недуги, которые Асано наложил, множились быстрее, чем его пассивная способность очищала их. Он понял, что Асано и Софи были основными угрозами, того типа, который никогда не уставал и становился все сильнее и сильнее, чем дольше продолжался бой.

Хендрен почувствовал, как магия в недугах на нем активировалась, когда Асано использовал заклинание, посылая энергию смерти через его тело и гноя его плоть. Хендрен тогда понял, что пришло время сбросить доску и оплатить силу, которую Асано и девушка-вор наращивали.

* * * Команду отбросило назад, когда Хендрен использовал новую специальную атаку. Он заставил свой посох парить в воздухе перед своей вытянутой ладонью, вращаясь в быстром размытии и выбрасывая ветер, подобный способности Софи «Волна ветра». Это не нанесло урона, но отбросило всю команду назад, когда Хендрен взмахнул руками, посох вращался вместе с ними. Только тяжелый Онслоу остался неподвижным; он повернул медленную, недовольную голову, когда Клайв свалился с его панциря.

Хендрен использовал момент, который он купил, чтобы произнести заклинание, подняв руку, где сфера чистого, белого света начала сиять. Она изверглась ослепительной вспышкой, омыв всех. На короткий, но критический момент команда потеряла зрение.

— Вы думаете, недуги могут одолеть священника Чистоты? — выкрикнул Хендрен, когда команда пришла в себя.

Все ваши недуги на [Николасе Хендрене] были очищены эффектом, который игнорирует все предотвращения очищения.

Все ваши благословения и благословения на ваших предметах были нейтрализованы эффектом, который игнорирует предотвращение рассеивания.

Ослепление исчезло, и зрение команды вернулось, чтобы обнаружить, что Хендрен сделал ход на Нила, пока команда не видела. Это было перекрыто Белиндой, которая предвидела, что Хендрен сделает большой ход, произнеся свое собственное заклинание, когда он произнес свое.

Способность: [Неожиданные союзники] (Шарлатан)

Специальная способность (измерение, телепортация, иллюзия).

Стоимость: Очень высокая мана.

Перезарядка: 10 минут.

Текущий ранг: Бронза 1 (67%).

Эффект (железо): Вы и ваши союзники принимаете иллюзорную форму ближайших врагов, но ваши союзники все еще могут узнавать друг друга. Все союзники и враги в области случайно переключаются телепортацией.

Эффект (бронза): Создает иллюзии ваших союзников.

Хендрен видел много сил в своей карьере, но необычный набор способностей Белинды был полон редкостей. В дополнение к тому, что это было наслаждением для академического любопытства Клайва, это позволяло ей влиять на битвы способами, которые их враги не предвидели.

Каждый член команды был изменен иллюзией, чтобы выглядеть точно как сам Хендрен, в то время как иллюзорные двойники команды были воплощены в жизнь, а затем переключены телепортацией с настоящими. Атака Хендрена, когда команда была ослеплена, убила лишь иллюзию.

Команда была вне строя, случайно разбросанная способностью Белинды. Это оставило их всех вне позиции, но у Хендрена не было способа отличить одного члена команды от другого, пока они не действовали и не разрушали иллюзию. Неудивительно, что это началось с Софи и Хамфри, которые бросились на Хендрена. Ближе, чем любой из них, один из иллюзорных архиепископов пропел одно из исцеляющих заклинаний Нила, и Хендрен совершил стремительную атаку, чтобы прервать.

«Нил» избежал атаки, исчезнув в своей собственной тени, появившись поблизости и полоснув архиепископа кинжалом, удерживаемым в теневой руке, когда плащ из звезд появился вокруг него. Он исчез в другом теле Тени прямо перед тем, как Хендрен уничтожил его атакой посоха, окутанной разрушительной силой.

Софи и Хамфри были на Хендрене, когда Джейсон стрелял заклинаниями так быстро, как мог связно произносить заклинания. Когда он это делал, он получил предупреждение от Тени, у которой все еще было два тела, расположенных между их текущим местоположением и укрепленным фортом Строителя.

— Тень только что сказала мне, что подкрепление в пути, — сказал Джейсон остальным через голосовой чат. — Мы должны закончить это, поэтому я перехожу в агрессию. Нил, мне понадобятся эти щиты. Белинда, помоги ему продолжать их создавать, потому что мне это понадобится. Сначала, однако, мне понадобится «хорошее».

— Ты уверен? — спросил Нил.

— У меня нет времени, чтобы не быть, — сказал Джейсон.

— Хорошо, — сказал Нил. — Поехали.

Нил пропел заклинание, и Джейсон почувствовал, как сила нахлынула через него, как суперзаряженная духовная монета.

Способность: [Момент героя] (Рост)

Заклинание (благословение, святое, восстановление).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Бронза 2 (87%).

Эффект (железо): Дарует мощное благословение союзнику, значительно увеличивая все атрибуты и сопротивления. Они получают снижение урона, их максимальная мана и выносливость увеличены, и они получают текущее восстановление маны и выносливости. Они игнорируют эффекты рангового неравенства. Когда этот эффект заканчивается, они временно ослаблены, страдая от инверсии всех предыдущих эффектов.

Эффект (бронза): Способности эссенции затронутого союзника имеют увеличенный эффект.

Нил затем использовал свое заклинание поддержки, которое Джейсон использовал, чтобы наколдовать новый и более мощный кинжал. Усиленная версия сделала бы недуги, которые он даровал, более мощными, чем обычно.

* * * Чувства серебряного ранга Хендрена позволяли ему обращать внимание на всё поле битвы. Он понял, кто из его врагов кто, и кто был иллюзиями. Он заметил целителя, бросающего заклинания на Асано, и знал, что готовится толчок. Его раздражало, что ранги бронзы так сильно прижали его. Ему нужно было положить конец разбирательствам.

Он сделал еще один рывок к целителю, но это был финт. Он немедленно остановился и использовал специальную атаку на пустое пространство перед собой. Девушка-вор попалась на приманку, встав на место как раз в момент активации атаки. Свет засиял из земли, удерживая ее на месте.

Обычно это удерживало кого-то лишь на короткий момент, но сила серебряного ранга на враге бронзового ранга дала ему больше времени в запасе. Он повернулся к Хамфри, который бросался на поддержку. Хендрен снова использовал свой удар ветром вращающегося посоха, чтобы отправить Хамфри в полет.

Он повернулся обратно к девушке-воре, которая обнаружила, что способности движения подавляются в поле ловушки серебряного ранга. Он поднял свой посох, руны ярко светились, так же, как когда он разбил куколку голема на фрагменты. Он обрушил его на девушку-вора, когда поле света исчезло.

* * * Софи поймала опускающийся посох одной рукой.

Архиепископ остался в недоверчивом шоке. Она одарила его дикой ухмылкой, когда хлопнула ладонью прямо ему в грудь. Красный свет светился под ее рукой, тот же свет, который распространился через голема и уничтожил его. Свет распространился через грудь архиепископа, а затем взорвался, оставив его с раной, очень похожей на ту, которую Клайв оставил на Хамфри.

Однако Хендрен был рангом серебра, а не бронзы. Его тело было ближе к аморфной плоти, которую Клайв однажды описывал команде, и его стойкость была намного выше. Даже с зияющей полостью там, где у обычного человека было бы сердце и хороший кусок легких, Хендрен лишь немного помедлил, прежде чем возобновить бой с Софи. Он даже не уронил свой посох.

Его тело начало светиться внутренним светом, когда он активировал мощную способность самоисцеления. Хамфри вернулся, чтобы снова надавить на бой.

Джейсон также присоединился к ближнему бою, с ним самим и его кинжалом, рябящими от силы. Он был быстрее, сильнее и жестче, чем когда-либо прежде. Вокруг него были три тела Тени, все, что еще присутствовали. Из семи общих тел два все еще были в разведке, одно самоликвидировалось в лагере врага, и одно было уничтожено Хендреном.

У Джейсона была совсем другая форма агрессии, чем у Хамфри или Софи. В первые дни своего обучения у него были наивные идеи о том, чтобы быть идеальным контр-атакующим, обманчивым и хитрым. По мере развития его понимания боя и получения новых сил, он получил лучшее понимание того, что возможно и что работает лучше всего для него.

Он сохранил обманчивые и манипулятивные части, используя свой плащ, свои теневые руки и тела Тени, чтобы играть с восприятием и расстоянием, забавляясь со своими врагами. Он даже использовал манипуляцию аурой, чтобы проецировать ложные позиции.

Цель состояла в том, чтобы предоставить возможности, которые для других бойцов были бесполезны. Когда все, что ему нужно было, — это малейшая рана, его идея успешной атаки была для других бойцов неудачным ударом. Это был необычный запас для успеха, который позволял ему использовать хитрость, которая для большинства бойцов была бы расточительным актерством.

Джейсон использовал каждый трюк в своем репертуаре против священника серебряного ранга. Даже усиленный невероятным заклинанием Нила, он не был ровней в скорости или силе архиепископу. Он действительно доказал, однако, что был ровней в мастерстве, в конце концов.

Снова и снова Джейсон делал лишь скользящий разрез, но это было все, чего он добивался. Его усиленный кинжал выявил отсутствие защищенности боевых мантий Хендрена взамен на гибкость и легкость. Как кто-то, кто сам использовал такие мантии, эта слабость была тем, о чем Джейсон был очень хорошо осведомлен. Он использовал это знание, чтобы знать, как далеко он должен давить. Все это время Софи и Хамфри также давили на архиепископа.

Это не значит, что Хендрен не наносил удары по всем троим в ответ, особенно фокусируясь на Джейсоне. На короткое время, однако, Нилу помогала Белинда в сжигании перезарядок, чтобы повторять щиты на Джейсоне. Его недуги, накапливающиеся также быстро, добавляли стеки к его амулету. Однако даже нагромождая, они не могли пережить пользователя эссенции серебряного ранга. Хендрен продолжал неумолимо, исцеляющий свет закрывал рану на его груди, даже когда другие выдыхались. Джейсон получил пару сильных ударов, ранивших его, несмотря на слои защиты.

— Время для второго пришествия Хамфри, — сказал Джейсон через голосовой чат.

В ответ Белинда применила заклинание на Нила.

Способность: [Благословение неумолимости] (Адепт)

Заклинание (благословение, магия, восстановление).

Стоимость: Экстремальная мана.

Перезарядка: 24 часа.

Текущий ранг: Бронза 2 (94%).

Эффект (железо): Сбрасывает все перезарядки одного союзника бронзового ранга или ниже.

Эффект (бронза): Затронутый союзник получает мощный, текущий эффект восстановления маны и выносливости.

Это была старшая сестра ее способности сбрасывать один недуг, дающая одному союзнику полный сброс силы раз в день. Преимущество того, чтобы позволить кому-то с их собственной силой раз в день использовать ее подряд, было очевидным.

Нил повторил свое заклинание момента героя, на этот раз на Хамфри. Как и когда он оправился от заклинания Клайва, Хамфри сильно надавил на Хендрена, рванувшись вперед в агрессивной атаке. Мощное благословение Нила, обычно используемое только раз в день, подняло его силу до уровня даже выше его противника серебряного ранга.

Нил последовал за этим своим заклинанием мощи гиганта для хорошей меры, превратив Хамфри в возвышающегося халка, который мог, на короткое время, пока длились заклинания, пересилить своего врага чистой силой. С Джейсоном и Хамфри под эффектом заклинания, однако, в конце длительности заклинания маячила опасность.

Заклинание момента героя Нила было магическим трюком Золушки, и когда оно заканчивалось, Джейсон и Хамфри превращались обратно в тыквы. Окончание заклинания принесло бы с собой изнуряющие эффекты, столь же мощные, как и усиления, которыми пара наслаждалась в данный момент.

Джейсон пошел вразнос со своим кинжалом, нагромождая недуги, прежде чем оставить Хамфри связывать священника, пока Джейсон отступал, чтобы произнести заклинания. Он зафиксировал свою полную последовательность недугов, под тяжелым блоком проклятий, нанесенных кинжалом, затем произнес наказание, которое наносило урон за каждый недуг, от которого он страдал. Наконец, знакомые следы черной гнили от силы Джейсона стали видны на враге.

Хендрен ударил своим посохом в землю, посылая взрывную волну, которая отбросила даже гигантского, усиленного Хамфри, не говоря уже об остальной части команды. Более того, он оставил посох стоять вертикально на месте, выбрасывая силовые волны, которые продолжали отталкивать их. Не затронутый сам, Хендрен начал пропевать заклинание.

Болт темно-синей магии извергся из вытянутой руки Белинды. Она все еще лежала на земле, куда ее отправила волна силы. Ее магия игнорировала пульсирующие волны силы и ударила Хендрена в середине произнесения заклинания. Аура Белинды была наполнена силой духовной монеты серебряного ранга, которую она только что взяла, чтобы убедиться, что ее атака не будет отражена.

Способность: [Похититель силы] (Магия)

Специальная атака (благословение, недуг, магия).

Стоимость: Очень высокая мана.

Перезарядка: 5 минут.

Текущий ранг: Бронза 3 (21%).

Эффект (железо): Совершает магическую дальнобойную атаку. Вы становитесь способны использовать случайную активную способность цели, которая не может использовать эту способность, пока вы этого не сделаете. Это может быть способность эссенции или врожденная способность магического существа, но функционирует на вашем ранге, а не на ранге цели. Вы не можете использовать способность более одного раза. Эту способность нельзя использовать снова, пока скопированная способность не будет использована. Если не использована в течение 24 часов, скопированная способность теряется, восстанавливая способность цели использовать ее.

Эффект (бронза): Вы можете выбрать конкретную способность цели. Если у цели нет этой способности, вместо этого крадется случайная способность.

Одна вещь, которую Белинда узнала об этой конкретной силе, заключалась в том, что при выборе конкретной способности она не ограничивалась только обозначением способностей, которыми, как она знала, цель обладала. Она могла обозначить в качестве целевой способности ту, которую враг находился в процессе использования. Ее специальная атака мгновенного использования была быстрее, чем несколько затяжное заклинание, время для которого Хендрен купил своей силовой волной, и его заклинание было прервано, когда она украла его для себя.

Она рухнула, когда сила духовной монеты вытекла из нее. Она больше не могла внести вклад в бой, в то время как Джейсон и Хамфри были близки к тому же. Они оба могли чувствовать, как заклинание Нила достигает предела своей длительности, в то время как их все еще сдерживали волны, испускаемые посохом.

— Ты думаешь, этого достаточно? — дико закричал Хендрен, плюясь манией. — Ты думаешь, этого когда-нибудь может быть достаточно? Нет такого пятна, которое истинная Чистота не могла бы выжечь!

Хендрен начал произносить еще одно очищающее заклинание, но Джейсон использовал то, которое было быстрее.

— Накорми меня своими грехами.

Жизненная сила священника стала видимой, наполненная тревожным количеством скверны для священника Чистоты. Заклинание пира отпущения Джейсона забрало ее всю. Пассивная сила пожирателя грехов Джейсона дала ему немедленный всплеск маны и выносливости, вместе с кучей благословения целостности, дарующего текущее восстановление здоровья, выносливости и маны.

Что более важно, пир отпущения оставил, в следе темных и зловещих недугов, трансцендентный свет святых недугов. Они заполнили его жизненную силу, затем осветили Хендрена изнутри, когда его жизненная сила снова скрылась из виду.

Хендрен пробился сквозь боль и закончил свое собственное очищающее заклинание, которое, к его шоку, не сделало ничего.

— Святое? — спросил он, опускаясь на одно колено. — Как это может быть святым? Как ты можешь… ты, из всех людей…?

Это было так, как будто шок от того, что его терзают святые недуги, был более изнуряющим, чем само терзание. Хендрен полностью опустился на колени, запрокинув голову. Он даже, казалось, не замечал трансцендентного урона, сжигающего его изнутри.

— Лорд! — вскричал он в небо. — Почему ты не можешь говорить со мной в этом забытом месте? Почему ты послал меня сюда?

— На случай, если ты не заметил, — позвал его Джейсон, — твой лорд немного придурок.

Он пропел свое заклинание, чтобы закончить работу.

— Мой суд, и суд — это смерть.

Хендрен не признал Джейсона или его слова, растворившись в ничто под трансцендентным светом, лицо все еще смотрело в небо.

Быть тем, кем нужно быть

Быть тем, кем нужно быть

Джейсон едва мог стоять после того, как заклинание Нила закончилось, но он решительно поднялся на ноги.

— Нам нужно двигаться с быстротой, — сказала Тень. — Силы культа приближаются.

Джейсон кивнул, остановившись лишь на мгновение, чтобы бросить взгляд на то, что осталось от Анисы. Ему снова напомнили, что большинство людей, которых он впервые встретил по прибытии в этот мир, были мертвы. Большинство семьи Вейн, их слуги, Фарра, а теперь и Аниса. Со всеми чудесами, которые предлагал его новый дом, он брал свою цену в ужасах, и Джейсон не был уверен, стал ли он одним из них.

— Тень, хватай ее пространственную сумку и садись.

Имущество архиепископа было автоматически разграблено силой Джейсона, когда его способность казни полностью уничтожила его. Силы мародерства могли извлекать товары из личных пространственных пространств, хотя Джейсон не останавливался, чтобы проверить, что он взял.

Команда оставила разрушенное здание позади. Тень приняла форму нескольких крупных ящериц, хорошо подходящих для навигации по местности. Софи и Клайв уже помогли Белинде забраться на спину Онслоу. Приняв духовную монету, она была в худшем состоянии, чем Джейсон и Хамфри. Джейсон и Нил ехали на Тени, Хамфри ехал на Сташе, в то время как Софи легко шла в ногу пешком. Они не останавливались часами, убедившись, что хорошо оторвались от места их битвы.

Как только они были уверены, что за ними никто не следит, отдых стал следующим порядком дня. Джейсон достал дом в облаках внутри здания, которое они нашли с внутренним пространством, достаточно большим, чтобы содержать его. Это была церковь, хотя и не того бога, которого кто-либо из них узнал бы. Любая затянувшаяся божественная аура, которую здание могло когда-то принимать, давно исчезла.

Софи встала на стражу, следя за разведчиками культистов. Хамфри, Джейсон и Белинда отступили в дом, чтобы восстановиться. Урон ни от использования духовной монеты, ни от заклинания Нила нельзя было ускорить через восстановление с помощью магии. Они быстро уснули в утешительных объятиях облачных кресел, пока Нил следил за их состоянием.

Перед тем как рухнуть, Джейсон избавился от всего, что его сила мародерства вырвала из личного пространства архиепископа. Клайв просмотрел это, вместе с содержимым пространственной сумки Анисы.

Там было очень большое количество зелий и поразительное количество денег. Хендрен, казалось, взял с собой большую часть казны церкви Чистоты в «отпуск». Эти вещи он отложил в сторону, в пользу внушительной коллекции документов и очень полной книжной полки.

— Это в основном переписка с высшим руководством церкви, — сказал Клайв Нилу, просматривая документы. Он бегло просмотрел все предметы и теперь внимательнее изучал документы.

— Что-нибудь полезное? — спросил Нил.

— Не уверен, сколько из этого будет полезно нам, — сказал Клайв. — Общество искателей приключений определенно захочет заполучить их в свои руки, однако. Здесь есть переписка с явными заявлениями о соглашении между церковью и культом.

— Что-нибудь о том, почему церковь Чистоты связалась с этими людьми? — спросил Нил.

— Не с первого взгляда, — сказал Клайв. — Потребуется время, чтобы все правильно просмотреть. Однако кажется, что те, кто на стороне культа, — лишь часть церкви.

— Это имеет смысл, — сказал Нил. — Если бы вся церковь знала, они никак не смогли бы сохранить это в секрете.

— Также, кажется, было беспокойство, что многие члены церкви не примут эту договоренность.

— Ты имеешь в виду, они думали, что священники, которые буквально поклоняются Чистоте, не будут приспосабливаться к культу, который наполняет тела и души людей злым магическим мусором? Это, вероятно, была хорошая оценка.

— Я должен думать, что большинство верующих Чистоты не тайно злые, — сказал Клайв.

— Я подозреваю, Джейсон не согласился бы.

— Ну, у Джейсона свои предубеждения, — сказал Клайв. — Он из мира, где боги, по-видимому, вообще не показывают себя и позволяют людям вести войны за правду. Затем он приходит сюда, и первый священнослужитель, которого он встречает, — это та жрица, которую мы только что убили. Она была не совсем хорошим послом добродетелей веры.

— Затем оказывается, что якобы добрая церковь в сговоре со злым культом, — сказал Нил. — Можно понять, почему он может в конечном итоге опасаться всего этого.

— Даже члены церкви Чистоты, которые в курсе, явно не любят людей, с которыми они связаны, — сказал Клайв, жестикулируя в сторону листа бумаги. — Это письмо Хендрену, более или менее говорящее ему смириться с этим и делать то, что ему велят. Хотя фракция, работающая с культом, безусловно, верит, что их бог на их стороне, они кажутся очень несчастными из-за союза. Похоже, культу пришлось давить на церковь, чтобы она вообще согласилась на эту экспедицию.

— Я был бы рад, если бы они остались дома, — сказал Нил. — Я представляю, они тоже, теперь, когда их лидер растворился в ничто.

Нил настороженно взглянул на спящего Джейсона.

— Асано когда-нибудь пугает тебя? — тихо спросил он. — Большую часть времени он кажется нелепым, но иногда он действительно, действительно нет. Когда он просто вошел в тот город и убил всех тех бандитов. То, как он смотрел на них, как будто они были ничем.

— Джейсон хорош в том, чтобы быть тем, кем нужно быть, чтобы делать то, что нужно делать, — сказал Клайв, также говоря тихо. — Иногда то, что нужно делать, — это убить много людей. И да; видеть, кем он становится, чтобы сделать это, пугает меня немного.

— Надеюсь, это пугает и Строителя. С точки зрения Строителя, втягивание церкви в это должно казаться пустой тратой, теперь. Он привел с собой дополнительный ранг серебра, который не добился ничего, кроме смерти.

— Их спешка покончить с нами стоила им одного из их самых мощных людей, — сказал Клайв. — Как бы то ни было, мы можем быть уверены, что Строитель не счастлив.

* * * — Это сработало очень хорошо, — сказал Строитель. — Потеря силы Хендрена — это удар, очевидно, но он был неохотным союзником в лучшем случае.

— Вы хотите усилить тип процедуры, которую мы используем на его людях, — сказал Зато.

— Именно, — согласился Строитель. — Теперь, когда руководство церкви здесь мертво, нет особого беспокойства о том, что выжившие сообщат своему богу, когда мы закончим здесь. Нам больше не нужно принимать полумеры в обращении священнослужителей, чтобы защитить чувства Хендрена.

— В их числе есть другие ранги бронзы, — сказал Зато.

— Ни одного, кто занимал бы руководящую должность, как Лассаль. То, что они умерли вместе, помогает нам больше, чем если бы кто-то из них выжил. Никто из оставшегося духовенства не сможет собрать остальных и эффективно сопротивляться нашим намерениям. Возьмите их под стражу и подготовьте ранги железа к немедленному обращению.

— Что нам делать с их рангами бронзы? — спросил Зато. — Мы не можем обратить их с помощью часовых ядер, которые мы получаем, жертвуя нашими рангами железа.

— Это вопрос, — сказал Строитель. — Неудача с призывом часового короля и ядер, которые он мог произвести, действительно была началом того, что пошло не так с вашими операциями. Если бы ваши бывшие начальники имели способность адаптироваться к обстоятельствам, которую вы продемонстрировали, мы были бы в лучшем положении прямо сейчас. Вы продемонстрировали талант извлекать максимум из того, что вам дано. Что вы предлагаете?

Зато задумчиво потер подбородок.

— Мы могли бы подготовить их для использования в качестве дополнительных сосудов, но это заняло бы слишком много времени. Может быть…

Взгляд Зато задержался на разрушенном теле иссохшей оболочки Строителя.

— Вы собираетесь оставить этот сосуд, — сказал Зато. — Вы поручили мне проследить за его уничтожением, но, возможно, мы можем найти ему лучшее применение.

— Объясните, — сказал Строитель.

— Мы скормим ему священнослужителей ранга бронзы. Откормим его, а затем отправим за Отвергающим и его людьми. Энергетический вампир мало что получает от питания монстрами и отправится на охоту за более богатыми трапезами. Он вполне может вынюхать души наших врагов. Мы можем сделать его нашей охотничьей гончей, выгоняя их на открытое место, или даже убивая их на месте. Это может не сработать, но чего нам стоит попробовать? Потраченный сосуд и несколько священников, которых мы, вероятно, все равно должны были бы казнить.

— Ваше предложение имеет смысл, — сказал Строитель. — Энергетический вампир не будет интересоваться нашими людьми. Модификации души и тела, которым вы подверглись, делают вас непривлекательными для них. Если мы собираемся обратить всех священнослужителей или скормить их вампиру напрямую, тогда он больше не будет интересоваться нами.

Строитель кивнул, сухая кожа слетала с его лица при жесте.

— Очень хорошо, — сказал Строитель. — Захватите духовенство, подготовьте ранги железа к обращению и наденьте ошейники на ранги бронзы. Подготовьте круг связывания, чтобы удерживать сосуд, как только я закончу с ним, и мы проведем обмен сосудами. После этого мы можем начать обращения.

— Более тщательные обращения, чем мы изначально намеревались, добавят времени, — сказал Зато. — Это лучше подготовит нас к следующему шагу, однако. Мы должны предположить, что как только мы начнем отправлять команды, Отвергающий попытается вмешаться.

— Пусть пытается, — сказал Строитель. — Его отказ от звездного семени, возможно, сделал его невосприимчивым к дальнейшей имплантации, но его спутники не пользуются таким иммунитетом. Я заберу их, одного за другим, и он будет смотреть. Как только это будет сделано, они будут теми, кто убьет его.

* * * — Сколько зелий может нести один человек? — спросила Белинда, глядя на них всех, сложенных в стопку. — Мы не принесли столько для шести человек за серию месяцев.

— Это ранги железа, бронзы и серебра, — сказал Джейсон. — Это, вероятно, запас для всего его контингента.

Команда просматривала то, что они взяли у архиепископа. Его самое важное снаряжение было на его теле и уничтожено вместе с ним, но мародерство его личного пространства для хранения все еще принесло массу ценностей. Поскольку они уже просматривали добычу, это казалось хорошим шансом подсчитать их собранную добычу за месяцы охоты на монстров, которую они добавили в кучу.

У них было много материалов, которые были бы ценны для крафта. На более раннем этапе они очистили свои запасы материалов ранга железа, чтобы освободить место для бронзы и серебра. У них также было то, что стало огромным запасом ядер монстров, в дополнение к эссенциям и камням пробуждения, подобранным по пути.

Полностью функционирующие магические предметы производились силами мародерства Нила и Джейсона гораздо реже, чем материалы. Редкость таких предметов была в основном низкой, хотя монстры серебряного ранга, с которыми они сражались, произвели несколько предметов, которые были более впечатляющими. Все они были ранга серебра, так что пока не были полезны для команды. Один предмет в частности выделялся среди остальных.

Предмет: [Сфера Вознесения (Серебро)] (ранг серебра, легендарный)

Сфера, содержащая самую драгоценную силу из всех: потенциал (расходуемый, магическое ядро).

Эффект: Один предмет качества эпического или легендарного ранга бронзы получает способность быть повышенным в ранге через ритуал вознесения. Дополнительные требования к материалам варьируются в зависимости от затронутого предмета.

Несколько предметов ранга бронзы были заявлены командой. Джейсон заменил свои сапоги ранга железа на пару черных сапог, взятых у насекомоподобного монстра, называемого ночным прыгуном. Новые сапоги были более высокого ранга, но более низкой редкости, чем его существующие сапоги, не имея функции кнута-лезвия, которую Джейсон использовал лишь изредка, но всегда эффективно.

По мере перехода к монстрам ранга бронзы и серебра, сапоги ранга железа становились все более побитыми. Без функции саморемонта его основной брони сапоги стали такими оборванными, что он боялся, что они будут слишком повреждены и потеряют зачарование.

Новым сапогам также не хватало саморемонта, но они были очень прочными, даже для предмета ранга бронзы. Самое главное, они воспроизводили самые важные функции его старых сапог. Сила прыжка была даже сильнее, чем на его старых сапогах, что стало критической частью того, как он передвигался. Добавленные к его повышенным атрибутам ранга бронзы, новые сапоги дали ему больше того, что он хотел. Это была финальная черта, которая была истинной причиной, по которой он сделал выбор, и без нее он никогда бы не выбрал новую обувь — они цветово координировались с его броней.

Белинда лучше всех справилась со всей командой, во многом потому, что могла использовать такой широкий спектр снаряжения. Ее различные способности, которые воспроизводили разные роли, каждая нуждалась в своем собственном наборе снаряжения, чтобы иметь полный эффект. Это было особенно верно, учитывая, что она никогда не сравнится со специалистом в любой данной области со своими способностями-затычками.

Она приобрела множество базовых комплектов снаряжения перед тем, как они ушли, выбранных с помощью экспертного глаза Гэри. Она пожертвовала всем остальным на алтарь экономической эффективности, давая ей то, что Джейсон описал как вид «награды за квест сборная солянка». Это только усугублялось, когда она добавляла предметы, разграбленные у их противников, но результаты стоили усилий. Она могла выглядеть немного непрофессионально в своих эклектичных нарядах, но ее способность быть именно тем, что нужно команде, была сильнее, чем когда-либо.

* * * Укрепленный лагерь Строителя был наполнен криками.

— Вы проделали впечатляющую работу, организовав так много обращений одновременно с доступным пространством, — сказал Строитель.

— Спасибо, Лорд, — сказал Тимос. — Я знаю, что вы любите эффективность. Мне удалось создать достаточно станций, чтобы все наши ритуалисты могли работать одновременно. Это ужасно, но вряд ли это первое место, которое мы покрасили кровью.

— Всё движется быстро, потому что это их область специализации, — сказал Зато. — Наши проблемы все исходили от их необходимости взять на себя обязанности астральной магии после того, как Ландемир Вейн был убит.

— Это было серьезное разочарование, — сказал Тимос. — Я культивировал его годами. Я был очень доволен тем, как он получился.

— Есть еще астральная магия, которую нужно сделать, — сказал Строитель. — Теперь я здесь, чтобы направлять вещи лично, однако. Все, что требуется, — это чтобы они следовали указаниям.

— В этом я могу заверить вас, они способны, — сказал Зато. — Я убедился в этом.

— Следующее препятствие — это измененное состояние окружающей магии, — сказал Строитель. — Естественно, у меня есть знания, чтобы компенсировать это при активации врат, но этот сосуд недостаточно силен, чтобы открывать порталы и транспортировать наших людей по астральному пространству.

— Как только обращения будут завершены, мы сможем собрать команды, достаточно сильные, чтобы ориентироваться в опасностях за пределами стен. Необходимость физически путешествовать к каждому месту вместо простого портала логистически более вовлечена, но в конечном итоге все, что это будет стоить нам, — это время и несколько жертв монстрам.

— И Отвергающий, — добавил Тимос. — Его команда скоординирована и бесстрашна. Я сбежал немедленно, и этого все равно было достаточно времени, чтобы увидеть это. Они также достаточно сильны, чтобы справиться с Хендреном. Только лучшие команды ранга бронзы могли бы сделать это.

Тимос все еще был потрясен своей встречей с командой Джейсона. Заклинание Джейсона, которое приземлилось, когда Тимос бежал, выжгло символ на лице Тимоса, который Строитель идентифицировал как слово «грех», из символического языка, старше их мира. Строителю пришлось снять проклятия, прежде чем светлый, но заметный знак заживет.

— Мы потеряем людей из-за Отвергающего, — сказал Строитель, — но мы удерживаем преимущество. У нас все еще есть сила, и у нас все еще есть численность, в то время как у них нет роскоши оставаться скрытыми. Они будут вынуждены выбраться из своей норы, если намерены понять, что мы делаем, не говоря уже о попытке остановить нас.

Глава 61: Сущность, представляющая куда большую опасность

Глава 61: Сущность, представляющая куда большую опасность

Строитель теперь носил лицо Тадвика, но те, кто знал его, сразу заметили бы разницу. Внутри тела Тадвика поселился совершенно иной зверь, и эта перемена поражала. Все начиналось с глаз — твердых и непреклонных. Это был взгляд существа, которое знало, что всё, на что оно падает, принадлежит его владениям. Человек, место или предмет — всё, что он видел, становилось его собственностью.

Это было совсем не похоже на неуверенную спесь прежнего владельца тела и его постоянную потребность в одобрении. Неуверенное высокомерие сменилось сотрясающей мир уверенностью, преобразившей весь его облик. От выражения лица до осанки — тело Тадвика излучало властное присутствие, которое всегда было его неосуществленным намерением.

Строитель шел рядом с Зато и Тимосом, пока те осматривали свое новое оружие, выстроенное в ряд, словно солдаты на параде. Бывшие священнослужители стояли с пустыми выражениями лиц, их личности были стерты. Души внутри кричали, но слышать их мог только Строитель. Их страдания волновали его не больше, чем кирпич под их ногами.

Их одежда, порванная и окровавленная в ходе принудительной процедуры, была заменена на простую. Примерно у трети из них одежда была серого цвета, у остальных — коричневого. Их прежние наряды исчезли, но кожа все еще была покрыта коркой засохшей крови. Культисты не потрудились отмыть их после жуткого процесса преобразования.

Для обычных чувств Преобразованные казались нормальными, если не считать пустых, бессмысленных выражений лиц. Для магических чувств и чувств ауры они были чем угодно, только не нормальными. В их аурах не осталось и следа силы эссенции — вся она была сожжена в качестве топлива для магии, выгравированной по всему их скелету с точностью микросхем. Сила, струящаяся по их костям и сквозь них, была настолько явной, что магические чувства могли отчетливо ощущать ее, исходящую прямо из плоти. Магия казалась чужеродной, неестественной и искусственной, бурлящей вокруг их тел и проходящей через заводное ядро, имплантированное в их сердца. Ядра были модифицированным вариантом тех, что использовались для создания конструктов, и регулировали магию Преобразованных.

Для чувств ауры Преобразованные проецировали однородную, пустую и стерильную ауру бронзового ранга, исходящую от тех, кто когда-то был пользователем эссенции железного ранга. У людей в коричневой одежде она была сильнее, чем у тех, кто в серой, но в обоих случаях генерируемые ауры были твердыми и незыблемыми. Больше всего беспокоило то, что ауры были идентичны у всех стоящих в строю. Уникальная сигнатура, являющаяся неотъемлемой чертой любой ауры, пугающе отсутствовала. Не было ни следа их индивидуальности, ни страданий, которые они испытывали в самых глубинах своих душ.

Процедура нанесения гравировок была кропотливой и ужасающей: их вырезали прямо на скелете вручную. Плоть отслаивали, гравировки наносили кость за костью, после чего плоть возвращали на место. Только колоссально ускоренное исцеление, дарованное процедурой, позволяло субъекту выжить. Даже в этом случае переход к более глубоким костям, требовавшим более экстремальных процедур для доступа, был деликатным балансом.

Все начиналось с наименее инвазивных областей, переходя к более критическим по мере завершения процедуры. К тому времени, как ритуалисты добирались до бедер, таза и позвоночника, им уже приходилось балансировать на грани, чтобы вообще сохранить субъекту жизнь. Магия паралича была ключом к предотвращению любых разрушительных движений или криков.

— У многих из них были божественные эссенции, — сказал Тимос. — Эта сила не была поглощена процессом, а вернулась к их божеству, поэтому те из них несколько слабее. Я дал более слабым серые одежды, а более сильным — коричневые, чтобы легко различать группы. Меня беспокоит, что Чистота узнает причину этого внезапного возвращения силы.

— Глаза бога не простираются до этого места, — заверил его Строитель. — Всё, что узнает Чистота, — это то, что его люди погибли один за другим. В этом месте есть опасности, которые служат вполне правдоподобным объяснением. Он будет подозревать, но не станет рисковать союзом, педалируя этот вопрос. Покажи мне разницу между более сильными и слабыми.

Тимос кивнул паре стоявших рядом культистов, и те шагнули вперед. Они подошли к двум Преобразованным, одному в коричневом и одному в сером. Каждый культист выхватил длинный нож и полоснул по горлу стоящего перед ним Преобразованного, из ран брызнула кровь. Преобразованные не проявили никакой реакции, и зияющие разрезы быстро затянулись, причем у Преобразованного в коричневом это произошло быстрее, чем у другого. Потребовались считанные секунды, чтобы зверски полосованные горла полностью зажили, оставив лишь следы пролитой крови.

— Достаточно, — сказал Строитель. — Мы потеряли кого-нибудь в процессе преобразования?

— Нет, — ответил Тимос. — Ритуалисты были очень щепетильны в своей работе.

— Хорошо. Наличие сосуда дает мне возможность управлять ими напрямую, но я не могу разделять их восприятие так, как могу с теми, кто несет звездные семена. Начинай организовывать их в отряды вместе с нашими людьми и конструктами. Мы начнем следующий этап утром. А теперь покажи мне мой предыдущий сосуд.

* * * Команда, полностью восстановившись, обсуждала свой следующий шаг.

— Нам нужно больше информации, — сказал Хамфри. — Ты что-нибудь получил из того, что мы забрали у Хендрена, Клайв?

— Нет. Насколько я могу судить, Хендрен думал, что это просто очередное астральное пространство, которое пытается украсть Строитель. Там нет ничего о тех гигантских големах или о том, зачем они могут понадобиться Строителю.

— Когда я разведывал их лагерь, используя тело Тени, они, похоже, готовились выступить из своего обнесенного стеной форта, — сказал Джейсон. — Что бы они ни делали, они не могут сделать это оттуда, где находятся.

— Им, вероятно, нужно добраться до башен вокруг города, верно? — предположила Белинда. — Они должны что-то делать с этими штуками, мировыми инженерами. Они собираются их разбудить?

— Если это так, — сказал Клайв, — мне интересно, что Строитель с этого получит. Прямо сейчас они заперты в этом астральном пространстве.

— Они алмазного ранга, — сказал Нил. — Насколько мы знаем, они достаточно сильны, чтобы покинуть это астральное пространство, используя собственные способности.

— Я об этом не подумал, — сказал Клайв. — Ты вполне можешь быть прав. То немногое, что я узнал об алмазном ранге, имеет повторяющуюся тему: старые правила больше не действуют.

— Может, он и не собирается их будить, — сказала Белинда. — Эти башни — точки привязки, удерживающие это астральное пространство в нашем мире, верно? Порталы, связывающие его с нашим миром, встроены прямо в них. Что, если их настоящая цель — какая-то система доставки? Вместо того чтобы разбудить их, он пытается переместить их в наш мир?

— Двигаются ли они сами или их подталкивают, дюжина супер-големов алмазного ранга — это не то, что мы хотим видеть разгуливающими на свободе, — сказал Джейсон. — Мы можем не знать, что они делают, но с таким названием, как «мировые инженеры», я думаю, нам действительно нужно помешать им это сделать.

— Тогда каков наш следующий шаг? — спросила Софи.

— Я ненавижу быть пассивным, учитывая, что стоит на кону, — сказал Джейсон. — Но я не думаю, что мы можем просто организовать атаку на их форт. У них есть еще один серебряный ранг, небольшая армия жрецов и культистов, и сколько бы там ни было тех созданий-конструктов. У них также есть сам Строитель. Есть ли у нас хоть какое-то представление о том, сколько у него силы или что он может с ней сделать? И под «мы», я, конечно, имею в виду Клайва.

— Я не знаю, — сказал Клайв. — Те стены, которые он построил, — впечатляющее сооружение, но ты сказал, что его сосуд выглядел скорее мертвым, чем живым. Скорее всего, это перенапрягало сосуд, который он занимает. Ты сказал, что чувствовал от него магию серебряного ранга?

— Да, хотя я вообще не мог ее почувствовать, пока он не оказался прямо передо мной. Казалось, что тело удерживает магия серебряного ранга, но я понятия не имею, является ли это его пределом.

— Скорее всего, — сказал Клайв. — Более мощный сосуд потребовал бы более мощной жертвы, а у них нет серебряного ранга, которым они могли бы просто так разбрасываться.

— Думаю, мы все согласны с тем, что превентивная атака была бы опрометчивой, — сказал Хамфри. — Ты советуешь проявить терпение?

— Да, — сказал Джейсон. — Мы наблюдаем и ждем. Когда они сделают ход, мы будем искать шанс разузнать, что они замышляют. Как только мы узнаем, что они задумали и, надеюсь, как, мы сможем начать придумывать, как это остановить.

— Значит ли это, что мы начнем околачиваться снаружи форта, ожидая, когда они выйдут? — спросил Нил.

— Я уже отправил Тень сделать именно это, — сказал Джейсон. — Он будет держаться на приличном расстоянии, потому что мы не можем быть уверены, насколько чувствительны чувства Строителя, но он заметит, если они предпримут какие-то серьезные шаги.

* * * Зато, Тимос и Строитель прошли мимо массива созданий-конструктов, большинство из которых были завершены. В обычных обстоятельствах создание таких существ — трудоемкий и энергозатратный магический процесс. Доступ к заводным ядрам сделал их создание дешевым и относительно простым для тех, у кого есть опыт их использования. Для культовых ритуалистов, специализирующихся на их применении, это было проще простого.

Конструкты на заводных ядрах были дешевой и грубой версией обычных созданий-конструктов. Те, что создавались обычным путем, были продуктом высшего качества, но требования к материалам, времени и оборудованию были значительными. Возможность быстро производить большое количество конструктов в полевых условиях, без необходимости в специализированных мастерских, делала конструкты на заводных ядрах более ценными, чем те, что были мощнее, ранг за рангом.

Единственным недостатком этого подхода было обеспечение запаса заводных ядер. Без заводного короля, способного производить новые, культисты испытывали все больший дефицит. Битвы в пустынном астральном пространстве и на их островной базе стоили им огромного количества конструктов — как уничтоженных, так и брошенных из-за необходимости уйти в подполье.

Конструкты, которые они собирали сейчас, поглощали последние из их ядер. Даже сам Строитель не мог производить новые в своем нынешнем сосуде, так как он был недостаточно силен, чтобы выдержать силу, необходимую для создания новых.

Зато повел остальных мимо конструктов туда, где предыдущий сосуд Строителя находился в клетке, сделанной из магически сформированного камня. Клетка была окружена активным магическим кругом, светящимся фиолетовым светом. Сосуд выглядел заметно здоровее, чем когда был одержим Строителем, и хотя до цветущего вида ему было далеко, он больше не выглядел как труп недельной давности.

Причиной его восстановления было не только отсутствие силы Строителя, пожиравшей его изнутри, но и мертвые жрецы бронзового ранга, сваленные в клетке. Он питался ими всеми ради пропитания, необходимого для выживания. Однако питание не позволило ему выйти за рамки анималистических инстинктов, с которыми он остался после ухода Строителя в новую оболочку. Интеллект человека, которым он когда-то был, нигде не проявлялся. Съежившись в клетке, он настороженно смотрел на них.

— Чем именно он питается? — спросил Тимос. — Насколько я понимаю, душа неприкосновенна. Я не могу представить, чтобы это дикое существо обладало вашим мастерством, Лорд, в принуждении людей уступить этот барьер.

— Хотя принято считать, что они питаются душой, это не то, что делают энергетические вампиры, — объяснил Строитель. — Они также, строго говоря, не вампиры. Они больше похожи на гулей — жалкие твари, которые не знают ничего, кроме голода. Они действительно атакуют душу, что нарушает магическую матрицу, управляющую физическим телом, и они питаются этой потревоженной магией.

— Значит, он не может по-настоящему питаться душами, — сказал Тимос.

— Мог бы, если бы представилась возможность. Когда такое существо находит способ питаться душой, эта сила трансформирует его. Гуль действительно становится своего рода вампиром, сущностью, представляющей куда большую опасность. Однако такие шансы редки.

— И он не будет охотиться на монстров, — сказал Тимос.

— Нет, — подтвердил Строитель. — Ему нужна настоящая душа, чтобы вызвать реакцию, нарушающую поток магии в теле. Ложные души монстров едва реагируют на такие атаки, что делает их плохим пропитанием.

— Значит, он не будет охотиться на монстров, — сказал Зато, — но как насчет тех существ из искаженной плоти, которые населяют это астральное пространство? Достаточно ли повреждены их души, чтобы гуль игнорировал их?

— Их были сотни, согласно отчетам наших агентов в Обществе искателей приключений, — сказал Тимос. — Один из последних отчетов перед тем, как наши люди были вынуждены отступить со своих позиций, гласил, что Отвергающий намеревался уничтожить существ из плоти.

— Вероятно, они проредили их численность за время своего пребывания здесь, — сказал Зато. — Не могу представить, чтобы они уничтожили их всех в здешних условиях, но, надеюсь, их осталось достаточно мало, чтобы это не было проблемой, и гуль выследит Отвергающего.

— Души, которые были значительно изменены, создают необычную реакцию в магии тела, что делает ее ядовитой для таких гулей, — сказал Строитель. — По той же причине он может атаковать вас, но не может питаться вами. Изменения, которые я внес в вашу душу, делают вас ядовитыми для него. Существа из плоти похожи, и он не будет охотиться на них.

— Значит, гуль должен направиться прямо к Отвергающему, как только почует его, — сказал Зато.

— Да. Существа из плоти не будут проблемой, — сказал Строитель. — Что будет для нас проблемой, так это воргеры, которые создали этих существ из плоти в первую очередь. Они не были бы настолько глупы, чтобы приближаться ко мне, но как только наши отряды выдвинутся, воргеры нанесут по ним удар.

— Я позабочусь о том, чтобы каждый отряд содержал людей, способных справиться с бестелесными вредителями, — сказал Тимос.

— Хорошо, — сказал Зато. — Лорд, желаете ли вы выпустить этого энергетического гуля сейчас?

— Да, — сказал Строитель.

— Я прикажу нашим ритуалистам безопасно извлечь его из форта.

— Нет нужды, — сказал Строитель. — Я сам с этим разберусь.

Строитель прошел сквозь магический круг, который мерцал и тускнел, когда он проходил над ним. Когда он приблизился к клетке, магически сформированные прутья начали течь, как грязь, быстро истончаясь до почти водянистой консистенции и всплескиваясь на кирпичную кладку, где они тут же снова затвердели.

Гуль прыгнул на Строителя, который выхватил его из воздуха одной рукой, сжав пальцы на шее гуля. Гуль обмяк в его хватке, повиснув как тряпичная кукла. Затем Строитель отнес его к ближайшим воротам в стене, которые открылись при его приближении. Строитель выбросил гуля, который обрел чувства в воздухе, извернувшись в зверином приземлении на четыре лапы. Он испуганно оглянулся, прежде чем броситься наутек, все еще на четырех конечностях.

Строитель поднял руку, и с земли поднялась пыль, закрутившись в небольшую, но твердую форму. Это был кристаллический глаз с паучьими лапками, который, как только сформировался, поспешил вслед за гулем.

Глава 62: Проиграть битву, чтобы выиграть войну

Глава 62: Проиграть битву, чтобы выиграть войну

Джейсон рванулся вперед, его меч мелькнул в воздухе.

— Быстрее, — сказала Софи, отражая каждый удар рукой, отступая назад и легко подстраиваясь под темп наступления Джейсона.

— Тебе не нужно бить сильно, — сказала она. — Если ты собираешься эффективно сражаться с конструктами, дело в том, чтобы как можно быстрее накопить силу на своем мече.

Отражение атак Джейсона при быстром отступлении, по-видимому, не было достаточно утомительным, чтобы она не могла продолжать разговор. Они намеренно выбрали пересеченную местность, с подлеском, лианами и растениями, прорастающими сквозь смещенную кирпичную кладку. Софи легко ориентировалась в ней, даже не оглядываясь.

Ее сила восприятия, единственная в команде, еще не получившая магических чувств, давала ей продвинутую форму пространственного осознания. Каждый член команды испытывал схожий прирост пространственного осознания просто от того, что их чувства развивались до бронзового ранга, но у нее он был на порядок выше. Это была разница между навигацией по хорошо знакомой комнате в темноте и перемещением по ней при включенном свете.

Помимо простого ориентирования в пространстве, в котором она находилась, чувства Софи делали ее гораздо лучше в чтении атак врагов. Она могла отслеживать движения всех вокруг, перехватывая атаки, которые чувствовала, даже если не видела их.

Джейсон испытал всплеск своих боевых навыков благодаря атрибутам бронзового ранга и новым техникам Пути Жнеца, которые максимально их использовали. Для Софи же достижение бронзового ранга было все равно что приделать крылья тигру. Как и у Хамфри, ее боевые навыки были платформой, на которой строился весь ее набор сил, и становление сильнее, быстрее и более осведомленной об окружающем пространстве действовало как множитель силы для ее возможностей.

Для набора сил Джейсона, напротив, стратегическое перемещение было более критичным, чем боевая техника. Нахождение в нужном месте в нужное время было самым важным фактором для максимального использования его способностей, и баланс его тренировок отражал это. Поскольку многие из этих сил были бы неэффективны против конструктов культа, он будет полагаться на свой меч. По этой причине Хамфри и Софи по очереди помогали ему оттачивать мастерство владения мечом.

Как и в большинстве вещей, подход Джейсона к фехтованию был немного не таким, как у большинства людей. Как и в его стиле боя на ножах, количество ударов было важнее качества. Ему не нужны были мощные удары, но нужны были частые, чтобы накопить силу на мече. Ему действительно нужно было наносить удары, а не просто безвредные касания, но даже самый неэффективный удар выполнял свою задачу, если он был хоть сколько-нибудь эффективен.

С продвижением до бронзового ранга меч не просто накапливал заряды с каждым ударом. Он также оставлял после себя эффекты длительного урона, что приближало его к обычному стилю Джейсона, хотя и не так эффективно, как его обычные силы. Хотя это означало снижение возможностей, Джейсон был тихо рад, что вся его ценность не могла быть воспроизведена одним, пусть и впечатляющим, магическим предметом.

— Мистер Асано, — сказала Тень, появляясь из тени Джейсона. Джейсон и Софи прекратили тренировку.

— Была какая-то активность? — спросил Джейсон.

— Похоже, Строитель перешел в свой новый сосуд, — сказала Тень. — Неожиданно, он не убил предыдущий, а немедленно выбросил его из крепости.

Джейсон и Софи тренировались прямо за зданием церкви, где находился облачный дом. Пока Тень говорила, они вернулись внутрь, чтобы встретиться с командой.

— Сосуд Строителя выжил после того, как в нем побывал Строитель? — спросил Джейсон.

— Все немного сложнее, — сказала Тень.

— Что ж, подожди с объяснениями, пока мы не встретимся с командой, — сказал Джейсон. Вскоре команда собралась в гостиной облачного дома.

— С чем мы имеем дело? — спросил Хамфри.

— С предыдущим сосудом Строителя, — сказала Тень. — Новый сосуд Строителя, бывший мистер Мерсер, лично изгнал его из укрепленного лагеря.

— В каком он состоянии? — спросил Джейсон. — Я не думал, что он выживет.

— Строго говоря, он не выживет, — объяснил Клайв. — Теперь это энергетический гуль, нежить, поддерживаемая только остаточной магией. Мало что, если вообще что-то, от первоначального разума останется нетронутым.

— Он вел себя очень по-звериному, — сказала Тень.

— Магия, поддерживающая его, долго не продержится, — сказал Клайв. — Ему понадобится больше, чтобы не превратиться из нежити просто в мертвеца.

— Какая магия? — спросила Белинда.

— Та, что течет через всех нас, — сказал Клайв. — Мы обсуждали в прошлом, как тела любого, железного ранга или выше, приближаются к некой общей магической субстанции, которую они формируют по мере необходимости. Магия, участвующая в этом процессе, управляется душой. Энергетический гуль питается, нарушая эту магию с помощью атаки на душу, а затем поглощая ее.

— Почему Строитель выбросил эту штуку, вместо того чтобы просто прикончить? — спросил Джейсон. — Разве это не будет угрозой для их людей?

— У всех культистов души отравлены их звездными семенами, — сказал Клайв. — Однако люди церкви Чистоты будут уязвимы для него.

— Что, возможно, не волнует культ, теперь, когда лидер церковного контингента мертв, — сказал Хамфри. — Строителя может не волновать, что они могут внести свой вклад, теперь, когда они не предоставляют серебряный ранг.

— Я полагаю, мы можем предположить вклад церкви, — сказала Тень. — Предыдущий сосуд был в улучшенном состоянии по сравнению с тем, когда мистер Асано и я встречались со Строителем.

— Он скармливал ему церковников? — спросил Джейсон. — Плохой союзник.

— Великое астральное существо — одно из немногих, кому не нужно бояться возмездия бога, — сказал Клайв. — Боги нашего мира не могут видеть в это астральное пространство, потому что оно не является частью нашего мира. Пока никто из людей Чистоты не вернется живым, Строитель может просто свалить все смерти на нас.

— Я с радостью внесу свою лепту, — сказала Софи. — Я перебью их всех с улыбкой на лице.

— Софи! — отчитала ее Белинда. — С каких это пор ты улыбаешься?

Команда подавила смех при виде оскорбленного выражения лица Софи.

— Давайте придерживаться темы, — сказал Хамфри, несмотря на то, что плохо справлялся с тем, чтобы скрыть веселье со своего собственного лица. — Насколько опасна эта штука?

— Это была аура серебряного ранга? — спросил Клайв Тень.

— Да, — сказала Тень. — Его аура нестабильна, но довольно агрессивна.

— И это настоящая угроза, — сказал Клайв. — Физическая опасность, которую он представляет, относительно невелика, сродни обычному монстру серебряного ранга. Никаких дополнительных сил, даже когтей. Только атрибуты серебряного ранга.

— Относительно невелика, — сказал Джейсон. — Ты не сталкивался лицом к лицу с монстром серебряного ранга. Одних атрибутов вполне достаточно, чтобы быть опасным.

— Но не что-то, с чем ты не смог бы справиться в одиночку, — сказал Клайв, — что является важным моментом. Если он сможет подавить наши ауры, он начнет атаку на душу. Мы видели результаты этого, благодаря тебе, Джейсон. Мы, скорее всего, сможем выстоять, но ты единственный из нас, кто, вероятно, продержится достаточно хорошо, чтобы оставаться боеспособным. Остальным придется сосредоточиться на поддержании целостности своей ауры.

— Это все ложится на Джейсона, — сказал Хамфри. — Ты готов к этому?

— Придется, — сказал Джейсон. — Я все еще не понимаю, чего Строитель хочет добиться, откармливая эту штуку и отправляя ее прочь. Что он получает от этого?

— Энергетический гуль невероятно чувствителен к магии жизни и души. Он также игнорирует монстров, потому что не может эффективно питаться ими.

— Он хочет использовать его, чтобы найти нас, — сказала Софи.

— Это кажется вероятным, — сказал Клайв. — И это неплохая идея. Вероятно, это даже не займет много времени, чтобы найти нас. Его движения будут хаотичными, пока он не нападет на наш след. Не на настоящий след, а на ощущение нашей магии. Как только он это сделает, он направится прямиком к нам.

— Одно из моих тел следует за ним, — сказала Тень. — Он движется по прямой линии, но не в нашем направлении. Думаю, мистер Стендиш может ошибаться, считая атаку на душу самой большой опасностью, которую представляет энергетический гуль. За гулем следует небольшой разведывательный конструкт, созданный Строителем. В тот момент, когда мы вступим в бой с гулем, Строитель узнает.

— Похоже, ты был прав в одном, Клайв, — сказал Хамфри. — Строитель использует эту штуку, чтобы выкурить нас.

— Это имеет смысл, — сказал Нил. — Если она у тебя валяется без дела, почему бы не бросить ее на нас? Иначе это своего рода пустая трата монстра, высасывающего души.

— Это не настоящий монстр, — сказал Клайв. — И он не «высасывает души» на самом деле. Он бы сделал это, если бы мог, но души неприкосновенны. Их нельзя просто разбить, как яйцо на завтрак. Никто не собирается открываться энергетическому гулю, что к лучшему, учитывая результат.

— Результат чего? — спросил Хамфри.

— Ну, если бы ему действительно удалось поглотить душу, он превратился бы в душевного вампира. Намного мощнее, намного опаснее. Но нам не нужно об этом беспокоиться.

— Почему нет? — спросил Нил.

— Я же сказал: души неприкосновенны, — сказал Клайв. — Это не похоже на то, что где-то валяется бесхозная душа, чтобы он мог ее съесть. Почему вы все так на меня смотрите?

— Бесхозная душа, — сказал Нил.

— Именно, — сказал Клайв. — Где бы он мог найти такую?

— Примерно в восьми километрах отсюда, — сказал Джейсон.

— Что? — спросил Клайв.

— Та, что обернута вокруг меча, помнишь? — спросил Нил.

Глаза Клайва расширились, и он вскочил со стула.

— О, это плохо, — сказал он. — Это очень, очень плохо. Мы не можем позволить этому случиться. Особенно с такой мощной душой.

Он начал расхаживать взад-вперед.

— Может, все обойдется, — сказал Клайв. — Может, то, что сделали с той душой, сделает ее невыносимой для гуля. Он просто проигнорирует ее.

— Прямо сейчас гуль движется почти по прямой линии в направлении места, которое вы обсуждаете, — сказала Тень. — Если вы отправитесь в ближайшие несколько минут, вы сможете без проблем перехватить гуля.

— Почему ты не сказал этого раньше? — дико спросил Клайв Тень.

— Я в основном избегаю вмешиваться в дела великих астральных существ, — сказала Тень. — Моя связь со Жнецом имеет тенденцию вызывать осложнения. Поэтому я не знаком с подробностями взятия смертных сосудов и их последующим состоянием.

— Тогда нам нужно двигаться, — сказал Хамфри. — Я могу только представить, что позволить гулю поглотить ту душу — это уже достаточно большая беда, не говоря уже о высвобождении меча, который она заточает.

— Двойная беда, — сказал Джейсон.

— Мы уверены, что все это не ловушка? — спросила Софи. — Знает ли Строитель о мече и заманивает ли нас, чтобы мы попытались остановить гуля?

— Неважно, — сказал Клайв. — Мы должны остановить его, даже если точно знаем, что это ловушка. Такая мощная душа может даже позволить гулю подняться до душевного вампира золотого ранга. Если это произойдет, я не вижу, как мы выберемся отсюда живыми, не говоря уже о том, чтобы остановить Строителя.

* * * Строитель, Зато и Тимос готовились покинуть обнесенную стеной крепость с собранной группой культистов, конструктов и Преобразованных жрецов Чистоты.

— У вас есть беспокойство, Тимос? — спросил Строитель.

— Я не считаю уместным говорить об этом, Лорд Строитель.

— Говори, Тимос.

— Просто… это лицо, — сказал Тимос. — Я провел больше времени, чем хотел бы, держа Тадвика Мерсера на поводке. Все еще немного странно видеть его лицо без его уникальной смеси пустоты, неуверенности и презрения.

— Я всегда нахожу получение воспоминаний сосуда интересным, — сказал Строитель. — Очень немногие вещи сложны для трансцендентного существа, но получение смертной перспективы — одна из них. Это затрудняет прогнозирование поведения смертных. Так часто вы делаете выбор, который объективно работает против ваших собственных интересов или даже является саморазрушительным.

— Если это то, что вы ищете, я не думаю, что вы могли бы найти сосуд лучше, — сказал Тимос. — Тадвик Мерсер был катастрофой самосаботажа.

— Действительно, — сказал Строитель. — Я надеялся получить некоторое представление об Отвергающем, но этот сосуд был настолько самообманывающимся, что я не полностью доверяю воспоминаниям.

Строитель наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то.

— Гуль движется со скоростью и целью, — сказал он. — Он был привлечен чем-то.

— Команда Отвергающего, — сказал Тимос. — Возможно, они были поблизости, разведывая крепость.

— Я возьму часть наших сил и захвачу их, — сказал Зато.

— Нет, — сказал Строитель. — Спешка в атаке — это то, что стоило нам Хендрена, но нет никакой выгоды в том, чтобы потерять тебя. Отправь отряд Преобразованных и конструктов под командованием одного из бронзового ранга.

— Я организую это, Лорд, но я не уверен, что они добьются успеха против группы, которая уже победила серебряный ранг.

— Они не добьются, — сказал Строитель. — Это не цель их отправки. Мобильность небольшой группы — их ключевое преимущество перед нами. Бросаться в атаку каждый раз, когда мы почуем их, только играет на эту силу. Одно из наших преимуществ — в численности, и пришло время воспользоваться им.

— Пожалуйста, просветите меня, Лорд, — сказал Зато.

— Я отправлю наблюдателей с этим отрядом. Мы увидим, как Отвергающий и его команда сражаются с ними, чтобы мы могли разработать контрмеры для будущих встреч. Все, что нам это будет стоить, — это малая часть наших превосходящих сил.

— Посадить семена победы в почву поражения. Мой Лорд мудр и дальновиден.

— Не будь подхалимом, Зато. Я не бог, нуждающийся в льстивых поклонниках.

— Прошу прощения, Лорд Строитель.

* * * С момента скачка силы ауры Джейсона после его столкновения со звездным семенем Строителя, Джейсон вовлек команду в тренировки по борьбе с подавлением. Он не мог повысить силу их ауры, но они могли тренироваться, чтобы максимально использовать ту силу, которая у них была. Сохраняя проекцию своей ауры однородной и решительной, они не давали слабого места, на которое могла бы наброситься аура гуля и полностью обрушить их ауры, оставив их уязвимыми для его способности питания.

Это окупилось, когда они столкнулись с гулем, который немедленно издал пронзительный вопль, сопровождаемый аурой, подавляющей душу. Кроме Джейсона, все члены команды пошатнулись, но не были выведены из строя. Сам Джейсон рванулся вперед, не дрогнув.

Столкновение произошло среди плотно стоящих зданий, джунглевые заросли превращали узкие улицы в тесные каньоны. Лианы покрывали стены, а деревья на крышах образовывали полог, который простирался над улицами и погружал все в тень.

Гуль был оборванным, жалким существом, его одежда была порвана и окровавлена. Несмотря на то, что он был более целым, чем когда Джейсон видел его в качестве сосуда Строителя, он видел в нем еще меньше того человека, которого помнил.

Дугалл был тем, кто захватил его, в том, что казалось целой жизнью назад в поместье Вейн. Прошло всего лишь на несколько месяцев больше года, но Джейсон был буквально и фигурально преображен. Тогда он был напуган и сбит с толку, на полпути к безумию и не совсем уверенный, что не прошел этот путь до конца. Пытаясь выжить, не говоря уже о том, чтобы понять, что с ним происходит, повторяющиеся удары лопатой по голове не помогали.

Человек, который держал ту лопату, претерпел еще большие изменения, чем Джейсон, хотя и не в лучшую сторону. Не самый приятный человек при жизни, нежизнь превратила его в еще более неприятное чудовище.

Гуль был серебряного ранга, но без силы пробить ауру Джейсона, он был не большей угрозой, чем его атрибуты серебряного ранга, сами по себе находящиеся на нижней границе шкалы. Он сражался бездумно и без мастерства, в то время как окружающая среда была игровой площадкой для способностей Джейсона. Его силы поражения смогли проявить себя против стойкости серебряного ранга существа, достаточно выносливого, чтобы выдержать гораздо больше наказаний, чем любой бронзовый ранг. Эскалирующая природа поражений Джейсона доказала свою ценность, когда они неизбежно одолели гуля.

Из-за замкнутого пространства и того, что команда была сосредоточена на отражении ауры гуля, они не обнаружили присутствия сил Строителя, пока те не оказались почти вплотную к ним. Даже когда казнь Джейсона уничтожала гуля, команда услышала приближение неуклюжих каменных конструктов.

Глава 63: Война адаптации

Глава 63: Война адаптации

Вражеский отряд состоял лишь из нескольких культистов, будучи в основном укомплектованным конструктами и Преобразованными. Они даже не успели вступить в бой с командой Джейсона, как были повергнуты в замешательство, когда Белинда использовала свое заклинание неожиданных союзников. Команда была замаскирована иллюзиями, которые заставляли их выглядеть как члены вражеского отряда. Иллюзорные двойники их истинных форм появлялись, когда союзники и враги перемещались по области заклинанием Белинды.

Вражеские конструкты были бездумными автоматами, а Преобразованные бывшие священнослужители были немногим лучше. Ни те, ни другие не справились с запутанным сдвигом на поле боя. Когда команда атаковала их под прикрытием иллюзии, они наносили ответный удар по тем, кто казался членами их собственных сил.

Иллюзорные маскировки были не очень хороши, и большинство членов команды было легко распознать. Хамфри, например, принял форму одного из Преобразованных с пустым лицом, но все еще орудовал своим огромным мечом дракона. Безмозглый враг, однако, легко поддавался обману. Как только они решили, что их собственные силы атакуют их, все стало очень запутанным и очень быстро.

Культисты, командовавшие силами, пытались вернуть контроль, когда их войска начали сражаться друг с другом. Помогало то, что иллюзии длились недолго, и их враги снова становились четко видны. Джейсон и его команда использовали это окно замешательства с максимальным эффектом.

Команда была хорошо натренирована в обращении с хаосом силы Белинды и использовала момент замешательства, чтобы подготовиться к битве против врага в дезорганизации. Приоритетом было убрать тылы команды из опасности, Софи и Хамфри немедленно двинулись, чтобы расчистить путь для Клайва и Нила, чтобы те могли выбраться из схватки. Белинда активировала свою силу поддельного чемпиона, экипировала тяжелое снаряжение и вытащила себя.

После случайного переключения-телепортации Белиндой, Джейсон оказался посреди конструктов. Они варьировались от размеров больше него до гораздо больше него, в мириадах чудовищных форм. Вместо того чтобы тратить драгоценные моменты вражеского замешательства на поиск более плотских противников, он выхватил меч и применил свои недавние тренировки на практике. Тела Тени рассредоточились между ними, давая Джейсону много гибкости для теневых телепортаций, и он максимально использовал их. Он двигался среди конструктов, как призрак, его меч танцевал, нанося быстрые удары в стаккато-ритме.

С помощью Софи и Хамфри Клайв и Нил выбрались из свалки, направляясь к надежному присутствию Онслоу, который неубедительно маскировался под одного из более крупных конструктов. Взрывной щит Нила оказался особенно эффективным в том, чтобы помочь им выбраться.

Способность: [Взрывной щит] (Щит)

Особая способность (исцеление, восстановление).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 20 секунд.

Текущий ранг: Бронза 3 (87%).

Эффект (Железо): Создает недолговечный щит, который нивелирует входящую атаку и взрывается, отбрасывая ближайших врагов и нанося ударный урон. Атаки с высоким уроном серебряного ранга или выше могут быть нивелированы не полностью.

Эффект (Бронза): Накладывает [Резонирующее эхо] на любого, кто получил урон от взрыва.

[Резонирующее эхо] (поражение, урон-со-временем, магия): Наносит постоянный урон резонирующей силой.

Враг начал приходить в порядок, Преобразованные собирались в одну группу, а конструкты — в другую, с несколькими обычными культистами в тылу. Софи двинулась против скопления Преобразованных, все бывшие священнослужители с пустыми лицами сражались в пугающе идентичной манере. У них была та же сила, та же скорость, та же техника, все использовалось одинаково. Они сражались с тем же бесстрастным выражением лица.

Преобразованные были быстры и искусны, двигаясь жестко, но быстро и эффективно. У них не было оружия, но их кости были тверды, как сталь, а их костяшки, колени и локти становились эффективными дубинами. Они использовали это оружие поразительно хорошо для священнослужителей, все сражаясь с одинаковой экспертностью и идентичной техникой.

Преобразованные обладали техникой того, кто выучил ее из книги навыков, никогда не пытаясь сделать эти техники своими собственными. Навык, несомненно, присутствовал, но они сражались без творчества или инициативы. Они были рабами паттернов, без инноваций или воображения. Софи не потребовалось много времени, чтобы увидеть сквозь паттерны и начать использовать их.

Если бы они не противостояли Софи, эффективные, роботизированные движения Преобразованных могли бы показаться точным механизмом. Вместо этого они воспринимались как грубый прототип ее законченного продукта. Даже по сравнению с их запрограммированной, однородной эффективностью, Софи была быстрее, чище и даже экономичнее в движениях. Каждое движение было плавным, ни один жест не был потрачен впустую, так как каждое действие перетекало в следующее. Она танцевала сквозь своих противников, как будто весь бой был поставлен хореографом, но только она одна знала об этом.

Софи двигалась быстро, удерживая внимание как можно большего числа Преобразованных, пока они пытались подавить ее числом. Чего им не хватало в воображении, они компенсировали чистым количеством. Их стойкость и регенеративная сила означали, что она не могла вывести из строя ни одного из них полностью, вынужденная постоянно сдерживать их, пока они продолжали прибывать неумолимым потоком.

Даже с ее мастерством Софи не смогла бы справиться с таким количеством без поддержки. Клайв и Нил бросали на нее заклинания, причем заклинание взрывного щита Нила регулярно расчищало пространство и давало ей критически важную передышку.

Увидев, что Нил и Клайв перегруппировались в тылу и соединились с Белиндой, Хамфри направился к культистам, командующим силами. Там было всего три бронзовых ранга, посредственные культисты, которые не были ровней Хамфри даже трое против одного. Они были ошеломлены его огненным дыханием, прежде чем быстро пасть от его меча.

Способность: [Огненное дыхание] (Дракон)

Особая атака.

Стоимость: Очень высокая мана.

Перезарядка: 50 секунд.

Текущий ранг: Бронза 3 (65%).

Эффект (Железо): Выдохните поток огня, который длится несколько секунд.

Эффект (Бронза): Любой, кто получил урон от пламени, страдает от постоянного урона огнем.

Нахмурившись от подозрительной легкости, с которой они были побеждены, он осмотрел поле боя, ища то, что он упустил. Он заметил несколько странных стеклянных глаз, удерживаемых над землей на паучьих лапках, наблюдающих за битвой. Когда он направился за ними, они удрали, прежде чем он смог сократить дистанцию. В джунглевых дебрях было много места, чтобы спрятаться, и хотя он мог чувствовать их магию, у него не было времени, чтобы выкапывать их.

— Хамфри, — сказал Джейсон через голосовой чат. — Мне бы не помешала помощь.

Джейсон странным образом процветал среди конструктов. Они были большими и жесткими, громоздкими каменными формами в виде различных странных монстров. Конструкты толпились, как кучка людей, пытающихся раздавить бегающего жука, но их устрашающие и громоздкие формы не помогали им прижать теневую фигуру, порхающую в их среде. Джейсон был постоянно в движении, его меч звенел о камень в ритме пулеметной очереди. Его меч накопил достаточно силы, что куски камня отлетали с каждым ударом.

Хотя усилия Джейсона шли хорошо, это не делало их легкими. Самой большой проблемой был одинокий конструт серебряного ранга среди группы бронзового ранга. Он был быстрее остальных и достаточно жестким, чтобы меч Джейсона еще не накопил достаточно силы, чтобы эффективно повредить его. В отличие от самого Джейсона, его меч не обладал способностью преодолевать сопротивления серебряного ранга.

Хотя он был не умнее остальных, конструт серебряного ранга оставался постоянной угрозой, вокруг которой Джейсону приходилось постоянно маневрировать. Если бы он сражался с ним один, он мог бы справиться, но вдобавок к остальным это давило на его способность оставаться неуловимым.

Вмешательство Хамфри существенно изменило ситуацию. Словно нанося удары кувалдой по аварийному зданию, он обрушился на него с рабочими особыми атаками, разбивая его на огромные куски.

— Хочешь помочь Софи и оставить эту кучу мне? — спросил Хамфри, когда конструт серебряного ранга рухнул.

— Мне не помешала бы практика, — сказал Джейсон. — Иди.

Посреди Преобразованных Софи набирала обороты. Они медленно подавляли ее с самого начала, их количество и почти неразрушимость делали это похожим на попытку сдержать прилив. Даже мастерства Софи было недостаточно, чтобы выйти невредимой против стольких атакующих, но она понимала, что получить несколько ударов — не так уж плохо, если ее не ошеломили и не прижали. С каждым ударом ее способность кармического воина увеличивала ее силу, позволяя ей держаться еще лучше.

Хамфри присоединился, но даже его разрушительная сила с трудом справлялась с Преобразованными. Их плоть была не такой жесткой, как у каменных конструктов, но их кости были тверже металла. Оказалось, как узнал Хамфри, когда разрывал их особыми атаками, что металл действительно был вплетен в их скелеты толстыми проводами. Хуже того, эти провода могли даже извиваться, чтобы соединиться, стягивая расчлененные части тела обратно вместе, пока их быстрое исцеление сшивало плоть обратно на место.

Преобразованные представляли лишь ограниченную опасность по отдельности, но они были слишком опасны, чтобы игнорировать их, а их способность быстро восстанавливаться после того, что должно было быть катастрофически смертельной травмой, означала, что они просто продолжали наступать. Только полностью измельчив основную часть их тел своими особыми атаками, даже Хамфри мог положить им конец, но у него были особые атаки в запасе.

Без культистов, направлявших их, команда перешла к фазе зачистки, когда они очищали поле боя.

— Я бы не назвал это легким, точно, — сказал Джейсон, когда они закончили, — но кто-нибудь нашел это подозрительно лишенным вызова?

— Я полагаю, цель состоит в том, чтобы проверить нас, — сказала Тень. — Вместо кого-либо из своих более способных людей, эта группа сопровождалась конструктами-наблюдателями Строителя.

— Ты имеешь в виду те штуки с паучьими глазами? — спросил Хамфри. — Я заметил их, но не смог поймать ни одну из них.

— Эти штуки? — спросила Софи, держа одну за ножку. — Они кажутся безобидными, так что, вероятно, они просто для наблюдения за нами.

Основным корпусом был негабаритный кристаллический глаз, размером около половины кулака. Лапки выходили из боков, как у паука, сделанные из дымчатого кварцевого камня. Джейсон подошел ближе, вглядываясь в него.

— Ты там, приятель? — спросил Джейсон. — Ты и я были не совсем честны друг с другом, когда мы встречались в последний раз. Ты тянул время, пытаясь найти меня; я заманивал твоих приспешников в ловушку. Я не говорю, что победил, но у тебя минус серебряный ранг, а у меня плюс хороший набор для личного ухода, который был у него. Поддерживает бороду в хорошем и опрятном виде, знаешь ли.

— Джейсон, что ты делаешь? — спросила Софи.

— Я разговариваю со своим приятелем Биллом, — сказал Джейсон. — Просто продолжай держать эту штуку. Извини за это, Билл. Это проблема, когда сдаешь в аренду своих рабов. В тот момент, когда срок аренды истекает, они становятся такими болтливыми.

— Эй!

— Цыц, ты. В любом случае, Билл, я не совсем согласен со всем этим сценарием «зондирующих атак». Я сделал карьеру на том, что берусь за тех саморазрушительных идиотов, чьи плохие решения являются для них большей опасностью, чем я когда-либо был. Это тот тип врага, который в моей компетенции, так что если бы ты мог пойти и принять опрометчивое решение, которое посеет семена твоего собственного краха, это действительно помогло бы мне.

— Джейсон… — сказал Хамфри.

— Извини, Билл; они меня отвлекают. Должен идти, но ты присматривай. Ходят слухи, что здесь бегает какой-то сумасшедший супер-бог, создающий проблемы. Я слышал, он своего рода придурок.

Софи покачала головой, затем ударила дроном-наблюдателем о землю, разбив кристаллический глаз.

— Нельзя позволять им следовать за нами, — сказала она. — Нам нужно поймать и уничтожить их всех, прежде чем мы сможем сделать ноги.

* * * Около половины боевых сил Строителя были выведены в экскурсию за пределы обнесенной стеной крепости. Остальные остались позади с вспомогательным персоналом. Возглавлял экскурсию сам Строитель вместе с Тимосом и Зато.

Зато с беспокойством наблюдал, как Строитель внезапно остановился. Лицо сосуда никогда не выражало эмоций, поэтому Зато был поражен, увидев, как по нему пробежало очень человеческое выражение гнева.

— Лорд Строитель?

— Блокнот, — потребовал Строитель. Зато достал один из своей пространственной сумки. Строитель провел пальцем по страницам, которые окрашивались текстом, когда он это делал. Заполнив большую часть книги, он передал ее Тимосу.

— Как только мы вернемся в форт, пусть ритуалисты создадут новые конструкты с этими параметрами, — сказал Строитель. — Это будет сложнее, но это едва ли обременительная задача. Также перечислены изменения, которые можно внести в существующие конструкты. Не так эффективно, как те, что построены специально, но, тем не менее, улучшение.

— Конечно, Лорд Строитель. Я колеблюсь, стоит ли упоминать об этом, но ритуалисты указывали мне в прошлом, что запас заводных ядер почти исчерпан.

— Если они хотят жаловаться на мое распределение ресурсов, скажи им, что они могут найти меня напрямую, — сказал Строитель.

— Я полагаю, это окончательно решит вопрос, Лорд Строитель. Зато просмотрел страницы. — Это адаптации для команды Отвергающего?

— Да, — сказал Строитель. — Даже имея некоторое представление об их возможностях, они удивительно быстро расправились с нашими силами. Однако у них есть слабости, которые созрели для эксплуатации.

— Они неизбежно дадут нам шанс, — сказал Зато.

— Да, — сказал Строитель. — На данный момент мы отложим их в сторону. Они — отвлечение от нашей истинной цели.

Экскурсия переместилась в самый центр города, недалеко от стен их форта. Обстоятельства заставили их возвести стену на месте, куда они прибыли, иначе Строитель уже привел бы их к истинному сердцу города. Кратер, который когда-то был местом башни Ордена Жнеца, оставил Строителя невозмутимым.

— Пришло время, — сказал Строитель, — чтобы Отвергающий увидел, кому именно он бросил вызов и кому на самом деле принадлежит это место.

Строитель протянул руки, делая жест подъема. Земля под их ногами содрогнулась.

* * * — Почему Строитель просто выбрасывает людей вот так? — спросил Нил.

Команда была снова в облачном доме, обсуждая бой, который у них только что был.

— Потому что мы победили Хендрена, — сказал Хамфри. — Он оценивает нас. Ищет слабости. У него, по-видимому, есть какие-то средства сделать свои силы сильнее. Вероятно, через конструкты, так как они могут их делать.

— Преобразованные тоже адаптируются, — сказала Тень.

— Преобразованные? — спросила Софи. — Ты имеешь в виду тех странных людей с пустыми лицами, которые отказывались умирать?

— Да, — сказала Тень. — Они — одна из визитных карточек Строителя.

— Это злодеяние, — сказал Клайв. — Я видел магию, текущую сквозь них. Магия, вырезанная прямо на их костях.

— Я слышал об этом, — сказал Джейсон. — Разве это не то, как они навсегда подавляют чьи-то силы? Превращают их собственный скелет в ошейник подавления?

— Да, — сказал Клайв. — Практика, которую я не особо одобряю, и это то же самое, но в гораздо более глубоком и всеобъемлющем масштабе. От первоначального человека ничего не осталось. Они просто платформа для силы и воли Строителя.

— Отличное описание, — сказала Тень. — Те, с кем мы столкнулись сегодня, были свежими. Со временем они изменятся, адаптируют новые способности.

— Способности, адаптированные для борьбы с нами, — сказал Нил.

— Да, — сказала Тень. — Обычно они адаптируются несколько случайно, но с присутствием сосуда Строителя, чтобы направлять изменения, вы можете ожидать, что они будут лучше оснащены для борьбы с нами в следующий раз.

— В этот раз было достаточно тяжело, — сказала Софи. — Эти штуки станут сильнее?

— Мы видели врагов, которые адаптируются раньше, — сказал Хамфри. — Мы убивали тех мерзостей из плоти сотнями, несмотря на их адаптации. Если Строитель хочет приспособиться к нам, мы адаптируемся быстрее. Это наша сила, и мы собираемся показать ему, что в войне адаптации мы победим.

— Легко сказать, — сказал Нил.

— Мы начнем с выбора наших ролей. Джейсон проделал удивительно хорошую работу против конструктов, но они будут только становиться сильнее.

— Удивительно? — спросил Джейсон, его голос был полон преувеличенного оскорбления.

— Я хорошо подхожу для конструктов, — продолжил Хамфри, игнорируя его протесты, — так что это будет моей работой. Эти Преобразованные жесткие и быстро исцеляются, как мерзости из плоти. Так что, как и с мерзостями из плоти, Джейсон будет нашим козырем там. Готов поспорить, они не смогут переисцелить твои поражения. Софи будет делать то, что у нее получается лучше всего, а именно судить, где ей нужно быть в данный момент, и быть там.

— Это будет ключом, — сказал Джейсон. — Даже если Строитель может переконфигурировать свои конструкты между боями и эволюционировать своих жутких головорезов, мы можем адаптироваться за мгновения.

— Совершенно верно, — сказал Хамфри. — Белинда, ты наш самый универсальный игрок, поэтому мы будем полагаться на тебя. Клайв, ты отвечаешь за устранение больших угроз, или, по крайней мере, за то, чтобы бить их достаточно сильно, чтобы они призадумались. Нил, ты будешь делать то, что делаешь всегда. Держи нас в живых.

Хамфри оглядел комнату.

— Нас испытывали, снова и снова в этом месте. Каждый раз мы становились сильнее. Строитель может думать, что это место принадлежит ему, но на самом деле оно принадлежит нам. Это наше горнило, и оно дало нам силу победить его. Мы можем справиться со всем, что он может бросить в нас, что бы это ни было.

Как только он закончил говорить, земля начала трястись достаточно сильно, чтобы они могли почувствовать это через мягкую обивку облачного дома.

Герой этой истории

Герой этой истории

— Нам стоит выбраться? — спросила Софи, пока облачный дом продолжал сотрясаться. — Что, если церковь рухнет прямо на него?

Облачный дом все еще был скрыт в огромном внутреннем пространстве собора.

— В худшем случае на нас упадет крыша, — сказал Клайв. — Этого недостаточно, чтобы пробить облачный дом, особенно теперь, когда его улучшили до бронзового ранга.

— Ага, — подтвердил Джейсон. — Если мы выйдем, первое, что случится — мы упадем на землю. Второе — земля упадет на нас.

Тряска продолжалась больше минуты, прежде чем все стихло. Команда открыла дверь и обнаружила, что путь преграждают обломки, но Джейсон сосредоточился, и в другом месте стены открылась новая дверь. Они выбрались наружу и увидели, что церковь наполовину разрушена. Соседние здания также сильно пострадали, так как они и без того были ослаблены временем и навязчивыми зарослями джунглей.

Джейсон достал свою облачную флягу, в которую начал возвращаться облачный дом.

— Как думаете, что это было? — спросил Нил, оглядываясь по сторонам. — О, я его заметил.

Остальные проследили за его вытянутой рукой — в центре города в небо устремлялась гигантская башня. Она казалась выше любого здания, которое Джейсон видел с тех пор, как покинул свой мир. По его оценкам, она была высотой этажей в двадцать пять-тридцать, сложена из того же камня, что и остальной город, но не тронута зарослями джунглей. Снаружи были окна, но с такого расстояния они не могли разглядеть, что внутри.

— Эта штука была под землей, или ее создал Строитель? — вслух задалась вопросом Белинда.

— Если он, — сказал Клайв, — то он должен был сжечь тот сосуд дотла. На создание такой башни ушло бы гораздо больше мощи, чем на возведение нескольких стен.

— Думаю, дело не только в этом, — сказал Джейсон.

Джейсон получил системное сообщение как раз в тот момент, когда гул прекратился.

Карты текущего региона устарели. Посетите затронутые области, чтобы обновить данные.

Джейсон открыл свою карту. Весь город был раскрыт за месяцы их пребывания в астральном пространстве, но теперь ряд областей снова оказался скрыт. Тревожно, но неудивительно, что это были за места. Наряду с бывшим местом расположения башни Ордена Жнеца, башни по краям города и скрытый внутри голем больше не отображались на карте четко.

— Что-то изменилось и в башнях вокруг города, — сказал Джейсон и рассказал остальным об изменениях на своей карте. Поскольку это была отдельная способность, отличная от интерфейса группы, он не мог поделиться ею с командой, кроме как с Белиндой. Она могла имитировать ее, принимая облик Джейсона.

— Что нам теперь делать? — спросила Софи. — Пойдем разведаем эту новую башню?

— Силы культа почти наверняка собрались там, — сказал Хамфри. — Я не хочу предпринимать этот шаг без плана или цели.

— Почему бы нам не взглянуть на башни вокруг города? — предложила Белинда. — Если культ направляется к ним, им либо придется разделить свои силы, либо посещать их по очереди.

— Это значит, что мы либо столкнемся с группой, с которой сможем справиться, либо вообще с ними не встретимся, — сказал Хамфри. — Мне это нравится. Надеюсь только, что то, что мы там найдем, наконец позволит нам понять, что задумал Строитель.

— Это вполне вероятно, — сказал Клайв. — Все, что связано с этими големами-мировыми инженерами в башнях, должно быть грандиозного масштаба.

— Думаю, это подходит под описание, — сказал Нил, глядя на башню, возвышающуюся над центром города. — Не думаете ли вы, что внутри этой башни есть еще более крупный голем?

— Это был бы ужасно тощий голем, — заметил Джейсон.

— Я очень сомневаюсь, что Строитель просто придал камню форму башни, — сказал Клайв. — Думаю, это магическая инфраструктура, которая все это время была скрыта.

— На данном этапе это даже не удивляет, — сказала Софи. — Добавьте это в абсурдный список секретов этого места.

— Если я смогу взглянуть на часть этой инфраструктуры, — продолжил Клайв, — то, возможно, мы поймем, как ее превзойти.

— У чего-то столь масштабного и сложного должно быть множество потенциальных точек отказа, — сказал Джейсон.

— Именно, — подтвердил Клайв.

— Ну что ж, — сказал Хамфри. — Давайте их поищем.

* * * Путь от первоначального укрепленного форта до новой башни, которую Строитель заставил подняться из кратера в самом сердце города, был относительно коротким. Погребенная глубоко под тем местом, где веками стояла башня Жнеца, новая башня провозглашала новую доминирующую силу в астральном пространстве.

Остатки сил и ресурсов Строителя перемещались из форта в башню, где они занимали нижние этажи. Места хватало для всех их людей, особенно с учетом команд, которые уже были отправлены в сторону башен по краям города. У башни также имелась достаточная защита, чтобы угрожать ей могли только согласованные усилия мощных монстров.

— Как думаешь, Отвергающий придет сюда? — спросил Зато. Он и Тимос находились на третьем этаже башни, глядя в окно. Это был самый высокий этаж, который занимали культисты. Даже они не были уверены, что находится над их головами, так как Строитель запретил им подниматься выше.

— Трудно сказать, — ответил Тимос. Он был одним из главарей культа в Гринстоуне и знал о происходившем там больше, чем большинство членов культа. Он присутствовал при восхождении Отвергающего к известности, хотя знал лишь часть правды. К тому времени, когда к Отвергающему пришла настоящая слава, Тимос был изгнан из города Талией Мерсер и ее одержимой чисткой.

— Асано, как известно, трудно предсказать, — продолжил Тимос. — То, что я слышал, странно и противоречиво. Прийти сюда было бы глупо, но он и раньше совершал глупые поступки.

— Не думаю, что он придет, — сказал Зато. — Лорд Строитель считает, что он попытается саботировать башни.

— Разве это возможно? — спросил Тимос.

— Лорд Строитель сказал мне, что принял меры, чтобы Отвергающий предпринял такую попытку. Однако, как только он столкнется с одной из наших команд у башни, новые адаптированные группы реагирования переместятся к соседним башням, чтобы перехватить их, когда они решат завершить то, что считают саботажем.

— Они уже готовы?

— Команда ритуалистов отлично справляется с тех пор, как мы перевели их с работы с астральной магией на их реальную область специализации, — сказал Зато. — Они не только закончили новых конструктов, но и модифицировали старых. Что касается Преобразованных, то эти изменения Строитель внес лично.

* * * Прежде чем команда добралась до ближайшей из внешних башен города, они остановились, чтобы позволить Джейсону и Софи провести разведку. Они обнаружили, что башня осталась нетронутой, без видимых изменений. Как и все башни, она примыкала прямо к воде, опоясывающей город, но теперь появилась новая особенность.

Вторая башня теперь находилась примерно в дюжине метров прямо от берега первой. Это была копия существующей башни, за исключением отсутствия портальной арки наверху. На ее месте находилось некое подобие пьедестала. Они не могли разобрать деталей, но видели магическое свечение, исходящее от него.

Также появилась каменная дорожка, образовавшая мост от основания оригинальной башни к новой, ведущая к лестницам, спиралью поднимающимся снаружи. Ими уже воспользовались двое культистов, которых они видели на вершине башни. С ними был один конструкт и горстка Преобразованных. Это был небольшой отряд, едва ли способный пробиться через город, кишащий монстрами, которые теперь передвигались стадами.

— Почему так мало? — удивилась Софи, наблюдая вместе с Джейсоном с ближайшей крыши.

— У них есть численность, но она не бесконечна, — сказал Джейсон. — Если Тень прав, большая часть их сил — это Преобразованные. Они, должно быть, пожертвовали всеми своими железными рангами, чтобы создать их, потому что железные ранги здесь бесполезны.

— Думаешь, Строитель просто послал нескольких, чтобы минимизировать потери, где бы мы ни появились?

— Или это ловушка, — сказал Джейсон. — Тень рыщет вокруг в поисках скрытых подкреплений.

Команда осторожно присоединилась к ним, пока Тень продолжала искать притаившихся культистов. Они начали обсуждать, как нанести удар.

— Мы не хотим демонстрировать наши сильнейшие тактики, — сказал Хамфри. — Все, что Строитель увидит сейчас, будет менее эффективным, когда дело дойдет до большой битвы.

— Будет большая битва? — спросил Нил. — Не думаю, что мы сможем этого избежать.

— Строитель будет знать уязвимости того, что он делает, — сказал Клайв. — Он хочет втянуть нас в бой против своих превосходящих сил, поэтому позаботится о том, чтобы они оказались между нами и тем, к чему нам нужно добраться.

— Нам нужно скрыть наши большие силы, — сказал Хамфри, — при этом произведя достаточно шума, чтобы не выглядело так, будто мы сдерживаемся.

— Что-то броское, — сказал Нил. — Кажется, у меня есть идея.

* * * На новой башне находились двое культистов, вместе с конструктом и Преобразованными, которые были их защитой. Один из двоих просматривал блокнот, а другой рылся в ящике, который они достали из пространственной сумки.

— Очень надеюсь, что Отвергающий сюда не придет, — сказал мужчина, перебирающий вещи в ящике. — Этот парень пугает меня до чертиков.

— Не понимаю, почему многие из нас так беспокоятся об этом парне, — сказала женщина с блокнотом. — Он просто искатель приключений, которому повезло.

— Нет, — сказал он. — Я чувствовал ту проекцию души, которую взорвали над городом в Гринстоуне. Это меня напугало. Как будто мое звездное семя испугалось его ауры.

— Это чепуха, — ответила она. — Это все равно что сказать, что Лорд Строитель боится его. Он просто зол, что Отвергающий бросил ему вызов. Существа такой силы не привыкли к тому, что все идет не по их плану.

— Тебе стоит быть осторожнее со словами о Строителе.

— Его не волнует правда. Он не какой-то бог с хрупкой душевной организацией. И не беспокойся об Отвергающем. Строитель призовет его к ответу. В конце концов, Отвергающий — просто еще один бронзовый ранг. Как мы.

Он покачал головой. — Мы лучше всех знаем силу Строителя. Каким человеком нужно быть, чтобы вообще попытаться противостоять этому, не говоря уже о том, чтобы победить?

— Он не победил. Он выстоял.

— Против Строителя это и есть победа. Отвергающий может быть кем угодно, но не «как мы».

— Почему бы тебе тогда не примкнуть к нему, если он такой впечатляющий?

— Я решил следовать за Строителем. Сила и победа, никаких сожалений. Я знаю, что он разберется с Отвергающим рано или поздно. Я просто говорю, что не хочу столкнуться с Отвергающим до того, как это случится.

Она почувствовала всплеск магии и подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как ее товарищ-культист исчезает. На его месте появился человек в темных одеждах.

— Доброго дня, — сказал мужчина с ухмылкой. Он выхватил блокнот из рук ошеломленного культиста. — Может, я и могу противостоять Строителю, но не смог устоять перед такой вступительной репликой.

Преобразованные и конструкт немедленно набросились на Джейсона, но вокруг него появился пузырь-щит. Каменная когтистая лапа ударила по щиту, и тот немедленно взорвался с силой. Культиста, Преобразованных и конструкта сбросило с краев башни.

На соседней крыше культист, которого Клайв телепортировал с помощью подмены, внезапно обнаружил, что окружен. У него не было времени оглядеться в удивлении, прежде чем опустился меч Хамфри.

— Пойдем вниз, — сказал Хамфри Софи. — Такое падение их не убьет.

— Я беру на себя конструкта, ты — Преобразованных? — спросила Софи. — Конструкта я, по крайней мере, могу потихоньку разобрать.

— Пойдет, — сказал Хамфри, и они оба побежали к краю крыши и спрыгнули вниз.

* * * Джейсон читал конфискованный блокнот, когда остальные присоединились к нему на вершине новой башни. Он переводил взгляд с книги на пьедестал в центре, покрытый светящимися рунами. Он выглядел как панель управления, похожая на ту, что использовалась для работы миражной камеры.

— Что у тебя там? — спросил Клайв.

— Что-то вроде инструкции, — сказал Джейсон. — Там есть простой, прямой список того, в каком порядке нажимать кнопки для тех, кто совсем не знает, что делает, но если копнуть глубже, там больше информации о функционале. Со всеми моими занятиями магией я действительно могу это понять.

— Это хорошо, — сказал Клайв. — Я всегда говорил тебе, что понимание теории важно.

— Когда ты прав, ты прав, — сказал Джейсон. — Эта башня, на которой мы стоим, похоже, является активационной башней для другой. Если мы проигнорируем инструкции в начале и не будем этого делать, думаю, я нашел способ, как мы можем саботировать башню.

— Отлично, — сказал Клайв. — Лучше я взгляну.

— Ты мне не доверяешь? — спросил Джейсон с притворной обидой.

— Доверие относительно, — сказал Клайв. — Если это ритуал для выкапывания ямы, я с радостью поверю, что ты все сделал правильно. Когда на кону массовая смерть и разрушения, думаю, стоит перепроверить.

— Справедливо, — сказал Джейсон.

— Не пойми меня неправильно, — сказал Клайв. — Если спасение мира сведется к лихой беззаботности, я склонюсь перед твоим мастерством. Просто у нас разные области специализации.

— Ты хочешь сказать, что твой конек — эффективная и практичная магия, невероятно полезная для искателей приключений, а мой — сногсшибательная внешность и легкомысленный шарм?

— Я не это имел в ви...

— Меня это вполне устраивает, — сказал Джейсон, вкладывая блокнот в руку Клайва.

— Если собираешься читать, читай быстро, — сказал Хамфри. — Мы понятия не имеем, сколько времени потребуется Строителю, чтобы прислать сюда людей.

— Я знаю, что Строитель может видеть через своих последователей, — сказала Белинда, — но насколько хорошо?

— Не идеально, — сказал Джейсон. — Иначе он не использовал бы эти штуки.

Он кивнул на сломанного конструкта-паука.

— Я нашел эту штуку, прячущуюся за пьедесталом, поэтому ее и не сдуло. Пришлось раздавить самому.

Он поднял маленького конструкта.

Паук (уничтожен).

Дрон (железный ранг).

— Пауки круче там, откуда я родом.

Подойдя к краю здания, он сбросил его вниз. Клайв начал просматривать книгу, а Белинда перерыла пространственную сумку, которую они забрали у культиста, которого телепортировали к себе. Она вытащила ящик, в котором лежало шесть одинаковых магических устройств.

— Это мана-лампы? — спросила она.

— Да, — сказал Клайв, лишь на мгновение оторвавшись от блокнота.

— Они нужны для искусственного повышения плотности магии, чтобы использовать высокоуровневые ритуалы в зонах с низким уровнем магии, — сказал Джейсон. — Карлос использовал их для того ритуала проекции души.

— Зачем они им? — спросила Белинда. — Они же сами повысили здесь плотность магии.

— Не уверен, что они планировали это, — сказал Клайв, не поднимая глаз. — Думаю, повреждение пространственной мембраны было непреднамеренным.

— Здесь их целая куча, — сказала Белинда, вытаскивая еще два ящика. — Должно быть, они собираются проводить какие-то серьезные ритуалы.

— Выглядят как высокоуровневые, — сказал Клайв, хотя, казалось, не поднимал глаз. — Хорошие мана-лампы стоят дорого, так что нам стоит их забрать.

— Вот это мне нравится, — сказала Белинда, убирая один из ящиков в свое пространственное хранилище. Хамфри сделал то же самое, а Джейсон взял последний для своего инвентаря.

— Похоже, ты был прав насчет возможности саботажа, Джейсон, — сказал Клайв, но не выглядел счастливым.

— Ты кажешься недовольным тем, что я оказался прав, — сказал Джейсон.

— Дело не в этом, — сказал Клайв, все еще хмурясь над книгой в руке. — Что-то в этом меня гложет, и я не могу понять, что именно.

— Ну, блокнот выглядит новым, — сказал Джейсон. — Строитель, возможно, даже сам его набросал. В конце концов, он кажется тем, кто знает, как работает это место. Должен представить, что у него несколько чуждый разум, что может проявляться в том, как он организовал книгу.

— Хм, — сказал Клайв, переворачивая книгу в руках. — Она действительно выглядит как свежесделанная. Возможно, это он ее создал.

Он снова открыл книгу и начал быстро пролистывать. — О, ты, хитрец... да, это написал Строитель. Это ловушка.

— Ловушка? — спросил Джейсон.

— То, как это написано, — сказал Клайв. — Саботаж, о котором ты упомянул. Он скрыт, но ровно настолько, чтобы кто-то с разумным количеством магических знаний мог его разгадать. Это приманка. Строитель написал это специально для Джейсона и его уровня знаний. Саботаж выглядит так, будто он сработает, но я думаю, что это просто вызовет небольшую магическую реакцию, которая на самом деле ничего не сделает.

— Почему? — спросил Хамфри.

— Потому что «саботаж» нужно было бы проводить на каждой башне, — сказал Клайв.

— Понимаю, — сказал Хамфри. — Подкрепления Строителя не придут сюда. Он, вероятно, разделил их и отправил к ближайшим башням, чтобы устроить нам засаду.

— Но зачем ставить ловушку для Джейсона? — спросил Нил. — Разве он не знал, что Клайв разберется?

— Нет, — сказал Джейсон. — Строитель — это существо такого масштаба, который мы даже не можем осознать. Такая сущность не узнает о конкретном смертном, пока не придется. Если вы не дадите ему повода, остальные для него — просто команда Отвергающего. Вот почему я вчера болтал лишнее в этого паука.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Софи.

— Я не могу остановить Строителя и спасти мир, — сказал Джейсон. — У меня нет навыков или знаний. Клайв — герой этой истории. Он наше секретное оружие. Строитель сосредоточен на мне, потому что я тот, кто бросил ему вызов, поэтому моя работа — удерживать это внимание и хранить наше секретное оружие в секрете.

— Я герой? — спросил Клайв. — Я не чувствую себя героем.

— Видишь? Ты уже начинаешь понимать, — сказал Джейсон. — Утверждать, что ты не герой — это классическое поведение героя. Хотя тебе не помешало бы сделать голос немного более хриплым.

— Ты правда не думаешь, что сможешь спровоцировать Строителя парой насмешек? — спросил Нил Джейсона. — Строитель — это не какой-то криминальный авторитет или извращенный бюрократ, которого можно вывести из себя твоей обычной ерундой.

— Конечно, нет. Неважно, что он думает обо мне, важно, что он думает именно обо мне. Я тот парень, который бросил вызов воле великого Строителя. Нам нужно, чтобы он продолжал думать об остальных как о силуэтах на заднем плане, потому что именно так вы его победите.

— Кстати об этом, — сказал Хамфри. — Саботаж — это ловушка, но есть ли в этой книге что-то, что поможет нам остановить Строителя, или все это ложь?

— Книга кажется подлинной, — сказал Клайв. — Она почти обязана быть такой, иначе было бы слишком легко выдать игру. Она просто организована таким образом, чтобы тонко подвести людей ниже определенного порога знаний к конкретному выводу.

— Значит, меня развели, — сказал Джейсон.

— Описывай как хочешь, — сказал Клайв, — но да. Мне понадобится больше времени с этой книгой, если я хочу найти что-то полезное.

Хорошие новости, плохие новости

Хорошие новости, плохие новости

— Вся эта система изначально принадлежала Строителю, — сказал Клайв. — Есть хороший шанс, что он хотя бы отчасти понимает, что с ней происходит. Вероятно, лишь в ограниченной степени, правда. Иначе ему не нужно было бы отправлять команды для активации этих башен.

— Значит, нам стоит устроить фальшивый саботаж, — сказал Джейсон.

— Именно это я и имею в виду, — сказал Клайв. — Если Строитель подумает, что мы на это идем, он сосредоточит свои силы везде, кроме этого места, потому что решит, что мы нацелились на другую башню.

— Если мы это сделаем, — сказал Хамфри, — помешает ли это твоей способности понять, что происходит?

— Нет, — ответил Клайв. — Саботаж рассчитан на то, чтобы выпустить несколько впечатляющих, но безвредных волн магии, после чего эта башня погаснет на достаточное время, чтобы мы могли двигаться дальше. Она довольно скоро перезапустится сама.

— Ты уверен, что этот саботаж — не ловушка? — спросил Джейсон. — Она не снесет верхушку башни, нет?

— Вероятно, нет, — сказал Клайв.

— Вероятно?

— Остальные из нас не будут здесь наверху, когда ты это активируешь, на всякий случай, — сказал Клайв. — Но я уверен, что все будет в порядке.

— Почему это делаю я? — спросил Джейсон.

— Э-э... ради аутентичности? — предположил Клайв. — Это будет более точное представление того, как кто-то твоего уровня навыков совершает ошибку.

— Ты хочешь сказать, что я настолько никчемный, что ты даже не можешь притвориться настолько плохим? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Клайв. — Я просто передаю тебе блокнот...

Он передал его обратно Джейсону.

— ...и дипломатично удаляюсь.

Нил громко рассмеялся, хлопая Джейсона по спине, следуя за Клайвом в сторону лестницы.

— У Клайва довольно хорошее суждение насчет магических штук, — сказала Белинда, уходя вместе с остальной командой. Софи бросила на него извиняющуюся улыбку, уходя с остальными.

— Я определенно снова пересплю с его гипотетической женой, — пробормотал Джейсон про себя.

Он открыл блокнот и направился к пьедесталу в центре башни, покрытому светящимися рунами.

Он не торопился, делая собственные заметки, пока готовился выполнить то, что изначально оценил как метод саботажа. Теперь, когда он знал больше, он начал замечать, как блокнот направляет его, а также изъяны в его первоначальном понимании.

Записав фальшивую последовательность в свой собственный блокнот, он начал слегка касаться пальцами символов. Их светящиеся огни становились ярче и тускнели, иногда меняя цвета. Медленно, но верно руны начали гаснуть и больше не загорались.

Когда последняя погасла, Джейсон на мгновение усомнился, правильно ли он все сделал, так как реакции не последовало. Затем его магические чувства уловили нечто из башни под ним. Это был медленный рост силы, собирающейся и накапливающейся в гораздо более мощную энергию. Как раз когда она была готова вырваться, сила яростно распуталась, ударив по его магическим чувствам, когда он почувствовал, как высвобождается впечатляющая разрушительная цепная реакция.

Магия схлопнулась так, что это ощущалось как окончательный конец любой функциональности, которой она когда-либо обладала. Даже зная, что это всего лишь волна магии, проецирующая ложное магическое впечатление, иллюзия была настолько ошеломляюще эффективной, что у него начали возникать сомнения.

Ничего из этого не было вредным, но все тело Джейсона покалывало от электрического ощущения. Он все еще приходил в себя, когда вернулась команда.

— Это ощущалось невероятно реально, — сказал Нил. — Если бы я не знал наверняка, я бы поклялся, что магия в этой башне только что была разрушена.

— Нам пора, — сказал Хамфри. — Мы найдем место, где можно затаиться поблизости, чтобы Клайв мог изучать башни по мере необходимости, но нам лучше не быть здесь, если Строитель пришлет еще людей.

— Хорошо, — сказал Клайв. — Я бы хотел уделить еще немного времени блокноту. Это далеко не полный разбор магии башни, но он идеально вписывается в то, что мы видели из астральной магии Строителя. Вот почему я надеюсь, что книги, которые Знание дал Джейсону, помогут заполнить пробелы теперь, когда у нас есть отправная точка.

— У нас нет времени на исследовательский проект, Клайв, — сказал Хамфри. — У нас есть часы до того, как Строитель поймет, что мы не следуем плану, а не дни. Каждый потерянный момент крадет нашу инициативу.

— Ты серьезно ожидаешь, что я разберусь, как работает древняя магия из-за пределов нашей вселенной и как использовать ее, чтобы остановить махинации великого астрального существа, и все это за считанные часы?

— Ты хочешь сказать, что не можешь этого сделать? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказал Клайв. — Я просто хочу убедиться, что ты будешь должным образом впечатлен, когда я выполню абсурдную задачу, которую ты передо мной поставил.

— Думаю, эта штука с героем ударила ему в голову, — сказал Нил.

* * * Пока Клайв корпел над книгами из инвентаря Джейсона и блокнотом, который они забрали у культистов, Софи и Джейсон разведывали местность. Тень делал то же самое, как и Сташ, принимая формы различных ящериц и птиц джунглей. Они искали любые следы культистов или пауков Строителя.

Клайв в конце концов снял Джейсона с разведывательной службы, втянув его и Белинду в возобновленное расследование башен. Из всей команды они были теми, у кого было достаточно знаний, чтобы быть полезными. Клайв находился внутри башни с мировым инженером, а Белинда была наверху, внимательно следя за портальными воротами. Через голосовой чат Джейсона Клайв направлял его использовать контрольный пьедестал на новой оффшорной башне.

— Ладно, Линди, — сказал Клайв спустя несколько часов работы. — Осторожнее, потому что это должно вызвать реакцию. Возможно, стоит отойти на пару шагов. Джейсон, можешь начинать следующую последовательность.

Джейсон подождал, пока Белинда отойдет, затем начал работать с элементами управления в последовательности, которую продиктовал Клайв. Она была длинной, но в конце концов они получили результат. Впервые с момента перехода в спящий режим после их прибытия, портальная арка наполнилась темной энергией. Она засветилась звездами, как плащ Джейсона, которые становились все ярче и ярче, прежде чем вырваться из портала со шипящим звуком. Белинда уже была на безопасном расстоянии, но все равно сделала несколько дополнительных шагов назад. После короткого пиротехнического всплеска портал успокоился и снова был наполнен только тьмой.

— Мы открыли портал? — спросила Белинда, глядя на него. — Может, мы можем вернуться домой, может, получить подкрепление?

— Похоже на обычный открытый портал? — спросил Клайв, все еще находясь внутри башни.

— Прямо как способность портала Джейсона, — сказала Белинда. — Хотя его не стреляет кучей искр сначала.

— Ни при каких обстоятельствах не пытайтесь пройти через него, — сказал Клайв. — Мы не открыли портал. Это тест, чтобы увидеть, смогу ли я заставить арку взаимодействовать с пространственной мембраной. Если бы вы попытались пройти через него, вы бы никуда не телепортировались. Это выглядело бы так, будто вы исчезли, потому что та малая часть вашего тела, которая прошла бы сквозь него, была бы на куски слишком мелкие, чтобы увидеть их невооруженным глазом.

После ряда подобных тестов они отступили в ближайшее укрытие. Команда оставалась бдительной, пока Клайв был поглощен огромным количеством заметок, которые он написал, бормоча себе под нос. Его записи были разбросаны среди книг Джейсона, лежащих открытыми, и блокнота культиста, который он разобрал страница за страницей. Весь этот беспорядок был буйством магических диаграмм и многоязычных текстов, которые только сам Клайв мог разобрать в каком-либо порядке.

Клайв встал и прошелся взад-вперед, затем резко остановился, повернувшись, чтобы уставиться на беспорядок, который он устроил, взглядом, который мог бы просверлить кирпичный пол. Его руки были за головой, пальцы сцеплены, пока его мозг работал.

— Это не имеет смысла, — сказал он себе. — Это не подходит. Почему это не подходит?

— Что не подходит? — спросила Белинда. Ее время в качестве помощницы Клайва дало ей неплохое представление о том, как быть хорошим слушателем для него.

— Портальные ворота, — сказал Клайв. — Ворота интегрированы во всю систему, но вместо того, чтобы служить спящим мировым инженерам, похоже, они питаются ими.

— Как так? — спросила она.

— Ладно, — сказал он. — Итак, портальные арки, по своей сути, являются очень эскалированной версией силы сущности Джейсона. Использование силы сущности в качестве модели для других видов магии — обычная практика, учитывая, что способности сущности представляют собой наиболее стабильные формы магии. Чтобы управлять этими порталами, они подключались к мировым инженерам. Даже спящие, они были невероятным источником магии. Вытягивание этой силы из големов в любом случае только затруднило бы их пробуждение. Возможно, даже есть некоторые повреждения после использования их таким образом на протяжении веков. Зачем Строителю создавать такую ужасную, плохо подходящую систему? Это сбивает все мое понимание того, как все это работает вместе.

— Это просто, — сказала Белинда. — Строитель этого не делал. Это сделал Орден Жнеца. Какое им дело до целостности конструктов Строителя?

Клайв хлопнул руками по лицу, издав стон.

— Я идиот, — отругал он себя. — Как я мог упустить что-то настолько очевидное?

— Ты теперь понимаешь? — спросил Джейсон.

— Больше того, — сказал Клайв, сверкнув той дикой, хищной ухмылкой, которую команда ожидала от Джейсона. — Кажется, у меня только что появилась идея, которая решит все наши проблемы.

— Все? — спросил Джейсон.

— Все, — подтвердил Клайв. — О, боги, как только смотришь на это с точки зрения двух групп, работающих вразрез, все встает на свои места.

— Поделишься своим откровением? — спросил Хамфри.

— По пути, — сказал Клайв. — Нам нужно провести больше тестов.

* * * — Зато?

— Да, Лорд Строитель?

— Я приказал усиленным командам вернуться сюда, к центральной башне. Отвергающий не собирается к другим башням.

— Вы сказали, что саботаж был запущен на одной из башен, — сказал Зато.

— Тактический маневр, — сказал Строитель. — Давно пора было им прибыть к другой башне, а теперь башня, которую они якобы саботировали, снова используется. Они экспериментируют, но недалеко ушли. Все, чего они добились — это открыли ложный портал, который убил бы их, если бы они прошли сквозь него.

— Нам остается только надеяться, — сказал Зато. — Стоит ли нам послать людей за ними?

— Нет, — сказал Строитель. — Они сами придут сюда.

— Против основной части наших сил и нашей оборонительной позиции? Это было бы глупо.

— Да, — сказал Строитель. — Единственное, в чем можно положиться на Асано — это то, что он сделает последнее, что должен. Он процветает на неожиданных сюрпризах глупого шага.

— Чего он надеется достичь?

— По-видимому, уничтожить центральную башню, — сказал Строитель. — Кажется, он раскусил фальшивый саботаж, но нет способа, которым он мог бы понять механизмы пробуждения мировых инженеров, даже если бы нашел их и определил, что это цель. Я видел его разум и знаю уровень его понимания. Этого было бы недостаточно, чтобы создать базу знаний, которая могла бы расшифровать функции этого места. Он, вероятно, придет к выводу, что если сможет уничтожить центральную башню, то сможет положить всему конец.

— Может ли он? — спросил Зато.

— Нет. Магия, текущая через башню, не позволила бы даже мне воздействовать на нее дальше, не уничтожив этот сосуд на месте.

— Значит, мы просто ждем, когда Отвергающий придет к нам?

— Да. Пришло время положить конец смертному, который думает, что может противопоставить себя существу, выходящему за рамки его скудного понимания. Он узнает цену вызова истинной силе.

* * * Клайв сидел, скрестив ноги, на Онслоу, который плыл обратно к башням. Белинда использовала свою способность создавать простые предметы, чтобы сделать ему небольшую скамейку для колен, которую он использовал, чтобы записывать новые последовательности для тестирования на башнях. В то же время он объяснял то, что узнал от команды.

— Есть много хороших новостей, — сказал Клайв. — Есть и плохие, но мы до них дойдем. Первая хорошая новость заключается в том, что все эти башни интегрированы в единую, связанную систему. В этих записях, предоставленных Строителем, достаточно информации, чтобы я мог более или менее определить, что они делают, и — это важно — как. Я не могу переоценить ценность этих книг Джейсона. В них есть теория трансгрессии измерений, по сравнению с которой наша самая сложная астральная магия выглядит как наскальные рисунки.

— И что делают эти башни? — спросил Хамфри. — Мы уже предполагали, что смысл в том, чтобы разбудить гигантских големов.

— Это только часть, — сказал Клайв. Несмотря на то, что он вел разговор, он ни разу не поднял глаз от записей, которые продолжал быстро строчить. — Вы все помните, что это астральное пространство искусственно прикреплено к нашему миру?

— Конечно, — сказал Нил.

— Ну, я не думаю, что дело было только в связи с нашим миром, — сказал Клайв. — Я думаю, все это астральное пространство искусственно. Это гигантский десантный корабль. Вместо того чтобы доставлять людей на корабли, он доставляет самое мощное оружие Строителя в миры. Он загружает его этими штуками-мировыми инженерами, прикрепляет к боку мира и отправляет их внутрь. Но здесь что-то произошло, что изменило все это.

— Думаю, здесь произошло много всего, — сказал Нил.

— Каким-то образом, — продолжил Клайв, — это место было вырвано из рук Строителя и передано Ордену Жнеца. Они перепрофилировали его разными способами, но для нас сейчас актуален только один. Они перепрофилировали межпространственные механизмы, предназначенные для запуска мировых инженеров, в транспортную систему, используя силу портала в качестве шаблона.

— Как это влияет на нас сейчас? — спросил Хамфри.

— Во-первых, — сказал Клайв, — это причина, по которой Строителю пришлось отправлять команды, вместо того чтобы просто направить всю систему на работу. Его команды обходят изменения Ордена Жнеца, чтобы восстановить исходную функциональность башен и способность Строителя управлять башнями удаленно.

Клайв все еще бешено строчил, даже когда его объяснение стало более возбужденным.

— Значит, это дало нам время попробовать что-то, — сказала Софи. — Но что теперь нам пробовать?

— Мы переконфигурируем всю систему, которую активирует Строитель, — сказал Клайв. — Вместо того чтобы уводить ее от модификаций Ордена, мы усиливаем ее мощью, исходящей из центральной башни. Я упоминал ранее, что изменения Ордена потенциально повреждали големов? Этот процесс будет для них хуже, чем когда-либо, в смысле кучи металлолома. Это также выжжет способность исходной системы отправлять их в наш мир.

— Что полностью закрывает планы Строителя, — сказал Хамфри. — Мне это нравится.

— Вам понравится это еще больше, — сказал Клайв. — Вся эта мощь не будет уходить в мировых инженеров, а будет выходить из них. Она вернется к тому, для чего Орден Жнеца ее использовал, а именно — питать то, для чего портал предназначался в первую очередь.

— Ты хочешь сказать...? — спросил Нил, почти суеверно озвучивая надежду.

— Я имею в виду открытие портала домой, — сказал Клайв. — Столько мощи должно пробить помехи, вызванные повреждением пространственной мембраны.

— Значит, мы отключаем големов, срывая планы Строителя, и открываем путь домой, одновременно? — спросила Белинда.

— Я же говорил, — сказал Клайв. — Решение всех наших проблем. Однако есть подвох.

— Какой? — спросил Хамфри.

— Сама переконфигурация на самом деле довольно проста, — сказал Клайв. — Как отметил Джейсон, что-то работающее в таком масштабе имеет много потенциальных точек отказа. Потребовались недели, чтобы правильно настроить портал и доставить нас в астральное пространство. Я привез достаточно материалов, чтобы сделать что-то подобное, если потребуется, чтобы выбраться обратно. Поврежденная пространственная мембрана сделала это бессмысленным, но я могу использовать эти материалы, чтобы сконструировать довольно простое устройство для перекалибровки всей системы так, как нам нужно. Мне просто нужно использовать башни здесь, чтобы откалибровать само устройство.

— Пока звучит неплохо, — сказал Хамфри.

— Фокус, — сказал Клайв, — в том, что нам нужно доставить устройство к центральной башне, чтобы оно заработало. Я почти уверен, что нам нужно будет доставить его внутрь башни, а затем пронести снизу до самого верха. Нам нужно пронести устройство через внутреннюю часть здания.

— Ты имеешь в виду буквально, физически пронести? — спросил Джейсон.

— Да.

— И все? — спросил Джейсон. — Снизу доверху? Никаких ритуалов, никаких манипуляций с башней.

— В этом вся прелесть, — сказал Клайв. — Строитель уже проделал всю работу. Все, что нам нужно сделать — это перевернуть процесс с ног на голову, чтобы вместо того, чтобы уходить от изменений Ордена, система толкала обратно в них.

— Отлично, — сказала Софи. — Все, с чем нам нужно справиться — это серебряный ранг, сам Строитель и армия конструктов, культистов и странных, испорченных людей, которые не умирают.

— Я же говорил, что будут плохие новости, — сказал Клайв.

— Насколько ты уверен в этом? — спросил Хамфри Клайва.

— Я работаю с ненадежными блокнотами, магической теорией, которую едва понимаю, и безумными устройствами вторжения в миры, работающими в большем масштабе, чем любая магия, которую я когда-либо видел, — сказал Клайв. — Но это либо это, либо мы сидим сложа руки и смотрим, как Строитель делает все, что ему вздумается.

— Это довольно неплохо, учитывая обстоятельства, — сказал Джейсон.

Хамфри кивнул.

— Ты сделал лучше, чем кто-либо мог просить, — сказал он Клайву.

— Это не помешало тебе просить, правда?

— Это оставляет остальным из нас задачу придумать план, как преодолеть невозможные шансы, где у врага есть сила, численность, оборонительная позиция и, вероятно, он знает, что мы идем, если не зачем.

— Я всегда полагал, что нам придется рано или поздно перенести битву к ним, — сказал Джейсон. — Я уже некоторое время думаю о том, как это сделать, и у меня есть одна идея.

— Какая? — спросил Хамфри.

— Ну, — сказал Джейсон, — она дерзкая, безумная и что-то, что я узнал из видеоигры, так что очень в моем духе.

— Что такое видеоигра? — спросил Нил.

— Неважно, — сказал Хамфри. — Какая идея?

— Мы устроим Строителю «паровоз», — сказал Джейсон.

Вот мы и здесь

Вот мы и здесь

— Это плохой план, — кричала Софи Джейсону, пока они бежали бок о бок. Он вкладывал в бег всю скорость, на которую был способен, в то время как она бежала спиной вперед и все еще должна была сдерживать свою скорость, чтобы соответствовать его.

— Это фантастический план, — крикнул он в ответ.

Они двигались по широкому бульвару, выбранному за то, что он был одним из самых открытых и наименее заросших. Это все еще было больше похоже на джунгли, чем на мощеную дорогу, но они стали экспертами в навигации по ландшафту астрального пространства, и это их не замедляло.

Позади них звук стада монстров, преследующих их, был похож на бесконечный грохот грома, когда тяжелые ноги и другие конечности били по земле.

— В моем мире люди делают такое ради забавы.

— Ради забавы? Все в твоем мире такие же сумасшедшие, как ты?

— Конечно, нет. Я особенный.

Периодически монстры совершали дальние атаки против бегущих искателей приключений, от магических вспышек до игольчатых шипов размером с предплечье. Софи следила за такими атаками и отбивала их все.

Способность: [Волна ветра] (Ветер)

Особая способность (движение).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 6 секунд.

Текущий ранг: Бронза 2 (91%).

Эффект (железо): Создать мощный поток воздуха, который может отталкивать врагов и физические снаряды. Может использоваться для прыжка в воздух или быстрого перемещения, уже находясь в воздухе.

Эффект (бронза): Может воздействовать на магические снаряды и некоторые магические эффекты по области.

— Я вообще был нужен для этого? — спросил Джейсон.

— Конечно, был, — сказала Софи. — Ты единственный, кто мог достаточно сильно разозлить такое количество тварей, чтобы они преследовали нас так упорно.

* * * Хамфри, Клайв и Нил прятались на вершине одного из зданий, ближайших к кратеру, из которого поднялась центральная башня. Сама башня находилась в самой глубокой части кратера, но все равно возвышалась над всеми другими постройками в городе. Лежа плашмя на крыше, они наблюдали за вражеским лагерем, разбитым вокруг башни, через увеличительные кристаллы.

Лагерь занимал весь кратер. Стены были возведены по всему краю кратера, высотой около пяти метров. Единственные проблески того, что происходило внутри, они получали, когда тяжелые каменные ворота распахивались, чтобы впустить возвращающиеся отряды культистов, конструктов и Преобразованных.

Стены были результатом способностей по изменению земли. Это были грубые постройки, созданные культистами, а не грозные стены, которые Строитель создал вокруг их предыдущего форта. Они проигрывали в сравнении, но все же были пять метров в высоту и два в толщину. У чего-то меньшего возникли бы проблемы с тем, чтобы устоять против монстров серебряного ранга.

Культисты полностью покинули свой первоначальный форт, к разочарованию команды. Форт было бы гораздо труднее атаковать, но целью была башня, а не культисты вокруг нее. Если бы культисты все еще занимали свой первоначальный лагерь, команде не пришлось бы иметь с ними дело.

Через свои увеличительные кристаллы им удалось получить некоторое представление о внутреннем устройстве, так как они выбрали лучшую точку обзора через одни из ворот. Склон кратера был изменен с помощью магии земли в серию плоских ярусов, похожих на исключительно широкие лестницы. Культисты расположились на этих ярусах, которые вели вниз к самой башне.

Башня гудела от магической энергии до такой степени, что подавляла любые магические чувства. Даже на таком расстоянии, как здание, на котором они прятались, их магические чувства были размыты от сырой мощи, исходящей от нее. Она не представляла никакой опасности, но даже на расстоянии это вызывало головную боль. Они подозревали, что вблизи это будет трудно выносить вообще.

Периодически группы культистов возвращались в лагерь, проделав путь обратно в город от внешних башен. Никто из них не уходил, что наводило на мысль, что Строитель консолидирует свои силы.

— Вот она, — сказал Хамфри, когда появилась еще одна такая группа. Это была обычная смесь пары культистов, нескольких конструктов и контингента Преобразованных, похожих на автоматонов. Одни из ворот в стене открылись, чтобы впустить их, но только наблюдающая команда заметила, как один из Преобразованных отделился, чтобы прижаться к внешней стороне стены, рядом с тяжелыми каменными воротами.

— Я все еще говорю, что это плохая идея, — сказал Клайв. — Она такая открытая. Что, если Строитель или серебряный ранг почувствуют ее через ее способности изменения формы?

— Мы все идем на риск, — сказал Хамфри. — Она знает об опасностях и все равно решила пойти. Если мы сможем завести монстров в лагерь, а не просто вокруг него, у нас будет гораздо больше шансов проникнуть в башню в хаосе.

* * * Прижавшись к стене лагеря культистов, изменившая форму Белинда сделала ободряющий вдох.

— Как там монстры? — спросила она через голосовой чат.

— Приближаются, — пришел ответ Софи. — Ты должна услышать их с минуты на минуту.

— Тогда я начну, — сказала Белинда, перемещаясь к передней части ворот и доставая мелок из своего хранилища.

— Ты справишься, — заверила она себя, начиная рисовать ритуал на большой каменной двери. — Ты точно не будешь поймана и содрана заживо злым божеством.

Она продолжала рисовать, желая, чтобы ворота не открылись.

* * * В лагере Зато покачал головой. Башня все больше накапливала магическую энергию, до такой степени, что теперь она бомбардировала чувства всех вокруг. Конструкты и Преобразованные с пустыми лицами не были заметно затронуты, но его культисты становились все более раздраженными.

Его культисты были доведены до предела сенсорной бомбардировкой. Они срывались друг на друга, и ему уже приходилось вмешиваться однажды, когда вспыхнула драка. Ему было плевать, что они делают друг с другом, но это демонстрировало неприемлемое отсутствие дисциплины. Он отказывался позволить им выставить его в плохом свете перед Строителем.

Он наклонил голову, прислушиваясь, когда услышал то, что звучало как гром. Он посмотрел на небо, ярко-синее и такое же пустое от облаков, как всегда. Звук продолжался, даже становясь громче. Остальная часть лагеря не разделяла его восприятие серебряного ранга и еще ничего не слышала, поэтому никто вокруг него не отреагировал.

Он встал со своего стула и быстро направился вверх по ярусам кратера к стенам. Периодически по внутренним сторонам были расположены лестницы, и он преодолевал их по две ступеньки за раз, чтобы быстро добраться до верха.

Он посмотрел на окружающую местность. Кратер был расположен в центре огромной площади, окруженной зданиями, поврежденными взрывной детонацией башни Ордена Жнеца. Между стенами лагеря и этими зданиями было совершенно открытое пространство. Зато взобрался на стену как раз вовремя, чтобы увидеть, как монстры высыпают из-за пары зданий на это открытое пространство. Это было одно из собравшихся стад перемешанных монстров, которые формировались в городе, теперь бегущих к лагерю в неистовстве.

— Что за...?

Он заметил две фигуры, бегущие впереди неистового потока монстров. Его глаза легко различили темный плащ, развевающийся за одной из них, пока они бежали.

— Отвергающий, — пробормотал он. Он уже собирался крикнуть тревогу, когда кто-то телепортировался прямо перед ним. Это был крупный мужчина с большим мечом, стилизованным под форму крыла дракона. Он воспользовался ошеломленной паузой Зато, выдыхая огонь на культистов.

* * * Хамфри заметил, как человек переместился на стены, как раз когда Джейсон и Софи завели монстров на площадь. Секунды имели значение, поэтому он принял мгновенное решение, вызвав свой меч и телепортировавшись прямо перед человеком. Чувства Хамфри подсказали ему, что это другой серебряный ранг, но он не колебался. Немедленно выдохнув огонь, он высвободил свою атаку неудержимой силы и отправил мужчину кувыркаться назад и через край стены.

* * * Падение Зато на землю было тревожным, но не настолько, как если бы он действительно поднял тревогу. Это дало монстрам драгоценное время, чтобы преследовать Джейсона и Софи ближе к воротам, что означало меньше времени для лагеря, чтобы подготовиться.

С Джейсоном и Софи на подходе и Хамфри, уже вступившим в схватку, Клайв знал, что пора действовать. Он вызвал Онслоу, подобрал щенка Сташа и забрался на панцирь фамильяра, Нил забрался вместе с ним. Рунная черепаха спланировала с крыши, дрейфуя к земле на воздушной подушке. На уровне земли скорость Онслоу возросла, когда он завис над землей, двигаясь к лагерю с возрастающей поспешностью.

Люди в лагере едва успели осознать грохочущий звук стада монстров, прежде чем Белинда завершила свой ритуал и ворота взорвались внутрь. С ордой монстров, спускающейся на нее, она использовала одну из своих способностей, чтобы присоединиться к Клайву и Нилу на панцире Онслоу.

Способность: [Подмена] (Ловушка)

Особая способность (измерение, иллюзия).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 1 (87%).

Эффект (железо): Телепортировать себя или ближайшего союзника в ближайшее место. Субъект становится невидимым на короткий период, оставляя после себя реалистичную иллюзию. Иллюзия не имеет субстанции или ауры.

Эффект (бронза): Иллюзия взрывается при приближении врага, нанося урон разрушительной силой.

— Здесь довольно просторно, — сказала она, появившись на Онслоу, и Сташ немедленно запрыгнул ей на колени. Своих собственных фамильяров она пока не вызывала.

— Он хороший мальчик, — сказал Клайв, ласково похлопав Онслоу.

Даже когда фрагменты разбитых ворот все еще падали на землю, Джейсон и Софи пронеслись через пролом с монстрами на пятках. Раздался взрыв, когда один из монстров бросился на иллюзию, оставленную Белиндой. Остальные монстры проигнорировали ее, продолжая преследовать Джейсона и Софи без остановки. Прорвавшись через ворота, Джейсон и Софи разделились влево и вправо, но в лагере было более чем достаточно врагов, чтобы занять монстров.

Изменения магии в астральном пространстве дали монстрам близость друг к другу, но дикую агрессию ко всему не монструозному. Это было похоже на берсерковскую ярость, которая охватывала монстров в конце их жизненного цикла, но монстры в астральном пространстве были затронуты слишком рано. Вливаясь в лагерь, они обнаружили, что у них есть рог изобилия вещей, на которые можно обрушить свою неутолимую ярость.

* * * Зато поднялся на ноги, игнорируя тот факт, что он горит. Способности сущности Тадвика и Дугалла были поглощены, чтобы подготовить их к содержанию частицы силы Строителя. Способности сущности Зато были аналогичным образом поглощены как топливо для силы Строителя, но принципиально иным способом. Вместо сосуда Зато был превращен в оружие.

Пламя Хамфри жгло одежду и кожу Зато, но он не обращал на это внимания. Там, где кожа сгорала, она обнажала вторую кожу из блестящего металла под ней. Его волосы сгорели, а передняя часть глаз выжглась, обнажив кристаллические сферы, которые были его истинными глазами. Он обвел ими лагерь, оценивая ситуацию.

Когда его сбросили на землю, ворота были взорваны, и монстры хлынули в лагерь. Они лились вниз по ярусным ступеням лагеря, атакуя все, что двигалось, и уничтожая все, что не двигалось. Палатки были разорваны, а Преобразованные и конструкты были приведены в действие, когда их атаковали.

Один из монстров направился к Зато, прыгнув по воздуху на него. Он схватил его за лицо, вырвав из воздуха. Он хлопнул другой рукой, раздавив его голову между ладонями, и бросил труп на землю.

Он посмотрел вниз на свою грудь, где вся кожа была выжжена. Осталась вмятина приличного размера от удара, который отправил его кувыркаться со стены. Он был удивлен, что крупный бронзовый ранг с мечом смог нанести ему такой урон. Металл задрожал, как вода, и вмятина разгладилась. Зато посмотрел вверх на место на стене, с которого его сбили, но не смог заметить человека, который отправил его в полет.

* * * Хамфри не был настолько глуп, чтобы ждать, пока серебряный ранг восстановится, и вызвал свои драконьи крылья. Он пролетел над монстрами, все еще вливающимися в лагерь, и направился к Онслоу, чтобы присоединиться к группе. К нему присоединилась Софи, которая вбежала по внутренней стороне стены и спрыгнула вниз, перегруппировавшись с остальными.

— Я доберусь до одних из других ворот и впущу вас, — сказал им Джейсон через голосовой чат. — Направляйтесь к первым воротам слева от того места, откуда входят монстры.

Он начал пробиваться через лагерь, который превратился в дикую свалку. Монстры сталкивались с конструктами и Преобразованными. Некоторые культисты пытались организовать своих бездумных миньонов в некое подобие порядка, в то время как другие метались в тщетной попытке найти безопасность, пока монстры продолжали вливаться.

Джейсон отметил, что Преобразованные и конструкты приобрели новые способности. Некоторые выглядели как те, с которыми они сталкивались раньше, но теперь они могли разделяться на совершенно отдельные сегменты, способные действовать независимо. Меньшие конструкты были лучше приспособлены для преследования более мелких и быстрых врагов.

Конструкты делились на два типа. Большинство были оригинальными конструктами, модифицированными для разделения. После разделения их составные части были довольно причудливой формы, так как изначально не предназначались для этой цели. Новые конструкты были построены специально для этого, и хотя они были менее физически прочными, чем оригиналы, их разделенные части были быстрее и опаснее.

Преобразованные приобрели свои собственные гротескные новые силы. Некоторые сражались огромными выдвижными лезвиями, выходящими из их рук. Другие сегментировали свои конечности, которые оставались соединенными проводами и давали им странные, размашистые атаки.

Тела Тени двигались через месиво. Это давало Джейсону пути для теневых прыжков в сторону ворот, хотя он не оставался без внимания. Ему пришлось остановиться и разобраться с настойчивой парой монстров, а затем с одним из Преобразованных. Он быстро высвободил шторм недугов, которые сгноили плоть с его костей, но он продолжал сражаться, даже когда был немногим больше, чем скелет, обернутый лоскутами черной плоти. Джейсон использовал свою способность казни, чтобы закончить работу.

Прежде чем добраться до ворот, он также нашел время, чтобы избавиться от культиста, который, казалось, неплохо справлялся с управлением конструктами. Джейсон хотел как можно больше раздора, чтобы прикрыть действия команды, поэтому он разобрался с прилежным культистом, прежде чем она смогла начать наводить порядок.

Наконец добравшись до ворот, он обнаружил, что они остались без присмотра в хаосе. Там не было механизма, только тяжелый засов, но его силы бронзового ранга было достаточно, чтобы убрать его и распахнуть одну из тяжелых каменных дверей.

— Наконец-то, — сказал Нил, когда Джейсон нашел команду, ожидающую снаружи. — Вы, очевидно, бездельничали там внутри.

— Нам нужно попасть в эту башню как можно быстрее и тише, — сказал Хамфри. — Убери Онслоу, Клайв. Он слишком сильно выделяется.

Онслоу издал грустный пищащий звук, который был странно высоким для такого крупного существа, но растворился в синие искры, которые полетели к Клайву, проникая сквозь его одежду, чтобы принять форму татуировки.

Команда начала пробиваться через месиво боя, сражаясь как единое целое. Они медленно прокладывали путь вниз по ступеням наклонного лагеря к башне, когда Строитель спустился с неба, хотя он не приземлился близко к команде.

Строитель либо не имел способности медленного падения, либо просто не заботился об этом, врезаясь в землю, как валун. Монстр, который оказался между ним и землей, был убит мгновенно. Казалось, Строитель просто спрыгнул с верхних ярусов башни.

Когда он сошел с туши, Строитель высвободил ауру. Она была на самом пике серебряного ранга, мощная и ужасная, как вес здания, давящий вниз. Аура Джейсона имела отголосок трансцендентности, который распознал бы только кто-то умелый и чувствительный. Аура Строителя была густой от него, и эффект был гнетущим до такой степени, что ощущалось, будто находишься на дне океана.

Команда, как и все монстры вокруг них, почувствовала, как их ауры подавлены, оставляя их уязвимыми и открытыми. Только аура Джейсона держалась твердо, и Строитель повернул голову на шарнире, и пара встретилась взглядами.

На одно мгновение лагерь замер, так как все было подавлено аурой Строителя, самой сильной, которую он мог создать со своим текущим сосудом. Звук битвы затих, когда миньоны Строителя замерли, а монстры присмирели. В странной, жуткой тишине Джейсон и Строитель смотрели друг на друга. Джейсон шагнул вперед, мимо застывших миньонов и испуганных монстров, удерживая взгляд Строителя.

Строитель не был скотоводом, фермером или кем-то еще, кто работал со скотом или другими животными. Если бы он был им, он мог бы иметь представление о том, что происходит, когда очень большое количество очень напуганных животных удерживается вместе в замкнутом пространстве. Вызванная страхом неподвижность монстров длилась лишь странно тихое мгновение, прежде чем заклинание было нарушено.

Паника взяла верх. Хаос взорвался над лагерем, как бомба, когда монстры обезумели, и крики ужаса разорвали воздух. Монстры пытались устроить давку, но они набили себя в лагерь, и стены теперь запирали их. Это не остановило их безумную попытку сбежать, давка превратила лагерь в яростную мясорубку. Даже предыдущая свалка казалась тихой церковной службой по сравнению с этим.

Преобразованные и конструкты снова были переведены в боевой режим, но монстры даже не сопротивлялись в своем отчаянии сбежать от ужасающего присутствия Строителя. Они были опаснее в своей панической давке, чем в берсерковской ярости.

Тренировки команды по работе с аурой включали в себя упражнения на подавление аур, так что они не были выведены из строя, хотя это оставило их крайне неспокойными, когда они снова пробивались к башне. Софи попыталась броситься за Джейсоном, но была отдернута Хамфри.

— У него своя работа, — крикнул он ей поверх шума, — а у нас своя.

Глазом шторма было пустое пространство вокруг Строителя, место, куда монстры толкали друг друга, чтобы избежать. Джейсон шагнул в это пространство. Двое смотрели друг на друга в спокойствии, причудливом среди ярости, происходящей вокруг.

— Вот мы и здесь, — сказал Джейсон. — Сразу предупреждаю, чтобы потом не говорили, что не слышали: в этот раз я надел штаны.

Неравный бой

Неравный бой

Стены лагеря стали тюрьмой для монстров, охваченных паникой из-за ауры Строителя. Они устроили давку, не имея возможности вырваться, дикое столпотворение, которое захватывало культистов, конструктов и Преобразованных, служивших им. Это было нечто среднее между соковыжималкой и мясорубкой.

Воздух был наполнен звуками боя и ужаса. Монстры издавали зверинец визгов, криков и рыков. Культисты кричали, пытаясь направлять конструктов и Преобразованных. Автоматические слуги не издавали звуков сами по себе, но звуки их уничтожения когтями обезумевших монстров добавлялись к шторму шума.

Было одно пространство жуткого спокойствия. Независимо от того, насколько напуганными или доведенными до безумия они были, ни один монстр не приближался к Строителю. В глазу шторма две фигуры стояли неподвижно, глядя друг на друга.

Строитель носил лицо Тадвика Мерсера. Вместо насмешливого, высокомерного выражения, теперь присутствовало невероятное присутствие, оживляющее то, что на самом деле были довольно красивыми чертами. Вместо высокомерия была уверенность, которая превосходила смертную форму, которую он населял. Эта форма была все еще цела, сила Строителя еще не нагружала ее до точки разрушения.

Строитель представлял собой героическую фигуру, противостоящую зловещему, теневому облику Джейсона. Поверх струящихся черных боевых одежд был его плащ ночи, вуаль тьмы и звездного света с обещанием тайны и силы.

— У тебя завышенное чувство собственной важности, — сказал Строитель.

Он говорил тихо, но его слова идеально доносились до Джейсона, даже поверх какофонического шума вокруг них.

— Ага, — согласился Джейсон. Он тоже говорил тихо, не сомневаясь, что Строитель может слышать его так же хорошо.

— Ты думаешь, все это позволит тебе остановить меня? — спросил Строитель.

— Это было бы слишком много хлопот, если бы я не думал так, — сказал Джейсон.

— Я не собираюсь убивать тебя, — сказал Строитель. — Ты доставил мне достаточно хлопот, чтобы я сделал из тебя пример. Следующий человек, который захочет перейти мне дорогу, дважды подумает, когда узнает, что случилось с тобой.

— Правда? — спросил Джейсон, его голос был полон насмешки. — Ты пытаешься использовать мою душу как марионетку и хочешь мести, потому что я не позволил тебе? Для великого астрального существа это очень по-человечески.

— Не пытайся опустить меня до своего уровня.

— Ты уже здесь, приятель, но это не моя вина. Я просто случайный, низкоранговый парень, пытающийся пробиться в мире. Или мирах, во множественном числе, полагаю. Ты увидел, как какой-то идиот швырнул душу в твою сторону, ты попытался схватить ее, и ничего не вышло. Ты мог бы оставить все как есть, но просто не смог отпустить. Ты сам опустился до моего уровня, и вот мы здесь. Ну, чуть выше моего уровня. Честно говоря, тебе не помешал бы нерф, просто ради справедливости. При всей твоей огромной, космической силе, в конце концов, ты — разумное существо, как и все мы. Думаю, гордыня — тяжелый порок, от которого трудно избавиться, работая на твоем уровне.

— Ты думаешь, я не вижу сквозь то, что ты делаешь? — сказал Строитель.

— Участвую в классическом бантере героя и злодея. Не буду лгать; это своего рода мечта, ставшая реальностью для меня.

— Что бы ни делали твои спутники, они не преуспеют. Зато остановит их.

— Это забавно, — сказал Джейсон. — Я тоже верю в своих друзей. У нас есть это общее.

— Я лично корректировал модификации тела Зато, — сказал Строитель. — Даже после поглощения его сущностей, он сильнее, чем когда-либо был как простой пользователь сущности.

— Команда уже прикончила пользователя сущности серебряного ранга. Они справятся с твоей маленькой марионеткой.

— Ты убил Хендрена через эскалацию силы твоих способностей гниения плоти. Я перековал Зато таким образом, что эти силы не могут навредить ему. Даже если бы ты был с ними, чтобы помочь, твои силы были бы тщетны. Но ты не с ними. Я захвачу тебя, а он захватит их. Я заберу их души, и они будут теми, кто убьет тебя, медленно и мучительно. Я запишу все это, чтобы каждое существо, которое служит мне, увидело своими глазами судьбу великого Отвергающего. Ты будешь полезным инструментом вербовки.

— И все же, по иронии судьбы, единственный, кто ведет себя как огромный инструмент — это ты.

— Обзывательства — это лучший ответ, на который ты способен?

— Ты был внутри моего мозга, — сказал Джейсон. — Так что ты знаешь, что это практически так, да. Хотя я шучу. Честно говоря, это был солидный злодейский монолог. Тебе стоит подумать о приобретении машины погоды.

— Ты все еще веришь, что можешь победить, — сказал Строитель. — Это не вопрос победы или поражения. Это вопрос того, сколько времени потребуется для реализации моих намерений.

— Как насчет компромисса? — спросил Джейсон. — Мы могли бы дать тебе что-то другое вместо огромных полос, содранных с края реальности. Как ты относишься к вкусным сэндвичам?

— Ты утомителен, — сказал Строитель. — Пора с этим покончить.

Джейсон почувствовал, как магия хлынула в земле под ним. Он исчез в своей тени, когда две плиты, сделанные из земли под ним, поднялись, чтобы захлопнуться, как медвежий капкан. Все, что они поймали — это тело Тени, оставленное позади, которое не пострадало.

— Просто совет, — крикнул Джейсон изнутри монструозной свалки. — Не стоит предупреждать людей, что собираешься совершить внезапную атаку.

Строитель жестом указал в сторону, откуда донесся голос Джейсона, и волна каменных шипов поднялась от ног Строителя и врезалась в монстров. Джейсон, тем временем, появился с другой стороны и бросился на Строителя. Стена поднялась у него перед лицом, блокируя его, прежде чем взорваться над ним, тысячи острых фрагментов штурмовали его, как ураган в гравийном карьере. Его плащ ожил, лес темных щупалец выстрелил, чтобы перехватить снаряды. Большинство фрагментов пролетели мимо него, в то время как остальные безвредно упали к его ногам.

Джейсон бросился в свалку. Как оказалось, великие астральные существа мало использовали навыки боевых искусств, а те, что Строитель унаследовал от Тадвика, были значительно ниже среднего. Кинжал Джейсона быстро мелькал, оставляя быстрые следы на плоти Строителя.

Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] и Метку [Цена искупления] на [Сосуд Строителя].

Трансцендентная сила внутри [Сосуда Строителя] нейтрализовала эти эффекты.

[Грех] не вступил в силу.

[Цена искупления] не вступила в силу.

— Это нехорошо.

Строитель схватил Джейсона за лицо. Гордон появился с всплеском ауры Джейсона, и лучи синей и оранжевой энергии вырвались из его четырех сфер. Они сфокусировались на руке Строителя, и Строитель отпустил Джейсона, который снова исчез в своей тени. Дюжина шипов вырвалась из земли и зависла между Строителем и Гордоном. Воздух вокруг них замерцал, и шипы выстрелили, разрывая большие дыры в бестелесном теле Гордона. Гордон растворился в туманность и выстрелил прочь в толпу монстров, куда сбежал Джейсон. Джейсон поглотил своего фамильяра обратно в свою ауру.

Каждый из бойцов делал неприятные открытия, сражаясь. Джейсон был в худшем положении, осознав, что у него нет средств эффективно навредить Строителю. Даже его самый сильный козырь, Колин, был бы бесполезен, когда недуги не могли закрепиться. Лучшее, на что он мог надеяться — что его меч будет эффективен, что было призрачным шансом против самого могущественного врага, с которым он когда-либо сталкивался.

Строитель также обнаруживал пределы своего сосуда. Сосуды предназначались для генералов, а не солдат, и направление даже умеренного количества силы через них ускоряло их деградацию. Этот сосуд в частности был слабее, чем он обычно терпел бы, но это было преследование, которое Строитель предпримет лично.

Слова Джейсона попали в цель, когда он сказал, что гордость Строителя как великого астрального существа была задета. Даже с учетом значительной удачи и обстоятельств, которые сделали возможным для Джейсона выиграть битву за свою душу, факт оставался фактом — он победил. Учитывая разницу в их силе, это был невыносимый рекорд для существа почти бесконечной силы.

Если бы Асано умер любым способом, кроме как по замыслу Строителя, он бы достиг своего рода бессмертия, так как Строитель помнил бы смертного, который превзошел его, вечно. Это был не тот исход, который великое астральное существо было готово терпеть.

Не имея возможности эффективно сражаться, Джейсон был вынужден бежать. Не имея возможности отпустить его, Строитель был вынужден преследовать.

* * * Когда лагерь погрузился в хаос, остальная часть команды Джейсона начала пробиваться через безумие. Как корабль-ледокол, они были твердым клином, пробивающим путь через враждебную и негостеприимную территорию.

После того, как попытка Строителя успокоить ситуацию своей аурой так дико обернулась против него, он отозвал ее. Это позволило аурам команды восстановиться, но ущерб был нанесен, насколько это касалось монстров. Давка не утихнет, пока они не умрут или не выберутся за стены.

Команде пришлось сражаться мимо монстров, конструктов и Преобразованных, пока они медленно пробирались вниз по ярусным уровням лагеря. Они не утруждали себя добиванием чего-либо достаточно прочного, чтобы пережить несколько атак. Остановка для обеспечения убийств только замедлила бы их, и никто не преследовал их в безумной, плечом к плечу давке.

Приближаясь к башне, они обнаружили, что монстры отталкиваются от нее, расчищая некое пространство, пока они забивались друг в друга, чтобы убраться подальше. Магия, пульсирующая из башни, несла в себе похожее ощущение Строителя, и монстры были напуганы ею.

Команда заметила большую арку, ведущую внутрь, и направилась прямо к ней. Как они это сделали, серебристая металлическая фигура с кристаллическими глазами вышла наружу. Она излучала ауру серебряного ранга, но не ту, что у пользователя сущности. Она была странной и чуждой, как у самого Строителя.

— Я Зато, — громко позвал он поверх шума. — Если вы подчинитесь сейчас, все пойдет лучше для вас. В любом случае, ваши души будут принадлежать Строителю, но если вы присоединитесь к нам добровольно, вы сохраните свой собственный разум. Лучше быть добровольным слугой, чем бездумным рабом.

— Как бы нам ни хотелось получить шанс превратиться в блестящую дверную ручку, как ты, — сказала Софи, — мы немного заняты, так что мы начнем бой прямо сейчас.

Верная своему слову, Софи бросилась вперед, Хамфри близко позади. Белинда двинулась, чтобы защитить команду от любых случайных монстров. Сташ сделал то же самое, приняв форму болотной гидры. Клайв вызвал Онслоу, чтобы присоединиться к ним, и Нил рискнул начертить соляной круг, чтобы вызвать своего голема. С поддержкой фамильяров и призыва, Белинда сформировала стену, чтобы прикрыть спины команды, пока они сталкивались с опасностью перед ними.

Месяцы постоянных сражений в астральном пространстве были точильным камнем, который отточил команду до острого как бритва края. Они каждый знали, что сделают другие, прежде чем они собирались это сделать, превращая их из команды с сильными синергиями в единое целое, двигающееся и действующее как одно.

Они пережили то, что составило три монструозных всплеска подряд, борясь, чтобы не отставать, пока монстры становились все мощнее и мощнее. Это довело их навык, силу и опыт до точки, где они были буквально преобразованы из тех людей, которыми были в начале.

Даже со всем этим ростом в их силе, навыке и командной работе, они едва сумели избежать немедленной смерти, когда Зато контратаковал.

Зато не был бездумным конструктом, несмотря на то, что отказался от своего органического тела ради сияющего металла. Он также не был монстром, движимым инстинктом. Он немедленно прорвался сквозь Софи и Хамфри, сбив их с пути, несмотря на силу Хамфри. Зато знал, что члены задней линии были ключом к разрыву команды, и бросился на Нила, как серебряная ракета.

Атака пришлась на Нила, который взорвался волной силы, отбросив Зато назад. Идеально рассчитанная способность Белинды «Подмена» телепортировала Нила в безопасность, оставив иллюзорную ловушку для Зато.

Способность: [Подмена] (Ловушка)

Особая способность (измерение, иллюзия).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 3 (09%).

Эффект (бронза): Иллюзия взрывается при приближении врага, нанося урон разрушительной силой.

С первой атакой Зато, отраженной, Софи и Хамфри двинулись обратно, в то время как остальные перегруппировались в обороне. Зато был едва пошатнут взрывом, пострадав немногим больше, чем от остановки его импульса. Его металлическое тело было устойчиво к разрушительной силе, высвобожденной способностью, которая была более эффективна против магических защит. Это был урон резонирующей силой, который был бы наиболее эффективен против металлической формы Зато. Хамфри знал это и ударил с разрушителем щитов, своей специальной атакой резонирующей силой.

Тело Зато было невероятно устойчивым, даже против специальных атак Хамфри. Они были достаточно угрожающими, чтобы Зато был вынужден вступить в бой, а не игнорировать его. Даже с его драконьей броней, Хамфри не выдержал бы устойчивых атак Зато. Хотя ему не хватало увертливости Софи, у него были свои способы добавить к своей защите.

Атаки Хамфри было трудно избежать, и самого Хамфри было трудно ударить, так как казалось, что их четверо атакуют одновременно с его огромным мечом драконьего крыла. Один из иллюзорных двойников был от собственной способности Хамфри, атаки миражного дракона, которая создавала двойника каждый раз, когда он атаковал. Он не наносил никакого урона, но Хамфри мог переключаться телепортацией с ним, делая свою истинную атаку непредсказуемой.

Две другие иллюзорные формы исходили от фамильяра Белинды, Джемини. Живая иллюзия могла дублировать внешность Хамфри, включая его собственного иллюзорного двойника.

Зато оказался способным на гораздо большее, чем просто сила и стойкость, которые пришли с его металлическим телом. Его серебристое тело текло, как ртуть, переформировываясь, чтобы создать универсальный набор боевых способностей.

В ближнем бою он мог создавать копьеподобные выступы из любой части своего тела, совершая неожиданные атаки под неожиданными углами. Он также отрастил дополнительные конечности, которые превратил в лезвия. На расстоянии он мог проецировать металлические шипы, которые он бросал мимо Софи и Хамфри, чтобы нацелиться на Нила, чье исцеление и щиты компенсировали разницу между боевыми способностями Зато и Хамфри.

Софи сосредоточилась на перехвате снарядов, пока Хамфри сдерживал движение Зато вперед. Зато затем показал, что шипы были далеко не единственным его трюком. Погрузив руки в землю, он мог заставить шипы выскакивать на расстоянии, а затем взорвать их в осколки. Эта атака изувечила Нила, появившись внутри его мана-щита и взорвавшись, чтобы отправить шрапнель, вгрызающуюся в его тело. Софи и Хамфри удвоили свои усилия, чтобы удержать внимание Зато, пока Нил закинул лечебное зелье и последовал за ним заклинанием жизненного болта на себя.

Одним ключевым преимуществом, которое было у команды, было проклятие, наложенное на Зато Белиндой. Потребовалось несколько попыток, чтобы зацепиться мимо сопротивлений серебряного ранга. К счастью, перезарядка не сработала, пока оно наконец не приземлилось.

Способность: [Блокировка силы] (Магия)

Особая способность (проклятие).

Стоимость: Высокая мана.

Перезарядка: 1 минута.

Текущий ранг: Бронза 2 (47%).

Эффект (железо): Когда цель использует способность, случайная другая способность также уходит на перезарядку, как если бы она была использована. Если у цели нет других способностей, перезарядка на использованной способности удваивается или, если у способности нет перезарядки, она становится недоступной на короткий период.

Эффект (бронза): Способность, помещенная на перезарядку, потребляет ману, как если бы она была использована. Если у способности не было стоимости маны, цель получает урон разрушительной силой, соразмерный силе способности.

Проклятие Белинды означало, что Зато должен был постоянно менять свои силы, ожидая, пока другие станут доступными. Многие из его лучших способностей были заблокированы, прежде чем он даже имел шанс использовать их, и его комбинационные атаки были нейтрализованы, так как ключевые шаги были ему отказаны. Это было разочаровывающее и эффективное препятствие, которое было критическим для выживания команды, так как даже ослабленный, он был на постоянной грани того, чтобы одолеть команду.

Пока он застрял, используя их почти случайно, у Зато не было недостатка в силах, чтобы пройти через них. Большинство были либо вариациями на тему изменения формы, либо стрельбы металлическими снарядами. По мере того как бой затягивался, он бросал шары, которые взрывались шрапнелью, превращал свои руки в лезвийные кнуты, а пальцы в ножи.

Софи отчаянно перехватывала штормы снарядов, брошенных в сторону их целителя. Быстрая, как ртуть, которую напоминало тело Зато, ее мерцающая фигура была непоколебимым барьером для Нила.

Многие из дальних атак, которые бросал Зато, были широкомасштабными шрапнельными атаками, от которых Софи страдала. Слабые, многочисленные атаки были тем, с чем лучше всего справлялись более традиционные защитники, в то время как Софи специализировалась на уклонении или нейтрализации мощных, одиночных атак. Посыпание атаками было именно тем, с чем ей было хуже всего справляться, что Зато быстро уловил.

Он бросал все больше и больше шрапнельных атак в Нила, зная, что она откажется от своей хваленой увертливости, чтобы телом заблокировать шрапнель. Она была способна отбить многие атаки своей волной ветра, но Зато был одновременно хитрым и плодовитым в своих атаках. Нилу было трудно поддерживать щиты и исцеление как на Софи, так и на Хамфри, но он плавно выдавал заклинание за заклинанием, силу за силой, все с безупречным таймингом.

Урон Софи был слишком незначительным, чтобы быть реальной угрозой для Зато, низводя ее до разочаровывающей, но критической роли мясного щита. Одним преимуществом постоянных атак, которым она подвергалась, было то, что ее силы становились сильнее, когда она страдала от атак.

Ее сила кармического воина складывала экземпляры двух священных благословений с каждой атакой. Одно увеличивало ее силу и атрибуты духа, в то время как другое уменьшало урон от последующей атаки тем же человеком. Как и в бою против Николаса Хендрена, она складывала достаточно экземпляров, чтобы иметь реальное влияние. Помимо уменьшения урона, священные благословения также комбинировались с другой из ее сил.

Способность: [Сильная душа] (Мистик)

Особая способность (измерение).

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 3 (57%).

Эффект (железо): Урон разрушительной силой, нанесенный вам, уменьшается на большую величину; другой урон, нанесенный вам, уменьшается на малую величину. Сопротивление к пространственным или астральным эффектам и энергиям увеличивается. Вы можете физически взаимодействовать с бестелесными сущностями.

Эффект (бронза): Увеличенное сопротивление проклятиям, магии и нечестивости. Вы не можете получать нечестивые благословения. Каждый экземпляр священного благословения на вас увеличивает уменьшение урона этой способности.

С каждой атакой, которую она получала, защита Софи росла. Благословение агента кармы делало ее жестче, так как оно увеличивало ее атрибут силы и усиливало магические способности за счет повышения атрибута духа. Это влияло как на уменьшение урона от благословения доброй кармы, так и на уменьшение урона от силы сильной души.

Слои бонусов не меняли роль Софи как мясного щита для снарядов, но делали ее лучше способной выдержать шторм. Она все еще была безнадежно переиграна, однако. Помимо простой разницы сил серебряного ранга против бронзового ранга и физических способностей, ей приходилось иметь дело с сопротивлениями разницы рангов, которые сила драйва героя Хамфри позволяла ему игнорировать.

Хамфри получил благословение мощи гиганта от Нила, добавляя вес к его специальным атакам, которые были единственным реальным источником угрозы для их противника. Зато был все еще сильнее и жестче с хорошим отрывом, более чем пользователь сущности серебряного ранга, с которым они сражались. Если бы не его превосходный навык и поддержка его команды, Хамфри не смог бы привлечь внимание Зато так сильно, как он это делал. Зато уже прорвался бы и опустошил их заднюю линию.

По мере накопления устойчивости, Софи росла разочарованной своей неспособностью оказать реальное влияние на бой. Ее сила росла сильнее, когда она впитывала все больше и больше атак, но разочарование стало нетерпением. Она знала, что она более чем ровня навыку Зато, и, устав пассивно перехватывать атаки, она бросилась вперед, решив оказать влияние.

Используя свою силу вечного момента, чтобы массово ускориться, она высвободила шквал атак. Ее пассивные силы урона включали урон резонирующей силой, который был усилен бустами к ее атрибуту духа. С ее мимолетным, остановленным временем моментом, она высвободила яростный шквал ударов, все из которых вступили в силу, когда она вернулась к нормальному течению времени.

Все тело Зато задрожало от накопленного удара. Он немедленно ответил, отрастив полдюжины дополнительных конечностей, которые заканчивались молотами, а не кулаками. Они ударили по Софи, которая могла бы увернуться, но не сделала этого. Вместо этого она использовала свою силу момента единства, чтобы поглотить удары, а затем нанести весь урон обратно элегантным ударом ладони, который пробил большую вмятину в его торсе.

Несмотря на огромную вмятину в его груди, Софи увидела ухмылку Зато и поняла, что совершила ошибку. После того, как выманил ее силу поглотить сильную атаку, Зато использовал один из своих козырей. Все его тело взорвалось в огромную массу шрапнели.

Хамфри был самым физически устойчивым из команды, но он также был очень близко и очень большим, благодаря заклинанию Нила. Его броня смягчила удар, но более чем несколько кусков шрапнели пронзили прямо сквозь нее.

У Софи было ее накопленное сопротивление урону, что было единственной причиной, по которой она выжила. Она была достаточно быстрой, чтобы защитить голову руками, которые были содраны вместе со всей передней частью ее тела. Ее накопленное уменьшение урона и легкая броня даже близко не поглощали этот уровень урона, и ее броня была разорвана в клочья, вместе с большей частью кожи на передней части ее тела.

Клайв, Нил и Белинда не пострадали от атаки, так как шрапнель остановилась в воздухе, образуя идеальную сферу, затем изменила курс. Металлический осколок полетел обратно вместе, чтобы переформировать тело Зато. Это было не просто вопросом возвращения его в состояние, в котором он был, однако. Зато был нетронут и невредим. Он исправил не только урон от Софи, но и весь урон, который Хамфри удалось накопить.

Хамфри был тяжело ранен, а Софи была кровавой развалиной, едва стоящей прямо. Их враг был полностью освежен, его серебряная кожа идеальна и нетронута. Каждый бит урона, который они нанесли, был отменен в одно мгновение.

— Вам действительно следовало подчиниться, — сказал им Зато властно. — Теперь вы будете страдать.

Сила дружбы

Сила дружбы

В очередной раз выверенный до секунды тайминг команды спас ситуацию, которая в противном случае обернулась бы полной катастрофой. Софи использовала последние остатки сил, чтобы нанести удар окровавленным кулаком, хотя едва могла поднять руку, мышцы которой были разорваны наполовину. В момент удара сработала способность Нила «Укрепление», усиливая мощь её атаки.

Способность: [Отрицание Жнеца] (Баланс)

Специальная атака (контр-казнь, исцеление).

Стоимость: Умеренная мана.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронза 2 (16%).

Эффект (железо): Цель получает небольшое количество трансцендентного урона, а вы исцеляетесь на небольшую величину. Как эффект контр-казни, урон и исцеление растут экспоненциально в зависимости от уровня ваших собственных травм.

Эффект (бронза): Обеспечивает эффект постепенного исцеления. Исцеление растет экспоненциально в зависимости от уровня ваших травм на момент использования способности.

Учитывая плачевное состояние Софи, а также бонусы к её характеристике духа и усиление от заклинания Нила, это было, безусловно, самое мощное применение силы, которое она когда-либо совершала. Исцеление оказалось почти чудотворным: мышцы срастались, а кожа регенерировала за одно мгновение. Однако даже в идеальных обстоятельствах этого было недостаточно, чтобы полностью восстановить её состояние. В дело вступил компонент постепенного исцеления, подкреплённый заклинанием «Стрела жизни» от Нила.

Кулак Софи вошел в грудь противника, и она выдернула его с неприятным влажным звуком. Её рука блестела от жидкого серебра вперемешку с кровью — хотя вполне могло оказаться, что это была её собственная кровь. Её тело начало излучать янтарное свечение.

— Эволюция дара! — ликовал Клайв в голосовом чате. — Готов поспорить, это способность, повышающая ранг.

Расовая способность Селестины [Астральное сродство] эволюционировала в [Разрушитель границ].

Способность: [Разрушитель границ]

Трансформирована из способности Селестины [Астральное сродство].

Повышенное сопротивление к пространственным эффектам и астральным силам. Эффект пространственных способностей увеличен, трансцендентный урон увеличен.

Игнорирует повышенное сопротивление, полученное из-за разницы в рангах. Это влияет только на повышенное сопротивление, полученное из-за более высокого ранга, а не на другие источники сопротивления.

Игнорирует повышенное подавление ауры и сопротивление подавлению ауры, полученное из-за разницы в рангах. Это влияет только на усиленные эффекты от более высокого ранга, а не на изначально превосходящую силу аур более высокого ранга.

Остальные члены команды передали поздравления, не прекращая сражаться, но сама Софи испытывала противоречивые чувства. Она получила то, что ей было нужно больше всего, но не в результате триумфа, а из-за дорогостоящей ошибки.

— Дело не в награде, которую ты получила, — сказал ей Хамфри. — Дело в уроке, который ты извлекла.

Большая часть мудрости, которой делился Хамфри, состояла из изречений, вбитых в него матерью. Это утверждение звучало в том же духе, что немного успокоило Софи. Она стала очень уважать Даниэль, когда та помогла ей разобраться с некоторыми способностями, схожими с её собственными.

Хамфри оказался в странном положении после взрывной силы Зато — он был и слишком поврежден, и недостаточно поврежден одновременно. Ему требовалось исцеление, чтобы вернуться в состояние, готовое к бою с Зато, так как полувосстановленное состояние быстро привело бы к поражению. У него была способность к бессмертию, но он был не настолько поврежден, чтобы хотеть её использовать. Однако даже после её самоисцеления Нил сосредоточил лечение на Софи. Хамфри знал, что это правильный выбор, учитывая, что Софи по своей природе могла выдержать меньше ударов, чем он сам.

Он принял решение. Достал пузырек с зельем с пояса и выпил содержимое. Это был тоник здоровья серебряного ранга, который они забрали у Николаса Хендрена; зелье более высокого ранга дало Хамфри мощный заряд исцеления. Цена заключалась в том, что магия будет действовать некоторое время, а значит, бой должен закончиться так или иначе до того, как он сможет использовать другое зелье. Это был лучший компромисс, который он мог придумать: не полное исцеление, но достаточное, чтобы продолжать бой, сохранив бессмертие в резерве.

Что касается Зато, то он получил первый настоящий удар в бою, нанесший реальный, длительный урон. Его последняя атака полностью исцелила его от медленного накопления повреждений, полученных от предыдущих атак команды. Однако трансцендентный урон от контр-казни Софи прошел сквозь него, словно его тело состояло из воды. Ему было плевать на его ранг или металл, заменивший плоть. Даже сила, дарованная ему Строителем, не могла противостоять этой мощи.

Странную паузу после удара Софи прервал Клайв. Он не внес большого вклада в бой, выпустив несколько усиливающих заклинаний, прежде чем начал чертить ритуальные круги так быстро, как только мог, — а получалось у него чертовски быстро. Он всегда был сильным ритуалистом, но месяцы использования боевых ритуалов отточили его навыки до совершенства. В данном случае его круги наделили оружие силой и перенастроили тип урона с разрушительного на резонирующую силу. Закончив приготовления, он выпустил двойной залп из жезла и посоха, что послужило стартовым выстрелом для следующей фазы боя.

* * * Джейсон играл в мышку с котом в лице Строителя. Из-за неистовства монстров, сражающихся с культистами и конструктами, Строителю было трудно легко его обнаружить. Чувства сосуда были усилены по сравнению с тем, чем обладал Тэдвик, но для сущности уровня Строителя даже чувства алмазного ранга казались бы слепотой.

Казалось бы, противоречивый аспект аур заключался в том, что чем они мощнее, тем сложнее их обнаружить, если владелец этого не хочет. Слабую ауру железного ранга легко выделить, в то время как мощную ауру души золотого ранга легко скрыть. Ключ был в контроле: более сильная душа способна оказывать больший контроль над силой, излучаемой ею. Это при условии, что у человека есть способность к ауре, а значит, он соответствует минимальным требованиям для осуществления этого контроля. Как однажды предупредила Джейсона Фарра, мощная душа без средств контроля неуправляема до такой степени, что становится опасной.

Экспертиза Джейсона в контроле ауры была, возможно, областью, в которой он преуспевал больше всего, что сочеталось с силой ауры, выходящей далеко за рамки обычного. Это была сила, рожденная его столкновением с элементальным тираном, встречей с богами и, более всего, его битвой душ против самого Строителя. Результатом стала сила ауры, больше похожая на серебряный ранг, чем на бронзовый.

Экспертный контроль Джейсона и внушительная сила ауры в сочетании со способностью, дарованной Гордоном, делали его душу ещё труднее обнаруживаемой. В результате даже усиленные чувства серебряного ранга, которыми обладал сосуд Строителя, с трудом могли засечь присутствие Джейсона.

Скрываясь среди кишащих монстров, Джейсон был не просто мышкой, а мышкой в плаще-невидимке среди кучи других мышей. К сожалению, Строитель был котом с огнеметом. Он начал погоню, плохо понимая ограничения своего сосуда, но очень быстро учился. Он перешел от грубых атак к разрушительным волнам расходящихся каменных шипов, которые максимизировали мощность и площадь поражения при минимальной нагрузке на сосуд.

У постоянного направления силы была неизбежная цена: нагрузка на сосуд начала проявляться, и он становился всё бледнее. Это был приемлемый уровень распада, учитывая, что план Строителя уже был в действии. Пока Асано и его спутники не мешали, ситуация разрешилась бы сама собой без дальнейшего вмешательства его сосуда.

Все силы Строителя были связаны с манипуляцией окружающим физическим материалом. Простое изменение формы требовало наименьших затрат, отсюда и волны шипов, которые были простым изменением формы камня под ногами. Наполнение материалов дополнительной силой стоило дороже. Это варьировалось от наполнения их разрушительной силой для нанесения вреда бестелесным сущностям до оживления материала, как в случае с недолговечным существом-конструктом. Эффект, который требовал наибольших затрат от формы Строителя, — это трансмутация одного материала в другой, например, камня в сталь.

Строитель сметал целые участки поля боя волнами шипов, даже когда его чувства искали Джейсона. Ему было всё равно, что попадалось на пути: монстр, конструкт или преобразованный. Даже собственные культисты Строителя безжалостно выкашивались, когда клиновидные куски вырывались из обезумевшей толпы с каждой волной пронзающих шипов.

Строитель был целеустремлен и методичен в своей погоне за Джейсоном, но Джейсон всё равно прикладывал усилия, чтобы спровоцировать его. Заставив одно из тел Тени подойти достаточно близко, чтобы говорить через него, он мог постоянно досаждать великой астральной сущности.

— У тебя есть имя, кроме просто «Строитель»? Оно звучит не так внушительно, как ты, видимо, думаешь. Ты звучишь как межгалактический каменщик. На самом деле, беру свои слова назад; это звучит довольно круто. Захватчики из-за звезд — это уже избитая тема. Парень из-за звезд, который строит уличный сортир, не стесняясь сверкать задницей? Это свежая идея. Тебе стоит это записать, приятель. Я дарю тебе золото.

— Скоро я подвергну тебя невообразимым мучениям.

— О, мило. Солидная фраза злодея; хорошая работа с подколками. Ты уже пытался срезать куски моей души, как цедру с лимона, так что я уверен, что могу это представить. Но чтобы мои друзья убили меня? Это подлый ход. Хотя я уверен, что мои друзья победят твоих друзей.

— Я выше вашего смертного воображения. У меня нет друзей.

— Ну, это просто печально. Не из-за одиночества, хотя и из-за него тоже. Ты только что признал поражение.

— Поражения нет. Моя воля неумолима.

— Приятель, это кульминационная битва, а я единственный, кто использует силу дружбы. У тебя нет шансов. Тебе лучше выдать какой-нибудь флешбэк с предысторией, и побыстрее, иначе это будет полное избиение.

Как было продемонстрировано, когда он отправил Николаса Хендрена за командой, у Строителя была некоторая способность отслеживать местоположение Джейсона через связь с его фамильяром. По этой причине он терпел присутствие Тени, не уничтожая тело фамильяра. Джейсон знал это так же хорошо, как и Строитель, но всё равно держал Тень рядом. Хотя он знал, что больше не сможет поддразнить Строителя сильнее, чем уже сделал, ему было нужно, чтобы Строитель хотя бы примерно знал его местоположение. Это позволяло ему уводить Строителя и его разрушительную мощь подальше от своей команды.

* * * Несмотря на тяжелый удар Софи по Зато и своевременную эволюцию дара, которая дала ей большее влияние на ход боя, это не стало переломным моментом, в котором нуждалась команда. Хотя её атаки стали эффективнее, ей всё равно приходилось тратить большую часть времени на борьбу со снарядами, которые Зато постоянно швырял в Нила. Улучшение её способностей означало, что она могла справляться с атаками, не получая такого же урона, но это всё равно отнимало время, которое она предпочла бы использовать для нанесения урона.

Белинда помогала Софи в этом отношении, разделяя своё внимание между защитой тыла от монстров и выполнением роли «живого щита» для Нила против снарядов Зато. Она активировала свою способность «Воинская форма», «Фальшивый боец», и теперь щеголяла в тяжелой броне и с большим щитом, а также с длинным боевым молотом.

Независимо от того, сколько урона они наносили, Зато оставался неподвижным объектом против их, казалось бы, преодолимой силы. Помимо одной зияющей раны в груди, которая, казалось, не мешала его боеспособности, даже мощные атаки Хамфри достигали не больше, чем поверхностных вмятин. Чем больше они атаковали, тем более обескураживающе неразрушимым казался их враг.

Клайв вступил в схватку, паля из своего усиленного ритуалами оружия. Хотя результаты были заметны, они были такими же минимальными, как и всё остальное. Зато оскорбительно игнорировал угрозу со стороны Клайва, продолжая колотить Хамфри и Софи, пытаясь нанести решающий удар по Нилу.

Команда не осталась без своих достижений: способность Нила к восприятию давала им небольшое преимущество. Умение видеть уязвимости было тем, что он обычно использовал для оценки травм команды, но оно также выявило одну из немногих уязвимостей Зато.

— Части его тела становятся жидкими, когда он использует способность изменения формы, — предупредил Нил остальных через голосовой чат. Способность общаться, не будучи подслушанными или не перекрикивая другие шумы, была критическим элементом командной работы. — Если вы сможете рассчитать время для атаки разрушительной силой вместо резонирующей в самый подходящий момент, вы нанесете дополнительный урон.

Несмотря на то, что команда оттачивала свои атаки, разрыв в силе сохранялся. Даже с растущей мощью Софи, Зато был слишком силен, слишком крепок и обладал слишком многими формами атаки. Даже при том, что команда была сосредоточена на безопасности Нила, атаки Зато иногда прорывались и наносили урон целителю.

Команда получала всё больше травм, так как урон Зато начал превышать исцеление Нила. Ключевые способности команды с длительной перезарядкой использовались в критические моменты не для того, чтобы склонить чашу весов в свою пользу, а чтобы не дать ситуации выйти из-под контроля окончательно. Бессмертие Хамфри, полный сброс перезарядки Белинды. Их последним козырем была способность Нила «Момент героя», но она искалечила бы того, на ком была использована, когда действие силы закончилось бы. Пока они не окажутся в пределах досягаемости для завершения дела, эта способность была под запретом.

Отчаяние начало овладевать ими, когда они осознали неизбежность того, что казалось победой Зато. Они не могли нанести достаточно урона. Этот пробел обычно заполнял Джейсон, но было ясно, что его способности не сработают против серебряного тела Зато. В любом случае, у Джейсона был свой собственный сокрушительный враг.

— Вы действительно думали, что сможете сорвать план Строителя? — насмехался Зато. Он чувствовал, что победа близка, и пытался сломить моральный дух врагов. — Мы планировали это дольше, чем кто-либо из вас жил. Вы думали остановить усилия многих лет своими жалкими способностями и патетическими идеалами? Вы думаете, что обладаете силой отменить всё, что мы создали? Вы не просто проиграете здесь. Вы не умрете. Ваши души будут забраны. Каждый из вас станет оружием против всего, что вы любите, и всего, что стремились защитить.

Усталость Хамфри и кажущаяся тщетность его усилий разъедали его дух. Он собрал свою решимость, но слова Зато вызвали страх стать именно тем, о чем говорил Зато: оружием против своего же народа. Изможденный, он наблюдал, как меч безвольно свисает из его рук, пока Зато и Софи вели яростную борьбу. По мере того как её сила росла со временем, она брала на себя всё больше фронтовой роли Хамфри. Хамфри приказывал себе двигаться, поднять меч и продолжать, но руки не слушались.

Как раз когда он был на грани того, чтобы сдаться, его мать, Даниэль, появилась из ниоткуда и сильно ударила его по лицу. Он пошатнулся, ошеломленный, когда она посмотрела на него с яростью.

— Как тебя зовут? — потребовала она, её голос обрушился на него с праведным гневом.

Он посмотрел на неё в замешательстве, затем его глаза расширились. Плечи выпрямились, он встал прямо, решимость вернулась к его осанке. Он не восстановил выносливость или ману. Его не исцелили. Его бессмертие давно исчезло, использованное и снова использованное, когда Белинда сбрасывала перезарядку. Он не получил новых даров, не обрел дополнительной силы. Изменилась только его решимость.

Голова Хамфри повернулась на шарнире от матери к Зато, который игнорировал его, пытаясь подавить Софи. Взгляд Хамфри зафиксировался на враге, в то время как его мать превратилась обратно в Белинду и вернулась туда, где фамильяры удерживали линию против монстров.

Хамфри поднял свой меч дракона одной рукой и метнул его; вращаясь, он с лязгом ударился о голову Зато, прежде чем раствориться в ничто. Атака не причинила вреда Зато, но привлекла его внимание, и он развернулся к Хамфри.

Зато знал, что его победа неизбежна. Он знал, что искатели приключений не ровня его силе. Они были истощенной силой, стрелой в конце своего полета. Их ситуация была безнадежной, поражение — предрешенным. Но на один единственный, мимолетный миг, промелькнувший так же быстро, как и появился, что-то, что он увидел в глазах Хамфри, послало холод в самую глубину его души.

— Моё имя, — объявил Хамфри, делая шаг вперед, один медленный шаг за другим, — Хамфри Фрэнсис Юджин Геллер. Моя семья была искателями приключений на протяжении шестнадцати поколений. Мы не алхимики или оружейники на полставки. Мы не ритуалисты или ученые. Сотни лет мы делали одно, и только одно: защищали наш мир от таких, как ты. Ты говоришь, что мы не готовы? Что мы не можем сравниться с твоими годами подготовки? Мы готовились к тебе шестнадцать поколений, и знаешь, к чему мы всё это время шли?

Хамфри поднял руку, указывая на Зато, и в его руке появился меч. Не тяжелый, мощный меч дракона, а легкий меч «крыло бритвы», нацеленный прямо на врага.

— Мы шли, — сказал Хамфри, — к тому, чтобы стать мной.

Янтарный свет хлынул из Хамфри, когда он стоял, направив меч на Зато. Команда и Зато замерли на месте.

— Эволюция дара? — удивился Нил в голосовом чате. — У Хамфри были все его эволюции дара. Разве возможно, чтобы это случилось снова?

— Нет, — сказал Клайв, его голос был ошеломленным, когда он наблюдал за происходящим. — Но я не думаю, что его это волнует.

Янтарный свет, исходящий от Хамфри, стал кроваво-алым.

Расовая способность Человека [Атака миражного дракона] эволюционировала в [Жертва героя].

Вы эволюционировали уже эволюционировавшую способность, нарушив ограничения потенциала вашей души. Вы испытаете кратковременный всплеск усиленной силы, за которым последует значительный откат.

Способность: [Жертва героя]

Трансформирована из эволюционировавшей способности [Атака миражного дракона].

Предыдущие эффекты расовой способности [Атака миражного дракона] были утрачены.

Пожертвуйте своим здоровьем, чтобы усилить мощь ваших специальных атак.

— Я использую «Момент героя», — сказал Нил через голосовой чат. Это позволяло команде общаться беззвучно, так как никто не двигался в странной тишине.

Хамфри и Зато стояли друг напротив друга, глаза в глаза.

— Если ты всё равно скоро сдохнешь… — сказал Нил.

— Нет, — твердо ответил Хамфри. — Красные трико.

— Нет! — воскликнула Софи. — Я не могу просто оставить тебя здесь одного! Вы все будете мертвы к тому времени, как…

— Это единственный путь, — перебил её Хамфри. — Мы продержимся, пока ты не вернешься.

— Но…

— БЕГИ! — взревел Хамфри вслух.

Заклинание было разрушено. Он и Зато бросились друг на друга, Зато отрастил четыре дополнительные руки, каждая из которых заканчивалась острыми как бритва лезвиями топоров. Он нанес удар с полной скоростью своих атрибутов серебряного ранга и усиленной мощью своего металлического тела.

Мастерство Хамфри было ровней Зато на протяжении всего боя. Как он и сказал, он с рождения был обучен жизни искателя приключений. Шестнадцать поколений знаний и опыта были влиты в него, семья Геллер была литейным цехом для самой прочной стали. Боевые техники, боевые философии и озарения, сформированные столетиями искателей приключений, были отточены и дистиллированы в последнем поколении великой традиции.

С самого начала Хамфри противопоставлял свою меньшую силу большей силе Зато, погрязнув в идее о необходимости накопить как можно больше силы. Как только он принял, что никогда не сможет накопить достаточно силы, характер их боя полностью изменился.

Шесть клинков обрушились на Хамфри. Он парировал четыре и уклонился от двух с грацией, которую он весь бой приносил в жертву ради силы. У него не было скорости Зато, но его техника и экономия движений с лихвой компенсировали это, его меч «крыло бритвы» двигался в элегантном танце. Он не только уклонялся от атак, но и немедленно контратаковал, полоснув мечом по телу Зато.

Кровь сочилась из глаз Хамфри, когда он использовал свой новый дар «Жертва героя», но, несмотря на все громкие заявления искателя приключений, Зато не стал слабее. Меч Хамфри был легче и менее мощным, чем его меч дракона, едва прорезая неглубокую линию на враге.

— И это всё? — насмехался Зато. — Столько громких слов, свет сияет так, будто ты какой-то могучий герой, и это всё, на что ты способен? Тебе придется постараться намного лучше!

— Я работаю над этим, — огрызнулся Хамфри, его меч продолжал змеиться по Зато.

Способность: [Неустанный натиск] (Мощь)

Специальная атака (контр-казнь, исцеление).

Стоимость: Низкая выносливость, увеличивающаяся с каждой атакой.

Перезарядка: 30 секунд.

Текущий ранг: Бронза 2 (16%).

Эффект (бронза): После достижения порога последовательных атак, с каждой атакой наносится возрастающий урон резонирующей силой.

В тот короткий миг, когда Зато и Хамфри столкнулись, Софи стояла готовая бежать, пока Нил использовал своё заклинание «Укрепление» на Белинде, усиливая её следующую способность. Белинда затем использовала свою способность «Зеркальная магия», чтобы скопировать заклинание, использовав усиленную версию собственного заклинания Нила «Укрепление» обратно на него.

Нил не мог использовать «Укрепление» на себе, но способность Белинды имитировать заклинания не только позволила ему это сделать, но и сделала это вдвойне эффективным, так как «Укрепление» усиливало само себя. Затем он использовал «Укрепление» двойной силы, чтобы наложить массово усиленное заклинание «Момент героя», которое он использовал не на Хамфри, а на Софи. Это было то, чего она ждала. Она вырвалась из команды, переполненная ужасающей силой. Она сбежала с места битвы, исчезнув в продолжающейся свалке монстров вокруг них.

Хамфри продолжал сражаться с Зато, нанося удар за ударом. Кровь текла из его глаз, носа и ушей, пока он связывал свои атаки «Неустанного натиска». Он чувствовал вкус крови, привкус меди во рту, когда усиливал каждую атаку своей новой силой. Возрастающая стоимость специальной атаки всё больше истощала его выносливость, а «Жертва героя» истощала его здоровье.

Он игнорировал и то, и другое, продолжая свой поток атак, разрезая Зато не молотом, а скальпелем. Несмотря на это, его атаки всё ещё имели ограниченный эффект и будут иметь его до тех пор, пока он не достигнет порога резонирующей силы своей специальной атаки.

Несмотря на мастерство Хамфри, урон не был односторонним. Его собственные атаки ранили его самого не меньше, чем Зато, но он не отступил, чтобы использовать свою новую силу. Зато обрушивал свои атаки на Хамфри, который выходил из обмена ударами в худшем положении. Только непрерывный поток исцеления и щитов от Нила позволял ему бороться дальше.

Плавное мастерство Хамфри и быстрые удары достигли порога резонирующей силы его специальной атаки довольно быстро. Однако суровая реальность заключалась в том, что даже с его новой способностью и всплеском силы, пришедшим от её пробуждения, этого было просто недостаточно. Тело Зато оставалось практически неуязвимым, даже когда специальная атака достигла мощных уровней. Зато получал вмятины, но ничего такого, что он не мог бы стряхнуть.

Зато понял, что его затянули в темп Хамфри, внезапно вспомнив, что именно он обладает силой. Именно он имел преимущество. Софи исчезла, а атаки Хамфри были лишь показухой, без реальной угрозы за ними. С этим осознанием Зато вновь переключил внимание на целителя. Как только с Нилом будет покончено, бой можно считать законченным.

Зато оставил Хамфри позади и бросился к Нилу, только чтобы столкнуться с реальностью: Хамфри был частью команды. Заклинание «Юкстапозиция» Клайва поменяло местами Нила и Хамфри, оставив Зато снова лицом к лицу с Хамфри, чья серия специальных атак продолжалась без остановки.

Хотя крупные способности команды были потрачены, у них всё ещё оставался арсенал трюков, которые могли купить им драгоценные мгновения — будь то для того, чтобы атака Хамфри стала сильнее, или для возвращения Софи.

Война украденных мгновений

Война украденных мгновений

Софи мчалась через лагерь, словно призрак — быстрая, призрачная и неуловимая. В итоге она побежала вдоль внутренней стороны стены и запрыгнула на неё, спринтуя по верху, чтобы развить максимальную скорость. С «Моментом героя», усиленным двойным «Укреплением», каждая её скоростная способность была активирована, и даже ей казалось, что её бешеный темп был диким и опасным. Но она не сбавляла темп, что бы она ни чувствовала, ведь скорость была единственной целью.

Способность: [Аватар скорости] (Стремительность)

Специальная способность.

Стоимость: Нет.

Перезарядка: Нет.

Текущий ранг: Бронза 3 (86%).

Эффект (железо): Эффект ваших способностей передвижения увеличен, стоимость выносливости и маны снижена.

Эффект (бронза): Периодически получайте экземпляры [Импульса] при движении на скорости. Чем выше скорость, тем быстрее накапливаются экземпляры.

С каждым мгновением накапливалось всё больше зарядов импульса. Она продолжала двигаться, решив выжать всё до последней капли из заклинания «Момент героя».

— Как вы там держитесь? — спросила она через голосовой чат.

— Вполне неплохо, спасибо… аргх! — донесся голос Джейсона.

— Приятно слышать, но я думаю, она имела в виду нас, — сказал Клайв. — Мы делаем тот трюк с «флэшером», который ты придумал.

— Какой трюк? — спросил Джейсон.

— Парень в красных трико, — сказал Клайв.

— Флэш, а не эксгибиционист, — сказал Джейсон. — К тому же, это не трико.

— Звучало как трико, судя по тому, как ты их описывал, — вставил Нил.

— Думаю, мы все слишком заняты для этого разговора! — крикнула Белинда.

* * * Джейсон перестал дразнить Строителя с помощью Тени. Строитель проредил монстров и даже свои собственные силы, прочесывая лагерь в поисках Джейсона. Становилось всё труднее одновременно оставаться впереди Строителя и не попадаться команде, было уже несколько моментов, когда он едва избежал захвата.

Он был ранен несколько раз и использовал монстров как источник высасывания жизни, попутно накладывая случайные проклятия. Это становилось всё труднее, так как Строитель продолжал сокращать численность стада.

Опасные моменты становились всё ближе с каждым мгновением. Разочарованный тем, что его величайшим вкладом было бегство, он отчаянно желал команде успеха.

* * * Тирания ранга была неизбежной реальностью. При всей обновленной и возрожденной морали Хамфри, его тело таковым не было. Он достиг точки, когда только одна воля заставляла его двигаться. Его тело было растерзано атаками Зато и его собственной способностью в равной степени. Арсенал трюков команды истощался, а выносливость Хамфри достигла предела. Его атаки наконец начали наносить реальный урон, но хотя дух был готов, тело было истощено. Он споткнулся, пошатнулся, прервав цепь атак, которую почти чудом поддерживал исключительно мышечной памятью и силой воли.

Зато получил несколько реальных ударов, и на его теле появилась магическая татуировка, ярко сияющая, прежде чем потускнеть. Белинда узнала в ней улучшенную версию своей собственной магической татуировки, которая сбрасывала перезарядку способности. Её татуировка исчезла с получением бронзового ранга, и её пробрал холод, когда она увидела её на Зато. Она знала, какую силу он хочет использовать снова.

У каждого члена команды была золотая монета духа, которую можно было использовать в абсолютно критические моменты. Собравшись с духом, Белинда сунула её в рот, чтобы гарантировать, что последующая специальная атака сработает.

Способность: [Похититель силы] (Магия)

Специальная атака (благо, проклятие, магия).

Стоимость: Очень высокая мана.

Перезарядка: 5 минут.

Текущий ранг: Бронза 3 (32%).

Эффект (железо): Совершите магическую дистанционную атаку. Вы получаете возможность использовать случайную активную способность цели, которая не может использовать эту способность, пока вы этого не сделаете. Это может быть способность сущности или врожденная способность магического существа, но она функционирует на вашем ранге, а не на ранге цели. Вы не можете использовать способность более одного раза. Эта способность не может быть использована снова, пока не будет использована скопированная способность. Если не использовать в течение 24 часов, скопированная способность теряется, восстанавливая способность цели использовать её.

Эффект (бронза): Вы можете выбрать конкретную способность цели. Если у цели нет этой способности, вместо неё крадется случайная способность.

Зато взревел от ярости, когда свет вспыхнул из руки Белинды, ударил Зато и в мгновение ока вернулся к ней. Он только что использовал один из своих главных козырей, сделав способность «взрыв-и-исцеление», которая так сильно повредила Софи, доступной снова, только чтобы почувствовать, как её вырвали.

Зато бросился на Белинду, всё ещё находясь под эффектом её способности «Фальшивый боец», облаченный в броню и с длинным боевым молотом. В своей ярости Зато не заметил ауру золотого ранга, исходящую от Белинды, которая встретила его натиск молотом, вложив в удар силу золотого ранга.

Удар проломил голову Зато, но даже этого было недостаточно, чтобы сделать что-то большее, чем просто пошатнуть металлического человека. Белинда, напротив, почувствовала, как сила монеты иссякла, и рухнула под тяжестью собственной брони.

Хамфри был слишком истощен, чтобы двигаться, а поскольку Белинда разделила его судьбу из-за использования своей монеты духа, Клайв и Нил внезапно оказались уязвимы. Зато выглядел гротескно с огромной вмятиной, деформирующей его голову, но он был ошеломлен лишь на короткое время. Несмотря на своё ужасное обезображивание, он продолжал сражаться.

Пока Зато приходил в себя, Онслоу и Сташ отошли от края боя, где они занимались пастушеством монстров, встав между Зато и последними членами их команды, которые всё ещё присутствовали и стояли на ногах.

Зато начал двигаться на доблестных фамильяров, но не успел нанести удар, так как Софи вернулась на поле боя в размытом движении. Заклинание «Момент героя» было на грани завершения, и она запихнула золотую монету духа в рот, появившись перед Зато.

Между дважды усиленным заклинанием Нила и золотой монетой, только её временно повышенный до золотого ранга атрибут силы был способен удержать её тело вместе с абсурдной мощью, текущей через него. Она проигнорировала боль, ударив ладонью в грудь Зато. Весь импульс, который она накопила за время действия заклинания Нила, был высвобожден, сила умножалась снова, снова и снова благодаря наложенным на неё усиливающим эффектам. Результирующая атака обладала такой мощью, что само её высвобождение заставило воздух грохотать, словно гром.

[Импульс] (благо, магия, накопление): При совершении атаки все экземпляры поглощаются для нанесения урона резонирующей силой. Можно накопить несколько экземпляров, и экземпляры быстро теряются, если не двигаться.

Казалось бы, неразрушимый Зато взорвался дождем сжиженного металла.

Вы победили [Зато].

Джейсон ухмыльнулся, но знал, что его настоящий вклад начинается сейчас. Его команда сделала свою часть, и всё, что им было нужно — это время. Теперь от Джейсона зависело, сможет ли он купить им это время.

Он перестал прятаться и появился перед Строителем, который смотрел на башню с редким проявлением эмоций на лице сосуда. Это была не ярость, а оскорбление. Великая астральная сущность была меньше смущена успехом низших смертных, чем их дерзостью стоять на его пути. Джейсон сделал это буквально, встав ногами на землю между Строителем и башней.

— Что я тебе говорил? — сказал Джейсон. — Сила дружбы.

— Твои друзья всё равно будут теми, кто убьет тебя.

— Ты получишь свой шанс первым, приятель, — сказал Джейсон. — Твой противник прямо здесь.

— Ты не можешь причинить мне вред.

— Тогда для тебя это должно быть легко.

— Удовольствие — это смертное понятие, — размышлял Строитель. — Даже в этих сосудах я чувствовал его не более чем несколько мимолетных мгновений за промежуток времени, который длиннее, чем существовал твой бывший вид. Думаю, я получу удовольствие, наблюдая за твоими страданиями.

— Я стремлюсь доставлять удовольствие, — сказал Джейсон, вытаскивая меч. — Начнем?

Тела Тени рассредоточились от Джейсона, чтобы окружить Строителя, хотя Джейсон оставил одно в резерве. Строитель мог легко повредить бестелесных существ, и, предполагая, что он выберется живым, Джейсону понадобится одно из тел Тени, чтобы восстановить остальные.

Джейсон, Строитель и все оставшиеся монстры почувствовали сдвиг в магии башни, начиная с основания. С этим Строитель потерял интерес к Джейсону и зашагал в сторону башни.

* * * Перейдя в средний диапазон бронзы, команда преодолела ограничения, которые были частью человеческого или околочеловеческого существования. Они могли бегать быстрее любого олимпийского спринтера, с выносливостью, от которой содрогнулся бы марафонец.

Софи и Белинда лежали на панцире Онслоу, пока фамильяр мчался вверх по рампе на воздушной подушке. Белинда была едва в сознании, а Софи была едва жива. Магическое вмешательство Нила было единственным, что предотвратило отказ её тела после той силы, которую она пропустила через него.

Хамфри был в не лучшем состоянии. Его новая сила принесла всплеск мощи, но когда он прошел, остаточный урон душе оставил его изнуренным. Он был перекинут через спину Сташа в форме хайделя, отчаянно цепляясь за сознание, стремясь довести дело до конца.

Нил бежал вместе с воинами из зубов дракона, которых Хамфри успел призвать, прежде чем окончательно рухнуть. Его собственный призыв был слишком медленным, чтобы поспевать, и был оставлен внизу, чтобы блокировать любого, кто попытается последовать за ними.

Клайв также сидел на Онслоу, тщательно поддерживая ритуальный круг вокруг кристаллического куба, парящего перед ним. Это было устройство, которое он собрал из материалов, изначально предназначенных для открытия пути домой, план, ставший бессмысленным из-за изменений в окружающем магии астрального пространства. Он перепрофилировал материалы, чтобы создать устройство, которое инвертирует магию башни. Это был процесс, который Джейсон настаивал называть «обращением полярности».

Функция устройства была достаточно простой. Им просто нужно было доставить его с низа башни на самый верх. Если бы это было всё, Клайв мог бы просто передать его Софи и позволить ей взбежать по внешней стороне башни. Хитрость заключалась в том, что собранное Клайвом устройство было сделано из импровизированных компонентов и работало в соответствии с теориями, которые он только начинал понимать.

Чтобы поддерживать его в рабочем состоянии, Клайву нужно было держать его окруженным магической диаграммой, которую ему приходилось изменять в реальном времени по мере перемещения устройства. Это был нелепый подвиг, возможный только благодаря силе Клайва, позволявшей ему рисовать ритуальные круги в воздухе, в сочетании с его невероятными навыками ритуалиста. Даже тогда только месяцы рисования ритуалов в бою отточили его рефлексы достаточно, чтобы поспевать. Это требовало каждой унции его концентрации, пока они поднимались по спиральной рампе внутри башни.

— Строитель ведь должен прийти, верно? — спросила Белинда. Её похмелье от монеты оставляло её пугающе уязвимой.

— Всё, что мы можем сделать — это довериться Джейсону, — сказал Хамфри.

* * * Джейсон Асано был многим. Язык без костей с людьми, с которыми он действительно не должен был так себя вести, был, безусловно, одним из его качеств, как Строитель давно обнаружил. Строитель теперь обнаруживал, что, несмотря на всё, чем был Джейсон, одним из качеств, которыми он не обладал, была способность быть незаметным.

Сильнейший из приспешников Строителя, вопреки всем ожиданиям, пал. Он был вынужден действовать лично, чтобы увидеть свои намерения исполненными, и намеревался оставить вопрос с Джейсоном на потом. Хотя он мог получать удовлетворение от того, что намеревался сделать с Отвергающим, его намерения относительно мира, который Асано изо всех сил пытался защитить, имели приоритет.

Строитель не особо задумывался о сосудах, которые занимал. Знание смертной формы было ниже его достоинства. Он использовал и выбрасывал сосуды по мере необходимости, не заботясь о них. Если бы он когда-нибудь тщательно изучил их воспоминания, он мог бы знать, что существуют такие вещи, как ахиллесовы пяты.

Сосуд Строителя никоим образом не был таким физически устойчивым, как металлическое тело Зато. Если бы Строитель мог избежать плотского сосуда, он бы сделал это. Однако ни один искусственный конструкт не был достаточно сложным, чтобы содержать его силу. Только магическая матрица, которая управляла телом пользователя сущности, была достаточной, и даже это требовало сложного усиления.

Сосуд мог быть гораздо прочнее обычного тела, но он всё равно подчинялся базовым, физиологическим истинам. Одна из них заключалась в том, что без определенных мышц стоять гораздо труднее.

Строителю стоило очень мало усилий восстановить те мелкие травмы, которые был способен нанести Джейсон. Однако эти короткие моменты задержки были ценнее золота для команды, мчащейся вверх по башне.

Строитель удалился от Джейсона, игнорируя его в убеждении, что Джейсон не способен существенно повредить его сосуд, что было правдой. Что Джейсон мог сделать, так это просветить Строителя о критических областях, где небольшая рана могла вызвать специфические, изнуряющие проблемы. Даже если они немедленно заживали, каждая из них крала ещё один драгоценный момент.

Джейсон не брался за эту задачу в одиночку. Проклятия Колина, как подозревал Джейсон, были не более эффективны, чем его собственные. Что Колин мог сделать, так это научить Строителя, что глаза не реагируют положительно на кольца острых зубов.

Джейсон крал лишь секунды, но он и Строитель оба знали, что эти критические секунды имеют значение. Осознав, что игнорирование Джейсона вредит ему, Строитель атаковал. Калечить было бы идеально, но убить — приемлемо. Немедленная судьба Асано была неважна по сравнению с другими целями Строителя; пока эта судьба решалась самим Строителем, он был бы удовлетворен результатом.

Прижать Джейсона было легче сказать, чем сделать. Строитель всё ещё был ограничен физической целостностью своего сосуда и мог использовать только атаки серебряного ранга.

Хотя он больше не бежал, Джейсон оставался неуловимым, используя тела Тени, чтобы прыгать вокруг, избегая атак, которые Строитель совершал, изменяя форму земли под ним. Тень также была в движении, избегая снарядов, окутанных силой, которые Строитель швырял в его сторону, предоставляя Джейсону постоянно меняющуюся серию порталов для теневых прыжков.

Теперь, когда он был вынужден вступить в открытый бой, Джейсон знал, что, несмотря на всю свою мобильность, он не сможет продолжать борьбу долго. К счастью, ему это было не нужно. Магия башни была очевидным присутствием для любого с магическими чувствами. Изменение, быстро поднимающееся от основания, выделялось как маяк света.

Строитель столкнулся с дилеммой. Он мог применить единичный всплеск силы золотого ранга, но это истощило бы его сосуд до предела. Он был вынужден выбирать между использованием этого всплеска, чтобы мгновенно покончить с Джейсоном, или приберечь его для остальной части команды.

В конечном счете, остановка команды была императивом. Магия башни давала понять, что они входят в её верхние пределы, и Строителю нужно было двигаться быстро. Он взмыл в воздух на поднимающейся колонне из камня и земли, которая несла его к открытым окнам, идущим вверх по внешней стороне башни. Колонна была компромиссом, который потреблял сосуд быстрее, чем Строитель хотел, но оставлял его с достаточной жизненной силой для того единственного всплеска силы золотого ранга.

Снова Джейсон доказал, что он — досадная помеха, от которой не так легко избавиться. Он вызвал Гордона, всё ещё потрепанного после предыдущей атаки Строителя. Два шара резонирующей силы Гордона выстрелили в направлении Джейсона, столкнувшись, когда они встретили колонну, и взорвались, отсекая колонну.

Колонна рухнула, и Строитель упал вместе с ней, создав огромное облако грязи и пыли, когда огромные куски камня падали на землю. Строитель вышел из облака невредимым. Гнев проявился на его всё более иссохшем лице, но быстро сменился пустотой. Он посмотрел вверх на башню, где сдвиг в магии приближался к верхним пределам. Компаньоны Отвергающего должны были быть остановлены, что вынуждало Строителя действовать. Его сосуд начал увядать перед Джейсоном, когда он призвал силу золотого ранга, протягивая руку к башне, которую сжал в кулак.

* * * Башня буквально оживала, чтобы препятствовать команде. Камень тек, как вода, в грубые гуманоидные формы, оживленные существа, которые атаковали команду ещё до того, как они закончили формироваться. Они были не сильнее воинов из зубов дракона Хамфри, но команда уже была на пределе своих возможностей, и большая часть команды была неспособна сражаться. Сташ оставил Хамфри Нилу, приняв форму гидры, едва помещаясь на рампе. Они пробивались сквозь оживший камень, но их прогресс был значительно замедлен.

Замедление команды дало Строителю время раздавить суетящегося жука, которым был Джейсон. Гордона отозвали для безопасности, выбор, который оказался верным, так как Строитель отказался от любой идеи сохранения своего сосуда, сжигая его жизненную силу штормом снарядов, усиленных разрушительной силой. Когда тела Тени были уничтожены одно за другим, Строитель начал что-то создавать. Материалы были наколдованы из земли, как и всё остальное, но это было меньше, принимая форму медленнее и осторожнее. Камень был трансмутирован в металл, и магия была вложена в устройство.

Наконец, у Джейсона закончились моменты, которые можно было украсть. Когда тела Тени были уничтожены, мобильность Джейсона была уничтожена вместе с ними. Несмотря на своё всё более дряхлое состояние, сосуд Строителя всё ещё был быстрым и мощным, бросившись вперед и схватив Джейсона за лицо. Другой рукой он захлопнул ошейник подавления, который сделал, у него на шее. Сосуд продолжал быстро увядать, когда поднялась ещё одна колонна, неся Строителя и его нового питомца к башне.

* * * Команда была мучительно близка к концу рампы, ведущей на плоскую крышу башни.

Магические способности лидера группы [Джейсона Асано] были подавлены.

Способность [Групповой интерфейс] была аннулирована.

Ваша группа была расформирована.

Вдоль всей длины башни были расположены большие открытые окна, и Строитель прошел через одно из них, блокируя им путь. Он тащил Джейсона с собой, держа его за ошейник, как будто он был непослушной собакой.

— Вы справились гораздо лучше, чем я ожидал, — сказал им Строитель. Теперь это был иссохший остов, его голос был нечеловеческим и хриплым. Даже так, команда знала, что они не пройдут мимо него.

Глаза Строителя остановились на кубе, парящем перед Клайвом.

— Хотя я не из тех, кто предлагает врагам вторые шансы, — сказал Строитель, — грубое порабощение ваших душ было бы пустой тратой хорошего материала. Я предлагаю вам ещё один шанс прийти добровольно, который вы должны принять. Ваши души будут моими в любом случае.

Джейсон жалко пополз в сторону своих друзей, которые смотрели на него с несчастными выражениями лиц. Строитель позволил ему уползти. Если Асано наслаждался последним моментом товарищества, прежде чем эти компаньоны будут обращены против него, он будет страдать только сильнее. Чего Строитель не осознавал, так это того, что Джейсон не искал товарищества. Он искал разбег.

Очень немногие вещи по-настоящему удивляли сущность, столь старую, как Строитель. Аура Джейсона, отталкивающая подавляющую силу ошейника, была одной из них. Сила ошейника была достаточно сильной, чтобы Джейсон смог успешно противостоять подавлению лишь на несколько скудных секунд, но вся битва Джейсона была войной украденных мгновений. Этого времени хватило, чтобы достать золотую монету духа из своего инвентаря, которую он сунул в рот. Немедленно он подпрыгнул, взорвавшись вперед с силой и скоростью золотого ранга.

Строитель смог среагировать, даже против рефлексов золотого ранга, заставив стену шипов подняться между ними. Джейсон врезался прямо в неё со своей силой золотого ранга, пронзив себя дюжину раз, но всё же прорвавшись с запасом импульса. Как только он врезался в шипастую стену, он врезался в Строителя, заставив их обоих кубарем вылететь в окно.

— ВПЕРЁД! — крикнул Хамфри, подталкивая команду к финальной гонке со временем. Всё ещё опираясь на Клайва для поддержки, Хамфри был готов среагировать, осознав, что Джейсон что-то затеял, как только увидел, что он ведет себя покорно.

Команда промчалась по последнему участку к вершине рампы, чувствуя, как магия башни в последний раз поворачивается, когда они споткнулись на крышу.

— Это всё, — сказал Клайв. — Мировые инженеры закончили, как и магия, позволяющая им проникнуть в наш мир.

— Работа сделана, даже если мы умрем здесь, — сказал Хамфри.

— Как насчет того, чтобы мы не умирали? — сказал Клайв, спрыгивая с Онслоу и мрачно глядя в сторону края башни. — По крайней мере, никто больше из нас.

Перед тем как покинуть башню на краю города, они сняли портальную арку с вершины и уложили её в инвентарь Клайва. Он вытащил её обратно и начал чертить ритуальный круг вокруг неё. Если он был прав, все порталы открылись, ведя обратно в их собственный мир. Всё, что ему нужно было сделать, это соединить этот с магическими системами, уже находящимися на месте, и их путь домой откроется.

Пока Клайв работал, остальная часть команды смотрела в сторону края башни.

— Может быть, он выжил, — слабо предположила Белинда. — Он всегда делает невозможные вещи.

— Он действительно сделал что-то невозможное, — сказал Нил, его голос был пустым. — Он дал нам шанс победить Строителя.

Лицо Хамфри было наполнено мукой, и он сделал шаг к краю башни, пока Нил не положил руку ему на плечо.

— Он бы не хотел, чтобы мы убили себя, пытаясь вернуть труп, — сказал Нил. — Мы открываем ворота и уходим.

Раскинувшись на Онслоу, Белинда бросила обеспокоенный взгляд на бессознательную Софи, но ничего не сказала.

* * * Джейсон попытался крикнуть что-то хлесткое про штаны, когда он и Строитель кувыркались в воздухе, но каменный шип пронзил низ его шеи. Всё было размыто, когда он вращался. Затем всё почернело.

Вы умерли.

Всё оборудование было возвращено в ваш инвентарь.

[Токен Мирового Феникса] был поглощен.

Клайв берет на себя командование

Клайв берет на себя командование

Клайв шел впереди через портал, за ним Нил, а затем фамильяры. Белинда и Софи были на Онслоу, Софи всё ещё была без сознания, а Белинда чувствовала себя не намного лучше. Хамфри настоял на том, чтобы идти в арьергарде, несмотря на то, что оставался на ногах только с помощью Сташа, который скопировал собственную форму Хамфри, чтобы обеспечить поддерживающее плечо.

Они появились в руинах древней деревни под озером, вода удерживалась магическим куполом, поддерживаемым людьми Эмира. Там было множество столов, расставленных с магической атрибутикой, оставшейся от месяцев изучения портала как до, так и после того, как команда прошла через него.

Людей не было, пока сонный мужчина не вышел из одного из полуразрушенных зданий.

— Хестер, — сказал он, протирая лицо заспанными глазами. — Надеюсь, ты не забыл принести…

Он замер, осознав, что звуки, разбудившие его от дремы, были не звуками доставки припасов. Он внезапно полностью проснулся, его глаза переключались с команды на открытую портальную арку, через которую они только что прошли.

Пока он стоял там, выглядя глупо, Клайв уже двигался. Бросив взгляд на магические инструменты, разложенные на скамьях, он схватил три маленьких кристалла в одну руку, используя другую, чтобы начертить магический круг в воздухе. Он был вертикальным, расположенным между ним и порталом. Как только он был завершен, он бросил кристаллы через него один за другим. Первый загорелся сине-серым светом, прежде чем пройти в портал, второй — янтарным светом, а третий — холодным серебряным светом.

— Что это? — спросил Хамфри, прихрамывая.

— Я подозревал, что открытие портала таким образом устранит ранговое ограничение, что я только что доказал, — сказал Клайв. — Нам нужно собрать самых сильных искателей приключений, которых мы можем получить в кратчайшие сроки, и вернуться за Джейсоном.

— Мы не можем быть уверены, где Эмир и Реморы, — сказал Хамфри. — В моем семейном поместье всегда есть люди серебряного ранга.

Клайв не стал останавливаться для обсуждения, указывая пальцем на землю. Он обвел его большим кругом, и руны появились, чтобы сформировать кольцо в ответ. Когда рунный круг был завершен, портал замерцал в его центре. Клайв шагнул через него, Хамфри удалось последовать за ним своими силами.

* * * Строитель приземлился на ноги, опустившись на корточки, когда тело Асано с хрустом ударилось о землю неподалеку. Он почувствовал, как магия башни завершила свой переход, каскад силы, который вливался в мировых инженеров, теперь необратимо инвертировался. Гигантские големы теперь были не более чем источниками энергии для порталов.

Строитель не кипел от ярости. Он был старше видов существ, которых мог чувствовать карабкающимися на вершине башни, не жалея их ни за сопротивление, ни за успех. Они боролись за свои жизни и свой мир, а Строитель переживал неудачи и раньше. Это была лишь битва в войне, охватывающей миры.

Он повернулся к Асано, который действительно вызвал гнев Строителя. Он мог пережить неудачу своих приспешников, но Строитель и Асано столкнулись напрямую, воля к воле. Его неспособность заставить Асано капитулировать до того, как звездное семя иссякло, была личной неудачей Строителя, и Асано всё ещё нужно было поставить на место.

Асано был мертв, но это не обязательно должно было стать концом. В астральном пространстве не было бога смерти, чтобы направлять душу в астрал; она должна была медленно дрейфовать в хватку Жнеца сама по себе. Это дало Строителю окно для действий.

Пока он обдумывал это, боевая роба Асано исчезла. Свет вспыхнул изнутри его тела, которое начало излучать жар. Строитель почувствовал всплеск знакомой силы и наполнился яростью, которую не мог вызвать ни один смертный, даже такой разочаровывающий, как Асано.

— Мировой Феникс.

Строитель покинул свой сосуд, который упал на землю, как брошенная марионетка.

* * * Наряду с постоянным контингентом охраны, стража поместья Геллер включала элиту из самой семьи. Базовые обязанности были основной частью этоса обучения Геллеров, обучая как усердию, так и смирению. Хамфри проводил время, охраняя поместье, как и его мать до него, и он будет назначен делать это снова в будущем.

Когда портал Клайва появился в атриуме главного дома поместья Геллер, два охранника семьи Геллер перешли в состояние боевой готовности. Клайв услышал это, когда шагнул через портал, огляделся и нашел пару бойцов бронзового ранга, нацеливших на него оружие, не соответствующими его потребностям. Хамфри последовал за ним из портала и жестом успокоил охранников.

— Юный господин Хамфри!

Клайв небрежно выстрелил из своего посоха в высокий потолок. Это оставило паутину трещин на магически усиленном стекле атриумного светового люка, но это был вторичный эффект, который он хотел вызвать. Звуки тревоги раздались по всему поместью.

Сестра Хамфри, Генриетта, была в карауле снаружи и вбежала с первой волной отреагировавших, заметив Хамфри.

— Хамп!

У неё не было шанса поговорить, так как вливалось всё больше людей, как охранников, так и членов семьи Геллер, готовых сражаться. Хамфри и Генриетта пытались успокоить ситуацию, когда Даниэль прибыла в размытом движении, её созданный пространственный клинок был наготове. Её глаза расширились при виде сына.

Посреди суматохи голос Клайва прорезал шум, его свирепый и властный тембр поразил тех, кто его знал.

— Леди Геллер, — рявкнул он. — Соберите самые сильные силы, которые вы можете немедленно собрать, и телепортируйте их к портальной арке под озером.

Не дожидаясь ответа, Клайв шагнул обратно через портал, полностью игнорируя хаос, оставленный в его следе.

Хамфри посмотрел между своей матерью и порталом.

— То, что он сказал, — добавил Хамфри. — Секунды имеют значение.

Он последовал за Клайвом обратно через портал. Поскольку проход четырех человек бронзового ранга был пределом портала Клайва, он закрылся за ним.

* * * У упыря не было памяти. У него едва было чувство собственного «я». Его тело всё ещё было сильным, но он чувствовал себя слабым. Он знал, что должен быть намного сильнее. Он знал, что умирает. Больше всего остального он знал голод.

Голод был личностью упыря. Голод был его целью. Он открыл глаза и заставил себя встать на ноги. На земле было тело, богатое силой, но горящее жаром, от которого каждый инстинкт говорил ему бежать. И он побежал, чувствуя магию вокруг себя, ища пропитания.

Вокруг было много активности, но упырь не обращал на неё внимания. Его заботила только магия, которой он мог питаться, которой не было в кишащей толпе, сражающейся вокруг него. Пустые сосуды, сделанные из камня, и фальшивые души в телах, наполненных бесполезной магией, были ему не нужны. Единственные истинные души были осквернены и отравлены.

Распространяя свои чувства дальше, он обнаружил нетронутые души далеко над собой. Он перевел взгляд вверх, только чтобы эти души исчезли, одна за другой. Упырь издал рев разочарования.

— Лорд Строитель?

Упырь повернулся лицом к человеку, разговаривающему с ним. Это была одна из бесполезных, оскверненных душ.

— Нет, — оскверненная душа. — Тэдвик?

Какая-то мутная мысль пробилась сквозь голод, пожирающий разум упыря. Имя этой оскверненной души было Тимос. Это не имело значения, так как он не мог утолить голод упыря. Оскверненная душа поползла прочь, и упырь отпустил её. Это не было ни препятствием, ни пропитанием, покинув разум упыря в тот момент, когда она исчезла из виду.

Упырь уловил что-то ещё. Что-то далекое, но богатое и невероятно мощное. Даже издалека он мог учуять это. Он отправился в путь бегом. Ничто из того, что было вокруг, не бросало ему вызов, скорее, они карабкались, чтобы убраться с его пути.

* * * Клайв ходил взад-вперед перед порталом, пока ждал, прохождение каждой секунды было бесконечным ожиданием. Даниэль собрала небольшую армию бойцов бронзового ранга, которые появились вокруг портальной арки. Она также притащила с собой ещё одного бойца серебряного ранга, своего мужа, Кита. Она оценила открытый портал, плачевное состояние команды и немедленно заметила отсутствие.

— Где Джейсон?

— Он сдерживал Строителя, чтобы мы могли выбраться, — сказал Клайв, уже шагая к арке. — Ранговый барьер на портале исчез. Следуйте за мной.

Нил двинулся в ногу с Клайвом, и они прошли обратно через арку. Хамфри был единственным другим членом команды с мобильностью, чтобы пойти, но он сдержался, лицо его было наполнено мукой. Он знал, что будет скорее обузой, чем активом, пока не пройдут последствия зелий, которые он принял, и он не сможет пополнить свою ману и выносливость.

Даниэль бросила на него взгляд, увидев его кивок, прежде чем повести своих людей следом за Клайвом. Генриетта подошла к Хамфри, когда остальные прошли через портал.

— Что случилось с Клайвом? — спросила она.

— То же самое, что случилось со всеми нами, — мрачно сказал Хамфри.

Силы Геллеров появились на вершине башни из сфальсифицированного портала, который Клайв установил для побега команды. Башня была высотой около тридцати этажей, выше, чем кто-либо из них ожидал, и выше, чем большинство из них когда-либо были.

Клайв уже достиг края башни, рисуя магический круг одной рукой, пока изучал книгу, которую держал в другой. Хотя достижение бронзового ранга его атрибутом духа оказало положительное влияние на его и без того феноменальную память, ритуалов было гораздо больше, чем он мог когда-либо запомнить. Это включало ритуал медленного падения, который он начертил, который принял форму парящего кольца по завершении, зависнув над краем башни.

— Все, у кого нет способности к полету или медленному падению, используйте это, — объявил он группе, затем спрыгнул с башни через кольцо. Нил не колебался, последовав за ним.

Даниэль бросилась к краю башни, глядя вниз. У основания башни шла дикая битва конструктов и жутко измененных людей, похожих на тех, с которыми она сражалась в пустынном астральном пространстве. Всё это было заключено внутри стены, которая окружала башню.

Её люди последовали за ней, и её муж присоединился к ней на краю башни.

— Там внизу монстры серебряного ранга, — сказал её муж, побуждая её к действиям. — Во что мы втянули нашего мальчика?

— Пойдем выясним, — громко объявила она, затем прыгнула через магическое кольцо Клайва.

* * * Душа без присмотра была большей добычей, чем упырь мог когда-либо ожидать, не говоря уже о такой мощной. Она плавала вокруг меча в блоке кристалла, который упырь проигнорировал, интересуясь только трансцендентным светом души. Он погрузился в этот свет, который впитался в него, как дождь в пустынную землю, утоляя ненасытный голод и вызывая великую трансфигурацию.

Разрушенное тело упыря было не просто восстановлено, но трансформировано, переполненное силой и насыщенное магией. Даже так, чудотворный эффект на его тело бледнел по сравнению с изменениями, затронувшими его душу.

Сила Строителя выдолбила душу Тэдвика, как колония термитов в гнилом бревне. То, что осталось, было пустой оболочкой, сломленной и беспомощной. Пиршество на этой мощной душе спровоцировало мощное изменение, делая целым то, что сначала звездное семя, а затем сам Строитель разорвали.

Это не было восстановлением души. Результатом был не Тэдвик, не таким, каким он был. Это был новый зверь, нечто мощное и прожорливое. Обломки тела, разума и души Тэдвика были фундаментом, из которого он построил себя. Тело и душа были восстановлены, мозг всё ещё хранил воспоминания Тэдвика. Он также хранил несколько разрозненных фрагментов, оставленных инопланетным и непостижимым разумом Строителя.

Когда последняя часть души была поглощена, объект, который она инкапсулировала, остался. На простом каменном постаменте лежал зловещий черно-красный меч, заключенный в кристалл. Когда последняя крупица души исчезла, на кристалле начали появляться крошечные трещины, светящиеся красным и сочащиеся струйками черного дыма.

* * * Вмешательство сил Геллеров в конечном итоге привело дикий хаос в порядок. Даниэль отправила людей открыть ворота и дать выход обезумевшим монстрам, чтобы они вырвались наружу. Преобразованные с пустыми лицами, которые когда-то были жрецами Чистоты, теперь были жуткими чудовищами и были перебиты, в то время как конструкты культа были разбиты вдребезги. Не было выживших культистов, все либо мертвы, либо сбежали к тому времени, как прибыли Геллеры.

Даниэль подошла туда, где стояли Клайв и Нил, онемевшие, на некотором расстоянии от тела Джейсона. Не было вопроса о его состоянии, смерть не предлагала никакого достоинства. Падение было недобрым, как и каменные шипы, пронзающие его тело.

Они не могли подойти близко, даже чтобы накрыть тело, из-за интенсивного жара, исходящего от него. Он светился внутренним светом, как будто внутри него горел огонь. Как ни странно, это влияло даже на Генриетту, чья сущность огня давала ей силу, которая должна была защитить её от жара, достаточно сильного, чтобы расплавить камень.

— Есть признаки Строителя? — спросил Клайв, не отводя взгляда от Джейсона. Он был немного слишком близко, жар оставлял его лицо блестящим от пота, но он не двигался.

— Нет, — сказала Даниэль. — Ты сказал, что он в теле Тэдвика?

— Да, — сказал Нил. — Мы видели его лишь мельком, однако, и он был едва узнаваем. Я думаю, сила Строителя оставила его более мертвым, чем живым.

— Если он здесь, мы его найдем, — сказала Даниэль. — Насколько стабилен этот портал, Клайв?

— Неразрешимо, — сказал Клайв. — Его было бы труднее закрыть, чем открыть.

— Не позволяйте своим людям просто разбегаться исследовать, однако, — сказал Нил. — У этого места есть опасные секреты, и монстры стали сильнее.

— Что это за огонь? — вслух задался вопросом Клайв, глаза всё ещё зафиксированы на трупе Джейсона. — Строитель что-то сделал с душой Джейсона?

— Мы разберемся с этим, — сказал Нил, приближаясь, чтобы положить руку на плечо Клайва. — Мы не позволим этому так остаться. Мы найдем способ…

Нил замолчал, когда радужный дым начал подниматься от тела Джейсона, которое вскоре полностью растворилось. Всё, что осталось, — это ужасная вонь и затяжной жар.

* * * С растворением тела Джейсона больше ничего не связывало команду с астральным пространством, и они были перенесены обратно в Гринстоун. Вслед за открытием астрального пространства место портальной арки под озером стало центром активности, даже большим, чем когда Эмир, Клайв и его люди пытались открыть его. Астральное пространство было царством опасностей и возможностей, которые предстояло исследовать.

Через несколько дней после того, как астральное пространство было открыто для Общества искателей приключений, больше людей прибыло на дно озера, чтобы обнаружить всех вокруг портала мертвыми. Особенно тревожным было то, что среди павших были два бойца серебряного ранга. В ответ были отправлены три бойца золотого ранга, присутствующие в городе, чтобы расследовать.

Эмир прибыл вместе с родителями Руфуса Ремора, Габриэлем и Арабель. Пара оставалась в Гринстоуне, чтобы помочь Руфусу запустить Учебный филиал Академии Ремор. Последний член их старой команды, Кэл, покинул Гринстоун месяцами ранее.

— Вы когда-нибудь видели такие тела? — спросил Эмир Арабель. Она была целителем и более знакома с различными формами смерти, чем остальные двое. Трупы выглядели нормально для обычного зрения, но для магических чувств они казались иссохшими и истощенными, настолько лишенными магии, что они были как дыры в окружающем магическом фоне.

— Энергетический вампир, — сказала Арабель. — Сильный.

— Я поговорю с Хестером о том, чтобы перенести Кэла обратно сюда, — сказал Эмир. — Он нам понадобится, если мы собираемся охотиться на эту тварь.

Уроки

Уроки

— Мировой Феникс.

Строитель покинул свой сосуд, который упал на землю, как брошенная марионетка.

* * * В другом мире алмазный ранг стоял в тронном зале императорского дворца. Его звали Шако, и у него была бледная, веснушчатая кожа, дикие рыжие волосы и глаза настолько ярко-зеленые, что они почти казались светящимися. Эти глаза смотрели вниз на его потомков, императорскую семью, распростертую на полу в мольбе. Не было никаких признаков высокомерия, которое выковало империю, охватывающую планету.

Искусный трон из золота и слоновой кости был пуст. Император стоял на коленях вместе с остальной семьей у ног своего предка. Снаружи огни восстания сжигали имперский город дотла.

— Предок, — умолял император, не смея поднять глаз от пола. — Пожалуйста, разбудите големов-стражей, мы умоляем вас.

Шако не нужно было дышать веками, но он сделал это, чтобы вздохнуть на людей, выстроенных перед ним.

— Когда я даровал големов вашим предкам, вас предупреждали, — сказал Шако. — Их целью была защита династии, а не инструменты завоевания. Если использовать их как таковые, то их сила будет потрачена в час величайшей нужды. Они были даром от Строителя за помощь ему в захвате астральных пространств этого мира. Но этот дар был щитом, а не мечом.

— Мы были глупы, — умолял император. — Пожалуйста, разбудите големов, и мы будем использовать их в будущем только так, как вы санкционировали. Мы усвоили наш урок!

— Если бы я сделал это, — сказал Шако, — тогда урок, который вы усвоите, будет заключаться в том, что вы можете игнорировать правильный путь, потому что я выступлю вперед, чтобы исправить ваши ошибки. Ваш урок ждет вас с армиями снаружи. Он придет от рук мира, полного пользователей сущности, которых вы угнетали силой, которая была вам дана.

— Предок, я не думаю, что кто-то из нас переживет этот урок. Наши алмазные ранги покинули нас или даже повернулись против нас. Наши враги воздвигли барьер, через который мы не можем портануться, и только реликвии, которые вы оставили, позволили нам продержаться так долго. Если вы не можете спасти нашу империю, то хотя бы спасите наши жизни. Только ваша мощь может унести нас отсюда в безопасность.

— Когда я был мальчиком, — сказал Шако, — наша семья была не королями, а фермерами. Мы понимали, что семя, которое ты сажаешь, — это урожай, который ты пожинаешь. Вы посеяли семена раздора, ярости и возмездия. Теперь пришел урожай, урожай тяжел, и винить некого, кроме самих себя.

— Предок, — сказал император, наконец подняв глаза. — Вы действительно позволите вашей родословной умереть?

Шако холодно рассмеялся.

— Это то, на что вы рассчитывали? Что я не позволю моей родословной угаснуть? Вы не единственные мои потомки в этом мире. Вы лишь те, кто стремился использовать нашу связь, чтобы возвеличить себя, вместо того чтобы достичь чего-то самостоятельно. Моя кровь течет по всему этому миру, в семьях, которые прислушались к моим урокам и дорожили моими дарами, вместо того чтобы растрачивать их в погоне за декадансом и незаслуженной славой. Многие из них даже снаружи, возглавляют атаку. Они не знают, что их почитаемый предок — тот же самый, кого их угнетатели использовали для оправдания своей тирании.

Шако плюнул на пол перед императором.

— Вы опозорили меня. Использовали меня как знамя, под которым вы совершали злодеяние за злодеянием. Вы умоляете меня действовать, но я уверяю вас, вы не получите ничего, кроме сожаления, если я это сделаю. Это будет не для того, чтобы спасти вас, а чтобы наказать вас, способами, от которых даже армии, жаждущие вашей крови, содрогнутся.

Взгляд Шако обратился к императрице. Через её ауру он почувствовал, как она собирается с духом, и она поднялась на ноги, подняв глаза с решимостью.

— Предок, — умоляла она. — Хотя бы возьмите детей. Они не виноваты в грехах, которые мы совершили, и ещё достаточно молоды, чтобы научиться лучшему. Пусть остальные из нас умрут, если вы должны, но не заставляйте их платить цену за проступки их предков.

— Жена, — прорычал император, глядя на императрицу.

— Нет, — отрезала она. — Нас не спасти, муж. Не будь слепым сейчас, по крайней мере. Теперь мы достигли конца.

Император открыл рот, чтобы заговорить, но не сделал этого, когда аура Шако обрушилась на него, как валун. Шако подошел к императрице, которая встретила его взгляд, даже когда её аура испуганно дрогнула.

— Это логично, — сказал Шако. — Единственный человек, который проявляет моральную ответственность, — это тот, кто вошел в семью через брак. Похоже, способность отрастить позвоночник была выкорчевана из этой ветви родословной. Очень хорошо, Императрица. Я заберу детей, и вас. Пришло время этой семье снова усвоить уроки того, как быть фермерами, так что фермерами вы и будете. Конечно, нет места в этом мире, где ваше имя не ненавидели бы. Вам придется скрыть его, чтобы никто не узнал, чью кровь несут дети, ибо она наверняка будет пролита. У вас будет достаточно, чтобы прожить, и не более. Будут те, кто сможет научить вас путям земли. Я навещу вас через несколько поколений и посмотрю, как вы справились.

Шако взмахнул рукой, и императрица исчезла вместе с детьми, собранными сзади.

— Предок… — удалось выдавить императору.

Шако проигнорировал его, наклонив голову, как будто прислушиваясь к чему-то.

— У меня есть обязанности, — сказал Шако. — Вы сплели свои собственные судьбы, и я больше не буду вмешиваться. Спасибо, что напомнили мне о других реликвиях, которые я оставил, Император. Я заберу их с собой.

Шако исчез, надежда его потомков исчезла вместе с ним.

* * * Физические реальности, существующие внутри астрала, были крайне разнообразных размеров. На одном конце шкалы были раскинувшиеся вселенные, охватывающие сотни миллиардов галактик, существующие так долго, что они были, по большинству практических мер, вечными. На другом конце были маленькие астральные прото-пространства, вспыхивающие в бытие только для того, чтобы исчезнуть снова всего через несколько часов.

Размер был в значительной степени хорошим определителем того, как долго просуществует физическая реальность. Однако существовала физическая реальность, которая была размером едва ли с маленькое солнце, но существовала дольше, чем большинство вселенных. Эта реальность была единственной плоской плоскостью. У неё не было солнца и не было звезд, содержащих только одну вещь: город-мир Интерстиций.

Интерстиций был, насколько был осведомлен любой, у кого была сила проверить, одновременно старейшим и крупнейшим мегаполисом в существовании. Океаны соединяли искусственные острова с магическими батареями, заряжаемыми великими волнами. Горы были выдолблены, вулканы превращены в литейные города. Разумные виды всех мастей можно было найти в джунглях, усеянных великими зиккуратами, соединенных магическими небесными путями, проходящими над деревьями. Подводные города, соединенные стеклянными туннелями, с магическими метро, идущими не только по полу, но и по стенам и потолкам туннелей.

Солнца не было, но были дни. Луны не было, но были приливы. Климат влиял не только на погоду, но и на гравитацию. Это было царство невозможностей, которое некоторые называли столицей космоса.

В Интерстиции были администраторы, но не было правителей. Когда великие астральные сущности имели дела в физической реальности, это была та физическая реальность, которую они использовали. Перед лицом этого, кто был бы настолько смел, чтобы претендовать на что-то, кроме как быть смотрителем? Это было место, где самые могущественные смертные в существовании соперничали за шанс быть слугами.

Одним из многих городских регионов Интерстиция был остров Глим. Искусственный остров, он бросал вызов экваториальной жаре своего местоположения, будучи сделанным почти полностью из льда. Земля и здания были созданы из льда, окрашенного в цвета радуги, простираясь высоко над и глубоко под поверхностью воды. Магический лед не охлаждал кости и не таял. Единственный холод, который он излучал, был ровно таким, чтобы охладить тропическую жару до приятного тепла.

Шако прибыл через пространственную телепортацию в подводные недра города, глубоко под поверхностью. Он появился на одной из нескольких портальных площадей, которые существовали для этой цели. Местные власти отмечали прибытия и проводили различные проверки, прежде чем позволить им войти в город должным образом.

Порталы в любой регион Интерстиция не приветствовались и магически блокировались. Шако был достаточно силен, чтобы обойти такие меры, но не имел причин делать это. Он взлетел в воздух к шахте в потолке, остановившись у контрольно-пропускного здания, прикрепленного к потолку.

Поскольку он был резидентом, алмазным рангом и любимым слугой Строителя, гражданские власти сделали не более чем отметили прибытие Шако, когда он проходил через контрольно-пропускной пункт. Они задержали его не более чем требовалось, чтобы оказать уважительный прием, прежде чем он влетел в шахту и направился к поверхности. Выйдя в открытое небо, Шако пролетел над городом. Здания Глима из красочного, мерцающего льда были калейдоскопом под ясным голубым небом.

В самом сердце Глима, как и в случае со многими городскими регионами, были районы, заявленные великими астральными сущностями. Великие астральные сущности могли посещать Интерстиций не больше, чем любую другую физическую реальность; их слуги и агенты были теми, кто занимал пространство. Каждая астральная сущность, которая хотела один, имела свою территорию, с районами, образующими кольцо вокруг общего коммунального района посередине.

Район Строителя имел самые разнообразные и причудливые архитектурные проекты, так как Строитель не должен был быть превзойден в архитектуре. У Шако была лучшая резиденция в районе Строителя, делая её одним из самых впечатляющих, если не наименее тонких, домов во всем Интерстиции.

Шако не направился домой, вместо этого направившись к границе, где коммунальный район встречался с районом Жнеца. Территория Жнеца была отмечена зданиями, чей лед был сформирован и затенен как темное стекло, чтобы выглядеть как башни из деликатно вырезанного обсидиана.

Он опустился на землю на границе территории Жнеца и вошел в большое темное здание. В атриуме синий свет проникал через окна изо льда, освещая темные, стеклянные стены. Люди уходили с его пути, когда он пересекал его к человеку, сидящему за столом.

— Мастер Шако, сэр, — поприветствовал его мужчина.

— Строитель желает поговорить, — сказал ему Шако.

— Жнец предвидел это, Мастер Шако. Мастер Велиус ждет в купольной камере.

Шако поднял бровь, но не стал расспрашивать дальше.

— Спасибо, — сказал он и поднялся в воздух.

Там были подъемные платформы, но Шако полетел прямо вверх и в шахту в высоком потолке. Между каждым этажом здания были магические барьеры, но они исчезали, чтобы пропустить Шако, когда он поднимался до самого верха. Шахта открывалась в комнату, которая занимала весь верхний этаж здания, покрытую куполом из стеклянного льда. Это была приятная зона отдыха с богатым, но сдержанным декором. Более привычный к снисходительной роскоши Строителя, чем к предпочтению минимализма Жнеца, Шако нашел её довольно простой. Мужчина поднялся с кресла, чтобы поприветствовать его, предлагая дружелюбную улыбку и руку для рукопожатия.

— Велиус, — тепло поприветствовал Шако. — Прошло слишком много времени.

— Это так, — согласился Велиус. Он был высоким селестином, с темной кожей и густой копной вьющихся серебряных волос, которые соответствовали его глазам. — Ты вернулся домой, верно? Твоя семья всё ещё правит тем миром, откуда ты?

— На данный момент, — сказал Шако. — И я имею в виду момент. Там ситуация «орда у ворот».

— Ах. Они взяли что-то, что ты им дал, и увлеклись? — спросил Велиус.

— Именно.

Велиус понимающе кивнул, приглашая Шако в удобное кресло для отдыха, прежде чем сесть самому.

— У меня были похожие проблемы, — сказал он. — Это почти обряд посвящения для алмазных рангов. Ты решил помочь им или оставить их на произвол судьбы?

— Им нужен был урок, который они не собирались получать от меня.

— Очень мудро, — сказал Велиус. — Я совершил ошибку, вытаскивая своих потомков из неприятностей снова и снова. Это только делало их хуже с каждым разом, пока мне просто не пришлось полностью умыть руки от них. Я проверяю их каждые столетие или около того, сейчас, чтобы увидеть, остался ли кто-нибудь из них. Они были очищены довольно тщательно, как только я отозвал свою защиту.

— Я решил защитить детей, — сказал Шако. — Забрать их, начать с чистого листа. Скромное начало.

— Это хорошая идея, — сказал Велиус. — Знаешь, нам стоит написать книгу. Руководство для новоиспеченных алмазных рангов. Многие из них никогда даже не покидали свои собственные миры раньше. Я был таким и мог бы действительно использовать совет. Мы могли бы собраться с некоторыми другими, составить список всех вещей, которые мы сделали неправильно.

— Неплохая идея, — сказал Шако. — Я знаю пару…

Он прервался на полуслове.

— Пришло время, — сказал он. Велиус кивнул, и обе их ауры претерпели изменение, когда их соответствующие великие астральные сущности вселились в них.

— Я знаю, зачем ты пришел, — сказал Жнец через Велиуса. Богатый, теплый тон голоса Велиуса стал холодным и мрачным, когда он произнес слова Жнеца. — Ответ — нет.

— Асано мертв. Он должен оставаться мертвым.

Голос Шако был тяжелым, но отрывистым, когда Строитель заговорил через него.

— Я согласен, — сказал Жнец, — но он нес токен Мирового Феникса. Эти пакты старше тебя, и я не нарушу их ради твоего детского потакания.

— Я не ребенок, — сказал Строитель.

— Разве? — спросил Жнец. — Ты играешь в смертные дела, как ребенок с игрушками. Ты не был смертным уже так долго, теперь. Остальные из нас устали ждать, пока ты осознаешь это и будешь действовать с приличием, подобающим твоему положению.

— Какой смысл быть тем, кто мы есть, если мы позволяем себе быть связанными мелкими правилами?

— Мы и есть правила, — сказал Жнец. — Отрицать их — значит отрицать самих себя.

— Мы могли бы быть гораздо большим, — сказал Строитель.

— Большим? — спросил Жнец. — Ты построил мир, чтобы играть в бога, когда быть богом так далеко ниже тебя.

— Боги принадлежат одной, жалкой планете, которую они делят, — сказал Строитель. — Мне будут поклоняться целая вселенная. Я буду великой астральной сущностью и богом одновременно, становясь большим, чем любой из них. Бог выше богов.

— Удачи с этим, — женский голос донесся через комнату, сопровождаемый прибытием мощного присутствия. Сосуд Мирового Феникса также был селестином, как и у Жнеца, но с алебастровой кожей и рубиновыми волосами. Её выражение было более живым, чем пустые лица других сосудов, с дразнящей улыбкой и забавным блеском в её красных, похожих на драгоценные камни глазах.

— Мировой Феникс, — сказал Строитель. — Почему ты здесь?

— Я запросила её присутствие, — сказал Жнец. — Я хочу уладить всё сейчас, прежде чем ты примешь глупое решение, которое заставит остальных из нас действовать.

— Твоя неподобающая одержимость смертными заботами ниже нас, — сказала Мировой Феникс, присоединяясь к остальным, садясь.

— Ты та, кто дала Асано токен. Он твой иномирец.

— Я не делала Асано иномирцем, — сказала Мировой Феникс. — Это была случайность. Я просто дала ему дар, когда его душа проходила через астрал.

— Это правильный способ вмешательства в смертные дела, — сказал Жнец Строителю. — Если ты хочешь дерево, посади семя. Не посылай армию, чтобы пересадить его для тебя.

— Как я веду свои дела — это моё дело, — сказал Строитель.

— И всё же ты пришел сюда, чтобы просить Жнеца вмешаться в мои дела, — сказала Мировой Феникс.

— Какое право ты имеешь претендовать на мертвых? — спросил Строитель. — Они забота Жнеца.

— А целостность измерений — моя, — сказала Мировой Феникс. — Только с моего разрешения ты можешь проводить свою маленькую игру, и помни хорошо условия, которые я поставила на неё.

— Я помню, — сказал Строитель.

— Помнишь? — спросила Мировой Феникс. — Ты уже довел вещи до пределов моей терпимости. Боги — это существа единичных планет, но ты дал одному средства вмешиваться не только в другой мир, но и в другую реальность. Я вмешалась только потому, что ты довел условия до точки разрыва. Твой божественный сообщник совершил ошибку, которая грозит проделать гигантскую дыру в боку физической реальности, забрав с собой целую планету. Это, в свою очередь, может угрожать целостности реальности в целом. Целая вселенная, которой нет даже четырнадцати миллиардов лет. Я предоставляю кому-то реальный шанс исправить ситуацию, и не только ты не благодаришь меня, но ты приходишь сюда и пытаешься остановить его?

— Ты действительно думаешь, что Асано может чего-то добиться? — спросил Строитель.

— Он остановил тебя, — сказала Мировой Феникс. — Он становится приятно эффективным маленьким саженцем.

— Он не останавливал меня. Это был ритуалист.

— Это был он, не так ли? Небесная Книга хотела, чтобы я напомнила тебе о пропорциональности, кстати. Ритуалист — один из его, и тот, на которого он возлагает большие надежды. Он не потерпит, чтобы ты посылал какого-то золотого ранга убить мальчика из злобы.

— Я не настолько мелочен, — сказал Строитель. Мировой Феникс рассмеялась. Даже бесстрастное лицо Жнеца было окрашено скептицизмом.

— Ты буквально здесь, потому что хочешь мести одному смертному, — сказала Мировой Феникс. — Ты не был возвышен из смертности сам, чтобы царствовать над теми, кого ты оставил позади. Тебе нужно обратить своё внимание на высшие заботы, к которым тебя воспитали.

— Я не был возвышен, — сказал Строитель. — Я взял эту силу для себя.

Мировой Феникс и Жнец обменялись взглядами.

— Конечно, был, — сказала Мировой Феникс.

— Я попросил Мирового Феникса прийти сюда, чтобы обсудить компромисс, — сказал Жнец.

— Зачем беспокоиться? — спросила Мировой Феникс. — Мы оба знаем, что он не научится, пока не перейдет черту и не столкнется с последствиями.

— Я думаю, мы все можем согласиться, что было бы лучше, если бы до этого не дошло, — сказал Жнец. — У меня есть условия, которые могут не понравиться ни одному из вас, но должны, по крайней мере, быть терпимыми.

— Говори свои условия, тогда, — сказал Строитель.

— Строитель, — сказал Жнец, — тебе будет запрещено вмешательство любого рода в мир рождения Асано. Ты не будешь посылать людей, вербовать последователей и производить ни звездные семена, ни токены.

— Это не уступка, — сказала Мировой Феникс. — Мир Асано достаточно нестабилен. Он уже знает, что если ты будешь действовать в нем, я вмешаюсь гораздо более прямо.

— Цена, на которую в этот момент он может быть готов пойти, — сказал Жнец. — Это будет формальный пакт, со всеми последствиями нарушения, которые это повлечет. Более того, его вмешательство в другой мир будет ограничено.

— У меня уже есть планы в действии, — сказал Строитель. — У тебя нет права вмешиваться.

— И ты не будешь ограничен в их осуществлении, — сказал Жнец, — но только с теми обширными ресурсами, которые ты уже привел в действие. Никаких новых звездных семян, никаких новых токенов и никаких новых сосудов. Ты уйдешь из своих существующих сосудов и уничтожишь все неиспользованные семена и токены. Это означает сам мир, вместе с любыми прикрепленными астральными пространствами.

— Это тоже едва ли уступка, — сказала Мировой Феникс. — Он уже заставил звездные семена падать на этот мир, как капли дождя. Его вторжению не нужно больше.

— Что я получу за эти уступки? — спросил Строитель.

— Мировой Феникс предложит Асано силу. Она поможет ему в задаче, которая лежит перед ним, но ценой: никаких воскрешений больше. Никакая сила не вернет его из мертвых снова. Ни его душа, входящая в физическую реальность как иномирец, ни какая-либо другая сила. Когда он умрет, он умрет.

— Если он достигнет высших рангов, — сказала Мировой Феникс, — это оставит его уязвимым по сравнению с другими пользователями сущности, которые могли бы быть возвращены с помощью магии сущности золотого и алмазного рангов. Сила, которую я предложу взамен, должна быть внушительной, чтобы стоить сделки. Также будет возложено на него принять её. Даже мы не можем изменить душу без разрешения.

— Она может быть мощной, но только в той мере, в какой она является инструментом для выполнения задачи, которая лежит перед ним, — сказал Жнец.

— Этого недостаточно, — сказала Мировой Феникс. — Ты хочешь, чтобы я подрезала своё собственное дерево и приписала Строителю подрезку, которую он уже закончил?

— Я сделаю уступку также, — сказал Жнец.

— Зачем? — спросила Мировой Феникс. — Какое тебе дело до всего этого?

— Асано умер уже дважды. Меня беспокоит, что ты найдешь способ возвращать его снова и снова, пока не закончишь с ним. Если ты сделаешь его иномирцем бесчисленное количество раз, ты превратишь мою роль в фарс.

— Я не Строитель, — сказала Мировой Феникс. — Я не играю в бессердечные игры с правилами.

— Я также испытываю некоторую благодарность к Асано, — сказал Жнец. — Он и его компаньоны дали окончательное освобождение ряду душ, которые были в ловушке. Многие из них были моими людьми. Я не против помочь ему столкнуться с вызовами, которые ждут впереди.

— Фаворитизм, — сказал Строитель. — У Асано есть одна из твоих теней, преследующая его.

Жнец коротко, по-отечески улыбнулся.

— Из всех моих детей, Тень всегда следовала своим собственным путем.

— Что это за уступка, которую ты сделаешь? — спросила Мировой Феникс Жнеца.

— Асано понадобится компаньон, которому он может доверять для задач впереди. Там, куда он направляется, будут те, у кого есть его доверие, и те, у кого есть знания и сила, чтобы помочь ему. Не будет никого с тем и другим, но я могу предоставить такого человека.

Мировой Феникс сузила глаза. — Ты говоришь о другом иномирце.

— Да.

— Как это приемлемо? — спросил Строитель. — Я пришел сюда, прося тебя оставить душу там, где она принадлежит, и не только ты отказываешь мне, но предлагаешь забрать ещё одну?

— Да, — сказал Жнец.

— Почему я должен соглашаться на всё это? — спросил Строитель.

— Потому что в следующий раз, когда твои люди убьют Асано, — сказал Жнец, — он останется мертвым.

— Всё ещё недостаточно, — сказала Мировой Феникс. — Этот иномирец. Я соглашусь, если мы даруем благословения, чтобы эволюционировать её расовые дары. Все её расовые дары.

— Каждый из нас может продвинуть только одну силу, — сказал Жнец.

— Что каждый из троих сделает, — сказала Мировой Феникс. — Мы также убедим ещё троих сделать то же самое.

— Это возмутительно, — сказал Строитель. — Почему я должен участвовать в этом?

— Чтобы продемонстрировать остальным, что ты нечто большее, чем эгоистичный ребенок, остро нуждающийся в увещевании, — сказал Жнец. — Не забывай, как твоя позиция среди нашего числа стала доступной.

Строитель долго смотрел на Жнеца, прежде чем заговорить.

— Очень хорошо, — сказал Строитель наконец. — Я согласен на условия.

— Как и я, — сказала Мировой Феникс. — Я напомню тебе снова, Строитель, что мир Асано уже закрыт для тебя.

— Я знаю.

— Смотри, чтобы ты помнил, — сказал Жнец. — Если ты нарушишь условия Мирового Феникса, ты будешь порицаем.

— Я сказал, что я знаю.

— Ты известен тем, что говоришь одно, а делаешь другое, — сказал Жнец. — Это очень по-смертному с твоей стороны.

Вербовка

Вербовка

Команда Джейсона сняла и печать, и ограничение по рангу на проход в астральное пространство. Клайв превратил мировых инженеров, собиравшихся вторгнуться в их мир, в магические батареи, которые открыли путь обратно. Это не только позволило команде спастись, но и сделало астральное пространство доступным для тщательного изучения.

Первым делом нужно было закрепиться в зоне, где все еще таилась опасность из-за стремительно возрождающихся монстров. Эмир и его люди заняли то, что прежде было лагерем культистов. Несколько местных серебряных рангов из Гринстоуна вызвались помочь. Помимо возможности разбогатеть, их привлекала перспектива наладить отношения с Эмиром — это могло открыть двери для младших членов их семей.

Вскоре они столкнулись с истиной, которую Эмир, как профессиональный охотник за сокровищами, знал слишком хорошо: исследование неизведанного сопряжено с неведомыми опасностями. Пока люди Эмира вели приготовления и перенимали опыт у Клайва, Хамфри и остальных членов команды, двое местных «серебряников» вместе с вспомогательным персоналом Эмира остались охранять портал. Спустя несколько дней после открытия перехода всех их нашли мертвыми.

Эти смерти вызвали бурю негодования в сообществе искателей приключений Гринстоуна. Если не считать тех, кто почти не бывал в городе, вроде Талии Мерсер и Даниэль Геллер, местные серебряные ранги были народом осторожным. Большинство из них были уже в возрасте и медленно прокладывали себе путь через бронзу, используя ядра монстров.

Арабелла Ремор возглавила расследование и быстро пришла к неприятному выводу. Ей уже доводилось видеть последствия работы энергетического вампира, а разговор с командой Джейсона помог вычислить наиболее вероятный источник угрозы. Последний сосуд Строителя, Тадвик Мерсер, так и не был найден. Хамфри отвел Арабеллу к месту, где они оставили душу, удерживающую меч, и обнаружил, что исчезли оба.

Стало ясно, что Строитель решил минимизировать потери: он бросил сосуд, который поглотил бесхозную душу и превратился в грозную тварь. Существу удалось незаметно подобраться к порталу, покинуть астральное пространство и утолить голод уже на другой стороне. Чтобы помочь в охоте на монстра, Арабель вызвала в Гринстоун своего сокомандника Кэла.

— Тебе когда-нибудь доводилось выслеживать энергетического вампира? — спросил Эмир, когда Кэла ввели в курс дела.

— Доводилось, — ответил Кэл. — Они могут появляться разными путями, и результат всегда разный. Если они начинали как гули, то зачастую остаются интеллектуально неполноценными. Такие остаются рабами голода и инстинктов. В этом случае выследить его будет несложно. Трупы начнут появляться один за другим, так что нам стоит проверить деревни вокруг озера.

— А если он умен?

— Тогда найти его будет трудно. Он поймет, что мы идем по следу, и, скорее всего, постарается не привлекать внимания и вовсе покинуть регион. К счастью, Гринстоун — место изолированное, способов убраться отсюда немного. Мы проверим их все, параллельно следя за сообщениями о смертях. Даже если энергетический вампир затаится, ему все равно нужно питаться.

* * * Поместье семьи Мерсер состояло из пяти равноудаленных башен, соединенных переходами. С воздуха резиденция напоминала магический круг. Талия Мерсер стояла на вершине одной из башен, опершись на каменную балюстраду и глядя на город.

В последнее время удача отвернулась от ее семьи. Предательство Тадвика нанесло сокрушительный удар по многим фронтам. Репутация рода была растоптана, а знания Тадвика о делах семьи Мерсер позволили культу Строителя провести серию разорительных налетов на их владения. Если бы не связи с Герцогом и ведущая роль в зачистке города от культа, последствия могли стать катастрофическими. Но даже при таком раскладе семье потребуются поколения, чтобы полностью оправиться.

Для самой Талии самым горьким было осознание того, как сильно она подвела сына. Она взяла Кассандру с собой, чтобы обучить ее пути искателя приключений, в то время как муж готовил сына к управлению делами семьи в городе. Она знала, что мальчик растет избалованным, но лишь когда стало слишком поздно, поняла, насколько пагубным оказалось ее пренебрежение.

Недостатки мужа не были для нее тайной. Не зря наследником титула Герцога назначили его младшего брата, а Бофорта женили ради политической выгоды. Ей не следовало отдавать воспитание сына полностью в его руки, но это позволило ей забрать дочь и показать той большой мир.

Из-за ее невнимательности муж сумел внушить Тадвику мысли о собственной исключительности, не уравновесив их чувством ответственности. Теперь она гадала, осталось ли в этом существе хоть что-то от ее сына. Сначала ей сообщили о его участи как сосуда для Строителя. Теперь же он превратился в какого-то вампирического монстра.

— Ты вообще еще существуешь, мой мальчик? — прошептала она в пустоту.

— Его больше нет, — раздался голос за спиной. Талия резко обернулась.

Она не почувствовала чужого присутствия и не ощущала его даже сейчас, глядя в упор. Аура и магическое чутье твердили, что перед ней пустота, но глаза видели лицо сына. Он выглядел сильным и здоровым, но, заглянув в эти глаза, она не увидела в них Тадвика.

— Ты не мой сын, — отрезала она.

— Нет, — подтвердил энергетический вампир.

— Тогда кто ты?

— Я не знаю, — произнес он. — Твой сын был почвой, на которой я вырос. Я знаю то же, что знал он, но эти воспоминания не мои. Я помню его мысли, но они лишены смысла. То, что делал он, я бы никогда не совершил. Слова, что он говорил, я бы никогда не произнес.

— Что это вообще значит? — спросила Талия.

— Твоего сына больше нет, — ответил вампир. — Я — то, что осталось.

— Мне сказали, что ты монстр, — проговорила она. — Ты пришел убить меня?

— Нет, — сказал вампир, — хотя я уже убивал. Я пытаюсь понять, кто я. Что я такое. Воспоминания твоего сына — мой единственный ориентир, но я не могу осознать чувства и события, которые помню. Твой сын причинял боль тем, кого любил. Обернулся против семьи, которая дала ему всё. Бросил друзей, которые так старались помочь ему и защитить его.

Слезы покатились по лицу Талии. Несмотря на знакомые черты, это существо ни капли не напоминало ее сына.

— Я подвела его, — прошептала она. — Я должна была помочь ему. Направить его.

— Ты поможешь мне? — спросил вампир. Его голос звучал так беззащитно, словно у потерянного ребенка.

— Нет, — ответила она, собираясь с духом. Талия расправила плечи и вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Единственное, что я еще могу сделать для своего сына, — это уничтожить то, во что он превратился.

Талия рванулась вперед, превратившись в стремительную тень, но тут же замерла: ее кулак перехватила ладонь вампира. Он небрежно швырнул ее с крыши башни, и она полетела вниз. Он знал, что это не причинит ей вреда.

— Прости, мама, — прошептал он.

* * * Бывший лагерь культистов в астральном пространстве лежал в руинах после недавней битвы. Кровь фанатиков и Преобразованных запятнала землю, их тела были разбросаны среди обломков конструктов. Кровь монстров, залившая всё вокруг, уже испарилась радужным дымом. Здания, возведенные с помощью магии камня, были разрушены, ящики с припасами разбиты и разграблены.

После гибели «серебряников» Общество искателей приключений взяло дело в свои руки, сменив людей Эмира и установив усиленную охрану по обе стороны портальной арки. Эмира не отстранили, он по-прежнему мог исследовать астральное пространство, но вмешательство Общества помогло стабилизировать ситуацию после потери бойцов серебряного ранга. Со времен катастрофической экспедиции в пустынное астральное пространство семьи Гринстоуна очень болезненно относились к любым потерям.

Очищенный лагерь переоборудовали в базу для детального изучения астрального пространства. Нижние этажи башни приспособили под жилье; в одной из комнат, которую Клайв занял под свои нужды, он сидел за столом, заваленным книгами, и торопливо переносил заметки из одного тома в другой.

Клайв был поглощен систематизацией материалов, оставшихся от ритуалистов Строителя. Все найденные припасы, книги, записи и инструменты громоздились вокруг него. Лагерь вокруг башни был практически уничтожен, но первоначальная крепость, куда культисты прибыли первыми, сохранилась лучше. Множество найденных там принадлежностей ритуалистов остались неповрежденными, и Клайв пытался глубже вникнуть в магию культа Строителя.

Если бы он смог лучше понять процесс превращения человека в сосуд, это могло бы дать зацепку для охоты на энергетического вампира. Книги, которые Знание даровала Джейсону, вместе со всеми заметками Клайва стали бы бесценным подспорьем, но они исчезли вместе с Джейсоном.

Однако Клайва заботил не столько вампир, сколько нечто иное, что он отчаянно пытался найти в бумагах культистов, но не обнаруживал даже намека. Уйдя в работу с головой, он не заметил, как в открытых дверях появилась красивая молодая женщина в облачении жрицы Знания.

— Вы этого не найдете, — сказала Габриэль. Клайв вздрогнул и поднял взгляд.

— Аколит Пеллин, — произнес он. Волосы его были всклокочены, лицо покрыто щетиной, а под глазами залегли глубокие тени.

— Вам нужно поспать, мистер Стэндиш.

Клайв прищурился, глядя на жрицу.

— Вы сказали, что я этого не найду.

— Да.

— Значит, вы знаете, что я ищу.

— Да.

— Тогда скажите мне.

— Я могу открыть лишь часть, — ответила она с печальной улыбкой, в которой смешались сочувствие и извинение. — Моя Госпожа позволяет мне сказать лишь строго определенные вещи.

— Тогда говорите, — бросил Клайв, слишком уставший для любезностей. — Что за жар исходил от Джейсона? Строитель что-то сделал с его душой?

— Моя Госпожа не желает открывать природу этого пламени. Но она позволила мне сказать, что это не дело рук Строителя. Душа Джейсона Асано после его смерти была сохранена и направлена своим путем. Строитель не может коснуться ее.

— Ваша богиня уверена? Мы вопрошали богиню Смерти, и она не знала. Это место не подвластно взору наших богов.

— Моя богиня уверена, — повторила Габриэль. — Душа Асано именно там, где ей и должно быть.

Клайв сдулся, как проколотый шар, и медленно, протяжно выдохнул. Долгое время он молчал, а Габриэль терпеливо ждала.

— Спасибо, — наконец вымолвил он. — И поблагодарите свою богиню. Это не давало нам покоя.

— Обычно она не говорит о подобном, — заметила Габриэль. — Участь мертвых — не забота живых. Но в данных обстоятельствах она сочла за лучшее облегчить ваши терзания.

Клайв тяжело поднялся с деревянного табурета.

— Нужно пойти и рассказать остальным, — сказал он.

— У меня есть еще кое-что для вас, — остановила его Габриэль. — Вы сражались со Строителем и еще столкнетесь с ним вновь.

— В этом можете не сомневаться.

Габриэль сняла с плеча сумку и положила ее на стол.

— В этой пространственной сумке копии всех книг, что моя Госпожа дала Джейсону, и все заметки, которые вы сделали, изучая их. Она хочет, чтобы они были у вас для будущих битв.

Клайв посмотрел на сумку, взял ее и перекинул через плечо.

— Спасибо, — повторил он. — И еще раз передайте мою благодарность вашей богине.

Он поспешно прошел мимо нее и скрылся за дверью.

* * * Габриэль покинула астральное пространство через портальную арку, вернувшись в свой мир. После смертей от рук энергетического вампира охрана вокруг портала была значительно усилена. Были установлены антипортальные барьеры, препятствующие телепортации внутрь подводного купола или из него. Посетители должны были сначала подняться на поверхность озера, и только потом могли телепортироваться или отправиться в город по суше.

Габриэль ступила на одну из платформ-пузырей, предназначенных для доставки людей на поверхность. Платформа вышла за пределы купола и начала подъем, удерживая вокруг себя сферу воздуха.

— Всё сделано, — произнесла она.

— Я знаю, — отозвался в ее сознании утешающий голос Знания. — Ты хорошо справилась, но ты сомневаешься, правильный ли это путь.

— Почему бы не сказать им правду?

— Потому что сейчас не время для утешений, — ответило Знание. — Сейчас время войны. Смерть Асано заставит его друзей стать более преданным оружием против Строителя.

— Думаю, они были бы не менее мотивированы и без жажды мести.

— Но теперь они не просто мотивированы. Они одержимы. В любом случае, Асано может никогда не вернуться.

— Но вы думаете, что он вернется, — сказала Габриэль.

— Да.

— Если он вернется, сомневаюсь, что он обрадуется тому, что вы заставили его друзей верить в его гибель.

— Если он вернется, у него будут заботы посерьезнее. Его друзья — более эффективное оружие, пока они верят, что он мертв. Объективно так будет лучше.

— Не могу отделаться от мысли, что это один из тех случаев, когда люди отреагируют совсем не так, как вы ожидаете, — неохотно проговорила Габриэль. — Не думаю, что Асано оценит «объективные результаты».

* * * Хамфри и Софи поднялись в облачный дворец Эмира на подъемной платформе и вошли в его личный кабинет. Тот располагался на вершине одной из дворцовых башен под мерцающим куполом из полупрозрачного тумана. Пол был испещрен бассейнами, в которых буйно росли зеленые растения. Их стало заметно больше с последнего визита Хамфри; теперь это место больше напоминало сад на крыше, чем кабинет.

Эмир сидел за столом, просматривая бумаги. Увидев гостей, он сделал пас рукой, и из пола поднялись два облачных кресла. Хамфри и Софи сели, пока Эмир убирал бумаги в папку. Затем он поднял взгляд и улыбнулся.

— Как вы оба? — мягко спросил он.

— Поминки по Джейсону окончены, — ответил Хамфри. — Мы готовы продолжить борьбу со Строителем.

— Именно так, — подтвердила Софи. — Мы жаждем крови культистов.

— Проще сказать, чем сделать, — заметил Эмир. — Общество искателей приключений уверено, что с деятельностью культа в этом регионе покончено. Они бросили все силы на захват последнего астрального пространства. Церковь Чистоты тоже подсуетилась.

— Мы не против путешествий, если нужно их найти, — сказал Хамфри.

— До открытых столкновений дело еще не дошло, — пояснил Эмир. — Культ все еще действует скрытно, пробираясь в астральные пространства. Драки завязываются, только когда мы ловим их за руку, но, по крайней мере, теперь мы подготовлены лучше, чем та экспедиция.

— Может, нам стоит взяться за церковь Чистоты? — предложила Софи.

— Церковь Чистоты настаивает, что за сотрудничество ответственна лишь отколовшаяся фракция, и они сами занимаются ее искоренением.

— Чушь собачья, — фыркнула Софи.

— Согласен, и не мы одни так думаем, — кивнул Эмир. — Но это деликатный вопрос. На данный момент лучше позволить другим церквям давить на них и проводить расследование.

— У вас есть для нас какое-то поручение, — догадался Хамфри. — Мы не ищем просто какой-то работы, чтобы занять время. Мы хотим приносить пользу.

— То, что я задумал, — не просто пустая работа, — сказал Эмир. — В мире полно проблем, которые не будут ждать, пока мы разберемся со Строителем.

— И что же вы предлагаете? — спросил Хамфри.

— Пока вы были в астральном пространстве, жизнь шла своим чередом. Всплеск монстров так и не случился. Мы наблюдаем предвестники уже почти год, но самого события всё нет.

— Я слышал об этом, — сказал Хамфри. — Многие «бронзовики» из моей семьи перешли на серебро, сражаясь с постоянным потоком монстров серебряного ранга.

— Есть и другие новости, — продолжил Эмир. — Джейсон когда-нибудь рассказывал вам о том, что он узнал, когда заполучил косу Жнеца?

— Всё, что он мне сказал, — ответил Хамфри, — это то, что существует некий клуб, и первое правило клуба — не говорить о клубе. Я почти уверен, что он опять нес ту свою… ну, вы понимаете.

Эмир и Софи синхронно кивнули.

— То, что он узнал, — сказал Эмир, — и то, что ему велели не разглашать, заключается в следующем: Орден Жнеца не был уничтожен, как считалось ранее.

— Не такое уж и откровение, — заметил Хамфри. — Думаю, все об этом подозревали.

— Но только те, кто обрел в этом уверенность, получали доступ в последнюю комнату испытания, чтобы подтвердить свои догадки. Каждый получал награду вместе с подтверждением — в случае Джейсона это была коса — и предостережение: никому не рассказывать.

— Глупость какая-то, — вставила Софи. — Зачем подтверждать слухи, а потом требовать молчания? Информация всё равно просочится.

— А что, если в этом и был смысл? — спросил Эмир. — Одна из немногих, кто дошел до той комнаты, погибла, и весь ее отряд был вырезан вместе с ней. Это случилось прямо посреди лагеря у озера, и никто ничего не заметил. Позже расследование выяснило, что именно она разболтала секрет.

— Если секрет уже и так все знали, зачем их убивать? — спросил Хамфри. — Это только привлекает лишнее внимание.

— Опять же, — сказал Эмир. — А что, если в этом и цель? За то время, пока вас не было, по всему миру стали появляться знаки того, что Орден Жнеца готов вернуть себе прежнее положение полускрытой силы в мировом порядке. События здесь, похоже, часть масштабной кампании по превращению возвращения Ордена в «секрет полишинеля».

— Значит ли это, что человек, нанявший вас открыть астральное пространство, состоит в Ордене? — спросила Софи.

— У меня были такие подозрения, — ответил Эмир. — Но с тех пор я убедился в обратном. Мой клиент, судя по всему, был использован Орденом как инструмент. Есть идеи, что чувствует обладатель бриллиантового ранга, когда понимает, что его использовали?

— Желание кого-нибудь убить? — предположила Софи.

— Именно, — подтвердил Эмир. — Я умываю руки в деле с астральным пространством, так как Общество искателей приключений берет его под контроль. Они привлекли больше высокоранговых бойцов, поскольку от местных толку мало. Мой клиент попросил меня продолжить расследование деятельности Ордена Жнеца, и я хотел бы, чтобы ваша команда мне помогла.

— Не интересно, — отрезала Софи. — Если какой-то древний орден ассасинов хочет играть в политику, пусть развлекаются. Мне нужен Строитель.

— Во всех известных зонах операций Строителя уровень магии выше, чем здесь, — предупредил Эмир. — Это значит, что там больше высокоранговых искателей приключений. Если вы отправитесь туда, вам велят заткнуться и делать то, что говорят. Учитывая, что Джейсон Асано приложил руку к вашему обучению, сомневаюсь, что вы приобрели навыки беспрекословного подчинения.

— И что, мне просто сдаться? — вызывающе спросила Софи.

— Нет, — сказал Эмир. — Я предлагаю мыслить шире. Сомневаюсь, что Орден Жнеца объявился именно сейчас случайно. Похоже, они собираются использовать борьбу против Строителя, чтобы восстановить свою репутацию в глазах мировых властей.

— Вы хотите сказать, что если мы пойдем по следу Ордена Жнеца, то наверняка наткнемся на культ Строителя? — уточнил Хамфри.

— Честно говоря, это лишь мое предположение, — признался Эмир. — Но я думаю, шансы велики.

— Почему именно мы? — спросил Хамфри. — Помимо личных связей, что мы можем вам предложить? У вас нет недостатка в серебряных рангах, не говоря уже о бронзовых.

— Откровенно говоря, Хамфри, ты мне не нужен, — сказал Эмир и повернулся к Софи. — Мне нужна ты, Софи. Почти всё, что нам удалось узнать об Ордене Жнеца, как мы подозреваем, сам Орден и подбросил нам под нос. Но ты, Софи, — наша самая сильная зацепка в деле современной деятельности Ордена, которая, я уверен, исходит не от них самих.

— Вы про стиль боя, которому меня научил отец, — догадалась Софи.

— Да, — подтвердил Эмир. — Я хочу изучить твое прошлое и посмотреть, что мы найдем.

— Я бы предпочла заняться Строителем, — упрямо сказала она. — Строитель заплатит за Джейсона.

— Я понимаю твои чувства, — мягко произнес Эмир. — Как я уже сказал, возможностей ударить по Строителю напрямую не так много. Даже если ты согласишься помочь мне, думаю, свой шанс ты всё равно получишь — благодаря Клайву.

* * * В башне астрального пространства Клайв трудился над объединением материалов культистов с тем, что принесла Габриэль.

— Мистер Стэндиш?

Клайв обернулся и увидел в дверях мужчину и женщину. На них были мантии Магического общества, и оба излучали ауры серебряного ранга.

— Вы за материалами культистов? — спросил Клайв.

— Да, — ответила женщина. — И за вами тоже.

— За мной? — удивился Клайв. — Я больше не официальное лицо Магического общества. Я просто рядовой член, теперь я искатель приключений на полной ставке.

— Мы в курсе, — сказала женщина. — Позвольте представиться. Меня зовут Лорелей Грэнтэм, я исследователь, прикомандированный к Континентальному Совету Общества искателей приключений. Собирая информацию о деятельности культа Строителя, мы заметили, что маленький провинциальный городок совершает открытия так же быстро, как и крупнейшие центры. Изучив вопрос, мы поняли, что вы сыграли ключевую роль во многих из этих открытий, но вы уже отправились в это астральное пространство, чтобы дать бой Строителю.

— Я искатель приключений, — пожал плечами Клайв. — Мы сражаемся со злодеями.

— Странный оборот речи, — заметил мужчина.

— У меня был друг, склонный к странным оборотам, — сказал Клайв. — Он погиб, помешав Строителю использовать это место как оружие.

Клайв указал на стопки материалов вокруг.

— Я всё еще разбираюсь в этом, — продолжил он, — но я уверен: если бы мировые инженеры Строителя были активированы и использованы для вторжения, масштаб разрушений затмил бы последствия простого захвата астрального пространства. Разрушения могли достичь Гринстоуна, а это в сотнях километров отсюда.

— Вы знаете, как долго портал будет стабилен? — спросила Лорелей.

— Порталы по периметру города не активировались, — ответил Клайв. — Я думал, что они сработают, но мне приходилось много импровизировать, так что я мог ошибиться. Портальная арка, которую мы перенесли в эту башню, вероятно, продержится еще несколько недель, прежде чем станет нестабильной и схлопнется. Думаю, Общество искателей приключений планирует использовать это время, чтобы помочь людям поднять ранг.

— Насколько мне известно, так и есть, — подтвердила Лорелей. — Мистер Стэндиш, я изучила ваше личное дело в Магическом обществе. Здесь ваш талант пропадает зря. Я хочу, чтобы вы работали на меня в Континентальном Совете. Если вы хотите отомстить за друга, это позволит вам быть на переднем крае борьбы со Строителем.

— У меня есть команда, — отрезал Клайв. — Я не брошу их ради кабинетных исследований.

— Мы предполагаем, что будет немало полевой работы, — сказала Лорелей. — Это одна из причин, почему вы нам так интересны. Ваши навыки и ваша команда идеально подходят для прямых действий против культа, когда возникнет необходимость. У мистера Эмира Бахадира есть планы на вашу группу, но мы договорились перебрасывать вас порталом, если возникнет нужда в полевом выходе.

— Это правда, что вы используете боевые ритуалы? — спросил мужчина.

— Деннис, — укоризненно осадила его Лорелей.

— Это ведь такая редкость, — оправдался тот.

Левая рука Клайва мелькнула, чертя в воздухе простую диаграмму. Он выхватил закрепленную на бедре палочку и вонзил ее в центр схемы, которая ярко вспыхнула, закрепившись на кончике. Клайв направил палочку на пару, осыпав их безвредными радужными искрами. Всё это заняло не больше времени, чем один вдох.

— Да, — подтвердил Клайв. — Я использую боевые ритуалы.

Утиная ответственность

Утиная ответственность

Арабель и Эмир беседовали, проходя сквозь залы облачного дворца.

— Ты уверен в этом? — спросил Эмир. — Мне нравится Софи, но она — сломленная девочка, и во многих смыслах сразу. Не уверен, что она сейчас в том состоянии, когда я готов доверить ей свою внучку.

— Это подходящая пара, — ответила Арабель. — Софи прожила жизнь, в которой не могла доверять никому, кроме Белинды. А потом появился совершенно незнакомый человек и преобразил её жизнь, но лишь для того, чтобы его вырвали из её мира как раз тогда, когда она начала с этим свыкаться. Сейчас ей нужно место, куда она могла бы направить свои силы, чтобы это не стало саморазрушением. Ответственность за кого-то другого — так же, как Джейсон взял на себя ответственность за неё — это именно то, что ей нужно.

— Это всё прекрасно, но как насчёт того, что нужно моей внучке?

— Кетис сейчас на сложном этапе, — сказала Арабель. — Она получила свои сущности так рано, что ждала выхода в большой мир дольше большинства. Она полна бунтарских идей.

— Уж это мне известно, — проворчал Эмир с выражением бесконечного терпения на лице.

— Софи не похожа на тех авторитетных фигур, которых знает твоя внучка. Кетис привыкла помыкать людьми, которые не смеют стоять на своём по той простой причине, что она — твоя внучка. Они знают, как ты мягок с ней, и боятся быть строже. Софи — нет. Она установит те границы и даст тот жизненный опыт, в которых Кетис сейчас нуждается.

Они вошли в одну из гостиных и обнаружили Софи, которая пила дорогой алкоголь Эмира прямо из горлышка.

— А ещё она из тех, на кого бунтующая девчонка может смотреть с восхищением, — добавила Арабель.

Софи приветственно кивнула, не отрываясь от бутылки, из которой продолжала жадно пить. Наконец она опустила наполовину опустевшую тару, вернула пробку на место и окинула взглядом бар.

— Откуда, говоришь, это сокровище? — пробормотала она себе под нос.

— Можешь забирать её себе, — разрешил Эмир.

— Славно, — отозвалась Софи, убирая бутылку в пространственную сумку на бедре. — Так зачем я вам понадобилась?

— Ну, как ты знаешь лучше многих, — начала Арабель, — опыт, который мы получаем на Железном ранге, крайне важен для формирования нас как искателей приключений.

— Это поэтому вы стали такими, какие есть? — спросила Софи у Эмира. — Ты что-то говорил про гигантскую металлическую утку, верно?

— Ты сказал ей, что это было на Железном ранге? — Арабель посмотрела на Эмира.

— Возможно, — ответил тот. — Вероятно, это было именно то, что ей нужно было услышать в тот момент.

— Никогда не принимай слова Эмира за чистую монету, — предупредила Софи Арабель.

— Я знаю этот типаж, — ответила Софи с грустной улыбкой. — Значит, он не был Железного ранга?

— Нет, — сказала Арабель. — На самом деле, это было самое последнее задание, которое наша команда выполняла вместе, около восьми лет назад.

* * * Эмир вылез из грязной ямы, следом за ним выползли Габриэль и Арабель. Они обнаружили Кэла, который ждал их — безупречно чистый, в то время как они были по уши в грязи.

— Как тебе это всегда удаётся? — спросил Эмир.

— Это пустяки, — отмахнулся Кэл. — Вот я бывал в настоящей грязи.

— Что это вообще должно значить? — пожаловался Эмир.

— Объяснять почти нет смысла, — отрезал Кэл. — Ты всё равно бросаешь жизнь искателя приключений.

— У меня в нижнем белье столько бурой жижи, будто я наелся глины и обделался, — продолжал сокрушаться Эмир. — Я Золотого ранга; я не пользовался туалетом тридцать лет. Если это и есть жизнь искателя приключений, я буду рад оставить её позади.

Команда вернулась в облачный дом, где трое покрытых грязью искателей приключений провели час под душем. Выйдя, они бурно выразили благодарность, обнаружив накрытый стол с едой, приготовленной Кэлом.

— Ну, как продвигаются дела со сбором материалов для улучшения облачной фляги? — спросил Габриэль.

— Последние из них должны ждать меня, когда мы вернёмся в Витесс, — ответил Эмир. — Как только я смогу превратить это место в славный большой корабль, начнётся моя легендарная карьера профессионального охотника за сокровищами.

— Не верится, что кто-то наймёт тебя искать хоть что-то, — вставил Кэл. — Разве что оно спрятано в борделе.

— Ты разве не слышал, Кэл? — сказала Арабель. — Наш милый мальчик Эмир исправил свои ветреные привычки.

— Не верю, — отрезал Кэл.

— Вот что ты пропускаешь, когда берёшь дополнительные контракты вместо того, чтобы отдыхать с нами, — заметил Габриэль.

— На Бриллиантовый ранг не выходят, устраивая себе перерывы, — парировал Кэл.

— Это верно, — согласилась Арабель. — Но он и правда, кажется, остепенился. Он кое-кого встретил.

— Мужчину, женщину или рыбу? — поинтересовался Кэл.

— Мерфолки — не рыбы, — вставил Эмир. — Они, между прочим, очень чувственный народ.

— Очень чувственные рыболюди, — пробормотал Кэл.

— Это способная молодая девушка Бронзового ранга, — сказала Арабель. — Она мне весьма симпатична.

— Бронзовый ранг? — хмыкнул Кэл. — Грабёж колыбелей.

— Если серьёзно, будь осторожен, — сказал Габриэль Эмиру. — Кэл прав в том, что она молода. Учитывая разницу в рангах и тот факт, что она будет на тебя работать, есть масса способов воспользоваться положением. Не дай мне повода услышать, что ты так и сделал.

— За какого подонка вы меня принимаете? — возмутился Эмир, но встретил лишь три невозмутимых взгляда. — О, чудесно.

— Если тебе нравится эта девушка, наберись терпения, — посоветовала Арабель. — Сейчас она тебе не пара. Если она работает на тебя, она никуда не денется. Дай ей время раскрыться.

— Сколько времени? Я не хочу через десять лет всё ещё вздыхать по ней.

— К тому времени у неё точно будет кто-то другой, — подначил Кэл.

— Это ничего, — отозвался Эмир. — Весьма подозрительные несчастные случаи происходят каждый день.

— Нет, — пригрозила Арабель. — Плохой Эмир.

— Я не капризный щенок, — буркнул Эмир.

— Вообще-то, очень даже похож, — заметил Габриэль, и двое других кивнули в знак согласия.

— Вот видите, поэтому я и ухожу на покой, — заявил Эмир. — Если все люди, с которыми я работаю, будут получать от меня жалованье, им придётся проявлять хоть каплю уважения.

Он посмотрел на Габриэля и Арабель.

— Я знаю, что Кэл не перестанет брать контракты, но как насчёт вас двоих? Неужели вы так хладнокровно замените меня и сразу вернётесь к приключениям?

— Руфус уже достаточно подрос, чтобы начать полноценные тренировки, — сказала Арабель. — Мы на какое-то время отойдём от контрактов и будем дома к следующему всплеску монстров. Займёмся обучением сами, а не будем просто оставлять всё на академию.

— Я бы не советовал ожидать, что он получит свои сущности слишком скоро, — предупредил Габриэль. — Все мальчики в моей семье созревают поздно.

* * * Команда вернулась в деревню, которой угрожал грязевой монстр, но обнаружила, что там пугающе пусто. Вместо людей по всей деревне лежали кучи грязи, внутри которых виднелась одежда жителей.

— Что здесь, чёрт возьми, произошло? — спросил Габриэль, присаживаясь на корточки рядом с кучей грязи в доме старосты. Он выудил ожерелье, которое, как он помнил, было на шее у мэра. — Они что, все превратились в грязь?

Кэл обернулся, глядя сквозь стену.

— Здесь кто-то есть. Он искусен; я едва чувствую его ауру.

Команда вышла на улицу. Стоявший там человек был одет в кожаные доспехи песочного цвета с многочисленными вшитыми племенными знаками. Они были подобраны так, чтобы сливаться с татуировками на его коже. Это был эльф с совершенно белыми волосами, красноватой кожей и золотистыми глазами.

— Приветствую, — сказал эльф. — Вы убили грязевого лорда, обитавшего в этом регионе?

— Если ты имеешь в виду ту ужасную грязевую тварь в яме в лесу, то да, — ответил Эмир.

— Я преследовал его прародителя, — сказал мужчина. — Императорскую слизь.

— Ты из племени Уолш? — спросил Кэл.

— Вы узнаёте наши знаки, — кивнул эльф. — Я Брайан, сын Кевина.

— Того самого Кевина, сына Джереми, сына Денниса? — уточнил Кэл.

— Это мой отец, да, — подтвердил Брайан.

— Ты из могучего рода, — похвалил Кэл.

— Я с гордостью веду свою родословную до самого Джеффа, Повелителя Охоты, — произнёс Брайан.

Члены команды представились.

— Я слышал фамилию Ремор, — сказал Брайан. — Говорят, вы воспитываете прекрасных воинов.

— Ты знаешь, что случилось с местными жителями? — спросила Арабель.

— Здесь никогда не было жителей, — ответил мужчина. — Это были гомункулы грязевого лорда.

— Тогда зачем им посылать запрос в Общество искателей приключений, чтобы его убили? — удивился Габриэль.

— Только по-настоящему способные могут победить грязевого лорда в его логове, — пояснил Брайан. — Они любят заманивать сильных на бой, а затем поглощать их, чтобы стать ещё мощнее. Похоже, однако, вы оказались ему не по зубам. Моё почтение.

— Я бы предпочёл твоё мыло, — вставил Эмир. — У тебя нет с собой кристального мыла?

— Опять ты за своё? — вздохнул Габриэль.

— Это была твоя работа — пополнить запас зелий, — напомнил Эмир. — Я совершенно определённо говорил тебе, что у нас заканчивается кристальное мыло.

— У тебя есть магический облачный дом с кристальным мылом прямо в душевой воде!

— Разбавленное кристальное мыло. Это не то же самое.

Арабель виновато улыбнулась Брайану, а Кэл в расстройстве провёл рукой по лицу.

— Значит, это не настоящая деревня? — спросила Арабель.

— Я же говорил, странно, что все здания новые, — заметил Кэл.

— Я намеревался нанять помощников, прежде чем бросить вызов Императорской слизи, породившей того грязевого лорда, с которым вы сражались. Вы доказали свою состоятельность, и для меня было бы честью, если бы вы присоединились ко мне в моём походе.

— Вообще-то, мы как раз собирались обратно в... ой!

Эмир замолчал, потому что Кэл наступил ему на ногу.

— У тебя что, магические шипы на подошвах сапог? — прошипел Эмир.

— Честь будет за нами, — сказал Кэл Брайану, игнорируя Эмира. — Сражаться плечом к плечу с воином племени Уолш — это привилегия.

— Мы будем рады помочь, — согласилась Арабель.

* * * Когда атаки Габриэля начали угрожать ядру Императорской слизи, её приспешники-слизнюки растеклись лужами и стремительно потекли к центру. Они образовали тонкий студенистый барьер вокруг ядра, который восстанавливался после каждого удара.

— Приготовьтесь! — крикнул Брайан. — Я обнажу ядро, чтобы вы могли прикончить его!

Больше не подвергаясь атакам после внезапного отступления мелких слизней, Брайан воспользовался моментом и рассыпал железный порошок по кругу на земле. Он быстро завершил призыв, и из круга поднялась огромная Железная утка, заставив Эмира скептически выгнуть бровь.

— Эта штука выглядит неле...

Железная утка издала звук, который был кряканьем лишь по форме, а по сути — землетрясением. Воздух задрожал, когда шум вырвался наружу цунамической волной силы. Непрерывный шквал звука ударил, словно струя из пожарного шланга, бьющая в упор в желейный десерт, разбрызгивая слизь повсюду. Когда оглушительный грохот наконец утих, клин железных крякв спикировал в брешь, пробитую в защитной оболочке Императорской слизи. Каждая из них издала свою собственную звуковую атаку поменьше, прежде чем взорваться металлическими осколками. Накопленный урон вновь обнажил ядро Императорской слизи.

Габриэль и Эмир не стали терять времени, бросившись вперёд, в отверстие в теле монстра, которое уже начало затягиваться. Они уничтожили ядро, и слизь мгновенно потеряла связность, стремительно превращаясь в жидкость. Затопленные останками чудовища, Габриэль и Эмир были выброшены к ногам своих товарищей, словно промокшие моряки после кораблекрушения. Эмир поднялся на ноги, с отвращением осматривая себя и встряхивая руками, чтобы сбросить липкую жижу.

— Скажи мне ещё раз, что это не имеет значения, что ты забыл купить кристальное мыло? — громко спросил он, пока в ушах всё ещё звенело от громоподобного кряканья.

Габриэль попытался встать, поскользнулся на слизи и снова упал.

— Думаю, мне придётся признать твою правоту, — согласился он, лежа в вонючих остатках.

Брайан, не обращая внимания на грязь, вошёл в лужу и помог Габриэлю подняться.

— Вы — гордость своего имени, — сказал Брайан. — Вы сражаетесь достойно.

— Спасибо, — ответил Габриэль. — Ты тоже.

— Ладно, на этот раз я действительно завязываю с приключениями, — заявил Эмир.

— Ты оставляешь путь воина? — спросил Брайан.

— Ещё бы, — подтвердил Эмир. — Я стану охотником за сокровищами. Профессионально. За деньги. Плюс сокровища.

— Раскрытие тайных секретов, разгадывание древних загадок и исследование невиданных горизонтов, — произнёс Брайан. — Достойный способ провести жизнь.

— Славно, — сказал Эмир, приятно удивлённый. — А эти оболтусы думают, что я просто сдаюсь.

— Воины стяжают славу, — сказал Брайан, — но кто строит дома, в которых они живут? Кто поёт песни об их подвигах? Каждый из нас должен найти свой путь и внести свой вклад по-своему.

— Знаешь, ты мне нравишься, Брайан, — признался Эмир. — Ты никогда не думал об охоте за сокровищами в качестве моего подчинённого?

* * * Руфус ввёл Кетис в гостиную как раз в тот момент, когда Эмир заканчивал свой рассказ.

— Эмир как раз рассказывал Софи о том, как он встретил Брайана, — сказала Арабель сыну, чьё лицо исказилось в вымученной улыбке. — Он сказал ей, что они встретились, когда он был Железного ранга, но ведь ты сам был Железного ранга, когда встретил сына Брайана, верно?

— Да, — сухо ответил Руфус. — Да, был.

— Почему бы тебе не рассказать нам об этом? — сладко попросила Арабель.

— Мама...

— Сын...

Руфус вздохнул.

* * * Хотя Роланда Ремора редко видели на территории Академии Ремор, присутствие верховного канцлера Бриллиантового ранга ощущалось всегда. Когда он всё же появлялся, это приковывало все взгляды. Любое его личное действие становилось предметом долгих обсуждений.

Совсем недавно пошли слухи, что он лично привёз какого-то мальчика из глухой провинции, чтобы тот поступил в академию. Роланд Ремор выглядел как хорошо сохранившийся сорокалетний мужчина, что составляло лишь десятую часть его реального возраста. Он был высок, крепок и красив, с копной тёмных вьющихся волос и аккуратно подстриженной эспаньолкой. Следом за ним шёл мальчик лет пятнадцати в простой одежде из шкур и сандалиях.

Руфус Ремор был принцем Академии Ремор, талантливым наследником власти и престижа своей семьи. Он отдыхал во внутреннем дворике для дуэлей со своими друзьями, наблюдая за тренировочными матчами. Он не утруждал себя участием, так как не видел никого, кто мог бы бросить ему вызов. Он не собирался самоутверждаться за счёт слабых.

Всё замерло в тот миг, когда появился верховный канцлер; на мальчика, идущего следом, никто не обратил внимания. Руфус немедленно вскочил на ноги, поспешив почтительно поприветствовать деда, хотя на территории академии он не стал бы называть его так.

— Верховный канцлер, — поприветствовал Руфус, склонив голову.

— Как раз тебя я и искал, — сказал Роланд. — Руфус, я привёл молодого человека, который присоединится к академии.

Руфус впервые посмотрел на мальчика. Это был беловолосый эльф, более мускулистый, чем большинство представителей его расы. Руфус чувствовал ауру мальчика — начальные стадии Железного ранга, но под отличным контролем. Руфус ощутил знакомый укол зависти к юности мальчика, ведь ему самому пришлось ждать до девятнадцати лет, пока его тело не стало готово принять сущности.

— Я подумал, — продолжил Роланд, — что не будет лучшего способа представить его, чем дружеский спарринг с нашим лучшим учеником.

По толпе наблюдавших студентов прошёл шёпоток. Верховный канцлер, лично приведший незнакомца для боя с Руфусом Ремором — о таком событии все отсутствующие будут жалеть до конца дней.

Вскоре иллюзорные двойники Руфуса и мальчика уже стояли на одной из арен двора, в то время как их настоящие тела неподвижно замерли на проекционных платформах неподалёку.

— Призываю вас всех смотреть внимательно, — объявил Роланд собравшимся студентам, хотя вряд ли нашёлся бы хоть один, чьи глаза не были прикованы к зрелищу. — Я верю, что это станет важным уроком для всех.

— Я — Руфус Ремор, — официально представился Руфус, призывая золотой меч.

— Я — Кеннет, сын Брайана, — отозвался мальчик, вызывая своего призванного фамильяра.

Это была утка.

Покажи и расскажи

Покажи и расскажи

Детективу-сержанту Адаму Косгроуву был тридцать один год, и выглядел он точь-в-точь как сыщик из телесериала. Для американских шоу он был недостаточно хорош собой, но в его облике сквозила некая неопрятная интеллектуальность, вполне подходящая для в меру успешной британской или австралийской криминальной драмы.

Он стоял в коридоре жилого дома рядом с женщиной-офицером в форме. Это была дама в летах с таким видом, будто она повидала в жизни всё — а в её случае это означало все те ужасы, которые люди способны творить друг с другом.

— Вы когда-нибудь видели что-то подобное? — спросил Адам.

— Нет. Всякое дерьмо случалось на моем веку, но такое — впервые.

Сам по себе дом был самым заурядным, из тех, что стоят на верхней границе эконом-класса. В Мельбурне, как и в большинстве крупных городов, подобных зданий хватало с избытком. Однако у этого конкретного строения появилась необычная особенность. Несмотря на то что внешняя стена осталась нетронутой, огромный кусок внутренних помещений просто отсутствовал.

Это не было результатом взрыва или обрушения из-за какой-то конструктивной катастрофы. Ни обломков, ни сопутствующего ущерба. Всё просто исчезло; пустое пространство внутри здания там, где должна была находиться целая квартира. Внешняя стена стояла как ни в чем не бывало, но самой квартиры не было, как и частей соседних помещений — сбоку, сверху и снизу.

По-настоящему поразительным было то, что пустота имела форму идеальной сферы. Словно кто-то снял верхнюю половину дома, вычерпнул ложкой аккуратный шар, а затем вернул «крышку» на место. Стены, пол, ковры и мебель были срезаны с гладкой точностью лазера. Трубы теперь просто обрывались в никуда, из-за чего водоснабжение здания пришлось перекрыть во избежание затопления.

— В основном пострадала одна квартира? — уточнил Адам.

— Ага, — ответила офицер, заглядывая в записи на планшете. — Зацепило и соседние, но эпицентр здесь. Парню сверху здорово досталось: пол под его кроватью испарился, и он пролетел на два этажа вниз. Повезло еще, что ни на кого не приземлился.

— И именно так это и описывают? — спросил Адам. — Просто исчезло? Ни взрыва, ничего?

— Кое-кто из соседей упоминал звук всасываемого воздуха. Знаете, как в кино, когда в самолете выбивает иллюминатор и воздух с ревом вырывается наружу.

— А что насчет того, кто жил в этой квартире? Кто-нибудь еще серьезно пострадал?

— Тяжелые травмы только у того бедолаги, что пролетел два пролета. У остальных жильцов лишь мелкие ссадины, да и тех немного. Мы сейчас разыскиваем всех резидентов, проверяем, здесь ли они или в безопасности в другом месте. Единственный, кого не удалось найти — это единственный жилец квартиры, которая находилась в самом центре исчезнувшего пространства.

— Всё случилось посреди ночи, — заметил Адам. — Бедняга, скорее всего, там же, где и остальная часть его квартиры. Имя есть?

— Да, это…

Она снова сверилась с планшетом.

— Джейсон Асано.

* * * — Вы это серьезно? — спросил Адам.

— Детектив-сержант, это дело не входит в компетенцию полиции штата Виктория. Это вопрос федерального уровня.

— Речь идет о жилом доме, где, по вашим утверждениям, произошел несчастный случай. С каких пор это стало федеральным преступлением?

— Для всех будет лучше, если вы перестанете задавать подобные вопросы, детектив-сержант.

Жильцов эвакуировали, официально сославшись на угрозу обрушения из-за повреждений. Теперь же целая армия людей, похожих на экспертов-криминалистов, заняла несколько квартир под оперативные штабы и ползала по зданию, словно муравьи.

Адам находился в квартире на первом этаже, где федеральная полиция развернула командный пункт. Казалось, их целью было привлечь как можно меньше внимания, хотя удавалось им это с трудом. Выселенные жильцы и множащиеся слухи только подогревали интерес прессы, которая уже была тут как тут. Неподалеку военные всю ночь проводили внеплановые учения по противодействию терроризму — часть новой программы, которая уже начала привлекать внимание журналистов.

Местной полиции было прямо и недвусмысленно приказано полностью устраниться, за исключением патрульных в форме, оцепивших здание снаружи. Адам, возможно, и оставил бы это дело, если бы объяснение, которое ему дали, не было столь вопиюще абсурдным.

— Вы и вправду собираетесь настаивать на версии со взрывом газа? — спросил он. — Взрыв газа в здании, которое даже не газифицировано? Взрыв, который проделал идеально сферическую дыру, не оставил обломков и полностью аннигилировал всё в определенном радиусе, а затем резко оборвался? Взрыв, который никто не слышал, хотя дом был полон людей?

— Детектив-сержант, мы уже вежливо просили вас оставить это дело. Мы настоятельно рекомендуем вам идти своей дорогой и больше не вспоминать об этом инциденте. В противном случае нам придется перейти от просьб к иным мерам, последствия которых лягут непосредственно на вас и будут однозначно негативными.

Адам пристально посмотрел на женщину. Костюм у этой сотрудницы федеральной полиции был подороже, чем у него, да и прическа получше. Она не отличалась крупным телосложением, но её суровые черты лица и коротко стриженные волосы так и лучились профессионализмом.

— Вы мне угрожаете? — спросил он.

— Да, детектив-сержант. Вам нужно забыть об этом происшествии, иначе на вас с огромной высоты обрушится такой груз, что он раздавит и вас, и вашу карьеру, как букашку под подошвой.

Адам помрачнел. Помимо федералов, здесь суетились военные и какие-то совсем уж странные личности. Группа людей, тихо переговаривавшихся между собой, по мнению наметанного глаза Адама, не принадлежала ни к полиции, ни к армии, несмотря на дорогие костюмы. Судя по всему, их присутствие здесь никем не оспаривалось — в отличие от его собственного.

Он развернулся, чтобы уйти.

— Детектив-сержант, — окликнула его федералка.

— Что? — бросил он через плечо.

— Мне нужно знать, что вы больше не будете вмешиваться.

— Я ухожу, разве нет?

— Вы должны сказать мне, что всё поняли. Я хочу это услышать.

— А я хочу, чтобы вас переехал бульдозер, — ответил Адам. — В этой жизни мы не всегда получаем то, чего хотим.

— Детектив-сержант, лучше бы мне не слышать, что вы общались с прессой. А если вы это сделаете, я узнаю.

Он вышел, не удосужившись ответить.

* * * Кто-то остановил Эрику Асано прямо у входа в кафе.

— Я только что купила вашу новую поваренную книгу!

— Спасибо. Надеюсь, она вам понравится.

— Мне так жаль вашего брата, примите мои соболезнования.

— Благодарю вас.

Она сделала селфи с поклонницей и вошла внутрь, направляясь к уединенному столику в глубине зала. Эрика села напротив мужчины, который выглядел так, будто спал в своем костюме. Пахло от него так, словно он не мылся несколько дней, а пил — всего несколько минут назад. Глаза его покраснели, а лицо заросло колючей щетиной.

— Здравствуйте, детектив, — произнесла она, и в её голосе, и в выражении лица читалось искреннее беспокойство.

— Уже нет, — ответил Адам.

— Мне жаль это слышать. Мне не по себе от мысли, что это я подтолкнула вас к…

— Вы меня ни к чему не подталкивали, — перебил он. — Я шел на это с широко открытыми глазами.

— Что у вас есть? — спросила Эрика. — По телефону ваш голос не звучал оптимистично.

Адам достал из сумки, лежавшей на соседнем сиденье, потрепанную папку и положил её на стол. Затем вынул из кармана флешку и положил сверху.

— Я зашел так далеко, как только смог, — сказал он. — Я кружил вокруг да около, но пробиться к сути невозможно. Там словно гигантская дыра в самом центре, и ничто из того, что могло бы туда подойти, не поддается логике.

— Что вы имеете в виду? — спросила Эрика.

— Это предел, — Адам похлопал по папке. — Здесь всё, что мне удалось собрать. Там есть фотографии того места, где должна была быть квартира вашего брата. У меня их быть не должно, так что осторожнее, не размахивайте ими где попало. Хотя… мне уже плевать.

— И расследование больше некуда вести? — спросила Эрика.

— Я сложил достаточно фрагментов пазла, чтобы понять: не хватает одной очень большой и очень странной детали. Здесь кроется какая-то тайна, и я обещаю вам, что ни вы, ни я не сможем её раскрыть. Я знаю, что это как-то связано со всеми теми антитеррористическими учениями, которые проводят военные. Я знаю, что кто-то влияет на государственные структуры на невероятно высоком уровне, и знаю, что проводится какая-то операция в строжайшей секретности. Не знаю, секретная ли это программа спецслужб или что-то еще, но влияния у них немерено.

Подошла официантка, и Эрика заказала чай. Адам попросил кофе.

— Мне всё равно какой, лишь бы крепкий и горячий.

— И что теперь? — спросила Эрика, когда официантка отошла.

— Теперь я пойду и потрачу деньги, отложенные на аренду, на бурбон. Это конец пути, миссис Асано. Здесь замешана тайна, которая гораздо больше нас с вами. Единственное, что я не включил в эту папку — это сведения о нескольких смертях, которые, я почти уверен, случились ради сохранения этого секрета. Я не позволю вам совать туда нос и тоже погибнуть.

— Вам грозит опасность? — спросила она.

Адам горько усмехнулся.

— Честно говоря, я поражен, что до сих пор жив. Мне несколько раз советовали оставить это дело. Потом мне приказали, а потом уволили. Не повторяйте моих ошибок. Я знаю, что у вас нет ответов на вопросы о том, что случилось с вашим братом, но вам нужно найти способ это отпустить.

— Вы собираетесь вот так сидеть здесь, бросив на это дело всё, и советовать мне отступить? — спросила она.

— Миссис Асано, не все, кто советовал мне отвалить, что-то скрывали. Они знали, чего мне будет стоить это упрямство, и они были правы. Просто посмотрите на меня. У меня никого нет. А у вас есть семья. Я знаю, он был вашим братом, но захотел бы он, чтобы ваша семья пострадала в погоне за ответами, когда он сам уже мертв?

Лицо Эрики исказилось от внутреннего протеста, но она едва заметно кивнула.

— Мне это не нравится, — сказала она.

— Люди, стоящие за этим, и не хотят, чтобы вам это нравилось, — отрезал Адам. — Они хотят, чтобы вы заткнулись и перестали копать, иначе они вас убьют.

— Вы серьезно предполагаете, что меня может убить какая-то группа заговорщиков? Это абсурд.

— Миссис Асано, те смерти, о которых я упоминал? Там не было убийств. Были автомобильные аварии. Пожары в домах. Самоубийства.

— Что может быть именно тем, чем кажется.

— Самоубийство — это как раз то, что они подстроят вам, кстати говоря. «Знаменитый шеф-повар покончила с собой после трагической гибели брата при взрыве газа». Друзья скажут, что в месяцы после смерти брата она вела себя странно, была одержима теориями заговора. Было известно, что она общалась с опальным бывшим детективом…

Возвращение официантки с напитками прервало ответ Эрики.

— Вы действительно ждете, что я во всё это поверю? — спросила она, когда официантка снова скрылась.

— Я и сам в это едва верю, — Адам криво и устало улыбнулся. — Но помните, вы сами меня нашли. Мы оба знаем, что это дело воняет с самого начала. Но не совершайте моих ошибок. У вас есть близкие, которые всё еще могут пострадать.

Он положил руку на папку.

— Здесь почти всё, что мне удалось собрать: от копий полицейских отчетов до моих личных заметок. Вы можете забрать это, но я прошу вас этого не делать. Идите домой и позаботьтесь о своей семье.

— Детектив… мистер Косгроув. Я действительно пришла к вам. И я не могу не чувствовать, что отчасти ответственна за то положение, в котором вы оказались.

— Возможно, я и купил билет в первый класс на поезд жалости к себе, миссис Асано, но я прекрасно знаю, кто меня туда усадил, и это были не вы.

Она долго смотрела на папку под его ладонью, а затем встала, так и не коснувшись её.

— Я последую вашему совету, мистер Косгроув. Знаю, мы, скорее всего, больше не увидимся, но не стесняйтесь обращаться ко мне, если вам что-нибудь понадобится. Я ценю то, скольким вы пожертвовали в поисках правды о моем брате.

— Для меня это никогда не было связано лично с вами или вашим братом, миссис Асано.

— Тем не менее, я это ценю.

Она достала деньги и положила их рядом со своим нетронутым чаем.

— За напитки.

* * * Адам устало бродил по магазину спиртного. Перед полками с бурбоном стояла женщина в изысканном костюме. Она смотрела прямо на него. В памяти что-то шевельнулось.

— Вы одна из них, — сказал он. — Вы были там, когда квартира Асано отправилась черт знает куда.

— Я была там, да, хотя мы так и не познакомились. У вас наметанный глаз и острая память, мистер Косгроув. Именно это делает вас хорошим следователем.

Адам фыркнул.

— Хороший следователь — это работа ногами и упорство, — отрезал он. — А всё это дерьмо про Шерлока Холмса можете засунуть себе в задницу.

Он шагнул вперед, чтобы взять бутылку, но она преградила ему путь.

— Послушайте, леди, если вы думаете, что я не надеру вам зад прямо здесь, то вы недооцениваете, как мало мне осталось терять.

Адам резко вдохнул: присутствие женщины странным образом начало разрастаться, пока не показалось, что она возвышается над ним, хотя она не сдвинулась ни на дюйм. Он внезапно почувствовал себя невероятно уязвимым и беззащитным, сам не понимая почему. Он попытался подавить это чувство, воззвав к источнику гнева, который кипел в нем месяцами, и схватил женщину за лацканы костюма обеими руками. Её собственные руки вцепились в его предплечья, словно промышленные зажимы, и с механической неумолимостью оторвали его руки от её одежды.

— Господи, леди. Вы что, чертов терминатор?

— Мистер Косгроув, я здесь, чтобы предложить вам то, за чем вы гнались с самого начала. То, что разрушило вашу жизнь. Тайну, вокруг которой вы кружили, так и не сумев её разглядеть.

— Вы издеваетесь?

— Мы наблюдали за вашими усилиями, мистер Косгроув. Вы — упорный и решительный следователь, который видит глубже очевидного и не пасует там, где у других не хватает воли.

— И как, сильно мне это помогло?

— Мистер Косгроув, ваша жизнь сейчас в незавидном положении.

— Благодаря вам, стерва вы эдакая.

— Мы можем загладить вину и предложить нечто большее.

— А если я скажу вам засунуть это предложение в задницу?

— Тогда можете спиваться в неведении, — ответила она. — У вас нет достаточного авторитета, чтобы создать нам проблемы. То, что вы убедили Эрику Асано отступиться, было умным ходом. Но вы ошиблись в одном: это не было бы самоубийством.

Рука Адама метнулась к полке, он схватил бутылку и замахнулся ей в голову женщины. Её рефлексы были слишком быстрыми, чтобы он мог за ними уследить, и в следующий миг он уже пошатнулся и упал, а бутылка оказалась в её руке.

— Разочаровывающе, — произнесла она, ставя бутылку обратно на полку. — Я думала, вы могли бы стать весьма выдающимся сотрудником, мистер Косгроув.

Она пошла прочь, пока Адам поднимался на ноги. Свернув за угол, она исчезла из виду.

* * * Адам вышел из магазина с полудюжиной бутылок в картонной коробке. Он окинул взглядом парковку, по привычке подмечая детали. Там был мужчина, который сидел в машине еще до приезда Адама; теперь он вышел и направился в его сторону.

— Ну и сука она, правда? — окликнул его мужчина. На нем была рубашка пастельных тонов с двумя расстегнутыми верхними пуговицами и белый пиджак поверх белых брюк. Он был белым, на вид примерно ровесником Адама, и говорил с американским акцентом.

— Прошу прощения? — спросил Адам.

— Миранда, — сказал мужчина. — Она ведь наверняка не назвала своего имени, а?

— Слушай, «Полиция Майами», — огрызнулся Адам. — С меня хватит загадочных придурков, так что проваливай.

— Да, я понимаю, почему ты такой злой. Могу я называть тебя Адамом?

— Можешь катиться к черту.

Адам продолжил путь к своей машине.

— Она не единственная, кто может открыть тебе великую тайну, знаешь ли, — крикнул ему вдогонку мужчина. Адам остановился и обернулся.

— Оставь это при себе, приятель. Я не куплюсь.

Мужчина усмехнулся.

— Я Дэш, — представился он. — И да, я тоже хотел бы тебя завербовать. Говори о Миранде что хочешь, но она умеет распознавать ценные кадры.

— Я сказал ей засунуть это в задницу, — ответил Адам. — И ты можешь сделать то же самое.

Дэш снова рассмеялся.

— Знаешь, ты мне нравишься, Адам. Вот в чем разница между мной и Мирандой. Она посвятит тебя в великую тайну, только если ты согласишься вступить в её маленькую группку и будешь исполнять приказы, как послушный мальчик. А я? Я собираюсь рассказать тебе всё. Прямо здесь и сейчас. Если захочешь примкнуть к нам после этого — отлично. Если нет — что ж, я потерял всего лишь немного времени.

— И тебе плевать, что я всё узнаю и просто пойду своей дорогой?

— Моя организация не похожа на организацию Миранды. Нам плевать на сохранение секрета. Дело в том, что тайна сама рвется наружу. С каждым годом держать её под замком становится всё труднее, и у нас нет ни малейшего желания в этом помогать.

— Тогда чем же вы занимаетесь?

— Мы готовимся к тому дню, когда тайна перестанет быть тайной. Я с радостью всё тебе расскажу, но сначала ты захочешь получить ответы. Что же это за великая, огромная, важная тайна, вокруг которой я тут расхаживаю?

— И ты просто так мне расскажешь?

— Если я просто расскажу, ты мне не поверишь, — сказал Дэш. — Я собираюсь тебе её показать.

Вне нашего контроля

Вне нашего контроля

Общество искателей приключений и Магическое общество наводнили астральное пространство своими людьми. Для Общества искателей приключений это был драгоценный шанс ускорить развитие наиболее перспективных участников. В данный момент условия идеально подходили для того, чтобы опытные «бронзовики» и даже новоиспеченные «серебряные» могли отточить свои способности. Для Магического общества это была возможность разобраться в продвинутой астральной магии, которую использовал культ Строителя. Для обеих организаций это был шанс подготовиться к битве против сил Строителя, конфликт с которыми продолжал обостряться по всему миру.

Снова работая на Магическое общество, Клайв первым же делом должен был вернуться в астральное пространство, из которого недавно выбрался. Оно останется доступным лишь в течение ограниченного времени, но теперь, когда ограничения по рангу на вход были сняты, оно превратилось в сокровищницу знаний и возможностей. А также в сокровищницу самых настоящих сокровищ, но это уже была забота Общества искателей приключений.

Клайв не раскрыл материалы, которые Знание передала сначала Джейсону, а затем и ему. Он подспудно понимал, что богиня и так уже перешла все границы. Тем не менее, всё, что он мог связать с находками в астральном пространстве, он обнародовал немедленно.

Любые подозрительные скачки в своих озарениях он списывал на изучение магии Строителя во время своего предыдущего пребывания здесь. Это не было ложью в чистом виде. Насколько он понимал, информация, данная Знанием, была взята у людей Строителя. Также было правдой и то, что Клайв изучал материалы, захваченные в двух лагерях культа.

На месте первоначального прибытия культистов находилось здание, которое, судя по всему, занимали ритуалисты; там содержалась большая часть материалов, переданных Знанием. Это развязало Клайву руки в плане обмена информацией и успокоило его совесть. Он терпеть не мог мысли о том, что ему припишут магические прорывы, которых он на самом деле не совершал.

Стоя на вершине одной из портальных башен на окраине города, Клайв объяснял некоторые принципы магии, задействованной в портальных арках, хотя арки башен всё еще были неактивны. Его аудиторией была группа ученых-астральщиков из Магического общества, которые порталом прибыли в Гринстоун со всех концов света. Информация, способная помочь им помешать Строителю захватывать новые астральные пространства, в настоящее время была самым ценным товаром в мире. Любые сомнения, которые собравшиеся питали относительно способностей провинциального ученого, быстро развеялись благодаря экспертным знаниям Клайва.

Группу от опасностей астрального пространства защищал отряд членов Общества искателей приключений во главе с «серебряным», в который входила и собственная команда Клайва. Хотя в ближайшем будущем каждый из них собирался заняться своими делами, в данный момент они последовали за ним в астральное пространство. Несмотря на заверения Общества искателей приключений в полной безопасности, команду было не сдвинуть с места. Они не собирались терять в этом месте еще одного товарища.

Из команды Клайва только Белинда присоединилась к людям из Магического общества, чтобы послушать его лекцию. Остальные искатели приключений рассредоточились по краю башни. Это были не местные жители Гринстоуна, а более умелые специалисты со стороны — часть гораздо более многочисленной группы, привлеченной для исследования астрального пространства.

Лишь самым элитным искателям приключений самого Гринстоуна позволили принять участие. Это была горстка «бронзовиков», включая Генриетту Геллер и Касандру Мерсер, обе из которых уже подбирались к серебряному рангу. Бет Кавендиш и её команда достигли бронзового ранга, пока команда Хамфри была в астральном пространстве, хотя они и не были так продвинуты, как Хамфри и остальные. Месяцы в «скороварке» астрального пространства позволили последним перегнать своих сверстников.

Хамфри стоял у самого края башни, переводя взгляд с воды, простирающейся до горизонта, на город. Опытный глаз подмечал потенциальные точки подхода среди знакомых зданий из крошащегося кирпича, утопающих в буйных джунглях. Рядом с ним стоял «серебряный», мужчина с дикими темными волосами по имени Пранеш.

— Тебе не обязательно быть настолько бдительным, — сказал Пранеш.

— Если не уважать это место, оно тебя убьет, — ответил Хамфри.

— Сосуд Строителя уничтожен, а остатки его людей мы зачистили, — произнес Пранеш. — Остались только монстры.

— Это место хранит опасные секреты, — возразил Хамфри. — Я не настолько глуп, чтобы полагать, будто мы нашли их все.

— Даже не пытайся подбить моего младшего брата на безделье, — сказала Генриетта, подходя к ним. — Нас всех, Геллеров, тренируют одинаково, но теперь Хамфри — наш эталон. Он всегда был воплощением наших идеалов, но теперь он прошел сквозь огонь. Он именно тот искатель приключений, которого мы пытаемся воспитать.

— Ты преувеличиваешь, Хенри, — сказал Хамфри.

— Видишь? Скромность. Совсем как хороший мальчик из семьи Геллер.

Неподалеку Софи оглянулась на Белинду и увидела, что та поглощена импровизированной лекцией Клайва. Она подошла к подруге и по-дружески толкнула её плечом. Белинда улыбнулась ей, прежде чем снова перевести взгляд на Клайва.

— Тебе стоит согласиться, — тихо сказала Софи.

Клайв попросил Белинду снова занять должность его помощника по исследованиям. Поскольку это означало разлуку с Софи, пусть и временную, та отклонила предложение.

— Ты собираешься отправиться с Эмиром на поиски своей семьи, — сказала Белинда. — Семьи, которая, насколько можно судить, является каким-то древним орденом убийц. Как я могу оставить тебя одну в таком деле?

Софи оглянулась на Хамфри и Нила. Хамфри был сама прилежность, как и всегда. Нил сидел, свесив ноги с края башни, а рядом с ним пристроилась Касандра Мерсер; они о чем-то тихо переговаривались.

— Я не буду одна, — сказала Софи. — Теперь это не только ты и я.

* * * — Вы хотите сказать, что нет никакого способа стабилизировать портал и сохранить доступ к астральному пространству? — спросила Лорелей. Она, как и другие члены Магического общества, всё еще пыталась осознать концепции астральной магии, которые объяснял Клайв.

— Поддержание стабильного портала — не проблема, — сказал Клайв, похлопав по портальной арке, рядом с которой стоял. — Это не астральное пространство в традиционном смысле. Это транспортное средство. Транспортное средство ранга Превосходства в форме астрального пространства. Транспортное средство, которое сейчас медленно отдаляется от нашего мира, и это вне нашего контроля.

— Почему оно отдаляется? — спросила Лорелей.

Лорелей была светлокожей женщиной с белокурыми волосами. Эффект преображения от её бронзового ранга не сделал её столь ослепительной, как, например, Софи, но она всё равно обладала здоровым, атлетичным видом магически идеализированного тела. Влияние ранга на внешность было более заметным у тех, кто изначально не обладал статью Хамфри или красотой Софи. Для них это было сродни полировке уже великолепного драгоценного камня, а не вырезанию прекрасной скульптуры из обычного булыжника.

— Строитель брал это место под контроль, — пояснил Клайв. — Только существо его уровня способно на такое, но нам повезло. Ограничения его сосуда означали, что ему всё равно требовался промежуточный узел управления, а именно — башня, что стоит сейчас в центре астрального пространства.

Все взгляды обратились туда, куда указал Клайв. С их башни центральное строение было видно даже с окраины города. Это тридцатиэтажное здание было самым высоким в астральном пространстве, превосходя остальные в шесть раз.

— Как вы все видели, когда спускались по башне после прибытия, — продолжил Клайв, — это не здание в обычном понимании. Только на нижних этажах есть место для жилья, да и там лишь дверные проемы без дверей.

Все они прибыли в астральное пространство через портал, который Клайв перехватил у башни, подобной той, на которой они сейчас стояли. С тех пор он проделал более тщательную работу по его удержанию, по сравнению с той спешной связью, которую они установили во время своего первоначального побега.

— Когда Строитель начал захватывать контроль над этим местом, — сказал Клайв, — у нас не было возможности перехватить этот контроль. Лучшее, что мы могли сделать, — это вмешаться в его промежуточный механизм, центральную башню, инвертировав задействованные колоссальные энергии. Это заставило транспортное средство удаляться от нашего мира, а не прорываться в него. Использование башен, которые Орден Жнеца построил вокруг гигантских големов Строителя, стало лишь приятным бонусом, как и откачка достаточного количества энергии для питания портала. Если бы задействованные пространственные силы не совпали идеально, и если бы Орден Жнеца не спроектировал эти порталы так, чтобы использовать големов в качестве источника энергии, то моя команда и я погибли бы, так и не выбравшись отсюда. Честно говоря, я поражен, что это вообще сработало; я действительно на это не рассчитывал.

— Ты нам об этом не говорил! — крикнул Нил из-за спин собравшихся магов.

— И что бы это дало? — спросил его Клайв.

— Я мог бы прикинуть шансы, — ответил Нил. — Переметнуться к Строителю и сдать всех вас с потрохами.

Собравшиеся незнакомцы посмотрели на Нила с шокированным недоверием, как и Касандра, стоявшая рядом с ним. Его товарищи по команде лишь покачали головами.

* * * Пранеш первым обнаружил приближающихся искателей приключений своими чувствами серебряного ранга. Это были «бронзовики», они двигались быстро, а их ауры были пронизаны паникой. Затем он почувствовал волну монстров, преследующих их.

— Идиоты, — пробормотал он, качая головой. Смысл того, чтобы не использовать местных, заключался как раз в том, чтобы избежать глупых ошибок.

— Что там? — спросил Хамфри.

— Похоже, патрульная группа наткнулась на одну из тех стай монстров, что всё еще бродят по округе, — сказал Пранеш. — И они привели её прямо сюда.

— А я-то думал, вы, ребята, считаетесь крутыми искателями приключений, — заметил Нил, услышав это.

— Так и есть, — ответил Пранеш. Он призвал группу к вниманию и объяснил ситуацию. — Сюда движется волна монстров. Судя по ощущениям, две трети стаи — бронзового ранга, остальные — серебряного. Что касается точного количества, я не уверен, но их много. Искатели приключений, ко мне. Люди из Магического общества, соберитесь в центре башни. Если в стае нет летунов, мы сделаем так, чтобы бой к вам не приблизился.

Клайв оставил ученых и присоединился к своей команде, выстроившейся у края башни. Лорелей последовала за ним с обеспокоенным видом.

— Вам не обязательно сражаться, — заверила она его.

— Вы не понимаете, — сказал Нил. — Мы здесь, чтобы надирать задницы и жевать жвачку, а мы так и не выяснили, что такое жвачка.

— Ты стал таким странным, — сказала Касандра Нилу. — Раньше ты был самым благоразумным. Теперь ты гораздо больше похож на Джейсона.

— Думаю, он всегда таким был, — произнес Хамфри, призывая свой драконий доспех и гигантский меч-крыло. — Просто у него не было возможности быть собой, когда ему приходилось иметь дело с твоим братом. Слишком много ответственности и слишком мало людей, на которых можно положиться. Теперь он может позволить себе немного расслабиться.

— По-моему, он слишком сильно расслабился, — заметила Касандра.

— Знаете, я вообще-то всё еще здесь, — вставил Нил. — Вы говорите обо мне так, будто я ребенок с проблемами в поведении.

— Даже не представляю, почему, — съязвила Софи.

Они выстроились на краю башни, когда их чувства начали улавливать приближающихся монстров.

— Это хорошо, — сказала Софи. — Я не убивала монстров больше недели, и мне уже начало казаться, что что-то не так.

— Этот «поезд» из монстров — то же самое, что мы устроили культу Строителя, — заметила Белинда. — Не думаете, что это какие-то недобитки из культа решили нам отплатить?

— Надеюсь на это, — ответила Софи. — У меня так и не выдалось шанса отблагодарить их настолько основательно, насколько хотелось бы.

— Я никогда раньше не сталкивалась с таким количеством монстров, — призналась Касандра. Нил протянул руку и ободряюще сжал её ладонь.

— Не волнуйся, — сказал он. — Это наша работа.

* * * Искатели приключений, встретившие волну монстров, втянулись в масштабное ожесточенное сражение, которое заполнило заросшие улицы и перекинулось на руины зданий. Монстры обладали огромным преимуществом в численности, а также в ранге — среди них было множество «серебряных». Однако здесь не было посредственных искателей приключений, только элита. Их не смяли; многие «бронзовики» были способны сражаться один на один с монстрами серебряного ранга, хотя в этом хаосе не существовало такого понятия, как «чистый поединок».

Единственный искатель приключений серебряного ранга, Пранеш, превратился в буквальном смысле в дервиша клинков. Окруженный призванными мечами, которые кружили вокруг него, словно стальной смерч, он прорубал себе путь через поле боя. Он служил своего рода предохранительным клапаном для остальных, вмешиваясь там, где схватки становились слишком опасными.

Дальнобойные бойцы, такие как Клайв, заняли выгодную позицию на вершине высокой башни. Сам Клайв начертил ряд ритуальных кругов, чтобы усилить стоящих на них стрелков. Он добавил дополнительные круги, парящие перед его оружием, и принялся палить из палочки и посоха. Рядом с ним стояла Эмили, лучница-небожительница из команды Бет Кавендиш. Её золотистые волосы были коротко подстрижены под практичное «пикси», чтобы ничего не лезло в глаза, пока она оглядывала поле боя.

Благодаря расовой эволюции дара, наделившей её человеческой способностью к специальным атакам, она призывала магические стрелы во множестве и обрушивала их на монстров. Сила призывать её смертоносный лук жнеца была дарована камнем пробуждения Жнеца, который она заслужила в испытаниях. Её эссенция мириад давала ей целый арсенал мощных атак, сочетающих смертоносную точность с ударами по площади. Её эссенции сбора и натиска были менее избирательными, позволяя проводить мощные рывковые атаки и выпускать стрелы, наделенные разрушительной взрывной магией.

На земле другие искатели приключений противостояли монстрам напрямую. Команды Бет и Хамфри работали сообща, к ним присоединились Касандра и Генриетта. Собственные команды этой пары, как и они сами, вернулись на родину в ожидании всплеска монстров, который всё никак не наступал.

Панголин штормовых осколков был монстром серебряного ранга, способным выстреливать из своего тела твердыми, как сталь, и острыми, как бритва, чешуйками, а затем телекинетически управлять ими, создавая шторм из лезвий. Эффект был похож на дервиша Пранеша, но чешуйки-лезвия были меньше и гораздо многочисленнее. Трио панголинов перекрывали свои зоны поражения, создавая непроницаемое облако кусачих зубьев.

Стена из движущихся лезвий была настолько плотной, что поглощала даже атаки: прочная чешуя отклоняла физические снаряды и впитывала магию. Когда несколько монстров находились в одном пространстве, даже эффекты по площади не могли пробиться сквозь них.

Софи извлекла важные уроки из своих битв в астральном пространстве. Главный из них заключался в том, что уклонение от атак поможет ей лишь до определенной степени, если она наносит так мало урона, что враг может игнорировать её и переключиться на команду. Именно тяжелые бои против серебряных противников научили её тому, как резко увеличивать свой урон, если враги того заслуживали.

Она бросилась в самую гущу шторма лезвий, зная, что всего несколько секунд воздействия разорвут её в клочья. Она активировала свою способность «Миг единства», поглощая весь полученный урон в течение двух секунд, после чего у неё было еще четыре секунды, чтобы обрушить этот урон на противника в атаке, иначе ей пришлось бы испытать его на себе задним числом.

Чешуйки-лезвия хлестали её, словно дождь в урагане, пока она на скорости прорывалась сквозь плотное облако. Её считанные секунды защиты закончились прежде, чем она успела пробиться, и на миг она оказалась под полной яростью клинков. Они распороли её доспехи и плоть, в мгновение ока оставив её израненной и окровавленной.

Прошло лишь мгновение, прежде чем она достигла «глаза бури», оказавшись достаточно близко к монстрам, чтобы те не рискнули задеть самих себя своими дикими лезвиями. Их контроль был грубым, поэтому они оставляли себе приличный зазор, особенно когда трое действовали сообща.

Софи находилась под воздействием бритвенного облака всего лишь миг, но этого хватило, чтобы превратить её в изорванное, кровавое месиво. Её дорогой доспех бронзового ранга превратился в лохмотья, а плоть под ним пострадала немногим меньше. К тому времени, как она добралась до панголинов, она была с ног до головы окрашена собственной кровью, а её серебристые волосы походили на окровавленный в бою меч.

Слабость панголина штормовых осколков заключалась в том, что, сбросив чешую, он становился уязвим для всего, что прорывалось сквозь стену лезвий. Только голова сохраняла чешую, и Софи могла бы проигнорировать её, ударив по открытому телу, но она этого не сделала. Окровавленный кулак врезался в вытянутую морду среднего панголина.

Софи подверглась бесчисленным атакам лезвий, что мгновенно довело её способность «Кармический воин» до предела. Снижение урона, которое та давала, было единственной причиной, по которой она всё еще стояла на ногах после прорыва сквозь клинки, израненная и оборванная. Однако истинная причина, по которой она подвергла себя таким страданиям, заключалась в резком увеличении атрибутов мощи и духа, которые давала эта способность.

Теперь, когда способность была выведена на максимум, её мощь и дух соперничали с показателями «серебряного», давая ей усиление, подобное эффекту духовной монеты, но без короткой длительности и отдачи.

В ударе, который Софи нанесла панголину, она высвободила не только урон, поглощенный «Мигом единства». Она также применила свой контрудар-казнь «Отринуть Жнеца». Эффект способности был колоссально усилен её тяжелым состоянием.

Способность Софи получила дополнительный импульс, когда Нил, находясь где-то на поле боя, направил ей силу поддержки, наполнив её энергией. Умение целителя следить за масштабным сражением и выбирать идеальный момент для своих способностей было отточено их опытом в астральном пространстве. Его расчет времени теперь был острее, чем чешуйки-лезвия панголинов.

Результатом всех этих суммировавшихся эффектов, сошедшихся в кулаке Софи, стал взрыв урона — немалая часть которого была трансцендентной, — пришедшийся прямо в череп существа.

Способность Софи «Сокрушитель границ» устраняла снижение урона из-за разницы в рангах, а трансцендентный урон и так бы его проигнорировал. Тем не менее, серебряный ранг оставался серебряным рангом, и монстр не погиб. Но урона от одного удара хватило, чтобы нанести настолько тяжелую травму головы, что монстр впал в кому — это было бы поразительно даже для «серебряного», не говоря уже о «бронзовом». А то, что это сделал специалист по защите, а не атакующий боец, поражало еще больше.

Софи быстро восстанавливалась благодаря мощному всплеску мгновенного исцеления от контрудара-казни, который также оставил после себя сильный эффект постепенного лечения. В сочетании с исцелением от способности «Кармический воин», это привело её в гораздо лучшее состояние, чем могли предположить её окровавленный вид и изорванные доспехи. Два других панголина уставились на неё, стоящую рядом с их бессознательным сородичем.

Даже на максимуме Софи могла наносить лишь ограниченный урон на постоянной основе. Тот сокрушительный удар, который она только что нанесла, требовал специфических условий и использования способностей, которые теперь ушли на перезарядку. Но это её не смутило, так как ей нужно было лишь поднять свой урон с низкого уровня до среднего. Если она не могла бить сильно, она будет бить достаточно быстро, чтобы компенсировать разницу.

Прошло всего несколько мгновений с тех пор, как она прорвалась сквозь их оборонительную стену. Они чувствовали её присутствие, но и представить не могли, что «бронзовик» решится на такой рывок, что позволило ей застать их врасплох. Они не успели среагировать, когда первый из них пал, а Софи активировала способность «Вечный миг» прежде, чем они успели что-либо предпринять.

Время для неё словно остановилось, и она накопила лезвия ветра, которые застыли, едва она их выпустила. С её усиленным атрибутом духа каждое из них было гораздо мощнее обычного. Когда она вернулась в нормальный поток времени, лезвия вгрызлись в обнаженную плоть одного из оставшихся панголинов.

Оба монстра отозвали свои чешуйки, чтобы защитить тела, прекратив шторм лезвий. У раненого кровь от атак лезвиями ветра Софи начала сочиться из-под чешуи. Он немедленно бросился бежать, и Софи позволила ему уйти, повернувшись к последнему. Тот переориентировал чешую на своем теле, превратившись в комок лезвий, свернулся в шар и покатился на Софи.

Такая рывковая атака была бы слишком медленной, чтобы попасть по ней, даже если бы у монстра было время набрать инерцию, которой у него не было. Простая реальность заключалась в том, что без стены лезвий панголин представлял гораздо меньшую угрозу. Главным образом потому, что других искателей приключений больше ничего не сдерживало, позволяя им навалиться на прижатых к стене монстров.

* * * После битвы Пранеш и Хамфри снова стояли на вершине башни, наблюдая, как искатели приключений собирают трофеи с моря трупов монстров, отправляя в воздух струйки радужного дыма. Один только Нил охватил своей аурой большую часть поля боя, что позволило ему собрать добычу с существ внутри неё. Поскольку у него не было личного хранилища, он не мог ничего утаить, что делало его популярным сборщиком трофеев, несмотря на наличие еще двоих с подобными способностями. Добыча собиралась для последующего распределения.

— Твой защитник сражается совсем не как защитник, — сказал Пранеш Хамфри.

— Она всегда боролась против любого, кто пытался указывать ей, что делать, — ответил Хамфри. — Даже против собственного набора способностей. Если она хочет атаковать, да помогут боги тому, кто попытается её остановить.

— Тебе нужно заставить её сражаться менее безрассудно, — заметил Пранеш.

— Она упорно боролась, чтобы осознать: она сильнее всего тогда, когда идет по лезвию ножа, — сказал Хамфри. — Я не стану говорить ей, чтобы она выбросила всё, чего достигла.

Пранеш нахмурился, но не стал больше пытаться убедить Хамфри. Хамфри нахмурился в ответ. Вторичная эволюция его дара была связана с силой жертвоприношения, и он сопереживал кровавой самоотверженности Софи. Ему было запрещено говорить об этом в недвусмысленной форме как матерью, так и неожиданно высокопоставленным чиновником Магического общества. Хамфри и вся его команда дали клятву хранить это в тайне.

— У тебя такой вид, будто ты задумал сделать что-то «ради моего же блага», — сказал Хамфри. — Если ты совершишь ошибку и попытаешься вмешаться в дела моей команды, это закончится для тебя очень плохо.

— Ты мне угрожаешь, молодой господин Геллер? — спросил Пранеш.

— Можешь в этом не сомневаться.

* * * Нил закончил исцелять Софи. Белинда с помощью своей силы создания простых предметов сотворила ширму, и Софи стянула то, что осталось от её доспехов. Это было единственное, что еще хоть как-то на ней держалось, остальная изорванная одежда просто осыпалась. Она перекинула окровавленный доспех через ширму.

— На самовосстановление уйдет целый день, — сказала она, выливая бутылку кристального омовения себе на голову. Остатки она выплеснула на доспех, после чего натянула свежий комплект одежды из хранилища Белинды, переданный через верх ширмы. Она посмотрела на пустую бутылку из-под средства, вспомнив человека, который любил его больше всех на свете. Бутылка разлетелась в её кулаке, пустив свежую кровь.

Время расставания

Время расставания

Когда Изабелла Пантеро услышала звон колокольчика над дверью своей пекарни, она вышла из подсобки и встала за стеклянный прилавок.

— Мистер Асано! — воскликнула она. — Мне сказали, что вы погибли!

Он выглядел совсем не так, как обычно: вместо уверенной ухмылки на лице застыло вороватое выражение, а над губой красовались густые усы. Она знала, что он ушел по каким-то авантюрным делам, и совсем недавно слышала, что живым он не вернулся.

— Возвращение из мертвых — это вроде как моя фишка, — сказал Асано. — Я хочу печенья, пожалуйста.

— Я рада видеть, что вы все-таки вернулись, мистер Асано. Какое печенье и сколько?

Асано полез в карманы и выгреб пригоршни всякой всячины, которую высыпал прямо на прилавок. Там были духовные монеты: железные, бронзовые и даже серебряные. Но по большей части это были просто предметы, формой напоминающие монеты: пуговицы и плоские круглые камешки.

— У меня есть вот столько денюжек, — сказал Асано.

— С вами все в порядке, мистер Асано?

— Печенья!

Изабелла принялась разбирать кучу мусора на прилавке. Одной только пары монет серебряного ранга хватило бы, чтобы скупить весь магазин, и еще бы осталось.

— Мистер Асано, этого более чем достаточно для всего печенья, что у нас есть.

Лицо Асано просияло. Вскоре он уже пробирался к выходу, вцепившись в охапку пакетов в каждой руке.

— Мистер Асано, а как же остальная сдача? — крикнула Изабелла вслед, пока он неловко пытался справиться с дверью.

— Спасибо, добрая леди! — ответил Асано, выходя наружу. — Я их добыл!

Он поспешно скрылся из виду, но лишь для того, чтобы мгновением позже проплыть мимо витрины верхом на чем-то, напоминающем летающую черепаху. Убирая монеты и прочие предметы с прилавка, Изабелла подумала, что это была как минимум третья по странности встреча с этим эксцентричным покупателем.

* * * — Он просто капризничает, — сказал Хамфри. — Он тоже скучает по Джейсону.

— Это не повод носить лицо Джейсона, — прорычала Софи. — Неужели он не понимает, что мы чувствуем, когда видим это?

— Нет, Софи, не понимает, — спокойно объяснил Хамфри. — После повышения ранга он стал умнее, но он все еще ребенок с детским разумом.

— Ты должен заставить его понять, — отрезала она.

— Может быть, это стоит сделать тебе? — предложил Хамфри. — Я знаю, что разговоры о чувствах — не совсем твоя стихия, но, возможно, тебе стоит открыться ему. Это помогло бы ему понять.

Они шли через торговый зал к лавке Гилберта Бертинелли. В обычных обстоятельствах Гилберт занимался исключительно мужской одеждой. Он сделал исключение лишь для подгонки доспехов Софи, которые изначально были изготовлены другим мастером по рекомендации самого Гилберта.

За время их отсутствия Гилберт претерпел значительную трансформацию, став полноценным владельцем эссенций. Волосы его стали гуще, а фигура сменилась с пухлой и явно рыхлой на крепкую, с грудью колесом. Он выглядел на десять лет моложе, наконец-то обретя сходство со своим братом серебряного ранга, Бертрамом.

— Вот, прошу, — сказал Гилберт, представляя модифицированные доспехи Софи и Хамфри. — Я добавил кожу гидры и значительно усилил аспект самовосстановления в зачаровании. Критически важные зоны по-прежнему защищены жесткими панелями, но эти секции не будут восстанавливаться так же быстро, как мягкая броня.

— Это пойдет, — кивнула Софи. Доспехи теперь больше напоминали те, что носил Джейсон: среди черного цвета стало больше темно-серых участков, хотя ее версия все еще сидела плотнее по фигуре, чем его боевое облачение.

— К сожалению, — продолжил Гилберт, — усиление самовосстановления произошло за счет ослабления других эффектов, таких как сопротивление ядам. Однако теперь доспех слегка усиливает эффекты самоисцеления, так что, полагаю, вы сочтете этот обмен выгодным. Честно говоря, я немного переживал из-за этих модификаций, но результатом вполне доволен.

— Я тоже, — сказала Софи и спросила о цене. Гилберт наотрез отказался брать деньги.

— Я слышал о том, что вы все сделали. Не в деталях, конечно — у меня не так много связей, — но я знаю, что вы спасли всех нас от чего-то ужасного. Считайте это последней услугой для мистера Асано. Он действительно был моим любимым клиентом.

— Приятно это слышать, — сказал Хамфри.

— О, я не просто так это говорю, юный мастер Геллер; он искренне им был. Он всегда точно знал, что ему нужно, но при этом проявлял гибкость в том, как именно эти потребности будут удовлетворены. Тверд, когда это необходимо, но открыт для предложений. Он был обаятелен, терпелив, вежлив и любезен. Он ценил мастерство продавца и был источником чудесных материалов. И, конечно, всегда был готов потратить столько, сколько требовалось. Не в обиду вам, юный мастер Геллер, но он, скорее всего, был лучшим клиентом, который когда-либо у меня будет.

Гилберт неловко улыбнулся, понимая, что наговорил лишнего. — Прошу прощения, сэр, мадам, я перешел границы...

И Гилберт, и Хамфри вздрогнули от неожиданности, когда Софи крепко обняла Гилберта, обхватив руками его мощную грудь. Тот неловко похлопал ее по спине.

* * * Двое мужчин сидели в кафе неподалеку от божественной площади Гринстоуна. Оба были в облачении священнослужителей церкви Целителя. Одним из них был Нил, который уже давно служил церкви. Церковь Целителя, как и большинство других вер, редко обременяла делами тех священников-авантюристов, у которых был большой потенциал. Выгода от наличия высокоранговых членов перевешивала необходимость держать низкоранговых владельцев эссенций под каблуком. Это был широко распространенный, но не универсальный подход; церковь Владычества была самым заметным исключением.

Второй мужчина был в этом деле новичком. Он работал с церковью Целителя чуть больше года: сначала в своей клинике, а в последние пару месяцев — более плотно. Выросший в местах, где местная церковь Целителя была насквозь коррумпирована, он счел откровением возможность путешествовать и видеть работу церкви в других краях. Наблюдение за тем, как самоотверженно церковь помогает людям, заставило его вступить в их ряды.

— Насколько я понимаю, — сказал Нил Джори, — твои дешевые зелья основаны на местных ингредиентах. Значит ли это, что их польза в других местах ограничена? Особенно учитывая специфику экосистемы дельты.

— Церкви никогда не были нужны рецепты моих зелий, — объяснил Джори. — Им нужны мои методологии исследований. Если бы дело было только в рецептах, церкви было бы выгоднее оставить меня здесь, чтобы я варил столько зелий, сколько смогу. На деле же все вышло ровно наоборот: в последнее время я почти не занимаюсь алхимией на практике.

Он сделал паузу, чтобы отхлебнуть чаю.

— Сплошные лекции, — продолжил Джори. — Обучаю людей тому, как воспроизводить мои результаты, исследуя их собственные местные ингредиенты.

— И это работает?

— Программа еще на ранней стадии, — сказал Джори. — У меня ушли годы, прежде чем я начал видеть результаты. Идея в том, чтобы другие делали то же самое, что и я, только быстрее, опираясь на то, что я узнал в процессе.

— Но ты веришь, что люди справятся?

— Ключ в гибкости, — ответил Джори. — Нужно разрабатывать рецепты в соответствии с теми ингредиентами, которые можно достать в больших количествах и за бесценок. Это единственный настоящий урок, потому что большинство алхимиков придерживаются противоположного подхода. Они начинают с рецепта, который хотят получить, и пытаются заставить ингредиенты работать на него. В конечном счете, я пытаюсь передать не навык, а мировоззрение.

— Но что, если местные ингредиенты не годятся для создания дешевых лечебных зелий и зелий маны? Ведь именно за ними все охотятся, верно? Особенно сейчас, когда конфликт с культом Строителя разгорается. Трудно представить, как этому мерзавцу удалось завербовать столько народу.

— Распределение — это второй аспект церковной программы. Мне повезло с природным сродством магии дельты, что и вдохновило меня исследовать эту область алхимии. Не всем так везет; им приходится делать то, что они могут. Вот тут-то и вступает церковь, создавая сеть распределения дешевых алхимических продуктов. Что бы ни производили твои люди, это будет кому-то полезно. Пока у тебя есть достаточно надежная система распределения, ты можешь обменивать то, что у тебя есть, на то, что тебе нужно.

— И церковь выступает посредником?

— Бог торговли работает с нами, так что мы не вторгаемся на их территорию в том, что, надеюсь, станет огромным предприятием. Идея в том, чтобы предотвратить спекуляцию, к которой неизбежно привела бы опора на обычную торговую систему, и не дать всей системе увязнуть в картелях.

— И Торговля на это согласна?

— Мы заключили сделку. Предметы первой необходимости, такие как лечебные средства, будут поставляться по себестоимости. На остальное будет небольшая наценка, чтобы не порушить рынок, но объемы все равно сделают это выгодным делом.

— Надеюсь, ты не пытаешься завербовать меня в свою административную команду.

— Определенно нет, — с усмешкой сказал Джори. — Для такой работы толковые логисты и администраторы ценнее, чем владельцы эссенций. Церковь возлагает на тебя большие надежды. Они хотят, чтобы ты поднялся до серебра, а то и до золота, чтобы ты мог по-настоящему продвигать интересы церкви.

Выражение лица Джори стало мрачным.

— В грядущие дни, — сказал он, — ты понадобишься нам на передовой.

— На передовой? — Нил резко выпрямился. — Ты говоришь о войне?

— Разве ты уже не бывал в сражениях? — спросил Джори. — С культом Строителя здесь, в Гринстоуне, может быть и покончено, но мы лишь малая часть большого мира. Кроме того, я слышал ропот в Совете Вер. Ходят слухи, что другие боги объявят Чистоту павшим богом.

— И что это повлечет за собой? — спросил Нил.

— У меня нет достоверной информации на этот счет, — ответил Джори. — Из того, что я слышал, это подразумевает санкции со стороны других богов против Чистоты, что бы это ни значило. Какое-то подавление церкви. Думаю, идея в том, что нынешнее духовенство должно отойти от дел церкви, а те, кто откажется... с ними разберутся.

— Звучит зловеще, — заметил Нил.

— Ага, — согласился Джори. — Я слышал об этих «санкциях», которые рассматривают боги, лишь в общих чертах, но звучит это не менее скверно, а то и хуже. Полагаю, расчет на то, что бог Чистоты либо будет приведен к порядку, либо каким-то образом заменен, после чего духовенство, отошедшее от старой церкви, сможет вернуться в новую.

— Это кажется делом куда более высокого уровня, чем наш, — сказал Нил.

— Хорошо, что Джейсона нет рядом, а то бы он точно сунул нос в самую гущу.

— О боги, это точно, — сказал Нил с болезненным смешком. — Он бы бегал кругом, болтал без умолку и создавал проблемы. В основном нам.

Оба печально улыбнулись.

— Жаль, что мы этого не увидим, — сказал Джори.

— Тебе-то легко говорить, — отозвался Нил. — Ты не был в его команде.

Затем лицо Нила помрачнело, он опустил взгляд на свои руки и тихо добавил:

— Не ты отвечал за то, чтобы он остался в живых.

* * * Утром команда Джейсона должна была разойтись — пусть и временно — для выполнения различных заданий. Клайв и Белинда собирались работать с Магическим обществом, в то время как Софи, Хамфри и Нил отправлялись с Эмиром.

Прощальный вечер проходил в одном из просторных баров-салонов облачного дворца Эмира. Это было самое большое собрание друзей Джейсона с момента поминальной службы, прошедшей больше месяца назад. Не хватало лишь нескольких человек — тех, кто покинул Гринстоун и возвращался лишь ненадолго ради церемонии.

Принц Валдис прибыл через портал на службу, но теперь снова был в Зеркальном королевстве, где велись свои битвы с культом Строителя. Гэри после ухода Джейсона и его команды завязал с авантюризмом, вернулся домой и стал штатным оружейником. Он тоже прилетал на поминки, но отбыл сразу после них.

Руфус не знал, вернется ли когда-нибудь его большой друг к жизни искателя приключений. Команда Руфуса фактически исчезла, и он чувствовал себя потерянным. Он с головой ушел в проект тренировочного филиала, что дало ему столь необходимую цель в жизни.

Команда Джейсона заняла несколько мест вокруг низкого столика; Джори делил свое мягкое облачное кресло с Белиндой.

— Ты не боишься, что Клайв уведет твою даму, соблазнив ее порочным образом жизни научного сотрудника? — спросил Нил у Джори.

— Ни капли, — уверенно ответил Джори. Поцелуй в щеку, полученный в награду, вызвал на его лице широкую улыбку.

Рядом с ними сидела Софи, на коленях у которой устроился щенок Сташ; она рассеянно чесала его за ушами. С того самого момента, как она очнулась и узнала, что Джейсон погиб, прикрывая их отход, выражение ее лица колебалось между нечитаемой пустотой и мрачной маской, натянутой поверх ярости, которой некуда было выплеснуться. Хамфри, с тревогой глядя на нее, взял свой бокал со стола и поднял его.

— Если бы не Джейсон Асано, — сказал он, — нас бы здесь не было. Ему было плевать, как меня зовут и из какой я семьи. Он стал мне настоящим другом, а мне всегда это давалось с трудом. И благодаря ему я нашел многих других.

Нил поднял свой бокал.

— Он стал мне другом, хотя я и ненавидел его самодовольную рожу, — сказал он, вызвав общий смех.

— Я никогда не думал, что мне нужны друзья, — произнес Клайв, поднимая бокал. — Джейсон доказал мне, что я ошибался, и вновь пробудил во мне страсть к приключениям, которую я считал давно угасшей.

— Я видел, как Джейсон день за днем приходил и исцелял людей, до которых никому не было дела, — сказал Джори.

— Кроме тебя, — добавила Белинда.

— В день нашего знакомства, — продолжил Джори, — Джейсона изрядно поколотили пара жрецов Целителя. Что он, для ясности, полностью заслужил сам. А после он ухмыльнулся мне и сказал, что лучше быть тем, кому надрали задницу, чем тем, кто этого не сделал. Я знал, что никогда не зайду так далеко, как он, но он помог мне осознать: некоторые вещи стоят той цены, которую мы платим. Он пошел и умер, доказав это и вернув мне самого дорогого человека.

— Джейсон спас Софи и меня, когда мы нуждались в этом больше всего, — сказала Белинда. — Он дал нам новую жизнь. Вы все нам помогли, но без него вы бы либо не захотели, либо не смогли. Я никого в этом не виню. Кто еще пойдет на такое ради незнакомцев просто потому, что им нужна помощь? Ну и, возможно, потому что Софи так выглядит. Она заставляет парней вести себя странно.

Все снова рассмеялись, кроме Софи.

— Джейсон спас некоторых из нас в самом начале, — сказала Софи. — И он спас всех нас и многих других в конце. Каждого в этом городе. Если бы у меня был выбор, я бы вернула его и позволила городу сгореть; я не думаю, что они стоят его жизни.

Все почувствовали неловкость, не зная, что ответить. Софи подняла бокал, присоединяясь к остальным.

— Но он сделал это, — сказала Софи, и ее мрачный голос стал чуть легче. — Поэтому я постараюсь прожить ту жизнь, которую он спас, так, как он бы этого хотел.

Остальные ответили ей горько-сладкими улыбками и кивнули, чокнувшись бокалами.

— За Джейсона Асано, — провозгласил тост Хамфри.

Старые тайны

Старые тайны

Доун была селестиной. Она обладала поразительной красотой, присущей рангу Алмаза: алебастровая кожа, рубиновые волосы, идеально сочетающиеся с цветом глаз. На ней были струящиеся одежды нежно-белого цвета с акцентами приглушенно-желтого и оранжевого. Она стояла на вершине башни в карманной вселенной-городе Интерстиций, в городском регионе Фуэрос. Доун смотрела на город, ожидая чьего-то прибытия.

Фуэрос был регионом, где доминировал культ Мирового Феникса, что полностью отражалось в его облике. В Интерстиции не было солнца, но свет исходил прямо с неба, заставляя шпили из красного, желтого и оранжевого кристалла выглядеть как башни огня. Там были парки, где вечные осенние краски смешивались с деревьями, у которых вместо листьев был настоящий огонь. Пламя не пожирало ветви и не причиняло никакого вреда желтой траве или окружающим деревьям.

Башня, на которой стояла Доун, была самой высокой и величественной из этих шпилей. Свет, падавший на кристаллическую мозаику плоской крыши, заставлял её сиять, словно сад пламени. На крыше к ней присоединился второй человек, поднявшийся по лестнице изнутри башни. Мало что в этом мире могло ускользнуть от чувств Доун, достигшей пика ранга Алмаза, но она не обернулась навстречу прибывшему.

Хельсвет была драконидом, чья великолепная красно-золотая чешуя слилась бы с кристаллической башней, если бы не белая мантия, похожая на ту, что была на Доун. Хельсвет приблизилась к другой женщине со смирением, редко встречающимся у драконидов. Она подошла ближе и глубоко поклонилась, хотя Доун была обращена в другую сторону.

— Первая Сестра, — поприветствовала Хельсвет.

— Пожалуйста, — сказала Доун, оборачиваясь и одарив Хельсвет теплой улыбкой. — Скоро ты станешь Первой Сестрой, а я присоединюсь к рядам Иерофантов. Прошу, отбрось формальности, когда мы наедине.

— Первая Сестра…

— Тебе еще многому предстоит научиться, Вторая Сестра, и будет гораздо проще, если мы сможем стоять плечом к плечу.

Хельсвет кивнула, хотя и неловко и неуверенно.

— Мне скоро предстоит выполнить одну задачу, — сказала Доун. — Я не буду торопиться и уделю этому столько времени, сколько потребуется. В мое отсутствие я возложу на тебя все мои обязанности. Это будет хорошим опытом для тебя.

— Я сделаю все возможное, чтобы оправдать ваши ожидания, Первая Сестра.

— Не обо мне тебе стоит беспокоиться, — сказала Доун. — Исполнение обязанностей Первой Служительницы, пусть даже временно, означает, что именно Мировому Фениксу ты должна служить.

— Конечно, Первая Сестра.

Доун нахмурилась, рассеянно потирая подбородок и оценивающе глядя на Хельсвет.

— Это не годится, — сказала она. — Очевидно, ты относишься ко мне с чрезмерным почтением.

— Прошу прощения, Первая Сестра, — поспешно сказала Хельсвет, выглядя обеспокоенной.

— Все в порядке, — заверила её Доун. — Я была такой же на твоем месте. Урок, который я получила, послужит тебе не хуже. Мы с тобой отправимся в путешествие, Вторая Сестра, и ты увидишь, что действительно заслуживает почтения. Идем со мной.

За спиной Доун появились огромные огненные крылья, и она спрыгнула с башни в воздух. У Хельсвет тоже появились крылья, но зеленые и серебряные, сотканные из сменяющегося облака сверкающих кристаллов. Она последовала за Доун, которая пролетела над городом, а затем бесстрашно нырнула вниз, устремившись в шахту, ведущую в недра земли. Хельсвет спустилась менее агрессивно, снижаясь грациозной спиралью.

Шахта была довольно большой и вела под землю, к так называемой площади прибытия и отправления, хотя из-за своего подземного расположения она представляла собой куб. Это было место, через которое все прибывающие и уходящие попадали в физическую реальность и покидали её. Магические барьеры, предотвращающие пространственное нарушение вне площади прибытия и отправления, были одними из крупнейших магических массивов в существовании.

Подземная территория освещалась мощными светящимися камнями, вмонтированными в стены и потолок. Сама площадь была разделена на разные зоны, отмеченные парящими магическими огнями. Управлением занимались местные функционеры, которые регистрировали все перемещения и назначали путешественникам зону для перехода в астрал, направляя их к нужному месту с помощью магических стрелок.

Никто не был освобожден от этой регистрации, даже самые прославленные личности. На площади не было условий для самого пространственного перемещения, она не предлагала никаких удобств, кроме того, что была единственной частью города, где пространственное перемещение не блокировалось. Таким образом, это было пространство, занятое в основном обладателями золотого и серебряного рангов, у которых были способности или предметы, необходимые для этого.

Несмотря на то, что им приходилось иметь дело с такими людьми каждый день, прибытие Первой Служительницы Мирового Феникса было престижным событием. Доун вырвалась из широкой потолочной шахты, быстро пролетая сквозь площадь, чтобы тяжело приземлиться перед офисом транзита. К тому времени, как она вошла внутрь и организовала отправление, Хельсвет прибыла более деликатно.

Доун последовала указаниям магической стрелки, парящей перед ней, к одному из больших пространств, отведенных для крупных астральных транспортных средств.

— Ты часто путешествовала в астрале, Хельсвет? — спросила Доун.

— Нет, Первая Сестра.

— На время этой поездки ты можешь называть меня Доун.

— Первая Сестра…

Доун покачала головой.

— Позволь мне выразиться яснее, — сказала она. — На время этой поездки ты будешь называть меня Доун.

— Да… Доун.

Доун достала свой астральный корабль, который выглядел как снежный шар без снега, внутри которого находился крошечный садовый домик. Доун небрежно подбросила его, и он быстро увеличился в размерах, падая на пол, остановившись чуть выше него и продолжая расти, паря в нескольких сантиметрах. Как только купол и домик внутри достигли полного размера, вместе с живым садом, Доун шагнула вперед, жестом приглашая Хельсвет следовать за ней.

Проход сквозь купол ощущался как прохождение через слой воды, но Хельсвет оказалась на другой стороне сухой. Воздух внутри купола был приятным и свежим, наполненным ароматом растений и цветов. Она последовала за Доун по каменной дорожке через сад к садовой скамейке. Доун села, жестом приглашая Хельсвет сесть рядом.

— Что думаешь? — спросила Доун, указывая на сад вокруг них.

Хельсвет не знала, что ответить. Хотя её опыт астральных путешествий был ограничен, почти все астральные суда, которые она видела, были гораздо грандиознее. От гигантских кораблей до парящих дворцов — все они затмевали купольный домик. Она не хотела лгать Первой Сестре, но и не хотела её обидеть.

— Он очень скромный, — сказала она.

Доун легко рассмеялась, полностью раскусив Вторую Сестру. Хельсвет была довольно необычным обладателем алмазного ранга, с наивностью, которую большинство давно изжило. Хельсвет была редким и выдающимся талантом, обнаруженным и взращенным в юном возрасте. Достижение алмазного ранга до сорока лет не было непревзойденным достижением, но оно было экстраординарным. В мире, где она выросла, она проводила жизнь либо в затворничестве, либо её отправляли сражаться с монстрами, собранными тысячами, словно в охотничьем заказнике. Её жизнь состояла из немногим большего, чем учеба и битвы, тщательно отобранные, чтобы создать ту личность, которой она была сегодня.

Доун нравилась эта замечательная молодая женщина, но она понимала, что та отчаянно нуждается в закалке. Она не полностью одобряла ускоренную программу, использованную для продвижения Хельсвет до алмазного ранга, но имела ограниченное право голоса в этом вопросе. Культ Мирового Феникса не был ни армией, ни диктатурой, и хотя Первая Служительница в конечном итоге была лидером, это не давало ей права вмешиваться в дела, не связанные напрямую с её собственными обязанностями.

Доун не нравилось, что все испытания Хельсвет были спроектированы, а её неудачи и провалы — подстроены. Доун придерживалась мнения, что только реальная жизнь может предложить испытания, необходимые для роста — не просто как пользователя эссенции, но как личности. В конце концов, как наивная девушка должна была справиться с политическими интригами алмазных рангов, которым уже сотни лет?

Ответ, конечно, заключался в том, что никак. Люди хотели марионетку, что приводило Доун в ярость. Служение Мировому Фениксу было призванием, из виду чего старая гвардия культовых семей, похоже, потеряла. Однако то, что они создали в Хельсвет, было истинно верующей. Доун была готова перерезать нити марионетки и оживить её.

Передача браздов правления Первой Сестры, пусть даже на временной основе, означала бы бросить молодую женщину в глубокие воды. Утонет она или поплывет — это определит, передаст ли Доун мантию навсегда, или ей придется искать новую преемницу. Впрочем, потребуется время, чтобы подготовить её к этому. У Доун было задание, но оно могло подождать. Пришелец возвращался домой, так что сколько неприятностей он мог нажить за то короткое время, что ей потребуется, чтобы проверить его?

Это разозлит определенных людей в культе, настаивающих на возведении Хельсвет в эту должность, но если только Мировой Феникс не решит вмешаться тем или иным образом, решение в конечном итоге оставалось за Доун. Хельсвет должна была доказать, что может быть чем-то большим, чем марионетка, прежде чем Доун примет её. Она надеялась, что Хельсвет удастся проявить себя, зная, что, несмотря на людей, стоящих за ней, намерения этой искренней молодой женщины были подлинными.

— Меня время от времени критиковали за мой астральный корабль, — сказала Доун. — Мне говорили, что он не подобает Первой Служительнице Мирового Феникса, когда есть довольно впечатляющий астральный дворец, доступный для использования. Как думаешь, была ли я права, отказавшись от него?

— Я не посмею…

— Тогда пора начать! — рявкнула Доун, снова вставая. Она бросила на Хельсвет острый взгляд, разочарованный и пренебрежительный. — Если ты собираешься стать Первой Сестрой, окончательная ответственность будет не на правилах, протоколах или традициях. Она будет не на этикете, и уж точно не на людях, которые учили тебя быть покорной.

Она ткнула Хельсвет, которая все еще сидела с ошеломленным выражением лица, в грудь.

— Первая Служительница — это последняя линия, окончательный арбитр перед самим Мировым Фениксом. Они делают окончательный выбор и несут за него ответственность. Ты действительно думаешь, что готова к этому?

Не дожидаясь ответа, Доун зашагала прочь, дальше по садовой дорожке и за угол домика. Хельсвет осталась сидеть на скамейке, глядя перед собой. Сцена площади прибытия и отправления за пределами купола внезапно исчезла. Точнее, астральный корабль исчез с неё, перейдя из физической реальности.

* * * Купол был карманом физической реальности, дрейфующим в глубоком астрале. За его изогнутой границей сюрреалистичная и постоянно меняющаяся панорама варьировалась от прекрасной до ужасающей и откровенно причудливой. Купол окружали мириады цветов и форм. Радужная жидкость, плавающая в диких фрактальных узорах. Сцены, которые казались физическими по своей природе, лишь для того, чтобы рассеяться, словно туман на ветру. Некоторые виды были бессмысленны, другие — поразительно реальны. Это была явленная логика снов.

Доун стояла у края купола, наблюдая.

— Завораживает, не правда ли? — спросила она, чувствуя приближение Хельсвет. — Проходят столетия, но я никогда не устаю смотреть на это.

— Вы отказались от астрального дворца, потому что наша роль — не прославлять себя, — сказала Хельсвет. Её голос дрожал, но в нем чувствовалась решимость, когда она собралась с духом.

— Наша цель — даже не прославлять Мирового Феникса, — продолжила она. — Это служить Мировому Фениксу. Мы используем славу по мере необходимости, но должны в конечном итоге помнить, что мы слуги, а не хозяева.

— Это не то, о чем я тебя спрашивала, — сказала Доун, не оборачиваясь.

— Вы спросили, было ли ошибкой отказаться от астрального дворца, — сказала Хельсвет, — но вопрос основан на ложной предпосылке: вы не отказывались от дворца. Если его использование — правильный выбор, значит, вы будете его использовать.

Доун обернулась к Второй Сестре.

— Тогда скажи мне, почему я все еще использую этот астральный корабль? — спросила она.

— Потому что вы смиренны. Неважно, какие решения вы принимаете, пока причины, по которым вы их принимаете, здравы. Это ответственность Первой Служительницы.

На лице Доун появилась легкая улыбка.

— Неплохо, — сказала она. — Тебе еще предстоит долгий путь, прежде чем ты достигнешь уровня «адекватно», но, возможно, мы еще сможем что-то из тебя сделать.

* * * — Как ты можешь себе представить, — объяснила Доун, — астральная навигация совершенно не похожа на навигацию в физической реальности.

Первая и Вторая Сестры стояли бок о бок, наблюдая за странными образами, проплывающими за куполом.

— Астральная география относится к физической географии так же, как пылкая страсть к горящему огню, — объяснила Доун. — В чем-то они похожи, но в то же время совершенно не связаны.

— Метафорическая навигация? — предположила Хельсвет.

— Концептуальная навигация — это широко используемый термин, — сказала Доун. — Хотя ты можешь полагаться на навигаторов, это хороший навык для развития. Твое образование было очень точным, но в жизни ты обнаружишь, что развитие навыков, о которых ты никогда не помышляла, может помочь тебе ориентироваться в ситуациях, которые ты никогда не предвидела.

— Меня учили администрированию, дипломатии, этикету, — сказала Хельсвет. — Меня также учили сражаться.

— Я знаю, — сказала Доун. — Именно я настаивала на том, чтобы тебя подвергали все большей опасности. Каждый раз, когда ты едва спасалась или получала тяжелые травмы, это была я, подталкивающая тебя в спину.

— Спасибо, — сказала Хельсвет. — Я знаю, что меня оберегали. Только в те моменты истинной опасности я чувствовала себя свободной и живой. Без этих моментов я бы томилась на более низком ранге.

— Свободной? Ты обижаешься на то, что мы взяли на себя управление твоей жизнью? — спросила Доун.

— Я достаточно сильна сейчас, чтобы уйти, если бы захотела, — сказала Хельсвет. — Мне было дано многое, и у меня нет сомнений в том, чтобы вернуть эту милость. Служение Мировому Фениксу — это полноценная жизнь.

— Согласна, — сказала Доун, одарив её теплой улыбкой. — Пока меня не будет, тебе придется нелегко. Формально у тебя будет моя власть, но все будут знать, что ты лишь временный управляющий. Алчные будут добиваться уступок. Те, кто тебя вырастил, будут бороться за власть. Те, кто вне культа, будут добиваться влияния.

— Все, что я могу сделать — это постараться изо всех сил, — сказала Хельсвет. — Так или иначе, мы узнаем, чего я стою.

Доун улыбнулась про себя искренней решимости Второй Сестры.

— Не спеши судить себя по одному испытанию или одной неудаче, — сказала Доун, — и «достойность» — это не фиксированная величина. Никто не требует от тебя совершенства. На самом деле, они, вероятно, требуют, но ты не должна их слушать. Если ты научишься подниматься и учиться на своих ошибках, ты не сможешь сделать ничего лучшего для продвижения своего дела.

— Спасибо, — сказала Хельсвет. — Если позволите спросить, вам действительно нужно выполнять это задание самой, или вы используете шанс испытать меня?

— Миссия вполне реальна, — сказала Доун.

— Могу я спросить о ней? Почему вы должны ехать сами, из-за одного незначительного мира в одной незначительной реальности? Неужели один низкоранговый человек действительно имеет значение? Что делает его таким важным?

Доун посмотрела на неё задумчиво, затем кивнула своим мыслям.

— Пора тебе начать узнавать некоторые старые тайны, — сказала Доун. — Ключ — в двух мирах, на которых жил тот человек. Он принадлежит им обоим сейчас, в момент, который критически важен для обоих. Сами миры не особенно важны, важно то, что они представляют. Ты знаешь, что нынешний Строитель заменил предыдущего, да?

— Знаю, — сказала Хельсвет.

— Причина, по которой предшественник Строителя был санкционирован, заключалась в том, что он извратил свою цель. Роль Строителя — создавать семена, из которых рождаются физические реальности. Наш новый Строитель странно пренебрежителен к этой задаче, вместо этого одержим созданием реальности, которая уже развита, чьи обитатели поклоняются ему как богу.

— Будет ли он также санкционирован?

— Вероятно, нет. Причина, по которой другие принимают увлечение Строителя, заключается в том, что это оставляет его выполнять свою настоящую работу с бесстрастием. Этого не было с предыдущим исполнителем.

— О? — подтолкнула Хельсвет.

— Предыдущий Строитель стал недоволен созданием семян, которые содержали лишь строительные блоки реальности. У него не было влияния, не было контроля. Возможно, это недостаток роли Строителя, учитывая, что у каждого из исполнителей была та же проблема, но предыдущий Строитель не утолял эти порывы относительно безобидным побочным проектом. Вместо этого он начал вмешиваться в семена, которые создавал.

— Вмешиваться как?

— Он закладывал в них паттерны, взятые из существующих миров, которые заставляли вселенные, расширяющиеся из этих семян, развиваться предопределенными путями.

— И это работало? — спросила Хельсвет.

— Нет, — сказала Доун. — Строитель экспериментировал только с двумя такими семенами вселенной, когда его действия были обнаружены, это были лишь ранние эксперименты. Другие поняли, что он извращает свою внутреннюю цель, и он был санкционирован, а затем заменен.

— Санкционирован? Это значит убит?

— Я не знаю, что это значит, — сказала Доун. — Не думаю, что мы должны знать, но я не уверена, что великое астральное существо может умереть. Я не знаю, возможно ли это вообще.

— А как насчет двух вселенных? — спросила Хельсвет.

— Это были ранние эксперименты, как я сказала. Эффекты были спроектированы так, чтобы быть небольшими, достаточно сдержанными, чтобы Строитель мог изучать их по мере развития вселенных. Изменения были ограничены двумя планетами, которые развивались очень похожими путями из-за того, что основывались на схожем паттерне. Одна была затронута сильнее другой, но у двух миров было много общего.

— Две планеты.

— По одной из каждой вселенной, но ставшие безумными эхо друг друга из-за общего происхождения. Паттерны из существующих вселенных, сплетенные вместе. Базовый шаблон был одинаковым для обоих, поэтому эти миры эхом отзываются друг в друге в мелочах и в великом. Эти отголоски сохраняются до настоящего времени, влияя на все — от эволюции существ, живущих на них, до мифов, сформированных их обитателями. Это также причина, по которой в более магическом мире была более высокая доля пришельцев из менее магического, чем из других вселенных с низкой магией.

— Почему это было плохо? — спросила Хельсвет. — Это причинило какой-то вред?

— Космос имеет механизмы, по которым он работает, — объяснила Доун. — Великие астральные существа — это проявления этих механизмов, а также смотрители, ответственные за решение проблем с механизмами. Они — боги космоса. Предыдущий Строитель сбился с пути, вынудив других санкционировать и заменить его, прежде чем он вызвал каскадную катастрофу, которая вывела весь космос из равновесия.

— Значит, Строитель отличается от других великих астральных существ тем, что его возвысили, чтобы он взял на себя роль, вместо того чтобы быть её проявлением.

— Да, — сказала Доун. — Вот почему ему не хватает почтения к своей основной задаче, что является определяющей чертой других.

— Но вы сказали, что другие не возражают.

— Отстраненность от его задачи создания семян миров означает, что он не пойдет по тому же пути, что и его предшественник.

— Но это все равно оставило два мира под влиянием старого Строителя.

— Да, — сказала Доун. — Из двух миров один был результатом скромных изменений. Если бы его оставили в покое, он бы не показал аномалий сам по себе, прожил бы свое существование и в конечном итоге закончился бы вместе с остальной вселенной. Второй мир был более комплексным экспериментом, более нестабильным. Мировой Феникс была вынуждена вмешаться и укрепить размерную мембрану этого мира, ограничивая поток магии из астрала. Это было сделано для того, чтобы предотвратить проявление аномалий и дестабилизацию мира.

— Это в лучшем случае периферийно к роли Мирового Феникса, — сказала Хельсвет.

— Да, — согласилась Доун. — Строго говоря, она должна была позволить миру уничтожить себя, а затем исправить возникший пространственный разрыв. Однако, хотя она отчужденна и выше нас, смертных, Мировой Феникс не лишена сострадания. Она сделала все возможное, чтобы спасти этот мир, укрепив размерную мембрану. Это было несовершенное решение, которое теперь грозит распутаться. Новый Строитель, как часть своего личного проекта, предоставил знания божеству, которые были использованы для создания связи между двумя мирами, используя их сходство в качестве основы.

— Какая связь?

— Та, что выкачивает магию из более магического мира в менее магический, минуя размерную мембрану. Это не уменьшает нормальный магический уровень, но циклический магический поток все чаще задерживается, вплоть до того, что теперь он полностью останавливается.

— Вы говорите о всплеске монстров, — сказала Хельсвет.

— Да, — подтвердила Доун. — Намерение состоит в том, чтобы выкачивать магию в другой мир, пока не произойдет обратный удар, отражающийся через связь, создавая гораздо более резкий магический поток, чем обычно. Это ослабит размерную мембрану настолько, чтобы Строитель мог начать вторжение из своей собственной сконструированной реальности.

— Конечно, ему нельзя позволить это сделать, — сказала Хельсвет.

— Не до тех пор, пока он использует посредников, — сказала Доун. — Людей своего созданного мира, свой культ, даже богов мира, который он намерен захватить. Он раздвигает границы, но избегает пересечения каких-либо линий. Пока что.

— Что это сделает с менее магическим миром?

— Я не уверена, что кто-то действительно знает, — сказала Доун. — Строитель пренебрегает им как неважным, средством достижения цели. Ему все равно, уничтожат ли его бог и смертные агенты. Он недооценил, насколько яростно отреагирует Мировой Феникс, поэтому теперь ему нужно, чтобы она действовала и предотвратила уничтожение того мира, иначе он будет санкционирован, как его предшественник.

— Пришелец.

— Да. Мировой Феникс не может действовать напрямую и не поддерживает ветви своего культа в смертных мирах. Как это свойственно ей, она предприняла различные, более косвенные шаги, чтобы исправить ситуацию. Из сил, которые она привела в движение, она определила, что пришелец обладает наибольшим потенциалом. Значит, ему предстоит предотвратить уничтожение одного, возможно, двух миров.

— Это слишком много для плеч одного человека.

— Да, — сказала Доун. — Будем надеяться, что он перестанет позволять себя убивать.

* * * — Куда мы направляемся? — спросила Хельсвет. Она и Доун все еще находились в астральном корабле, который путешествовал уже некоторое время. Доун привела её в домик и заварила им напиток из морских водорослей, добытых в её родном мире.

— Ты ощущала присутствие Мирового Феникса, — сказала Доун. — Ты носила звездное семя внутри себя более половины своей жизни. Ты даже недолго была сосудом для самого Мирового Феникса, как будешь снова в будущем.

— Причастие было величайшим трепетом и честью моей жизни, — сказала Хельсвет. — Мне жаль, что ваше время в качестве сосуда подходит к концу.

Первая Служительница, помимо того, что была главой культа Мирового Феникса, была основным сосудом великого астрального существа. В отличие от одноразовых сосудов, которые использовал Строитель, сосуды алмазного ранга великих астральных существ могли как выдерживать напряжение силы, овладевающей ими, так и сохранять свое «я» после того, как она покидала их. Однако даже у обладателей алмазного ранга были свои пределы, и в конечном итоге их души больше не могли выдерживать эту силу. Это не имело никаких длительных последствий, пока они передавали роль сосуда. Это даже имело эффект укрепления души с течением времени, оставляя бывших сосудов пиковыми сущностями, даже среди обладателей алмазного ранга.

Доун одарила Хельсвет теплой улыбкой.

— Причастие — это радость, — сказала она. — То, что мы испытываем в таких случаях, однако, — лишь эхо песчинки, падающей на землю на другом конце света. Обитать в смертном — значит быть ограниченным им.

— Великие астральные существа не могут показать свое истинное величие через нас, — сказала Хельсвет. Это казалось ей совершенно логичным.

— Я подозреваю, что дело в чем-то большем, — сказала Доун. — Я подозреваю, что на поведение великих астральных существ, занимающих смертные формы, глубоко влияет сосуд, который они населяют. Они в целом следуют своему естественному направлению, но я видела, как они действуют подобным образом достаточно часто, чтобы сделать вывод, что их специфическое поведение сильно формируется их смертными сосудами.

— Что заставляет вас так думать? — спросила Хельсвет.

— Тот факт, что они кажутся такими… смертными. Мелкими, ограниченными, в том смысле, который я могла бы ожидать от себя, но не от Мирового Феникса, Жнеца или Небесной Книги. Возможно, Строитель, так как он начинал как смертный.

— Думаю, я понимаю, что вы имеете в виду, — сказала Хельсвет, нахмурившись в раздумьях. — Когда я вспоминаю свой опыт в качестве сосуда, я чувствовала, насколько великим был Мировой Феникс. Как будто ему нужно было использовать меня, чтобы действовать, но что я каким-то образом осквернила его. Я отчетливо чувствовала, что я мала и недостойна.

— Скоро ты поймешь лучше, — сказала Доун. — Я везу тебя увидеть Мирового Феникса лично.

Доун усмехнулась шоку Хельсвет, у которой расширились глаза.

— Лично?

— Именно так, — сказала Доун. — Мы не будем близко, потому что, алмазный ранг или нет, сила, которую он излучает, уничтожит нас. Он будет знать, что мы там, и мы будем знать это.

— На что это похоже? — нерешительно спросила Хельсвет.

— Я никогда не встречала языка, который мог бы это передать, — сказала Доун. — Ты чувствуешь себя самой маленькой вещью в космосе, но частью чего-то настолько великого и необъятного, что твой разум не может это постичь. Мировой Феникс будет общаться с тобой, но не так, как ты испытывала через звездное семя. Это не какое-то грубое смертное средство. Представь, что ты воспринимаешь всю историю космоса как язык.

— Не думаю, что смогу, — сказала Хельсвет.

— Хорошо, — сказала Доун. — Это именно тот настрой, с которым нужно идти.

ЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ ДЛЯ ШТАНОВ

ЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ ДЛЯ ШТАНОВ

Джейсон Асано пришел в себя, окруженный огненной, трансцендентной энергией. Она жгла, но без жара; он чувствовал ее потустороннюю силу, однако она не причинила ему никакого вреда. Энергия исчезла, и он рухнул на холодный, твердый пол. Ощущение прохладной плитки под телом подсказало ему, что он гол. Почему-то он удивился, что это не трава, и его мысли вернулись к тому разу, когда он в последний раз проснулся дезориентированным и голым. Его только что выбросило между мирами, тело казалось странным, только что воссозданным из магии. Сейчас он испытывал то же самое.

Воспоминания всплывали вспышками. Падение с башни. Боль, гнев, триумф. Смерть. Он сражался со Строителем — тщетная попытка, так как его силы не возымели эффекта. Строитель поймал его. Заковал в цепи, чтобы выставить напоказ перед его командой. Это богоподобное существо было сродни божествам греческих мифов: горделивое, мелочное и тщеславное. Возвышающееся над смертными. Оно дало Джейсону критический шанс.

Он выбросил их обоих из башни Строителя в отчаянной попытке выиграть время для своей команды. Он не знал, сработало ли это, положили ли они конец плану Строителя и, будем надеяться, выбрались ли живыми. Последнее, что он помнил, — это падение, каменные шипы ярости Строителя, вонзающиеся в его тело. Безумный вихрь, когда он летел сквозь воздух, и тьма, поглотившая его до того, как он ударился о землю.

Затем он очнулся там, где находился сейчас. Мозг подсказывал, что с момента падения с башни прошли лишь мгновения, но душа говорила об обратном. Она несла в себе отголосок какого-то столкновения, о котором мозг не сохранил воспоминаний.

Это был не первый раз, когда Джейсон испытывал подобный диссонанс. Битва со Строителем за судьбу его души, когда тело Джейсона уже было захвачено звездным семенем, была такой же. Словно просыпаясь от сна, он чувствовал воспоминания, которые должны были быть там, но оставались вне его досягаемости.

Ближе всего к воспоминанию было ощущение путешествия, причем не в одиночку. Его глаза были закрыты, пока он лежал на холодном, сыром полу, но магические чувства подсказывали, что в здании, не говоря уже о комнате, больше никого нет. Его чувства ауры улавливали крыс и насекомых — их было довольно много, — но не людей.

Он открыл глаза и сел. Перед ним было открыто множество системных окон, но он отмахнулся от них. Они сжались на периферии его зрения, и он осмотрел себя, подтвердив, что гол. Колотые раны на груди исчезли, хотя на их месте остались шрамы. Один был у основания горла, где его как раз прикрыла бы рубашка с высоким воротником, если бы он был в ней.

Следы казались давно зажившими и были далеко не первыми его постоянными напоминаниями о прошлых битвах. Большинство из них появилось благодаря Строителю. Весь его торс был испещрен шрамами от мест, где фрагменты звездного семени были извлечены из его тела. К ним добавились новые следы от того, как Строитель пронзал его несколько раз, хотя самый большой шрам оставался первым. Широкий шрам, идущий от правого бедра через живот и вокруг левого бока, был тем, к чему Строитель не имел отношения. По крайней мере, он соответствовал теме врагов, с которыми ни один здравомыслящий человек не стал бы сражаться.

Осматривая торс, он понял, что волосы на груди тоже исчезли. Он провел руками по своей лысой голове, простонав, когда обнаружил, что все его волосы снова бессердечно покинули его.

— Опять? — пожаловался он пустой комнате. — Это моя лучшая черта.

Джейсон перевел внимание на комнату вокруг себя. Окон, чтобы впустить свет, не было, но его самой первой магической способностью было видеть сквозь тьму. Комната была большой и пустой, плиточный пол и оштукатуренная стена были сильно потрескавшимися. Воздух был спертым и сырым, с привкусом нездорового роста, словно грибок или плесень.

Это явно было заброшенное здание. На потолке висела сломанная люминесцентная лампа, а пара двустворчатых дверей заставила его подумать о школе или, может быть, больнице. Он вздрогнул, осознав, что это архитектура его родной Земли, а не магической альтернативной версии, в которую он был заброшен.

Он направил свои чувства за пределы остатков мощной магии, которая выбросила его туда, где он находился. За ними магия была слабее всего, что он чувствовал даже в низкомагическом Гринстоуне. Она была на уровне, который можно ожидать от мира, где настоящая магия неизвестна. Он не чувствовал ничего, кроме немагических аур животных, снующих по заброшенному объекту.

Джейсон пытался собраться с мыслями, когда почувствовал, что внутри него что-то назревает. Это было то, что он уже испытывал раньше: трансфигурация одного из его даров иномирянина. Обычно они вызывались экстремальными событиями, и возвращение с того света должно было быть довольно высоко в этом списке. Изнутри его тела начал исходить свет, янтарный свет, который загорелся под кожей. Он чувствовал перемены внутри себя, когда магия, составляющая само его существо, претерпевала трансформацию.

* Расовая способность иномирянина [Инвентарь] эволюционировала в [Духовное хранилище].

В любое другое время это событие имело бы огромное значение. Однако после возвращения с того света и возвращения домой это было лишь отвлечением. Джейсон лишь мельком взглянул на уведомление, прежде чем свернуть его вместе с другими системными окнами. У него и так было слишком много дел. Его разум был переполнен и кружился от всего произошедшего. Его команда, его смерть и возрождение. Разлад между воспоминаниями его разума и души. Его явное возвращение в свой мир. Ему нужно было время, чтобы разложить все по полочкам, которые он мог бы обработать.

Он понятия не имел, какая судьба постигла его команду. Запертые в астральном пространстве, они мчались, чтобы остановить Строителя от пробуждения его гигантских големов и использования их для вторжения в другой мир. Он решил пожертвовать своей жизнью, чтобы выиграть им достаточно времени, но удалось ли это?

— Ладно, — сказал он себе, качая головой, пытаясь отбросить множество странных ощущений, которые он испытывал. — Оценить обстановку, сформулировать план действий. Что мне нужно и как мне это получить? Мне нужны штаны. Опять. Мне нужны волосы. Ну, я хочу волосы. Мне нужно знать, что случилось и где я.

К счастью, у Джейсона было лучшее решение для штанов, чем в прошлый раз, когда он прибыл в другой мир, голым и лысым. С одной мыслью его окутал темный туман, исчезнувший через мгновение и явивший Джейсона в одном из его заранее подготовленных нарядов. Он выбрал элегантный костюм в стиле Витесс. Он был сродни повседневному дизайнерскому костюму из его собственного мира с небольшим оттенком фэнтезийного косплея. То, что носил бы эльф-биржевой маклер в свой выходной.

Это был один из многих нарядов, предоставленных для его гардероба Гилбертом из «Устойчивых нарядов Гилберта для взыскательного джентльмена», хотя он с нетерпением ждал возможности заменить все на одежду бронзового ранга, как только вернется в Гринстоун. Если это вообще возможно.

Одежда железного ранга имела базовые зачарования самоочистки и ремонта, а также некоторую очень легкую защиту. Конечно, ничто из этого не выдержало бы суровых условий битвы с монстрами.

Разобравшись с одеждой, он перешел к волосам, осторожно нанеся крем для роста волос Джори, который был припрятан в его инвентаре. Он почувствовал, как волосы быстро растут на скальпе, странное, зудящее ощущение. Это, несомненно, была копна непослушных волос, но ее хватит, пока он не найдет парикмахера.

Удовлетворение этих простых потребностей заставило его почувствовать, что он гораздо лучше контролирует обстоятельства. Он вспомнил, как впервые проснулся в новом мире, голым, лысым и сбитым с толку. Один только вопрос со штанами был испытанием, не говоря уже о более масштабных вопросах. Если снова появятся каннибалы, он готов дать им отпор.

Решение мелкого вопроса со штанами придало Джейсону больше уверенности в решении более крупных вопросов. Чтобы выяснить, что с ним случилось, он открыл системные сообщения, которые отложил в сторону.

* Вы умерли. * Все снаряжение возвращено в ваш инвентарь. * [Токен Мирового Феникса] был поглощен.

— Это объясняет, как я выжил, полагаю — я не выжил.

У него было лишь смутное воспоминание о том, как появилось это системное окно, когда все начало угасать. Он закрыл его и перешел к следующему сообщению.

* Вы переродились. * Вы получили благословение Мирового Феникса. * Если вы примете благословение, ваша расовая способность иномирянина [Астральное сродство] эволюционирует в [Нирваническая трансфигурация]. * Если вы отвергнете благословение, ваша способность останется неизменной и может быть эволюционирована обычными средствами или другими благословениями в будущем.

Джейсон расхаживал взад-вперед по пустой комнате. Назвать возвращение с того света приятным сюрпризом было бы довольно значительным преуменьшением. Токен Мирового Феникса всегда был загадкой, но, оглядываясь назад, он чувствовал, что это должно было быть очевидно. Богиня Знание сказала ему, что ему не хватает веры, чтобы использовать его. Он наконец понял, поскольку самоубийство для активации токена потребовало бы большой веры в то, что это сработает.

Вопрос о том, как он прибыл, решен, остался вопрос о том, куда он прибыл. Все говорило ему, что это его собственный мир, но это вызывало у него нервозность из-за того, что он может ошибаться. С опозданием он вспомнил, что может просто проверить, и открыл свою способность карты, чтобы посмотреть список местоположений вверху.

* Зона: Региональная больница Касселтон-Уэст [заброшенная] (родильное отделение).

Он застыл, как олень в свете фар, глядя на эти слова. После долгого, ошеломленного момента он перевел взгляд на саму карту и уменьшил масштаб. Он расширил обзор от больницы до всего города, затем до более крупного региона Касселтон. Вот его родной город, Касселтон-Бич. Большая часть карты была открыта, так как он объездил почти всю ее в какой-то момент своей жизни. Он продолжал расширять обзор через Среднее Северное побережье до всего Нового Южного Уэльса, а затем до всей Австралии. Когда он уменьшил масштаб до всего мира, континенты были там, где они должны быть, а не в кривом зеркале географии магического мира.

Джейсон долго смотрел, не смея поверить. Затем он закрыл карту, толкнул тяжелые распашные двери и бросился через заброшенную больницу. Он родился здесь, но ее закрыли, когда Джейсон был еще ребенком. Последние пятнадцать лет она была в основном местом, куда приходили курить местные подростки. Здание было опустошено, не оставив ничего, что могло бы преградить ему путь, когда он помчался по коридору в поисках окна.

Он нашел палату для пациентов, окна которой были непрозрачными от лет без чистки. Не раздумывая, он выхватил меч из инвентаря и ударил ножнами в окно, заставив стекло дождем посыпаться наружу. Он был на четвертом этаже, глядя на полупромышленную часть Западного Касселтона, где располагалась больница.

Стояла глубокая ночь, и небо поливало дождем. Облака скрывали луну и звезды, но уличные фонари отражались от мокрого асфальта улицы. На другой стороне дороги был магазин готовой еды, который он помнил. Он закрылся вскоре после больницы. Рядом с ним было главное депо региональной автобусной службы Касселтона, автобусы были припаркованы на ночь. Это было далеко не красивое зрелище, но для Джейсона оно было прекраснее заката.

— Я дома.

Слова вырвались дрожащим шепотом, словно он боялся, что если произнесет их, они станут неправдой. Его разум снова пошатнулся. Прибытие Джейсона в магический мир стало резкой разделительной чертой. Разница между тем, что было до этого момента, и после, была как две разные реальности. Которыми они и были, если подумать.

Видеть свой старый мир новыми глазами было странно. Тьма не скрывала его зрение, которое было острее, чем когда-либо прежде. Цвета имели глубину и нюансы, которых он никогда не осознавал, в то время как воздух нес в себе сложность ароматов, которые он никогда не смог бы уловить, когда был человеком. Он мог почувствовать озоновый привкус воды на силовых кабелях, почувствовать запах травы заросшей территории больницы. Сырость и плесень внутри заброшенной больницы, и даже остаточный след дезинфицирующего средства, спустя пятнадцать лет после того, как его в последний раз использовали.

Его брат, Кайто, однажды стал безрассудным со своим велосипедом, когда Джейсону было девять лет. Он застрял в больнице на несколько дней, и их сестра каждый день возила Джейсона навещать его. После этого они покупали чипсы в магазине готовой еды через дорогу. Теперь, под мощным новым восприятием Джейсона, знакомые виды были какими-то чужими. Затем он понял, что чужим был он сам.

Он не был тем человеком, который ушел. Он даже не был человеком. Он сделал глубокий, долгий вдох, который ему был не нужен, потому что ему больше не нужно было дышать. Последствия возвращения в свой мир ударили по его разуму, как шторм, обрушившийся на корабль в море. Он понятия не имел, как ориентироваться в том, что в лучшем случае будет дезориентирующим, а в худшем — смертельно опасным. То, что он узнал, и то, что он мог делать, представляло собой фундаментальный сдвиг в общем понимании реальности его мира. Само его существование стало бы возможностью для безжалостных и угрозой для тех, кто уже претендовал на то, чтобы иметь все ответы.

Это были лишь его опасения по поводу мира, в который он вернулся. У него были дальнейшие опасения по поводу его приемного мира. Самым насущным было то, что он понятия не имел, как поживает его команда, пока не найдет путь обратно через межпространственную пропасть. Это был подвиг, значительно превосходящий элементарные уроки астральной магии, которые он получил от своего товарища по команде Клайва.

Он снова беспокоился о судьбе своих друзей. Выжили ли они? Знали ли они, что он возродился в своем собственном мире? Хотя он обсуждал токен Мирового Феникса в общих чертах с некоторыми из них, он держал эту конкретную карту при себе. В любом случае, даже он не знал подробностей. Только Знание обладало всей правдой, и Джейсон не стал бы делать никаких прогнозов о том, что сделает богиня.

Эти опасения были лишь второстепенными по сравнению с тем, с чем ему предстояло иметь дело немедленно. Он понятия не имел, какова будет его ситуация теперь, когда он дома. Думают ли люди, что он мертв? Как он собирается все объяснить? Как много ему вообще нужно объяснять? Насколько он знал, время движется с разной скоростью между мирами. Возможно, его не было неделю, а возможно — десять лет.

Затем были его планы на будущее. Какими бы ни были его обстоятельства, он не собирался возвращаться в магазин канцтоваров, чтобы просить вернуть ему работу. У него в инвентаре была куча чистого золота, но это не то же самое, что иметь деньги, которые можно потратить.

— Я не могу просто заявиться в королевский монетный двор с тридцатью миллионами золотых слитков и без объяснения, откуда они взялись. Они подумают, что я наркоторговец.

Джейсон мало что знал о торговле золотом в Австралии или где-либо еще, если уж на то пошло, но он знал, что существует определенное регулирование. Покупатель лома золота мог не заметить, но если он бросит немаркированный десятикилограммовый слиток в киоске в торговом центре, они, вероятно, вызовут полицию.

За более крупными золотыми биржами следили внимательнее. Сотрудник розничного магазина, который пропал, чтобы появиться через полтора года с кучей золотых слитков, которые он не может объяснить, быстро оказался бы в комнате с федеральными агентами. Может быть, он мог бы найти какого-нибудь сомнительного типа, готового заключить сделку из-под полы, но невежество Джейсона сделало бы любую такую попытку опасным предприятием.

Джейсону мог бы пригодиться кто-то для совета, но его фамильяр, Тень, был заперт внутри его души. Все три его фамильяра были связаны с его душой, но их сосуды больше не присутствовали в его теле. Это позволило ему сделать определенные выводы.

Джейсон прошел долгий путь в своем понимании магии, с Клайвом, направляющим его обучение. Его внимание, как и внимание Клайва, было сосредоточено на астральной магии, но он все еще имел прочную основу в общих магических теориях. Это дало ему лучшее понимание процессов, связанных с его призванными фамильярами.

Сосуды его фамильяров не были буквально заключены в его крови, тени и ауре. Магическое тело Джейсона, как и тело любого человека железного ранга или выше, состояло из биомассы, которая его составляла, и магической матрицы, которая управляла этой биомассой. Магическая матрица отвечала за то, как тело взаимодействует как с миром вокруг него, так и с душой внутри него.

Сосуд фамильяра при призыве закреплялся в физической реальности путем прикрепления к аспектам матрицы призывателя, а не к биомассе. Именно по этой причине призванные фамильяры давали расширенные способности, когда их сосуды поглощались, поскольку они усиливали возможности аспекта, к которому были прикреплены.

Это знание позволило ему сделать вывод о его текущей ситуации. Поскольку духи его фамильяров уютно расположились внутри его души, а их сосуды исчезли, его возрождение произошло в совершенно новом теле. Он понятия не имел, было ли это функцией токена Мирового Феникса или просто результатом его возвращения в свой мир. Любая душа, входящая в мир, построила бы для себя новое тело, как это сделала душа Джейсона, когда он впервые стал иномирянином.

Если это было из-за того, что он иномирянин, создание тела не изменило его расовые дары так, как это произошло в первый раз. Его душа уже была затронута прохождением через астрал, бессознательно перестраиваясь, чтобы приобрести инструменты, необходимые для выживания. Его расовые дары остались такими, какими были, за исключением того, который только что претерпел трансфигурацию.

Джейсон все еще стоял перед окном, которое он разбил, дождь проникал внутрь, намочив пол. Он достал стул из своего инвентаря и сел, так как пришло время сформулировать план, который выходил за рамки штанов. Он вернулся к своим первоначальным вопросам.

— Что мне нужно и как мне это получить?

Ему нужна информация. Если ничего не пошло наперекосяк с какими-либо межпространственными потоками времени, которые могут существовать или не существовать, должно быть где-то около начала зимы. Дождь, барабанящий снаружи разбитого окна, впускал сырой холод, который определенно соответствовал этому предположению, но ему нужно было быть более точным. Ему нравился мрачный холод, проникающий через окно, после того как он провел последние полтора года, бродя по палящей пустыне, душной дельте и жарким, влажным джунглям.

Ему также нужно было знать, каков стал его статус. Считает ли мир его пропавшим без вести или мертвым? Был ли его иномирянский «я» каким-то магическим клоном, а оригинал все еще жил своей жизнью, не подозревая о том, что произошло?

Многие из этих ответов можно было получить с помощью подключения к Интернету. К сожалению, у него не было телефона, денег и транспорта. Он колебался, обращаться ли к семье, чтобы получить их, по крайней мере, пока у него не будет лучшего понимания своих обстоятельств. Затем он вспомнил об одном члене своей семьи и передумал.

У Джейсона было два дяди, один из которых был отчужден от семьи. Хиро Асано был паршивой овцой в семье из-за своей, будем надеяться, незначительной причастности к организованной преступности. Хиро мог одновременно быть полезным источником информации и способом конвертировать часть его золота в наличные. Он получит значительно ниже рыночных ставок за нелегальную продажу золота, но Джейсону нужно было лишь достаточно денег, чтобы прожить, по крайней мере, некоторое время.

Единственная проблема заключалась в том, что Хиро был в Сиднее, в сотнях километров к югу. Теоретически, Джейсон мог порталом переместиться на юг, добравшись до Сиднея за несколько прыжков. Он знал от Клайва, что все способности порталов имеют одинаковый радиус действия около сорока километров за ранг на бронзовом уровне, включая нулевой ранг. К счастью, способность Джейсона «Путь теней» была одной из его способностей самого высокого ранга, давая ему радиус действия примерно в двести километров. Его единственное беспокойство заключалось в том, будет ли сила вообще работать в бесплодной магии его собственного мира.

Обычно способности порталов переносили человека в любое место, где он был. Джейсон никогда не задумывался, включает ли это места, где он был до того, как получил силу, или до того, как он вообще стал пользователем эссенции. Это было то, что ему нужно было проверить.

Это, по крайней мере, дало Джейсону предварительный план: проверить свою способность портала, обналичить средства и осмотреться. Этого хватит для его насущных, практических проблем. Это оставило более магические проблемы, поэтому он вернулся к просмотру системных окон.

* Вы переродились.

Он задавался вопросом, почему он появился в заброшенной больнице. Она была закрыта годами, с тех пор как открылась новая региональная больница в Касл-Рич. Было ли это случайно? Если да, то это было бы довольно странным совпадением — прибыть в ту же больницу, в которой он родился.

Что-то пришло ему в голову, и он вернулся в комнату, в которую прибыл. Снаружи комнаты была выцветшая табличка. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ.

Джейсон толкнул двери и прошел внутрь. Он прибыл не на пол, а в воздух, откуда сразу же упал на пол. Он предположил, что высота была примерно подходящей для больничной койки.

— Я возродился в том же самом месте, где родился в первый раз?

ВРЕМЯ ДЕЙСТВОВАТЬ

ВРЕМЯ ДЕЙСТВОВАТЬ

Джейсон вернулся к стулу, который оставил у разбитого окна, и сел. Прохладный, чистый воздух, поступающий снаружи, пока дождь продолжал барабанить, был явным улучшением по сравнению с тем, что было заперто в старой больнице. Прежде чем сделать ход, ему нужно было просмотреть системные сообщения, которые он игнорировал. Он открыл первое.

* Вы вошли в регион магического запустения. Уровни магической плотности и магического насыщения чрезвычайно низки, недостаточны для создания спонтанных магических проявлений.

* Восстановление выносливости снижено на 50%. * Восстановление здоровья снижено на 75%. * Восстановление маны снижено на 99%.

* Потребление духовной монеты вашего ранга или десяти духовных монет на ранг ниже восстановит ваши показатели восстановления до нормальных на восемь часов. Эта продолжительность сокращается при использовании активных магических способностей.

* Ритуалы и способности призыва требуют духовных монет для активации, в дополнение к любой стоимости в духовных монетах, которую они уже имеют. Ритуалы не смогут функционировать без искусственного повышения плотности локальной окружающей магии.

* Призванным фамильярам потребуется потреблять духовную монету своего ранга или десять монет на ранг ниже, чтобы поддерживать свои сосуды. Потребление духовных монет позволит им поддерживать свои сосуды вне призывателя в течение одного дня, прежде чем потребуются дополнительные монеты. Эта продолжительность сокращается при использовании активных магических способностей.

Клайв давно предполагал, что размерная мембрана мира Джейсона гораздо более ограничивающая, чем мембрана собственного мира Клайва. Сниженные уровни магии, которые она позволяла просачиваться из астрального пространства, объясняли бы отсутствие магии, которое описывал Джейсон. Анализ способности интерфейса Джейсона полностью соответствовал этой гипотезе, отражая уровень магии настолько низкий, что, для практических целей, он отсутствовал полностью.

Отсутствие магического проявления означало отсутствие монстров, отсутствие эссенций и отсутствие камней пробуждения. Если у кого-то уже не было магических инструментов и способностей, взаимодействие с мизерным уровнем магии мира было бы невозможным.

К счастью, у Джейсона не было недостатка в духовных монетах. Месяцы мародерства их у монстров, когда их негде было потратить, оставили Джейсона с серебряными монетами в количестве нескольких тысяч. Бронзовых монет было достаточно, чтобы использовать их бесконечно, а если он опустошит свои железные монеты, то сможет плавать в них, как Скрудж Макдак.

— Строитель мог бы многому научиться у Диснея, — пробормотал Джейсон про себя, открывая инвентарь, чтобы достать монету. Сделав это, он заметил, что его запас ядер монстров теперь занимает счетчики валюты, как духовные монеты, вместо того чтобы занимать место в ячейках его инвентаря. Он предположил, что это один из эффектов эволюции его способности инвентаря, и сразу же заметил еще одно отличие.

Размерные сумки, которые он использовал для расширения ячеек инвентаря, больше не находились в соответствующем месте в его отображении инвентаря. Места для них были удалены, заменены кнопкой для расширения количества ячеек в его инвентаре. Что бы ни изменилось в его силе, вместимость больше не казалась проблемой.

Духовные монеты и ядра монстров были лишь началом сокровищ, которые заставляли его инвентарь трещать по швам, что делало дополнительную вместимость очень кстати. Между мародерством монстров и сбором мусора в астральном пространстве, Джейсон и его команда сбросили всю свою добычу железного ранга, чтобы освободить место для хороших вещей. Сокровища были разделены между Джейсоном, Хамфри, Клайвом и Белиндой, у каждого из которых были свои места для хранения.

Еще больше было навалено в запасных комнатах облачного дома Джейсона. Это была добыча с самым низким приоритетом, так как она была недоступна, пока магическое здание хранилось внутри облачной фляги. Между его инвентарем и тем, что было перенесено в доме, у Джейсона было достаточно эссенций и камней пробуждения, чтобы превратить дюжину человек в пользователей эссенции, в комплекте с полными наборами способностей.

Пользователи эссенции, о которых идет речь, были бы довольно однообразными, однако, поскольку среда астрального пространства производила много дубликатов эссенций. Половина из них были эссенциями растений, а большинство остальных распределялись между ядом, мощью и горсткой эссенций животных. Все это были эссенции обычной редкости, но у него также было несколько необычных эссенций роста и жизни, плюс драгоценная горстка более экзотических.

Остальная часть добычи была заполнена различными магическими предметами, которые они подобрали. Большинство из них были оставлены для продажи; команда уже забрала все, что хотела для себя. В облачном доме было даже больше предметов, которые могли служить большим, хотя и менее удобным, размерным пространством.

К счастью, облачная фляга в его инвентаре была полной, так как облачный дом был возвращен в нее перед финальной битвой. Именно там они хранили предметы, которые занимали бы больше всего места в их способностях хранения, наряду с вещами, которых у них было много, но которые, как они знали, они не будут использовать. Поскольку у Джейсона был облачный дом, он привез с собой основную часть добычи команды, даже если это были менее ценные вещи.

Он перешел к следующему системному окну.

Титул: [Неукротимый]

* Ваше неоднократное неповиновение перед лицом более могущественных врагов и готовность пожертвовать всем ради дела оставили след на вашей душе. Ваше сопротивление подавлению ауры дополнительно усилено и игнорирует разницу в рангах.

* Ваша сигнатура ауры изменилась. Ваша непоколебимая решимость наполняет вашу ауру и может быть обнаружена, если ваша аура будет внимательно изучена или когда она будет сильно проецироваться. Союзники в пределах вашей ауры имеют повышенное сопротивление подавлению ауры.

То, что не убивает тебя, делает тебя сильнее, не всегда было правдой, но любой, кто мог полностью оправиться от душевной травмы, обнаруживал, что в результате стал сильнее. Это было то, что Джейсон испытывал не раз, и, несмотря на всю силу, которую это ему дало, это оставило его неуверенным в том, стоили ли эти приобретения такой цены. Не было никаких сомнений в том, что это привело к некоторым из его самых мощных способностей, но его страдания изменили его во многих отношениях, помимо простого повышения силы.

Когда восстановление после душевной травмы влияло на способности Джейсона, его способность интерфейса использовала титулы, чтобы перевести шрамы на его душе в игровые термины. Ему не нужны были новые шрамы на груди, чтобы знать, что его душа снова прошла через горнило. Ему говорили, что душевные шрамы редки, но его душа была избита и побита до такой степени, что весь его торс был ландшафтом рваных отметин и комковатой рубцовой ткани. Даже несмотря на то, что его тело было совершенно новым, испытания его души проявились на нем.

Он задавался вопросом, остается ли глубочайший ущерб скрытым. Глядя в дождливую ночь своего собственного мира, он не был уверен, принадлежит ли он здесь после того, кем он стал. Не как магическое существо, а как человек. Он больше не был человеком, но сколько своей человечности он отбросил?

Первым человеком, которого он убил, был Ландемир Вейн, случайно, в безумной схватке, защищаясь. Это насилие потрясло его до глубины души, оставив его почти кататоническим развалиной. Это было не последнее его убийство, в тот первый день или в последующие дни. Руфус предупреждал его, что это будет только начало, но он был таким самодовольным, глядя свысока на Руфуса, Фарру и Гэри из-за их черствого отношения. Он решил быть другим. Теперь он убивал не меньше, чем любой из них, вероятно, больше. Он все еще не был уверен, наивность это была или порядочность, которые он отбросил по пути.

Он никогда не узнает, сколько соплеменников Устеи пало от его недугов в битве на песчаной барже. Теперь он сожалел о своем участии, но это не вернуло к жизни людей, которых он убил. В то время он был захвачен диким порывом приключенческой жизни, даже не задумываясь о реальности того, что он делает.

В тот день он просто следовал приказам, убивая без разбора и даже не чувствуя себя плохо. Так много крови на его руках, но он был взволнован своим первым повышением атрибутов, вместо того чтобы быть в ужасе от бойни, в которой он не просто участвовал, а упивался.

Может быть, лучшего решения не было, и битва с Устеи была неизбежна. Безусловно, правда в том, что их нужно было остановить от буйства по деревням, убийств и захвата рабов. Но была ли предпринята хоть какая-то реальная попытка мирного решения? Джейсон не был настолько глуп, чтобы думать, что покончил с убийствами, но он хотел быть уверенным в себе, что это правильный поступок, вместо того чтобы просто принимать заверения других. Даже сейчас он почти ничего не чувствовал. Ни тошноты в желудке, ни дрожи в руках. У него были серьезные сомнения в собственном суждении.

Он совершал другие ошибки в своем поиске примирения со склонностью к насилию, которую обнаружил в себе. Его черствость росла, и от его рук погибали люди, которые, как он знал, не должны были погибнуть. Третьесортных авантюристов, которых Тэдвик послал за ним, можно было отправить восвояси с той же легкостью, с какой он перебил половину их числа. Он отнял их жизни, попавшись в ловушку собственной темной мифологии.

Убийство стало легким, даже обыденным. Он говорил себе, что это необходимо; он должен был послать сообщение следующим людям, которые придут за ним. Истину, которую он теперь понял, заключалась в том, что он попал в ловушку собственного эго и силы.

Руфус предупреждал его, что ему нужно закалить себя к реалиям жестокого мира. Это было необходимо, когда монстры угрожали невинным людям, а власть превращала эгоистов в тиранов. О чем он предупреждал Джейсона, так это об опасности самому стать одним из этих тиранов. Бог Владычество видел это и, по-видимому, одобрил.

Он пытался сбалансировать себя. Невинность уже не вернуть, но он, по крайней мере, пытался отступить от темной пропасти. Он не хотел идти против бандитов, захвативших какой-то пустынный город. Он знал, что будет слишком легко оправдать убийство перед самим собой, но все же позволил себя уговорить.

Его количество убийств за день достигло тридцати семи. Три дюжины человек за один день. Он не мог сказать, что остался равнодушным к масштабу своих действий, но самым осуждающим было то, что он не сожалел о них. Это была мрачная работа, выполненная с мрачным удовлетворением.

Человек, который прибыл в тот магический другой мир, был не тем человеком, который покинул его. Глядя на темное, наполненное дождем небо своего собственного мира, он не мог не задаться вопросом, есть ли для него здесь еще место. Он не был уверен, что заслуживает его.

Джейсон покачал головой, чтобы развеять мрачные мысли. Несмотря на все свои темные дела, он сделал и много хорошего. Прошлое не изменить, поэтому все, что он мог сделать, — это двигаться вперед и продолжать стараться изо всех сил. Тем временем он открыл следующее системное окно.

* Вы получили благословение Мирового Феникса. * Если вы примете благословение, ваша расовая способность иномирянина [Астральное сродство] эволюционирует в [Нирваническая трансфигурация]. * Если вы отвергнете благословение, ваша способность останется неизменной и может быть трансфигурирована обычными средствами или другими благословениями в будущем.

Он понятия не имел, чего Мировой Феникс хочет от него или почему он подсунул ему токен, когда его душа протаскивалась через астральное пространство на пути к тому, чтобы стать иномирянином. Согласно Клайву, сферой интересов Мирового Феникса была размерная стабильность. Его интересы лежали в событиях, которые влияли на целые реальности, с малым вниманием к делам смертных. Когда Мировой Феникс действовал в таком малом масштабе, это было косвенно и тонко. Пытался ли Мировой Феникс сделать Джейсона той бабочкой, чьи крылья привели к возникновению урагана?

У Джейсона не было понимания целей или намерений Мирового Феникса в отношении него, что и было самой проблемой. Сущности, существующие в сферах, которые он не мог себе представить, играли в игры на доске, которую он был слишком мал, чтобы видеть. Он не был заинтересован в том, чтобы быть чьей-то пешкой, и, если бы увидел шанс, предпочел бы перевернуть доску полностью.

Согласно Клайву, благословение великой астральной сущности сильно отличалось от их звездных семян. Оно не могло контролировать получателя вне обычных методов, таких как благодарность и обязательство. Способность, будучи дарованной, не могла быть отозвана, как та, что получена от божественного камня пробуждения. Это был действительно дар, которым нельзя было ни управлять, ни отозвать дарителю.

Некоторые великие астральные сущности были даже известны тем, что давали благословения тем, кто противостоял их интересам, когда их идеологии совпадали. Сам Джейсон уже получил трансфигурацию силы через благословение, любезно предоставленное токеном Жнеца. Его система не запрашивала подтверждения в то время; по-видимому, его использование токена во время поглощения камня пробуждения послужило согласием. Он просмотрел описание своей потенциальной новой силы.

Способность: [Нирваническая трансфигурация]

* Эта способность будет эволюционирована из способности [Астральное сродство].

* Ваше тело и душа будут объединены в гештальт-сущность, как физическую, так и духовную по своей природе. Это состояние даст врожденное сопротивление эффектам, которые используют разрыв души и тела.

* При получении смертельного урона ваша смерть вызовет нирваническое возрождение, восстанавливающее ваше тело до состояния полной целостности. Этот эффект не может быть вызван снова, пока вы не повысите ранг с момента последнего его использования. Эта способность изменится при достижении алмазного ранга.

* Природа вашего нового тела сделает вас невосприимчивым к другим эффектам воскрешения, включая те, что исходят от высокоранговой целительной магии. Если ваше тело будет расформировано, когда нирваническое возрождение недоступно, ваша душа вернется в чисто духовное состояние, неспособная вновь обрести физическую форму или вновь войти в физическую реальность. Эти ограничения изменятся при достижении алмазного ранга.

* Сила вашей ауры значительно увеличится.

* Ваше сопротивление враждебным размерным эффектам и разрушительному силовому урону будет увеличено. Это усиление способности [Астральное сродство].

* Потенция ваших размерных способностей и трансцендентного урона будет увеличена. Это наследуемый эффект способности [Астральное сродство].

* Физическая реальность вокруг вас станет более стабильной. Вы сможете чувствовать близлежащие апертуры астрального пространства и протоастральные пространства, сопредельные с вашим местоположением.

* Вы сможете пересекать апертуры астрального пространства, включая те, что закрыты или были запечатаны.

* Вы сможете напрямую входить в протоастральные пространства, сопредельные с вашим местоположением, или напрямую покидать протоастральное пространство в сопредельное местоположение.

* Находясь внутри астрала, вы сможете создавать и поддерживать небольшую зону физической реальности вокруг себя. Это не дает способности входить в астрал или пересекать его.

Сила казалась дико подозрительной. Во-первых, ни один расовый дар, о котором слышал Джейсон, не приближался к такой сложности. Это было больше похоже на способность эссенции после повышения ранга несколько раз. Во-вторых, она казалась очень специфической. Она была явно разработана, чтобы подтолкнуть Джейсона в определенных направлениях, по причинам, которые оставались скрытыми от него. Какова бы ни была повестка дня Мирового Феникса, Джейсон был уверен, что эта сила была разработана, чтобы служить загадочной сущности так же, если не больше, чем самому Джейсону.

У Джейсона были два дальнейших опасения. Главное из них — устранение вариантов воскрешения. Для кого-то из мира без магии это могло показаться дешевой ценой, но Джейсон уже умирал дважды. Он знал, что высокоранговая целительная магия имела чудесные эффекты, вплоть до возвращения мертвых, если целитель действовал достаточно быстро.

Хотя эффект нирванического возрождения был некоторой компенсацией, Джейсону потребовались бы десятилетия, чтобы достичь алмазного ранга, даже при далеко не уверенном предположении, что он вообще достигнет его. Все это время у него был бы только один шанс возродиться на каждом ранге, по сравнению с потенциально бесчисленными разами, когда целитель мог вернуть его с края пропасти.

Другое его беспокойство заключалось в том, что это исключало использование иномирянского эффекта, когда его душа пересекает астрал и формирует новое тело в новом мире. Он не знал, возможно ли спроектировать этот эффект без трансцендентной силы, такой как токен Мирового Феникса, но принятие этой силы полностью исключило бы его.

Это было не то, с чем Джейсон чувствовал себя комфортно. Его намерением было уладить дела со своей семьей, а затем найти путь обратно на магическую другую Землю. Он ожидал, что будет более высокого ранга, прежде чем это когда-либо станет проблемой. Бронзовый ранг казался слишком низким, чтобы найти способ пересечения миров, а на его собственной Земле не было монстров, чтобы самому прокачаться. Выяснение того, как искусственно вызвать иномирянский эффект, было единственной идеей, которая пришла ему в голову до сих пор.

Эти опасения, плюс здоровый скептицизм по поводу повесток дня великих астральных сущностей, оставили Джейсона нежелающим принимать силу. Мировой Феникс, конечно, знал, как выложить заманчивую приманку, однако. Большая часть способности казалась созданной специально для того, чтобы перенести битву к приспешникам Строителя, чем, как он подозревал, она и была.

Вопрос был в том, почему? Было ли это сделано, чтобы подтолкнуть Джейсона к принятию способности, или борьба со Строителем была всей целью? Зачем великой астральной сущности вообще прилагать усилия ради кого-то вроде него? Конечно, не было недостатка в могущественных, знающих людях, которые были бы готовы действовать от имени Мирового Феникса. Он был достаточно самосознателен, чтобы понять, что его эго, возможно, немного завышено, но даже он признал бы, что он ничем не примечателен в космическом масштабе.

У Джейсона не было намерения принимать силу, не ответив хотя бы на некоторые из этих вопросов. Он также не отказался от нее наотрез. Похоже, не было ограничения по времени на предложение, и если бы оно было, это подтолкнуло бы его к прямому отказу. На данный момент он мог просто оставить все как есть, отложив решение на потом, когда у него будет больше информации.

Наконец, он перешел к последнему окну. Это была эволюция силы, которую он получил старомодным способом: получив по полной программе. У него уже было инстинктивное чувство силы, но Клайв был прав: иметь все это расписанным было чрезвычайно полезно.

Способность: [Духовное хранилище]

* Эта способность эволюционировала из способности [Инвентарь].

* У вас есть размерное пространство для хранения.

* Вы можете вызвать врата и физически войти в свое размерное пространство для хранения. Только вы можете войти; другие не могут быть приглашены или насильно вторгнуться. Вы можете напрямую переместиться порталом изнутри пространства для хранения в другую область, используя местоположение врат в качестве отправной точки, даже если врата заблокированы или уничтожены, предотвращая обычный выход.

* Вы можете призывать фамильяров внутри пространства для хранения без использования ритуала, хотя любые материальные требования ритуала все равно должны быть потреблены.

— Видишь, вот как должна работать эволюция силы. Не восемнадцать разных вещей, никаких чрезмерных эффектов. Никаких смертей, никаких повесток дня. Просто немного дополнительной полезности, с той маленькой изюминкой, которая заставляет тебя с нетерпением ждать возможности проверить ее.

Он встал и взмахнул рукой над полом. В ответ появилась линия тьмы, ползущая по полу, как темное пламя. Он жестом указал вверх, и из теневой линии поднялась обсидиановая арка, проем которой также был заполнен тьмой, но отмечен звездами, как врата в пустоту космоса.

Джейсон взял свой стул и прошел через арку. Он вышел из идентичной арки в роскошную беседку, искусно вырезанную из мраморного обсидиана в вихре черного и белого. Беседку была круглой и имела еще три арки, расположенные на равном расстоянии друг от друга. Арка, через которую он прошел, была заполнена звездной пустотой, в то время как следующая была заполнена тем, что выглядело как вертикальный лист бурлящей крови. После этого была одна, заполненная чистой тьмой, очень похожая на его обычные портальные арки. Последняя отличалась сине-оранжевой туманностью глаза, которая была фирменным знаком Гордона.

Снаружи открытых стен беседки было темное, наполненное дождем небо. Выглянув наружу, он увидел, что беседка парит в какой-то пустой пустоте. Ни дождь, ни ветер не проникали внутрь беседки, несмотря на открытые стороны. Большой кристалл, который, казалось, естественно вырос вниз из центра арочного потолка, излучал прохладный, приятный свет.

Снаружи беседки вокруг нее вращались многочисленные объекты, каждый из которых светился трансцендентным светом, как звезды, сияющие в темноте. Глядя на них, Джейсон понял, что это предметы, хранящиеся в его инвентаре. Он выбросил стул, который держал, в качестве эксперимента. Он обрел свой собственный ореол света и присоединился к другим объектам на орбите. Джейсон заметил стопку сэндвичей, часть последней еды, которую его команда приготовила и взяла в астральное пространство. С простой мыслью Джейсона один из сэндвичей отделился от группы и поплыл к его руке.

— Хорошо, — сказал он, а затем откусил кусочек.

Он повернулся обратно к аркам, явно связанным с его тремя фамильярами.

— Хорошо, приятели. Время действовать.

Предметы влетели в беседку, исчезая в трех арках. У Джейсона было достаточно материалов, чтобы призвать Тень и Гордона по одному разу, а Колина — дважды. Наряду с потреблением материальных компонентов, необходимые духовные монеты устремились вверх и внутрь откуда-то из-под парящей беседки.

Пиявки начали высыпаться из кровавой арки, образуя кучу, из которой начали появляться полоски рваной, окровавленной ткани, чтобы начать связывать кучу в форму. Пылинки синего и оранжевого света вытекали из арки туманности, как рой светлячков, медленно сливаясь в форму Гордона. Темная фигура медленно проталкивала себя через последнюю арку, принимая гуманоидную форму Тени. Когда появился его теневой фамильяр, собственная тень Джейсона исчезла. Дополнительные темные тела появлялись из арки, одно за другим, прежде чем слиться воедино.

— Приятно снова видеть вас живым, мистер Асано.

— Приятно быть увиденным, — сказал Джейсон. — Это стало небольшим сюрпризом.

— Не совсем, — сказала Тень. — Токен Мирового Феникса в вашем распоряжении всегда был для меня утешением в отношении вашей безопасности.

— Подожди, — сказал Джейсон. — Ты знал?

— Конечно, — сказала Тень своим обычным достойным тоном. — Я не новичок.

ЛУЧШАЯ ВЕЩЬ НА ЭТОЙ ПЛАНЕТЕ

ЛУЧШАЯ ВЕЩЬ НА ЭТОЙ ПЛАНЕТЕ

Способность инвентаря Джейсона превратилась в парящую, потустороннюю беседку. В дополнение к тому, что он мог делать то, что сводилось к хранению самого себя, он мог использовать ее для повторного призыва своих фамильяров, позволяя ему воссоединиться с ними. Хотя он был рад видеть их, откровение о том, что Тень знал о природе токена Мирового Феникса, было поразительным.

— Как долго ты знал, что может сделать токен? — спросил Джейсон.

— Несколько тысяч лет, — сказала Тень.

— Тебе никогда не приходило в голову, что я, возможно, захочу узнать, что он может вернуть меня к жизни?

— Конечно, — сказала Тень. — Я выбрал вполне конкретно утаить эту информацию от вас.

— Почему?

— Мистер Асано, вы и так более чем безрассудны. Если бы вы поняли, что у вас есть инструмент, чтобы вернуть вас с того света, это только усугубило бы ваше кавалерское отношение к собственной смертности.

— Я не настолько плох.

— Мистер Асано, вы только что умерли, пытаясь устроить поножовщину с сущностью настолько могущественной, что она была вынуждена использовать прокси, чтобы не аннигилировать вселенную просто в силу своего прибытия в нее.

— О, да ладно, Тень. Это было один раз.

— Мистер Асано, поскольку у меня нет бровей, я попрошу вас представить меня с парой, чтобы я мог посмотреть на вас свысока из-под них.

— Да, ладно, — уступил Джейсон. — Я рад, что мы все выбрались.

— Я надеюсь, что в будущем вы будете действовать с большей осторожностью, мистер Асано. Мы все на это надеемся.

Джейсон повернулся к закутанным формам своих других фамильяров. Гордон был бестелесным плащом, наполненным силой, в то время как рой пиявок, Колин, был связан окровавленными тряпками в закутанную, гуманоидную форму. Оба они кивнули в знак согласия с утверждением Тени.

— Мои собственные фамильяры объединяются против меня. Какое печальное положение дел.

— Тогда я рекомендую вам перестать пытаться убить себя, — сказала Тень. — Вы доказанно хороши в этом.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — У тебя есть какое-нибудь понимание Мирового Феникса, Тень?

— Кое-что, — сказала Тень. — Вы не решили насчет силы, которую она вам предложила?

— Ты почувствовал это через нашу связь, или я что-то упустил, пока моя душа пробиралась обратно через астрал? — спросил Джейсон.

— Я воспользовался возможностью воссоединиться со своим прародителем, пока ваша душа была под его опекой, — сказала Тень.

— Ты видел своего отца; это мило. Он не дал тебе никаких идей о том, чего добивается Мировой Феникс, не так ли?

— Жнец сказал только, что сила была разработана в результате переговоров между ним и Мировым Фениксом, — сказала Тень. — Я полагаю, он утаил дальнейшую информацию, зная, что я передам ее вам.

— Еще секреты. Замечательно.

— Трансфигурация силы, которую вам предложили, необычна, — сказала Тень. — Основа — это то, что я видел от Мирового Феникса в прошлом, но рука Жнеца в ее дизайне очевидна.

— О?

— У вас есть привычка не оставаться мертвым, — сказала Тень. — Это не то, что нравится Жнецу. Однако у вас есть его благодарность. Великие астральные сущности, включая Жнеца, редко вовлекают себя в дела смертных, которые их почитают. Как правило, они ограничиваются дарованием благословений по любым критериям, которые им нравятся, используя звездные семена только для своих самых важных агентов. Строитель необычен в этом отношении, будучи гораздо более плодовитым в использовании звездных семян.

— Ты хочешь сказать, что Жнец благодарен за то, что мы помогли тем послушникам Ордена Жнеца, запертым в астральном пространстве в виде плотских мерзостей? — сказал Джейсон. — У него не было никаких сил на местах, чтобы уладить дела?

— Культ Жнеца действительно действует в этом мире, или когда-то действовал, но Жнец не общается с ними напрямую. Это было бы посягательством на домен местного бога смерти. Я сам был заперт в астральном пространстве веками и неясен в отношениях между орденом и культом. Жнец ценит, что без вас и вашей команды души его последователей все еще были бы заперты внутри бессмертных плотских мерзостей, что является прямым противоречием основным принципам Жнеца.

— Что мертвые вещи должны быть мертвыми и оставаться мертвыми.

— Да. Способность, которую вам предложили, — это компромисс, гарантирующий, что Мировой Феникс не будет просто продолжать возвращать вас каждый раз, когда вас убивают.

— Это вариант?

— Я не посвящен в древние пакты, которые регулируют взаимодействие между великими астральными сущностями, но я знаю, что Мировой Феникс редко действует напрямую — это часть компромисса, в котором она имеет право возвращать смертных из мертвых. Она рассудительна в его использовании из уважения к авторитету Жнеца в этой области. В свою очередь, Жнец работал с ней, чтобы разработать для вас грозную силу.

— Ограниченные возрождения, — сказал Джейсон. — Как когда игры Sonic the Hedgehog были еще хороши. Жнец не против того, чтобы я обманывал смерть?

— Это вопрос перспективы и авторитета, — объяснила Тень. — Жнеца не волнует, если вы обманываете смерть. Даже без магии мертвые возвращались к жизни. Миры, подобные вашему, с передовыми медицинскими технологиями делают это возможным. Жнеца волнует только то, если вы обманываете состояние мертвого. Как только ваша душа ушла в астрал, вот тогда это становится его заботой. До тех пор это дело любого бога смерти, который может быть в мире.

— Вот почему магия быстрого возрождения, которую используют высокоранговые, — это нормально?

— Существуют более мощные эффекты воскрешения алмазного ранга, которые менее своевременны, — сказала Тень. — Такие силы могут вернуть душу после того, как она покинула тело, если она задерживается в мире. Боги смерти могут вмешиваться во благо или во зло, как они пожелают, даже управляя правилами таких сил.

— Так что эта способность собрала бы меня обратно, пока моя душа была рядом, — сказал Джейсон. — Однако как только она ушла, она ушла.

— Аспект способности, который вам предлагают, который предотвращает воскрешение, не является искусственно наложенным ограничением. Это функция объединенного физического и духовного состояния, которого вы достигнете, приняв силу. Тело и душа как единая гештальт-сущность. Одним из последствий этого состояния было бы то, что как только физический элемент умирает и становится полностью духовным, он остается таким. Вместо обычной души вы были бы ближе к астральной сущности, подобной мне. Вы были бы не более способны воскреснуть, чем я.

— Могу ли я в итоге стать чьим-то фамильяром?

— Я не знаю, — сказала Тень. — Мы достигли предела моих знаний по этой теме, хотя любой призыв фамильяра является добровольным. Еще одна вещь, которую стоит упомянуть о состоянии, которое приняло бы ваше тело, заключается в том, что сущности, как духовные, так и физические по своей природе, имеют значительные преимущества при работе в межпространственном масштабе. Этот аспект — не то, что помогло бы вам сильно на вашем текущем ранге, но проявило бы свою ценность со временем.

— Так ты хочешь сказать, что твой отец убедился, что эта сила — это то, что нужно, в обмен на то, чтобы убедиться, что я останусь мертвым в следующий раз?

— Это часть этого, — подтвердила Тень. — Очевидно, что сила разработана, чтобы служить нескольким повесткам дня. Повесткам Мирового Феникса и Жнеца, безусловно. Но также и чтобы служить вашей.

— Потому что это дало бы мне инструменты для борьбы со Строителем?

— Отчасти, — сказала Тень. — Существует баланс между великими астральными сущностями, точно так же, как существует баланс между богами мира. Они держат друг друга в узде. Вот почему великие астральные сущности не дают благословения своим любимым сторонникам, которые содержат столько магии, сколько можно выдержать без того, чтобы она их не уничтожила. Это делается, чтобы избежать эскалации и минимизировать вмешательство смертных.

— За исключением того, что Строитель все равно вмешивается.

— И все же он не дарует благословение чрезмерной силы. Эта способность, которую вам предложили, является продуктом сделки, заключенной между великими астральными сущностями. Она действует вне нормального баланса. Есть цена за ее принятие, но сила намного больше, чем вы получили бы обычно.

— Это я понял.

— Мировой Феникс часто благословляет тех, кто служит его интересам, подобной способностью, хотя это кажется улучшенным вариантом. Это, как правило, высокопоставленные лица, чьи задачи включают пересечение астрала. Ваше намерение — найти надежный путь между этим миром и тем, который вы только что покинули, да?

— Да, — подтвердил Джейсон.

— Это то, что делает эту силу наиболее выгодной для вас. Эта способность не даст вам силы пересекать реальности, но она сделает иначе невыполнимые решения более жизнеспособными.

— Ты думаешь, мне стоит принять эту способность?

— Мой совет — отказаться, — сказала Тень. — Преимуществ много, но опасность, которую она представляет для вашей долгосрочной выживаемости, — это риск, который, как я думаю, вам не стоит принимать. Она ценна сейчас, но серебряный ранг занимает десятилетие или больше, чтобы пройти его. Золотой ранг займет еще больше времени, без гарантии когда-либо достичь алмазного. За те десятилетия, что это займет, вас могли бы спасти много раз могущественные целители, если вы не сделаете себя невосприимчивым к таким эффектам.

— Я не собираюсь так часто умирать.

— Вы умирали дважды за два года, мистер Асано.

— Первый раз не считается. Это не моя вина, что меня засосало в другую вселенную и мое тело распалось.

— Есть контраргумент к совету, — сказала Тень. — Я полагаю, Жнец свяжется с богиней смерти другого мира и попросит ее снизить эффективность магии воскрешения. Я подозреваю, что ваши многочисленные возрождения — по крайней мере, часть стимула, даже если это была не целительная магия, которая вернула вас.

— О, отлично. Что, если я вернусь и люди узнают, что я причина того, что исцеление понерфили? Могут ли боги просто взять и изменить то, как работают силы?

— В пределах ограничений. Они не могут повлиять на людей с этими силами, только на правила магии, в рамках которых работают силы.

— Разве это не обесценивает определенные силы эссенции?

— Нет, — сказала Тень. — Силы эссенции имеют естественный баланс. В любом месте, где местный бог смерти препятствует воскрешению, то же самое изменение усилит эффекты соответствующих способностей, не связанные с воскрешением. Целитель будет вовлечен в изменение именно по этой причине.

— И часть плана Жнеца «без воскрешения» — это продвижение этой силы Мировому Фениксу, чтобы предложить мне?

— Единственное требование, которое выдвинул Жнец, заключалось в том, чтобы любая способность, которую вам дали, устанавливала жесткие ограничения на вашу силу возрождаться после смерти. Все остальное исходит от Мирового Феникса.

— Что поднимает вопрос о том, чего хочет Мировой Феникс, — сказал Джейсон. — Я не против помочь кому-то в обмен на взаимную выгоду, но есть разница между заключением сделки и тем, чтобы быть втянутым в нее без объяснения деталей. Также я не уверен, что могу предложить. Я не могу представить ничего, что я могу сделать, что не могло бы быть сделано лучше кем-то другим. Сомневаюсь, что Мировой Феникс испытывает недостаток в добровольцах.

— Мировой Феникс не любит действовать напрямую. Он предпочитает приводить в движение вещи, которые в конечном итоге достигнут желаемого им конца.

— Так я слышал, — сказал Джейсон. — Что это значит для меня?

— Скорее всего, — сказала Тень, — Мировой Феникс верит, что вы будете естественно действовать таким образом, который способствует его целям, пока у вас есть инструменты и возможность. Поэтому он предложил их вам.

— Я не собираюсь отвергать силу с ходу. Я не неблагодарен за то, что меня вернули домой и с того света. Это не значит, что я буду подыгрывать его повестке дня без вопросов, однако. Это правда, что она не будет использовать силу, чтобы чрезмерно влиять на меня, верно?

— Способности благословения не предлагают контроль над своими получателями, — подтвердила Тень. — Даже в необычном случае, подобном этому.

— Я просто оставлю все как есть на данный момент, — сказал Джейсон. — Я могу переоценить это позже.

— Благоразумно, — одобрительно сказала Тень.

— Что скажешь, если мы выберемся из этого странного измерения и отправимся в путь, — сказал Джейсон. — Теперь, когда ты вернулся в строй, у меня больше гибкости в вариантах транспорта. Хотя, если ты превратишься в магическую карету, это будет выглядеть немного странно, едущую по улице. Даже лошадь была бы более тонкой, но не очень хороша под дождем.

— Я посмотрю, что смогу сделать, — сказала Тень.

Фамильяры Джейсона вернулись в его тело, и он прошел обратно через арку, появившись в пустой больничной палате.

— Я полагаю, что могу справиться с приемлемой формой транспорта, — сказала Тень из тени Джейсона.

— Насколько у тебя много контроля над формой ездового животного, которую ты принимаешь?

— Ваша способность определяет общие параметры, — сказала Тень. — В рамках этих параметров выбор формы за мной. В астральном пространстве, например, я мог бы превратиться во что угодно, подходящее для путешествия по джунглям, даже если это то, что я знаю, а вы нет. Я выбрал жуков-богомолов, но мог бы легко принять форму большой змеи или древесного альпиниста.

— Моим первоначальным намерением было попытаться переместиться порталом прямо в Сидней, чтобы поискать моего дядю, — сказал Джейсон. — Поскольку ты у меня есть, я думаю, я мог бы вернуться в свой родной город и проведать семью. Вопрос в том, перемещусь ли я порталом прямо туда или поеду на машине. Какая форма ездового животного подходит для больничной среды? Ты же не собираешься превращаться в машину скорой помощи?

Три тела Тени вышли из тени Джейсона и слились вместе в форму гладкого, черного двухдверного спортивного автомобиля.

— Ого, — сказал Джейсон. — Тень, ты выглядишь как машина космического ниндзя. Это реальная машина, которая где-то существует?

— Пока я придерживаюсь основных свойств транспорта, приписанных вашей способностью, я могу соответствовать своему собственному чувству дизайна эстетики, — сказала машина Тень. — Я сильно опирался на другой мир, который посетил, для этой формы. Это соответствует вашему одобрению?

— Соответствует ли супер-крутая говорящая машина моему одобрению? Тень, ты, возможно, лучшая вещь на этой планете. Это определенно отвечает на вопрос, поеду ли я или попробую портал.

Машина превратилась в облако теней, которое вернулось в собственную тень Джейсона.

— Это сделает парковку легкой, — сказал Джейсон. — Думаю, пора выбираться отсюда.

Из своего инвентаря он достал свой магический зонт. Он мог защитить его от воды, когда он был полностью погружен, так что он более чем справился бы с задачей справиться с дождем. Он выпрыгнул в окно, открыв зонт, его теневой плащ появился вокруг него, когда он поплыл к земле, как Мэри Поппинс.

Он последовал по бетонной дорожке через заросшую траву территории больницы к улице, не утруждая себя держать зонт, который послушно плыл позади него. Он закинул бронзовую духовную монету в рот, чтобы нормализовать свои показатели восстановления, мягко расширяя свою ауру. Не чувствуя никаких других аур в ней, он заставил Тень снова принять форму машины. Скользнув внутрь, он роскошно устроился на мягких сиденьях из теневой материи.

Интерьер был роскошным, в обычной цветовой гамме Тени — черном и белом. Осматривая приборную панель, он заметил, что она, по-видимому, имеет полную функциональность автомобиля.

— Тень, это аудиосистема? — спросил Джейсон.

— Я придерживаюсь параметров формы, которую принял. Это включает в себя то, что называется функциональностью Bluetooth, которая, по-видимому, не включает зубы или синий цвет.

— Хорошо. Ты можешь вести себя сам?

— Могу.

— Может, мне стоило заставить тебя превратиться в Trans Am 81-го года.

— Я не знаю, что это.

— Это для того, чтобы совершить теневой полет в мир человека, которого не существует.

— Это не облегчило мое замешательство.

— У тебя есть кнопка турбо-ускорения?

— Нет.

— Ну ладно, — сказал Джейсон. — Поехали.

* * * — Мне нужно поработать над своими навыками вождения, — сказал Джейсон, когда ехал под дождем. Это был короткий получасовой путь до его родного города Касселтон-Бич, влажные условия добавили лишь несколько минут.

В навыках Джейсона как водителя не было ничего плохого, если его единственными заботами было вождение как нормальный человек. Его проблемой была скорость и мощь, которые он мог чувствовать внутри формы машины Тени. Несмотря на то, что она издавала очень мало шума, Джейсон мог чувствовать потенциал, чешущийся, чтобы быть выпущенным. Это был охотничий кот, готовый и жаждущий прыгнуть. Потенциал этого дразнил обычные навыки вождения Джейсона, которые определенно не смогли бы справиться с ними.

— Я вполне способен двигаться эффективно и результативно на скорости, не требуя ввода от водителя, — сказала Тень.

— Говорит парень без кнопки турбо-ускорения, — сказал Джейсон.

— Я не вижу, как это относится к делу, — сказала Тень.

— Может, я мог бы найти книгу навыков вождения. Нет, это довольно маловероятно.

Джейсон использовал несколько книг навыков, чтобы дать себе базовое мастерство в алхимии и искусстве. Все, что он сделал бы, было бы смехотворным для эксперта вроде Джори, но он мог бы сделать несколько базовых расходных предметов, если бы смог найти материалы. Они были бы низкого качества, но посредственное зелье исцеления все равно лучше, чем отсутствие зелья исцеления.

Впечатляющие особенности формы машины Тени включали проецирование проекционного дисплея на лобовое стекло. Это дало ему первый вкус твердой информации относительно его возвращения, включая дату и время.

— У моей сестры день рождения на следующей неделе, — сказал Джейсон. — Как ты вообще получил эту информацию? У тебя есть Wi-Fi или что-то в этом роде?

— Напомню, что именно ваша способность отвечает за мою смену формы, — сказала Тень. — У вас есть Wi-Fi?

Джейсон вспомнил свою старую способность квеста и ее силу чувствовать вещи из мира вокруг него, которые он иначе не мог бы.

— На самом деле, возможно, есть, — задумчиво сказал Джейсон. — Магический Wi-Fi. Вероятно, он не совместим с Windows. Я определенно работаю под проприетарной ОС.

Был конец ноября, когда Джейсон ушел, а теперь был начало июня, полтора года спустя. Было совсем темно, но, немного до девяти, не слишком поздно. Он не был уверен, что будет делать, когда приедет в дом родителей. Он все еще намеревался получить больше информации, прежде чем совершить свое грандиозное возвращение.

— Есть кое-что, что, я думаю, вы должны знать, — сказала Тень. — Вы спрашивали, упустили ли вы что-то, пока ваша душа пересекала астрал. Жнец поместил другую душу рядом с вашей, которая сопровождала ее в этот мир. Это была не та душа, которую я узнал, но я полагаю, что эта душа, скорее всего, теперь иномирянин, здесь, в вашем мире.

— Думаю, я знал это, — размышлял Джейсон. — Я прибыл с этим затяжным чувством, что кто-то еще должен был быть там со мной. Выяснение того, кто они и почему они здесь, должно быть в верхней части моего списка приоритетов. Зачем твоему отцу посылать душу ко мне? Разве это не антитеза всей его цели?

— Это так, — сказала Тень. — Это была цена, которую Жнец заплатил, чтобы ограничить ваши собственные будущие возрождения.

— Какой-нибудь миньон Мирового Феникса, может быть? Кто-то, чтобы держать меня на пути?

— Возможно. Как я сказал, это была не та душа, которую я узнал.

— Думаю, мы рано или поздно выясним. Есть идеи, как мы можем найти этого иномирянина?

— Это зависело бы от условий, при которых они были помещены в мир, — сказала Тень. — Токен Мирового Феникса поместил вас в то место, где вы родились, но эта другая душа, скорее всего, появилась в случайном месте.

— Ну, иномирянин должен выделяться, по крайней мере. Насколько сложно найти одного странного человека, используя Интернет?

* * * Джейсон получил поразительное сообщение, когда достиг окраины своего родного города.

* Контакт [Эрика Асано] вошел в зону связи. * Контакт [Иан Эванс] вошел в зону связи. * Контакт [Эми Эванс-Асано] вошел в зону связи.

Джейсон сделал резкий вдох. Имена сестры Джейсона и ее семьи были затемнены в его списке контактов с тех пор, как он появился с его эволюционировавшим интерфейсом. Они жили в Мельбурне и, скорее всего, приехали на север, чтобы навестить. У них, вероятно, было немного свободного времени, и они приехали обратно в родной город Эрики на ее день рождения на следующей неделе.

* Контакт [Кайто Асано] вошел в зону связи. * Контакт [Эми Асано] вошел в зону связи.

Его брат и его жена жили рядом с родителями Джейсона, поэтому имело смысл, что они приехали в зону действия в то же время. Он проехал через пустые улицы Касселтон-Бич к своей старой улице. Темнота, дождь и его усиленные чувства сделали знакомое незнакомым.

Он остановился на другой стороне улицы от дома, где вырос. Вместо того чтобы выйти, Тень превратилась в облако тьмы, которое отступило в тень Джейсона, оставив Джейсона стоять на обочине дороги, когда он достал зонт из своего инвентаря.

Темная и тихая машина не привлекла внимания. Джейсон стоял вдали от уличных фонарей, безлунная, дождливая ночь делала его почти невидимым. Первое, что он заметил, были машины на подъездной дорожке. Ни одной из машин его родителей не было, хотя они могли быть под навесом. На их месте были те, которые он узнал как машины его сестры и ее мужа. Он понятия не имел, зачем им обоим привозить свои машины, если они ехали весь путь из Мельбурна.

Джейсон позволил своим чувствам ауры омыть дом. Он почувствовал двух взрослых, которые боролись с ребенком. Он мог почувствовать усталость и разочарование в аурах взрослых и непокорность ребенка. Она, по-видимому, не была большой поклонницей отхода ко сну.

Хотя он никогда раньше не чувствовал ауры, в них была некая знакомость. Он не сомневался, что это его сестра, Эрика, ее муж, Иан, и их дочь, Эми. Никого больше не было; его родителей нигде не было видно.

Он не видел своего брата Кайто или его жену Эми с тех пор, как они поженились. Джейсон перевел взгляд на соседний дом, где они жили. Родители Эми рано вышли на пенсию и переехали в Тасманию, продав свой дом дочери. Их щедрая цена дала молодой семье финансовый старт в то время, когда немногие молодые люди могли позволить себе дом.

Он прошелся своими чувствами по дому, чувствуя двух взрослых и двух спящих детей. У них был только один ребенок в то время, когда Джейсон уехал, младший ребенок был всего лишь несколько месяцев от роду. Ауры взрослых были пропитаны усталостью от борьбы с новым ребенком.

Джейсон перевел внимание обратно на дом, в котором вырос. Купили ли Эрика и Иан дом его родителей, так же, как Кайто и Эми купили ее дом? У Эрики, безусловно, были деньги на это, но как насчет ее телесериала, который снимался в Мельбурне?

— Вы войдете? — спросила Тень.

— Нет, — сказал Джейсон. — Мне нужно знать, что они думают, что произошло. Мне нужна какая-то история, которая подходит.

— Вы не скажете им правду?

— Ну, — сказал Джейсон, — скажем так, я появлюсь и скажу им «эй, оказывается, я жив и теперь волшебник. Также магия реальна, существуют альтернативные вселенные, и ваши самые фундаментальные представления о реальности находятся где-то между захватывающе неполными и совершенно неверными». Как ты думаешь, как бы это прошло?

— Возможно, более взвешенный подход был бы лучшим, — согласилась Тень. — Вы отправитесь в город, который упомянули, как планировали?

— Сидней, да.

— Вы попробуете портал, или хотите поехать?

— Это долгая поездка, — сказал Джейсон, — но я думаю, что мне это сейчас не помешает. Мне нужно больше времени, чтобы подумать.

НЕКОТОРЫЕ СЕКРЕТЫ МЕНЯЮТ ТЕБЯ НАВСЕГДА

НЕКОТОРЫЕ СЕКРЕТЫ МЕНЯЮТ ТЕБЯ НАВСЕГДА

Джейсон позволил Тени вести машину сквозь тьму и дождь. Темнота не мешала его зрению, но он доверял Тени больше, чем себе, в плане безопасного вождения в сырую погоду. Он также не хотел отвлекаться во время вождения; его визит домой оставил его задумчивым и серьезным.

— Нам стоит повторить эту поездку, когда погода будет лучше, — сказал он. — И днем. Тихоокеанское побережье — одно из величайших мест.

По мере того как душа Джейсона становилась сильнее, связь с его фамильярами также крепла. Даже при нынешней силе связь не была равна связи с фамильяром, но он чувствовал их больше, чем когда-либо. Они, в свою очередь, могли чувствовать его и эмоциональную суматоху, бушующую под его спокойным фасадом.

Фамильяры не знали сложной семейной истории Джейсона, и он сомневался, что Колин или, возможно, Гордон могли бы даже понять, если бы знали. Что они понимали, так это чувство, которое это порождало в Джейсоне. Он чувствовал, как они подталкивают его вперед с чувствами поддержки, улыбаясь, когда он посылал обратно свои чувства благодарности. Было утешением иметь своих странных, но верных спутников на своей стороне.

* * * Несмотря на влажные условия, Тень не считалась с ограничениями скорости и имела полную уверенность в своих способностях, поэтому Джейсон прибыл в Сидней до того, как бары перестали принимать людей. Сидней также страдал от ливня, поэтому зонт Джейсона плыл позади него.

«Каменная стена» была баром в Кингс-Кросс в Сиднее. Остаток более диких дней до законов о блокировке, это был бастион старых грубых и грязных дней. На дверях работал небольшой холм — маори, одетый во все черное.

— Эй, бро, — сказал вышибала. Несмотря на свою возвышающуюся фигуру, у него был высокий голос. Его густой новозеландский акцент делал использование слова «бро» дружелюбным и любезным, а не как у придурка из братства. — Как твой зонт держится вот так?

Джейсон взглянул на магический предмет, парящий рядом с ним. — Вероятно, магниты.

— Это довольно мило. Ты заходишь? Здесь довольно тихо, из-за дождя.

— Я ищу Хиро Асано, — сказал Джейсон. — Последнее, что я слышал, он работал отсюда.

— Без проблем, бро; я позвоню ему. Кому сказать, что ищет его?

— Его племянник.

— Ладно, дай мне секунду.

Большой человек порылся в кармане куртки в поисках телефона, который выглядел как игрушка в его огромной руке.

— Эй, это Тайка. У меня тут кто-то ищет тебя. Говорит, что он твой племянник.

Вышибала осмотрел Джейсона.

— Хороший полуяпонец, да.

Он прикрыл телефон рукой. — Ты Кайто?

— Я другой. Джейсон.

Вышибала вернулся к звонку.

— Он говорит, что он другой. Да, Джейсон.

Большой человек поморщился от того, что донеслось с другого конца, затем убрал телефон.

— Он говорит, что Джейсон мертв, бро. Он звучал довольно сердито, что кто-то утверждает, что он его мертвый племянник. Сказал, что посылает Рыка вниз. Мой совет — сделай ноги, пока он не пришел.

— Спасибо, но я в порядке.

— Если ты так говоришь. Я Тайка, кстати. Как режиссер, но я не снимаю фильмы.

— Джейсон Асано.

— Ты правда мертвый племянник Хиро?

— Фокус в том, чтобы не оставаться мертвым.

— Я вижу, как это может быть полезно. Возможно, тебе это скоро понадобится.

По сигналу, огромный белый парень зашагал из бара. Он не был таким большим, как Тайка, но выглядел как бицепс, который отрастил вокруг себя человека, купил майку и начал делать татуировки.

— Это тот самый парень? — спросил Рык. Его голос мог бы выровнять гравийную дорогу.

— Это тот самый парень, — сказал Тайка.

— Я думал, ты мог бы предупредить его, чтобы он бежал, — сказал Рык.

— Я предупредил, — сказал Тайка. — Он ответил с небрежным отсутствием беспокойства, предполагая, что один из вас сейчас будет очень удивлен.

Рык осмотрел Джейсона с ног до головы. Даже после того, как он вырос на несколько сантиметров выше с возвышением до бронзового ранга, Джейсон не был крупным мужчиной. Его сухие мышцы не подчеркивались его хорошо сшитым костюмом.

— Ты думаешь, этот парень какой-то мастер бить задницы? — спросил Рык у Тайки.

— Я видел фильмы, бро. Огромный белый чувак идет избить маленького азиатского парня? Он, вероятно, один из тех тайных кунг-фу парней. Обучен в горах или что-то в этом роде.

Джейсон наблюдал за обменом с забавной улыбкой.

— Чему ты ухмыляешься? — спросил его Рык. Он схватил Джейсона за руку и потащил к переулку. Джейсон позволил себя потащить, вне поля зрения улицы.

— Мистер Асано не любит людей, притворяющихся его мертвыми членами семьи, — сказал Рык. — Сначала ты расскажешь мне, что ты задумал. Затем я дам ясно понять, до какой степени мистер Асано расстроен.

— То, зачем я здесь, легко, — сказал Джейсон со зловещим смешком, принимая злобное выражение лица. — Моя работа была отвлечь тебя от Асано, пока остальные заходят через задний вход.

— Что? — спросил Рык, затем его глаза расширились. Он громко выругался, толкнул Джейсона на стену бара и побежал обратно тем же путем, которым они пришли.

Джейсон последовал за ним неспешным шагом. Когда он достиг Тайки, большой человек смотрел на дверь, через которую только что ворвался Рык.

— Ты применил кунг-фу к Рыку?

— Я просто сказал ему маленькую ложь, — сказал Джейсон, проходя под навесом над дверью и закрывая зонт. — Приятно познакомиться, Тайка. Я собираюсь войти.

— Ладно, бро.

Джейсон последовал за аурой Рыка через полупустой бар. Огни были такими же грязными, как и атмосфера, и никто не заметил, как зонт исчез, когда он вернул его в инвентарь. Рык промчался мимо пары крепких мужчин, стоящих перед дверным проемом, которые преградили путь Джейсону, когда он пошел следом.

Джейсон не хотел возиться с ними, применив к ним ровно столько подавления ауры, чтобы сильно напугать их, не причинив реального вреда. Пара, внезапно испугавшись Джейсона по причинам, которые они не понимали, быстро уступила ему дорогу. Джейсон прошел через дверь и вверх по лестнице. Верхний этаж был совершенно не похож на нижний, будучи чистым и хорошо освещенным. Из открытой двери в конце коридора доносился сердитый голос.

— Нет, никто не входил через задний вход. Ты сам установил эту защитную дверь. Им было бы больше удачи пройти через стену. Вот почему ты никогда не растешь, Рык. Единственная мышца, которую ты никогда не тренируешь, — это твой чертов мозг!

— Не будь слишком строг к нему, дядя Хиро, — сказал Джейсон, входя в кабинет, где Рык выглядел виноватым. Сидя за столом, был дядя Джейсона. Криминальные связи Хиро сделали его паршивой овцой семьи, и Джейсон не видел его с тех пор, как уехал в университет семь лет назад. Он был в форме и выглядел моложе своих лет.

— Джейсон?

Хиро вышел из-за стола, наклоняя голову из стороны в сторону, пока он рассматривал лицо Джейсона.

— Это правда ты?

— Это я, дядя Хиро.

Хиро моргнул пару раз, затем заключил Джейсона в крепкие объятия. Когда он отпустил его, он положил руки на плечи Джейсона, не желая отпускать его, пока он смотрел на своего племянника с сияющей улыбкой.

— Можешь идти, Рык, — сказал он, не глядя на своего бандитского приспешника.

— Вы уверены? — спросил Рык.

— Да, Томас.

Рык вздрогнул при использовании своего настоящего имени и ускользнул.

— Как ты прошел мимо парней внизу? — спросил Хиро.

— Я очень пугающий, — неубедительно сказал Джейсон.

Хиро закрыл дверь за Рыком, пока Джейсон осматривался. Кабинет Хиро был оформлен совсем иначе, чем грязная эстетика бара внизу. В нем был открытый кирпич, мореное дерево и приглушенное искусство. Кресло за столом было из кожи старой школы, практически трон. Два перед ним были не намного меньше.

Дядя Джейсона поманил его в одно из кресел перед своим столом. Вместо того чтобы вернуться за стол, он сел рядом с Джейсоном. Собственное кресло Джейсона было очень удобным, по стандартам человека, который не владел домом из магических облаков.

— Невероятно видеть тебя, Джейсон, — сказал Хиро. — Даже до всего этого прошло слишком много времени. Поминальная служба была первым разом, когда я видел твоего отца за многие годы. Мы даже поддерживали связь, по крайней мере немного, с тех пор. Твоя бабушка все еще не хочет иметь со мной ничего общего.

— Ты все-таки послал огромного человека избить меня, — сказал Джейсон. — Ты не совсем образцовый гражданин.

— Прости за это, но ты справился с Рыком ловко. Он не очень сообразительный, но это приемлемо для тупого инструмента.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Он в любом случае гигантский инструмент.

— Все еще умник, я вижу.

— Ага. Я рассматривал вариант «тупица», но решил пойти другим путем.

Хиро усмехнулся.

— Это определенно ты, ладно. Ты сильно изменился с тех пор, как я видел тебя в последний раз, однако. Ты наконец немного вырос в этот подбородок.

— Почему все так сосредоточены на моем подбородке?

— Ты шутишь? Ты мог бы бурить нефть этой штукой. Ты делал какую-то операцию?

— Какую операцию?

— Типа операции по уменьшению подбородка.

— Я не делал операцию по уменьшению подбородка!

Хиро усмехнулся, затем его лицо стало более серьезным.

— Что с тобой случилось, Джейсон? Где ты был? Почему никто о тебе не слышал?

— У этих вопросов очень сложные ответы, — сказал Джейсон. — На данный момент, скажем просто, что я выполнял работу в месте, полностью отрезанном от внешней связи. Я даже не знал, что люди думают, что я мертв, пока не поговорил с твоими парнями внизу.

— Разве остальные члены семьи не сказали тебе?

— Ты единственный, кто знает, что я вернулся. Что все думают, что со мной случилось?

— Что ты погиб при взрыве газа.

— Какой взрыв газа?

Брови Хиро поднялись.

— Был взрыв газа в твоем многоквартирном доме в Мельбурне. Он полностью уничтожил твою квартиру и добрую часть тех, что были вокруг твоей. Ты, однако, был единственной жертвой.

— В моем здании не было газоснабжения.

— Это то, что сказала твоя сестра. Она подняла большой шум из-за этого, но федералы были непреклонны.

— Федералы?

— Твоя квартира взорвалась, когда поблизости проходили одни из тех учений по реагированию на терроризм. Это были одни из первых, на самом деле; они только начали их проводить.

— Какие учения по реагированию на терроризм?

Хиро откинулся на спинку кресла, оценивающе глядя на Джейсона.

— Ты действительно был вне связи, не так ли? Армия развертывает силы по всей стране для того, что они называют учениями по реагированию на терроризм. Первые начали происходить почти два года назад, но они не получили большого внимания общественности до... ну, до того, как ты умер. Это происходит и в других странах, по всему миру. Есть спекуляции в СМИ о какой-то ожидаемой атаке, но она все не происходит. Поскольку одни из учений проходили рядом с твоей квартирой в то же время, федеральная полиция вмешалась.

— И?

— Молниеносное расследование, — сказал Хиро. — Они сказали, что это был взрыв газа, и закрыли дело к концу дня. Эрика настаивала на получении дополнительной информации, но федералы давили в ответ. Жестко, насколько я слышал. Они сказали ей отступить в самых недвусмысленных выражениях.

— Ну, это только очень подозрительно, — размышлял Джейсон. Очевидно, разрушение было вызвано астральным событием, которое отправило его в другую реальность, но почему люди скрывали это? Были ли люди, которые знали о магии и тратили свое время на то, чтобы скрывать любые ее проявления?

— Почему ты пришел ко мне? — спросил Хиро. — Я польщен, но почему не к родителям или сестре?

— Как я сказал, я был вне связи. Мне нужно знать, во что я ввязываюсь, прежде чем совершить свое грандиозное возвращение. Я подумал, что ты можешь мне помочь и будешь более готов принять «пожалуйста, не спрашивай» в качестве ответа.

— Конечно, я помогу.

— Эрика живет сейчас в доме мамы и папы?

— Живет, — сказал Хиро. — Ты заходил?

— Я взглянул, но не заходил. Где живут мама и папа? Не говори мне, что они тоже переехали в Тасманию?

Хиро сделал неловкое выражение лица.

— Прости, Джейсон, но твои родители развелись год назад. Я не очень уверен в деталях, но твой отец купил большой участок в качестве ландшафтного проекта, и он живет в маленьком коттедже на участке. Твоя мать переехала в Касл-Рич.

— Черт, — сказал Джейсон.

— Итак, что тебе нужно? — спросил Хиро. — Немного наличных? Место, где остановиться, пока ты организуешься?

— Они оба были бы отличными, — сказал Джейсон. — Я работал, но мне не платили в австралийских долларах.

— Ты не можешь сделать обмен валюты?

Джейсон слегка положил большой золотой слиток на стол Хиро одной рукой.

— Я надеялся, что ты поможешь мне переместить его, — сказал Джейсон. — Очевидно, я не ожидаю рыночных ставок.

— Джейсон, ты знаешь, что настоящее золото тяжелое, верно?

— Знаю.

Хиро подался вперед, схватив слиток одной рукой. Затем он использовал вторую и с трудом поднял его со стола.

— Иисус, Джейсон, — сказал он, положив его обратно на стол. — Во что ты ввязался? Я должен быть темным, а не ты.

— Я не делал ничего преступного, — сказал Джейсон. — За исключением тайного выезда из страны, полагаю. И ввоза незарегистрированного золота. Ладно, может быть, немного темного. Я занимался охранной работой. В Африке.

— Тебе заплатили слитком золота за тайный выезд из страны, и что? Быть охранником?

— Контрактником по безопасности.

— Наемником? Джейсон, ты хоть представляешь, как безумно это звучит?

Джейсон рассмеялся.

— Дядя, ты достаточно умен, чтобы знать, что я хожу по краю правды. Я не хочу скрывать ничего от тебя, но если бы я рассказал тебе, что на самом деле происходит? Это сделало бы то, что я говорю тебе сейчас, таким же необычным, как съесть разогретый в микроволновке ужин и лечь спать рано.

— Джейсон, увидеть, как ты ешь ужин из микроволновки, было бы необычно. Твоя сестра сожгла бы тебя на горячих углях. Почему бы тебе не попробовать рассказать мне?

Джейсон покачал головой. — Я не собираюсь лгать тебе, дядя Хиро, но мне нужно дать вещам больше обдумывания, прежде чем я начну рассказывать кому-либо что-либо.

Хиро вздохнул.

— Ладно, — сказал он, вставая. Он переместился за свой стол, взял зажим для денег из ящика и бросил его Джейсону. Затем он постучал пальцами по золотому слитку.

— Оставь это у меня, и я посмотрю, что смогу сделать. Это не моя область, так что мне придется поспрашивать. Просто чтобы ты знал, меня могут спросить, откуда это взялось, люди, от которых я не могу скрыть ответ.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Я могу справиться с людьми.

— Не с такими людьми.

— Да, дядя Хиро. С такими людьми.

Хиро посмотрел на своего племянника. В Джейсоне всегда была неуверенность, скрытая под слоями сумасшедшего остроумия, но от нее не осталось и следа. В том, как он держался, была почти властная уверенность, сидя в кресле, как король на троне. В своей работе Хиро развил хороший инстинкт на опасных людей. Эти инстинкты кричали на него прямо сейчас.

— Я попрошу Тайку отвезти тебя куда-нибудь, где ты сможешь поспать, — сказал Хиро. — У меня есть таунхаус, который я держу для важных гостей. У тебя есть телефон?

— Нет.

— Я позабочусь, чтобы у тебя он был. И ноутбук тоже. Попроси у Тайки все, что тебе нужно, и он позаботится об этом. Только не проси Рыка.

Джейсон встал и протянул руку.

— Спасибо, дядя.

Хиро тепло пожал руку Джейсона.

— Знаешь, я хотел бы услышать, что произошло на самом деле, когда-нибудь.

— Ты услышишь, — пообещал Джейсон, — но я не уверен, что ты будешь рад, когда услышишь. Некоторые секреты меняют тебя навсегда.

БЫЛО БЫ СТРАННЕЕ, ЕСЛИ БЫ МАГИЯ БЫЛА НИ ПРИ ЧЕМ

БЫЛО БЫ СТРАННЕЕ, ЕСЛИ БЫ МАГИЯ БЫЛА НИ ПРИ ЧЕМ

Аннабет Тилден разбудил телефон.

— Черт возьми, Анна.

Как и ее жену, Сьюзен. Анна схватила телефон с тумбочки и споткнулась в ванную, закрыв дверь, прежде чем включить свет и ответить.

— Что? — ответила она ворчливо.

— Директор, я просматривала ленту сетки на ночь и кое-что нашла. Мониторинговый агент списал это на сбой, поэтому я вижу это только сейчас, но я присмотрелась получше. Думаю, это заслуживает расследования.

Анна застонала, но кивнула сама себе.

— Ладно. Расскажи мне, Кети.

Кетеван не имела привычки делать необоснованные выводы. Анна очень доверяла ее аналитическим способностям.

— Мы получили попадание на сетку на Среднем Северном побережье, но это определенно не было событием. Оно было невероятно локализованным и длилось менее секунды.

— Это звучит как случайный всплеск реакции. Что делает это отличным от тех, которые мы видим весь день, каждый день?

— Две вещи, — сказала Кетеван. — Одна в том, что в то же время во Франции было почти идентичное попадание. Другая — сила реакции. Сетка зарегистрировала его как выше пятой категории.

— Нет выше пятой категории.

— Да, директор.

— Была только одна четвертая категория, и британцам понадобилась ракета «Сера», чтобы справиться с ней.

— Да, директор.

— На самом деле, им понадобилось несколько.

— Да, директор.

— Ладно, — сказала Анна. — Отправь следственную группу. Если там что-то есть, займись этим лично.

* * * — Тень, — прошептал Джейсон. — Подгони машину. Убедись, что есть место для нашего увесистого нового друга.

Несколько теневых тел незаметно отделились от тени Джейсона, когда он направился наружу, где Рык сменял Тайку на дверях.

— Не похоже, что у нас будет много трафика прямо перед закрытием, когда так льет в будний день, — говорил Рык. Они выглянули наружу, пока дождь продолжал лить на улицу.

Джейсон кивнул в знак приветствия паре огромных мужчин и протянул руку, чтобы Рык пожал ее.

— Без обид, приятель?

Рык сжал руку Джейсона своей мясистой лапой и потряс ее.

— Я просто рад, что не разобрался с тобой в переулке, — сказал Рык. — Мистер Асано был бы не счастлив, узнав, что ты правда семья.

— Не беспокойся, — сказал Джейсон. — Я бы не стал избивать тебя слишком сильно.

Тайка рассмеялся, и Рык кивнул на дверь, из которой только что вышел Джейсон.

— Что ты сделал с парнями внутри? — спросил Рык. — Ты напугал их до чертиков.

— Это трюк с языком тела, — сказал Джейсон. — Он вызывает инстинктивные реакции страха.

— Я же говорил тебе, бро, — сказал Тайка. — Он выучил тайное кунг-фу в горах. Я пойду возьму машину.

— Мы возьмем мою, — сказал Джейсон, кивнув на черную машину, подъезжающую к бару. Тень больше не была в своей предыдущей форме спортивного автомобиля. Теперь она прибыла как гладкий, но просторный четырехдверный седан с резко агрессивными линиями.

— Это отличная тачка, — сказал Тайка. — У тебя есть водитель или что-то в этом роде?

— Или что-то в этом роде, — сказал Джейсон.

В темноте и дожде окна выглядели как черное стекло, и они не могли видеть, что внутри. Джейсон обошел к водительской двери, и Тайка открыл пассажирскую дверь. Он осмотрел салон автомобиля.

— У тебя одна из тех самоуправляемых машин, — сказал Тайка. — Я не знал, что их можно купить здесь.

— Я знаю одного парня, — сказал Джейсон. — Это не совсем разрешено, так что держи это при себе, да?

— Без проблем, — сказал Тайка и забрался внутрь. Массивный маори с трудом поместился, но устроился удобно. — Это мило. Эти сиденья очень мягкие.

Тайка направил Джейсона в короткую поездку к тому, что выглядело как ветхое кирпичное здание, но на тяжелой защитной двери была сверкающая клавиатура рядом с ней. Тайка набрал код, сказав Джейсону, какой он, чтобы тот мог свободно приходить и уходить. Интерьер был в резком контрасте с внешним видом; старый кирпичный склад был отремонтирован в современный таунхаус с открытой планировкой. Нижний этаж был разделен на секции мебелью, спортивным оборудованием, отдельно стоящими книжными шкафами и кухонным островом с кварцевой столешницей. Полы были из полированного дерева, а лестница вела на мезонинный верхний уровень.

— Там одна ванная за той дверью, — указал Тайка, — и еще одна наверху со спальнями.

Тайка указал на компьютерный планшет на стене.

— Все функции умного дома идут через этот планшет, — сказал он. — Наверху есть компьютер, но я принесу ноутбук и телефон утром. В холодильнике есть еда, и вы можете заказать доставку через планшет.

— Спасибо. Мне придется поблагодарить дядю Хиро за то, что он поселил меня в таком хорошем месте.

— Думаю, он будет счастлив, что вы побудете здесь немного, — сказал Тайка. — Я знаю, что он сожалеет о том, что отдалился от семьи.

— Я знаю это чувство, — сказал Джейсон. — У тебя есть семья поблизости, Тайка?

— Есть, да. Мы с братом ввязались в какие-то бандитские дела в Новой Зеландии. Папа вытащил нас и привез сюда. Мама счастлива, так что он счастлив. Теперь я занимаюсь безопасностью и управлением объектами для мистера Асано.

— Тебе нравится работать на моего дядю?

— Это честная работа, в основном, — сказал Тайка. — Мистер Асано ведет легальный бизнес. Хорошо иметь кого-то на виду с чистыми руками, да? Мы даже работаем с копами иногда.

— Серьезно?

— Да, бро. Если ребенок какого-нибудь политика принимает сомнительные таблетки и у него случается припадок, копам достается больше, чем нам. Остановить клубные наркотики невозможно, поэтому они смотрят в другую сторону, а мы следим, чтобы они нашли тех, кто продает плохой товар. Копы могут сделать несколько арестов, а мы остаемся в стороне от неприятностей.

— Хорошо знать. Спасибо, Тайка.

— Босс сказал, что я в вашем распоряжении, пока вы в городе. У меня будет тот телефон и компьютер для вас утром. Если вам что-то нужно сегодня вечером, я в соседнем многоквартирном доме, в 2C. Ваш дядя живет в пентхаусе.

Джейсон подождал, пока Тень, у которой было тело, спрятанное в тени Тайки, не сказала ему, что большой человек прибыл в свою квартиру.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Пойдем наружу.

* * * Когда Тайка вошел в таунхаус утром, он обнаружил, что Джейсон передвинул обеденный стол, чтобы создать центральное открытое пространство, которым он пользовался. Одетый в свободные штаны и простую майку, Джейсон выполнял изящную и преднамеренную ката с впечатляющим мечом в руке. Аудиосистема играла какую-то медитативную музыку.

Джейсон не подал виду, что заметил прибытие Тайки, что было ново для Тайки. Большинство людей реагировали на прибытие ста пятидесяти килограммов маори. Тайка переместился в зону отдыха и поставил коробки с телефоном и ноутбуком, которые нес, на журнальный столик. Он взглянул на спортивное оборудование в углу, заметив, что оно было передвинуто с прошлой ночи. Все веса были установлены на максимум, с чем даже у Тайки возникли бы проблемы.

Тайка достал ноутбук и телефон и настраивал их, когда Джейсон подошел. Тайка огляделся, но больше не видел меча.

— Я знал, что был прав насчет тайного кунг-фу. Это была милая ката.

— Это скорее медитативный танец с мечом, — сказал Джейсон.

Тайка окинул его оценивающим взглядом, глядя на дверь.

— Я не видел твою машину снаружи.

— Она будет там, если мне понадобится.

— Ты загадочный парень, бро.

Джейсон блеснул улыбкой.

— Я просто притворяюсь для дам.

Тайка рассмеялся, передавая Джейсону телефон.

— Я внес свой номер в контакты, вместе с твоим дядей и текущими номерами твоих родителей, твоей сестры и твоего зятя.

— Не моего брата или невестки?

— Мистер Асано сказал, что это может быть щекотливой темой.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Внеси их.

— Без проблем, — сказал Тайка. Он забрал телефон обратно и запрограммировал еще два номера, которые прочитал со своего собственного телефона.

— Все готово. Мистер Асано так и не сказал, в чем именно проблема, — сказал Тайка, ведя разговор.

— Я был в отношениях со своей нынешней невесткой, до того как она вышла замуж за моего брата, — сказал Джейсон.

— Твой брат женился на твоей бывшей? Это не круто. Как долго после того, как ты был с ней, они сошлись?

— Во время.

— О, черт. Это отстой, бро.

— Согласен.

— Так есть что-нибудь, что ты хочешь сделать сегодня? — спросил Тайка. — Я назначил встречу с адвокатом сегодня днем, чтобы ты мог уладить юридические дела насчет того, что ты больше не мертв. Мистер Асано хочет поужинать с тобой, и ты можешь поговорить о том, о чем просил его тогда.

— Спасибо. Думаю, я проведу день в Интернете, наверстывая упущенное.

— Ты отсутствовал полтора года, да?

— Ага. Ни телевизора, ни фильмов, ни Интернета. Даже радио.

— Черт. Ты пропустил последний сезон Игры престолов.

— Он был хорош?

— Он был очень хорош. Продление его до тринадцати эпизодов, чтобы они могли должным образом развить кульминацию, было умным ходом, после того как они так спешили.

— Последнее, что я слышал, они сокращали его до шести эпизодов.

— Кто-то слил сценарии, и Интернет сошел с ума. Что-то о том, что все становятся тупыми, злыми или и тем, и другим. Они переписали все, и всем очень понравилось, как все получилось.

— Хорошо.

— Ладно. Я пойду. Если что-то нужно, позвони мне. В остальном, я заеду за тобой на обед, прежде чем отвезу к адвокату, да?

— Звучит хорошо, — сказал Джейсон.

* * * Тайка позвонил Хиро из своей машины, никто из них не знал о теневом существе, прячущем тело в каждой из их теней.

— Ты устроил Джейсона? — спросил Хиро.

— Без проблем, босс. Ну, может быть, некоторые проблемы.

— В чем проблема?

— Твой племянник странный.

— Он определенно отличается от того, что я помню. Ты думаешь, есть проблема?

— Это просто много маленьких вещей. Он исчез, да, и теперь он вернулся, весь загадочный и все такое? Что если он ЭОА?

— Очевидно, он через многое прошел, — сказал Хиро. — Это большой скачок оттуда к ЭОА, однако.

— Мы знаем, что они принюхивались, — сказал Тайка. — Ты видел, как нервно это сделало Рыка. Что если твой племянник — их дверь в дом?

— Это не в их стиле. Они действуют тяжело, не тонко. Что заставляет тебя думать, что Джейсон — ЭОА?

— Когда я проверял его этим утром, я увидел, что кто-то поставил все веса на максимум. Твой племянник не совсем огромный парень.

Хиро подумал о том, как Джейсон поднимает золотой слиток одной рукой.

— Ты думаешь, он один из накачанных головорезов ЭОА?

— Ты когда-нибудь говорил с ними? Этот наркотический коктейль, на который они их сажают, портит им головы.

— Типа повреждения мозга?

— Точно как это. Это не так плохо, но я говорил с Джейсоном некоторое время и не видел никаких признаков. Он казался тебе медленным вообще?

— Нет, босс; он кажется довольно острым. Я не могу не чувствовать, что он кажется опасным, однако.

— Я думал о том же. Следи, но убедись, что с ним ничего не случится. Если ЭОА придет в голову использовать его, это будет через захват, а не вербовку.

— Без проблем, босс.

* * * Вертолетная площадка заброшенной больницы была все еще пригодна для использования, и вертолет Аннабет Тилден приземлился в середине утра. Она была одета в деловой костюм, как и женщина, ждавшая ее с мощным фонариком в руке. Они выглядели как правительственные чиновники, что именно и было намерением.

— Директор, — громко поприветствовала Кетеван сквозь шум затихающего вертолета. Анна не потрудилась ответить сквозь шум, вместо этого позволив Кетеван провести ее внутрь здания. Коридоры были грязными, а сломанные люминесцентные лампы все равно не имели питания. Кетеван вела свою начальницу через здание при свете фонарика.

— Что у тебя есть, Кети? — спросила Анна. — У меня Инженеры Вознесения прорываются в Сидней, за которыми я должна следить, теперь эта ерунда с чудом в Детской больнице, которая взорвалась этим утром.

— Это чудо в больнице наше?

— Больница, полная детей, была таинственно исцелена ангелом из звезд, Кети. Было бы страннее, если бы магия была ни при чем.

— Это правда случилось?

— Да. СМИ даже не нужно сенсационировать. Не то чтобы они не пытались, благослови их. Тот, кто несет ответственность, явно не дает ни цента о беспорядке, который он создает, но СМИ — это проблема Терренса, к счастью. Что у тебя есть для меня здесь?

— Это определенно не был сбой в сетке, — сказала Кетеван. — Магическое событие закончилось, но оно было настолько мощным, что мы все еще можем читать остаточную магию, как будто это только что произошло. После того как наши следователи подхватили это, я отправила группу быстрого реагирования, чтобы посмотреть, что мы можем узнать.

— И?

— Ну, вы помните, что я сказала вам, что событие было локализованным?

— Нет. Ты разбудила меня посреди ночи.

— Извините, директор. Ну, оказалось, что оно было очень, очень локализованным.

Кетеван выключила фонарик, когда они достигли родильного отделения, где было установлено несколько ламп, чтобы осветить область. Группа быстрого реагирования выглядела как криминалистическая команда, когда они суетились вокруг. В родильном отделении была разложена плоская доска, и на ней был нарисован магический диаграмма. Парящей над кругом была горизонтальная фигура, которая, казалось, была сделана из огня.

— На что я смотрю? — спросила Анна.

— Насколько мы можем судить, — сказала Кетеван, — это эхо вариантного события вторжения.

— Это довольно экстремальный вариант, — сказала Анна.

— Да, — согласилась Кетеван. — Я говорила вам о номинальной силе, которая все еще регистрируется выше пяти в каждом тесте, который мы проводим. Протоастральное пространство существовало менее секунды, что довольно много меньше обычных сорока трех часов. И, конечно, вместо того чтобы покрывать километры, оно было размером и формой с человека.

— Вы предполагаете, что человек прошел через него, — сказала Анна.

— Или что-то человекоподобное, — сказала Кетеван. — Может быть, это был ангел из звезд.

НЕ СОВСЕМ ОБЫЧНАЯ ОПАСНОСТЬ

НЕ СОВСЕМ ОБЫЧНАЯ ОПАСНОСТЬ

— Как всё прошло? — спросил Тайка, везя Джейсона через город. Они ехали на одной из машин, которые Хиро держал в автопарке для своих сотрудников, — роскошном городском седане, который Тайка выбрал из-за просторного салона.

— Пришлось пройти через некоторые бюрократические препоны, чтобы легально вернуться с того света, — ответил Джейсон. — Похоже, адвокат, которого ты мне нашел, знает свое дело.

— Да, он хорош, — сказал Тайка. — У нас есть немного времени до того, как ты встретишься с дядей за ужином. Хочешь чем-нибудь заняться?

— Не думаю, что ты знаешь, где я могу достать серебряный порошок?

— Я знаю одного парня.

— Правда?

— Да, бро. Не парься.

— Ты не собираешься спрашивать, зачем он мне?

— На такой работе, как у меня, — сказал Тайка, — учишься понимать, когда стоит задавать вопросы, а когда нет.

— Ты, кажется, очень хороший сотрудник.

— Вот почему твой дядя платит мне большие деньги.

* * * Для каждого из своих теневых тел, поглощенных Джейсоном, Тень мог скрыть своего призывателя от одного вида сенсорного восприятия. Он мог приглушить звуки, исходящие от Джейсона, скрыть его запах и даже устранить тепло, излучаемое его телом. Единственными чувствами, которые Тень не мог заблокировать, были восприятие ауры и прямое визуальное наблюдение. С этим Джейсону приходилось справляться самостоятельно.

Хотя Тень не мог предотвратить прямое наблюдение, совсем другое дело — наблюдение через посредника. Эффективность маскировки зависела от используемого средства. Например, Тень мог полностью скрыть Джейсона от магического телескопа, словно тот был невидим. А вот немагические средства, такие как обычный телескоп, Тень заблокировать не мог вовсе.

Электронные устройства, вроде камер, оказались чем-то вроде «серой зоны». Тень не мог полностью исключить Джейсона из поля их зрения из-за отсутствия магии, на которую можно было бы воздействовать. Однако он мог вмешаться в сложный процесс обработки данных, происходящий в электронных устройствах. В результате для того, кто смотрел трансляцию, Джейсон выглядел не более чем размытым пятном. В условиях тени, которые магический плащ Джейсона мог использовать по максимуму, это было почти так же эффективно, как настоящая невидимость.

Тень не впервые оказался в технологически развитом мире и хорошо понимал свои ограничения, которые они с Джейсоном подробно обсудили. Одним из преимуществ Тени было сверхъестественное чутье на то, когда за ними наблюдают. Чувство ауры Джейсона могло определить живых наблюдателей, но Тень мог ощущать любые системы камер, направленные в их сторону.

Джейсон не был уверен, распространяется ли его личный иммунитет к отслеживающим способностям на телефон, поэтому решил принять меры предосторожности. С удивительной легкостью раздобыв серебряный порошок и несколько других относительно обычных материалов, он попросил Тайку высадить его обратно у таунхауса, пока не пришло время встречи с дядей.

Тень убедился, что в доме нет камер, кроме той, что была в телефоне, веб-камеры в новом ноутбуке и камеры на настольном компьютере наверху. Джейсон оставил их все на мезонине, пока работал над новым чехлом для телефона внизу.

Расчистив место на полированном паркетном полу, Джейсон приготовился к первому из нескольких ритуалов. Сначала он достал из инвентаря мана-лампы, которые оставил заряжаться накануне вечером. Они были нужны ему, чтобы временно повысить анемичный уровень фоновой магии для выполнения даже самых простых ритуалов.

Впрочем, из-за нехватки магии лампы заряжались очень медленно, поэтому ему нужно было торопиться. Он будет скучать по Клайву и его способностям, которые делали проведение ритуалов намного проще. Джейсон не стал включать лампы сразу, желая быть максимально готовым, чтобы не тратить их ограниченное время работы.

Для ритуала, который хотел провести Джейсон, требовался магически заряженный серебряный порошок. Поскольку он не мог достать его на месте, ему нужно было взять обычный серебряный порошок и самому наполнить его магией. Это был тот тип второстепенного навыка, который он не получил из знаний книг навыков. Именно Фарра, а позже Клайв, подтолкнули его к расширению базы знаний, что и подготовило его к подобным обстоятельствам.

Это не значит, что книги навыков были бесполезны. Его знания в области артефакторики, полученные из книг навыков, позволят ему создать очень простой магический предмет, как только у него будет магический серебряный порошок.

Он начал с того, что использовал гравировальный инструмент, который только что купил, чтобы вырезать магическую диаграмму на задней панели нового чехла для телефона. Сначала он потренировался на другом предмете, быстро привыкнув к инструменту. Сверхчеловеческая координация его атрибута «Скорость» и ускоренное обучение атрибута «Дух» позволили ему быстро освоить простые физические задачи.

Его рука двигалась уверенно, пока он гравировал чехол. Одним из преимуществ знаний из книг навыков было то, что они запечатлевались в памяти как компьютерный файл, поэтому он мог легко выгравировать магическую диаграмму по памяти. Как и большинство защитных диаграмм, это была искусно украшенная пентаграмма, что делало дизайн визуально приятным.

Он разложил остальные необходимые вещи: мел, пакетик с порошком из ядер низших монстров и несколько железных монет духа. Он задумался, есть ли способ заряжать лампы быстрее с помощью монет духа. Это было то, что ему предстояло изучить позже.

Джейсон нарисовал мелом ритуальный круг на паркетном полу, затем активировал мана-лампы. Он использовал порошок из ядер монстров, чтобы подстроиться под фоновую магию — легкая задача, учитывая магически инертные условия. Он не часто делал это сам, обычно полагаясь на силу Клайва, которая делала этот шаг ненужным.

— В следующий раз, когда меня убьют и отправят в другую вселенную, я заберу Клайва с собой.

Мысли Джейсона переключились на другую душу, которая, по-видимому, прибыла вместе с ним. Если это действительно был пришелец из другого мира, Джейсон до сих пор понятия не имел, как его выследить. Поиск загадочного, голого, лысого человека с магическими способностями в интернете выдал массу бесполезных результатов.

Настройка мана-ламп на повышение фоновой магии до минимального уровня для ритуалов железного ранга всё равно дала бы Джейсону лишь несколько минут. За это время ему нужно было зарядить серебряный порошок магией с помощью одного ритуала, восстановить баланс фоновой магии быстрым вторым ритуалом, а затем использовать магически заряженное серебро в третьем. Он активировал мана-лампы, получив результат всего за несколько секунд.

* Вы вошли в область с нормализованной магией. Скорость вашего восстановления останется на нормальном уровне без потребления монет духа.

Несмотря на нехватку времени, Джейсон не спешил. Если потратить время на то, чтобы сделать всё правильно, результат будет лучше, чем если торопиться.

— Медленно — значит плавно, плавно — значит быстро, — пробормотал он себе под нос, работая с осторожной тщательностью.

Он успешно зарядил серебро магией из монет духа. Затем использовал простой ритуал очищения, чтобы удалить остаточную магию от первой задачи, а в качестве последнего шага провел третий ритуал. Его руки двигались над магической диаграммой, словно у дирижера оркестра, пока он нараспев произносил ритуальные слова. Когда он произнес последний слог, магический серебряный порошок превратился в жидкость и пополз по чехлу для телефона прямо в центре ритуального круга. Жидкость втекла в выгравированную диаграмму и мгновенно затвердела, оставив серебряный узор, врезанный в черный чехол.

— Думаю, выглядит неплохо, — сказал Джейсон, поднимая чехол и вертя его в руке.

— Эстетически это удовлетворительно, — согласился Тень.

— Конечно, ты так считаешь, — сказал Джейсон. — Он по большей части черный.

— Если вы недовольны моим выбором дизайна, я могу внести некоторые изменения в формы транспортных средств, которые принимаю, — сказал Тень. — Гордон сегодня утром смотрел по телевизору фильм под названием Любовный жук. Я, вероятно, мог бы сделать что-то подобное.

— Э-э, нет, — сказал Джейсон. — Считай, что я взял свою критику обратно и приношу извинения.

Джейсон выключил мана-лампы.

* Вы вошли в область магического запустения. Уровни плотности и насыщенности магии крайне низки, недостаточны для возникновения спонтанных магических проявлений.

Он вернул мана-лампы на разные места по всему таунхаусу, расставив их как можно дальше друг от друга. Чем дальше они находились, тем меньше они будут бороться за ту малую толику магии, что была доступна при зарядке.

Затем Джейсон взял новый чехол и свой телефон.

— Понятия не имею, сработает ли это, — сказал Джейсон.

— Этого должно быть достаточно, чтобы предотвратить немагическое отслеживание, а также большинство эффектов отслеживания железного ранга, — сказал Тень. — Всё, что мощнее, будет иметь достаточно сильный эффект, чтобы попасть под действие вашего личного иммунитета к отслеживанию.

— Магическое отслеживание, — произнес Джейсон. — Я не слишком много надумываю по поводу того, что дядя Хиро сказал о федеральной полиции, скрывающей мое исчезновение, когда я покинул этот мир?

— Лучше собрать больше информации, — сказал Тень. — Если ваш мир менее невежественен в отношении магии, чем вы полагали изначально, ваши действия в больнице привлекут тех, кто знает правду.

— Есть какие-нибудь зацепки?

— Я не видел среди следователей никого с аурой выше обычного ранга, но есть некоторые, кто казался неуместным по сравнению с остальными. Я продолжаю изучать это.

— Стоило ли нам оставить больше твоих тел в больнице?

— Еще два были бы полезны. Однако с меньшим количеством тел я смогу принять форму только мотоцикла, а не автомобиля.

— Это нормально. Сегодня нет дождя, так что отправляй тела сейчас.

Две темные фигуры выскользнули из тени Джейсона и быстро исчезли. Джейсон достал свой телефон и поместил его в новый, улучшенный чехол. Через несколько секунд он зазвонил.

— Добрый день, дядя Хиро.

— Привет, Джейсон. Ты что-то сделал со своим телефоном?

Джейсон усмехнулся.

— Ты отслеживал его? Я как раз установил кое-какую защиту, так что спасибо, что помог мне её протестировать.

* * * Джейсон направился к многоквартирному дому рядом со своим таунхаусом, где пентхаус Хиро занимал весь верхний этаж. Он был большим, открытым и современным по дизайну, с обилием белого цвета, холодного серого и металла. Джейсон пускал слюни, глядя на кухню, где личный повар готовил их ужин.

— Ты подстригся, — заметил Хиро.

— В процессе возвращения всё немного вышло из-под контроля, — ответил Джейсон.

— Но ты решил отрастить бороду?

Джейсон потер щетину на подбородке.

— Я начал носить её, пока был в отъезде.

— Ты планируешь запустить её, или это будет стиль «скульптурный злодей»?

— Однозначно злодей, — сказал Джейсон.

Хиро повел Джейсона в лаунж-зону. Хвастаясь баром, Хиро пил тасманский виски, пока Джейсон присматривался к белому шоколадному ликеру. Он сделал себе коктейль — молочный, мягкий и сладкий.

— Итак, я занимался вопросом продажи этого твоего золотого слитка, — сказал Хиро, когда они сели. — Есть человек, который может забрать его у тебя, но он хочет встретиться лично.

— Ты не думаешь, что мне стоит соглашаться.

— Не думаю, — подтвердил Хиро. — Джейсон, я работаю на грани законности. Большая часть того, что делает меня полезным для людей, которым я подотчетен, заключается в том, что я остаюсь более или менее чист. Этот человек, о котором я говорю, не чист. Он серьезен. Опасен. Если тебе нужны деньги, я могу помочь.

— Я ценю это, дядя. Но всё же хотел бы довести дело до конца.

— Я так и думал, что ты это скажешь, но должен был спросить. Мы поедем после ужина.

— Спасибо. Есть кое-что, о чем я хотел бы тебя спросить, дядя.

— О?

— Что ты можешь рассказать мне об ЭОА?

Хиро нахмурился.

— Откуда ты услышал об ЭОА?

— Я осваиваюсь. Слышал о них, и что-то о накачанных наркотиками головорезах. Но это всё, что я знаю.

— Это банда. Или организованная преступная группировка. Ходит много историй. Странных историй. Говорят, что у них есть международная поддержка, хотя от кого — понятия не имею. Они начали захватывать всё в Перте, может, года два назад. В Мельбурне — через год после этого. Теперь они нацелились на Сидней.

— Они просто приходят и захватывают власть?

— Они странные, как я и сказал. Опасные, и не той обычной опасностью. У них есть какой-то режим приема наркотиков, который они используют, чтобы превратить своих громил в «стероидных уродов».

Хиро внимательно наблюдал за Джейсоном, пока давал объяснения.

— Я не один из них, дядя.

— Ты бы сказал мне, если бы был?

— Понятия не имею. Я искренне услышал о них впервые только сегодня. Что означает ЭОА?

— Без понятия, — сказал Хиро. — Но ты во что-то ввязался, не так ли? Вернулся с того света, расхаживаешь с важным видом, а карманы полны золота. Шикарные спортивные машины и анти-трекинговое программное обеспечение. Всё это очень похоже на Джеймса Бонда.

— Я расскажу тебе об этом как-нибудь. Когда лучше разберусь в ситуации.

— Кто-нибудь придет искать тот золотой слиток?

— Это не просто один слиток, — сказал Джейсон. — И нет. Я получил золото вполне законно. Просто я не ввозил его в страну законно.

— Почему нет?

— Я не мог объяснить, откуда оно взялось, я изначально не покидал страну законно, и к тому же я был мертв.

— Справедливо. — Хиро усмехнулся. — Сколько у тебя таких слитков?

— Больше, чем твой опасный знакомый может переварить. Мне придется найти способ легализовать его, если я хочу получить от него хоть какую-то пользу.

— Я ничего не знаю о регулировании оборота золота, — сказал Хиро. — Но я знаю хороших адвокатов, так что посмотрю, есть ли у них кто-то, кто работает в этой сфере.

— Спасибо, хотя я не думаю, что это будет простой процесс.

— Сколько у тебя золота, если не секрет?

— Тот слиток, который я тебе передал, — сказал Джейсон, — плюс тридцать девять таких же.

Хиро резко вдохнул воздух.

— Джейсон, это был десятикилограммовый слиток.

— Ага.

— У тебя четыреста килограммов золота? Это рыночная цена…

— Больше тридцати миллионов, — сказал Джейсон. — Это должен быть очень хороший адвокат.

— Не шутишь. Тот адвокат, к которому я тебя сегодня направил, был адекватным?

— Он был великолепен, — сказал Джейсон. — Мой юридический статус должен быть очищен без лишней суеты.

— Есть еще мысли о том, чтобы сообщить остальным членам семьи, что ты вернулся?

— В следующую пятницу у Эрики день рождения, — сказал Джейсон. — Я подумал, что мог бы начать с того, чтобы увидеть её тогда, а там посмотрим.

— Подарок на день рождения, который она действительно оценит, — сказал Хиро. — Она была недовольна расследованием твоей смерти. Она долго не оставляла это дело и никогда не была по-настоящему удовлетворена результатами.

— Она всегда была добра ко мне, — сказал Джейсон. — Ты не знаешь, что случилось с её телешоу, когда она вернулась домой?

— У неё теперь новое. Кухня на побережье с Эрикой Асано. Она снимает на открытом воздухе, на набережной прямо у Серф-клуба. Большая аудитория, готовит огромные порции еды, чтобы раздавать людям.

— Надеюсь, она не должна была сниматься вчера. Когда я вернулся, лило как из ведра.

— Зимой она берет отпуск. Её просили быть судьей в одном из тех кулинарных шоу, где они выгоняют людей, но она отказалась.

Джейсон усмехнулся.

— Она ненавидит такие шоу.

БУГИМЕН

БУГИМЕН

Тайка вел большой городской седан Хиро, а Хиро и Джейсон сидели сзади.

— Преимущество нахождения на легальной стороне бизнеса в том, что я могу более открыто наслаждаться плодами своего труда, — сказал Хиро. — Человек, к которому мы едем, не живет в пентхаусе, но не думай, что это значит, будто у него нет влияния и власти. И особенно не совершай ошибку, думая, что он не опасен.

— Я знаком с последствиями перехода дороги могущественным преступникам, — сказал Джейсон.

— О?

— Некоторое время назад я получил неприятный урок, — сказал Джейсон, не вдаваясь в подробности.

— Ты кажешься довольно спокойным по поводу моих криминальных связей, — сказал Хиро. — Твоя бабушка была бы разочарована в тебе.

— Это было бы не совсем в её духе, — сказал Джейсон. — Ей всегда больше нравился Кайто.

— То же самое было у меня с Сиро, — сказал Хиро. — Он был любимчиком, я — разочарованием, а твой отец держался в тени посередине. Кен не особо привлекал внимание, пока не женился на белой девушке в таком юном возрасте. Все ожидали взрыва, но были поражены тем, как хорошо твоя мама и моя поладили. Никто этого не ожидал.

— Они оба хотели прилежных маленьких японских детей, — сказал Джейсон. — У них был Кайто, так что они были готовы терпеть меня.

— Мама заботится о тебе больше, чем ты думаешь, Джейсон.

— Она заботилась бы больше, если бы я выучил японский.

— Я серьезно, Джейсон. У семьи было много сожалений после того, как ты исчез. Они даже смягчили свое отношение ко мне. Не сильно, но хотя бы теперь берут трубку, когда я звоню. Они всё равно не будут счастливы узнать, что мы с тобой проводим время вместе. Я никогда не ожидал, что ты окажешься втянут в такую жизнь.

— Я лишь косвенно соприкасался с криминальными делами в ходе своей работы.

— Ну, не стоит недооценивать человека, с которым мы сейчас встретимся. Его зовут Ари, и хотя он может жить в бедном пригороде, он совсем не беден. Я не хотел втягивать тебя напрямую, но он настоял на встрече именно с тобой. Раз так, значит, он проверил золото и убедился, что оно такое, как ты сказал.

— Ты оставил его у него? Это золота более чем на восемьсот пятьдесят тысяч долларов.

— По австралийской рыночной цене, — уточнил Хиро. — Ты идешь не к скупщику золота в торговом центре, Джейсон.

— Я в курсе, — сказал Джейсон с усмешкой.

— Честно говоря, тот факт, что это такая большая сумма, и удерживает его от того, чтобы просто забрать его себе. Подозреваю, он хочет встретиться с тобой, чтобы прощупать, какая у тебя поддержка. Если он решит, что ты слаб, он попытается тебя кинуть и надавить, чтобы узнать, есть ли у тебя еще. Не показывай слабости и не дай ему запугать себя.

— Тебе не нужно об этом беспокоиться, дядя Хиро.

— Джейсон, не недооценивай этого парня. Он гангстер старой закалки, армянин; не думай, что можешь обращаться с ним как с Рыком. Он знает места в глуши, где твое тело никогда не найдут.

Дорогой автомобиль выглядел всё более неуместно, проезжая по западным пригородам, и остановился перед домом, скрытым за большими кустами, возвышавшимися над высоким деревянным забором с облупившейся белой краской. Улица была темной, уличные фонари светили тусклее обычного.

— Ари любит позволять своим собакам запугивать людей, когда они входят, — предупредил Хиро.

Джейсон сосредоточил свое чувство ауры, ощутив девять человек в доме и четырех собак во дворе. Он послал небольшие, направленные импульсы ауры в сторону собак, позволяя им почувствовать её силу и врожденную властность.

Тайка открыл калитку в заборе, позволяя Хиро и Джейсону пройти. Бетонная дорожка вела через передний двор к двери, с одной стороны был заросший газон, а с другой — вольер из сетки-рабицы. Внутри вольера был бетонный пол и длинная алюминиевая будка, густо выстланная старыми одеялами. В отличие от явного пренебрежения к уходу за газоном, вольер и будка внутри были чистыми и ухоженными. Тайка и Хиро с опаской смотрели на четырех немецких овчарок, покорно сгорбившихся на полу вольера в ряд.

— Что с собаками? — спросил Тайка.

— Не знаю, — сказал Хиро с беспокойством в голосе. — Каждый раз, когда я был здесь раньше, они пытались прорваться через забор, чтобы добраться до меня.

— Может, они прошли курс дрессировки, — сказал Джейсон.

— У собак острые инстинкты, — сказал Тайка, бросив взгляд на Джейсона. — Что-то их напугало.

— Думаю, нам стоит постучать? — предложил Хиро. — Обычно лай собак — это дверной звонок.

Они подошли к двери, Тайка шагнул вперед, чтобы постучать. Дверь открыл мужчина, с озадаченным выражением глядя мимо них на вольер с собаками. Джейсон заметил, что мужчина был в носках, но без обуви. Тайка кивнул ему в знак приветствия.

— Добрый день, Петрос.

— Здравствуй, Тайка, — ответил Петрос. Он был крупным мужчиной, хотя на фоне горы-Тайки таким не казался. Он говорил тихо, с легким армянским акцентом. Он повернулся к Хиро.

— Мистер Асано, — поприветствовал он. — Это ваш племянник?

— Да, это Джейсон.

— Босс сказал впустить вас, как только приедете, — сказал Петрос, проходя вглубь дома. Хиро жестом пригласил Джейсона следовать за ним, а Тайка замыкал шествие.

Внешний вид дома отчаянно нуждался в покраске, что вполне вписывалось в район. Интерьер же был словно из другого мира: было ясно, что его полностью выпотрошили и перестроили с нуля. За дверью была выложенная плиткой прихожая, где на полках стояла обувь.

— Пожалуйста, снимите обувь.

Джейсон снял обувь вместе с Тайкой и Хиро. Он сунул её в инвентарь, а не на полки, используя массивную фигуру Тайки, чтобы скрыть это действие. Затем Петрос повел их дальше в дом, и в этот момент стала ясна причина, по которой нужно было снимать обувь. Плиточный холл сменился коридором с богатым ковровым покрытием, которое было бы легко испачкать и трудно очистить. Стены были обшиты деревом, а мягкое бра создавало теплую атмосферу.

Петрос провел их в большую комнату открытой планировки. Джейсон видел кухню и обеденную зону, в то время как большая часть комнаты была зоной отдыха с гигантским телевизором, баром и роскошными диванами и креслами. В центре комнаты стоял большой стол с углублением, обтянутым фетром. На нем была разложена сложная настольная игра, вокруг которой сидели пять человек и играли.

Джейсон даже узнал игру благодаря старому школьному другу по имени Грег. Тот регулярно втягивал Джейсона и Эми в настольные игры, которые могли длиться три, шесть и даже восемь часов. Он рассеянно задался вопросом, где сейчас Грег, с которым они потеряли связь, когда тот переехал в Сидней изучать право. Джейсон же уехал в Мельбурн изучать политологию.

Еще четверо мужчин играли в видеоигру на большом телевизоре. Все в комнате были крепкими мужчинами, за исключением одного человека за столом. Он был немного старше, и от него меньше веяло атмосферой приспешника. Джейсон сразу выделил его как Ари.

— Эй, босс, — сказал Петрос. — Мистер Асано здесь.

Джейсон угадал правильно. Старший мужчина повернулся, чтобы одарить вошедших оценивающим взглядом, прежде чем встать. Он был худощавым, лет сорока пяти, с редеющими волосами. На нем были аккуратные, удобные брюки и простая рубашка.

— Ари, — нейтрально поздоровался Хиро.

— Хиро, — ответил Ари, затем снова взглянул на Петроса.

— Собаки? — спросил он.

— Они выглядели напуганными, босс, — сказал Петрос. — Как когда приходит Вермиллион.

Джейсон почувствовал, как каждая аура в комнате, кроме ауры Ари и его собственной, задрожала при упоминании имени Вермиллион. Даже стойкий Тайка излучал трепет.

— Вот как? — задумчиво произнес Ари. В отличие от Петроса, в его речи не было ни следа акцента. Ари повернулся обратно к своим гостям.

— Мои собаки многого не боятся, — сказал он. — Они определенно не боятся тебя, Хиро. Они, вероятно, должны были бы бояться тебя, Тайка, но нет.

Его взгляд остановился на Джейсоне.

— Есть только один человек, которого боятся мои собаки. Это человек, который ведет дела с моим боссом. Когда он приходит сюда, от них ни звука. Это дрессированные сторожевые псы, и хорошо дрессированные, но они не хотят иметь ничего общего с этим человеком.

— У животных хорошие инстинкты, — сказал Джейсон.

— Это так, — согласился Ари. — Но дело в том, что этот человек не просто пугает моих собак. Он пугает моих людей, и он пугает меня. Я не стыжусь признаться в этом. Этот человек, Вермиллион, — бугимен. Разве не так, Хиро?

— Это так, — сказал Хиро. Он был явно недоволен тем, в какое русло повернулся разговор, но Ари не обратил на это внимания, не сводя глаз с Джейсона.

— Теперь мои собаки напуганы, — продолжил Ари, — но этого человека здесь нет. Здесь ты. Ты тоже бугимен, Джейсон Асано?

— Да, — тихо ответил Джейсон.

Ари ухмыльнулся и издал смешок, отворачиваясь.

— Я не знал, что и думать, — сказал он. — Хиро звонит мне и говорит, что хочет сбыть золото. Очевидно, я хочу провести должную проверку, и что я нахожу? Мертвый племянник Хиро, таинственным образом вернувшийся к жизни и разгуливающий с гигантским золотым слитком. Ты понимаешь, почему это вызывает кучу вопросов.

— Понимаю, — сказал Джейсон. — Но раз уж я здесь, полагаю, вы довольны товаром.

— Я доволен, пока никто не придет его искать. Ты знаешь, что если придут, я приду искать тебя.

— Я верю вам, — сказал Джейсон. — Никто не придет его искать. Там, откуда я его взял, золото не ценится очень высоко. Вот как я получил так много за относительно небольшую цену.

— И откуда же ты его взял?

— Вы поверите в магическую альтернативную реальность?

Ари фыркнул от смеха.

— У тебя есть еще такие слитки?

— Да.

— Сколько?

— Достаточно, чтобы я не хотел их доставать, пока не получу сделку получше и хорошего специалиста по отмыванию денег.

Ари рассмеялся.

— Дело в том человеке, который пугает моих собак, — сказал Ари, возвращая разговор к предыдущей теме, — что пугаются не только мои собаки. Я говорил тебе это, но не думаю, что ты понимаешь. Этот человек — хищник. Ты чувствуешь это костями, словно что-то ползает под кожей. Просто находиться рядом с ним — это как быть мышью под взглядом совы.

Глаза Ари были прикованы к глазам Джейсона.

— Мои собаки могут быть напуганы, но действительно ли тобой?

Ари шагнул прямо в личное пространство Джейсона, глядя сверху вниз на мужчину пониже ростом.

— Ты меня не пугаешь, Джейсон Асано.

Джейсон слегка улыбнулся Ари.

— Хотите, чтобы я вас напугал?

Ари отступил на шаг и рассмеялся, напряженная атмосфера разрядилась.

— Хочешь, чтобы я тебя напугал? — повторил он, продолжая смеяться. — Знаешь, Хиро, ты говорил, что твой племянник не в игре. Но он во что-то ввязался, да? У него есть товар.

— Он не любит говорить о времени, проведенном в отъезде, — сказал Хиро.

— А я хочу поговорить об этом, — сказал Ари. — Ты ЭОА, Джейсон Асано?

— Если я скажу «нет», вы мне поверите?

— Если я спрошу достаточно настойчиво, я буду уверен, что ты говоришь правду, — сказал Ари.

— Я надеюсь, до этого не дойдет, — сказал Джейсон.

— Тогда тебе придется отвечать на мои вопросы, — сказал Ари, и его веселье спало, как маска. — Ты утолишь мое любопытство, так или иначе.

— Ари, — сказал Хиро. — Мы договаривались не об этом.

— У нас ЭОА наступает на пятки, а твой парень появляется с вытатуированным на лице словом «подозрительный». Мистер Толлман лично сказал мне получить ответы, Хиро.

Хиро побледнел.

— Прости, Джейсон, — сказал Хиро. — Я знаю, ты не хочешь об этом говорить, но тебе нужно ответить на вопросы Ари.

В комнате произошел сдвиг. Никто не пошевелился, но все почувствовали это, когда Джейсон медленно высвободил свою ауру. Обычные люди не могли обнаружить ауры, если только они не проецировались определенным образом. Это было простое использование базового контроля проекции, одна из первых вещей, которым его научила Фарра. Это был инструмент, который пользователи эссенции использовали, чтобы запугивать обычных людей — именно то, что сейчас делал Джейсон.

Благодаря своим хорошо натренированным навыкам манипуляции аурой, Джейсон мог мастерски выражать свою силу медленно и преднамеренно, позволяя той же властной силе, что запугала собак, давить на людей в комнате. Только Тайка и его дядя были исключены, но они не могли не заметить растущий ужас на лицах окружающих.

— Это то, о чем ты говорил, когда сказал, что тот человек пугает тебя? — спросил Джейсон. Он говорил тихо, но его слова вибрировали от ауры. Осажденные преступники чувствовали, как они вбиваются в самые их души. Джейсон был самым маленьким человеком в комнате, но для всех присутствующих он казался больше Тайки. В комнате воцарилась тишина, все были заворожены внезапно тираническим присутствием Джейсона.

Джейсон шагнул в пространство Ари, так же, как Ари сделал это по отношению к нему. Его аура легла на душу Ари, словно нож к горлу.

— Это то, как заставляет тебя чувствовать твой бугимен, Ари? У тебя остались ко мне вопросы?

Ари безмолвно покачал головой короткими, испуганными рывками.

— Я так и думал. Отдай моему дяде деньги за золото; я сам найду выход.

Джейсон повернулся к дяде.

— Тебе, вероятно, захочется поболтать с Ари, когда я уйду, — сказал Джейсон. — Я доберусь обратно сам. Тайка может передать мне деньги позже.

— У тебя нет машины, — сказал Хиро.

— Я справлюсь, — сказал Джейсон. — Прости за это, дядя. Я доставил тебе неприятности.

Джейсон вышел. Хиро кивнул Тайке, чтобы тот следовал за ним, но Джейсон уже закрывал за собой дверь. Когда Тайка открыл её, Джейсона и след простыл.

ПРАВДОПОДОБНЕЕ САМОЙ РЕАЛЬНОСТИ

ПРАВДОПОДОБНЕЕ САМОЙ РЕАЛЬНОСТИ

Хиро вернулся домой в свой пентхаус. Он владел всем зданием и, поскольку жил здесь, поддерживал его легальность. У него было достаточно мест, чтобы отмывать деньги, не устраивая беспорядок в собственном доме. Он поднялся на уровень пентхауса на своем личном лифте. Туда можно было добраться и на обычном лифте, но только с помощью ключа доступа. Помимо него самого и Тайки, ключи были только у тщательно отобранного и очень хорошо оплачиваемого персонала службы безопасности, а служба безопасности хранила их в сейфе, который даже они не могли открыть, не позвонив Тайке или Хиро для получения сменного кода доступа.

Сняв пиджак и бросив его на стул, Хиро прошел через пространство открытой планировки, зашел за барную стойку и налил себе крепкий напиток. Он привык возвращаться домой в ранние часы, но это была странная ночь.

Вся северная сторона квартиры состояла из сплошных окон, которые можно было открыть, чтобы получить доступ на балкон. Как раз когда он собирался сесть, Хиро заметил силуэт на балконе, который легко было пропустить в безлунную ночь. Он поспешил обратно к своему пиджаку и сигналу тревоги в кармане, с опаской оглядываясь на фигуру за окном. Он остановился, узнав со второго взгляда фигуру Джейсона. Племянник Хиро опирался на перила, спиной к квартире, глядя на город. Хиро накинул пиджак обратно и подошел к балконным дверям, адреналин всё еще бурлил в его крови.

— Как ты сюда попал? — спросил Хиро.

— Ты был ко мне только щедр, дядя Хиро, — сказал Джейсон, не отвечая на вопрос и не оборачиваясь. — Всё, что я принес тебе взамен, — это неприятности.

Хиро подошел и облокотился рядом с Джейсоном на перила.

— Ты семья, Джейсон. Всё, что тебе нужно делать, — это просить.

Джейсон повернулся и улыбнулся дяде.

— Я восхищаюсь тобой за то, что ты так чувствуешь после того, как семья обошлась с тобой. Я был менее великодушен, имея на то меньше причин.

— Твой брат украл девушку, которую ты любил с десяти лет, Джейсон. Это серьезно, это ненормально.

— Знаю, правда? — сказал Джейсон. — Приятно, когда кто-то действительно говорит это. Моя собственная мать более или менее сказала мне смириться и порадоваться за них.

— Буду честен, Джейсон; мне никогда не нравилась Шерил.

— Правда? — спросил Джейсон с усмешкой. — Ты всегда так хорошо это скрывал.

— Готов поклясться, что единственная причина, по которой она оставила ребенка, — это то, что твой отец был японцем.

— Даже не смей говорить «желтая лихорадка», — сказал Джейсон.

— Я не настолько груб, — сказал Хиро. — Но я почти уверен, что она была очарована идеей очаровательного японского ребенка.

— В её защиту, Эрика была очень очаровательной, — сказал Джейсон. — Клянусь, папа сделал больше её фотографий, чем моих и Кайто вместе взятых.

— Она действительно была милейшей маленькой девочкой, — согласился Хиро с ностальгической улыбкой. — Иногда я жалею, что у меня не было своих детей, но мне нравилось быть дядей. До того, как всё пошло не так.

— Всё пошло не так после того, как я оставил тебя с теми хулиганами?

— Хулиганами? — рассмеялся Хиро. — Джейсон, мы не выносим деньги из банков в большом мешке со знаком доллара.

— Откуда мне знать? — спросил Джейсон. — Если бы я был криминальным гением, мне бы не понадобилась твоя помощь.

— Тайка забрал твои деньги, — сказал Хиро. — Полная рыночная цена.

Джейсон нахмурился.

— Почему? Это же убыточная сделка. Я не собираюсь никого обдирать и не хочу, чтобы меня разыгрывали.

— После того как ты ушел, Ари позвонил нашему боссу. Он решил, сколько тебе заплатить, но он также хочет встретиться с тобой. Тебе следует знать, что человек, о котором мы говорили, Вермиллион, вероятно, будет там.

— Он работает на твоего босса?

— Определенно нет, — сказал Хиро. — Я не уверен, на кого именно работает Вермиллион, но мой босс очень осторожен в том, как он обращается с ними и их секретами. Всё, что я знаю, это то, что существует какая-то группа, которая сама не заинтересована в преступных предприятиях, а только в поддержании полезных контактов. Я не знаю, правительственные ли это шпионы или корпоративные придурки, которые делают меня и моих людей чистыми и которым иногда нужно выполнить грязную работу. Но у них гораздо больше влияния, чем у моего босса, не говоря уже обо мне. Вермиллион — это кто-то из той группы, к которой босс иногда обращается за услугами. Он пугает моего босса так же сильно, как и всех остальных.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Я не хочу доставлять тебе больше неприятностей, чем уже доставил, так что организуй встречу со своим боссом. Тем временем я принес много странностей к твоему порогу. Я знаю, у тебя должно быть много вопросов.

— Я думал, ты пришел ко мне, потому что знал, что я не буду давить.

— И ты не давил, что я ценю. Но справедливость есть справедливость, дядя, и ты заслуживаешь ответов. Сказав это, есть вещи, которые, как мне кажется, лучше тебе не знать. Некоторые двери, которые ты открываешь, уже нельзя закрыть.

— Джейсон, ты ведешь себя очень скрытно. Инсценировка собственной смерти, беспилотный автомобиль, секреты, которые буквально сочатся из тебя.

— Опять про Джеймса Бонда?

— Про Джеймса Бонда, — сказал Хиро. — Ты что, ушел и вступил в ASUS или что-то в этом роде?

— Ничего настолько безопасного, — легко ответил Джейсон. — Как ты сказал, надо мной нависла очень большая тайна, и я начинаю подозревать, что есть влиятельные люди, заинтересованные в том, чтобы её сохранить.

— Эта организация, к которой принадлежит Вермиллион?

— Возможно, — сказал Джейсон. — Они могут быть лишь частью более широкого круга. Я не знаю, кто эти люди и что бы они сделали, если бы узнали, что ты знаешь вещи, которые я от тебя скрывал. Но если ты готов рискнуть, я готов рассказать тебе всё. Ответить на все твои вопросы.

Джейсон разочарованно вздохнул.

— Ты был безгранично готов мне помочь, — продолжил он. — Я боюсь, что всё, что я сделал взамен, — это принес опасность к твоему порогу. Если ты ввяжешься в мои дела, у тебя не будет никакой защиты, кроме той, что я могу предложить лично. Невежество — неудобный щит, но, возможно, это лучший щит, который у тебя есть.

— Хорошо, — сказал Хиро. Его любопытство было достаточно сильным, чтобы бороться с его благоразумием. — Как насчет того, чтобы я задал тебе несколько вопросов, а ты будешь говорить мне, когда мы подходим к опасной территории?

— Это сработает, — сказал Джейсон. — Я знаю, у тебя должны быть насущные вопросы. С тех пор как я появился, всё кажется не совсем рациональным, верно?

— Вот тут ты ошибаешься, — сказал Хиро. — Всё становится странным уже довольно давно, и твое появление — лишь еще одна вещь. Это как чувство перед бурей. Люди, с которыми я работаю, — мы все это чувствовали. Эта группа ЭОА со своими накачанными головорезами. Армия, бегающая со своими учениями по готовности к террористическим атакам, которые так прозрачно являются прикрытием для чего-то другого. Этот парень Вермиллион и те, кто за ним стоит. В темноте идет игра, которую я не вижу. Я не знаю правил, да они всё равно меняются. А потом появляешься ты, и у меня возникает чувство, что, может быть, ты можешь видеть сквозь тьму. Может, ты знаешь правила.

Хиро покачал головой.

— Или, может, нет, — сказал он. — Наверное, это звучит для тебя как бред.

— Нет, — сказал Джейсон. — Так уж вышло, что я действительно могу видеть сквозь тьму. Я не знаю, кто игроки, но я уже играл в такую игру раньше и уже начал искать ответы. У меня их пока нет, но, по крайней мере, тебе обещали твои.

Хиро потер лицо рукой, не зная, с чего начать. После встречи с Ари он не мог не сравнить опасного и загадочного Вермиллиона с вернувшимся Джейсоном. То, как отреагировал Ари; Хиро знал этот страх. Стоять перед Вермиллионом — это как плавать в воде перед гигантской акулой.

— Ты правда заставил собак Ари так покорно себя вести?

— Да, — ответил Джейсон.

— И та штука, которую ты сделал, что напугала Ари и его парней. Это было то же самое?

— Да.

— Как ты думаешь, это то же самое, что делает Вермиллион?

— Я не могу быть уверен, не встретившись с этим человеком, — сказал Джейсон. — Похоже на то.

— И что это за штука?

Джейсон неловко улыбнулся дяде.

— Вот здесь мы вступаем на опасную территорию, дядя. Я постараюсь объяснить достаточно, чтобы дать понимание, но начну очень расплывчато. Если захочешь больше деталей, ты их получишь. Но будь уверен, прежде чем спрашивать.

— Насколько опасен этот секрет, который ты мне не рассказываешь, Джейсон?

— Честно говоря, не знаю. Я понятия не имею о местной ситуации, которую, надеюсь, этот персонаж Вермиллион поможет мне исправить.

— Ты хочешь встретиться с ним?

— Если он еще не знает обо мне, то скоро узнает. На данном этапе нет смысла избегать этого.

Джейсон сделал очищающий вдох зимнего ночного воздуха, только чтобы обнаружить, что он не такой уж и очищающий. Его чувства бронзового ранга уловили следы загрязнения в воздухе, которых не было в другом мире. Астральное пространство, в котором он провел последний год, было наполнено богатыми, естественными ароматами джунглей. В Гринстоуне магия, переносимая вниз по течению реки Мистран, оставляла даже болотную воду странно свежей и чистой. По сравнению с этим, сделать глубокий вдох городского воздуха было всё равно что обмазать язык отработанным моторным маслом.

— Ты в порядке, Джейсон?

— Да, — сказал Джейсон. — Там, где я был, трудно войти или выйти. Нет интернета, телефона, телевидения, радио. Никакой связи вообще. Мой шанс уйти выпал неожиданно, и я не знаю, как всё закончилось после того, как я ушел. Мои друзья могут думать, что я мертв.

— Почему они должны так думать?

— В конце всё стало очень напряженно, но давай отложим это на данный момент.

— Что с тобой случилось, пока ты был в отъезде?

— Пока меня не было, я стал частью… назовем это сообществом. Я никогда не осознавал, что оно существует здесь, в тайне, пока сам не присоединился к нему, там. Я даже не подтвердил, что оно есть здесь, но всё, что ты мне рассказал, очень сильно указывает на это направление. Здесь будет иначе, я уверен, но будут и общие черты.

— И это сообщество, они учат тебя делать то, что ты сделал с собаками Ари? И с Ари? Это что-то вроде феромонов или что? ЦРУ накачало тебя дизайнерскими наркотиками, пока запах твоего тела не начал вызывать реакцию страха?

— Это звучит правдоподобнее реальности, — сказал Джейсон с усмешкой. — Хотя едва ли. Но нет; это нечто другое. А что именно — это было бы переходом информационного Рубикона. Если хочешь знать…

— Нет, — твердо сказал Хиро. — Одна из причин, по которой я преуспел в том, что делаю, — это знание, когда не стоит заходить глубже. А эти воды становятся очень глубокими.

— Это мудро, — сказал Джейсон с облегчением. — Надеюсь. Может быть, я уже подставил тебя, просто вернувшись. Всю семью, на самом деле. Есть вероятность, что некоторые воспримут мое возвращение как угрозу или возможность. Или и то, и другое. Те, у кого плохие намерения и мало принципов, могут попытаться втянуть тебя в качестве рычага давления.

— Ты беспокоишься, что если не расскажешь нам, во что ты ввязался, это может застать нас врасплох?

— Да, — сказал Джейсон. — В конечном счете, знание тебе не поможет. Ты не готов к тому, что там снаружи, и я не могу подготовить тебя в какие-либо практические сроки. Всё, что я могу сделать, — это защитить тебя, если кто-то постучится.

— У меня есть Тайка и Рык, — сказал Хиро. — Тайка не просто большой; он умный и наблюдательный.

— Я заметил, — сказал Джейсон. — Но этого недостаточно. Даже близко не достаточно.

— Так что ты собираешься с этим делать?

— Я уже сделал ход, чтобы выманить людей. На данный момент я присматриваю за тобой и высматриваю их. Если неприятности придут, пока я в городе, я узнаю об этом и буду там быстрее, чем ты можешь себе представить.

— Ты установил за мной слежку?

— Да.

— Они должны быть хороши, — сказал Хиро. — Моя охрана не почуяла даже намека на них.

Джейсон снова усмехнулся.

— И не почует. Достаточно сказать, что я буду немедленно проинформирован, если появится что-то вне компетенции твоей охраны. Я уже сделал кое-что привлекающее внимание, что, надеюсь, выманит некоторых игроков туда, где я смогу на них посмотреть. Это, надеюсь, даст мне представление о более широкой картине.

* * * Анна вошла в конференц-зал, где её ждала следственная группа, чтобы ввести в курс дела. Это была группа из шести человек, специально собранная для расследования инцидента в детской больнице в Сиднее. Также присутствовала Кетеван, которая возглавляла другое расследование в больнице, вверх по побережью. Анна заняла место во главе стола.

Главным следователем по инциденту в Сиднее был сурового вида мужчина по имени Арам, с густой бородой и крупным телосложением. Он выглядел так, будто чувствовал бы себя более комфортно в выцветшем комбинезоне, чем в костюме и галстуке. Как и у других людей в комнате, наряд Арама был костюмом среднего качества, призванным создать ощущение безликого правительственного агента.

В случае с Арамом это работало не очень хорошо, но, несмотря на его внешность, он был непревзойденным профессионалом. Убедившись, что все находятся на одной волне с основами расследования, он подробно изложил Анне их прогресс.

— Мы проверили семьи и другие связи людей, находившихся в больнице, — объяснил он. — Было несколько совпадений, но мы изучили их и исключили их как зачинщиков события.

— Но это только наш персонал Сети, верно? — спросила Анна.

— Верно, — подтвердил он. — Это позволило нам исключить кого-либо из наших людей, но у нас нет списков членов Инженеров Вознесения. Что касается Кабалы и меньших коллективов, тут сказать трудно.

— Но вы изучаете это, да? — подтолкнула Анна.

— Да, директор. Мы дали понять, что найдем ответственных лиц, и другие группы, похоже, сотрудничают. Многим из них это не нравится, но они знают, что подобные открытые действия переходят наши границы. Никто из них не хочет, чтобы мы обрушили на них свой гнев.

— Каково ваше мнение об их ответах? — спросила Анна.

— Мои инстинкты подсказывают, что это исходит не от устоявшейся группы. Они могут капитулировать, но не скрывают своего недовольства нашей жесткостью. Никто не ходит на цыпочках. Это не значит, что мы не продолжаем быть тщательными. Мои инстинкты подводили меня и раньше.

— Хорошо, — сказала Анна. Она бросила взгляд на Кетеван, прежде чем снова перевести взгляд на Арама. — Вы думаете, это связано с другим инцидентом?

— Я бы сказал, скорее всего, да, на данном этапе, — сказал Арам. — Время указывает на то, что это не совпадение, хотя всё остается под вопросом, пока не доказано обратное. У Кетеван есть одна теория. Кети, если можно?

Кетеван кивнула.

— У меня появилась идея насчет события в больнице, — сказала она. — Я изучала это, но у нас ограниченная информация. Такого не случалось столетиями, насколько мы знаем. В тех записях, что у нас есть, я не нашла ничего, что противоречило бы этой идее в том, что мы видели.

Анна нахмурилась, догадываясь о теории Кетеван.

— Не скажу, что эта идея не приходила мне в голову, — сказала она. — А как насчет одновременного события во Франции? Разве это не противоречит?

— Не если двое из них прибыли одновременно, — сказала Кетеван. — Мы не знаем, что это невозможно.

— Прошу прощения, — вмешался один из младших следователей. — Я что-то упускаю, и не думаю, что я один такой.

Остальные младшие следователи согласно кивнули. Анна обвела их взглядом.

— Мы говорим о пришельцах из другого мира.

СОВЕТУЮ ВАМ БЫТЬ ОЧЕНЬ ВЕЖЛИВЫМИ

СОВЕТУЮ ВАМ БЫТЬ ОЧЕНЬ ВЕЖЛИВЫМИ

Джейсон стоял на краю крыши небоскреба в деловом центре Сиднея. Тень находился рядом, и они смотрели на соседнее здание. Обычному взгляду оно казалось ничем не примечательным, но для магического зрения здание светилось, словно свеча. Верхние этажи представляли собой танцующее пламя переплетающихся чар.

— Понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал Джейсон. — Похоже, слишком много хлопот для места, которое не является их штаб-квартирой.

Тень наблюдал за людьми, которые расследовали инцидент в больнице. Подозрения Джейсона о существовании местной магии подтвердились, когда Тень заметил пару пользователей эссенции. У их чувств железного ранга не было ни единого шанса обнаружить скрытного фамильяра, и он проследовал за ними до здания, на которое сейчас смотрел Джейсон.

Хотя Тень мог ускользнуть даже от большинства чувств бронзового ранга, он не рисковал приближаться к чарам, наложенным на верхние этажи здания. Они были не очень сложными и легко укладывались в рамки знаний Джейсона о ритуальной магии. Это была комбинация базовых защитных и обнаруживающих чар, закрепленных с помощью искусства, не превосходящего навыки Джейсона, полученные из книг.

То, чего магическим защитам не хватало в индивидуальной изощренности, они компенсировали сложностью переплетения. Наслоить так много эффектов друг на друга без взаимных помех — это впечатляющий подвиг. Прорваться или прокрасться мимо любого отдельного эффекта для Джейсона было бы проще простого, но сделать это, не активировав три других, — совсем иная задача.

Джейсон предположил, что простота ритуалов объясняется не отсутствием мастерства, а необходимостью работать с нехваткой фоновой магии Земли. Тот, кто разработал защиты, выжал максимум из ограничений низкоранговых формаций и интегрировал их способами, невозможными при использовании более мощных эффектов. Джейсон, возможно, смог бы воссоздать любой отдельный эффект, который видел, но тот, кто спроектировал интегрированный массив ритуальной магии в целом, обладал гораздо большими познаниями, чем он.

Чем дольше Джейсон изучал магические установки, тем больше проникался уважением. Совокупный эффект таких базовых способностей был на удивление сложным в преодолении, что напомнило Джейсону о настойчивых советах Клайва глубже изучать магию. Основываясь на своих ранних знаниях о ритуальной магии, почерпнутых только из книг, Джейсон отмахнулся бы от опасности этих простых чар. Вполне возможно, он принял бы решение попытаться проникнуть в здание и напоролся бы на перекрывающиеся защиты. В некотором смысле кажущаяся простота отдельных эффектов была ловушкой.

— Как у них обстоят дела с численностью? — спросил Джейсон. Тень поручил одному из своих тел следить за входящими и выходящими с тех пор, как нашел здание.

— На данный момент я отметил восемь разных пользователей бронзового ранга, почти два десятка железного ранга и одного серебряного.

— Серебряный, — нахмурился Джейсон.

— Их ауры демонстрируют признаки активного использования ядер монстров, — сказал Тень. — Похоже, это основной метод развития здесь.

— Откуда они берут ядра монстров? — вслух задался вопросом Джейсон. — Я могу понять, как я мог не знать о тайном обществе магических людей, но не думаю, что пропустил бы появление монстров по всему миру.

— Похоже, в вашем мире есть тайны, которые нам предстоит разгадать.

— Похоже на то, — сказал Джейсон, выуживая телефон из кармана, чтобы проверить время.

Он предпочел бы хранить телефон в своем инвентаре, но это отрезало бы его от сетей. Это было связано не только с пространственным смещением его личного хранилища, но и с состоянием стазиса, в котором объекты находились, пока были в инвентаре. Именно поэтому часы нужно было зачаровывать, чтобы они не останавливались, пока лежат там. Он хотел бы поэкспериментировать с этой техникой для своего телефона, но у него не было материалов.

Приближалось время встречи, которую Хиро назначил Джейсону с лидером преступной организации Хиро. Джейсон не знал, как устроена местная организованная преступность, но его это мало волновало. Его удивило, что вместо какого-нибудь тайного места встречи, встреча была назначена в самом центре города, в здании недалеко от того, на котором он стоял.

Джейсон спрыгнул с крыши, и вокруг него сформировался плащ теней. По его личному мнению, он крайне недооценивал способность к планированию, которую тот приобрел на бронзовом ранге. Единственным по-настоящему высоким зданием, с которым он столкнулся после получения этой силы, была башня в астральном пространстве, но он был слишком занят, чтобы воспользоваться этим. У него была только одна возможность спрыгнуть с нее, и вместо того, чтобы быть подхваченным плащом, он был придавлен гнездом каменных шипов, пронзающих его тело.

Его плащ широко расправился, словно пара гигантских крыльев из тьмы и звезд. Тень скользил рядом с ним, вторая тень распласталась в небе. С такой высоты звуки улицы внизу были едва слышны. В основном, единственный шум исходил от ветра.

— Это определенно нескромная практика посреди дня, — отметил Тень.

— Что? — переспросил Джейсон. — Я не слышал тебя из-за того, насколько это потрясающе.

— Мистер Асано, я физически не способен издать усталый вздох, но если бы мог, то сделал бы это весьма выразительно в ответ.

Джейсон рассмеялся, проверяя свой контроль над планированием. Как и в случае с большинством сил, у него была инстинктивная предрасположенность. Хотя он будет совершенствоваться с практикой, базовый контроль давался ему вполне естественно. Он быстро освоился с поворотами по дуге, снижением для набора скорости и даже использованием восходящих потоков, чтобы немного восстановить высоту. Поиграв некоторое время, он открыл свою способность карты и установил путевую точку для пункта назначения.

Приближаясь к земле, Джейсон направил свою ауру направленным образом, который могли почувствовать обычные люди. Он сделал это в двух точках, по обе стороны от выбранного места приземления. Он старался быть тонким, но привлекающим внимание, чтобы все взгляды обратились к ним, когда он развеял плащ и опустился на последние несколько метров, приземлившись бесшумно. Мгновенная вспышка ауры прошла, оставив людей на улице слегка дезориентированными.

— Это не надежный метод, чтобы избежать внимания, — тихо сказал Тень, так что слышал только Джейсон.

— Ты слишком беспокоишься. Если кто-то меня увидит, то не поверит своим глазам, особенно если я немного собью их с толку.

— Я ваша тень, мистер Асано, а не ваша совесть.

— И все же ты меня отчитываешь, — весело сказал Джейсон, поправляя куртку. Костюм, как правило, не лучшая одежда для дельтапланеризма, но костюм Гилберта, как всегда, легко справился с задачей. В дизайне было больше изюминки, чем в одежде из его собственного мира, но Джейсон не был против того, чтобы выглядеть немного броско.

Он вошел в вестибюль соседнего здания, пересек просторный и приятно освещенный атриум и подошел к стойке регистрации.

— Джейсон Асано к Виктору Толлману, — сказал он.

* * * Виктор Толлман был крупным мужчиной. В свои футбольные годы он был приличным игроком. С каждым годом его тренировки в спортзале становились немного сложнее и занимали чуть больше времени, но он сохранял отличное здоровье и телосложение, перешагнув пятидесятилетний рубеж. У него было дружелюбное лицо, седеющие волосы и аккуратная борода в тон.

Он сидел в своем кабинете, в огромном кожаном кресле, которое казалось большим даже для его внушительной фигуры. Если бы не вращающееся основание, оно могло бы сойти за вполне приличный трон. Его стол был куском дуба размером с односпальную кровать.

Виктор наблюдал за прямой трансляцией с камер безопасности на ресепшене, сосредоточившись на человеке, стоящем перед стойкой. Изображение было искажено, фигура казалась лишь размытым пятном.

— Ты можешь так же прятаться от камер? — спросил Виктор человека, стоявшего рядом и так же наблюдавшего за экраном.

— Да, — ответил Вермиллион.

У Вермиллиона была бледная кожа, темные волосы и узкие, но изящные, красивые черты лица. Он был высок и выглядел лет на двадцать с небольшим, хотя Виктор подозревал, что он старше. На нем был безупречный черный костюм, который стоил дороже, чем последняя машина Джейсона. Конечно, последняя машина Джейсона была довольно унылым корытом, о котором он не вспоминал, пока рядом был Тень.

— Он один из вас? — спросил Виктор.

— Возможно, — сказал Вермиллион, — но не думаю. Я узнаю, как только он поднимется сюда.

— Кем еще он может быть?

— Я предупреждал тебя насчет выуживания информации, Виктор, — мягко упрекнул Вермиллион. — Слишком много знаний и слишком мало силы — это гремучая смесь.

— Вместо того чтобы скрывать знания, ты мог бы просто дать мне силу, — предложил Виктор.

Вермиллион покачал головой, со слабой улыбкой на губах. — Ты неумолим, Виктор.

— Это во мне говорит футболист, — сказал Виктор. — Нужно быть голодным, если хочешь победить.

* * * Джейсон последовал за офисным работником с бесстрастным лицом из лифта по коридору, который заканчивался большими двойными деревянными дверями. Функционер театрально распахнула их обе, чтобы открыть доступ в комнату за ними. Она больше походила на один из залов облачного дворца Эмира, чем на кабинет, занимая целую треть верхнего этажа. Две стены кабинета представляли собой ряды окон. Комната напоминала интерьер джентльменского клуба с несколькими комплектами кожаных кресел и диванов, кинопроектором и двумя отдельными барами.

Если это и был джентльменский клуб, то джентльмены в нем были не самого утонченного сорта. Стены были увешаны атрибутикой, прославляющей футбол. По обилию товаров с символикой «Коллингвуда» Джейсон догадался, что Виктор Толлман родом из Мельбурна.

Единственная часть, которая хоть отдаленно напоминала кабинет, была спрятана в углу, подальше от окон. Кожаный трон стоял за тем, что было либо хорошо сделанным столом, либо плохо сделанной лодкой. Из того угла комнаты к нему шли двое мужчин. Джейсон переключил свое внимание на них, когда офисный работник ушла, закрыв за собой двери.

Тот, что покрупнее, был старше, но полон сил, судя по виду и ауре. Он напоминал Джейсону громилу Хиро, Рыка, но с меньшим количеством стероидов и большим количеством мозгов. Мужчина, который казался моложе, выглядел как сексуальный гробовщик. Его аура была бронзового ранга и довольно обескураживала своей знакомостью. Это определенно была аура вампира, но без дикой свирепости тех, что были обращены монстром, с которыми Джейсон сталкивался в прошлом. Этот человек явно был другой породы, с чистой, контролируемой аурой.

Младший остался позади, а старший вышел вперед, чтобы бурно пожать руку Джейсону. Физический контакт вывел информацию о человеке в поле зрения Джейсона.

* Виктор Толлман * Человек (обычный ранг)

— Здорово, приятель, — поприветствовал Виктор.

— Привет, — ответил Джейсон. — Если бы я знал, что ты болельщик «Коллингвуда», я бы, может, и не пришел.

Виктор фыркнул от презрения.

— Вперед, могучие «сороки»! — сказал он с ухмылкой, а затем отошел в сторону, явно приглашая другого мужнину.

Высокий, бледный мужчина шагнул вперед, и Джейсон протянул руку. После короткой паузы мужчина пожал ее.

* Крейг Вермиллион * Высший вампир (Человек, родословная аранеидов, бронзовый ранг)

— Джейсон Асано, — представился Джейсон. — Просто зови меня Джейсон. Не возражаешь, если я буду звать тебя Крейг?

Губы высокого мужчины сжались в тонкую линию, но в остальном он никак не отреагировал, отпуская руку Джейсона.

— Профессионально я представляюсь как Вермиллион.

— Без проблем, приятель, — сказал Джейсон с ухмылкой. Джейсон стал на несколько сантиметров выше с переходом на бронзовый ранг, но двое мужчин все равно возвышались над ним.

— Можешь звать меня Вик, — сказал Виктор. — Давай присядем, а? Одно из хороших качеств того, чтобы быть чертовски богатым, — это владение хорошими креслами.

Они сели в три кресла для отдыха вокруг низкого столика.

— Хотите чего-нибудь освежающего? — спросил Виктор. — В полдень вторника особо нечего пить, но я могу попросить принести воды, кофе, чая…

— Я в порядке, спасибо, — сказал Джейсон. — Вы хотели меня видеть, по-видимому, потому что слышали о том, что случилось с Ари.

— Ага, — подтвердил Виктор.

Затем Джейсон повернулся к Вермиллиону.

— Как много он знает? — спросил Джейсон.

— Он мельком видел, — сказал Вермиллион. — Он знает, кто я, и что существуют другие вещи. Достаточно, чтобы понять, что есть опасности, с которыми он не готов бороться.

— Опасности, с которыми вы готовы встретиться. — Джейсон усмехнулся. — В обмен на определенные уступки?

— Да, — без тени смущения ответил Вермиллион. — Что вы сказали своему дяде?

— Что если я скажу ему больше, он может оказаться втянут в те опасности, о которых вы упомянули.

— Это мудрый подход.

Виктор не показал этого на лице, но Джейсон видел разочарование в его ауре. Он предположил, что Виктор не знает, что его эмоции можно читать таким образом, что Вермиллион, несомненно, держал в секрете ради собственной выгоды. Что касается самого Вермиллиона, его контролируемая аура не выдавала никаких эмоций, по крайней мере, для чувств Джейсона. Это был необычный уровень контроля для того, кто не является пользователем эссенции.

— Эти опасности могут оказаться не тем, что вы сможете удержать от порога своего дяди, — сказал Виктор. — ЭОА захватили контроль в Перте и Мельбурне, а теперь они не скрывают своих попыток проникнуть в Сидней.

Джейсон уже догадался, что ЭОА — это не просто обычные преступники, хотя это было предположение, основанное на очень скудной информации. Начинало казаться, что в его мире есть целая экосистема скрытой магии, о которой Джейсону нужно узнать, прежде чем он вляпается в неприятности. В еще большие неприятности.

— Чего вы хотите от меня? — спросил Джейсон Виктора.

— У меня есть определенный уровень сотрудничества с организацией Вермиллиона, — сказал Виктор. — Однако они не желают расширять сферу этого сотрудничества, когда ЭОА неизбежно постучатся в мою дверь. Когда я услышал, что кто-то еще из общего круга Вермиллиона связан с одним из моих сотрудников, я захотел узнать, сможем ли мы договориться.

— Мы не сможем, — отрезал Джейсон. — Я не собираюсь ввязываться в вашу драку.

Виктор не мог предоставить Джейсону ту информацию, которая ему была нужна. Более того, он хотел, чтобы Джейсон прыгнул в драку, не понимая сторон, что было противоположно собственным намерениям Джейсона. Именно Вермиллион мог предложить Джейсону что-то стоящее.

— А как насчет вашего дяди? — спросил Виктор.

— Он под моей защитой, — сказал Джейсон. — Эта защита не распространяется на вас или ваши интересы.

— Я могу предложить вам существенные выгоды, — сказал Виктор. — Вы удивитесь тому, чего я могу достичь, если буду достаточно мотивирован.

— Вы удивитесь тому, чего Я могу достичь, если буду достаточно мотивирован, — ответил Джейсон. Он не подкрепил свои слова аурой, но это было не нужно. Хотя это не отразилось в языке его тела, рябь страха прошла через ауру Виктора.

Джейсон однажды сражался с командой в миражной камере, используя театральные приемы киномонстров, чтобы вызвать страх и дезориентировать их. Это сработало только потому, что они были такими же наивными, как и он, и он съежился, вспоминая то, что теперь считал шутовским представлением.

Хотя с тех пор прошел всего год, это был год, в течение которого Джейсон прошел сквозь кровь и смерть. Ему больше не нужно было глупо имитировать опасность; его опыт, отношение, тренировки и трансформированное тело привели к смертоносному преображению.

Старое, легкомысленное «я» Джейсона все больше становилось маской, которую ему приходилось надевать, а после месяцев постоянных боев он давно ее не надевал. Пробираясь через море монстров, единственными людьми вокруг него были его верные друзья и самые заклятые враги. После всего этого маска не сидела так плотно, как раньше.

Для тех людей, которые могли это распознать, Джейсон подсознательно излучал опасность. Даже с его скрытой аурой, это было в том, как он двигался, как наблюдал за всем вокруг. Это было в его уверенности, непоколебимой самоуверенности. Ари почувствовал это еще до того, как Джейсон высвободил свою ауру, а Виктор был гораздо проницательнее Ари.

— Я хотел бы обсудить некоторые вещи, которые мог бы сделать для вас, — сказал Виктор. — И для вашего дяди тоже.

— Нет, — твердо сказал Джейсон. — Я подозревал, что у вас может быть какое-то предложение в этом роде, но я хочу однозначно отвергнуть любые переговоры на этот счет. Я знаю, что это не то, что вы хотите услышать, и я хочу, чтобы наши отношения были дружескими, но я только что вернулся издалека, дальше, чем вы можете себе представить. Я не знаю местной ситуации или местных игроков, и я даже не буду рассматривать возможность вмешательства, пока не получу лучшее представление о воде, в которую я плюхнулся.

Джейсон одарил Виктора искренней улыбкой, чтобы разрядить напряжение.

— Честно говоря, мистер Толлман — Вик, — я пришел сюда по двум причинам. Во-первых, чтобы оказать вам уважение, чтобы не создавать проблем моему дяде. Вторая — встретиться с Вермиллионом.

Джейсон повернулся к бледному мужчине, который был в основном доволен тем, что сидел сложа руки, не сводя глаз с Джейсона.

— Я хотел бы встретиться наедине для более откровенного разговора, мистер Вермиллион.

— Обмен информацией? — спросил Вермиллион.

— Да, — сказал Джейсон. — Если Вик здесь сможет убедить вас сделать еще одно предложение от его имени, когда я буду лучше ориентироваться в обстановке, я выслушаю. Не думаю, что соглашусь, но вы подошли ко мне с вежливостью. Будет справедливо, если я отвечу тем же.

Джейсон встал. Виктор и Вермиллион сделали то же самое, и Джейсон снова пожал руку Виктору.

— Было приятно познакомиться, Вик. Мне жаль, что я не могу дать вам то, чего вы хотите, но я усвоил несколько тяжелых уроков о том, как неосторожно выбирать себе драки.

— Я понимаю, — сказал Виктор любезно.

— Если вы захотите встретиться еще раз, — сказал Джейсон, пожимая руку Вермиллиону, — уверен, вы сможете найти мой номер.

* * * После того как один из его сотрудников проводил Асано, Виктор плюхнулся обратно в одно из многочисленных кресел в комнате.

— Этот парень нервирует, — сказал Виктор. — Но это не значит, что он настоящий. Ты уверен, что он не блефует насчет того, что он из вашего круга? Казалось, он выуживал информацию.

— Я уверен, — сказал Вермиллион. Он никогда не встречал ауру такой сильной и жестко контролируемой, как у Асано. Она была похожа на непроницаемую сферу, идеально сформированную и раскрывающую только то, что она хотела, чтобы вы увидели. Она также была на порядок сильнее любой ауры второго уровня, с которой он сталкивался.

Он почти принял ее за ауру третьего уровня, и не сомневался, что если бы Асано захотел скрыть ее от него, он мог бы это сделать. Асано явно хотел, чтобы Вермиллион увидел, что он маг эссенции, и что с ним не стоит шутить. Вермиллион был фронтменом Кабалы в сделках с другими группами в Сиднее, и Асано был совсем не похож на магов эссенции, с которыми он сталкивался из Сети. Хотя он все еще был магом эссенции, Вермиллион не сомневался, что Асано был совсем другой породы.

— Ты собираешься встретиться с ним? — спросил Виктор.

— Да, — сказал Вермиллион.

— Попробуешь убедить его ради меня?

— Нет, — сказал Вермиллион. — Если бы он выступил против ЭОА, это вызвало бы опасные цепные реакции. Не думаю, что он часть местной экологии. Если бы не семейная связь, сомневаюсь, что мы бы вообще о нем услышали.

— Тогда почему он пытается продать золото? — задался вопросом Виктор.

— Это любопытно, — сказал Вермиллион, — поэтому я и купил его у тебя. Мои люди анализируют его, химически и не только. Этот человек может действовать независимо, хотя я не уверен, как вообще возможно для кого-то с его природой стать таким сильным без поддержки.

— Насколько сильным? — спросил Виктор. — Если он один, будет ли он вообще полезен против ЭОА? Насколько опасным может быть один человек?

— Очень, я подозреваю, — сказал Вермиллион. — Но ты прав, что выступление против такой организации, как ЭОА, — это бесполезный жест. Даже если бы он каким-то образом одолел все их местные силы, это только навлечет на него большие угрозы.

— Ты предлагаешь мне прогнуться под ЭОА?

— Я знаю, что ты не любишь выбирать легкий путь, Виктор, но иногда трудный путь ведет прямо с обрыва.

— Как бы он выглядел в сравнении с тобой, если бы дошло до драки?

— Я не знаю, на что он способен, — сказал Вермиллион. — Я бы избегал ее, если возможно. Мои инстинкты говорят мне, что если бы я не смог… Я советую тебе быть очень вежливым с его дядей.

РАСОВЫЕ СПОСОБНОСТИ (ИНОМИРЯНИН)

РАСОВЫЕ СПОСОБНОСТИ (ИНОМИРЯНИН)

* [Групповой интерфейс]. * [Непокорный]. * [Духовное хранилище]. * [Тактическая карта]. * [Астральное сродство]. * [Темный всадник].

Эссенции (4/4)

Тьма [Спид] (5/5)

* [Полуночные глаза] (особая способность): [Бронза 5] 09%. * [Покров ночи] (особая способность): [Бронза 4] 12%. * [Путь теней] (особая способность): [Бронза 4] 41%. * [Рука Жнеца] (особая способность): [Бронза 2] 94%. * [Тень Жнеца] (фамильяр): [Бронза 4] 98%.

Кровь [Мощь] (5/5)

* [Кровавая жатва] (заклинание): [Бронза 4] 64%. * [Укус пиявки] (особая атака): [Бронза 4] 14%. * [Пир крови] (заклинание): [Бронза 3] 02%. * [Кровавый ужас] (фамильяр): [Бронза 4] 89%. * [Кровоизлияние] (заклинание): [Бронза 3] 92%.

Грех [Восстановление] (5/5)

* [Наказание] (особая атака): [Бронза 4] 15%. * [Пир отпущения грехов] (заклинание): [Бронза 4] 03%. * [Пожиратель грехов] (особая способность): [Бронза 3] 79%. * [Гегемония] (аура): [Бронза 5] 04%. * [Бичевание] (заклинание): [Бронза 4] 31%.

Рок [Дух] (5/5)

* [Неотвратимый рок] (заклинание): [Бронза 4] 97%. * [Возмездие] (заклинание): [Бронза 3] 74%. * [Клинок Рока] (заклинание): [Бронза 4] 26%. * [Вердикт] (заклинание): [Бронза 2] 82%. * [Аватар Рока] (фамильяр): [Бронза 4] 16%.

После тренировки Джейсон переходил к делам дня. Обычно это означало закапываться в интернет, навёрстывая всё, что он пропустил. Особый интерес представляли «учения по готовности к террористическим угрозам», проходящие по всему миру, включая Австралию.

Они начались незадолго до отъезда Джейсона, но за полтора года его отсутствия их частота значительно возросла. В сочетании с постоянным отсутствием объяснений со стороны мировых правительств, они привлекали всё больше внимания СМИ, несмотря на очевидные попытки преуменьшить их значение. Учитывая, что один из таких инцидентов произошел совсем рядом с его домом в тот самый момент, когда Джейсона засосало в другую вселенную, он был глубоко заинтересован.

Судя по тому, что он смог собрать, учения включали создание запретной зоны, полное блокирование любых попыток наблюдения, вплоть до использования глушилок сигналов и даже сбивания камер дронов. То, что они делали, было загадкой, в которой он разберется, когда представится возможность. Судя по частоте случаев, которые он видел, это был лишь вопрос времени.

Он также занимался онлайн-сталкингом своей семьи. Он посмотрел несколько эпизодов нового кулинарного шоу своей сестры, изучил сайты агентства недвижимости своей матери и ландшафтного бизнеса отца. Его отец завел фотоблог, где он описывал процесс освоения двойного участка, который купил, превращая ровный кусок земли в пышный сад с домом. По крайней мере, таков был план; он был еще на ранних стадиях.

Были и другие вещи, которые нужно было сделать Джейсону, например, продолжить юридический процесс возвращения с того света. Тайка был предоставлен в распоряжение Джейсона, выполняя функции водителя и весьма отличного телохранителя, давая много советов о том, как решить любые мелкие проблемы, которые были у Джейсона.

Хотя Тайка выглядел как профессиональный рестлер, с его огромным ростом и широким телосложением, на самом деле он был дружелюбным, разговорчивым и умным человеком, чью компанию Джейсон быстро оценил. Обычно он приходил в таунхаус в середине утра, после того как тренировка Джейсона была закончена, чтобы узнать, не нужно ли Джейсону чего-нибудь. Однажды утром они сидели на диване, играя в видеоигры.

— Мне не нравятся трассы в этой версии, — сказал Тайка. — Думаю, в версии для Wii была лучшая подборка трасс во всей серии.

— Не буду спорить, — сказал Джейсон. — Хотя пытаться найти онлайн-игру сейчас — это немного сложно.

— И не говори.

Телефон Джейсона зазвонил, что было необычно. До сих пор он получал звонки только от Тайки и Хиро. Он встал с дивана и ответил.

— Алло?

— Мистер Асано, это Крейг Вермиллион.

Тон вампира был более располагающим, чем тот контролируемый, отрывистый стиль, который он использовал при личной встрече.

— Мистер Вермиллион.

— Крейг — это нормально, когда я не на работе. Мне приходится играть зловещего и таинственного вокруг обычных людей. Поддерживать мистику, понимаете?

— Конечно, — сказал Джейсон.

— Если вы все еще хотите встретиться, вы свободны на обед?

— Вы не взорветесь, когда на вас попадет солнечный свет, правда? — спросил Джейсон, вызвав странный взгляд у Тайки.

— Со мной все будет в порядке, — сказал Вермиллион, и в его голосе послышалось веселье.

Они договорились встретиться в кафе, и Тайка с Джейсоном вышли из здания на парковку.

— Тебя подбросить, бро? — спросил Тайка.

— Нет, у меня есть байк, — сказал Джейсон, кивнув на мотоциклетную форму Тени. Как и все транспортные формы Тени, она выглядела так, будто он украл чертежи у Бэтмена.

— Классный аппарат, — сказал Тайка. — Его здесь не было, когда я пришел.

— Мой друг оставил его здесь, — сказал Джейсон.

— Я думал, ты скажешь, что это самоходный байк.

— Я не знал, что такие существуют, — сказал Джейсон. — Надо будет изучить этот вопрос.

Пока Тайка подошел поближе, чтобы полюбоваться мотоциклом, Джейсон сменил наряд, дымка скрывала его на несколько секунд, пока Тайка смотрел в другую сторону. Когда Тайка повернулся обратно, Джейсон был в своей кожаной экипировке и шлеме.

— Как ты…?

— Что? — спросил Джейсон.

— Ты сменил одежду.

— Не, приятель. Я всегда был в этом.

Тайка нахмурился.

— Ты загадочный парень, бро. В тебе много такого, что не складывается.

Джейсон усмехнулся.

— Приятель, ты даже не представляешь.

* * * — Когда ты выбирал кафе, я ожидал не этого, — сказал Джейсон.

Вермиллион провел его из переполненной нижней зоны в приватную верхнюю с пустыми столиками и стеной-окном, выходящей на улицу. Декор был сдержанным, с паркетными полами и землистыми тонами.

— Это мое заведение, — сказал Вермиллион. — Оно предлагает комфорт и удобство для частных дел.

— Дай мне секунду переодеться, — сказал Джейсон, и дымка окутала его, сменив экипировку байкера на повседневный зимний костюм. Вермиллион был одет гораздо более повседневно, чем на их прошлой встрече, в простые брюки и шерстяной свитер.

— Ты уверен, что оставляешь свой мотоцикл на улице вот так? — спросил Вермиллион.

— Это был не мотоцикл, — сказал Джейсон, но не предложил дальнейших объяснений. Вермиллион посмотрел на улицу и заметил, что байка больше нет там, где Джейсон его оставил.

— Я всегда завидовал удобству вызванных транспортных средств, — сказал Вермиллион.

— Это здесь обычное дело?

— Только одно, о котором я знаю, здесь, в Сиднее. Там, где ты проводил время вдали, это необычно?

— Транспортные средства конкретно — да, но есть много магических предметов, езда на магических зверях. Мой приятель Хамфри разъезжает на меняющем форму драконе.

— Драконе?

— Это маленький дракончик.

Они сели за столик с удобными креслами.

— Скоро кто-нибудь подойдет принять заказ, — сказал Вермиллион.

— Какие у вас диетические ограничения? — спросил Джейсон. — Это жидкая диета? Я мало знаю о вампирах. Единственные, кого я встречал, были созданы гигантским кровавым пауком. Мы особо не разговаривали, так как они пытались убить меня и моих друзей.

— Низшие вампиры, — сказал Вермиллион. — Они были созданы гигантским пауком? Это тоже случилось во время твоего загадочного отсутствия?

— Ага, — сказал Джейсон. — Это был тяжелый день. Я имею в виду, это было эпично. Армия вампиров-монстров? Но да, тяжело.

— И где именно это происходило?

— Поверите, если скажу, что в заброшенном городе в джунглях в карманной вселенной?

— Не особо.

— Тогда скажем, южная Африка. Плюс-минус. Что вам сказало мое золото?

— С чего ты взял, что у меня твое золото?

— Я получил полную рыночную цену за это золото, чего не должен был получить, учитывая его сомнительное происхождение. Это значит, что кто-то выше вмешался. Это мог быть Толлман, желающий произвести хорошее первое впечатление, но он бы что-то сказал, когда пытался завербовать меня в свое дело.

— Почему я должен был его хотеть? — спросил Вермиллион.

— Лучшая догадка? Вы — или люди за вами — увидели пользователя эссенции, действующего вне нормы, почти как будто он не знал, что к чему. Но как кто-то вроде меня может быть независимым? Откуда бы они взяли ресурсы? Почему они делают что-то настолько мелочное, как продажа обычного золота? Поэтому вы купили его и, вероятно, подвергли его всем тестам, которые только смогли придумать.

— Ты кажешься очень уверенным, — сказал Вермиллион.

— Кажусь, не так ли? — сказал Джейсон со смехом. — Признаюсь, мне любопытно, что вы обнаружили.

Вермиллион покачал головой.

— Мои люди очень заинтересованы в том, откуда взялось это золото, — сказал он. — По-видимому, мы пытались отследить источник, и результаты были крайне аномальными.

— Готов поспорить, так и было. — Джейсон усмехнулся. — Кто ваши люди, если не секрет?

— Кабала, — сказал Вермиллион. — Я думал, это очевидно.

— Никогда о них не слышал, — сказал Джейсон. — Я был вне города.

— Кабала повсюду.

— Я был очень далеко вне города, — сказал Джейсон. — Подозреваю, что ваша концепция «повсюду» нуждается в значительном пересмотре.

— Тогда, в таком случае, расширьте мои горизонты, — сказал Вермиллион.

— Я могу это сделать, — сказал Джейсон. — Но сначала я хотел бы разобраться с местным колоритом.

— Если вы искренне не знаете, что такое Кабала, — сказал Вермиллион, — то вам определенно есть что наверстывать. Как много вы знаете?

— Просто представьте, что меня засосало в альтернативную вселенную, и я вернулся со сверхспособностями, чтобы обнаружить, что в моем мире все это время была скрыта магия.

Вермиллион приподнял брови.

— Гипотетически, — добавил Джейсон.

Вермиллион откинулся на спинку кресла.

— Я, безусловно, могу рассказать вам то, что не является большим секретом, — сказал Вермиллион. — По крайней мере, для таких людей, как мы. Для обычных людей это было бы величайшим секретом в мире, но мы ушли далеко вперед от обычных людей.

— Огромная магическая сила меняет перспективу, не так ли?

— Первое, что вам нужно знать о магическом мире, это то, что в нем есть три доминирующие силы. Есть группы поменьше, локальные, которые дерутся за объедки со стола. Они знают о магии, но их знания в лучшем случае фрагментарны, и у них мало, если вообще есть, магии, которой они могут управлять сами.

— Как наш друг Виктор.

— Точно как наш друг Виктор, — согласился Вермиллион. — Есть также группы, которые вращаются вокруг более крупных организаций. Семьи, знающие правду веками, и тому подобное. Они различаются по силе, напрямую связанной с их влиянием внутри групп, к которым они прикреплены.

— И именно эти три большие группы являются настоящими игроками?

— Именно так, — сказал Вермиллион. — Самая старая и самая скрытная — это Кабала. Я ее член, и даже мои знания крайне ограничены. Большую часть того, что я знаю, мне не разрешено разглашать.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Каков взгляд со стороны на вашу группу?

— Кабала представляет старую магию этого мира. Вещи старше истории, которые обитают в темных местах.

— Как вампиры, — сказал Джейсон.

— Да. Настоящие вампиры, а не марионетки какого-то мага эссенции.

— Я слышал о пользователях эссенции, создающих вампиров, — сказал Джейсон. — Там, где я только что был, это не одобряется.

— Как и здесь, — сказал Вермиллион. — Эти низшие вампиры, бегающие вокруг и убивающие людей. Даже если отбросить моральное отвращение к убийству, чего, я думаю, вы делать не должны, это просто усложняет жизнь тем из нас, кто поступает правильно.

— Я хотел спросить об этом, — сказал Джейсон. — Я задавался вопросом о ваших взглядах на убийство и поедание людей, потому что я придерживаюсь на этот счет невысокого мнения. Достаточно людей пытались убить и съесть меня, так что мне не нравится эта практика.

— Это прерогатива низших вампиров, — сказал Вермиллион. — Они не могут питаться, не убивая, поэтому мы уничтожаем их, как только находим.

— А как насчет вас? — спросил Джейсон. — Вы ведь пьете кровь, да?

Вермиллион собирался ответить, когда официантка пришла снизу. У нее было только одно меню, которое она протянула Джейсону.

— Это ваше заведение, — сказал Джейсон. — Что здесь хорошего?

— Карпаччо из говядины, — без колебаний сказал Вермиллион.

— Хорошо, — сказал Джейсон, возвращая меню, не глядя на него.

— То же самое для меня, — сказал Вермиллион. — Спасибо, Аника.

Официантка удалилась вниз.

— Кровь — это досадная необходимость, — сказал Вермиллион. — Однако нет нужды убивать ради нее. На самом деле, люди сами жаждут ее отдать.

— О?

— Мы культивировали целые субкультуры, — сказал Вермиллион. — В кожаной куртке и облегающих черных брюках мы получаем больше крови и секса, чем можем потребить. Буквально больше. Я знаю людей, которые делали все возможное, чтобы сократить предложение, так сказать, но они даже не оставили вмятины. Всегда есть больше молодых людей, ищущих острых ощущений.

— Это вредно?

— Не более, чем донорство крови, — сказал Вермиллион. — На самом деле, питание нами на самом деле повышает сопротивляемость большинству болезней.

— Правда?

— Только с высшими вампирами. Когда питаются низшие вампиры, они выпускают антикоагулянт в кровь, который убивает без радикального медицинского вмешательства.

— Или исцеляющей магии.

— Если вы можете ее достать. Вот почему мы искореняем низших вампиров.

— Но вы действительно обеспечиваете устойчивость к болезням?

— Это удивило нас тоже, — сказал Вермиллион. — Еще в восьмидесятых Кабала проводила исследования потенциальных опасностей передачи болезней через кровь нашими более сангвинически ориентированными членами. Оказалось, что вместо распространения болезней, люди, которыми мы питаемся, статистически менее склонны к получению некоторых из более неприятных недугов, витающих вокруг.

— Вы проводили исследования? — спросил Джейсон.

— Мы не публиковали их, очевидно. Однако они проводились с тщательностью экспертами в этой области и распространялись по нашим собственным каналам.

— И, очевидно, солнечный свет не является проблемой для вашего вида, — сказал Джейсон. Это был тот холодный, ясный зимний день, когда небо было первозданно голубым. Солнечный свет заливал комнату через большое окно, приятно освещая ее.

— Это вопрос магии, — сказал Вермиллион. — Более слабые члены моего вида подвержены влиянию солнечного света. Я также слышал о более сильных вампирах, на которых он влияет в необычных ситуациях, где магия вокруг них более мощная.

— Интересно, — задумчиво произнес Джейсон. — Я должен предположить, что фоновая магия наполняет солнечный свет свойствами, антитетичными вашему состоянию. У меня есть друг, который, вероятно, понимает этот процесс. Насколько вреден солнечный свет, точно?

— Когда он достаточно силен, чтобы повлиять на нас, мы становимся слабее и медленнее. Не до уровня базового человека, но я не могу говорить за некоторые из тех ситуаций с высокой магией. Я не знаю обстоятельств, в которых они происходили, поэтому я в основном исхожу из знаний из вторых рук. Это также делает наши более необычные способности трудными или даже невозможными для использования.

— Вы не кажетесь нерешительным, делясь своими слабостями, — заметил Джейсон.

— Это не секреты, — сказал Вермиллион. — Как только вы проведете хоть какое-то время в магическом сообществе, вы обнаружите, что эту информацию нетрудно достать.

— Но на вас не влияет этот уровень магии?

— Совсем нет, — сказал Вермиллион. — Только самые слабые из нашего вида.

— Но в вашей Кабале не только ваш вид, верно?

— Нет, — сказал Вермиллион. — Помимо индивидуумов, стремящихся следовать своим собственным путям, вся старая магия подпадает под нашу эгиду. У нас много фракций в наших рядах, но мы объединились, когда обычные люди стали более опасными с развитием технологий.

— Старая магия, в отличие от новой магии? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Вермиллион. — Вы маг эссенции, верно?

— Да.

— Она существует всего около полутысячелетия. Вот почему мы называем ее новой магией.

НОЖ В НОЖНАХ

НОЖ В НОЖНАХ

Вермиллион и Джейсон прервали разговор, когда официантка принесла еду вместе с бутылкой вина и двумя бокалами. Джейсон с удовольствием отщипывал еду, пока Вермиллион открывал бутылку. Они воздержались от продолжения разговора, пока официантка не вернулась вниз.

— Магия всегда была сложной и эзотерической вещью, — объяснил Вермиллион, разливая вино. — Около пяти веков назад появился новый вид магии. Люди без связи со старыми путями внезапно смогли владеть множеством простых в использовании мистических сил. В то время они были ограниченной угрозой. Их собирали в различные тайные общества по всему миру, накапливая их знания. Самое главное, их сила, казалось, имела ограничения в росте. Хотя это может занять десятилетия и столетия, многие члены Кабалы могут медленно накапливать силу с течением времени. Я был вампиром семьдесят лет, что достаточно долго, чтобы достичь второго уровня силы.

— Как вы называете уровни? — спросил Джейсон. Хотя конвенции именования были бы субъективными, пороги между магическими рангами — нет.

— Существовало много терминов категоризации, в разных культурах и языках, — сказал Вермиллион.

— Меня учили называть их рангами, — сказал Джейсон.

— Поскольку магические сообщества становятся все более взаимосвязанными, потребность в общей терминологии привела к числовым обозначениям, которые широко признаны. Называете ли вы их уровнями, категориями, сферами или рангами, как вы, одни и те же числа признаются повсеместно.

— Итак, что это за числа?

— Начинается с нуля, — объяснил Вермиллион. — Это люди, у которых недостаточно магии, чтобы пересечь первый, трансформационный порог и стать истинной сущностью магии. Это единственный уровень, где границы могут немного размываться.

— О?

— Возьмем, к примеру, кровавых слуг.

— Кровавых слуг?

— Обычные люди, которые вкусили крови высшего вампира, не проходя через процесс трансформации. Они получают сверхчеловеческую силу и скорость, в зависимости от силы крови. Они могут даже достичь силы первого или даже второго уровня, но это временно. Без регулярного приема большего количества вампирской крови эта сила угасает.

— Это не может быть хорошо, — сказал Джейсон. — Я никогда не слышал об этом применительно к вампирам, но мне говорили, что откат в ранге может быть довольно тяжелым испытанием.

Джейсон слышал о побочных эффектах у бывших священнослужителей, которые оскорбили своих богов и были лишены божественно дарованных эссенций. Это вызывало изнурительный дисбаланс в теле и душе.

— Это очень даже не хорошо, — сказал Вермиллион. — Существует также сильный аддиктивный аспект вампирской крови, поэтому культивирование кровавых слуг — это практика, не одобряемая в наше время. Совсем недавно у нас была проблема с кем-то, кто тихо создавал большую армию кровавых слуг.

— Итак, другие уровни — это то, что вы ожидаете, от низшего к высшему?

— Да, — сказал Вермиллион. — Это ставит вас и меня на второй уровень из пяти.

— Не шесть? — спросил Джейсон.

— Шесть? Я слышал о некоторых людях четвертого уровня в Кабале, но никогда не видел ни одного. Ходят слухи, что они стали настолько могущественными, что не хватает магии, чтобы поддерживать их, и они все вошли в формы спячки, спрятанные на века. Мне говорили, что есть пятый уровень, но я никогда не видел доказательств того, что это что-то большее, чем миф. А что касается большего… что за пределами мифа?

— Бог. То, что вы называете пятым уровнем, — это предел смертной силы.

— Я никогда не видел доказательств того, что какие-либо боги реальны.

— О, они реальны. Боги и вещи вне нашей реальности.

— Я был бы очень заинтересован услышать об этом больше.

— Не сомневаюсь, — сказал Джейсон. — Считайте это тизером того, что я могу предложить, когда буду просить об одолжении у Кабалы.

— Я так и сделаю, — сказал Вермиллион. — Подозреваю, мои люди будут еще более заинтересованы, чем я, если то, что вы говорите, имеет хоть какую-то обоснованность. Тем временем, хотите, чтобы я продолжил свое объяснение новой магии?

— Пожалуйста. Вы сказали, что магия эссенции была заперта на нижней ступени много лет.

— Столетия. На самом деле, большую часть истории новой магии.

— Полагаю, это изменилось?

— Да. Наши люди исследовали рост этой новой магии, который происходил в течение нескольких десятилетий, по всему миру. Даже среди цивилизаций, еще не открытых широким миром, таких как коренные культуры этого региона Тихого океана. То, что наши расследования в конечном итоге раскрыли, заключалось в том, что один человек был ответственен за все это.

— Один человек?

— Именно так. Один человек, чье владение этой новой магией было гораздо больше, чем что-либо, что мы видели с тех пор. Они могли говорить на любом языке и менять свое лицо. Мы даже не знаем, были ли они мужчиной, женщиной или даже человеком. Мы верим, что этот человек засеял тайные общества новой магии.

Вермиллион одарил Джейсона неловкой улыбкой.

— Если позволите спросить, вы маг эссенции?

— Я — да.

— Тогда вы знаете, что магия исходит от магических объектов. Эссенции, которые дают магии эссенции ее название. Долгое время источник новой магии был строго охраняемым секретом, но практика новой магии распространялась. В конце концов, правда была раскрыта. Этот человек, основывающий тайные общества по всему миру, давал им эти эссенции.

— Ваша Кабала когда-нибудь получала хоть одну?

— Уверен, что получала. Что касается того, что из этого вышло, я понятия не имею. Если в наших рядах есть маги эссенции, я никогда их не видел.

— И, вероятно, не сказали бы мне, если бы видели.

Вермиллион улыбнулся, пригубив вино, прежде чем ответить.

— Вероятно, нет, нет. Итак, этот человек предоставил то, что мы теперь знаем как эссенции, которые способствуют новой магии. Однако столетиями магия эссенции была ограниченной и слабой. У нее было мало пользователей, никто из которых не обладал большой силой. Но, как вы сказали, это изменилось.

— Что случилось? — спросил Джейсон.

— Вы, вероятно, можете угадать лучше, чем я, раз уж вы явно знаете, как развивать свою силу.

— Я знаю, как это делать там, где я был, но здесь я не знаю. Кажется, условия не те.

— Это была и наша оценка тоже. Но кое-что изменилось около рубежа девятнадцатого века. Начала проявляться некая глобальная угроза, в какой момент мы поняли, что эти тайные общества были подготовлены специально для борьбы с этой угрозой.

— Какого рода угроза?

— Чудовищные сущности. Мифы, воплощенные в жизнь. У этих тайных обществ был какой-то способ видеть их приближение и предотвращать их прибытие. Мы видели только то, что случалось, когда они терпели неудачу, а именно появление странных и опасных существ.

— Дайте угадаю, — сказал Джейсон. — Чем больше они противостояли этим угрозам, тем сильнее становились эти новые маги.

— Действительно, — сказал Вермиллион. — Я знаю лишь ограниченное количество об этих угрозах, но я знаю, что они становились сильнее и чаще в течение последнего столетия или около того. Со временем путешествия и коммуникации продвинулись вперед. Тайные общества новой магии поняли, что они все сродни друг другу, используя одни и те же методы и силы. Средства, которыми они обнаруживают угрозы, одни и те же.

— Которые заключаются в чем? — спросил Джейсон.

— Некая мистическая сетка, пересекающая весь земной шар. Мы верим, что она была установлена человеком, который основал общества, в рамках подготовки к их будущей цели.

— Итак, эти тайные общества теперь все работают вместе?

— Да, — сказал Вермиллион. — Они называют себя Сетью. За последнее столетие их численность и сила быстро выросли, обогнав мою Кабалу как самую сильную из основных магических фракций.

— Учения по готовности к террористическим угрозам, — сказал Джейсон.

— Растущая скорость этих угроз сделала Сеть сильнее, — сказал Вермиллион, — но опасность, кажется, растет быстрее, чем их способность встретить ее. Им нужно было масштабировать свои операции до уровня, который они просто не могли как скрытая организация. Все больше и больше существ проскальзывало сквозь трещины. Становилось все труднее и труднее скрываться. Чуть более трех лет назад они приняли очень опасное решение и раскрыли себя ряду мировых правительств.

— Они не обратились к другим магическим организациям?

— Кабала никогда бы не раскрыла себя до такой степени, — сказал Вермиллион. — Что касается третьей крупной организации, то сокрытие магии не соответствует их принципам.

— Что это за третья организация?

— Инженеры Вознесения, — сказал Вермиллион.

— Инженеры Вознесения, — повторил Джейсон. — Вы говорите об ЭОА?

— Я говорю о них, — сказал Вермиллион. — Как вы, несомненно, догадались, они гораздо менее сдержанны в раскрытии себя, чем другие организации. Хотя их истинная природа остается скрытой, это лишь едва-едва.

— Виктор Толлман хотел, чтобы я выступил против ЭОА, — сказал Джейсон. — Я уверен в своих способностях, но я не могу в одиночку противостоять одной из доминирующих магических сил на планете.

— Возможно, возможно, нет, — сказал Вермиллион. — ЭОА очень децентрализованы как движение. Они склонны действовать кластерами, что делает их гибкими и устойчивыми к внешним атакам, но им не хватает сплоченности, и они менее склонны мстить за потерю отдельных членов. Это необходимая позиция для слабейшей из трех групп.

— Они сталкивались с другими?

— В основном с Сетью, которая очень заинтересована в сохранении магии в секрете.

— Итак, если группа ЭОА здесь, в Сиднее, падет, не будет ли крупномасштабного возмездия?

— Я бы не заходил так далеко. Нанесите достаточно ущерба, и они начнут мобилизовать свои силы. Просто вы, вероятно, можете позволить себе уничтожить нескольких членов, если попадете в перепалку, не слишком беспокоясь. Если вы уничтожите членов Кабалы или Сети, напротив, люди, стоящие за ними, обрушатся на вас, как боги древности.

— Чтобы сделать пример, — сказал Джейсон.

— Именно. Это привилегия быть гегемонами. ЭОА должны быть более осмотрительны. Они стали искусными в том, чтобы знать, когда протянуть руку, а когда поднять кулак. По большей части. Это природа фракционной организации, что там будут разные люди с разными взглядами.

— Какова природа их магии? — спросил Джейсон. — Если ваша Кабала — это старая магия, а эта Сеть — новая магия, куда вписываются ЭОА?

— Инженеры Вознесения в основном состоят из тех, кто пришел к магии извне обычных каналов. Я упоминал группы поменьше, борющиеся за объедки, оставленные Кабалой и Сетью. Насколько нам известно, ЭОА были сформированы сильнейшими из этих групп, ищущими силу в количестве. Таким образом, их магия — это мешанина, собранная из того, что они могли выпросить, одолжить или украсть. Это может заставить их казаться бедными родственниками, и многие из Кабалы и Сети смотрят на это именно так.

— Вы не согласны?

— Я думаю, что пренебрегать ЭОА глупо. Они были движущей силой магических инноваций в наше время. Новая магия кажется застывшей в своих формах, в то время как Кабала застыла в своих путях. ЭОА раздвигают границы. Не без последствий, но и не без результатов.

— Те накачанные наркотиками головорезы, о которых я слышал?

— Магическое усиление — это ядро их магических исследований. В данном случае, старая школа алхимии в сочетании с современными фармацевтическими подходами. Насколько мне известно.

— Магические стероиды.

— Что-то вроде того, — сказал Вермиллион. — Желание ЭОА исследовать кровавых слуг вызвало некоторые конфликты с моей организацией. Нам не нравится, когда кто-то похищает наших людей, чтобы использовать их в качестве исследовательских материалов.

— Они готовы пойти на такой риск?

— ЭОА с самого начала отставали от стаи. Большая часть их способности не отставать — это готовность зайти дальше, чем остальные из нас.

— Дальше как?

— Магическая модификация тела. Реанимация мертвых. Ничто не исключено в погоне за трансгуманизмом через магию.

— Отсюда и название, — понял Джейсон. — Инженеры Вознесения. Они пытаются магически спроектировать себя до высшего состояния.

— Именно, — сказал Вермиллион. — ЭОА знают, что не могут конкурировать с историей Кабалы или ресурсами Сети. Им приходится прокладывать свой собственный путь в области, к которым гегемонистские силы не прикоснутся. У этого есть цена, но они доказали, что готовы ее платить.

— Они хотят быть следующей стадией человечества, — сказал Джейсон. — Какое это имеет отношение к захвату преступного мира?

— Их главная цель — подготовиться к тому, что магия будет раскрыта миру, — сказал Вермиллион.

— Разве это не ставит их в прямую конкуренцию с организациями, пытающимися скрыть ее?

— Это было бы так, если бы ЭОА когда-либо пытались раскрыть магию, но они этого не делают. Они верят, что изучение магии общественностью неизбежно, поэтому они рады подыграть сохранению ее в секрете. Они гораздо более свободны с ней, чем остальные из нас, но они осторожны, чтобы не пересечь ничью черту. Они убеждены, что правда выйдет наружу, несмотря на то, что кто-либо может сделать, чтобы скрыть ее. Во всяком случае, чем дольше это занимает, тем больше времени у них на подготовку.

— Они правы? — спросил Джейсон. — Она выйдет наружу?

— Да, — сказал Вермиллион. — Я знаю, что мои люди становятся все более обеспокоенными, и Сеть уже предприняла решительные шаги. Как только Сеть начала вовлекать правительства, мы начали ускоряться до такой степени, что так много людей знают, что это уже не совсем секрет. Добавьте к этому прогресс технологий, и почти удивительно, что это еще не вышло наружу. На мой взгляд, эти учения по готовности к террористическим угрозам — это последний вздох тайного мира, прежде чем все выйдет на свет.

Джейсон откинулся на спинку кресла, медленно выдыхая. Несмотря на то, что он в основном не дышал, такие привычки, как вздохи, было трудно бросить.

— Значит, мир скоро изменится. Очень сильно.

— Похоже на то. Все готовятся, но ЭОА были с самого начала. Это их шанс сократить разрыв с другими крупными державами.

— Так чего хотят ЭОА? — спросил Джейсон. — Как они готовятся к тому, что правда выйдет наружу?

— Они верят, что как только магия выйдет на свет, произойдет фундаментальный сдвиг в том, как функционируют общества.

— Они думают, что те, у кого есть магия, будут новым правящим классом?

— По крайней мере, магия будет наравне с деньгами и политическим влиянием, — подтвердил Вермиллион. — ЭОА — бедные третьи кузены в магическом сообществе, но они все еще плавают в бассейне для больших детей. Они стремятся занять позицию к тому времени, когда правда выйдет наружу. Сеть уже внедрилась в политические силы, поэтому ЭОА переключились на частные силы, тихо вводя влиятельные группы и индивидуумов в магический мир. Организованная преступность — это лишь приоритет второго уровня, которому они отвели своих младших членов. Настоящая игра — это чрезвычайно богатые.

— Я вижу, как это может быть легкой подачей, — сказал Джейсон. — Предложить людям, которые могут купить все, то, что нельзя купить.

— Точно, — сказал Вермиллион. — ЭОА сделали некоторые солидные шаги в лечении долголетия с минимальными побочными эффектами, по сравнению с их более радикальными разработками в модификации тела. Как только магия выйдет наружу, они смогут продавать ее открыто.

— Другие организации не конкурируют с ними за влияние на богатых?

— Сеть, кажется, удовлетворена политическим влиянием, — сказал Вермиллион. — Я думаю, это будет стоить им, но это их ошибка. Они кажутся сосредоточенными на своей миссии, но, возможно, у них легко могли бы быть скрытые планы, о которых я не осведомлен. Что касается Кабалы, мы крепко держим старые деньги буквально с момента изобретения денег.

— И религию тоже, я полагаю.

— Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, — сказал Вермиллион, вызвав смешок у Джейсона.

— Пирог глобального влияния достаточно велик, чтобы никто не хотел идти на войну за больший кусок, — сказал Вермиллион. — По крайней мере, пока. Пока не появится ничего, что изменит этот баланс, откровение должно пройти довольно гладко для магического сообщества. Что касается мира в целом, это догадка любого. Кто знает, какой хаос произойдет? Не говоря уже об опасностях, которых мы всегда остерегались. Магическая сила и идеология всегда были высокореактивными соединениями.

— В прошлом были проблемы?

— Были. Я не с нетерпением жду, когда агрессивные страны начнут использовать магию в качестве оружия. Русские уже продолжают вторгаться к людям, и я колеблюсь даже говорить о Северной Корее или Ближнем Востоке. США достаточно плохи с боевыми дронами. Вы хотите увидеть магические боевые дроны?

— Делает ли меня это плохим человеком, если я скажу «да»? — спросил Джейсон. — Я имею в виду, магия, летающие роботы-убийцы? Вы должны признать, это довольно потрясающе.

— Не если вы какой-то ребенок в Йемене, который научился бояться неба, — сказал Вермиллион.

— Это разочаровывающе справедливо, — признал Джейсон.

— Это основы, которые вам нужно знать о тайном мире магии. Я все еще понятия не имею, как вы могли достичь своего уровня силы, не зная ничего из этого. У Сети крепкая хватка на новой магии. Однако вы отличаетесь от магов эссенции, которых я знаю.

— Каким образом?

— В их аурах есть что-то, чего нет в вашей. Я видел только одного из их членов с реальной силой, у которого этого не было. Он не самый сильный, будучи низкоуровневой категорией два, но он также кажется более способным, чем остальные.

— Интересно, — задумчиво произнес Джейсон, рассеянно постукивая пальцем по губам. Его догадка была в том, что местные пользователи эссенции активно использовали ядра монстров, в то время как один из них продвигал себя без них.

— Думаю, мои люди знают больше о том, где вы были, чем говорят мне, — признался Вермиллион.

— Что вам сказали ваши люди?

— Немного, — признал Вермиллион. — Это в порядке вещей для Кабалы, но мне нравится знать, что они защитят мои секреты так же тщательно, как и секреты организации. Я верю, что у них есть некоторое представление о том, где вы были. Они сказали мне сделать все возможное, чтобы поддерживать дружественный канал общения.

— Думаю, вы проделали отличную работу, — сказал Джейсон с дружелюбной улыбкой. — Однако я собираюсь проверить местные вампирские привычки питания.

— Вы собираетесь назначить себя магическим шерифом?

— Нет. Но если местные вампиры более склонны к убийствам, чем вы намекнули, я тоже не буду стоять в стороне.

— Вы не можете сражаться с каждым вампиром в Сиднее, мистер Асано.

Вермиллион поймал что-то кременное в глазах Джейсона и его ауре, что послало дрожь по спине вампира.

— Вы удивитесь тому, с чем я могу сражаться, мистер Вермиллион.

Дружелюбная улыбка Джейсона разрядила напряжение.

— Спасибо за всю эту информацию, Крейг. Я вам должен.

— Не большую. Я не раскрыл ничего, что вы не могли бы легко узнать в другом месте. Один совет: если вы собираетесь связать себя с одной из организаций, это должна быть Сеть. Причины должны быть очевидны.

— Я пользователь эссенции, — сказал Джейсон. — Они — группа со средствами сделать меня сильнее.

— Именно, — сказал Вермиллион. — Даже узнав, что эссенции стоят за новой магией, мы никогда не утруждали себя приобретением этой силы для себя, насколько мне известно. У нас просто нет средств развивать ее. У ЭОА есть небольшая горстка пользователей эссенции, но они не сильны. Мои люди определенно заинтересованы в вас, но они хотели, чтобы я направил вас в сторону Сети. Знак доброй воли.

— Я приму это, — сказал Джейсон. Он встал, его рука была наполовину поднята, чтобы пожать руку Вермиллиона, когда она остановилась. Его выражение стало холодным и жестким.

— Вы устроили засаду?

* * * Вермиллион не был уверен, что думать о Джейсоне Асано, который был гнездом странных дихотомий. На первый взгляд, Асано был открытым и дружелюбным, даже немного беспомощным. Это противоречило умным глазам, будь то когда они впитывали все вокруг или были сфокусированы в проницательном взгляде. Хотя язык его тела был непринужденным, Вермиллион не сомневался, что Асано внимательно слушал.

Эта крепостная стена ауры нигде не была видна, совершенно необнаружимая для чувств Вермиллиона. Он начинал понимать, что чувствовали обычные люди под его собственным манипулированием аурой. У Асано было ощущение ножа в ножнах, что было не чуждо Вермиллиону. Он встречал много опасных людей в своей долгой жизни. Тогда не имело особого смысла, что Асано мог быть так неискушен в более широком магическом мире.

Первоначальная мысль Вермиллиона заключалась в том, что Асано притворяется неправдоподобным уровнем невежества. По мере того как он продолжал говорить, а Асано продолжал слушать, он в конце концов пришел к выводу, что человек искренне не знает даже самых базовых аспектов магического общества. Это казалось невозможным, учитывая, что он явно не был чужд магии. Было что-то очень важное в Джейсоне Асано, о чем сам Вермиллион не знал.

История Асано мало что выдавала. До полутора лет назад он был, для любого и всякого расследования, обычным человеком. Он вырос в маленьком городке, посещал частную школу для детей богатых переселенцев. Он поступил в Мельбурнский университет, бросил его после первого семестра и получил низкооплачиваемую работу в розничной торговле.

Следующие пять лет Асано был воплощением банальности, за исключением случайного появления в кулинарном шоу своей сестры. Затем его квартира была таинственным образом разрушена во время одних из фиктивных террористических учений Сети, в которых он, по-видимому, погиб из-за магической случайности. Он таинственным образом вернулся полтора года спустя, без каких-либо объяснений, кроме своего отъезда. Что у него действительно было, так это гораздо больше силы.

Персона, которую Асано обычно изображал, соответствовала его истории до исчезновения. Было ли это всегда чем-то, что он надевал, обладая этой силой до того, как ушел? Вермиллион предположил, что нет, учитывая то, что казалось подлинным отсутствием знаний. Асано куда-то ушел и был глубоко изменен, но куда?

Вермиллион подозревал, что Кабала знает, но скрывает это от него. Это было скорее по привычке, чем из злонамеренности, но это все равно задевало. Скорее всего, это было связано с любой угрозой, с которой сталкивалась Сеть, учитывая, что это, казалось, было источником их силы. Поскольку сила Асано была такой же, это имело смысл.

Однако Асано был не похож ни на одного члена Сети, которого встречал Вермиллион, а он встречал свою долю. Даже по сравнению с горсткой могущественных магов эссенции третьего уровня в Сиднее, Асано был необычен. Его аура была четко различима как второй уровень, но слишком мощная для этого. Она также была слишком контролируемой.

Высшие вампиры имели инстинктивный контроль над своими аурами, что было источником их культовой харизмы. Маги эссенции обычно были небрежны в своем контроле, но Асано был очень другим в этом отношении. Он был по крайней мере равен любому вампиру, которого знал Вермиллион.

В ходе их разговора Вермиллион пришел к убеждению, что, несмотря на опасность за его глазами, Асано может на самом деле быть таким дружелюбным, каким притворяется. С ним определенно было легко ладить. Затем, когда они собирались расстаться, взгляд Асано стал острым, как нож.

— Вы устроили засаду? — спросил Асано.

— Нет, — сказал Вермиллион. — Если бы я собирался устроить засаду, я бы не делал этого в своем собственном кафе. Я бы также привел гораздо больше людей.

— Там гораздо больше людей.

— О чем вы говорите?

В этот момент ряд магических аур вошел в диапазон чувств Вермиллиона. Они сходились к кафе снаружи, а также по переулку, проходящему позади. Он узнал ауры, пустую силу алхимически накачанных головорезов ЭОА.

Вермиллион недовольно нахмурился.

— Думаю, дела скоро пойдут очень плохо, — сказал он.

СДЕЛКА В ПРЕСТУПНОМ МИРЕ

СДЕЛКА В ПРЕСТУПНОМ МИРЕ

— Я не узнаю ауры, — сказал Джейсон.

— Инженеры Вознесения, — сказал Вермиллион. — Их алхимически усиленные пехотинцы. Это может плохо кончиться.

— Я могу с этим жить, — сказал Джейсон. — Рано или поздно мне придется сделать из кого-то пример.

— Это не тюремные правила, мистер Асано.

— Может, не для вас, — сказал Джейсон. — Я совсем один и окружен опасными людьми, которые, как оказалось, уже в бандах.

Вермиллион нахмурился.

— Вы хотя бы позволите мне попытаться деэскалировать ситуацию?

— Это ваше заведение, и я ваш гость, — сказал Джейсон. — Я уступлю вам.

— Спасибо.

Джейсон снова сел, спиной к двери, небрежно наблюдая в окно и наливая себе еще бокал вина. Вермиллион достал телефон.

— Аника, сейчас войдут люди. Пожалуйста, направь их немедленно наверх и постарайся не беспокоить клиентов. Спасибо.

Вскоре после этого дюжина мужчин поднялась по лестнице. У каждого была раздутая мускулатура и пустой взгляд гомоэротичной фигурки. Каждый был одет в обтягивающую белую футболку и темно-зеленые брюки карго. Они выглядели так, будто кто-то клонировал головорезов и продавал их партиями.

Только у одного из мужчин были ясные, умные глаза. Он был таким же мускулистым, как и остальные, но одет в рубашку с воротником и брюки, с кожаными туфлями вместо кроссовок. Он стоял впереди, направляя взгляд на Вермиллиона, который шагнул навстречу ему.

— Мистер Кисслинг, — холодно поприветствовал Вермиллион.

— Мистер Вермиллион, — ответил Кисслинг. — Просим прощения за вторжение, но нам нужно забрать человека, сидящего за вашей спиной.

Джейсон не отреагировал, продолжая смотреть на улицу внизу с бокалом вина в руке.

— У нас нет ссоры с Кабалой, и мы будем рады компенсировать вам и вашей организации за ваше сотрудничество в этом вопросе.

— Этот человек находится в моем заведении, по моему приглашению, как мой гость, — сказал Вермиллион. — Ваши слова могут быть вежливыми, сэр, но ваши действия — как раз наоборот. Если вы хотите забрать этого человека, вам придется пройти через меня.

— Возможно, вам стоит обдумать последствия отказа нам, мистер Вермиллион. Я знаю, что ваша группа остается в стороне в отношении деятельности моей. Если вы встанете на нашем пути сейчас, вы делаете выбор для всей вашей фракции.

— Я должен позволить любое посягательство, которое пожелает ЭОА, потому что они утверждают, что это затрагивает более крупные политические силы? Это дешевая тактика, мистер Кисслинг.

— Это не дешевая тактика, мистер Вермиллион. Ваша Кабала разумно решила отойти в сторону, пока мы преследуем наши интересы, но этот человек — нет. Он является законным препятствием для наших намерений.

— Я думаю, мистер Кисслинг, что вы находитесь в плену заблуждения. Я присутствовал, когда Виктор Толлман просил мистера Асано о помощи в противостоянии вашему посягательству. Мистер Асано наотрез отказался.

— Факт остается фактом: его дядя — часть режима, который мы собираемся сместить. Неужели он просто будет стоять в стороне, когда мы придем за его дядей?

— Возможно, вместо того чтобы предпринимать действия, о которых мы все пожалеем, — предложил Вермиллион, — мы можем сесть и обсудить компромисс.

Кисслинг потер подбородок, обдумывая это, его армия приспешников выстроилась позади него, как солдаты в ряд.

— Не повредит хотя бы поговорить, — сказал он. Вермиллион благодарно кивнул, ведя Кисслинга к столику, где они сели к Джейсону. Джейсон не отреагировал, продолжая смотреть в окно, потягивая вино.

— Добрый день, мистер Асано, — сказал Кисслинг. — У нас нет с вами большей ссоры, чем с мистером Вермиллионом или его людьми. Суть вопроса в том, будете ли вы вмешиваться в наши интересы. Если я не получу заверений от вас, то мне придется разочаровать мистера Вермиллиона и стать более прямолинейным.

Джейсон повернулся к Кисслингу. Аура Джейсона оставалась необнаружимой, но его глаза были холодными, когда они смотрели на Кисслинга, как на кусок мяса, висящий на крюке.

— Мистер Вермиллион сказал, что вы находитесь в плену заблуждения, — сказал Джейсон легко. — На самом деле, вы находитесь в плену двух.

— И какое второе? — спросил Кисслинг.

— Что он защищает меня от вас. Он, на самом деле, защищает вас от меня.

Вермиллион поморщился.

— Я мог бы предупредить вас о том, что произойдет, если вы и ваши люди предпримете действия против меня или моего дяди, — продолжил Джейсон, — но я понимаю, что пока кто-то не окажется достаточно глуп, чтобы попробовать, люди не будут воспринимать меня всерьез.

— Вы действительно рассчитываете запугать меня? — спросил Кисслинг.

Джейсон издал усталый вздох, который ему пришлось имитировать, так как ему больше не нужно было дышать.

— Вижу, вы один из тех людей, которые не столько слушают, сколько ждут своей очереди заговорить, — сказал Джейсон. — Когда я вернулся домой, я не искал возможности никого убивать. Я хотел, чтобы все было просто. Я никогда не хочу убивать людей, но в конце концов, результат всегда — убийства, убийства и убийства. Думаю, на данный момент я просто должен принять, что это неизбежно. Если не вы, то кто-то другой.

— Думаю, мы можем попытаться найти золотую середину, — вмешался Вермиллион. — Мистер Кисслинг, ваши люди собираются войти и взять под контроль местный криминальный элемент. Думаю, мы все можем согласиться, что это неизбежный исход. Вы, мистер Асано, хотите, чтобы ваш дядя и, предположительно, его люди были в безопасности. Считаете ли вы оба это точным описанием наших текущих обстоятельств?

— Да, — сказал Кисслинг, и Джейсон кивнул.

— Хорошо, — сказал Вермиллион. — Тогда вот что я предлагаю. ЭОА выкупят интересы Хиро Асано в городе за чрезвычайно щедрую компенсацию. Любые люди Хиро Асано будут вольны уйти беспрепятственно или перейти в новую администрацию, как они выберут. Кабала гарантирует Хиро и его людям защиту от репрессий со стороны Виктора Толлмана и его организации или Инженеров Вознесения. Это устранит любую причину для вас, мистер Асано, вмешиваться в дела Инженеров Вознесения, не ставя вас при этом в лагерь мистера Толлмана. Что мы думаем об этом?

— Шанс для моего дяди полностью легализоваться и вернуться в семью, — задумчиво произнес Джейсон, задумчиво кивая самому себе. — Мне это нравится.

— Мне нужно было бы иметь лучшее определение людей Хиро Асано, — сказал Кисслинг. — Вы могли бы интерпретировать это как всю организацию, на которую он работает. Тогда само по себе вхождение будет означать нарушение сделки, и Кабала будет в полном праве вмешаться под видом защиты.

— Это будет считаться сам Хиро Асано и любой, кто работает на него напрямую, — сказал Вермиллион. — Это будет включать прямых подчиненных и низкоуровневый персонал в его законных деловых интересах, которые ваши люди, мистер Кисслинг, будут покупать у мистера Асано.

— И ваш дядя уйдет тихо? — спросил Кисслинг Джейсона.

— Он уже знает, что все меняется способами, которые он не понимает, — сказал Джейсон. — Я позабочусь о том, чтобы он согласился. Однако это не значит, что он выступит против своих бывших соратников. Он не будет помогать вам против организации Толлмана.

— Нам не нужна его помощь, — сказал Кисслинг. — Нам просто нужно, чтобы такие люди, как вы, не стояли у нас на пути.

— По рукам, — сказал Джейсон, протягивая руку через стол. Кисслинг пожал ее.

* Майкл Кисслинг * Элитный обращенный (бронзовый ранг)

Джейсон заставил свое лицо не выдать удивление, но он заметил, что Вермиллион что-то заметил. Кисслинг был совсем не похож на обращенных, с которыми Джейсон сталкивался в астральном пространстве, по крайней мере, для его магических чувств. У последователей Кисслинга было знакомое, автоматическое присутствие, но они были совершенно другой природы, магически говоря. Самое главное, он не чувствовал присутствия никакой силы Строителя. Это было то, к чему он был чувствителен с тех пор, как Строитель попытался претендовать на душу Джейсона.

Они были явно усилены с помощью методологии, совершенно не похожей на модифицированные часовые ядра Строителя. Похоже, Инженеры Вознесения разработали какой-то альтернативный способ магического усиления людей, хотя и не без побочных эффектов. Насколько вреден этот процесс и добровольно ли люди идут на него, он должен будет изучить позже. По крайней мере, Кисслинг, казалось, прошел через этот процесс с сохраненным разумом.

После того как сделка была заключена, Кисслинг повернулся к Вермиллиону.

— Будет ли ваша организация выступать гарантом этого договора?

— Будет, — сказал Вермиллион. — Мы возьмем на себя защиту Хиро Асано и его людей, а также обеспечим выполнение остальных условий, если любая из сторон решит нарушить это соглашение.

— Очень хорошо, — сказал Кисслинг, вставая. — Я рад, что нам не пришлось проходить через какие-либо неприятности.

Вермиллион и Джейсон также поднялись на ноги.

— Я бы не считал ваш марш целой армией ваших дронов через одно из моих мест ведения бизнеса чем-то без неприятностей, — сказал Вермиллион. — Хотя вы избежали чего-то радикального, не ожидайте, что это останется без ответа.

Кисслинг нахмурился, но кивнул в знак признания. Он повел своих людей вниз и прочь, в то время как Джейсон и Вермиллион наблюдали через окно.

— Как долго вы были в действии? — спросил Вермиллион.

— В действии? — переспросил Джейсон.

— Я сражался в трех войнах, — сказал Вермиллион. — Одна как человек, одна иначе, и одна наполовину так, наполовину эдак. Я знаю, как выглядит человек, только что вышедший из жизни постоянных сражений.

— Полгода, — тихо сказал Джейсон.

— Вы победили?

— Да. Мне пришлось умереть, чтобы добраться туда, но мы победили.

— Вы умерли?

— Я пытаюсь бросить это, — сказал Джейсон. — Я беспокоюсь, что умирание становится привычкой.

— Становится привычкой?

— Ага, — сказал Джейсон. — Возвращение с того света — это своего рода моя фишка.

— Вы странный человек, Джейсон Асано.

— Вы вампир, — сказал Джейсон.

— Это хорошее время, чтобы быть вампиром, — сказал Вермиллион. — Брэм Стокер был провалом, а о Беле Лугоши лучше промолчать, но Энн Райс и Сумерки действительно все изменили.

— Серьезно? Сумерки?

— Сумерки были фантастическими для нас.

Они наблюдали, как Кисслинг и его люди садятся в серию внедорожников и уезжают.

— Итак, как вы думаете, кто направил Кисслинга к нам? — спросил Джейсон. — Почему он подошел сюда, а не к таунхаусу, где я остановился?

— Моя догадка в том, что они действовали на основе очень ограниченной информации.

— Очевидный виновник — наш друг Виктор, — сказал Джейсон. — Если он может спровоцировать ЭОА атаковать вас и меня вместе, это привлекает двух неохотных, но могущественных союзников на его сторону.

— Возможно, — сказал Вермиллион, — но, возможно, не вероятно. Хотя Виктору нравится усиливать свою персону хулигана, чтобы другие недооценивали его, он, в действительности, и осторожен, и рассудителен. Натравить ЭОА на нас было бы отчаянной авантюрой, которая могла бы легко оттолкнуть именно тех людей, с которыми он пытается объединиться. Отчаянные авантюры — это не то, как он делает вещи.

— Может, он достаточно отчаян, — сказал Джейсон.

— Я все еще думаю, что нет, — сказал Вермиллион. — Кисслинг не будет большой шишкой в ЭОА. Если бы он не был голоден до того, чтобы проявить себя, он никогда бы не рискнул тем, что это взорвется у него в лицо. Тот, кто натравил его на нас, скорее всего, знал это, а это за пределами знаний Виктора о членах ЭОА.

— Тогда кто? Вы думаете, Сеть узнала о маге-изгое новой магии?

— Нет, — сказал Вермиллион. — Это было бы решением Аннабет Тилден, и она определенно не настолько глупа, чтобы провоцировать Кабалу таким образом.

— Тогда кто?

— Только низкоуровневые идиоты с амбициями выше их положения, как Кисслинг. Нет, я думаю, что тот, кто направил Кисслинга к нам, не боится Кабалы, потому что они являются ее частью.

— Внутренние распри?

— Кабала похожа на старую аристократическую семью, — сказал Вермиллион. — Внешне мы представляем единый фронт. Внутри, однако, царят смятение, амбиции и удары в спину. Мы самые фракционные из трех основных фракций, потому что у нас достаточно истории, чтобы некоторые внутренние дрязги всегда происходили в более широком контексте.

— Значит, вы думаете, что это было не совсем обо мне, — сказал Джейсон. — Вы думаете, это о вас.

— Скорее всего, — сказал Вермиллион. — Боюсь, некоторые из моих собратьев смотрят на вас как на возможность продвинуться за мой счет.

* * * Два вампира встретились в кабинке, в элитном подвальном баре со старым деревом и тусклым освещением.

— Кисслинг был разочарованием, — сказал один из них. Его одежда была такой же гладкой, как его юные черты лица и гладкие темные волосы.

— Это всегда было менее вероятно, чем наоборот, — сказал другой. Он выглядел как хорошо сохранившийся мужчина средних лет, с выдающимися седеющими волосами и серым костюмом, который дополнял, не будучи показным. — Я удивлен, что Кисслинг вообще клюнул на приманку, если честно. Он более голоден, чем я думал.

— Итак, что теперь? — спросил младший. — Мы просто отпустим это?

— Конечно, нет. Если этот маг эссенции действительно независимый оператор, это значит, что существует источник новой магии вне каналов Сети. Я не готов позволить Вермиллиону забрать все заслуги за приведение этого в Кабалу.

— Тогда что?

— Думаю, нам нужно увидеть, на что способен этот маг эссенции, — сказал старший. — Давайте бросим что-то в него и посмотрим, как он справится.

— Например, что?

— Кровавых всадников.

Младший вампир посмотрел искоса на старшего.

— Думаю, это очень плохая идея, — сказал он.

— Кровавые всадники оставлены гнить, — сказал старший вампир. — Неважно, что с ними случится.

— Моя забота не в том, что случится с ними, — сказал младший вампир. — Моя забота в том, что они сделают. Они в отчаянии после того, как их отрезали от поставок крови.

— Вот почему они сделают то, что им скажут, если подумают, что на кону свежий запас.

— Не думаю, что они стабильны, — сказал младший. — Использование их — это напрашивание на катастрофу.

Спокойно и плавно, чтобы не встревожить внезапным движением, старший вытащил пистолет и выстрелил младшему в голову.

— Я просто знал, что ты будешь стукачом.

Он пустил две пули в сердце и еще две в голову.

— Это должно удержать тебя, пока я не найду пилу.

ПРИШЛО ВРЕМЯ СОРВАТЬ ПЛАСТЫРЬ

ПРИШЛО ВРЕМЯ СОРВАТЬ ПЛАСТЫРЬ

— Итак, вот в чем суть, — сказал Джейсон. — ЭОА выкупают тебя. Щедро. Я знаю, это грубо с моей стороны — брать контроль над твоими делами вот так, но это единственный безопасный выход. Это также означает, что я могу избежать убийства кучи людей.

Джейсон и Хиро были в просторной квартире Хиро. После того как Джейсон объяснил договоренности, которые он заключил, Хиро долго переваривал это в тишине. Джейсон терпеливо ждал.

— Ты узнал об ЭОА больше, чем раньше, не так ли? — наконец сказал Хиро.

— Да, — ответил Джейсон. — Они не то, чему Виктор Толлман может сопротивляться. У него просто нет инструментов. Если только такие люди, как Вермиллион и я, не решат вмешаться, а для этого потребуется больше, чем просто мы.

— В таком случае это был бы вопрос не остановки кого-то от захвата, а выбора того, кто это сделает, — рассудил Хиро.

— Да. В любом случае, ни Вермиллион, ни я не будем оказывать нашу помощь, не говоря уже о ком-то еще.

Хиро рассеянно потер рукой рот, продолжая обдумывать все.

— Ты когда-нибудь узнал, что означает ЭОА?

— Инженеры Вознесения, — сказал Джейсон.

— Звучит как культ.

— Не совсем, но я чувствую немного этого привкуса, — сказал Джейсон. — У меня был некоторый опыт с культами.

— У тебя есть опыт с культами?

— Я сталкивался с парой, — сказал Джейсон. — Один был из тех, кто живет в пустыне и ест людей. Другой был больше о вашем классическом религиозном экстремизме.

— Террористы?

— В основном, да.

— Должен признать, мне очень любопытно твое время вдали, — сказал Хиро. — Как ты получил те шрамы, например?

У Джейсона было два видимых шрама на лице, где фрагменты звездного семени проложили себе путь наружу из его тела. Был также один у основания горла, который иногда выглядывал из-под ворота рубашки. Знаки, которые оставил тот опыт на его душе, теперь были шрамами на его теле, в основном скрытыми под одеждой.

— Там был местный криминальный авторитет, — сказал Джейсон.

— Ты говорил мне, что у тебя была стычка с кем-то вроде этого.

— Я сделал что-то, что ему не понравилось, поэтому он приказал похитить меня и передать кому-то довольно экстремальному. Он знал, что ...... назовем его человеком, сделает со мной худшее, чем что-либо, что криминальный авторитет мог придумать.

— Ты был…?

— Пытаем, — сказал Джейсон. — Честно говоря, я был без сознания большую часть времени.

— Это не единственные твои шрамы, — понял Хиро.

— Может быть, есть еще один или два. Но мне повезло. У плохих парней произошла какая-то размолвка. Один из их приспешников сбежал, и они боялись, что он расскажет людям, где я.

— И они были правы?

— Ага. Приспешник пытался убить меня однажды, но я позволил ему жить. Он, по-видимому, был из тех, кто живет по кодексу. Поэтому, пока плохие парни разбирались, что делать, у меня появился шанс освободиться.

— Что с ними случилось?

— Я поймал криминального авторитета, и он получил плохой конец варварской местной правовой системы. Парень, занимавшийся пытками, сбежал, но он был слишком большой шишкой, чтобы я мог справиться с ним в любом случае. Мне удалось сорвать некоторые его очень большие планы, позже. Много его времени, ресурсов и людей пошло коту под хвост. Я все еще не мог дотянуться до него, но мне удалось навредить его интересам, по крайней мере. Это лучший шанс, чем большинство получает.

— Я знал, что ты прошел через многое.

— Я с нетерпением жду возможности рассказать тебе больше, — сказал Джейсон. — Как только ты окажешься вне пути ЭОА, мне будет комфортнее делиться некоторыми секретами. Ты ведь не собираешься бороться со мной из-за этой сделки, дядя?

— Нет, — устало сказал Хиро. — Честно говоря, это облегчение. Я чувствовал, как приближаются перемены, уже некоторое время; я знал, что что-то в этом не так. Такое ощущение, что давление постоянно растет, и я хотел бы выбраться, прежде чем что-то взорвется.

— Я рад, что ты так чувствуешь, — сказал Джейсон. — Я всего лишь один человек, и не думаю, что могу защитить тебя от целой организации. Даже если бы я не заключил эту сделку, я бы застрял перед выбором: оставить тебя беззащитным или навлечь на тебя еще больше их, когда они попытаются разобраться со мной. Я рад, что Вермиллион был там, чтобы договориться об этом, потому что я все еще весь в острых углах после слишком большого количества боев. Предоставленный самому себе, я бы сделал только хуже.

— Я чувствую себя плохо, не поддержав Виктора, — сказал Хиро. — Он был добр ко мне.

— Вермиллион и я собираемся поговорить с Виктором, — сказал Джейсон. — Мы не будем поддерживать его в сопротивлении неизбежному, но мы поддержим его, если сможем убедить его способствовать плавному переходу. С нами, стоящими за его спиной, он может очень хорошо на этом заработать. Как и ты.

— Я буду начинать сначала.

— Но ты начнешь сильно. У тебя будет много капитала и много делового опыта. Я не сомневаюсь, что ты встанешь на ноги. Я надеюсь, что ты поедешь со мной вверх по побережью. Семья будет рада видеть тебя вне твоей грязной жизни проституток и кокаина.

— Все твое понимание преступности исходит из боевиков восьмидесятых, не так ли? — Хиро усмехнулся.

— Я учусь, — защищался Джейсон. — Только сегодня я обнаружил, что не все бандиты — белые парни в рваных кожаных жилетах.

— Я на самом деле думал о том, чтобы завязать со всем этим некоторое время, — сказал Хиро. — Направиться вверх по побережью, выкупить землю и открыть курорт. Я знаю хороших подрядчиков и как уладить земельную сделку. У меня есть связи, которые могли бы мне очень помочь. Это идея, с которой я играю, с тех пор как все начало становиться странным.

— Это хороший план. Вероятно. Мои планы не всегда идут отлично.

— Я не хочу уезжать, не уладив дела должным образом с Виктором, однако. Это похоже на бегство. Я хочу пойти с тобой, когда ты встретишься с ним.

Джейсон обдумывал это мгновение.

— Хорошо, — сказал он.

* * * Вермиллион был одет в блузочную черную рубашку и облегающие джинсы, когда он спотыкался, пьяный от крови, по коридору в задней части подвального клуба, который он владел. Его конечности были неловко переплетены с трио очень симпатичных молодых людей, двумя женщинами и мужчиной. Он повел их из задней комнаты отдыха в то, что странно напоминало офисную комнату отдыха. Разница была в том, что все было черным, от краски на стенах до стола, стульев и шкафов. Даже приборы, такие как кофемашина, холодильник и микроволновка.

Это была комната послеоперационного ухода Вермиллиона для людей, у которых он только что выпил крови, которую он основал на том, что делал Красный Крест после сдачи крови. Он убедился, что все трое получили печенье и сок, прежде чем организовать им поездки домой.

После того как он отправил их, он пошел в свой частный люкс, который не был с отвратительным черным декором, и снял одежду. Он содрал всю черную кожу и смыл гель со своих волос и пот со своего тела. Он ненавидел играть лорда ночи, но у кровавых группировок были свои ожидания.

Он вышел из душа и переодевался в одежду, в которой был готов показаться на публике, когда перед ним появилось что-то необычное. Это было похоже на экран планшета, за исключением того, что его телефон и планшет лежали на комоде.

* Вы получили запрос на голосовой чат от [Джейсон Асано]. Принять Д/Н?

— Это крайне необычно. Э-э… принять?

— Крейг, — голос Джейсона проник ему в голову. Вермиллион испытывал телепатию раньше, хотя это был первый раз, когда она пришла с операционной системой.

— Мистер Асано?

— Давай придерживаться «Джейсон», хорошо, Крейг? Не хочу, чтобы меня путали с моим дядей, особенно когда дела деликатные. Я собираюсь взять дядю Хиро с собой, когда мы пойдем к Виктору, так что можешь заскочить к нему, чтобы мы могли поехать все вместе?

— Я знаю, где это, — сказал Вермиллион. — Это хорошая идея. Виктор уважает мнение Хиро, и знание того, что Хиро принял этот выход, облегчит Виктору сделать то же самое.

— Если только это не сработает в обратную сторону и Виктор не увидит в Хиро предателя, — сказал Джейсон, играя роль адвоката дьявола.

— Это стоит риска, — сказал Вермиллион. — Увидимся завтра.

* * * Вермиллион снова был в режиме «высокий, темный и таинственный», когда прибыл на балкон Хиро неизвестным способом. Он был в темном костюме, его волосы были профессионально уложены. Тайка и Хиро не заметили его прибытия, пока Джейсон не открыл балконную дверь.

— Из любопытства, вам нужно официальное приглашение? — спросил Джейсон.

— Только из соображений манер.

Джейсон и Вермиллион уставились друг на друга.

— Вы ведь не собираетесь приглашать меня войти, верно?

— Вы могли бы лгать. Если бы я был вампиром, я бы лгал все время. Конечно, мне не нужно приглашение, но это было бы вежливо. Нет, это не вонь смерти. Конечно, томатный сок сворачивается.

Вермиллион посмотрел на него из-под приподнятых бровей.

— Ладно, входи, — сказал Джейсон.

Хиро и Тайка нервничали, но аура Вермиллиона была приглушена по сравнению с агрессивной и пугающей нормой, которую он использовал против своих криминальных партнеров. Оба обычных человека, казалось, ждали, когда упадет другой ботинок.

— Пойдем? — спросил Джейсон, указывая на лифт. Когда они спускались, Тайка продолжал поглядывать на Вермиллиона.

— Как ты попал на тот балкон, бро?

— Тайка! — отчитал его Хиро.

— Нет, я должен спросить, босс. В последнее время происходит какая-то жуткая фигня, и я не уверен, что могу защитить тебя должным образом.

— Я уважаю твою трудовую этику, — похвалил Вермиллион, — но человек в моем положении держит свои способности в таком секрете, как может.

Джейсон молча кивнул в знак согласия. Он был очень осторожен с использованием своей портальной арки, потому что это был мощный козырь, особенно когда никто не знал, что он у него есть. После тестирования, чтобы убедиться, что она не ослаблена слабой местной магией, он воздерживался от использования ее снова, полагаясь на Тень для транспортировки.

Тайка сел за руль большого городского автомобиля Хиро, с Хиро рядом с ним на пассажирском сиденье. Это оставило их спинами к Вермиллиону на заднем сиденье вместе с Джейсоном. Хотя аура Вермиллиона была подавлена, из вежливости к Джейсону, он все еще поддерживал определенный уровень нервирующего давления. У него был имидж, который нужно поддерживать, в конце концов.

— Можем мы позже обменяться советами по манипуляции аурой? — тихо спросил Джейсон. Он модулировал свой голос достаточно низко, чтобы только усиленные чувства могли ясно его разобрать. — Я довольно хорош в использовании своей ауры как оружия, но у меня мало практики использования ее на обычных людях, так что это немного тупой инструмент. Я ценю нюанс вашего тонкого контроля в проецировании на обычных людей.

— Мне бы это понравилось. Я бы хотел перенять немного вашего высококлассного контроля. Это как железная сфера.

— Звучит хорошо.

— У меня есть клуб, полный кровавых фанаток, которые тащатся от манипуляции аурой. Вы получите всю практику, с которой сможете справиться.

— Они кучка эмо-детей?

— Некоторые, — признал Вермиллион. — Хотя в моем кругу есть всякие искатели острых ощущений. Гедонизм бывает разных вкусов.

Хиро и Тайка ехали в тишине, неразборчивое бормотание сзади делало их еще более нервными. Затем бормотание прекратилось, когда Джейсон заговорил вслух.

— Что это за ауры? — спросил Джейсон. — Я их не узнаю.

— Что? — спросил Тайка.

— Просто будь готов ехать, — сказал ему Джейсон.

— Я еду, бро.

— Я имею в виду, по-настоящему ехать.

— Что это было про ауры? — спросил Тайка. — За нами охотятся кристаллические терапевты?

Вермиллион издал мрачный смешок, который охладил Хиро и Тайку до костей.

— Ты собирался сказать им после того, как сделка ЭОА будет заключена, верно? — спросил он.

— Ага, но думаю, пришло время сорвать пластырь, — сказал Джейсон. — Их там по крайней мере два десятка, так что не думаю, что сдерживание будет вариантом.

— Двадцать девять, по моему счету.

— Двадцать девять чего? — спросил Хиро.

— Кровавых слуг, — объяснил Вермиллион. — Людей, которые пили кровь вампира, не проходя через процесс обращения.

— Ты только что сказал «вампир»? — спросил Хиро.

— Я не знаю насчет вампиров или чего-то еще, — сказал Тайка, когда машина ускорилась, — но на нас едет куча байкеров.

В плотном потоке Тайке потребовалось время, чтобы заметить байкеров, сходящихся на них. Хотя он чувствовал их ауры некоторое время, Вермиллион теперь повернулся, чтобы посмотреть в заднее окно.

— Кровавые всадники, — сказал он. — Это банда мотоциклистов, полностью превращенная в кровавых слуг. Мои люди заставили тех, кто за этим стоит, отрезать байкеров. Похоже, кто-то пытается получить от них последнюю работу, прежде чем сила уйдет.

— Это нам помогает? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Вермиллион. — Вампирская кровь вызывает привыкание, именно так вампиры контролируют своих слуг. Скорее всего, им сказали, что если они разберутся с нами, их запас будет восстановлен. Им, вероятно, сказали быть незаметными, но кровавые слуги становятся очень сфокусированными, когда на кону их запас. Как только эффекты начинают проходить, они становятся агрессивными и нестабильными.

— Не очень хороши в следовании указаниям, — сказал Джейсон.

— Именно, — сказал Вермиллион. — Готов поспорить, что тот, кто послал их, раньше не имел дела с отчаянными кровавыми слугами. Они милые и послушные, пока кровь продолжает поступать, но они становятся очень капризными, когда она перестает. Иначе они бы никогда не напали на нас так открыто. Сеть не будет счастлива, как бы это ни закончилось.

— Э-э, Джейсон, — сказал Тайка. — Там еще два байка.

— Еще байкеры? — спросил Вермиллион.

— Нет, бро, — сказал Тайка, звуча сбито с толку, когда он смотрел в зеркала. — Эти выглядят как твой байк, и все всадники выглядят так, будто они носят большие черные плащи или что-то в этом роде.

— Это мой транспорт, — сказал Джейсон.

— Твой транспорт? — спросил Хиро, затем вытаращил глаза, когда Джейсон был окутан темной дымкой. В то же время пули начали попадать в машину.

ПУЛИ, БАЙКИ И КРОВЬ

ПУЛИ, БАЙКИ И КРОВЬ

Хиро вздрогнул, когда пуля разнесла заднее стекло автомобиля.

— Кто-нибудь ранен? — спросил он, пригибаясь и оборачиваясь, чтобы проверить Джейсона и Вермиллиона на заднем сиденье. Вермиллион потирал затылок, выглядя недовольным. Несмотря на внезапный хаос, Хиро с изумлением увидел фигуру, окутанную тенями, там, где только что сидел его племянник.

— Тайка, — голос Джейсона донесся из непроглядной тьмы капюшона. — Продолжай ехать, а я постараюсь отвлечь их на себя. Хиро, звони в полицию.

— Ты серьезно думаешь, что полиция поможет? — недоверчиво спросил Хиро.

— Нет, но на твою машину напала куча байкеров. Ты же не хочешь быть тем парнем, который не вызвал полицию.

— Что значит «отвлечь их на себя»? — запальчиво спросил Тайка.

Движение по многополосной платной дороге превратилось в хаос, когда началась стрельба: байкеры выхватили пистолеты и даже обрезы. Уже начали происходить аварии: машины врезались друг в друга в безумной панике, пытаясь уехать. Некоторые даже сбивали байкеров, ставших причиной хаоса.

В машину Хиро попало еще несколько пуль. Хиро вжался в сиденье, но для дородного Тайки это было невозможно. Вермиллион сменил позицию, чтобы прикрыть здоровяка от выстрелов сзади. Он поморщился, когда в него попали пули, но хотя немагические снаряды и вонзались в плоть, их намертво останавливала крепость его костей. В любом случае, вампирская регенерация быстро выталкивала пули наружу.

К счастью, стрельба из пистолета с движущегося мотоцикла по движущемуся автомобилю — не лучший рецепт для точного попадания. Больше пуль уходило в случайные машины или вовсе в никуда, чем попадало в автомобиль Хиро. Тем не менее, огромное количество байкеров, открывших огонь, означало, что и Вермиллион, и Джейсон получили по несколько попаданий. Плащ Джейсона, однако, выбросил щупальца из теневой материи, которые перехватили пули, остановив их на лету.

— Хорошо, что у них нет магических пуль, — сказал Вермиллион.

— Можно достать магические пули? — спросил Джейсон.

— Сеть может их делать. Не уверен, как именно.

— Хоть какое-то утешение, — сказал Джейсон. — Мне больше интересно, откуда у них столько пистолетов. Это же Австралия.

— Остатки от контрабандной сети, которую накрыли несколько лет назад, — ответил Вермиллион. — Они пересылали их из Австрии в Сидней по почте.

— Как можно переслать оружие по почте?

— Я помню это, — сказал Хиро. Он отодвинул сиденье до упора назад и изо всех сил пытался втиснуться под приборную панель, чтобы стать как можно менее заметной целью. — Виктор поднялся вскоре после того, как копы прикрыли всю эту лавочку. Люди ценили того, кто мог держать ситуацию под контролем.

Два больших черных мотоцикла с призрачными седоками поравнялись с машиной Хиро с обеих сторон.

— Ты уверен, что они с тобой, бро? — нервно спросил Тайка.

— Ага. Я собираюсь разобраться с этими байкерами. Дядя Хиро, пригнись пониже.

— Уже, — ответил Хиро голосом, полным адреналина и страха.

Две теневые фигуры отделились от Тайки и Хиро, когда тела, которые Тень прятала в их тенях, вернулись к Джейсону. Джейсон открыл дверь движущейся машины, и два тела выскользнули наружу, принимая форму третьего мотоцикла и призрачного седока, уже набравшего ход. Теперь три гладких черных мотоцикла мчались рядом с быстро ускоряющимся автомобилем.

Теперь шесть тел Тени стали либо мотоциклами, либо седоками, а седьмое, последнее, было собственной тенью Джейсона, которая поднялась и поглотила его. Джейсон тут же появился на заднем сиденье одного из темных мотоциклов. Седок уменьшился, превратившись в новую тень Джейсона, пока тот занимал его место. Под контролем Тени мотоцикл даже не шелохнулся во время этого процесса. Пока он мчался на мотоцикле, принявшем форму Тени, плащ Джейсона вспыхнул звездами, развеваясь позади него, словно хвост кометы.

Когда-то Джейсон был неплохим гонщиком. В детстве он много времени проводил, катаясь на ферме своего дяди Роббо. С тех пор прошло немало лет, да и то были кроссовые мотоциклы, а не мощный, громоздкий дорожный байк, форму которого приняла Тень.

Езда по асфальту была проще, чем по пересеченной местности и рыхлому песку, с которыми он был знаком, но безумное движение и вооруженные байкеры стали захватывающей новой опасностью. Джейсон почти полностью доверил управление Тени, оставив руки свободными и лишь слегка направляя своего фамильяра переносом веса тела.

Два байкера подъехали с обеих сторон от Джейсона, открыв огонь из пистолетов. Несмотря на то, что плащ в основном волочился позади, он все равно выбросил щупальца, чтобы перехватить пули со всех сторон. Байкеры формально были вне досягаемости, но Джейсон вытянул теневые руки в обе стороны, хватаясь за рули мотоциклов. Он резко дернул их в сторону, заставив передние колеса обоих байков резко вывернуться. На такой скорости это привело к немедленному опрокидыванию мотоциклов, после чего Тень ловко проскочила между кувыркающимися байками, прежде чем свернуть в сторону остальных преследователей.

Джейсон использовал свою способность менять одежду, чтобы облачиться в боевые одежды еще в машине. В отличие от ученых мантий, эти были разработаны для боя, поэтому, хотя они и были свободного кроя, они не могли запутаться в колесах. В костюм, сшитый на заказ, были встроены ножны для метательных дротиков прямо на груди, что избавляло от необходимости использовать патронташ, который он носил на железном ранге.

Взяв дротик, отмеченный зеленой нитью, он метнул его в колесо приближающегося мотоцикла. Байк тут же запутался в призванных лианах и яростно перевернулся. Используя теневую руку, он вогнал дротик с красной меткой в бензобак другого мотоцикла, который эффектно взорвался.

Ауры подсказали Джейсону, что байкеры находятся на низшей ступени бронзового ранга; они, скорее всего, переживут аварию на мотоцикле. А вот взрыв мотоцикла — вряд ли. Однако он вернулся в свой родной мир уже не тем, кем уходил, и у него не было никаких угрызений совести по поводу убийства этих людей.

Джейсон придерживался мнения, что если кто-то охотится на него, то такова жизнь межпространственного человека-загадки, поэтому он не держал на них зла. Но беспорядочные нападения на окружающих людей — это была черта, которую он не позволял переступать.

Движение начало редеть, так как аварии создавали препятствия, а удачливым водителям удавалось съехать с платной дороги. В результате оставшиеся машины могли разогнаться до еще более опасных скоростей, только чтобы наткнуться на поток впереди, что вызывало новую волну хаоса.

Тень Джейсона снова поднялась в форме теневого седока, и Джейсон исчез в ней, появившись из другого, что приблизило его к новым байкерам. Он вытянул теневую руку и ударил байкера по лицу, прежде чем выхватить у него обрез. Потерявший управление мотоцикл разбился, а теневая рука Джейсона втянулась обратно, вложив оружие в его настоящую руку в боевом захвате.

Он не стрелял из дробовика с подросткового возраста, опять же на ферме дяди, но укороченная двустволка не была сложным оружием. Используя превосходную мобильность и контроль Тени, он занял позицию, чтобы выстрелить в переднее колесо одного байкера, а затем другого, вызвав пару аварий, прежде чем убрать пустой дробовик в инвентарь.

После этого Джейсон начал испытывать свои способности. Он начал с магии крови, которая, как он знал, была эффективна против низших вампиров. Кровавые слуги, если уж на то пошло, должны были обладать еще меньшим сопротивлением.

— Кровоточи для меня.

Догадка Джейсона подтвердилась: байкера начало бить в конвульсиях, изо рта и носа брызнула кровь. Он потерял контроль над своим мчащимся мотоциклом, который опрокинулся и разбился. Для следующего байкера Джейсон попробовал другое заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Джейсон не был уверен, считается ли вампирская кровь в кровавых слугах недугом, но подозревал, что это возможно, учитывая описание побочных эффектов, данное Вермиллионом. Так и оказалось: жизненная сила байкера покинула тело. Она начала вытекать ярко-красной, с темно-красным оттенком, почти черным, и впитываться в протянутую руку Джейсона. Джейсон почувствовал, как аура байкера упала с низшей ступени бронзы через железо до обычного уровня.

Святые недуги, оставленные силой Джейсона, наносили трансцендентный урон силой бронзового ранга по врагу, внезапно ставшему обычным рангом. Тело байкера вспыхнуло, словно термитная реакция, прочертив след ослепительного света, пока его мотоцикл продолжал двигаться вперед, прежде чем опрокинуться.

Джейсон не ограничивался кражей оружия и метанием заклинаний. Когда байкер подъехал к нему сзади, Джейсон активировал способность своего плаща к планированию, и инерция подняла его в воздух прямо с мотоцикла. Его собственный байк пронесся вперед, а байкер оказался под ним. Джейсон вытянул теневые руки, чтобы схватиться за руль, и притянул себя вниз, приземлившись на сиденье позади ошарашенного байкера. Он столкнул байкера и взял управление мотоциклом на себя.

Джейсон рассмеялся, как безумец, почти удивленный тем, что этот странный маневр сработал. Его атрибуты бронзового ранга сделали это возможным: пространственное восприятие духа и ловкость атрибута скорости объединились, дав сверхчеловеческий эффект.

Расправившись примерно с третью байкеров, Джейсон на мгновение оказался свободен от остальных. Он воспользовался случаем, чтобы оглядеться и посмотреть, насколько хорошо ему удалось отвлечь байкеров от машины дяди. Большинство из них теперь были сосредоточены на нем, хотя горстка все еще преследовала машину.

Через заднее стекло он видел Вермиллиона, который все еще закрывал собой Тайку на водительском сиденье от пуль. Джейсон заметил, как байкер приблизился к задней части машины. Он почувствовал нити магии, исходящие из окна, от кончиков пальцев Вермиллиона.

Нити были настолько тонкими, что были невидимы для невооруженного глаза, но магия, вплетенная в них, была ясна Джейсону. Того же нельзя было сказать о байкере, который не обратил внимания на то, как они обвивают его руки, ноги, туловище и шею. Внезапно нити натянулись, разрезая плоть и кости, как нож овощи. Кровавое месиво, бывшее когда-то байкером, рухнуло на дорогу аккуратно нарезанными кусками.

Джейсон объехал останки на мотоцикле, который он отобрал у одного из байкеров. Это был не его фамильяр, поэтому он был вынужден управлять им самостоятельно, безрассудно прорываясь к ближайшему выжившему байкеру. Он подпрыгнул, на мгновение встав на мотоцикле в опасном балансе, прежде чем перепрыгнуть на следующего байкера.

Его нога приземлилась на руль, который он использовал как ступеньку для нового прыжка, мощно оттолкнувшись. Один из мотоциклов Тени проскользнул под Джейсоном, пока сбитый с толку байкер опасно вилял. Джейсон резко свернул, чтобы закончить дело ударом тыльной стороной ладони по лицу. Байкер потерял контроль и разбился, а Тень мастерски избежала столкновения.

— У нас на хвосте наблюдатели, — предупредила Тень из тени Джейсона. Джейсон поднял глаза и заметил приближающийся белый вертолет с логотипом новостной сети.

— Ну, по крайней мере, они не видят моего лица. Лучше приглушу магию.

Звездное сияние его плаща погасло, сменившись чернотой.

* * * Аннабет Тилден обедала и играла в го со своей женой в уютной частной гостиной в задней части художественной галереи жены, когда зазвонил телефон. Они посмотрели на телефон, лежащий на журнальном столике, и увидели, что это заместитель Анны, Кетеван.

— По крайней мере, в этот раз не два часа ночи, — сказала Сьюзан.

— Кети, что случилось? — ответила Анна. Ее глаза расширились от услышанного. Она одолжила ноутбук жены, чтобы открыть прямую трансляцию новостей. Вскоре они наблюдали за репортажем о дикой, непрекращающейся битве между мотоциклистами на платной дороге в Сиднее.

Там была целая толпа байкеров в кожаных куртках на низких мотоциклах типа «чоппер», многие из которых стреляли из пистолетов по машинам перед собой. Больше всего бросался в глаза человек на огромном дорожном байке. На нем был капюшон, который развевался в воздухе позади него, постоянно рискуя попасть в заднее колесо большого мотоцикла.

Вспышки выстрелов не смущали темную фигуру, которая быстро расправлялась с байкерами способами, которые трудно было разобрать. Камера новостей, казалось, с трудом удерживала фокус на человеке, но каждый раз, когда он сворачивал в сторону другого байка, байкер эффектно разбивался.

— Боги милостивые, — проговорила Сьюзан, когда кадры сменились на след из разбитых машин и мотоциклов, оставшихся после этой битвы.

Анна сделала глубокий, успокаивающий вдох, все еще прижимая телефон к уху.

— Я сейчас же приеду, — сказала она по телефону.

* * * Даже в кровавом безумии оставшиеся байкеры наконец поняли, что их преследование бесполезно. Джейсон тоже умчался прочь, в сопровождении темных седоков. Он не вернулся к машине Хиро под взглядом «ока в небе», а вместо этого открыл голосовой чат с Вермиллионом.

— Как они? — спросил Джейсон. — И ты.

— Твой дядя и его человек целы, но моему костюму конец, — грустно сказал Вермиллион. — Правда, я поймал немало пуль. Мне действительно нужно кем-то подкрепиться.

— Ты хотел сказать, чем-то подкрепиться, — поправил Джейсон.

— Это я и сказал.

— Можешь безопасно доставить Тайку и моего дядю к копам?

— Конечно, — сказал Вермиллион. — Я могу связаться с Сетью, которые, полагаю, сейчас просто в ярости. В любом случае, мне придется держать ответ, учитывая, что на нас напали кровавые слуги. Они будут требовать объяснений от моей организации, раз уж именно у нас есть кровавые слуги.

— Какое у них будет отношение ко мне?

— Понятия не имею, — сказал Вермиллион. — Ты полностью выходишь за рамки моего опыта. Вероятно, это зависит от того, сколько увидел тот новостной вертолет. Я постараюсь организовать встречу на нейтральной территории.

— Это было бы хорошо, — сказал Джейсон. — Я в долгу перед тобой за то, что присмотрел за моим дядей.

Вертолет продолжал следовать за Джейсоном и темными седоками, пока они не въехали под путепровод и не выехали с другой стороны.

ХОРОШИЙ ДРУГ И ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ ВРАГ

ХОРОШИЙ ДРУГ И ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ ВРАГ

Аннабет Тилден, лишенная сна, хлестала кофе.

— Еще, — хрипло потребовала она, допив чашку, и отправила помощника пополнить запасы. Одним из побочных эффектов использования эссенции была способность сопротивляться воздействию кофеина, из-за чего многие любители кофе увеличивали его потребление. На первом ранге это было еще терпимо, но если бы она перешла на второй ранг, кофе перестал бы ее бодрить. В нынешнем же состоянии она добавляла в каждую чашку зелье выносливости, словно порции виски.

Анна находилась не в своем кабинете, а в конференц-зале несколькими этажами ниже. Она пыталась выкроить пару минут отдыха перед следующей встречей, раздраженная тем, что магия в ее организме выводила кофеин так же быстро, как она успевала его поглощать. Она сидела, ссутулившись, уперевшись локтями в стол и массируя виски, что ничуть не помогало унять головную боль от стресса.

Дверь открылась, впуская представителя Кабалы, Вермиллиона. В течение дня она даже прониклась к нему сочувствием, несмотря на то, что его организация была источником ее нынешних бед. Он не только оказался втянут в это напрямую, но и, как и она, получал порции недовольства от высокопоставленных членов своей организации, сыпавшиеся на него с огромной высоты. И, опять же, как и ей, ему предстояло каким-то образом разгрести всю эту кашу.

Видеозапись стала международной новостью. Жестокая перестрелка на улицах Сиднея. Таинственная фигура, прыгающая с мотоцикла на мотоцикл под градом пуль, расправляющаяся с дюжиной байкеров из печально известной банды, а затем исчезающая без следа. Было бесчисленное множество странных деталей, которые в тот самый момент подвергались чрезмерному анализу медиа-организациями по всему миру.

Почему всадник казался неуязвимым для пуль? Был ли его странный наряд какой-то броней? Что это за большой, устрашающий мотоцикл, на котором он ехал? Он был мощным, маневренным и не соответствовал ни одной модели, которую кто-либо мог найти. Он должен был быть либо сильно модифицированным, либо полностью кастомным.

Единственное, что хоть как-то спасало ситуацию, — это то, что, несмотря на множество записей с камер телефонов, появившихся в дополнение к кадрам с новостного вертолета, удалось запечатлеть лишь несколько секунд четкого видео. Будь то камера новостей или телефоны очевидцев, ни одна из них не могла правильно сфокусироваться на загадочном всаднике, пока он по очереди расправлялся с байкерами. За исключением нескольких разрозненных моментов, на каждой записи присутствовало странное, размытое искажение.

Это заставляло обращать еще больше внимания на те немногие четкие кадры, что удалось получить. Странное зрелище байкера, который, казалось, самовоспламенился, сгорая изнутри прямо на своем мотоцикле, было выложено в сеть и подхвачено новостями.

Еще один короткий фрагмент видео с телефона создавал особые проблемы. К тому времени, как новостной вертолет начал запись, плащ всадника был черным, развеваясь позади него. Однако кто-то в одной из машин успел заснять несколько секунд, как плащ светился переливающимися звездами, прежде чем их запись также исказилась. Это было единственное четкое изображение всадника, его необычного наряда и уникального мотоцикла. Самое главное, это было единственное четкое изображение всадника, оставляющего за собой кометный хвост из звезд.

Неизбежные сравнения с Бэтменом Анну устраивали, так как это мутило воду. Однако после того, как в сети появились кадры с плащом из звезд, СМИ окрестили фигуру Звездным Всадником. Сразу же возникли сравнения с историями об ангеле, сотканном из звезд, появившимися всего несколько дней назад — инцидентом, который стал известен как «Чудо в детской больнице Сиднея». После того как связь между «Чудом в детской больнице» и перестрелкой была установлена, работа Анны стала еще сложнее.

Вермиллиону приходилось не только работать с ней, чтобы держать ситуацию под контролем, но и нести ответственность за то, что Кровавые всадники спровоцировали этот последний и самый публичный скандал. Как бы она ни ненавидела свое положение, она была рада, что не оказалась на его месте. Это дело могло — и, вероятно, приведет — к ее понижению в должности. Она слышала истории о том, как Кабала выражает свое недовольство. Хотя это были лишь слухи, она не завидовала Вермиллиону, какова бы ни была правда. Однако ее сочувствие к мужчине не означало, что она ослабит хватку в получении того, что ей нужно от Кабалы.

— Ну? — потребовала она от него.

Что касается Вермиллиона, то у него был такой же ужасный день, как и у Анны. Фигура из темных глубин верхушки Кабалы прибыла, чтобы взять управление на себя, низведя самого Вермиллиона до роли прославленного посыльного. Это освобождало его от необходимости разгребать огромный беспорядок, но также лишало возможности искупить вину за то, что произошло под его присмотром. Его привлекут к ответу за то, что Сеть получила именно то, чего Кабала меньше всего хотела им давать: оправдание для вмешательства в дела Кабалы.

— Делегация моих людей согласилась прийти, чтобы ответить за Кровавых всадников, — сказал Вермиллион.

— Когда?

— Наше собственное расследование продолжается. Вы получите ответы, когда у нас будут ответы, которые можно дать.

— И сколько времени займет это расследование?

— Мы уверены, что знаем, кто это сделал, — сказал Вермиллион. — Их уже взяли в оборот, и сейчас мы уточняем детали.

— Так быстро?

— Это не был грандиозный план. Это были амбиции глупца, который не осознавал, что именно он приводит в действие.

— И откуда мне знать, что вы просто не ищете козла отпущения?

— Как вы знаете, — сказал Вермиллион, — мы не любим внешнее влияние в наших делах.

— Вы всегда были щепетильны в вопросах решения внутренних дел в частном порядке, — признала Анна.

— Однако в данном случае мы признаем, что наши внутренние дела значительно повлияли на основные принципы Сети. Мне сказали, что мы полностью передадим вам виновника.

— Виновника, в единственном числе? Вы ожидаете, что мы поверим, что один человек несет ответственность за все это?

— Человек, о котором идет речь, действительно пытался вовлечь союзника, — сказал Вермиллион. — Насколько мы смогли определить, этот потенциальный союзник сразу понял, насколько плохо закончится это дело, и попытался его остановить. Он был убит за попытку вмешаться. Впрочем, вам не обязательно верить нам на слово. Вы можете использовать любые средства, имеющиеся в вашем распоряжении, чтобы добиться правды от этого человека.

— Любые средства? Вы действительно отдаете его, а не просто предлагаете допрос под наблюдением?

— Обычно мы защищаем своих, — сказал Вермиллион, — но этот человек нарушил наши фундаментальные правила. Никто не рад тому, как развивались эти события. От вас не потребуется оказывать этому человеку ту любезность, которую вы в противном случае оказали бы нашим членам. Как вы будете его допрашивать и что с ним делать, когда закончите — решать вам.

— А если мы решим вернуть его?

— Это был бы один из самых жестоких вариантов, — сказал Вермиллион.

Было принято решение вырезать раковую опухоль и оставить ее Сети, в надежде избежать более болезненных процедур в будущем. Человек, о котором шла речь, никогда не был элитой Кабалы; он был родственником, превращенным в вампира из сострадания. Без обращения он умер бы от смертельной болезни.

Анна была удовлетворена жестом Кабалы, по крайней мере, до тех пор, пока сама не получит в руки этого человека, чтобы узнать больше. Она перевела разговор на другую тему.

— Почему вы просто позволили этим кровавым слугам продолжать бегать? — спросила она. — Вы же должны были понимать, что лишение их крови сделает их опасными и нестабильными. Я удивлена, что ваши люди не убили их.

— Это обсуждалось, — сказал Вермиллион. — В конце концов, именно члены Кабалы подходили к банде с обещаниями и предложениями. Даже если эти члены были далеко за пределами того, что было бы разрешено, Кабала тем не менее несла ответственность. Убивать этих людей за то, что они стали тем, кем мы их сделали, было этически неверно.

— Вы собираетесь говорить со мной о милосердии? — спросила Анна. — Даже если не считать погибших байкеров, у нас шесть смертей среди гражданских, и мы еще даже не закончили подсчет раненых. Эта катастрофа транслировалась в каждый уголок земного шара, под моим присмотром. Все, от Руководящего комитета до Совета Сети и чертового премьер-министра, залезли мне в задницу и выстроились в очередь у будки «ударь Анну в толстую кишку». Вот к чему привело ваше милосердие.

— Некоторые проявления насилия не выходят за рамки ожиданий от известной преступной банды мотоциклистов, — объяснил Вермиллион. — Если бы их не подтолкнули к этому, они бы остались в узде. Я уже был в процессе организации их ареста, чтобы они могли пройти период ломки под стражей, где их можно было бы запереть, не причинив никому вреда.

— Это не очень-то сработало, не так ли?

— Нет, — признал Вермиллион. — К сожалению, меня переубедили в том, кто должен руководить свертыванием проекта «Кровавые всадники». Тот, кто начал все это, был тем же самым человеком, которого поставили во главе закрытия дела Кровавых всадников. Это должно было сохранить лицо и стать уроком.

— Это похоже на рецепт катастрофы, — сказала Анна. — И теперь этот рецепт был выполнен в точности.

— Именно, — согласился Вермиллион.

— А как насчет этого мага эссенции-отступника? — спросила Анна.

— Он не против встречи с вами, — сказал Вермиллион. — Я уже советовал ему найти вас до этого дела.

— По доброте душевной, полагаю.

— Оружие, которым вы не умеете пользоваться, представляет для вас такую же опасность, как и для вашего врага, — сказал Вермиллион. — Я не знаю, откуда этот человек, но он — обнаженное лезвие, только что с битвы. Причем хорошо заточенное лезвие. Он прошел сквозь байкеров, как бензопила сквозь пудинг. Тридцать кровавых слуг, и я не думаю, что он даже рассматривал их как угрозу. Почти как будто он испытывал разные способы их убийства, чтобы посмотреть, какие сработают. Как оказалось, сработали все.

— Значит, он маньяк.

— Я же говорил вам, миссис Тилден, он только что с какого-то поля боя. Его инстинкты по-прежнему заставляют реагировать на любую угрозу решительной силой.

— Вы думаете, что кровожадность дает ему пропуск?

— Я думаю, что если мы сможем помочь ему реабилитироваться, он станет ценным союзником, — сказал Вермиллион. — Если же мы будем подавлять его силой, то наживем глубоко опасного врага. Я предлагаю попытаться понять его, прежде чем предпринимать какие-либо действия.

— Что ж, если мне нужно понимание, — сказала Анна, — то я знаю, с чего начать.

* * * В полицейском участке Вермиллион и Анна наблюдали за Хиро из соседней комнаты через камеру видеонаблюдения в комнате допросов. Язык тела Хиро не выдавал никакой суматохи, которую они оба могли прочитать в его ауре. С того момента, как он прибыл в полицейский участок, Хиро безупречно играл роль растерянной жертвы. Оказавшись в комнате для допросов, он потребовал адвоката и не произнес больше ни слова.

— Хиро Асано не был посвящен в тайны нашего мира, — сказал Вермиллион. — По вашим же правилам, это делает его неприкосновенным.

— Я признаю, что если его племянник держал его в неведении, как вы и сказали, это хороший знак того, что парень может вести себя пристойно, — согласилась Анна. — Но будет ли он продолжать в том же духе после сегодняшнего дня? Он ведь обязательно расскажет своему дяде, теперь-то.

— Конечно, расскажет, — сказал Вермиллион. — Но Хиро еще не сказали. Сегодня тот самый день, чтобы играть с правилами как вздумается?

— Существует такая вещь, как дискреционные полномочия, мистер Вермиллион.

— Миссис Тилден. Вы, как и все остальные, видели, как племянник этого человека разобрал магически усиленную банду матерых байкеров, будто они были приятным, рассыпчатым чеддером. Чего вы не видели, так это того, как он отреагировал, когда ситуация началась. Он не испугался, когда они напали на нас. Он не волновался и даже не был обеспокоен. Он был раздражен, может быть, даже немного взволнован.

— Он убил дюжину человек.

— Легко и без колебаний. Я бы очень осторожно относился к тому, как вы обращаетесь с его дядей.

— Вы должны привести его к нам, — сказала Анна.

— Я же говорил вам, что уже договорился о встрече. Мы можем обсудить условия этой встречи сейчас, если хотите.

— Условия? Он не может бегать вокруг, используя магию, чтобы убивать людей в телевизоре. Он придет к нам, или мы пойдем и заберем его.

— Несмотря на природу его силы, миссис Тилден, он не один из ваших людей. Каким-то образом он получил силу, которой владеют только ваши люди, не узнав о вашей организации до того, как я рассказал ему об этом вчера.

— Вы думаете, меня это волнует? Вы думаете, это волнует тех, перед кем я отчитываюсь?

Вермиллион повернул голову от окна наблюдения, чтобы посмотреть на Анну, его лицо смягчилось.

— Миссис Тилден. Анна. Мы знаем друг друга уже несколько лет и, я думаю, у нас хорошие рабочие отношения. Поэтому я надеюсь, что вы примете этот совет в том духе, в котором он дан: не провоцируйте Джейсона Асано. Я видел лишь немного его силы и немного его разума, но по моему опыту, он платит добром за добро. Проявите к нему любезность, и получите ее в ответ. Нападите на него с силой, и вы можете закончить размазанными по шоссе в новостях.

— Сеть — это не банда, обдолбанная вампирской кровью, Крейг. Если мы решим разобраться с ним, он ничего не сможет сделать, чтобы остановить нас. Даже если он склонен противостоять нам, он не попытается, как только осознает масштаб того, против чего выступает.

— Возможно, — сказал Вермиллион, — но я так не думаю. У него может быть кровь японцев, но дух Неда Келли.

— Нед Келли выступил против властей, в процессе погубив друзей, семью и невинных прохожих.

— И стал народным героем, что никак не опровергает мой довод. На случай, если это повлияет на ваше решение: официальная позиция Кабалы заключается в том, что свобода и независимость Джейсона Асано должны уважаться.

— Как вы заставили своих людей согласиться на это?

— Я убедил их, что услуга сегодня принесет дивиденды завтра. Я настоятельно рекомендую вам придерживаться того же мнения.

— Если Кабала думает, что может использовать его для создания собственного филиала магов эссенции, то их ждет разочарование.

— Подобные амбиции выше моей зарплаты, миссис Тилден, но если это их намерение, то я уверен, что вы правы. Я просто придерживаюсь мнения, что Джейсон Асано станет хорошим другом и очень плохим врагом.

Анна устало вздохнула.

— Вы знаете, где он сейчас?

ФЛАВОР-ТЕКСТ

ФЛАВОР-ТЕКСТ

В художественной галерее не было никакой вывески, кроме таблички рядом с неприметной дверью. Это было то самое место, о котором, если ты не знал, что оно там есть, то тебе и не нужно было знать. В течение многих лет она служила операцией по отмыванию денег для некоторых из более сомнительных источников дохода Сети. Теперь, когда правительство тайно, но всецело участвовало в деятельности Сети, такие тайные операции редко были нужны. Галерея могла свободно работать, не прибегая к незаконности.

Джейсон прогуливался, просматривая картины. Когда он задержался перед одной из них, к нему подошла владелица галереи, Сьюзан. Это была элегантная женщина, которой, по оценке Джейсона, было под сорок. Она производила впечатление человека с большим достоинством и грацией, одетая в привлекательный, но сдержанный наряд.

— Это любимая работа моей жены, — сказала она, присоединяясь к нему, чтобы осмотреть картину. — Вы ищете что-то конкретное?

— Я хочу сделать очень специфическое заявление.

— Эта работа из серии Таверни «Сейшельский готик», где он стремится визуально переосмыслить архипелаг. Это квинтэссенция использования Таверни кадрирования и контраста света. Если бы вы сказали мне, какое именно заявление хотите сделать, возможно, я могла бы направить вас в нужном направлении. На выставке представлена лишь часть коллекции, так что я уверена, мы сможем найти что-то, что соответствует вашим потребностям.

— Мое намерение — сделать мощное заявление о святости семьи, — сказал он. — Я думал, что у меня будет больше времени, чтобы все устроить, но события развиваются стремительно. К сожалению, нюансы должны уступить место прямолинейному символизму, чтобы сделать мою позицию быстрой и явной.

— Я не уверена, что Таверни передает это послание, — сказала она. — У меня есть ряд работ, которые затрагивают тему семьи и могут вас заинтересовать.

— Это не обязательно должно быть изображено в искусстве. Покажите мне что-то нетрадиционное, — сказал он. — То, сама покупка чего делает его достойным обсуждения.

Сьюзан оценивающе посмотрела на него. Его костюм был строгим и подчеркивал фигуру, но также был слегка странным. Крой в мелочах бросал вызов современным тенденциям: угол лацкана здесь, линия шва там. Результат создавал странную иллюзию стрелы в полете. Мужчина, носивший его, был молодым азиатом, вероятно, метисом. Его акцент был австралийским, явно образованным, но с сельским оттенком, который он по большей части искоренил. Его резкие черты лица были слегка испорчены слишком выдающимся подбородком, но его темные, проницательные глаза были притягательны.

— У меня может быть работа, которая вас заинтересует, — сказала она. — Однако я не могу гарантировать, что смогу продать ее вам.

— О?

— С этой картиной связано необычное условие.

Она провела его в офис, незаметно спрятанный в задней части галереи. Войдя, он замер на месте, впившись взглядом в картину. На ней были изображены четыре уникально стилизованных столпа, расположенные между двумя планетами, на фоне звезд. Содержание приковало его внимание, и хотя в ней не было ни следа магии, что-то в ней заставило его полностью убедиться, что это не работа обычного художника.

— Самая загадочная вещь в коллекции, — сказала Сьюзан. — Художник новый, и реакция критиков разделилась. Одни находят ее сюжеты прозаичными, другие — ее мазки почти гипнотически красивыми. Две работы, находящиеся у нас, были присланы нам всего несколько дней назад самой художницей.

— Кто она?

— Художница так же загадочна, как и ее искусство, — сказала Сьюзан. — Мы почти ничего о ней не знаем, даже ее полного имени. Она просто называет себя Доун.

— Сколько?

— Цены нет, — сказала Сьюзан. — Нам прислали две картины от художницы, вместе с щедрой платой за услуги, при условии, что эта будет повешена и отдана тому, кто сможет назвать четыре столпа, изображенных на ней. Чрезвычайно необычные условия, как вы можете себе представить.

— А как насчет другой картины?

— Та продается, но только тому, кто заявит права на эту. А что касается того, как кто-то должен узнать названия столпов...

— Джейсон, Колин, Гордон, Тень, — сказал он без колебаний, не отрывая глаз от картины.

Сьюзан была женщиной сдержанной, но на ее лице промелькнуло изумление.

— Верно, — сказала она. — Откуда вы это знали?

— Потому что я — объект. Покажите мне другую картину.

* * * Хиро и Тайка вышли из полицейского участка и обнаружили, что Вермиллион ждет их на парковке. Они нервничали, но не чувствовали того страха до мозга костей, который он обычно вызывал. С тех пор как прибыл Джейсон, Вермиллион не проявлял к ним ничего, кроме вежливости и уважения, хотя и оставался таким же загадочным, как всегда. Хиро тихо поговорил со своим адвокатом, который быстро ретировался.

— Вермиллион, — поприветствовал Хиро. — Вы ответственны за то, что нас выпустили? Я волновался, когда меня посадили в комнату допросов, но нас выпустили на удивление быстро.

— Что касается гражданских властей, вы были просто еще одной жертвой, пытавшейся спастись, — сказал Вермиллион. — К тому времени, как кто-то начал записывать инцидент, байкеры охотились в основном за вашим племянником, а ваш автомобиль был лишь одним из многих, подвергшихся нападению. Отсутствие огнестрельного оружия или другой контрабанды в вашей машине избавило от многих неловких вопросов, и мне едва пришлось вмешаться, чтобы все прошло гладко.

— Я же говорил тебе, босс, — сказал Тайка. — Отсутствие пушек решит больше проблем, чем их наличие.

— Что касается менее обычных властей, — продолжил Вермиллион, — я убедил их оставить вас в покое, по крайней мере, на данный момент. Им нужен Джейсон, чтобы поговорить.

— Вы знаете, где он? — спросил Хиро. — С ним все в порядке?

— Он в порядке, — сказал Вермиллион. — Я поддерживал с ним связь нетрадиционными способами, так что он знает, что происходит, и скоро встретится с нами. А пока он присылает машину. Полиция пока придержит вашу. Из-за пулевых отверстий.

— Кстати об этом, — сказал Тайка, — нам нужно поговорить о том, что произошло. Почему вы все не изрешечены пулями? Что это было про вампиров?

Без ауры Вермиллиона, давящей на него, раздражение Тайки по поводу странностей, в которые он оказался втянут, вырвалось наружу.

— Джейсон попросил меня помочь ему объяснить вам все, учитывая, что в его базе знаний есть определенные пробелы, — сказал Вермиллион. — Однако сначала нужно сделать кое-что еще. Я перенес встречу с Виктором Толлманом; мы направимся туда прямо отсюда.

— Это не может подождать? — спросил Хиро.

— Нет, — сказал Вермиллион. — Сегодняшние события — это отбойное течение, создающее опасные воды, которые вы не увидите, если не знаете, что ищете. Джейсон хочет, чтобы вы выбрались из этих вод как можно скорее, и я хочу того же для Виктора. Он стал для меня чем-то вроде друга, и я считаю, что у вас есть лучшие шансы убедить его выбраться из воды, прежде чем он утонет.

Подъехал черный городской автомобиль. У него были гладкие и агрессивные линии, явно роскошный автомобиль, но не той модели, которую Хиро узнал.

— Это машина Джейсона, — сказал Тайка, уже ездивший в этом варианте Тени в прошлом.

Хиро даже не узнал значок производителя на передней части, даже подойдя, чтобы рассмотреть его. Он выглядел как звездное небо с парящим плащом, содержащим дневное небо. Он не принадлежал ни одному автопроизводителю, с которым он был знаком, а он был знаком с большинством, по крайней мере, в сегменте высокого класса.

Он предположил, что это одна из бутиковых компаний, которые выпускают короткие серии дико дорогих кастомных автомобилей. Номерной знак был в тонком европейском стиле, белый на черном. Он заметил номер: 5H4-D0W.

— Тень (Shadow)?

— Что это, босс? — спросил Тайка. — О, точно, номера. Я тоже это заметил. Хотя цифры вместо букв — это немного пошло, да? Сейчас не 2004 год.

Вермиллион сел на заднее сиденье с Хиро, а Тайка занял пассажирское.

— Водителя нет, — сказал Хиро. Он слышал о беспилотном автомобиле Джейсона, но все равно было поразительно, когда машина влилась в поток движения без кого-либо на водительском сиденье. — Мы уверены, что это безопасно? Я слышал, что эти системы автопилота могут давать сбои, когда сталкиваются с неожиданными ситуациями.

— Думаю, вы обнаружите, — раздался голос с приборной панели, — что эта система автопилота вполне способна справиться с любой ситуацией, которую вы можете себе представить, наряду со многими, которые вы не можете.

— Босс, машина разговаривает, — сказал Тайка. — Это как в Рыцаре дорог.

— Рыцаре дорог? — спросил Хиро.

— Да, босс. Это лучший сериал.

— На самом деле нет, — сказал Хиро.

— Лучший что? — спросил Вермиллион.

— Телешоу о говорящих машинах, — сказал Хиро.

— Я не смотрю телевизор, — сказал Вермиллион.

— Бро, ты многое теряешь. Знаешь, если бы кто-то сказал мне на прошлой неделе, что я буду говорить с тобой о Рыцаре дорог, я бы сказал, что они сумасшедшие. Ты нормальный, бро. Хотя немного странно, что ты думаешь, будто вампиры настоящие.

— Они настоящие, — сказал Вермиллион.

— Ты знаешь каких-нибудь вампиров? — спросил Тайка.

— Я вампир.

— Солнце светит, бро. Если бы ты был вампиром, ты бы загорелся или взорвался, или что-то в этом роде.

— Было бы лучше, я думаю, — сказал Вермиллион, — подождать, пока Джейсон будет с нами, прежде чем мы перейдем к объяснениям.

— Это слишком, — сказал Хиро. — Несколько часов назад в нас стреляли с мотоциклов. Теперь у нас говорящие машины и люди, утверждающие, что они вампиры? Мне нужно время, чтобы остановиться и разложить все это в голове. Время и ответы, а не этот поток новых вопросов.

Машина остановилась на светофоре, и Джейсон скользнул на водительское сиденье.

— Я сделаю все, что смогу, — сказал он.

* * * Анне удалось выкроить несколько минут, чтобы позвонить жене.

— Я, наверное, не приду сегодня домой, — сказала она ей.

— Я знала, что так будет, когда увидела новости, — сказала Сьюзан. — Готова поспорить, теоретики заговора уже вовсю обсуждают это.

Анна застонала.

— Ты не представляешь, как они раздражают, когда оказываются правы, — сказала она.

— Ну, это не сравнится с твоим днем, но у меня была своя интересная встреча.

— О?

— Ты помнишь ту странную картину, о которой я тебе рассказывала? Кто-то заявил на нее права. Это был довольно странный мужчина. Очень интенсивный. Он утверждал, что является объектом картины, хотя на ней не было людей.

— О? — спросила Анна, ее инстинкты обострились. — Расскажи мне о нем.

* * * Машина снова тронулась, когда загорелся зеленый свет. Джейсон был на водительском сиденье, но оставлял управление Тени.

— Дядя, Тайка, — поприветствовал он. — Спасибо, что присмотрели за ними, Крейг.

— Крейг? — спросил Хиро, глядя на Вермиллиона.

— Извини, Вермиллион, — сказал Джейсон. — Я буду придерживаться профессионализма, хорошо?

— Думаю, мистика улетучилась, когда мы начали говорить о Рыцаре дорог, — сказал Вермиллион.

— Фу, — сказал Джейсон. — Почему они продолжали пытаться использовать «Мустанги» вместо «Транс-Ам», выше моего понимания. Я уверен, именно поэтому все продолжения провалились.

— Можем мы, пожалуйста, перестать говорить о Рыцаре дорог? — спросил Хиро. — Есть кое-что еще менее правдоподобное, что нам нужно обсудить.

— Есть, — признал Джейсон, и веселье исчезло из его голоса. — Тень везет нас туда, где мы сможем поговорить, учитывая, что то, что я должен вам рассказать, — это вещи, требующие доказательств.

— Тень? — спросил Хиро.

— Машина, — сказал Джейсон. — Я предполагаю, вы говорили о Рыцаре дорог, потому что он заговорил с вами.

— Джейсон, что происходит? — спросил Хиро.

— Ну, вы знаете те вещи, о которых я говорил, что не хочу вам рассказывать? Пришло время рассказать вам о них.

— Из-за людей, которые напали на нас? — спросил Хиро.

— Да, — сказал Вермиллион. — Публичный характер нападения растревожил осиное гнездо. Хотя в нападении не участвовала ЭОА, в нынешних условиях они будут подходить к делу иначе. Когда они начнут действовать в преступном мире Сиднея, они будут менее терпимы к сопротивлению, которое пытается оказать Виктор. Я хочу, чтобы вы помогли мне убедить его, что его усилия тщетны.

— В этот момент Вермиллион займется следующим шагом Виктора, а я позабочусь о вашей безопасности. А пока я вывезу вас из Сиднея. Сегодня. Ты тоже, Тайка, раз уж ты в это вляпался. Мы можем организовать детали передачи ЭОА позже. А пока я объясню, что происходит, а потом мы поедем к Виктору.

Зазвонил телефон Вермиллиона. Он достал его, чтобы проверить звонящего.

— Мне нужно ответить, — сказал он им. — Миссис Тилден, — сказал он, переключая внимание на телефон.

Голос Анны сердито прозвучал в телефоне без предисловий. Бронзовый ранг слуха Джейсона легко смог его разобрать.

— Вы знаете, где был ваш друг Асано, пока мы держали его дядю под стражей? — спросила она.

— Он залег на дно после того, что случилось, — сказал Вермиллион. — Я думал, вы оцените это.

— Не думаю, что вы знаете, где он залег на дно.

— Не знаю, — сказал Вермиллион, переводя взгляд на Джейсона.

— В художественной галерее моей жены! В тот самый момент, когда вы убеждали меня относиться к нему уважительно, он стоял рядом с моей женой.

— А, — сказал Вермиллион. — Джейсон, ты угрожал жене моего коллеги из Сети?

— Он там? — спросила Анна. — Где вы?

— Дай мне телефон, — сказал Джейсон.

Вермиллион оценивающе посмотрел на Джейсона, затем передал телефон вперед.

— Миссис Тилден, — сказал Джейсон в трубку. — Это Джейсон Асано.

— Чего вы надеетесь добиться, угрожая моей семье?

— Я никому не угрожаю, — весело сказал Джейсон. — Сьюзан, кстати, замечательная; вы хорошо постарались. Я просто хотел дать понять, что, хотя у меня нет ресурсов или персонала, чтобы защитить мою семью от такой организации, как ваша, любой, кто попытается использовать их в качестве рычага давления, начнет волну репрессий, которая окрасит гавань Сиднея в красный цвет кровью.

Хиро и Тайка смотрели с широко открытыми глазами, как Джейсон весело угрожает вырезать семьи людей.

— Вы думаете, это так просто? — спросила Анна.

— Конечно, нет, — сказал Джейсон. — Когда придет время нам встретиться, я просто хочу избежать утомительного объяснения того, почему попытка использовать мою семью против меня — это очень плохая идея.

— Почему вы относитесь к нам как к врагу, мистер Асано?

— Потому что я имел дело с силами, более могущественными, чем я сам, миссис Тилден. У них есть привычка думать, что они могут получить от меня то, что хотят, без последствий. Разубедить вас в этом сейчас будет менее затратно для нас обоих, чем делать это позже.

— Ваша сила всего лишь на втором ранге, мистер Асано. Это сильно, но у нас есть сильнее прямо здесь, в Сиднее, не говоря уже о стране и мире. Вот против чего вы собираетесь выступать. Глобальная сила. Мы строились в два раза дольше, чем существует эта страна, и вы думаете, что можете противостоять этому с тем, что подобрали за полтора года?

— Миссис Тилден, Австралия была заселена более шестидесяти тысяч лет. Меня не впечатляет, что ваша организация существует с тех пор, как здесь появились белые люди. Я столкнулся с врагом, по сравнению с которым ваша организация выглядит как молекула. Он могущественнее, чем вы можете понять, и перевес два к одному в мою пользу. Ваша группа — не потенциальный враг, миссис Тилден; вы — флавор-текст. Если мы сможем поладить, может быть, даже поработать вместе, это здорово. Но вы мне не нужны, и я вас не боюсь.

— Вы закончили с монологом, мистер Асано? — спросила Анна.

— Было приятно, не буду лгать, — сказал Джейсон. — Может, я ошибаюсь, и ваша организация отшлепает меня, как младенца. Но вы не хотите проверять меня и ошибиться, миссис Тилден.

— Вы должны прийти и поговорить с нами о том, что произошло сегодня.

— На самом деле нет, но я позволю своему новому другу Крейгу что-нибудь организовать. А пока у меня есть дела, так что я пойду. Поздравляю с тем, что Белла получила главную роль в спектакле. Эта ваша племянница — настоящий пробивной человек.

Джейсон повесил трубку и вернул телефон Вермиллиону.

— Они могут отследить это? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Вермиллион. — Я думал, вы ничего не знаете о Сети.

— Не знал, — сказал Джейсон. — После того как я прибыл, я сделал кое-что, чтобы выманить их, и начал следить за их людьми. Это была хорошая работа, Тень. Мило и тщательно.

— Ты только что угрожал племяннице этого человека? — спросил Хиро.

— Я просто не даю им угрожать моей семье, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь причинять вред чьей-то еще. Вот почему мне нужно убрать вас с пути ЭОА. Если они увидят вас как часть моей семьи, а не как независимое препятствие, они не будут преследовать вас.

ВРЕМЯ ДЛЯ КОНТЕКСТА

ВРЕМЯ ДЛЯ КОНТЕКСТА

Тень заехала на подземную парковку, где их не могли увидеть, и припарковалась. Джейсон и Вермиллион вышли из машины, остальные последовали их примеру. Хиро и Тайка выглядели напряженными.

— Я знаю, что все происходит быстро и густо, — сказал Джейсон. — Это ошеломляет, но боюсь, что до сна еще далеко.

Он посмотрел на Вермиллиона.

— Вы когда-нибудь делали это раньше? — спросил Джейсон.

— Посвящали кого-то? Делал, и это редко проходит гладко. Доверчивые — худшие, потому что они верят в сверхъестественное легко и быстро, но убедить их в том, что сверхъестественные вещи, в которые они уже верят, неверны, может быть непросто.

— Сверхъестественное? — спросил Хиро. — Ты собираешься сказать нам, что ты тоже вампир, Джейсон?

— Нет, я скорее ниндзя-чернокнижник. Я знаю, как это звучит. Коротко говоря: магия реальна, душа реальна, вампиры реальны. Много чего реально. Оборотни?

— Не в этой стране, — сказал Вермиллион. — На севере есть несколько оборотней-крокодилов, но их в основном истребили в колониальные времена. Вы их больше не увидите.

— Ничего себе, — сказал Джейсон. — В общем, магия реальна, вот в чем суть.

— Это какое-то сумасшествие, бро, — сказал Тайка. — Если ты хочешь, чтобы мы поверили, что магия реальна, то тебе придется показать нам немного магии. Типа, настоящей магии.

— Вот почему мы здесь. Тень, почему бы тебе не начать?

Машина, рядом с которой они стояли, взорвалась массой тьмы, которая втянулась в тень Джейсона, словно он засасывал ее пылесосом.

— Моя машина — не машина, — сказал Джейсон. — Это мой друг Тень. Выходи и поздоровайся.

Теневая форма Тени поднялась из тени Джейсона, обретая глубину и субстанцию, оставаясь при этом фигурой проявленной тьмы.

— Приятно официально познакомиться с вами, — сказала Тень.

Хиро и Тайка оглянулись, помахав руками сквозь пространство, которое только что занимала машина.

— Я знал... — начал Хиро, прежде чем замолчать. Джейсон терпеливо ждал, пока он продолжит. — Я знал, что происходит что-то, что выходит за рамки обычного понимания, — продолжил Хиро. — Ничто из того, что я придумал, не казалось правдоподобным. Даже видя, как твоя машина исчезает, я имею в виду... магия? Серьезно?

— Это действительно кажется чем-то запредельным, бро, — добавил Тайка.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Вам нужно увидеть что-то по-настоящему невозможное.

Он провел рукой над землей, создавая линию ползучей тьмы, похожей на черный огонь. По жесту Джейсона вверх из темной линии возник обсидиановый свод, который сам поднялся, чтобы заполнить арку.

Хиро и Тайка обошли его.

— Я бы спросил, как ты это сделал, но ты скажешь «магия», верно? — спросил Хиро.

— Ага, — сказал Джейсон.

— Что это? — спросил Тайка.

— Дверь, — сказал Джейсон.

— Она никуда не ведет, — сказал Хиро, переводя взгляд с одной стороны портальной арки на другую.

— Если вы пройдете сквозь нее, то увидите истину, — сказал Джейсон. — Я бы назвал это прыжком веры, но вера — это не совсем мое. Так что давайте назовем это шагом в более широкий мир.

— Ты хочешь, чтобы мы вошли в это? — спросил Тайка.

— Да, — сказал Джейсон. — Считайте это своим последним шансом повернуть назад. Если хотите, можете игнорировать все, что я только что сказал. Живите нормальной жизнью и старайтесь не думать об этом. Или вы можете двигаться вперед.

— Когда ты сказал, что не собираешься рассказывать мне, — сказал Хиро, — ты сказал, что одна из причин в том, что я не готов столкнуться с опасностями. Что изменилось?

— Я сказал, что не могу сделать это в разумные сроки, — сказал Джейсон. — Как только вы выберетесь с пути ЭОА, у нас будет время.

— Чтобы сделать что?

— Чтобы наделить вас магическими силами, — сказал Джейсон.

— Ты можешь это сделать? — спросил Вермиллион. — Превратить их в магов эссенции?

— Да, — сказал Джейсон. — Если это то, чего они хотят.

— Что такое маг эссенции? — спросил Хиро.

— Пройдите сквозь арку и узнаете, — сказал Джейсон.

— Босс, — сказал Тайка. — Все это полная ерунда. Я просто пойду с этим. Посмотрю, куда это меня приведет.

— Тайка! — крикнул Хиро.

Но Тайка прошел сквозь арку и исчез. Ему не пришлось беспокоиться о том, чтобы протиснуться, как с большинством дверей. Арка была достаточно большой, чтобы вместить даже леонида или драконида, с которыми был сопоставим по размеру массивный маори.

— Вермиллион, не могли бы вы проверить его? — попросил Джейсон.

— Это портал, — сказал Вермиллион. — Я слышал, что у некоторых из вашего рода они есть, но никогда не видел их раньше.

— Тогда это будет весело для вас.

Вермиллион покачал головой с усмешкой.

— Знать вас — это захватывающий образ жизни, Джейсон Асано.

Он обменялся ухмылкой с Джейсоном и прошел сквозь нее.

— Джейсон, это безумие, — сказал Хиро. Он все еще ходил вокруг арки, недоверчиво глядя в пространство, в которое исчезли Тайка и Вермиллион.

— Ага, — согласился Джейсон. — Просто радуйся, что получаешь приятное, мягкое введение в магию.

— Это мягкое? — спросил Хиро. — На нас напала банда байкеров!

— Просто радуйся, что никто не пытался тебя съесть. Я расскажу тебе о своем знакомстве с магией позже. А пока пора идти. Ты же не оставишь Тайку в подвешенном состоянии?

Как только он это сказал, Тайка вернулся обратно, дико оглядываясь, а затем его вырвало.

— Черт возьми, бро!

Он вернулся сквозь арку, снова исчезнув.

— Видишь? Никаких проблем, — рассмеялся Джейсон.

Бросив на Джейсона опасливый взгляд, Хиро собрался с духом и шагнул сквозь нее. Пройдя сквозь завесу тьмы в арке, он появился на вершине высокого здания в центре города. Джейсон последовал за ним и обнаружил, что Хиро тоже опустошает желудок. Вермиллион был неподалеку, выглядя бледным. В конце концов, Хиро пришел в себя, вытирая рот платком.

— Где мы? — спросил он.

— На вершине здания Виктора, — сказал Джейсон.

Хиро посмотрел на арку, неуверенно обходя ее.

— Я могу вернуться, как Тайка?

— Вперед.

Хиро вернулся сквозь арку, вернувшись через мгновение и снова его вырвало. Он пошатываясь подошел к краю здания, вцепившись в перила, глядя на город.

— Это сумасшествие. Это невозможно.

— Вот почему я использовал магию, — сказал Джейсон. — Быть невозможным — это своего рода смысл.

— Ты сказал, что наделишь нас магией, — сказал Тайка. — Мы сможем делать такие вещи?

— Может быть, — сказал Джейсон. — В том, какие силы вы в итоге получите, есть элемент случайности.

Джейсон повернулся к Вермиллиону. — Я показал вам один из своих козырей здесь.

— Я признаю это. Вы знаете, что я не буду держать это в секрете от своих людей, но я буду помнить, что вы были готовы поделиться этим.

— Считайте это благодарностью за присмотр за моим дядей, — сказал Джейсон.

— Есть еще кое-что, — сказал Вермиллион. — Виктор.

— Да, — сказал Джейсон. — Дядя Хиро, я знаю, что твое понимание природы реальности только что было переписано, но у нас есть дела. Так что задавай любые вопросы, которые у тебя есть сейчас, и я отвечу на них. Как только у тебя будет время все переварить, ты сможешь спросить меня еще. На это будет полно времени.

Хиро потер виски.

— Я не знаю, с чего начать. Как ты узнал о магии?

— Я попал в магическую аварию.

— Твоя квартира.

— Да. Она затянула меня в магическую альтернативную вселенную.

— Что? — спросил Хиро.

— Ты был серьезен? — сказал Вермиллион.

— Бро, все, что ты говоришь, страннее предыдущего. А последнее было то, что магия реальна. Это трип какой-то.

— Это... я не знаю, о чем спрашивать, — сказал Хиро.

— Я знаю, — сказал Тайка. — Ты сказал, что мы можем получить магию. Как?

— В вашей душе больше потенциальной силы, чем вы можете себе представить, — сказал Джейсон. — Я могу использовать предметы, чтобы разблокировать этот потенциал.

— Это то, откуда берется твоя сила? — спросил Хиро.

— Да.

— Наши силы будут такими же, как твои? — спросил Тайка.

— Нет, — сказал Джейсон. — У меня нет подходящих предметов, чтобы дать вам силы, подобные моим, но вы их и не хотите. Я очень специализировался.

— В чем? — спросил Хиро.

— Вещи, которые лучше всего объяснять, когда у меня будет время для контекста, — сказал Джейсон.

* * * — Не буду лгать, — сказал Виктор. — Это похоже на предательство.

С Вермиллионом, Джейсоном, Хиро и Тайкой, выстроившимися перед ним в его кабинете, это ощущалось как конфронтация.

— Виктор, — сказал Вермиллион. — Вещи в моем мире стали намного сложнее. Если вы не позволите мне договориться о выходе для вас, все закончится плохо.

— Так теперь вы агитируете за ЭОА? — спросил Виктор.

— Нет, Виктор, — сказал Вермиллион. — Мне не нужно. Никто, кто может остановить их, не хочет стоять у них на пути, а любая поддержка, которую вы могли бы собрать, теперь исчезла.

— Из-за той перестрелки в новостях? — спросил Виктор.

— Да. Люди, которые не допускают таких вещей в новости, вышли на тропу войны. Все остальные затаились, пока шторм не пройдет.

— И страдаю я.

— Виктор, — сказал Хиро. — Вещи, которые я видел сегодня. Если это то, что идет за тобой, остановить это невозможно.

Взгляд Виктора переместился с Хиро на Вермиллиона.

— Он знает? — спросил Виктор.

Вермиллион кивнул.

— Насколько? — продолжил Виктор. — Ты рассказал ему больше, чем мне? Что случилось с необходимостью получения разрешения от твоих людей?

— Это я рассказал своему дяде, Виктор, — холодно сказал Джейсон. — Я не принадлежу к группе Вермиллиона. Если у вас есть с этим проблемы, можете обсудить их со мной. Я здесь, потому что Вермиллион и Хиро не хотят, чтобы вы оказались на пути того, что приближается. Мне все равно, похоронит ли вас ЭОА, лишь бы мой дядя был в стороне от этого.

Виктор ходил взад-вперед, сердито потирая лоб.

— Вы говорите мне, что у меня нет выхода, но не хотите сказать почему. Вы понимаете, что это звучит так, будто вы вешаете мне лапшу на уши, верно?

Джейсон вздохнул.

— Гордон, — пробормотал он.

Появилось скопление тьмы, зависшее у высокого потолка кабинета. Оно приняло форму плаща, внутри которого засияла туманность оранжевого и синего света в форме глаза. Вокруг туманности медленно вращались четыре сферы, также в форме светящихся глаз.

Остальные в комнате широко раскрыли глаза при внезапном проявлении фамильяра. Парящая сущность в плаще была несомненно инопланетной и непостижимой, казалось, содержащей таинственные глубины.

— Это мой друг, — сказал Джейсон. — Заметьте, что он содержит то, что очень похоже на туманность Улитка. То, что они называют Оком Бога. Я не буду показывать вам, на что он способен, потому что это было бы довольно разрушительно.

Джейсон жестикулировал рукой, и Гордон снова исчез. Хиро, Тайка, Виктор и Вермиллион уставились на пространство, которое он только что занимал.

— Я говорю по опыту, когда говорю вам, что противостояние гораздо более могущественным силам имеет свою цену. Если вы готовы заплатить эту цену, то я не буду вас останавливать. Но если попытаетесь, ждите неудачи. Вы платите цену в любом случае. Вермиллион не может сказать вам, Виктор, но я могу. Там есть силы, гораздо более могущественные, чем вы знаете, и рано или поздно мир это узнает.

— Виктор, — сказал Вермиллион, — у вас здесь три варианта. Вариант первый — сражаться и умереть. Вариант второй — взять деньги и бежать. Заберите все, что сможете, и доберитесь до возвышенности, прежде чем волна накроет. Вариант третий — объединиться с ЭОА. Если вы хотите углубиться в мир, в который вы только заглянули, они единственные, кто может это предложить.

Виктор нахмурился, и Вермиллион повернулся к Джейсону.

— Думаю, вы сделали все, что могли, — сказал Вермиллион Джейсону и Хиро. — Оставьте меня с Виктором, пока что. Мистер Асано, я свяжусь с вами, чтобы уладить детали ваших собственных договоренностей с ЭОА.

* * * — Сколько времени вам понадобится, чтобы привести дела в порядок? — спросил Джейсон Хиро.

Они ехали обратно к многоквартирному дому Хиро, снова под присмотром машины в форме Тени. Тайка и Хиро проявили некоторую нерешительность, когда машина появилась из вихря тьмы, но, в конце концов, они уже ездили в ней раньше. Джейсон был на водительском сиденье, а Хиро и Тайка — на просторном и удобном заднем.

— Я веду свои дела законно и хорошо администрирую их, — сказал Хиро. — Если они действительно собираются прийти и взять все под контроль, то процесс вполне легален и организован.

— Вы получите справедливую компенсацию за все, — сказал Джейсон, — или они обнаружат, что моя следующая переговорная позиция будет значительно более агрессивной.

Хиро и Тайка обменялись взглядами при виде зловещего выражения на лице Джейсона.

— Мое настоящее беспокойство — это мои люди, — сказал Хиро.

— Я ясно дал понять, что с ними должны обращаться хорошо, — сказал Джейсон. — Независимо от того, хотят ли они остаться под новым руководством или уйти, о них позаботятся.

— Это будет не просто вопрос подписания бумаг и ухода, — сказал Хиро. — Мне нужно поговорить со своими людьми, лично объяснить им переход. Даже если я выберусь из Сиднея, мне нужно будет совершать повторные поездки, чтобы пройти через все это.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Вам просто нужно запустить процесс достаточно хорошо, чтобы мы могли покинуть город на данный момент.

— Я могу подготовить административные дела сегодня, а завтра поговорить со своими людьми. Я буду готов ехать послезавтра.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Мне нужно разобраться с последствиями сегодняшнего волнения. Мы уезжаем утром, послезавтра.

ВРЕМЯ КОРИЧНЕВЫХ ШТАНОВ

ВРЕМЯ КОРИЧНЕВЫХ ШТАНОВ

Джейсон сидел на крыше, глядя на таунхаус своего дяди с другой стороны улицы. Рядом с ним появилась Тень.

— Нашел кого-нибудь еще? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказала Тень. — Только один ранг железа внутри.

— Значит, он либо один, либо тот, кого они прислали, достаточно силен и способен ускользнуть от наших чувств.

Джейсон не собирался оставаться в таунхаусе в нынешних обстоятельствах, но хотел забрать свои мана-лампы, если это возможно.

— Я заметил только одного ранга серебра во время своего расследования персонала Сети, — сказала Тень. — Ее контроль ауры был недостаточен, чтобы избежать моего обнаружения.

— Нам стоит беспокоиться о тех, кто может ускользнуть от твоих чувств, — сказал Джейсон.

— Согласен, — сказала Тень. — Я бы порекомендовал либо отправить меня, либо отправить Тайку.

Хотя и бестелесный, бронзовый ранг сосуда Тени мог оказывать достаточно физической силы, чтобы манипулировать объектами. Он также мог хранить ограниченное количество предметов в своем собственном пространственном хранилище.

— Иди ты, — сказал Джейсон. — Я могу использовать тебя как проводник, чтобы поговорить с тем, кто там находится. Возможно, они отправили ранг железа открыто, чтобы показать, что хотят поговорить, не оказывая давления.

— Влияние мистера Вермиллиона? — предположила Тень.

— Или осторожность. Они не знают, на что я способен.

— Не думаю, что выяснение этого сделает их менее осторожными.

— Нет, — Джейсон усмехнулся. — Вероятно, нет.

Тень отправила одно из своих тел в таунхаус, молча собирая мана-лампы. Ранг железа не почувствовал Тень, но заметил изменение, когда лампы перестали поглощать окружающую магию. Стоя посреди таунхауса, он огляделся. Внезапно появилась теневая фигура, которой мгновение назад там не было.

— Сеть прислала тебя? — спросил Джейсон, говоря через Тень. В его холодном, как кремень, голосе не было дружелюбия.

— Да, — сказал мужчина, осматривая Тень. — Я обращаюсь к мистеру Асано?

— Да.

— Меня зовут Майкл Арам. Аннабет Тилден попросила меня поговорить с вами. Мы не думали, что вы, скорее всего, вернетесь сюда, но надеялись, что вы можете.

— Я пришел забрать то, что оставил.

— Я заметил изменение в магии. Могу я спросить, что это было?

— Мана-лампы, — сказал Джейсон. — Это вещь, которая есть у вас здесь?

— Есть, — сказал Арам. — Значит, вы действительно... перешли туда. В другой мир.

— Что вы знаете о других мирах? — спросил Джейсон.

— Погодите, мирах во множественном числе?

— Значит, не так уж много. Что вам нужно, Майкл Арам?

— Миссис Тилден попросила меня начать диалог. Если вы действительно пришелец из другого мира, вы, несомненно, приобрели знания и ресурсы по пути, которые были бы для нас огромной ценностью. Мы, в свою очередь, необходимы вам.

— Вот как?

— Мы — единственный источник ядер монстров.

Джейсон издал убийственный смешок.

— Вы думаете, мне нужны ядра монстров?

— Если вы хотите стать сильнее.

— Мне не нужны ядра, чтобы стать сильнее, только достаточно сильные враги, чтобы сражаться. А это значит, что я могу найти применение вашей организации, даже если вам не нравится то, что я с ней делаю.

— Вас не было всего полтора года, — сказал Арам. — Как вы могли стать такими сильными, просто сражаясь? У нас есть член, который отказывается потреблять ядра, и ему потребовалось восемь лет, чтобы достичь второго ранга. С тех пор он уперся в потолок.

— Вам действительно нужно то, что я знаю, не так ли? — спросил Джейсон, его голос стал более расслабленным. — Есть вещи, в которых вы можете мне помочь, и я склонен к сотрудничеству. Мое беспокойство в том, что ваша организация попытается перевернуть меня вверх ногами и вытрясти все вкусности. Я не собираюсь просто вальсировать в это осиное гнездо чар в вашей штаб-квартире, без заботы в... что за...?

Теневая фигура тела Тени метнулась прочь, оставив Арама одного.

— Мистер Асано?

* * * Джейсон стоял на коленях на наклонной крыше с закрытыми глазами, направляя свое зрение и голос через Тень, пока разговаривал с Арамом. С его обостренными чувствами и способностью чувствовать как ауры, так и магию, он был далеко не в неведении относительно своего окружения, но почувствовал атаку только в последний момент. Она пришла быстро и, казалось, из ниоткуда. Джейсон обнаружил ее только тогда, когда аура обрушилась на него, пытаясь шокировать его подавляющей силой ранга серебра.

Это было почти в точности так же, как в прошлый раз, когда на него внезапно напал ранг серебра, но Джейсон был совсем другим человеком, чем во время своего похищения. Атакующая аура врезалась в железную оболочку, которой была собственная аура Джейсона, и отскочила, дав Джейсону предупреждение, а не заморозив его на месте, как планировалось.

Тем не менее, атакующий ранга серебра был быстрее него и уже двигался, когда он отреагировал. Ему удалось избежать руки, тянувшейся к его голове, но он не смог избежать того, что она схватила его за плечо.

* Вы были атакованы. Атакующий был поражен [Грехом].

* Специальная атака [Темный сон] наложила на вас [Снотворный токсин]. * Вы сопротивлялись [Снотворному токсину]. * [Снотворный токсин] не возымел эффекта. * Вы получили экземпляр [Сопротивляемость]. * Вы получили экземпляр [Целостность].

* Специальная атака [Темный сон] наложила на вас [Уязвимость]. * Экземпляр [Сопротивляемость] был поглощен, чтобы нейтрализовать [Уязвимость].

* Специальная атака [Темный сон] наложила на вас [Вялость]. * Вы сопротивлялись [Вялости]. * [Вялость] не возымела эффекта. * Вы получили экземпляр [Сопротивляемость]. * Вы получили экземпляр [Целостность].

Специализация Джейсона на недугах окупилась против специальной атаки. Его накопленные эффекты сопротивления и способность игнорировать разницу в рангах позволили ему сопротивляться двум из трех недугов и нейтрализовать третий.

Он отреагировал мгновенно, выскользнув из руки и спрыгнув с края крыши, даже не потрудившись уделить момент, чтобы взглянуть на своего атакующего. Его плащ сформировался вокруг него, когда он падал, но он не уменьшил свой вес, чтобы замедлить падение. Вместо этого он сформировал теневую руку и использовал ее, чтобы ухватиться за крышу во время падения, позволив ей растянуться, прежде чем использовать ее, чтобы отпружинить обратно вверх. Он прыгнул обратно на крышу как раз в тот момент, когда его атакующий заглянул за край. Атакующий получил рассекающий удар по торсу от призванного Джейсоном кинжала, споткнувшись назад, когда Джейсон легко приземлился на крышу.

* Специальная атака [Наказание] наложила [Грех] на [Ассасина Сети]. * Специальная атака [Наказание] наложила [Цена отпущения грехов] на [Ассасина Сети].

* Оружие [Погибель, Клинок Невзгод] наложило [Погибель плоти] на [Ассасина Сети]. * Оружие [Погибель, Клинок Невзгод] наложило [Погибель крови] на [Ассасина Сети]. * Оружие [Погибель, Клинок Невзгод] наложило [Погибель духа] на [Ассасина Сети].

* [Амулет Темного Защитника] наделил вас пятью экземплярами [Благословения Защитника].

Джейсон снова опустился на крышу, его плащ развевался вокруг него. Он наблюдал за своим противником, удовлетворенный неудачей ранга серебра сопротивляться даже одному недугу. Его способность идентифицировать людей не дала ему имени даже после контакта с мужчиной. Его способность извлекать информацию была затруднена превосходящим рангом врага, хотя более общая метка «Ассасин Сети» тоже многое ему сказала. Точно так же, как Ландемир Вейн был описан силой Джейсона как Культист Строителя, знание их принадлежности могло быть полезнее, чем имя.

Ранг серебра выглядел лет на тридцать, но с пользователем эссенции никогда нельзя было сказать наверняка. У него были коротко стриженные волосы и черный, военизированный наряд. Его тактическая броня не была магической и легко прорезалась кинжалом Джейсона.

Мужчина взглянул на рану на груди и снова на Джейсона. Он выглядел удивленным тем, что его плоть ранга серебра оказала не больше сопротивления, чем его немагическая броня.

— Тебе стоит пойти со мной, Асано. Мы хотим работать с тобой, а не заставлять тебя что-то делать.

— Я мог бы догадаться по тому, как ты совершил скрытную атаку на меня на крыше, — сказал Джейсон. У мужчины был легкий французский акцент, но это могло быть уловкой. Если бы Джейсон был немецким ассасином, он бы, вероятно, тоже подделал французский акцент.

— У меня нет времени убеждать тебя. Мы не могли рискнуть, что ты скажешь «нет». Не делай этого трудным путем.

— Ты меня не знаешь, но трудный путь — это своего рода моя фишка.

— Вопрос не в том, уйдешь ли ты, Асано. Вопрос в том, насколько сильно ты пострадаешь, пойдя со мной.

— Боль я могу вытерпеть. Твоя судьба — страдать.

* Заклинание [Неотвратимый рок] наложило [Неотвратимый рок] на [Ассасина Сети]. * Заклинание [Неотвратимый рок] наложило [Неизбежность] на [Ассасина Сети].

* [Амулет Темного Защитника] наделил вас двумя экземплярами [Благословения Защитника].

— Трудный путь, значит, — сказал мужчина, подняв руки, чтобы наколдовать кастеты на каждой руке, с тремя острыми зубцами, торчащими из каждого. Он бросился в атаку, когда зеркальные образы появились вокруг него, все прыгая на Джейсона.

Джейсон поднял руку, с ладони которой сочилась кровь. Конус пиявок распылился над образами. Большинство прошло сквозь иллюзорных двойников, включая того, что был на позиции оригинального тела. Настоящее тело атакующего пошатнулось, когда пиявки вцепились в него, в то время как остальные пиявки были разбросаны по крыше брызгами.

* [Кровавый ужас] наложил [Кровотечение] на [Ассасина Сети]. * [Кровотечение] уже в действии, [Кровотечение] обновлено. * [Кровавый ужас] наложил [Токсин пиявки] на [Ассасина Сети]. * [Кровавый ужас] наложил [Некротоксин] на [Ассасина Сети]. * [Кровавый ужас] наложил [Кровотечение] на [Ассасина Сети]. * [Кровотечение] уже в действии, [Кровотечение] обновлено. * [Кровавый ужас] наложил [Токсин пиявки] на [Ассасина Сети]. * [Кровавый ужас] наложил [Некротоксин] на [Ассасина Сети].

Джейсон пожалел, что Колин не активировал его амулет, но он был достаточно удовлетворен штормом недугов своего фамильяра. Джейсон теперь был настоящим специалистом по недугам, способным накладывать множество недугов самостоятельно.

Враг был лишь на мгновение удивлен и не стал тщетно пытаться сорвать пиявок, легко прокусывающих его одежду. Он не мог не заметить, как Гордон проявился, и ловко увернулся от четырех лучей энергии, стреляющих в него из парящих глаз Гордона.

Ассасин отпрыгнул назад, вскинув руки. Появился его собственный рой существ. Крошечные металлические колибри с длинными иглами вместо голов жужжали от взмахов своих крошечных металлических крыльев, когда они бросились врассыпную, чтобы поглотить Джейсона.

— Гордон, — спокойно сказал Джейсон. Два шара фамильяра устремились вперед, соединившись как раз тогда, когда они встретились с роем. В результате взрыв резонирующей силы уничтожил металлических существ, хотя многие пиявки, разбросанные по крыше, были также уничтожены.

Ассасин использовал взрыв, чтобы замаскировать еще одну специальную атаку, с градом игл, обрушившимся на Джейсона. Его плащ перехватил снаряды, но их сила ранга серебра все равно пробивала его чаще, чем нет. Однако их урон был уменьшен, и к тому времени, как они прогрызли Благословения Защитника, урон был минимальным.

Экземпляр [Благословения Защитника] был поглощен, чтобы поглотить урон. [Благословение Защитника] наделило вас [Щедростью Благословения].

Даже этот урон был быстро восстановлен продолжающимися лечебными эффектами баффа Целостности, который постоянно восполнял его здоровье, выносливость и ману, наряду с исцелением Благословения Защитника. Игольчатый шторм, однако, никогда не задумывался как реальная угроза, а лишь как способ вывести Джейсона из равновесия, чтобы подготовить ассасина к выпаду с его когтеобразным оружием.

Софи была бы более чем ровней рангу серебра, как в скорости, так и в мастерстве. В нынешнем же виде ранг серебра имел явное преимущество в скорости, в то время как опыт и техника Джейсона доминировали. Месяц за месяцем, день за днем и даже час за часом битвы в астральном пространстве отточили навыки Джейсона до остроты бритвы.

Когда он только начал тренироваться, у него были наивные идеи о том, чтобы быть своего рода идеальным контратакующим. Затем практические реалии боя медленно вбили ему в голову, что он не персонаж аниме. Тренировки с Руфусом и Софи, а затем битва за битвой позволили ему усовершенствовать эту первоначальную идею в более практическую форму.

Джейсон и Софи практиковали один и тот же, очень универсальный стиль боя, но делали это по-разному. Софи использовала универсальность, чтобы постоянно доминировать, адаптируя свои атаки под то, что было хуже всего для ее противника в любой момент времени. Это был ее стиль до получения сил, и накопление скорости и мобильности только усилило его эффективность.

Джейсон также формировал свой подход к своим силам. С его плащом и растягивающимися руками его подход сильно опирался на обман. Скрывая нетрадиционные движения и позу за своими способностями, его было трудно прижать к стене, и он был полон непредсказуемых атак. Тот факт, что он редко наносил что-то большее, чем поверхностные раны своими кинжалами, также открыл целый мир атак, которые другие сочли бы несущественными.

Джейсон использовал все это в полной мере против ассасина. Прыгая между телами Тени. Маскируя свою позу и движения за своим объемным плащом. Протягивая свои теневые руки, чтобы совершать атаки, которые не должны быть возможны.

Джейсон доминировал в бою. Несмотря на преимущество ассасина в скорости, его когтистое оружие никогда не попадало в Джейсона, даже запутываясь в плаще, который Джейсон использовал, чтобы выдернуть его из равновесия. Когда ассасин пытался дернуть плащ обратно, он проходил сквозь его пальцы, будучи нематериальным.

Это не означало, что Джейсон был расслаблен. Он полностью осознавал разницу в силе и знал, что лишь несколько ударов ранга серебра прорвут защиту его амулета и выведут его из строя.

Ассасин продолжал наносить удары буквально и фигурально, попадая по воздуху, так как его атаки проходили сквозь плащ. Тело Джейсона никогда не было точно там, где казалось, и каждая неудачная атака сопровождалась контратакой. Поняв, что он проигрывает, ассасин попытался отступить и привести мысли в порядок. Джейсон, однако, не позволил этого, перейдя в наступление.

Каждый момент, который проходил, был золотым для Джейсона, так как его недуги становились все более и более укоренившимися во враге. Точно так же Гордон наносил удары двумя лучами из своих оставшихся глазных сфер. Урон от разрушающей силы был специализирован против магии, хотя добавлял лишь минимальный урон рангу серебра. Если бы Гордон не разделял силу Джейсона игнорировать разницу в рангах как фамильяр Джейсона, урон был бы почти игнорируемым.

В конце концов, ассасин разозлился на Гордона и выбросил поток мерцающих силовых игл, которым удалось навредить бестелесному фамильяру. Джейсон отозвал фамильяра, Гордон усилил силу ауры Джейсона, когда фамильяр исчез в нем. Ни Джейсон, ни ранг серебра не могли подавить друг друга, несмотря на продолжающуюся борьбу, поэтому на каждого из них влияла аура другого. В этом у Джейсона было преимущество, так как его аура, казалось, действовала в полную силу. Аура ассасина накладывала ослабляющий дебафф, которому Джейсон постоянно сопротивлялся, фактически делая его сильнее.

Хотя он видел это раньше, Джейсон все еще был поражен стойкостью ранга серебра. Его противник пробивался сквозь то, что убило бы самого стойкого монстра бронзового ранга, не говоря уже о пользователе эссенции. Мужчина выглядел почти как нежить под разрушительным воздействием некротического урона Джейсона.

Джейсон обладал большим мастерством, не только в своих боевых навыках, но и в тактическом использовании своих способностей, переигрывая одну силу за другой, несмотря на то, что его собственная была более низкого ранга. Ассасин, как и большинство людей, был силен в специальных атаках, и Джейсон не был уверен, придерживает ли он более опасные. Идея, в конце концов, заключалась в захвате, а не в убийстве.

В конечном счете, Джейсон не был Софи. Стоячие бои — это то, в чем она преуспевала, в то время как он был мастером использования сложных сред. Крыша, на которой они сражались, не предлагала ничего, кроме небольшого наклона, открытое пространство было очень на руку ассасину. Если бы не тела Тени, разбросанные по ней для прыжков по теням, бой прошел бы гораздо хуже.

Первоначальный план Джейсона состоял в том, чтобы превратить бой в погоню. Утопить противника в недугах, а затем бежать в более сложные среды, чтобы выиграть время, пока они работают. К сожалению, не все силы ассасина эффективно обрабатывались Джейсоном. Одна из них сделала его план невыполнимым.

Самой эффективной силой, которую использовал ассасин, была сила привязки, очень похожая на ту, что использовала Белинда. Она не мешала Джейсону, пока он оставался рядом, но попытка покинуть крышу приводила к опасно эскалирующему урону. Привязка даже отслеживала его через телепорты, и он не хотел рисковать порталом.

Если бы сила смогла последовать за ним, такое расстояние мгновенно убило бы его. Было бы возможно уничтожить призванный стержень, к которому была прикреплена привязка, но это, вероятно, вызвало бы мощный взрыв. Он мог бы пережить взрыв ранга серебра, но он ударил бы его достаточно сильно, чтобы у ассасина появился шанс закончить бой.

Джейсон был готов продолжать бой, так как его положение улучшалось с каждым мгновением. Он накапливал силу, в то время как его противник накапливал недуги. Важно отметить, что это включало недуг от его силы Руки Жнеца, который одновременно подтачивал преимущество ассасина в скорости и способность удерживать свои недуги.

* [Трупное окоченение] (недуг, нечестивый, суммирующийся): Штраф к атрибутам [Скорость] и [Восстановление]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Каждый раз, когда накладывается новый экземпляр, наносит некротический урон за каждый существующий экземпляр.

Джейсон был удовлетворен тем, как прогрессировал бой. Ранг серебра был пользователем ядер монстров, с типичными слабостями, которые это влекло за собой. Руфус давным-давно объяснил, что без необходимости использовать все свои способности для продвижения, пользователи ядер монстров склонны развивать определенные изъяны.

Одним из них было то, что они не были так близко знакомы со своими силами, как кто-то лучше обученный, используя способности менее эффективно и часто как дополнение к своему бою, а не как интегрированный аспект. Большим изъяном было то, что они развивали привычку использовать тот подмножество своих сил, которое оказалось наиболее полезным в начале их карьеры, часто игнорируя остальные и упуская мощные синергии комплексного набора сил.

Джейсон, напротив, использовал почти каждую способность в своем репертуаре. Его сила восприятия позволяла ему наблюдать за магией специальных атак и уклоняться от них. Его массив недугов, силы его фамильяров; Руфус научил Джейсона сражаться комплексно.

Единственным его сожалением было то, что он был вынужден взорвать большую часть запаса пиявок Колина, прежде чем зверь апокалипсиса мог оказать решающее влияние. Колин обычно был самым сильным оружием Джейсона. Однако он не жалел о взрывной атаке. Он слишком часто видел последствия атаки роем, чтобы недооценивать ее от ранга серебра.

Джейсон заставил ассасина участвовать в гонке со временем — скорость и выносливость ранга серебра против обстоятельств, которые поворачивали бой все дальше и дальше против него с каждым мгновением. Даже когда ему удавалось нанести случайный удар, недуги так сильно множились на ассасине, что амулет Джейсона быстро пополнял щиты.

Джейсон использовал свое заклинание Наказания для всплеска урона, нанося ассасину еще больший вред за каждый из недугов на нем. Затем Джейсон вытянул недуги с помощью Пира отпущения грехов, оставив на их месте жестокий беспорядок святых недугов. Ассасин чувствовал, как сила выжигает его изнутри, и видел свет, сияющий из-под его кожи.

Зная, что его единственным преимуществом перед Джейсоном была грубая сила его ранга, ассасин поставил все на последний, отчаянный ход. Он надеялся, что Джейсон будет достаточно глуп, чтобы разбить стержень привязки, но он этого не сделал. Ставя на свою собственную стойкость, какой бы избитой она ни была, ассасин сам разбил стержень. В результате взрыва высвободилась ударная волна, которая отправила и Джейсона, и ассасина кувыркаться с крыши вниз на улицу.

Ассасин понял, что его ставка окупилась; он первым пришел в себя и болезненно поднялся на ноги. Несмотря на разрушительную силу, все еще курсирующую по нему, и все щиты и исцеление, которые выставил Джейсон, чистая сверхчеловеческая стойкость ранга серебра была тем, с чем Джейсон не мог сравниться.

Это не означало, что Джейсон не восстанавливался быстро. К тому моменту он был пропитан продолжающимися лечебными эффектами от недугов, которые он поглотил, и силой своего амулета. Ассасин не терял времени, наколдовав свое кулачное оружие без шипов, прежде чем наброситься на Джейсона и жестоко вколачивать его в голову, полагаясь на исцеление, которое Джейсон явно получал, чтобы оставить его в живых.

Что касается сохранения собственной жизни, ассасин достал очищающее зелье, стоящее больше, чем большинство машин, и влил его себе в горло. Его обладание двумя такими зельями было тем, что удержало его от отказа от боя, когда Джейсон накладывал недуг за недугом на него.

К ужасу ассасина, зелье, которое, как он ожидал, смоет каждое повреждение, как очищающий поток, лишь частично устранило недуги. Ужасающий свет продолжал светиться под его кожей, хотя и значительно уменьшился. Он не смог бы принять другое очищающее зелье немедленно, не отравившись, поэтому он достал и выпил мощное лечебное зелье, чтобы выиграть время.

* * * Арам записал почти все, кроме самых первых моментов боя, на свой телефон. На большом расстоянии ни его аура, ни его немагическое записывающее устройство не были замечены. Он с недоверием наблюдал, как Асано сражался не просто на равных, но с преимуществом против категории три, их ранги были ясны Араму, когда он чувствовал, как сталкиваются их мощные ауры. Категория три выглядела так, будто была на последнем издыхании, когда он сбросил их обоих с крыши, чтобы они тяжело приземлились на пустой улице. Превосходная выносливость ассасина переломила ход событий, так как оба мужчины получили сильные удары. Категория три восстановилась быстрее и жестоко атаковала Асано, который все еще лежал на земле.

Арам наблюдал, как ассасин принял зелье, которое уменьшило жуткое свечение, исходящее изнутри мужчины. За ним последовало другое, которое частично исцелило израненное тело мужчины. Даже после обоих зелий, однако, мужчина выглядел меньше как живое существо и больше как светящийся зомби. Пока он принимал зелья, трое мужчин подъехали на паре машин. Очевидно, они знали мужчину, который выкрикнул ряд сердитых инструкций, хотя Арам был слишком далеко, чтобы разобрать их.

Мужчина запрыгнул в одну из машин и умчался на скорости, оставив троих мужчин с Асано, все еще распростертым на асфальте. Арам хотел вмешаться, но все трое мужчин были категории два. Он не справился бы с одним, не говоря уже обо всех трех. Он наблюдал, как один из них ввел содержимое огромного шприца в Асано, прежде чем они надели ошейник ему на шею и засунули его в багажник оставшейся машины. Затем они умчались в противоположном направлении от мужчины, который сражался с Асано.

Арам отправил видеофайл Анне и затем немедленно позвонил ей.

— Как все прошло? — спросила она, не утруждая себя приветствием.

— Мэм, проверьте файл, который я только что отправил вам, — сказал Арам серьезно. — Думаю, пришло время коричневых штанов.

ПОЛНЫЙ КОМПЛЕКТ

ПОЛНЫЙ КОМПЛЕКТ

— Посмотрите, как он двигается, — сказал Найджел, инструктор по бою Сиднейского отделения Сети. — Этот стиль боя — не продолжение обычных боевых искусств.

Группа аналитиков и следователей Сети смотрела кадры, которые Арам снял во время боя Асано на крыше. Они уже видели их трижды.

— Это похоже на сценический бой, — сказала Кетеван. — Как будто все это было хореографией.

— Его стиль боя разработан с нуля, чтобы включать сверхчеловеческие возможности и сверхъестественные силы, — оценил Найджел. — Не думаю, что он научился этому в нашем мире.

— Вы думаете, это подтверждает теорию о пришельце из другого мира? — спросил Арам.

— Думаю, да, — сказал Найджел. — Категория три полностью превосходит его в плане мастерства. Он победил только из-за огромной пропасти в силе между категориями два и три. Пытаться прыгать через категории на этом уровне — это танцы на лезвии ножа. Столкнувшись с такой силой в одиночку, нельзя допускать никаких ошибок. Дайте им обогнать вас, и вы покойник. Не сумеете парировать одну способность, предвидеть один ход, и вы, вероятно, не получите второго шанса. Асано совершил одну ошибку, и этого было достаточно, чтобы переломить ситуацию, потому что голые руки категории три сильнее большинства специальных атак.

— Ладно, достаточно, — сказала Анна, когда запись закончилась снова. — Найджел, работай с аналитиками, дай мне все, что можно использовать из этой записи. Арам, дай мне обновление по поиску той машины. Кети, со мной.

Анна вышла из комнаты, Кетеван последовала за ней.

— Кети, — устало сказала она, — обнови мне информацию по байкерской осаде.

— Полицейское противостояние с выжившими в драке на платной дороге продолжается. Присутствие СМИ именно такое плохое, как мы и прогнозировали. Мы координируем с Кабалой разрешение исхода. Мистер Вермиллион заверил нас, что у всех байкеров скоро будет бурная реакция на наркотики, и они умрут, включая тех, кто находится под стражей в полиции и больнице.

Анна потратила короткий момент, чтобы прокрутить сценарий в уме.

— История будет о неконтролируемой, массовой реакции на плохую партию наркотиков, ведущей к трагическим и жестоким вспышкам, — задумчиво сказала она. — Мы можем с этим работать. Это хорошо сыграет на консервативную толпу; пусть они отвлекут всех борьбой с наркотиками. Премьеру это понравится; она любит выглядеть сильной.

— Я назначила вашу встречу с ней на два тридцать.

— Видеоконференция или лично?

— Она хочет, чтобы вы приехали к ней.

— Отлично. Что еще?

— Мистер Вермиллион хотел выразить, что Кабала берет на себя ответственность за проблему. Он также хотел знать, где Джейсон Асано.

— Как и все мы. Что насчет этого вампира, который, как они утверждают, ответственен за высвобождение Кровавых всадников? Они ближе к тому, чтобы передать его?

— Мистер Вермиллион говорит, что это будет к концу дня.

Кадры байкерской битвы все еще крутились в международных новостях, и теперь появлялись кадры с телефонов, изображающие откровенно магические события. К счастью, центральная фигура была такой же размытой и неразличимой, как и в новостных кадрах, а паническая, любительская операторская работа делала все это еще менее ясным. Проблемы возникали из-за немногих фрагментов четких кадров, наряду с показаниями очевидцев, получающими освещение в СМИ. К счастью, диковинные заявления широко отвергались.

Затем пришло откровение, что одно из французских отделений Сети тайком ввезло в страну оперативника категории три, не уведомив их, и похитило кого-то, причем ни одно из австралийских отделений не было в курсе. Если бы Арам не присутствовал, оперативник мог бы сплести любую историю, какую пожелал, о том, почему они оказались на пороге Сиднейского отделения на грани смерти. Если бы не сильнейший целитель Австралии, размещенный в ее крупнейшем городе, французский агент был бы мертв.

Анна ворвалась в медицинский отсек в поисках упомянутого целителя. Она нашла ее развалившейся на диване в медицинском администрировании, выглядящей так, будто она пробежала марафон. На полу валялось несколько пустых бутылок из-под зелий, наряду с парой, которые все еще содержали зелье маны. У Глэдис было имя старой леди и возраст старой леди, но ее силы категории три придавали ей вид олимпийской пляжной волейболистки, с атлетичным телом, яркой кожей и темными, блестящими волосами.

— Ну? — потребовала Анна.

Глэдис недовольно заставила себя открыть глаза.

— Готово.

— Ты сказала ему, что слишком истощена, чтобы полностью исцелить его, как я и говорила?

— Я слишком истощена, чтобы полностью исцелить его. В противном случае я бы проигнорировала тебя.

— Хорошо. То, что на него надели ошейник, не мешает ему быть опасным, и я сомневаюсь, что кандалы удержат его. Кети, переведите его в изолятор. Не давайте ему духовную монету, если он попросит.

Кетеван ушла, и Анна повернулась обратно к Глэдис, все еще лежащей на диване.

— Он был действительно так сильно поврежден? — спросила Анна.

— Я поражена, что он выжил достаточно долго, чтобы добраться до нас. Я постоянно поражаюсь стойкости магов эссенции категории три, и я сама одна из них. Я просто никогда не хочу проверять такой вид травмы на себе. Я полностью выложилась, поддерживая его жизнь.

— Что сделало это таким трудным?

— Во-первых, эти состояния были слишком устойчивы к моим способностям. Я должна была подавлять магические недуги категории два. Настоящей проблемой, однако, был тип состояния. Оно было святым.

— Мы не говорим «святой», Глэдис. Мы говорим «светящийся».

— Засунь свои рекомендации по номенклатуре себе в задницу, Анна. Оно было святым, и оно было жестоким. У меня есть только одна сила, которая снимает святые состояния, и я не могу использовать ее быстро подряд. Мне приходилось продолжать исцелять его между использованиями, чтобы поддерживать его жизнь, пока я медленно очищала состояния по частям. Даже тогда, если бы состояние повреждения не спадало само по себе, у меня бы закончились силы до того, как работа была бы закончена, даже с зельями маны.

— А как насчет очищающих зелий для него?

— Он принял одно до того, как пришел, что является единственной причиной, по которой он добрался до нас еще живым. Я запихивала в него еще одно каждый раз, когда он мог его принять. Что, черт возьми, сделало это с ним?

— Ты видела новости? — спросила Анна. — Мужчину, сбивающего кровавых слуг, как кегли?

— Это был тот парень?

— Ага. Я очень хочу заполучить его, но наш французский друг приказал сообщникам упаковать его и забрать. Ответы — это только начало того, что я хочу от француза. Я выжму его, как апельсин.

— Тебе разрешено это делать?

— Он даже не запрашивал въезд в Австралию, не говоря уже о том, чтобы уведомить нас. Я с нетерпением жду обсуждения нарушений протокола с тем французским придурком, у которого хватит наглости поднять трубку и жаловаться.

— А человека, который сделал это с ним, забрали?

— Да, — несчастно сказала Анна. — У нас есть люди, которые ищут, но у нас мало свободных, пока мы пытаемся разгрести первоначальный бардак. Я говорила Руководящему комитету, что позволить ЭОА запустить свои крючки в медиа-магнатов — плохая идея. Любой с функциональным мозгом мог это увидеть, но они? Нет, они слишком умны, чтобы беспокоиться о явно очевидной угрозе.

— У вас проблемы с Руководящим комитетом, миссис Тилден?

Холодный, насмешливый голос был резким контрастом к все более диким тирадам Анны. Она развернулась, пытаясь взять под контроль свое выражение лица, прежде чем сдаться и позволить ярости выплеснуться наружу. Как директор Сиднейского отделения Сети, Анна отвечала за ее повседневные операции. Как и в каждом отделении, однако, был руководящий комитет, который направлял общую повестку дня и принимал решения высокого уровня. Эти решения обычно передавались Анне самым младшим членом Руководящего комитета, Китом Калпепером.

— Знаешь что, Кит? — спросила она. — У меня есть проблемы с Руководящим комитетом. У меня список электронных писем такой длины, что можно было бы вырубить национальный парк и не иметь достаточно бумаги, чтобы распечатать их все. Каждое из них — предупреждение о проблемах, которые нам нужно решить сегодня, чтобы они не взорвались у нас завтра. Влияние ЭОА в СМИ. Федеральное правительство, ослабляющее нашу позицию перед другими отделениями на международном уровне. ЧЕРТОВЫ КРОВОВЫЕ ВСАДНИКИ! Я предупреждала комитет о том, что Кабала играет быстро и свободно, месяцы назад, и помнишь ли ты, что ты сказал мне, Кит?

— Не совсем, — сказал Кит, его насмешка исчезла перед лицом его неуравновешенной подчиненной.

— Ты сказал: «не раскачивай лодку, Анна. Мы не хотим создавать проблемы с другими фракциями, Анна». Ну, лодка перевернулась, Кит, потому что я предупреждала тебя вчера. Теперь сегодня, и все взорвалось! И я знаю, кто будет расплачиваться за это, и это уж точно будешь не ты, правда, Кит?

— Анна...

— Кит, ты пришел сюда, чтобы сказать мне, какую ужасную работу я делаю? Чтобы заменить меня? Нет, нет, ты не пришел, потому что тебе нужен козел отпущения, которого ты можешь выставить, чтобы взвалить всю вину, когда Международный комитет придет, слюнявясь за мясом. Ты думаешь, я не знаю, что со мной покончено после этого? У тебя есть два варианта, маленький ты придурок. Вышвырни меня сейчас или закрой свой рот, пока я делаю свою последнюю работу так, как мне, черт возьми, хочется.

Молодой человек в строгом костюме выглядел так, будто его сдуло порывом ветра, в то время как Глэдис устало захлопала с дивана, даже издав слабый, смеющийся возглас.

Кит перевел взгляд на Глэдис, которая в ответ одарила его наглым взглядом.

— Давай, мальчик, — сказала она ему, вставая с дивана, чтобы встать рядом с Анной. — Попробуй сделать мне замечание. А потом иди объясни Руководящему комитету, как их целитель категории три услышала об их намерениях в отношении моей хорошей подруги Анны, и мы сбежали, чтобы присоединиться к отделению на Фиджи и жить на пляже. Я довольно уверена, что они примут нас.

Кит несчастно нахмурился.

— Ты права, что люди наблюдают, Анна, — сказал он, — но мы оба знаем, что если кто-то и может спасти это, то это ты. Да, если это пойдет не так, я не смогу защитить тебя. Если тебе удастся вернуть крышку на кастрюлю, однако, это твой путь наверх. Членство в комитете. Право голоса во всех тех решениях, против которых ты постоянно протестуешь.

Много горячего воздуха вышло из Анны.

— Ты пускаешь мне пыль в глаза, Кит?

— Независимо от того, что ты можешь думать, Анна, — сказал Кит, — есть те из нас, кто верит, что ты можешь быть ценным голосом в комитете. Я знаю, у тебя тяжелый день, но мне нужно немного меньше разговоров и немного больше действий, пожалуйста. На кону место за большим столом, и не каждый член комитета так же любезен, как я.

— Если ты скажешь «истеричная женщина»... — предупредила Глэдис.

— Даже не подумал бы. Я собираюсь занять один из маленьких кабинетов, пока это дело не будет улажено. Если вам нужны дополнительные ресурсы, приходите ко мне, и я все устрою. Сегодня вы получаете все, что вам нужно. Просто попросите, и я сделаю это.

Анна выглядела немного смущенной после того, как взорвалась на того, кто пришел дать ей именно то, что она хотела.

— Спасибо, Кит. Извини, что я немного взорвалась на тебя.

— Немного? — спросил Кит с усмешкой. — Я понимаю, Анна. Ты оказалась права насчет всех неправильных вещей, и теперь ты та, кто застрял с этим багажом. Теперь, когда ты выпустила немного пара, ты готова вернуться к работе?

— Да, — сказала Анна. — Я сделаю это. Ты можешь выяснить, кто, черт возьми, прислал сюда этого французского оперативника?

— Я даже выясню почему, — сказал Кит.

— О, я знаю почему, — сказала Анна. — Французы поймали своего пришельца и хотели полный комплект, прежде чем кто-либо мог подтвердить, кто они такие.

— Ты убеждена, что этот Асано — пришелец?

— Пойди посмотри кадры, которые Арам снял во время их боя, — сказала она ему. — Поговори с Найджелом. Он думает, что бой этого парня буквально не от мира сего.

— Я сделаю это, — сказал Кит. — Я перестану прерывать и позволю тебе вернуться к работе. Просто помни, что некоторые из нас действительно прикрывают тебя, Анна.

Он ушел, оставив Анну и Глэдис вдвоем.

— Я сумасшедшая, или он процитировал Элвиса? — спросила Анна.

— Ага, — сказала Глэдис. — Я вообще-то спала с Элвисом. С молодым Элвисом, тоже, не с пухлым Элвисом.

Анна бросила на нее косой взгляд.

— Он был мусором, — продолжила Глэдис. — А вот Марлон Брандо, этот парень знал свое дело. Оказывается, он изменял с ним Рите Морено, правда, а потом она пошла и переспала с Элвисом. Ей это понравилось не больше, чем мне.

* * * Джейсон сонно пришел в себя в багажнике движущейся машины. От тряской езды, которая наконец разбудила его, он понял, что они на гравийной дороге. Он почувствовал знакомое ощущение ошейника подавления, но это его не беспокоило. К этому моменту он использовал их на себе для тренировки ауры.

Даже мощную версию, подобную той, что создал Строитель, он мог нейтрализовать по крайней мере на несколько решающих моментов. Если не считать ошейника, предназначенного для подавления золотых рангов, он был уверен, что сможет с ним справиться. Проблема была в том, что как только он это сделает, любой поблизости с чувствами ауры узнает об этом, в то время как он не почувствует, кто в машине, пока не снимет подавление.

Он не знал, в каком состоянии был ранг серебра после их битвы. Он знал, что мужчина должен быть в плохом состоянии, но к какому исцелению у него был доступ? Даже если он выжил, ему понадобился бы мощный союзник или значительные ресурсы, чтобы поддерживать его жизнь. Он мог быть не полностью восстановлен.

Джейсон, к своему удивлению, чувствовал себя физически в отличной форме. Большая часть биомассы Колина была уничтожена и нуждалась в медленном восстановлении перед тем, как вернуть Джейсону полную регенеративную силу, что заставляло его задаваться вопросом, почему он чувствует себя так хорошо. Ему нужен был его системный интерфейс обратно, прежде чем он получит ответы.

Он знал, что лучшее время для действий — пока они еще в пути, когда у его врагов ограничены ресурсы, чтобы справиться с ним. Когда он сделает свой ход, он должен быть решительным. Как только он это сделает, его враги узнают, что ошейники подавления не могут по-настоящему подавить его. Это не та информация, которую он был готов раскрыть.

Он вытолкнул свою ауру, с легкостью нейтрализовав ошейник подавления бронзового ранга. Сразу же он почувствовал три присутствия бронзового ранга в машине, но не ранг серебра. Учитывая, что ранг серебра подкрался к Джейсону раньше, однако, это не означало, что его там не было.

С возвращением его силы интерфейса, всплыло системное сообщение.

* Вы были поражены массивной дозой [Карфентанила]. * Вы сопротивлялись [Карфентанилу]. * [Карфентанил] не возымел эффекта. * Вы получили несколько экземпляров [Сопротивляемость]. * Вы получили несколько экземпляров [Целостность].

По-видимому, его атакующие пытались усыпить его перед тем, как надеть ошейник, позволив его силе Пожирателя грехов поглотить недуг. Это дало ему достаточно стеков Целостности, чтобы исцелить его, объясняя его текущее состояние. Даже после того, как ошейник подавил способность, которая даровала их, бафф, уже находящийся на месте, продолжал работать, восстанавливая Джейсона до полного здоровья.

Он почувствовал реакции от аур в передней части машины, когда они осознали его собственную. Поворочавшись, он получил рычаг и уперся ногами в крышку багажника. Всего через несколько секунд его сверхчеловеческой силы хватило, чтобы взломать замок, и багажник открылся. Он наколдовал свой плащ, когда выталкивал себя из движущегося транспортного средства, что позволило ему плавно приземлиться на гравийную дорогу.

Машина резко остановилась. Была ночь, и Джейсон сразу понял, что это где-то в сельской местности Нового Южного Уэльса. Родственники Джейсона по материнской линии были разбросаны по всему региону, и все было знакомо, от травы и деревьев до гравийной дороги и даже запаха. Не было никаких огней, кроме фар машины, но Джейсон мог легко видеть сквозь тьму. Облачное зимнее небо закрывало звезды, луна была рассеянным свечением за облаками.

Джейсон мог ясно различить трех человек в машине, по одному на каждую из аур бронзового ранга. Ранга серебра не было. На данный момент не имело значения, мертв он или просто отсутствует, лишь бы он не был рядом, чтобы представлять угрозу. Что касается остальных, Джейсон собирался наполнить последние моменты их жизней страданиями, мучениями и страхом.

ДОРОЖЕ ЖИЗНИ

ДОРОЖЕ ЖИЗНИ

Здание выглядело как любой другой промышленный склад по соседству. Внутри, однако, располагался оперативный центр Кабала. Три усиленные защитные двери отделяли улицу от бетонной лестницы, ведущей вниз, в квадратную бетонную комнату за четвертой, еще более надежной дверью. Комната была пуста, если не считать привинченной к стене койки и сидящего на ней вампира. Его руки были скованы алхимически обработанными наручниками, а ноги — такими же кандалами.

Одежда его была в крови и изорвана, хотя раны, оставившие ее в таком состоянии, уже затянулись благодаря вампирской регенерации. Усилия, затраченные на это, вызвали у него голод, а утолить вампирскую жажду могла только свежая кровь, полученная прямо из источника. Ему позволили питаться лишь живой козой, что по сравнению с человеческой кровью было все равно что пить сточные воды.

Дверь открылась, впуская Вермиллиона. Он принес складной стул, разложил его и поставил напротив заключенного.

— Здравствуй, Клинтон.

— Должно быть, ты наслаждаешься, — сказал Клинтон, насмешливо глядя на Вермиллиона. — Видя меня в таком состоянии.

Вермиллион вздохнул.

— Ты думаешь, мне от этого хорошо?

— Ты получаешь удовлетворение, видя поверженного соперника.

— Соперника? — переспросил Вермиллион с жалостливым видом. — Ты так думаешь? Клинтон, до того как ты совершил эту невероятно жалкую катастрофу, я ни на секунду не задумывался о тебе, если только ты не стоял прямо передо мной. В этом все дело? Пытаешься доказать, что ты лучше меня?

— Одно мое происхождение делает меня лучше тебя, — заявил Клинтон. — Мой дядя обратил меня, и ты знаешь, кто он. Мы даже не знаем, кто сделал тебя одним из нас.

Вермиллион покачал головой.

— Кабалу нет дела до того, откуда мы пришли, Клинтон. Каждый из нас должен доказать свою ценность. Вчера ты показал Кабалу, чего стоишь, и вот к чему это привело.

— Мой дядя этого так не оставит.

Вермиллион снова покачал головой, не утруждая себя ответом. Он встал, вышел из камеры и поднялся по бетонной лестнице. Наверху с мрачным выражением лица его ждал другой мужчина.

— Крейг, — поприветствовал его мужчина.

— Франклин.

— Еще раз прошу прощения за все это.

— Что сделано, то сделано, — сказал Вермиллион. — Вместо того чтобы жаловаться на то, что мы не можем исправить, нам нужно заняться тем, что мы можем исправить.

Франклин серьезно кивнул. Он спустился по лестнице и вошел в камеру.

— Здравствуй, Клинтон, — сказал Франклин, занимая стул, оставленный Вермиллионом. Черты лица Франклина отдаленно напоминали Клинтона, но Клинтон выглядел как человек средних лет, тогда как Франклину на вид было не больше тридцати.

— Дядя Фрэнк, ты должен вытащить меня отсюда.

— Я пытался не дать тебе в это ввязаться, — сказал Франклин. — Ты никогда не соответствовал требованиям клана, чтобы они сочли возможным сделать тебя одним из нас, но я убедил их проявить сострадание. Единственная причина, по которой они позволили мне обратить тебя, заключалась в том, что без этого ты бы умер.

— Я доказал свою состоятельность.

— Да, — сказал Франклин. — Ты определенно прояснил свою ценность. Твои амбиции на каждом шагу опережали твои способности. Неизменно разочаровывающие результаты каждого порученного тебе задания продемонстрировали ценность политики найма клана. Связаться с Кровавыми всадниками было почти последней каплей. Мне пришлось бороться, чтобы дать тебе шанс самому разгрести свои проблемы. Я предупреждал тебя, что это твой последний шанс, и что ты сделал? Ты устроил катастрофу.

— Это всего лишь несколько мертвых байкеров.

— Погибли невинные люди, Клинтон. Сеть вышла на тропу войны. Мы сжигаем политический капитал, как хворост, чтобы помешать этому навсегда подорвать позиции Кабала в этом городе. Во всей этой стране. За нами наблюдает весь мир, и не только магический.

— Это не моя вина. Если бы люди не проявляли столько фаворитизма к Вермиллиону, мне никогда не пришлось бы делать такие смелые шаги.

— Смелые? Это ты называешь самым идиотским актом саморазрушения, который я могу себе представить? Кто-то подтолкнул тебя к этому? Я знаю, что ты недостаточно умен, чтобы быть заговорщиком, но если кто-то использовал тебя, то они нашли отличный инструмент.

— Это Вермиллион подтолкнул меня к этому!

— Вермиллион? Полагаю, я могу это понять. Он пользуется расположением, потому что компетентен, осторожен и дотошен, обладает отличным предвидением. Живое воплощение всего того, чего тебе не хватает. Возможно, он достаточно осторожен и терпелив, чтобы подставить тебя под это, не оставив следов, но он достаточно умен, чтобы понимать, что у этого плана миллион невидимых способов пойти не так. Сейчас он в немилости за то, что не остановил тебя, прежде чем ты устроил этот разгром.

Клинтон усмехнулся, но тут же вздрогнул, когда Франклин с силой ударил его по лицу.

— Ты доволен? Ты хоть представляешь, чем я теперь обязан ему? Ты — моя ответственность, а значит, вина за твои действия ложится на меня. Из-за этого я в худшем положении, чем Вермиллион. Так что теперь я должен сделать жест, чтобы доказать свою лояльность и раскаяние — как клану, так и Кабалу.

— Какой еще жест? — настороженно спросил Клинтон.

— Жертву. После всех неприятностей, которые ты мне доставил, ты наконец продемонстрируешь хоть какую-то ценность. Как и во всем остальном, что касается тебя, только твои отношения со мной придают тебе хоть какую-то ценность. Кабал и клан разрывают с тобой связи. Тебя передают Сети. Мое содействие в этом — мой знак лояльности и раскаяния. Один из многих, которые будут продолжаться еще долго после твоей смерти.

— Ты не можешь.

— Все уже решено, Клинтон. Ты в любом случае не вышел бы из этого живым после убийства Джулиуса. У него был реальный потенциал, поэтому мы и заставили его присматривать за тобой. Мы хотели, чтобы он показал, как делать не надо, но ты усвоил этот урок слишком хорошо. А потом, в своем репертуаре, ты облажался с избавлением от тела. Черт возьми, парень. Если уж ты собираешься распилить человека на куски, возьми мусорные мешки или пластиковую пленку, или что-то в этом роде. Наволочки? Ты даже провалиться нормально не можешь. Ты худший вампир в мире.

— Мои действия были решительными и беспощадными, — возразил Клинтон. — Именно такими и должен быть вампир.

— Вампир должен быть в состоянии контролировать себя, Клинтон. Это никогда не было про тебя. Мне следовало отказать сестре. Прошу прощения, что не позволил тебе умереть смертью обычного человека. Ты бы умер тихо, и тебя вспоминали бы добрым словом.

— Наверняка есть что-то, что ты можешь сделать, — умолял Клинтон.

— Я буду расплачиваться за твои грехи еще долго, Клинтон. У меня нет ни возможности, ни желания их отпускать. Еще до этого ты провоцировал ЭОА на действия против Вермиллиона. Это акт, прямо противоречащий интересам Кабала, совершенный в угоду твоим личным амбициям. Если бы Вермиллион не разрядил ситуацию, ты бы настроил против себя Сеть, ЭОА, наших собственных людей и потенциально ценного союзника — все одним махом. К счастью — и в твоем репертуаре — ты провалился. Но по какой-то необъяснимой причине именно в этот раз ты не позволил одной неудаче остановить себя и сделал все необходимое, чтобы разозлить их всех. Ты даже превзошел сам себя, приведя их в неистовство. По крайней мере, ты можешь умереть, зная, что твои действия оставили большой след.

— Ты не можешь передать меня им, — сердито сказал Клинтон. — Я расскажу Сети все секреты клана и Кабала, которые знаю!

— Я знаю, — грустно сказал Франклин. — Как бы я ни надеялся, что время закалит тебя в сталь, я с самого начала знал, что ты — чугун. Вот почему тебя никогда не посвящали в наши великие тайны. Ты не можешь сообщить Сети информацию, которую они и так не знают, хотя я ожидаю, что они будут очень дотошны, проверяя это.

Франклин поднялся на ноги.

— Это наша последняя встреча, Клинтон. Все, что осталось сказать — говори сейчас.

— Дядя, это была не моя вина...

— Я имел в виду что-то новое, Клинтон. Я слышал это уже много раз.

Франклин направился обратно наверх, где его ждал Вермиллион.

— Это, должно быть, было непросто, — сказал Вермиллион.

— Это давно назревало, — ответил Франклин. — Все наши сегодняшние проблемы можно возложить на мою милость. Насколько все плохо?

— Плохо, — сказал Вермиллион. — Магия сегодня была на волосок от разоблачения. Аннабет Тилден находится в состоянии, близком к берсеркерскому неистовству. Большой знак вопроса — этот человек, Асано. Не знаю, что он предпримет после случившегося.

— Разве Сеть не забрала его?

— Полагаю, ответ на этот вопрос сложен, — сказал Вермиллион. — Не в последнюю очередь из-за вопроса о том, смогут ли они вообще его удержать.

* * * — Мне не нравится, что Себастьяна нет с нами, — сказал Люк.

— Ты думаешь, кому-то из нас это нравится? — спросил Поль. Он вел машину по гравийной дороге через открытый ландшафт австралийского буша, а Люк сидел на пассажирском сиденье. Темное небо скрывало панораму, заставляя его ехать осторожно.

— Ты видел, в каком состоянии был Себастьян, — сказал Поль. — Я никогда не видел никого, кому бы так требовалось исцеление.

— В этом-то и проблема, — сказал Люк. — Мы все видели, что цель сделала с Себастьяном. А что, если он очнется?

— Он не очнется, — сказал Николя с заднего сиденья. — Учитывая то, что мы в него накачали, я удивлен, что он вообще жив, независимо от того, вторая это категория или нет. Когда он наконец придет в себя, я не удивлюсь, если нам придется лечить его от повреждения мозга.

Трое французов ехали по гравийной дороге в сельской местности Нового Южного Уэльса, направляясь к редко используемой взлетно-посадочной полосе. Из-за пасмурного ночного неба и отсутствия населенных пунктов свет их фар был похож на одинокий корабль в море тьмы.

— Что меня бесит, так это то, что нам приходится улетать обратно, — сказал Поль.

— Ничего не поделаешь, — сказал Николя. — Нельзя заставить человека пройти через портал, даже если он без сознания.

— А как же Себастьян? — спросил Люк.

— А что с ним? — спросил Поль. — Он сам сказал нам уходить без него.

— Я знаю, что он так сказал, но неужели мы действительно просто бросим его? — спросил Люк.

— Еще как бросим, — сказал Николя. — На данный момент его нужно извлекать дипломатическим путем, а не тактическим. Это вне нашей компетенции. Наша задача — доставить цель домой, чтобы местные не прижали нас к ногтю. Себастьян оставил нам свой телефон, чтобы никто из нас...

Он многозначительно посмотрел на Люка.

— ...не был настолько глуп, чтобы попытаться выйти на связь.

— Цель так и останется без сознания до самой Франции? — спросил Поль.

— У меня есть пара добавок, чтобы он не проснулся, — сказал Николя. — Он не скоро придет в себя.

Внезапно все трое почувствовали, как из багажника машины на них нахлынула аура.

— Это невозможно, — сказал Николя. — Даже если он каким-то образом очнулся, на нем ошейник.

— Может, с ошейником что-то не так? — предположил Люк.

— Ты думаешь, нас отправили бы так далеко, не проверив ошейник? — спросил Поль.

— Останови машину! — приказал Николя.

Пока они спорили, они услышали, как багажник распахнулся. Поль резко затормозил, взметнув гравий. Трое выскочили из машины. Они увидели открытый багажник и огляделись в темноте.

— Я ничего не вижу, — сказал Люк.

— Его будет трудно выследить в такой темноте, — сказал Николя. — Поль, дай света.

Пока они вглядывались в черноту, Поль поднял руку над головой, и в воздухе появилась большая пылающая сфера, излучающая красный свет. К их шоку, она показала, что группу окружили фигуры из чернильной тьмы, находящиеся почти вплотную к ним.

Все трое отреагировали мгновенно. Люк превратил свое тело в твердый камень, а Поль призвал кнут из огня. Николя наколдовал автомат и начал беспорядочно поливать все вокруг пулями. Пули создавались прямо внутри оружия, так что ему не нужно было останавливаться на перезарядку. Он вливал в него ману так быстро, как только могло принять созданное оружие, извергая непрерывный поток боеприпасов. Вспышки дульного пламени создавали ослепительный стробоскопический эффект, пока он водил стволом из стороны в сторону, изрыгая пули во всех направлениях. Когда Николя наконец остановился и грохот стрельбы сменился жуткой тишиной, темные фигуры исчезли, словно их никогда и не было.

— Что это были за твари? — спросил Поль.

— Думаешь, я знаю? — ответил Николя.

— Думаю, ты убил их или отогнал, — сказал Люк.

В этот момент вдалеке вспыхнули синие и оранжевые огни, привлекая внимание всех троих. Сосредоточившись на отдалении, они заметили темную фигуру, движущуюся позади них в красном свете, только почувствовав жжение от лезвия, полоснувшего по коже. Николя и Поль получили порезы на шее, но пузырь-щит Люка на мгновение стал видимым. Он перехватил атаку еще до того, как она достигла его каменной плоти.

Свет, отвлекший их внимание, потускнел и исчез.

— Неглубокая рана, — сказал Поль, потирая шею. — У меня бывали и похуже.

— Держу пари, у Себастьяна тоже, — сказал Николя. — Этот гад использует яд, гений.

— Нам стоит начать поиски? — спросил Люк.

— Забудь, — сказал Поль. — Мы знали, идя на это, что у миссии высокий шанс провала. Я не собираюсь сражаться в темноте с парнем, который сделал это с Себастьяном.

— Согласен, — сказал Николя. — Давайте просто сядем в машину и уедем.

Как только их короткий спор о том, что делать, подошел к концу, синие и оранжевые огни появились снова. Был один более крупный свет и четыре меньших, вращающихся вокруг него. Два из меньших огней отделились от остальных и полетели к ним, со скоростью, ближе к стреле, чем к пуле.

Двое не защищенных щитами мужчин выскочили с пути света. Две светящиеся точки направились прямо к их машине, слившись воедино в момент удара. В результате взрыва Поля и Николя, которые даже успели отбежать, контузило и отбросило в сторону.

Люк был ближе, но почти не пострадал. Его пузырь-щит поглотил достаточно энергии взрыва, который, по-видимому, был плохо приспособлен для пробития магического щита. Огромная сила взрыва заставила его схлопнуться, но остатки энергии ударили по каменному телу Люка, оставив на нем небольшие трещины. Люк почувствовал проблеск паники. Взрыв был явно эффективнее против его каменного тела, чем против магического щита, но это была уже исчерпанная сила.

Подобно камню тела Люка, металлическая машина оказалась крайне восприимчива к силе взрыва, получив гораздо больше, чем просто поверхностные повреждения. Ее разорвало так, словно кто-то с толстыми пальцами и отсутствием координации пытался разделить сэндвич, потянув его в разные стороны. Ехать на ней было уже невозможно.

Лежа в низком кустарнике на обочине дороги, куда его отбросило взрывом, Поль закричал от новой боли. Николя вскочил на ноги, когда Люк подошел проверить его, но в этот момент позади Николя появилась темная фигура. Она нанесла несколько ударов и исчезла, а Николя отозвался на восклицания Поля.

— Что происходит? — в панике спросил Люк, помогая Полю подняться. — Этого не должно быть! На нем должен быть ошейник!

— Что нам делать? — крикнул Поль Николя, но у того не было ответов. Он смотрел на обломки машины в кровавом свете огненного шара. Фары их автомобиля погасли вместе с самой машиной.

Единственный ответ пришел голосом, холодным и темным, как черная зимняя ночь.

— Истекай кровью для меня.

* * * Люк обладал сильными защитными способностями, благодаря своему магическому щиту и силам формы земли. Его способы атаки были мощными, но простыми, и обычно он полагался на своих товарищей по команде, чтобы те сковали врага, пока он наносил завершающий удар. Однако его товарищи погибли вокруг него, даже не успев толком разглядеть нападавшего. Раздавался лишь безжалостный голос, распевающий зловещие заклинания. Поль и Николя беспорядочно стреляли силами в темноту, не добившись никакого заметного эффекта, пока не пали смертью храбрых.

Люк сломался, когда его спутники перестали кричать, оставив после себя темные туши из обугленной плоти с пугающей неподвижностью смерти. На пустой дороге зажглись новые огни, на этот раз не синие и оранжевые, а серебряные искорки звезд. Ночное небо, скрытое за темными зимними облаками, приняло форму человека. Люк вспомнил истории о звездном ангеле, которые показывали по новостям. Для него это будет не ангел милосердия.

Он не стал сопротивляться, лишь с вызовом глядя на приближающуюся фигуру. Он больше даже не думал о нем как о цели. Это было скорее похоже на монстра, рожденного ночью. Фигура двигалась медленно, наконец появившись перед ним, вся из тьмы и звезд. Фигура прошла над телом Поля, затем над Николя. Она протянула руку и вытащила ошейник подавления из непроницаемой тьмы своего капюшона. Затем ошейник исчез из ее руки, и она переключила свое внимание на Люка.

— Ты расскажешь мне то, что я хочу знать, — раздался жесткий, безжалостный голос.

— Мне плевать, если ты наденешь на меня ошейник и будешь пытать, — сказал Люк. — Даже без моих сил мое тело может выдержать боль.

— Я верю тебе, — сказал голос.

Люк почувствовал, как что-то давит на его ауру, словно кулак, сжимающий яйцо.

— А твоя душа выдержит? — спросил голос.

* * * Джейсон обнаружил, что преимущество удержания души человека в своей руке заключается в том, что ложь и увертки не остаются незамеченными. Он не чувствовал себя хорошо, хладнокровно казня человека после того, как выжал из него все знания. Впрочем, если быть честным с самим собой, он не чувствовал себя и особенно плохо. Способность нейтрализовать действие ошейников подавления была козырем для самых уязвимых моментов Джейсона, что нынешние обстоятельства наглядно продемонстрировали. Этот секрет был дороже жизни — по крайней мере, жизни человека, который его похитил.

Перед смертью человек сообщил Джейсону много важных деталей, как о том, почему люди пришли за ним, так и о Сети. На протяжении веков Сеть представляла собой серию независимых тайных обществ, и, по-видимому, старые игры в конкуренцию и накопление ресурсов продолжались и по сей день. Это была более раздробленная организация, чем следовало из описания Вермиллиона, хотя Вермиллион был аутсайдером, и полной точности ожидать не стоило.

Это автоматически не означало, что местное отделение будет союзником, а не врагом. Учитывая то, что раскрыл этот человек, Джейсон надеялся, что так оно и будет. Самое важное, что он узнал от француза, — это то, что отделение Сети в Лионе удерживает другого пришельца из иного мира. Джейсон надеялся, что фракционный конфликт достаточно силен, чтобы местная Сеть помогла ему забрать пришельца из Лионского отделения. Какими бы угрозами он ни сыпал в адрес Аннабет Тилден, он знал, что пытаться сделать это в одиночку — самоубийство.

Джейсон не смог узнать ничего больше о другом пришельце; француз ничего о нем не знал. Он предположил, что их лидер, Себастьян, может знать, но тот отправился в местное отделение Сети за исцелением. Человек, которого допрашивал Джейсон, подозревал, что местное отделение будет удерживать Себастьяна, чтобы выбить из французов какие-то уступки, учитывая, что им вообще не следовало находиться в стране.

Джейсон уже обыскал одно из тел, найдя ключ к ошейнику на своей шее. Он создал несколько одноразовых ключей, которые, вероятно, сработали бы, но он не был до конца уверен, что его небрежный, самодельный продукт будет эффективен. Он обыскал остальных; их тела не состояли из магии в достаточной степени, чтобы раствориться в радужном дыму, но его сила избавила Джейсона от необходимости рыться в их карманах. У них было немного вещей, но он получил как свой телефон, так и их.

Он позволил Колину избавиться от трех французов. Это поможет фамильяру восстановить биомассу, потраченную в бою против лидера трио, который теперь находился под стражей Сети. Что касается машины, лучи Гордона разбили ее на мелкие кусочки, которые Джейсон выбросил в кустарник. Возможно, кто-то мог бы использовать запись GPS, чтобы найти это место, но там не осталось ничего, что могло бы доставить ему проблемы.

Избавление от тел заставило его мысли дрейфовать к его собственному трупу, оставленному в астральном пространстве. Вероятно, он действительно растворился в радужном дыму, по крайней мере частично. Он давно знал, что больше не человек, но мысли о том, что его тело растворяется, как у монстра, заставили его осознать это по-новому.

Джейсон открыл свою способность карты, чтобы проверить пункт назначения. Он мог вернуться в Сидней за пару прыжков через портал, так как уже бывал в местах в пределах своего диапазона в прошлом. Он даже был в пределах досягаемости фермы своего дяди, где выросла его мать. Ему не помешало бы время, чтобы подумать, обдумать то, что он узнал, и взвесить свои варианты. Он приказал Тени принять форму машины и отправиться обратно в Сидней.

Его разгром банды байкеров и то, что он сделал со своими нападавшими, даже с тем, кто, скорее всего, выжил, продемонстрировали, какую угрозу он представляет. Сейчас самое время показать, что он не просто бешеная собака и с ним можно договориться. Он показал достаточно «большой палки», и пришло время для «вкусной морковки». Ему нужно было прощупать почву в местном отделении Сети и, если возможно, задать Себастьяну несколько острых вопросов. Пришло время для встречи с Аннабет Тилден.

Пока он сидел в раздумьях, а Тень вела машину, рядом с ним проявился Гордон. В отличие от обычных транспортных средств, Тень была способна удерживать бестелесную форму Гордона, не давая ему проходить сквозь предметы. Плавающие глаза Гордона вопросительно смотрели на Джейсона, и Джейсон кивнул, доставая телефон.

Он использовал драгоценную каплю хрустальной промывки, чтобы его телефон не впитал запах трупа. Он загрузил фильм, который Тень в форме высокотехнологичной машины смогла проецировать на лобовое стекло.

— Этот называется Вилли Вонка и шоколадная фабрика, — сказал Джейсон Гордону. — Хороший фильм.

НЕКОНТРОЛИРУЕМЫЙ ФАКТОР

НЕКОНТРОЛИРУЕМЫЙ ФАКТОР

Глаза Анны распахнулись. Будучи первой категорией, ее чувства были лишь слегка обострены, но что-то вызвало инстинктивную реакцию и разбудило ее. Напрягая чувства ауры, она не смогла обнаружить ничего, что могло бы их спровоцировать.

Рядом с ней Сьюзан продолжала блаженно спать. Анна бесшумно выскользнула из постели, взяв с тумбочки пистолет и фляжку. Она сделала глоток из фляжки, и зелье выносливости полностью привело ее чувства в боевую готовность. Она предпочла бы духовную монету, но Сеть настаивала на использовании всего запаса для изготовления пуль или использования в ритуалах. Ее пистолет был заряжен именно такими магическими пулями, к тому же он сам был зачарован.

В одном нижнем белье она прокралась вниз и заметила свет из кухни. Бесшумно войдя туда, она обнаружила кого-то, кто заглядывал в холодильник — источник света.

— Ты вломился не в тот дом, приятель, — сказала она, наводя пистолет.

— И не говори, — пожаловался Джейсон, поворачиваясь к кухонному острову и ставя тарелку с сэндвичем. — У тебя ужасный выбор приправ. Сьюзан явно вышла за тебя замуж не из-за твоих кулинарных талантов.

Он посмотрел на нее, стоящую в нижнем белье с наведенным на него пистолетом.

— Хотя, я могу понять привлекательность, — признал он. — В смысле, красивая женщина в нижнем белье целится в меня из пистолета?

Он откусил большой кусок сэндвича.

— Обожаю свою жизнь, — пробормотал он с набитым ртом.

— Ты Джейсон Асано.

— Ага. Уже довольно давно, так что запомнить легко.

Он нахмурился, глядя на сэндвич в руке.

— С тем, что у тебя было в холодильнике, — сказал он, — я едва смог собрать сносный сэндвич, и мне не нравится, что меня вынуждают есть сэндвичи среднего уровня. Добавлю это в список вещей, за которые Сети придется ответить. Ты купила этот хлеб в супермаркете?

— Что ты здесь делаешь? — спросила Анна. — Как ты здесь оказался? Тебя похитили, накачали наркотиками и надели ошейник.

— Серебряные ранги похищают меня время от времени. Это вроде как мое хобби. Тебе стоит просто сходить в пекарню. Ты поддержишь местный бизнес, и тебе не достанется хлеб, который на вкус как печаль.

— Серебряные ранги?

— Точно, э-э, третий уровень? Третья категория? Это так вы его называете? Если бы я не провел последние полгода в карманной вселенной, сражаясь со злом, у меня под рукой был бы хотя бы приличный соус.

— А как насчет людей, которые тебя забрали?

— Те трое французов? Тебе не нужно беспокоиться о том, что местные власти наткнутся на них. Меня больше интересует четвертый, Себастьян. Он ведь у вас, да? Мы с ним так и не успели поговорить.

— Что тебе от него нужно?

— Мои потребности многообразны; он лишь их часть. Крейг Вермиллион, кажется, думает, что мы с тобой можем помочь друг другу. Надеюсь, он прав.

— Так ты вломился в мой дом?

— Я хотел встречи на своих условиях. Если бы я забрел в вашу штаб-квартиру, вы могли бы начать думать, как ваши коллеги из Лиона.

— Ты знаешь об этом?

— Я немного поболтал с парнями, которые возили меня на прогулку. Если хочешь копнуть глубже, это может помочь.

Он достал два мобильных телефона и положил их на стойку.

— Один из них принадлежит Себастьяну, другой — одному из его прихвостней. Я сбросил коды разблокировки на ноль-ноль-ноль-ноль.

— Ты умеешь взламывать телефоны?

— Я знаю несколько простых ритуалов разблокировки. Один из более эзотерических сработал. Один из самых дешевых, что было приятно, хотя у меня нет недостатка в духовных монетах железного ранга. Это первая категория, полагаю. Как у тебя. И этот пистолет. Вижу, магические пушки — это реальность. У вас здесь есть духовные монеты, да?

— Да. Что за штука с железным рангом, серебряным рангом? Это так называют категории в том мире?

— Ага. Они назвали ранги по цветам духовных монет. Все они кристаллические, но монеты первой категории выглядят как железо, второй — как бронза и так далее. Это тот же цвет, который сияет из тебя, когда твои атрибуты растут или ты получаешь эволюцию дара. Ты ведь понимаешь эти концепции, да?

— Мы называем это продвижением по малому порогу.

— Видишь? Мы уже учимся друг у друга. Этот пистолет не наколдован, верно?

— Нет.

— Один из французских парней постоянно колдовал пистолеты. Существует эссенция пистолета?

— Существует.

— Ничего себе. У меня есть приятель, который выдвинул теорию, что в разных мирах разные эссенции.

— Ты действительно был там, не так ли? — спросила она, наконец опустив пистолет, который все это время держала на него. — Что ты там говорил про карманную вселенную?

— О, я провел около года в другом мире, а потом еще полгода в небольшой побочной реальности. Честно говоря, я сражался со злом только в конце. В основном это были просто монстры.

— Не могу себе представить, какой опыт ты должен был получить.

Она посмотрела на его футболку с надписью: Я ПОБЫВАЛ В МАГИЧЕСКОЙ АЛЬТЕРНАТИВНОЙ ВСЕЛЕННОЙ, И ВСЁ, ЧТО Я ПОЛУЧИЛ — ЭТО ОГРОМНАЯ КОСМИЧЕСКАЯ СИЛА.

— Я не совсем уверена, что хочу, — добавила она, когда Джейсон одарил ее озорной ухмылкой.

— Послушай, — сказал Джейсон. — Я могу многое предложить вашей организации. Знания, проницательность. Тлеющую чувственность. Ты знаешь это; французы точно знают. Я уверен, ты понимаешь потенциал того, кто побывал там, где был я. На бумаге ваша Сеть и я — хорошая пара, но отношения начались очень плохо.

— Мы хотели бы работать с тобой, очевидно, — сказала Анна. — Но у тебя есть продемонстрированная склонность к публичному хаосу, которая нас беспокоит.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — Но поскольку у вас есть продемонстрированная склонность к моему похищению, я бы не стал претендовать на моральное превосходство.

— Это было Лионское отделение.

— И почему я должен думать, что вы будете вести себя иначе, чем люди, которые послали того французского придурка надрать мне задницу?

— Ты дал сдачи довольно сильно. Если бы у нас не было целителя третьей категории, он бы умер.

— У вас есть целитель серебряного ранга? Классно.

— Она действует более тонко, чем бродя по больничным коридорам, играя в целителя верой, — сказала Анна.

— Значит, она помогает обычным людям?

— Конечно. Какой смысл иметь целительную магию, если ты не можешь помочь тем, кто в ней больше всего нуждается? Мы управляем частной клиникой, которая позволяет нам находить и помогать нуждающимся людям, чтобы новости не болтали об ангелах из звезд. Мы можем тихо находить пациентов и подчищать любые проблемные больничные записи. Ты понимаешь, насколько то, что ты сделал, навредило работе детской больницы? Там расследования, проверки, медийный скандал. Да, ты помог некоторым людям, которые действительно в этом нуждались, но ты навредил и другим. У тебя есть хоть какое-то понимание последствий?

— Это... традиционно было моим слабым местом, — признал Джейсон. — Мне нравится идея той клиники, о которой ты упомянула. Я хотел бы принять в этом участие, если мы в итоге будем работать вместе.

— Это одна из вещей, которые ты можешь предложить, — сказала Анна. — Что ты хочешь от нас?

— Если вы недостаточно умны, чтобы догадаться, я не хочу с вами работать, — сказал Джейсон.

— Лионское отделение, — сказала Анна. — Мы почти уверены, что у них есть пришелец из иного мира. Ты хочешь этого пришельца.

— В точку, — сказал Джейсон. — Я бы не сказал, что я сейчас доволен Сетью.

— Мы тоже не в восторге от тебя, — сказала она. — Убийство людей в новостях. Игра в ангела в детской больнице.

— Последнее было для того, чтобы выманить вас, чтобы я мог вас расследовать, — сказал Джейсон. — Что касается байкеров, там я перегнул палку.

— Перегнул? Шесть невинных прохожих были убиты, и мы до сих пор не знаем, сколько было ранено.

Джейсон побледнел, склонив голову.

— Мне жаль, — сказал он. — Правда. Я не думал, когда они напали. Я просто сражался. Я не привык беспокоиться о сопутствующем ущербе.

— Вот почему у нас есть правила.

Джейсон кивнул.

— Я не собираюсь работать на вашу организацию, — сказал он, — но я буду работать с ней, если мы сможем выработать договоренность. Включая правила. Думаю, некоторые границы мне сейчас не помешают.

— Тогда нам нужно поговорить где-то еще, кроме моей кухни, — сказала Анна. — Пока я одета.

— Ты спишь в бюстгальтере? — спросил Джейсон. — Это, должно быть, неудобно.

— Я просто вырубилась, — защищаясь, сказала Анна. — Чьи-то выходки не давали мне спать два дня. Наконец-то я добралась до постели, а ты появляешься на моей чертовой кухне.

— Ну, я проснулся в багажнике машины с венами, полными яда, так что, думаю, никто из нас сегодня не выспится.

Он выудил из инвентаря горсть духовных монет и шлепнул их на кухонную стойку. — В качестве извинения, — сказал он. — За то, что побеспокоил тебя дома.

— Итак, что теперь? — спросила она.

— Теперь я забираю своего дядю и уезжаю из Сиднея на некоторое время. Если ваши люди пойдут за мной, я буду знать, что сделка отменяется, и мы идем на войну. Если нет, мы можем что-нибудь придумать.

— Война?

— Если Сеть продолжит охотиться за мной, — сказал Джейсон, — я не буду просто сидеть сложа руки и ждать.

— Ты проиграл одной третьей категории. Ты не сможешь справиться со всеми нами.

— Мне не нужно сражаться с вами, чтобы победить вас, — сказал Джейсон. — Мне нужна всего лишь пресс-конференция. Если я выйду в публичное поле, у вас будут проблемы покрупнее меня. К тому же, я могу начать продавать мерч Звездного Всадника. Это целая тема.

— Я могу обсудить сотрудничество, — сказала Анна. — Но у меня есть люди, перед которыми я отчитываюсь. Им не нравятся неконтролируемые факторы, а ты — неконтролируемый фактор в нелепой рубашке.

— Эй, я сражался с каннибалами, чтобы получить эту рубашку. Признаю, у меня есть манера раздражать власть имущих, но они раздражают меня, так что я бы не сказал, что мне жаль. Я признаю, что мои личные склонности могут затруднить работу со мной. Поговори со своими людьми и спроси, что бы они хотели увидеть в качестве жеста доброй воли. Я посмотрю, что можно сделать.

— Ты ведь тоже захочешь ответного жеста от нас, верно?

— Конечно. Я хочу знать все, что вы знаете об этом пришельце во Франции.

— А что ты уже знаешь?

— Ничего, — сказал Джейсон. — Все, что я знаю, это то, что когда я вернулся, кто-то прицепился ко мне. Я не знаю, кто и почему мы не прибыли вместе. Сегодня вечером я узнал, где.

— Мы сами ничего не знаем, — сказала Анна. — Мы работаем над этим. Я давлю на Себастьяна, а мой босс давит на его босса. Они даже не признали, что у них есть пришелец. А пока, как мне с тобой связаться?

— Я оставил свой номер телефона на доске на твоем холодильнике. Я также добавил кое-что в твой список покупок. Приведи свою кухню в порядок, леди. Твой выбор соуса для пасты — это пародия. Купи чертовых помидоров.

— Твоя сестра — телеповар, не так ли?

— Да.

— Она знает, что ты вернулся?

— Я хотел уладить дела, прежде чем вернуться с того света. Я не хочу навлекать свои проблемы на свою семью.

— И все же ты здесь, у меня дома.

— Просто напоминание о том, что я не единственный, у кого есть семья.

— Думаю, все будут счастливее, если наше общение будет цивилизованным, — сказала Анна. — В последнее время было слишком много действий. Что ты думаешь о Крейге Вермиллионе как о нейтральном посреднике на данный момент?

— Вы используете персонал Кабала?

— Они нам крупно задолжали, и они это знают.

— Я могу с этим работать, — согласился Джейсон. — Я буду исходить из того, что могу ходить по улице, и Сеть не будет пытаться затащить меня в фургон. Но не думай, что я позволю вашим людям продолжать охоту на меня без возмездия.

— И не думай, что мы просто позволим тебе продолжать бесчинствовать.

— Значит, мы поняли друг друга. Я позволю тебе вернуться в постель. Будем на связи.

Он закрыл холодильник, который был единственным источником света. Анна нашла выключатель в темноте, но к тому времени, как она его щелкнула, его уже не было. Ее сверхъестественные чувства не смогли отследить его, когда он стоял прямо перед ней, не говоря уже о том, когда он исчез в темноте.

— Вернуться в постель, ага, — пробормотала она.

Щелкнув выключателем обратно, она поплелась наверх, но не в постель, а за телефоном.

— Надо было его пристрелить.

* * * В квартире Хиро, Хиро заключил Джейсона в объятия.

— Мы услышали какой-то взрыв снаружи и с балкона увидели, как те люди запихивают тебя в машину. Я не знал, что делать, поэтому связался с Вермиллионом. Он сказал сидеть тихо.

— Прости, что заставил волноваться, дядя. Я в порядке.

— Это хорошо, — сказал Тайка. — Ты наш проводник во всей этой сумасшедшей чехарде.

— Ну, в ближайшее время меня вряд ли куда-то утащат, — сказал Джейсон.

— На этот раз ты тоже не выглядел так, будто ожидал этого, — сказал Тайка. — Что случилось, бро?

— Это политика. Некоторые люди хотели, чтобы я посетил Францию, и их не особо волновало, что это должно быть добровольно. С ними разобрались, по крайней мере на данный момент. Кто-нибудь беспокоил вас?

— Вермиллион привел людей из ЭОА, и мы пришли к предварительному соглашению.

— Они предложили хорошие условия?

— Очень. Похоже, Вермиллион уговорил Виктора, и ЭОА чувствуют себя щедрыми теперь, когда их ждет плавный переход.

— Как он склонил Виктора на свою сторону? Ты знаешь?

— Он сказал, что ЭОА могут дать Виктору то, чего он всегда хотел, но Вермиллиону никогда не разрешали дать самому.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон.

Он знал, что Виктор хотел узнать больше о магическом мире, но Кабал всегда держал его на расстоянии. Судя по тому, что Вермиллион рассказал Джейсону, у ЭОА не было таких сомнений.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Я установил контакт с определенными людьми, и на данный момент нас должны оставить в покое. Утром мы собираемся упаковаться и отправиться домой. Ты все подготовил, Тайка?

— Да, бро. Я поговорил со своей семьей. Я не хочу, чтобы они были хоть как-то связаны с этим.

— Правильное решение. Завтра мы будем в пути несколько часов. Я смогу провести для вас нормальное знакомство с миром, в который я вас всех втянул.

* * * Перед многоквартирным домом Хиро Джейсон с недовольством посмотрел на облачную фляжку в своей руке. Вместо того чтобы облачная субстанция появилась, когда он открыл пробку, он получил системное сообщение.

* Облачные конструкции не могут функционировать в зонах с бесплодной магией. * Добавьте вихревой аккумулятор к облачным конструкциям, чтобы разрешить функционирование в зонах с бесплодной магией.

Требования для вихревого аккумулятора (бронзовый ранг):

* 1 [Магическая эссенция]. * 1 [Эссенция сбора]. * 100 бронзовых [Вихревых квинтэссенций]. * 1000 [Духовных монет бронзового ранга].

* Бронзовый вихревой аккумулятор позволит облачным конструкциям вплоть до текущего ранга (бронзового) функционировать в зонах с крайне низкой магической плотностью. Для работы в формах более высокого ранга потребуются материалы более высокого ранга.

— Это подозрительно, — пробормотал он про себя.

— Что именно? — спросил Хиро.

— Мой магический предмет требует кучу очень дорогих материалов для улучшения. Материалов, которые у меня как раз оказались под рукой. Я начинаю подозревать, что он заглянул в мои запасы и решил меня надуть.

— Понятия не имею, о чем ты, — сказал Хиро.

— Часто это слышу.

Джейсон скормил облачной фляжке много материалов, чтобы повысить ее полезность, в основном разновидности квинтэссенций, но также хрустальную промывку и различные виды магического металла, камня и ткани, которые помогали создавать поверхности, которые не были просто мягкими и податливыми. Трудно нарезать овощи, когда нож просто проталкивает их сквозь столешницу, сделанную из приятных, мягких облаков. Эмир предупреждал его, что для самых мощных улучшений потребуются полные эссенции, как в его нынешнем случае, но детали были немного подозрительно совпали.

Магическая эссенция не была редкостью. Они были обычным делом, и у Джейсона их было несколько под рукой. Эссенция сбора, с другой стороны, была редкой эссенцией, которая у него тоже случайно оказалась.

В единственном случае, когда это произошло в его опыте, ткач крови, с которым сражалась его команда в астральном пространстве, при луте произвел не одну, а три эссенции. Хотя это не было неслыханным событием, это было менее распространенным явлением, чем даже появление легендарной эссенции.

Что касается вихревых квинтэссенций, у Джейсона их было немало после сражения с опасными монстрами серебряного ранга, называемыми вихревыми элементалями. Правда, все его вихревые камни были серебряного ранга, а не бронзового.

— Могу ли я установить аккумулятор серебряного ранга до того, как повышу ранг фляжки до серебряного? — спросил он.

Требования для вихревого аккумулятора (серебряный ранг):

* 1 [Магическая эссенция]. * 1 [Эссенция сбора]. * 100 серебряных [Вихревых квинтэссенций]. * 1000 [Духовных монет серебряного ранга].

* Серебряный вихревой аккумулятор позволит облачным конструкциям вплоть до серебряного ранга функционировать в зонах с крайне низкой магической плотностью. Локальная магическая плотность недостаточна для поддержки работы вихревых аккумуляторов золотого или более высокого ранга.

— Тысяча серебряных монет, — пробормотал он. — Это откусит хороший кусок от запасов.

Тайка и Хиро переглянулись, пока Джейсон продолжал бормотать что-то, что казалось бессмыслицей, глядя на бурлящую фляжку в своей руке. Затем они наблюдали, как он вытаскивал предметы из воздуха, словно фокусник.

Он начал с воронки, которую вставил в горлышко фляжки. Затем он начал запихивать в воронку горстями серебряные монеты, за которыми последовали предметы, похожие на опалы. Затем появился синий светящийся куб, который растворился в тумане, а за ним еще один куб, черно-белый, который точно так же растворился во фляжке. После этого он вынул воронку и заменил пробку фляжки.

— Простите за это, — сказал он Хиро и Тайке. — Ей нужно несколько минут, чтобы настояться, но теперь все должно быть в порядке. Можете спускать сумки.

— Ты странный парень, бро, — сказал Тайка и направился обратно внутрь.

ПОВЕСТКИ ДНЯ

ПОВЕСТКИ ДНЯ

— Наконец-то, — сказал Джейсон. Он стоял перед многоквартирным домом Хиро с облачной фляжкой в руке.

* Вихревой аккумулятор (серебряный ранг) завершен.

* Доступные формы (железный ранг): Облачный дом (грандиозный), облачный дом (адаптивный). * Доступные формы (бронзовый ранг): Дом-карета (грандиозный), дом-карета (адаптивный).

— Ладно, — радостно сказал Джейсон.

— Ты уверен, что стоит делать это перед многоквартирным домом? — спросила Тень из его тени. — Мы полностью открыты для улицы.

— Да, лучше я отойду за угол, — сказал Джейсон. — Выставлять это напоказ может быть не лучшей идеей.

— Что именно ты делаешь? — спросил Хиро.

— Я же говорил, — сказал Джейсон. — Улаживаю вопрос с транспортом.

— Это будет что-то вроде ковра-самолета или типа того? — спросил Тайка. У него снаружи здания был сложен багаж — его собственный и Хиро.

— К сожалению, нет, — сказал Джейсон. — Зато будет немного просторнее.

Джейсон прошел за угол здания, между жилым комплексом и таунхаусом, в котором он останавливался. Он вытащил пробку из облачной фляжки, и два клочка облачной субстанции выскользнули наружу, чтобы сформировать две отдельные фигуры, парящие над отверстием. Одна была домом, а другая — длинным безколесным транспортным средством, странно похожим на туристический автобус на воздушной подушке. Он махнул рукой сквозь изображение транспортного средства, а затем поставил фляжку на землю, откуда облачная субстанция начала изливаться всерьез.

— Это займет около десяти минут, — сказал Джейсон Хиро и Тайке.

Трое мужчин наблюдали, как поток облачной субстанции медленно сжимался в форму огромного дома на колесах. Он был двухэтажным и в целом огромным — четыре метра в высоту и четырнадцать метров в длину. Водительское место было видно через стеклянный пузырь, выступающий из верхней части передней части транспортного средства.

— Бро, это один из тех супердорогих автодомов. Как ты запихнул его в бутылку? О, подожди, магия. Я все еще привыкаю к этому.

— Эти штуки — по сути, роскошная яхта на колесах, — сказал Хиро. — Они обычно стоят от трех миллионов, но я полагаю, этот стоил немного дороже.

— Я не в курсе обменного курса, — сказал Джейсон. — Я выиграл его в соревновании и до сих пор вкладываю в него деньги. Часто в буквальном смысле.

— Что за соревнование? — спросил Хиро.

— Извлечение символического оружия древнего ордена ассасинов из карманной вселенной.

— Я понятия не имею, как на это реагировать, — сказал Хиро. — У меня больше нет критериев того, что является нелепым.

— Что с номерным знаком? — спросил Тайка, побуждая Джейсона и Хиро посмотреть. Там было написано RPR-MAN.

— Ты ремонтник? — спросил Тайка. — Странно вешать такое на дорогой магический автодом.

— Нет, — сказал Джейсон. — Не уверен, что это значит.

— Это не ремонтник, — сказала Тень, появляясь из тени Джейсона. — Это Жнец.

— Тень, ты копалась в моей облачной фляжке?

— Нет, — сказала Тень. — Думаю, она понимает, что водить буду я.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Хотя я начинаю подозревать облачную фляжку. Она кажется слишком отзывчивой для магического предмета.

— Облачная фляжка — это глубоко сложный предмет, связанный с твоей душой. То, что ты воспринимаешь как реакцию на окружающую среду, на самом деле зависит от твоего бессознательного контроля.

— Значит, ты хочешь сказать, что я — ремонтник, — рассудил Джейсон.

— Это Жнец, — настаивала Тень. — Я совершенно уверена, что это относится ко мне.

Хиро и Тайка наблюдали за их разговором, настороженно приклеившись взглядами к Тени. Это был не первый раз, когда они сталкивались с ней, но их все еще нервировало присутствие магической сущности в их среде. Джейсон бросил взгляд в их сторону.

— Парни, я знаю, что все это еще в новинку, но вы пока на мелководье. Вы еще даже не встречались с Колином.

— Колином?

— Это мой другой приятель. Он все еще восстанавливается после драки с тем придурком, который меня похитил.

— Он собирается попробовать снова?

— Не думаю, — сказал Джейсон. — Местные власти взяли его под стражу. Конечно, эти местные власти могут попытаться похитить меня сами, но, надеюсь, они решат пойти в другом направлении.

К дому подъехала гладкая черная двухдверная машина. Джейсон не был автолюбителем и не узнал ее, но это явно была старая классика. Вермиллион вышел и обошел здание с той стороны, где собрались остальные. Его внимание сразу же привлекло Тень, в то время как Джейсон разглядывал машину Вермиллиона.

— Хорошая машина, — сказал Джейсон.

— Maserati Ghibli 1967 года, — гордо сказал Вермиллион. — На самом деле она у меня с 67-го года.

— Немного прямолинейно, не находишь? — спросил Джейсон. — В смысле, если бы ты спросил меня, на какой машине ездит вампир, я бы подумал именно о такой.

— У меня есть имидж, который нужно поддерживать, — сказал Вермиллион. — И я не думаю, что тебе стоит бросаться камнями из-за показных черных машин. Здравствуй, Тень.

— Мистер Вермиллион, — ответила Тень на приветствие.

Вермиллион поприветствовал Хиро и Тайку, поинтересовавшись, как они справляются с недавними откровениями, которые им довелось пережить. Их все еще беспокойная реакция на вампира, предмет страха еще до того, как они узнали его истинную природу, сказала Вермиллиону больше, чем их невнятные ответы.

— Это твое? — спросил Вермиллион у Джейсона, оглядывая огромный белый автодом.

— Ага.

— Это та безумно дорогая европейская модель? Я не платил тебе столько золота.

— Нет, он кастомный, — сказал Джейсон. — Очень кастомный. Я привез его с собой.

— Ты привез автодом из альтернативной реальности?

— Я привез силу телепортации из альтернативной реальности, и это то, что тебя удивляет?

— Это вопрос перспективы, — сказал Вермиллион. — Силу телепортации я могу понять в магической альтернативной вселенной. Автосалоны кажутся менее вероятными.

— Там были всякие магические транспортные средства, — сказал Джейсон. — Были магические кареты, которые были чем-то вроде старомодных машин. У меня был друг, который возил нас по речной дельте на аэроглиссере, чтобы выполнять задания. Было здорово.

— Аэроглиссер? Типа аэроглиссера в стиле Эверглейдс?

— Ага. Там была своего рода версия на воздушной подушке для путешествий по пустыне. О, и гигантские песчаные баржи. Было очень в стиле Джаббы Хатта. И подводное метро. Это было потрясающе.

— Я бы хотел все это увидеть, — сказал Вермиллион.

— У меня есть записи многого из этого, — сказал Джейсон. — Как-нибудь покажу. Итак, что тебя привело? Дело в Сети, или ты просто провожаешь нас?

— Аннабет Тилден связалась со мной.

— Что ты о ней думаешь? — спросил Джейсон.

— Она из хороших, — сказал Вермиллион. — Однако имей в виду, что у нее есть люди, перед которыми она отчитывается. Она может курировать прямые операции своего отделения, но люди над ней обладают окончательным надзором.

— Поэтому она хотела, чтобы ты выступил посредником? — спросил Джейсон. — Кто-то вне ее цепочки подчинения?

— Думаю, она чувствительна к тому, что произойдет, если зайти слишком далеко. Она была очень рада, что ты не возложил ответственность за свое похищение на всю Сеть.

— Я пока ничего не исключаю, — сказал Джейсон.

— Как ты держишься? — спросил Вермиллион.

— Не то чтобы меня никогда раньше не похищали.

— Правда?

— Как-нибудь расскажу.

— У нас может появиться такой шанс раньше, чем позже, — сказал Вермиллион. — Я вообще-то пришел рассказать тебе о своем понижении. После всего случившегося было решено передать надзор за операциями Кабала в Сиднее кому-то другому. Меня переводят в более скромное место.

— Тебя ссылают в глушь?

— Должно быть не так уж плохо, — сказал Вермиллион. — Это маленький туристический городок на побережье. Мы ожидаем роста магической активности в ближайшем будущем, поэтому они решили назначить кого-то, кто будет присматривать за вещами. А именно меня.

Джейсон рассмеялся.

— Понятно. Ну, хочешь поехать с нами?

— У меня своя машина, — сказал Вермиллион.

— О, я могу это уладить, — сказал Джейсон.

Размер и лимит веса инвентарных слотов Джейсона увеличились с его рангом, и ему удалось успешно поместить машину Вермиллиона. Он поднял переднюю часть своей огромной силой и затолкнул ее в окно инвентаря. Машина исчезла.

— Что ты сделал с моей машиной? — спросил Вермиллион.

Тайка и Хиро вытаращились на место, где она стояла. Они все еще были далеки от привыкания к повседневному использованию магии Джейсоном.

— Я просто сохранил ее, — сказал Джейсон. — С ней все в порядке. Наверное.

— Наверное?

— Я вытащу ее обратно, когда мы приедем. Пойдем, заценим новые колеса. У меня еще не было шанса испытать эту штуку.

— Мне определенно любопытно, — сказал Вермиллион. — Почему на номерном знаке написано «ремонтник»?

* * * Анна стояла в конце стола, обращаясь к Руководящему комитету.

— Асано знает свою ценность для нас, — сказала она. — Или, по крайней мере, сделал несколько хороших догадок. Посмотрите на монеты, которые я только что раздала. Он оставил их для меня на кухонной стойке. Мы проверили их, это подлинные духовные монеты первой категории. Обратите внимание на персонализированный дизайн.

Кит вгляделся в монету между пальцами, на которой был изображен человек, показывающий большой палец вверх. На другой стороне был выбит текст.

ПРОДУКТ ДЖЕЙСОНА

ПРИВЕТ, ПРИЯТЕЛЬ!

— Он оставил их не просто так, — сказала Анна. — Он хотел, чтобы мы их увидели. Они персонализированы, а это значит, что у него не только есть то количество монет, которое он привез с собой, но и сила лута. Если он понял, что силы лута — единственный источник духовных монет в нашем мире, а у нашего отделения его нет, он знает, что его ценность для нас огромна. Даже если он этого не понимает, действия Лионского отделения подчеркивают, насколько он ценен. Если мы заполучим Асано, наша зависимость от Международного комитета в плане духовных монет уменьшится, если не исчезнет вовсе.

— Это, безусловно, привлекательно, — сказал член комитета. — Но взамен он хочет, чтобы мы поссорились с Лионским отделением. Европейские отделения так же сильны, как и азиатские. Я не готова идти на такой риск.

Член комитета, Миранда, когда-то была коллегой Анны в Мельбурнском отделении. Ее чрезмерно агрессивная методология рассматривалась как проблема, но ее политические связи делали избавление от нее непростой задачей. Вместо этого ее повысили до Руководящего комитета Сиднея. Это было увеличение полномочий, но лишило ее прямого оперативного контроля. Это также позволило остальным членам комитета уравновесить ее склонность к прямым действиям. С момента своего прибытия Миранда постоянно конфликтовала с Анной, до такой степени, что ее позицией по умолчанию было сопротивление всему, что предлагала другая женщина.

— У нас есть рычаги давления на Лионское отделение, — сказал Кит. — Они грубо нарушили протокол, отправив сюда оперативников. Особенно убийцу третьей категории. Который у нас под стражей, что дает еще больше рычагов.

— Но мы должны отвечать за других оперативников, — сказала Миранда. — Мы должны исходить из того, что они мертвы.

— Я уверена, что так оно и есть, — сказала Анна, — но мы не несем за это ответственности. Они предприняли действия против политически независимой сущности, без нашего ведома и в нарушение нашей территории. Если уж на то пошло, их смерть на нашем заднем дворе — это еще одна проблема, за которую Лионское отделение должно ответить.

— Мы все равно наживем политического врага в лице могущественного отделения, — сказала Миранда. — И все ради того, кто, как вы сами признаете, не вступит в наши ряды и не подчинится нашей власти.

— Мы не собираемся выпускать его на мир, — сказала Анна. — Он уже там. Посмотрите новости. Каждая поведенческая уступка, которую мы от него получаем, — это победа.

— Мы можем взять его силой, — сказала Миранда.

— Сходите в камеры содержания и спросите нашего гостя, как хорошо это для него закончилось, — сказала Анна. — Он приполз к нам только ради того, чтобы выжить.

— Мы знаем, что он заботится о семье, — сказала Миранда. — Мы можем использовать их как рычаг.

— А он может использовать саму магию, — парировала Анна. — Что произойдет, когда он начнет национальный тур по детским больницам и ток-шоу? Вы собираетесь угрожать семье парня, который излечивает очаровательных детей от лейкемии?

— Тогда мы действуем напрямую, — сказала Миранда. — Если мы возьмем его живым, мы сможем извлечь его ресурсы. Лионское отделение явно считает его достаточно ценным, даже против его воли, чтобы идти на те риски, на которые они пошли.

— Вы предлагаете похитить и пытать его?

— Конечно, нет. Он уже угрожал секретности магии и оставил за собой след из трупов, — сказала Миранда. — Привлечь его к ответственности — наша обязанность.

— Миранда, — сказал Кит. — Никто за этим столом не верит, что ты хочешь привлечь его из чувства долга. Давайте хотя бы будем честны друг с другом.

* * * Хотя Джейсон добавил достаточно дополнительных материалов в облачную фляжку, чтобы интерьер адаптивной формы маскировался так же тщательно, как и экстерьер, он отказался это делать. Одной из вещей, по которой он скучал с момента возрождения на Земле, был роскошный комфорт облачной мебели. Когда они поднялись на борт, борта транспортного средства выдвинулись, создавая внутреннее пространство, как у обычного высококлассного автодома.

Вермиллион странно нахмурился, войдя внутрь. Джейсон понял почему, когда последовал за ним, сразу почувствовав себя лучше из-за непомерной стоимости ресурсов вихревого аккумулятора.

* Вы вошли в зону нормализованной магии. Скорость вашего восстановления будет оставаться на нормальном уровне без потребления духовных монет.

Интерьер автодома был особняком на колесах: два уровня роскоши плюс крыша-терраса наверху. Лестниц не было, но была подъемная платформа, перемещающаяся между тремя уровнями.

— Бро, у твоего магического автодома есть лифт.

На нижнем этаже располагались роскошная гостиная, бар, кухня и обеденная зона, все удивительно просторные, когда стены были раздвинуты. На уровне выше была главная спальня с огромной кроватью, а также вторая — с односпальными кроватями и ванной комнатой. Там же находилось водительское место в передней части, которое больше походило на кабину космического корабля, глядящую через изогнутый стеклянный овал. На крыше-террасе были удобные сиденья и еще один бар.

Джейсон обладал большим контролем над интерьером, будучи способным переконфигурировать целые комнаты. Четверо исследовали транспортное средство, и Джейсон наслаждался возможностью познакомить остальных с роскошными радостями облачной мебели. Интерьер был в основном облачно-белым, но с украшениями в великолепных закатных цветах: оранжевом, золотом, синем, красном и фиолетовом.

— Чувствую себя как в утробе, — радостно сказал Тайка со своего облачного кресла. — Только здесь есть бар. Нелегко найти стулья, которые были бы удобны для кого-то моего размера.

— Не пей ничего из бара, — предупредил его Джейсон. — Это алкоголь с магическим настоем. Скорее всего, он тебя убьет.

— Даже твое бухло магическое? — спросил Тайка. — Это хардкор.

Как только облачная фляжка была повышена до бронзового ранга, Джейсон смог хранить вещи в облачных конструкциях, даже когда она была во фляжке. У него не было возможности запастись удобствами, так как он повысил ее ранг в астральном пространстве. Там были кое-какие напитки, которые его команда использовала для празднования повышения рангов, но в основном просто менее ценный лут, который хранился в скрытых отсеках автодома. Сами они были пространственными карманами, которые могли содержаться внутри пространственного пространства, когда облачная конструкция хранилась во фляжке, что привело Клайва в неописуемый восторг. Это была функция, на которую было способно только нечто столь сложное, как облачная фляжка.

— Это приятно, — сказал Вермиллион. — Действительно приятно, но почему ты просто не телепортируешься?

— По нескольким причинам, — сказал Джейсон. — Во-первых, я давно хотел испытать эту штуку. Во-вторых, последние несколько дней творился хаос.

— Это мягко сказано, — сказал Хиро.

— Именно, дядя Хиро, — сказал Джейсон. — Несколько роскошных, непрерывных часов в дороге — это шанс дать вам надлежащее объяснение того, что со мной случилось и как мы оказались там, где оказались. Итак, поехали, да? Тень, садись за руль. Ты ведь можешь водить эту штуку, верно?

— Я уверена, что справлюсь, мистер Асано.

* * * Вопреки тому, во что верили другие организации, внутри Инженеров Вознесения существовала структура высшего руководства. Она годами тихо готовилась, и группа высшего руководства встречалась в офисе в Нью-Йорке. Их было четверо, двое мужчин и две женщины, каждый в безупречном костюме. Они сидели за столом для совещаний, просматривая кадры перестрелки на платной дороге в Сиднее, перемежающиеся с кадрами с телефонов Звездного Всадника и репортажами о чуде в больнице.

— Этот человек угрожает нашей повестке дня, — сказал Мистер Север. — Мы не можем позволить ему опередить нас.

— Мы убьем его? — спросила Миссис Уэст.

— Он неизвестный фактор, — сказал Мистер Восток. — Слишком многое может пойти не так. Лучший ответ — ускорить график.

— На это все равно уйдут месяцы, — сказала Миссис Уэст. — Как насчет более немедленного ответа?

— Сеть не позволит этим публичным демонстрациям продолжаться, — сказала Миссис Саут. — Мы сохраним руки чистыми и позволим им разобраться с этим.

— Согласен, — сказал Мистер Восток. — Я официально предлагаю ускорить график. Кто за?

ГЕГЕМОНЫ

ГЕГЕМОНЫ

Магический автодом двигался на север вдоль побережья. На нижнем этаже окна стали непрозрачными: Тайка, Хиро и Вермиллион просматривали одни из самых ранних записей Джейсона на проекторе, похожем на голографический кристалл. Выбритый, с рангом «Железо», Джейсон выглядел несколько иначе, чем сейчас.

— Что с подбородком у твоего племянника, босс?

Вермиллион почувствовал необычный всплеск магии сверху. Он поднялся и на лифтовой платформе проехал сквозь завесу звукопоглощающего тумана на средний этаж. Там, в комнате с тремя односпальными кроватями, он обнаружил озадачивающего магического спутника Джейсона — туманность внутри парящего плаща. Четыре бесплотных глаза были устремлены на телевизор, по которому шел старый фильм Музыкант шестидесятых годов. Вермиллион видел его еще во время оригинального проката в кинотеатрах.

Он почувствовал, что магический всплеск исходит из соседней комнаты, и коснулся оранжевого пятна тумана на белой стене рядом с дверью. Дверь из тумана рассеялась, открывая ему проход.

Джейсон сидел, скрестив ноги, на большой кровати. Изнутри его тела исходило янтарное свечение, которое начало тускнеть, как только вошел Вермиллион. Очевидно, именно оно было источником магии, так как Вермиллион почувствовал, как вместе со светом утихает и всплеск.

— Ты в порядке?

— Да, — ответил Джейсон. — Просто закрепляю достижения после недавних боев.

— Не думаю, что ты захочешь рассказать мне, как маги эссенций становятся сильнее?

— Тебе — расскажу, — сказал Джейсон. — А вот Кабалу за хорошие вещи придется платить.

— Думаю, они уже знают, — заметил Вермиллион. — На институциональном уровне я обнаружил, что мы переоцениваем секреты как товар. Может, ответишь на другой вопрос?

— Конечно, — кивнул Джейсон.

— Почему то, чем является твой друг, смотрит Музыканта?

— Гордону нравятся старые фильмы, — сказал Джейсон. — В основном семейные и мюзиклы. Понятия не имею, что он в них находит.

— Гордон?

— Это его имя.

— Его зовут Гордон.

— Ага.

— Странная у тебя жизнь, Джейсон.

— Ты даже не представляешь, — рассмеялся Джейсон.

— Твой магический дом на колесах шел в комплекте с телевизором?

— Ты знаком с квинтэссенцией? — спросил Джейсон.

— Нет.

Джейсон достал из инвентаря камень, похожий на сапфир, и бросил его Вермиллиону.

— Я видел такие, — сказал Вермиллион, внимательно разглядывая его. — Мы называем их камнями сродства. Почти уверен, что Сеть — их основной поставщик.

— Ну, я собрал их целую кучу там, где был. Поскольку магическая фляга, создающая этот транспорт, может поглощать предметы для получения новых функций, в какой-то момент я просто начал закидывать туда всякий низкоранговый хлам, чтобы посмотреть, что будет. До сих пор разбираюсь со всеми вариантами полезности, вроде того проектора, который вы смотрели внизу.

— Тебе, возможно, стоит помалкивать об этой штуке, — сказал Вермиллион. — Люди придут за тобой только ради нее.

— Им это не поможет, — ответил Джейсон. — Она привязана ко мне и только ко мне. Хотя, не думаю, что люди поверят мне, если я им это скажу, верно?

— Нет, — усмехнулся Вермиллион.

— Что думаешь об этих картинах? — спросил Джейсон, указывая на стену за спиной Вермиллиона.

Вермиллион повернулся, чтобы рассмотреть искусство, висевшее бок о бок. Он сразу понял, что художник один и тот же, а манера письма показалась знакомой, что подтвердилось, когда он проверил подпись в углу.

— Это работы Доун, — сказал он. — Необычный новый художник. Противоречивая, загадочная.

— Ты знаком с ее творчеством?

— Поверхностно. Когда доживаешь до моего возраста, развиваешь самые разные интересы, а искусство вне времени.

Он внимательнее рассмотрел первую картину, на которой были изображены две планеты. На первый взгляд, обе казались Землей. Затем он заметил, что на одной континенты изображены точно, а на другой — слегка, но заметно искажены. Между двумя планетами, на фоне темной пустоты, стояли четыре столпа.

Крайний левый был заполнен нечеткими темными фигурами и яркими звездами. Следующий изображал гротескную, лавкрафтовскую массу чудовищных пиявок с кольцами зубов миног. Третий был темным, но содержал туманность, похожую на глаз, что сразу напомнило ему сущность в соседней комнате. Последний был похож на первый, с темными и нечеткими фигурами, но без сияющих внутри звезд.

Он перевел взгляд на вторую картину и понял, что на ней изображена планета с первой картины с искаженной версией земных континентов. Вокруг планеты роилось множество странных, парящих городов. Они варьировались по стилю: от древних, с замками из камня, до индустриальной эпохи, современных и даже изящно футуристических. В рамке была табличка с названием картины.

— «Вторжение на Паллимустус», — прочитал он. — Многие критики списывают ее работы как фэнтезийный китч из-за подобных вещей.

— Не думаю, что она пишет для арт-критиков, — сказал Джейсон. — Знаешь, как давно она работает?

— Кажется, ее работы впервые появились около года назад. Может, полтора.

— Мне нужно найти эту женщину.

— Она известна своей скрытностью, но я могу навести справки.

— Буду признателен.

Взгляд Вермиллиона вернулся к первому изображению и столпу, который напомнил ему Гордона. Затем он взглянул на первый столп тьмы и звезд. Его мысли вернулись к эффектному разгрому «Кровавых всадников» Джейсоном и его поразительному облику в тот момент. Если первый столп представлял Джейсона, третий — Гордона, то Тень подошел бы к темной колонне в конце. Оставалась самая ужасающая из четырех, с массой зубастых пиявок.

— У тебя есть третий таинственный спутник? — спросил Вермиллион.

— Колин, — ответил Джейсон. — Он принял удар, когда тот третий уровень пошел на меня, так что сейчас он отдыхает.

Вермиллион отвернулся от картины и посмотрел на Джейсона.

— Не возражаешь, если я присягну?

Кровать-облако сжалась в кресло, а под Вермиллионом выросло еще одно.

— Удобно, — сказал Вермиллион, устраиваясь в кресле. — Значит, ты сражался с магом эссенций третьего уровня.

— Да, но он был никчемным. В прошлый раз, когда я сражался с таким, понадобилась вся моя команда, и мы едва справились. А этого парня я почти завалил в одиночку. Если бы он был хоть наполовину компетентен, он бы выбил из меня дурь.

— Если представится возможность, ты убьешь его?

— Нет, — сказал Джейсон. — Пока люди идут на меня, а не на мою семью, я не буду держать зла.

— Это хорошо, — сказал Вермиллион. — Хотя тех, других, ты убил. Тех, кто тебя забрал.

— Я мог бы просто сбежать. Но, как я предупреждал своего дядю, некоторые секреты опасно узнавать. Они узнали один из моих.

— Понимаю, — сказал Вермиллион.

— К чему ты клонишь?

Вермиллион кивнул своим мыслям.

— Я видел, как ты разобрался с теми байкерами. Ты бы сделал то же самое с громилами ЭОА в моем кафе, верно?

— Они пришли за мной.

— И ты бы убил их, прямо как байкеров. Я недолго тебя знаю, Джейсон, но я уже видел таких людей, как ты. Я был там, где ты сейчас.

— Ты не был там, где был я.

— Нет? Весь в крови битвы? Обладающий силами, которые делают тебя опасным, но люди продолжают приходить, сколько бы ты их ни уложил. Звучит знакомо?

— Немного, — признал Джейсон.

— Я понимаю, в каком ты положении, Джейсон, и хотел бы дать тебе совет. Но я также понимаю, что мы плохо знаем друг друга, и это, вероятно, прозвучит покровительственно.

— Знаешь что? — сказал Джейсон. — В прошлый раз, когда я сменил миры и друзья дали мне хороший совет, я был настолько глуп, что подумал, будто знаю лучше. Если у тебя есть слова мудрости, я готов хотя бы выслушать.

— Хорошо, — сказал Вермиллион. — Тебе нужно перестать убивать людей.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь, — сказал Вермиллион. — Ты говоришь себе, что знаешь, но всегда находится веская причина убить следующего парня, который попадется на пути. Может, тебе нужно помешать им вернуться позже ради мести. Может, они из тех плохих парней, без которых мир станет лучше. Может, тебе нужно сохранить секрет. Причина найдется всегда, но настоящая причина в том, что так просто легче. Где-то на этом пути ты теряешь то отвращение, которое испытывал к лишению жизни. Но тебе нужно сохранить это чувство, чтобы оставаться человеком.

— Ты хочешь сказать, что я не человек?

— Я хочу сказать, что ты перестанешь им быть, если продолжишь идти по этой дороге. Поверь тому, кто уже прошел ее; чем дальше ты заходишь, тем труднее вернуться. Тебе нужно начать выбирать не убивать людей. Не только тогда, когда убийство — не лучший выбор, но даже тогда, когда оставить их в живых — ошибка. Если ты можешь обойтись без убийства, даже если за это придется заплатить цену, позволь им жить.

— Я не какой-то дикий убийца, который не может себя контролировать.

— Нет? Включи новости, Джейсон. Уже несколько дней там только и говорят о людях, которых ты убил, и это даже не последние, кого ты убил.

— Я не умею оставлять людей в живых, — сказал Джейсон. — Как только начинается бой, мои силы не предназначены для того, чтобы оставлять выживших.

— Тогда это еще большая причина вообще избегать драк. Я знаю, что дать сдачи — твоя инстинктивная реакция, но ты не на войне. Тебе нужно перестать вести себя с миром так, будто ты на ней.

Вермиллион встал с кресла.

— Я оставлю тебя, — сказал он. — Прости, если перешел черту. Просто это то, что я хотел бы услышать от кого-то давным-давно.

* * * Джейсон сидел, глядя на четыре колонны на картине. Его чувства не обнаруживали магии, но казалось, что там что-то скрыто, как скрытое изображение на стереокартинке. Он не мог отделаться от ощущения, что если посмотреть на нее под правильным углом, откроются секреты.

В конце концов он сдался, хотя бы на время. Он поднялся на лифтовой платформе на палубу крыши и посмотрел на Тихий океан. Зимний воздух был холодным, но его телу бронзового ранга было бы комфортно почти в любом климате, который могла предложить Земля. Ему больше не понадобится браслет из инвентаря, который защищал его от жары пустыни во время пребывания в другом мире. Тем не менее, он определенно не выбросит его, учитывая сентиментальную ценность.

Снова его мысли обратились к магическому миру и друзьям, оставшимся позади. Он надеялся, что у них все хорошо и что они знают: он ушел, но не погиб. Его беспокоила вторая картина, та, которую он купил после того, как получил первую при столь странных обстоятельствах. Мир, изображенный на ней, был совершенно очевидно тем самым магическим миром, в котором его жизнь и сама натура изменились навсегда.

Символизм был ясен, а континенты совпадали с теми, что были на его способности карты. Хотя его там больше не было, он все еще мог вызвать карту этого мира. Более того, как только у него появился доступ к двум картам миров, его инвентарь пометил их. Одна — Земля, другая — Паллимустус, имя, указанное на картине. Он так и не узнал название планеты, пока был там, так как все жители просто называли ее «миром».

Ему нужно найти художницу, Доун. Какая бы связь у нее ни была с тем миром, это была самая близкая к истине зацепка, как вернуться обратно. Тем временем, однако, в его собственном мире были дела, требующие внимания. Когда-то он думал вернуться домой и залечить старые сердечные раны, прежде чем уйти снова, возможно, навсегда. Неизбежно жизнь стала сложнее.

Он понятия не имел, чего от него хочет Мировой Феникс, и на данный момент ему было все равно. Осознание того, что его мир полон магии, пусть слабой и тонкой, означало, что он не будет удовлетворен, оставив свою семью неподготовленной. Если раскрытие магии широкому миру действительно неизбежно, он хотел, чтобы его семья была готова к грядущим переменам.

В этом отношении иметь дело с магическими гегемонами было неизбежностью. Кабал был той группой, с которой у него было меньше всего врожденных связей, но именно с ними у него были самые приятные встречи благодаря Вермиллиону. Однако один человек — это не то же самое, что организация за его спиной. Это было особенно верно, когда, по их собственному признанию, они хранили много секретов, о которых сам Вермиллион не был осведомлен.

Инженеры Вознесения представляли собой нечто наиболее близкое к собственным мотивам Джейсона. Они готовились к грядущим переменам, чего Джейсон хотел для своей семьи, но он глубоко сомневался в этой группе. Странные люди-дроны, которых он встретил, и обстоятельства, при которых он их встретил, заставили его с большой осторожностью относиться к методологии и ценностям ЭОА.

Оставалась Сеть. Они лучше всего подходили Джейсону, будучи пользователями эссенций, но у него было много обоснованных сомнений. Во-первых, оставалась загадкой, как они делают своих членов сильнее. Из его немногочисленных коротких встреч казалось, что продвижение через ядра монстров было нормой. Анна не наполняла свою ауру ядрами, но у нее была анемичная аура свежего ранга «Железо». Он подозревал, что набор эссенций обязателен для руководителей Сети.

Он мог простить некоторые их жесткие методы в отношении самого Джейсона. Он, безусловно, создал много публичных проблем и даже был ответственен за ряд невинных смертей. Хотя он никогда не напрашивался на нападение байкеров, он был слишком увлечен собственной силой, вместо того чтобы положить этому конец как можно быстрее и эффективнее. Люди, не имевшие сил защитить себя, были теми, кто заплатил за это цену.

С точки зрения Сети, он был мощной и безрассудной силой, появившейся из ниоткуда. Ему было трудно спорить с этой оценкой. Неудивительно, что они хотели его обуздать. Его проблема заключалась в том, что, похоже, у них не было единого набора ценностей. С одним отделением, возможно, можно было работать, в то время как другое попыталось бы бросить его в яму.

Аннабет Тилден казалась более или менее приличным человеком, пытающимся выполнять работу, которую он только усложнил. Это было далеко от того убийцы, который напал на него из засады. Хотя формально они были едины, его допрос человека, который пытался переправить его обратно во Францию, показал, что отделения часто погрязли в глубоком соперничестве, особенно по географическому признаку.

Каждая континентальная зона, по-видимому, имела внутренние соперничества, варьирующиеся от дружеских до жестких. Через границы континентов отделения могли быть даже более враждебны друг к другу, чем к местным подразделениям других гегемонистских сил. Прибытие убийцы и его попытка захватить Джейсона, по-видимому, были в такой же степени атакой на Сиднейское отделение, как и на самого Джейсона. Так утверждал человек, которого он допрашивал; Джейсон чувствовал иначе по этому конкретному пункту.

Сложное взаимодействие внутренних фракций Сети заставляло Джейсона опасаться вовлекаться, но он решил сделать это по нескольким причинам. Одна из них заключалась в том, что Сиднейское отделение, насколько он мог судить, казалось приличным. Он откладывал окончательное суждение, пока не увидит больше того, как они работают. Другая причина заключалась в том, что принадлежность могла отвадить некоторые другие группы, которые видели в Джейсоне возможность, а не опасность. Их склонность следовать примеру Лионского отделения в попытке напасть на него могла быть ограничена связью с Сетью.

Самое главное, Сеть, по-видимому, имела доступ к монстрам. Ядра монстров откуда-то брались, и Джейсон разработал грубую гипотезу. Вермиллион уже сказал ему, что Сеть каким-то образом перехватывает монстров. Джейсон подозревал, что эти монстры, не способные проявиться нормально, каким-то образом появляются в астральных пространствах, в которые Сеть входит, чтобы уничтожить их. Учения по готовности к терроризму были бы прикрытием для мобилизации против этих угроз в населенных пунктах, пока они захватывают контроль над формирующимися апертурами.

Джейсон изучил достаточно астральной магии, чтобы знать, что обычные астральные пространства вряд ли были виновниками. Существовало такое понятие, как протоастральное пространство, более нестабильное и недолговечное, чем обычное астральное пространство. Он предположил, что по какой-то причине эти протоастральные пространства формировались на границе физической реальности его мира с ускоренной частотой.

Одной из ключевых причин, по которой Джейсон чувствовал уверенность в этом, был один из многих эффектов эволюции дара расы, который он все еще не принял и не отверг.

* Вы сможете напрямую входить в протоастральные пространства, граничащие с вашим местоположением, или напрямую выходить из протоастрального пространства в граничащее местоположение.

Сила доступа к этим пространствам для него самого, конечно, казалась весомой приманкой для принятия силы. Однако, пока он лучше не поймет мотивы Мирового Феникса, он все еще отказывался даже рассматривать принятие этой силы.

На данный момент его намерение состояло в том, чтобы сделать именно то, чего хотела Сеть, и тихо уйти на некоторое время. Как только у них появится какая-то основа для сотрудничества, дело может сдвинуться с мертвой точки. Он доставил Сети много проблем и не был против того, чтобы предложить им некоторые из своих ресурсов в качестве извинения. Однако он не забудет, что у Сети тоже есть свои грехи, которые нужно искупить.

Возможность сотрудничества сводилась к двум факторам, оба связаны с Лионским отделением. Если местные готовы отстаивать действия своих международных коллег, то с ними он покончил. Если же они готовы выступить против них от его имени, то он ответит взаимностью. Второй фактор — это связанный вопрос о другом пришельце из другого мира. Ему нужно знать, помогут ли ему местные, останутся нейтральными и не будут путаться под ногами, или будут активно препятствовать. Это был решающий элемент, который определит его отношения с местным отделением Сети.

На данный момент пришло время отложить это в сторону. Он был на пути домой, а завтра день рождения его сестры. Ему нужно придумать, как именно совершить грандиозное возвращение.

НЕЧИСТАЯ СОВЕСТЬ

НЕЧИСТАЯ СОВЕСТЬ

— Сколько времени прошло с тех пор, как ты вернулся? — спросил Джейсон Хиро, когда автодом приблизился к их родному городу Касселтон-Бич.

— Твоя поминальная служба. Тела, очевидно, не было, так что ни похорон, ни кремации.

— Тело — это просто сосуд, — сказал Джейсон. — Наверное, звучит странно, когда я говорю о душе, но я знаю об этом ближе, чем большинство.

— Все равно…

Хиро покачал головой.

— Все равно это кажется невозможным. В смысле, ты показал мне невозможное, а я до сих пор с трудом в это верю.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Не теряй свой скептический взгляд только потому, что твой племянник оказался волшебником.

— Видишь, это не помогает, — сказал Хиро. — Ты делаешь все возможное, чтобы это выглядело абсурдно.

— Это и есть абсурд, — ответил Джейсон. — Мы в магическом автодоме из облаков, которым управляет сын Смерти.

— Чей сын?

— На самом деле, это, возможно, перебор, — сказал Джейсон. — Еще многое предстоит тебе объяснить. Как Тайка?

— Он влился в это странно быстро, — сказал Хиро. — Его отец сделал мне доброе дело, и я обещал держать Тайку подальше от неприятностей. Дать ему хорошую работу, убедиться, что он не втянется слишком глубоко в эту жизнь. Понятия не имею, как я буду объяснять все это его отцу. Мы втянули его во что-то опасное?

— Это моя вина, — сказал Джейсон. — Я относился к этому миру так, будто правила здесь такие же, как в том, а это не так. Мне нужно осознать это, прежде чем пострадает еще больше людей. Я был в режиме войны, и с этим нужно покончить. Если я продолжу быть жестоким, то просто навлеку насилие на всех нас.

Джейсон вздохнул.

— Я втянул тебя и Тайку в свои проблемы. Я говорил себе, что сделаю все необходимое, чтобы вы были в безопасности, но в моей голове это означало готовность зайти дальше и ударить сильнее, чем другой парень. Я понял, что это не столько о готовности сделать все необходимое, сколько о том, чтобы попасться в ловушку истории, которую я сам себе рассказываю. Это постоянная проблема, которая всегда, кажется, бьет по окружающим меня людям, а не по мне самому. Готовность сделать все необходимое означает, что если для этого нужно съесть порцию смирения, я должен быть готов это сделать.

— Уверен, ты во всем разберешься, — сказал Хиро.

— Раньше я думал, что я такой умный. Прирожденный политик. Реальность такова, что даже в более простом обществе я был не в своей тарелке. Здесь я просто барахтаюсь, как рассерженный ребенок с пистолетом.

— Может, возвращение домой — это то, что тебе нужно, — сказал Хиро. — Отойди от всей этой магии и безумия. Позволь себе заземлиться на некоторое время. Никто не возвращает тебя на Землю так, как семья.

Джейсон внезапно расхохотался.

— Что? — спросил Хиро.

— Я только что понял, что нервничаю из-за встречи с сестрой больше, чем когда мне пришлось идти на встречу с кучей богов.

— Что?

— О да; боги реальны. Просто не местные, насколько я знаю. В смысле, они могли бы быть. Я не узнаю, пока кто-то из них не заявится поздороваться, что ставит меня в ту же лодку, что и всех остальных, полагаю. Думаю, я схожу проверю Тайку и посмотрю, как он.

— Погоди, боги? — недоверчиво спросил Хиро, пока Джейсон направлялся к лифтовой платформе.

— Не чувствуй себя плохо, — сказал Джейсон. — Атеизм — это обоснованная позиция, основанная на информации, которая у тебя была. Но она неверна. Я расскажу тебе все позже.

Джейсон поднялся на верхний уровень, где Тайка и Гордон сидели перед телевизором на стене.

— Причина, по которой он лучший, в том, что их пятеро, — сказал Тайка. — Если один человек может что-то изменить, то пять человек могут изменить в пять раз больше.

— Тайка, — неодобрительно сказал Джейсон. — Ты знакомишь Гордона с неправильным Рыцарем дорог?

— У твоей магической яхты-автобуса хороший интернет, бро. Кто твой провайдер?

* * * Зимой Касселтон-Бич превращался из сонного туристического городка в настоящую спячку. Марина работала на долю своей мощности, и лишь несколько чартерных лодок продолжали обслуживать сезонных рыбаков. С теплом весны роскошные прогулочные суда возвращались, когда богатые отдыхающие прибывали, словно медведи, выходящие из зимней спячки.

Джейсон арендовал место в марине для своего облачного дома, так же как делал это в Гринстоуне. Тень завел автодом прямо на воду, к тревоге Тайки и Хиро, но он держался на плаву идеально. Затем Джейсон выпроводил всех, достал флягу и начал трансформацию из автодома в плавучий дом.

— Это довольно мощный магический предмет, — заметил Вермиллион. — Там, где ты был… много таких?

— Он довольно особенный, даже там, — сказал Джейсон. — Я выиграл его в конкурсе.

— Типа лотереи?

— Не совсем. — Джейсон рассмеялся. — Где ты остановился?

— Кабал купил жилье. Оказывается, здесь много дорогих домов, если отъехать подальше от самого города.

— Да, — сказал Джейсон. — Много богатых людей держат здесь дома для отдыха.

— Мне нужно навестить твою мать, — сказал Вермиллион.

— Ты купил его у моей мамы?

— Она — выдающийся элитный риелтор в районе Большого Касселтона.

— Только потому, что это написано на ее сайте, не делает это правдой.

— Дом близко к городу, но, по-видимому, достаточно уединенный, чтобы люди не замечали приходящих и уходящих доноров.

— В смысле доноров крови? — спросил Джейсон.

— Именно, — сказал Вермиллион. — Мне нужно питаться примерно раз в неделю, если только я не становлюсь очень активным. Вербовать местных — не лучшая идея, поэтому каждую неделю Кабал будет присылать одного из людей, которых мы подготовили для этой цели. Они получают приятную поездку и достаточно денег, чтобы прожить месяц, так что они не особо в проигрыше. Им даже не нужно вести машину самим, так как мы не собираемся отправлять их в путешествие в полуобморочном состоянии после донорства. У них есть водитель.

— Знаешь, я все-таки заглянул в тот твой клуб, — сказал Джейсон.

— Правда? Мои люди не заметили.

— Они и не должны были, — сказал Джейсон. — Я хотел убедиться, что ты не лгал насчет того, что не убиваешь людей.

— Где же доверие? — спросил Вермиллион.

— Я доверяю, — сказал Джейсон, — но я также проверяю. Скажи мне, что твои люди не просеяли всю мою жизнь через сито, и я извинюсь.

— Ты не стоишь таких усилий.

— Правда?

— Да, это так.

— Какое отчество у моей матери?

— Откуда мне, черт возьми, знать? — спросил Вермиллион.

Джейсон посмотрел на него, приподняв брови.

— Ладно, это Мари, — признался Вермиллион. — Можно мне вернуть мою машину, пожалуйста?

* * * — Знаешь, мне тоже придется много общаться с твоей матерью, — сказал Хиро, наблюдая, как Вермиллион уезжает. — Если я собираюсь начать здесь девелоперский проект, работа с ее коммерческим офисом имеет смысл.

— Это сработает? — спросил Джейсон. — Насколько я помню, моя мать твердо встала на сторону твоей матери в отношении твоего выбора профессии.

— Как только твоя бабушка изменит свое мнение, Шерил не будет проблемой.

— И бабушка Юми изменит свое мнение, да?

— Ей важнее быть правой, чем что-либо, что я мог сделать. Блудный сын, покаянно возвращающийся домой, усвоив урок, — это именно то, что она хочет.

— Ага, удачи с этим, — скептически сказал Джейсон.

— Знаешь, мы оба здесь, чтобы совершить неловкие возвращения домой, — сказал Хиро. — Я начну с того, что схожу к Кену.

— Я подожду до завтрашнего вечера и нанесу визит Эрике, — сказал Джейсон. — Подожду, пока закончится празднование ее дня рождения. Он выпадает на пятницу, так что, вероятно, будет вечеринка. Если ты пойдешь к отцу, он, скорее всего, потащит тебя с собой.

— Да, — сказал Хиро. — Хотя бы для того, чтобы позлить твою мать.

Джейсон вздохнул.

— Хочется сказать, что не могу поверить, что они развелись, но могу.

— Что ты будешь делать до завтрашнего вечера? — спросил Хиро.

— О, у меня есть кое-какие дела.

* * * Кайто был по пути домой, когда телефон, прикрепленный к приборной панели, зазвонил, и он коснулся экрана, чтобы ответить.

— Привет, Эймс, — поздоровался он.

— Привет, — сказала Эми, и Кайто узнал этот особый оттенок усталости в голосе жены.

— Заседание совета?

— Они все идиоты, — сказала она. — Зачем я снова баллотировалась в мэры?

— Потому что мэр был идиотом.

— Точно. Можно мне просто распустить сенат и править железной рукой?

— Не думаю, что у Регионального совета Касселтона есть сенат, Эймс.

— Бу. Как девочки?

— У них все хорошо, — сказал он.

— У тебя странный голос, — сказала Эми. — Ты в порядке?

— У меня… я думал… не знаю. У меня странный день.

— Странный в каком смысле?

— Расскажу вечером. Я уже еду домой.

— Тебе стоит поговорить с Эрикой, — сказала она.

— Может быть, и поговорю.

— Попробуй уговорить ее приготовить что-нибудь, — сказала Эми.

— Твой скрытый мотив раскрыт, — сказал Кайто. — Ты же знаешь, завтра у нее день рождения.

— Скажи ей, что я добьюсь налоговых льгот для ее телешоу.

— Мы уже говорили ей это раньше, — сказал Кайто.

— Скажи ей, что в этот раз я не лгу.

— Но ты лжешь в этот раз.

— Конечно, лгу. Я не могу протолкнуть это через бюджет.

— Посмотрю, что можно сделать. Мы подъезжаем к дому; увидимся вечером, любимая.

— Люблю тебя.

Он закончил разговор и въехал на подъездную дорожку своего дома. Взгляд в зеркало показал, что он выглядит изможденным. Он посмотрел на соседний дом, увидев сестру, сидящую у окна в гостиной и печатающую на ноутбуке. Он достал телефон и позвонил ей.

— Привет, брат, — поздоровалась Эрика, махая рукой через окно. — Что случилось?

— Не возражаешь, если я зайду на чашку чая?

— Без проблем. Мне не нужно забирать Эми с тренировки по футболу еще час.

Кайто вытащил двух дочерей из детских кресел, ведя Хану за руку и неся Джейса через двор к двери, где Эрика открыла ее, чтобы встретить их. Эрика заварила чай, пока Кайто устраивал девочек в гостиной. Затем Эрика и Кайто сели в обеденной зоне, откуда могли присматривать за ними.

— Что тебя так вымотало, брат? Выглядишь неважно.

— Я… видел вещи. С самого утра. В первый раз подумал, что это странное отражение, потом — что просто увидел что-то не то. В смысле, это должно было быть мое воображение, но я продолжал видеть его, снова и снова.

— Его?

— Джейсона. Я выходил сегодня утром. Немного покупок, немного дел. Куда бы я ни пошел, он там. Знаю, что мне просто мерещится, но я все равно не могу перестать видеть их.

— Ну, — сказала Эрика. — Может, тебе стоит поговорить об этом с женой. Посмотреть, не сможешь ли ты найти причину, по которой чувствуешь вину за что-то.

— Эрика.

— Не надо «Эрика» мне. Ты знаешь, что это, Кайто. В конечном счете, лучше, что она осталась с тобой, а не с Джейсоном, но это был бы катастрофический сценарий в лучшем случае. А то, как ты это сделал на самом деле? Как будто ты нашел специалиста по психологической войне, чтобы придумать самый эффективный способ причинить ему боль, и у тебя никогда не было шанса искупить это.

— Он бы никогда не согласился увидеться с нами.

— Потому что знал, что ударит тебя в лицо.

Кайто вздохнул.

— Ты правда думаешь, что ей лучше со мной, чем с ним?

— В долгосрочной перспективе, да, — сказала Эрика. — С Джейсоном было сложно иметь дело. У него было много острых углов, и он никогда не переставал давить. Мне нравится Эми, правда, но Джейсон всегда бы ее поглотил. Ты — это Джейсон с отшлифованными острыми углами. Ты знаешь, когда остановиться.

— Джейсона было не остановить, — согласился Кайто.

— Да, был, Кайто. Ты и Эми остановили его, как мчащуюся машину, врезавшуюся в стену. Он наконец-то начал приходить в себя, когда…

Она покачала головой.

— Прости, — сказала она. — Знаю, ты уже слышал это от меня раньше, и я не хочу ворошить прошлое. У всех нас есть грехи за спиной.

— У меня просто никогда не было шанса искупить вину.

— Ненавижу расстраивать тебя, Кайто, но это не самая трагичная часть.

— Я знаю, я…

Его прервал телефон.

— Это Бенни, — сказал он. — Мне нужно ответить.

— Иди, — сказала она.

Кайто ушел с телефоном на кухню. Вскоре после этого Эрика начала слышать недоверчивые звуки, доносящиеся от Кайто.

— Они что? Желтый? Погоди, плохой парень из тех фильмов? Я не приду, если там пары краски. Я с девочками. Потому что она чертова мэр, Бенни.

Кайто вышел из кухни, выглядя недовольным.

— Что случилось? — спросила Эрика.

— Бенни обслуживал вертолет в межсезонье, но сегодня он зашел, а кто-то покрасил его в ярко-желтый цвет.

— Кто-то покрасил твой вертолет?

— Ага. Они как-то пробрались в ангар, покрасили его в желтый и написали имя злодея из тех супергеройских фильмов. Какое отношение супергерои имеют к моему вертолету?

— Ты говоришь о Таносе?

— Да, тот фиолетовый со странной бородой на коже.

Эрика разразилась смехом.

НЕОБЫЧНАЯ ОШИБКА

НЕОБЫЧНАЯ ОШИБКА

— Тебе стоит прийти на вечеринку сестры завтра вечером, вместо того чтобы просто появиться после, — сказал Хиро.

— Не лучший план, — ответил Джейсон. — О, чувствуешь этот запах? Я скучал по чесноку.

Они были на кухне магического плавучего дома Джейсона, пока тот готовил ужин.

— Сколько чеснока ты туда кладешь? — спросил Тайка.

— Sopa de ajo буквально означает «суп из чеснока», так что много.

— Это костюмированная вечеринка, — сказал Хиро. — Можешь прийти в маскировке.

— Эрика любит такие, — сказал Джейсон. — Но в кого мне нарядиться? Я не хочу красть внимание у Эрики в ее день рождения. Не хотел бы, чтобы кто-то узнал, кто я, посреди праздника, и устроил огромный переполох. Я не упаковал костюм Зорро, и не бегаю в том наряде, который постоянно показывают в новостях.

— Я купил тебе это, — сказал Тайка, ставя на стол пакет с покупками. Он достал игрушечный световой меч с пружинным механизмом. — Я выбрал красный клинок, потому что твой наряд казался довольно темным.

— Думаешь, мне стоит пойти в образе лорда ситхов?

— Бро, ты практически и есть лорд ситхов. Хотя без злодейской бороды выглядишь менее злым.

— Мне нужно было сбрить ее для кое-чего, что я делал сегодня. Отращу снова после ужина.

— Ты можешь просто отрастить волосы? — спросил Тайка.

— У меня есть магическая мазь для роста волос.

— Конечно, есть, — сказал Хиро. — Так ты пойдешь на вечеринку?

— Подумаю, — сказал Джейсон. — Я хотел бы посмотреть, как они, прежде чем вернусь с того света.

* * * Хотя встреча с сестрой ждала его вечером, утро застало Джейсона необычно беспокойным и нервным. Он прошел через свою тренировочную рутину, включая боевую подготовку с Тенью. Тень обладал всесторонним опытом в техниках Ордена Жнеца, а его способность генерировать физическую силу и создавать множественные тела делала его полезным инструктором.

Джейсон использовал сеанс медитации, чтобы успокоиться. После этого, чтобы отвлечься, он решил взяться за проект, о котором думал, и создал простой, но оригинальный магический предмет. В коллекции магической теории, которую он унаследовал от Фарры, не было продвинутых материалов по артефакторике — изучению создания магических предметов. Однако там были некоторые всеобъемлющие, фундаментальные работы.

Специализация Фарры в ритуальной магии была связана с формациями и массивами, которые имели некоторое междисциплинарное пересечение с артефакторикой. Формации были постоянными или полупостоянными ритуальными эффектами. Массивы — это формации, наложенные последовательно или даже друг на друга. Массив ритуальных эффектов в штаб-квартире Сети был выше способностей Джейсона к расшифровке, но он не сомневался, что Фарра справилась бы с ним легко.

После месяцев обучения у Клайва Джейсон смог усвоить основы теории артефакторики за несколько часов. Его существующие знания из книг навыков были невероятно полезны для улучшения понимания, как и его атрибут духа. Улучшенная память и скорость обучения были аспектами усиления атрибута духа, которые часто упускались из виду искателями приключений. Джейсон узнал об этом от Клайва во время одной из многих ранних попыток вовлечь Джейсона в магическую теорию.

Проект Джейсона заключался в создании новой вариации его метательных дротиков, простого магического предмета, который он знал лучше всего. Его план состоял в том, чтобы объединить немного простой магии с материалами, произведенными с помощью химических и инженерных знаний его собственного мира.

После составления первоначального тестового дизайна ему понадобились материалы. Некоторые были базовыми вещами, которые он брал в астральное пространство и которых у него осталось приличное количество. Он проделал хорошую работу, накапливая свои ограниченные ресурсы, всегда отдавая приоритет силам, а не трате расходных материалов. Многие немагические материалы для его проекта потребовали бы похода в хозяйственный магазин.

Он покинул плавучий дом и шел по пирсу, когда услышал, как кто-то крикнул.

— Кайто!

Джейсон обернулся на звук имени своего брата. Кто-то бежал трусцой по пирсу, махая ему. Джейсон узнал в нем Лоуренса, одного из своих школьных знакомых.

— Кайто, — поздоровался Лоуренс, догнав его. — Эй, чувак. Не виделись, сколько? Лет шесть.

— Что-то вроде того, — сказал Джейсон. — Как поживаешь, Лоумен?

Лоуренс рассмеялся.

— Лоумен, — сказал он, качая головой. — Давно этого не слышал. Я просто вернулся в город, чтобы продать лодку старика. Хорошо выглядишь, чувак. Слышал, у тебя, что? Трое детей уже?

— Двое, — сказал Джейсон.

— Точно. Никогда не думал, что ты из тех, кто остепенится. И с той девчонкой Эми тоже. Она стала горячей в последний год школы, но разве ты не уехал до того? Думал, она останется с твоим братом.

— Я тоже так думал.

— О, ты хитрец, — хохотнул Лоуренс. — Мне было жаль слышать о твоем брате, правда.

— Спасибо.

— Надо бы выпить, пока я в городе.

— Разве это не было бы мило, — сказал Джейсон. — Двое детей, чувак. Просто выспаться — уже победа.

— Да, нет, спасибо, — сказал Лоуренс. — Вот почему мне нравятся хорошие, чистые алименты. Я не видел ни одного из своих и не собираюсь. Я слежу, чтобы мамаши знали: лучше не подпускать мелких засранцев ко мне, если хотят, чтобы эти выплаты приходили красиво и вовремя.

— Похоже, ты нашел образ жизни, который тебе подходит, — сказал Джейсон.

— Черт возьми, да. Все, что потребовалось — это несколько кредитов от отца, и у меня процветающий бизнес. Ладно, увидимся, брат!

Джейсон с отвращением наблюдал, как Лоуренс уходит. Казалось, личность этого человека каким-то образом оставляет маслянистый след.

* * * Джейсон отправился в хозяйственный магазин, чтобы сделать покупки. Когда он прибыл в тот, который знал, его заменил рыбный магазин. Джейсону напомнили, что мир не стоял на месте за шесть лет с тех пор, как он в последний раз был дома, и ему пришлось искать новый хозяйственный магазин в телефоне. Он смог найти только одну из крупных сетевых складов, которые, по-видимому, вытеснили местных владельцев. По крайней мере, большой магазин смог обеспечить его тем, что он искал.

Вернувшись домой, он не сразу занялся своими покупками. Он обнаружил, что переваривает то, что его ошибочно приняли за брата. Это было немного нервирующе; обычно такую ошибку совершают только глубоко расистские люди. При всех многочисленных недостатках Лоуренса, расизм к ним не относился. Лоуренс не знал Джейсона или его брата хорошо, а школа была давно, но это все равно было поразительно.

Джейсон оказался перед зеркалом. Теперь, когда он присмотрелся, он увидел сходство. Процесс улучшения телосложения при повышении на два ранга значительно усилил семейное сходство. Его кожа стала чище, подбородок менее выраженным. Лицо Джейсона все еще было более угловатым, чем у брата. Его рот легче растягивался в ухмылку, чем фирменная легкая улыбка Кайто. Он блеснул этой улыбкой в зеркале с открытой, располагающей непринужденностью, которую Кайто излучал естественно. Джейсон потратил годы, работая над тем, чтобы подражать ей.

Глядя на эту улыбку в зеркале, он действительно выглядел как брат. Улыбка исчезла, сверкающие глаза сменились холодным взглядом. Он недовольно нахмурился, и зеркало растворилось обратно в облачную субстанцию, погружаясь в стену.

* * * — Что ты делаешь? — спросил Хиро, когда он и Тайка вернулись на плавучий дом. Джейсон был на палубе, размешивая содержимое большой бадьи палкой.

— Делаю смесь баллистического геля, — сказал Джейсон. — Не смог найти в хозяйственном магазине именно то, что искал, но взял то, что должно стать хорошей заменой. Как только внесу коррективы, основываясь на том, что нашел в интернете. Вы нашли хорошую машину?

Последняя машина Хиро не была выпущена полицией после того, как в нее несколько раз стреляли, поэтому они отправились покупать новую. Отец Хиро, отец Джейсона, отвез их в Касл-Рич, который был самым богатым из маленьких городков, составляющих район Большого Касселтона.

— Проблем не было, — сказал Хиро.

— Этот Касл-Рич — шикарный город, — сказал Тайка. — Сплошные бутики и большие дома. Не часто увидишь маленькие городки с дилерскими центрами европейских автомобилей.

— Я заглянул к твоей бабушке, пока был там, — сказал Хиро.

— Да? — спросил Джейсон. — Как твоя мама отреагировала на то, что ты взялся за ум?

— Это в процессе, — уклончиво ответил Хиро. — Твой отец хотел посмотреть, где мы остановились. Я сказал, что покажу ему все в воскресенье, так что никаких нервов и отступлений от большого раскрытия.

— Мне это даже в голову не приходило, — солгал Джейсон.

* * * Джейсон сидел на стуле в своей комнате. Он отвлекался на свой проект некоторое время, но снова его мысли были заняты предстоящим воссоединением с семьей. Если бы дело было только в том, что он уезжал, это одно. Но даже без того, что они считали его мертвым, было много багажа, с которым нужно было разобраться.

Прибыв в город, Джейсон послал Тень присматривать за своей сестрой, отцом и племянницей. Если Сеть или кто-то еще предпримет шаги против них, он хотел быть готов ответить. До сих пор он уважал их частную жизнь настолько, что Тень держал увиденное при себе.

— Мистер Асано, — сказал Тень. — Ваша племянница, похоже, в ближайшем будущем может оказаться втянута в перепалку.

— Это Сеть?

— Насколько мне известно, нет, — сказал Тень. — Возможно, вам стоит увидеть самому.

Джейсон закрыл глаза и погрузил сознание, проецируя свои чувства через далекое тело Тени. Оно занимало безобидную тень на территории старой школы Джейсона. Он сразу заметил свою двенадцатилетнюю племянницу Эми в той же форме академии, которую когда-то носил сам. Она маршировала к группе мальчишек, задиравших другого ученика.

— Оставь его в покое, Брайс, — сказала она очевидному зачинщику. Брайс был довольно крупнее ее, но она встала между ним и мальчиком, съежившимся у стены от страха. Она уперлась ногами перед Брайсом и запрокинула голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз.

— Отвали, Эми, — сказал Брайс.

— Этого не будет, Брайс, — сказала она.

— Ты хочешь получить побои?

— Где ты научился задирать людей? — спросила она. — В фильмах восьмидесятых? Делай это онлайн, как нормальный человек.

— Я не боюсь ударить девочку, Эми.

Эми улыбнулась ему, как идиоту.

— Как я вижу, Брайс, у тебя три варианта. Один: ты уходишь. Спойлер: это умный выбор. Вариант два: ты и твои друзья избиваете девочку, что не закончится для вас добром. Вариант три: девочка избивает тебя, что закончится еще хуже. Итак, ты собираешься отступить или навлечь на себя больше неприятностей, чем твой папочка сможет разгрести?

— Ты думаешь, я тебя боюсь? — прорычал Брайс.

— Нет, — сказала Эми. — Я думаю, ты боишься того, что произойдет, когда моя мама передумает насчет кейтеринга для вечеринки твоей мамы. Как твой папа обычно реагирует, когда ты мешаешь своей матери получить то, что она хочет? Прости, мачеха. Новая довольно симпатичная, не так ли?

Брайс побледнел.

— В этот раз я тебя отпущу, — сказал он и начал уходить. — Считай, что тебе повезло.

Эми перевела взгляд на мальчика у стены.

— Спасибо, Эми, — сказал он жалко.

— Отрасти себе яйца, Хантер, — сказала она ему. — Твое имя буквально означает того, кто убивает вещи.

Джейсон отвел чувства от Тени с усмешкой.

— Она не изменилась, — сказал он счастливо.

— Она кажется довольно умной для своего возраста, — сказал Тень. — Полагаю, я узнал некоторые поведенческие черты.

— Да, она умная, как мама.

Джейсон открыл вкладки инвентаря с одеждой. Его старые боевые мантии ранга «Железо» имели значительно больше серого, чем черная мантия бронзового ранга. Наряд был достаточно отличим от образов Звездного Всадника, чтобы он остался доволен. Он закрыл инвентарь и вышел туда, где Хиро и Тайка смотрели больше влогов Джейсона о межпространственных путешествиях.

— Бро, твой друг похож на Рона Перлмана из того шоу с женщиной из Терминатора 2.

— Гэри? Да, он отличный парень. Куда ты дел тот световой меч?

— Все еще на кухне, — сказал Тайка.

— Итак, ты идешь на вечеринку? — спросил Хиро.

— Да, — сказал Джейсон.

— Я тоже хотел пойти, — сказал Тайка. — Но у меня нет костюма и я не знаю никого из твоей семьи. Просто люблю вечеринки.

ВСЕ СЛОЖНО

ВСЕ СЛОЖНО

Ступни обнаженной женщины волочились по полу, пока ее тащили по бетонным коридорам, и она не сотрудничала даже настолько, чтобы спотыкаться в такт. Самым близким к одежде, что у нее было, был ошейник на шее. Они использовали для нее только охранников второго уровня, что связывало некоторых из их самых ценных сотрудников. Однако после того, что она сделала с охранниками первого уровня при своей первой попытке побега, это было необходимое распределение ресурсов. Они бросили ее в пустую бетонную комнату. Ее часто перемещали, никогда не оставляя в лучшем месте.

Магический массив, охраняющий комплекс, был выгравирован прямо в бетоне. Каждая дверь была магически заперта, что означало, что заключенные с ошейниками не смогли бы открыть их, даже если бы представился шанс. Ее похитители не беспокоились о том, чтобы скрыть это от заключенных; все они были в ошейниках и не могли даже исследовать массив своими мистическими чувствами, не говоря уже о том, чтобы понять его функцию.

Охранники пытались держать ее в напряжении, никогда не давая ничего надежного или последовательного, даже в этих жалких условиях. Иногда была стальная койка без постельного белья, иногда — простой матрас на полу. Ее никогда не оставляли в темноте, а ее сон постоянно прерывался оглушительной музыкой или поливанием водой. Они знали, что она может справиться с сыростью и холодом, и последовательно отказывали ей в кровати, одеяле или одежде. Все, что она носила, — это ошейник подавления.

Единственными исключениями были короткие периоды, когда ей давали теплую кровать и непрерывный отдых. Эти короткие интервалы давались лишь как мимолетные образцы того, что может предложить капитуляция.

* * * Двое мужчин наблюдали за ней через монитор безопасности. Адриен был старше, его суровые черты лица оставались непоколебимыми, когда он наблюдал за женщиной на экране. Мишель был моложе и выглядел явно некомфортно.

— Мы даже не знаем, понимает ли она, что мы ей говорим, — сказал Мишель.

— Она понимает, — ответил Адриен, не отрывая взгляда от монитора. Ему не нужно было смотреть, чтобы почувствовать отвращение подчиненного к используемой методологии.

— Это не работает, — сказал Мишель.

— Она сильна, — сказал Адриен, — но это хорошо для нас. Препятствие — это надежда. Прошло всего несколько дней, и она все еще думает, что есть что-то помимо сдачи. Со временем надежда умрет.

* * * В своем бетонном ящике женщина выжидала, сохраняя силы. Ее чувства, подавленные ошейником, не могли исследовать магию, выгравированную на стенах, полу и потолках. Вместо этого, пока охранники тащили ее по коридорам, составляющим бетонный лабиринт, она наносила на карту гравировки глазами так же, как наносила на карту планировку.

Ее попытки побега никогда не были искренними попытками вырваться на свободу, как полагали ее похитители. Она позволяла им думать, что она заблудилась в крысином гнезде подземных туннелей. Им и в голову не приходило, что ее понимания ритуальных размещений достаточно, чтобы понять их функцию только по визуальному осмотру. Каждая попытка побега, кажущаяся суматошной попыткой найти путь наружу, на самом деле была нацелена на то, чтобы ее глаза увидели важные элементы магического массива, мимо которых похитители ее не проводили.

Точно так же, как она составляла план комплекса в своей голове, она составляла план работы магического массива. Она приближалась к моменту, когда поймет достаточно, чтобы экстраполировать остальное, после чего вопрос станет в том, как обратить это в свою пользу. Тем временем она будет терпеть любые унижения, которые они решат причинить.

* * * Эрика убрала телефон.

— Мама прислала извинения, — сказала она, прислонившись к мужу, Иану. — СМС-кой.

Вечеринка была в самом разгаре, люди сновали в дом, из дома и вокруг него. В беседке, где также стоял холодильник с пивом, пылали два барбекю. Разбросанные повсюду сумки-холодильники содержали еще больше выпивки — никто не трогал кухонный холодильник Эрики Асано.

Она была одета в костюм Загадочника, включая зеленый котелок. Длинное зеленое пальто, покрытое вопросительными знаками, помогало от зимнего холода, хотя ревущие барбекю поддерживали в беседке тепло, а на патио стояла жаровня.

— Наверное, так даже лучше, — сказал Иан, снимая с нее зеленый котелок, чтобы поцеловать в макушку. Он был одет как пират. — Твоего отца хватило бы, чтобы вывести ее из себя, — сказал Иан, — но он привел с собой еще и брата. Думаю, он пытался навлечь неприятности.

— Да, — устало согласилась она.

— Посмотри на это с другой стороны, — сказал Иан. — Эми осталась у Руби, твоей мамы здесь нет, чтобы поссориться с отцом. У тебя здесь два десятка людей, которые любят тебя, и все потенциальные точки трения исчезли. Ты можешь просто выпить, потом еще выпить и хорошо провести время.

— Как ты всегда знаешь, что сказать?

— Ну, ты умнее меня, так что я просто жду, когда ты устанешь, а потом становлюсь максимально поддерживающим.

— Ты хитрец, Иан Эванс, — сказала она.

— Мне пришлось быть таким, чтобы лучшая женщина в мире согласилась выйти за меня замуж.

— Обаяшка.

— К сожалению, она умерла, и мне пришлось довольствоваться тем, что есть, так что тебе повезло со всем этим, — сказал он, жестикулируя вверх-вниз по своему телу. Она щелкнула его по носу.

— Ай!

Они обходили гостей, Эрика принимала поздравления с днем рождения, осматривая различные костюмы. Большинство из них были куплены в магазине или собраны на скорую руку с минимальными усилиями. Она почувствовала тоску по своим большим вечеринкам в Мельбурне. Однако, взвесив все за и против, ей нравилось, где она находится. Костюмы, может, были лучше в Мельбурне, но люди внутри них ей нравились здесь больше. Старые друзья и семья были лучше, чем медиа-менеджеры, ищущие возможности для нетворкинга.

— Грег преуспел, — отметил Иан.

— О, это впечатляющий костюм Железного человека, — сказала она. — Это Грег там внутри?

— Ага.

— Это, должно быть, заняло у него недели.

— Он очень одинок.

— Только потому, что он может потратить столько времени на впечатляющий костюм, это не значит, что он одинок.

— Должно быть, совпадение, тогда.

— Ты такой вредный, — отчитала Эрика.

— Кто это в костюме ситха?

— Не уверена, — сказала Эрика. — Световой меч немного дурацкий, но остальная часть наряда невероятна. Этот плащ кажется по-настоящему жутким.

— В нем что-то есть, правда? — сказал Иан. — Может, подойдем и поздороваемся? Посмотрим, кто там под ним?

Они направились в ту сторону, но человек каким-то образом незаметно ускользнул.

— Ты видел, куда он делся? — спросила Эрика, когда они подошли к месту, где он стоял.

— Нет, — сказал Иан, оглядываясь в замешательстве. — Готов поклясться, я смотрел прямо на него.

* * * Джейсон провел большую часть вечеринки в тени, используя комбинацию своего плаща и тонкой проекции ауры, чтобы заставить людей не замечать его. Он наблюдал за сестрой и ее мужем, приклеенными друг к другу весь вечер. Он наблюдал за своим отцом, Кеном, который привел Хиро, но ушел рано. Он отправился к соседям присмотреть за внуками, пока их родители присоединились к вечеринке.

Кайто был в светлом костюме и пастельной рубашке. Точно так же, как Джейсон отверг попытки матери привить ему японскую культуру, Кайто отверг попытки отца привить ему поп-культуру. Джейсон заметил, что понимание его братом классической поп-культурной базы все еще, кажется, начиналось и заканчивалось Полицией Майами. Жена Кайто, Эми, была одета как Четвертый Доктор из Доктора Кто. Это позволяло ей носить длинное пальто и еще более длинный шарф, чтобы спастись от зимнего холода.

У Эми были волнистые каштановые волосы и светлая кожа. Она была хорошенькой, но только по земным меркам; по сравнению со сверхъестественно красивыми женщинами того мира она была довольно простой. Тем не менее, Джейсон замер, когда она появилась в поле зрения. Чувства, которые, как он убеждал себя, давно умерли, всколыхнулись внутри него.

Джейсон и Эми, девчонка по соседству, были лучшими друзьями, сколько Джейсон себя помнил. Они были неразлучны в детстве и вместе бросились в пучину запутанных гормонов подросткового возраста. Она была влюблена в Кайто с раннего возраста, что только усложняло и без того сложные чувства Джейсона к брату.

По мере того как она взрослела и преодолевала равнодушие Кайто, она в конце концов начала отвечать на чувства Джейсона. Только спустя годы после того, как все рухнуло, Джейсон пришел к осознанию, что именно он подталкивал их отношения в этом направлении. Он понял, что она подыгрывала ему столько же, чтобы не потерять его совсем, сколько ради чего-то еще. Если бы они были старше и мудрее, они оба могли бы справиться с ситуацией лучше. Он определенно не стал бы использовать их дружбу так, как он это сделал, — позор, который он нес до сегодняшнего дня.

Это был конец их первого семестра в университете, когда ситуация достигла пика. Они оба переехали в Мельбурн учиться: он — в Мельбурнский университет, она — в Ла-Троб. Она вернулась домой на семестровые каникулы, а Джейсон остался в Мельбурне, чтобы наслаждаться новообретенной свободой.

Джейсон не был уверен, что именно произошло между ней и Кайто во время тех каникул, и не имел желания узнавать больше. Последствия были достаточно плохими. Джейсон бросил учебу, но остался в Мельбурне, а Эми перевелась в университет в Сиднее.

Если не считать одной катастрофической поездки домой сразу после этого, Джейсон не возвращался в родной город до сих пор. Он наблюдал за братом и невесткой из тени, оставаясь незамеченным.

* * * Эрика и Иан искали человека в странном плаще, спрашивая гостей, не знают ли они, кто это, но никто не мог им сказать. Его больше не видели, когда вечеринка подходила к концу. Впоследствии Эрика стояла в гостиной, оценивая беспорядок. Она устало потерла затылок, и когда подняла взгляд, человек в плаще стоял в дальнем конце комнаты.

— Ты все время исчезал от нас, — сказала Эрика.

Он нажал на пружинный механизм своего пластикового светового меча.

— Темная сторона Силы — это путь к способностям, которые некоторые сочли бы… неестественными.

Эрика нашла голос знакомым, но не могла вспомнить, чей он.

— Вечеринка окончена, пора домой, — сказала она. — Кто ты?

Джейсон откинул капюшон своего магического плаща.

— Привет, Эри.

Эрика стояла ошеломленная, пока Джейсон ждал, больше ничего не говоря, а она смотрела на него широко открытыми глазами. Она сделала один нерешительный шаг вперед, затем другой, прежде чем поспешно прошаркать через комнату.

— Джейсон? — спросила она, ее голос был тихим, как будто она боялась, что если скажет слишком громко, то спугнет его.

— Привет, — сказал он с теплой улыбкой.

Ее руки поднялись, не зная, обнять его, схватить или просто потыкать, чтобы проверить, настоящий ли он.

— Как? — прошептала она.

— Это неважно, — сказал он. — Будет много времени для объяснений.

Ее глаза искали ответы на его лице, как будто оно хранило ответы на вопросы, которые мучили ее полтора года. Это было не совсем то лицо, которое она помнила. Она заметила бороду, два маленьких шрама. Глаза были те же, темные и проницательные. Точно так же, как и слегка самодовольная, вечная полуухмылка.

— Где тебя черти носили, ты чертов придурок? — спросила она, бросаясь вперед и заключая его в яростные объятия. Его тело ощущалось иначе.

— Ты что, качался?

Он усмехнулся, отвечая на объятия.

— Работа поддерживает меня в форме, — сказал он.

Они стояли в гостиной, Эрика цеплялась за него, как будто боялась, что он снова исчезнет. Слегка нетрезвый, нараспев голос Иана донесся из коридора.

— Эрика… кто готов пройти по доске?

Он вошел в комнату с пластиковой саблей в одной руке и бутылкой рома в другой, одетый только в боксеры с пиратской тематикой и треуголку. Он заметил свою жену, обнимающую человека в темном плаще.

— Что за… Джейсон?

* * * — Что за ответ такой «все сложно»? — спросила Эрика.

— Точный, — сказал Джейсон. — Я расскажу вам все, правда. Просто это должно происходить поэтапно.

— Почему?

— Потому что некоторые вещи нужно увидеть самому, прежде чем принять их.

Джейсон сидел напротив Иана и Эрики за их обеденным столом. Иан быстро сбегал за штанами, а Эрика держала Джейсона за руку через стол, как будто боялась, что он сбежит.

— Ты ожидаешь, что я просто приму это? — спросила Эрика. — Я знала, что в том, что произошло, было что-то подозрительное. Я месяцами расследовала это. Там был какой-то безумный заговор…

— Я знаю, — сказал Джейсон.

— Ты знаешь? Но ты позволил мне продолжать думать, что ты мертв?

— Я тогда не знал, — сказал Джейсон. — У меня не было права голоса в том, что произошло. Я вернулся только неделю назад и все это время пытаюсь наверстать упущенное.

— Ты здесь неделю? Вернулся откуда?

Джейсон вздохнул.

— Ладно. Я дам вам общую картину, но вы, вероятно, не поверите. Когда просто излагаешь это, звучит довольно нелепо.

— По сравнению с заговором, из-за которого мне пришлось отступить, вместо того чтобы быть убитой?

Ярость исказила лицо Джейсона, превратив его в лицо дикого незнакомца.

— Кто угрожал тебе? — спросил он голосом, полным темных обещаний.

— Я расследовала то, что случилось с этим копом, там в Мельбурне, — сказала Эрика. — Он практически пустил свою карьеру под откос, пытаясь помочь мне. В конце концов он сказал мне отступить, потому что люди, которые копали слишком глубоко, оказывались мертвы. Я знаю, это звучит как какой-то сумасшедший заговор.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что знаю, кто это был. В общих чертах. Мне жаль, что ты оказалась втянута во все это.

— Во все что? Серьезно, Джейсон. Ты инсценировал свою смерть и исчез? Что происходит?

— Я не инсценировал свою смерть, Эри. Послушай, это будет звучать безумно, даже по меркам убийственных заговорщиков. Все началось, когда я связался с этим… назовем его маргинальным религиозным экстремистом. Он никогда не собирался втягивать меня; это просто произошло случайно. В следующий момент я оказался очень далеко от дома, без пути назад.

— Ты не мог взять телефон?

— Нет, — сказал Джейсон. — Ни телефона, ни интернета, ни радио.

— Где ты был? В пустыне Сахара?

— Нет, в Калахари.

— Что?

— Это дальше на юг.

— Я знаю, где пустыня Калахари, Джейсон. Ты хочешь сказать, что все это время был в Африке?

— Да.

— И ты не подумал сказать кому-нибудь, когда уезжал?

— Я не уезжал, Эрика. Меня забрали.

— Тебя похитили?

— Не специально, но по сути, да.

— Тебя случайно похитили. И отвезли в Африку.

— Я же говорил, что это прозвучит нелепо.

— Ты знаешь, что в Африке есть телефоны.

— Не там, где я был.

— Ты не мог поехать куда-то, где он был?

— Нет.

— Почему нет?

— Все сложно.

Эрика издала стон.

— Что случилось с твоей квартирой? — спросила она. — Надеюсь, ты не скажешь, что утечка газа.

— Это была не утечка газа. Я расскажу вам все об этом, но не сегодня вечером.

— Почему нет?

— Не думаю, что ты хочешь, чтобы я снова называл причину.

Она издала еще один разочарованный стон.

— Ты выглядишь иначе, — сказала она ему. — Ты звучишь иначе.

— Часть моей тренировки, — сказал Джейсон. — Я делаю кое-что с дыханием, что меняет голос.

— Тренировки?

— Это что-то вроде боевых искусств. Вроде того.

— В Калахари был храм Шаолинь?

— Мне нравится твой новый голос, — сказал Иан. — Он глубже, с небольшим намеком на реверберацию. Это сексуально.

— Спасибо, — ярко ответил Джейсон.

— Как я могу быть уверена, что это вообще ты? — спросила Эрика.

— Потому что ты хочешь ударить меня в лицо, — сказал Джейсон. — Ты знаешь это чувство.

— Ты прав, — сказала она. — Я действительно хочу ударить тебя в лицо. Как насчет того, чтобы ты продолжал рассказывать свою нелепую историю вместо этого?

— Ладно, значит, этот парень забрал меня случайно. Я… сумел сбежать, но оказалось, что у него целая семья психов, и они поймали меня сразу же. Тогда я встретил других людей, которых они поймали, и эти люди были частными охранниками. Их наняли расследовать дела этой сумасшедшей семьи, живущей в пустыне, и они сами попались.

— Частные охранники? — спросил Иан. — Ты имеешь в виду наемников?

— Как хочешь, так и называй, — сказал Джейсон. — В основном они работают на местные власти. Они помогли мне выбраться из ситуации, в которой я оказался, и завербовали меня.

— Они завербовали тебя в наемники? — спросила Эрика.

— Да.

— Тебя?

— Да.

— Они приняли тебя за кого-то другого?

— Нет.

— Ты уверен?

— Это не помогает моей самооценке, Эри.

— Твоей самооценке это не нужно. Ты хочешь сказать, что ты наемник?

— Не прямо сейчас, — сказал Джейсон. — Это был единственный способ, который мы могли придумать, чтобы найти путь домой. Эти люди, они тренировали меня несколько месяцев. Они стали моими друзьями.

— Они научили тебя стрелять в людей?

— Я больше по ножам.

— О, ты по ножам, — легко сказала Эрика. — ТЫ ЧТО, С УМА СОШЕЛ?

— Я предупреждал тебя, Эри: нелепо.

— Ты не ошибся, — сказала Эрика, выхватывая бутылку рома у мужа и делая глоток. — Ладно, продолжай.

— Итак, я работал на этой работе некоторое время, пока не наткнулся на способ вернуться домой. Это было неделю назад. Я жил у дяди Хиро, пока разбирался со всем.

— Дядя Хиро знает, что ты вернулся?

— Да. Только он и вы двое. Больше никто. По крайней мере, из семьи.

— Это много, чтобы принять, Джейсон, — сказала Эрика.

— Я знаю. Будет только хуже, как только мы начнем вдаваться в детали.

— Может, оставим это на вечер? — вмешался Иан. — Как насчет того, чтобы просто порадоваться, что Джейсон вернулся к нам?

— Было бы неплохо, — сказал Джейсон. — Мне понадобится ваша поддержка, когда дело дойдет до мамы и папы, Эри. И Кайто.

— О, карп, — сказала Эрика. — Это будет огромный беспорядок.

— Ага, — согласился Джейсон.

Она сжала его руку.

— Ты все еще говоришь «карп» вместо «дерьмо»?

— Иногда, — сказала она. — Карп хуже, чем дерьмо.

— Ты шеф-повар, — сказал Джейсон. — Прояви профессионализм.

— Нет. Карп — это худшее.

— А люди говорят, что я странный, — сказал Джейсон.

— Ты вернулся с того света, утверждая, что ты наемник с ножом, — воскликнула Эрика. — Наемники с ножами и возвращение с того света — это не те вещи, которые случаются.

— Да, — неловко сказал Джейсон. — Это будет интересная неделя для тебя.

— У тебя есть где остановиться? — спросила Эрика. — Твоя старая комната теперь гостевая. Эми заняла старую комнату Кайто, потому что она самая большая.

— У меня есть плавучий дом в марине.

— Ты живешь на плавучем доме? — спросила она. — Как Горец? Телешоу Горец, очевидно.

— Это никогда не было хорошим телешоу, — сказал Джейсон.

— Будем честны; это никогда не был великий фильм, — сказала Эрика.

— Мне понравился тот фильм, — сказал Иан.

— Мне тоже, — согласился Джейсон.

— Это была хорошая идея с посредственным исполнением в лучшем случае. Покопайтесь в своих чувствах, парни; вы знаете, что это правда. Тот фильм выехал на саундтреке.

— О, черт возьми, да, — сказал Джейсон. — Я не слышал песню Queen полтора года.

БОЛЬШАЯ ДОЗА НОРМАЛЬНОСТИ

БОЛЬШАЯ ДОЗА НОРМАЛЬНОСТИ

Джейсон вернулся в дом Эрики в свежем воздухе зимнего субботнего утра. После того как он дал сестре ночь на то, чтобы переварить его внезапное возвращение, он ожидал тщательного допроса. Он хотел как можно быстрее ввести ее в курс дела, но знал, что вывалить все сразу — рецепт катастрофы. Он не хотел, чтобы она совершила ошибки из-за чего-то, что Джейсон плохо донес.

Эрика договорилась, что их родители придут, чтобы сообщить им о возвращении Джейсона, а Кайто и Эми должны были прийти позже. Джейсон, Иан и Эрика ждали в гостиной, в плюшевых креслах Эрики. Это была не облачная мебель, но лучшее, что было. Телефон Эрики пискнул, и она проверила сообщение.

— О, черт возьми.

— Мама? — спросил Джейсон.

— Она занята, очевидно, — сказала Эрика. — Она сказала мне, что будет здесь. Я сказала ей, что это важно.

— Ты правда удивлена?

— Было бы неплохо, если бы она хоть раз удивила меня и не отшила, — сказала Эрика.

— Тебе следовало попросить Кайто организовать это, — сказал Джейсон. — Она бы пришла ради этого.

— Ты прав. Я не подумала об этом.

— Мы будем придерживаться плана. Папа должен быть здесь скоро, с дядей Хиро. Тогда мы сможем привести Кайто и Эми.

— Ты уверен, что готов их увидеть? — спросила Эрика. — Прошло гораздо больше времени, чем просто с тех пор, как ты умер. Ушел. О, карп. Я до сих пор не могу уложить это в голове.

— Когда я был так далеко, что у меня не было выбора, — сказал Джейсон, — это многое расставило по местам. Мама была не неправа, что лучшее, что можно сделать — это просто принять это, но ей действительно нужно было подождать год, прежде чем говорить это. Может, два. Ты знаешь, что именно она на самом деле рассказала мне об этом?

— Ты шутишь, — сказала Эрика.

— Нет, — ответил Джейсон. — Маме всегда нравилась Эми, но она была не с тем братом. Казалось, будто она звонила сказать, что я никогда не был достаточно хорош, а теперь у нее есть доказательства.

— Я начинаю понимать, почему ты примчался обратно и ворвался в город, как гроза, — сказала Эрика.

— Мне потребовались годы, чтобы пережить то, что случилось, — сказал Джейсон. — Мне не нужно говорить тебе об этом. Ты поддерживала меня все это время.

— Ты уверен, что пережил это?

— Нет, — признал Джейсон. — Но на данный момент оставаться в стороне больнее, чем вернуться.

— Итак, что нам делать с мамой?

— Она занятая женщина, очевидно, — сказал Джейсон. — Она разберется со временем.

— Ты просто не собираешься ей говорить?

— Почему бы нам не сказать Кайто, что она уже знает, и позволить природе идти своим чередом? — предложил Джейсон.

— Разве это не немного жестоко? — спросила Эрика. — Погоди секунду. Кайто сказал, что постоянно видел тебя на днях.

— Это было весело, — усмехнулся Джейсон. — Я побрился ради этого.

— Он думал, что сходит с ума.

— Это был базовый план, — сказал Джейсон.

— Ты превратил его вертолет в вертолет Таноса?

Джейсон рассмеялся. — Тебе пришлось объяснять ему это?

— Его жена объяснила.

Джейсон ухмыльнулся.

— Джейсон, если ты просто вернулся домой ради мелкой мести, мог бы и не приходить.

— Конечно, нет. Мелкая месть — это просто бонус.

— Ты действительно неплохо справился с вертолетом, — признала она.

— Сейчас межсезонье, — сказал Джейсон. — Не похоже, что он использует его прямо сейчас, и это даже не настоящая краска. Она водорастворимая и практически просто смоется водой.

* * * — Итак, в чем великая тайна? — спросил Кен, входя внутрь и обнимая дочь. — Хиро был так настойчив, чтобы я пришел, что я подумал, будто он втягивает меня в сглаживание углов с твоей бабушкой ради него. Я сказал ему, что ему лучше попросить твоего дядю Широ.

— Нет, это нечто большее, — сказала Эрика, ведя его в гостиную.

— Итак, что происходит?

— Привет, пап.

Кен замер, услышав голос Джейсона за спиной. Медленно он обернулся, словно боясь того, что увидит. Его дыхание стало прерывистым, когда он увидел Джейсона, стоящего в дверях. После мгновения шокированной тишины Кен рванулся вперед, чтобы поймать сына в огромные объятия. Джейсон уловил знакомый запах Old Spice и земли, обнимая его в ответ.

— Это правда ты, сынок? — спросил Кен, не отпуская Джейсона.

— Это я, — сказал Джейсон.

Кен продолжал держать Джейсона, как будто никогда не отпустит.

* * * Все с отцом Джейсона прошло совсем не так, как с Эрикой. Она начала допрос почти сразу, в то время как Кен хотел знать только две вещи: в порядке ли Джейсон и вернулся ли он навсегда. Он не мог перестать ухмыляться, пока его слезящиеся глаза пили вид сына, который вернулся к нему.

— Я не собираюсь исчезать в ближайшее время, — заверил его Джейсон. — Не так, как в прошлый раз. Сейчас все немного подвешено в воздухе, в профессиональном плане, но я планирую обосноваться в Касселтон-Бич, по крайней мере, на ближайшее будущее.

— В профессиональном плане? — спросила Эрика. — Знаешь, я обдумывала то, что ты рассказал мне вчера, и чем больше думаю, тем больше это кажется кучей горячей чепухи.

— Сколько ты ей рассказала? — спросил Хиро.

— О том, что я рассказала тебе, сначала.

— Значит, ничего из действительно неправдоподобного, — сказал Хиро.

— Это не неправдоподобное? — спросила Эрика, ее голос поднялся на октаву.

Она повернулась к Джейсону и увидела, что он внезапно занервничал.

— Они здесь, — сказал он.

Вскоре после этого в дверь постучали, а затем послышался звук открывающейся двери.

— Привет, — позвал голос Кайто. — Мы прибыли на таинственное семейное собрание.

— Гостиная, — отозвалась Эрика, взглянув на Джейсона только для того, чтобы понять, что он исчез, как призрак.

— Ты знаешь, кому принадлежит та машина снаружи? — спросила Эми, когда они вошли. — Похоже на Бэтмобиль.

— Привет, пап, — поздоровался Кайто. — Ты в порядке?

— Лучше, чем в порядке, — сказал Кен. — Кто с девочками?

— Миссис Гленн.

— Миссис Гленн. — Кен усмехнулся. — Она присматривала за тобой, когда ты был маленьким.

— Она отлично ладит с девочками, — сказала Эми. — Единственное беспокойство в том, что она слишком привяжется и сбежит с ними из страны.

— Вы должны быть в безопасности, — сказала Эрика. — Сомневаюсь, что миссис Гленн знает хорошего парня по паспортам.

— Я бы не была так уверена, — сказала Эми. — Похоже, она женщина с историей.

— Итак, в чем великая тайна? — спросил Кайто.

— Это был бы владелец машины снаружи, — сказала Эрика. — Кажется, он снова исчез от нас.

— Можете ли вы винить меня? — спросил Джейсон из дверного проема. — Я нервничаю и люблю драматические выходы.

Эми и Кайто обернулись с широко открытыми глазами.

— Привет, Кайто, Эймс. Как вы поживаете?

Кайто указал на Джейсона.

— Ты… но… как… почему…?

— Думаю, мы знаем, кто покрасил вертолет, — сказала Эми. — Значит, не мертв?

— Я попробовал смерть, — сказал Джейсон. — Не для меня.

Несмотря на ее легкий голос и легкомысленные слова, лицо Эми было пораженным, ее глаза сканировали Джейсона, каталогизируя изменения в мальчике, которого она помнила.

— Почему бы нам всем не сесть? — предложил Кен.

* * * После того как Джейсон рассказал остальной части своей семьи по сути то же самое, что Хиро и Эрике, он оставил их одних в гостиной переваривать информацию, а сам вышел на задний двор. Это был тот же задний двор, где он вырос, хотя возникло странное чувство отчуждения. Частично это было из-за его обостренных чувств; он буквально смотрел на свое детское пристанище новыми глазами.

Были также детали, показывающие ход времени. Старый, ветхий забор был снесен и заменен, хотя он догадывался, что это сделал его отец. Беседку снесли и отстроили заново, больше, чтобы лучше соответствовать стилю кулинарных развлечений Эрики.

Лимонное дерево стало больше и проявляло признаки ухода. Эрика явно хотела эти лимоны и потратила время, чтобы способствовать росту фруктов. Цветочный сад, на который их мать всегда настаивала, что найдет время, но никогда не находила, теперь стал садом трав. Патио-мебель была заменена; их мать покупала ради внешнего вида, тогда как Эрика и Иан выбрали комфорт. Деревянные и тканевые складные стулья были немного нелепыми, но на них было приятно сидеть.

Он чувствовал свою семью внутри дома. Их эмоции практически кричали через их ауры. Было много замешательства и немалая доля подозрений, в основном от Эрики и Эми. Они были самыми умными и знали его лучше всех; они сразу поняли, как много он скрывает, не то чтобы он делал какие-то большие попытки продать подлинность своей истории.

Первым, кто вышел на улицу, чтобы присоединиться к Джейсону, был Кайто. Они оба заняли складные шезлонги, и долгое время никто не говорил.

— Это был подлый ход с моим вертолетом, — сказал Кайто, наконец нарушив тишину.

— Тебе не нравится желтый? — спросил Джейсон.

— Не это. Разыграть так, что моей жене пришлось объяснять мне. Напомнить мне обо всем, что у тебя и у нее общего.

— Ты слишком много читаешь между строк.

— Нет, не читаю, — сказал Кайто. — Я знаю, как ты думаешь, и ты думаешь, что я увел ее у тебя.

— Раньше думал, Кай. Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что я подталкивал столько же, сколько ты тянул, но это не делает то, что ты сделал, правильным.

— Нет, — признал Кайто. — Не делает. Джейсон, эта штука будет висеть над нами всю нашу жизнь?

— Да, брат, будет, — сказал Джейсон. — Помни, что одна из вещей, которые у тебя и Эми есть общего, — это то, что вы работали вместе, чтобы вырвать сердце из моей груди и переехать его школьным автобусом.

— Мы могли бы сделать все лучше, — сказал Кайто. — Но это всегда было бы плохо. Мне жаль, Джейсон.

— Никого не волнует, если парень, который ударил их в спину, сожалеет, Кайто. Их волнует, что их ударили в спину.

— Ты хоть знаешь, как подавленно она себя чувствовала с тобой?

— Да, — неловко признал Джейсон. — Мне потребовалось больше времени, чем следовало бы, но да.

— Не было хорошего способа, как это могло бы пройти.

— Поэтому ты решил выбрать худший способ? Спасибо за это.

Кайто вздохнул и поднялся на ноги.

— Я надеялся, что твое возвращение с того света означает, что мы сможем… не знаю. Двинуться дальше.

— Мы можем, — сказал Джейсон, тоже вставая. — Но я ждал шесть лет, чтобы сказать эти вещи, Кай, и думаю, может, ты ждал их услышать. Я, наверное, скажу их снова. На самом деле, подозреваю, что буду своего рода задницей по этому поводу.

— Пока ты остаешься, чтобы сказать их, я буду слушать. — Кайто протянул руку. Джейсон пожал ее.

— Тогда я пойду жаловаться жене, — добавил Кайто.

— О, ты придурок.

— Наверное, я тоже буду своего рода задницей, — сказал Кайто.

Кайто вернулся внутрь, обменявшись взглядом с Кеном, который проходил мимо него, выходя. Джейсон не уделял много внимания чтению эмоций через ауры и не смог прочитать сложное взаимодействие между двумя мужчинами, переданное через этот короткий взгляд.

Кен заключил сына в еще одни долгие объятия.

— Мне жаль, что я не противостоял твоей матери больше, — сказал он.

— Все в порядке, пап.

— Нет, — сказал Кен, отстраняясь, чтобы положить руки на плечи Джейсона и посмотреть сыну в глаза. — Моей работой было держать семью вместе, а я позволил тебе быть вытесненным.

— Пап, ничего из этого не было легко, и мы все совершали ошибки.

— И моей работой было подняться над ними, чего я не сделал.

Кен провел пальцами по шрамам сына, рассекающим одну бровь и оставляющим безволосую линию в бороде.

— Ты в порядке? — мягко спросил Кен.

— Честно? — сказал Джейсон. — Нет.

Джейсон снова сел, пока Кен занял стул, освобожденный Кайто.

— Я не тот человек, которым хочу быть сейчас, — сказал Джейсон. — Я делал вещи. Со мной делали вещи. Я не делаю отличный выбор сейчас и надеюсь, что возвращение домой поможет мне вернуть то, что я потерял по пути.

— Эта наемничья работа, — сказал Кен, подходя к теме, как дрессировщик, пытающийся поймать дикое существо. — Ты видел бои?

— Да.

— Ты… убивал?

— Да, — сказал Джейсон.

— Мы здесь, сынок. Я здесь. Все, что тебе нужно.

Джейсон посмотрел на отца.

— Знаешь, что мне действительно нужно? — спросил он. — Мне нужна большая доза нормальности. Мне нужно, чтобы вещи, из-за которых я раздражаюсь, были такими: мой брат женился на моей бывшей. Мне нужно, чтобы мои проблемы заключались в поиске межсезонных чатни, а мама была неодобрительной и отстраненной. Черт, мне нужно, чтобы Коджи зашел и лицемерно обвинил меня в том, что я «банан». Он все еще в городе?

— Твой кузен? Конечно. Широ купил парк караванов пару лет назад и оставил Коджи управлять этим местом. В основном, в землю.

— Дядя Широ купил парк караванов? Я думал, он весь в этих элитных девелопментах.

— Так и есть, — сказал Кен.

— О, — сказал Джейсон. — Он собирается заменить парк караванов кучей модных домов для отдыха? Попытаться превратить Касселтон-Бич в следующий Касл-Рич?

— Почти. Снобистские руки твоей матери приложились к этому проекту.

Джейсон вздохнул. — Мне придется сказать маме, что я вернулся.

— Эрика сказала, что она должна была быть здесь, — сказал Кен. — Конечно, она слишком занята для своего сына, который вернулся с того света.

— Справедливости ради, она не знает, что это было об этом.

— Эрика сказала, что говорила ей, как это важно, — сказал Кен. — Но, конечно, нет ничего важнее того, чем занимается твоя мать в любой момент времени.

— Мне жаль, что вы с мамой развелись, пап. Я знаю, что я был катализатором.

— Это не твоя вина, Джейсон. Твоя смерть просто вывела на поверхность то, что назревало долгое время.

Кен встал со стула.

— Не хочу просто жаловаться на твою мать все время, так что позволю кому-то другому взять свою очередь.

— Времени хватит, — сказал Джейсон. — Я планирую задержаться надолго.

— Много времени, чтобы навалить той нормальности, которую ты ищешь, — сказал Кен. — И я буду, поверь мне. Люблю тебя, сынок.

— Люблю тебя, пап.

Эрика вышла и заняла освобожденное Кеном место рядом с Джейсоном, пока Кен вернулся внутрь.

— Как с папой?

— Хорошо, — сказал Джейсон.

— Он жаловался на маму?

Джейсон просто усмехнулся.

— Можешь ожидать этого много, — сказала Эрика.

— Он в порядке?

— Никто из нас не был в порядке после твоей смерти. Он винил себя за то, что ты не вернулся после Эми и Кайто. Не так сильно, как винил маму, но все же.

— Я хотел бы, чтобы все сложилось не так, как сложилось.

— И ты нашел джинна, исполняющего желания, в пустыне, да? Или ты просто ноешь о вещах, которые не можешь изменить?

— Это был не джинн, — сказал Джейсон. — Слишком далеко на юг. К тому же, настоящие джинны не исполняют желания. Они, по сути, просто элементальные духи с гипертрофированным чувством собственной важности, насколько я слышал.

— О, смотри; поток абсолютной чепухи, сказанный с полной уверенностью. Ты действительно вернулся. Я все еще не понимаю, почему ты не смог хотя бы дать нам знать, что жив.

— Ты узнаешь, — сказал Джейсон. — Я расскажу тебе все, и скоро.

— Почему не сейчас?

— Потому что то, что я должен рассказать, — это не то, что ты можешь просто принять. Особенно от парня, извергающего абсолютную чепуху с полной уверенностью. Экстраординарные заявления и экстраординарные доказательства, знаешь ли?

— У тебя есть экстраординарные заявления?

— Ты даже не представляешь. Другое дело, что я просто хочу, чтобы все было нормально. Или настолько близко, насколько я могу получить. По крайней мере, на некоторое время. Прежде чем все начнет становиться странным.

— Знаешь, Джейсон, — сказала Эрика, — я не уверена, что ты достаточно расплывчат и зловещ. Есть шанс, что ты мог бы усилить это?

— Проси, и дано будет тебе, старшая сестра.

— Я на самом деле не имела в виду—

— Перемены грядут, готовы мы или нет, — проинтонировал Джейсон, выпуская немного своей ауры, чтобы добавить веса. — Ты слышала истории о звездном человеке.

— Ты имеешь в виду того парня Звездного Всадника? Это все, что было в новостях несколько дней.

— Люди оглянутся назад и поймут, что это было начало.

— Начало чего? И перестань использовать этот голос. Ты просто нелепый, а не жуткий.

— Тебе придется подождать, пока я покажу тебе, что грядет, — сказал Джейсон своим нормальным голосом. — Ты не поверишь мне, если я просто скажу. Но перемены грядут, Эри.

— Какие перемены? О чем ты говоришь?

— Я говорю обо всем. Все изменится. Мне нужно подготовить семью к этому.

— Джейсон, ты звучишь как сумасшедший.

— Я буду звучать хуже, прежде чем закончу, поверь мне. На сегодня просто отпусти это. Мы будем просто ходить кругами, если ты продолжишь давить.

Эрика застонала.

— Ты боль в моей заднице, ты знаешь это? Даже двадцати четырех часов не прошло, как ты ожил, а я готова убить тебя снова.

— Это уже делали раньше.

— Я знала тебя всю жизнь, Джейсон. Не пытайся отвлечь меня своей чепухой.

— Просто дай мне немного времени, Эри. Пожалуйста.

— Ладно, — сказала она несчастливо. — Нам нужно поговорить об Эми прямо сейчас, однако. Она очень тяжело переживала смерть дяди Джейсона, а то, что я бегала вокруг, играя в теоретика заговора, не помогло. Она наконец вернулась в хорошее состояние, и я не хочу, чтобы она сбилась с пути. Ты знаешь, что академия зачислила ее в их продвинутую программу.

— Конечно, зачислила, — сказал Джейсон, улыбаясь. В его самые жалостливые моменты его острая, как бритва, маленькая племянница была большой частью того, чтобы держать голову, если не над водой, то, по крайней мере, не слишком далеко под поверхностью.

— Как ты хочешь сказать ей? — спросил он.

— Приходи сегодня вечером, на ужин. Мы выгоним толпу, и это будем ты, я и Иан, когда она вернется из дома подруги.

Джейсон встал со стула.

— Тогда я пойду, — сказал он. — Напиши мне время, и я буду здесь.

— Ты еще не закончил, — сказала Эрика. — Есть еще один человек, который не оставался с тобой наедине.

Джейсон перевел взгляд на дом, где он почувствовал, как Эми приближается к задней двери.

— Я не был уверен, что она захочет говорить со мной, — сказал он. — Я не уверен, что хочу говорить с ней.

— Никто не будет притворяться, что эта ситуация легкая, Джейсон. Или нормальная. Но она никуда не денется, так что если ты не собираешься исчезнуть снова, тебе придется встретиться с ней рано или поздно.

— Я никуда не ухожу. У меня здесь есть дела.

— Тогда тебе и Эми придется придумать, как находиться в одной комнате.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Посылай ее.

МАЛЫШКА

МАЛЫШКА

Джейсон стоял на патио, глядя на двор. Он почувствовал ее приближение, но не обернулся.

— Я не была уверена, что это правда ты, — сказала Эми, разговаривая с его спиной. — Остальные еще не понимают, насколько ты другой. Есть физические вещи. Подбородок, очевидно, но борода скрывает это немного. Шрамы. Ты немного выше. Но это не все. Ты двигаешься иначе. Сидишь иначе. Ты не наблюдаешь за окружением так, как раньше. Раньше это было с любопытством, а теперь это что-то другое. Осторожность? Сначала я думала, что ты можешь быть каким-то самозванцем, пытающимся обмануть семью ради денег.

— Но теперь ты знаешь, что это я.

— Да.

Джейсон повернулся к ней лицом.

— Что убедило тебя? — спросил он.

— Ты ранен и зол. Ты можешь говорить о том, чтобы отпустить и двигаться дальше, но это не так просто, правда?

— Нет.

— Мне жаль, что я причинила тебе боль, Джейсон.

— Мне тоже жаль, что ты причинила мне боль. Это одна из тех вещей, правда? Ты не хочешь, но ты чертовски хороша в этом.

— Я знаю, у тебя была Эрика в Мельбурне, но был ли у тебя кто-то для поддержки, пока ты был в отъезде? Ты не очень хорошо справляешься в одиночку, Джейсон.

— У меня есть друзья. Хорошие друзья. Но мне пришлось оставить их позади. Я вернулся так же неожиданно, как и ушел.

— Ты так и не объяснил это нормально, — сказала Эми. — Или вообще. Ты лжешь насчет Африки.

— Все, что я сказал, точно.

— Это не то же самое, что говорить правду.

— Нет, не то, — согласился он.

Она вздохнула.

— Знаешь, ты был не единственным, кто потерял самые важные отношения в своей жизни.

— Я не был тем, кто разрушил их, — сказал он.

— Ты сделал свою часть, — парировала она. — Ты слишком умен и интроспективен, чтобы не понять это к настоящему времени.

— Уход от меня я понимаю, — сказал он. — Но то, как ты это сделала? Ты знала меня лучше всех. У тебя были знания и инструменты, чтобы причинить мне боль сильнее, чем кто-либо другой мог бы. И ты использовала их.

— Я говорила себе, что это должен быть чистый разрез, — сказала она. — Что если я не положу этому конец тщательно, то там всегда будет что-то.

— Это не было чисто, — сказал Джейсон. — И там всегда будет что-то.

— Я знаю, — сказала она. — Мы оба причинили друг другу боль, когда это было противоположностью того, чего мы хотели. После того как ты умер, мы с Кайто много говорили о том, что мы сделали. Тебе.

— Мне было не просто больно, Эми. Поверь тому, кто был разрушен больше одного раза; если ты хотела тщательно, ты получила именно то, к чему стремилась.

— Что с тобой случилось, Джейсон?

— Ты, помнишь?

— Я не платила за ту сумасшедшую машину на подъездной дорожке. Где ты делаешь такие деньги?

— Я работал.

— Как частный охранник, ты сказал. Ты нашел золото в пустыне или что-то в этом роде?

— На самом деле, да.

— Ты никогда не лгал мне раньше.

— Я до сих пор не солгал.

— Тогда почему ты все еще скрываешь? Ты можешь говорить о примирении сколько угодно, но я вижу гнев в этих глазах. Ты кипишь от него.

Джейсон снова отвернулся.

— Мой гнев может причинить боль людям, Эми.

— Правда? Ты теперь Невероятный Халк?

У Джейсона был отличный контроль ауры. Был только один человек, который мог заставить его потерять его настолько, чтобы она вспыхнула. Эми пошатнулась назад. Он быстро сдержал ее; он должен чувствовать больше сожаления, чем испытывал. Он обернулся и увидел, что она смотрит на него со страхом.

— Что это было? — спросила она.

— Я сказал тебе, что мой гнев может причинить боль людям. Это не метафора, Эми.

Он зашагал в дом.

* * * Кит постучал в открытую дверь, появившись в дверях кабинета Анны.

— Что я тебе говорил? — спросил он.

— Они согласились? — спросила Анна, поднимаясь из-за стола.

— Комитет предварительно одобрил начало предварительных переговоров с Асано.

— Предварительные, предварительные переговоры? — спросила Анна. — Ты не хочешь уточнить это еще больше?

— Серьезно, Анна, — устало сказал Кит. — Учись принимать победу.

— А как насчет Миранды?

— Она была громким голосом, но также и одиноким. Есть причина, по которой никто другой не высказался на том заседании.

— Да, потому что подстраховка — это всегда признак решительного лидерства.

— Хорошая работа с байкерским спином, — сказал Кит, твердо меняя тему. — Заставить комиссара полиции штата начать говорить о борьбе с наркотиками было солидным ходом. «Наркотический байкерский беспредел» — хороший звуковой фрагмент.

— Разжигание реакционных настроений по поводу употребления наркотиков может быть не очень хорошо для общества, — сказала Анна, — но это определенно помогает нам прямо сейчас. Кабал активизировался в этом вопросе и в значительной степени убрал свой собственный беспорядок. Крейг Вермиллион действительно убедил их, что Асано представляет собой возможность, и они знают, что их отношения с Асано вылетят в трубу, если мы поставим его на военную тропу.

— Думаю, возможность, которую он представляет, — это то, что вывело нас на вершину, — сказал Кит. — Когда смотришь на то, что он сделал с нашим французским гостем, ясно, что его устранение обойдется нам дорого. Наоборот, это означает, что он потенциально — сокровищница.

— Как идут дела с Лионским отделением?

— Медленно. Они не зашли дальше признания, что у них есть кто-то, где-то под стражей. Они отказываются говорить кто или почему, несмотря на то, что мы знаем. Ты получила что-нибудь от француза?

— Он не говорит. Никаких сюрпризов.

— Можешь действовать жестче?

— Мне не нужны ограничения Международного комитета, чтобы знать, что нельзя пытать людей, Кит. Допрос работает; просто нужно время. Прямо сейчас он все еще ждет, что его отделение вернет его. Как только он поймет, что мы не собираемся возвращать его в ближайшее время, сомнения начнут просачиваться. Когда мы заставим его пойти на контакт, мы на пути. Мы не собираемся возвращать его в ближайшее время, верно?

— Определенно нет. Мы выжимаем из этой фиаско все, что можем. Лионское отделение на самом деле предлагает некоторые щедрые уступки; они действительно хотят, чтобы мы перестали спрашивать об их заключенном.

— Пожалуйста, скажи мне, что комитет не собирается отдавать его, не надавив на Лионское отделение по поводу их пришельца.

— Не отдадут. Они поняли, насколько важны пришельцы.

— Я не уверена, что поняли. Что кто-либо из нас понял, если уж на то пошло. У меня была команда, которая составила досье на все, что у нас есть по пришельцам. Я перешлю его тебе, но суть в том, что Сеть, возможно, собирается пройти через крупнейшее изменение с тех пор, как проявления начали обостряться более века назад.

— Это уже происходит, — сказал Кит. — Мы держали крышку на этом инциденте, но рано или поздно магия выйдет в публичное поле. Как только мы раскрылись правительствам, это было лишь вопросом времени.

— Что произойдет, когда это действительно прорвется? — спросила Анна. — Я знаю, что есть планы.

— Да, но ты знаешь, что говорят о планах, — сказал Кит. — Мне все равно не разрешено делиться ими ниже уровня комитета. Это верно для каждого отделения.

— Ты думаешь, Миранда придерживается этого?

— Это ее ошибка, — сказал Кит. — Тебе нужно сосредоточиться на том, чтобы расколоть француза, Себастьяна, и на заключении какого-то соглашения с Асано. Очевидно, он не присоединится к нам после того, что случилось.

— Может, мы сможем объединить наши проблемы, — сказала Анна. — Готова поспорить, что Асано произвел впечатление, так что, может, мы посадим их в одну комнату.

— Себастьян знает, что Асано сбежал от его людей?

— Нет.

— Так что, если Асано войдет к нему, ни с того ни с сего…

— Это может дать ему толчок, который мы сможем использовать, — заключила Анна. — Нам просто нужно убедить Асано, что он может войти сюда без того, чтобы мы захлопнули ловушку. Итак, кто будет вести переговоры?

— Ты и я, плюс правительственный связной.

Анна застонала.

— Я знаю, — сказал Кит.

— Офис премьер-министра давил на нас, чтобы мы отправили француза домой. Я так ненавижу это правительство. Нет такого иностранного интереса, перед которым они не падали бы ниц, чтобы капитулировать. Если бы они увидели повтор 'Алло, 'алло!, они бы попытались провезти секретные планы французам, спрятанные в сосиске.

— Повтор чего? — спросил Кит.

— Неважно.

— Также, Глэдис, — сказал Кит. — Она пробилась в это, и комитет не хочет давать отпор. Они знают, что Брисбенское отделение снова пытается переманить ее.

— Когда мы встречаемся с Асано, тогда?

— Я уже связался с Вермиллионом, — сказал Кит. — Он назначит время для нас, потом мы поедем вверх по побережью. Он живет в каком-то маленьком пляжном городке, что может быть мило.

— Мы даем ему преимущество домашнего поля?

— Если только ты не хочешь встретиться с ним на своей кухне снова.

* * * Иан и Эрика наблюдали в окно, как Джейсон заезжает на своем нелепом черном спортивном автомобиле на подъездную дорожку.

— Это его машина? — спросил Иан, когда вертикально открылась дверь типа «крыло чайки» со стороны водителя и Джейсон вышел.

— Он слишком молод для кризиса среднего возраста, — сказала Эрика.

— Как думаешь, сколько она стоила?

— Без понятия.

— И он частный охранник? — спросил Иан. — Полагаю, стрелять в смуглых людей для американцев прибыльно. Это кажется странным. Джейсон всегда был таким прогрессивным.

— Он также был бедным, — сказала Эрика. — Я люблю этого парня, но он всегда был лучше в удержании идеалов, чем в том, чтобы соответствовать им.

Они встретили Джейсона у двери и впустили его.

— Как ты позволил себе эту машину? — спросила Эрика без предисловий.

— Стреляя в смуглых людей для американцев, — сказал он, входя в фойе. — Разве ты не помнишь, каким бедным я был?

Эрика и Иан обменялись удивленным взглядом, проходя внутрь. Они направились на кухню, где Иан начал заваривать чай.

— Ты вовремя, — сказала Эрика Джейсону.

— Тебе не обязательно звучать удивленно.

— Я как бы должна.

— Эми еще не дома, — сказал ей Иан.

— Я знаю, — сказал Джейсон.

— О, знаешь, да? — спросила Эрика. — Как это, именно?

— Таинственным образом, — сказал Джейсон. — Я теперь очень таинственный.

— Вот как?

— Ты думаешь, нет?

— Я думаю, тебе стоит рассказать нам, чем ты занимался все это время, — сказала Эрика. — Ты понятия не имеешь, через что я прошла, когда думала, что ты умер. Люди явно лгали, и был какой-то сумасшедший заговор. Я думала, что схожу с ума.

— Она становилась немного беспорядочной, — согласился Иан.

— Вам больше не нужно об этом беспокоиться, — сказал Джейсон. — Теперь, когда я вернулся, я не позволю никому так с вами обращаться.

— Мне не нужна твоя защита, Джейсон, — сказала Эрика. — Я хочу знать, что происходит, чтобы я могла защитить свою семью сама.

— Ты узнаешь, — сказал Джейсон. — Считай это предупреждением, однако; как только я расскажу, пути назад не будет.

— Что это значит?

— Это значит, что когда я расскажу вам все, все изменится. Это перевернет ваши самые фундаментальные представления о мире, в котором вы живете.

Эрика прищурилась на Джейсона. — Ты вступил в секту?

— Конечно, нет.

— Ты уверен?

— Я не вступал в секту, Эрика.

— Ты говоришь немного как кто-то, кто вступил в секту, — сказал Иан. — Было бы логично, что ты отсутствовал так долго. Секты любят изолировать людей от их сетей поддержки, пока происходит индоктринация.

— Я не вступал в секту, — настаивал Джейсон.

— Значит, ты все еще атеист? — спросила Эрика.

— Не… как таковой, — признал Джейсон.

— Ты вступил в секту, — сказала Эрика.

— Я не вступал в секту!

— Это действительно звучит так, будто ты вступил в секту, — сказал Иан.

— Я не вступал в секту. Я не атеист, потому что встретил…

Джейсон осекся, издав разочарованный вздох.

— Слушайте, выделите день, — сказал он. — Убедитесь, что Эми пристроена, и у вас нет других обязательств. Я расскажу вам все. Потребуется время, чтобы пройти через это, и еще больше, чтобы переварить. Я не шучу, Эрика. Это изменит вашу жизнь.

— Ты собираешься объяснить, почему ты говорил об этом звездном человеке в новостях? — спросила Эрика.

— Да, — сказал Джейсон. — Я объясню все. Отвечу на каждый вопрос.

— Твои друзья-сектанты будут там?

Джейсон спрятал лицо в ладонях.

— Мне следовало выбросить этот глупый жетон, — пожаловался он.

* * * Эрика и Иан наблюдали в окно, как Эми высаживает мать ее подруги. Она оглядела черную машину на подъездной дорожке, обойдя ее по кругу, прежде чем направиться к двери.

— Чья это машина? — спросила она родителей.

— Нам нужно поговорить с тобой, — сказал ей Иан, и семья направилась в гостиную. Они сели на диван, Эми посередине, с родителем по обе стороны.

— Вы двое ведете себя странно, — сказала Эми. — Так вы рассказывали мне о дяде Джейсоне. Кто-то умер?

— Нет, — сказал Иан с усмешкой. — Ничего подобного.

— На самом деле, это как бы наоборот, — сказала Эрика.

— Кто-то ожил? — спросила Эми.

— Все еще острая, как бритва, — сказал Джейсон, появляясь в дверях гостиной. Эми замерла, глядя на него несколько секунд. Затем она рванулась вперед, как будто ее выстрелили из ракеты, Джейсон присел, чтобы поймать ее в огромные объятия.

— Привет, Малышка, — сказал он, взъерошив ее волосы.

Прошло много времени, прежде чем она отпустила его. Наконец, она отступила, чтобы критически осмотреть его, держа обе его руки в своих.

— Ты выглядишь иначе, — сказала она.

— Я другой.

— Ты делал какую-то операцию? — спросила она, отпуская одну руку, чтобы экспериментально потыкать его в подбородок.

— Я не делал никаких операций, — последовал его возмущенный ответ.

— Должно быть, оптическая иллюзия из-за бороды, — сказала она. — Откуда шрамы?

— Я делал вещи, которые определенным людям не нравились, — сказал Джейсон. — Они делали вещи, которые мне не нравились.

— Они причинили тебе боль?

— Да.

— Ты причинил им боль в ответ?

— Их поймали и наказали местные власти, — сказал Джейсон.

— Это твоя машина снаружи?

— Хочешь покататься? Если твои родители скажут, что это нормально.

Эми повернулась, чтобы посмотреть на родителей, которые переглянулись, прежде чем кивнуть.

— Недолго, — сказала Эрика. — Вернись к ужину.

ВСЕГДА ГОВОРИ ПРАВДУ, ЕСЛИ МОЖЕШЬ ВЫЙТИ СУХИМ ИЗ ВОДЫ

ВСЕГДА ГОВОРИ ПРАВДУ, ЕСЛИ МОЖЕШЬ ВЫЙТИ СУХИМ ИЗ ВОДЫ

Джейсон вывел на удивление послушного ребенка на улицу, и они сели в его машину. Эми вытаращилась на двери типа «крыло чайки» и элегантный салон. Она еще больше удивилась, когда машина тронулась с места, хотя Джейсон даже не коснулся руля. Долгое время они ехали молча, Эми задумчиво наблюдала за Джейсоном. Она крепко сжимала одну из его рук.

— Почему ты ушел, ничего нам не сказав? — наконец спросила она.

— У меня не было выбора, — ответил он.

— Тебя что, похитили?

— Не совсем, но что-то вроде того.

— Теми людьми, что сделали это с твоим лицом?

— Нет, — сказал он. — Это были другие.

— Где ты был?

— В Африке.

— Кто-то похитил тебя и увез в Африку?

— Типа того.

— И ты не мог связаться с нами все это время?

— Нет.

— Мне двенадцать, а не пять. Ты правда ждешь, что я в это поверю?

— Поверишь, — сказал он. — Когда услышишь всю историю целиком.

Она снова замолчала, и прошло некоторое время, прежде чем она заговорила снова. Когда она это сделала, ее голос был почти шепотом.

— Почему ты позволил мне думать, что ты умер?

Он посмотрел на ее лицо, когда она вытирала влагу с глаз тыльной стороной ладони.

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, — сказал он. — Если бы у меня был выбор, я бы никогда не позволил этому случиться.

— У мамы был период увлечения теориями заговора, — сказала Эми. — Похоже, она все-таки была не такой уж сумасшедшей.

— Я слышал об этом.

— Дядя Джейсон, что ты от меня скрываешь?

— Много чего, — сказал Джейсон. — Мне многое нужно тебе показать.

— Ты ходишь вокруг да около, — обвинила она.

— Знаешь, ты страннее меня, верно? Как тебе может быть двенадцать? Ты словно реинкарнация какой-то хитрой старушенции.

— Дядя Джейсон…

— Да, я хожу вокруг да около. Ты правда хочешь знать?

— Конечно, хочу.

— Ладно, — сказал он. — А что, если я скажу тебе, что магия существует?

— Это бред, — сказала она.

— Согласен, — ответил Джейсон. — А что, если я скажу, что это правда, несмотря ни на что?

— Тебе понадобятся убедительные доказательства, — сказала Эми. — Вес доказательств для экстраординарного утверждения должен быть пропорционален его странности.

— Ты цитируешь Лапласа? Не могла бы ты выбрать Сагана и хотя бы притвориться, что ты не умнее меня?

— Хватит увиливать, дядя Джейсон, — сказала она. — Мне нужно объяснение получше, чем «магия».

— Или доказательства, пропорциональные странности, верно?

— Если бы ты мог доказать, что магия реальна, ты бы заработал миллионы долларов и был бы во всех новостях.

— Я заработал миллионы долларов и был во всех новостях, — сказал Джейсон.

— В новостях уже несколько дней только и говорят, что о том случае в Сиднее.

— Ага, — согласился Джейсон.

Она прищурилась, глядя на него, и в этот момент стала пугающе похожа на свою мать.

— Ты хочешь сказать, что ты — Звездный Ангел? — спросила Эми.

— Я предпочитаю «Звездный Всадник», — сказал Джейсон. — У «Ангела» есть подтекст, который мне не совсем по душе.

Тень остановилась, и двери открылись. Они доехали до Касл-Блафф, и Тень припарковалась у впечатляющей смотровой площадки на побережье. Джейсон вышел, Эми последовала за ним. Хотя на Среднем Северном побережье зимы были мягкими, вокруг никого не было, так как день клонился к вечеру. Эми взяла его за руку, и они сели на одну из общественных скамеек, установленных на смотровой площадке. Солнце опускалось низко у них за спиной, окрашивая небо над Тихим океаном в насыщенный пурпурный цвет.

— Ты веришь в магию, Эми?

— Конечно, нет. Ты стал странным, дядя Джейсон.

Джейсон глубоко вздохнул, чтобы собраться с духом.

— У меня есть секреты, — сказал он. — Секреты, о которых я еще не рассказывал твоим родителям. Я расскажу, но думаю, что ты справишься с ними немного лучше, чем они. Посмотри на мою машину.

Они обернулись на скамейке, чтобы посмотреть на машину.

— Сворачивайся, Тень.

Машина взорвалась вихрем тьмы, который накрыл ее и исчез в тени Джейсона. Эми вскочила на ноги, дико переводя взгляд с Джейсона на то место, где только что была машина. Она подошла туда, ощупывая воздух руками, осторожно ступая по пространству, которое та только что занимала.

Когда она обернулась к Джейсону, он был облачен в свои боевые одежды, его плащ со звездным светом сиял, а рядом стоял огромный темный мотоцикл. Он откинул капюшон, открывая лицо.

— Это ты, — сказала Эми.

— Это я, — подтвердил Джейсон.

— Как?

— Магия.

— Магия нереальна.

— Это разумная позиция при отсутствии доказательств обратного, — сказал Джейсон.

Эми осторожно подошла ближе, разглядывая его. Его плащ сиял звездным светом, а на бедре висел меч. Она провела пальцами по коже змеи на его одежде, качая головой.

— Звездный Ангел мог исцелять людей, — сказала она.

— Да.

— Ты можешь исцелять людей?

— Да.

— А как насчет прабабушки?

Когда он в последний раз видел свою бабушку по материнской линии, у нее были ранние стадии болезни Альцгеймера. Мать Джейсона поместила ее в невероятно дорогой частный пансионат в Касл-Рич.

— Она все еще в «Гарден-Шорс»?

Эми кивнула.

Джейсон вызвал портальную арку, снова напугав Эми. Он протянул руку и взял ее за руку.

* * * «Гарден-Шорс» был дорогим пансионатом для престарелых с обширным штатом сотрудников и современным медицинским оборудованием. Несколько больших коттеджей расположились среди раскидистого сада с местными растениями, вдоль живописной береговой линии с отвесными скалами. Позади них находились различные здания для администрации и других служб.

В уединенной части сада, в роще эвкалиптов, по земле пролегла полоса тени. Из тени поднялась арка из глянцевого обсидиана, и тьма заполнила ее. Через некоторое время Джейсон и Эми вышли из темной арки, ее рука сжимала его в мертвой хватке. Она огляделась широко открытыми глазами, прежде чем согнуться пополам от тошноты.

— Это пройдет, — сказал Джейсон. — Большинство людей тошнит в первый раз.

— Я в порядке, — сказала Эми, выпрямляясь, хотя выглядела бледной. Та же стойкость, которая заставляла ее обожать аттракционы в парках развлечений, помогла ей пережить первое знакомство с пространственным перемещением. Она снова перевела взгляд на окружающую обстановку, а затем сразу же начала ходить, трогая траву и деревья.

— Это не голодек, Эми, — сказал Джейсон с весельем в голосе. — Мы действительно здесь.

— Это в тридцати километрах отсюда, — сказала она.

— Ага.

— Ты меня опоил?

— Ты думаешь, я тебя опоил?

— Получить дозу чего-то, что делает меня внушаемой и отключает на достаточное время, чтобы привезти сюда — это более правдоподобно, чем магические силы. Галлюциногены имеют больше смысла, чем исчезновение твоей машины, а тошнота может быть побочным эффектом наркотиков.

— Я прошел через то же, через что проходишь ты сейчас, — сказал Джейсон. — Скептический ум, как оказалось, не очень хорошо справляется с по-настоящему невероятными вещами.

— Ты жалуешься, что я недостаточно доверчива?

— Вовсе нет. Тебе предстоит столкнуться со множеством странностей, и отличать реальное от нереального будет только сложнее.

— Так почему я должна верить, что это не наркотики?

— Подумай о своих собственных мыслительных процессах. Они ясные, четкие и аналитические. Что странно, ведь тебе двенадцать. Разве ты не должна быть одержима бойз-бэндом, видеоиграми или чем-то в этом роде?

— Только потому, что ты был примитивным в двенадцать лет, не значит, что остальные из нас должны быть такими же, дядя Джейсон.

— Меня «делает» человек, который не может дотянуться до верхней полки, — в шутку пожаловался он. — Обожаю этот день.

— К делу, дядя Джейсон.

— Точно, да. Твои мысли. Ясные, аналитические. Признаю, это субъективная точка зрения, но если бы ты была под воздействием таких наркотиков, которые делают невозможное возможным, то твоя голова не была бы такой ясной.

— Ты изолировал меня, — сказала Эми. — Убрал любые сравнительные точки зрения, чтобы было с чем сомерять.

— Хорошее замечание, — признал Джейсон. — Изначально я собирался показать все это твоим родителям, но думаю, что мы с тобой можем показать им вместе. Ты можешь мне помочь.

— Ты правда не рассказывал маме и папе?

— Единственные из семьи, кто знает — это ты и твой двоюродный дедушка Хиро. Пойдем, навестим бабушку. Я давно здесь не был, так что мне нужно, чтобы ты сказала мне, какой из этих коттеджей — ее.

Эми пошла вперед, ведя Джейсона за руку.

— Мама не позволяет мне часто видеться с прабабушкой, — сказала Эми, оглядываясь по сторонам, чтобы сориентироваться в вечерних сумерках. Она не проявляла нервозности, если не считать того, как крепко она сжимала его руку. Джейсон чувствовал ее тревогу при мысли о состоянии прабабушки через ее ауру.

— Ей стало совсем плохо, — сказала Эми. — Обычно она думает, что я — мама или бабушка, когда они были маленькими.

Джейсон кивнул. Он видел лишь ранние стадии, но поддерживал переписку по электронной почте, когда уехал в университет. Со временем ее письма становились все более бессвязными, а потом и вовсе прекратились. Он почувствовал уколы стыда из-за того, что позволил своей горечи и жалости к себе помешать ему вернуться домой, чтобы навестить ее, когда она больше всего в этом нуждалась. Он задался вопросом, не поэтому ли он привел сюда Эми, несмотря на неприятности, которые это неизбежно вызовет.

— На самом деле, — сказал Джейсон, останавливаясь. — Прежде чем мы пойдем к бабушке, мне нужно сделать звонок.

Телефон Джейсона лежал в одежде, которую он сменил на боевое облачение, чтобы впечатлить племянницу, и ему пришлось доставать его из инвентаря. Как только он это сделал, телефон пискнул, оповещая о сообщениях от сестры.

— Пропущенный от твоей мамы, — сказал Джейсон, даже когда телефон Эми начал звонить. — Полагаю, это она.

Эми кивнула, доставая телефон, а затем протянула его Джейсону.

— О, да ладно, — сказал Джейсон.

— Ты ответственный взрослый, — сказала Эми.

— Это говорит девочка, которой двенадцать, а ведет себя на сорок, — сказал Джейсон, принимая телефон. — Эрика, привет.

— Пора возвращаться, Джейсон. И еще, ты дал мне фальшивый номер? Когда я пыталась тебе позвонить, говорили, что твой телефон вне зоны доступа.

— Думаю, мы проезжали через туннель. Нам нужно сделать одно дело, прежде чем мы вернемся.

— Какой туннель?

— О, вот опять этот туннель.

— Здесь нет никаких туннелей.

Джейсон повесил трубку и вернул телефон Эми.

— Ты плохой человек, — сказала ему Эми.

— Я предпочитаю «непослушный», — сказал Джейсон. — Это сексуальнее.

— Дядя Джейсон, мне двенадцать.

— Прости. Я имею в виду, у тебя же был тот самый разговор, верно?

— Да. Перестань быть пошлым.

— Прости.

Он взял свой телефон и набрал номер, который дал ему Крейг.

— Асано? — ответила Анна.

— Добрый день, — сказал Джейсон. — Ты предпочитаешь Аннабет или Анна? Я буду называть тебя Анна. Анна, я здесь со своей племянницей и подумал, что ты хотела бы быть в курсе.

— Насчет твоей племянницы?

— Нет, насчет исцеления болезни Альцгеймера у моей бабушки. Я подумал, может, ваши ребята захотели бы это прикрыть, чтобы не было такой шумихи, как в прошлый раз.

На другом конце линии воцарилась тишина.

— Анна?

— У тебя есть хоть какое-то представление о том, сколько у меня проблем из-за того, что ты только что сказал?

— Звучит так, будто ты хочешь выругаться, но у меня включена громкая связь, а моей племяннице двенадцать, так что тебе, наверное, не стоит.

— Что?

— Это пансионат «Гарден-Шорс», недалеко от Касл-Рич. Спасибо, Анна.

Джейсон повесил трубку, прервав гневную тираду на другом конце.

— Кто это был? — спросила Эми.

— Знаешь «Людей в черном»? — спросил Джейсон. — Это были они. Ну, «Люди в черном» в реальности.

* * * Они обошли здание администрации, когда Эми повела их к коттеджу, где жила бабушка Джейсона по материнской линии. Джейсон приглушил свой плащ до черного цвета и время от времени накидывал его на Эми, когда мимо проходил кто-то из персонала.

— Как они нас не увидели? — прошептала Эми, наблюдая, как пара санитаров везет корзину с бельем в хозяйственный блок.

— Мой плащ делает нас менее заметными в тенях, — сказал Джейсон. — С помощью магии.

Они подошли к двери. Джейсон достал маленький хрустальный ключ, одно из одноразовых устройств для открывания, которые он делал для работы с обычными замками и замками железного ранга.

— Посмотрим, сработает ли это, — сказал он, приложив его к считывателю карт на двери. Ключ испарился в воздухе, и красный свет сменился на зеленый. Джейсон слегка толкнул дверь. Он взглянул на Эми, которая смотрела на то место, где исчез ключ.

— Это многое, чтобы осознать, правда? — тихо сказал он. — Просто будь благодарна, что никто не пытается тебя съесть.

— Что?

— Я расскажу тебе об этом позже, — сказал Джейсон, заводя ее внутрь.

Эми замедлила шаг, и Джейсон подстроился под нее, все еще ободряюще держа ее за руку. В комнате было темно, и Джейсон осветил ее звездами на своем плаще, вместо того чтобы включать свет. Бабушка Джейсона сидела в темноте, глядя остекленевшими глазами. Она никак не отреагировала на их присутствие, и Эми спряталась за спину Джейсона. Он посмотрел на племянницу.

— Как только я это сделаю, мы немедленно уйдем, хорошо? Мы не хотим оставаться здесь, чтобы отвечать на вопросы.

Эми кивнула.

— Ты готова к этому? — спросил он.

Она снова кивнула.

— Ты уверена?

— Давай, дядя Джейсон.

— Ладно, — сказал он. — Поехали.

Он поднял руку в сторону бабушки.

— Накорми меня своими грехами.

Глаза Эми округлились, как фары, когда слабая красная жизненная сила вышла из старушки в кресле, и в ней зароились неприятные цвета. Загрязняющие цвета вытекли потоком, который переместился через комнату в руку Джейсона, выливаясь из нее в него, пока красное свечение ее жизненной силы не стало чистым, даже немного более крепким, чем прежде.

* Вы очистили все случаи заболевания [Болезнь Альцгеймера] у [Гленда Поттсворт]. * Вы очистили все случаи заболевания [Артрит] у [Гленда Поттсворт]. * Вы очистили все случаи заболевания [Рак печени] у [Гленда Поттсворт].

* Ваша выносливость и мана были восстановлены. * Выносливость и мана не могут превышать нормальные максимальные значения. Избыток выносливости и маны теряется.

* Очищение недугов активировало [Пожиратель грехов]. Вы получили экземпляр [Сопротивление] и [Целостность] за каждый случай очищенного недуга.

Бабушка Джейсона посмотрела на него затуманенными глазами, которые видели лишь фигуру, окутанную тьмой, но сверкающую звездами, словно перед ней стояло ночное небо. Джейсон достал зелье исцеления, шагнул вперед и запрокинул ее не сопротивляющуюся голову, чтобы влить зелье ей в рот. Убедившись, что она проглотила его, он схватил Эми за руку и быстро вывел ее наружу.

Эми все еще была ослеплена магическим световым шоу, двигаясь оцепенело, позволяя дяде вести ее. Она не сопротивлялась, когда Джейсон посадил ее на пассажирское сиденье в форме машины Тени. Он сел за руль, но позволил Тени везти их прочь. Они пробыли там достаточно долго, чтобы способность Джейсона к порталам вышла из отката, но Джейсон хотел дать Эми время осмыслить все во время поездки. Как оказалось, он уже жалел, что позволил ей увидеть так много и так быстро.

— Что это была за штука, которую ты ей дал? — спросила Эми спустя долгое время.

— Зелье исцеления, — сказал Джейсон. — Я убрал болезнь Альцгеймера, но понятия не имею, какой ущерб она нанесла ее мозгу. Я не уверен, сколько она восстановит после исцеления. Я не могу быть уверен, какими будут результаты.

Эми снова замолчала, и Джейсон оставил ее в покое.

— Что мне сказать маме и папе, где мы были?

— Что мы ездили в Касл-Блафф, а потом навестить бабушку, — сказал Джейсон. — Всегда говори правду, если можешь выйти сухим из воды.

ОСМОТРИТЕЛЬНОСТЬ — ХОРОШАЯ ИДЕЯ

ОСМОТРИТЕЛЬНОСТЬ — ХОРОШАЯ ИДЕЯ

Эрика приготовила простой ужин из салата, тартифлета и пахтового пирога. Тартифлет — это запеканка из картофеля, бекона, лука и сыра, которая отлично согревает зимой. Они сидели за столом немного неловко, обходя стороной тему таинственного возвращения Джейсона к жизни.

Джейсон и Эрика выросли с жесткими правилами матери о том, чтобы не приносить конфликты за обеденный стол. Хотя Джейсон никогда не видел правила, которое не нарушил бы просто из вредности, в данном случае это ему помогло. Он с радостью расспрашивал Эми о ее жизни после переезда из Мельбурна в Касселтон-Бич. Это было полной противоположностью его собственного пути.

— Мне нравится здешняя погода, — сказала она. — Летом дождей больше, чем зимой, что странно. Хотя тот дождь, что был на прошлой неделе, был очень сильным.

Джейсон рассеянно задался вопросом, не повлияло ли его прибытие на погодные условия. Клайв смог бы это выяснить.

— Ты в порядке, дядя Джейсон? — спросила Эми, прочитав его выражение лица.

— Да, — сказал Джейсон. — Я просто думал об одном друге. Не знаю, когда смогу снова его увидеть.

— Ты не можешь ему позвонить, потому что он в том месте, где был ты?

— Именно, — сказал Джейсон.

— Так ты много готовил, пока был в отъезде? — спросил Иан у Джейсона, дипломатично пытаясь найти общую тему для брата и сестры после напряжения между Джейсоном и Эрикой.

— Немного, — сказал Джейсон. — Я попробовал много нового, но ингредиенты были в основном местные. Тот друг, о котором я говорил, вырос на ферме по разведению угрей и научил меня нескольким способам их приготовления, которые не ужасны. Опять же, я не могу достать здесь те же ингредиенты, но я сделал заметки с возможными заменителями и вариациями. Надеюсь найти время, чтобы попробовать кое-что приготовить, теперь, когда я дома. Ты не знаешь никого, кто занимается угрями, Эри?

— Я знаю человека, который может тебе помочь, — сказала Эрика. — Знаешь, кто будет рад, что ты вернулся? Уолли.

— Уолли! Он перешел на новое шоу вместе с тобой?

— Он не просто перешел на шоу, но и переехал в город. Купил один из тех шикарных пляжных коттеджей.

— Ему повезло, что он его урвал, — сказал Джейсон. — Они почти никогда не выставляются на продажу.

— Семья Грин продавала, и мама заранее его предупредила.

— Мило с ее стороны, — сказал Джейсон. — Знаешь, я видел Лоуренса Грина на днях. Он принял меня за Кайто.

— Разве он не был довольно скользким типом? — спросила Эрика. — Я училась в школе с его кузеном.

— Таким и остался, — сказал Джейсон. — Если не сказать больше, он стал еще более маслянистым. Его личностью можно было бы смазывать двигатель.

— Муж Уолли купил кофейню у старой миссис Рассел, — сказал Иан. — В этом городе наконец-то можно выпить хорошего кофе.

— Поверю вам на слово, — сказал Джейсон. — Мне повезло, что я не кофеман, так как там, где я был, его не было.

— Прямо как телефонов, — сказала Эрика.

— Именно, — сказал Джейсон. — Зато чай был просто сумасшедшим. Там была река, протекающая через долину, где на склонах рос чай. Я проходил там однажды, вскоре после того, как прибыл.

— Прибыл куда, если не секрет?

— Место под названием Гринстоун, — сказал Джейсон. — Скоро вы сами все увидите. Я вел влог.

— Влог? — спросила Эрика. — У них нет радио, но есть оборудование для влогинга?

— Все станет понятно, как только я все объясню. Вы придумали день, когда вы оба сможете освободиться? Я говорил, что вам стоит присматривать за Эми, но думаю, она должна быть вовлечена с самого начала.

— Завтра, — сказала Эрика. — Если это должен быть целый день, то мы не можем сделать это в будний день, а ждать до следующих выходных я не буду.

— Договорились на завтра, — сказал Джейсон.

Эрика прищурилась, пытаясь уловить в нем уклончивость.

— Если ничего не случится, — невинно добавил он.

* * * Плавучий дом, созданный облачной флягой, был более впечатляющим, чем тот, что был на железном ранге, который и так был довольно роскошным. Это все еще было далеко от раскидистых крыльев и возвышающихся шпилей облачного дворца Эмира, но все же это был небольшой плавучий остров с несколькими уровнями открытой палубы и тонированным панорамным остеклением. Была даже комната со стеклянными стенами под ватерлинией.

Поверхности крыши были покрыты солнечными панелями. Джейсон чувствовал, как они впитывают окружающую магию, словно гиперактивная мана-лампа. Это делало окружающую магию еще более скудной, чем обычно, так как плавучий дом поглощал ее.

Казалось, он был в основном спроектирован так, чтобы вытягивать окружающую магию вертикально, втягивая ее из воздуха огромным столбом. Любой, у кого есть магические чувства, заметил бы это с другого конца города. Он предлагал гораздо большее поглощение, чем вариант с домом на колесах, предположительно потому, что нормализовал магию по всему большему пространству плавучего дома.

Палубы и интерьер плавучего дома были усеяны пышными зелеными растениями. Джейсон в основном перенес их из астрального пространства джунглей, хотя избегал магических. Когда он вручил Джейсону флягу, Эмир также дал ему блокнот, в котором подробно описывались все его эксперименты с различными видами растений с его собственной облачной флягой. Там были подробно описаны результаты с разными видами флоры, магической и обычной. В нем были исчерпывающие списки того, как разные растения переносили хранение в облачной фляге, морской воздух или адаптацию к различным климатическим условиям.

«Если ты не собираешься использовать магические растения, — сказал ему Эмир, вручая блокнот, — просто прочитай раздел об установке растений. Ты можешь закинуть во флягу кучу земли, воды, света и квинтэссенции щита, и любые немагические растения, которые ты захочешь, будут процветать. Как только начнешь смотреть в сторону магических растений, тогда и почитаешь как следует. Есть много нюансов, о которых нужно знать».

В субботу вечером Джейсон вернулся на плавучий дом морально уставшим, но издал довольный вздох, любуясь им. Он был достаточно большим, что зимнее прибытие Джейсона оказалось кстати; соседний причал был свободен, и Джейсон арендовал его, когда плавучий дом переполнил свое место.

Он ступил на нижнюю палубу, а затем прошел внутрь. Интерьер был выполнен в светлых тонах дерева и белой кожи с со вкусом подобранными бирюзовыми украшениями. Облачные конструкции могли иметь интерьеры и экстерьеры, настроенные на адаптивный или грандиозный режим независимо друг от друга, и у него плавучий дом был настроен на полную адаптивность.

Различные поверхности были неотличимы от настоящего дерева и кожи, благодаря материалам, которые он закидывал во флягу в качестве образцов. Наряду с квинтэссенцией, облачная фляга поглотила различные виды магической и обычной древесины, камня, металла и ткани. Она могла растворять и поглощать целые каменные блоки, всасывая их во флягу.

Не раз Джейсон использовал флягу, чтобы убрать препятствия, пока его команда исследовала астральное пространство. Это была беспроигрышная ситуация, поскольку обычно препятствие было чем-то достаточно прочным, чтобы другие методы были медленнее или неэффективнее. Клайв предположил, что облачная фляга Эмира поглотила нелепое количество материалов, и всегда поощрял Джейсона бросать туда вещи.

Хотя он скучал по плюшевому комфорту облачной мебели, Джейсон поддерживал внутренности плавучего дома в замаскированном состоянии, за исключением своей собственной кровати. Он будет продолжать это, по крайней мере, до тех пор, пока его семья не будет в курсе дел с магией. Хотя его сестре могло казаться, что он увиливает, он сам был еще более обеспокоен, чем она, желая выложить все начистоту.

Цель состояла в том, чтобы решить все вопросы, если не изящно, то с как можно меньшим беспорядком. Бросаться объяснениями между встречами с вампирами и криминальными авторитетами, как он делал с Хиро, или втягивать посторонних, как с Тайкой, — это именно то, чего он стремился избежать.

В идеале этот вопрос должен был быть решен к концу выходных. Он не был уверен, насколько его мощное, но неквалифицированное исцеление поможет его бабушке, но это могло вызвать, как сказала бы сама бабушка, переполох.

Джейсон чувствовал, как Хиро и Тайка смотрят записи его кристаллов в медиа-комнате. Оставив их в покое, он направился на верхнюю палубу, где открыл портальную арку и вошел в свое духовное хранилище — улучшенную версию его старой способности инвентаря.

Это личное пространство, по-видимому, отличалось от обычной пространственной границы, вроде той, что отделяла астральное пространство. В отличие от такой границы, Джейсон мог поддерживать своих фамильяров с одной стороны, находясь при этом с другой. Это позволяло Тени продолжать наблюдать за его семьей и плавучим домом, пока Джейсон был в безопасности внутри хранилища. Его фамильяры были обнадеживающим присутствием каждый раз, когда он уединялся в духовном хранилище для медитации.

С тех пор как его душа претерпела изменения после преодоления звездного семени, медитация Джейсона перенесла его во внутренний мир — сад души, где его способности были представлены цветочными клумбами. На бронзовом ранге этот сад расширился, давая им место для роста. Шпалеры создавали туннели из цветов в смелых красных, белых и черных тонах, позволяя ему ходить по живым путям собственной силы.

Границей сада по-прежнему была окружающая его стена, каменный фасад, скрывающий под собой более темную и странную субстанцию. Фасад все больше разрушался, обнажая все больше жуткого материала под ним. Это было похоже на саму тьму, ставшую осязаемой. Черная дыра, замороженная и обузданная для создания неприступной границы, а затем скрытая за приемлемым фасадом. По сравнению с потрескавшимся и побитым камнем, темные стены внизу обещали неуязвимость тем, кто внутри, и уничтожение тем, кто пытался их прорвать.

С тех пор как он приобрел духовное хранилище, он обнаружил, что оно претерпело изменения. Хранилище приняло форму беседки из мраморного черно-белого обсидиана. Она парила в небе, которое отражало мир снаружи. В первый раз, когда он использовал хранилище, было темно и шел дождь. Днем небо было ярким от солнечного света, но любимым временем Джейсона были ясные ночные небеса. Без города, вызывающего световое загрязнение, небо было морем звезд. Могло появиться облако, освещенное лунным светом, и он сидел под ним, медитируя в абсолютном, ничем не прерываемом покое.

За несколько сеансов медитации беседка начала опускаться. Поначалу внизу, казалось, не было ничего, кроме бесконечного неба, но постепенно появился сад. Он почувствовал его, прежде чем увидел, а затем вышел наружу, чтобы посмотреть через край вниз.

Сам сад отличался от того, что он видел в прошлом. Вместо темной земли он покоился на темных облаках, тяжелых от обещания штормов. Постепенно беседка опускалась, пока не обосновалась посреди сада, в пространстве, которое идеально ей подходило. С тех пор каждый раз, когда Джейсон входил в духовное хранилище, оно уже находилось в том, что теперь было небесным садом. Грань между его внутренним и внешним мирами становилась все труднее различимой.

Это было пугающее, но волнующее чувство, похожее на падение, но все еще сохранялось ощущение разобщенности. Это заставляло его думать о силе, которую предложил Мировой Феникс, объединив тело и душу в слитый гештальт. Связь между этим чувством и предложенной силой заставляла его задаться вопросом, не приложил ли Мировой Феникс руку к эволюции его способности инвентаря в духовное хранилище. Клайв говорил ему, что великое астральное существо не должно иметь возможности влиять на эволюцию его дара без его ведома, но даже Клайв не мог быть прав все время.

Джейсон прибыл через одну из четырех арок, поддерживающих крышу беседки. Для каждого из его фамильяров была арка, и одна для самого Джейсона. Содержимое его инвентаря все еще парило в воздухе, вращаясь в пространстве прямо над беседкой. Он видел их отчетливо, когда покинул беседку, чтобы прогуляться по саду.

Простая прогулка по саду теперь была медитативным опытом. Он мог даже направлять силу, которую консолидировал, в определенных направлениях, выбирая, куда идти в саду, хотя способности, которые он использовал, было легче развивать. Он закрепил достижения своих недавних испытаний, и теперь все его способности были как минимум за третью часть того, что Клайв называл малыми порогами. Его самые используемые способности, зрение и плащ, перешагнули середину пятого порога.

Пока он не найдет новое испытание, его способности не будут развиваться дальше. Он надеялся найти это испытание, работая с Сетью, но если Сеть решит стать этим испытанием сама, то так тому и быть.

* * * Джейсон провел ночь в медитации, а не во сне. Чем сильнее он становился, тем меньше нуждался в сне, хотя он никогда не был полностью неизбежным. Сон был неотъемлемой частью смертного существования, даже для тех, кто был наделен мистической силой.

Сон был частью магических циклов пользователя эссенции, даже когда их атрибут сверхчеловеческого восстановления поддерживал их бодрствующими и бдительными. Слишком долгое отсутствие сна все больше ухудшало их способность регулировать магию, хранящуюся в теле. Однако, имея облачную кровать, чтобы вернуться домой, Джейсон не жаловался на потребность во сне.

Выйдя через арку из своего духовного хранилища на следующее утро, его телефон сразу начал пищать. Он прослушал голосовые сообщения: аудиомозаика его сестры, рассказывающая о событиях вокруг их бабушки через серию все более злых и беспорядочных сообщений.

Бабушка каким-то образом сменила врачей, не уведомив свою семью, которая обладала доверенностью на управление ее делами. Ее новые врачи увезли ее в Региональную больницу Касселтона, где они были настроены решительно неразговорчиво.

Несмотря на это, и к удивлению Джейсона, Эрике, по-видимому, удалось узнать медицинское состояние бабушки у тех, кого он сильно подозревал в принадлежности к людям Сети. Вывод Джейсона заключался в том, что бабушка была в здравом уме, почти не помнила последних нескольких лет и очень смутно помнила те, что были до них.

Между визитом Джейсона и Эми к бабушке, упоминанием Джейсона о Звездном Ангеле, который исцеляет людей, и его постоянной таинственностью, Эрика складывала вещи, которые в сумме давали невозможные ответы. Ее неспособность связаться с Джейсоном приводила к тому, что каждое сообщение излучало все больше разочарования и ярости, чем предыдущее.

Он вздохнул. Он знал, что исцеление бабушки вызовет проблемы. Все, что он мог сделать, это вмешаться и разобраться с этим как можно лучше. Его первой мыслью было, что Эрика будет давить на Эми, чтобы получить информацию, но он сразу отбросил эту мысль. Эрика никогда не стала бы слишком сильно давить на свою дочь. Тем не менее, он хотел вмешаться до того, как она начнет расспрашивать дочь об их визите к прабабушке. Его намерением никогда не было вызывать трения между матерью и дочерью.

— Тень, — сказал он. — Напомни мне отдать тебе телефон, когда я пойду в духовное хранилище. Ты сможешь сказать мне, если придут важные сообщения.

Он направился в барную зону, где Хиро работал за ноутбуком в наушниках, а Тайка сидел за другим ноутбуком, разговаривая с мамой по видеосвязи. Как и ее сын, она была, по сути, шоколадной стеной с дружелюбным выражением лица. Джейсон подошел сзади к Тайке и помахал его маме.

— Здравствуйте, миссис Дэвисон.

— О, привет, Джейсон. Когда ты собираешься привезти моего мальчика обратно в Сидней, чтобы я могла встретиться с тобой лично?

— О, я уверен, что скоро у нас там будут дела. Хиро нужно скоро вернуться в Сидней, и я, вероятно, поеду с ним.

— Он показывал мне твой плавучий дом, если это вообще можно так назвать. Это больше похоже на дворец.

— О, дворец будет через несколько лет. Если я смогу достать детали. Знаете, вы могли бы приехать к нам. Здесь очень хорошая погода, даже зимой.

— Бро, — пожаловался Тайка.

Джейсон усмехнулся.

— Мне нужно навестить бабушку, миссис Дэвисон. Хорошего вам дня.

— Спасибо, милый.

Джейсон похлопал Хиро по плечу, жестом приглашая следовать за ним. Хиро снял наушники, и они вышли на палубу.

— Слышал о своей бабушке? — спросил Хиро.

— Да.

— Знаешь, пытаться объяснить твоей сестре, что ты недоступен, потому что медитируешь внутри магической арки, нелегко.

— Прости за это, — сказал Джейсон. — Мне нужно привезти ее раньше, чем позже. Я хотел бы сделать это сегодня, после того как все уладится в больнице.

— Я бы поехал в больницу, но решил дождаться тебя. Ты ответственен за то, что произошло?

— Ты говоришь об этом так, будто это что-то плохое, — сказал Джейсон. — Я иду сейчас, если хочешь присоединиться.

— Да, пойду.

Джейсон открыл портальную арку.

— Значит, не на машине? — спросил Хиро, с опаской глядя на портал.

— Так быстрее, — сказал Джейсон.

— Не настолько уж быстрее.

— Пойдем, дядя Хиро.

Мгновение спустя Джейсон смотрел на мужчину с широко раскрытыми глазами в одном из мужских туалетов Региональной больницы Большого Касселтона в Касл-Рич.

— Что? — спросил его Джейсон, когда портал погрузился в пол, а Хиро бросился в одну из кабинок. — Ты никогда раньше не видел, как двое взрослых мужчин выходят из магического портала?

Мужчина поспешил сбежать из туалета, когда Хиро вышел, взяв бумажные полотенца, чтобы намочить их и протереть лицо у раковины.

— Надеюсь, он помыл руки, — сказал Джейсон. — Это больница.

Хиро бросил на него косой взгляд. — Это то, о чем ты беспокоишься?

— Ты прав, — сказал Джейсон. — У них повсюду диспенсеры с дезинфицирующим средством. Уверен, все в порядке.

— Разве ты не беспокоишься, что тот парень расскажет людям?

— О двух мужчинах, которые появились в мужском туалете через магический портал? Не особо. Ты бы поверил?

— А что, если те люди в черном услышат об этом? Ты говорил, что они здесь, верно?

— Сеть? Ну, мой портал — один из моих козырей, но Крейг знает, а значит, его группа знает, так что это уже не совсем секрет. К тому же, я уверен, что это очень ценная способность. Это покажет, что я могу предложить, когда сяду за стол переговоров с Сетью. То, что они предложат, — это такие вещи, как медицинское обслуживание для бабушки, которое лучше, чем можно купить за деньги.

— Все равно, — сказал Хиро. — Должен заметить, что осмотрительность — хорошая идея.

— Уверяю вас, мистер Асано, — раздался голос Тени из тени Джейсона, — это идея, которую ему предлагали неоднократно. Кажется, он не питает к ней особой привязанности.

— Это говорит парень, который превращается в гигантский черный кризис среднего возраста, — сказал Джейсон.

— Благодаря твоей способности, — заметила Тень.

ХОЛОДНЫЕ ГЛАЗА НЕЗНАКОМЦА

ХОЛОДНЫЕ ГЛАЗА НЕЗНАКОМЦА

Эрика, Иан и Кайто собрались в комнате ожидания вместе с матерью Джейсона, Шерил, и ее братом Робертом. Эми осталась с Эми и ее детьми. Впрочем, Эрика уже начинала жалеть об этом выборе, учитывая растущие подозрения насчет Джейсона и визита, который Эми нанесла своей бабушке накануне вечером.

Джейсон вошел в комнату ожидания уверенным шагом, а Хиро следовал за ним. Потрясенные лица матери и дяди по материнской линии выражали такое изумление, будто им только что дали пощечину.

— Добрый день всем, — сказал Джейсон. — Хороший брючный костюм, мам. Дядя Роббо, давно не виделись. Врачи все еще водят тебя за нос? Пойду схожу, дам им пинка под зад.

Эрика, Иан и Кайто повернулись к Шерил, которая все еще смотрела на Джейсона так, словно увидела привидение. Джейсон снова зашагал прочь, но вдруг остановился и щелкнул пальцами, словно только что что-то вспомнил.

— Ах да, — сказал он, обернувшись и рассеянно указав пальцем на мать. — Я не умер. Очевидно. Забыл сказать. Мы сможем поговорить через пару дней; сейчас я немного занят. Сами понимаете.

Затем он продолжил удаляться от своей ошеломленной семьи. Хиро остался на месте, но Эрика быстро поспешила следом за Джейсоном.

— Это то, как ты решил сообщить маме?

— Похоже на то, — ответил Джейсон. — Ее трудно поймать.

— Это из-за того, как она обошлась с тобой после… ну, ты знаешь.

— Я прекрасно осознаю свои мотивы, Эрика.

— Это еще один бардак, который, несомненно, придется разгребать мне. Ты хоть иногда включаешь телефон?

— Я медитировал в ином измерении, Эри. Сеть Telstra туда не добивает.

— Я не позволю тебе отвлечь меня своим безумием.

— Ты так говоришь, — заметил Джейсон, — но посмотрим.

Он заметил стойку регистрации отделения и направился к ней.

— Мне нужно увидеть врачей Гленды Поттсворт, — потребовал он у медсестры.

— Вам придется подождать, — ответил тот. — Как я уже сказал довольно настойчивой молодой леди рядом с вами, врачи освободятся, когда смогут.

— Скажите врачам, что Джейсон Асано сейчас начнет совать свой нос куда не следует, и посмотрите, не освободятся ли они сразу, — сказал Джейсон. Он не стал дожидаться ответа и пошел прочь.

Эрика снова последовала за ним и остановила его.

— Ты ведь приложил к этому руку, — сказала она.

— Да, — признал Джейсон.

— Какого черта происходит, Джейсон?

— Послушай, Эми попросила меня помочь бабушке. Я не был уверен; болезнь Альцгеймера — штука сложная, но я подумал, что, может быть, смогу. Я попробовал, и, похоже, это сработало.

— Что сработало? Что ты сделал?

— Врач здесь, — сказал он, глядя на дверь с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Мгновение спустя они увидели через стекло врача, который вышел, чтобы присоединиться к Джейсону и Эрике в коридоре.

— Мистер Асано? — спросил врач. У мужчины не было магии, но Джейсон почувствовал его нервный страх еще до того, как тот подошел. Похоже, Сеть сообщила ему хоть что-то о Джейсоне.

— Эри, вернись и скажи остальным, что скоро у нас будут новости.

— Если ты думаешь, что я оставлю тебя одного на…

Взгляд, который Джейсон бросил на нее, не был подкреплен его аурой, но непоколебимый авторитет в его глазах на мгновение сделал его похожим на совершенно чужого человека. Она невольно отступила на шаг.

— Скажи остальным, что они скоро смогут увидеть бабушку, — повторил Джейсон. — Ведь смогут, правда, доктор?

Джейсон не отвернулся от сестры, чтобы задать этот вопрос, но мужчина занервничал, словно новобранец на плацу.

— Конечно, мистер Асано.

Только тогда Джейсон повернулся к нему.

— Есть где-нибудь место, где вы можете ввести меня в курс состояния моей бабушки?

— Пройдемте со мной, пожалуйста.

Джейсон проследовал за ним через двери. Внезапно он замер, когда его чувства что-то уловили. Это было скрыто и трудноразличимо, но недостаточно хорошо.

Он безошибочно ощутил ауру серебряного ранга.

Джейсон одарил врача взглядом, способным расплавить сталь, и по лицу мужчины пробежал страх.

— Надеюсь, вы не сделали чего-то очень, очень глупого, — прорычал Джейсон.

Все более нервный врач привел Джейсона в небольшой кабинет, где находилась обладательница ауры серебряного ранга, которую почувствовал Джейсон, и оставил его за дверью, поспешно удалившись. Джейсон был готов выпустить Колина, если эти люди окажутся достаточно глупы, чтобы что-то предпринять, когда он открыл дверь.

По ту сторону двери находилась женщина с магически совершенной внешностью, которую он привык ожидать от обладателей серебряного ранга. У нее были темные волосы, как в рекламе шампуня, и безупречная алебастровая кожа, но Джейсон давно перерос тот момент, когда его могла отвлечь подобная красота. Ему доводилось проводить время с красивыми людьми, и немало.

— Джейсон Асано, — поприветствовала она.

— Случайный обладатель серебряного ранга, которому лучше ничего не предпринимать, пока в здании столько моих родственников, — холодно ответил он.

— У меня совсем нет таких намерений, — сказала она. — Присаживайтесь.

В крошечном кабинете, который она заняла, было место только для двоих, с небольшим столом посередине. Попытка увернуться от Колина в таком ограниченном пространстве была бы бессмысленным занятием, что придало ему некоторую уверенность, когда он сел.

— Меня зовут Глэдис Эрствеллер, — сказала она. — Серебряный ранг. Это то, что вы называете третьей категорией, верно? Основываясь на духовной монете этого ранга?

— Да, — холодно ответил Джейсон.

— Вы ведь правда не беспокоитесь о разнице в силе, верно? — спросила она. — Большинство обладателей второй категории очень нервничают рядом с третьей.

— Вы будете не первой обладательницей третьей категории, которую я убил.

— Я целитель, знаете ли. Я могу нейтрализовать многие силы, которые вы используете.

Джейсон улыбнулся, как кот, который только что заметил хромую мышь.

— То же самое говорил первый серебряный ранг, которого я убил, — сказал он. — Он умер, выкрикивая свою утраченную веру в небеса. Архиепископ в конце концов оказался не таким уж мучеником.

— Вы ведь не о наших местных религиях говорите, верно?

— Нет. А теперь, когда вы выудили из меня немного информации, чтобы доложить своему начальству, пора рассказать мне о моей бабушке.

Глэдис кивнула.

— Вы когда-нибудь пробовали лечить болезнь Альцгеймера раньше?

— Нет, — сказал Джейсон. — Хронические проблемы обычно решаются до того, как они достигают такой стадии в другом мире. Там есть бог исцеления, который кажется неплохим парнем.

— Вы говорите об этом так, будто встречались с ним.

— Ненадолго. Друг друга.

— Не могу понять, выдумываете вы или нет. Ваша аура не похожа ни на что, что я видела раньше. Анна захочет, чтобы вы помогли нашим людям научиться делать то же самое со своими аурами.

— Нам нужно уладить дела с моей бабушкой, прежде чем я буду обсуждать какие-либо договоренности с вашей организацией.

Глэдис кивнула.

— После осмотра, — сказала она, — насколько я могу судить, вы вытянули всю болезнь, а затем дали ей зелье.

— Да, — сказал Джейсон. — Разве это был неверный подход?

— Это не худший подход, который вы могли бы выбрать, — сказала Глэдис. — Основная идея верна. Удалить болезнь, а затем восстановить повреждения. Однако болезнь Альцгеймера — штука сложная. Особенно в запущенных случаях, как у вашей бабушки.

— Я беспокоился об этом, — признал Джейсон, и его выражение лица смягчилось. — Магия исцеления восстанавливает тело, используя душу как чертеж, но я беспокоился о том, как годы деменции повлияли на ее душу.

— Именно в этом и проблема, — сказала Глэдис. — Похоже, вы немного разбираетесь в магическом исцелении.

— Только основы теории. У вас есть какой-то план лечения?

— Есть, — сказала Глэдис. — На данный момент она более-менее полностью в сознании. Однако провалы в памяти не вернутся. Что мы можем сделать, так это режим регулярной терапии и более тонкое магическое лечение. В течение следующих нескольких месяцев мы можем поработать над укреплением тела и души в здоровом балансе и предотвратить возникновение осложнений в будущем.

— Значит, моя бабушка должна находиться под опекой Сети.

— Я говорю это не ради рычагов давления, мистер Асано. У меня этика получше. Поскольку вы, кажется, немного разбираетесь в теории, я могу рассказать вам об этом подробнее, если хотите.

— Да, — сказал Джейсон. — Именно этого я и хочу.

* * * После того как Джейсон появился, а затем сразу же ушел, поднялся переполох: его братья и сестры пытались объяснить матери его воскрешение. Это было непросто, так как они сами толком ничего не понимали.

— Ну, если бы ты пришла на семейное собрание, о важности которого я четко дала понять, — сказала ей Эрика, — то могла бы задать ему эти вопросы сама, мама.

Врач снова появился, давая семье какие-то расплывчатые объяснения, которые Иан сразу же распознал как сомнительные. Будучи врачом, он знал, когда другой медицинский специалист несет чушь. К тому же, все врачи, занимавшиеся бабушкой его жены, были ему незнакомы. Он работал в этом районе всего год, но как региональный врач он взял за правило налаживать связи в местной больнице.

Эрика настояла на том, чтобы они подождали Джейсона, прежде чем Иан начнет проявлять свой авторитет, и вскоре после того, как Джейсон прибыл, врачи сказали им, что они могут увидеть бабушку Гленду.

— Не больше двух-трех человек за раз, — настоял врач. — Она в сознании, но у нее много путаницы и провалов в памяти. Вам нужно быть осторожными.

— Мама и дядя Роббо, — сказал Кайто. — Вы ее дети, так что идите первыми. Эрика и я пойдем после.

Сразу после того, как Шерил и Роберта увели, Джейсон внезапно вернулся, и никто из семьи не заметил его появления.

— Джейсон, что происходит? — спросила Эрика.

— Я ухожу, — сказал он.

— Ты шутишь? — спросила она.

— Джейсон, что происходит? — спросил Иан. — Я понятия не имею, кто эти врачи, я уверен, что они лгут, и вся эта ситуация мутная, как долгие осенние сумерки. Почему они внезапно стали сотрудничать?

— Пусть дядя Роббо заберет бабушку к себе, — сказал Джейсон. — Я заберу Эми и отвезу ее к себе. Как закончите здесь, привозите Хиро, себя и папу ко мне. Это на пристани; Хиро покажет. Я все объясню. Действительно все.

— Я не уверена, что хочу, чтобы Эми была частью этого, — сказала Эрика.

— Она уже часть, — сказал Джейсон. — Она знает больше, чем ты.

— Джейсон, мы ее родители, — яростно сказала Эрика. — Это должно было быть наше решение.

— Я знаю, — покаянно признал Джейсон. — Я действовал импульсивно, извини.

Кайто наблюдал со стороны, исключенный из разговора, но не проронил ни слова.

— Я пошел, — сказал Джейсон Эрике. — Скоро увидимся. Можешь позвонить Эми и сказать, что я еду?

— Откуда ты знаешь, что Эми у нее? — спросила Эрика.

— Разве я не говорил? У меня есть магические силы.

* * * Джейсон прошел от своей машины, припаркованной перед домом, к входной двери Кайто и Эми. Это был дом, в котором он бывал почти каждый день своего детства, и приближение к нему в нынешних обстоятельствах вызвало у него чувство отчужденности от смеси старых и новых чувств. Он почувствовал похожий вихрь ауры Эми внутри дома. Она, по-видимому, видела, как он приехал, поэтому он подождал у двери, вместо того чтобы стучать, и она открыла ее.

— Что ты сделал со мной прошлой ночью? — спросила она. — Мне ведь это не привиделось, верно?

— Нет.

— Так что это было?

— Ты бы мне не поверила, если бы я сказал. Ну, не без доказательств, но это придется отложить.

— Это все, что ты можешь сказать? Ты меня очень напугал, Джейсон.

— Ну, ты пропустила мое сердце через измельчитель, расколола мою семью пополам и отправила меня в годы депрессии, в течение которых я, по сути, пустил под откос всю свою жизнь.

Ее взгляд скользнул к машине Джейсона.

— Твоя жизнь, кажется, идет неплохо.

— Это стоило мне немало, Эми.

— Так ты теперь богат?

— Я не это имел в виду.

— Тогда что ты имел в виду, Джейсон?

Джейсон выправил рубашку и приподнял ее, обнажив торс, покрытый мелкими шрамами, плюс один толстый, рваный шрам, идущий по диагонали через живот.

— Джейсон, что, черт возьми, с тобой случилось? — спросила она, когда он опустил рубашку.

— Знаешь поговорку о том, что не узнаешь, кто ты такой, пока не пройдешь сквозь огонь?

— Да.

— Я узнал, кто я такой.

— И кто же это?

— Тот, кому не суждено прожить тихую жизнь.

Он отступил назад, оглядывая ее дом.

— Я хотел, чтобы это были ты и я, Эми. Почему я оказался недостаточно хорош?

Его угрюмое выражение сменилось улыбкой с искорками в глазах, когда Эми с топотом сбежала по лестнице, прежде чем Эми успела ответить.

— Дядя Джейсон!

Он подхватил племянницу в объятия.

— Готова увидеть мой плавучий дом? — спросил он.

— Он весь плесневелый и противный? — спросила Эми.

— Нет, не весь, — возмущенно сказал он.

— Бу-у, — поддразнила Эми.

— Хотя бы подожди, пока увидишь его, — пожаловался Джейсон. — Попрощайся с тетей Эми.

— Пока, тетя Эми, — крикнула она, когда они направились к его машине. — Дядя Джейсон, заправь рубашку. Ты выглядишь как безработный.

— Я предпочитаю думать о себе как о независимо состоятельном человеке.

Они начали переходить через передний двор к машине Джейсона, и Эми окликнула их.

— Джейсон.

— Да? — спросил он, останавливаясь и оборачиваясь.

— Я знаю, что все сделала неправильно, — сказала она. — Как сильно я тебя ранила. Ты не заслуживал этого только потому, что я не знала, как закончить наши отношения. Мне правда жаль.

— Я знаю, — сказал он.

Ее воспоминание о его озорной ухмылке длилось дольше, чем большинство других вещей, которые она могла вспомнить. Когда он на мгновение блеснул ею для нее, это было уже не то. Он смотрел на нее холодными глазами незнакомца.

— Это уже не имеет значения, — сказал он ей.

— Пойдем, дядя Джейсон, — сказала Эми, дергая его за руку.

— Я не выгляжу как безработный, — весело пожаловался он племяннице, позволяя тащить себя к машине. — Я выгляжу как лихой человек о себе…

ГЛЯДЯ В ОСТРИЕ МЕЧА

ГЛЯДЯ В ОСТРИЕ МЕЧА

— Ну, как ты после вчерашнего? — спросил Джейсон племянницу, пока Тень вез их к пристани.

— Странно, — сказала Эми. — Мне даже нравится иметь такой большой секрет.

— Что ж, пришло время посвятить маму и папу в этот секрет, — сказал Джейсон. — Как думаешь, сможешь помешать маме сбросить меня в океан?

— Никаких обещаний, — рассмеялась Эми.

— Мне нужно познакомить тебя с некоторыми моими друзьями, — сказал Джейсон. — Они немного странные, но думаю, вы поладите.

— Странные в каком смысле?

— Странные, как магия. Первый — мой друг Тень. Он сделан из теней.

— Сделан из теней?

— Да. А еще он может превращаться в машину.

Эми начала оглядывать салон машины.

— Ага, — сказал Джейсон. — Мы сейчас внутри него. Можешь поздороваться, если хочешь.

— Ты хочешь, чтобы я поговорила с твоей машиной?

— Да.

— Как в том ужасном сериале, который дедуля постоянно пытается заставить меня смотреть?

— Он не ужасный, — сказал Джейсон. — Знаешь, твой дедуля заставлял меня смотреть его, когда я был ребенком, и мне он нравился.

— Это DVD-бокс, дядя Джейсон. С таким же успехом его можно было высечь на каменных скрижалях.

— Если вам так будет удобнее, мисс Эми, — сказала Тень, — я с радостью начну разговор.

Эми подпрыгнула на сиденье.

— Тебе не нужно беспокоиться о Тени, — сказал Джейсон. — Он очень милый. Он был хорошим другом, даже если иногда и скрывал от меня кое-что.

— Если бы я рассказал тебе о жетоне Мирового Феникса, — сказала Тень, — ты бы пошел и погиб еще раньше.

— Что значит погиб? — спросила Эми.

— Видишь? — сказал Джейсон. — Вот что ты наделал.

— Я думал, идея была в том, чтобы рассказать им все, — сказала Тень.

— Да, но порядок, в котором мы это делаем, имеет значение, Тень.

— Дядя Джейсон, что твоя машина имеет в виду под «погиб»? — настаивала Эми.

Джейсон чувствовал по ее ауре, что легкое напряжение беспокойства в ее голосе было лишь тенью ее истинного страха. После того как она вернула дядю Джейсона, мысль о том, чтобы снова его потерять, потрясла ее до глубины души.

— Все в порядке, — сказал Джейсон, похлопав себя по груди обеими руками. — Посмотри на меня. Вот он я, живой и здоровый.

— Это не ответ, — сказала она. — Ты пытаешься отвлечь меня.

— А ты слишком умна для моего же блага, — сказал Джейсон. — Позволь мне рассказать тебе о других моих друзьях. Тайка очень милый; он довольно нормальный.

— Тайка, как тот режиссер?

— Этот не снимает кино, хотя он из Новой Зеландии. А еще есть Гордон.

— Он тоже из Новой Зеландии?

— Не уверен, откуда Гордон, — сказал Джейсон.

— Из царства Всепожирающего Глаза, — сказала Тень. — Колин тоже оттуда, хотя и из приграничной территории с царством Легиона.

— Из царства Всепожирающего Глаза? — спросила Эми.

— Я почти уверен, что это в южной части Тихого океана, — сказал Джейсон.

— Дядя Джейсон, почему ты говоришь такие очевидные небылицы?

— Чтобы труднее было заметить тонкие, — сказал Джейсон. — Говори правду столько, сколько можешь, а если приходится лгать, делай это очевидно. Это облегчает задачу протаскивать важную ложь мимо людей.

— Мисс Эми, я не совсем уверен, что ваш дядя Джейсон — хороший пример для подражания, — сказала Тень.

* * * Анна приняла видеозвонок, и на экране ее ноутбука появилось лицо Глэдис.

— Ну? — спросила Анна без предисловий.

— Он совсем не такой, как ты описывала, — сказала Глэдис.

— О?

— Ты сказала «любезный», верно?

— Если не считать скрытой угрозы от того, что он был у меня дома, он был странно очарователен, — сказала Анна. — С акцентом на «странно».

— Я этого совсем не заметила, — сказала Глэдис. — С обладателем третьей категории перед ним и его семьей в соседней комнате, он был жестким и резким. Это было похоже на то, как если бы я смотрела в острие меча. Клянусь, он был готов сражаться прямо там. Ты видела его ауру, Анна?

— Нет. Он на категорию выше меня.

— Я никогда не чувствовала ничего подобного, — сказала Глэдис. — Она ощущается как оружие, и клянусь, она была почти такой же сильной, как моя. Добавь к этому безумный контроль, и я не думаю, что выиграла бы аура против ауры.

— Мы знали, что он опасен.

— Это больше, чем просто опасно, Анна. Я не думаю, что он стабилен. Прямо сейчас он смотрит в дуло мира, полного сил, которых он не понимает, и он не знает, как защитить свою семью. Он барахтается в неведении и знает об этом, поэтому он перегибает палку, потому что это все, что у него есть. Он прекрасно понимает, что это хрупкий щит, поэтому делает все возможное, чтобы его поддержать. Я не думаю, что он будет полностью надежным союзником.

— Ты предлагаешь не пытаться привлечь его после всего?

— О, мы определенно хотим его на свою сторону, — сказала Глэдис. — Одни только его техники контроля ауры оставляют нас далеко позади. И еще, не стоит сбрасывать со счетов: это не тот человек, которого я хочу сделать врагом. Больше всего на свете ему нужно то, кому он может доверять, и если мы сможем это обеспечить, думаю, дивиденды будут потрясающими.

— Согласна, — сказала Анна. — Но это будет большой просьбой после того, что натворил филиал в Лионе.

— Не то слово, — сказала Глэдис. — Прямо сейчас он как заряженное ружье, готовое выстрелить. Это даже как-то сексуально.

— Глэдис…

— Я знаю, я знаю. Я не охотница на молодых, Анна. Но дай ему лет десять, и у этого парня могут быть неприятности. Ты не думала о том, чтобы попробовать поймать его на медовую ловушку? У тебя не будет проблем с поиском людей, готовых броситься под этот автобус.

— Я поручила людям собрать информацию, — сказала Анна. — Похоже, у него был семейный разлад, связанный с его подругой детства, ставшей девушкой, которая теперь является его невесткой.

— Ой.

— Да, — согласилась Анна. — Наши аналитики предполагают, что у него, вероятно, есть глубокая чувствительность к предательству в целом и к романтическому предательству в частности. Даже если мы будем играть довольно честно и просто убедимся, что агент доступен и открыт для формирования отношений, он, скорее всего, будет чувствителен к такого рода манипуляциям. Если что-то пойдет не так, это пойдет очень не так.

— Насколько не так?

— Настолько, что он промарширует через нашу штаб-квартиру с бензопилой.

— Тогда, наверное, лучше быть осторожнее, — сказала Глэдис. — Особенно пока он на взводе.

— Наши аналитики считают, что открытый союз с четко определенными условиями — это то, на что он отреагирует лучше всего.

— Ну, ему есть что предложить, — сказала Глэдис. — Мне удалось немного прозондировать его магические знания.

— Его не было всего полтора года. Сколько он мог успеть нахвататься?

— Ты удивишься. Я удивилась. Он утверждает, что у него есть только базовые знания о различных видах магии, но я думаю, что этого более чем достаточно, чтобы быть заманчивым.

— Это имеет смысл, — задумчиво произнесла Анна. — Наше определение основ отличается от определения кого-то из магической альтернативной реальности.

— К счастью, нам тоже есть что предложить, — сказала Глэдис. — Кажется, он искренне ценит наше лечение его бабушки. К счастью, он был достаточно умен, чтобы дать ей зелье исцеления, как только удалил болезнь. Получение этого исцеления сразу дало нам хороший старт в лечении. Теперь ей просто нужна регулярная специализированная терапия.

— Предлагаю начать брать с него плату, желательно магическими материалами.

— Это не оттолкнет его?

— Это делает договоренность честной и открытой, — сказала Анна. — Это именно то, чего он хочет.

* * * Они прибыли на пристань, и Эми вытаращила глаза на роскошный плавучий дом Джейсона.

— Сколько у тебя денег? — спросила она.

— У меня есть огромная куча золота, так что много.

— У тебя есть огромная куча золота?

— Да. На самом деле, давай я покажу тебе фокус.

Он достал слиток золота из своего инвентаря. Эми показалось, что он вытащил его из воздуха.

— Я знаю, это может быть просто ловкость рук, — сказал он.

— Он слишком легкий, — сказала Эми, наблюдая, как он взмахивает слитком в руке.

— Золотой слиток?

— Да. Он должен быть тяжелым.

Джейсон протянул десятикилограммовый металлический слиток. Эми взяла его в руки, но он тут же выскользнул. Джейсон протянул теневую руку и поймал его, а затем убрал обратно в инвентарь.

— Видишь? — сказал он.

— Твоя рука стала длиннее, — сказала Эми. — И почернела.

— Ага, — сказал Джейсон. — Магические силы, помнишь.

— Как ты их получил?

— Я все объясню, когда придут твои родители.

— Я могу их получить?

— Не раньше, чем подрастешь, — сказал Джейсон. — Хотя бы через несколько лет.

— Правда? Сколько лет?

— Зависит от того, когда твое тело будет готово их принять. Для большинства людей это около шестнадцати или семнадцати, но это просто середина кривой. Моему другу Руфусу пришлось ждать до девятнадцати.

— У многих людей в Африке они есть?

— У многих людей они есть в том месте, где я был все это время.

— Это не то же самое, что сказать «да», — сказала Эми, заставив Джейсона усмехнуться.

— Ты — ходячая неприятность, знаешь об этом? — спросил он.

— Неприятности — это хорошо?

— Неприятности — это очень хорошо, — сказал он, взъерошив ее волосы. Он усмехнулся, когда она оттолкнула его руку.

— Скоро ты все поймешь, — сказал он ей. — А поверишь ли ты в это — уже другой вопрос. А пока давай совершим экскурсию по плавучему дому, а?

— Это магический плавучий дом?

— Можешь хранить секреты? — спросил Джейсон. — Посмотри, с кем я разговариваю; конечно, можешь. Никому не говори, но этот плавучий дом может быть самым магическим предметом на Земле.

— На Земле много магических предметов?

— Намного больше, чем я думал, как оказалось.

— Ты понимаешь, что если магия существует, — сказала она, — это меняет все, что мы знаем о Вселенной.

— Она не столько меняет ее, сколько расширяет, — сказал Джейсон. — Просто вещей, которые мы не понимаем, оказывается больше, чем мы думали. Есть способы исследовать мир за пределами границ нашей Вселенной. И это не значит, что научный метод внезапно стал недействительным. На самом деле, у меня есть друг, который, по сути, ученый-исследователь, но его область — магия. Ну, аспекты магии. Как и в науке, здесь много областей изучения.

Джейсон провел ее по плавучему дому, который Эми нашла вполне впечатляющим. Одно из тел Тени сопровождало их, давая Эми возможность взглянуть на его обычную фигуру. На кухне они встретили Тайку, которого застали за тем, что он грабил запасы кокосовых ромовых шариков на плавучем доме.

— На этом плавучем доме странное количество домашних закусок, — сказал Тайка.

— Тебе стоит увидеть наш дом, — сказала ему Эми. — Хотя те закуски, как правило, полезнее, чем то, что я вижу здесь.

— Мне нужны дополнительные углеводы и белки, — защищался Джейсон. — У меня состояние.

— Какое состояние? — спросила Эми.

— Суперсилы, — сказал Джейсон.

— У него они есть, — сказал Тайка. — Куча байкеров напала на нашу машину, и он весь такой магический и все такое. Я не успел много увидеть в тот момент, потому что был сосредоточен на вождении, но это было во всех новостях.

— Это правда был ты в новостях? — сказала Эми.

— О, да, — сказал Тайка. — В него стреляли кучу раз.

Джейсон почувствовал, как полоса паники пронеслась по ауре Эми, и одарил Тайку испепеляющим взглядом.

— Тайка, — сказал он сквозь зубы. — Может, мы не будем рассказывать моей двенадцатилетней племяннице об ужасной ситуации, в которой мы оказались?

— Для меня это была ужасная ситуация, но ты неуязвим для пуль, бро.

— Тайка, может, время для того поручения?

— О, да. Без проблем, бро. У тебя есть наличные?

Джейсон достал из инвентаря конверт, набитый сотнями, и протянул его.

— О, черт. Сколько мне купить?

— В конверте список, — сказал Джейсон.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — Члены вашей семьи покинули больницу и будут здесь примерно через двадцать минут.

— Спасибо, Тень.

— Откуда ты знаешь? — спросила Эми.

— У меня несколько тел, — сказала Тень. — Ваш дядя заставил меня присматривать за вашей матерью, вашим дедушкой и вами с момента его прибытия в этот городок.

— Ты следил за мной? — спросила Эми.

— Да, — сказала Тень. — Я был спрятан в тенях вокруг вас, даже в вашей собственной.

— Ты смотрел, как я писаю?

— Мистер Асано попросил меня оставаться на расстоянии во время ваших более деликатных моментов, — сказала Тень. — Я чувствую, что это ставит под угрозу мою способность обеспечить вашу безопасность в полной мере, но я подчинился.

— Тень, — сказал Джейсон. — Я не позволю тебе смотреть, как она писает.

— Мисс Асано, я старше вашего вида. Могу заверить вас, что не проявляю интереса к вашим биологическим потребностям. Если бы вы могли убедить своего дядю…

— Нет, — твердо сказал Джейсон.

— Погоди, если ты все время со мной, — спросила Эми, — ты можешь превратиться в машину и возить меня куда-нибудь?

— Машина требует нескольких тел, в то время как с вами остается только одно, — сказала Тень. — Я мог бы превратиться в мотоцикл.

Голова Эми повернулась к Джейсону, очаровательные глаза блестели от надежды.

— Категорически нет, — сказал он.

* * * Иан ехал обратно в Касселтон-Бич из больницы на окраине Касл-Рич. Хиро сидел на пассажирском сиденье, а Эрика и ее отец — сзади.

— Не уверен, что нам стоило так спешить, Эрика, — сказал Кен.

— Пап, — сказала Эрика. — Я хочу ответов. Дядя Роббо забирает бабушку к себе, так что нет смысла торчать в больнице. Иан, ты едешь слишком медленно.

— Не знаю, замечала ли ты когда-нибудь те знаки с цифрами на них рядом с дорогой, дорогая, — сказал Иан, — но они имеют отношение к тому, как быстро машинам разрешено ехать.

Эрика застонала от жалобы, а Кен и Хиро усмехнулись.

— Ты более смелый человек, чем многие, Иан, — сказал Кен.

— Этой семье нужно больше женщин, — пробормотала Эрика.

— Если ты хочешь завести еще одного ребенка, — сказал Иан, — у меня все еще есть мой костюм сексуального пирата. Он как-то пропал зря в ту ночь.

— Довольно подобных разговоров, спасибо, — сказал Кен. — Ее отец прямо здесь, Иан.

— Извини, Кен.

— Конечно, если ты действительно хочешь подарить мне еще одного внука, я мог бы убедить себя закрыть уши.

— Пап, фу.

— Я не говорю прямо здесь, в машине, милая, — сказал Кен Эрике. — Хотя вы могли бы высадить Хиро и меня, пока вы двое…

— Пап!

— Знаешь, ты была зачата в HJ Holden 76-го года…

— ПАПА!

Иан и Хиро смеялись на переднем сиденье, а Эрика сверлила отца взглядом.

Они прибыли на пристань Касселтон-Бич, Хиро указывал Иану, где припарковаться.

— Мне просто искать ту сумасшедшую машину Джейсона? — спросил Иан.

— Ее может здесь не быть, — сказал Хиро. — Но плавучий дом вы легко увидите.

— О господи, — сказал Кен, когда плавучий дом появился в поле зрения. — Это он?

— Тот самый, — сказал Хиро, указывая. — Доступ к причалу прямо там.

— Это плавучий дом Джейсона? — спросил Кен.

— Как это может быть чьим-то плавучим домом? — сказал Иан. — Он больше, чем наш настоящий дом. Намного. Может, нам купить дом побольше?

Они вывалились из машины, когда подъехала другая машина и припарковалась всего в одном месте от них. Это был Тайка, управляющий новой машиной Хиро.

— О, привет, босс, — поздоровался Тайка, и Хиро представил всех друг другу.

— Что ты задумал? — спросил Хиро.

— Джейсон попросил меня пополнить бар. Сказал, что у него нет обычного алкоголя, только магические штуки.

— Магические штуки? — спросил Иан.

— Точно, вы здесь, чтобы узнать обо всем этом, — сказал Тайка. — Думаю, алкоголь был хорошей идеей.

Остальные предложили помочь Тайке, каждый взял по ящику с напитками из машины, а Тайка нес по одному под каждой рукой.

— Сколько ты на самом деле купил? — спросил Хиро. Они оставляли позади как минимум столько же ящиков. Помимо заполнения багажника, ящики были загружены на задние и пассажирские сиденья.

— Это только пойло, — сказал Тайка. — Наверное, придется сделать два рейса за миксерами и всем остальным.

ТО, ЧТО РАССКАЗЫВАЛ ТЕБЕ ТВОЙ ДЯДЯ

ТО, ЧТО РАССКАЗЫВАЛ ТЕБЕ ТВОЙ ДЯДЯ

Эрика подошла к плавучему дому в сопровождении своей семьи и возвышающейся фигуры Тайки, все несли ящики с алкоголем. Джейсон и Эми вышли им навстречу, стоя на нижней палубе, которая была на одном уровне с причалом. Джейсон помахал им, приглашая на борт.

— Спасибо, что помогли с напитками, — сказал он. — Мы можем сделать все это в барном зале. Наверное, нам понадобятся эти напитки к тому времени, как мы закончим.

— Там есть барный зал? — спросил Иан.

— Посмотри на это место, — сказал Кен. — Думаю, они начали с барного зала и построили вокруг него плавучий дом.

— Джейсон, ты наконец перестанешь уклоняться от меня? — спросила Эрика.

— Да, — сказал он. Они сразу заметили, что он был более сдержан, чем обычно, нежно держа племянницу за руку. — Как мама?

— В шоке, — сказала Эрика. — Ее сын только что вернулся к жизни, а болезнь Альцгеймера ее матери чудесным образом исцелена. Все, что она получила в качестве объяснения, — это пересказы той смутной чепухи, которую ты нам наговорил. Почему ты сделал это так?

— Если она не хочет приходить на семейные собрания, то вот что она получает, — сказал Джейсон, и его отец одобрительно кивнул.

— Джейсон, — сказала Эрика. — Это не то же самое, что разбираться с тем, что тетя Марджори подписала нас всех на «Христианский ежеквартальник». Ты вернулся с того света.

— Да, — сказал Джейсон. — Дважды, пока что.

— Что значит, дважды?

— Сначала о главном, — сказал Джейсон. — Прежде чем мы начнем, мне нужно изменить ваше понимание того, что возможно, а что нет.

— Ты совершенно уверен, что не вступил в секту? — спросил Иан.

— Ты должен увидеть это сам, папа, — сказала Эми, стоя рядом с Джейсоном.

— Пойдемте, — сказал Джейсон.

Он обменял ящик алкоголя Эрики на ее дочь и повел их через нижнюю палубу и через тонированные стеклянные двери, которые разъехались при их приближении. Внутри был просторный зал с мягкими креслами из белой кожи и стеклянными стенами с трех сторон. Они поставили ящики у бара и оглядели роскошь.

— Там чертов мезонин, — сказал Иан, заставив остальных перевести взгляд на верхний уровень. — Черт возьми, Джейсон.

— Хиро, Тайка и Эми уже видели то, что я собираюсь вам показать, — сказал Джейсон. — Сегодня мы пойдем дальше того, что я раскрыл до сих пор. Это займет время, так что рассчитывайте провести здесь весь день.

— А как же все то, что ты рассказывал нам раньше? — спросила Эрика. — О том, что был наемником в Африке.

— Все, что я вам рассказал, — правда, — сказал Джейсон, — но также и неполная. Есть кое-что очень важное, что я упустил, и еще многое предстоит рассказать. Я начну с того, что покажу вам кое-что. Потом еще что-то, а потом еще. Одна невозможная вещь за другой, пока ваше представление о самой невозможности не претерпит фундаментальные изменения.

— Бро, ты звучишь как один из тех парней с телешоу, которые объясняют магические фокусы. Ты большой любитель мелодрамы, да.

— Тайка, я пытаюсь создать настроение, — пожаловался Джейсон. Его семья усмехнулась.

— Извини, бро.

— Хватит ходить вокруг да около, Джейсон, — сказала Эрика. — Что ты собираешься нам показать?

— Хорошо, — сказал Джейсон.

Он открыл портальную арку, которая поднялась из пола. Черная обсидиановая арка, наполненная тьмой, не сочеталась с роскошно обставленным залом.

— Я буду ждать по ту сторону, — сказал Джейсон и шагнул внутрь.

Остальные прошли через то же изумленное исследование арки, что и Тайка с Хиро при первом знакомстве с ней. Они ходили вокруг, осматривая арку, в которую исчез Джейсон, с обеих сторон, заглядывая в темноту. Эрика проверила пол на наличие механизма, который использовался для подъема, а Иан провел пальцами по арке.

— Это твердый камень, — сказал Иан. — Он теперь маг?

— Не маг, папа, — сказала Эми. — Волшебник.

— Волшебник, — неодобрительно сказала Эрика. — Не знаю, что тебе рассказывал твой дядя, Эми, но он не волшебник.

— Тогда идите найдите меня, — сказала она и сама прыгнула в портал.

— Эми! — крикнул Иан, а затем немедленно последовал за ней через арку.

— Что происходит? — спросил Кен, когда его семья исчезала один за другим.

— Это много, я знаю, — сказал Хиро своему брату. — Я также знаю по опыту, что как только ты проходишь через эту дверь, все меняется. Не думаю, что есть способ подготовиться к тому, что будет дальше.

Кен кивнул брату, расправил плечи и решительно зашагал в портал. Это оставило Эрику с Хиро и Тайкой.

— Не смотрите на меня, — сказал Тайка. — Я пойду за остальными напитками.

Хиро ободряюще улыбнулся Эрике, положив успокаивающую руку ей на плечо.

— Ты ищешь ответы в мире, который с каждым днем становится все менее понятным, — сказал он. — Я был там. Совсем, совсем недавно. Нам обоим еще многому предстоит научиться.

Он протянул ей руку и повел ее к арке.

* * * На мысе Касл-Блафф была вымощенная и огороженная смотровая площадка, идущая вдоль скалы. Дальше был парк, где большая часть семьи Джейсона тошнило на траву. Зимний ветер дул с океана, заставляя деревья в парке шипеть, как змеи, когда ветер прорывался сквозь листву.

Джейсон стоял у перил, глядя вдаль. Эми была рядом с ним, держа его за руку, пока ветер трепал ее волосы вокруг головы. В этот ветреный день на утесе больше никого не было.

Несмотря на то, что Эрика прибыла последней из семьи, она пришла в себя быстрее всех, с недоверием оглядываясь по сторонам. Портал все еще был там, насмехаясь над ней своей невозможностью. Пока она смотрела на него, появился Тайка, приложив руку к животу, пока все не улеглось. Он огляделся, одобрительно кивнул, а затем направился к Джейсону.

— Хочешь, чтобы я сходил за миксерами и всем остальным, бро? — почти прокричал Тайка из-за ветра.

— Спасибо, — сказал Джейсон. Несмотря на то, что он не говорил громко, его голос странным образом прорезал ветер. — Когда вернешься, оставайся, да?

— Я думал, может, это семейное дело? — сказал Тайка.

— Я втянул тебя во все это, — сказал Джейсон. — Я доведу тебя до конца, брат.

— Спасибо, бро. Хорошо, я сделаю этот рейс за напитками, пока ты показываешь им все здесь, да?

— У тебя будет время, — сказал Джейсон. — Они упрямая кучка. В смысле, посмотри на них. Их только что телепортировали, а они смотрят в небо, как будто оно им должно денег.

Тайка взглянул на семью Джейсона, которая начинала приходить в себя и, как он и сказал, смотрела на свое окружение с подозрительным недоверием.

Эрика, придя в себя, тоже направилась к Джейсону и протянула руку к дочери. Эми проигнорировала руку, пройдя мимо нее, чтобы заключить мать в крепкие объятия.

— Эми, — сказала Эрика, глядя на Джейсона поверх головы дочери.

Он отвернулся от перил и прислонился к ним, наблюдая за ней с блестящими глазами. В том, как он опирался на перила, была легкость, уверенность, какой она никогда раньше в нем не видела.

Джейсону никогда не недоставало уверенности, но этот человек перед ней отличался от того дерзкого парня, который считал себя умнее всех. Это было глубже, менее натянуто и более уверенно, как будто он не боялся ничего, что мир мог на него обрушить. Ей показалось странным, что у нее внезапно появилась такая уверенность в нем, до такой степени, что это было подозрительно.

— То, что ты чувствуешь, — это моя аура, — сказал Джейсон. — Не та чепуха, которую фотографируют в магазинах нью-эйдж, а настоящая.

— Джейсон, это смешно.

— Я предупреждал. Посмотри, где мы. Как мы сюда попали?

— Я не могу это объяснить, — сказала она, — но это определенно было не с помощью силы рефлексологии и лечения кристаллами.

— Попробуй еще раз пройти через арку, — сказал Джейсон. — Мне сказали, что ты привыкнешь к тошноте и дезориентации. Не полностью, но становится легче.

— Тебе сказали? — спросила Эрика.

— Я не страдаю от этого, — сказал Джейсон. — Причуда конституции. Серьезно, попробуй еще несколько раз.

— Я попробую! — сказала Эми, бросаясь к порталу. Она начала быстро вбегать и выбегать, пока не пошатнулась с глупой ухмылкой, головокружительная от дезориентации. Джейсон и Эрика наблюдали, стоя бок о бок.

— Ты же знаешь, что я самый крутой дядя на свете, верно? — спросил Джейсон Эрику, обнимая сестру за плечи. — Эри, магия реальна. Я знаю, что это безумие, но безумие — это то, где я живу уже некоторое время.

— Это больше, чем безумие, — сказала она.

— О, это только начало, — сказал он.

Эми упала на траву, головокружительная, а ее отец пошел убедиться, что она не скатилась в чью-то рвоту. Остальные члены семьи пришли в себя и подошли, все еще оглядываясь с недоверием.

* * * — Вермиллион, — поздоровалась Анна по телефону. — Мне было жаль слышать, что тебя понизили.

— Это не без преимуществ, — сказала Вермиллион. — Выбраться из Сиднея на некоторое время может быть неплохо. Тебе стоит увидеть дом, в который меня поселили.

— Я бы хотела, — сказала Анна. — Ты готова принять нас, когда мы будем с ним разговаривать?

— Он настаивает на том, чтобы принимать вас у себя, на своем плавучем доме.

— Он не хочет соглашаться на нейтральную территорию? Это не говорит в пользу его готовности к компромиссу.

— Его позиция, — сказала Вермиллион, — заключается в том, что у него один плавучий дом, а у вас — вся остальная планета, будучи международной сетью тайных магов. Которые уже пытались похитить его однажды, если помнишь. Думаю, тебе стоит просто уступить в этом вопросе, Анна.

— Я поговорю со своим боссом и вернусь к тебе. Он согласился на день?

— Вторник. Насколько я вижу, он горит желанием покончить с этим.

— Послезавтра, — сказала Анна. — Мы можем с этим работать.

* * * Джейсону нужно было, чтобы семья осознала, что магия — это действительно существующая вещь. Они были скептически настроенной компанией. Эрика особенно тянулась к мирским объяснениям, как и ее дочь. Вернувшись на пристань, в рамках подготовки к драматическому наглядному пособию, он попросил Тень разведать территорию вокруг плавучего дома на предмет возможных подслушивающих устройств. Даже в позднее воскресное утро на пристани было по-зимнему тихо.

На парковке Джейсон начал с демонстрации своего инвентаря. Он доставал и убирал вещи, включая машину Хиро. Он показал им, как Тень превращается в машину, вернул плавучий дом в облачную колбу и снова достал его, теперь уже с магическим облачным интерьером.

Вернувшись на плавучий дом, он перемещался по интерьеру, трансформируя комнаты на их глазах. Он прогнал дрель через свою руку, которой было трудно пробиться сквозь его снижение урона, а затем залпом выпил бутылку моющего средства. Его силы превратили яд в исцеление, которое восстановило повреждение на его руке.

Они вернулись в барный зал, теперь сделанный из откровенно магических облачных материалов в великолепных закатных тонах. После всего, что они увидели, Джейсон дал им время, чтобы все это улеглось.

Тайка только что вернулся со своего второго рейса за миксерами и убирал все фрукты, сахарный сироп, газированную воду и другие ингредиенты для напитков. Кен выглядел потрясенным, Хиро сидел с ним и тихо разговаривал. Иан сидел с дочерью, пока Эрика и Джейсон готовили коктейли за баром, бок о бок, пока она продолжала допрашивать его.

— Клянусь, Джейсон, — сказала ему Эрика. — Надеюсь, ты не встретил какого-нибудь нелепого иллюзиониста и не задумал все это как безумный, сложный розыгрыш. Я пойду в хозяйственный магазин, куплю одну из тех больших ПВХ-бочек, вырублю тебя, брошу в бочку, залью бетоном, одолжу лодку Уолли, вывезу бочку в океан и сброшу тебя на дно Тихого океана. Ты уже исчезал однажды; это не покажется таким уж странным.

— Это подозрительно хорошо продумано, — сказал Джейсон. — Иан, твоя жена убивала людей и сбрасывала их в океан?

— Абсолютно нет, — сказал Иан. — Они сменили всех судей на «Кухонном завоевании», потому что сеть отказалась повышать им зарплату, и уж точно не по какой-либо другой причине. Я ему ничего не говорил, дорогая.

— Сейчас правда время для шуток, муж? Джейсон, передай нарезанные лаймы.

— Милая, — сказал Иан, — Джейсон вернулся с того света и теперь, по-видимому, является неразрушимым волшебником. Как только твой брат превратится в Гэндальфа Белого, я думаю, мы окажемся на неизведанной территории в плане приличий.

— Это бы меня все равно не убило, — сказал Джейсон. — Дай мне ром. Нет, белый ром. Неважно.

Его рука удлинилась, чтобы схватить бутылку с края бара.

— По-видимому, он еще и Мистер Фантастик, — сказал Иан.

— Как сброс в океан внутри твердого блока бетона может тебя не убить? — спросила Эрика.

— Ну, давление могло бы меня достать, если бы ты сбросила меня в Марианскую впадину. Лодка Уолли достаточно большая, чтобы добраться туда? В любом случае, мой приятель Гордон вытащил бы меня, прежде чем я утонул бы слишком глубоко. Он бы быстро расправился с бетоном. И я больше не дышу, так что это не проблема.

— Ты не дышишь? — спросила Эрика.

— Кто такой Гордон? — спросил Иан в то же время.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Думаю, мы дошли до той части разбирательства, где нам нужно сесть и объяснить все с самого начала, хотя бы для того, чтобы упорядочить то, что является кучей безумия. Давайте все пойдем в медиа-комнату, так как я собираюсь начать с видеопрезентации.

— Серьезно? — спросила Эрика. — Как одно из тех видео для ознакомления сотрудников, но для магии?

— Это скорее магическая голограмма, чем настоящее видео, — сказал Джейсон.

Группа расположилась на диванах и креслах медиа-комнаты, и Джейсон достал карусель с записывающими кристаллами, вытащив кристалл из самого первого ряда. Из пола появился проектор, и он вставил его, прежде чем сесть между сестрой и племянницей на один из диванов.

Перед ними появилось изображение — роскошное жилое пространство в прохладных океанских зеленых и синих тонах. Джейсон был перед ним, но Джейсон, каким они его помнили: гладко выбритый, с выдающимся подбородком.

— Привет, — сказал Джейсон на изображении, махая рукой из проекции. — Не уверен, увидите ли вы это и когда, но я не умер, или что бы вы там ни думали, что со мной случилось. Вы, вероятно, знаете это, так как единственный способ, которым вы можете это увидеть, — это если я дам вам это.

Он издал недовольный стон. Его голос был таким, каким они его помнили, менее глубоким и резонирующим. Все посмотрели на нынешнего Джейсона для сравнения.

— Может, мне стоило написать сценарий, — продолжил Джейсон на изображении. — О, ну ладно. С чего мне начать? Прошло около двух месяцев с тех пор, как я прибыл сюда. Где это «здесь»? Это сложно. Я завел друзей. Я только что получил новую работу, хотя еще не начал. Они должны прислать мой ID сегодня. Процесс подачи заявки включал своего рода недельный ретрит, с которого я вернулся пару дней назад.

Джейсон на изображении сделал глубокий, центрирующий вдох.

— На той стадии мне все еще нужно было дышать, — отметил настоящий Джейсон.

— Полагаю, мне стоит начать с этого сложного вопроса о том, где я, — сказал Джейсон на изображении. — Прямо сейчас, как видите, я в дорогом гостиничном люксе. Он на самом деле не мой; мой через холл. Этот принадлежит некоторым из тех друзей, о которых я упоминал. Они взяли трехкомнатный, который шел с этой приятной, открытой гостиной.

Изображение панорамировало от Джейсона, поворачиваясь к паре открытых французских дверей, ведущих на балкон. Запись двинулась вперед, открывая им вид на лазурное море.

— Красиво, да? — голос Джейсона доносился с записи. — Один из моих новых друзей — важная шишка, поэтому он получил лучший номер в доме. Мы на искусственном острове, что довольно безумно, учитывая размер. В какой-то момент я сделаю видео-тур. Метро здесь потрясающее.

— Джейсон, — раздался мелодичный женский голос с записи. — С кем ты разговариваешь?

Эрика и Эми обе почувствовали, как Джейсон вздрогнул, когда услышали, как она говорит.

МОМЕНТЫ, КОТОРЫЕ РЕШАЮТ, КТО ТЫ ЕСТЬ

МОМЕНТЫ, КОТОРЫЕ РЕШАЮТ, КТО ТЫ ЕСТЬ

Это было странное замыкание круга, когда Джейсон смотрел свои записи с семьей, видя себя, ведущего себя так, не зная, произойдет ли когда-нибудь момент, который он сейчас переживает.

Было более ста пятидесяти часов записей. Большинство ранних записей были о том, как Джейсон исследует Гринстоун, давая подробный рассказ о своем опыте на сегодняшний день. Его семья сделала одну из немногих вещей, даже менее правдоподобных, чем магия — они проявили искренний интерес к видео с отдыха члена семьи.

Они смотрели до раннего вечера, после чего Джейсон положил этому конец. Были протесты, но Эрика и Джейсон обменялись взглядами, его глаза метнулись в сторону Эми. Эрика уловила его сигнал, что не все записи подходят для подростков, и помогла подавить настойчивость остальных продолжать.

— Есть еще много чего, откуда это взялось, и все это здесь ждет вас, — сказал Джейсон. — Тем временем, вам нужно знать больше. В частности, о состоянии мира здесь и сейчас. Вы все только что стали частью более широкой реальности, и вам нужно понять новый мир, в котором вы живете.

Джейсон перешел к объяснению трех гегемонистских сил, того, как он исцелил бабушку и лечение, которое ей понадобится, чтобы обеспечить ей наиболее эффективное восстановление.

— Почему ты рассказываешь нам все это? — спросил Иан. — Ты сам сказал, что по крайней мере некоторые из этих групп заинтересованы в секретности.

— Потому что секрет выйдет наружу, — сказал Джейсон. — Вероятно, скорее рано, чем поздно. После обстоятельств моего исчезновения Эрика сама столкнулась с этим секретом, прежде чем ее грубо предупредили. Когда мир узнает, это будет невероятно нестабильное время. Я хочу, чтобы семья была готова, когда наступит это время.

— А как насчет Кайто и мамы? — спросила Эрика.

— Я привлеку их, — сказал Джейсон. — Я расскажу им все, так же, как и вам. Но люди в этой комнате будут ответственны за обеспечение безопасности семьи. В течение следующих нескольких недель и месяцев каждый из вас получит магию для себя. Мы выберем эти силы вместе, из того, к чему я могу получить доступ, и я научу вас их использовать. Эми тоже, но только когда она станет достаточно взрослой.

— Ты не собираешься давать силы маме и Кайто? — спросила Эрика.

— Я не знаю насчет Кайто и Эми, — сказал Джейсон. — У них двое маленьких детей, что оставляет им практически ноль времени на тренировки. Если у меня будет достаточно ресурсов, чтобы продолжать, то, может быть. Маме — определенно нет. У меня нет времени или терпения на то, чтобы она пыталась взять на себя управление всем.

— Можешь показать нам эссенцию? — спросила Эми. — Мы видели их в записях, но я хочу увидеть одну вживую.

Джейсон достал эссенцию растений из своего инвентаря и протянул ей. Куб был темно-землистого коричневого цвета, пронизанный зеленым, как корни в почве.

— Это эссенция растений, — объяснил он, когда группа собралась вокруг объекта, который Эми держала в руках. Джейсон достал другие и передал их по кругу, вместе с камнями пробуждения.

Наконец, Джейсон отправил всех прочь, кроме Хиро и Тайки.

— Я вывалил на вас кучу безумных вещей сегодня, — сказал он им. — Потребуется время, чтобы это улеглось. Проведите ночь; вам придет в голову много вещей, которые вы захотите узнать. Предлагаю записать их, и вы можете принести их мне, когда захотите. Кроме вторника, когда я буду вести переговоры с тайной организацией, работающей с правительством, чтобы сохранить магию в секрете от мира. Мне так и не удалось сделать это в магазине канцелярских товаров, но я был всего лишь помощником менеджера. Это, вероятно, уровень управляющего магазином.

Эрика и Иан сообщили Эми, что нет, ей не разрешено оставаться на плавучем доме с дядей Джейсоном, так как утром ей в школу. Они взяли Кена с собой, чтобы высадить по дороге домой. Одним из преимуществ маленького города было то, что ничего не было действительно не по пути.

Джейсон, Хиро и Тайка откинулись в гостиной.

— Значит, ты действительно исцелил всех тех детей в больнице?

— Да. Я не знал местных игроков, поэтому мне нужно было выкурить их. Если я могу при этом исцелить кучу детей, то тем лучше.

— Ты собираешься сделать это снова? — спросил Тайка. — Там еще много больных детей.

— Я не буду делать это так, — сказал Джейсон. — Медийный и политический шторм, который я поднял, был настолько велик, что повлиял на работу больницы. Мне сказали, что у Сети есть способы сделать то же самое, не поднимая шума.

— А если это не сработает? — спросил Хиро.

— Тогда посмотрим, — сказал Джейсон. — Тайка, теперь, когда ты знаешь больше и слышал, что грядет, тебе стоит подумать о своей собственной семье.

— Что произойдет, если все эти магические штуки станут достоянием общественности? — спросил Тайка. — Они в опасности?

— Честно говоря, не знаю, — сказал Джейсон. — Это может быть что угодно, от блипа на радаре до конца цивилизации. Это может быть просто еще одна вещь, которую богатые люди держат при себе, и через месяц мы вернемся к тому, чтобы зацикливаться на скандалах знаменитостей. Или это может быть новая мировая война, когда все будут бороться за новую власть. Ненавижу думать о том, что произойдет, когда в это вмешается религия. Если нам действительно повезет, это может стать рассветом мира и процветания, поскольку магия поможет нам преодолеть болезни, бедность и изменение климата.

— Каковы шансы на это? — спросил Хиро.

— Это кажется довольно нереалистичным, — сказал Джейсон. — И это говорит межпространственный чернокнижник-ниндзя, который вернулся с того света. Дважды.

— Ты действительно вернулся с того света? — спросил Хиро.

— О да. — Джейсон дернул за воротник рубашки. Это открыло шрам у основания его горла. — Меня пронзили через горло. Среди прочих мест.

— Как ты вернулся?

— Это секрет, на который у меня нет всех ответов, — сказал Джейсон.

— Ты можешь вернуться с того света снова? — спросил Хиро. — Ты бессмертен?

Джейсон ответил лишь сатурнианской улыбкой.

— Ладно, — сказал Хиро. — Тогда кое-что, о чем я думал. Ты знаешь, что я говорил о законном девелоперском проекте, как только передача ЭОА будет завершена.

— Конечно, — сказал Джейсон.

— Что, если бы это был жилой комплекс? Как закрытые сообщества в Америке, за исключением того, что они построены для того, чтобы не пускать опасную магию, а не этнические меньшинства. Есть ли способ встроить магическую защиту прямо с этапа планирования? Тайно построить место, где наши друзья и семья могут быть в безопасности, если дела пойдут плохо?

— Это интересная идея, — сказал Джейсон, задумчиво потирая подбородок. — Очень интересная идея. Мне нужно было бы продвинуть свое понимание магии массивов и формаций, но у меня как раз есть отличная библиотека соответствующих теоретических текстов. Мне придется немного почитать, прежде чем я смогу сказать, насколько это жизнеспособно.

— Мне не нужен ответ сегодня, — сказал Хиро. — Мне нужно закончить дела в Сиднее, прежде чем я даже посмотрю на то, что будет дальше. Я бы хотел отправиться в Сидней позже на неделе, если это удобно для тебя. Теперь я знаю достаточно, чтобы не хотеть встречаться с ними без того, чтобы ты прикрывал мою спину.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Организуй что-нибудь и дай мне знать время. Все, что в среду или позже, мне подходит.

* * * В Касселтон-Бич всегда была приятная зима, но утро после большого разговора Джейсона с семьей обещало быть особенно прекрасным днем. Небо было кристально чистым, и погода обещала максимум 26 градусов. Когда Тень принял форму машины, она была с открытым верхом. Джейсон одобрительно похлопал по двери.

— Я когда-нибудь говорил тебе, насколько ты потрясающий, Тень? Потому что ты потрясающий.

Джейсон сам сел за руль, включив музыку. Он намеревался насладиться поездкой из города, направляясь к новому месту жительства своего отца. Это было всего в нескольких минутах от Касселтон-Бич, но этого было достаточно, чтобы оставить маленький городок позади и выехать на приятно пасторальную сельскую местность.

Кен выбрал участок земли приличного размера, который занимал целый холм. С него открывались панорамные виды со всех сторон, с огромным открытым небом над головой, хотя парковка была не идеальной. С дальней стороны участка от коттеджа, где жил Кен, была короткая гравийная дорога от подъездной дороги. Джейсон припарковался рядом с бортовым Land Cruiser своего отца.

Джейсон пробирался через масштабный проект по благоустройству территории, который в настоящее время представлял собой немногим больше, чем холм, покрытый грязью, большими ямами и разбросанными местными деревьями. Джейсон обходил вырытые земляные грядки, направляясь к маленькому деревянному коттеджу, где жил его отец. Даже трава была по большей части вырвана, остались лишь некоторые местные деревья. Ямы и проекты усеивали участок, все работы велись осторожно, чтобы избежать их корневых систем.

Джейсон достаточно знал, чтобы понять, насколько амбициозен этот проект. Его отец буквально менял форму холма в рамках подготовки к созданию фундаментальной инфраструктуры. Потребуются годы, чтобы достичь результата.

Старый деревянный коттедж был полной противоположностью роскошного магического дома Джейсона. Он мог только представить интерьер: все изношенное дерево и выцветшая мебель. Единственными новыми вещами были бы большой телевизор и дополнительные полки для всех DVD. Дайте его отцу кучу солнечных панелей и полный комплект сериала «Частный детектив Магнум», и Кен Асано с радостью переждет зомби-апокалипсис.

Джейсон нашел отца в складном походном кресле снаружи коттеджа, задумчиво глядя на участок. У него был старый автомобильный стереоприемник, стоящий на кирпиче и настроенный на станцию с золотыми хитами прошлого. Он был подключен к свободному автомобильному аккумулятору. Кен наблюдал, как Джейсон пробирается через участок, а затем встал, чтобы обнять сына, когда тот подошел.

— Знаешь, пап, обе эти вещи должны быть в настоящей машине.

— Если бы я хотел машину здесь, — сказал Кен, — здесь была бы машина.

Джейсон усмехнулся, когда подошел, чтобы встать бок о бок с отцом и посмотреть на участок.

— Это амбициозно, — сказал Джейсон.

— После того, что случилось с тобой, а потом с твоей матерью, — сказал Кен, — я не знал, как двигаться дальше. Я не чувствовал того волнения ни от одного из проектов, которые мне предлагали. Мне нужно было что-то другое, что-то, во что я мог бы погрузиться. У меня не осталось страсти. Мне повезло, что деньги не были проблемой, поэтому я завязал с бизнесом и отправился искать это «что-то». Это то, что я нашел.

— Ты все еще готовишься заложить основу.

— Ага, — сказал Кен. — Не уверен, что знаю, как это делать после того, что случилось вчера, однако. Вещи, которые ты нам показал. Мир просто изменился вокруг меня, Джейсон, и снова я понятия не имею, как двигаться дальше отсюда. Как вернуться к нормальной жизни после того, как узнал эти вещи?

— Никак, — сказал Джейсон. — Можешь мне поверить. Жизнь теперь другая, и назад пути нет. Но перемены не обязательно должны быть плохими. Я вернулся, и я пришел с подарками.

Он достал эссенцию и вложил ее в руки отца.

— У тебя нет представления о том, каково это — владеть магией, — сказал Джейсон. — Поначалу это не такое уж сильное ощущение. Ты можешь чувствовать ее внутри себя, но это просто семя. По мере того как ты становишься сильнее, ты можешь чувствовать силу. Ты делаешь ее своей, а потом, когда используешь ее…

Джейсон покачал головой, с улыбкой на лице.

— Это как чувствовать, как Вселенная проходит сквозь тебя. Не знаю, есть ли наркотик, который дает такие ощущения, что, наверное, к лучшему.

— Джейсон, мне пятьдесят шесть лет. Не уверен, что я готов к тому, что ты запланировал.

— Это лучшая часть, — сказал Джейсон. — Ты будешь здоров. Силен. Достаточно силен, чтобы, может быть, помочь мне отложить старые обиды. Это будет неловко и неудобно. Ты будешь ссориться с мамой, я буду ссориться с Кайто. И с мамой, вероятно. Но мы будем рядом друг с другом. Впереди странные дни, и будут вещи, которые мне нужно сделать.

Его голос упал до шепота.

— Есть вещи, которые я уже сделал. Я не уверен, кто я теперь, пап.

Кен положил руку на плечи Джейсона, когда тихий голос сына дрогнул.

— Не волнуйся, сынок. Ты можешь рассказать остальным столько или столько, сколько захочешь. Но что бы ты ни рассказал мне, я буду слушать, и тебе никогда не придется стыдиться.

* * * После того как он выплеснул свои грехи отцу, Джейсон боялся того, как Кен будет смотреть на него. Долгое время Кен молча наблюдал за сыном, нервы Джейсона изнашивались, как старые провода.

— Я не собираюсь говорить тебе, что то, что ты сделал, было правильным или неправильным, — сказал наконец Кен. — Ты не можешь изменить прошлое, только будущее.

— У меня снова будут эти выборы в будущем, — сказал Джейсон. — Я уже не настолько наивен, чтобы думать, что смогу этого избежать.

— Джейсон. Сын. В жизни есть вещи, которые ты хочешь сделать, и вещи, которые тебе нужно сделать. Это верно, независимо от того, являешься ли ты межпространственным волшебником или ландшафтным архитектором, который с возрастом становится только красивее. В следующий раз, когда ты окажешься в положении, когда нужно убить — каждый раз, когда ты в положении, когда нужно убить — у тебя есть выбор.

— Это не всегда выбор, пап.

— Как я и сказал: некоторые вещи нужно сделать. Это не уникально для тебя; с этим сталкиваются многие люди. Солдаты, копы и да, маги из другой Вселенной. Но не обманывай себя, путая то, что ты хочешь, с тем, что тебе нужно. Если у тебя есть выбор и ты понимаешь, что хочешь убить кого-то, не думай о том, убивать их или нет. Думай о том, хочешь ли ты быть тем человеком, который их убил, или ты хочешь быть тем человеком, который проявил милосердие. Ты важнее, чем они и чем то, чего они заслуживают. Это будут моменты, которые решат, кто ты есть, сынок, и каждый выбор — это шанс немного повернуть в ту или иную сторону.

— Два волка.

— Именно, — сказал Кен. — У тебя внутри борются хороший волк и плохой волк. У тебя больше шансов покормить их, чем у большинства, и звучит так, будто, возможно, ты кормил не того.

После того как он выговорился отцу, Джейсон наконец почувствовал трещину в гневной бдительности, которую он не мог стряхнуть. Ему нужно было действовать умнее и дипломатичнее, если он собирался сохранить свою семью в безопасности и подготовить их к будущему. Игра в «кто свернет первым» с древними магическими орденами в долгосрочной перспективе только навредит им.

Он был в дороге, когда зазвонил телефон, и Тень закрыл жесткую крышу машины, чтобы уменьшить шум ветра. Это была Эрика.

— Джейсон, у меня затянулось производственное совещание, а Иан не может уйти с практики. Можешь забрать Эми из академии для нас? Она остается допоздна на продвинутую программу, так что не может вернуться на автобусе.

— С удовольствием.

— Спасибо, — сказала Эрика. — Обычно я бы попросила маму, потому что даже она никогда не бывает слишком занята для времени с внучкой, но она с бабушкой на ферме дяди Роббо.

— Без проблем, Эри. Ты приедешь и заберешь ее у меня?

— Еще как приеду, — сказала Эрика. — Я весь день записывала вопросы. О, Уолли передает привет, кстати. Он спрашивал, не хочешь ли ты сняться в эпизоде; мы снимаем всю следующую неделю.

— Передай ему твердое «может быть», — сказал Джейсон. — Не знаю, как будут выглядеть мои следующие несколько недель.

— Хорошо, я позвоню в школу заранее и внесу тебя в список людей, которым разрешено забирать Эми. Тебе нужно будет отметиться в офисе, в первый раз.

— Без проблем. Увидимся сегодня днем, сестренка.

Джейсон свернул на Касл-Рич, и Тень снова убрал крышу.

— Снова в школу, — задумчиво произнес Джейсон.

Прибыв в академию, Тень, в кои-то веки, не выглядел неуместно. Машины, приехавшие забирать детей, стоили больше, чем годовая зарплата учителя, варьируясь от темных немецких седанов до ярких итальянских спортивных машин.

— Кому здесь нужен Lamborghini? — спросил Джейсон. — Готов поспорить, никто из этих придурков не нуждается в том, чтобы обогнать байкеров, накачанных вампирской кровью.

Большинство учеников забрали час назад. Остались только те, кто был на внеклассных занятиях или продвинутой программе, как Эми. Это оставило горстку машин на почти пустой парковке, с группой родителей, собравшихся снаружи, болтающих в ожидании. Были также те, кто, по-видимому, был домашним персоналом, отправленным забирать юных отпрысков, которые сформировали свою собственную маленькую группу.

Джейсон припарковался и направился в администрацию, чтобы зарегистрироваться.

— Я думала, другой брат миссис Асано умер, — сказала пожилая секретарша.

— Ну, мы все думали, что вы умерли в 2006 году, миссис Уилкинс, но вот мы оба здесь.

— О, теперь я вас узнаю. Тот, что с языком. Знаете, мы очень тепло вспоминаем вашего брата и сестру.

— История моей жизни, миссис Уилкинс.

Джейсон вернулся на улицу ждать Эми. Через их ауры он почувствовал, как собравшиеся родители переключили свое внимание на него. Один из людей подошел.

— Извините, — сказал мужчина. — Вы очень похожи на кого-то, кого я знал.

— Добрый день, Сайлас, — сказал Джейсон.

— Джейсон, это правда ты? Ты хорошо выглядишь, чувак. Особенно учитывая, что я был на твоей поминальной службе. Что случилось со всей этой историей с тем, что ты мертв?

— Слышал поговорку «слишком сексуален, чтобы умереть»? Оказывается, это не просто поговорка.

— Ну, ты оказал мне услугу, — сказал Сайлас. — Помнишь Асю Карадениз? Она тоже хорошо выглядит, и я чуть было не переспал с ней на почве общего горя.

— Ты и Ася? У нее что, проблемы с самооценкой в эти дни?

— Разве это было бы не мило, — мечтательно сказал Сайлас.

— Ты разве не пришел забрать ребенка? Тебе стоит стараться звучать менее похоже на насильника.

— Это мой младший двоюродный брат, — сказал Сайлас. — Он в футбольной команде. С твоим кузеном, кажется.

— Точно, — сказал Джейсон, вспоминая, что Тоби сейчас должно быть шестнадцать.

У Джейсона было два двоюродных брата, со стороны отца: дети его дяди Широ. Как и его сестра и он сам, кузены были разделены примерно десятилетием. Старший, Коджи, был ровесником Джейсона, и они проводили много времени вместе в детстве, хотя и не по своей воле. Младший, Тобио, был десятилетним, когда Джейсон видел его в последний раз.

Джейсон размышлял, как справиться со встречей с кузеном, когда Эми прибыла на парковку.

— Дядя Джейсон!

— Этот — мой, — сказал Джейсон. — Рад был видеть, Сайлас.

— Увидимся, полагаю. Поздравляю с тем, что ты не мертв.

Эми буквально подпрыгивала, когда забиралась в машину.

— Тень, ты теперь кабриолет? Это так круто!

— Добрый день, мисс Эми.

— У меня появилось так много вопросов.

— У твоей матери, по-видимому, тоже.

— Так вот, та леди Фарра очень милая. Вы с ней типа того?

— Это то, о чем ты хочешь спросить? Альтернативная магическая вселенная, и это твой первый вопрос.

— Это не было «нет», — сказала Эми.

— Нет, мы не были «типа того». Она была другом и учителем. Она много значила для меня, но не в этом смысле.

— Была? — сказала Эми, ее восторг окатили холодной водой.

Джейсон грустно улыбнулся. Его племянница действительно была слишком остра.

— Да, — сказал Джейсон. — Ты увидишь это, когда посмотришь остальные записи.

— Насчет записей, — спросила Эми. — Они магически переводятся? Предполагаю, что они не говорят по-английски в альтернативной вселенной, и это объяснило бы, почему речь всех не синхронизирована, как в кунг-фу фильмах семидесятых.

— Именно так, — сказал Джейсон. — Те, что с переводом, были не намного дороже обычных, а ты была целевой аудиторией, поэтому я их взял. Самым сложным было откалибровать кристаллы на английский, что заняло целую вечность.

— Как ты общался с людьми там лично? У тебя был магический предмет-переводчик?

— Я довольно хорош в языках, — сказал Джейсон.

— Это так? — спросила Эми по-японски. — Мама говорила мне, что ты был вредным в учебе, когда был в моем возрасте.

Джейсон становился все лучше в том, чтобы обращать внимание на то, когда он переключается между языками, и брать над этим более активный контроль. Он ответил ей тоже по-японски.

— Твоя мама и твой дядя Кайто раньше говорили за моей спиной, прямо передо мной, используя японский.

— Ты действительно говоришь на нем! Ты звучишь немного как кристаллы с переводом. У тебя есть сила перевода?

— Есть.

— Какие языки она может переводить?

— Все, насколько мне известно.

— Думаю, теперь аниме-дубляжи будут раздражать тебя еще больше. Ладно, следующий вопрос: твой друг Гэри очень пушистый. Он хорошо обнимается?

— О, они потрясающие, — сказал Джейсон. — Это как быть завернутым в одеяло из дружбы. Но не так странно и жутко, как я это описываю.

ТЕПЕРЬ Я ЗАГАДОЧНЫЙ

ТЕПЕРЬ Я ЗАГАДОЧНЫЙ

По дороге из школы, забрав Эми, Джейсон предложил воспользоваться теплым днем. В Касселтоне были приятные зимы, и температура после полудня поднялась до высоких двадцатых. Несезонная жара умоляла жителей пляжного городка окунуться в прохладные воды Тихого океана.

Услышав, что у Джейсона нет купальных принадлежностей, Эми настояла на том, чтобы заехать их купить. CB Surf and Bike продавал в основном снаряжение для серфинга летом и аксессуары для горных велосипедов зимой. Большая часть зимнего туризма приходилась на горных велосипедистов, пользующихся мягкой погодой и множеством лесных троп, которые извивались по всему региону Касселтон.

Это оставляло ограниченный выбор одежды для серфинга, учитывая сезон, но купить плавательные шорты не было проблемой. Он также взял рашгарды для себя и племянницы, которые прикрыли бы его шрамы, а также защитили бы их от ссадин, если бы они упали во время сюрприза, который запланировал Джейсон.

Добравшись до плавучего дома, Эми достала свои купальники и сменную одежду из дома через портал. Вскоре она и Джейсон уже скользили по воде на паре черных гидроциклов, удаляясь от пристани. Они двигались параллельно берегу, мимо больших домов с маленькими частными причалами и клочковатого участка кустарника, где дети играли в ручье. Дети подняли головы и ответили на взмах Эми, когда она кричала и вопила им с задней части своего гидроцикла.

Джейсон и Эми продолжили путь, перед пляжем маленького городка. Похоже, они были не единственными, кто воспользовался жарой после школы. Белый песчаный берег был достаточно заполнен, чтобы Клуб спасателей на воде выставил людей на полное патрулирование. Они выехали на своих гидроциклах на берег, оставили их и направились к киоску в кемпинге через дорогу, где Джейсон купил им по мороженому.

К Эми подошли некоторые из ее друзей, которые тоже были на пляже. Она жила в Касселтон-Бич уже год и, как и оба ее дяди, быстро заводила друзей. Она с радостью демонстрировала гидроциклы, что быстро закрепило за Джейсоном статус крутого дяди. Эми и Джейсон снова отправились в путь, Джейсон направил их обратно к плавучему дому, когда Тень сообщил ему, что Эрика заканчивает работу. Джейсон и Эми заняли по ванной комнате, чтобы принять душ, и вышли незадолго до приезда Эрики.

— Тебе нужно поговорить с мамой, — сказала ему Эрика, когда она сошла с пирса на нижнюю палубу.

— У меня все хорошо, спасибо, что спросила, — сказал Джейсон. — А у тебя?

— Она постоянно звонит мне со вчерашнего дня, — сказала Эрика. — Если бы она не занималась всеми делами бабушки, она бы вообще не оставляла меня в покое.

— Когда мы сможем поехать увидеть бабушку? — спросила Эми, выходя из плавучего дома, чтобы присоединиться к ним на нижней палубе.

— Завтра, — сказала ей Эрика. — Я заберу тебя из школы, и мы поедем прямо на ферму дяди Роббо.

— Мы не можем просто телепортироваться? — спросила Эми.

— Извини, крошка, — сказал Джейсон, взъерошив ее мокрые волосы. — У меня завтра важная встреча.

— Дядя Джейсон, — пожаловалась Эми, поправляя волосы пальцами.

— Эрика, я немного удивлен, что ты не отправила маму сюда, — сказал Джейсон.

— О да, на магический плавучий дом из облаков, — сказала Эрика. — Как будто того, что ты преподнес ей свое воскрешение в больнице, было недостаточно плохо. Я знаю, что у тебя и мамы есть проблемы, но затягивать это — просто быть засранцем.

— Мама, ты сказала плохое слово, — сказала Эми.

— Эми, — сказала Эрика. — Что я говорила тебе о ругательствах?

— Что это произвольное присвоение отрицательного значения словам, не имеющим врожденного отрицательного значения, основанное на устаревших моральных принципах, — проворчала Эми.

— Хорошая девочка, — сказала Эрика.

— Ты же знаешь, мои учителя так не считают, — пробормотала Эми.

— Вот почему ты должна использовать свое суждение, — сказала Эрика. — Социальный контекст важен. На ферме дяди Роббо ты услышишь все виды слов, не подходящих для школьной обстановки.

— Дядя Роббо постоянно пытается заставить меня пить пиво, — сказала Эми. — Не уверена, что это здоровая образовательная среда.

— Он раньше делал то же самое со мной, — сказал Джейсон, затем переключился на хриплый голос. — Давай, Джейсон, всего один глоток. Это добавит волос на твоей груди.

— Он сказал то же самое мне, — рассмеялась Эрика.

— Я не хочу волос на груди, — сказала Эми. — К тому же, пиво точно этого не делает.

— Ладно, Эми, — сказала Эрика. — Мне нужно немного поговорить с твоим дядей, так что иди начинай делать домашку.

Эми проворчала, но забрала свой школьный портфель и направилась на верхнюю палубу, пока Эрика и Джейсон вошли внутрь.

— Я отобрал следующий набор записывающих кристаллов, чтобы избежать того, к чему Эми еще не готова, — сказал Джейсон. — Я разложил кристаллы в медиа-комнате, так что, как только папа и Иан придут, вы сможете сразу погрузиться в них, пока я пойду повидаюсь с мамой.

— Что именно ты убрал?

— Некоторые вещи, которые я сделал. И которые сделали со мной. По-настоящему мерзкие вещи будут позже, но я не думаю, что Эми готова к моим размышлениям об этике убийства людей. Особенно потому, что в тех ранних я веду себя глупо и наивно по этому поводу.

Эрика нахмурилась.

— Значит, ты действительно…?

— Да.

— Много?

— Да.

Брат и сестра долго смотрели друг на друга в тишине.

— Учитывая все, что происходит вокруг тебя после возвращения, — наконец сказала Эрика, — я не уверена, что спросила, как ты справляешься. Ты в порядке, Джейсон?

— Возвращение домой помогает, — сказал он. — У меня был хороший разговор с папой. Я провел несколько часов на его холме.

— Ты посетил кучу грязи, — сказала Эрика. — Ты можешь видеть, сколько лет потребуется, чтобы привести это в какой-то разумный вид.

— Это определенно амбициозно, — сказал Джейсон. — Думаю, это может пойти быстрее, чем ты думаешь, однако.

— Ты говоришь о магии? — спросила Эрика. — Не могу поверить, что говорю о магии, как о чем-то обычном. Ты знаешь, что свел мою жизнь с ума, верно?

— Я знаю.

— Когда ты расскажешь Кайто все?

— Не уверен. Надеюсь получить гораздо лучшее понимание местной ситуации завтра, после чего я буду в лучшем положении, чтобы принимать решения в будущем.

— Хорошо, — сказала Эрика. — Джейсон, насчет тех кристаллов, которые ты не хотел, чтобы Эми видела.

— Они у Тени, — сказал Джейсон. — Просто попроси, и он даст их тебе.

* * * Джейсон сидел один в затемненной квартире своей матери, просматривая кристаллическую запись, в которой много внимания уделялось Фарре. Ее руководство было так важно для него в его первые дни в другом мире, хотя только после того, как она умерла, он понял, как часто она была права, а он ошибался. Это не мешало ему болтать. Проецирование уверенности никогда не было для него проблемой, даже когда ее не было вовсе.

Тень сказал Джейсону, что его мать прибывает, и он выключил запись, вернув проектор в инвентарь.

* * * Шерил прошагала от машины к лифту, ее голова кружилась от откровений и стресса. Она не была в офисе два дня, что было совершенно на нее не похоже, даже в выходные. После чудесного выздоровления матери она проводила время на ферме Роберта, помогая матери обустроиться.

Как будто этого было недостаточно, ее мертвый сын вернулся к жизни, только чтобы снова исчезнуть от нее. После шокирующего откровения в больнице она пыталась получить больше информации от своих других детей. Кайто, казалось, знал не больше самой Шерил, в то время как Эрика вела себя как препятствие. Ее собственная дочь отказывалась сказать ей, где она может найти сына, невозможно воскресшего из могилы. Их последние несколько телефонных разговоров переросли в крики.

Она приложила ключ-карту, чтобы войти в свою квартиру.

— Тебе не нужно беспокоиться о сигнализации, — сказал голос, когда она вошла внутрь. — Она уже выключена.

Голос ее сына был глубже, чем раньше. Она посмотрела на силуэт, сидящий в темноте в одном из ее кресел. Она щелкнула выключателем, открыв его полностью. Она видела его лишь мельком в больнице, но теперь начала каталогизировать изменения. Наряду с его новым голосом была борода и маленькие шрамы на лице. Глаза были теми же — темными и враждебными.

— Сын.

— Мать.

— Я думала, я потеряла тебя.

— Потеряла, — сказал Джейсон, вставая с кресла.

Она двинулась вперед, чтобы обнять его, но ее поразила волна ужаса, от которой она пошатнулась назад. Ее волосы встали дыбом. Ее инстинкты кричали об опасности, пока ощущение не прошло. Она огляделась. Не было никаких признаков того, что вызвало это ощущение, но она была уверена, что оно исходило от ее сына.

— Что это было? — спросила она, потрясенная.

— Объяснения будут, — сказал он. — Не сегодня.

Она не знала, что с собой делать, стоя посреди комнаты, но не желая пытаться двигаться вперед снова.

— Как ты сюда попал?

— Загадочно, — сказал он. — Теперь я загадочный.

Ей было трудно узнать собственного сына, но она мельком увидела мальчика, которого помнила, в момент глупости.

— Джейсон, после того как ты умер…

— У тебя все еще оставался сын, который тебе нравился, так что никакой большой потери.

— Как ты можешь такое говорить?

— Годы наблюдательных данных. Кайто и Эми — я понимаю. Мы были молоды и глупы и сделали выбор, который причинил друг другу боль. Мне потребовалось много времени, чтобы прийти к этому, но я готов попытаться простить их. Это не так просто, как я думал — я не продвинулся дальше этого так сильно, как думал, — но я могу это сделать.

Он покачал головой.

— Но ты, — продолжил он. — Ты не была молода. Ты не была погрязла в гормонах, любви и дружбе, переплетенных в крысиное гнездо. Ты должна была быть отстраненной. Я знаю, что у родителей есть любимчики, мам, но ты могла бы хотя бы попытаться скрыть это немного.

— Я пыталась удержать семью вместе через то, что явно собиралось стать кризисом.

— И как ты это сделала? Так же, как и все остальное: наступив на меня.

— Это не так, Джейсон.

— Я знаю, что ты любила меня, мам, — сказал Джейсон, голос стал тихим и низким, когда он опустил голову. — Но я также знаю, что ты на самом деле не любила меня.

— Это было не так, Джейсон.

— Ты думаешь, я выдумал это из воздуха? Ты потратила двадцать лет, показывая мне, что ты чувствуешь.

— Ты не был самым легким ребенком, Джейсон.

— О, я не знал, что это сложно, — сказал Джейсон. — Это пятно на моей репутации, полагаю. Извини, просто забудь все, что я сказал, тогда. Рад был видеть тебя, мам.

Она отскочила в сторону, когда он решительно зашагал к двери и открыл ее.

— Я вернулся домой для примирения, — тихо сказал он, заминаясь в дверях. — Знаю, у меня не очень хорошо получается, но были вещи, которые мне нужно было сказать, прежде чем у меня появился бы хоть какой-то шанс двигаться дальше.

Шерил собралась с духом и бросилась к сыну, крепко обнимая его.

— Мой мальчик вернулся ко мне, — прошептала она, вызвав дрожь в его теле.

— Тебе нужно перестать беспокоить Эрику, — тихо сказал он, высвобождаясь. — Я буду здесь некоторое время, так что присмотри за бабушкой. Мы скоро увидимся снова.

* * * Кен и Иан покинули плавучий дом после еще одного сеанса просмотра записывающих кристаллов, Иан забрал Эми домой с собой. Эрика осталась, просматривая один из записывающих кристаллов, который она забрала у Тени. Запись была о Джейсоне в том, что она начала узнавать как его жилье в странном магическом городе, в котором он жил.

— Я убил несколько человек сегодня, — сказал Джейсон на изображении. — Они были не первыми, и они пришли, чтобы убить нас. Я был на задании, сопровождая груз магических монет.

Он рассмеялся, качая головой в неверии.

— Это моя жизнь теперь. Мы были в этих удивительных песчаных скимерах, которые похожи на аэроглиссер, но для песка. Потом на нас напали — представьте себе — песчаные пираты! Безумие, правда? Они ворвались, и мы отбились. Это было потрясающе.

Он опустил голову.

— Только после того, как я вернулся, мне пришло в голову, что я только что убил восемь человек. И это было весело. Весело. Даже сейчас мне трудно чувствовать себя плохо из-за этого. Не то чтобы они собирались позволить нам жить, но защита себя должна быть мрачной необходимостью, верно?

Он вздохнул.

— Я начинаю бояться того, во что превращаюсь. Что произойдет, когда я перестану заботиться о человеческой жизни вообще? Теперь я опасен. Если я когда-нибудь вернусь домой, узнаешь ли ты вообще человека, которым я стал?

Запись подошла к концу, и Эрика сидела, глядя в пространство, где она была. Погруженная в свои мысли, она вздрогнула, когда Тень появился в дверях.

— Миссис Асано, ваш брат скоро прибудет в гостиную.

Она ждала Джейсона, когда он появился через портальную арку.

— Ты видел маму? — спросила она.

— Да.

— Ты не показывал ей ту сумасшедшую дверь телепортации, правда?

— Конечно, нет.

— Потому что я все еще перевариваю все это, — сказала Эрика. — Эми молода, и она быстро адаптируется, но Иан и я чувствуем себя довольно потерянными.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Мир теперь другое место.

Эрика вспомнила обеспокоенного мальчика на записи, боящегося того, что его семья увидит в нем. Человек перед ней определенно изменился. К добру или к худу, она не знала.

— Как ты справлялся в том месте? — спросила она. — Ты был совершенно один.

— Я не был, — сказал Джейсон. — Были друзья, чтобы помочь мне. Настоящие спутники, жизнь и смерть. Руфус, Гэри, Джори, Хамфри. Ты уже дошла до записей с Клайвом?

— Ты не упомянул Фарру, — сказала Эрика. — Это кажется странным, учитывая, что она явно была наставником, даже если вы были одного возраста. Вы с ней…?

— Нет. Она была очень важна для меня. Учитель и друг. Никто из нас не хотел большего.

— Эта женщина Кассандра, кажется, часто появляется. Ты тоже не упоминал ее.

— Этого мы хотели, — сказал Джейсон. — В конце концов она бросила меня. Спойлер.

— Хочешь поговорить об этом?

— На самом деле, да, — сказал Джейсон. — Я бы хотел этого.

* * * После того как Эрика ушла, Джейсон сидел на верхней палубе, читая один из более базовых теоретических текстов Фарры о магических формациях. Дневная жара остыла с приходом ночи, но вечер был все еще приятным. В любом случае, телу Джейсона бронзового ранга потребовалось бы значительное количество холода, чтобы почувствовать дискомфорт. Его телефон зазвонил; он посмотрел на указанного звонящего.

— Анна, — поздоровался Джейсон, отвечая. — Конфликт расписания в последнюю минуту?

— Я хотела поговорить о другом пришельце, — сказала Анна.

Джейсон сел в своем кресле. — Что насчет них?

— Я знаю, что вытащить их из рук филиала в Лионе важно для тебя. Нам удалось заставить Международный комитет согласиться надавить на филиал в Лионе, но Сеть — это не одна большая иерархия. Это организация старых тайных обществ, и Международный комитет больше похож на ООН, чем на повелителя. Филиалы — это члены, а не подчиненные, поэтому они могут оказывать на Лион только такое давление, которое члены готовы принять.

— Я понял, — сказал Джейсон. — Вы ищете доказательство того, что мое сотрудничество достаточно ценно для этого вашего комитета, чтобы вступиться за меня.

— Это именно то, что я ищу, — сказала Анна. — Если у тебя есть что-то подобное для нас завтра, мы можем запустить процесс.

— Как раз так получилось, что я кое-что подготовил, — сказал Джейсон. — Я отправлю тебе ссылку на облачный диск.

Мгновение спустя Анна включила телефон на громкую связь, прокручивая файл на экране.

— Это то, о чем я думаю?

— Тысячи известных комбинаций эссенций, плюс несколько базовых заметок об общих тенденциях этих комбинаций. Очень базово; я приберегу детали для следующего раза, когда мне что-то понадобится. Это просто проба.

Живые документы Джейсона о знаниях Магического общества о монстрах и эссенциях не обновлялись, пока он был в другом мире, но уже записанной информации было более чем достаточно, чтобы продолжать. В рамках подготовки к встрече Джейсон попросил Тень переписать содержимое магического планшета в цифровой документ.

— Это тот жест, о котором ты говоришь?

— Да, — сказала Анна. — Это подойдет отлично.

ЖЕСТКАЯ ПОЗИЦИЯ

ЖЕСТКАЯ ПОЗИЦИЯ

Джейсон проснулся рано, провел силовую тренировку, а затем перешел к боевой. Теперь, когда Тень была способна прикладывать определенную физическую силу, она могла использовать свои знания о стиле боевых искусств Джейсона, чтобы задействовать несколько тел и проводить спарринги, способствуя развитию навыков Джейсона. По мере того как навыки Джейсона росли, Тень переходила к более масштабным аспектам обучения.

— Тебе нужно развивать свои навыки в ином направлении, нежели мисс Векслер, — сказала Тень. — Она использует универсальность стиля, чтобы создать нечто вроде специализированного варианта, адаптированного непосредственно под ее склонности и возможности. Она никак не может запомнить тот огромный спектр техник, который включает в себя этот стиль, но ее фокус дает ей специализированную экспертизу.

— Она тренируется с самого детства, — сказал Джейсон. — Я не могу сравниться с этим опытом ничем, кроме времени, есть у меня книга навыков или нет.

— Безусловно, — ответила Тень. — Твое личное преимущество в том, что ты изучаешь стиль в большей степени в соответствии с его первоначальным замыслом.

— О? — подтолкнул ее Джейсон.

— Как должно быть ясно из книг навыков, найденных во время испытаний Жнеца, техники Ордена Жнеца фундаментально разработаны с учетом использования книг навыков. Развить такое количество техник до рабочего состояния просто невозможно без улучшения памяти, которое дает атрибут духа высокого ранга. На твоем ранге книги навыков — единственный путь. Конечно, включение этих навыков в арсенал требует специализированного режима тренировок, который мистер Ремор, по счастливой случайности, смог обеспечить.

— Значит, мне стоит делать упор на широту техник, а не закреплять любимые, как Софи?

— Именно, — сказала Тень. — Универсальность и адаптивность должны стать твоими девизами. По мере того как мы будем продолжать практиковаться, я постараюсь раскрыть весь твой спектр техник.

После боевой тренировки Джейсон отправился на пробежку. Его атрибуты скорости и выносливости бронзового ранга позволяли ему выбирать относительно отдаленный пункт назначения, такой как Касл-Блафф. Выбираясь из города, он бежал вдоль шоссе, когда мимо в противоположном направлении проехала машина, а затем развернулась и подъехала к нему. Улучшенное восприятие Джейсона позволило ему узнать водителя — это был его старый друг Грег, которого он не видел с тех пор, как уехал в Мельбурн, в то время как Грег отправился в Сидней.

— Джейсон? — недоверчиво спросил Грег, остановившись и выйдя из машины.

— Привет, Грег, — сказал Джейсон. — Давненько не виделись.

— С тех пор как ты уехал в Мельбурн или с тех пор, как ты умер?

— И то, и другое, полагаю, — ответил Джейсон. — Как ты, приятель?

— Жив. Стабильно. Что делает мертвец, бегая по шоссе посреди глуши?

— Фитнес и хорошее самочувствие, — сказал Джейсон. — Я теперь помешан на упражнениях.

— Куда ты направляешься?

— Просто бегу до Касл-Блаффа и обратно.

— Это что-то около тридцати километров.

— Как думаешь, почему я так быстро бежал?

Грег потер виски.

— Это безумие, — сказал он сам себе. — Я схожу с ума. Я попал в автокатастрофу, а теперь я в каком-то странном чистилище со своим мертвым другом и его на удивление подтянутыми икрами.

Джейсон легко рассмеялся.

— Ладно, Грег, просто успокойся, приятель. Сделай глубокий вдох.

— Это говорит мертвец с того света!

— Ладно, слушай. У меня позже важная встреча, так что мне нужно идти, но давай обменяемся номерами, и я тебе позвоню. Мы можем пообщаться.

— О, мы можем пообщаться, — сказал Грег. — КАК ТЫ ЖИВ?

— Благодаря мистическим силам, которые я обрел в магической альтернативной вселенной.

Грег покачал головой.

— Вижу, ты не изменился. За исключением бороды. Она отлично скрывает линию подбородка. Или ты делал какую-то пластику?

— Я не делал никакой пластики!

* * * Анна заканчивала приготовления к отъезду, когда в открытую дверь постучала женщина лет двадцати пяти. На ней был элегантный брючный костюм, который заметно выделялся на фоне безликих, стандартных вариантов, которые обычно требовала Сеть. Это был не тот наряд, который можно было принять за одежду государственного служащего среднего звена. Ее средиземноморское происхождение подарило ей смуглый оттенок кожи и темные волосы, которые привлекательно подчеркивал бордовый цвет костюма.

— Мисс Карадениз, — поприветствовала Анна, продолжая перекладывать вещи со стола в портфель. — Что возвращает вас в Сидней из высоких кабинетов Международного комитета?

— МК хочет иметь представителя на этих переговорах. И, пожалуйста, Анна, с каких это пор я «мисс Карадениз»?

— Но ты теперь такая важная, — с улыбкой сказала Анна.

— Я всегда была важной, — ответила Ася.

Анна усмехнулась. — Кажется странным, что они прислали кого-то из отдела магических технологий.

— Я там просто администратор, — сказала Ася. — Моя работа — следить за тем, чтобы люди, которые делают реальную работу, были довольны и обеспечены средствами.

— Разве ты не с побережья Среднего Севера?

— Вот почему я и попросила об этой роли, — сказала Ася. — Я училась в школе с Джейсоном Асано.

— Серьезно?

— О да. У меня даже была к нему небольшая симпатия, но он был одержим какой-то обычной белой девчонкой. Вкусы — вещь необъяснимая.

— Тогда ты можешь дать нам некоторое представление о нем, — сказала Анна. — Сравни его с тем, каким он был до магии.

— Именно поэтому они одобрили мое назначение, хотя прошло уже несколько лет. Я была на его поминальной службе, поэтому была очень удивлена, услышав его имя в связи с инцидентом в Сиднее.

— Ты читала отчеты?

— О да, — сказала Ася. — То, что он появился на твоей кухне, было интересно. Я бы не стала слишком беспокоиться и воспринимать это как угрозу. Ему всегда нравилось выбивать других из колеи ради социального преимущества. К тому же, вряд ли он станет портить кухню.

— Рада это слышать. Насчет моей жены. Меня не особенно волнует кухня.

Ася рассмеялась. — Меня больше интересуют картины, которые он получил от твоей жены.

— Ты думаешь, они имеют значение? — спросила Анна. — Я решила, что это просто демонстрация силы, чтобы показать нам, что мы не неприкасаемые.

— Джейсон предпочитает иметь больше одной причины для совершения поступка, — сказала Ася. — Обе картины были написаны одним и тем же художником, как, несомненно, сказала тебе твоя жена.

— Да, какой-то подражатель Бэнкси, строящий из себя загадочную личность.

— Я была бы признательна, если бы ты поручила кому-нибудь изучить этого художника более внимательно.

— Я могу это сделать, — сказала Анна и достала телефон, чтобы сделать звонок. — Арам, — поздоровалась она. — Проведи глубокое исследование художника, чьи картины Асано купил у моей жены. Доун, это тот самый. Спасибо.

Анна убрала телефон в карман.

— Готово, — сказала Анна.

Кит прибыл к офису.

— Мисс Карадениз, всегда рада вас видеть.

Офис Анны был кабинетом Кита, когда Ася еще была членом сиднейского отделения.

— Мистер Калпепер, — поздоровалась Ася.

— Анна, — сказал Кит. — Как ты смотришь на то, чтобы поехать вверх по побережью с мисс Карадениз? Группа достаточно разрослась, так что лишняя машина не помешает.

— Сколько нас теперь человек? — спросила Анна.

— Нас трое, — сказал Кит, — плюс правительственный связной. Мы встретимся с Крейгом Вермиллионом, как только доберемся до города.

— Кто связной?

— Гордон Траффетт, — сказал Кит.

Анна и Ася одновременно застонали.

— Он не так уж плох, — сказал Кит, на что обе женщины посмотрели на него безразличным взглядом. — Ладно, он немного навязчив.

— Почему они выбрали кого-то вроде него? — спросила Анна.

— Я слышала, он близок к премьер-министру, — сказала Ася.

— Премьер-министр выбрал его лично, — подтвердил Кит.

— Тогда я поеду с тобой, Ася. Если ты не против.

— Совсем не против.

— Кто-нибудь еще?

— Глэдис едет с нами, — сказал Кит. — Она собирается навестить бабушку Асано. Мы также берем Найджела.

— Зачем? — спросила Анна.

— Мы подозреваем, что у Асано есть способ развиваться без монструозных ядер. Я подумал, что присутствие нашего собственного фаната безъядерного развития может побудить Асано открыться.

Анна и Ася также никогда не использовали монструозные ядра, но это было вопросом политики. Всему руководящему составу Сети давали эссенции, чтобы поднять их до первой категории, но ядра в основном берегли для сотрудников оперативных групп более низкого ранга, которые служили на передовой деятельности Сети. Только члены комитета, такие как Кит, были подняты до второй категории с помощью ядер.

— Это хорошая идея, — сказала Ася. — Джейсон мог быть довольно увлеченным, когда во что-то ввязывался. Найджел может заставить его выдать несколько полезных крупиц информации, не стоив нам никаких уступок.

— Насколько хорошо ты его знаешь? — спросил Кит.

— Прошло много времени, — сказала Ася. — Думаю, строить слишком много предположений, основываясь на том, каким он был семь лет назад, может привести к большим ошибкам, чем действовать по ситуации.

— Вероятно, это разумно, — сказал Кит. — Тогда отправляемся?

* * * В то время как машина Кита была ничем не примечательным седаном с правительственными номерами, машина Аси выглядела как MGA Roadster 1962 года. Стоял еще один жаркий день, и у них был опущен мягкий верх, Анна и Ася наслаждались поездкой вдоль побережья.

— Итак, ты из Касселтон-Бич? — спросила Анна.

— Определенно нет, — ответила Ася. — Я не бедная.

Анна бросила на нее косой взгляд.

— Моя семья не изобретала капитализм, — беззастенчиво сказала Ася. — Мы просто выиграли в него. Конечно, я знаю Касселтон-Бич. Именно оттуда были все интересные парни. Дети так часто бывают утомительны.

Анна снова посмотрела на Асю.

— Я не буду извиняться за то, что я исключительна среди своих сверстников, — сказала Ася.

Когда они достигли окраины Касселтон-Бич, Анна начала чувствовать легкое недомогание. Глэдис позвонила ей по телефону.

— Ты это чувствуешь? — спросила Глэдис, когда Анна включила громкую связь.

— Ты тоже? — спросила Анна.

— Я почти уверена, что мне хуже. Думаю, с магией здесь что-то не так.

— Было ли так, когда ты была здесь в прошлый раз?

— Я не приезжала сюда в прошлый раз, — сказала Глэдис. — Больница находится в другом городе.

Анна повернулась к Асе.

— В этом городе происходит что-то странное с магией?

— Не то чтобы я знала, — сказала Ася. — Я была здесь с тех пор, как получила эссенции, но ничего подобного не было.

— Может быть, у Вермиллиона будут ответы, — сказала Анна.

* * * Дом Вермиллиона представлял собой особняк, расположенный среди богатой кустарниковой растительности, всего в нескольких минутах езды от Касселтон-Бич. Команда переговорщиков Сети прибыла к нему до начала встречи, и он встретил их на своей широкой подъездной дорожке. Ася припарковала машину, вышла и быстро обняла Вермиллиона.

— Это место, где раньше жила семья Берман, — сказала Ася. — Первый раз, когда я напилась, был в этом доме.

— Тесен мир, — сказал Вермиллион. — Как тебе машина?

— О, я ее обожаю, — сказала Ася. — Я внесла несколько модификаций.

— Я так и понял. Этот шум двигателя искусственный, верно?

— От тебя ничего не скроешь, — сказала ему Ася.

— Если бы это было правдой, я бы все еще был в Сиднее, — сказал Вермиллион. — Хотя я нахожу это приятной сменой темпа. Если мне захочется острых ощущений, подозреваю, что Джейсон обеспечит их более чем достаточно, рано или поздно.

— Вы знаете, что отвечает за магический дефицит в Касселтон-Бич? — спросил Кит.

— Это Джейсон, — сказал Вермиллион. — Он, по-видимому, решил монополизировать местную магию.

— Как это вообще возможно? — спросила Ася.

— Его плавучий дом втягивает ее в себя. К счастью, это место находится как раз за пределами поля магического потребления. Я не хочу впасть в оцепенение, как те заскорузлые вампиры старого мира.

— Итак, что нам делать с магией? — спросил Кит. — Она вогнала меня в ступор, а я всего лишь вторая категория. Боюсь даже представить, что будет с мисс Эрствеллер.

— Я справлюсь, — сказала Глэдис.

— Это не будет проблемой, — сказал Крейг. — Хотя большая часть города магически анемична, вы обнаружите, что плавучий дом Джейсона довольно комфортен.

— Как его плавучий дом поглощает магию? — спросила Ася.

— Магически, я полагаю, — сказал Крейг. — Пойдемте?

Для поездки от дома Вермиллиона правительственный связной, Гордон, был вытеснен с переднего пассажирского сиденья, чтобы освободить место для Вермиллиона. Несмотря на свои протесты, он оказался на среднем месте заднего сиденья между Глэдис и Найджелом, инструктором по боевой подготовке.

— Какова, собственно, ваша цель в этих переговорах? — недовольно спросил Гордон у Глэдис.

— Я здесь, чтобы сохранить тебе жизнь, когда Асано отвесит тебе оплеуху через всю комнату, — сказала Глэдис.

— У вас, похоже, отсутствует базовое чувство самосохранения, мистер Траффетт, — сказал Вермиллион. — Большинство людей остерегались бы оскорблять представителя третьей категории, учитывая, что он мог бы разорвать вас, как ириску в жаркий день.

— У Асано было что-то, чего я не понимаю с медицинской точки зрения, — сказала Глэдис. — У него есть шрамы.

— Почему это необычно? — спросил Кит с водительского сиденья.

— Вы не участвуете в драках, поэтому, вероятно, не знаете, — сказала Глэдис. — Найджел, вы были солдатом. Есть шрамы?

— Были, — сказал Найджел. — Во время трансформации, когда я поднялся до первой категории, они исчезли. Теперь они не остаются, как бы серьезно я ни был травмирован. Магически или естественно исцеленные, они не оставляют следов.

— Мне любопытно, какая травма оставляет постоянный след на одном из нас, — сказала Глэдис. — Я бы предпочла знать заранее, что это делает, чем выяснять это после того, как кто-то из наших людей с этим столкнется.

— И мы, фронтовики, ценим эту заботу, — сказал Найджел.

Поездка до Касселтон-Бич и спуск к пристани заняли всего несколько минут.

— Это и есть плавучий дом Асано? — спросила Анна, выходя из родстера Аси.

— Ну вот, началось, — сказала Ася. — Интересно, где он его раздобыл.

— Я твердо подозреваю, что доступность ограничена, — сказал Вермиллион, выходя из седана Кита.

Они двинулись по причалу и обнаружили жуткую теневую фигуру, ожидающую на нижней палубе. Она имела форму человека в плаще, но, казалось, обладала негативным присутствием. Это было так, словно вместо того, чтобы существовать, она была дырой в ткани вселенной.

— Я — Тень, — произнесла она холодным, странно британским голосом. — Учитывая жару, мистер Асано все еще плавает после утренней пробежки. Пожалуйста, проходите на борт.

Группа Сети переглянулась, пока Вермиллион ступал на борт.

— Здравствуй, Тень, — сказал он.

— Добрый день, мистер Вермиллион.

Остальные ступили на нижнюю палубу и ощутили чувство, словно перешли из пустынного зноя в комнату с кондиционером.

— О, ничего себе, — сказала Глэдис. — Как будто я только что съела духовную монету.

— Вы должны найти условия на борту вполне приемлемыми, — сказала Тень. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Группа последовала за парящей тенью по нижней палубе на дальнюю сторону плавучего дома, где они обнаружили Асано, отдыхающего на угольно-черном надувном матрасе в воде. Он был одет только в плавательные шорты, а его подтянутый торс с отчетливыми шрамами был выставлен напоказ. Россыпь мелких шрамов доминировала над большой, уродливой линией, идущей от правого бедра, через живот и вокруг левой части поясницы. Это выглядело как рана, после которой человек вряд ли мог выжить достаточно долго, чтобы она затянулась шрамом.

Надувной матрас превратился в облако тьмы, и Асано исчез в нем, немедленно появившись из их теневого проводника, словно прошел сквозь дверь. Он схватил полотенце, висевшее на леерах палубы, потер им голову, прежде чем накинуть на плечи.

Он повернулся к ним спиной, чтобы провести их внутрь. Это выставило татуировку на его спине на всеобщее обозрение. Она изображала ночное небо, полное звезд, которые действительно, казалось, мерцали. Присмотревшись, можно было заметить темные фигуры, почти незаметно движущиеся сквозь ночь. В центре татуировки был странный темный плащ, освещенный звездами. Внутри плаща было открытое дневное небо. За исключением Гордона Траффетта, у которого не было магии, все они чувствовали, что это не обычная татуировка.

— Лучше заходите, — сказал Джейсон. Он подошел к стене из тонированного стекла, которая сдвинулась, открывая доступ в бар-гостиную. — Приятно видеть тебя, Ася. Если я правильно помню, у тебя были амбиции присоединиться к ASUS.

— Меня переманили на более захватывающую возможность, — сказала Ася, когда группа последовала за ним внутрь. Интерьер плавучего дома был обставлен просто, но дорого: белая кожа и ценные породы дерева.

— Могу себе представить, — сказал Джейсон, заходя за барную стойку. — Сражаться с монстрами определенно интереснее, чем эксплуатировать наших международных соседей, чтобы обогатить корпоративных доноров правительства.

— Я вынужден протестовать против такого описания, — сказал Гордон.

— Протестуй, — сказал Джейсон, расставляя на барной стойке ряд стаканов и насыпая в них лед. — Кто вы, собственно, такой?

— Я представляю правительство на этих переговорах. Гордон Траффетт.

— Что ж, теперь ты — Другой Гордон, — сказал Джейсон. — У меня уже есть Гордон, и он важнее тебя.

— Так вы начинаете переговоры? — возмущенно спросил Другой Гордон.

— Ты прав, — сказал Джейсон. — Компромисс — это часть процесса. Эй, Гордон.

В воздухе проявилась еще одна темная фигура, хотя эта сильно отличалась от Тени. Новое присутствие представляло собой бесплотный плащ, очень похожий на тот, что был на татуировке на спине Джейсона, но вместо дневного света он содержал изображение туманности «Глаз Бога». Вокруг него парили четыре светящихся шара, похожие на синие и оранжевые глаза.

— Этот парень думает, что ты должен быть Другим Гордоном, — сказал Джейсон, доставая кувшин из одного из двух больших холодильников. — Что скажешь, Гордон?

Фамильяр ответил тем, что повернулся к Траффетту, медленно и угрожающе приближаясь. Найджел встал между ними.

— Ладно, Гордон, — сказал Джейсон, и фамильяр исчез. — Извини, Другой Гордон. Похоже, настоящий Гордон занимает жесткую позицию.

Стоя за спиной Найджела, Другой Гордон удерживал равновесие, вцепившись побелевшими пальцами в спинку стула. Джейсон разлил лимонад по стаканам, сделав одобрительный глоток из своего. Вермиллион и Ася взяли стаканы без колебаний.

— Этот лимонад невероятен, — сказала Ася. — Я определенно хочу запастись им. Где вы его взяли?

— Лимоны, — сказал Джейсон. — Секрет в том, чтобы положить лимонную цедру вместе с сахаром примерно на двенадцать часов, чтобы сахар впитал фруктовое масло. Именно в этом весь вкус. А теперь мне нужно показать Анне, как сделать правильный сэндвич, но мы можем поговорить, пока я это делаю. Почему бы нам не начать с представлений?

Интерлюдия

Лимонад Джейсона

Предмет: [Лимонад Джейсона] (обычный ранг, распространенный)

Вкусный цитрусовый напиток (расходуемый, напиток).

* Эффект: Освежающий.

Требования к крафту:

Материалы:

* 6 лимонов. * 1 и ¼ чашки сахара. * 5 чашек воды.

Количество сахара и лимонного сока можно регулировать, если вы любите очень сладкий или с легкой кислинкой.

Инструменты:

* Миска для смешивания. * Кастрюля. * Мелкое сито. * Овощечистка для лимона. * Соковыжималка для лимона (опционально). * Кувшин для подачи.

Шаги:

1. Помойте лимоны. Если они кажутся восковыми, потрите их под горячей водой. 2. Снимите цедру с 6 лимонов с помощью овощечистки. Вам нужна желтая цедра, но не беспокойтесь слишком сильно, если попадет немного белой. Отложите очищенные лимоны в сторону. 3. Покройте лимонную цедру 1 и четвертью чашки сахара в миске для смешивания и перемешайте. Накройте пищевой пленкой и оставьте минимум на 2 часа, но лучше дольше. Если оставить на ночь, будет очень хорошо. 4. Доведите 5 чашек воды до кипения в кастрюле на сильном огне. Выключите огонь и влейте лимонно-сахарную смесь. 5. Доведите воду до кипения в кастрюле на сильном огне; выключите огонь и добавьте лимонно-сахарную смесь, включая цедру. Перемешайте, затем оставьте, пока сахар растворяется, это должно занять около 5 минут. 6. Процедите жидкость обратно в миску для смешивания через мелкое сито, чтобы удалить цедру. 7. Не добавляйте лимонный соксразу. Дайте жидкости постоять до комнатной температуры; около получаса должно хватить. 8. Разрежьте лимоны пополам и выжмите сок в миску через мелкое сито. Перелейте лимонад в кувшин для подачи, накройте пищевой пленкой и поставьте в холодильник до приятной прохлады. 9. Если наливать лимонад на лед, не охладив его предварительно, лед растает и разбавит напиток, так что сделайте его хорошо холодным. Рекомендую пару часов. Затем налейте поверх льда и готовьтесь к серьезному утолению жажды.

ЛУЧШЕ НЕ СВЯЗЫВАТЬСЯ

ЛУЧШЕ НЕ СВЯЗЫВАТЬСЯ

Джейсон и его гости сидели в бар-гостиной его плавучего дома.

— Думаю, нам следует начать, — начал Кит, — с того, чтобы все оказались на одной волне в плане того, кто мы такие и чем занимаемся.

— Думаю, это мой сигнал уходить, — сказал Вермиллион. — Теперь, когда встреча состоялась без попыток кого-либо похитить, я откланяюсь, чтобы позволить вам поделиться секретами, не беспокоясь о третьей стороне.

— Спасибо, Крейг, — сказал Джейсон. — Мы еще увидимся, да? Погоди, я заверну твой сэндвич в бумагу.

Джейсон завернул Вермиллиону сэндвич, и Тень проводила вампира, оставив Джейсона с контингентом Сети. Джейсон стоял за барной стойкой, а остальные заняли места по приглашению Джейсона.

— Как насчет того, чтобы я взял инициативу на себя? — сказал Джейсон, продолжая собирать сэндвичи. — Мы можем пройтись по моей истории, я могу рассказать вам, что я выяснил о вашем маленьком клубе, а затем мы перейдем к вопросам и уточнениям, когда вы расскажете мне о себе.

— Прежде чем мы начнем, — сказала Глэдис, — я хотела бы спросить о ваших шрамах. Насколько я понимаю, шрамы невозможны для таких, как мы.

— Почему это? — спросил Джейсон.

— Потому что мы исцеляемся, используя душу как шаблон, — сказала Глэдис.

— Разве это не отвечает на ваш вопрос? — спросил Джейсон.

— Погодите, — сказала Глэдис. — Вы хотите сказать, что ваша душа в шрамах?

— Думаю, «отмечена» — более точный термин. Шрамы души — это обычно то, как их называют в другой вселенной, но у меня больше опыта с этим, чем у большинства. Душа — вещь устойчивая, и она не может быть по-настоящему повреждена внешними силами. Даже самыми экстремальными, которые я проверил весьма тщательно.

— Тогда что вызывает эти отметины? — спросила Глэдис.

— Ваша душа — это то, кто вы есть, в самой основе, — сказал Джейсон. — Некоторые переживания меняют вас фундаментально. Противостояние врагу, которого, как вы думали, не сможете пережить. Перенесение испытания, которое, как вы думали, уничтожит вас. Оставленные шрамы могут казаться следами от ран, которые вы получили, но реальность в том, что вы нанесли их сами.

— Психологические шрамы, ставшие явными, — сказала Глэдис.

— Что-то вроде того. Я провел некоторое время с целителем, хорошо разбирающимся в травмах души. Я многому у него научился.

— А как насчет той татуировки на вашей спине? — спросил Найджел. — Мы сами используем магические татуировки, но ничего настолько сложного.

— Я использовал обычную магическую татуировку в прошлом, — сказал Джейсон. — Я потерял ее, когда поднялся до бронзового ранга. С первой категории до второй.

— То же самое происходит с нашими, — сказал Найджел.

— Эта на моей спине другая, — сказал Джейсон. — Она называется личный герб, и это физическое воплощение моей души. Она позволяет мне доказать, что я — это я, независимо от того, как сильно может измениться моя аура. Ее невозможно воспроизвести, насколько я знаю, что мешает какому-нибудь оборотню принять мой облик. Конечно, это только если кто-то проверит. Если дракон примет мой облик, чтобы украсть печенье, например, то люди, вероятно, не будут утруждаться.

Команда Сети обменялась неуверенными взглядами.

— Дракон? — спросила Анна.

— Его зовут Сташ. Очаровательный малыш, но он действительно проказничает.

— Вы ожидаете, что мы поверим в драконов? — спросил Другой Гордон.

— Приятель, меня засосало через пространственную солнечную вспышку в альтернативную вселенную. Если ты собираешься упираться при первом же встреченном магическом существе, то можешь просто сидеть там тихо и быть благодарным, что тебя зовут не Другой Колин.

— Что?

— Думаю, мистер Траффетт, — сказал Кит, — нам лучше слушать, чем говорить.

— Можно мне взглянуть на вашу татуировку получше? — спросила Ася.

— Не уверен, что поворачиваться к вам спиной — самый умный выбор, — сказал Джейсон, — но это скорее метафора.

Джейсон повернулся и позволил им посмотреть, не закрывая ее наполовину полотенцем. Через мгновение Джейсон повернулся обратно и занял свое место за барной стойкой.

— Так выглядит ваша душа? — спросила Ася.

— Снаружи, — сказал Джейсон. — Изнутри она больше похожа на сад.

— Вы видели свою душу изнутри? — спросила Глэдис.

— У меня был опыт, который развил мою способность к саморефлексии, — сказал Джейсон. — Уверен, мы сможем обсудить подробности в другой раз. Что вам нужно знать сейчас, так это то, что я отправился в магическую альтернативную вселенную, пару раз умер, получил космическую силу и знания и вернулся домой.

— Что вы имеете в виду под «умер»? — сказала Анна.

— Мертв. Окочурился. Отбросил коньки. Мне что, нужно разыгрывать всю сценку с попугаем? Важно то, что я возвращался сильнее каждый раз, поэтому я бы не советовал пытаться меня убить.

— Это громкое заявление, — сказал Кит. — Полагаю, у вас нет способа его подтвердить?

— Приятель, это смерть; квитанцию не выдают. Не думаю. Тень…?

— Нет, — сказала Тень.

— Отец Тени отвечает за загробную жизнь, — сказал Джейсон. — Хотя он отказывается говорить мне, что происходит с душами после смерти. Мои личные воспоминания в лучшем случае смутные.

— Это не дано знать живым, — сказала Тень.

— Что вы имеете в виду под «отвечает за загробную жизнь»? — спросила Анна.

— Вы знакомы с Великими астральными существами? Они вроде супербогов. Ваши обычные боги, которых вы найдете в любом мире с достаточным количеством магии, находятся на уровне вашего Зевса, Одина и так далее. Великие астральные существа оперируют в более космическом масштабе. Это та самая публика из разряда «создать вселенную за семь дней». Прародитель Тени — Жнец, который берет на себя заботу о мертвых. Мы не встречались, но он кажется достойным парнем. Хотя он может быть немного сердит на меня, потому что я постоянно от него уклоняюсь.

— Это возмутительные заявления, — сказала Анна. — Даже по нашим меркам.

— Что означает, что вы либо рассказываете нам небылицы, — сказала Ася, — либо даете нам понимание некоторых фундаментальных вопросов о реальности.

Джейсон ослепительно улыбнулся ей. — Держитесь меня, и я покажу вам космос.

— Возможно, я поймаю вас на слове, — сказала Ася.

— У вас есть средства для путешествий между мирами? — спросила Анна.

— Нет, — сказал Джейсон. — Мое путешествие было неожиданным в обоих направлениях. Однако я собираюсь найти способ.

— Как?

— Без понятия.

— Вы сказали одному из моих людей, что существует более одного другого мира, — сказала Анна.

— Да, хотя я посетил только один. Я мало знаю о других. Что важно для наших дел здесь, так это то, что я привез с собой. У меня есть несколько материальных ресурсов, но это второстепенный вопрос. Важнее знания.

— Какие знания? — спросил Кит.

— Прежде чем я перейду к этому, — сказал Джейсон, — я хотел бы на мгновение изучить вашу сторону, теперь, когда мы обсудили мою. Позвольте мне начать с того, что я смог предположить о вашей Сети.

— Пожалуйста, — сказал Кит. — Мне любопытно, что посторонний смог собрать воедино.

— Что ж, я думаю, семена вашей организации были посеяны где-то около полутысячелетия назад, вероятно, одним или несколькими пришельцами из других миров, которые бродили вокруг, основывая тайные общества. Эти тайные общества, скорее всего, основывались на существовании эссенций, хотя это догадка. В то время, я полагаю, было мало, если вообще были, возможностей столкнуться с монстрами или другими магическими ресурсами. Эссенции, вероятно, накапливались и использовались лишь немногими, может быть, даже одним человеком для каждого из тайных обществ.

— Вы получили эту информацию от Вермиллиона? — спросила Анна.

— Частично, — сказал Джейсон. — Многие пробелы, о которых он не знал, я заполнил сам. Я полагаю, что когда эти тайные общества были основаны, каждому из них был дан доступ к чему-то. Какому-то способу обнаружения и вмешательства в определенные магические события. События, которые либо начали происходить, либо начали значительно учащаться где-то на рубеже двадцатого века.

— Это не неточно, — сказал Кит.

— Инциденты, о которых идет речь, — это, как я предполагаю, формирование недолговечных, протоастральных пространств. Не уверен, как вы называете их локально, но я говорю о нестабильных пространственных карманах, прикрепленных к миру. Я сам сталкивался только со стабильным вариантом, хотя изучал теорию.

— Мы называем их пространственными вторжениями, — сказала Анна. — Основная цель Сети — находить вторжения, входить в них и предотвращать попадание сущностей оттуда в наш мир.

— Как это работает?

— Каждое вторжение содержит ряд враждебных сущностей, — объяснила Анна.

— Монстров, — сказал Джейсон.

— Мы используем термин «пространственная сущность» или ПС, — сказала Анна. — Мы отправляем тактические группы, чтобы их устранить. Вторичные сущности несущественны, но каждый инцидент имеет одну или несколько так называемых якорных пространственных сущностей, или ЯПС. Если мы устраняем ее или их, то все, что остается, исчезает в эфире, когда пространство вторжения распадается.

— Сколько времени это занимает? — спросил Джейсон.

— Сорок три часа в базовом варианте. Немного дольше с более мощной ЯПС, но пятьдесят один — это рекорд. Это было с ЯПС четвертой категории.

— Золотой ранг? — спросил Джейсон. — У вас есть люди, достаточно сильные, чтобы справиться с этим?

— На сегодняшний день было только одно вторжение четвертой категории, — сказала Анна. — Потребовалась небольшая армия тактического персонала третьей категории плюс большое количество военной огневой мощи, чтобы справиться с этим. С тех пор мы работаем над магически усиленным тяжелым вооружением. Однако мы не оснащены для борьбы с увеличением числа вторжений такого уровня.

— Когда нам не удается устранить ЯПС, — сказал Найджел, — любые ПС, оставшиеся к моменту распада пространства вторжения, выбрасываются в наш мир.

— Мы предотвратили это во всех случаях, за исключением нескольких изолированных инцидентов, — сказал Кит. — К счастью, каждый из них был в отдаленных местах, где было минимальное количество жертв, и мы смогли все скрыть. По большей части.

— Мы используем пространство вторжения для сбора магических материалов, — объяснила Ася. — Эти материалы критически важны для поддержания нашей способности сопротивляться событиям вторжения. Эссенции и камни пробуждения — самые ценные материалы, как вы можете себе представить.

— За последнее столетие, — сказала Анна, — и количество, и сила вторжений растут, как вы и сказали. Нам удавалось справляться до сих пор, учитывая, что более мощные пространства вторжений означают лучшие урожаи. Мы приближаемся к точке, где у нас нет ресурсов, чтобы поднять наших людей выше третьей категории. Были разговоры об объединении ресурсов, чтобы попытаться поднять небольшое количество наших самых исключительных людей по всему миру до четвертой категории, но переговоры идут не очень хорошо.

— Проблемы с выбором того, какое отделение получит четвертую категорию? — догадался Джейсон.

— Да, — сказал Кит. — Очевидное решение — поместить их непосредственно под командование Международного комитета и отправлять по всему миру по мере необходимости. К сожалению, более мощные отделения в США, Китае и России сопротивляются этому. Поскольку они являются основным источником духовных монет, их нельзя просто игнорировать.

— У вас нет ферм духовных монет, — сказал Джейсон. — Это имеет смысл. На Земле нет магии, а формирование монет занимает месяцы, так что вы не можете делать это в протоастральных пространствах. Вы получаете монеты из способностей к луту?

— Да, — сказал Кит. — И крупные державы делают все возможное, чтобы переманить любого, кто получает такую способность, чтобы сохранить свою монополию. Они предлагают такие условия, от которых трудно отказаться, хотя, естественно, многие отказываются. Ни в одном из австралийских отделений в настоящее время нет никого со способностью к луту.

Остальные устремили недружелюбный взгляд на Другого Гордона.

— Последних двоих, что у нас были, — сказал Кит, — правительство способствовало их обмену в США в обмен на политические уступки, не связанные с магическими делами.

— Эти сделки были заключены добросовестно, — защищался Другой Гордон.

— Ты не на телевидении, Траффетт, — сказала Анна. — Не утруждай себя прозрачной ложью.

— Очевидно, что мы хотим от вас, — сказал Кит Джейсону, — это все, что поможет нам справиться с вторжениями. Если у вас действительно есть способность к луту, то поставка нам духовных монет — это то, в чем мы были бы более чем готовы продемонстрировать свою признательность.

— Настоящий святой грааль — это узкое место третьей категории, — сказала Ася. — Если хоть что-то из знаний, которые вы привезли, поможет нашим людям достичь четвертой категории, мы дадим вам все, что вы захотите. Достаточно твердой валюты, чтобы потопить контейнеровоз. Освобождение от законов о многоженстве. Бора-Бора.

— Мисс Карадениз, возможно, несколько преувеличивает, — сказал Кит, — но магический дефицит нашего мира создает узкие места, которые существенно влияют на наши операции. Если у вас есть какие-либо средства для облегчения этого, вы найдете нас чрезвычайно щедрыми.

Контингент Сети смотрел на Джейсона с предвкушением, почти свисая со своих мест в ожидании ответа. Он откусил кусочек сэндвича, сделал паузу, чтобы оценить его, а затем продолжил тщательно жевать.

— Мистер Асано… — начал Кит, когда Джейсон проглотил, подняв палец, чтобы обозначить паузу, пока он медленно осушал свой стакан лимонада.

— О, это освежает, — счастливо сказал Джейсон.

— Мистер Асано…

— Подождите секунду, — сказал Джейсон, доставая кувшин из холодильника и медленно наливая себе еще стакан. — Кто-нибудь еще хочет добавки?

— Пожалуйста, — сказала Ася, с блеском в глазах возвращая свой стакан на барную стойку.

Анна бросила на Кита извиняющийся взгляд, сделав то же самое.

— Он действительно хорош, — призналась она.

— Я не могу взмахнуть волшебной палочкой и решить ваши проблемы, — сказал Джейсон, когда наконец опустошил кувшин. — Ну, не все ваши проблемы.

В его руках появилась деревянная коробка, и он обошел барную стойку, чтобы поставить ее на стол, где сдвинул крышку.

— Две тысячи духовных монет железного ранга, — сказал он. — Первая категория, полагаю.

Он достал коробку поменьше и открыл ее тоже.

— Двести второй категории.

Рядом с коробками он положил мешочек с лязгом. Кристаллические духовные монеты имели другой звук, отличный от обычных металлических монет. Он был отчетливым и почти неземным, как тонкие колокольчики на легком ветерке.

— Двадцать третьей категории, — перечислил Джейсон. — Назовем это жестом доброй воли за неприятности, которые я причинил. Думаю, вы знаете, что побуждает мою добрую волю в данном случае.

— Другой пришелец из другого мира, — сказала Анна, пока Кит таращился на коробки, проводя пальцами по аккуратно сложенным рядам монет.

— Это очень щедро, — сказала Ася.

— Я не из тех, кто держится середины, — сказал Джейсон. — Мне нравится думать, что я хороший друг и плохой враг. В остальном меня лучше избегать, так как я склонен создавать неприятности.

— Мы заметили, — сказала Анна.

— Теперь о вашей большой проблеме, — сказал Джейсон. — Как перевести ваших людей через черту в четвертую категорию. Я не могу помочь вам с этим. Осмелюсь сказать, что вы лучше понимаете развитие на основе ядер, чем я.

— Это разочаровывает, не буду лгать, — сказал Кит.

— Что я могу сделать, — сказал Джейсон, — так это помочь вам полностью обойти эту проблему.

УСЛОВИЯ

УСЛОВИЯ

Джейсон посмотрел на Другого Гордона.

— Вы уверены, что этот парень должен слышать все это? — спросил он.

— Участие в официальных переговорах с внешними сторонами является частью нашего соглашения с правительством, — сказал Кит.

— Вы знаете, что когда информация о магии станет публичной, она пойдет именно отсюда, верно? — спросил Джейсон.

— О, мы знаем, — сказал Кит. — Но это решение принято, независимо от наших личных точек зрения.

— Я возмущен намеком, что… — начал Другой Гордон, но осекся, когда на него уставилась полная комната враждебных глаз. — Премьер-министр услышит о моем обращении здесь!

— И что сделает? — спросил Джейсон. — Снова обделается в «Макдоналдсе»?

— Это городская легенда, — сказал Другой Гордон.

— Конечно, — сказал Джейсон, поворачиваясь к остальным. — Итак, ваша реальная проблема со способностями ваших членов высокого ранга — это не вопрос нехватки ядер для прорыва к четвертой категории. Насколько я понимаю, использование монструозных ядер — ваш основной способ развития?

— Мы называем их магическими ядрами, но да, — сказала Глэдис.

— Я вижу по вашим аурам, что только некоторые из вас использовали ядра. Просто глядя на вашу группу, я предполагаю, что эссенции — это привилегия ранга. Анна и Ася, вы явно находитесь на базовом уровне, без какого-либо развития вообще. У вас даже все способности пробуждены?

— Нет, — сказала Ася. — И вы правы. Анна и я — исполнительный уровень, в то время как Кит — уровень комитета. Найджел и Глэдис — в тактическом и медицинском направлениях соответственно, у которых свои стандарты, хотя Найджел — исключение.

— Я слышал, у вас был один парень, который делает все иначе, — сказал Джейсон, глядя на Найджела. — Так это вы, да? Что помешало вам поглощать ядра? Я слышал, дело шло медленно.

— Так и есть, — признал Найджел. — Когда меня впервые привели в Сеть, я провел все исследования, которые мог, по магическому бою. Я нашел ряд упоминаний о безъядерном развитии в самых старых записях, но это было так, словно кто-то прошелся и вырезал их.

— Найджел… — предостерегающе сказал Кит.

— Простите, мистер Калпепер, — сказал Найджел, — но я не упущу эту возможность, даже если это спорная позиция. Мистер Асано, я считаю, что развитие на основе ядер изначально было введено как метод контроля членов организации через поставки магических ядер, но эта правда была утеряна где-то за столетия, и мы остались с развитием на основе ядер как единственным путем.

— Что ж, я не могу говорить об истории вашей организации, кроме общих догадок, которые я уже сделал, — сказал Джейсон. — Все, что я могу вам сказать, это то, что есть другой путь. Он не быстрее, и он не делает ваши способности мощнее, но конечный результат — это люди, которые гораздо более способны. Это не что-то невероятно откровение. Вероятно, уточнение того, что вы уже пытались делать. Это просто вопрос тренировок.

Джейсон сделал глоток лимонада, прежде чем продолжить.

— Тот человек, который напал на меня, который сейчас находится у вас в плену. Он серебряного ранга. Категория три. У него не должно было быть проблем с тем, чтобы справиться со мной. Да, он пытался взять меня живым, а не устранить, что означало, что он не мог использовать смертельный прием в своей первой атаке, но он загнал меня в одни из худших обстоятельств, в которых я мог оказаться для боя. Он должен был разгромить меня, но не сделал этого.

— Вы хотите сказать, что он был слаб? — спросил Найджел.

— Глубоко слаб, — сказал Джейсон. — То же самое касается его приспешников, которые пытались утащить меня во Францию.

— Где эти люди? — спросил Другой Гордон.

— В последний раз, когда я их видел, они направлялись к Хэнгинг-Рок, — сказал Джейсон.

— Хэнгинг-Рок? — спросил Другой Гордон.

— Я не предлагаю быстрое решение, — сказал Джейсон, игнорируя Другого Гордона. — Я не могу по-настоящему помочь вашим людям, которые уже используют ядра. Что я могу сделать, так это показать вам тренировочные техники, чтобы помочь вам воспитать новую волну людей, которые будут сильнее предыдущих, используя свои силы на полную мощность. Другой мир совершенствовал свои тренировочные техники тысячи лет, и меня учили, используя одни из лучших методологий для создания мощных пользователей эссенций, которые существуют. Я не могу тренировать людей так же хорошо, как те, кто тренировал меня, но я все еще могу передать уроки, которые усвоил. У меня также есть несколько собственных трюков, которые должны оказаться полезными.

— Вы готовы тренировать наших людей до стандартов другого мира? — спросил Найджел.

— Я не буду этого обещать, — сказал Джейсон. — Но это должно быть большим улучшением, основываясь на том, что я видел. Я начну с вас, так как вы сами пытались реконструировать этот процесс. Я подозреваю, что с некоторыми дополнительными техниками вы совершите скачок вперед семимильными шагами.

— Разве вы не можете просто учить людей, которые уже используют ядра? — спросила Анна.

— Нет, — сказал Джейсон. — Ядра препятствуют другим формам развития. Как только вы переходите на ядра, пути назад нет, поэтому профессиональные искатели приключений в другом мире их не используют. Они продают их или берегут для своих семей, чтобы те могли получить преимущества пользователей эссенций, не подвергая себя опасности. В основном, ядра — это то, что вы даете своей маме, чтобы ей не пришлось сражаться с монстрами.

— Ничто из этого не меняет проблему недостижения четвертой категории, — сказал Кит. — Вы сказали, что у вас есть способ обойти эту проблему.

— Если у вас есть достаточно способные люди, — сказал Джейсон, — то вам не нужны четвертые категории. В том состоянии, в котором я сейчас, я мог бы справиться с большинством монстров серебряного ранга в одиночку. Категория три, простите. Вам не кажется, что числовая система менее выразительна и ее труднее запомнить? Простите, я отвлекся. Итак, я могу справиться с большинством третьих категорий, и пока это не на открытой соляной равнине, я был бы готов, по крайней мере, попробовать с любой из них.

— Вы настолько уверены? — спросил Найджел.

— Я уверен, — сказал Джейсон. — Это не работает, если вы поднимаетесь на ранг выше. Я не ожидаю, что буду в одиночку устранять монстров четвертой категории, если только они не окажутся очень и специфически уязвимы к моему конкретному набору сил. Группа хорошо обученных пользователей эссенций серебряного ранга должна быть в состоянии справиться почти с любым монстром золотого ранга. На это уйдет, вероятно, больше полудесятилетия, но если я научу ваших людей фундаментальному подходу, то это должно быть лишь вопросом времени, прежде чем они сами до этого дойдут. Я говорю здесь только об использовании силы; уверен, у вас полно способных людей, чтобы обучить их боевым навыкам.

— Это у нас охвачено, да, — сказал Найджел.

— Итак, это то, что я предлагаю, — сказал Джейсон. — Все, что вам нужно, чтобы трансформировать ваш список пользователей эссенций в течение следующего десятилетия. Есть и другие вещи, но они все второстепенны. Я предлагаю вам шанс трансформировать магический мир.

— Вы говорите о больших результатах, — сказал Другой Гордон. — Но вы только обещаете их через годы в будущем. Все это звучит как афера.

— Ты такой политик, Другой Гордон. Сети не нужно звучное решение, которое они могут продать людям, которые не обращают на это особого внимания. Им нужно фундаментальное изменение в базовой инфраструктуре того, как они работают. Если они не могут увидеть в этом ценность, не я тот, кто проигрывает.

Джейсон покачал головой.

— Ваши друзья здесь меня похитили, Другой Гордон, так что они не могут претендовать на моральное превосходство в этом вопросе. Я не делаю никаких уступок ради того, чтобы доказать, что я честен. Вы можете принять это или нет. Если вы не можете дать мне то, что я хочу, я с радостью уйду. Я почти уверен, что смогу получить все, что мне нужно, самостоятельно, просто с чуть большими усилиями.

— Вы не найдете возвращение другого пришельца таким легким без нашей помощи в их освобождении, — сказала Анна.

— Вы правы, — сказал Джейсон. — Но трудный путь — это своего рода моя фишка. Вы не видели список сущностей, которые ставили против меня и проиграли, Анна. Если мне придется составить новый список здесь, пусть будет так.

— Давайте не будем принимать поспешных решений, — сказал Кит. — Вы говорите, что поможете нам перестроить всю нашу тактическую программу, если мы добьемся освобождения другого пришельца?

— Нет, — сказал Джейсон. — Освобождение другого пришельца — это то, что приводит меня за стол переговоров. Я собираюсь забрать их, и вы можете помочь, если хотите. Вы не можете требовать за них выкуп у меня.

— У нас нет этого человека, — сказал Кит.

— Человек, ответственный за мое похищение, укрывается в вашей штаб-квартире в этот самый момент. Человек, который держал его живым, находится в этой комнате. У вас один и тот же бланк на официальной документации, так что не пытайтесь продать мне идею, что их часть Сети — это не ваша часть Сети. Меня избили до полусмерти, надели ошейник и запихнули в багажник машины. Вы должны быть благодарны, что я не возлагаю на вас ответственность за это.

— У нас есть широкие проблемы, которые выходят за рамки только вас, — сказала Анна. — Мы не можем просто бросить все и работать ради вашей повестки.

— Мне нет дела до вас, ваших проблем или вашей перспективы, — сказал Джейсон. — Эти переговоры — не торговля футбольными карточками. Ваша Сеть удерживает человека против его воли за преступление, которого нет, кроме того, что у него есть то, что вы хотите. Единственная причина, по которой вы здесь ведете переговоры, а не держите меня в каком-то сомнительном месте для допросов, заключается в том, что люди, которых вы послали за мной, были жалко слабы.

Джейсон взял гавайскую рубашку из-за барной стойки и накинул ее, застегивая пуговицы, пока продолжал говорить.

— Я знаю, что произвожу впечатление беззаботного парня с лимонадом, сэндвичами и шутками.

Хотя его голос оставался веселым, в нем чувствовался подтекст, от которого у его гостей по спине побежали мурашки.

— Я понимаю, что это могло привести к тому, что вы не смогли осознать всю серьезность моей озабоченности по этому вопросу, поэтому позвольте мне исправить это. Я собираюсь забрать того пришельца, кем бы он ни был. Это просто факт. Может быть, я умру, пытаясь, но я уже умирал раньше, и это меня не остановило. Если вы поможете мне, то мы сможем оставить любые неприятности позади. Если вы не поможете, но не станете превращать себя в препятствия, то хорошо. Это ваша организация, и я не могу ожидать, что вы пойдете против своей собственной команды. Но когда я говорю, что боги помогут любому, кто встанет у меня на пути, я выражаюсь очень конкретно. Я точно знаю, что это значит, и что это действительно тот вид помощи, который вам понадобится, если вы попытаетесь меня остановить.

Пока Джейсон говорил, его аура нарастала, пока не начала давить на контингент Сети, как груз. Только Глэдис смогла по-настоящему выстоять, и даже она чувствовала себя подавленной. Правительственный чиновник обычного ранга запаниковал и выбежал за двери, спринтом помчавшись по внешней палубе к причалу. Несоответствие такой угрозы, исходящей от босоногого человека в гавайской рубашке и плавательных шортах, придавало этому странную жуткость.

Давление отступило, оставив Асю и Анну железного ранга тяжело дышащими, словно они только что вынырнули на поверхность воды. Кит выглядел не намного лучше, в то время как Глэдис настороженно наблюдала за Джейсоном.

Найджел уставился на него широко открытыми глазами. — Вы можете научить меня делать так?

— До определенной степени, — сказал Джейсон. — Я не могу воспроизвести все условия, которые привели к текущему состоянию моей ауры, и вы не хотите, чтобы я это делал. Некоторые вещи не стоят своей цены.

— И чего вы хотите взамен? — спросила Глэдис, беря инициативу на себя, пока остальные все еще приходили в себя. — Вы еще не сказали нам.

— Ничего обременительного, — сказал Джейсон. — По большей части, я хочу монстров.

— Вы хотите, чтобы мы ловили монстров живыми? — спросил Кит.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я хочу право первой ночи на убийство любых монстров третьей категории в Австралии. И дальше, если сможете договориться. Я хочу право отказа на вторую категорию тоже.

— Вы хотите участвовать в борьбе с пространственными сущностями? — уточнил Найджел.

— Да. Я открыт для переговоров о разделе добычи, но у меня нет проблем с тем, чтобы отдать большую часть ядер и духовных монет. Мне просто нужно достаточно, чтобы удовлетворить свои собственные потребности. Помимо этого, у меня есть несколько других требований.

Глэдис повернулась и посмотрела на стену. — Что ваше теневое существо делает с Траффеттом?

— Он просто выкачал из него ману, пока тот не потерял сознание, — сказал Джейсон. — Нельзя позволить ему создавать проблемы. Он быстро придет в себя на плавучем доме.

— Ася, проверь его, — сказала Глэдис. — Верхняя палуба.

— Там есть лифт прямо там, — сказал Джейсон, указывая на внутреннюю дверь. — Покажи ей, пожалуйста, Тень.

— Сколько у вас этих теневых существ? — спросила Глэдис, когда Ася последовала за одним из тел Тени вглубь плавучего дома.

— Только одно.

— Я чувствовала еще одно снаружи, — сказала Глэдис.

— Тень — отличный многозадачник.

— Каковы ваши другие требования? — спросил Кит, возвращая переговоры к теме.

— Мелочи, — сказал Джейсон. — У меня есть немного золота, которое я хотел бы, чтобы Королевский монетный двор забрал у меня без того, чтобы меня проверяли или обвиняли в контрабанде оружия.

— Золото из другого мира? — спросила Анна.

— Ага, — сказал Джейсон.

— Не думаю, что это будет проблемой, — сказал Кит. — Что еще?

— Я собираюсь подготовить свою семью к тому моменту, когда магия станет публичной, — сказал Джейсон. — Поддержка Сети не является строго необходимой, но она была бы полезна. Вы также могли бы присматривать за вещами, чтобы предотвратить любые потенциальные утечки информации.

— Опять же, не проблема, — сказал Кит. — Кажется, что нам нужно проработать детали относительно вашего участия в нашей программе реагирования на вторжения.

— Сколько вы можете решать сейчас? — спросил Джейсон.

— Я уполномочен заключить предварительное соглашение, которое я могу представить Руководящему комитету нашего отделения и Международному комитету. Мы не стремимся монополизировать все, иначе мы просто получим больше отделений, следующих примеру Лиона.

— Вы знаете, что все это основывается на другом пришельце, — сказал Джейсон. — Мне нужно увидеть какое-то движение в этом направлении, иначе у нас вообще не будет никакой сделки.

— Я могу ясно дать это понять соответствующим комитетам, — сказал Кит. — А пока я хотел бы зафиксировать конкретные условия, которые смогу забрать с собой.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Тогда давайте перейдем к делу.

Когда он и Кит подошли к столу, Ася вернулась.

— Как он? — спросила Глэдис.

— Храпит, — сказала Ася. — Громко.

— Вы понимаете, что именно он будет отвечать за организацию вашего золота, — сказала Анна Джейсону.

— Какого золота? — спросила Ася.

СЕКЦИЯ

СЕКЦИЯ

Сидя за столом в барной зоне своей плавучей гостиной, Джейсон потратил немало времени на обсуждение деталей с Китом и Анной. Что касается распределения добычи, Джейсон будет оставлять себе процент на собственные нужды, а остальное обменивать на более обыденное вознаграждение, такое как деньги или использование широкого влияния Сети. Юридически всё это будет проходить через его статус подрядчика по вопросам безопасности в одной из подставных компаний Сети.

Другие пункты включали соглашения об услугах и дополнительных льготах, к которым Джейсон мог получить доступ через Сеть, а также ограничения на поведение Джейсона в вопросах секретности.

— Нам нужно, чтобы члены семьи, которых вы уже посвятили в курс дела, согласились на официальные соглашения о неразглашении, — сказал Кит. — Мы сделаем это через существующие правительственные структуры по работе с секретной информацией.

— Мне ещё нужно рассказать кое-кому, — ответил Джейсон. — Моему брату, невестке и матери.

— Нам не очень нравится, что вы решили рассказать стольким людям, — сказала Анна. — Но мы можем с этим смириться, при условии, что на этом всё.

В конце концов, они пришли к общему согласию.

— Я готов представить то, что у нас есть, комитетам, — сказал Кит, убирая планшет, на котором делал заметки, обратно в портфель. — Но честное предупреждение, мистер Асано: комитеты — это комитеты. Они захотят изменить некоторые детали просто для того, чтобы почувствовать, что всё контролируют.

— Думаю, я чётко обозначил свои принципиальные позиции, — сказал Джейсон. — Если ваши комитеты хотят почувствовать, что всё контролируют, я, вероятно, смогу пойти на пару уступок. Но если они захотят, чтобы я почувствовал, что они всё контролируют, вы обнаружите, что я гораздо менее сговорчив.

— Я сделаю всё, что в моих силах, мистер Асано, — сказал Кит, поднимаясь. — Чтобы прояснить: моя цель — не сделать их или вас счастливыми. Моя цель — выполнить мандат Сети по обеспечению безопасности людей и поддержанию секретности.

— Я могу это уважать, — сказал Джейсон, вставая, чтобы пожать руку Киту. В этот момент Кит, Анна, Глэдис и Найджел получили уведомления на свои телефоны — у каждого прозвучал один и тот же тревожный сигнал. Они переглянулись, проверяя сообщения.

— Это связано с одним из ваших инцидентов с вторжением? — спросил Джейсон.

— Да, — ответил Кит. — Боюсь, нам придётся пропустить любезности и выдвигаться. Ася, оставляю мистера Траффета на вас.

— Разумеется, — сказала Ася.

— Можно мне с вами? — спросил Джейсон. — Я бы хотел сам взглянуть на одно из этих протоастральных пространств.

— Не уверен, что это уместно, пока мы не финализировали наши договорённости, мистер Асано, — сказал Кит.

— Возможно, будет справедливо, если мистер Асано увидит, во что он соглашается ввязаться, — заметила Анна.

— К тому же, вам может помочь, если вы сможете явиться в комитет, имея представление о его истинных способностях, — добавил Найджел.

— Ну же, Кит, — сказал Джейсон. — Я даже отдам вам всю добычу. Вы ведь хотите ещё одну большую кучу духовных монет, верно?

— Это, безусловно, заманчиво, мистер Асано, но это не будет увеселительной прогулкой. Это вторжение третьей категории.

— О, отлично, — сказал Джейсон.

Кит повернулся к Анне.

— Вы — директор по операциям, Анна, — сказал он. — Если вы не против, я уступлю решение вам.

— Ладно, — сказала Анна. — Только не заставляйте меня жалеть об этом, Асано.

— Похоже, местоположение недалеко, — сказал Найджел, глядя в телефон. — Доступность может быть проблемой, но они присылают вертолёт.

— Куда мы направляемся? — спросил Джейсон.

— Национальный парк Дориго.

— О, отлично, — сказал Джейсон. — Я люблю это место.

— Возможно, вам оно понравится меньше, когда оно будет кишить межпространственными чудовищами, — сказал Кит.

— Ого, вы совсем меня не знаете, — ответил Джейсон. — Если мы летим на вертолёте, я пойду заберу вашу машину.

— Что значит «заберу вашу машину»?

* * * — Я никогда раньше не сталкивался с протоастральным пространством, — сказал Джейсон. Он говорил через наушники, которые были на каждом из них, пока вертолёт летел над горами. — Я читал о них, но это не замена. Чего мне ожидать, когда мы войдём внутрь?

— Пространства вторжений могут принимать различные формы, — сказал Найджел. — Чаще всего это какой-то вариант пространства, с которым оно связано, хотя эти варианты могут быть очень экстремальными. Магия там обычно очень плотная, хотя иногда бывает очень скудной. Вроде как в вашем городке.

— Ощущения были не совсем такими, — сказала Глэдис, — хотя результаты были примерно одинаковыми. Я чувствовала, как солнечные панели на вашей плавучей гостиной высасывали всю магию?

— Ага, — сказал Джейсон.

— Вы сами сделали эти панели?

— Вроде того. Скорее, это была модификация базовой модели.

— Когда в астральном пространстве такие низкие магические условия, — сказал Найджел, — настоящая проблема — это окружающая среда. Нам нужно использовать духовные монеты, чтобы поддерживать уровень личной маны в стабильном состоянии. В таких случаях АДЕ обычно является единственным монстром, который появляется, и это благословение.

— Как расшифровывается АДЕ? — спросил Джейсон. — «После обеда ещё что-то»?

— Анкерная размерная сущность, — сказала Анна. — Если вы собираетесь участвовать в наших операциях, мистер Асано, вам нужно вести себя профессионально.

— Когда вы увидите, как я берусь за дело, Анна, возможно, вы обнаружите, что предпочитаете именно эту мою сторону. Найджел, а как насчёт протопространств, которые не являются магически пустыми?

— Тогда у нас обычно противоположная проблема, — сказал Найджел, — и пространство вторжения кишит активностью размерных сущностей.

— Что определённо предпочтительнее, — сказал Кит. — Чем выше магия, тем богаче урожай. Инертные магические материалы, эссенции, камни пробуждения. У нас есть специализированные команды сборщиков, которые работают вместе с тактическими группами, чтобы извлечь максимум из каждого вторжения.

— Может показаться, что мы наживаемся на опасности для нашего мира, — сказала Анна, — но эти ресурсы критически важны для его защиты.

— Я верю вам, — сказал Джейсон. — Я знаю, что нужно, чтобы сражаться с монстрами, а Земля — это магическая пустошь.

* * * Когда они прибыли, на месте уже было несколько военных вертолётов, спускавшихся в долину. Не было ни одного открытого пространства, достаточно большого для всех них, поэтому использовалось несколько полян. Это была полномасштабная военная операция, одна из тех «учений по готовности к террористической угрозе», о которых слышал Джейсон.

Найджел и Глэдис поспешили вперёд по лесной тропе к основной зоне операций. Анна, Кит и Джейсон двигались более размеренным шагом.

— Мы работаем со специальным военным подразделением, сформированным именно для этой цели, — объяснила Анна. — Мы предоставляем военным огнестрельное оружие первой категории усиления. Основная роль военных — защищать команды сборщиков до тех пор, пока АДЕ не будет нейтрализована, после чего наши тактические группы будут сотрудничать в максимизации урожая и проведении необходимой зачистки.

— Вы пойдёте внутрь? — спросил Джейсон.

— Нет, — ответила Анна.

— У нас нет подготовки, — объяснил Кит. — Мы бы только мешали людям, которые знают, что делают.

— Моя работа — администрация и логистика, — сказала Анна. — Как директор по операциям, моя задача — доставить нужных людей в нужное место с нужными ресурсами и позволить им делать своё дело.

По мере приближения к центру операций окружающая магия становилась сильнее.

* Вы вошли в окрестности протоастральной апертуры. Окружающая магическая насыщенность возросла. Скорость восстановления будет оставаться на нормальном уровне без потребления духовных монет.

Они прибыли в оживлённый военный лагерь, который, как с удивлением понял Джейсон, был развёрнут всего около часа назад.

— Эти военные ребята точно быстро обустраиваются.

— У них было много практики.

— Так они все получают магические пушки?

— Все, кто идёт внутрь, — сказала Анна. — Вот почему духовные монеты так важны. Именно из них мы делаем магические боеприпасы.

Когда они достигли края лагеря, к ним подошла пара вооружённых военных. Джейсон почувствовал низкоуровневую магию в их табельном оружии.

— Миссис Тилден, — поприветствовал один из солдат с жёсткой вежливостью. — Это мистер Асано?

— Да, — ответила она.

— Пройдите со мной, пожалуйста. Мистер Асано, пожалуйста, следуйте за рядовым Коуэллом.

Рядовой провёл Джейсона через лагерь туда, где Найджел снаряжался возле палатки, выкрикивая директивы смешанной группе людей в военной камуфляжной форме и военизированной чёрной одежде. Собственное снаряжение Найджела было чёрным: полевая форма под магической тактической бронёй. В отличие от солдат, он не носил огнестрельного оружия, только магический нож, закреплённый на бедре.

Снаряжение Найджела было очень базовой магией. Сила Хамфри призывать оружие для своих призывных существ создавала предметы того же типа. Даже будучи базовыми, это всё равно были предметы бронзового ранга, и они справлялись со своей задачей.

Рядовой оставил Джейсона неподалёку, когда Найджел отпустил командиров отрядов и зашагал прочь, прихватив Джейсона с собой. Они подошли к группе, одетой в ту же чёрную тактическую форму, что и Найджел, хотя большинство держало в руках оружие. Джейсон почувствовал, что все они были пользователями эссенций бронзового ранга и, за исключением Найджела, пользователями ядер.

— Вы будете с моей секцией для защиты, — сказал Найджел Джейсону.

— От кого именно я вас защищаю? — спросил Джейсон, что вызвало смешок у секции Найджела.

— Директива мистера Калпепера заключалась в том, чтобы обеспечить вашу безопасность, — сказал Найджел. — Именно это я и намерен делать.

— Без обид, мистер Торнберри, — сказал Джейсон, — но в одиночку я в большей безопасности.

— Торнтон, а не Торнберри, — поправил Найджел.

— О ком это я думаю? — вслух задался вопросом Джейсон. — Простите, я просто буду звать вас Найджелом.

— Мы проводим тактические операции секциями по девять человек, — объяснил Найджел.

— Эй, — возмутилась единственная женщина в группе.

— Прости, Дарси, — сказал Найджел. — Мы работаем секцией из восьми мужчин и одной Дарси, разбитой на три группы по типу силы. У нас есть «тяжеловесы», у которых есть силы, чтобы наносить и принимать мощные удары. Это Дарси, Джонно и Хигги.

— Хигги? — переспросил Джейсон. Хигги был симпатичным мужчиной индийского происхождения.

— Х.И.Г., — объяснил Найджел. — «Хансом Индиан Гай» (Красивый индийский парень).

— Я не индиец, Торни, — пожаловался Хигги. — Я, чёрт возьми, из Вуллунгамбы.

— Затем у нас есть разведчики, — продолжил Найджел, — которые делают то, что написано на этикетке. У них есть силы, которые делают их быстрыми и — если они могут держать свои чёртовы рты на замке — тихими.

— Это тоже одна из моих фишек, — сказал Джейсон.

— Одна из? — спросил Найджел.

— У меня много фишек.

— Мы предпочитаем стать очень хорошими в чём-то одном, — сказал Найджел. — Наши разведчики — это Оранж, Грин и Вулзи.

— Потому что я из Вуллунгамбы, — сказал Вулзи.

— Что полная чушь, — сказал Хигги. — Почему я не мог быть Вулзи?

— Мы с Хигги завербовались вместе, — доверительно сообщил Вулзи. — Ему досталась внешность, а мне — талант.

— Талант ездить у меня на хвосте, — пробормотал Хигги.

— С вас двоих хватит, — сказал Найджел.

— Почему Оранж и Грин? — спросил Джейсон.

— Ну, — сказал Найджел, — у них одинаковая фамилия, а один из них из города Оранж, поэтому мы зовём его Оранж.

— Вы из города под названием Грин? — спросил Джейсон у Грина.

— Нет, — ответил Грин без дальнейших объяснений.

— У вас одинаковые имена? — спросил Джейсон.

— Не, — сказал Оранж. — А что, это имеет какое-то значение?

— Окей, тогда ладно, — сказал Джейсон.

— И напоследок, — сказал Найджел, — поскольку я один из них, это группа ударников. Мы — сладкие, мясистые кусочки этого рагу, и мы специализируемся на уроне.

— То есть они ни черта не стоят без остальных из нас, — сказал Оранж.

— Другие ударники — это Коббо и Диджит, — представил Найджел. — Рекомендую не спрашивать о прозвище Диджита.

— Достаточно сказать, — произнёс Диджит, — что есть определённые услуги, которые можно получить от леди с договорной целомудренностью, ради которых стоит проверить качество ухода за кутикулой данной леди.

— То есть не позволяй проститутке совать палец в... — начал Оранж, прежде чем Найджел оборвал его резким взглядом.

— Уверен, он понял идею, Оранж. Теперь, в этот раз наша цель — познакомить мистера Асано с тем, что именно мы делаем, и вернуть его обратно очень даже живым. Мистер Асано, мы можем помочь вам снарядиться, если хотите, хотя полагаю, у вас есть своё снаряжение.

— Есть, — сказал Джейсон, когда тёмный туман, казалось, поглотил его. Через несколько секунд он рассеялся, открыв Джейсона в его боевых мантиях и плаще. Он откинул капюшон с головы.

— Неплохой трюк, — сказал Хигги. — Пробовал когда-нибудь в телефонной будке?

— О, мне определённо стоит попробовать, — сказал Джейсон. — Если найду такую.

— Вы тот самый парень из новостей? — спросил Вулзи.

— Ага, — ответил Джейсон.

— С чего это куча байкеров попёрла на вас? — спросил Оранж.

— Это был полный, кровавый бардак, — сказал Джейсон. — Я тусовался со своим приятелем Вермиллионом, который вампир, но я не держу это против него. Какому-то другому придурку-вампиру это не понравилось, поэтому он послал байкеров, чтобы разобраться со мной. Проблема в том, что этот другой вампир туповат и не осознаёт одну очень очевидную проблему. Если взять кучу байкеров, зависимых от вампирской крови, отрезать им поставки, а потом сказать, что включишь их обратно, если они сделают одну вещь, они становятся очень зациклены на выполнении этой вещи. Происходит неизбежное: байкеры слетают с катушек, и внезапно они палят из пушек с задних сидений мотоциклов посреди шоссе, когда каждый встречный и поперечный выехал на бранч. Теперь у меня в машине дядя, и я не собираюсь позволить куче байкеров изрешетить его пулями, поэтому я выхожу. И внезапно я повсюду в телеке.

Найджел молча наблюдал, как манеры Джейсона стали больше соответствовать манерам его секции, наряду с некоторыми тонкими изменениями в его ауре, которые привели её в большее соответствие с их собственными.

— Это тот парень, который держит Клуб Вермиллион, о котором ты говоришь? — спросил Вулзи. — Я всегда хотел заценить, но это клуб Кабала. Только для нормалов и Кабала.

— Я туда прохожу, — сказал Хигги.

— Ещё бы, — пожаловался Вулзи.

— Это магический меч? — спросил Джонно, глядя на рукоять, торчащую из-под плаща Джейсона.

— Ага, — сказал Джейсон. — Приятель сделал его для меня.

— Класс, — сказал Джонно. — Нам не дают ничего больше ножа.

— Джонно, — сказала Дарси, — ты призываешь М61 «Вулкан». Это пулемёт Гатлинга с реактивного истребителя, но ты не затыкаешься насчёт того, чтобы получить нож побольше.

— Иногда не нужна роторная пушка, — пожаловался Джонно. — Иногда нужен большой нож. Меч был бы даже лучше.

— Ты умеешь пользоваться мечом? — спросил Джейсон.

— Можешь научить меня? — спросил Джонно.

— Не отвечай, — сказал Найджел.

— Эй, Асано, — сказал Оранж. — Как так вышло, что ты звучишь как австралиец, а выглядишь как японец?

— Не знаю, Оранж, — сказал Джейсон. — Как так вышло, что ты звучишь как задница, а выглядишь как... на самом деле, это сходится.

Вся секция рассмеялась.

— Да, справедливо, — проворчал Оранж.

* * * Военизированные секции Сети из девяти человек были собраны вместе с их реальными военными коллегами. Организационная структура казалась довольно похожей; Сеть, по-видимому, адаптировала большую часть своей из армии. Секции, сформированные военным персоналом, основывались на оружии, а не на способностях эссенций, причём группы тяжеловесов, разведчиков и ударников секций Сети были заменены группами пулемётчиков, разведчиков и стрелков соответственно.

— Как только умники откроют апертуру, — объяснил Найджел, — стандартная оперативная процедура — закрепиться на плацдарме на другой стороне и оценить местные условия. Как только у нас будет стабильная точка высадки, мы отправляемся на охоту за АДЕ, пока команды сборщиков берутся за работу. К счастью для нас, АДЕ излучает приятный, обнаруживаемый сигнал. Это значит, что мы можем охотиться за ней, а команды сборщиков не будут путаться под ногами. Грин — наш сигнальщик, и он приведёт нас прямо к ней, правда, Грин?

— Ага.

— Асано, вам нужно делать то, что я говорю, когда я это говорю, без жалоб, — сказал Найджел. — Ваша работа — делать то, что велено, и не умереть.

— Не буду врать, — сказал Джейсон. — И с тем, и с другим у меня в прошлом были проблемы. Но раз уж я самозваный гость, я сделаю всё, что в моих силах.

ПОЛЬЗОВАТЕЛИ ЯДЕР

ПОЛЬЗОВАТЕЛИ ЯДЕР

Пока команда Сети устанавливала ритуал для открытия апертуры в протоастральное пространство, Найджел вводил Джейсона в курс дела относительно собранных сил. Тактическое присутствие Сети состояло из двух взводов по три секции из девяти человек. Четыре из шести могли похвастаться членами тактического подразделения серебряного ранга, а в специализированной медицинской секции также была Глэдис.

— Эти пятеро составляют весь контингент третьей категории сиднейского филиала, — объяснил Найджел. — Сеть не сдерживается при вторжениях третьей категории.

Джейсон не знал, сколько «серебряных» было в сиднейском филиале; Тень замечала только Глэдис во время их пребывания в Сиднее. Тактический персонал либо проводил время на другом объекте, либо практиковал лучшую информационную безопасность, чем целительница.

— Значит, вы единственная секция без третьей категории? — спросил Джейсон.

— Торни — единственный «второй категории», которому Дитто доверяет руководство собственной секцией, — сказал Диджит.

— Дитто? — переспросил Джейсон.

— ДТО, — объяснил Найджел. — Директор тактических операций.

— Столько, блин, жаргона.

— ДТО — это Коэн Уотерс. Он сильнейший из наших «третьих категорий». Это он там, отдаёт приказы.

Найджел указал на четырёх человек, излучающих ауры серебряного ранга. Один из мужчин был коренным австралийцем, отдающим инструкции остальным трём.

— Как только мы пройдём через апертуру, он будет человеком на земле, за которым последнее слово во всех оперативных решениях, — сказал Найджел. — Господин под Богом, так сказать. Секции, однако, должны действовать независимо, поскольку вся магия в размерных пространствах имеет тенденцию глушить связь. Не то чтобы она не работает совсем, но имеет привычку быть ненадёжной, особенно когда вокруг используется много сил.

— Вообще-то, — сказал Джейсон, — я мог бы помочь с этим.

— Помочь как? — спросил Найджел.

— У меня есть способность, которая может служить системой связи. Я получил прирост в количестве людей, на которых она может влиять, когда достиг бронзы, но у меня никогда не было людей, чтобы извлечь из этого максимум.

— Какой радиус действия?

— Около полудюжины кликов в нормальных условиях, — сказал Джейсон. — С таким количеством магии — по крайней мере дюжина, может, четырнадцать.

— Кликов, — сказал Оранж. — Посмотрите на вас, с военным жаргоном.

— Ага, потому что я видел любой военный фильм за последние тридцать лет, — сказал Джейсон. — Думаю, ты кажешься тем, кто не приближается к фильмам ближе, чем управление собачьими боями в старом магазине Blockbuster.

— Достаточно, — одёрнул его Найджел, когда команда разразилась смехом. — Дай мне краткий обзор этой способности.

Джейсон объяснил Найджелу функцию голосового чата своего интерфейса группы, после чего тот повёл его сделать то же самое для ДТО.

— Она может потянуть рейдовую группу из шестидесяти человек, причём каждый участник может получить доступ к двум дискретным каналам, — объяснил Джейсон. — У каждой из шести групп по десять человек есть свой собственный, плюс ещё один общегрупповой. Это не позволит нам включить военных, но должно как раз покрыть ваш контингент Сети.

Джейсон пригласил Коэна и Найджела в группу. Двое мужчин были поражены, столкнувшись с его интерфейсом, но Джейсон быстро продемонстрировал функциональность.

— Это соответствует способностям, которые я видел у некоторых международных филиалов, — сказал Коэн. — У нас никогда не было к этому доступа, что делает вас моим новым любимым человеком, Асано. Связь — вторая по значимости оперативная проблема, которая у нас есть.

— А какая самая большая? — спросил Джейсон.

— Где сходить посрать в активном бою, — сказал Коэн. — То, что это не является фактором для пользователей эссенций, больше облегчает наши операции, чем любая сила в нашем списке.

Коэн отозвал других командиров секций, чтобы тактические секции были готовы к этому, когда Джейсон разошлёт приглашения в рейдовую группу. Глэдис сильно отличалась от предыдущего опыта Джейсона. Атмосфера кокетства сменилась атмосферой холодного профессионализма. Джейсон предупредил Коэна, что прохождение через апертуру, скорее всего, разорвёт связь, но Коэн всё равно хотел это сделать. Приучение людей к силе до того, как они пройдут, избавит от проблем, когда она будет повторно применена на другой стороне.

Джейсон вернулся в секцию Найджела, пока Найджел оставался с Коэном, обсуждая пересмотренные оперативные процедуры с учётом доступа к надёжной связи.

— Значит, у тебя силы из видеоигр? — спросил Диджит Джейсона. Он был вторым в командовании секции Найджела. Официальный ранг Найджела был командир секции, а Диджит был вторым в секции. Это было эквивалентно капралу и младшему капралу соответственно.

— Что-то вроде того, — сказал Джейсон, поглядывая на Коэна и Найджела. — Почему Найджел получает свою собственную секцию, если он всего лишь второй категории?

— Они вместе были в армии, — сказал Диджит. — Когда Коэна перевели с должности начальника по подготовке на должность директора тактических операций, он нанял Найджела заменить его. Большинство из нас на самом деле выросли в семьях Сети и получили свои эссенции без какого-либо боевого опыта. У нас есть люди из семей, которые прошли обучение, конечно, но мы любим привлекать больше современных солдат, таких как Коэн и Торни, чтобы оставаться актуальными.

* * * Апертура в протоастральное пространство не была видна невооружённым глазом, хотя магические чувства позволяли увидеть её чрезвычайно легко. Это был более хрупкий мост через размерные границы, чем обычная апертура, и чувствам Джейсона казалось, что он может рухнуть в любой момент.

Его нельзя было пересечь в естественном состоянии. Команда ритуалистов Сети работала над стабилизацией и открытием апертуры. Процесс был похож на открытие арки в астральное пространство, которое занимал Орден Жнеца, с апертурой в центре большой магической диаграммы. Мана-лампы были не нужны, так как сама апертура обеспечивала всю необходимую магию.

Джейсон с интересом наблюдал за проведением ритуала, после чего апертура приняла форму обычной открытой апертуры астрального пространства. Джейсон прошёл внутрь вместе с остальной секцией Найджела.

* Вы вошли в зону экстремальной магической насыщенности. Магические проявления будут происходить с повышенной частотой.

Они прибыли в пышные джунгли, воздух был тяжёлым от магии и влажности. Сквозь полог леса он мельком увидел большую башню, сделанную из грубой кирпичной кладки. Кирпичи были немногим больше, чем грубо обтёсанные камни, скреплённые небрежно нанесённым раствором.

— Мы видим много повторяющихся сценариев, — объяснил Найджел Джейсону. — Обычно география схожа, поэтому мы всё ещё в долине. Джунгли могли бы быть лучше, но могли быть и хуже. Хорошие новости: вероятно, нет странной магии, влияющей на наши предметы и способности. Плохие новости: эти джунгли будут кишить ядовитыми монстрами. Все виды змей, приматы с ядовитыми шипами на запястьях, гигантские жуки, большие кошки. У них меньше всего шансов иметь яд, но не исключайте этого.

Пока Найджел давал свои объяснения, он повёл своих людей и Джейсона прочь от апертуры, чтобы позволить другим людям пройти через неё. Секция Найджела заняла периметрическую позицию наряду с другими тактическими секциями Сети, в то время как военные команды выдвинулись — сначала боевые солдаты, а затем логисты, наряду с вспомогательными подразделениями Сети.

— Эта башня вдалеке, — указал Найджел, — означает, что мы имеем дело с великанами, судя по масштабу и методам строительства. Многие из бродяг второй категории, которых мы видим, вероятно, будут вариантами троллей и огров. Джунглевые великаны меньше большинства вариантов, около трёх метров в высоту. Они быстрее типичного великана; их нельзя назвать ловкими, но они удивят вас, если не будете осторожны. Ожидайте экзотических способностей, таких как ядовитое дыхание и камуфляж. Доверяйте своей ауре и магическим чувствам больше, чем глазам.

— Хорошо знать, — сказал Джейсон. — Знаете, яд и великаны — это как раз по моей части.

— Придётся поверить вам на слово, — сказал Найджел. — Ваша работа — наблюдать, а не сражаться.

— Сделаю, — согласился Джейсон. — Будут и другие шансы.

— Анкерная сущность третьей категории, скорее всего, тоже будет каким-то великаном, — сказал Найджел.

— АДЕ, во множественном числе, — поправил его Грин.

Пока остальные наблюдали за джунглями вокруг, он был занят компьютерным планшетом в своих руках. На задней стороне планшета была выгравирована магическая гравировка, выглядящая как странная комбинация магической диаграммы и упрощённой печатной платы.

У каждой секции Сети был так называемый сигнальщик, которым в команде Найджела был лаконичный Грин. У сигнальщика было две основные задачи. Одна — поддерживать оборудование связи, которое, как известно, ненадёжно в условиях сильной магии, а другая — отслеживать анкерные сущности, которые были конечной целью операции.

— Я отслеживаю три показания АДЕ, — сказал Грин. — Это могут быть три больших или три кластера, движущихся группами.

— Моя догадка — небольшие группы более сильных троллей или огров, — сказал Найджел. — Это хорошо. Несколько АДЕ означают, что нам нужно выследить их всех, но индивидуально они будут слабее. Когда мы имеем дело с третьими категориями, мы любим, чтобы они были настолько слабыми, насколько это возможно. Увеличенное количество мы можем пережить, так как, как видите, у нас есть свои собственные цифры. Мы бросаем почти всё, что у нас есть, на вторжения третьей категории.

— Что вы держите в резерве для других вторжений, если они случатся? — спросил Джейсон.

— У нас есть четыре резервные секции в режиме ожидания, — сказал Найджел. — Они смогут справиться с чем угодно ниже вторжения третьей категории, если таковое появится.

Наземная база была собрана за поразительно короткое время. На этот раз Джейсон наблюдал, как члены Сети, которые могли манипулировать землёй или даже напрямую изменять её в простые здания, принимались за работу. Коэн несколько раз проверял связь с помощью силы Джейсона, пока всё это происходило, и как только военные взяли на себя функции команд Сети, поддерживающих периметр, Коэн отправил секции в джунгли. Перед отправкой каждой секции выдали зелья сопротивления ядам и противоядия.

— Я в порядке, — сказал Джейсон, когда ему предложили их. — Яд действует на меня как зелье восстановления.

Команда Найджела повернулась к нему.

— Что? — спросил он. — Я же говорил вам, что яд — это своего рода моя фишка.

— Есть ли что-то, что не является «своего рода вашей фишкой»? — спросила Дарси.

— Майонез из магазина, — сказал Джейсон. — Сделайте сами или не используйте. О, и консервированные бобы.

— Мне нравятся консервированные бобы, — сказал Коббо. Это был первый раз, когда Джейсон услышал, как говорит этот плосколицый, молчаливый мужчина.

— Я приготовлю вам нормальные запечённые бобы, — пообещал Джейсон. — Это изменит вашу жизнь.

— Убедитесь, что Асано в безопасности, — сказал Коэн по голосовой связи, когда команды Сети направились в джунгли. — Он теперь не просто VIP-наблюдатель; он наш коммуникационный узел.

Команда Найджела не была назначена преследовать ни одну из целей АДЕ. Это было оставлено четырём группам с «серебряными», в то время как команда Глэдис действовала как мобильная группа поддержки. Секции Найджела было поручено прочесывать расширенный периметр лагеря, уменьшая количество угроз бронзового ранга, с которыми нужно было иметь дело военным. Пули железного ранга в оружии военных могли ранить монстра бронзового ранга, но они бы израсходовали дорогостоящий запас боеприпасов на каждого, кого они свалили.

Команда Найджела носила карабины бронзового ранга, хотя большинство держало их в кобурах. Найджел и Джонно призывали собственное оружие, которое потребляло их ману для боеприпасов вместо дорогих пуль бронзового ранга. Хигги носил призванный щит и вообще никакого оружия.

— Мне не нравится, когда меня называют Хигги, — признался он Джейсону, призывая свой щит, — но, по крайней мере, они не пошли по пути Капитана Америки.

У Дарси, Диджита и Коббо тоже было призванное оружие: хлыст, лук и копьё соответственно. Только команда разведчиков в составе Оранжа, Грина и Вулзи держала свои пушки наготове.

Дарси обладала сверхъестественным контролем над своим сегментированным железным хлыстом, что быстро продемонстрировала, пока они пробирались через джунгли. Меньшие монстры появлялись из джунглей каждые несколько минут, их бесстрашная ярость берсерка полностью противоречила их отсутствию угрозы. Остальные оставляли их Дарси и её танцующему хлысту, который сбивал их прямо в воздухе.

Джейсон был поражён огромным количеством монстров в протоастральном пространстве, превосходящим не только другой мир, но даже магически насыщенное астральное пространство, в котором он провёл месяцы в постоянных битвах. Он задавался вопросом, как им удаётся собрать достаточно ядер, чтобы выставить такую большую силу «бронзовых», но это быстро стало ясно. Способность Джейсона к мародёрству распространялась на всю рейдовую группу, к восторгу Коэна. Ему действительно пришлось на ходу пересматривать процедуры, так как добыча дождём сыпалась на любого, кто касался убитого.

Джейсон был низведён до статуса магической точки доступа Wi-Fi, так как воздерживался от участия в боях, даже против мощных монстров бронзового ранга, таких как гидра и громоздкий болотный огр. Его единственным активным вкладом было высасывание яда из команды, чтобы сэкономить на их расходных материалах.

Джейсон уделял значительное внимание командной работе секции, пока они уничтожали монстра за монстром. Его собственная команда довела свою командную работу до совершенства, но совсем не так, как оперативники Сети.

Команда Джейсона была коллективом индивидуумов, которые научились динамически переконфигурировать свои подходы, чтобы создавать различные синергии, максимизирующие их потенциал в любых обстоятельствах. Этот подход позволял максимально использовать полный набор способностей каждого индивидуума, что способствовало как универсальности, так и помогало продвигать эти способности к более высоким рангам.

Командная работа секции Сети, напротив, имела чёткие истоки в военной тактике, где группа формировала стройное, эффективное подразделение, способное действовать в идеальном унисоне. Их координация заключалась в том, чтобы обрушиться на любую угрозу, как молот, уничтожая её до того, как у неё появится шанс ответить. Каждый член использовал лишь горстку сил, но каждая из них была множителем силы для эффективности команды.

Разведчики редко использовали свои пушки с дорогими боеприпасами, вместо этого приманивая монстров в перекрывающиеся поля огня других членов команды и их призванного оружия, добавляя некоторые эффекты, чтобы мешать и контролировать. Оранж, как оказалось, был специалистом по недугам, как и Джейсон. Его способности были больше направлены на наложение дебаффов, чем на урон, подготавливая врагов для команды.

Команда была сильно ориентирована на нападение, с тремя эссенциями конфлюэнции натиска среди них. Джейсон знал, что это фаворит среди людей в другом мире, из-за синергии с человеческой склонностью к специальным атакам.

Наблюдая за тем, как команда пользователей ядер работает вместе, Джейсон начал понимать, что они извлекают максимум из своей природы как пользователей ядер. Он знал из своих собственных тренировок, где у него было много дискуссий с Руфусом, что пользователи ядер часто фокусировались на подмножествах своих способностей эссенций. Без необходимости использовать каждую способность эссенции, чтобы продвинуть её, они могли игнорировать целые разделы своего набора сил.

Руфус всегда представлял это как универсальное зло, поскольку они тратили элементы своего комплекта и оставляли потенциальные синергии на столе. Наблюдая за тактикой военного стиля команды, Джейсон, однако, признал, что его собственная команда никогда не смогла бы сражаться таким образом, если бы они хотели продвигать свои способности. Пользователи ядер могли игнорировать это ограничение, чтобы разработать невероятно сфокусированный подход.

Джейсон никогда бы не пошёл на этот метод сам, так как это тормозило бы его собственное продвижение, но он не мог не признать, что это было эффективно. Джейсон ожидал кучу второсортных пользователей ядер, но был вынужден признать, что они извлекли максимум из своих преимуществ.

Джейсон также подозревал, что единообразие их подхода значительно упростило бы замену персонала между командами. Более индивидуалистическая природа команды авантюристов затрудняла размещение новых или временных членов, а потеря члена могла быть калечащей. Сеть, как он полагал, находила это гораздо меньшей проблемой.

Одной вещью, которая выделялась, был Найджел. Джейсон изначально думал, что только отсутствие надлежащих методов тренировки тормозит Найджела, но стало ясно, что сражения в стиле пользователя ядер также препятствуют его прогрессу. Найджелу нужно было сражаться больше как авантюристу и меньше как солдату, если он хотел быстрее продвигать свои способности.

Хотя он начал восхищаться тактикой пользователей ядер, Джейсон также заметил критическую слабость. Если эта слабость проявится в этой экспедиции, он, возможно, не останется наблюдателем в конце концов.

ТО, ЧТО ВЫ НАЗЫВАЕТЕ НАБЛЮДЕНИЕМ

ТО, ЧТО ВЫ НАЗЫВАЕТЕ НАБЛЮДЕНИЕМ

Джейсон видел проблески того, что команда Найджела могла бы показать, если бы они сражались больше как авантюристы. Хотя общий подход заключался в тактике сосредоточенного огня, у каждого из них были специальности, которые они использовали против различных существ.

Разведчики редко использовали своё огнестрельное оружие, полное дорогих боеприпасов. Вместо этого они использовали свои силы для поддержки команды в бою, когда не рыскали в поисках угроз. Джейсон был удивлён, обнаружив, что двое из них были специалистами по недугам. Грин был типом широкого действия, используя различные способности «слов силы», чтобы препятствовать врагам.

Оранж был более сфокусирован на единичных целях, как Джейсон. Его набор сил «злого глаза» наносил мало урона, но подготавливал его команду к усилению их стратегий сосредоточенного огня, делая врагов более восприимчивыми к урону и препятствуя защитным способностям.

Последний разведчик, Вулзи, был быстро движущимся бойцом ближнего боя, у которого эссенции «быстрой ноги» и «ножа» объединялись, образуя мастерскую конфлюэнцию. Из всей команды он был наиболее похож на авантюриста в своей тактике, используя всплески стаккато-движений для подготовки специальных атак в стиле убийства. Он призывал свои парные ножи только перед самым ударом, оставляя их вонзёнными в жертву.

Роль Вулзи заключалась в том, чтобы побеждать быстрых и ловких монстров в их собственной игре, прежде чем они использовали свою мобильность, чтобы переиграть команду. Он охранял их фланги, оставляя их свободными для быстрого сосредоточенного огня по основным врагам.

Его скорость сильно отличалась от текучей, неуловимой грации Софи. Хотя Джейсон знал, что Софи позавидовала бы мощным атакам Вулзи, Джейсон гораздо больше предпочитал её набор способностей. Он, правда, признался себе, что, возможно, у него самого был случай зависти к взрывному урону.

У других членов команды были свои моменты, чтобы блеснуть. Хигги, владеющий щитом, также извергался всплесками скорости, но для перехвата атак, а не для их нанесения. Как и у Вулзи, его работа заключалась в том, чтобы позволить команде делать свою работу беспрепятственно, вмешиваясь, чтобы поглощать атаки своим щитом. Каждый удар, казалось, заряжал его, и время от времени он высвобождал подавляющую контратаку в форме конической волны силы.

У Дарси была самая экзотическая сила в команде: она призывала латунного парового голема, чтобы дать им больше присутствия на передовой. Её призыв имел ряд отличий от наблюдений Джейсона за другими призывами. Парового голема было дешевле призывать с точки зрения маны, но у него был ограниченный запас энергии. Этот запас быстро расходовался, и тем быстрее, если голем использовал свои специальные атаки, такие как стрельба обжигающим паром.

Слабое долголетие голема сочеталось с гораздо более коротким временем восстановления — полчаса по сравнению с обычными шестью, и Дарси не нужен был круг призыва, чтобы вызвать его. Всё это, плюс необходимость давать ему больше указаний, чем обычному призывному существу, привело Джейсона к мысли, что это не настоящий призыв. Он подозревал, что это способность, о которой он слышал, но никогда не видел раньше, известная как сила марионетки. Вместо того чтобы призывать независимое существо, она создавала очень сложный призванный объект.

Мясом и картошкой секции Найджела была группа ударников, состоящая из Коббо, Диджита и самого Найджела. Коббо использовал призванные копья, в основном метая их с почти пулевой скоростью. Он иногда совершал разрушительные атакующие рывки или призывал пику, когда монстры в свою очередь бросались на команду.

Диджит использовал призванный лук, совершая эффектные специальные атаки, в то время как Найджел был довольно консервативен со своей призванной винтовкой. Со своим чёрным военизированным снаряжением и штурмовым оружием он идеально вписался бы в эскадрон внесудебных расправ какого-нибудь автократического диктатора.

Найджел показал больше своих возможностей, когда команда была атакована со всех сторон волной маленьких и слабых, но многочисленных монстров. Его винтовка исчезла, когда он отбросил её и призвал по пистолету в каждой руке. Он медленно двигался вперёд, постоянно вращаясь, пистолеты палили во всех направлениях, пока он сбивал прыгающих монстров-горностаев прямо в воздухе.

Найджел не целился. Он стрелял в обе стороны и даже назад, но каждый выстрел попадал в цель. Пули даже свистели мимо его собственной команды на пути к тому, чтобы свалить одного монстра за другим. Джейсон не участвовал в той стычке, хотя он вызвал Гордона, который использовал точечные лучи, чтобы сбивать любого из миниатюрных монстров, которые подходили слишком близко.

Джонно также использовал призванную штурмовую винтовровку для большинства задач, и точно так же имел другие формы оружия в случае необходимости. В отличие от конфигурации пистолетов Найджела, другим оружием Джонно был пулемёт с вращающимся стволом, который он держал на бедре, как будто был в боевике восьмидесятых.

— Немного прожорлив до маны, — объяснил Джонно, — поэтому я вытаскиваю его только для крупных целей.

Эта пушка была затмена, когда группа столкнулась с трио джунглевых троллей серебряного ранга, в полтора раза выше человека. Джонно призвал третью пушку, настолько большую, что даже на бедре казалось, что он должен завалиться. Роторный пулемёт уже был образом излишества, а это была полноценная роторная пушка.

Джонно не стрелял сразу, вместо этого позволив своей команде взяться за дело. Дарси вызвала своего голема, который бросился на одного из троллей, но был быстро подавлен. Хигги использовал свой заряженный щит, чтобы отправить одного тролля пошатываться назад, в то время как Найджел призвал гранатомёт, чтобы подорвать третьего. Граната в лицо оглушила тролля, но это было далеко не смертельным выстрелом. Они могли видеть, как он начал восстанавливаться.

Тактика затягивания времени была нужна, чтобы дать Оранжу время произнести проклятие трижды, распевая одни и те же слова для каждого.

— Пусть весы силы качнутся.

— Все легли, — сказал он, удивлённый тем, что ни одно из заклинаний не было отражено. Он не знал, что аура Джейсона уже понизила сопротивляемость троллей. — Вы готовы.

Стволы на нелепом оружии Джонно раскрутились со свистом, прежде чем извергнуть гром. Ужасающий шторм пуль вгрызся в троллей. Джейсон понял, что проклятие Оранжа должно было временно аннулировать снижение урона от разницы рангов.

Монстры серебряного ранга не были особенно крепкими примерами своего ранга, но у них всё равно была физическая стойкость серебряного ранга. Это была единственная причина, почему они не были мгновенно превращены в фарш нелепым оружием. Бесконечный поток пуль Джонно прорезал их, как пила дерево.

Мана Джонно истощалась с абсурдной скоростью. До этого момента Джейсон не осознавал, что кто-то может расходовать ману так быстро, что он может почувствовать это своими магическими чувствами. Судя по виду Джонно, он делал аналогичную работу со своей выносливостью.

Джейсон схватил зелье восстановления серебряного ранга, которое он взял у архиепископа Чистоты, и поднёс его ко рту Джонно.

— Пей, — приказал он.

Даже зелье более высокого ранга купило Джонно лишь несколько секунд работы с его сумасшедшей пушкой, но секунды были критическими, так как тролли наконец рухнули под шквалом. Пушка Джонно исчезла, и он рухнул. Джейсон помог ему удержаться на ногах. Пока Джейсон доставал из инвентаря походный стул, чтобы Джонно отдохнул, остальная часть команды облепила троллей, поливая их из фляг жидкостью, которая воспламенялась вскоре после контакта с воздухом.

— Вы должны сжечь их, — объяснил Найджел, наблюдая, как тролли горят. — Иначе вы можете убить их, а они всё равно исцелятся.

— Правила D&D, — сказал Джейсон. — Сжигай троллей.

Джейсон признал, что огромная пушка Джонно выполняла ту же роль, что и лавовая пушка Фарры: эффектная сила, которая пожирала ману, как свиньи свежий труп.

— Мы должны убедиться, что тела должным образом сожжены, иначе они не останутся мёртвыми, — повторил Найджел. — Джунглевые тролли — одна из физически самых слабых разновидностей, но их сила восстановления невероятна. Огонь, к счастью, отключает регенерацию почти всего, что вы можете заставить гореть. Это масло вечного горения бронзового ранга можно сделать довольно дёшево, поэтому мы все носим его для регенераторов.

Джейсон подозревал, что алхимики Земли на том же пути, что и Джори, извлекая максимум из меньших ингредиентов. Его магические чувства были достаточно остры, чтобы отличить дешёвые зелья Джори от качественных, и он получил похожее чувство от большинства алхимических предметов, которые видел в распоряжении Сети.

— Ты в порядке, Джонно? — спросил Джейсон. — Выглядишь так, будто пробежал марафон.

— Я буду в порядке, — сказал он. — Спасибо за это зелье.

— Не за что, — сказал Джейсон. — Только не вздумай принимать другое в ближайшее время. Это было зелье восстановления третьей категории.

— Да, я чувствую это, — сказал Джонно. — Хорошо, что мана восстанавливается здесь намного быстрее.

— Вам стоит увидеть плавучую гостиную мистера Асано, — сказал Найджел. — У неё такой же эффект восстановления маны.

— Серьёзно? — спросил Джонно. — Как мне получить такую?

— Отправьтесь в альтернативную реальность, а затем примите участие в конкурсе, чтобы попасть в карманное измерение, где вы будете соревноваться с самыми искусными молодыми пользователями эссенций в мире, чтобы пройти серию испытаний, установленных столетия назад древним орденом убийц, поклоняющихся повелителю загробного мира.

— Никто не продаёт их онлайн? — спросил Джонно.

— Я не проверял, — сказал Джейсон со смехом. — Может, одна из тех компаний, что делают кастомные суперяхты, сможет вам помочь. А пока подождите, пока это зелье выйдет из вашей системы, а потом съешьте это.

Джейсон передал бронзовую духовную монету, которую Джонно поднял, чтобы рассмотреть.

— Это вы? — спросил он.

— Ага, — сказал Джейсон.

Джонно перевернул монету и прочитал текст, выбитый на обороте.

ПРОДУКТ ДЖЕЙСОНА.

ПРИВЕТ, ДРУЖИЩЕ.

— Ты странный парень, — сказал Джонно Джейсону. — И это исходит от парня, который только что убил кучу троллей своей магической пушкой-самолётом.

Найджел проверил Грина, который был сигнальщиком команды. Как сигнальщик, это была работа Грина — обращать внимание на отслеживание АДЕ, даже когда охота за ней не была их работой. Он делал это с помощью компьютерного планшета, который, казалось, объединял магию и технологию, что Джейсон был заинтригован изучить позже.

— Эти тролли третьей категории не были одной из групп АДЕ, верно? — спросил Найджел.

— Нет, босс, — сказал Грин. — Все три сигнала АДЕ далеко от нас. Это были определённо обычные бродяги.

Найджел недовольно опустил голову.

— Проблема? — спросил Джейсон.

— Только АДЕ должна быть на пределе категории для пространства вторжения, — объяснил Диджит. — Мы видим всё больше и больше бродяг, нарушающих это правило, однако. Ходят слухи, что это знак того, что мы начнём видеть вторжения четвёртой категории. У них была одна в Великобритании пару лет назад.

— Подобные спекуляции выше нашего уровня зарплаты, — твёрдо сказал Найджел.

— При всём уважении, босс, — сказал Коббо, — но раз уж мы те, кто стоит на передовой, мы первые люди, которые могут спекулировать. Если это выше нашего уровня зарплаты, то они вольны платить нам больше.

Остальная часть секции, высматривая новых монстров, кивнула.

— У нас есть более насущные проблемы, — сказал Найджел, открывая голосовой канал к Коэну. — Уотерс, мы только что столкнулись с бродячими джунглевыми троллями третьей категории. АДЕ, вероятно, будет чем-то с большим количеством мощи.

После доклада секция снова была в движении.

— Эти монстры третьей категории означают, что анкерные монстры будут сильнее? — спросил Джейсон.

— Таков был опыт до сих пор, — сказал Найджел. — Мы не будем иметь дело с четвёртыми категориями, но это будет из более опасного конца третьей категории. Индивидуально это может быть не так плохо, учитывая, что АДЕ не одна, но правила вылетели в окно, как только появился бродяга третьей категории. Мистер Асано, я бы посоветовал вам позволить нам сопроводить вас обратно в лагерь.

— Я бы предпочёл остаться, — сказал Джейсон. — Похоже, я могу вам понадобиться.

Найджел издал неохотный вздох.

— Мистер Асано, я не сомневаюсь, что вы способный боец. Я видел кадры того, как вы сражались с третьей категорией из Франции. Но у меня есть приказы, а у вас нет координации с нашими подразделениями. Я не сомневаюсь, что вы можете разорвать некоторых монстров, но я не собираюсь терять людей из-за того, что вы забрели в их поле огня, а они сдержались.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — Я буду держаться подальше от схватки, но я не вернусь в лагерь.

* * * Пока команды под руководством «серебряных» продолжали отслеживать анкерных монстров, секция Найджела стала более агрессивной в прочёсывании расширенного периметра, приближая радиус патрулирования к лагерю. Если третья категория доберётся до лагеря, пули железного ранга её не остановят. Среди команд сборщиков Сети были «бронзовые», которые были достаточно обучены, чтобы вмешаться, если потребуется, но, вероятно, не без потерь.

Учитывая ситуацию, Коэн приказал командам сборщиков вернуться в лагерь.

— Найджел, — сказал Джейсон. — Там ещё одна третья категория почти в километре в том направлении. — Он указал. — Похоже, она приближается к одной из команд сборщиков, пока они отступают.

— И откуда вы это знаете? — спросил Найджел.

— Возможно, у меня есть друзья, которые осматриваются, — невинно сказал Джейсон.

Найджел нахмурился, но проигнорировал поведение Джейсона на данный момент, чтобы оставаться сосредоточенным на приоритете обеспечения безопасности команд сборщиков.

— Насколько надёжна ваша информация?

— Сто процентов.

— Ладно. Секция, выдвигаемся, бегом. Не думайте, что у нас не будет разговора об этом позже, мистер Асано.

Пока команда быстро двигалась через джунгли, они увидели, как в небо поднялась сигнальная ракета бедствия.

— Похоже, размерная сущность нашла их, — сказал Найджел, взглянув на Джейсона, чтобы обнаружить, что его там нет. — Чёрт возьми, Асано.

— Простите, — сказал Джейсон через партийный чат. — Я подумал, что важнее двигаться быстро, и не подумал, что просьба к вам этому поспособствует.

Команда наткнулась на поляну, где жаба размером и формой с «Фольксваген Жук» извергала ядовитый газ. Она добавляла его к уже огромному облаку болезненно-зелёного цвета, которое заполняло поляну и теперь распространялось дальше в джунгли.

Хотя она была серебряного ранга, она была гораздо менее опасной, чем даже отдельный тролль, по крайней мере для команды. Единственной настоящей угрозой монстра было его дыхание, которое не смогло пробить мерцающий экран, проявленный Хигги. Оранж снова снял снижение урона от разницы рангов, и шквал специальных атак довольно быстро покончил с ней. Как раз когда они задавались вопросом, как найти Асано и команду сборщиков в затянувшемся миазме, из зеленоватого облака выкатился большой чёрный пикап. У него не было водителя, но пострадавшие члены команды сборщиков были навалены в кузов, а Джейсон стоял над ними, протянув руки.

— Накормите меня своими грехами.

С заклинанием красный отблеск жизненной силы, осквернённой зелёной мутью, появился из члена команды сборщиков. Пятно было извлечено, поднимаясь, чтобы быть поглощённым ожидающей рукой Джейсона.

Пока это всё ещё завершалось, Джейсон снова пропел заклинание, и второй человек начал очищаться вместе с первым. Затем теневая рука появилась из торса Джейсона для третьего одновременного очищения, а затем ещё одна. Когда четвёртое началось, первое закончилось, и Джейсон перешёл к другому члену команды сборщиков своей первой рукой.

С четырьмя одновременно, команда сборщиков из девяти человек была очищена от яда серебряного ранга, прежде чем он смог прикончить их. Многие из них, однако, были в гораздо худшем состоянии, будучи лишь железного ранга. Если бы Джейсон не отдал приоритет их очищению перед «бронзовыми», то всё прошло бы не так хорошо.

Джейсон спрыгнул с пикапа, когда тот остановился перед командой. Пока несколько человек из команды начали проверять жертв отравления и кормить их зельями, Найджел подошёл к Джейсону.

— Мистер Асано, я думал, у нас есть договорённость. Это то, что вы называете наблюдением?

— Я наблюдал, что эти люди собирались умереть, — сказал Джейсон. — Если бы мы провели этот разговор до, а не после, эти люди были бы трупами, а не выжившими.

— Лучше просить прощения, чем разрешения? — сказал Найджел. — У нас есть стандартные оперативные процедуры по причине, мистер Асано. Монстр серебряного ранга — это не то, с чем можно легкомысленно связываться.

— Нет, Найджел. Это то, с чем вы не можете легкомысленно связываться. Если бы я не мог в одиночку справляться с такими монстрами, я бы уже дюжину раз умер. Послушайте, я признаю, что не ожидал многого от ваших команд Сети, и вы действительно изменили моё мнение. Ваша тактика идеальна для прочёсывания нашествий монстров такой плотности.

Найджел открыл рот, чтобы заговорить, но Джейсон выпустил безвредный, но поразительный всплеск ауры, чтобы заставить его замолчать.

— Хотя я был впечатлён вашими методами, я уже увидел проблему, и вы должны знать, что я собираюсь сказать. Ваши команды отлично справляются с зачисткой мусора, но эта стратегия не выдержит против действительно мощных вещей. Если монстр достаточно силён, чтобы выдержать вашу тактику ударов молотом — а это большой молот, я признаю — тогда вы получите сильный ответный удар. Я не прав?

— Мы уничтожили четыре третьих категории только сегодня, — сказал Найджел.

— Я видел, — сказал Джейсон. — И я видел, чего это стоило. Вам понадобятся люди, которые могут в одиночку сражаться с троллями, даже на второй категории.

— Вы говорите, что могли бы в одиночку справиться с одним из тех троллей?

— Я мог бы в одиночку справиться со всеми тремя, — сказал Джейсон. — Это не хвастовство; это просто тот уровень, до которого доходишь, когда осваиваешь все свои силы. Я не говорю, что каждый «бронзовый» — вторая категория — должен быть способен справиться с каждой третьей категорией. У меня есть силы, чтобы отключать регенерирующих существ, но бросьте меня против каменного монстра серебряного ранга, и тогда у меня есть шанс только потому, что у меня есть арсенал оружия и инструментов, с которыми Сеть просто не может конкурировать.

— Мы не можем сравниться с вашим снаряжением, — сказал Найджел. — Но у нас есть подготовка и дисциплина.

— Вы были на той встрече на моей плавучей гостиной. Ваши существующие методы достигают своих пределов, так как монстры продолжают становиться сильнее. Что произойдёт, когда монстры третьей категории окажутся не на слабом конце спектра?

— Мы адаптируем нашу тактику.

— Послушайте, Сеть столетиями держала всё это под контролем, что невероятно впечатляет, — признал Джейсон. — Я думал, мне нужно будет перестраивать всё ваше тактическое подразделение с нуля. Это было наивно, пренебрежительно и оскорбительно, за что я прошу прощения. Даже если бы моя команда была здесь, мы не смогли бы косить монстров с той эффективностью, с которой это делаете вы. Что вам нужно, так это дополнительная программа. Меньший кадр людей, которые не сражаются как солдаты. Во всяком случае, не как обычные солдаты.

— Вы говорите о подразделении спецназа.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Подразделение спецназа с подготовкой и тактикой, построенной вокруг поражения меньшего количества, но более сильных целей. Мощные монстры требуют адаптивных стратегий, которые используют каждое преимущество каждого члена команды. Так сражаются авантюристы, и я помогу вам достичь этого, потому что вам это понадобится. Даже если монстры становятся сильнее, решение вашей проблемы — это не персонал четвёртой категории. На самом деле, я слышал, что это была бы плохая идея. Четвёртые категории Кабала не могут выжить на Земле, не впадая в спячку, потому что магия слишком низкого качества. Должен полагать, что пользователи эссенций чувствовали бы себя так же плохо, если не хуже.

— Вы думаете, что специально обученные третьи категории — это жизнеспособная альтернатива?

— Да. Прямо сейчас ваша команда может справиться с третьей категорией на второй категории. Вам нужна команда, которая может справиться с четвёртой категорией на третьей категории, что совсем другой масштаб.

— У нас нет целых команд из третьих категорий.

— Мы можем поработать и над этим, — сказал Джейсон. — Моим большим беспокойством было отсутствие достаточного количества монстров, но это явно не проблема.

Вулзи подошёл оттуда, где он проверял команду сборщиков.

— Босс, они выкарабкаются, но они не в том состоянии, чтобы двигаться. Либо нам нужна команда поддержки целителей, либо мы перемещаем их на Джейсоновом...

Он огляделся, а затем на Джейсона.

— Куда делся тот пикап? — спросил Вулзи. — Это довольно недолговечно для призванного транспортного средства.

НЕ МОНСТР

НЕ МОНСТР

— Ситуация следующая, — сказал Коэн по голосовой связи. — АДЕ — это речные гидры. Большие. Много регенерации, много яда, много голов. У нас есть две, которые идеально расположены. Достаточно далеко друг от друга, чтобы мы могли справиться с ними по отдельности, но достаточно близко, чтобы мы могли уничтожить одну и перехватить другую, прежде чем она приблизится к лагерю. Третья — большая проблема. Она находится на другой стороне лагеря и, похоже, движется в этом направлении.

— Какой подход? — спросил один из командиров секций серебряного ранга.

— Нам понадобятся оба взвода, чтобы пробиться через всю эту регенерацию, даже с силами огня, чтобы замедлить её, — сказал Коэн. — Все секции встретятся в назначенной точке сбора. Лагерю придётся защищаться от всего остального, что попадётся на пути, и я уже отдал приказы лагерю эвакуироваться из пространства вторжения.

— А как насчёт другой АДЕ? — спросил Найджел.

— У нас есть два варианта для этого, — сказал Коэн. — Вариант первый — мы отсекаем часть наших сил, чтобы задержать её, выигрывая время для полной эвакуации лагеря. Мне не нравится этот вариант, так как он уменьшает нашу силу и отдаляет вторую группу от целителей. Оба этих фактора увеличат шанс потерь, учитывая, что эти твари извергают облака ядовитого газа третьей категории. Я не хочу никого терять сегодня.

— Какой вариант второй? — спросил другой командир секций.

Наступила пауза, как будто Коэн не хотел говорить.

— Это, вероятно, худший выбор, — сказал наконец Коэн. — Асано, насколько вы сильны? Никакого хвастовства, никакой чуши. Честная оценка. Насколько вы хороши, на самом деле?

— Вы, должно быть, шутите, — сказал Найджел.

— Асано, — сказал Коэн, — вы в одиночку справились с пользователем эссенций третьей категории.

— Он проиграл, — сказал Найджел.

— Вы думаете, вы достаточно сильны, чтобы задержать другую АДЕ? — спросил Коэн.

— Коэн, — сказал Найджел, — вы не можете быть серьёзны.

— Под чем вы имеете в виду директора тактических операций Коэна, верно, Найджел? — спросил Коэн. — Мы, может, больше не в армии, но есть цепочка командования, которую я использую, чтобы выбить английский из вас, если вы перебьёте меня ещё раз. Мистер Асано, вы можете это сделать или нет?

— Директор Коэн, — сказал Найджел, его гнев сдерживался за отрывистой, дисциплинированной речью. — Сэр. Мистер Калпепер прямо и лично приказал мне обеспечить безопасность Асано, а вы хотите отправить его в опасность.

— У меня есть полные оперативные полномочия по причине, командир секции Торнтон, потому что иногда человек на месте должен принимать решение. Мои текущие варианты — сбалансировать потери в наших собственных силах против потерь в отступающем лагере против одного человека, который не является одним из моих.

— Может ли человек, о котором идёт речь, высказаться? — спросил Джейсон, позволив двум мужчинам поспорить между собой.

— Продолжайте, мистер Асано, хотя позвольте мне прояснить, что Найджел не неправ. Я пытаюсь подвергнуть вас риску, чтобы обезопасить своих людей.

— Я ценю откровенность, — сказал Джейсон. — Я пришёл сюда, чтобы увидеть, на что способна Сеть, и я впечатлён. Но я также увидел слабости. Я знаю, как вам помочь, и сейчас самое время показать вам, что это значит.

— Я не хочу, чтобы вы погибли в попытке поднять свою ценность в наших глазах, — сказал Коэн. — Если вы не уверены в том, что выживете, я не хочу, чтобы вы были где-то рядом с этой штукой.

— Это тот момент, который я пытаюсь донести, — сказал Джейсон. — Вам нужно увидеть, что мы смотрим на эти обстоятельства очень по-разному. Эта ситуация может казаться вам исключительной, с этими монстрами третьей категории, бегающими повсюду, но у меня есть слово для таких дней, как сегодня.

— И какое же? — спросил Коэн.

— Вторник.

* * * Вопреки протестам Найджела, Коэн отправил Джейсона за третьей гидрой. Его уступка была обусловлена тем, что Джейсон возьмёт разведчика с самыми сильными сенсорными способностями, которые у них были, чтобы предупредить его об опасности. По этой причине Джейсон отправился в быстро эвакуирующийся лагерь, чтобы забрать её. Она была разведчиком из одной из команд сборщиков, её скрытность превосходила только её перцептивные способности.

Кайли Чэнь была бронзового ранга. Хотя у неё были способности и подготовка, которые можно было обратить в бой, она не была основным бойцом. Её навыки и способности лучше всего подходили для тихой разведки потенциальных возможностей для команд сборщиков. Её комплект включал сильные перцептивные способности, которые позволяли ей находить растения, минералы и другие материалы с магическими свойствами.

У неё была тёмная эссенция, как у Джейсона, и она могла скрывать себя даже от монстров серебряного ранга. Хотя он неохотно брал её с собой, Джейсон был менее недоволен после того, как его собственные чувства не могли засечь её, пока она не оказалась почти достаточно близко, чтобы дотронуться. Убийца серебряного ранга из Франции не справился лучше.

— Вы уверены, что хотите это сделать? — спросил её Джейсон. Вокруг них был шторм активности, так как команды поддержки эвакуировались из лагеря обратно через апертуру.

— Я, может, и не большая помощница в бою, — сказала Кайли, — но я уверена, что меня не поймают.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Пошли.

Они покинули лагерь пешком, Джейсон вышел из поля зрения, прежде чем позволить Тени появиться. Он не хотел суматохи от того, что его фамильяр принимает чудовищную форму и срывает эвакуацию. Тьма взорвалась из тени Джейсона, сливаясь в пару жуков-богомолов. Джейсон был опытен в езде в этой форме во время своего пребывания в других джунглях астрального пространства.

— Надеюсь, в следующий раз мы сменим обстановку, — пробормотал Джейсон про себя, используя плащ, чтобы легко запрыгнуть в седло. Он был удивлён отсутствием трепета у Кайли; она с любопытством забралась на тёмный панцирь другого жука и устроилась.

Жуки пробирались в джунгли, слишком густые для более обычных транспортных средств, быстро двигаясь через труднопроходимые заросли. Мечевидные лапы расчищали иначе недоступные пути. Гордон парил рядом с Джейсоном, не отставая от быстрого жука, трансформируясь в своё туманное состояние, чтобы совершать быстрые рывки. Он использовал свои лучи силы, чтобы расправляться с любыми монстрами низкого ранга, достаточно быстрыми, чтобы не отставать от жуков, или проносился прямо сквозь них с тем же эффектом.

Дважды по пути они останавливались, чтобы Джейсон разобрался с монстрами бронзового ранга. Одним был грязевой элементаль, который пал от меча Джейсона, а другим — стая ящериц в форме обезьян. Они были нагружены недугами и быстро устранены.

— Впереди, — объявила Кайли, демонстрируя перцептивные способности разведчика. Вскоре после этого они услышали что-то большое и тяжёлое, пробивающееся через джунгли. Кайли достала ручную камеру из небольшой поясной сумки.

— Держитесь подальше и оставайтесь скрытными, — сказал Джейсон. — Я не хочу бежать спасать вас, когда вы схватите дозу ядовитого дыхания, как бы героически это ни выглядело. Ну, может, если вы сможете обеспечить мне хорошее освещение сзади.

— Вы кажетесь очень расслабленным для человека, который собирается сражаться с тем, что подозрительно звучит как кайдзю.

— Я мужчина, — сказал Джейсон. — Единственное, чего я боюсь, — это откровенного обсуждения моих чувств.

Джейсон предупредил Кайли приготовиться и легко спрыгнул на землю, когда жуки превратились в облака тьмы, которые вернулись в тень Джейсона. Кайли споткнулась, но была готова к падению и сумела остаться на ногах.

— Не подвергайте себя опасности, пытаясь получить хорошие кадры, — предупредил Джейсон, шутливость теперь исчезла из его голоса. Не дожидаясь ответа, он вошёл в джунгли.

* * * Кайли не получала отличных кадров. У неё было несколько впечатляющих снимков рептильных голов, больших, чем она сама, пробирающихся через джунгли, но мало что ещё. Между густыми джунглями и скрывающими облаками ядовитого газа видимость была плохой.

Зная, что ей понадобится другой подход, она потянулась в маленькую сумку на поясе, достала повязку на голову, прошитую магическими символами, и надела её. Кабель свисал с повязки, и она подключила его к камере, которую вернула в поясную сумку. Камера теперь записывала её восприятия напрямую.

Её чувства были гораздо более способны видеть происходящее, чем сама камера. Расовый дар, который она получила при пробуждении своей эссенции конфлюэнции зрения, дал ей необычную способность пробуждать силу восприятия от каждой эссенции, в то время как у других пользователей эссенций была только одна. Было много перекрытий, так как так много сил усиливали её магические и аурические чувства, но эффекты росли с каждым из них, становясь гораздо мощнее, чем предполагал её ранг.

Это позволило ей получить реальное представление о том, насколько мощной была аура Асано. Ауры имели качество, отдельное от их силы, которое чётко указывало на ранг пользователя эссенции. Аура Асано несла безошибочное ощущение второй категории, легко достигая силы третьей категории.

Все ауры с силой, как она обнаружила, имели вкус, который отражал их магические эффекты. Аура Асано не была исключением. Его аура имела подавляющее ощущение властного суждения, как будто сам Асано был арбитром объективного добра и зла. Это была самая высокомерная аура, с которой она когда-либо сталкивалась. Она почувствовала, как та реагирует на её чувства, которые отпрянули от ауры, как пальцы от горячей плиты.

Превосходные чувства Кайли помогли ей отточить контроль над своей собственной аурой, что было ключевой частью её грозных способностей скрытности. По сравнению с Асано она была второсортной, и он был первым человеком, чьи эмоции она была совершенно неспособна прочитать. Даже агенты третьей категории позволяли ей украдкой взглянуть на то, что происходило за их глазами, но аура Асано ощущалась как сплошная стена вокруг чего-то таинственного, тёмного и опасного.

Как и большинство членов Сети в пространстве вторжения, она понятия не имела, кто этот странный пользователь эссенций, которого высшее руководство, казалось, считало таким важным. Он бродил вокруг, как будто был главным, в своих странных мантиях и жутком плаще. Ходили слухи, что он из другого филиала, который Сидней пытался завербовать. Она особо не заботилась, пока не столкнулась с его причудливой аурой и не почувствовала невероятную магию снаряжения, которое он носил.

Предметы были не просто мощными, но невероятно хорошо отточенными. Это затрудняло для любого с меньшими чувствами даже осознание того, насколько сильна магия на них. Мужчина был ходячей сокровищницей, и она не была уверена, что кто-то, кроме неё, это осознавал.

Она вернула свою концентрацию на бой, который отслеживала через свои чувства, закрыв глаза. Она могла чувствовать массу основного тела размерной сущности и её шеи, которые были невероятно длинными и гибкими. Семь голов прорывались через джунгли, пытаясь догнать Асано, который неоднократно исчезал из одного места, чтобы появиться в другом. Что касается ядовитого дыхания гидры, Асано не просто игнорировал его, но поглощал и трансформировал в какой-то эффект восстановления здоровья и маны.

Асано неоднократно наносил удары по существу оружием в каждой руке. Одним был кинжал, а другим — странный хлыст, который, по иронии судьбы, принимал форму гидры. Оба оружия легко попадали по массе монстра. Она также могла почувствовать какое-то роевое существо, ползающее по всей гидре. Она чувствовала отголоски ауры Асано от него, что означало, что это, вероятно, фамильяр, а не просто призыв.

Призывы и фамильяры были редкостью. Очень немногие люди обладали знаниями для выполнения ритуалов, что влияло на то, какие пользователи эссенций могли пробудить такие силы. У Асано, как ни странно, было три: рой, тень, которая могла превращаться в жуков-скакунов, и туманный монстр, который охранял их во время путешествия через джунгли. Это была ещё одна причина быть любопытной по поводу странного человека.

Оружие Асано, казалось, имело мало эффекта на гидру, хотя они определённо раздражали её, заставляя её метаться через джунгли в погоне за Асано. Он хорошо уклонялся от существа, но семь голов пробирались сквозь деревья в погоне. Он получил несколько ударов, когда уклонялся от зубастой пасти, но гигантская голова врезалась в него, отправив его в полёт, как будто его сбил грузовик. У него, казалось, был какой-то щит, который с каждым ударом трансформировался в эффект исцеления.

После одного такого удара одна из голов сомкнулась на его ноге, огромные зубы вонзились в него. Она подняла Асано сквозь полог леса и в воздух. Туманный фамильяр Асано запустил все четыре сферы, парящие вокруг него, в существо, которые столкнулись парами, чтобы вызвать два взрыва с мощной магической силой. Гидра уронила Асано, который не упал, а медленно дрейфовал. Она могла чувствовать, что это магия его плаща удерживала его в воздухе, пока он распевал заклинание.

Она почувствовала, как жизненная сила высасывается из гидры. Она вытекала из монстра и в Асано, полностью восстанавливая его ногу. Затем он упал из воздуха обратно сквозь полог леса.

* * * Тело гидры было громоздким, и Джейсон легко распылил Колина по всему нему. Головы, напротив, были быстрыми, в то время как тело было медленным. Джейсон получил несколько ударов в процессе закрепления своих недугов. Существо было достаточно мощным, чтобы даже со щитами, которые создавал его амулет с каждым недугом, монстр пробивал эти щиты в короткие сроки.

Удар, который пробил броню, оставил его головокружительным, и монстр сомкнулся на его ноге, вскинув голову, чтобы потащить его вверх и над верхушками деревьев. Если бы не взрывы сфер Гордона, освободившие его, нога была бы оторвана.

Сила «Пира крови» Джейсона на самом деле высасывала не кровь, а жизненную силу, чтобы исцелить его, и, начиная с бронзового ранга, становилась сильнее с каждым случаем яда на цели. Поскольку и Колин, и сам Джейсон оставили гидру изрешечённой ядом, одного применения было достаточно, чтобы полностью исцелить его.

Всё стало проще со временем, когда в игру вступила ещё одна из сил Джейсона бронзового ранга. «Трупное окоченение» было нечестивым недугом, оставленным позади, когда Джейсон совершал атаки, используя теневые руки своей способности «Рука Жнеца». «Трупное окоченение» наносило суммирующийся штраф к атрибутам скорости и восстановления. Это был лишь небольшой штраф, но по мере того, как недуги накапливались, гидру становилось легче избегать, и она медленнее прогрызалась через недуги, уже препятствующие её регенерации.

* * * Постепенно Кайли пришла к ощущению, что с гидрой что-то глубоко не так. Она замедлялась и становилась вялой, давая Асано более лёгкое время для избегания её. Более того, в её теле с возрастающей скоростью овладевало какое-то проклятие. Она не восстанавливалась так, как должна была, и магия, поражающая её, продолжала расти и расти.

То, что поначалу было небольшой коллекцией незначительных эффектов, переросло в магическую силу, которая соперничала со всем, что она когда-либо чувствовала. Это был рак, грызущий гидру изнутри, как плотоядная опухоль. Затем Асано произнёс заклинание, которое, как она почувствовала, резонировало с недугами. Каждый из них усиливал силу заклинания лишь немного, но их было так много, что заклинание терзало гидру до такой степени, что она была поражена тем, что та цеплялась за жизнь.

На этом этапе бой был фактически окончен. Гидра изо всех сил пыталась двигать своими вялыми головами в погоне за Асано, но едва могла двигаться. Она ожидала, что Асано отступит, но он ещё не закончил. К её шоку, он произнёс заклинание, которое вытянуло все ужасающие недуги из гидры.

Поразительно, Асано поглотил всю эту ужасную силу, питаясь страданиями и мучениями того, что когда-то было врагом, но теперь могло быть описано только как жертва. Даже так, он всё ещё не закончил. Вслед за тьмой, вытянутой из гидры, Асано оставил что-то на её месте. Сила, яркая и ужасная, появилась внутри гидры. Она была не похожа ни на что, что она когда-либо чувствовала, сила, которая ощущалась так, будто могла прожечь дыру во вселенной.

Спокойствие снизошло на джунгли, когда гидра лежала распростёртой и неподвижной. Её невероятный слух услышал голос Асано в жуткой тишине, чуждый его тёплому, шутливому тону ранее. Он был холодным, тёмным и безжалостным, как дно океана.

— Моё есть суждение, и суждение есть смерть.

Она почувствовала, как что-то разорвало саму размерную ткань пространства вторжения, прямо над гидрой. Сила, подобная той, что теперь была внутри гидры, но гораздо сильнее, исходила из размерного разлома, врезаясь в гидру, как кулак бога, посылая ослепительное свечение, сияющее вверх сквозь полог джунглей.

* * * Когда Джейсон вернулся к Кайли, он нашёл её сжавшейся у дерева, с широко открытыми глазами и дрожащей от страха.

— Всё в порядке, — сказал он ей. — Монстра больше нет.

Он двинулся вперёд, чтобы помочь ей встать, но она отпрянула, как испуганное насекомое.

— О, — сказал он, когда пришло осознание. — Ты боишься не монстра.

ПОЗВОЛЯЯ ЕМУ РАЗГУЛЯТЬСЯ

ПОЗВОЛЯЯ ЕМУ РАЗГУЛЯТЬСЯ

В офисах сиднейского филиала Сети несколько человек сидели за столом для совещаний, пока на экране отображалось изображение. Кит, Анна, Глэдис, Коэн и Найджел присутствовали, как и Юстас Браун, суровый директор отдела сбора урожая, и Ася, представитель Международного комитета. Запись, сделанная Кайли Чэнь, была бессмыслицей для любого без способности чувствовать магию, так как настоящая запись была её магическими восприятиями. Дисплей был просто магико-техническим носителем, используемым для её представления.

— Что это, чёрт возьми, было? — спросил Кит, когда запись подошла к концу. Запись была глубоко захватывающей, позволяя им испытать восприятия записывающего и, в некоторой степени, их эмоции.

— Это было доказательство того, что нам нужно привлечь Асано на нашу сторону, — сказал Коэн. — Не из-за его личной силы, а потому что он может преподавать свои методы тренировки. Два года назад он продавал скрепки и изредка появлялся в кулинарном шоу. Теперь он один из самых мощных пользователей эссенций на планете. Потребовалось два взвода, чтобы уничтожить одну из тех гидр, и мы избежали потерь только потому, что у нас есть первоклассный целитель. Он сделал то же самое в одиночку и будучи ниже рангом. Если он сможет научить наших людей делать это, и без ядер, наши проблемы с эскалацией монстров закончатся.

— Можем ли мы ожидать, что наши люди достигнут этого стандарта, однако? — спросила Анна.

— Нет, — сказала Глэдис. — Только если у них правильный набор сил.

— Это правда, — сказал Коэн. — Если мы изучим то, что только что испытали, становится ясно, что недуги Асано начинаются слабыми, но растут экспоненциально более мощными, пока не соперничают с тем, на что способен даже самый мощный представитель третьей категории. Я видел этот тип специалиста раньше, хотя никогда до такой крайности.

— А что насчёт той силы в конце, со светящимся светом? — спросил Кит. — Мы знаем, что это было?

— Это чрезвычайно редкий тип урона, — сказала Глэдис. — Он игнорирует все формы защиты и сопротивления. Единственный другой пользователь эссенций, которого я видела использующим его, был в США. Он был правильным религиозным типом. «Эссенции — это испытание бога, чтобы увидеть, кто достоин силы», вот такого рода вещи.

— Потому что это никогда не заканчивается плохо, — пробормотала Анна.

— Тот парень называл это божественным огнём, — сказала Глэдис. — А насчёт того, дал ли ему его бог на самом деле, кто знает?

— Мы ещё не подтвердили существование каких-либо божественных существ, — сказал Кит, — поэтому я не думаю, что это продуктивная тема для обсуждения.

— Я согласен, что нам нужно достичь соглашения с Асано, — сказал Юстас, глава отдела сбора урожая. — Заарканить его, чего бы это ни стоило. Этот улов был таким, какого мы никогда не видели. Даже отложив в сторону невероятные материалы, мы разграбили то, что теперь является одними из лучших магических предметов в нашем арсенале. Две пушки третьей категории с ядовитыми эффектами, которые используют ману вместо пуль для боеприпасов. По тестированию, они не так эффективны по мане, как призванное огнестрельное оружие, но это показывает, что способность Асано к мародёрству меняет правила игры. Там также была кожаная броня третьей категории, которая не только защищает от яда, но и исцеляет владельца и чинит себя сама. Плюс, очень редкая эссенция, сфокусированная на исцелении и восстановлении.

— Асано не взял ничего из урожая, — сказал Коэн. — Я предлагал, после того, что он сделал с гидрой, но он сказал, что сделка есть сделка. Кожаная броня и эссенция пришли от гидры, которую он убил, плюс ядро третьей категории и более тысячи духовных монет. Он даже сказал, что был искушён просто стащить эссенцию для себя. Это не то чтобы мы узнали, потому что он мародёрствует прямо в хранилище.

— Человек сам как гидра, — сказал Юстас, — только вместо голов у него нелепые силы полезности. Мы подтвердили, что у него есть способность портала? Позволить любому, связанному с его способностью общения, грабить размерную сущность — это, по сути, золото, падающее с небес. Единственная сложность — выяснить, как собрать всё это, когда тактические команды оставляют след из сокровищ, как Гензель и Гретель, если бы они были из семьи саудовских нефтяников. Этот парень — то, что я бы пожелал, если бы нашёл джинна в бутылке.

— Эта способность общения также невероятна, — сказал Коэн. — Я бы поставил Асано в группу реагирования каждого пространства вторжения, если бы мог.

— Я не согласен, — сказал Найджел. — Да, Асано приносит много пользы. И мне нравится этот парень. Я бы выпил с ним пива в любой день, но я не хочу, чтобы он прикрывал мою спину.

— Объясните, — сказал Кит.

— Он ненадёжен. Он действует без предупреждения и следует указаниям только до тех пор, пока не думает, что знает лучше. А он из тех, кто всегда думает, что знает лучше. Он мощный, но я возьму кого-то, кому могу доверять, стоящего за моей спиной, вместо того, кто будет потрясающим, если сначала не уйдёт блуждать.

— Я признаю, что его лучше использовать для независимых действий, — сказал Коэн. — Найджел, даже если вы не хотите сражаться с ним, вы были бы готовы тренироваться с ним? Вы глава программы подготовки и не используете ядра. Это ставит вас в лучшую позицию, чтобы перенять и передать его методы.

— Это я могу, — сказал Найджел. — Когда мои люди не на линии огня, я буду работать с ним, без проблем. Это позволит мне компенсировать любые проблемные установки, которые он попытается внедрить нашим людям насчёт дисциплины и следования приказам. Но если вы отправите его в поле, я не хочу, чтобы он был прикреплён к моей секции. Попытка включить его в цепочку командования была бы тщетной. Он слишком высокомерен.

— Он никогда особо не заботился об авторитетах, — сказала Ася, впервые заговорив на совещании. — Ему всегда нравилось спорить и провоцировать.

Запись сильно потрясла Асю. Человек, которого она встретила на плавучей гостиной, был естественным развитием мальчика, которого она знала. Сексуальная, озорная ухмылка и умные глаза, полные дерзости и обещаний. Отношение к разговорам как к призовым боям, постоянный поток бессмыслицы, чтобы сбить с толку оппозицию.

Человек на записи был чем-то совершенно иным. Злобная сила и великая разрушительная мощь, которая последовала за ним. Леденящий голос, распевающий зловещее заклинание, чтобы безжалостно прикончить монстра, уже находящегося на краю смерти. Несоответствие с Джейсоном Асано, которого она знала, оставило её встревоженной.

— Похоже, французы были на что-то напали, пытаясь заграбастать Асано, — сказал Кит. — Ясно, однако, что активное сотрудничество более ценно, чем вынужденная капитуляция. Думаю, я почти готов рекомендовать нам сделать всё возможное, чтобы заключить сделку.

— Мы должны, — сказал Юстас. — Кто-то сказал мне, что Ася пошутила насчёт того, чтобы дать ему Бора-Бора. Если это хоть как-то возможно, я говорю, мы делаем это. Только одно вторжение с силой мародёрства, и ясно, как Китай и Америка стали такими доминирующими, переманивая всех с силой мародёрства из других стран. Я не уверен, что может быть цена, которая не стоит того, учитывая богатства, которые мы можем ожидать получить. Нам нужно зафиксировать это, пока США и Китай не начали принюхиваться.

— Как представитель МК, — сказала Ася, — я не могу выступать за то, чтобы завязывать это в фракционную политику. Это только справедливо для вашего филиала претендовать на некоторые выгоды, но если вы попытаетесь оставить пирог себе, вы будете порезаны, когда другие придут забрать свою долю.

— Я не думаю, что Асано захочет дать Лионскому филиалу хоть крошку, — сказала Анна. — После того, что они сделали, единственная причина, по которой он открыт для сотрудничества, — это то, что он хочет, чтобы мы доставили другого иномирянина.

— Асано дал понять, что хочет доступа к размерным сущностям, — сказал Кит. — По-видимому, это связано с его методологией продвижения, которую мы скоро изучим сами. Ему нужны мы, чтобы получить доступ к размерным пространствам.

— Я думаю, это менее определённо, чем вы предполагаете, — сказала Глэдис. — Он дал мне заглянуть в свои магические знания. Теперь, когда он знает о сетке и мы показали ему, как получать доступ к апертурам, у него может быть всё необходимое, чтобы получать доступ к пространствам вторжений самому.

— Подключаться к сетке? — спросил Кит. — Это вообще возможно?

— Сетка спроектирована так, чтобы быть доступной любому с необходимыми знаниями, — сказала Ася. — Учитывая, что он был в месте, которое делает нашу магию похожей на технологию бронзового века, кажется вероятным, что он мог бы.

Кит издал вздох. — Моя самая большая проблема — это надзор. Наш единственный рычаг в обеспечении соблюдения любого соглашения — это возможность отобрать то, что мы предоставляем. Если это не реальная угроза, какая у него причина соблюдать наше соглашение?

— Я заставила аналитиков изучать всю его жизнь в течение недели, — сказала Анна. — Наш профиль предполагает, что лояльность — это основная ценность для него. Их анализ заключается в том, что если мы будем играть с ним честно, он выполнит свою часть.

— Как долго? — спросил Кит. — Что произойдёт, когда мы доставим другого иномирянина? Что произойдёт, если мы не сможем?

— Мы усиливаем давление на Лионский филиал, — сказала Ася. — Они не могут просто похищать любого, от кого им что-то нужно.

— Скажите это Миранде Эллис, — мрачно сказала Анна.

— Есть причина, по которой её перевели из Мельбурнского филиала, — сказал Кит, — но сейчас не время пересматривать старые обиды. Увидев Асано в действии, я думаю, я могу заставить Руководящий комитет двигаться дальше к заключению окончательного соглашения с ним. А как насчёт Международного комитета?

— Моя рекомендация будет в том, чтобы согласиться с этим, — сказала Ася. — Я всего лишь представитель, однако. Фактическое решение будет принято выше моей головы.

— Вы должны осознать, что мы играем с огнём здесь, — предупредил Найджел. — Я думаю, после просмотра этой записи, мы все осознаём, что Асано опасен. Мы действительно хотим, чтобы он разгуливал без присмотра?

— Соглашение — это то, что держит его под контролем, — сказал Кит. — Какая у вас альтернатива? Какое-то принуждение?

— Если мы пойдём по этому пути — что я настоятельно рекомендую не делать, — сказал Коэн, — тогда нам нужно избежать ошибок Лионского филиала. С тактической точки зрения, мы бьём его сильно и быстро, с подавляющей силой. Я говорю обо всех наших третьих категориях, включая Глэдис. Он может набрать силу, чтобы поставить под угрозу третью категорию, но он уязвим на ранних стадиях боя. Мы не даём ему шанса разогнаться до уровня силы, который он показал против оперативника Лионского филиала и гидры. И я не говорю о захвате. Мы укладываем его полностью и убеждаемся, что он остаётся там.

— Согласна по обоим пунктам, — сказала Анна. — Мы не должны этого делать, но если мы делаем, мы делаем это тщательно. Наш анализ заключается в том, что он будет играть честно, если мы будем, но если мы повернёмся против него, и он не мёртв, он причинит нам боль. Действительно причинит нам боль.

— Вы думаете, он пойдёт за нашими семьями? — сказал Кит.

— Нет, — сказала Анна. — Я думаю, его угрозы моей жене были просто сообщением не идти за его собственной семьёй. Он знает, что путь действительно причинить нам боль — это идти за нашими секретами. Он угрожал этим в прошлом. Как только он начнёт лечить детский рак по телевизору, мы не сможем его тронуть, в то время как он может вскрыть нас настежь. Или он пойдёт к Кабалу. Может, к ЭОА. Вы думаете, они не встретят его с распростёртыми объятиями?

— Представьте, если он действительно может получать доступ к сетке и размерным пространствам, — сказала Глэдис. — Чего бы ЭОА не дала ему взамен за это? Они хотели бы его больше, чем Юстас и его очевидная мужская влюблённость.

— Эй, если это привлечёт его на борт, — сказал Юстас, — я приму удар на себя.

— Ну, — сказала Глэдис. — Может, не совсем так сильно, как Юстас.

— Неужели нет золотой середины между войной и тем, чтобы позволить ему разгуляться, — сказал Найджел.

— Не с его точки зрения, — сказала Анна. — Что мы когда-либо делали, кроме как угрожали его сестре и пытались похитить его? Какая у него причина отвечать перед нами?

— Когда я была в школе, — сказала Ася, — я была в дебат-клубе с Джейсоном. Он всегда был лучше в завоевании аудитории, чем судей, потому что его аргументы звучали логично, но на самом деле были о страсти. Вы могли чувствовать, как он верит в вещи так сильно, что вы начинали верить в них тоже. Мы спорили о демократии против авторитаризма, и то, как он говорил о разнице между послушанием и лояльностью...

Она встала.

— Что касается меня, — сказала она, — эта дискуссия окончена. Если мы будем действовать добросовестно, я верю, что он тоже будет. Если вы пойдёте другим путём, не говорите мне, потому что я предупрежу его. Я направляюсь обратно в Канберру, чтобы сделать свой отчёт в МК лично.

Остальные наблюдали, как она зашагала прочь из конференц-зала.

— Итак, — сказала Глэдис, поворачиваясь к Анне. — Вы последовали моему совету и применили медовую ловушку.

— Я ничего подобного не делала!

* * * Пол Абрео был частью Руководящего комитета Лионского филиала Сети. Он хотел поговорить с директором по операциям, Адриеном Барбу, лично, но тот проводил всё своё время, работая вне чёрного объекта. С Международным комитетом, усиливающим проверку, Пол не хотел рисковать тем, что местоположение объекта будет раскрыто визитом. Вместо этого он позвонил Адриену по защищённой линии.

— Адриен, пора положить этому конец.

— Я близок, — сказал Адриен. — Она готова сломаться. Я чувствую это.

— Близко — недостаточно хорошо, Адриен. МК давит на нас сильно.

— Как только она сломается, мы сможем поделиться тем, что получим из неё, и они закроют свои рты.

— Сиднейский филиал заключает сделку со своим иномирянином, — сказал Пол. — Это уже показывает результаты. Они не собираются отступать, когда получают добровольно то, что мы можем только потенциально получить через выдачу.

— Вы должны держать их подальше от моей спины достаточно долго, чтобы закончить это, — сказал Адриен. — Вы думаете, этот иномирянин даст нам что-то после того, что мы сделали? Если у него есть поддержка Международного комитета, он, вероятно, использует то, что может предложить, чтобы наложить на нас санкции. Всё, что мы можем получить, мы должны будем получить из неё, или другие филиалы оставят нас позади.

— Вы думаете, я не знаю этого, Адриен? Простой факт в том, что мы сделали рискованный выстрел и промахнулись. На данном этапе сотрудничество с МК даст нам больше, чем сопротивление им. Пора передать девушку.

— Дайте мне неделю, — сказал Адриен. — Если я не смогу сделать это за неделю, я передам её.

— Руководящий комитет принял своё решение, Адриен.

— Одна неделя.

Пол проворчал в телефон.

— Три дня, — сказал он. — Это максимум, что я могу дать вам. Больше, чем это, и Руководящий комитет пошлёт людей, чтобы сместить вас с должности.

— Спасибо, Пол. Вы не пожалеете об этом.

— Смотрите, чтобы я не пожалел. Вы должны мне за это, Адриен.

В своём офисе, под землёй с бетонными стенами, Адриен повесил трубку. Его ярость проявлялась только через его неподвижность, пока его разум тикал. Он отпер нижний ящик своего большого дубового стола и достал стальной сейф с магическими гравировками, которые уничтожили бы содержимое, если бы кто-то форсировал замок.

Он отнёс сейф к лифту. Там не было кнопок, только запертая панель, которую он открыл ключом. За панелью был считыватель карт, через который он провёл свою идентификацию, сканер руки, к которому он прижал ладонь, и сканер голоса, в который он произнёс своё имя. Свет загорелся зелёным, и двери лифта закрылись, лифт поднялся на поверхность.

Лифт появился на территории заброшенного водоочистного завода, который, казалось, был оставлен без присмотра в сельской местности на десятилетия. Он бродил через дыру в сетчатом заборе, вне досягаемости скрытых камер. Затем он открыл сейф, достал спутниковый телефон и конверт, содержащий номер, который он набрал.

— Мисс Эллис, — сказал он, когда трубку подняли. — Это Адриен Барбу. Я хотел бы поговорить о вашем предложении.

СИЛА ВЕТХОГО ЗАВЕТА

СИЛА ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Эрика ворвалась наверх и распахнула дверь в спальню своей дочери. Стоя перед монитором, Джейсон и Эми держали пластиковые гитары и играли в ритм-игру. Тайка сидел на полу за пластиковой ударной установкой. Все трое виновато повернулись к двери.

— Джейсон, — отчитала Эрика. — У нас на заднем дворе тридцать членов семьи, а ты здесь?

— Это могут быть не связанные факты, — сказал Джейсон.

— Ну, Нанна только что приехала, так что тащи свою задницу вниз.

Эми и Джейсон сразу оживились, отложив гитары.

— Я вернусь на плавучую гостиную, — сказал Тайка.

— Ты можешь остаться, если хочешь, Тайка, — сказала Эрика. — Я не видела, как ты приехал.

— Я оставил портал открытым в твоей спальне, — сказал Джейсон ей.

— Что?

Эрика зашагала в свою собственную спальню и открыла дверь, чтобы обнаружить теневую арку в конце своей кровати.

— Серьёзно? — спросила она, переводя свой гнев на Джейсона.

— Никто не войдёт сюда, — сказал Джейсон.

— Прошу прощения, — сказал Тайка, когда он прошёл мимо и остановился перед порталом. — Мы направляемся в Сидней завтра, да, Джейсон?

— Ага, — сказал Джейсон.

— Без проблем, — сказал Тайка. — У вас прекрасный дом, миссис Асано.

Тайка исчез через портал.

— Пошли, Эми, — сказал Джейсон. — Пойдём проведаем Гранд Нанну.

Придя вниз и пройдя через кухню, Джейсон был перехвачен одним из своих кузенов. Кодзи был сыном брата Кена, Широ. Будучи ровесниками Джейсона, они много времени проводили вместе в детстве, так и не став по-настоящему друзьями.

— Итак, вот он, вернулся с того света, — сказал Кодзи. — Думаю, нет способа удержать Бананмена внизу.

— Кодзи, — сказал Джейсон, — ты понимаешь, что подразумеваешь, что я слишком увлечён белой культурой, ссылаясь на британский мультсериал 1980-х годов, который мы с тобой смотрели вместе, верно?

— Вижу, смерть не сделала тебя менее остроумным, — сказал Кодзи.

— Нет, это довольно высечено в камне, — сказал Джейсон. — Тем не менее, я не буду винить тебя за то, что ты пошёл другим путём.

— Что? — спросил Кодзи.

— Он называет тебя тупой задницей, дядя Кодзи, — объяснила Эми.

— О, Иисус, — сказал Кодзи. — Ты собираешься стать точно такой же, как он, не так ли?

— Слышишь это? — спросил Джейсон Эми. — Дядя Кодзи думает, что ты будешь суперкрасивой. Пойдём найдём Нанну.

— Я так тебя ненавижу, — сказал Кодзи. — Рад, что ты не мёртв, однако.

— Люблю тебя тоже, кузен.

Они вышли на задний двор, где вовсю шло огромное семейное барбекю. Он нервно встретился со своей бабушкой, которая была в здравом уме и счастлива быть таковой. У неё почти не было воспоминаний о последних нескольких годах, и она счастливо наверстывала упущенное со всей своей семьёй. Всё стало немного неловко, учитывая, что она не помнила, что Эми больше не с Джейсоном, а с Кайто.

Джейсон обнаружил, что отвечает на одни и те же вопросы снова и снова. Его история началась с той, которую он изначально рассказал своей сестре, но по мере того, как его разочарование росло, история начала меняться.

— Я достал одного из людей, которые убили мою жену, но другой ударил меня по голове, — объяснил он одному из своих кузенов. — Теперь я не могу формировать кратковременные воспоминания, поэтому мне приходится вести тщательные записи, пока я собираю кусочки вместе в своём поиске мести.

— Разве это не сюжет фильма Помни?

— Никогда не слышал о таком, — сказал Джейсон, затем бросил знающий взгляд. — Или, может, слышал и не помню.

Джейсон заметил Эрику, хмурящуюся на него с другого конца двора, и он скрылся из виду, наконец благодарный за переполненный двор. Эми продолжала следовать за ним.

— Дядя Джейсон?

— Да?

— Что ты делал вчера?

— Сражался с монстрами.

— Правда?

— Ага.

— Какие монстры?

— Страшные.

— У тебя есть их записи?

— Не думаю, что твоя мама хочет, чтобы ты их видела. Я тоже, если на то пошло.

— Что, если я уговорю папу позволить мне?

— Никаких шансов, Моппет. Уговори маму, и, может, мы поговорим.

Лицо Эми надулось.

— Где ты нашёл монстров? — спросила она.

— Это не мой секрет, чтобы рассказывать, — сказал Джейсон. — Я надеюсь, ты скоро это узнаешь, однако.

Джейсон чувствовал себя несколько некомфортно, внимание всех присутствующих покалывало его чувства ауры. Одна конкретная нить была сфокусирована на нём, как лазерный луч. Он посмотрел на свою мать.

— Эми, — сказал он. — Ты иди попробуй уговорить маму сейчас. А мне стоит поговорить со своей.

Он пробрался к Шерил, чьи руки были сцеплены вокруг нетронутого бокала вина.

— Привет, мам, — сказал он тихо. — Я был своего рода придурком на днях. Конечно, ты была своего рода придурком большую часть двухтысячных, но, может, мы сможем начать топтать какую-то свежую почву. Как насчёт того, чтобы найти где-нибудь тихое место внутри, и я расскажу тебе, чем занимался?

Шерил бросила хорошо узнаваемый взгляд неудовлетворения на подколку Джейсона, но заметно успокоилась.

— Я бы хотела этого, — сказала она.

— Мы можем использовать комнату Эрики, — сказал Джейсон. — Там есть кое-что, что тебе нужно увидеть.

Вскоре после этого встревоженная Шерил появилась через портал на плавучей гостиной. Когда она прислонилась к стене, стараясь не вырвать, голос Кайто донёсся из медиа-комнаты.

— Что это, чёрт возьми, такое? Это человек-лев?

— Похоже на Рона Перлмана из Красавицы и чудовища, — последовал голос Эми.

— Из фильма? Это не мог быть Рон Перлман.

— Не из фильма, Кай. Из сериала. Старого, не нового.

— Их больше одного?

* * * Джейсон, Хиро, Тайка и Вермиллион встретились с контингентом ЭОА в баре на нижнем этаже заведения Хиро. Он был закрыт и пуст, в ожидании смены владельца. Представителем ЭОА был Майкл Кисслинг, который однажды приходил за Джейсоном в кафе Вермиллиона.

— Вы не собираетесь снова пытаться утащить меня, верно? — спросил Джейсон.

— До нашего сведения дошло, что попытка вряд ли пройдёт хорошо, — сказал Кисслинг с иронией.

У Джейсона не было опыта в области управления преступными или законными предприятиями, поэтому он завис с Тайкой, пока Хиро и Вермиллион просматривали документы и подписывали контракты.

— Значит, ты сражался с кучей монстров, верно? — спросил Тайка.

— Ага, — сказал Джейсон.

— Разве это не страшно?

— Ужасающе, — сказал Джейсон. — Трюк в том, чтобы начать с маленьких и продвигаться вверх.

— Насколько маленьких?

— Ты знаешь того кролика из Святого Грааля?

— Бро, эта штука дикая.

Телефон Джейсона зазвонил с номера, который он не узнал, но он всё равно ответил.

— Дели Джонсона, где мы даём вам большую сосиску, — ответил Джейсон, заработав странный взгляд от Тайки.

— Извини, думаю, я ошиблась... подожди, Джейсон?

— Привет, Ася. Как дела?

— Это то, как ты отвечаешь на свой телефон?

— Нет, ты правда ошиблась номером. Я на самом деле подрабатываю в дели. Сумасшедшее совпадение, правда?

— Ты псих, ты знаешь это? — Она рассмеялась. — Слушай, я на пути обратно в Сидней из офиса Международного комитета в Канберре, и у нас есть некоторое движение от Лионского филиала насчёт иномирянина. Можешь встретиться со мной, чтобы поговорить лично? Я могу доехать до Касселтон-Бич, как только побываю в филиале в Сиднее.

— Вообще-то, я сам в Сиднее, — сказал Джейсон.

— Отлично! Можешь встретиться со мной в сиднейском филиале, скажем, через три часа?

— Я пока не готов входить в логово льва, — сказал Джейсон.

— Ты понимаешь, что если мы собираемся работать вместе, должен быть хотя бы уровень доверия, — сказала Ася.

— Скажи мне, что не было обсуждения убийства меня, чтобы предотвратить неприятности, и я соглашусь на это.

— Нейтральная территория, тогда, — сказала Ася. — Ты выбирай место.

— Парк Ярра-набби.

— Ладно. Увидимся через три часа.

Джейсон забрел обратно как раз тогда, когда Вермиллион и Хиро закончили дела. Хиро выглядел как кот, который добрался до сливок, в то время как Кисслинг бросал неуверенные взгляды в сторону Джейсона.

— Мы довольны? — спросил Джейсон.

— Очень, — сказал Хиро. — Их адвокаты не пытались протащить ничего лишнего.

— Ты не вышел из практики? — спросил Джейсон. — Ты давно не практиковал право.

— Ты шутишь? — спросил Хиро. — Я получил больше от своего юридического образования как морально сомнительный бизнес-девелопер, чем когда-либо в своей старой фирме. К тому же, ясно, что они сделали всё возможное, чтобы сделать это чисто и недвусмысленно.

— У ЭОА явно нет интереса провоцировать визит от тебя, — сказал Вермиллион. — После байкеров, я думаю, они поняли, что если бы мы не достигли соглашения в прошлый раз, когда вы встречались, это не пошло бы так, как они ожидали.

— Нам стоит пойти навестить мою маму сейчас, — сказал Тайка. — У Джейсона позже свидание.

— У меня нет свидания, — сказал Джейсон.

— Ты не только что договорился встретиться с какой-то леди в парке? — спросил Тайка.

— Это не так, — сказал Джейсон.

— Тебе стоило слышать его, весь такой плавный, — сказал Тайка. — Он весь такой: «давай не будем встречаться в офисе. Нам стоит пойти куда-нибудь более интимно». Ты хорош с дамами, бро.

— Я не собираюсь поддерживать такого рода разговоры, — сказал Джейсон.

— С кем ты встречаешься? — спросил Вермиллион.

— Просто кто-то из Сети, — сказал Джейсон.

— Аннабет Тилден? — спросил Вермиллион.

— Ася Карадениз.

— О, мило, — сказал Вермиллион. — Элегантная красота, мне нравится.

— Это профессиональное взаимодействие, — настоял Джейсон.

— И какова твоя профессия, точно? — спросил Вермиллион. — Межпространственный человек-загадка? Это определённо не звучит как кто-то, кто смешивает бизнес с удовольствием.

— Это звучит мило, — сказал Тайка. — Тебе стоит завести тематическую песню, бро. Что-нибудь фанковое и сексуальное. В стиле семидесятых.

— Мы можем просто пойти навестить твою маму? — спросил Джейсон. — Я принёс вест-индские квадратики с лаймом и кокосом.

* * * В медицинском отделе сиднейского филиала Сети Кайли Чэнь сидела одна в тёмной комнате. Она дрожала не от холода, а от битвы в пространстве вторжения, проигрывающейся снова и снова в её сознании. Дверь открылась, и кто-то вошёл, включив свет.

— Здравствуйте, мисс Чэнь, — раздался сочувствующий голос посетителя. — Как вы держитесь?

— Мисс Эллис, — сказала Кайли, вставая с края кровати в присутствии члена Руководящего комитета.

— Пожалуйста, садитесь, — сказала Миранда. — После всего, через что вы прошли, я не заставлю вас соблюдать формальности.

Кайли нерешительно опустилась обратно на край кровати, и Миранда села по-дружески рядом с ней.

— Мне жаль, что вам пришлось пройти через то, что вы прошли, — сказала Миранда. — Я испытала запись сама. Если бы мы имели хоть какое-то представление, что он за монстр, мы бы никогда не позволили вам пойти с ним.

— Записывающее устройство не улавливает всё, — сказала Кайли дрожащим голосом. — Вы знали, что он не использует ядра? Как командир секции Торнтон, но гораздо мощнее.

— Я знаю.

— Это ещё не всё, однако, — сказала Кайли. — В его ауре есть что-то. Я не знаю, что это, но оно мощнее всего, что я когда-либо видела.

— Сила его ауры невероятна для второй категории, да.

— Это больше, чем просто это!

Голос Кайли был неистовым, почти паническим, как будто она отчаянно хотела, чтобы кто-то понял.

— Помогите мне понять, — подсказала Миранда.

— Эта штука внутри него, — сказала она. — Это как эхо силы не просто выше его категории, но за пределами самой концепции категорий. Это почти... божественно.

— Вы думаете, он обладает какой-то божественной силой?

— Я не знаю, как ещё это описать, — сказала Кайли. — Когда я была девочкой, моя бабушка водила меня в церковь. Священник был одним из тех типов «серы и пламени», знаете? Думаю, он переехал в Америку и присоединился к одной из тех фундаменталистских деноминаций. Когда Асано использовал ту странную, яркую силу в конце боя, я снова была той маленькой девочкой, имеющей кошмары об огне и суде. Это было как кулак бога, спускающийся, чтобы наказать нечестивых. Это то, на что ощущается штука внутри Асано. Сила Ветхого Завета.

Миранда кивнула. — Он опасен. Вот почему комитет решил действовать, но нам нужно быть осторожными.

— Да, — согласилась Кайли, кивая. — Вы должны.

— Нам нужно держать руки чистыми. Международный комитет хочет этого человека, несмотря на угрозу нам, поэтому нам нужно сделать это деликатно и на расстоянии. Эта информация только на уровне Руководящего комитета. Мы привлекаем только тех людей, которые понимают угрозу и которым мы можем доверять. Мы можем доверять вам, верно, Кайли?

— Конечно.

— Хорошо, — сказала Миранда. — Когда придёт время, а это будет скоро, я передам вам сообщение с инструкциями. Вы должны подчиниться им без колебаний, какими бы поразительными они ни были. До тех пор, полная осмотрительность. Говорите об этом только со мной. Вы понимаете?

* * * — Один из членов Лионского филиала обрёл совесть, — сказала Ася. Они сидели на скамейке с оборудованием для фитнеса на открытом воздухе в парке Ярра-набби. После прибытия в парк они нашли друг друга через свои ауры.

— Его зовут Мишель, — сказала она, — и он был на чёрном объекте, который поддерживает Лионский филиал.

— Чёрный объект? Как у ЦРУ?

— Это объект, существование которого не было разглашено Международному комитету. Даже наш новый информатор не знает местоположения. Персоналу, кроме директора по операциям и Руководящего комитета, не разрешено знать его местоположение. Рабочих привозят вслепую.

— И это там, где они держат иномирянина? — спросил Джейсон.

— Да.

Она достала папку из портфеля, который принесла с собой, и передала её.

— Они подвергали её выдаче, — сказала Ася. — То, что американцы называют усиленным допросом, но она ещё не сломалась.

— Она?

— У нас нет имени. Всё, что у нас есть, там. Он даже умудрился вынести фотографию, которая не льстит. Они не совсем держат её в лучших условиях.

Джейсон открыл папку, чтобы посмотреть на фотографию, которая была первым в файле. Её волосы были сострижены под щетину, а лицо покрыто грязью, но он всё равно узнал черты.

— Джейсон?

Он выглядел так, будто его ударили электрошокером, его лицо дёргалось, пока папка выскальзывала между дрожащими пальцами, чтобы рассыпать бумаги на землю.

МОЯ ОЧЕРЕДЬ

МОЯ ОЧЕРЕДЬ

В плавучем доме Эрика нашла в телефоне номер Джейсона.

— Не рекомендую звонить мистеру Асано в данный момент, — раздался голос Тени у нее за спиной, отчего она вздрогнула.

— Почему нет? — спросила Эрика, поворачиваясь к пугающей фигуре. Странный, но неизменно вежливый друг Джейсона, монстр из теней, занимал очень высокое место в списке странностей, к которым ей приходилось привыкать.

— Мистер Асано только что получил важные новости.

— Важнее того, что его мать, брат и невестка пытаются осознать, что магия реальна?

— Да, — сказал Тень. — Я видел, как мистер Асано вступал в бой, зная, что смерть более вероятна, чем жизнь. Я видел, как он в одиночку входил в город, захваченный бандитами, и перебил их всех. Я видел, как он сражался, когда на кону стояли тысячи жизней, и наблюдал, как он жертвовал собой, чтобы спасти их. Но я никогда не видел его таким взвинченным, как сейчас.

— Это безумие, — сказала Эрика. — Ты видел, как он умер?

— Вижу, вы хотите быть хорошей сестрой, — сказал Тень. — Вы видите, как он изранен, и хотите помочь, но его опыт лежит за пределами вашего понимания. Я тоже обеспокоен и хотел бы помочь вам восполнить этот пробел.

— Каким образом?

— Мистер Асано доверил мне определенные записи, чтобы ваша дочь их не увидела.

— Он сказал мне. Она уже пыталась убедить меня позволить ей их посмотреть.

— Думаю, возможно, вам стоит посмотреть их самой, — сказал Тень. — Надеюсь, это поможет навести мосты между вами. Мистер Асано показал вам фантастическое и чудесное, избегая при этом страданий, которые ему довелось пережить. Я вижу, что вы хотите быть для него хорошей семьей, но то, что он скрывал, стоит между вами. Я хотел бы помочь вам преодолеть этот разрыв, ради него самого.

Тень протянул руку, сделанную из тени, темную, как пустота в форме руки. На ладони лежал небольшой набор записывающих кристаллов.

— Начните с них, — сказал он.

* * * Джейсон расхаживал взад-вперед перед скамейкой, сжимая и разжимая кулаки, пока на его лице боролись стыд и ярость. Ася молча наблюдала за ним, подняв упавшую папку. Она внимательнее присмотрелась к фотографиям в папке. Обнаженная женщина в бетонной комнате. Крупный план ее лица, с обритой головой и ошейником подавления. Очевидно, Джейсон не понимал, кто она, пока не увидел снимки.

— Мы делаем все возможное, чтобы вытащить ее, — заверила его Ася, и это была правда. Международный комитет был убежден отчетами о вкладе Джейсона в событие вторжения и был готов пойти на серьезные уступки ради его добровольного сотрудничества.

Ася была почти уверена, что глобальные руководители Международного комитета уже закрыли глаза на обещания Лионского филиала использовать дивиденды, полученные под пытками. Она считала, что ситуация изменилась, как только Джейсон предложил более надежный и приемлемый вариант.

— Вы делаете все, что готовы сделать, — сказал Джейсон, продолжая расхаживать.

— Джейсон, мы, по сути, уже завершили наше соглашение.

Джейсон остановился, когда она заговорила. Она чувствовала нестабильность его ауры там, где обычно вообще не могла ее ощутить. Это было удушающе, словно сидеть на среднем сиденье автомобиля между двумя тучными людьми. Он перевел на нее взгляд, полный ярости.

— Соглашение не имеет значения, — сказал Джейсон. — Прямо сейчас у меня один приоритет: защитить мою семью, чего бы это ни стоило.

Он подошел и ткнул пальцем в фотографию у нее в руке.

— Она — семья, — сказал он голосом, от которого у нее по спине побежали ледяные мурашки. — Если мне придется сжечь вашу Сеть дотла, чтобы вернуть ее, я это сделаю.

Он поморщился, затем покачал головой, словно отгоняя наваждение. Его аура успокоилась, и она больше не чувствовала, как она неприятно давит. Его глаза смягчились, сменив гнев на боль и уязвимость.

— Прости, — сказал он усталым голосом, отступая из ее личного пространства. — В последнее время моя первая реакция — всегда драться. Быть готовым зайти дальше и сделать хуже, чем другой парень.

Он потер виски.

— Я не Невероятный Халк, — сказал он скорее себе, чем ей. — Я знаю, что мой гнев не делает меня сильнее, как бы мне ни казалось обратное. Все, что он делает, — это затуманивает мое суждение и мешает мне принимать взвешенные решения, которые действительно дадут мне то, что я хочу.

— Кто она? — спросила Ася.

— Когда я попал в другой мир, она была учителем и другом. Она научила меня владеть аурой, но также и просто жить в том мире. Чем сильнее я становлюсь, тем больше понимаю, как сильно она направила меня на верный путь. Даже после того, как мы потеряли ее, кажется, что она все еще учит меня.

— Потеряли?

— Она умерла, — сказал Джейсон. — Как и я. И она вернулась к жизни здесь, тоже как и я. Теперь моя очередь помочь ей в странном новом мире, но пока я устраиваю семейные барбекю и катаюсь на гидроциклах, ее пытают в бетонной дыре!

— Мы работаем над этим, — сказала Ася.

— Этого больше недостаточно, — сказал Джейсон. — Я знаю, что у вас нет стимула помогать ей, кроме тех преимуществ, которые я предлагаю взамен, поэтому скажу прямо: никакого соглашения не будет, пока Фарра не окажется в безопасности и здесь. Единственное, что мне нужно от Сети, — это окончательные гарантии и окончательные сроки. Если вы сможете это обеспечить, я сделаю все возможное, чтобы она не отомстила всем вам. У нас нет других дел, пока это не будет сделано, и вот мой график: у вас есть время до тех пор, пока я сам не придумаю способ вернуть ее, а как только придумаю, я это сделаю.

Джейсон не стал ждать ответа, вызвал портал и шагнул в него, после чего тот опустился в землю и исчез. Ася огляделась после того, как Джейсон исчез. В парке Ярранамби было много длинных просматриваемых аллей, но, похоже, никто ничего не заметил.

Она тяжело вздохнула, положила папку и провела руками по лицу. Она взяла папку, убрала ее в портфель и достала телефон.

* * * Джейсон переместился порталом к Хиро и Тайке, а затем обратно в плавучий дом. Между использованиями портала требовалось десять минут ожидания, а его дальности не хватало, чтобы добраться до Касселтон-Бич за один прыжок. Это означало десятиминутную остановку на полпути. Хиро, Джейсон и Тайка появились среди деревьев на небольшом склоне холма, ведущем к песчаному пляжу.

— Думаю, я начинаю к этому привыкать, — сказала Тайка, когда они вышли из портала.

— По крайней мере, меня перестало тошнить, — сказал Хиро, хотя он прислонился к дереву, и лицо его было бледным.

— Это немного странно, — сказала Тайка, слегка пошатываясь на месте. — И, кажется, я проголодалась.

Джейсон достал картонную коробку с едой и протянул ее Тайке, которая открыла ее и увидела кусочки панированного жареного мяса, все еще дымящиеся.

— Это курица? — спросила Тайка.

— Кровавый фазан, — сказал Джейсон. Он приготовил его из мяса, которое добыл в пространстве вторжения, и остался доволен результатом.

— Никогда о таком не слышала, — сказала Тайка и откусила кусочек. — О, это очень вкусно. Где мы?

— Чуть выше Танкарри, — сказал Джейсон.

— Здесь мило. Я пойду осмотрю пляж.

Пока Тайка брела вниз по склону и выходила из деревьев, Хиро наблюдал за Джейсоном.

— Ты в порядке? — спросил Хиро.

— Я в порядке.

— Чушь, — сказал Хиро.

Джейсон застонал.

— Я только что узнал, что очень, очень сильно подвел очень важного для меня человека.

— И что ты собираешься с этим делать?

— Не знаю. Если я сорвусь, как обычно, и буду разбрасываться весом, который, как я могу заставить людей думать, у меня есть, это только ухудшит ситуацию. У меня есть вся эта сила, но ее недостаточно.

— А силы когда-нибудь бывает достаточно? — спросил Хиро.

— Не знаю, — ответил Джейсон. — Есть люди, которые, по сути, полубоги, но я не уверен, что когда-нибудь стану таким сильным. Очень немногие добираются до этого уровня, насколько мне известно. Насколько я знаю, у них столько же проблем, но в масштабе, который раздавил бы меня в мгновение ока.

— Может, тебе стоит сосредоточиться на том, что ты можешь сделать сейчас, — предложил Хиро, — с той силой, которая у тебя есть сегодня.

Джейсон кивнул.

— Мне нужно время, чтобы остановиться и подумать, — сказал он. — Я делал это недостаточно, но я не могу все испортить.

Он выплеснул разочарование, яростно пнув дерево, отчего листья посыпались на землю.

* * * В духовном хранилище медитация помогла Джейсону справиться с бурей, бушующей в его мозгу. Фарра. Жива и в его мире, но попала в обстоятельства, которые наполняли его яростью. Его тело почти подергивалось от желания сорваться с места и начать прорубать себе путь через всех, кто мог приблизить его к ней. Вместо этого он достал бронзовый ошейник подавления, защелкнул его на шее и вернулся к медитации.

В Гринстоуне, когда Джейсон чувствовал подобное разочарование, он отправлялся на охоту на монстров. Перемещаясь из города в деревню в дельте, он зачищал все объявления на досках приключений и двигался дальше. По крайней мере, там он мог направить сдерживаемую агрессию в русло, которое помогало людям.

Пока у него не было доступа к прото-астральным пространствам, это было невозможно. Открытие апертуры не стало бы проблемой для его нынешнего понимания астральной магии, но ему пришлось бы подключиться к сети обнаружения Сети. На данный момент встречаться с людьми из Сети было не лучшей идеей.

Он сорвался на Асю, которая не сделала ничего, кроме того, что он хотел, и не заслуживала его гнева. Она не могла скрыть себя от его чувств ауры, и он ощутил как ее искренность, так и ее влечение, хотя ему нужно было только одно из этого. В его жизни и так хватало сложностей.

Только когда он решил, что сможет увидеть члена Сети, не подвешивая его за здание и не требуя ответов, он вышел из своего духовного хранилища, хотя и не покинул свою каюту на плавучем доме. Тень ждал, чтобы доложить.

— Ваш брат, ваша мать и ваша невестка хотят видеть вас, мистер Асано. У них много вопросов, хотя ваша сестра посчитала, что сейчас не время.

— Это на нее не похоже.

— Она просматривала некоторые из записывающих кристаллов, которые вы изъяли из основной коллекции. Полагаю, она стала лучше понимать, через что вы прошли и как это на вас повлияло. Она попросила остальных адресовать свои вопросы вашему дяде и вашему отцу, который также находится на борту, а также ей самой. Однако она уже ушла, чтобы забрать мисс Эми.

Джейсон нахмурился и вышел из каюты.

— Где они?

— В медиа-комнате.

Джейсон спустился на подъемной платформе и вошел в медиа-комнату, где Хиро, Шерил, Кайто и Эми вели жаркую дискуссию. Когда туманная дверь испарилась, пропуская Джейсона, они замолчали.

— Я знаю, у вас много вопросов, — мягко сказал Джейсон. — К сожалению, сейчас не время для ответов.

— Не время? — воскликнула его мать. — Если ты думаешь…

Шерил замолчала, когда Эми положила сдерживающую руку ей на плечо, но взгляд Эми был прикован к Джейсону, она изучала его выражение лица и язык тела.

— Мы придем в другой день, — твердо сказала Эми.

— Эми, ты шутишь? — спросил Кайто.

Она повернулась к мужу.

— Я не знаю, что с ним происходит, Кай, — сказала она, — но сегодня не тот день, чтобы давить.

— Спасибо, — сказал Джейсон, пока Кайто бросал на жену недовольный взгляд. — Тень, пожалуйста, проводи наших гостей.

Кен был в другом месте, играя с внучками. Дети были в восторге от губчатого облачного дома, который был к тому же приятно безопасен для детей. Когда они ушли, Джейсон вернулся на подъемную платформу и в свою каюту. Облачное кресло поднялось из пола, и он рухнул в него.

— Хорошо, Тень. Что тебе удалось выяснить?

— Все еще очень мало. Прошу прощения.

— Стоило ли мне послать больше тел?

— Мне пришлось бы отправить большинство из них, чтобы добиться значительного эффекта, — сказал Тень. — Отправка их всех во Францию помешала бы мне реагировать на события на месте. В любом случае, проблемы, с которыми я столкнулся за последние несколько дней, не решаются количеством. Мне нужно опасаться магической защиты вокруг объектов Сети, а также быть осторожным с их серебряными рангами. Это означает, что мне приходится искать информацию в основном у членов низкого ранга, в основном вне их рабочее время.

— Что имеет ограниченную ценность, — сказал Джейсон.

— Действительно, — согласился Тень. — Лионский филиал практикует отличную операционную безопасность. Хотя я слышал упоминания о месте, где, как я полагаю, держат вашего друга, местоположение кажется строго охраняемым секретом даже среди персонала филиала. Я полагаю, что при настойчивости я поймаю их на перемещении персонала на объект. Однако, вероятно, это займет больше времени, чем вы готовы принять.

— Я так и думал, — сказал Джейсон. — Мне нужно стать сильнее, Тень. Достаточно сильным, чтобы никто даже не подумал действовать против меня.

— Нет такой степени силы, при которой никто не пойдет против вас, мистер Асано. Строитель обладает силой, выходящей за пределы вашего понимания, но вы бросили ему вызов и победили. Дважды.

— Кстати о великих астральных сущностях, — сказал Джейсон, — почему Жнец позволил Фарре уйти? Разве это не прямо противоречит его повестке?

— Всем великим астральным сущностям позволено делать исключения со своей силой, — сказал Тень. — Это единственная валюта, которой они могут торговать друг с другом, ибо что еще им недоступно? С ограниченной точки зрения может показаться, что этот мир и события, в которые вы вовлечены, важны, но вселенных больше, чем у вас есть названий для чисел. Происходит бесчисленное множество странных событий и исключительных обстоятельств. В каждый момент каждая из великих астральных сущностей совершает бесчисленные действия. То, что Жнец сделал такое исключение, никогда не случалось за все время существования людей на вашей планете. Однако, если бы вы посмотрели на космос в целом, вы бы обнаружили, что Жнец выпускает души в каждое мгновение каждого дня.

— Почему?

— Для его высшей цели. Индивидуумы не имеют значения, кроме как представители более крупных тенденций. Я полагаю, что ваш друг был возвращен как часть сделки с Мировым Фениксом. Она следит за тем, чтобы вы не стали вращающейся дверью воскрешений, а он предоставляет вам того, кто поможет вам в любой повестке, которая у нее на уме.

— Не думаю, что я настолько важен, — сказал Джейсон. — И возвращение из мертвых — это не танцевальное поветрие. Люди не могут просто начать делать это, потому что увидели меня.

— Вы — маленькая деталь в машине настолько огромной, что вы никогда не увидите ее механизмы в действии, — сказал Тень. — Кирпич не может сдержать наводнение, но стена может. Но я бы посоветовал не пытаться прозреть действия существ, чей масштаб и возраст могут не иметь ограничений, будь то будущее или прошлое. За исключением Строителя.

— Что особенного в Строителе?

— Он — вознесшийся смертный, — объяснил Тень. — По неизвестным мне причинам оригинальный Строитель был санкционирован. Я не знаю, что это значит, кроме того, что старый Строитель ушел, а великие астральные сущности возвысили смертного, чтобы занять освободившееся место.

— Ого, — сказал Джейсон. — Это может объяснить некоторые моменты в поведении. И все же, он был ужасно «тэдвиковским» для бессмертного существа, возвышенного или нет. Повлиял ли сосуд на его принятие решений?

— Это возможно, — сказал Тень. — Хотя я не могу говорить со знанием дела об обстоятельствах самого Строителя, я сам по своей природе многогранен. Я занимаю несколько тел, что, возможно, дает мне некоторое понимание. В редких случаях одно из моих тел становилось частично изолированным и подвергалось условиям, которые меняли его поведение. Каждый раз, когда я воссоединял такие тела, я переживал период, в течение которого считал свое суждение скомпрометированным. Однако я не могу судить о великой астральной сущности, испытывающей то же самое, что и обычная астральная сущность, подобная мне.

— Значит, Жнец просто приклеил Фарру к моей душе по пути через астрал?

— Да, — сказал Тень.

— И это нормальное явление?

— В космическом масштабе, — сказал Тень. — В масштабе даже тех двух миров, в которых вы жили, это крайне редкое явление.

— Но такое уже случалось раньше.

— Да.

Джейсон собирался задать еще один вопрос, когда зазвонил его телефон. Это была Анна.

— Надеюсь, вы звоните с хорошими новостями, миссис Тилден, — сказал Джейсон.

— Мы еще не вытащили ее, мистер Асано, но Международный комитет согласился сформировать контингент, чтобы лично надавить на Лионский филиал после их вторжения на нашу территорию. Это означает, что будут наши люди, плюс несколько тяжеловесов из МК. И вы, если хотите участвовать.

— Когда?

— Как быстро вы сможете добраться до аэропорта Бэнкстаун?

— Очень быстро.

— Тогда я бы сказала, собирайте сумки, но я понимаю, что сумки — это не совсем ваше. Как только доберетесь до аэропорта, позвоните мне, и я дам более конкретные указания.

— Буду там.

— О, и мистер Асано?

— Да?

— Мисс Карадениз сегодня очень сильно за вас заступилась. Я просто подумала, вы должны об этом знать.

ВИЗУАЛЬНО ПРИМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ПРИСПЕШНИК

ВИЗУАЛЬНО ПРИМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ПРИСПЕШНИК

Поразмыслив, Джейсон решил оставить только одно из тел Тени, чтобы следить за обстановкой в его отсутствие. Он понятия не имел, с чем столкнется во Франции, но когда дела неизбежно пойдут не так, он хотел иметь как можно больше вариантов. Перед отъездом в Сидней он переместился порталом к дому своей сестры. Когда он вышел из портала, Эрика посмотрела на него с недовольством.

— Дядя Джейсон, — отчитала его Эми.

Он заметил, что семья сидит на полу вокруг его портала, а кусочки пазла разбросаны повсюду.

— Моя арка портала появилась прямо под вашим пазлом? — спросил он.

— Ага.

— Простите. Может, сможете собрать его у меня. Я бы хотел, чтобы вы пожили там несколько дней.

— Зачем? — подозрительно спросила Эрика.

— Я уезжаю на некоторое время. На пару дней, если все пойдет хорошо. Мне было бы спокойнее, если бы вы жили в более безопасном месте.

— Снова в ту вселенную? — спросила Эми.

— Нет, крошка, — сказал Джейсон. — Если бы все было так просто. Я еду во Францию.

— Что во Франции? — спросила Эрика.

— Друг в беде, — сказал Джейсон. — Я все расскажу, когда вернусь, но мне было бы гораздо спокойнее, если бы вы переехали в плавучий дом до тех пор.

— Мы не собираемся просто бросать нашу повседневную жизнь и прятаться в твоем волшебном плавучем доме только потому, что тебя здесь нет, Джейсон.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Но знание того, что вы там, по крайней мере по ночам, придало бы мне душевного спокойствия.

— Я бы не отказалась поспать в одной из тех облачных кроватей, — признался Иан, после чего Эми вскинула руки и закричала от радости.

— Облачная кровать! Облачная кровать! Облачная кровать!

Эрика застонала, неохотно сдаваясь.

— Ладно, — сказала она. — При условии, что ты будешь отвечать на чертов телефон.

— Я беру с собой большинство тел Тени, — сказал Джейсон, — но одно оставлю с Эми, на всякий случай. Он сможет связаться со мной там, где телефоны не работают.

Эрика обняла брата.

— Ты собираешься сделать что-то опасное? — спросила она.

— Вероятно, — признался он.

— Просто вернись к нам в этот раз быстрее, хорошо?

— Я сделаю все, что смогу.

— Я бы предпочла, чтобы ты нашел кого-то получше для помощи и позволил им сделать все, что они могут, — сказала она. — Ты бываешь безнадежен.

— Жестко, — усмехнулся Джейсон. — Но, как оказалось, именно таков и план.

* * * На подземной парковке Сиднейского филиала Сети Миранда и Кайли сидели в машине Миранды. Миранда протянула Кайли конверт и пакет.

— В конверте подробные инструкции, — сказала Миранда. — Убедись, что уничтожишь его, когда закончишь. Пакет — для него.

— Действительно ли лучший способ — это выпустить его?

— То, что мы здесь делаем, требует козла отпущения, — сказала Миранда. — Он уже охотился на Асано раньше, и если он будет в одной из наших камер содержания, это будет солидное алиби. Не волнуйся, Кайли. Тебе не нужно ничего делать с нашими людьми. Тебе просто нужно выпустить француза. В конце концов, он все еще человек Сети.

Кайли кивнула, хотя все еще выглядела неуверенной.

— Просто помни об угрозе, которую представляет Асано, — сказала Миранда. Тусклый взгляд Кайли стал острым. — Хорошая девочка. В твоем конверте есть ключ-карта и коды от дверей, ни один из которых не связан с тобой. Запомни коды и протоколы безопасности, а затем уничтожь конверт, прежде чем начать. Как только выпустишь француза и отдашь ему пакет, уходи и уничтожь ключ-карту.

— А что будешь делать ты? — спросила Кайли.

— Я застряла с самой грязной частью этой операции, — сказала Миранда. — Мне нужно разобраться с Асано так, чтобы никто из наших людей не пострадал.

— Как? — спросила Кайли. — Он такой могущественный.

— Мы провели тактический анализ на основе твоей записи, — сказала Миранда. — Твой вклад был критически важен для защиты от него. А теперь иди; нам нужно действовать.

Кайли кивнула и вышла из машины. Миранда уехала.

* * * Джейсон переместился порталом так близко, как только мог, поскольку раньше не бывал в аэропорту Бэнкстаун, а затем проехал оставшееся расстояние.

— Почему она не прибыла вместе со мной? — спросил Джейсон Тень.

— Вы были доставлены с использованием Жетона Мирового Феникса, — сказал Тень, — и подверглись его специфическим свойствам.

— Значит, я возродился в том же месте, где родился.

— Именно, — сказал Тень. — Учитывая результаты, вероятно, что ваш друг, мисс Хурин, была доставлена в мир как обычный пришелец. Без географически специфического инициирующего события, такого как неудачный призыв, который спровоцировал ваше становление пришельцем, она, вероятно, была доставлена в этот мир случайно.

— Полагаю, мое возвращение не было достаточно значимым событием, чтобы к нему прицепиться, — сказал Джейсон. — А я-то думал, что я особенный.

* * * Аэропорт Бэнкстаун был лучше приспособлен для частных чартеров, чем Сиднейский международный, что соответствовало нуждам Сети. Анна отправила Джейсону инструкции, чтобы избежать пассажирского терминала и подъехать к небольшому, тихому входу на летное поле. Она была поражена, увидев, как его приближающийся автомобиль взорвался тьмой, из которой он вышел, а кружащаяся тьма всосалась в его тень.

— Это немного эффектнее, чем другие заклинания призыва транспортных средств, которые я видела, — сказала она.

— Мой водитель понимает самый важный аспект использования сущности, — сказал Джейсон. — Из всего, чему я научился в другом мире, это стоит выше всего остального.

— И что же это?

— Дело не в том, чтобы быть хорошим, — сказал Джейсон. — Дело в том, чтобы выглядеть хорошо.

— Я ведь пожалею, что связалась с вами, да?

— Очень часто.

Джейсон чувствовал беспокойство Анны по поводу его отношения в ее ауре. Когда он принудительно задавал легкий тон, он также чувствовал ее облегчение. Ася, что неудивительно, предупредила коллег о его реакции.

Она привела его к одному из частных ангаров, указав на тот, что был сделан из выкрашенного в загар алюминия. На вывеске значилось, что он принадлежит компании с общим названием GDR Services, которая была корпоративным лицом легальных операций Сети. С тех пор как привлекли правительство, почти вся деятельность Сети была объединена под этой эгидой.

— Вы едете во Францию? — спросил Джейсон.

— Только провожаю вас, — сказала Анна. — Я операционный директор Сиднейского филиала. Поездка вверх по побережью в ваш родной город — это одно, а тащиться во Францию — совсем другое. Кит Калпепер и Ася Карадениз — это представительство уровня комитета, что в любом случае выше моей головы; я просто предоставила несколько сотрудников. С Майклом Арамом вы уже кратко встречались.

— Парень, с которым я разговаривал, когда француз устроил мне засаду, — сказал Джейсон.

— Да, — сказала Анна. — Он очень запуган вами, поэтому, пожалуйста, не усложняйте ему жизнь. Еще есть Кетеван Арзиани, с которой вы еще не встречались. Она моя правая рука, а это значит, что ей приходится бежать во Францию, пока я остаюсь здесь и делаю настоящую работу. Кажется, должно быть наоборот. Мы также отправляем подразделение из четырех человек из Тактического отдела. Мы не можем выделить никого из третьей категории, но это люди второй категории с опытом личной охраны.

Они вошли через открытые двери ангара, где наземная команда загружала багаж в частный самолет. Джейсон узнал Асю и Кита, болтающих с другой парой, в то время как очевидная охрана встретилась взглядом с Джейсоном и Анной, как только они появились в поле зрения.

Внимание Джейсона больше привлек самолет, чем люди. Его магические чувства показали, что магия была встроена в конструкцию, начиная с каркаса.

— Рада видеть, что мы все еще можем впечатлить того, кто побывал в магическом мире, — сказала Ася, наблюдая, как его взгляд задержался на самолете.

Он повернулся к ней с извиняющимся лицом.

— Прости за то, что было раньше, Ася, — сказал он. — Ты сделала что-то, чтобы помочь мне, а я отреагировал как дикарь. Я извиняюсь. И еще спасибо, что я должен был сказать раньше, вместо того чтобы срываться на тебя. Не мой лучший час.

— Все в порядке.

— Это не так, но я ценю, что ты это сказала.

— Может, я смогу припомнить это тебе в следующий раз, когда Сети понадобится одолжение, — задумчиво сказала Ася.

— Договорились. Как насчет того, чтобы познакомиться, а потом ты расскажешь мне об этом самолете? Приятно познакомиться лично, мистер Арам.

Джейсон протянул руку, и Арам пожал ее. В прошлом он разговаривал с Арамом только через Тень, в качестве меры предосторожности против засады. Это не помогло, так как Джейсон попал в засаду кого-то совершенно другого. Направление чувств через своего фамильяра было отвлечением, которое его враг использовал против него.

— Прошу прощения, что не смог вмешаться в тот день, — сказал Арам. — Я видел, как они запихивали вас в машину после того, как ушел человек третьей категории.

— Вы не идете сражаться с людьми второй категории, когда вы всего лишь первой, мистер Арам, — сказал Джейсон. — Если только у вас нет золотой духовной монеты, а они достаточно глупы, чтобы позволить вам подойти очень близко.

— Золотой? — спросил Арам. — Это цвет монеты четвертой категории?

Джейсон достал золотую духовную монету и подбросил ее в воздух, другие пользователи сущности наблюдали за ней, как коты за игрушкой, подвешенной перед ними. Джейсон выхватил ее из воздуха и поднял, чтобы они могли видеть.

— У меня их немного, — сказал он, возвращая ее в инвентарь.

— У нас нет ни одной, — сказала Анна. — У британцев есть несколько, полученных при разграблении АДЕ четвертой категории несколько лет назад.

Джейсона представили остальным людям, и затем они поднялись на борт самолета. Вместе с контингентом Сети был персонал самолета, состоящий из пилотов и пары бортпроводников.

— Шикарно, — сказал Джейсон, оглядывая роскошный интерьер. Там было всего несколько кресел, а также диван и телевизор на низкой длинной тумбе. Двери вели в кабину пилотов в одну сторону и к другим удобствам самолета в другую.

— Тень, — сказал Джейсон. — Как скоро ты сможешь превратиться в нечто подобное?

— Полагаю, на серебряном ранге, — сказал Тень, и остальные обменялись взглядами, когда голос раздался из тени Джейсона. — Лучшее, что я мог бы сделать сейчас, — это сверхлегкий летательный аппарат.

— Это все равно неплохо, — сказал Джейсон.

— Этот самолет — продукт моего отдела, — сказала Ася, когда они заняли свои места. Она заняла кресло прямо напротив Джейсона. — Отдел исследований был отделен от конкретных филиалов и переведен под эгиду Международного комитета. Таким образом, прорывы становятся общими для всей Сети. Это часть постепенного движения Сети прочь от фракционности прошлого и к тому, чтобы действительно стать одной организацией. Эта поездка доказывает, что предстоит еще долгий путь.

— Неудивительно, — сказала Кетеван, — что главное сопротивление исходит от филиалов с наибольшей властью в существующей структуре. Американцы, китайцы, некоторые из старых европейских филиалов.

Официальная должность Кетеван была помощник директора по операциям Сиднейского филиала. Джейсон предположил, что ей около тридцати, у нее спортивное телосложение, широкие плечи и короткие каштановые волосы. Ее черты лица были скорее красивыми, чем миловидными. Джейсон подозревал, что она будет глубоко поразительной, если когда-нибудь достигнет более высокого ранга.

— Итак, что делает ваш магический самолет? — спросил Джейсон. — Может он стрелять молниями?

— Нет, — рассмеялась Ася. — Мы выбрали более распространенные улучшения. Может, он и не стреляет молниями, но может поглощать их, чтобы помочь зарядить батареи.

— Это довольно мило, — сказал Джейсон.

— Большие преимущества — это общее повышение производительности и гибридная магико-электрическая силовая установка, — объяснила Ася. — Этот самолет способен развивать низкие сверхзвуковые скорости, крейсирует на высоте пятнадцать тысяч метров и может совершить кругосветное путешествие без остановки на подзарядку, и все это с нулевыми выбросами.

— И вы добыли материалы из прото-астральных пространств?

— Верно, — сказала Ася.

— Что он использует в качестве топлива? — спросил Джейсон. — У вас же нет лишних духовных монет, верно?

— Смесь обычного электричества и драгоценных камней сродства к молнии, — объяснила Ася. — Один из ключей к эффективной магической технологии — как можно меньше полагаться на магию. Пусть технология делает работу, а магию используйте, чтобы перескочить через места, где технология в противном случае создала бы узкое место.

— Квинтэссенция молнии и нет пушки с молниями? Вот уж упущенная возможность.

Пока Джейсон отвлекал себя легкой болтовней, внутри у него все бурлило. Он был одним из немногих людей, для которых возвращение Фарры из мертвых не было самым поразительным моментом. Его неспособность быть рядом с ней, когда ее захватили и подвергли постоянным страданиям и унижениям, наполняла его стыдом. Мысль о том, что он не сможет освободить ее сейчас, наполняла его страхом.

Эти чувства были раком, пожирающим его изнутри, даже когда он нацепил беззаботную улыбку. Ася подыгрывала его фасаду, хотя он видел по ее ауре, что она видит его насквозь. Она делала все возможное, чтобы отвлечь его, что он ценил.

* * * Спутниковый телефон Миранды зазвонил точно по расписанию.

— Ну? — спросил Адриен Барбу.

— Все в движении, — сказала Миранда. — Твоего человека освобождают прямо сейчас. Просто убедись, что тот специалист по порталам готов к работе.

— Просто убедись, что сначала встретишься с Себастьяном, — предупредил Адриен. — Если его там не будет, портала не будет.

— Уговор был не об этом, — сказала Миранда. — Я привела все в движение, и пути назад уже нет.

— Тогда предлагаю тебе надеяться, что твоих договоренностей с Себастьяном достаточно, — сказал Адриен. — Что насчет самолета? Ты уверена, что они ничего не обнаружат?

— Взрывчатка полностью обычная, — сказала Миранда. — Они могут чувствовать всю магию, какую хотят, но ничего не получат. Твои люди на месте?

— Люди ЭОА уже на воде, — подтвердил Адриен. — Если маршрут полета, который ты дала, был точным, они там, где должны быть.

— Я дала тебе все, что нужно для отслеживания транспондера, — сказала Миранда. — На случай, если они каким-то образом облажаются и не взорвут, я также установила таймер. Даже если твои люди не справятся, Индийский океан сделает работу за нас.

— Хотя я ценю включение плана на случай непредвиденных обстоятельств, мисс Эллис, это отношение не внушает мне уверенности, — сказал он с растущим презрением. — Попытка убить кого-то и уйти, предполагая, что все пошло по плану, — это контроль качества злодея из Бондианы. Предлагаю тебе либо научиться принимать тщательность, либо найти себе визуально примечательного приспешника и начать строить луч смерти.

— Говорит парень, чей убийца третьей категории не смог похитить одного человека второй категории, даже когда застал его врасплох.

— Я выбрал осмотрительность, — сказал Адриен. — Было ограниченное количество ресурсов, которые я мог развернуть незамеченным.

— Продолжай говорить себе это, — сказала Миранда. — Ты просто беспокойся о своей части плана и убедись, что портал готов.

* * * Высоко над Индийским океаном пассажиры самолета Сети расслаблялись в двадцатидвухчасовом полете.

— И водопад снова начался? — спросила Кетеван.

— Вышвырнул меня прямо из горы, — сказал Джейсон. — Ощущение было, как будто выстрелили из пушки. И извергалась не только вода. Оттуда вывалилась куча тех монстров, но большинство погибло при ударе о землю.

— Но ты был в порядке, — сказала Ася.

— Медленное падение — это единственная сила, которую я действительно использовал достаточно, чтобы иметь с ней приличное обращение, — сказал Джейсон. — Хорошо, что так, потому что я был весь запутан в руках и ногах с тем другим парнем, к тому же меня только что выстрелили из бока горы. Это довольно дезориентирует. Только горстка монстров выжила, приземлившись в воду, и они все равно получили сильные удары с такой высоты, так что нам удалось с ними покончить.

— И это были крабы-акулы? — спросила Кетеван.

— Не самый лучший монстр, — сказал Джейсон. — Твердый панцирь, и грубо, если он схватит тебя этой пастью, но он медленный и неуклюжий. Есть песчаный вариант, который еще больше и закапывается в песок. Я сражался с одним из таких позже, когда уже знал, что делаю.

— Какой самый большой монстр, которого ты когда-либо видел? — спросила Ася.

— О, это хороший вопрос, — сказал Джейсон. — Я наткнулся на одну штуку. Это был на самом деле не монстр, а магическое плотоядное растение. Я никогда не видел его целиком, потому что это была гигантская корневая система. Тень, как называлась та штука?

— Кровавая лоза, — сказал Тень.

— Точно, да. Кровавая лоза. Она росла столетиями и была размером с небольшой город, но полностью под землей. Ты не понимал, что находишься над ней, пока ее щупальца не прорывались к тебе.

— Настолько большая? — спросила Кетеван.

— О да, — сказал Джейсон. — Ты тогда еще не подписалась, верно, Тень? Ты все еще проводил конкурс.

— Испытания не были конкурсом, — сказал Тень. — Конкурс был вкладом мистера Бахадира в разбирательство.

— Верно, — сказал Джейсон. — Мне стоит объяснить с самого начала; не похоже, что мы куда-то спешим.

Внезапно самолет сотряс взрыв.

КОНЕЧНО, ЭТО БЫЛ ОН

КОНЕЧНО, ЭТО БЫЛ ОН

Джейсон пришел в себя, хотя его чувства представляли собой бессвязный шторм ощущений, пока он дико кувыркался в воздухе. В голове звенело, ветер ревел, обдувая тело и прорываясь в уши. Все, что он видел — это вращающееся пятно неба.

Его плащ звездного света проявился, и Джейсон рывком выровнялся, перейдя от беспорядочного падения к контролируемому планированию; плащ расправился по бокам, словно крылья ночи. Взять под контроль свое снижение было совсем не просто; он находился так высоко над облаками, что само понятие «верх» и «низ» ускользало в синей бездне и хаосе разваливающегося самолета.

Он мог быть без сознания всего несколько секунд, так как самолет все еще разваливался в небе вокруг него. Он раскололся на две основные части, превратившись в облако обломков. Плащ перехватывал случайные куски металла, но тело Джейсона уже превратилось в карту порезов и синяков, не считая двух более серьезных травм.

Одна из них была получена от куска искореженного фюзеляжа, вонзившегося в живот. Джейсон почти не беспокоился об этом — внутренних органов там у него больше не было. Шрам, в который впился металл, был доказательством того, что он переживал и худшее, поэтому он уделил этому не больше внимания, чем времени, потребовавшемуся, чтобы вырвать кусок из тела.

Второй серьезной травмой был глубокий порез на шее. Если бы не сочетание его экзотического телосложения, атрибута силы бронзового ранга и исцеления Колина, это наверняка убило бы его. Стечение этих факторов превратило то, что в противном случае было бы смертельным, в досадную неприятность, не более. Магия, пропитавшая самолет, уже позволила ему нанести урон, как от оружия железного ранга, и без снижения урона бронзового ранга, она могла бы начисто снести ему голову.

Остальные синяки, ссадины и порезы были для него несущественны, хотя для его костюма — нет. Он не восстанавливался сам по себе так быстро, как его доспехи, и на какое-то время выйдет из строя. Его собственные травмы заживут гораздо быстрее, ведь регенеративная сила Колина уже вовсю работала. Вероятно, именно поэтому он так быстро пришел в себя после того, как его оглушило взрывом.

Вокруг тела появился темный туман, упорно цепляясь за него даже во время планирования вниз. Когда через несколько мгновений он исчез, Джейсон был облачен в свое полное боевое снаряжение. Вместо того чтобы мешковатая одежда тянула его вниз, магия изменила ее, заставив работать почти как вингсьют, распознав условия и адаптировавшись. Он снова восхитился тем, с какой заботой Гилберт подошел к созданию этого костюма.

Схватив с пояса флакон с зельем исцеления, он запихнул его в рот и раскусил, чувствуя, как целебная жидкость стекает по горлу. Он не хотел пролить ни капли, а снижение урона бронзового ранга не дало стеклу порезать рот изнутри. Он почувствовал, как целительная сила наполнила его систему, дополняя усилия Колина, и две основные раны начали затягиваться.

Выплюнув осколки стекла и маленькую пробку, он напряг свои чувства ауры до предела, оглядываясь по сторонам. В самолете было тринадцать человек, включая его самого, но он ощущал только четыре другие ауры. Он очнулся сразу, так что все они должны были находиться в пределах его сенсорного диапазона. Те, кого он не чувствовал, скорее всего, были мертвы.

Он не мог почувствовать ни одной ауры обычного ранга. Пилоты и бортпроводники, вероятно, погибли при первом взрыве. Было шесть человек бронзового ранга, включая его самого, Кита и группу охраны из четырех человек. По иронии судьбы, все, кроме одного из бронзовых рангов, по-видимому, погибли, в то время как все железные ранги выжили.

Джейсон предположил, что источник взрыва находился недалеко от того места, где сидела охрана. Остальные бронзовые ранги, он сам и Кит, находились вместе с железными рангами в другой секции самолета.

Джейсон присмотрелся к аурам. На высоте пятнадцати километров воздух был ледяным, и дышать было бы трудно, если бы ему это было нужно. Железным рангам, которым это было необходимо, пришлось бы куда тяжелее.

Он почувствовал единственную другую ауру бронзового ранга поблизости. Это был один из охранников, вопреки ожиданиям Джейсона, что, вероятно, означало, что Кит был среди погибших. Этот человек находился в похожем на Джейсона положении, выжив после взрыва благодаря своим силам и удаче. Атмосфера, похоже, его не беспокоила, и сейчас он использовал способность медленного падения.

Трем железным рангам пришлось гораздо хуже. По их аурам он мог сказать, что все они были ранены и без сознания, беспорядочно падая сквозь воздух. По крайней мере, их огромная высота давала Джейсону время действовать.

— Твой плащ для медленного падения расходует ману экспоненциально, если ты берешь с собой больше людей, — напомнил Тень Джейсону, который направлял свое планирующее снижение в сторону ближайшей ауры железного ранга. Джейсон тщательно протестировал параметры своей способности уменьшения веса в ходе постоянных тренировок, чтобы изучить пределы своих возможностей.

Ветер, ревущий в ушах, должен был сделать слова Тени неразличимыми, но Джейсон слышал его отчетливо. Его атрибут духа бронзового ранга усилил восприятие настолько, что он мог улавливать звуки до того, как высотные ветры и их быстрое падение уносили их прочь. Более того, он мог отфильтровывать посторонний шум, позволяя Джейсону игнорировать его и сосредоточиться на том, что он хотел услышать.

Это было не то, что мог сделать каждый; это был результат сенсорных техник, которым его обучила Фарра во время начального обучения. В то время они не давали никакого реального эффекта, но доверие к ней заставило его усердно практиковаться, пока он не достиг бронзового ранга. Результаты говорили сами за себя.

С тех пор как он узнал, что она жива, Джейсон постоянно вспоминал обо всем, что она для него сделала. Большая часть этого была заделом, ценность которого он понял лишь спустя месяцы после ее смерти. Даже падая из взорванного самолета, он не мог не думать о том, чем обязан ей. Он собирался сделать все, чтобы никто не украл его шанс выразить свою благодарность, независимо от того, что они поставят у него на пути.

— У тебя есть предложение? — спросил Джейсон.

— Я могу помочь им остановить падение, — сказал Тень. — Однако я не могу лететь так быстро, как они падают. Тебе нужно будет доставить мои тела к ним.

— Понял.

Одним из преимуществ того, что плащ Джейсона получил способность к планированию, было инстинктивное понимание того, как управлять падением в небе. В противном случае он свелся бы к технике прыжков с парашютом, которую подсмотрел в боевиках.

Он наклонился, чтобы резко уйти вниз, используя плащ ровно настолько, чтобы придать себе нужный контроль, а также отклонять летящие обломки. По сравнению с бессознательным барахтаньем железных рангов, он легко мог их обогнать.

Его первой целью была самая тяжелораненая — помощница Анны, Кетеван. Все железные ранги были в очень плохом состоянии, но он чувствовал, как ее аура тускнеет, а жизнь балансирует на грани. У нее в животе застрял кусок фюзеляжа, как и у Джейсона, но все было хуже. К тому же у нее не было его ранга и других преимуществ. Ее рана была гораздо опаснее, чем его.

Он действовал осторожно, чтобы не врезаться в нее, и за свои старания получил удар рукой, хлеставшей на ветру, прямо в «неприличное место». Притянув ее к себе, он запихнул ей в рот зелье бронзового ранга и зажал его рукой, раздавив флакон так же, как делал это у себя во рту. Стекло могло порезать ее, но это был урон, который поглотил бы лишь малую часть целительной силы зелья.

Он держал руку на ее рту, пока не почувствовал, как магия начала оживлять ее угасающую жизненную силу. Одно из тел Тени переползло с Джейсона на Кетеван, приняв форму черного парашюта.

— Отлично, — сказал Джейсон. — Ты сможешь управлять парашютом, пока они без сознания?

— Конечно.

— Подожди, пока она немного придет в себя, прежде чем раскрывать купол, — сказал Джейсон. Сам он подождал еще немного, пока зелье исцеления немного подлатает ее, прежде чем выдернуть кусок обломка из ее живота. Она очнулась с криком, глаза ее были растеряны, она хватала ртом разреженный, стремительный воздух.

— Давай, Тень, — сказал он.

Черный парашют раскрылся, выдернув ее из рук Джейсона, который продолжил стремительное падение. Он заметил Кита, который получил такой же порез на шее, как и Джейсон, но не обладал его преимуществами. Он был обезглавлен на треть, и его явно мертвое тело оставляло кровавый след при падении.

Арам и Ася получили ту же комбинацию зелья и парашюта, что и Кетеван, за исключением того, что Джейсон дал им зелья железного ранга вместо более сильных. Их травмы не были настолько опасны для жизни, поэтому зелье бронзового ранга, которое надолго лишило бы их возможности использовать другие зелья, было плохим выбором. Более сильное зелье помогло вытащить Кетеван из непосредственной опасности, но пока ее организм не переработает остаточную магию, зелья не смогут лечить ее дальше.

Джейсон скормил зелья каждому из трех железных рангов и снабдил их всех парашютами Тени. К тому времени, как он закончил, они еще не опустились до слоя облаков. Тень управлял парашютами, чтобы держать железных рангов рядом, в то время как бронзовый ранг использовал свою способность медленного падения, чтобы соответствовать их скорости снижения. У него был сильный боковой контроль, который напомнил Джейсону способность Софи к планированию; он подозревал, что у этого человека эссенция ветра.

Пока три железных ранга приходили в себя, Джейсон отправил бронзовому рангу приглашение в группу, чтобы они могли общаться сквозь шум ветра. Он не стал беспокоить остальных, потому что, хотя они и пришли в сознание, они были слишком дезориентированы, чтобы принять приглашение. Бронзовый ранг участвовал в событии вторжения вместе с Джейсоном, поэтому он не удивился этому.

* [Брюс Корвин] добавлен в вашу группу.

— Это была обычная взрывчатка, иначе мы бы ее почувствовали, — сказал Брюс через голосовой чат. — Если бы я наносил удар по кому-то без использования магии, я бы взял с собой группу поддержки с кучей магии, чтобы убедиться, что дело сделано.

— Звучит разумно, — согласился Джейсон. Он был далек от своей области компетенции и был готов довериться обученному эксперту, даже если они пропустили бомбу.

— Моя догадка — второй самолет, кто-то на лодке или и то, и другое, — сказал Брюс. — Возможно, они даже отслеживали наш транспондер и активировали взрыв дистанционно.

— Будем надеяться на лодку, — сказал Тень. — У меня недостаточно тел, чтобы сделать лодку жизнеспособной для открытого океана, если мы попадем в шторм. Если наши противники решили предоставить ее, то тебе нужно будет обезвредить их и захватить ее.

— Мне нравится этот план, — сказал Джейсон. — Брюс, присматривай за этой компанией. Парашюты позаботятся о себе сами, так что тебе нужно будет просто справиться с любыми воздушными угрозами. Это входит в твой набор навыков?

— У меня есть для этого способности, — уверенно ответил Брюс. — Но должен ли идти я?

— Ты сможешь в одиночку справиться с лодкой, полной враждебных магов?

— А ты сможешь?

— Я уже имел дело с песчаными пиратами, — сказал Джейсон. — Водный вариант должен быть примерно таким же, верно?

— Песчаные пираты?

— Ладно, — сказал Джейсон. — Я спущусь вниз и посмотрю, не смогу ли обеспечить вам зону посадки.

Джейсон выключил свое медленное падение и направил тело вниз.

* * * Острые глаза Джейсона высмотрели яхту, как только он опустился ниже слоя облаков.

— У нас есть лодка, — сказал он Брюсу через голосовой чат. — Вероятно, я выйду из зоны голосовой связи, прежде чем доберусь до нее, учитывая низкий уровень магии. Серьезно, кто берет роскошную яхту, чтобы сбить самолет?

— Французы? — предположил Брюс. — Мы не можем быть уверены, что лодка, которую ты видишь, причастна.

— Верно, но я бы поставил на это. Проверю, прежде чем делать что-то радикальное.

Он спустился еще ниже, и океан внизу, а также плавающая в нем лодка стали видны отчетливее. Когда он опустился на малую высоту, то заметил рой маленьких объектов, поднимающихся с яхты. Когда они поднялись ему навстречу, он понял, что это дроны.

Они были не просто технологическими объектами, но и магическими, засветившись для его магического зрения. Когда они приблизились, он заметил мерцающие магические пузыри вокруг них и светящиеся символы, вырезанные на их поверхности.

— Это маленькие магические боевые дроны? — удивился он. — Это довольно круто. И все же, нельзя этого допустить. Выходи, Гордон, если не сложно.

Гордон проявился рядом с Джейсоном, не отставая от него с помощью непрерывной серии магических рывков. Как и подозревал Джейсон, дроны двинулись вверх и атаковали, выпуская скорострельные потоки крошечных игл, пропитанных магией молнии. Дроны были, впечатляюще, конструкциями бронзового ранга, но их наводнение атаками оказалось плохой тактикой против Джейсона. Его плащ окутал его, и его спуск ничуть не замедлился, так как атаки безвредно тратились на плащ.

Дроны были стальными, завернутыми в защитные пузыри, над которыми Гордон и начал работать. Его лучи разрушительной силы раскололи магические щиты, а лучи резонирующей силы быстро расправились с усиленными дронами под ними. Четыре луча пронеслись сквозь рой дронов парами, эффективно уничтожая то, что, как надеялся Джейсон, было возмутительно дорогим набором магических устройств.

По мере того как он приближался к уровню моря на ракетной скорости, с лодки внизу начались новые атаки. Это были не легкие атаки, а трио установленных на плече ракет, пропитанных магией серебряного ранга. Сначала казалось, что они пролетят прямо мимо него, причем даже не слишком близко. Казалось, что они были нацелены довольно небрежно. Затем они нацелились не на Джейсона, а на Гордона.

Джейсон немедленно отозвал своего фамильяра, не доверяя нематериальности Гордона в противостоянии магии серебряного ранга, которую он почувствовал от ракет. Как только Гордон исчез, ракеты перестали корректировать свои траектории и полетели прямо, что сделало их легкими для уклонения. Он беспокоился, что они полетят за людьми наверху, но был вне зоны голосовой связи, чтобы предупредить их.

— Гордон, посмотри, не сможешь ли ты привлечь внимание этих ракет и устроить с ними воздушный бой. Их системы слежения не могут быть такими сложными.

Гордон появился снова и рванулся вверх за ракетами. Джейсон достал свой старый немагический телескоп, замедляя спуск до планирования для стабильности. Он разглядывал яхту внизу, которая, как он понял, была даже больше, чем он думал изначально. Это был класс невероятно дорогих суперъяхт, которые, возможно, не купило бы даже все его золото.

Он высмотрел тень на солнечной палубе, отбрасываемую тентом, а затем использовал свой плащ, чтобы прыгнуть по теням прямо на яхту. Он немедленно снова призвал плащ, который слил его с тенями, пока он прислушивался к голосам, доносившимся с палубы внизу.

— Куда он делся? — спросил один голос. — Почему ракеты не полетели за ним? У них же магически усиленные системы слежения.

— Откуда мне знать? — спросил второй голос. — Ты так носился с этим оружием перед человеком из Сети, а они ничего не делают.

— Это мощное оружие! — настаивал первый мужчина.

— Тогда, может, тебе достались сломанные, потому что эти ничего не сделали, — сказал третий мужчина.

— Ты принимаешь его сторону? Ты мне сегодня утром говорил, как впечатлен дронами.

Джейсон узнал, что трое мужчин спорят на французском. Это был результат его практики активного слушания людей, чтобы распознавать языки, которые переводила для него его сила. Это была причина посмотреть некоторые иностранные фильмы, которые он всегда говорил себе, что должен смотреть вместо низкопробных боевиков. Он пошел на компромисс, начав смотреть низкопробные боевики на иностранных языках.

Трое мужчин, разговаривавших между собой, были серебряными рангами, но не пользователями эссенций. Их магия ощущалась так же, как магия головорезов ЭОА, с которыми Вермиллион однажды отговорил его сражаться. Вокруг яхты были и другие, которая была не меньше и не хуже оборудована, чем его плавучий дом, по крайней мере, с немагической точки зрения. Яхта была обычным транспортным средством, в отличие от самолета, который был уничтожен.

Основная масса аур была бронзового ранга, за исключением трех серебряных, продолжавших спорить на палубе.

— Куда он делся? — спросил один из них.

— Ты думаешь, я знаю? Может, он стал невидимым или телепортировался на лодку.

— Нам нужно найти его, пока не закончилось действие усилителей. Нам не следовало принимать их так рано.

— Нам нужно было выпустить ракеты.

— И какой от них был толк! Я не хочу спускаться обратно в разгар боя. Они сказали, что он опасен.

— Мы даже не знаем, был ли это он.

— Конечно, это был он. Ты думаешь, нам так повезло, что он погиб при взрыве самолета? Если бы это могло его убить, они бы не послали нас сюда, чтобы прикончить его со всем этим оружием, которое ни черта не делает. Теперь мы сделаем это по-своему, так что пусть все начинают поиски.

Трое разделились и крикнули приказы обыскать яхту остальному десятку членов экипажа, которых чувствовал Джейсон. Все это было излишне, так как Джейсон вышел из теней и легко спрыгнул на нижнюю палубу, приземлившись перед тремя мужчинами.

ЦЕНА ПРЕГРЕШЕНИЯ

ЦЕНА ПРЕГРЕШЕНИЯ

Джейсон только что легко спрыгнул на нижнюю палубу, пока яхта покачивалась под его ногами в открытом океане. Трое мужчин были поражены, когда объект поисков, которые они только что приказали начать, объявился прямо перед ними. Он откинул капюшон плаща с головы, открывая лицо. Они оглядели друг друга.

Джейсон увидел, что магия, текущая сквозь них, была сложной; она больше походила на магию предмета, чем живого существа. Пользователи эссенций, вампиры вроде Вермиллиона, истинные магические существа вроде Сташа и даже монстры обладали магией, которая ощущалась живой. У этих людей магия была такой, будто их части тела использовались как материал для инертных магических предметов, пока эти части тела все еще были прикреплены.

Больше всего Джейсона заинтриговало то, что трое мужчин были наводнены силой, которая искусственно повышала их ранг. Это было похоже на то, как если бы кто-то использовал духовную монету, но сила не вытекала из них спустя всего несколько мгновений.

Позади первых трех начали собираться другие люди. Все они были бронзового ранга, с менее сложной магией и без потока силы, повышающего их ранг. Их магия ощущалась как магия головорезов ЭОА, с которыми его отговорили сражаться в кафе Вермиллиона. Они были разновидностью обращенных — магически модифицированных людей, которых использовал культ Строителя. Примеры Строителя были более импровизированными, с использованием модифицированного ядра с крайне негативными побочными эффектами. Насильственно имплантированные ядра Строителя по сути захватывали тело и запирали душу, оставляя бездумных дронов.

Те, кого он видел на Земле, имели критические различия. Во-первых, его чувства ауры показали, что душа была наделена силой, как у пользователя эссенций, а не запечатана, чтобы служить немногим более чем магической батарейкой. Земные обращенные также были более целостно пропитаны магией, а не вся она исходила из центрального ядра. Он мог чувствовать отчетливую магию в их плоти, их костях и даже их коже.

Похоже, существовало два сорта обращенных. Один был проще, и это была основная масса людей, которых он чувствовал на яхте. У трех лидеров внутри была более сложная магия, наряду с той силой, что искусственно поднимала их до серебряного ранга.

Джейсон заговорил с ними, пока группа разглядывала его. Его голос был трезвым и почти мягким, без обычной помпезности. Тем не менее, он перекрывал шум воды, бьющейся о лодку, — трюк с проекцией голоса, который он освоил, учась говорить без использования воздуха из легких.

— Меня зовут Джейсон Асано, и вы пришли сюда, чтобы убить меня. У вас не получится.

Он тонко использовал свою ауру, чтобы удержать их внимание, не провоцируя, хотя они явно были на грани того, чтобы броситься на него.

— Вот что произойдет вместо этого, — продолжил Джейсон. — Вы попытаетесь убить меня. Я сделаю пример из одного из вас, а затем предложу выжившим шанс сдаться, что, чтобы было ясно, означает отвечать на мои вопросы и передать мне эту лодку.

— Ты серьезно думаешь, что сможешь запугать нас, чтобы мы просто сдались? — спросил один из трех лидеров.

— Пока нет. Мне бы хотелось, чтобы мне пришлось убить только одного из вас, но я полагаю, что потребуется устранить всех троих, прежде чем остальные придут в норму.

Джейсон мысленно окрестил трех лидеров номерами Один, Два и Три. Он мог бы узнать их имена, если бы они были достаточно умны, чтобы сдаться. Они были одеты в объемную морскую одежду: тяжелую, теплую, с шерстяными шапками. Все на яхте были мужчинами и, за исключением Джейсона, очень мускулистыми. Похоже, кто-то нашел рыболовецкую команду в спортзале с мягкой политикой в отношении злоупотребления стероидами.

Под одеждой человека, которого Джейсон мысленно окрестил Номером Один, светился символ света. Джейсону он показался в точности как магическая татуировка. Джейсон почувствовал, как магия хлынула из татуировки в мужчину, который внезапно рванулся вперед в магическом рывке.

Вторая татуировка загорелась на руке мужчины, которая была охвачена огнем, когда прошла сквозь пустой плащ Джейсона. Джейсон уже прыгнул через тень, двигаясь в тот момент, когда почувствовал всплеск магии. В другой тени свежепризванный плащ скрыл его, пока он внимательнее изучал мужчину своими магическими чувствами.

В отличие от обращенных, превращенных в ужас, у Строителя, земные обращенные, казалось, имели способность принимать несколько магических татуировок. Обычно предел был один, и способность иметь больше могла превратить этих обращенных в второсортные подделки пользователей эссенций. У них было бы мало способностей, и они были бы менее сложными, но если бы их можно было производить в больших количествах, это была бы невероятная сила.

Джейсон мог почувствовать лишь несколько татуировок на каждом из них, однако, и он знал по опыту, что магические татуировки имеют гораздо более длительное время восстановления, чем способности эссенций. Конечно, возможно, что этот предел тоже был нарушен.

Трое оглядывались по сторонам, ища, куда исчез Джейсон, крича подчиненным рассредоточиться и искать.

— Столько разговоров о том, чтобы сделать пример из нас, — сказал Номер Один. — Он сбегает при первых признаках неприятностей.

Линия тьмы змеилась из тени, отбрасываемой палубой сверху, рука держала богато украшенный черно-красный кинжал. Она сделала два неглубоких пореза на ноге Номера Один и попыталась отступить, но была схвачена рефлексами серебряного ранга Номера Два. Несмотря на нематериальную природу теневой руки, маленькая татуировка на тыльной стороне ладони мужчины светилась, и рука без труда ухватила теневую руку Джейсона. Рука и кинжал исчезли, когда Джейсон отозвал призванные предметы.

— Он может прятаться в тенях, — сказал Номер Три. — Усильте зрение.

— Это будет стоить нам времени действия усилителей, — отметил Номер Один.

— Которое ничего нам не даст, если мы потратим его, бесполезно тыкаясь по углам, — заметил Два, поддерживая Третьего. Глаза Второго и Третьего начали светиться ярко-синим, как и ранее невидимые татуировки вокруг их глаз. Глаза Первого неохотно загорелись следом. Оглядевшись снова, они заметили Джейсона, небрежно стоящего в тенях.

Как только их взгляд зафиксировался на нем, Джейсон нырнул в ближайшую пару раздвижных стеклянных дверей, которые открылись при его приближении, открывая главный салон яхты. Это была увеличенная версия барного лаунжа на его плавучем доме, и Джейсон бросился в него, накладывая заклинание на Номера Один.

— Кровоточи для меня.

Двери за ним закрылись, только чтобы открыться, когда трио пронеслось мимо своих наблюдающих подчиненных.

— Нам помочь? — спросил один из приспешников.

— Не путайтесь у нас под ногами, — предупредил их Номер Два.

Тень был занят игрой в парашют, поэтому Джейсон метнул взрывные метательные дротики в тонированные окна, выбивая их, чтобы впустить больше прямого солнца. Джейсону нужны были жесткие тени, чтобы прыгать через них, вместо мягкого, рассеянного искусственного света в комнате. Пока у него была такая возможность, мебель в комнате была бы лишь помехой для его врагов. В сочетании с экстравагантными размерами комнаты, он решил, что это будет хорошее место для противостояния с трио обращенных.

Они погнались за ним, и он наложил второе заклинание на Номера Один, прежде чем прыгнуть из одной тени в другую и наложить третье заклинание. Трио явно привыкло работать командой, рассредоточиваясь для максимального охвата и ограничивая пространство Джейсона для маневра. Когда они адаптировались к его тактике и начали загонять его в угол, Джейсон снова сменил тактику.

Его главная цель была достигнута; набор недугов был наложен на Номера Один, так что оставалось только ждать. Он отступил через дверь и двинулся вглубь яхты.

Трио погналось за ним через дверь, вверх по лестнице и на верхнюю палубу, откуда он спрыгнул прямо вниз, над водой. Используя свою теневую руку и медленное падение, он дотянулся до нижней палубы и затащил себя обратно на борт, продолжая веселую погоню.

Трио втянуло своих подчиненных в преследование с помощью криков, заставляя их разбегаться по яхте, чтобы держать ухо востро. Тем временем Номер Один все больше страдал от недугов, которые Джейсон закрепил на нем.

— Почему я не исцеляюсь? — спросил он вслух. Его вены и плоть все больше чернели, поскольку некроз поражал его тело с ускоряющейся скоростью.

— Потому что тебе больше не суждено исцелиться, — сказал Джейсон, появляясь перед ними. — Ты мертв, просто еще не знаешь об этом.

— Исправь его, — потребовал Номер Два. Язык его тела кричал о том, что он жаждет снова броситься за Джейсоном, но он сдержался. Он явно понимал, что Джейсон скорее ускользнет, чем будет стоять на месте, чтобы из него вытрясли лекарство.

— Я не могу ему помочь сейчас, — сказал Джейсон. — Он мертв, что бы я ни делал.

— Если я умру, ты отправишься со мной, — прорычал Номер Один.

— Мы оба знаем, что это неправда, — сказал Джейсон. — У тех из вас, кто еще жив, есть еще один шанс сдаться.

— Продолжайте преследовать его, — прорычал Номер Один, бесстрашный даже перед лицом смерти. — Все эти телепортации должны стоить ему сил. Его мана не может быть бесконечной.

Два и Три выполнили указание, возобновив преследование, пока Джейсон снова пустился бегать по всей огромной яхте. В какой-то момент двое бронзовых приспешников погнались за ним через дверь в тупик. Он использовал свою ауру, чтобы подавить их, ослабив их с помощью атаки души. Когда он пронесся мимо них, каждый из них вытащил инъектор и вогнал его себе в ноги, даже когда они согнулись от боли.

Магия их тел немедленно продвинулась до серебряного ранга, как будто они оба только что употребили духовные монеты, но были и различия. Их ауры остались на бронзовом ранге и казались оторванными от магии их тел. Атака души Джейсона не была отражена, а проигнорирована, как будто их тела теперь функционировали независимо от их душ, действуя на животных инстинктах. Мужчины были с обмякшими лицами и пустыми глазами, больше похожие на обращенных, которых использовал Строитель.

Они выпрямились без признаков боли, пока дикая магия текла по их телам. Каким бы усилителем они ни воспользовались, он явно был менее стабильным, чем то, что приняли трое лидеров, и с гораздо большими побочными эффектами. Джейсон быстро убрался подальше от жутких, похожих на зомби приспешников.

Погоня в конце концов привела Джейсона обратно к телу Номера Один, который скончался на нижней палубе. Два и Три прибыли, чтобы увидеть, как Джейсон высасывает остатки жизненной силы из трупа Номера Один.

— Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так и твоя смерть — моя, чтобы собрать урожай.

— У вас есть выбор, — крикнул им Джейсон, когда труп у его ног сморщился в иссохшую шелуху. — Сдавайтесь, или кто-то из вас следующий. С вами в качестве моего источника маны я могу делать это весь день. Можете ли вы сказать то же самое о тех усилителях, на которых сидите? Как долго они продержатся, точно? Есть ли откат после?

Номер Два зарычал, но Третий схватил его за руку.

— Он не ошибается, — яростно сказал Третий. — Мы не можем поймать его, а мы использовали наши усилители слишком рано, чтобы применить те ракеты.

— Ты хочешь сдаться? — недоверчиво спросил Два. — После того, что он только что сделал с Анри?

— Он сделает то же самое с нами.

— Нет, он умрет.

Два вырвал руку и бросился на Джейсона, который не побежал. Он поднял руку, ладонь которой была скользкой от крови, в то время как пиявки брызнули, словно вода из садового шланга. Затем Джейсон провалился в свою собственную тень, как в люк, поднявшись из тени Номера Два и нанеся два неглубоких пореза своим кинжалом. Два безумно срывал пиявок с лица, крича больше от паники, чем от боли.

Третий и группа приспешников, последовавших на шум, в ужасе наблюдали, как Два шатается, пока Джейсон добавлял новые заклинания. Вместо того чтобы снова гонять их, Джейсон использовал Колина для более жестокого подхода, быстро перегружая Второго недугами. Некоторые из приспешников двинулись за Джейсоном, но Третий приказал им вернуться. Взгляд Второго упал на океанскую воду, и его осенило, он бросился к краю яхты.

— Сбросить, — скомандовал Джейсон.

Пиявки мгновенно упали на палубу, когда Два бросился за борт.

— Вернись, — скомандовал Джейсон.

Морская вода, плеснувшая на палубу от океанских волн, уже оказывала негативное влияние на его пиявок, убивая изрядное их количество. Кровавая полоса выбралась из кучи Колина и полетела к руке Джейсона. Пиявки слились в шар крови и были втянуты вдоль кровавой тряпки, словно через соломинку.

Затем Джейсон подошел к борту лодки, где Два держался на воде, глядя на него с лицом, уже почерневшим от некроза. На бронзовом ранге, как и на железном, Колин оставался самым мощным оружием в арсенале Джейсона.

Убив Номера Один, Джейсон хотел затянуть это, чтобы показать остальным его страдания. С Номером Два он хотел быстро закончить и продемонстрировать угрозу, которую представлял, поэтому он наложил еще одно заклинание.

— Страдай от цены своих прегрешений.

Два закричал, когда Возмездие нагромождало урон за каждый из множества недугов на нем.

— Мы сдаемся! — крикнул Третий. — Неужели ты не можешь позволить ему жить?

— Когда я предупреждал вас, — сказал Джейсон, не оборачиваясь, — это было не потому, что я отказался бы остановиться. Это было потому, что у меня не было выбора. Когда я сражаюсь, я сражаюсь на убийство. Мои силы не предлагают мне альтернативы.

Он обернулся к Третьему.

— Есть цена за прегрешение против меня. Сколько еще из вас готовы заплатить ее?

Он бросил взгляд на человека, страдающего в воде, поднимающегося и опускающегося на океанских волнах.

— Напитай меня своими грехами.

Джейсон вытянул недуги Второго и оставил на их месте новые, которые светились, когда начали уничтожать его изнутри. Два был силен и решителен, но именно от трансцендентного урона начались крики.

— Мы сдаемся, черт возьми! — крикнул Третий. — Прекрати!

— Я не могу прекратить, — сказал Джейсон, его голос был лишен милосердия. — Я могу только закончить. Мой суд, и суд — это смерть.

Позади Джейсона трансцендентный свет озарил Второго. Когда вскоре после этого он погас, не осталось ничего, кроме пустого океана.

* [Элитный обращенный] был полностью уничтожен. Он был разграблен автоматически. * 413 [Евро] были добавлены в ваш инвентарь. * [Спутниковый телефон] был добавлен в ваш инвентарь. * [Сотовый телефон] был добавлен в ваш инвентарь.

Джейсон перевел взгляд на Номера Три.

— Пришло время нам поговорить.

* * * — Как ты это сделал? — спросил Брюс, глядя на головорезов ЭОА, выстроенных на палубе. Большинство стояли на коленях, хотя двое лежали на спинах, выглядя явно нездоровыми.

— У нас была дружеская беседа, — сказал Джейсон, — и они решили, что самый разумный путь — сдаться без боя.

— Дружеская, — сказал Брюс, глядя на черное пятно на палубе. Он знал запах смерти, и черный остаток вонял как подмышка дьявола.

Брюс беспокоился о том, куда они попадут после того, как в их сторону полетели мощные ракеты. Он смог сбить их до того, как они поразили полубессознательных железных рангов, но это оставило его с тревогой о том, что ждет их внизу.

Как только он снова попал в зону действия голосового чата Джейсона, ему приказали приземлиться прямо на верхнюю палубу. Его способность планирования на ветру позволила ему сделать это без проблем, а странные, самонаводящиеся парашюты сделали это почти так же легко.

У обеих сторон были люди в процессе восстановления. Железным рангам Сети дали еще одну порцию зелий, за исключением Кетеван, которая оставалась самой тяжелораненой, но еще не была готова к следующей. На стороне ЭОА их лидер был явно истощен, в то время как двое его людей даже не могли стоять, их ауры нестабильно мерцали.

— Я сказал вам в самом начале, что означает сдача, — сказал Джейсон Третьему. — Я забираю лодку, а вы говорите. Если я решу, что вы что-то скрываете, мы вернемся к предыдущему варианту.

— Я буду говорить, — сказал Третий. — Только оставь моих людей в покое.

— Твоих людей? — прорычал Брюс. — Ты думаешь, нас волнуют твои люди после того, как вы убили наших? Мою команду. Моих друзей. Я должен казнить вас всех.

— Не вымещай свою ярость на теле змеи, — сказал Джейсон. — Прибереги ее на тот момент, когда будешь отрубать голову. О чем Номер Три здесь нам всем расскажет.

— Номер Три? — одновременно спросили Брюс и Номер Три.

— Простите, я просто называл вас так про себя, — сказал Джейсон. — Как вас зовут?

— Рейнальдо Агостинелли.

— Хорошо, Рейнальдо, — сказал Джейсон. — У меня много вопросов. Брюс, используй спутниковый телефон на столе, чтобы связаться со своими людьми, чтобы мы могли придумать наш следующий шаг.

Брюс взял телефон, но тот начал звонить.

— Ждешь звонка? — спросил Джейсон Рейнальдо.

— Это будет человек, который послал нас, — сказал Рейнальдо. — Человек из Сети, Адриен Барбу. Мы должны были уже выйти на связь.

Барбу был операционным директором отделения в Лионе, прямым коллегой Анны. Тень не смог обнаружить его за то время, пока наблюдал за отделением в Лионе.

— Сеть это организовала? — недоверчиво спросил Брюс. — Зачем ему работать с ЭОА?

— Я не знаю, — сказал Рейнальдо. — Они говорят нам, что делать, а не почему.

Джейсон взял телефон у Брюса и ответил.

ВРЕМЯ ДЛЯ СМЕЛЫХ, РЕШИТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

ВРЕМЯ ДЛЯ СМЕЛЫХ, РЕШИТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

— Двенадцать сотен километров — это лучшее, что ты можешь? — пожаловалась Миранда. — И тебе нужно ждать час между порталами? Это жалко.

— Жалко? — недоверчиво спросил Реми. — Давай, покажи свою силу порталов, сука.

— Реми, успокойся, — сказал Себастьян, а затем повернулся к Миранде. — А ты закрой свой чертов рот. Не нравится — иди лови самолет.

— Я думала, мы будем перемещаться порталами прямо во Францию, — сказала она. — Где мы вообще?

— Национальный парк Какаду, — сказал Реми. — Мы в одном из самых красивых мест на Земле, а ты жалуешься. Одно из самых знаковых мест в твоей собственной чертовой стране, а ты даже не узнаешь его. Насколько же ты самовлюбленная?

Они находились на вершине высокой скалы, возвышающейся над речным лесным ущельем. На крайнем севере Австралии было по-прежнему невыносимо жарко, несмотря на сезон. Ветры, дующие через их высокую точку обзора, приносили приятное облегчение.

— В мире нет ни одного пользователя эссенций, который может создать портал на шестнадцать тысяч километров, — сказал Себастьян Миранде. — Есть лишь горстка людей, которые могут сделать десятую часть этого.

— Я слышала, у китайцев есть кто-то, кого они пытаются довести до четвертой категории, кто может делать несколько тысяч за раз, — сказал Реми, — но это может быть просто слух. Может быть, четвертая категория могла бы сделать шестнадцать тысяч, так что не стесняйся уходить и искать такого.

— Вот тебе и великий мастер порталов, обещанный Барбу, — сказала Миранда. — Одни оправдания.

— Эллис, — предупредил Себастьян. — Кто-то из нас заставит тебя закрыть рот. Я рекомендую, чтобы это была ты.

— Я вытащила тебя из того места, и вот как ты со мной обращаешься? — спросила Миранда.

— Ты затащила меня в то место, — сказал Себастьян. — Когда ты рассказала нам о пришельце, ты забыла упомянуть, что он чертов монстр.

— Это не моя вина, что третья категория не может устранить одну вторую. У тебя даже было преимущество, и ты все испортил. Я начинаю думать, что попала на корабль дураков.

Себастьян и Реми обменялись взглядами. Реми кивнул. Себастьян пожал плечами, прежде чем поднять руку в сторону Миранды. Крошечные металлические колибри были призваны вокруг него, жужжа, бросились вперед, чтобы вонзить свои иглоподобные клювы в плоть Миранды. Себастьян последовал за ними, рванувшись вперед и ударив ее ногой прямо в грудь, отправив ее лететь через край скального образования, отскакивая от него снова и снова, пока она кувыркалась.

— Она была права, — сказал Себастьян. — Легко устранить вторую категорию.

— Так будет лучше, — сказал Реми. — Ни за что мы не доберемся через всю Азию и Европу, не убив ее. Такой характер — это практически предсмертная записка.

— Адриен не обрадуется потере ее контактов, которые все еще остаются в австралийском отделении, если пришелец выживет.

— Ты думаешь, он выживет? ЭОА послала дюжину парней, вооруженных дронами и этими ракетами слежения серебряного ранга. И это после того, как его самолет взорвали в небе.

— Этот маленький гаденыш — выживальщик, — сказал Себастьян. — Ставлю сотню, что он выживет.

— Принимаю ставку.

— Мы должны сообщить Адриену об Эллис.

— Не думаю, что он будет беспокоиться, — сказал Реми, доставая телефон. — Единственное, что он действительно хотел получить от нее, — это освобождение тебя.

Реми поднял телефон, вглядываясь в него.

— Нет сигнала, — сказал он. — Можешь дать мне спутниковый телефон?

Себастьян посмотрел на место, где Миранда, у которой был спутниковый телефон, перелетела через край.

— Э-э...

* * * Когда Джейсон ответил на спутниковый телефон, у него не было шанса заговорить, прежде чем человек на другом конце начал говорить по-французски.

— Почему вы не вышли на связь? — потребовал голос в телефоне.

— Я расскажу вам все, когда мы встретимся лично, — сказал Джейсон.

На другом конце долгое время царила тишина, пока тот же голос не заговорил снова.

— Я говорю с мистером Асано?

— Да, — сказал Джейсон. — Я говорю с мистером Барбу?

— Значит, вы заставили их говорить. Я бы предпочел, чтобы вы просто перебили их всех.

— Нам не обязательно предпринимать такие радикальные меры, мистер Барбу.

— Вот как?

— Именно, — сказал Джейсон. — Теперь, когда я жив, ваш пленник мало полезен вам, если вообще полезен. Что бы вы ни выбили из нее, Сеть получит от меня совершенно свободно. Я собираюсь сделать вам предложение, которое, надеюсь, вы примете.

— И какое же?

— Отдайте ее мне, как только я прибуду во Францию. Я не буду мстить, и я позабочусь о том, чтобы отделение в Лионе не осталось в стороне от всего того, что я буду предоставлять Сети.

— Это не звучит как то, под чем подпишутся другие отделения или Международный комитет, — сказал Барбу.

— Мне плевать, — сказал Джейсон. — У меня есть то, что нужно всем, а значит, я получу то, что хочу, пока готов делиться.

— Это мирное предложение от человека, который убил кучу людей в прямом эфире.

— Я пытаюсь делать вещи лучше. Меньше убийств, больше дипломатии.

— Что помешает вам пойти за моей головой, как только вы получите ее?

— Моя потребность заключать сделки в будущем. Как бы все это ни обернулось, поползут слухи о том, что произошло между вами и мной. Если я сразу же предам вас, мое слово станет бесполезным. Это поставит под угрозу мою договоренность с Сетью, наряду с любой другой сделкой, которую я могу захотеть заключить в будущем.

— Значит, вы предлагаете прощение? — спросил Адриен.

— Называйте как хотите. Я пытаюсь научиться отпускать прошлое, чтобы оно не отравляло мое будущее. Вы и я можем враждовать, но мне нет дела до того, чтобы уничтожить вас. Мне важно забрать ее у вас. Если то, что я отпущу вас, даст мне это, а преследование вас только подвергнет ее опасности, я с радостью заберу ее и никогда больше вас не увижу.

— Вы помните, что я пытался похитить вас, а затем пытался убить. Несколько минут назад.

— Вы не первый в обоих случаях, — сказал Джейсон. — Я все еще жив и у меня новая лодка, как это обычно бывает. Не всегда лодка, просто любые ценные вещи, которые у них есть. Послушайте, отдайте ее. Она не представляет ценности для Сети, пока я в игре, поэтому вы пытаетесь убить меня, но это не работает. Я не могу говорить за Сеть, но, как вы сказали, вы уже дважды нападали на меня, и вы видели результаты. Думаю, вы начинаете понимать, что произойдет, если вы не передадите ее мне.

— Должен сказать, что ваш выбор времени неудачен, — сказал Адриен. — Правда в том, мистер Асано, что если бы вы сделали мне это предложение всего три дня назад, я бы, вероятно, принял его. К сожалению, давление со стороны Международного комитета заставило меня предпринять шаги, которые я больше не могу отыграть назад. В противном случае я бы никогда не рискнул устраивать эти договоренности лично, и мы бы никогда не имели этой блестящей беседы. Сеть не отпустит меня, даже если вы это сделаете, и я дал обещания, которые мне нужно, чтобы ваш коллега-пришелец сдержал.

— Нет места, где вы можете спрятаться, где я не найду вас рано или поздно, Барбу. Нет места, куда вы можете бежать, куда я не смогу последовать.

— О, я бы не был так уверен, — сказал Адриен. — Некоторые вещи находятся за пределами даже ваших способностей, какими бы чудесными они ни были.

— Все еще есть способы, которыми мы можем это уладить, — сказал Джейсон. — Я знаю, вы так не думаете, но вы на самом деле все еще можете отыграть это назад.

— Мистер Асано, думаю, вы скоро обнаружите, что даже у вас есть пределы.

— Преодоление моих пределов — это своего рода моя фишка. Если вы продолжите идти по этому пути, то вы станете средством, с помощью которого я продемонстрирую это магическому миру в целом. Не становитесь примером для следующего человека.

— А я думал, что я высокомерен, — сказал Барбу. — Хорошей охоты, мистер Асано.

Джейсон посмотрел на телефон в своей руке после того, как Адриен завершил звонок, сопротивляясь желанию раздавить его в руке. Он передал телефон Брюсу.

— Если только он не лгал, — сказал ему Джейсон, — Барбу идет наперекор собственному отделению. Свяжись со своими людьми. Все идет наперекосяк.

* * * Адриен стоял на крыше заброшенной водоочистной станции, которая находилась над подземным черным объектом. Продолжающееся выживание Асано было разочарованием, но результатом, который он учел при планировании своих непредвиденных обстоятельств. Дополнительные дни, которые Пол выиграл для него в Международном комитете, были достаточны, чтобы переместить его лоялистов с черного объекта до того, как Пол осознает, что он вообще идет против Сети. Как только они безопасно извлекут актив, он сможет оставить его позади.

Он сделал еще один звонок своему контакту в ЭОА. Глава ячейки, с которой он работал, абсурдно настаивал на использовании кодового имени Цапля.

— Цапля, ваши люди провалились, — сказал Адриен без предисловий.

— Ваш телефонный этикет очень плох, — сказал Цапля. — Возможно, провалился не я, а оружие, которое вы предоставили.

— Мы можем назначить виновных позже.

— Говорит человек, чей способ поздороваться — обвинить моих людей в провале.

Адриен закатил глаза.

— Прошу прощения, Цапля. Прямо сейчас нам нужно сосредоточиться на том, что будет дальше. Асано выжил, а это значит, что МК насядет на нас, чтобы он не нарушил сделку с ними.

— Вы имеете в виду, насядет на вас, — сказал Цапля.

— Он взял по крайней мере некоторых ваших людей живыми, Цапля, и они говорят. Если они знают обо мне, вы можете быть уверены, что они знают и о вас. Послушайте, мы работали над этим долгое время, и пришелец — это просто бонус. Вам нужны знания и опыт моих людей в магии эссенций для Инженеров Вознесения.

— Если мы сможем принести секреты магии эссенций в ЭОА, — радостно сказал Цапля, — мы поднимемся на самые высокие уровни ЭОА. Пока вы выполняете свою часть сделки. Доступ к сети Сети. Способы входа в пространства вторжений. Способы использования эссенций.

— Мои мосты сожжены, Цапля, — сказал Адриен. — Наши судьбы теперь связаны. Только заставляя вас процветать, я буду процветать в свою очередь.

— Хорошо, — сказал Цапля. — Что вам нужно?

— Мне нужна команда ваших элитных людей, чтобы переместить актив. Она — угроза безопасности, и не весь персонал здесь лоялен мне, а не Сети.

— Посылать их прямо на черный объект — это явный шаг.

— Время секретности прошло, — сказал Адриен. — Пришло время для смелых, решительных людей действовать.

— Она нам действительно нужна?

— Мои люди могут дать вам все, что есть у Сети, — сказал Адриен. — Она — ключ к тому, чего у Сети нет. Пока что. Другой пришелец жив, и Сеть осознает потенциал, который он предлагает. Если у нас ее не будет, ЭОА снова отстанет во всем.

— Очень хорошо, — сказал Цапля. — У меня на самом деле есть сильная команда в резерве, недалеко от вашего местоположения.

— У вас была ударная группа наготове, чтобы убрать меня, если я обману вас? Я уважаю это.

Адриен нахмурился, почувствовав магию снизу. Для него не должно быть возможным почувствовать тщательно сдерживаемую магию, если только что-то не пошло очень не так с магическим массивом.

— Цапля, скажи своим людям поторопиться.

* * * Недовольно выглядящий Себастьян добрался до вершины скального выступа после того, как проделал весь путь обратно вверх.

— Ты уверен, что не мог переместиться порталом вниз? — спросил он.

— Я никогда не был у подножия этого выступа, — сказал Реми. — Ты не можешь переместиться порталом туда, где никогда не был. Это правило порталов. Ты знаешь это.

— Тогда не могли бы мы оба спуститься вниз и переместиться порталом к следующему пункту назначения оттуда?

Реми обдумал это на мгновение.

— Да, это могло бы сработать. Ты достал его?

Себастьян вытащил из кармана горсть разбитой электроники.

— Она приземлилась на него.

* * * Фарра не совсем завершила свою ментальную карту магического массива объекта, но как только они начали готовиться к ее перемещению в другое место, она поняла, что должна действовать. Первая часть была самой сложной — устранить пару охранников бронзового ранга. К счастью, один запаниковал, когда она сделала свой ход, и высвободил свою самую сильную атаку. Фарра толкнула того, кого она душила своими закованными в наручники руками, на его пути. Ее руки немного обгорели, но она проигнорировала это. Огонь не причинил бы ей вреда, если бы ее силы были активны.

Пока второй охранник был в ужасе от того, что убил первого, Фарра воспользовалась его шоком и двинулась вперед, совершив странный прыжок с места из-за цепей на ногах. Она схватила его за лицо, дернув его вес на одну ногу, когда она зацепила свою собственную ногу за нее и толкнула вперед. Он с грохотом врезался в бетонный пол, и она неоднократно разбивала его голову об него, пока не убедилась в результате.

Это дало ей одежду и ключи от наручников, но не от ошейника подавления. Силовое удаление его, скорее всего, убило бы ее, поэтому ей нужно было достать ключ. Человек, отвечающий за объект, Барбу, был тем, кто допрашивал ее, и всегда держал ключ при себе. Ей нужно было либо найти его, либо какие-то магические ресурсы, чтобы сделать отмычку, но она никогда не натыкалась на магическую мастерскую ни во время своих попыток побега, ни когда ее таскали по объекту.

Она нашла некоторые инструменты в шкафу для хранения инвентаря и взяла молоток и зубило. Это позволило ей начать вносить небольшие, но критические изменения в магические гравировки на стенах, тщательно изменяя поток магии во всем магическом массиве объекта. Магический поток накапливался и перенаправлялся способами, для которых он не был предназначен, и достаточное количество небольших изменений дало бы большие результаты, когда избыточная магия накопится.

Это был тонкий баланс; ей нужно было избежать простого разрушения массива и утечки силы. Цель состояла в том, чтобы магия собиралась примерно с одинаковой скоростью в разных точках объекта. То, что это работало, было впечатляюще, учитывая простые инструменты в ее распоряжении.

К счастью, этот тип магии был ее специальностью. До того, как поднялась тревога и они поняли, что она на свободе, объект испытывал зоны опасного накопления магии. Даже когда сотрудники службы безопасности проносились по залам, взрывы начали разноситься по подземному объекту.

Персонал проносился по коридорам, заполненным бетонной пылью от повторяющихся взрывов. Прерывистое мерцание света вызывало панику; каждый момент темноты был напоминанием о том, как глубоко под землей они находились. Целые куски пола, стен и потолка превратились в щебень под ногами. В хаосе ее украденная униформа и кепка позволили ей слиться с толпой, еще одним запаниковавшим сотрудником.

После того, как она запустила цепную реакцию взрывов от магического массива, у Фарры больше не было контроля. Она даже попала на периферию взрыва и была отброшена на противоположную стену, почти потеряв сознание.

Она хотела эвакуироваться вместе с настоящим персоналом, но на выходах служба безопасности проводила строгие проверки. Вместо этого ей удалось найти путь к кабинету Барбу, в котором ее допрашивали несколько раз, когда он пытался использовать кнут и пряник. Она не ожидала, что ключ будет там, но потратила несколько драгоценных минут на обыск стола, на всякий случай.

После того, как она, что неудивительно, не нашла его, она направилась к странной комнате, где находилась немагическая подъемная платформа. Она знала, что не заставит ее работать, и не пыталась, вместо этого зубилом вскрыла замок на потолочном люке и подтянулась вверх. Там она нашла металлические перекладины, вбитые в бетон, которые вели вверх по длинной шахте, и начала карабкаться.

Наверху она использовала зубило, чтобы поддеть двери, а затем с силой распахнула их. Она чувствовала себя слабой без своей способности усиления силы, но у нее все еще был атрибут силы пользователя эссенций на пике бронзового ранга.

Распахнув двери, она пошатываясь вышла на свет. Она находилась в каком-то заброшенном здании, окруженном забором из металлической сетки, а за ним был лес, и только одна дорога вела прочь. К сожалению, она была не одна.

Барбу стоял с дюжиной мускулистых мужчин и женщин в темной одежде.

— Ну, — сказал Барбу. — Разве ты не трудолюбива?

ТЕХНИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

ТЕХНИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

Транспортный вертолет приземлился на небольшой взлетно-посадочной полосе в Шри-Ланке. Она была маленькой и располагалась посреди обширных лугов. Воздух был жарким, густым и тяжелым с привкусом топлива, хотя вертолет взбаламутил его. Там был один ангар и небольшое сборное офисное здание. Сама взлетно-посадочная полоса была полосой плотно утрамбованной земли, а не асфальта.

Джейсон и другие выжившие после атаки на самолет высадились из вертолета и были встречены Чатурой, местным агентом Сети. Он повел их к зданию поменьше.

— Мы все еще готовим ваш самолет, — громко сказал Чатура поверх шума затихающего вертолета. — Вы взлетите через двадцать пять минут.

— Мы проявили халатность и следили только за магическими угрозами, — сказал ему Брюс. — Надеюсь, вы будете более тщательны, чем мы.

Брюс не скрывал своей неудачи, будучи частью службы безопасности, которая не смогла обнаружить бомбу. Их недосмотр стоил жизни его команде и члену комитета, а также экипажу самолета. Как только все достаточно улеглось, чтобы у него появилось время подумать, Брюса охватило чувство вины. Он не уклонялся от него, а признал свой позор и позволил ему подпитывать свою решимость действовать лучше в будущем.

Джейсон не чувствовал вины за то, что стал инициатором поездки. Он был готов заплатить цену, чтобы вернуть Фарру, будь то свежее пятно на его совести от серии убийств или пожертвование гордостью и отказ от мести. К сожалению, платил не он.

Сеть насчитала восемь погибших. Хотя Джейсон был инициатором поездки, он не возлагал на себя вину. Ее он возлагал на людей, которые забрали Фарру и заложили бомбу: Адриена Барбу, всех, кто работал на него, и всех, на кого работал он сам.

Джейсон признался себе, что рад тому, что его предложение отпустить Барбу в обмен на Фарру было отклонено. Он знал, что не должен был так чувствовать. Интеллектуально он понимал, что если бы предложение было принято, Фарра была бы свободна. Но внутри него был висцеральный инстинкт, который побуждал его убить всех между ним и Фаррой, пока она не будет свободна, а все люди, причинившие ей боль, не будут мертвы.

Это, однако, была неправдоподобная фантазия о силе. Он предавался им раньше, ценой себя и других. Он думал, что может переиграть Элспет Ареллу и Люциана Лампри, обоих опытных политиков. Реальность заключалась в том, что он позволил себя пытать, а Софи чуть не приговорили к жизни в эксплуатации и разврате. Он сбежал только благодаря удаче и защитил Софи, спрятавшись за Эмиром. Он создал проблемы и не смог стать решением.

Он был полон решимости избежать тех же ошибок с Фаррой. Он собирался играть честно и чисто, делая все необходимое, чтобы освободить ее. Никаких трюков, никаких коротких путей. Любую жертву, которую ему придется принести лично, он принесет. Его беспокоили люди вокруг него. Экипаж самолета не заслуживал своей участи только за то, что перевозил его.

У него было жгучее желание заставить Барбу страдать в десять раз больше за все, что он сделал с Фаррой, но он приучил себя оставаться сосредоточенным на реальной цели. Освобождение Фарры было важнее всего. Его желания, его гордость и его эмоциональное удовлетворение были ничем по сравнению с этим. Он все еще был готов отпустить Барбу, если это гарантировало безопасность и свободу Фарры.

Сначала ему нужно было добраться до Франции. Взлетно-посадочная полоса не внушала доверия. Пышные тропические окрестности были великолепны, но это было не то, что он хотел видеть в международном аэропорту.

— Кажется, немного в стороне от цивилизации, — сказал Джейсон.

— Строго говоря, этой взлетно-посадочной полосы не существует, — объяснил Чатура. — Она была построена как часть операции по браконьерству, но браконьеры давно ушли.

— Вы уверены? — спросил Брюс.

— Очень, — сказал Чатура. — До того, как мы начали работать с правительством, это место было для нас перевалочным пунктом для уклонения от таможни. Мы все еще используем его, когда не хотим, чтобы правительство донимало нас вопросами. Им нравится быть вовлеченными, а это значит замедлять все.

— Мы ценим оперативность, — сказала Ася. Она пришла в себя на яхте в ожидании вертолета. Все выжившие члены Сети были исцелены, по крайней мере физически. Эмоционально они оставались потрясенными испытанием; не каждый почти умирал так часто, как Джейсон.

— Ваш директор по операциям ждет, чтобы поговорить с вами, — сказал Чатура. — У нас в офисе организована видеоконференция. Похоже, не только вы испытали некоторые волнения.

* * * Фарра не сражалась как Софи или Джейсон. Их наборы сил поощряли ловкость и скорость. Силы Фарры давали ей повышенную силу и тяжелую каменную броню, что располагало к совершенно другому стилю, более похожему на стиль Хамфри. Это не значит, что она была менее искусна, по крайней мере, чем Джейсон. То, что на первый взгляд могло показаться грубым стилем драчуна, было экспертным использованием веса, рычагов и силы.

Связанная ошейником, Фарра не обладала своей полной мощью, подкрепленной силой, ни массой своей каменной брони. Однако этого было недостаточно, чтобы обесценить ее стиль боя. Ее атрибуты на пике бронзового ранга были выше, чем у головорезов ЭОА. Даже если бы это было не так, она сражалась с монстрами и людьми, которые соответствовали или даже превосходили ее силу и вес.

Было еще больше способов, которыми Фарра отличалась от Джейсона. Она не останавливалась, чтобы перекинуться шутками, немедленно бросаясь в бой. Она бросилась вперед, атакуя ближайшего головореза, как товарный поезд. Она опустила свой центр тяжести прямо перед столкновением, и он перелетел через нее, как будто она сбила его машиной, удар едва замедлил ее. Когда он упал на землю позади нее, она уже врезалась в следующего головореза. Это был скользящий удар, когда она развернулась и оказалась позади него, с ударом локтем в ухо в качестве прощального подарка.

Ее целью был Барбу и ключ от ее ошейника подавления. Она знала, что если не снимет его, то не одолеет такое количество врагов. Прорыв через двух головорезов открыл путь, и она направилась прямо к нему. Он поднял руку и направил поток воздуха в ее сторону.

Распознав мерцание атаки сжатым воздухом, она уклонилась влево. Если бы она попала под нее прямо, ее бы отбросило назад. Как бы то ни было, атака все же остановила ее движение вперед. Этого времени хватило остальным головорезам, чтобы броситься в атаку, пока Барбу взмыл в воздух и завис вне ее досягаемости.

Фарра не была крупной женщиной, но она была сильнее здоровенных мужчин, нападавших на нее. Там, где Джейсон или Софи могли танцевать вокруг них, Фарра отвечала на нападение нападением. Первый головорез остался шататься, схватившись за локоть, который теперь согнулся в неправильную сторону. Следующий рухнул с коленом в таком же состоянии. Третий недостаточно хорошо прикрыл лицо и получил пару больших пальцев, вонзившихся в глаза.

Несмотря на хорошее начало, Фарра сражалась против неизбежного. Лидер головорезов приказал половине своих людей принять дозу. Они ввели себе усилитель, который поднял их с бронзового ранга до ложного серебряного, пока остальные удерживали ее.

Это был отряд специального назначения, состоящий полностью из элитных обращенных. Они страдали от меньшего количества побочных эффектов от употребления усилителей, а их магические татуировки добавляли горстку магических способностей к их тактическим опциям. Это было ничто по сравнению с массивом способностей эссенций Фарры, но они были в данный момент ей недоступны, так что даже что-то простое, как призванная веревка, которая поймала одну из ее рук, было полезным инструментом.

Как только Барбу оказался вне досягаемости, бой был уже окончен. У них было слишком много людей и слишком много силы, хотя она заставила их заплатить кровавую цену, чтобы наконец взять ее.

Когда она наконец потеряла сознание, Барбу спустился на землю.

— Спасибо за помощь, — саркастически сказал лидер ЭОА. Его звали Павел, и его французский был с легким русским акцентом.

— Ваша якобы элитная команда оставляет желать лучшего, — сказал Барбу, оглядываясь вокруг. — Одна маленькая женщина с подавленными силами вывела из строя половину ее.

Как и сказал Барбу, половина головорезов сидела или лежала на земле, а остальные ухаживали за ними. Один из тех, кто не усиливал себя, был убит на месте.

— Если бы только у нас был пользователь эссенций, чтобы помочь нам, — сказал Павел, выразительно глядя на Барбу. — Я потерял члена команды, потому что вам не хватило смелости сразиться с вашей маленькой женщиной с подавленными силами. Выжившие из моей команды со временем исцелятся, но я думаю, вам нужно предоставить некоторые из тех знаменитых магических зелий, которые есть у Сети.

— Ты думаешь, я просто ношу с собой кучу лечебных зелий? — сказал Барбу.

— Эгоистичный гад вроде тебя? — сказал Павел. — Да, я думаю, носишь.

Барбу посмотрел на Павла безразличным взглядом, затем разразился смешком.

— Да, очень хорошо.

На заброшенной водоочистной станции внутри ворот были припаркованы два больших фургона, на которых прибыла команда ЭОА. Барбу направился к сараю для хранения, который выглядел так, будто его не открывали десятилетиями, но дверь отъехала по идеально смазанной направляющей с едва слышным рокотом шарикоподшипников. Внутри стояла собственная машина Барбу, высококлассный «Мерседес». Он достал из бардачка мягкую коробку, содержащую стойку с флаконами, которую передал Павлу.

— Поставь своих людей на ноги, и мы направимся прямо к крепости.

* * * — ...она у нас под стражей, — продолжала Анна, инструктируя Джейсона по видеоконференции, — но Себастьян покинул здание раньше, чем кто-либо что-то заподозрил. Миранда была весьма тщательна в своих приготовлениях и сама исчезла задолго до того, как мы поняли, что происходит. Мы понятия не имеем, где она сейчас. Если она умна, она останется под тем камнем, под который залезла, и никогда не выйдет. Если я доберусь до нее, я задушу ее ее собственными волосами.

— Итак, что теперь? — спросила Кетеван, стоя рядом с Джейсоном в небольшом офисе на взлетной полосе. Ася и Чатура также присутствовали.

— Асано, — сказала Анна. — Я полагаю, ваше намерение — продолжить путь во Францию?

— Именно так, — сказал Джейсон.

— Самолет готовится прямо сейчас. Хорошая новость в том, что отделение в Лионе связалось с МК и готово полностью сотрудничать. Плохая новость в том, что их операционный директор стал изгоем. Международный комитет собирает группу реагирования, чтобы выследить его, многоотраслевую группу со всей Европы. Если он перебежал к ячейке ЭОА, то потенциально передаст опасные секреты. Не только секреты операционного директора.

— Он пытается передать мою подругу ЭОА, так как она имеет ограниченную ценность для Сети? — спросил Джейсон.

— Это может быть только началом, судя по тому, что я узнаю, — сказала Анна. — Вас проинструктируют подробнее по прибытии. А пока садитесь в свой самолет и улетайте. Если остальные выйдут, я бы хотела поговорить с Асано наедине.

Чатура и Ася вышли наружу, оставив Джейсона наедине с Анной на экране.

— Спасибо, что вытащили наших людей, — сказала Анна. — Мистер Корвин сказал, что если бы не вы, вы и он были бы единственными выжившими.

— Мне жаль, что я ничего не смог сделать для остальных, — сказал Джейсон. — И не позволяйте Брюсу приуменьшать свой вклад. Мой фамильяр смог остановить только одну из ракет, которые пролетели мимо меня. Если бы Брюс не остановил остальные, они бы нашли цели. Без него других выживших действительно не было бы.

— Спасибо, что сказали, — сказала Анна. — Было еще кое-что, что я хотела обсудить — безопасность вашей семьи. Маловероятно, но не невозможно, что Миранда, Себастьян или оба попытаются использовать их в качестве своего рода рычага давления. Я отправила группу безопасности присматривать за ними, и я предлагаю вам принять любые меры, которые у вас есть.

— Спасибо, Анна. Я привел все в действие в тот момент, когда вы сказали нам, что Себастьян на свободе, но ценю, что вы присматриваете за ними.

* * * Эми прибыла к ресторану своей матери в Касл-Рич на угольно-черном моторизованном скутере. Как раз когда она собиралась снять шлем, к ней подошли двое полицейских в форме.

— Мисс, боюсь, вы не можете ездить на моторизованном скутере в Новом Южном Уэльсе, особенно в вашем возрасте. Я знаю, что многие магазины утверждают, что это законно, но это не так.

Эми рассеянно бродила с задумчивым выражением лица, помещая офицеров между собой и скутером. Они повернулись, чтобы наблюдать за ней, гадая, что она затеяла. Как только они повернулись спиной к скутеру, она остановилась, сняла шлем и зажала его под мышкой, любопытно почесывая голову.

— Я не уверена, о чем вы говорите, офицеры, — сказала она.

— Скутер, на котором вы только что ехали, — сказал один из офицеров.

— Какой скутер? — спросила она, воплощение невинного замешательства.

— Этот ску... куда он делся?

Пока двое офицеров смотрели на место, где только что исчез скутер, Тень забрал шлем у Эми и поместил его в свое хранилище, прежде чем вернуться в ее тень, незамеченным. Офицеры повернулись обратно к Эми.

— Что случилось со скутером? — спросил один из них.

— Вы в порядке, офицеры? — спросила Эми. — У вас была долгая смена?

— Где ваш шлем? — спросил другой офицер.

— Какой шлем?

— Юная леди, как вас зовут?

Эми достала телефон и начала записывать видео.

— Убери это, — сказал один из офицеров.

— Если вы собираетесь оштрафовать меня за езду на воображаемом скутере, — сказала Эми, — то я собираюсь снять это взаимодействие для слушания, где я буду оспаривать это. Не могли бы вы указать на скутер, на котором, как вы утверждаете, я ехала?

— Ты, маленькая...

— Оно того не стоит, — сказал другой офицер, положив сдерживающую руку на руку своего напарника. — Просто отпусти это.

— Ты могла бы справиться с этим гораздо менее провокационным образом, — сказал ей Тень.

— Ты, кажется, довольно гладко подыграл, — сказала Эми.

— Я знаю человека с похожими склонностями. Нам следует пойти поговорить с твоей матерью.

* * * За своим рестораном Эрика разговаривала с Джейсоном через Тень, пока Эми была внутри, пожирая панна-котту.

— Разговор с тобой таким образом может потребовать некоторого привыкания, — сказала Эрика.

— Ну, тут кое-что происходит, так что тебе нужно будет поднять планку того, как быстро ты можешь адаптироваться к вещам. Разговор через Тень похож на использование телефона, только он намного, намного лучше. Кроме того, не могла бы ты дать панна-котту и мне?

— Разве ты не в самолете во Францию?

— Я сейчас в Шри-Ланке, — сказал Джейсон. — Была техническая проблема с самолетом, и они пересаживают нас на новый. Просто дай одну Тень, который может сохранить ее там, и принеси ее сюда. Это очень удобно.

— Ты можешь телепортировать десерт в Шри-Ланку?

— У меня есть сила. Как у Хи-Мена, но с десертами вместо пугающего гомоэротизма.

— Джейсон, я открываюсь меньше чем через два часа. У меня нет времени на то, чтобы ты был собой. О чем это?

— Ты обещаешь не паниковать?

— Нет. Рассказывай в любом случае.

— Ладно, это не совсем всплывало в разговоре, но на прошлой неделе меня слегка похитили.

— Что? — воскликнула Эрика.

— Все в порядке.

— Тебя похитили?

— Слегка похитили. Я «рас-похитил» себя, как только успокоительное перестало действовать, и парень, ответственный за это, с тех пор заперт.

— Ты должен объяснить все это прямо сейчас.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Это целая история, но нам нужно перейти к тому, что происходит сейчас. Парень, который похитил меня, сбежал, что, очевидно, не очень хорошо. Это просто мера предосторожности, но некоторые люди из службы безопасности прибудут очень скоро, чтобы убедиться, что он не придет за вами.

— Почему он должен прийти за нами?

— Не думаю, что он придет, — сказал Джейсон. — Он, вероятно, думает, что я погиб, когда мой самолет взорвался.

— ЧТО?

ДОЛГАЯ ИГРА

ДОЛГАЯ ИГРА

За то время, пока самолет Джейсона прибыл во Францию, обстоятельства на земле претерпели значительные изменения. Команду Сети из Сиднея встретил водитель, который повез их в направлении отделения Сети в Лионе для участия в оперативном брифинге.

— Красивый город, — сказал Джейсон, пока они ехали.

— Это было бы хорошее место для работы, если бы местное отделение не было гнездом гадюк, — сказала Ася. — Мы прошли долгий путь со времен дискуссионного клуба. Тогда я бы никогда не предвидела спасение из взрывающегося самолета в воздухе.

— Ты уверена, что местное отделение взяли под контроль?

— Вполне уверена, — сказала Ася. Она была проинструктирована Международным комитетом, пока они еще были в полете, передав информацию Джейсону и членам отделения в Сиднее.

Отделение в Лионе обнаружило, что их операционный директор стал изгоем и продал их ЭОА. Их Руководящий комитет понял, что если они не признаются во всем очень быстро, их отделение будет зачищено. Это редкое событие, учитывая, что сам Международный комитет не обладал такими полномочиями. Только по согласию большинства отделений Сети можно было принять карательные меры против одного из них. Пытаясь избежать этой участи, отделение в Лионе пригласило Международный комитет, дав им полную свободу действий, чтобы вмешаться и управлять операциями, пока местные дела не придут в порядок.

Офис Сети располагался не в одном из великолепных зданий Лиона, а в разочаровывающе обычном офисном парке. Как и в случае с отделением Сети в Сиднее, Джейсон мог обнаружить магический массив, защищающий основные секции здания. Их отвели в зону на первом этаже, которая не содержала чувствительных операций и не находилась внутри защитной магии массива.

В брифинг-зале, полном снующих людей, Джейсона представили нескольким лицам. Одним из них был Гектор Де Ланж, бельгиец из Международного комитета, который руководил разбирательством. Другим был лидер тактической группы реагирования Международного комитета, исполняющий обязанности директора по тактическим операциям Карен Эспиноза. Ее представил ему Брюс как исполняющую обязанности «Дитто».

— Я слышала, что вы можете сражаться как третья категория или лучше, — сказала Эспиноза Джейсону.

— Это зависит от обстоятельств, — сказал Джейсон.

— Что ж, мы собрали многоотраслевой взвод из трех секций по девять человек, с четырьмя третьими категориями в секции, — сказала Эспиноза. — Я готова взять вас, если вы хотите. Я хотела бы сама увидеть, на что вы способны.

Эспиноза была женщиной-пулей, воплощением деловитости. Большинство тактического персонала серебряного ранга, которых видел Джейсон, выглядели как модели для линии модной одежды в военном стиле. Даже с облагораживающими эффектами серебряного ранга Эспиноза была солдатом до мозга костей.

— Я бы хотел этого, исполняющий обязанности директора, — сказал Джейсон, — но я не уверен, что вы хотите меня. Какими бы ни были ваши цели в отношении Барбу и тех, с кем он находится, моя единственная цель — вернуть мою подругу. Скорее всего, это ставит нас на одну сторону, но если дело дойдет до выбора между тем, чтобы вернуть ее, или поймать Барбу, есть обстоятельства, которые могут настроить нас друг против друга. Вам, вероятно, лучше без такого обязательства в своих рядах.

Эспиноза окинула Джейсона оценивающим взглядом.

— Я ценю вашу прямоту, — сказала она. — Если вы не часть моей тактической операции, что именно вы собираетесь делать?

— Все, что потребуется, чтобы вернуть мою подругу, — сказал Джейсон. — Я надеюсь, что для этого потребуется позволить вам и вашей команде делать свое дело, но у меня такое чувство, что все пойдет не так гладко.

— Так бывает всегда, — сказала Эспиноза. — Хорошо, Асано. Я не хочу, чтобы вы бегали как изгой, если я могу этому помочь, так что как насчет этого: прикрепитесь к моей команде, и если вы собираетесь уйти, дайте мне знать.

— Вы очень любезны, исполняющий обязанности директора.

— Просто называйте меня Эспиноза, — сказала она. — У меня есть информация, что вы — решение нашей проблемы с эскалацией уровня монстров.

— В этом-то и идея, — сказал Джейсон.

— Вот почему мне сказали держать вас в безопасности и довольным. Честно говоря, я бы предпочла держать вас там, где я могу присматривать за вами. Если вы собираетесь создавать мне проблемы, я, по крайней мере, хочу видеть их приближение.

— Это звучит справедливо, — сказал Джейсон.

* * * Гектор и Эспиноза призвали комнату к порядку и начали брифинг по предстоящей операции. Все сидели, Джейсон сзади с отделением из Сиднея, а Ася сидела рядом с ним.

— Отделение в Лионе, — сказал Гектор, — скрывало больше, чем просто неучтенный черный объект. Мы знали о существовании этого черного объекта, хотя и не о его местонахождении. Это, как оказалось, был просто еще один слой дезинформации, призванный помешать нам осознать более глубокий секрет. Член Руководящего комитета отделения в Лионе объяснит. Мистер Абрео, если можно?

Изможденно выглядящий мужчина отошел от стороны комнаты, чтобы занять место Гектора за трибуной оратора. У него была аура бронзового ранга с вплавленным ядром, и нахождение в комнате, полной более чем дюжины серебряных рангов, не помогало уменьшить стресс, который, казалось, не давал ему выспаться.

— Меня зовут Пол Абрео, и, как сказал мистер Де Ланж, я являюсь частью Руководящего комитета отделения в Лионе. К сожалению, многие из решений, которые привели к тому, что мы все здесь сегодня, были, по крайней мере частично, моими. Меня попросили предоставить некоторый контекст, прежде чем мистер Де Ланж перейдет к деталям предстоящих операций.

Он коснулся сенсорного экрана на трибуне, и на настенном мониторе позади него появилась карта.

— В 1948 году, — сказал Абрео, — местные оперативники Сети обнаружили ряд аномальных факторов в пространстве вторжения, размерно сопряженном с областью недалеко от Сент-Этьена. Оно не только имело несколько апертур в регионе, что само по себе необычно, но пространство вторжения оставалось стабильным после обычного окна. Короче говоря, оно стало постоянным пространством измерения.

Джейсон задавался вопросом, есть ли на Земле какие-либо настоящие астральные пространства с того момента, как он узнал о прото-астральных пространствах. Теперь он получил свой ответ.

— Руководящий комитет отделения в Лионе в то время, — продолжил Абрео, — принял решение монополизировать пространство измерения и любые потенциальные выгоды, которые оно предлагало. Что означало скрывать его от остальной части Сети. В то время Сеть была гораздо более фракционной, чем...

— Оправдания могут подождать, — прервал его Гектор. — Релевантные детали, мистер Абрео.

Абрео вздохнул, явно неохотно.

— Чтобы монополизировать пространство, — сказал он, — требовалось скрыть астральное пространство от Сети. Очевидно, тот факт, что каждое отделение имеет доступ к сети, был проблемой, учитывая, что прямая цель сети — идентифицировать и контролировать пространства измерения. Поскольку это предшествовало компьютерному мониторингу, была некоторая свобода действий. Первоначальным действием было отключение сети в этой локальной области, утверждая, что произошел коллапс инфраструктуры. В то время как отделение сообщило Международному комитету, что они работают над его исправлением, они на самом деле разрабатывали средства для фальсификации активности сети.

Абрео сделал паузу, оглядывая комнату с тревогой.

— Они преуспели, — сказал он. — Этот сектор сети был отключен последние семьдесят лет.

Это заявление вызвало ропот недоверия.

— Преобладающая мудрость того времени, — громко сказал Абрео поверх шума, — заключалась в том, что с уже существующим пространством измерения другое не появится, что в любом случае делает сеть бессмысленной в этой области.

Оправдания Абрео только подлили масла в огонь, когда комната, полная членов Сети, взорвалась возмущением. Ася, сидящая рядом с Джейсоном, наклонилась за объяснением.

— Мы, члены Сети, можем быть склонны к межотделенческим политическим играм, — сказала она, — но нас объединяет чувство долга защищать наш мир. Никто из нас не слишком хорош, чтобы не быть хотя бы немного эгоистичным, но это нарушает основные принципы нашей объединяющей цели. Нет способа, которым они не зачистят отделение в Лионе после этого.

Гектор встал, чтобы успокоить группу.

— Будет время для взаимных обвинений позже, — сказал он. — Прямо сейчас есть работа. Мистер Абрео, пожалуйста, продолжайте.

Гектор снова уступил трибуну Абрео, который теперь столкнулся с глубоко враждебной аудиторией.

— Со временем наше отделение развило пространство измерения, которое стали называть пространственной крепостью. Оно было названо так как из-за природы пространства измерения, так и из-за его цели как окончательного запасного варианта в случае катастрофических событий, которые кажутся более вероятными сейчас, чем даже тогда.

Джейсон наклонился ближе к Асе.

— Катастрофические события? — спросил он.

— Растет обеспокоенность тем, что эскалация вторжений измерений может превзойти нашу способность вмешиваться, — сказала Ася.

— Вы говорите о монструозном апокалипсисе.

— Что-то вроде того, — сказала она, и Джейсон переключил свое внимание обратно на Абрео.

— ...оказалось под влиянием каждого последующего операционного директора, — продолжал Абрео. — Что приводит нас к Адриену Барбу. Я считал этого человека другом, поэтому я был предан так же, как и все остальные, откровением, что он работал с ЭОА. Как только я понял это, я, естественно, связался с Международным...

— Спасибо, мистер Абрео, — сказал Гектор, вставая. — Думаю, я могу взять все на себя отсюда.

Он заменил Абрео на трибуне, в то время как Абрео стоял в стороне, окруженный с обеих сторон бронзовыми рангами, которые не выглядели его подчиненными.

— Адриен Барбу, — сказал Гектор, — был частью высокосекретной и высокоизбирательной группы сотрудников отделения в Лионе, которые знали о так называемой пространственной крепости и работали в ней. Мы теперь полагаем, что он культивировал лоялистов изнутри рядов Сети и что он активизировал эту деятельность после того, как стал операционным директором. Очень вероятно, что любой и каждый в пространственной крепости — его человек, а не наш.

— В чем такая большая проблема с этим пространством измерения? — спросил кто-то спереди. — Что такого важного в пространстве вторжения, которое не исчезает?

— Ключевая особенность постоянного пространства измерения, — сказал Гектор, — заключается в том, что оно, по-видимому, имеет естественно повышенный уровень магии. Это означает, что окружающая среда полезна для пользователей эссенций, а также производит магические материалы. Что еще более важно, сущности измерений проявляются непосредственно в пространстве. В основном первой категории, но также и второй категории на регулярной основе, и в двух случаях — третьей категории.

Для Джейсона это звучало так, будто магическая плотность пространства была похожа на плотность Гринстоуна.

— Пространственная крепость — это охотничий заповедник СВ, — продолжил Гектор, — и за последние семьдесят лет отделение в Лионе накопило ресурсы. Самое критическое, они выяснили, как использовать пространство для создания духовных монет.

— Ферма духовных монет, — удивленно пробормотал Джейсон про себя.

— Пространственная крепость — это, возможно, самый важный стратегический актив на планете Земля или рядом с ней, — сказал Гектор. — Прямо сейчас Барбу засел внутри нее, запечатав апертуры изнутри. Он явно осознал, что выдал себя, будучи таким явным в своей попытке убить мистера Асано, который с нами здесь сегодня и является вторым по важности стратегическим активом, о котором мы знаем. Или Барбу, возможно, попытался убить его, потому что был готов сделать свой ход. Как бы то ни было, это спровоцировало какой-то инцидент на черном объекте отделения в Лионе. Мы все еще выясняем, что именно произошло.

— А как насчет пришельца, которого он держал на черном объекте? — спросил Джейсон.

— Мы подтвердили, что она была пленницей Барбу и ЭОА, когда они вошли в пространственную крепость, — сказал Гектор.

— Чего он надеется достичь? — спросил человек спереди. — Разве мы не можем просто охранять апертуры, чтобы он не мог выйти?

— Это то, что мы делаем прямо сейчас, — сказал Гектор. — У нас есть команды, которые, как мы знаем, Барбу не скомпрометировал, предотвращая его побег из пространства измерения. Однако называть ее пространственной крепостью — это не просто для вида. Он запечатал апертуры изнутри, и мы не можем войти. У нас есть специалисты по ритуалам, работающие над этим прямо сейчас, но они не оптимистичны. Прямо в эту секунду никто из нас не может сделать ничего, кроме как сидеть сложа руки и ждать.

— В чем смысл? — спросил человек спереди. — Если он застрял там, зачем вообще беспокоиться об этом?

— Барбу вербовал людей изнутри Сети, — сказал Гектор. — Он работал над тем, чтобы весь персонал, занимающий пространственную крепость, был лично лоялен ему. Он, скорее всего, имеет полный контроль над пространством. Наше текущее мнение состоит в том, что он играет в долгую игру. Либо он верит, что ЭОА вступит в конфликт с Сетью и освободит его, либо проблема эскалации пространства измерения намного хуже, чем принято считать, и пространственная крепость станет ключевым убежищем, которое он сможет использовать. У него есть ресурсы там, чтобы оставаться внутри без внешнего снабжения. На самом деле, пространство измерения было основным источником ресурсов для отделения в Лионе. Ему просто не нужно выходить.

Гектор коснулся сенсорного экрана трибуны, и две точки загорелись на карте.

— Это места расположения апертур в пространство измерения, — объяснил он. — Прямо сейчас есть люди, пытающиеся прорвать печати на этих апертурах. Мы находимся в режиме ожидания, пока одна из этих апертур не будет открыта.

Брифинг продолжался, но детали мало что значили для Джейсона. Он снова заговорил, когда Гектор призвал к вопросам.

— Где в этом пришелец? — спросил он. — Как она оказалась вовлечена?

— Для этого вам придется спросить мистера Абрео, — сказал Гектор, жестом приглашая Абрео вернуться к трибуне.

— Мы впервые узнали о пришельце, когда два аномальных сигнала появились в сети одновременно, в Австралии и здесь, во Франции. Наш сигнал был прямо у края мертвой зоны Сент-Этьена, близко к одной из апертур. Нашим первоначальным подозрением было то, что это как-то связано с попыткой исследования пространственной крепости другим отделением, которая пошла не так. Наши люди были размещены близко, рядом с апертурой, и мы действовали быстро, обнаружив женщину без сознания. Мы обезопасили ее ошейником подавления и переместили на черный объект.

Джейсон держал свою ауру сдержанной, но все в комнате почувствовали, как она закипела, словно ведьмин котел.

— Как только мы поняли, кто она и какой потенциал она представляет, — сказал Абрео, — мы уже прошли точку дипломатии. В любом случае, мы привыкли иметь ресурсы, которых не было у остальной части Сети, и знали, что если мы будем открыты об этом, Международный комитет заберет ее, чтобы улучшить общую способность других отделений сопротивляться вторжениям.

Комната снова была встревожена откровенным предательством их основной цели.

— Мы поняли, что австралийский сигнал, вероятно, был другим пришельцем. Поскольку мы ничего не слышали, это означало, что либо местное отделение там скрывало его, как мы с нашим, либо их пришелец был все еще на свободе. Адриен выступал за то, чтобы австралийский пришелец был захвачен или, в случае неудачи, устранен. Руководящий комитет неохотно согласился, при условии, что мы пошлем специалиста по скрытности, а не более агрессивную команду, которую хотел Барбу. Цель состояла в том, чтобы остаться незамеченными, или, по крайней мере, неидентифицируемыми, даже в случае неудачи.

— Что вылетело в трубу, когда я оставил вашего парня хромать к местному отделению, пока я убил его группу поддержки, — сказал Джейсон. — Простите, якобы убил его группу поддержки. Я совершенно этого не делал.

— Вы пришелец? — спросил Абрео, бледнея.

— Ага, — сказал Джейсон, вставая. — Итак, просто чтобы прояснить. Вы нашли мою подругу без сознания, нацепили на нее ошейник, поняли, что она не то, что вы думали, но вы уже слишком сильно испортили ей жизнь, чтобы сотрудничать, и решили пытать из нее все, что могли. Это было бы точным описанием?

Абрео стоял дрожа, слишком напуганный, чтобы ответить.

— Мистер Асано, — сказал Гектор. — Я понимаю, что вы эмоциональны, но, пожалуйста, сдержите свою ауру.

Джейсон посмотрел на Гектора так, что тот вздрогнул, прежде чем взял себя в руки.

— Кто-нибудь, покажите мне одну из этих апертур, — прорычал он.

МОМЕНТ ДЛЯ РЕШИТЕЛЬНЫХ МЕР

МОМЕНТ ДЛЯ РЕШИТЕЛЬНЫХ МЕР

Апертура находилась в палатке, установленной вокруг нее, с импровизированным военным лагерем, разбитым вокруг. История была обычной — учения по готовности к терроризму. Палатка была почти цирковых размеров, легко вмещая ритуалиста Сети, Гектора, Эспинозу, плюс Джейсона, с Асей и Абрео, с парой здоровенных бронзовых рангов в качестве сопровождения. Вдобавок ко всему был ритуальный круг вокруг апертуры.

Апертура обычно была бы невидимой, но ритуальный круг, начерченный под ней, заставлял ее потрескивать от энергии, обнаруживая свою круглую форму.

— Сэр, — сказал один из ритуалистов Сети, — у нас просто нет способа войти. Я не вижу средств сломать ритуал на другой стороне апертуры с этой стороны.

— Сколько времени потребуется, чтобы изменить это? — спросил Гектор.

— Сколько времени потребовалось, чтобы перейти от дисковых телефонов к сотовым? — спросил ритуалист. — Если только у вас нет где-то целой новой области магии, мы здесь закончили.

— Мистер Асано, — сказал Гектор. — Вы должны быть великим источником знаний из другого мира. У вас есть где-то целая новая область магии?

— Ага, — сказал Джейсон, не отрывая глаз от апертуры.

— Тогда, во всяком случае, приступайте.

Джейсон посмотрел вниз на специально изготовленные деревянные доски с начерченным на них ритуальным кругом. Они были плотно подогнаны друг к другу, чтобы не нарушить ритуальный круг. Джейсон сам нарушил ритуал, проведя ногой по меловой линии на магической диаграмме, и видимая магия, которую она содержала, рассеялась и исчезла.

— Выключите эти мана-лампы, пока они мне не понадобятся, — проинструктировал Джейсон. — Мне придется начать с ритуала гармонии, чтобы сбалансировать окружающую магию, для чего они мне не понадобятся.

Ритуал гармонии был одним из немногих малых ритуалов, которые не требовали магической плотности железного ранга. Он выполнял ту же функцию, что и расовый дар Клайва «Магическое равновесие», за исключением того, что требовал больше усилий, больше времени, некоторых малых духовных монет и был не так эффективен.

Клайв мог выровнять окружающую магию щелчком пальцев, делая такую тщательную работу, что ему никогда не нужно было корректировать свои ритуальные круги. Даже после выполнения своего первого ритуала и включения мана-ламп обратно, Джейсону все еще нужно было использовать порошкообразные малые ядра монстров, чтобы оценить, как его второй ритуал взаимодействует с окружающей магией.

— Это откроет апертуру? — спросил Гектор, когда ритуал Джейсона становился все более сложным. Джейсон постоянно обращался к записям Клайва, к которым ему повезло иметь доступ. Клайв хранил их вместе с книгами Джейсона по астральной магии, что было полезно для Джейсона после потери Клайва как ресурса.

— Не откроет, — сказал Джейсон. — Цель этого ритуала — выяснить, с чем мы имеем дело.

Когда он совершил ритуал, сначала показалось, что он похож на тот, что использовали ритуалисты, оставляя магию потрескивать над невидимой апертурой.

— Вот и все, — сказал ритуалист, довольный тем, что его не затмили.

— Подождите, — сказал Джейсон, глаза все еще прикованы к апертуре. Медленно произошел сдвиг в магии, и потрескивающая энергия начала формироваться в отчетливые фигуры. В конце концов, апертура была покрыта плавающими, светящимися рунами, которые сдвигались, сливались, разделялись и трансформировались в сложные узоры.

Тень появился из тени Джейсона, чтобы встать рядом с ним, к удивлению других людей в палатке, кроме Аси.

— Что думаешь? — спросил его Джейсон.

— У меня мало понимания ритуальной магии, — сказал Тень. — Однако на мой взгляд, она кажется менее сложной, чем печать, запирающая астральное пространство Ордена Жнеца.

— Так и есть, — сказал Джейсон. — Намного. Тем не менее, команде Клайва и Эмира потребовались месяцы, чтобы взломать ту печать. Тестирование, анализ, повторное тестирование. Даже если бы я не зависел от мана-ламп для этого, что я очень даже завишу, это будет отнимать много времени. Это может быть не месяцы, но я не Клайв. Если мне не повезет, как в лотерее, это займет недели.

— Вы говорите, что можете открыть ее? — спросил Гектор.

— Очень со временем, — сказал Джейсон и повернулся к Абрео. — Если ты что-то скрываешь, Абрео, сейчас самое время поговорить.

Джейсон подошел, чтобы встать перед Абрео, который съежился, только чтобы наткнуться на одного из своих неподвижных сопровождающих.

— Если я обнаружу, что ты мог помочь мне здесь, но не сделал этого, — сказал ему Джейсон, его голос был низким и резонирующим, — Сеть не сможет защитить тебя от меня. Я сделаю с тобой то, что твои люди не смогли сделать со мной, и заберу тебя. Последующие последние несколько недель твоей жизни будут опытом, который невозможно описать, только почувствовать. Ты знаешь, каково это — когда твою душу вычищают, мистер Абрео? Это меняет тебя. Оставляет след. Никакое лечебное зелье или магическая сила не могут отменить это.

Взгляд Абрео задержался на шрамах на лице Джейсона, когда он задрожал, почти трясясь. Страх окрашивал его ауру, как яд, даже когда аура Джейсона раздавила ауру Абрео в ничто, давя на его душу, как нож к горлу.

— Я ничего не могу сделать, клянусь! Я не знаю способа войти. Это все было на управлении Адриена. О боже, пожалуйста, поверьте мне!

Охранники Абрео были с широко открытыми глазами от демонстрации силы ауры, но когда они взглянули на Гектора, он покачал головой, сигнализируя им не вмешиваться. Джейсон ослабил подавление ауры и повернулся обратно к апертуре.

— Затратить недели, чтобы пробиться, лучше, чем не пробиться вообще, — сказал Гектор. — Они заперты и никуда не денутся.

— Недостаточно хорошо, — сказал Джейсон.

— Очевидно, мы будем искать альтернативы, — сказал ему Гектор, — но это достаточно исключительный случай, что мы можем войти туда в конечном итоге. Пробиться прямо сейчас невозможно. Нам нужно принять это и направить нашу энергию туда, где она действительно может чего-то достичь.

— По моему опыту, — сказал Джейсон, глаза снова прикованы к апертуре, — многое из того, что люди называют невозможным, — это нежелание принять цену движения вперед.

— Мистер Асано, — сказал Тень. — Я беспокоюсь, что вы собираетесь принять решение с долгосрочными последствиями в пылу момента.

— Вы умный парень, Тень, — сказал Джейсон. — Именно это я и собираюсь сделать.

Способность: [Нирваническая трансфигурация]

* Эта способность будет развита из способности [Астральное сродство]. * Ваше тело и душа будут объединены в гештальт-сущность, физическую и духовную по своей природе. Это состояние даст врожденное сопротивление эффектам, использующим разъединение души и тела. * Природа вашего нового тела сделает вас невосприимчивым к эффектам воскрешения, включая эффекты высокоранговой целительной магии. Если ваше тело будет расформировано, ваша душа вернется в чисто духовное состояние, неспособная вновь вселиться в физическую форму или вновь войти в физическую реальность. Это предотвращает естественное формирование тела пришельца при входе в физическую реальность. Эти ограничения изменятся при достижении алмазного ранга. * При получении смертельного урона, вместо смерти, ваше новое тело подвергнется нирваническому перерождению, возвращаясь в состояние полной целостности. Этот эффект не может быть вызван снова, пока вы не повысите ранг с момента последнего его использования. Эта способность изменится при достижении алмазного ранга. * Сила вашей ауры значительно увеличится. * Ваше сопротивление враждебным эффектам измерения и урону от разрушительной силы будет увеличено. Это усиление способности [Астральное сродство]. * Эффект ваших эффектов измерения и ваш трансцендентный урон будут увеличены. Это наследуемый эффект способности [Астральное сродство]. * Физическая реальность вокруг вас будет более стабильной. Вы сможете чувствовать близлежащие апертуры астрального пространства и прото-астральные пространства, сопряженные с вашим местоположением. * Вы сможете пересекать апертуры астрального пространства, включая те, которые закрыты или были запечатаны. * Вы сможете напрямую входить в прото-астральные пространства, сопряженные с вашим местоположением, или напрямую покидать прото-астральное пространство в сопряженное местоположение. * Находясь внутри астрала, вы сможете создавать и поддерживать небольшую зону физической реальности вокруг себя. Это не дает способности входить в астрал или перемещаться по нему.

Из многих эффектов странной способности, предложенной ему Мировым Фениксом, способность проходить через запечатанные апертуры астрального пространства казалась второстепенным соображением. В этот момент это была более важная сила, чем возвращение из мертвых.

— У вас были обоснованные сомнения по поводу этой силы, — сказал Тень. — Более мудрым курсом было бы взять некоторое время, чтобы остыть и обдумать последствия получения этой силы.

— Я уже знаю последствия того, что не приму ее, — сказал Джейсон. — Фарра в руках этого человека неделями, пока я подбираю замок, когда мог бы проскользнуть в окно.

— Вы не задумывались, что вам могли предложить эту силу в ожидании именно этого сценария? — спросил Тень. — Мировой Феникс вполне мог поместить ее туда, где она прибыла, как часть проектирования этого результата.

— Конечно, мог, — сказал Джейсон. — Но даже если это план Мирового Феникса, то, что я это знаю, не означает, что он не сработает. Это то, что мне нужно прямо сейчас, и что я сказал, Тень?

— Что бы ни потребовалось, — сказал Тень. — Это не тривиальный выбор, мистер Асано. Джейсон, это изменит тебя. Фундаментально.

Джейсон наконец оторвал глаза от апертуры, чтобы посмотреть на Тень.

— Ты никогда раньше не называл меня по имени.

— Это момент для решительных мер, мистер Асано. Я верю, что у вас есть потенциал достичь вершины силы и сбросить оковы смертной жизни. Это решение, которое может следовать за вами вечность.

Джейсон долго смотрел на Тень, затем повернулся обратно к апертуре.

— Тень, ты помнишь, что мой отец говорил о больших решениях?

— Да, — сказал Тень. — Он советовал подумать о том, каким человеком ты хочешь быть.

— Если я собираюсь жить с этим вечно — а я думаю, что это гораздо большее «если», чем ты предполагаешь, — то я хочу быть человеком, который решил сделать все, что мог, чтобы спасти своего друга.

— Тогда у вас есть ваше решение.

— Не думаю, что кто-то хочет просветить меня, о чем вы говорите? — спросил Гектор.

— Нет, — сказал Джейсон.

* Вы можете принять способность [Нирваническая трансфигурация]. Принять Д/Н?

Джейсон мысленно принял предложение, и серебряный свет засиял изнутри его тела. Свет лился из его рта и глаз, просвечивая сквозь кожу, делая видимыми его вены и даже скелет. Боль началась рано, не только в теле, но и в душе, но это было то, что он уже переживал в прошлом.

Остальные люди в палатке смотрели, пораженные, как свет, исходящий от него, становился ярче. Они отступили, когда одежда Джейсона распалась вокруг него, а кожа становилась все более прозрачной. Вены и артерии в его теле поглощались, исчезая, по мере того как его тело уходило все дальше от человеческой нормы. Только его кости и шрамы на теле оставались видимыми в его все более прозрачной плоти.

Ритуал на апертуре был смыт, и зрители полностью покинули палатку, почувствовав странный вихрь магии, сосредоточенный на Джейсоне. Вскоре после этого сама палатка распалась, как и его одежда. Тактические подразделения Сети бросились окружать его на безопасном расстоянии, линия огня магического оружия была направлена в его сторону.

Плоть Джейсона завершила переход к прозрачности, сделав его шрамы еще более заметными. Зрители наблюдали, как белые кости его скелета превращались в серебряный металл.

Как только этот процесс был завершен, аморфная муть появилась внутри его прозрачной формы, как пятно. Она переместилась на поверхность его тела и выплеснулась, приземлившись на землю кусками прогорклого ихора. Ужасный запах его узнал каждый пользователь эссенций, прошедший через свои собственные чистки.

— Он повышает ранг? — спросил Гектор.

— Я не знаю, — сказала Ася, стоя рядом с ним. — Так выглядит повышение ранга до третьей категории?

— Нет, — сказал Гектор. — Нет, это не так.

Для Джейсона процесс соперничал с имплантацией звездного семени по боли как для тела, так и для души, его рот был широко открыт в безмолвном крике. Казалось, что его тело и душа разрываются на части, а затем сплетаются обратно. Он пошатнулся и упал на руки и колени, разум был поглощен ничем, кроме боли. Он заставил себя подняться обратно на ноги, полный вызова.

Зрители увидели три энергетических шара внутри прозрачного тела Джейсона, кружащихся друг вокруг друга за его грудной клеткой. Один был сферой чистой тьмы, в то время как другой был блестящим шаром крови. Третий был сине-оранжевым глазным яблоком, которое излучало чувство глубины и силы, как будто предупреждая зрителей против зондирования слишком близко своими магическими чувствами и риска аннигиляции при привлечении внимания глазного яблока.

Тело Джейсона снова начало приобретать мясную непрозрачность. Гребень на его спине, который исчез вместе с его плотью, проявился внутри него, прежде чем переместиться наружу, когда его кожа снова потеряла прозрачность. Свет, исходящий от его тела, медленно потускнел до нуля. Он остался стоять голым, окруженный людьми, нацелившими на него оружие. Большая часть ихора была насильственно выброшена, но его осталось достаточно, чтобы испортить большую часть его кожи неприятным осадком. Волосы со всего его тела снова выпали.

Он был неустойчив на ногах, спотыкаясь и чуть не падая, когда сделал шаг. Он чувствовал себя глубоко другим как для себя, так и для людей вокруг него. Для него это было похоже на связь со вселенной вокруг него, его магические чувства и чувства ауры были массово усилены. Он даже почувствовал что-то странное, что, как он подозревал, было мембраной измерения, отделяющей физическую реальность от астрала. Апертура, которая раньше появлялась только для его магических чувств, теперь была ясно видна для него.

Для персонала Сети с чувствами ауры Джейсон был трансформированным существом. Его аура всегда была мощной, но теперь она ощущалась как твердый объект, такой же реальный, как земля под их ногами.

Он вытащил один из своих немногих драгоценных флаконов с кристальной промывкой и опрокинул его себе на голову, смывая ихор со своего тела. Он игнорировал свою наготу и людей с оружием вокруг него. Тень появился из его тени.

— Могу я предложить немного мази для роста волос мистера Тиллмана, — предложил Тень. — Затем, возможно, штаны.

— Конечно, — сказал Джейсон, вытаскивая баночку мази для роста волос Джори. — Можешь?

— Конечно, — сказал Тень, беря баночку. Он рассудительно нанес ее на голову и брови Джейсона, пока Джейсон приходил в себя, чувствуя себя совершенно истощенным. Тень, в отличие от Джейсона, мог использовать мазь, не беспокоясь о том, что волосы вырастут из его пальцев.

Темный туман окружил Джейсона, и когда он исчез, он был одет в свои боевые мантии, а Тень подстригал его непослушные волосы и густые, алхимически выращенные брови. Гектор подошел, Ася плелась позади.

— Мистер Асано, — сказал Гектор. — Что именно только что произошло?

— Я объясню позже, — сказал Джейсон, затем вытащил зелье восстановления и сделал глоток. — После того, как я разберусь с вашим персоналом-изгоем.

Он зашагал к апертуре и исчез в ней.

* * * — Ваш операционный директор не шутила, когда предупреждала меня, что он — та еще головная боль, — сказал Гектор Кетеван в палатке командования лагеря.

— Справедливости ради, — сказала Ася, — его подруга была похищена, и ясно, что она очень важна для него. Не говоря уже о том, что люди, стоящие за всем этим, подпадают под наш зонтик. Вы думаете, его волнует, из какого они отделения или стали ли они изгоями? С его точки зрения, Сеть похитила и пытала его подругу, затем похитила и пыталась убить его. Я не уверена, что терпела бы нас, если бы была на его месте.

— Он нуждается в нас, — сказала Кетеван.

— Нуждается ли? — спросила Ася. — Я не знаю, что такое Мировой Феникс, но, насколько я могла понять, он предложил ему силу, которую я определенно не понимаю. С такой поддержкой, даже если он неохотно принимает ее, что он может получить от нас, что сравнится с этим?

Функционер Сети ворвался в палатку.

— Мистер Де Ланж, — сказал он. — Мы допрашивали первоначальных наблюдателей апертуры, которые все являются людьми Барбу. Они сбежали после того, как пространство измерения было запечатано, но нам удалось поймать нескольких, и мы заставили одного из них говорить.

— Почему они не прошли вместе с остальными? — спросил Гектор.

— Некоторые прошли, насколько мы можем судить, — сказал функционер. — У остальных были различные задачи. Одной из которых было предоставление машины, когда Барбу покинул пространство измерения через другую апертуру, непосредственно перед тем, как она была запечатана. Он был один. Ни ЭОА, ни пленника. Его люди дали ему машину, и это было последнее, что они видели от него.

СОРВАННЫЕ ПЛАНЫ

СОРВАННЫЕ ПЛАНЫ

Пара, наблюдавшая за проемом изнутри астрального пространства, даже не была ранга железа. Два воплощения Тени вырвались из тени Джейсона, как только он появился из проема, и применили атаки, высасывающие ману, что мгновенно вырубило стражников, поскольку маны для высасывания у них не было. Джейсон едва обратил на них внимание, призывая свой плащ из звездного света и оглядываясь по сторонам.

Астральное пространство представляло собой взаимосвязанную коллекцию ветхих поместий и разрушающихся замков, возвышающихся над непроницаемым туманом. Они были соединены сетью мостов, похожей на паутину, и ни один из них не выглядел безопасным для ходьбы. Некоторые были из гнилого дерева, другие — каменными арками, изъеденными эрозией. Что касается самих зданий, то половина или более каждой постройки обрушилась, обнажая внутренние помещения.

Туман внизу полностью скрывал землю, если она вообще там была. Астральные пространства подчинялись своим собственным правилам, и туман мог скрывать не что иное, как бесконечное падение в ничто. Небо было темным и штормовым, наполняя воздух моросью. В воздухе стоял влажный холод, неприятный настолько, что, казалось, игнорировал сопротивление Джейсона ранга бронзы к экстремальным температурам.

Проем выходил в комнату деревянного поместья. Внешняя стена обрушилась, открывая панорамный вид на окрестности, хотя крыши осталось достаточно, чтобы защитить его от мороси. На полу был начертан магический круг — печать, наложенная на проем.

— Это астральное пространство, кажется, хорошо подходит твоему боевому стилю, — заметил Тень. — Сложное окружение, полное темных углов.

Джейсон кивнул. Согласно разведданным Сети, здесь находилось неизвестное количество бойцов ранга железа и бронзы, плюс десять или более элитных Преобразованных ЭОА.

— Ты собираешься снимать печать с проема? — спросил Тень.

Джейсон потратил мгновение на раздумья.

— Нет, — решил он. — Небольшая армия карателей Сети не даст мне преимущества. Мы здесь ради Фарры, а не для того, чтобы втягивать сюда ЭОА или отступников Сети. Элемент внезапности ценнее, чем численное превосходство, если наши приоритеты не совпадают.

— Значит, проводим разведку?

— Да, — сказал Джейсон. — Пойдем найдем ее.

Джейсон воссоединился с телом, которое Тень отправил во Францию некоторое время назад, что дало ему доступ к шести воплощениям Тени. Пять из них отправились исследовать астральное пространство, а последнее осталось с Джейсоном, который двинулся в путь сам.

* * * Все начало идти не по плану в астральном пространстве, когда Барбу тихо ускользнул. Поначалу подумали, что с ним что-то случилось, и организовали поиски, пока не обнаружили, что он сбежал еще до того, как были установлены печати. Это стало сюрпризом как для ЭОА, так и для основной массы предателей из Сети. Они объединились с Барбу в ожидании, что он будет руководить ими во время пребывания в межпространственном пространстве.

ЭОА поняли, что он ушел, после допроса одной из пар, следивших за печатью. Они были всего лишь ранга железа, и Барбу не дал им никаких указаний, кроме как запечатать проем за ним после его ухода.

Оставшись без единого руководства, люди разделились на фракции влияния, заполнившие вакуум власти. ЭОА и персонал Сети ранга бронзы объединились, чтобы запугать бойцов ранга железа и обычных людей, многие из которых хотели покинуть межпространственное пространство и сдаться Сети. Это было не лучшим началом, учитывая, что целью было обосноваться здесь на месяцы, если не на годы, прежде чем события снаружи задействуют это межпространственное пространство.

Стали поступать сообщения, что в тенях заметили какое-то движение, причем не в одном месте. Поскольку никто не мог точно определить, что это такое, предположили, что это монстр второй категории скрытного типа. Как только они поняли, что их было больше одного, группа отправила людей на поиски, чтобы остановить их. Прямое появление монстров в межпространственном пространстве было угрозой, которую они не могли позволить себе игнорировать.

* * * — Похоже, это работает, — сказал Тень. — Они разделились на небольшие поисковые группы.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Следи за Фаррой, пока я прореживаю стадо. Как только она окажется достаточно изолирована, дай мне знать, и я приступлю.

* * * Они не заметили, как из-под выступа поднялась теневая рука. Они заметили неладное только тогда, когда одного из существ первой категории стащили за край, и он с криком рухнул в туман. Один из его товарищей подбежал к краю, чтобы посмотреть, даже когда лидер второй категории выкрикнул предупреждение. Безрассудного человека тоже дернули, и он последовал за первым в туман внизу.

Трое оставшихся оперативников Сети сбились в кучу посреди комнаты, поглядывая на край, но не приближаясь. Они вели наблюдение в других направлениях, держа оружие наготове, и сразу заметили фигуру, шагнувшую в дверной проем, дверь в котором давно сгнила. Это было нечто смутно гуманоидной формы, завернутое в окровавленную, рваную ткань. Они немедленно открыли огонь из своего зачарованного оружия. Пули врезались в ткань, но были поглощены с минимальным эффектом.

Они чувствовали силу второй категории, исходящую от сущности. Когда она вошла в комнату, лидер метнул сферу сжатого воздуха, которая ударила по существу и разнесла его на куски гораздо легче, чем ожидалось. Оно взорвалось, и куски плоти разлетелись по комнате. Мгновение спустя они поняли, что куски плоти — это не останки странного существа, а рой пиявок. Пиявок, которые теперь цеплялись за стены, пол и потолок с той стороны комнаты, где находились выходы.

* * * Лучи синего и оранжевого света, словно от какого-то футуристического энергетического оружия, косили обычных людей и бойцов ранга железа, когда те пытались бежать. Следом за ними двигалась туманная сущность, а сферы, парящие вокруг нее, были источником смертоносных лучей. Она едва мерцала, когда сквозь нее проходили случайные магические пули, в то время как бегущие жертвы в отчаянии стреляли назад, отступая.

* * * Четверо элитных Преобразованных ЭОА пробирались через руины некогда огромного замка. Они обнаружили странную сущность, преследующую их в тенях, видимую лишь как скопление далеких звезд в ночном небе.

Оружие второй категории, которое дал им Барбу, не возымело эффекта. Пули не проходили сквозь сущность, чтобы ударить в стену позади, а останавливались намертво, беззвучно падая на пол. Сущность отслеживала их движения, исчезая из одной тени и появляясь в другой.

— Она не выйдет из темноты, — сказал один из них. — Просто держитесь подальше от теней.

— Оглянись, гений. Здесь повсюду чертовы тени.

— Она даже не атакует, — сказал третий. — Может, нам просто игнорировать ее?

— Мы здесь буквально для того, чтобы найти того монстра, который крался в тенях, — сказал последний. — Теперь, когда это сделано, как игнорирование этой штуки может быть правильным следующим шагом?

— Ну, стрельба по ней ничего не дала, — сказал третий. — Не я назначал всех парней с татуировками зрения в другие группы.

— Так что нам делать? — спросил второй.

— Э-э, парни? Куда она делась?

Они огляделись, осознав, что каждая тень пуста. После того как звездная сущность так неотступно преследовала их, ее внезапное исчезновение обескураживало. Затем они услышали крик неподалеку.

* * * Член ЭОА споткнулся о край и с криком рухнул вниз.

— Сука! — сказал его товарищ, нанося ответный удар Фарре. Она только что сбросила мужчину с края здания. Ее руки были в наручниках, но она использовала связанные руки, чтобы перехватить удар и запутать его. Затем она подхватила его пожарным захватом и выбросила за край вслед за его товарищем.

Она хорошо выбрала момент. Они вели ее через то, что она считала астральным пространством, учитывая необычное окружение. Здесь было больше опасных узких мест, чем безопасных, и она притворялась покорной пленницей, пока один из них не проявил небрежность и не подошел слишком близко к краю. Теперь она была свободна, но ключи от ее наручников и кандалов улетели за край вместе с двумя мужчинами.

* * * Группа оперативников ЭОА и Сети нашла друг друга, обе стороны потеряли людей. У многих плоть чернела от гнили.

— У вас есть целители, верно? — спросил один из ЭОА.

— Он первым убрал целителей.

— Он?

— У него был мужской голос, когда он произносил эти жуткие заклинания. Это пользователь эссенций. Вероятно, тот самый, о котором предупреждал Барбу.

— Какой еще пользователь эссенций. Это какой-то теневой монстр.

— Тени не используют огромные страшные ножи. Это выглядело как жертвенный кинжал, и я не собираюсь быть чьей-то жертвой.

— Это просто парень. Я уверен, что попал в него своей способностью «Копье с зазубринами». Это должно было причинить ему боль.

— Так и было, — раздался холодный голос. В нем была резонирующая нотка, которая мгновенно привлекла внимание и заставила пробежать холодок по спине.

— Ты ведь Асано, верно? — спросил человек со способностью копья. Он был одним из тех, чья плоть почернела. — Если мы можем заставить тебя кровоточить, мы можем заставить тебя умереть.

— Вы будете не первыми. Твоя кровь принадлежит не тебе, а мне — на пир.

Жизненная сила мужчины вышла из его тела красным свечением; большая ее часть устремилась прочь, чтобы быть поглощенной тьмой. В этот момент плоть мужчины заметно иссохла.

— Там! — крикнул один из них, указывая в сторону потока жизненной силы. В том направлении полетели пули и способности, как раз когда истощающая сила иссякла. С другой стороны появилась теневая фигура, бросившаяся вперед, чтобы вонзить в открытую шею богато украшенный черно-красный кинжал.

* * * Фарра остановилась и спряталась, заметив странную фигуру, пересекающую деревянный мост в ее направлении. Это выглядело как гуманоид в плаще, но полностью сотканный из проявленной тьмы.

— Мисс Хурин, — произнес голос. — Я был послан, чтобы помочь вам.

Фарра вышла из-за полуразрушенной стены.

— Помочь мне как?

Фигура бросила в нее небольшой предмет, но вместо того чтобы поймать его, она увернулась. На землю упал маленький ключ. Присмотревшись, она узнала его: сделан грубо, но соответствовал стандартному дизайну отмычки для ошейника подавления. Она подняла его и прижала к ошейнику на шее, который со щелчком открылся.

Она сорвала ошейник и выбросила его за край здания, где он исчез в тумане. Фарра мгновенно почувствовала облегчение от того, что магия впервые за долгие годы хлынула в нее. Ее запасы маны давно иссякли, оставив ее с постоянной пульсирующей головной болью, но наконец они начали восстанавливаться. Она повернулась к теневой фигуре, которая держалась на почтительном расстоянии, на полпути через мост.

— Меня зовут Тень. Могу я предложить вам зелье восстановления?

— Вы сказали, что вас послали помочь мне, — настороженно произнесла она.

— Совершенно верно, — сказал Тень.

— Кто вас послал?

* * * Снаружи астрального пространства команда ритуалистов, изучавшая проемы, отчитывалась перед Гектором. Они стояли перед проемом, в который вошел Асано, пока логистическая группа готовилась собирать еще одну палатку.

— Мы понятия не имеем, что сделал Асано, — сказал главный ритуалист. — Но он не открыл проем для нас. Мы изучили все варианты в нашей базе знаний, и простой факт заключается в том, что эти проемы не откроются.

Проем внезапно открылся, и из него вывалился десяток людей, выглядевших по-разному: напуганными, полумертвыми или и то, и другое. Мгновение спустя они оказались окружены людьми с направленным на них оружием.

— Мы сдаемся! Просто держите то, что вы туда отправили, подальше от нас!

* * * По пути к швейцарской границе Адриен Барбу остановил машину, чтобы воспользоваться точкой доступа Wi-Fi, и вошел в приватный чат. Вскоре после этого вошел второй человек и отправил приглашение в видеочат. Он принял его, и на экране появилось лицо суровой женщины.

— Миссис Уэст, — сказал он. — Сделано. Мои оставшиеся контакты в Сети сообщили, что они получили доступ к межпространственному пространству быстрее, чем ожидалось, но в остальном все прошло так, как вы и направляли.

— Иномирец, Асано?

— Да.

— Это нам на руку, — сказала Уэст. — Чем большую ценность он представляет для них, тем больше они будут верить, что нашей целью был другой иномирец. Как только они поверят, что сорвали наши планы, они не будут искать наш истинный замысел. Вы ведь поддерживали версию, что иномирец был нашей целью, для всех вовлеченных, да?

— Да, миссис Уэст. Никаких промашек.

— Хорошо. Вы отлично справились, Адриен.

— Я удивлен, что вы были готовы пожертвовать командой элитных Преобразованных, — сказал Адриен.

— Вторые категории скоро устареют, — сказала миссис Уэст. — Все, что ниже третьей категории, является расходным материалом для плана. Теперь, когда ваша часть с Сетью завершена, вы узнаете остальное, как только прибудете сюда. Ваш контакт встретит вас в Цюрихе, как и было оговорено.

— Спасибо, миссис Уэст.

* * * В лос-анджелесском отделении Сети операционный директор стояла у окна, а ее помощник, Клири, стоял рядом.

— Мэм, нам нужно ускорить вербовку иномирца. Как только он получит другого иномирца, Асано может переключить свое внимание на деятельность Сети. Если он научит другие отделения, как достичь внепрофильного развития, это подорвет наше преимущество. Даже простого знания о том, что это возможно, уже достаточно плохо.

— Они всегда знали, Клири. В большинстве отделений есть кто-то, решивший взломать внепрофильное развитие. Процесс не так уж сложно понять. Физические тренировки и медитация — это вряд ли эзотерические практики. Им просто не хватает специфических техник, чтобы сделать эти практики эффективными.

— Которые Асано уже согласился им дать.

— Которые он не даст, потому что он присоединится к нам. Время — это все, Клири. Он никогда бы не пошел на контакт, пока другой иномирец не был бы спасен. Теперь, когда ее спасли, пришло время воспользоваться ситуацией. Сиднейское отделение подвело его, а лионское отделение сделало его своим врагом. Теперь он готов иметь дело с людьми, которые знают, что делают.

ТОТ ЕЩЕ ГОД

ТОТ ЕЩЕ ГОД

Фарра почувствовала пугающе сильную ауру сверху и подняла взгляд, увидев зрелище, которое всколыхнуло сильное воспоминание. Мужчина медленно спускался по воздуху, используя плащ из наполненной звездами тьмы. Он легко приземлился на мост перед теневым существом. Помимо плаща, на нем были темные боевые одежды и меч на бедре, который она сразу узнала. Он откинул капюшон, и она увидела лицо, одновременно знакомое и чужое.

Теневой человек, Тень, назвал ей имя этого мужчины, но ей все равно было трудно поверить, даже глядя прямо на него. Самодовольная, вечная полуухмылка была той же самой, но располагалась над лишь слегка нескромным подбородком. На этом подбородке был шрам, а еще один шрам пересекал бровь. Самой поразительной физической чертой была пара глаз, серебристых и слабо светящихся. Однако по сравнению с аурой, исходящей от мужчины, глаза были совершенно обыденными.

Она никогда не чувствовала ауру ранга бронзы, хоть сколько-нибудь близкую к этой по силе. Она была властной, несгибаемой и решительной, с подтекстом, который она с шоком узнала как прикосновение божественности. Ощущалось безошибочное присутствие ауры пользователя эссенций, но также отчетливо что-то еще. Как и внешность мужчины, его аура была узнаваемой и в то же время странной и новой для нее. Она была твердой так, как она никогда не чувствовала ни от одной другой ауры, словно это была не проекция души, а сама душа, стоящая прямо перед ней.

— Что ты такое? — спросила она.

— Что? — сказал мужчина. — Даже не «кто»? Ого, это грубо.

— У тебя плохо получается его имитировать, — сказала она. — Как будто ты действуешь по смутному описанию.

— Тоже жестко. Ты многое пропустила, Фарра.

— Ты слишком высокий, — сказала она. — Твоя кожа слишком чистая. Я не уверена, что там со шрамами, но нужно многое, чтобы оставить шрам на пользователе эссенций. Твой голос слишком глубокий, я даже не могу описать, насколько аура неправильная, и глаза совсем не те. Ты даже ранг не смог подобрать. Как будто ты скопировал его, но не смог удержаться, чтобы не сделать его более впечатляющим, чем он есть на самом деле.

— Ну, это уже становится обидно, — сказал он и повернулся к Тени. — Что не так с моими глазами?

— Они изменились, когда ты получил силу, — сказал Тень. — Я не упомянул об этом, когда это случилось, потому что были другие соображения.

— Ты не мог сказать что-то, когда занимался моими бровями?

— Ты был весьма сосредоточен в то время.

— Справедливо. Они хорошо выглядят?

— Они очень красиво подчеркивают твои темные волосы. Тебе действительно стоит отрастить бороду обратно.

— Я просто позволю ей отрасти самой. У меня осталось не так много крема для волос Джори.

— Ау? — спросила, казалось бы, забытая Фарра.

— О, только тебе позволено быть грубой? — спросил он. — Ты ведь знаешь, что умерла, да?

— Воспоминания смутные, но да, — сказала она.

— Я выступал на твоих поминках, знаешь ли. Я был просто великолепен. Руфус сказал, что стоило умереть только ради того, чтобы услышать мои прекрасные слова. Гэри ревел, как маленький мальчик с разбитой коленкой. Сопли размазались по его шерсти; это был полный бардак.

— Это правда ты? — спросила она дрожащим голосом.

Он одарил ее знакомой ухмылкой. — Я знал, что моя харизма проявится.

— Не могу представить ни одного оборотня с таким отсутствием достоинства, чтобы нести столько чуши, — сказала она, и в уголках ее глаз выступили слезы.

* * * Как только Тень сказал ему, что нашел ее, Джейсон помчался через астральное пространство, связывая теневые прыжки, чтобы добраться до нее как можно быстрее. Он спрыгнул с крыши замка, паря вниз, когда увидел, как она подозрительно смотрит на Тень. Она почувствовала его ауру и подняла взгляд, наблюдая за ним как за незнакомцем, даже когда он приземлился и открыл лицо.

Она выглядела не лучшим образом — худая, грязная, а волосы превратились в легкий пушок. По крайней мере, они дали ей какую-то одежду, спортивные штаны и футболку, но она все еще была босиком. Она смотрела на него настороженными глазами.

— Что ты такое? — спросила она.

Он понял, что, несмотря на то, что она заложила основу того, кем он был, она пропустила большинство его трансформационных опытов. Неудивительно, что она смотрела на него как на незнакомца. Его личный герб нельзя было подделать, но она никогда его не видела. Его аура и даже его ранг были солнцем и луной по сравнению с тем, что она знала, не говоря уже о его внешности. Плащ из звезд, безусловно, помогал, но если он собирался убедить ее, что он — это он, ему нужно было действительно быть собой.

Он начал говорить.

Он наблюдал, как узнавание и надежда медленно проступают на ее лице, пока он шутил.

— Не могу представить ни одного оборотня с таким отсутствием достоинства, чтобы нести столько чуши, — сказала она. — Покажи мне Колина. Его трудно подделать.

Он поднял руку, ладонь которой стала скользкой от крови, свернувшейся в пиявку с ужасающими зубами миноги.

— Мне больше не нужно резать себя, чтобы вытащить его, — сказал Джейсон. — Преимущества повышения ранга.

Она уставилась на пиявку у него в руке, которая покачивалась из стороны в сторону, что выглядело как-то весело, несмотря на то, что это был крошечный кровососущий монстр.

— Думаю, он скучал по...

Она рванулась вперед со скоростью пика ранга бронзы, чуть не сбив его с ног, когда обхватила его руками, вцепившись так, будто он был ее защитным одеялом. Колин был отброшен, но его ловко поймал Тень. Джейсон почувствовал, как все ее тело дрожит, пока она рыдала у него на плече.

— О, эй, — мягко сказал он, осторожно обнимая ее.

* * * После монеты духа ранга бронзы, зелья восстановления, третьего с конца флакона с кристальной промывкой Джейсона, большей части оставшейся мази для волос и на удивление профессиональной стрижки от Тени, Фарра стала больше похожа на себя. Не совсем так, как он помнил, в джинсах, блузке и куртке, но гораздо ближе, чем в ее воспоминаниях о нем.

Ее собственная одежда давно исчезла. Ее каменный сундук (пространство) был ее человеческим расовым даром, связанным с ее эссенцией земли, и был бы пуст в любом случае, даже если бы она могла получить к нему доступ. Джейсон извлек его содержимое год назад.

У Джейсона не хватило присутствия духа приготовить для нее одежду. Тень взял на себя инициативу подобрать ансамбль, оставив соответствующие деньги в кассе магазина, из которого он их взял.

Они сидели на краю кирпичной крыши, свесив ноги вниз. Она прислонилась к его руке, успокоенная физическим контактом.

— Как долго? — спросила она.

— Год.

— Это был тот еще год.

— Ты даже не представляешь. К счастью, у нас будет полно времени, чтобы я все объяснил. А еще, довольно много записей.

— Ты продолжал делать те записи для своей семьи?

— О, да. Они даже начали их смотреть.

— Как ты отправил их обратно в свой мир?

— О, черт, — сказал Джейсон, и его осенило. — Фарра, это астральное пространство не привязано к твоему миру. Оно привязано к моему.

— Это был твой мир?

— Да. Ты не поняла, что это другая реальность?

— На меня надели ошейник, и я проводила почти каждую минуту либо без сознания, либо брошенная в яму, — сказала она. — Значит, ты вернулся.

— Да. Послушай, нам действительно пора двигаться. По дороге домой будет больше времени для объяснений. Мы сейчас не на той стороне планеты.

Джейсон испытал странную безэмоциональную ясность в моменты после собственных пыток и плена, но когда эмоции наконец нахлынули, они обрушились, как цунами. Он хотел вытащить Фарру из астрального пространства и миновать неизбежное внимание Сети, прежде чем все это настигнет ее. Он подозревал, что Фарра ментально сильнее его, но избежать последствий травмы, которую она перенесла, было невозможно. В его случае прошли месяцы, прежде чем он смог вздохнуть свободно.

Он поднялся на ноги и помог ей встать. Они только начали путь, когда он почувствовал большое количество аур, распространяющихся по астральному пространстве, некоторые из которых он узнал.

— Похоже, плохие парни открыли проем, который защищал это астральное пространство, — сказал он. — Мы сейчас столкнемся с некоторыми людьми, но они союзники. Я проведу нас мимо них так быстро, как смогу.

* * * Тактический лидер взвода Сети, Карен Эспиноза, вела команду через астральное пространство после того, как обитатели открыли его и вырвались наружу. Она остановилась у очередного скопления трупов, иссохших и почерневших от гнили.

— Какого черта, что это за способности у этого парня? — спросил ее заместитель. — Он серьезно сделал все это в одиночку?

— Эта среда, вероятно, так же хороша для него, как и плоха для нас, — сказала Эспиноза. — Чем экстремальнее локация, тем менее эффективна ортодоксальная тактика. Я годами выступала за расширение нашей тактической доктрины, как и почти все на моей должности во всех отделениях. Мы слишком полагаемся на обычную, военную тактику. Надеюсь, появление Асано действительно станет стимулом для перемен.

— Он всего лишь вторая категория.

— Да. Представь, если бы мы все могли сражаться, как он. Монстры третьей категории могут впитать много урона, даже от пуль третьей категории. Он явно больше полагается на способности, чем на оружие, что нам и нужно на высоком уровне. До сих пор мы, по сути, просто бросали деньги в проблему. Мы могли бы с таким же успехом использовать золотые пули.

Они продолжили зачищать пространство вокруг проема, чтобы обезопасить свой плацдарм, так как исследование километров пространства внутри заняло бы значительное время. Они встретили Асано, когда он возвращался к проему, выкрикивая предупреждения, чтобы избежать дружественного огня.

— Ты нашел ее, — сказала Эспиноза. — Это выполненная миссия для тебя. Спасибо, что сделал большую часть нашей работы по пути.

— Я был по соседству, — сказал Джейсон.

— Де Ланж захочет ее допросить, — сказала Эспиноза.

— Честно говоря, мне все равно, — сказал Джейсон. — С нее хватит быть обязанной персоналу Сети.

* * * Глаза Фарры впитывали все, пока Тень вез их через Лион.

— Волшебные кареты здесь лучше, чем те, что дома, — сказала она. — Те, что не летают, во всяком случае. А эти не используют магию. Знаешь, мы все думали, что ты несешь чепуху о своем мире и о том, что можно сделать без магии.

— Подожди, пока увидишь самолет, — сказал Джейсон.

Она повернулась, чтобы посмотреть на него. — Можно мне использовать на тебе способность?

— Конечно, — сказал он.

— Разве ты не хочешь узнать, что это, прежде чем соглашаться?

— Это же ты, — сказал Джейсон. — Мне не нужно знать.

Она долго смотрела на него в молчании.

— Ты изменился, — сказала она. — Ты был таким пугливым тогда. Ты хорошо это скрывал, но поскреби поверхность, и там был страх.

— В моем мире есть мифический воин, который использует свой страх как оружие, обращая его против своих врагов.

— Что за воин? — спросила Фарра.

— Это такой супербогатый парень, который одевается как летучая мышь и ходит, избивая бедных людей.

— Звучит как ужасный миф.

— У него есть специальные бумеранги.

— Не вижу, как это важно.

— Ну, если ты занимаешь такую позицию по отношению к Бэтмену, я не буду пытаться объяснять ситуацию со штанами Затанны.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — счастливо сказала Фарра, прижимаясь к его руке. — Как трагически знакомо.

Джейсон ухмыльнулся, внутренне ликуя, что отвлек ее от раздумий о пережитом. Он, по сути, прорвался через Сеть, требуя самолет у Гектора, прежде чем эффектно уехать на Тени. Его целью было погрузиться в странность мира, который был для нее новым, отвлекая ее, по крайней мере, до тех пор, пока они не окажутся в самолете. Тогда у нее будет время посидеть с тем, через что она прошла, и, надеюсь, немного поспать.

— Так, насчет той способности, — сказала она.

— Давай. Тень за рулем.

— Я никогда раньше этого не использовала, — сказала она.

* [Фарра Хурин] пытается использовать способность [Связь сил] на вас.

* [Связь сил] усилит некоторые ваши способности на время действия связи и даст [Фарре Хурин] доступ к вашим знаниям. Это ограничено вашими знаниями о концепциях, внешних по отношению к вам. Эта способность не может читать ваши мысли или получить доступ к вашим знаниям о себе.

* [Связь сил] может быть отклонена или прекращена вами в любое время.

* Если вы не доверяете [Фарре Хурин] безоговорочно, эта способность не сработает. Подсознательное недоверие помешает работе этой силы.

Джейсон был чрезвычайно любопытен насчет новых способностей иномирца, заменяющих человеческие способности Фарры, но опасался, что разговор может свернуть в травматичное русло. У него была своя собственная странная новая сила, о которой стоило беспокоиться.

* Вы были затронуты [Связью сил], соединив вас с [Фаррой Хурин]. Вы можете прекратить эту связь в любое время.

— Значит, эта способность позволяет тебе получать знания?

— Да, — сказала она. — Она должна извлекать определенные объемы знаний из кого-то, основываясь на том, о чем они думают, но не их фактические мысли.

— Как это работает?

— Я просто следую инстинктам, — сказала Фарра. — Я вспоминаю, когда мы встретили тебя и узнали, что ты иномирец. Руфус сказал, что каждый иномирец получает силу, которая действует как проводник в их новый мир. Я думаю, это моя, подключающаяся к знаниям того, кому я доверяю, и превращающая их в моего проводника. Попробуй сосредоточить свои мысли на какой-нибудь теме. Любой теме; неважно какой.

— Я могу это сделать, — сказал Джейсон. Он подумал мгновение, размышляя об обычных аспектах своего мира. Оглядевшись, он выбрал автомобили. Он сосредоточился на идее автомобилей, и глаза Фарры немедленно расширились, и она дернулась на своем сиденье на несколько секунд.

— Ты в порядке? — спросил Джейсон, когда приступ прошел.

— Да, — сказала она, хотя выглядела изможденной.

— Ну что, теперь ты знаешь об автомобилях?

— Да, — сказала она.

— Думаешь, смогла бы водить один из них?

— Нет, — сказала она. — Я думаю, способность работает аналогично книге навыков, хотя я не могу быть уверена, никогда не использовав такую. Разница, кажется, в том, что книга навыков дает конкретные и специализированные знания, даже навыки, в то время как эта способность дает скорее обзор. Я понимаю, что такое автомобили и как они работают, более или менее. Там много периферийной информации, которая не имела для меня смысла и не будет иметь, пока я не получу гораздо больше знаний.

— Учиться предстоит многому, — сказал Джейсон, снова сосредоточившись.

Фарра снова дернулась на сиденье.

— Это утомительно, — сказала она неуверенно. — Мне следует быть рассудительной в том, что я хочу узнать, потому что я могу делать это не так часто.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Сначала самое важное.

— Ты действительно считаешь «Частного детектива Магнума» важным? — спросила Фарра. — Мне даже не совсем ясно, что такое телевидение.

— О, это важно, — сказал Джейсон. — Это будет часто всплывать.

* * * Фарра была поражена самолетом, быстро узнав о них от Джейсона. Это заставило его беспокоиться о своем довольно поверхностном понимании аэродинамики. Если она собиралась узнавать о его мире от него, у нее могли возникнуть странные идеи.

После первоначального всплеска эмоций при первой встрече Фарра почти не проявляла признаков стресса из-за того, через что прошла. Это начало беспокоить Джейсона, когда они сели в частный самолет и поднялись в небо. Их было только двое, плюс пилот, второй пилот и один стюард, которому, по-видимому, было поручено быть как можно менее навязчивым. После того как самолет выровнялся в полете, Фарра последовала совету Джейсона и ушла в спальный отсек.

Беззащитный в ее сне, Джейсон чувствовал жестокие кошмары через ее ауру.

ПОЛНЫЙ ПЛАВУЧИЙ ДОМ

ПОЛНЫЙ ПЛАВУЧИЙ ДОМ

У Джейсона был собственный печальный опыт того, как пользователи эссенций справляются с тяжелыми травмами после периодов плена. За время, проведенное в процессе восстановления, он многое узнал от жреца Целителя и матери Руфуса, Арабеллы Ремор. За те недели, что он находился под их опекой, они объяснили ему, как обычно протекают реакция и восстановление у пользователей эссенций.

Пользователи эссенций проходили через свою собственную разновидность шока, в отличие от обычных людей, чьи души не были магически укреплены. После травмы пользователи эссенций получали льготный период, во время которого их разум стабилизировался благодаря душе. Это был защитный механизм, дававший им шанс уловить критический момент и сбежать из сложившихся обстоятельств.

Цена всего этого заключалась в том, что как только льготный период заканчивался, их души входили в состояние восстановления. Их способности подвергались негативному воздействию, а психическое состояние рушилось, оставляя их хрупкими и уязвимыми. Джейсон испытал это на себе, и прошло совсем немного времени с начала первого этапа их возвращения в Австралию, как Фарра сама столкнулась с этим крахом.

Джейсон знал, что в данный момент мало чем может ей помочь, кроме как обеспечить её безопасность. Он не вышел из самолета, когда тот остановился для дозаправки, оставаясь снаружи спальной кабины, словно верный сторожевой пес. Только когда он доставит её туда, где она действительно почувствует себя в безопасности, она сможет начать долгий путь к выздоровлению.

Как это будет выглядеть, Джейсон не знал. У него не было доступа к опытным специалистам, таким как Арабелла или Карлос, жрец Целителя, который помог ему. Он фыркнул, усмехнувшись иронии того, что именно он, из всех людей, разочарован отсутствием жреца.

Джейсон не стал дожидаться приземления в Австралии, переместившись порталом прямо с самолета вместе с Фаррой, чье лицо ничего не выражало. Интерьер плавучего дома смог вызвать у неё реакцию, когда она огляделась, рассматривая белые и закатные тона облачной материи. Он чувствовал присутствие сестры и её семьи, но не стал объявлять о своем прибытии, оказавшись в пустой каюте.

— Облачный дом?

— Ага, — ответил Джейсон. — Я выиграл в маленьком конкурсе Эмира.

— Ты встречался с Эмиром?

— Ещё бы, — сказал Джейсон. — Нам многое нужно обсудить. Прости, что не смогу помочь тебе так же хорошо, как это сделала бы Арабелла.

— Мать Руфуса? Сколько же я пропустила?

— Не терпится рассказать тебе обо всем, — сказал Джейсон. — Давай я устрою тебя в комнате, а я приготовлю нам немного…

Джейсон взглянул в окно на ярко-синее небо. Его телефон был потерян при взрыве самолета, и после перелета через весь мир туда и обратно он даже не знал, который сейчас час.

— …обеда? — предположил он, ориентируясь на время дня снаружи.

* * * Теперь, когда Фарра была в безопасности, следующей заботой Джейсона стало её восстановление. Даже если бы он нашел местного психотерапевта, которому мог бы доверять, обстоятельства делали это очень сложным. Любой, кто уже знал о магии, всё равно должен был бы многое наверстать и пришел бы из одной из местных магических сил. Джейсон не доверял Сети или Кабале, опасаясь, что они будут рассматривать Фарру как возможность, а не как жертву, даже если у них был квалифицированный персонал.

Джейсон мог бы сам найти независимого специалиста, но не было способа должным образом помочь Фарре, не посвятив этого человека в тайны магии и альтернативных вселенных. Это создало бы проблемы с травмированием его нового психотерапевта, а ему нужен был кто-то, кто смог бы помочь ей справиться с культурным шоком.

Во многом сам Джейсон был лучшим выбором для помощи ей. У него был соответствующий опыт, но это не делало его равным тем людям, которые помогли ему пройти через подобные испытания. Он не хотел навредить Фарре ещё больше, чем она уже была травмирована.

В конце концов, он решил пойти на компромисс. Он свяжется с Сетью и попросит их целительницу, Глэдис, предложить возможные варианты. Но сначала ему нужен был новый телефон.

* * * — Дядя Джейсон!

В тот момент, когда Джейсон появился на камбузе плавучего дома, его племянница, по-видимому, перепутала понятия «объятия» и «захват в регби», бросившись в его сторону. Он стоял твердо, как стена, когда она врезалась в него, ласково взъерошив ей волосы.

— Дядя Джейсон… — пожаловалась она, поправляя их пальцами. Он усмехнулся, глядя на её мать, готовившую обед. Иан вошел снаружи, держа в руках книгу, которую читал. Иан поприветствовал его приветливой улыбкой, в то время как Эрика одарила его укоризненным взглядом.

— Тебе многое предстоит объяснить, — сказала она Джейсону. — Например, что происходит с этими солнечными очками.

— Джетлаг, — солгал он. — Я расскажу тебе всё о своей поездке позже. Знаешь, иногда жутко, как сильно ты похожа на маму, когда злишься.

— Ты действительно немного похожа на бабушку, — сказала Эми, разглядывая лицо матери.

Ноздри Эрики раздулись, а глаза расширились.

— Теперь ты совсем как бабушка, — сказала Эми, пока её отец сдерживал смех, плотно сжав губы.

— Объяснения подождут пару дней, — сказал Джейсон. — Я пообещал людям в черном, что перестану случайно рассказывать людям вещи до того, как они подпишут соглашение о неразглашении.

— С каких это пор ты уважаешь авторитеты? — спросила Эрика.

— Я всегда добросовестен и уважителен, — солгал он, обходя кухонную стойку, чтобы заключить сестру в объятия. Она не ответила взаимностью, чтобы не испачкать его одежду едой со своих рук, пока она смешивала специи.

— Как только Эми уйдет играть с Тенью, — прошептал он ей.

— Достаточно сказать, — продолжил Джейсон обычным голосом, — что моей подруге нужна была помощь, и я помог ей.

— Это таинственная магическая подруга? — спросила Эрика.

— Да, хотя это требует отдельного объяснения. Я позабочусь о том, чтобы ты была в курсе, прежде чем она будет готова начать встречаться с людьми. Ей сейчас нелегко, так что не жди, что она выскочит и поздоровается. Но я был бы признателен, если бы ты могла приготовить для неё что-нибудь поесть. Ей, строго говоря, не нужно есть, но комфортная еда пошла бы ей на пользу.

— Она здесь? — спросила Эрика.

— Это «она»? — спросил Иан, положив книгу на стойку, и Джейсон взглянул на обложку.

— «Корабельные новости», — прочитал он с обложки. — Мне не понравилось.

— Нет? — сказал Иан. — А мне вполне нравится.

— Это проблема ожиданий, — сказал Джейсон. — Судя по тому, что я читал в интернете, я ожидал больше кораблей.

— Знаешь, ты оставил маму, Кайто и Эми в полном смятении, — сказала Эрика, пока Джейсон мыл руки, чтобы помочь ей. — Посвятил их в это, а потом умчался в Европу.

— Я знаю, что мне нужно поговорить с ними, — сказал Джейсон, — но сейчас у меня другие приоритеты.

— Они придут сегодня днем, — сказала Эрика. — Я могла бы предупредить тебя, если бы у тебя был телефон. Почему у тебя снова нет телефона?

— Я оставил его в самолете, — сказал Джейсон, начиная нарезать овощи. — Ты могла бы сказать Тени. На самом деле, Тень мог бы сказать мне.

— Твои инструкции заключались в том, чтобы уважать их частную жизнь и информировать тебя только в том случае, если их действия подвергают их опасности, — раздался голос Тени из тени Эрики.

— Знаешь, мне не нравится постоянная слежка, — сказала Эрика.

— Не подлежит обсуждению, — сказал Джейсон, и привычная веселость в его голосе сменилась жесткостью, от которой они все повернули головы к нему. Эрика и Иан обменялись взглядами. Джейсон продолжал резать овощи, казалось, не замечая этого.

— Твои навыки владения ножом улучшаются, — сказала Эрика, наблюдая за тем, как руки Джейсона двигались в размытом ритме.

— Преимущество сверхчеловеческих рефлексов.

— Дядя Джейсон, — сказала Эми, — это весело — быть супергероем? Спорим, это очень весело.

— Я не супергерой, крошка.

— Ты используешь особые силы, полученные в альтернативной реальности, чтобы защищать людей от опасности, нося при этом сложный костюм, скрывающий твою личность, — сказала Эми.

— Тут она тебя подловила, — сказал Иан. — У тебя даже есть имя супергероя. Знаешь, они до сих пор пытаются выяснить, кто такой Звездный Всадник.

— Это не очень хорошее имя для героя, — пожаловался Джейсон. — Звучит как герой второстепенной сюжетной линии, которого закрыли в семидесятых, как только издатель понял, что это гей-аллегория.

— Мы всё ещё будем позволять этим людям ходить за нами? — спросила Эми.

— Я пока не уверен, — сказал Джейсон. — Пока я здесь, я — вся защита, которая вам нужна. Но я, вероятно, буду совершать поездки, так что посмотрим. Я планировал разобраться с этим сегодня днем, но кто-то устроил импровизированную встречу семьи. У меня есть дела на сегодня.

— Да, — сказала Эрика. — Есть.

* * * Кайто и Эми подъехали к пристани вслед за женщиной с длинными темными волосами на классическом кабриолете.

— Это Ася Карадениз? — спросила Эми.

— Ага, — сказал Кайто. Они остановились прямо рядом с Асей, когда она выходила из машины. У неё был портфель и дорогой, подчеркивающий фигуру брючный костюм.

— Привет, Ася, — сказал Кайто, выходя из машины. — Отлично выглядишь.

— О, привет, Кай, Эмс, — поздоровалась она, её глаза скользнули по наряду Эми, и на её губах появилась легкая улыбка. — Мы не виделись с поминальной службы, верно?

— Да, — сказал Кайто.

— Почему ты здесь? — спросила Эми.

— По работе, — ответила она. — Я не знала, что вы будете здесь, когда Джейсон попросил меня приехать. К тому же, я так и не поблагодарила его должным образом за то, что он спас мне жизнь на днях.

— Погоди, что? — спросил Кайто.

— Извините, это секретная информация, но, может быть, он расскажет вам, если спросите. Или, может быть, нет; не знаю, рассказывает ли он вам всё ещё так, как раньше. Я только краем уха слышала, что произошло между вами троими, хотя ваш брак сам по себе говорит о многом. Забавно, как всё складывается, правда? Ты ведь даже приглашал меня на свидания несколько раз, не так ли, Кай? Я пойду вперед, увидимся на борту.

Они наблюдали, как она направилась по причалу.

— Ты приглашал её на свидания? — спросила Эми.

— Как думаешь, что она имела в виду под тем, что Джейсон спас ей жизнь? — спросил Кайто.

— Несколько раз?

— Это было ещё в школе, — сказал Кайто. — Это меня немного сбило с толку. Раньше мне никогда не отказывали девушки из младших классов.

— Скольких девушек из младших классов ты приглашал, извращенец?

— Она на семь месяцев младше меня, — сказал Кайто. — Она старше тебя.

— О, значит, ты помнишь её день рождения?

— Когда это я не помнил твой день рождения?

— Не в этом дело. Не думай, что я не видела, как ты смотрел, пока она шла по причалу.

— С чего это она шла «покачиваясь»? — спросил Кайто. — Это была в лучшем случае прогулка. Её туфли были слишком практичными для настоящей походки от бедра.

— Она никогда не носила каблуки, — мечтательно сказала Эми. — Она всегда была раздражающе элегантным жирафом.

— Вы двое не ладили в школе, да?

— О, ты это заметил?

* * * Джейсон и Эрика наблюдали, как Иан и Эми уносятся вдаль на паре черных гидроциклов.

— Я хотел поговорить, — сказал Джейсон, — но у нас есть всего несколько минут. Кайто и Эми здесь, вместе с человеком, с которым я действительно планировал встретиться сегодня днем.

Эрика подошла к борту плавучего дома, чтобы осмотреть парковку, где Кайто и Эми разговаривали с привлекательной турецкой женщиной в деловом костюме.

— Тень сказал тебе, что они здесь?

— Я почувствовал их. У меня магические силы, помнишь?

Она подошла ближе и коснулась его руки, словно проверяя, действительно ли он здесь.

— Ты как-то изменился, — сказала она.

— Так и есть. Приходи сегодня вечером выпить, и я расскажу тебе всё. Мне нужна услуга.

— Конечно, но ты должен сделать одну для меня.

— Какую?

— Уолли доставал меня насчет твоего участия в новом шоу. Мы снимаем новые эпизоды всю неделю, внизу, рядом со спасательной станцией.

— Ладно, — усмехнулся он. — Если сможешь увести семью завтра, чтобы я мог уладить кое-какие дела, я буду там в понедельник.

* * * Кайто и Эми ступили на плавучий дом как раз в тот момент, когда из каюты вышла незнакомая, сонная женщина с короткими растрепанными волосами.

— Кто вы такие? — подозрительно спросила женщина.

— Я Эми, это Кайто, — сказала Эми. — А кто вы?

Она мутно посмотрела на них.

— Погоди, ты — брат, — сказала она, указывая на Кайто, прежде чем перевести палец на Эми. — Что делает тебя той, которая…

— Джейсон рассказал тебе о нас? — догадался Кайто.

— Да, — сказала Фарра. — Просто чтобы было ясно, я на его стороне, так что, что касается меня, вы оба можете прыгнуть за борт и утопить друг друга.

Она побрела обратно в каюту, и туманная дверь закрылась за ней.

ЭТО СДЕЛАЛ ВОЛШЕБНИК

ЭТО СДЕЛАЛ ВОЛШЕБНИК

Эми и Кайто наблюдали, как Фарра возвращается в свою каюту.

— Мы знаем, кто это был? — спросил Кайто. — Она показалась мне знакомой.

— Мне тоже, но я не могу вспомнить.

— Погоди, — сказал Кайто. — А как насчет той женщины из странных голографических записей Джейсона? Та, о которой он говорил, что она стреляет лавой.

— Думаю, ты прав, — сказала Эми. — Во что, черт возьми, ввязался Джейсон?

— Разве она не должна была быть в другой вселенной?

— Ты понимаешь, как абсурдно это звучит, да?

— Эмс, я не знаю, что происходит. Мы прошли через дверной проем, который вел на другую сторону города. Как ты это объяснишь?

— Я только об этом и думаю уже несколько дней, — сказала она. — Проблема в том, что каждое объяснение, которое я придумываю, кажется менее правдоподобным, чем предыдущее. Если мы говорим о том, что Джейсон установил генератор червоточин в спальне Эрики, магия кажется почему-то менее нелепой.

— Джейсону давно пора дать нам ответы.

* * * Приезд матери Джейсона не помог снять стресс Джейсона. Когда все собрались в баре, он изо всех сил старался всё подробно объяснить. Постоянный поток вопросов продолжал сбивать его с толку, пока он не обхватил голову руками и не застонал.

— Мам, ответ такой же, как и на твои последние пять вопросов: потому что магия. Хочешь знать почему? Потому что это сделал волшебник, вот почему. И этот волшебник — я. Я волшебник. Магия реальна, и она у меня есть. Я магический человек.

Он наколдовал свой зловещий кинжал из красного кристалла и черного обсидиана.

— Видите это? — продолжил он свою тираду. — Это мой магический нож. Не трогайте его, потому что он убьет вас насмерть. Почему? Потому что это магия.

Он небрежно отбросил клинок, и тот исчез в воздухе. Затем он таким же образом отбросил свои солнечные очки.

— Вчера мои глаза стали серебряными. Вот такая теперь моя жизнь. Можете угадать почему? Нет, не можете, потому что это была магия, которую, судя по всему, недостаточно объяснять часами, чтобы вбить в ваши крошечные чертовы мозги! Ася. Не могла бы ты объяснить, как я спас нас, когда кто-то взорвал бомбу в нашем самолете? На самом деле, позвольте мне: это была магия. И крутость. Все посмотрите вокруг. Вы сидите на стульях, сделанных из облаков.

Он указал обеими руками вниз, и вся облачная мебель опустилась в пол, сбросив сидящих. Джейсон указал вверх, и мебель вернулась, поднимая упавших людей по мере своего появления.

— Весь этот плавучий дом — это А: магия, и Б: не плавучий дом. Это большое магическое облако, которое я держу в бутылке, как будто это джинн.

К этому моменту все смотрели на него с испуганными выражениями лиц, пока Джейсон продолжал выходить из себя. Он указал влево, и из его тени появилась Тень.

— Это Тень. Некоторые из вас встречались с Тенью. Его отец — это то, что случается с вами после смерти, что особенно актуально для меня, потому что я уже дважды умирал. Во второй раз, когда я вернулся с того света, я даже привел с собой друга. Я должен быть с ней прямо сейчас, потому что последние две недели она провела под пытками, но вместо этого я здесь, преподаю «Введение в колдовство» людям, которые думают, что мне больше нечем заняться, кроме как отвечать на их вопросы о природе чертовой вселенной. Что ж, мне есть чем заняться, и мне жаль, что я втянул вас во всё это, Ася. Я не думал, что у меня будет так много гостей, когда просил Сеть прислать кого-нибудь. Мне следовало просто позволить моим друзьям позаботиться о них. Это Гордон.

Гордон проявился справа от Джейсона с всплеском ауры Джейсона, которая накрыла комнату, словно волна.

— Я даже не уверен, в чем дело с Гордоном, — сказал Джейсон, — кроме того, что он обожает Джуди Гарленд и он — убийца реальности. Я не знаю, что это значит, точно, но это звучит очень страшно, как только начинаешь узнавать о реальности, что я и сделал, потому что я межпространственный чернокнижник-ниндзя.

Джейсон протянул руку, которая стала влажной, когда сквозь неё просочилась кровь. Все в комнате отпрянули, когда из его руки посыпались пиявки, скапливаясь на полу. Кровавые тряпки вырвались из кучи, чтобы придать ей форму.

— Это Колин, — сказал Джейсон. — Ему нужно время, чтобы собраться. Когда супербог пытался вселиться в меня, именно он прикрыл мою спину. Он был со мной почти с самого начала, и у него две цели в жизни: очаровательные маленькие танцы и пожирание всего живого на планете.

Джейсон раскинул руки в стороны.

— Я стараюсь быть хорошим парнем, но оказывается, у меня это плохо получается, и я убиваю много людей. Я вернулся меньше трех недель назад, и не знаю, сколько людей я отправил в могилу. Ася, у тебя есть цифры на этот счет?

— Э-э… где-то от тридцати до пятидесяти, по оценкам, — сказала она.

— Эти люди сами напросились, — сказал Джейсон. — Некоторые из них действительно сами напросились, и единственное, о чем я жалею, это то, что я не чувствую сожаления об их убийстве. Итак, вот что произойдет сейчас. Любой, у кого есть вопросы, может пойти в медиа-комнату и смотреть записи столько, сколько захочет. Там около ста пятидесяти часов, и никто не смеет задавать больше вопросов, пока не посмотрит их все. Если кто-то попытается задать мне вопросы до этого, он получит демонстрацию вместо ответа, а я показал вам свою способность портала вместо других моих сил не просто так. Вы не хотите демонстрации.

Джейсон сделал жест, и из пола поднялась портальная арка, через которую он шагнул и исчез. Его фамильяры последовали за ним, оставив комнату с ошеломленными людьми, уставившимися на арку, которая осталась на месте. Эрика первой пришла в себя и повернулась к Асе.

— Значит, вы с Джейсоном вместе учились в школе? — спросила она любезно.

— Эм, да, — сказала Ася.

— Приятно воссоединиться со старыми друзьями, — сказала Эрика, и её голос приобрел тот же стальной оттенок, что и у Джейсона. — А теперь расскажи мне о взрывающемся самолете.

* * * Джейсон шагнул в свой сад души. Небо отражало солнечный день за пределами его духовного хранилища, теплый ветерок приносил аромат цветов. Он был рад, что сад не пах кровью и смертью, чего он ожидал.

Чем он действительно пах, так это Фаррой. Он знал, что у иномирян есть свой отличительный запах, который описывали как весенний, но трудно было заметить свой собственный запах. Только уловив её аромат, когда она была очищена, он по-настоящему ощутил этот свежий, чистый запах.

В саду был такой же чистый аромат, который в сочетании с не по сезону теплым воздухом создавал ощущение весеннего дня. Он сделал глубокий, очищающий вдох, чего не делал уже давно, и позволил стрессу уйти.

* * * Задняя часть нижней палубы была опущена в воду, чтобы позволить Иану и Эми заехать на неё прямо на гидроциклах. Гидроциклы превратились в темные облака, которые слились в два тела Тени. Одно исчезло в тени Эми, а другое растворилось в тени верхней палубы. Иан и Эми вытирались полотенцами, когда вышла Эрика, откровенно пожирая глазами мужа, пока он вытирал свое мокрое тело.

— Делай это медленнее, — сказала она с похотливой улыбкой на лице.

Иан начал водить полотенцем туда-сюда по спине, чтобы создать то, что он ошибочно принял за чувственный вид.

— Фу, — сказала Эми, сморщив нос на родителей, строящих глазки друг другу. — Где дядя Джейсон?

— Он немного расстроился из-за всех, — сказала Эрика. — Думаю, мы забыли, пока разбирались со всем тем безумием, которое он принес с собой, что ему пришлось столкнуться с этим больше, чем всем нам. Он прошел через одну из своих арок и не вышел. Она никого больше не пускает.

— Должно быть, это его особое место, — сказала Эми.

— Особое место? — спросила Эрика, переключая внимание с мужа.

— Он рассказывал мне о нем, — сказала Эми. — Это место, которое не совсем реально, куда может попасть только он. Я собираюсь пойти посмотреть.

Эми оставила родителей позади и направилась в бар, всё ещё в купальнике и рашгарде, с полотенцем, перекинутым через плечо. Кен прибыл вместе с дочерьми Кайто и Эми, старшая из которых, Хана, рассказывала родителям о своем дне с Поппи. Это была история со всей клинической точностью, которую можно ожидать от четырехлетнего ребенка.

— …а потом мы побежали под разбрызгиватель, и появился бегемот.

— Бегемот, — сказал Кайто. — Должно быть, это было захватывающе.

— Нет! — сказала Хана, топнув ногой. — Она была глупым бегемотом!

Все активно избегали смотреть на заполненную тьмой обсидиановую арку, как будто игнорирование странной магической вещи в их среде могло заставить её исчезнуть. Единственными исключениями были малышка Джейс, которая тянула руки в её сторону из крепкой хватки матери, и Ася. Её глаза задумчиво были прикованы к арке, когда вошла Эми. Эми не узнала её, поэтому сразу подошла и уставилась на неё.

— Кто вы? — спросила Эми.

Ася перевела любопытный взгляд на Эми. — Я Ася. Ты, должно быть, Эми.

— По чьим словам? — спросила Эми, голос был полон подозрений.

— Я работаю на некоторых людей, которые очень заинтересовались твоим дядей. Кроме того, ты принесла закуски нашим сотрудникам службы безопасности в их машину. Это было очень мило с твоей стороны.

— Это были полезные закуски, так что это было не так уж мило, — сказала Эми. — Вы одна из людей в черном? Разве вы не должны пытаться слиться с фоном?

— Ты думаешь, я не сливаюсь? — спросила Ася.

— О, пожалуйста, — сказала Эми. — Никто не носит наряд, который заставляет их выглядеть так хорошо, случайно. Хотя мне нравятся ваши туфли. Они хорошие, но в них всё ещё можно бегать, если придется.

— В этом-то и идея, — сказала Ася с сухим смешком.

— Почему вы здесь?

— Я должна была обсудить некоторые пункты соглашения между твоим дядей и моей организацией, но набрела на воссоединение семьи.

— Это была мама, — сказала Эми. — Бабушка узнала обо всех магических штуках только для того, чтобы дядя Джейсон умчался в Европу. Она постоянно донимает маму с тех пор, к тому же она догадалась, что бабушку вылечили магией.

— Они отправили меня, потому что я училась в школе с твоими дядями и тетей Эми, — сказала Ася. — Я выросла в Касл-Рич.

Эми прищурилась, глядя на Асю.

— Вы целовались с дядей Кайто?

— Нет. Я надеялась, что у Джейсона будет время для меня сегодня, прежде чем я уеду, но не думаю, что сегодня всё будет очень продуктивно.

Эми повернулась к арке. — Он там? Она выглядит точно так же, как его арки телепортации.

— Ты когда-нибудь проходила через такую? — спросила Ася.

— Много раз, — сказала Эми. — Ну, четырнадцать. Думаю, это много по сравнению с большинством людей.

— Я никогда не путешествовала так, — мечтательно сказала Ася.

— Вы не путешествовали? Разве у ваших секретных магических людей нет кучи телепортов или чего-то в этом роде?

— Нет, — сказала Ася со смешком.

— Спросите дядю Джейсона. Уверена, он возьмет вас с собой.

— Как это?

— Вроде аттракциона в тематическом парке, только вся поездка занимает одну секунду. Наверное, вас стошнит в первый раз. И во второй.

— Тебя стошнило?

— Конечно нет, — сказала Эми. — Я не слабачка.

— Эми, — сказала Эрика назидательным тоном, входя в бар. — Оставь подругу дяди Джейсона в покое. Иди смой эту соленую воду и надень одежду.

Эми взглянула на арку, доминирующую посреди комнаты, прежде чем убежать без лишних слов. Эрика подошла ближе к Асе, присоединившись к ней в наблюдении за аркой.

— Я всегда задавалась вопросом, как Джейсон стал таким, какой он есть, — рассеянно сказала Ася. — После встречи с вашей дочерью я начинаю подозревать, что это вы.

* * * У Фарры не было связи Джейсона с облачным домом, поэтому её чувства не могли проникнуть сквозь стены, чтобы увидеть, осталась ли его семья. Она сидела в облачном кресле в оцепенении, если не считать того момента, когда Джейсон принес карри на обед. Это ненадолго взбодрило её своими яркими ароматами и поразительными, сложными вкусами.

Внезапно она почувствовала беспокойство и вышла через внешнюю стену, которая мерцала, когда она проходила сквозь неё. Облачный дом Джейсона был намного меньше дворца Эмира, но основные функции были такими же. Медленно бродя по нижней палубе, она сравнивала экстерьер плавучего дома с интерьером.

Внутри всё было ей знакомо, не только благодаря знакомству с Эмиром, но и из-за магической эстетики. Экстерьер плавучего дома, как и сам мир Джейсона, был фасадом, скрывающим магию, которую он тайно хранил.

Она прислонилась к стене, чувствуя себя потерянной во многих отношениях. Она наконец поняла, что чувствовал Джейсон, когда они впервые встретились. Захваченная людьми с плохими намерениями, не понимая, что происходит и почему. В обоих случаях спасением занимался он, что её раздражало, хотя эта мысль вызвала у неё улыбку, несмотря на саму себя.

Мир вокруг неё казался чужим, словно сама его природа отвергала её. Зона магической плотности, созданная плавучим домом, была утешительной и больше походила на дом. Это была впечатляющая особенность, похожая на гигантскую, постоянно активную мана-лампу. Эмир всегда неохотно позволял ей совать нос в такие дела, но, возможно, Джейсон будет более сговорчивым.

Она возобновила свою медленную прогулку, стеклянный экстерьер плавучего дома был затемнен снаружи, чтобы никто не мог заглянуть внутрь. Одна из стен мерцала, и сквозь неё прошел мокрый, голый ребенок, указывая на неё пальцем.

— Ты мертва. Ну, очевидно, ты не мертва, но ты умерла. Ты Фарра, не так ли?

— Я. А ты голая.

Ребенок взвизгнул и нырнул обратно сквозь стену, вернувшись через мгновение с полотенцем, обернутым вокруг неё.

— Как ты жива? — спросила Эми.

— Я…

— Ты, должно быть, вернулась с дядей Джейсоном, верно? — перебила Эми.

— Да, я…

— Но он не знал, потому что вы не прибыли в одно и то же место, — рассуждала Эми, снова прерывая ответ Фарры. — Ты та подруга, которой ему нужно было помочь во Франции, о которой он, должно быть, только что узнал, поэтому он так внезапно умчался.

— Тебе ведь не обязательно, чтобы я отвечала, да?

— Ты, должно быть, попала в беду, а потом он узнал и стал таким напряженным, что я могла заметить, даже когда он говорил через Тень.

— Через Тень?

— С тобой должно было случиться что-то очень плохое.

Эми заключила Фарру в крепкие объятия, Фарра посмотрела на крошечный динамо-машину, прежде чем неловко похлопать её по голове.

— Я полагаю, ты Эми? — сказала Фарра.

— Дядя Джейсон рассказал тебе обо мне? — спросила Эми, всё ещё яростно утешая Фарру.

— Рассказал, — сказала Фарра. — Теперь я вижу, что он, возможно, не столько рассказывал мне, сколько предупреждал.

Полотенце Эми ослабло и упало на палубу.

— Ой.

КОРОЛЬ ВСЕХ

КОРОЛЬ ВСЕХ

Духовное хранилище Джейсона претерпело значительные изменения, которые он обнаружил при первом же входе после принятия силы Мирового Феникса. Слияние физических и духовных аспектов его существа оказало значительное влияние на его духовное пространство.

Сам сад не занимал больше места, что, по-видимому, было функцией ранга, но он сильно изменился с момента его последнего посещения. Теперь это был в значительной степени висячий сад с увитыми цветами бамбуковыми шпалерами, свисающими над длинными участками дорожек из плитняка. Дизайн был плотным, но безупречным, позволяя солнцу проникать сквозь различные покрытия шпалер и открытые участки неба, создавая произведения искусства из солнечного света и цветов.

В той части сада, где цветы представляли его способности эссенции крови, красные цветы покрывали стены, проходящие по обе стороны узких дорожек из кроваво-красного плитняка. Над головой ещё больше красных цветов создавали навес, который пропускал лишь пятнистый солнечный свет, создавая общее впечатление прогулки по артерии.

Зона, посвященная его эссенции греха, имела резко контрастирующие клумбы черного, красного, белого и золотого цветов. Арки из свисающих цветов вырезали свет в жесткие сегменты света и тени.

Зона темной эссенции теперь находилась под землей, дорожка вела в подземную пещерную систему. Светящийся грибок и белые цветы, сияющие, как лунный свет, покрывали стены, в то время как пол пещеры был покрыт серебряной травой, которая, по-видимому, не требовала фотосинтеза. Даже со свечением цветов и грибков было трудно видеть в темных и неровных естественных пещерах. Даже способность Джейсона видеть сквозь тьму была подавлена, хотя она начала работать, когда он сосредоточился на ней. В конце концов, это была его душа, и в конечном итоге он всё контролировал.

Зона эссенции рока использовала деревья среднего размера, чтобы создавать различные уровни освещения повсюду. Дорожки представляли собой простые травяные тропы между кустами и деревьями. Некоторые кусты были взрывами красного и оранжевого, которые под светом, проходящим сквозь деревья, выглядели как огонь. В других местах были высокие, узкие живые изгороди, покрытые золотыми, белыми и серебряными цветами. Беспрепятственный свет, падающий на них, придавал вид, напоминающий трансцендентные завершающие атаки Джейсона.

Ручей теперь вел в сад из-под одной из стен, извиваясь через различные участки сада и пересекаясь серией небольших мостиков. В зоне рока мостики были из рустикального дерева. В зоне греха были мостики из мраморного черно-белого обсидиана. В зоне крови ручей был только слышен, но не виден, что усиливало ощущение нахождения внутри живой вены.

В конечном итоге ручей падал с небольшого водопада, образуя бассейн в подземном гроте фей, единственной части темной секции, открытой небу. Даже более тусклые части этой камеры были заполнены радугой светящихся грибков, придавая ей неземную красоту.

Насколько Джейсон мог судить, ручей представлял собой ручеек силы, поступающий непосредственно из астрала. Он подозревал, что именно по этой причине ему не нужно было брать духовную монету, чтобы предотвратить магический дефицит Земли во время долгого перелета на самолете.

В центре пространства беседка была не только полностью интегрирована в сад, но и превращена в обширный комплекс павильонов, сосредоточенный вокруг трехэтажной пагоды. Мраморный обсидиан был скорее белым, чем черным, по сравнению с темным камнем беседки, и зарос лозами и цветами.

Исследуя пагоду, первый этаж оказался местом хранения предметов его инвентаря. Снаружи нижний этаж имел стены, но внутри всё было иначе. Вместо стен интерьер представлял собой платформу, расположенную в звездной пустоте. Содержимое его инвентаря плавало неподалеку, а за ним простиралось бесконечное пространство звезд, галактик и туманностей. Это было похоже на то, как будто стоишь в центре вселенной.

— Внутри больше, чем снаружи, — пробормотал он. — Полагаю, я тоже, если уж на то пошло.

Было два выхода в виде проемов, которые напоминали Джейсону его портальные арки. Один был аркой, через которую можно было видеть сад снаружи. Другой был кольцом, плавающим в потолке, расположенным над подъемной платформой, на которой Джейсон поднялся на следующий этаж.

Второй и третий этажи пагоды были открыты воздуху, совсем как старая беседка. Второй этаж был зоной отдыха, укомплектованной мебелью, в то время как третий этаж был комнатой для медитации с роскошным полом из белого мха, который соперничал с его облачным домом по мягкости. Спускаясь обратно, он остановился в зоне отдыха и посмотрел на стулья.

— Почему больше одного стула?

Он обдумывал изменения, через которые прошел его сад души с момента возвращения домой. До того, как он получил духовное хранилище, это было неизменное место, за исключением расширения при повышении ранга. Эти новые и быстрые изменения были, очевидно, отражением изменений в его душе. Что ему было нужно, так это немного спокойного времени, чтобы приспособиться и консолидироваться, но было слишком много претендентов на его время.

С этой мыслью его разум снова обратился к вещам, от которых новый сад милосердно отвлек его. Вскоре он снова погрузился в разочарование от своего всплеска гнева по отношению к семье.

— Черт возьми, — отругал он себя, его руки бессильно сжимались по бокам.

— Тебе многое предстоит пережить, — сказала Тень. Его фамильяры утешительно следовали за ним, как апокалиптические утята. — Забота о мисс Хурин, Сеть, твоя семья. Изменения в самой природе твоего существа.

— Я знаю, — сказал Джейсон.

— Человек, который пытался похитить тебя и сейчас на свободе, — продолжала перечислять Тень, — ЭОА, Мировой Феникс, таинственный художник…

— Я сказал, что знаю, — огрызнулся Джейсон, затем всё его тело обмякло. — Прости, Тень. Без тебя я бы не продержался на плаву так долго. Ты заслуживаешь противоположного тому, чтобы на тебя кричали. Как насчет прибавки?

— Ты не платишь мне, — сказала Тень.

— Конечно, плачу, — сказал Джейсон. — Я каждую неделю отдаю деньги Гордону, чтобы он передал их, не так ли, Гордон?

Туманный фамильяр Джейсона никак не отреагировал.

— Видишь? — сказал Джейсон.

— Никто не обвинит тебя в том, что ты перегружен, — сказала Тень.

— Ты не так хорошо знаешь мою мать, — сказал Джейсон. — Я не могу позволить себе так срываться. Что, если я потеряю контроль над своей аурой и вызову у кого-нибудь аневризму? Она сильнее, чем когда-либо, и я всё чаще обнаруживаю, что она срывается с поводка, когда я становлюсь эмоциональным. Вся причина, по которой я нырнул сюда, заключалась в том, что я чувствовал, как теряю то немногое, что осталось от моего самообладания. Диспропорция сил означает, что я не могу быть тем, кто не может контролировать себя.

Он застонал, проводя руками по лицу.

— Тень, я не знаю, что делать. Я не вижу пути, по которому я могу сделать всё, что мне нужно, и при этом моя голова не лопнет от стресса, как прыщ.

* * * Эми промаршировала в переполненный бар, таща Фарру за руку. После того как они вытерлись и оделись, Эми взяла Фарру буквально в свои руки и отвела в ванную своей каюты. Она расчесала волосы Фарры, вернув ей хотя бы подобие того вида, который у неё был на записях Джейсона.

Это позволило всем, кто видел записи, узнать её по прибытии в бар, оставив всех, кроме Аси, пораженными её появлением. Это было вдвойне верно для Эрики и Иана, которые, как и Эми, просмотрели их достаточно, чтобы узнать судьбу Фарры. Ася, по крайней мере, видела её, когда организовывала полет Джейсона обратно в Австралию.

Взгляд Фарры был прикован к Асе, чья аура железного ранга выделялась среди нормальных людей. Фарра чувствовала любопытство и нервозность женщины, наряду со слабым оттенком страха и враждебности. Дело было не в том, что она рассматривала Фарру как опасность, а видела в ней более туманный вид угрозы. Это было не то, что Фарра могла разгадать, не зная женщину и обстоятельства лучше.

— Они все видели записи дяди Джейсона, так что все узнают тебя, — объяснила Эми, игнорируя обитателей комнаты, пока тащила Фарру к арке. — Хотя не все знают, что ты должна быть мертва.

Что касается Фарры, то её поразила несообразная обсидиановая арка посреди комнаты. Однажды она нашла идентичную под озером, объект миссии, на которую её команду отправил Эмир.

— Как это может быть здесь? — прошептала она про себя.

— О, это? — спросила Эми, когда они подошли к арке. — Дядя Джейсон делает их.

— Фарра? — спросила Эрика, первой собравшись с мыслями.

— Это моя мама, — объяснила Эми.

— Сестра Джейсона, — сказала Фарра, поворачиваясь к Эрике. — Он всегда тепло отзывался о тебе.

— Эрика Асано, — представилась она. — Джейсон сказал нам, что ты умерла.

— Я умерла, — сказала Фарра.

— Я думала, ты сказала, что мы не можем войти, — сказала Эми своей матери. Она была по локоть в теневых воротах.

— Она не работала для нас, — сказала Эрика, сама протягивая руку. Её рука остановилась, как вкопанная, достигнув тьмы, заполняющей арку.

— Это странно, — сказала Эми. — Фарра, давай найдем дядю Джейсона.

Эми шагнула через арку, потянув Фарру за собой. После того как они исчезли, Ася подошла к Эрике и точно так же приложила руку к тьме. На ощупь под её рукой это было как холодный, тяжелый кристалл, совершенно неподатливый.

— Не думаю, что ты можешь рассказать мне, что происходит? — спросила Ася Эрику.

— Думаю, было бы лучше посмотреть записи Джейсона, сделанные, пока его не было, — сказала Эрика. — Не думаю, что он был бы против, если бы ты их увидела.

* * * Джейсон продолжал исследовать свой новый, плотно засаженный сад.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — Я полагаю, что должно произойти что-то неожиданное.

— О?

* [Эми Эванс-Асано] вошла в ваше [Духовное хранилище]. * [Фарра Хурин] вошла в ваше [Духовное хранилище].

— Что? — воскликнул Джейсон. — Этого не должно быть возможно.

Он внезапно вспомнил момент, когда принял благословение от Мирового Феникса. В то время его единственной заботой было добраться до Фарры, и он закрыл интерфейс, не глядя на него. Он задался вопросом, есть ли журнал сообщений, и его интерфейс оперативно предоставил его, позволив найти отброшенное сообщение.

* Способность [Нирваническая трансфигурация] объединила ваше тело и душу в состояние, которое является одновременно физическим и духовным. Это состояние изменило вашу способность [Духовное хранилище], сделав его физическим пространством, в которое могут входить другие.

* Только те, кто безоговорочно доверяет вам, смогут войти в ваше духовное хранилище. Всё, что меньше полного доверия, не позволит им войти. Вы можете запечатать хранилище от любых или всех лиц. Взлом духовного хранилища невозможен никем без существующего доступа к вашей душе, например, через звездное семя или божественно дарованную способность эссенции.

* Любой, кто находится в вашем духовном хранилище, находится под вашей властью. Они не могут использовать способности или влиять на что-либо внутри хранилища, включая вас и друг друга, с ограниченными исключениями.

* Вы и ваши фамильяры можете влиять на людей внутри вашего хранилища практически любым способом, за исключением нарушения целостности их душ, хотя вы можете атаковать их души. Они могут быть защищены от вашего влияния через связь с чужеродным элементом в вашей душе, если таковой присутствует, например, через звездное семя или божественно дарованную способность эссенции.

* Вы можете изгнать или заточить любого в своем духовном хранилище, хотя лица со значительно большим чувством души, чем у вас, могут прорваться наружу. Лица могут сопротивляться изгнанию через связь с чужеродным элементом в вашей душе.

— Черт.

В его астральном пространстве обычные правила реальности не действовали, и он контролировал всё. Он закрыл глаза, и павильон появился в поле зрения, а Эми и Фарра с удивлением оглядывались по сторонам. Фарра выглядела намного лучше; простое расчесывание волос имело огромное значение. Она всё ещё была изможденной, но гораздо больше походила на себя прежнюю. Это был поразительный поворот всего за один день, и он не придавал этому большого значения. Он знал, что её испытание — это не то, что можно просто отмахнуть.

Джейсон исчез с того места, где стоял, чтобы появиться перед Эми и Фаррой.

— Дамы, — поприветствовал он. — Я немного удивлен видеть вас здесь.

— Что это за место? — спросила Фарра, пока Эми таращилась на телепортацию Джейсона. — Я раньше бывала в пространственных пространствах, созданных способностями эссенций, и это не то. Моя аура и магические чувства даже не работают. Это какое-то пространственное сокровище, оставленное Орденом Жнеца?

— Нет, — сказал Джейсон. — Это внутренность моей души.

— Этого не должно быть возможно, — сказала Фарра, затем пожала плечами. — Полагаю, это никогда не останавливало тебя раньше.

Джейсон одарил её ухмылкой.

— Вижу, эта вытащила тебя, — сказал Джейсон, взъерошив волосы Эми, пока она сердито оттолкнула его руку. — Как ты?

— Не лучшее мое состояние, — призналась она. — Ты?

— Я не собираюсь жаловаться, учитывая всё, через что ты только что прошла, — сказал Джейсон. — Кого я обманываю? Конечно, собираюсь, но это может подождать. Ты не представляешь, как я счастлив видеть тебя здесь.

— Можешь показать нам всё, дядя Джейсон? — спросила Эми.

— Конечно, хотя для меня это довольно ново, — сказал Джейсон. — В последнее время я переживаю много изменений, и это место меняется вместе со мной. Как насчет того, чтобы осмотреться вместе?

Эми вложила свою руку в руку Джейсона, и трио начало прогулку по саду.

— Значит, так выглядит твоя душа, — сказала Фарра. — Она странно спокойна. Я ожидала чего-то более хаотичного.

— Не могу представить почему, — сказал Джейсон. — Я — маяк мира и гармонии.

Они бродили по саду, Джейсон и Фарра поддерживали легкие темы из-за присутствия Эми. Он вспомнил описание того, почему они получили доступ к его духовному хранилищу. Осознание того, что они доверяют ему до такой степени, наполнило его теплом, успокаивая оголенные нервы, которые привели к тому, что он сорвался на свою семью.

Эми восторгалась каждым новым зрелищем, и Джейсон оставил лучшее напоследок. Он закончил экскурсию по саду у грота фей, а затем отвел их на нижний этаж пагоды, чтобы посмотреть на вселенную.

— Было бы более впечатляюще, если бы твои боксеры не проплывали мимо, — сказала Фарра.

Джейсон сделал жест вниз, и предметы его инвентаря исчезли из виду.

— Мне это действительно было нужно, — сказал он, сжимая руку Эми. — Эми, можешь сказать маме, что я успокоился и выйду через некоторое время?

— Хорошо, — сказала она весело, выпрыгивая из пагоды. Арки для его фамильяров и дверной проем хранилища всё ещё присутствовали в павильоне. Как только она ушла, Джейсон позволил своей истинной усталости отразиться на лице.

— Что-нибудь поесть? — предложил он Фарре.

— Это настоящая еда, или я буду грызть кусочки твоей души?

— Это еда, — сказал Джейсон. — Мое личное пространство хранения завернуто здесь.

Они поднялись на подъемной платформе в зону отдыха и устроились в креслах, которые выглядели как бамбуковые, но имели мягкий комфорт облачной мебели. Подъемная платформа спустилась, и поднос с сэндвичами проплыл вверх через отверстие, опустившись на стол перед ними.

— Я удивлен, что ты уже на ногах, — сказал Джейсон. — Если бы это был я, я бы прятался в своей комнате неделями. Я знаю, потому что именно это я и сделал, когда это был я.

— Я не ты, — сказала Фарра. — Я хочу вернуть контроль. Стать продуктивной, сделать что-то хорошее. Это не так просто в мире, который ты не знаешь.

— И не говори, — сказал Джейсон. — В твоем мире было достаточно плохо, только для того, чтобы я вернулся и обнаружил, что никогда по-настоящему не знал своего собственного.

— Ты знаешь больше, чем я, — сказала Фарра. — Я буду полагаться на тебя, чтобы ты провел меня через это.

— Если ищешь продуктивности, думаю, у меня кое-что есть. В Гринстоуне я любил выпускать пар, охотясь на монстров. Выплеснуть разочарование и помочь людям одновременно, очищая доски приключений. Монстры здесь появляются в протоастральных пространствах, поэтому никто об этом не знает. У них есть какая-то планетарная система обнаружения, которую они используют, чтобы находить и уничтожать монстров до того, как протопространства вытолкнут их в мир.

— Планетарная магическая система? Я бы хотела взглянуть на это.

— Мы, вероятно, сможем это устроить, — сказал Джейсон. — Я должен был встретиться с представителем местного аналога Общества искателей приключений сегодня. Она там, но моя сестра решила пригласить всю мою семью на большой групповой разговор о том, что магия реальна.

— Та, с железным рангом, — сказала Фарра.

— Она может провести нас в некоторые протопространства, — сказал Джейсон. — Мне всё ещё нужно уладить детали, правда. Моя семья как бы взяла на себя всё, а я просто сорвался и начал кричать на них. Они бы мало что поняли и ещё меньше поверили.

— Дай угадаю, — сказала Фарра. — Ты тратишь всё это время и энергию на то, чтобы они вникли в магию, убеждаясь, что они в безопасности и понимают, что происходит.

— Типа того.

— Ну, тебе нужно прекратить, — сказала Фарра. — Только потому, что ты вернулся домой с кучей магических сил, это не значит, что ты внезапно стал королем всех. Есть предел тому, за что ты можешь нести ответственность перед своей семьей. Они должны делать свой собственный выбор, и ты не можешь указывать им, что делать.

— Мое возвращение в их жизни вызвало хаос и принесло опасность.

— Ты идиот? — спросила она. — Жизнь опасна, и ты не можешь этого изменить, как бы сильно ты ни завязывал себя в узлы, пытаясь это сделать. Ты думаешь, ты первый авантюрист, который принес какую-то странную дрянь, чтобы повесить её на шею своей семьи? У каждого авантюриста, который поднялся с низов, есть какая-то вариация этого. Да, в твоей истории есть удивительные повороты, но они есть у каждого. Ты немного странный, Джейсон, но ты не такой уж особенный.

— Так что мне делать? — спросил он.

— То же, что делают все. Ты наделяешь свою семью эссенциями, тренируешь любого из них, кто чего-то стоит, а остальным время от времени посылаешь ядра монстров. Помимо этого, ты должен позволить им нести ответственность за самих себя, иначе всё пойдет не так. Если ты слишком контролируешь, они подавляются, и неизбежно кто-то делает глупый выбор и предает семью, будь то намеренно или непреднамеренно.

— Это не так просто.

— Да, так, — сказала она. — Это…

Она ткнула его в лоб.

— …это то, что продолжает всё усложнять. Тебе нужно уйти с собственного пути, наделить семью магией и отпустить их совершать свои собственные ошибки, пока ты фокусируешься на том, что нужно сделать тебе.

— Я даже не уверен, с чего начать.

— Я предлагаю с того, как мы вообще здесь оказались, — сказала она. — Мы в черт знает какой неправильной вселенной.

Я ВЕРНУЛСЯ, ЧТОБЫ ПОКАЗАТЬ ВАМ ЧУДЕСА

Я ВЕРНУЛСЯ, ЧТОБЫ ПОКАЗАТЬ ВАМ ЧУДЕСА

Тень сообщил членам семьи, которые занимались ужином, присматривали за младенцами или смотрели записи, что Джейсон вот-вот появится и им следует собраться в баре. Таким образом, они ждали его, когда он вышел, а Фарра следовала прямо за ним.

— Во-первых, мое предыдущее заявление о том, чтобы задавать вопросы до просмотра всех записей, остается в силе. Во-вторых, это Фарра. Вы все уже должны были узнать её. Позвольте мне прямо заявить, что она — семья. Любой, у кого есть проблемы с этим, может убираться с моего корабля. В-третьих, мне нужно, чтобы большинство из вас свалило, так что вы всё равно уходите с корабля. У меня есть важные дела, и я не могу заниматься вами каждый чертов час каждого чертова дня.

Большинство обитателей были выдворены с корабля Тенью, хотя Джейсон убедился, что сначала обнял отца. Эрика и её семья в настоящее время жили на борту, поэтому они остались, вместе с Асей. Как только на плавучем доме воцарился мир, Джейсон, Ася, Фарра и Эрика переместились на кухню, где Джейсон помогал Эрике с приготовлением ужина — брат и сестра бок о бок за стойкой, обретая старую, легкую близость.

— Итак, — сказал Джейсон Асе. — Эрика вытрясла из тебя историю о моей поездке во Францию?

— Я ничего не вытрясала, — сказала Эрика.

Джейсон бросил на неё косой взгляд.

— Возможно, была небольшая толкотня, — призналась она. — Но то, что она мне рассказала, было безумием. Самолетные бомбы, похищение, тайные общества. Ты правда убил так много людей?

— Да, — мрачно сказал Джейсон.

Эрика подтолкнула его локтем.

— Ты в порядке, младший брат?

— Я двигаюсь в этом направлении, — сказал он, взглянув на Фарру.

— И тебя похитили? — спросила Эрика Фарру.

— Да, — сказала Фарра. — К счастью для меня, у них не было никаких магических техник пыток из нашего мира. Пользователь эссенций может хорошо выдерживать обычные техники, если ты был обучен. Особенно если они пытаются сломить тебя ментально, а не физически.

— Ты никогда не тренировала меня так, — сказал Джейсон.

— Ты хотел, чтобы мы пытали тебя? — спросила Фарра.

— Нет, теперь, когда ты говоришь, — сказал Джейсон. — Как они вообще поймали тебя в первый раз? Ты должна была быть в состоянии разобрать тех парней на части.

— Когда я проснулась, — сказала Фарра, — мой мозг говорил мне, что прошло всего мгновение, но у моей души была более долгая история. Это было дезориентирующе, мягко говоря, и я не могла ясно мыслить. К тому же, я была в недавно сформированном теле, и я больше не была человеком, так что всё это казалось очень странным. Мои старые расовые дары исчезли, и я чувствовала, как все эти благословения готовы развить мои новые иномирянские способности. В том состоянии, в котором я была, я сделала то, что оказалось очень плохим выбором.

— Ты приняла их все сразу, — предположил Джейсон.

— Именно, — сказала Фарра. — Я и так была не в здравом уме, а шесть эволюций дара одновременно были слишком большим стрессом, и я потеряла сознание. Когда я проснулась, на мне был ошейник, и я была в ящике.

— Мне жаль, — сказала Ася. — Это были изгои из моей организации.

— Ничего страшного, — сказала Фарра, к удивлению Джейсона. — Я видела, как церкви и отделения Общества искателей приключений гнили изнутри. Джейсон тоже, если уж на то пошло. Миссия не перестает быть стоящей только потому, что некоторые люди, выполняющие её, сбиваются с пути.

— Я ценю это, — сказала Ася. — Общество искателей приключений — это люди, ответственные за борьбу с монстрами в вашем мире?

— Верно. Я была бы признательна, если бы узнала больше о том, как вы делаете вещи здесь.

Ася объяснила природу Сети, Джейсон иногда помогал переводить концепции, чтобы Ася или Фарра могли лучше понять.

— Ася здесь, чтобы закрепить соглашение о работе с ними, чтобы я мог заняться охотой на монстров, — сказал Джейсон. — Я также согласился научить некоторых их людей тому, чему вы, Гэри и Руфус учили меня. Полагаю, вы тоже захотите участвовать.

— Почему бы тебе просто не вступить в их организацию? — спросила Фарра.

— Сеть не так открыта для независимых действий, как Общество искателей приключений, — сказал Джейсон. — Они говорят тебе, что делать, как это делать, и ожидают, что ты будешь подчиняться.

— Почему кто-то соглашается на это? — спросила Фарра.

— Потому что они контролируют распределение эссенций, — сказал Джейсон.

— А.

— Вот почему я вел переговоры о соглашении, более соответствующем стандартам Общества искателей приключений.

— Тогда я определенно хочу быть частью этого, — сказала Фарра.

Она обменялась улыбкой с Джейсоном, когда они почувствовали эйфорию в ауре Аси. После всех неприятностей, через которые прошло отделение в Лионе, чтобы насильно извлечь информацию из двух иномирян, она собиралась заключить сделку о добровольном сотрудничестве. Если бы отделение в Лионе не было таким параноидальным по поводу своего секретного астрального пространства, всё могло бы сложиться совсем иначе.

— Я думал, что мы могли бы съездить в Сидней завтра, — сказал Джейсон. — Уладить детали, посмотреть, кого вы хотите, чтобы мы обучили, и где. Эрика, я был бы признателен, если бы ты помогла Фарре купить одежду.

— Это мне подходит, — сказала Ася. — Международный и Сиднейский руководящие комитеты по сути одобрили текущий проект соглашения, и они уполномочили меня завершить договоренности здесь, если только вы не захотите что-то изменить. Смею сказать, что включение мисс Хурин — достаточно большое дополнение, чтобы отложить это, но я не могу представить, чтобы они были чем-то иным, кроме как довольны.

— Ещё бы им не быть, — сказал Джейсон. — Фарра, вероятно, забыла больше, чем я когда-либо узнаю о магии. Итак, встретимся в Сиднее завтра, Ася?

— На самом деле, я хотела бы поехать с вами, если можно. Я некоторое время буду жить с родителями в Касл-Рич. Сеть хочет сохранить кого-то на месте, и я была естественным выбором.

— Твои родители знают о магии? — спросил Джейсон.

— Нет, но у меня будет крыло дома в моем распоряжении, так что с приватностью проблем не будет.

— О, просто запасное крыло, которое случайно оказалось пристроено к дому, — сказал Джейсон. — Нам, вероятно, стоит взглянуть на детали пересмотренного соглашения.

Текущее состояние соглашения было доминировано распределением добычи. Джейсону было разрешено оставлять любые лично добытые предметы и получать очки заслуг за всё, что было добыто другими с использованием его способности. Он мог обменивать добычу на большее количество очков заслуг или свои очки заслуг на любые материалы, к которым имел доступ Международный комитет.

— Мне нравится, — сказал Джейсон. — Таким образом, Сеть получает основную часть предметов, что ей и нужно, а я получаю огромный пул, из которого могу выбирать нужные мне предметы. Кто определяет ценность товаров в заслугах?

— У нас на самом деле есть система оценки, для торговли между отделениями, — сказала Ася. — Америка, например, экспортирует много эссенций оружия, вот почему у нас их так много среди членов.

— Это кажется справедливым, — сказал Джейсон.

* * * Ужин был большим событием, с семьей Эрики, Фаррой, Джейсоном и Асей. Хиро и Тайка вернулись. Они были на разведке потенциальных мест для его инвестиций в землю. Хиро объяснил свой план строительства семейного комплекса Асано остальным за ужином.

— Это хорошая идея, — сказала Фарра. — Если вы не собираетесь использовать боевые способности, вам стоит попросить Джейсона дать вам набор эссенций, подходящий для широкомасштабных массивов.

— Я не знаю, что это, — сказал Хиро.

— Это долгосрочные или постоянные магические установки, — сказала Фарра. — Это моя магическая специализация, так что я могу научить вас всему о них.

— Эссенции — это магические кубы, которые дают тебе силы, верно? — сказал Хиро. — Твои подходят для такого рода магии?

— Нет, — сказала Фарра. — У меня силы вулкана.

— Я с самого начала завидовал её силам, — сказал Джейсон. — Она серьезно пугает. Это потрясающе, и я даже не видел, как она сражается в полную силу.

— Мы тоже толком не видели, как ты сражаешься, — сказала Ася Джейсону. — Всё, что у нас есть, — это кадры, где ты сражаешься с третьей категорией, и магическая запись твоего боя с гидрой.

— Гидра, — сказала Эми. — Как та, с которой сражался Геракл?

— Ага, — сказал Джейсон, шевеля бровями в её сторону. — Это была речная гидра, с ядовитым дыханием и регенерирующими головами.

— Ты отрубил головы и прижег пеньки? — спросила Эми. — Ты знаешь, что Иолай был тем, кто это сделал, верно? Он был племянником Геракла.

— Можешь быть моим ассистентом, Эми, — сказал Джейсон.

— Спорим, я намного лучше глупого Иолая, — надулась она.

— Что такое третья категория? — спросила Фарра.

— Серебряный ранг, — сказал Джейсон. — Он застал меня врасплох, но хотел, чтобы я был жив, и был уровня Гринстоуна.

— Ты победил серебряного ранга в одиночку?

— Это была скорее ничья, — сказал Джейсон. — Он вырубил меня и оставил со своими приспешниками, пока сам отправился лечиться.

— Какой идиот пытается взять специалиста по афликциям живым? — спросила Фарра. — Тебя похитили? Разве они не надели на тебя ошейник?

Глаза Джейсона переместились в сторону Аси.

— Я дам тебе детали позже, — сказал он Фарре.

— У тебя сумасшедшая жизнь, Джейсон, — сказал Иан. — Взрывающиеся самолеты, похищения, перестрелки с байкерами. Я не хочу, чтобы моя дочь подвергалась такой опасности.

— Боюсь, мир столкнется с такой опасностью рано или поздно, — сказала Ася. — Моя организация делает всё возможное, чтобы сдержать прилив, но магия растет в нашем мире. Она достигает точки, когда мы прогнозируем, что сдерживание всех монстров станет невозможным в течение следующего десятилетия. Правда в том, что мы не сдерживаем большинство из них сейчас.

— Не сдерживаете? — спросил Джейсон.

— Сетка распространяется только на сушу, — объяснила Ася, — а поверхность Земли на семьдесят процентов состоит из воды. Морские монстры реальны, и мы скрывали их веками. Кроме того, с каждым годом мы скрываем всё больше и больше наблюдений монстров, которые появились на Луне. Люди, которые думают, что высадка на Луну была фальшивкой, даже близко не подошли к настоящему заговору.

— Лунные монстры? — сказал Джейсон. — Это потрясающе. Есть ли секретная база Сети на темной стороне Луны?

— Нет, — сказала Ася. — По крайней мере, они мне не говорили.

— Это разочаровывает.

— И теперь мы ведем серьезный разговор о лунных монстрах, — сказала Эрика. — Джейсон, ты всегда был источником странностей, но это выходит из-под контроля.

— Могу я быть твоим ассистентом, когда получу магические силы? — спросила Эми.

— Сколько тебе лет? — спросила её Фарра.

— Мне двенадцать.

— У тебя ещё есть несколько лет, пока ты не получишь эссенции. Ты уже начал её обучение, Джейсон?

Глаза Эми расширились, как блюдца, когда её голова повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Категорически нет, — сказала Эрика.

— Это не было бы чем-то утомительным, — сказал Джейсон. — Немного боевых искусств и паркур. На самом деле, это было бы просто хорошей тренировкой.

— Фарра, — сказала Эрика, — разве ты не говорила, что твое обучение включало сопротивление пыткам?

— Мы бы не стали этого делать, — сказала Фарра. — Мы не делали этого для Джейсона. Мы видели, что он мягкий.

— Эй…

— Хотя он оказался поразительно прилежным для того, кто кажется, что сдастся почти сразу, — продолжила Фарра.

— О, да ладно.

— Легкомысленный, — продолжала она. — Ветреный. Постоянный шквал бессмысленной болтовни.

— Это уже просто обидно.

— Ты встречаешь его и думаешь, что он сложится, как походный стул, — сказала Фарра. — Но у нас есть этот друг, Руфус. Он с самого начала знал, что у Джейсона есть то, что нужно.

— Наконец-то, — сказал Джейсон.

— Руфус — тот сексуальный, верно? — сказал Иан, видевший Руфуса в записях.

— Серьезно, Иан? — спросил Джейсон.

— Что? — сказал Иан. — Я достаточно уверен в своей сексуальности, чтобы признать красивого мужчину.

— В каждой чертовой вселенной, — пробормотал Джейсон.

* * * Воскресное утро всё ещё застало семью Эванс-Асано в плавучем доме. Эрика говорила о возвращении в их дом после возвращения Джейсона, но её муж, дочь и идея облачных кроватей склонили её на свою сторону.

Когда Ася прибыла для их однодневной поездки в Сидней, Джейсона, Иана и Эми нигде не было. Ей и Эрике удалось найти Фарру, смотрящую записи Джейсона в медиа-комнате, но она не знала, куда ушли остальные.

— Тень, — сказала Эрика. — Где мой брат и мой подозрительно отсутствующий муж и дочь?

— Они вышли.

— Вышли?

— Да, миссис Асано.

— Не думаю, что ты хочешь уточнить?

— Правильно, — сказала Тень. — Я бы не хотел уточнять.

— Значит, Джейсон делает что-то мутное и попросил тебя прикрыть.

— Я предпочитаю думать об этом как о поддержании безопасности без ущерба для конфиденциальности.

— Тень, если ты не скажешь мне, где моя дочь прямо сейчас, я заставлю Асю и Фарру научить меня использовать магию, а затем вытрясу тень из тебя, пока ты не станешь бледным, худым белым парнем, которого я затем начну бить крикетной битой.

— Это неправдоподобный сценарий, миссис Асано.

— Хочешь испытать меня, теневой человек? Мне плевать, кто твой отец или из чего ты сделан, потому что я найду, куда засунуть свой ботинок.

— Миссис Асано, вы в палубных сандалиях. Кроме того, если вы пойдете на заднюю палубу, вы найдете своих заблудших членов семьи, возвращающихся.

Три женщины направились к задней части плавучего дома и сразу заметили три фигуры, летящие в нескольких метрах над водой. Вода внизу была потревожена воздухом, исходящим от тяжелых устройств на их руках и спинах. Три фигуры опустились на палубу, где реактивные костюмы растворились в тьму, которая исчезла в тенях Эми, Иана и Джейсона.

— Что, черт возьми, происходит? — спросила Эрика.

— Не думаю, что есть какой-то фактический…

Джейсон был заставлен замолчать смертоносным взглядом, который исходил от его сестры, и он был благодарен, когда тот переключился на её мужа.

— Эми нашла это видео в интернете, — сказал Иан. — Это были спасатели в горах в Англии, использующие реактивные костюмы, и мы задались вопросом, может ли Тень превратиться в нечто подобное. Оказывается, может.

— Ты позволил нашей дочери летать на одной из этих штук?

— Это было совершенно безопасно, — сказал Иан. — Тень брал управление на себя, когда мы собирались врезаться в воду или дерево или что-то ещё. Если бы мы собирались. Этого совершенно не было.

— Ты должен быть ответственным взрослым, — сказала она ему, махнув рукой на Джейсона и Эми. — Это точно никогда не будут эти двое.

— Эй, — сказал Джейсон. Он поднял руки в знак капитуляции, когда Эрика перевела взгляд обратно на него. Она вернула свой гнев на мужа.

— О чем ты думал? — спросила она.

— О том, что реактивные костюмы — это супер круто, — честно прохныкал он.

— И это оправдывает опасность, которой ты подверг нашу дочь?

— Она не была ни в какой опасности, Эри, — сказал Джейсон.

— Держись от этого подальше, — сказала Эри ему.

— Нет, Эри, не буду, — сказал Джейсон. Она открыла рот, чтобы огрызнуться, но что-то в его глазах остановило её на полуслове. Это не было враждебно, но было непоколебимо.

— Под присмотром моим и Тени, — продолжил Джейсон, — Эми в большей безопасности в разгар перестрелки, чем одна на детской площадке в своей школе. Я закончил играть по правилам Земли, Эрика. Магия реальна, магия потрясающая, и это новая реальность, в которой вы живете, нравится вам это или нет. Я знаю, это кажется странным, чуждым и опасным, но это то, что сохранит нашу семью в безопасности. Вы никогда не подхватите болезнь, которую нельзя вылечить. Вы никогда не станете инвалидом в результате несчастного случая. Через сто лет ваша семья, ваша дочь, будут живы и здоровы. Когда вам будет шестьдесят, вы будете выглядеть лучше, чем в тридцать. Если вы захотите подарить Эми брата или сестру в тот момент, вы всё ещё сможете.

Он взглянул на Фарру, которая ободряюще кивнула ему.

— Это время чудес, старшая сестра. Я был сосредоточен на опасностях, но я вернулся, чтобы показать вам чудеса. Я отвлекся и потерял это из виду где-то по пути. Я хочу, чтобы ты доверяла мне, Эрика. Жизнь вот-вот станет удивительной.

МИЛОСЕРДИЕ

МИЛОСЕРДИЕ

— Это аккуратная работа, — сказала Фарра, впитывая сиднейское отделение Сети своими магическими чувствами. Стоя снаружи здания, она наблюдала за магическим массивом, защищающим верхние уровни. — Тот, кто установил это, проделал отличную работу, работая с зоной низкой магии и переплетая низкоуровневые магические формации. Вам всё равно понадобятся духовные монеты, чтобы поддерживать его при такой низкой магической плотности, но это должно быть очень эффективно.

— По необходимости, — сказала Ася. — У сиднейского отделения нет собственного источника духовных монет, и оно зависит от Международного комитета. Астральное пространство, которое скрывало отделение в Лионе, будет использовано для создания ферм духовных монет, используя записи, оставленные столетия назад.

— Я могу помочь вам их настроить, — сказала Фарра. — Не бесплатно, замечу.

— Мы скорее надеялись, что кто-то из вас сможет дать какое-то понимание, — радостно сказала Ася.

Впервые Джейсон позволил себе быть доставленным в местную штаб-квартиру Сети. Его сестра, Ася, Фарра и он прошли обычный досмотр безопасности и получили гостевые пропуска.

— Это странное чувство, — сказала Эрика. — Месяцы, которые я потратила, пытаясь выяснить, что случилось с тобой. Правда оказалась более абсурдной, чем я могла себе представить, а теперь я иду в пасть зверя.

Джейсон взял её за руку, ободряюще сжав её. Лифт быстро поднялся через здание, Джейсон почувствовал это, когда они вошли в зону охранных массивов. Без опыта Фарры он всё ещё колебался бы насчет входа. Аннабет Тилден и Кетеван Арзиани встретили их у лифта, когда они достигли верхних этажей.

— Поздравляю с повышением, Анна, — сказал Джейсон после того, как были сделаны представления.

Джейсон узнал об изменившихся обстоятельствах в сиднейском отделении Сети. Со смертью Кита и исчезновением Миранды открылись два места в Руководящем комитете из восьми человек. Анна, уже стоявшая в очереди на повышение, была немедленно выдвинута. Её заместитель, Кетеван, теперь занимала бывшую должность Анны в качестве директора по операциям.

Второе место в комитете было занято кем-то, переведенным из Международного комитета в качестве неофициального связного. Доступ сиднейского отделения к двум иномирянам был чрезвычайно важен, и предоставление Международному комитету некоторого доступа и влияния открывало лучший доступ к ресурсам.

— Я просто хотела поблагодарить вас снова за спасение моей жизни, — сказала Кетеван Джейсону. — Если я когда-нибудь смогу что-то сделать для вас, пожалуйста, дайте мне знать.

— Что ж, — сказал Джейсон, — думаю, моя подруга здесь была бы рада взглянуть на вашу сетку.

— Я бы не отказалась встретиться с тем, кто установил массивы здесь, — добавила Фарра.

— Легко, — сказала Кетеван. — Наша команда по магическим установкам обычно не любит слышать что-то от операционного отдела, но я уверена, что они будут гореть желанием воспользоваться вашими знаниями о другом мире.

— Намерение состояло в том, чтобы завершить соглашение сегодня, — сказала Анна, — но возникла некоторая проблема.

— Это связано со мной? — спросила Фарра.

— На самом деле, нет, — сказала Анна. — МК и Руководящий комитет одобрили окончательные условия, которые вы разработали с Асей. Проблема в том, что американцы и китайцы не позволят соглашению пройти, пока у них не будет шанса отправить представителей для встречи с вами обоими. У них обоих есть команды, направляющиеся в Австралию прямо сейчас.

— Они хотят получить шанс переманить нас к себе, прежде чем мы заключим сделку с Международным комитетом? — спросил Джейсон.

— Именно так, — несчастно сказала Анна.

— У них есть рычаги, чтобы закрыть соглашение до тех пор?

— Не с точки зрения кодифицированной власти, — сказала Кетеван. — Американское и китайское отделения более объединены на национальном уровне, чем большинство других регионов мира, и они использовали коллективные ресурсы, чтобы стимулировать высокоценных членов присоединиться к их отделениям. Добавьте к этому, что они делали это в течение столетия, и эти две страны представляют собой непропорционально большую часть поставок магических материалов. Это особенно верно для духовных монет, так как они не жалеют средств, чтобы завербовать любого с силой мародерства.

— Эти способности неизбежно стоят того, чтобы завербовать людей, которые ими обладают, — сказала Анна. — Вы будете ещё более ценными, так что можете ожидать щедрого предложения.

— Международный комитет был бы признателен за шанс сделать встречное предложение после этого, — сказала Ася.

— Это раздражает, — сказал Джейсон. — Я хочу уладить это, чтобы мы могли заняться делом обучения людей и уничтожением монстров.

— Что мы можем сделать сегодня, так это уладить некоторые юридические вопросы, — сказала Кетеван. — Во-первых, мы установили юридическую личность для вас, мисс Хурин. Мы можем пройти с вами детали и дать вам соответствующую документацию сегодня.

— Мне нужна ваша помощь, чтобы существовать? — спросила Фарра, затем посмотрела на Джейсона. Он кивнул, и они оба прислонились к стене, к замешательству остальных. Фарра инициировала свою способность, получив понимание документации личности от Джейсона.

— Хорошо, я понимаю, — сказала она.

— Я нет, — сказала Эрика.

— У Фарры есть сила, которая позволяет ей узнавать вещи, которые я уже знаю.

— Это особая вещь, которая есть у вас двоих? — спросила Ася.

— Для работы требуется определенный уровень доверия, — сказала Фарра. — Подобно входу в магическое пространство Джейсона. Поскольку он единственный человек в этом мире, который полностью доверяет мне, он единственный, с кем это будет работать здесь.

— Мы также заставим вас подписать соглашения о неразглашении, — сказала Кетеван. — Всё это будет связано с государственными чиновниками. Документация мисс Хурин включает государственную бюрократию, очевидно, и соглашения о неразглашении составлены в соответствии с разделом Закона о преступлениях «Официальные секреты и незаконные прослушивания». Как только это будет сделано, мы будем свободны рассказать вам всё о магии без ограничений, так как вы будете юридически ответственны, если сделаете то же самое.

— Это шаблон, который мы намерены использовать для всей вашей семьи, — объяснила Анна. — Мы предлагаем, чтобы, как только они подпишут соглашение, мы провели их через тот же структурированный информационный семинар, через который мы проводим новых членов Сети. Это, по сути, восьмичасовое введение в магический мир, и у нас есть одно, адаптированное для семей членов Сети. Как только все подпишут, мы сможем назначить сессию.

— Мне бы это понравилось, — сказала Эрика. — Джейсон рассказал нам много, но он был вездесущ со своими объяснениями. Некоторая структура была бы оценена по достоинству.

— Было бы лучше, если бы все остальные могли подписаться вместе, — сказала Кетеван. — Мистер Асано действительно связывался с нами, чтобы попросить предварительный брифинг только для вас, миссис Асано.

— Ты связывался? — спросила Эрика Джейсона.

— Ты будешь отвечать за семейные разборки, — сказал ей Джейсон. — Это работает лучше всего, если ты впереди всех.

— Если вы собираетесь проводить полный семинар, — сказала Ася, — я могла бы также включить своих родителей. Поскольку я буду жить с ними некоторое время, было бы лучше избежать любых неприятных сюрпризов.

— Мы также хотели бы проинформировать вас, мистер Асано, о последствиях событий, связанных с экскурсией во Францию, — сказала Анна.

— Что ж, как насчет того, чтобы сначала уладить бумажную работу, — сказал Джейсон. — А потом Эрика может сводить Фарру за покупками одежды, пока вы вводите меня в курс дела.

— О, значит, ты просто собираешься отправить женщин за покупками, пока важный мужчина делает важную работу? — спросила Эрика.

— Ага. Сгинь, женщина.

— Ты знаешь, что сексистский юмор — это устало и лениво, верно? — спросила Эрика.

— Прости, — сказал Джейсон. — Я могу сводить Фарру за покупками; просто верни мне деньги, которые я выделил.

— О, ты имел в виду «сгинь, женщина» иронично, — сказала Эрика. — Я просто не поняла. Это смешно.

* * * Следственный изолятор, в который поместили Кайли Чен, был больше похож на номер в мотеле, чем на тюремную камеру. Если не считать отсутствия окна, в нем были кровать, холодильник и ванная комната. У неё также был стул, чтобы сидеть и смотреть телевизор приличного размера или играть в прикрепленную игровую консоль. У телевизора был доступ к различным стриминговым сервисам, но в остальном интернет-соединения не было.

Кайли была совсем не в настроении смотреть сериал запоем. Обнаружив, что её использовали как часть плана, который убил нескольких сотрудников Сети — людей, которых она знала, — она оказалась в ловушке тюрьмы самобичевания. Она снова и снова прокручивала в уме события, которые привели её к этому моменту.

Камера француза была гораздо менее приятной, чем её, гораздо ближе к тюремному образцу. У неё также была более надежная магическая защита, которую она распечатала, используя инструкции, предоставленные членом комитета.

Несмотря на заверения Миранды Эллис, Кайли с опаской относилась к французскому заключенному. В большинстве случаев она сдерживала свои выдающиеся чувства, воздерживаясь от шпионажа за эмоциями людей. Больше, чем опасения по поводу конфиденциальности, знание истинных эмоций окружающих её людей всегда было обескураживающим опытом. Однако она не сдерживалась против француза.

Изучая его, пока она читала пакет, который Миранда дала ей передать, она почувствовала тот самый момент, когда он решил убить её, сбежав до того, как у него появился шанс. Поскольку он был третьей категории, он не ожидал, что у неё будет перцептивная сила, чтобы читать его эмоции.

Она сама подняла тревогу, зная, что её накажут за её ужасную ошибку, но приготовления Миранды были тщательными. Француз исчез к тому времени, когда служба безопасности разобралась с препятствиями, которые Миранда расставила, хотя и не без того, чтобы убить нескольких из них на своем пути.

С тех пор Кайли размышляла над тем фактом, что если бы она прочитала эмоции Миранды, она, возможно, не была бы так легко обманута. Миранда, по-видимому, знала о её отвращении, а также о страхе перед Асано, который заставил её так легко принять план Миранды.

Дверь открылась. Она посмотрела на неё с любопытством, так как это было не по расписанию для её приемов пищи. Когда она увидела мужчину, который вошел, её кровь застыла. Асано не прошел дальше в комнату, стоя прямо у двери. Кайли вскочила со своего места, отступая на противоположную сторону комнаты от Асано.

— Можно мне присесть? — спросил он с неловкой улыбкой.

— Если я скажу «нет», ты уйдешь?

— Если это то, чего ты хочешь, — сказал он. — Я попросил увидеть тебя после того, как меня проинформировали о недавнем волнении. Моя сестра и моя подруга ходят по магазинам, и у меня было немного времени, но если ты не хочешь со мной разговаривать, я уйду.

Он подождал, и когда она долго не отвечала, он открыл дверь, чтобы уйти.

— Подожди, — нерешительно сказала она.

Он обернулся, чтобы посмотреть на неё.

— Ты уверена?

Она кивнула, и он снова закрыл дверь, прежде чем войти в комнату. Он развернул стул так, чтобы иметь возможность смотреть на неё, если она сядет на кровать, немного отодвинув его, чтобы дать ей пространство. Она не села на кровать, вместо этого отступив в угол, как испуганное животное.

— Тебе рассказали, что произошло с тех пор, как ты сдалась? — спросил он.

После её опыта с Мирандой и французом Кайли не колебалась исследовать его своими чувствами и была поражена тем, что обнаружила. Он чувствовал себя совершенно иначе, чем в последний раз, когда она видела его. Больше, чем просто другой человек, он чувствовал себя как существо другого рода. До такой степени, что она заподозрила его в том, что он самозванец, какая-то странная тактика допроса. Это не имело значения, так как она уже рассказала им всё, верили они или нет.

Присмотревшись, она почувствовала что-то в его ауре. Это был аспект его ауры, который она замечала раньше, который, как подсказывали её инстинкты, было бы трудно, если не невозможно, воспроизвести. Это было похоже на знак подлинности на его душе, неизменный, даже когда его душа подверглась грандиозной трансфигурации. Мужчина, сидящий перед ней, был Джейсон Асано, но трансформированный из того человека, которого она встретила менее недели назад.

Как только она поверила, что это он, она начала осознавать сходства, наряду с различиями. Его аура всё ещё была властной и решительной, с опасными и мощными подводными течениями. Став сильнее, чем когда-либо, она ощущалась как сплошная стена перед ней. Даже её мощные чувства были не в состоянии проникнуть сквозь неё и уловить его эмоциональное состояние.

— Что с тобой случилось? — спросила она.

— У людей была моя подруга, и мне пришлось стать чем-то новым, чтобы вернуть её.

Она не стала спрашивать, преуспел ли он. Она никогда не поставила бы себя между этим человеком и тем, чего он хотел, и жалела любого, кто это делал.

— Француз приходил за тобой? — спросила она. У неё всё ещё была отчаянная надежда, что план Миранды и её часть в нем были хотя бы частично подлинными и что она не была просто дурой и предательницей.

— Нет, — сказал Джейсон. — Насколько они смогли выяснить, человек, который убедил тебя освободить его, никогда не намеревался посылать его за мной. Это то, что ты сказала, была идея, верно?

Она кивнула.

— Миранда Эллис и человек, которого она освободила, с тех пор не объявлялись, — сказал Джейсон. — Вместо того чтобы посылать человека на второй раунд со мной, она заложила бомбу на самолет Сети, перевозивший меня во Францию. Я выжил, очевидно, но восемь сотрудников Сети — нет. Весь летный экипаж, большая часть службы безопасности и один член Руководящего комитета.

Она вздрогнула.

— Я не знала, — сказала она. — Они ничего мне здесь не говорят.

— Ты знала, что француз убил больше сотрудников Сети, когда сбежал?

— Они сказали мне, — сказала она. — Это причина, по которой ты здесь? Чтобы отомстить, рассказав мне обо всех людях, которых убила моя ошибка.

— Ты чувствуешь ответственность за людей в самолете?

— Если бы я прочитала её ауру, я могла бы узнать, что она обманывает меня.

— Почему ты этого не сделала?

— Потому что люди могут быть мерзкими внутри своих собственных голов.

— А, — сказал Джейсон. — Твоя чувствительность должна быть почти сродни чтению мыслей, за исключением того, что ты чувствуешь низменные инстинкты людей вместо их возвышенных мыслей. Ты получаешь все наши уродливые побуждения без высших идеалов, которые удерживают нас от того, чтобы терзать друг друга, как животные. Или капиталисты.

— Не твои, — сказала она. — Твоя аура уже была слишком сильной, слишком контролируемой. Всё, что я ловила, — это проблески твоих эмоций. Теперь я не получаю ничего, кроме того, что ты позволяешь людям видеть. Твоя аура не похожа ни на что, что я когда-либо видела.

— Это делает тебя ещё более напуганной, — понял Джейсон. Они оба знали, что её эмоции были для него открытой книгой.

— Почему ты здесь? — снова спросила она.

— Честно говоря, я сам не уверен. Они рассказали мне о тебе, и я почувствовал себя обязанным увидеть тебя. Осознание того, как сильно ты боялась меня в том пространстве, немного потрясло меня. Не так сильно, как тебя, очевидно. Я не несу ответственности за твои решения. Я, по крайней мере частично, однако, тот импульс, который привел тебя туда, где ты сейчас.

Он задумчиво потер подбородок.

— Мы все несем ответственность за свой собственный выбор, — сказал он. — Неизбежно мы делаем плохие. Иногда мы платим за это, а иногда другие платят за нас. Я много думал о своем собственном выборе в последнее время. О людях, которых я убил, и меньшем числе тех, кого я позволил жить. Как только ты делаешь это достаточно часто, убийство становится легким, в моменте. Даже приносящим удовлетворение. Победа над врагами может быть опьяняющей.

Он сделал паузу в воспоминаниях, Кайли только смотрела на него и не говорила.

— Я был на работе, в начале своей карьеры, — сказал он. — Это было чуть больше года назад, хотя кажется, что прошла вечность. Был человек, который пытался убить меня, и я позволил ему жить. Я всё ещё делал это тогда. Этот человек стал приспешником местного криминального авторитета и довольно быстро поднялся по карьерной лестнице, будучи пользователем эссенций. Когда криминальный авторитет позже похитил меня, я не знаю, знал ли он о моей связи с этим человеком.

Джейсон встал и подошел к холодильнику, открыл его и взял бутылку воды.

— Ты не против? — спросил он.

Она покачала головой.

— Спасибо, — сказал он, возвращаясь на свое место.

— Француз был не первым серебряным рангом, который похитил меня, — продолжил Джейсон. — Извини, это третья категория. Я тогда был первой категории, так что я не сопротивлялся так хорошо, как французу. Конечно, в тот раз меня всё равно похитили, но сначала мне надрали задницу, так что, может быть, что-то можно сказать в пользу того, чтобы сдаться тихо.

Джейсон покачал головой.

— В любом случае, — продолжил он, — я был совершенно во власти этого криминального авторитета, и он не был человеком милосердия. На самом деле, у него было довольно неприятное устройство, предназначенное не просто мучить мое тело, но и мою душу. Их план состоял в том, чтобы передать обоих… ну, это неважно. Достаточно сказать, что я был в плохой ситуации.

Он открыл бутылку воды и сделал глоток.

— Один из людей, охранявших место, где меня держали, оказался человеком, чью жизнь я однажды пощадил. Он решил убежать и рассказать моим друзьям, где я был, в обмен на то, что я не казнил его, когда у меня был каждый шанс и право сделать это. Его побег запаниковал людей, державших меня, и они поссорились, дав мне возможность сбежать. Иначе я никогда не смог бы вынести то, через что они заставили меня пройти.

— Зачем ты рассказываешь мне это? — спросила она.

— Ты погубила людей Сети, так что их судьбу решать им. Я попросил Аннабет Тилден быть снисходительной к тебе, если это что-то значит. Выбор быть милосердным однажды спас мне жизнь, и это путь, на который я хотел бы найти способ вернуться. Может быть, однажды у тебя будет шанс сделать лучший выбор и помочь другим, вместо того чтобы причинять им боль.

— Это не помогает мне, — сказала она.

— Я пришел сюда не для того, чтобы помочь тебе, — сказал он. — У меня было чувство, что разговор с тобой может помочь мне объединить некоторые мысли, которые уже некоторое время плавали у меня в голове.

— Помогло?

— Это имеет значение? — спросил Джейсон, вставая со стула. — Как ты сказала, это не помогает тебе.

Он вернул стул в положение, в котором нашел его. Кайли не сдвинулась со своего места в углу. Он постучал в дверь, и она открылась снаружи. Он остановился, собираясь уходить, повернувшись к ней, всё ещё в углу.

— Мне жаль, что я так сильно сбил тебя с пути, мисс Чен, — сказал он ей. — Мы никогда не можем увидеть все последствия наших действий. Что-то, что мы оба узнали на горьком опыте, полагаю.

В коридоре Майкл Арам спешил к нему, пока охранник закрывал дверь за ним.

— Мистер Арам, — сказал Джейсон с улыбкой. — Рад видеть, что вы в порядке.

— Любой, кто спасает мою жизнь, может называть меня Майком, — сказал Арам. — У нас только что сработал датчик на третью категорию. Кете… Мисс Арзиани интересовалась, не хотите ли вы с подругой присоединиться.

ИДЕАЛЬНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

ИДЕАЛЬНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

Джейсон проигнорировал звук и движение транспортного вертолета, читая книгу в своих руках.

— Это пушту? — громко спросил Арам поверх шума вертолета, вглядываясь в открытые страницы.

— Ага, — сказал Джейсон.

— Ты говоришь на пушту?

— Я говорю на всём, — сказал Джейсон. — Магические силы, знаешь ли?

— Верно. Почему ты читаешь книгу на пушту?

— Я наткнулся на неё во время своего очень короткого пребывания в университете, прежде чем бросил его, чтобы войти в захватывающий мир розничной торговли канцелярскими товарами. Мне она очень понравилась, и я наконец-то могу прочитать её на языке оригинала.

— О чем она?

— Об империалистических иностранных влияниях в Афганистане девятнадцатого века.

— Звучит как настоящий бестселлер. В досье, которое я читал о тебе, говорилось, что ты помешан на ужасной поп-культуре восьмидесятых.

— Мои интересы выходят за рамки «Громокотов» и «Команды А», знаешь ли.

— Рад это слышать, — сказал Арам. — Сеть делает большую ставку на тебя. Немного беспокоит, если человек, который должен быть трансформационным влиянием, берет свои собственные влияния из мультфильма «Трансформеры».

— О, можешь забыть о «Трансформерах» G1, — сказал Джейсон. — Чистые очки ностальгии. «Трансформеры: Прайм» — вот где всё самое интересное. Это гораздо более качественный сериал, и в нем лучшее изображение Старскрима во всей франшизе.

— Ты не внушаешь мне уверенности, мистер Асано.

— Можешь называть меня Джейсон, Майк.

* * * Джейсон и Фарра были доставлены самолетом из Сиднея в Южную Австралию, с Майклом Арамом в качестве эскорта. Сиднейское отделение договорилось с Аделаидским отделением, чтобы позволить паре сопровождать группу тактического реагирования в инкурсию. Их доставили на военную базу в Южной Австралии, где они присоединились к группе реагирования в серии транспортных вертолетов.

Их пункт назначения был недалеко от северной оконечности штата, глубоко в центральной Австралии. Кустарниковая равнина простиралась на многие мили, красная земля была усеяна пятнами желтой травы и бледно-зеленого кустарника. Приближаясь к апертуре астрального пространства, Джейсон столкнулся с чем-то необычным.

* Вы вошли в регион, граничащий с протоастральным пространством. Вы можете войти в протоастральное пространство напрямую.

Новое физическое состояние Джейсона пришло с новыми физическими ощущениями. Мир вокруг него ощущался иначе, хотя он знал, что разница была в нем самом. Стена между измерениями была достаточно тонкой, чтобы он мог её почувствовать. Он проигнорировал ощущение и не пытался перейти — это был кролик, которого он хотел оставить в шляпе.

Пока группа поддержки группы реагирования разбивала лагерь и готовилась открыть невидимую апертуру, Фарра оглядывала пейзаж.

— Это выглядит как западный край пустыни Гринстоун, — сказала Фарра. Она и Джейсон прошли через окраины той территории вскоре после прибытия Джейсона в тот мир.

— Ага, — согласился Джейсон. — Ты уверена, что готова к этому?

— Я голодна до этого, — сказала она. — Я, может быть, даже попробую некоторые из этих новых способностей. Хотя по старым я буду скучать. Потеря личного пространства — это тяжело. Я бы сказала, что там были все мои вещи, но, думаю, я видела несколько знакомых книг, плавающих в пагоде твоей души.

— Когда мы очищали твои вещи, — сказал Джейсон, — Гэри и Руфус подумали, что я должен забрать твои книги. Ты всегда пыталась заставить меня изучать магическую теорию.

— Ты изучил?

— Ага, — сказал Джейсон. — Я выбрал астральную магию в качестве своей специализации, по очевидным причинам. К тому же, это специализация Клайва, так что он многому меня научил. Руфус и Гэри забрали остальные твои вещи, хотя, думаю, они многое отдали Падме.

— Ты встречался с Падмой?

Падма была молодым выпускником Академии Ремор, которую Фарра взяла под свое крыло. Она приехала в Гринстоун со своей командой на соревнование Эмира, только чтобы быть разбитой, услышав о смерти своего наставника. Как человек, которого Фарра также наставляла, Джейсон чувствовал родство с младшим авантюристом.

— Твои родители тоже, — сказал Джейсон. — Они приехали в Гринстоун с родителями Руфуса.

— Это кажется нереальным, говорить о моей поминальной службе.

— Я смотрел свою, — сказал Джейсон. — Один из моих кузенов записал её на свой телефон, что кажется немного безвкусным. Моя мама сделала всё это в традиционном японском стиле, чего я не позволю в следующий раз, когда умру.

Фарра нахмурилась и одарила Джейсона оценивающим взглядом.

— Если у тебя есть все мои книги, — сказала она, — ты смотрел ту, что в переплете из черной кожи с розой, тисненой на обложке?

— Я взглянул на неё, — сказал Джейсон. — Я не был уверен, что с ней делать. В смысле, казалось неправильным выбрасывать её, но я не собирался читать твою книгу с порно.

— Это не порно. Это секс-магия.

— Не могу сказать, лучше это или хуже.

— Секс-магию стоит изучить. Помимо очевидных преимуществ, она довольно междисциплинарна. Она затрагивает магию восстановления, магию баффов, манипуляцию аурой. Специализация важна в магии, но стоит быть хотя бы немного заземленным в других областях.

— Я немного баловался артефакторикой, — сказал Джейсон. — Я использовал книгу навыков, чтобы не тратить на это слишком много времени.

— Они хороши для расширения базы знаний, — сказала Фарра. — Но не используй их как оправдание, чтобы отлынивать от теоретических исследований.

Арам помахал им, приближаясь, вместе с коренным австралийцем в военизированном снаряжении с аурой серебряного ранга.

— Это Дитто, Том Котсворт, — представил Арам. — Дитто означает директор по тактическим операциям, — объяснил он Фарре.

— Добрый день, — поприветствовал Котсворт.

— Добрый день, — сказал Джейсон, пожимая руку мужчине. — Я Джейсон Асано, а это Фарра Хурин. Вы предпочитаете Дитто, Котсворт или Дитто Котсворт?

— Приятель, если ты сможешь разобраться с третьими категориями и уберечь моих людей от вреда, можешь называть меня Сьюзен, мне всё равно. Вы двое — те таинственные специалисты, которые будут бродить по стране, нанося первый удар по всем крупным, да?

— Это мы, — сказал Джейсон.

— Вы уверены, что справитесь вдвоем?

— Думаю, это скорее ситуация «по очереди», да? — сказал Джейсон, глядя на Фарру.

— Не будь пренебрежительным, — упрекнула Фарра. — При плохом раскладе монстр серебряного ранга всё ещё может победить любого из нас. В основном тебя, но всё же.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Но если они не будут давить на нас хотя бы немного, то в чем смысл?

— Верно, — признала Фарра.

— Итак, как вы хотите нас расставить? — спросил Джейсон Котсворта. — Это ваше шоу, и мы в вашем распоряжении.

— Мы? — спросила Фарра.

— В разумных пределах, — сказал ей Джейсон. — Они собираются предположить определенное количество оперативной свободы с нашей стороны.

— Я вижу, что вы двое будете головной болью, если я попытаюсь держать вас на поводке, — сказал Котсворт. — Поскольку было очень ясно сказано, что ваше включение обязательно и я должен оказать всяческое содействие, как насчет того, чтобы вы двое взяли на себя инициативу и показали нам, как они делают это там, где черт возьми их нашли?

— Это именно то, чего я хочу, — сказала Фарра. — Я бы действительно могла убить кое-что.

— Бонза, — сказал Котсворт. — Это совсем не звучит как какой-то сумасшедший тяжеловес, готовящийся погрузить мою жизнь в хаос.

* * * Внутри астрального пространства было не отличить от внешнего, с той же плоской кустарниковой равниной.

* Вы вошли в нестабильную физическую реальность. Ваше присутствие уменьшит скорость, с которой она будет дестабилизироваться.

Джейсон проигнорировал сообщение и огляделся. Это была почти полностью открытая местность, поэтому орду монстров было нетрудно найти, где-то в двух или трех километрах вдалеке. Восприятия Джейсона бронзового ранга было более чем достаточно, чтобы четко их разглядеть.

Плотно упакованное стадо, они были гротескными пародиями на нормальных животных. Там были лошади с паучьими ногами и пастями, которые широко раскрывались, как у крокодила. Змеи, каждая с пастью, которая проходила вдоль спины, по всей длине её тела. Ящерицы с тремя головами и без глаз. Паря над стадом, словно плавая в океане, были скаты с колючими хвостами.

Среди сотен животных монстров было несколько громоздких существ, которые стояли три, четыре, даже пять метров в высоту. Там были гигантские, комковатые жабы и волосатые гуманоиды, похожие на сасквочей. Одним из них было смутно гуманоидное существо с ярко-красной кожей, чья вся верхняя часть тела была луковицеобразным скрещением головы жабы и рыбы.

— Похоже на трех гигантожаб, двух йови и одного яра-ма-йха-ху, — сказал Котсворт.

— Йови, — сказал Джейсон, глядя на существ, похожих на сасквочей. — Ничего себе.

— Никаких хитрых сил, йови, — сказал Котсворт. — Не очень быстрые тоже. Хотя требуется ужасно много наказания, чтобы свалить одного, и если они ударят тебя, ты готов. Правильно готов. Измельченная плоть, разбросанная на сто метров земли, готов.

— Тогда я возьму их, — сказал Джейсон. — А как насчет остальных?

— Жабы будут игнорировать маленькие удары, но нанеси достаточно хороший удар, чтобы пробить кожу, и ты сможешь нанести реальный урон. Они не шустрые, но могут сделать хороший прыжок, так что убедись, что они не приземлятся на тебя. Помимо этого, остерегайся ядовитого плевка. Большие, ужасные комки этой штуки, размером с тачку.

— А та красная штука? — спросила Фарра.

— Яра-ма-йха-ху, — сказал Котсворт. — Не такая прочная, как остальные, но это худшая из всей кучи. Она достаточно сильная, и хотя может выглядеть неуклюжей, на самом деле довольно ловкая. Она также может делать большие прыжковые атаки, с большей точностью, чем жабы, так что остерегайся этого. Большая опасность — это её пальцы-щупальца. Они присосутся к тебе и высосут твою кровь, как будто ты вишневый смузи.

— Я возьму ту первой, — сказала Фарра. — Хочешь начать с волосатых, а мы разделим жаб?

— Звучит неплохо, — сказал Джейсон. — Если ты хочешь взять фронт, я зайду с тыла. Хотя между нами и ними есть целая армия. Думаю, мы будем полагаться на опыт ваших людей, чтобы проредить эти ряды, Котсворт.

— Позвольте мне попробовать кое-что, — сказала Фарра. — Они, кажется, ещё не заметили нас, так что вы не против, если я привлеку их внимание, Дитто?

Котсворт взглянул на свои команды, формирующиеся по мере того, как они проходили через апертуру.

— Мы почти внутри и сформированы, — сказал он. — Сталкиваясь с ними как с ордой, как эта, мы собираемся настроиться на непрерывные волны огня, но мы также любим нанести ранний удар в сценариях массовой орды. У нас есть специалист по области, которого я хотел бы поставить рядом с вами.

— Вы хозяин, — сказала Фарра. — Но я была бы признательна, если бы пошла первой.

— Никаких проблем, — сказал Котсворт.

— Позвольте мне сначала настроить связь, — сказал Джейсон. — Вас проинформировали об этом, Дитто?

— Ага, — сказал Котсворт. — Я говорил с Коэном Уотерсом, моим сиднейским коллегой. Он сказал хорошие вещи, поэтому я готов пойти навстречу. Он также сказал мне не держать вас на полке.

Джейсон разослал приглашения в группу двум взводам персонала Сети, что было на один меньше, чем у сиднейской команды. Пока Котсворт проводил секции через проверки связи, он отправил одного из своих серебряных рангов двигаться вперед вместе с Фаррой.

— Я Фарра.

— Мелинда. Просто Мел — это нормально.

— Какой у тебя подход?

— Цепи огненных копий. У тебя?

— Цепь огненных стрел.

— О, классика, — сказала Мел. — Должно быть, у тебя она до третьей категории, если ты делаешь цепи.

— Ага, — подтвердила Фарра.

— Я подумала, что ты близка к повышению ранга по твоей ауре. В Дарвине есть пара третьих категорий, у которых есть огненная стрела, и это, по-видимому, что-то, на что стоит посмотреть. Нечасто мы собираем их всех вместе для больших цепей. Тебе стоит начать, потому что мои копья наносят больше урона, если цели уже горят. Обычно я заставляю пользователей огненной эссенции в рядах обрызгивать всё вокруг, затем двигаюсь, чтобы зачистить. Это должно быть гораздо удобнее.

— Это отлично получается, — сказала Фарра.

Две женщины составляли странную пару, обе с утонченной внешностью после нескольких повышений ранга. Фарра была одета повседневно, в джинсах и расстегнутой клетчатой рубашке поверх белой футболки, волосы затянуты на шее. У Мелинды были коротко стриженные волосы, и она была покрыта с ног до головы в то, что Джейсон продолжал считать экипировкой отряда смерти. Черная тактическая броня, которую носили серебряные ранги Сети, была магической, хотя и снаряжением бронзового ранга.

— Время попробовать что-то новое, — сказала Фарра, когда Джейсон двинулся вперед, чтобы присоединиться к ним.

— Не возражаешь, если я взгляну? — спросил Джейсон.

— Вперед, — сказала Фарра.

Джейсон вызвал описание её способности через интерфейс группы.

Способность: [Мистик призрачного огня]

* Трансформирована из способности [Иномирянина] [Духовное пламя].

* Создает нити призрачного пламени. Пламя бестелесно и безвредно для обычных людей, но высокоэффективно против бестелесных сущностей. Нити могут использоваться как кнут, веревка, паутина или другие шнуровые объекты.

* Эта способность получает альтернативную функцию рисовать магические диаграммы, включая те, что парят в воздухе. Диаграммы, усиливающие силу для огненных способностей, имеют увеличенный эффект при создании с этой способностью.

Фарра нарисовала магическую диаграмму в воздухе пальцем, напоминая Джейсону о многих случаях, когда он видел, как Клайв делал то же самое. Однако вместо золотого света Клайва Фарра рисовала нитями красного и желтого пламени, которые блестели, как жидкость.

Когда она закончила, она использовала способность из своей мощной эссенции, Усиление, которая вызвала янтарный свет, сияющий изнутри её тела. Усиление было похоже на силу Поддержки, которой обладал Нил, в том, что она усиливала следующую использованную способность. Ключевое отличие заключалось в том, что Усиление работало только на пользователя.

Только после того, как она нарисовала ритуальную диаграмму и использовала свою вспомогательную способность, она подняла руку и пропела быстрое заклинание.

— [Огненная стрела].

Огненная стрела была из семейства ультрабыстрых атакующих заклинаний, обычно принадлежащих заклинателям и используемых как базовая атака. Её можно было выпустить так далеко, как видел глаз, и она была очень быстрой в использовании, но традиционно лишенной силы. Наложение эффектов усиления так, как это сделала Фарра, было обычной практикой.

Шар пламени, который вылетел из руки Фарры, был больше, чем то, что Джейсон видел у других пользователей огненной эссенции, из-за способности Усиления. Как только он попал в ритуальный круг, круг был поглощен, когда шар стал ещё больше, оставляя за собой пламя, как комета, когда он летел низко над землей в сторону орды монстров. Он также изменил цвет, переходя от оранжевого через желтый к ярко-желто-белому.

— Это сильная, — сказала Мел.

Вдали они услышали рев монстров, когда враги более высокого ранга почувствовали приближающуюся магическую атаку.

— Моя способность Огненная стрела уже достигла серебра, — сказала Фарра. — Даже так, она должна убить только низкоранговые вещи сразу. Хочешь последовать, чтобы ты могла делать цепи от слабых, пока они всё ещё горят, Мел?

Мел ухмыльнулась, не утруждая себя ответом. Она подняла руку и пропела заклинание.

— [Пылающее копье].

Копье, которое выглядело сделанным из расплавленного металла, появилось перед ней и выстрелило вслед за огненной стрелой. Оно, казалось, не беспокоилось о гравитации, летя по идеально плоской траектории.

Огненная стрела достигла монстров первой, попав в лошадь с паучьими ногами, которая издала инопланетный визг, когда пламя поглотило её, как будто она была покрыта ускорителем. Новые стрелы огня выстрелили из горящего монстра в других близлежащих монстров, которые постигла та же участь. Затем огненные стрелы вышли из них, продолжая цепную реакцию от существа к отвратительному существу, когда пламя настигло орду, как поднимающийся прилив.

Пылающее копье распространялось почти так же, поражая горящего монстра, вокруг которого создавалось больше копий, чтобы распространяться дальше и дальше, преследуя волну огненных стрел. Сотрудничество двух базовых атакующих заклинаний, цепляющихся снова и снова, было разрушительным для более слабых членов орды.

— Э-э… — сказал Джейсон, наблюдая за резней.

Железные ранги среди орды падали, как капли дождя, с бронзовыми рангами, в основном выживающими, но в таком разбитом состоянии, что у команды Сети с их огнестрельным оружием не должно было возникнуть проблем с зачисткой. Более крупные монстры горели, но они казались в значительной степени невозмутимыми. Огонь на них вскоре погас, обнажая некоторую обесцвеченную кожу и опаленные волосы, но мало что ещё, кроме поверхностного урона.

— А теперь завершающий штрих, — сказала Фарра. Она развела руки в стороны, ладонями вверх, медленно поднимая их, пока пела заклинание.

— [Пусть поднимется огонь и потребует свою пепельную дань].

Вдали орда была морем пламени, испускающим ужасающие крики агонии, слышимые даже с такого расстояния. С заклинанием Фарры огонь горел ярче, крики становились громче, прежде чем начать умолкать. Джейсон снова взглянул на её способности.

— Что это было за заклинание? — спросил Джейсон.

— Посмотри сам, — сказала Фарра.

Способность: [Восходящее пламя] (Мощная)

* Заклинание * Стоимость: Высокая мана. * Перезарядка: 3 минуты.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Урон, наносимый всеми экземплярами [Горения], нанесенными вами, медленно увеличивается.

* Эффект (бронза): Вскоре после того, как экземпляр [Горения] достигает максимального потенциала урона, он детонирует, поглощая экземпляр [Горения] и нанося весь потенциальный урон немедленно.

* Эффект (серебро): Когда экземпляры [Горения] детонируют, они наносят урон в небольшой области вокруг жертвы.

— Черт возьми, — сказал Котсворт, подходя к Джейсону, когда он смотрел вдаль, почесывая голову. — Похоже, остальные из нас могут закончить. Удачи с большими.

Если не считать нескольких бронзовых рангов, едва цепляющихся за жизнь, остались только серебряные ранги.

— Знаешь, — сказал Джейсон Фарре, — у меня есть сила, которая, когда ты кого-то закалываешь, делает кровотечение немного хуже. Как это справедливо?

— Вечно ты жалуешься, — сказала Фарра. — Обстоятельства просто подошли к моим способностям.

— Обстоятельства — это армия монстров.

— Именно, — сказала Фарра. — У тебя есть свои идеальные ситуации. Помести трех человек в темноту, и ты, вероятно, убьешь их. В конце концов.

— О, это уморительно, — сказал Джейсон, когда его окутал темный туман. — По крайней мере, мои идеальные обстоятельства включают наличие маны через четыре минуты после начала боя.

— Твои бои длятся дольше четырех минут? — спросила Фарра. — Может, твои способности ужасны?

Когда туман рассеялся мгновения спустя, повседневный наряд Джейсона был заменен его боевыми мантиями, его звездный плащ уже был накинут на него.

— Тень, если не возражаешь? — спросил он.

Три тела Тени вышли из тени Джейсона, чтобы принять форму крепких мотоциклов, естественно, все черные.

— Я не умею ездить на этом, — сказала Фарра, когда Джейсон оседлал его.

— Не беспокойтесь, мисс Хурин, — сказала Тень. — Оседлайте меня крепко, и я позабочусь о вас.

— Тень, — упрекнул Джейсон. — Время и место.

— Мистер Асано, такой уровень намеков ниже вас. Или, по крайней мере, должен быть.

— Справедливое замечание, — сказал Джейсон. — Это был низкий юмор, и нам нужно сосредоточиться на деле. Фарра, давай, засунь эту пульсирующую машину Тени между своих ног.

— Я чувствую себя очень неловко, — сказала Фарра.

ПАРЕНЬ ПО КРОВИ И СМЕРТИ

ПАРЕНЬ ПО КРОВИ И СМЕРТИ

Три огромных черных кроссовых мотоцикла с ревом неслись по красной равнине под палящим солнцем, отбрасывая на землю резкие тени. На одном мотоцикле сидела Фарра, выглядевшая неуверенно, на другом — Джейсон, чей плащ тянулся позади, словно ледяной хвост кометы. Третьим был сама Тень, управлявший собой.

— Твои транспортные формы обычно не такие шумные, — крикнул Джейсон.

— Напомню, что я трансформируюсь благодаря твоей силе, — ответил Тень. — Если какие-то из принятых мной черт носят характер деревенщины, то, хотя несу их я, ответственность лежит на тебе.

— Ты называешь меня деревенщиной?

— Я видел материнскую сторону твоей семьи, мистер Асано. Твоя мать может пытаться это скрыть, но ты из деревенских.

— Погоди, мне нравится эта часть моей семьи, — он вскинул кулак в воздух. — КОМАНДА ДЕРЕВЕНЩИН!

— Что с тобой не так? — крикнула на него Фарра.

— Я человек земли!

Фарра покачала головой, вновь сосредоточившись на том, чтобы не свалиться с мотоцикла. Сверхъестественная подвеска мотоциклетной формы Тени делала поездку не слишком утомительной, но она все равно не доверяла этому искусственному средству передвижения. Даже с магической поддержкой неровная почва приводила к резким толчкам.

— Ты не мог превратиться в хайделя? — крикнула Фарра своему мотоциклу.

— Способность к смене формы — это сила мистера Асано, а не моя, — сказал Тень. — По его словам, хайдель исключен, потому что их не существует в этом мире. Я мог бы справиться с верблюдом.

— Что такое верблюд?

— Это как долговязый и нескладный кузен лошади, — крикнул Джейсон, поравнявшись с ней.

— Что такое лошадь?

Они приближались к немногим выжившим монстрам. Там были конфетно-красная рыбожаба с щупальцами вместо пальцев, четыре гигантские жабы и полдюжины возвышающихся волосатых йоуи.

Мотоцикл Фарры замедлился до остановки, в то время как Джейсон и другой темный всадник резко свернули в сторону волосатых гигантов. Тень превратился из мотоцикла в облако тьмы, которое исчезло в тени Фарры, когда она призвала вокруг себя полный комплект доспехов. Он был сделан из глянцевых осколков обсидиана, сложенных в форме крыльев, с красным свечением, пробивающимся между сегментами.

В руках она призвала гигантское обсидиановое оружие, лишь отдаленно напоминающее меч. Двустороннее лезвие было сегментировано, как и ее доспехи, с участками зазубренных обсидиановых зубьев поверх магматически-красного свечения.

Когда два оставшихся мотоцикла пронеслись вокруг жаб, одно из чудовищных существ прыгнуло в их сторону. Несмотря на размер и массу, сопоставимые с причудливым сельским коттеджем, оно с пугающей скоростью пронеслось по воздуху. Оно должно было врезаться в Джейсона, чей мотоцикл взорвался тьмой. Темное облако поглотило его как раз перед тем, как существо приземлилось и накрыло его.

На втором мотоцикле Джейсон появился из тени всадника, заняв его место, пока сам всадник исчезал в мотоцикле. Взяв управление на себя, Джейсон резко вильнул, чтобы обогнуть огромную жабу. Она не двигалась, оставаясь неподвижной, если не считать способности совершать прыжки для смены позиции. Вместо того чтобы перейти в атаку, она нанесла удар с помощью вздутых пустул по всему телу, которые взрывообразно лопнули, обдав Джейсона гноем.

* Вы были поражены [Застывающим ядом жабы]. * Вы оказали сопротивление [Застывающему яду жабы]. * Вы получили эффект [Устойчивость]. * Вы получили эффект [Целостность].

Сопротивление яду серебряного ранга было для Джейсона делом привычным, учитывая его способность игнорировать разницу в рангах и накопленные бонусы к сопротивлению. Так что худшей частью атаки была вонь, похожая на запах гниющего китового жира. Это было не так плохо, как радужный дым, но достаточно, чтобы Джейсон однажды отменил отпуск на пляже из-за похожего аромата.

Не обращая внимания на лопающиеся пустулы, Джейсон сделал быстрый круг вокруг существа, его теневая рука удлинилась, чтобы полоснуть кожу кинжалом, пока он читал заклинания. Кинжал едва прорезал грубую, влажную кожу, но Джейсону никогда не требовались глубокие порезы. За то короткое время, что потребовалось ему, чтобы облететь жабу и направиться в сторону йоуи, он успел наложить на нее полный набор своих недугов.

— Кажется, этот конный бой может действительно сработать.

* * * Фарра столкнулась со своим прыгающим монстром — ярко-красным человекоподобным чудовищем, рыбожабой, называемой яра-ма-йа-ху, которая бросилась на нее. У нее не было мобильности мотоцикла или даже возможности просто двигаться, будучи закованной в каменную броню, поэтому она не стала уклоняться. Вместо этого две половины обсидианового купола поднялись из земли, сомкнувшись над ней.

Трехметровый монстр приземлился на купол, и от удара по его поверхности пошли трещины, похожие на паутину. Усевшись на купол, монстр начал яростно колотить по нему щупальцами, сжатыми в кулаки. У него явно хватало сил, чтобы вскоре пробить его, но купол взорвался наружу, отбросив монстра и осыпав его обсидиановыми осколками, которые вонзились в плоть, хотя и неглубоко.

Из расширяющегося облака обсидиановых фрагментов Фарра указала на точку на земле.

— Пламя земли, внемли зову.

Ловкость монстра не вязалась с его неуклюжим на вид телосложением, но он извернулся в воздухе, приземлившись на ноги. Фарра, предсказав место его приземления, использовала свое заклинание, чтобы создать светящийся символ на земле, прямо под его ногами. Она щелкнула пальцами — немалый подвиг в каменной перчатке, — и из земли вырвался магматический гейзер. Сила потока магмы пошатнула монстра, расплавленная порода прилипла к его телу.

Фарра шагнула вперед, над ее головой проявились три огненных шара. Каждый из них выпустил огненные лучи в монстра, который перестал соскребать магму руками и бросился на нее. Фарра топнула ногой во время движения, и из земли стеной вырвались обсидиановые осколки, добавившись к фрагментам, уже вонзившимся в плоть монстра.

Существо быстро отскочило в сторону, уклонившись от большей части облака осколков, только чтобы увидеть, что на него летит другая способность. Что-то под землей стремительно прокладывало путь вперед. Монстр снова двинулся, но роющее существо изменило курс, продолжая преследование. Наконец, монстр схватил огромный камень, словно тот весил не больше кукольного домика, и с силой ударил им вниз, пытаясь убить то, что скрывалось в земле.

После того как камень врезался в землю, он разлетелся на куски. Двухметровая обсидиановая колонна пробила его насквозь, поднявшись из земли перед монстром. Затем колонна рассыпалась, вонзив в монстра еще больше осколков, пока Фарра читала последующее заклинание.

— Дети вулкана, возродитесь в огне.

Все осколки обсидиана, почти покрывавшие переднюю часть монстра патиной, внезапно превратились в расплавленную магму. Маленькие капли расплавленной породы слились воедино, с каждым добавлением разгораясь все жарче.

Вся передняя часть монстра превратилась в расплавленный шлак, загорелась и потекла на землю, как сироп, обнажив отвратительные внутренности существа. И все же монстр не умер. Монстрам, возможно, не хватало арсенала способностей пользователя эссенции, но их живучесть могла посрамить любого, кроме самых неразрушимых пользователей эссенции. На серебряном ранге любого монстра нужно было долго убивать.

Фарра не сбавляла оборотов, приближаясь теперь со своим мечом, взмахнув им в широком горизонтальном движении. Сегменты лезвия разлетелись, нанизанные на шнур из светящейся магмы. Он дважды обернулся вокруг монстра, зазубренный край впился в плоть. Особенно уязвимым он был в своей изуродованной передней части. Меч втянулся, разрезая монстра, словно пила, пока не сжался обратно до рукояти.

Даже это не убило монстра, но существо перестало быть угрозой, лежа почти беспомощно на земле.

— Время попробовать еще один новый трюк, — сказала Фарра сама себе.

Меч в ее руках трансформировался. Вместо меча он стал неудобным пильным диском на тяжелой рукояти, раскаленный край которого быстро вращался. Хотя для боя он был слишком неуклюжим, это было как раз то, что нужно для расчленения монстра, с которым уже почти покончено.

* * * Физически более крепкие и сильные, чем другие монстры, йоуи все же были менее могущественными, им не хватало скорости или особых способностей, чтобы использовать эту мощь. На серебряном ранге силы и выносливости было уже недостаточно, что прекрасно подчеркивал такой враг, как Джейсон.

Буквально нарезая круги вокруг них на своем мотоцикле, он быстро нагрузил их недугами, прежде чем оставить их «созревать», и направился за оставшимися жабами. Он начал с той, над которой уже поработал. Нагруженная недугами, которые накапливались, пока Джейсон разбирался с йоуи, кожа жабы уже была покрыта уродливыми пятнами омертвевшей плоти. Заклинание «Возмездие» Джейсона вызвало мгновенный всплеск некроза для каждого недуга, чего хватило, чтобы добить жабу.

Фарра возвращалась после убийства самого опасного монстра и присматривалась к двум жабам, стоявшим ближе всего друг к другу.

Оставив их ей, Джейсон взял последнюю. Снова он объехал монстра на своем мотоцикле, теневая рука метнулась, нанеся пару ножевых ранений. Он позволил руке появиться из-под плаща, используя собственные руки, чтобы сохранять контроль над мотоциклом, пока он дико мчался по неровной земле. Это было ему ближе, чем бой с байкерами, ведь он научился ездить на кроссовых мотоциклах на ферме дяди Роббо еще мальчишкой.

У жаб была толстая кожа, но, как сказал им Котсворт, их внутренности были гораздо уязвимее. Недуги Джейсона терзали внутренности жабы, и он не стал долго ждать, прежде чем перейти ко второй фазе. Ударив ее заклинанием «Возмездие», он использовал свой «Пир отпущения грехов», чтобы вытянуть вредоносные недуги. На месте каждого удаленного проклятия, нечестивого недуга, яда и болезни оставалось три святых недуга.

«Епитимья» наносила неизбежный трансцендентный урон, который со временем уменьшался. «Наследие Греха» заставляло цель считаться более поврежденной, чем она была на самом деле, для атак добивания, что только добавляло к тому факту, что к моменту, когда Джейсон применял его, цель уже была достаточно повреждена.

Против монстров более низкого ранга Джейсону приходилось постараться, чтобы использовать свой добивающий прием. Большинство монстров были готовы к тому моменту, когда он собирался его применить. Наконец, столкнувшись с врагами серебряного ранга, мощь добивающего приема стала тем, что он действительно мог использовать для завершения боя.

— Мой есть суд, и суд есть смерть.

Столп трансцендентного света обрушился на жабу, нисходя словно небесный суд.

Способность: [Вердикт] (Рок)

* Заклинание (добивание). * Стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: 30 секунд.

* Текущий ранг: Бронза 3 (99%)

* Эффект (железо): Наносит небольшое количество трансцендентного урона. Как эффект добивания, урон масштабируется экспоненциально в зависимости от уровня травм врага.

* Эффект (бронза): Масштабирование урона увеличивается за счет эффектов [Епитимья] на цели.

На бронзовом ранге тройное масштабирование урона и два недуга сделали добивающий прием Джейсона силой абсолютного уничтожения, стершей жабу с лица земли.

* Вы победили [Гигантожабу].

* [Гигантожаба] была полностью уничтожена. Добыча собрана автоматически.

* 8 порций [Серебряного жабьего желе] добавлены в ваш инвентарь. * [Целебная мазь (Серебро)] добавлена в ваш инвентарь. * [Ядро монстра (Серебро)] добавлено в ваш инвентарь. * 10 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Поскольку у его заклинания «Возмездие» было время восстановления, ему потребовалось бы время, чтобы пройтись по каждому из йоуи, которых он оставил позади. Свалив жабу, он указал рукой в их сторону.

— Искупите цену своих прегрешений.

Один из йоуи споткнулся, когда клочья волос начали выпадать из пораженной плоти.

* * * Фарра не стала возиться с двумя последними жабами, а решила выложиться на полную. Она начала с того, что начертила в воздухе огненную диаграмму, а затем активировала способность. Янтарный свет засиял от ее тела, прежде чем смениться серебряным, когда ее аура поднялась с бронзового ранга до серебряного. Затем она произнесла заклинание.

— Пылающее сердце мира, покажи свою мощь.

Первая жаба прыгнула на нее, пока она чертила диаграмму, но она не уклонилась, подняв руку в ее сторону. Метровый поток лавы вырвался в жабу, вычистив ее слабые внутренности, словно сердцевину яблока, после того как пробил жесткую кожу. Гной и желе дождем посыпались на нее, когда она указала рукой на вторую жабу. Еще один выброс лавы быстро покончил с ней.

После этого она развеяла свою броню. «Лавовая пушка» была манопожирающим заклинанием на бронзовом ранге, но искусственное повышение его до серебряного с помощью способности «Предел прорыва» заставило ее ману упасть, словно откалывающийся ледник. Она стояла, согнувшись в позе восстановления, уперевшись руками в колени, когда Джейсон прибыл на своем мотоцикле. Увидев ее, покрытую жабьей слизью, он применил свое очищающее заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

— Почему даже твои целительные способности звучат по-злому? — спросила она, когда Джейсон бросил ей зелье восстановления.

— Я использовал его на четвертой жабе, — сказал Джейсон. — Это должно сказать тебе все, что нужно знать.

— Я видела тот большой столп карающей силы, — сказала она. — Это был трансцендентный урон?

— Это мой добивающий прием, — сказал Джейсон.

— А что случилось с тем, что ты парень по крови и смерти?

— Я также предлагаю отпущение грехов. Но отпущение грехов имеет свою цену.

— Вижу, ты все еще парень-мелодрама, — сказала она, глядя в сторону йоуи. — А как насчет тех?

Джейсон оглянулся и снова применил заклинание «Возмездие».

— Я добью их, как только они доберутся сюда, — сказал Джейсон. — Дай мне сначала собрать добычу с этой кучи.

— У тебя больше нет кристалльной промывки, да?

— У меня осталось две, — сказал Джейсон. — Я решил приберечь их для повышения ранга.

— Хорошая идея.

— Кстати о повышении ранга, у меня такое чувство…

Янтарный свет начал исходить из его тела.

— Даже не дождался, пока я помедитирую, — сказал он. — Эта способность была прямо на грани.

* Способность [Вердикт] (Рок) достигла Бронза 3 (100%). * Способность [Вердикт] (Рок) достигла Бронза 4 (00%).

* Все способности [Эссенция рока] достигли [Бронза 4]. * Связанный атрибут [Дух] повышен с [Бронза 3] до [Бронза 4].

Джейсон подался вперед на мотоцикле, позволяя Тени поддерживать его во время дезориентации.

— Повышение ранга посреди боя? — сказала Фарра. — Похоже, ты не воспринимаешь этих монстров всерьез, иначе твоя душа не была бы достаточно расслаблена, чтобы это произошло.

— Бой практически окончен, — сказал Джейсон.

— Похоже, твои монстры чувствуют то же самое.

Джейсон повернулся, чтобы получше рассмотреть волосатых чудовищ.

— Они что, развернулись? — спросил он. — Трудно сказать из-за всей этой шерсти и того, как медленно они движутся.

— Думаю, да, — сказала Фарра.

— О, да ладно, — сказал Джейсон. — Зачем убегать, когда вы все равно не можете бежать, тупые монстры?

Он сорвался с места на мотоцикле, оставив Фарру с Тенью, который появился из ее тени, приняв форму черного коня с белой гривой. Он был гладким и красивым, с такой блестящей шерстью, что Фарра могла смутно видеть в ней свое отражение.

— Вот это уже другое дело, — сказала она.

МНОЖЕСТВО АНОМАЛИЙ

МНОЖЕСТВО АНОМАЛИЙ

Пока Фарра и Джейсон сражались с монстрами серебряного ранга, Котсворт наблюдал за происходящим через монитор, на который транслировалась запись с дрона-камеры, летавшего над полем боя. Хотя передача иногда прерывалась из-за магических помех, у него был довольно четкий обзор происходящего. Мел стояла рядом с ним, тоже наблюдая.

— Они определенно сражаются не так, как мы, — сказала она. — Справиться с несколькими третьими категориями — это невероятно. Хотя я не могу представить, как можно поддерживать такую отдачу в долгосрочной перспективе. У меня нет столько маны.

— Хурин, вероятно, очень быстро истощает себя, — заметил Котсворт. — Она хорошо подходит для блиц-атак на самых мощных врагов, но хуже справилась бы в общей зачистке DE. Асано — совсем другое дело. На первый взгляд, он вообще ничего не делает.

— Яд? — предположила Мел. — Он делает всего две атаки против врага, которые, по-видимому, являются специальными.

— В отделении Перта есть специалист по ядам, — сказал Котсворт. — Трудно даже заметить, что их способности начинают действовать. Они блистают против самых сильных врагов, хотя на то, чтобы их свалить, уходит больше времени. Преимущество в том, что они очень эффективны в плане ресурсов, что, по-видимому, и является причиной того, что мы видим, как Асано переходит от одного боя к другому.

— Ходят разговоры о новых стратегических подходах, основанных на том, как сражаются эти двое, — сказала Мел. — Есть ли доля правды в слухах, сэр?

— Я полагаю, в этом и заключается идея. Что вы думаете?

— Я не вижу смысла отказываться от нашего существующего подхода, — сказала она. — Ее методы слишком ресурсоемкие, а он слишком медленный для масштабной зачистки. Однако они преподают нам урок в отношении крупных целей. Разработка нескольких ударных групп, специализирующихся на устранении целей ADE, могла бы действительно принести пользу. Честно говоря, не понимаю, почему это еще не сделано.

— Отделения оказывают на это большое давление, — сказал Котсворт. — Однако Международный комитет сопротивляется. Угрожают сокращением выделения ресурсов отделениям, применяющим то, что они называют «ненужными практиками с высоким риском».

— Звучит как полная чушь.

— Так и есть, — сказал Котсворт. — МК это нравится не больше, чем нам. Это китайцы и американцы угрожают удержать ресурсы, если остальной мир не будет играть по их правилам.

— Кучка придурков, — сказала Мел. — Они переманивают всех мародеров, а затем используют их, чтобы давить на остальных из нас.

— Вот почему Асано представляет собой шанс добиться перемен, — сказал Котсворт. — По слухам, Сиднейское отделение готово поделиться им и его способностями к мародерству с остальной частью страны. Вот почему он здесь.

Даже пока они говорили, тактические группы использовали свою связь с Джейсоном, чтобы собрать добычу с армии мертвых монстров. Они держались на периферии, стараясь держаться подальше от Джейсона, Фарры и монстров серебряного ранга.

— Эти двое также могут дать конкретные тактические рекомендации, — продолжил Котсворт. — Если мы пытаемся разработать новые стратегии вслепую, это не стоит такой негативной реакции. Но если мы сможем быстро и эффективно разработать новые подходы, то внезапно это станет гораздо более жизнеспособным.

— А что произойдет, если США или Китай нагрянут и заберут этих двоих? — спросила Мел.

— Тогда мы вернемся к тому, с чего начали, — сказал Котсворт. — На побегушках у сверхдержав.

Пока они продолжали наблюдать за ходом боя, к ним подошел глава группы поддержки.

— Товарищ Котсворт, — сказала она. — Мы получаем странные показания из пространственной аномалии.

— Странные в каком смысле? — спросил Котсворт.

— Мы наблюдали за целостностью пространства, как обычно. Пространственная аномалия обычно разрушается за сорок три часа, с естественной вариацией. Когда мы впервые вошли, наши показания были нормальными, но теперь наши прогнозы сбились. Похоже, это пространство может просуществовать до шестидесяти часов, может быть, чуть больше.

— Объяснение?

— Я знаю только об одном явлении пространственного вторжения, которое выходило за рамки обычных временных рамок, — сказала она, глядя вдаль на продолжающийся бой. — Я не могу подтвердить, что изменение произошло, когда они вошли в астральное пространство, но и исключить этого не могу. Скажу лишь, что Сиднейское отделение не фиксировало ничего подобного в прошлый раз, когда Асано входил в пространство пространственного вторжения. Это может быть другое, а может быть не связано.

— Хорошо, — сказал Котсворт. — Просто записывайте все, чтобы мы могли передать это…

Он замолчал, когда вдалеке появился ослепительный столб света.

— Э-э, сэр, — сказала Мел. — Думаю, я, возможно, заметила эффект его способностей.

* * * — Одиннадцать ядер монстров серебряного ранга, — перечислял Джейсон, выкладывая добычу на стол. — Тридцать одна банка жабьего желе; не уверен, для чего это.

— Ты положил это в банки? — спросил Котсворт.

— Оно так и выпало, — сказал Джейсон. — Моя способность к мародерству бывает забавной. Мы взяли свою долю серебряных духовных монет, а те, что рангом пониже, которые мы сами налутали, оставим себе. Осмелюсь сказать, армия монстров даст вам достаточно, чтобы продолжить. Три банки целебной мази — это хорошая вещь, так что приберегите ее для своих третьих категорий. Прибыльная добыча, от этих жаб. Моток коры-волос от одного из йоуи. Большая красная штука, к сожалению, не выплюнула ничего особо ценного.

— Мы проследим, чтобы все было подсчитано, — сказал Котсворт. — Я понимаю, у вас есть предварительная договоренность с Международным комитетом относительно результатов сбора.

— Она не будет окончательной, пока я не скажу янки и китайцам сесть на свои велосипеды, — сказал Джейсон.

— Вы не ожидаете, что вас попытаются переманить? — спросил Котсворт.

— Не вижу, что они могут предложить такого, чего я уже не получаю от Международного комитета. Конечно, они могли бы предложить мне больше, но если бы я хотел большего, я бы вел переговоры жестче. Может быть, у них есть какие-то большие секреты, в которые они могли бы меня посвятить, но мне это не по душе. В конце концов, работа заключается в защите людей от монстров, а это значит — всех людей. Нам есть что предложить, и прилив должен поднять все корабли. Судя по тому, что я слышал, это не тот путь, по которому захотят пойти США и Китай.

— Не буду лгать, это именно то, что многие из нас хотели услышать, — сказал Котсворт.

* * * К тому времени, как самолет вернул Джейсона и Фарру в Сидней, был уже поздний вечер. Эрика отказалась от предложенной Сетью поездки домой в пользу спешно организованного вводного инструктажа по магии. У нее было много вопросов.

Джейсон порталом перенес их обратно на Касселтон-Бич, с десятиминутной остановкой на уединенном пляже, который он использовал как скрытый перевалочный пункт.

— Может, стоило высадить нас поближе к закусочной, — сказала Эрика.

— Я стараюсь не слишком откровенничать насчет магии, — сказал Джейсон. — Больше не буду.

Вернувшись на плавучий дом, он организовал видеозвонок со штаб-квартирой Сети в Сиднее.

— Глэдис, — поприветствовал он. — Прости, что наша сегодняшняя встреча сорвалась.

— Прерывание инопланетными вторжениями из другого измерения — это то, к чему здесь привыкаешь, — сказала Глэдис.

Они некоторое время говорили о бабушке Джейсона и ее продолжающемся лечении, которое шло хорошо.

— Я бы все еще не стала пока разбрасываться бомбами о том, что магия реальна, — посоветовала Глэдис. — С ее запущенной стадией болезни Альцгеймера ее восприятие реальности было, в лучшем случае, фрагментарным. Дай ей время приспособиться, прежде чем сообщать, что все, что она знает о реальной действительности, неверно.

— Спасибо, что так заботитесь о ее лечении.

— Спасибо, что спасли хотя бы некоторых из наших людей. Я знала, что Миранда — морская шлюха, но не думала, что она настолько плоха, чтобы убивать своих. Кит был неплохим пареньком, и он не заслужил такой участи.

— Есть хоть какие-то следы ее?

— Нет, как будто она сквозь землю провалилась. Анна сказала, что в Лионском отделении пропал пользователь портала, и мы тоже не взяли след того парня, Себастьяна. Лучшее предположение — они либо уже совершили, либо все еще совершают портальные прыжки к тому, кто за всем этим стоит.

— Есть какие-то подвижки в выяснении, кто это?

— Пока только предположения, — сказала Глэдис. — Барбу пожертвовал персоналом ЭОА и Сети. Это может быть какая-то фракция в любой из организаций, Кабала или какая-то меньшая группа, пытающаяся сделать большую ставку. Не ожидай узнать больше, пока они не сделают свой следующий ход.

— Мне очень не нравится, что Барбу ушел, — сказал Джейсон. — Я и так достаточно переживаю за Фарру, не хватало еще, чтобы парень, который ее пытал, все еще был где-то там.

— Она — причина, по которой ты хотел со мной встретиться, да?

— Да.

— Как она?

— По всем признакам, как будто ничего не случилось, — сказал Джейсон. — Это беспокоит меня еще больше. Как бы она ни отмахивалась, нельзя пройти через такое — неделями — без последствий. Я боюсь, что она хоронит психологический рак, который не проявится, пока не метастазирует.

— Что ж, — сказала Глэдис, — первое, что тебе нужно сделать, — это отбросить свои предположения. Культура играет огромную роль в нашем психологическом складе, а она из совершенно другого мира. Мы также не знаем, насколько наличие магии влияет на то, как мы перерабатываем травму. Краткосрочные эффекты кажутся положительными, но долгосрочные последствия остаются загадкой, потому что у нас еще нет исследовательской базы. Может быть, наш разум просто лучше с этим справляется, или мы можем заплатить за эти краткосрочные защиты позже.

— То есть ты говоришь, что никто не знает и я ничего не могу сделать.

— Я говорю: не подталкивай ее реагировать так, как ты считаешь нужным. Слушай то, что она тебе говорит. Наблюдай за тем, что она тебе показывает. Будь рядом с ней, если и когда она в тебе нуждается. И не недооценивай силу общего опыта. Ты ведь сам прошел через кое-что, пока был на той стороне, верно?

— Откуда ты это услышала?

— Мне не нужно было, чтобы кто-то говорил мне, когда ты бегаешь вокруг, как сердитый терновый куст, — сказала она. — Твоя подруга не единственная, кому нужно восстановление. Моя рекомендация — вам обоим стоит пожить спокойно довольно долгое время. В ваш милый городок приходит весна. Наслаждайтесь ею.

Он не ответил, его мысли лихорадочно вращались.

— Я знаю, это не то, что ты хотел услышать, — сказала Глэдис. — Ты хочешь быть активным и что-то сделать для своего друга. Иногда лучшее, что ты можешь сделать, — это отступить и не усугублять ситуацию.

* * * Лэнс Хаусман вошел в гостиничный номер в Сиднее, где его ждал помощник, Франклин. Лэнс был широкоплечим мужчиной, чей серебряный ранг заставлял его выглядеть на тридцать, хотя его истинный возраст был почти вдвое больше. Франклин был стройным чернокожим мужчиной железного ранга, державшим планшет. Оба были в безупречных костюмах.

— Номер чист, сэр, — сказал Франклин. — Местные ничего не пытались предпринять, ни магического, ни иного.

— Они были бы глупцами, если бы сделали это, — сказал Лэнс. — Ты просмотрел материалы?

— Да, сэр, — сказал Франклин.

— Тогда давай сядем и пройдемся по ним. Что-нибудь случилось, пока мы были в воздухе?

— Асано работал с тактической группой другого отделения. На этот раз он привел с собой женщину, которую освободил.

Франклин передал файл, когда они сели, бок о бок, в удобные кресла большого люкса.

— Это все, что у нас есть на нее, а это, по сути, ничего. Самое конкретное, что у нас есть, — это анализ ее способностей, любезно предоставленный записью с дрона. Я загрузил необработанные кадры и их проанализированную разбивку на ваш ноутбук, но, вкратце, она — блиц-атакующий. Очень способная, экстремальный урон. Кажется, у нее есть способность игнорировать ранговые барьеры, так как не было заметного сопротивления урону от монстров серебряного ранга. Впрочем, возможно, это просто фактор плохого качества видео.

— Значит, она еще одна Трелони.

— Первоначальная оценка гласит, что она потенциально более способна, чем Трелони, хотя эта оценка встретила некоторое сопротивление.

— Конечно, встретила, — сказал Лэнс. — Наши люди не привыкли к тому, что у них нет самого лучшего, что есть, но эта женщина из мира, где наше лучшее — это норма. Оценка ценности?

— Наше лучшее предположение — она очень близка к тому, чтобы пересечь черту к серебряному рангу. Тактически она была бы активом, но не более, чем любой другой первоклассный серебряный. Ценны знания, которые она принесла из того мира. Наши активы внутри Сиднейского отделения утверждают, что Асано заявил, что ее ценность в этом отношении выше, чем его собственная.

— А что насчет него? — спросил Лэнс. — Мы наконец-то взглянули на его способности?

— Да, сэр, хотя и не очень хорошо. Мы считаем, что он специалист по недугам, поэтому его способности имеют ограниченный визуальный эффект. Большинство из них, во всяком случае.

— О?

— Его способности, по-видимому, работают поэтапно. Сначала его силы вызывают быстро ускоряющийся некроз, который он накладывает, прежде чем перейти к другим комбатантам. Затем он возвращается и переключается на атаки, основанные на том, что мы считаем энергией забвения.

— Он стирает вещи из существования?

— Да, сэр. Позвольте мне показать вам клип.

Франклин открыл видеофайл на своем планшете, показывая мужчину на мотоцикле, за которым тянулся темный плащ из звезд, пока он кружил вокруг каких-то выглядящих пораженными волосатых гигантов. Огромный столб света обрушился на гигантов, одного за другим, полностью уничтожая каждого.

— Это много энергии забвения, если это действительно она, — сказал Лэнс. — Мы уверены, что этот парень бронзового ранга?

— В этом отношении много аномалий, — сказал Франклин. — Он также, кажется, игнорирует ранговое подавление, что, возможно, связано с предметами или изученной способностью из другого мира. У нас нет информации о существовании чего-либо подобного, но наши знания о другом мире устарели на века. Вполне возможно, это более недавняя разработка. Аналитики, однако, считают, что это скорее результат индивидуальных способностей. В конце концов, у нас есть один из наших, кто может это делать.

— Что еще?

— Его аура крайне аномальна. Он сделал что-то, чего мы не понимаем, пока был во Франции, что имело физиологический эффект, похожий на повышение ранга. С тех пор он выглядит иначе, магически. Его аура и так, по сообщениям, была значительно мощнее, чем предполагал его ранг, а теперь это нечто совершенно иное. По-видимому, она все еще считывается как бронзовый ранг, но с силой, которая легко соответствует серебряному. Один из наших информаторов упомянул, что она ощущается как…

Франклин пролистал свои заметки на планшете.

— …быть забитым до смерти Десятью Заповедями, — прочитал он.

— Как красочно.

— Насколько мы можем судить, он бронзового ранга. Учитывая необычные факторы, окружающие его, и пограничную силу другого пришельца из другого мира, наши аналитики предлагают рассматривать их как серебряных, с тактической точки зрения.

— Что они думают о тактической ценности Асано?

— У нас пока нет полного представления о его способностях, но ранняя оценка ставит его ценность на чрезвычайно высокий уровень. Высокая выносливость, эскалирующий урон, энергия забвения. Он создан для уничтожения ADE. Его высокая мобильность и возможности скрытности — просто приятное дополнение. Проблема в его профиле поведения.

— О?

— Он непредсказуем. Импульсивен. Трудно предсказать, когда он будет сражаться, а когда — говорить. Он готов принять экстремальные последствия ради смелых шагов. Сильно антиавторитарен. Тем не менее, он наладил связи в Сети и Кабале. Он ценит дружбу выше союзов. Также, похоже, он страдает от посттравматического стресса, который, как мы полагаем, проистекает из длительного периода в какой-то зоне боевых действий.

— Они думают, что он был на войне?

— Или что-то вроде того, — сказал Франклин.

— Каков предлагаемый подход?

— Личные выгоды его не привлекут, — сказал Франклин. — Он, кажется, ценит отношения, поэтому предложение выгод для другого пришельца из другого мира и его семьи будет воспринято лучше. Все это есть в пакете, который я оставил в вашем номере. Он не уважает вежливость. Будьте честны, проявляйте силу. Он будет уважать это. Однако не угрожайте ему. Его нельзя запугать, и он воспримет это как вызов.

— Он звучит как огромная заноза в заднице.

— Это довольно точно подытоживает его поведенческий анализ, если говорить более разговорно, чем в письменном отчете.

ДЕЛОВЫЕ ВСТРЕЧИ

ДЕЛОВЫЕ ВСТРЕЧИ

Съемочная группа расположилась рядом с серф-клубом, окруженная толпой зевак. На площадке установили кухонный гарнитур, подключив холодильник и духовку.

— Сегодня у нас особенный гость, — произнесла Эрика, глядя в объективы камер. — Зрители моей предыдущей программы, возможно, помнят, что я время от времени приглашала своего младшего брата — до его безвременной кончины. Как выяснилось, он инсценировал собственную смерть при обстоятельствах, которые ему еще предстоит должным образом объяснить. Итак, впервые в эфире Прибрежной кухни, поприветствуйте моего брата — Джейсона Асано.

— Что это еще за представление? — спросил Джейсон, входя в кадр.

— Ну, если ты хочешь объяснить зрителям, чем занимался полтора года? И, может быть, почему ты в солнечных очках?

— У меня проблемы с глазами. И я совершенно точно не с похмелья.

— Что ж, надеюсь, рецепт ты принес получше, чем свои оправдания, — парировала Эрика. — На Прибрежной кухне неделя десертов, и Джейсон поможет мне приготовить русский медовик. Но прежде мы оба выбрали по простому рецепту, которые сделаем сами. Что у тебя для нас, братишка?

— Я остановлюсь на яблочном пудинге из бриоши с франжипаном. А у тебя что?

— Я решила отдать должное прекрасной теплой погоде, которой мы наслаждаемся здесь, в Касселтон-Бич, и приготовить простой летний лаймовый пирог.

— Пирог из вест-индского лайма, — поправил ее Джейсон.

— Большинство знает его как лаймовый пирог Ки, Джейсон.

— Мы в Австралии, Эри, а в Австралии их называют вест-индскими лаймами, а не лаймами Ки. Следовательно — пирог из вест-индского лайма.

— «Следовательно»? Ты что, пытаешься заставить зрителей возненавидеть тебя? Лаймовый пирог повсеместно признан восхитительным летним десертом, в то время как интернет скажет тебе, что пирог с вест-индским лаймом — это какая-то мерзкая сексуальная извращенность.

— Это же интернет, Эри. Там всё — мерзкая сексуальная извращенность, — сказал Джейсон, доставая телефон. — Ты наверняка это выдумала, так что я сейчас проверю.

На мгновение его лицо застыло, после чего он убрал телефон и ослепительно улыбнулся в камеру.

— Итак, сегодня Эрика приготовит восхитительный лаймовый пирог...

За пределами кадра, стоя рядом с исполнительным продюсером, Тайка наклонился и шепотом задал вопрос:

— Вы ведь не пускаете эти препирательства в эфир?

— Для трансляции мы их вырезаем, — ответил Уолли, — но делаем специальную нарезку для сайта. Каждый раз, когда он появляется, это дает колоссальный трафик. Публика обожает их дуэт. Я бы сделал его соведущим, если бы он только согласился. Торгует канцтоварами и не хочет становиться телезвездой. Не мог бы ты попробовать его уговорить?

— Не думаю, бро. Он больше не продает офисные принадлежности.

* * * Несколько часов спустя Джейсон имел дело с группой суровых китайцев, которые совсем не походили на фанатов Прибрежной кухни. Мужчина, стоявший впереди, был лидером группы и одним из двоих, кто вообще проронил хоть слово за время встречи. Единственным цветком среди этих скал была красавица, выглядевшая совсем юной, — дочь лидера. На ней был такой же строгий костюм и такое же суровое выражение лица, как и у остальных.

— Вы совершаете глупость, отвергая наши предложения, мистер Асано, — произнес лидер.

— Я и так дурак, мистер Ли, так что мне не привыкать.

Тень улыбки коснулась уголков губ его дочери, но она быстро вернула лицу беспристрастность. Они стояли в конференц-холле крупнейшего бизнес-отеля Касл-Рича, хотя второй по величине был лишь немногим меньше. Ли Нин и его дочь, Ли Ли Мэй, оба обладали серебряным рангом, в то время как их молчаливые прихвостни были сплошь «железными».

— Вы еще пожалеете о своем легкомыслии, — отрезал старший Ли и зашагал прочь. Подручные последовали за ним в ногу, но дочь задержалась.

— Я всегда жалею, — доверительно сообщил ей Джейсон. — Вообще-то, это ложь; я просто подумал, что так прозвучит круче. Если честно, у меня всё идет просто зашибись.

— Вы необычный человек, мистер Асано, — сказала Ли Мэй. — Хотя сегодня мы не пришли к соглашению, надеюсь, в будущем вы будете открыты для, возможно, более скромного сотрудничества.

— Скромность — это не совсем моё, но я постараюсь сохранить непредвзятость. Знаете, я уважаю ваш подход. Вы поняли, что у вас нет ничего, что могло бы меня склонить, поэтому ваш отец вошел в роль грозного босса, давая мне почувствовать силу, когда я ему отказываю. А затем вступаете вы — рассудительная, грациозная и сдержанная, чтобы оставить дверь открытой.

Она одарила его ироничной улыбкой. — И это сработало?

— Определенно, — ухмыльнулся Джейсон. — Я бы дал вам свой номер телефона, но что-то подсказывает мне, что он у вас уже есть. Как насчет того, чтобы вы дали мне свой?

Она улыбнулась ему, словно солнечный луч, и обеими руками протянула визитку. Джейсон осмотрел её, увидев на лицевой стороне рабочие номера. Он усмехнулся, перевернув карточку: там от руки был написан еще один номер с пометкой «личный».

— Ваш отец действительно такой или это был спектакль специально для меня?

— Этот подход — его задумка, — призналась она, — хотя он играл на своих сильных сторонах.

— Думаю, вы оба играли.

— И в чем же, по-вашему, мои сильные стороны, мистер Асано?

— Почти во всем, насколько я могу судить. Кроме умения сливаться с толпой. Мне трудно представить место, где бы вы не выделялись.

— Дочь! — рявкнул отец от входа в холл. — Мы уходим!

— Мне пора, мистер Асано.

— Я искренне разочарован, мисс Ли. Буду ждать нашей новой встречи.

Когда делегация Пекинской Сети удалилась, Джейсон добрел до одного из диванов в холле и рухнул на него.

— Ну и дела, план был хорош, — сказал Джейсон. — Кажется, они прислали самую красивую женщину Китая.

— У нее серебряный ранг, мистер Асано, — заметил Тень. — Скорее всего, она слышала ваши слова.

— О, ты прав, — отозвался Джейсон. — И что же мне теперь делать? Она услышала, как я назвал ее самой красивой женщиной Китая.

— Ах, значит, вы хотели, чтобы она услышала. Возможно, я испортил ваш замысел, обратив на это внимание.

— Нет, я ожидал, что ты это заметишь.

— Тогда зачем это говорить?

— Потому что ей не нужно, чтобы я говорил ей, как она великолепна. Но так я могу сделать это, одновременно демонстрируя, что просчитал всё наперед, зная, что она слушает нас прямо сейчас.

— Вас не беспокоит, что она может счесть вас самодовольным?

— Я и есть самодовольный, Тень. Я считаю, что лучше сразу выложить это на стол, учитывая, что это моя основная черта характера.

— А когда вы планируете сообщить ей о своей склонности к мелодраматизму?

— В идеале — когда буду спасать ее, летящую с крыши здания.

— Она — серебряный ранг, мистер Асано. Полагаю, она спасет себя сама.

— Это действительно всё усложняет, — согласился Джейсон. — Насколько трудно будет организовать еще одну перестрелку на мотоциклах?

— Я считаю, что события такого рода лучше оставлять на волю случая.

— И как часто подобное случается само собой?

— Ну, мистер Асано, — произнес Тень, — как прошла ваша неделя до этого момента?

* * * — Я надеялся, что мы сможем встретиться на вашем примечательном плавучем доме, — произнес Лэнс Хаусман с нейтральным акцентом. Это немного напомнило Джейсону Фарру, чьи способности к переводу делали ее английский несколько плоским. Не у всех был талант Джейсона проталкивать разговорный колорит сквозь сито магического перевода.

Однако акцент американца не был результатом магии. Это была классическая среднеатлантическая банальность, созданная для того, чтобы никого не обидеть, но при этом слегка раздражающая каждого. Или, возможно, дело было в его надменной самоуверенности, подумал Джейсон. На мгновение он задался вопросом, не так ли люди видят его самого, но тут же отогнал эту мысль.

Они сидели в кафе Касл-Рича: американец с лонг-блэком, а Джейсон — с ледяным шоколадом, увенчанным горой сливок. Хаусман предпочел встретиться наедине.

— Ваши люди изучают мой дом уже несколько дней, — сказал Джейсон. — Спросите у них.

— Это были не мы, — ответил Лэнс. — В этом вопросе вам стоит присмотреться к китайцам.

— Вы только что солгали мне, мистер Хаусман, — произнес Джейсон. — Не самое лучшее начало.

Джейсон отхлебнул шоколад, испачкав нос взбитыми сливками, но, казалось, не заметил этого. Внимание американца невольно переключилось на это пятнышко, он отвлекся, но ничего не сказал.

— Почему бы нам не перейти сразу к делу, — предложил Лэнс. — Насколько я понимаю, вы не из тех, кто ходит вокруг да около.

— А вы не из тех, кто действует неосторожно, — вставил Джейсон. — Все эти «третьи категории», притаившиеся поблизости. Вы правда думаете, что я настолько опасен?

— Если бы это было не так, вы бы не стоили моего времени, мистер Асано.

— Еще как стоил бы, — возразил Джейсон. — Я мог бы быть набитым дураком, и вы всё равно были бы здесь, пока я остаюсь дураком со способностью к сбору трофеев. Даже если это единственная стоящая вещь, которую я там подцепил, это уже живые деньги.

— Не думаю, что вам нужны деньги, мистер Асано. Мы можем предложить вам больше, чем местные, в этом нет сомнений, но вам плевать, потому что вы в них не нуждаетесь. Вы ждете, когда я скажу, что мы можем дать вам такого, чего не могут они.

— Вообще-то, я жду, когда вы уйдете. Я заключил сделку, которую не могу закрыть, потому что вы и ваши люди достаточно назойливы, чтобы лезть туда, где вас не ждут. Чувствую себя какой-нибудь нефтедобывающей страной.

— Это дешевый выпад, Асано.

— Вы — слишком легкая мишень. Я слышал, что китайское и американское отделения куда более сплочены, чем большая часть Сети.

— В сильной национальной идентичности нет ничего плохого.

— Справедливо. Вы ведь знаете, что я австралиец?

— Австралия — это лягушатник. Мы смотрим на вас и видим человека с бесконечным потенциалом, но вы застряли здесь, обучая детей плавать. Присоединяйтесь к взрослым, которые уже умеют это делать, иначе вы никогда не раскроете свой потенциал.

— О, я и не осознавал, что вы можете объяснить это с помощью такой доступной метафоры; вы меня полностью переубедили.

— Сарказм — это тоже дешево.

— А вы обращаетесь со мной как с необразованным белым избирателем. Может, мы в Австралии и продолжаем выбирать собственных идиотов, но мы еще не Америка.

— Кажется, у вас проблемы с моей страной, мистер Асано.

— Друг, у всех проблемы с твоей страной. Вы заставили детей бояться неба, и это при том президенте, который людям нравился. Нужно ли мне вообще говорить об этом, нынешнем? Все знают, что вы не посвятили его в тайну существования магии только потому, что он еще не растрепал об этом в соцсетях.

— Мистер Асано, вы рассуждаете как студент-искусствовед. Один семестр политологии не делает из вас Ноама Хомского. Что бы вы ни думали о политике моей страны, наше магическое сообщество — это нечто совершенно иное.

— Пока что.

— Если вы останетесь здесь, мистер Асано, вы потратите всё свое время на то, чтобы тянуть других вверх. Пойдемте с нами, и расти будете именно вы.

— Очень капиталистический подход, — заметил Джейсон. — Вы предлагаете мне выбрать эгоизм вместо помощи другим.

— Вы слишком высокоморальны для человека, который пытался продать золото армянским гангстерам.

— Все мы лицемеры, мистер Хаусман. Я не несу ответственности за крупнейшую армию и крупнейшую экономику планеты, так что мой эгоистичный выбор может навредить лишь ограниченному числу людей. В вашей же стране эгоистичный выбор на данном этапе — это политическая доктрина.

— Нам нужно отойти от этой бесплодной темы, мистер Асано. Вы можете сколько угодно ненавидеть нашу политику, но, как вы только что заметили, у нас есть деньги и у нас есть власть. Это так же верно для магии, как и для всего остального. Если вы когда-нибудь захотите вернуть свою подругу домой, вам понадобится величайшая база знаний и крупнейший запас магических ресурсов на планете. Это мы.

— Кстати, о моей подруге, — произнес Джейсон. — Вам стоит отозвать своих людей, которые ищут возможности подобраться к ней отдельно. Вам не понравится то, что произойдет, если они это сделают.

— Вы не можете мне угрожать, мистер Асано. Мы не какие-то недоучки-предатели из Франции, обученные никчемным стратегиям, которые мы навязали остальному миру. Наши «серебряные» более чем способны сражаться на ваших условиях. Знаю, вы не настолько глупы, чтобы думать, будто сможете одолеть одного из них, не говоря уже о целой маленькой армии. Вы чувствуете их вокруг нас. Вот сколько серебряных рангов мы смогли выделить просто для того, чтобы прийти и поговорить с вами.

— Я не собираюсь с вами сражаться, — сказал Джейсон. — Я собираюсь дать миру инструменты, чтобы он мог противостоять вам.

— Вы не так ценны, как думаете, мистер Асано. Не выбрасывайте золотую возможность из-за упрямства. Подумайте о своей семье. Вы можете пробудить их здесь, но мы можем сделать каждого из них силой, с которой будут считаться. У каждого может быть особняк в Майами со шкафом для Ядер монстров в каждой комнате. Мы гарантированно превратим их всех в серебряные ранги. Не жалея средств.

— И всё, что мне нужно сделать, — это застегнуть ошейник на своей шее.

— Я не собираюсь сажать вас в клетку, — ответил Лэнс. — Если вы хотите быть крупной рыбой, вам нужен водоем побольше.

Джейсон рассмеялся.

— Вы и понятия не имеете, насколько велик этот водоем, мистер Хаусман. Вся эта планета — лягушатник. Попытки впечатлить меня тем, насколько велик и могущественен ваш угол Сети, не сработают.

Лэнс покачал головой.

— Мне больно смотреть на кого-то вроде вас, со всем вашим потенциалом, бегающего как скаковая лошадь в шорах. Всё, что вы видите, — это узкая тропа, которую кто-то другой проложил перед вами. Я хочу открыть вам глаза, чтобы вы увидели мир.

— До тех пор, пока я вижу те части, которые хочет показать гид.

Лэнс вздохнул.

— Я не хотел поднимать эту тему, — сказал он, — потому что знал, что она деликатная. Ваша подруга, Фарра. Она через многое прошла. Я хотел, чтобы это стало приятным сюрпризом после того, как вы подпишете контракт. У нас есть экспертные службы психологической помощи, специализирующиеся на травмах, связанных с магией. Наши люди могут помочь ей восстановиться после тех ужасных обстоятельств, через которые она прошла, потому что у них есть подготовка, знания и опыт, чтобы оказать ей помощь, в которой, как мы оба знаем, она нуждается.

— Вы серьезно думаете, что я доверю вашим людям залезть ей в голову? — спросил Джейсон. — Думаю, на этом мы закончили.

— Переговоры — это долгий путь, мистер Асано. Мы еще поговорим.

— Мистер Хаусман, прошу прощения за двусмысленность. Я не «думаю», что мы закончили. Я это знаю. Определенно. Это твердое «нет».

Хаусман встал и поправил пиджак.

— Жаль это слышать, мистер Асано. Придет время, когда вы поймете: мы пытаемся завербовать вас не потому, что вы нужны нам. Мы делаем это потому, что мы нужны вам.

Джейсон остался сидеть, отправляя в рот ложку сливок из своего шоколада.

— Всё в порядке, мистер Хаусман. Идти трудным путем — это в моем стиле.

Хаусман вышел и сел на заднее сиденье черного «Мерседеса», который тут же уехал. Джейсон почувствовал, как ауры серебряных рангов поблизости отступают.

— Он сказал «серебряный ранг», а не «третья категория», — заметил Тень.

— Я тоже это заметил, — сказал Джейсон. — А ты приметил ту одну ауру?

— Ту, серебряного ранга, в которой не было следов Ядер монстров? — спросил Тень. — Да, заметил. Она держалась поодаль, скорее всего, за пределами того, что они считали радиусом действия вашего восприятия аур.

— Похоже, он не лгал, когда говорил, что я не так ценен, как думаю. У американцев уже есть методы тренировок для продвижения без ядер.

— Это не слишком удивительно, — сказал Тень. — Если бы они смогли вычислить правильные техники медитации, это было бы не так уж трудно. Вряд ли они столь же отточены, как те, которым вас обучили мистер Ремор и мисс Хурин, но это явно выше того, что есть у остального мира.

— Это логично, — согласился Джейсон.

Он знал, что во многих отделениях есть кто-то вроде Найджела, кто пытался пробиться к продвижению без ядер на ощупь. Они даже обменивались идеями, ведь остальной мир не был так закрыт друг от друга, как великие державы. Джейсон подозревал, что американцы, как и любой обладатель способностей к сбору трофеев, забирали себе каждого, кто добивался реального прогресса.

* * * Поскольку он уже был в Касл-Риче, Джейсон предложил забрать Эми из школы. Эрика согласилась, тем более что они всё еще жили на плавучем доме Джейсона. Когда Джейсон с племянницей вернулись домой, они услышали музыку, гремящую из кормовой части дома.

Джейсон почувствовал Хиро в его каюте с включенной на максимум звукоизоляцией, в то время как Фарра и Тайка, судя по всему, танцевали на задней палубе. Фарра выключила аудиосистему, как только Джейсон подошел, и бросилась к нему.

— Тина Тёрнер старая! — выпалила она.

— Я в курсе, — ответил Джейсон.

— Нам нужно немедленно дать ей эссенции.

— Не думаю, что Сеть это одобрит, — сказал Джейсон.

— А ты спрашивал?

— Спрашивал ли я, можно ли дать Тине Тёрнер набор эссенций? Нет, не спрашивал.

— Ну, у тебя же в кармане эта говорилка, так?

— Ты хочешь, чтобы я позвонил в секретное общество волшебников, чья основная цель — скрывать магию, и спросил, можем ли мы наделить магией всемирно известную певицу?

— Было бы здорово, спасибо, — сказала Фарра.

— Это не было предложением, — произнес он, в изнеможении потирая лицо рукой.

— Ну ведь звонок не повредит, правда, дядя Джейсон?

— И ты туда же? — спросил он Эми. — Не смотри на меня так, эти щенячьи глазки не... о боже правый.

Он ткнул пальцем в сторону племянницы, выуживая телефон, чтобы сделать звонок.

— Не верится, что я это делаю. Только потому, что мне всё равно нужно было позвонить Анне, и вы обе мне теперь должны за... Анна, добрый день.

— Чем могу помочь, мистер Асано?

— Можете просто звать меня Джейсоном. Послушайте, меня тут попросили узнать, есть ли хоть какая-то возможность дать эссенции Тине Тёрнер.

— Боюсь, что нет, — со смехом ответила Анна. — Международному комитету пришлось прекратить раздачу эссенций знаменитостям еще в восьмидесятых.

— То есть такое бывало? — спросил Джейсон.

— О, да, — подтвердила Анна. — Вилли Нельсон, Кристи Бринкли. Им следовало быть осторожнее с эссенциями, которые они дали Оззи Осборну.

— Так вот почему он до сих пор жив? А как насчет австралийцев?

— Ну, отделение в Перте почти целиком состоит из игроков в крикет, которых все считают мертвыми. Они всё время предлагают «омагичить» Стива Во, и я знаю как минимум один случай, когда они пытались втихаря дать эссенции Буни.

— Значит, по Тине Тёрнер отказ?

— Может, обсудите это с американцами? Вы уже общались с нашими иностранными гостями?

— Общался, но нашел их предложения непривлекательными. Я загляну к вам завтра, чтобы окончательно утвердить наше соглашение.

— О, это просто замечательно, — произнесла Анна, не скрывая облегчения в голосе. — Им не удалось вас переманить?

— Вы помогли мне вернуть Фарру, — сказал Джейсон. — Я знаю, что у вас и Международного комитета были свои цели, но вы помогли нам и потеряли при этом людей. Я этого не забуду.

ДВИЖЕНИЕ ВПЕРЕД

ДВИЖЕНИЕ ВПЕРЕД

На верхней палубе плавучего дома Ася, Фарра и Джейсон обедали, просматривая финальную версию соглашения с Сетью.

— Хотя соглашение у нас задокументировано, — сказала Ася, постукивая пальцами по бумагам на столе, — с юридической точки зрения это фикция. В какой суд мы обратимся в случае нарушений? В конечном счете, это лишь символ намерений.

— А мне это даже нравится, — отозвался Джейсон. — По сути, это сделка на рукопожатии. Она держится на честности, а я в честности знаю толк.

— Да неужели? — спросила Фарра.

— Ага. Когда я продаю свои принципы, они остаются проданными. Хотя, если бы я продал этот принцип, то они бы не остались проданными, потому что этот принцип больше бы не действовал, а значит, мои принципы стали бы непроданными, что означало бы, что тот конкретный принцип действовал, а это бы значило... — Он замолчал, в замешательстве почесывая затылок. — Этика — штука непростая.

Фарра покачала головой.

— Знаешь, — обратилась Ася к Джейсону, — я так и не поблагодарила тебя как следует за спасение моей жизни.

Шутливое замешательство исчезло с лица Джейсона, и он прямо посмотрел ей в глаза.

— Я знаю, что именно ты настояла на том, чтобы дать мне шанс освободить Фарру. Тебе больше никогда не нужно благодарить меня за что-либо. Просто позови, и я приду.

— Безлимитный запас одолжений? — уточнила Ася.

— Друзья не считают одолжения, — сказал Джейсон. — Они просто приходят на помощь.

— Так вот мы кто?

— Не стоит недооценивать дружбу, — произнес Джейсон. — Это фундамент любых позитивных отношений. Я люблю отца, сестру и племянницу. И хотя маму с братом я тоже люблю, даже после всего случившегося, с ними всё иначе. Они всегда будут семьей, но дружбы там нет. Есть родственники, которых хочешь видеть каждый день, а есть те, с кем встречаешься только на Рождество. Это распространяется на любые отношения: от любовников и коллег до людей, с которыми ты сбежала из культа каннибалов.

— Странное было знакомство, — заметила Фарра. — Когда-нибудь и я тебя спасу.

— Дружба, — продолжил Джейсон, — это когда есть люди, с которыми можно разделить лучшие и худшие дни своей жизни. Дружба — это уверенность, что рядом будет кто-то, на кого можно положиться, несмотря ни на что. Дружба позволяет путешествовать во времени.

— Что? — переспросила Ася.

— Погоди, — Джейсон нахмурился. — Последнее, кажется, было из Final Fantasy VIII.

— Не недооценивай дружбу с Джейсоном, — сказала Фарра. — Даже когда я была для него чужим человеком, он рискнул всем, чтобы спасти меня, хотя вполне ожидал, что его убьют. А когда я стала его другом, он вернул меня с того света.

— Технически, я думаю, это был не совсем я, — вставил Джейсон.

— Заткнись, я рассказываю историю.

— Слушаюсь, — смиренно уступил получивший нагоняй Джейсон.

* * * Фарра проводила Асю с лодки.

— Я не представляю для тебя угрозы, — сказала Фарра.

— Я никогда так и не думала, — ответила Ася, вызвав у Фарры смешок.

— Я могу помочь тебе с контролем ауры, — предложила Фарра. — Тогда твои эмоции перестанут быть открытой книгой.

Глаза Аси расширились. — А Джейсон?..

— Да, — подтвердила Фарра. — У него сильная аура, как ты, несомненно, чувствовала, и ему легко читать чужие эмоции. Конечно, он сдерживает себя из уважения к частной жизни других, но когда кто-то слабее его и плохо владеет собой, ясные и сильные эмоции подобны крику. Он не может не слышать.

Ася закрыла лицо руками.

— Смотри не упади с палубы, — со смехом предупредила Фарра. — Я бы на твоем месте не беспокоилась. Ты и без всякой магии не особо скрываешь свои намерения.

— Может, мне просто пригласить его на свидание?

— Не знаю, — ответила Фарра. — Думаю, велик шанс, что он откажется по той простой причине, что ему не нужны лишние сложности в жизни. С другой стороны, ты хочешь, чтобы кто-то другой влез и перехватил инициативу?

— Нет, — твердо сказала Ася.

— Тогда сделай первый шаг. Худшее, что может случиться — он скажет «нет».

— А если всё станет как-то неловко?

— Твой самый большой риск в том, что он будет ужасно собой горд, узнав, что такая женщина, как ты, им заинтересовалась. Это просто затеряется в его обычном самодовольстве, так что всё будет в порядке.

— Он всегда был очень уверенным в себе.

— Или казался таким, — заметила Фарра. — Он мастерски скрывает страх и неуверенность, даже в своей ауре. Кажется, первым делом он всегда убеждает самого себя.

* * * — Ну? — спросил Клири.

Хаусман разговаривал по защищенному видеоканалу с помощником директора по операциям лос-анджелесского филиала Сети.

— Он слишком пропитан антиамериканскими настроениями. Как будто его собственное правительство чем-то отличается. Они просто хуже справляются.

— Это прискорбно, — сказал Клири, — но нам и раньше встречались принципиальные люди. Не каждая рыба идет на крючок.

— Я не уверен, что мы можем позволить себе упустить этого. Похоже, он намерен демократизировать некоторые преимущества, которые мы приберегали для себя. Потенциально он представляет угрозу нашему положению.

— С этим мы сможем жить, — ответил Клири. — Мы и так планировали начать частичную утечку информации в ближайшие несколько лет. События близятся к развязке, и мы слышали, что Китай собирается выступить с предложениями ко всему миру в рамках своего плана стать единоличным гегемоном, как только магия станет достоянием общественности. Если мы не сможем их опередить, то хотя бы подрежем им крылья, позволив сокровищам, которые они собирались даровать, исходить из источника, не представляющего для нас угрозы.

— Вы предлагаете отступить? Мы не рассматриваем вариант убрать пришельца с доски?

— Ты на этом настаиваешь?

— Нет, — ответил Хаусман. — Этот парень меня нервирует. Меня предупреждали о его ауре, но ничто не подготовит к тому, чтобы испытать это на себе. Если он примет бой, мы его уничтожим, без вопросов. Но если он сбежит, наша служба безопасности не уверена, что сможет его удержать. Инстинкты подсказывают мне, что это не тот враг, которого я хотел бы иметь где-то там, во тьме, выжидающим своего часа.

— Ты человек на месте, так что твое мнение имеет большой вес. К тому же оно совпадает с нашими опасениями. Международный комитет понимает, что олицетворяют собой пришельцы. Возможно, МК нужен лишь для того, чтобы штамповать нужные нам решения, но они уже вкусили благ. Они взбунтуются, если мы вырвем добычу прямо у них из пасти. Если пришельцы придут к нам сами — это одно, но наше прямое устранение — совсем другое.

— Мы могли бы свалить всё на китайцев.

— Слишком рискованно. По крайней мере, мне так кажется. Решение о наших дальнейших действиях будет приниматься выше уровня филиала, так что мы передадим твой отчет в Национальный совет. Будь готов к тому, что они захотят видеобрифинг. Впрочем, полагаю, ответом будет — оставить всё как есть. Мы понятия не имеем, какие трюки он привез из другого мира. А пока затаись, веди себя тихо и не создавай проблем.

— Да, сэр.

— В любом случае, золотые крупицы, которые он подбросит Международному комитету, не пройдут мимо нас, — добавил Клири. — На самом деле, нам достанутся лучшие куски. Скорее всего, мы сместим акцент на доминирование во взаимодействии Международного комитета с пришельцами.

— Я знаю, что такие решения принимаются не мной, — сказал Хаусман, — но, думаю, это был бы разумный подход.

* * * Джейсон и Фарра сидели за столом в плавучем доме, просматривая списки.

— Тебе придется обменять часть этих эссенций у Сети, — сказала Фарра. — У тебя слишком много эссенций роста и растений. Ты, конечно, можешь использовать некоторые из них, но стоит обменять их на подборку обычных эссенций, прежде чем мы всерьез решим, что давать твоей семье.

— Эссенцию обновления я хочу отдать Тайке, — сказал Джейсон. — Я думал о слиянии бессмертия.

— Это щедро, — заметила Фарра. — Эссенции обновления могут стоить столько же, сколько эссенции высшей редкости.

— Тайка уже согласился возглавить службу безопасности моей семьи, — сказал Джейсон. — Я хочу, чтобы у него были первоклассные способности, к тому же я чувствую ответственность за то, что втянул его во всё это.

— Значит, вносим его в список тех, кого мы будем тренировать, а не просто скармливать Ядра, — подытожила Фарра. — Нам нужно определить, кто еще из твоей семьи попадет в этот список.

— Единственные, кого я готов рассматривать — это Эрика, Иан и, со временем, Эми. Остальные получают Ядра, и точка. Но, подозреваю, Эрика и Иан на это не пойдут. Даже убедить их позволить нам тренировать Эми будет непросто.

— Честно говоря, они всё равно уже слишком стары, — сказала Фарра. — Если бы в этом мире были книги навыков, разговор мог бы быть другим, при условии, что у них хватило бы сил ими воспользоваться. Если ты хочешь, чтобы члены семьи были обучены должным образом, они должны быть возраста Эми или младше, и начинать тренировки нужно сейчас.

— Это значит расширить круг родственников, знающих правду, — заметил Джейсон. — А мы только что пообещали Сети быть с этим осторожными.

— Мы также пообещали обучить группу молодежи из семей Сети, — напомнила Фарра. — Нам с тобой лучше сохранять независимость, но вступление твоей семьи в Сеть целиком принесло бы только пользу.

— Думаешь, Сеть на это пойдет?

— Они сделают это хотя бы ради того, чтобы пустить в тебя корни, — сказала Фарра.

— Резонно, — согласился Джейсон. — К тому же у них есть опыт и ресурсы для массового посвящения. Всё, что мог бы сделать я — это устроить кинотеатр и показать им всем свой влог из отпуска.

— Я собираюсь обучить Хиро Магии массивов, — сказала Фарра. — Это должно быть проще, чем подготовка авантюриста, особенно с подходящими эссенциями.

Рядом с ними стояла маркерная доска с двумя колонками: «обмен» и «оставить». Просматривая эссенции Джейсона и подбирая комбинации для его семьи, они распределяли их по этим колонкам.

Джейсон взглянул на колонку «оставить», где первые три эссенции Фарра зарезервировала для Хиро. Две из них были из числа самых редких — Эссенция безбрежности и эссенция рун. Третьей была обычная, но всё же ценная эссенция магии. Это сочетание дало бы слияние процветания, которое было и у Нила из его команды в другом мире. Однако итоговые способности будут совсем другими, так как Фарра подбирала комбинацию специально для синергии с Магией массивов.

— Я бы и сама не отказалась от такого набора, — призналась Фарра, — но он не подходит для приключений. Это классическая комбинация для ремесленничества. Почти все, у кого она есть — пользователи ядер. Не скажу, что её нельзя использовать в бою, но ей катастрофически не хватает эффективности в столкновениях масштабом меньше, чем поле битвы.

— Значит, она распространена?

— Эссенция безбрежности — высшей редкости, так что «распространенная» — не совсем верное слово. Но это, пожалуй, самая часто используемая комбинация с этой эссенцией. Любой, кто ею обладает, никогда не сидит без работы в регионах с высоким уровнем магии. Ты поймешь почему, когда мы с Хиро начнем работать над проектом поместья для твоей семьи.

* * * В парке Касл-Блафф была на удивление сложная полоса препятствий — заслуга одного из городских советников, помешанного на фитнесе. Поскольку он с таким упорством выбивал финансирование для программ здоровых школьных обедов и детского спорта, он год за годом без проблем сохранял свое кресло. Сейчас ему было за семьдесят, но его всё еще можно было встретить на этой полосе препятствий каждую неделю. Джейсон и Фарра уже достаточно хорошо его знали, чтобы здороваться, так как в течение нескольких недель ежедневно использовали парк для тренировок на мобильность.

Они забрали Эми из школы и, опасаясь пользоваться порталами на виду у всех, поехали в парк Касл-Блафф. В этот день за ними следовали два минивэна.

— Это лучшее использование нашего времени? — спросил мужчина, когда люди начали выходить из фургона. — Не понимаю, почему мы не могли сделать всё это в Сиднее.

— Это вы приперлись раньше времени, а я свой график менять не собираюсь, — отрезал Джейсон.

— Если ты не на охоте на монстров, тренировку пропускать нельзя, — добавила Фарра. — Можете либо присоединиться, либо стоять и жаловаться.

— Черт с ним, я в деле, — сказал Котсворт. — Хочу посмотреть, что у вас за распорядок.

Директора по тактическим операциям всех филиалов Сети в Австралии съехались в Касселтон-Бич, чтобы обсудить общенациональную программу обучения. Они прибыли на три часа раньше, поэтому и оказались в хвосте у Джейсона и Фарры.

— А это кто такие? — спросил Коэн Уотерс у Джейсона. Он кивнул в сторону стайки подростков с телефонами в руках. Примерно половина из них была в форме местных частных школ.

— Старшеклассники, — ответил Джейсон. — Они начали снимать нас на прошлой неделе. Я просил Тень проверить их, но они просто выкладывают наши тренировки в сеть. Мы следим, чтобы не показывать им ничего слишком диковинного. Присоединитесь?

— Нет, спасибо, — сказал Коэн. — У меня свой режим.

— Ну, раз уж вы просто болтаетесь без дела, берите остальных и загляните в тот фургончик с едой, — посоветовал Джейсон, указывая пальцем. — Рекомендую картошку фри с кимчи.

* * * Вечером собравшиеся сотрудники Сети сгрудились в медиа-комнате плавучего дома.

— Можно мне купить у тебя одно из этих кресел? — спросил Котсворт, нежась в облачной мебели.

— Нет, — ответил Джейсон. — Технически это не кресла. Они часть плавучего дома, который технически не является плавучим домом.

Позади него на экране замер кадр из одной из его недавних вылазок в прото-астральное пространство.

— Я знаю, что вы все анализировали, как сражаемся мы с Фаррой, но сегодня мы разберем это вместе, сравнивая наш подход со стандартной тактикой Сети. До того как вы уедете в конце недели, нам нужно достичь двух целей. Первая: создать структуру для обучения ваших будущих тактических подразделений, включая ударные группы, специализирующиеся на уничтожении высокоранговых пространственных сущностей. Вторая: разработать программу переподготовки для создания таких специализированных групп из числа действующих тактических кадров в краткосрочной перспективе.

Он отдал мысленную команду, и медиаплеер плавучего дома вывел изображение.

— Начнем с разбора действий Фарры. В бою, который мы сейчас увидим, обратите внимание на то, сколько различных способностей эссенций она использует, и сравните это с вашей стандартной тактикой. Заметьте, что вместо того, чтобы лишь изредка дополнять атаки способностями, она выстраивает их в непрерывную цепочку, одну за другой...

ФЛАМАНДСКОЕ БАРОККО

ФЛАМАНДСКОЕ БАРОККО

В кабинете своего ресторана Эрика разговаривала с Джейсоном через одно из воплощений Тени. После нескольких недель подобного общения это начинало казаться нормальным, что, если вдуматься, довольно сильно ее беспокоило.

— Я сказала ему, что у тебя декоративные линзы, — произнесла Эрика. — А что еще мне оставалось? Сказать, что твои глаза изменились, когда ты стал гештальт-сущностью плоти и духа? Я даже не понимаю, что это значит.

— Ну, — ответил Джейсон, — по сути это означает, что… вообще-то, я и сам до сих пор пытаюсь в этом разобраться.

— Когда ты вернешься?

— Не раньше, чем заберу Эми из школы. Ты придешь на плавучий дом к ужину?

— Да, хотя меня беспокоит мысль о том, чтобы вести его туда. Иан до сих пор не простил меня за то, что я заставила его вернуться домой и расстаться с облачной кроватью.

— Ты же знаешь, что вы можете оставаться здесь сколько захотите.

— Я просто хочу сохранить хоть какую-то видимость нормальной жизни, — вздохнула Эрика. — Разве это так плохо?

— Я понимаю, — сказал Джейсон. — Просто по опыту знаю: когда перестаешь зацикливаться на «нормальности» и отдаешься магии, жизнь становится удивительной.

— Ты хоть понимаешь, что когда так говоришь, то начинаешь смахивать на религиозного фанатика?

— Кстати о религии: кто-нибудь уже рассказал тете Марджори о магии?

— Нет, и мы не собираемся, — отрезала Эрика. — Если она узнает, что ты восстал из мертвых, исцеляешь больных и можешь ходить по воде, она не станет держать это в секрете. Поверит ли ей кто-нибудь на радио? Вряд ли, но она уже намекала, что тебя вернул сам дьявол. Не хочу, чтобы она бродила по городу и кричала прохожим: «Лжепророк!».

— Справедливо.

— Знаешь, Джейс, насчет того, что нужно «отдаться магии»… Не все так радужно. Мне становится все труднее жить обычной жизнью со всем тем, что я узнала. Как мне относиться ко всему как к норме, когда я знаю о телепортации, тайных монстрах и иных мирах? Ты — чародей. На днях до меня внезапно дошло, что ты можешь вылечить рак буквально магическим заклинанием. Как мне после этого вести обычную жизнь?

— А ты и не должна. Часики «обычной жизни» тикают для каждого. Разница лишь в том, что ты получила фору — время, знания и ресурсы, чтобы подготовиться к переменам. Я просто ждал, когда ты это примешь, чтобы мы могли перейти к следующему шагу.

— Как Тайка.

— Именно.

— Как он там?

— Он пашет как зверь, — ответил Джейсон. — Не знаю, кто учил этого парня драться, но он умеет это делать. Вообще, он во многом похож на Фарру, так что она помогает ему адаптироваться к новой силе и скорости.

* * * Когда они обсуждали эссенции с Тайкой, тот отказался от комбинации, которую подобрал для него Джейсон. Обсудив варианты, он отверг эссенцию обновления и Слияние бессмертия, которое она бы принесла. Вместо этого он выбрал для себя более экономное сочетание эссенций мощи, быстроты и птицы, дающее Слияние гаруды.

— Гаруда — пожиратель змей, братан. Это же крутотень.

— Надеюсь, твое решение основывалось на чем-то большем, — заметила Фарра.

— Слушай, Гаруда — самый быстрый и сильный воин в мире. Скорость, сила, мастерство. Без обид, но те способности, что вы выбрали, сделали бы из меня просто большого, крепкого и медлительного парня. Не хочу обвинять тебя в предвзятости, но ты посмотрела на меня и сразу подумала именно об этом.

— Вот такие рассуждения мы и хотели услышать, — одобрительно кивнула Фарра. — И не называй меня «братаном».

Фарра опасалась, что эссенция птицы может дать способности, не слишком подходящие для боя — например, умение разговаривать с пернатыми. Это было бы полезно, летай вокруг разумные магические птицы, но чайки вряд ли стали бы боевым подспорьем; скорее уж они бы вечно клянчили картошку фри.

Джейсон договорился с Сетью, чтобы раздобыть для Тайки гораздо более редкую эссенцию крыльев. Полученная комбинация все равно давала Слияние гаруды, результат которого был схож с силами Хамфри. Также у него были эссенции мощи и крыльев, ведущие к Слиянию сверхъестественного существа — в его случае это был Дракон.

Джейсон и Фарра ожидали набор способностей, похожий на тот, что был у Хамфри: мобильный, обладающий высокой стойкостью боец ближнего боя. Пока они пробудили лишь около трети способностей Тайки, но результаты полностью соответствовали ожиданиям. Клайв учил Джейсона, что формировать набор способностей нужно не поиском конкретных навыков, а стремлением к силам в рамках определенной специализации.

На примере Тайки это подтверждалось. Джейсон был прекрасно знаком с ролью мобильного бойца в стиле Хамфри, а Фарра знала, как сражается Тайка, и помогала ему адаптировать свой подход к новым возможностям. Его успехи помогли убедить Сеть предоставить ему место внешнего помощника в их тактических группах. Ему не хватало независимости Джейсона и Фарры, зато он получил возможность столкнуться с монстрами лицом к лицу. После обычной первой реакции — оторопи при виде живой, пускающей слюни твари — он начал лихо разделывать монстров Железного ранга.

Когда Тайка проходил ритуалы поглощения эссенций, собралась целая толпа. Семья Джейсона знала, что скоро и им предстоит получить эссенции, и всем было любопытно посмотреть, как это выглядит. Поначалу они были полны энтузиазма, ровно до того момента, пока Джейсон не начал смывать из шланга липкую грязь с новоиспеченного «железного» Тайки на задней палубе. Все единогласно сошлись во мнении, что это был самый ужасный запах, который им когда-либо доводилось чувствовать.

* * * — Значит, ты проводишь дни, тренируя Тайку и магических солдат будущего? — спросила Эрика.

— Нет, я в основном переложил это на Фарру. У нее больше опыта в методах обучения, чем у меня. Она привлекает меня в основном для помощи в тренировках ауры.

— Чем же тогда занят твой день? — поинтересовалась Эрика. — Секретной магической клиникой Сети?

— Ага. Должен сказать, приятно помогать людям, никого при этом не убивая. Я много занимался этим в первое время в том, другом мире. Потом жизнь закрутилась, и я как-то упустил это из виду, так что здорово к этому вернуться.

— Я горжусь тобой, младший брат, — сказала Эрика. — Это единственная часть всего происходящего, которая не вызывает ужаса.

— Не может быть, чтобы единственная. Посмотри, какой классный Тень. Он как телефон, только язвительный и почему-то британец.

— И катает мою дочь в ракетном костюме. Ты ведь больше этого не делал, верно?

— Конечно нет, — ответил Джейсон. — Ведь так, Тень?

— Я нахожу, что в семейные споры лучше не вмешиваться, — отозвался Тень.

— Видишь? — спросил Джейсон.

— Это не было отрицанием.

— Что-то я не видела, чтобы ты жаловалась, когда он превратился в табун лошадей, скачущих по пляжу на закате.

— Я не уверена, что на тот пляж вообще можно приводить лошадей, — слабо возразила Эрика.

* * * — От лекарства у вас может немного затуманиться сознание, — предупредила медсестра. — Также возможны легкие галлюцинации. Большинство пациентов сообщают о красном свечении, иногда видят другие цвета.

— Вы уверены, что мне нельзя войти с ней? — спросила мать девочки.

— Боюсь, в процедурном кабинете посторонним находиться запрещено, — ответила медсестра. — Это продиктовано юридическими и медицинскими соображениями. Вы ведь подписали соглашение о неразглашении?

— Подписала, — подтвердила мать. — Оно составлено в очень строгих выражениях.

Медсестра взглянула на регистратора, та кивнула.

— Мы работаем с экспериментальными методиками, — пояснила медсестра. — Компания защищает миллионы, а порой и миллиарды инвестиций в исследования. Мы можем предоставить вам бесплатное лечение только потому, что вы согласились дать отзыв, когда продукт выйдет на рынок. Уверена, вы будете в полном восторге, когда сами увидите результаты.

Спустя несколько минут девочка сидела прямо в смотровом кресле, дезориентированная зельем, которое притупляло чувства и затуманивало память. Ее голова была зафиксирована в специальной рамке, похожей на ту, что используют офтальмологи. Девочка держалась за ручки по бокам рамки, чтобы не свалиться от вызванного зельем головокружения.

— Вот и отлично, — сказала медсестра. — Ты можешь услышать какой-то шум позади себя, но мне нужно, чтобы ты не вынимала голову из рамки и не оборачивалась, хорошо?

— Ладно-о, — пропела девочка сонным голосом.

Позади кресла в стене открылась потайная дверь, и в комнату бесшумно вошел Джейсон, уже окутанный своим звездным плащом. Таким образом, если бы его и заметили, это вписалось бы в историю о галлюцинациях, которую продвигала клиника. После его появления в детской больнице многие люди начали заявлять, что их исцелил Звездный Ангел — или даже что они сами им являются. Поскольку вода и так была замучена, слова детей легко списывали на повторение того, что те видели по телевизору.

Джейсон прошептал заклинание так тихо, как только мог, чтобы оно сработало.

— Питай меня своими грехами.

— О-о-ой, я вижу цвета, — произнесла девочка. — Мне так забавно.

— Ты молодец, милая, — подбодрила медсестра. — Просто смотри вперед.

Закончив, Джейсон отступил за дверь, которая бесшумно закрылась за ним. По всей клинике другие пользователи эссенций занимались подобными вещами. Они даже начали носить темные плащи с блестками, чтобы поддерживать легенду о Звездном Ангеле.

Джейсон был единственным в клинике, чья очищающая сила восполняла его ману, а не сжигала ее. Это делало его одним из самых ценных активов заведения. Способность выводить яды и токсины была бесценна; единственным его серьезным недостатком оставалось неумение лечить физические травмы.

Работа с явно видимыми ранами была для клиники более сложной задачей, чем лечение скрытых недугов. Обычными травмами они не занимались, так как это быстро привело бы к разоблачению. Такие случаи оставляли обычным больницам. Вместо этого они специализировались на «экспериментальных процедурах», которые позволяли безнадежным травмам полностью заживать со временем.

В клинике было отделение неотложной помощи, куда перенаправляли самых тяжелых пострадавших до того, как они попадут в обычный госпиталь. В таких случаях часто оказывалось, что травмы человека на самом деле не так серьезны, как показалось парамедикам при первом осмотре.

После процедуры девочку перевели в палату восстановления для наблюдения. Это позволяло персоналу следить за любыми побочными реакциями на магию, добавляя при этом достаточно медицинской волокиты, чтобы результаты не выглядели как чудодейственное исцеление.

Частная клиника по размерам почти не уступала полноценной больнице, но работала без лишнего шума и даже без вывески. Связанный с Сетью персонал в больницах по всей стране незаметно направлял пациентов в подобные клиники, заботясь о том, чтобы любые неудобные медицинские записи бесследно исчезали.

Джейсон все чаще проводил утро и начало дня в сиднейской клинике, в то время как Фарра обосновалась в тренировочном центре Сети за городом. Днем они возвращались через портал, забирали Эми из школы и приступали к своим ежедневным тренировкам, большую часть которых приходилось скрывать от посторонних глаз.

Сначала они занимались с Эми в парке Касл-Блафф физическими упражнениями, после чего следовала медитация. Затем они отводили ее на плавучий дом, к ней домой или в ресторан матери, и только после этого приступали к более серьезным тренировкам. Силовые упражнения можно было делать на плавучем доме, а вот для экстремальных тренировок на мобильность требовалось перемещаться порталом в отдаленные места.

Фарра облюбовала участок земли во владениях Кена и с помощью своей магии формирования земли создала причудливую полосу препятствий, которая больше походила на арт-инсталляцию, чем на нечто проходимое для людей. Кен часто наблюдал за ними, пораженный акробатическим мастерством двух обладателей Бронзового ранга.

Любой из этих процессов мог быть — и бывал — прерван пространственными вторжениями, которые, учитывая масштабы всей страны, происходили ежедневно. Самыми частыми были вторжения первой категории, в которых Джейсон не участвовал. Фарра же принимала в них участие, тренируя рекрутов, которых выставляли против тщательно отобранных монстров Железного ранга.

Почти каждый день где-нибудь в стране случалось вторжение второй категории. Джейсон участвовал почти во всех, чтобы Сеть могла воспользоваться его услугами связи и сбора трофеев. Вскоре он уже успел побывать во вторжениях во всех восьми штатах и территориях, осыпая богатствами различные филиалы организации.

Вторжения третьей категории Джейсон и Фарра брали на себя. Вместо того чтобы сражаться с монстрами Серебряного ранга, для которых они подходили лучше всего, они начали выбирать менее удобных противников, чтобы испытать себя. Джейсон делал это лишь в ограниченной степени; многие «серебряные» все еще представляли для него серьезную угрозу.

Фарра шла дальше, выбирая таких существ, как йови, где на пределе оказывалось не ее мастерство, а управление ресурсами. Ее набор способностей давал ей силу, позволяющую в короткие сроки одолеть даже крепких монстров Серебряного ранга, но это полностью истощало ее резервы. Испытания, которые должны были помочь ей перешагнуть порог Серебряного ранга, касались не мощи, а выносливости.

* * * Недели складывались в месяцы, пока Джейсон и Фарра обживались на Земле. Маска благополучия Фарры после пережитых испытаний постепенно становилась реальностью. Однако они не оставляли мысли найти способ вернуться в другой мир и каждый вечер изучали свою обширную коллекцию книг по астральной магии.

— Эта сеть, которую использует Сеть, просто невероятна, — сказала Фарра. — По сравнению с тем, что используется в моем мире, она гораздо менее сложная, но при этом куда более элегантная по дизайну.

— У них есть системы раннего предупреждения о монстрах?

— Да, но для их работы требуются определенные уровни энергии. Вот почему в Гринстоуне такой нет. Регионам с низким уровнем магии приходится довольствоваться куда менее эффективными системами, вроде досок объявлений для авантюристов. Тот факт, что здешняя сеть так проста и при этом эффективна, отражает понимание магии, которое гораздо глубже того, что доступно в моем мире.

— Похоже на астральную магию, которую задействовал Строитель, — заметил Джейсон.

Проводя все более приятные вечера на открытой верхней палубе плавучего дома, они вместе изучали книги по астральной магии. На данный момент Фарра лучше разбиралась в теории, но астральная магия не была ее специализацией. Преимущество Джейсона заключалось в том, что большая часть его знаний была получена из тех же книг, которые они сейчас изучали, так что ему не нужно было адаптировать свои знания, идя от менее совершенной базы. Клайв не видел особого смысла обучать Джейсона астральной магии, которая скоро устареет, когда Богиня Знание предоставила столь бесценный актив.

У Джейсона были оригиналы книг по астральной магии, подаренные ему Знанием, и они были испещрены заметками, сделанными Клайвом как до, так и во время их пребывания в астральном пространстве.

— Астральная магия — не мой конек, — призналась Фарра, — но даже я вижу, что это куда более продвинутый уровень, чем все, что было у нас в прошлом.

— Клайв говорил то же самое, — подтвердил Джейсон.

— Насколько же умен этот парень? — спросила она, качая головой и перечитывая его заметки. — Это за гранью понимания, а он расшифровал все так, будто это сущий пустяк. Какую книгу ни возьми — везде блестящие идеи. Этот парень просто монстр.

— И хорошо, что так, — сказал Джейсон. — Именно благодаря ему Гринстоун не был стерт с лица земли, а по твоему миру не разгуливает орава суперголемов Бриллиантового ранга. Жаль только, я не знаю, выбрались ли они живыми.

— Выбрались, — донесся голос с нижней палубы. Джейсон и Фарра почувствовали человека на пристани, но незнакомая аура обычного ранга заставила их не обратить на это внимания. Они подошли к краю палубы, чтобы взглянуть на гостью, стоявшую на причале перед домом.

Это была женщина лет тридцати, с алебастровой кожей и длинными рубиновыми волосами. На ней было белое летнее платье с оранжевыми и желтыми узорами.

— Разрешите подняться на борт? — спросила она.

— Вы кто? — спросил Джейсон.

Она нахмурилась.

— Простите, — сказала она. — Нам придется сделать это позже.

— Сделать что? — не понял Джейсон.

Телефоны его и Фарры запищали — пришло сообщение о пространственном вторжении.

— В другой раз, мистер Асано, — бросила женщина, уходя. — И все же, было приятно наконец познакомиться с вами.

— А со мной, видимо, нет, — пробормотала Фарра.

— Да кто вы такая? — крикнул Джейсон.

— Твой любимый художник, — отозвалась она, не останавливаясь и не оборачиваясь.

— Вы Питер Пауль Рубенс? — в замешательстве спросил Джейсон.

Женщина остановилась и обернулась, бросив на него недоуменный взгляд.

— Что? — спросил Джейсон. — Вы выдаете себя за человека, умершего в 1640 году, и при этом удивляетесь?

НЕ ГОТОВ УХОДИТЬ

НЕ ГОТОВ УХОДИТЬ

Несмотря на внешнее пренебрежение, и Джейсон, и Фарра без труда находили достойных противников среди монстров серебряного ранга, хотя и по-разному. Фарра делала ставку на мгновенный взрывной урон, поэтому для неё ключевым фактором была выносливость.

Джейсон же был полной её противоположностью.

Начало боя было для него самым опасным временем. Враг находился на пике сил, с полными резервами, в то время как способностям Джейсона не хватало немедленного эффекта. Его единственное умение с мгновенным уроном требовало значительной подготовки, что оставляло лишь извержение взрывающихся сфер Колина и Гордона в качестве единственного варианта для блиц-атаки.

Чем дольше длился бой, тем лучше было для Джейсона: враг слабел, а он сам становился сильнее. Таким образом, лучшим способом бросить себе вызов для Джейсона была битва с большим количеством более слабых противников, что обрекало его на состояние вечного «начала боя».

Когда он вступал в такие схватки с монстрами бронзового ранга, это приносило лишь разочарование. Им не хватало стойкости, чтобы продержаться достаточно долго и дать способностям Джейсона раскрыться в полную силу. В большинстве случаев ему приходилось изрядно потрудиться, чтобы хотя бы успеть применить добивание до того, как монстры испустят дух, из-за чего это умение было крайне трудно развивать.

Даже это требовало усилий, несоразмерных результату. Начиная еще с железного ранга, его способности часто казались бессмысленно сложными, в то время как простая порция мгновенного урона была куда эффективнее. Наблюдение за тем, как Хамфри прорубается сквозь монстров, вызывало у Джейсона чувство собственной никчемности; команда намеренно оставляла ему противников, чтобы он мог убить их в одиночку. Только в битвах с самыми сильными монстрами он чувствовал, что действительно вносит свой вклад, а не является лишь дополнением к собственной группе.

Лишь когда они начали бросать вызов монстрам серебряного ранга, Джейсон почувствовал, что его силы наконец-то обрели смысл. Даже самый слабый монстр серебряного ранга обладал поразительной живучестью, а значит, Джейсону больше не приходилось спешить, чтобы использовать все свои способности до того, как враг погибнет. В то же время авантюристы, которым Джейсон долгое время завидовал — такие как Хамфри, — больше не могли сразить одного или нескольких врагов одним взмахом меча.

Хотя сражения со стаями серебряных монстров были объективно сложнее, чем с их низкоранговыми аналогами, Джейсон наконец почувствовал, что действительно выкладывается на полную. Больше не было такого, что он только входил во вкус, когда бой уже заканчивался. В последние дни пребывания в астральном пространстве, а теперь и в прото-пространствах Земли, он чувствовал, что становится тем авантюристом, которым должен был быть с самого начала.

— Кажется, мы говорили тебе об этом с самого начала, — заметила Фарра, когда Джейсон поделился своими чувствами во время полета домой из очередного прото-пространства. — Специалисты по наложениям на низких рангах — это, по сути, пустая трата ресурсов.

— Мне всё ещё нужно поработать над боем на открытой местности, — сказал Джейсон. — Тень отлично справляется, позволяя мне прыгать между его телами, всегда перемещаясь туда, куда нужно. Мне же нужно научиться извлекать максимум из тех возможностей, которые он для меня создает.

— Пока придерживайся для этого бронзовых рангов, — посоветовала Фарра. — Пока не наберешься опыта, сражаться с серебром на открытом месте слишком рискованно, если только они не такие неповоротливые, как йови.

Джейсон всё чаще внедрял верховые формы Тени в свой стиль боя против крупных и медлительных монстров. Этот новый подход позволял развиваться в ином направлении, используя врагов, против которых он традиционно был силен, что обычно не способствовало его продвижению.

Чтобы максимально использовать свою сверхчеловеческую координацию и рефлексы, он искал подходящие условия для практики этой новой методики. Он выбирался в буш, чтобы найти импровизированные полосы препятствий для мотоциклетной и лошадиной форм Тени, а также для более инопланетных и экзотических животных.

— На Земле есть богомоловые жуки? — спросила Фарра, присоединившись к нему в одной из таких вылазок.

— Определенно нет, — ответил Джейсон.

— Значит, Тень может принимать формы из других миров?

— Ага, — подтвердил Джейсон.

— Тогда почему Тень не может принять форму хейдела?

— Строго говоря, изменение формы — это сила господина Асано, — подал голос Тень. — Вам стоит спросить его.

— Магия — штука очень сложная, — уклонился от ответа Джейсон. — Кто из нас может искренне заявить, что понимает все её капризы?

* * * В каюте Джейсона мебель была расставлена так, что образовала пару больших кресел, в которых и сидели Джейсон с Фаррой. Они рассматривали две картины на стене, в частности ту, что называлась «Вторжение в Паллимустус». На ней была изображена череда орбитальных городов, парящих вокруг родного мира Фарры.

— И это написала та женщина, что заходила к тебе?

— Скорее всего, — ответил Джейсон. — Она зовет себя Доун, хотя она подозрительно неуловима. Сеть и Кабала месяцами пытаются её найти, но всё без толку.

— Она определенно была обычным человеком, — сказала Фарра. — Если только она не настолько сильна, что может обмануть наши чувства, но для этого нужен как минимум бриллиантовый ранг. Моя способность восприятия усилила чувства ауры, когда я достигла серебра, а с твоей силой души твои чувства не намного слабее.

— Может ли обладатель бриллиантового ранга вообще выжить при таком низком уровне магии? — спросил Джейсон.

— Не знаю, — призналась Фарра. — Когда дело касается бриллиантовых рангов, правила, по которым живем мы с тобой, превращаются скорее в рекомендации. Насколько я знаю, она могла как-то искусственно понизить свой ранг. Но скорее всего, она просто представляет чьи-то интересы. С каких это пор мы с тобой заслуживаем внимания бриллиантового ранга?

Джейсон кивнул на картину. — Подозреваю, с тех пор, как это стало проблемой. Если предположить, что это происходит на самом деле. Если в твоем мире действительно идет вторжение, я полагаю, что картина — это метафора. Вместо вторжения из космоса я бы поставил на то, что оно пространственное.

— С чего ты это взял?

— Я уже помог остановить одно пространственное вторжение, и сомневаюсь, что мы были главной заботой Строителя, иначе он прислал бы кого-нибудь посильнее. Плюс тот факт, что кто-то явно хочет нашего участия. Возможно, потому что мы — иномиряне.

— Кто-то?

— Я бы поставил на Мирового Феникса, — сказал Джейсон. — Иначе какая ей причина вмешиваться в мои дела? Для такого существа я меньше, чем пылинка, которую можно смахнуть с плеча.

— Думаешь, это происходит прямо сейчас?

— Я знаю не больше твоего, — ответил Джейсон. — Интуиция подсказывает, что нет. Зачем сообщать нам об этом, когда у нас еще нет способа вернуться?

— Ты всё еще думаешь, что в книгах по астральной магии он найдется? — спросила Фарра. — Там много информации о пересечении измерений, но прорыв в астральное пространство сильно отличается от перехода между реальностями.

— Когда Знание дало мне эти книги, она была единственным человеком в мире, кто знал и о том, что у меня есть жетон Мирового Феникса, и о том, на что он способен. Подозреваю, она очень тщательно подбирала содержимое этих книг. Мне просто нужно изучать их, пока я не пойму. К счастью, у меня есть заметки Клайва, которые послужат путеводителем.

— Но ты ведь еще не готов уходить.

— Нет, — подтвердил Джейсон. — Как только мы найдем путь назад, неизвестно, смогу ли я когда-нибудь вернуться на Землю. Даже если смогу, пройдут десятилетия. Прежде чем уйти, я хочу убедиться, что моя семья готова ко всему, что встретится им на пути, когда магия станет достоянием общественности.

— Ты ведь даже еще не начал давать им эссенции.

— Я оставляю это решение на усмотрение Эрики. Чувствую, что мне не хватает объективности. Но, кажется, она начинает склоняться к этой мысли.

* * * Ася и Фарра вместе приехали к пристани и вышли из машины Аси.

— Ты до сих пор не пригласила его на свидание? — спросила Фарра.

— Момент был неподходящий.

— Прошли месяцы. «Момент» явно означает, что за всё это время ты так и не набралась смелости.

— Нет! — возразила Ася. — Ладно, да. Но это нервирует. Он знает, что я чувствую каждый раз, когда стою перед ним.

— Он знает, что ты чувствуешь прямо сейчас, — сказала Фарра. — Твои тренировки ауры продвигаются неплохо, но Джейсон так хорош в этой области, и его душа так сильна. Если это вообще всё еще душа.

— Что это значит?

— Тело и душа неразрывно связаны, но между ними всё же есть дихотомия. Одно — физическое и временное. Другое — духовное и вечное. У Джейсона больше нет этой дихотомии. Он — плоть и дух в одном флаконе, физическое воплощение собственной души.

— Значит ли это, что его душа теперь временна?

— Не знаю, — ответила Фарра. — Даже он сам не уверен, какую именно цену заплатил, чтобы вытащить меня.

— Разница чувствуется, — сказала Ася. — Между тем, каким он был до и после того, как сделал всё необходимое, чтобы получить доступ к тому астральному пространству. Он ни секунды не колебался. Неужели вы с Джейсоном действительно никогда не?..

— Почему все продолжают об этом спрашивать? У вас в этом мире что, нет друзей? Нет никого, кого бы я хотела видеть рядом с собой, когда мир будет рушиться, но он даже близко не в моем вкусе. Я имею в виду, Джейсон классный, но его слишком много.

— Некоторым из нас нужно именно «много».

— Тогда почему ты стоишь на парковке и болтаешь со мной? Он вон там, на своем подобающе пафосном плавучем доме.

Когда они уже собирались идти по причалу, рядом с ними припарковалась машина, и из неё вышел старый друг Джейсона, Грег. При виде двух поразительно привлекательных женщин он заметно занервничал.

— Привет, Грег, — сказала Ася. — Давно не виделись.

— Ася, — неуверенно поздоровался Грег. — Мисс Хурин.

Грег учился в школе вместе с Асей и Джейсоном. С Фаррой он встречался лишь мельком, хотя однажды проезжал мимо неё и Джейсона во время их безумных пробежек до Касл-Блафф. Он выудил с заднего сиденья большую квадратную сумку.

— Я, э-э, не знал, что ты будешь здесь, — сказал Грег Асе.

— Джейсон сказал, что ты принесешь настольные игры, — ответила Ася.

Где-то внутри Грега его пятнадцатилетняя версия издала жалобный стон.

— Ага, — выдавил он странно высоким голосом.

С другой стороны от Грега припарковался Крейг Вермиллион и тоже вышел из машины. Грег перевел взгляд с родстера MGA 1962 года Аси на Maserati Ghibli 1967 года Крейга, а затем на свой Ford Taurus 2017 года.

— Я тут самый скучный, да? — спросил он. — Прямо как в старшей школе.

Ася улыбнулась ему: — Да брось, Грег. Если все твои друзья крутые, что это говорит о тебе?

— Что им нужен трезвый водитель.

Они направились по причалу к плавучему дому. Поскольку Грег всё еще оставался в неведении относительно магии, интерьер дома был замаскирован. Джейсон превратил барную зону в бар и игровую комнату с двумя большими столами. Столешницы были сняты, открывая углубления, обитые фетром. Еще один стол был заставлен подносами с закусками.

Когда они вошли, Джейсон и Тайка уже ждали их. Джейсон смешивал коктейли за барной стойкой, а Тайка прикреплял подстаканники к краям столов.

— Твой плавучий дом укомплектован отдельной комнатой для настолок? — спросил Грег.

— Он вроде как модульный, — ответил Джейсон. — На данный момент в нем есть практически всё.

— Этот дом просто безумный.

— У него есть еще целая суперъяхта, пришвартованная в Касл-Рич, — добавила Ася.

ЭОА, как выяснилось, поверили Джейсону на слово, когда он заявил, что забирает яхту, которую реквизировал после нападения на самолет. Пытаясь избежать возмездия за свое участие в заточении Фарры, они переоформили документы и перегнали судно к восточному побережью Австралии. Не зная, что с ней делать, Джейсон оставил её в марине Касл-Рич. Там ему не приходилось арендовать второе место для огромного судна, как он делал с плавучим домом в Касселтон-Бич. Гигантские яхты там были в порядке вещей.

— Джейсон, — сказал Грег, — не хочу показаться грубым, но ты что, наркоторговец?

— Нет, хотя забавная история: помнишь, как мы в школе постоянно резались в «Эль Гранде»?

— Конечно, — кивнул Грег.

— Ну так вот, — продолжил Джейсон, — вскоре после моего возвращения я продавал золото одним армянским мафиози, и у них была разложена «Эль Гранде». Настоящий игровой стол и всё такое; я сразу о тебе вспомнил. Чего ты на меня так смотришь?

— Армянские мафиози?

— Да, бро, — вставил Тайка. — Я там был. Куча суровых парней кругом, смотрят так, будто сейчас ноги тебе переломают. А потом замечаешь настолку и понимаешь, что мы все не такие уж и разные. Это было даже как-то трогательно.

— Продавал золото? — Грег всё еще смотрел на Джейсона как на инопланетянина.

— Я работал за городом, пока все думали, что я мертв. Там я и встретил Фарру, кстати. В общем, я вернулся с кучей золотых слитков, которые раздобыл в Калахари — об этом не стоит особо болтать, — и мне нужны были деньги на карманные расходы. Ты же знаешь, мой дядя Хиро всегда был немного мутным типом, вот он и подсобил.

— Всё это звучит совершенно нелепо.

— Ты даже не представляешь насколько, приятель, — сказал Джейсон. — Я даже не могу начать рассказывать тебе о по-настоящему серьезных вещах. Ведь так?

— Нет, — твердо отрезала Ася. — Как я уже говорила тебе, когда ты хотел всё выложить мяснику: ты подписал соглашение о конфиденциальности.

— Но анекдот не получится, если не...

— Значит, не рассказывай анекдот, — закончила она.

Грег достал игры из сумки, и одна из них привлекла внимание Джейсона.

— Это та, где нужно охотиться на вампира, верно?

— Да, — ответил Грег. — Игра «все против одного».

— Это немного бестактно, — заметил Джейсон, покосившись на Крейга.

— Почему?

— Э-э, без причины, — быстро сказал Джейсон, поймав на себе очередной свирепый взгляд Аси.

Вскоре на борт поднялись Иан, Эрика и Эми. Эми сразу направилась к Джейсону.

— Безалкогольная пина колада, — сказал Джейсон, протягивая ей готовый напиток. — По крайней мере, я надеюсь, что она безалкогольная. Если нет — не говори маме.

— Перестань развращать мою дочь, — пожурила его Эрика. — Грег, рада тебя видеть. Всё хотела сказать, какой потрясающий костюм был на тебе на моей костюмированной вечеринке.

— Спасибо, — ответил Грег. — Я переживал, что из-за проработанного костюма Железного человека люди подумают, будто я настолько одинок, что у меня полно времени на его создание.

— Нет, — с серьезным лицом произнесла Эрика. — Никто так не подумал.

РЕШЕНИЕ

РЕШЕНИЕ

Пока все собирались домой, Грег нашел Джейсона на кухне.

— Всё было просто замечательно, — сказал Грег Джейсону. — Большинство наших старых друзей уехали в университет и так и не вернулись, а я никогда не умел заводить новых. Была Эми, но после того, что она выкинула, забудь об этом.

— Ты ведь вернулся, чтобы унаследовать юридическую фирму отца, верно?

— Да, но из этого ничего не выходит. Карьера Дэвида в большом городе не заладилась, так что он вернулся. Отец не говорил этого прямо, но Дэвид всегда был его любимчиком, так что…

Джейсон простонал. — Я не большой знаток Библии, как ты знаешь, — сказал он. — Но я начинаю проникаться идеей убийства всех первенцев. А еще твой отец — козел. Твоя мама всё такая же горячая штучка?

— Чувак, это не круто.

— Я просто констатирую факт: твоя мама — горячая штучка.

— А как бы ты себя чувствовал, если бы я пошел подкатывать к Фарре?

— Друг, если у тебя хватит смелости, то дерзай.

— Не хватит. Но она очень милая. Она спортсменка или типа того?

— Сотрудник частной охранной службы.

— Вроде наемницы?

— Да. Она была одной из тех, кто меня тренировал.

— Погоди, так это и есть та таинственная работа?

— Всё сложно, но в каком-то смысле — да.

— Мне нравятся твои друзья, — сказал Грег. — Они немного странные, но в хорошем смысле, понимаешь? Тебе всегда везло на таких людей. Мы устроим еще такой вечер?

— Да, — ответил Джейсон. — Не могу гарантировать регулярность, но мне бы этого очень хотелось. Моя жизнь просто жаждет хоть какой-то нормальности.

— Ну, а моя жаждет чего-нибудь странного.

— Думаю, я смогу это устроить.

* * * Гости Джейсона разошлись. Тень вызвался быть трезвым водителем для Крейга, Иана и Аси, так как единственными, кто не пил алкоголь, были Грег и Эми.

— А что, если нас остановит коп, а на водительском сиденье — человек-тень? — спросил Иан, когда Грег уже уехал.

— Ты про Пола? — спросила Эрика. — Не, он сегодня ведет бинго.

— Точно, — сказал городской парень Иан. — Маленький городок.

Эрика осталась; Джейсон хотел обсудить ситуацию с семейными эссенциями. Проводив остальных, Джейсон, Эрика и Фарра устроились в удобных креслах для разговора.

— Я знаю, мы договаривались подождать с эссенциями для семьи, пока ты не почувствуешь, что время пришло, — сказал Джейсон Эрике. — Но с Хиро мы начнем прямо сейчас.

— Я обучаю его магии формаций, — добавила Фарра. — Он еще новичок, но продвинулся достаточно далеко, чтобы с правильными эссенциями и камнями пробуждения стать хорошим специалистом по формациям. После кое-каких сделок с Сетью у нас всё готово.

— Хиро купил землю, и они с Фаррой собираются начать планирование застройки, — сказал Джейсон.

— Нам нужно знать, какими способностями будет обладать Хиро, прежде чем приступать, — добавила Фарра.

— Он уже купил землю?

— Да, — ответил Джейсон. — Отличный участок на вершине утеса дальше по побережью, прямо в разрыве между национальными парками. Одна девелоперская группа подкупила заместителя премьер-министра, чтобы получить разрешение на коммерческую застройку, но потом внезапно вышла из проекта по неразглашенным причинам. Они продали землю дяде Хиро за бесценок.

— И ты ждешь, что семья переедет туда?

— У меня нет никаких ожиданий, — сказал Джейсон. — Она будет доступна семье, и я подозреваю, что они будут этому рады раньше, чем мне бы хотелось.

— Ты правда думаешь, что всё станет настолько плохо? — спросила Эрика.

— Не знаю, — ответил Джейсон. — Но я не вижу сценария, при котором магия станет достоянием общественности и это будет безопасный, плавный переход. Даже если не возникнет магических осложнений, что маловероятно, невозможно предсказать, какие социальные потрясения могут произойти. Если всё обойдется — отлично. Если нет, у нас будет убежище.

— Я достаточно повидала ваше общество, чтобы понять: хотя вы и заявляете о равенстве, на деле всё совсем иначе, — сказала Фарра.

— Семьи, связанные с Сетью, станут новыми олигархами, — добавил Джейсон. — Нам не обязательно примыкать к ним, но мы не хотим быть у них в долгу. Нам нужна инфраструктура, чтобы передавать магию следующему поколению. Поместье Асано станет её центром.

— Поместье Асано, — повторила Эрика. — Всё это правда происходит, да?

— Я постоянно твержу тебе, что всё изменится, — сказал Джейсон. — Думаю, причина, по которой ты тянешь с эссенциями, в том, что ты это понимаешь. Ты знаешь, что как только мы начнем наделять семью магией, мы окажемся на дороге, ведущей прочь от нормальной жизни, и пути назад не будет.

— Ты прав, — согласилась Эрика. — Мы с Ианом много об этом говорили. Я говорила тебе, что трудно жить обычной жизнью, зная всё то, что я знаю сейчас. Мне не нравится это чувство.

Джейсон прищурился, глядя на сестру.

— Ты что-то решила, — осознал он.

— Я не хочу просто баловаться, — сказала Эрика. — Мы оба не хотим, ни я, ни Иан. Я знаю, ты хочешь полностью вовлечь Эми…

— Я бы никогда не сделал с ней ничего, против чего ты была бы против, — сказал Джейсон. — Но чего бы ты ни хотела, придет день, когда ей придется делать собственный выбор. Думаю, мы оба знаем, к чему всё идет, и я хочу дать ей все возможные преимущества.

— Я знаю, — сказала Эрика. — Поэтому мы решили, что тоже хотим пойти до конца. Если уж нам суждено жить в мире магии, мы хотим делать это правильно.

— Мы можем это устроить, — сказала Фарра. — Охота на монстров не для вас, но мы можем подобрать вам вспомогательные комбинации. Джейсон уже выбрал для тебя набор эссенций, основанный на магической кулинарии.

— Магическая кулинария?

— Ага, — подтвердил Джейсон. — Я научился этому, пока был в отъезде, так что на этот раз я буду тебя учить. Ты можешь стать первым в мире магическим звездным шеф-поваром.

— Будь серьезен, Джейсон.

— Я серьезен. Сеть будет искать способы нормализовать магию, когда она станет публичной. Идея пространственных карманов, полных монстров, напугает людей. А телешеф, готовящий блюда из ингредиентов, добытых в тех же самых местах, позволит им изменить восприятие.

— Ты хочешь, чтобы я была инструментом пропаганды?

— А как еще ты надеешься достучаться до людей? — спросил Джейсон. — Фактами и разумными аргументами?

— Справедливо, — признала Эрика. — Я так понимаю, для Иана у тебя тоже есть планы?

— Иан — врач, — сказал Джейсон. — Нет причин это менять. Сеть десятилетиями интегрирует исцеляющую магию и медицинскую науку. Мы хотим дать ему способности к исцелению и устроить в клинику, где я работаю. Там его научат сочетать магию с теми навыками и знаниями, которые у него уже есть.

— Думаю, ему это понравится, — сказала Эрика.

— Я бы обсудил это с ним раньше, — сказал Джейсон, — но не хотел подталкивать тебя быстрее, чем ты была готова.

— А как же Эми? — спросила Эрика. — Какие планы на неё?

— Пока ничего окончательного, — ответил Джейсон. — Пройдет еще как минимум три года, прежде чем она сможет принять магию, так что времени предостаточно. Мы хотим подобрать такой набор способностей, который не даст пропасть её уму и при этом обеспечит ей безопасность.

— Есть одна комбинация, которую мы рассматриваем, — сказала Фарра. — Это известное сочетание, использующее магию для защиты других людей. В отличие от большинства защитных типов, оно больше направлено на то, чтобы стоять в стороне и направлять события, а не вступать в ближний бой с врагами.

— Почему у неё должны быть враги? — спросила Эрика.

— Не должны, — сказал Джейсон. — Но они будут. Думаю, ты и сама это понимаешь.

— Она уже хочет делать то же, что и ты, — вздохнула Эрика. — Она должна быть слишком взрослой, чтобы хотеть сражаться с монстрами, когда вырастет. Всё это до сих пор звучит нелепо. На твоих записях почти не было монстров. Ты в основном просто много о них говорил.

— Ты показал ей запись, где ты убиваешь детей Геллеров? — спросила Фарра.

— Что? — переспросила Эрика.

— Я не убивал никаких детей, — заверил её Джейсон, сердито глядя на ухмыляющуюся Фарру. — Это было боевое испытание в чем-то вроде магического голодека. Никто даже не пострадал, не говоря уже о смерти. И ты знаешь, что я ненавижу ту запись, Фарра. Я определенно не брал её с собой.

— Значит, она не видела, как ты сражаешься? — спросила Фарра.

— Я видела, как он сражается, — тихо сказала Эрика.

Фарра почувствовала смятение в эмоциях Эрики и бросила вопросительный взгляд на Джейсона.

— Была группа преступников, которых выдворили из Гринстоуна, — объяснил он. — Они ушли в степь и заделались бандитами. Общество искателей приключений проводило зачистку, и моей команде поручили освободить деревню, которую они полностью захватили. Я пошел один, а моя команда это записала.

— Ты показал ей запись того, как ты убиваешь кучу людей? — спросила Фарра.

— Ты же знаешь, насколько абсурдным кажется то, что мы делаем, людям из моего мира, — ответил ей Джейсон. — Мне нужно было, чтобы Эрика осознала серьезность того, чем занимаемся мы с тобой.

— Не вешай мне лапшу на уши, — отрезала Фарра. — Тебе не обязательно было сразу переходить к резне ради этого. Тебе просто нужно было, чтобы кто-то сказал тебе, что ты не плохой человек, несмотря на всё, что ты совершил. Так вот, держи: ты не плохой человек. Боги, Джейсон, нельзя показывать такое обычным людям.

— Мне нужно было, чтобы она поняла, кто я теперь такой, — сказал Джейсон.

— Ох, — Фарра покачала головой. — Я и забыла, с кем разговариваю. Ты тот самый парень, который читал мне лекции об убийстве, когда сам ни черта в этом не смыслил. Ты не хочешь, чтобы тебе говорили, что ты не плохой; ты хочешь, чтобы тебе сказали обратное. В твоем извращенном уме ты так и не обрел равновесия, верно?

— Я убил много людей, Фарра.

— Многие из них это заслужили. Мы с тобой поговорим об этом позже. И обстоятельно.

— Предполагалось, что это я буду помогать тебе, — заметил Джейсон.

— Очевидно, я куда более цельная личность, чем ты.

— Не стану этого отрицать.

— Мне, наверное, пора, — сказала Эрика, внезапно почувствовав себя лишней.

— Ты так и не сказала, какое решение приняла, — произнес Джейсон.

— Может, сейчас не время, — замялась Эрика.

— Да уж говори, — вставила Фарра. — Если ты ждешь, когда этот парень перестанет упиваться самовлюбленной рефлексией о том, какой он гримдарковый, то этот корабль никогда не пришвартуется.

— Гримдарковый? — переспросил Джейсон. — Тебе нужно перестать смотреть кино с Тайкой и начать смотреть его с Гордоном.

— А тебе нужно научиться доводить разговор до конца, не отвлекаясь на всякую чушь, — парировала Фарра.

— Говорит женщина, которая только что обвинила меня в излишней мрачности.

— Да, я, пожалуй, пойду, — повторила Эрика.

— Нет, — в один голос сказали Джейсон и Фарра, поворачиваясь к ней.

— Прости, сестренка, — сказал Джейсон. — Ты приняла важное решение, и я хочу его услышать.

— Хорошо, — нервно произнесла Эрика. — Ты ведь намерен вернуться, верно? В тот другой мир.

Джейсон и Фарра обменялись взглядами.

— Да, — подтвердил Джейсон, — но мы не знаем когда и даже как.

— Что ж, — сказала Эрика, — когда это случится, мы хотим отправиться с тобой.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его, обдумывая последствия намерения сестры. Фарра же не была столь задумчива.

— Отлично, — сказала она. — Но есть много вещей, которые тебе стоит узнать, прежде чем делать окончательный выбор. Во-первых, мы не знаем, вернемся ли мы когда-нибудь сюда снова.

— Мы думали об этом, — сказала Эрика. — У Иана нет близких родственников, а если планы дяди Хиро выгорят, мы сможем уйти, не беспокоясь о наших. Мне не нравится мысль о том, что я больше никогда не увижу папу, но даже так — мы этого хотим.

Эрика наблюдала за выражением лица Джейсона, который глубоко нахмурился.

— Фарра права: есть много того, что тебе нужно знать, прежде чем даже рассматривать такой вариант, — сказал Джейсон. — Я сам видел лишь крошечный фрагмент того мира и знаю, насколько опасным он может быть.

— Мы с Джейсоном там не такие важные фигуры, как здесь, — добавила Фарра. — Мы будем гораздо меньше способны защитить вас.

— Похоже, у вас будет полно времени, чтобы рассказать нам с Ианом всё об этом, — ответила Эрика. — Но не думаю, что мы передумаем. Мы не хотим провести всю жизнь в доме, где я выросла. Это был тот уют, который нам требовался после твоей смерти и развода мамы с папой, но мы всегда хотели показать нашей дочери мир. Просто оказалось, что мир гораздо больше, чем мы когда-либо представляли. Если существует магический мир, мы хотим его увидеть.

— Этот мир тоже станет более магическим в ближайшие годы.

— Это не то же самое, и ты это знаешь, — отрезала Эрика.

— Да, — признал Джейсон.

— В конце концов, — сказала Эрика, — Эми сама захочет пойти с тобой. Я не хочу говорить ей «нет», когда чувствую то же самое, и я не позволю тебе забрать мою дочь.

— Я бы никогда так не поступил.

— Я знаю, — сказала Эрика, тепло улыбнувшись Джейсону.

Он долго смотрел на сестру, изучая её лицо. Он чувствовал решимость, пропитывающую её ауру.

— Мы можем это изучить, — сказал он. — Предстоит обсудить невероятное количество вещей, при том что мы даже не знаем, найдем ли способ вернуться. А если и найдем, неизвестно, сможем ли взять вас с собой.

— Если ты сможешь вернуться, то и мы сможем, — сказала Фарра. — Нам просто нужно доверять тебе.

Джейсон на мгновение посмотрел на неё, затем кивнул. Он сделал жест, и из пола поднялась арка.

— Когда я впервые показал тебе это, — сказал Джейсон Эрике, — ты не смогла войти.

— Это ведет в то особенное место, о котором говорила Эми? — спросила Эрика.

— Да, — ответил Джейсон. — Единственный способ войти — это полностью доверять мне. Тогда вокруг меня еще было много тайн. Ты не понимала, через что я прошел и что делал после возвращения. Теперь ты видела все записи и задала все свои вопросы. Так вот мой вопрос: можешь ли ты доверять своему младшему брату?

Эрика встала и нерешительно протянула руку к арке. Она медленно продвигала её вперед, но, в отличие от прошлого раза, преграды не было. Её пальцы погрузились в темноту и исчезли. Она взглянула на Джейсона, который ободряюще кивнул. Она шагнула внутрь.

* * * — Это правда твоя душа? — спросила Эрика, пока они бродили по садам духовного хранилища Джейсона.

— По крайней мере, её воплощение, — ответил Джейсон. — В это так трудно поверить?

— Не совсем, — сказала Эрика. — Оно вычурное и полное извилистых тропинок.

— О, как мило, — отозвался Джейсон.

— Чтобы войти, я должна доверять тебе, — напомнила Эрика. — А не терпеть твою чепуху.

Они дошли до края сада, где на стенах виднелись следы былых сражений, обнажающие жуткую тьму под камнем. Эрика провела рукой по рваной ране в темной кирпичной кладке, словно могла почувствовать ту яростную атаку, что её оставила.

— Если ты правда хочешь отправиться в другой мир, — тихо сказал Джейсон, — ты должна понимать, что там будут опасности. Угрозы, непохожие ни на что в твоем мире.

— Ты имеешь в виду «в нашем мире», — поправила Эрика.

— Нет, — отрезал Джейсон. — Брат, который был частью твоего мира, умер. Я принадлежу другому месту. Если ты тоже этого хочешь, я готов помочь. Завтра мы сядем с Ианом и серьезно обсудим все последствия этого шага. А потом перейдем к эссенциям. Нам нужно, чтобы ты была наполнена магией настолько, насколько это возможно.

Джейсон нахмурился, склонив голову набок. После трансфигурации его чувства могли простираться за пределы духовного хранилища, и он ощутил ауру, приближающуюся к плавучему дому.

— Что такое? — спросила Фарра.

— Художница, — ответил Джейсон. — Она вернулась.

Джейсон попросил Эрику подождать, пока они с Фаррой покинут духовное хранилище. Они нашли женщину на пристани; её рубиновые волосы сияли в лунном свете.

— Ты замаскированная селестина? — спросил Джейсон.

— Да, — ответила Доун. — Разрешишь подняться на борт?

— Дай мне минутку, — сказал Джейсон. — Мне нужно кое с чем разобраться.

— Возможно, тебе не стоит отправлять сестру домой через портал, — заметила Доун. — Думаю, тебе стоит дать ей понять, на какие ставки ты играешь.

ЧТО ТЕБЕ НУЖНО СДЕЛАТЬ

ЧТО ТЕБЕ НУЖНО СДЕЛАТЬ

— Ну, — сказал Джейсон, сидя за столом с тремя женщинами. — Всё сложно.

— Возможно, я привыкаю быть самой невежественной в этой комнате, — сказала Эрика, — но это не значит, что мне это нравится.

— Насколько ты пьяна? — спросил Джейсон Фарру.

— Я в порядке, — ответила Фарра, покачивая головой, словно пытаясь удержать её ровно на шее.

— Я тоже, — сказал Джейсон. — В смысле, да, я надел ошейник подавления, чтобы отключить сопротивление ядам, но я выпил всего одну бутылку.

— Это были две бутылки, — сказала Фарра.

— Правда? А мне показалось, что я вижу всё в двойном экземпляре.

— Ты ещё что-то видишь в двух экземплярах? — спросила Фарра.

— Нет, но, кажется, я плох в счёте. Хочешь, я протрезвлю тебя? У меня есть магические силы, знаешь ли.

— Нет! Бронзового алкоголя почти не осталось.

— Не обращай внимания на этих двоих, — доверительно сообщила Эрика Доун. — Они напились.

— Думаю, нам стоит начать с того, чтобы ты точно сказала, кто ты такая и зачем здесь, — сказал Джейсон Доун. — Эри, мы позже введём тебя в курс дела. Спойлер: она инопланетянка.

Доун посмотрела на Джейсона, приподняв брови.

— Ты странная, — сказал Джейсон. — Твоя аура нормальная, но в ней ничего нет. Это как пытаться съесть очень реалистичный восковой фрукт, но это нормально. Я притворяюсь пьяным, чтобы ты меня недооценила. Я очень умный.

— У тебя отлично получается, — заверила его Фарра.

— Спасибо! Итак, кто ты, леди?

— Что, если я назову себя пророчицей? — спросила Доун.

— А я мог бы назвать себя Барри Ван Дайком, — сказал Джейсон. — Но это не значит, что я заменил Яна Майкла Винсента в главной роли четвёртого сезона «Эйрвулфа».

— Серьёзно? — спросила Эрика. — Ты вспоминаешь «Эйрвулф»?

— Эри была недовольна четвёртым сезоном, — доверительно сообщил Джейсон.

— Все кадры полётов были повторно использованы, — возмутилась Эрика. — Почему?

— Эри, мы это уже обсуждали. Это было эфирное телевидение восьмидесятых. Им нужно было побольше эпизодов для синдикации, вот и экономили.

— А как же Кейтлин, Джейсон? Они взорвали дублёра Эрнеста Боргнайна, но что случилось с Кейтлин?

— Я же говорил: это эфирное телевидение восьмидесятых. Им было плевать на женских персонажей.

— Я должна понимать, о чём речь? — спросила Доун.

— Нет, просто плыви по течению, — посоветовала Фарра. — Ты смотришь телевизор?

— Нет, — ответила Доун.

— Я видела записи концертов Тины Тёрнер, но в остальном не вижу смысла, — сказала Фарра. — О, они переключились на «Рыцаря дорог»; обычно это значит, что они закругляются.

— Они вернули Бонни, — сказал Джейсон.

— Ей не следовало уходить, — сказала Эрика.

— Я не спорю, что не следовало, — сказал Джейсон. — Но я не слышу, чтобы ты жаловалась на Эйприл.

— Эйприл может проваливать.

— Она и провалила. Ты понимаешь, что она была одним из первых женских персонажей, преуспевших в научно-технических областях, — возразил Джейсон.

— Как и Бонни! Которую они заставили заменить, потому что Бонни не была блондинкой!

— Они вернули её, — сказал Джейсон. — Хафф и Эдвард Малхэр оба твердили: «верните ту леди», и они вернули. Эдди Малхэр был сексуальным призраком.

— Он был сексуальным призраком, — согласилась Эрика.

Фарра вмешалась, пытаясь завершить разговор.

— Может, нам стоит перестать говорить о… что бы это ни было, и поговорить со странной магической женщиной.

— Ладно, — проворчала Эрика, поворачиваясь к Доун. — Итак, в чём твоё дело? И никаких загадочных пророческих глупостей.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Если ты здесь, чтобы играть роль загадочного проводника, ведущего нас вперёд с помощью расплывчатых подсказок, можешь садиться на велосипед и убираться восвояси.

Доун была слегка ошарашена внезапно враждебным дуэтом брата и сестры.

— Вы уже догадались, кто меня прислал, — сказала Доун.

— Ага, — сказал Джейсон. — Я также догадался, что твоему боссу что-то нужно.

— Он хочет, чтобы ты спас мир.

— От чего? — спросил Джейсон. — Если ЭОА построила машину погоды, я на сто процентов в деле.

— Боюсь, всё гораздо серьёзнее, — сказала Доун. — Между этим миром и Паллимустусом была создана магическая связь.

— Я быстро вмешаюсь, — сказала Эрика. — Кто именно этот босс и что такое Паллимустус?

— Она работает на Мирового Феникса, который, по сути, является межпространственным супербогом, — сказал Джейсон. — Паллимустус — это название мира Фарры.

— Супербогом? — спросила Эрика.

— Ага, — сказал Джейсон. — Обычные боги — это скорее ваш Зевс, Тор, Брайан Деннехи и так далее.

— Не думаю, что Брайан Деннехи был богом, — сказала Эрика.

— О ком же я тогда думаю? — спросил Джейсон.

— О Вакхе? — предположила Эрика.

— Он выглядел как человек, который не прочь съесть лишний сэндвич, — сказал Джейсон, а затем повернулся к Доун. — Кстати, раз уж ты здесь, не знаешь, есть ли здесь местные боги?

— Магии пока недостаточно, — сказала Доун.

— Пока? — повторила Фарра.

— Связь между мирами, — сказала Доун. — Она веками выкачивала магию из Паллимустуса в этот мир. Сначала это было медленно, но скорость передачи стремительно росла последние полтора века.

— Прото-пространства, — сказал Джейсон. — Вот откуда они берутся.

— Да, — сказала Доун. — Каждое прото-пространство, которое разрушается без уничтожения существ-якорей, сбрасывает свою магию в ваш мир. По отдельности это мало на что влияет, но спустя века магическая плотность вашего мира начала расти. Это усиливает связь, которая питает цикл. Появляется больше пространств, они схлопываются и выбрасывают в окружающую среду ещё больше магии со всё возрастающей скоростью.

— Кто-то знал, что это произойдёт, — сказал Джейсон. — Были пришельцы из других миров, которые построили решётку и создали Сеть, готовясь это остановить.

— Насколько я понимаю, это так, — сказала Доун. — Однако те, кто основал Сеть, не смогли подготовить ответ на появление прото-пространств глубоко в океанах. Прото-пространства, открывающиеся там, остаются незамеченными и доставляют магию в ваш мир.

— Большая часть которого покрыта водой, — сказал Джейсон. — А значит, миссия Сети по сдерживанию была обречена с самого начала.

— Да, — сказала Доун. — Чего они добились, так это замедления темпов роста магической плотности вашего мира. На данный момент она остаётся низкой, но приближается к опасному порогу.

— Прото-пространства, — сказал Джейсон, широко открыв глаза. Обладая информацией, предоставленной Доун, его изучение астральной магии позволило ему соединить точки и прийти к ужасающему открытию.

— Что такое? — спросила его Фарра.

— Я только что понял, что произойдёт, как только магическая плотность перешагнёт минимальный порог для железного ранга, — сказал Джейсон.

Настала очередь Фарры встревожиться.

— Больше никаких прото-пространств, — поняла она. — Прямое магическое проявление.

— Скорее всего, прото-пространства всё ещё будут формироваться для более мощных проявлений, — сказала Доун. — Однако монстры более низкого ранга, эссенции и камни пробуждения начнут проявляться напрямую. Как только это начнётся, не будет способа предотвратить то, что магия, которую они приносят с собой, ещё больше ускорит рост магической плотности.

— Я мало что понимаю, — сказала Эрика. — Но, насколько я понимаю, ты говоришь, что наш мир станет более магическим? Это плохо?

— Это плохо, — сказал Джейсон.

— Монстры, случайно появляющиеся на улицах, — сказала Фарра. — Общества вашего мира к этому не готовы.

— Это даже не главная проблема, — сказал Джейсон. — Миры не созданы для того, чтобы справляться с экстремальными изменениями магической плотности. Пространственная мембрана — это невидимая... невидимая... та штука, которую нельзя увидеть, которая не пускает магию. Если она развалится, всю планету смоет, как замок из песка во время прилива.

— Подожди, — сказала Эрика. — Ты хочешь сказать, что планета будет уничтожена?

— Если мы не найдём способ остановить приток магии, — сказал Джейсон. — Если, конечно, можно верить тому, что говорит эта леди. Думаю, она может быть ненастоящей.

— Сколько времени до этого? — спросила Эрика.

— Трудно сказать наверняка, — ответила Доун. — Мировой Феникс укрепил пространственную мембрану вашей вселенной миллиарды лет назад, благодаря чему ваш мир до сих пор продержался без явных последствий. Пока Сеть продолжает перехватывать те прото-пространства, которые может, прямое проявление начнётся примерно через десять лет. Разрушение пространственной мембраны начнёт вызывать погодные эффекты в какой-то момент после этого. Сначала незначительные, но условия будут обостряться. Через полвека начнутся геологические эффекты. Пространственная мембрана полностью потеряет целостность примерно через двести пятьдесят лет, но ваша планета станет непригодной для жизни как минимум за столетие до этого.

— Значит, монстры на улицах через десять лет, — сказал Джейсон. — Потом всё перерастает в бесконечную череду фильмов-катастроф, и через полтора века людей не останется.

— Если ничто не вмешается, чтобы сдвинуть часы в ту или иную сторону, — сказала Доун.

— А как насчёт той силы, которую дал мне твой босс? — спросил Джейсон. — Она стабилизировала физические реальности, верно?

— Это может сработать для прото-пространства, мистер Асано. Это не сработает для целой планеты.

— Это касается только планеты или всей вселенной?

— К счастью, эффекты локализованы, — сказала Доун. — Вероятность цепной реакции, затрагивающей вселенную в целом, очень мала.

— Очень мала — это не ноль, — сказал Джейсон. — Мы определённо собираемся спасти вселенную, что определённо принесёт мне немного внимания. Я буду такой: «Эй, дамы, я тот парень, который спас вселенную», а они такие: «Звучит как горячечный бред, но ты выглядишь намного лучше Кайто, так что давай целоваться». А потом я такой: «Я не могу этого сделать, я уважаю женщин», а они такие: «Это полностью наш выбор». Поскольку я весь такой за женскую свободу выбора, мне придётся согласиться, потому что это феминистично, так что мы пойдём в супермаркет и купим все взбитые сливки...

— Отойдя от этого гротеска, — сказала Фарра. — Ты упомянула связь между мирами. Нам стоит предположить, что эта связь является одновременно причиной и решением проблемы?

— Да, — сказала Доун. — Связь основана на истории ваших двух вселенных и той связи, которую они всегда разделяли. Позвольте мне объяснить. Ваши две вселенные, как и все вселенные, были созданы из семени, того, что вы могли бы назвать сингулярностью. Эти семена создаются Строителем.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Я дрался на кулаках с парнем, который создал вселенную?

— Что? — спросила Эрика.

— Строитель, которого вы знаете, — это не тот Строитель, который создал вашу вселенную. Оригинальный Строитель был наказан другими великими астральными существами за то, что рассматривал ваши две вселенные как эксперимент.

— Тут есть над чем подумать, — сказал Джейсон. — Давай начнём с того, что значит «наказан».

— Я не знаю, — сказала Доун. — Всё, что я знаю, это то, что, по всем намерениям и целям, старого Строителя больше нет. Новый был выбран из числа смертных.

— Ты хочешь сказать, что смертный раньше был каким-то парнем? — спросил Джейсон. — Кого они выбрали?

— Я не знаю, — ответила она ему. — Полагаю, среди великих астральных существ были разногласия, но есть много вещей, о которых даже их высшие слуги не осведомлены.

— Что это было насчёт рассмотрения нашего мира как эксперимента? — спросила Эрика. — Не уверена, что могу выразить, насколько мне не нравится, как это звучит.

— Роль Строителя — создавать семена вселенных, — сказала Доун. — Каждое новое и уникальное, так было до ваших двух вселенных. Старый Строитель не просто создал идентичные семена, он создал их, воспроизведя элементы существующих миров. Это не означает буквально, что специфические элементы тех миров появляются в вашем, но потенциал есть. Думайте об этом как о наличии этих элементов, встроенных в ДНК вселенной. Они могут проявиться, а могут и нет. Если и когда они проявляются, это может происходить очень разными способами. Это особенно верно, учитывая, что одному из миров была дана более жёсткая пространственная мембрана, поэтому в вашем мире меньше магии, чем в Паллимустусе.

— Ты хочешь сказать, что мы даже не были настоящим экспериментом? — спросил Джейсон. — Мы были контрольной группой?

— Что такое ДНК? — спросила Фарра.

— Это вроде магической матрицы в твоём теле, — сказал Джейсон. — Только вместо магии это слизь, которая даёт тебе лучи из глаз, когда ты падаешь в чан с токсичными отходами.

— Понятия не имею, что это значит, — сказала Фарра.

— Люди всегда мне это говорят. И они постоянно называют моё имя. Я встречаю кого-то, и они такие: «Ты Джейсон Асано». Как будто я персонаж мыльной оперы, которого считали мёртвым, а потом он вернулся с амнезией, и его играет другой актёр.

— Совершенно верно, — смеясь, сказала Эрика. — Это имеет огромный смысл.

Доун провела рукой по лицу.

— Это означает, — сказала она, — что внутренние элементы, составляющие ваш мир, разделяют определённые черты, унаследованные от других миров. Возьмём, к примеру, эльфов. Они существовали дольше, чем любой из ваших миров, но они появились естественным образом в обоих. В Паллимустусе они эволюционировали в один из естественных разумных видов мира, в то время как на Земле они появились в форме мифов и легенд. Это верно для многих вещей.

— Я заметил это, — сказал Джейсон. — Когда я был в другом мире, я постоянно удивлялся, когда вещи совпадали с моим старым миром. Например, то, как мы измеряем время. Погоди, подожди. Если мир просто заставляет вещи случаться, это какая-то предопределённость?

— Нет, — сказала Доун. — Думайте об этом как о голосе в глубине сознания реальности, подталкивающем её в определённых направлениях. Это в значительной степени влияет на вещи без свободы воли, такие как геологические силы, поэтому два мира имеют схожий размер и географию. Это повлияет и на людей, но это случается крайне редко и всегда с теми, кто по какой-либо причине восприимчив к внешнему влиянию. Те, кто верит, что видит видения будущего или получает послания от высшей силы. Строго говоря, они не ошибаются. По крайней мере, в широком смысле. У них есть привычка зацикливаться на деталях, в значительной степени выдуманных ими самими.

— Как то, что Бог ненавидит геев и смесь полиэстера с хлопком, — сказала Эрика.

— Что-то вроде того, — сказала Доун.

— Ты нормально это воспринимаешь? — спросил Джейсон Эрику.

— Думаю, да, — сказала Эрика. — Было бы лучше, если бы я не выпила столько коктейлей.

— О, подожди, — сказал Джейсон и пропел заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Эрика моргнула, словно только что вышла на свет, качая головой, когда туман алкоголя рассеялся. Затем она посмотрела на Джейсона тяжёлым взглядом.

— Накорми меня своими грехами? — спросила она.

— Так мелодраматично, — сказала Фарра.

— Это слова для моего заклинания, — сказал Джейсон. — Я не выбирал их.

— Люди, о которых мы говорим, имеют привычку зацикливаться на деталях, в значительной степени выдуманных ими самими, — сказала Доун, многозначительно глядя на Джейсона.

— Чёртовы бабы, — сказал Джейсон. — Мне нужно начать тусоваться с какими-нибудь крутыми парнями. Держу пари, Кайто знает таких.

— Ты бы возненавидел тусовки с крутыми парнями, — сказала Эрика. Она встала и пошла за барную стойку, чтобы смешать себе ещё один коктейль, раз уж протрезвела.

— Нет, это было бы здорово, — настаивал Джейсон. — Я начинаю новую жизнь. Я собираюсь начать говорить о своей «мужской берлоге» и спрашивать людей, сколько они жмут от груди. Это будет меньше, чем у меня, потому что я суперсильный. Женщины — это объекты!

— Могу я напомнить вам двоим, что мы говорим о конце света? — сказала Фарра.

— И стёб — это то, как мы его спасаем, — сказал Джейсон. — Ты что, не видела фильмы о супергероях?

— Нет.

— О, ну, там есть большой луч в небе или магический камень, который все хотят, и мы побеждаем силой острот, — сказала Эрика. Она закончила делать коктейль, тут же осушила половину и начала делать следующий. — Ещё кто-нибудь хочет?

Доун посмотрела на них так, словно они были обезьянами, бросающимися собственными фекалиями.

— И вот на кого Мировой Феникс полагается в спасении мира, — пробормотала она.

— Всё в порядке, — заверила её Фарра. — В тот день, когда я встретила Джейсона, он спас всю мою команду, ведя себя примерно так же. Итак, как именно мы должны спасти мир?

— Хороший вопрос, — сказал Джейсон. — Эми думает, что я супергерой, это так мило. Теперь я практически обязан спасти мир.

— Около полутысячелетия назад, — сказала Доун, — пришелец из этого мира попал в Паллимустус и поступил на службу к божеству Паллимустуса. Когда он получил средства вернуться в свой мир, он вернулся с инструментами и миссией от этого божества. Он создал глобальную магическую инфраструктуру, которая укрепила связь между двумя мирами. На протяжении веков всё больше магии, накапливающейся в Паллимустусе, перекачивалось в этот мир.

— Всплески монстров, — сказала Фарра. — Вот почему они занимают всё больше и больше времени. Магия, которая их питает, перекачивается сюда, что выкачивает всё больше и больше по мере ослабления пространственной мембраны.

— Что это даёт? — спросил Джейсон.

— Нынешний Строитель — первоначальный источник магических техник, с помощью которых была усилена связь, — сказала Доун. — Он передал эти знания божеству, стоящему за всем этим. Большая часть которых теперь в ваших руках, мистер Асано.

— Я понял, — сказал Джейсон. — Как только эти знания попали в Паллимустус, богиня Знания получила к ним доступ. Она нашла причину передать их мне, зная, что я неизбежно вернусь домой, где смогу что-то с этим сделать.

— Связь является угрозой и для Паллимустуса, — сказала Доун, — но иного характера. Задержка во всплесках монстров также дестабилизирует пространственную мембрану того мира. Чем дольше задержка, тем опаснее вещи, которые наконец смогут прорваться.

— Ты говоришь об увеличении проявлений алмазного ранга во время всплеска монстров, — сказала Фарра.

— Это лишь побочный продукт, — сказала Доун. — Цель —

— Вторжение в Паллимустус, — сказал Джейсон. — Как на твоей картине.

— Да. Бог Чистоты заключил сделку со Строителем. Чистота закладывает основу для Строителя, а Строитель помогает Чистоте очистить мир от того, что Чистота стал считать нечистыми элементами. Строитель забирает обильные астральные пространства мира, а Чистоте оставляет перестройку цивилизации по своему образу и подобию.

— Это безумие, — сказала Фарра. — Другие боги этого не допустят.

— Когда я уходил, уже был сформирован какой-то религиозный совет для борьбы с церковью Чистоты, — сказал Джейсон.

— Чистота давно тайно готовился к вторжению в ваш мир, — сказала Доун Фарре. — Церковь более подготовлена, чем кто-либо осознаёт, за исключением Знания. Эта богиня также тайно готовилась к борьбе с Чистотой.

— Почему бы просто не предупредить всех? — спросила Фарра.

— У неё есть правила, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что рассказать всем — это такое огромное дело, что оно нарушает её основные принципы. Она делает упор на то, чтобы люди учились всему сами.

— Совершенно верно, — сказала Доун. — Трансцендентные существа — это воплощённая сила, но у них есть ограничения, которые не связывают нас, физических существ. Максимум, что она может сделать, — это подготовиться к действиям, как только знания станут широко распространены. Когда начнётся вторжение и Чистота полностью раскроет свои карты, тогда и она раскроет свои.

— Итак, наша роль — найти этот усилитель связи и отключить его, — сказала Фарра.

— Да, — сказала Доун. — У вас есть инструменты.

— Я могу изучить астральную магию, если будет достаточно времени, — сказал Джейсон. — Как мы должны найти этот «увеличитель связи», чтобы мы могли его выключить?

— Она сказала «глобальная магическая инфраструктура», — сказала Фарра Джейсону. — Звучит знакомо?

— Решётка Сети, — сказал Джейсон.

— Даже если они не связаны, — сказала Фарра, — держу пари, мы сможем использовать одно, чтобы найти другое. Как только ты поймёшь, что именно мы ищем.

— Я уже засел за книги, — сказал Джейсон. — Мне не нужно ничего менять. Я точно не бездельничал, читая книгу Фарры о сексе, особенно не ту часть на сорок первой странице с охлаждёнными фруктами.

— Этот мир обречён, — пробормотала Доун.

— Всё будет хорошо, — сказал Джейсон. — Я отлично борюсь со злом. В смысле, я навредил плохишу? Нет. Он убил меня? Да, убил. Но мы победили! Получу ли я признание? Вероятно, нет. Все женщины будут такие: «Эй, Хамфри, твои плечи такие широкие, очевидно, из-за гормонального нарушения, но мы на это ведёмся». Потом Хамфри будет такой: «Извините, стайка женщин, но я должен оплакивать своего ещё более красивого друга», а они такие: «Эй, мы супер готовы тебя утешить», а он такой: «Ну, полагаю, мой красивый друг показал мне, как взбивать сливки». Потом они пойдут к местному поставщику молочных продуктов и...

— Кажется, я чувствую, что у меня развивается непереносимость лактозы, — сказала Эрика.

— Думаю, пора уходить, — сказала Доун. — Теперь вы знаете задачу, которая перед вами стоит, и повестку дня Мирового Феникса, которая вас беспокоила. Всё, чего она хочет, — это защитить ваш мир, и чтобы вы стали её инструментом.

— Это была шутка про член? — спросил Джейсон.

— Нет, — сухо ответила Доун. — Теперь, когда события, связанные с вашим возвращением, в значительной степени улеглись, пришло время показать вам путь вперёд. Возможно, мой выбор времени был не идеален.

— Всё в порядке, — сказал Джейсон. — Честно говоря, я был бы гораздо подозрительнее, будучи трезвым.

— Когда мы закончим, Мировой Феникс сможет отправить нас домой? — спросила Фарра.

— Цель — это и есть награда, — сказала Доун. — Вы вернётесь домой до того, как ваша задача будет выполнена.

— Ну, это отрезвляющий разговор, — сказал Джейсон. — Буквально; думаю, мне действительно нужно выпить ещё. Доун, ты не знаешь, где я могу запастись бронзовым алкоголем? У меня заканчивается. На самом деле, в этот момент мне нужно начать пить серебряный. Я не хочу надевать ошейник каждый раз, когда пью. Я на время потерял ключ. Он был в миске с компонентами вместе с жетонами овец, поэтому я так долго его искал. Никому не нужны овцы.

Доун покачала головой.

— В штутгартском отделении Сети есть алхимик, — сказала она. — Уверена, ваши союзники по Сети смогут наладить связь.

— О, мило, — сказал Джейсон. — Спасибо, леди из пространственного измерения.

— Теперь ты знаешь, что должен сделать, — сказала Доун.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Хотя я хотел бы знать, почему ты не сделаешь это сама.

— Несколько причин, — сказала Доун. — Во-первых, существуют правила относительно того, насколько великие астральные существа и их высшие агенты могут вмешиваться в физические реальности. Если бы у Мирового Феникса были слуги, уроженцы этого мира, это было бы возможно, но этот мир не производит высокоранговых существ. Кроме того, вы видите, как мало у меня силы.

— Я думал, ты просто скрываешь её, — сказала Фарра.

— Если бы я была здесь лично, несоответствие между моей силой и нехваткой магии в этом мире было бы калечащим, независимо от духовных монет. Это всего лишь аватар, который я проецирую из-за пределов вашей реальности. Вам не хватает знаний, чтобы понять, насколько это впечатляюще, так что позвольте заверить вас, что ответ — очень. Даже если бы я или мой пространственный сосуд прорвали пространственную мембрану вашего мира, в его хрупком состоянии, грубая сила была бы подобна падению камня на оконное стекло. Лучшее, что я могу сделать, — это поделиться знаниями.

* * * Когда Джейсон и Фарра провожали Доун с плавучего дома, она остановилась на нижней палубе, прежде чем ступить на причал.

— Могу я задать вопрос для собственного просвещения, мистер Асано?

— Валяй, — сказал Джейсон.

— Вы знали сосуд, который Строитель использовал в Паллимустусе, да?

— На самом деле их было два, и я знал их обоих, — сказал Джейсон. — Первого я знал не очень хорошо, хотя он несколько раз вырубал меня лопатой.

— Погоди, тот парень с лопатой? — спросила Фарра.

— Ага, — сказал Джейсон. — Вторым был Тадвик, которого я знал немного лучше. Встречался с его сестрой некоторое время. Я, в смысле; он не встречался со своей сестрой. Это было бы странно. Почему ты спрашиваешь?

— Когда великие астральные существа взаимодействуют с физическими существами или даже друг с другом, они используют живые сосуды, — объяснила Доун. — В отличие от временных, низкоранговых сосудов, долгосрочные сосуды, такие как я, не сгорают. Астральное существо может вселяться в нас и покидать нас без вреда много раз, на протяжении многих лет. Проходят десятилетия, часто столетия, прежде чем нагрузка грозит необратимым повреждением и должен быть подготовлен новый сосуд.

— Конечно, — сказал Джейсон.

— Один из побочных эффектов обитания в физических телах заключается в том, что астральные существа должны действовать теми же средствами, что и тела, — сказала Доун. — Результат в том, что мы, сосуды, формируем поведение великих астральных существ, пока они обитают в нас. Постоянные сосуды тщательно отбираются, в то время как временные сосуды представляют собой выбор. Либо пожертвовать последователем, который думает именно так, как они хотят, чтобы думали их последователи, либо использовать расходный сосуд.

— О, — сказал Джейсон. — Это объясняет, почему Строитель был таким придурком.

— В случае с очень сильными личностями, — сказала Доун, — быстрая смена одного сосуда на другой может создать остаточный эффект, когда личность первого сосуда влияет на второй.

— Кажется, я понимаю, к чему это ведёт, — сказал Джейсон с усмешкой.

— Те из нас, кто служит сосудами, любят поддерживать связь, потому что мало кто по-настоящему понимает наш опыт, — сказала Доун. — Человек по имени Шако является основным сосудом Строителя в этом регионе космоса, как я — для Мирового Феникса. Он описал свой последний опыт пребывания сосудом Строителя как наличие малыша, бегающего у него в голове и принимающего все решения. Мне было любопытно, что за человек был сосудом, который вызвал такую реакцию.

— Он был худшим, — сказал Джейсон. — Буквально худшим. Там есть парень, бьющий младенца, который такой: «получай, младенец», но всё ещё может утешить себя тем, что он не Тадвик. Тадвик предал своих друзей, свою семью и весь свой мир. Этот парень был отстоем. Вся его семья была такой, честно говоря, за исключением его мамы и сестры, но мужчина не целуется и не рассказывает. Его сестры, я имею в виду. Я не спал с его мамой, хотя она очень привлекательна. Типа, очень, но у неё есть эта штука серебряного ранга.

— Этого достаточно информации, спасибо, — сказала Доун. — Вопрос о сосуде был предметом некоторого любопытства в нашем маленьком кругу.

— Можно задать тебе вопрос? — сказал Джейсон.

— Конечно, — сказала Доун.

— Ты, кажется, много знаешь, — сказал Джейсон. — Ты знала, что Фарра в этом мире, и где её найти?

— Ах, — сказала Доун, делая извиняющееся выражение. — Да, но...

Кулак Джейсона врезался ей в нос, отправив её через перила в воду.

* * * — Да, она определённо мертва, — сказал Джейсон. Используя силу своего плаща по уменьшению веса, он стоял на воде над её трупом.

— Ты убил её? — в ужасе спросила Эрика.

— Это была всего лишь проекция аватара, — сказал Джейсон. — Сомневаюсь, что смог бы навредить её настоящему «я» с помощью магического ракетного гранатомёта.

— Что ты собираешься делать?

— Я собираюсь её обобрать, — сказал Джейсон. — Она должна была рассказать мне о тебе.

— Не знаю, хорошая ли это идея, — сказала Фарра.

Джейсон потянулся вниз и коснулся плавающего тела. Затем он вернулся на плавучий дом, а труп позади него растворился в радужном дыме. Эрика, никогда не видевшая ничего, кроме проекций, наблюдала с помесью восхищения и ужаса.

* 10 [Алмазных духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Золотых духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь. * 1 000 [Серебряных духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь. * 10 000 [Бронзовых духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь. * 100 000 [Железных духовных монет] были добавлены в ваш инвентарь.

— О, джекпот.

* * * На пространственном корабле в астральной пустоте женщина с рубиновыми волосами покачала головой в недоверии.

— Этот маленький ублю...

НАПРАВЛЕНИЕ, В КОТОРОМ МЫ ХОТИМ ИХ НАПРАВИТЬ

НАПРАВЛЕНИЕ, В КОТОРОМ МЫ ХОТИМ ИХ НАПРАВИТЬ

— Нельзя просто так ходить и убивать людей, — сказала Эрика.

Она стояла рядом с Фаррой, когда Джейсон сошёл с поверхности воды, а позади него поднимался радужный дым.

— Если ты собираешься вернуться с нами в мой мир, — сказала Фарра, — то тебе придётся усвоить те же уроки, что и ему. Начиная с того, что да, он может просто ходить и убивать людей.

— Это был не человек, — сказал Джейсон. — Это была проекция. Я не столько убил её, сколько разбил её телефон.

— Это всё равно не круто, — сказала Эрика.

— Она знала, что меня пытают, и могла бы рассказать Джейсону в тот день, когда мы прибыли, — сказала Фарра. — В следующий раз, когда я её увижу, я, возможно, вдавлю ей нос в мозг.

— Знаете, что круто? — спросил Джейсон. — Время спать.

— Нам о многом нужно поговорить, — сказала Эрика.

— Нам нужно многое проспать, — сказал Джейсон. — Завтра, сестрёнка.

— Не думай, что сможешь от этого увильнуть, — предупредила Эрика.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Оставайся здесь, чтобы я не мог улизнуть. Я притащу порталом твоего мужа и агрессивный штамм обнимающейся лозы.

— Эми к этому времени уже будет в постели, — сказала Эрика.

Джейсон посмотрел на неё тяжёлым взглядом и открыл портал. Мгновение спустя ракета в пижаме вылетела, чтобы заключить Джейсона в объятия.

— Что это за запах? — спросила Эми, морща нос от затянувшегося аромата радужного дыма. — Он супер противный.

— Это твоя мама, — сказал Джейсон. — Она всё это время скрывала его с помощью нездорового чрезмерного использования ароматизированного мыла для рук, но теперь её секрет раскрыт.

— Не будь злым к маме, дядя Джейсон, — отчитала его Эми. — Она выглядит раздражённой. Что ты сделал?

— Я ничего не делал, — настаивал Джейсон. — Может, мы немного поговорили об «Эйрвулфе».

— О каком сезоне? — спросила Эми тоном инструктора по строевой подготовке, дающего новобранцу ровно столько верёвки, сколько нужно.

— О четвёртом, — пробормотал Джейсон, виновато склонив голову.

— О чём ты думал?

— Я много выпил.

— Это не оправдание, — отчитала Эми. — Серьёзно, что это за запах? Как будто животное умерло внутри чуть большего животного.

— Это была магическая телефонная леди, которую я сломал, — сказал Джейсон.

— Ладно. Мы можем остаться здесь на ночь?

— Да, — сказала Эрика. — Иди за своим отцом.

* * * В трезвом свете утра откровения прошлой ночи прокручивались в голове Джейсона. Его атрибут духа улучшил его память до такой степени, что даже магический алкоголь не ухудшал её, по крайней мере, его собственного ранга. Если бы он был сварен из ингредиентов серебряного ранга, история могла бы легко измениться. У него не было похмелья, так как его атрибут восстановления более чем справлялся с задачей освежить его за ночь сна.

На верхней палубе плавучего дома все нынешние обитатели сидели за столом, разделяя завтрак «шведский стол» любезно предоставленный Джейсоном. Эрика была немного не в духе для экстравагантной утренней готовки. Иэн и Эми, Фарра, Хиро и Тайка дополняли группу.

— Итак, — сказал Джейсон. — Похоже, мы должны спасти мир. Через пару рюмок это казалось уморительным, но внезапно мы стали ответственны за семь миллиардов человек.

— Что ты имеешь в виду под «спасти мир»? — спросил Иэн.

— Что ты имеешь в виду под «мы»? — спросила Эрика. — Борьба со злом кажется скорее твоей работой. Я могу заняться кейтерингом, но противостояние силам тьмы оставлю тебе.

— Просто чтобы прояснить, мы серьёзно говорим о спасении мира? — спросил Иэн. — Это не метафора или что-то в этом роде, верно?

— Нет, — сказал Джейсон. — Буквально спасти мир.

— От чего? — спросил Иэн. — От изменения климата?

— Что-то вроде того, — сказал Джейсон. — Это как дополнительное, добавочное изменение климата, которое в конечном итоге уничтожит планету. По сути, плохие парни в альтернативной вселенной делают что-то, что медленно разрушает наш мир как побочный эффект.

— Уничтожение мира — это сопутствующий ущерб? — спросил Хиро.

— Для этих парней — да, — сказал Джейсон. — Я уже сражался с ними раньше. Они убили тысячи. Они убили Фарру.

Все взгляды обратились к Фарре.

— Что? — спросила она. — Если собираешься вернуться с того света, сначала нужно от чего-то умереть. Я верну своё, остановив то, что они делают.

— Сколько у нас времени до конца света? — спросил Хиро.

— Годы, — сказал Джейсон. — Довольно много лет, но чем дольше мы тянем, тем больше ущерба мы не сможем исправить.

— Итак, что нам делать? — спросила Тайка.

— Это марафон, а не спринт, — сказал Джейсон. — Мне понадобятся годы, чтобы правильно изучить вовлечённую магию.

— Это кажется сумасшествием, — сказал Иэн, и Джейсон рассмеялся.

— Вам стоит посмотреть на это с моей точки зрения. В смысле, у меня здоровое эго, но ведь должен быть кто-то лучше, верно?

— Почему именно ты? — спросил Хиро. — Почему не кто-то другой?

— Потому что полный ответ не здесь, — сказала Фарра. — Нам сказали, что нам нужно будет вернуться в мой мир, прежде чем задача будет выполнена.

— Мы говорим о разделении миров, — сказал Джейсон. — Мы — те, у кого есть инструменты, знания и опыт хождения по обоим мирам.

— Похоже, нет никого лучше, — сказал Хиро.

— Я думаю, это потрясающе, — сказала Эми.

— Конечно, думаешь, — сказал Джейсон. — Тебе двенадцать.

— Давай посмотрим правде в глаза, Джейсон, — сказала Эрика. — Тебе тоже.

— Я действительно думал, что это потрясающе, — признался Джейсон. — Теперь, когда я протрезвел, я просто в ужасе. Я не могу осознать ответственность. Два года назад, до того как я ушёл, кто-нибудь из вас хотел бы, чтобы я был тем, кто отвечает за каждую жизнь на Земле? Это то, за что помещают лицо на деньги, а я не тот парень, чьё лицо помещают на деньги.

Фарра достала из кармана духовную монету и сдвинула её по столу, изображением Джейсона вверх.

— Руфус доверил бы тебе эту ответственность, — сказала она. — Мы встретили тебя почти два года назад, и он сразу понял, что ты можешь стать великим.

— Сразу? Ты имеешь в виду, когда каннибалы держали нас в клетках, и вместо того, чтобы сбежать, я получил по голове лопатой? — спросил Джейсон.

— Может, не сразу, — признала Фарра. — Но с первого дня. Ты спас нам всем жизни.

— Он спас? — спросила Эрика. — Джейсон, ты всегда был немного расплывчат насчёт событий до того, как начались твои записи.

Эми подняла монету и всмотрелась в неё.

— Дядя Джейсон, у этой монеты твой старый подбородок.

— Он никогда не рассказывал вам историю о том, как мы познакомились? — спросила Фарра.

— Он сказал, что вы все вместе сбежали из какого-то культа каннибалов.

— Да, — сказала Фарра. — Я видела многое за свою карьеру, но ничего подобного той кухне.

— Может, пропустим эту конкретную деталь за завтраком, — сказал Джейсон с содроганием, вспоминая ужасающий образ кухни поместья Вейн.

— Думаю, ты прав, — сказала Фарра. — Я расскажу вам о событиях с самого начала, по крайней мере, с моей точки зрения. Для меня всё началось, когда мою команду наняли расследовать эту семью затворнических аристократов, живущих посреди пустыни...

* * * Джейсон закачал достаточно магической квинтэссенции в свою облачную флягу, чтобы плавучий дом мог создать более чем адекватную ритуальную комнату. В сочетании с вихревым аккумулятором, собирающим магию, это создало пространство с уравновешенной окружающей магией, идеально подходящее для проведения ритуалов.

Там также была смежная комната с закрытыми душевыми кабинками для нужд после повышения ранга. Вода, насыщенная кристальной промывкой, распылялась не только сверху, но и со всех сторон, что делало процесс очищения вторым по качеству после неразбавленного запаса кристальной промывки.

Джейсон нарисовал мелом диаграмму для ритуала эссенции, комната позволяла ему сделать это с минимальными корректировками окружающей магии. Джейсон снова оценил, как хорошо, что Клайв сделал то же самое возможным посреди дикой природы, используя свои способности.

Хиро, Иэн и Эрика были одеты так, будто был день стирки, в подборке старой и выцветшей ультра-повседневной одежды. Джейсон ясно дал понять, что во что бы они ни были одеты, они не захотят носить это снова. Эми хихикала над ними, стоя в стороне с Фаррой.

В основном, однако, внимание Эми было приковано к интерфейсу группы, к которому Джейсон дал им всем доступ. Экран статуса Эми показывал им, что сила Джейсона позволит им узнать, когда Эми сможет безопасно поглощать эссенции, избавляя их от периодического, пусть и дешёвого и простого, ритуала тестирования.

— Итак, — спросил Джейсон. — Кто первый?

Хиро и Иэн оба повернулись к Эрике.

— О, отлично, — сказала она.

— Всё в порядке, — сказал Джейсон. — Я делал это раньше, Фарра делала это раньше, и это хороший, безопасный ритуал.

Джейсон взял одну из девяти эссенций со стола рядом с собой и повёл сестру в центр ритуального круга, избегая линий и небольших кучек духовных монет. Он протянул ей эссенцию.

Предмет: [Эссенция пиршества] (без ранга, необычная)

*Проявленная эссенция обильного потребления *(расходуемый, эссенция).

* Требования: Менее 4 поглощённых эссенций.

* Эффект: Наделяет 1 непробуждённой способностью эссенции пиршества и 4 непробуждёнными способностями эссенции пиршества.

* Вы поглотили 0/4 эссенций. После поглощения эссенция не может быть отдана или заменена.

— Мы начинаем с эссенции пиршества, — сказал ей Джейсон, — потому что мы выбрали порядок, чтобы лучше всего направить твои силы в том направлении, в котором мы хотим их направить.

Джейсон и Фарра спорили об относительных достоинствах обычной эссенции пиршества против эссенции голода более высокой редкости. Голод был более популярным из двух, потому что у него была более сильная боевая роль, часто создающая арсенал дренирующих атак. По этой причине они остановились на эссенции пиршества с более широким аспектом, учитывая, что целью был набор сил, построенный вокруг магии кулинарии.

— В изоляции, например, — объяснил Джейсон, — эссенция ножа, которая следующая, могла бы очень легко дать тебе какую-нибудь обычную специальную атаку. Но с эссенцией пиршества за плечами, эта следующая сила с большей вероятностью пойдёт в том направлении, в котором мы хотим.

— Однако никаких гарантий нет, — сказала Фарра. — Мы можем попытаться направить направление сил, которые ты получишь, но быть слишком жёсткими — это только навредит.

Хотя они уже видели, как Тайка проходит через этот процесс, семья Джейсона наблюдала с восхищением, как Джейсон проводил ритуал, и куб эссенции таял, погружаясь в плоть Эрики.

* Вы поглотили [Эссенцию пиршества]. Вы поглотили 1 из 4 эссенций. * Прогресс до железного ранга: 25% (1/4 эссенций).

* [Эссенция пиршества] связалась с вашим атрибутом [Восстановление], изменив ваше [Восстановление] с нормального на [Железный 0]. Освойте все способности эссенции пиршества, чтобы увеличить ваш атрибут [Восстановление].

* Вы пробудили способность эссенции пиршества [Кормление множества]. Вы пробудили 1 из 5 способностей эссенции пиршества.

Способность: [Кормление множества] (Пиршество)

* Конъюгация (благо). * Стоимость: Варьируется. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Железный 0 (00%).

* Эффект (железный): Вы можете воспроизвести количество еды до размера тарелки. Стоимость маны увеличивается с каждым воспроизведением одной и той же еды, при этом стоимость значительно снижается, если еда была приготовлена вами лично. Вкус еды идентичен оригиналу, но питание и магические эффекты могут быть скопированы только путём траты духовной монеты за каждое идеальное дублирование. Вы можете воспроизводить еду, приготовленную из обычных или ингредиентов железного ранга, с соответствующим рангом духовной монеты, требуемым для истинного воспроизведения.

— Прямо в точку, — сказал Джейсон. — Это именно тот вид силы, который мы ищем.

* Расовая способность человека [Дар эссенции] эволюционировала в [Гурман и обжора].

Способность: [Гурман и обжора]

* Трансформирована из способности [Человека] [Дар эссенции].

* Ваши чувства вкуса и обоняния усилены. Вы можете иметь дополнительный эффект усиления от магической еды без негативного эффекта. Вы обрабатываете остаточную магию от зелий с ускоренной скоростью, позволяя вам безопасно потреблять дальнейшие зелья того же типа после более короткой задержки.

Джейсон и Фарра обменялись взглядами. Они сразу поняли, что способности Эрики обе требовали больших ресурсов, риск, о котором Фарра предупреждала, когда они выбирали эссенцию пиршества. В другом мире это не было бы проблемой. На Земле она была бы глубоко зависима от Джейсона, чтобы он снабжал её тем, что ей нужно. Если её пробуждения продолжатся в этом ключе, это добавит новый нюанс к дискуссии о присоединении семьи Эрики к ним по возвращении в Паллимустус.

Ритуальная комната сбалансировала магию, когда Джейсон очистил ритуальный круг и нарисовал новый. Оставшиеся эссенции Эрики были поглощены одна за другой, с результатами, соответствующими тому, на что они надеялись.

— Пока мы не слишком конкретны в наших целях, — сказала Фарра, — организовать общее направление для сил не так уж сложно.

— Клайв сказал мне примерно то же самое, — сказал Джейсон.

От эссенции ножа Эрика получила силу призывать несколько ножей различных типов, от боевых до кулинарных по назначению. От эссенции танца она получила силу телекинетически управлять небольшими объектами и способность разделять свою концентрацию между ними. Её эссенция слияния, щедрость, дала ей силу наделять обычную еду магическими эффектами.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Джейсон, когда появилась и была поглощена её эссенция слияния.

— Потрясающе, — сказала Эрика. — Чувствую, что могла бы пробежать марафон.

Как только она это сказала, её лицо исказилось от испуганного и тошнотворного выражения. Джейсон и Фарра указали на дверь в душевую, и она рванула туда. Иэн двинулся следом за ней, и Джейсон остановил его.

— Возможно, ты не захочешь видеть свою жену в таком состоянии.

— Она моя жена, и я, вероятно, нужен ей, — сказал Иэн. — Неважно, как я её увижу.

Они наблюдали, как Иэн последовал за ней в душевую, и услышали несколько очень неприятных звуков, донесшихся в тот короткий момент, когда дверь была открыта.

— Он хороший муж, — сказала Фарра.

— Ага, — сказал Джейсон. — Он один из хороших, точно.

Затем Джейсон повернулся к Хиро.

— Ладно, дядя, — сказал он. — Похоже, твоя очередь.

ОПАСНОСТИ ТОГО, ЧТО Я ДЕЛАЮ

ОПАСНОСТИ ТОГО, ЧТО Я ДЕЛАЮ

— У меня смешанные чувства по поводу этой эссенции, — сказал Джейсон, вертя в руках полупрозрачный куб.

Они всё ещё были в ритуальной комнате. Эссенции Хиро были закончены, и они перешли к Иэну. Это была третья эссенция для комбинации Иэна после того, как они уже наделили его первыми двумя.

Джейсон сохранил эссенцию обновления, от которой отказалась Тайка, и, учитывая, что Иэн был врачом, исцеление казалось очевидным набором сил, к которому стоило стремиться. Существовало много потенциальных комбинаций целителей, каждая из которых подходила для определённой ниши. Поскольку Иэн не искал роль боевого медика, а скорее более традиционную роль врача, Фарра предложила конкретную комбинацию.

— Есть популярная комбинация, которая является первым выбором для целителя в тылу для любого, кто может заполучить эссенцию обновления, — объяснила она. — Вы не увидите, чтобы авантюристы использовали её, потому что она в значительной степени избегает боевых сил, если только вы не выберете правильный вид камней пробуждения.

Эссенция обновления была первой, затем эссенция жизни. Третьей была та, которая заставила Джейсона колебаться.

— Эссенция чистоты, — сказал он, продолжая смотреть на неё, снова и снова вертя в руках. — У меня с ней есть определённые ассоциации.

— Я знаю, — сказала Фарра. — Я видела твои записи. Церковь Чистоты оказалась злом.

— Было кое-что, чего не было в записях, — сказал Джейсон. — Это было почти в самом конце, и я не включил это. Другие не видели её, потому что это было до того, как я начал записывать, но ты помнишь Анису, конечно.

— Да, — сказала Фарра.

— Кто такая Аниса? — спросила Эрика, глядя вверх, потирая кожу пальцами. После восстановления от повышения ранга до железного, она наслаждалась новыми ощущениями от того, что стала магическим существом. Хиро всё ещё был в душевой, в то время как к Эрике, Иэну и Эми присоединился Кен, который пришёл посмотреть сам. Он всё ещё не был уверен, стоит ли ему получать странные магические силы.

— Помнишь, я рассказывала тебе, как моя команда впервые встретила Джейсона? — сказала Фарра. — Жрицу, которая нас вела, звали Аниса, и она была частью Церкви Чистоты.

— Не стоит доверять людям, которые слишком много говорят о чистоте, — сказала Эрика. — Стоит отвести от них взгляд, и внезапно они сгоняют людей в лагеря.

— Вот что я и сказал, — согласился Джейсон.

— Мне не нравилась Аниса, — сказала Фарра. — Не уверена, что Руфусу нужно было её выгонять, но она была не тем человеком, с которым приятно работать. Она была одной из плохих, когда Церковь Чистоты оказалась коррумпированной?

— Да, — сказал Джейсон, бросив взгляд на Эми, решая, стоит ли продолжать. — Она оказалась главной приспешницей, и мы сражались с ней в астральном пространстве.

— Что случилось? — спросила Фарра.

— Мы победили, — сказал Джейсон. — Она была со своим боссом в то время, который был пользователем эссенций серебряного ранга. Мы знали, что с ним будет очень трудно справиться, поэтому решили... разобраться с Анисой сначала.

— О нет, — сказала Эми. — Мне всего двенадцать, и я понятия не имею, что такое очевидный эвфемизм.

— Эми, — сказал Джейсон, — есть время для серьёзности.

Все в комнате повернулись, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Что? — спросил он.

— Ты сражался с серебряным рангом после? — спросила Фарра. — Как это было?

— Тяжело, — сказал Джейсон. — Ничего общего с тем болваном, которого они послали за мной здесь, и даже тот парень победил меня. Этот парень был целителем, так что, учитывая его стойкость серебряного ранга и его силы, он был чертовски близок к бессмертию. Это означало, что у него не было так много атакующей силы, чтобы бросить её в нас, но даже тогда у наших передовых бойцов были проблемы с тем, чтобы удержаться. Впрочем, мы отвлекаемся. Суть в этой эссенции чистоты, а не в каком-то мёртвом архиепископе Чистоты.

— Это не божественная эссенция, — сказала Фарра. — Она не имеет ничего общего с богом, несмотря на название.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Но я не могу не колебаться.

— Ладно, я начинаю беспокоиться, — сказал Иэн. — Если ты собирался колебаться, я бы предпочёл, чтобы ты сделал это до того, как мы прошли половину пути.

— Прости, — сказал Джейсон. — Это абсолютно правильный выбор; это просто мой заскок. Я обычно не знаю людей, которых я...

Он нахмурился.

— Хватит об этом. Давайте дадим тебе ещё магических сил!

Эссенции Иэна были вскоре завершены, и он направился прямиком в душевую, Хиро уже ушёл.

— Сколько кристальной промывки ты залил во флягу? — спросила Фарра.

— Достаточно на несколько лет, если буду осторожен, — сказал Джейсон. — Папа и Эми могут повышать ранг здесь, но остальные могут использовать свои собственные души.

— Эту дрянь будет трудно смыть обычным мылом и водой.

— Справедливое замечание, — сказал Джейсон. — Куплю им стальную вату.

Телефоны Джейсона и Фарры одновременно пискнули сообщениями. Они оба посмотрели на свои экраны, затем обменялись взглядами.

— Нам придётся отложить остальной разговор о магии, — сказал Джейсон Эрике и Хиро. — Я знаю, что время не самое лучшее, но это третья категория, а это значит, что все руки на палубе. Тем временем оставайтесь на лодке и отдохните. В гостиной накрыт большой обед.

— Но сначала, — сказала Фарра, — ты ешь как пользователь эссенций.

Она вручила Эрике и Хиро по духовной монете.

* * * Монстры роились через неровный кустарник. Они выползали из оврагов, через хребты и через густые участки колючей растительности. Они принимали форму жуков, от гигантских жуков до ужасающих пустынных богомолов и вещей, не имеющих земного аналога. Существа, похожие на многоножек, за исключением того, что вместо единого тела, пять тел расходились из центрального узла, как конечности морской звезды. Каждая конечность-тело заканчивалась плюющимся кислотой ртом со скрежещущими жвалами. Они не были быстрыми, но были размером с батут, и к ним было трудно подойти, не будучи перехваченными плевками кислоты.

Монстры серебряного ранга были низкими, плоскими и тёмно-панцирными, похожими на скорпионов. Им не хватало клешней, вместо этого каждый мог похвастаться трио чрезмерно длинных хвостов скорпиона, заканчивающихся не пронзающими жалами, а загребающими когтями. Хвосты могли достигать длины в два раза больше их тел, которые были примерно размером с матрас.

Они не были ловкими, но их грубая скорость была в среднем диапазоне серебряного ранга, что затрудняло Джейсону их поимку. Их твёрдые панцири затрудняли проникновение, поэтому, даже если удар достигал цели, его специальные атаки работали только в том случае, если урон проходил. По этой причине он вытащил свой меч, а не призвал кинжал.

Меч, который сделал Гэри, Погибель и Спасение, был разработан, чтобы помочь Джейсону в его самых сложных боях. За каждый нанесённый удар, когда цель была защищена непробиваемой бронёй, меч накапливал заряд резонирующей силы. Этот тип урона идеально подходил для прохождения сквозь броню, нанося дополнительный урон и резонируя сквозь неё. Джейсон отказался от недугов своего призванного кинжала, но многочисленные существа были слабыми для монстров серебряного ранга.

Слабая стойкость серебряного ранга всё же была стойкостью серебряного ранга. Потребовались все недуги, которые он мог наложить, чтобы справиться с ними, но его заклинания, к счастью, было намного легче применить. С лишь несколькими дальнобойными монстрами, плюющимися ядовитыми шипами или кислотной желчью, мало что могло помешать ему.

Даже с его мечом, трюк заключался в том, чтобы наносить удары по несущимся роям. Хотя их паттерны были просты, их темп был серьёзной угрозой для Джейсона. Он противостоял им, как тореадор. Он получил несколько жестоких ударов, прежде чем начал осваивать тайминг. Преимущество природы взрывной атаки существ заключалось в том, что у Джейсона было время восстановиться.

Теперь, когда он прочно вошёл в средний диапазон бронзы, его стойкость значительно улучшилась. Более эффективным было увеличение силы регенерации Колина и вытягивание здоровья его специальной атакой Укус пиявки. Его способность вытягивать недуги и превращать их в выносливость и ману поддерживала его, когда другие части сил Сети были вынуждены отступить.

Джейсон был лишь частью группы реагирования. Скорость Фарры пикового бронзового ранга и размашистые атаки её телескопического магмового меча дали ей преимущество проноситься через целые кластеры. Хотя её рефлексы были на высоте, её мобильности не хватало. Монстры пытались сокрушить её мощную броню. Как и Джейсон, они были плохо приспособлены для пробивания твёрдого панциря.

У Джейсона и Фарры были свои проблемы, которые нужно было преодолеть в бою. Задачей Фарры было сохранить как можно больше маны в резерве, чтобы продержаться в бою. Это означало в значительной степени придерживаться своего меча, но её неподвижность иногда приводила к тому, что несколько групп монстров серебряного ранга сходились вместе. На этой стадии она была вынуждена тратить как можно меньше маны, отбиваясь от них как можно эффективнее своими дорогостоящими силами.

Пришельцы привыкли быть звёздами шоу, но в данном случае именно команды Сети действительно активизировались. Их дисциплинированные, сосредоточенные атаки удивили Джейсона и Фарру своей эффективностью против серебряных рангов. Против орд монстров более низкого ранга тактика Сети продемонстрировала, почему организация делает на них такую ставку. Орды были сметены с эффективностью, с которой ни Джейсон, ни Фарра не могли бы сравниться, даже если бы присутствовали все их команды.

* * * Джейсон развесил свою разорванную боевую броню на задней палубе плавучего дома, смывая кровь. Кровь монстров давно исчезла, но кровь Джейсона осталась. Она сама исчезнет в радужном дыме после того, как пробудет вдали от его тела час или около того, но он предпочёл бы, чтобы к тому времени её не было на его экипировке.

Иэн и Эрика нашли его, без рубашки, смывающего рваные остатки наряда. Татуировка герба, покрывающая его спину, была полностью видна, как и шрамы на торсе.

— Я знаю, что девушкам нравятся шрамы, Джейсон, — сказала Эрика, её лёгкий тон не полностью скрывал её беспокойство, — но это может быть немного чересчур.

— Знаю, правда? — ответил Джейсон. — Я наконец-то получил определение пресса, а выглядит так, будто кто-то исчеркал его.

— Что это за вещь? — спросил Иэн, указывая на броню. — Это шкура какого-то монстра?

— Она сделана из шкуры монстра, — сказал Джейсон. — Это моя броня. Вы видели, как я её ношу.

— Подожди, — сказала Эрика. — Это твоя броня?

— Ага.

— Броня, которую ты носишь?

— Именно так работает броня.

— Она разрезана в клочья, — сказала она.

— Это был грубый бой, — признал Джейсон. — Фарра уже медитирует над этим, чтобы закрепить свои достижения. Я присоединюсь к ней, как только закончу здесь.

— Ты был в броне, когда это случилось с ней? — спросил Иэн.

— Я в порядке, — сказал Джейсон. — Посмотрите на меня; никаких новых шрамов.

— Разве броня не должна выдерживать такие атаки?

— Да, — сказал Джейсон, — но и я тоже.

Эрика осмотрела своего брата, который сам был насквозь мокрым. Вода у его босых ног была окрашена в красный цвет.

— Я не настолько глупа, чтобы пытаться заставить тебя остановиться, — сказала Эрика. — Но я не хочу, чтобы Эми застала тебя всего в крови и раненого.

— Я тоже, — сказал Джейсон. — Не до тех пор, пока она не станет старше, не получит свои собственные эссенции и ей не понадобится урок об опасностях того, что я делаю. Шейд развлекает её на другом конце лодки.

— Ты собираешься дожить до того, как Эми станет такой взрослой? — спросила Эрика.

— Это мой способ борьбы, Эри. Он кровавый и мрачный, и ты не хочешь иметь к нему никакого отношения.

— Но наша дочь захочет, — сказал Иэн.

— Она не будет сражаться как я, — сказал Джейсон. — Я позабочусь о том, чтобы её силы вознаграждали её внимательность и быстроту мышления. Она будет стремиться к тому, чтобы обезопасить себя и других.

— Мне нравится, как это звучит, — сказал Иэн. — Звук, который мне нравится больше, — это то, как она находит хорошего мужчину, чтобы сидеть дома и растить наших внуков, пока она будет высокооплачиваемым врачом, переплаченным экономическим консультантом или кем угодно ещё, кем она захочет.

— Возможно, вы обнаружите, что ей лучше в другом мире, — сказал Джейсон. — Всем вам, возможно. В другом мире есть свои опасности, да, но эта опасность — известная величина. Этот мир скоро пройдёт через период потрясений, и мы не знаем, с какими опасностями мы столкнёмся.

— Кто знает, — продолжил Джейсон. — То, что я делаю, может казаться захватывающим, но, может быть, что-то другое захватит её воображение.

— Больше, чем быть межпространственным супергероем, — сказала Эрика. — Конечно.

— На этом всё, — сказал Джейсон, выключая шланг. — Она немного потрепалась, так что, вероятно, не придёт в норму до завтра.

— Эта штука самовосстанавливается? — спросил Иэн.

— Вся хорошая лёгкая броня чинит себя сама, — сказал Джейсон. — Она стоит дороже, но экономия на избежании ремонта с лихвой окупает её. Тяжёлую вещь труднее заставить самовосстанавливаться, а моя работает быстрее, чем обычно, потому что она частично сделана из кожи гидры.

— Как гидра из двенадцати подвигов Геракла?

— Геракл сражался с речной гидрой, — сказал Джейсон. — Моя броня из кожи болотной гидры, но они очень похожие породы. Речная гидра была на самом деле первым монстром, с которым я сразился после возвращения на Землю.

— Насколько я помню, — сказал Иэн, — даже у Геракла были проблемы с этим. Это был один из подвигов, который не засчитали, потому что у него была помощь.

— Не знаю, что вам сказать, — сказал Джейсон. — Я сделал это соло, так что, полагаю, Геракл — слабак.

— Он был сыном Зевса.

— Ну, я сын Шерил, и я знаю, на кого я бы поставил в драке. В смысле, на Зевса, очевидно; мужик мечет молнии. Но всё же, мама довольно строгая.

— Зевс ненастоящий, верно? — спросил Иэн.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я разговаривал с этим...

Он замолчал, почувствовав всплеск магии сверху, где медитировала Фарра. Он усмехнулся, используя своё мастерство бронзового ранга и навыки паркура, чтобы быстро взобраться по внешней стороне плавучего дома. С крыши палубы уже ярко сиял серебряный свет.

* * * — Поздравляю, — сказал Джейсон, бросая Фарре бутылку. Когда Фарра опрокинула кристальную промывку себе на голову, где она начала методично покрывать её тело, зловонный ихор, разбрызганный по верхней палубе, уже поглощался и очищался плавучим домом.

— Это зловонный запах, даже по стандартам повышения ранга, — сказал Джейсон. — Не знаю, связано ли это с более высоким рангом или с первым повышением ранга после становления пришельцем.

— Ты действительно выкачал много зловонной грязи в тот первый раз, — сказала Фарра. — Как прошёл бронзовый ранг для тебя?

— Нормально.

— Я знаю, мы должны учить твою семью чувствам ауры и остальным вещам, которые нужно знать новому железному рангу, — сказала Фарра. — Но мне нужно медитировать и закрепить этот ранг, так что придётся оставить это тебе.

Фарра говорила с широкой ухмылкой на лице. Несмотря на то, что она сказала, что собирается отдохнуть и помедитировать, она вскинула руки вверх и перед собой, направляя их над краем крыши палубы.

— Пылающее сердце мира, покажи свою мощь.

Поток лавы извергся из её рук и над водой, поднимая пар, когда он с плеском падал вниз и остывал. Она продолжала поток, издавая победный возглас.

— Не уверен, что это безопасно, — сказал Джейсон. — К тому же, ты только что повысила ранг. У тебя будет нехватка...

Поток лавы прекратился, и Фарра упала, потеряв сознание.

— ...маны, — закончил он. — Надеюсь, никто этого не видел.

МЫ ВСЕ БЫЛИ МОНСТРАМИ

МЫ ВСЕ БЫЛИ МОНСТРАМИ

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросила Фарра, пока они с Джейсоном ехали к дому Кайто и Эми. Учитывая небольшое расстояние, они не стали перемещаться порталом, так что у Джейсона эта способность была наготове на случай экстренной ситуации.

— Нет, — ответил Джейсон. — Я по-прежнему считаю, что для Кайто нам стоило выбрать слияние с химерой.

— Мы уже обсуждали это, — сказала Фарра. — Это слияние для искателей приключений.

— Мы могли бы подставить его под удар монстров. Возможно, он бы преуспел. Подумай сама: атаки ядом, атаки облаком газа. Он стал бы специалистом по наложению эффектов, как я.

— Ты хотя бы получил ту третью эссенцию?

— Нет, — сказал Джейсон. — У меня есть эссенции змеи и крысы. Может, американцы могли бы достать мне эссенцию скунса.

— Думаю, тебе стоит придерживаться тех эссенций, которые ты уже выбрал, вместо того чтобы пытаться доказать свою правоту из вредности.

— Ладно, — проворчал Джейсон.

— Я спросила, уверен ли ты, потому что ты уже прошел через два повышения ранга, а он все еще выглядит лучше тебя, — сказала Фарра.

— Серьезно?

— Я не собираюсь извиняться за то, что у меня есть глаза. Ты, должно быть, заметил, что после повышений ранга ты стал больше похож на него.

— Это не та тема, которую я хочу обсуждать, — сказал Джейсон как раз в тот момент, когда зазвонил его телефон. — О, хорошо. Кто-то, кто хочет поговорить о чем-то другом, а не о том, какой красивый мой брат.

— Если бы в этом мире были боги, — сказала Фарра, — я бы молилась, чтобы они звонили именно ради разговора о твоем брате.

Джейсон бросил на нее взгляд, изображая гнев, достал телефон и включил громкую связь.

— Кети, — поздоровался он. — Что я могу для тебя сделать?

— Что это я слышу о световом шоу в гавани?

— Прости за это, — сказал Джейсон. — Фарра немного разволновалась после того, как достигла серебряного ранга.

— Фарра — третья категория?

— Именно так, — сказала Фарра. — Здравствуй, Кетеван.

— Поздравляю, — сказала Кетеван. — Слушайте, мы списали это на то, что какой-то богатый гопник балуется с пропаном, но постарайтесь не устраивать слишком большое зрелище. Вам повезло, что мы заменили полицейский участок на наших людей.

— Вы можете такое делать?

— Для такого маленького городка, как Касселтон-Бич, да, — ответила Кетеван.

— Так вот почему Пола перевели в Кофс, — сказал Джейсон. — Я ценю усилия, которые вы приложили.

— Тебе нужно обсудить изменения в своих способностях с тактическим отделом, Фарра, — сказала Кетеван. — Насколько ты теперь сильна?

— Не уверена, — ответила Фарра. — Мне понадобится несколько боев, чтобы привыкнуть к новым уровням.

— Мы дадим вам знать, как обычно, — сказала Кетеван.

— Хорошо, спасибо, Кети, — сказал Джейсон.

* * * Как ни странно, Джейсон обнаружил, что для некомбатантов комбинации придумывать сложнее, чем для искателей приключений. Фарра посоветовала ему сосредоточиться на том, к чему человек уже способен, поэтому набор магии кулинарии для Эрики и целительская комбинация для Иана были взяты прямо из списка общепринятых комбинаций Магического общества. Слияние Иана, «министерство», было одним из самых ориентированных на исцеление слияний в этом списке.

«Живой документ» нельзя было обновить из другой вселенной, но существующий архив остался нетронутым. Джейсон и Фарра распределяли части информации об известных эссенциях в обмен на различные уступки со стороны Сети. По совету Анны, большая часть этого взаимодействия велась с американцами и китайцами, что помогло сгладить некоторые острые углы.

Обе фракции сохраняли присутствие в Сиднее, поскольку между ними они выторговали около сорока процентов мест в программе обучения Международного комитета. Джейсон, но в основном Фарра, обучали молодых новых пользователей эссенций из Сети сражаться как искатели приключений. Они также тратили время, помогая существующим командам адаптировать свою тактику, давая им временное решение, пока молодые не наберутся опыта.

Джейсон обнаружил, что подготовка остальной части его семьи — задача не из легких. У них не будет обучения, что делало выбор эссенций еще более сложным. Джейсон обратил внимание на эссенцию технологий, которая, по-видимому, была аналогична эссенции магии в том, что она была распространена, но высоко ценилась.

Также, как и эссенция магии, она часто определяла природу способностей человека. Там, где магия часто вела к эволюции навыков в сторону заклинаний, эссенция технологий способствовала развитию способностей к сотворению предметов.

Технологии были эссенцией, о которой в записях Магического общества не было никакой информации. Это заставляло их полагаться на знания Сети или экспериментировать на тех членах его семьи, к которым он был менее привязан. Фарра до сих пор удерживала его от этого пути.

Эссенция транспортного средства была известна в Паллимустусе, но известных комбинаций было немного, несмотря на ее распространенность. Для Кайто они выбрали комбинацию, которая была одновременно известной и состояла из обычных эссенций. Эссенции транспортного средства, ветра и скорости объединились в слияние «парение», которое было известной небоевой комбинацией, сфокусированной на полете.

В мире Фарры эта комбинация означала экзотические магические летательные аппараты. На Земле результаты были несколько иными. Кайто продемонстрировал это, как только пришел в себя после поглощения эссенций и проглатывания духовной монеты. Он использовал свою самую первую способность, чтобы наколдовать вертолет прямо на заднем дворе. Затем он тут же рухнул на траву, израсходовав почти весь свой запас маны.

— Что ты сделал с моим забором? — спросила Эрика.

Иан был на работе, а Эми в школе, но она пришла предложить моральную поддержку своему брату. Если это принимало форму смеха над ним, пока она смывала с него шлангом мерзкую жижу на заднем дворе, то пусть будет так. Она была менее довольна, когда хвост вертолета снес забор между ее участком и участком брата.

— Это большой транспорт, — сказал Джейсон. — Как он может справиться с чем-то подобным на железном ранге?

— Есть некоторые смягчающие факторы, — сказала Фарра. — Во-первых, его комбинация эссенций очень ориентирована на полет. Что-то менее специализированное, вроде твоей способности превращать фамильяра в ездовое животное, менее эффективно при работе с полетом. Он не сталкивается с таким ограничением. Другое дело, что наборы способностей не балансируют отдельные способности так сильно, как набор в целом.

— Клайв объяснял мне это, — сказал Джейсон. — Значит, большинство способностей Кайто будут слабее?

— Я видела подобные наборы способностей раньше, — сказала Фарра. — У них есть одна очень впечатляющая способность, в то время как большинство остальных — второстепенные, дополняющие основную. Кайто, можешь ожидать, что большинство твоих способностей будут так или иначе влиять на твой наколдованный вертолет. Ускорение, наколдованное оружие, что-то в этом роде.

— Оружие? — переспросил Кайто.

— Да, — сказала Фарра. — Я никогда не видела набора способностей совсем без боевых навыков. Даже у Иана будет несколько, а у него самый пацифистский набор способностей, который только можно представить.

Кайто взял у Джейсона еще одну духовную монету и встал, положив ее в рот. Он недовольно почмокал губами.

— Как будто лижешь батарейку, — сказал он.

Кайто обошел вертолет, занимавший сейчас весь его задний двор.

— Выглядит довольно сексуально, признаю, — сказал Джейсон.

— Очень похоже на FCX-001, — рассеянно сказал Кайто, обходя его.

— О, старый добрый FCX-001, — сказал Джейсон. — Теперь я вижу это.

Кайто бросил на брата раздраженный взгляд.

— FCX-001 — это концепт вертолета от Bell, — сказал Кайто, отчего Джейсон и Эрика оба оживились.

— Да, — простонал Кайто. — Та же компания, что сделала Bell 222, на котором был основан «Воздушный волк». Но FCX-001 гораздо впечатляющее.

— Чем «Воздушный волк»? — спросила Эрика. — Вряд ли.

— Он действительно выглядит как наполовину вертолет, наполовину космический корабль, — признал Джейсон.

— Дело не только во внешнем виде, — сказал Кайто. — Настоящий аппарат — это просто концепт. Морфирующие лопасти ротора, передовые инновации по борьбе с крутящим моментом, пилотирование с дополненной реальностью. Это буквально вертолет из будущего.

— Значит, пора прокатиться? — сказала Эрика.

— Я не могу им управлять, — сказал Кайто. — Я даже не знаю, с чего начать регистрацию этой штуки.

— Кай, это магический вертолет, — сказала Эрика. — Ты его не регистрируешь. Ты летаешь на нем вверх ногами, крича «ву-у», как «Нейче Бой» Рик Флэр.

— Кто? — спросил Кайто.

Кайто и Эрика продолжали спорить, осматривая вертолет, прежде чем открыть его, чтобы заглянуть внутрь. Эми тихо наблюдала со стороны, не вмешиваясь, но не заметила Джейсона, когда он ускользнул, и когда он тихо подошел к ней.

— Ты — проблема, — сказал он.

Она не показала этого, но он почувствовал легкий испуг в ее ауре. Она повернулась к нему.

— Какого рода проблема?

— Для остальных было относительно очевидно, в каком направлении двигаться. Кулинария — для Эрики. Для папы есть куча вариантов друидского типа. Фарра даже умудрилась найти комбинацию летающего транспорта для твоего мужа.

— Твоего брата.

— Братья не делают того, что сделал Кайто. Мои братья в другой вселенной.

— Ты хоть понимаешь, почему он переспал со мной тогда?

— Потому что он придурок.

— Вот почему я это сделала, — сказала она. — Я была эгоистичной, трусливой и достаточно глупой, чтобы убедить себя, что способ решить мои проблемы — это взорвать их. Он сделал это, потому что ты его запугиваешь. Неуверенность, плавающая на задворках его сознания, говорила ему, что переспать со мной — значит быть таким же хорошим, как ты.

— Ты что, под кайфом? Вся эта история произошла потому, что ты перепутала нас двоих шесть лет назад и до сих пор этого не поняла? На какой планете Кайто чувствует себя неуверенно из-за меня?

— Ты серьезно никогда этого не видел? — спросила она. — Ты всегда был проницательным, но вы оба были слепыми пятнами друг для друга. Вспомни, каким он был в школе. Всегда делал все возможное, чтобы вписаться, чтобы его приняли. У него никогда не хватало смелости быть собой и жить с тем, что люди любят его или ненавидят. Ты — мог. Агрессивно. Это всегда его запугивало.

— Почему? Все его любили.

— Не все, Джейсон. Кайто мог получить любую обычную девушку, которую хотел, но кто-то вроде Аси не удостоила бы его даже взглядом. У нее отбоя не было от красивых парней с правильной одеждой и правильными мнениями. Она искала того, кто прокладывает свой собственный путь. Почему ты думал, что мы с ней не ладили? Ты был у меня «на полке», а она пыталась забрать тебя до того, как я была готова.

— Это не звучит как что-то позитивное.

— Это была старшая школа, Джейсон. Мы все были монстрами. Я знаю, ты думаешь, что люди ненавидели тебя в школе, а ты был непонятым одиночкой, выживающим за счет ума и хитрости. Не хочу тебя расстраивать, но это была просто подростковая чушь. Большинство людей не любили тебя, потому что ты был немного занозой в заднице и считал, что слишком хорош для всех.

— Звучит сурово, — сказал Джейсон.

— Ничего не поделаешь, — сказала Эми. — Теперь, когда прошло столько времени, у вас с Асей…?

— Нет.

— Почему нет? Я не видела ее много с тех пор, как она вернулась, но она явно все еще неравнодушна к тебе.

— Я знаю, но это несправедливо.

— Почему?

— Я могу читать ее эмоции, а она мои — нет. Я усвоил, что успешные отношения требуют сбалансированной динамики сил. Иначе одна половина будет просто раздавлена, когда другая половина будет барабанить по его брату, как в барабан.

— Тебе придется когда-нибудь это преодолеть, — сказала она.

— Нет, не придется, — сказал Джейсон. — Мне просто придется жить с этим, пока вы не умрете от старости. Я дам вам достаточно магии, чтобы вы могли комфортно дожить до ста лет, но не намного больше.

— А как долго проживешь ты?

— Если меня не будут убивать слишком часто — столетия. Вечно, если получится.

— Ты серьезно?

— Эми, ты видела проблески более широкого космоса. Я чувствовал, как он заползает в мое тело и пытается украсть мою душу. В языке нет механизма, чтобы передать его масштаб. Наши умы слишком ограничены, чтобы охватить его размах. Только душа может по-настоящему понять, но, поверь мне, это не та точка зрения, которую ты хочешь иметь.

— Ты прав, я не понимаю. Но я хочу. Я хочу увидеть более широкий мир. Если действительно существуют все эти великолепные вещи, я хочу увидеть их сама.

— Нет.

— Что?

— Я сказал «нет». Ты получишь больше, чем большинство, потому что ты семья, и я позабочусь о твоей безопасности. Ты увидишь вещи, когда мир начнет меняться, но ты увидишь их в новостях, вместе со всеми остальными. Я никогда не покажу тебе истинные чудеса, которые там есть. Ты будешь продолжать видеть лишь проблески, зная, что там есть удивительные вещи, пока ты заперта в том, что осталось от обыденности этого мира.

— Ты действительно изменился, Джейсон. Раньше в тебе не было этой мстительности.

— Это был прощальный подарок от моего ближайшего друга, — сказал он, поворачиваясь к вертолету. — Похоже, твой муж собирается прокатить нас.

Сразу после его слов дверь вертолета сдвинулась, открывая Кайто.

— Пойдем, дорогая, — сказал он. — Эрика не оставит меня в покое, пока я не полетаю на этой штуке. Джейсон, мы можем заняться ее магией, когда вернемся, верно?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Спешить некуда.

ВАРИАНТЫ

ВАРИАНТЫ

— Я говорил тебе перед тем, как мы отправились на вертолетную прогулку, что с тобой сложно подобрать комбинацию, — сказал Джейсон Эми. Они были на ее кухне вместе с Фаррой, пока Кайто наблюдал за девушками на заднем дворе.

— Проблема в том, что у тебя нет подготовки, чтобы быть бойцом, — сказала Фарра. — С утилитарными наборами лучше всего использовать жизненные навыки, но ты — политик. Я не говорю, что это не требует навыков, но они не такие, которые легко использовать, как навыки повара или моряка.

— У нас есть комбинация, которая, как мы думаем, подойдет тебе, — сказал Джейсон.

— Это комбинация, которую часто используют политические лидеры в моем мире, — сказала Фарра. — Она сосредоточена на знаниях и восприятии.

— А если я этого не хочу? — спросила Эми. — Меня устраивают мои политические способности в том виде, в каком они есть. Что, если я хочу настоящие магические силы? Огненные шары и молнии.

Джейсон и Фарра обменялись взглядами, Фарра фыркнула от смеха.

— Джейсон говорил, что ты можешь сказать что-то подобное, — сказала Фарра. — Вот почему мы подготовили для тебя другой вариант на выбор. Сразу уточню: я не думаю, что тебе стоит идти этим путем. Это комбинация для чистого боя, а у тебя двое маленьких детей. Сейчас не время бросаться в опасность без подготовки.

— Что мы также приняли во внимание, — сказал Джейсон. — Мы выбрали комбинацию, основанную на том, что я называю Принципом Тэдвика. Все дело в максимизации урона и минимизации требований к навыкам.

— Идея, — сказала Фарра, — в том, чтобы выдавать много силы очень быстро. Мы представляем сценарий, в котором твоя семья сталкивается с какой-то неожиданной угрозой, и ты можешь ответить экстремальной силой. Ты не будешь готова к затяжному бою, но сможешь решительно закончить короткий. Кстати, это похоже на мой подход.

— Комбинация построена вокруг эссенции оружия, — сказал Джейсон. — Оружие относительно легко освоить хотя бы до компетентного уровня. Оно также создает сильную платформу для людей, которые лучше справляются с магическими специальными атаками, чем с полноценными магическими заклинаниями.

— Главное, чему тебе нужно научиться, — это управление маной, чему я могу тебя научить, — сказала Фарра. — Как я уже сказала, подход «взрывной силы» — это то, как работаю я.

Они ждали ответа Эми, пока она обдумывала их предложение.

— Оружие, — наконец сказала она. — Это не совсем огненные шары и молнии.

— Ты понимаешь основы комбинации эссенций, — сказал Джейсон. — Три эссенции, объединяющиеся в четвертую.

Он выхватил из воздуха три куба и один за другим поставил их на стол. Первый был цвета оружейной стали.

— Эссенция оружия, — сказал он.

Следующий куб выглядел как стекло, содержащее вихревую смесь красного, оранжевого и желтого цветов.

— Эссенция огня.

Последним был темно-синий куб, внутри которого из центральной сферы, словно плазменный шар, исходили молнии.

— Эссенция молнии, — сказал он. — Твой муж наколдовал вертолет. То, о чем мы здесь говорим, — это огнеметы и молниевые пушки.

Эми с опаской потянулась, чтобы взять эссенцию молнии, затем повертела ее в руках, рассматривая.

— Она покалывает мне пальцы, — сказала она.

Джейсон и Фарра ждали. Эми уже видела эссенции раньше, но это был ее первый раз, когда она держала одну в руках.

— Молниевая пушка? — спросила она.

— Молниевая пушка, — подтвердил Джейсон.

Эми кивнула сама себе, на ее губах заиграла улыбка.

— Ну, тогда ладно.

* * * Пока они ехали обратно к собственности Кена в форме автомобиля Тени, Джейсон склонил голову, растирая пальцами виски.

— Часть меня все еще хочет не иметь с ними ничего общего, — сказал Джейсон. — Я уехал и вычеркнул их из своей жизни на годы, и я не до конца уверен, что так не было лучше.

— Это бардак, — сказала Фарра, — но если ты начнешь кромсать свою семью, ты не сможешь делать то, что хочешь.

Джейсон, Фарра и Хиро вели долгие дискуссии о будущем. Джейсон больше не просто надеялся вернуться в тот мир, он был уверен, что это произойдет. Ему нужно было знать, что семья, оставшаяся позади, сможет справиться с тем, что придет после того, как магия станет достоянием общественности.

Изначально это строилось вокруг Эрики и ее семьи, но если они в итоге присоединятся к нему в другом мире, это, очевидно, изменится. Он не был до конца уверен, что это хорошая идея.

— Пришло время тебе отложить семейные заботы, по крайней мере на данный момент, — сказала Фарра. — Мы наделим эссенциями твоих родителей, а потом пора сосредоточиться на нашем развитии. Мне нужно освоиться с моими новыми уровнями силы, и тебе давно пора заняться работой над аурой. Ты все откладывал это.

С тех пор как Джейсон принял благословение Мирового Феникса и последовавшее за ним преображение, его аура стала мощнее, чем когда-либо. Она достигла того уровня, когда его некогда превосходный контроль больше не мог так же тонко управлять аурой, как раньше. Даже до этого момента он иногда терял контроль в моменты эмоционального стресса.

Фарра дала Джейсону его первоначальное обучение, которое он дополнил собственной практикой и периодической помощью других. Даниэль Геллер, в частности, дала ему несколько полезных советов примерно в то время, когда она завербовала его самого преподавать контроль ауры. Она помогла ему справиться с его усиленной силой души после встречи со звездным семенем Строителя. Ситуация дошла до того, что сила его ауры начала опережать его способность контролировать ее с точностью, и он снова оказался в такой же ситуации.

Обсудив это с Фаррой, они решили, что Джейсону нужна новая парадигма контроля ауры, отсекающая старые привычки и требующая переобучения с нуля. Ключом к их подходу будет обучение Джейсона использовать свою ауру на обычных людях с искусством и изяществом. Если он сможет контролировать тонкие применения своей ауры с точностью, его грубые применения станут еще более отточенными.

По этой причине они завербовали Крейга Вермиллиона. Джейсон с самого начала был впечатлен тонким контролем ауры Вермиллиона и хотел учиться у него. Вермиллион, в свою очередь, был заинтересован в применении техник из другого мира. Поскольку Джейсон был впечатлен его тонким контролем, Вермиллион хотел изучить методы Джейсона и Фарры по превращению аур в оружие.

Первая встреча Фарры и Крейга прошла не очень хорошо, но Фарра остановила взмах своего меча, когда Джейсон вмешался. Потребовалось время, чтобы убедить Фарру, что Крейг — не неисправимый хищник. Ее чувства были настолько сильны, что Джейсон начал задумываться о вампирах в другом мире.

Он не встречал вампиров до Крейга, кроме контролируемых миньонов монстра-ткача крови. Было ли что-то в высшей магии Паллимустуса, что влияло на поведение вампиров, или это был вопрос предрассудков? Он задавался вопросом, не испортили ли проблемы с рожденными эссенциями вампирами и монстрами вроде ткача крови общественное мнение о вампиризме.

Возможно, различия носили социальный характер. В мире криминалистики и эротических романов о вампирах, адаптировались ли вампиры Земли просто к более эффективному образу жизни?

Новый образ жизни Вермиллиона, состоящий из ленивых дней и его уединенного особняка, быстро пришелся ему по душе. Он не проявлял признаков того, что скучает по суровому агенту Кабала, которого Джейсон встретил впервые, и его лаконичное отношение покорило Фарру.

— Как только мы закончим с эссенциями мамы и папы, я хотел бы отойти от семейных дел, — сказал Джейсон. — Время от времени я обнаруживал, что оказываюсь втянутым в события, и в такие моменты мне было полезно вернуться к основам. Отложить все остальное на время и сосредоточиться на фундаментальных вещах. Я любил те ранние дни, тренируясь с тобой, Руфусом и Гэри.

— Я думала, ты сразу сломаешься, — сказала Фарра. — Но ты был странно целеустремленным.

— Эрика тоже будет такой, — сказал Джейсон. — Ты видела, какая у нее дочь. Эрике не понравится использовать ядра.

— Эми странно интенсивна, даже в том начальном обучении, которое мы ей дали, — сказала Фарра. — Прямо сейчас я вижу ее единственной, кому стоит отказаться от ядер, и только потому, что у нас есть время обучить ее должным образом. У нас нет книг навыков, которые нужно освоить, как это было у тебя.

— Но мы дадим им некоторое обучение, — сказал Джейсон.

— Конечно, — согласилась Фарра. — Эрика поймет, что ей есть чему учиться, просто осваивая утилитарное использование своих сил. Мы поможем им с боевыми аспектами, но только настолько, чтобы выжить. Если они не сражаются с монстрами на регулярной основе, это не стоит затраченного на обучение времени. Несмотря на то, что скажет тебе Руфус, иногда продвижение через ядра — лучший выбор.

— Мне все еще нужно научить их самым базовым вещам, — сказал Джейсон. — Они теперь могут чувствовать ауры, что их озадачит. Не думаю, что мы сказали им, что они больше не какают.

— Разве Сеть не предлагала взять все это на себя? — спросила Фарра.

— Эй, ты права, — сказал Джейсон, просияв. — Я забыл после того, как Эрика тянула время, но они хотели провести большой семинар «добро пожаловать в магию».

Он достал телефон и позвонил Кетеван. Бывший заместитель Анны плавно заняла ее место в качестве директора по операциям, когда Анна перешла в Руководящий комитет.

— Насколько все плохо? — спросила Кетеван вместо приветствия. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не утопил свой город в океане, как Атлантиду или что-то в этом роде.

— Ничего подобного, — сказал Джейсон. — Предложение провести мою семью через программу введения в магию Сети все еще в силе?

— В смысле, мы расскажем им, как ориентироваться в магическом мире, а не ты? — спросила Кетеван.

Он услышал, как она выпрямилась в кресле, просто по изменению ее тона.

— Я организую это немедленно, — сказала она. — Когда они могут прийти? Мы могли бы прислать автобус. Или вертолет. На самом деле, я пришлю к вам команду. Который час? Хорошо, я сделаю так, чтобы они приехали за ночь, и мы сможем сделать это первым делом с утра. Тебя там не будет, верно?

— Не будет, — сказал Джейсон.

— Отлично! В смысле, это хорошо. Мы арендуем помещение. Я пришлю тебе все детали.

— На самом деле, можешь просто все согласовать с моей сестрой? — спросил Джейсон.

— Без проблем. У нас есть все ее контактные данные.

— Хорошо тогда, — сказал Джейсон. — Просто чтобы ты знала, я в процессе запихивания в них кучи эссенций. Я почти закончил.

— Нам бы очень хотелось, чтобы ты посоветовался с нами по этому поводу.

— Ну, мы можем сделать это для кого-нибудь другого, — сказал Джейсон. — Я скажу Эрике, чтобы она ждала связи от ваших людей.

Завершив звонок, Джейсон откинулся на сиденье. Сиденье из теневой материи, которое создала Тень, было по комфорту сродни облачной мебели, и он почувствовал, как напряжение тает.

— Как только мы дадим папе его эссенции, — сказал он, — мы можем заняться мамой в последнюю очередь, и мы закончим.

— Хочешь еще раз пройтись по эссенциям твоего отца? — спросила Фарра.

— Только не после того, что было с дядей Хиро, — сказал Джейсон. — Каждый раз, когда мы утверждали эссенции, чтобы дать ему, ты начинала их менять.

— Я всегда хотела иметь ученика с подходящими эссенциями для магии массивов, — сказала Фарра. — Я не ожидала, что это будет старик, но твой дядя — преданный ученик. Я просто хочу убедиться, что у нас лучшая комбинация для него.

— Ты понимаешь, чем мне пришлось пожертвовать, чтобы получить еще одну эссенцию обновления?

— Полагаю, кучей вещей, которые тебе все равно были не нужны.

— Огромной кучей, — сказал Джейсон. — Очень большой кучей.

— В любом случае, это оставило тебе эссенцию безбрежности, чтобы дать ее твоему отцу.

— Какую комбинацию мы в итоге дали Хиро? На данный момент я даже не помню, а ведь я проводил ритуал.

— Финальной комбинацией были обновление, руна и баланс, чтобы получить слияние процветания.

— Почему мы снова выбрали баланс вместо магии?

— Это поможет адаптации формаций к окружающей среде. Поскольку мы теперь знаем, что магическая плотность твоего мира находится в состоянии потока, тебе понадобятся стабильность и гибкость в твоих постоянных магических установках.

— Ладно, — устало сказал Джейсон. — Я знаю, что должен беспокоиться. Дядя Хиро заслуживает этого, но бак пуст. Я буду беспокоиться завтра. В крайнем случае, на следующей неделе.

— Оставь Хиро мне, — сказала Фарра.

— Хорошо.

— Нам все еще нужно заняться твоими родителями. Ты уверен насчет комбинации твоей матери?

— Да, — сказал Джейсон. — Она такая японофилка, что выберет слияние лотоса вместо чего угодно, даже если оно ужасно подходит. Меч и вода — дешевые эссенции, и даже после того, как я раздал так много, у меня все еще полно эссенций растений.

— Кто такой японофил?

* * * — Я продаю землю, — сказал Кен Джейсону. — В конце концов, это был проект, чтобы помочь мне пережить потерю сына, а мой мальчик вернулся ко мне.

Кен заключил Джейсона в объятия. Даже когда семья утомляла его больше всего, теплая и нетребовательная поддержка отца была бальзамом.

— Я решил смотреть в будущее, а не в прошлое, — сказал Кен. — Я собираюсь помочь Хиро в его проекте. Мы собираемся построить что-то для семьи.

— Ты колебался насчет принятия эссенций, — сказал Джейсон. — Это будет крупное магическое начинание.

Кен покачал головой.

— Я много думал об этом, — сказал он. — Было время, когда я был тебе нужен, а меня не было рядом. Этого больше не повторится. Если это теперь твой мир, то я в деле. Полностью.

Лицо Джейсона расплылось в улыбке, и он снова обнял отца.

— Знаешь, — сказал Джейсон, — Кайто теперь может наколдовать вертолет из воздуха.

— Это «Воздушный волк»? — спросил Кен, первородный грешник в одержимости своих детей приключенческими шоу восьмидесятых.

— Вроде того, — сказал Джейсон. — Это та же компания, что сделала Bell 222, только это концепт вертолета. У них даже нет рабочего прототипа, по словам Кая. Он немного похож на научно-фантастическую подводную лодку.

— Хорошо. Значит ли это, что я мог бы наколдовать говорящий Trans-am?

— У меня уже есть говорящая машина, пап. Ты не хочешь ситуации как в Команде Рыцаря.

— Нет, не хочу, — сказал Кен, качая головой. — Этот парень Тайка, что у него в голове?

— Я знаю, что он ввязался в плохие дела, когда был моложе, еще в Новой Зеландии, — сказал Джейсон. — Его отец вытащил его и привез всю семью в Австралию. Вероятно, потому что он слышал о штуке с Командой Рыцаря и знал, что его сын на плохом пути.

Фарра покачала головой. — Можем мы просто перейти к магическим силам, пожалуйста?

— Знаешь, — сказал Кен, — я видел те миражные камеры в твоих записях. Ты мог бы использовать их, чтобы сделать шоу о рыцаре с говорящей лошадью, который раскрывает преступления.

— Черная лошадь с красными глазами, — сказал Джейсон.

— Точно, — согласился Кен.

Фарра в отчаянии закрыла глаза рукой.

— Они выбрали не того парня, чтобы спасти мир, — проворчала она.

МНЕ НУЖНО ВРЕМЯ

МНЕ НУЖНО ВРЕМЯ

Джейсон слышал, как Хиро, Кен и Фарра что-то обсуждают, пока он пробирался через свой плавучий дом в сторону барной зоны.

— …смысл настройки таким образом в том, чтобы ее можно было модифицировать по мере изменения магических условий, — объясняла Фарра.

— Ты ожидаешь, что магические условия изменятся? — спросил Хиро.

— Да.

— Почему?

Фарра посмотрела на Джейсона, когда он проходил через дверь.

— Пока что, — сказала она, — давай просто скажем, что я уверена, что они изменятся.

Джейсон рухнул в кресло, и подошла Тень, поставив на стол поднос с безупречно сервированным омлетом, большим стаканом сока и аккуратно сложенной тканевой салфеткой.

— Спасибо, Тень, — сказал Джейсон с усталой улыбкой. — У тебя это получается довольно хорошо.

— Я смотрел старые эпизоды первого кулинарного шоу миссис Асано в интернете, — сказала Тень. — Там много полезных советов для людей, новых в методах и ингредиентах этой вселенной.

Фарра, Хиро и Кен обменялись взглядами и встали, мужчины поздоровались с Джейсоном по пути к выходу. Фарра опустилась на стул напротив Джейсона.

— Ты выглядишь уставшим для человека, который так поздно проснулся, — сказала она.

Он не ответил сразу, так как у него во рту был кусок омлета. Он не спешил, медленно пережевывая, прежде чем положить вилку и промокнуть рот салфеткой.

— Я думал о том, когда мы с тобой впервые встретились, — сказал Джейсон. — Не о самой первой части, с жертвоприношением и лопатой.

— Думаю, это был в основном ты.

— Я говорю о той маленькой деревушке с водопадом.

— Разве я не видела, как та деревня была разрушена в твоих записях?

— Видела, — сказал Джейсон.

— Кажется, у тебя какая-то судьба с этой деревней, — сказала Фарра. — Каждый раз, когда ты туда приходишь, ты защищаешь ее от монстров.

— Недостаточно хорошо защищаю. По крайней мере, люди выбрались, но их дома были стерты с лица земли. Герцог прислал средства, так что, надеюсь, они вернулись и переселились к настоящему времени. Я думал о том, что было до всего этого, когда мы втроем проходили мимо. Я был так потерян, все еще наполовину убежденный, что сошел с ума. Я почти ничего не знал о том, где я и что происходит, а то, что знал, — не верил.

— Я помню, — сказала Фарра. — Ты был в некотором роде в беспорядке. Хотя ты подружился со всем этим городом примерно за день.

— Те люди были первым, что имело для меня смысл, — сказал Джейсон. — Они напоминали мне дядю Роббо. Всю мамину сторону семьи, на самом деле, кроме самой мамы. Я проводил с ними много времени, потому что это ее раздражало. Ей не нравилось, когда ей напоминали, что она происходит из простого люда.

— Я встречала твоего дядю Роббо, кажется, дважды, — сказала Фарра. — Он мне все еще нравится больше, чем она.

— Это обычная реакция. Итак, я был в этой деревне, не имея понятия, что делать, и оказался среди незнакомцев, которые для меня были действительно очень странными.

— Я не странная, — сказала Фарра.

— Это зависит от контекста.

— Говори за себя, — сказала Фарра. — Раньше я думала, что все из твоего мира странные, но на самом деле это только ты, твоя сестра и ребенок твоей сестры. Вы все странные, независимо от контекста.

— В любом случае, — сказал Джейсон. — Суть в том, что я чувствовал себя совершенно потерянным. Ни направления, ни цели. Именно тогда Руфус сказал мне кое-что, что было очень важно для моего времени в твоем мире. И в этом тоже, на самом деле.

— Если ты так говоришь, — сказала Фарра. — Я в основном помню, как Руфус выгнал Анису из контракта.

— Он сказал мне, что твой мир — это шанс переизобрести себя. Стать тем человеком, которым я хотел быть, без багажа моей старой жизни. У меня не всегда получалось, но я всегда старался.

— А, — сказала Фарра. — Теперь ты обнаруживаешь себя вернувшимся сюда и обремененным всем тем багажом, который ты отложил.

— Именно. Хотя я не думаю, что воссоединение с тем, кем я был раньше, — это плохо само по себе. Тогда я был наивным идеалистом, чьи принципы никогда не подвергались испытанию. Казалось, каждый раз, когда мои идеалы подвергались напряжению, они рушились. Думаю, мне полезно еще раз взглянуть на эти принципы. Да, они были глупыми и наивными, но они также представляли идеалы, к которым, я думаю, стоит стремиться.

— Ты хочешь быть лучшим из обоих миров.

— Буквально. Проблема в том, что я чувствую, что становлюсь худшим из них. Весь багаж отсюда вызывает реакционную агрессию, которая поддерживала мою жизнь там.

— Решение кажется очевидным. С тех пор как ты вернулся в свой мир, ты знакомил свою семью с магией, имел дело с миром, о котором никогда не подозревал, что он полон магии, работал над моим спасением. Обычно больше одного из этого одновременно.

— Ты пережила худшее после того, как попала сюда.

— Я пережила, — сказала Фарра, — но, по крайней мере, то, через что я прошла, было простым. Ты пробивался через чащу, и мы оба знаем, что ты запутываешься в собственной голове, в то время как я могу мыслить четкими, чистыми линиями. Я вижу свое направление и иду по нему, в то время как ты не можешь не нырять в сорняки. Тебе нужно отойти в сторону на некоторое время и найти свой путь обратно на прямую дорогу.

— Я думал о том же, — сказал Джейсон. — Я начну с того, что позволю Эрике взять на себя семейные дела и выйду из активности Сети, пока буду приводить в порядок контроль ауры. А потом, может быть, я уеду на некоторое время.

— Немного времени, чтобы проветрить голову, пошло бы тебе на пользу. Возможно, ты захочешь вообще уехать из дома.

— Думаю, так и сделаю. Я был в другом мире, но есть так много мест в этом, которых я не видел. Возможно, пришло время это исправить. Мне нужно, чтобы ты присмотрела за вещами, пока меня не будет. Я возьму с собой большинство Теней, но оставлю одну, чтобы ты всегда могла связаться со мной, а я мог проверить ситуацию. Одну для Эми тоже. Если что-то случится, Тень сможет доставить ее к тебе.

— Как долго продлится это твое странствие? — спросила Фарра.

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Столько, сколько потребуется, чтобы я мог вернуться, не потеряв себя.

* * * — Серьезно? — сказала Эрика. — Все, что происходит, а ты хочешь взять академический отпуск, чтобы побродить с рюкзаком?

— Это для тебя ново, Эри, — сказал Джейсон. — Для меня все это продолжается уже некоторое время.

Они были на крыше плавучего дома, когда Джейсон объяснял свои намерения.

— Джейсон, ты действительно думаешь, что сейчас лучшее время, чтобы куда-то уезжать? — спросила Эрика.

— Я не уеду еще несколько недель, но да. У меня есть обязанности, к которым я не готов. Мне нужно время, Эри. Время вдали от армий монстров и межпространственных вторжений. От тайных обществ и от семьи, настолько поглощенной своими собственными откровениями, что они не останавливаются, чтобы подумать о том, через что я прошел, даже когда я записал ВСЮ ЭТУ ЧЕРТОВУ ИСТОРИЮ!

Он встал со стула и прошелся к краю палубы, сделав резкий вдох, который ему был не нужен, и медленно выдохнул. Он облокотился на перила, глядя на воду. День был пасмурным, окрашивая море в серый цвет.

— Прости, — сказал он, и всякая эмоция исчезла из его голоса. — Это было не для тебя.

— Да, для меня, — усмехнулась она. — Я хочу, чтобы ты кричал на меня. Ты всегда все запираешь и прячешь за клоунской маской. Я рада, что ты готов открыться.

— Мне нужно время, Эри, — снова сказал он, все еще глядя на океан. — Я опасно разбалансирован, а я не могу себе этого позволить. Мои ошибки могут действительно навредить людям, а мои неудачи…

Он опустил голову.

— Как я должен спасти мир? — спросил он, его голос дрогнул. — Как это может быть на мне? Два года назад я продавал скрепки и резинки. Ты знаешь, в каком я был беспорядке. Как кто-то может ожидать, что я не испорчу все это?

Эрика подошла к Джейсону и положила руку ему на плечо.

— Я всегда знала, что ты можешь совершать великие дела, Джейсон. Я скорее думала о парламенте штата, чем о борьбе со злом, но все же.

Он фыркнул от смеха, вопреки самому себе.

— Все это абсурдно, — сказал он. — Так было с самого начала. Я шел на много глупых рисков, потому что в моей голове это никогда не казалось реальным. Потом Фарра умерла, и внезапно стало, но я просто продолжал рисковать, потому что чувствовал себя непобедимым. Потом меня схватили, и кто-то попытался скормить меня Строителю. Это выбило меня из колеи, но в конце концов я вернулся к риску, потому что это нужно было сделать. И мы это сделали.

Эрика вздохнула.

— Мы были так поглощены всей странностью, которую ты принес домой, что никогда не думали о том, что ты прошел через все это и многое другое. И тебе пришлось делать это, когда ты был потерян, одинок и в опасности. Мы видим, какой ты сейчас, и не думаем о том, каким ты должен был быть тогда. Теперь я не могу не думать о том, сколько всего ты не включил в те записи.

— Там были сумасшедшие вещи, — сказал Джейсон. — Мы с этим парнем, Хайрамом, были сброшены с края горы магическим водопадом. Он внезапно остановился, и мы пытались понять почему, когда он снова начался. Мы были в порядке, потому что магические силы. Это был мой третий день.

— Не могу себе представить.

— Это еще ничего, — сказал он. — Я встречал богов, Эри. Настоящих, честных богов. Стоя в их присутствии, ты чувствуешь, как божественная сила обрушивается на тебя. Это как цунами с комплексом превосходства. Если они вообще хотят, чтобы это было так. Они могут смягчить это, но обычно не делают. Собирают удивление масс и все такое.

— Не уверена, как на это реагировать, — сказала Эрика.

— Ты сказала, что хочешь поехать со мной, — сказал Джейсон. — Если поедешь, увидишь их сама. Боги не стеснительны.

Она снова вздохнула.

— Я хочу быть рядом с тобой, младший брат. Но ты говоришь об этих вещах, а я не знаю, как сопереживать, как бы мне ни хотелось. Ты описываешь вещи, настолько далекие от всего, что я знаю. Думаю, в этом и есть проблема, верно? Фарра — единственная, кто действительно понимает, через что ты прошел.

— Во многих отношениях, — сказал Джейсон. — Мы оба знаем, что такое проснуться в странном мире. Что такое умереть. Я умер, Эри. Я знаю, вы все игнорировали это, потому что вот я, живой, и я известен тем, что говорю некоторые странные вещи, но это случилось. Я умер. Это было жестоко и больно, и я не ожидал вернуться. Я чувствовал ту уверенность, что моя жизнь окончена.

— Не могу себе представить. Я продолжаю это говорить, но это продолжает быть правдой.

— Дело не только в том, что делали со мной. Это вещи, которые делал я. Я убивал людей. Я спасал людей. Я был героем, спасающим жизни, и монстром, пожинающим их. Я нашел спутников, которые значат для меня все; только ты и Эми значите так же много.

— Я хочу увидеть тот мир, — сказала Эрика. — Я хочу разделить твой опыт. Увидеть эти чудеса и понять эти ужасы.

— Если ты все еще хочешь этого, когда придет время возвращаться, — сказал он, — то я возьму тебя. Еще есть много времени, чтобы решить, так или иначе. Но я не могу давать обещания насчет той стороны. Это мир, где моя сила ничтожна.

— Я не могу не поехать, — сказала Эрика. — Не теперь, когда я знаю, что там есть. Иан такой же. Я знаю, он играет роль «прямого» человека для своей жены и дочери, но у него в душе прекрасная страсть. Я вышла за него замуж не просто так. А что касается нашей дочери… Ну. На данном этапе, если бы мы попытались удержать ее от другого мира, она бы никогда нас не простила.

— Мы с Фаррой разговаривали, — сказал Джейсон. — Если ты действительно серьезно настроена поехать с нами, тебе нужно начать делать большой выбор прямо сейчас.

— Например?

— Забрать Эми из школы. Она уже знает больше, чем большинство детей к тому времени, когда заканчивают старшую школу. То, что им осталось ее учить, не будет иметь значения в другом мире. Ей нужно правильное, интенсивное обучение.

— Только если она собирается сражаться с монстрами, — сказала Эрика. — Я не хочу этого для нее.

— У мамы были специфические идеи о том, что она хотела и не хотела для меня, — отметил Джейсон. — Для нее это не очень хорошо закончилось, но я полагаю, для вас с Эми будет не так. Она совсем не похожа на меня.

— Принято, — сказала Эрика. — Я просто хочу, чтобы она была в безопасности. Хотя я знаю, ты сказал, что безопасность может быть не вариантом, даже если мы останемся здесь.

— Просто начни обдумывать идею домашнего обучения, — сказал Джейсон. — Я знаю, насколько это большое изменение. Это решение будущего твоей семьи в один момент.

— Домашнее обучение, — сказала Эрика. — Ты не сможешь обучать ее, если будешь неизвестно где.

— Фарра может обучить ее лучше, чем я. И я не уеду навсегда. Пока меня не будет, мне нужно, чтобы ты взяла семью в свои руки. Кетеван тебе уже звонила?

— Вчера днем. Мне пришлось охладить ее энтузиазм. Она бы собрала нас всех в комнате в шесть утра, если бы ей позволили.

— Думаю, она хочет увести тебя от моего влияния.

— Это здравый подход к большинству вещей, — сказала Эрика, тепло сжимая плечо брата. — Я действительно рада, что ты открываешься, Джейс. Я хочу быть рядом с тобой; тебе просто нужно позволить мне. Скажи мне, что ты уезжаешь не просто чтобы сбежать.

— Я не бегу, — сказал он. — Я знаю, кем я был здесь и кем я был там. Мне нужно время и пространство, чтобы понять, кто я в обоих. Кем я хочу быть и как найти путь к этому.

— Хорошо, — сказала Эрика. — Ты понимаешь, что тебе придется уделить много времени дяде Джейсону перед отъездом.

— Бывают и худшие бремена, — сказал он.

* * * Сидя в медитативной позе, Джейсон открыл один глаз, чтобы понаблюдать за Фаррой, парящей в воздухе.

— Ты не концентрируешься, — отчитала она, не открывая глаз.

Левитация, как обнаружил Джейсон, была бонусом достижения серебряного ранга. Это было неотъемлемое свойство души серебряного ранга, позволяющее проецируемой ею ауре физически воздействовать на окружающую среду. Аура Джейсона, несмотря на то, что была сильнее ауры Фарры, не могла сравниться с этим подвигом. Это был вопрос качества против количества; Джейсону не хватало не силы ауры, а присущих свойств души серебряного ранга. Что, впрочем, не помешало ему потратить изрядное количество времени, пытаясь все равно это воспроизвести.

— Тебе нужно вернуться к тренировкам ауры, — наставляла Фарра. — Эта левитация даже не является практической способностью. Она требует интенсивной концентрации, имеет минимальный эффект и легко прерывается простым подавлением ауры.

— Да, но парить во время медитации выглядит супер круто.

Перестраивая свой набор техник контроля ауры с нуля, Джейсон черпал знания, опыт и вдохновение из различных источников. Инструкции Фарры были фундаментом, так как ее мастерство ортодоксальной техники контроля ауры создавало идеальную основу, на которой он мог строить более экзотические подходы.

Это началось с его собственного опыта. Он много видел и часто использовал свою ауру в бою. Его душа была растерзана до предела терпимости и, с помощью, вернулась сильнее, чем когда-либо. Все это дало ему богатый личный опыт, который он включил в свою новую практику контроля ауры.

Вермиллион также внес свой вклад. Хотя аура вампира действовала несколько иначе, чем у пользователя эссенций, у него было множество идей о тонком контроле ауры, поскольку он десятилетиями использовал ее на обычных людях, и они даже не подозревали об этом.

Источником вдохновения был единственный алмазный ранг, которого встречал Джейсон, — Король Зеркал. Его аура ощущалась как часть окружающего мира, как будто сама его природа находилась в идеальном симбиозе с миром. Джейсон в то время был всего лишь железного ранга, обладая лишь зачатками силы ауры, которой обладает сейчас. Он не знал, действительно ли аура Короля Зеркал сливалась с окружающим миром или это была какая-то изысканная техника. В любом случае, он держал Короля Зеркал в уме, устанавливая не только новую базу для своих техник ауры, но и прокладывая путь для дальнейшего роста.

Последним столпом, на который Джейсон опирался в своих новых техниках, была Тень. Неуловимая теневая сущность имела естественную склонность к скрытности и годы практики, которые посрамили бы Короля Зеркал. У него были обширные знания техник скрытности Ордена Жнеца и накопленные знания предыдущих пользователей эссенций, которым он также служил фамильяром.

Джейсон никогда не мог подражать мастерству Тени в маскировке ауры. Метод производства ауры Тени был более чуждым, чем у Вермиллиона, или, по крайней мере, был таковым. С благословением Мирового Феникса духовная природа Джейсона стала намного ближе к природе астрального существа. Методологии не переводились напрямую, но Джейсон смог извлечь хотя бы некоторые идеи из кладезя знаний и опыта Тени.

В течение месяца Джейсон проводил почти каждый момент либо в уединении на плавучем доме, либо обсуждая техники ауры с Фаррой, Тенью или Вермиллионом. Всякий раз, когда он делал перерыв, он искал свою племянницу, не для тренировок, а просто для семейного времени. Он уже полностью передал начальную программу обучения Эми в руки Фарры. Единственным другим исключением из его целенаправленных тренировок было еженедельное собрание друзей и самых близких членов семьи.

СТРАНСТВИЕ

СТРАНСТВИЕ

Джейсон убедился, что его недавно отточенные техники контроля ауры адекватны. Теперь пришло время для теста, который разработал для него Вермиллион. Это привело Джейсона, Вермиллиона и Фарру в большой торговый центр в Сиднее, где они сидели на скамейке недалеко от входа.

— Не уверен, что это лучшая идея, — сказал Джейсон. — Если я не сделаю это правильно, Сеть не будет счастлива.

— Должно быть условие провала, — сказал Вермиллион. — Если нет давления, это не настоящая проверка твоих способностей.

— Золотой ранг может использовать свою ауру, чтобы пройти сквозь толпу незамеченным, — сказала Фарра. — Высокоуровневый серебряный может сделать то же самое, а ты приближаешься к этому уровню силы ауры.

— Сила силой, — возразил Джейсон, — но у меня на самом деле нет ауры серебряного ранга. Иначе я смог бы левитировать.

— Левитация — это способность, присущая аурам серебряного ранга, — сказала Фарра. — То, что ты пытаешься сделать здесь, — это вопрос правильно примененной силы. Ты привык маскировать свою ауру, когда крадешься. Это более сложная версия того же.

— Это преуменьшение до такой степени, что граничит с ложью, — сказал Джейсон.

Фарра изначально обучала Джейсона трем базовым функциям контроля ауры: проецированию своей ауры, втягиванию своей ауры и подавлению аур других. Все техники контроля ауры были вариациями или расширениями этих трех. После смерти Фарры Джейсон в основном развивал свои навыки через опыт, лишь с периодическим внешним руководством.

С тем опытом, который у него был за плечами, плюс помощью своих спутников, он перестроил свой набор навыков с нуля, научившись выражать три базовые функции более сложными способами.

То, что он собирался попытаться сделать, было техникой, требующей точного и нюансированного применения всех трех функций одновременно. Во-первых, ему нужно было смешать проецирование и втягивание, казалось бы, противоположные эффекты, чтобы слить свою ауру с окружающей магией. У него не было иллюзий, что он сравнится с достижениями Короля Зеркал в этой области, но это было вдохновением для того, что он пытался сделать.

Другим — и самым сложным — аспектом того, что он делал, было применение подавления ауры. Оно должно было быть деликатным, сложным и кропотливо точным, так как напрямую влияло на чувства ауры других.

Чувства ауры человека были в значительной степени функцией его собственной ауры. Даже обычные люди могли чувствовать ауры на каком-то уровне, если ауры были достаточно сильными и направленными. Для большинства практических целей они были слепы к аурам, если только кто-то с контролем ауры не хотел, чтобы они видели.

После долгой дискуссии с Вермиллионом о том, как вампиры манипулируют аурами, Джейсон работал над вариациями подавления ауры, которые манипулировали чувствами ауры других, а не подавляли всю их ауру. Вампиры естественным образом преуспевали в этой области, в то время как Джейсон даже не подозревал, что это возможно. Фарра никогда не знакомила его с этим, потому что пользователи эссенций обычно могли сравниться с тем, что мог сделать вампир, только на гораздо более высоком ранге. Абсурдно возросшая сила ауры Джейсона изменила это.

Он не мог напрямую имитировать техники вампиров или высокоуровневых пользователей эссенций. У Тени были техники, которые превосходили и тех, и других, до такой степени, что могли сбивать с толку цифровые записи, но Джейсон не мог сравниться и с этим. Вместо этого он смешал аспекты всех трех, чтобы разработать индивидуальную технику, адаптированную к необычным свойствам его уникальной ауры. Это было темой всех его новых навыков контроля ауры.

Целью его текущей деятельности было пройти сквозь толпу обычных людей незамеченным. Это не было, строго говоря, невидимостью. Скорее, идея заключалась в том, чтобы предотвратить регистрацию его присутствия восприятием других. Суть процесса заключалась в том, чтобы применить технику, не давая людям, на которых он ее применял, заметить это. Если бы они почувствовали его манипуляции, эффект был бы прямо противоположным желаемому результату.

С его нынешним мастерством Джейсон был готов попытаться сделать это только с обычными людьми, которые были фактически слепы к аурам и имели наименьший шанс почувствовать, что он делает. Даже тогда он был далеко не уверен, что это сработает. Потребуется значительно больше практики, прежде чем он сможет использовать это даже на недавно получивших железный ранг, таких как его семья.

— Обязательно использовать плащ? — спросил он. — Кажется, это напрашивание на неприятности.

— Мы узнаем, что это работает, только если ты используешь плащ, — сказал Вермиллион. — Иначе они все равно тебя не узнают, потому что ты будешь просто каким-то парнем.

Джейсон нахмурился, но не стал спорить дальше, когда поднялся на ноги. Он закрыл глаза и расширил свои чувства через ауру, ощущая людей вокруг. Расслабив тело и душу, он позволил себе стать единым целым с окружением, его аура слилась с окружающей магией. Он чувствовал, насколько он все еще неискусен, но ощутил по крайней мере базовый уровень успеха.

Затем он начал очень деликатно воздействовать на ауры вокруг себя. Как и все применения аура-стелса, это был глубоко неэффективный процесс, требующий непропорционального уровня силы для того, чтобы его аура работала незамеченной. При такой точной работе даже мощная аура Джейсона едва могла эффективно воздействовать на обычные ауры вокруг него, чтобы все не пошло наперекосяк. Месяца практики было недостаточно, чтобы действовать с большей эффективностью.

Плащ звездного света Джейсона появился вокруг него, и он начал идти через торговый центр. Несмотря на то, что Звездный Всадник впервые за несколько месяцев появился на публике, ни один человек не посмотрел в его сторону. Напротив, их глаза, казалось, скользили мимо него, глядя в другое место, не регистрируя ничего странного.

Тень, со своей стороны, позаботилась о том, чтобы Джейсон выглядел не более чем размытым пятном на камерах безопасности торгового центра. Джейсон не был уверен, сможет ли он когда-нибудь повторить такую способность.

Джейсон прошел всю длину торгового центра, затем поднялся на уровень выше и вернулся обратно. В качестве финального теста он спрыгнул с мезонина и спланировал вниз к Фарре и Вермиллиону, все еще оставаясь незамеченным. Его плащ исчез, когда он сел обратно на скамейку вместе с остальными.

— Это было хорошо, — сказал Вермиллион. — Даже слишком хорошо, на самом деле.

— Слишком хорошо?

Вермиллион передал пачку денег Фарре.

— Я говорила тебе, что контроль ауры — его самый сильный навык, — сказала она.

— Ты поспорил на то, что у меня будут огромные неприятности с Сетью? — спросил Джейсон Вермиллиона.

— Тебе не о чем беспокоиться, — сказал Вермиллион. — Кабал будет рад вмешаться и прикрыть тебя.

* * * Эрика и Иан устраивали прощальное барбекю перед отъездом Джейсона. Эми, которая обычно цеплялась за него, как пиявка, все еще злилась из-за его очередного ухода. Он чувствовал, как она наблюдает за ним из окна своей спальни. Задний двор был забит друзьями и семьей, что делало его смесью как тех, кто знал о магии, так и тех, кого Джейсон хотел избежать. Было очень четко сказано, что разговоров о магии быть не должно, хотя Джейсон не был уверен, что это сработает. Как только еще несколько кегов пива будут опустошены, он ожидал некоторых проговорок, но к тому времени все уже будут в стельку.

Когда Грег и Джейсон ждали своей очереди взять сосиски с одного из грилей, Грег наклонился близко и заговорил низким, заговорщическим голосом.

— Что происходит с Фаррой? — спросил он.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Джейсон.

— Я почти уверен, что она стала сексуальнее. Типа, сделала какую-то пластику, но не пропадала достаточно долго, чтобы ее сделать, как ты.

— Я ничего не делал, — сказал Джейсон.

— Я знаю тебя с четырнадцати лет, Джейс. Гормоны не сбривают половину твоего подбородка.

Джейсон сдался, пытаясь ответить. Получив свою сосиску, он оставил Грега подозрительно смотреть в сторону Фарры и сделал еще несколько кругов по членам семьи.

— Добрый день, бабушка, — сказал он своей бабушке по отцовской линии, ухмыляясь от взгляда, который она ему бросила. — Прости, бабушка.

— Прибереги свои просторечные выражения для другой своей бабушки, — сказала она. — Она достаточно безвкусна, чтобы они ей нравились.

— Она не гопница, бабушка. У нее была болезнь Альцгеймера.

Юми Асано подняла брови на Джейсона, затем взглянула на его другую бабушку, потягивающую пиво.

— Ладно, — признал он. — Она может быть немного гопницей.

— Не думаю, что ты знаешь что-то о ее чудесном выздоровлении? — спросила Юми. — Медицински это не имеет никакого смысла.

— Я почти уверен, что это чудо, — сказал Джейсон. — Разве ты не слышала, что сказала тетя Марджори?

— Я бы предпочла слушать визг дрели, собирающейся сделать мне лоботомию, чем эту женщину. Результаты были бы по сути теми же.

Джейсон фыркнул от смеха, уголки губ его бабушки приподнялись на ее в остальном суровом лице.

— Не думаю, что ты нашел время наконец выучить японский во время своего таинственного отсутствия? — спросила она.

— Может, я что-то и подхватил.

— Неужели?

— Я хотел читать мангу на языке оригинала. Ты настоящий фанат Ванпанчмена, бабушка, или смотришь только аниме, как пролетарий?

— Ты заставляешь меня пожалеть, что я плохо заботилась о себе, — сказала она. — Тогда у меня была бы трость, чтобы ударить тебя ею.

Джейсон усмехнулся, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Не будь слишком строга к Хиро, пока меня не будет, — сказал он ей.

— Я разберусь со своим непутевым сыном любыми средствами, которые сочту подходящими.

— Ладно, но просто помни, что у него дела идут лучше, — сказал Джейсон. — Не будь такой жадной до наказания его за старые привычки, чтобы не подтолкнуть его обратно к ним.

— И как это ты стал таким мудрым внезапно?

— Обычным способом, — сказал он. — Я совершил много ошибок.

* * * В течение дня и до самого вечера Джейсон выносил кавалькаду неловких разговоров с дальними родственниками и старыми знакомыми. Ася приехала поздно и отвела его в сторону для разговора, связанного с магией.

— Я приводила в движение некоторые бюрократические колеса, — сказала она. — Это заняло больше времени, чем мне хотелось, но я наконец получила одобрение.

— О? — подтолкнул Джейсон.

— Я знаю, трудно поддерживать дружбу, когда приходится хранить почти все, что ты делаешь, в секрете, — сказала она. — Я проверила Грега и одобрила его для эссенций.

— Серьезно? Как ты заставила их проглотить это?

— Твое странствие заставляет их волноваться, — сказала она. — Им не нравится, что у них нет твоих услуг по мародерству во время твоего месяца уединения. Если бы не ударные группы, которые Фарра создала и которые так хорошо справляются, Руководящий комитет Сиднея стал бы откровенно строптивым. Тебе повезло, что у тебя теперь есть Анна в комитете. Ей может не нравиться то, как ты делаешь вещи, но она понимает, насколько ты ценен, и доверяет тому, что ты будешь лоялен.

— Откуда это доверие?

— От меня, — сказала Ася.

Джейсон усмехнулся.

— Полагаю, тот факт, что я никогда особо ничего от них не просил, является фактором.

— Да. Тот, о котором они начали жалеть, на самом деле. Если бы ты получал от них больше, было бы больше обязательств не уходить.

— Забавно, — сказал Джейсон. — Почти как будто я не хотел, чтобы меня привязывали.

— Я была бы признательна, если бы ты время от времени подбрасывал Международному комитету косточку, пока ты в разъездах, — сказала Ася. — По всему миру есть отделения, которые были бы рады, если бы ты заглянул на их вторжения.

— Ты имеешь в виду, они хотели бы, чтобы моя сила мародерства заглянула.

— Это хороший способ распространить немного доброй воли, — сказала Ася. — Если нам очень повезет, наличие независимого от отделений человека, бегающего вокруг, как Санта-Клаус, может даже способствовать некоторому единству между отделениями.

— Никакого давления, значит. Думаю, я смогу что-то такое устроить.

Он взглянул на Грега, который заметил его и кивнул в знак приветствия.

— Тебе нужно будет провести Грега через твою программу Сети, — сказал он. — Сомневаюсь, что твои боссы хотят, чтобы я учил кого-то с нуля.

— В этом и идея, — сказала Ася. — Он одобрен для эссенций, но он не будет допущен к их получению, пока не пройдет наше введение в магию. Мы подготовим его к тому времени, когда ты вернешься. Кстати, эссенции тебе придется поставлять самому.

Он тепло улыбнулся ей.

— Спасибо, Ася. Ты продолжаешь вступаться за меня, снова и снова. Не думай, что я не заметил. Как насчет того, чтобы мы сделали что-нибудь веселое вместе, когда я вернусь?

— Я бы очень этого хотела, — сказала она.

— Мне все еще нужно сказать несколько «привет» и «пока», — сказал он. — Кстати, я собираюсь сообщить новости Грегу.

— Мы бы предпочли сделать это сами, — сказала она.

— Полагаю, вы бы предпочли, — сказал Джейсон.

Она фыркнула от смеха.

— Ты можешь быть невероятно невыносимым, ты знаешь это?

Он ответил лишь сияющей ухмылкой, уходя прочь. Грег подошел и занял его место.

— Уже пригласила его на свидание? — спросил Грег ее.

— Какое твое дело?

— Я начал наблюдать, как ты пускаешь слюни по этому парню десять лет назад, — сказал он. — Он пропал, считался погибшим, но потом таинственно появился снова. Теперь он собирается исчезнуть снова на неизвестно сколько времени. Что нужно, чтобы ты сделала шаг, леди?

— Все гораздо сложнее, чем ты думаешь. И я не вижу, чтобы у тебя был полный список свиданий, Грег.

— Да, — сказал он, — но я — парень, который стоит в углу сам по себе. Ты не должна быть здесь со мной.

— Тебе не стоит так принижать себя, — сказала она.

— Разве ты только что не принизила меня?

— Вот почему тебе не стоит наваливать это на себя.

— Просто дай этому еще несколько лет стояния в углу, — сказал Грег. — Наваливание на себя будет тем, что сойдет за свидание.

— Фу.

* * * Убедившись, что поговорил со всеми, Джейсон незаметно ушел. Большинство людей там были меньше заинтересованы в Джейсоне, чем в выпивке, так что он смог схватить Грега и незаметно ускользнуть.

— Что происходит? — спросил Грег.

— Мы едем кататься, — сказал Джейсон.

— О, тебе нужен назначенный водитель.

— На самом деле, нам не нужен никакой водитель.

— О, я наконец увижу знаменитую беспилотную машину? Где ты хранишь эту штуку? Она никогда не припаркована в гавани.

Джейсон усмехнулся.

— Ты готов к тому, что твоя жизнь изменится навсегда?

— Только с четырнадцати лет, — сказал Грег. — Что происходит?

— Грег, я знаю, ты уловил странную атмосферу вокруг меня и людей, которых я знаю.

— Ты инсценировал свою смерть и вернулся при обстоятельствах, которые мне до сих пор не совсем ясны, — сказал Грег. — Я мог бы быть в коме и уловить такие странные вибрации.

— Ну, сегодня та ночь, когда ты узнаешь, что происходит.

— Да? Хорошо, тогда. Что у тебя есть?

— Ну, — сказал Джейсон. — Давай начнем с того, что магия реальна, а Ася — часть тайного общества, которое скрывает ее от мира, но она получила разрешение позволить мне рассказать тебе все об этом.

— Ладно, — сказал Грег. — Это немного странно. Кто-то подсунул тебе выпечку сомнительного происхождения?

— Это бы ничего не сделало, — сказал Джейсон. — У меня иммунитет к обычным наркотикам.

— Что это значит?

— У меня огромные магические силы, — сказал Джейсон. — Я своего рода чернокнижник-ниндзя. Я все объясню, но начнем с того, что сядем в мою машину.

— Какую машину? Серьезно, ты под каким-то галлюцино…

Грег замолчал, когда облако тьмы вырвалось из тени Джейсона и приняло форму большого суперкара.

— Что за…?

* * * — Это твоя яхта? — спросил Грег.

— Ага. Я летел во Францию с Асей, потому что Фарру удерживали какие-то плохие парни…

— Что?

— Не парься о деталях; можешь спросить Асю позже. В общем, кто-то заложил бомбу в самолет, и он взорвался в воздухе, так что…

— ЧТО?

— Если ты будешь продолжать перебивать, я никогда не закончу, — счастливо сказал Джейсон, наслаждаясь ошарашенным состоянием друга.

— Ты был в самолете, который взорвался?

— Да, это было довольно грубо, и в воде их ждали парни для выживших. На этой самой лодке, на самом деле. Так что я спрыгнул на лодку и занялся делом.

— Ты выпрыгнул с парашютом из взрывающегося самолета?

— Остальные выпрыгнули; я просто спрыгнул. Магические силы, помнишь? В общем, короче говоря, я так сильно побил парней, что когда я сказал им, что забираю лодку, они, по-видимому, подумали, что я имею в виду буквально. Они переписали ее на меня и пригнали сюда после того, как я ушел за Фаррой.

— Джейсон, все до единого слова, которые ты сказал мне сегодня, — полное безумие.

— Я знаю, поверь мне. И мы только поцарапали поверхность. Ты помнишь Звездного Всадника?

— Конечно, помню, — сказал Грег. — Это было по всему телевидению неделями. Погоди, ты хочешь сказать…?

— У кого два больших пальца и кто убил кучу байкеров, жаждущих вампирской крови? У этого парня.

Грег покачал головой.

— Ты показал мне сумасшедшие вещи сегодня, Джейсон, но все это звучит как бред сумасшедшего фанфика.

— Я знаю. Наверное, мне следовало позволить Асе и ее тайному обществу вводить тебя в курс дела постепенно, но я как-то люблю просто вываливать все безумие и смотреть, как люди — в данном случае ты — медленно осознают, что это все правда. Пойдем; я передам тебя Асе, и она поможет тебе во всем разобраться.

Джейсон открыл портальную арку.

— После вас, мой друг.

— После меня что? — спросил Грег.

— Я отвезу тебя обратно к дому моей сестры, — сказал Джейсон. — Ты оставил там свою машину, и я хочу попрощаться. Я сказал всем, что уезжаю завтра, но я отправляюсь сегодня. О, прости. Забыл сказать, что это портал телепортации.

* * * После того как Грег смог удержаться от того, чтобы не стошнить на пол спальни Эрики от портальной болезни, Джейсон сбагрил его на Асю. Джейсон привел Эрику и Эми через портал на свою яхту. Эми стояла поодаль от Джейсона, сверля его взглядом. Он неуклюже улыбнулся ей.

— Настанет день, малышка, когда у нас с тобой будут грандиозные приключения.

— Почему не сейчас? — надулась она. — Ты мог бы взять меня с собой.

— Это то, что я должен сделать для себя, — сказал он. — Только у вас с Фаррой будут Тени, так что только вы двое можете говорить со мной, когда захотите.

— Ты говоришь это так, будто у тебя нет телефона, — сказала Эми.

Джейсон не успел продвинуться дальше, прежде чем Эрика сказала, что пора идти, и повела дочь обратно через портал, оставив Джейсона одного. Он собирался закрыть портал, когда Эми вылетела из него, чтобы заключить его в тиски объятий.

— Я люблю тебя, дядя Джейсон. Ты должен вернуться, хорошо?

Он взъерошил ее волосы.

— Я тоже люблю тебя, малышка.

* * *

СЛИШКОМ ЦЕНЕН, ЧТОБЫ ПОТЕРЯТЬ

СЛИШКОМ ЦЕНЕН, ЧТОБЫ ПОТЕРЯТЬ

Китайская деревня была стерта с лица земли мощным землетрясением, и жители наблюдали, как инопланетная фигура использовала энергетические лучи, чтобы разрезать балку, перекрывшую дыру, в которой оказался заперт ребенок. Странное существо было нечеловеческой природы: темный, парящий плащ, внутри которого находилась не личность, а энергия, напоминавшая туманность Спираль — Око Божье. Вокруг плаща парили похожие на глаза сферы, испускавшие лучи, которые кромсали сталь, словно мягкий сыр.

Поначалу жители боялись Джейсона Асано и его пугающего спутника, но по мере того, как эта пара спасала одного человека за другим из-под завалов, их настороженность сменилась радушием.

Лучи фамильяра Джейсона, Гордона, быстро справились с обрушившейся балкой, обнажив узкую дыру под ней. Джейсон легко видел сквозь тьму макушку маленького мальчика и протянул свои теневые руки, чтобы вытащить его из проема. Как только мальчик оказался на свободе, его мать бросилась обнимать его на глазах у односельчан. В разгар спасательных работ все они были такими же грязными и покрытыми пылью, как и Джейсон под своим плащом.

* * * В своем офисе, обратно в Австралии, член комитета сиднейского отделения Сети Аннабет Тилден просматривала последний видеофайл, доставленный новым директором по операциям отделения, Кетеван. Это были новостные кадры, перехваченные еще до того, как они попали в публичный доступ. Их прислало пекинское отделение Сети вместе с гневным сообщением.

«…спасателям потребовалось несколько часов, чтобы добраться до более изолированных районов после катастрофического землетрясения. Обрушение моста, который вы видите за моей спиной, опустошило эту небольшую деревню, но сами жители приписывают низкое число жертв вмешательству нескольких таинственных личностей, некоторых из которых они описывают как сверхъестественных существ. Это не первый…»

Анна со вздохом закрыла видеофайл и добавила его в папку с остальными. Одним из наиболее тревожных моментов было то, что репортер говорил не на мандаринском, а на английском языке. Джейсон не только вел себя слишком вызывающе, но и явно кто-то хотел предать его действия огласке на Западе. Ни одно из этих видео не попало в эфир, но несколько уже появились в интернете.

— Джейсон, возможно, слишком вольно обращается с положениями о секретности нашего соглашения после того, как наши люди напали на него в Ханое, — сказала Кетеван, — но, по крайней мере, с тех пор он не демонстрировал звезды в своем плаще. Никто еще не связал эти истории со Звездным Всадником.

— Пока что, — ответила Анна. — И в Ханое это были не наши люди.

— Сколько раз нам нужно объяснять, что люди, которые охотились за ним, были из Сети, но не из нашей Сети? — спросила Кетеван. — Я не уверена, что он по-прежнему будет считать нас союзниками, когда закончит свое путешествие самопознания или чем он там занимается.

— Клянусь, мне хочется запустить ракету в ханойское отделение.

— Международный комитет, можно сказать, так и сделал, — напомнила ей Кетеван.

* * * Месяцем ранее, в Ханое, Джейсон намеренно занизил цену на яхту, чтобы быстро ее продать. Он начал свою поездку, притворяясь туристом, но быстро почувствовал, что за ним следят.

В группе захвата было два бойца третьего ранга и дюжина второго. Они поняли, что Асано явно почувствовал их, и им пришлось отсеивать более медленных участников, пока они преследовали свою неуловимую цель по городу.

Наконец они выследили его в трущобах у Красной реки — причудливой смеси городского, промышленного и сельского пейзажей. Незаконные жилища соседствовали с небольшими фермерскими участками, магазинами и даже фабриками. Грунтовые дороги и ирригационные канавы определяли маршруты, а все вокруг — от зданий до самой земли — свидетельствовало о бедности, загрязнении и упадке. Это была глушь, странным образом расположенная в городе с населением семь с половиной миллионов человек.

Без уличного освещения ночью это было темное и опасное место, скорее из-за окружающей обстановки, чем из-за жителей. Однако для группы захвата темнота не была проблемой. Только один из бойцов третьего ранга, Тхань, сумел поддерживать погоню до самого конца благодаря способностям к скорости, дарованным его сущностью света. Эта же сущность света позволяла ему освещать местность своей аурой.

Аура Тханя не просто излучала свет. На обширной территории всякая тьма изгонялась. Казалось, у света нет источника, он просто был повсюду, заполняя каждый уголок мягким сиянием.

Когда пространство осветилось, оказалось, что Джейсон стоит прямо перед группой захвата. Единственным оставшимся пятном тьмы был капюшон его плаща, в котором виднелась лишь пара серебряных глаз.

— Я удивлен, что кто-то оказался настолько глуп, — сказал Джейсон по-вьетнамски. Его мастерство активного использования способности перевода на конкретные языки улучшалось, хотя он упрямо цеплялся за синтаксис, создававший странную смесь идеального произношения и глубоко странной грамматики. Вместо того чтобы пытаться адаптироваться, как это так быстро сделала Фарра, он превратил это в довольно раздражающую «фишку».

— Я не думал, что кто-то будет настолько глуп, чтобы переходить дорогу Международному комитету после того, как они выпотрошили лионское отделение, как рыбу, — продолжил он.

— Тебе больше не нужно беспокоиться о таких вещах, — сказал Тхань. — Теперь ты принадлежишь нам, так что ты больше не принимаешь решений.

— Это могут быть китайцы, — рассуждал Джейсон, игнорируя мужчину. — Возможно, они используют вас как «кошачью лапу», чтобы проверить мои возможности, не подставляясь самим. Может быть, ЭОА, желающая убрать меня с доски, прежде чем я начну искать их за то, что они удерживали моего друга в плену. Может быть, никого нет, и вы действительно настолько тупые. В конце концов, вы позволили мне водить вас за нос, пока половина вашей команды не отстала. Кстати, ваши следопыты никуда не годятся. Мне приходилось проецировать ауру, как маяк, чтобы они не потеряли меня, и все равно было трудно не сбежать случайно.

— Ты высокомерен, — сказал Тхань. — Это говорит твоя японская кровь.

— Вот это да; достаточно расистски для тебя, приятель?

— Мы изучили твои методы, Асано. Ты — существо теней. Без них ты уязвим и открыт.

— Тут ты меня подловил, — сказал Джейсон. — Я определенно не тренировался с кем-то из семьи инструкторов пользователей сущности, равных кому угодно в двух мирах, кто до изнеможения муштровал меня, как сражаться, когда я оказываюсь вне своей стихии.

— Ты любишь болтать и отвлекать, — сказал Тхань. — Мы знаем это о тебе. Быстрые слова не изменят того, что у нас преимущество в численности, в мощи и в окружающей обстановке. Здесь нет теней, в которых ты мог бы спрятаться.

Они находились на грунтовой дороге, с одной стороны которой тянулась сильно загрязненная ирригационная канава, а с другой — покосившийся трущобный дом. Шесть бойцов второго ранга выстроились перед Тханем, а Джейсон стоял перед ними в своих боевых одеждах и плаще. С появлением света внимание местных жителей было привлечено. Они прятались, убегали или даже записывали происходящее из укрытий.

— Можешь заблюрить меня на этих видео? — тихо спросил Джейсон у Тени.

— Прошу прощения, мистер Асано. Этот свет серебряного ранга оказывает крайне пагубное влияние на мои способности. Я не смогу проявить ни одно из своих тел или помешать способностям обнаружения. Я могу оставаться только в капюшоне вашего плаща, который остается непроницаемым для удаления тени. В противном случае я даже не смог бы говорить с вами.

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Отчасти поэтому мы и ушли, чтобы погрузиться в тренировки, верно? Это должно неплохо подтолкнуть нас к пределам возможностей.

— Это может быть слишком резким подталкиванием, мистер Асано.

— Может быть, но тот парень в Лионе оставил после себя неприятный осадок. Я бы хотел…

— У тебя хватает наглости стоять передо мной и разговаривать с самим собой? — закричал Тхань, гнев исказил его лицо. Его аура вырвалась наружу, но тут же врезалась в ауру Джейсона, как грузовик, врезавшийся в бетонную стену. Хотя Джейсон был недостаточно силен, чтобы подавить ауру серебряного ранга и свет, который она излучала, его аура была заметно сильнее, несмотря на более низкий ранг Джейсона. Это несоответствие заметно вывело Тханя из равновесия.

— УБИТЬ ЕГО! — закричал Тхань, забыв, что их целью было взять Джейсона живым.

В Джейсона полетел целый набор способностей. Один из бойцов бронзового ранга претерпел причудливую трансформацию: его руки превратились в змей, а ноги — в кузнечиковые. Он бросился на Джейсона, который перехватил змеиные клыки своим плащом, когда человек приземлился перед ним. Затем он ворвался в пространство противника и вонзил наколдованный кинжал под челюсть, чтобы пронзить мозг.

Бойцы бронзового ранга не могли продолжать сражаться после смертельных ран так, как это мог делать серебряный ранг. Человек с кинжалом в голове был достаточно крепок, чтобы цепляться за жизнь, но обмяк. Джейсон схватил его падающее тело и использовал как щит, чтобы принять на себя другие атаки. Заклинание огненного шара, шипастый шар на цепи и лазерный луч света от серебряного ранга Тханя — все это ударило в обмякшее тело.

Боец бронзового ранга в руках Джейсона не пережил атак, и Джейсон бросился вперед, все еще используя его как щит. Он врезал трупом в одного из других бронзовых рангов, заставив их обоих повалиться, в то время как Джейсон отскочил, позиционируя себя так, чтобы группа максимально перекрывала друг другу линии обзора. Его кинжал, удерживаемый обратным хватом, полоснул следующую жертву по горлу, прежде чем вонзиться в боковую часть шеи. Джейсон отпустил его, когда тот попятился, отчаянно хватаясь одной рукой за горло, а другой пытаясь нащупать зелье исцеления.

Шок от ответного блицкрига Джейсона длился лишь мгновение, и новая волна атак была уже на подходе. Наблюдателю могло показаться, что Джейсон опасно переигрывает. С точки зрения Джейсона, атаки его противников были неумелым размахиванием дилетантов. Это не значит, что они были лишены стратегии. Устранение теней оказало большое влияние, и это был не единственный трюк, который, казалось, был создан специально для него.

Очевидно, враг узнал о его битве с последним серебряным рангом и способности привязки, которая его обездвижила. У одного из бронзовых рангов была похожая способность, а у Джейсона не было ни тени, ни укрытия, чтобы избежать ее. Джейсон подбросил кинжал в воздух, и из его плаща появилась теневая рука, чтобы схватить его. Его обычные руки вытащили по метательному дротику из ножен на груди и метнули их.

Первый был взрывным дротиком, брошенным прямо в стержень привязки. Взрыв от уничтожения стержня привязки заставил его проиграть прошлую битву против серебряного ранга, но в этот раз он сам его активировал. Второй дротик был брошен в землю, прямо перед стержнем. Это был дротик, который Джейсон разработал после той же битвы, используя знания об артефактах, полученные из книги навыков. Когда дротик ударился о землю, возникла стена из магически усиленного баллистического геля размером с дверь, как раз в тот момент, когда стержень привязки взорвался.

Сила взрыва отбросила человека, применившего способность, вместе с другим бойцом бронзового ранга. Это не убило их, но Джейсон по себе знал, насколько дезориентирующим может быть этот взрыв. Это дало ему немного передышки с остальными тремя, которые, как и Джейсон, были защищены, когда взрыв ударил в желатиновую стену. Куски безвредного баллистического геля густо посыпались дождем, когда стена взорвалась.

Когда битва возобновилась после взрыва, плащ Джейсона защищал его от некоторых атак, хотя его теневая субстанция также негативно реагировала на свет. Его истинная ценность заключалась в том, чтобы скрывать истинное положение тела Джейсона, заставляя многие атаки просто пролетать мимо. Он давно включил неожиданные движения в свою технику, посвятив часы и часы тренировкам гибкости и баланса. Между этим и способностью его плаща распространяться и танцевать по прихоти Джейсона, было трудно определить точное местоположение его тела в любой момент времени.

Магические чувства Джейсона отслеживали входящие магические атаки до того, как они были совершены. Это включало наколдованное и магическое оружие, в то время как обычное оружие было бесполезно. Чувствуя, где будут атаки, он постоянно двигался туда, где их не будет, никогда не останавливаясь.

Он казался неуязвимым для атак, двигаясь как призрак сквозь снаряды и взмахи оружия. Частично это было потому, что он действительно избегал многих ударов. Другая часть заключалась в том, что его плащ маскировал удары, которые все же достигали цели, и он не подавал никаких признаков того, что ему причинен вред.

Со своей стороны, его кинжал сверкал, нанося удар за ударом. Его теневая рука удлинялась по мере необходимости, давая его кинжалу не меньший радиус действия, чем у парня с шипастым шаром на цепи. Он размахивал им, как брошенным шлангом с включенной на полную водой, но в кажущейся случайности его кинжал раз за разом вонзался в плоть, осыпая врага недугами.

Джейсон также вытащил кнут гидры, который он раздобыл с самого первого монстра бронзового ранга, орудуя им второй теневой рукой. Полуавтономные головы яростно метались, нанося удары свирепыми зубами. Кнут не мог накладывать бонусные недуги, как кинжал, но одна специальная атака могла быть доставлена по одному разу для каждой из пяти голов. Цели были несколько случайными среди тех врагов, что находились в радиусе действия, но это было лишь незначительным недостатком.

Кнут также можно было использовать для перехвата атак. Поскольку он обладал свойством регенерации гидры, он быстро восстанавливался после большинства повреждений. Только огненные атаки одного из бронзовых рангов и обжигающий свет от атак серебряного ранга оставляли долгосрочные повреждения.

Джейсон по большей части оставлял серебряный ранг в покое. Тхань держался позади остальных, совершая дистанционные атаки вместо того, чтобы бросаться в бой, чего Джейсон и добивался. Он лишь изредка делал финты в сторону Тханя, чтобы держать его в напряжении. Пока серебряный ранг не встал на месте, чтобы играть роль скорострельной турели, Джейсон мог с этим справиться. Он был осторожен, заманивая бронзовые ранги так, чтобы они перекрывали линии обзора серебряного ранга, даже перехватывая некоторые из его атак.

Джейсон перехватил инициативу в битве и не отпускал ее. Проблема врагов была не в том, что они не умели сражаться; они явно получили тщательную боевую подготовку. Проблема была в том, что боевая подготовка была основана на методологиях Земли. То, как они двигались, как сражались, даже то, как они думали, было основано на парадигме обычного человека, к которому способности были добавлены как дополнение.

На железном ранге это не было таким уж большим недостатком, но бронза была той точкой, где пользователь сущности действительно становился чем-то большим, чем человек. Если они продолжали думать и сражаться как люди на этом этапе, они выбрасывали свой потенциал.

Джейсон был обучен как пользователь сущности с самых основ. Сочетание его атрибутов, восприятия и способностей составляло ряд силовых множителей, результаты которых демонстрировали именно то, что делало Фарру и его самого такими ценными для Сети. Это были не просто улучшенные техники медитации, чтобы извлекать людей из ядер, а целостный метод превращения из обычного воина в магическое оружие.

Враги Джейсона страдали от разрыва между своими способностями, физическими возможностями и тем, как они пытались их использовать. Они выглядели как шуты рядом с Джейсоном, который комбинировал и переплетал способности. Он полагался на свое усиленное восприятие больше, чем на обычные чувства. Каждое его движение использовало его сверхчеловеческую ловкость и гибкость. Каждая физическая атака наносилась с пониманием силы, которую он мог вложить в нее, и нагрузки, которую его тело могло выдержать при ее нанесении.

У его врагов был потенциал, но они его растрачивали. Они были людьми, использующими сверхчеловеческие способности, в то время как Джейсон был сверхчеловеком, во всех отношениях. Результаты были разительными. Даже без теней или использования своих фамильяров он преподал бронзовым рангам жестокий урок о различиях в подходе.

Даже так, менее чем звездный серебряный ранг все равно оставался серебряным рангом. Способность изгонять тени действительно была помехой для Джейсона, даже если это не стало решающим фактором, на который рассчитывал его противник. Как и его подчиненные, Тхань растрачивал большую часть своего потенциала, но у серебряного ранга было гораздо больше потенциала, чтобы его растрачивать.

Тхань был атакующим дальнего боя, оставаясь позади и метая лучи света и осколки кристаллов в сторону Джейсона. Он явно не был так уверен в своей устойчивости серебряного ранга, как следовало бы, растрачивая свою силу серебряного ранга. Если бы он жестко насел на Джейсона со своей превосходящей силой, стойкостью и рефлексами, он мог бы, по крайней мере, помешать Джейсону разгуляться на бронзовых рангах. Вместо этого Джейсон использовал бронзовые ранги как прикрытие и щиты, чтобы перехватывать дистанционные атаки Тханя.

Возможность использовать бронзовые ранги как живые щиты была только началом. Джейсон нагружал их недугами, поражая их заклинаниями, даже когда танцевал среди них. Они были инкубаторами для накапливающихся недугов, каждый из которых заряжал защитную силу амулета Джейсона.

Несмотря на свое превосходство, Джейсон был далеко не невредим. Сколько бы ударов он ни избежал, врагов было слишком много. Большая часть его боя заключалась в минимизации ударов, от которых нельзя было уклониться. Относительно слабые, но быстрые атаки одного только серебряного ранга наносили опасные удары по Джейсону, даже в его магической броне.

Если бы Тхань бросил вызов Джейсону без бронзовых рангов, у него был бы очень хороший шанс на победу. Обладая способностями серебряного ранга, атрибутами серебряного ранга и способностью отрицать любые тени, у него не было недостатка в преимуществах. Бронзовые ранги казались еще одним преимуществом, но на самом деле они были уравнителями.

Более того, чем просто живые щиты, ключевой причиной, по которой бронзовые ранги были обузой для своего лидера, было то, что они позволяли Джейсону выдерживать удар за ударом. Каждый недуг, который Джейсон инкубировал на бронзовых рангах, добавлял щит к амулету Джейсона. Мало того, что его Амулет Темного Защитника давал слабый щит за каждый нанесенный им недуг, каждый разбитый щит становился лечебным эффектом.

Когда Тхань пробивал щиты, они превращались в исцеление, которое добавлялось к собственной силе высасывания жизни Джейсона. Его атака Укус пиявки высасывала здоровье, чтобы еще больше пополнить его, а когда этого было недостаточно, его Пир крови давал большой всплеск высасывающего исцеления. Если этого все еще было недостаточно, он высасывал недуги из бронзового ранга. Его способность Пожиратель грехов превращала каждый недуг, который он высасывал, в постоянное восстановление здоровья, выносливости и маны, оставляя при этом святые недуги на месте.

С каждым бронзовым рангом, который он высасывал, регенерация Джейсона становилась сильнее. Обратной стороной было то, что по мере того, как каждый враг поддавался святым недугам, сжигающим их изнутри, Тханю становилось легче наносить удары.

Как только все бронзовые ранги были мертвы, больше не было препятствий для атак Тханя. Несмотря на это, точность его атак падала по мере того, как росло его разочарование. Броня Джейсона была в лохмотьях, и он должен был умереть дюжину раз. Вместо этого он питался жизненной силой бронзовых рангов и использовал их, чтобы нарастить абсурдный уровень регенерации. Если бы у Джейсона не было их для использования, шансы Тханя были бы намного лучше.

Несмотря на все это, победить серебряный ранг было нелегким делом. Даже если Тхань становился небрежным, у Джейсона закончились живые щиты, а атаки Тханя опережали его исцеление. Джейсон сосредоточился на попытке победить Тханя, но у того было несколько скользких способностей передвижения. Использование их замедляло его атаки, но не останавливало их совсем.

Если бы не интенсивные тренировки с молниеносной Софи, Джейсон был бы в растерянности, как противостоять скорости этого человека. В текущем состоянии он не наносил ударов. Он изо всех сил пытался оказать как можно больше давления, применяя все известные ему трюки для борьбы с более быстрыми противниками. Ключом было найти ограничения их скорости, которые, будем надеяться, у них были.

Давление Джейсона обнажило слабость Тханя, которая заключалась в необходимости замедляться при совершении быстрых, последовательных смен направления. Это не только делало его легче для поимки, но и ускоряло его истощение, даже когда это замедляло его скорость.

Истощение энергии не было сильно эффективным против Софи, чья выносливость почти соответствовала выносливости Джейсона, но Тханю не хватало ее абсолютной преданности скорости. Хотя выносливость любого серебряного ранга была внушительной, Джейсон чувствовал, как Тхань медленно, но верно устает. Со своей стороны, Джейсон был похож на Софи в том, что был бойцом на выносливость. Те же эффекты, постоянно восстанавливающие его здоровье, поддерживали его ману и выносливость на максимуме.

Целью Джейсона было истощить серебряный ранг, заставив его сделать паузу достаточно долго, чтобы Джейсон мог применить свое самое мощное оружие. Если бы он мог обрызгать серебряный ранг Колином, фамильяром Джейсона в виде роя пиявок, это перевело бы бой в финальную стадию. Этот человек, однако, явно знал тактику Джейсона и должен был знать о его самом опасном союзнике. Джейсон знал, что Тхань не позволит легко себя поймать. Только форсировав ситуацию, Джейсон мог эффективно использовать Колина, а промах означал бы, что серебряный ранг мог легко избежать медлительного фамильяра.

Дела шли не по плану Джейсона; у Тханя был свой план. В то время как Джейсон пытался исчерпать ману Тханя, Тхань хотел подавить регенерацию здоровья Джейсона, прежде чем это произойдет. У серебряного ранга было преимущество в атрибутах, и с уходом бронзовых рангов бой медленно поворачивался в его пользу.

Среди набора способностей Тханя был всплеск ультраскорости, такой, какой был у Софи, Руфуса и Даниэль Геллер. У Тханя, по-видимому, не было никаких способностей с большим уроном, чтобы максимизировать всплеск скорости, но это позволяло ему подготовить массив снарядов для выстрела в тот момент, когда способность заканчивалась. По тренировкам с Руфусом и Софи Джейсон узнал этот характерный размытый силуэт и бросился в сторону, но от такого уровня скорости было невозможно по-настоящему уклониться. Каждый раз, когда это происходило, Джейсон был опустошен атаками. Единственным благословением было то, что каждое использование было разрушительным истощением маны Тханя.

Когда Тхань наносил удар за ударом, Джейсон чувствовал, как челюсти смерти приближаются все ближе. Вместо того чтобы позволить им пировать, Джейсон решил перевернуть ситуацию и пировать на смерти вместо этого. Он сделал паузу, достаточно напугав Тханя, чтобы луч света промахнулся, пока Джейсон выкрикивал заклинание.

«Как ваши жизни были моими, чтобы пожинать, так и ваши смерти — мои, чтобы собирать.»

Способность: [Кровавая жатва] (Кровь)

* Заклинание (высасывание). * Стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Бронза 6 (09%).

* Эффект (железо): Высасывает остаточную жизненную силу недавно умершего тела, пополняя здоровье, выносливость и ману. Влияет только на цели с кровью.

* Эффект (бронза): Влияет на все трупы врагов в широкой области.

Бронзовые ранги были наполовину сгнившими от некроза и наполовину растворенными трансцендентным уроном святого недуга. Джейсон не использовал свой финишер ни на одном из них. Тхань с ужасом наблюдал, как кроваво-красное свечение их остаточной жизненной силы поднималось из их тел и высасывалось, серия кровавых следов двигалась по воздуху и просачивалась в тело Джейсона.

Чувства Тханя говорили ему, что под рваной броней и окровавленной кожей Джейсон был более чем просто физически восстановлен. Мана и выносливость Джейсона и так уменьшались гораздо медленнее, чем у самого Тханя, а теперь оба резерва были полностью пополнены.

Тхань еще не был полностью истощен, но потратил немало маны на Джейсона в виде магических атак. Урон от его атак с гиперскоростным всплеском был отменен, оставив лишь дефицит маны Тханя. Когда он наблюдал, как Джейсон полностью восстанавливает себя, используя разрушенные туши, которые всего несколько минут назад были его командой, воля Тханя сломалась.

Джейсон почувствовал момент, когда моральный дух его противника рухнул — аура мужчины превратилась в стекло. Джейсон обрушил свою собственную ауру, как молот, разбив это стекло вдребезги как раз в тот момент, когда Тхань активировал способность передвижения в попытке бежать. Вместо этого его аура, теперь бумажный тигр, рухнула под натиском Джейсона.

Тхань почувствовал ощущение, не похожее ни на что, что он испытывал раньше, как будто нож приставлен к горлу его души. Он чувствовал, что он вонзится, если он двинется хоть на миллиметр в неправильном направлении, наполняя его страхом.

Тхань застыл на месте, слыша шаги, медленно приближающиеся сзади по гравийной дороге. Его аура больше не изгоняла тени, но пылинки света вылетели из плаща Джейсона, чтобы искупать дорогу в звездном свете.

— Я думаю, нам нужно вернуться к нашему предыдущему разговору, — сказал Джейсон, его голос звучал ледяной неотвратимостью. — Скажи мне, почему ты нарушил указ Международного комитета.

— Я не знаю, — сказал Тхань. — Директор ханойского отделения просто сказал мне захватить тебя.

Джейсон лишь уколол душу Тханя, но это было самое насильственное действие, которое мужчина когда-либо испытывал. Он закричал от страха и боли, хотя ощущение длилось лишь долю секунды.

— Я правда не знаю! — умолял Тхань. — Они отследили твою лодку; вот как они узнали, что ты приближаешься. Это все, что я знаю, клянусь!

Тхань все еще не мог видеть Джейсона, стоящего позади него, и его чувства ауры были подавлены подавлением ауры Джейсона. Что касается его магических чувств, с отсутствием света Тень снова маскировала присутствие Джейсона. Нервы Тханя поднялись к панике, так как все, что он мог чувствовать, это острый коготь, сжимающий его душу.

— Я не собираюсь тебя убивать, — сказал наконец Джейсон. — Ты должен заниматься своей настоящей работой, которая заключается не в попытках выследить меня. Она заключается в защите людей от опасностей, о которых они даже не знают. Твоя сила слишком ценна, чтобы терять ее в этой борьбе, так что ты будешь жить. Я предлагаю тебе вернуться к своей работе и быть очень, очень прилежным в ее выполнении.

Давление внезапно исчезло с Тханя, который немедленно рванул прочь, как ракета. Путь света распространился под его ногами, когда он бежал со всей скоростью, на которую был способен.

— Тень, — сказал Джейсон. — Пусть Фарра расскажет Сети, что произошло. Убедись, что они выкупят записи у всех этих зевак. Скажи им, чтобы они были щедры в этом. Этим людям не помешают деньги.

— Я полагаю, Сеть захочет поговорить с вами.

— Я не хочу с ними разговаривать. Напомни им, что частью соглашения было то, что Сеть перестанет охотиться за мной, и дай им знать, что если они собираются быть небрежными в условиях, то и я буду таким же.

— Не думаю, что им это понравится, — сказала Тень.

— Я перестал заботиться о том, что нравится людям, — сказал Джейсон. — Если они хотят что-то от меня, они могут за это заплатить.

Звезды с плаща Джейсона, которые парили вокруг него, вернулись в плащ, а затем потускнели до нуля. Улица снова погрузилась во тьму.

* * * «…должен заниматься своей настоящей работой, которая заключается не в попытках выследить меня. Она заключается в защите людей от опасностей, о которых они даже не знают…»

Адриен Барбу со вздохом закрыл видеофайл, создал папку и переместил файл в нее. Он нажал кнопку на своем столе.

— Фиона, пожалуйста, организуй встречу с миссис Уэст при первой же возможности.

ВСЕ, ЧТО Я МОГУ — ЭТО ДЕЛАТЬ ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ

ВСЕ, ЧТО Я МОГУ — ЭТО ДЕЛАТЬ ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ

Джейсон шел по единственной улице полуразрушенного западноафриканского городка. Здания из глиняного кирпича и ржавого гофрированного железа молчали, а улицы были пусты. Единственные люди, которых он видел, были среди палаток, установленных на дальнем конце города, где суетились люди в защитных костюмах. У них было слишком много дел, слишком мало людей для их выполнения и слишком мало ресурсов.

Он пробирался по пыльной улице, жара обрушивалась, как кузнечный молот. Только когда он подошел близко к коричневым палаткам, установленным аккуратными рядами, занятые гуманитарные работники заметили его. Женщина в защитном костюме быстро подошла и начала кричать на него по-французски.

— Какого черта ты думаешь, что ты…

Она осеклась, встретившись с его глазами, увидев их серебряный цвет.

— Ты — это он?

— Да, — сказал Джейсон. — Кто вы?

— Доктор Хлоя Бодриар. Как мне вас называть?

— Вероятно, лучше, если я не назову имени. Это на одну вещь меньше, о которой вам придется рассказывать, когда люди придут спрашивать обо мне.

— Вы кажетесь уверенным, что они придут.

— Как только вы увидите, на что я способен, вы тоже станете.

— Я слышала истории. От людей, которым доверяю, но это кажется невозможным.

— Такому месту, как это, не помешало бы немного невозможного, не думаете? — спросил он.

— Вы чертовски правы, не помешало бы. Если вы можете делать то, что говорят…

— Я могу. Но только до тех пор, пока люди не придут искать меня, — сказал Джейсон.

— Мне сказали, что хранить молчание — ваше правило, но я не могу обещать, что мы сможем остановить людей от разговоров, — сказала она. — Мне сказали дать вам все, что нужно, и не мешать, но люди говорят. Очевидно, иначе я бы не слышала о евразийце с серебряными глазами.

— Я не стремлюсь создать легенду, — сказал Джейсон. — Я просто хочу помочь людям. Цель — сделать как можно больше добра, пока мы можем, верно?

— Да, — сказала она. — Да, это так. Итак, что вам нужно?

— Немного уединения и все больные люди, которые у вас есть.

Она повела Джейсона, но через короткое расстояние он остановился.

— Есть проблема? — спросила она.

— Мне нужно кое-кого увидеть, — сказал он. — Идите туда, где мне нужно быть, и я найду вас.

Она нахмурилась, повернулась, чтобы посмотреть на палатки, а затем снова на Джейсона, но его уже не было.

— Что за… он думает, что он Бэтмен?

В другом месте лагеря Джейсон стоял возле палатки и позволил проявиться немного своей ауры. Вскоре после этого появилась другая женщина в защитном костюме, эта с аурой бронзового ранга.

— Вы здесь, — сказала она. — Вы Джейсон Асано?

— Да.

— Вы понимаете, что Сеть не бездельничает в этом вопросе, верно? Мы помогаем. Мы просто не устраиваем из этого спектакль.

— Я уважаю это, — сказал Джейсон. — Мы оба работаем в секрете, только на разных уровнях масштаба. Если мы не будем более прямо использовать то, что можем делать, секретность будет стоить жизней.

— Если секрет раскроется, вы думаете, это облегчит ситуацию, когда мир обрушится на нас?

— Это не больница, полная телефонов с камерами и медийного насыщения, — сказал Джейсон. — У нас здесь есть свобода действий, и мы должны ее использовать.

— Вы думаете, мы не хотим пройтись здесь, поднимая людей с их больничных коек? Мы должны смотреть дальше сегодняшнего дня, на следующую вспышку и следующую. К тому же, маны на всех не хватит.

Джейсон вытащил из воздуха деревянную коробку, сдвинув крышку, чтобы показать стопки монет бронзового ранга.

— Это помогло бы?

Женщина не ответила некоторое время, глядя на монеты, а затем покачала головой, словно пытаясь прояснить мысли.

— Вы готовы просто отдать их?

— Хотите еще и железных? На самом деле, дайте мне список всех мест, где я могу найти персонал Сети, работающий над этим, и я сделаю несколько заносов.

— Это очень щедро, — сказала она. — Это не меняет того факта, что то, что вы делаете, ставит нас всех под угрозу.

— Вы могли бы посмотреть на это как на меру предосторожности, — сказал Джейсон. — Если кто-то зацепится за вашу деятельность, вы можете выдать это за работу магического целителя, бродящего вокруг.

— Все не так просто, как вы описываете.

— Никогда не бывает просто. Все, что я могу — это делать все возможное, исходя из того, что я знаю и что могу сделать.

— Что ж, — сказала она. — Мне не нравится то, что вы затеяли, но я не могу это остановить. И я собираюсь взять эти монеты.

* * * Джейсон вошел в большую палатку, Хлоя рядом с ним в своем защитном костюме. Люди лежали рядами, издавая диссонанс слабых стонов.

— Вы уверены, что хотите видеть? — спросил он. — Как только увидите, вы никогда больше не будете видеть мир прежним.

— Вы думаете, мне стоит выбрать невежество?

— Как правило, нет, но не так просто вернуться к своей обычной жизни после того, как заглянешь за занавес вселенной.

— Просто делайте то, зачем пришли.

— Хорошо, — сказал он. — Будь по-вашему.

Джейсон подошел к первому пациенту, который был возбужден и бредил. Аура мужчины была в хаосе, и Джейсон использовал свою, чтобы направить ее обратно к спокойствию. После месяцев практики его контроль ауры затмил его способности прошлого.

С точки зрения Хлои, одно присутствие Джейсона успокоило мужчину, убаюкивая его в сон. Затем это присутствие прошло через комнату, как волна, и жалкие стоны стихли. Хлоя почувствовала это сама, как будто находилась в присутствии доброжелательного диктатора. Затем Джейсон поднял руку, произнося слова на языке, который она не узнала.

Красный свет начал светиться изнутри пациента. Внимание Хлои было приковано. Смотреть на свет было все равно что смотреть на бьющееся сердце мужчины, хотя оно было запятнано черным налетом. Пока она смотрела, налет просачивался из света, струясь вверх в ожидающую руку Джейсона. Он остановился только тогда, когда красный свет стал чистым, после чего он втянулся обратно в тело мужчины. Все еще без сознания, пациент выглядел сразу лучше.

Хлоя с недоверием наблюдала, как Джейсон проходил пациентов, одного за другим. Он даже не взглянул на нее, пока не прошел каждого пациента.

— У вас есть еще палатки, верно?

* * * Несмотря на свои сомнения, работники по оказанию помощи расчистили путь, чтобы позволить Джейсону заняться пациентами после получения неправдоподобных, но решительных слов из других лагерей. Теперь, когда он ушел, они роились над пациентами, проводя тесты по несколько раз из чистого недоверия. Хлоя подозревала, что сама находится в какой-то стадии шока, нереальность всего этого полностью дезориентировала ее.

— То, что вы сделали там, я не могу объяснить, — сказала она Джейсону на краю лагеря. — Это выглядело так, будто вы исцеляли людей магическим заклинанием.

— Выглядело, не правда ли?

— Вы были правы, — сказала она. — Я не уверена, как просто двигаться дальше после того, что я увидела.

— Я полагаю, вы будете заняты в ближайшее время. К тому времени, как у вас появится шанс остановиться и подумать об этом, вы сможете просто списать это на какой-то странный трюк.

— Я не думаю, что это сработает. Не если вы действительно вылечили этих людей. Это были вы в Сиднее в прошлом году? Исцеляли всех тех детей в больнице?

— Я стараюсь быть более осмотрительным сейчас, но…

Они оба повернулись, чтобы посмотреть на бешеную активность в лагере.

— Иногда людям просто нужна помощь, — сказала она.

— Да, — согласился Джейсон.

— Вы собираетесь в другие лагеря?

— Конечно.

— Тогда я не буду вас задерживать, — сказала она. — Нет недостатка в людях, которым вы нужны.

Он прищурился на нее. — Вы действительно не собираетесь спрашивать, не так ли?

— Спрашивать о чем?

— Вы знаете о чем.

— Вы можете сказать?

— Я чувствую это в вашей ауре.

— О, моя аура, — скептически сказала она.

— Вы только что наблюдали, как я исцеляю больных магическим заклинанием, но ауры — это то, где вы проводите черту? Я не говорю об аура-фотографиях, которые можно получить в магазине нью-эйдж. Я знаю, вы чувствовали мою.

Джейсон позволил своей ауре мягко коснуться ее, демонстрируя деликатность своего контроля ауры. Она почувствовала властную природу его силы ауры, Гегемонию, вместе с непоколебимой решимостью, которая исходила от всего, что вынесла его душа.

— Так это вы, — сказала она после того, как оправилась от странного ощущения.

— Я не такой серьезный, как может показаться по моей ауре. На самом деле я довольно забавный.

— Большинство людей, которые говорят, что они забавные, таковыми являются, — сказала она.

— Ой.

— Думаю, вам пора идти, — сказала она ему.

— Почему вы не попросили меня исцелить вас?

— Вы дали нам достаточно чудес. Что такое небольшой рак по сравнению с тем, через что проходят эти люди? Я могу поехать домой и делать всю химиотерапию, какую захочу. Все, что они могут — это лежать там и надеяться не умереть. Вам следует двигаться дальше к другим из них.

Джейсон тепло улыбнулся ей. Он поднял руку, повторяя заклинание на языке, который она не понимала.

Как и с пациентами до нее, ее красная жизненная сила была выведена, очищена и возвращена ей. Она почувствовала, как свежий бриз только что прошел через все ее тело.

— Вы хороший человек, Хлоя Бодриар.

Он вытащил из воздуха ручку и блокнот, нацарапал записку и вырвал страницу, прежде чем передать ее ей.

— Вы будете заняты этим некоторое время, но когда закончите, приходите найти меня. Я покажу вам, как исцелять способами, которые вы даже не представляли. Вы ведь хотите делать то, что я только что сделал, верно?

— Вы хотите сказать, что я могла бы…

— Какую-то вариацию этого, да. Если я покажу вам как.

Она посмотрела на бумагу в своей руке.

— Джейсон Асано, — прочитала она.

— Это мое имя, — сказал он. — Я был бы признателен, если бы вы держали его при себе.

Она подняла глаза от бумаги, ее взгляд искал ответы на его лице.

— Почему я?

— Потому что вы не просили, — сказал он.

* * * Черный UTV, нечто среднее между квадроциклом и автомобилем, двигался по дороге из красной земли, между ярко-зелеными кустами и деревьями. Мужчина на водительском сиденье не вел машину, а вместо этого рассказывал записывающему кристаллу, парящему над его головой.

Потеря энергии из-за низкого уровня окружающего магического фона была проблемой для магических предметов, особенно более слабых и дешевых, таких как записывающие кристаллы. К счастью, инвентарь Джейсона мог пополнять истощенную магию объектов, пока сам Джейсон не был истощен по мане. С момента трансфигурации его тела и души через благословение Мирового Феникса Джейсону больше не нужны были духовные монеты для поддержания уровня магии или даже для потребления их в качестве пищи, так что это не было проблемой. Постоянный приток силы из астрала, которым он теперь наслаждался, поддерживал его как физически, так и магически.

— Вы могли бы использовать немагическое записывающее решение, — предложила Тень, когда Джейсон убрал записывающий кристалл.

— Записывающие кристаллы подстраиваются под движение транспортного средства, так что изображение не трясется.

— Вы намекаете, что моя система подвески недостаточна?

— Ни в коем случае, — сказал Джейсон. — Это такая комфортная поездка, на какую я только мог надеяться. Как всегда, Тень, ты превосходишь ожидания.

Пока они продолжали путь, магический предмет на пассажирском сиденье начал светиться серебряным светом и издал низкий гул. Он выглядел как негабаритный компас.

— Еще даже двух часов нет, а это уже второй за сегодня, — сказал Джейсон, поднимая устройство. Фарра разработала компас после того, как вникла в природу сетки обнаружения Сети. Было некоторое сопротивление предоставлению ей доступа со стороны определенных элементов Сети, но это изменилось, когда секции сетки начали испытывать сбои. В этот момент Фарра стала ценной частью многоотраслевой следственной группы.

Когда это начало происходить, Джейсон предложил вернуться немедленно.

— Не хочу показаться грубой, — сказала Фарра, — но ты на самом деле не сможешь помочь. Это дело магии массивов, а у тебя просто нет опыта.

— Сетка включает в себя и астральную магию, верно?

— Да, но часть с астральной магией работает нормально. Это кости, которые требуют осмотра. Не все вращается вокруг тебя, Джейсон.

Компас сетки предупреждал Джейсона о прото-пространственных формированиях в окрестностях, подключаясь к сетке. В точке поворота стрелки находился кристалл, который светился разными цветами в зависимости от силы. Меньшие кристаллы давали грубое представление о расстоянии в зависимости от того, сколько из них загоралось.

— Семьдесят кликов, — сказал Джейсон. — Тоже серебряный ранг.

UTV остановился, и Джейсон вышел. Транспортное средство превратилось в облако тьмы, большая часть которого исчезла в тени Джейсона. Оставшаяся часть приняла форму Тени.

— Мой запас монет истощается, — сказала Тень. — Мне понадобится больше, если мы собираемся летать.

— Проси, и получишь, мой друг, — сказал Джейсон, доставая коробку монет.

Ни Тени, ни Джейсону не нужны были монеты в условиях низкой магии, хотя Джейсону все еще были нужны монеты, если он не потреблял большое количество пищи. У него не было недостатка, так как он вмешивался в прото-пространства по крайней мере один раз, а часто два или даже три раза в день. Тени нужны были монеты для дополнения высокоэнергетических форм, таких как летающие транспортные средства. Только когда он достигнет серебряного ранга, Тень сможет летать энергоэффективным способом.

Когда он прыгал в прото-пространства, Джейсон оставлял основную часть добычи серебряного ранга местным жителям и довольствовался трофеями бронзового ранга. Оставление лучших вкусностей без какой-либо работы для Сети вызывало раздраженные ответы от местных отделений, но никаких реальных жалоб. Не с тех пор, как он покинул Китай, по крайней мере.

— На самом деле, — сказал Джейсон, вытаскивая завершенный записывающий кристалл из своего инвентаря, — возьми и это, пожалуйста.

Тень положила монеты и кристалл в свое собственное пространственное хранилище. Оно было значительно меньше, чем у Джейсона, но к нему можно было получить доступ через любое из его тел. Это означало, что Джейсон мог отправлять свои записи своей племяннице Эми через Тень. Она присылала ему подарки в ответ, такие как печенье, которое она делала со своей мамой.

Затем Тень приняла форму нового транспортного средства, ультралегкого трайка. Не намного больше, чем сиденье с мотором позади него, с крыльями планера сверху, он также был черным с несколькими белыми украшениями.

— Я не уверен, что черный — это особенно безопасно, — сказал Джейсон.

— Я мог бы превратиться в обычный трехколесный велосипед, — предложила Тень.

— Нет, так хорошо.

Используя дорогу как взлетно-посадочную полосу, они вскоре парили над ландшафтом. Семьдесят километров были примерно получасовой поездкой.

— Я знаю, что, вероятно, пора подумывать о возвращении домой, — сказал Джейсон, наслаждаясь ветром, обдувающим его. — Но я получаю абсолютное удовольствие. Я бы хотел взять семью Эрики в такую поездку. Минус убийство монстров и ужасающие страдания лагерей с чумой, очевидно.

— У тебя есть обязанности, какими бы расплывчатыми они ни были, прямо сейчас, верно? — сказала Тень.

— Это значит, что я даже не знаю, какие они, — сказал Джейсон.

— Я полагаю, что Дон в конечном итоге снова свяжется с вами для дальнейших объяснений. Сбои в сетке могут быть не связаны.

— Я думал о том же. Однако я не хочу уходить, пока эта вспышка Эболы все еще продолжается. Приятно использовать то, что я могу, чтобы помочь решить немагическую проблему, которая затрагивает так много людей. Это именно то, что я представлял себе еще в Гринстоуне.

СОВРЕМЕННЫЙ МИФ

СОВРЕМЕННЫЙ МИФ

«…представители «Врачей без границ» и Всемирной организации здравоохранения оба отвергли заявления о чудесном исцелении, заявив, что успех в сдерживании вспышки обусловлен опытом и протоколами, установленными во время вспышки 2013-2016 годов. Евангелическая группа помощи «Кошелек самаритянина» официально поддержала эти заявления, но неназванные источники внутри организации ссылались на то, что они описывают как божественные посещения —»

Мистер Север приостановил запись, воспроизводимую на настенном мониторе. Четыре Кардинала ЭОА — Мистер Север, Миссис Саут, Мистер Восток и Миссис Уэст — сидели вокруг квадратного стола. Выстроившись у противоположной от большого монитора стены, стояли их различные подчиненные.

— Подготовка занимает больше времени, чем ожидалось, — сказал Мистер Север. — Нам нужно переоценить наш ответ на деятельность Асано.

— Прежде чем мы начнем смотреть в сторону действий, нам нужен пересмотренный график для нашей повестки дня, — сказала Миссис Саут. — Когда мы будем готовы действовать?

— Отключение сетки оказывается более трудным, чем ожидалось, — сказал Мистер Восток. — На сегодняшний день мы преуспели в отключении только локализованных областей.

Он бросил взгляд на Адриена Барбу, который стоял у стены вместе с другими прихвостнями Миссис Уэст.

— Информация, предоставленная новым подчиненным Миссис Уэст, была полезна в ускорении нашего прогресса в этом отношении. Наши проблемы возникли при попытке осуществить широкомасштабную потерю функциональности сетки.

— Преодолимые проблемы, я полагаю, иначе вы бы сообщили нам о своей неспособности выполнить задачу, — сказала Миссис Уэст.

— Наши первоначальные оценки основывались на масштабе сетки, — объяснил Мистер Восток. — Только когда мы попытались масштабировать, мы обнаружили ключевую проблему. Сетка, по-видимому, имеет некоторую функцию самовосстановления. Тот, кто изначально разработал ее, по-видимому, предвидел локализованные сбои и разработал систему, с помощью которой окружающие области компенсируют и восстанавливают поврежденные участки. Лионскому отделению Сети приходилось неоднократно отключать сетку, чтобы скрыть астральное пространство, которое сформировалось в Сент-Этьене.

— И решение? — спросил Мистер Север.

— То же самое, что препятствует нам, также позволит нам достичь нашей цели с меньшим прямым вмешательством, чем ожидалось изначально. Мы совершали атаки на инфраструктуру сетки, отключая различные сектора по всему миру, пока картировали узлы, критические для функции самовосстановления. Как только мы их определим, одновременные удары по этим критическим узлам приведут к выходу из строя всей инфраструктуры.

— Как насчет рисков этого процесса картирования? — спросила Миссис Саут.

— Очевидно, — сказал Мистер Восток, — это произошло с риском раскрытия нашей деятельности Сети. Их группы реагирования активны, но наши агенты внутри Сети пока удерживали их от перехвата наших команд. Новый соратник Миссис Уэст поддерживает ряд контактов в Сети и был полезен в этом отношении.

Кардиналы бросили взгляд на Барбу.

— Если Сеть проследит вашу деятельность до нас, прежде чем мы предпримем действия, они вмешаются, — сказала Миссис Саут. — Снова я прошу график. Нашим первоначальным намерением было сделать ход к этому времени. Сколько еще нам рисковать обнаружением?

— Я ожидаю еще два месяца, — сказал Мистер Восток.

— Очень хорошо, — сказал Мистер Север. — Миссис Уэст, вы добавите свои ресурсы к усилиям Мистера Востока, чтобы удержать Сеть от слишком близкого приближения, пока он завершает свою работу?

Миссис Уэст кивнула в знак согласия.

— Тогда это возвращает нас к проблеме Джейсона Асано, — сказал Мистер Север. — Теперь, когда наши временные оценки были продлены, нам нужно пересмотреть влияние его деятельности на наши намерения. Он гораздо более нагл, чем Сеть, в использовании своих возможностей, и это проникает в общественное сознание. Пока что внимание было минимальным и сдержанным, но нам нужно сформулировать ответ, прежде чем это повлияет на наши собственные цели негативно. Я знаю, что каждый из вас поручал своим людям анализировать проблему, поэтому я предлагаю выслушать потенциальные ответы, которые они разработали.

Другие кардиналы кивнули.

— Очень хорошо, — сказал Мистер Север. — Кинан, мы начнем с тебя. Каков твой предложенный ответ?

Один из подчиненных Мистера Севера шагнул вперед.

— Ошибка, которую совершил каждый человек, антагонизирующий Асано, — уверенно сказал он, бросив взгляд на Барбу, — заключается в том, что они всегда использовали полумеры. С Асано нужно разбираться, используя прямую и подавляющую силу. Я разработал предложение, согласно которому мы подстрекаем отделения Сети здесь, в США, устранить Асано, используя их собственных бойцов третьего ранга. Мы уже знаем, что элитные оперативники США обладают превосходящими возможностями, соизмеримыми с самим Асано, но они выше его текущего ранга. В отличие от бойцов третьего ранга французов и вьетнамцев, Асано не сможет одолеть одного из них, не говоря уже о нескольких.

— Ты выступаешь за устранение, — сказал Мистер Север.

— Да, сэр. Если позволите, я могу подробнее рассказать о своих планах по побуждению отделений США к действию, основанных на известном антиамериканском предубеждении Асано.

— Возможно, прежде этого, — вмешалась Миссис Уэст, — мы могли бы услышать альтернативную точку зрения.

— Согласен, — сказала Миссис Саут.

— Очень хорошо, — сказал Мистер Север.

— Адриен, — сказала Миссис Уэст. — Пожалуйста, поделись своим предложением.

Барбу шагнул вперед, бросив взгляд на Кинана, когда подчиненный Мистера Севера отступил.

— Чтобы контекстуализировать мое предложение, — сказал Барбу, — я чувствую, что должен сначала ответить на идею использования прямой силы против Асано. Честно говоря, это самый идиотский путь, который мы могли бы мыслить. Каждый мужчина, женщина или вещь, противопоставленные Асано, потерпели неудачу, включая меня. Он был ниже рангом, в меньшинстве, в засаде, подавлен и взорван. Последний боец третьего ранга, который, как мы знаем, противостоял ему, не только стоял выше него по рангу, но и обладал специфическими контрмерами против ключевых способностей Асано. Этот человек не получил даже царапины от рук Асано, но по сей день он остается в ужасе от мысли о встрече с ним снова.

Барбу бросил еще один взгляд на Кинана.

— Я не говорю, что верю, что Асано мог бы победить команду элиты третьего ранга из Сети США.

Он перевел взгляд обратно на кардиналов.

— Суть в том, что я ни пере-, ни недооцениваю Асано. Устранение его может сработать. Может. Но эта неопределенность не является надежной основой для движения вперед. Предполагая, что ничего не пойдет не так в плане моего соратника по подталкиванию Сети к мобилизации некоторых из их самых мощных активов, Асано определенно не победит их. Но нужно ли ему это? Победа может быть невозможна, но побег — да. Мы уже знаем, что он очень неуловим, даже для чувств третьего ранга.

Барбу обвел взглядом кардиналов.

— Асано может демонстративно поживиться из любого пространственного вторжения по желанию и, кажется, делает это с целью стать сильнее. Прямо сейчас он остается относительно предсказуемым, но если бы он хотел быть более уклончивым в этом, он определенно мог бы. Я не могу говорить за вас, но я не хочу, чтобы этот человек там занимался хардкорной партизанской войной, наращивая свою силу во тьме, ожидая момента, чтобы нанести ответный удар.

Он снова посмотрел на Кинана.

— Что мы будем делать, если мы нанесем удар и промахнемся, только для того, чтобы он вернулся сильнее, чем когда-либо? Прямо сейчас его сила ограничена, но невероятно сильна для его ранга. Вы хотите сразиться с этим человеком на третьем ранге? Я — нет. Что мы будем делать, если дойдет до этого? Убедим Сеть США вывести одного из их четвертых рангов из стазиса?

— Ты знаешь об этом? — спросил Мистер Север. — Американцы участвовали в дебатах о создании четвертых рангов только для того, чтобы скрыть, что они у них уже есть, зная, что они бесполезны без золотых духовных монет. Я не знал, что международные отделения осведомлены об этом.

— Это широко не известно, — сказал Барбу. — В Сети всегда ходили слухи. Я просто случайно узнал, что они правдивы.

Кинан фыркнул от презрения.

— Ты так хорошо осведомлен об отделениях США? — спросил он. — Вы, французы, кучка второсортных по сравнению с отделениями Сети здесь. Почему мы должны верить, что ты что-то знал?

Барбу одарил Кинана улыбкой, которую он дал бы несносному ребенку, которому пытался потакать, чтобы тот не устроил истерику.

— В целом, — объяснил Барбу, — американцы не любят французов. Индивидуально, однако, американцы находят французов довольно привлекательными. Их оперативная безопасность гораздо менее строгая, чем отделения США любят говорить себе.

Улыбка заиграла на губах Мистера Севера.

— Проблема, которая была у американцев со многими странами, — сказал он. — Их полевые оперативники надежны, но у их руководства были… проблемы.

— Мое предложение, — сказал наконец Барбу, — прямо противоположно тому, чтобы опустить молот. Мы поможем Асано.

Помимо Миссис Уэст, это вызвало поднятые брови у кардиналов.

— Я заинтригован, — сказала Миссис Саут. — Пожалуйста, расширь это.

— Нам не нужно останавливать то, что делает Асано, — сказал Барбу. — Нам нужно изменить то, как мы смотрим на ситуацию. Мы беспокоимся о том, что он крадет наш гром, но грома хватит на всех. Пока его не заставят стать публичным до того, как мы будем готовы, он закладывает основу для всего, что нам нужно сделать.

— Ты говоришь, что мы используем его как троянского коня для публичного раскрытия магии, — сказал Мистер Север.

— Именно. Когда придет время, мы пожнем плоды каждого ребенка, которого он спасет от ущерба землетрясения, и лагеря, полного больных людей, которых он вылечит. Все, что нам нужно сделать, это убедиться, что он остается слухом, пока все еще прокладывает себе путь в общественное сознание.

— Современный миф, — сказал Мистер Север.

— Точно. У Сети есть все правительственное влияние, но у нас есть медийная сила, что именно то, что нам нужно. Мы позволяем ему подготовить почву для того, когда мы будем черпать воду. И если с ним нужно будет разобраться тогда, мы позволим публике сделать это. У нас есть кадры того, как Асано убивает людей довольно графичными способами.

Миссис Саут сузила глаза на Барбу.

— Ты тот, кто подтолкнул вьетнамцев пойти за ним, не так ли?

— Я понятия не имею, о чем вы говорите, — сказал Барбу с улыбкой. — Мне просто посчастливилось заполучить кадры до того, как Сеть уничтожила их все.

* * * Летя по небу на Тени, ультралегком трайке, Джейсон почувствовал это, когда приблизился к региону, сопредельному с прото-пространством, и убрал компас сетки.

— Хорошо, Тень, — сказал он, когда его плащ проявился вокруг него. Форма транспортного средства Тени превратилась в тьму и вернулась в тело Джейсона. Плащ звездного света распахнулся, как крылья ночи, и Джейсон начал планировать. Тень не могла перейти в астральное пространство, даже скрытая в тени Джейсона, как обычно. Только когда они были полностью непроявленными, Джейсон мог перенести своих фамильяров через границу.

Планируя по воздуху, Джейсон позволил своей ауре просочиться в окружающую магию. Проведение времени вокруг прото-пространств было отличным для его контроля ауры. Его аура была средством, которое он использовал, чтобы проникнуть через пространственную мембрану. Он прощупал пространственный барьер, разделяющий физическую реальность Земли и прото-пространство, а затем прошел сквозь него, как будто это была занавеска из воды.

Когда он планировал по воздуху, африканский пейзаж, расстилавшийся внизу, размылся, а затем был заменен совершенно другим видом. Местность внизу теперь была покрытой снегом тайгой, выглядящей больше как Россия, чем Африка, хотя с одной особенностью, не свойственной ни той, ни другой. Странные инопланетные зиккураты усеивали ландшафт, припорошенный белым снегом.

Тень вновь появилась, приняв форму ультралегкого трайка, уже в полете. Устроившись обратно в сиденье, Джейсон вытащил планшет. Это был стандартный магико-технический трекер, который Сеть использовала для отслеживания якорных пространственных сущностей, которые были ключом к сдерживанию прото-пространств. Тень занималась пилотированием, пока Джейсон направлял их в сторону их целей.

* * * Шелия была директором тактических операций монровийского отделения Сети и первой прошла через апертуру, как только ритуальная команда взломала ее. Ландшафт тайги был довольно гостеприимным, хотя и холодным после прибытия из африканского конца лета. Она немедленно организовала команды, которые последовали за ней.

После того, как команды зачистки обезопасили область вокруг апертуры внутри прото-пространства, были введены команды поддержки и разбит лагерь. Оценки были быстро сделаны.

— Директор, — сказал один из подчиненных Шелии, приближаясь. — Детекторы не регистрируют якорную сущность. Мы можем сразу переходить к фарму остальных монстров. Также, показания стабильности говорят, что пространство продержится более шестидесяти часов.

— Он все еще здесь, — сказала Шелия. — Были ли какие-либо признаки того, что кто-то еще открывал апертуру?

— Никаких. Я бы зашел так далеко, чтобы сказать, что определенно не было предварительного использования апертуры.

Шелия вздохнула.

— Как он входит и выходит? — размышляла она.

— Я мог бы просто выйти через апертуру, которую вы так удобно открыли там, — сказал Джейсон, появляясь из тени навеса, установленного командами поддержки. Дюжина ружей была мгновенно направлена на него.

— Жестко, — сказал он. — Приятно снова видеть вас, Шелия.

— Я полагаю, вы разобрались с якорной пространственной сущностью, мистер Асано?

— На самом деле, это был тройной, так что я прихватил несколько серебряных духовных монет для себя. Я все еще оставил большинство из них для вас, конечно. Они все были на вершинах тех странных зиккуратов, так что у вас не должно быть проблем с поиском добычи. Я, правда, зачерпнул сущность. Я не знал, что сущность волос — это вещь, так что не смог удержаться. Я оставил вам ту сущность солнца на днях, так что не чувствую себя очень плохо. Как вы думаете, я мог бы сделать слияние Медузы с этой сущностью волос? Вероятно, добавить змею и землю, вот что я думаю.

Шелия наклеила прозрачно фальшивую улыбку.

— Нам было поручено оказывать вам всяческую любезность, мистер Асано. Во всяком случае, не стесняйтесь немедленно отправиться через апертуру.

— Ну, ого, Шелия. Вы почти заставляете парня чувствовать себя нежеланным.

— Мне было специально указано не выражать это чувство.

— О, правда?

— Да.

— Кто-то счел нужным выйти из своего пути, чтобы сказать вам не говорить мне, что мое присутствие нежелательно?

— Они сделали это.

— Они, должно быть, не знают о нашей великой динамике.

— На самом деле, я была довольно ясна по этому вопросу в своих отчетах, мистер Асано. Апертура прямо там, так что, пожалуйста, вперед и используйте ее.

БЕШЕНЫЙ ТЕМП

БЕШЕНЫЙ ТЕМП

— У вас есть представление о том, в какой беспорядок вы ввергли мою жизнь? — спросила Хлоя.

Вне своего защитного костюма у нее были простые, грубоватые черты лица и легкая одежда, выбранная для марокканской жары. Она сидела с Джейсоном в чайхане в Марракеше.

— О, я прекрасно осознаю, как магические откровения в разгар кризиса могут выбить из колеи. То, утонешь ты или поплывешь, многому учит тебя о себе.

— Ну, спасибо, — сказала Хлоя. — Хотя я могла чувствовать, что схожу с ума некоторое время, я не могу выразить нашу благодарность за то, что вы сделали. Для меня, очевидно, но вспышка пошла от потенциально лет до месяцев.

— Я просто человек, которому довелось иметь полезный дар, — сказал Джейсон. — Именно люди, у которых еще нет моих преимуществ, но которые вкладывают все в помощь другим, действительно заслуживают похвалы. Те, кто работает день за днем, подвергая себя риску. Вы и ваши коллеги не можете просто наколдовать исчезновение болезни. Не говоря уже о том, что есть и другие, подобные мне, работающие над менее самовозвеличивающими и более долгосрочными усилиями.

— Я была удивлена, что вы нашли меня здесь, — сказала она. — Я намеревалась найти вас в Австралии, как только вернусь домой.

— Я просто случайно оказался в Марракеше и почувствовал ваше присутствие.

— Вы почувствовали мое присутствие? Один человек во всем городе?

Способность: [Полуночные глаза] (Тьма)

* Специальная способность (восприятие). * Базовая стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Видеть сквозь тьму. * Эффект (бронза): Чувствовать магию. * Эффект (серебро): Усиленные чувства ауры.

* Способность [Полуночные глаза] (Тьма) не может продвинуться дальше, пока все атрибуты не достигнут серебряного ранга.

Способности восприятия всегда первыми повышались в ранге, и продолжающаяся практика контроля ауры Джейсона заставила его способность восприятия опередить другие способности еще больше. Эффект способности восприятия серебряного ранга, усиливающей его чувства ауры, был гораздо более значительным, чем он осознавал. В сочетании с сырой силой его души и его полудуховной природой, уже усиливающими эти чувства, эффект был уровнем сенсорной перегрузки, которая оставила его почти недееспособным на большую часть недели. Он только сейчас восстанавливался, когда справлялся со своим новым уровнем перцептивной силы.

Атрибут, который управлял восприятием, был дух, и хотя у Джейсона он был в верхних эшелонах бронзового ранга, этого было недостаточно, чтобы справиться со взрывом сенсорного ввода, когда его способность пересекла порог в серебро. К счастью, это произошло, когда он медитировал в случайном участке африканской дикой природы, вдали от любопытных глаз и злых намерений.

Это было как переход от черно-белого к цветному, когда он понял, что чувства ауры, которые у него уже были, были грубыми и не замечали его окружения, какими бы острыми он их ни считал. Теперь он мог чувствовать ауры всего вокруг себя. Он думал, что только мыслящие существа с душами имеют ауры, с некоторыми магическими исключениями, но теперь он узнал, что деревья, трава и даже ветер имеют эхо ауры.

Это были не истинные ауры, о которых он уже знал, а какой-то вид внутренней природы, связанной с взаимодействием физической реальности и астрала, который лежал скрытым за ним. Он подозревал, что его собственная природа давала ему некоторое уникальное понимание, которое другие могли не разделять.

Его фамильяры стояли на страже, пока он проводил дни, акклиматизируясь к своим новым чувствам. После столь долгой работы над контролем ауры он обнаружил, что его чувства достаточно мощны, чтобы теперь ему требовался сенсорный контроль. Продвижение его способности восприятия сделало больше, чем просто усилило чувствительность. Теперь у него было гораздо больше контроля над тем, как работают все его чувства. Это только добавило дезориентации, когда он привыкал к этому.

Когда он приспосабливался к изменениям, он понял, какая это будет разница. Его слух мог отфильтровывать звуки и фокусироваться на далеких шумах. Его зрение могло настраиваться, чтобы видеть или игнорировать разные спектры света. Его обоняние и вкус могли блокировать специфические ощущения, что было критически полезно, учитывая его новую чувствительность.

Самым ошеломляющим аспектом его нового чувства ауры был сам диапазон. Его уникальные преимущества и сырая сила души, которой он обладал, позволяли его чувствам распространяться на огромное расстояние. Если бы он был в городе, а не в пустой дикой местности, он бы наполовину ожидал аневризму мозга.

После первоначального натиска ощущений он проводил час за часом, день за днем в медитации, когда приводил свои чувства под контроль. Первоначальный опыт был как пребывание в калейдоскопе на концерте хэви-метала, проводимом в силосной яме для компоста. В течение недели он научился отступать и фильтровать сырые ощущения, а затем начал исследовать потенциал своего недавно усиленного восприятия.

Ауры, как он обнаружил, были гораздо более сложными и нюансированными, чем он ранее осознавал. Он стал удовлетворен своим контролем ауры после месяцев практики, только чтобы понять, что он только начинал осваивать его. Его новое осознание показало, как далеко ему еще предстояло пройти.

За неделю, которую он провел в дикой природе, работая над своим сенсорным контролем, он выпал из поля зрения тех, кто отслеживал его деятельность. Он перестал поживиться прото-пространствами и появляться на станциях гуманитарной помощи. Он решил, что это к лучшему, по крайней мере, в отношении вспышки Эболы.

Вспышка бралась под контроль. Его вклад больше не стоил внимания, которое он приносил, особенно учитывая растущее движение в интернете, связывающее его различную деятельность. Несмотря на то, что он не использовал свой плащ, связь проводилась между его посещениями лагерей и персоной Звездного Ангела, которая доминировала в австралийских СМИ девять месяцев назад.

Джейсон перефокусировался на развитии своих способностей, начиная со своей новой сенсорной силы. Он совершал тихие появления в больших и больших населенных пунктах, учась балансировать чувствительность, чтобы его не перегрузило. Он прокладывал свой путь до Марракеша и готовился встретиться с людьми, когда узнал ауру Хлои и решил поздороваться, пригласив ее присоединиться к нему в чайхане.

— Никто не уверен, что делать с вами, — сказала ему Хлоя. — Никакое из тестирований, которые мы провели после вашей деятельности, не имеет никакого смысла. Если бы мы попытались написать статьи об этом, они бы никогда не прошли рецензирование. Включая меня. Это как будто рака никогда не было. Я продолжаю ждать, чтобы проснуться и понять, что это действительно невозможно, и я видела все это во сне.

— Я знаю, что вы чувствуете. После того, как меня познакомили с магией, я был полуубежден, что это все я схожу с ума, пока мой друг не умер и не вернул меня на Землю, — сказал Джейсон. — Хотя на самом деле я не был на Земле в то время. Вы скоро встретите ее; она уже в пути сюда.

— Я встречу кого?

— Моего друга, который умер.

— Она больше не мертва?

— Ей стало лучше. В конечном итоге. Я возвращаюсь гораздо быстрее, чем она, каждый раз, когда умираю.

— Что?

* * * Джейсон пульсировал своей аурой, как маяк, когда почувствовал самолет, несущий Фарру и остальных. Он также послал достаточно тел, чтобы Тень могла принять форму автомобиля, достаточно большого, чтобы везти их с комфортом.

Когда они прибыли к чайхане, Джейсон оценил их ауры. Фарра все еще была на ранних стадиях серебряного ранга, хотя ее продвижение в значительной степени застопорится, пока они не найдут путь обратно в ее родной мир. Эрика и Иан были оба на середине железного, регулярно принимая ядра за время, пока он отсутствовал. Аура Эми все еще была нормального ранга, но он мог почувствовать некоторую остаточную магию, прикрепленную к ней.

Эми часто разговаривала с дядей Джейсоном через Тень. Она была особенно взволнована своими уроками ритуальной магии с Фаррой, которые сняли горечь от того, что она недостаточно взрослая для сущностей. Она недавно перешла к некоторым очень базовым практическим элементам, остаточный эффект которых Джейсон мог чувствовать.

До того, как его чувства ауры были усилены, это было бы невозможно. Он был даже способен распознать, что элементы ее ауры все еще находились в потоке. Он подозревал, что как только они стабилизируются, она будет готова к сущностям. Ему нужно было изучить ее ауру дальше, чтобы получить представление о том, как долго это будет. Он знал простой ритуал, который мог проверить, но он хотел спросить Фарру, могут ли высокоранговые просто сказать через свои чувства ауры.

Фарра и семья Эрики вошли и заметили их; Джейсон и Хлоя поднялись, чтобы поприветствовать их. Эми бросилась, чтобы поймать Джейсона в объятия. Когда он обвил руками свою племянницу, он одарил остальных яркой улыбкой.

— Доктор Бодриар, позвольте представить вам мою семью, — сказал Джейсон по-французски. — Это моя сестра, Эрика, ее муж, Иан, и их дочь, э-э…

Джейсон принял рассеянное выражение лица, затем его лицо осветилось воспоминанием.

— …Элли, — сказал он. — Это моя племянница, Элли.

— Bête comme ses pieds, — сказала ему Эми.

— Что ты имеешь в виду, глупая как мои ноги? — спросил Джейсон.

— Это французское оскорбление, — сказала Хлоя после того, как фыркнула от смеха.

Джейсон повернулся к Иану.

— Простите, я не спросил, — сказал он. — Как ваш французский, Иан?

— Он в порядке, не так ли, дорогая? — сказала Эрика по-французски.

— Э-э… oui, — сказал Иан.

— Я в порядке с английским, — сказала Хлоя, используя язык в демонстрации. У нее был лишь легкий акцент.

— Это на самом деле наша дочь Эми, — правильно представила Эрика. Эми сверлила дядю взглядом, но ей пришлось откинуться назад, чтобы сделать это, не желая отпускать его.

— А это Фарра, — сказал Джейсон, — которая мой друг из альтернативной реальности.

— Что? — спросила Хлоя.

— Знаешь, Джейсон, — сказала Фарра, — я думаю, что начинаю склоняться к тому, чтобы не позволять тебе знакомить людей с магией. Ты просто любишь бросать в них самые дикие вещи и наблюдать, как они путаются.

— Тебе, вероятно, стоит оставить это профессионалам и просто довольствоваться просмотром реакционных видео онлайн, — сказала Эми.

— Эй, — сказал Джейсон, деланно обидевшись. — О, и семья, это доктор Хлоя Бодриар, из «Врачей без границ».

— Приятно познакомиться, — сказала Эрика, пожимая ей руку, а затем переходя, чтобы обнять Джейсона поверх своей дочери.

— Знаешь, Джейсон, — сказала Фарра, — Сети не нравится, что ты просто произвольно предлагаешь магию людям.

— Скажи им, что мне не нравится, что они иногда пытаются убить и/или похитить меня, — сказал Джейсон.

— Она сказала им засунуть это в их…

— Эми! — отчитала Эрика.

— На данный момент, я думаю, они рады, что ты вообще им сказал, — сказала Фарра. — Я думаю, Анна видит в тебе щенка, устойчивого к приучению к туалету.

Они устроились и договорились о напитках, Эми зажала Джейсона у стены, как будто боялась, что он убежит. Они оставались в контакте через Тень, но это было не то же самое, что встречаться лично. Фарра направлялась в Грецию, чтобы расследовать сбой сетки, и она взяла с собой свою новую ученицу, так как Джейсон был всего лишь в прыжке через Средиземное море. Родители Эми не собирались просто позволить своей дочери таскаться в Европу, поэтому они решили устроить из этого семейное воссоединение, после чего они вместе вернутся в Австралию.

Джейсон был нетерпелив обсудить сбои сетки с Фаррой, которая в значительной степени закрыла его от расследования, чтобы позволить ему сосредоточиться на том, чтобы привести голову в порядок. После ее плена он поддерживал ее, как мог, пока она медленно открывалась. Она, в свою очередь, признала, что то, что ему нужно — это пространство, чтобы успокоиться.

Он мог бы сделать проблему из того, чтобы вклиниться в проблемы с сеткой, но он знал, что она делает то, что лучше для него. Он доверял ей, что она позовет его, если он действительно будет нужен.

Хлоя ушла, у нее были свои планы на поездку. Перед тем как они расстались, Джейсон заверил ее, что в Австралии ее ждут секреты и чудеса.

— Она кажется милой, — сказала Эрика.

— Она была больна, — сказала Фарра. — Ты исцелил ее от чего-то?

Чувства Фарры были также достаточно усилены, чтобы заметить остаточную турбулентность в ауре Хлои.

— У нее был рак, — объяснил Джейсон. — Она решила использовать время, которое у нее было, чтобы помогать людям, поэтому я хотел помочь ей.

— Она была проверена Сетью сейчас, — сказала Фарра. — Они не обнаружили никаких проблем.

— Глэдис на самом деле рада работать с ней, — сказал Иан. Он сам работал с Глэдис в клинике после отъезда Джейсона.

— Давайте забудем обо всем этом пока, — сказал Джейсон. — Я запланировал семейную поездку к водопаду Узуд. Никаких монстров, никакой Сети. Просто качественное семейное время. Я видел некоторые красивые вещи, пока был в разъездах, и будет приятно увидеть еще больше их вместе.

* * * Один в спальной каюте на частном самолете Сети, Джейсон размышлял о путешествии, которое подходило к концу. У него было две цели в начале, первая из которых — примириться с чувством нахождения между двумя мирами. Его потребность примирить человека, которым он стал в другом мире, с тем, кем ему нужно было быть в своем первоначальном, была его главным стимулом для начала путешествия.

Двигаясь по Азии, через Ближний Восток и в Африку, именно борьба со вспышкой заставила его почувствовать, что все встает на свои места. Принесение магии из одного мира в другой способом, который не был о насилии и смерти, было именно тем, что ему было нужно. Это вернуло его к его ранним дням в другом мире, используя свои силы, чтобы исцелять людей.

По мере того, как его приключенческие обязанности становились все более насущными, а Церковь Целителя начала соответствовать своим обязанностям, та ранняя мотивация отошла на второй план. Теперь он вернулся в то место, вернув часть невинности, которую утопил в крови. Не все изменения, через которые он прошел в другом мире, были хорошими.

Потребуется время и давление, чтобы узнать, действительно ли он нашел баланс, который искал, когда началось его путешествие. На данный момент он чувствовал, что нашел, чего было достаточно, чтобы продолжать. Это оставляло второстепенную цель продвижения своих способностей.

В другом мире, когда все становилось слишком тяжелым, он направлялся в дельту, очищая каждую доску приключений, которую мог найти, от монстров. Это позволяло ему направлять все свои негативные чувства, выплескивая их способом, который был хотя бы немного продуктивным. Это были времена, когда он подталкивал себя сильнее всего, всегда спеша к следующему монстру.

Это путешествие было не совсем таким же, но возможность преследовать прото-пространства вместо уведомлений о монстрах имела тот же побочный эффект — перемалывание продвижения его способностей.

Он вернулся в свой мир девять месяцев назад и был бронзовым рангом год. Вопреки его ожиданиям, нахождение в своем родном мире не остановило его продвижение. Магически насыщенные прото-пространства на Земле имели даже больше монстров, чем астральное пространство, в котором он достиг бронзового ранга. Проблема была в том, что, в отличие от астрального пространства, они не эскалировали катастрофически по силе, чтобы соответствовать его растущей силе. Немногие монстры бронзового ранга представляли угрозу для его текущих навыков и способностей.

ГРАНД-ТУР

ГРАНД-ТУР

— Это определенно саботаж, — сказала Фарра. — Сеть убеждена, что за этим стоит ЭОА, и у меня нет причин им не доверять. Они знают местную политику гораздо лучше меня.

— Насколько мне объяснили, — сказал Джейсон, — повестка ЭОА строится на том, чтобы сделать магию достоянием общественности. Они что, устали ждать и пытаются ускорить процесс?

— Это преобладающая версия, — ответила Фарра. — Мы предполагаем, что они пытаются сыграть на удаче и добиться того, чтобы прото-пространство возникло незамеченным, пока сеть в каком-то районе отключена. Одно дело, если это происходит на дне океана; в моем мире тоже полно безумных историй от моряков.

— Но если это случится посреди города…

— Именно. У сети есть функция самовосстановления, поэтому отключения длятся не более трех-четырех дней. Однако если мы не начнем перехватывать эти атаки, рано или поздно прото-пространство появится там, где сеть погасла, и мы не узнаем об этом, пока не станет слишком поздно.

— Мне любопытно узнать об инфраструктуре этой сети, — сказал Джейсон. — Как именно это работает? По всему миру закопана куча тайных камер?

— Это довольно увлекательно, — сказала Фарра. — По крайней мере, для того, кто специализируется на подобном. Это не похоже ни на что, виденное мной ранее. Местные едва ли понимают, как это устроено, да и я сама тоже. Чем больше я изучаю это, тем больше узнаю, и, если не считать последствий в виде конца света, мне это нравится. Принципы, на которых построена сеть, для моего понимания магии массивов столь же откровение, как те книги, что есть у тебя, для магии астрала. Вероятно, даже больше.

— Громкое заявление. Что делает ее такой уникальной?

— Инфраструктура сети — это не обычный массив формаций из постоянных ритуальных кругов. Каждый узел огромен и вообще не является ритуальным кругом. Такое ощущение, что ландшафт каким-то образом работает как серия взаимосвязанных ритуалов, создавая магический массив из естественных особенностей самого мира. Мы говорим об узлах размером с города, где элементами выступают горы, холмы и реки, формируя магический массив, покрывающий всю планету.

— Вроде фэн-шуй, линий лей или чего-то в этом роде.

— Именно, — сказала Фарра. — Я читала об этом с тех пор, как начала исследовать сеть. Та самая Ли Ли Мэй, которая пыталась затащить тебя в китайскую команду, прислала мне материалы по китайской геомантии.

Она бросила на Джейсона ироничный взгляд.

— Что? — спросил он.

— Она спрашивала о тебе, знаешь ли.

Он пожал плечами, выглядя самодовольным.

— То, что есть у меня, нельзя преподать, — сказал Джейсон.

— И не стоит. А что насчет Аси?

— Это не так просто, — с досадной гримасой произнес Джейсон. — Да, она умна, великолепна, и, должно быть, в школе я был слеп. Но возникает несправедливая динамика, когда я постоянно чувствую ее эмоции.

— Это должно стать меньшей проблемой, — сказала Фарра. — Я сделала ей браслет, который используют пользователи золотого ранга без контроля ауры, чтобы их аура не заставляла головы обычных людей лопаться, как прыщи. Она не может использовать свою ауру, и браслет подавляет ее собственные ауральные чувства, но если она будет носить его рядом с тобой, ты не должен ее «читать». По крайней мере, если не попытаешься специально. Твои ауральные чувства сейчас, должно быть, чудовищны.

— Ты даже не представляешь, — сказал Джейсон. Он продолжил объяснять свои трудности с адаптацией к новой силе чувств. После этого они вернулись к теме, и Фарра продолжила объяснять, как функционирует сеть.

— Эти гигантские узлы в ландшафте обладают нюансами и гибкостью, позволяющими адаптироваться по мере изменения ландшафта на протяжении веков. Я все еще только начинаю вникать в это. Гениальность, необходимая для создания подобной системы, просто ошеломляет.

— Как можно встроить нечто подобное в существующий ландшафт?

— Полагаю, тот, кто построил сеть, на самом деле изменил ландшафт, чтобы она заработала.

— Это возможно? Я знаю, что изменение земли — это реальность, но в таких масштабах? Снова и снова, по всему миру?

— Пользователь золотого ранга с подходящими способностями и достаточным количеством времени мог бы с этим справиться. В конце концов. Записи, которые есть у Сети о своем основателе, указывают на то, что это был процесс, занявший много лет.

— Но ведь сеть — это магия низкого уровня, верно? — спросил Джейсон.

— Да. Уровень силы низкий, что позволяет ей работать непрерывно при низком уровне магии в вашем мире. Однако принципы, лежащие в ее основе, обладают такой тонкой сложностью, что прямо кричат о том, что создатель был алмазного ранга. То, как она вписывается в окружающую магию настолько незаметно... Даже ты не можешь ее почувствовать, верно?

— Не могу, — сказал Джейсон. — То, что ты описываешь, напоминает мне ауру Короля Зеркал. У нее было такое же свойство — сливаться с окружающей магией. Я черпал вдохновение для своих новых техник контроля ауры именно из этого.

— Ты встречался с Королем Зеркал?

— Только мельком. Если сеть действительно была спроектирована кем-то его уровня, как это работает? Доун говорила, что пользователь алмазного ранга здесь стал бы огромной проблемой.

— Моя догадка в том, что проектировщик был не тем же человеком, который установил сеть. Скорее всего, ее спроектировал пользователь алмазного ранга, а кто-то другой принес ее сюда и адаптировал. Даже это предполагает невероятно способного эксперта, и они должны были быть золотого ранга, чтобы так изменить ландшафт. На это все равно ушли бы годы, вероятно, десятилетия, и им понадобился бы запас золотых духовных монет. Когда магия в вашем мире настолько слаба, замены на большее количество монет более низкого ранга было бы недостаточно.

— Как думаешь, что случилось, когда они закончились? — задался вопросом Джейсон. — Снова покинули мир? Это было сотни лет назад, но пользователь золотого ранга может прожить так долго, верно?

— Если они все еще живы, то почти наверняка ушли, — сказала Фарра. — Пользователю эссенции нужно три монеты в день при нормальной активности. Пользователь низкого ранга может обойтись монетами низкого ранга или большим количеством обычной еды, даже в этом мире, но не пользователь золотого ранга. Это более тысячи золотых монет в год. Если они в основном неактивны, то могли бы сократить расходы на треть, но это все равно сотни тысяч монет, если они были здесь с момента установки сети.

— Думаешь, кто-то привез с собой столько монет?

— Это не совсем немыслимо, но я должна представить, что даже у пользователя алмазного ранга возникли бы проблемы с накоплением такого количества монет единовременно. На этом ранге они работают скорее по бартерной системе, обмениваясь ценными предметами и материалами. Лишь малая часть того, что получает Эмир, работая на пользователей алмазного ранга, выплачивается в духовных монетах.

— Значит, их здесь, скорее всего, больше нет.

— Скорее всего, они либо покинули этот мир, либо умерли от магического истощения. Я слышала, это тяжелая смерть, но в моем мире такое почти никогда не случается. Там обычно достаточно магии, и пользователи золотого ранга не испытывают проблем с поиском работы. Я слышала истории о таком только применительно к изгоям, например, людям с ограниченными эссенциями.

— Итак, что Сеть делает по поводу саботажа? — спросил Джейсон.

— Проблема в том, что при всей адаптивности сети, предотвращающей случайные сбои, согласованные усилия могут довольно легко все отключить.

— И если узлы такие большие, как ты говоришь, — сказал Джейсон, — то охранять их невозможно.

— Именно, — сказала Фарра. — Хуже то, что мы даже не знаем, регистрируем ли мы все отключения. Лионское отделение годами умудрялось скрывать подавление местной сети. Международный комитет все еще пытается контролировать французские отделения, но многие их члены таинственно исчезли.

— Адриен Барбу объявился? — спросил Джейсон.

— Нет, но мы думаем, что либо он, либо другие выходцы из Лионского отделения помогают тем, кто за этим стоит, основываясь на их знаниях о сети.

— Он и раньше работал с ЭОА, — сказал Джейсон. — Что Сеть делает по поводу ЭОА?

— Оказывает давление, но это ни к чему не приводит. ЭОА утверждает, что они слишком разрозненны, чтобы координировать системные атаки на сеть.

— Но ты думаешь, что они лгут.

— Растет ощущение, что ЭОА может быть не такой фракционной и разрозненной, как кажется. Мы видели признаки скрытого руководства, направляющего их действия.

— Очень надеюсь, что это не Строитель, — сказал Джейсон, покачав головой.

— Думаешь, это возможно?

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Я видел некоторых модифицированных людей ЭОА. Процесс кажется другим, но я видел, как Строитель тоже модифицировал людей. Может, Доун знает больше. Ты видела ее с тех пор, как…?

— С тех пор, как ты ударил ее так сильно, что она умерла? Нет. Не думаю, что я бы хотела видеть нас после этого. Когда я узнала, что она скрывала от тебя, где я нахожусь, мне тоже захотелось ее ударить.

— Может, нам стоит попытаться связаться с ней? — предложил Джейсон. — Если прото-пространства начнут выбрасывать монстров в мир, не только наступит хаос, но и ускорится график коллапса мира. Еще немного руководства могло бы помочь нам встать на верный путь.

— Подозреваю, она свяжется с нами, когда сама захочет, и не раньше, — сказала Фарра. — Пока что оставь расследование деятельности ЭОА Сети. У нас с тобой может быть преимущество в бою, но мы не в своей тарелке, когда дело касается взаимодействия между разветвленными глобальными организациями. Я продолжу изучать сеть, а ты сосредоточься на том, чтобы как можно быстрее достичь серебряного ранга. Тебе также нужно наверстать упущенное в делах Сети и узнать, чем занималась твоя семья.

— О?

— Твой отец и дядя были очень трудолюбивы.

* * * — Это невероятно, — сказал Джейсон.

Хотя Кен и Хиро были его номинальными гидами по новому семейному комплексу, именно Эми тащила его за руку, указывая на все подряд. Трудно было поверить, что полгода назад здесь были нетронутые заросли. Теперь среди деревьев расположилось нечто, похожее на целый курортный поселок. Постройки были целиком из дерева и черепицы, великолепно вписываясь в извилистые сады и густые заросли. Учитывая, как хорошо разрослась вся растительность, казалось, что все здесь стоит уже много лет.

Там была главная деревенская улица с просторными зданиями из рустикального дерева. Их огромные окна, казалось, отражали только сады, а не другие здания. Это добавляло ощущения единения с природой; Джейсон чувствовал магию — незначительную, но эффективную, — ответственную за это.

Прогуливаясь по улице, гиды Джейсона указывали на многочисленные залы для собраний, административное здание, фуд-корт. На вершине фуд-корта располагался ресторан, хотя он был таким же пустым и неиспользуемым, как и все остальное на данный момент.

— Фуд-корт и ресторан? — спросил Джейсон.

— Иногда хочется коллективного опыта, а иногда чего-то более изысканного и интимного, — сказал Кен.

— Я вижу, как шевелятся твои губы, пап, — сказал Джейсон, — но слышу голос Эрики.

— Конечно, мы консультировались с семейным шеф-поваром по поводу организации питания, — сказал Хиро.

— Вон там тренировочные площадки, — сказала Эми, указывая на переулок, отходящий от главной улицы.

— Там также есть магические объекты, о которых Фарра сказала, что они нам, вероятно, долго не понадобятся, но их лучше сразу включить в основной проект комплекса.

— Офис Сети тоже там, — добавила Эми.

— Офис Сети?

— Там только Ася и тетя Фарра, — пояснила Эми.

— О, теперь уже «тетя Фарра».

— Она надежная, — сказала Эми. — Она не исчезает на месяцы или годы.

— Это немного обидно, — сказал Джейсон. — Вы все еще можете называть это комплексом? Вы построили целый маленький городок.

— Почти, — сказал Хиро. — Все это — только коммунальные объекты, отходящие от главной улицы.

Он указал на некоторые улицы, уходящие между большими главными зданиями.

— Спортивные объекты на той улице, рекреационные, вроде спа и спортзала — на той.

— Спа огромен, — сказала Эми. — Там есть сауны, массажные кабинеты и купальни, полные дряблых стариканов.

— Эми!

— Что? — спросила она. — Каждый раз, когда видишь такие купальни в кино, они полны голых дряблых стариков. Это противно.

— Какие фильмы позволяет тебе смотреть мама? — спросил Джейсон.

— Купальни с дряблыми стариканами — это личный проект Хиро, — сказал Кен.

— Я не дряблый старик, — сказал Хиро, и не без оснований. И Кен, и Хиро обрели здоровье молодости после поглощения эссенций. Если они смогут повысить ранг до бронзового, трансформация тела, возможно, даже немного повернет время вспять.

— Медцентр тоже внизу, рядом со спа, — сказал Кен. — За него отвечает Иан, хотя мы получили много ценных советов от его новой подруги Глэдис, когда все обустраивали.

— Мы получили полезные советы от разных людей из Сети, — добавил Хиро. — У них есть семьи, которые работают с магией поколениями, поэтому они помогли нам избежать многих ловушек. Они пытались протащить и немного слежки, но Фарра дала им за это по рукам.

— Все здания там, за администрацией, — это складские помещения, — сказал Кен. — Фарра хотела убедиться, что у нас достаточно места для хранения еды, строительных материалов и магических припасов. Все они магически усилены, это не просто склады и холодильники. Как только мы сделаем запасы, мы сможем укрыться здесь сотнями на месяцы, если понадобится.

— Здесь, на главной улице, у нас трехэтажный паб, — сказал Кен. — Он напрямую соединен с кинотеатром позади него, так что можно поесть и выпить пива, пока смотришь фильм.

— Как только отходишь от центральной части города, — сказал Хиро, — начинаются жилые районы. Здесь, на главной улице, только главный семейный дом, вот это здание.

— Это дом? Он огромный.

— Остальные жилые зоны построены кластерами. Есть три лесных модуля, два пляжных и один на скале. Мы в итоге выкупили каждый клочок земли, который смогли. Было несколько частных домов и домов для отдыха, но их владельцы были рады продать их по предложенным нами ценам. Мы все снесли и начали с нуля.

— Как вы все это оплатили? — спросил Джейсон. — Даже с моими золотыми деньгами в дополнение к вашему первоначальному капиталу, это гораздо больше того, о чем вы говорили, когда я уезжал. И это даже без учета магической инфраструктуры, которая может быть не видна, но я ее чувствую. Вы, должно быть, отвалили Сети немало за все это.

— На самом деле, многое пришло от Крейга Вермиллиона и его таинственных источников, — сказал Хиро. — Фарра отвечала за приобретения и знает об этой стороне дела больше меня. Я знаю, что она обменяла большую часть магических монет, которые ты оставил. Она не оставила себе намного больше, чем запас для тех из нас, у кого есть эссенции.

— Использование наших способностей также избавило нас от многих проблем, — сказал Хиро. — Я в основном делал то, что мне говорили, в магических частях. Фарра учила меня, но я все еще понимаю лишь часть того, что она делает. Что касается физического строительства, зданий и ландшафта, Кен был просто зверем.

— Способность перемещать землю и способствовать росту растений невероятна, — радостно сказал Кен. — Я как строительная компания и ландшафтный дизайнер в одном лице, да еще и с машиной времени.

Показав Джейсону центральную часть, они повели его осматривать жилые районы. Дома там состояли из тех же деревянных построек, что сливались с зарослями, — серия небольших жилых кварталов, построенных кластерами. Каждый дом был уникален, а не построен по шаблону, что придавало каждой зоне естественный и эклектичный вид.

Там были пляжные домики в ряд, выходящие прямо на песок, а также многоэтажные дома, окруженные пышной растительностью. Его любимыми стали чуть более отдаленные дома на скале, которые были вырублены в скале, с балконами, выступающими из скального выступа.

Фарра присоединилась, чтобы показать Джейсону магические аспекты, сменив Кена и Хиро. Эми понимала магические элементы лучше своего двоюродного дедушки, несмотря на лишь поверхностное обучение магии массивов. Она сопровождала Джейсона и Фарру.

Фарра объяснила особенности безопасности комплекса, и некоторые дизайнерские решения стали понятнее по мере того, как они продвигались. Узловая природа планировки, например, была защитной мерой. Вместо единой зоны с традиционными укреплениями, центральная зона плюс каждый из жилых хабов представляли собой индивидуальное ядро магической защиты. Если оборона одного из узлов оказывалась скомпрометирована, остальные могли восстановить и усилить ее.

Фарра также показала ему более секретные аспекты, о которых знали только Кен, Хиро, Эми и она сама. Ни Сеть, ни другие члены семьи не знали, что раскопки на скале были прикрытием для создания системы туннелей. Она соединяла различные узлы комплекса, а также служила безопасными сервисными туннелями для магической инфраструктуры.

Каждый из проходов размером с метро содержал двухстороннюю трамвайную линию, сочетающую магию и технологии. Трамвай в настоящее время не работал, как и освещение. Эми была в восторге, когда Джейсон использовал парящие частицы своего звездного плаща, чтобы освещать им путь, пока они передвигались пешком.

— Серьезно, сколько все это стоило? — спросил Джейсон.

— Кабал был очень заинтересован в доступе к некоторым магическим ресурсам, — сказала Фарра. — Я заключила несколько трехсторонних сделок с Кабалом и Сетью. Кстати, теперь, когда ты вернулся, тебе придется очень много мародерствовать.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Я в любом случае хочу продолжать охоту на монстров.

— Я действительно имею в виду «очень много», — сказала Фарра. — Я дала кое-какие обещания.

— Все в порядке. Ты проделала потрясающую работу со всем этим. Не могу поверить, что все это было сделано за шесть месяцев.

— Не недооценивай вклад твоего дяди и отца, — сказала Фарра. — Твой дядя нашел нам много очень осмотрительных строителей, которые не задавали вопросов, а нам было нужно, чтобы они их не задавали. Контакты твоего отца с экспертами в области строительства и инженерии вашего мира были неоценимы на этапах проектирования. Что касается самого строительства, талант Кена строить с помощью магии ничуть не уступает твоему в контроле ауры. Кроме того, я видела строительных големов, которые работают не так усердно, как он.

Самый главный секрет комплекса Фарра приберегла напоследок: еще один секретный туннель, отдельный от остальных. Длинный проход вел от главного дома в океан. Как и другие туннели, он имел двухстороннюю трамвайную линию, которая еще не была активна, поэтому им пришлось идти пешком.

Через несколько сотен метров подземный туннель переходил в стеклянный, проложенный по морскому дну. Это было похоже на пребывание в аквариуме; рядом с туннелем плавали многочисленные морские существа, и Джейсон чувствовал тонкую магию, привлекающую их.

— Приятная деталь, — сказал Джейсон.

— Это была моя идея, — сказала Эми.

— Правда? — спросил Джейсон.

— Действительно, — сказала Фарра. — Я немного подправила их проект, но не более того. Эми и Хиро разработали и внедрили систему привлечения рыб вместе.

— Хорошая работа, Малышка, — сказал Джейсон сияющей Эми.

В двух километрах от берега стеклянный туннель заканчивался — не какой-либо герметичной средой, а просто обрывался, упираясь в вертикальный лист воды, за которым был открытый океан.

— Что это? — спросил Джейсон.

— Укромное место для твоего облачного дома, — сказала Фарра. — Ты можешь установить его прямо в конце туннеля. Магия воздушной изоляции, подобная этой, очень эффективна при правильной настройке. Даже в вашем мире она может просто питаться от окружающей магии.

Джейсон подошел к водяной стене и ткнул ее пальцем. Она была довольно холодной.

— Это довольно круто, — сказал он. — Я хотел протестировать облачный дом под водой с тех пор, как Эмир сказал мне, что это может сработать. Я был наполовину готов, когда переехал обратно в Касселтон-Бич.

— Размещение его здесь, так далеко, также не даст твоему облачному дому нарушить магию комплекса своим вихревым аккумулятором.

— Я хотел спросить об этом, — сказал Джейсон. — Я чувствовал магическую защиту и вспомогательную магию, скрытую повсюду. Хватит ли окружающей магии, чтобы питать все это?

— Нет, — сказала Фарра. — Я на самом деле использовала кое-что из того, что узнала, изучая сеть, чтобы создать версию вихревого аккумулятора твоего облачного фляги, только менее мощную и гораздо большую. Я установила несколько таких в пустых зонах за пределами участка, и энергия поступает в комплекс.

— Нам следовало бы просто называть это городом, — сказал Джейсон.

— Даже с той магией, что мы получаем, ее все равно недостаточно, — сказала она ему. — Я приняла соответствующие меры. Во-первых, вся магическая инфраструктура города может работать на разных уровнях. Город сейчас необитаем, поэтому мы работаем на нулевой магии. И без обычного электричества тоже. Мы все еще дорабатываем дизайн магически усиленных солнечных панелей, которые будут питать все это. Я работаю с экспертом по магическим технологиям из Сети, предоставленным Асей.

— Потребуются ли духовные монеты для работы магии, когда все будет запущено? — спросил Джейсон.

— На самом низком уровне реальной эксплуатации только специфические функции потребуют добавления духовных монет, — объяснила Фарра. — Я также с самого начала спроектировала его так, чтобы он адаптировался по мере роста плотности магии в мире.

— Значит, чем хуже становятся дела, тем больше мы готовы им противостоять.

— Именно.

— Что станет хуже? — спросила Эми.

— Не бери в голову, Малышка, — сказал Джейсон, взъерошив ей волосы. — Дядя Джейсон и тетя Фарра спасут мир.

НОВЫЙ РИТМ

НОВЫЙ РИТМ

Джейсон, Фарра, Эми, Кен и Хиро стояли на главной дороге того, что Джейсон начал называть Деревней Асано. Он уже собирался открыть портал в Касселтон-Бич, когда телефон Фарры пискнул.

— Вторжение третьей категории, — сказала она, проверив сообщение. — Готов снова в седле?

— Послушать тебя, так «третья категория», — сказал Джейсон. — Ты совсем одичала.

— Я одичала? Ты жарил мясо гигантского червя в деревенском ларьке на второй день пребывания в моем мире.

— Так как нам попасть в Сидней? — спросил Джейсон. — У меня теперь хватает дальности, чтобы открыть портал прямо туда, но я не могу отправить бойца серебряного ранга.

— Не волнуйся, — ответила Фарра. — У меня есть человек.

— Но остальных ты можешь перенести порталом, верно? — спросил Хиро. — Ты наш транспорт.

* * * — Погоди, это и есть твой человек? — спросил Джейсон, почувствовав приближающуюся ауру.

— Ты чувствуешь его с такого расстояния? — удивилась Фарра. — Что у тебя за безумное восприятие?

— Это ненормально?

— Нет, — сказала она, поворачиваясь к растущей точке в небе. — Видишь, какой быстрый у него наколдованный вертолет? Его напарник выкупил половину доли Кайто в их вертолетном чартере, и теперь он работает на Сеть. Они платят лучше.

— С ним Грег и Ася, — сказал Джейсон. — Они пробиваются к бронзе, но я не чувствую от них Ядер. Для вертолета он очень тихий.

— Ты можешь сказать это отсюда? — спросила Фарра. — Я едва его слышу, а у меня восприятие серебряного ранга. Он тихий для вертолета, но это все еще вертолет.

Джейсон странно на нее посмотрел.

— Что? — спросила она.

— Я просто думал о времени, проведенном вместе в твоем мире. Тот факт, что теперь у тебя есть с чем сравнивать шум вертолета, просто поражает меня. Ты носишь джинсы.

— Мне нравятся джинсы. Вижу, ты наконец перестал носить одежду, которую подобрал на той стороне.

— Я постоянно ввязывался в драки. Базовое самовосстановление не может исправить всё, а у меня осталось всего пара костюмов. Почему Грег и Ася не используют Ядра? Ты заставляешь Грега сражаться с монстрами?

— Он сам хотел сражаться с монстрами.

— Конечно, он хотел сражаться с монстрами. Он же огромный ботаник.

— На самом деле он довольно хорош. Не в том, чтобы, знаешь, тыкать мечом, но у него универсальный набор способностей поддержки. Тут важнее выбор времени и рассудительность.

— У меня в команде есть такая, — сказал Джейсон. — Интересно, как она там. Хотя я не уверен, что одобряю участие Грега в полевых операциях. А как насчет Аси?

— Сеть готовилась к проблемам с тех пор, как начались отключения электросети. Они обучают всех, кто готов. У нас сейчас три потока обучения. Один для пользователей Ядер, желающих переучиться, второй для тех, кто начинает с нуля по нашим методам, и третий для пользователей Ядер, сосредоточенных на нетрадиционных подходах.

— Нетрадиционных, это как?

— Как твой брат. Мы используем Ядра, чтобы развивать его способности, а его обучение адаптировано из подготовки военных пилотов. Он отлично справляется с функциями поддержки и авиационной поддержки.

— Он отправляется в прото-пространства?

— Все в порядке.

— У него дети. Маленькие дети. Что, если с ним что-то случится?

— А что, если что-то случится с тобой? — парировала Фарра. — Ты думаешь, Эми готова снова потерять дядю Джейсона? И посмотри на все, что здесь происходит.

Она обвела рукой деревню, которая была построена в его отсутствие.

— Ты — опора, на которой все держится. Со временем Клан Асано сможет стоять на своих ногах, но они еще не там.

— Мы не клан.

— Расскажи это японцам.

— При чем тут японцы?

— Тебе действительно нужно поговорить с Кетеван.

Вертолет Кайто пролетел над деревней и опустился на вертолетную площадку на крыше главного здания.

— Разве должно быть только одно это большое здание посреди деревни? — спросил Джейсон. — Немного элитарно, не так ли?

— Мы называем его Домом мэра, — сказала Фарра.

— Кто мэр? Пожалуйста, не говори, что Эми.

— Нет, это Эрика. Она закончила свое телешоу и взяла на себя семейные дела.

— Ладно, это хорошо, — сказал Джейсон.

Пара запрыгнула на несколько этажей вверх на вертолетную площадку на крыше: Джейсон — благодаря силе бронзового ранга и своему плащу, Фарра — благодаря чистой мышечной силе. Боковая дверь вертолета сдвинулась, открыв Грега и Асю внутри.

— Вы не боитесь задеть лопасти вертолета, запрыгивая вот так? — громко спросил Грег из-за шума вращающихся винтов.

— Нет, — крикнул в ответ Джейсон. — Если ты правильно выполняешь тренировки на мобильность, это никогда не должно быть опасностью. Фарра, ты позволяла ему пропускать тренировки на мобильность?

— Конечно, нет.

Джейсон и Фарра вошли в салон, который больше напоминал пассажирский отсек частного самолета, чем вертолета. Джейсон даже сосредоточил свои чувства, чтобы проверить, нет ли здесь манипуляций с пространством. Дверь сама закрылась за ними, полностью заглушив внешний шум. Грег и Ася уже сидели, одетые в черную форму, стандартную для тактических групп реагирования Сети.

— Тебе нужно это снять, — сказала Фарра Асе, которая неловко взглянула на Джейсона, прежде чем кивнуть и снять черный тканевый браслет. Джейсон мог чувствовать базовые свойства ее ауры, но с удалением браслета эмоции Аси стали очевидны. В основном это была нервозность.

— Привет, — поздоровался Джейсон, садясь напротив нее. Уголки его рта тронула улыбка.

— Привет, — сказала она.

— Рад, что это не неловко, — ухмыльнулся Грег, пересаживаясь на место рядом с Асей.

— Уйди, — сказала она ему, и он отодвинулся.

— Я никогда не закончу старшую школу, — проворчал он.

* * * Выйдя из проема в прото-пространство, Джейсон огляделся. Скалистые утесы из темно-серого камня возвышались слева и справа от него, а полоса неба между ними бурлила грозовыми тучами и гремела громом. Он немедленно углубился в ущелье, по мере того как из проема выходили другие люди. Дно ущелья представляло собой ручей, текущий по рыхлым камням.

* Вы вошли в нестабильную физическую реальность. Ваше присутствие замедлит скорость ее дестабилизации.

— Не лучшее место для базового лагеря, — заметил Джейсон.

Вокруг него появился плащ, и он подпрыгнул прямо вверх. Теневые руки вытянулись из его плаща с обеих сторон, и он использовал их, чтобы схватиться за скальные стены и подбросить себя выше. За последние полгода он использовал их все более независимо от своих настоящих рук.

За время своего отсутствия Джейсон сделал больше, чем просто развил свои способности. Точно так же, как он работал над контролем своей ауры, улучшилось его мастерство владения другими силами. Это было не просто развитие способностей сущности, а совершенствование навыка их применения.

Взлетев над вершиной ущелья, он оглядел ландшафт, медленно опускаясь на одну сторону. Это была выжженная земля из темной почвы и голого камня, лишь с несколькими почерневшими деревьями, разбросанными по ландшафту. Судя по тому, что он видел, ущелье, на вершине которого он стоял, было частью огромной паутины расщелин и оврагов.

Фарра вылетела из ущелья на огненных крыльях, в сопровождении горстки разведчиков Сети, которые тут же умчались прочь. Огненные крылья Фарры были не лучшим средством для полета, им не хватало силы, контроля и скорости. Обычно она избегала летать с ними после того, как облачалась в броню, так как они едва могли ее поднять. Однако у крыльев были другие достоинства, и сила Джейсона дала им четкое указание на то, кто несет за это ответственность.

Способность: [Крылья Мирового Феникса]

* Трансформировано из способности [Иномирянина] [Крылья огня].

* Создает огненные крылья, позволяющие летать. Пока крылья активны, добавляет урон разрушительной силы ко всему урону от огня и жара. Этот эффект потребляет ману.

* Крылья можно взорвать, чтобы нанести урон от огня и разрушительной силы ближайшим врагам, одновременно подвергая себя и союзников мощному лечебному эффекту и очищению, которое воздействует на магию и яды. Сила лечебного эффекта на себе значительно выше, чем на союзниках, и очень эффективна при катастрофических повреждениях и ранениях.

* Последующие призывы крыльев будут иметь уменьшенный бонус, медленно восстанавливая силу в течение 24 часов. Крылья нельзя взорвать снова, пока сила способности полностью не восстановится.

Крылья сделали пламя Фарры гораздо более эффективным против бестелесных существ и магической защиты, хотя это еще больше усугубило ее проблемы с потреблением маны.

— В этом пространстве много монстров серебряного ранга, — сказал Джейсон. — Мы уверены, что это пространство серебряного ранга?

— Уверены, — сказал боец серебряного ранга, поднимаясь из ущелья на порыве ветра. Это был Коэн Уотерс, директор по тактическим операциям Сиднейского отделения. — Не-ADE вторжения третьей категории начали появляться в пространствах вторжения третьей категории еще до того, как вы двое появились. Впрочем, за последний год ситуация обострялась, особенно пока вы отсутствовали, играя в Дэвида Кэррадайна.

— Кто? — спросила Фарра. — Я здесь уже год и до сих пор понятия не имею, о ком вы, люди, говорите.

— Вы не видели Кунг-фу? — спросил Коэн.

— Это еще одно старое телешоу? — спросила Фарра. — Что с вами не так? Сестра Джейсона заставила меня посмотреть Воздушный волк, и это было ужасно.

— Что заставляет вас думать, что здесь много вторжений третьей категории? — спросил Коэн Джейсона.

— Я чувствую их. И ваших людей в ущелье. Вы формируете землю в пространстве для базового лагеря?

— Мы обустроимся и наверху, — сказал Коэн. — Пройдет немного времени, прежде чем мы обезопасим пространство и начнем зачистку, но ваше присутствие здесь означает, что нам не нужно спешить. Дополнительное время, которое вы продлеваете стабильность пространства вторжения, плюс добыча, делают ваше присутствие здесь стоящим, даже если вы проведете все время в шезлонге.

— Думаю, я пропущу шезлонг и пойду разберусь с парой тех серебряных, — сказал Джейсон и умчался прочь.

Коэн вздохнул, наблюдая, как Джейсон проносится по земле с невероятной скоростью.

— Вижу, он не работал над навыками сотрудничества, пока его не было. Он действительно может чувствовать монстров отсюда?

— Ты только что вздохнул? — спросила Фарра.

— Э-э… нет.

— Ты все еще дышишь? Тебе не должно быть нужно дышать на серебряном ранге. Ты не выполнял те упражнения, которым я тебя учила?

— Я пойду проверю, как идет обустройство лагеря, — сказал Коэн, жестикулируя большим пальцем, а затем прыгнул обратно в ущелье.

* * * Джейсон мог бы использовать Тень для перемещения, но решил отправиться пешком. За время своего отсутствия он работал над использованием своих способностей, но не все было новым. Еще в Дельте Мистран Джейсон разработал технику бега, которая использовала его плащ для увеличения скорости, сохранения энергии и навигации по местности. С его атрибутом скорости на верхнем пределе бронзы он пересмотрел эту технику с улучшенной ловкостью, рефлексами и скоростью по прямой линии, которую это повлекло за собой.

В результате он передвигался по пересеченной местности прото-пространства как призрак, почти скользя по воздуху. Прыгающая, слегка неровная походка прошлого теперь стала плавной, как у судна на воздушной подушке.

Приближаясь к первому монстру серебряного ранга, Джейсон почувствовал вокруг него стаю более мелких, слабых монстров железного ранга, а также несколько бронзовых. Главным монстром оказался гигантский черный ящер с серебристо-белыми светящимися глазами, в то время как вспомогательные существа были элементалями. Элементали ветра и молнии танцевали в воздухе, как лепестки одуванчика, а элементали земли роились вокруг ног существа.

— Гордон, — сказал Джейсон, не замедляя приближения. Рядом с ним появился фамильяр. Обычная скорость полета Гордона не могла сравниться со скоростью Джейсона, поэтому он держался в темпе, используя свою способность рывка.

Монстры почувствовали их приближение, как только появился Гордон, и элементали пришли в неистовство. Они бросились вперед, и Гордон перестал использовать рывок, когда они вошли в его значительный радиус действия. Четыре ярких луча энергии, два оранжевых и два синих, пронеслись сквозь монстров железного ранга с аннигилирующей силой.

Синие лучи разрушительной силы были погибелью для аморфных элементалей ветра и молнии, уничтожая их с треском, как насекомых, попавших в электрическую ловушку. Оранжевые лучи резонирующей силы вонзились в элементалей земли, словно бурили нефть. Немногие элементали бронзового ранга продержались немного дольше, но Гордон был на высоком уровне бронзы и был идеальным оружием против таких существ.

Джейсон проигнорировал элементалей, двигаясь прямо на ящера размером со школьный автобус. Джейсон почувствовал магический предвестник атаки и дернулся в сторону, не замедляя движения, когда молния вырвалась из глаз ящера и промелькнула мимо него. Он оказался перед ящером, наколдовав кинжал в руку.

— Тень.

Несколько тел Тени окружили существо. В прошлом Джейсон использовал бы их для проведения ударов «ударил-отбежал», нанося пару специальных атак, а затем отступая, чтобы применить заклинания, прежде чем двигаться дальше и позволить своему набору афликций сделать свою работу.

Это было не то, что Джейсон сделал с ящером. Его кинжал сверкнул, нанося удары, как швейная машинка: быстрые, неглубокие, в непрекращающемся стаккато. Удар за ударом, каждый из которых наносил афликции специальной атаки плюс афликции кинжала. Вместо того чтобы заранее уклоняться с помощью теневых прыжков, он полагался на свое мастерство, чтобы избегать ящера, продолжая атаковать.

Огромный ящер метался и пытался укусить его, но Джейсон использовал его размер против него, оставаясь вплотную, его кинжал не останавливался ни на секунду. Он перепозиционировался, чтобы получить лучший угол для атаки на Джейсона; только тогда он совершил теневой прыжок к одному из тел Тени, его работа кинжалом едва замедлилась.

Хотя Джейсон захватил инициативу, ящер все еще представлял угрозу. У него не было рефлексов пользователя сущности серебряного ранга, но он все равно был дьявольски быстр для своего размера. Его сила заставила бы даже Фарру призадуматься. Когда он задел Джейсона ударом хвоста, это разбило накопленные щиты от его амулета и ударило его в торс, как несущийся автомобиль.

Его отбросило по воздуху, прежде чем легкость плаща позволила ему дрейфовать до плавной остановки. Исцеление от Колина и щиты преобразованного амулета вступили в дело, пока Джейсон парил в воздухе там, где его ударили. Он протянул руку к монстру.

— Твоя кровь принадлежит не тебе, а мне, чтобы я мог пировать.

Жизненная сила вытекла из ящера в Джейсона. Ящер ответил, открыв пасть и выплюнув шар молнии, который поплыл к Джейсону, который был открыт, дрейфуя в воздухе. Джейсон использовал свой плащ как тень, чтобы прыгнуть сквозь него, как раз перед тем, как шар молнии взорвался в пространстве, которое он только что занимал. Он появился из одного из тел Тени, когда вокруг него проявился новый плащ, немедленно возобновив свои атаки.

Скорострельные удары его кинжала представляли собой фундаментальное изменение в подходе Джейсона к бою. Он давно отказался от быстрых убийств как от невозможных из-за отсутствия атак с мгновенным уроном. Вместо этого он смирился с медленным и верным путем к победе. Когда он нашел время переоценить свои способности, Джейсон пересмотрел и это предположение, разработав новую боевую динамику.

С самого начала Неотвратимый рок был коронной способностью Джейсона, и только его фамильяры были более культовыми в его репертуаре. Это было критически важно для его боевого стиля, позволяя ему отступать, пока способность накладывала больше каждой афликции, которую он применял. Он использовал ее сейчас на ящере, вместе с другими заклинаниями афликций, распевая заклинания, даже когда уклонялся от конечностей и укусов ящера. В этот раз, однако, это было лишь дополнение.

Джейсону было все равно, слабы ли его удары швейной машинки, лишь бы они нашпиговали ящера афликциями. Монстр уже шатался, когда на него обрушилась волна некроза. Джейсон легко подпрыгнул, а затем оттолкнулся от ящера обеими ногами, улетая назад благодаря легкости плаща, пока произносил другое заклинание.

— Пострадай от цены своих прегрешений.

Возмездие нанесло урон, основанный на уже наложенных афликциях, что опустошило ящера. Он был спотыкающимся обломком. Даже так, стойкость серебряного ранга сохранялась. Чувствуя свою кончину, ящер сделал последний ход. Треть элементалей еще не была уничтожена Гордоном. Они внезапно приблизились к ящеру, как шлюпки, попавшие в водоворот. Они боролись, чтобы сбежать, но сила, притягивающая их, не позволяла этого, и они были поглощены телом ящера.

Джейсон почувствовал силу, накапливающуюся внутри монстра, и вернулся к своему обычному весу, ловко опустившись на землю и открыв портальную арку в свое духовное хранилище. Он нырнул внутрь, Гордон и тела Тени быстро последовали за ним. Изнутри своего духовного хранилища Джейсон почувствовал разрушение арки. Тьма внутри соответствующей арки в хранилище исчезла, оставив арку пустой.

* Вы победили [Малый грозовой ящер].

Джейсон использовал свою способность портала, Путь теней, на пустой арке. На поле боя, которое Джейсон только что покинул, арка поднялась из пола недавно образовавшегося кратера. Джейсон вышел и огляделся. Расширив свои чувства, он нашел кусочек почерневшей плоти и провел по нему пальцами.

* Хотите собрать добычу с [Малый грозовой ящер]?

Шагая из кратера, Джейсон устремил взгляд в небо, глядя на далекий дрон, который Коэн отправил следовать за ним. Позади него радужный дым поднимался из точек вокруг кратера, как стримеры, из каждого места, куда разлетелся взорванный кусок монстра. Затем он скользнул по земле в направлении следующего монстра серебряного ранга.

* * * В базовом лагере Коэн перематывал запись с дрона.

— Что ты ищешь? — спросил его Найджел.

— Метку времени, — сказал Коэн, ставя запись на паузу. — Мы только что наблюдали, как одиночка второй категории уничтожил рой элементалей и монстра третьей категории размером с вагон поезда за сорок три секунды.

К ВЕРТОЛЕТУ

К ВЕРТОЛЕТУ

Кайто был снабжен разнообразными камнями пробуждения, направленными на создание полезных дополнений к его основной силе. Коэн Уотерс увидел потенциал в способностях Кайто. Он заставил Сеть завербовать его и предоставить камни, чтобы завершить его набор сил. Они начали с обычных камней, таких как камни пробуждения оружия и различные стихийные камни. Менее распространенными были камни пробуждения зрения и дальности.

Результатом стал комплексный набор способностей, который превратил Кайто и его вертолет в высокополезный актив для Сети. Его вертолет не был хорошо приспособлен для противостояния мощным монстрам, но был высокоэффективен при уходе от погони и борьбе с теми видами более слабых врагов, которые появлялись в большем количестве, чем их более мощные собратья.

Истинная ценность вклада Кайто была двоякой — и ни один из факторов не заключался в охоте на монстров. Первый заключался в том, что он мог быстро и безопасно развертывать тактические подразделения или припасы по всему пространству вторжения. Второй — в улучшении, которое это принесло возможностям командования и управления группы реагирования на вторжение.

Транспортное средство Кайто по размеру находилось между военным транспортным вертолетом и большим коммерческим вертолетом, будучи при этом быстрее и маневреннее обоих. Он мог изменять вертолет буквально на лету, переконфигурируя интерьер под свои нужды в любой момент. От роскошно просторного пассажирского транспорта до эффективной посадки войск и грузового пространства, в комплекте с погрузочной платформой, вертолет мог выполнять любую роль, которую от него требовали.

Что действительно приводило в восторг директора по тактическим операциям, так это ценность вертолета как мобильного командного ретранслятора. У вертолета была система связи, которая была такой же полезной, если не более, чем интерфейс группы Джейсона. Она была способна дополнять обычные технологии связи для надежной работы в магически насыщенных зонах. Она также могла служить сенсорной платформой, благодаря силам Кайто. Его способности могли собирать и передавать видеопоток и сенсорные данные с самого вертолета, а также с удаленных вспомогательных единиц.

Этими вспомогательными единицами были два полуавтономных варианта дронов, которые Кайто мог создавать с помощью способностей своей сущности транспортного средства. Один тип представлял собой трио небольших ударных единиц, оснащенных пехотным оружием. Более полезными были полдюжины дронов наблюдения, у которых не было оружия, но которые могли преодолевать большие расстояния на высокой скорости. Они несли высококлассные видео- и аудиосистемы, а также сенсорную способность отслеживать магию и ауры.

Дроны наблюдения Кайто были улучшением по сравнению с двумя разновидностями, которые использовала Сеть. Немагические, которые они использовали, имели значительные проблемы с надежностью в магических зонах. Магические были намного лучше, но питались духами-монетами, ограниченным и дорогостоящим ресурсом. Дроны Кайто использовали его ману и могли надежно передавать видео, аудио и сенсорные данные на вертолет, в базовый лагерь или и туда, и туда.

Сенсорные комплекты, доступные дронам и самому вертолету, были любезно предоставлены силой восприятия Кайто. Это было похоже на то, к чему получали доступ многие специалисты по призыву. Вместо того чтобы усиливать свои собственные чувства, по крайней мере на железном ранге, он наделял силой восприятия что-то другое. Вместо призыва, как это было типично, объектом были сенсоры его вертолета, обеспечивающие магическое и аурическое восприятие, которое превосходило обычного бойца железного ранга. Более обыденные сенсорные системы были частью способности призыва вертолета, хотя эти системы были магически усилены.

Управление дронами и управление вторичными системами осуществлялось из кабины. Вместо физической приборной панели с дисплеями и экранами была только гладкая, минималистичная панель управления. Все системы отслеживались через очки дополненной реальности, которые могли предоставлять или устранять любые дисплеи по мере необходимости, от потоков дронов до систем вертолета.

Управление вторичными системами мог осуществлять пилот, но наиболее эффективным оно было под управлением второго пилота, по какой причине Сеть снабдила вертолет экипажем. Экипаж Кайто из трех человек в итоге состоял из Аси и Грега, которые знали Кайто годами, а также бойца третьей категории, чья работа заключалась в том, чтобы вмешаться, когда появлялось что-то большое и неприятное.

Грег занял место второго пилота. Кайто учил его управлять вертолетом, но его истинная роль заключалась в управлении дронами, сенсорами и связью. Его выбрали как из-за существующей связи с Кайто, так и из-за его выдающегося таланта к многозадачности.

Ася была боевой поддержкой. Она была несколько излишней с бойцом третьей категории на борту, но помимо того, что ее готовили к более высокому рангу, ее набор сил давал ей полезную нишу. С ее оружием, сущностями сбора и адепта, формирующими мастер-слияние, она быстро становилась экспертом-снайпером и общим стрелком поддержки.

Она завершила свой собственный репертуар способностей с учетом этой роли, завершив свой набор сил только после того, как была назначена на вертолет. Она выбрала некоторые камни пробуждения специально, чтобы добавить варианты более тяжелого оружия к своему первоначальному подходу точного снайпера.

Боец серебряного ранга не был стрелком дальнего боя, как Ася. Рут не выглядела как российский бодибилдер, скорее как будто она съела российского бодибилдера и хотела подраться с медведем, чтобы сжечь углеводы. Это была бы победа в одни ворота, учитывая способности бойца серебряного ранга. Ее сущности мощи, скорости и руки объединились, чтобы сформировать слияние натиска, делая ее электростанцией скорости и силы с кулаками-таранами. Она преуспела в перехвате и уничтожении опасных нападающих, что было именно ее ролью в экипаже вертолета.

Несмотря на наличие рук толщиной с голову Грега, Рут была несоответствующе милой и дружелюбной, с непоколебимой уверенностью, которую ее товарищи более низкого ранга находили обнадеживающей.

* * * Вертолет Кайто двигался высоко над землей в прото-пространстве, с секцией войск Сети в задней части. Случайный элементаль ветра или молнии приближался, в этот момент вступали в игру дополнительные способности Кайто. Дорогой камень пробуждения измерения дал Кайто выдвижную пушку для его вертолета, которая стреляла быстрыми очередями боеприпасов разрушительной силы, что было эффективно для отпугивания даже элементальных вариантов бронзового ранга от приближения. Этого было недостаточно, чтобы убить их, но убеждало их свернуть в сторону в поисках более слабой добычи.

— У меня летун второй категории, быстро приближается на десять часов, — сказал Кайто, когда на сенсорах кабины появился сигнал. Текущая конфигурация кабины имела четыре места для экипажа, с базовой установкой для перевозки войск в основном отсеке.

— Быстрый или жесткий? — спросила Рут.

— Быстрый, — сказал Кайто. — Твоя очередь, Ася.

Небольшая панель рядом с Асей открылась, впуская порыв воздуха. Ася наколдовала снайперскую винтовку и высунула ствол через панель, целясь в прицел.

— Меняю траекторию, чтобы дать тебе выстрел, — сказал Кайто. Вскоре после этого черный ящер с огромными крыльями попал в прицел Аси.

У Аси была способность игнорировать разницу в рангах, которая была больше похожа на способность Фарры, чем Джейсона; это была способность сущности, а не развитый расовый дар. Даже так, получить убийство с одного выстрела монстра бронзового ранга было маловероятно, учитывая прочность монстров.

Ася все еще могла пойти на убийство, ее набор сил позволял ей собирать и конденсировать окружающую магию для одного мощного выстрела. Если бы она могла попасть в голову, этого могло быть достаточно, чтобы свалить существо, учитывая, что летающие монстры обычно не такие прочные, как их наземные собратья.

Вместо того чтобы рисковать высокоимпульсным выстрелом в относительно небольшую голову монстра, однако, она нацелилась на широкие крылья. Она использовала специальную атаку, которая взорвалась в радиусе поражения. Сила не соответствовала прямому попаданию, но она задела одно из крыльев существа. Монстр не был искалечен, но был достаточно ранен, чтобы упасть, быстро теряя высоту.

— Отлично, — сказал Кайто.

Он заметил, что Грег смотрит в пустоту.

— Что такое? — спросил Кайто.

— Я только что наблюдал за Джейсоном через один из дронов, — сказал он. — Я видел, как он сражается, только на отрывочных кадрах с дронов до того, как он ушел. Это не похоже на него, весь в черном и зловещий.

— Это в точности похоже на него, — сказал Кайто. — Такой мелодраматист.

— Я бы хотела увидеть эту запись, — сказала Рут. — Можешь прислать ее мне?

— Конечно, — сказал Грег.

Рут надела очки дополненной реальности, висящие на спинке сиденья Грега перед ней.

— Отмена, — сказал Кайто. — Мы приближаемся к точке сброса.

Грег передал по рации секции войск в тылу, приказывая им готовиться к развертыванию. Кайто опустил вертолет до двухсот метров и перевел его в режим зависания. Обычно он опускался ниже, но в этом конкретном прото-пространстве было много летающих монстров.

В заднем отсеке боковая сторона вертолета сдвинулась, когда панель на полу отодвинулась, чтобы показать то, что выглядело как небольшая ветряная турбина, направленная вверх. Она начала нагнетать воздух, который странным образом собирался перед открытой боковой панелью, мерцая на месте.

— Вперед! — крикнул командир секции, и первый десантник бросился сквозь мерцающий воздух и из вертолета, падая вниз. Часть мерцающего воздуха прикрепилась к нему, когда он прошел сквозь него. Вся секция выпрыгнула, один за другим, устремляясь к земле.

Прямо перед тем, как они приземлились, мерцающий воздух вокруг них сжался в подушку, мягко опустив их на землю, прежде чем рассеяться в порыве ветра. Вернувшись на вертолет, боковая дверь закрылась сама, и Кайто взял курс на следующую цель.

— Должен сказать, — сказал Джейсон из задней части кабины, — я немного раздражен тем, насколько хорошо это сработало.

Экипаж вертолета повернулся, чтобы посмотреть на него с удивлением.

— Я собирался дать вам сущности крысы, змеи и скунса, — продолжил Джейсон. — Честно говоря, жаль, что я этого не сделал.

— Как ты сюда попал? — спросил Кайто.

— У меня есть магические силы. Как вы до сих пор этого не знаете?

— У меня есть способности безопасности, — сказал Кайто. — Сенсорные способности.

Рут усмехнулась, обменявшись с Джейсоном забавным взглядом.

— Тирания ранга, младший брат.

— Ты младший брат, — сказал Кайто.

— Это может быть правдой в мире, Кай, — сказал Джейсон, — но не здесь. Это мое королевство.

* * * Джейсон и Ася шли по набережной Касл-Рич. Трава вела к белому песку на одной стороне улицы, в то время как на другой были кафе и витрины. Ася и Джейсон направлялись в магазин мороженого.

— Это мое королевство, — процитировала Ася. — Серьезно?

— Слишком? — спросил Джейсон.

— Слишком? Это было до боли неловко. Не так грустно, как Грег, постоянно говорящий людям «к вертолету» с сомнительным акцентом, но нехорошо.

— Я думал, это круто, — сказал Джейсон.

— Нет. Это также было довольно подло.

— Кайто заслуживает этого.

— Это жалоба мальчика. Пора тебе стать мужчиной.

— Ой. Грег думал, это круто.

Ася посмотрела на него безэмоционально.

— Я не помогаю своему делу, да?

— Грег отличный, — сказала Ася. — Но он также немного двенадцатилетний. Мужчина носит футболки с Черепашками-ниндзя на брифинги.

— На брифинги о борьбе с монстрами из другого измерения с использованием магических сил. Футболки с Черепашками-ниндзя должны быть униформой.

— Не думаю, что Кетеван понравится иметь дело с вами обоими сразу, — сказала она со смехом.

— Что происходит со способностями Грега? — спросил Джейсон. — Разве эта комбинация не должна была дать ему магико-техническое слияние?

— Дала.

— Каждый магико-технический парень, которого я видел в Сети, помешан на высокотехнологичных гаджетах и прочем. Они наполовину Джеймс Бонд и наполовину Железный человек. Как Грег оказался весь в стимпанк-Тесла?

— Тебе не нравится его турель с электрическими гвоздями?

— Нет, она потрясающая, я просто интересуюсь.

— Знаешь, нам все еще нужно поговорить о делах Сети. Технически, именно для этого мы и встречаемся.

— Ты уверена, что я не могу рассказать тебе еще одну героическую историю о моей поездке?

— Ладно, — сказала Ася с уступчивостью, которую Джейсон сразу нашел подозрительной. — Ты случайно не столкнулся с Ли Ли Мэй, пока был в Китае?

— Кто? — невинно спросил Джейсон. — О, представитель Сети, которая приходила сюда однажды. Я совсем не помню, чтобы она была суперкрасивой.

— Кто сказал, что она красивая?

— Итак, — сказал Джейсон, его голос стал на пол-октавы выше. — Время вникнуть в дела Сети, говоришь?

— Нет, — сказала Ася, указывая на магазин, перед которым они теперь стояли. — Время для мороженого.

— Верно, да, — сказал Джейсон, толкая дверь.

— Как долго ты был в Китае? — спросила Ася, когда они вошли внутрь.

— Знаешь, я, может, просто возьму ванильное. Люди смотрят на него свысока как на простой вкус, но правильная ваниль может быть очень вкусной.

— Это то самое отношение, из-за которого ты бегал за Эми, как щенок, в школе.

— Поверни нож, почему бы и нет?

* * * На палубе плавучего дома Ася и Джейсон сидели рядом за столом. Ася рассказывала ему о важных вещах, которые он пропустил за время своего отсутствия.

«…ускоряющийся темп проявления, который ты уже видел сам. Новые программы обучения начинают приносить плоды, но в районах за пределами Австралии потребуется время. Новые протоколы обучения, которые мы разработали с участием Фарры, показывают свои эффекты здесь, но международные партнеры теперь должны вернуться и работать со своими людьми. Даже тогда мы говорим о программах обучения, которые были разработаны и внедрены в критически короткие сроки. Самый большой дефицит — это опыт».

— Есть только одно решение нехватки опыта, — сказал Джейсон, — и это выйти и получить его.

— Мы прогнозируем значительные проблемы. В краткосрочной перспективе мы ожидаем резкого увеличения числа жертв.

— Это реалистично, — сказал Джейсон. — Сеть никогда не будет сражаться так, как они делают в другом мире, и было бы глупо пытаться. Им нужно учиться на том, чему может научить Фарра, но найти способ использовать это так, чтобы это работало для них. Все, что Фарра действительно пыталась передать, — это принципы, а также такие вещи, как улучшенная методология медитации. Она не может превратить всю Сеть в искателей приключений за шесть месяцев.

— Нет, теперь это на нас. Знаешь, первоначальная идея заключалась в том, чтобы ты был учителем.

— Тебе лучше, поверь мне. Это вопрос темперамента.

— О, я верю тебе.

— Эй…

— Последнее, что нам нужно обсудить, — это образ, который ты создал за время своего отсутствия.

— Я пытался избежать создания образа.

Ася открыла видео, изображающее человека в плаще звездного света, сражающегося с людьми во вьетнамских трущобах.

— По большей части, — добавил Джейсон. — Если Сеть не хочет, чтобы я хвастался, вы должны перестать пытаться меня похитить.

— Мы нагрянули на Ханойское отделение так же, как на Лион. Тревожно, но мы получили точно такой же результат, как только начали копать.

— В смысле?

— Адриен Барбу.

— Ты шутишь. Я думал, он не появлялся.

— Мы пока держим это в тайне. Мы считаем, что он работает с ЭОА, передавая им информацию от своих старых контактов в Сети. Мы в настоящее время пытаемся внедриться в эти контакты, чтобы получить что-то конкретное, чем мы можем прихлопнуть ЭОА. Мы не можем просто обвинить их в организации отключений электроэнергии и пойти против них без доказательств, потому что Кабала не потерпит этого. Сеть — сильнейшая из мировой магической триады, но мы не сильнее двух других вместе взятых. Если мы начнем действовать в одностороннем порядке против ЭОА, Кабала встанет на их сторону из страха, что мы пойдем за ними следом.

— Почему ты вообще рассказываешь мне это?

— Наши аналитики думают, что Барбу взял на себя роль твоего публициста.

— Что? — спросил Джейсон.

— Мы постоянно мониторим медиа на предмет потенциальных утечек, — объяснила Ася. — Когда ты стал более открытым после Ханоя, мы уделили дополнительное внимание любому вниманию СМИ, связанному с твоей деятельностью. Мы поняли, что кто-то собирает кусочки вместе и тихо подбрасывает крошки для других, чтобы они их нашли.

— Зачем?

— Мы не знаем. Мы наткнулись на идею, что Барбу может быть человеком за занавесом, потому что мы изучали его старые контакты. Что касается его мотиваций, лучшее, что мы придумали, — это то, что магический человек, тайно бегающий по миру и совершающий добрые дела, соответствует повестке ЭОА по выведению магии на свет. Они могли увидеть, что мы не подавляем тебя, и попытались воспользоваться этим.

— Он выставляет меня в хорошем свете?

— Это спорно. Мы видим много маргинальных разговоров вокруг персоны Звездного Ангела/Звездного Всадника, но конспирологи не склонны смотреть на вещи в позитивном свете.

— Я исцелял больных.

— Но делал ли ты их больными в качестве оправдания для имплантации устройств слежения? Тестировал ли ты биологическое оружие для использования, когда ваши люди начнут вторжение?

— Они думают, что я инопланетянин?

— Ты инопланетянин.

— Теперь да, но они этого не знают. Я с побережья Среднего Севера, а не с середины севера Андромеды.

— Ты действительно ничего не знаешь об астрономии, да?

— Потому что я не инопланетянин!

ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ ТВОИХ ПРИНЦИПОВ

ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ ТВОИХ ПРИНЦИПОВ

— Хлоя, приятно слышать тебя, — сказал Джейсон, когда открылся видеочат. — Как ты?

— Я останавливаюсь у сестры, — сказала она. — Это было мило, но я все больше готова уйти.

Джейсон усмехнулся. — Как парень, который сбежал от своей семьи на шесть месяцев, я полностью понимаю.

— Ну, каковы бы ни были твои причины, вся Западная Африка выиграла, даже если они этого не знают. Что, собственно, и стало причиной моего звонка.

— Вспышка снова разгорается?

— Нет, дело в тебе. Я разговаривала со своими коллегами, и со многими из них связался журналист-расследователь.

— Я не думал, что они еще существуют. Разве сейчас это не просто идеологи и пересказанные пресс-релизы?

— Это зависит от того, кто готов платить, а кто-то платит за авиамили в этом деле. Люди, которые говорят со мной, не говорят с ними, но рано или поздно кто-то заговорит.

— Я знаю, что кто-то выталкивает меня в центр внимания из теней, — сказал Джейсон зловеще. — Это враг, которого я приобрел по пути.

— Я должна думать, что у кого-то вроде тебя есть другой вид врага, чем у кого-то вроде меня, — сказала Хлоя. — Мой самый большой враг обошел меня в борьбе за хорошее парковочное место в больнице, где я раньше работала.

— Мой враг держал моего друга в плену и… скажем так, да, разные виды врагов.

* * * Зал заседаний Четырех кардиналов ЭОА казался огромным, с высокими потолками и широкими стенами, будучи при этом почти полностью пустым. На одной стене был большой монитор, посередине — квадратный стол, который казался крошечным, учитывая масштаб комнаты, и внешняя стена, сделанная полностью из стекла.

Двое мужчин, Мистер Север и новый Мистер Восток, стояли перед стеной, любуясь панорамным видом на Лос-Анджелес. Они ожидали прибытия Миссис Уэст и Миссис Саут.

— Ты понимаешь, — сказал Мистер Север, — что если мы свяжем тебя или Миссис Уэст с кончиной твоего предшественника, последствия будут иметь оглушительную окончательность.

— Понимаю, — сказал Адриен Барбу.

— Тогда позволь мне сделать тебе комплимент по поводу твоей тщательности, Мистер Восток. Мои следователи редко оказываются в таком тупике.

— Уверен, я понятия не имею, о чем вы говорите, Мистер Север.

Мистер Север сардонически улыбнулся.

— Я так надеюсь, что не возникнет никаких проблем, связанных со сменой руководства в это критическое время, Мистер Восток.

— Думаю, вы обнаружите, Мистер Север, что изменение было именно тем, что требовалось. Я созвал это собрание по причине.

— Я просто переполнен ожиданием.

Мистер Север не стал расспрашивать дальше, ожидая остальных членов их коллектива. Он давно отучил себя от опасного любопытства и эксплуатируемого нетерпения. Когда Миссис Уэст и Миссис Саут прибыли вместе, четверо заняли свои места вокруг квадратного стола. Их подчиненные не присутствовали на этом собрании, и четверо были одни в большой комнате.

— Собрание твое, Мистер Восток, — сказал Мистер Север. — Повестка дня за тобой.

— В процессе аудита деятельности моего предшественника, — сказал Барбу, — я столкнулся с рядом досадных нарушений.

— О? — подтолкнула Миссис Саут. — Какого рода нарушения?

— Похоже, — сказал Барбу, — что предыдущий Мистер Восток довольно сильно преувеличил проблемы в реализации финальной стадии нашего плана. Кажется, он затягивал процесс, чтобы дать определенным фракциям внутри Кабалы время подготовиться.

— Что это за фракции? — спросил Мистер Север.

— Неизвестно. Я только что сделал эти открытия и немедленно перешел к блокировке всех подчиненных предыдущего Мистера Востока для расследования и созыва этого собрания. Я счел разумным обсудить эти вопросы, прежде чем начинать внутреннее расследование и проводить запросы в Кабалу.

— Выбор сделан мудро, — сказала Миссис Уэст.

— У тебя есть доказательства этих нарушений со стороны твоего предшественника? — спросила Миссис Саут.

— Есть, — сказал Барбу. — Поскольку материалы конфиденциальны, вместо цифровой передачи я доставляю полные детали каждому из вас лично на защищенных носителях.

— Разумно, — сказал Мистер Север. — Если Мистер Восток действительно затягивал, то есть ли у тебя пересмотренные сроки, в которые мы можем реализовать следующий этап?

— Мы могли бы начать немедленно, — сказал Барбу. — Я бы порекомендовал, однако, подождать две недели. Это даст мне время выкорчевать любые другие сюрпризы, которые оставил предыдущий Мистер Восток, и проверить его людей. Это также позволило бы мне довести до конца проект, который был отложен из-за моего прихода на место Мистера Востока.

— Ты готов двигаться вперед с этим? — спросила Миссис Уэст.

— Да, хотя я не сделаю финальный ход без консенсуса. Это зайдет дальше, чем Сеть готова терпеть.

— И подготовит мир к нашему следующему ходу с разговором о том, что возможно, а что нет, — сказала Миссис Уэст.

— Есть еще одна проблема, которую покойный Мистер Восток либо скрывал, либо не осознавал, — сказал Барбу. — Та, которая потенциально означает отмену всего.

Брови поднялись по всему столу.

— Продолжай, — сказал Мистер Север.

— Я лично пересматриваю каждый аспект программы отключения электросети, теперь, когда я контролирую ее. Понимание магической механики, вовлеченной в это, у Мистера Востока было не таким всеобъемлющим, как мы хотели бы или как он изображал. В дополнение к тому факту, что мы готовы к действию, он не смог осознать все последствия отключения сети в полном объеме.

— А именно?

— Мой предшественник указал, что сети потребуется от одной до двух недель для реактивации после полного отключения. Достаточно времени для пространств вторжения измерений, чтобы доставить монстров по всему миру и окончательно доказать существование магии. Мы уже знаем, что результаты этого будут разрушительными. Реальность такова, что сеть будет отключена на месяцы. По крайней мере на два, скорее всего на три или четыре. Это может быть дольше или даже навсегда. Это низкая, но реальная вероятность. Все это при условии, что Сеть не найдет способ исправить ущерб и вернуть сеть к функциональности, что, очевидно, изменит наши сроки.

— Месяцы, — сказала Миссис Саут. — Это не было бы ущербом. Месяцы орд монстров, извергаемых в мир, были бы апокалипсисом.

— Это немного драматично, — сказала Миссис Уэст.

— Нет, — не согласилась Барбу. — Миссис Саут права. Я видел пространственные пространства, армии монстров. Месяцы без сети, чтобы перехватить их, изменят цивилизацию навсегда. Это может потенциально покончить с ней.

— Предполагая, что Сеть не сможет снова запустить сеть, — сказала Миссис Уэст.

— Насколько это вероятно? — спросил Мистер Север.

— Год назад я бы счел это весьма вероятным, — сказал Барбу. — Иномиряне изменили это. Мои контакты говорят мне, что иномирянка, однажды находившаяся под моей опекой, продвигала понимание сети Сетью семимильными шагами.

— Фарра Хурин, — сказала Миссис Уэст.

— Неважно, как ее зовут, — сказал Барбу. — Только то, какое влияние она оказывает на наши планы.

Остальные трое посмотрели на Мистера Севера, первого среди равных. Они ждали, пока он сидел в задумчивом молчании, постукивая пальцем по губам. Затем палец остановился.

— Одна неделя, — сказал Мистер Север. — Если мы можем действовать сейчас, то мы идем при первой разумной возможности. Этого достаточно, чтобы выкорчевать любые дальнейшие проблемы, касающиеся твоего предшественника, Мистер Восток?

— Если вы готовы одолжить мне некоторых из ваших отличных следователей, Мистер Север. Я все еще создаю свой собственный кадр надежных людей.

— Сделано, — сказал Мистер Север. — Миссис Саут, пожалуйста, скоординируйтесь с Мистером Востоком и возьмите на себя руководство расследованием деятельности Кабалы.

— Мы действительно собираемся замять это? — спросила Миссис Саут. — Нашей целью было выковать место в мире, обращенном к магии, а не сжечь этот мир дотла.

— Масштабный крах гражданской и социальной инфраструктуры не отменяет наши цели, — сказал Мистер Север.

— Вы оставите нас править кучей пепла? — спросила Миссис Саут.

— Пока мы правим, — сказал Мистер Север. — Полный крах систем, на которых Кабала и Сеть построили свои базы власти, в конечном итоге приведет нас к паритету. По мере того как мир будет восстанавливаться, мы наконец станем одним из самых высоких столпов.

Миссис Саут сделала долгий, медленный вдох, затем встала.

— Мы не те люди, которыми мы собирались стать, — сказала она. — В начале нашей целью была демократизация магии. Забрать ее у тех, кто припрятал ее для себя. Где-то по пути, вместо того чтобы победить их, мы стали ими. У меня нет иллюзий, что я хорошая, и я могу с этим жить. Я отказалась от разрушения башни ради шанса жить на ее вершине, глядя вниз на других, как на муравьев. Но есть разница между тем, чтобы смотреть вниз на муравьев, и использованием стекла, чтобы сжечь их. Я, возможно, отказалась от того, чтобы сделать мир лучше, но я не буду участвовать в его сожжении.

Вслед за ее монологом остальные трое обменялись взглядами, затем перевели свои взгляды обратно на Миссис Саут.

— Ты уверена? — спросил Мистер Север. — Ты понимаешь последствия того, чтобы стоять на том, что осталось от твоих принципов. Ты не добьешься перемен. Ты не сделаешь ничего лучше ни для кого, кроме того, кто в итоге унаследует твое место. Кто-то, о ком мы позаботимся, чтобы он не разделял твои угрызения совести. Только если ты участвуешь, у тебя есть хоть какой-то шанс направить события в том направлении, в котором ты хочешь, чтобы они шли. Ты не можешь остановить это, но, возможно, ты сможешь смягчить это. Только стоя с нами, у тебя будет шанс.

— Миссис Саут, — сказала Миссис Уэст, ее лицо было наполнено нежеланием. — Одри. Если ты пойдешь против нас, ты ничего не изменишь. Ты не выйдешь из этой комнаты, и ты это знаешь. Я понимаю, что следование курсу может ощущаться как пятно, но ты хочешь умереть чистой или действительно добиться каких-то изменений?

Миссис Саут развернулась, повернувшись спиной к столу.

— Я умру чистой.

* * * «…любительские кадры фигуры, которая выглядит завернутой в жуткое облачение, сделанное из самой ночи. Она не двигается как человек, и то, что она делает с людьми на этом видео, — это не то, что может сделать человек. Возможно, даже не то, что сделал бы любой человек, учитывая ужасающие результаты. Вьетнамское правительство отрицает, что этот инцидент имел место, утверждая, что видео — это мистификация, но мы нашли то, что считаем местом этой стычки, и поговорили с местными жителями. Как вы сейчас увидите, эти люди утверждают, что невозможное — не такое уж невозможное, как большинство из нас верит…»

Анна вздохнула, поставив видео на паузу. Она была в своем кабинете с Асей и Терренсом Тилденом, братом Анны, а также медиа-директором Сиднейского отделения Сети.

— Насколько большой резонанс это получает? — спросила Анна.

— Это получает много продвижения среди восприимчивых демографических групп, — сказал Терренс. — Мейнстримизация конспирологической риторики в США помогает этому, и с их культурным влиянием это распространяется далеко и глубоко. Большинство изданий отвергают это, но все они показывают это, потому что это контент, который заставляет людей говорить. Кадры из перестрелки здесь, в Сиднее, получают больше внимания, чем когда-либо.

— Насколько это плохо? — спросила Анна Асю.

— Международный комитет в ярости, — сказала Ася. — Не местный офис в Канберре, а Брюссель, Берлин, Шанхай, Нью-Йорк, Йоханнесбург, Каир…

Ася покачала головой в знак смирения.

— Проходит экстренный видео-конклав, пока мы говорим, — сказала она. — Было решено, что нет времени собираться лично. Я не посвящена в то, что они обсуждают, но предварительные указания, которые они выдают, говорят о многом.

— Какие именно? — спросила Анна.

— Всем отделениям дано указание готовиться к введению протоколов нарушения.

— Это все, значит? — спросил Арам. — МК готов пойти на риск и стать публичным?

— Консенсус в том, что Инженеры Вознесения сделают это, если мы не сделаем. Ожидайте указаний в ближайшее время, а тем временем готовьтесь начать работать с местными правительственными чиновниками. Эти каналы будут критически важны сейчас.

— Думаю, я всегда знала, — сказала Анна, глядя на застывшее изображение Джейсона в плаще на экране, — с того момента, как этот безумец появился, он всегда должен был быть тем, кто разрушит все.

— Не думаю, что это справедливо, — сказала Ася.

— Конечно, ты так не думаешь, — сказала Анна. — Едва ли секрет, что ты хочешь стать кули на его панна-котте.

Язык тела Аси стал закрытым.

— Я поблагодарю тебя за проявление профессионализма, член комитета Тилден. Если у меня будут дальнейшие директивы от Международного комитета, я позабочусь, чтобы ты их получила.

Анна поморщилась, когда Ася жестко вышла из кабинета.

— Стресс, — сказала Анна, потирая переносицу, — не улучшает мою работоспособность.

— Тебе нужно пойти к Сьюзи, Анна. Хороший жесткий секс выбьет напряжение из тебя.

— Убирайся, Терри. Но организуй мне машину. Я собираюсь встретиться с Сьюзан, пока у меня есть свободная минутка.

Терренс одарил ее ухмылкой и вышел, но через несколько мгновений вбежал обратно.

— Полагаю, это не о машине, — сказала Анна.

— Сеть упала, — сказал он.

— Блэкаут здесь, в Сиднее?

Блэкауты в крупных городах всегда были самыми опасными.

— Не блэкаут, — сказал Арам. — Сеть упала. Вся сеть. Везде.

ПЛАНЫ НА СЛУЧАЙ ЧП

ПЛАНЫ НА СЛУЧАЙ ЧП

— Я уверена, дядя Джейсон скоро будет здесь, — сказала Эрика своей угрюмой дочери.

— Не понимаю, в чем проблема, — сказала подруга Эми, Руби. — Ты всегда говоришь о своем дяде, но его никогда нет рядом.

Пляжная вечеринка в честь дня рождения проходила хорошо, хотя постоянное отсутствие ее дяди все больше портило настроение именинницы.

— Миссис Асано, мисс Эми, — сказала Тень. — Мистер Асано в пути.

— Кто это сказал? — спросила Руби, оглядываясь. — Здесь спрятан какой-то британец? Это сюрприз на день рождения, потому что это было бы странно.

— Тень, — прошипела Эрика. — Что ты делаешь?

— Время секретности прошло, миссис Асано, — сказала Тень. — Мистер Асано едет, чтобы забрать вашу семью в комплекс. Подготовьте их к отъезду.

— О чем ты говоришь?

Она подняла глаза, услышав шум. Ее взгляд последовал за испуганными взглядами и указывающими руками на улицу, которая проходила вдоль пляжа. Огромный черный мотоцикл пронесся с бешеной скоростью, далеко превышающей ограничение, а плащ из звезд тянулся за ним, как хвост кометы.

Мотоцикл свернул с дороги, через траву и с травянистой насыпи. Вместо того чтобы упасть на песок, мотоцикл взорвался облаком тьмы. Всадник скользил по воздуху, его плащ развевался, как крылья ночи, поглощая облако теней. Всадник приземлился перед Эми, плащ окутал его. Посреди солнечного дня, в окружении ярко одетых детей, это выглядело глубоко неуместно.

— Простите, что опоздал, — сказал Джейсон. Он проигнорировал толпу людей, достающих телефоны для записи.

— Что ты делаешь? — спросила Эрика, когда ее муж подбежал, чтобы присоединиться к ним. Родители Руби также бросились через песок, защищая свою дочь.

— Вопросы могут подождать, — сказал Джейсон. — Прямо сейчас мы уходим.

Эрика открыла рот, чтобы задать вопрос, переварила то, что сказал Джейсон, а затем замолчала.

— Ладно, — сказала она, кивая.

— Что происходит? — спросил отец Руби. — Ты та штука из новостей. Та, что убивает людей!

Пара серебряных глаз, окутанных тьмой, повернулась к нему, и мужчина почувствовал тяжесть, давящую на его душу.

— Тогда тебе, наверное, стоит следить за своим тоном, — сказал Джейсон голосом, который он обычно приберегал для людей, которые вот-вот умрут.

— Дядя Джейсон, это папа моей подруги!

Он посмотрел вниз на свою племянницу, затем откинул капюшон с головы.

— Прости, — сказал он. — С днем рождения, крошка, но нам пора. Мы все переезжаем в комплекс. Сегодня.

Он открыл портальную арку, что вызвало слышимую реакцию у толпы.

— Мне нужно собрать остальную часть семьи, — сказал Джейсон. — Я объясню позже, но все вот-вот станет очень, очень плохо.

Эми оттолкнула родителей Руби, чтобы схватить подругу за руки.

— Они тоже должны пойти, — настояла она.

Джейсон посмотрел на яростную решимость на лице своей племянницы и ухмыльнулся.

— Мне нужно забрать остальную часть семьи, так что портал закроется через минуту, — сказал он. — У тебя есть время до тех пор, чтобы убедить их шагнуть внутрь.

— Я не позволю своей дочери шагнуть в то, что это, черт возьми, такое!

Больше членов семьи Асано подбежали, когда Иан попытался успокоить отца Руби, а Эрика заговорила со своей матерью. Некоторые члены семьи Асано знали, что происходит, но другие нет и были поражены, увидев Джейсона, облаченного в магическую тьму.

— Сын, что происходит? — спросил Кен, когда он выбежал на песок.

Джейсон промчался мимо него ранее, по травянистой насыпи, граничащей с пляжем. Он был с Хиро, который следовал по пятам за своим братом. Позади него был Тайка, который принял волевое решение после того, как увидел Джейсона в полном облачении, а также портал, который он открыл.

— У меня торт! — крикнул он, неся коробку с тортом ко дню рождения, который испекла Эрика. Он прошел прямо через портал, не утруждая себя ожиданием кого-либо еще.

Джейсон повернулся к Кену и Хиро.

— Помогите мне провести тех, кто не знает обо всем, через портал, — сказал он. Его поразило семейное сходство, когда братья кивнули и принялись за работу, обращаясь к все еще собирающимся членам семьи.

* * * Каждое учреждение Сети на планете было в состоянии неистовой активности, и они были не одни. По всему миру военные подразделения, работавшие с Сетью, суетились, чтобы расширить свою готовность к тому, что должно было произойти. Правительственные органы по всему миру вводили протоколы, разработанные с Сетью, пытаясь наладить логистику, быстро внедрить чрезвычайное законодательство и ускорить программу общественного информирования о том, что мир вот-вот столкнется с беспрецедентной угрозой.

Компонент общественного информирования первым столкнулся с решающим препятствием. Когда правительства пытались транслировать объявления об услугах для общественности, медиа-компании сопротивлялись, развязывая шквал юридических проблем.

Эти проблемы не полностью перекрыли поток информации, но наносили критические пробелы в знаниях, которые доходили до общественности. С подлинной информацией, отрывочной и непоследовательной, эти пробелы заполнялись спекуляциями, теориями заговора и откровенной дезинформацией. В разных частях мира результаты варьировались от социальных медиа-войн до паники на улицах.

Юридический обструкционизм медиа-магнатов явно не собирался держаться, так как первые дела были отклонены в течение нескольких часов. Каждая задержка, однако, была дорогостоящей, так как прото-пространства появлялись незамеченными по всему земному шару. Менее чем за три дня они начнут извергать монстров прямо в мир.

Фарра была частью международной оперативной группы с сотнями членов из отделений Сети по всему миру для расследования отключений электроэнергии. Хотя они рассматривали полный крах функциональности сети как маловероятный исход, планы действий на случай непредвиденных обстоятельств были введены в действие и в настоящее время выполнялись.

Ядром ответа была программа активного поиска прото-пространств путем вывода ритуалистов Сети в поле. Экспертиза Фарры и ее исследования сети сделали ее лидером в проекте на случай непредвиденных обстоятельств, и она разработала ритуал именно для этой цели. Он должен был быть достаточно простым, чтобы его могли применять те, у кого минимальные навыки ритуализма, достаточно эффективным, чтобы не разорить банк духов-монет, но достаточно широким по охвату, чтобы действительно стоить использования.

Фарра дала Джейсону предмет для его поездки, который позволял ему отслеживать прото-пространства, но копирование этого предмета не было жизнеспособным решением. Помимо стоимости массового производства, он мог находить только прото-пространства, а не проемы в них. Только Джейсон обладал силой входить в пространства напрямую.

Хотя это был лишь побочный проект к расследованию отключений электроэнергии, Фарра провела ритуал на случай непредвиденных обстоятельств через несколько итеративных улучшений, прежде чем распространить его. Он был достаточно прост, чтобы ритуалист в каждом отделении стал компетентным в его использовании, что приносило плоды, когда они, в свою очередь, обучали этому других.

Планы на случай непредвиденных обстоятельств, приводимые в действие, были плохой заменой сети. Помимо того, что они связывали персонал и потребляли ресурсы, они могли контролировать лишь крошечные участки площади по сравнению с охватом сети. Вместо этого они сосредоточились на тщательном сканировании населенных пунктов вместо максимизации общего охвата. Ритуалисты Сети могли быть развернуты с приоритетом на населенные пункты. Крупные города были критически важны как для населения, так и для инфраструктуры, что делало предотвращение вспышек монстров критическим.

Компромиссы для этого подхода было нелегко принять. У Сети были люди, чтобы покрыть крупные города в большей части развитого мира, но сельские и изолированные районы оставались без защиты. Воздействие на сельскохозяйственные регионы будет экстремальным, как только орды монстров начнут бродить по сельской местности, но покрытие обширных регионов с минимальным населением не было жизнеспособным вариантом. Проблема заключалась в нехватке продовольствия, к которой это в конечном итоге приведет.

Некоторым районам мира не хватало надлежащего покрытия Сети, чтобы покрыть даже крупные населенные пункты. Районом, наиболее пострадавшим от этого, была Россия, которая в значительной степени доминировала Кабалой. Отделения Сети там всегда работали в пограничном состоянии эффективности, и они не были оснащены для встречи новых вызовов. Международный комитет работал над исправлением этого, но было уже слишком много пожаров, которые нужно было тушить.

Ситуация в России была частью стимула для Сети обратиться к Кабале. Места, где Сеть была слабее всего, часто были теми, где Кабала была сильнее всего, и идея дополнения активов Сети ресурсами Кабалы активно изучалась.

* * * — Асано, — позвала Анна, когда она вышла через дверь на крышу. Кайто повернулся от того места, где он направлял людей, когда они загружали ящики на его вертолет.

— Член комитета, — поприветствовал Кайто после пробежки от вертолетной площадки, чтобы встретить ее.

— Я слышала, что некоторые из моих коллег-членов комитета призвали тебя отвезти их разбросанных членов семьи в их семейные комплексы.

Члены Руководящего комитета были все старой семьей Сети, включая саму Анну. Тот вид работы, который семья Асано проделала в своем собственном комплексе, старые семьи внедрили десятилетия назад. У них не было опыта Фарры в качестве руководящей руки, но накопленные знания и ресурсы поколений нельзя было сбрасывать со счетов.

— У тебя есть своя семья, — продолжила Анна. — Все станет грубо, и ты должен убедиться, что о них позаботились.

— Джейсон занимается этим, — сказал Кайто. — Он присмотрит за ними, а затем придет сюда, чтобы помочь с логистикой. Прямо сейчас я нужен здесь. Есть гораздо больше людей, чем просто наши семьи, которым понадобится помощь.

— Не шутишь, — сказала Анна. — Я не могу не заметить, что ты не перевозишь членов семьи комитета, несмотря на их просьбы.

— Фарра сказала им всем прыгать, — сказал Кайто. — Она пугает их.

— Она должна. Ты перемещаешь ресурсы для обнаружения пространственного пространства в случае непредвиденных обстоятельств?

— Людей, ресурсы, все, что потребуется.

— Тогда я позволю тебе вернуться к этому, — сказала Анна.

— Джейсон сказал, что придет сюда, как только наша семья будет собрана, — сказал Кайто. — Он может переместить много людей через эти свои порталы. Пусть он разберется с семьями этих людей из комитета, если только чтобы остановить их от давления своим весом и создания проблем.

— Разве твой брат не может перемещаться порталом только в места, где он был раньше?

— Фарра заставила его осмотреть все семейные комплексы Сети для справки, прежде чем он отправился в свою поездку, — сказал Кайто. — Он может перемещаться порталом прямо к ним.

Кайто развернулся и направился обратно к вертолету. Когда он приблизился, он щелкнул пальцами, и тот начал вращать свои роторы.

* * * Анна вернулась в хаос операционного центра, где Кетеван управляла хаосом, как генерал посреди битвы. Как директор по операциям, у нее было гораздо больше дел, чем у Анны, чья роль надзора была сведена к тому, что Ася информировала ее о директивах Международного комитета, когда она передавала их Кетеван. Всегда было так, что МК не имел реальной власти над отделениями, но с глобальным кризисом любое отделение, не входящее в программу, обрекало людей, которых они должны были защищать.

Анна дождалась редкого затишья и направилась в то, что раньше было ее собственным кабинетом.

— Кети, — сказала Анна. — Я в этот момент практически бесполезна. У тебя есть где-нибудь, где я могу принести пользу?

— Абсолютно, — сказала Кетеван. — У нас есть куча людей, приходящих из ЭОА, желающих перебежать.

— Перебежать?

— Рядовые не знали, что делали люди наверху. Как только сеть упала, начали приходить приказы, и многим из них это не понравилось, когда они поняли, что происходит. Они начали обращаться в отделения Сети повсюду, желая внести свой вклад.

— Нет ли опасения по поводу инфильтрации? — спросила Анна.

— Конечно, есть, — сказала Кетеван. — Прямо сейчас, однако, нам нужны теплые тела и информация, и у них есть и то, и другое. Я бы хотела, чтобы ты взяла всю эту неразбериху на себя.

— Ладно, — сказала Анна. — Укажи мне правильное направление.

* * * В то время как Сеть была в хаосе, на тихом, спокойном и в значительной степени пустом участке пустыни Аризоны, старый сарай стоял в нескольких милях от города, который был не многим больше, чем заправочная станция, бар и всепроникающее чувство того, что жизнь оставила его позади.

Никто не ходил к старому зданию годами, и замок на воротах на заборе из сетки-рабицы давно проржавел. Никто из местных не помнил, чтобы он был чем-то иным, кроме как заброшенным. Единственным сюрпризом было то, что он еще не рухнул.

Здание было в значительной степени пустым, что делало две вещи, которые присутствовали, выделяющимися. Одной был Pontiac Firebird 2002 года в цвете оловянный металлик, покрытый пыльным чехлом для автомобиля. Другой объект был значительно более необычным и также покрыт чехлом. Это был стеклянный цилиндр, наполненный жидкостью, которая выглядела как вода, излучающая холод, несмотря на то, что не была подключена к какому-либо охлаждающему устройству. По-настоящему необычной частью была обнаженная женщина, плавающая в жидкости, ни по-настоящему живая, ни по-настоящему мертвая.

Что чехол не покрывал, так это магическую диаграмму, которая была вырезана в бетонном полу, по-видимому, пилой, по кругу вокруг стеклянного цилиндра и его странного содержимого. Она была покрыта грязью и пылью, как и кучи духов-монет, размещенных в местах вокруг круга.

В маленьком городке не было никого с магией, независимо от того, что старая Ракель утверждала о своих экстрасенсорных способностях. Не было никого, кто мог бы почувствовать, как бестелесная душа приближается с запада, входит в здание и проскальзывает в тело в резервуаре.

После многих лет бездействия свет засиял из линий магической диаграммы на полу. Одна за другой духов-монеты внутри нее исчезли, и жидкость внутри резервуара начала светиться. Наконец, теперь воплощенная душа открыла глаза. Стекло разбилось, отправив ледяную жидкость разливаться по полу, и она выбралась наружу, моргая глазами в замешательстве. Она подошла к машине, тяжело опираясь на нее, пока она впервые работала своими легкими.

В конце концов, ее разум и тело пришли в синхронизацию, когда ее душа запечатлела ее воспоминания на все еще податливом мозге. Она была дезориентирована, не зная, сколько времени занял процесс к тому времени, когда она обрела ясность. Она никогда по-настоящему не ожидала, что это сработает, но после того, что произошло, она знала, что это ее единственный шанс. Если бы она подыграла, они бы наблюдали за каждым ее моментом, всегда готовые взмахнуть топором. Лучше рискнуть и захватить инициативу, прежде чем они выкопают ее планы на случай непредвиденных обстоятельств.

Она сняла чехол с машины и заглянула в боковое зеркало, увидев лицо на пятнадцать лет моложе, чем оно должно было быть, смотрящее в ответ. Это было не лицо Миссис Саут, которое было именем, от которого она теперь отказалась. Она снова была Одри Блейн, и она была голодна.

ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ

ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ

«…брат знаменитого шеф-повара Эрики Асано, показанный здесь, на самом деле появился в кулинарной программе своей сестры. Он был объявлен юридически мертвым в течение полутора лет после взрыва в его многоквартирном доме, который полиция Виктории в то время списала на взрыв газа. Последующие запросы показали, что в здании, о котором идет речь, не было газового обслуживания, что указывает на быстрое и тихое сокрытие. Это, в свою очередь, приводит к вопросам о том, как долго власти знали об Асано и том, что кажется его экстраординарными способностями…»

— Ты теперь более знаменит, чем Эри, младший брат, — сказал Кайто. — Почему ты устроил такое шоу на пляже? У тебя бы не заняло много больше времени сделать это тихо. Черт, с этим переполохом, вероятно, это пошло бы быстрее. Затем ты показываешь свое лицо со всеми этими людьми, использующими камеры телефонов.

Джейсон и Кайто смотрели новости с помощью очков дополненной реальности, предоставленных вертолетом Кайто, пока они быстро летели над австралийской глушью. Пассивная способность от его сущности скорости позволяла вертолету Кайто обгонять любой обычный вертолет, даже на железном ранге. У него было несколько активных способностей, которые могли дать ему дальнейший импульс, но он воздерживался от них.

Выносливость была темой дня, так как они использовали вертолет Кайто, чтобы прочесать страну в поисках прото-пространств. Даже при скорости Кайто они не могли охватить всю страну, но пока Джейсон был занят тем, что пастушил семьи членов Руководящего комитета, Кайто и оперативная группа составляли план, который максимизировал охват. Вместо сеточной зачистки они будут перепрыгивать из одного населенного пункта в следующий через внутреннюю Австралию.

Ритуалисты Сети будут придерживаться побережья, что требовало наименьшего перемещения и имело больше всего людей. В целом, Австралии очень повезло. Несмотря на площадь суши, сравнимую с континентальными Соединенными Штатами, Австралия имела лишь долю населения, почти вся из которой цеплялась за побережье.

Логистика поиска прото-пространств была нелегкой, но она была менее хлопотной, чем если бы страна не была в основном пустой. Упрощенный ритуал поиска, разработанный Фаррой, развертывался вместе с любым, у кого было даже рудиментарное понимание ритуальной магии. Даже Эми была втянута, с Тайкой, Грегом и бойцом серебряного ранга, Рут, в качестве ее детали защиты. Теперь тринадцатилетняя, благодаря личному обучению Фарры, была лучшим ритуалистом, чем многие в Сети.

Джейсон и Кайто были не единственными, кого отправляли вглубь страны патрулировать меньшие центры, но они были самыми эффективными. Скорость Кайто и способность Джейсона нырнуть в прото-пространство, ликвидировать монстров-якорей и уйти снова позволяли им охватить больше пространства, чем любая другая команда в стране. Их график заключался в том, чтобы идти вглубь страны через Новый Южный Уэльс, вверх через Северную территорию, обратно на восток в Квинсленд, а затем вернуться на юг через Новый Южный Уэльс в Сидней. Они будут охватывать до четверти страны, или, по крайней мере, столько, сколько смогут, прежде чем начнут появляться монстры.

Компас сети, который Фарра дала Джейсону для его прогулки, изначально работал, подключаясь к сети Сети, предупреждая его о близлежащих прото-пространствах. Она модифицировала его, чтобы он напрямую чувствовал прото-пространства, что уменьшило его эффективность, но не настолько, чтобы сделать его бесполезным. Он продолжал жертвовать дальностью ради неспособности обнаруживать проемы, что делало его в основном полезным для Джейсона.

Другие команды бродили вокруг, некоторым из которых были даны копии пространственных компасов. Они были заметно менее эффективны, однако, не имея ни мобильности Кайто, ни способности Джейсона входить в прото-пространство напрямую. Это заставляло другие команды, при обнаружении прото-пространства, тратить время на выслеживание проема и его открытие. Только тогда ударные группы могли войти, чтобы охотиться на монстров-якорей и нивелировать угрозу.

К счастью, ударные группы были переобучены Фаррой и могли действовать со скоростью и уверенностью. Это не было равноценно тому, как Джейсон входил в астральное пространство напрямую и охотился на монстров-якорей с помощью транспортных форм Тени, но это было лучше, чем то, что было возможно годом ранее.

— Я не понимаю, почему ты позволяешь людям снимать тебя с опущенным капюшоном, — сказал Кайто.

— То, что я могу делать, ужасает, — сказал Джейсон. — Даже в другом мире то, как я сражаюсь, заставляло людей сравнивать меня с монстрами. Через очень короткое время этот мир начнет видеть монстров.

— Ты не хочешь, чтобы тебя свалили в одну кучу с тем, что приближается, — понял Кайто. — Ты используешь это время до того, как начнут прибывать пространственные сущности, чтобы медиа очеловечили тебя.

— Да. По какой-то причине ЭОА продвигала меня вместо того, чтобы закрыть меня в плане освещения в СМИ. Я мог бы так же хорошо использовать это.

* * * Одри Блейн чувствовала себя странно, когда ехала по шоссе Аризоны. Ее новое тело находилось в стазисе более дюжины лет, последний остаток секретной программы, чьи прародители были все мертвы. Это было то, в чем она убедилась очень давно.

Тридцать лет назад было принято совершенно секретное сотрудничество персонала из Сети, Кабалы и Инженеров Вознесения, без ведома их родительских организаций. Исследователи из каждой группы собрались вместе в попытке взять проекты от каждой фракции, которые плато в своем развитии, и продвинуть их вперед, используя знания и ресурсы других.

Полученные достижения в проектах ЭОА и Кабалы принесли пользу обеим группам, без того, чтобы кто-либо из них осознал источник прорывов. Сравнительно ограниченное продвижение программ Сети доказало крах группы, когда недовольные исследователи Сети раскрыли существование группы.

Три фракции приступили к устранению группы, с Одри во главе контингента чистки ЭОА. ЭОА была в восторге от того, что группа доставила им, но не желала допускать потенциальный риск безопасности, если их долгосрочные цели будут скомпрометированы. Работа, проделанная уже, была достаточной для ЭОА, чтобы двигаться вперед самостоятельно.

Это задание было началом ее восхождения, когда она безжалостно вырезала исследователей. Ее амбиции привели ее к созданию собственной команды, чтобы урвать то, что они могли, даже когда ее хвалили за уничтожение всего. Вслед за кажущимся уничтожением программы, люди Одри, отобранные вручную, продолжили работу.

В конце концов, она стала опасаться своих собственных исследователей, так как ее растущая карьера принесла усиленное внимание, а их скелеты оставались похороненными в пустыне. Она очистила все, кроме тела, которое она теперь населяла.

Тело в резервуаре было основано на пути исследования, который оригинальная команда отвергла из-за экстремального включения материалов и методов Кабалы и Сети. Поскольку это означало, что его нельзя было представить в мейнстрим ЭОА, путь исследования был перенаправлен, несмотря на многообещающие результаты. У собственной команды Одри не было таких угрызений совести.

Тело в резервуаре было клонировано из собственной ДНК Одри ее командой, которая приняла средства и методы, которые оригинальная команда отвергла. Биологический материал, предоставленный Кабалой, был сильно включен, его мистические свойства поддерживались процессами, изученными у Сети.

Современные преобразованные люди ЭОА были намного более продвинутыми, чем ранняя версия, разработанная оригинальным секретным исследовательским сотрудничеством. Способность создавать стабильных, преобразованных серебряного ранга была стимулом для окончательного приведения их планов в движение — планов, которые возникли еще с сырыми, ранними, преобразованными железного ранга.

Даже так, преобразованные оставались относительно простыми и почти синтетическими в своих силах и развитии. Они были результатом внешних сил, применяемых к индивидуумам, а не построения таких индивидуумов с нуля.

Ключом к методам ЭОА были методы модификации души, разработанные оригинальной командой. Как только они обнаружили, что критическим элементом доступа к душе является согласие, секреты Кабалы и Сети позволили им разблокировать путь к изменению, превращая обычных людей в магические электростанции.

Тело Одри было новым для нее, но одного возраста с ранними преобразованными железного ранга. В отличие от преобразованных, однако, способности ее тела были более целостными, присущими и экзотическими, благодаря биологическому материалу, предоставленному Кабалой. Она не знала, что пошло на создание ее тела, и даже его создатели не были уверены, на что оно будет способно.

Одри держала этот один проект скрытым после устранения даже своей собственной команды из-за магической связи, которую она имела с ним. Она была основой для основной части биомассы тела. Магическая матрица, которая управляла им, нечто, чем обладали все живые существа, была основана на Одри, но усилена с использованием методологии Сети.

Команда Одри верила, что результатом была латентная связь, которая позволит самой Одри занять пустой сосуд, если что-то случится с ее оригинальным телом. Это было похоже на способность, которой наслаждались некоторые члены Кабалы, создавая пустые сосуды-репликанты своих тел, чтобы быть населенными после смерти.

Пока их души никогда не попадали в астрал, это не привлекало внимания Жнеца. Как только душа входила в астрал, она принадлежала Жнецу для управления, но до тех пор это было делом местного бога смерти, если таковой был. Забота Жнеца была не в обмане смерти, а в возвращении из нее, как только душа переходила в астрал.

Связь служила привязью для души, направляя ее к новому телу. Это была причина, по которой она отказалась от магических аугментаций, которые предлагало ее положение в ЭОА. Хотя потенциал связи был не проверен, она не хотела рисковать разрывом ее. Без этих аугментаций она выглядела старшей из Четырех кардиналов, несмотря на то, что Мистер Север и Миссис Уэст были ее старше.

После всех этих лет Одри наконец проверила это, с успехом, который и удивил, и облегчил ее. Ее новое тело чувствовало себя сильным и мощным, хотя оно было наделено пугающей силой, которую она еще должна была понять. Она чувствовала себя ребенком, носящим новую одежду, которая была куплена для нее, чтобы она могла вырасти в нее.

Она очень хорошо осознавала, что ее новое тело голодно до силы. Машина содержала небольшое состояние в духовных монетах, взятых у Сети годами ранее, в основном бронзовые монеты, но даже некоторые драгоценные серебряные. Первое, что она сделала после того, как достаточно стабилизировалась, чтобы двигаться должным образом, — это засунула бронзовые монеты в рот, одну за другой. Каждая оставляла электрическое покалывание на ее языке, как облизывание батарейки, но их сила чувствовалась пустой, как диетическая сода души. Десять монет исчезли в ее рту, прежде чем она насытилась. Она чувствовала тягу к серебряным монетам, но закалила себя, чтобы оставить их в резерве.

Ее чувства были гораздо более мощными, чем те, что были у нее в старом теле. Более чем однажды, когда она ехала по шоссе, она была вынуждена съехать на обочину из-за головокружительной сенсорной перегрузки. Даже монохромная, пустая пустыня могла переполнить ее. Она видела вещи далеко вдали, цвета, о которых она не знала, что они существуют. Сухой воздух на ее коже рассказывал историю о погоде и ее местоположении, которую она понимала на инстинктивном уровне. У нее было тревожное ощущение, что инстинкты, стоящие за этим чувством, не были полностью человеческими.

Сидя на водительском сиденье на обочине дороги, пока ее головокружительно перегруженные чувства снова успокоились, она рассматривала свои варианты. Умным ходом было бы оставаться мертвой, собрать ресурсы, которые она спрятала, и жить тихо где-нибудь на пляже. Однако, с осложнениями, которые, вероятно, возникнут из-за ее нового тела, и миром, сталкивающимся с апокалипсисом монстров, это не было жизнеспособным подходом.

План ЭОА был опасно близок к следующей фазе; медиа-вмешательство мешало Сети эффективно захватить инициативу до того, как монстры начнут появляться. Она не могла вернуться в ЭОА, да и не стала бы. Была Кабала, с которой у нее были контакты, и они могли бы даже увидеть в ней одну из своих теперь. Она не имела понятия, каков будет их ответ на действия ЭОА, однако, и она была бы запятнана той же кистью, даже после ухода от них.

Это означало Сеть. У нее не было таких сильных связей там, но у нее был рычаг. Информация, которой она обладала, была именно тем, что им будет нужно. Даже так, она колебалась. Они, вероятно, были бы еще более враждебны, чем Кабала, и был внешний шанс, что какой-нибудь местный головорез мог решить выпытать то, что она знала. Было маловероятно, что кто-то пойдет на риск с тем, что в настоящее время поставлено на карту, но это было то, чего она опасалась.

Она думала о том, что она сделала, противостоя другим кардиналам. Она не была порядочным человеком. Порядочная часть давно ушла, а теперь человеческая часть ушла вместе с ней. Но должна была быть черта. Она не собиралась становиться монстром. Она не могла терпеть позволение цивилизации рушиться в захвате власти.

Ей пришлось идти пешком до заправочной станции, чтобы завести машину. Бензин в канистре в сарае давно деградировал. К счастью, тайник с деньгами — нет. Она купила дешевый одноразовый телефон, пока была там, но у нее не было сохранено ни одного из ее контактов. Как и все остальные, она перестала запоминать номера телефонов годами ранее. Она знала, где найти отделение Сети в Финиксе, однако, поэтому, как только ее голова прояснилась, она завела машину и продолжила путь.

* * * Джейсон и Кайто летели над общиной коренных народов на Северной территории, которая не была достаточно большой, чтобы быть избавленной от присутствия Сети, что было верно для большей части глуши. Джейсон размылся и исчез с пассажирского сиденья вертолета, когда он перешел в прото-пространство. Это продолжало нервировать Кайто, даже когда он знал, что это произойдет.

Кайто приземлился, чтобы отдохнуть и восстановить немного маны, потребляя монету железного ранга для себя и скармливая одну вертолету через слот на внешней стороне транспортного средства. Слот изначально был в кабине, но каждый человек, который видел, как он использует духовную монету на вертолете, делал шутку про монетоприемник. Теперь, когда он наколдовывал вертолет, приемник монет располагался в незаметном месте на внешней стороне.

Двадцать минут спустя его вертолет обнаружил мощный всплеск ауры в нескольких километрах, и он двинулся, чтобы забрать Джейсона. Джейсон вышел из прото-пространства после охоты на монстров-якорей.

— Проблемы были? — спросил Кайто, когда Джейсон поднялся на борт.

— Нет, монстры-якоря были только бронзовыми. Летунов тоже не было, так что Тень просто перенесла меня прямо над мусором. Было бы неплохо, если бы я мог брать тебя в пространства с собой.

— Мы оба знаем, что этого не произойдет.

Джейсон мог переходить в прото-пространства только в одиночку, и не было никакой возможности, чтобы Кайто доверял Джейсону настолько, чтобы войти в его духовное хранилище.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — Возникла проблема в семейном комплексе.

— Разве мы не решили называть его Деревней Асано?

— Это предложение было отклонено, — сказала Тень. — Обсуждения продолжаются, хотя ситуация в целом слишком хаотична для таких организационных проблем. Все еще есть некоторые разногласия относительно необходимости переезда в комплекс, несмотря на ваши предупреждения и демонстрации.

— Люди смотрели истории, которые говорят, что я либо мистификация, либо убийца?

— Смотрели, — сказала Тень. — Последняя проблема, связанная с семьей, однако, совсем другая. Женщина прибыла из Японии, утверждая, что она хочет проверить вашу достойность носить имя Асано.

— К черту это, — сказал Кайто. — Никто не может указывать нам, можем ли мы носить наше собственное чертово имя.

Джейсон взглянул на своего брата, и они обменялись кивками.

— Чертовски верно, — сказал Джейсон.

— Что бы вы хотели, чтобы я делал, пока вы не вернетесь, мистер Асано? — спросила Тень.

— Найди эту леди и скажи ей, чтобы она припарковала свою достойность там, где солнце не светит.

— Очень хорошо, — сказала Тень. — Если вы не возражаете, однако, я бы предпочел перефразировать.

МЕДИА-БЛИЦ

МЕДИА-БЛИЦ

Джереми Уэстин был удивлен, обнаружив свежезаасфальтированную дорогу, ведущую прямо в изолированную лесистую местность. Он последовал по ней к воротам в заборе из сетки-рабицы, где знак отмечал дальнейшее продвижение как частную дорогу. Казалось, что-то не так с забором, но ему нужно было присмотреться, чтобы определить, что именно.

Рядом с воротами была будка охраны. Она была круглой и сделанной почти полностью из зеркального стекла, которое не позволяло ему видеть внутри, придавая ей пугающий эффект паноптикума. Забор пересекал круг посередине, оставляя половину здания с каждой стороны забора. Стеклянное здание было несоответствующе современным среди приятного лесистого окружения. Он задавался вопросом о законности чего-то, что могло бросать ослепительные отражения, хотя, казалось, оно не делало этого вообще, несмотря на то, что солнце светило прямо на него. Взглянув второй раз, он понял, что отсутствие бликов, исходящих от него, было довольно необычным.

Джереми подъехал к воротам, выключил машину и стал ждать. Никто не вышел, и он задался вопросом, не является ли маленькое здание будкой охраны, как он предполагал, а какой-то арт-инсталляцией. Он вышел, присматриваясь к забору. Вместо традиционного узора сетки-рабицы, проводка на этом заборе была глубоко разнообразной, как будто кто-то пытался сделать гобелен из проволочного забора. Забор также выглядел немного иначе по текстуре и цвету, чем стальная сетка, которую он видел в прошлом, но это легко могло быть вопросом процесса оцинковки.

Проводка была сформирована в то, что выглядело как идеографы из языка, который он не знал, и не те же самые в петле. Он подозревал, что кто-то, кто знал язык, о котором идет речь, смог бы прочитать забор как книгу, хотя что это был за язык, ускользало от него. Самым близким, что он видел, были иероглифы, разработанные католиками, пытающимися обратить коренные народы в Канаде.

Он услышал вертолет слабо над головой, хотя он не заметил его, когда вытянул шею, чтобы поискать его. Он подошел к стеклянному зданию, единственной нестеклянной частью которого была стальная секция с каждой стороны, где забор заканчивался у стены. Дверей не было. Обойдя столько, сколько мог, здание, казалось, было сделано из двух полных, неразрывных стеклянных кривых, по одной с каждой стороны забора. Он попытался сложить руки, чтобы заглянуть через стекло, но его отражающая поверхность была непроницаемой.

На самом деле, дверь была, так бесшовно интегрирована, что Джереми пропустил ее полностью. Панель стекла отступила, слегка, с тихим шипением воздуха, прежде чем сдвинуться в сторону. Она открыла бы интерьер здания, если бы не другая стена позади нее, сделанная из маори.

— Привет, — сказал Тайка. — Кто ты, и почему ты не можешь прочитать знак? Это частная дорога, бро. Как насчет того, чтобы ты свалил, чтобы я мог вернуться к просмотру фотографий Джейсона Стэтхэма с волосами?

Джереми открыл рот, чтобы заговорить, но голос позади него опередил его.

— Он журналист. Говорить им уйти только поощряет их.

Джереми обернулся, чтобы увидеть человека позади него. Он узнал лицо Джейсона Асано из шторма медиа, окружающего раскрытие двух персон, Звездного Всадника и Звездного Ангела. Сначала пришел Ангел в детской больнице, затем Всадник в перестрелке на мотоциклах. С самого начала шли дебаты о том, были ли эти двое одним и тем же, учитывая, что один приносил жизнь, а другой смерть.

Слухи, связывающие их с событиями по всей Азии, а затем Африке, только подпитывали спекуляции, кульминацией которых стала вспышка ЭВБ в Западной Африке. Несмотря на опровержения от гуманитарных работников, слухи сохранялись о человеке, который проходил через лагеря, как чудотворный целитель.

Человек, исцеляющий людей в лагерях, не был завернут в звездный свет, но описывался как евразиец. Параллели с первыми историями о Звездном Ангеле были очевидны, однако. Именно после этого небольшая команда журналистов собрала кусочки вместе и вывела все события на свет. Они выкопали любительские кадры с телефонов, подавленные новостные сюжеты и мириады рассказов из первых рук.

Разгорелись дебаты о том, действительно ли произошли — или вообще могли произойти — сообщаемые события. Истории и кадры были настолько фантастическими, что большая часть этого была отвергнута как мистификации и манипуляции с фильмами. Был ли Всадник, ужасающе убивающий группы людей на пленке, тем же Звездным Ангелом, которого восхваляли как милосердного посланника от Бога? Сообщаемое появление других фигур, включая темных всадников, показанных в вертолетных новостных кадрах из Сиднея, только мутило воду.

Когда правительство начало выпускать серию противоречивых и зловещих публичных объявлений, внезапно произошел взрыв новой информации о загадочном человеке звездного света. Новые истории, новые кадры. Целая череда репортажей из Китая, как сообщается, подавленных правительством, о человеке со сверхчеловеческими способностями, помогающем жертвам землетрясения.

Затем Всадник раскрыл свою личность в маленьком прибрежном городке в Новом Южном Уэльсе, запечатленный на куче кадров с телефонов. Это было настолько вопиюще, что было мало сомнений в том, что Всадник раскрыл себя миру специально, но он буквально исчез. Записи инцидента показали многих людей, в основном семью Асано, появляющихся, чтобы исчезнуть через магическую арку.

Снова были заявления о мистификации и подделанных кадрах. Даже так, медиа немедленно превратились в пиранью, обрушившись на сонный пляжный городок в неистовстве. Что они обнаружили, так это то, что каждый член семьи Асано покинул город полностью, оставив репортеров прочесывать город в поисках того, что они могли найти.

Информация приходила густо и быстро. Джейсон Асано был братом знаменитого шеф-повара, и кадры его появлений сопоставлялись с кадрами из его деятельности в качестве Всадника. Шутящий человек, перебрасывающийся словами с сестрой, пока они демонстрировали рецепты вместе, был миром, далеким от того, кто устраивал резню наркозависимых байкеров или сражался как демон, когда был загнан в угол и в меньшинстве в трущобах Ханоя. Не было записанных кадров того, как он когда-либо исцелял кого-либо, несмотря на повторяющиеся истории.

Тот факт, что Джейсон Асано был объявлен юридически мертвым в поспешно скрытом взрыве, был ключевым фокусом медиа-анализа. Некоторые даже постулировали, что нынешний Джейсон Асано был на самом деле самозванцем, ссылаясь на физические различия с его телевизионными появлениями до и после его сообщенной кончины.

Джереми отправил одного из своих младших репортеров в Касселтон-Бич, вместе с толпой из других изданий, где появлялись необычные истории от опрошенных горожан: Асано, разъезжающий на различных черных суперкарах или снимаемый выполняющим сложные трюки паркура в парке. Некоторые местные подростки обнаружили, что их просмотры достигают стратосферы, когда их записи выходок паркура Джейсона были раскрыты в мейнстрим-медиа.

Эти видео подпитывали дальнейшие спекуляции относительно неизвестной женщины, по-видимому, подвергающей молодую племянницу Асано строгой программе обучения, включая после того, как Джейсон перестал появляться. То, что время совпало с деятельностью по всему миру, только зацементировало Джейсона как человека-загадку.

Интервью с местными жителями показали, что Асано жил на огромном плавучем доме, который появился из ниоткуда однажды утром и теперь исчез, так же таинственно. Плавучий дом, казалось, был центром странной активности, от вертолета, выглядящего как из научной фантастики, прилетающего и улетающего, до странных огней ночью и людей, летающих над водой в реактивных костюмах, которые еще не были выпущены нигде в мире, не говоря уже об Австралии.

Сумма всех этих странностей была медиа-воронкой, которая угрожала поглотить публичные предупреждения, выпускаемые, пока люди пытались найти человека, который, как сообщается, мог совершать чудеса. Как профессиональный участник медиа-ландшафта, Джереми признал, что кто-то с большой властью сильно продвигал нарратив Асано. Было много интереса к истории, конечно, но его закаленные чувства говорили ему, что кто-то хотел, чтобы история закрасила все, что еще могло происходить.

Даже так, расследование этого означало, как и все остальные, расследование Асано. Выполняя свою черную работу, ему удалось выкопать некоторую информацию о покупках земли дядей Асано. Изучая Хиро Асано, он обнаружил, что Хиро был связан с организованной преступностью в Сиднее, до тех пор, пока Джейсон Асано не восстал из могилы. В тот момент он полностью отстранился и переехал в свой родной город, живя на плавучем доме Джейсона.

Дальнейшие раскопки привели Джереми к хорошо спрятанным записям, относящимся к строительному проекту на дорогом куске лесистой местности, который купил Хиро. Подозревая, что это место исчезнувшей семьи Асано, Джереми пришел расследовать и теперь оказался лицом к лицу с Джейсоном Асано.

Не было никаких указаний на то, как Джейсон прибыл незамеченным. Не было никакого другого транспортного средства, и они стояли в открытой лесистой местности. На первый взгляд, он казался миром, далеким от историй, окружающих его, небрежно прислонившись к машине Джереми в шортах, сандалиях и футболке с Десептиконами. У него был вид развлечения на лице, но что-то в его серебряных глазах оставило Джереми встревоженным. Это оставило его с чувством обнаженности, как будто Асано смотрел прямо в его душу.

— Привет, мистер Уэстин, — сказал Джейсон. — Тайка, это Джереми Уэстин. Он управляет независимым новостным сайтом под названием The Westin Front, одним из горстки, пытающихся проскользнуть вокруг медиа-монополии и делать настоящую журналистику. Его спекуляции о учениях по готовности к терроризму были далеко от истины, но он обычно довольно хорош.

— Вы Джейсон Асано, — сказал Джереми.

— Так люди продолжают говорить мне, но я видел в новостях, что я на самом деле кто-то другой.

— Вы?

— Нет. Все меняются, мистер Уэстин. Я не исключение в этом плане.

Джереми услышал фальшивый кашель позади себя.

Кашель «— куча дерьма —» кашель.

Джереми обернулся, чтобы посмотреть на гигантского маори. Затем он повернулся обратно к Асано, чтобы увидеть, что его машина исчезла в его краткий момент отвлечения.

— Что случилось с моей машиной?

— Мы возьмем мою, — сказал Джейсон.

— Вашу?

Ужасающее облако теней изверглось из Асано, затем слилось в то, что выглядело как негабаритный черный гиперкар, который не выглядел бы неуместным в фильме о Бэтмене. Двери типа «крыло чайки» открылись по собственной воле, и Джейсон нырнул на водительское сиденье. Джереми стоял застывшим на месте, глаза как вареные яйца. Он почти споткнулся, когда Тайка дал ему ободряющий шлепок по спине. Джейсон наклонился в машине, чтобы поговорить с Джереми через открытую дверь.

— Мистер Уэстин — могу я называть вас Джереми? Джереми, у меня не так много времени, по причинам, которые станут очевидны с трагической быстротой. Это означает, что мне нужно, чтобы вы сделали выбор сейчас: либо садитесь и узнайте самый большой секрет на этой планете, либо я верну вашу машину, и вы уходите. Вы первый, кто нашел нас, но ваши современники будут близко, и я могу дать историю одному из них вместо этого.

Джереми моргнул, все еще отходя от удара один-два явной магии и шлепка по спине, который, казалось, выровнял несколько позвонков. Он осторожно вошел в машину, оглядываясь на интерьер, как будто он захлопнется и укусит его. Двери «крыло чайки» закрылись, и его лицо выразило пойманное выражение.

— Так что вы думаете о будке охраны? — спросил Джейсон.

— Что? Э, это странная работа по стеклу. Эта отражающая обработка кажется необычной.

— Это на самом деле не стекло, — сказал Джейсон. — Это классная вещь. Это керамика на основе алюминия. С несколькими настройками.

Перед ними ворота откатились в сторону, и глаза Джереми снова упали на ограждение.

— Настройками? — спросил он. — Как проволока на заборе?

— Хороший глаз, — сказал Джейсон, когда машина начала движение. Джереми заметил, что Асано не касался руля или педалей, но он наколдовал машину из твердых теней, так что эти мелкие детали на самом деле не стоили упоминания.

— Вещи вот-вот станут сумасшедшими, — сказал Джейсон. — Большие новостные компании используют меня, чтобы замаскировать очень важные предупреждения, пытающиеся выйти, хотя я думаю, что правительственные объявления справляются лучше в странах, где более двух компаний владеют девяносто процентами медиа. Мне не нужно говорить вам это.

— Почему вы показываете мне эти вещи? — спросил потрясенный Джереми.

— Потому что либо сегодня, либо завтра межпространственная война с бесконечным, неумолимым врагом собирается начаться по всему миру.

— Что?

* * * Джейсон въехал на главную дорогу семейной деревни, паркуясь перед большой резиденцией. Эрика ждала его снаружи. Улица была полна активности, многие останавливались, чтобы посмотреть, когда Джейсон подъехал. В основном это были Асано, но не все. Джейсон заметил маму Тайки, громко направляющую людей, пока она организовывала что-то внутри залов для собраний. Она помахала Джейсону, а затем вернулась к крикам на некоторых кузенов Джейсона, которые приостановились в процессе переноски стола.

— Что случилось, Эри? — спросил Джейсон, когда он вышел из машины.

— Тень говорит мне, что ты объяснял магию репортеру.

— Кто-то явно выстраивает специфический нарратив. Я полагаю, что мы используем внимание ко мне, чтобы выставить наш собственный.

— Игнорируя тот факт, что то, что ты только что описал, — это работа Сети, а не наша, Тень сказала мне, что ты делал объяснения сам.

— Кто еще собирался это сделать?

— Тень. Хиро. Я. Партнер Иана по теннису, Гленн. Кто угодно, кроме тебя.

— Ему нужно знать.

— Даже предполагая, что это правда, ты буквально худший человек, чтобы объяснять это ему.

— Я не так плох.

— Так ты не бросался бомбами с нулевым контекстом, просто чтобы посмотреть, насколько выпученными ты можешь сделать его глаза?

— Тень, ты предатель, — сказал Джейсон.

— Веселье для людей со временем, мистер Асано, — сказала Тень из тени Эрики. — У нас его очень мало, поэтому я решил, что ваша сестра будет лучшим введением для мистера Уэстина. Все, что вы сделали, — это встревожили человека для собственного развлечения.

Джейсон застонал в знак уступки, и он и Эрика повернулись туда, где Джереми все еще был в машине. Журналист взвизгнул, когда машина растворилась в тьме вокруг него, и он упал на землю, пока тени втягивались в тень Джейсона. Джейсон помог Джереми встать на ноги, когда моторизованный скутер пронесся по главной дороге.

— Дядя Джейсон!

Эми не полностью остановила скутер перед тем, как сойти, позволив инерции нести ее в мощные объятия.

— Привет, крошка, — сказал Джейсон, отвечая на объятия. — Я думал, ты будешь работать на Сеть.

— Фарра заставила их назначить меня в Кофс, потому что это ближе к дому. У меня есть свой эскорт безопасности!

— Кто-то надежный, я надеюсь.

— Это Рут и Грег, так как они сейчас не работают с дядей Каем.

Джейсон мог чувствовать их обоих, блуждающих в направлении главной дороги. Эми не нуждалась в постоянной охране, когда была с семьей.

— Говоря о Кае, — сказала Эрика, — Джейсон, сколько времени до того, как вы двое снова будете в воздухе?

— Достаточно времени, чтобы поспать, — сказал Джейсон. — Как только Кайто будет полностью заряжен, мы вернемся к этому. Цель состоит в том, чтобы установить серию потенциальных пунктов назначения телепортации, чтобы я мог передвигаться по стране, перепрыгивая порталами. Я могу перемещаться порталом в любое место, которое могу наполовину вспомнить, так что я просто тусуюсь в разных местах, пока Кайто делает перерыв.

— Позволь мне позаботиться о журналисте, — сказала Эрика. — Эми может отвести тебя к нашему другому гостю, а затем я приведу репортера обратно к тебе для интервью, прежде чем ты ударишься в мешок.

— Другой гость — это наш японский посетитель? — спросил Джейсон. Он уже мог чувствовать незнакомого бойца серебряного ранга. Она была пользователем Ядер, но ее аура не имела обычной неряшливости; она была чистой и острой.

— Да, — подтвердила Эрика.

Когда мысли Джейсона дрейфовали к пользователям Ядер, он заметил отсутствие своей невестки.

— Эми здесь нет? — спросил Джейсон.

— Она все еще организует гражданскую готовность к тому времени, когда все начнется, — сказала Эрика.

Регион Касселтон был слишком разбросан, чтобы оправдать постоянное присутствие сканирования Сети. Сеть навязала этот район Джейсону, несмотря на то, что он эвакуировал свою семью. Это не займет много его времени, чтобы перемещаться порталом и проверять район на наличие прото-пространств каждые пару дней между патрулями. Проблема была в том, что проявление вне диапазона его пространственного компаса могло привести к пространственному нарушению в соседнем районе. Как только монстры прибудут, ничто не остановит их от блуждания внутрь.

По этой причине Эми, как мэр, готовилась реквизировать все жилье в туристических городах Касселтон-Бич, Касл-Рич и Касселтон-Норт. Они все попадали комфортно в диапазон компаса, если использовать его в центральном городе из трех, Касл-Рич.

Как только люди начнут осознавать новую реальность, которая вот-вот обрушится на них, Эми будет готова собрать большую часть регионального населения в три города. Это не предотвратит прибытие монстров из-за пределов диапазона, но было лучше, чем просто оставлять людей на произвол судьбы. Немногие маленькие города имели такую защиту.

— Ладно, Джереми, — сказал Джейсон. — Я оставлю вас в способных руках моей сестры, пока я пойду разберусь с Следующей Проклятой Вещью. Эми, веди.

БАБУШКИН СОВЕТ

БАБУШКИН СОВЕТ

— Мы поместили её в гостевое крыло главного дома, — сказала Эми.

— Там есть гостевое крыло? — спросил Джейсон.

— Оно лучше, чем камеры содержания, к тому же только Фарра смогла бы её туда доставить.

— Там есть камеры содержания?

— Фарра решила, что нам нужно место для временного размещения незваных гостей, пока мы не решим, что с ними делать. Плюс вытрезвитель. У нас даже есть магически укрепленный автозак. Всё это находится в административном квартале.

— Полагаю, это тщательное планирование.

— Она здесь, — сказала Эми, указывая на секцию главного дома перед ними. Джейсон остановился.

— Нет, её здесь нет, — сказал он.

— Она должна быть здесь, — надулась Эми.

Джейсон взъерошил волосы племянницы, и она раздраженно оттолкнула его руку.

— Похоже, она захотела осмотреться. Ты беги, малышка, а я во всем разберусь.

— Я хочу посмотреть.

— Тень, — сказал Джейсон.

Из теней Джейсона и Эми появились тени, окутав Эми в реактивный костюм, который взмыл в воздух и унес её прочь с испуганным вскриком.

— Я тебя достану, дядя Джейсон! — её голос разнесся над деревней, а Джейсон рассмеялся, помахав ей вслед, пока она не скрылась за крышей.

* * * Акари Асано наблюдала, как мимо крыши, на которой она притаилась, пролетает изрыгающая проклятия девушка. Она нахмурилась при виде столь необычного зрелища.

— Впереди темные дни, — произнес чей-то голос.

Она встала, резко обернувшись. Она совсем не почувствовала его присутствия, несмотря на свой серебряный ранг слуха и восприятие ауры. Она всё еще не могла различить его ауру, хотя он был достаточно близко, чтобы она могла его учуять, чего не произошло.

— Нужно брать удовольствие там, где мы можем его получить, — сказал Джейсон. — Впереди еще достаточно печали.

— Ты — Джейсон Асано.

— Серьезно, что с людьми не так? У меня что, на лбу написано «амнезия»?

— Я — Акари Асано.

— Доброго дня. Я знаю, что мы назвали это место Деревня Асано, но ты проделала чертовски долгий путь, чтобы нанести визит.

Разглядывая женщину, Джейсон был поражен тем, насколько она напоминает меч на её бедре. Её тело и аура были подтянутыми и острыми. Двигалась она быстро, точно и эффективно. Волосы были стянуты в практичный хвост, одежда была облегающей и элегантной, а лицо обладало отполированным совершенством серебряного ранга. Хотя внешне они не были похожи, Джейсон не мог отделаться от воспоминаний о своей первой встрече с Софи. Эта женщина состояла из одних острых углов.

Он взглянул на меч, висевший у неё на поясе. Это был чокуто, японский прямой меч, и его магические чувства подсказывали, что он не был создан магией. Это был подлинный магический предмет искусной работы, по крайней мере, физически. Чтобы проверить качество магии, ему нужно было присмотреться внимательнее.

Люди с эссенцией оружия делились на три лагеря. Одни создавали свое оружие магией, обычно имея несколько вариантов для разных ситуаций. Другие использовали лучшее оружие своего типа, которое могли найти, применяя свои способности для его усиления. Третий тип делал и то, и другое: использовали свое настоящее оружие лично и призывали магическое оружие для различных необычных атак и способностей. Пользователи эссенции оружия, которых Джейсон хорошо знал, Валдис и Гэри, относились ко второму типу, хотя он встречал представителей всех трех.

— Мне сказали, зачем ты здесь, — сказал Джейсон, — но это прозвучало не очень лестно в отношении твоих намерений. Как насчет того, чтобы ты рассказала, зачем пришла, прежде чем я начну судить, а потом мы во всем разберемся?

Она окинула Джейсона взглядом. В своей повседневной одежде он выглядел как любой прохожий, но его невидимая аура опровергала это. Он казался расслабленным, но она могла заметить его осторожный баланс, готовность двинуться в любой момент.

— Ты относишься к типу убийц, — сказала она.

— Может быть, если назвать человека с топором «убийцей деревьев», — ответил Джейсон. — Нужно немало помахать, чтобы выполнить работу.

— Ты накапливаешь разрушительные эффекты вместо того, чтобы нанести решающий удар. Необычно для того, кто специализируется на скрытности.

— Правда? Когда ждешь, пока монстр размером с традиционный деревенский домик сдохнет, хорошая скрытность — это именно то, что нужно. Поверь мне.

— Многие верят, что наши силы отражают нашу истинную натуру. Твой стиль боя отбрасывает твое лицо.

— Ага, — согласился Джейсон с усмешкой, глядя на меч на её бедре. — Честь — это когда люди с модными мечами сражаются с людьми, у которых только палки, и называют это честным боем.

— Это плохое определение чести.

— А ты пришла в мой дом, чтобы сказать, что у меня её нет, что является плохой демонстрацией вежливости.

Акари кивнула, признавая этот довод.

— Значит, я прошел первый тест? — спросил Джейсон. — Что-то вроде того, чтобы не срываться, когда провоцируют?

— Оценка продолжается, — сказала Акари.

— Тогда следующий вопрос: что дает тебе право приходить сюда, чтобы судить меня и моих людей?

— Моя семья веками была частью Сети. Когда ты стал заметной фигурой, мы изучили твое прошлое и, действительно, у нас есть общий предок.

— Забавный факт, который не отвечает на мой вопрос. Насколько далеко этот предок, из любопытства?

— Ранний период Эдо.

— Семнадцатый век? Не совсем двоюродные братья, верно? Что снова заставляет меня задуматься, почему я должен хоть как-то беспокоиться о том, что ты говоришь о том, как мы здесь всё делаем.

— Моя семья…

— Не имеет значения. Ты продолжаешь говорить о своей семье, но я не спрашивал о них, и мне всё равно. Излагай свое дело.

Она одарила его холодным, стальным взглядом, подкрепленным аурой. Когда это не возымело заметного эффекта, её брови удивленно приподнялись.

— У нас нет ни права, ни интереса указывать твоей семье, как себя вести, — сказала Акари. — То, как ты ведешь свои дела — это твоя забота и только твоя.

— Рад, что мы это уладили, — сказал Джейсон. — Не знаю, где ты припарковалась, но парень на воротах выпустит тебя. Думаю, скоро начнут закрывать аэропорты, так что тебе стоит поторопиться.

— Моя семья хорошо известна в кругах Сети, — сказала она.

— Иии мы снова вернулись к семье. Если ты к чему-то клонишь, было бы здорово это услышать. У меня довольно напряженная неделя.

— Ты начал формировать свою семью в клан, — сказала она. — То, как вы ведете себя, не наше дело, но вы носите наше имя. Если вы оступитесь и рухнете, это отразится на нас, справедливо или нет. С твоей новой известностью, Джейсон Асано, ты отбрасываешь не только свое лицо своими действиями. Ты отбрасываешь и наше тоже.

— Если ты думаешь, что можешь решать, что нам делать или как нам это делать, ты глубоко заблуждаешься, мисс Асано.

— Мы понимаем, что ваша культура — не наша. Прямо сейчас ваш зарождающийся клан стоит или падает вместе с тобой. Было решено, что пока у тебя самого есть сила, чтобы заслужить уважение, мы не будем вмешиваться.

— Как великодушно. Значит, если у меня хватит сил, чтобы моя семья не развалилась в кучу и не опозорила вас, вы оставите нас в покое?

— Да.

— И как вы это проверите? Мы будем сражаться?

— Это было бы бессмысленно, — сказала Акари. — Твои способности в этой области хорошо задокументированы, но ты не можешь держать клан только силой оружия. Тебе нужно лидерство. Управление. Дальновидность. Тебе нужно правильно выбирать подчиненных и поднимать своих людей в целом. Ты должен выдерживать неудачи и решать проблемы. Знать, когда стоять твердо, а когда прогнуться. Последнее, как мы слышали, может быть твоей слабостью, но это может быть самым важным.

— Это не похоже на оценку, где можно провести пару быстрых интервью и тест с выбором ответов, — сказал Джейсон.

— Нет. Это будет всесторонняя оценка, проводимая во время испытаний и перемен. Если ты сможешь преуспеть в грядущие дни, тогда мы будем удовлетворены.

— И с чего бы нам терпеть всё это? — спросил Джейсон. — У вас нет власти надо мной или моими людьми, и такое поведение меня немного раздражает.

— На время оценки у тебя будет то, что очень нужно твоему молодому клану: дополнительный эксперт третьего ранга.

— Ты будешь работать на нас, пока проводишь свои маленькие проверки?

— Да.

— И ты действительно будешь делать то, что тебе говорят? У нас уже занята позиция невыносимо независимого лидера.

— Я буду действовать по указанию, в разумных пределах, и заранее проясню, когда меня попросят действовать за пределами того, что я готова терпеть.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Я обсужу это с семьей, и мы всё решим. Что будет, если мы скажем тебе убираться восвояси?

— Тогда я уйду, и мы будем надеяться, что ваш клан будет поглощен грядущим кризисом, что является приемлемым исходом, который не отразится на нас плохо. Если вы выживете, когда всё уляжется, тогда будут рассмотрены дальнейшие действия.

— Хорошо знать.

* * * Джейсон разыскал свою бабушку по отцовской линии. Её звали Юми, хотя любой, кто использовал это имя, получал взгляд, который жалил, как пощечина по уху. Юми была полностью посвящена в магию во время отсутствия Джейсона через программу подготовки Сети.

У неё был один из домов в бушленде, приютившийся среди деревьев. Джейсон почувствовал её на балконе и запрыгнул на второй этаж, его плащ развевался вокруг, а затем исчез, когда он приземлился на деревянный пол.

— Вежливые люди стучат, — сказала ему Юми, не отрываясь от чашки чая. Она сидела за уличным столом, сделанным из местного дерева.

— Я надеялся, что ты поможешь мне кое с чем, бабушка.

— Это насчет нашей гостьи?

— Ты единственный член семьи, который действительно был японцем. Я надеялся, что ты сможешь поделиться какими-то соображениями.

Юми приехала из Японии со своим покойным мужем незадолго до рождения их первого ребенка. В семидесятые годы японским иммигрантам было нелегко, но они преуспели и в конце концов стали натурализованными гражданами.

Джейсон пересказал Юми свой разговор с Акари.

— Честь — это скорее западная концепция, чем восточная, — сказала ему Юми. — Ты сказал, что она говорила о «лице». Клан Асано не заботится о нашем поведении, пока мы их не позорим.

— Как ты думаешь, чего она хочет на самом деле? — спросил Джейсон. — Нет никакой возможности, что японская Сеть отдаст кого-то с её навыками и силой сейчас, просто ради связей с общественностью.

— Возможно, ты недооцениваешь важность «лица» для этого клана. Но ты подозреваешь что-то более глубокое?

— Ага, — сказал Джейсон. — Бабушка, всё скоро станет плохо. Настолько плохо, как не было со времен Второй мировой войны, а может, и хуже. Даже если Акари уже была в пути сюда, когда сеть рухнула, её клан должен был немедленно отправить её самолетом домой. Они определенно не должны предлагать её для бессрочной службы зарождающейся семье Сети в другой стране.

Юми молча выслушала объяснение Джейсона и не ответила сразу, деликатно отпивая чай.

— Джейсон, я слышала, что вы с мисс Хурин чрезвычайно ценны для Сети. Без твоего обычного бахвальства и чепухи, насколько вы ценны, в точности?

— Бесценны, — сказал Джейсон. — Пока мы сотрудничаем, мы представляем собой знания и ресурсы, которые не перестают приносить плоды. Мы также предлагали это дешево, потому что защита мира от монстров — это цель, а не то, на чем нужно наживаться.

— Вот тебе и ответ, — сказала Юми. — Семья Асано из Сети в Японии хочет использовать нашу связь, какой бы слабой она ни была, чтобы получить от тебя преимущества.

— Тогда зачем приходить так агрессивно?

— Чтобы сохранить лицо. Их намерение — предложить тебе услугу, предоставив эксперта, когда ты больше всего в нем нуждаешься. Скорее всего, они полагают, что ты почувствуешь себя обязанным ответить тем же, если наступит их самый черный день. Эта женщина здесь не для того, чтобы судить тебя, а в качестве предложения. То, как она себя ведет — это просто демонстрация силы, чтобы её семья Асано не показала слабость перед нашей, сохраняя свое лицо.

— Как ты думаешь, нам стоит принять это предложение?

— Это зависит от обстоятельств, — сказала Юми. — Будет ли она действительно активом для нас?

— С тем состоянием, в котором находится семья, и тем, что должно произойти? Безусловно. Пройдут годы, прежде чем мы вырастим своих людей, хотя бы близких к её уровню.

— Тогда готова ли ты ответить взаимностью, когда придет время?

— Думаю, с этим я могу жить, — сказал Джейсон. — При условии, что под поверхностью не скрываются никакие невидимые опасности.

Юми одобрительно кивнула.

— Да, — сказала она. — Убедись, что это не попытка заманить тебя в какие-то конкретные неприятности.

— Если я что-то узнаю, мы её прогоним?

— Нет, — сказала Юми. — Если она что-то скрывает, мы её не отвергаем. Если они ведут с нами нечестную игру, мы сжимаем кулак вокруг них.

— А, — сказал Джейсон. — Мы не прогоняем её, а требуем большего.

— Именно, — сказала Юми. — Пока ты уверен, что справишься с любой заварухой, в которую они хотят тебя втянуть, мы выжмем из них всё, что можно.

Джейсон кивнул. — Тогда я созову собрание семьи, чтобы принять окончательное решение.

Он собрался спрыгнуть с балкона, когда бабушка заговорила, и он остановился, обернувшись, чтобы посмотреть на неё.

— Джейсон, — сказала она. — Я когда-нибудь говорила тебе, что ты мой любимый внук?

— Нет, бабушка.

— Хорошо, потому что это не так. Но ты исправляешься.

Джейсон усмехнулся и перепрыгнул через перила, оставив улыбающуюся бабушку позади.

ПАРЕНЬ С ОГРОМНОЙ КОСМИЧЕСКОЙ МОЩЬЮ

ПАРЕНЬ С ОГРОМНОЙ КОСМИЧЕСКОЙ МОЩЬЮ

На оживленной улице Сиднея посреди тротуара поднялась арка, наполненная тьмой. Толпа отступила. Некоторые сообразительные люди сразу достали телефоны, так что, когда через несколько мгновений из арки появились две фигуры, они смогли это запечатлеть. Один был в темных одеждах, невероятно задрапированных в звездную пустоту, в то время как другой был одет обычно, но выглядел довольно ошарашенным.

Джейсон откинул капюшон с головы и огляделся.

— Место я выбрал не очень удачное, — сказал он. — Припарковаться негде. Мне неловко из-за того, что я нарушаю движение.

Он вышел на улицу, где машины лишь медленно ползли, и встал на пути автомобиля, так что тот остановился. Машина впереди медленно продвинулась вперед, чтобы освободить место для целого автомобиля. Джейсон достал машину Джереми из своего инвентаря, которая с хрустом опустилась на дорогу примерно с тридцатисантиметровой высоты.

— Ой. Как там твоя подвеска? Неважно, просто поторопись. Мы тут движение задерживаем.

Он повернулся к Джереми, которого тошнило в водосточный желоб, в то время как всё больше людей доставали телефоны.

— Возьми себя в руки, приятель, — сказал Джейсон. — У тебя есть история, которую нужно сделать. Пора двигаться, дружище.

Джейсон помог Джереми подняться на ноги и усадил его на водительское сиденье. Пока тошнота Джереми проходила и он устраивался, Джейсон посмотрел на машину, которую заставил остановиться. Водитель открыл дверь, чтобы наполовину выйти, и тоже снимал всё на телефон. Джейсон подошел к нему.

— Извини за это, приятель. Сам знаешь, как это бывает с поиском парковки, да.

— Ты правда он.

— Ага. Как тебя зовут, приятель?

— Санджит.

— Приятно познакомиться, Санджит. Извини за Джереми. Это его первый телепорт, и он не очень хорошо с этим справляется.

Санджит качал головой в недоверии, глядя на Джейсона, Джереми и машину, которую Джейсон вытащил из ниоткуда.

— Как ты делаешь такие вещи? — спросил он.

— У меня есть магические силы, Санджит. Кажется сумасшествием, знаю, но спектр того, что считается сумасшествием, вот-вот будет радикально пересмотрен. Возможно, возникнет паника, а люди всегда запасают туалетную бумагу, когда такое случается, так что я бы посоветовал запастись сейчас и опередить ажиотаж. Подожди секунду.

Джейсон подошел к машине Джереми, где репортер наконец устроился на водительском сиденье с широко открытыми глазами.

— Пора двигать, парень, — сказал Джейсон через окно.

Джереми ошарашенно кивнул, завел машину и медленно двинулся вперед. Джейсон вернулся к Санджиту.

— Я вдруг забеспокоился, может ли он вообще водить, — сказал Джейсон. — Похоже, я устроил небольшой переполох, так что я сделаю ноги. Было приятно познакомиться, Санджит.

— Э-э, взаимно. Ты не такой, каким я тебя представлял.

Джейсон усмехнулся и пожал руку Санджиту.

— Я просто обычный парень с огромной космической мощью, пытаюсь как-то жить.

Джейсон ослепительно улыбнулся ему, а затем вернулся к порталу, где люди экспериментально тыкали в него пальцами.

— Прошу прощения, — сказал Джейсон. Они отошли, когда он шагнул сквозь него и исчез. Портал опустился в землю, оставив полосу тьмы, которая затем тоже исчезла.

* * * Вернувшись в Деревню Асано, Джейсон был готов к долгожданному отдыху, но сначала организовал собрание лиц, принимающих решения в семье, которое должно было состояться после того, как он проснется. Он воспользовался секретным трамваем в туннеле из главного дома, под водой, туда, где теперь находился его облачный дом на дне моря. Скрытая трамвайная система была запущена вместе с остальной магической инфраструктурой деревни, как только семья начала её занимать.

Системы Фарры собирали и доставляли магию из других мест для питания инфраструктуры, но некоторые системы приходилось дополнять духовными монетами. К счастью, у Джейсона не было недостатка в железных и бронзовых монетах. Немногочисленные системы в деревне, требующие серебряных монет, оставались неактивными.

Когда Джейсон вылил облачную флягу в воду, облачный дом принял форму серии купольных комнат, соединенных короткими туннелями. Купола из облачной материи могли переключаться между непрозрачным и прозрачным состояниями; Джейсон предпочитал оставлять их прозрачными. Когда солнце светило ярко и под правильным углом, свет достигал глубин воды, освещая комнаты постоянно меняющимся синим светом, который Джейсон обожал. В другое время облачный дом создавал направленные вниз лампы свечения, которые плавали над куполами, создавая похожий эффект.

Реакция на решение Джейсона с освещением была неоднозначной среди тех немногих, кто знал о местоположении облачного дома. Эрике это казалось отвлекающим, в то время как Эми разделяла любовь своего дяди к прохладному, мерцающему цвету.

Разборки с репортером и Акари отняли пару часов того, что должно было стать временем для сна Джейсона, или его личного эквивалента. Под руководством Фарры, вместо сна, он теперь погружался в некое состояние восстановительного транса, которое усиливало восстановление и поддерживало подсознательное осознание окружающего пространства, даже пассивно расширяя его чувства. Это было не то же самое, что быть полностью бодрым, но его было легко разбудить неожиданными стимулами.

Был разгар дня, но Джейсон был далеко не единственным, чьи режимы сна были сбиты. По всему миру персонал Сети и другие люди лихорадочно пытались подготовиться к тому, что грядёт. Их усилиям мешал хаос в СМИ, частью которого был информационный вихрь вокруг Джейсона.

Одной из больших проблем были противоречивые сообщения. В некоторых странах выходили выпуски новостей, где физики говорили о вторжении из другого измерения, что вызывало всеобщее недоверие. Другие пытались способствовать готовности населения, оставаясь при этом расплывчатыми относительно природы угрозы. Добавьте к этому запутывающие медиакомпании по всему миру, и получится гигантский беспорядок, который не смог ни подготовить, ни проинформировать. Не было никакой возможности, что обструкционизм СМИ продлится долго, но время до появления монстров истекало.

Первый зарегистрированный инцидент проявления монстров произошел в Анголе, пока Джейсон отдыхал. Драгоценные монстры и зараженные земные элементали появились массово на алмазном руднике. К тому времени, как кадры с существами попали в интернет, инциденты происходили на каждом континенте. Даже антарктическая научная группа зафиксировала монстров издалека, когда эвакуировала свою исследовательскую станцию.

В большинстве мест по всему миру планы Сети по защите основных населенных пунктов оказались эффективными. Активный поиск прото-пространств вокруг населенных пунктов работал, и пространства закрывались. Публичные сообщения наконец становились яснее, как раз вовремя, чтобы люди направились к основным центрам, хотя это создавало логистические проблемы с размещением и перенаселением.

К счастью, партнерство Сети с гражданскими правительствами и военными за последние несколько лет позволило внедрить планы действий на случай непредвиденных обстоятельств, которые немедленно приводились в исполнение. Это включало логистические усилия в безопасных зонах и поддерживаемый Сетью военный ответ на волны монстров.

Однако этого было далеко не достаточно, чтобы справиться с событиями без потерь. Число погибших быстро росло, так как монстры появлялись в изолированных и сельских районах. Население там было меньше, чем в городах, но целые города были стерты с лица Земли, прежде чем перегруженные группы реагирования смогли вмешаться.

* * * В день, когда прибыли первые монстры, ход человеческой истории был безвозвратно изменен. Те, кто был защищен в безопасных зонах, наблюдали, как кадры из фильмов о монстрах крутились в новостях, пока люди стекались в города. Затем началось кино совершенно другого рода.

По всему миру люди со способностями, превосходящими способности обычных людей, появлялись, чтобы сражаться с монстрами. Это были не пользователи эссенции в черной форме из Сети, а ярко одетые люди, которые появлялись небольшими группами, действуя независимо от военных и правительственного ответа.

— Супергерои, — пробормотал Джейсон, наблюдая за этим. — Это гениально.

В медиа-комнате главного дома Деревни Асано Джейсон наблюдал за рядом мониторов вместе со своими ближайшими членами семьи.

— Гениально? — спросила Эрика.

— Подумайте обо всем этом невнятном освещении, которое привело к этому, — сказал Джейсон. — Вся неопределенность и путаница. Теперь монстры пришли, и магия стала доступна для всех. Как мировые правительства собираются это объяснить? Собираются ли они рассказывать людям о сложностях магических тайных обществ? Сети, сетке, тайной истории? И всё это в то время, как люди паникуют, когда монстры появляются из сельской местности, чтобы их перебить?

— Люди — идиоты, — сказала Юми. — Они всегда выбирают простую ложь вместо сложной правды. Кто-то хотел этого хаоса, чтобы взять под контроль подачу информации, дав людям простой ответ.

— Именно, — сказал Джейсон. — Мир только что сошел с ума, и люди не готовы слушать о сложной истории тайных заговоров. Супергерои — это парадигма, которую люди могут понять. Всё, что нужно — это кто-то с магическими силами, хорошо проработанным прессом и какой-нибудь яркой, эластичной тканью.

— Кто они? — спросила Эрика.

— Инженеры Вознесения, — сказал Джейсон. — Перебежчики из ЭОА уже дали знать Сети, что вмешательство в СМИ было подготовкой к тому, чтобы захватить контроль над нарративом с помощью громких шагов, как только начнут появляться монстры. Теперь мы видим, как. Что было самым постоянным в новостях за последние несколько дней?

— Ты, — поняла Эрика.

— Именно, — сказал Джейсон. — Они месяцами медленно создавали общественную осведомленность обо мне в рамках подготовки к сегодняшнему дню. Они готовили мир к принятию людей с экстраординарными способностями.

— Насколько сильны эти супергерои? — спросил Хиро.

— Мы получили известие от крупного перебежчика в американскую Сеть, что ЭОА достигли нового порога в своей программе магического усиления. Это процесс улучшения людей с помощью магии, отличной от эссенций, и он значительно более инвазивный. Едкие алхимические ванны, хирургические операции по гравировке магических рун на костях. Магические татуировки — это легкая часть. Результат — люди, которые сильны и быстры, с несколькими дополнительными способностями от магических татуировок, о которых я упомянул. Эти новые будут серебряного ранга, и, судя по тому, что мы видели в прошлом, вероятно, смогут временно повышать себя выше.

— У них не будет опыта, который есть у людей из Сети, — оценила Юми. — Они потеряют некоторых, но это может сработать на них. Несколько героических жертв принесут много пользы.

— Скорее всего, — сказал Джейсон. — Есть причина, по которой на всех тех старых комиксах герой выглядел побежденным на обложке.

— По всему миру появляются команды этих героев, — сказала Эрика. — Их так много?

— Я не знаю, сколько из них будет на этом новом уровне силы, — сказал Джейсон. — Когда они мобилизовали их в рамках подготовки, многие из ЭОА пронюхали, что происходит что-то плохое, и либо боролись против этого, либо полностью перебежали в Сеть. Но никто из этих новых серебряного ранга. Будь то проверка на лояльность или промывка мозгов, они знали, на чьей стороне хлеб с маслом, и держали рты на замке.

— Если у ЭОА было так много перебежчиков, похоже, они облажались, — сказал Кен.

— Нет, — сказала Юми. — Они знали цену и были готовы её заплатить. Они пришли, готовые приносить жертвы, чтобы захватить инициативу.

— Что они и сделали, — сказал Джейсон. — Их так называемые супергерои доминируют в нарративе.

— Используя тебя как трамплин, — сказала Эрика.

— Я лишь часть этого. Они использовали меня из оппортунизма. Если бы я не появился, они бы просто сделали что-то другое.

— Итак, что теперь? — спросила Эрика.

— Сеть держит меня в режиме ожидания прямо сейчас, — сказал Джейсон. — Они хотят, чтобы я был готов, когда появятся монстры серебряного ранга. Они также хотят доказать, что правительственный ответ может быть эффективным, рекламируя операции против роев монстров низкого ранга, в чем, справедливости ради, они лучшие. Они не хотят играть на руку нарративу ЭОА.

— Важно ли, кто рассказывает историю? — спросил Кен. — Разве не все должны быть там, делая всё, что могут?

— Нет, — сказала Юми. — Реакция общественности будет иметь решающее значение в том, как сформируется долгосрочный ответ.

— Это слишком масштабно для того, чтобы небольшие группы людей были в центре ответа, даже люди с такими силами, как у Фарры и меня, — сказал Джейсон. — Это тот исход, который хочет ЭОА, потому что широкий военный ответ благоприятствует Сети. Они хотят использовать общественное мнение, чтобы подтолкнуть правительства направлять ресурсы в их сторону.

— Кажется, это худшее время для торга по политическим вопросам, — сказал Кен.

— Это так, — сказал Джейсон, — но ЭОА привели это в движение, вплоть до формирования бунта в их собственных рядах. Ожидать, что они будут действовать в общественных интересах сейчас, бесполезно. Люди умирают, а те, у кого есть власть, борются за еще большую власть. Есть вещи, которые даже вторжение межпространственных монстров не может изменить.

— Джейсон, — сказала Юми. — Нам следует провести то собрание, которое ты назначил.

— Я не думаю, что сейчас самое подходящее время, — сказала Эрика.

— Да, самое время, — сказал Джейсон. — Нам нужно обсудить мощный новый актив, который нам очень может понадобиться в этом новом мире.

* * * После того как расширенная семья Асано была доставлена в деревню вместе с горсткой других людей, был сформирован деревенский комитет для управления делами деревни. Изначально это начиналось как собрание, чтобы решить название для деревни, в итоге остановившись на Деревне Асано. Второй вариант Джейсона — «Эмпориум магических баффов Джейсона» — был решительно отклонен.

Под руководством Эрики комитет впоследствии превратился в формализованную управленческую группу. Были введены конкретные роли, и состав претерпел некоторые ранние изменения, когда люди брали на себя или отказывались от различных обязанностей. Эрика контролировала логистику продовольствия, Кен занимался развитием земель, а Хиро отвечал за магическую инфраструктуру. Бабушка Джейсона по отцовской линии, Юми, курировала медицину. Будучи врачом на пенсии, она управляла административными аспектами, в то время как Иэн руководил операциями. Было множество других ролей, которые занимали как члены семьи Асано, так и другие семьи, также проживающие в деревне.

Расширенная семья Асано составляла большинство, но было и некоторое количество других. Это включало членов семей Аси, Тайки, Грега и подруги Эми, Руби. Лучший друг Кайто и бывший деловой партнер, Бенни, также привез свою семью, как и старый продюсер Эрики, Уолли. Хотя многие из них были сбиты с толку, все они были принудительно направлены в деревню своими членами семьи, которые были в курсе дела.

Мать Аси, Рабия, была членом деревенского комитета, представляющим семьи не из Асано, и последние несколько дней работала со своей дочерью, чтобы познакомить всех в деревне с магией. Они использовали сильно ускоренную версию программы подготовки Сети.

Роль Джейсона в комитете не была постоянной. Хотя он стал де-факто патриархом зарождающегося клана Асано, он был слишком занят, чтобы участвовать в повседневном управлении деревней. Его формальная роль заключалась в том, чтобы разрешать тупиковые ситуации при голосовании в комитете и задавать направление для семьи в целом. Он ожидал более чем достаточного стороннего вклада в этом отношении. Как правило, комитет обращался к нему только по мере необходимости.

На собрании, которое созвал Джейсон, он представил группе предложение Акари Асано остаться в Деревне Асано. Дебаты шли вокруг стола, но доминировала Юми, которая подчеркнула отсутствие минусов у такого потенциально важного приобретения. Консенсус был быстро достигнут.

— Тогда мы примем её временно на данный момент, — сказал Джейсон.

Его телефонный будильник зазвонил.

— Бабушка, — сказал он, проверяя телефон. — Я оставлю тебя разбираться с Акари пока что, если ты не против. Похоже, у меня есть работа.

ОЧЕНЬ ДЛИННЫЙ СПИСОК ДЕЛ

ОЧЕНЬ ДЛИННЫЙ СПИСОК ДЕЛ

По всему миру проходили стратегические совещания, посвященные разработке эффективных мер противодействия волнам монстров. На одном из таких собраний в Сиднее сотрудники Сети и военные обсуждали меры реагирования, которые все еще внедрялись — спустя менее чем сутки после начала нашествия. Директор по тактическим операциям Сиднея Коэн Уотерс выступал в большом брифинг-зале.

— В большинстве случаев мы рассчитываем на эффективность проверенных методик. Существующие тактики «зачистки» — самый действенный способ быстрого уничтожения волн. Мы предвидим три основных сценария, где альтернативные подходы будут эффективнее. Первый — когда монстры сбиваются в группы еще плотнее, чем обычно, на открытых пространствах. Это лучший для нас вариант, поскольку небольшое число операторов высокой категории, специализирующихся на зачистке площадей, способны справиться с такими ситуациями. После этого нам понадобится лишь небольшая группа для «зачистки» остатков.

— Как часто нам стоит ожидать такого идеального сценария? — спросила Аннабет Тилден.

— В глубинке — довольно часто, — ответил Коэн. — Там полно плоской и пустой местности, а это как раз те районы, где нет патрулирования пространственных разломов. Это хорошая новость. Благодаря географически компактному населению Австралия переживет это гораздо лучше, чем многие другие страны.

Офицер связи от правительства Гордон Траффетт перебил его: — Каково ваше мнение о том, как лучше преподнести это, чтобы мы выглядели контролирующими ситуацию?

— Заткнись, Другой Гордон, — бросила Анна. — Это стратегическое совещание, а не политическое. Какой второй сценарий, Коэн?

Другой Гордон закипел. Он уже собирался парировать, когда почувствовал давление ауры Коэна, отчего смутился и запнулся.

— Второй сценарий — когда ландшафт прямо противоположный. Сложная местность, плохая видимость. Это охота на жуков, где жуки размером с хлебный фургон и устраивают засады.

В разговор вступил армейский майор: — Военную технику гораздо проще использовать, когда не пытаешься протащить ее через разломы. Насколько, по-вашему, это компенсирует проблему?

— Мы запускаем программу магически усиленного тяжелого вооружения, которая разрабатывалась со времен инцидента четвертой категории в Англии. Майор, вы увидите магически усиленное оружие, установленное на транспорт, на базах уже до конца дня. Количество пока ограничено, но мы ожидаем, что по мере мобилизации большего числа усиленного вооружения эффект будет расти. В конечном счете, лучшие решения — это специальные ударные группы из малых отрядов, которые мы тренировали последние девять месяцев. Те, кого мы готовим с нуля, еще не готовы к развертыванию, но переподготовленные группы уже показывают положительные результаты.

— Значит, вы полагаете, что ситуация под контролем? — спросил Другой Гордон.

— Даже близко нет, — сказал Коэн. — Я обсужу ключевые проблемы после того, как обрисую сценарии, третий из которых — проблема мощи. Пространства высокой категории содержат в основном сущности второй категории, наряду с одной или несколькими третьей. У наших специализированных ударных групп хватает сил, чтобы справиться с ними, но не хватает численности, в то время как у наших объединенных военных/сетевых групп зачистки есть численность, но не хватает силы.

— Нельзя ли объединить этот сценарий с любым из двух других? — спросила Анна.

— Да, — ответил Коэн. — Комбинация первого и третьего сценариев сложнее, чем просто первый, но все еще управляема. А вот когда объединяются второй и третий — дела становятся плохи. Прямо сейчас именно такая ситуация сложилась в Голубых горах. У нас туда направляются несколько ударных групп, плюс Джейсон Асано.

— Это тот человек из новостей? — спросил майор.

— Он самый, — подтвердил Коэн. — С каждым нашим анализом способностей Асано он разворачивался и превосходил наши прогнозы. Лично я надеюсь, что он не остановится, потому что у нас нет того, что нужно для решения предстоящих задач. Слишком мало людей, слишком мало ресурсов, слишком мало мощи.

— Полагаю, это совещание созвали не для того, чтобы вы объяснили, в какой мы заднице, — сказал майор.

— Нет, — ответил Коэн. — Есть ответ, который пробуют в других частях света. Африка и Россия уже сообщают о положительных результатах всего через день после начала волны монстров. Они привлекают внешнюю поддержку.

— Только не говорите мне, что вы имеете в виду ЭОА и их чертовых супергероев, — сказала Анна. — «Лига Героев», как же.

— Нет, — сказал Коэн.

— Думаю, нам стоит рассмотреть этот вариант, — вставил Другой Гордон. — Они получают много положительных отзывов.

— Не вариант, — отрезала Анна. — Даже если бы мы были готовы закрыть глаза на то, что они несут ответственность за это в первую очередь, а затем за срыв эффективного реагирования в подготовительный период, они не желают с нами работать. Даже в ситуациях, когда мы прибывали на одни и те же события одновременно, они демонстративно действуют в одиночку, со своими медиа-командами на буксире.

— Их численность на самом деле меньше, чем предполагает их присутствие в СМИ, — заметил Коэн. — Они не представляют той помощи, которая нам нужна. Кабала — представляет, и у них уже есть опорные пункты в тех самых отдаленных, изолированных районах, где нам нужны расширенные стратегические возможности.

— Чтобы они тоже могли присвоить себе заслуги? — спросил Другой Гордон.

— На самом деле, как раз наоборот, — сказал Коэн. — Кабала беспокоится, что их членов свалят в одну кучу с монстрами. Если мы поможем им оставаться в тени, пока мир лучше не разберется во всем происходящем, они предложат свою тайную поддержку.

— Тогда как представитель правительства, я одобряю, — сказал Другой Гордон. — Более того, мы должны продвигать этот нарратив через наши собственные медиа-команды.

— Категорически нет, — заявила Анна.

— На самом деле, я согласен с мистером Траффеттом, — сказал майор.

— Кто? — спросила Анна.

— Я! — рявкнул Другой Гордон.

— А, точно, — сказала Анна. — Но никаких СМИ.

— Миссис Тилден, — обратился майор. — Ваша организация привыкла к секретам, но время секретов прошло. Мистер Траффетт прав в том, что мы ведем войну на нескольких фронтах, один из которых — общественное мнение. Если мы позволим Инженерам Вознесения контролировать нарратив, это станет плацдармом, с которого они начнут свое вторжение. У военных давно есть протоколы по внедрению прессы. Мы воспользуемся ими и покажем истинное лицо этого конфликта.

Анна недовольно вздохнула, но спорить не стала.

— Мы готовы это обсудить, — сказала она.

* * * Звено транспортных вертолетов пролетело над лесистыми горами. Джейсон и Акари Асано были лишь двумя из целой группы пользователей эссенций, в основном бронзового и серебряного рангов из ударных групп, подготовленных Фаррой. Джейсон и Акари находились в вертолете Кайто вместе с одной из ударных групп.

Вертолеты направлялись туда, где передовая группа обустраивала зону высадки впереди предсказанного пути монстров. Монстры были рассредоточены по большой территории, над которой они сейчас пролетали. Потребуется долгая и кропотливая работа, чтобы выкурить их всех.

Лидер секции серебряного ранга наклонился к Джейсону.

— Я знаю, что ты лучше работаешь независимо. Хочешь, чтобы мы высадили тебя здесь?

— Было бы отлично. — Он наклонился к Акари. — Мы выпрыгиваем здесь. — Джейсон повернулся к двери кабины. — ЭЙ, КАЙ. ОТКРОЙ БОКОВУЮ ДВЕРЬ.

Дверь кабины сдвинулась. Летный экипаж Кайто — Ася, Грег и Руби — были впереди вместе с ним.

— Я тебя слышу, — сказал Кайто. — Не обязательно орать.

— ЧТО? Я НЕ СЛЫШУ ТЕБЯ ИЗ-ЗА ВЕРТОЛЕТА!

— О чем ты вообще? — крикнул Кайто в ответ. Переключив управление вертолетом на Грега, Кайто встал и оказался в дверном проеме кабины.

— Я ДУМАЮ, С ТВОИМ ВЕРТОЛЕТОМ ЧТО-ТО НЕ ТАК, — прокричал Джейсон в почти тихом вертолете. — ОБЫЧНО ОН ТАК НЕ ШУМИТ.

Кайто в замешательстве нахмурился.

— Я И САМ ОБ ЭТОМ ПОДУМЫВАЛ, — крикнул Грег спереди.

Кайто вопросительно посмотрел на ударную группу Сети, которая дружно прикрыла уши руками и покачала головами.

— Какого черта происходит? — спросил Кайто, с беспокойством оглядывая свой вертолет. — Я ничего не слышу. Это что, магия?

Затем он увидел растерянное выражение лица Акари и перевел взгляд на Джейсона.

— Ты задница.

Вертолет наполнился смехом, а ворчливый Кайто вернулся на свое место. Когда он хлопнул рукой по консоли, боковая дверь вертолета открылась. Продолжая движение на скорости, она наполнила пространство громким, стремительным потоком воздуха.

— ВАЛИ С МОЕГО ВЕРТОЛЕТА, — крикнул Кайто в ответ, после чего дверь кабины захлопнулась, отрезав кабину от ворвавшегося воздуха.

Джейсон кивнул Акари на дверь, и они выпрыгнули. Джейсон старался держаться к ней ближе во время падения, так как сварливый Кайто не активировал способность вертолета к медленному падению. Несмотря на отсутствие собственной способности к медленному падению, Акари спрыгнула с вертолета без колебаний. Когда они приблизились к земле, Джейсон потянулся, чтобы схватить ее теневой рукой, и притянул к себе, используя свой плащ, чтобы погасить падение.

Джейсон мягко опустил их в районе с редкими деревьями, и оба повернули головы вправо. Монстр серебряного ранга почувствовал их приземление и быстро, но бесшумно пробирался сквозь деревья.

— Посмотрим, на что ты способна, — сказал Джейсон.

Акари кивнула, двигаясь вперед.

Несмотря на то, что это был монстр серебряного ранга, он был меньше большинства железных рангов — в половину человеческого роста. Тонкая, темно-зеленая ящерица, у нее было четыре длинные ноги с лапами, почти как кисти рук, и гибкий хвост, заканчивающийся покрытой шипами луковицей. Она была быстрой, прыгучей и неплохо скрывала свою ауру. Рядом были другие монстры серебряного ранга, и, похоже, она пыталась использовать их ауры, чтобы замаскировать свою. Однако, как только она приблизилась, они смогли ее выделить.

Джейсон растворился в тенях, когда существо бросилось в атаку, втянув Акари в битву мобильности, скорости и быстрых защит. Физически слабая для такого мощного монстра, она вместо этого могла похвастаться набором особых форм атаки. Она стреляла ядовитыми шипами, которые быстро отрастали на луковице хвоста, и выплевывала облака ядовитого газа, которые висели в воздухе, усложняя обстановку. Она также могла выстреливать трио зазубренных языков для гибких, пронзающих атак.

Акари была мастером меча, в том духе, к которому Джейсон привык в другом мире. У нее была повсеместная комбинация среди таких пользователей эссенций — меч и эссенция адепта, в ее случае сочетающаяся с эссенцией магии для создания мастерского слияния. Отказ от других распространенных вариантов, таких как эссенции скорости или стопы, лишил ее выбора мобильных способностей, которые они предлагали, но ее эссенция адепта явно усилила ее ловкость. Она прыгала по деревьям почти так же легко, как ящерица, воспринимая деревья как твердую землю и едва касаясь ногой почвы.

Преимущество ее эссенции магии заключалось в том, что она расширяла ее репертуар перед лицом более экзотических способностей. Как и другие мастера меча, она отвечала атакой на атаку, а эссенция магии давала ей более интересные варианты. Она также обеспечивала телепортацию «мерцанием», компенсируя отсутствие специализированной эссенции мобильности.

Джейсон был знаком с этой способностью, которая в ближнем бою была лучше, чем телепортация, которую Хамфри получил от своей эссенции магии. Способность Акари не предлагала перемещение на большие расстояния на более высоких рангах. Вместо этого она становилась все более эффективной как боевая способность, чем телепорты Хамфри или Джейсона. Акари оставляла после себя остаточные изображения, которые взрывались с силой, и появлялась, проходя сквозь ящерицу, чтобы нанести урон, когда она проходила сквозь нее в кратковременном бесплотном состоянии.

Меч Акари разрезал облака яда, которые расходились от прохода клинка и растворялись в ничто. Скопления снарядов-шипов отражались силовыми волнами от ее взмахов мечом. Языки лишь однажды попытались ужалить ее, от чего она ловко уклонилась, прежде чем обрушить на них меч. Это не рассекло плоть серебряного ранга, но оставило языки порезанными и окровавленными. Ящерица втянула их обратно в пасть и больше не выпускала.

Монстр серебряного ранга был хитрее большинства, но ценой гораздо меньшей стойкости. Его тело серебряного ранга было причудливо прочным для своего размера, но оно не могло выдержать наказание, как более крупный монстр, и Акари в конце концов нанесла достаточно чистых ударов, чтобы покончить с ним.

Акари была классическим мастером меча, типажом, очень популярным в командах Общества искателей приключений. Если у мастера меча была способность, соответствующая их набору навыков высокого уровня, а у Акари она определенно была, то их баланс силы и выносливости всегда приветствовался. Она не могла наносить огромный урон за раз, как Фарра или Хамфри, или обладать выносливостью Джейсона, но она занимала эффективную золотую середину силы и долговечности.

— Ты бы очень хорошо справилась в том другом мире, — сказал ей Джейсон.

Она вопросительно посмотрела на него.

— Ты правда был в совсем другой реальности?

— Ага, — сказал он с грустной улыбкой. — Скучаю по друзьям, но не знаю, когда вернусь к ним. У меня здесь есть обязанности.

— Ты собираешься вернуться?

— Когда-нибудь.

— Как?

— Выяснение этого находится в очень длинном списке дел, и не на самом верху. Готова залутать своего первого монстра?

Акари была связана с Джейсоном через интерфейс группы. Поскольку Кайто был на месте, интерфейс не требовался для обеспечения связи группы реагирования, так что это были просто они двое. Поскольку они не были в прото-пространстве, нехватка магии делала радиус действия силы Джейсона слишком малым для эффективной связи или лута.

Акари коснулась монстра, и перед ней появилась подсказка о добыче.

* Хотите залутать [Токсичный прыгающий ящер]?

— Да.

Она поморщилась, когда ей в лицо ударил радужный дым, а затем на голову свалился огромный мешок с монетами, отчего она пошатнулась. Вслед за ним упала пара сапог из кожи зеленой ящерицы.

— Хитрость в том, чтобы отойти, прежде чем активировать способность лута, — сказал ей Джейсон. — Кроме того, если у тебя нет способности хранения, обязательно уклоняйся.

— Ты мог бы сказать мне об этом заранее, — сказала Акари, прислонившись к дереву.

— Это что, проблески человечности из-под твоего нелюдимого фасада? «Посмотрите на меня, я очень суровая клановая воительница с мечом. Я очень хороша в тыканье».

— Я очень хороша в тыканье, — сказала Акари. — Тебе стоит это запомнить.

Джейсон тихо рассмеялся.

— Вроде не слишком неуклюжая, так что давай немного разделимся. Я буду держать тебя в радиусе лута; монстры у нас не закончатся.

Акари пнула мешок с монетами у своих ног.

— Мне негде хранить эти вещи.

— Не волнуйся, — сказал Джейсон, бросая ей пустую пространственную сумку.

— Что это? — спросила она, поднимая ее.

— Пространственная сумка. Внутри больше, чем снаружи.

Она подняла ее перед собой, глядя со скептическим выражением.

— Ты хочешь сказать, что эта штука — сумка хранения?

Джейсон прищурился на нее. — Ты играешь в Dungeons & Dragons?

Ее лицо на мгновение застыло, прежде чем она снова нацепила маску.

— Нет.

ЕЩЕ ОДИН ШАГ ВПЕРЕД

ЕЩЕ ОДИН ШАГ ВПЕРЕД

Акари с ужасом наблюдала, как пиявки сползают с высохших останков того, что еще недавно было очень устрашающим монстром. Пиявки образовали кучу, из которой выстрелила окровавленная тряпка, обвившаяся вокруг руки Джейсона. Затем куча быстро растаяла в кровь, которая потекла вверх и сквозь тряпку, чтобы наконец впитаться в кожу Джейсона и исчезнуть.

— Колин не может появляться и исчезать так же легко, как другие мои фамильяры, — сказал Джейсон. — Скорее всего, это из-за того, что он физический, а не бесплотный. Но когда он выходит, все точно об этом узнают. Я что, говорю как ковбой? Такое чувство, что я говорю как ковбой. Магический ковбой. Это довольно круто. Держу пари, ты могла бы сделать отличную комбо-связку для быстрой стрельбы. Причем дешево. Эссенции пистолета и скорости, очевидно, но как насчет последней? Глаз или рука подошли бы, я полагаю. Что думаешь?

— Ты сумасшедший?

— Вероятно. Вся эта штука с ниндзя-чернокнижником не кажется очень правдоподобной.

— Мы только что видели, как монстр-пиявка сожрал двухголового динозавра.

— Это тоже не кажется очень правдоподобным, — признал Джейсон. — Хорошее замечание.

— Мы только что видели это, — сказала она, указывая на огромного, изуродованного монстра, — а ты небрежно обсуждаешь какую-то гипотетическую комбинацию эссенций?

— Леди, вы серебряного ранга. Категория три, или что-то в этом роде. Пожалуйста, скажите мне, что вас не просто накачали ядрами монстров, ни разу не поставив перед настоящим монстром?

— Конечно, нет. Я просто не привыкла к кому-то, кто сражается так, как ты. Ты хуже пространственных сущностей.

— Ну, это прямо-таки грубо, мэм.

— Перестань говорить как ковбой.

— Встречное предложение, — сказал Джейсон со все более подозрительным американским акцентом. — Что, если я пойду ва-банк и куплю большую шляпу?

— Что с тобой не так?

— Сети потребовалось время, чтобы это выяснить. Оказывается, как только ты проходишь определенный порог привлекательности, это начинает влиять на окружающую магию.

— Ты самый раздражающий человек, которого я когда-либо встречала.

— Ты даже не в первой тройке для меня. По крайней мере, ты немного успокоилась.

— Ты думаешь, я спокойна? — недоверчиво спросила она.

— Возможно, «спокойна» — не совсем подходящий термин. «Расслаблена», может быть. По крайней мере, ты перестала думать о том, что каждый раз, когда ты отправлялась на охоту на монстров, вокруг тебя было намного меньше монстров и намного больше союзников.

— Ты пытаешься меня поддержать? У тебя это не очень хорошо получается.

— Ты не из тех, кто реагирует на обычное сочувствие, особенно от человека, известного своим отсутствием искренности. Ты не первая моя цундэрэ.

— Я не… ты что, хочешь быть похороненным в лесу, чтобы никогда не вернуться?

— О, похоронить меня в лесу ты можешь, но я бы не был так уверен насчет «никогда не вернуться». Воскрешение — это своего рода моя фишка.

— Ты хочешь сказать, что тебя нельзя убить?

— О, меня можно убить, еще как, — сказал Джейсон. — Правда, это делает меня немного раздражительным, так что я бы не советовал. А теперь, я бы с удовольствием продолжил болтать, но нам нужно разобраться с монстрами, которые прямо сейчас на нас прут.

— Что?

— Ты их еще не почувствовала?

Акари сосредоточилась, расширяя свои чувства, и обнаружила рой слабых, но многочисленных аур, приближающихся к ним. Она узнала их по ауре как огоньков — существ, с которыми сталкивалась в прошлом. Обычно они появлялись в одном из двух случаев: роями или в качестве приманки, заманивая жертв в засады более опасных монстров.

По отдельности огоньки были слабыми и хрупкими существами, чьей единственной атакой было высасывание маны. Уровень их угрозы зависел от сочетания их ранга и численности, а также от того, насколько хорошо их потенциальные жертвы были экипированы для борьбы с бесплотными сущностями. Любая форма магической атаки могла в некоторой степени воздействовать на бесплотных существ, но по-настоящему эффективными были только специализированные атаки.

У Акари были атаки, эффективные против таких существ. Приближающиеся ауры были поголовно бронзового ранга, так что они представляли для нее лишь ограниченную угрозу, даже в огромных количествах. Ее беспокоил Джейсон, который был не выше рангом, чем монстры. Также, по данным расследований ее семьи, он специализировался на плотских врагах с малым количеством атак по площади.

Она перевела напряженный взгляд с направления приближающегося роя на Джейсона. У нее расширились глаза, когда она заметила, что он стоит с сэндвичем в одной руке и чем-то, похожим на холодный чай, в другой.

— Что ты делаешь? — спросила она.

Он в замешательстве посмотрел на свои руки.

— Ты не знаешь, как работают сэндвичи? Насколько изолированным было твое воспитание? Тебя растили в какой-то горной крепости? Был ли там эпизод с горячими источниками?

— Я не персонаж аниме, — сказала она сквозь зубы.

Джейсон ослепительно улыбнулся ей.

— Парни, почему бы вам не выйти и не избавить милую леди от хлопот? — спросил он.

Гордон и несколько тел Тени появились и бросились в деревья. Акари отслеживала их по аурам и магическим эманациям, когда они столкнулись с приближающимся роем. Лучевые атаки Гордона испаряли существ, когда они многократно проходили сквозь рой, в то время как Тени уничтожали каждого, с кем сталкивались, одним прикосновением. Его способность высасывать ману легко превосходила их собственную; огоньки были крайне восприимчивы к своей же форме атаки. Как только их мгновенно высасывали, они растворялись в едва заметные пылинки.

Акари почувствовала, как пара фамильяров методично уничтожает огоньков, словно закрашивая оголенную стену, пока не осталось ничего, что можно было бы почувствовать. Она и Джейсон переместились к месту поразительно короткой битвы, когда фамильяры Джейсона вернулись.

— Хорошая работа, парни, — сказал Джейсон, когда фамильяры исчезли обратно в него. Продолжая жевать свой перекус, пара теневых рук высунулась из его плаща, чтобы провести пальцами по пыли, пока он шел по месту битвы.

* Хотите залутать [Высший лесной огонек]?

Он покинул зону, прежде чем активировать лут, чтобы радужный дым не испортил удовольствие от сэндвича. Как только он это сделал, красочный туман поднялся вверх и наружу из-под древесного полога над довольно большой площадью.

— Полагаю, дальше двинемся на восток, откуда они пришли, — сказал он. — Подозреваю, что мы практически зачистили это направление. Что думаешь?

* * * После перегруппировки с основными силами Сети Джейсон отправил большинство тел Тени прочесывать регион в поисках монстров. Команды Сети перегруппировывались и переходили на протокол «зачистки», охотясь за любыми отбившимися монстрами. Их было легко упустить в обширном лесном массиве, поэтому Джейсон координировал действия с другими пользователями эссенций, развертывающими свои собственные разведывательные способности, такими как Кайто и его дроны.

Базовый лагерь был свернут, хотя тактические группы оставались в режиме ожидания на случай, если им потребуется быстро переместиться, если разведчики найдут что-то неожиданное. Джейсон сидел в тихом уголке, медитируя, чтобы закрепить достижения своего последнего опыта.

Акари присоединилась к нему в медитации, хотя ее отличалась тем, что она разложила коврик с вышитым на нем ритуальным кругом и держала в руках ядро монстра. После объединения с командой Сети ее сдержанность, которую Джейсон пробил, вернулась на место, хотя она была уже не так холодна с ним. Впрочем, это не означало дружелюбия, так как она оставалась настороже по отношению к странному человеку, который смешивал абсурд, силу и ужас в равной мере.

Индивидуальные способности эссенций ощущались по-разному по мере повышения ранга. Когда еще одна способность Джейсона перешагнула порог серебряного ранга, он почувствовал ледяной холод в глубине своей души, хотя это не приносило боли или дискомфорта. Это была часть его, и часть, к которой он относился тепло, несмотря на холодное ощущение.

* Способность [Тень Жнеца] (Тьма) достигла Бронзы 9 (100%). * Способность [Тень Жнеца] (Тьма) достигла Серебра 0 (00%).

* Способность [Тень Жнеца] (Тьма) получила новый эффект.

Способность: [Тень Жнеца] (Тьма)

* Фамильяр (ритуал, призыв). * Стоимость: Экстремальная мана. * Перезарядка: Нет. * Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Призвать [Тень Жнеца] в качестве фамильяра. * Эффект (бронза): Призванный фамильяр имеет сосуды бронзового ранга с дополнительными способностями. * Эффект (серебро): Призванный фамильяр имеет сосуды серебряного ранга с дополнительными способностями.

* Способность [Тень Жнеца] (Тьма) не может развиваться дальше, пока все атрибуты не достигнут серебряного ранга.

Акари почувствовала сдвиг в магическом состоянии Джейсона, даже мельком увидев его обычно скрытую и довольно устрашающую ауру.

— Что это была за способность? — спросила она.

— Один из моих призывов фамильяра, Тень, — сказал Джейсон. — Мне нужно будет перепризвать его, прежде чем он сможет использовать свою новую силу. Я обменивал ресурсы в рамках подготовки к перепризыву всех моих фамильяров с тех пор, как начал работать с Сетью.

— Это ресурсоемко? — спросила она. — Я знала очень немногих пользователей эссенций с фамильярами, в основном это были ритуалисты в группах поддержки.

Джейсон кивнул; это было типично для всей Сети.

— У меня есть большая часть того, что нужно, — сказал он. — Материалы серебряного ранга все еще в некотором дефиците, однако, и материалы для Гордона оказываются особенно сложными.

— Кто из них Гордон?

— Тот, который выглядит так, будто внутри него Туманность Ока Бога.

— И его зовут Гордон?

— Ему не обязательно позволять тому, чем он является, определять его, — сказал Джейсон. — К сожалению, это определяет, как призвать его сосуд серебряного ранга. Я почти уверен, что у американцев и китайцев есть то, что мне нужно, но я не в лучших отношениях ни с теми, ни с другими. Я, можно сказать, наехал на американцев, когда они пытались меня завербовать.

— Почему?

— Я сделал некоторые намеки насчет их политики как государства.

— Ты думаешь, твое правительство было бы лучше, если бы у них была глобальная мощь Америки?

— Нет, — сказал Джейсон, как ребенок, признающийся, что не заправил постель.

— А как насчет китайцев?

— Были обвинения, что я, возможно, снимал кое-какие вещи, пока проезжал через их страну. Кадры, которые, возможно, таинственным образом попали в международную прессу.

— Какие вещи?

— Лагеря, в основном. Не те, где жарят маршмэллоу. Ты могла видеть что-то из этого в новостях пару месяцев назад.

— Есть ли кто-то, кто не начинает сразу тебя недолюбливать?

— О чем ты говоришь? Люди меня обожают.

* * * — Я все еще не уверен в этой идее, — сказал Джейсон.

Он снова был в Деревне Асано, идя рядом с Фаррой. Он поместил облачный дом обратно в колбу и установил его на травянистом поле прямо за пределами деревни для особого мероприятия, по настоянию Фарры. Он был установлен в форме одного зала, с открытым пространством и амфитеатральной рассадкой.

Манипулятор вихря втягивал окружающую магию через крышу здания, нарушая магию деревни, но это была временная необходимость. Проведение ритуала серебряного ранга в противном случае потребовало бы сильно заряженных мана-ламп.

Когда они покинули деревенскую улицу, Джейсон и Фарра были далеко не единственными, кто шел по траве к залу. Члены семьи Асано и другие жители деревни коллективно двигались через поле, чтобы направиться внутрь. Многие из них указывали друг другу на Джейсона, поскольку теперь он был знаменитостью, с которой многие из них едва были знакомы.

— Большинство из этих людей не видели настоящей магии, — сказала Фарра. — Они видели магические эффекты в новостях и здесь, в деревне, но теперь они могут увидеть настоящего ритуалиста за работой.

— Я настоящий ритуалист? — спросил Джейсон.

— Ты адекватен.

Джейсон ухмыльнулся неодобрительному выражению лица Фарры, зная, насколько высокими могут быть ее стандарты как инструктора. Ее «адекватен» было высокой похвалой.

— Это много значит, когда слышишь от тебя, — сказал он. — Спасибо.

— Не позволяй этому вскружить тебе голову.

— Не уверен, что перепризыв Тени — это тот ритуал, с которого стоит их знакомить, однако.

— Все будет в порядке, — сказала Фарра. — Не может же быть так плохо, как с Колином, верно? Ты не собираешься истекать кровью из задницы и падать в обморок, верно?

— Я не истекал кровью из задницы.

— Ты истекал кровью отовсюду. Мы думали, ты можешь умереть.

— Все прошло гораздо лучше, когда я перепризывал его на бронзовом ранге.

— Знаешь, иметь фамильяра выше рангом, чем ты сам, может быть утомительно, — сказала Фарра. — Это один из тех неловких аспектов близости к повышению ранга. Впрочем, учитывая силу твоей души, ты должен справиться. Может, не когда будешь подбираться к алмазному, не знаю, но это будет приятная проблема.

— Да, будет, — согласился Джейсон.

Они вошли в зал, где людей рассаживали по местам. Управление жителями деревни было обязанностью Нанны Джейсона, которая была очень бодра после месяцев восстановления после болезни Альцгеймера. У нее был небольшой персонал, который следил за тем, чтобы люди находили места, где сесть, без споров.

Жители деревни наблюдали, как Джейсон и Фарра обустраивали ритуальный круг на каменном полу, который облачный дом воспроизвел для зала, прочерчивая линии мелом. Это был большой и сложный ритуальный круг с серебряными духами-монетами и драгоценными камнями темной квинтэссенции серебряного ранга, разложенными во множестве маленьких кучек.

— Знаешь, ты можешь достать ритуальные чаши, чтобы держать эти вещи, — сказала Фарра. — Типа тех маленьких чашечек, которые Грег использует для фишек настольных игр, только магические и дорогие.

— Не думаю, что их можно найти на месте, — сказал Джейсон.

— Вероятно, нет, — признала Фарра.

— Ладно, думаю, мы готовы, — сказал Джейсон, когда они завершили корректировку ритуальной диаграммы. Фарра отошла к Эрике, которая взяла на себя контроль над толпой, говоря всем успокоиться, пока Фарра мягко усмиряла группу своей аурой.

— То, свидетелями чего вы станете — это магия, — объявила Эрика. — Настоящие волшебники и магия из книг заклинаний. Вы все будете смотреть в тишине, иначе Будут Последствия.

Фарра подчеркнула слова Эрики легким всплеском ауры, и аудитория почувствовала, словно гравитация вдавливает их в сиденья. Фарра и Эрика заняли свои места впереди, рядом с Эми, оставив Джейсона одного посреди зала с ритуальным кругом, в полной тишине.

Он начал петь, его интонации были холодными, как безжалостная пустота космоса. По мере того как он пел, окружающая магия взбудоражилась до такой степени, что даже обычные люди могли ее почувствовать, но аура Джейсона проецировалась наружу, оставляя их застывшими на месте.

— Я взываю к царству за пределами холода и тьмы, где смерть не имеет значения, ибо жизни нет места. Пусть мое будет тьмой за пределами тьмы, падающей на последнюю дорогу к концу всех вещей. Пусть мое будет тенью смерти.

Сдвиг в окружающей магии начал влиять на физическую реальность, когда зал погрузился в полумрак. С последним словом песнопения зал погрузился во тьму, но ни один звук не нарушил ритуал, зрители все еще были скованы аурой Джейсона. Точка холодного небесного звездного света появилась на полу и начала медленно вычерчивать магическую диаграмму, пока ритуальный круг не начал излучать тусклый свет по всему залу.

Во тьме между линиями кучки монет и квинтэссенции погрузились в пол, словно таяли. Аура Джейсона угасла; на ее месте появилась новая, распространяющаяся из ритуального круга. Она ощущалась как бесконечная пустота, неумолимо ожидающая, когда все вещи войдут в нее, терпеливая с уверенностью, что они неизбежно войдут.

Темная фигура поднялась из центра круга. Затем другая, и еще одна, теневые формы, едва видимые в свете светящегося круга у их ног. Единственными по-настоящему различимыми чертами, которые были у темных фигур, было то, что они, казалось, были одеты в плащи, а из-под капюшонов сияли яркие серебряные глаза.

Джейсон мог видеть гораздо яснее, чем остальные, и был поражен тем, что увидел. Мало того, что глаза были зеркалами его собственных, так еще и новые тела Тени продолжали появляться и появляться. На бронзовом ранге у Тени было семь тел, и Джейсон ожидал около дюжины или, может быть, пятнадцати на серебряном. Но теперь тела продолжали подниматься, чтобы заполнить круг, пока в комнате не встала тридцать одна Тень.

С каждым новым телом устрашающая аура Тени становилась сильнее, пока, наконец, не появилось последнее тело и его аура не исчезла, как магический трюк. Свет вернулся в зал, окружающее освещение облачного дома, которое было привычным. Темные тела устремились волной, исчезая в тени Джейсона, пока не осталась только одна, стоящая перед ним.

— Еще один шаг вперед, — сказал Джейсон.

— Но многие еще впереди, — ответила Тень. — Этот мир велик и не единственный, требующий твоего внимания. А за ними лежит бесконечность.

— Это немного выше моего ранга прямо сейчас, — сказал Джейсон.

— С каких это пор это тебя останавливало?

ТАКТИЧЕСКАЯ ГИБКОСТЬ

ТАКТИЧЕСКАЯ ГИБКОСТЬ

Жители Деревни Асано высыпали из зала под благословенное солнце, освободившись от доминирующей ауры Джейсона и неестественной тьмы, в которую они были погружены. Даже несмотря на то, что тьма рассеялась, достижение солнечного света под открытым небом все равно ощущалось как спасение.

Оказавшись снаружи, многие направились прямиком в деревню, оставляя позади удивительную, но нервирующую демонстрацию магии. Другие остановились посмотреть, как Джейсон возвращает твердое здание, которое они только что занимали, обратно в колбу, словно загоняя джинна обратно в бутылку. Другие близкие друзья и семья Джейсона уже видели это раньше и уже задержались дольше, чем следовало, поэтому спешили вернуться к своим делам. Исключением были Фарра и Эми, которые стояли рядом с Джейсоном, пока здание медленно растворялось в облачную субстанцию, змеящуюся в бутылку.

— Ты получила записи для парня из медиа-отдела Сети, все в порядке? — спросил Джейсон.

— Я их не проверяла, но должно быть нормально, — сказала Фарра. — Как только вернусь в Сидней, отдам их Терренсу. Тебе действительно нужно повысить ранг той способности портала, Джейсон.

— По одной силе за раз, — сказал Джейсон. — Я собираюсь испытать Тень в деле, теперь, когда он повысил ранг. Ты сейчас выше меня рангом, Тень, так что я ожидаю, что ты будешь делать большую часть работы, пока я буду отлынивать.

— Мисс Эми, — сказала Тень. — Если вы когда-нибудь почувствуете потребность в фамильяре на основе теней, как только получите эссенции, думаю, нам с вами стоит поговорить.

— Предатель! — воскликнул Джейсон.

* * * После возвращения облачного дома в его скрытое подводное местоположение, Джейсон хотел выбраться наружу и исследовать расширенные пределы и возможности Тени. На деревенской улице Тень приняла форму мотоцикла. Джейсон забрался на него, и они рванули с места.

Передние ворота на краю участка находились примерно в трех километрах от самой деревни, и по ту сторону была большая толпа. Джейсон остановился. По обе стороны дороги были разбиты палатки и кемперы.

Как только местоположение комплекса Асано было обнародовано в прессе, запаниковавшие люди пришли искать защиты Звездного Всадника, вместо того чтобы направляться в назначенные безопасные зоны. Среди них были и те, кто придерживался маргинальных мнений о нем, вступать в дискуссию с которыми у Джейсона не было никакого желания. Подъехав к закрытым воротам, он заметил знаки и плакаты, приветствующие посланника Божьего, осуждающие Антихриста и на удивление большое количество упоминаний химтрейлов.

— Кайто что, оставлял конденсационные следы своим вертолетом?

— Нет, — сказала Тень.

— Тогда что за фигня с химтрейлами?

— Не знаю, — ответила Тень. — Что-то, что я усвоил за свою очень долгую жизнь: не все знания стоят того, чтобы ими обладать.

— Как всегда, кладезь мудрости, Тень.

Помимо потенциальных беженцев и сумасшедших, присутствовал контингент прессы, занятый, как подозревал Джейсон, одной из наименее желанных работ в нынешнем медиа-ландшафте. Он посмотрел на сомнительные переносные туалеты, за пользование которыми кто-то взимал плату, и подтвердил это подозрение на месте.

Многочисленные люди пытались обойти то, что казалось простой защитой из сетки-рабицы, пусть и довольно странной. То, что они обнаружили, заключалось в том, что любой, кто пытался перелезть через забор, терял сознание, благодаря полю высасывания маны, которое Фарра и Хиро встроили в него.

В одном случае вертолет прессы попытался пролететь над территорией, только для того, чтобы пилот и пассажиры очнулись в другом штате без вертолета, без записывающего оборудования и без понятия, что произошло.

Те, кто пытался прорезать путь через забор, пострадали значительно хуже — забор был не столько под напряжением, сколько стрелял молниями.

Деревня в значительной степени игнорировала людей, собравшихся снаружи, до тех пор, пока они придерживались двух правил: оставлять пространство вокруг комнаты охраны и держать дорогу свободной. Это второе правило в данный момент нарушала пресса, собравшаяся перед воротами, чтобы перекрикивать друг друга, выкрикивая вопросы Джейсону.

— Вы перекрываете общественную дорогу, — сказал Джейсон.

Его голос был тихим, но каким-то образом донесся до всей группы. Они замолчали, когда опустилась аура Джейсона. Лихорадочные глаза загорелись желанием штурмовать ворота, когда они начали сдвигаться, но Джейсон продолжал использовать тонкий контроль ауры, чтобы не просто удерживать их на месте, но и заставить их попятиться с дороги.

Прежде чем отправиться в путь, Джейсон оглядел репортеров в поисках того, кто лучше всех держится против его подавления. Он ослабил силу своей ауры против этого одного человека почти до нуля, и мужчина, преодолевая страх, выкрикнул вопрос.

— Вы не пускали прессу в комплекс с тех пор, как началось пространственное вторжение. Что вы скрываете?

Джейсон повернулся, его серебряные глаза безошибочно упали на мужчину, несмотря на его положение в задней части толпы. Затем он ухмыльнулся.

— Что я скрываю, так это свою семью. Не знаю, слышали ли вы, но вокруг монстры.

Не дожидаясь ответа, мотоцикл Джейсона рванул с места, как ракета.

* * * «…но вокруг монстры».

Анна выключила звук телевизора на стене своего кабинета со стоном.

— Почему он продолжает натыкаться на прессу? — пожаловалась она. — У него есть магические способности скрытности.

— Потому что я его попросил, — сказал Терренс.

— Ты это устроил?

— Конечно, устроил, — сказал Терренс. — ЭОА, в конце концов, взяла на себя труд легитимизировать его. Мы занимались этим безликим правительственным реагированием, и я понимаю; мы хотим показать всем, что система работает и что общество не рушится вокруг нас. Пока что. Но ЭОА пинает нас почем зря со своим шоу красивых супергероев, и нам нужно человеческое лицо, которое люди поддержат.

Поскольку Сеть переводила свой отдел Медиа-интердикции в более традиционный отдел по связям со СМИ, новым директором по связям со СМИ стал Терренс.

— Публичность — это вторичная забота на данный момент.

— Ровно до того момента, пока это не перестанет быть так, — сказал Терренс. — Ты знала, что супергерои присваивают себе заслуги за энергосеть?

— Они признаются, что отключили ее?

— Нет, они утверждают, что тайно сдерживали монстров, пока террористы не вывели из строя их систему раннего предупреждения.

— Они заявляют, что они — это мы?

— Анна, если они убедят общественность, что они — это мы, вопрос времени, когда правительства начнут переключать свою поддержку с нас на ЭОА.

— Это безумие. Правительства знают правду.

— Да, но им все равно. Если общественные настроения склонятся в пользу ЭОА, правительства последуют за ними. Сейчас все нестабильно, и они пойдут по пути наименьшего сопротивления из чистого отчаяния. ЭОА знают, что мы заняты защитой мира с огромными затратами людей и ресурсов. Они заняты тем, что присваивают себе заслуги за это, используя кучку кричащих идиотов в спандексе с преданными медиа-командами.

— Они ведь не носят спандекс, правда?

— Нет, дизайн их костюмов на самом деле довольно сказочный, — признал Терренс.

— Ты понимаешь, — сказала Анна, — что если ты пойдешь с Асано, твое человеческое лицо Сети на самом деле не человек.

— Он из маленького городка, милочка, а не из космоса.

— Неважно. Он на самом деле и не из Сети.

— Послушай, — сказал Терренс. — Асано харизматичен, отлично справляется с прессой, и у него есть эта штука со светом и тьмой, которая потрясающе работает с большинством наших целевых демографических групп.

— Ты проводил фокус-группы?

— Конечно, проводил. У него низкие показатели среди пожилых людей, что отчасти расизм, а отчасти религиозная реакция на все происходящее. Зато он отлично заходит молодежной аудитории, потому что у него есть эти дихотомии, которые уравновешивают друг друга по всем фронтам. Леваки любят его, потому что он не белый, так что они могут чувствовать свое превосходство, поддерживая его, но он и не настолько этнический, чтобы вызывать у них дискомфорт. Это также помогает с консерваторами, которые на борту из-за кадров, которые мы слили, где он гоняет по глубинке на мотоцикле, разнося монстров.

— Ты выпускал наши боевые кадры?

— Не беспокойся об этом. У него есть эта легкая, хулиганистая манера, которая делает его понятным, но он также окутан тайной. Его силы темные, опасные, что привлекает любителей мрачняка, но он также бегает вокруг, исцеляя людей, как эмо-Иисус. На самом деле, у Фарры должны быть кадры для меня, которые позволят нам немного больше показать эту темную силу.

— Ты хочешь выпячивать темные силы, когда люди боятся монстров, бегающих вокруг?

— Людям нужно знать, что кто-то собирается спасти их прямо сейчас. ЭОА продает этот нарратив супергероев, и люди его поглощают, так что мы должны продавать его лучше. Они выставляют кучу второсортных суперменов, но они забыли, что люди больше любят Бэтмена. Асано — это австралийский, мультикультурный, хулиганистый Брюс Уэйн.

— И ты можешь это продать? Я встречала этого человека, и он в основном навязчивый и странный.

— Ты думаешь, я выбрал его по прихоти? — сказал Терренс. — Я профессионал, Анна. Я просмотрел все кадры, которые у нас есть на него, изучил отчеты о действиях и опросил всех, кого смог найти, кто имел с ним дело. А потом я взял у него интервью.

— И?

— Он становится тем, кем должен быть, чтобы получить то, что хочет. Он может казаться тебе странным, но это потому, что он хочет, чтобы ты была в замешательстве. С обычными людьми он расслаблен и обаятелен. Когда ему нужно контролировать ситуацию, он свиреп и властен. Он уверен в себе, он красив, и он именно то, что нам нужно прямо сейчас.

— Красив, — простонала Анна, закрывая глаза рукой.

— О, он лакомый кусочек, это точно. Я имею в виду, эти глаза; такое чувство, будто он охотится на тебя. У меня от этого мурашки.

— О нет.

— Сексуальные мурашки.

— Терренс, — неодобрительно сказала Анна.

— А ты видела его брата? Нам стоит сделать несколько рекламных снимков их вместе. Может, после того, как побрызгаем их водой.

— Терри…

— Я бы с удовольствием стал начинкой в этом сэндвиче в любой день. Подавайте меня, я готов.

— Мне снова звонить в HR?

— Не будь такой ханжой, сестренка. Это же только ты и я.

— Ты хочешь, чтобы я рассказала маме, как ты ведешь себя на работе?

— О, ты бы не стала.

— Еще как стала бы, — сказала Анна.

— Знаешь, Анна, она постоянно жалуется, что ты никогда не бываешь дома на ужин. Ей нравится, когда все вместе, но ты всегда здесь.

— Да, ну, иногда я задерживаюсь на работе. Апокалипсис монстров, как-никак.

— Ты же знаешь, руководящие принципы номенклатуры не любят этот термин, — сказал Терренс.

— Я не позволю тебе читать мне лекции о подобающем языке на рабочем месте.

* * * Джейсон мог бы легко испытать новые способности Тени в Деревне Асано, но поездка на мотоцикле под теплым солнцем конца лета была бальзамом после интенсивности, последовавшей за коллапсом энергосети. Джейсон проводил почти каждую минуту бодрствования, патрулируя в поисках прото-пространств или улетая, чтобы помочь подавить волны монстров. Его неизбежно снова призовут, но в данный момент он наслаждался простым удовольствием ветра на своем лице.

Джейсон воспользовался передышкой, доехав до маленького прибрежного городка, который делал Касселтон-Бич большим. Обычно здесь было бы несколько туристов и местных жителей, наслаждающихся белым песком и чистой водой, но город был эвакуирован. Немалое их число теперь находилось в палатках перед главными воротами Деревни Асано.

Он перестал ехать на краю города и пошел по единственной улице. Единственным шумом был звук океана; тихая пустота посреди яркого, солнечного дня была жуткой.

— Мой мир никогда не вернется к тому, каким был, правда? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказала Тень, тело которой появилось, чтобы скользить по земле рядом с Джейсоном. — Но тебе придется стать намного сильнее, если ты хочешь привлечь ответственных к ответу.

— Если предположить, что я когда-нибудь достигну такого уровня, кем я стану? Иногда я смотрю на то, как я веду себя, и чувствую, что стал карикатурой на самого себя.

— Магия толкает людей к крайностям, — сказала Тень. — Сила дает людям шанс стать тем, кем они действительно желают быть. Она сдирает слои, которые они помещают между своим глубочайшим «я» и своим поведением.

— Не уверен, что мне нравится, что это говорит обо мне.

— Ты мог бы поступить гораздо хуже, мистер Асано. Совершенно праведный человек — это миф. Я встречал людей в бесчисленных мирах, и за пределами по-настоящему хороших есть те, кто делает все возможное, вопреки своим недостаткам. Я видел богов, поглощенных мелочностью, и отъявленных злодеев, ставших прославленными мессиями. Чего я никогда не видел, так это идеального человека, от простого смертного до великого астрального существа.

— Ты говоришь перестать беспокоиться о том, что я сделал в прошлом, и сосредоточиться на том, чтобы делать все возможное в будущем.

— Именно. У меня большие надежды на вас, мистер Асано.

— Но еще большие надежды на мою племянницу.

— Если приходит корабль получше, вполне естественно сесть на него.

— Именно из-за таких разговоров я люблю Колина и Гордона больше, чем тебя.

Они направились к пляжу.

— Это не новая способность, — сказал Джейсон, — но какими транспортными средствами, по-твоему, ты можешь управлять со всеми этими дополнительными телами?

— Существующие ранговые ограничения на формы, которые я могу принимать, остаются, — сказала Тень. — Способность, которая позволяет мне использовать такие формы, — твоя, а не моя, поэтому формы полета и подводной лодки по-прежнему будут требовать больше тел для достижения меньших эффектов.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Каких пределов ты можешь достичь с новым количеством тел?

— Я, вероятно, смогу справиться с небольшим частным самолетом, задействовав почти все свои сосуды, хотя это будет принудительное использование моего более высокого ранга, чтобы раздвинуть границы твоей способности более низкого ранга. Энергия, которую я бы при этом потребил, сделала бы стоимость в духах-монетах крайне непомерной, пока ты не повысишь ранг.

— Значит, ты действительно ждешь меня. Не думаю, что ты мог бы справиться с гигантской роторной пушкой, если бы мы подогнали танк или что-то в этом роде?

— Мы уже обсуждали это, мистер Асано. Я могу имитировать формы атаки, которые являются постоянной частью структуры, но не специальные и снарядные атаки. Я могу создавать когти или таран, но не ядовитое дыхание, стреляющие шипы или снарядное вооружение.

— Я думал, может, с повышением ранга…

— Ты хочешь воспроизвести весь набор сил своего брата одним расовым даром, я знаю. Я настоятельно рекомендую тебе умерить свои ожидания, мистер Асано. Возможно, нам было бы лучше обратить наше внимание на способность, которой я действительно обладаю?

— Ладно.

Новое множество теневых тел Тени означало, что Джейсон мог расширить круг людей, в тени которых он держал Тень. Теперь он мог включить своего отца, всю семью своей сестры и Фарру, не теряя слишком много тел для практических целей.

Что касается собственно новых способностей, Тень получила две по достижении серебряного ранга. Одна из них заключалась в том, что любое из его теневых тел могло телепортироваться к любому другому его телу. Это означало, что Джейсон мог развернуть Тени повсюду и отозвать их при необходимости, или отправить группу из них на помощь члену семьи, если они попадут в беду.

Радиус действия этой способности был эквивалентен способности портала на один ранг ниже сосуда Тени. Это означало, что на базовом уровне серебряного ранга радиус действия был таким же, как у портала Джейсона, когда он впервые достиг бронзы, что составляло примерно сорок километров.

Другая новая способность Тени имела такое же ограничение по дальности. В пределах этого радиуса Тень могла выступать в качестве посредника для любой из небоевых способностей Джейсона. Это означало, что он мог прыгнуть в тень к одному из тел Тени, игнорируя обычное требование того, чтобы целевая тень находилась поблизости. Это массово расширило его радиус телепортации без использования портала, что могло быть критически важно, когда он сталкивался с перезарядкой портала.

Во время поездки на мотоцикле Тень оставляла теневое тело каждые несколько километров. Джейсон шагнул в Тень рядом с собой и появился рядом с последним оставленным телом. Он немедленно шагнул обратно и продолжил прыгать от тела к телу, пока не прибыл обратно в Деревню Асано.

— Никакой арки портала, никакой перезарядки, — сказал Джейсон. — Я не могу брать людей с собой — это увеличивает потребление маны, да и дальность не идеальна — но все равно, это потрясающе.

— Это действительно предлагает дополнительную тактическую гибкость, — признала Тень. — Я смогу отправляться в зоны, которые ты не можешь видеть напрямую, и предоставлять тебе варианты теневых прыжков. Это адекватное использование силы.

— Успокойся, приятель. Не будь таким возбужденным.

Джейсон шагнул обратно в Тень, прыгнув обратно на пляж, и начал тестировать другие способности. Еще одним аспектом использования теневых тел в качестве посредника для своих сил было то, что Джейсон мог использовать свои небоевые способности из Тени, как если бы они были его собственным телом, опять же в пределах того же ограничения по дальности.

Его способность восприятия работала, так что, когда он разделял чувства одного из тел Тени, у него был полный радиус восприятия. Его способность «Рука Жнеца» — нет, поскольку недуги, которые она могла накладывать, по-видимому, помечали ее как боевую способность.

Самым неожиданным результатом было то, когда он проявил свой плащ поверх Тени, по той простой причине, что он смог сделать это, даже имея на себе один надетый. До сих пор он мог иметь только один плащ, потому что должен был занимать его. С новой способностью Тени это больше не было жестким ограничением.

Он заставил большинство тел Тени телепортироваться к нему, за исключением тех, что были прикреплены к членам семьи, а затем наколдовал плащи на всех них. Стоимость маны на создание его плаща была лишь умеренной, но создание двадцати семи за короткий промежуток времени отрезало серьезный кусок его маны.

— Охренеть, — прохрипел он с легкой головной болью от того, что вывалил столько маны в одно мгновение. Это было даже больше, чем заклинание с экстремальной стоимостью маны, вроде того, как призыв Тени в первый раз стоил ему. К счастью, он был близок к пику бронзы, и его запас маны был богат, благодаря его высокому атрибуту духа.

Как только его плащ повысит ранг, это будет стоить умеренное количество маны для серебряного ранга, что сделает его более непомерным, пока у него не будет запаса маны серебряного ранга. Это одна из трудностей нахождения на пороге повышения ранга.

Джейсон закинул в рот дух-монету бронзового ранга, чтобы помочь себе восстановиться.

— Думаю, я пойду домой отдохнуть, — сказал он.

Его телефон начал пищать сигналом тревоги.

— О, черт возьми.

СЛОМАННЫЙ

СЛОМАННЫЙ

Брокен-Хилл был тщательно выбранной целью. Одно из самых известных мест в австралийской глубинке, его богатая история и культовые пустынные ландшафты вплели его в ткань души Австралии. Это был также один из центров, в котором были собраны изолированные люди со всего этого региона глубинки, увеличив население с менее чем двадцати тысяч до почти тридцати пяти тысяч.

Присутствие Сети было минимальным, с единственной тактической секцией для защиты группы поддержки, чьей основной обязанностью была проверка на пространственные вторжения. При ограниченных ресурсах только при обнаружении пространственного разлома вводились существенные силы.

Персоналом, отвечающим за организацию массового притока людей, были обычные госслужащие, военные специалисты по логистике и немалое число волонтеров. Были строители, возводящие сборные жилища, и компании, жертвующие материалы, инструменты и технику. Как и в других безопасных зонах, создаваемых по всему миру, люди выходили, чтобы показать, как многие готовы сделать шаг вперед и помочь друг другу.

Крупные населенные пункты по всему миру превращались в военные зеленые зоны; самые сельские районы забрасывались. Брокен-Хилл находился где-то посередине. Он был взят под защиту Сети, но лишь с долей ресурсов, выделяемых крупному городу.

Сеть стала известна общественности как Глобальная Сеть Обороны в недели после начала волн монстров. Учения по готовности к террористическим атакам приводились в качестве подготовки к худшему сценарию, с которым теперь пришлось столкнуться. Сочувствующая часть СМИ называла «сверхъестественные оперативные группы», которые выставляла ГСО, правительственным ответом на невообразимую угрозу. Их практичность и профессионализм должны были внушать уверенность, но это постоянно затмевалось яркими выходками и экспертными манипуляциями СМИ «Лиги Героев» ЭОА.

Повестка ЭОА по позиционированию себя как главного игрока, который соответствовал или даже затмевал Сеть, строилась вокруг занятия лидирующей позиции в реагировании на волны монстров. Это включало двухстороннюю атаку — возвышение себя при одновременном разрушении Сети.

Целью ЭОА было не убедить правительства мира в том, что они лучше Сети. Правительства прекрасно знали, что мощь, ресурсы и охват Сети легко превосходят ЭОА. Целью ЭОА было раскачать общественные настроения так яростно в их сторону, чтобы правительства были вынуждены дать ЭОА место за столом, переключая поддержку, ресурсы и влияние с Сети.

Для этой цели были выбраны различные цели по всему земному шару; Брокен-Хилл идеально соответствовал их критериям. Он находился под защитой Сети, но с минимальным присутствием Сети. У них была группа поддержки для сканирования прото-пространств и тактическая секция из девяти человек для их защиты. В остальном Брокен-Хилл был укомплектован обычными военными, госслужащими и волонтерами.

Кроме того, Брокен-Хилл был географически изолирован в огромной стране, где у Сети были ограниченные возможности магического транспорта. Все эти факторы вместе сделали Брокен-Хилл легкой целью для плана ЭОА. Если бы Сеть потерпела катастрофический провал в одной из своих предполагаемых безопасных зон, только для того, чтобы вмешалась «Лига Героев», это стало бы серьезным ударом по Сети. Если бы это неоднократно происходило по всему миру, этот провал превратился бы из серьезного удара в сокрушительный.

В то время как Сеть изо всех сил пыталась спасти как можно больше людей, ЭОА выбирала свои цели и тщательно внедрялась в них. «Лига Героев» ЭОА была правой рукой, отвлекающей аудиторию; их тайные операции были левой рукой, выполняющей трюк. У волонтерского персонала и даже военных, дислоцированных в Брокен-Хилле, не было недостатка в засланных агентах ЭОА.

Внедренные агенты в Брокен-Хилле были дотошны и терпеливы. Правительственный и сетевой персонал больше опасался паники среди населения, чем саботажа, оставляя людей ЭОА благополучно нераскрытыми. Даже Джейсон, проезжавший мимо, не выделил их двуличные эмоции среди десятков тысяч в переполненном городе.

ЭОА хорошо играли свои роли, не бросаясь на первое прото-пространство, обнаруженное в регионе. Будучи искренними волонтерами, они работали так же усердно, как и все остальные, чтобы поддержать команду, прибывшую для перехвата волны монстров. В эту команду даже входил знаменитый Звездный Всадник, несущийся через пустыню на мотоцикле, с плащом из звезд, развевающимся позади.

У них был только один шанс. ЭОА ждали подходящего прото-пространства, удачно подгадав, когда одно появилось прямо над Брокен-Хиллом. Именно тогда ЭОА нанесли удар. Связь была перехвачена. Тактическая секция была атакована из засады и уничтожена, как и любой военный персонал, который еще не был подкуплен. Одетые в черное военизированные солдаты ворвались из пустыни на грузовиках, чтобы оцепить город, утверждая, что они — правительственное подкрепление.

Гражданские работники лагеря не повелись на очевидную ложь, но были вынуждены подчиниться. У них не было выбора, учитывая отсутствие внешней связи и большое количество вооруженных солдат, окружавших их. Они предпринимали различные попытки сообщить об этом, но каждая телефонная линия была перерезана, а каждый сигнал заглушен.

В общем хаосе волн монстров потребовался целый день, прежде чем Сеть осознала, что Брокен-Хилл стал недосягаем. Они отправили экстренную следственную группу, которой удалось разведать ситуацию и передать весть, что кто-то взял Брокен-Хилл под контроль, но было уже слишком поздно. ЭОА тянули достаточно долго, чтобы прото-пространство начало извергать монстров на город вспышками радужного света.

* * * Вертолет Кайто летел прямо вглубь страны с темпом, с которым не мог сравниться ни один обычный вертолет. Другие команды приближались к Брокен-Хиллу из Аделаиды, которая была ближе, чем Сидней, но Кайто все равно опередит их на месте. Джейсон и одна из сильнейших тактических секций Сиднея находились сзади, настроение было мрачным. Все на борту беспокоились за десятки тысяч людей, опасаясь, что они могут опоздать с помощью.

Задняя часть вертолета была в утилитарной конфигурации с простыми креслами, к которым пристегивались солдаты. Джейсон сидел с ними, никто не произносил ни звука. Джейсон раздавал духи-монеты; никто из команды не ел настоящую еду неделями. Поскольку сельскохозяйственные районы варьировались от находящихся под угрозой до эвакуированных и находящихся под атакой, нехватка продовольствия уже становилась фактором. Пользователи эссенций были под директивой жить исключительно на духах-монетах.

Это была капля в море по сравнению с потребностями в продовольствии населения в целом, но каждая крупица поможет в том, что могло стать долгим и мучительным испытанием. Регулярное потребление монет также поможет пользователям эссенций оставаться свежими и готовыми к продолжающейся борьбе.

Это резко увеличило потребность в монетах, поэтому Китай и США открыли свои хранилища, чтобы держать другие части мира снабженными. Франция также вносила свой вклад. Они превратили постоянное астральное пространство в Сент-Этьене в специализированную ферму духов-монет. Было много неловкости, когда Фарра прибыла, чтобы помочь им настроить ее во время пребывания Джейсона, даже с учетом того, что первоначальные члены отделения в Лионе были заменены Международным комитетом.

Джейсон аналогичным образом штамповал столько монет, сколько мог. При закрытии прото-пространств, прежде чем они могли лопнуть, он находил время, чтобы уничтожить любых монстров более низкого ранга, которых мог быстро свалить ради лута. В этом плане самые эффективные были лучи Гордона, и фамильяр приближался к своему следующему рангу. Джейсон все еще испытывал нехватку ресурсов, необходимых для его перепризыва, впрочем, но сейчас было вряд ли время их искать.

Панель стены сдвинулась, открыв экран. Голос Грега донесся через динамик.

— Связь с Брокен-Хиллом только что открылась, но наши люди не отвечают. То, что идет — это прямая новостная трансляция.

Экран ожил, показывая кадры с камеры улицы, заполненной хаосом, по-видимому, снятые репортером, прячущимся внутри сильно поврежденного здания. Оно было далеко не единственным. У некоторых зданий были обрушены стены, в то время как другие были в огне, выбрасывая столбы черного дыма. Трупы лежали окровавленные и обожженные на улице, а крики боли и страха наполняли воздух.

Посреди улицы ярко одетый мужчина со стальными перчатками обменивался ударами с каменным монстром, у которого в груди был светящийся красный камень. У монстра было преимущество в силе, но супергерой был быстрее, обрушивая стальные кулаки на каменное тело монстра. Это было далеко от боя пользователей эссенций, по крайней мере, такого, в котором участвовали бы Джейсон или Фарра. Никаких сил не было продемонстрировано, только два сверхъестественных существа, колотящих друг друга.

Пока они сражались, доносился комментарий репортера.

«…непопулярная зависимость правительства от так называемой Глобальной Сети Обороны привела к трагедии здесь, в Брокен-Хилле. Заявленная как безопасная зона, все, чего они достигли — это заманивание людей на смерть. Если бы не быстрое вмешательство команды Лиги Героев, этот репортер уже числился бы среди мертвых…»

В вертолете раздались настоящие рычания, когда людей, которые отдали все, что у них было, на защиту населения, поливали грязью, даже когда гибли невинные. Джейсон открыл свою способность карты, наблюдая, как тикают километры. Кайто пил зелья маны так быстро, как мог, используя свои различные способности, чтобы довести вертолет до предела, но их скорость казалась мучительно медленной.

С глазами на карте Джейсон почувствовал, когда пересек нужный ему порог расстояния. Его текущий радиус портала составлял четыреста километров. Как только они подобрались так близко к Брокен-Хиллу, он расстегнул ремень безопасности и встал.

Остальные знали из брифинга, что Джейсон отправится в одиночку. Он не брал никого другого, потому что не мог перенести порталом серебряных рангов, значительную часть элитной секции, а бронзовых рангов он не возьмет, чтобы не изолировать их от команды.

Они были тихо рады. При всей их специальной подготовке, они не бросились бы в волну монстров высокого класса только своей малой группой. Команды из Аделаиды прибудут вскоре после них для совместной операции.

Боковая дверь открылась, приток воздуха на их невероятной скорости заставил вертолет качнуться. Джейсон удержался на ногах, ухватившись за ремень безопасности, который только что отстегнул, а затем выбросился в дверь. Планируя к земле, он заметил довольно приятное место вдоль ручья и быстро спустился туда, прежде чем открыть арку портала и шагнуть сквозь нее.

* * * Программа супергероев ЭОА включала все их последние прорывы в области улучшения человека. Их кости были гравированы магическими сигилами в серии глубоко инвазивных операций. Их плоть обрабатывалась и перерабатывалась алхимическими ваннами, инъекциями в глубокие ткани и магической радиационной терапией. Их кровь выкачивалась и магически изменялась с помощью модифицированных аппаратов диализа.

Модификации тела были лишь частью процедуры. Без подобных изменений души массивные телесные аугментации не могли быть вынесены субъектами. Добровольцы программы подвергались магической сенсорной бомбардировке, пока их тела проходили лечение. Те, кто был способен по-настоящему открыться изменениям, получали мутацию души. Многие добровольцы, однако, выбывали из программы, будучи не в состоянии по-настоящему отпустить и открыть свои души. Эти несчастные неизбежно становились калеками из-за неполного процесса улучшения. Это было настолько ужасно, что большинство из тех, кто не умирал, просили убить их. ЭОА выполняли просьбу.

Методы ЭОА были сродни тому, что Джейсон испытал невольно, хотя их методы были гораздо грубее и им не хватало месяцев лечения, которые Джейсон получил, чтобы помочь ему справиться с травмой. Им также не хватало силы, которую его душа уже получила от повышения ранга. Результатом практик ЭОА были души, которые становились сильнее, но искажались в процессе.

Десятилетия прогресса позволили уменьшить влияние на психическое состояние реципиентов, хотя конкретные средства были строго охраняемым секретом. Сами реципиенты помнили только странные ощущения, находясь в индуцированных комах во время процесса. В их душах оставались лишь эхо.

Самые ранние субъекты железного ранга страдали от искаженного разума, что проявлялось способами, варьирующимися от кататонии до злобных и развратных наклонностей. По мере развития программы были сделаны успехи. Более поздние субъекты бронзового ранга показали значительно лучшие результаты. Хотя успешным субъектам часто не хватало воображения и навыков критического мышления, они были отличным тупым мускулом.

Последняя итерация процесса полностью устранила ментальные проблемы благодаря производству таинственного и чрезвычайно секретного имплантата. Улучшенные серебряного ранга были психически нормальными по всем тестам, без ущерба для способностей, которые разделяли более ранние итерации. Их даже можно было производить в больших количествах, чем предыдущие итерации, что позволяло героям развертываться по всему миру.

Улучшенные серебряного ранга, как и их предшественники более низкого ранга, могли использовать алхимические усиления для временного повышения ранга, но ключевым материалом для усилений были духи-монеты. Без доступа к золотым духам-монетам способность улучшенных серебряного ранга усиливать себя была чисто теоретической.

Что у них было в полной силе, так это магические татуировки. В отличие от магических татуировок, с которыми был знаком Джейсон, они были разработаны специально для работы с улучшенными, позволяя им носить по несколько штук каждой без конфликта магии. Скрытые под их костюмами, их магические татуировки давали улучшенным доступ к более экзотическим силам, чем просто сила, стойкость и скорость серебряного ранга. Каждому из улучшенных под брендом супергероев давался стандартный набор, позволявший им проецировать энергетические лучи из глаз и летать в течение коротких периодов.

У улучшенных было достаточно каждой татуировки, чтобы устроить шоу или использовать в критический момент, но не для постоянного применения. Хотя пользователь эссенций мог использовать только одну татуировку, улучшенные серебряного ранга могли иметь восемь. Даже с этим преимуществом, отсутствие сыворотки усиления означало, что супергерои не были ровней пользователю эссенций эквивалентного ранга.

Как только их оповестили о появлении монстров в городе, медиа-команды ЭОА выдвинулись на вертолете и на машинах. Медиа-команды были укомплектованы улучшенными бронзового ранга и могли постоять за себя, что бы они ни говорили аудитории. Когда СМИ были на месте, супергерои активировали свои первые татуировки полета.

Герои пролетели над городом людей, которые бежали и кричали в ответ на множество каменных монстров, преследующих их по улицам. Некоторые из монстров были громоздкими, смутно гуманоидными элементалями без голов и гигантскими опалесцирующими кристаллами, встроенными в их груди. Другие были размером с баскетбольный мяч летающими существами из кристалла и камня, с кристаллами либо синими, либо красными. Меньшие монстры с синими кристаллами наколдовывали сосульки и стреляли ими как стрелами, в то время как красно-кристаллические монстры посылали сгустки огня, которые жгли плоть и здания одинаково.

Более крупные монстры, несмотря на свои большие кристаллы, казалось, не обладали никакой сопутствующей силой. Они буйствовали, используя чистую грубую силу, пробивая стены и используя машины в качестве дубинок. Они казались более заинтересованными в разрушении, чем в убийстве, в то время как меньшие монстры охотились на людей почти исключительно. Только огненные типы бросали пламя в окружающую среду, если вокруг не было людей, чтобы предложить себя в качестве целей.

У супергероев серебряного ранга была сила и стойкость в верхних пределах серебра, но их скорость была ближе к базовой. Даже так, они были слабее, но быстрее монстров серебряного ранга.

Каждый супергерой носил магически усиленные металлические перчатки, чтобы не использовать свои голые руки против монстров. Без сыворотки усиления они были эквивалентны посредственному пользователю эссенций, который никогда не использовал свои способности должным образом. Только случайные вспышки лучей из глаз дополняли их рукопашный бой.

У них просто не было силы или численности, чтобы справиться с монстрами. Прото-пространство, которое они принудительно высвободили в Брокен-Хилле, было третьей категории, и сильной. Более крупные монстры были серебряного ранга, и их было немало. Меньшие монстры были все бронзового ранга.

Это было приемлемо для ЭОА, однако. Целью было не спасти жителей Брокен-Хилла, а быть увиденными в момент вмешательства, когда Сеть потерпела неудачу. Они свалят число погибших на провал Сети, разыгрывая параллельно свою собственную борьбу, отчаянную, но в конечном итоге обреченную. Медиа-команды ЭОА были более чем счастливы сделать свой нарратив явным; их целевая аудитория не была сильными мыслителями.

«Доблесть Лиги Героев очевидна, но они могут сделать лишь многое. Если бы правительства мира предложили им поддержку, возможно, таких трагедий можно было бы избежать. Пока они продолжают поддерживать проваливающуюся Глобальную Сеть Обороны, сколько так называемых безопасных зон постигнет участь Брокен-Хилла? Мельбурн или Сидней следующими?»

Вооруженное ополчение ЭОА уже давно сбежало, оставив местных жителей и беженцев на произвол судьбы. Население города, напуганное и разрозненное, было воодушевлено прибытием героев, только чтобы быстро осознать, что они мало помогают. Вместо того чтобы преследовать маленьких монстров, охотящихся на людей, герои бросались в визуально захватывающие столкновения с крупными монстрами, разрушающими город, оставляя людей в значительной степени в покое.

На окраине города из земли поднялась обсидиановая арка. Джейсон вышел, его плащ проявился вокруг него, когда он осмотрел сцену смерти и разрушения. Несмотря на все вещи, которые он видел, это было апокалиптическое зрелище, которое заставило даже его сделать паузу.

— Тень, приведи тела, которые у тебя защищают семью, сюда. Они нам понадобятся все.

НИКОГДА НЕ ДОСТАТОЧНО

НИКОГДА НЕ ДОСТАТОЧНО

Лорен Чэмли и ее семья укрылись в своем доме с семьей беженцев от волны монстров, которых Чэмли приютили, время от времени испуганно проверяя окна. Многие семьи в Брокен-Хилле открыли свои дома, хотя мест никогда не хватало. Большинство людей, привезенных из окрестностей, жили в палаточном лагере на окраине города.

Лорен и ее муж приютили другую семью, которая набилась в ванную вместе с ними после того, как дом получил повреждения. Между двумя семьями было одиннадцать человек, дети сидели в ванне, а сама Лорен стояла в душе.

Во время одной из своих периодических проверок Лорен обнаружила, что дом подожгли. Им нужно было бежать. Потребовались бы обе их машины, чтобы перевезти всех, поэтому она проверила подъездную дорожку. Из всех ужасных грохотов, которые они слышали изнутри дома, два из этих грохотов, по-видимому, были машинами. Одна из них имела заднюю часть, вмятую в бетонную дорожку, в то время как другая оказалась в стене соседа, вверх тормашками.

Две семьи неохотно покинули горящий дом пешком, стремясь убраться подальше от города и монстров, разоряющих его. Они ныряли через дворы и использовали любое укрытие, которое могли найти, чтобы скрыть свое перемещение. Однако их было просто слишком много. Их быстро обнаружили.

Хотя гражданские этого не знали, каменные и кристаллические монстры были необычными для элементальных существ. Большинство элементалей были необычным типом монстра. С их видом магическое проявление, которое обычно создавало тело монстра, создавало только ядро монстра, прежде чем бездумно анимировать элементальную материю вокруг него.

Эти монстры не были настоящими элементалями, а были истинными, полностью проявленными монстрами. Хотя их тела были из элементальных субстанций, кристалл в их формах содержал движущий дух, ложную душу, которой обладало большинство монстров. Вместо бездумно агрессивных элементалей, у кристаллических монстров были разумы, если и животные.

К сожалению, умы маленьких летающих монстров имели глубоко укоренившуюся жилку садизма, наслаждаясь болью и страданиями своих жертв. Вместо того чтобы идти на убийство, они играли со своими жертвами, как кошка, забавляющаяся с пойманной мышью.

На две семьи не напали сразу. Монстры, которые нашли их, зловеще зависли, чтобы насладиться их страхом. В этой паузе гладкий черный пассажирский автобус протаранил забор, врезавшись в монстров и отправив их в полет.

Больше монстров приближалось, и автобус встал между ними и семьями. Это был странный дизайн, как скоростной поезд, спроектированный ниндзя. Дверь автобуса открылась, открыв дружелюбное, но встревоженное лицо их соседа, Гриффа, который пригласил их на борт.

— Наша машина в вашем доме, — сказала ему Лорен, когда она помахала своей семье внутрь.

— Да, это был тот момент, когда мы выбрались, — сказал Грифф.

Автобус рванул с места, как только последний человек оказался внутри, и в этот момент они заметили, что у него нет водителя. Автобус был наполовину полон горожан и уже охотился за новыми выжившими. Выглядывая в окна, они видели, как монстры осыпают автобус атаками, только для того, чтобы черные усики вырвались из автобуса и перехватили их.

— Что происходит? — спросила Лорен.

— Не знаю, мне все равно, — сказал Грифф. — Я видел больше этих автобусов, разъезжающих вокруг, однако. Похоже, они собирают выживших.

— Смотрите! — закричала дочь Лорен, указывая в окно.

Все проследили за ее взглядом к фигуре из тьмы и звезд, танцующей по разбитому асфальту улицы, кишащей монстрами. Фигура двигалась сквозь монструозную толпу, как призрак, поражая их направо и налево мечом, мерцающим от силы. Несмотря на то, что он был окружен монстрами, человек в тени двигался безнаказанно, монстры гибли с каждым его плавным движением.

— Это он, да? — спросил Грифф.

— Это он, — сказала Лорен. — Я видела его, когда он был здесь пару недель назад. Слава Богу.

— Я бы не стал говорить это ему в лицо, мэм, — сказал голос, звучавший отдаленно как британский дворецкий. — У него пунктик насчет богов.

* * * Почти за два месяца с тех пор, как Тень достиг серебряного ранга, Джейсон и Тень продолжали раскрывать нюансы новых способностей фамильяра. Одним из этих открытий было то, что если все теневые тела, участвующие в создании транспортного средства, носили звездные плащи, свойства плаща даровались транспортному средству. Это теперь защищало автобусы и выживших внутри от снарядных атак монстров.

Требовалось шесть теневых тел, чтобы сформировать автобус. Этого было достаточно для пяти автобусов и одного тела, оставшегося быть собственной тенью Джейсона, позволяя ему координировать остальные. Создание всех этих плащей было чрезвычайно изматывающим, но присутствие стольких агрессивных врагов также обеспечивало решение. Каждая атака на союзника в пределах ауры Джейсона накладывала экземпляр состояния Греха на врага, совершающего эту атаку. Со всеми атаками, бьющими по автобусам, это нагружало монстров недугами.

Джейсон все больше и больше пользовался этим. Тело Тени, завернутое в звездный плащ, было трудно отличить от самого Джейсона, если они не стояли неподвижно на хорошем свету. Это делало их отличными приманками, впитывающими атаки и вызывающими ответную реакцию ауры Джейсона. На более сильных врагах это давало Джейсону шанс заранее нагрузить свои недуги, в то время как для более слабых у него была другая стратегия. Это была стратегия, которая отправила две его затянувшиеся способности в лидеры.

Один из автобусов рванул прочь, оставляя позади скопление теперь пораженных маленьких монстров, которые атаковали его. Джейсон подбросил свой меч в воздух и поймал его теневой рукой, когда выбросил свои настоящие руки в стороны.

— Накормите меня своими грехами.

Каменные и кристаллические монстры были невосприимчивы к некротическому урону и силам кровотечения Джейсона, но они были подвержены проклятиям, налагаемым его аурой. Их можно было вытянуть.

У неживых монстров не было жизненной силы, поэтому недуги вытягивались прямо из кристаллов в их телах. Проклятия Греха вытекали из всех монстров сразу и в ожидающие руки Джейсона, летя по воздуху, как черно-фиолетовая паутина.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

* Заклинание (восстановление, очищение, святое). * Базовая стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Очистить все проклятия, болезни, яды и нечестивые недуги с одной цели. Дополнительно, очистить все святые недуги, если цель — союзник. Восстановить выносливость и ману за каждый очищенный недуг. Эта способность игнорирует любой эффект, предотвращающий очищение. Нельзя применять к себе.

* Эффект (бронза): Враги страдают от одного экземпляра [Епитимьи] и [Наследия Греха] за каждое снятое с них состояние.

* Эффект (серебро): Увеличить стоимость до умеренной, чтобы воздействовать на всех пораженных врагов и союзников в широкой области.

* [Епитимья] (недуг, святой, урон-со-временем, стакающийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадающий по мере нанесения урона.

* [Наследие Греха] (недуг, святой, стакающийся): Вы считаетесь более поврежденным для целей масштабирования урона способности казни. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Джейсон был поражен тем, как быстро способность поднялась, как только он начал использовать ее таким образом. Несмотря на то, что ему приходилось использовать ее на одном монстре за раз, прежде чем она повысила ранг, отсутствие перезарядки означало, что он мог выпускать ее в быстрой последовательности. Многие бои были ничем иным, как его аурой и его очищающей силой, пополняющей его ману и оставляющей после себя трансцендентный урон святого недуга, Епитимьи. Этот недуг теперь сжигал собравшихся монстров.

Поскольку монстры были меньше и только бронзового ранга, без огромной жизненной силы, которая приходит на серебре, трансцендентный урон сжигал их в короткие сроки. Они начинали растворяться в радужном дыме. Поскольку враги, полностью уничтоженные трансцендентным уроном, автоматически лутались, Джейсон пользовался этим каждый раз, когда сталкивался со слабыми, роящимися монстрами. Пока Гордон бегал вокруг, уничтожая их лучами, Джейсон уничтожал столько, сколько мог, используя приманки Тени, свою ауру и вытягивание недугов.

Восхождение «Пира отпущения грехов» на серебро продемонстрировало еще раз, почему это была, возможно, самая мощная способность Джейсона. Часто упускаемый из виду пассив, с которым она была в паре, однако, дал Джейсону его первый вкус истинной силы серебряного ранга.

Способность: [Пожиратель грехов] (Грех)

* Особая способность (восстановление, святое). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Повышенное сопротивление недугам. Получайте экземпляр [Сопротивления] каждый раз, когда вы сопротивляетесь недугу или очищаете недуг, используя способности эссенций.

* Эффект (бронза): Получайте экземпляр [Целостности] за каждый недуг, которому вы сопротивляетесь или удаляете, используя способности эссенций.

* Эффект (серебро): Здоровье, мана и выносливость, полученные через ваши собственные способности эссенций типа вытягивания и восстановления, могут превышать нормальный максимум. Избыточное здоровье, выносливость и мана истощаются со временем, пока не будет достигнут нормальный максимум.

* [Сопротивление] (бонус, святой, стакающийся): Сопротивление недугам увеличено. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Потребляется для нейтрализации экземпляров [Уязвимости] в соотношении 1:1.

* [Целостность] (лечение-со-временем, мана-со-временем, выносливость-со-временем, святой, стакающийся): Периодически восстанавливайте небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Теперь, вместо того чтобы тратить впустую всю ману и выносливость, которыми его кормил «Пир отпущения грехов», он мог поглощать все это, даже если оно начинало истощаться немедленно. Что еще более важно, он мог использовать свои способности вытягивания здоровья, будучи полностью восстановленным, накапливая очки здоровья, как персонаж D&D, чтобы поглощать удары, которые обычно потребовали бы серебряного ранга, чтобы выжить. Это будет меньшей проблемой, как только он достигнет серебра, но пока он оставался на бронзовом ранге, это было потенциально неизмеримым благом.

Джейсон давно использовал метод вытягивания-лечения, чтобы оставаться в живых в боях, но без стойкости серебряного ранга он всегда ходил по лезвию ножа. Если бы не регенерация Колина, его невероятный амулет и его кастомная боевая роба, он пал бы много раз.

По мере того как монстры распадались вокруг него, тень Джейсона отделилась от его тела и превратилась в мотоцикл. Он запрыгнул и рванул в погоню за другим автобусом, преследуемым монстрами. По пути он поражал монстров, мимо которых проезжал, своим мечом, словно хулиган, бьющий по почтовым ящикам бейсбольной битой.

Он чувствовал монстров серебряного ранга и супергероев, сражающихся с ними. Это был его первый раз, когда он столкнулся с ними лично, и он сделал поразительное открытие, но сейчас было не время его исследовать. Поскольку монстры серебряного ранга, казалось, не интересовались населением, Джейсон оставил их героям и продолжил собирать выживших.

Пять автобусов не могли быть везде и должны были направляться к все еще открытому порталу Джейсона, чтобы периодически освобождаться от пассажиров. Джейсон делал все возможное, чтобы защитить выживших, пока не прибудет автобус, собирая их вместе в готовности к быстрой посадке. Однако он мог покрыть лишь ограниченную территорию. По всему городу он чувствовал, как жизни гаснут одна за другой. Ему приходилось полагаться на свои медитативные техники, чтобы сохранять ясность ума. Плохие решения, принятые в гневе, будут стоить жизней.

* * * На вертолете Кайто пассажиры все еще смотрели прямую трансляцию из города.

«…Джейсон Асано, Звездный Всадник, прибыл, чтобы присоединиться к другим героям в попытке спасти город. Несмотря на его доблестные усилия, однако, ситуация лишь подчеркивает, как один герой поддерживал проваливающуюся Глобальную Сеть Обороны. Даже сейчас, когда мы смотрим, —»

Внезапно треснувшая дверь, через которую они снимали, была распахнута настежь.

— Почему здесь куча людей с магическими силами прячется, притворяясь новостной командой, в то время как люди, у которых нет никаких сил, умирают там? — прорычал Джейсон. — Вы собираетесь убираться отсюда и начать помогать людям добираться до безопасности.

Он указал на один конец города.

— Найдите любого, кого нет в автобусе, и доставьте их к порталу на том конце города. Если я снова найду вас прячущимися — а я найду — вы пожалеете, что монстры добрались до вас первыми, вы трусливые мешки с дерь…

Трансляция прервалась, сменившись парой ведущих новостей.

— Э-э, кажется, у нас возникли технические трудности, но я уверен, что с нашей новостной командой все будет в порядке под присмотром Джейсона Асано. Переходим к Майклу для анализа разворачивающейся ситуации…

* * * «…военные и персонал ГСО быстро обустраивают лагерь для их приема, даже когда все больше жителей Брокен-Хилла выходят из портала, который вы видите на экране. Мы находимся в четырехстах километрах от Брокен-Хилла, однако люди, спасающиеся бегством, утверждают, что преодолели это расстояние мгновенно через таинственную арку, считающуюся одной из многих способностей Звездного Всадника. Похоже, присутствует сильный фактор тошноты от экзотической формы путешествия, так как многие из спасшихся демонстрируют это прямо на траве…»

Терренс разговаривал по телефону, наблюдая за репортажем.

— Убедись, что освещение подчеркивает разницу между ЭОА, сражающейся с монстрами, и Джейсоном, спасающим людей. Я хочу видеть интервью с каждым человеком из Брокен-Хилла, обладающим даром речи. Нет, не посылай новостную команду в город, маньяк. Возьми видеопоток с дронов Кайто и пусть группа аналитиков разберет, насколько бесполезны их супергерои.

Как только он закончил звонок, Арам ворвался в кабинет Терренса.

— Новое развитие событий? — спросил Терренс.

— Мы почти уверены, что ЭОА ответственны за катастрофу в Брокен-Хилле.

— Не шути, — сказал Терренс. — Я не хочу, чтобы хоть слово об этом попало в прессу. Никаких намеков, никаких утечек, ничего.

— Разве это не плохо для них?

— Как только начнутся обвинения, ЭОА перевернет все так, чтобы обвинить нас в том, что мы их подставили. Сальные обвинения, летящие туда-сюда, идеально вписываются в их тон дискурса, а не в наш, что заставит нас выглядеть отчаянно.

— У нас есть доказательства!

— У нас есть доказательства и изменения климата, и как это работает? Если я услышу, что кто-то с нашей стороны толкает линию о том, что ЭОА стоит за этим, я лично займусь сексом с дикой обезьяной с твоим отцом.

— Мой отец мертв, ты задница.

— Тогда он не будет сопротивляться, верно? Возвращайся к работе.

* * * Джейсон был неутомим, проходя через Брокен-Хилл, постоянно вытягивая недуги, чтобы накапливать выносливость и ману. Он заманивал монстров к автобусу, чтобы отвлечь их от разрозненных выживших, а затем поражал и вытягивал их в скоплениях, прежде чем отправлять автобусы собирать этих выживших.

Его невероятные чувства позволяли ему помечать монстров и выживших на его тактической карте, вид которой постоянно грозил сломить его дух. Как бы быстро он ни работал и как бы тяжело ни сражался, этого никогда не было достаточно. Снова и снова красные точки враждебного пересекались с зеленой точкой дружественного, которая затем гасла.

Супергерои наконец закончили с монстрами серебряного ранга и начали преследовать меньших, но они были созданы для кинематографичных битв, а не для эффективной зачистки. Только прибытие Кайто и ударных групп Сети сможет успешно это осуществить, их численность и отработанная тактика превосходили то, чего мог достичь Джейсон.

Когда подкрепления наконец вошли в радиус действия его способности голосового чата, Джейсон был наполнен облегчением от помощи и раскаянием, что не мог сделать больше. Прошло не так много времени, но это ощущалось как бесконечная изнурительная работа, пока все больше и больше жизней угасало из его чувств. Он открыл голосовой чат, чтобы передать ситуацию, в которую они влетали.

* * * Наконец, спустя часы, Джейсон оказался в руинах Брокен-Хилла, каждый гражданский в нем был либо мертв, либо эвакуирован. Он использовал свой портал снова и снова, пока он не достиг предела. На его текущем ранге тысяча обычных людей могли пройти, прежде чем достичь предела, что поставило количество выживших, основанное на использовании портала, на отметку менее двадцати тысяч выживших.

Он прочесал город и патрулировал окраины несколько раз, чтобы убедиться, как и Кайто со своими дронами. Он стоял среди руин и мертвых, чувствуя пустоту и растерянность. У них еще не было точных цифр, но он мог видеть своими глазами тела, наваленные в сгоревших остатках палаточного лагеря. Основываясь на этом и его подсчете портала, он оценил, что где-то между десятью и пятнадцатью тысячами человек погибли.

Джейсон инстинктивно хотел собрать тела, вместо того чтобы просто оставлять их там, где они лежат, но будет организованная операция по сбору и идентификации мертвых. Он только все испортит, если вмешается.

Его взгляд обратился к супергероям, стоящим вместе со своей медиа-командой, которая направила камеру в его сторону.

МЕДИАЛАНДШАФТ

МЕДИАЛАНДШАФТ

Дым поднимался от тлеющих зданий в оранжевый закат над Брокен-Хилл.

— Тень, — тихо сказал Джейсон, глядя на медиакоманду ЭОА, снимавшую что-то дальше по разрушенной улице. — Пожалуйста, найди обычный пистолет и незаметно оставь его поблизости.

Джейсон заметил достаточно вооруженных мертвецов, так что это не составит труда. Он видел военных, в основном сгруппировавшихся вокруг своего поста возле палаточного городка. Многих из них убили не монстры, а огнестрельное оружие. Лишь горстка военных выжила, оказавшись в изоляции с оружием, которое не могло навредить монстрам. Он вывел их вместе с остальными выжившими, хотя некоторые настаивали на том, чтобы продолжить бой. Вместо того чтобы позволить им учиться на горьком опыте, он приказал Тени вырубить их, а затем затолкал в автобус вместе с остальными.

Он также видел несколько трупов в черном, не принадлежавших к тактическому отделу Сети, которые, вероятно, были частью группы, ответственной за трагедию в Брокен-Хилл. Не всем им удалось благополучно эвакуироваться — то ли из-за атак монстров, то ли потому, что военные и сотрудники Сети не сдавались так легко, как ожидалось.

Одно из тел Тени ускользнуло, оставшись незамеченным в сгущающихся вечерних сумерках.

* * * Пенелопа была лидером медиакоманды ЭОА.

— Не уверена, что разговаривать с ним — хорошая идея, — сказала она.

— Сплошные плюсы, — ответил Гаррет, лидер команды супергероев. — Ты сама говорила, что у нас проблемы с поиском ярких личностей в рядах наших героев. Если мы сможем ассоциировать себя с Асано, это может измениться. Сейчас он — лицо магии.

— Не думаю, что он будет очень сговорчив, — заметила Пенелопа.

— Это тоже нормально. Если он обвинит нас в том, что мы все это затеяли, мы используем это, чтобы очернить Сеть. В любом случае, это победа для нас.

— Мы могли бы подчеркнуть, что он больше подходит Лиге Героев, чем Сети, — размышляла Пенелопа. — Он ни за что не переметнется на нашу сторону, но мы работали над тем, чтобы представить его как «одного из нас», который лишь вынужден работать на них. Настоящее интервью могло бы помочь в этом.

— Видишь? — сказал Гаррет. — Мы выигрываем в любом случае.

Они говорили тихо, пока лицо медиакоманды, Давина, записывала закадровый текст для прямого эфира, в то время как камера снимала Джейсона.

— Солнце заходит над Брокен-Хилл, и мы можем лишь гадать, увидит ли этот исторический город новый рассвет после пережитой катастрофы. Несмотря на все свои доблестные усилия, Джейсон Асано, Звездный Всадник, стоит среди руин провала Глобальной Сети Обороны. Еще раз приносим извинения зрителям за демонстрируемые шокирующие кадры…

Пока Давина продолжала вести репортаж, Пенелопа молча привлекла ее внимание, передавая свои намерения жестами. Давина кивнула.

— Мы собираемся подойти к мистеру Асано вместе с главой команды Лиги Героев, Гарретом Данхерстом, также известным как Скайболт. Скайболт, это ваша первая встреча с коллегой-героем, верно?

— Верно, Давина, и я лишь жалею, что это происходит не при лучших обстоятельствах. К сожалению, кризис, с которым мы все столкнулись, означает, что каждый герой находится в ужасном положении, и Звездный Всадник — не исключение.

Давина, Гаррет и оператор подошли к Джейсону. Они видели лишь серебряные глаза под его капюшоном, так как свет камеры не мог пробиться сквозь тень.

— Мистер Асано, несмотря на то, что вы работаете бок о бок с другими героями, число погибших явно исчисляется тысячами. Как вы считаете, может ли более тесное сотрудничество с вашими коллегами-героями уменьшить последствия в случае, если другие безопасные зоны ГДН будут скомпрометированы?

Секунды тянулись в тишине, пока они ждали ответа Джейсона.

— Мистер Асано?

— Вы думаете, мы герои? — спросил Джейсон голосом, пропитанным усталостью и хрипотцой. — Сделать шаг вперед — это абсолютный минимум, который можно ожидать от людей с нашими способностями. Сделать меньше — значит стать никчемными трусами. Если хотите увидеть героев, посмотрите на людей, у которых нет сил, но которые выходят на то же поле, что и мы. И почему они это делают? Только потому, что есть люди, нуждающиеся в помощи. У них нет силы противостоять тому, с чем можем справиться мы, но они здесь, приносящие высшую жертву.

Он указал на разрушенный город вокруг них.

— Если хотите найти героев, копайтесь в руинах; их там горы. Вы думаете, мы сравнимы с ними, потому что бегаем в костюмах и сражаемся с монстрами?

— Мы защищаем людей, — сказал Гаррет.

— Не мы те, кто поможет миру пройти через это бедствие, — сказал Джейсон. — Мы можем помочь некоторым людям, да, но мы лишь символ. Люди этого мира пройдут через эту катастрофу не ожидая, пока какой-нибудь дурак в костюме, вроде меня, спасет их. Они пройдут через это, объединившись, человечество станет единым. Сеть людей, которые являются героями не из-за сил, которыми обладают, а из-за готовности вытащить друг друга из тьмы.

Гаррет почувствовал, что теряет контроль над повествованием, и попытался подтолкнуть Джейсона к обвинениям.

— Этим людям понадобятся лидерство и руководство. Герои, которые укажут им путь. Неужели вы не признаете, что без нас число жертв сегодня было бы гораздо больше, возможно, даже тотальным?

— Лидерство и руководство, — повторил Джейсон. — Это те слова, которые слышишь от диктаторов. В свободном мире мы выбираем своих лидеров, а не они нас, но я понимаю, почему вы так думаете, учитывая, откуда берутся ваши силы. Мы можем принять вашу Лигу Героев, потому что здесь монстры и нам нужны все, кого мы можем получить. Но я не забуду, кто выпустил этих монстров в первую очередь, чтобы вы могли бегать и играть в супердрузей. Настанет день, когда монстры перестанут нависать над нами, и люди, прячущиеся за вашими спинами, столкнутся с расплатой.

— Просто чтобы прояснить, — сказала Давина, — мистер Асано, вы утверждаете, что за Лигой Героев стоит некая тайная клика, которая натравила на нас монстров? Это серьезное обвинение, для которого, полагаю, у вас есть какие-то доказательства.

Смешок, донесшийся из-под темного капюшона Джейсона, мог бы заморозить воду.

— Мне не нужно ничего доказывать или кого-то убеждать. Настанет день, когда люди, скрывающиеся во тьме, умрут — в одиночестве и безвестности. И никто никогда об этом не услышит.

— Вы только что говорили о диктатуре, — сказала Давина. — Теперь вы говорите о внесудебных расправах?

— Кто-то должен призвать к ответу тех, кто стоит за кулисами, но если вам это не нравится, кто меня остановит? — спросил Джейсон. — Ваши герои, здесь?

Пара серебряных глаз уставилась на Гаррета.

— Ты собираешься встать у меня на пути, Скайболт?

— Я Скайболт.

— Мне плевать. Я буду злодеем для вашего героя, но вам лучше остановить меня сейчас. Ты силен настолько, насколько можешь быть, в то время как моя сила растет с каждым днем.

Он повернулся к репортеру.

— А как насчет тебя, Давина? Ты одна из тайных героев лиги. Ты собираешься меня остановить?

— Не знаю, откуда у вас эта идея о том, что у меня есть силы, но вы полностью ошибаетесь.

— Вот как? Тень, будь добра?

Теневая фигура выскользнула из тени оператора, сняла камеру с его плеча и сфокусировалась на Давине. Теневая рука выстрелила из Джейсона и подобрала пистолет, который Джейсон затем направил на репортера, в то время как Тени поднялись позади нее и Джейсона. С рефлексами серебряного ранга Гаррет встал между Джейсоном и репортером, но Джейсон уже исчезал в своей собственной Тени.

Он появился за спиной репортера, без колебаний выстрелив ей в затылок. Давина пошатнулась, громко застонав и прижав руку к голове в месте ранения.

— Ты маньяк! — выплюнула она, повернувшись к нему лицом.

Он откинул капюшон, открыв лицо. Его глаза были налиты кровью, красные и опухшие от слез. В одно мгновение он превратился из безликой угрозы в человека, раздавленного горем из-за трагедии вокруг.

— Прости, — горько сказал он. — Если та пуля в голову оставила тебя с головной болью, возможно, у тебя нет сил. Вот почему ты пряталась, вместо того чтобы выйти и помочь этим людям, верно?

— Можешь прекратить свой спектакль, Асано, — сказала Пенелопа. — Студия прервала трансляцию.

Джейсон не стал больше ничего говорить, открыл портал и шагнул в него.

Он оказался недалеко от лагеря выживших из Брокен-Хилл. Джейсон направился в ту сторону по желтой траве по колено.

— Ты ведь забрал карту памяти из камеры, верно? — спросил Джейсон.

— Конечно, — ответила Тень. — Однако я не уверен, чем это поможет, учитывая, что запись шла в прямом эфире.

— Никогда не стоит недооценивать ценность неотредактированного оригинала, — сказал Джейсон. — Вероятно, в прямом эфире была задержка трансляции, так что неизвестно, сколько они успели вырезать из нашего маленького спектакля.

— Не могу не заметить, что с твоей способностью контролировать физиологию, какими бы печальными ни были события дня, у тебя не должны ни краснеть глаза, ни течь слезы.

— Мертвые заслуживают слез, — сказал Джейсон. — Твоему отцу лучше позаботиться о них, иначе у нас с ним будет серьезный разговор.

— Не думаю, что ты готов угрожать Жнецу, мистер Асано.

— Пока нет.

Он натянул капюшон обратно на голову, когда они приблизились к лагерю.

* * * — Это полная чушь, — сказал Терренс. — У меня есть работа.

— Не будет, если тебя снимут с должности, — сказала ему Анна, пока они шли по коридорам офиса Сети в Сиднее. — Не заблуждайся: если эта рабочая медиация пройдет неудачно, тебя заменят.

Как пиарщик, Терренс был вынужден восхититься тем, как Анна разнесла его в пух и прах в коридоре, где любой мог услышать и услышал бы это. Это посылало сигнал о том, что высшее руководство подотчетно, рядовые сотрудники уважаемы, а родство — не щит от плохого поведения. Это не означало, что он не будет спорить в ответ.

— У нас есть дела поважнее, чем чьи-то уязвленные чувства.

— Терри, ты угрожал заняться сексом с покойным отцом этого человека. Я давно работаю с Майклом Арамом, он хороший человек, а его отец был невероятно важен для него. Ты извинишься, и ты, черт возьми, сделаешь это искренне, или я сама вышвырну тебя из здания.

— Ты не можешь заставить меня быть искренним.

— Терри, мы все должны выкладываться по максимуму. Если люди отказываются иметь с тобой дело, люди, на которых тебе нужно полагаться, то многое будет упущено. Если у них есть кто-то, кто обладает властью над ними и может злоупотреблять ею, это будет снижать их эффективность. Это не мы с тобой на заднем дворе. Это люди, которые усердно работают, работают хорошо и заслуживают твоего уважения. Проблема здесь, Терри, в тебе, и я вырежу эту проблему так или иначе. Если ты не можешь осознать это и понять, что тебе нужно стать лучше, то я не хочу видеть тебя здесь. Что, если ты не заметил, означает, что тебя здесь не будет.

— Ты не единственный член Руководящего комитета, Анна. Некоторым другим нравится то, как я веду дела.

— И они вмешаются, когда я попытаюсь тебя уволить, — признала Анна. — Но хватит ли у них духу вмешаться, когда я сброшу тебя с крыши?

— О, брось, Анна.

— Ты выживешь, — сказала она. — Ты можешь принимать жидкую форму.

— Мне потребуются часы, чтобы собрать себя обратно после такого падения. Это если я снова не утеку в ливневую канализацию.

— Не волнуйся, — сказала Анна. — Я распоряжусь, чтобы вещи из твоего кабинета упаковали и они ждали тебя на ресепшене, когда ты вернешься.

* * * Джейсон тихо прибыл в Деревню Асано в блеклом свете предрассветных сумерек. Он провел ночь в лагере выживших, но не для того, чтобы спать. Он не был уверен, какое утешение может предложить выжившим, но все, что у него осталось, — это его время. Затем он потратил дополнительные часы на дебрифинг и еще больше времени на разговоры с прессой.

Эрика, Эми и Кен собрались вокруг него, заключив в поддерживающие объятия. Они перешли в гостиную главного дома деревни, Эми села на диван между Джейсоном и матерью, и каждая из них держала ее за руку.

При всей не по годам развитой интеллигентности и зрелости Эми, то, что она увидела в тот день, было слишком тяжелым для тринадцатилетнего ребенка. Эрика говорила Эми, что ей не стоит смотреть новости, но не стала запрещать. Все они были прикованы к телевизору, ловя каждое появление Джейсона среди насилия, руин и смерти.

Джейсон и его семья сидели в неловком молчании. Как и большая часть страны и даже мира, они весь день наблюдали за ним в новостях. Все началось с первых обрывков действий, заснятых прячущейся командой ЭОА, затем последовали интервью с выжившими. Кадры с дронов Кайто транслировались в прямом эфире для прессы, показывая Джейсона, двигавшегося словно темный, порхающий жук в своем отчаянном стремлении спасти выживших.

Многие страны мира боролись против медиаконтроля ЭОА, включая Австралию. Закон о чрезвычайных коммуникациях был принят при подавляющей поддержке в парламенте, несмотря на беспрецедентное сопротивление со стороны СМИ по всем фронтам. Закон не только выделил огромные экстренные средства для общественной вещательной сети, но и обязал ежедневно транслировать правительственные информационные сводки на всех общедоступных каналах, а также учредил Управление по борьбе с медиадезинформацией с жесткими полномочиями по обеспечению исполнения.

Сторонники конфиденциальности выступали против того, что они называли драконовскими мерами против свободы прессы, что медиакомпании полностью поддержали жалобами на редакционную независимость. Однако последствия трагедии всегда были самым легким временем для ограничения гражданских свобод. Брокен-Хилл был крупнейшей из катастроф Австралии, но не первой.

— Я больше не буду держать тела Тени при себе, — сказал наконец Джейсон. — Мне нравится возможность общаться и знать, что он рядом, если что-то случится. Однако мне стало ясно, что я должен перестать разделять свою силу.

Тень отозвал свои тела обратно к Джейсону, но им потребовалось время, чтобы войти в радиус действия. Они могли слиться только с расстояния сорока километров и объединились в беспилотный разведывательный самолет, двигавшийся на скорости, прежде чем проделать последний путь через портал. За то время, что это заняло, автобусов, забиравших выживших, было на один меньше, чем могло бы быть. Джейсон не мог не думать о жизнях, которые он не успел спасти за это время.

— Мы понимаем, — сказала Эрика.

Его мысли постоянно возвращались к деревне у водопада, где он сражался с тираном-элементалем, пока жители эвакуировались. В тот день он спас всех. Всех. Все, что это ему стоило, — это шрам. Сейчас он был намного сильнее, но сделал гораздо хуже. Он остался невредим, но тысячи людей погибли. Он знал, что один монстр отличается от целого протопространства, но это не приносило ему утешения.

— Мне нужно стать сильнее, — пробормотал он, опустив голову.

— Ты уже силен, сынок, — сказал Кен.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я видел силу настолько необъятную, что мой разум слишком ограничен, чтобы постичь ее масштаб. Я — песчинка перед ней. Жук на лобовом стекле.

— Чем ты станешь, если получишь такую силу? — спросила Эрика. — Ты говоришь о божественной силе, верно? Это то, чего ты хочешь для себя? Если ты станешь настолько могущественным, станем ли мы для тебя песчинками?

Джейсон посмотрел на нее дрожащими глазами.

— Я не знаю.

— Сила — это не всё, Джейсон, — сказала ему Эрика, кивнув на маленькую руку Эми в его ладони. — Сила не может предложить тебе этого.

Он наклонил голову, почувствовав приближение знакомой ауры.

— Что такое? — спросил Кен.

— Кто-то, кого я знаю, только что подошел к воротам деревни.

— В смысле, к воротам в трех километрах отсюда? — спросила Эрика. У них с Кеном были чувства ауры, но их восприятие едва покрывало комнату.

Чувства Джейсона выросли до невероятных пропорций. Они основывались на силе его ауры, хотя достигали дальше нее, словно радар, посылающий сигналы. Впрочем, он все еще учился ими управлять.

В привычном спокойствии Деревни Асано не было достаточно аур, чтобы перегружать его чувства. В Брокен-Хилл монстры и хаос были ошеломляющими, но он заставлял себя терпеть, расширяя свои чувства до предела. Ему нужно было знать, где он больше всего нужен выжившим.

Джейсон встал и открыл портал.

— Я скоро вернусь, — сказал он.

Джейсон вышел из арки портала за воротами деревни. Большинство людей, живших там в палатках, давно ушли, так как нехватка продовольствия становилась все острее. Они были вынуждены перебраться в города, где правительство нормировало еду после взятия под контроль цепочек поставок. Только самые преданные и неуравновешенные люди оставались за пределами Деревни Асано.

Перед воротами остановилась машина, и дежурный охранник вышел из будки. Это был какой-то дальний кузен, которого Джейсон толком не знал, и он смотрел на него с нервозностью.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Я разберусь.

Из машины, дорогого, но обычного европейского седана, вышла Доун.

— Мне жаль из-за того, через что тебе пришлось пройти сегодня.

— Прибереги свое сочувствие для семей погибших.

— Хорошо. Я надеялась, что ты сможешь приютить меня на некоторое время. Аватар обычного ранга не приспособлен к суровым условиям все более опасного мира, как ты прекрасно знаешь.

НЕСТАБИЛЬНОСТЬ

НЕСТАБИЛЬНОСТЬ

В центре медиаопераций сиднейского отделения Сети Терренс снова просматривал кадры, которые Джейсон украл у ЭОА в Брокен-Хилл, обсуждая их со своим пиар-персоналом.

— Ключ к тому, что он здесь делает, в том, что он не раскрывает нам секреты ЭОА, ведь тогда люди сразу назовут это бредом. Он «нечаянно» проговаривается в своем гневе, что знает секреты ЭОА. Вместо того чтобы отрицать то, что он говорит, люди задаются вопросом, что же он скрывает.

Он указал на одного из своих сотрудников: — Хейли, что сейчас на первом месте в трендах?

— На какой платформе?

— Просто выбери одну.

— Ладно, босс, секунду… на первом месте #scottbaioeyebeams.

— Скотт Байо? Тот парень из «Чарльз в ответе»? Ты знаешь, что я ищу, Хейли.

— На третьем месте #wheredothepowerscomefrom.

— «Откуда берутся силы?» — громко повторил Терренс на всю комнату. — Когда начались волны монстров, люди спрашивали о силах, но это было лишь еще одной проблемой в сошедшем с ума мире. Теперь люди начинают разбираться с монстрами и супергероями, так что пришло время перефокусировать этот вопрос, что как раз и сделал Асано.

Двери открылись, и вошел Арам.

— Руководящий комитет хочет получить отчет лично, — сказал он.

— Очень хорошо, — ответил Терренс. — Хейли, бери анализ на себя. Обрати особое внимание на то, как вместо того, чтобы идти против героического нарратива ЭОА, Асано подыграл ему, чтобы получить легитимность, которую затем использовал, чтобы подорвать его. Серьезно, я мог бы расцеловать этого человека. В смысле, я не мог, он очень четко дал это понять, но все же…

* * * Джейсон и Доун ехали на подземном трамвае к облачному дому.

— Ты приближаешься к серебряному рангу, — сказала она.

— События ускорили мое продвижение, — сухо ответил он. — Если бы у меня был выбор, я бы предпочел, чтобы это происходило медленнее и без такого количества смертей.

В глобальном масштабе число погибших от волн монстров превысило двести тысяч, хотя это были приблизительные цифры. Реальное число могло быть намного выше.

— У тебя есть ко мне вопрос, — сказала Доун. — Тот, который ты должен задать, прежде чем мы сможем двигаться дальше.

— Почему ты не рассказала мне о Фарре?

— Ты понимаешь, что мог бы спросить об этом, вместо того чтобы вбивать мой нос мне в мозг.

Новый аватар Доун был неотличим от того, который Джейсон убил и разграбил.

— Никаких сожалений, — сказал он. — Готов поспорить, после этого ты была вся такая: «этот маленький ублюдок».

— Конечно, нет, — солгала она. — Я древнее и могущественное существо, так что я немного зрелее того, кому только что исполнилось двадцать шесть. Я заметила, что ты не праздновал свой день рождения на прошлой неделе.

— Это не время для праздников. Я никогда не любил свой день рождения.

— Потому что он в День дурака?

— Может показаться, что это забавное сочетание, но это не так, — сказал Джейсон. — Почему ты не рассказала мне о Фарре?

— Из-за тебя.

— Из-за меня?

— Если бы я пришла к тебе, когда ты только вернулся, что бы ты сделал?

— Я бы пошел и забрал ее.

— Нет, — сказала Доун. — Ты бы погиб, пытаясь. Подумай о том, в каком состоянии ты вернулся. Никаких местных ресурсов, никаких союзников, никакой информации, никакого понимания магического общества твоего мира. Ты также все еще был сильно захвачен менталитетом войны. Твоим первым инстинктом на каждое препятствие было убить его.

— Я бы нашел способ.

— Ты нашел, когда был готов. У тебя были союзники, информация и более сбалансированный склад ума.

— Ты могла бы показать мне как.

— И ты бы доверял мне достаточно, чтобы слушать?

Он поморщился.

— Нет, — признал он.

— Она была послана сюда, чтобы помочь тебе, не просто как воин, а как друг. Она понимает, через что ты прошел, потому что сама прошла через многое подобное. Прежде всего, она — тот, кому ты можешь доверять. Потребовалось время, чтобы прийти к этому, даже с твоей семьей. За исключением твоей племянницы, но она не могла предложить тебе поддержку, в которой ты нуждался.

— Я знаю, что олицетворяет Фарра, — прорычал Джейсон, затем его лицо смягчилось. — И я благодарен, что ее вернули.

— Ты можешь поблагодарить за это Жнеца, — сказала Доун. — Это он предложил. Он хотел избежать того, чтобы Мировой Феникс заставляла твою душу метаться туда-сюда по астралу с ее жетонами каждый раз, когда ты был ей нужен в том или ином мире.

— А теперь мне нужно выяснить, как путешествовать по астралу полностью целым или вообще никак.

— Ты справишься.

Трамвайный туннель вышел из-под земли в подводную секцию.

— У меня есть еще вопросы к тебе, — сказал Джейсон.

— Строитель не нарушал соглашение, — сказала она, предугадывая, что он хочет узнать.

— Тогда как Инженеры Вознесения создают Преобразованных с помощью его заводных ядер?

— Я не знаю.

— Ты не знаешь?

— Я не знаю всего, мистер Асано, и могу рассказать тебе лишь часть того, что знаю. Что я могу сказать, так это то, что Строитель не вмешивался в дела этого мира последние пять столетий или около того.

— Если только он не нашел способ проскользнуть мимо тебя.

— Проскользнуть мимо меня возможно, — сказала Доун. — Проскользнуть мимо Мирового Феникса — нет.

— Ты хочешь сказать, что не можешь помочь мне разобраться, что происходит?

— Я этого не говорила. Я бы направила тебя к перебежчице из руководства ЭОА, которая работает с американскими отделениями Сети. У нее есть инсайды об их программе улучшения с самых истоков.

— Как именно ты получаешь информацию?

— Я не скажу тебе этого.

— Это просто куча людей?

— Это не просто куча людей.

— Ты не хочешь говорить мне, кто они, потому что тогда я мог бы просто пойти и спросить эту кучу людей сам, верно?

— Это не просто куча людей!

— Конечно, нет. Я тебе полностью верю.

— Я начинаю понимать, почему Строитель был так одержим убийством кого-то настолько незначительного, как ты.

— Грубо.

Трамвай остановился в конце туннеля, и они прошли через шлюз в облачный дом. Джейсон огляделся, как и каждый раз, когда входил, все еще довольный конфигурацией взаимосвязанных куполов.

— Здесь довольно мило, — сказала Доун, воздух мерцал светом, проходящим сквозь воду снаружи. — Это немного напоминает мне дом.

— И где дом?

— Город-вселенная Интерстиций, — сказала она. — Он крошечный по меркам обычной реальности, но довольно большой по меркам города. Скорее как свободно плавающее астральное пространство. Он также глубоко магический, но уникален тем, что монстры там не проявляются. Многие считают его столицей астрала, по крайней мере, той его части, которую мы знаем. Астрал более обширен, чем даже такой алмазный ранг, как я, может осмыслить.

— Значит, у астрала есть свои общества?

— Многие миры более знакомы с астральными путешествиями, чем тот, который ты знал. В Паллимустусе довольно неразвитая астральная магия, хотя вмешательство Строителя меняет это. Даже сейчас твой друг Клайв расшифровывает и распространяет более продвинутые астральные знания.

— Ты знаешь о моей команде?

— У них все хорошо. Однако они не знают, что ты снова жив.

— Знание должно знать, что я не умер. Оно знало о жетоне, который дал мне твой босс.

— Божество знает. Просто оно не говорит.

— Проклятые трансценденты и их проклятые игры, — пробормотал он, качая головой.

Они прошли через туннель в гостиную, каждый сел в удобное облачное кресло.

— Я бы предложил тебе угощение, но у меня ничего нет под рукой, — сказал Джейсон. — Нормирование, знаешь ли.

* * * — …постоянно отвоевывает позиции в определении дискурса, — докладывал Терренс.

Он стоял в зале заседаний Руководящего комитета, представляя свой отчет.

— ЭОА всегда работала на время, прежде чем потеряла контроль над нарративом, — продолжил он. — Мы видим, как они расплачиваются за это сейчас. Даже в начале некоторые области сопротивлялись их запутыванию. В США, например, у ЭОА невероятное медиадоминирование, но Система экстренного вещания пробилась сквозь большую часть шума. Теперь, когда страны принимают законы о медиавмешательстве, подобные нашему Закону о чрезвычайных коммуникациях, ЭОА не может так легко мутить воду.

— Мы знаем, что ЭОА внедрялась в государства, которые давно считали Сеть инструментом Запада, — сказала Анна. — Некоторые страны даже стремятся вытеснить Сеть и позволить ЭОА занять эту роль. Это эндшпиль ЭОА, насколько мы можем судить. Какова ваша оценка, основанная на медиаанализе, для дальнейших действий на этом фронте?

— Если прогнозы о восстановлении сети в течение двух-трех недель оправдаются, то я думаю, что ЭОА практически выдохлась в плане инфильтрации в правительства. Я бы ожидал переориентации их планов в будущем. Нет никаких шансов, что они не знают о прогнозах по сети, поэтому мы внимательно следим за сдвигом в месседжах, который может указывать на любой новый подход, который они готовят.

— Хорошо, спасибо, Терренс, — сказала председатель комитета. — Пока не возникнет ничего другого ужасного, я не предвижу никаких проблем.

— О, бросьте, — воскликнул Терренс. — Почему вы говорите такие вещи?

* * * — Почему ты здесь, Доун? — спросил Джейсон. — Я уверен, что ты могла бы найти хорошее, безопасное место в любом из больших городов.

— Я предупреждала тебя в прошлом о том, что происходит с твоим миром по мере роста магической плотности.

— Предупреждала.

— Большинство астральных пространств в этом мире оставались необнаруженными, под водой, — сказала она. — С деактивацией сети скорость проникновения магии в ваш мир увеличилась на треть. Это немалое количество.

— Это ускорило процесс, — сказал Джейсон. — Несложно догадаться.

— Боюсь, все хуже. Я изучала влияние на ваш мир, и скорость ускорения, похоже, пересекла какой-то порог.

— Произошло что-то, что не исправится, когда сеть снова заработает? Не думаю, что ты когда-либо задумывалась о том, чтобы помочь с этим. Или предупредить нас о том, что замышляет ЭОА?

— Я специалист по астральной магии, мистер Асано. Хотя я не лишена знаний в магии массивов, я привыкла работать с магией высшего порядка — ритуалами более высокого ранга в зонах с высокой магией. Твоя подруга Фарра лучше разбирается в магии массивов низшего порядка, чем я, и лучше подходит для этой задачи. Что касается предупреждения тебя, существуют правила относительно того, насколько мне позволено вмешиваться.

— Это кажется удобным оправданием для действий, когда ты хочешь, и игнорирования нас, когда нет.

— Тогда где мы проводим черту, мистер Асано? Где бы ты хотел, чтобы вмешательство существ высшего порядка прекратилось? Ты хочешь, чтобы Мировой Феникс пришел и решил все твои проблемы? Конечно, тогда то, что является проблемой и приемлемым решением, будем решать мы. А что, если это будет Жнец? Строитель? Сколько свободы ты готов отдать? Зная тебя, мистер Асано, полагаю, не очень много. Есть границы, которые мы не переходим, и я рекомендую тебе быть благодарным за это. В нынешнем виде мое присутствие здесь уже граничит с этой чертой. Я слуга Мирового Феникса, чья власть — это размерная целостность, поэтому у меня есть некоторая свобода в том, насколько я могу быть откровенной с информацией, относящейся к этому. Со всем остальным мне нужно быть осторожнее. Я могу помочь тебе соединить точки, но не рисовать их самой. И даже тогда я должна быть осторожна.

Джейсон выглядел недовольным, но кивнул, признавая этот довод.

— Если ты специалист по астральной магии, — сказал он, — как насчет того, чтобы помочь мне разобраться с этими книгами, которые дало мне Знание?

— Да.

— Подожди, да? В смысле да, ты поможешь мне без всяких загадочных штучек?

— Да.

— Э-э… отлично. Спасибо.

— Мне нужно местное жилье.

— Мы можем это устроить. Еда будет не очень; мы нормируем ее, как и все остальные.

— Этот аватар может поддерживаться на духовных монетах.

— Тогда никаких проблем. Теперь вернемся к тому, что ты говорила о каких-то изменениях, которые не исправятся, когда сеть заработает. Ты говоришь о прямых проявлениях, без протопространств?

— Нет, до этого еще несколько лет. Меньше, теперь, но есть время для более насущных проблем. Я говорю о том, чего даже я раньше не видела. Помнишь, я рассказывала тебе о предыдущем Строителе, который создал эту вселенную как эксперимент?

— Что-то о создании ее с использованием существующих реальностей в качестве шаблона вместо того, чтобы начинать с нуля?

— Именно. Я изучала размерную целостность этого мира и считаю, что возросшая магия из-за текущих обстоятельств спровоцировала уникальный симптом нестабильности, основанный на шаблонах, из которых был построен твой мир. Как только сеть заработает, ускорение магии несколько замедлится, так как протопространства, которые она обнаруживает, снова будут перехвачены. В этот момент, я полагаю, нестабильность проявит себя, как эффект размерного хлыста.

— Проявит себя как?

— Через изъяны, внесенные в способ создания этой вселенной, проявляющиеся напрямую. Карманы реальности, искривляющиеся в узоры, основанные на шаблонах, по которым была разработана эта реальность.

— Как это будет выглядеть?

— Как астральное или протоастральное пространство. Другая география, климат, магические условия. Только не будет размерной границы. Вместо того чтобы быть связанными с твоим миром, эти зоны станут его частью, пространство, которое они занимали, будет переформировано на самом фундаментальном уровне.

— А как насчет людей в этом пространстве?

— Я не знаю.

— Будут ли там монстры?

— Я не знаю. То, что предыдущий Строитель сделал здесь, было достаточно радикальным, чтобы его отстранили и заменили. Это, насколько мне известно, беспрецедентно. Если Мировой Феникс знает больше, он не поделился этой информацией со мной.

— Не очень приятно, правда?

— Нет, не приятно.

— Итак, что нам делать? — спросил Джейсон. — Фарра сказала, что команда по реактивации сети надеется запустить ее менее чем за две недели. До этого момента я думал, что это хорошо.

— Все, что ты можешь сделать, — это предупредить мир. Я не скрываю здесь информацию; я действительно не знаю. Вам придется самим выяснить, как справляться с тем, что придет, хотя у меня есть место, с которого ты можешь начать.

— Ты собираешься соединить для меня несколько точек?

— Да, — сказала Доун. — Пришло время Акари Асано рассказать тебе, зачем она на самом деле здесь.

СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ

СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ

— Серьезно? — спросила Доун. Мотоциклетная форма Тени почти не издавала шума, но она говорила громко из-за порывов ветра.

— Что? — переспросил Джейсон.

— У тебя есть способность к порталам.

— Которую мне, возможно, придется использовать в чрезвычайной ситуации.

— Твой фамильяр может превращаться в машину.

— В такой прекрасный день?

— Или более чем в один мотоцикл.

— Не знаю, на что ты жалуешься, — сказал Джейсон. — Эми обожает коляску.

Они ехали через буш, отделяющий общую зону Деревни Асано от жилых кластеров. Несмотря на легкомысленную болтовню Джейсона, Доун понимала, что скрывается под ней. Ее чувства полагались на проецирование ауры через аватар, но Джейсон не чувствовал ничего, даже когда его эмоции были обнажены. Насколько сильны были его аура и чувства, Доун была на голову выше его в этом отношении.

Как бы Джейсон ни скрывал это, его запутанный клубок горя, разочарования и стыда был для нее очевиден. Она наблюдала за ним достаточно долго, чтобы знать, что болтовня — его ключевой механизм преодоления, и она позволила себе поддаться этому, играя в игру на его условиях.

Дорогам было всего несколько месяцев, но они были хорошо сделаны, результат использования Кеном способностей к манипуляции землей и строительной бригады, нанятой Хиро. Рабочим сказали, что они дневная смена. Дополнительную работу, которую они обнаруживали каждое утро, приписывали ночной смене, которую они никогда не видели. Им хорошо платили за то, чтобы они не задавали вопросов, поэтому они игнорировали множество несоответствий, которые исходили от ночной смены, которой был отец Джейсона и его магические силы.

Джейсон и Доун следовали по дороге, которая вилась через приятный буш и поднималась к жилому кластеру на вершине утеса, самому отдаленному из мини-пригородов Деревни Асано. Джейсон остановил мотоцикл там, где большой двор занимал пространство между дорогой и домом, прилепившимся к утесу. Помимо вымощенной плиткой дорожки, ведущей к входной двери, двор был полностью покрыт травой.

Рядом с дверью, у каменной стены дома, стоял уличный шкафчик. У него был магический замок, который любой пользователь эссенции мог открыть с помощью небольшого количества маны. Джейсон сделал это, доставая пару ошейников подавления серебряного ранга, а также два меча, покрытых слабо светящимися рунами.

Предмет: [Тренировочный меч] (бронзовый ранг, обычный)

Тренировочный меч, предназначенный для безопасного проведения полноконтактных атак (оружие, меч).

* Эффект: Весь урон, наносимый этим оружием, аннулируется и заменяется легким покалыванием. * Эффект: Накладывает [Малое оглушение]. Сила оглушения зависит от количества урона, который был бы нанесен.

* [Малое оглушение] (недуг, магия): Вызывает потерю функции в пораженной части тела. Затрагивает большую область тела при использовании против целей ниже бронзового ранга. Вызывает изнурительную дезориентацию при использовании на жизненно важных областях.

Доун ждала на краю двора с Тенью, который вернулся в свою естественную форму тени с серебряными глазами. Джейсон вышел на середину двора, выпустив импульс ауры, хотя знал, что Акари слышала его приближение. Он застегнул один из ошейников подавления на своей шее.

Ошейники, которые Акари привезла с собой из Японии, были более художественно оформлены, чем те, что видел Джейсон. Большинство ошейников подавления были толстыми, простыми и не предназначенными для комфорта владельца. Эти были больше похожи на ювелирные украшения, с изящной гравировкой и серебряным напылением. Ему было бы несложно сбросить эффект ошейника, но он позволил ему работать.

Акари вышла из дома в темно-синем кэндоги. Ее волосы были собраны в практичный хвост, который всегда напоминал ему Софи, несмотря на то что волосы Акари были иссиня-черными, как в рекламе шампуня, а не металлически-серебряными. Джейсон был в спортивных штанах, кроссовках и футболке с H.R. Pufnstuf. Она молча взяла один из мечей и второй ошейник подавления, защелкнув его на своей шее.

Джейсон и Акари сошлись в центре двора, каждый высматривая бреши. Когда они только начали тренироваться вместе, силы были равны. Акари была специализированным мечником, но была скована человеческими стилями боя, разработанными с учетом человеческих ограничений. Она хорошо использовала свою скорость, но ее сверхчеловеческое тело было способно на гораздо большее, чем она использовала.

Джейсон, напротив, полностью использовал свои характеристики пикового бронзового ранга. Они не были равны ее серебряному рангу, но он выжимал из них максимум, когда сражался. Ее крайне агрессивный подход не был плох сам по себе, но плохо подходил для противостояния стилю Джейсона, который активно использовал финты и контратаки. Ключом к этому было использование манипуляции аурой — то, что Акари сильно недооценивала.

Джейсона было трудно читать агрессивной Акари, которая постоянно попадалась на приманки и совершала ошибки из-за чрезмерного напора. После почти каждого поражения она корила себя за то, что открывалась.

Странный химерический стиль Джейсона менялся от подхода к подходу способами, которые должны были казаться диссонирующими, но каким-то образом были естественными и плавными. В один момент это напоминало кэндо, а в следующий — капоэйру. Вспышки прямой, быстрой агрессии сменялись сложными и причудливыми движениями, которые больше походили на танцы или акробатику, чем на бой. Это не должно было работать, но он использовал свои возможности, чтобы превратить то, что было непрактично для человека, в мощное оружие для сверхчеловека.

Шли недели, а затем и месяцы, и Джейсон снова и снова приходил к двери Акари, чтобы сразиться. Благодаря непоколебимому анализу и неизменной самоотдаче Акари, она быстро устраняла недостатки, которые Джейсон выявлял в ее боевом стиле.

Джейсон был прилежен в своем фехтовании, но для Акари меч был основой ее существа. Она научилась использовать свои собственные атрибуты, модулируя свою мощную агрессию в точность и осторожность, улучшая свою способность читать финты, избегать опасных контратак и адаптироваться к нетрадиционному стилю Джейсона.

Акари тренировалась с мечом столько, сколько себя помнила. Джейсон мало что мог предложить для улучшения ее техники, но принципы того, как он сражался, помогли ей перековать себя с помощью инструментов, которыми она уже обладала. Жизнь тренировок дала ей средства пробудить свой потенциал; Джейсон лишь дал импульс.

Джейсон также учился у Акари. Он имел склонность усложнять и увлекаться попытками быть умным, когда чистый, простой и прямой выбор был лучше. Он не разделял пожизненного погружения Акари в путь меча, поэтому не делал таких успехов, как она, но она помогла ему поработать над самым слабым местом его техники — эффективностью.

Джейсон и Акари росли в своих сильных сторонах. Через два месяца Джейсон перешел от побед в четырех спаррингах из десяти к одной из двадцати, когда они сходились на открытом дворе. Однако это соотношение значительно смещалось вверх, когда они переходили в буш, где даже без своих сил Джейсон двигался как призрак. Ту преданность, которую Акари вкладывала в то, чтобы быть мечником, Джейсон вкладывал в то, чтобы быть хищником.

Пока Доун наблюдала, у них был типичный спарринг, в котором Джейсона было до ярости трудно поймать. Однако Акари была неумолима, наказывая за каждую ошибку, которую Джейсон совершал со своим диким боевым стилем. Джейсону все же удавалось спровоцировать ее на открытие, переломив ситуацию шквалом контратак. Даже находясь в обороне, Акари была спокойна, эффективна и точна. То, что когда-то было отчаянной защитой перед лицом химерического стиля Джейсона, теперь было клинически точным исполнением, разрушающим импульс Джейсона, пока она неумолимо не перехватывала инициативу.

Чистый удар по ноге Джейсона ограничил его мобильность, когда подействовало оглушение от магического тренировочного меча. Это означало конец, так как Джейсон даже в лучшей форме едва мог сдерживать ее. Удар по другой ноге повалил его на землю, и ее меч опустился на его голову.

Магия меча означала, что он не чувствовал ничего, кроме легкого покалывания. Вместо этого он получил эффект оглушения головы, который вызвал приступ изнурительного головокружения. Он лежал на спине, хихикая, как ребенок, который кружился, пока не закружилась голова, чувствуя, как мир дико вращается вокруг него.

Акари забрала меч Джейсона и расстегнула его ошейник подавления. У тренировочного устройства была простая застежка, чтобы держать его закрытым, без ключа. Она посмотрела на него сверху вниз, когда Джейсон приподнялся на локтях, все еще ухмыляясь с ошалелым выражением лица.

— Иногда я подозреваю, что ты проигрываешь специально, только чтобы получить по голове тренировочными мечами.

— На этот счет не беспокойся, — сказал Джейсон. — Если бы я это делал, ты бы использовала на мне свой настоящий меч.

— Главное, чтобы ты знал, — сказала она, помогая Джейсону нетвердо встать на ноги, что притянуло их близко друг к другу.

— Я должен был быть там, — тихо сказала она.

Он улыбнулся ей улыбкой, лишенной его обычного ухмыляющегося подтекста.

— Ты ведь не в спа-салоне отдыхала. Брокен-Хилл не остановил все остальные угрозы, и у тебя были другие люди, которым нужно было помочь.

— Ты не должен был сталкиваться с этим в одиночку.

— Я не сталкивался. Я просто пришел туда немного раньше. Как только прибыли войска, я был практически сведен к открытию порталов и управлению движением автобусов.

Акари нахмурилась.

— Тебе не всегда нужно быть таким скромным, знаешь ли. Это самая японская черта в тебе, но это кажется неправильным, когда ты это делаешь.

Он одарил ее ухмылкой.

— Я оставлю свое бесстыдное хвастовство совершенно незаслуженным, большое спасибо.

— Определенно неправильно.

Она покачала головой, затем повернулась, чтобы посмотреть на Доун.

— Кто твоя подруга?

— Твоя новая соседка. У нас не хватает мест, чтобы дать каждому одинокому человеку отдельную квартиру. Пойдем поздороваемся.

Они прошли через лужайку, чтобы встретить Доун, пока Акари снимала ошейник со своей шеи.

— Акари Асано, — поприветствовала Акари с уважительным поклоном.

— Это Доун, — представил Джейсон. — Она может показаться обычной, но уверяю вас, это не так. На самом деле, она, вполне вероятно, самый замечательный человек на этой планете.

— Могу я спросить, почему? — спросила Акари. Ее поведение рядом с Доун было значительно более уважительным, чем ее непринужденное отношение к Джейсону.

— Ну, для начала, она не человек. Она даже не с этой планеты; то, что вы видите здесь, — это, по сути, модный телефон.

— Честно говоря, — сказала Акари, — то, что вы оба сказали, кажется крайне неправдоподобным.

— Так и есть, не правда ли? — сказала Доун и протянула руку. — Дай мне меч.

Это вызвало удивленные взгляды и у Джейсона, и у Акари.

— Ты уверена? — спросил Джейсон.

— Вполне, — сказала Доун.

— Я просто спрашиваю из-за того случая, когда я ударил тебя так сильно, что ты умерла.

Акари повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона широко открытыми глазами.

— Все в порядке, — сказал ей Джейсон, жестикулируя в сторону Доун. — Смотри, она в порядке.

— Мой новый аватар может использовать мои чувства гораздо лучше, — сказала Доун, бросив на Джейсона холодный взгляд.

— На случай, если я снова попытаюсь ударить тебя по лицу?

— Я больше беспокоилась о мисс Хурин.

— Хорошее замечание. Фарра определенно тоже хочет нанести удар.

— Мисс Асано, — сказала Доун. — Будет ли точно сказать, что вы узнаете то, что вам нужно знать о человеке, через его меч?

— Будет, — сказала Акари.

— Что мой меч говорит тебе? — спросил Джейсон.

— Что ты всегда делаешь возмутительный выбор, даже когда простой лучше. Что ты все усложняешь и часто делаешь два движения, когда нужно всего одно.

— Значит, ты весь — блеск, а толку ноль, — сказала Доун.

— Эй, — пожаловался Джейсон. — Что я вам сделал?

— Ты убил меня.

— Ну и что? Я умирал дважды; тебе нужно с этим смириться.

— Я искренне надеюсь, что ты доживешь до алмазного ранга, мистер Асано. Я с нетерпением жду, когда мы с тобой проведем очень другой разговор.

— Ты собираешься надрать мне задницу?

— Через всю реальность и обратно.

— Как в «Звездном пути», только варп-двигатель — это сексуальная леди, — сказал Джейсон с жутковатой улыбкой.

— Ты отвратителен, — сказала ему Акари.

Джейсон одарил ее озорной ухмылкой.

— Дай ей меч, — сказал он.

— Ты уверен? — спросила Акари.

— Все в порядке. Я уже убил ее, так что насколько плохо все может быть с тренировочными мечами?

Доун снова бросила на Джейсона холодный взгляд.

— Очень хорошо, — сказала Акари. Она собралась надеть ошейник обратно на шею, но Доун жестом попросила ее остановиться.

— Все в порядке, — сказала Доун.

Акари оценивающе посмотрела на Доун, затем кивнула, передавая ошейники Джейсону, а второй меч Доун.

— Он может быть немного тяжелым.

— Я справлюсь, — сказала Доун, держа его обеими руками.

Две женщины переместились в центр двора, пока Джейсон стоял рядом с Тенью.

— Я бы спросил, действительно ли тебе нужно было настраивать обеих женщин против себя, — сказал Тень, — но я знаю тебя достаточно долго к этому моменту.

Джейсон ответил лишь смешком, затем его лицо помрачнело.

— Какой счет? — спросил он.

У него было одно из тел Тени, следившее за количеством погибших в Брокен-Хилл по мере обновления данных.

— Девять тысяч подтвержденных, с оценочным числом от двенадцати до пятнадцати тысяч.

— Черт возьми.

— Число выживших превысило девятнадцать тысяч, — сказал Тень. — Немалая часть этого — твоя заслуга.

— Наша, — сказал Джейсон. — Без твоих автобусов это число было бы сокращено вдвое, легко.

* * * Акари наблюдала за Доун, стоящей перед ней с мечом в обеих руках. Каждое ее чувство говорило ей, что Доун — нормальный человек, но Джейсон сказал, что она совсем не такая. Акари узнала, что, хотя Джейсон любил часто и прозрачно лгать о несущественных вещах, он был честен в том, что имело значение. Поэтому она не относилась к женщине перед ней легкомысленно.

Без ошейника Акари начала с того, что обрушила и свою ауру, и меч на Доун. Она промахнулась, не совсем понимая как. Бой, который последовал за этим, был самым озадачивающим сражением в жизни Акари.

Доун была медленной и слабой, но она, казалось, знала каждое движение Акари, не просто до того, как она его сделала, но даже до того, как она о нем подумала. Каждое действие Акари — Доун и ее меч были именно там, где должны были быть, словно по совпадению или пророчеству.

Скорость и сила серебряного ранга Акари значительно превосходили другую женщину, но Доун всегда была именно в нужном месте, именно в нужной позе. Она не могла блокировать, но ее меч отклонял меч Акари ровно настолько, чтобы превратить попадания в промахи на волосок от цели. Акари чувствовала, будто пытается разрубить ветер, ее лезвие снова и снова проходило сквозь воздух.

Доун даже удалось проскользнуть мимо защиты Акари и нанести удары, хотя урон был ничтожен. Магические мечи переводили урон в эффект оглушения, но урон Доун был настолько легким, что оставил Акари лишь едва заметное покалывание. Пара периодически сталкивалась в течение нескольких минут, проводя больше времени, наблюдая друг за другом, чем скрещивая клинки.

В конце концов, Акари совершила ошибку, и меч Доун оказался у нее под подбородком. Даже этого было недостаточно, лишь ранг меча позволил ощутить легкое жужжание в челюсти. Акари все равно остановилась, отступив и глубоко поклонившись.

— Я магический мечник, — сказала Акари, — но я не могу найти слова, которое лучше описывало бы вашу способность, чем сверхъестественная. Вы научите меня?

— Я научу, — сказала Доун, — но это придется подождать. Пришло время обсудить твою истинную причину приезда в Австралию.

Джейсон подошел, оглядывая Доун с ног до головы.

— Ты позволила мне ударить тебя, не так ли?

— Это было то, что тебе нужно было выплеснуть. Я не думала, что ты сделаешь это достаточно сильно, чтобы убить меня, и я определенно не думала, что ты будешь грабить тело.

— Ну, я выпивал. И мне очень, очень хотелось ударить тебя по лицу.

ГОНКА ВООРУЖЕНИЙ

ГОНКА ВООРУЖЕНИЙ

Акари провела Джейсона и Доун в дом на вершине утеса. Примечательной особенностью домов в деревне Асано было то, что большая часть их пространства находилась под землей, выдолбленная в твердой скале. Подземная часть выходила на склон утеса стеклянной стеной, из которой открывался вид на Тихий океан.

Без использования магии строительство таких домов было бы опасным, а результат — ненадежным. Но поскольку здесь была замешана магия, это выглядело просто впечатляюще. Джейсон вспомнил об этом, когда подошел к стеклянной стене в подземной гостиной Акари.

— Здесь мило, — сказал он. — Если бы у меня еще не было жилья, я бы определенно выбрал один из таких домов.

— А где именно ты живешь? — спросила Акари. — Я думала, в главной резиденции, но это ведь не так, верно?

— Нет, — ответил Джейсон. — У меня есть небольшое укромное местечко.

Джейсон отошел от окна, и они сели в кресла вокруг журнального столика.

— Как я уже говорила снаружи, — обратилась Доун к Акари, — пришло время прояснить цель твоего приезда в Австралию. Обычно я не стала бы раскрывать тебе столько информации о себе, но ты — ключ к подготовке к следующему испытанию, с которым столкнется этот мир.

— Что именно это значит? — спросила Акари.

— Это значит, что опека клана Тивари подходит к концу.

— Тивари? — переспросил Джейсон. — Это индийское имя, а не японское.

— Да, — подтвердила Акари. — Столетия назад основатель Сети приехал в Японию, создав тайные общества, которые сегодня являются японскими филиалами Сети. Основатель привез с собой семью Тивари. Они были хранителями древнего объекта невероятной силы, и он привез их в Японию, чтобы скрыть его. После столетий межрасовых браков с местными жителями, хотя имя и родословная сохранились, по любым видимым признакам они — японцы.

— Что это за объект? — спросил Джейсон. — Доун была до безумия уклончива.

— Дверь, — ответила Акари. — Никто точно не знает, куда она ведет, известно лишь, что это мир, не наш собственный. Более того, когда дверь перемещают, она открывается в новом месте. Насколько удалось определить, где бы она ни находилась, она ведет в эквивалентную точку в другом мире.

— Это мир Фарры? — спросил Джейсон у Доун.

— Нет, — ответила Доун. — На самом деле Акари ошибается. Дверь ведет не в другой мир, а в скрытый аспект этого. Она дает доступ к строительным блокам, из которых была создана эта вселенная.

— Ты говоришь о шаблонах, которые использовал изначальный Строитель, — сказал Джейсон.

— Да, — подтвердила Доун. — Дверь — это инструмент для доступа к фундаментальным основам не только этой реальности, но и той, с которой она связана. Если ее перенести туда.

— И это какое-то пространство, в которое можно физически войти? Это своего рода подпространство?

— Детали значительно выше твоего нынешнего понимания астральной магии, — сказала Доун. — «Подпространство» — достаточное объяснение на данный момент.

— Звучит так, будто связываться с этим опасно, — заметил Джейсон.

— Да, — согласилась Доун. — Твой мир и мир твоей подруги Фарры всегда были связаны. Они были построены именно так. Эта связь вплетена в ткань ваших двух реальностей. Она вызывает эхо из одного мира в другом.

— Я с самого начала заметил, что странные вещи, кажется, работают одинаково в обоих мирах, — сказал Джейсон. — От людей из того мира, появляющихся в наших легендах, до того, что мы одинаково отсчитываем время. Эта связь — причина, каким-то образом?

— Это фактор резонанса, — объяснила Доун. — Эхо между мирами, построенными по одной модели, отпечатывающимися друг на друге.

— Вот откуда берется человек-лев по имени Гэри, полагаю.

Акари слушала молча. Она быстро поняла, что получила возможность заглянуть в некоторые из величайших секретов, существующих в мире. Хотя она упускала многие детали, она старалась следить за ходом мысли.

— Кто-то пришел в этот мир столетия назад, — продолжила Доун. — Они принесли с собой дверь, которая сейчас находится во владении клана Тивари. Связь между реальностями — это ткань, которая простирается по всей вселенной. Эта дверь — инструмент, способный изменять небольшие участки этой ткани. В масштабах вселенной она может воздействовать лишь на фрагментарное пространство, но этого достаточно, чтобы усилить связь между двумя соединенными точками.

— Такими, как две версии одного и того же мира, — сказал Джейсон.

— Именно.

— Почему ты не сказала мне ничего из этого раньше?

— Потому что я не знала, — ответила Доун. — Пока ты лечил симптомы текущей проблемы, я диагностировала причину. Связь, соединяющая эту планету в этой вселенной с ее эквивалентом в другой вселенной, была усилена. Это затрагивает только область вокруг этой планеты, хотя, если связь не вернуть в естественное состояние, возможны катастрофические каскадные эффекты, поскольку ткань реальности начнет рваться.

— Полагаю, это метафора. И что это очень плохо.

— Если эта планета будет потеряна, разрыв в этой реальности может потенциально распространиться по всей твоей вселенной и привести к ее полному коллапсу. У другой вселенной мембрана измерений достаточно гибкая, чтобы выдержать отдачу, но жесткая мембрана этой может сломаться, а не прогнуться.

— Значит, эскалация магии происходит только здесь, на Земле, — сказал Джейсон. — Это не затрагивает инопланетян и прочих, но если мы потеряем Землю, мы можем потерять вселенную.

— Я касалась этого, когда мы говорили в прошлом, — сказала Доун. — Чтобы вернуть связь в нормальное состояние, ты должен исправить проблемы здесь, а затем вернуться в другую реальность и сделать то же самое на той стороне.

— Спасти вселенную, никакого давления. Как мне это сделать, в точности?

— Изначальная связь между вселенными — неотъемлемый элемент дизайна, по которому изначальный Строитель создал обе реальности. Когда шаблоны, на которых она основана, становятся явными, компоненты этой связи обретают физическое воплощение. Дверь — это инструмент, который делает эти шаблоны явными, позволяя собрать эти компоненты. Собери достаточно, и дверь можно будет использовать для изменения связи.

— Как именно ты это узнаешь? — спросил Джейсон. — Есть онлайн-энциклопедия для волшебников или что-то в этом роде? Это по подписке или можно использовать бесплатный аккаунт?

— Ты знаешь, что такое маяк отпечатка астрального резонанса? — спросила Доун.

— Это вроде записывающего зонда, верно? — сказал Джейсон. — Он чувствителен к астральным силам, и если ты безумно хорош в понимании астральных эффектов, ты можешь интерпретировать показания.

— Ты изучал свои книги по астральной магии.

— Мне нужно было как-то отвлекаться в свободное время, — сказал Джейсон. — Обычно я готовлю, но сейчас сплошное нормирование. Если я правильно все понял — а это большое «если» — то эта магическая дверь может переписать ДНК вселенной.

— Очень грубо говоря и в очень малом масштабе, но что-то вроде того, — признала Доун.

— А значит, Строитель создал эту дверь, верно? Нынешний Строитель. Если только нет кого-то еще, кто может манипулировать реальностью на таком уровне.

— Такого нет, — сказала Доун. — При этом я полагаю, что дверь сюда принес не последователь Строителя. Это был пришелец из другого мира, как ты, но тот, кто поступил на службу к одному из богов другого мира.

— Чистота работает со Строителем.

— Этот пришелец, вероятно, сначала изменил связь в другой реальности, используя дверь, а затем пришел сюда и сделал то же самое. Это привело в движение процесс выкачивания магии из версии Земли в другой реальности, Паллимустуса, на эту Землю. Сначала воздействие было незначительным, но оно усиливалось. За последние полтора столетия эта эскалация стала стремительной, что привело к росту числа и силы формирующихся протопространств.

— Человек, который все это сделал, — сказал Джейсон. — Это тот же самый, кто построил сетку и основал Сеть?

— Я так полагаю.

— Почему?

— Баланс, — ответила Доун. — Архитектор этого плана не хочет, чтобы планета была уничтожена, по крайней мере, пока они не закончат с ней. Им нужно, чтобы она оставалась на месте и впитывала магию, которая в противном случае накапливалась бы вокруг другого мира, пока не вызвала бы магический всплеск.

— Вот почему сетка никогда не покрывала океан, — догадался Джейсон. — Она никогда не предназначалась для того, чтобы остановить всю магию, только регулировать ее. Сетка — и, как следствие, Сеть — это предохранительный клапан, предназначенный для того, чтобы держать все под контролем, как только магия начнет достигать опасных уровней.

— Это был и мой вывод, — сказала Доун. — Сетка могла бы покрыть океаны, если бы изначальный проектировщик хотел этого. Дать Сети инструменты для перемещения в водной среде и противостояния монстрам там, безусловно, было бы в их силах.

— Мы все еще впитываем магию из Паллимустуса, которая обычно превращается в всплеск монстров, — сказал Джейсон. — Поэтому всплески монстров стали занимать все больше и больше времени?

— Да, — ответила Доун. — С тем количеством магии, которое Земля выкачивает прямо сейчас, всплески монстров прекратились вовсе. Они не возобновятся, пока усиленная связь с Землей не будет возвращена в исходное состояние, по крайней мере, на этой стороне связи.

— У них еще не было всплеска?

— Нет.

— Это получается что-то около пятнадцати лет. Они, должно быть, с ума сходят. И как только мы перекроем кран с этой стороны, разве у них не случится самый мощный всплеск монстров в истории?

— Да. Они так долго находились на грани всплеска монстров, что, как только это произойдет, в окрестностях их планеты возникнет беспрецедентный разрыв в мембране измерений. Это позволит силам Строителя, которые уже готовы к вторжению, пройти сквозь него со всеми магическими проявлениями.

— Я думал, у твоего босса и Строителя есть соглашение о невмешательстве. Похоже, он все еще копается в обоих мирах.

— Это соглашение запрещает только прямое вмешательство. Оно не распространяется на использование смертных агентов или событий, уже приведенных в движение.

— Похоже, он уже вовсю участвует в гонке, — сказал Джейсон. — Это соглашение звучит не очень-то полезно.

— Соглашение более тщательно запрещает вмешательство в твой мир. Мое участие — это хождение по грани, даже на расстоянии. Если бы целостность измерений не была прямой компетенцией Мирового Феникса, мне бы даже этого не позволили.

— Да, прости. Я знаю, что ты здесь, чтобы помочь.

Джейсон поморщился.

— Если я правильно понял, — сказал он, — чтобы спасти этот мир, я должен обречь мир Фарры на межпространственное вторжение.

— Если тебе от этого станет легче, позволить твоему миру погибнуть — эффект будет тем же, — сказала Доун. — Просто это заняло бы больше времени, а последствия для другого мира были бы еще хуже.

— О, отлично.

— Тебе нужно сначала исправить усиленную связь с этой стороны, что, по крайней мере, замедлит ущерб твоему миру, пока он будет подвергать опасности другой. Затем ты должен отправиться туда и решить проблему со связью на другой стороне.

— Ты говорила нам, что нам придется вернуться.

— Да, — сказала Доун. — В то время я обнаружила, что связь нужно будет корректировать с обоих концов. Теперь я знаю почему и как.

— Мне нужно пойти и забрать магическую дверь.

— Дверь — это только начало, — сказала Доун. — Чтобы использовать ее для изменения связи, ты должен сделать то, что было сделано, когда связь была изменена впервые. Собери элементы связи, оставленные изначальным Строителем в шаблонах, на которых был построен твой мир. Собери достаточно, и ты сможешь восстановить связь до ее исходного состояния.

— О, квест «принеси-подай», отлично. Если я убью десять кабанов, я получу копье зеленого качества?

— Изначально ты использовал бы дверь, чтобы дать нам доступ к этим шаблонам. Обстоятельства изменились.

— ЭОА, — догадался Джейсон. — Они заткнули предохранительный клапан. Ты сказала, что когда сетка снова поднимется, будет магическая отдача.

— Да, — ответила Доун. — Шаблоны и проявленные компоненты связи внутри них начнут появляться случайным образом, изменяя твой мир. Тебе больше не потребуется дверь, чтобы получить к ним доступ, хотя она все еще будет необходима для исправления связи.

— Разве это не хорошо, в некотором смысле? — спросил Джейсон. — Мы должны иметь возможность собирать эти компоненты связи легче.

— Как и кто угодно другой. Эти компоненты будут самыми магически плотными объектами в твоем мире. Как ты думаешь, что более вероятно: магические фракции объединятся ради общего блага или бросятся в магическую гонку вооружений?

— О, черт.

* * * Джейсон и Доун нашли время, чтобы ввести Акари в курс дела, рассказав ей об основных моментах того, что она услышала. Они не стали вдаваться в слишком большие подробности, лишь столько, сколько нужно, чтобы дать ей общее понимание того, что происходит и что поставлено на карту.

— Вам нужно, чтобы я убедила Тивари отдать вам дверь, — догадалась она.

— Да, — сказал Джейсон. — Чего я не понимаю, так это того, что заставило тебя приехать сюда. Думаю, мы можем смело отбросить притворство насчет оценки достоинств моей семьи.

— Это не такое уж притворство, как ты думаешь, — сказала Акари. — Мы серьезно относимся к достоинству нашего имени.

— Ну, я должен спасти вселенную, и я отношусь к этому серьезно.

Из тени Джейсона донесся звук прочистки горла.

— Относительно серьезно, — поправился Джейсон. — К тому же, у тебя нет горла, Тень.

Джейсон снова переключил внимание на Акари.

— Почему ты на самом деле здесь? — спросил он ее.

— Основатель оставил клану Тивари пророчество, — сказала Акари. — Когда монстры будут ходить по миру, человек двух миров закроет дверь навсегда. Они верят, что этот человек — ты. Узнав твое имя, они пришли к нам в надежде выйти на тебя. Мы были союзниками Сети много лет, но откровение о двери и происхождении клана было для нас новостью. Меня послали оценить не твой клан, а тебя. Увидеть, можно ли тебе доверить этот секрет.

— Что, очевидно, можно, потому что я потрясающий.

— Ты сложный человек, чтобы тебя любить, — сказала Акари.

— Я должен предположить, что это пророчество — еще один уровень контроля, — сказал Джейсон. — Если они хотели придушить связь, как только она выполнит свою задачу, человеком, наиболее вероятным обладать способностями и знаниями, был бы пришелец.

— Да, — подтвердила Доун. — Условия, при которых пришелец может быть затянут между мирами, а не просто аннигилирован, довольно специфичны, но при связи в том состоянии, в котором она находится, выполнение этих условий где-то в твоем мире было неизбежностью.

— Ты уверена? — спросил Джейсон. — Кажется, это своего рода авантюра.

— Авантюра, на которую можно пойти, если готов смириться с тем, что твой мир будет уничтожен, если она не окупится. Или, возможно, они полагались на то, что другие силы осознают опасность и предпримут шаги, чтобы исправить ее. Богиня Знание дала тебе кладезь знаний по астральной магии, чтобы ты забрал их домой. Мировой Феникс позаботился о том, чтобы ты туда попал. Не думаю, что Строитель был счастлив, что ты оказался агентом, которого выбрал Мировой Феникс, но, оглядываясь назад, кажется вероятным, что он предвидел ее действия.

— Значит, твоего босса переиграли.

— Да, — сказала Доун. — Строитель, несмотря на всю его кажущуюся недальновидность и разочарование, похоже, получает все, что хочет. Даже ты, спасая свой мир, служишь ему, приводя в действие его вторжение в Паллимустус. Сделка, которая удерживает его от вмешательства в этот мир, ограничивает способность Мирового Феникса действовать против него сейчас.

— Ты хочешь сказать, что одержимость мной была игрой?

— Возможно, возможно и нет, — сказала Доун. — Второй Строитель всегда был непредсказуем, до такой степени, что многие из нас подозревают, что это проблема того, что он был возвышен из смертных. Строитель, использующий эту репутацию, чтобы скрыть глубину своих намерений, безусловно, возможен.

— Итак, что теперь? — спросил Джейсон у Доун. — Мы едем в Японию и забираем эту дверь?

— Сначала предупреди Сеть о проявлениях шаблонов. Неизвестно, что именно произойдет, но, надеюсь, возникнет необходимость в масштабной эвакуации.

— Надеюсь?

— В отличие от людей, растворяющихся в ничто, когда реальность вокруг них перекраивается.

— Да, это было бы плохо, — сказал Джейсон.

— Затем нам нужно забрать дверь, — сказала Доун. — Она должна быть у тебя до того, как шаблоны начнут проявляться. Если магические фракции обнаружат ее и узнают, что она может делать, они будут сражаться за нее.

Джейсон и Доун повернулись к Акари.

— Что? — спросила Акари.

— Ты собираешься предупредить своих людей о том, насколько важна дверь? — спросил Джейсон. — Если они узнают, то будут вымогать за нее все, что смогут.

— Только несколько членов клана Асано знают об этом, и они будут действовать честно, — настаивала Акари.

— А как насчет клана Тивари? — спросил Джейсон. — Разделят ли они твою непоколебимую честь?

Акари нахмурилась.

— Мне хотелось бы думать, что да, — сказала она, — но я не могу говорить за них.

— Я бы хотел в какой-то момент оказаться в одной комнате с тем перебежчиком из ЭОА, — сказал Джейсон. — Я хочу знать, откуда они берут заводные ядра Строителя.

— Это сейчас не имеет значения, — сказала Доун. — У тебя нет времени на визит в Соединенные Штаты. Сейчас есть заботы поважнее, чем Инженеры Вознесения.

БОЙ НА МЕЧАХ БЕЗ РУБАШКИ

БОЙ НА МЕЧАХ БЕЗ РУБАШКИ

— Я знаю, в Брокен-Хилл должно было быть тяжело, — сказала Кетеван, встречая Джейсона в своем кабинете.

— Не так тяжело, как тем, кто там жил, — ответил он.

— И все же, я понимаю, если тебе нужно время, прежде чем снова вступать в дело. Тем не менее, если ты готов, мы всегда можем использовать твою помощь.

— На самом деле, я пришел сказать, что мне нужно время отдохнуть от деятельности Сети. Кроме того, полет в Японию и обратно был бы кстати. Поскольку авиаперелеты ограничены, я не могу просто купить билет. Я мог бы использовать Тень, но пока я не догоню его по рангу, использование его в качестве самолета заставит меня лопатами закидывать в него монеты, как старинного машиниста поезда.

— Япония? — переспросила Кетеван. — Это семейное дело? Что-то связанное с Акари? Она проделала для нас впечатляющую работу, помогая закрывать протопространства и устранять волны сущностей измерений. Мы справимся без тебя, но потеря вас обоих в этот момент станет ударом по нашим возможностям, не буду лгать.

— Это забота поважнее семьи, — сказал Джейсон. — Нам нужно провести встречу. Ты, я, Анна и Фарра для начала. Речь идет о подготовке к тому, что произойдет, когда сетка снова заработает.

— Мы проводим дискуссии о том, что произойдет после реактивации сетки, с тех пор как она впервые отключилась.

— Эти планы нуждаются в пересмотре.

* * * — Не стоило мне соглашаться на это, — сказал Джейсон, когда Кайто вез его и Фарру обратно в деревню Асано. Они были в кабине, подброшенные Кайто, пока тот перевозил груз припасов на север для команд ритуалистов Сети. — Мне следовало настоять на своем, и мы были бы уже в самолете до Японии.

— Не думаю, что ты осознаешь, сколько внимания сейчас приковано к тебе, — сказал Кайто. — Говорят, что Брокен-Хилл — пятая по величине потеря жизней в одном инциденте с начала волн монстров. По телевизору больше ничего нет. Интервью с выжившими, кадры эвакуации. Каждый канал крутит кадры, как ты уничтожаешь монстров и запихиваешь людей в автобусы.

— Кадры с ваших дронов, — сказал Джейсон.

— Не смотри на меня, — сказал Кайто. — Это был Терренс.

Кресла в кабине были расположены по схеме «два на два», Кайто и Фарра сидели в передних креслах. Джейсон сидел в одном из задних, а Терренс — в другом.

— Тебе стоит увидеть данные отслеживания твоего онлайн-следа, — сказал Терренс. — Там столько кадров и интервью, что люди проводят глубокий анализ твоей эффективности по сравнению с Лигой Героев. Они охотились за большими монстрами, пока ты работал, помогая людям, что не осталось незамеченным. Я позаботился об этом.

— Я так рад, что все эти погибшие люди пошли на пользу твоему имиджу, — прорычал Джейсон.

Фарра обернулась в своем кресле, похлопав Джейсона по руке. Когда он только вернулся на Землю, его гнев позволил бы его ауре вырваться наружу. Месяцы возобновленных тренировок позволили ему держать ее под контролем.

— Я сочувствую этим бедным людям, конечно, — сказал Терренс, — но нам нужно ковать железо, пока горячо. Пресса месяцами хотела взять у тебя интервью, и сейчас самое подходящее время. После Брокен-Хилл…

Терренс замолчал, когда Джейсон уставился на него испепеляющим взглядом. Он не потерял контроль над своей аурой; вместо этого он использовал ее с точечной эффективностью. Терренс никогда раньше не чувствовал ауру Джейсона, но теперь он ощутил ее как ледяной шип, вонзающийся ему в горло.

— Если я услышу, как фраза «мысли и молитвы» слетит с твоих губ, — холодно сказал Джейсон, — тебе не понравится то, что произойдет дальше.

— Конечно, — сказал Терренс, заметно сглотнув. — Очевидно, прессе будет дано указание быть деликатными в этом вопросе.

Джейсон согласился участвовать в пресс-дне, пока Сеть готовилась отправить его в Японию. Путешествие было чем-то большим, чем просто организация самолета. Были дипломатические вопросы с японскими филиалами Сети и даже с японским правительством. Джейсон стал заметной фигурой и, что более важно, обладал силой. Если он хотел передвигаться открыто, это требовало получения правительственного разрешения; возникал определенный уровень нервозности, когда армия из одного человека подавала заявление на визу.

— Как будет проходить этот твой пресс-день? — спросил Джейсон у Терренса.

— У нас уже есть несколько отобранных представителей прессы, направляющихся в деревню Асано, — сказал он.

— Их проверяют на воротах, — сказала Фарра. — Мною.

— Это хорошо, — сказал Терренс. — На самом деле, если бы вы могли сделать магию как можно более явной, это было бы отлично. Затем ты, Джейсон, проведешь им небольшую экскурсию. Твоя сестра появится. Знаменитый шеф-повар, говорящий о нормировании, давая понять, что никакого особого отношения нет.

— Особого отношения полно, — сказал Кайто.

— Идея в том, чтобы создать ощущение, что его нет, — объяснил Джейсон. — Наши люди действительно живут по нормам, так что поймать нас на этом не получится.

— Убедись, что вы также пройдете через медицинский центр. Пусть они поговорят с твоим зятем и той леди из «Врачей без границ», которую ты привез из Африки.

— Она сама приехала из Франции, — сказал Джейсон.

— Неважно. Мне нужны звуковые цитаты для «Врачей без границ», Африки и Эболы. Я хочу слышать фразу «опыт работы в кризисных ситуациях» в каждой программе ночных новостей. Я хочу интервью с людьми, которые проходят лечение, говорящими о том, как они благодарны.

Медицинский центр деревни Асано был хорошо укомплектован персоналом и запасами, поэтому семья Асано предложила его Сети в качестве медицинской перевалочной базы для тех, кто страдает от экзотических атак, которые не могли быть устранены людьми на местах. Многие странные яды и болезни, которые наносили монстры, легко излечивались Джейсоном, если он был на месте.

— Ты уверен, что они скажут то, что ты хочешь от них услышать? — спросил Кайто.

— Очень, — сказал Терренс. — После экскурсии вы проведете беседы с каждым из них, а затем одно углубленное интервью.

— С кем? — спросил Джейсон.

— Джереми Уэстин, — сказал Терренс. — Он независимый, но дружелюбный, и он единственный представитель прессы, который уже бывал в деревне.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Какой тон мы собираемся задать? Трезвый перед лицом текущих обстоятельств, но с достаточной легкостью для очеловечивающего штриха?

— Это именно то, что нам нужно, — сказал Терренс. — Они спросят тебя и о Лиге Героев.

— Как ты хочешь, чтобы я подошел к этому?

— Уважение и солидарность, при этом подрывая их авторитет завуалированными комплиментами.

— Ты хочешь, чтобы я их «занеггил».

— Да, но не нападай на Лигу Героев напрямую. Пролить свет на саму ЭОА работает гораздо лучше. Выдели ЭОА как организацию, стоящую за ними, подразумевая, что лига — марионеточная организация.

— Так и есть, так что это не должно быть сложно. Укажи на блестящий плод лиги, позволяя людям увидеть гнилое дерево, на котором он растет.

— Чтобы помочь с этим, я организовал видеочат с перебежчиком из ЭОА в США до того, как ты встретишься с репортерами. Это должно дать тебе боеприпасы.

— Да? Спасибо, Терри. Я искренне ценю это.

— Достаточно, чтобы подумать о том, как мы представим тебя прессе?

— Нет. Я не практикую бой на мечах без рубашки.

— Это был бы отличный визуальный ряд. Поливаешь себя бутылкой воды после того, как вспотел.

— Я не потею.

— Ты не потеешь?

— Нет.

— Мы могли бы сделать так, чтобы казалось, что ты потеешь. Я мог бы намазать тебя маслом.

— Знаешь, я думал, это странно, когда твоя сестра дала мне номер отдела кадров Сети. Теперь я понимаю.

* * * Офис Сети в деревне Асано был невелик, но включал в себя комнату защищенной связи. Одной из немногих областей, в которой развитие магических технологий Земли опережало Паллимустус, была связь, благодаря объединению магии и технологий. Пока специалист по безопасности настраивал защищенный канал связи с филиалом Сети в Аризоне, Джейсон и Ася находились в основной офисной зоне, прислонившись бок о бок к столу. Между ними их руки нежно соприкасались.

— У нас было не так много времени наедине за последние пару месяцев, — сказала она. — Я не могу отделаться от мысли, что двигалась немного медленно.

— Важно использовать моменты, когда они у тебя есть, — согласился Джейсон.

— Как ты? — тихо спросила она. — Ты хоть спал после Брокен-Хилл?

— Еще нет, — ответил он.

Брокен-Хилл был только вчера. После нескольких часов общения с выжившими между брифингами в лагере эвакуации, он вернулся домой только к рассвету. Затем прибыла Доун, и они поговорили с Акари, прежде чем он порталом отправился в Сидней в середине утра. Сейчас был поздний вечер, и скоро должна была прибыть пресса.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказала она. — Я знаю, что ты не в порядке, как пытаешься показать.

— О, так ты интересуешься тем, как я «отдыхаю», да?

— Время и место, Асано, — сказала она, улыбка дразнила уголок ее губ. — Это профессиональная среда.

— О, я бы не назвал себя профессионалом по «отдыху». Скорее одаренный любитель.

— Одаренный, значит?

— Ну, по крайней мере, полный энтузиазма.

— В увлеченности что-то есть.

— У меня есть целая книга по секс-магии.

— Настоящая секс-магия или просто порно?

— Настоящая магия. Фарра дала мне ее. Вроде как.

— Она что?

Он поднял руки в жесте сдачи.

— Это не то, что звучит.

* * * Женщина на экране выглядела примерно на возраст Джейсона, хотя он знал, что это не так. Одри Блейн, перебежчица из ЭОА, обитала в искусственно созданном теле. Результат какой-то сомнительной совместной исследовательской программы ЭОА/Кабалы/Сети многолетней давности. Она была вынуждена использовать результаты давно отмененного эксперимента по воскрешению, когда ЭОА убили ее. Отказ следовать планам, которые впоследствии убили сотни тысяч человек, был не такой уж большой моральной чертой, но, по крайней мере, это была черта.

Программа реинкарнации, законсервированная много лет назад, была оставлена ею в тайне как личный резервный план, который она наконец была вынуждена использовать. Это была авантюра в лучшем случае, и тело, которое мариновалось в банке более десяти лет, по-видимому, не было лишено странностей. Сеть все еще пыталась выяснить, что именно она такое и что она может делать.

Тем временем Одри содержалась под комфортной, но тщательной охраной, пока она выкладывала секреты ЭОА. Не было сомнений, что ЭОА знали о ее возрождении на данном этапе и убили бы ее снова, если бы представилась возможность.

— Похоже, мы с вами в очень маленьком клубе, мисс Блейн, — сказал Джейсон в качестве вступления. — Немногие люди возвращаются с того света.

— Я слышала, что вы утверждали, что умерли, — сказала она. — Ваш спутник, которого Адриен Барбу держал во Франции, тоже. Как вам удалось воскреснуть?

— О, разными способами, — сказал Джейсон. — Отец одного моего друга правит загробным миром, но он отказывается мне помогать, так что я принимал другие меры. Барбу действительно с ЭОА, значит?

— Да, и он очень даже на подъеме. Вы ведь знаете, что он играл с вами во Франции, верно? Подставляя наших людей, чтобы вы думали, что цель ЭОА — астральное пространство и ваши друзья-пришельцы, пока наш более масштабный план не пришел к завершению.

— Вы имеете в виду их более масштабный план, — сказал Джейсон. — Вы ведь больше не в ЭОА, верно?

— Старые привычки.

— Я понял, что был котом, гоняющимся за веревочкой, — сказал Джейсон, — но только задним числом.

— Для такого скрытного человека вы очень шумный, мистер Асано. Вы — полезный отвлекающий маневр. Я понимаю, что вы ищете сочные кусочки, чтобы использовать их против моей бывшей организации в прессе.

— Да, но это второстепенная забота.

— О?

— Расскажите мне об имплантатах, используемых у обращенных серебряного ранга.

— О чем?

— О супергероях.

— О, усиленные третьей категории. Откуда вы вообще узнали об имплантатах? Вы что, разбирали людей на части, мистер Асано? Теперь вы хотите знать, что это за имплантаты.

— Я знаю, что это за имплантаты, — сказал Джейсон. — Я видел их раньше и знаю, откуда они берутся. Я хочу знать, почему они есть у ЭОА.

— Вы знаете, что это? — спросила она, скептицизм был очевиден на ее лице.

— Заводные ядра, — сказал он. — Они производятся искусственными формами жизни, называемыми заводными королями, которые сами создаются сущностью по имени Строитель. Мы с ним не ладим.

— Заводной король, — задумчиво произнесла Одри. — Это так называется? Его выкопали в восьмидесятых, похороненным вместе с кучей ассирийских реликвий, которым более двух тысячелетий. Археологи думали, что нашли инопланетного робота. Прошли десятилетия, прежде чем мы поняли, как хоть что-то из него извлечь. Часть совместной программы с Кабалой и Сетью по продвижению наших различных исследовательских проектов. Это было начало проекта по усилению человека, хотя мы никогда не могли использовать имплантаты — заводные ядра, как вы их назвали? Мы никогда не могли использовать их должным образом, пока не продвинули другие аспекты нашей программы усиления. Мы не довели наших усиленных до третьей категории примерно до двух лет назад, после чего смогли должным образом интегрировать имплантаты. Это решило многие проблемы с более ранними итерациями.

— Значит, ЭОА не в контакте со Строителем?

— Я не знаю, кто или что это. Если уж на то пошло, мистер Асано, вы, кажется, знаете об этом больше, чем я. Я подозреваю, что только у Мистера Севера есть ответы, которые вы ищете. Он настоящий лидер ЭОА, и я не совсем уверена, что он такое. Он намного старше, чем кажется, и я не думаю, что он человек. По крайней мере, не полностью. Конечно, я тоже больше не человек.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Расскажите мне больше об этой программе усиления.

* * * — Мне пора, — сказала Ася Джейсону, когда он вышел из комнаты защищенной связи. — Меня снова назначили в экипаж вертолета твоего брата.

— Я тоже буду занят, — сказал он. — Возможно, я не увижу тебя некоторое время.

Она одарила его смиренной улыбкой.

— В другой раз, — грустно сказала она.

* * * Люди, собравшиеся у ворот комплекса деревни Асано, знали, что что-то происходит, и все больше раздражались с прибытием каждой дополнительной съемочной группы. Охрана пропустила прессу через ворота, чтобы их не донимали люди снаружи, но им сказали ждать, пока не прибудут все семь групп. Они вышли из своих фургонов, чтобы снять перебивки и общие планы ворот, зеркальной комнаты охраны и людей по другую сторону ворот, устраивающих шум.

— На самом деле это не стекло, — объяснил охранник, которого пресса уговорила на интервью. — Все здание сделано из керамики на основе алюминия, вместе с некоторой магией, но я не знаю, как это работает.

— Вы не очень разбираетесь в магии? — спросил репортер.

— У меня даже нет эссенций, — сказал охранник.

— Эссенций? — переспросил репортер.

— О, — сказал охранник, выглядя пораженным. — Не думаю, что мне следовало это говорить.

— Все в порядке, Тоби, — сказал Джейсон. — Дальше я сам.

Джейсон стоял среди репортеров, оставаясь совершенно незамеченным, несмотря на то, что находился в их гуще.

— Прости, Джейсон, — сказал Тоби, ускользая обратно в комнату охраны.

Репортеры повернулись к Джейсону, который был одет в легкую повседневную рубашку и брюки. Операторы перестали снимать охранника и общие планы ворот и толпы, чтобы сосредоточиться на нем.

— Эссенции — это источник сил, которыми обладают члены Глобальной Сети Обороны, — сказал Джейсон. — Я сам не являюсь членом, но мои силы также происходят от этих эссенций.

Он выхватил из воздуха зеленый куб и передал его одному из репортеров, обступивших его.

— Можно сказать, что эссенции — это естественная форма магии. Люди по своей природе связаны с магией этого типа и развивают способности в симбиозе с этими эссенциями после их поглощения.

Репортер уставилась на объект в своих руках.

— Вы хотите сказать, что любой может получить суперсилы, если у него есть одна из них?

— В идеале, у вас должно быть три, — объяснил Джейсон. — Поглощение эссенций — это легкий и, на самом деле, довольно волнующий опыт. Вы можете рассматривать это как естественный метод получения сил, без трудоемких и инвазивных операций процесса конверсии человека, который использует ЭОА.

— ЭОА?

— О, прошу прощения, — сказал Джейсон. — Когда вы глубоко погружаетесь во все это, легко забыть, что магические общества — не общеизвестный факт. ЭОА — это Инженеры Вознесения, организация, стоящая за Лигой Героев. Название происходит от их цели трансгуманизма — желания модифицировать человеческую расу для получения силы. Лига Героев — это результат их экспериментальных программ.

— Значит, ваши силы происходят из совершенно другого источника?

— О, боже, да, — сказал Джейсон с легким смехом. — ЭОА потратили десятилетия на преодоление недостатков своей программы модификации человека, за что нужно восхищаться их преданностью делу. Большинство посмотрело бы на цену прогресса и сдалось, но они были непоколебимы в своей решимости. Сегодня почти все их подопытные выживают в процессе, и без него у нас не было бы Лиги Героев, которую мы видим сегодня.

— Откуда берутся эти эссенции? — спросил один из репортеров, пока они передавали эссенцию растений друг другу.

— Мы можем поговорить об этом, пока направляемся в саму деревню, — предложил Джейсон, когда тьма хлынула из его тени, принимая форму автобуса.

После того как кадры Брокен-Хилл были показаны повсюду, гладкая форма автобуса Тени была хорошо знакома профессиональным сотрудникам СМИ, таким как съемочная группа. Хотя Джейсон ничего не сказал об этом, автобус вызвал воспоминания о действиях Джейсона во время катастрофы. Репортеров предупредили, что это деликатная тема для Джейсона.

— Прежде чем мы сядем, нам нужно провести быструю проверку безопасности, — сказал Джейсон. — Моя подруга Фарра, которую вы можете видеть приближающейся, будет отвечать за это.

Репортеры огляделись, никого не заметив. Джейсон небрежно указал вверх, и репортеры последовали за его взглядом, чтобы увидеть женщину, спускающуюся с неба на крыльях огня. Репортеры подтолкнули своих операторов направить камеры вверх.

ОТКРОВЕННО И АУТЕНТИЧНО

ОТКРОВЕННО И АУТЕНТИЧНО

Джейсон и Акари прибыли вместе на главную улицу деревни, где Эми и Эрика разговаривали с одним из репортеров. Джейсон привел Акари для интервью, но репортера перехватили.

— Тот материал, который вы сделали в ноябре прошлого года о дерегулировании горнодобывающей промышленности, был упражнением в шутовстве, — сказала Эми. — Я даже не думаю, что вы корпоративная марионетка; вы просто доверчивы. Вы вообще видели статистику иностранного владения или только смотрите пресс-релизы и срыгиваете их, как мать-птица?

— Послушайте, мисс, — сказал репортер, — ясно, что вы...

— Мисс? — спросила Эми, раздувая ноздри. — Я похожа на главную героиню книги, написанной милой английской леди в пятидесятых? По крайней мере, у меня хватает порядочности использовать имя человека, мистер Деннье.

— На самом деле, вы чем-то похожи на... — начал Джейсон, замолкая, когда получил от племянницы взгляд, способный уничтожать оружие. Он поднял руки в знак сдачи, но также одарил ее ухмылкой.

— Эми... — сказала Эрика с неодобрительным тоном, которым по-настоящему может владеть только мать.

— Что? — спросила Эми, переходя от смертельного взгляда к широкоглазой невинности, словно кто-то щелкнул выключателем.

— Что я говорила тебе о том, чтобы слушать своего дядю насчет политики?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказали Джейсон и Эми в унисон.

— Эми, — сказала Эрика. — Не пора ли тебе отправиться в Кофс-Харбор и убедиться, что никаких волн монстров не приближается?

— Ладно, — проворчала она. — Пойду найду дядю Кайто.

— Можете смело вырезать это, — сказал Джейсон, наблюдая, как Эми топает в сторону главной резиденции. — Она девчонка с характером, без сомнения, но может разразиться политическими тирадами, когда у нее может быть, а может и не быть всех фактов под рукой. Понятия не имею, в кого она такая.

— Погодите, — сказал Деннье. — Она действительно та, кто следит за тем, чтобы монстры не вторглись в Кофс-Харбор?

— Как там ваша теория анализа предшественников выступов мембраны измерений, мистер Деннье? — спросил Джейсон.

— Моя что?

— Вот именно. Когда вы будете лучше разбираться в магии, чем моя племянница, не стесняйтесь ставить под сомнение ее квалификацию. А пока, как насчет того, чтобы придерживаться компетентных мнений?

— ЭТО НЕ СОВСЕМ ЕГО ОБЛАСТЬ! — крикнула Эми со ступенек дома.

— С тебя хватит! — крикнул Джейсон ей в ответ. Она высунула язык в ответ, и он сделал то же самое.

— Вижу, вы так же бдительны, как и всегда, в отношении достоинства имени Асано, — сухо заметила Акари.

— Я же не вытащил своего зверя апокалипсиса, верно? — спросил Джейсон. — А он любит поедать новых людей. В смысле, встречать новых людей.

— Вы только что сказали «зверь апокалипсиса»? — спросил Деннье.

— Что? — спросил Джейсон. — Понятия не имею, о чем вы говорите. Пойдемте взглянем на медицинский центр, и вы сможете поговорить с Акари по пути.

— Это было бы хорошо, — сказал Деннье, когда Джейсон повел их за собой. — Мисс Асано, как вы, будучи здесь своего рода аутсайдером, нашли жизнь со своими австралийскими родственниками?

Акари бросила взгляд на Джейсона.

— Сложно.

* * * Эрика, будучи опытной медийной личностью, пристроилась к экскурсии. Она хотела хотя бы умерить импульсивную натуру своего брата, что шло примерно так, как и ожидалось. Пока репортеры брали интервью у людей в медицинском центре, она наклонилась близко к Джейсону.

— Ты ведь сказал Крейгу и его анемичным друзьям оставаться внутри сегодня, верно? — прошептала она.

— Конечно, — сказал Джейсон.

Вермиллион был недоволен тем, что пришлось отдать свой загородный особняк, но оказался вполне доволен одним из домов на вершине утеса. Поскольку было непрактично постоянно возить доноров крови из Сиднея, с ним жила достаточная свита, чтобы он был сыт, хотя он тоже был на нормировании.

Кабала вела себя тихо в Австралии, но в других частях мира они были более активны. Отдельные фракции помогали против волн монстров в таких местах, как Сибирь и южная часть Тихого океана, где Сеть была наименее влиятельна и наиболее разбросана. Присутствие Вермиллиона давало Джейсону ниточку к деятельности Кабалы, и хотя на данный момент это не влияло на его действия, если Кабала станет очагом напряженности, у него будет инсайдерская информация.

Иан подошел и поцеловал жену.

— Есть идеи, когда этот цирк свалит? — спросил он. — Нам нужно подготовить этих пациентов к транспортировке.

— Думаю, Терренс где-то здесь, — сказал Джейсон. — Он на дежурстве по работе с прессой, так что я заставлю его сыграть роль плохого парня и выгнать их.

— На самом деле, не мог бы ты сделать это сам, дорогой? — спросил Иан. — Некоторые пациенты хотели встретиться с Джейсоном, и я подумал, что это может хорошо смотреться на камерах.

— Зачем им хотеть встретиться со мной?

— Потому что ты герой Брокен-Хилл.

— Нет, я не герой!

Гнев в повышенном голосе Джейсона привлек внимание репортеров.

— Я не хочу слышать эту фразу, — сказал Джейсон, его голос был низким и яростным, когда он ткнул пальцем в Иана.

— Ты не всегда можешь выбирать, — сказала ему Эрика. Он нахмурился, но больше ничего не сказал.

Покинув медицинский центр, Джейсон повел репортеров обратно на главную улицу, где Тайка стоял перед рядом транспортных средств, выглядя самодовольным.

— Что происходит? — спросил Джейсон.

— Команда «Рыцарь дорог», — сказал Тайка, гордо раскинув руки. — Это довольно круто.

— Нет, это не так. Тень, почему ты вообще согласился участвовать в этом? Большинство этих машин даже не черные.

— Я знаю, — несчастно произнес один из автомобилей. — Я проиграл пари.

Джейсон провел рукой по лицу и издал стон, прежде чем взглянуть на съемочные группы, которые все еще снимали все подряд.

— Тебе действительно нужно было делать это сегодня? — спросил Джейсон у Тайки.

— Пари есть пари, бро, — сказал Тайка, протягивая Джейсону свой телефон. — Сфотографируй меня.

— Не думаю, что это необходимо, — сказал Тень. — Я уверен, что мистеру Асано требуются мои услуги в каком-то качестве.

— Нет, я сделаю фото, — сказал Джейсон. — Пари есть пари.

— Все это очень недостойно, — сказал Тень.

Джейсон сделал фото и вернул Тайке телефон.

— Ладно, Тень. Прекращай это и иди дай этим милым репортерам интервью.

* * * — Вы уже некоторое время являетесь загадочной фигурой, — сказал Джереми Уэстин.

Он и Джейсон сидели удобно, лицом друг к другу в гостиной главной резиденции деревни Асано. Солнце давно село, и другие репортеры ушли. Вместе с Джейсоном и Джереми были оператор, Терренс и Эрика.

— Вы хотите приподнять завесу тайны, мистер Уэстин? — спросил Джейсон.

— Полагаю, у вас все еще останется немало секретов, когда мы закончим, мистер Асано. Я хотел бы начать с того, чтобы пройтись по некоторому фону, а затем по тому, что публика видела в вас, с вашей точки зрения. Как вы можете себе представить, было немало запросов о вашем прошлом. Еще несколько лет назад вы были относительно обычным человеком с обычной работой. Самым необычным в вас были ваши редкие появления в кулинарной программе вашей сестры.

— Я видел интервью с моим старым боссом, Садиком, — сказал Джейсон. — Та часть, где он ворчал о том, что я не предупредил об увольнении, как только он узнал, что я жив, была классическим Садиком. Кто-нибудь должен снять производственный ситком об этом парне.

— Это подводит нас к ключевому моменту, — сказал Джереми. — Ваше исчезновение и предполагаемая кончина. Разрушение вашей квартиры и последующее сокрытие. Затем вы исчезаете, считаясь погибшим, на полтора года. Вы возвращаетесь десять месяцев назад, и сразу же мы получаем первое появление Звездного Ангела или Звездного Всадника. У вас есть предпочтение к какому-либо из прозвищ?

— Джейсон — нормально. Если вы действительно настаиваете, то я предпочитаю избегать религиозных коннотаций.

— И все же, это, кажется, проблема для вас. Вас по-разному называли посланником Бога и клеймили как агента Сатаны.

— Джереми, мне не интересно говорить кому-либо, во что они должны или не должны верить, — сказал Джейсон, вызвав удивленный кашель у Эрики.

— Сестренка, дорогая, — сказал Джейсон. — Ты профессионал. Думаю, ты знаешь, что лучше не наступать на аудиозапись.

— Прости, — сказала она. — Мне показалось, я услышала, как бык испражняется.

* * * Терренс расхаживал взад-вперед. Он был в главной резиденции с Эрикой, Фаррой и Джейсоном. — Что, черт возьми, такое «Команда Рыцарь дорог»?

— Это телешоу 1997 года, которое закрыли после одного сезона, — сказал Джейсон.

— Почему ты срежиссировал ту сцену? Ты ведь срежиссировал ее, верно? Ты не просто привел кучу репортеров в центр своей фарсовой личной жизни.

— Конечно, я срежиссировал, — сказал Джейсон. — Ты думаешь, Тень ходит вокруг, заключая сомнительные пари? Ты хотел очеловечивания. Немного неожиданной странности кажется откровенным и аутентичным. Если что-то или кто-то выглядит слишком отполированным и идеальным, люди реагируют негативно. Уверен, ты знаешь это лучше меня.

— Я довольно уверен, что у тебя не было «идеального» покрытия. Использование маори для разнообразия было хорошим штрихом, хотя. Что это была за штука с твоей племянницей?

— Это была полностью она, — солгал Джейсон. — Я ее вообще не тренировал.

— Серьезно, дерегулирование горнодобывающей промышленности?

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — спросил Джейсон. — Современная молодежь демонстрирует повышенный уровень политической вовлеченности по всем направлениям.

— Эта девушка — угроза, — сказал Терренс.

— Ты только что назвал мою дочь угрозой? — спросила Эрика.

— Твоя дочь — это...

— ...неприкрытый восторг, — перебил Джейсон, завершая его предложение до того, как мужчина закончил копать себе неглубокую могилу. — У нее также есть любящий дядя, который становится очень раздражительным, когда люди говорят о ней плохо. Дядя, который, кстати, убил десятки людей.

— Ты убил десятки людей? — спросил Терренс.

— Я преуменьшил число, когда они спрашивали меня об этом в интервью, — сказал Джейсон.

— Почему люди продолжают угрожать мне насилием? — пожаловался Терренс, глядя на Джейсона. — Они не угрожают тебе.

— Ты не слышал, что я только что сказал о десятках людей? Все, кто угрожал мне, либо мертвы, либо являются богоподобными существами из-за пределов реальности. Или лишились своей силы из-за инвазивной процедуры. О, или их души были поглощены одним из тех богоподобных существ, о которых я только что упомянул. Это был тяжелый способ уйти, но я не был напрямую вовлечен. На самом деле, есть один парень, который остался в порядке. Его зовут Джеррик, и я почти убил его, но оставил в живых для доказательств по делу, над которым работал. Потом было политическое сокрытие, и он потерял работу, но у него все хорошо. Даже помог мне однажды. Мою душу пытали, и он дал знать моим друзьям, где я нахожусь, из-за того случая, когда я его не убил. Были еще другие парни, которых я убил, пока приводил его на допрос, и думаю, это произвело впечатление. Они вернули ему работу за это. Помогая мне, я имею в виду, а не наблюдая, как я убиваю кучу людей в торговом центре.

— Э-э... — сказал Терренс.

— Инвазивная процедура? — спросила Фарра. — Ты говоришь о скелетном подавлении?

— Ага, — сказал Джейсон.

Фарра заметила озадаченные выражения лиц Эрики и Терренса.

— Это похожий процесс на то, что ЭОА, по-видимому, делает как часть своего процесса усиления, — объяснила она. — Они разрезают тебя и вырезают магию прямо на твоем скелете, только вместо того, чтобы дать тебе силы, они зачаровывают магию подавляющего ошейника прямо на твои кости. Если предположить, что ты выживешь, это навсегда подавляет все твои магические способности.

— Это звучит ужасающе, — сказала Эрика.

— Это используется не очень часто, — сказала Фарра. — Обычно, если ты сделал что-то достаточно плохое, чтобы заслужить это, тебя просто казнят.

— Даже в мире Фарры это считается этически сомнительным, а это о чем-то говорит, — сказал Джейсон.

— Ты хочешь сказать, что мой мир аморален? — спросила Фарра.

— Каждый раз, когда я убивал людей, меня вознаграждали, — сказал Джейсон.

— Это значит, что ты убивал правильных людей, — сказала ему Фарра. — Я думала, ты оставил позади подобные вещи.

— Я никогда не хочу, чтобы он оставлял позади подобные вещи, — вмешалась Эрика. — Если он станет безжалостным убийцей, он ведь больше не будет собой, верно?

— Это правда, — признала Фарра. — Кому они сделали скелетное подавление?

— Люциану Лампри, — сказал Джейсон.

— Директору Магического общества?

— Ага, — сказал Джейсон. — Он помог тому криминальному боссу похитить меня.

— Ты не упоминал об этом в своих записях.

— Это был не самый лучший момент для меня.

— Это понятно.

Терренс переместился рядом с Эрикой, пока Джейсон и Фарра разговаривали.

— Как много из этого ты понимаешь? — спросил он ее.

— С Джейсоном лучше не пытаться. Просто позволь ему бегать, кивай время от времени и жди, пока он вымотается.

— Прямо как с малышом.

— Точно как с малышом.

— Не думаю, что ты знаешь, как втянуть своих братьев в какую-нибудь водную битву?

Эрика повернулась, чтобы одарить Терренса ровным взглядом.

— Я должен был спросить, — сказал он.

— Мне пора уходить, — сказал Джейсон. — Мне нужно успеть на самолет.

— Сначала выспись как следует, — сказала Эрика. — Самолет подождет тебя. Я знаю, у тебя магическая выносливость или что-то в этом роде, но ты все еще не спал после Брокен-Хилл. Твой дружелюбный фасад немного поплыл.

— Мой дружелюбный фасад в порядке.

— Ты только что объяснил своему пиарщику, как все люди, которые перешли тебе дорогу, ужасно погибли. Теперь он думает, что если он будет груб с твоей племянницей, ты убьешь его и закопаешь где-нибудь в буше.

— На самом деле я об этом не думал, — сказал Терренс. — Но теперь думаю.

— Не будь нелепым, — сказал Джейсон. — Я бы не стал закапывать его в буше. Я бы скормил его Колину.

— Ты ведь не показывал Колина репортерам, правда? — спросила Фарра.

— Конечно нет; ты же знаешь, какой Колин. Он супердружелюбный, но также и ужасающий монстр апокалипсиса, который питается кровью и плотью.

— А как насчет костей Терренса? — спросила Эрика.

— Колин — маленький солдатик, так что я уверен, он справится, — сказал Джейсон. — У него же все эти зубы, помнишь?

* * * Джейсон отказался от своего транса полусна ради настоящего сна. С Фаррой поблизости и в безопасности в своем скрытом подводном облачном доме, он смог отпустить свою защитную реакцию и получить настоящий отдых. Он наполовину ожидал кошмаров, но умственное истощение взяло верх. Утром он позвонил, чтобы сказать, что готов к самолету, и медитировал, пока его готовили.

После Брокен-Хилл медитация Джейсона подтолкнула его способности ближе к пропасти серебряного ранга, причем две из них перешагнули через нее. Способность, позволявшая ему телепортироваться в тени и открывать порталы, «Путь теней», пересекла порог серебра. Теперь он мог переместить порталом серебряного ранга, хотя только одного, и его дальность сразу удвоилась с четырехсот километров до восьмисот. С другой стороны, порталы за пределами бронзового диапазона в четыреста километров увеличивали время восстановления с десяти минут до часа, хотя через десять минут он снова смог бы использовать портал на более короткой дистанции.

Другой его способностью была его аура, «Гегемония». Уже обладая ужасающей силой, теперь она достигла новых высот мощи. Она также приобрела новые эффекты с новым рангом, один чрезвычайно полезный, а другой — гораздо более узкоспециализированный.

Способность: [Гегемония] (Грех)

* Аура (святая, нечестивая). * Базовая стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление недугам, в то время как враги в пределах ауры имеют сниженное сопротивление недугам. Сопротивления врагов дополнительно снижаются за каждый случай [Греха], от которого они страдают.

* Эффект (бронза): Накладывает случай [Греха] на врагов, совершающих физические или магические атаки по союзникам в пределах ауры. Случаи, примененные таким образом, не могут быть отражены.

* Эффект (серебро): Аура может быть расширена на большую площадь, прежде чем сила ауры будет скомпрометирована. Трансцендентный урон, наносимый врагами в пределах ауры, понижается до резонирующего или разрушительного урона, в зависимости от источника.

* Способность [Гегемония] (Грех) не может развиваться дальше, пока все атрибуты не достигнут серебряного ранга.

Трансцендентный урон был редкостью ниже серебряного ранга; Джейсон был необычен в этом отношении. Хотя это был эффект, который редко находил применение, он мог оказаться критическим. Одним из известных свойств трансцендентного урона было то, что полное уничтожение физического тела предотвращало большинство эффектов воскрешения. Поскольку такая способность возрождения теперь была одним из козырей Джейсона, перспектива того, что трансцендентный урон нейтрализует ее, была немалой угрозой. Теперь, пока его колоссальная аура не была подавлена, эта угроза была нейтрализована.

Фарра провела большую часть времени в Сиднее и была рада снова остаться в облачной кровати. Они оба проспали до позднего утра, после чего Джейсон наконец смог вернуть Фарру в Сидней через портал, хотя она одна была пределом портала. Ранее он пытался переместить порталом себя, пока Фарра находилась в его хранилище духа, но портал схлопнулся при попытке.

Чувствуя прилив сил от своих новых достижений, когда поступил звонок, сообщающий, что самолет готов, он радостно разыскал Акари и Доун в их доме на вершине утеса. Доун сразу заметила изменения в Джейсоне, поздравив его с успехами.

Джейсон открыл еще один портал прямо в ангар Сети в аэропорту Бэнкстаун. Поскольку перемещение серебряного ранга Акари потребляло всю емкость портала, он отправил ее первой, а сам и Доун последовали за ней, выждав десятиминутное время восстановления. Там они обнаружили Асю и Майкла Арама, ожидающих их.

— Провожаете? — спросил Джейсон.

— Присоединяемся, — сказала Ася. — Акари — член филиала в Кобе, в то время как вы с Доун вообще не члены Сети. Майкл представляет филиал в Сиднее, а я — Международный комитет.

— Надеюсь, этот полет пройдет лучше, чем наш последний совместный, — сказал Джейсон, пожимая руку Араму.

— Мы очень тщательно проверили самолет, — сказал Арам, — но я буду полагаться на то, что вы снова спасете меня, если что-то пойдет не так.

— Мы также здесь, чтобы помочь все сделать гладко с дипломатической точки зрения, — сказала Ася. — Мы подготовили подарок для встречи с отцом Акари, главой клана.

— Спасибо, но я доволен подарком, который подготовил сам, — сказал Джейсон.

— Могу я спросить, что вы выбрали?

— Просто пара вещей, которые я подобрал по пути, — сказал Джейсон.

— Он отказывается говорить мне, — сказала Акари.

— Это сюрприз, — сказал Джейсон.

— Я глубоко обеспокоена, — сказала Акари, вызвав смех у Аси.

— О-оу, — сказал Джейсон. — Думаю, они объединяются. Майк — можно я буду называть тебя Майк? — думаю, нам нужно создать мужской союз.

Джейсон закинул руку на плечи Арама и повел его к самолету.

— Мы можем заниматься мужскими делами, например, говорить о грузовиках.

— Эм, я ничего не знаю о грузовиках, — сказал Арам.

— Я тоже, — признался Джейсон. — Или о рыбалке. Ты рыбак?

— Я больше театрал.

— Да? Я видел отличную постановку Злых сестер в центре Сеймур как раз перед тем, как начались волны монстров.

— В театре Реджинальд? Я тоже это видел. Это действительно было хорошо.

Все еще с одной рукой, перекинутой через плечи Арама, пока они направлялись к самолету, Джейсон использовал другую руку, чтобы победно ударить по воздуху.

— Мужественность!

ТЕПЛО И ЛЕГКОСТЬ

ТЕПЛО И ЛЕГКОСТЬ

Пока самолет летел на север над Квинслендом, Ася смотрела на Джейсона, сидящего на полу и медитирующего, как он делал это с тех пор, как они достигли крейсерской высоты. Акари подошла к ней.

— Я знаю, он кажется легкомысленным, — сказала она, — но я обнаружила, что он посвящает большую часть своего неактивного времени тренировкам. Его усердие в этом отношении удивляет даже меня, а я выросла в жизни, полной тренировок.

— Я отказалась от ядер, потому что хотела учиться правильному пути, — сказала Ася, — но у меня есть другие обязанности. Я прошла программу тактической подготовки, но работа в экипаже вертолета Кайто не дала мне шанса противостоять монстрам, который мне нужен. Я вижу людей, которые получили свои эссенции задолго после меня, достигающих второй категории, потому что они используют ядра. Я единственная в летном экипаже, кто все еще первой категории.

— Нет позора в использовании ядер монстров для роста, — сказала Акари. — Опасность в том, чтобы позволить им быть единственным источником твоей силы. Ты должна быть бдительной, чтобы не позволить своим способностям зачахнуть, и убедиться, что ты развиваешь не только свои способности эссенций, но и свое мастерство в них.

— Прости, я не хотела тебя обидеть, — сказала Ася. — Ты пользователь ядер и намного сильнее меня.

— Я понимаю, — сказала Акари. — Как и ты, я видела пользователей ядер, чье мастерство не соответствует их силе. Их больше, чем тех, кто достигает своего потенциала. Тренировочные программы, которые внедрила мисс Хурин, помогают, но нельзя изменить культуру десятилетий за одну ночь.

— Нынешний кризис наконец показывает людям то, о чем Джейсон и Фарра говорили с самого начала, — сказала Ася. — Конечно, не всем нужно было учиться. Узнать, сколько членов Сети в Америке не используют ядра, было откровением.

Кризис волн монстров заставил каждый филиал Сети приложить все усилия. С этим пришло откровение, что США и Китай использовали некоторую вариацию тренировочной программы Фарры уже около столетия. Они внедрились в ее программы обучения не для того, чтобы учиться, а чтобы усовершенствовать свои техники.

Это окупалось, поскольку Китай и Соединенные Штаты демонстрировали, что, как и Джейсон и Фарра, у них есть люди, способные действовать независимо от команд. Они избегали этого, где возможно, но в чрезвычайных ситуациях они могли развернуть людей, способных противостоять группам монстров в одиночку. В обеих странах были серебряные ранги, которые не были неудачниками, с которыми Джейсон сталкивался до сих пор, а были примерно его уровня мастерства. Учитывая, что они также были на ранг выше, они были и заметно сильнее. Некоторые были даже мощными фигурами уровня Фарры.

Джейсон стал своего рода лицом магии на международном уровне, но и Китай, и Соединенные Штаты продвигали своих людей. Они были не единственными, но у них было больше всего успеха благодаря мощным составам пользователей эссенций. Это означало, что, как и Джейсон, они могли затмить общих супергероев, выдвигаемых Лигой Героев.

Джейсона спрашивали о его американских и китайских коллегах во время интервью, где он открыто заявлял, что многие из них сильнее его. Это был еще один инструмент, который он использовал, чтобы подчеркнуть легитимность Сети по сравнению с ЭОА.

Две женщины почувствовали всплеск магии, исходящий от Джейсона, который все еще консолидировал свое развитие после долгой, отчаянной интенсивности битвы при Брокен-Хилл. Он открыл глаза, которые искрились триумфом.

— Я так близок к серебру, что могу почувствовать его вкус, — сказал он.

— Еще одна способность достигла третьей категории? — спросила Акари.

— Мой плащ. Сочетание его с формой автобуса Тени действительно дало ему хорошую тренировку.

Способность: [Покров ночи] (Тьма)

* Конъюгация (тьма, свет, измерение). * Базовая стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Создает магический плащ, предлагающий ограниченную физическую защиту. Может генерировать свет на области или поглощать свет, чтобы сливаться с тенями. Плащ может уменьшать вес владельца, позволяя снизить скорость падения и ходить по воде. Не может быть передан или отобран, но эффект может быть распространен на других в непосредственной близости, с постоянной стоимостью маны, растущей экспоненциально с каждым затронутым человеком.

* Эффект (бронза): Плащ рефлекторно перехватывает снаряды. Высокоэффективен против быстрых, более слабых атак, но менее эффективен против мощных, одиночных атак. Плащ позволяет планировать.

* Эффект (серебро): Плащ пассивно манипулирует физическим пространством, слегка смещая траекторию входящих атак. Манипуляцией можно активно управлять для более направленного эффекта или для обеспечения прохода через пространства, обычно слишком малые для физического перемещения. Плащ позволяет полет за низкую постоянную стоимость маны, увеличивающуюся до умеренной постоянной стоимости маны при прямом солнечном свете.

* Способность [Покров ночи] (Тьма) не может развиваться дальше, пока все атрибуты не достигнут серебряного ранга.

Просматривая свою улучшенную способность, Джейсон отметил, что формулировка изменилась по сравнению с более ранними итерациями способности. Частично это было связано с тем, что затраты маны на эффекты более низкого ранга были удалены. Однако он не мог не задаться вопросом, были ли изменения чисто из-за повышения ранга или его восприятие собственных сил влияло на описание. Его мысли обратились к Клайву и тому, как он был бы взволнован, чтобы разобраться в этом.

— О чем ты думаешь? — спросила Ася.

— Хм?

Он поднял глаза, отвлекаясь.

— О чем ты думаешь? — повторила она. — Ты внезапно выглядел таким грустным.

— Я думал о друге, — сказал Джейсон. — Он бы нам очень пригодился во всем этом. Он, вероятно, единственный парень, которого я знаю, такой же умный, как моя племянница. Хотя она все равно съела бы его на завтрак.

Джейсон прищурился на Акари, затем наколдовал плащ вокруг себя.

— Ударь меня по лицу, — сказал он ей.

— Что?

— У меня появилась новая способность, которую я хочу попробовать, — сказал он. — Ударь меня по...

Акари бросилась вперед, сверхъестественно быстро, чтобы ткнуть Джейсона в середину лица, заставив его пошатнуться и издать носовой стон.

— Ах, ты ударила меня в глаз.

— Я целилась в твой нос.

— Ты неплохо задела нос, — сказал он, голос с гнусавым оттенком подтверждал это, пока он присел, обхватив лицо обеими руками. — Очевидно, мне придется приноровиться к этой способности. Спасибо, кстати.

— Ты только что поблагодарил меня за то, что я ударила тебя по лицу, — сказала Акари.

— Ну, я сам напросился, — сказал Джейсон. — Думаю, я просто сосредоточусь на том факте, что мой плащ теперь позволит мне летать. Не могу дождаться, когда мы приземлимся, и я смогу попробовать, но, честно говоря, думаю, я получу больше практической пользы от полета с Тенью. Это странно антикульминационно.

Он посмотрел на Асю, которая смотрела на него с весельем.

— Что? — спросил он.

— Ты как-то гнусавишь, когда говоришь, — сказала она с хихиканьем.

— Меня ударили по лицу!

— К тому же, ты сам попросил кого-то ударить тебя по лицу.

Рядом с Асей Акари фыркнула от смеха.

— Девушки злые, — пожаловался Джейсон.

— Джейсон, — сказала Ася. — Разве ты не говорил мне, что больше не используешь дыхание и голосовые связки, чтобы говорить?

— Все верно, — сказал Джейсон, все еще держась за нос.

— Так почему твой голос стал странным, если только ты не делал это специально?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

* * * Ася прошла по самолету и взяла телефонную трубку у бортпроводника. Ее глаза расширились, когда она слушала человека на другом конце.

— Дай мне подробности, — сказала она.

Спустя некоторое время она вернулась к остальным пассажирам, когда самолет изменил курс. Акари и Джейсон сидели на полу, медитируя, в то время как Арам безнадежно проигрывал партию в шахматы Доун.

— Ты действительно никогда раньше не играл в это? — спросил Арам.

Джейсон и Акари открыли глаза, сосредоточившись на Асе. Несмотря на браслет подавления ауры, который помогал ей скрывать свои эмоции от пользователей эссенций высокого ранга, Джейсон и Акари оба почувствовали ее внутреннее смятение.

— Почему мы меняем курс? — спросил Арам.

— Мы смещаемся на запад, в Индонезию, — сказала Ася, выглядя довольно растерянной, когда она села. — Произошел инцидент, и нам нужно вмешаться.

— Почему мы? — спросила Акари.

— Потому что они призывают всех на этой стороне планеты, — сказала Ася.

— Настолько плохо? — спросил Арам.

— В Индонезии, — объяснила Ася, — существовал своего рода баланс сил между Сетью и Кабалой. Сеть защищала урбанизированные районы и предлагала существенную поддержку Кабале, сталкивающейся с волнами монстров в отдаленных районах.

— Есть напряженность? — спросил Джейсон.

— В большинстве мест по всему миру либо Кабала, либо Сеть является доминирующей силой, — объяснила Ася. — Волны монстров привели к беспрецедентному сотрудничеству, когда та сила, которая сильнее, берет на себя инициативу, хотя обычно это Сеть. Вторая сила действует в качестве поддержки, что до сих пор работало.

— Но ты сказала «баланс сил», — сказал Джейсон. — Кабала и Сеть боролись за контроль в Индонезии?

— Да, — сказала Ася. — Эта напряженность была отложена в сторону во время волн монстров, но не убрана вовсе. До сих пор все было в порядке, или так мы думали. Оказывается, правительство там наращивало свою поддержку Сети. Они пытаются установить свой авторитет в магическом сообществе, выбирая сторону, но ни они, ни филиалы Сети, связанные с ними, не осознавали, сколько скрытой силы было у Кабалы. Некоторые индонезийские филиалы стали действовать напористо, только чтобы откусить больше, чем могли проглотить. Многие из меньших филиалов были недовольны, даже перейдя на сторону Кабалы.

— Гражданская война в Сети, — сказал Арам, его выражение было обеспокоенным. — Были реальные бои?

— Все хуже, — сказала Ася. — Крупные филиалы Сети там знали, что Международный комитет не потерпит того, что они делают, пока идут волны монстров, поэтому они держали все в секрете. Не то чтобы кто-то ходил проверять их в нынешних условиях, пока они продолжали сообщать, что все в порядке. Ничего из этого не попало в СМИ, поэтому никто не знал, и им удалось сохранить конфликт в тайне.

— Неужели меньшие филиалы не сообщали, что основные филиалы вышли из-под контроля? — спросил Джейсон.

— Сообщали, — неловко признала Ася. — Это было списано на жалобы мелкой рыбешки и обычную напряженность между Сетью и Кабалой.

— Ты шутишь? — спросил Арам. — Что делает Международный комитет?

— Сражается с апокалипсисом монстров, Майкл, — сказала Ася. — Мы все сейчас немного истощены, и вещи будут проскальзывать сквозь пальцы.

— Это гражданская война в нашей собственной организации! — воскликнул Арам. — Это чертовски большая трещина.

— Обвинения могут подождать, пока у нас не будет времени судить с рассудительностью, — сказала Акари. Несмотря на то, что она все еще сидела, скрестив ноги на полу, ее спокойный голос нес авторитетный вес.

— Вместо того чтобы оглядываться назад с обвинениями, — продолжила она, — нам нужно смотреть вперед, на предстоящие вызовы.

— Это и моя забота тоже, — сказал Джейсон. — Ася, пожалуйста, скажи мне, что то, о чем я думаю, неверно.

— О чем ты думаешь? — спросил Арам, немного успокоившись.

— Если есть проблема с патрулированием протопространств, — сказал Джейсон, — филиалы получают инструкции сообщать в Международный комитет и запрашивать немедленную помощь.

— О, черт, — сказал Арам, следуя за ходом мысли Джейсона. — Если у них есть проблема с проверкой пространств, но они не сообщают об этом, чтобы избежать проверки...

— Именно это и произошло, — подтвердила Ася. — Это худший сценарий. Макассар, Южный Сулавеси. Полтора миллиона человек. Трехмерное пространство третьей категории начало сбрасывать монстров в него менее часа назад. Ответные силы Сети уже на месте, но логистика эвакуации или защиты населения такого размера и такой плотности — это кошмарная трясина. Их было полтора миллиона до того, как город был объявлен безопасной зоной. Теперь мы смотрим на операцию «зачистка» через город, полный гражданских лиц и беженцев от волн монстров.

Только Доун сохраняла самообладание при мысли о монстрах, проливающихся в густонаселенный город. Остальные были бледны и потрясены.

— Становится еще хуже, — сказала Ася.

— Как? — спросил Арам.

— Есть еще одно пространственное пространство, практически поверх первого. Между ними они зажмут город в тиски. Второе пространство, по прогнозам, пересечет порог разрушения в течение следующего часа и начнет выбрасывать монстров в течение двух.

— Двойные пространственные пространства, — сказал Арам. — Это редкость.

— Раньше была, — сказал Джейсон. — Я сталкивался с этим полдюжины раз при зачистке протопространств за последние пару месяцев. Должен же быть шанс закрыть его, если они его обнаружили, верно?

— Ранние группы реагирования обнаружили его, но у них нет возможности закрыть его вовремя, — сказала Ася, затем замолчала, словно боясь продолжать.

Наконец, она произнесла.

— Это пространство четвертой категории.

Тишина последовала за откровением Аси. Один или несколько монстров золотого ранга, окруженные серебряными, — это не то, к чему можно было быстро подготовиться, уж точно не в течение часа.

— Я могу продлить длительность стабильности протопространства, — сказал Джейсон. — Мы можем доставить меня туда вовремя?

— Мы не думаем, но пытаемся, — сказала Ася. — Мы сейчас на пути в Дарвин. Мы собираемся выбросить тебя из самолета вместо того, чтобы тратить время на посадку, и специалист по порталам встретит тебя на земле. Он был в Макассаре и отправит тебя напрямую. Силы готовятся сразиться с якорным монстром четвертой категории, поймаем мы его в пространственном пространстве или нет. Филиал в Гуанчжоу уже готовит магически усиленные тяжелые боеприпасы.

— Его или их, — сказал Арам. — Несколько якорных монстров — это скорее норма, чем исключение в наши дни.

Джейсон повернулся к Доун.

— Если у тебя есть еще какие-то трюки или секреты, сейчас самое время.

Доун нахмурилась, ее выражение было противоречивым.

— Ты знаешь, что я не могу вмешаться, — сказала она, — как бы мне этого ни хотелось. Максимум, что я могу сказать, это то, что у филиалов США и Китая есть незаявленные активы. Эти активы сложно и дорого развертывать, но они могут быть критическими. Возможно, ты сможешь надавить на Китай, чтобы они их развернули, но, скорее всего, они будут отрицать их существование. Они будут держать их на случай, если то, что происходит в Индонезии, случится с ними.

— Какие активы? — спросил Арам.

— Я уже сказала больше, чем следовало. Я не буду говорить об этом дальше.

— Люди умирают, — сказал Арам. — Сейчас не время для секретов и игр.

— Если она говорит, что не скажет больше, попытки изменить ее мнение только потратят время, которого у нас нет, — сказал ему Джейсон.

— На данный момент мы возьмем то, что сможем, — сказала Ася, вставая. — Я пойду посмотрю, что могу сделать.

Она направилась к передней части самолета, где находился телефон. Джейсон посмотрел на Акари, оба они все еще сидели на полу.

— Успокой свой разум и отдохни, если сможешь, — сказал он ей. — Не думаю, что кто-то из нас готов к тому, что мы сейчас увидим.

Прошло всего несколько дней с тех пор, как Джейсон отчаянно сражался за спасение жизней в Брокен-Хилл. После этого он искал тепла и легкости, пока его внутренности были натянуты, как тетива лука. Когда он представил жизни, теряемые в этот самый момент, тетива лопнула.

РАЗУМНЫЙ КОРОЛЬ

РАЗУМНЫЙ КОРОЛЬ

Одно протопространство уже извергло свое монструозное содержимое на город Макассар. Второе, с еще более сильной магией, было на грани того, чтобы сделать то же самое. Это протопространство было тревожным отражением города, на который оно собиралось обрушиться, за исключением того, что здания заросли тропическим лесом, а небо было затянуто вулканическим пеплом. Город не был таким жарким, как его аналог в обычном мире, но был отягощен гнетущей влажностью.

В сердце города протопространства, на вершине здания, стояли четыре фигуры. Они были примерно формы человека, но вдвое выше, и покрыты коричневой и зеленой чешуей. Их лица были самой нечеловеческой частью, длинные и доминируемые большими зубастыми ртами. Над ртами были глаза, наполненные разумом и хитростью.

Все они были одеты в одежду и хитиноподобную броню, созданную лишь одной из их магических способностей. Они также могли наколдовывать различное оружие, от мечей до магического огнестрельного оружия, хотя никто из них не решил сделать это в тот момент. Они смотрели вниз на апертуру, которую открыли люди, окруженную трупами тех же самых людей. Лишь горстке удалось сбежать обратно через мерцающий круг.

Единственными живыми существами перед порталом были монстры. Они имели вид динозавров, хотя и не тех видов, которые узнал бы палеонтолог. Зубастые челюсти длинношеих четвероногих давали понять, что они не травоядные. Они также двигались быстрее, чем считалось для динозавров, с плотью серебряного ранга, более сильной, но более податливой, чем у доисторических существ, которых они напоминали. Они выглядели как гигантские одноголовые гидры.

Хотя они были самыми большими и многочисленными из дино-монстров, они были лишь одним типом из многих, каждый из которых был чудовищным вариантом того, что кто-то с Земли мог бы узнать. Безперые рапторы бронзового ранга, треть высоты человека, которые охотились стаями. Варианты трицератопсов с рогатыми головами, чьи клювовидные рты были выстланы острыми зубами. Тираннозавры, чьи крошечные руки заканчивались не кистями, а сморщенными сфинктерами, стрелявшими ядовитыми дротиками, чтобы замедлить свою добычу.

Каждый тип, казалось, был мясоедом, созданным, чтобы охотиться на млекопитающих монстров, которые также населяли протопространство и сами по себе не были слабыми. Долговязые гигантские обезьяны, использующие ловкость, хитрость и мощные кулаки, чтобы сбежать или даже одолеть своих потенциальных хищников, были лишь одним видом, борющимся за выживание в необычно дарвиновской экологии монстров.

Монстры любого вида редко охотились друг на друга, но три разновидности в переполненном протопространстве, казалось, действовали в иерархии. Внизу были млекопитающие, либо бронзового, либо серебряного ранга. На них охотились дино-монстры, варьирующиеся от бронзовых рангов внизу кучи до пиковых хищников, таких как тираннозавры. Те даже охотились на некоторых своих собратьев дино-монстров, а также на разновидности млекопитающих.

На вершине, выше даже самых больших и свирепых динозавров-монстров, были гуманоидные динозавролюди. Они не были такими сильными или такими жесткими, как большие дино-монстры, и их было гораздо меньше. Что у них было, так это интеллект и необычные магические способности. Это варьировалось от способности наколдовывать оружие и броню до их самой мощной способности: контроля над неразумными дино-монстрами.

Один из динозавролюдей был не похож на остальных. Стоя над разумными динозавролюдьми серебряного ранга, был единственный из их числа, кто был золотого ранга. Быстро доминируя над остальными, он выбрал самых умных и сильных, чтобы служить ему лично, в то время как остальные были отправлены собирать неразумных монстров.

Под руководством золотого ранга они оттеснили вторжение людей и удерживали апертуру в безопасности. Они ждали момента, когда протопространство доставит их в другой мир, более обширный, чем тот, который они знали.

— Придут ли еще люди? — спросил один из серебряных. Он выбрал имя Силха для себя. Другой самец серебряного ранга назвал себя Коваль, а самка — Чеш. Золотого ранга они называли Король.

Король был якорным монстром для протопространства, тем, кого людям нужно было убить, чтобы предотвратить вход монстров в человеческий мир. Теперь протопространство пересекло порог, за которым его нельзя было остановить от сброса своих монстров в реальный мир. Протопространство было на грани разрушения, и Король больше не был его якорным монстром, но он сохранял остаточную связь с протопространством.

— Я не знаю, придут ли еще, — сказал Король. — Мы прошли точку невозврата. Даже если бы людям удалось убить меня сейчас, это ничего бы не изменило. Я подозреваю, что они знают это и готовятся к нашему прибытию, вместо дальнейших, тщетных экспедиций.

— Что мы найдем на другой стороне? — спросила Чеш.

— Я, как и все вы, моложе двух дней, — сказал Король. — Я знаю не больше любого из вас. Не то, как я узнал, что такое день, язык, на котором мы говорим, или даже концепцию языка. Что я знаю, так это то, что люди не потерпят нашего существования. Если мы собираемся создать место для себя, мы должны вырезать его из их плоти и смыть его их кровью.

— Их будет много, не так ли? — спросил Силха.

— Да, — сказал Король, глядя вниз на апертуру. — И они будут собраны вокруг другой стороны дыры, которую они проделали в стене этого мира. Если мы будем близко к этой дыре, когда перейдем, мы будем подавлены. Мы должны двигаться, чтобы, когда мы перейдем из этого мира в следующий, мы не прибыли в их гущу.

— Если мы уйдем, другие могут войти через дыру, — сказал Коваль.

— Слишком поздно для них, чтобы чего-то добиться, — сказал Король, глядя вниз на дино-монстров, кишащих вокруг апертуры. В радиусе действия динозавролюдей они были под контролем и спокойны, несмотря на свою крайне агрессивную натуру.

— Наших неразумных братьев будет достаточно, чтобы занять любых людей, которые войдут, по крайней мере, за то время, которое потребуется этому миру, чтобы закончиться и перенести нас в тот, который последует.

Последовав примеру Короля, четверо быстро покинули окрестности апертуры.

* * * В самолете Сети Акари наблюдала за Джейсоном, который не произносил ни слова с момента обсуждения катастрофы в Макассаре. Он не медитировал. Он все еще сидел на полу, просто глядя в пространство, с суровым лицом. Ее поразило, как иначе он выглядел без обычных живых глаз и вечной полуухмылки. Вместо того чтобы смотреть на мир так, будто есть шутка, которую видит только он, в его серебряных глазах была решимость, которая слегка нервировала ее. Даже без его ауры за ней, которую она вообще не могла почувствовать, когда его глаза дергались в ее сторону, это заставляло ее чувствовать себя добычей.

— Мы здесь, — сказал он, вставая. Действие выглядело странно нечеловеческим, когда он поднялся прямо из своей позы со скрещенными ногами, не используя руки для баланса или поддержки. Плавное, уверенное движение заставило Акари подумать о замаскированном богомоле, раскрывающем свое присутствие внезапным движением.

Самолет Сети мог похвастаться особенностью, необычной для большинства частных самолетов: люк быстрого развертывания в полу. Он находился в своем собственном небольшом отсеке, чтобы не нарушать остальную часть самолета, когда люк открывался. Джейсон направился к нему, когда пилот объявил, что они приближаются к зоне высадки.

Ася присоединилась к паре в отсеке для высадки, стоя у кнопки люка, пока Джейсон и Акари стояли на нем. Джейсон был окутан туманом на несколько секунд, его боевые одежды были на месте, когда он рассеялся.

— Будьте в безопасности, — сказала Ася им, ее глаза были на Джейсоне.

— Цель — сохранить других людей в безопасности, — сказал он, когда схватил Акари за руку. — Нажимай кнопку.

Ася одарила его обеспокоенным взглядом, подняла прозрачную крышку и ударила ладонью по большой красной кнопке. Люк в полу открылся, и Джейсон и Акари были сброшены в небеса над Дарвином. Джейсон оставил свою теневую руку вытянутой, чтобы сохранить хватку на руке Акари, когда падение из самолета разорвало их. Ему нужно будет притянуть ее близко, когда он замедлит их падение. Тем временем они оба наклонили свои тела для обтекаемого свободного падения.

По мере приближения к земле Акари почувствовала серебряного ранга под ними, и они нацелились на это место, пустой пляж. Поскольку они падали все дальше и дальше, а Джейсон не доставал свой плащ, Акари становилась все более обеспокоенной. Земля, казалось, бросалась на них.

— ДЖЕЙСОН!

Он не повернул головы. Она знала, что его острые чувства слышали ее, несмотря на то, что ее голос сразу уносился ветром их падения. Его глаза были прикованы к земле внизу, когда она звала его имя снова и снова, не вызывая даже бокового взгляда.

Она собиралась распластать свое тело, чтобы замедлить спуск, когда он, казалось, почувствовал это. Однако вместо того, чтобы наколдовать плащ, он шокировал ее всплеском подавляющей ауры, которая заставила ее удерживать угол спуска, вместе с рывком за руку от Джейсона.

Наконец, Джейсон притянул себя к ней своей теневой рукой, и его звездный плащ появился, расправляясь, как крылья ночи. Хватка гравитации была резко ослаблена, и они быстро замедлились, едва в ста метрах от земли. Они двигались со скоростью девяносто метров в секунду, прежде чем Джейсон открыл плащ. Даже магия могла замедлить их лишь до определенной степени. Прошло всего несколько секунд, прежде чем они врезались в мягкий песок, их сверхчеловеческие тела поглотили удар.

Они приземлились на пляже, который обычно был бы полон туристов, но кризис заставил даже местных жителей оставаться в своих домах. Акари стояла, ошеломленная на мгновение, прежде чем развернуться к Джейсону.

— О чем ты думаешь?

— Секунды имеют значение, — сказал Джейсон, не давая дальнейших объяснений, когда он зашагал к человеку, бегущему трусцой по песку в их сторону, махая дружелюбной рукой.

— Привет, я Реми. Вы двое приземлились довольно горячо.

— Портал, — потребовал Джейсон.

— Боже, ну и дела, хватит светских бесед, — сказал Реми и начал рисовать круг в воздухе рукой. — Вам повезло, что я вообще могу достичь этого расстояния. Моя способность стала сильнее совсем недавно. Обычно Сеть перестает раздавать ядра, как только достигаешь серебра, но те из нас, у кого есть порталы, — избранные. Особенно в наши дни.

Мерцающий лист радужного света появился перед ним, и Джейсон прошел сквозь него без колебаний.

* * * Джейсон вышел из портала, который вел внутрь разваливающегося трущобного дома в Макассаре. Он был в значительной степени пуст, за исключением гниющего матраса и вони мочи.

— Мы в трущобах возле гавани Паотере, — сказал Реми, пройдя через портал вслед за Джейсоном. — Там есть командный пункт; вы должны быть в состоянии почувствовать пользователей эссенций отсюда.

Джейсон уже двигался, выбив гнилую дверь прямо с петель и выскочив наружу. Его плащ расправился, как крылья, взметнув его в воздух, а затем запустив над крышами. Он не стал останавливаться, чтобы насладиться ощущением личного полета, его внимание было в другом месте.

* Вы вошли в область, сопредельную с протопространством. * Протопространство находится на последних стадиях разрушения и больше не может быть предотвращено от очистки в ваше текущее пространство. * Если вы войдете в протопространство, разрушение будет замедлено, а проявленные сущности внутри будут очищены в ваше текущее пространство с уменьшенной скоростью.

— «Спасибо» было бы неплохо, — крикнул Реми ему вслед. Он повернулся к Акари, которая была последней, кто прошел через портал. — Твой друг — своего рода придурок.

Акари последовала за Джейсоном наружу и подпрыгнула, быстро прыгая по гофрированным крышам трущоб. Она погналась за ним, также обнаружив скопление пользователей эссенций. Она также обнаружила пользователей эссенций, сражающихся с монстрами повсюду. Казалось, что трущобы уже были эвакуированы, так как она не чувствовала никаких аур нормального ранга.

Джейсон быстро достиг гавани Паотере, заполненной деревянными кораблями пиниси, прижатыми друг к другу. Лодки использовались для эвакуации гражданских лиц, в то время как открытое пространство доков было занято командным пунктом Сети. Характерная внешность Джейсона была хорошо известна, и Акари присоединилась к нему, когда его провожали к командной палатке лагеря.

— Это правда, что вы можете затормозить пространственное пространство? — спросил командир после кратчайших представлений.

— Слишком поздно останавливать монстров, выходящих наружу, — сказал Джейсон. — Думаю, я могу замедлить скорость, с которой они появляются, хотя. Не уверен, насколько.

— Что бы вы ни смогли сделать, мы примем, но мы не смогли обезопасить апертуру. Другая сторона плотно забита пространственными сущностями третьей категории.

— Не проблема, — сказал Джейсон. — Я куплю вам столько времени, сколько смогу.

— Не думаю, что у вас есть какие-нибудь из тех магических автобусов под рукой для перемещения эвакуируемых?

Джейсон закрыл глаза, исследуя свое чувство протопространства, которое никто из других пользователей эссенций не мог даже обнаружить без ритуалов. В большинстве случаев надлежащее астральное пространство отрезало бы Джейсона от его фамильяров, в то время как протопространство — нет. Джейсон стал достаточно знаком с ними, чтобы сказать, будет ли какая-то разница, чего в данном случае не было. Он будет скучать по Тени в протопространстве, но другие нуждались в том, что мог предложить его фамильяр, больше.

— Ладно, — сказал Джейсон, шагая за пределы палатки. — Очистите мне немного места.

Командир приказал очистить пространство, когда Тени начали появляться из Джейсона, только одна осталась как тень Джейсона.

— Мне понадобится немного маны, — сказал Джейсон.

Он повернулся туда, где людей эвакуировали на лодке, затем поднялся в воздух, его плащ перенес его над водой, где он приземлился на мачту лодки пиниси, усевшись, как темная птица. Он выбрал лодку с самыми жалкими на вид пассажирами.

— Накормите меня своими грехами.

Он выкачал болезнь из жителей трущоб, превратив все это в ману. Его сила Пожирателя грехов означала, что он мог поглотить все это, превышая свой обычный лимит маны, хотя она будет утекать со временем. Он использует ее хорошо до того, как это произойдет.

Вернувшись на берег, он наколдовал плащи на тридцать Теней, стоящих рядом, едва имея достаточно маны для всех них, даже после сбора дополнительной. Сразу после этого Тени слились, чтобы сформировать пять автобусов с теневыми, звездными экстерьерами.

— Все ваши, командир, — сказал Джейсон. Тень имела опыт координации с силами Сети со времен Брокен-Хилл и знала, что делать.

— Мы можем доставить вас к апертуре, — сказал командир. — Справедливое предупреждение, однако, создание зоны прибытия шло не очень хорошо, насколько я слышал.

— Я сам найду путь, — сказал Джейсон.

Фигура Джейсона размылась, когда воздух вокруг него, казалось, медленно изогнулся. Они почувствовали, как он проецирует свою ауру, которая, казалось, слилась с миром вокруг, смешиваясь, пока снова не стала необнаружимой. Затем искривленное пространство вернулось на место, и он исчез. Командир и другие сотрудники Сети остались смотреть на пустое пространство, которое Джейсон только что освободил.

— Он может просто входить в пространственные пространства сам по себе?

— Да, — сказала Акари, отвлеченная пользователями эссенций, которых она все еще могла чувствовать, сражающимися, чтобы удержать зону эвакуации на набережной свободной от монстров. — Где я могу вам пригодиться?

— Какая у вас специализация? — спросил командир.

— Убивать вещи.

ОХОТА

ОХОТА

Макассар в протопространстве зарос тропическими лесами, а небо было заполнено вулканическим пеплом. Четыре гуманоидных гибрида динозавров двигались по городу, во главе с Королем золотого ранга. В протопространстве также были разбросаны другие динолюди серебряного ранга.

Король и его подчиненные монстры отошли от апертуры и орды людей, которых они ожидали увидеть по ту сторону. Они не хотели оказаться среди них, когда протопространство перенесет их в большую реальность. Их мощные ноги позволили им быстро промчаться через город, пока Король внезапно не остановился.

— Что такое? — спросила Чеш. Она была единственной женщиной в группе и лидером когорты Короля серебряного ранга, доказав свою силу в противостоянии с Ковалем и Силхой.

— Что-то изменилось, — сказал Король, наклонив голову, словно к чему-то прислушиваясь. Бывший якорный монстр все еще мог чувствовать состояние протопространства. — Здесь есть что-то, что замедляет переход в следующий мир. Время между переходами наших братьев увеличится, что сделает их уязвимыми для тех, кто ждет нас на той стороне.

— Что это делает? — спросил Коваль.

— Я не знаю, — ответил Король. — Думаю, какое-то необычное существо вторглось в этот мир. Рассредоточьтесь, найдите остальных. Скажите им найти это существо и уничтожить его.

— Мы можем сделать что-нибудь еще? — спросила Чеш.

— По мере разрушения этого мира будут образовываться бреши. Скажите остальным: если они найдут стабильную брешь, пусть отправляют наших братьев через нее. Убедитесь, что они знают: идти можно только в том случае, если она стабильна. Если она меняет форму или размер, они должны избегать ее любой ценой, ибо она убьет их.

* * * Появившись в протопространстве, Джейсон понял, что это искаженная версия эквивалентного пространства в обычной реальности. Хотя это было необычно, но не настолько, чтобы сбить его с толку, поскольку он уже сталкивался с подобным. Эта версия гавани Паотере была постапокалиптической: деревянные лодки разбиты, сгнили и наполовину затонули. Здания, которые он видел, были в запустении и заросли зеленью, напоминая ему астральное пространство, в котором он провел полгода. Однако это были не древние каменные руины, а современные постройки его собственного мира.

Окружающая магия была густой и насыщенной, сильнее, чем в любом другом месте, где он бывал раньше. Магическая сила, способная поддерживать сущности золотого ранга, была ему полезна, затрудняя обнаружение его относительно низкого уровня силы. Подобно тихому шуму, скрытому за более громким, мощная окружающая магия маскировала его присутствие.

Окружающая магия, которая поддерживала монстра золотого ранга где-то в протопространстве, отсутствовала на Земле. Как только он перейдет, монстр быстро начнет испытывать магический голод. Ущерб, который он мог нанести до этого момента, особенно в густонаселенном районе, означал, что просто выжидать — не лучший подход для сил Сети. Им нужно было найти способ убить монстра, не уничтожив при этом половину города.

У Джейсона было две цели в астральном пространстве. Одну он выполнил, просто прибыв сюда.

* Вы вошли в протопространство, находящееся в процессе распада. * По мере разрушения физического пространства будут появляться пространственные апертуры, включая стабильные, позволяющие монстрам сбежать в сопредельную реальность. Другие апертуры будут нестабильными и содержать крайне разрушительные пространственные силы. * [Нирваническая трансфигурация] замедлит процесс распада, но не сможет его остановить. Апертуры из протопространства будут появляться с меньшей частотой. * [Нирваническая трансфигурация] позволит вам активно стабилизировать или дестабилизировать близлежащие апертуры.

Пока Джейсон оставался в протопространстве, монстры из него прибывали бы в реальный мир скорее «по капле», чем волной, поскольку точки их выхода появлялись медленнее. Учитывая преобладание монстров серебряного ранга, каждый момент, на который он мог задержать их появление, давал Сети больше пространства для маневра, чтобы защитить гражданских лиц.

Это выиграло бы время для его второй цели: убить как можно больше монстров серебряного ранга, прежде чем они достигнут настоящего Макассара. Он не питал иллюзий, что сможет сравниться со способностью Сети проводить зачистки, но сделает все, что в его силах. Что касается золотого ранга, ему придется избегать встречи с ним.

Даже если бы он был серебряного ранга, а не на пике бронзового, у него не было шансов одолеть монстра золотого ранга. Скачок с бронзового на серебряный он научился преодолевать, но серебряный и золотой — это совершенно разные уровни. Если бы он был серебряного ранга и назначенным дамагером в целой команде серебряных, все могло бы быть иначе. При поддержке и содействии других это могло бы быть возможным, хотя на ранних стадиях серебряного ранга это все равно было бы сомнительным предприятием.

Джейсон прекрасно понимал: если золотой ранг найдет его, он труп. Впрочем, у него был один шанс на воскрешение до серебряного ранга, и если он потратит его именно так, то сможет с этим смириться.

Все эти мысли пронеслись в голове Джейсона за мгновение. Он чувствовал, как монстры направляются в его сторону, вероятно, привлеченные магическим искажением его прибытия. Он появился на открытой площадке доков, а стоять на открытом месте — верный путь к тому, чтобы быть окруженным и убитым. Он огляделся в поисках тени ближайшего здания, затем шагнул в Тень и исчез.

* * * Диночеловек, выбравший для себя имя Лот, наблюдал, как над ближайшей крышей поднимается радужный дым. Он уже видел подобное раньше: монстры растворялись в дыму вскоре после смерти. Новым было само количество — казалось, что многие монстры погибли одновременно.

Ему рассказали о существе, которое замедляло их переход в следующий мир, поэтому он вел группу бездумных монстров-динозавров в поисках стабильного портала. Однако весь этот радужный дым, скорее всего, был связан с неизвестным существом, и приоритетом было выследить его. Если он уничтожит его, то, возможно, получит шанс присоединиться к когорте Короля.

Под его контролем было почти тридцать монстров-динозавров, хотя они были рассредоточены на довольно большой площади, пробираясь между городскими зданиями. Улицы были разбиты и заросли, некоторые хуже других. Растительность варьировалась от почти нетронутой, с редкой травой, пробивающейся сквозь трещины, до полноценных деревьев, растущих сквозь дыры в разбитом бетоне.

Контроль Лота над монстрами сдерживал их агрессию, хотя, если их загнать слишком близко друг к другу, их базовые инстинкты брали верх. Ему приходилось рассредоточивать их, что было еще труднее из-за местности. Самые дальние монстры его группы находились на пределе его контроля, где его власть над ними была слабее всего.

Основную часть сил Лота составляли длинношеие зауроподы — самые распространенные из монстров серебряного ранга. У него также было два рогатых «заряжающих» монстра, похожих на трицератопсов, и один из вариантов тираннозавра с шипами на передних конечностях.

Лот уверенно маршировал среди своих монстров. Хотя мысленно он подгонял их, тяжелые четвероногие не могли двигаться слишком быстро. Впрочем, монстры серебряного ранга были быстры для существ такого размера, имитируя небольшое землетрясение, когда они двигались по улицам.

Внезапно Лот пожалел, что собрал только самых сильных монстров-динозавров, теперь, когда ему нужна была информация. Существа более низкого ранга были меньше, быстрее и из них получились бы сносные разведчики.

Его стадо монстров было мощным, но даже спящий человек почувствовал бы его приближение. Он беспокоился, что неизвестное существо сбежит, хотя, если оно ответственно за радужный дым, возможно, и нет.

Он мог общаться с монстрами-динозаврами, но они не были разумны. Крупные были немногим больше, чем мешки с яростным мясом, движимые инстинктами и голодом. Стайные охотники были хитрыми и, по крайней мере, достаточно умными, чтобы сойти за разведчиков.

Лот и его монстры приближались к месту, где он видел радужный дым, когда услышал, как один из его монстров взревел от боли и ярости. Лот послал предостерегающий импульс ментальной силы, подумав, что один из монстров на краю его зоны контроля сорвался и стал агрессивным.

Опасаясь цепной реакции драки, Лот быстро направился в сторону своего неуправляемого монстра. То, что он обнаружил, было зауроподом, яростно мотающим шеей в поисках врага, которого, по-видимому, не мог найти. Лот заметил источник его ярости: черная гниль распространялась от одной из задних ног к остальной части тела.

Поняв, что это не строптивые монстры, а атака, Лот наколдовал магическое огнестрельное оружие. Оно было длинным, стилизованным под динозавра, и стреляло тяжелыми отравленными шипами. Он начал высматривать того, кто был ответственен за это, полагая, что это и есть неизвестное существо. Неподалеку он услышал еще один крик ярости и боли.

Лот метался туда-сюда, пока его монстры поражались один за другим, так и не увидев того, кто был ответственен за это. Сбившись в кучу, монстры поддались инстинктам, и Лот терял контроль все сильнее.

Ярость и боль пораженных существ заставляли их нападать, а остальные давали отпор, быстро превращая заполненные монстрами улицы в мясорубку. Критическая точка наступила, когда был поражен тираннозавр и впал в ярость, окончательно уничтожив остатки контроля Лота над монстрами. Лот взобрался на самое высокое здание поблизости, чтобы выбраться из хаоса.

Глядя вниз на беспорядок, он не смог увидеть ни следа того, что атаковало его монстров, того, что вынудило его сбежать от них. Затем его пронзило осознание: на него вовсе не нападали. На него охотились.

Безумие внизу достигло двойной цели: лишило Лота его приспешников и изолировало его от поддержки. Инстинкты подсказали ему обернуться, и он увидел темную фигуру, идущую по крыше, серебряные глаза которой сияли из-под непроницаемого капюшона. Лот поднял оружие и выстрелил, шип прошел сквозь фигуру, словно она была иллюзией. Затем он понял, что это не темная фигура, а фигура, сотканная из тьмы, не более материальная, чем воздух.

В момент этого открытия Лот почувствовал, как лезвие полоснуло между пластинами доспеха на его спине. Это был неглубокий порез, едва пробивший чешую, чтобы добраться до плоти. Он резко обернулся, но никого не нашел. Он повернулся обратно к темной фигуре, но и она исчезла.

Лот обвел взглядом крышу в поисках хоть какого-то признака нападавшего. Обычно его чувства были остры, но он ничего не мог обнаружить. Боль укусила его за лодыжку, и он посмотрел вниз, увидев длинную узкую полосу тьмы, заканчивающуюся рукой, сжимающей кинжал, испачканный собственной кровью Лота. Он едва успел заметить это, прежде чем она змеей соскользнула с края крыши.

Он бросился к краю крыши, но не был настолько глуп, чтобы высовывать голову. Вместо этого он выставил оружие, выпуская шипы из дула в любого затаившегося засадчика. К несчастью для Лота, шипы мало что сделали с этим самым засадчиком.

Шипы легко пронзили окровавленные лохмотья, окутывающие фигуру, притаившуюся на нижнем выступе, но почти не повредили пиявкам внутри. Полоски мокрой красной ткани взметнулись вверх, обернувшись вокруг оружия и рук Лота, и он попятился. Оружие вырвали из его рук, когда его отступление потянуло окровавленную сущность из лохмотьев вверх, через край крыши. Она была вдвое меньше Лота, чья сила серебряного ранга легко справилась бы с этой задачей.

Лот отчаянно срывал полоски ткани, обвивавшие его, но из сущности продолжали вылетать все новые и новые. Как бы быстро он ни работал, полоски хватали его за руки, ноги и туловище быстрее, чем он успевал от них избавляться. Они не сильно мешали его движениям из-за его силы, но они тянули сущность все ближе и ближе к Лоту, даже когда он продолжал пятиться по крыше. Он не знал, что произойдет, если сущность доберется до него, но каждый инстинкт кричал ему не позволять этому случиться.

Оставив попытки сорвать полоски руками, Лот наколдовал меч и поднял его в воздух, готовый обрушить его вниз и разрубить полоски. Прежде чем он успел это сделать, набор ярких энергетических лучей ударил по клинку, сбив его хватку.

Повернувшись к новому врагу, Лот увидел, что это был парящий плащ, занятый не человеком, а пугающим светящимся глазом. Вокруг него парили еще четыре глаза, являясь источником лучей, все еще стрелявших в его направлении. В момент его отвлечения сущность из лохмотьев добралась до него, и пиявки начали выдавливаться между полосками ткани, как мякоть мягкого фрукта, раздавливаемого в кулаке. Они облепили его, и он рухнул, крича. Он так и не услышал заклинаний, которые выкрикивали в его адрес.

* * * Джейсон стоял на краю здания, наблюдая, как монстры разрывают друг друга на части. Спрыгнув с крыши, он нырнул в гущу событий, чтобы ускорить процесс. С момента прибытия в протопространство только с одним из тел Тени, его стиль боя напоминал ему самые ранние дни в качестве авантюриста. Его навыки были выше, способности — совершеннее, а атрибуты — далеко за пределами человеческих, но было в этом ощущение старой школы: отчаянная прогулка по лезвию ножа.

Он охотился только на самые крупные группы, организованные одним из разумных монстров. В остальном он бросался в самую гущу, чтобы сделать как можно больше за минимальное время. Он платил за это, часто перенапрягаясь и получая удары. Его доспех висел на нем лохмотьями, несмотря на свойства самовосстановления, и он был выкрашен в красный цвет собственной кровью. Джейсон получил достаточно повреждений, чтобы убить его дюжину раз, но его защитные меры и самоисцеление позволяли ему продолжать.

Когда последний из крупной стаи монстров был мертв, Джейсон протянул руки в стороны.

— Как ваши жизни были моими, чтобы их пожать, так и ваши смерти — мои, чтобы их собрать.

Остаточная жизненная сила монстров поднялась и хлынула в Джейсона, подняв его здоровье далеко за пределы обычного лимита, в область очков здоровья из ролевых игр. Это уже доказало свою ключевую роль в том, чтобы выжить достаточно долго для поглощения здоровья во время сражений с бандами монстров-динозавров серебряного ранга.

Без армии Теней, которые могли бы служить приманкой и запасным выходом, Джейсон обнаружил, что у него меньше возможностей для ошибки, в то же время он расширял границы того, с чем мог справиться одновременно. В результате он полагался на способности поглощения и восстановления, чтобы проходить через ситуации, в которых обычно рассчитывал на скрытность и уклонение.

Джейсон оставил мертвых монстров позади, уже направляясь к следующей битве. Тень задержалась, мерцая над полем боя, чтобы коснуться каждого из мертвых монстров.

* Желаете собрать добычу с [Трехрогого заряжающего]?

После повышения ранга Тень могла использовать небоевые способности Джейсона, включая силу инициации сбора добычи. Так часто, имея дело с протопространствами, Джейсон сталкивался со слишком большим количеством монстров и слишком малым количеством времени. Оставляя павших монстров позади, чтобы противостоять следующему, он оставлял потенциальную добычу буквально улетучиваться в дым. Теперь, когда Тень могла активировать сбор добычи за него, это перестало быть проблемой.

С тех пор как Тень повысила ранг, Джейсон накопил больше, чем мог вместить его инвентарь, большую часть чего он сгружал Сети. Учитывая обстоятельства, Сеть жадно поглощала каждый ресурс, который могла заполучить, делая Джейсона более важным активом, чем когда-либо. Он также хранил часть в кладовых Деревни Асано, у которой были свои расходы на магическое обслуживание.

Впрочем, Джейсон действительно оставлял некоторые избранные предметы и материалы для себя. У сосуда Колина серебряного ранга было два довольно простых требования, которые Джейсон уже собрал. Одно из них — тачка квинтэссенции крови серебряного ранга, а другое, как ни тревожно, — часть собственной кожи Джейсона. Материалы для следующего сосуда Гордона были менее жуткими, но более неуловимыми, ускользая от Джейсона, несмотря на все сборы добычи.

Способность Джейсона собирать добычу, к счастью, могла использоваться на расстоянии, помогая ему избегать полных ртов радужного дыма. Это расстояние было ограничено, но могло быть увеличено через присутствие Тени, как и другие небоевые способности Джейсона. После того как Тень выстроила в очередь все диалоговые окна сбора добычи, Джейсон принял их все сразу. Предметы появились в его инвентаре, а счетчики валюты увеличились.

Джейсон был уже далеко, когда активировал сбор добычи. Когда радужный дым поднялся вокруг него, Тень собиралась уходить, как вдруг заметила зеленое пятно, стреляющее в него. Он бросился к ближайшей тени, но был слишком медленным, и пятно схватило его за голову когтистой чешуйчатой рукой. Тень боролась, пытаясь сбежать, используя свою бестелесную природу, но когти были усилены магией, которая удерживала его на месте без возможности вырваться.

СТАВКА

СТАВКА

Король стоял на крыше, сжимая голову Тени в своей руке.

— Ты ведь слышишь меня через этот сосуд, не так ли? — спросил Король.

— Да, — голос Джейсона донесся из Тени.

— Я найду тебя и убью.

— Вероятно, да.

— Ты не боишься смерти?

— Убей меня, и я стану могущественнее, чем ты можешь себе представить.

— Ты глупец, — прорычал Король.

— Да, — признал Джейсон. — Мне жаль, что обстоятельства сложились так, что ты появился на свет. Ты был обречен на короткую и трагическую жизнь с самого начала.

— Ты не знаешь, какой будет моя жизнь.

— Знаю. В этом мире есть магия, чтобы поддерживать твою жизнь, но в том, в котором ты скоро окажешься, ее нет. Ты будешь быстро слабеть, пока не станет настолько плохо, что люди смогут убить тебя. Молись, чтобы они сделали это быстро, потому что они будут изучать тебя, если смогут, способами, которые лишат тебя достоинства и оставят только боль. Я сделаю все возможное, чтобы остановить их, если буду жив, но ничего не обещаю. Я сражаюсь за людей, но не могу говорить за них.

— Ты говоришь так, будто не один из них.

— Когда-то был. Теперь я нечто иное. Не то чтобы я лучше них, потому что это не так. Просто иногда убеждаю себя в этом. Если бы это зависело от меня, я бы дал вашему народу клочок земли и оставил в покое. Пусть они сами разбираются друг с другом, когда придет время. Ты понимаешь, как заканчивает твой род?

— Понимаю, — прорычал Король.

— Мне жаль это слышать, — сказал Джейсон. — Я уважаю желание избежать того, что другие называют неизбежным. Моим выбором было бы дать вам место, где вы могли бы найти свой собственный путь, но люди никогда бы этого не потерпели.

— Я знал это с самого начала, — сказал Король. — Только изгнав людей из мира, мы можем отвоевать место для себя.

— Для вас нет места, кроме этого, и скоро даже его не станет. Из вашего народа только у тебя хватит сил противостоять людям на той стороне, и эта сила будет вытекать из тебя, как кровь из раны. Вопрос лишь в том, насколько уродливой будет ваша кончина и сколько людей вы заберете с собой.

— Столько, сколько смогу.

— Я так и думал, — сказал Джейсон. — Думаю, я чувствовал бы то же самое на твоем месте. Я даже не могу предложить альтернативу. Когда ты появишься на той стороне, они попытаются убить тебя, использовать или и то, и другое. Я сделаю все возможное, чтобы остановить тебя и их, но мы оба знаем, что не смогу.

— Тогда, пока этот мир не закончится, мы будем пытаться убить друг друга.

— Сражаться с тобой — это ставка, которую я не хочу делать, — сказал Джейсон. — Приходи за мной, если хочешь, но я иду за всеми остальными. У тебя есть имя?

— Они называют меня Король. А ты?

— Джейсон Асано.

— Какова бы ни была моя судьба, Джейсон Асано, ты умрешь раньше, чем она свершится.

— Похоже, именно так все и будет. Я не могу остановить тебя, Король. Но и ты не можешь остановить меня.

— Я убью тебя.

— Этого будет недостаточно.

Все еще свисая с руки Короля, тело Тени самоликвидировалось, растворившись в ничто.

* * * У Джейсона все еще было много маны после поглощения трупов монстров с помощью Кровавой жатвы, поэтому воссоздание одного из тел Тени не потребовало слишком много сил. Он заставил Тень самоликвидировать то тело, что было с ним в протопространстве, поскольку, если монстр смог поймать Тень, был большой шанс, что он сможет выследить его до самого Джейсона.

Не теряя времени на то, чтобы снова двинуться в путь, Джейсон начал увеличивать дистанцию между собой и золотым рангом. Разбитый и заросший город предлагал массу теней, и даже на открытых участках Джейсон был далеко не медлительным.

— Если он знает, что ты избегаешь его и охотишься на остальных, он может собрать других разумных монстров вместе, — сказала Тень. — Судя по тому, что мы видели, их, похоже, немного.

— Если они все перейдут вместе, я могу с этим смириться, — сказал Джейсон. — Ася говорила, что Сеть мобилизует магически усиленное тяжелое вооружение, и ты видел детали этой программы, так же как и я.

— Это оружие далеко не избирательно, — сказала Тень. — Если они нацелятся на золотой ранг, любые серебряные ранги, скорее всего, попадут под удар.

— Именно. Если они все в одном месте, Сети придется выпустить меньше ракет.

— Король может опасаться атаки такого рода, — сказала Тень. — Возможно, именно поэтому разумные монстры не собраны вместе.

— Или может быть просто так, что они пытаются взять под контроль как можно больше монстров. Я делаю здесь все, что могу, но все это пространство продержится еще максимум несколько часов. За это время я едва ли нанесу хоть какой-то урон их численности, так что большинство этих монстров перейдут на ту сторону. Если они все собраны в кучу, чтобы Сеть могла сбросить на них магический напалм или что-то в этом роде, тем лучше.

Они уже видели признаки пространственного коллапса в виде пустых белых пустот — естественных апертур, образующихся по мере разрушения протопространства. Пустоты были простыми и пустыми на вид, но магические чувства Джейсона предупреждали его о пространственных силах внутри, настолько дико разрушительной мощи, что только трансцендентный урон мог превзойти их. Джейсон и Тень наблюдали, как целое здание рухнуло, когда большая белая пустота появилась над ключевыми структурными точками, мгновенно уничтожив их.

Лишь некоторые апертуры были безопасны для прохода. Джейсон экспериментировал с оказанием влияния на пустоты; в прошлом он использовал свою способность воздействовать на протопространства только пассивно. Он мог активно воздействовать на пустоту, только когда находился относительно близко, в пределах нескольких десятков метров. Это был полезный радиус, но гораздо меньший, чем пассивный эффект, влиявший на все протопространство.

Немного потренировавшись, Джейсон мог сделать апертуру безопасной или превратить безопасную в опасную за одно мгновение. Большинство пустот, с которыми он сталкивался, уже были опасны, а те, что нет, он делал опасными. Он не собирался оставлять за собой открытые ворота из протопространства, если мог этого избежать.

Такие апертуры были обычным способом, которым монстры сбегали из распадающегося пространства. Джейсон был знаком с этим процессом со времен закрытия протопространств для Сети, в чем он теперь был старым мастером. Он знал, что апертур будет появляться все больше, и все больше из них будут стабильными. К тому времени, когда пространство будет на последних стадиях разрушения, безопасные апертуры будут повсюду. Пока этого не случилось, Джейсон будет выигрывать столько времени, сколько сможет.

После разговора с Королем Джейсон пропустил следующие две группы монстров, с которыми столкнулся. Пройдя мимо них незамеченным, он поставил их между собой и золотым рангом, охотящимся на него. Затем он и Тень наткнулись на еще одну большую группу, возглавляемую одним из разумных динолюдей. Тот обнаружил стабильную и огромную апертуру, способную пропускать двух гигантских монстров за раз. Он торопливо проталкивал своих монстров, как погонщик, перегоняющий скот через брод.

Джейсон двигался как можно быстрее, оставаясь незамеченным, подавляя свою способность влиять на пустоту. Это означало, что еще несколько монстров перейдут на ту сторону, но если он правильно рассчитает время, это будет цена, которую стоит заплатить.

* * * Диночеловек был поглощен перегоном своих монстров через апертуру, подгоняя их все быстрее и быстрее. Он сбил их плотнее, чем следовало бы, напрягаясь, чтобы подавить их агрессивные инстинкты, мешая им драться друг с другом в тесноте, и направляя их к апертуре.

Когда двух монстров, проходящих в данный момент через апертуру, внезапно разорвало на куски внезапно бурлящими внутри пространственными силами, он был поражен. Собираясь приказать своим монстрам остановиться, он вместо этого был обстрелян пиявками от фигуры, вышедшей из теней, и поражен лучами издалека.

Животные, которых он заставил броситься к апертуре, продолжали движение, так как концентрация диночеловека была нарушена. Их тоже разорвало апертурой, точно так же, как Джейсон разорвал диночеловека. В конце концов монстры, какими бы туповатыми они ни были, поумнели и перестали рваться вперед, но не раньше, чем около дюжины из них вбежали внутрь с результатами, похожими на гигантскую пространственную дробилку.

Диночеловек, управлявший ими, быстро пал под комбинированным натиском боевого стиля Джейсона, ориентированного на атаку, который быстро нагружал противника недугами с помощью множества ударов кинжалом. За ними последовала мощная комбинация заклинаний его недуга, поглощения и добивания.

С подключением Колина все пошло еще быстрее. Засада оказалась эффективной, отрезав диночеловека от использования своих способностей, пока он впадал в панику под грудой пиявок, к тому же ему не хватало физической стойкости его более крупных, менее разумных собратьев. На пике бронзового ранга Джейсон достиг стадии, когда мог блицкригом уничтожать физически более слабые разновидности монстров серебряного ранга.

После смерти того, кто ими управлял, остальные монстры получили свободу следовать своим инстинктам, которые в лучшие времена были агрессивными. Учитывая опасность апертуры и близость, в которую их загнали, монстры немедленно напали друг на друга.

Джейсон присоединился к хаосу, чтобы зачистить оставшихся монстров. Он остался практически незамеченным, нанося незначительные удары по гигантским зверям, пока они яростно врезались друг в друга. Даже так, он был бит не раз, скорее случайно в давке, чем намеренным ударом. Сила щита его амулета, его накопленное здоровье и способности поглощения и восстановления позволяли ему продолжать сражаться.

Когда все закончилось, он поглотил оставшуюся жизненную силу монстров с помощью Кровавой жатвы и оставил Тень собирать добычу, пока сам двигался дальше. Он выбрал новое направление, зная, что золотой ранг, скорее всего, найдет место битвы. Он не хотел оставлять заметный след, по которому тот мог бы его преследовать.

* * * Джейсон чувствовал ментальное напряжение, продолжая свою непрекращающуюся битву в протопространстве. Его нервы были на пределе; золотой ранг мог найти его в любой момент, и каждый монстр, которого он не успел убить, вероятно, означал потерянные жизни после перехода. Он был выкрашен в красный цвет собственной кровью, а его мантия выглядела такой же окровавленной и рваной, как лохмотья Колина.

За часы, прошедшие с тех пор, как он говорил с Королем, деградация протопространства ускорилась, превратив его в полосу препятствий из белых пустот. Прошло то время, когда у Джейсона было время дестабилизировать каждую найденную безопасную апертуру. Он знал, что эффективность его задержки почти на исходе. Монстры уже должны были хлынуть через мириады апертур по всему протопространству.

Присутствие Джейсона продолжало замедлять распад, даже так близко к концу. Каждая минута, когда не было портала, достаточно сильного, чтобы позволить золотому рангу перейти, была маленькой победой. Это также сближало Джейсона и Короля по мере того, как протопространство сжималось, а пустота пожирала его с краев. Небо больше не было затянуто пеплом, а стало пустым белым, когда небо буквально рухнуло им на головы.

* * * Король отступил от апертуры, его простое присутствие заставило ее потерять стабильность.

— Это был самый сильный портал, который мы смогли найти, — сказала Чеш.

Две другие когорты Короля уже перешли на ту сторону.

— Не думаю, что какой-либо из них будет достаточно сильным, чтобы позволить мне уйти до последних мгновений этого мира, — сказал Король.

— Мы так и не нашли неизвестное существо, замедляющее его.

— Джейсон Асано больше не имеет значения, — сказал Король. — Конец этого мира и наш переход из него неизбежны. Я все еще чувствую эффект, который он оказывает на этот мир, что в конечном итоге доставит его ко мне, если только он не сбежит, чего он не сделает.

— Ты кажешься уверенным.

— Как и ты, я пришел в этот мир со знанием, происхождения которого не понимаю. Одна из вещей, которые я знаю, — это высокомерие. Я почувствовал его, когда говорил с Джейсоном Асано, достаточно, чтобы знать, что он будет бороться до самого конца.

— Ты думаешь, он действительно может вернуться из смерти?

— Мне дали ровно столько знаний, чтобы понять, как многого я еще не знаю, поэтому я не могу судить о том, что возможно, а что нет. Если он действительно может восстать из мертвых, я буду убивать его столько раз, сколько потребуется.

* * * Джейсон и Король были прижаты друг к другу по мере того, как пустота смыкалась. Вскоре они оказались по разные стороны заваленного обломками городского квартала, где участки пустоты обрушили все здания. Они стояли, глядя друг на друга, вдоль длинной улицы, где обломки лежали в траве, проросшей сквозь треснувшую поверхность дороги. Мир вокруг них был безмолвен. Пустота не издавала ни звука, и Король был последним оставшимся монстром.

Остальные хлынули из апертур. Даже наступающая пустота стала достаточно стабильной, чтобы служить гигантской апертурой, смыкаясь вокруг них. Она была почти достаточно стабильной даже для Короля, что чувствовали и Джейсон, и Король.

— Ты не можешь остановить меня, — сказал Король. — Сама пустота уже становится последними вратами.

Джейсон и Король шли навстречу друг другу, пока пустота продолжала смыкаться вокруг них. Она была достаточно узкой, чтобы Джейсон мог приложить свою волю, чтобы дестабилизировать всю пустоту вокруг них. Он не мог запечатать проход, но мог вызвать смертоносное бурление неконтролируемых пространственных сил, превращая гигантскую апертуру в пасть, полную лязгающих зубов.

* Протопространство, в котором вы находитесь, достигло финальной стадии распада. Вы больше не можете напрямую переместиться наружу, используя [Нирваническую трансфигурацию]. Вам нужно будет выйти через апертуру.

* Финальная апертура протопространства чрезвычайно стабильна. Она будет потреблять все больше маны, чтобы поддерживать нестабильное состояние.

Не имело значения, что он заперт в пространстве с Королем. Только оставаясь здесь, он мог поддерживать нестабильность, что было единственным оружием против монстра золотого ранга. Ему нужно было продержаться всего несколько мгновений, пока пустота продолжала наступать. Король и Джейсон двигались навстречу друг другу, пока пространство уменьшалось с размера городского квартала до склада, а затем до коттеджа.

— Я быстрее, чем ты можешь себе представить, — сказал Король. — В тот момент, когда ты откроешь пространство для себя, чтобы сбежать, я пройду раньше, чем ты поймешь, что я двинулся.

— Вот почему я не собираюсь этого делать, — сказал Джейсон. — Это пространство сомкнется на нас и отправит на ту сторону. После того как мы пройдем сквозь пространственные силы, я сомневаюсь, что от нас останется достаточно, чтобы вывалиться на землю, когда мы прибудем.

— Ты кажешься уверенным, что вернешься из смерти, — сказал Король. — Ты так же уверен, что тебя не утащат в загробный мир, когда ты перейдешь из этого мира в другой?

— Нет, — сказал Джейсон, — но остановка тебя стоит такого риска. Если я умру навсегда, найдутся другие, кто возьмет на себя мои обязанности. Ты, может, и единственная надежда для своего народа, но я — не единственная надежда для своего.

Они продолжали идти вперед, пока пустота смыкалась, оказавшись лицом к лицу.

— Мои собратья убивают людей прямо сейчас, — сказал Король.

— Гарантирую, они платят за это цену, — сказал Джейсон, его голос был не агрессивным, а печальным. — Столько смертей, и ради чего? Это ничего не дает.

— Если мы действительно так обречены, как ты говоришь, то мы напишем нашу историю на душе человеческого рода кровью.

— Смерть — плохое наследие.

— Посмотрим, как ты перенесешь свое собственное.

Джейсон даже не почувствовал удара, который убил его, когтистые пальцы вонзились ему в голову. Его тело растворилось во тьме, приняв форму большой птицы, наполненной искрами звездного света.

* Вы умерли. * [Нирваническая трансфигурация] защитила вас от последствий смерти, трансфигурировав вас в новую форму жизни.

* Вы приняли форму звездного феникса. Все снаряжение возвращено в ваш инвентарь.

* Ваша текущая форма неуязвима для нетрансцендентного урона. У вас есть немного времени, чтобы переместиться в безопасное место, прежде чем вернуться в свою обычную форму.

* Этот эффект был израсходован до вашего повышения в ранге.

Форма звездного феникса Джейсона зависла перед Королем. Аура Джейсона и нестабильность пространства вокруг них не уменьшились.

— Я буду убивать тебя столько раз, сколько потребуется! — объявил Король, затем открыл пасть, чтобы издать магически усиленный рев. Звуковые силы, которые уничтожили бы обычную форму Джейсона, безвредно прошли сквозь его состояние феникса.

Пустота сжалась до размера большой комнаты, пространственные силы начали обрушиваться на них. Король наколдовал меч и начал вливать в него магию, которую приберегал для другой стороны, заставляя его светиться трансцендентным светом. Когда он опустил его, аура Джейсона окрасила трансцендентный свет в синий цвет, такой же, как урон разрушительной силы Гордона. Опять же, это убило бы Джейсона в одно мгновение в его обычном состоянии, но было безвредно для феникса.

Король взвыл, когда пустота обрушилась на них, и протопространство подошло к концу.

УМИРАЯ ОТ ЖАЖДЫ В ПУСТЫНЕ

УМИРАЯ ОТ ЖАЖДЫ В ПУСТЫНЕ

За пределами рушащегося второго протопространства небо потемнело над реальным городом Макассар. Красивый закат контрастировал с ужасом внизу, где большие части города выглядели как разбомбленная столица несостоявшегося государства. Когда солнце взошло, это был процветающий город, одна из самых безопасных зон Индонезии — по крайней мере, публично. Последствия войны Сети и Кабалы в тенях оставили на городе шрамы от огня, разрушений и смерти.

Сеть и их военные союзники действовали быстро, и международная поддержка была оперативно мобилизована, но ущерб был в значительной степени нанесен. Первое протопространство опустошило себя монстрами, и запоздалый ответ не смог предотвратить катастрофу в городе с таким количеством людей. Были предприняты быстрые шаги по обеспечению безопасности населения и сдерживанию угрозы, но монстры уже были на свободе.

Смерть и трагедия были повсюду, слишком много гражданских и недостаточно людей, чтобы защитить их. Безумная паника забила улицы до того, как можно было организовать эвакуацию, оставив бесчисленное количество людей под открытым небом. Только цунами поддержки из Индонезии и соседних стран предотвратило превращение города в бойню.

Город вышел из-под контроля, но, по крайней мере, было чувство прогресса в борьбе с монстрами бронзового ранга из первого протопространства. Несколько монстров серебряного ранга были ключевым приоритетом, их находили и уничтожали подавляющей силой.

Затем монстры серебряного ранга начали проявляться из второго протопространства. Первое протопространство появилось на юго-востоке города, в то время как второе охватило запад и север. Сеть знала, что это произойдет, но должна была направить основную часть своих сил на непосредственную угрозу. Вторая волна монстров будет больше, но люди уже умирали от первой. Даже минимальные ресурсы, которые они выделяли на подготовку ко второй волне, опасно истощали их.

Несмотря на конфликт между местными силами Кабалы и Сети, они были вынуждены объединить усилия против опасности. По мере того как начала поступать международная поддержка, напряженность несколько ослабла, поскольку подкрепления стали буфером между ними.

Потери среди команд Сети росли, когда монстры начали появляться из второго протопространства. Монстры серебряного ранга во все возрастающем количестве — это было не то, с чем могла справиться любая сила Сети. Это стало гонкой между прибытием международной поддержки и появлением монстров из второго протопространства, оба процесса эскалировали, по мере того как один час превращался в два, а затем в три.

Это был первый раз, когда протопространство четвертой категории достигло точки выброса своих монстров, по крайней мере на суше. Международная реакция была столь же беспрецедентной, поскольку люди и ресурсы со всего земного шара устремились в Макассар.

Фора, которую имели монстры, и логистические проблемы густонаселенного города затрудняли действия сил Сети. Сохраняющаяся напряженность с союзниками из Кабалы только добавляла проблем и без того нарушенной коммуникации, пока вокруг города создавались аванпосты. Над всем этим нависала угроза одного или нескольких монстров золотого ранга, о приближении которых Сеть знала.

Было принято решение отказаться от попыток искоренить монстров с запада и севера до тех пор, пока не прибудет достаточно международной поддержки, чтобы зачистить монстров серебряного ранга без катастрофических потерь. Была установлена оборонительная линия, и Сеть сосредоточилась на эвакуации как можно большего числа гражданских лиц либо через нее в относительно безопасные части города, либо полностью из города.

Монстры серебряного ранга не облегчали задачу. Лишь ограниченное число людей могло быть эффективно эвакуировано. Несмотря на растущие потери, Сеть продолжала действовать в отчаянии. Помимо монстров серебряного ранга, бродящих вокруг, они понятия не имели, когда появится золотой ранг. В этот момент часть города, в которой он появится, станет зоной полномасштабной войны, где любые оставшиеся гражданские лица будут проигнорированы. Остановка любых монстров золотого ранга будет приоритетом, любой ценой.

В усилиях по эвакуации присутствовали и были активны пять автобусов Тени, но они были далеко не единственными магическими транспортными средствами. Самой быстрой поддержкой, прибывшей из других частей Индонезии и соседних стран, были те, у кого были собственные магические транспортные средства. Были вертолеты, похожие на вертолет Кайто, и автобусы, подобные Тени. Были автомобили и фургоны, бронетранспортеры, самолеты, танки и лодки.

Тень была даже не единственным разумным транспортным средством, хотя большинство из них были наколдованы и очень нуждались в водителях и пилотах. Они варьировались по стилю от обычных транспортных средств до крайне экзотических. Некоторые были гладкими и футуристическими, в то время как другие выглядели как постапокалиптические боевые машины. Были даже откровенно фантастические вариации, такие как самолет в форме железного орла, в комплекте с артикулирующими крыльями.

В конце концов, было принято ужасающее решение вывести все силы из зоны вокруг второго протопространства. Монстры-динозавры лились через листы радужного света, односторонние апертуры, ведущие из протопространства. Все силы Сети отступили за установленные оборонительные линии, и только дроны были отправлены внутрь, чтобы каталогизировать угрозы и ужасы за их пределами. Оставленным гражданским лицам придется искать место, чтобы спрятаться, спасаться самостоятельно или умереть.

На командном посту роль Аси как члена Международного комитета заключалась в убеждении филиалов за пределами Индонезии прислать любые ресурсы, которые они могли. Китай полностью отрицал наличие секретного оружия, как и ожидалось, хотя раскрытие того, что она знала, заставило высвободить некоторые из более публичных ресурсов могущественной нации.

Китай уже отправил множество серебряных рангов на юг, а другие готовились к отправке. Они также отправляли настоящий арсенал ресурсов, от духовных монет до оружия и результатов своей программы магического тяжелого вооружения. Ракеты и установленное на транспортные средства оружие, предназначенное для борьбы с угрозами четвертой категории, были загружены в транспортные самолеты и находились в пути.

Австралия отправила другие активы, включая Кайто, который только что получил бронзовый ранг. Он полетел на север с вертолетом, полным сильнейших серебряных рангов, которых могла предложить Австралия, включая Фарру. За последние восемь месяцев Кайто практически насильно кормили ядрами монстров, и его скорость бронзового ранга позволила доставить ресурсы на место в спешке. По прибытии в Индонезию он был немедленно завербован в эвакуационные подразделения, в то время как Фарра была переведена на оборонительный фронт.

* * * Над запретной зоной один из дронов, контролирующих ситуацию, был передовой, магически усиленной моделью наблюдения серебряного ранга. Он даже приземлил некоторых летунов бронзового ранга, поразив их крылья своими бортовыми системами вооружения.

Раннее и своевременное прибытие нескольких таких дронов было заслугой Соединенных Штатов. Что их операторы делали в регионе с такой продвинутой магической техникой наблюдения, не объяснялось, и, учитывая обстоятельства, никто не спрашивал.

Дрон обнаружил магический всплеск четвертой категории, отправив сигнал тревоги своему оператору на контрольный пост Сети. Оператор передал сообщение, и его небольшая палатка вскоре заполнилась людьми. Командир аванпоста, тактический командир и связной Международного комитета пришли посмотреть на монитор, как и Фарра, которую никто не был настолько глуп, чтобы пытаться остановить.

— Итак, это оно, — сказал командир аванпоста голосом, полным трепета. — Четвертая категория.

— Ваш друг Асано выиграл нам ценное время, — сказала тактический командир Фарре. — За эти дополнительные часы прибыло тяжелое вооружение из Китая. Я отправила координаты, и они готовятся к развертыванию.

— Нам нужно знать, с чем мы имеем дело, — сказал командир аванпоста. — Один из монстров-динозавров, но больше? У нас появится какой-нибудь Годзилла?

— Возможно, учитывая размер этой апертуры, — сказал связной комитета. На экране перед ними радужная апертура золотого ранга достигала от земли высоты четырехэтажного здания.

— Думаю, один из разумных монстров более вероятен, — сказала тактический командир. — Вероятно, их лидер.

Тактический командир была сосредоточена на разумных монстрах из-за их организации более крупных особей. До сих пор более умные монстры консолидировались, а не предпринимали крупных движений, как будто ожидая или готовясь к чему-то. Это привело к теории, обсуждавшейся среди тактических командиров аванпостов оборонительной линии, что монстр золотого ранга будет их лидером.

Фарра хранила молчание. Вместо монстра золотого ранга был кто-то другой, кого она хотела увидеть вышедшим из протопространства. У нее уже были люди, следящие за автобусами Тени, которые были связаны с Джейсоном. Тень не могла общаться с ним в протопространстве, но могла, по крайней мере, чувствовать его общее состояние. Там произошло что-то очень радикальное, и они не были уверены, что именно. Он дал знать Фарре, и она теперь с тревогой ожидала возвращения Джейсона.

Наконец, что-то появилось из радужной апертуры. Оно было миниатюрным по сравнению с большинством динозавров, но, будучи в два раза выше человека, оно, несомненно, было чудовищным. Оно пошатывалось, выходя из света, медленное и неловкое. По мере того как оно спотыкаясь двигалось вперед, едва держась на ногах, оно обнаружило зомбиподобный вид: почти половина его плоти была содрана.

Его левая рука отсутствовала полностью, а плоть с левой стороны головы была содрана до кости. Оно было одето в скрученные остатки доспеха, большая часть которого отсутствовала, обнажая раны, которые не пережили бы даже серебряные ранги. Его скелет был виден во многих местах, а внутренности свисали перед ним, пока оно ковыляло, делая шаг за шагом.

— Нежить? — предположил командир аванпоста.

— Дрон обнаруживает жизненную силу, — сказал оператор дрона. — Эта штука каким-то образом все еще жива. Хотя она в плохом состоянии.

— Думаю, мы все это видим, — сказал связной комитета.

— Это больше, чем просто то, что мы видим, — сказал оператор. — Что бы ни случилось с этим монстром, это оставило его с серьезным магическим дефицитом. Он пытается поглотить магию, чтобы подпитать свое восстановление, но окружающая магия слишком низка. Это человек, умирающий от жажды в пустыне.

— Вы можете определить все это? — спросил связной комитета. — Насколько сложен этот дрон?

— Я не уполномочен раскрывать эту информацию.

— Что смогло сделать такое с монстром золотого ранга? — вслух задалась вопросом Фарра.

— Мы получаем сообщения о монстрах, прибывающих уже мертвыми, — сказала тактический командир. — Ритуалисты предполагали, что есть проблема с апертурами. Если это то, что случилось с золотым рангом, нам, возможно, очень, очень повезло.

Палатка стала немного более многолюдной, когда ворвалась Акари.

— Он вернулся? — спросила она Фарру.

— Оказывается, монстр золотого ранга прибыл весь израненный, — сказала ей Фарра. — Командир здесь думает, что нам повезло.

— Вы думаете, это был Асано? — спросил командир. — Даже если он самый мощный второй категории на Земле, он все еще второй категории. Сделать такое с четвертой категорией невозможно.

— Невозможно — это своего рода его фишка, — сказала Фарра. — Он делает невозможное, а затем следует за этим либо чем-то идиотским, либо…

Она ухмыльнулась, когда темная фигура появилась из радужной апертуры.

— …оскорбительно драматичным выходом.

Они наблюдали за кадрами дрона, как большая птица, сделанная из звездной тьмы, медленно вылетела из радужного света. Она кружила в воздухе над монстром золотого ранга, пока свет внутри собирался в две точки, близко друг к другу. Тьма переформировалась в плащ, полностью окутывая гуманоидную фигуру. Две точки света внутри капюшона были его единственной чертой, образуя пару ярких серебряных глаз.

— Четкость этой камеры дрона потрясающая, — сказал связной комитета.

— Это то, что вы вынесли из того, что только что увидели? — спросил командир аванпоста.

— Я просто думаю, что нам действительно пригодились бы такие, — сказал связной. — С кем мне поговорить о том, чтобы получить несколько?

— Вам придется поговорить с моим командиром, — сказал оператор.

— И как мне связаться с ними?

— Я не уполномочен раскрывать эту информацию. Монстр, кажется, говорит, поэтому я включаю звук.

На экране они увидели, как монстр говорит. Когда включился звук, они услышали гортанные слова на рычащем языке, произнесенные голосом, полным ярости и боли.

— Кто-нибудь понимает это? — спросила тактический командир.

— Трудно сказать, — сказала Фарра. — Большая часть его рта отсутствует, но я полагаю, он сказал что-то о том, чтобы убивать Джейсона снова и снова.

* * * — Я предупреждал тебя, — сказал Джейсон Королю. — Твоя кончина будет уродливой, а убийство меня ничего не даст.

— Я еще не закончил убивать тебя!

Несмотря на свои слова, Король был истощен, едва способный делать шатающиеся шаги в сторону Джейсона. Он наколдовал меч не как оружие, а как трость, что оказалось ошибкой. Расходование маны только ухудшило его состояние. Его атрибут восстановления пострадал больше всего от слабой окружающей магии, и он был тем, который ему был нужен больше всего. Однако он также был наиболее зависим от окружающей магии, что отрезало Королю путь к восстановлению.

— МЕНЯ НЕЛЬЗЯ УБИТЬ ТАКИМ, КАК ТЫ, — закричал Король, это было скорее мольбой, чем утверждением.

— Я сочувствую твоей судьбе, поэтому сделаю это как можно быстрее и безболезненнее.

Джейсон поднял руку, указывая на точку над головой Короля.

— Мой суд, и суд этот — смерть.

Он опустил руку, как молоток, когда столб трансцендентного света обрушился с неба на почти беспомощного Короля.

Заклинание не было усилено ни одной из способностей Джейсона, но это было самое мощное исполнение его добивания, которое он когда-либо делал. Способности добивания наносили экспоненциальный урон в зависимости от состояния цели, а золотой ранг пережил урон, который убил бы любого серебряного ранга, несколько раз. Половина плоти Короля уже отсутствовала, и он выглядел больше как неживой ревенант, чем как живое существо.

Даже если бы у Джейсона не было способности обходить подавление ранга, трансцендентный урон его заклинания сделал это. Король был полностью скрыт в сияющем свете золотого, серебряного и синего. Когда свет угас, даже монстр золотого ранга не смог устоять и полностью исчез.

* Вы победили [Король Динозавров].

* Вы получили новый титул: [Убийца Великанов].

* [Король Динозавров] был полностью уничтожен. Добыча собрана автоматически. * [Доспех Короля Динозавров] добавлен в ваш инвентарь. * [Ядро монстра (золотое)] добавлено в ваш инвентарь.

* 10 [Золотых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 10000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

* Вы победили значительно более могущественного врага. Ваша способность [Непокорный] выделила дополнительную добычу из [Король Динозавров]:

* [Триада Душевного Начертания] добавлена в ваш инвентарь.

* 100 [Золотых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 10000 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Джейсону не нужно было дышать уже больше года, но он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. После его трансформации и возвращения в физическую форму его тело чувствовало, как будто через него проходит молния.

Раздался ужасающий крик, и он повернул голову. Дрон, который он чувствовал парящим в воздухе, был не единственным, что было привлечено апертурой золотого ранга, и Джейсон обернулся, чтобы увидеть одного из разумных динолюдей серебряного ранга, смотрящего на него с ошеломленным недоверием.

Джейсон наколдовал свой кинжал и принялся за работу.

ДОСТАТОЧНО МОЩИ

ДОСТАТОЧНО МОЩИ

Джейсон вытягивал жизненную силу из мертвых монстров вокруг, когда дрон спустился и завис перед ним.

— Джейсон, — раздался из него голос Фарры. — Я могу направить тебя обратно к линии обороны.

— Тень уже ввел меня в курс дела, — ответил Джейсон. — Множество гражданских были брошены по эту сторону линии, и многие из них все еще здесь, прячутся. Только разумные люди-динозавры обладают аурами, которые хоть чего-то стоят, так что выживших немало.

— Тебе нужно вернуться для отчета, — произнес другой голос.

— Вот мой отчет: золотой ранг мертв, и других нет. Здесь много напуганных людей, так что я собираюсь их забрать. Если у вас есть желание хоть как-то помочь, дайте знать, и я буду рад скоординировать действия.

— Черт с ним, я в деле, — сказала Фарра.

— Фарра, — раздался голос Аси. — Мне кажется, ты немного перенимаешь местные привычки. Как ты, Джейсон?

— Есть люди, которым я нужнее в деле, чем мне нужен отдых.

— Акари тоже будет участвовать, — добавила Фарра. — Можешь прислать нам несколько Теней?

— Он отправляет тела по мере того, как автобусы заканчивают свои текущие рейсы в других местах. Я попрошу его перенаправить часть к вам.

* * * Выражение лица Аси было мрачным, когда она вышла из палатки оператора дронов.

— Он не в порядке, что бы он ни говорил.

— Конечно, нет, — согласилась Фарра. — Готова поспорить, внутри он запутан, как мешок с распутанной пряжей, который нашла на задворках бабушкиного шкафа.

— Ему нужно остановиться и отдохнуть, — сказала Ася.

— Так рассуждает тот, кто хочет для него лучшего, — ответила Фарра. — Нам нужно думать о том, что лучше для всех людей в закрытой зоне.

— Мы не знаем, через что он прошел, Фарра. Что бы там ни случилось с ним и тем монстром четвертой категории, это превратило его в птицу. Его сила полета работает не так.

Фарра прекрасно понимала, почему Джейсон превратился в птицу, но она была единственной, кому Джейсон открыл истинную природу своей способности, поэтому она оставила это при себе.

— Он не вернулся, потому что знает: если остановится, то надолго, — сказала Фарра. — Ему нужно продолжать держать крышку, пока котел не взорвался.

— Совершенно верно, — сказал Тень, появляясь рядом с ними. — Мистер Асано сильно напряжен, но я достаточно долго был с ним, чтобы знать: он не позволит себе отдохнуть, пока работа не будет сделана.

— Очистка этого города от монстров займет в лучшем случае несколько дней, — заметила Ася.

— Тогда лучше не медлить, — ответил Тень. — Я уже нашел мисс Акари.

Ася поморщилась, но кивнула.

— Они не возобновят эвакуацию, пока команды зачистки не начнут очищать закрытую зону, — сказала она. — Попробую тем временем перенаправить какие-нибудь ресурсы на помощь. Наверное, смогу привлечь американцев с их дронами, чтобы они искали группы выживших.

— Вот это дело, — сказала Фарра. — Тень, пошли.

* * * Хотя Сеть приостановила дальнейшую эвакуацию, как и говорила Ася, они не теряли времени даром, формируя команды для зачистки закрытой зоны. Это оставило Джейсона, Акари, Фарру и пять автобусов мародерствовать вокруг, собирая выживших. Ударные группы координировались с ними всякий раз, когда натыкались на группы гражданских, в то время как мини-команда Джейсона направляла ударные группы на стада монстров.

Фарра больше отдыхала в одном из автобусов, чем сражалась, сохраняя свежесть для моментов, когда требовалось максимальное убийство с максимальной скоростью. Акари отдыхала, когда могла, ее выносливость обеспечивала ей солидное время работы. Джейсон не останавливался вовсе и едва ли оставался вблизи автобусов. Он поддерживал связь через интерфейс своей группы, выполняя роль разведчика и проводника.

Джейсон, Фарра и Акари сражались только по необходимости, но необходимость возникала часто. Активное истребление монстров они оставили Сети, однако на их счету было немало убийств, поскольку монстры также охотились за выжившими. К счастью, у Джейсона появилось новое оружие против полчищ монстров.

Новый титул: [Убийца Великанов]

* Преодоление гораздо более сильного врага оставило на вас неизгладимый след, который могут почувствовать другие. Это может вызвать реакцию страха у неразумных и слабовольных, если ваша аура значительно сильнее их. Тот факт, что ваш фактический ранг ниже их, не уменьшает этот эффект.

Джейсон использовал взрывы ауры, чтобы заставить стада неразумных динозавров покинуть территорию, давая им передышку, чтобы вытащить выживших из любой норы, где они прятались, и посадить в автобус. Если стадами управлял разумный дино-монстр, это не срабатывало, но зато Джейсон понимал, что здесь есть добыча для охоты.

На следующий день после падения монстра золотого ранга достаточное количество ударных групп, состоящих из серебряных рангов Сети, прочесывали закрытые зоны, так что были разрешены другие меры эвакуации. Кабал участвовал в зачистке монстров, но не в эвакуации гражданских, поскольку они сами часто казались монстрами. Некоторые из Кабала жаловались, что они меньше похожи на монстров, чем Джейсон Асано, но исключений не делали.

Еще до официального возобновления эвакуации в закрытых зонах горстка других присоединилась к Джейсону, игнорируя указания Сети и проводя эвакуацию раньше срока. В основном это были команды серебряного ранга, имевшие хотя бы одну способность, связанную с транспортом.

Фарра ушла спать на второй день, вернувшись после полудня отдыха. Акари сделала то же самое на третий день. Джейсон не только не отдыхал, но едва ли даже замедлялся, восполняя силы за счет врагов и продвигаясь вперед. К пятому дню даже Фарра смотрела на Джейсона с беспокойством.

— Большинство выживших собраны, — сказала она ему, когда он высадил полный автобус спасенных людей в одном из лагерей эвакуации Сети. — Большинство монстров исчезли.

— Дай мне гарантию, что если я остановлюсь, никто не умрет, кто выжил бы, если бы я этого не сделал, — сказал он.

— Ты знаешь, что я не могу этого сделать.

— Тогда ты знаешь, что я не могу остановиться.

Он не предложил дальнейших объяснений и снова шагнул в автобус. Фарра и Акари обменялись обеспокоенными взглядами, прежде чем последовать за ним.

Все они видели в предыдущие дни горы трупов, которые затмевали Брокен-Хилл. Никто из них не вышел из этого без душевных травм. Джейсон почти не говорил, и по мере того, как выживших становилось все меньше, он все больше бросался на истребление каждого встреченного монстра. Гигантские динозавры стирались с лица земли с холодной, жестокой эффективностью. Интенсивность Джейсона начинала пугать выживших, которых они находили.

Силы Сети ранее нанесли на карту зоны города, и по мере продвижения работы начали объявлять их свободными от монстров. Были размещены удерживающие команды, чтобы убедиться, что они остаются таковыми. Пришла команда местных чиновников Сети в сопровождении серебряных рангов, чтобы допросить Джейсона. Он спросил, несут ли они ответственность за случившееся, и ему не понравился их политический ответ о национальном суверенитете и перекладывании вины на Кабал. Серебряные ранги наложили свои ауры друг на друга, чтобы защитить чиновников от давления ауры Джейсона, прежде чем он ворвался обратно в город.

* * * Адриен Барбу, теперь известный как Мистер Восток, смотрел на застывшее изображение звездной птицы и зомбиподобного монстра. Рядом с ним стоял Мистер Север.

— Возможно, я ошибался, выступая против идеи убить его, — сказал Барбу.

— Асано не одолел монстра четвертой категории грубой силой, — сказал Мистер Север. — Он использовал опасности окружающей среды, обстоятельства и возможность.

— Можно поспорить, что способность сделать это является большей угрозой, чем грубая сила, в которой он, впрочем, тоже не отстает. Он силен для своего уровня, и его мощь продолжает расти.

— Поступают сообщения, что он скоро перейдет на третью категорию, возможно, даже в результате текущих событий.

— Достаточно мощи перевешивает все, — сказал Мистер Север, — а новая мощь не будет достаточной для того, что грядет.

Барбу прищурился на Мистера Севера, прежде чем привести выражение лица в норму. На губах Мистера Севера играла улыбка.

— Говори, что думаешь, Мистер Восток.

— Ничего.

— Я сказал: говори, — потребовал Мистер Север, его голос был полон мрачного обещания.

— Мне пришло в голову, — неохотно сказал Барбу, — что, возможно, события не отклонились от их замысла так далеко, как мы все думаем. Я иногда задавался вопросом, не знал ли кто-то с самого начала, какими будут последствия, и не проектировал ли он эти события так, чтобы они шли именно так, как он хотел. Если то, что казалось планами, идущими наперекосяк, на самом деле было масками в масках в масках. Мы собираемся совершить то, что должно стать нашим эндшпилем, но вы смотрите дальше, на вещи, которые для остальных из нас скрыты во тьме.

— Вы мне нравитесь, Мистер Восток. Вы видите то, что другие упускают из виду. Вы берете фрагменты и распознаете хотя бы часть целого.

— Вы собираетесь убить меня сейчас?

— Нет, Мистер Восток. Хороших помощников трудно найти.

* * * Последствия катастрофы в Макассаре будут сказываться на городе еще долгие годы, но роль Джейсона была завершена через восемь дней. Поездка в Японию была отложена, и он направился домой с Акари и Фаррой на заднем сиденье вертолета Кайто. Кайто сконфигурировал основную часть своего сотворенного транспортного средства в роскошный пассажирский отсек. Ася осталась позади, так как требования на земле сменились с тактических на логистические.

Джейсон набросил свой сильно поврежденный боевой халат на кресло и стоял, глядя на него. Халат, сшитый для него на заказ Гилбертом Бертинелли, был для него тихим защитником, но магия в нем угасла. Несмотря на значительные способности к самовосстановлению, Джейсон много раз доводил его до грани разрушения, во многих случаях во время отчаянной борьбы в последнем прото-пространстве.

У Джейсона был магический предмет, который мог повысить ранг высококачественного предмета, и он намеревался использовать его на халате, как только достигнет серебряного ранга. Теперь это было невозможно, и он аккуратно сложил то, что осталось от одежды, и вернул ее в свой инвентарь. Он упрекал себя за то, что оплакивает потерю предмета одежды, когда десятки тысяч людей мертвы.

Фарра встала и подошла к тому месту, где он смотрел на теперь пустое кресло. Хотя она не была с Джейсоном, когда он сражался в одиночку в прото-пространстве, они вместе столкнулись с ужасами Макассара. Однажды они нашли школу, где целый класс детей спрятался во дворе. Монстры нашли их первыми, и теперь Джейсон и Фарра видели вещи, которые никогда не смогут развидеть. Они мягко прислонились друг к другу в поисках утешения.

— Я скучаю по Гэри, — сказала Фарра. — Мне бы сейчас не помешал большой волосатый комок счастья.

— Я колеблюсь, стоит ли это говорить, — сказал Джейсон, — поскольку нам всем сейчас не помешали бы утешительные мысли, но Гэри плохо перенес твою потерю. Сомневаюсь, что он намного лучше перенес потерю меня.

— Ничего страшного, — сказала Фарра. — Не могу дождаться, чтобы увидеть выражение его морды, когда он снова нас увидит.

Джейсон повернул голову, чтобы одарить ее грустной улыбкой.

— Хорошая мысль, — сказал он. — Теперь мне есть чего ждать.

* * * Джейсон стоял под куполом в своем облачном доме, глядя на воду. С момента до Брокен-Хилла и на протяжении недели в Макассаре он спал всего один раз, поддерживая себя духовными монетами, а также маной и выносливостью, которые он вытягивал. Теперь, когда он вернулся, он все еще не спал.

За время своего пребывания в качестве пользователя эссенций Джейсон полностью убедился, что эссенции делают что-то с разумом, помогая ему перерабатывать травмы. Однако существовал предел, в который после Брокен-Хилла, а затем Макассара он врезался, как в сплошную стену.

Он знал, что по сравнению с людьми в обоих местах, которые потеряли свои жизни или целые семьи, ему не на что жаловаться. У него были сила и ресурсы, чтобы обезопасить себя и свою семью, что и было сделано с Деревней Асано. Это заставляло его чувствовать еще большую вину за то, что он сделал это, в то время как тысячи других семей погибли.

Он почувствовал Даун у воздушного шлюза и открыл облачный дом для нее одной мыслью. Через мгновение она нашла его, стоящего на том же месте, где он был, когда она в последний раз оставила его.

— Прости, что прихожу к тебе так, после всего, через что ты прошел, — сказала она.

— То, через что я прошел — ничто, — сказал Джейсон. — Число погибших в Макассаре официально превысило сто пятьдесят тысяч сегодня, и они все еще считают мертвых в кучах. Буквально в кучах тел.

Его голос дрогнул, когда он говорил, почти переходя в рыдания.

— Я знаю, — мягко сказала Даун. — Это не меняет того факта, что ты видел ужасы, которые люди никогда не должны видеть. Тебе нужно время на восстановление, что делает то, что я должна сказать, трудным.

— Мне нужно в Японию, — сказал он.

— Да. Сетка может начать активироваться менее чем через неделю. Фарра оценивает немного больше, но времени мало. Нам нужна эта дверь, прежде чем мир обнаружит ее и ее потенциал.

— Хорошо, — сказал Джейсон.

— Сначала ты должен поспать, — сказала она. — Много. После этого тебе нужна медитация. Это поможет тебе вернуться в равновесие, но ты это знаешь.

— Я перейду на серебро. Я чувствую это.

— Вот почему ты тянул, — поняла Даун. — Серебряный ранг ощущается как награда, которую ты не заслуживаешь.

— Все остальные получили страдания и смерть, — сказал Джейсон. — А я получаю силу и мощь? Как это справедливо?

— Ты можешь быть дураком высшей пробы, Джейсон Асано, но даже ты не настолько глуп, чтобы думать, что космос справедлив.

— Он должен быть таким.

— Если тебе не нравится, как все устроено, тогда измени это. Все, что тебе нужно — это достаточно мощи.

СЕРЕБРО

СЕРЕБРО

Джейсон был на крыше главного жилого здания в Деревне Асано. Там была вертолетная площадка и, как скоро станет важно, оборудование для очистки вертолета. Он не использовал облачный дом для медитации, потому что запас разбавленной кристаллической промывки, которая была топливом для его функций очистки, был ограниченным ресурсом. Как только он перейдет черту к серебру, будет довольно много беспорядка.

Джейсон подавал в облачную колбу все, от квинтэссенции очищения до высококачественных чистящих химикатов, чтобы уменьшить ее зависимость от кристаллической промывки. Был достигнут некоторый успех, но в конечном итоге это лишь оттягивало неизбежное. Джейсон искал местную замену кристаллической промывке, но, в конце концов, ничего подобного оригиналу не нашлось.

По этой причине Джейсон решил не переходить на серебряный ранг в облачном доме, где ограниченный запас кристаллической промывки был бы потрачен на очистку одной из самых трудноудаляемых грязей, которые только можно создать. Вместо этого Джейсон выбрал вертолетную площадку на крыше главного здания с ее системами очистки под высоким давлением. Фарра наблюдала за ним, держась на расстоянии на краю крыши. Она не собиралась позволить никому или чему-либо вмешаться в один из самых важных моментов жизни Джейсона.

Стоя на краю крыши, Фарра обернулась, когда почувствовала всплеск силы позади себя. Джейсон был в позе медитации со скрещенными ногами, излучая серебряный свет и паря на расстоянии вытянутой руки над поверхностью вертолетной площадки. Он распрямил ноги и легко опустился на крышу.

Джейсон и Фарра обменялись улыбками, но она не подошла ближе, зная, что процесс только начался. Вскоре Джейсон перешел к фазе очищения своего повышения ранга, его тело выводило большую часть своей массы прямо через поры кожи. Хотя оно уже сильно отличалось от человеческого, в теле Джейсона бронзового ранга все еще оставались плоть, кровь и кости. Они расщеплялись и выводились, сочась из его кожи, пока кожа тоже не была переработана.

Тело Джейсона превратилось в светящуюся сущность света, сияющую сквозь грязь, которая упрямо цеплялась за него, пока он парил в воздухе. Волна магии хлынула из него, привлекая внимание всех в Деревне Асано, обладающих магией или чувствами ауры.

По всей деревне те, кому дали эссенции, повернули головы в сторону Джейсона. Некоторые из более далеких отправились на разведку, в то время как те, кто был ближе, бросились прочь от сокрушительно подавляющей силы проекции ауры. В медицинском центре горстка присутствующего персонала Сети почувствовала себя так, будто кто-то прошел по их могиле.

Аура Джейсона продолжала доминировать в деревне, пока его тело переделывалось внутри серебряного света, вырастая из ядра, пока новое тело не оказалось на месте, скрытое под грязью. Свет погас, и он опустился на крышу, пошатываясь, но сумев удержаться на ногах. Вскоре после этого Фарра смывала его промышленным шлангом, который смотрелся бы уместно на пожарной машине.

— Как ты себя чувствуешь? — громко спросила она.

— Как заключенный в антиутопическом научно-фантастическом фильме, — крикнул он в ответ, когда мощная струя воды ударила в него.

— Ты не потерял сознание. Это хорошо.

— Я немного одурел, но моя энергия быстро возвращается.

— Это работает твой атрибут восстановления серебряного ранга.

Он также потребил духовную монету серебряного ранга.

— Тебе стоит зачистить несколько прото-пространств, чтобы освоиться со своими свежеулучшенными силами, — предложила Фарра. — Особенно учитывая, что добрая горстка твоих способностей резко повысила ранг в конце.

— Нет времени, — сказал Джейсон. — Я собираюсь отправиться в Японию сегодня.

— Тогда я еду с тобой. Я месяцами сидела взаперти с кучей ритуалистов, но теперь ничего не остается, кроме как ждать, пока сетка снова выйдет в онлайн. Теперь, когда ты достиг серебряного ранга, пришло время нам с тобой наделать шума.

— Это дипломатическая поездка, — сказал Джейсон.

— Ровно до тех пор, пока это не перестанет быть таковой, — парировала Фарра. — Кстати, нам стоит взять мою маленькую ученицу.

Пока Фарра продолжала поливать его из шланга, Джейсон думал о том, как потерянно он себя чувствовал, когда прибыл в другой мир. Если Эми действительно станет искателем приключений и присоединится к его возвращению в другой мир, он хотел, чтобы она была максимально подготовлена.

Когда Фарра закончила, тонкая пленка трудноудаляемой грязи все еще покрывала его новое тело. Это было бы не слишком обременительно для душа с разбавленной кристаллической промывкой в облачном доме. Джейсон открыл портал в облачный дом, но помедлил, прежде чем шагнуть внутрь.

— Ты права, — сказал он. — Нам нужно поговорить с ее матерью.

* * * Джейсон чувствовал себя живой батарейкой. Он принял душ в куполе ванной комнаты облачного дома, все еще нервничая после повышения ранга. Переход с бронзы на серебро был значительным скачком в силе, и он чувствовал, как магия движется по его телу, словно электрический ток. Он чувствовал окружающую магию в мире вокруг себя, в воздухе и воде, брызгающей на его кожу. Способность Джейсона контролировать собственную физиологию достигла нового уровня, и он смог отрастить волосы, просто сосредоточившись.

Вытираясь полотенцем, он почувствовал, как Ася, Даун и Фарра приближаются к облачному дому через подземный туннель. Он также почувствовал что-то вместе с ними в вагонетке. Похоже, это был большой ящик с магическими материалами. С его атрибутом духа, теперь серебряного ранга, его восприятие больше не напрягалось под постоянной угрозой сенсорной перегрузки. Он работал над управлением этим с тех пор, как его сила восприятия повысила ранг, но теперь то, что требовало усилий, стало делом легкости.

Джейсон прошел через туннель из купола ванной в купол гостиной, разливая поднос с напитками, пока ждал, когда Тень проводит их. Фарра прибыла, неся ящик, что было скорее испытанием на неудобство, чем на вес, учитывая ее колоссальную силу. Хотя они оба были теперь серебряного ранга, грубая физическая сила Джейсона все еще не могла сравниться с силой Фарры.

— Это квинтэссенция, — сказал Джейсон, его магические чувства распознали содержимое ящика. — Все серебряного ранга. Это целое состояние.

— Международное сообщество хотело выразить свою признательность за ваши усилия в Макассаре, — сказала Ася. — Вы спасли много жизней, как в сдерживании второго прото-пространства, так и в борьбе с четвертой категорией.

— Мне повезло, — сказал Джейсон. — Это было стечение обстоятельств, которое вряд ли повторится.

— Вскоре после того, как мы встретились, — сказала Фарра, — я упомянула Руфусу, что тебе повезло. Знаешь, что он мне ответил?

— Зная Руфуса, вероятно, что-то, что он услышал от своего деда.

— Конечно, так и было, — усмехнулась Фарра. — Он сказал, что великие искатели приключений — это те, кто превращает возможность в удачу. Или что-то в этом роде. Суть в том, что когда одно и то же продолжает происходить, хорошее или плохое, в конце концов, приходится признать, что это не удача. Это ты.

— Ты не был избран Мировым Фениксом, — сказала Даун. — Ты был оппортунистическим выбором, ставшим доступным, когда тебя затянуло между мирами по воле случая, но мы могли бы найти кого-то гораздо хуже.

— Спасибо, — сказал Джейсон.

— Мы бы предпочли Кайто, очевидно, — добавила Даун, — но нельзя получить все.

— Это очень холодно, — сказала Ася с болезненной усмешкой, когда Джейсон посмотрел на Даун с отвисшей челюстью.

— Что это за слова такие? — спросил Джейсон.

— Ты пробил мой нос через мой мозг, — сказала Даун.

— Что? — спросила Ася.

— Ты все еще жалуешься на это? — спросил Джейсон.

— Это говорит человек, который все еще злится, что они повторно использовали кадры для четвертого сезона «Воздушного волка», — сказала Ася. — Прости, Джейсон, но этот сериал был плохим еще до того, как они урезали бюджет.

— Я мог бы поклясться, что этот разговор начался с благодарности мне за то, что я великий, — сказал Джейсон. — Похоже, он принял другой оборот.

— Ничто так не говорит «спасибо», как огромный ящик квинтэссенции, — сказала Фарра.

— Как я и сказала, — объяснила Ася, — международное сообщество хотело выразить свою благодарность. Международный комитет, филиалы, все. Китай казался особенно благодарным за то, что избежал вопросов о мощном секретном оружии, которое им не пришлось применять.

— Ася заставила их залезть в свои запасы ради хороших вещей, — сказала Фарра.

— Мы знаем, что ты месяцами пытался выторговать определенные труднодоступные материалы, — сказала Ася.

— Того, за чем я охотился, недостаточно, чтобы заполнить этот ящик, — сказал Джейсон.

— Я предложила добавить то, что тебе нужно для улучшения облачной колбы, — сказала Фарра. — Даун дала нам конкретные требования.

— Фарра, это целое состояние материалов в вашем мире, — сказал Джейсон. — В этом — это бесценно.

— Джейсон, — сказала Ася, — я не уверена, что ты понимаешь, насколько Сеть нервничает из-за угроз четвертой категории. Каждое решение, которое у нас есть, дорогое, непроверенное и почти наверняка повлечет за собой возмутительный сопутствующий ущерб. На четвертой категории даже монстр, достаточно глупый и медленный, чтобы стоять перед нашим тяжелым оружием, все еще является сомнительным предложением. А тот, кто умен и быстр? Китайцы прислали нам магически усиленное ядерное устройство. Это был наш последний резервный план.

— А еще, заткнись и забирай добычу, — сказала Фарра. — Что за идиот жалуется на огромную кучу сокровищ?

— Ты собираешься сказать нам, что не заплатил цену в Макассаре? — спросила Ася.

— Конечно, заплатил, — сказал Джейсон. — Но так же, как и тысячи других, начиная с граждан Макассара. Им всем отправляют ящики, полные сокровищ?

— Ты был учеником Руфуса больше, чем моим, — сказала Фарра. — Похоже, ты перенял его привычку измерять себя своими неудачами. Каким бы могущественным он ни становился, каким бы искусным ни был, он всегда фокусируется на временах, когда не справился. На людях, которым не смог помочь. Уверена, ты видел это после того, как я умерла.

— Да, — признал Джейсон.

— Это то, что делает его слабым и сдерживает, — сказала Фарра. — У тебя есть свои недостатки, с которыми нужно разбираться, так что не бери еще и его.

— Какие недостатки?

— Ты серьезно? Ты веришь в свободу, но у тебя сердце тирана. Ты будешь делать то, что считаешь правильным, независимо от того, чего это стоит или кто стоит у тебя на пути. Это было бы достаточно невыносимо, если бы ты всегда был прав, но у тебя есть неприятная привычка сначала становиться уверенным, а потом осведомленным. Ты хоть представляешь, сколько вреда может нанести праведник с реальной силой? Помнишь Анису?

Фарра покачала головой.

— Ты должен осознать, какой потенциал у тебя есть к этому моменту, — продолжила она. — Ты как Руфус в том, что пока ты не стоишь у себя на пути, ты будешь одним из великих. Больше, чем я, или Гэри, или даже Эмир. Тебе просто нужно избегать саморазрушения на этом пути. А еще, как и Руфус, ты своего рода дива.

— Дива?

— Ты был склонен к мелодраме задолго до того, как у тебя появилась магия, — сказала Ася. — А еще твоя фирменная сила — это блестящий плащ.

— Это не плащ!

— Послушай, — сказала Ася. — Эвакуированным из Макассара отправляют ящики с едой, потому что это то, что им нужно. Тебе отправили ящик, полный сокровищ, потому что это то, что нужно тебе. Пока ты был здесь, повышая ранг, Даун и я информировали Сеть о том, что произойдет после того, как сетка снова выйдет в онлайн. Нам нужно, чтобы ты был настолько силен, насколько можешь, для этого.

— Если только ты не думаешь, что уже достаточно силен, — добавила Даун.

— Не существует «достаточно силен», — сказал Джейсон.

— Что возвращает нас к тому, чтобы ты заткнулся и забрал чертовы сокровища, — сказала Фарра. — С тобой иногда так трудно иметь дело. Ты превращаешь самую простую вещь в мире в огромное событие.

Джейсон огляделся и увидел три согласных лица.

— Ладно, — капитулировал Джейсон. — Передайте мою благодарность тому, кто прислал все это.

— О, Терренс заставит тебя записать кучу благодарственных видео, — сказала Ася.

— Это он так думает, — пробормотал Джейсон, направляясь к ящику. Он поднял его и запихнул в свой инвентарь, прежде чем открыть свое хранилище духа и войти внутрь, оставив трех женщин позади.

— Куда он перемещается? — спросила Ася.

— Это не портал, — сказала Фарра. — Это ведет в его хранилище духа. Это внутренняя часть его души. Вроде того. Думаю. Я не до конца уверена в деталях.

— Полудуховная природа Джейсона позволила одной из его способностей создать настоящее физическое царство, — объяснила Даун. — Вы могли бы считать его живым астральным пространством.

Ася посмотрела на арку.

— Его душа там?

— Это сложнее, чем кажется, — сказала Даун, — но, в общих чертах, да.

— Нам разрешено войти? — спросила Ася. — Он ничего не сказал ни в ту, ни в другую сторону.

— Вы можете войти, только если доверяете ему, — сказала Фарра. — И я имею в виду по-настоящему доверяете, без всяких оговорок. Он бог этого мира и имеет полную власть над вами там. Если у вас нет полной веры в него, ваша собственная душа не впустит вас. Мнение Джейсона таково, что любой, кто может войти, имеет право войти.

Фарра перевела взгляд на Даун.

— Может быть, она достаточно сильна, чтобы не попасть под его контроль.

— Мое истинное тело — да, — сказала Даун. — Этот аватар неспособен войти в хранилище Джейсона. Или, точнее, это разорвало бы его связь с моим истинным «я», и он бы погиб.

Ася нерешительно подошла к арке и подняла руку. Она достигла темноты внутри и остановилась, словно ударилась о стену.

— Полное доверие — это нелегко, — успокоила ее Фарра. — Это нормально — любить его так сильно, как ты, и все еще иметь оговорки.

— Ты можешь войти?

— Когда мы с Джейсоном были незнакомцами, а он был почти бессилен, он бросился в опасность, чтобы спасти меня и моих спутников. Такое доверие, о котором мы говорим, приходит либо от близости, которую вы все еще строите, либо от того, что вы вместе прошли через огонь. Только потому, что вы еще не там, не значит, что тебе на него плевать.

— Это значит, что у меня есть оговорки.

— Конечно, есть, — сказала Фарра. — Только Эрика, Эми и я были там. Если бы у тебя был такой уровень доверия на данном этапе ваших отношений, это было бы нездорово. Если бы ты действительно прошла через эту арку, это, вероятно, напугало бы его.

— Это означало бы неуместный уровень эмоциональной вовлеченности, — согласилась Даун. — Фарра не хочет от него того, чего хочешь ты. Доверять как другу и спутнику — это немало, но не требует такой же уязвимости, как тот вид связи, который ты хочешь.

— Я доверяю Джейсону свою жизнь, — сказала Фарра. — Ты, вероятно, тоже, но сердце — это совсем другое дело. Ты готова начать исследовать это, но это только начало: начало. Ты там, где должна быть.

— Спасибо, — подавленно сказала Ася.

— Тебе стоит полностью прижать его и заняться этим, — сказала Фарра. — Он напряжен, а ты так возбуждена, что это просачивается из твоей ауры, даже с этим браслетом подавления.

Пока Ася выглядела скандализированной, Фарра бросила ей лучшую озорную ухмылку Джейсона, на которую была способна, и нырнула в арку.

* * * Хранилище духа Джейсона претерпело еще одно расширение и эволюцию с его вознесением на серебряный ранг. Первое, что заметил Джейсон, это то, что оно отходило от резких черных, белых и красных цветов, которые определяли предыдущие итерации. Теперь цвета были более естественными и разнообразными, меньше напоминая атаку на чувства.

Центральный павильон теперь представлял собой обширную и сложную серию взаимосвязанных зданий под открытым небом, использующих смесь азиатского и европейского стилей. Нефрит, мрамор, бамбук и дерево изобиловали, в то время как в центре все еще стояла четырехсторонняя пагода.

Нижний этаж пагоды содержал четыре арки, которые были центральным элементом хранилища духа. Одна арка была для самого Джейсона, через которую он и Фарра вышли, в то время как остальные были для его фамильяров.

Даже после расформирования их сосудов бронзового ранга Джейсон мог чувствовать Колина и Гордона через арки. Только если они решат отказаться быть его фамильярами, эта связь будет по-настоящему потеряна, так как новые астральные существа займут их места.

Материалы начали лететь вниз из дыры в потолке, над которой находилась зона хранения выше в пагоде. Квинтэссенция крови летела вниз, как рой насекомых, чтобы нырнуть в арку, принадлежащую Колину. Пока у него были материалы, Джейсону не нужен был ритуал для призыва новых сосудов для своих фамильяров, он мог использовать арки вместо этого. Он использовал ритуал с Тенью только как рекламную акцию.

Арка Колина была привычного обсидианового цвета, но вместо того, чтобы быть заполненной тьмой, как порталы Джейсона, там был слой влажной крови. В прошлом новые сосуды Колина появлялись в быстро нарастающем потоке пиявок, которые скапливались в кучу. В этот раз появилось нечто совершенно иное.

Это была гуманоидная фигура, завернутая в плащ с капюшоном поверх боевых халатов, все из темно-красной кожи оттенков запекшейся крови. Она шагнула вперед без неловких спотыканий формы Колина бронзового ранга, уверенно шагая к Джейсону. Она подняла руки с красно-фиолетовым оттенком синяка и откинула капюшон. Лицо под ним было идентично лицу Джейсона, за исключением кожи, которая была того же темного цвета, что и руки, и глаз, которые были блестящими красными сферами.

— А ты модник, да? — сказал Джейсон с улыбкой и протянул руку ладонью вверх. — Хочешь немного похвастаться?

Клон Джейсона взорвался фонтаном пиявок, одна из которых приземлилась на руку Джейсона, и он нежно погладил ее большим пальцем.

— Привет, дружище.

Разлетевшиеся пиявки выстрелили струями красной кожи, влажно блестящими, которые сошлись в центральной точке и потянули разлетевшихся пиявок вместе, восстанавливая гуманоидную форму. Весь процесс произошел в мгновение ока, заняв всего несколько секунд. Затем Колин шагнул вперед и растворился в теле Джейсона, исчезнув в одно мгновение.

Джейсон почувствовал связь с биомассой своего фамильяра гораздо большую, чем в прошлом. Его новое тело серебряного ранга было сродни телу Колина. Вместо того чтобы исчезнуть полностью, как обычный призванный фамильяр, Колин, казалось, по крайней мере частично слился с ним. Это не сделало его объемнее, но его и без того тяжелое тело стало еще тяжелее.

Он подозревал, что его растущий симбиоз с Колином был не только фактором растущей силы Колина, но и природы Джейсона, смешивающей духовные и физические элементы. Он ожидал, что больше, чем в случае с Тенью или Гордоном, будут дополнительные эффекты, которые ему нужно будет исследовать со временем.

Один эффект, который был результатом нового ранга Колина, он уже мог почувствовать. Его тело окуталось темным туманом. Его одежда исчезла в его инвентаре, что в его хранилище духа означало срывание с его тела и полет вверх через дыру в потолке. Затем его тело покрылось скользким слоем крови, просачивающейся через поры в его коже. Эта кровь загустела и затвердела в кожаный боевой халат. Он был очень похож на тот, что носила новая гуманоидная форма Колина, за вычетом капюшона и с еще более темным красным оттенком.

Предмет: [Кровавое Одеяние] (серебряный ранг, сотворенный)

Сотворенные халаты с силой и устойчивостью зверя апокалипсиса (броня, ткань/кожа).

* Эффект: Повышенная устойчивость к урону. Высокоэффективен против режущего и колющего урона, менее эффективен против дробящего урона.

* Эффект: Эффекты исцеления с течением времени имеют повышенную силу и длительность. Этот эффект масштабируется с количеством биомассы фамильяра, разделяемой с призывателем, и усиливает пассивное исцеление, которое предоставляет фамильяр.

* Эффект: Способности вытягивания имеют повышенный эффект. Этот эффект масштабируется с количеством биомассы фамильяра, разделяемой с призывателем.

* Эффект: Устойчивость к эффектам крови значительно повышена.

* Эффект: Может быть использован для совершения дистанционных атак захвата. Здоровье постоянно вытягивается из захваченных врагов.

Туман рассеялся, и Фарра осмотрела Джейсона с ног до головы. Он сотворил свой плащ, чтобы завершить ансамбль, тень набросилась на темно-красный цвет.

— Приятно видеть, что ты принял образ «я иду убивать ваших детей», — сказала Фарра.

— Все не так уж плохо, правда?

— Нормально, — сказала Фарра. — Теперь ты первый человек, о котором я подумаю, если проснусь и обнаружу, что мой скот обескровлен, но это нормально.

— Ого. Ладно, давай посмотрим, что там у Гордона.

Как и в случае с Колином, материалы полетели вниз и в арку Гордона, темную пустоту, содержащую знакомую туманность глаз. Новый сосуд Гордона выплыл наружу. Он выглядел почти так же, как раньше, с бестелесным плащом, содержащим синюю и оранжевую туманность в груди. Разница была в том, что вместо четырех сине-оранжевых глаз-сфер, вращающихся вокруг него, теперь их было шесть. Сферы также немного отличались от прежних; вместо того, чтобы половина была преимущественно оранжевой, а другая половина синей, все шесть были равномерной смесью того и другого.

Гордон подплыл ближе, и Джейсон протянул руку, чтобы коснуться его, чтобы почувствовать новые способности фамильяра. В отличие от других его сил, способности его фамильяров не были включены в описание силы, которая их призывала. Когда он коснулся Гордона, появился список сил, и Джейсон поднял брови, читая их.

— Черт возьми, Гордон.

* * * — Ты выглядишь иначе, — сказала Эрика, когда Джейсон вошел в кабинет главного жилого здания. Она отложила компьютерный планшет, над которым работала, и изучила лицо Джейсона.

— Я и есть другой.

— Знаешь, если так пойдет и дальше, вы с Кайто будете выглядеть как близнецы.

— Это не редкость, — сказала Фарра, следуя за Джейсоном через дверь. — Братья и сестры, которые являются пользователями эссенций, часто становятся довольно похожими физически.

— Отлично, — недовольно сказал Джейсон.

— Не понимаю, на что ты жалуешься, — сказала Фарра. — Ты тот, кто выигрывает в этой сделке.

Эрика и Фарра рассмеялись над оскорбленным видом Джейсона, который затем сменился серьезным выражением.

— В чем дело? — спросила Эрика.

— Нам нужно поговорить об Эми, — сказал Джейсон.

— Что с ней?

— Я хотел бы начать брать ее с собой чаще, когда занимаюсь делами. Если наступит день, когда мы окажемся в другом мире, ей нужно как можно больше опыта под поясом.

— Джейсон, я смотрю на то, насколько ты отличаешься от брата, с которым я выросла. Сколько смерти ты видел за последнюю неделю? Если ты скажешь мне, что это не вывело тебя из строя, я назову тебя лжецом, и ты хочешь затащить мою тринадцатилетнюю дочь ближе к этому?

— Я говорю не о насильственных вещах, — сказал Джейсон. — Моему другу Хамфри было пятнадцать, когда он получил свои эссенции, но его мать не позволяла ему стать искателем приключений, пока ему не исполнилось семнадцать. Она потратила годы до и после того, как он получил свои эссенции, на обучение и подготовку, не просто сражаясь, а возя его по всему миру. Позволяя ему познакомиться с разными культурами и увидеть аспекты жизни искателя приключений, которые не связаны с драками и убийствами.

— Легко сказать, — сказала Эрика. — Что произойдет, когда все пойдет не так?

— Конечно, все пойдет не так, — сказал Джейсон. — Прятать ее означает только то, что она не будет готова, когда это случится. Ты сказала, что я не тот человек, которым был раньше, и это правда. Меня бросили в это без фундамента под ногами, и с тех пор я кувыркаюсь. Я хочу дать ей ту основу, которой у меня никогда не было.

— Мы хотим дать ей это, — добавила Фарра. — Джейсон говорил о своем друге Хамфри, а мой друг Руфус испытал примерно то же самое. Твоя дочь не совсем принцесса, Эри, но и не совсем не принцесса тоже.

Эрика задумчиво потерла рот рукой.

— Мне это не нравится, — сказала она. — При этом, то, что мне что-то не нравится, не заставляет это исчезнуть. Когда ты уезжаешь?

— Сегодня днем, — сказал Джейсон.

— Тогда ответ — нет, — сказала Эрика. — Я не позволю этому случиться, не потратив время на то, чтобы обдумать это и обсудить должным образом с моим мужем.

— Мы можем отложить это до утра, — сказала Фарра. — Дать тебе ночь.

— Можем? — спросил Джейсон, глядя на Фарру. — Ладно, но я и так уже задержался дольше, чем следовало. Мы уезжаем первым делом, с Эми или без нее.

* * * Самолет, который выглядел скорее как космический корабль, спроектированный ниндзя, завис над вертолетной площадкой главного жилого здания Деревни Асано. Воздух, устремляющийся вниз, чтобы удержать его в воздухе, рвал одежду людей, собравшихся внизу, и делал невозможным разговор. Присутствовала группа людей: Джейсон, Фарра, Даун, Ася, Акари, Эми, Эрика, ее муж Иан и бабушка Джейсона и Эрики, Юми.

Юми была неузнаваема по сравнению со своей прежней версией, теперь, когда она получила полный набор эссенций. Обеспокоенная немощью возраста, она выбрала эссенции, разработанные для того, чтобы работать в обход этого. После долгих обсуждений с Фаррой она выбрала эссенции крови, плоти и костей, дав ей слияние аватара. В результате она смогла переделать свое тело в идеализированную версию самой себя в молодости и теперь выглядела не старше Джейсона.

Тяжелая платформа спустилась с нижней части самолета, прикрепленная тросом по каждому углу. Иан безмолвно поцеловал жену и дочь на прощание и наблюдал, как остальные поднимаются в корпус самолета. В тот момент, когда платформа запечатала их внутри, устремляющийся воздух стих, позволяя им говорить.

— Давайте присядем, чтобы Тень мог набрать высоту, не опрокинув нас, — сказал Джейсон.

Группа в Японию расширилась; Эрика разрешала Эми ехать только под присмотром родителей. Поскольку Иан был занят в медицинском центре, она решила присоединиться к поездке сама, передав административные задачи деревни своей невестке. Юми также прознала о поездке и присоединилась, чему Джейсон не стал сопротивляться.

Пока они пробирались из комнаты с входной платформой в пассажирский отсек, остальные оглядывали самолетную форму Тени. Он был размером с частный самолет, и с Джейсоном, теперь серебряного ранга, не было дорогостоящего расхода его маны.

— Я не знала, что существует столько оттенков черного, — заметила Юми, оглядывая декор самолета.

Они устроились в полете, и Юми начала допрашивать Джейсона о реальной цели поездки. Джейсон оставался уклончивым. Магическая дверь, которая была их целью, была секретом, известным только ему, Даун, Фарре и Акари. Он был рад водить остальных в самолете кругами в разговоре, так как это занимало его разум. Кровавые события прошедшей недели продолжали терзать его мысли, и он обнаружил, что окружение друзьями и семьей — это приятное отвлечение.

— Почему Майка нет с нами в этот раз? — спросил Джейсон.

— Арам все еще в Макассаре, — объяснила Ася. — Там будет огромный международный контингент в течение месяцев, если не лет. По крайней мере, должен быть.

— Проблемы? — спросил Джейсон.

— Индонезийское правительство шумит о том, что Сеть приходит и берет все под контроль, — объяснила Ася. — Они пытались захватить контроль над активами Сети, что прошло ровно так успешно, как вы и ожидали. Также есть затянувшаяся враждебность с местным Кабалом. Следующая битва в Макассаре будет дипломатической.

Через несколько часов полета одно из тел Тени появилось рядом с Асей.

— Мисс Карадениз, мистер Арам желает связаться с вами довольно срочно. Если вы не против, пожалуйста, следуйте за мной в отсек связи.

Ася последовала за Тенью и вернулась через несколько минут, когда самолет изменил курс. Джейсон нахмурился, вспоминая новости, которые вызвали изменение курса в их последней поездке в Японию.

— Пожалуйста, скажите мне, что нет еще одного прото-пространства золотого ранга, которое пропустили, — сказал он Асе.

— Нет, — сказала она, ее выражение было серьезным. — Следующая битва в Макассаре в конце концов не будет политической.

* * * На вершине полуразрушенного здания в Макассаре поднялась портальная арка, и Джейсон шагнул сквозь нее в своих темных халатах и звездном плаще. Джейсон привел свой полный контингент Теней, оставив остальных пассажиров в Дили, который был как раз в пределах нового максимального диапазона портала Джейсона для достижения Макассара. Его портал был достаточно силен только для транспортировки одного серебряного ранга, поэтому он хранил Фарру в своем хранилище духа. Теперь, когда они оба были серебряного ранга, это больше не препятствовало работе его способности портала. Он открыл еще одну арку, чтобы выпустить ее, и они двинулись к краю здания.

Новости из Макассара были ужасающими; увидеть это самим было еще хуже. С их позиции на крыше они могли видеть двухэтажных чудовищ из мертвой плоти и уродливой стали. Зомби-гиганты из плоти, дополненной железными имплантатами, шаркали по улицам.

Вокруг гигантов множество мертвых жертв Макассара, еще не извлеченных из руин, поднялись, чтобы присоединиться к ним в качестве шаркающих мертвецов. Кулак Джейсона сжался сбоку, когда тела людей, которых он не смог спасти в первый раз, были осквернены. Он чувствовал магию смерти, излучаемую гигантами, которая вкладывалась в трупы.

— При всем том, что они чудовищны, — сказала Фарра, — эти вещи не являются настоящими монстрами.

Джейсон отбросил свою ярость, сосредоточившись на одном из гигантов. Через него проходило много магии, но, как сказала Фарра, это была не магия монстра. Она имела искусственное ощущение живого существа, измененного с помощью магии, ощущение, с которым Джейсон был знаком.

— Это похоже на магию Строителя, — сказал он, его голос нес твердый холод вечной мерзлоты. — Кто-то создал эти вещи.

Расширив свои чувства до предела, он мог чувствовать присутствие Сети и Кабала, уже находящихся в конфликте с зомби-гигантами и армией мертвых, оживленных вокруг них. Он спрыгнул с края здания, планируя со своим плащом, целясь в ближайшего зомби-гиганта.

Джейсон чувствовал, что он серебряного ранга, как и магия смерти, которую он вкладывал в зомби, поднимающихся вокруг него. Это представляло потенциально большую угрозу, чем монстры-динозавры, только за счет силы в количестве. Ранние оценки числа погибших составляли от ста до двухсот тысяч, что было бы океаном зомби серебряного ранга. Они знали, что зомби будут намного слабее даже самых скудных монстров серебряного ранга, но цунами из них было бы ужасом для любого, у кого нет силы справиться с ними.

Джейсон поморщился, приближаясь к земле, в ярости от того, что его заставили сражаться с теми, кто стал жертвами как в жизни, так и в смерти. Несмотря на их неживую плоть, он не вытащил свой меч, оставив его в инвентаре. Вместо этого он сотворил свой кинжал, приземлившись на землю перед гигантом.

Гордон проявился рядом с Джейсоном и немедленно выстрелил оранжевыми лучами в обычных зомби, медленно шатающихся в их направлении. Каждая сфера теперь могла стрелять любым из двух вариантов луча, подходящим в данной ситуации, вместо того чтобы быть заблокированной, в дополнение к совершенно новым функциям, которые они получили на серебряном ранге.

Пока Гордон сдерживал медленно движущуюся орду, Джейсон пропел заклинание гиганту.

— Кровоточи для меня.

После того, как Джейсон пропел свое заклинание, кровь потекла из гиганта. Не густая, черная кровь мертвецов, а ярко-красная и свежая. Заклинание Джейсона «Кровоизлияние» добавило новое поражение на серебряном ранге.

* [Кровь из камня] (поражение, магия): Отрицает иммунитет к эффектам крови и яда. Это включает внутренние иммунитеты, например, от отсутствия биологии или телесной формы. Сущности без крови могут кровоточить, находясь под этим эффектом. Не может быть очищено, пока действует любой эффект крови или яда.

Джейсон произнес еще одно заклинание.

— Неси клеймо своих прегрешений.

* [Смертность] (поражение, магия): Отрицает иммунитет к проклятиям. Это включает внутренние иммунитеты, такие как отсутствие души или отсутствие жизни. Не может быть очищено, пока действует любой эффект проклятия.

Гигант медленно повернулся к Джейсону, когда его кинжал выстрелил на конце теневой руки. Его сила «Рука Жнеца» также добавила новое поражение к любой атаке, совершенной его теневой рукой.

* [Слабость плоти] (поражение, магия): Отрицает иммунитеты к болезням и некротическому урону. Это включает внутренние иммунитеты, такие как отсутствие биологии или телесной формы. Не может быть очищено, пока действует любой эффект болезни.

Джейсон принялся за работу, фиксируя остальную часть своего набора поражений, вялое чудовище было странно беспомощным для своего ранга. Оно обладало устойчивостью и силой монстра серебряного ранга, но скоростью железного ранга и не представляло угрозы для Джейсона.

— Гордон, — сказал Джейсон.

Фамильяр взлетел в воздух, прекратив свои лучевые атаки. Все шесть сфер Гордона покинули его орбиту и полетели вниз, чтобы исчезнуть в мертвой плоти гиганта. Хотя Гордону потребовалась бы минута, чтобы сотворить новые сферы, новое поражение, которое они доставили, того стоило.

Шесть черных бабочек с сине-оранжевой окраской крыльев в знакомом узоре глаз были сотворены на теле гиганта, немедленно улетая, чтобы приземлиться на ближайших зомби и исчезнуть в них. Вскоре после этого бабочки проявились на них, находя больше зомби, пока они распространялись и распространялись, пока бабочки не хлынули из всей орды зомби, и небо не стало густым от красивых оранжевых и синих существ.

Эффект на зомби был значительно менее привлекательным, чем красочное зрелище в воздухе над ними. Как и у гиганта, их тела начали течь красной кровью, и их уже гниющая плоть подверглась быстрому разложению.

* [Предвестник рока] (поражение, нечестивое, суммирующееся): Постоянно вытягивает ману из жертвы, чтобы сотворить бабочку, которая ищет ближайших врагов. Бабочки бестелесны и наносят разрушительный урон силой в небольшой области при уничтожении. Бабочки, которые контактируют с врагами, наносят один экземпляр каждого нечестивого поражения, присутствующего на враге, из которого оно проявилось, включая [Предвестник рока]. Этот эффект не может быть очищен, пока действует любой другой нечестивый эффект поражения. Могут быть накоплены дополнительные экземпляры. Во время проявления генерируется одна бабочка для каждого экземпляра этого поражения.

Полный набор поражений Джейсона переносился каждой бабочкой, двигаясь как прилив. Он даже больше не утруждал себя сражением, наблюдая за гигантом перед собой со злобой, пока его тело гнило. Даже железные и стальные компоненты его тела кровоточили и гнили, как если бы они были плотью.

Когда монстр рассыпался перед ним, подошла Фарра. Она использовала свои собственные цепные площадные атаки, так что зомби не просто быстро разлагались, но и горели.

— Нам нужно найти того, кто это сделал, — сказал Джейсон.

— Да, — мрачно согласилась Фарра. — Этим людям было достаточно плохо, без того, чтобы их превращали в гротескных, неживых марионеток. Как нам найти их, однако?

— Я знаю только одну группу с доступом к магии Строителя, — сказал Джейсон. — Мы позволим Сети покопаться в этом, пока мы отправимся в Японию.

— Ты думаешь, это попытка задержать нас?

— Возможно. Мы и так слишком много задержались, в любом случае. Мы сможем увидеть, что нарыла Сеть, к тому времени, как закончим в Японии. Двое злых людей не могут сравниться с расследовательской мощью всей Сети, в конце концов.

СТАРЫЕ ДЕЛА

СТАРЫЕ ДЕЛА

Четыре Кардинала ЭОА сидели за столом в своем зале заседаний. На стене на большом экране шел новостной репортаж.

«...Считается, что Асано несет ответственность за то, что люди называют "Бабочками Макассара", которые выглядят так красиво, если снимать с большой высоты, но как только красочная волна проходит, после них остаются лишь покрытые черными пятнами кости. Недавно, после еще одной гуманитарной катастрофы, Асано был записан на пленку, предупреждая Лигу Героев, что его сила продолжает расти. Многие предполагают, что мы увидели именно это, когда Асано присоединился к ведущим членам Глобальной Сети Обороны, чтобы остановить прилив бродячих мертвецов. Члены ГСО из Китая и США произвели большой фурор...»

Адриен Барбу выключил репортаж пультом дистанционного управления. Хотя он был новым Мистером Восток, он уже не был последним кардиналом, присоединившимся к рядам. Заговорила новая Миссис Юг.

— Сеть попытается свалить это на нас, — сказала она.

— Это были мы? — спросил Барбу.

— Конечно, нет, — рявкнула Миссис Запад. Она была недовольна союзником, которого она взрастила в Барбу, будучи перехваченным Мистером Севером, но не была настолько глупа, чтобы обсуждать это с самим Мистером Севером. Вместо этого она сохранила свой гнев для нового Мистера Восток. — Почему мы должны быть настолько безумны, чтобы навлечь на себя весь мир, когда мы вот-вот сделаем наш последний ход?

— На самом деле, — сказал Мистер Север, — я подозреваю, что мы можем иметь отношение к этому, что может привести к тому, что мы будем нести ответственность, если не доберемся до виновного первыми.

— Какое отношение? — спросила Миссис Запад.

— Мы не исследовали некромантию как путь к силе уже несколько лет, — объяснил Мистер Север. — Однако было время, когда мы проводили некоторые эксперименты, используя некоторые из уникальных методов, к которым у нас есть доступ. Я полагаю, что то, чему мы стали свидетелями в Макассаре, было расширением тех давно отброшенных экспериментов. Я могу только предположить, что человек, продолжающий эти исследования, увидел в сотнях тысяч мертвецов возможность для полевых испытаний.

— Вы знаете, кто это? — спросила Миссис Юг.

— У меня есть подозрения. Я полагал, что этот человек давно мертв.

— Он был частью совместной исследовательской программы, — догадался Барбу.

— Да, — сказал Мистер Север. — Предыдущая Миссис Юг должна была стереть все следы проекта, но события, связанные с ее дезертирством, показали нам, что она была менее тщательной, чем докладывала. Миссис Юг, я буду ожидать, что вы выкорчуете любые другие остатки, которые ваша предшественница оставила без внимания. Мистер Восток, я дам вам то, что у меня есть, и вы можете попытаться опередить Сеть и найти нашего некроманта первым.

— У Сети есть старая Миссис Юг, — сказал Барбу. — Маловероятно, что я найду его первым, если только вы не знаете что-то, чтобы дать мне фору.

— Не знаю, — сказал Мистер Север. — Я полностью предвижу, что задача будет невыполнимой, но нам может повезти. Миссис Юг, вашей задачей будет выкопать все, что сможете, что ваша предшественница оставила по совместному исследовательскому проекту. Если Сеть попытается выставить нас виновниками Макассара, я хочу иметь боеприпасы, которые выкрасят нас всех в один цвет.

— А как насчет последнего шага в нашем плане? — спросила Миссис Запад. — Вы будете проводить его сами?

— Я оставлю эндшпиль в ваших способных руках, — сказал ей Мистер Север. — Я передаю полный контроль над финальной стадией вам.

— Вы передаете?

— Я осознаю, что с быстрыми изменениями в нашей структуре руководства под давлением текущих событий вы не были полностью удовлетворены результатами, — сказал Мистер Север. — Я не могу придумать лучшей демонстрации того, что вас ценят и вам доверяют, чем дать вам полный контроль над финальной стадией плана. Вы сведущи во всех деталях и знакомы со всеми игроками. Я готовил вас к этому долгое время, Миссис Запад.

— Спасибо, — сказала Миссис Запад, заметно потрясенная. — Но если я буду отвечать за финальную стадию, то что будете делать вы?

— Пересматривать старые дела, — сказал Мистер Север. — Пришло время завести знакомство, которого я ждал столетиями, еще до того, как он родился.

* * * Тактические оперативники Сети третьей категории снова хлынули в Макассар со всего мира. В этот раз фокус был на тех, у кого были силы сдержать конкретную угрозу, хотя большинство серебряных рангов имели какой-то ответ на численную опасность. Большинство способностей эссенций были тактическими по своей природе и затрагивали в лучшем случае небольшую горстку целей. Именно на серебряном ранге большинство пользователей эссенций обнаруживали, что они лучше оснащены для противостояния группам.

Нежить не была опасностью в том виде, в каком были монстры. Город был эвакуирован от живых, а воскресшие мертвецы имели индивидуальную силу, сродни низкоуровневому бронзовому монстру, причем посредственному. Они также были медленными и полностью лишенными экзотических или даже базовых дистанционных атак. Это означало, что бронзовые ранги могли быть мобилизованы, чтобы добавить урона.

К сожалению, единственная область, в которой зомби соответствовали стандарту серебряного ранга, была устойчивость. С уменьшением урона серебряного ранга и прочностью серебряного ранга, океан оживших мертвецов был трудным приливом, чтобы его оттолкнуть. Вместо того чтобы наносить менее эффективный урон, бронзовые ранги использовались, чтобы приманивать немыслящую нежить, заманивая их в кластеры, чтобы максимизировать площадные атаки серебряных рангов.

Нежить была небольшой угрозой даже для бронзовых рангов. Опасность заключалась не в противостоянии ордам, формирующимся по всему городу, а в их сдерживании. Пока их удерживали подальше от точек эвакуации, содержащих выжившее население города, ожившие мертвецы были ужасающим, но не внушительным врагом.

После исчерпания своей маны и выносливости, бронзовые и серебряные ранги были отозваны для восстановления. Сеть не жалела средств на использование духовных монет и зелий, чтобы как можно быстрее отправить их обратно. Самой большой проблемой в борьбе с нежитью было их количество и стойкость, хотя в некоторых уголках города мертвецы были сметены, словно очищающим ветром.

У целителя из Соединенных Штатов с эссенцией жизни была аура, которая наполняла людей вокруг него жизненной энергией. Обычно это повышало эффективность исцеляющих способностей, которые он мог использовать избирательно, чтобы воздействовать только на союзников или на всех в пределах действия своей ауры. Как один из элиты США, он полностью исследовал возможности своих сил и обнаружил мощное взаимодействие. Когда его магия жизни вступала в конфликт с магией смерти, оживляющей зомби, реакция была буквально взрывной, разбрасывая детонированные куски мертвой плоти по области. Он мог буквально уничтожать волны нежити, просто проходя среди них, когда летящие куски гнили ударялись о его силовое поле и падали на землю.

Поскольку остальные его эссенции были магией, обновлением и бессмертием, его способности не просто предотвращали его истощение и необходимость остановки. Он мог также восполнять других пользователей эссенций, позволяя ему держать их в поле дольше. Он был одним из немногих, кто, как и Джейсон, сочетал высокоэффективную стратегию с неутомимой выносливостью.

США и Китай наконец продемонстрировали свою силу на мировой арене, где Джейсон так долго был в центре внимания. Имена, которые уже были хорошо известны в их родных странах, были показаны во всей своей силе и славе, поскольку СМИ получили разрешение снимать с воздуха.

Серебряные ранги США и Китая были намного способнее мирового стандарта. Они продемонстрировали фундаментальную истину, что только находя синергию внутри своего собственного набора сил, пользователь эссенций по-настоящему станет способным. Даже так, лишь немногие поднялись на вершину, как самые богатые сливки, демонстрируя как силу, так и выносливость.

Даже с предполагаемыми двумястами тысячами зомби, был постоянный приток мощных личностей, которые могли полностью высвободиться против вялого врага без трюков, кроме количества и стойкости. В течение двадцати четырех часов операция перешла от отчаянного сдерживания к зачистке. Странные, неживые гиганты были мертвы, а зомби, которых они оживили, были сведены к горстке изолированных карманов.

* * * Джейсон оставил зачистку другим, переместившись порталом обратно в Тимор-Лешти, где он оставил остальных, пока сам перемещался в Макассар с Фаррой. Вскоре после этого гладкий черный реактивный самолет снова вез их в направлении Японии. Также на борту с Джейсоном и Фаррой были Ася, Акари, Даун, Эрика и Эми. К ним присоединилась бабушка Джейсона, Юми, чья комбинация эссенций восстановила ее молодое тело.

— Ты думаешь, кто-то пытается отвлечь тебя от Японии? — спросила Фарра Джейсона, когда они все сидели вместе в пассажирском салоне.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я не буду исключать это для нежити, учитывая, что кто-то действовал обдуманно, но я бы счел это крайне маловероятным. Что касается первоначальной волны монстров, ни за что.

— Согласна, — сказала Акари. — Никто не будет уничтожать город только ради того, чтобы отвлечь одного человека. Со всеми частями, которые пришлось бы привести в движение для результата, который можно было бы счесть только ненадежным, это просто не осуществимая гипотеза.

— Хорошие аргументы, — сказала Фарра. — В крайнем случае, это была бы попытка покушения. Выманить Джейсона, заставить его сжечь свою ману и ударить, пока он уязвим.

— Этого, однако, не произошло, — сказала Эми, когда ее мать бросила на нее обеспокоенный взгляд. По большей части Эми молчала, слушая и учась. Она знала, что ее доступ к разговорам взрослых зависел от того, чтобы не перебивать, как бы сильно ей этого на самом деле ни хотелось.

— Новый уровень силы Джейсона означал, что его никогда не прижимали в плане тактики или ресурсов, — сказала Фарра. — Возможно, они сдались, не пытаясь, увидев его новый уровень силы.

— Это все еще кажется натяжкой, — сказал Джейсон. — Наиболее вероятный сценарий заключается в том, что это не имело никакого отношения ко мне. Для большинства людей я не более чем лицо по телевизору. Настоящая игра — это треугольник ЭОА-Сеть-Кабал. Макассар случился потому, что даже сейчас они толкаются друг с другом из-за мелких захватов власти вместо того, что должны были делать. Вне пиар-перспективы, они не так уж сильно заботятся обо мне.

— Он прав, — сказала Ася. — Джейсон очень много значит для Сети внутри, но поскольку он всегда отказывался подчиняться ей, он несущественен для политических конфликтов с ЭОА и Кабалом. Он часть этого меньше года, по сравнению с десятилетиями или даже столетиями напряженности и соперничества. Хотя он предоставляет Сети многое, этого недостаточно, чтобы склонить эти древние весы.

— Я задаюсь вопросом, как кто-то вообще доставил все эти неживые гигантские вещи в Макассар, — сказала Акари. — Они ни тонкие, ни маленькие, и их было так много.

— Вопросы, с которыми Сеть лучше справляется, чем мы, — сказал Джейсон. — Мы должны оставить расследование им.

— Я не уверена, что они вообще захотят тебя, после того, что ты сказал тому репортеру, — сказала Ася. — Терренс был в ярости, когда позвонил мне после, чтобы отчитать меня.

— Пусть злится, — сказал Джейсон.

— Что ты сказал? — спросила Юми.

— Что каждая магическая фракция несет часть ответственности за Макассар, — сказал Джейсон.

— Ты сказал: «кровь на каждой руке», что как раз сейчас попадет в новостные репортажи, — сказала Ася.

— Это не неправда, — сказал Джейсон. — ЭОА вызвала ситуацию с монстрами, в то время как Сеть и Кабал были так заняты возней из-за мелких территориальных проблем, что позволили катастрофе пройти через ворота, которые они должны были охранять.

— Я полагаю, Терренс хотел возложить это на ноги ЭОА.

— ОН НЕ МОЖЕТ! — взревел Джейсон, вскакивая со своего кресла. — Скажи Терренсу, что если он больше заинтересован в том, чтобы выглядеть как хорошие парни, чем быть хорошими парнями, отношения между мной и Сетью вот-вот претерпят фундаментальный сдвиг. Если он хочет, чтобы я раскручивал смерть и последующее осквернение сотен тысяч, тогда он волен прийти и найти меня, и посмотреть, как пойдет это предложение, когда он сделает его лично!

Джейсон ворвался из салона в сторону частных спальных кают в задней части.

— Дядя Джейсон в порядке? — спросила Эми, ее голос был нерешительным в напряженной атмосфере.

— Он в порядке, — сказала Эрика, протягивая руку, чтобы сжать руку своей дочери. — Он просто видел много плохих вещей в последнее время. Я бы больше беспокоилась, если бы он не был расстроен.

— Нельзя стать свидетелем того, что сделали с этими бедными людьми, и не разозлиться, — сказала Фарра. — К сожалению, нам некуда деть этот гнев прямо сейчас, и нам нужно быть хладнокровными, когда мы прибудем в Японию. Думаю, твой дядя просто пытается сжечь немного разочарования, даже если он не осознает, что это то, что он делает.

Фарра встала.

— Кстати говоря, — сказала она, — я собираюсь уделить время себе. Я видела такую орду зомби только один раз раньше, когда была начинающим искателем приключений, и это было намного хуже. Ваши фильмы не способны передать истинный ужас наблюдения за тем, как людей превращают в гротескных марионеток.

Она также направилась в спальные каюты.

ФИНАЛЬНЫЙ РЫВОК

ФИНАЛЬНЫЙ РЫВОК

Пока Тень в своей самолетной форме продолжал лететь в сторону Японии, Джейсон лежал на кровати в маленькой спальной каюте. Свежий из страны мертвых, которой стал Макассар, его разум был встревожен. Он посмотрел на дверь; стука не было, но он чувствовал присутствие Аси по ту сторону.

— Входи, — сказал он.

Она вошла нерешительно, бессознательно касаясь рукой браслета подавления ауры, который не давал ей транслировать свои эмоции. У нее была подготовка по контролю ауры, но чувства Джейсона были достаточно сильны, чтобы он пассивно улавливал их в любом случае, пока она не станет сильнее.

— Прости, что беспокою тебя, — сказала Ася. — Эрика подумала, что, может быть, тебе нужно с кем-то поговорить, вместо того чтобы вынашивать это в себе. Она сказала, что это твой коронный ход, но у тебя нет еще шести лет, чтобы понять, что это не очень эффективно.

Джейсон усмехнулся, несмотря на себя, и сел на кровать. Он похлопал по месту рядом с собой, хотя был свободный стул.

— Я пытаюсь быть здоровее, — сказал он.

Она села рядом с ним.

— Я не хочу жаловаться, — продолжила она. — Не тогда, когда я только что был в месте, где не только многие умерли ужасной смертью, но им даже не позволили покоиться с миром.

— Ты имеешь право на свои чувства, — сказала Ася. — Только потому, что кто-то другой несчастен, не значит, что тебе не позволено быть несчастным за себя. Тебе просто нужно сохранять перспективу.

Он одарил ее грустной улыбкой, дружески толкнув своим плечом ее.

— Спасибо, — сказал он. — Я еще в дебат-клубе узнал, что ты умнее меня. И лучше организована. Вот почему я всегда пытался сбить тебя с толку странностями.

— Ты пытаешься сбить всех с толку странностями.

— Да, но в конечном итоге я заметил маленькую полоску странности и в тебе тоже. Ты прячешь ее под всей этой ухоженной компетентностью, но я помню, когда я использовал разницу между Вольтроном-транспортным средством и Вольтроном-львом как аналогию для позитивных аспектов авторитаризма, и ты полностью перевернула это на меня, не моргнув глазом.

— Я помню это, — усмехнулась она.

— Я почти пригласил тебя на свидание после этого.

— Серьезно?

— Принцесса Ася не должна была даже слышать о Вольтроне, не говоря уже о том, чтобы знать так много о транспортном Вольтроне, даже если он отстойный. Замри, мое сердце.

— Но ты не пригласил меня на свидание.

— Нет, — сказал он, опуская плечи. — Ты знаешь, как это было.

— Знаю, — грустно сказала она. — Можно быть честной?

— Всегда.

— Я всегда ненавидела Эми до глубины души.

Джейсон разразился смехом.

— Думаю, мы можем добавить суждение о характере в список вещей, в которых ты лучше меня. Хотя я почти уверен, что на данный момент список состоит просто из большинства вещей.

— Не принижай себя, Джейсон. Ты хоть представляешь, насколько ты пугающий?

— Конечно, представляю. У меня жуткие магические силы.

— Не так, — сказала она. — Не для незнакомцев. Я говорю о людях, которые тебя знают. Я родилась со всеми преимуществами. У моей семьи были деньги и влияние. Мое образование было лучшим, не только академия, но и частные репетиторы, международные учебные поездки только для меня и моих братьев. У меня было так много всего, и я так много работала, чтобы извлечь из этого максимум. У меня был этот жизненный план. Федеральная полиция. Федеральный бюрократ. Федеральный офис. Я собиралась стать премьер-министром однажды.

— Я верю тебе, — искренне сказал Джейсон. — Если это все еще случится, пожалуйста, сделай что-нибудь с монополизацией СМИ.

— Я посмотрю, что смогу сделать, — рассмеялась она, — но не возлагай больших надежд. Когда Сеть завербовала меня, я открыла для себя целый новый мир, где я могла не просто делать, но становиться вещами, о которых никогда не мечтала.

— Когда я открыл магию, я обнаружил, что могу получить много ударов лопатой, а потом быть принесенным в жертву.

— Мое введение было более размеренным, — сказала она, — но оно также было более скованным. Тебя бросили в мир, полный дикости и опасности, и ты не просто выжил, но процветал.

— Технически, я не выжил.

— Жизнь бросила тебя в огонь, и ты вышел перекованным. Ты вернулся, шагая по миру так, словно владел им. Ты всегда был уверенным, Джейсон, но в этом была пустота. Узнав тебя получше, я поняла, что многое из этого было фасадом. Больше нет.

— Я был подростком. Конечно, это была пустая уверенность.

— Когда Сеть завербовала меня, я была так впечатлена собой за то, что стала человеком, достойным быть втянутой в мир магии. Но ты был буквально втянут в мир магии, сталкиваясь с опасностями и имея опыт, который я не могу представить даже сейчас. Быть функционером Сети казалось таким удивительным, пока ты не позволил мне увидеть свои записи. Вещи, которые ты видел. Вещи, которые ты делал.

Джейсон склонил голову.

— Есть так много вещей, которые те записи не показывают, — сказал он. — Я был так напуган. И когда я думал о возвращении домой, я думал об Эрике, готовящей барбекю на пляже, пока я играю с Эми. А не о том, как брести через армию мертвых, которую я не смог спасти в первую очередь.

Он склонил голову.

— Не думаю, что я создан для этого, — прошептал он. — Я не тот парень, который спасает мир. Я комический помощник.

— Никто не просит тебя спасать мир.

— Мы не сказали тебе настоящую причину, почему мы так непреклонны в том, чтобы попасть в Японию, не так ли? Я уверен, ты поняла, что это больше, чем просто посещение клана Асано.

— Я предполагала, что ты скажешь мне, когда будешь готов. Мое пребывание в Сети усложняет вещи, я знаю.

Он повернулся, чтобы посмотреть прямо на нее.

— Я всегда обнаруживал, что доверие людям, а не группам, к которым они принадлежат, всегда направляло меня верно. Я не доверяю Сети делать то, что правильно или лучше, но я доверяю тебе, что ты хотя бы попытаешься.

Она улыбнулась. — Ты не комический помощник, Джейсон. Ты адвокат с кроличьими ушками.

— Ты так думаешь?

— Никто не относится к тебе амбивалентно, Джейсон. Не хочу тебя расстраивать, но сколько я тебя знаю, все либо очень любили тебя, либо очень нет, но терпели тебя по той или иной причине. Анна посадила бы тебя в ракету и выстрелила бы тобой в солнце, если бы не шланг с добычей, который ты распылял в ее филиал.

— У меня сложилось такое впечатление.

— Я была по обе стороны этой монеты. Когда ты впервые ворвался в дебат-клуб, извергая чепуху со скоростью сто километров в час, я так сильно хотела, чтобы ты ушел. Твои реальные навыки дебатов никогда не были велики, но у тебя всегда был этот способ втягивать людей в свой темп. Поэтому я терпела тебя, пока не поняла, что я больше не просто терплю тебя. Ты залез мне под кожу, как клещ.

— Как клещ? Есть шанс получить лучшее сравнение?

— Нет, — сказала она с ухмылкой. — Ты — все, что я должна ненавидеть. Я готовлюсь, ты импровизируешь. Я профессионал; ты небрежен до саморазрушения. Я всегда выбираю лучший путь, в то время как ты взрываешь путь, используешь его, чтобы сделать новый путь, который весь кривой и ведет не туда, но каким-то образом ты добираешься туда, куда идешь. В основном.

— Трюк в том, чтобы не беспокоиться о пункте назначения.

— Я всегда беспокоюсь о пункте назначения. Ты идешь на риски, на которые я никогда бы не пошла, с мужеством принять последствия, которые я никогда не смогла бы.

— Ты заставляешь меня звучать довольно потрясающе.

— Это была бы часть, где ты говоришь мне вещи, которые тебе нравятся во мне.

— О, я тоже тебя ненавидел. Такая заносчивая, как будто соответствие ожиданиям людей было каким-то высшим призванием. Очевидно, меня все равно тянуло. Мне было шестнадцать, а ты была такой умной и острой, как злая женщина-мучительница. Плюс, ты уже выглядела как победительница в конкурсе «дизайн абсурдно великолепной женщины».

— Не уверена, что ты понимаешь, как работают комплименты.

— Я сказал тебе, что ненавидел тебя в начале. Я думал, ты просто еще один богатый автомат, сделанный из денег твоих родителей. Потом я начал ловить проблески за занавесом. Почему богатая девушка в 2010 году знала что-то о усах Тома Селлека? Потом есть способ, которым ты бросаешься так сильно во все. Ты надеваешь это отстраненное лицо, но показываешь свою страсть тем, сколько ты вкладываешь во все, что делаешь. Это было немного раздражающе в дебат-клубе, но наблюдение за тем, как ты катаешься на кайтсерфинге, было одной из самых сексуальных вещей, которые я когда-либо видел. Как ты была так хороша?

— Я брала уроки.

— Конечно, брала. Это имеет полный смысл, что ты пыталась вступить в Федеральную полицию, переборщила и оказалась в магической полиции. Держу пари, ты там тоже переборщила.

— Я изначально записалась на тактическую, — призналась она. — Я хотела научиться правильно использовать свои силы. Они позволили мне пройти обучение, потому что они позволяют любому с полным набором эссенций, но они подтолкнули меня на управленческий путь. Это оказалось благословением в маскировке, так как я никогда не заканчивала использованием ядер.

Джейсон усмехнулся.

— Этот драйв, который у тебя есть, все еще очень сексуален.

— Большинству мужчин, которых я встречаю, это во мне не нравится, — прошептала она. — Они хотят замедлить меня, поставить на место. Они смотрят на все, что я сделала ради собственных амбиций, как будто я заполняю свое резюме жены, и ожидают, что я откажусь от этого и остепенюсь.

— Ты, должно быть, знаешь много очень глупых парней.

— Каждая женщина знает много очень глупых парней, Джейсон. Моя мама любит устраивать мне свидания. Я никогда по-настоящему не забыла этого чудака, которого знала в старшей школе, однако.

— Он, должно быть, был очень красивым.

— У него был подбородок, который мог резать стекло, но он проделал много работы.

— Я не делал никакой работы...

Его возмущение было прервано парой мягких губ, прижавшихся к его.

* * * Когда Джейсон и Ася вернулись в главный салон, все глаза обратились к ним.

— Что? — спросил Джейсон.

Эрика покачала головой, хотя улыбка играла в уголках ее рта.

— Ты мог бы быть хотя бы немного осмотрительнее, — сказала ему Юми.

— Тень, — прошептал Джейсон. — Ты звукоизолировал каюту, как я тебе сказал?

— Вы не можете звукоизолировать социальные сигналы, мистер Асано.

— Да, это справедливо. Где Эми?

— В кабине пилота, — сказал Тень. — Я учу ее управлять самолетом.

— О, мило.

* * * Джейсон и Эрика сидели в кабине вместе, пока Эми была сзади, рассказывая своей прабабушке все о том, что она узнала. Они расслаблялись со стаканами холодного чая и смотрели в открытое небо.

— Итак, Ася, — сказала Эрика.

— Э-э, да. Я знаю, кажется, что сейчас не время.

— Это как раз самое время, — сказала Эрика. — Я наблюдала, как ты все глубже и глубже уходишь в себя, Джейсон, и я видела, к чему это ведет, когда единственные, кто полагается на тебя — это я и Эми. Я не хочу видеть это, когда ставки намного выше. В такие времена ты должен брать радости, которые можешь найти.

— Спасибо.

— Может быть, в следующий раз не бери их в замкнутом пространстве, когда моя дочь рядом.

— Прости. Это не было действительно запланировано.

— Итак, это теперь серьезно, или ты просто выпускал пар?

— Мы не говорили об этом, но это серьезно. Я бы солгал, если бы сказал, что у меня нет опасений, однако.

— Как твои планы отправиться в другую вселенную?

— Да.

— Ты беспокоишься, что она захочет поехать с тобой, или что она не захочет?

— Я не знаю. И то, и другое, каким-то образом, если это имеет хоть какой-то смысл. Мое самое большое беспокойство в том, что она более вовлечена, чем я, эмоционально. Я не говорю, что ничего не чувствую, но она дальше по этой дороге, чем я.

— Младший братик, неважно, где ты сейчас. Важно, куда ты идешь. Если вы оба окажетесь в одном месте, тогда отлично. Если нет, тогда у тебя есть заботы поважнее, чем отношения, которые не сработали. Попробуй разобраться с этим, прежде чем потащишь ее в другую вселенную, однако, да?

— Я сделаю все, что смогу.

— Она была неравнодушна к тебе в школе, верно?

— Это было не совсем безответно, — сказал Джейсон. — Но потом Эми...

— Тебе никогда не приходило в голову, что Эми наконец сняла тебя с полки как раз тогда, когда ты проявил здоровый интерес к кому-то другому, не было совпадением?

— Я не полный идиот.

Эрика посмотрела на него из-под приподнятых бровей.

— Я не!

* * * Эми вернулась в кабину, пока Джейсон наблюдал, как она слушает инструкции Тени по полету с очаровательным выражением концентрации на лице. Ася открыла дверь, призывая Джейсона обратно в главный салон к остальным пассажирам.

— Со мной только что связалась Сеть, — объяснила Ася. — Детали все еще туманны, но похоже, что целых девятнадцать стран собираются выйти из состава Сети.

— Выйти как? — спросила Фарра.

— Информация, которая у меня есть, предполагает, что это будет варьироваться от страны к стране, — объяснила Ася. — У нас пока нет ничего твердого, но ничего из этого не является хорошим. Сообщения варьируются от высылки персонала Сети до насильственного захвата инфраструктуры Сети.

— Делать это сейчас — безумие, — сказала Акари.

— Нет, — сказал Джейсон. — Сетка вот-вот снова выйдет в онлайн. Предполагая, что вы знали это, это было бы идеальное время, чтобы нагрянуть.

— Он прав, — сказала Ася. — ЭОА совершает свой финальный рывок. Все страны, о которых идет речь, заставляют их взять на себя обязанности Сети.

— У ЭОА нет людей или ресурсов, — сказала Фарра. — Или доступа к сетке.

— Что вот-вот поставит Сеть в неловкое положение, — сказала Ася. — Должна ли Сеть сражаться с местным правительством и все равно оставаться присутствующей? Если мы это сделаем, внезапно мы выглядим как деспотическая сила, и поддержка нас по всему миру иссякнет. Если мы согласимся на то, чтобы нас вышвырнули, внезапно у нас появляется неприятный выбор. Либо оставить эти нации на растерзание волнам монстров, либо дать ЭОА инструменты, знания и доступ к сетке, чтобы остановить их.

— Давая ЭОА легитимность и силу, к которым она всегда стремилась, — сказал Джейсон. — Какие страны?

— Индонезия — ключевое звено, — сказала Ася. — Они не счастливы из-за того, что магические фракции либо игнорируют их, либо попирают их. ЭОА нагрянула и сделала похожие подходы к другим нациям. Венесуэла, Мьянма, Северная Корея, Иран, Турция, Филиппины, Тайвань.

— Тайвань? — спросил Джейсон.

— Сеть очень укоренилась в Китае.

— А.

— Каков ответ Сети? — спросила Фарра.

— Я не знаю, — сказала Ася.

— Это не меняет того, что мы должны делать, — сказал Джейсон. — Не если Япония в этом списке.

— Нет, — сказала Ася.

— Ладно, тогда, — сказал Джейсон. — Это не похоже на то, что мы могли бы что-то с этим сделать в любом случае. Мы делаем то, что можем, и оставляем дипломатию дипломатам.

ПРОЯВЛЕНИЕ УВАЖЕНИЯ

ПРОЯВЛЕНИЕ УВАЖЕНИЯ

— Мы приземляемся в международном аэропорту Кансай? — спросила Эми, когда она вышла из кабины. — Он на искусственном острове.

Джейсон оторвался от книги по теории астральной магии, которую читал.

— Прости, Моппет, — сказал ей Джейсон. — Я бы с удовольствием поисследовал, но у нас уже было слишком много задержек. Выпасть прямо с неба должно быть весело, правда?

— Что ты имеешь в виду, прямо с неба? — спросила Эрика.

— Мы собираемся пролететь прямо над Асией и спуститься в реактивных костюмах, — объяснил Джейсон.

— О, прости, — сказала Эрика. — Должно быть, я совершенно забыла, когда ты объяснял, что ВЫ СОБИРАЕТЕСЬ ВЫБРОСИТЬ НАС ВСЕХ ИЗ САМОЛЕТА!

— Совершенно понятно, — дружелюбно признал Джейсон. — Сейчас напряженное время для всех, так что провалы в памяти вполне ожидаемы. У нас есть расчетное время прибытия, Тень?

— Я начну снижение до высоты сброса примерно через девять минут, — сказал Тень.

— Ты сказал им, что мы вот-вот прибудем, верно? — спросил Джейсон Акари.

— Да, я уже получила расчетное время от Тени и уведомила своего отца, — сказала Акари. — Он был немного сбит с толку, когда я сказала ему, как мы будем прибывать, но мы часть Сети, так что очень мало что является по-настоящему необычным.

— О, значит, ты рассказала ей про прыжок из самолета, — сказала Эрика.

— Мы не можем скрывать вещи от нее, Эри, — сказал Джейсон. — Она может быть дальней, но она семья.

— Я твоя сестра!

— Именно. Семья важна, — сказал Джейсон.

— Тень, — сказала Эрика. — Есть ли шанс, что ты мог бы выбросить Джейсона из самолета сейчас?

— Прошу прощения, миссис Асано, но я считаю, что мистер Асано — необходимое присутствие, когда мы встретим клан Асано.

— Ладно, — проворчала она.

* * * В небольшой каюте в задней части самолета Джейсон и Акари просмотрели несколько деталей в последнюю минуту в рамках подготовки к встрече с кланом Асано. Это не было чем-то, что они еще не просмотрели, но Джейсон хотел быть свежим, когда они коснутся земли. Когда они закончили, они встали, чтобы присоединиться к остальным в главном салоне.

— Прежде чем мы пойдем, — сказала Акари, — ты уверен, что готов к этому?

— Я постараюсь не обидеться на это.

— Я просто говорю, что ты через многое прошел в последнее время. Брокен-Хилл, а потом Макассар, дважды.

— Это плохо, да, — сказал Джейсон. — Но такова работа.

— Это твоя работа? Ты никогда на самом деле не вступал в Сеть.

— Нет, я вступил в Общество искателей приключений, что означает встать между плохими вещами и людьми, которые не оснащены, чтобы противостоять им. Прыжки между мирами этого не меняют.

— И это Общество искателей приключений — какой-то бастион добродетели, по сравнению с Сетью?

— Конечно нет, но они позволяют тебе делать свой собственный выбор. Ты просто должен быть готов жить с последствиями. Мой друг Руфус научил меня этому.

— Он также перенял некоторые из плохих привычек Руфуса, — сказала Фарра, открывая дверь. — Заходите сюда; мы вот-вот прыгнем из самолета.

Джейсон и Акари вошли и обнаружили, что остальные пассажиры ждут их.

— Знаешь, гораздо легче сдуть чувство собственной важности Руфуса, — сказала Фарра. — Он на самом деле не несет ответственности за спасение мира.

— От чего именно вы спасаете мир? — спросила Ася. — От волн монстров?

— Это симптом, — сказал Джейсон. — Я могу оставить это Сети, в конечном счете. Мое беспокойство в том, что они собираются сделать болезнь хуже.

— Как? — спросила Ася.

— Представь дом на сваях, — сказал Джейсон. — Там так много свай, что дом хороший и устойчивый, пока кто-то не приходит и не начинает возиться со сваями и не вводит фактор распада. Магические термиты или что-то в этом роде. Вещи становятся шаткими, и люди начинают присматриваться к сваям. Они выясняют, как замедлить распад, но потом понимают, что сваи сделаны из чистого золота. Ты доверяешь им оставить золото там, где оно есть, потому что оно удерживает дом от обрушения?

— Что ты хочешь сказать? — спросила Ася.

— Он говорит, — сказала Фарра, — что после того, как сетка снова выйдет в онлайн, начнется магическая золотая лихорадка. К сожалению, каждый кусок золота, который выкапывают, приближает ваш мир немного ближе к обрушению. Там внизу много золота, так что поначалу не будет казаться, что что-то происходит. К тому времени, как вы начнете замечать эффекты, будет слишком поздно.

— Вот почему ты не сказал мне раньше. Ты не доверяешь Сети.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я доверяю людям, а не институтам. Я буду доверять людям в Сети или Обществе искателей приключений, но в целом, нужно быть осторожным.

— Сеть не сделает ничего разрушительного для мира, — сказала Ася. — Они бы не стали.

— Надеюсь, это правда, — сказал Джейсон. — Но когда они увидят, что Кабал и ЭОА пожинают плоды, будет ли Сеть действительно стоять на месте? Каждый филиал?

Ася выглядела обеспокоенной, не отвечая. Джейсон положил успокаивающие руки ей на плечи.

— Я дам тебе надлежащее, тщательное объяснение, как только мы будем на земле и устроимся. Мне просто нужно заполучить кое-что в свои руки, прежде чем кто-то еще узнает об этом.

— Мистер Асано, — сказал Тень. — Мы приближаемся к зоне сброса.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Все замрите, пока Тень не оденет нас.

Джейсон и Фарра оба могли летать, но все равно были помещены в реактивные костюмы для лучшей единообразия полета.

— Это потрясающе, — сказала Эми.

— Это безрассудно, — сказала Эрика. — Самолеты предназначены для посадки.

— Технически, он не самолет, — сказал Джейсон. — Он живая тень самой смерти. На самом деле, это не делает его звучащим безопаснее, не так ли?

— Нет, — сказала Эрика, просверливая его взглядом. — Нет, не делает.

— Я предвижу, что это будет новый опыт, — доверительно сообщила Юми Эми. — Я возвращалась в Японию несколько раз с тех пор, как была молодой, но это обещает быть довольно уникальным визитом с самого начала.

— Видишь? — спросил Джейсон. — Даже Нанна в восторге.

Взгляд Юми присоединился к взгляду Эрики, впиваясь в Джейсона.

— Видишь? — спросил Джейсон. — Даже бабушка в восторге. Странно называть тебя бабушкой, когда мы выглядим одного возраста. Можно мне просто называть тебя Юми?

— Нет, — решительно сказала Юми.

— Мы в порядке, чтобы использовать их отсюда, сверху? — спросила Эми. — Все видео, которые я видела с костюмами вроде этого, на очень низкой высоте и обычно над водой.

— Это просто мера предосторожности, — сказал Джейсон. — Они могут подниматься намного выше, так что мы можем игнорировать это ограничение.

— Это действительно похоже на то, что нам не следует игнорировать, — сказала Эрика.

— Тень очень надежен, — заверил ее Джейсон.

— Миссис Асано, — сказал Тень. — Будьте уверены, что я не позволю ничему случиться с мисс Эми. Как и с формой самолета, которую вы сейчас занимаете, эти дизайны реактивных костюмов включают магию наряду с аспектами дизайна из реальности, более технологически продвинутой, чем ваша собственная.

— Как нам выбраться из самолета? — спросила Эми. — Мы используем ту платформу, с которой мы сели, под самолетом?

Эрика заметила ухмылку Джейсона, и выражение ужаса пересекло ее лицо.

— Только посмей, — предупредила она его.

— Это просто эффективно, Эри, — сказал Джейсон. — Тень, если бы ты мог?

Самолет вокруг них взорвался облаком тьмы, сбрасывая пассажиров в небо.

* * * В городе Асия, недалеко от Кобе, комплекс клана Асано был построен на холмах с видом на залив Осака. В месте, где пространство было на вес золота, одна только стоимость земли была астрономической, не говоря уже о зданиях, которые ее занимали. Спроектированный Фрэнком Ллойдом Райтом и построенный за двадцать лет до начала Второй мировой войны, мастерство пространственной композиции знаменитого американского архитектора включило холмы в дизайн зданий. Комплекс имел четыре уровня, но ни одно отдельное место не было выше двух этажей.

С Тенью, контролирующим летные костюмы, восемь фигур выпали из неба. Джейсон, Акари, Ася, Даун, Фарра, Юми, Эрика и Эми, все летящие в V-строю, когда они пронеслись над ландшафтом, чтобы приземлиться во дворе перед ожидающей группой, также из восьми человек. Реактивные костюмы приземлились перед группой в линию, держа дистанцию, чтобы не сдуть слишком много воздуха на людей, ожидающих их.

Реактивные костюмы превратились в тени, все устремляясь в тень Джейсона, как будто их засасывало в пустоту. Это оставило Джейсона в окружении друзей и семьи, все одетые официально. Джейсон был одет в один из своих оставшихся костюмов из другого мира, темный и достойный наряд, разработанный специально для таких встреч. Общее отсутствие формальности у Джейсона оставляло ему мало причин доставать его до сих пор.

Обе группы шагнули вперед, и Джейсон заметил, что другая группа была подобрана под его собственную, включая женщину-старейшину и девочку-подростка. Они даже соответствовали по рангу, за исключением двойника Даун. Несмотря на то, что Даун была, по любой обнаружимой мере, нормального ранга, ее двойником была женщина, которая выглядела лет на тридцать пять, но чей ранг был близок к пику серебра. Вне истинного ранга Даун, женщина была самым могущественным членом любой из групп. Она также имела солидное сходство с Акари.

Все члены клана Асано были одеты в деловую одежду западного стиля. Мужчина посередине, двойник Джейсона, был отцом Акари серебряного ранга и патриархом клана Асано. Как и старший дядя Джейсона по отцовской линии, брат Кена и Хиро, патриарх носил имя Сиро.

— Мистер Асано, — поприветствовал Сиро вежливым поклоном.

— Мистер Асано, — поприветствовал в ответ Джейсон, отвечая поклоном. — Сначала позвольте мне извиниться заранее. Несмотря на мое наследие, я плохо знаю вашу культуру и уверен, что совершу ошибки в своем декоруме. Пожалуйста, знайте, что любое пренебрежение является непреднамеренным и является результатом только моего невежества, а не отсутствия уважения.

— Спасибо, мистер Асано. Я тоже хотел бы извиниться за притворство, под которым я отправил свою дочь к вам. Мы осмелились судить о вашей достойности имени Асано, только для того, чтобы вы заставили это имя эхом разноситься по всему миру.

— Это трудные и опасные времена, Патриарх. Я понимаю вашу позицию и необходимость действовать деликатно. Я не обиделся вовсе.

Джейсон взял из своего инвентаря сложную деревянную коробку, почти сундук с сокровищами по дизайну. Магически она была ничем не примечательна, будучи лишь слегка усиленным контейнером железного ранга. Она выглядела хорошо сделанной, но в остальном обычной. Что делало ее особенной, было двояким: то, что она пришла из другого мира, и магия золотого ранга, обнаруживаемая на объекте внутри.

— Я предлагаю подарок в знак уважения к клану Асано, — сказал Джейсон, осторожно ставя коробку между ними. — Этот контейнер из другой вселенной. Это была упаковка для доспехов, которые были сделаны для меня там, и я долго использовал его, чтобы организовать многие магические предметы из другого мира. Доспехи, которые пришли с ним, были в конечном итоге уничтожены в астральном пространстве четвертой категории в Макассаре, поэтому казалось уместным, что я использую его для хранения нового комплекта доспехов, который я получил там.

Джейсон открыл коробку, обнаружив сложенный комплект доспехов, смешивающий ткань, кожу и твердые хитиновые пластины. Их носил человек-динозавр, Король, и они были почти уничтожены при выходе из астрального пространства. Однако предмет золотого ранга есть предмет золотого ранга, и со временем они восстановились сами и теперь были полностью восстановлены.

— Они называются Доспех Короля Динозавров. Я надеюсь, что если кто-то из членов вашего клана достигнет четвертой категории, эти доспехи смогут помочь сохранить их жизнь.

Джейсон почувствовал дрожь, пробежавшую по аурам членов клана Асано от того, что им преподнесли комплект доспехов золотого ранга, хотя их поведение не изменилось, за исключением кратчайшего взгляда, который Сиро бросил на свою дочь, стоявшую рядом с Джейсоном. Патриарх достал свою собственную коробку, это был пластиковый контейнер с изображением, которое Джейсон узнал сбоку. Патриарх выглядел смущенным, когда поставил его рядом с коробкой Джейсона.

— Рядом с вашим подарком, — сказал Сиро, — я могу сделать лишь жалкое подношение в ответ. Это набор анимационных целлулоидов из Короля зверей ГоЛайона.

Лицо Джейсона просияло в улыбке.

— Серьезно? Это потрясающе.

— Вам не нужно быть вежливым, мистер Асано. Наш подарок меркнет по сравнению с сокровищем, которое вы дали.

Джейсон одарил Сиро улыбкой.

— Я не согласен, Патриарх. Истинная ценность подарка не в стоимости, а в чувствах. Разве мать не ценит открытку ручной работы от своего ребенка больше, чем дорогую, купленную в магазине? Мой подарок — это просто то, что я встретил в своих путешествиях, в то время как ваш подарок демонстрирует вдумчивость, заботу и усилия. Мой отец будет по-настоящему восхищен, когда я покажу ему, что вы дали мне.

Джейсон взял коробку с подарком клана Асано и поместил ее в свой инвентарь. Женщина, стоявшая рядом с Сиро, сотворила серебряный шкаф и поместила подарок Джейсона внутрь, после чего шкаф исчез.

Джейсон снова почтительно поклонился.

— Ваше внимание смиряет меня, Патриарх.

— Как и ваша щедрость меня, мистер Асано.

Сиро повернулся к женщине, которая сотворила шкаф, серебряному рангу, стоявшему напротив Фарры. Она имела большое сходство с Акари.

— Это моя младшая дочь, Асано Мэй, — представил Сиро. — Пожалуйста, позвольте ей проводить вас к вашим покоям, пока я воспользуюсь шансом наверстать упущенное с моей давно отсутствующей старшей дочерью. Вы можете отдохнуть после вашего путешествия, и я пришлю вам угощения. Позже, если вы будете расположены, я проведу вам экскурсию по нашему дому.

— Мы благодарим вас за ваше гостеприимство, — сказал Джейсон, позволяя себе и остальной части своей группы, за исключением Акари, быть уведенными.

Большая часть группы Сиро также ушла, как только Джейсон и его группа скрылись из виду. Это оставило Акари, Сиро и могущественного серебряного ранга, который был бабушкой Акари. Сиро широко улыбнулся и заключил свою дочь в огромные объятия.

— Я скучал по тебе, дитя.

— И я по тебе, отец.

— Этот человек, которого ты привела обратно. Он не то, что я ожидал.

— Он никогда не бывает таким, — сказала Акари.

— Он может не знать наших обычаев, но он знает, как проявлять уважение.

— Я признаю, это удивило меня, — сказала Акари. — Я наполовину ожидала, что он прибудет в рубашке с цветочным принтом, шортах для серфинга и сандалиях. Я даже подозреваю, что он устроил более формальное шоу только для того, чтобы подшутить надо мной, если он догадался, что я доложила вам. Я извиняюсь за свое суждение о подарке. Я не знаю, что он изначально намеревался предложить, но я сомневаюсь, что это могло быть таким грандиозным, как сокровище, взятое у первого монстра четвертой категории, прибывшего на Землю. Он не сказал мне, что у него это даже было, не говоря уже о том, что он подарит это нам.

— Он устроил целое представление, — сказала бабушка Акари, забирая свою внучку для объятий. — Это заставляет меня задаться вопросом, чего он хочет от нас.

— Это из-за клана Тивари, — сказала Акари. — Он знает больше, чем я была готова сообщить, пока не увидела вас лично.

— Из-за этой персоны Даун? — спросил Сиро.

— Да.

— Ты была очень расплывчата, утверждая только, что мы должны проявить к ней величайшее уважение старейшины. Ты готова рассказать нам больше?

— Конечно, — сказала Акари. — Давайте пройдем внутрь, и я все объясню.

НЕ МНЕ СУДИТЬ

НЕ МНЕ СУДИТЬ

В тихом додзё Акари и ее отец сошлись в поединке. Оба были одеты в ги и ошейники подавления, в руках у них были деревянные мечи. И мечи, и само помещение были частью единой магической системы: мечи не наносили физического урона, но причиняли онемевающую боль, которая на короткое время парализовала в зависимости от места удара и его силы.

В стороне от площадки Джейсон сидел в расслабленной позе на коленях, также в ги и ошейнике подавления. Рядом с ним на коленях сидела его бабушка, Юми, а с другой стороны — Эми.

— Я всегда придерживался мнения, господин Асано, — сказал Сиро, — что, чтобы по-настоящему узнать человека, нужно скрестить с ним мечи. Чтобы овладеть клинком, нужно вложить в него себя, привести в гармонию разум и дух. Для мастера клинка меч — это и есть он сам.

— Это значит, что по-настоящему узнать человека можно, только если он хорошо владеет мечом, — заметил Джейсон. — Довольно узкая выборка.

Сиро усмехнулся.

— К сожалению, это правда.

— А что, если я возьму один из тех гибких мечей, что вы прячете в поясе?

Сиро снова рассмеялся.

— Одно только это предложение многое говорит мне о вас, господин Асано. Если бы вы действительно это сделали, это сказало бы мне еще больше. А если бы вы после этого применили его против меня, я бы по-настоящему понял, чего вы стоите. Этот метод более гибкий, чем вы думаете. Например, моя дочь некоторое время отсутствовала. То, как продвинулось ее владение мечом за это время, просветит меня как о ней, так и о вас, кто был ее спарринг-партнером в этот период.

Джейсон понял намек и замолчал, пока Сиро снова сосредоточился на дочери. Они начали кружить друг вокруг друга, осторожно ступая.

— Куда подевалась моя агрессивная дочь? — спровоцировал ее Сиро. — Твое отсутствие наполнило твое сердце сомнениями?

— Вы учитель, а я ученица, отец, — спокойно ответила Акари. — Не мне учить вас разнице между нерешительностью и обдумыванием.

— Интересно, — сказал Сиро. — Вы человек, чье самое острое лезвие — это язык, господин Асано?

— Да, — ответила Юми за своего внука.

Эми подавила смешок.

— Ты утратила свою смелость, дочь?

— Возможно, я просто научилась видеть разницу между смелостью и безрасс...

Без предупреждения Акари перешла в наступление прямо на полуслове, обрушив на отца град ударов, заставив его отступать размеренными шагами, пока он парировал атаки. Зрелище было захватывающим: скорость и ловкость обладателей серебряного ранга делали бой на мечах больше похожим на кинохореографию, чем на драку обычных людей. Не только время реакции, равновесие и пространственное восприятие были значительно усилены, но даже если бы мечи были настоящими, ни один удар не стал бы критическим. Обладателей серебряного ранга было слишком трудно вывести из строя.

Факторы, влияющие на бойцов, приводили к затяжным обменам ударами, с большим риском и стремительным лязгом клинков, как в боевиках. Отец Акари спокойно выдерживал натиск дочери, медленно возвращая себе контроль над затянувшимся обменом. Он много раз оказывался в конце таких разворотов событий, спаррингуя с Акари во время ее проживания в Деревне Асано. Сиро перешел в контратаку, проведя собственную серию неумолимых выпадов, пока Акари ловко не разорвала дистанцию, легко отступив назад.

— Ты отточила свою агрессию, превратив ее из тупой палки в острое оружие, — сказал Сиро дочери. — Это еще не меч, но ты добилась впечатляющего прогресса. Похоже, расширение твоего опыта пошло тебе на пользу. Давай посмотрим, над какими еще недостатками ты успела поработать.

Двигаясь в атаку на Акари, Сиро применил быструю работу ног; небольшие, но критически важные изменения позиции, когда он наносил удары, основанные не столько на скорости, сколько на неожиданных углах и тонких вариациях. Акари контратаковала, эффективно защищаясь и используя отсутствие таковой в подходе отца, пока он не отступил.

— Достаточно, дочь.

Сиро продолжал спарринговать с дочерью, пока наконец не кивнул с удовлетворением.

— За очень короткое время ты добилась прогресса в обуздании своей агрессии, реагируя на необычные атаки и используя свою физическую форму. Я вижу, что ты была прилежна, дочь, и мне любопытно узнать о твоем недавнем спарринг-партнере.

Сиро повернулся к Джейсону.

— Вы сильнее моей дочери, господин Асано?

— Когда ваша дочь приехала навестить мою семью, недостатки в ее мышлении были очевидны. Слишком безрассудна, недостаточно использует свою сверхчеловеческую физическую форму. Нехватка опыта против людей, использующих что-то, кроме чистых, эффективных стилей боя. Техника, которую вы вдалбливали в нее годами, вытягивала ее, что позволяло ей избегать своих слабых сторон. Можно сказать, что она была отличным мечом, которым плохо владели. К счастью, мой собственный подход очень подходил для использования этих недостатков. Как только я начал давить на них, она адаптировалась, и мои ранние победы превратились в череду поражений. Акари гораздо более грозный противник, чем я.

— Вы называете ее по имени?

— Невежливо, знаю, но когда всех зовут Асано, это логистическая необходимость.

Сиро повернулся обратно к Акари.

— А ты, дочь, как бы ты оценила способности господина Асано как фехтовальщика?

— Мы с вами живем мечом, отец, — сказала Акари. — Джейсон — нет. Он принимает тот факт, что никогда не станет мастером меча, равным вам или мне, и принимает это ограничение. Он тренирует свое мастерство владения мечом для практических целей, а не как образ жизни, и его практические цели находятся не в пустом додзё.

— Что это значит? — спросил Сиро.

— Если вы когда-нибудь будете сражаться с ним по-настоящему, отец, делайте это там, где сможете его видеть.

Сиро издал смешок, взял тренировочный меч у Акари и направил рукоять в сторону Джейсона. Джейсон встал, поклонился и ступил на татами, забирая меч.

— Скажите мне, господин Асано, — сказал он. — Моя дочь спасает вас от позора, или вы действительно чувствуете себя увереннее в более реальной обстановке?

— Определенно спасает, — сказал Джейсон. — Я довольно безнадежен.

— Он еще и лжет, — сказала Акари. — Он всегда держит в запасе какой-нибудь трюк и использует постыдную тактику.

— Ага, — весело согласился Джейсон. — Я большой сторонник нечестной игры.

— Не пытайся вывести моего отца из равновесия словами, Джейсон, — сказала Акари. — Его воля так же остра, как его клинок.

— У него в руках тупой тренировочный меч, — заметил Джейсон. — К тому же, откуда вы знаете, что я просто не тяну время, пока Фарра использует магию земли, чтобы вырыть туннель под нами и начертить ритуальный круг с обратной стороны пола?

— Что? — спросил Сиро, когда Джейсон издал смешок. — Господин Асано, вы кажетесь другим человеком, нежели тот, кто прибыл в мой дом вчера.

— Я сторонник того, чтобы люди сразу знали, чего от меня ожидать, Патриарх, и пусть сами решают, принимать это или нет. Однако я хотел продемонстрировать уважение, которое питаю к вашему клану, и сделать свое прибытие настолько почтительным, насколько мог.

— Понимаю. Вы высоко цените мой клан?

— Вы заставили свою дочь наблюдать за мной, но я, в свою очередь, сделал домашнюю работу по вам. Ваш клан не пожалел сил, посвятив свое время, ресурсы и людей борьбе с бедами, с которыми сталкивается мир сейчас. Я также видел, как Акари работает с Сетью в Австралии. Она сражается с самоотдачей, и не ради гордости или репутации, а чтобы помочь людям, насколько может. Она — гордость для себя, вашего клана и для вас, ее отца.

— Ваше самое острое лезвие действительно находится у вас во рту, господин Асано. Посмотрим, как вы справитесь с тем, что у вас в руке.

* * * Сиро и Джейсон прогуливались по территории поместья Асано, Джейсон все еще чувствовал легкое головокружение.

— Прошу прощения, что так много раз ударил вас по голове, господин Асано.

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Покалывание от этих тренировочных мечей вызывает своего рода кайф, когда привыкаешь. Знаете, вы гораздо спокойнее, чем я ожидал. Акари потребовались недели, чтобы хоть немного расслабиться.

— Поскольку вы приложили усилия, чтобы приспособиться к нашим чувствам, я стараюсь приспособиться к вашим в ответ. Честно говоря, я не знал, чего ожидать. Ваши появления в СМИ, отчеты Сети, то, что рассказала мне дочь, и кадры, которые я видел, где вы в бою — все это рисует картины, которые не совсем совпадают. Я надеялся, что при личной встрече смогу найти связующее звено.

— Иногда я сам не уверен, как все это складывается, — признался Джейсон. — В том мире я решил переделать себя, только чтобы вернуться домой и обнаружить, что снова скатываюсь к старым шаблонам. Перед нынешним кризисом я отправился в странствие, чтобы попытаться привести себя в равновесие.

— Странствие?

— Термин происходит от австралийского аборигенного понятия, хотя то, как его используют все остальные, больше взято из «Крокодила Данди», чем из культуры аборигенов. Это одиночное путешествие, обычно обряд перехода во взрослую жизнь. Я все еще во многом ребенок, так что взросление ко мне никак не прилипнет. Но странствие помогло мне найти некоторое равновесие, которое я, кажется, стремительно теряю снова. Но такова жизнь.

— Вы новичок в магии, но всего за несколько лет увидели больше, чем большинство, — сказал Сиро. — Легко забыть об этом, учитывая, что ваше имя стало синонимом магии.

— Наше имя, — поправил Джейсон.

— Именно так.

Джейсон огляделся на дом в западном стиле.

— Я был удивлен, обнаружив, что ваш дом построен в западном стиле. И не кем-нибудь, а одним из самых известных архитекторов в мире.

— Фрэнк Ллойд Райт провел несколько лет в Японии, в начале двадцатых годов, — объяснил Сиро. — Менее известен тот факт, что, помимо архитектуры, он был довольно плодовитым дилером японского искусства. Ряд его проектов зданий сохранился здесь, хотя наш — единственное существующее жилое здание. Моя мать помогала ему с некоторыми неприятностями, которые у него возникли с Кабалой, которая столетие назад была гораздо менее скрытной.

— Кабалой?

— Я избавлю вас от подробностей ради приличия. Достаточно сказать, что это было связано с кицунэ и значительным количеством свиного жира.

— Кицунэ существуют на самом деле?

— О, да. У вас было много дел с Кабалой?

— Нет, — сказал Джейсон. — Мой друг, Крейг, вампир, но это все.

— Это странная и эклектичная группа, если брать в целом. Насколько я понимаю, это были магические фракции древних времен, которые объединились только перед лицом внешних угроз. Их внутренняя политика полна разногласий и беспокойства, но они являются объектом романтики и легенд. Признаюсь, они всегда меня восхищали.

— Пора нашему разговору перейти к причине моего приезда в Японию, — сказал Джейсон. — Я так понимаю, Акари ввела вас в курс дела.

— Да. Вы удивительным образом расположили к себе мою дочь, господин Асано.

— Ладно, это уже становится глупо, — сказал Джейсон. — Почти все здесь — Асано. Хотя я понимаю, что это означает определенный уровень близости, есть ли шанс, что я смогу убедить вас взять пример с моей культуры?

— Имена? Полагаю, нас можно считать семьей, в некотором роде. Предлагаю вам и мне сделать этот шаг и посмотреть, как отреагируют остальные.

— Мне это подходит. Сиро.

— Тогда вернемся к обсуждаемой теме, Джейсон. Правда в том, что наше намерение всегда заключалось в том, чтобы привезти вас сюда, чтобы урегулировать старый долг перед кланом Тивари. Мы понятия не имели, что ставки окажутся настолько высокими. Вы действительно верите, что мир в опасности?

— Я видел существо с силой, превосходящей богов, пытающееся разобрать на части целую планету. Я сражался с ним врукопашную.

— И как все прошло?

— Очень плохо. Все мои атаки отскакивали, и он легко убил меня.

— Убил вас?

— Я умирал трижды, пока что. Это был второй раз.

— Это экстраординарное заявление.

— Экстраординарные заявления и поля смерти — это теперь моя жизнь. Даже несмотря на то, что это было не так давно и длилось недолго, я скучаю по жизни, полной беззаботных приключений и острот. Я хочу видеть этот мир в безопасности и вернуться к исследованию того.

— У вас есть способ вернуться?

— Меня уверяют, что это неизбежно, если только кто-то не убьет меня так, что это будет окончательно. Но сначала мне нужна та магическая дверь, которую охраняют Тивари.

— Договоренности завершаются прямо сейчас, — сказал Сиро. — Я отвезу вас к ним после обеда. А пока я хотел бы обсудить, что произойдет после того, как сеть снова заработает.

— Мы не уверены точно, что произойдет, — сказал Джейсон. — Что мы знаем, так это то, что определенные элементы, составляющие фундаментальные строительные блоки нашего мира, станут физическими. Это должно быть чем-то, что может сделать только дверь Тивари, но наш мир пошел немного не по плану.

— В чем именно заключается опасность?

— В затронутых областях будут появляться объекты. Это компонент размерной структуры нашего мира, влияющий на размерную мембрану, которая отделяет нашу физическую реальность от астральной.

— Признаюсь, я не очень хорошо разбираюсь в этих концепциях, — сказал Сиро.

— В основном, размерная мембрана похожа на кожу нашей вселенной, удерживающую внутреннее внутри, а внешнее снаружи. Эти объекты, о которых я говорю, также составляют связь между этой реальностью и другой, с которой мы связаны. Эта связь была стабильной миллиарды лет, прежде чем кто-то пришел и вмешался в нее. Теперь, столетия спустя, она дошла до точки непрерывных размерных пространств и волн монстров.

— И эти объекты представляют собой какую-то новую угрозу?

— Не совсем. Объекты представляют собой источник беспрецедентной силы. Они как алмазная монета духа в сочетании с ядром монстра пятой категории, в форме, которую можно использовать по мере необходимости, а остальное сохранить на потом.

Джейсон стал лучше разбираться в астральной магии, поскольку учился с помощью Доун. Его знания все еще были поверхностными, но быстро углублялись.

— Такая сила изменила бы мир, — сказал Сиро. — Это позволило бы нам преодолеть порог третьей категории, за которым мы застряли.

— Ага, и они начнут появляться в разгар этих событий, которые мы пока не понимаем. Каждая фракция будет бороться за них, даже несмотря на то, что каждая взятая ими единица будет делать мир немного менее стабильным.

— Сколько таких объектов там ждет, чтобы быть обнаруженными?

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Миллионы. Может быть, миллиарды. Но это просто даст людям оправдание забрать их и сказать, что это не имеет значения, потому что их осталось так много.

— Сеть ничем не будет отличаться, — сказал Сиро. — Они будут бороться за них, как и другие фракции, хотя бы для того, чтобы их не обошли.

— Согласен. К сожалению, я не в том положении, чтобы критиковать — не то чтобы это когда-либо останавливало меня раньше. Мне тоже нужно собрать их, чтобы восстановить связь между мирами. Насколько я понимаю, дверь можно использовать для ускорения процесса, а это значит, что мне нужно убрать ее с доски до того, как другие фракции узнают об этом факте.

— И все же вы доверяете мне эту информацию.

— Честь, может, и не для меня, но она для Акари. Я держу пари, что она есть и у человека, который ее воспитал.

— Искушение, которое вы описываете, велико, — сказал Сиро. — Я не уверен, насколько прочной окажется моя честность.

ЧЕСТЬ

ЧЕСТЬ

— Где сейчас наши гости? — спросила Норико. Она была сильнейшим членом клана Асано и матерью патриарха. Норико и Сиро находились в комнате с остальным руководством клана, восемью старейшинами, сидящими на коленях вокруг низкого стола.

— Обед готовится, его принимают мои дочери, — сказал Сиро. — Джейсон принимает звонок от Сети.

— Мы следим за ним? — спросила Норико.

— Мы следим, — сказал Сиро, — хотя мне от этого не по себе. Мы хозяева.

— Вам придется проглотить гораздо больше, прежде чем мы закончим, — сказала Норико. — Акари рассказала нам основы того, что грядет, но если предлагаемая сила так же грозна, как то, что Джейсон описал вам, то у нас нет другого выбора, кроме как стремиться к ней.

— Акари не понравится идти против него.

— Если этот дальний родственник хоть немного говорит правду, — сказал один из старейшин, — это может быть какой-то сложной уловкой за наш счет.

— Не уверен, что мы можем позволить себе такой риск, — сказал другой. — Если сила действительно такова, как описал Сиро, мы не можем позволить себе отступить от нее.

— Именно, — сказала Норико. — Мы должны не только полностью использовать возможности, которые будут доступны всем, но и захватить ту, шанс на которую есть только у нас. Это позволит нам не просто не отставать от тех, кто стоит на вершине, но, возможно, поднять весь наш клан, чтобы стоять на абсолютном пике.

— Вы хотите не просто охотиться за магией, которая приближается, — понял Сиро. — Вы предлагаете нам захватить объект, за которым пришел Джейсон?

— Да, — сказала Норико.

Сиро недовольно нахмурился.

— Вы хотите отплатить за долг предательством? — спросил он. — И это вдобавок к предательству тех, кого мы принимаем как гостей.

— Сделать меньше было бы предательством нашего собственного народа, — сказала Норико. — В слабости есть только позор, а в грядущем хаосе возвысятся только сильнейшие. Остальным повезет, если они выживут, и я отказываюсь отдавать судьбу клана на волю случая.

— А как насчет последствий со стороны Сети? — спросил старейшина.

— Вы думаете, Сеть поддержит Джейсона и его намерения, когда увидит, как ЭОА и Кабала захватывают силу, чтобы поднять себя до четвертой категории? — спросила Норико. — Какой бы силой и знаниями он, по-видимому, ни обладал, он не стоит того, чтобы отказываться от силы четвертой категории. Джейсон будет вынужден либо принять намерения Сети, либо отойти в сторону.

— Он не смирится с этим, — сказал Сиро. — Я могу быть уверен в этом, судя по словам Акари. Она тоже плохо отреагирует на это.

— Вы ее отец и возьмете ее в оборот, — сказала Норико. — Одна из ваших ролей как родителя — направлять ее через трудные, но необходимые выборы.

— Я направил ее на путь уважения к другим и к себе. Свернуть ее с него не так просто, как вы описываете.

— Да, просто, — сказала Норико. — Не путайте собственное нежелание с трудностями. Мэй и Акари — послушные девочки.

— Как отреагирует Асано? — спросил старейшина. — Мы все читали отчеты Акари из Австралии. Не похоже, что Джейсону несвойственно делать что-то опрометчивое.

— Тогда он пожнет последствия, — сказала Норико. — Он будет осторожен, пока здесь его семья.

— Заложники? — спросил Сиро. — Это выходит за рамки пощечины самим себе. Вы намерены сжечь наше имя в эффигии?

— Одна из моих ролей как вашего родителя — направлять вас через трудные, но необходимые выборы, Сиро. Сейчас не время для колебаний или полумер. Мир меняется, и мы должны быть безжалостны, если не хотим быть отброшенными теми, у кого есть воля подняться на вершину.

— А не действуем ли мы на опережение? — возразил Сиро. — Все, что у нас есть, — это один разговор с Джейсоном. Он мог преувеличивать или раздувать вещи из пропорции.

— Согласен, — сказал старейшина. — Нам следует узнать больше, прежде чем действовать.

— Это слова, которые погубят наш клан! — провозгласила Норико. — По всему миру люди готовятся действовать смело. Если мы будем колебаться перед лицом такой возможности, то мы действительно безнадежны.

Сиро опустил голову, понимая, что не сможет изменить ход событий.

— Чувства Джейсона остры, — сказал он. — Наша подготовка должна проводиться осторожно.

— Не говорите Мэй и Акари ничего, — сказала Норико. — Пока они верят, что мы согласны с намерениями Джейсона, они будут прикрытием для наших собственных.

* * * Джейсон был на видеоконференции, Ася стояла рядом с ним. На экране перед ним было полдюжины человек, включая Терренса, Анну и Кетеван из сиднейского отделения Сети. Остальные трое были из офисов Международного комитета, каждый из них занимал гораздо более высокую должность в организации, чем Ася.

— Ты сильно напортачил с этими комментариями о разделении вины, Джейсон, — сказал Терренс. — Сразу после объявлений о том, что ЭОА заключает сделки со всеми этими странами, ты фактически легитимизировал их.

— Да, потому что мое влияние настолько всеобъемлющее, что одно мое замечание может изменить судьбу двадцати стран, — сказал Джейсон. — Это полная чушь. Может, я и говорил в гневе, но я не лгал, Терренс. ЭОА, может, и сбросила сеть, но Макассар находится под Сетью и Кабалой.

— Неважно, кто несет ответственность, Джейсон, — сказала Анна. — Важно сейчас — подорвать влияние ЭОА, а ты вместо этого дал им толчок, как раз тогда, когда он был им нужнее всего. Потому что, нет, ты не можешь влиять на судьбу двадцати стран в одиночку, но ты — голос, к которому люди прислушиваются.

— Тогда я собираюсь попытаться придать этому голосу некоторую целостность, — сказал Джейсон. — Да, перекладывание всего на ЭОА сейчас помогло бы Сети, но если вы будете постоянно поступаться своими принципами ради нужд момента, в конце концов, у вас не останется никаких принципов. Вы проснетесь однажды с кровью на руках, не узнавая человека в зеркале.

— Хорошо рассуждать об этике, — сказала Анна, — но нам нужно иметь дело с реальностью прямо сейчас. А прямо сейчас реальность такова, что этот ход ЭОА позволяет им получить огромный перевес над Сетью, и ты помог им в этом.

— Я не часть Сети, — сказал Джейсон. — Я специально не вступил, потому что не хотел выбирать между правильным поступком и тем, что мне велели делать.

— Это, собственно, и есть причина нашего обращения к вам, — сказала одна из членов Международного комитета. Это была суровая на вид женщина, первый член МК, заговоривший после первоначальных представлений.

— Соглашение, которое вы достигли с сиднейским отделением, было признано более невыполнимым, — объяснила она. — Пришло время вам по-настоящему перейти под крыло Сети. Стать членом со всеми сопутствующими обязанностями и привилегиями.

— Вы знаете, что этого не будет, — сказал Джейсон.

— В любом случае, наше соглашение с вами аннулировано, начиная с этого момента, — заявила член МК.

— Отлично, — сказал Джейсон и завершил звонок без дальнейших обсуждений. Затем его лицо исказилось от гнева.

— Джейсон? — спросила Ася. Она хранила молчание на протяжении всего процесса.

— Они знают, — сказал Джейсон. — Не уверен как, но они знают, что можно получить, как только сеть снова заработает. Они знают, что я не смирюсь с этим, поэтому они разрывают связи сейчас. Следующим шагом будет подрыв моего влияния. Они начнут изображать меня как маргинальный, непредсказуемый элемент. Вероятно, какого-то экстремиста.

— Ты не можешь быть в этом уверен.

— Я уверен. Я понимаю, что это ставит тебя в неловкое положение.

— Ты же знаешь, что не я им рассказала, правда? — спросила Ася, с неуверенностью и тревогой на лице.

Он шагнул вперед, заключая ее в объятия.

— Конечно, я знаю это, — сказал он, утешая ее крепким, но нежным объятием, их тела идеально подходили друг другу. — Я говорил тебе, что доверяю людям больше, чем организациям, к которым они принадлежат. То, что только что произошло, — причина этого. Я доверяю тебе.

— И что теперь?

— Теперь пришло время тебе и остальным уходить, — сказал Джейсон. — Скоро все станет очень некрасиво.

* * * Акари и Мэй подошли к комнатам, где остановились Джейсон и его спутники, и Джейсон впустил ее.

— Где остальные? — спросила Акари, обнаружив внутри только Джейсона.

— Они решили пойти поиграть в туристов, пока я занимаюсь делами, — объяснил Джейсон. — Любая опасность, которая найдет их, пока там Фарра, вскоре пожалеет об этом.

— Охрана не уведомляла нас об их уходе с территории, — сказала Мэй.

— Они ушли с моим другом-тенью, Шейдом, — сказал Джейсон. — Он очень скрытный. Он может быть прямо здесь, в комнате с вами, а вы даже не узнаете.

Акари сузила глаза, глядя на Джейсона.

— Джейсон, что ты делаешь?

— Если это хоть какое-то утешение, позже, — сказал Джейсон, — твой отец был категорически против решения вашей семьи.

Акари нахмурилась, замешательство и беспокойство отразились на ее лице.

— Нас двоих едва ли хватит, теперь, когда только ты отправляешься к клану Тивари, — сказала Акари. — Мэй, ты сопроводишь господина Асано, пока я сообщу отцу об изменениях.

Мэй с беспокойством перевела взгляд с Джейсона на Акари, не имея ни малейшего представления, что вызывает напряжение между ними.

— Хорошо, — сказала она.

* * * — Отец, он знает, — сказала Акари, входя в кабинет патриарха без стука и предисловий. Сиро опирался на стол, тщательно протирая тканью лезвие обнаженного меча.

— Кто знает что? — спросил Сиро, не поднимая глаз от своего занятия.

— Джейсон знает, что вы собираетесь сделать.

Сиро медленно поднял голову, чтобы посмотреть на дочь.

— И с чего ты взяла, что я собираюсь что-то делать?

— Он тайно отослал всех своих людей и сделал несколько едва завуалированных намеков.

— Что он сказал?

— Он подчеркнул, что его фамильяр может находиться в комнате, а вы даже не узнаете, что он там.

Сиро рассмеялся.

— Он отправил тебя на разведку, дочь. Его задача важна, и он проявляет должную осторожность. Он поступает правильно. Возвращайся к своим делам.

— Вы уверены, отец?

— Совершенно уверен, Акари. Занимайся своими обязанностями.

Она слегка поклонилась, затем снова ушла. Сиро отложил клинок, подошел к двери и закрыл ее, прежде чем достать телефон, чтобы позвонить Норико.

— Да? — ответила Норико сухо.

— Асано знает.

— Насколько ты уверен?

— Скорее всего, он заставил своего фамильяра наблюдать за нашей встречей.

— Этого не должно быть возможно, — сказала Норико. — У нас установлены встроенные защиты.

— Мне приходит в голову, что спутница Джейсона, Фарра Хурин, является ведущим экспертом по магии массивов на планете. Готовы ли вы поспорить, что она не могла обойти наши магические защиты?

— Ты знаешь, предупредил ли он Тивари?

— Нет.

Наступила пауза, пока Норико переваривала новую информацию.

— Еще не поздно вернуться на путь чести, — сказал Сиро.

— Честь, — сказала Норико с презрением. — Ты звучишь как твой новый белый друг, Асано.

— Он не белый.

— Не кожей, но в нем нет ничего японского.

— Это не имеет значения, — сказал Сиро. — Выбор пути силы имеет смысл, когда есть сила, которую можно получить, но если нет, зачем терять лицо ни за что?

— Тот факт, что это возможность, которую мы не можем позволить себе упустить, не изменился, — сказала Норико. — Это просто будет стоить нам немного больше крови. А те, кто побеждает, всегда сохраняют лицо.

— Надеюсь, вы не верите в это по-настоящему. Вы хотите двигаться вперед, любой ценой? Каким бы ни был риск?

— Цена упущенного шанса стоит любого риска.

— Я не согласен, — сказал Сиро. — Я положу этому конец, прежде чем все начнется. Еще не поздно ничего не делать.

— Ты ничего подобного не сделаешь, — прошипела Норико.

— Я всегда ценил ваше руководство, мать, но я патриарх этого клана, а не вы.

— Если марионетка перерезает собственные нити, Сиро, она падает, беспомощная. Делай, как тебе сказано.

— Вы настолько не желаете идти на компромисс? — спросил Сиро, голос его был тяжелым от смирения.

— Моя воля непреклонна, сын. Это для тебя не новость. Твой выбор — либо работать на благо клана, либо ввергнуть его в хаос ради какого-то австралийца, которого ты встретил вчера.

* * * Мэй вела черный городской автомобиль в Кобе. Сиро и Акари сидели вместе сзади, а Джейсон — напротив них.

— Вы выглядите противоречиво, Сиро, — сказал Джейсон.

— Да? — спросил Сиро. — Это поэтому ты отправил мою дочь повидаться со мной?

— Да. Я думаю, человек, который воспитал Акари, захочет иметь возможность смотреть ей в глаза завтра. Еще есть окно, чтобы остановить это, прежде чем все начнется.

Акари настороженно наблюдала за двумя мужчинами, но не прерывала их, несмотря на жгучее любопытство.

— Я не могу остановить это, Джейсон, — сказал Сиро. — Я пытался.

— Прискорбно, но неудивительно.

Сиро вздохнул, поворачиваясь к дочери. Джейсон ничего не сказал, сидя непринужденно.

— Я могу говорить за большую часть клана, — сказал Сиро с усталостью изможденного старика. — Однако большинство наших старейших и сильнейших воинов останутся верны моей матери, и я уверен, вы знаете, что с пользователями эссенции это игра силы, а не чисел.

— Тирания ранга, — сказал Джейсон. — Я довольно близко знаком с этой концепцией.

— Так что вот мои варианты, — сказал Сиро. — Сохранить клан вместе и потерять лицо, вместе с бог знает сколькими жизнями союзного клана, перед которым мы в долгу. Или мы расколем клан. Кровь Тивари прольется в любом случае, и наш клан может очень легко встретить свой конец.

— Отец, о чем ты говоришь? — спросила Акари.

— Твоя бабушка хочет забрать магическую дверь силой, — объяснил Джейсон. — Похоже, ее не переубедить, несмотря на попытки твоего отца сохранить честь клана.

— Отец, это правда?

— Прости, Акари.

— Это даже не принесет пользы, — сказал Джейсон. — По словам Тивари, только я могу использовать дверь.

— Значит, вы все-таки связались с ними? — спросил Сиро.

— Да, — сказал Джейсон. — Их патриарха было трудно убедить, что вы отбросите свою честь, Сиро.

— Почему только вы можете ее использовать? — спросил Сиро. — Пророчество о человеке, который ходит между мирами?

— После нашей встречи, — сказал Джейсон, — я подробно говорил с патриархом Тивари через посредника. Пророчество — это поэтический способ описания вполне реального магического ограничения.

— Она была оставлена здесь для вас? — спросила Акари.

— Частично, подозреваю, — сказал Джейсон. — Я полагаю, первым выбором было то, что основатель Сети вернется за ней, используя ограничение как систему безопасности. Другой иномирец, отправленный сюда, вероятно, был менее надежным запасным планом.

— Как вы видите развитие событий? — спросил Сиро. — Моя мать не будет склонна принять притязания Тивари. Даже если она это сделает, это просто означает, что она попытается захватить и вас, Джейсон.

— Потребуется много усилий, чтобы заставить ее отступить, — сказал Джейсон. — Я надеюсь, что сочетание того, что Тивари готовы, того факта, что она даже не может использовать дверь, и угрозы раскола в клане будет достаточно, чтобы заставить ее отступить. Я убедил Тивари позволить вашему клану уйти с миром, если ваш клан готов это сделать. Впрочем, дружба между вашими кланами мертва в любом случае.

— Вы думаете, я пойду против матери и начну гражданскую войну внутри своего клана?

— Я надеюсь, что вы спасете душу своего клана, Сиро, а также его людей. Как только начнется драка, я не остановлюсь, пока дело не будет сделано.

— Моя дочь сказала мне не сражаться с вами, если я не могу видеть вас, — сказал Сиро.

— Вы не увидите меня, — сказал Джейсон. — Вы увидите, как ваш клан шатается из темноты, валясь с ног.

— Вы очень уверены в себе.

— Да. Я либо прав, либо нет. Вы действительно хотите узнать, Патриарх?

Сиро заглянул в холодные серебряные глаза Джейсона. Он никогда не чувствовал даже эха ауры Джейсона, но внезапно он ощутил нечто, чего едва могли коснуться его чувства, словно объект прямо за пределами досягаемости его пальцев. Это было глубоко, как темная бездна, с обещанием силы и опасности.

— Вы все еще человек, Джейсон?

— Нет, — сказал Джейсон. — Больше нет.

ОНИ УВИДЯТ, КАКОЙ Я НА САМОМ ДЕЛЕ

ОНИ УВИДЯТ, КАКОЙ Я НА САМОМ ДЕЛЕ

Резиденция клана Тивари располагалась в городе Арима-онсэн, укрытом в прекрасной природе среди густо заросших лесом холмов. Они направились на север, в сторону района Кита-ку города Кобе. В машине, везущей Джейсона на встречу с кланом, также находились патриарх клана Асано, Сиро, и две его дочери. Старшая, Акари, сидела рядом с отцом, встревоженная дискуссией между Сиро и Джейсоном. Младшая сестра, Мэй, вела городской автомобиль, а Сиро и Акари сидели лицом к Джейсону на заднем сиденье.

— Итак, каков был план? — спросил Джейсон.

— Использовать специалистов по скрытности, чтобы проследить за нами туда, где клан Тивари прячет дверь, — сказал Сиро. — Двое из них, каждый третьей категории.

— Похоже, либо ваша мать вам не доверяет, либо кто-то еще пытается вклиниться, — сказал Джейсон. — Или и то, и другое. За нами сейчас следуют четыре обладателя серебряного ранга. По крайней мере, тех, кого я заметил.

— Я не чувствую их, — сказал Сиро. — Вы уверены?

— Они все в машинах, — сказал Джейсон. — Может быть, куча обладателей серебряного ранга захотела посетить один и тот же город с горячими источниками одновременно и едут туда по отдельности, — сказал Джейсон. — Тень, иди взгляни. Если они здесь из-за нас, переходи к плану С. Вариант три, пожалуйста.

— Вы уверены, что хотите устроить такой переполох? — спросил Тень.

— Если Сеть хочет разорвать нашу договоренность, они увидят, на что я способен, когда с меня сняты оковы.

— Отсутствие доступа к военным припасам затруднит пополнение запасов для плана С.

— Нет, это просто сделает его менее законным, — сказал Джейсон. — Это не будет сложно.

— Хорошо, — сказал Тень.

— Что такое план С? — спросила Акари.

— План С — это все о Тени, — сказал Джейсон. — Он может становиться нематериальным, хранить объекты в своем собственном размерном пространстве и его очень, очень трудно обнаружить. Мы нагрузили Тень кучей полезных предметов и придумали серию планов, где Тень устанавливает объекты рядом с целями.

— Вроде камер? — спросила Акари. — Это было бы полезно. Это то, что означает буква С?

— Нет, — сказал Джейсон, вытаскивая черную коробочку размером с ладонь с маленькой антенной. У нее были переключатель и кнопка под пластиковой откидной крышкой, а также зеленый индикатор.

— Все готово, — сказал Тень.

— Это было быстро, — сказал Сиро.

— Я уже двигался, когда началась дискуссия, — сказал Тень.

— План С не означает «план камера», — сказал Джейсон, щелкая переключателем на устройстве, из-за чего свет сменился с зеленого на красный. — Он означает С4. Дай мне тайминг, Тень.

Он поднял крышку над кнопкой.

— Сейчас, — сказал Тень.

Джейсон нажал кнопку, и позади них раздалось три одновременных взрыва.

Сиро и Акари вытянули шеи, чтобы посмотреть назад.

— Я бы посоветовал нам убраться из этого района, прежде чем вмешаются власти, — сказал Джейсон Мэй, которая была за рулем. — Будет довольно много шума.

— Шума? — сказал Сиро, глядя на Джейсона с ужасом. — Вы знаете, что вы натворили?

— Не волнуйтесь, — сказал Джейсон с дружелюбной улыбкой. — Я убедился, что это были кумулятивные заряды, так что осколки серебряного ранга, которые я сделал, прошли прямо вверх через машины, где Тень прикрепил заряды. Они ударят любого внутри как, ну, бомба, не задевая гражданских поблизости. Слишком сильно. Любые осколки, которые поднимутся выше определенной высоты, также распадутся в металлический порошок, слишком легкий, чтобы упасть и кого-то поранить.

— Осколки серебряного ранга?

— Да. Мои способности к артефакторике очень базовые, но наделить некоторые колючки несколькими простыми свойствами — в пределах моих возможностей.

— Как вы можете взрывать бомбы в Японии? — спросил Сиро.

Джейсон посмотрел Сиро прямо в глаза, дружелюбное, непринужденное выражение исчезло, сменившись ледяным взглядом.

— Мне нужно что-то, чтобы спасти мир, а вы хотите забрать это для своей собственной силы? Сеть хочет сбросить меня, чтобы я копался в магических объедках, пренебрегая самой своей целью? Я могу справиться с такой жадностью, но вот как это выглядит. Перчатки сняты, Сиро. Я не хочу никого убивать, но если спасение этого мира от таких людей, как вы, означает пробираться через реку их крови, я это сделаю. Кстати говоря, есть ли смертельные жертвы, Тень?

— Нет. Обладатели серебряного ранга путешествовали поодиночке, предположительно, чтобы избежать обнаружения низкоранговыми. Сам взрыв имел минимальное воздействие на них, но магические осколки были гораздо эффективнее. Их жизни не в опасности, но их способность продолжать путь, безусловно, пострадала, и они больше не следуют за нами.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Сопутствующий ущерб?

— Я выбрал момент, чтобы избежать сопутствующего ущерба, хотя был некоторый косметический ущерб окружающим транспортным средствам.

— Магия перераспределения сотрясения на контейнере для кумулятивного заряда направила звук и силу вверх, — объяснил Джейсон. — Даже более сфокусировано, чем обычный кумулятивный заряд. Больше силы там, где нужно, и меньше сопутствующего ущерба. Немного простой магии дает большой эффект, если использовать ее правильно.

— Также был минимальный материальный ущерб. Гражданские лица поблизости встревожены, есть несколько незначительных травм от столкновений на низкой скорости в последовавшем хаосе. У одного пожилого мужчины были проблемы с сердцем, поэтому я дал ему зелье. Гражданские власти начали прибывать.

— Спасибо, Тень, — сказал Джейсон. — Отличная работа, как всегда.

Пока их машина быстро покидала район, Акари и Сиро продолжали смотреть на Джейсона с ужасом. Его жесткое выражение сменилось на дружелюбное, как прежде, как будто ничего не произошло. Он достал сэндвич, откусил кусочек, а затем посмотрел на них с извинением.

— Извините, вы хотели? — спросил он с набитым ртом. — У меня есть еще. Салат, ветчина. Один с тремя видами салями.

Они оба покачали головами. Джейсон откусил еще раз и посмотрел на Сиро.

— Итак, что теперь? — спросил Джейсон. — Каков план действий вашей матери на случай, если ее разведчиков устранят?

— План действий? — спросил Сиро. — Это не наша область компетенции. Мы охотники на монстров, а не солдаты спецназа. Если скальпель не работает, моя мать использует молот. Если она не сможет проследить за нами туда, где Тивари хранят дверь, она, вероятно, использует наши силы серебряного ранга, большинство из которых лояльны ей, чтобы атаковать Тивари напрямую, захватить патриарха и заставить его раскрыть местоположение.

Джейсон кивнул.

— Позвоните своей матери и дайте мне телефон.

— Вы хотите, чтобы я позвонил ей?

— Если у нас есть хоть какой-то шанс закончить это мирно, нам нужно поговорить, не имея возможности пырнуть друг друга.

Сиро кивнул. — Она бы не раздумывая попыталась решить вопрос с вами, если бы представилась возможность.

Он набрал номер и передал телефон Джейсону.

— Тебе не следовало мне звонить, — раздался голос Норико в качестве приветствия.

— Мне также не следовало взрывать машины на улицах Кобе, но вот мы здесь.

— Джейсон Асано, — прошипела она. — Ты не один из нас. Ты не заслуживаешь этого имени.

— У меня нулевой интерес к вступлению в ваш клан, Норико. Вопрос в том, собираетесь ли вы уничтожить этот клан.

— Я делаю это для клана. Мой сын слаб, вот как тебе удалось настроить его против меня.

— Сиро не настраивался против вас, Норико. Он хочет спасти душу вашего клана. Если вы нападете на Тивари, даже если победите, клан Асано никогда не будет прежним.

— Я на столетие старше тебя, мальчик, а ты пытаешься читать мне лекции о душе моего клана?

— У вас действительно есть богатство опыта по сравнению со мной, — признал Джейсон. — Если я вижу, что ваш клан балансирует на краю пропасти, то наверняка видите и вы. Если вы нападете на Тивари, то создадите раскол в своем клане в тот же момент, когда создадите опасного врага, и ради чего? Магической двери, которую вы не можете использовать.

— Так ты говоришь.

— Тивари владели этим объектом столетиями, — сказал Джейсон. — Вы думаете, они не пытались получить доступ к его силе? Если бы они преуспели, они бы правили миром со своими обладателями золотого ранга, а не просили бы ваш клан привезти меня в Японию.

— Даже если Тивари не лгут и предмет заблокирован, — сказала Норико, — мы найдем способ.

— Найдете? — спросил Джейсон. — После междоусобиц и возмездия со стороны клана Тивари? После того, как я расскажу миру о двери и о том, что она у вас?

— Мы сделаем то, что должны.

— И то, что вы должны сделать — это игнорировать все знаки, что вам следует остановиться? Ваш план был уже сомнительным. Теперь ваши разведчики исчезли, поддержка вашего клана испарилась, и Тивари знают, что вы идете.

— Мой клан должен воспользоваться этой возможностью, чего бы это ни стоило.

— Возможность — это не то, что вы думаете, Норико. Возможность, которая у вас есть — это отступить и сохранить свой клан целым. Вы уже знаете о том, что грядет, больше, чем почти любая фракция на Земле. Найдите время подготовиться и получите фору, когда придет время гоняться за ресурсами, со всей силой вашего клана. Сиро может быть против нападения и воровства у Тивари, но он не будет стоять в стороне, пока все остальные хватают власть. Вы выбираете не между тем, иметь дверь или нет, Норико. Вы выбираете между встречей того, что грядет, с полным и готовым кланом, и копанием в объедках с вашей горсткой обладателей серебряного ранга, уклоняясь от мести Тивари.

— Я думала, ты не хочешь, чтобы люди охотились за этими объектами силы.

— Не хочу, — сказал Джейсон. — Но я не настолько глуп, чтобы думать, что могу их остановить. Ваш клан в том числе. Я также получил заверение, что Тивари не будут искать возмездия, пока вы не нападете на них.

— У меня есть только твое слово на этот счет.

— У вас мало что есть, кроме моего слова почти по всему этому, — сказал Джейсон. — Сила, которую вы ищете: мое слово. Опасность, которую она представляет: снова мое слово. Вы выбрали смелость, потому что у вас не было времени на проверку, и теперь вы погрязли в болоте моего дизайна. Будете ли вы затянуты на дно и утонете, если пойдете вперед, или я лгу, и вас ждет твердая почва?

— Тебе нравится слушать собственный голос.

— Да. Особенно когда я прав. Идите домой и заберите все преимущества или сражайтесь и отдайте их. Я буду ждать вашего решения с кланом Тивари.

Джейсон повесил трубку и передал ее обратно Сиро, прежде чем повернуться к Акари.

— Я никогда не хотел загонять вашу бабушку в угол. Все, что я хотел сделать — это показать ей, что отступление — это не слабый, недальновидный шаг, а умный, дальновидный.

Затем он повернулся к Сиро.

— Здесь мы расстаемся. Идите домой. Я надеюсь, что это последний раз, когда мне приходится иметь дело с вашим кланом, Сиро, потому что в следующий раз, скорее всего, будет кровь. Мне жаль, что все закончилось так, Акари. Тело Тени появилось из тени Джейсона, и Джейсон исчез в нем.

* * * Джейсон ехал в машине Тени к резиденции клана Тивари, роскошному курорту Арима Гранд.

— Как я справился?

— Вы были несколько не сфокусированы, — раскритиковал Тень. — Ваши сильные стороны — игра на эмоциях и контроль темпа, что располагает к более сумбурному стилю аргументации. Представление фактов для демонстрации того, что один выбор объективно лучше — не ваш самый сильный подход. Тем не менее, это было адекватное выступление.

— Мы узнаем, насколько оно было адекватным, только когда решение будет принято, — сказал Джейсон. — Она принимает меры предосторожности на случай, если вы наблюдаете?

— Никаких, которые я заметил.

— Тогда я, пожалуй, взгляну.

Джейсон закрыл глаза и увидел глазами Тени.

* * * Норико стояла рядом с припаркованным фургоном, споря со старейшинами клана серебряного ранга, их сильнейшими бойцами. Общий консенсус был отступить, хотя она пыталась убедить их продолжать.

— Это, вероятно, все блеф, — сказала она.

— Возможно, — сказал старейшина. — Я не желаю рисковать кланом ради «возможно». Если только все не пройдет идеально, и мальчишка лжет и эта магическая дверь не даст нам огромную силу, этот поступок расколет клан и навсегда лишит нас лица.

— Согласен, — сказал другой. — Мы можем бороться за власть вместе со всеми остальными, не уничтожая при этом то, кем и чем мы являемся в процессе. У нас даже есть преимущество перед остальными. Мы должны посвятить себя тому, чтобы максимально использовать его.

Споры продолжались, но в конечном итоге было принято решение отменить атаку.

— Я свяжусь с Сиро и этим невыносимым сопляком, — сказала Норико.

— О, не утруждайтесь со мной, — сказал голос Джейсона, когда темная фигура с серебряными глазами вышла из темноты.

— Ты можешь наблюдать за нами через своих теневых существ, — сказала Норико.

— Да. Ваша стратегическая ситуация была довольно неустойчивой, если бы вы решили пойти на атаку. Однако я здесь не для того, чтобы злорадствовать. Моя семья Асано и ваш клан Асано отныне не имеют никаких связей, Норико.

— Если мы встретимся снова, то как враги.

— Надеюсь, этот день никогда не настанет, — сказал Джейсон. — Вам стоит надеяться на это больше.

ФАНАТ

ФАНАТ

Курорт Arima Grand Resort был дворцом, спрятанным в лесу, самым роскошным из множества мест для проживания в городе Арима-Онсэн. Теперь, когда магия перестала быть тайной, Джейсону не нужно было утруждать себя скрытностью, приближаясь к курорту. Тень превратилась из автомобиля в облако тьмы прямо перед вестибюлем, а затем Джейсон вышел из облака, когда темная миазма втянулась в его тень.

Игнорируя любопытные взгляды, Джейсон пересек атриум, который был больше, чем большинство жилых домов. Молодой человек лет двадцати, с искренней, нервной аурой, поспешил через вестибюль, чтобы перехватить его. Тревога была отчетливо видна на его лице, но его аура была под твердым контролем. Если бы чувства Джейсона не были намного сильнее, чем у этого молодого человека, только что достигшего бронзового ранга, он вообще не смог бы прочитать его эмоции. Самое интересное, что в его ауре не было ни следа ядер монстров.

— Мистер Асано, — поприветствовал молодой человек с уважительным поклоном. — Меня зовут Ицуки Тивари.

Джейсон ответил поклоном, и на его губах заиграла улыбка. Аура молодого человека вздрогнула от беспокойства.

— Прошу прощения, что именно я встречаю вас, но сейчас принимаются меры на случай, если события пойдут по нежелательному сценарию. Не могли бы вы пройти за мной?

— Конечно, — сказал Джейсон, следуя за молодым человеком, который довольно неплохо скрывал свою нервозность. — Я бы не стал слишком волноваться, мистер Тивари. Я уверен, что клан Асано пересмотрел свой дальнейший путь.

— Правда? — спросил Ицуки, ведя Джейсона через вестибюль, полный людей, которые глазели на них.

— Я только что беседовал с Норико Асано. Это мог быть блеф, но я верю, что клан Асано соберет вещи и отправится домой, не нанося вам визита.

— Я знал, что вы что-то предпримете, — сказал Ицуки.

— Не стоит приписывать мне слишком много заслуг.

Ицуки вывел Джейсона из вестибюля во внутренние коридоры.

— Нет причин для скромности, мистер Асано. Я, конечно, следил за вашими подвигами в новостях и во всех отчетах Сети, которые смог найти. Я даже просил отца разрешить мне встретить вас. Я веду вас в частную резиденцию семьи в глубине территории курорта.

— Я не соглашусь насчет скромности, — сказал Джейсон. — Нужно быть либо скромным, либо безумно самовлюбленным. Избегайте всего, что находится посередине, ибо там обитает посредственность.

— Это… необычная точка зрения.

— Если когда-нибудь дойдет до этого, — сказал Джейсон, — скажите им, чтобы выбили это на моем надгробии.

— Э-э…

— Я не такой, каким вы меня представляли?

— Не совсем. Я слышал кое-что от Акари Асано, но это показалось мне немного странным. Я думал, она шутит.

— Вы знакомы с Акари?

— Я не видел ее лично с тех пор, как она уехала. Полагаю, теперь я и вовсе не смогу ее увидеть.

— Возможно, это будет немного неловко, да, — сказал Джейсон, чувствуя сожаление и утрату в ауре молодого человека.

— Я вижу, вы не использовали ядра, чтобы достичь бронзового ранга, — сказал Джейсон, меняя тему. — Простите, второго разряда.

— Бронзовый ранг — это нормально. Мы используем терминологию другого мира с тех пор, как начали обучать наших людей техникам Хурин.

— Техникам Хурин? Они назвали их в честь Фарры?

— Да, мистер Асано. Я долгое время считал себя неудачником, неспособным поглощать эссенции до девятнадцати лет. Однако время для новых техник было выбрано идеально, и меня отправили в Сидней с первыми международными представителями для обучения. Я был в той же учебной группе, что и Тайка Уильямс.

— Вы знакомы с Тайкой? Мы с вами раньше не встречались?

— Я посещал несколько ваших лекций по контролю ауры в отделении в Сиднее, но это наша первая личная встреча.

— Простите, что не узнал вас. Я был груб.

— Там присутствовало более ста человек, а я был всего лишь новичком железного ранга. Нет нужды извиняться.

— Я в основном переложил обучение людей на Фарру. Я слишком много болтаю и не умею концентрироваться, чтобы быть хорошим инструктором. То, что вы попали к Фарре, сработало лучше. Я некоторое время обучал людей контролю ауры в другом мире, и они приставили ко мне кого-то, чтобы я не сбивался с пути. Это оказалось хорошей идеей.

— Мисс Асано сказала мне, что вас трудно удержать на любом пути, если вы сами того не хотите, мистер Асано.

Джейсон рассмеялся.

— Похоже на оценку Акари. Вот почему мой друг Хамфри присматривал за мной.

На лице Джейсона появилась грустная, задумчивая улыбка.

— Учитывая, как здесь все складывается, — сказал он, — я не могу дождаться возвращения домой.

— В Австралию?

— Нет.

Ицуки посмотрел на выражение лица Джейсона и не стал расспрашивать дальше. Они покинули главное здание курорта через боковую дверь, и Ицуки сел на водительское место ожидающего гольф-кара. Курорт представлял собой обширный комплекс, состоящий из множества огромных зданий, расположенных в лесистой местности и поднимающихся по склону большого холма.

— Вы, должно быть, были очень активны, чтобы достичь бронзового ранга за что? Пять месяцев? — спросил Джейсон.

— Я выполнял свой долг как член Сети, как мог, — сказал Ицуки.

Пять месяцев — это неслыханно даже в другом мире. Джейсон знал, что повышение ранга за пять месяцев возможно только при уничтожении огромного количества монстров. Даже в этом случае парню потребовался бы впечатляющий уровень таланта и, что более важно, целеустремленность. Только постоянные конфликты, с которыми сталкивался сам Джейсон, живя в астральном пространстве, могли обеспечить такой прогресс. Парень, должно быть, практически жил в прото-пространствах.

Такой драйв предполагал непреклонность, которая плохо сочеталась с нервным молодым человеком, управляющим гольф-каром. Либо у него были неожиданные глубины, либо странные наклонности серийного убийцы, перенаправленные на охоту за монстрами. В любом случае, это был человек, на которого стоило обратить внимание.

— Если вы не против, — сказал Джейсон, — не могли бы вы поделиться своей комбинацией эссенций?

Аура Ицуки вздрогнула, и его нервозность стала очевидна на лице.

— Можно и отказаться, — усмехнулся Джейсон.

— Нет, просто это немного неловко.

— О, я бы не стал об этом беспокоиться, — сказал Джейсон. — У меня есть друг, один из самых опытных пользователей эссенций, которых я когда-либо встречал. Тот, кто учил меня, на самом деле. У него есть история об уроке, который он усвоил, когда его превзошел человек с эссенцией утки.

— Все не так, — сказал Ицуки. — Просто… мои эссенции — это тьма, кровь и предзнаменование, с соединением рока.

— О, — сказал Джейсон. — Вы действительно следили за моими подвигами, не так ли?

Лицо Ицуки покраснело.

— Я никогда раньше не встречал фаната. У вас есть что-нибудь из моего мерча? Вырученные средства идут на благотворительность, что является единственной причиной, по которой я согласился на это с Терренсом и его ерундой.

— Терренс?

— Неважно. Вы ведь не покупали подделки из Китая, правда? Я уверен, что за этим стоит Сеть, хотя они в этом не признаются.

— Мистер Асано, пожалуйста.

Джейсон рассмеялся, похлопав Ицуки по плечу.

— Я просто шучу, парень. Вы специалист по недугам?

— Да.

— Отлично. Нам стоит найти время, чтобы обменяться заметками, может быть, вместе зачистить прото-пространство.

— Правда?

— Если события нас не опередят, конечно. Но никаких обещаний. События опережают меня довольно часто. Только что я взорвал кучу машин.

— Это были вы?

— Ага. Пришлось использовать только три, потому что две из них были в одной машине. Они точно не были просто парочкой, отправившейся в отпуск, верно, Тень?

— Я совершенно уверен в их зловещих намерениях, — сказала Тень. — К сожалению для них, нужно приложить много усилий, чтобы догнать вас в зловещих намерениях.

— О! — воскликнул Ицуки, чуть не съехав на гольф-каре с дорожки. — Вы — Тень, фамильяр-тень.

— Я знаю, — сказала Тень. — Я начинаю понимать, почему то, что люди постоянно называют ваше имя, раздражает, мистер Асано.

Джейсон рассмеялся, а Ицуки побледнел.

— Не беспокойтесь об этом, — сказал ему Джейсон. — У вас есть фамильяр? Они довольно редки на этой стороне.

— Да, мистер Асано, есть. Мой отец позаботился о том, чтобы у меня была ритуальная подготовка, чтобы это стало возможным. Правда, у меня только один, и он не общается. Я точно не знаю, что это такое.

— Мы можем взглянуть позже, — сказал Джейсон. — Посмотрим, сможем ли мы разобраться.

— Прошу прощения, мистер Тень, — сказал Ицуки. — Я много раз смотрел ритуал вашего призыва.

— Потому что это совсем не жутко, — сказал Джейсон.

Гольф-кар ехал в гору через комплекс, который был странно похож на маленький городок, если бы этот маленький городок был населен исключительно миллиардерами. Они прибыли в заднюю часть комплекса, которая была самой высокой точкой на холме. По сравнению с дворцовыми зданиями в других местах, резиденция Тивари была меньше, скромнее и имела больше традиционных японских архитектурных влияний, чем западных. Скромнее означало, что это был гигантский особняк, а не отель для людей, которые считали Версальский дворец адекватным началом.

Джейсон чувствовал встроенную в него защиту. Она была не такой сложной и грозной, как в региональном отделении Сети, но ему все равно пришлось бы быть осторожным, если бы он попытался проникнуть внутрь, незамеченным или иначе. Защита не смогла помешать Тени проникнуть внутрь, чтобы приблизиться к главе клана, чтобы Джейсон мог тайно предупредить его о намерениях клана Асано.

Оборона, казалось, была в активном состоянии, что, вероятно, означало, что они сжигали духовные монеты. Пока он наблюдал, защита начала сворачиваться.

— Должно быть, они услышали, что клан Асано не придет, — сказал Джейсон.

— С чего вы взяли? — спросил Ицуки.

— Магическая защита сворачивается.

— Вы можете прочитать нашу магическую защиту, просто взглянув?

— Преимущества основ магической теории мне объясняли много раз, — сказал Джейсон. — Оказалось, что это очень верно. Полагаю, вас учили только практическим основам ритуалов?

— Да, мистер Асано.

— Попробуйте изучить теорию. Обещаю, оно того стоит.

— Я сделаю все возможное, — сказал Ицуки. — Но материалов, которые я могу достать, не так уж много.

Они остановились у здания и подошли к дверям пешком, где двое мужчин в черных костюмах стояли на страже. Они поклонились, когда Ицуки и Джейсон подошли.

— Лорд Ицуки. Оборона переведена в состояние готовности номер два. Ваш отец желает, чтобы вы привели мистера Асано в кабинет главы клана.

— Спасибо, Рюхэй.

Ицуки был словно другой человек перед охранниками. Весь след нервозности исчез с его лица, а аура была взята под контроль. Если бы чувства Джейсона не были такими мощными, он вообще не смог бы его прочитать.

— Это впечатляющий контроль ауры, — сказал Джейсон. — Вы хорошо усвоили уроки Фарры.

— И ваши, мистер Асано. Комплимент от вас много значит. Мисс Хурин однажды сказала мне, что ваша аура обладает силой и мощью, достаточной, чтобы использовать ее как оружие.

— Я предпочитаю этого не делать, — сказал Джейсон. — Некоторое оружие лучше оставить в ножнах.

Внутри резиденции Тивари было оживленно, хотя люди, спешащие по делам, часто смотрели на Джейсона и Ицуки, когда проходили мимо. Здание казалось глубоко модернизированным под фасадом достоинства старого мира. Восприятие серебряного ранга Джейсона уловило системы наблюдения и сигналы связи, незаметные для обычного человека, все спрятанные под традиционным японским декором. Ицуки привел Джейсона к лифту, где их остановил мужчина в дорогом костюме с незаметным наушником. Джейсон почувствовал, что он серебряного ранга.

— Дядя Сота, — поприветствовал Ицуки.

— Ицуки, — сказал мужчина, затем уважительно поклонился Джейсону, который ответил тем же.

— Мистер Асано, — сказал Сота. — Меня зовут Сота Тивари. Боюсь, вам придется отключить любые средства, которые вы используете, чтобы запутать нашу безопасность, прежде чем двигаться дальше. Прошу прощения, но, учитывая обстоятельства, мы опасаемся допускать кого-либо с фамилией Асано к руководству нашего клана.

— Дядя Сота! Мистер Асано — тот, кто предупредил нас!

— Декорум, Ицуки, — отчитал Сота.

— Прошу прощения, дядя.

— Это вполне понятно, — сказал Джейсон. — Убавь обороты, пожалуйста, Тень. На самом деле, можешь просто появиться.

Тело Тени вышло из тени Джейсона.

— Нехорошо заниматься контрабандой людей, так что давай выйдем на открытое место, да? Вперед и в центр, джентльмены.

Гордон проявился рядом с Тенью, в то время как Джейсон указал рукой вниз по коридору, ладонью наружу. Блестящая кровь просочилась сквозь кожу его ладони, а затем брызнула потоком, встревожив Ицуки и Соту. Кровь свернулась в фигуру в мантии, которая выглядела идентично Джейсону, за исключением красно-фиолетового цвета кожи.

— Джентльмены, познакомьтесь с Тенью, Гордоном и Колином. Мои ближайшие спутники.

Джейсон и его фамильяры выстроились в ряд, выглядя как кровавый клон, теневой клон и инопланетный монстр из пустоты.

— Я не уверен насчет этого, — сказал Сота.

— Если вы принимаете меня, вы принимаете их, — сказал Джейсон. — Буквально, так как они мои фамильяры. Если вы не принимаете их, то можете просто сказать мне, где дверь, и я сам найду путь.

Сота осмотрел их четверых, задержавшись на Гордоне, который выглядел как парящее нарушение законов физики.

— Если бы вы их не раскрыли, были бы у нас какие-нибудь средства их обнаружить?

— Нет, но ваш глава клана определенно знал о Тени. Я почти уверен, что Ицуки здесь мог бы рассказать вам о других, если вы еще не знали. Не стоит приписывать мне слишком много честности.

Ицуки смотрел на фамильяров с рассеянным изумлением, подняв взгляд только тогда, когда было произнесено его имя.

Сота строго посмотрел на Ицуки, но Джейсон почувствовал смесь раздражения и привязанности мужчины. Он коснулся наушника, затем кивнул.

— Хорошо. Пожалуйста, пройдемте.

Фамильяры Джейсона дематериализовались. Тень вернулась в тень Джейсона, Гордон исчез, а Колин был реабсорбирован, после чего Сота, Ицуки и Джейсон вошли в лифт.

— Вы становитесь тяжелее, когда Колин внутри вас? — спросил Ицуки.

— Думаю, да, — сказал Джейсон. — Раньше, когда он просто исчезал, мне так не казалось, хотя это выглядело так, будто он входит в мое тело. Теперь мы, кажется, сливаемся физически больше, чем раньше. Не уверен, он изменился или я, или и то, и другое понемногу.

Поездка на лифте была короткой, и они прошли по другому коридору к набору двойных дверей.

— Ваш отец — глава клана? — спросил Джейсон у Ицуки.

— Нет, мой дядя. Отец — младший брат, дядя Сота — средний, а дядя Денджи — глава клана.

— У вашего отца тоже есть два старших брата? — спросил Джейсон. — Ицуки, ты пытаешься украсть мою личность?

— Что?

— Мистер Тивари, — спросил Джейсон у Соты. — У Ицуки висит мой плакат на стене?

— Нет, — неубедительно сказал Ицуки.

— Это тот, где я на крыше здания, как Бэтмен, да? Я всегда думал, что это перебор.

— Это была ваша идея, — сказала Тень.

— Тихо ты.

Они дошли до дверей, где пара мужчин в черных костюмах стояли на страже.

— Мне нравится этот стиль «людей в черном», который используют ваши охранники, — сказал Джейсон. — Очень устрашающе.

Мужчины открыли двери, чтобы впустить их в большой офис, где задняя стена была полностью сделана из стекла, выходя на курорт, раскинувшийся на склоне холма. Их ждали двое мужчин, оба серебряного ранга, имеющие немалое сходство с Сотой.

— Мистер Асано, — поприветствовал глава клана Денджи. Он шагнул вперед, чтобы пожать руку, а не предлагать японский поклон. — Приятно встретиться с вами лично, хотя ваш теневой посредник был весьма примечателен. И скрытен.

— У меня есть друг, который мог бы порекомендовать способы не пускать его, — сказал Джейсон. — Вы должны простить меня за то, что я попросил ее этого не делать.

— Вы говорите о мисс Хурин, — сказал Денджи. — Мой племянник высокого мнения о вас обоих. Я понимаю, она тоже в Японии?

— Она следит за тем, чтобы мои друзья и семья не страдали от чрезмерного внимания клана Асано. Учитывая наше общее происхождение, наша встреча была довольно разочаровывающей.

— Разочарование — это обычное дело, — согласился Денджи. — Я только что закончил разговор по телефону с Сиро Асано, которого знаю с тех пор, как мы были мальчишками. Печально терять друга и союзника, но их намерения сегодня не подлежат прощению.

— Сиро был против этого шага с самого начала, — сказал Джейсон.

— О, я не сомневаюсь, — сказал Денджи. — Это его мать. Я не знаю, как вы убедили эту женщину отступить.

— Я ничего не делал. Она просто пришла, чтобы ясно увидеть последствия.

— Это кажется подозрительно легко, учитывая женщину, о которой идет речь.

— Я думал о том же самом. Полагаю, она снова придет за мной, как только я получу дверь.

— Это меня не удивит, хотя, возможно, страх перед возмездием Сети удержит ее руку.

— Сомневаюсь. Сеть и я будем все больше расходиться во взглядах с этого момента. Что ставит вас в несколько неловкое положение. Простите.

— Вовсе нет, — сказал Денджи. — Первый долг нашего клана — перед основателем Сети и задачей, оставленной нам, а не перед современной инкарнацией Сети.

— И эта задача — охранять дверь?

— Да, — сказал Денджи. — Пока не придет человек, который сможет ее использовать.

ОЧЕНЬ БОЛЬШАЯ ОШИБКА

ОЧЕНЬ БОЛЬШАЯ ОШИБКА

Ицуки оставил Джейсона с тремя старейшинами: главой клана Тивари и двумя его младшими братьями. Главой был Денджи, средним братом — Сота, а младшим, отцом Ицуки, — Коя. Кабинет главы представлял собой большую комнату со столом с одной стороны и зоной отдыха с другой, с креслами, расставленными полукругом вокруг журнального столика, выходящими на стену с окнами.

Денджи пригласил Джейсона присесть. Они все заняли кресла, когда охранник в дорогом черном костюме вошел с подносом чая. Джейсон кивнул в знак благодарности и сделал глоток, затем пробормотал что-то слишком тихо, чтобы даже восприятие серебряного ранга могло разобрать.

— Не уверен, осознаете ли вы, насколько монументально ваше прибытие для нашего клана, — сказал Денджи. — С тех пор как мы узнали о вашем существовании и о том, что вы соответствуете условиям нашей давней цели, в клане было много дискуссий. Не все счастливы или даже принимают ваше прибытие. Вы олицетворяете судьбу клана, концепцию, с которой не все смирились.

— Некоторые из ваших членов не хотят, чтобы я забирал дверь?

— С практической точки зрения, — сказал Денджи, — мы ничем не отличаемся от других кланов Сети. Дверь остается скрытой и нетронутой, и очень немногие члены клана даже знают ее местоположение, не говоря уже о том, чтобы видеть ее. Тем не менее, быть хранителями двери дает нам чувство цели. Многие из наших членов боятся того, что это означает, если эта цель подойдет к концу. Когда выяснилось, кто вы и что вы такое, многие пытались дискредитировать вас и заявить, что вы не являетесь объектом пророчества.

— И вы придаете значение этому пророчеству? — спросил Джейсон.

— Честно говоря, мистер Асано, пророчество — это простая концепция, чтобы успокоить клан. Старейшины передавали записи от основателя, которые дают более полное объяснение. Это не то, чем делятся с кланом в целом, что, к сожалению, привело к тому, что долг иногда дрейфует в сторону веры. Некоторые из наших членов могут даже намереваться причинить вам вред.

— Я понял это, как только попробовал чай, — сказал Джейсон с улыбкой.

— Чай?

— Не знаю насчет вашего, — сказал Джейсон, — но в моем довольно много яда.

— Что? — спросил Денджи, вскакивая на ноги.

— На самом деле он неплох, — сказал Джейсон, делая еще один глоток.

* Вы были отравлены [Экстракт змеиной крапивы]. * Вы сопротивлялись [Экстракт змеиной крапивы]. * [Пищевое отравление] не подействовало. * Вы получили инстанс [Сопротивление].

— Экстракт змеиной крапивы, — сказал Джейсон. — Полагаю, меня достаточно уважают, раз использовали яд третьей категории.

Лица всех трех старейшин Тивари потемнели от ярости.

— Экстракт змеиной крапивы — это яд, который наши алхимики собирают из растений в некоторых из наиболее распространенных прото-пространств в этой области, — сказал Сота. — Можно сказать, что это специализация клана Тивари. Это определенно пришло изнутри клана.

— Думаю, это поспешные выводы, — сказал Джейсон. — Кто-то мог легко достать его и использовать, чтобы посеять раздор. Я бы так и сделал.

Он сделал еще глоток.

— Почему вы все еще пьете его? — спросил ошеломленный Коя у Джейсона. — Экстракт змеиной крапивы — самый сильный яд, с которым мы когда-либо сталкивались!

— На самом деле, — сказал Джейсон, ставя чашку с отвращением, — вкусовой профиль начинается хорошо, но послевкусие оставляет желать лучшего. Если в вашем есть яд, я бы пропустил. Не хочу быть грубым, будучи вашим гостем, но есть ли шанс на очиститель вкуса?

Сота подошел, достал из кармана пипетку и впрыснул прозрачную жидкость в чашку Джейсона. Поднялся болезненно-зеленый туман, источающий неприятный запах.

— Ага, — сказал Джейсон, зажимая нос. — Это и есть послевкусие.

— Запах неприятный, но безвредный, — сказал Сота. — Это определенно был экстракт змеиной крапивы.

Сота впрыснул жидкость в другие чашки, но только чашка Джейсона показала реакцию.

— Это был Ногучи, — сказал Сота. — Он подавал напитки, так что он должен был знать, какую чашку дать мистеру Асано.

Сота больше ничего не сказал, зашагав к двери.

— Мистер Тивари, — окликнул его Джейсон, и он остановился.

— Я попросил своего друга последить за официантом, как только попробовал чай, — продолжил Джейсон. — Пожалуйста, позвольте ему направлять вас.

— Вашего друга? — спросил Сота.

Одно из тел Тени вышло из тени Соты.

— Сюда, мистер Тивари, — сказала Тень и начала скользить по коридору. После ошеломленного взгляда на Джейсона Сота последовал за ней. Коя и Денджи тем временем с опаской поглядывали на свою собственную тень.

— Я начинаю очень радоваться, что я не Норико Асано, — сказал Коя.

— Вы кажетесь странно расслабленным, учитывая попытку убить вас, — сказал Денджи Джейсону.

— О, я уверен, вы скажете мне, если это что-то большее, чем внутренняя клановая политика, — сказал Джейсон. — Я уважаю любого, у кого хватает порядочности попытаться убить меня напрямую, а не преследовать мою семью. Я попытаюсь убить их в ответ, если это уместно, но не буду держать на них зла. Норико Асано была готова преследовать мою семью, так что ей не поздоровится, когда она неизбежно снова придет за мной.

Два брата посмотрели на дружелюбную улыбку Джейсона совсем иначе, чем когда он только прибыл. У них были выражения лиц людей, которые внезапно обнаружили, что держат змею за хвост.

— Мы искренне извиняемся, мистер Асано, — сказал Коя. — Вы предупредили нас, когда клан Асано собирался прийти за нами, а мы отплатили вам враждой. Я хотел бы заверить вас, что это исходило не от руководства клана.

— При этом, хотя старейшины клана могут быть не виноваты, — сказал Денджи, — мы несем ответственность. Такова природа лидерства.

— Я ценю это, — сказал Джейсон. — Простой факт в том, что меня не интересует, что значит для вашего клана то, что я забираю дверь, как бы черство это ни звучало. Знаете, почему она мне нужна?

— Согласно записям клана, — сказал Денджи, — магия нашего мира должна была стать несбалансированной и потребовать вмешательства. Кто-то должен был появиться, чтобы совершить это вмешательство, и основатель намеревался быть им сам. Однако он верил, что если с ним что-то случится, появится кто-то другой.

— И что-то случилось.

— Однако мы не знаем, что именно. Давно ходили слухи о предательстве со стороны некоторых аспектов Сети, но это была середина шестнадцатого века. Сеть все еще была коллекцией неаффилированных тайных обществ, без доли силы, необходимой для того, чтобы победить основателя.

Дверь кабинета распахнулась, и вбежал Ицуки.

— Мистер Асано!

— Ицуки! — отчитал Коя. — Что ты делаешь, врываясь в кабинет главы клана вот так?

— Дядя Сота сказал, что мистера Асано отравили, — сказал Ицуки.

— Я в полном порядке, — заверил его Джейсон. — Спасибо за беспокойство.

— Сота сказал тебе это? — спросил Коя у своего сына.

— Он не говорил мне, как таковому, — признался Ицуки. — Я, возможно, просто подслушал.

— И он не почувствовал, что ты подслушиваешь? — спросил Джейсон. — Неплохо. Глава клана, учитывая обстоятельства, думаю, будет лучше отбросить любезности и прямо сейчас отправиться к двери.

— Конечно, — сказал Денджи, затем покачал головой. — После всего этого времени, это не то, как должен был пройти этот момент.

— Я бы не стал беспокоиться, — сказал Джейсон. — Фанаты Звездных войн чувствуют себя так каждый раз, когда выходит новый фильм.

* * * Спутники Джейсона вышли из портала Джейсона на одну из вертолетных площадок курорта Arima Grand Resort, ту, что была зарезервирована для частного использования кланом Тивари посреди широкой лужайки. Вместе с Джейсоном ждали Ицуки, Коя и Денджи. Только Фарра не прошла через портал, так как ей нужен был свой собственный. Пока Джейсон ждал окончания перезарядки своей способности портала, он представил остальных семье Тивари.

— Я не могу выразить всю нашу тревогу по поводу покушения на жизнь мистера Асано, — сказал Денджи.

— На что? — спросила Эрика.

— Это был просто яд, — сказал Джейсон.

— О, это нормально, — сказала Эрика с облегчением. — Я однажды видела, как он пил отбеливатель, чтобы доказать свою точку зрения, и я не уверена, что это вообще считается ядом. Я бы сказала, что это скорее едкое вещество, чем ядовитое.

— Отбеливатель коррозийный, — сказала Эми. — Я почти уверена, что это яд, если его выпить.

— Почему именно люди пытаются тебя убить? — спросила Юми.

— Вероятно, они встретили его, — сказала Доун.

— Грубо, — сказал Джейсон.

— Ты вбил мой нос мне в мозг.

— Опять это? — спросил Джейсон. — Я умирал три раза, и вы не видите, чтобы я жаловался.

— Правда? — спросила Ася. — Ты как-то часто об этом упоминаешь.

— Это потому, что если люди поймут, что я просто продолжаю возвращаться, они поймут, что нет смысла убивать меня в первую очередь.

Денджи и Коя обменялись неуверенными взглядами, наблюдая за обменом репликами, в то время как Ицуки широко улыбался. Джейсон снова использовал свой портал, и Фарра шагнула через него.

— Проблемы были? — спросил он ее.

— Я же говорила тебе по телефону, — сказала Эрика. — Ничего не случилось.

— Один из клана Асано приходил вынюхивать, — возразила Фарра. — Просто бронзовый ранг.

— Когда это было? — спросила Эрика.

— Я не хотела вас волновать, — сказала ей Фарра. — Не волнуйтесь; он не отправил никаких сообщений, и я была тщательна. Никто не поймет, что это труп; они просто подумают, что кто-то сжег мусор.

— Ты убила кого-то? — спросила ее Эрика.

— Я честная добыча, — сказал Джейсон, затем его голос стал холодным. — Вы — нет.

— Он должен быть решительным, защищая семью, — одобрила Юми. — Если мы покажем слабость, с нами будут обращаться как со слабыми.

Джейсон представил Фарру клану Тивари.

— Знаете, мисс Хурин технически тоже соответствует требованиям пророчества, — отметил Ицуки. — В зависимости от того, насколько важной вы считаете часть «мужчина» в «мужчина, который ходит между мирами». Учитывая, что я не думаю, что они технически ходили, это означает, что есть место для интерпретации.

— На самом деле, требований больше, чем это, — сказал Денджи. — Вы никогда не ходили смотреть на дверь, Ицуки, но скоро узнаете.

— Мне можно пойти?

— На самом деле, вы будете последним Тивари, кто увидит дверь, если все пойдет по плану.

— Потому что так всегда и бывает, — пробормотал Джейсон. — Ладно, все отойдите, чтобы мы могли начать это шоу.

Все отступили на окружающую лужайку, и тьма хлынула из тени Джейсона, Тень приняла свою форму изящного самолета.

— Двери здесь нет? — спросила Фарра.

— Да, я думал, они держат ее в подвале или что-то в этом роде, — сказал Джейсон.

— Самая лучшая защита — это секретность, — объяснил Денджи. — С самого начала дверь была спрятана на необитаемом острове в Тихом океане.

* * * Джейсон и остальные спустились к воде в реактивных костюмах, зависнув над водой, пока Тень принимала форму большого двухпалубного моторного катера. Они расположились на большой верхней палубе.

— Это довольно удобно, — сказал Коя, когда реактивный костюм испарился вокруг него.

— Это было потрясающе! — сказал Ицуки. — Мой фамильяр сможет делать подобные вещи?

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Способность Тени принимать разные транспортные формы на самом деле исходит от одной из моих способностей. Это был подарок от отца Тени.

— У вашего фамильяра есть отец? — спросил Денджи.

— Да, его старик — Смерть.

— Что вы имеете в виду, Смерть? — спросил Коя.

— Ну, Смерть, — сказал Джейсон. — Коса, мантии, тот фильм Ингмара Бергмана. Ни богатства, ни земли, ни серебра, ни золота; ничто не удовлетворяет меня, кроме твоей души. Смерть.

— Как обычно, — сказала Тень, — то, что описывает мистер Асано, верно только с очень специфической точки зрения.

— Я как Оби-Ван Кеноби, — весело сказал Джейсон. — Давайте заставим эту лодку двигаться!

Вскоре лодка с ревом неслась по яркой, чистой воде между возвышающимися каменными островками. Они проплывали мимо небольших необитаемых островов, покрытых пышной зеленью. Денджи указывал Тени, куда плыть, пока Эрика разговаривала с Джейсоном.

— У нас был самолет и эти реактивные костюмы, — сказала она. — Зачем нам куда-то плыть на лодке?

— Посмотри вокруг, Эри. Как мы можем не плыть на лодке?

— Я думала, ты торопишься.

— Я тороплюсь, Эри. Но я также хочу провести хороший, веселый день, прежде чем снова обнаружу, что уничтожаю жертв монстров, оживленных как ходячие трупы. Позволь мне это.

Она обняла его.

— Конечно, младший брат.

Джейсон подошел к перилам, присоединившись к Фарре, облокотившись на них и глядя вдаль.

— Вот какими должны быть приключения в моем мире, — сказал он ей. — Экзотические места и древние сокровища в скрытых руинах. Глядя на всю эту тропическую красоту, ужасные вещи, которые мы видели всего несколько дней назад, кажутся такими далекими.

— Это приятная перемена после темных дней позади нас, — согласилась Фарра, — но я боюсь, что впереди их будет еще больше. Однако пока давайте получать радость там, где можем ее найти.

— Договорились.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Асю, и одарил ее улыбкой. Она сидела на скамейке, которая шла вдоль борта верхней палубы моторного катера, и он небрежно подошел к ней, их тела прижались друг к другу.

— Насколько ты рада сейчас, что никогда не пошла в Федеральную полицию?

— Я не уверена, насколько Сеть подходит мне тоже, — сказала она. — Мне не нравится направление, в котором они движутся. Ты должен объяснить им, почему это так важно.

— Я сказал им, что должен спасти мир, — сказал он. — Не уверен, как можно поднять ставки выше этого. В смысле, да, возможно, я спасаю вселенную, но вряд ли. Доун думает, что она должна быть способна пережить разрушение Земли.

— Ты был очень расплывчат в деталях.

— Потому что я не хотел, чтобы армия приспешников Сети обогнала меня на пути к этой двери.

— Теперь они армия приспешников?

— Ты предпочитаешь термин «безликие прихвостни»?

— Как насчет «безликих приспешников»?

— С этим я могу работать.

— Джейсон! — воскликнул Ицуки, поднявшись на палубу после осмотра лодки. — Ваш фамильяр невероятен!

— Друг, тебе серьезно нужно научиться читать язык тела, — сказал Джейсон, отстраняясь от Аси.

— Что? — спросил Ицуки с невозмутимым выражением лица.

— Неважно, — сказал Джейсон. — Знаешь, я на самом деле встретил Тень до того, как он стал моим фамильяром, хотя я его и призвал. Я недавно встретил этого нового друга, Эмира, который проводил соревнование. Изначально я встретил Фарру и ее спутников, потому что они работали на него, так уж вышло, но их не было в городе, когда он прибыл, и он пришел искать меня…

* * * Лодка стояла на якоре в лагуне у необитаемого острова, ожидая отлива. Джейсон предлагал Тени принять форму подводной лодки, но Денджи объяснил, что есть магическая защита, которую им нужно будет преодолеть. Пока они ждали, Джейсон, Эрика, Эми, Ася, Фарра и Ицуки плавали в бирюзовых водах.

Юми и Доун болтали с Денджи и Коей, которые были поражены откровением об истинной личности Доун, многое из которой ей пришлось им объяснить. Она была сокровищницей знаний о самых концепциях, вокруг которых был построен их клан, и они нашли ее компанию откровением.

Цвета заката окрасили небо, когда прилив стал достаточно низким, чтобы обнажить морскую пещеру, в которую они направлялись. Пловцы вернулись на борт, и они вытащили лодку на берег, которая затем исчезла в тени Джейсона, высадив пассажиров на мягкий песок. Когда они разобрались, кто пойдет в пещеру, а кто нет, Эми запротестовала, когда ей сказали, что она не пойдет.

— Я все это время была спрятана! В чем был смысл брать меня с собой?

— Я знаю, крошка, и мне жаль, — сказал Джейсон. — Я знал, что люди, вероятно, попытаются убить меня, потому что они обычно так и делают, но я не ожидал, что весь клан Асано ополчится на нас. Бабушка Акари действительно испортила поездку. Но это священное место для клана Тивари, а не туристическое место.

Коя и Денджи обменялись взглядами, оба кивнули.

— Поскольку она ваша племянница, мистер Асано, — сказал Коя, — мы готовы взять ее с собой, учитывая ваш статус в этом деле. Она может быть свидетельницей, наряду с моим сыном.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Но я хочу тишины, и я хочу уважения, юная леди. Это понятно?

Эми с готовностью кивнула, с широкой улыбкой на лице.

— Мне также нужно разрешение твоей матери, — добавил он, на что Эми обратила на свою мать оружие в виде выражения тоски.

— Это безопасно? — спросила Эрика.

— Для нее — да, — сказал Денджи. — Только Джейсон столкнется с любыми испытаниями внутри.

— Подождите, — сказал Джейсон с преувеличенной паникой. — А для меня это безопасно?

— Я полагаю, что да, — сказал Денджи.

— Вы полагаете? Я не чувствую уверенности.

— Перестань быть трусом, — сказала Фарра.

— Трусы живут!

— Ну, ты постоянно умираешь, так что это явно не про тебя.

— Почему я всегда тот, кто должен спасать мир, — пробормотал он обиженно. — Никто не говорит Кайто, что он должен спасать мир.

— Серьезно? — спросила Эрика.

— Для него все это: «Кайто, летай на своем вертолете со своими волнистыми волосами» и «Кайто, объединись с этим жестким, невероятно привлекательным детективом и раскрывай преступления».

Наблюдая за обменом репликами с растущими сомнениями, Денджи наклонился к своему брату.

— Мы совершили очень большую ошибку? — прошептал он.

— Наверное, все в порядке, — сказал Коя. — Я просил Ицуки рассказать мне обо всем, что он узнал от девушки Асано, пока она жила с ними в Австралии. Некоторые вещи, которые она ему рассказала, начинают обретать гораздо больше смысла.

— Надеюсь, ты прав.

НЕОЖИДАННОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

НЕОЖИДАННОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

Внутри частично затопленной морской пещеры Джейсон шел по поверхности воды. Его плащ был обернут вокруг него и Эми, делая их тела легкими. Глава клана Тивари также шел по воде, в то время как Ицуки и его отец плыли на надувной лодке. По мере того как они продвигались глубже в пещеру, из плаща Джейсона появлялись частицы света, распространяясь, чтобы осветить пещеру мягким звездным светом.

— Красиво, — сказала Эми.

— Я всегда так думал, — сказал Джейсон. — Так много из того, что я делаю, уродливо, поэтому мне это очень нравится.

На некотором расстоянии в пещере пол поднялся над уровнем воды, и все пять человек стояли на влажном песке, с которого отступила вода.

В глубине пещеры была тесаная стена, высеченная из цельного камня, с вбитыми в нее металлическими перекладинами. Джейсон заметил выбоины там, где перекладины проржавели и были заменены несколько раз за столетия.

— Здесь нет магии, — сказал Джейсон, наклонив голову. — Она глубже. Намного, намного глубже.

— Вы можете это почувствовать? — спросил Коя.

— Едва, и только потому, что я искал это. Логистические проблемы, связанные с прокладкой шахты на тропическом острове, огромны. Без магии, чтобы держать шахту запечатанной и укрепленной, обслуживание должно быть проблемой.

— Основатель не хотел, чтобы кто-то случайно заметил участок магии посреди ниоткуда, — объяснил Денджи. — Стена сдерживает прилив, а с другой стороны есть шахта, уходящая достаточно глубоко, чтобы магия внизу была незаметна снаружи. Ну, если только ваши магические чувства не абсурдно мощные.

— Как ваши чувства стали такими сильными? — спросил Ицуки Джейсона.

— Сверхъестественные чувства — это ваша магия и обнаружение ауры — являются функцией вашей ауры, как радарная вышка, посылающая сигналы, — объяснил Джейсон. — За исключением того, что это не так, но для целей этой аналогии этого достаточно. Более сильная аура подобна более мощному радарному излучателю, дающему вам более мощное ощущение вашего окружения.

— Я бы хотел иметь такие сильные чувства, — сказал Ицуки.

— Будь осторожен со своими желаниями, — сказал ему Джейсон. — Не каждая сила стоит своей цены.

Джейсон легко запрыгнул на вершину стены и использовал удлиняющуюся теневую руку, чтобы подтянуть Эми за собой. Он открыл свой инвентарь и достал ожерелье с синим драгоценным камнем.

— Это позволит тебе дышать, если воздух там внизу станет немного паршивым, — сказал Джейсон, надевая его ей на шею. — Готова?

Эми одарила его улыбкой, и они спрыгнули вниз, плащ Джейсона позволил им плавно спуститься. Частицы света от плаща Джейсона тянулись за ними, как феерическая пыль, пока они спускались целую вечность, пока, наконец, не вышли из шахты в большую камеру и не опустились на пол.

Частицы звездного света Джейсона распространились, открыв пятиугольную комнату. Каждая стена была сделана из жидко-гладкого мрамора, чей цвет напоминал Джейсону свет, генерируемый трансцендентным уроном. Мрамор был белым с прожилками синего, серебряного и золотого цветов, с отверстием в каждой стене размером с человеческую голову. Из каждого из пяти отверстий исходил мягкий белый свет.

Так глубоко магия была не просто обнаруживаемой, но и пугающей. Между богами и Строителем Джейсон испытал достаточно силы трансцендентного ранга, чтобы распознать ее, когда он ее чувствовал. К счастью, он также мог почувствовать, что она была на расстоянии, не позволяя ей подавить его. Он взглянул на Эми, которая даже не заметила этого из-за отсутствия чувств ауры. Она с нетерпением оглядела комнату.

— Где дверь? — спросила она. — Дверь все это время была метафорой?

— Нам придется подождать, пока остальные спустятся сюда, — сказал Джейсон. Он чувствовал, как три клановца медленно спускаются по шахте.

— Если они скажут нам, что дверь все это время была внутри нас, — сказала Эми, — мне нужно будет, чтобы ты их побил.

Джейсон рассмеялся, взъерошив волосы племяннице.

— Дядя Джейсон, — пожаловалась она, отталкивая его руку.

Трое мужчин Тивари спрыгнули через потолок на концах магических веревок, их ноги были продеты в петли на концах.

— Как это работает? — спросил Джейсон.

— Все довольно просто, — объяснил Денджи. — Вы можете почувствовать силу этого, да? Как это запечатано?

— Да.

— Вы встаете в центр комнаты и концентрируетесь — после того, как остальные из нас отойдут в сторону.

Джейсон оглядел чистый пятиугольник, составляющий комнату.

— Отойдем куда?

— Мы можем встать в углах, где встречаются стены, — сказал Коя. — Пока мы находимся в стороне от отверстий в середине стен, мы не пострадаем.

— Вы обнаружите, что к силе довольно легко получить доступ, — сказал Денджи. — Выдержать ее — зависит от вас.

— Значит, я просто хочу, чтобы дверь открылась, и она открывается? — спросил Джейсон. — Это звучит подозрительно похоже на то, что дверь все это время была внутри меня.

Эми фыркнула от смеха.

— Совсем не так это работает, — сказал Денджи. — Имейте в виду, что сила, которой вы будете подвергнуты, огромна. Никто из наших людей никогда не мог выдержать ее и войти в дверь. Только услышав о вашей мощной ауре, мы всерьез задумались, что вы можете быть тем человеком, которого мы ждали. Это, надеюсь, позволит вам сопротивляться силе достаточно долго, чтобы получить проход.

Остальные переместились к периметру комнаты, к точкам, где сходились две из пяти стен пятиугольной камеры.

— Вы несете ответственность за безопасность моей племянницы, пока я занят, — сказал Джейсон мужчинам Тивари. — Я рекомендую вам отнестись к этой ответственности очень серьезно.

— Конечно, — сказал Коя.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это не само собой разумеется. Вы обеспечите ее безопасность, или вы пожалеете, что ваш клан не использовал на мне яд получше.

— Дядя Джейсон, не будь засранцем. Они знают, что ты уничтожишь весь их клан, если со мной что-то случится. Тебе не нужно тыкать их в это носом.

— Прости, крошка.

Мужчины Тивари посмотрели с Джейсона на его племянницу с бледными лицами.

— Ладно, — сказал Джейсон, с нетерпением потирая руки, направляясь в центр комнаты. — Давайте попробуем.

Джейсон переместился в центр комнаты и расширил свои чувства. Сила в комнате ответила немедленно, трансцендентный свет засиял из отверстий в каждой стене, встретившись в центре, чтобы светить прямо на него. Сила обрушилась на него цунами чистой, чистой магии, утопив его в ней, как подавление ауры бога. Даже мощная аура Джейсона была как бумажная лодка в ураган, мгновенно сметенная.

Джейсон заставил себя открыть глаза, чтобы проверить остальных, которые, как и было обещано, не пострадали. Он больше не обращал на них внимания, стиснув зубы, стоя против шторма магии. Однако это было не первое родео Джейсона трансцендентного ранга, и не первый раз, когда его аура была подавлена в ничто. Казалось, его сжимают в гигантском кулаке, но он выдержал, лишь с гримасой на лице. Внезапно свет исчез, и Джейсон исчез вместе с ним.

* * * Джейсон почувствовал, как что-то пытается разорвать его тело, но ощущение прошло всего через мгновение. Его зрение сфокусировалось, и он обнаружил себя в инопланетном ландшафте, наполненном янтарным светом. Пара окон всплыла, чтобы закрыть его обзор.

* Вы вошли в пространство комбинированной физической и астральной природы, [Фундаментальный мир]. Вы получили инстанс [Развоплощение измерений] и будете периодически получать дополнительные инстансы, пока не покинете это пространство.

* Вы — гештальт-сущность, сочетающая физическую и астральную природу; [Развоплощение измерений] не имеет эффекта.

* Вы сопротивлялись [Развоплощение измерений]. * Вы получили инстанс [Сопротивление]. * Вы получили инстанс [Целостность].

Джейсон закрыл первое окно, размышляя о дальновидности способности, которую Мировой Феникс разработал для него. Его раздражало, что он танцует под чью-то дудку, но он был вынужден признать, что, как бы он ни не доверял кому-либо или чему-либо с такой силой, Мировой Феникс дала ему многое. От возвращения с того света до возвращения домой, она до сих пор не просила взамен ничего, кроме того, что он и так бы сделал.

Закрытие первого окна немного прояснило его зрение, и он огляделся. Место, в котором он оказался, не было подземной камерой, из которой он только что вышел. Первое, что он заметил, был янтарный свет, настолько густой, что мир вокруг него стал монохромным. Столь же густой, как свет, была аура, пронизывающая все, настолько мощная, что казалась почти твердой. Он был на небольшом возвышении под открытым небом, местность вокруг него была в основном плоской, но неровной. Она была покрыта травой, а из дерна торчали фрагментарные руины.

Не видя непосредственных угроз, или вообще чего-либо, он взглянул на второе окно.

* Вы вошли в домен Строителя. * Войдя в этот домен, вы подчинили свою душу влиянию и власти Строителя. Вы получили инстанс [Владычество Строителя]. * Ваша душа научилась отвергать влияние и власть Строителя; [Владычество Строителя] не имеет эффекта. * Вы сопротивлялись [Владычество Строителя]. * Вы получили инстанс [Сопротивление]. * Вы получили инстанс [Целостность].

— Доун не предупреждала меня об этом, — прорычал Джейсон. — Думаю, нам нужно немного поговорить.

— Как и нам с тобой, — сказал голос.

Джейсон посмотрел и увидел мужчину, вышедшего из-за разбитого остатка смутно греческой колонны. У мужчины был строгий костюм, дорогая стрижка, темные глаза и улыбка хищника.

— Давно пора было тебе появиться, — сказал мужчина. — Я занятой человек, мистер Асано, но я знал, что ты в конце концов доберешься сюда. Я был уверен, что тот, кто отправил тебя обратно в этот мир, убедится, что ты справишься с задачей, поэтому я никогда не беспокоился о том, чтобы остановить своих людей от попыток убить тебя. Если бы они преуспели, ты все равно не был бы достаточно хорош для того, что нужно сделать.

— Ты поставил меня в невыгодное положение, — сказал Джейсон.

— О, ты даже не представляешь, — сказал мужчина, ухмыляясь, как змея, нашедшая гнездо, полное мышат. — У меня много имен, но то, которое ты, скорее всего, знаешь, — это Мистер Север.

— Лидер, про которого мне сказали, что у ЭОА его нет, — сказал Джейсон. — Тебе есть за что отвечать.

— Но сейчас не время, — сказал Мистер Север.

— Ты уверен, что это твой выбор?

— Нет, это твой, но ты умный человек, мистер Асано. Более или менее.

Джейсон сделал паузу, чтобы оценить ситуацию, напрягая свои чувства до предела. Обнаружение чего-либо через подавляющую ауру, пронизывающую пространство вокруг них, было похоже на проталкивание сквозь патоку, но ему удалось прочитать Мистера Севера.

— Ты золотого ранга.

Единственным ответом Мистера Севера была еще одна ухмылка Чеширского кота.

— Кто ты? — спросил Джейсон. — Ты не пользователь эссенций. Какое-то местное магическое существо? Но на Земле таких нет. И есть что-то еще…

Глаза Джейсона расширились.

— Ты фамильяр. Связанный фамильяр, но твоя связь была разорвана.

— Твои чувства так же остры, как и рекламировалось, заметив столько в этом месте. Изначально я был рунным пауком, хотя я ушел очень далеко от тех дней. Стать фамильяром дает такому существу, как я, много возможностей, если смотреть на вещи в долгосрочной перспективе. Тебе действительно нужно тщательно выбирать своего пользователя эссенций. Того, кто хорошо повысит ранг, очевидно, но есть и другие подводные камни. Как я обнаружил.

— Твой пользователь эссенций умер?

Первой встречей Джейсона с местным магическим существом был фамильяр Ландемира Вейна, как первого человека, которого он встретил из другого мира, так и первого человека, которого он убил. Фамильяр Вейна пытался отомстить, только чтобы стать жертвой старой кладки.

— Мой пользователь эссенций действительно умер, — сказал Мистер Север. — Однако это произошло только после того, как наша связь была разорвана. Ты слышал о связанных фамильярах, расстающихся со своими пользователями эссенций, да?

— Слышал. Связь интимна, поэтому, когда фамильяр и пользователь эссенций становятся безвозвратно в разногласиях, связь разрывается.

— Мой пользователь эссенций был ослеплен верой. Жертва за жертвой, отдавая силу и престиж, чтобы поднять кучу дикарей.

— Основатель Сети был твоим пользователем эссенций, — понял Джейсон. — Вот как ты узнал об этом месте.

— Именно так, — сказал Мистер Север. — Так приятно разговаривать с кем-то, кто быстро соображает. Мои собственные миньоны были довольно разочаровывающими, пока не появился Адриен Барбу. Спасибо, что поставил его в положение, чтобы он пришел ко мне. Если бы планы отделения в Лионе сработали лучше, я бы упустил качественного подчиненного.

Джейсон сузил глаза.

— Ты — то, что случилось с основателем Сети, не так ли?

— Я, — сказал Мистер Север. — Связал его и передал некоторым джентльменам в Филадельфии. Это было еще в колониальные времена, задолго до самой Сети. У них, конечно, не было силы, чтобы победить его, оставив мне всю работу. Позже я чувствовал себя плохо из-за неприятного конца, который настиг моего партнера по связи. Мы были так близки, однажды. Хотя в то время я был очень зол, и с тех пор пожинаю плоды этой сделки. Это дало отделениям Сети в США довольно хороший старт, как только магия начала расти.

— Отделения Сети в США снабжают ЭОА ресурсами и информацией?

— Только несколько критически важных членов, — сказал Мистер Север. — По большей части, их враждебность к моей маленькой организации вполне искренняя. Не стесняйся сказать им; они сейчас немного слишком едины. Небольшая внутренняя борьба послужила бы мне на пользу.

— Зачем ты здесь и чего ты хочешь?

— От тебя, очевидно. Этот мир нуждается в спасении, и я вложил в него много труда. Мне нужно убедиться, что ты сделаешь это правильно.

ПАРАД УДОВОЛЬСТВИЙ

ПАРАД УДОВОЛЬСТВИЙ

— Спасение мира правильным способом требует твоего руководства, так ли это? — спросил Джейсон Мистера Севера. — Ты простишь меня за то, что я не принимаю твои слова на веру.

— Восстановление связи между мирами — это только начало, — сказал Мистер Север. — Если ты совершишь ошибку сейчас, мы все заплатим за это позже.

— О, так ты альтруист.

— Это не противоречит эгоизму — спасти планету, на которой ты стоишь, мистер Асано.

— Что это за последующая угроза, которой мне нужно опасаться?

— Хотя я признаю, что быть более откровенным помогло бы установить доверие, — сказал Мистер Север, — это не осуществимый подход в настоящее время. Если ты узнаешь слишком много сейчас, все пойдет не так, как нужно. Достаточно сказать, что ты узнаешь со временем, и ты не будешь этому рад.

— Ты не особо продаешь это.

— Я знаю, что скрывать от тебя вещи — это не то, чего ты хочешь, мистер Асано, но это то, что тебе нужно. Это не будет ощущаться так, но я помогаю тебе прямо сейчас. Даже сказать тебе столько может быть слишком большим компромиссом.

— Тогда зачем ты здесь? — спросил Джейсон. — Если ты хотел не говорить мне вещи, ты мог бы сделать это из дома.

— Мне нужно направить тебя на путь. Настанет день, мистер Асано, когда ты и я станем союзниками.

— Ты несешь ответственность за сотни тысяч смертей.

— Я не отрицаю этого. Не тебе, во всяком случае. Это не меняет реальности.

— Я мог бы просто убить тебя здесь, — сказал Джейсон.

— Ты мог бы попробовать, — сказал Мистер Север. — Я золотого ранга, но не пользователь эссенций. Шансы были бы на моей стороне, но ты уже побеждал в сложных ситуациях раньше. У тебя есть манера выходить победителем в критические моменты, которые я не буду недооценивать. Однако это был бы риск. У тебя есть обязанности. Поставишь ли ты под угрозу свою способность выполнить их, просто чтобы наказать меня за прошлые несправедливости?

— Думаю, в тебе осталось еще много несправедливости, — сказал Джейсон. — Сколько смертей и страданий было бы предотвращено, если бы ты умер в этой дыре?

— Все как раз наоборот, мистер Асано. Ты здесь, чтобы спасти мир в этот раз, но я единственный, кто готовится к следующему разу.

— О котором ты не собираешься мне рассказывать.

— Верно.

На его боку пальцы Джейсона дернулись, стремясь наколдовать кинжал и броситься на человека перед ним.

— Как ты видишь развитие событий? — спросил Джейсон.

— Ты здесь ради двери, — сказал Мистер Север. — Я здесь, чтобы убедиться, что ты не просто заявишь на нее права, но поглотишь ее.

— Поглощу ее?

— Критически важно, чтобы дверь нельзя было забрать у тебя никому. Она должна стать частью тебя.

— Как дверь может стать частью меня?

— Это не буквальная дверь, мистер Асано, хотя она часто появляется как таковая. Это астральный конструкт со способностью проявляться в физической реальности в форме портала. Тот же принцип, что и у твоих портальных арок.

— Эта дверь — объект Строителя.

— Да.

— Строитель пытался пробраться в мою душу раньше. Я не дам ему еще одного шанса.

— Пытался?

— Кто-то пытался запихнуть в меня звездное семя.

— И это не сработало? — Мистер Север рассмеялся. — Мистер Асано, ты — парад удовольствий. Кажется, я не мог бы просить о ком-то лучшем. Тебе нужно забрать этот конкретный объект из рук Строителя.

— Так ты говоришь. Ты легко можешь быть его приспешником, подставляя меня под удар. Тебя, кажется, не беспокоит влияние Строителя в этом месте.

— Божество моего партнера по связи и Строитель давным-давно пришли к соглашению относительно твоего мира и другого. Хотя мой партнер по связи давно мертв, я все еще пользуюсь амнистией от случайного внимания Строителя.

— Опять же, у меня нет ничего, кроме слова человека, который должен быть под судом в Гааге.

— Позволь мне показать тебе, и ты сможешь решить сам. Я сделал немало приготовлений для этого.

— Я соглашусь на это. Пока что.

Мистер Север ухмыльнулся.

— Если бы ты был ближе к концу серебра, а не только в начале, это был бы совсем другой разговор, не так ли?

— Это был бы не разговор.

— Такой устрашающий.

— Просто продолжай.

— Конечно. Следуй за мной, мистер Асано. Нам нужно отправиться в самое сердце этого маленького царства.

Янтарно-освещенная местность была неровной, но в основном плоской травой, усеянной фрагментарными руинами. Пока он следовал за Мистером Севером, глаза Джейсона выхватывали куски руин, торчащие из земли, которые выглядели греческими, камбоджийскими и майяскими, наряду с более инопланетными элементами, которые не выглядели бы неуместно на обложке какой-нибудь лавкрафтовской фантастики.

— Ты не такой, каким я тебя представлял, Мистер Север.

— Ты единственный человек, которого я видел за столетия, который был в моем родном мире, мистер Асано. Я чувствую, что могу быть собой рядом с тобой. С ЭОА у меня есть эта потребность быть строгой и зловещей авторитарной фигурой, что может быть весело, но со временем это утомляет. При этом я слышал, что ты сам не прочь поиграть в зловещего авторитария. Тебе стоит подумать о присоединении к нам, теперь, когда ты больше не связан с Сетью. Я знаю, что это может показаться возмутительным предложением, но задумывался ли ты о том, что если бы ты был частью руководства, ты мог бы направить организацию в более позитивное русло? Тебе даже не пришлось бы выполнять мои приказы. Мы могли бы быть партнерами. Может быть, даже друзьями.

— Ты знаешь, что такое ведьма-кошмар, Мистер Север?

— Это какой-то монстр страха, верно?

— Это астральное существо, а не монстр, но да. Она берет вещи из твоих самых глубоких страхов и делает их явью. Хочешь знать, что она показала мне?

— Не уверен, что улавливаю цель этого разговорного перехода, но рассказывай.

— Она показала мне версию меня самого, которая могла бы быть друзьями с тобой.

— Ты понимаешь, насколько эгоцентрично, что твой самый большой страх — это версия тебя самого, верно?

Мистер Север привел Джейсона в небольшую лощину, которую было трудно заметить из-за света, размывающего географические особенности. На дне находилась серия больших стоячих камней, расположенных по кругу. Камни были из того же мрамора, что и стены пятиугольной комнаты, через которую Джейсон вошел в царство: белые с прожилками синего, серебряного и золотого. Однако камни не были отполированы до гладкости, выглядя грубо обтесанными и выветренными.

Мистер Север спустился по склону лощины, а Джейсон последовал за ним. Мистер Север указал на серию деревянных ящиков на траве внутри каменного круга.

— Вырвать это место из-под контроля Строителя и передать его тебе будет сложным и трудоемким процессом, — сказал Мистер Север. — Я собирал материалы, которые нам нужны, дольше, чем ты живешь. Я буду рассказывать тебе о процессе, пока мы все распаковываем.

Когда они достигли круга камней, Джейсон протянул руку и коснулся одного из них.

Предмет: [Фундаментальные Врата] (трансцендентный ранг, легендарный)

???. (???, ???).

* Эффект: ???. * Эффект: ???.

* Способность вашей души сопротивляться влиянию Строителя и ваша способность [Духовное хранилище] позволяют вам включить этот предмет в ваше духовное хранилище. Сделав это, вы очистите влияние Строителя и эффекты предмета, вместо этого изменив свои способности.

* Влияние этого предмета на ваши способности будет уменьшено из-за того, что ваш ранг ниже ранга предмета. Эффект будет дальше увеличиваться по мере повышения вашего ранга.

* После включения этот объект не может быть удален или использован кем-либо еще. Включение этого предмета в ваше духовное хранилище повлияет на следующие способности:

* [Духовное хранилище]: Ваша способность чувствовать предметы, связанные со Строителем, и сопротивляться их эффектам будет значительно увеличена. Вы сможете напрямую влиять на энергию, подверженную влиянию Строителя, используя манипуляцию аурой.

* [Путь теней]: Эта способность получит дополнительный эффект. Если вы сможете понять фундаментальные аспекты области физической реальности, вы сможете открыть портал в [Фундаментальный мир].

Для Мистера Севера Джейсон, казалось, смотрел в пустоту, читая экран.

— О чем ты задумался? — спросил Мистер Север. — У нас впереди часы работы. Я просто надеюсь, что твоя астральная магия на должном уровне, иначе это займет еще больше времени.

Джейсон проигнорировал его, все еще глядя в пустоту.

— Асано?

Джейсон протянул руку и снова коснулся камня, и тьма распространилась по нему, как будто проходила тень. Белый камень стал непрозрачным, как дымчатое стекло, а синие, серебряные и золотые прожилки стали мерцающими огнями внутри тьмы. Камень стал полностью темным, и другие камни начали следовать его примеру.

Мистер Север дико повернул голову, наблюдая, как меняются камни.

— Что ты сделал?

— Не хочу тебя расстраивать, Мистер Север, но самодовольно думать, что ты знаешь, что сделает враг, которого ты пытаешься превратить в союзника, — хороший способ получить по лицу. Я сам усвоил это на горьком опыте.

Джейсон взмахнул рукой, и обсидиановая портальная арка поднялась посреди круга. Камни начали разрушаться, растворяясь в пыль. Пыль была втянута через воздух, как будто пылесосом, всасываясь в темный портал.

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?

— Так как они нам больше не понадобятся, — сказал Джейсон, поднимая один из деревянных ящиков, — я просто закину их в старое пространственное хранилище. Не пропадать же добру, да?

Мистер Север в ужасе наблюдал, как камни рассыпались, а Джейсон начал запихивать ящики в свой инвентарь.

— Ты все испортил.

— О, успокойся. Ты хотел, чтобы я поглотил магическую дверь, верно? Я поглощаю магическую дверь.

— Ты не можешь просто поглотить ее, потому что хочешь!

— Нет, ты не можешь просто поглотить ее, потому что хочешь. Я человек многих талантов. Готовка, поглощение магических дверей......

Джейсон нахмурился, сделав паузу с еще одним ящиком в руках.

— Ладно, — признал он. — Два таланта. И моя сестра лучше в одном из них, но все же. Надеюсь, Кайто не силен в поглощении магических дверей. Вероятно, нет; это было бы странно.

Обсидиановая арка портала медленно трансмутировала, поглощая пыль от камней, превращаясь из чисто черной в дымчатый кристалл с синими, серебряными и золотыми мерцаниями внутри.

— Почему ты несешь чушь? — спросил Мистер Север. — Это пространство разрушится, а вместе с ним и мы!

— Да? Погоди немного. Джейсон быстро убрал последние два ящика, последние камни рассыпались в ничто, когда он это сделал. Затем он огляделся.

— По-моему, все в порядке.

Земля дернулась, и янтарный свет приобрел красные оттенки.

— О, вот оно, — сказал Джейсон. — Пошли; выбираемся отсюда.

Затем он шагнул через арку, в которую исчезли все камни. Мистер Север огляделся на пространство, разваливающееся вокруг них, и поспешил за ним.

* * * В пятиугольной комнате на дне шахты Эми проводила пальцами по гладкому мрамору, восхищаясь скользкой гладкостью, почти лишенной трения.

— Стена становится теплее, — сказала она.

— О? — спросил Коя, и трое мужчин Тивари приложили руки к стене.

— Ты права, — сказал Денджи.

— Значит ли это, что мистер Асано что-то сделал? — спросил Ицуки.

— Это то, ради чего мы пришли сюда, — сказал Денджи. — Будем надеяться, что он сделал все правильно.

— Стена меняет цвет, — сказала Эми, осторожно отступая от нее.

Остальные присоединились к ней.

Они наблюдали, как белые мраморные стены стали серыми, как будто жизненная сущность высасывалась из них. Отверстия в середине каждой, все еще излучающие мягкое свечение, начали тускнеть. Как только свет отверстий полностью погас и весь цвет ушел со стен, стены рассыпались, как песок, просыпаясь на пол. За ними был простой камень, из которого была вырыта шахта, идентичный камню под их ногами.

В центре комнаты на полу появилась темная линия, из которой поднялась портальная арка. Вместо привычного обсидиана арка была мутно-кристаллической, с тускло светящимися внутри огнями. Темная пустота, заполняющая портал, была такой же, из которой вышел Джейсон, чтобы быть пойманным в объятия своей племянницы.

— Осторожнее, крошка, — сказал Джейсон, поднимая ее, все еще прикрепленную к нему, и убирая ее с дороги. Еще один человек споткнулся, выйдя наружу, после чего портал исчез в полу.

Выражение лица Мистера Севера стало суровым, когда он выпрямился, осматривая комнату строгим взглядом, поправляя галстук и манжеты. Ухмыляющегося, вялого человека, которого встретил Джейсон, и след простыл. Острые глаза Мистера Севера оценили сцену, прежде чем остановиться на Джейсоне.

— Ради всех нас, мистер Асано, — сказал он, его голос был твердым как гравий, — я надеюсь, что вы не совершили ужасную ошибку.

— У осторожности есть свое место, — сказал Джейсон, — но первый шаг к совершению невозможного — это иметь смелость попробовать.

— Я откланяюсь.

— Это будет не сегодня, Мистер Север, — сказал Джейсон, — но настанет день, когда у нас с тобой будет расплата.

— Я знаю, что ты любишь драматизировать, мистер Асано, но ты обнаружишь, что у тебя есть гораздо большие проблемы, чем я, с которыми нужно разобраться. Если предположить, что ты не просто все разрушил.

Мистер Север направил руки на землю, и нити паутины выстрелили из его рукавов. Он использовал ее, чтобы нарисовать сложный символ на земле, который загорелся бледно-голубым светом, когда был завершен. Он ступил на символ, и тот поднялся в воздух, быстро унося Мистера Севера вверх и в шахту.

— Кто это был? — спросил Денджи. — Откуда он взялся?

— Магический Человек-паук? — предположила Эми.

— Это был Мистер Север, глава ЭОА, — объяснил Джейсон.

— И вы отпустили его?

— Он четвертой категории, глава клана, — сказал Джейсон. — Это он отпустил нас.

— Как он может быть четвертой категории? — спросил Коя. — Как бы он поддерживал себя?

— У него был доступ к двери веками. Полагаю, у него есть запас объектов, за которые магический мир скоро будет сражаться.

СОПУТСТВУЮЩИЙ УЩЕРБ

СОПУТСТВУЮЩИЙ УЩЕРБ

Доун, Эрика, Юми и Ася ждали на песчаном пляже лагуны, пока остальные выйдут из морской пещеры. Джейсон и остальные появились на черных гидроциклах, которые растворились в тьме, когда они выбросились на песок. Эрика схватила дочь в обеспокоенные объятия, а Фарра хлопнула Джейсона по руке.

— Сделал? — спросила она.

— Да, — сказал Джейсон.

Доун смотрела на Джейсона еще до того, как они покинули пещеру, ее взгляд безошибочно был прикован к его ауре сквозь камень.

— Что ты сделал? — спросила его Доун. — Трансцендентное напряжение в твоей ауре усилилось. Оно может предлагать только вкус, а не силу, но это поразительная вещь, которую можно обнаружить в ауре твоего ранга. Это может быть пугающим, но это также привлечет внимание.

— Вероятно, к лучшему, что он может так хорошо скрывать свою ауру, — сказала Фарра.

— Да, это так, — сказала Доун. — Что действительно имеет силу, так это сила внутри твоей ауры, антитетичная Строителю. Большинство людей не узнали бы ее, но я достаточно знакома со Строителем, чтобы знать, что это такое. Она была там, когда мы впервые встретились, но теперь тлеющий уголек — это горящее пламя.

— Строитель и его жуткая армия киборгов убили много людей в другом мире, включая Фарру и меня, — сказал Джейсон. — Я антитетичен Строителю.

— Тебе повезет, если никто из приверженцев Строителя не нападет на тебя при виде, почувствовав эту ауру, — сказала Доун.

— Я буду считать себя удачливым, если они это сделают, — сказал Джейсон. — Выкорчевывание этих просачивающихся гадов — это то, что я уже делал раньше, и я буду более чем счастлив сделать это снова.

— Итак, это все, — сказал Денджи. — Наш клан выполнил свое предназначение. Теперь я не уверен, какой курс проложить.

Как глава клана Тивари, долгом Денджи было вести клан, теперь пронизанный трещинами. Большая часть клана относилась к их давней цели как к мифологической, поэтому прибытие Джейсона оставило многих в неуверенности или гневе. Денджи должен был вести свой клан к новой цели.

— Первое — это консолидировать клан после нашей новой реальности, — сказал брат Денджи, Коя. — Все будет неопределенно, пока мы выбираем свою судьбу, но мы должны двигаться вперед вместе.

— Отец прав, дядя Денджи, — сказал Ицуки. — Мы все будем вместе.

— Мы далеки от единой силы, сын, — сказал Коя. — Думаю, пришло время расширить твои горизонты. Мистер Асано, я надеялся, что вы могли бы взять Ицуки под свое крыло на некоторое время.

Глаза Ицуки расширились от этой идеи.

— Вы, возможно, не захотите этого делать, — сказала Эми. — Он может узнать больше об А-Команде, чем о магических силах.

— Старый фильм Лиама Нисона? — спросил Ицуки.

— О, черт возьми, — сказал Джейсон. — Чему вы учили этого мальчика? Его образование определенно нужно расширить.

— Я что-то пропустил? — спросил Коя.

— Очевидно, — сказала Эрика. — Ваш сын вообще знает, кто такой Джордж Пеппард?

— Главный герой из Завтрака у Тиффани? — спросил Коя. — Что происходит?

— Вы можете просто игнорировать их, — сказала Юми. — У моих внуков искаженные взгляды на некоторые культурные ценности. Вам также следует игнорировать Завтрак у Тиффани. Микки Руни в роли японца? Мучительно.

— Знаете, что хуже? — спросил Джейсон. — Тот фильм, где Оби-Ван Кеноби играет человека по имени Коичи Асано.

— Тот фильм, — прорычал Денджи. — Я могу только представить, как раздражает, когда твое имя используют подобным образом.

Ася просунула руку под руку Джейсона.

— Если бы у меня была карточка бинго для тебя, — сказала она ему, — я бы только что вычеркнула «заставить главу древнего японского клана жаловаться на старые фильмы во время охоты за сокровищами на пустынном тропическом острове».

— Это очень специфическая карточка бинго.

— Твоя была бы такой, — сказала она. — Такого, как ты, действительно нет.

— Да, я не такой, как другие девочки, — сказал Джейсон.

— Если вы двое собираетесь целоваться, — сказала Эми, — не могли бы вы оставить это для самолета? Кроме того, мы можем взять самолет?

— Тень — мой фамильяр, крошка. Ты не можешь просто сказать ему…

Тьма хлынула из тени Джейсона, приняв форму самолета, обдавая воздухом, когда он завис на месте. Одно из тел Тени вышло из Джейсона и встало рядом с Эми.

— Хотите подняться на борт, мисс Эми? — громко сказала Тень поверх шума воздуха.

— Предатель, — обвинил Джейсон.

* * * Мужчины Тивари вернулись в Японию, и Ицуки поехал со своим отцом собирать вещи. Сота Тивари, который занимался отравлением Джейсона, встретил их по прибытии. Он предложил отчитаться перед Джейсоном, но тот сказал, что его не интересуют дела клана Тивари. Джейсон уже знал все от Тени, обитающей в тени Соты, и это действительно были внутренние дела Тивари. У Джейсона были дела поважнее, чем какие-то недовольные клановцы, хотя, если бы они пошли против его семьи, это была бы другая история.

— Мистер Асано, — сказал Сота, пока они ждали возвращения Ицуки. — Японские власти приходили искать вас в ваше отсутствие. Мы правдиво сказали им, что вы уже уехали, но, возможно, пришло время вам завершить эту поездку в Японию.

— Ну, я действительно взорвал кучу машин, так что я вряд ли могу винить их. Хорошо, что вы попытались убить меня, иначе я чувствовал бы себя виноватым за то, что принес это к вашему порогу.

Сота одарил Джейсона неловкой улыбкой.

— Не волнуйтесь, друг. Мы скоро уедем.

* * * Коя смотрел на своего сына, безумно запихивающего вещи в темную, парящую сферу, которая была апертурой к хранилищу Ицуки.

— Это важная возможность, сын, но хотя я знаю, что ты восхищаешься мистером Асано, не упускай из виду, насколько он опасен.

— Мы все опасны, отец. Мы все убили много монстров.

— Я не это имею в виду. Тебе не нужно бояться человека, который убивает, потому что все, что тебе нужно сделать, — это быть лучше. Бойся человека, который убивает, а затем улыбается и смеется, как будто это любой другой день. Нет такой черты, которую такой человек не переступит, что бы он тебе ни говорил. Или себе.

— Я не думаю, что он такой, — сказал Ицуки. — Посмотрите на то, что он сделал. Ясно, как сильно он пытается быть хорошим человеком.

— Именно, — сказал Коя. — Хорошим людям не нужно стараться.

* * * По пути обратно в Австралию Джейсон, Фарра и Доун уединились в каюте, чтобы обсудить следующий шаг.

— Если ты поглотил дверь, у тебя должно быть представление о том, как она работает, — сказала Доун Джейсону.

— Да, — согласился он, — хотя как управлять ею должным образом — это другой вопрос. Мне нужно будет продвинуть свои знания астральной магии, иначе я буду просто тыкаться, ничего не достигая.

— Я могу продолжать помогать тебе с этим, — сказала Доун. — Тем временем мисс Хурин может работать над нашей собственной системой подключения к сети, теперь, когда ты потерял доступ к ресурсам Сети.

— Нам понадобится доступ? — спросила Фарра.

— Насколько я могу понять, — сказал Джейсон, — базовая структура реальности состоит из узлов, которых только на этой планете неисчислимое количество. Топливом для этих узлов являются то, что можно назвать ядрами реальности. Батарейки для вселенной. Это те вещи, за которые все будут сражаться.

— Эти события, которые ты описал, происходящие после того, как сеть снова включится, — сказала Фарра Доун. — Они раскроют эти ядра реальности?

— Да, — сказала Доун. — Насколько я могу определить, каждое событие раскроет одно, за которые, как можно ожидать, будут сражаться магические фракции.

— А как насчет прото-пространств? — спросила Фарра.

— Они продолжатся, и нам нужно их использовать, — сказала Доун. — Они представляют собой точки, в которых размерная мембрана вокруг этой реальности наиболее напряжена. Там ритуалы по поиску измененных узлов будут более эффективными, позволяя нам обнаруживать их на более широкой территории.

— Насколько мы можем судить, основатель Сети использовал дверь, чтобы создать дисбаланс в связи, а затем основал Сеть, чтобы замедлить ущерб, как только он обострился, — объяснил Джейсон. — Вся причина, по которой связь между мирами нарушена, заключается в том, что дверь использовалась для модификации конкретных узлов. Это то, что нам нужно выследить: узлы, которые модифицировал основатель, чтобы мы могли вернуть их к тому, что равносильно заводским настройкам.

— Сначала это будет довольно хаотично, — сказала Доун. — По мере того как все больше связи будет нормализоваться, остальное начнет выделяться, и наши успехи ускорятся в конце.

— Что остановит ее от выкачивания магии из моего мира, — сказала Фарра. — Это наконец спровоцирует чрезмерный всплеск монстров, давая силам Строителя шанс вторгнуться.

— Да, — сказал Джейсон. — Этот мир — просто сопутствующий ущерб. К сожалению, единственный выход — через него. Кто-то вроде меня, пришедший, чтобы исправить связь, был частью плана. Я буду триггером, который начнет вторжение.

— Другого варианта нет, — сказала Доун.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Нам нужно идентифицировать узлы и исправить связь, надеюсь, до того, как магические фракции разграбят слишком много узлов и вся система будет сбита.

— Что, если один из узлов, который нам нужен, затронут этими событиями? — спросила Фарра.

— Я не знаю, — сказал Джейсон.

— Нам нужно будет выяснить это по ходу дела, — сказала Доун. — Даже я не могу знать этого, пока не увижу сама. Однако я подозреваю, что у нас будет запас свободы.

— Значит, нам не нужно попадать в каждый узел? — спросил Джейсон. — Это желанная передышка.

— Это лишь образованные догадки, — сказала Доун. — Вполне может быть, что я ошибаюсь и каждый затронутый узел должен быть восстановлен.

— Полагаю, у нас есть план, — сказала Фарра. — Если мы собираемся бегать по прото-пространствам, разве Сеть не будет недовольна?

— Пусть будут, — сказал Джейсон.

— Команда поддержки могла бы быть полезной, — сказала Фарра. — Серебряные были бы лучшими, но у нас есть бронзовые, которым мы можем доверять. Они могут помочь держать монстров и Сеть подальше от наших спин, пока мы работаем в прото-пространствах.

— Мы можем поговорить об этом после того, как вернемся в Австралию и оценим ситуацию, — сказал Джейсон. — Сейчас в воздухе много неопределенности.

* * * Джейсон сидел один в своем облачном доме, в куполе под водой недалеко от деревни Асано. Эми проводила Ицуки экскурсию по деревне, пока Джейсон медитировал, чувствуя себя в полной безопасности впервые со времени своей второй битвы в Макассаре. Некоторые из его способностей даже повысили ранг, хотя он знал, что эта скорость — иллюзия.

В начале ранга способности всегда растут быстрее, но с каждым рангом последующие пороги становится все труднее и труднее преодолеть. Его силы могут быстро подняться на два или три ранга сейчас, но может пройти десятилетие или больше, прежде чем они начнут достигать золота. Он мог только надеяться, что предстоящие испытания будут достаточными, чтобы ускорить график.

Он вызвал монитор из облачной стены, чтобы посмотреть новости. Это была история за историей об изменениях, сотрясающих мир, пока повседневная жизнь и магия продолжали сталкиваться.

«…прошло почти двадцать четыре часа с момента последней волны монстров, а волны, появившиеся до этого момента, были устранены по всему миру. Представитель Глобальной Сети Обороны заявила, что при нормальных условиях волны монстров больше не будут появляться, хотя она подчеркнула, что регионы, которые изгнали присутствие ГСО, не работают в нормальных условиях».

Логотип Лиги Героев появился на экране.

«Продолжают задавать вопросы о Лиге Героев, которая взяла власть после ухода ГСО, в частности об организации, стоящей за ними, Инженерах Вознесения. Также есть загадочная и замкнутая Кабала, хотя они еще не предприняли никаких видимых попыток захватить политическую власть. ЭОА, как их обычно называют, были впервые раскрыты Джейсоном Асано, который сам подвергается критике на фоне обвинений в серии взрывов автомобилей в Японии…»

Джейсон выключил экран ментальной командой, и он погрузился в облачную стену. Он встал, прошел через облачный дом, следуя по туннелю, соединенному с центральным подводным куполом. Затем он направился по туннелю к шлюзу, покидая облачный дом ради системы туннелей, проходящей под деревней Асано. Он достал облачную флягу, вынул пробку и поместил конец в физическое отверстие рядом со шлюзом. Облачный дом начал разрушаться и втекать во флягу.

Джейсон еще не использовал новую форму своей облачной фляги, дворец, которая стала доступна, когда он поднял флягу до серебряного ранга. Он не ожидал, что форма дворца будет такой же грандиозной, как у Эмира, поскольку Эмир уже поднял свою флягу до золотого ранга. Форма облачного дома стала более впечатляющей на бронзовом ранге, и Джейсон предполагал, что форма дворца будет работать по тому же принципу. Тем не менее, он не ожидал разочарования от того, что получит лишь маленький дворец.

Он не стал проверять форму дворца после того, как облачный дом вернулся во флягу. Вместо этого он поместил флягу в свой инвентарь и сел в маленькую подземную трамвайную тележку, которая должна была везти его через туннели в деревню Асано.

Когда он приблизился к деревне, он почувствовал, как Аннабет Тилден прибыла к главным воротам. Безмятежная бушленд деревни Асано позволяла чувствам Джейсона быть довольно бдительными к отдаленным событиям, по сравнению с переполненным городом, где стимулы были намного тяжелее. Его атрибут духа серебряного ранга помог ему отфильтровать все это, но только на более высоком ранге он смог бы активно контролировать целый город, когда накрывал его своими чувствами.

Покинув секретные туннели в подвале главной резиденции, Джейсон нашел Фарру, и они вышли наружу. Тень приняла форму автомобиля и отвезла их к главным воротам, где Анна ждала в своей машине. Член комитета отделения Сети в Сиднее была в сопровождении Найджела, человека, отвечающего за тактическую подготовку отделения, вместе с парой других серебряных рангов.

Найджел тесно сотрудничал с Фаррой, когда они обновляли программу обучения Сети, причем сам Найджел, редкий пользователь без ядер, взлетел до серебряного ранга после использования методов обучения Фарры. Найджел достиг своего ранга почти за такое же короткое время, как и Джейсон.

Джейсон и Фарра вышли из облака тьмы, которое было их автомобилем, в то время как Анна и Найджел вышли из своей машины. Найджел демонстративно встал в позицию, чтобы вмешаться, если Джейсон или Фарра сделают движение в сторону Анны. Другие серебряные ранги держались близко к ней. За ними наблюдали некоторые оставшиеся маргиналы, религиозные фанатики и теоретики заговора, все еще разбившие лагерь за главными воротами, хотя большинство ушло.

— Серьезно, Найдж? — спросил Джейсон, глядя на Найджела между собой и Анной.

— Ненавижу, когда меня называют Найдж.

— Я ненавижу, когда меня предают, так что, полагаю, нам обоим не повезло. Привет, Анна.

Я НАМЕРЕН НАНЕСТИ УЩЕРБ

Я НАМЕРЕН НАНЕСТИ УЩЕРБ

Аннабет Тилден и три серебряных ранга стояли за главными воротами деревни Асано, лицом к лицу с Джейсоном и Фаррой.

— Мы не предавали вас, мистер Асано, — сказала Анна.

— Нет? — спросил Джейсон. — Тогда я полагаю, что представитель ГСО в новостях, заявившая, что наша ассоциация была прекращена из-за моего все более опасного и радикального поведения, была ужасной путаницей. Я удивлен, что Терренс совершил такую оплошность.

— Вы устроили взрывы автомобилей в пробке, — сказала Анна.

— Я сделаю хуже, прежде чем закончу, — сказал Джейсон. — Дело в том, Анна, что я опасен и радикален. Я был таким с самого начала. Помните, когда я впервые вернулся? Исцелял верой в больнице и перестрелка на улицах? С тех пор как я начал работать с Сетью, я сдерживался, но теперь вы перерезали эти путы. Вы открыли шлюзы, Анна. Вам не стоит жаловаться, когда вода хлынет через них.

— Все не обязательно должно быть так, Асано.

— Пока я принимаю тот факт, что вы нападаете на меня в новостях, молчу и делаю то, что мне говорят? Зачем вы здесь, Анна?

— Можем мы поговорить там, где нет кучи голодных безумцев, снимающих нас на камеры телефонов? — спросила она. Как она и сказала, у маргинальных элементов, разбивших лагерь за деревней Асано, не было недостатка в людях, снимающих их, пока они говорили.

— Деревня для гостей, друзей и союзников, Анна. Я не говорю, что оборона деревни неприступна, но если вы хотите войти, потребуется больше, чем четверо из вас.

— Мы не ваши враги, Джейсон. Я здесь, чтобы попытаться остановить нас от достижения этой точки. Есть силы, большие, чем любой из нас, которые видят в вас антагонистическую силу, но если вы готовы пойти на некоторые уступки, мы можем остановить это от эскалации в конфликт.

— Уступки? — прорычал он.

Он сделал шаг, который побудил ее телохранителя, Найджела, встать между ними. Джейсон остановился, закрыл глаза, и через мгновение напряженная ярость сошла с его плеч.

— Это вы, искренне пытающаяся мне помочь, — тихо сказал Джейсон. — Вы хотите наладить отношения; я понимаю это. Я уважаю это. Простите, Анна, но они не сказали вам, почему они ополчились на меня в первую очередь, не так ли? Дело было не во взрывах машин.

— Тогда в чем?

— Я не уверен, сколько они знают, пока что, но это лишь вопрос времени, прежде чем ваши боссы поймут, что у меня есть то, что они хотят. То, что захотят все. Люди собираются сделать несколько плохих выборов, пытаясь получить это, и они пожнут последствия.

— Это угроза? — спросила Анна.

Джейсон улыбнулся.

— С тех пор как я пришел в этот мир, — сказал он, — я играл роль пользователя эссенций. Имело смысл связать себя с Сетью, учитывая, что их первым приоритетом была защита мира от магии. Это уже меняется. То, что грядет, будет золотой лихорадкой и гонкой вооружений, все в одном. Старые приоритеты исчезнут.

— Так вы говорите, — сказала Анна.

— Верьте мне или нет, мне все равно, — сказал Джейсон. — Мне не нужна Сеть или кто-либо, кроме людей, которые уже стоят со мной. Я закончил играть в пользователя эссенций и следовать правилам этого мира. Я снова авантюрист.

— Что это значит?

— Авантюристы выполняют работу, — сказала Фарра, шагнув рядом с Джейсоном. — У нас нет надзора, или цепочек командования, или отделов по связям с общественностью. Мы делаем то, что нужно, кто бы или что бы ни стояло на нашем пути. Общество искателей приключений видит работу, которую нужно сделать, и находит людей, чтобы ее сделать. Прямо здесь, прямо сейчас, Общество искателей приключений — это мы, и мы — люди для этой работы. Мы собираемся сделать то, что нужно, и мы пройдем через любого или что угодно на нашем пути, без колебаний, раскаяния или милосердия. Вы мне нравитесь, Анна, поэтому я надеюсь, что это не вы.

— Вот как звучит угроза, Анна, — сказал Джейсон. — Этот мир нуждается в спасении. Я не знаю, понимают ли люди за вашей спиной истинную угрозу или нет, и мне больше все равно. Просто не стойте у нас на пути.

— И от чего именно мир нуждается в спасении? — спросила Анна.

— Размерные вторжения становятся хуже, — сказала Фарра, — и скорость, с которой они становятся хуже, растет. Когда мы впервые прибыли сюда, вторжения третьей категории переходили из исключения в норму. Теперь мы начинаем видеть вторжения четвертой категории. Они не просто становятся хуже, но становятся хуже быстрее, чем когда-либо прежде.

— Вы утверждаете, что собираетесь вообще остановить приход монстров?

— Я не знаю, — сказал Джейсон. — Может быть, мы просто остановим их от ухудшения.

— Тогда почему бы не работать с нами?

— Вы разорвали эти связи, не мы. Анна, я работал со многими хорошими людьми в Сети. Вы — одна из них. Но не многие из хороших людей оказываются у власти. Подумайте о других членах Руководящего комитета. Вы доверяете им сделать правильную вещь? Кто-то знает, что когда я сделаю то, что должен сделать, сила, за которую вы собираетесь начать сражаться, больше не появится. Анна, скажите мне, что люди у власти предпочтут устранить надвигающуюся угрозу немедленной выгоде.

— Вы знаете, что я не могу.

— Тогда вам нужно взглянуть на свои собственные лояльности и приоритеты. Когда вы приходите домой к Сьюзан и смотрите ей в глаза, я держу пари, вы чувствуете гордость за работу, которую проделали каждый день. Вы должны. Если вы хотите продолжать чувствовать себя так, возможно, начните думать о том, насколько вы позволяете Международному комитету диктовать ваш выбор.

— Вы не моя совесть, Джейсон. Я делаю свой собственный выбор.

— Тем не менее, вы пришли сюда, чтобы убедить меня позволить вам сделать мой?

— Есть люди, следующие за вами, которые будут втянуты в ваш беспорядок. Ася Карадениз выбрасывает свое будущее, увольняясь из Сети. Не тяните ее за собой.

— На самом деле я надеюсь, что вы правы, Анна. Я надеюсь, что Сеть не потеряет свой путь. Но факт в том, что Сеть и монстры, с которыми они сражаются, были созданы одним и тем же человеком. Ваш дом всегда был построен на песке.

— О чем вы говорите?

— Сеть никогда не предназначалась для защиты мира от монстров. Это была регуляторная мера, чтобы размерные вторжения не разрушили мир слишком быстро. Временное решение, пока либо кто-то вроде меня не придет, чтобы повернуть все вспять, либо мир не будет разрушен. Любой результат достигает того, чего хотел основатель, а именно открыть врата совершенно другого мира для вторжения.

— Даже если все это было правдой, а я не признаю, что это так, это не имеет значения. Не имеет значения, что кто-то столетия назад намеревался, когда именно люди сегодняшнего дня контролируют судьбу Сети.

Джейсон улыбнулся.

— Мне это нравится, — сказал он. — Надеюсь, у вас есть амбиции, Анна. С такими людьми, как вы, у руля, Сеть действительно могла бы быть тем, чем, я думаю, мы оба хотим ее видеть.

— Тогда вместо того, чтобы отдаляться от нее, приблизьтесь. С тем, что вы можете предложить, вы могли бы быть положительным влиянием. Помогите мне сделать Сеть всем, чем она должна быть.

— Это не сработает, Анна. Я достаточно самокритичен, чтобы знать, что я больше проблем, чем я стою в организации. Как только идеалы группы и мои придут в конфликт, мы оба знаем, что я сделаю. Назовите это независимостью или высокомерием, но я лучше работаю снаружи.

— Это высокомерие, — сказала Фарра.

— На чьей ты стороне? — спросил ее Джейсон.

— Справедливости.

Джейсон усмехнулся и шагнул к Анне, только для того, чтобы ее телохранитель серебряного ранга, Найджел, встал на его пути.

— Если бы я хотел ее смерти, Найджел, — сказал Джейсон, — ты бы не увидел, как это произойдет, не говоря уже о том, чтобы иметь шанс остановить меня.

— Все в порядке, Найджел, — сказала Анна, и он неохотно пропустил Джейсона.

Джейсон протянул руку, и Анна пожала ее.

— Надеюсь, что мы сможем снова поработать вместе, когда-нибудь, Анна. Вы скоро узнаете, почему это не может быть сегодня, однако.

— Если вам действительно нужно спасти мир, вы не можете сделать это в одиночку.

— Он не один, — сказала Фарра.

— Полагаю, нет, — сказала Анна. — Но я знаю, что вы чувствуете себя изолированным прямо сейчас, Асано, и, возможно, склонны набрасываться. Просто обдумайте свои действия, прежде чем делать что-то радикальное…

Она оглядела людей, снимающих их на свои телефоны.

— …например, вести разговор, подобный этому, перед людьми, которые, вероятно, транслируют его в прямом эфире. Но я полагаю, в этом и был смысл проведения его здесь, не так ли?

— Если вы играете по правилам своего оппонента, Анна, они решают, кто победит.

— Идея в том, чтобы мы все победили, Джейсон. Не обязательно быть сторонам. Я знаю, что вам нравится играть в приносящего хаос, но это ударит по вам. И по людям вокруг вас.

Джейсон кивнул.

— Урок, который я, кажется, никогда не усваиваю должным образом, — признал он. — Я не ваш враг, Анна. Но если ваша организация придет за мной, они станут ими, и это не время для полумер.

Анна нахмурилась.

— Я надеюсь, что дела пойдут хорошо для нас обоих, — сказала она.

— Я тоже.

— Почему вы так уверены, что Сеть будет в разногласиях с вами?

— Доун проинформировала вас о событиях, которые вот-вот произойдут. Их невозможно предотвратить, только управлять ими, по крайней мере, пока я не положу им конец навсегда. Чего она вам не сказала, так это того, что каждое событие будет содержать сокровище, которое предлагает путь вперед тем, кто застрял на верхних пределах власти. Мы начали называть их ядрами реальности.

— Вы говорите, что есть путь за пределы третьей категории?

— Я уверен, вы понимаете последствия, — сказал Джейсон. — Сеть будет сражаться с Кабалой, ЭОА и друг с другом за ядра реальности, но они также не захотят, чтобы я перекрывал кран силы. Спасение мира остановит его от получения свежих ран, через которые они могут копаться в поисках самородков силы.

Анна оглядела людей, снимающих их.

— Джейсон, вы хоть представляете, что вы натворили, разгласив эту информацию? Даже если вы лжете, вы нанесли невероятный ущерб.

— Сеть, Кабала и ЭОА вот-вот начнут добычу на этой планете ради тех самых вещей, которые удерживают ее вместе, даже когда силы угрожают разорвать ее на части. Я намерен нанести ущерб.

— Мне пора уходить, — сказала Анна. — После этого разговора мне придется идти получать понижение.

— Я надеюсь, что это неправда, — сказал Джейсон. — Нам нужны такие люди, как вы.

* * * Джейсон созвал семейное собрание в гостиной главной резиденции, с Эрикой, ее мужем Иэном, Эми, отцом Джейсона и Эрики Кеном, их дядей Хиро и бабушкой Юми. Они все сидели в креслах и на диванах, пока Джейсон и Фарра стояли перед ними.

— У меня есть кое-что сказать вам о том, как вы проведете следующие несколько месяцев, — сказал Джейсон, — и я не думаю, что вам это понравится.

— Ты собираешься спрятать нас где-нибудь, — сказала Юми.

— Да, — сказал Джейсон.

— А если мы скажем «нет»? — спросила Эрика.

— Тогда все будет неловко, когда я сделаю это в любом случае.

— Почему? — спросил Кен.

— Потому что у меня есть что-то, что люди захотят, чтобы я им отдал. Как только они поймут, что я не могу, они захотят, чтобы я использовал это для них. Если они возьмут заложников, чтобы попытаться заставить меня, я должен быть в состоянии сказать «нет». Если вы все — заложники, я не уверен, что смогу.

— Мы построили деревню Асано, чтобы обезопасить себя, — сказал Хиро.

— И когда Сеть была за нашими спинами, этого было достаточно, — сказала Фарра. — Теперь, когда они у наших ворот, этого недостаточно.

— Где эта глубокая, темная дыра, в которую ты хочешь нас бросить? — спросила Эрика.

— Самое безопасное место, к которому у меня есть доступ. Вы можете провести время, готовясь к тому, что будет дальше, если все еще намерены путешествовать с нами в другой мир. Эми может готовиться к выбранным ею эссенциям, так как те, что я выбрал, по-видимому, были недостаточно хороши.

— Дядя Джейсон, ты выбрал их только для того, чтобы обезопасить меня, — сказала Эми.

— Хорошо, — сказала Эрика. — Эми, ты берешь их.

Иэн положил руку на плечо своей жены.

— Эри, нам нужно позволить ей быть тем, кем она хочет быть, а не тем, кем мы хотим ее видеть.

— У вас будет много времени для обсуждения этой темы, — сказал Джейсон. — Эми будет готова к эссенциям примерно через год. Что касается тебя, Иэн, я предлагаю тебе подготовиться к внедрению медицинских знаний населению, которое в значительной степени полагается на магию и веру.

— Не думаю, что это имеет значение, — сказал Иэн. — Работая с пользователями эссенций, я узнал, что их тела бросают вызов моему медицинскому пониманию.

— Ты помнишь моего друга Джори, из моих записей о другом мире? — спросил Джейсон. — Он весь о помощи обычным людям, которые попадают под твою компетенцию. Думаю, ты будешь самым захватывающим человеком, которого он когда-либо встречал в своей жизни.

— Правда?

— О, да. Прямо перед тем, как я в последний раз видел его, Церковь Целителя дала ему мандат и финансирование, чтобы распространять его методы по всему миру. Ты будешь занятым человеком. Что вам всем нужно сделать, так это выучить несколько языков. К счастью, вы все пользователи эссенций, кроме Эми, которая уже учится месяцами. Не уверен, объяснял ли я когда-нибудь, что такое атрибут духа, но он у вас есть, и он положительно повлияет на вашу память. Вы, вероятно, уже заметили.

— Так вот оно что? — спросила Эрика. — Ты запираешь нас, и у нас нет права голоса в этом?

— Ага.

— А что, если с тобой что-то случится? — спросила она.

— На самом деле, я в безопасности, — сказал Джейсон. — Скоро поползут слухи о магической двери, которая у меня внутри. Люди не только захотят, чтобы я был жив, чтобы использовать ее, но они, в конце концов, захотят, чтобы я спас мир с ее помощью. Они просто захотят, чтобы я подождал, пока они не соберут столько ядер реальности, сколько смогут.

— Значит, они тоже запрут тебя в глубокой, темной дыре, — сказала Эрика.

— Вероятно, да. Вот почему мне нужно, чтобы вы были в безопасности.

— А как насчет мамы? Кайто?

— Они будут в безопасности здесь, — сказал Джейсон. — Скоро любой, кто пойдет против моей семьи, поймет, что люди, ради которых я потенциально мог бы пойти на компромисс, больше не здесь.

— А пока они не поймут это?

— Мы будем управлять командой из деревни в краткосрочной перспективе, — сказала Фарра. — К тому времени, как мы двинемся дальше, любой, кто попытается, проведет достаточно расследований, чтобы узнать.

— А что, если они все равно решат попробовать?

— Тогда все станет некрасиво, — сказал Джейсон.

— Почему ты не можешь взять всех? — спросила Эми. — Ты помещаешь нас в облачный дворец, верно? Разве там не будет места?

— Я не помещаю вас в облачный дворец, — сказал Джейсон. — Я рассматривал это. Взять всю семью и спрятать вас на дне моря. Но если вся семья исчезнет, люди будут задаваться вопросом, почему, и пойдут искать. Если они найдут вас, пока я буду на другой стороне планеты, я не смогу вас защитить.

— Куда ты хочешь нас поместить тогда? — спросила Эрика.

— Есть еще одна причина, по которой я выбрал всех вас, а не кого-то другого, — сказал Джейсон. — Все вы смогли войти в мое духовное хранилище.

ШАНС ВЗЯТЬ ПОВЕСТВОВАНИЕ ПОД КОНТРОЛЬ

ШАНС ВЗЯТЬ ПОВЕСТВОВАНИЕ ПОД КОНТРОЛЬ

Эми и Кайто заняли главную резиденцию в Деревне Асано, когда семью Эрики спрятали, тем самым укрепив положение Эми в качестве де-факто старосты. Джейсон же занял дом в буше, где раньше жила его бабушка, и с головой погрузился в изучение астральной магии. Он хотел быть ближе, чем там, где держал облачный дом под водой, чтобы иметь возможность быстро реагировать на угрозы, не используя свой портал. Он скучал по облачной кровати, но повесил гамак в качестве временной замены.

Джейсон убрал один из своих многочисленных теоретических текстов в инвентарь к остальным. Это была постоянно пополняемая коллекция, начавшаяся с того, что дало ему Знание, а затем дополненная заметками сначала от Клайва, а потом от Доун. Проучившись большую часть дня, он был настолько ментально истощен, что чувствовал нехватку маны. Взгляд на полоску маны на периферии зрения подсказал обратное.

Он размышлял об элементах интерфейса, которые стали настолько привычными, что он замечал их отсутствие, только если они исчезали. Полоска маны, полоска выносливости и маленькая человеческая фигурка, указывающая на состояние его здоровья. Он прошел долгий путь с тех пор, как эти элементы впервые появились в его поле зрения. Джейсон все еще имел человеческую форму, как и индикатор здоровья, но он был уже далеко не человеком.

Доун вошла и увидела, что он не читает. Она тоже жила в этом доме, к небольшому неудовольствию Аси. Ася оставила свою должность в Сети, но Джейсон не хотел, чтобы она жила с ним. Мало того, что было еще слишком рано для таких отношений, так Джейсон еще и не хотел отвлекаться. Он считал себя дисциплинированным человеком, но, выбирая между сухой магической теорией и мягкими губами красивой женщины, он понимал, что не настолько дисциплинирован.

— Нужен перерыв? — спросила Доун.

— Да.

— Твоя способность концентрироваться на твоем ранге значительно выше базовой, но даже если у тебя, по сути, больше нет мозга, для обучения важно сохранять свежесть ума. Регулярные перерывы — это разумно.

Джейсон устало кивнул и вышел на балкон, чтобы вдохнуть аромат буша. Доун жила с ним уже несколько недель, насильно расширяя его понимание астральной магии. Прежде чем они смогли бы использовать магическую дверь для изменения узлов, им нужно было найти правильные узлы, проводя ритуалы астральной магии в прото-пространствах, где границы измерений были истончены.

Отправлять аватар Доун через проемы прото-пространства было сомнительной затеей, поэтому Джейсону предстояло проводить необходимые ритуалы самому. Фарра, разумеется, помогала бы, будучи лучшим ритуалистом, но астральная магия была областью Джейсона, а не ее, и его понимание этой дисциплины превзошло ее базовые знания.

Джейсон ценил это обучение, прекрасно понимая, насколько ценно наставничество Доун. Он усмехнулся про себя, предвкушая, как расскажет об этом Клайву. Это не делало чтение текст за текстом менее утомительным по мере того, как росло его понимание астральной магии.

Прошли недели с тех пор, как Джейсон входил в прото-пространство, чтобы сразиться с монстром, ожидая, пока Фарра разработает их собственные средства мониторинга сети. Она достаточно хорошо знала систему, которую использовала Сеть, чтобы легко ее воспроизвести; она использовала свое время на Земле для изучения магических технологий. Задержка была вызвана необходимостью в дополнительных функциях, выходящих за рамки базовой системы Сети.

Самой важной дополнительной функцией была способность различать прото-пространства не только по рангу, но и по определенным требованиям, установленным Доун. Только некоторые пространства помогли бы им найти Ядра реальности, которые Джейсону нужно было изменить с помощью магической двери.

Еще одной причиной задержки, которую одобрили и Джейсон, и Доун, стала идея Фарры, возникшая во время работы над системой обнаружения сети. Первоначальный план состоял в том, чтобы превратить бывший офис связи Сети в деревне в станцию слежения, пока Фарре не пришла в голову мысль интегрировать систему в облачную флягу. Как только у нее появился жизнеспособный проект, им нужно было найти подходящие компоненты и поместить их в облачную флягу. Этот невероятно сложный предмет смог бы воспроизвести функциональность.

Сначала Джейсон сомневался в этой идее, но Фарра рассказала ему о многих случаях, когда Эмир делал нечто подобное со своей собственной облачной флягой. Это придало Джейсону уверенности. Если его облачные конструкции смогут отслеживать события в сети, у них будет гибкость для работы в дороге.

Пока Джейсон и Фарра были заняты своими делами, формировалась боевая группа. Ася, старый друг Джейсона Грег и Кайто — все они работали вместе, пока были в Сети. Теперь, когда они ушли, они сформировали ядро новой команды. К ним добавились Ицуки и Тайка. У команды было много разнообразных вариантов атаки, но не хватало специалистов по защите и лечению.

Вопрос с целительством решился с прибытием из Японии. После визита Джейсона Сиро и его мать вступили в борьбу за лидерство в клане, и Сиро беспокоился о безопасности своих дочерей, несмотря на их силу серебряного ранга. Он связался с Джейсоном, попросив его снова принять его дочь Акари, на этот раз в сопровождении ее сестры Мэй. Мало того, что обе сестры были серебряного ранга, так Мэй еще и была целительницей.

Джейсон недвусмысленно предупредил Сиро, что, взяв его дочерей в свою компанию, он может подвергнуть их еще большей опасности. Сиро попросил Джейсона все равно принять их, что вызвало подозрение, будто Сиро пытается внедрить шпионов в лагерь Джейсона. После того как обе женщины прибыли, Джейсон грубо и принудительно просканировал их ауры, допрашивая их. Только после этого допроса он наконец убедился, что они не шпионки их бабушки.

Приезд Акари сделал глубину влюбленности Ицуки в нее болезненно очевидной, но Джейсон заметил, что, несмотря на все закатывания глаз Акари, он часто видел их вместе. Джейсон подробно обсудил включение Ицуки, Акари и Мэй как с ними самими, так и с их отцами, которые доверили их его заботе. Все трое рано потеряли матерей и впоследствии воспитывались суровыми воинами.

К удивлению Джейсона, и Сиро, и Коя решительно выступали за включение своих детей в команду Джейсона. Джейсон обнаружил, что семьи Сети разделяют с семьями искателей приключений черту выталкивать своих птенцов из гнезда.

* * * Ицуки начал нервничать, так как дни и недели проходили без его участия в прото-пространствах. Он привык погружаться в них одно за другим, благодаря чему достиг бронзового ранга с почти неслыханной скоростью. По этой причине Джейсон заставил Ицуки много работать над медитацией, закрепляя силы, которые тот так спешил повысить.

— Тебя что-то беспокоит, — сказал Джейсон Ицуки однажды, когда они сидели на балконе дома Джейсона. Он пригласил Ицуки обсудить тактику специалиста по недугам, но решил спросить молодого человека о напряжении неуверенности в его ауре.

— Это не просто из-за того, что Акари здесь, или из-за того, что прошло так много времени с тех пор, как ты охотился на монстров, — уточнил Джейсон, и Ицуки кивнул.

— Это кое-что из того, что сказал мой отец перед тем, как я покинул Японию.

— О?

— Он сказал, что мне стоит быть осторожнее с тобой.

— Здравый совет, — усмехнулся Джейсон.

— Я сказал ему, что ты явно много работаешь, чтобы быть хорошим человеком.

— Спасибо, что заметил, — сказал Джейсон. — У меня бывают промахи, но я сознательно прикладываю усилия.

— Он сказал мне, что хорошему человеку не нужно стараться быть хорошим.

— Понимаю, — нахмурившись, сказал Джейсон. — Я вынужден уважительно не согласиться с твоим отцом в этом вопросе; то, что ты только что описал, многое говорит мне о жизни твоего отца. Он родился в богатстве и влиянии. Когда все дается легко, легко быть хорошим. Это ничего тебе не стоит, или стоит так мало, что не имеет значения. Я усвоил это на собственном опыте в другом мире.

Джейсон одарил Ицуки улыбкой, в которой сквозила печаль.

— Я, вероятно, сказал бы нечто подобное несколько лет назад. Только когда все стало трудно и я был по-настоящему испытан, я обнаружил, насколько хрупкими были принципы, которые я считал своим фундаментом. Это было глубокое разочарование. Знаешь, что является противоположностью добра, Ицуки?

— Зло было бы очевидным ответом, но это не тот ответ, который ты ищешь.

— Ты прав. Противоположность добра — это легкость. Думаю, если задуматься, это могло быть моралью последней книги о Гарри Поттере. В любом случае, люди совершают плохие поступки не потому, что их толкает на грех какая-то антагонистическая сила. Они совершают их, потому что, когда поступать правильно трудно, маленькие компромиссы не кажутся чем-то ужасным. Срезать путь здесь, проявить немного эгоизма, когда никто никогда не узнает. Каждый шаг делает следующий немного легче.

— Это случилось с тобой?

— Да, поэтому я стараюсь быть усердным сейчас. Я достаточно узнал о себе, чтобы понять, что мне лучше избегать скользких дорожек. У меня достаточно высокомерия и гордыни, чтобы скатиться очень низко. Я не хочу плохо говорить о твоем отце, но утверждать, что существует некий изначально хороший человек, у которого никогда не возникает проблем с выбором правильного пути, — это наивно. Но не верь мне на слово. Если ты хочешь делать действительно важные вещи, ты узнаешь это сам, когда придет время и тебе придется делать трудный выбор.

Ицуки выглядел растерянным.

— Не уверен, что мне стало легче.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Остерегайся любого, кто полностью уверен в правильности своего пути. Я был таким время от времени, и это причиняло вред на этом пути.

* * * Эрика, ее семья и остальные оставались в изоляции в духовном хранилище Джейсона. Джейсон хотел создать у мира впечатление, что их спрятали в каком-то тихом уголке Земли, а не возили с собой. Он не сомневался, что среди жителей Деревни Асано были люди, выступавшие «глазами» внешних сил.

Джейсон и Фарра регулярно навещали их в духовном хранилище, чтобы помочь справиться с чувством изоляции и принести припасы. Сад души Джейсона серебряного ранга внутри его духовного хранилища был больше и сложнее предыдущих итераций. Он даже обнаружил, что может в некоторой степени манипулировать им, добавляя жилые помещения к многоуровневому центральному павильону.

В духовное хранилище Джейсона могли войти только те, кто полностью ему доверял. Эрика и Эми могли входить с самого начала, как и отец Джейсона, Кен. Брат Кена, Хиро, как оказалось, тоже мог. Он начал доверять Джейсону, который вырвал его из прежней жизни и помог вернуть в лоно семьи. Джейсон скрыл свой тайный восторг, когда его бабушка, Юми, смогла войти.

Только три человека, не являющиеся кровными родственниками Джейсона, смогли попасть в духовное хранилище. Фарра была одной из них, а Ася — другой, наконец сумев войти внутрь по мере того, как ее отношения с Джейсоном становились глубже. Третьим был Иан, муж Эрики. Фарра была удивлена тем, как легко Иан вошел в хранилище, и спросила его об этом.

— Я знаю Джейсона с тех пор, как ему было двенадцать лет, — ответил он ей. — Я видел его в самые лучшие и самые худшие моменты. В конце концов, важно то, что я знаю: он сделает все ради моей маленькой девочки. Мы здесь сейчас потому, что Джейсон не доверяет себе в выборе между всем миром и моей женой с дочерью. Что может быть важнее этого?

* * * Даже Доун не была уверена, какую именно форму примут следующие магические события. Все, что она знала, — это то, что основополагающие паттерны, на которых строился мир, взятые из других, более древних реальностей, начнут проявлять себя. По мере того как проходили недели после подавления последних волн монстров, некоторые начали верить, что обещанные события не произойдут.

Эта надежда была впервые разрушена в историческом российском городе Кострома. В один миг, поздно утром, весь город был запечатан куполом. Расследование, проведенное в последующие часы, показало, что купол на самом деле был сферой, уходящей под землю и полностью окутывающей город. Через сорок три часа после того, как сфера встала на место, она исчезла, открыв город, который сильно изменился. Здания были перестроены, напоминая свои первоначальные формы, но с новыми архитектурными стилями и совершенно новыми материалами, что делало их чужеродными по своей природе.

Как и Сеть, Кабал и ЭОА, Джейсон, Фарра и Доун отправились в Кострому для расследования, пока сфера была на месте, стараясь не привлекать к себе внимания. Когда сфера исчезла, они проникли внутрь.

— Я видела подобную конструкцию раньше, — сказала Фарра, когда они въезжали в пострадавший район на черных мотоциклах, используя интерфейс группы Джейсона для общения. — Не архитектуру, но для создания этих зданий использовались методы магического строительства.

— Они не выглядят новыми, — заметил Джейсон. — Есть следы выветривания. Годы воздействия.

— Похоже, такова природа этих событий, — сказала Доун. — Они переделывают пострадавшую область по образу миров, которые использовались в качестве паттернов, когда первоначальный Строитель создавал эту вселенную.

— А что с людьми? — спросил Джейсон.

Ответ нашелся быстро. Российские власти оцепили территорию вокруг сферы, но решили не препятствовать ни одной из магических фракций. Что касается Джейсона и его спутников, у них не возникло проблем с обходом ограничений. Столкнувшись с людьми, они обнаружили, что жители больше не были людьми. Люди поднимались с того места, где, по-видимому, потеряли сознание, на улице или в своих машинах. Судя по всему, это произошло достаточно быстро, чтобы вызвать дорожно-транспортные происшествия.

— Это леонид? — спросил Джейсон, глядя на огромную, волосатую, похожую на льва женщину.

По мере того как они видели все больше и больше людей, Джейсон понял, что почти все они превратились из людей в совершенно другие гуманоидные виды. Лишь немногие сохранили свое первоначальное состояние. Джейсон, Фарра и Доун заметили эльфов и темнокожих рунических людей с их похожими на татуировки руническими знаками, которые слабо светились. Они видели большинство видов из мира Фарры и многих других, хотя большинство людей превратились в леонидов. Когда приходящие в себя жители осознали, что с ними произошло, они начали паниковать.

— Я не была уверена, что произойдет с людьми, — сказала Доун. — Я боялась, что они умрут, если попадут под влияние изменений. Это радикально, но лучше, чем смерть.

— Есть ли способ отменить это? — спросил Джейсон. — Может быть, с помощью магической двери?

— Мне жаль, — сказала Доун. — Ты не сможешь отменить это так же, как невозможно превратить яичницу обратно в яйцо.

— Тогда пора уходить, — сказал Джейсон. — Если мы столкнемся с кем-то из магических фракций, это только создаст проблемы. Если мы не можем помочь этим людям, мы, по крайней мере, можем избежать ухудшения ситуации.

* * * Возвращаясь в Австралию, Джейсон потер лоб, его выражение лица было мрачным.

— Это катастрофа, — сказал он. — Я даже не могу начать анализировать последствия. Мы и так плохо относимся к другим этническим группам, а теперь еще и это? Это будет фильм ужасов.

— Все они были видами, способными использовать эссенцию, как и люди, — сказала Доун. — Ни у одного из них нет высокого уровня врожденной магии. Я подозреваю, что любые магические сущности в городе не пострадали, будь то пользователи эссенции, Кабал или модифицированные члены ЭОА. Хотя, вероятно, они тоже потеряли сознание вместе с остальными.

— Я узнала некоторые из этих рас из своего мира, — сказала Фарра. — Хотя не всех.

— Похоже, паттерн, выраженный событием, был взят из области, где доминируют леониды, — сказала Доун.

— А как насчет животных? — спросил Джейсон. — Я не заметил ни одного, но должны же были быть кошки, собаки и птицы. Сколько крыс в городе?

— Вполне вероятно, что некоторые, если не все, животные также были затронуты, — сказала Доун. — Однако вряд ли они будут представлять угрозу. Скорее всего, они будут трансформированы в существ со схожей экологической нишей и магической силой.

— Я даже видел драконидов, — сказала Фарра. — Они довольно редки в моем мире. Но я не видела ни одного селестина.

— Вероятно, из-за необычного происхождения вида селестинов, — сказала Доун.

— Необычное происхождение? — спросил Джейсон. — Я никогда об этом не слышал.

— Я тоже, — сказала Фарра.

— Немного иронично, учитывая, что если бы вы двое завели потомство, результатом стал бы селестин. Чужемирец, скрещиваясь с другим видом, произведет потомство этого вида. Если двое чужемирцев заведут ребенка, результатом будет селестин. Конечно, селестины могут иметь больше детей со своими сородичами, именно так селестины и размножаются. Я сама — продукт двух родителей-чужемирцев.

— Жаль, что люди не превращаются в селестинов, — сказал Джейсон. — Если бы все превращались в эльфов и селестинов, проблем было бы гораздо меньше. Не то чтобы совсем не было, но люди были бы менее предвзяты к кучке привлекательных людей.

— Это внесет интересные изменения в магический ландшафт, если они начнут получать эссенции, — сказала Фарра. — Другие расы означают другие способности.

Джейсон поднял голову, широко открыв глаза.

— Тень, — сказал он, — пожалуйста, соверши видеозвонок Анне Тилден.

Мгновение спустя Джейсон смотрел на лицо Анны на настенном мониторе.

— Не ожидала услышать вас в ближайшее время, мистер Асано.

— Я знаю, что вы далеко от России, Анна, — сказал Джейсон, — но полагаю, вы в курсе событий.

— Люди превращаются в каких-то монстров, — сказала Анна. — Информация отрывочна, еще слишком рано. Вы там?

— Мы были там. Они превращаются не в монстров, Анна. Они превращаются в другие виды. Виды, которые могут использовать эссенции, чтобы пробудить силы, обычно отличающиеся от тех, что получают люди.

Анна выпрямилась за своим столом.

— Думаю, это могло привлечь ваше внимание, — сказал Джейсон. — Эти люди будут невероятно ценны для Сети.

— Почему вы мне это говорите?

— Чтобы у вас был шанс взять повествование под контроль. Если Сеть увидит их ценность, этих людей с меньшей вероятностью будут сгонять в лагеря. Если Сеть даст многим из них силу, остальным будет труднее преследовать их.

— У меня нет такого влияния, чтобы сделать это реальностью.

— Но у вас есть голос, чтобы вас услышали. Если все получится, возможно, придет и влияние.

Анна кивнула.

— Я могу попробовать. Спасибо, Асано.

НЕ СТОИТ ЛГАТЬ СВОЕЙ ЖЕНЕ

НЕ СТОИТ ЛГАТЬ СВОЕЙ ЖЕНЕ

Когда волны монстров схлынули, начались восстановительные работы. Число погибших продолжало расти по мере того, как оценивались масштабы катастрофы, вызванной волнами монстров. Оно превысило ранние оценки, перешагнув отметку в два миллиона, когда заброшенные сельские районы снова стали доступны.

Застопорившиеся линии поставок продовольствия и других предметов первой необходимости снова открывались, что осложнялось мировой экономикой, пострадавшей сильнее, чем население планеты. Призывы к беспрецедентным программам социального обеспечения были немедленно приняты в одних районах и решительно отвергнуты в других. В Соединенных Штатах такие предложения стали новой линией фронта в растущей культурной войне, а заявления о социалистическом захвате власти спровоцировали массовые протесты против предложенных программ помощи.

Однако не было недостатка в людях, призывающих к принятию таких программ, что приводило к открытым столкновениям между протестующими. Хотя в городах было относительно безопасно, все они страдали от некоторого уровня перенаселения и нехватки продовольствия.

На фоне восстановления после беспрецедентной глобальной катастрофы произошли события в Костроме, за которыми последовали и другие места. Хотя магические фракции в совокупности проделали солидную работу по контролю над СМИ, как только кадры просочились в интернет, медиакомпании ухватились за них обеими руками, постоянно транслируя кадры трансформации людей и мест.

В недели, последовавшие за Костромой, по всему миру было еще несколько пострадавших мест, хотя ни одно из них не было таким крупным. Небольшой город в Соединенных Штатах. Почти необитаемый участок земли в Африке. Часть Аляски, населенная только дикими животными. Эти места было гораздо легче сдержать; магические фракции гораздо лучше справились с тем, чтобы не допустить туда СМИ и скрыть свою реакцию.

Предупреждения о событии трансформации не было, и спасения после того, как сфера замыкалась, тоже. Как только люди поняли, что защититься от трансформации невозможно, начались новые волны беспорядков. Реакция на «трансформированных», как их быстро стали называть, варьировалась от принятия до насилия. На лагерь за пределами Костромы, где обрабатывали пострадавших жителей, напала разъяренная толпа. Российское правительство отрицало свою причастность, несмотря на неспособность пресечь эту деятельность.

На этом фоне появились первые кадры открытого конфликта между магическими фракциями. Как и предсказывала Доун, в каждой из пострадавших зон появилось по одному Ядру реальности, и фракции немедленно бросились за ними.

Отчасти это было делом рук Джейсона. Его разговор с Анной, как и предсказывалось, получил широкую огласку. То, что было тщательно охраняемым секретом о трофеях событий трансформации, стало открытым знанием для каждой ячейки ЭОА, филиала Сети и группы Кабалы. С силой четвертой категории на кону и острой конкуренцией, все притворство было отброшено в погоне за новым источником силы.

Ядра реальности были примерно размером и формой со страусиное яйцо, но были сделаны из темного кристалла, который светился внутренним трансцендентным светом. Кабал заявил права на те, что в Костроме и Африке, а Сеть — на то, что в США.

Когда пострадали пятая, шестая и седьмая локации, стало труднее отслеживать, кто на что претендует со стороны. Несмотря на то, что Джейсон и его спутники никогда не участвовали, они внимательно следили за событиями. Ицуки, прибыв в дом Джейсона в деревне, застал его и Асю за просмотром очередного новостного репортажа.

— Если мы не вмешиваемся, — спросил их Ицуки, — то почему все это так важно?

— Речь идет о балансе сил, — объяснила Ася. — Одна фракция, набравшая слишком большую силу, легко может привести либо к ее доминированию, либо к тому, что другие объединятся против нее. Стычки из-за конкретных целей могут перерасти в полномасштабную магическую войну.

Вторым крупным населенным пунктом, который пострадал, стал Пудун, Китай. Когда сфера исчезла, он превратился в хрустальный город, наполненный людьми, которые в основном превратились в вид с земной аффинностью, с чешуей, похожей на драгоценные камни, покрывающей их тела. Ни Джейсон, ни Фарра раньше не видели этот вид, хотя Доун была с ними знакома. В Пудуне пострадали миллионы людей. Международные группы уже выражали обеспокоенность по поводу реакции Китая.

* * * Пока руководство Сети было занято борьбой за Ядра реальности, рядовые сотрудники были переориентированы на свою давнюю обязанность — перехват вторжений из других измерений до того, как они станут волнами монстров. Эта обязанность, однако, сопровождалась некоторыми неожиданными изменениями.

Перезагрузка сети обнаружения измерений, по-видимому, активировала ранее неизвестные элементы — покрытие сети над океанами. Как будто системы были там все это время, ожидая и пребывая в спящем режиме, внезапно стали обнаружимы подводные вторжения из других измерений.

Учитывая площадь поверхности Земли, Сеть всегда оценивала, что две трети вторжений из других измерений оставались без контроля, а волны монстров появлялись в невидимых глубинах. Когда монстры были второй категории, живя и умирая в океанских глубинах, Сеть имела дело только со случайными монстрами третьей категории, которые жили гораздо дольше и иногда становились угрозой для судоходства. Теперь, когда монстры третьей категории появлялись чаще, а вторжения четвертой категории происходили все чаще, Сеть была вынуждена реагировать.

В краткосрочной перспективе часто позволяли происходить всплескам монстров. Это была та же политика, что и до активации подводной сети, а получение ресурсов для борьбы с монстрами четвертой категории под водой было сложной задачей. Когда это было невозможно, монстрам позволяли выйти на поверхность, чтобы низкая магия подавляла монстров четвертой категории, а остальное можно было зачистить сложными, но управляемыми операциями.

Накопленные эссенции, которые могли хоть как-то помочь, были извлечены и распределены между новыми стажерами в ходе вербовочного шторма, ставшего возможным благодаря теперь уже публичным операциям Сети. Эссенции воды всегда были полезны и находились в дефиците, но существовал большой запас водных эссенций, которые раньше не ценились. Многообещающим новобранцам давали более желанные эссенции, такие как акула, черепаха и осьминог, в то время как менее привлекательные, такие как коралл и ламантин, доставались тем добровольцам, которые заполняли ряды в условиях кризиса.

Однако новые рекруты могли помочь только в будущем, даже будучи ускоренно прогнанными через программы обучения. Сети требовалась новая инфраструктура, логистика и протоколы, но больше всего — больше людей, чтобы покрыть внезапно утроившееся количество инцидентов. Частично это было обеспечено персоналом Сети, вытесненным из таких стран, как Иран и Венесуэла.

Таким образом, ЭОА до сих пор удавалось справляться с вызовом, теперь, когда они заняли роль Сети в этих регионах, хотя как долго это продлится — открытый вопрос. Удивительно, но они были гораздо лучше подготовлены к подводным операциям, чем Сеть, как будто каким-то образом заранее знали, что произойдет.

Открытый характер магической угрозы и свежая память о волнах монстров также значительно облегчили странам финансирование и мобилизацию поддержки, будь то для Сети, ЭОА или Кабалы, которые во многих районах все еще работали с Сетью. Особенно в Африке Сеть и Кабала, вопреки конфликту между их организациями, продолжали работать вместе в относительной гармонии. Только появление Ядер реальности вызывало раздор, хотя на данный момент сотрудничество сохранялось.

* * * Хотя это потребовало больше доработок, чем хотела Фарра, она наконец завершила разработку системы обнаружения сети, которую облачные конструкции Джейсона смогли воспроизвести. Джейсон решил, что это подходящее время, чтобы покинуть Деревню Асано, защитив ее отсутствием каких-либо ценных целей.

Он подумывал взять с собой мать, опасаясь, что кто-то может увидеть в ней потенциального заложника, но любой, кто потрудился бы это сделать, наверняка заранее знал бы об их отчуждении. Среди жителей деревни определенно были шпионы, включая Кайто и Эми. К обоим обращались люди, понимавшие их непростую историю, с предложением шпионить за Джейсоном. У обоих хватило присутствия духа принять щедрые предложения, немедленно рассказав об этом Джейсону, чтобы он мог скармливать им дезинформацию.

Кайто отправлялся вместе с Джейсоном в составе его группы поддержки, в то время как Эми оставалась, чтобы управлять деревней и присматривать за их детьми. Они попрощались друг с другом вдали от Джейсона, хотя знали, что его чувства улавливают все происходящее в деревне.

— Жутко осознавать, что он вроде как наблюдает за нами прямо сейчас, — сказала Эми мужу, когда они обнялись возле спальни их старшей дочери. — Он сказал мне, что он уже не тот человек, которого я знала, и он был прав. Он почти инопланетянин.

— Он может чувствовать только наши ауры, и только если обращает внимание, — заверил ее Кайто.

— Так он говорит, — парировала Эми. — Правда в том, что мы не знаем, на что он способен. У нас с тобой теперь есть магия, но можешь ли ты делать что-то подобное тому, что делает он? Он превратился в птицу, сделанную из космического пространства. Он использовал тех бабочек, чтобы уничтожить целые секции города. Да, это были те ужасные неживые твари, но что, если бы это было не так? Что, если он начнет делать это с обычными людьми?

— У людей была такая сила задолго до того, как появился Джейсон. Вся Холодная война была кучкой людей, играющих в «кто струсит первым» с ядерным уничтожением.

— Но это же Джейсон, Кай. Я все еще знаю его достаточно хорошо, чтобы понять, как сильно все может пойти не так. Он опрометчив и импульсивен. Он увлекается идеями и перестает смотреть на последствия, и нет никаких генералов, кодов запуска или чего-то еще, чтобы остановить его.

— Мы должны доверять ему, Эмс.

— Должны ли?

— Я достаточно узнал обо всем этом, чтобы понять, что да, должны.

— Было время, когда я полагалась на него больше, чем на кого-либо, — сказала Эми. — Не думаю, что смогу вернуться к этому.

— Позволь мне это сделать. Ты просто сосредоточься на заботе о людях здесь.

— Ты просто убедись, что вернешься ко мне. У тебя есть две маленькие принцессы, которые будут ждать тебя.

* * * В городе Брегенц, Австрия, команда Сети оцепила дорогу, ведущую мимо церкви Святого Сердца, вместе с самой церковью и прилегающей территорией. Командира тактических операций звали Франц. Он наблюдал, как команда ритуалистов работает над открытием проема, который появился. Тактические группы были готовы к входу — одна секция из девяти человек третьей категории и две секции второй категории, каждая под руководством человека третьей категории. Был также военный контингент, вооруженный магическим огнестрельным оружием.

Франц был рад, что его не назначили в группы реагирования, сформированные для событий трансформации. Работа на Сеть давала ему чувство цели, и он был гораздо больше заинтересован в защите людей путем борьбы с монстрами, чем в погоне за властью путем борьбы с людьми. Несмотря на то, что он достиг плато на третьей категории, у него не было амбиций подниматься выше.

Мало кто мог даже мечтать о продолжительности жизни и силе, которыми уже обладал Франц. С тех пор как магия вышла из тени и его статус перестал быть секретом, даже его теща перестала говорить жене, что та могла бы найти кого-то получше.

Франц знал, что многие тактические сотрудники Сети были недовольны тем, что их оставили в стороне от горячих новых событий, но он знал, что они глупцы. Участие вовсе не означало, что кто-то из вовлеченных получит вкус той силы, которую начальство соизволит позволить просочиться вниз. Скорее было вероятно, что даже если одно из событий произойдет в Австрии, их ждет смерть.

Им предстояло столкнуться не с монстрами, когда они будут сражаться за Ядра реальности. Так называемые супергерои ЭОА не были серьезной угрозой, но он слышал странные истории о Кабале. Хуже того, он слышал о филиалах Сети, сражающихся друг с другом, хотя любые разговоры об этом быстро заминались.

Франц возглавлял команду, которая собиралась войти в пространство вторжения из других измерений, — работа, к которой он был более чем рад вернуться после того, как его отправляли в серию маленьких горных городков, усеянных трупами. Один из его людей указал вверх. Франц использовал телескопическое зрение своей силы восприятия, чтобы заметить вертолет высоко в воздухе. Он быстро снизился, но издавал на удивление мало шума. Магические чувства Франца подсказали ему, что это объект второй категории, созданный магией.

Вертолет был большим, но гладким, с тонированным стеклом, составляющим большую часть фюзеляжа. Он опустился, чтобы зависнуть над улицей, где на него было направлено более двух десятков стволов. Боковая дверь открылась, явив фигуру, которую они все узнали.

В своих кроваво-красных одеждах и темном плаще Джейсон Асано был в одном красном световом мече от того, чтобы стать следующим разочаровывающим злодеем из Звездных войн. Он легко спрыгнул с вертолета и подошел к Францу, каким-то образом зная, что тот здесь главный.

Франц посмотрел на яркие серебряные глаза в остальной непроницаемой тьме капюшона. Затем Джейсон откинул капюшон назад, открыв лицо с гладкими черными волосами и слишком отполированной красотой человека третьей категории. Мужчина одарил его дружелюбной улыбкой.

— Привет, Франц. Можно называть тебя Франц? Я знаю, что есть действующие приказы не пускать меня в любые пространственные пространства, но ты же знаешь, что это просто Сеть хочет, чтобы я сорвался на одной из их команд, чтобы я выглядел плохо в прессе.

— Это то, что я знаю? — спросил Франц. — Вы не знаете, что я думаю, мистер Асано.

— Не знаю? Это то, что ты сказал Марии. Не стоит лгать своей жене, Франц.

Франц напрягся.

— Вы угрожаете моей семье?

— Нет. Я просто хочу, чтобы ты понял, что я пришел сюда, точно зная, во что ввязываюсь. Если мне придется пройти через кого-то, это будешь ты. Твоя семья в безопасности, как бы это ни закончилось.

— Я ценю это.

Франц посмотрел на остальных, выходящих из вертолета.

— Мы знаем, кто у вас. У вас четыре человека третьей категории, включая вас. У меня двенадцать, включая меня. Вы уверены в шансах три к одному, мистер Асано?

— На самом деле, буду только я, так что шансы двенадцать к одному. И да, я уверен. И зови меня Джейсон.

Франц посмотрел на Джейсона, чье выражение лица и язык тела были полностью расслаблены, за исключением серебряных глаз, зафиксированных на Франце, как острые, заостренные сосульки. Франц полагался на свои чувства ауры, чтобы ориентироваться в неопределенных ситуациях, но он вообще не мог почувствовать Джейсона. Он также не мог прочитать других людей третьей категории позади Асано; та, которую он принял за Фарру Хурин, даже использовала свою ауру, чтобы не дать ему прочитать людей второй категории. Это была искусная демонстрация контроля ауры.

Асано был не просто труден для обнаружения, он был призраком для его магических чувств. Он оставался невидимым для всех, кроме его глаз.

— Мистер Асано, как вы видите развитие событий, если я скажу вам «нет»?

— Франц, я утверждаю прямо сейчас, что я пройду через этот проем и что ты не сможешь меня остановить. Либо ты предположишь, что я прав, и пропустишь меня, либо нет, и узнаешь наверняка.

Франц снова посмотрел в непоколебимые глаза Джейсона и медленно кивнул.

— Хорошо, пропустите их, — объявил он.

— Босс, действующие приказы — это...

— Я знаю, каковы действующие приказы. Если этот парень хочет зачистить часть монстров за нас, я позволю ему. Если тебе это не нравится, Баумгартнер, можешь попробовать остановить его.

Капюшон сам собой наполз обратно на голову Джейсона, и он медленно повернулся, чтобы посмотреть на Баумгартнера, его серебряные глаза казались бесплотными во тьме капюшона. Баумгартнер нервно посмотрел в ответ, застыв на месте.

— Я бы сказал, что это «нет», — сказал Франц. — Есть шанс, что вы могли бы оставить парню немного добычи там?

— Думаю, я смогу это устроить, — сказал Джейсон. — Ты сделал мудрый выбор, Франц.

Тела Тени появились из теней каждого из серебряных рангов Франца, включая самого Франца. Когда Джейсон зашагал к проему, тела вернулись в его собственную тень роем.

РЕШЕНИЕ ПРИНЯТО

РЕШЕНИЕ ПРИНЯТО

По просьбе Джейсона, войдя в прото-пространство, Кайто не стал призывать новый вертолет. Фарра несла устройство, которое они с Джейсоном собрали вместе, чтобы найти оптимальное место для проведения ритуала. По пути к этому месту им неизбежно предстояло столкнуться с монстрами. Они рассматривали это как шанс проверить в деле бронзовых рангов команды.

Экстрамерное измерение сильно отличалось от физической реальности снаружи. Австрийский город сменился первобытными джунглями, в которых над пологом леса возвышались древние зиккураты. В воздухе стояла удушливая жара и влажность.

— Этим воздухом тяжело дышать, — сказал Кайто. — Он тяжелый.

— Моя одежда липнет к телу, — сказал Ицуки. — Это может снизить мою мобильность.

— Ты все еще потеешь, потому что слишком быстро повысил ранг, — сказала ему Фарра. — Ты сосредоточился исключительно на развитии способностей своей эссенции. Тебе нужно уделять время упражнениям, которые помогут твоему телу стать более магическим. Я дала тебе основы во время тренировок, но ты явно ими пренебрег.

— Простите, мисс Хурин, — сказал Ицуки, выглядя точь-в-точь как провинившийся школьник. Сестры Асано, Акари и Мэй, наблюдали за ним с весельем.

Это было прото-пространство серебряного ранга, поэтому только якорные монстры, удерживающие пространство, и, возможно, несколько других, будут серебряного ранга. По этой причине Джейсон и другие серебряные ранги не вступали в бой, позволяя Кайто, Асе, Грегу и Ицуки заниматься зачисткой.

У каждого из них были свои мотивы в способностях, но Ицуки был белой вороной во многих отношениях. У остальных в наборах сил активно использовались призванные технологии, что было обычным делом для пользователей эссенции земли, даже без эссенции технологий. Способности Ицуки носили более фантастический характер. Добавьте к этому тот факт, что остальные уже работали вместе и чувствовали себя комфортно друг с другом, Ицуки буквально и фигурально стоял особняком.

Из четырех бронзовых рангов Кайто чувствовал себя наименее комфортно, поскольку действовал вне своего вертолета. Его способности были в основном вспомогательными, но Джейсон и Фарра хотели, чтобы он испытал неидеальные условия. Однако его способности эссенции транспортного средства не были бесполезны и без него, позволяя ему призывать дронов-разведчиков для поиска угроз и боевых дронов для борьбы с ними.

Хотя она была специалистом по снайперской стрельбе, предпочитавшей мощные одиночные выстрелы на дальние дистанции, Ася призвала карабин, больше подходящий для тесных условий джунглей. Это было футуристическое оружие со светящимися синими деталями, что Джейсон горячо одобрил.

Человек с настоящей эссенцией технологий, Грег, по иронии судьбы, использовал самые устаревшие технологии. Он призвал целый наряд из версии девятнадцатого века, которая существовала только в бульварных романах и старых киносериалах. На нем было длинное коричневое пальто, жилет и котелок, а на полях шляпы висели защитные очки. У него был рюкзак, покрытый свободными клапанами, и весь ансамбль имел столько подсумков и карманов, что казалось, в нем трудно ходить.

Грег также призвал пистолет, который выглядел как реплика из научно-фантастического фильма пятидесятых, но был сделан из латуни. Он потянулся назад, чтобы порыться в рюкзаке, вытащил кабель и подключил его к основанию рукоятки странного пистолета, отчего тот загудел от энергии.

Способности Ицуки были более классически магическими. Хотя они разделяли эссенцию тьмы, у Ицуки не было плаща, как у Джейсона. Вместо этого он превращал себя в полупрозрачную фигуру, похожую на статую из дымчатого стекла. Это делало его гораздо труднее обнаруживаемым, позволяло сливаться с тенями и, начиная с бронзового ранга, делало его полуматериальным. Это снижало эффект многих атак по нему, а также позволяло ему проникать в места, куда он иначе не смог бы попасть. Пока он двигался медленно, он мог проходить прямо сквозь преграды, такие как клетки или колючие кусты.

Ицуки привык играть роль скрытного разведчика, как и Джейсон, что плохо сочеталось с остальными. У них уже было усиленное восприятие Аси благодаря ее мастерскому слиянию и дроны Кайто, из-за чего потенциальный вклад Ицуки был ограничен.

Ицуки был поражен и обрадован, увидев интерфейс группы Джейсона, который дал ему совершенно новый взгляд на его собственные способности. Тень определил призванного фамильяра Ицуки как огра темного света, который был защитным боевым фамильяром, чьи способности заставляли врагов атаковать его, накладывая дебаффы на любого, кто это делал.

Используя записи Магического общества, Джейсон определил способность, которая призывала фамильяра Ицуки, и обнаружил, что фамильяр будет приобретать новые формы по мере повышения ранга Ицуки, в конечном итоге становясь чем-то под названием титан затмения.

Как только они начали встречать монстров, выяснилось, что пистолет Грега стреляет дугами электричества, которые перескакивали с одного монстра на другого. Он наносил минимальный урон, но вызывал парализующий разряд, подготавливая монстров к последующим атакам. Меткая очередь из пистолета Аси или поток тяжелых пуль из дронов Кайто завершали дело, а их слаженная командная работа демонстрировала опыт совместной работы.

Джейсон и Фарра оценивали бронзовых рангов по мере продвижения команды к месту проведения ритуала.

— Ицуки придется немного потрудиться, чтобы найти свой путь, — оценил Джейсон. — Это не самый лучший состав команды для него.

— Это хорошо, — сказала Фарра. — Его семья явно подсовывала ему идеальные сценарии, чтобы он быстро повысил ранг. Немного трудностей выбьет из него некоторые нежелательные наклонности.

Ицуки постепенно учился адаптироваться к своим товарищам по команде, используя скрытность, чтобы приближаться к монстрам, обнаруженным остальными, и накладывать на них недуги. Он был большим командным игроком, чем Джейсон, чьи недуги были сфокусированы на уроне. Ицуки ослаблял врагов, используя больше дебаффов, чем урона, заманивая их в зоны поражения для остальных, прежде чем исчезнуть, когда начинался основной урон.

Как только команда добралась до места проведения ритуала, им нужно было расчистить пространство для самой большой магической диаграммы, с которой когда-либо работал Джейсон. Опыт Кайто и Грега по подготовке зон посадки пришелся кстати. Кайто использовал способность своей эссенции полета, чтобы подбросить себя в воздух, после чего призвал вокруг себя вертолет. Затем он перевернул его, лопасти перестроились, чтобы поддерживать зависание в перевернутом состоянии, и опустил вертолет в полог джунглей. Когда лопасти ротора опустились в деревья, они сработали как гигантская пила, быстро расчищая территорию. Кайто даже перемещал вертолет, все еще перевернутый, чтобы расчистить более широкую площадь.

— Однажды меня сбило с горы водопадом, когда я испытывал перебои в работе, — сказал Джейсон, наблюдая за перевернутым вертолетом, превратившимся в бензопилу. — Я возвращался с того света, сражался с межпространственными динозаврами и встречал своего злого магического клона. Почему-то это все равно самая нелепая вещь, которую я когда-либо видел.

— Он очень точен, — сказала сестра Акари, Мэй. — Не часто увидишь такое в перевернутых вертолетах.

Вместо того чтобы убрать вертолет, Кайто расчистил второе место, чтобы посадить его. Пока он это делал, Грег заменил кабель, идущий от рюкзака к пистолету, на шланг, превратив его в огнемет. Из оружия вырвался поток огня, расчищая землю, теперь усеянную измельченными деревьями, пока не остался только древесный уголь и пепел.

Кайто вернул свой вертолет, чтобы сдуть обгоревшие обломки, в то время как Грег перешел ко второму расчищенному месту. Вскоре пара расчистила два места: одно для ритуала, другое для вертолета.

— У тебя логистика отлажена, — сказал Джейсон Грегу.

Фарра использовала силу изменения земли, чтобы выровнять расчищенную площадку, готовя ее к ритуалу.

— Это то, чем мы занимались, пока ты бездельничал, взяв академический отпуск, несмотря на то, что закончил всего один семестр университета полдюжины лет назад, — сказал ему Грег.

— Звучит как полная лень, — согласился Кайто.

— Я помогал жертвам землетрясений и лечил людей от Эболы, — сказал Джейсон. — И это было всего полгода.

— Это то, что ты нам сказал, — ответил Грег. — Держу пари, на самом деле ты провел большую часть времени на курорте на Бермудах.

— Что я вам сказал? Это было в новостях.

— Потому что ЭОА поместила это туда, — добавила Фарра, продолжая выравнивать землю. — Нет причин подозревать что-то, за чем они стоят, верно?

Трое японских членов команды, Акари, Мэй и Ицуки, наблюдали за тем, как остальные продолжали подкалывать Джейсона.

— Они всегда такие? — спросила Мэй свою сестру. — Кажется, это очень неуважительно.

— Я полагаю, это австралийская культурная практика, — сказала Акари. — К этому привыкаешь.

— Правда? — спросил Ицуки.

— Не совсем, — призналась Акари. — Они все очень странные.

— Я думал, мисс Хурин из другой вселенной, а не из Австралии.

— Она кажется вполне способной к ассимиляции.

* * * Проведение ритуала прошло гладко. Пока Джейсон занимался им при содействии Фарры, остальная часть команды патрулировала широкий периметр, чтобы отгонять любых блуждающих монстров. Если бы окружающая магия была слишком сильно потревожена, им пришлось бы начинать все сначала.

Способности Грега были особенно полезны, так как его набор сил был сосредоточен на контроле и ограничении зоны. Поэтому ему выделили самый большой участок земли для прикрытия. Получив время на подготовку, он призвал железные стержни, заканчивающиеся сферами, которые расставил через равные промежутки. Они наносили парализующие электрические атаки, а автоматические турели, которые он разместил позади них, следовали за ними. Выглядящие как пулеметы Гатлинга девятнадцатого века, турели могли быстро стрелять наэлектризованными гвоздями.

Когда в зоне его патрулирования появилась большая стая монстров железного ранга, Грег развернул стержень из верхней части своего рюкзака. Из него выросли лопасти вертолета, позволяя ему пролететь над стаей и обстрелять их из огнемета. Выжила только тройка самых стойких монстров. Грег приземлился, и лопасти ротора были сброшены со стержня. Двое монстров были убиты, а третий был обезглавлен.

После завершения ритуала команда забралась в вертолет и направилась обратно к апертуре.

— Еще пара ритуалов, и мы должны будем вычислить первый узел, который мне нужно изменить, — сказал Джейсон. — А сколько всего узлов потребуется, я понятия не имею. Это означает много прото-пространств.

— Люди просто позволят нам войти, как они сделали здесь? — спросил Ицуки.

— Нет, — сказал Джейсон. — Мы приложили дополнительные усилия здесь, чтобы показать, что мы будем мирными в своих операциях. Однако рано или поздно кто-то займет жесткую позицию.

— Что тогда произойдет? — спросил Ицуки.

— Мы причиним вред как можно меньшему количеству людей, но не остановимся. Рядовые члены Сети просто выполняют свою работу и, похоже, не заинтересованы в том, чтобы мешать нам, по крайней мере, пока люди наверху не обращают внимания ни на что, кроме событий трансформации.

— Ты думаешь, они в конце концов попытаются нас остановить?

— Да. Даже если они не осознают этого сейчас, то, что мы делаем, перекроет кран ядра реальности. Если нам повезет, они не догадаются, пока мы не будем близки к концу и события трансформации не начнут замедляться. В этот момент кто-то определенно сложит два и два. Мое беспокойство в том, что кто-то явно знал больше о том, что происходит, чем это хорошо для нас. Мы можем начать встречать реальное сопротивление гораздо раньше.

— И тогда мы будем сражаться? — спросил Ицуки.

— Не если мы сможем этого избежать, — сказал Джейсон. — Мы не можем сражаться со всей Сетью.

Ицуки кивнул.

— Тот спецотряд, который мы встретили за апертурой, — сказал он. — Ты действительно достаточно силен, чтобы в одиночку справиться с двенадцатью третьей категории?

— Конечно нет; это был блеф. Ну, по большей части блеф. Я имею в виду, мне пришлось бы жульничать, конечно. Вероятно.

— Это вопрос подготовки, — вмешалась Фарра. — Те люди были традиционными пользователями эссенции из этого мира. Их подготовка полностью основана на групповой тактике для устранения монстров, а не на разумных, одиночных врагах с широким спектром способностей. Они не готовы к тому, кто сражается как Джейсон.

— По сути, они заточены под PvE, а не под PvP, — сказал Джейсон. — Как только Фарра и я вернемся в ее мир, я не смогу так разгуливать. Я пользуюсь моментом, пока светит солнце.

— Я полагаю, он все равно будет разгуливать, — сказала Фарра. — Его просто прихлопнут, когда он это сделает.

* * * Когда Джейсон и его спутники вернулись к апертуре, обстановка была напряженной, но им позволили уйти без препятствий. Вскоре после этого вертолет Кайто приземлился рядом с туристическим автобусом на уединенном участке дороги недалеко от чешской границы. Кайто убрал вертолет, и они загрузились в автобус, который внутри оказался роскошным двухэтажным облачным автобусом.

— Были проблемы с Сетью? — спросила Доун вместо приветствия, когда они прибыли.

— Нет, — сказал Джейсон, падая в мягкое облачное кресло. — Дополнительная работа, похоже, принесла свои плоды. На этот раз.

— Теперь, когда мы в нужном регионе, — сказала Доун, — ты можешь в идеале использовать Кайто, чтобы опережать местные отделения в новых апертурах. Ты делал заметки?

— Делал, — сказал Джейсон.

— Хорошо. Надеюсь, результаты этих ритуалов помогут нам уточнить, какие именно узлы мы ищем. Пока мы не получим больше данных, мы даже не можем быть уверены, что охотимся за правильными узлами.

* * * Привлекающий внимание суперкар проехал через город Конрад, штат Монтана, направляясь к заводу по переработке масличных культур на окраине. Он припарковался перед административным зданием, и мужчина в строгом костюме по имени Эмерсон Клири вышел, прихватив с собой портфель с пассажирского сиденья. Из скудного багажника автомобиля он достал небольшую коробку, которая едва поместилась, и понес ее в здание, держа за ручку сверху.

Офис был дешевым, но функциональным сборным помещением, где администратор средних лет разговаривала по телефону. Клири поставил коробку на стол и нажал пальцем на рычаг телефона, прервав разговор.

— Прошу прощения? — возмущенно спросила администратор. Она окинула его недружелюбным взглядом с ног до головы, прежде чем посмотреть в окно на его машину. — Кем вы себя возомнили?

— Где я могу найти мистера Таллмана? — спросил Клири.

— Я хотела спросить, проверяли ли вы магазин, где продают манеры, но, очевидно, нет, — сказала она.

Офис-менеджер поспешно вошел с заднего двора, его язык тела был подобострастным.

— Простите, сэр, я немедленно провожу вас в здание специальных проектов.

— Я еще не зарегистрировала его как посетителя, — сказала администратор, и менеджер повернулся к ней.

— Клянусь Богом, Джанет, если я найду хоть одну запись о том, что этот человек когда-либо был здесь, к концу дня ты будешь безработной. Ты не должна даже дышать об этом ни слова никому.

— Если вы посмотрите на парковку, Даррен, — сказала она, — вы увидите тридцать или около того пыльных грузовиков и один блестящий красный кризис среднего возраста. Думаю, люди могут заметить.

— Заткнись, Джанет! Могу я взять ваш портфель или вашу коробку, сэр?

— Потянись к этой коробке, Даррен, — сказал Клири, — и вы с Джанет будете мертвы раньше, чем ваша рука до нее дотянется.

Даррен побледнел.

— Сюда, пожалуйста, сэр. Могу я узнать ваше имя?

— Вероятно, лучше, чтобы вы не знали.

Никто из сотрудников никогда не заходил в здание специальных проектов, которое представляло собой небольшую кирпичную хижину без вывесок в углу промышленной площадки. Даррен с любопытством топтался на месте, пока Клири стоял у двери, пока Клири не посмотрел на него. Он поспешно удалился. Клири вошел внутрь, где шагнул в бесшумный лифт и спустился глубоко под Землю.

Когда лифт достиг нижнего этажа, Клири пошел по коридору с огнями, которые загорались при его приближении и снова тускнели позади него. В конце концов он достиг круглого зала с несколькими дверями. Одна из них открылась, и появился бледнолицый мужчина.

— Заместитель директора Клири, — поприветствовал он, хотя его глаза были прикованы к коробке. — Это оно?

— Это оно, — подтвердил Клири.

— Я думал, они пришлют больше охраны.

— Они прислали, — сказал Клири. — Вы просто их не видели.

— Понимаю. Сюда, пожалуйста.

Мужчина открыл дверь и провел Клири внутрь. Пройдя по еще одному коридору, они достигли второй двери, за которой находилась большая комната, почти пустая. Там были стол и стул, но внимание привлекала пара больших цилиндров, расположенных посреди сложных магических кругов. Цилиндры были наполнены молочной жидкостью, и сквозь белую муть можно было разглядеть то, что казалось человеческими формами.

— Значит, это они, — сказал Клири.

— Да. Мне нужно письменное подтверждение приказов, прежде чем мы сможем двигаться дальше.

Клири поставил коробку и портфель на стол и открыл портфель. Он достал папку и передал ее другому мужчине, который просмотрел ее. В это время Клири открыл коробку, обнаружив предмет размером со страусиное яйцо, сияющий трансцендентным светом.

— Мы будим обоих? — спросил бледный мужчина.

— Только одного, пока мы не обеспечим больший запас.

— Очень хорошо. Когда мы начинаем?

— Немедленно, — сказал Клири. — Решение принято: взять проект Джейсона Асано под наш контроль.

ПЕРВООЧЕРЕДНАЯ ЗАДАЧА

ПЕРВООЧЕРЕДНАЯ ЗАДАЧА

В Швейцарии курортный город Интерлакен и деревни на берегу озера Бриенц были эвакуированы во время нашествия монстров. Посчитав, что население недостаточно велико для создания собственной безопасной зоны, местных жителей отправили в ближайшую обустроенную безопасную зону — в город Тун.

Через месяц после последней волны монстров людям разрешили вернуться в свои дома. Автобусы развозили жителей обратно по деревням, где им предстояло оценить ущерб. Разрушений было много. Эвакуацию провели оперативно, но запах людей остался. Монстры, лишенные своей добычи, выместили разочарование на зданиях.

Страховые компании по всему миру столкнулись с атакой на пункт о «божьей воле» в договорах страхования. Вслед за волнами монстров, а теперь и событиями трансформации, многие страны начали проталкивать законы, признающие этот пункт недействительным, одновременно с валом судебных исков. Многие из них оспаривали пункт о «божьей воле» на том основании, что теперь, когда в мире открыто существует магия, утверждения о богах стали гораздо менее туманными, чем раньше. Такие аргументы не считались особо перспективными, но для прекращения судебных тяжб требовалось нечто большее, чем пара глобальных катастроф.

Впрочем, сейчас все эти события никак не помогали людям в автобусах, ехавших вокруг озера Бриенц. В одном из них пассажирка указала мужу на одинокое здание у берега, которое выглядело нетронутым.

— Это большое шале было здесь раньше? — спросила она мужа.

— Конечно, было, — ответил он. — Ты думаешь, кто-то приехал сюда и построил шале, пока повсюду бегали монстры?

* * * Внутри здания, похожего на шале в швейцарских Альпах, Джейсон лениво потянулся на облачной кровати. Ася прильнула к его телу почти так же плотно, как и облачная материя, из которой была сделана кровать.

— Если бы мне не нужно было идти сражаться со злом, — довольно сказал он, — я мог бы оставаться так очень, очень долго.

— Лентяй, — поддразнила Ася, целуя его в шею. — Раз уж нам в конце концов придется встать с этой кровати, я хочу поговорить с тобой кое о чем. О чем-то важном.

— Это насчет горячего шоколада? — спросил Джейсон. — Тень обещал больше не позволять Колину помогать. Он, конечно, хочет как лучше, но не понимает, что не всем нужно столько белка в рационе.

— Нет, — хихикнула она, и этот звук напомнил журчание воды. — Я говорю о том времени, когда ты уедешь. В другой мир.

— О?

— Я знаю, что ты берешь с собой сестру и ее семью, спрятав их в своем духовном хранилище. Я хочу поехать с тобой.

— А, — сказал он. — Пожалуйста, скажи, что я — не причина, по которой ты просишь.

— Ты мне очень нравишься, Асано, но не настолько, чтобы я бросила свою семью и все, что знала всю жизнь. Я хочу отправиться в другой мир, потому что это другой мир. Целая новая вселенная, полная магии и чудес. Буквально чудес.

— Это правда, — задумчиво сказал Джейсон. — Можно просто немного постоять на местной площади для поклонения, и появится какой-нибудь бог и вытворит что-нибудь эффектное.

— Я хочу увидеть то, что невозможно здесь. Сделать то, чего почти никто из нашего мира никогда не делал.

— Понимаю, — ухмыльнулся Джейсон. — Магия и чудеса. Это веская причина.

— Значит, ты возьмешь меня с собой?

Джейсон чувствовал ее тревогу и телом, и аурой, пока она ждала ответа.

— Скажу то же, что говорил Эрике, — ответил он. — До моего отъезда еще есть время. Подумай хорошенько. Задавай любые вопросы, которые возникнут. Мы можем поговорить об этом снова, когда придет время, и столько раз, сколько захочешь до этого.

— Это предварительное «да»?

— Это предварительное «да», — подтвердил он с усмешкой. Он почувствовал, как ее тело шевельнулось рядом с ним, когда напряжение растаяло, и прижался губами к ее губам.

* * * Самолет лос-анджелесского отделения Сети был не маленьким частным джетом, а полноценным лайнером размером с пассажирский самолет. Созданный на базе корпоративной версии пассажирского лайнера, он был построен с использованием магии с самого каркаса и мог служить мобильным командным пунктом для операций Сети. Среди удобств была душевая, из которой вышел Джек Герлинг, недовольно растирая густую бороду.

— Эта дрянь просто так не отмывается, — прорычал он, словно медведь. С его огромной тушей и волосатым телом он не только рычал, как медведь, но и выглядел соответственно.

Другие сотрудники Сети на борту с опаской смотрели на этого грубого человека. Даже если не брать в расчет магию, он выглядел так, будто только что выбрался из леса в поисках еды. А если учесть магию, становилось еще хуже.

Американские отделения Сети годами собирали ресурсы, отдавая достаточно ядер монстров, чтобы поднять бесчисленное количество пользователей эссенций до третьего ранга. Наконец, им удалось перевести двух человек через порог четвертого ранга. Джек Герлинг был одним из избранных благодаря своим редким и мощным эссенциям.

Его эссенция мощи была обычной, но никто не жаловался на ее наличие. Его эссенция потенциала была чрезвычайно редкой, а эссенция безбрежности — настолько неслыханной, что им пришлось перерыть записи столетней давности, чтобы идентифицировать ее. Результатом стала эссенция натиска. Способности Герлинга превратили его в ходячую бомбу. Теперь, будучи четвертого ранга, он мог сбить самолет, на котором летел, вместе со всеми пассажирами, не приложив больше усилий, чем нужно для щелчка пальцами. Этот факт не ускользнул от внимания сотрудников Сети, находившихся на борту.

Один из сотрудников Сети подошел к Герлингу.

— Сэр, заместитель директора Клири просит вас присоединиться к нему на обед.

Герлинг нахмурился.

— Какой обед?

— Его точные слова: «целую гору жареной курицы и острый соус», сэр.

— Да? Мне это нравится.

* * * Грег вышел на балкон верхнего этажа шале. Его руки обхватывали кружку с горячим шоколадом, согреваясь от свежего утреннего воздуха. Его тело бронзового ранга легко переносило холод, но ему все равно нравилось ощущение тепла. Он подошел к Джейсону, стоявшему на балконе и любовавшемуся видом на озеро.

— Видишь деревню на том берегу? — спросил Джейсон. — Она пуста.

— Эвакуировали? — спросил Грег.

— Да. Хотя они возвращаются прямо сейчас.

— Может, это значит, что мир преодолел худшее после волн монстров?

— Надеюсь, — согласился Джейсон. — Если мы сможем остановить эти события трансформации, то действительно преодолел. Я так устал от темных времен, но, по крайней мере, у нас есть сила что-то с этим сделать. Большинство людей могут только надеяться, что такие, как мы, справятся.

— Не лучшее время, чтобы чувствовать себя бессильным.

— Нет, — сказал Джейсон. — В мою первую ночь в другом мире мой друг Руфус сказал мне, что у меня есть выбор. Я могу позволить другим защищать меня или взять силу, чтобы контролировать свою судьбу.

— Имея в виду эссенции.

— Да. Но с этим приходит и ответственность. Когда случается плохое, мы должны встать между этим и всеми остальными.

— Не уверен, что все видят это так.

— Руфус видит, — сказал Джейсон. — Он носит это как груз. Я стараюсь следовать его примеру.

— Знаю. Фарра говорит, что не стоит.

— Фарра не лидер, — сказал Джейсон. — Она умнее любого в своей команде, и она умнее меня, но она не ведет за собой. Я отвечаю за всех вас, а она достаточно умна, чтобы не брать на себя эту ношу. Она может говорить нам отпустить это бремя, но знает, что мы не сможем. Она просто хочет, чтобы мы не несли его так много, чтобы сломаться.

Они долго стояли молча, глядя сквозь чистейший воздух. Грег не пил из своей кружки, а позволил ей стоять на перилах, уютно устроившись между его ладонями.

— Это было в новостях? — спросил он Джейсона.

— Что было в новостях?

— Что люди возвращаются на автобусах в местные деревни.

— Я чувствую их. Автобусы, полные людей, едут вокруг озера. Ауры, полные надежды и тревоги. Неуверенные в том, что найдут, но стремящиеся домой.

Грег обвел взглядом озеро, не заметив никакого движения. Если там и были автобусы с людьми, он их не видел.

— Ты чувствуешь их отсюда?

— Да.

Грег посмотрел на Джейсона, нахмурившись.

— Ты беспокоишься обо мне, — сказал Джейсон, улыбаясь и продолжая смотреть на озеро.

— Иногда я думаю, что ты становишься слишком далеким от человеческого, Джейсон.

— Я не человек.

— Я имею в виду не человека как вид, — сказал Грег. — Я имею в виду опыт человеческого бытия.

— Тот же ответ. Я не человек. Если я буду продолжать смотреть на мир так, будто я человек, не уверен, что смогу делать то, что должен. Надеюсь, Макассар — худшее, что я когда-либо переживу, но должен исходить из того, что это не так. Мне нужно быть способным справиться со следующим, и с тем, что будет после.

— Значит, ты просто отстраняешься от всего?

— Нет, — сказал Джейсон, поворачиваясь к другу с улыбкой. — Я просто тщательно выбираю свои привязанности. Я видел, кем стану, если у меня их не будет. Со временем я все больше скучаю по своим друзьям в другом мире. Я начинаю понимать, что монстры — не единственное, от чего мы должны защищать друг друга.

Грег посмотрел в свою дымящуюся кружку.

— Удержать тебя от превращения в жуткую машину для убийств — это большая ответственность, — сказал он.

— Попробуй сам спасти мир.

— О, пожалуйста, — фыркнул Грег. — Такой драматичный, как ты? Тебе это нравится.

Джейсон оскорбленно рассмеялся. — Неужели это так?

— Ты же знаешь, что так, — ухмыльнулся Грег. Он отпил горячего шоколада, затем выплюнул его через перила и заглянул в кружку.

— Что в этом? Это говяжий бульон?

— Прошу прощения, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — Похоже, я все-таки не удалил все какао, которое добавил Колин. Я принесу вам свежую чашку.

— Спасибо, — сказал Грег, все еще морщась, пока Тень уплывал с чашкой. — Мне кажется, или Тень становится дворецким?

— Он увлекся этой профессией, — сказал Джейсон. — Ему нравится тихая, достойная компетентность долга. Это не облегчило попытки заставить его быть более расслабленным.

— Ты всегда пытаешься превратить всех в себя, — сказал Грег. — Может, вместо того чтобы пытаться подтянуть всех до своего темпа, тебе стоит ценить их за то, что они могут предложить такими, какие они есть? Если Тень хочет быть Альфредом для твоего Бэтмена, пусть будет.

— Хотел бы я иметь секретное логово в пещере. За водопадом.

— Мы стоим в твоем магическом, меняющем форму шале, которое превращается в туристический автобус на воздушной подушке. Еще упоминалось о превращении его во дворец?

— Еще не пробовал. Мне никогда на самом деле не был нужен дворец.

— Никому никогда не был нужен дворец, Джейсон. Они просто хотели больше золотых бра, чем хотели, чтобы у бедных людей была еда.

— Все еще грязный социалист, значит?

— А ты нет?

— Не уверен, со сколькими принцами и богатыми аристократами можно подружиться, прежде чем это станет лицемерием. Кстати, это не совсем судно на воздушной подушке.

— Что?

— Форма туристического автобуса, которую принимает облачная фляга. Это не совсем судно на воздушной подушке. Теперь, когда он серебряного ранга, он мог бы летать, если бы магия здесь не была такой слабой. Придется подождать, пока я вернусь в мир Фарры.

Джейсон почувствовал нервную дрожь в ауре Грега и стал ждать, пока друг заговорит.

— Так, э-э, Ася уже говорила с тобой? — спросил Грег.

— Насчет поездки в другой мир?

— Ага.

— Говорила. Вы оба готовились спросить меня?

— Мы решили, что кто-то из нас должен сначала смягчить тебя, переспав с тобой, — сказал Грег. — Не буду врать: я рад, что она вызвалась.

Джейсон расхохотался.

* * * — И он президент? — спросил Герлинг, бросая кость от куриной ножки в большой бак, который Клири предусмотрительно поставил рядом.

— Да, — сказал Клири и откусил крылышко. Клири сменил костюм на более повседневную рубашку и брюки перед тем, как присоединиться к Герлингу за ужином из жареной курицы, хотя Герлинг поглощал основную часть кучи на подносе.

— Тот парень с телевидения? — спросил Герлинг, хватая еще кусок.

— Да.

— Это наша страна, о которой ты говоришь?

— Да.

— И он победил Билла Клинтона? Держу пари, Хиллари было бы странно вернуться в Белый дом, не будучи президентом. Я думал, они разведутся после того, как ей объявили импичмент из-за истории со стажером.

— Девяностые были более простым временем, — сказал Клири.

— Ты нормальный, Клири, — сказал Герлинг, когда Клири бросил свою косточку в бак. — Я ценю, что ты сел и поел со мной. Мой прошлый куратор бросал бы мне курицу, как будто я монстр в яме. Большинство людей боятся меня.

— О, я определенно боюсь тебя, — сказал Клири. — Не буду лгать тебе, мистер Герлинг: моя работа — сделать тебя максимально сговорчивым к просьбам моего начальства. Если ты чего-то хочешь, моя работа — достать это для тебя, максимально близко к тому, как ты хочешь, насколько это практически возможно. Думаю, поддержание дружеских отношений между нами сделает этот опыт лучше для нас обоих, и если это означает съесть немного вкусной жареной курицы, я готов пойти на это.

— Рад слышать, — сказал Герлинг с громоподобным смехом. — Прошлый парень был слишком зациклен на кнуте и забывал про пряник.

После многих лет работы над тем, чтобы получить пару пользователей эссенций четвертого ранга, американские отделения Сети обнаружили неприятную реальность: без запаса золотых духовных монет они будут истощены, быстро ослабнут и, возможно, умрут. Исследователи Сети сумели поместить обоих мужчин в магический стазис, который сам по себе был очень ресурсоемким, предотвращая их гибель.

Запас золотых духовных монет был исключительно мал. Пользователей четвертого ранга можно было временно оживить только для критических миссий, где требовалась подавляющая сила. Это также означало, что, несмотря на свою невероятную силу, пользователи четвертого ранга были обязаны тем, кто мог предоставить монеты для поддержания их жизни. Предыдущий куратор Герлинга с энтузиазмом размахивал этим дамокловым мечом, забыв, что заменить куратора гораздо проще, чем пользователя эссенций четвертого ранга.

— Теперь все иначе, — сказал Клири. — Эти новые ядра реальности означают не только то, что мы можем держать вас вне стазиса, но и то, что мы должны быть в состоянии добавить больше пользователей четвертого ранга в список.

— И ты вытащил меня, чтобы я сражался за них?

— Да. Кабал медленно, но верно получает преимущество в этих пространствах трансформации. Кажется, у них есть какая-то связь с ними, которая, как подозревают наши исследователи, связана с происхождением различных фракций Кабала.

— Кучка жутких чудаков, — сказал Герлинг. — Я не против немного попинать их туда-сюда.

— Мы на самом деле не уверены, насколько эффективны будут ядра реальности в усилении их силы, — сказал Клири. — У нас есть люди, которые занимаются этим, очевидно. Мы предполагаем, что наши пользователи эссенций станут сильнее, используя ядра быстрее, чем они. Силу ядра реальности можно потреблять напрямую с помощью простого ритуала, как суперзаряженную конфету из ядра монстра. Однако, если Кабал сможет эффективно использовать их, нам, возможно, придется начать масштабное вмешательство, прежде чем они станут слишком могущественными.

— Масштабное вмешательство?

— Война, мистер Герлинг.

— Что ж, черт возьми; я в деле. Я самая мощная штука на этой чертовой планете, так что спускай меня с поводка.

— Это далеко от нашего идеального сценария, и пока мы даже не натравливаем тебя на Кабал.

— Это не первоочередная задача? — спросил Герлинг. — Если они посылают меня, это обычно означает, что это первоочередная задача.

— Существует, потенциально, дополнительный источник ядер реальности. Тот, который будет производить их быстрее, надежнее и, что самое лучшее, эксклюзивно. Возможно, удастся даже закрыть события трансформации и оставить нас с единственным средством достижения высочайших уровней силы в мире.

— Звучит просто отлично, — сказал Герлинг.

— Да, это так, — согласился Клири. — Мы можем перестать притворяться, что у Международного комитета есть какая-то цель, кроме выполнения наших указаний, что правительства мира работают с нами, а не на нас, и что у других магических фракций есть хоть какая-то причина для существования.

— Ну, черт возьми, — сказал Герлинг. — Мы планируем захватить чертову планету?

— Мы уже захватили, мистер Герлинг. Цель — достичь точки, где мы сможем перестать притворяться, что это не так.

УЗЛОВОЕ ПРОСТРАНСТВО

УЗЛОВОЕ ПРОСТРАНСТВО

Группа Сети из потсдамского филиала добралась до прохода в парке Бабельсберг и обнаружила, что тот уже открыт. На земле виднелись следы ритуала, использованного для его активации, а перед самим проходом, скрестив ноги и закрыв глаза, медитировала японка с аурой третьей категории.

Когда прибыли грузовики и вертолеты, она никак не отреагировала, продолжая сидеть на траве, пока к ней не подошел командир оперативной группы. Тогда она открыла глаза и ловким движением поднялась на ноги.

— Кто вы? — спросил командир.

— Асано Акари.

— Асано? В смысле, как тот самый?..

— Да. Он попросил меня остаться здесь, чтобы сюда не забрели дети. Уверена, теперь вы сами об этом позаботитесь.

Она повернулась, чтобы войти в проход, но командир окликнул ее:

— Госпожа Асано.

Она обернулась.

— Наши люди отслеживают вас по протопространствам, которые вы посещаете. Здесь полно американцев и людей из Международного комитета, они о чем-то толкуют с нашим руководством. Не знаю, что они задумали, но передайте ему.

— С чего бы вам нас предупреждать?

— Есть люди, которым не нравится то, как Сеть обошлась с ним. Таких много. Меня посылали в Макассар, оба раза. Я видел, как он шел туда, куда никто другой не решался, спасал людей, на которых мы все уже поставили крест. Днями напролет, без остановки, без отдыха. Он пашет как ломовая лошадь, а мы потом идем против него? Это неправильно.

Акари пристально посмотрела на мужчину и едва заметно кивнула.

— Я передам ему ваши слова. Знаю, они будут много для него значить.

Акари подошла к проходу и шагнула внутрь.

* * * Клири и Джек Герлинг находились в номере для почетных гостей в берлинском филиале Сети.

— Вы ознакомились с материалами брифинга о способностях Асано? — спросил Клири.

— Насколько это было возможно, — ответил Герлинг. — Слишком много пробелов, чертовы скрытники. У него полно способов сбежать.

— Мы рассчитываем, что вы сможете нивелировать большинство его приемов за счет простого превосходства в силе.

— Его аура действительно настолько мощная?

— По нашим оценкам, ее сила находится где-то в районе зенита третьей категории. Учитывая его превосходный контроль, мы настоятельно не рекомендуем вступать в конфликт аур. Вам следует сосредоточиться на тех областях, где ваше превосходство очевидно. Мощь, спид, сила. Прямое столкновение. Две главные угрозы — если он ускользнет, используя обычное уклонение, или применит свою способность создавать порталы.

— У вас есть контрмеры?

— Есть, и мы планируем перехватить его на выходе из мерного пространства. Мы отслеживали его маршруты. Он посещает серию зон вторжения; пока его команда зачищает местность от монстров, он проводит в каждой из них масштабный ритуал.

— Что он делает?

— Мы полагаем, он пытается остановить события трансформации.

— Я хочу на это посмотреть, — сказал Герлинг. — Как люди превращаются в эльфов, каменных существ и прочих. Можешь достать мне эльфийку?

— Да, — ответил Клири. — Только одну?

Герлинг рассмеялся.

— Пока хватит и одной. Нельзя слишком сильно отвлекаться от работы.

— Ценю такой подход. Асано действует по схеме: входит в зону вторжения, проводит ритуал и двигается дальше. Сначала Австрия, потом Швейцария, теперь Германия. Он реагирует быстро, в большинстве случаев входя в пространства до того, как туда добираются наши люди.

— Почему наши их не остановят?

— Он и его спутница, Фарра Хурин, пользуются большим уважением среди рядовых сотрудников. Для нашей молодежи они — пример для подражания. Асано в своих интервью выставил себя символом, а наших оперативников назвал истинными защитниками планеты. Учитывая, как верхушка Сети давила на низы в течение последнего года, это заставляет их давать Асано поблажки.

— Значит, они не остановят его, пока мы не прижмем их самих.

— Были те, кто усердно пытался его задержать. Но после серии коротких стычек с Фаррой Хурин желающих поубавилось.

— А сам Асано?

— Асано утверждает, что не может отозвать свои силы, как только они подействовали на человека. Возможно, это ложь, и он не нападает на наших людей, чтобы поддерживать этот миф. А возможно, это чистая правда, и он хочет избежать убийства наших сотрудников, чтобы сохранить их расположение.

— Мне трудно поверить, что одна женщина смогла раскидать целый отряд третьей категории.

— Полагаю, дело скорее в том, что она быстро показала пару примеров, а остальные не захотели рисковать, учитывая, что она была лишь одной из четырех представителей третьей категории в их группе. О японских сестрах почти ничего не известно, но все наши люди видели, что Джейсон Асано творит с теми, с кем сражается. Новости по кругу крутили кадры, где он убивает монстра четвертой категории в Макассаре. Самый могущественный монстр, когда-либо ступавший на Землю, а он пропустил его будто через измельчитель для веток. Никто не хочет закончить так же.

— Это когда Асано использовал ту силу, чтобы превратиться в какую-то магическую птицу? — спросил Герлинг. — В заметках брифинга ничего не было о том, что это за способность.

— Мы не знаем, — признал Клири. — О нем слишком много неизвестного, именно поэтому мы пригласили вас. Ничто не решает проблему так эффективно, как истинная мощь.

* * * Наконец, вычислив то, что, по их надеждам, было первым узлом, который Джейсону нужно было модифицировать для восстановления связи, команда вернулась в Австрию. Вертолет Кайто приземлился в долине Циллер, на изолированном открытом пространстве у реки, неподалеку от точки, где Джейсон мог получить доступ к нужному участку узлового пространства. Джейсона сопровождала вся группа: Доун, Фарра, сестры Асано, Грег, Ася, Ицуки и Кайто.

Кайто оставил вертолет на траве, готовый взлететь в любой момент. Остальные должны были ждать снаружи, пока Джейсон войдет один — только он мог проникнуть в пространство, где можно было изменить узел. Готовясь к этому, он экспериментировал с узловыми пространствами, открывая дверь, чтобы акклиматизироваться к условиям, но не внося никаких изменений.

Эксперименты показали, что войти в узловое пространство после того, как Джейсон откроет дверь, могут только он сам и Фарра. Это было следствием их астрального сродства — механизма, не позволяющего тем, кто не является выходцем из другого мира, пользоваться дверью. Фарра могла выдерживать условия внутри узлового пространства лишь ограниченное время из-за содержащейся там разъедающей ауры. Джейсон справлялся, но аура Фарры истощалась, после чего пространство начинало оказывать пагубное воздействие на ее тело. По этой причине Джейсон решил идти один, а остальные остались ждать.

— Тебе потребуется время, чтобы понять то, что ты там увидишь, — наставляла Джейсона Доун. — Я вложила в твою голову столько теории, сколько смогла, но знать теорию — не то же самое, что применять ее на практике. Не торопись, ты должен быть уверен в каждом своем изменении. То, что ты собираешься сделать, выходит за рамки даже моего опыта.

Джейсон торжественно кивнул и открыл портал. Он провел рукой над землей, и вдоль нее вспыхнула линия серебристого света. Из этой линии поднялась арка из дымчатого стекла, внутри которой мерцали синие, серебряные и золотые огни — новый материал, из которого теперь состояли его портальные арки. Однако вместо привычной темной пустоты проем заполнила пелена серебристого сияния. Оттуда хлынула мощная аура, и спутники Джейсона, за исключением Доун и Фарры, невольно отступили на шаг.

— Скоро увидимся, — сказал Джейсон и шагнул в дверь.

* * * — Какого рода аномалия? — спросил Клири.

Он находился на станции мониторинга сети берлинского филиала, склонившись над креслом оператора.

— Сначала я подумал, что это начало события трансформации, — нервно объяснил оператор. — Потом понял, что она слишком мала. Совсем крошечная, не больше человека.

— В то время как обычное событие трансформации размером с город, — подытожил Клири и похлопал оператора по плечу. — Ты молодец, что быстро доложил об этом.

Клири покинул центр мониторинга, который был лишь малой частью обширного комплекса берлинского филиала. Снаружи его ждали помощники, последовавшие за ним быстрым шагом.

— Подготовьте вертолеты и полную оперативную группу, — распорядился Клири.

— Придется задействовать местных, — заметил ассистент Клири. — Наши собственные силы все еще проходят проверку.

— Их до сих пор не пропустили?

— Сэр, это тяжеловооруженный контингент неправительственных солдат с магическими способностями. Немецкое правительство, Берлинский комитет по управлению и Международный комитет тянут время. Они пытаются разузнать нашу цель, а поскольку вы сказали, что секретность превыше всего, я предпочел осторожность давлению.

Клири кивнул.

— Это был правильный выбор, но теперь у нас есть окно неизвестной длительности. Используйте местные группы и готовьте их к вылету.

— Пункт назначения?

— Долина Циллер.

— Австрия? — переспросил ассистент. — Это создаст осложнения.

— Уладьте их. Скорость важнее всего.

— Я позабочусь о том, чтобы к тому моменту, как вы окажетесь в воздухе, все проблемы были решены, сэр.

— Где Герлинг?

— В спа-комплексе, сэр. Хотите, я кого-нибудь пошлю за ним?

— Я сам схожу, — сказал Клири. — Живо, вылет через десять минут.

* * * Пейзаж, в котором оказался Джейсон, представлял собой чужеродное переосмысление того места у реки, которое он только что покинул. Как и в пространстве, где он обрел дверь, здесь все было залито монохромным светом, исходившим из ниоткуда. В данном случае свет был серебристым, а не янтарным, что придавало всему чистый металлический блеск.

Издалека окружение казалось почти естественным, но вблизи становилось ясно, что все состоит из крошечных кубов, словно весь ландшафт был собран из маленьких серебристых строительных блоков.

Джейсон почувствовал, как аура этого места пытается подавить его собственную, вызывая необычное ощущение слабости перед лицом сокрушительной мощи. Прошло всего пару лет с тех пор, как Джейсон только прибыл в другой мир, каждый день чувствуя себя уязвимым и беззащитным. В этом месте это чувство вернулось. Казалось, он стоит перед лицом безграничного космоса, и ему указывают на его крошечное, ничтожное место в нем.

Стряхнув это наваждение, Джейсон расширил свою ауру, сопротивляясь давящей силе, чтобы обострить чувства. Первое, что он обнаружил, были точки силы, зарытые повсюду под ландшафтом. В отличие от событий трансформации, которые при каждом случае открывали лишь одно ядро реальности, этот проход давал Джейсону доступ к целой сокровищнице. Он оставил их на месте и начал двигаться.

Исследуя пространство с помощью своих чувств, он шел медленно, стараясь постичь сложность окружающего мира. Он постепенно начал сопоставлять то, что воспринимал, с теорией, которую выучил, но дело шло туго. Он не торопился, изучая мельчайшие аспекты магии, струящейся здесь подобно звукам двух сражающихся оркестров.

Когда ему наконец удалось по-настоящему осознать природу хотя бы одного крошечного аспекта, сопоставив его с теорией, которую Доун вдалбливала ему в голову, это ощутилось как триумф. Это был первый шаг, позволивший ему двигаться к следующему.

* * * Дроны Кайто первыми засекли приближающиеся вертолеты, и он предупредил остальных. Фарра с тревогой посмотрела на дверь, одиноко стоявшую на открытом месте. Интерфейс группы Джейсона отключился в тот момент, когда он вошел внутрь, и связаться с ним было невозможно.

— Мы не можем позволить ему выйти оттуда, ничего не зная, — сказала Фарра.

— Его свобода превыше всего, — согласилась Доун. — Вопрос в том, насколько сильны приближающиеся отряды. Если они не слишком...

Фарра посмотрела на Доун, которая осеклась на полуслове с широко раскрытыми глазами.

— Что такое? — спросила Фарра.

— Золотой ранг, — прошептала Доун.

Фарра на мгновение замерла, а затем повернулась к остальным.

— Все в вертолет! — закричала она, подталкивая Доун к машине. — Садитесь и улетайте, все! Живо!

— А как же ты? — спросил Кайто.

— Я заберу Джейсона, и мы перенесемся в облачный дом через портал, — ответила Фарра. — Встретимся там, без лишних вопросов. Быстрее, ради богов!

Не говоря больше ни слова, Фарра нырнула в портал. Доун поспешила к вертолету.

— Улетаем! — скомандовала она. — Возможно, мы уже опоздали!

Они запрыгнули в боковую дверь вертолета, и тот поднялся в воздух еще до того, как Кайто успел толком устроиться в пилотском кресле. Используя все доступные ему способности, Кайто разогнал машину, заставив ее нестись по воздуху быстрее, чем любой обычный вертолет.

— Что происходит? — спросила Акари.

— На одном из тех вертолетов пользователь эссенций золотого ранга, — ответила Доун.

— Четвертая категория? — Акари побледнела. — С каких это пор они вообще существуют?

— В Китае и США люди достигли золотого ранга еще несколько лет назад, — объяснила Доун. — С тех пор их держали в магическом стазисе.

— Значит, это правда, — сказала Ася. — Они действительно у них есть.

— Да, — подтвердила Доун. — Теперь, когда они действуют открыто, я могу говорить об этом свободнее.

— Почему ты не могла раньше? — спросил Грег.

— Есть правила, в рамках которых я обязана действовать, — пояснила Доун. — Это досадные, но необходимые ограничения для кого-то вроде меня, кто вмешивается в дела вашего мира.

— Должно быть, они используют ядра реальности, чтобы поддерживать жизнь четвертой категории, — рассудила Ася.

— Весьма вероятно, — согласилась Доун.

— Со сколькими нам предстоит иметь дело? — спросил Ицуки.

— С одним, — ответила Доун. — Одного вполне достаточно.

Она понуро опустила голову.

— Мне жаль, — прошептала она.

— За то, что не сказала нам раньше? — спросила Ася. — Ты рассказала все, что могла, по пути в Макассар.

— Нет, — сказала Доун. — Мне жаль из-за того, что сейчас произойдет. Золотой ранг покинул свой вертолет. Все достаньте золотые духовные монеты, которые дал вам Джейсон, и съешьте их, когда я скажу.

* * * Герлинг несся по воздуху, периодические взрывы толкали его вперед, все быстрее и быстрее. Несмотря на всю свою скорость, вертолет Кайто бронзового ранга, даже при использовании всех его сил, не мог тягаться с грубым «взрывным» полетом золотого ранга. Вертолет открыл огонь и выпустил дронов на перехват, но Герлинг прошел сквозь них, словно сквозь мелкий дождик. Когда Герлинг врезался в вертолет, тот взорвался вспышкой силы и пламени, и крошечные обломки разлетелись по небу.

Глава 49: Во всеоружии

Глава 49: Во всеоружии

Чужеродный ландшафт внутри узлового пространства представлял собой жуткую смесь знакомых черт, залитых призрачным серебристым светом. Тщательный осмотр земли, камней и растений не помогал: все они состояли из крошечных блоков, отчего мир казался изображением с низким разрешением. Джейсон подошел к реке, которая в этом монохромном освещении походила на текучую ртуть.

Джейсона мучила неопределенность: как понять, тот ли это узел, как его изменить и, наконец, как починить, не сделав только хуже? Даже пугающе осведомленная Доун давала лишь расплывчатые советы. Она велела ему доверять чувствам больше, чем глазам, и не торопиться, сопоставляя изученную теорию с реальностью, с которой он столкнулся. Как только он поймет одно через другое, он будет готов вмешаться. Для Джейсона это прозвучало как: «Иди туда и разберись сам, идиот».

Он бродил в поисках некой центральной области — какой-нибудь огромной магической штуковины, с которой можно было бы взаимодействовать. В конце концов, когда его аура адаптировалась к суровым условиям разъедающей атмосферы этого места, он осознал, что всё это пространство и есть то самое ядро, которое он искал.

Несмотря на всю изученную магическую теорию, он оказался не готов к открытию: сама земля, по которой он шел, была тем самым механизмом. Труд истинного Строителя был настолько грандиозным и тонким, что Джейсон не мог даже начать его осознавать. На мгновение он впал в отчаяние, сомневаясь, что когда-нибудь поймет достаточно, чтобы хотя бы приступить к задаче, не говоря уже о её завершении.

Подавив негативные мысли, он вновь собрался с духом и принялся прощупывать пространство вокруг магическим чутьем и аурой. Он перестал искать отдельные элементы и начал смотреть на всё как на единое целое. Этот холистический подход быстро выявил несоответствия в остальном безупречном дизайне.

Первоначальное мастерство этого места, разросшееся за миллиарды лет из семени реальности, из которого была создана его вселенная, было слишком сложным для Джейсона. Любое его вмешательство выглядело бы грубым дилетантством. К счастью, это касалось и того, кто внес изменения, которые Джейсон пришел исправить.

Дизайн пространства был настолько великолепен в своей изощренности, что стирал границы того, что считалось естественным миром.

— Надеюсь, сторонники теории «разумного замысла» об этом не узнают.

Джейсон смотрел на чертежи реальности. На основы материи и энергии. На книгу, в которой были записаны законы физики. Зародившись из семени, из которого проросла вся вселенная, это было похоже на результат работы самообучающейся программы, запущенной эоны лет назад. Джейсон был потрясен мощью разума, способного на такое — если это вообще можно было назвать разумом. Его наполнил трепет и — впервые с тех пор, как он узнал о его существовании — уважение к тому, кем был Строитель.

Видя результат истинного предназначения Строителя — создание вселенных, — Джейсон осознал, каким колоссальным и чуждым сознанием должен обладать даже новый, когда-то смертный Строитель. Это подтверждало слова Доун о том, что великим астральным сущностям нужны смертные сосуды не только для взаимодействия с физической реальностью, но и для того, чтобы просто мыслить в человеческих масштабах. Джейсон раньше думал, что Строитель, с которым он столкнулся, использовал тела как взаимозаменяемых марионеток. Теперь он понял, что Тадвик и другие тела, вероятно, влияли на Строителя гораздо сильнее, чем он воображал.

— Ну и паршивый же сосуд ты себе выбрал, приятель, — пробормотал Джейсон.

Ему оставалось только гадать, насколько культисты, готовившие Тадвика, понимали суть процесса. Затем он вспомнил, что это произошло сразу после того, как Руфус уничтожил местное руководство. Скорее всего, им удалось раздобыть механизмы создания сосудов, не осознав последствий выбора «сырья». Решение выбрать самого никчемного человека обернулось катастрофой для культа Строителя, но стало благословением для самого Джейсона.

Неумелые изменения, которые Джейсон ощущал в узловом пространстве, портили возвышенную сложность оригинала. Из-за этого грубые изъяны в идеальной системе было легко заметить. Словно царапины на пластинке, они резким толчком нарушали гармонию узора.

Джейсон и его команда не были уверены в надежности своего метода поиска нужного узла. В первый раз им повезло, но будет ли так продолжаться дальше, он еще не знал.

Доун советовала Джейсону не торопиться и как следует изучить пространство, и именно это он и делал. Чем дольше он рассматривал совершенство дизайна, тем более кощунственными казались замеченные им изменения. Дверь, через которую Джейсон вошел сюда, была создана вторым Строителем, и это имело смысл. Он не мог представить, чтобы создатель того великолепия, что окружало его сейчас, дал какому-то идиоту инструменты для вандализма.

Джейсон не знал, сколько времени он провел, пытаясь понять узловое пространство с помощью того, что можно было назвать медитативным созерцанием. У него возникло жуткое ощущение, что время здесь течет иначе, хотя, скорее всего, это было лишь воображение. Ощущать пространство и пытаться сопоставить это со своими знаниями теории астральной магии было непросто. Это всё равно что сравнивать открытый учебник анатомии с лежащим на операционном столе пациентом. К счастью, его целью было не вносить изменения, а устранить уже нанесенный ущерб.

В конце концов Джейсон понял: если он сможет деликатно подорвать внесенные изменения, пространство исцелит себя само. Вместо того чтобы полагаться на свои неуклюжие манипуляции, ему нужно было просто вытащить занозу, а не зашивать рану. Сам механизм внесения правок был, казалось бы, прост — всего лишь точечное давление аурой, — но Джейсон не спешил. Совет «семь раз отмерь, один раз отрежь» хорош при строительстве дома, а уж когда речь идет о кирпичиках вселенной — и подавно.

Наконец Джейсон сделал первую корректировку — крошечное, деликатное и очень осторожное изменение. Затем он замер и стал ждать, надеясь, что не сделал хуже. Напрягая восприятие до предела, он наконец почувствовал признаки того, что затронутая область возвращается в естественное состояние, а кричащая рана затягивается, сливаясь с первозданным окружением. Он продолжал наблюдать, пока не убедился, что постепенные перемены ему не мерещатся, и только после этого перешел к следующему шагу.

* * * На участке между магической аркой Джейсона и оперативным лагерем, спешно развернутым группой тактической поддержки Сети, Герлинг бросил на землю избитых, находящихся без сознания сестер Асано. Сотрудники Сети поспешили защелкнуть на их шеях ошейники подавления третьего ранга, а кто-то принес Герлингу складной стул и банку пива. Клири вышел из командной палатки и подошел к Герлингу, который уселся поудобнее, совершенно не беспокоясь и ожидая появления Джейсона.

— Мы рассматриваем возможность использования Ядер реальности для разработки ошейников подавления четвертого ранга, — сказал Клири, глядя на лежащих без чувств сестер. — Приоритетом, конечно, является увеличение числа пользователей сущностей четвертого ранга, но мы уверены, что у китайцев уже есть свои «четверки», которых, скорее всего, пробуждают так же, как и вас.

— Хотите их нейтрализовать, если получится, вместо того чтобы убивать? — спросил Герлинг. — Похоже на неоправданный риск.

— Не мне решать, — ответил Клири. — В любом случае, для Асано нам хватит и третьего ранга. Мы не нашли никаких следов Фарры Хурин, так что подозреваем, что она вошла внутрь, чтобы предупредить его. Он будет знать, во что ввязывается, и может выйти в любой момент.

— А что с остальными? — поинтересовался Герлинг.

— Неизвестная сущность, Доун, судя по всему, погибла при взрыве. Мы берем образцы того, что от нее осталось, но там немного. «Двойки» пережили взрыв — судя по первичному осмотру тел, они использовали монеты духа высокого ранга. Однако из-за взрыва и последующего эффекта ослабления падение пережил только один. Это был мальчишка Тивари, он использовал телепортацию, чтобы выпрыгнуть из вертолета прямо перед вашим ударом.

— Он сбежал?

— Нет. Он скрытный, но наши «тройки» его выследили. Сейчас он на допросе.

— Выведи его сюда, — приказал Герлинг. — И тела тоже. Вы ведь хотели, чтобы Асано унизили? Давайте покажем ему всю глубину его провала.

* * * Фарра страдала всё сильнее, заставляя себя идти вперед по чужеродному серебристому ландшафту. Великолепный контроль над аурой не давал той внезапно схлопнуться, выжимая каждую каплю сил, прежде чем она окончательно иссякнет. Она продолжала искать Джейсона, несмотря на то что мистическая коррозия уже начала разъедать её тело. Наконец она нашла его — он как раз возвращался к двери, исправив узел настолько, насколько это было в его силах.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, приближаясь и расширяя свою ауру, чтобы защитить её. Из-за этого перенапряжения его собственную ауру начало буквально пожирать, но он игнорировал это, ведя Фарру обратно к выходу.

— Сеть ждет снаружи, — сказала Фарра. — С ними золоторанговик.

— Китай?

— Не знаю.

— Что с остальными?

— Они бежали на вертолете Кайто. Не знаю, удалось ли им уйти.

— Если их поймали, я открою портал, чтобы ты вывела их, пока я буду отвлекать этого золотого. Я — тот, кто им нужен. Если они ушли, я открою портал для нас обоих.

— Не рискуй собой. Ты единственный, кто сейчас может исправить мир.

— Они меня не убьют. Я нужен им живым.

— А твои руки и ноги им нужны?

— Я проходил через вещи и похуже того, что они могут сделать. И у меня всё еще припрятаны тузы в рукаве.

* * * Джейсон и Фарра вышли из магической двери, которая тут же погрузилась в землю и исчезла. Фарра уже призвала свою обсидиановую броню и меч, а Джейсон был в кровавом облачении, плаще и с кинжалом. Вокруг него парил его фамильяр Гордон в виде двух сфер — оранжевой и синей — с узором в виде глаза. Обычно Гордон мог окружать себя шестью сферами: тремя синими с оранжевыми вкраплениями и тремя оранжевыми с синими.

На серебряном ранге, пока Гордон был поглощен телом Джейсона, тот мог призывать по одной сфере каждого типа для личного использования. Как и Гордон, он мог атаковать ими или использовать новые функции, открывшиеся после повышения ранга. Одна сфера могла активировать «эффект бабочки», распространяя недуги Джейсона, а другая — превращаться в парящий щит.

Неподалеку был развернут оперативный лагерь Сети, планировка которого была знакома и Фарре, и Джейсону. Он находился на некотором расстоянии, так как магической двери требовалось много свободного места. Поблизости был только складной стул, на котором сидел Герлинг, и люди вокруг него — живые и мертвые.

Сестры Асано были живы, но выглядели ужасно: в ошейниках, они были брошены прямо на землю. Ицуки тоже был в ошейнике и без сознания; его рана говорила о том, что он сопротивлялся до последнего. Джейсон чувствовал их ауры, какими бы подавленными они ни были. Он не ощущал Кайто, Асю, Грега или Доун. На земле лежали три трупа, изувеченные до неузнаваемости, но он и так всё понял.

На складном стуле среди избитых и убитых товарищей Джейсона сидел человек с банкой пива в руке, будто на обычном барбекю. Это был волосатый гигант в простом камуфляже. Он медленно поднялся, отшвырнув банку в сторону. Банка приземлилась на тело, чьи длинные темные волосы не успели полностью сгореть.

* * * Внутри духовного хранилища семья Джейсона смотрела на небо, затягивающееся гневными багровыми тучами под раскаты грома. Цветочный аромат садов сменился запахом меди, цветы завяли, а на растениях выросли свирепые шипы.

Испуганная Эми крепко обняла отца. Все они знали, что находятся в душе Джейсона.

— Папа, что происходит с дядей Джейсоном?

— Не знаю, милая, — ответил Иан, ободряюще положив руку на голову дочери. — Не знаю.

* * * Герлинг находился примерно в десяти метрах от Джейсона и Фарры. Он сделал несколько шагов вперед.

— Посмотрите на них, прямо-таки во всеоружии. Неужели вы думаете, что сможете меня победить?

— Отпусти остальных, — сказал Джейсон. — У меня есть то, что вам нужно. Они вам больше ни к чему.

— Будь моя воля, я бы так и сделал, — ответил Герлинг. — Лично мне хотелось бы с тобой схлестнуться. Хочу сам увидеть всю эту мощь, которая у тебя якобы есть. Но большие шишки дома не хотят, чтобы тебя просто побили. Они хотят тебя сломать. Унизить. Ты слишком долго разгуливал тут и делал что хотел. Пора тебе уяснить, Асано: не ты правишь этим миром. А мы.

— Тебе не обязательно убивать кого-то еще, — произнес Джейсон.

— Это верно, — признал Герлинг. — Но мне это совсем не в тягость.

— Выводи их, — бесшумно передал Джейсон Фарре через голосовой чат интерфейса группы.

Затем он сорвался с места, бросившись прямо на Герлинга, в то время как тела Тени рассредоточились рядом с ним.

На лице Герлинга расплылась дикая улыбка, и он выбросил вперед кулак, из которого вырвался заряд чистой силы. Джейсон хотел шагнуть в тело Тени и переместиться через тени, но у него ничего не вышло. Какая-то давящая магия заблокировала его способности в тот же миг, как он попытался их применить. Силовой заряд взорвался при ударе, отбросив его назад.

Используя ловкость серебряного ранга, Джейсон акробатически скорректировал траекторию, перевернулся в воздухе и приземлился на ноги. Эта простая атака не наносила огромного урона, но, исходя от золоторанговика, она ощущалась как удар кувалдой. Он возобновил атаку, не пытаясь уклониться от второго заряда, но тот, вместо того чтобы поразить Джейсона, прошел сквозь него.

На серебряном ранге одним из эффектов плаща Джейсона была ограниченная способность манипулировать пространством. Ему потребовалось время, чтобы освоить этот навык, но теперь Джейсон мог уклоняться от атак так, что они казались попавшими в цель. У этой способности были свои ограничения, которые Джейсон искусно скрывал, выдавая обычное магически усиленное уклонение за таинственную защитную силу.

Промах не обескуражил Герлинга. Напротив, он с восторгом бросился навстречу Джейсону. Он попытался сбить невысокого противника с ног мощным захватом, но Джейсону удалось ускользнуть. Какая-то странная магия мешала его теневым прыжкам, но это были далеко не все его навыки уклонения. Используя тела Тени для маскировки, Джейсон проскальзывал сквозь них, становясь лишь одной из множества темных фигур, которые Герлинг пытался поймать.

Сначала золоторанговик просто размахивал кулаками, мерцающими от избытка силы. Джейсон был техничнее, опытнее в бою и дьявольски неуловим. Но этого всё равно было недостаточно против чистой скорости противника золотого ранга. Вскоре кулак врезался Джейсону в живот, заставив его кубарем покатиться по траве.

Герлинг тут же подскочил и пнул Джейсона, не давая тому подняться. Джейсон снова покатился по земле, приняв на себя жестокий удар. Герлинг подпрыгнул в воздух и применил особую атаку, обрушившись вниз подобно молоту. Джейсон едва успел откатиться в сторону, когда сапоги Герлинга врезались в землю. Удар всё равно выбил небольшой кратер, а вторичная волна силы вдребезги разнесла щит, который Джейсон успел выставить с помощью одной из парящих сфер. Джейсона осыпало землей и снова отбросило прочь.

Лежа там, где упал, Джейсон вскинул руку в сторону Герлинга, но целился он не в него. Пока Герлинг пинал его по земле, как мяч, Джейсон принимал удары, позволяя им отбрасывать себя всё дальше и дальше — к Ицуки и сестрам Асано. Фарра уже пробралась к пленникам, и Джейсон воздвиг портальную арку прямо рядом с ними.

Герлинг обернулся и посмотрел на них. Он не бросился ни к Джейсону, ни к порталу, а просто стоял и смеялся. Арка поднялась, как обычно, но вместо темного марева портала внутри неё осталась лишь пустота.

— Ты же не думал серьезно, что мы пойдем на это, не приняв мер против твоих порталов? — насмешливо бросил Герлинг.

В ПОГОНЕ ЗА ЗОЛОТОМ

В ПОГОНЕ ЗА ЗОЛОТОМ

Джейсон и Фарра одновременно расширили восприятие, когда арка осталась пустой, а портал так и не открылся. Если бы они не были столь потрясены видом своих плененных и погибших товарищей, то, возможно, уделили бы больше внимания окружению, но лишь сейчас они обнаружили магические устройства, расставленные широким кольцом вокруг них. Фарра была знакома с подобной магией и знала, что она состоит из ряда магических жезлов, вбитых в землю в зоне прямой видимости.

— Это сеть пространственной конденсации, — сообщила она Джейсону через групповой чат. — Отвлекай его, пока я её уничтожаю.

Джейсон сотворил заклинание, направив его на Герлинга.

— Твоя судьба — страдать.

Герлинг свирепо уставился на него.

— Третий ранг и правда пытается воздействовать на меня своей дрянью? — бросил Герлинг.

Он посмотрел на свою руку. Пока он пинками гонял Джейсона по земле, даже не заметил, как тот нанес ему два неглубоких пореза. Раны такой глубины должны были уже затянуться. То, что этого не произошло, демонстрировало пагубность способностей Джейсона — то, о чем Герлинга основательно предупреждали. Герлинг снова поднял взгляд на Джейсона, пока тот быстро выкрикивал новые заклинания.

— Истекай кровью ради меня.

— Неси печать своих прегрешений.

Из двух порезов засочилась свежая кровь, а на тыльной стороне ладони Герлинга после короткой вспышки запредельного урона выжгло символ.

Несмотря на то, что он прекрасно знал природу силы Джейсона, Герлинг не спешил, свысока глядя на противника.

— Мне не нравится твоя аура, — произнес Герлинг. — Я чувствую её. Она судит меня. Не тебе меня судить, Асано.

Герлинг выпустил свою ауру, чтобы подавить ауру Джейсона, и был поражен результатом. Он слышал, что аура Джейсона сильна, но не был готов к тому, насколько это окажется правдой. Аура золотого ранга Герлинга была мощнее, но далеко не подавляющей, несмотря на целую разницу в рангах. Даже этот разрыв компенсировался разницей в контроле. Навыки контроля ауры у Герлинга были адекватными, но у Джейсона они были безупречными. Попытка подавить ауру Джейсона была похожа на попытку ухватить мокрый, лишенный трения шар, который постоянно выскальзывал из пальцев.

Джейсон никак не отреагировал на атаку Герлинга, словно даже не заметил её. Вместо этого он посмотрел на призванный кинжал в своей руке, который начал трансформироваться. Зловещее лезвие удлинилось, принимая форму меча, и сменило цвет. Из обсидианово-черного с кроваво-красным оно превратилось в безупречно серебряное. Красные украшения остались, но зазубренный мотив сменился чистыми линиями, а на клинке проступили ярко-красные руны.

Способность: [Клинок Рока] (Рок)

* Призывание (святое, нечестивое, проклятие, болезнь, яд). * Затраты: Средний запас маны. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 1 (19%).

* Эффект (железо): Призывает [Погибель, Клинок Невзгод]. Атаки, нанесенные Погибелью, накладывают эффект [Уязвимость] и обновляют любые эффекты ранения на цели. Эффекты ранения, обновленные Погибелью, требуют большего исцеления, чем обычно. Погибель является нечестивым объектом.

* Эффект (бронза): Погибель накладывает по одному эффекту [Погибель Крови], [Погибель Плоти] и [Погибель Духа].

* Эффект (серебро): Клинок получает вторую форму: [Покаяние, Клинок Жертвы]. Атаки, нанесенные Покаянием, накладывают эффект [Цена Кровью] и обновляют любые эффекты ранения на цели. Эффекты ранения, обновленные Покаянием, требуют большего исцеления, чем обычно. Покаяние является святым объектом.

* [Уязвимость] (состояние, нечестивое, суммирующееся): Все сопротивления снижены. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект. Расходуется для снятия эффектов [Стойкость] в соотношении 1:1.

* [Погибель Крови] (периодический урон, яд, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока яд не будет очищен. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект.

* [Погибель Плоти] (периодический урон, болезнь, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект.

* [Погибель Духа] (периодический урон, проклятие, суммирующееся): Наносит постоянный некротический урон до тех пор, пока проклятие не будет очищено. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект.

* [Цена Кровью] (состояние, святое, кровь, суммирующееся): Это состояние накладывается в равной степени как на того, кто его получил, так и на того, кто его наложил. Это состояние нельзя очистить, пока жив человек, разделяющий его; оно немедленно аннулируется, если этот человек умирает. Урон между людьми, разделяющими состояние, увеличивается, включая источники урона, действовавшие до наложения эффекта. Урон из святых источников увеличивается еще сильнее. Увеличивается только фактически нанесенный урон; урон, поглощенный способностями снижения урона и защиты, не увеличивается. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект.

Вторая форма способности «Клинок Рока» была обоюдоострым мечом с обоюдоострой силой. Состояние «Цена Кровью» заставляло и нападающего, и жертву ранить друг друга еще сильнее, что делало уклонение от урона критически важной задачей. Это была огромная авантюра против врага золотого ранга, но атаки серебряного ранга против такого противника были подобны попытке пробить кирпичную стену ложкой, а Джейсону нужно было удерживать внимание Герлинга.

Джейсон утихомирил бурю ярости в своей душе, прибегнув к медитативным техникам, чтобы вытеснить гнев и боль из разума и позволить спокойствию воцариться внутри. Он знал, что контроль — это именно то, что ему нужно, в то время как иллюзорная сила страсти только навредит. Будь он один, он мог бы поддаться ей, но у него все еще были люди, которых нужно было вывести живыми, и он не мог позволить себе такую роскошь. Спокойствие окутало его, когда его серебряные глаза впились в Герлинга. Он начал медленно идти вперед. Герлинг ухмыльнулся и бросился на Джейсона, нанося удар кулаком с молниеносной скоростью.

Обладатели золотого ранга были абсурдно быстры. Джейсон несколько раз видел Эмира, двигающегося на полной скорости, и для Джейсона железного ранга это было неотличимо от способностей Софи к перемещению. Один только атрибут скорости золотого ранга был почти сродни способности к телепортации. Даже на бронзовом ранге скорость золотого воина казалась бы лишь размытым пятном. Только на серебряном рефлексы Джейсона могли хоть как-то поспевать за ним, да и то это было похоже на движение сквозь патоку.

У Джейсона были все остальные преимущества. Его мастерство — как в технике боя, так и в использовании способностей — было настолько же выше мастерства Герлинга, насколько грубая сила Герлинга превосходила силу Джейсона. Способности Джейсона также лучше подходили для ближнего боя. Плащ скрывал его движения и манипулировал пространством, а оружие давало ему преимущество в дистанции перед безоружным Герлингом.

Силы Герлинга, напротив, делали его скорее осадным орудием, чем дуэлянтом. Его взрывные способности лучше подходили для штурма армии, чем для боя с одним человеком. Тем не менее, он был просто настолько быстр, силен и крепок, что это не имело значения. Джейсон нанес полдюжины ударов мечом, максимально ускоряя уже наложенный набор негативных эффектов, но Герлинг почти не пострадал.

Герлингу потребовалось время, чтобы попасть по Джейсону, чьи навыки и способности делали его раздражающе неуловимым. Однако, когда удар достиг цели, результат был сокрушительным. Сила Герлинга, усиленная взрывной мощью кулака и собственной способностью Джейсона, ускоряющей получение урона, превратила Джейсона в окровавленное месиво, которое запрыгало по земле, словно плоский камень по воде.

Вместо того чтобы развить успех, Герлинг бросился к Фарре. Она пробивалась к одному из зарытых жезлов, ограничивающих портал Джейсона, используя свою лавовую пушку, чтобы громить отряд серебряных рангов, пытавшихся её перехватить.

— Привет, горячая штучка, — сказал Герлинг и замахнулся кулаком.

Фарра сражалась не так, как Джейсон, что отражалось и в её снаряжении. Там, где Джейсон призывал изящные одежды и призрачный плащ, она облачалась в тяжелые обсидиановые доспехи. Вместо кинжала она призывала огромный меч, который мог удлиняться, превращаясь в зазубренный лавовый хлыст. Вокруг неё парили сферы, но вместо светящихся глаз это были сгустки обжигающего пламени.

Стиль Джейсона был неуловимым, обманчивым и мобильным. Фарра же, напротив, ставила на мощь — не только используя её, но и противостоя ей. Всю силу, которой она обладала, она добыла в сражениях с монстрами, которые были сильнее и крепче её, совсем как Герлинг.

Герлинг был удивлен своей неспособности нанести точный удар. Незначительные, но эффективные движения Фарры всегда позволяли ей отклонять его удары или изменять угол так, чтобы свести на нет основную часть урона. Лишь взрывная сила, окутывающая его кулаки, оказывала серьезный эффект, откалывая куски от её доспехов.

Фарра опиралась на свой огромный боевой опыт и двигалась вместе с ударами, превращая их в контратаки. Как и Джейсон, Фарра владела своими силами гораздо искуснее Герлинга. Её меч-хлыст из лавы и обсидиана танцевал, словно чудовищная змея, пуская кровь, в то время как горящие сферы, парящие вокруг неё, бросались вперед, чтобы обжечь его лицо, отвлекая внимание. Атаки имели полный эффект; снижение урона из-за превосходства в ранге не работало.

Способность: [Разрушитель лимитов] (Могущество)

* Особая способность. * Затраты: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (07%).

* Эффект (железо): Игнорирует разницу в рангах при расчете сопротивлений и снижения урона.

* Эффект (бронза): Увеличивает эффект способностей за счет увеличения их стоимости.

* Эффект (серебро): Усиленное состояние от поглощения духовной монеты длится значительно дольше, а побочные эффекты снижаются.

Атаки Фарры также оставляли Герлинга охваченным пламенем. Кратковременное отступление привело его в ярость, и он хлопнул в ладоши, создавая взрыв, разошедшийся перед ним. Однако в тот же миг между ним и Фаррой выросла обсидиановая стена. Он усмехнулся, когда взрыв разнес стену в щепки, но тут же вздрогнул, когда осколки полетели не в ту сторону. Даже когда ударная волна взрыва прошла сквозь разрушенную стену и сбила Фарру с ног, обломки стены вонзились в тело Герлинга, вгрызаясь в плоть. Лежа на земле, Фарра быстро выкрикнула заклинание.

— Дети вулкана, возродитесь в огне.

Осколки обсидиана, застрявшие в плоти Герлинга, превратились в магму, причиняя боль, которую не мог игнорировать даже обладатель золотого ранга. Фарра поднялась на ноги, пока Герлинг кричал от ярости и боли, пятясь назад и не слыша тихого речитатива позади себя.

— Твоя кровь не принадлежит тебе — она станет моим пиршеством.

На серебряном ранге способности Джейсона к восстановлению были ужасающим зрелищем. Он вовсе не выглядел умирающим — напротив, он казался совершенно свежим, а его призванные одежды и плащ скрывали кровь, покрывавшую тело под ними. Жизненная сила, которую он выкачал из золотого ранга, восстановила его здоровье до максимума и выше: способность «Пожиратель грехов» позволила его здоровью превысить обычный предел.

Джейсон не стал бросать Колина в бой, и не только потому, что Герлинг был охвачен пламенем. Атаки по площади были критической уязвимостью для врагов роевого типа, а Герлинг, казалось, только и делал, что взрывал всё вокруг. Что еще важнее, Джейсону понадобится исцеление, которое обеспечивал его фамильяр, оставаясь внутри него. Зная, что придется полагаться на себя, он применил заклинание урона, использующее преимущества состояний, все еще накапливающихся на Герлинге.

Способность: [Возмездие] (Рок)

* Заклинание. * Затраты: Средний запас маны. * Время восстановления: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 1 (09%).

* Эффект (железо): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивое состояние, от которого страдает цель.

* Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Покаяния].

* Эффект (серебро): Урон за каждое состояние может быть увеличен путем повышения затрат маны до высоких, очень высоких или экстремальных. Это сокращает время восстановления до 20 секунд, 10 секунд или убирает его вовсе. Последовательные использования с экстремальными затратами имеют сокращенное заклинание.

* [Покаяние] (состояние, святое): Дает эффект [Епитимья] за каждое проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, который был с вас очищен. Это святой эффект.

* [Епитимья] (состояние, святое, периодический урон, суммирующееся): Наносит постоянный запредельный урон. Дополнительные эффекты имеют кумулятивный эффект, исчезая по мере нанесения урона.

— Познай цену своих прегрешений.

Способности Джейсона были в основном экономичны по мане — черта, общая для большинства специалистов по негативным состояниям. «Возмездие» выделялось как его мощное заклинание мгновенного урона, хотя для его эффективности требовалась подготовка. На серебряном ранге оно превратилось в «черную дыру» для маны, давая ему тяжелый молот, которым можно было ударить, когда нужно было выложиться на полную.

Против серебряного ранга даже умеренное время под состояниями Джейсона означало бы проигрыш. Однако Герлинг демонстрировал почти полную неуязвимость золотого ранга, неся на себе следы атак и Джейсона, и Фарры, но всё еще не будучи ими скованным. Даже усиленное заклинание «Возмездие» не смогло пробить серьезную брешь в состоянии золотого воина, хотя этого хватило, чтобы удивить их могущественного врага.

Герлинг был в ярости от того, насколько сильно его теснили двое серебряных. Они должны были быть настолько подавлены его мощью, что он даже не считал их настоящими противниками. По мере того как его наполнял гнев, всё изменилось. Он с силой ударил кулаком о кулак, и мощная волна взрыва разошлась во все стороны, отбрасывая Фарру и Джейсона.

Двое серебряных воинов с трудом поднялись на ноги, когда Герлинг вышел из облака земли и пыли, поднятого его силой. Он всё еще был окутан огнем от способностей Фарры, но его пренебрежительный и стальной взгляд заставлял пламя казаться скорее его собственной силой, чем её. Он топнул ногой, и земля на огромном пространстве вокруг неё взорвалась, подбрасывая её в воздух и осыпая градом ударов как самой силы, так и магически усиленных камней, которые взрывались, приближаясь к ней.

В то же время Герлинг выбросил кулак в сторону Джейсона, и того накрыло широкой волной чистой силы. Если бы Джейсону не заблокировали прыжки через тени, он мог бы уклониться, но вместо этого он был избит и отброшен назад.

Это стало сигналом к смене темпа боя: Герлинг обрушивал одну атаку по площади за другой в непрекращающемся штурме, не давая ни Джейсону, ни Фарре времени на восстановление и перегруппировку. Это была ужасная стратегия против врагов того же ранга. Такие способности требовали огромных затрат маны и наносили относительно низкий урон, что и позволило серебряным воинам пережить этот обстрел. Суммирующиеся эффекты быстрого исцеления Джейсона позволяли ему восстанавливаться прямо во время получения урона, в то время как доспехи Фарры и её магически усиленная стойкость позволяли ей держаться.

* * * Персонал Сети наблюдал за происходящим из ближайшего лагеря. Заместительница командующего берлинскими силами бросила недовольный взгляд на Клири, находившегося на другом конце лагеря.

— Босс, — обратилась она к своему командиру, — это неправильно. Я почти уверена, что здесь мы работаем на плохих парней.

— Расскажи мне то, чего я не знаю, — проворчал он.

— Может, нам и не обязательно?

— Что ты предлагаешь? Там четвертая категория, и у меня нет ни малейшего желания, чтобы мою голову раздавили в кулаке, как мягкий фрукт.

— Те штуки, что мешают им сбежать. Может, мы могли бы вывести одну из строя?

— Как? Убрав наших же людей, которые их охраняют? Послушай, я не против что-то предпринять. Просто придумай идею получше.

— Может, нам просто нужен подходящий момент, босс. Если он не представится — значит, не судьба, но если мы будем готовы и он настанет…

— Ладно, — сказал командир. — Передай остальным. Осторожно и тихо.

* * * Превосходные навыки Джейсона и Фарры были подавлены сочетанием разницы в силе и дешевой тактики. У Герлинга было достаточно площадных способностей, чтобы почти непрерывно держать их обоих в состоянии оглушения. Их попытки контратаковать проваливались. Джейсон едва держался в живых, используя «Возмездие» и заклинание высасывания здоровья при любой возможности. Он призвал Гордона, который выстроил цепь из своих защитных сфер, чтобы защитить себя и Джейсона, а также наложить на Герлинга эффект бабочки. После трех атак, каждая из которых уничтожала защитную сферу, разрушительный силовой взрыв золотого ранга оставил бесплотного фамильяра в плачевном состоянии. Поскольку на восстановление уничтоженной сферы уходила целая минута, Джейсон отозвал Гордона обратно в себя, прежде чем оболочка фамильяра была окончательно разрушена.

Бабочки, проявляющиеся на Герлинге, не мешали золотому воину; вместо этого они разлетались во все стороны. Силы Сети разместили отряды возле зарытых жезлов, мешавших работе портала Джейсона, и бабочки направились именно туда. Некоторые из них попали под площадные атаки Герлинга, другие были сбиты войсками Сети с помощью разрушительных силовых атак, заставлявших бабочек детонировать. Однако, поскольку силы Джейсона продолжали множить состояние бабочки, их вылетало всё больше и больше, усиливая давление.

Фарра истощала свою ману, снова и снова призывая доспехи, которые разлетались вдребезги от взрывных атак. Удары по площади приближались к сестрам Асано и Ицуки, которые пробрались к неактивному порталу, наблюдая за конфликтом. Фарра знала, что должна дать отпор, прежде чем их товарищи в ошейниках попадут под удар и погибнут. Выдержав очередную атаку, Фарра достала золотую духовную монету и положила её в рот.

Тело Фарры мгновенно наполнилось мощью; её способность «Разрушитель лимитов» справлялась с энергией золотого ранга плавным потоком, в отличие от грубой силы, которую испытывали другие пользователи эссенций при использовании монеты. Она прыгнула в воздух, используя специальную атаку, её меч вспыхнул раскаленным добела пламенем, и очередная площадная атака Герлинга не смогла сбить инерцию её усиленного удара. Он был вынужден принять его в лоб.

К сожалению, он смог это сделать. Даже с атрибутами, поднятыми до золота, Фарра не была ровней истинному обладателю золотого ранга, хотя этого усиления хватило, чтобы потеснить его благодаря её большему мастерству в технике боя и использовании способностей. В наступившем перерыве Джейсон бросился к ближайшему зарытому жезлу, надеясь нарушить его работу.

Герлинг не оставил действия Джейсона без внимания и применил одну из способностей с долгим временем восстановления из своей безбрежной эссенции. В центре зоны боя появилась сфера пустоты, создающая мощное гравитационное притяжение. Герлинг и Фарра сопротивлялись: на Герлинга его собственная способность влияла лишь частично, а Фарра вонзила меч в землю, используя его как якорь. Ицуки и сестры Асано ухватились за арку неактивного портала Джейсона.

Джейсон и войска Сети по периметру зоны боя приняли на себя основной удар: всех их затянуло к сфере, которая затем взорвалась. Джейсон и другие серебряные ранги выжили, хотя и были сильно изранены грубой мощью взрыва, разбросавшего их по полю боя. Все бронзовые ранги из отрядов Сети, которых засосало внутрь, погибли.

* * * В лагере Клири приказал новым группам заменить тех, кто охранял зарытые жезлы. Командир подлетел к нему в ярости.

— Вы шутите? Ваш парень только что уничтожил половину моего контингента, многие погибли. И теперь вы хотите, чтобы я послал туда еще людей?

— Если только вы не хотите стать следующим в списке, когда мой друг четвертой категории вернется, то да.

Командир оскалился, но в конце концов отвернулся.

— Ладно, — объявил он своим подразделениям. — Всем выдвинуться к назначенным резервным точкам.

Командир оглянулся на Клири.

— И помните, что вам только что сказали, — бросил командир своим подчиненным. — Выдвигаемся.

Клири нахмурился, не понимая, на что именно ссылался командир, но выбросил это из головы, вернув внимание к битве. Тот факт, что это вообще был бой, а не одностороннее избиение, не входил в его планы.

* * * Джейсону удалось применить еще одно заклинание высасывания к Герлингу, мгновенно наполнив себя исцелением. Несмотря на массивную утечку здоровья, на Герлинге это почти не отразилось. Вопреки пламени Фарры и состояниям Джейсона, Герлинг всё еще был полон сил — абсурдная стойкость золотого ранга брала верх. Если бы у Джейсона была целая команда серебряных рангов, чтобы сдерживать Герлинга, он, вероятно, смог бы нанести урон, необходимый для победы, но его и Фарры было недостаточно. Даже когда его состояния бушевали вовсю, Герлинг всё еще крепко стоял на ногах.

Бабочки садились на раненых серебряных воинов, лежащих на земле, в то время как свежеисцеленный Джейсон поднялся, доставляя пакеты негативных состояний, которые, скорее всего, убьют их прежде, чем придет помощь. Джейсон применил способность «Пир отпущения грехов», восполняя ману и выносливость за счет поглощения состояний с них. Он предусмотрительно не включил в этот список Герлинга. Герлинг не был ранен до такой степени, чтобы переход от зловещих состояний к святым стал эффективным.

Фарра выдыхалась, её сила золотого ранга угасала. Скоро она исчезнет, и она станет слабее, чем была прежде. Джейсон предпринял еще одну попытку прорваться к зарытым жезлам, в то время как подкрепление из лагеря рассредоточилось по периметру поля боя, чтобы охранять их.

Фарру отбросило прочь, когда её сила иссякла, и Герлинг ударил её прямо в грудь мощной способностью. Затем Герлинг метнулся наперерез Джейсону, схватил его сзади за шею и швырнул назад, подальше от жезлов. Герлинг подошел к Джейсону и поставил ногу ему на грудь.

— Всё кончено, Асано. Ты хорошо сражался. Будь мы одного ранга, ты бы победил. Но мы не одного ранга. Сила всегда правит миром.

— В другом мире это называют тиранией ранга, — сказал Джейсон.

— Тирания ранга? Мне нравится.

— Надеюсь, тебе понравится, как твоя плоть будет плавиться. Удачи с очищением этих состояний.

— Что я тебе только что сказал? Удача не важна. Навык не важен. Важна только сила.

Лицо Джейсона исказилось от муки, когда он почувствовал знакомый всплеск силы внутри Герлинга — причину, по которой Герлинг был выбран в качестве того самого золотого ранга, которого они пробудили. Оказалось, что Герлинг разделяет одну способность с Хамфри, также получив её от эссенции мощи. Эта способность называлась «Бессмертие», и она запускала невероятно мощный эффект исцеления. Эта сила была известна Магическому обществу, поэтому после того, как Хамфри изучил информацию о ней, Джейсон узнал, что на серебряном ранге она получает способность снимать все негативные состояния, игнорируя любые эффекты, препятствующие очищению. Джейсон уже сталкивался с подобным эффектом, который использовал архиепископ церкви Чистоты.

— Эта сила, — произнес Джейсон. — Она есть у моего друга. Я знаю, что на золотом ранге она может вернуть тебя даже с того света.

— Теперь ты понимаешь, что убийство меня тебе бы не помогло.

— Всё в порядке, — ответил Джейсон. — Теперь я смогу убить тебя дважды.

Герлинг усмехнулся, доставая из поясной сумки помятый и обгоревший, но всё еще функционирующий подавляющий ошейник. Когда он наклонился, чтобы надеть его на своего пленника, по краям поля боя прогремели взрывы.

* * * Несколькими мгновениями ранее Клири с удовлетворением наблюдал за тем, как Герлинг заканчивает бой. Фарра была тяжело ранена, её товарищи в ошейниках бросились к ней. Асано казался почти бессмертным, но теперь Герлинг буквально втаптывал его в землю. Слишком поздно Клири заметил, что новые группы у зарытых жезлов начали копать землю, а затем все разом бросились бежать.

— Что они…?

Гранаты, которые группы только что сбросили в ямы рядом с жезлами, начали взрываться. Пустое пространство в неактивном портале Джейсона внезапно заполнилось тьмой. Сестры Асано затащили Фарру внутрь, Ицуки последовал за ними. Клири с ужасом наблюдал, как Джейсон выскользнул из-под ноги Герлинга и бросился к порталу.

Герлинг оторопел лишь на мгновение, и у него всё еще были рефлексы золотого ранга. Он вскинул руку в сторону Джейсона и выпустил силовой заряд. Тот пролетел мимо Джейсона, взорвавшись между ним и порталом. Джейсона отбросило назад, в то время как Герлинг рванул вперед. Герлинг схватил голову Джейсона огромной, мясистой рукой, а другой защелкнул подавляющий ошейник.

Как только силы Джейсона были отрезаны, портал ушел в землю и исчез. В ярости Герлинг бил кулаком по голове Джейсона, пока тот не потерял сознание, а затем ударил еще несколько раз.

* * * Джейсон очнулся в транспортном контейнере, укрепленном чем-то вроде каркаса безопасности, к которому он был очень основательно прикован цепями за руки и ноги. Джейсон выждал, чтобы восстановиться посильнее, прежде чем действовать. Его портал станет доступен для использования только через пару минут, и ему нужно будет действовать быстро. Его силы были подавлены, но Колин внутри него исцелял его с поразительной скоростью.

Контейнер находился в движении — судя по вибрации, Джейсон предположил, что это транспортный вертолет. Герлинг, скорее всего, был где-то рядом, но Джейсон не собирался рисковать, расширяя чувства, пока не будет готов к действию.

Трудно было почувствовать, откатились ли его способности, пока они были подавлены, но Джейсон привык к этому, долгое время используя подавляющие ошейники в своих тренировках ауры. Именно так он смог точно определить, когда его портал будет готов и когда можно будет начинать.

Джейсон спланировал серию быстрых действий, готовый выполнить их как можно скорее. Он оттолкнул эффект подавления серебряного ранга своей аурой, затем призвал плащ и использовал способность искажения пространства, чтобы выскользнуть из наручников и ножных цепей, одновременно вызывая портал. Он нырнул в него в самый последний момент, когда контейнер разлетелся в щепки, явив Герлинга, который почувствовал ауру Джейсона, когда тот преодолел ошейник. Всё, что нашел Герлинг, — это портал Джейсона, уходящий в пол.

— Какого х…

ПОДГОТОВКА К РЕВАНШУ

ПОДГОТОВКА К РЕВАНШУ

На пустыре в заброшенном австрийском городке стоял Облачный дом. Внутри Фарра, Ицуки и сестры Асано тревожно ждали. Портал закрылся прямо у них за спиной, и судьба Джейсона была неизвестна. Фарра достала отмычки для ошейников подавления, которые смастерила сама, увидев грубые поделки Джейсона. Она сняла ошейники с шей остальных, а затем магически проверила их на наличие следящих чар. Облачный дом должен был с лихвой блокировать их, но она хотела перестраховаться.

Через десять минут после их прибытия портал появился вновь, и Джейсон, пошатываясь, прошел сквозь него, после чего проход тут же растворился в полу. Фарра крепко обняла его. Как только она отпустила его, Джейсон открыл свое духовное хранилище, обеспокоенный тем, как его психическое состояние, ошейник подавления или и то, и другое повлияли на его семью внутри.

Войдя в хранилище, он сразу заметил различия. Цвета словно выцвели: от блеклых цветов до серого неба. Шел дождь, чего он раньше в своем духовном хранилище не видел. Как только он вышел из портала в центральном павильоне, его семья, сгрудившаяся в небольшой зоне отдыха под навесом, бросилась к нему.

— Джейсон, что случилось? — спросила Эрика.

— Выходите в Облачный дом, — сказал он. — Нам нужно поговорить.

* * * — Какого черта?! — сердито спросил Клири, сидя в транспортном вертолете, который приближался к штаб-квартире Сети в Берлине. — Наши же люди предали нас и позволили Асано сбежать.

— Нет, не предали, — ответил Герлинг. — Они позволили уйти его спутникам, но Асано был у нас в руках. То, что он вырвался — наша вина. У него явно были средства, чтобы отключить ошейник подавления.

— Его обыскали, — сказал Клири. — Тщательно. Если бы у него в заднице была запрятана магическая отмычка, наши датчики обнаружили бы ее при проверке.

— Значит, не хватило разведданных, — сказал Герлинг. — Должно быть, это какая-то способность.

— Игнорировать ошейник подавления?

— Кто знает, какие способности он освоил в том мире? Его аура была не похожа ни на что, что я видел раньше, как по силе, так и по контролю. Судя по всплеску ауры, который я почувствовал, когда он сбежал, это, вероятно, связано с ней.

— Как ты можешь быть таким спокойным? — спросил Клири. — Он ушел.

— Моей задачей было поймать его, и я его поймал, — сказал Герлинг. — Сдерживание было твоей зоной ответственности. Я — талант, а это значит, что твоя голова на плахе.

— Я убью этих предательских ублюдков, — выплюнул Клири.

— Нет, не убьешь, — сказал Герлинг.

— Прошу прощения?

— Ты угнал кучу тактических групп берлинского отделения, половину из них погубил, а вторую отправил на смерть. Ты удивлен, что они тебя кинули? Я бы на их месте поступил так же. Теперь ты хочешь что? Привезти их обратно в отделение и казнить на глазах у остальных? Они тебя на столбе вздернут.

— Только не с тобой рядом.

— Если хочешь идти против них — это твое дело, — сказал Герлинг. — Они уже показали, на что способны, когда их слишком сильно прижимают, даже когда я стою прямо там. Честно говоря, я восхищаюсь ими за то, что у них хватило яиц пойти на это.

Клири недовольно нахмурился, но замолчал, успокаивая себя глубокими вдохами. Только когда вертолет уже собирался приземлиться, он снова заговорил, и напряженная ярость в его голосе сменилась усталостью.

— Я правильно расслышал, что ты назвал себя талантом?

— Я тут же пожалел об этом, — признался Герлинг.

* * * В Облачном доме семья Джейсона и другие спутники сидели в мрачном молчании. Эми свернулась калачиком рядом с дядей, вцепившись в него.

— А что с телами? — спросил Иан.

— Я позабочусь, чтобы их отправили домой, со всем уважением, — сказал Джейсон.

В пылу момента Джейсон двигался слишком быстро, чтобы ужас произошедшего успел его настичь. Теперь, когда он остановился, это навалилось на него всей тяжестью. Образ мертвых тел у ног того человека выжегся у него в мозгу. Он потерял их из виду в пылу боя, даже не будучи уверенным, насколько они целы после всех площадных атак, которые обрушивались вокруг.

— А что с Доун? — спросила Акари.

— То, что было с нами, на самом деле не было ею, — сказала Фарра. — Я не знаю, сколько времени это займет, но она вернется.

— Разве нельзя что-то сделать? — спросила Эрика. — Ты ведь вернулась из…

Она с трудом подбирала слова.

— …Фарра вернулась. Разве нет способа вернуть Кая?

— Мне жаль, Эри, — сказал Джейсон.

— Обстоятельства были очень специфическими, — добавила Фарра, и группа снова погрузилась в молчание.

— Что нам теперь делать? — спросила Акари.

— Первым делом — затаиться, — сказал Джейсон. — Этот золотой ранг все еще где-то там, и ресурсы, которыми располагают американцы, нельзя недооценивать. Мы должны быть предельно осторожны.

Он поморщился, его лицо выражало скорбь и самобичевание.

— Так, как нам следовало быть с самого начала, — добавил он. — Я никогда не должен был позволять вам всем участвовать.

— Это был наш выбор, — сказала Акари. — Ты думаешь, что только у тебя есть право сражаться за свой мир? Что только ты делаешь это по правильным причинам? Кайто, Ася и Грег делали это не просто чтобы помочь тебе с личным делом, Асано. Мы все пошли на это, понимая, что стоит на кону и какую цену, возможно, придется заплатить.

Джейсон уставился на нее ошарашенным взглядом, а затем едва заметно кивнул в знак признания.

* * * В берлинском отделении дела шли не лучшим образом. Американский контингент был вынужден спешно грузиться в транспортный самолет и отбыть на авиабазу Рамштайн на юго-западе Германии. Несмотря на предупреждение Герлинга, Клири был поражен яростью берлинского отделения. Он понял, что если бы не присутствие золотого ранга, им, возможно, вообще не позволили бы улететь.

— В любом случае, пора перегруппироваться, — сказал ему Герлинг. — Асано не будет продолжать свой нынешний подход. Нам нужно консолидировать наши ресурсы здесь, в Европе, прежде чем мы настроим против себя весь континент из-за того, как мы бесцеремонно обращаемся с их отделениями.

— Они будут делать то, что им велено, — сказал Клири.

— Думаю, ты переоцениваешь, сколько дерьма люди готовы проглотить, — сказал Герлинг. — Ты думаешь, большинству в Сети есть дело до ядер реальности, которые подавляющее большинство из них даже в глаза не увидит? Это одержимость немногих, кто действительно сможет пожинать эту силу. Может, ты этого не видишь, потому что живешь этим, но эти волны монстров и события трансформации ужасают людей, у которых нет сил бороться с ними. Вот о чем беспокоятся реальные люди, составляющие Сеть, а не о том, у какого отделения больше четверок ради какой-то писькомерки.

— Ты ставишь под сомнение нашу цель здесь? — спросил его Клири.

— Нет, — ответил Герлинг. — Я просто указываю на то, что это наша цель. Не хочу тебя расстраивать, Клири, но как бы мы это ни преподносили, мы — плохие парни. Я с этим смирился, и тебе тоже стоит.

* * * В Сиднее Руководящий комитет местного отделения Сети завершил свое заседание. Все члены, кроме одного, вышли из конференц-зала, оставив Аннабет Тилден в одиночестве устало массировать виски. Ее брат, Терренс, вошел, когда члены комитета уже ушли.

— Ну? — спросил он.

— Мы подтвердили, что Асано сбежал, — сказала Анна. — Вероятно, он устроит что-то вроде буйства.

— Надеюсь, нет. Он погибнет, а если то, что он делает, так важно, как он утверждает…

— Да, — сказала Анна. — Кетеван уже подала официальный запрос в Берлин на возвращение тел в Австралию. Эти ублюдки убили Асю.

— Какова будет наша позиция?

— Наш Руководящий комитет придерживается тактики выжидания.

— То есть они собираются трусить, пока не найдут, к кому примкнуть, — сказал Терренс. — Нашим людям это не понравится. Ты знаешь, сколько из них сражались бок о бок с Джейсоном? Работали с Фаррой над восстановлением сети? Летали с Кайто или обеспечивали медэвакуацию в комплекс Асано? Если мы сейчас прогнемся, у нас может начаться восстание.

— Ты думаешь, я этого не знаю? — спросила Анна. — Как ты думаешь, что я пыталась вдолбить в головы Руководящего комитета?

— Может, тебе не стоит утруждаться.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Сеть раскалывается, Анна. Может, пришло время для реструктуризации управления.

— Я слышу подобные разговоры из Европы, — сказала Анна. — Берлинское отделение в ярости из-за того, что Международный комитет заставил их помогать американцам, из-за чего погибла куча их людей. Многие другие отделения возмущены распределением ресурсов на борьбу за ядра реальности вместо восстановления после волн монстров. Теперь, когда мы можем контролировать океаны с помощью сети, звучит много призывов вернуть приоритеты к нашей традиционной роли.

— Этого не произойдет. Мы теперь на виду. Руководство скрывало свою силу, а теперь они хотят показать ее всему миру. Их не волнует остановка монстров так сильно, как накопление политической власти.

— Вот это меня и беспокоит, — сказала Анна. — Разговоры идут о давлении на Международный комитет, чтобы он осудил США и Китай и заставил их вернуться к старым приоритетам. Это было бы здорово, если бы не тот факт, что ни те, ни другие не собираются сдаваться и показывать свое брюхо.

— Нет, не собираются. С их точки зрения, Международный комитет служит им, а не наоборот. Им просто всегда было проще не делать на этом акцент. Если МК действительно надавит, Сеть расколется на фракции.

— Это может быть неизбежно. Между руководством и основной массой персонала Сети всегда был разрыв, но сейчас руководство размахивает своим авторитетом как никогда раньше. Это не могло произойти в более неподходящее время.

В дверь настойчиво постучали. Майкл Арам открыл ее и вошел, не дожидаясь ответа.

— Анна, со мной связался Крейг Вермиллион.

— Мы сейчас не в лучших отношениях с Кабалой, — сказал Терренс.

— Он знает, — сказал Арам. — Он знал, что вы доверитесь мне, и попросил организовать конфиденциальную встречу. Думаю, вам стоит услышать, что он хочет сказать.

* * * Герлингу выделили пару помощников, чтобы они заботились о его нуждах. Оба были молодыми функционерами Сети, административным персоналом железного ранга без тактической подготовки. Одним был Дэвид, человек, который Герлингу не нравился из-за своей раздражающе очевидной амбициозности, но он с энтузиазмом выполнял просьбы Герлинга. Фиона была невзрачной, но крайне компетентной женщиной, которую Герлинг ценил за умение знать, когда нужно быть рядом, а когда нет, в отличие от удушающего Дэвида.

Герлинг шел через ангар самолетов на встречу с Клири, когда к нему подошли помощники.

— Мы нашли для вас эльфийку, сэр, — сказала Фиона Герлингу.

— Нашли? — переспросил Дэвид.

— Оказывается, одна из первых реакций на превращение людей в странные новые виды — это…

— Богачи, платящие за то, чтобы переспать с ними, — понял Герлинг.

— Именно, — сказала Фиона. — Бордели растут как грибы после дождя в зонах трансформации, и мы законтрактовали ту, которая быстро стала пользоваться большим спросом, несмотря на ее немалые расценки.

— Отличная работа.

— Законтрактовали? — спросил Дэвид. — Я думал, мы просто схватим какую-нибудь эльфийку.

Герлинг и Фиона одновременно повернулись к нему с презрением.

— Ты думаешь, я насильник? — спросил Герлинг.

— Вы убиваете много людей, — неуверенно сказал Дэвид. — Я думал, вы делаете то, что хотите. Разве не для этого нужна власть?

— И ты думаешь, что я хочу насиловать людей? Фиона, замени этого парня.

— Да, сэр.

— Вы же сами сказали, что хотите, чтобы мы достали вам эльфийку! — заныл Дэвид.

— Я полагал, что не насиловать людей — это само собой разумеется, — сказал Герлинг. — Фиона, проследи, чтобы следующий парень это понимал.

— Да, сэр.

— О, и как успехи с доставкой людей, которых я просил прислать из Штатов?

Фиона посмотрела на часы.

— Они должны приземлиться примерно через семь часов, сэр.

— Спасибо.

— Сэр… — сказал Дэвид.

— Проследи, чтобы следующий человек не был таким идиотом, — сказал Герлинг Фионе, указывая на Дэвида. — Он чей-то племянник или типа того?

— Его отец — директор тактических операций в Нью-Йорке.

— А. Тогда, наверное, просто уволь его, а не выстреливай из пушки.

— У нас нет пушки, сэр, — сказала Фиона. — Я, наверное, смогу найти кого-то, кто сможет ее наколдовать.

— Что? — спросил Дэвид, пока Герлинг усмехался.

— Сойдет, — сказал Герлинг. — Просто переведи его к кому-нибудь, кто оценит подхалима.

— Слушаюсь, сэр, — сказала Фиона. — Что-нибудь еще?

— Нет, если у тебя нет ничего для меня, — сказал Герлинг.

Фиона взмахнула рукой, и появился портал. Она протянула руку и вытащила банку пива. Герлинг рассмеялся, принимая ее.

— Хочешь работать на меня постоянно, Фиона?

— Я бы очень этого хотела, сэр.

— О, да ладно, — пожаловался Дэвид.

Герлинг оставил своего помощника и бывшего помощника позади, направляясь в офис, который Клири прибрал к рукам в ангаре. Клири стоял над столом со встроенным монитором, изучая карту, на которой были отмечены зоны трансформации. Он поднял взгляд, когда Герлинг вошел, не потрудившись постучать.

— Ты запрашивал отправку сюда тренировочной группы из США? — спросил Клири.

— Верно.

— Ты просил именно тех, кто тренировался с Асано и Хурин в Австралии. Хочешь узнать о них больше от людей, которые их знают?

— Нет, — сказал Герлинг. — Эти люди изучили техники, которым учили Хурин и Асано, а потом привезли их домой. Я хочу узнать, как они сражаются и как сражаться, как они.

— Ты победил их обоих.

— Я должен был уничтожить их обоих. Ты не понимаешь, насколько я сильнее их. Мой старый инструктор всегда говорил, что я выезжаю на силе своих атак, но я никогда не слушал, и теперь Асано и Хурин выставили меня дураком. Чувствую себя дураком. Сосредоточься на их поиске; для этого тебе не нужна моя помощь. Мне нужно готовиться к реваншу.

* * * — Интересное место для встречи, — сказала Анна. Она находилась в таунхаусе, который раньше был домом дяди Джейсона, Хиро, а теперь, по-видимому, принадлежал вампиру Крейгу Вермиллиону.

— После того как ЭОА выкупила все активы Хиро, я тихонько прибрал это к рукам через серию подходящих подставных лиц, — сказал Крейг. — Мне нравится иметь секретное местечко с маленькими удобствами.

Они сели в гостиной.

— Прежде чем мы начнем, — спросил Крейг, — это правда насчет Аси?

— Да.

Крейг склонил голову.

— Настали темные времена, Анна.

— Чего ты хочешь, Крейг? У меня и так дел по горло.

— О, все хуже, чем ты думаешь. Ты в курсе, что Кабала выходит в лидеры в борьбе за ядра реальности?

— Мне искренне плевать.

— А стоило бы. Сеть — не единственная организация, которой грозит раскол из-за поведения ее самых могущественных членов.

— О?

— Ты знаешь, как вампиры становятся сильнее, Анна?

— Со временем, верно? Но потом ты становишься слишком сильным, и окружающая магия не может тебя поддерживать.

— Да, — сказал Крейг. — Старейшины все спали с тех пор, как достигли того, что вы называете четвертой категорией.

Глаза Анны расширились.

— Ядра реальности, — прошептала она в ужасе, осознав.

— Именно, — сказал Крейг. — Все не так просто, как передать ядро, но некоторые из высших эшелонов Кабалы работают над тем, чтобы насытить кровь этой силой, что должно начать их пробуждать. Я слышал слухи, что у китайцев и американцев есть люди такого уровня, и они, вероятно, сильнее эквивалентного вампира. Но сколько их у них? Два? Три? Пять? Уверяю тебя, у нас их больше.

— Насколько больше?

— Не уверен, что хоть кто-то знает, — сказал Крейг. — Кабала — это гнездо секретов.

— Почему ты мне это рассказываешь? — спросила Анна. — Ты из Кабалы. Ты вампир.

— И мне нравится мир таким, какой он есть. Был, до того как проклятая ЭОА все испортила. Даже несмотря на то, как все стало плохо, ты думаешь, я хочу, чтобы планетой правили люди с восьмивековыми социальными ценностями и жаждой человеческой крови?

ЗАКОНЧИТЬ РАБОТУ

ЗАКОНЧИТЬ РАБОТУ

Никто не обратил внимания на еще одного человека в темном костюме и темных очках. Их было предостаточно, поскольку похороны проводились под ярким, чистым небом, несмотря на зиму. Использование Джейсоном контроля ауры достигло такого уровня, что в толпе с таким количеством пользователей эссенции он мог манипулировать их восприятием, чтобы оставаться незамеченным, даже стоя прямо среди них.

Помогало то, что все пользователи эссенции были ниже рангом, чем Джейсон. Руководство Сети никогда бы не позволило ценным серебряным рангам отвлекаться, когда в любой момент могла появиться зона трансформации, за которую нужно сражаться. Члены Сети были в основном из рядовых, заполнивших травянистую площадку на открытом воздухе для службы по Кайто. За те месяцы, что он был одним из них, Кайто летал с ними в горячие точки, эвакуировал их при ранениях и доставлял критически важные припасы посреди опасности.

Джейсон наблюдал за Эми, стоявшей с каменным лицом впереди. Кто-то дал ей браслет подавления ауры, чтобы ее эмоции не были выставлены напоказ перед всеми присутствующими пользователями эссенции.

Публично Джейсон был международным преступником, находящимся в розыске. Элемент-изгой, ответственный за взрывы в Японии и убийство персонала Глобальной Сети Обороны в Австрии. Руководство Сети знало, что провальной попыткой захвата и смертью брата, возлюбленной и друга Джейсона они объявили войну. Соответственно, они стремились разорвать влияние и связи Джейсона внутри Сети.

Якобы это означало, что Сеть высматривает Джейсона на таких мероприятиях, как похороны его брата. На самом деле они знали, что даже золотой ранг не смог его удержать, и в попытке это сделать погибло немало людей. Большинство членов Сети даже не были согласны с тем, что сделали американцы, особенно те из австралийских отделений, которые работали бок о бок с Джейсоном и его братом. Меньше всего люди, искавшие Джейсона, хотели его найти.

После службы многие подходили к Эми, выражая соболезнования. Ее глаза расширились, когда она обнаружила Джейсона, стоящего перед ней. Она оглянулась на людей вокруг.

— Как ты здесь оказался? — спросила она конспиративным шепотом. — Почему люди не набрасываются на тебя?

— Трюк с восприятием. Пока никто не привлекает ко мне особого внимания, они не заметят, что это я.

— Значит, если я закричу, люди попытаются схватить тебя?

— Да.

— Почему же мне не сделать этого? Ты должен был вернуть отца моих детей домой.

— Я знаю, — сказал Джейсон, и его голос дрогнул.

Она нахмурилась, и они продолжили беседу приглушенными тонами.

— Что ты собираешься делать с людьми, которые убили его?

— Этот человек могущественен. Намного сильнее меня, но его время придет. Сначала я должен закончить работу, которую мы с Кайто начали.

— Оно того стоит?

Джейсон кивнул.

— Все станет хуже, прежде чем станет лучше, — сказал он, — но Кайто сыграл свою роль в том, чтобы помочь нам всем пройти через это. Я знаю, это не утешение, но он погиб ради чего-то, что действительно важно. Чтобы дать своим детям будущее.

— Я знаю, что это был его выбор — пойти, — сказала она. — И все же я не могу не ненавидеть тебя за то, что ты забрал его.

Джейсон кивнул, но больше ничего не сказал. Если его слова не могли сделать лучше, он держал рот на замке.

* * * Майкл Арам осторожно подошел к Аннабет Тилден после службы, когда она возвращалась к машине со своей женой. Он отвечал за безопасность и работу со СМИ на мероприятии.

— Член комитета, — поприветствовал он ее почтительным кивком.

— В чем дело, Арам? Разве ты не должен отчитываться перед Кетеван?

— Она попросила меня держать вас в курсе. Некоторые из наших сотрудников службы безопасности заметили размытый артефакт на записях с камер.

— Значит, он здесь, — сказала Анна. — Что Кэти велела тебе делать, если он здесь?

— Притвориться, что его нет.

— Хорошо. Если бы он не хотел, чтобы мы знали, мы бы и не узнали.

— Он провоцирует нас?

— Не на похоронах своего брата. Вероятно, он собирается нанести мне один из своих фирменных неожиданных визитов. Спасибо, Арам.

Арам оставил их, и они подошли к машине, водитель открыл заднюю дверь, чтобы впустить Анну и ее жену. Когда они сели, тень отделилась от тени Анны, чтобы сесть напротив них. Джейсон появился из нее.

— Анна, — поздоровался он, затем повернулся к жене Анны. — Сьюзан. Мы не виделись с тех пор, как я приобрел те картины из вашей галереи.

— Картины Доун, — сказала Сьюзан.

— Вы когда-нибудь встречались с художницей? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказала Сьюзан. — Она всегда работала через посредника.

— Я познакомлю вас, если представится шанс. Она погибла вместе с моим братом, но она вернется, рано или поздно.

Сьюзан нахмурилась, но Анна пресекла вопросы, покачав головой.

— Ты здесь, чтобы убить нас? — спросила Анна.

— Я здесь, чтобы поблагодарить вас за то, что отправили тела домой, — сказал он. — Было бы неловко заниматься организацией самому, учитывая обстоятельства.

— Ася была другом, — сказала Анна. — Вы с ней были…?

— Да.

— Тогда мне вдвойне жаль. Ходили разговоры о том, чтобы использовать тела или эти похороны в качестве приманки, — сказала Анна.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Спасибо, что положили конец этой идее. У нас с невесткой свои проблемы, но она заслуживает того, чтобы попрощаться с мужем в мире.

— Тебе стоит знать, что американцы скоро могут быть слишком заняты, чтобы уделять тебе больше внимания.

— Я в курсе, — сказал Джейсон. — Руководство Кабалы планирует пробудить старых вампиров, и как в Сети, так и в Кабале наблюдаются опасные расколы между руководством и основной массой членов. Средневековые кровопийцы и потенциальная магическая гражданская война — и все это в то время, как мир медленно трансформируется.

— Ты много знаешь. Ты разговаривал с Крейгом Вермиллионом?

— Нет, Анна. Я шпионил за вами.

— О. Тогда ты знаешь о подарке, который я для тебя приготовила?

— Знаю. И спасибо, даже если это играет на руку твоей повестке.

— Будь с ним осторожен, — сказала Анна. — Я не до конца уверена, что это не ловушка.

— Мне тоже это приходило в голову. Я буду осторожен.

— Мистер Асано, грядущие дни будут темными и полными хаоса. Вероятно, хуже, чем то, что мы видели, если оценка Вермиллиона о количестве древних вампиров хотя бы близка к истине. То, что вы делаете, остановит это?

— Я могу остановить события трансформации и перекрыть поставки ядер реальности. Со временем. Это просто стало сложнее теперь, когда мне приходится менять методологию, чтобы меня не выследили. Люди хотят того, что есть у меня, и это не заканчивается на американцах. Быть отвлеченным более широкими событиями — не то же самое, что сдаться.

Анна кивнула. — Было опасение, что вы начнете мстить.

— У меня недостаточно сил, чтобы идти против золотого ранга.

— Я имела в виду против Сети в целом.

— Если бы у тактической группы Сети не хватило мужества пойти против золотого ранга, я бы потерял еще больше людей. Я знаю, что они действовали против американцев, а не за меня, но я все равно благодарен. Я не буду платить за это неуместной местью.

— Многие будут рады это услышать.

— Не буду отрицать, я чувствовал мощное желание начать зачищать отделения Сети одно за другим, — признался Джейсон. — Это было ближе к делу, чем я хотел бы признать, но пути назад после этого не было бы. Обладание силой дает мне шанс делать то, что нужно, даже когда другие говорят, что я не должен. К сожалению, это также дает мне силу делать то, что я хочу, даже когда люди правы, что я не должен. Это путь к совершению дорогостоящих ошибок.

— Это сделали американцы, мистер Асано, а не вы.

— Я мог бы сделать это иначе. Осторожнее. Теперь приходится, но я мог бы с самого начала и уберечь других от этого. Не учитывать последствия моих действий для окружающих — урок, который я не усвоил раньше, и в этот раз это был не просто близкий промах. Люди вокруг меня заплатили цену за мое высокомерие и недальновидность. Возможно, в этот раз я наконец усвою урок.

— Что вы будете делать теперь?

— Я воспользуюсь вашим подарком. Заставлю американцев переключить свои золотые ранги на зоны трансформации вместо меня. А потом вернусь к работе, ради которой погибли мой брат, Ася и мой друг.

— Удачи, мистер Асано.

— И вам, миссис Тилден.

Тень Джейсона поднялась, чтобы поглотить его, и он исчез.

* * * Контингент людей из двух японских кланов прибыл в Австралию и поселился в Деревне Асано. Первыми были члены клана Асано, изгнанные Норико Асано, когда она вырвала контроль над кланом у своего сына. Их была лишь горстка — бывший глава клана, Широ, и его ближайшая семья.

Дочери Широ, Акари и Мэй, путешествовали с Джейсоном с момента его поездки в Японию. Их отец отправил их в Деревню Асано из-за клановых потрясений, а теперь последовал за ними с остальными членами семьи. Джейсон встретился с Широ, так что никто в деревне не знал, что он вернулся.

— Спасибо, что сохранили моих дочерей в безопасности в самых тяжелых обстоятельствах, — сказал Широ, когда они встретились в доме, который выделили Широ и его семье. Это был большой дом в буше, окруженный деревьями. — Я знаю, что вы потеряли своих людей.

— Это была удача, а не моя заслуга, — сказал Джейсон. — Вы должны благодарить тактическую группу Сети, которая распутала ловушку.

— Вы скромны. Мои дочери рассказали мне, насколько могущественна та четверка, а вы сражались с ним лицом к лицу.

— Они рассказали вам, что я проиграл? Это был побег, а не победа.

— Побег перед лицом такой силы — это победа. Акари хочет продолжать помогать вам. Она знает, насколько важно то, что вы делаете.

Джейсон покачал головой.

— Я уже совершал эту ошибку раньше. При том способе, которым мы будем работать сейчас, Акари не может участвовать. Будем только Фарра и я.

Широ кивнул.

— Честно говоря, я рад. Я знаю, что должен позволить своей дочери делать собственный выбор, но я предпочел бы, чтобы она была рядом и в безопасности. Спасибо, что дали нам убежище в трудные времена.

— Я, честно говоря, не уверен, насколько безопасно это убежище, — сказал Джейсон. — Фарра как раз сейчас работает над активацией некоторых более сильных защит, но появляются силы, которые сильнее любого из нас. Я боюсь, что эта деревня станет целью.

— Мы сделаем все возможное, чтобы защитить ее, если до этого дойдет, — сказал Широ.

— Я ценю это, — сказал Джейсон. — Наличие здесь большего количества серебряных рангов дает мне некоторое душевное спокойствие.

Второй контингент из Японии прибыл вместе с кланом Асано, несмотря на их недавний конфликт. Основное руководство клана Тивари пыталось выкорчевать тех, кто действовал против Джейсона, но обнаружило, что большая часть клана настроена против них. Играя на беспорядках, вызванных взаимодействием Джейсона с руководством Тивари, руководство кобского отделения Сети воспользовалось ситуацией.

Сеть поддержала переворот скрытой фракции клана Тивари в обмен на информацию о магической двери, которую они охраняли веками. Передача двери посторонним оказалась для клана более спорным вопросом, чем предполагал патриарх, и он обнаружил, что вся его семья изгнана. Два бывших патриарха, Асано и Тивари, поняли, что находятся в схожих обстоятельствах, и оба обратились к Джейсону.

— Они называют выполнение нашего древнего предназначения предательством, даже когда сами продавали все, чем мы являемся, Сети, — объяснил Джейсон изгнанный патриарх. Изгнанных Тивари было больше, чем членов клана Асано, и их разместили в группе домов в пляжной зоне деревни.

Коя Тивари, отец Ицуки, также поблагодарил Джейсона за то, что он привел его сына живым через такое опасное испытание.

— Он не рад, что вы оставляете его позади, — сказал Коя. — Признаюсь, я — рад.

* * * Пока Джейсон тихо встречался с изгнанными патриархами, Фарра активировала дополнительные защиты вокруг деревни. Это были меры защиты, которые она установила с самого начала, но никогда не активировала из-за их стоимости. Впоследствии, когда они с Джейсоном улетали из Деревни Асано в самолетной форме Тени, она обсудила с Джейсоном проблему, возникшую во время активации.

— Есть проблема с защитой? — спросил Джейсон, видя обеспокоенное выражение лица Фарры.

— Как раз наоборот, — сказала Фарра. — Она сработала слишком хорошо. Я смогла перевести более сильные защиты в полусонное состояние, которое потребляет минимум ресурсов, активируясь и становясь энергозатратными только по мере необходимости.

— Это здорово. Что заставляет меня задуматься, почему мы не сделали так с самого начала.

— Потому что мы не могли. Окружающая магия была слишком низкой, даже с системами сбора магии, встроенными в инфраструктуру деревни.

— Ты хочешь сказать, что окружающая магия растет?

— Мы построили эти защиты год назад, и с тех пор у нас были волны монстров и события трансформации. Думаю, они вызывают более стремительный рост магической плотности, чем кто-либо из нас осознавал, даже Доун.

Радужный свет вспыхнул посреди самолета, на мгновение погас, открыв Доун. Ее новый аватар излучал ауру серебряного ранга.

— Мисс Хурин совершенно права, — сказала она.

НЕИЗБЕЖНОСТЬ

НЕИЗБЕЖНОСТЬ

Когда Джейсон и Фарра летели по воздуху в самолетной форме Тени, внезапное проявление нового аватара Доун серебряного ранга застало их врасплох. Они вскочили со своих кресел.

— У меня есть несколько вопросов, — сказал Джейсон Доун. — Но они могут подождать, пока ты не оденешься.

— Прошу прощения за непристойность, — сказала Доун. Джейсон отвернулся и достал из инвентаря запасную одежду Фарры, передав ее назад.

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Я знаю, как это бывает. Просыпаться голым в других вселенных — это в моем стиле. Кстати, добро пожаловать обратно.

— Я навела справки, пока снова использовала свое истинное тело, — сказала Доун, быстро натягивая джинсы и футболку. — У меня есть кое-что для тебя, когда ты в следующий раз вернешься в Австралию.

— Мы только что оттуда, — сказал Джейсон. — Вероятно, мы не вернемся еще некоторое время.

— Это не срочно, — сказала Доун. — Это личное, а не часть нашей задачи.

— Ты говорила нам, что не можешь создать аватар выше нормального ранга, — сказала Фарра Доун. — Я так понимаю, то, что этот новый аватар серебряного ранга, имеет прискорбную связь с ростом магической плотности Земли.

— Да, — сказала Доун. — Каждый протопространство, которое становится волной монстров, проталкивает больше энергии из астрала через межпространственную мембрану этого мира, разрушая мембрану по мере этого. Бездействие сети привело лишь к увеличению волн монстров на треть, учитывая, сколько их остается незамеченными в глубинах океанов, но эта возросшая активность, по-видимому, перешла порог, ускоряя разрушение.

— Что и запускает события трансформации, — сказал Джейсон.

— Да, — подтвердила Доун. — Они являются непредвиденным следствием того, что исходные проекты Строителя для этой вселенной подвергаются влиянию растущей магической плотности и притока магии через связь с другим миром. Это также означает, что я могу проецировать более мощный аватар в ваш мир, не причиняя дальнейшего ущерба.

— Означает ли уже нанесенный ущерб, что события трансформации будут продолжаться, даже после того, как мы нормализуем связь? — спросил Джейсон.

— Возможно, — сказала Доун, — но маловероятно. Наиболее вероятный сценарий заключается в том, что события трансформации прекратятся, как только будет устранен любой из трех факторов. Поскольку внутреннее устройство вашей реальности и магическую плотность нельзя отменить, остается восстановление связи до исходного состояния, или настолько близко, насколько мы сможем. Без всплесков магии, идущих из вашего мира, мисс Хурин, это должно перестать провоцировать события.

— Ускоряет ли это сроки гибели мира Джейсона? — спросила Фарра.

— Да, — сказала Доун. — Пройдут еще десятилетия, прежде чем планета станет непригодной для жизни, но даже если связь будет восстановлена по самому оптимистичному графику, размерный ландшафт Земли будет изменен навсегда. Размерная нестабильность. Мало шансов завершить работу до того, как магическая плотность Земли перейдет порог железного ранга.

— Означает ли это то, что я думаю? — спросил Джейсон. — Прямое магическое проявление?

— Да, — подтвердила Доун. — Больше никаких протопространств. Монстры, а также эссенции и камни пробуждения начнут проявляться напрямую. Как только это произойдет, ремонт связи с этой стороны будет критически важен, чтобы предотвратить еще более ускоренное разрушение межпространственной мембраны. Кроме того, как только изменения связи с этой стороны будут завершены, вы заметите, что замедлили процессы достаточно, чтобы у вас были годы в другом мире на исправление связи с той стороны.

— Разве прямое проявление монстров не будет хорошо с точки зрения безопасности? — спросила Фарра. — Вместо протопространств серебряного и золотого рангов они будут иметь дело с монстрами железного ранга, может быть, изредка бронзового.

— Я упоминала размерную нестабильность, — сказала Доун. — К тому моменту межпространственная мембрана этого мира будет истыкана дырами. Останутся изолированные зоны бронзовой, серебряной и, возможно, даже золотой магической плотности, которые будут существовать постоянно.

— Как в моем мире, — сказала Фарра.

— В целом он будет больше склоняться к низшим рангам, чем ваш, но да, — сказала Доун.

— Мой мир не выдержит этого, — сказал Джейсон.

— И все же должен, — сказала Доун. — То, что я описываю, на данный момент является неизбежностью.

— Если монстры золотого ранга просто начнут появляться, — сказал Джейсон, — у нас нет людей, чтобы справиться с ними. Они сделают целые части мира непригодными для жизни.

— Да, — сказала Доун.

Джейсон издал стон, откинувшись на спинку одного из роскошных черных кресел самолета.

— Все выходит из-под контроля все больше и больше. Я должен был спасти мир, но он продолжает становиться только хуже, и все, чего я добился, — это привел людей, которые мне дороги, к их смерти.

Доун нахмурилась. — Куда мы направляемся?

— В США, — сказала Фарра. — Сеть в настоящее время раскалывается пополам из-за своей роли во всем происходящем. Формируются новые альянсы через старые границы отделений и географические границы. Рядовые против руководства — вот новые линии разлома. Кто-то, с кем мы работали в Австралии, раздобыл местоположение безопасного хранилища ядер реальности Сети США и передал его нам. Это все ядра реальности из каждого отделения США, кроме тех, с которыми экспериментируют или используют для пробуждения неизвестного количества золотых рангов.

— Мы собираемся украсть их, — сказал Джейсон. — Надежда на то, что это заставит американцев бросить все силы на сбор новых.

— То есть использовать свои золотые ранги для борьбы за ядра в зонах трансформации, чтобы пополнить запасы, — уточнила Фарра. — Что даст им меньше времени, чтобы стоять у нас на пути.

— Мы знаем, что информация ненадежна, — сказал Джейсон. — Информация попала в Австралию, так что есть хороший шанс, что она была подброшена как ловушка, или утечка была обнаружена, и ядра уже перемещены. Даже так, мы считаем, что это стоит риска из-за давления, которое это окажет на американцев, и снимет его с нас.

— Вы так думаете? — спросила Доун. — Вы сами признали, что информация в лучшем случае сомнительна. Это также отвлекает вас от вашей цели. Вам обоим нужно проанализировать свои мотивы. Это действительно лучший вариант, или это просто месть, которую у вас есть силы осуществить, раз вы не можете пойти против врага золотого ранга?

Джейсон выглядел так, будто его ударили, и собирался ответить бранью, прежде чем остановил себя.

— Чертовщина, — пробормотал он недовольно.

— Нет, цель стоит того, — настаивала Фарра.

— Да, — сказал Джейсон, — но является ли это правдоподобным исходом? Честно? Доун права, что мы мыслим неясно. Слишком много переменных.

— Я могу взломать любую магическую защиту, которую могут выставить ритуалисты этого мира, — сказала Фарра.

— Но сможешь ли ты сделать это, уворачиваясь от всей немагической защиты? — спросил Джейсон. — Дроны, датчики движения, биометрические замки. Что если это подземный бункер с одним входом и сорока серебряными рангами вокруг него? Что если мы прорубим себе путь через все это — чего мы не можем — а ядра уже исчезли? Американские серебряные ранги, может, и не уровня элиты Общества искателей приключений, но они намного лучше всех остальных, кого мы здесь видели.

— Мы можем провести разведку. Сформулировать план.

— И сколько времени вы потратите на эту операцию? — спросила Доун. — Время критично как никогда.

— Я просто…

Фарра сжала кулаки перед собой.

— …Я просто очень хочу убить кого-нибудь за то, что они сделали.

— Я знаю.

— Правда? — раздраженно спросила Фарра, вызвав гневное выражение у Джейсона.

— Да, Фарра, я знаю. Это был мой брат. Моя девушка. Мой друг детства. Ты думаешь, каждая фибра моей души не жаждет крови? Моя семья все еще живет внутри моей души, и они напуганы, потому что небо красное, и все там острое, как бритва.

Аура Джейсона вырвалась гневной волной, обрушившись на Фарру, прежде чем он насильно обуздал ее.

— Прости, — слабо сказала Фарра. — Я не должна была этого говорить.

Джейсон кивнул.

— Мы оба на взводе. Я говорю глупости даже в лучшие времена.

— Вам следует изменить пункт назначения, — сказала Доун. — Начните искать следующий узел.

— Нет нужды, — устало сказал Джейсон. — Мы уже на курсе. Следующее место, которое нам нужно осмотреть, находится в сэндвиче.

— Что? — спросила Доун.

* * * — Ты идиот, — сказала Доун.

Она, Джейсон и Фарра вышли из магазина под названием «Коричневый кувшин» в Сэндвиче, штат Массачусетс, с большим пакетом сэндвичей.

— Эти сэндвичи выглядят довольно неплохо, — сказал Джейсон.

— Они действительно выглядят довольно хорошо, — согласилась Фарра.

— И как часто тебе удается съесть сэндвич в Сэндвиче? — спросил Джейсон. — Довольно часто, если ты живешь в Сэндвиче, очевидно. Сама концепция — как сэндвич. Концептуальный сэндвич.

— Пожалуйста, перестань говорить «сэндвич», — сказала Доун.

— У тебя много силы, Доун, — сказала Фарра, — но я не думаю, что ты смогла бы остановить его, если бы твое настоящее тело было здесь.

За то время, что им потребовалось, чтобы добраться до Кейп-Кода, Сеть уже развернула операции и прорвала апертуру, на которую нацелились Джейсон и Фарра. По этой причине они решили подождать, пока те закончат после убийства монстра-якоря.

Учитывая, насколько растянута была Сеть в текущее время, они не будут так тщательно прочесывать протопространства в поисках добычи, и Джейсон собирался подождать, пока они войдут и выйдут, прежде чем совершить свое собственное вторжение. Даже если времени осталось мало, способность Джейсона продлит стабильность пространства.

Это оставило трио бродить по улицам Сэндвича, поедая то, что Доун была вынуждена признать довольно хорошим сэндвичем. Нормирование еды не ослабевало повсюду, но в Соединенных Штатах дела шли лучше, чем в большинстве мест, чем Джейсон и его спутники воспользовались.

Прогуливаясь у городского пруда, Джейсон нашел место, где за ними никто не наблюдал, чтобы выпустить свою семью из духовного хранилища, где они провели недели в изоляции с очень редкими передышками. Он даже не рискнул выпустить их на похоронную службу Кайто, и их время в его духовном хранилище стало менее приятным с момента смерти Кайто. Джейсон, может, и мог скрывать это снаружи, но его ярость и стыд стали явными для людей, живущих внутри его души. Летняя прогулка на Кейп-Коде была благословенным облегчением.

— Сколько ужасных шуток про сэндвичи сделал Джейсон? — спросила Эрика, когда Джейсон раздавал еду из пакета.

— Все, насколько я могу судить, — пожаловалась Фарра.

— Я ем сэндвич в Сэндвиче, — сказал Джейсон. — Как я мог не обыграть это?

— Беру свои слова обратно, — пожаловалась Фарра.

Эрика наблюдала за братом — его глаза, которые на самом деле не смеялись, и улыбки, которые не растягивали уголки рта так, как должны были. Она видела его в самые худшие моменты и знала, что, несмотря на все его изменения, несмотря на всю его силу, все еще оставались темные дыры, в которые он мог погрузиться. Она не была уверена, здоров ли фасад, который он выстраивал, но, по крайней мере, он пытался. Она помнила времена, когда он этого не делал.

Пока они устраивали импровизированный пикник на траве, Эрика направила нервничающую Эми к дяде, стоявшему в одиночестве, глядя на воду.

— Ты должна сказать ему, — сказала Эрика.

— Разве ты не можешь сделать это?

— Нет, — сказала Эрика своей дочери. — Ты должна нести ответственность за свой собственный выбор.

Эми нерешительно направилась к Джейсону, вложив свою руку в его. Он грустно улыбнулся, продолжая смотреть в никуда.

— Дядя Джейсон?

— Да, малышка.

— Я… не думаю, что хочу сражаться так, как ты. Я не хочу быть искателем приключений.

Джейсон повернулся к племяннице, глядя на нее испуганными глазами. Джейсон присел, одарил ее первой за долгое время беззаботной счастливой улыбкой и заключил в объятия.

— После дяди Кая, — объяснила она, пока Джейсон продолжал крепко ее держать, — я не думаю, что хочу убивать существ.

— Хорошо, — сказал он.

— Ты не разочарован?

— Ни капельки, — сказал он. — Ты должна делать то, что хочешь делать, малышка. А не то, что, как ты думаешь, я хочу, чтобы ты делала.

— Но ты потратил так много времени, обучая меня. Ты даже забрал меня из школы.

Джейсон отпустил ее и взял за плечи, глядя ей в глаза, чтобы передать свою искренность.

— Ты думаешь, это была трата времени? Ты получила много упражнений, научилась самодисциплине и магии. Что в этом плохого?

— Означает ли это, что я должна перестать изучать магию?

— Не глупи, — сказал Джейсон, взъерошив ей волосы. — В другом мире есть целое Магическое общество, ты это знаешь. Фарра уже член. Они будут в восторге от того, чтобы записать такую блестящую юную леди, как ты.

— Я все еще могу отправиться в другой мир?

— Мне нужно, чтобы ты была там, где я могу обеспечить твою безопасность, малышка. У меня есть друзья, которым я могу доверять там.

Джейсон почувствовал себя легче, когда позволил племяннице проводить его обратно к группе. Он знал, что в ней много от него самого. Он был рад, что она не будет настаивать на том, чтобы следовать его путем и платить цену, которую стоит этот путь. Даже так, он проследит, чтобы она была обучена должным образом. У него, вероятно, маленькая Клайв на руках, и она неизбежно захочет исследовать мир, полный тайн и магии. Он позаботится о том, чтобы она была готова.

Семья Джейсона была снаружи лишь недолгое время, ради осторожности, прежде чем вернуться в духовное хранилище. Фарра пошла с ними, чтобы ее можно было перенести в протопространство вместе с Джейсоном. Когда он входил в протопространство один, ему даже не нужна была апертура. В прошлом они использовали апертуры только для того, чтобы впустить остальную часть команды, но Джейсон больше не собирался этого делать.

Он не входил в протопространства напрямую в прошлом, потому что ему нужно было пространство и непрерывное время для проведения ритуалов, которые помогли бы ему найти следующий узел. Это была главная роль команды, и их отсутствие сделало бы все сложнее, особенно без Грега и его отличных способностей к зонированию. Теперь половина команды была мертва, и Джейсон больше не будет рисковать кем-либо еще. Это не оставляло причин использовать апертуры и иметь дело с Сетью.

Тень следила за операцией Сети, уведомляя Джейсона, когда она подходила к концу, и они отступали. Они даже запечатали апертуру обратно, чтобы избежать неприятностей, оставив только пару охранников на месте апертуры.

Джейсон воспринял это как свою возможность войти, выбрав место подальше от любых пользователей эссенции, которых он мог почувствовать, так как не мог скрыть свою ауру при прохождении через размерную границу.

Джейсон позволил своей ауре слиться с окружающей магией, пока не почувствовал себя почти неотличимым от мира вокруг. Когда он достиг того, что ощущалось как единство со вселенной, его тело размылось и исчезло, и он проскользнул сквозь мембрану реальности. Он выпустил Фарру из духовного хранилища сразу по прибытии в потустороннее пространство. Это было первобытное царство скалистой местности, мутной воды, низкорослых растений и горячего, тяжелого воздуха.

— Это было странно изнутри, — сказала она ему. — Как будто твой сад души внезапно расширился до горизонта на мгновение. Было это странное чувство связи со всей реальностью. Это то, что чувствуешь ты?

— Я бы скорее описал это как покалывание, — сказал Джейсон.

— Покалывание?

— Ага.

— У тебя душа поэта.

— Разве ты только что не сказала, что у меня душа связи со всеми вещами?

— Просто заткнись и продолжай спасать мир.

Джейсон и Фарра были вынуждены разработать новые подходы, чтобы гарантировать, что ритуалу не помешают бродячие монстры. Они придумали трио решений, использование каждого из которых зависело от силы протопространства. Первый вариант был для протопространств низкого ранга, где монстры были слабыми. В таких случаях Джейсон просто выбрасывал свою ауру на полную силу и дальность, что отпугивало любых монстров низкого ранга. Фарра зачищала монстров, которые все же приближались.

Следующий подход был для более мощных протопространств, где монстры могли представлять потенциальную угрозу. В этом случае Джейсон все еще проецировал свою ауру, но модулировал ее так, чтобы она казалась слабой и уязвимой. Затем он открывал банку с недугами на потенциальных хищников и позволял бабочкам рока разобраться с ними, расчищая достаточно большое пространство для работы Джейсона.

Последний подход был для самых сильных протопространств золотого ранга, если они наткнутся на такое. По возможности они вообще избегали таких пространств. Альтернативные пути стоили больше, чем риск быть съеденными.

Каким бы ни был подход, роль Фарры заключалась в зачистке и перехвате любых монстров, которые все еще бродили рядом. Это было не так надежно, как патрулирование зоны командой, но даже если были некоторые прерывания, они были уверены, что смогут заставить это работать. В данном конкретном случае им повезло, что Сеть покинула его, а монстры были низкого ранга. Это был лишь первый из многих раз, когда они будут проходить через этот процесс, но в этот раз, по крайней мере, все прошло без сучка и задоринки.

НА ГРАНИ БЕЗУМИЯ

НА ГРАНИ БЕЗУМИЯ

Джейсон, Фарра и Доун перемещались с места на место в поисках узлов, требующих восстановления. Они использовали интерфейс сетки в облачном доме, чтобы выбирать следующие пункты назначения, уточняя точность по мере того, как узнавали больше из каждого исследованного ими прото-пространства и узла. После США были Канада, Танзания, Мьянма и другие страны.

Они жили уединенной жизнью вместе с семьей Джейсона. Другие люди не сулили ничего, кроме опасности. Поиск помощи у посторонних обнажал уязвимости, а те, кто искренне хотел помочь, сами оказывались в опасности из-за связи с ними.

Их методология заключалась в использовании интерфейса сетки облачного дома для обнаружения подходящей целевой области, после чего они отправлялись туда и обустраивали облачный дом в качестве базы. Это позволяло семье Джейсона безопасно жить вне его духовного хранилища, которое постепенно становилось менее негостеприимным, но все еще было далеко от комфорта.

Как только они прибывали в регион, Джейсон и Фарра ждали формирования прото-пространств, чтобы войти внутрь и найти нужный узел. Они становились все более искусными в последовательности действий: вход в пространство, проведение ритуала и выход до того, как Сеть успевала что-либо заподозрить. По возможности они заметали следы ритуалов, надеясь, что Сеть не догадается об их закономерностях.

* * * Текущий образ жизни Джейсона и остальных оставлял много свободного времени, пока они путешествовали или ждали проявления прото-пространств. Джейсон и Фарра тратили это время на поддержание строгого графика тренировок, что не всегда было возможно, когда дела шли активно. Фарра сконструировала новый набор тренажеров для их возросших характеристик; любые немагические веса, достаточно тяжелые, чтобы быть полезными, оказывались слишком громоздкими для практического использования.

Остальное время уходило на изучение магической теории. Доун продолжала обучать Джейсона, а Эми училась у Фарры. Решив не следовать по стопам своего дяди, Эми воспряла духом и даже выбрала магическую специализацию. Фарра посоветовала не делать выбор слишком поспешно, желая, чтобы та увидела широту возможностей, которые мог предложить другой мир.

— К счастью, тринадцатилетние подростки славятся тем, что прислушиваются к хорошим советам, когда им их дают, — раздраженно сказала Фарра Джейсону во время физических тренировок, заставив его рассмеяться.

— И чему она хочет научиться? — спросил он.

— Это очень узкая область, связанная с моей, — объяснила Фарра. — Я специалист по магии формаций и плетениям. Постоянные и полупостоянные версии ритуальной магии — это одна из ключевых магических областей. Она менее специализирована, чем, скажем, астральная магия, поэтому у меня более широкая база знаний, чем та, которую развиваешь ты, и я могу задействовать множество областей.

— Понятно.

— То, на что смотрит Эми, — это специализированная версия моей области под названием интерактивность формаций. Ты понимаешь, что размещать магические формации близко друг к другу сложно, потому что они мешают друг другу, верно?

— Да.

— Интерактивность формаций — это изучение эффектов, возникающих при близком расположении формаций. На базовом уровне речь идет о снижении этих эффектов, чтобы формации можно было использовать в непосредственной близости. Продвинутые приложения включают создание позитивных взаимодействий, но это неразвитая область исследований. Она также печально известна как одна из самых непроницаемых ветвей магии, поэтому она так слабо развита.

— И моя племянница возомнила, что станет первопроходцем, — сказал Джейсон.

— Должна признать, она невероятно умна, — сказала Фарра. — И все же эта область — целая карьера. Если она хочет пойти по этому пути, у нее не будет времени быть искателем приключений. Это исследования в духе «запереться в комнате и никогда не выходить».

— Полагаю, ты намерена продолжать работать над ее базовыми навыками, пока не устроишь ее в отделение Магического общества, чтобы расширить ее кругозор?

— Именно так я и намерена поступить. Мое беспокойство в том, что она такая же упрямая и непредсказуемая, как ты и твоя сестра.

— Уверен, все будет в порядке, — сказал Джейсон.

* * * Хотя жизнь в облачном доме была в значительной степени изолирована от мира, интернет служил окном в то, что они упускали. Где-то всегда работал хотя бы один новостной онлайн-канал, и по мере того, как проходили недели, они все больше радовались, что пропускают все это. Пока они прятались, тихо выполняя свои задачи, мир все стремительнее балансировал на грани безумия.

— Это что, кентавр? — спросил Джейсон, взглянув на настенный монитор после выхода из душа после тренировки.

— Нет, — ответила Фарра, также выходя. — Это много кентавров.

— Я знаю, что у Зальцбурга есть шарм старого мира, — сказал Джейсон, — но когда мы были в Австрии, кентавров там не было, верно?

— Были, — сказала Доун. — Как и другие члены Кабалы, они веками становились экспертами в сокрытии своего присутствия.

— Им приходится, — сказал Джейсон. — Нельзя скрыть, что ты наполовину лошадь, просто надев свободные брюки. Мой друг Крейг однажды сказал мне, что все члены Кабалы могут сойти за людей, принимать человеческий облик или иным образом имеют средства оставаться скрытыми от мира. Обычно это сочетание способностей к иллюзиям, уединенности, легенд о горных жителях, домах с привидениями, загадочных существах в лесах и так далее.

— Это неполное, но достаточное описание, — сказала Доун.

— Откуда берутся такие существа? — спросила Фарра. — Кабала всегда казалась мне странной. Как в мире с низким уровнем магии могут существовать такие откровенно магические существа? Он даже не развил нечеловеческие виды, использующие эссенцию.

— Как и многие проблемы этого мира, — сказала Доун, — это проистекает из того же первородного греха.

— Первородного греха? — переспросил Джейсон. — Ты что, перенимаешь наши повадки, Доун?

— Коннотации этого термина полезны для описания, — ответила Доун. — Все восходит к тому, как изначальный Строитель создал семя этой вселенной, используя паттерны существующих миров. Есть причина, по которой вмешались другие великие астральные сущности. Этот мир теперь опустошен последствиями того выбора, в то время как твой мир, мисс Хурин, тоже подвергается воздействию. Скоро он также в полной мере ощутит последствия эксперимента Строителя.

— Которые мы собираемся высвободить, — несчастно сказала Фарра.

— Чтобы провести операцию, нужно сделать надрез, — сказал Джейсон. — Если есть лучший вариант, ты его используешь, но иногда его просто нет.

— Именно так, — согласилась Доун.

— Значит, члены Кабалы — это отголоски миров, на которых основывал этот мир изначальный Строитель, — сказал Джейсон.

— Да, — подтвердила Доун. — Еще до того, как уровень магии начал расти, существа возникали из несоответствий нетрадиционных способов, которыми была создана ваша вселенная. Это было редкостью, но за сотни, тысячи, миллионы лет они постепенно появлялись. И, как и другие живые существа, они эволюционировали. От простых магических сущностей до сложных существ, они адаптировались к окружающей среде на протяжении бесчисленных поколений, оставаясь при этом сформированными своим происхождением. Поскольку они были редки, даже обладая силой, выживали те, кто адаптировался, чтобы оставаться скрытыми.

— Значит, они действительно связаны с зонами трансформации, — сказала Фарра.

— По факту, да, — сказала Доун. — Все магические вещи со временем будут становиться сильнее по мере роста фоновой магии. Частично причина того, что пользователи эссенции Земли посредственны, заключается в том, что они проводят большую часть времени, страдая от низкоуровневого магического голода. Эти зоны трансформации, по-видимому, влияют на членов Кабалы даже больше, чем растущая фоновая магия.

— Вот почему они побеждают в конкуренции за ядра реальности, — сказал Джейсон. — Зоны трансформации, в которых они сражаются, делают их сильнее.

— Если Кабала стремится возродить кучу древних вампиров, разве это не плохо? — спросила Фарра.

— Я почти уверен, что да, — сказал Джейсон. — Но мы ничего не можем с этим поделать, кроме как продолжать делать то, что делаем. Мы — два человека, а не армия, способная бегать по всему миру и соревноваться за ядра.

— Именно, — сказала Доун. — Мудро сосредоточиться на том, что вы можете сделать, и не беспокоиться о том, чего не можете.

* * * Первый узел, который Джейсон успешно идентифицировал и восстановил прямо перед битвой с золотым рангом, оказался одним из тех, которые им нужно было найти. Процесс не всегда был надежным. Узлы в США и Мьянме оказались ложноположительными и не требовали ремонта. Единственная польза заключалась в том, что с каждым неудачным узлом они становились лучше в устранении дальнейших ложных срабатываний, совершенствуя процесс. Узлы в Канаде и Танзании были изменены, и Джейсону удалось исправить оба.

Пока они работали, погружение в хаос, начавшееся с волн монстров и событий трансформации, усиливалось. Всего за несколько недель ситуация стала значительно хуже, поскольку части крупных городов начали попадать в зоны трансформации.

Район Бэнкстаун в Сиднее превратился в город с низкоуровневой вулканической активностью и каменными зданиями. Люди там в основном превратились в представителей расы тлеющих, с ониксовой кожей и светящимися огненными глазами. Затронутая область включала аэропорт Бэнкстаун, который был главным транспортным и логистическим узлом отделения Сети в Сиднее. Мало того, что персонал Сети, не являющийся пользователями эссенции, трансформировался, так еще и их самолеты превратились в птицеподобные магические конструкции. Это сделало их неработоспособными без пользователя эссенции, обладающего способностью использовать специализированные магические инструменты — способность, которая редко появлялась на Земле.

Земля пошла по пути магитеха, сочетая технологии с магией. С точки зрения доступности, удобства и стоимости это было объективно лучше, чем полагаться исключительно на магические устройства. Магитехническая связь была гораздо практичнее, а для управления транспортными средствами не требовался кто-то вроде Клайва с особой силой.

В Паллимустусе тоже были транспортные средства, которыми мог управлять любой, но они работали только в зонах высокой плотности магии. Только что-то вроде вихревого аккумулятора в облачных конструктах Джейсона могло обойти эту проблему, но это был уровень магической инженерии, неразвитый на Земле. Магитехи были гораздо лучше приспособлены к условиям Земли и развивались в других направлениях.

Аэропорт Бэнкстаун теперь был покрыт каменными зданиями, с лавой, скапливающейся в случайных местах, и кучей гигантских металлических птиц, которые не могли двигаться. Это сильно затруднило работу сиднейского отделения Сети, особенно когда они присоединились к растущему движению, активно выступающему против глобального руководства Сети.

Быстро возникли три фракции: китайские отделения и те, кто вступил с ними в союз, добровольно или нет; США, которые не принимали союзников; и большая часть того, что осталось. Эта третья фракция была самой крупной, но также самой разрозненной и наименее стабильной. Люди, связанные с Международным комитетом, разделились примерно поровну между тремя фракциями.

Первые две фракции были сильно сосредоточены на получении ядер реальности и, соответственно, стали открытыми соперниками. Третья фракция взяла название, которое Сеть публично использовала — Глобальная Сеть Обороны — и продолжила перехватывать прото-пространства. Что они сделали, так это взяли американское написание «defense» с буквой «s» и изменили его на международное «defence» с буквой «c». Большинство государственных органов продолжали работать с этой фракцией, обеспечивая столь необходимую легитимность и поддержку.

Иногда события трансформации были относительно мирными, хотя это случалось редко. Коконат-Гроув в Майами, штат Флорида, превратился в эльфийскую утопию с прекрасной архитектурой, переплетенной с богатыми, раскидистыми садами. Жители превратились в прекрасных эльфов, что, хотя и было травмирующим, могло быть гораздо хуже.

Чаще встречались случаи, подобные Уэст-Кэнфилду в Детройте. Люди превратились в гоблинов, а их дома — в подземные норы, что быстро превратилось в беззаконную зону боевых действий, куда для восстановления порядка была отправлена Национальная гвардия. После того как первых ужасных бывших людей расстреляли, ситуация быстро вышла из-под контроля.

Зоны трансформации колебались в размерах: от одного-двух километров в поперечнике до поглощения целых крупных городов. Менее развитые районы, такие как фермы и сельская местность, как правило, имели большие площади поражения, в то время как события в городах были более локализованными. Несмотря на меньший масштаб, как только крупные города оказывались затронуты, это было похоже на пересечение невидимой черты между стабильностью и хаосом.

Конфликт между магическими фракциями стал более острым и его стало труднее скрывать от широких масс населения. По мере того как открытые сражения выплескивались за пределы зон трансформации, люди мира осознали, что идет война и что их единственные варианты — быть невинными свидетелями или сопутствующим ущербом. Супергерои ЭОА сражались с пользователями эссенции Сети, которые сами оказались втянуты во внутренние распри.

Эскалацию подстегивало знание того, что с каждым днем мифологические существа Кабалы обретают все большую силу, действуя все более открыто. Кентавры, огры, феи и другие существа вызывали восторг и ужас, когда их замечали СМИ и открывали миру.

Кабала уже доминировала бы, если бы не тот факт, что, как и в случае с Сетью, текущие события выявили старые линии разлома в их организации. Фракционная борьба процветала, поскольку конфликты, более древние, чем любая живущая цивилизация, разгорались вновь.

Правительственные силы вмешивались, как могли, по мере того как города быстро превращались в поля сражений. Альянсы правительства и Сети были напряжены или разорваны, что часто было лучшим сценарием. В Китае и США агенты «глубинного государства» Сети быстро захватили контроль.

Фракция Глобальной Сети Обороны делала все возможное, чтобы удержать все вместе. Другие фракции Сети были сосредоточены на своих конфликтах друг с другом, ЭОА и Кабалой, сражаясь за ядра реальности, что позволило ГСО заявить права на инфраструктуру сетки и продолжить перехватывать прото-пространства. Быстро заключая новые соглашения с мировыми правительствами, они избежали войны за ядра реальности. Самой большой проблемой было то, что многие из их персонала серебряного ранга были перетянуты в другие фракции, что делало вторжения в измерения более высокого ранга трудными и опасными для обработки.

Были введены чрезвычайные полномочия и военное положение. Города, которые были в значительной степени защищены от волн монстров, теперь стали полями сражений. Люди бежали в сельскую местность, чтобы спастись от боев. Джейсон тем временем продолжал свою работу, пока недели превращались в месяцы. В то же время, когда он прибыл в свое последнее место назначения, Венесуэлу, древние вампиры, о которых беспокоились не входящие в Кабалу фракции, заявили о своем присутствии в городе Венеция.

ПОПЫТКА ПРОЯВИТЬ МИЛОСЕРДИЕ

ПОПЫТКА ПРОЯВИТЬ МИЛОСЕРДИЕ

В Венесуэле Джейсон идентифицировал и восстановил еще один узел. Он начал привыкать к процессу, и время, необходимое для этого, сократилось до менее чем часа. Покинув пространство узла, он открыл портал обратно в облачный дом, который в данный момент был замаскирован под комплекс наспех возведенных сборных зданий в горном городке Галипан.

Расположенный недалеко от Каракаса, Галипан долгое время был туристическим центром, но быстро превращался в убежище для чиновников среднего звена и военных из Каракаса и Ла-Гуайры. После того как событие трансформации спровоцировало открытую битву между магическими фракциями, многие фигуры среднего и низшего звена власти немедленно попытались сбежать.

Галипан был упущен из виду высокопоставленными чиновниками, что позволило людям среднего звена заселиться туда и вытеснить местных жителей, присвоив гостиницы и резиденции себе. Новые сборные здания были собраны для их вспомогательного персонала, а не для перемещенных местных жителей.

Семья Джейсона отсиживалась в облачном доме, пока Джейсон и Фарра в очередной раз проходили через серию прото-пространств, чтобы точно определить нужный узел. Доун оставалась с облачным домом, чтобы перехватить любую опасность, теперь, когда она обладала аватаром серебряного ранга.

Никто не покидал облачный дом, кроме Джейсона и Фарры. Куча иностранцев не выглядела бы неуместно, когда это была туристическая деревня, но теперь они выделялись бы как бельмо на глазу. Все они были поглощены просмотром новостей со всего мира, пока порядок рушился.

Города переходили под военное положение или становились зонами открытых боевых действий, где солдаты сражались с пользователями эссенции, которые сражались с супергероями, которые сражались со всевозможными странными существами. Канал за каналом, новостной сайт за новостным сайтом показывали мир, погружающийся в катастрофу и беспорядки.

«…беспорядки «марионеточного президентства» продолжаются во многих крупных городах США, а попытки новой администрации мобилизовать Национальную гвардию в ответ встречают сопротивление со стороны некоторых губернаторов штатов…»

«…представитель заявил, что в КПК нет внутренних распрей после недавних кадровых перестановок, но из-за продолжающегося медиа-блэкаута в Китае невозможно узнать истинное состояние…»

«…внутренние распри в Глобальной Сети Обороны были названы причиной нового всплеска монстров в небольшом островном государстве…»

Вся семья сидела вместе в гостиной, наблюдая, как мир рушится.

— Это как смотреть на конец света, — сказал Ян, муж Эрики, когда Джейсон, Фарра и Доун вернулись в облачный дом.

— Это то, чего мы пытаемся избежать, — сказал Джейсон.

Его семья повернулась, чтобы посмотреть на вернувшуюся троицу.

— Как все прошло? — спросил Кен, отец Джейсона.

— Еще один готов, — сказал Джейсон. — Пора собираться и двигаться дальше.

— Не совсем, — сказала Доун. — Есть еще кое-что, с чем нужно разобраться.

— Что именно? — спросил Джейсон, а затем наклонил голову, словно пытаясь услышать что-то вдалеке.

— О, — сказал он, когда что-то вошло в радиус действия его аурального восприятия, двигаясь быстро. — Я позабочусь об этом.

— Что это? — спросила Фарра.

— Какие-то прихвостни ЭОА, — сказал Джейсон. — Мы неплохо справлялись, но кто-то рано или поздно должен был нас найти, а ЭОА работает с местным правительством.

— Почему ЭОА преследует тебя? — спросила Фарра. — Я думала, Норт хотел, чтобы ты делал то, что делаешь.

— Так он сказал, — ответил ей Джейсон. — Может, он лгал. Может, он хочет проверить мою способность влиять на магию Строителя после поглощения двери. Скорее всего, он просто ничего не сказал об этом своей организации.

— А что, если его организация в итоге остановит тебя? — спросила Фарра.

— Значит, Джейсон в любом случае был недостаточно силен, чтобы выполнить работу, — сказала Доун, а затем повернулась к Джейсону. — Разберись с ними, и мы сможем отправиться в путь.

* * * Целых двадцать супергероев в одинаковых псевдовоенных нарядах летели по воздуху, поднимаясь в гору. Приблизившись к городку Галипан, они замедлились и выпустили дрон с камерой в соответствии с протоколами Лиги Героев по работе со СМИ. Они приближались к городу низко и медленно, убедившись, что люди там имеют шанс заметить их и достать телефоны. Летающие сверхлюди зависли над городом и новой россыпью сборных конструкций.

— Который из них? — спросил один из них у своего лидера. — Нам начать обыск?

— Нет нужды, — сказал лидер, кивнув на фигуру, поднимающуюся из-за зданий.

Он медленно летел к ним, плащ расправлялся позади, словно черные как пустота крылья. Под плащом была мантия цвета темной, засохшей крови. Из-под капюшона плаща виднелась пара серебряных глаз, сияющих, как звездный свет, а вокруг него парили два больших сине-оранжевых глаза-сферы.

— Джейсон Асано, — громко объявил лидер, убедившись, что его голос будет записан на камеры телефонов. Он говорил по-английски, что подсказало Джейсону, что все это ради пиара.

— Я — Авторидад, — объявил лидер. — Мы берем вас и ваших сообщников под стражу.

Зависнув в воздухе, герои рассредоточились полукругом вокруг Джейсона. Плащ-крылья Джейсона удерживал его в воздухе, и он выглядел почти как под водой, когда плащ развевался вокруг него. У героев были более строгие и практичные наряды, чем у их коллег из США, а их костюмы имели милитаристский и авторитарный стиль. Венесуэльский флаг был на видном месте. Венесуэла вытеснила Сеть в пользу ЭОА и их супергероев — договоренность, которая держалась даже во время нынешнего хаоса.

— Как много вы знаете о процессе, который дал вам ваши необычайные способности? — спросил Джейсон. — Знали ли вы, что более ранние, слабые версии этого процесса имели привычку сводить людей с ума? Причина, по которой ваше поколение не заканчивает так же, заключается в том, что внутри вас есть нечто, называемое заводным яд—”

— Мы здесь не для того, чтобы слушать тебя, Асано, — перебил его Авторидад. — Сдавайся или нет.

— Я пытаюсь объяснить, почему преследование меня — плохая идея, — сказал Джейсон. — Я пытаюсь проявить милосердие. Я не знаю, что произойдет, когда—

Джейсон снова был прерван, так как из глаз Авторидада в его сторону ударили лучи. Одна из сфер вокруг Джейсона превратилась в силовой щит, пошедший рябью, словно вода, когда он перехватил удар.

— Послушай, Генерал Зод из банановой республики, — сказал Джейсон. — Это твой шанс уйти. Улетай, или что там еще. Пожалуйста, воспользуйся им.

— Вы, маги эссенции, все считаете себя такими могущественными. Ты упомянул более слабые версии нас, которые были раньше. Ты знаешь, что они могут увеличивать свою силу, да? Ты можешь быть достаточно высокомерным, чтобы думать, что сильнее всех нас, но теперь у нас есть усиление, достаточно мощное, чтобы работать на нас. Используя силу ядер реальности, мы можем стать гораздо могущественнее тебя.

— Почему только ты можешь монологать? Я думал, я здесь злодей, супергерой.

Авторидад потянулся к инъекционной ручке в ножнах на поясе.

— Не делай этого, — предупредил Джейсон.

Авторидад проигнорировал Джейсона и схватил инъекционную ручку. Затем он выронил ее, так как он и его коллеги-супергерои одновременно начали биться в конвульсиях и упали с неба. Они с грохотом приземлились на улицу внизу, а люди, снимавшие на телефоны, разбежались в стороны. Джейсон опустился посреди павших героев, которые продолжали дергаться на земле.

Плащ Джейсона исчез, когда он ступил на землю, открыв невозмутимое лицо, пока он обводил взглядом героев. Серебряная жидкость сочилась из их слезных протоков, когда их судороги прекратились, вместе с их жизнями.

— Так вот что происходит, — рассеянно пробормотал Джейсон. Использование его атаки душой, по-видимому, было весьма эффективным против заводных ядер. Поглощение двери усилило его способность влиять на магию Строителя, хотя как это сработает против звездных семян, он не знал. Он с нетерпением ждал возможности узнать.

В городе было тихо, люди расступались перед ним, пока он игнорировал их, направляясь к одному из зданий. Его семья вышла из него, и он поглотил здание в свою облачную флягу.

* * * Снова летя над океаном в форме самолета Тени, Джейсон, Фарра и Доун находились в небольшой конференц-каюте, обсуждая свое следующее место назначения.

— Уточнив параметры поиска с помощью деталей последнего узла, — сказала Фарра, — у нас есть два подходящих региона для поиска следующего. Один в Австралии, другой в Европе.

— Я хотел бы вернуться домой, — сказал Джейсон. — Я знаю, что деревню удалось оградить от всего, что мы видели в новостях, но я все равно хотел бы проверить ее. К тому же есть та загадочная вещь, которую Доун устроила для нас, пока была между аватарами.

— Вопрос в Европе, — сказала Фарра. — Венеция была полностью захвачена вампирами. Они стремятся создать для себя безопасное убежище, и на этом все, или это только начало? Нам стоит отправиться сейчас, пока ситуация не ухудшилась, или дать время и подождать, пока все уляжется?

Джейсон рассеянно постучал пальцем по губам, обдумывая.

— Крейг Вермиллион предположил, что этих старых вампиров гораздо больше, чем мы видели, — сказал он. — Особенно в Европе. Думаю, я предпочел бы знать, во что мы ввязываемся, даже если это плохо, чем оказаться втянутым в какое-то вампирское восстание.

— Если бы мы были там, — сказала Фарра, — может быть, мы могли бы изменить ситуацию.

— Мы и так меняем ситуацию, — сказал Джейсон. — Чем быстрее мы перекроем поставки ядер реальности, тем быстрее вампиры вернутся в свой ящик.

— Эти ядра — не то же самое, что духовные монеты, — сказала Доун. — Потребуется время, прежде чем они будут поглощены. Как только Кабала пробудит своих вампиров, пройдет немало времени, прежде чем они вернутся в сон.

— Тем более важно закончить с этим, — сказал Джейсон.

— У нас было достаточно отвлечений, — согласилась Доун. — Мы пытаемся помочь всему этому миру, а не только некоторым людям в нем.

— Значит, Австралия, — сказала Фарра. — Может, пора объяснить, что ты устроила для нас? Ты сказала, это личное.

— Я объясню после того, как сестра мистера Асано закончит с ним, — сказала Доун. — Тебе и мне стоит дать им немного уединения.

Раздался гневный стук в дверь каюты, и все они почувствовали ауру Эрики по ту сторону. Доун и Фарра покинули каюту, впустив Эрику. Эрика вошла и бросила на стол планшет, на котором была поставлена на паузу видеозапись.

Джейсон не стал спрашивать, вместо этого потянувшись, чтобы снять видео с паузы.

«…тревожные кадры, рекомендуется осмотрительность зрителей. Похоже, что первый в мире супергерой стал полноценным злодеем, убив целую команду венесуэльских супергероев. Правительство Венесуэлы выступило с заявлением, что это повлияет на их способность предотвращать волны монстров…»

Джейсон снова поставил видео на паузу и встретил взгляд сестры с пустым выражением лица.

— Что такое, Эрика? — мягко спросил он.

— Ты теперь просто убиваешь людей в новостях?

— Да.

— Что моя дочь должна думать об этом, Джейсон? Ты знаешь, как сильно она на тебя равняется. Она боялась сказать тебе, что не хочет идти сражаться с монстрами вместе с тобой, а теперь видит, как ты убиваешь людей по телевизору?

— А что? У них была аудиозапись этого? Они приходили не только за мной, Эрика. Они приходили за всеми нами. Я не позволю этому случиться. Не снова.

— И что? Ты убьешь любого, кого потребуется, чтобы это произошло?

— Да.

Эрика сменила гнев на смятение от той тихой решимости, с которой Джейсон отвечал на ее вопросы.

— Ты переживал, что совершенные тобой поступки изменят тебя, — сказала она.

— Да.

— Ты был прав.

С обеспокоенным взглядом на брата Эрика покинула каюту.

— Я знаю, — прошептал Джейсон пустой комнате.

* * * Крейг Вермиллион вел небольшой катер по гавани Сиднея, приближаясь к более крупному судну и пришвартовываясь рядом. Он привязал свою лодку и легко перепрыгнул с одной на другую.

Более крупная лодка была модифицированным рыболовецким судном, к которому была прикреплена мощная цепная лебедка для вытягивания тяжелых предметов с глубины. Крейг прошел мимо экипажа, человеческих приспешников Кабалы, и вошел в капитанскую каюту.

— Крейг, — поприветствовал его человек внутри, вставая, чтобы пожать руку Вермиллиону.

— Франклин.

Крейг посмотрел на большую хрустальную бутылку на столе, надежно закрепленную в коробке с поролоновой подкладкой. Внутри бутылки была пурпурная жидкость.

— Это она? — спросил Крейг.

— Она самая, — сказал Франклин.

— Буквально голубая кровь.

— Не знаю, как они ее делают, — сказал Франклин. — Я мельком видел один из их магических камней. Честно говоря, я бы предпочел держаться подальше от всего этого. Что я и делаю.

— Все еще с этой шуткой, Фрэнк? Ты рассказываешь ее, что? Сорок, пятьдесят лет? Хоть кто-то когда-нибудь смеялся?

— Сейчас не время для смеха, верно?

— Это не оправдание, Фрэнк, — сказал Крейг, затем его плечи поникли. — Знаешь, тебе не обязательно возвращаться в Кабалу. Если ты не хочешь быть частью этого, ты не обязан.

— Я не из тех, кто бунтует, Крейг.

— Это не обязательно должен быть бунт. Ты можешь просто затаиться где-нибудь и подождать, пока все уляжется.

— Ты действительно думаешь, что это произойдет?

— Ядра реальности продержатся лишь некоторое время, — сказал Крейг, указывая на бутылку с модифицированной кровью. — Как только они не смогут делать больше этого, древние вернутся ко сну.

— При условии, что твой паренек Асано каким-то образом умудрится распутать весь этот беспорядок.

— Он умудрится.

— Он один человек. Он могущественен, но по сравнению с древними? Мы уже знаем, что он проиграл магу эссенции из своей собственной группы. Так сейчас обстоят дела, Крейг. Нам нужно конкурировать.

— Это не обязательно должна быть гонка вооружений.

— Да, Крейг. Должна.

Вермиллион вздохнул.

— Я ухожу, — сказал он. — Если я не могу это остановить, по крайней мере, я не буду в этом участвовать.

— Ты можешь пожалеть об этом, Крейг.

— Когда ты так стар, как мы, Фрэнк, сожаление неизбежно.

— А разве это не правда.

Франклин достал флешку и протянул ее Крейгу.

— Список конспиративных квартир и тайников со снабжением, которых, как мне кажется, нет в официальных записях, — объяснил он. — Но никаких гарантий, так что держи ухо востро. Коды безопасности и протоколы — все там.

— Они будут не в восторге, если узнают, что ты дал мне это.

— Тогда не говори им.

Крейг взял флешку со смехом и снова пожал руку другу.

— Удачи, Фрэнк.

— Тебе тоже.

— Ты уверен, что не пойдешь со мной?

— Уходи, Крейг. Ты захочешь быть далеко, когда мы разбудим этого парня.

Крейг вернулся на свою лодку и отчалил. Он вытащил батарею из телефона и выбросил их обоих в гавань. Позади него огромная цепная лебедка на лодке пришла в грохочущее, работающее на дизеле действие. Крейга и его лодки и след простыл к тому времени, как она подняла из воды нечто, похожее на каменный саркофаг.

ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ

ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ

В Деревне Асано внутри дома тихо поднялась портальная арка. Шерил Асано, мать Джейсона, замерла, словно время остановилось. Она мало видела своего младшего сына с момента его возвращения из предполагаемой смерти, разве что в новостях. Она вообще не видела его с тех пор, как ее старший сын последовал за ним во все более безумный мир, только чтобы вернуться трупом. Она видела его знаменитый портал лишь несколько раз вживую. Как и большинство людей в Австралии, она видела его в новостях, когда тысячи жителей Брокен-Хилла спасались через него. Она снова и снова смотрела в интернете все, что могла найти о своем сыне.

Она сглотнула, когда ее сын шагнул через портал, его выражение лица было слегка удивленным, когда он обнаружил мать, стоящую прямо перед ним.

— Здравствуй, мама.

— Джейсон, я… — она осеклась, не зная, с чего начать.

— Придержи эту мысль, — сказал он, когда Эрика и Эми вышли из портала. Ни одна из них не видела ее со времени смерти Кайто и, в отличие от Джейсона, сразу бросились обнимать ее.

— Я тихонько соберу людей, — сказал Джейсон. — Мама, мы используем твой дом как место сбора, потому что здесь более незаметно. Я не знаю, сколько людей являются глазами и ушами посторонних.

— Джейсон… — начала она, но его тень поднялась. Он шагнул в нее и исчез.

* * * Джейсон нашел Тайку в главном офисе безопасности деревни и радостно заключил большого мужчину в крепкие объятия.

— Мне жаль насчет твоего брата, бро.

— Спасибо, приятель.

Изначально Джейсон намеревался взять Тайку в команду, путешествующую с ним, но передумал. Он не хотел полностью лишать деревню людей, которым мог доверять и на которых мог положиться. Учитывая, что в противном случае Тайка, скорее всего, был бы мертв, он почувствовал облегчение от того, как все сложилось.

— Бро, я видел, как ты убил тех супергероев своим разумом. Говорят, ты теперь настоящий суперзлодей, но если остальные парни одеты как диктаторы из третьего мира и летают вокруг, как М. Байсон, то это делает тебя хорошим парнем, насколько я могу судить.

— Ты не думаешь, что я плохой, раз убил всех этих людей?

— Они пришли за тобой и твоими, бро. Положи их жестко и не оглядывайся.

Джейсон знал, что, несмотря на свой жизнерадостный характер, Тайка уже видел темные дни до того, как появился Джейсон, покинув Новую Зеландию подростком, чтобы избежать опасных обстоятельств. Тайка познакомился с жестокостью и изменчивостью смерти задолго до Джейсона.

— Тайка, мне нужно, чтобы ты собрал некоторых людей в деревне и отвел их к дому моей матери.

— Что мне им сказать, когда они спросят почему?

— Что это обязательно, и ты не знаешь. Вообще не упоминай меня. Некоторые из них, вероятно, отреагируют плохо.

— Без проблем, приятель, — заверил его Тайка. — Я все сделаю.

* * * Джейсон был очень хорош в сокрытии любого рода нервозности или неуверенности, как в языке тела, так и в своей ауре. Он был заметно встревожен, когда почувствовал, как группа людей приближается к входной двери его матери.

Они были последними, кто прибыл по плану; Джейсон попросил Тайку привести их в конце. Там уже было немало людей, заполнявших даже просторное пространство дома его матери с открытой планировкой. Уже прибыли Эми и ее дочери, слишком маленькие, чтобы понять, что происходит. Присутствовали японские сестры Асано и Ицуки, а также семья покойного друга Джейсона, Грега. Они знали Джейсона с тех пор, как он был подростком, но теперь смотрели на него как на незнакомца. Между тем, кем и чем стал Джейсон, и смертью их сына, Джейсон мог ясно и четко чувствовать недоверие и враждебность в их аурах.

Джейсон ожидал худшего от людей, которых Тайка вел к двери. Семья Карадениз, родители и братья Аси, были ошеломлены, увидев всех этих людей. Когда они заметили среди них Джейсона, их выражения лиц помрачнели.

— Мистер и миссис Карадениз…

Длинные ноги матери Аси позволили ей пересечь комнату всего за несколько шагов, где она громко ударила Джейсона по лицу. Джейсону нечего было сказать, он склонил голову, как делал перед семьей Грега. Он чувствовал, что его глаза должны наполняться слезами, но это было не то, что делало его тело. Прошли годы с тех пор, как Джейсон был человеком, но он никогда не чувствовал себя настолько нечеловечным, как в тот момент.

— Почему мы здесь? — враждебным голосом спросил отец Аси.

Джейсон рассеянно кивнул, скорее самому себе, чем кому-либо еще.

— У меня есть друзья, которые предоставили нам уникальную возможность, — сказал Джейсон. — Такую, которая, насколько мне известно, никогда не предоставлялась никому другому на Земле.

— Какого рода возможность? — спросил отец Грега.

— Надеюсь, возможность для утешения, — сказал Джейсон, поднимая портал. — Пожалуйста, проходите все.

— Ты серьезно ожидаешь, что мы пройдем через это? — спросила мать Аси.

— Если вы решите не делать этого, я пойму, — сказал Джейсон. — Если это ваше решение, я не скажу вам, что вы упустили. Я не хочу, чтобы вы несли это сожаление всю оставшуюся жизнь.

— Почему бы просто не сказать нам прямо сейчас, что там находится? — спросил отец Аси.

— Потому что я не думаю, что вы мне поверите, — сказал Джейсон. — Даже если поверите, я беспокоюсь о недопонимании, если вы не увидите это сами.

— Не играй в игры, — сказал отец Грега. — Тебе всегда нравилось играть в игры, Джейсон, но я этого не потерплю.

— Это верно, — сказал отец Аси. — Что на другой стороне твоей магической двери, Асано?

Джейсон долго смотрел на него пустыми глазами.

— Ваша дочь, — сказал он наконец. — Проходите или нет. Все, что я предлагаю вам — это выбор.

— Что ты…

Тень поднялась из тени Джейсона. Джейсон шагнул в нее и исчез.

— Мам, ты с ума сошла? — спросил брат Аси. — Он убил кучу людей своим мозгом. Это было два дня назад.

* * * Джейсон использовал свою способность прыгать по теням между телами Тени, чтобы не расходовать энергию своего портала. Он появился рядом с другой стороной портала, которая находилась примерно в двадцати километрах от берега Деревни Асано, на вершине башни в центре его облачного дворца.

Джейсон наконец использовал конфигурацию дворца своей облачной фляги. Она создала раскидистую конструкцию, плавающую на поверхности Тихого океана, океанские волны не заставляли ее даже содрогнуться. Она была твердой, как остров, но меньше, чем форма дворца, которую предпочитал Эмир, поскольку Джейсон обычно развертывал свои облачные конструкции в их адаптивных формах.

Адаптивная форма предлагала как защиту от магии поиска, так и маскировку от прямого наблюдения. Дворец был полностью выполнен в оттенках синего и белого, которые со спутника были бы неотличимы от окружающей воды.

Даже в адаптивной форме дворец был раскидистым и огромным. Серия концентрических колец составляла четырехэтажные здания, соединенные крытыми переходами под открытым небом, подобно спицам колеса. В центре колеса находилась восьмиэтажная башня с плоской крышей, спроектированной как смотровая площадка. Именно здесь появился портал, соленый океанский ветер дул над ним, несмотря на высоту.

Джейсон ждал, зная, что в его отсутствие идет дискуссия. Наконец признавшись себе, что он не так способен побуждать людей к действию, как когда-то думал, он оставил Эрику и Эми своими представителями. Даже его короткая демонстрация с семьями Грега и Аси показала ему, что он только ухудшит ситуацию. К удивлению Джейсона, когда кто-то наконец прошел через портал, это был отец Аси.

— Асано, что ты имеешь в виду, говоря, что моя дочь…

Его слова затихли, когда он заметил плавающий дворец вокруг себя, прекрасное здание из облаков, раскинувшееся перед ним. Больше людей проходило через портал, рассредоточиваясь вдоль балюстрады, опоясывающей крышу башни, и глазея на дворец. Эрика подошла, чтобы встать рядом с братом, зацепившись рукой за его локоть, пока они смотрели на дворец внизу и океан за его пределами.

— Ты однажды сказал мне, что вернулся, чтобы показать мне чудеса, — сказала она. — Со всеми ужасами, которые принесла магия, легко забыть о чудесах.

— Я думал, что буду единственной магической вещью в этом мире, — сказал Джейсон. — Жаль, что я не оказался прав.

В центре плоской крыши башни была огромная подъемная платформа, и Джейсон направил всех на нее. Он мог бы открыть портал прямо к их месту назначения, но хотел подготовить их к тому, чтобы стать свидетелями необычайного. По этой причине он повел их извилистым путем через дворец, по пути подбирая Кена, Хиро и Юми.

Интерьер дворца был более красочным, чем замаскированный экстерьер, с великолепными цветами заката, которые были стандартными для облачных конструктов. Он также был наполнен растениями, которые Джейсон собрал во время своего долгого пребывания в джунглях астрального пространства Ордена Жнеца, с пышными зелеными листьями и яркими цветами. Поскольку все они были немагическими растениями, кормление облачной фляги квинтэссенцией растений, земли и воды было достаточно для их поддержания. Растения джунглей придавали дворцу пышный, тропический вид, дополненный богатыми, свежими ароматами.

Группа потеряла всякое желание допрашивать Джейсона на данный момент. Они осматривали чудесное пространство, пока Джейсон не привел их в обширную и пустую камеру. Она была круглой формы, с высоким потолком над головой. Единственными вещами в комнате были Доун, Фарра и три тела Тени. Каждый экземпляр Тени стоял посреди адски сложного ритуального круга, все в ряд. Был четвертый, пустой ритуальный круг, расположенный позади линии из трех, которые занимала Тень. Все четыре круга были завалены духовными монетами всех рангов, даже с бриллиантовой монетой в каждом.

— Я уверен, вы все видели моего спутника, Тень, — сказал Джейсон. Тень, действительно, был хорошо известной фигурой, даже однажды дав интервью, когда Джейсон разрешил медийный пресс-тур в Деревне Асано.

— Чего вы, возможно, не знаете, так это того, что прародитель Тени — его отец, если хотите — это сущность, которая управляет душами мертвых.

Это вызвало волнение в группе. Джейсон почувствовал горе, гнев и недоверие в их аурах.

— Это, — сказал Джейсон, жестикулируя, — Доун. Она глубоко замечательный человек, не только из-за своего происхождения и силы, но и из-за своей доброты. Недавно она нашла время, чтобы связаться с отцом Тени, чтобы сделать нам всем подарок. Я даже не знаю, какую цену она заплатила за этот подарок. Она отказывается нам говорить. Достаточно сказать, я вполне уверен, что она была велика.

— О чем ты говоришь, Асано? — спросил отец Аси. Его шок от их окружения проходил, а вместе с ним и терпение. — Если это какой-то бессмысленный спиритический сеанс…

— Это именно он и есть, — сказал Джейсон. — То, что у нас есть для вас здесь, — это возможность, о которой так многие, потерянные в горе, могут только беспомощно мечтать: последний шанс попрощаться.

Почувствовав, как в группе нарастает скептическое возмущение, Джейсон прошагал к середине пустого ритуального круга и открыл портал. Это был не обычный портал, несмотря на идентичный вид, а среда для ритуальной магии, которую установила Доун. Это была сложная работа магии, далеко за пределами возможностей Джейсона и Фарры. Он был очень осторожен, пересекая сложную магическую диаграмму, чтобы не нарушить ее.

Темные потоки силы текли из портала Джейсона в теневые формы в центре других ритуальных кругов, которые немедленно начали колебаться. Группа смотрела в тревожном ожидании, недоверие смешивалось с надеждой, страхом и замешательством.

В течение примерно минуты три темные фигуры приняли формы Аси, Грега и Кайто, но темные и полупрозрачные, словно призраки. Сначала они были неподвижны, их выражения лиц были пустыми, как у манекенов. Затем они внезапно ожили, пробудившись от оцепенения.

— В течение следующих девяти часов, — сказал Джейсон, — они будут здесь, чтобы вы могли сказать то, что вам нужно сказать. Этого больше никогда не повторится, так что не оставляйте ничего несказанным.

Сначала ничего не происходило. Три души, проецирующиеся в тела Тени как сосуды, были дезориентированы процессом, а их близкие были в шоке.

Затем Грег помахал рукой.

— Привет, мам.

Словно прорвало плотину, Джейсон почувствовал, как водоворот эмоций обрушился на комнату, когда группа окружила три души. Проецируясь через Тень, призракоподобные фигуры были странно мягкими на ощупь, словно сделаны из того же облачного материала, что и дворец. Доун могла бы организовать более реалистичное изображение, но чувствовала, что быть слишком реалистичными может быть опасно. Джейсон полностью согласился, желая избежать отчаянной надежды на воскрешение.

Доун была лидером Культа Мирового Феникса, хотя и находилась в рабочем отпуске. Перед созданием своего нынешнего аватара и возвращением на Землю она связалась со своим коллегой из Культа Жнеца, убедив его позволить Тени, тени Жнеца, выступить в качестве сосуда для проецирования душ павших спутников Джейсона.

Это не было новым или уникальным событием; связь с мертвыми имела долгую историю. Однако существовали очень строгие правила, самым важным из которых было то, что нельзя было обсуждать природу загробной жизни. Другие правила включали тот факт, что с каждой душой можно было связаться только один раз.

Джейсон наблюдал, как группа сходилась к своим мертвым любимым, подойдя к Доун.

— Не думаю, что смогу выразить всю любезность того, что вы здесь сделали, — сказал он ей. — Все, что я могу сделать, это поблагодарить вас.

— Когда я пришла к тебе, чтобы спасти мир, ты не торговался и не просил оплаты. Ты не пытался отмахнуться. Ты принялся за работу. Считай это моей признательностью за это.

УГРЮМЫЙ ОДИНОЧКА

УГРЮМЫЙ ОДИНОЧКА

Вампиры не были ни строго живыми, ни строго мертвыми. Большинство нежити были вполне определенно покойниками, оживленными той или иной силой. В случае с вампирами, однако, этой силой была жизненная энергия, что делало их, для почти любого теста, живыми. Некоторые даже считали себя более живыми, чем обычные люди, и относили свое посвящение в ряды нежити к новому рождению, подобно евангельским христианам.

Многие такие вампиры считали свой возраст с момента обращения, хотя Франклин не был одним из них. Он не пренебрегал жизнью, которую прожил, и не испытывал презрения к своей давно умершей семье. Его последним родственником был вампир, как и он сам — племянник, обращенный самим Франклином, чтобы спасти молодого человека от болезни, давно излеченной человечеством.

За более чем столетие жизни Франклин усвоил, что сожаления неизбежны. Он жалел, что не обратил больше членов своей семьи, и жалел, что тот, кого он обратил, оказался таким разочарованием. Именно Франклин сам передал своего племянника Сети, чтобы сохранить мир после того, как последняя в длинной череде ошибок оказалась слишком серьезной, чтобы Кабала могла ее игнорировать.

Это было до того, как мир изменился и Кабала стала амбициозной. Магия не просто открылась миру, но и росла в силе. Прямо в городе, в Бэнкстауне, возникла земля камня и огня, превратившись в место с разливающимися лавовыми потоками и темным камнем. Люди, попавшие в изменения, трансформировались в вид с темной кожей и огненными глазами.

Различные силы, магические и иные, по-разному относились к трансформированным зонам после того, как борьба за ядро реальности, которое содержало каждое из них, утихала. Большинство правительств объявляли их зонами бедствия, закрытыми для гражданских лиц, а затем работали с Сетью, чтобы спасти трансформированных людей и извлечь любые магические материалы, найденные внутри. ЭОА обычно была слабейшим конкурентом в борьбе за ядра реальности и уходила, как только решение принималось.

Кабала обычно ждала, пока бои утихнут, а затем занимала зоны. По неизвестным им причинам трансформированные зоны делали членов Кабалы сильнее. Многие члены Кабалы достигли потолка в плане роста силы, как будто мир был недостаточно магическим для них, чтобы становиться сильнее. В зонах трансформации это было уже не так. Там ранее застойная сила снова текла через членов Кабалы. По мере того как появлялось все больше зон трансформации, Кабала начала двигаться к общему паритету с Сетью, которая доминировала последнее столетие.

Внутри Кабалы прирост силы меньше всего значил для вампиров, которые страдали от другого рода потолка. Хотя их силы никогда не переставали расти, как только они пересекали определенный порог, магии мира становилось недостаточно, чтобы поддерживать их. По мере того как их мощь достигала невидимых барьеров, налагаемых реальностью, они впадали в оцепенение. Это поставило вампиров в неловкое положение внутри Кабалы, так как самые могущественные лидеры их фракции неизбежно сдавали свои позиции, чтобы войти в спячку, дабы не зачахнуть и не умереть.

Вампиры спешили пробудить своих древних. Они опасались, что рост других фракций в конечном итоге приведет к тому, что все члены Кабалы будут обладать большей силой. Если вампиры собирались доминировать, им нужно было пробудить древних как можно быстрее. Другие члены Кабалы неохотно соглашались из-за необходимости конкурировать с Сетью.

В случае с Сиднеем зона трансформации Бэнкстаун не была идеальной для вампиров. Они были высокоустойчивы к большинству форм урона, но огонь был одной из тех, что оказывали большее воздействие. Это означало, что, хотя текущие потоки лавы не были дико опасной угрозой, они создавали нервирующую обстановку.

Это не особенно беспокоило Франклина. Он был мирным человеком, который не разделял амбиций многих других в Кабале и никогда не был недоволен тем, как все было. Он проводил в зоне трансформации только столько времени, сколько было необходимо для его роли в Кабале, поэтому он был недоволен тем, что его сделали слугой восставшего древнего.

Франклин стал вести оседлый образ жизни на протяжении десятилетий, что в последние годы стоило ему все дороже. Во-первых, его племянник. Как бы Франклин ни презирал мальчика, Клинтон был последней семьей, которая у него осталась. Конец его родословной. Многие вампиры считали других вампиров, которых они обратили, своими детьми, и Франклин давно подумывал об этом пути, но, опять же, его оседлая натура означала, что у него до этого не дошли руки. Еще одно сожаление.

Когда Крейг Вермиллион пришел к нему, Франклин с опозданием осознал, что должен был пойти с ним. Боясь перемен, Франклин отказался, не осознавая, что оставаться прежним невозможно. Перемены приближались. Вопрос был в том, в какие перемены вовлечь себя. Он быстро осознал, что сделал плохой выбор.

Как и многие вампиры, Франклин считал себя живым свидетелем истории. Он обнаружил, насколько был наивен, когда столкнулся с членом Британской империи, родившимся в начале XVI века. Каждый момент теперь был наполнен сожалением о том, что он не исчез вместе с Крейгом и другими членами Кабалы, у которых хватило дальновидности увидеть, что грядет.

* * * События трансформации превратили здания Бэнкстауна в камень, обычно сильно отличающийся от тех, что были раньше. Кабала захватила самое большое и изысканное из них, большой каменный особняк, в значительной степени свободный от потоков лавы, с роскошно обставленным интерьером. Это был единственный аспект нового мира, который древний вампир, Лорд Уиллоуби, безоговорочно одобрял. Больше не было никакой коммунальной инфраструктуры, но это едва ли беспокоило человека, который находился в спячке в саркофаге с 1794 года.

Одной из вещей, которую он больше всего не одобрял, была современная одежда. Небольшая армия членов Кабалы была отправлена на поиски чего-то более приемлемого. Пока Уиллоуби отдыхал в гостиной в том, что никто не осмеливался сказать ему, было женским нижним бельем, был представлен парад одежды. Каждый представляющий надеялся, что не станет следующим, кого бросят в твердую каменную стену, когда терпение лорда иссякнет.

— Мой Лорд, — сказал Франклин. — Я смиренно рекомендую более взвешенный подход. Мир претерпел множество изменений за время вашего сна. Маги эссенции стали могущественными в ваше отсутствие и—

— Взвешенный? — взревел Лорд Уиллоуби. — Я уже взвесил состояние этого жалкого мира и нашел его неудовлетворительным! Выскочки-колонисты, думающие, что могут сбросить иго Империи? Зарвавшиеся колдуны, которые бросят вызов превосходству скрытых правителей мира? Одна только одежда — это травестия.

Франклин не стал озвучивать свои сомнения относительно того, в какой степени Кабала когда-либо была скрытыми правителями, направляющими человеческое общество из теней.

— Мой Лорд, даже смертные развились способами, которые могут стать сюрпризом. Возможности современных технологий—

— Никчемны перед лицом подавляющей магической силы, — отрезал Уиллоуби.

— Мой Лорд, я лишь смиренно предлагаю, что спешка с действиями до того, как потратить время на обучение, может иметь непредвиденные последствия.

— Ты считаешь меня дураком, Франклин? Невежественным шутом, потерянным во времени? Даже в мои дни мы знали, что если слуга продолжает настаивать на том, что он смиренен, то он кто угодно, но не смиренен.

— Прошу прощения, мой Лорд.

— Конечно, просишь, ты бестолковый крестьянин. Устройства славы подготовлены?

— Мы подготовили камеры, мой Лорд.

— Хорошо. Кабала этих современных времен — падший зверь. Если магия больше не скрыта, то нет оправдания тому, что мир не находится под нашей пятой. Мы начнем с магов эссенции, а затем с колониального правительства. Мир увидит славу новой империи.

Глаза Уиллоуби загорелись, когда кто-то принес то, что выглядело как настоящая одежда колониальной эпохи.

— Отлично, наконец-то.

* * * — Магазин костюмов? — спросил Франклин.

Сбежав от безумного британского Лорда, Франклин ехал в машине с Натаниэлем, человеком, который принес одобренный наряд. Натаниэль был огром, когда не находился в человеческом облике, и давним другом Франклина и Крейга Вермиллиона.

— Театральный отдел костюмов, — сказал Натаниэль.

— Умно, — сказал Франклин. — В отличие от меня. Мне следовало прислушаться к совету нашего общего друга.

— Он предал Кабалу.

— Предал ли? Или он пытается спасти ее?

— Будь осторожен, кто слышит твои слова, Фрэнк.

— О, я осторожен, Натан. У меня нет способа связаться с Крейгом. Я позаботился об этом, чтобы защитить его. Это означает, что я не могу выразить степень, в которой сожалею о своем выборе. Это также означает, что я не могу сказать ему, что потенциально мог бы организовать доступ к хранилищу ядер реальности, если бы кто-то хотел проникнуть туда, пока определенный вампирский лорд предавался налету на штаб-квартиру Сети.

— Ты рискуешь, говоря мне это, Фрэнк.

— Я слишком много потерял, позволяя всему вокруг меня застаиваться. Пора мне начать идти на риск. Это то, с чем ты можешь мне помочь?

— Я бы никогда не предал Кабалу, — сказал Натаниэль. — Конечно, если я просто случайно столкнусь со своим другом Крейгом, кто знает, что может всплыть в разговоре.

* * * Внутри облачного дворца Джейсона, плавающего в океане, друзья и семья Кайто, Грега и Аси использовали шанс попрощаться. У них было девять последних часов, что оказалось благом, так как некоторым потребовалось больше времени, чтобы принять происходящее, чем другим.

Джейсон создал большой зал внутри дворца, и как только ритуал вызова духов мертвых был завершен, он начал изменять облачный материал в зале, чтобы заполнить пустое пространство мебелью. Это было лишь умеренно удивительно для группы, большинство из которых впервые столкнулись с силой облачных конструктов. После возвращения призрачных душ их любимых, даже комната, трансформирующаяся вокруг них, была лишь легким чудом.

Событие было по сути поминками, за двумя исключениями: покойные были одновременно присутствующими и сознательными, и не было никакой еды. Хотя нехватка продовольствия в месяцы волн монстров постепенно устранялась, хаос после событий трансформации мешал распределению продовольствия.

В такой обстановке Джейсон не собирался запасать еду для развлекательных целей, когда почти все в его компании были пользователями эссенции. Только Эми нужно было есть, и только пока она находилась вне духовного хранилища Джейсона. Его сфера души приостанавливала нормальные биологические потребности, что оставляло Джейсона одновременно любопытным и довольным. Любопытным, потому что он задавался вопросом, какое влияние это оказывает на процесс старения. Довольным, потому что никто не ходил в туалет в его душе.

Сам Джейсон тихо держался в стороне от воссоединений, вплоть до использования тонкой манипуляции аурой, чтобы отвлечь от себя внимание всех присутствующих. Многие из присутствующих винили Джейсона в трех смертях. Он не хотел, чтобы они тратили последнее время, которое у них было с любимыми, на упреки в его адрес. Это могло подождать до потом.

Взгляд Джейсона упал на Эрику, разговаривающую с их матерью. Она не возвращалась в его духовное хранилище с тех пор, как он убил героев в Венесуэле, и он подозревал, что она так же не уверена, как и он, может ли она вообще это сделать. Казалось, что безусловное доверие, необходимое для входа, могло быть уже не таким сильным, как раньше.

Наблюдая, как все прощаются со скорбью, он размышлял о людях, которых убил. С самого начала он беспокоился о том, что это станет слишком легко, и это произошло. Джейсон не мог вызвать в себе раскаяние за людей, которых перебил в Венесуэле, только мрачное удовлетворение тем, что больше никто из его друзей и семьи не был потерян.

Джейсон ждал, пока все остальные сделают свой ход, сидя на стуле на краю комнаты, пока Фарра не подошла к нему.

— Ты ведешь себя нетактично, — сказала она ему. Она сидела на пустом месте, доверяя ему создать облачный стул, который поднялся под ней.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Ты говоришь себе, что ты тактичен и позволяешь всем остальным провести время с ними. Правда в том, что ты напуган. Напуган встретиться с ними лицом к лицу; напуган, что они будут винить тебя. Напуган, что они не будут.

Джейсон посмотрел на нее, а затем слегка кивнул.

— Полагаю, так и есть, — признал он.

— Не трать время, которое у тебя есть, — сказала она ему. — Кто получает такой шанс? Не растрачивай его.

— Ты права.

— Тогда почему ты все еще сидишь здесь со мной? — отчитала она его.

Джейсон кивнул, его облачный стул погрузился в пол, когда он встал. Он направился туда, где люди окружали трех мертвых почетных гостей. Стало тихо, когда Джейсон подошел к Кайто, чья душа использовала Тень в качестве сосуда. Его тело было темным и полупрозрачным, выглядящим во всех отношениях как призрак, которым он был.

— У тебя довольно грустное лицо, младший брат, — сказал Кайто. — Кто умер?

Джейсон был застигнут врасплох легкомыслием своего мертвого брата, не в силах найти слова для ответа.

— Это то, что здорово в том, чтобы быть мертвым, — весело сказал Кайто. — Никто не скажет тебе, насколько плохи твои шутки.

— Твои шутки — отстой, — сказал Джейсон.

Кайто разразился смехом.

— Вот он. Извините все; мне нужно поболтать с моим очаровательным младшим братом.

— Очаровательным? — спросил Джейсон, когда они направились прочь от остальных.

— Я мертв, так что могу называть тебя как хочу.

— А я-то думал, что смерть может сделать тебя менее занудным, — сказал Джейсон. — Видимо, загробная жизнь не превращает в просветленное существо.

Изображение Кайто замерцало, как телевизор с прерванным сигналом.

— Вероятно, лучше избегать этой конкретной темы, — сказал Кайто, выглядя тошнотворно.

— Прости, — сказал Джейсон. — Хорошо, что тети Марджори здесь нет.

Кайто снова рассмеялся.

— Ты знал, что она думала, что ты ангел? — спросил он Джейсона.

— Так я слышал, — сказал Джейсон. — Хотел бы я быть там, когда она узнала, что это был я.

Братья сели, глядя друг на друга.

— Прости, что не смог защитить тебя, — сказал Джейсон.

— Это никогда не было твоей работой, — твердо сказал Кайто. — Твоя работа — спасать мир, так что не напортачь. Моя жена и дети на тебе.

— Я сделаю все возможное, чтобы они были в безопасности, — сказал Джейсон, — даже если мир падет.

— Не падет, — уверенно сказал Кайто. — Только убедись, что ты и моя жена не утешаете друг друга, не воссоединяетесь и не женитесь, — сказал Кайто.

— О, иди к черту.

Смех Кайто разразился по всему залу, приковав все взгляды.

— А я-то думал, что избегание плохих слов — это единственное, чему ты научился у мамы, — сказал Кайто.

— Ты задница.

— Ты не можешь называть меня задницей. Я мертв.

— Мне стоит достать сэндвич и съесть его перед тобой.

— Почему поедание сэндвича должно меня раздражать?

— Потому что ты мертв и никогда больше не сможешь съесть сэндвич.

— О, ты прав. Это был бы подлый поступок.

— Ты кажешься довольно счастливым для мертвого парня, но я не буду спрашивать, как это работает.

— Я ценю это, — сказал Кайто. — Ты кажешься довольно расстроенным из-за меня. Приятно знать, что тебе не все равно.

— Нет, я расстроен из-за тех двоих. Я притворяюсь с тобой, чтобы Эри не кричала на меня.

Кайто рассмеялся, прежде чем принять более трезвое выражение лица.

— Она беспокоится о тебе, Джейсон.

— Я знаю.

— Ты убил кучу людей по телевизору?

— Они приходили за всеми нами, Кай. В качестве пиар-хода. Мне пришлось быстро с ними разобраться, прежде чем они накачали себя магическим наркотиком. Я не знал, что это убьет их, но я рад, что это произошло. Я не позволю тому, что случилось с тобой, повториться.

— Ты сказал ей что-нибудь из этого, или просто стал эмо и угрюмым с ней?

Джейсон склонил голову, не встречаясь с глазами брата.

— Я так и думал, — сказал Кайто. — Джейсон, ты всегда делал все, что задумывал. У тебя есть способ смотреть на то, где ты находишься, смотреть на то, где хочешь быть, и находить путь между ними. Многие люди могут это сделать, но не у всех есть решимость заплатить цену, которую нужно заплатить, чтобы перейти от одного к другому. Черт, ты сошелся с Эми, а она была влюблена в меня с двенадцати лет. Это разрушило тебя, да, но ты сделал это. Это чертовски пугает, младший брат.

— Не всегда я плачу цену, — сказал Джейсон, его голос дрогнул, когда он посмотрел на своего мертвого брата.

— Я знаю. Тебе нужно следить за этим, но не позволяй этому остановить тебя. Это то, что делает тебя особенным. Вот почему я уверен, что ты собираешься спасти мир. Если честно, я думаю, именно поэтому я сделал то, что сделал с тобой. С Эми. У тебя всегда была эта решимость, как будто ничто не пугало тебя и ничто не было невозможным. У меня никогда не было такой смелости. Я думаю… я думаю, я хотел доказать, что могу преодолеть это. Что я лучше тебя. Эми, я думаю, пыталась сбежать от этого.

— Ты имеешь в виду сбежать от меня?

— Да. Это были паршивые причины для паршивой вещи, которую мы сделали. Прости, младший брат.

— Ну, я заставил тебя погибнуть от взрывающегося волшебника, — сказал Джейсон с улыбающимся ртом и печальными глазами. — Твоя вещь все еще хуже, но раз это конец, я полагаю, я могу простить тебя.

— Спасибо, младший брат. Это много значит.

— Просто чтобы прояснить, — сказал Джейсон, — прощение — это о том, что я лучший человек, а не о том, что ты действительно этого заслуживаешь.

— О, ты задница. — Кайто рассмеялся, затем снова стал серьезным.

— Джейсон, я должен кое-что попросить тебя. Назови это запоздалым предсмертным желанием.

— Если это сэндвич, я действительно ничего не могу с этим поделать.

— Это о парне, который собирается спасти мир.

— Ну, это я. Если только ты не знаешь что-то, чего не знаю я.

— Я знаю, что это ты. Я просто хочу, чтобы это был правильный ты.

— О чем ты говоришь? У меня есть злой близнец, о котором мама никогда не упоминала? — спросил Джейсон, затем нахмурился. — Готов поспорить, он ей нравится больше, — пробормотал он.

Кайто ухмыльнулся.

— Это именно то, что я хочу, — сказал он.

— Твое предсмертное желание — чтобы я ругал маму? Сделано.

— Не это, ты неблагодарный придурок. Я хочу, чтобы Джейсон, который спасает мир, был тем, кто одержим ужасными телешоу, которые старше его самого, а не парнем с мертвыми глазами, который убивает без раскаяния. Я знаю, что ты видел много ужасных вещей. Я знаю, что тебе самому пришлось сделать некоторые из них. Мне нужно, чтобы ты поднялся над этим, вместо того чтобы позволить этому тянуть тебя вниз. Нам всем это нужно, потому что мы полагаемся на тебя, младший брат.

— Это не так просто, Кай.

— Я знаю. Но начни делать это, и ты сделаешь. Это то, что ты делаешь. Ты собираешься отказать последнему желанию призрака своего брата?

— Я даже не знаю, с чего начать. Вещи, которые я сделал. Вещи, которые мне еще предстоит сделать. Такое чувство, что меня затягивает в болото, и я не уверен, как вытащить себя.

— Позволяя людям помогать тебе, идиот. Быть угрюмым одиночкой никогда не работает. Даже телевизионные вампиры понимают это к концу первого сезона.

— Как будто ты бы знал.

— Я смотрел вампирские телешоу, — защищался Кайто.

— Какое вампирское шоу ты смотрел?

— Ты о нем не слышал.

— Посмотри, с кем ты разговариваешь. Ты не смотрел никаких вампирских шоу. Если ты скажешь чертов «Горец»…

— Я думал, это фильм о волшебниках или что-то в этом роде.

— Ты думаешь, «Горец» был о волшебниках?

— Я не любил волшебников. Я смотрел вампирское шоу.

— Какое вампирское шоу?

— «Рыцарь навсегда».

— «Рыцарь навсегда»?

— Видишь, я же говорил, что ты не слышал о нем.

— Все эти годы, и только после смерти ты раскрываешь, что все-таки смотрел старые телешоу? Я понимаю почему, учитывая твой выбор. «Рыцарь навсегда»? Телешоу, основанное на телефильме с Риком Спрингфилдом — которого они даже не смогли вернуть для шоу! Парень, который пел «Jessie’s Girl», был слишком занят для твоего ужасного телешоу.

— Ты понимаешь, что если бы ты знал о магии столько же, сколько об американском телевидении восьмидесятых и девяностых, ты бы, наверное, уже спас мир.

— «Рыцарь навсегда» был канадским!

На другой стороне зала у Эрики на глазах была слеза, а на губах улыбка, когда она наблюдала, как ее братья громко спорят.

СЛОЖНЫЙ ХАРАКТЕР

СЛОЖНЫЙ ХАРАКТЕР

В зале заседаний своего облачного дворца Джейсон сидел напротив призрака своего друга, Грега.

— Понятия не имею, что сказать, — сказал Джейсон.

— Ого, — сказал Грег. — Мне пришлось умереть, чтобы увидеть это, но по крайней мере теперь я знаю, что для этого нужно.

— Я собирался купить тебе поздравительную открытку, но не смог найти подходящую для случая «ты погиб от волшебника с бомбами вместо кулаков».

— И вот он.

— Я заглянул в несколько типографий для изготовления открытки на заказ, но из-за всего происходящего время ожидания просто возмутительное. Что касается онлайн, можешь просто забыть об этом. Задержки доставки сумасшедшие.

Улыбка Джейсона была болезненной гримасой, плохой маскировкой его очевидной вины и горя.

— Я не хочу, чтобы ты скорбел обо мне, — сказал Грег.

— Ты мертв, — сказал Джейсон. — У тебя нет права голоса.

— По крайней мере, отбрось вину. Я выбрал это.

— Я дал тебе выбор.

— И какая альтернатива? — спросил Грег. — Ты хоть помнишь, насколько я был жалок, когда ты вернулся? Я никогда не был больше чем посредственным юристом, и меня почти вытеснили из адвокатской практики моего отца. Я смотрел в дуло долгой, посредственной жизни. Я прожил больше за последние шесть месяцев, чем за шесть лет до этого. Бегая вокруг, сражаясь с монстрами своими магическими силами. Я так много занимался сексом.

— Приятель…

— Я знаю, но я правда занимался. Я встречал красивых женщин из других измерений и играл в настольные игры с вампиром. У меня были магические силы. Стимпанк-магические силы. Я погиб от суперзлодея и умер, сражаясь за спасение мира. Джейсон, если бы ты рассказал мне все, что собиралось произойти — каждую мелочь, даже финал — я бы сделал точно такой же выбор. Я бы ухватился за это.

— Грег…

— Не смей жалеть меня. Ты сделал мою жизнь триумфом. И мою смерть тоже, если уж на то пошло. Никогда не пытайся отнять это у меня, думая, что ты сделал выбор за меня. Я умер героем, Джейсон, а не жертвой. Тебе не позволено превращать меня в нее у себя в голове.

— Ты кажешься довольно решительным в том, чтобы не дать мне вставить слово.

— Это потому, что ты будешь нести всякую чушь. Послушай, мы уже некоторое время терпим эджлорда Джейсона, но пора завязывать с мелодрамой. Ты не Черный Плащ, так что перестань расхаживать, притворяясь ужасом, летящим на крыльях ночи. Ты чертов чуни. Ты был чуни в школе, ты был чуни, когда вернулся из магической страны, и ты сейчас такой гигантский чертов чунибё, что даже не осознаешь, что ты больше чуни, чем когда-либо был в своей жизни.

— Пожалуйста, перестань говорить «чуни».

— Джейсон, тебе нужна сила чуни.

— Сила чуни?

— Кабала выкапывает армию древних вампиров. Ты думаешь, выпрыгивание из теней с голосом Бэтмена поможет против этой толпы? Они проворачивают этот трюк со времен Константинополя; они будут лучше в этом, чем ты. Если хочешь победить их, то тебе нужно играть по своим правилам, а не по их. Используй свои собственные сильные стороны.

— Которые заключаются в чем?

— Вампир — это по сути древний супер-чуни. И в стране чуни король тот, кто знает жанр.

— Значит, ты в значительной степени несешь чушь, — сказал Джейсон.

— Ага, — сказал Грег с ухмылкой. — Но звучало хорошо, правда?

— Даже ни капельки. Ты просто сказал «чуни» около тридцати раз. Ты лепетал чепуху.

— Ну, ты бросил лепетать чепуху, чтобы стать эджлорд-драма-квин. Кто-то должен был подхватить эстафету.

Джейсон провел рукой по лицу.

— Вот как это выглядит, когда разговариваешь со мной?

— Раньше было, — мягко сказал Грег. — Когда ты был действительно веселым. Да, дела стали плохи. Ты потерял людей. Но если ты потеряешь себя, то всем на Земле полный конец, так что пора перестать хандрить и надеть свои штаны для взрослых. Те, что с цветочным принтом.

Джейсон и Грег посмотрели друг на друга и оба начали смеяться.

— Ты действительно плох в деле «последнего наставления от друга», — сказал Джейсон.

— Это было не так уж плохо.

— Это было в значительной степени ты, просто повторяющий «чуни» и «эджлорд» снова и снова.

— Посмотри в зеркало, парень. Ты вел себя как чуни-эджлорд снова и снова.

— Жестко. Ты гораздо лучше заставляешь меня чувствовать себя плохо, чем твой отец, хотя он тоже старается.

— Не беспокойся о нем. Он напускает важности, потому что боится, что люди поймут, что он просто счастлив, что умер я, а не мой брат.

Джейсон повернулся, чтобы взглянуть на свою мать через комнату, в группе, разговаривающей с призраком Кайто.

— Да, я знаю эту историю, — сказал он, затем повернулся обратно к Грегу. — Я буду скучать по тебе, брат. Я буду думать о тебе каждый раз, когда буду играть в новую настольную игру, в которую ты никогда не получишь шанса сыграть.

— О, ты придурок.

— Тебе не следовало называть меня чуни так много раз.

* * * Улицы Сиднея были гораздо менее загружены, чем обычно, после событий трансформации. Правительственные ограничения и закрытие предприятий привели к тому, что трафик был минимальным, и автоколонна, состоящая в основном из фургонов и внедорожников, смогла быстро промчаться к зданию сиднейского отделения Сети.

Члены Кабалы высыпали из машин, человеческие формы трансформировались в зверинец причудливых существ и мифологических созданий. Во главе был вампирский лорд, Уиллоуби. Странно, но там были люди, похожие на обычных, управляющие камерами.

Нижние уровни отделения Сети были в значительной степени заполнены обычными людьми, многие из которых узнали истинную природу своей организации только тогда, когда магия стала публичной. Это были административные офисы для предприятий, которые были как источником финансирования, так и операционным прикрытием для Сети в течение последних полувека.

Нижние этажи превратились в кровавую баню, когда Кабала штурмовала здание. Они сталкивались с Сетью бесчисленное количество раз из-за ядер реальности, но это было другое. Кабала вторглась в дом Сети, намереваясь вырвать их с корнем. Это была битва не за богатство или власть, а за выживание. Тактические отряды Сети быстро спустились с верхних этажей, чтобы вступить в бой с захватчиками.

Уиллоуби был поражен сопротивлением, которое оказала Сеть. Его предупреждали неоднократно, но он был плохим слушателем. Однако удивление — это не то же самое, что поражение, и мощь вампира не стоило недооценивать. Когда мощный наколдованный пулемет проделал в нем дыры, потоки крови потекли из ран и по воздуху, словно веревки. Они опутали человека с огромным оружием и затащили его в ожидающие объятия Уиллоуби. Высасывание крови серебряного ранга быстро восстановило его здоровье, и он продвинулся глубже в здание.

* * * Тень был сосудом, через который Кайто, Ася и Грег проецировали свои души, и он контролировал, насколько реалистичными были эти проекции. Он сохранял их призрачными, чтобы их близкие не думали, что проекции душ означают, что воскрешение возможно, хотя некоторые все еще надеялись, вопреки заверениям в обратном.

Контроль Тени означал, что, когда Джейсон сидел рядом с Асей, держа ее за руки, Тень мог сделать их более твердыми, ощущающимися как ее настоящие руки, а не как несущественная эфемерность.

— Грег и Кайто оба сказали мне, что мне нужно взять себя в руки, — сказал Джейсон. — Это то, что ты собираешься сделать тоже?

— Мне нужно? — спросила она. — Доверься мне, чтобы найти такого сложного в обращении парня.

— Сложного в обращении?

— О, пожалуйста, Асано. Я люблю тебя, но ты — сплошная боль в общении.

Глаза Джейсона расширились, и она сжала его руки.

— Да, я сказала это, — сказала она ему. — Не то чтобы у меня будет другой шанс. Я знаю, ты еще не дошел до этого, но ты бы дошел. У меня не было намерений отпускать тебя.

Она попыталась улыбнуться, но у нее это плохо получилось.

— Полагаю, теперь это вне моего контроля.

— Мне жаль.

— За что? Ненавижу расстраивать тебя, Асано, но не все вращается вокруг тебя. Ты не был частью моей жизни, когда я вступила в Сеть. Я сделала выбор встать и защитить мир от всего, что магия бросала в него. Я не хотела умирать, но, по крайней мере, я умерла, сражаясь за что-то стоящее.

Джейсон кивнул.

— Я не собираюсь говорить тебе «возьми себя в руки», — сказала Ася. — Я собираюсь сказать тебе: оставайся сосредоточенным. Держи взгляд на том, ради чего мы умерли, а не на том факте, что мы умерли.

— Ты не хочешь, чтобы я шел за золотым рангом, — понял Джейсон.

— Да. Все, что это даст тебе — это месть, а это не для нас. Это для тебя, а у тебя есть дела поважнее. Не иди на глупые риски, которые стоят тебе всего и не дают ничего.

— Он убил тебя.

— И убийство его не вернет меня обратно.

Она ткнула его в лоб.

— Сложный характер. Я мертва, и мне все еще нужно останавливать тебя от совершения глупостей.

— Я не собирался идти за ним, — настаивал Джейсон.

— Нет?

— Нет.

— Правда?

— Да, правда.

Она посмотрела на него ровным взглядом.

— Я имею в виду, если он придет искать меня… — признался Джейсон.

— Тогда ты беги. Беги и прячься, как испуганный маленький мальчик.

— А что, если я смогу заманить его в—

— Нет. Пообещай мне, Джейсон.

— Ладно, — ворчливо согласился он. — Я не буду сражаться с золотым рангом. Не то чтобы я собирался в любом случае.

— О, пожалуйста.

Джейсон склонил голову.

— Я не знаю, смогу ли я это сделать, Ася, — сказал он, его голос был едва слышным шепотом. — Все на Земле полагаются на меня, знают они об этом или нет, а я просто выдумываю все на ходу.

Призрачная форма Аси стала более существенной, и она приподняла его лицо своими руками, прижавшись своим лбом к его.

— Ты всегда это делал, сколько я тебя знаю. Сколько раз я кричала на тебя за недостаточную подготовку к дебатам? Но это привело тебя так далеко.

— Я умирал, — сказал он. — Типа много раз, и мир разваливается по швам.

— И ты собираешься спасти его. Потом ты будешь невыносимо самодовольным по этому поводу, но постарайся немного умерить пыл. У тебя будут проблемы с поиском другой девушки, готовой любить все это.

Она откинулась назад и жестикулировала на него широким жестом, и он ухмыльнулся ей.

— Это так? — спросил он.

— Тебе стоит послушать Грега и своего брата, — сказала она. — Будь тем сумасшедшим чудаком, в которого я влюбилась.

— Я очень хочу поцеловать тебя, — сказал он, — но на самом деле я буду целовать Тень. Я почти уверен, что целоваться со своим собственным фамильяром — это пересечение какой-то черты.

— Мне все равно.

* * * Крайний срок для посещения Грега, Кайто и Аси приближался. Джейсон, Доун и Фарра встречались с ними в последний раз, прежде чем передать их семьям для их последних прощаний.

— Тебе нужно держать этого парня в узде, — сказала Ася Фарре. — Он не такой сильный, как ты; он просто хорош в притворстве.

— Я знаю, — сказала Фарра.

— Эй…

Они попрощались в последний раз, а затем три призрака отправились к своим близким, Джейсон направился к Эрике и остальной семье Асано с Кайто.

— Я люблю тебя, брат, — сказал Кайто, когда они шли.

— Я собираюсь переспать с твоей женой и воспитать твоих детей, — прошептал Джейсон. — Я заставлю всех троих называть меня папочкой.

— О боже, ты задница.

* * * Пока они ждали, когда три призрачные фигуры достигнут конца своего времени на Земле, Тень тихо заговорил с Джейсоном.

— Мистер Асано, возникла ситуация.

Джейсон отошел от своей семьи, чтобы поговорить с Тенью наедине.

— Что-то в деревне? — спросил он. Он оставил одно из тел Тени в деревне на случай, если что-то случится, пока его семья была в облачном дворце.

— Не в деревне. Кабала начала полномасштабное нападение на штаб-квартиру Сети в Сиднее. Они транслируют это в прямом эфире, и новостные станции подхватили трансляцию. Вызваны военные, но это далеко за их пределами. У Кабалы есть один из древних вампиров.

Джейсон посмотрел на Кайто, Грега и Асю, разговаривающих со своими семьями. Ася следила за ним и подошла, когда увидела его выражение лица. Кайто, Грег, Доун и Фарра заметили ее и последовали за ней.

— Ты должен идти? — спросила Ася.

— Да, — сказал он.

— Что такое? — спросила Фарра.

— Кабала и их старый вампир транслируют в прямом эфире полномасштабную атаку на штаб-квартиру Сети в Сиднее.

Никто не предложил не идти. Несмотря на то, что они поссорились с Сетью, они все знали людей там.

— Ладно, — сказала Ася. — Иди спасай положение.

— Надавай им по задницам, младший брат.

— Только не забудь играть героя, а не злодея, — сказал Грег.

Джейсон посмотрел на них всех в последний раз.

— Что бы ни ждало вас на той стороне, — сказал он им, — я надеюсь, это потрясающе.

Он открыл портал и шагнул через него. Его способности портала было как раз достаточно, чтобы отправить трех серебряных рангов, позволив Фарре и Доун последовать за ним, прежде чем портал закрылся. Кайто, Грег и Ася повернулись обратно к группе, все из которых смотрели на них.

— Он вернется, — заверил их Грег. — Он почти наверняка не собирается оставлять вас здесь, посреди океана.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО ИЛИ ТРУСОСТЬ

ПРЕДАТЕЛЬСТВО ИЛИ ТРУСОСТЬ

Найджел и его тактическая группа из девяти человек отступали по коридору на четвертом этаже здания Сети. Они бросились вниз в ответ на атаку Кабалы, только чтобы столкнуться с людьми с нижних этажей, поднимающимися наверх, превращенными в алчущих гулей. Нежить-монстры с неистовым голодом по живой плоти, они хлынули по коридору, словно волна, игнорируя пули, врезающиеся в них.

Превращение в нежить превратило обычных людей в существ серебряного ранга; они были гораздо менее могущественны, чем даже слабый монстр серебряного ранга, но все еще устойчивы к атакам бронзового ранга. Вампирский лорд знал это, поэтому был удивлен, что тактические группы, находящиеся в меньшинстве, не были немедленно подавлены.

Тактическая группа Найджела отступала в полном порядке, несмотря на то, что только два члена были серебряного ранга. Найджел был тактическим инструктором сиднейского отделения до прибытия Фарры и работал с ней над разработкой программы переподготовки для существующих тактических групп, в то время как Фарра сосредоточилась на новых рекрутах. Собственная команда Найджела использовала смесь традиционной методологии Сети и более ориентированного на способности подхода Фарры с хорошим эффектом. Они прошли долгий путь с тех пор, как сопровождали Джейсона в его первое прото-пространство.

Их дисциплина эффективно использовала их возможности: Джонно и сам Найджел вели огонь из наколдованных штурмовых винтовок, отступая. Торни отрастил дополнительную пару рук и стрелял из четырех наколдованных пистолетов, в то время как Диджит посылал стрелы, которые взрывались вспышками огня и электричества.

Даже несмотря на то, что стрельба косила их, гули продолжали идти. Они были одеты в деловую одежду административного персонала нижних этажей, с полицейской и военной формой, смешанной среди них. Вампирский лорд совершил массовые трансформации мертвых, убитых Кабалой, что не ограничивалось персоналом Сети. Полиция и военные были отправлены в ответ на наглую атаку Кабалы в самом сердце Сиднея, только чтобы заплатить смертельную цену от рук вампирского лорда.

Найджел знал, что по крайней мере одна из команд, бросившихся вниз с верхних этажей, была подавлена. Пока его команда отступала перед лицом волны гулей, он мельком увидел древнего вампира, впивающегося в шею командира секции другой команды, и никто из команды не отвечал на радиовызовы. Насколько знал Найджел, пользователи эссенции не могли быть превращены в гулей, но он беспокоился, что их могли превратить в нечто худшее.

Гули прорвались сквозь стрельбу, бросившись на команду Найджела. Команда прекратила огонь, и Коббо рванул вперед из арьергарда, чтобы встретить их. Он не бежал, а несся по воздуху, его копье было нацелено, как рыцарское копье. Оно вонзилось в гуля, и магически усиленный импульс Коббо остановился. Весь импульс передался гулю, который отлетел назад в остальных, прежде чем взорваться, разорвав ближайших гулей и разбросав остальных. Это дало команде Найджела передышку, когда Коббо отступил, а стрелки возобновили огонь по гулям.

Они продолжали отступать к лестничной клетке, лифты были отключены, чтобы предотвратить использование их Кабалой. В следующий раз, когда гули приблизились, Джонно бросил свою наколдованную винтовку и вызвал комично большую роторную пушку, которая скосила гулей, разорвала стену позади них и разбила стекло на внешней стене за ними. Еще больше бесконечных на вид гулей хлынуло в зал, не испугавшись абсурдной демонстрации силы Джонно.

* * * — Я рад видеть, что ты передумал, Фрэнк, — сказал Вермиллион, пожимая руку Франклину. Они стояли под мостом, вдали от любопытных глаз.

— Это было решено за меня, — сказал Франклин. — Мне следовало послушать тебя, Крейг.

— Может, к лучшему, что ты этого не сделал, — сказал Вермиллион. — Теперь мы знаем, что твой идиот-древний увел всех с объекта хранения, чтобы атаковать Сеть.

— Не всех, — сказал Франклин. — Нам придется пробиваться с боем внутрь и наружу. Это наши собственные люди, Крейг.

— Я знаю. Но это единственный раз, когда охрана будет достаточно слабой, чтобы это было вообще возможно, — сказал Вермиллион.

— Да, — сказал Франклин, в его голосе звучала покорность. — Нам нужно идти сейчас. Наше окно возможностей мало.

— Ладно, — сказал Вермиллион. — Пошли.

* * * Из-за склонности к прото-пространствам и событиям трансформации пять полных тактических групп находились в режиме ожидания на верхних этажах здания и переместились вниз, чтобы противостоять атаке Кабалы. Без магического вмешательства пространственного измерения или зоны трансформации связь работала идеально, и команды могли координировать действия.

К сожалению, тактические группы прибыли вниз в самый хаос. Вампирский лорд превратил тревожное количество мертвых в гулей, и Кабала использовала их как пушечное мясо. Члены Кабалы воздерживались от вступления в бой с командами Сети, позволяя им истощить себя в борьбе с гулями.

Директором тактических операций Сети, которого тактические группы называли «Дитто», был Коэн Уотерс. Он приказал командам медленно отступать обратно наверх, давая людям на этажах выше время добраться до магической защиты верхних этажей здания.

Одна из пяти команд Сети была атакована самим вампиром и уничтожена, в то время как другая потеряла сплоченность и была разбита наступающей ордой гулей. Командир секции серебряного ранга отступил с парой членов команды, в то время как остальные были отрезаны, либо схвачены Кабалой или гулями, либо сумели сбежать. Некоторые прострелили дыры во внешних окнах, бронзовые ранги были готовы рискнуть четырехэтажным падением, чем столкнуться с волной нежити.

Оставшиеся три команды, включая команду Найджела, успешно добрались до разных лестничных клеток вокруг здания. Все они находились на четвертом этаже и работали над обеспечением безопасности входов на лестничные клетки, прежде чем подниматься. В случае с командой Найджела это означало, что Дарс поспешно вызвала своего парового голема, чтобы тот послужил оплотом для двери. В то время как она делала это, Оранж присел и положил руки на верхнюю ступеньку, ведущую вниз, используя свою способность ослаблять материалы на лестнице внизу.

Когда Оранж закончил, он встал, и Найджел посмотрел на него вопросительно.

— Что? — спросил Оранж своим резким деревенским акцентом.

— Почему лестница не обрушилась? — спросил Найджел.

— Лестница будет казаться нормальной, пока на нее не встанет несколько из них, — сказал Оранж. — Тогда они обрушатся и сбросят этих неживых ублюдков, как мешки с д—

— Мы поняли идею, — сказал Найджел. — Хорошая работа.

Оставив позади ловушку из лестницы и большую вызванную сущность, сделанную из чего-то, похожего на латунь, они направились наверх, пока Найджел докладывал по рации.

— Дитто, мы обеспечили восточную лестничную клетку на четвертом уровне и поднимаемся.

— Эвакуация с пятого по восьмой этажи проходит гладко, — ответил Коэн. — Собирайтесь у арсенала на девятом этаже; это будет наша первая фиксированная точка обороны.

Девятый этаж был местом, где начиналась магическая защита Сети и где хранились их магические ресурсы. Это было место, где Сеть могла лучше всего использовать свои преимущества, чтобы отразить атакующих. Единственной причиной, по которой тактические группы спустились оттуда, было желание защитить как можно больше людей с нижних этажей.

Команда продолжала подниматься. Лестничная клетка располагалась снаружи здания и имела стекло с одной стороны, позволяя команде смотреть наружу на то, что происходит на земле, по мере подъема. После открытой атаки Кабалы на здание в деловом центре Сиднея власти вмешались, оцепив большую территорию вокруг здания. Команда видела, где оцепление было оттянуто назад и расширено после неудачного столкновения с силами Кабалы.

— С каких пор у тебя такой уровень контроля над способностями, чтобы ловить лестницу, Оранж? — спросила Диджит, пока они быстрым шагом поднимались по лестнице.

— Я становлюсь хорош в своих силах, — сказал Оранж. — Я практиковался, как учил нас Инструктор Горячая Штучка.

— Ты свинья, Оранж, — сказала Дарс.

— Я называю ее так только из-за ее вулканических сил, — сказал Оранж. — Хочу ли я также трахнуть ее как барабан? Да, хочу, но я джентльмен.

— Так вот в чем секрет того, чтобы ты прикладывал усилия, — сказала Диджит. — Иметь красивую женщину, чтобы говорить тебе.

— Приятель, это никакой не чертов секрет, — сказал Оранж. — Пошли ко мне красивую девушку, и ты сможешь заставить меня делать все, что ты… о, черт возьми.

Каждый член секции Найджела держал ухо востро и заметил опасность одновременно. Люди с гротескно удлиненными конечностями карабкались по внешней стороне здания, их голые руки и ноги прилипали к стеклу.

— Снаружи здание довольно зеркальное, верно? — спросила Дарс. — Они вообще знают, что мы здесь?

Найджел поднял винтовку и прицелился в окно.

— Сейчас узнают.

* * * — Мои гули должны были уже захватить это место, — пожаловался Уиллоуби. — Что так долго?

— Опять же, Лорд Уиллоуби, это маги эссенции. Они гораздо могущественнее, чем были в ваше время.

— Каждое время — мое время. Кто вы вообще такие? Где мой слуга?

— Я Ричард, мой Лорд. Никто не смог найти Франклина с тех пор, как мы прибыли.

— Предательство или трусость, — сплюнул Уиллоуби. — В любом случае, притащите его передо мной, как только его найдут.

* * * Джейсон, Фарра и Доун появились на вершине высокого здания в деловом центре Сиднея, недалеко от здания Сети. Джейсон впервые посетил эту крышу, чтобы наблюдать за зданием, все еще присматриваясь к Сети, в свои первые дни возвращения на Землю. Привлекши их внимание своим трюком с целителем веры в больнице, он заставил Тень проследить за людьми, которые прибыли для расследования. Это привело его на эту крышу.

Они были удивлены, обнаружив, что они не одни на крыше, найдя армейскую снайперскую команду, наблюдающую за штаб-квартирой Сети. Джейсон беспокоился о том, какой будет их реакция, пока не почувствовал поток облегчения от солдат.

— Вы Джейсон Асано, — сказал один из них.

— Я ношу его нижнее белье, так что надеюсь, что да, — сказал Джейсон.

— Слава богу, вы здесь.

— Вы не должны пытаться взять меня под стражу или что-то в этом роде?

— К черту это, — сказал солдат. — Там внизу что-то есть. Что-то плохое. Оно убивает людей и превращает их в каких-то быстрых зомби.

— Гули, — сказала Доун. — Это будут люди без магии, которых он трансформировал. Они уже мертвы, и мы ничего не можем сделать для них сейчас, кроме как дать им покой. Это пользователи эссенции, о которых нам нужно беспокоиться. Если он возьмет их живыми, он может превратить их.

— Я сражался с монстром, называемым ткачом крови, — сказал Джейсон. — Он превращал людей в вампиров, но их можно было очистить, если добраться до них достаточно быстро.

— Меньшие вампиры, — сказала Доун. — Вы сможете сделать то же самое здесь. Проклятие может исказить тело и разум, но не душу, если только душа не сдастся ему. Если вы сможете добраться до них до того, как проклятие полностью завладеет телом, их можно спасти. Как только их тела перешли из живых в нежить, мы можем только упокоить их вместе с гулями.

— Сколько у нас времени? — спросил Джейсон.

— Часы, — сказала Доун. — Если мы будем действовать сейчас, мы должны комфортно успеть. Вам просто нужно избегать смерти, пока вы работаете, но, по крайней мере, проклятие сведет на нет их способности эссенции. Вы пройдете через здание, находя и очищая меньших вампиров. Вам, вероятно, придется пробиваться через гулей и Кабалу, чтобы сделать это.

— Мы идем за главным вампиром, — сказала Фарра.

— Да, — согласилась Доун. — Я уверена, что смогу победить его в бою, но даже с огненными способностями, чтобы помешать его исцелению, я не могу нанести достаточно урона, чтобы убить золотой ранг. Это будет твоя работа, Фарра. Я подготовлю удары, а ты бей с максимальной эффективностью.

— Ладно, — сказала Фарра.

Трио переместилось к краю крыши и осмотрело местность. Военный и полицейский кордон не подпускал людей, а улица перед зданием была усеяна кровью и разбитыми машинами. Было лишь несколько тел, тех, что были слишком повреждены, чтобы быть достойными превращения в гулей. В стеклянной внешней части здания были дыры. Что касается внутренней части здания, то и Доун, и Джейсон обладали ауральным восприятием, достаточно мощным, чтобы осмотреть интерьер.

— Гули и Кабала заняли первые три этажа и большую часть четвертого, — сказал Джейсон. — Похоже, Сеть перемещает своих людей на верхние этажи, где у них установлена магическая защита.

— На девятом уровне есть арсенал, — сказала Фарра, зная здание гораздо лучше Джейсона. — Они установят там свою первую настоящую линию обороны.

— Тогда туда я и отправлюсь, — сказал Джейсон. — Я начну снизу и буду пробиваться вверх. Они используют гулей как живой щит, так что я надеюсь застать вампирских миньонов врасплох.

— Мы пойдем прямо за старым вампиром, — сказала Доун. — Сети будет лучше, если мы сможем удержать его подальше от боя.

— Аура, которую излучают эти гули, очень дикая, — сказал Джейсон. — У вампира достаточно контроля, чтобы остановить гулей от нападения на Кабалу?

— Судя по тому, как быстро он создал их всех, — сказала Доун, — он, вероятно, из родословной, которая специализируется на создании слуг. Это хорошо для нас, потому что такая родословная слабее в прямых столкновениях.

— Как бы я справился с одним из этих вампиров? — спросил Джейсон.

— Твои способности крови не будут такими эффективными против золотого ранга, как против твоего ранга и ниже, — сказала Доун. — Твои силы, которые ослабляют сопротивление и игнорируют разницу в рангах, означают, что твоя магия крови все равно будет преимуществом, но не недооценивай вампира. Их характеристики похожи на характеристики пользователя эссенции их ранга, и у всех них разные способности крови, основанные на их вампирских родословных.

— Как бы вы оценили мои шансы? — спросил Джейсон.

— Если бы ты использовал миньонов вампира, чтобы стать сильнее, прежде чем противостоять одинокому вампиру, ты, скорее всего, победил бы. Без усиления себя или против численности я была бы гораздо менее оптимистична.

— Значит, мне нужно выбирать свои битвы, — сказал Джейсон. — Это не ново.

У Джейсона было несколько способов украсть силу своих врагов. Он был способен накапливать здоровье с помощью различных способностей истощения, и если бы у него было достаточно мертвых врагов, он мог бы компенсировать самую опасную разницу с золотыми рангами, которая заключалась в скорости.

Способность: [Жатва крови] (Кровь)

* Заклинание (истощение). * Базовая стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (04%).

* Эффект (железо): Истощение остаточной жизненной силы недавно умершего тела, пополнение здоровья, выносливости и маны. Влияет только на цели с кровью.

* Эффект (бронза): Влияет на любое количество тел в широкой области.

* Эффект (серебро): Получить экземпляр [Кровавого Безумия] за каждый истощенный труп, до порога, определяемого текущим рангом. После достижения порога вместо этого получать экземпляры [Крови Бессмертного].

* [Кровавое Безумие] (благо, нечестивое, суммирующееся): Бонус к [Скорости] и [Восстановлению]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, до максимального порога.

* [Кровь Бессмертного] (благо, исцеление, нечестивое, суммирующееся): При получении урона экземпляр поглощается, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект исцеления со временем. Дополнительные экземпляры могут быть накоплены, но не имеют кумулятивного эффекта.

С самого начала Жатва крови была сильнейшей способностью Джейсона к восстановлению, используемой для пополнения сил после победы над врагами. Теперь у нее было новое предназначение в качестве козыря для противостояния противникам более высокого ранга. Если бы у него был шанс сначала устранить достаточное количество врагов более низкого ранга, он мог бы компенсировать скорость золотого ранга, усилив свою собственную. Он все еще не смог бы сравниться с золотым рангом, по крайней мере, пока сам не продвинется гораздо дальше в серебряном ранге, но этого было бы достаточно, чтобы не быть полностью превзойденным.

Джейсон, Фарра и Доун спрыгнули с края здания, каждый отрастил крылья. Джейсон, посередине, имел крылья ночи, сформированные из плаща, который он наколдовал вокруг себя. По обе стороны от него были женщины с крыльями огня, планирующие в строю к зданию Сети.

ПРИГОЖИЕ ДЕВИЦЫ

ПРИГОЖИЕ ДЕВИЦЫ

Джейсон, Фарра и Доун скользили по воздуху в сторону здания Сети. Из Джейсона вырвались двадцать темных фигур, направляясь к нижней части здания. Тень не могла проникнуть на магически защищенные верхние этажи, но ее бесплотная форма легко могла разведать остальную часть. Как только Тень оказывалась по всему зданию, Джейсон мог совершить теневой прыжок к любой из них.

Вампиры обладали от природы хорошим контролем ауры, пусть и несколько ограниченным в масштабах. Сам Джейсон перенял кое-какие трюки у Крейга Вермиллиона. Древний вампир мощно проецировал свою ауру, наводняя здание страхом и ужасом. Это делало его легкой мишенью, но он также почувствовал приближение Джейсона и остальных, когда они начали отбиваться от его ауры. Фарре пришлось приложить больше усилий, чем Джейсону и Доун, но она все же сумела противостоять гнетущему воздействию ауры вампира.

Джейсон направился к земле, в то время как Доун и Фарра полетели к третьему этажу. Разделившись, Фарра применила на Джейсоне одну из своих способностей.

* [Фарра Хурин] пытается использовать способность [Связь сил] на вас. * [Связь сил] усилит некоторые ваши способности на время действия связи и даст [Фарре Хурин] доступ к вашим знаниям. Это ограничено вашими знаниями о концепциях, внешних по отношению к вам. Эта способность не может читать ваши мысли или получить доступ к знаниям о вас самих. * [Связь сил] может быть отклонена или прекращена вами в любое время. * Если вы не доверяете [Фарре Хурин] безоговорочно, эта способность не сработает. Подсознательное недоверие помешает работе этой силы.

Джейсон принял силу.

* Вы попали под воздействие [Связи сил], соединившей вас с [Фаррой Хурин]. Вы можете разорвать это соединение в любое время. * [Связь сил] использовала случайную эссенцию [Фарры Хурин], чтобы случайным образом усилить одну из ваших способностей. Способность [Кровавый ужас] была усилена [Эссенцией огня]. Пока действует [Связь сил], фамильяр [Колин] будет невосприимчив к огню и эффектам жара, а также будет накладывать [Горение] при проведении атак.

— Ох, — сказал Джейсон, и его темный капюшон скрыл широкую ухмылку на лице. — Ох, прелестно.

Джейсон не стал прятаться, приземлившись на землю снаружи здания; из его тени появилось еще полдюжины Теней. У входа стояла небольшая группа членов Кабалы, никто из них не скрывал свой истинный облик. Один был циклопом, вдвое выше человека, остальные же напоминали вытянутых людей с длинными, узкими конечностями. Циклоп имел серебряный ранг, остальные — бронзовый.

Заметив прибытие Джейсона, члены Кабалы не бросились в атаку. Длинноногие были напуганы, а циклоп — разгневан; все это Джейсон мог прочитать по их аурам.

— Открыто и с гордостью; я должен это уважать, — сказал Джейсон, глядя на циклопа. — Вы довольно круты.

— Зачем ты здесь? — спросил один из членов Кабалы. — Сеть тебя предала.

— Вот почему я доверяю людям, а не институтам, — ответил Джейсон. — У меня здесь все еще есть друзья, и я не позволю вашему новому боссу их сожрать. Вы действительно довольны тем, что здесь происходит?

— Сила всегда побеждает, — прорычал циклоп голосом, похожим на раскаты грома. — Я хочу проверить твою мощь.

— Не сомневаюсь, — сказал Джейсон, откидывая капюшон с головы. — Но как только проверишь, пожалеешь, что сделал это. Если Кабал готов собрать вещи и уйти, я готов позволить им это сделать.

Циклоп откинул голову назад и издал громоподобный смех.

— Ты думаешь, что сможешь убить нас всех?

— Да, — ответил Джейсон.

— Мы никогда не хотели быть частью этого, — сказал один из длинноногих членов Кабалы. — Ты не знаешь, насколько силен этот вампир. Разве ты не чувствуешь?

При всей силе своей ауры, Джейсон не обладал мощью, чтобы подавить ауру вампира золотого ранга. Его собственная аура была слишком сильна, чтобы вампир мог подавить ее в ответ, даже если бы мог. Только определенные родословные обладали таким аспектом контроля ауры.

— Я чувствую, — сказал Джейсон.

Он направил свою ауру на здание, накладывая ее на ауру вампира. Властный аспект ауры Джейсона вступил в конкуренцию с пропитанной страхом аурой вампира. Это было не самое приятное ощущение, но аура Джейсона включала в себя и защитные аспекты. Члены Сети внутри здания почувствовали, будто тиран защищает их от монстра, когда Джейсон ослабил гнетущее воздействие вампира.

Длинноногие члены Кабалы смотрели на Джейсона с еще большим страхом, чем прежде. Вампир не щадил своих людей от воздействия собственной ауры, поэтому теперь они страдали одновременно и от его, и от ауры Джейсона. Результаты были чисто психологическими, но тем не менее эффективными.

— У меня пунктик насчет превращения жертв в нежить, когда мне приходится их всех упокаивать, — сказал Джейсон. — Если кто-то, кроме старого вампира и его гулей, решит сбежать, я не буду преследовать. Идите внутрь и скажите своим.

— Только посмей, — предупредил циклоп, чувствуя страх своих приспешников. У него было достаточно силы воли, и он оставался впечатляюще невозмутимым перед обеими аурами.

— Я не хочу оказаться в эпицентре этого, — пожаловался длинноногий мужчина. — Ты серьезно готов убить всех этих людей?

Луч света выстрелил из глаза циклопа, словно лазер, и длинноногий мужчина закричал, когда его плоть начала гореть.

— Да, — прорычал циклоп.

Мужчина попытался убежать, но луч преследовал его, пока он не упал замертво на землю.

Джейсон натянул капюшон обратно на голову и закутался в плащ, в то время как на полудюжине Теней, стоявших рядом с ним, проявились точно такие же плащи. При быстром движении их было бы трудно отличить от Джейсона, особенно когда аура Джейсона окутывала их всех.

* * * Меч-хлыст Фарры метнулся вперед, разбив стекло, что позволило ей и Доун беспрепятственно влететь на третий этаж. Там они почувствовали источник ауры вампира. В отличие от Джейсона, вампиру не хватало контроля, чтобы скрыть свое местоположение в зоне, залитой его аурой. Вместо этого он выделялся, словно маяк.

Доун и Фарра приземлились в широком коридоре, полном гулей. Фарра топнула по полу, и стена из обсидиана поднялась, рассекая коридор вдоль, достаточно быстро, чтобы раздавить нескольких гулей о потолок. Затем стена взорвалась осколками, превратив оставшихся гулей в кровавые ошметки, и в коридоре воцарилась тишина.

Дверь в конце коридора открылась, и вошел мужчина, невозмутимый перед кровавым ужасом, который Фарра устроила в коридоре. Одетый так, будто сошел со страниц исторической драмы, а не из соседней комнаты, он оглядел женщин с самодовольной ухмылкой.

— Наконец-то что-то в этом жалком современном мире, что я могу всецело одобрить, — сказал Уиллоуби. — Пара пригожих девиц, которые сами пришли ко мне.

— Не думаю, что тебе понравится то, зачем мы здесь, — сказала Фарра.

— А мне кажется, понравится, — сказал Уиллоуби. — Женщины не доставляют удовольствия, если не сопротивляются.

— Мне доставит удовольствие убить тебя, — сказала Фарра.

— А мне доставит удовольствие научить тебя использовать этот острый язычок для… более подходящих целей.

Фарра наколдовала вокруг себя обсидиановую броню, в то время как Уиллоуби рванул вперед с молниеносной скоростью золотого ранга, практически телепортируясь по коридору. Однако «почти мгновенно» на самом деле не означало мгновенно, и пока Фарра и вампир обменивались колкостями, Доун бормотала заклинание.

Прямо перед тем, как вампир добрался до них, на каждой стене коридора появились магические круги, выстрелившие сетью огненных нитей, в которую Уиллоуби врезался, словно муха в паутину. Его движение было остановлено, когда он запутался в горящих нитях, но он тут же начал вырываться с силой золотого ранга. Однако Фарра не упустила шанс. Ее меч-хлыст змеей обвился вокруг вампира.

Меч Фарры в сложенном состоянии был зазубренным двуручным мечом из обсидиана. В состоянии меча-хлыста обсидиановые зубья разделялись и нанизывались на гибкий шнур из раскаленной лавы, напоминая акульи зубы на ожерелье. Лава присоединилась к огненным нитям заклинания-ловушки Доун, обжигая вампира, но урон был поверхностным. Уиллоуби напрягся, пытаясь разорвать обвивший его меч. Фарра не стала оставлять его на месте, зная, что он быстро уничтожит наколдованное оружие. Его гибкость и мощь были невероятны, но прочность была слабым местом.

Когда Фарра отвела меч, обсидиановые лезвия искромсали вампира, словно он попал в промышленную аварию. Он быстро исцелялся, хотя обожженные участки плоти восстанавливались медленнее. Его регенерация была затруднена, так как пламя вспыхивало из рваных ран, оставленных мечом Фарры.

Доун сотворила второе заклинание, пока Фарра сражалась с вампиром. Вокруг Уиллоуби появились стальные кольца, когда он восстановился. Они немедленно деформировались, когда вампир напрягся, но это дало женщинам время для новых атак. Фарра топнула, и обсидиановый шип пронзил пол, вонзившись в пах вампира. Затем из его тела вырвались обсидиановые шипы.

Это была одна из самых мощных атак Фарры, к тому же очень эффективная по соотношению затрат маны к урону. Проблема заключалась в том, что атаку было легко предугадать и избежать, поэтому она использовалась редко. Она была полезна только тогда, когда враг был крупным и медлительным или был пойман другой способностью, что делало Доун ценным партнером для Фарры.

Несмотря на мощь атаки, она едва замедлила вампира. Раздался резкий треск камня внутри тела вампира, когда он снова перешел в атаку, и пронзающий стержень был сломан. Фарра твердо стояла против противника золотого ранга, отбиваясь как могла. Разница в их скорости была очевидна, когда ее меч рассекал лишь воздух, в то время как его когтистые ногти сдирали полосы с ее обсидиановой брони.

Однако Фарра не была приоритетной целью Уиллоуби, так как он определил контролирующие эффекты Доун как главное препятствие к их убийству. Вампир пнул Фарру прямо в грудь, отправив ее в полет мимо Доун и наружу через дыру в стекле, через которую она вошла в здание. Она исчезла из виду, оставив Доун в одиночестве.

Доун нацелилась на короткий момент потери равновесия у Уиллоуби после резкого удара ногой, воспользовавшись шансом подойти и приложить руку к груди вампира. Весь огонь в комнате исчез, от остатков огненных нитей Доун до эффектов горения, которые Фарра оставила на теле Уиллоуби. Сразу после этого взрыв под рукой Доун отправил вампира в полет обратно по коридору. Она последовала за ним с быстрой серией жестов руками, каждый из которых вызывал стену пламени, поднимающуюся одну за другой, блокируя путь между ней и Уиллоуби.

Фарра влетела обратно в здание, двигаясь быстрее, так как избавилась от поврежденной брони. Ее огненные крылья исчезли, и она наколдовала новый комплект брони.

— Все идет неплохо, — сказала она, глядя на огненные барьеры, запечатывающие коридор.

— Это еще далеко не конец, — предупредила Доун.

Доун была специалистом по контролю, способной нанести некоторый урон, но далеко не достаточный, чтобы убить противника золотого ранга. К сожалению, ее контролирующие эффекты серебряного ранга действовали против золотого ранга лишь мгновения. Максимум, что она могла сделать — это выиграть критические моменты для Фарры, чтобы та нанесла свои удары. Даже так, точность и суждение Доун позволили им с Фаррой в значительной степени контролировать начальные стадии боя, хотя мощь золотого ранга вампира означала, что все могло измениться в одно мгновение.

Вместо того чтобы прорываться сквозь череду огненных стен, блокирующих коридор, Уиллоуби использовал преимущество своей физиологии золотого ранга, чтобы проломить стены соседних комнат. Фарра и Доун услышали его приближение как серию быстрых ударов. Вампир проломил себе путь обратно в коридор, схватил Фарру и продолжил движение, пробив ею противоположную стену. Подняв ее в воздух за горло, он с такой силой ударил ее об пол, что они проломили его и упали на уровень ниже.

Опустившись на колени поверх Фарры, Уиллоуби огляделся, ожидая увидеть небольшую армию гулей. Вместо этого гули снова были неподвижными трупами, иссохшими и сухими, словно были мертвы месяцами.

Его внимание снова переключилось на Фарру, когда она ударила его по уху. Он прижал ее руки своими коленями и схватил ее за шлем, обсидиан треснул, когда он вырвал лицевую пластину. Он поднял когтистую руку, чтобы обрушить ее на ее лицо, когда огненная веревка из дыры наверху обвилась вокруг его запястья. Еще больше веревок змеились вокруг других его конечностей, и его дернули через дыру, подтянув к потолку, где были закреплены веревки. Он был связан лишь на мгновение, прежде чем быстро вырвался.

В тот момент, когда он был запутан, Фарра все еще лежала на полу внизу, но послала поток обсидиановых осколков вверх, чтобы они вонзились в тело вампира. Они присоединились к сломанным осколкам, все еще остававшимся в его теле после предыдущего пронзания, но, как и та атака, обсидиан заметно не замедлил его. Он бросился на Доун, которая спокойно уклонялась от его атак.

В отличие от Фарры, которая была в начале серебряного ранга, аватар Доун был ближе к пику. Это означало, что, хотя ее скорость не могла сравниться с золотым рангом, она была в гораздо лучшем положении, чем Фарра. Опыт, рожденный использованием эссенции алмазного ранга, был достаточен, чтобы компенсировать разницу с вампиром, атакующим как дикий зверь, яростно размахивающим когтистыми руками.

Хотя он не мог попасть по ней, он был настолько быстр и свиреп, что Доун могла лишь уклоняться от атак. Фарра выпрыгнула с пола внизу, чтобы атаковать вампира со спины, но была перехвачена. Когда она оказалась позади него, Уиллоуби зарычал, и из его спины брызнула кровь, разрывая одежду. Вместо того чтобы разлететься на Фарру, она сгустилась в кровавого клона между ней и вампиром. Он выглядел идентично Уиллоуби, за исключением пурпурно-красного оттенка синяка, напоминающего форму серебряного ранга Колина, имитирующую Джейсона.

И Доун, и Фарра почувствовали через ауру вампира, что создание клона стоило ему значительной силы. Как и предсказывала Доун, большинство сил Уиллоуби были связаны с созданием миньонов, с малым количеством боевой мощи. Он видел, как Фарра продемонстрировала, что использование гулей малоэффективно, в то время как его свежесозданные низшие вампиры постепенно исчезали из его восприятия во время боя. Это было тревожное развитие событий, но он не мог переключить на него внимание, сражаясь с двумя женщинами.

Уиллоуби нужно было отвлечь одну из женщин достаточно долго, чтобы убить другую; их тактика двойного удара оказалась слишком эффективной. Кровавый клон был последним средством Уиллоуби, творением, которое поглотило огромную часть его накопленной жизненной силы. Как только он победит женщин, ему нужно будет выпить их досуха, вместо того чтобы превращать в низших вампиров. Даже тогда ему как можно скорее понадобится кровь, наполненная энергией ядра реальности.

К несчастью для Уиллоуби, горстка сил вампира бледнела по сравнению с теми, что были доступны пользователю эссенции. У Фарры было свое последнее средство, и, почувствовав, как Уиллоуби тратит огромную часть своей силы, она сунула в рот золотую монету духа. Ее способность «Разрушитель лимитов» значительно продлит время, в течение которого она сможет использовать усиление монеты духа для своих атрибутов. Вампир выругался, почувствовав, как аура Фарры резко возросла в силе.

Когда Фарра использовала свою способность «Разрушитель лимитов», чтобы противостоять пользователю эссенции золотого ранга, она все еще была слабее. Это было не так в случае с вампиром золотого ранга, не говоря уже о кровавом клоне, который был неполноценной копией. Прорываясь сквозь него, Уиллоуби понял, что не победит. Он попытался бежать, промчавшись мимо Доун и целясь в дыру во внешней стене.

Однако, свободная от атак вампира, Доун снова могла использовать свои силы, и сеть из стальных нитей заполнила проем. Вампир врезался в них, пытаясь пробиться, но они замедлили его, пока Доун творила заклинание. Из пола появились новые огненные веревки, обвились вокруг вампира и затащили его обратно внутрь.

После этого оставалось лишь дело времени, пока Доун продолжала препятствовать и вампиру, и клону. Фарра обрушилась на них с силой, подпитываемой потребленной монетой духа. В качестве завершающего удара она превратила множество обсидиановых осколков, оставленных ею в его теле, в лаву, сжигая его изнутри. В конце концов, вампир остался обгоревшим остовом, прикованным к полу наколдованными стальными проводами, которые у него уже не было сил разорвать.

— Не убивай его, — сказала Доун. — Подожди Асано. Есть кое-что, что я хочу проверить.

ОЧЕНЬ ПОХОЖЕ НА ДОГАДКУ

ОЧЕНЬ ПОХОЖЕ НА ДОГАДКУ

Джейсон стоял перед зданием Сети, циклоп и другие члены Кабалы все еще стояли перед ним. Воздух вонял горелой плотью от того, кто попытался сбежать и был убит циклопом за эту попытку. Осталось еще около дюжины. Джейсон стоял в окружении Теней, готовясь к противостоянию с людьми перед ним.

Циклоп выстрелил своим глазным лучом в Джейсона, и один из шаров превратился в щит, чтобы перехватить его. Мощный луч быстро уничтожил барьер, но секундной задержки хватило Джейсону, чтобы шагнуть в одну из Теней и исчезнуть.

Другие члены Кабалы воспользовались шансом разбежаться, пока циклоп был сосредоточен на Джейсоне; некоторые бросились в здание, другие побежали на улицы или даже начали карабкаться по стене здания, как Человек-паук. Циклоп обвел глазом пространство перед зданием в поисках Джейсона, стреляя лучами по Теням и уничтожая две из них, прежде чем остальные растворились в тенях.

Джейсон поднялся из собственной тени циклопа, между ним и зданием. Он немедленно нанес серию ударов кинжалами, похожими на швейные иглы, в бедро возвышающегося существа, быстро выкрикивая заклинания.

— Кровоточи для меня.

— Неси на себе метку своих прегрешений.

— Твоя судьба — страдать.

Циклоп не обладал сбалансированными атрибутами пользователя эссенции; скорость была ценой за его размер и силу. Он был быстр для своих размеров, но все же оставался грубой силой, сплошная мощь и никакого изящества. Это сделало существо легкой добычей для Джейсона, когда он применил свой полный набор недугов.

На серебряном ранге массив недугов Джейсона был ужаснее, чем когда-либо. Мало того, что он мог обходить иммунитеты, которые ранее сдерживали его, у него также было больше эффектов урона, чем когда-либо. Его специальная атака, «Наказание», была одной из его основных сил с самого начала и оставалась ключевой техникой.

Способность: [Наказание] (Грех)

* Специальная атака (ближний бой, проклятие, святость). * Стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (07%).

* Эффект (железо): Наносит некротический урон и накладывает недуг [Грех].

* Эффект (бронза): Наносит или обновляет длительность [Цены отпущения].

* Эффект (серебро): Если у цели есть какие-либо экземпляры [Греха], она страдает от экземпляра недуга [Возмездие за грех]. Если у пораженного врага нет экземпляров [Греха], но есть экземпляры [Епитимьи], он не страдает от [Греха] или [Возмездия за грех]. Вместо этого он получает трансцендентный урон от этой способности вместо некротического урона и страдает от дополнительного экземпляра [Епитимьи], а экземпляры [Епитимьи] не спадают в течение короткого периода.

* [Грех] (недуг, проклятие, суммирующийся): Весь полученный некротический урон увеличивается. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Цена отпущения] (недуг, святость): Получайте трансцендентный урон за каждый экземпляр [Греха], очищенный с вас.

* [Возмездие за грех] (недуг, нечестивость, суммирующийся): Получайте некротический урон с течением времени. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Епитимья] (недуг, святость, урон-с-течением-времени, суммирующийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадая по мере нанесения урона.

«Наказание» было показательным для того, как Джейсон сражался на своем текущем ранге. На ранних стадиях боя оно добавляло больше некротического урона, чем когда-либо. Как только Джейсон очищал врага, заменяя некротические недуги недугом трансцендентного урона «Епитимья», специальная атака менялась, чтобы поддерживать его.

Циклоп отреагировал на атаки Джейсона, разворачиваясь на месте, но его размер был помехой, когда Джейсон оставался рядом. Он пнул Джейсона, который легко уклонился, и попытался отступить, чтобы использовать свой глазной луч. Джейсон оставался под ногами, расстраивая одноглазого гиганта.

Один из шаров Джейсона был уничтожен первой атакой глазного луча, но другой все еще летал вокруг него. Он переместился к циклопу и исчез, применив недуг, который заставил циклопа начать порождать бабочек.

* [Предвестник рока] (недуг, нечестивость, суммирующийся): Постоянно высасывает ману из жертвы, чтобы наколдовать бабочку, которая ищет ближайших врагов. Бабочки бесплотны и наносят урон разрушительной силой в небольшой области при уничтожении. Бабочки, контактирующие с врагами, накладывают по одному экземпляру каждого не-святого недуга, присутствующего на враге, из которого она проявилась, включая [Предвестника рока]. Этот эффект нельзя очистить, пока действует любой другой не-святой недуг. Дополнительные экземпляры могут быть накоплены. В момент проявления создается одна бабочка на каждый экземпляр этого недуга.

— Гордон, — сказал Джейсон, и появился его фамильяр.

Вокруг Гордона проявились четыре шара вместо обычных шести, так как два, которые Джейсон израсходовал, еще не восстановились. Однако четырех было достаточно для нужд Джейсона.

— Открой его, — приказал Джейсон.

Одним из достижений Гордона на серебряном ранге была способность использовать любую из своих способностей через один тип шара, вместо того чтобы иметь разные шары с индивидуальными функциями. Гордон мог использовать все четыре шара, чтобы стрелять лучами резонирующей силы по зданию. Резонирующая сила была типом урона с превосходными качествами пробивания брони. Она прорывалась сквозь немагический бетон так же легко, как сквозь стекло, вскрывая весь фасад здания и выбрасывая облако бетонной пыли, скрывая Джейсона от циклопа.

Внутри здания большая часть сил Кабалы собралась на первом этаже, пока гули пробивались вверх. Члены Кабалы уже узнали о событиях снаружи после того, как некоторые из длинноногих людей вбежали внутрь. Теперь стена была содрана энергетическими лучами, которые прошли прямо сквозь нее и прошлись по ним тоже. Они бросились наружу, даже когда Гордон исчез обратно в ауру Джейсона, а Джейсон погрузился в тень циклопа. Тем временем бабочки перемещались от циклопа в сторону выходящей толпы.

Джейсон появился из одного из тел Тени на втором этаже, в небольшой кладовой для инвентаря. По другую сторону закрытой двери он слышал бегающих гулей.

— Гордон, если кто-то из людей снаружи решит бежать, пусть бабочки оставят их в покое, — сказал Джейсон.

Один из шаров Гордона на мгновение ярко вспыхнул синим, сигнализируя о принятии команды.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — Некоторые члены Кабалы карабкаются по внешней стороне здания и могут обойти защитников Сети, чтобы добраться до людей, которые еще не достигли магической защиты верхних этажей.

— Многие из них?

— Лишь несколько с каждой стороны здания, все железного или бронзового ранга. Некоторые меньше заинтересованы в прорыве в здание, чем в том, чтобы избежать боя между вами и циклопом. Рекомендую развернуть Гордона.

— Как крут был тот циклоп? — спросил Джейсон. — Этот глазной луч?

— Думаю, возможно, вам стоит попытаться сохранить концентрацию, мистер Асано.

— Что скажешь, Гордон? Хочешь поиграть в мойщика окон?

Гордон мигнул синим шаром и прошел прямо сквозь стену.

— Какова ситуация? — спросил Джейсон.

— Вампир золотого ранга, похоже, разбросал своих новых низших вампиров среди гулей, — объяснила Тень, разведав здание, пока Джейсон противостоял циклопу. — Способность вампира напрямую контролировать такое количество гулей, по-видимому, ограничена. Полагаю, низшие вампиры действуют как суб-командиры, чтобы держать орду под контролем.

— С чем я имею дело по ту сторону этой двери?

— Ряд гулей во главе с одним из низших вампиров пытались подняться по лестнице неподалеку, но лестница обрушилась на них. Они образуют кучу и карабкаются друг на друга. Низшего вампира я узнал из тактической группы Сети. Мы работали с ним в прошлом.

— Тогда пошли спасать его, — сказал Джейсон. — Мне просто жаль, что мы ничего не можем сделать для остальных.

Джейсон открыл дверь и вышел в открытое офисное пространство, полное опрокинутых перегородок кубиклов, кишащее гулями. Только самые близкие заметили прибытие Джейсона, пока он не поднял руку ладонью наружу и не обстрелял комнату пиявками, которые вырвались из его руки.

Это быстро привлекло внимание низшего вампира, которого легко было выделить, так как он не был скрученным, ожившим трупом. Вампир бросился сквозь гулей, когда Джейсон поднял другую руку в его сторону.

— Напитай меня своими грехами.

* * * Тактическая секция Найджела проверила тела длинноногих существ, растянувшихся на лестнице, чтобы подтвердить, что они мертвы.

— Что это за твари? — вслух задался вопросом Вулзи. — Я думал, Кабал — это все мифы, сказочные существа и все такое. Что это должно быть? Жил-был однажды Мистер Тянучка, и оказался он полным придурком?

— Кто-нибудь еще чувствует эту ауру? — спросил Дарс. — Она обрушилась на нас, как только мы начали стрелять.

— Да, — сказал Найджел. — Асано здесь.

— Ты не думаешь, что он связался с Кабалом? — спросил Вулзи. — Я слышал, он дружил с одним из их вампиров, а мы ведь убили его брата. И его девушку.

— Это были янки и их чертов парень четвертого уровня, а не мы, — сказал Оранж.

— Ты готов поставить свою жизнь на то, что он делает это различие? — спросил Диджит.

— Если бы Асано был против нас, его аура ощущалась бы гораздо хуже, чем просто высокомерно, — сказал Найджел. — Джонно, Торни, проверьте снаружи, нет ли еще этих тварей.

Они разбили стеклянную стену, атакуя существ, карабкающихся снаружи. Торни схватил Джонно за руку, когда тот высунулся, чтобы проверить снаружи, но тут же нырнул обратно. Одно из существ пролетело мимо окна, чуть не утянув его с собой. Он снова высунул голову, глядя вверх, чтобы увидеть парящую сущность, атакующей энергетическими лучами существ, цепляющихся за стену.

— Асано здесь, точно, — сказал он. — Не думаю, что нам стоит беспокоиться о скалолазах.

* * * Тень разведала каждого из низших вампиров, что означало, что Джейсон мог прыгать прямо к ним. Проблема была в том, что после очищения от вампирской скверны они оставались ослабленными, сбитыми с толку и уязвимыми, прямо посреди врага. Ему не хватало помощи Кайто, которая позволила бы выбросить пользователей эссенции в ближайшее окно, чтобы их эвакуировал вертолет. Вместо этого Джейсон начал запирать их в шкафах для хранения, копировальных комнатах и любом другом месте, которое мог найти, не переполненном гулями.

Единственным местом в здании, которого Джейсон избегал, был участок третьего этажа, где он мог чувствовать Фарру, Доун и вампира. Гули продвигались все дальше и дальше вверх по зданию, а Джейсон появлялся и исчезал по мере необходимости. На восьмом этаже он столкнулся с некоторыми защитниками Сети, помогающими Коэну Уотерсу обезопасить лестничную клетку, захваченную гулями. Колин начал с вершины лестницы и начал прогрызать себе путь вниз, усиленный силой огня, которую получил от Фарры.

Как только Гордон вернулся, Джейсон заставил его использовать свои лучи резонирующей силы, чтобы проделать дыру в полу с восьмого этажа до самого низа. Бабочки, размножившиеся на членах Кабалы на первом этаже, использовали дыру, чтобы хлынуть вверх через здание, принимаясь за гулей.

* * * Джейсон прибыл туда, где Доун и Фарра удерживали то, что осталось от вампира. Фарра позвала его через чат группы, но он не прибыл, пока большинство гулей не было зачищено. Как только команды Сети смогли вернуться вниз и забрать своих бывших вампирических товарищей, которых он спрятал по всему зданию, Джейсон разыскал Фарру и Доун.

— Почему вы не прикончили этого парня? — спросил Джейсон после того, как они обменялись историями. — Если вы думаете, что оставить его в живых, потому что он может быть полезен позже, — это хорошая идея, вам нужно смотреть больше фильмов.

— Вампир не жив, — сказала Доун. — Его тело — сосуд для украденной жизненной силы.

— Окей, — сказал Джейсон.

— Украденная жизненная сила этого вампира наполнена энергией ядра реальности. Я подозреваю, что если вы выкачаете жизненную силу из вампиров, вы сможете поглотить эту энергию сами, ускоряя развитие своих способностей.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Ты хочешь сказать, что я могу использовать этого вампира как монстро-ядро?

— В очень широком смысле, — сказала Доун. — Я не совсем уверена, что это сработает, но если сработает, то только с вампирами, которые не владеют по-настоящему жизненной силой, которую содержат.

— Я не хочу этого делать. Монстро-ядра портят вашу способность развиваться без использования большего количества монстро-ядер.

— Ядра реальности имеют тот же эффект при использовании для этой конкретной цели, — сказала Доун, — хотя и в меньшей степени. Однако в данном случае вампиры служат методом очистки энергии. Их тела должны были уже впитать элементы, которые пачкают душу и препятствуют развитию без ядер, как фильтры.

— Должны были? — переспросил Джейсон. — Это звучит очень похоже на догадку. Ты только что произнесла слова «я не совсем уверена», которые не внушают мне уверенности.

— Есть очень хороший шанс, что этих вампиров больше, чем кто-либо осознает, — сказала Доун, — и очень немногие из них будут такими слабыми, как этот. Если вы сможете стать хоть немного сильнее, это может оказаться критически важным.

— Нет, — сказала Фарра. — Это не стоит того, чтобы рисковать всем своим будущим. Будет ли он развиваться быстрее, чем если бы использовал ядра?

— Почти наверняка нет, — сказала Доун.

— Тогда зачем беспокоиться? — спросила Фарра. — Развитие через серебряный ранг занимает годы. Поедание нескольких вампиров не даст большой разницы.

— Она не должна быть большой, чтобы быть важной, — сказала Доун. — Вы оба все еще на ранних стадиях серебряного ранга, где ваш рост самый быстрый. Способности Асано сильны против вампиров. Развитие их даже немного будет нам на руку.

— Легко говорить кому-то другому искалечить свой потенциал, когда ты уже алмазного ранга, — сказала Фарра.

— Довольно, — сказал Джейсон.

Пока две женщины спорили, его взгляд не отрывался от обожженного, беспомощного вампира.

— Да, Доун просит меня пойти на паршивый риск, но мы все знаем, что стоит на кону. Что самое худшее может случиться? Мне придется повышать ранг, используя ядра с этого момента? Я обменяю это на безопасность мира.

— Ты даже не знаешь, нужно ли нам бегать и сражаться с вампирами, — возразила Фарра. — Даже если их там куча, как это влияет на наши цели?

— Возможно, никак, — сказала Доун. — Пока вы можете убедить Джейсона не помогать людям, когда происходит восстание вампиров золотого ранга, у нас может не быть проблем. Конечно, если они узнают о двери и ее способности получать доступ к ядрам реальности, они могут прийти за нами.

— Это мой выбор, — сказал Джейсон, держа руку над вампиром.

— Твоя кровь не твоя, чтобы хранить, а моя, чтобы пировать.

Высасывания жизни было достаточно, чтобы прикончить вампира.

* Вы поглотили очищенную энергию реальности. Она будет применена для развития ваших наименее развитых способностей. Очищенная природа энергии не помешает вашей способности развиваться через методы, не связанные с поглощением энергии.

* Вы поглотили недостаточно энергии, чтобы развить какую-либо из ваших способностей.

Напряженные плечи Джейсона опустились с облегчением.

— Все хорошо, — сказал он. — Похоже, мне, возможно, захочется поохотиться на вампиров, если представится шанс.

— Видишь? — сказала Доун Фарре. — Я говорила тебе, что все будет хорошо.

— И держу пари, шансы выглядели отлично, когда не ты была той, кто шел на риск.

— Что сделано, то сделано, — сказал Джейсон. — Это был мой выбор, и он сработал, так что нет смысла спорить.

— Тебе не следовало позволять ей давить на тебя.

Джейсон рассмеялся, одарив Фарру обнадеживающей улыбкой.

— Ты думаешь, что она достаточно сильна, чтобы заставить меня сделать выбор, который я не хочу делать? — спросил он. — Если я могу противостоять Строителю и могу противостоять Богине Знания, я могу противостоять и ей.

Фарра нахмурилась, но неохотно кивнула.

— Ладно, — сказал Джейсон, поворачиваясь обратно к вампиру. — Посмотрим, смогу ли я вытрясти последнюю каплю соуса из бутылки.

Он протянул руку и сотворил еще одно заклинание.

— Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так и твоя смерть — моя, чтобы собрать.

Остаточная жизненная сила внутри вампира была вытянута и поглощена.

* Вы поглотили очищенную энергию реальности. Она будет применена для развития ваших наименее развитых способностей.

* Способность [Вердикт] продвинулась с Серебро 0 (93%) до Серебро 0 (94%).

— Хм, — сказал Джейсон. — Думаю, мне придется перебить немало вампиров.

СМЕЯТЬСЯ — ЭТО НОРМАЛЬНО

СМЕЯТЬСЯ — ЭТО НОРМАЛЬНО

Джейсон, Доун и Фарра смотрели на обугленные, иссушенные останки лорда-вампира Уиллоби.

— Мне всё ещё не нравится, что ты так рискнул, осушив его, — сказала Фарра. — Но раз уж всё позади, то, по крайней мере, у одного из нас появился путь к развитию.

Достигнув серебряного ранга, Джейсон и Фарра исчерпали лимит своего первоначального скачка роста. Пробиться на среднюю и позднюю стадии серебра на Земле было крайне трудно. На более низких рангах противостояние монстрам, превосходящим по силе, служило путем к быстрому прогрессу — и Джейсон этим активно пользовался, — но на серебре этот метод работал хуже.

Монстры золотого ранга были слишком могущественны, чтобы вступать с ними в случайные стычки даже для элитных владельцев эссенций. Более гармонично развитые и обладающие меньшим количеством уязвимых мест, многие такие твари были даже опаснее, чем менее компетентные владельцы эссенций того же ранга. Без слаженной команды элиты охота на золотых монстров была слишком рискованной затеей.

Традиционный путь к золоту подразумевал сражения со множеством монстров серебряного ранга, в идеале — с теми, кто представлял собой серьезную угрозу. В золотых прото-пространствах серебряные монстры могли встречаться в огромных количествах, и такие зоны начали периодически появляться, но всё же недостаточно часто.

Джейсону и Фарре пришлось бы монополизировать эти пространства, на что у них не было времени, даже если бы им не пришлось конкурировать с сильнейшими силами Сети. После Макассара даже битва за Ядра реальности не могла отвлечь Сеть от того, чтобы обрушиться на любое золотое пространство с достаточным количеством магически усиленного тяжелого вооружения, способного сравнять с землей небольшой городок.

По этим причинам Джейсон и Фарра оставили надежды на дальнейший рост силы до тех пор, пока не вернутся в мир Фарры. Однако известие о том, что Джейсон может развиваться, используя вампиров вместо Ядер монстров, дало ему — по крайней мере, ему одному — способ стать сильнее еще до возвращения.

Главное преимущество развития через Ядра монстров заключалось в том, что их можно было поглощать в больших количествах и медленно перерабатывать, в отличие от постоянной необходимости искать опасные конфликты. Если Джейсон действительно мог использовать вампиров как Ядра, то периодическая охота на нескольких кровососов перед возвращением к основным делам могла принести плоды уже через полгода, когда его способности станут мощнее. Продвинуться в серебряном ранге хотя бы на десять-двадцать процентов дальше было бы желанным скачком в силе.

Это не означало, что они собирались бросаться на поиски каждого встречного вампира. Победа Доун и Фарры далась нелегко, даже учитывая опыт Доун на бриллиантовом ранге и её мощь на пике серебра. У них было численное преимущество и множество огненных способностей, в то время как силы вампира почти не сыграли роли. Другие вампиры могли оказаться сильнее, что сделало бы бой тяжелым даже при участии Джейсона.

— Нам не стоит специально разыскивать вампиров, — сказал Джейсон. — У нас есть цель, и у меня такое чувство, что мы так или иначе с ними еще столкнемся.

— Согласна, — отозвалась Доун. — Будущие встречи неизбежны, хотя бы потому, что мы не станем мириться с их поведением.

— Мистер Асано, — произнес Тень, и одно из его тел отделилось от тени Джейсона.

— Да?

— Действие ритуала во дворце закончилось, — сообщил Тень. — Они ушли.

Джейсон склонил голову, плотно сжав губы. Спустя мгновение он кивнул. Единственными тремя телами Тени, которых Джейсон не взял в бой, были те, в которых находились Кайто, Ася и Грег.

— Спасибо, что устроила это, Доун. И, Тень, поблагодари своего отца, когда представится возможность.

— Жнецу будет всё равно, — ответил Тень.

— И всё же, я был бы признателен, если бы ты это сделал.

* * * Коэн Уотерс, Аннабет Тилден и тактическая группа стояли на восьмом этаже здания Сети рядом с аккуратным круглым отверстием в полу диаметром около двух метров. Оно пронзало здание насквозь, уходя до самого вестибюля.

— Что нам делать с этой дырой? — спросил Коэн.

— Пока что, — ответила Анна, — будем надеяться, что она не задела ничего критически важного для конструкции.

Присутствие Анны было главной причиной нахождения здесь группы безопасности, поскольку гули были уничтожены, а выжившие члены Кабала бежали. Несколько эфирных синих и оранжевых бабочек выпорхнули из дыры, прежде чем снова опуститься вниз. Они были явно магическими, а их яркая окраска светилась. Раньше этих бабочек было гораздо больше; они роились на этажах, превращая гулей в иссушенные оболочки, которые теперь были разбросаны по всему зданию.

— Сколько погибших? — спросила Анна.

— Мы провели лишь предварительную оценку, но речь идет примерно о двух сотнях. Может, больше.

— Так много?

— Из-за дополнительных смен, которые мы ввели, на объекте было много персонала, — сказал Коэн. — Многих нам удалось эвакуировать наверх, но были еще полиция и военные. Кабал убил немало людей, прежде чем отступить, а вампир поднял их всех.

— Мы знаем, где вампир? Или Асано? Полагаю, один убил другого.

— Мы думаем, они сражались на третьем этаже. Асано был краток, когда мы с ним столкнулись. Он рассказал, что нашел наших людей и спрятал их. Похоже, бой окончен, так как мы не чувствуем ничьей ауры, поэтому я отправил группу проверить обстановку.

— Как продвигаются дела с возвращением тех людей?

— Наши поисковые группы нашли их и прямо сейчас выводят наверх.

— Хорошо, — сказала Анна. — После того, что случилось, мы должны подвергнуть их всем медицинским тестам и магическому исцелению, известному человечеству.

Манеш, заместитель Коэна, наблюдавший за дырой, подал голос:

— Командир, у нас движение.

Коэн подошел к краю отверстия, заглянул вниз и тут же отступил на несколько шагов. Темная фигура взмыла сквозь дыру и приземлилась прямо перед ним. Джейсон прибыл на темных крыльях, а следом за ним быстро опустились Доун и Фарра со своими пламенными крыльями.

— Привет, Коэн, Анна, — поздоровался Джейсон, откидывая капюшон плаща.

— Вы одолели вампира?

— Нет, дамы были звездами этого шоу, пока я подрабатывал уборщиком гулей. Вы нашли своих людей, которых я припрятал?

— Мы как раз их забираем, — ответил Коэн. — Спасибо, что вмешались, особенно после того, как наша организация с вами обошлась.

— Пустяки.

— Спасибо, — эхом отозвалась Анна. Она с любопытством посмотрела на Доун. — Когда я видела вас в последний раз, вы были нулевой категории.

— Возвращаться из мертвых еще более могущественными, чем прежде — это в нашем стиле, — сказал Джейсон. — Как вы собираетесь отвечать на атаку Кабала?

Анна помрачнела.

— Мы потеряли много людей, — сказала она. — Ваше вмешательство предотвратило гибель многих ключевых сотрудников, так что наша способность реагировать на прото-пространства не утрачена. Первый шаг — найти всех изолированных выживших и убедиться, что мы всё еще можем выполнять свою работу. Защита страны от прото-пространств и предотвращение волн монстров — наш главный приоритет.

Джейсон одобрительно кивнул.

— Мы потеряли, — продолжила Анна, — огромную часть административного аппарата, который позволяет функционировать такой крупной организации, как наша. Сегодня погибло много наших людей, и второй шаг — это подсчет жертв и обеспечение безопасности нашей магической инфраструктуры. А также проверка того, не рухнет ли здание из-за этой дыры посередине.

— Может, стоит взглянуть на это как на возможность, — вставил Манеш, заместитель Коэна.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Анна.

— Можно установить эпичный пожарный шест.

— Манеш, только что погибло множество людей, — осадила его Анна.

— Серьезно, приятель, — добавил Джейсон. — Я люблю пожарные шесты не меньше твоего, но нужно знать время и место.

— И это говоришь ты, — заметила Фарра.

— Так какой третий шаг? — спросил Джейсон Анну, решительно меняя тему.

— После того как мы убедимся, что дееспособны, придет время для настоящей чистки. Я собираюсь распустить Руководящий комитет и взять управление на себя.

— Вы можете это сделать? — спросила Фарра.

— У неё есть поддержка тактического департамента, — ответил Коэн.

— То, что нас застали врасплох, не должно было случиться, — сказала Анна. — Понадобился бы кто-то на уровне Руководящего комитета, чтобы проделать нужные бреши в нашей сети безопасности и остаться незамеченным. Мы уже давно беспокоились о комитете: одни примкнули к фракции руководства, а теперь другие продали нас Кабалу. Международный комитет уже раскололся; я возьму тех местных сотрудников МК, которые пошли против руководства, и проведу реструктуризацию.

— Смело, — заметила Фарра.

— Мы также собираемся сотрудничать с частью Кабала, которая откололась, потому что они не хотят работать со старыми вампирами, — сказала Анна. — Крейг Вермиллион возглавляет собственную отколовшуюся фракцию. Между нами, им и теми членами ЭОА, которые ушли, осознав, что их группа вызвала волны монстров, мы говорим о создании совершенно новой группы с участниками из каждой крупной магической фракции.

— Звучит на редкость оптимистично посреди всего этого хаоса, — сказал Джейсон. — В Австралии остались еще старые вампиры?

— Нет, — ответил Коэн. — Тот прибыл с первыми колониальными силами. Моя семья была частью того, что сейчас называется Сетью, задолго до их приезда. В семейных хрониках он упоминается как угроза, пока не стал слишком силен и не впал в спячку.

Коэн Уотерс был австралийским аборигеном, и Джейсон был поражен, услышав, что Сеть существовала еще до колонизации. Ему было любопытно, как это работало, учитывая историю насилия и угнетения коренного населения Австралии, но сейчас было явно не время для уроков истории.

— Наши контакты в тех частях Кабала, что не на стороне древнего вампира, подтверждают: этот вампир был единственным в Австралии, — сказала Анна. — Мы — цель с низким приоритетом по сравнению с Азией и Северной Америкой, но самая высокая концентрация — в Европе. Южное полушарие в основном свободно от них, за исключением Южной Америки.

— Хоть в чем-то повезло, — сказал Джейсон. — Как вы ответите Кабалу?

— Пока рано говорить, — ответила Анна. — Сегодня они объявили войну. Ударить в ответ, пока они в замешательстве, заманчиво, но, как я уже сказала, наш приоритет — предотвращение волн монстров.

— Событий трансформации и так хватает, — добавил Коэн.

— Мы определенно прекратим борьбу за Ядра реальности, — сказала Анна. — Подозреваю, что Кабал тоже, по крайней мере, в ближайшее время. ЭОА были бедными родственниками в этой битве, но, похоже, теперь перед ними открылись двери, хотя бы на время.

— Отлично, — буркнул Джейсон. — Они используют Ядра для создания стимулирующих инъекций, позволяющих их супергероям временно раздуваться до золотого ранга.

— Мы знаем, — сказала Анна. — Мы все видели твою стычку с ЭОА в Венесуэле.

— Ты убил их силой мысли, — вставил Манеш. — Это было чертовски пуга...

Он замолчал под суровым взглядом Коэна.

— А что насчет тебя? — спросила Анна. — Ты так и не воспользовался той информацией, которую я тебе дала.

— Слишком большой риск, — ответил Джейсон. — Слишком много переменных. Именно поэтому никто другой не решился на этот шаг, верно?

— Мы думали, ты захочешь попробовать.

— Я почти решился, — сказал Джейсон. — Ты дала мне это на похоронах брата. Заставила меня почувствовать, что я обязан это сделать, иначе я его подведу. Довольно паршивый поступок.

— Мне жаль, — сказала Анна.

— Нет, не жаль, — отрезал Джейсон. — Мне не нужно читать твои эмоции, чтобы знать это, хотя я и могу. Нам пора.

— Подожди, — сказала Анна. — Думаю, Вермиллион захочет связаться с тобой, когда узнает, что ты в стране. Ты всё еще пользуешься телефоном или выбросил его?

— Телефон при мне, — сказал Джейсон. — Магия против отслеживания почему-то делает плату за роуминг еще выше, но у меня всё еще осталось около пяти миллионов. Большую часть денег от того золота, которое ты помогла мне сбыть, я вложил в строительство Деревни Асано, но я уже давно перестал следить за финансами.

Анна достала из кармана блокнот и ручку, быстро нацарапала номер, вырвала листок и протянула Джейсону.

— Одноразовый номер Вермиллиона.

— Спасибо.

* * * На крыше башни в центре облачного дворца Джейсона открылся портал. Джейсон, Фарра и Доун шагнули сквозь него, и Джейсон подошел к балюстраде, глядя на океан.

— Они ушли, — сказал он, когда Фарра встала рядом.

— Да, — отозвалась Фарра. — Ты в порядке?

— В порядке, — ответил он. — Меня даже немного раздражает, что они использовали свое последнее послание живым, чтобы сказать мне, чтобы я перестал зацикливаться на себе.

Джейсон и Фарра переглянулись и рассмеялись.

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Мне как-то стало легче. Получилось попрощаться. Наверное, это нормально — смеяться, когда есть возможность, даже в темные времена.

— Думаю, именно тогда это важнее всего.

Джейсон нашел всех людей, которых привел в свой облачный дворец и которые пребывали в некоторой растерянности после его ухода. Некоторые отправились осматривать дворец, хотя большинство оставалось в зале, где проводился ритуал. Он собрал всех и переправил порталом обратно в Деревню Асано, после чего убрал облачный дворец обратно во флягу.

Семьи Грега и Аси больше не были настроены к Джейсону столь враждебно. Это не было прощением, но их наставили на путь истинный их погибшие близкие, к тому же они увидели масштаб ресурсов Джейсона. Одно дело — видеть его в новостях, и совсем другое — испытать всё на себе. Увидев портал, облачный дворец и способность призывать мертвых, они поняли, что в некоторые драки лучше не ввязываться.

* * * Когда все люди были отправлены по домам, Джейсон захотел уйти, пока его присутствие не накликало беду на Деревню Асано. Но перед этим он позвонил Вермиллиону по номеру, который дала Анна.

— О, привет, — отозвался Вермиллион; голос его звучал рассеянно.

На заднем плане Джейсон слышал рев автомобильного двигателя.

— Ты, кажется, занят.

— Есть немного, — сказал Крейг. — Но не хотел пропустить твой звонок.

— Анна дала мне твой номер. Сказала, ты, возможно, захочешь меня услышать.

— Определенно.

В трубке послышались звуки выстрелов.

— Ты ведь не в видеоигру играешь, верно? — спросил Джейсон.

— Э-э, нет, — ответил Крейг. — Ты, случайно, не где-нибудь поблизости от Сиднея?

ДОСТОЙНЫЙ МОМЕНТ

ДОСТОЙНЫЙ МОМЕНТ

— Всё идет не по плану, Крейг, — произнес Франклин, сидя на переднем пассажирском сиденье, пока Вермиллион вел машину.

— Думаешь? — неистово выкрикнул Вермиллион, выбивая ногой то, что осталось от изрешеченной пулями водительской двери.

Улицы Бэнкстауна превратились в царство камня и огня. Здания теперь состояли из крупных кирпичей мрачных оттенков коричневого, красного и серого. Припаркованные на обочинах автомобили обратились в каменные повозки, которые вряд ли сдвинула бы с места даже упряжка лошадей. Машина, которой управлял Вермиллион, как и те, что гнались за ними, были привезены извне.

Улицы, по которым они мчались, как ни странно, оставались плоским асфальтом. Поскольку Бэнкстаун был покинут всеми, кроме Кабалы, это позволяло автомобилям нестись на бешеной скорости, пролетая квартал за кварталом.

— Брайан, ты нашел ту штуку? — спросил Вермиллион.

— Да брось, Вермиллион, — пожаловался вампир на заднем сиденье.

— Серьезно, Брайан? Сейчас не время!

— Но ведь никогда не бывает «самого времени», верно? — продолжал ныть Брайан. Вермиллион уже собирался огрызнуться в ответ, когда очередная очередь пуль прошила машину, и одна из них попала ему в затылок.

— Черт побери, Брайан.

Брайан промолчал.

— Брайан!

— У тебя и так крутое вампирское имя, — проворчал Брайан.

— Это не крутое вампирское имя, Брайан. Это просто моя фамилия.

— Ну, а моя фамилия — Слански. Никто не станет бояться вампира по фамилии Слански.

— Меня зовут Фрэнк.

— И тебя тоже никто не боится, Фрэнк.

— О, ты можешь удивиться, — вставил Вермиллион.

— И зачем мне, чтобы меня боялись? — спросил Фрэнк. — Ты хоть раз пробовал найти четверых для игры в бридж, когда все вокруг думают, что ты их съешь?

Стрела влетела в проем, где раньше было заднее стекло, вонзилась в плечо Вермиллиона и взорвалась, разнеся подголовник его кресла в щепки; его рука осталась висеть на лоскуте плоти. Кровь хлынула наружу, но вместо того чтобы стекать, она начала превращаться в плоть, за считанные мгновения восстанавливая массивную рану.

— Твою мать, Брайан! — заорал Вермиллион. — Дай мне эту чертову штуку!

— Я не откликаюсь на это имя.

— Ты что, издеваешься...

Крейг подавил ругательство.

— Ночной Сталкер, — произнес он сквозь стиснутые зубы. — Не мог бы ты, пожалуйста, дать Фрэнку ту штуку?

— Конечно, Вермиллион, — отозвался Брайан, протягивая грубый комок чего-то, что на вид и на ощупь напоминало замазку. — Нужно было просто попросить.

Раздался глухой удар — крыша прогнулась внутрь под огромным весом. Пару огромных когтистых лап пронзили металл: на машину приземлилось какое-то существо. Фрэнк нагнулся к своим ногам и достал обрез двустволки с сияющими рунами, вырезанными на стволах. Он небрежно наставил его на крышу и нажал на оба спусковых крючка, практически полностью снеся верх машины. С ужасающим визгом существо, похожее на горгулью, отлетело прочь, взмахивая длинными кожистыми крыльями.

— Где ты это взял? — спросил Вермиллион.

— У одного из тех парней из Сети на складе, — ответил Фрэнк. — В любом случае, это ты угнал их машину. Может, поэтому эти ребята из Сети так яростно за нами гонятся.

Одной из причин, по которой автомобиль выдерживал неоднократные магические атаки, было то, что из всех машин, которые они могли угнать для побега, они нашли и забрали единственную магическую.

— Что люди из Сети вообще там делали? — спросил Брайан. — Разве они не должны сейчас защищать свою штаб-квартиру?

— Не думаю, что это всё еще люди из Сети, — сказал Вермиллион. — Сеть расколота так же сильно, как и мы, если не хуже. Я слышал разговоры о том, что верхушка пытается вербовать магов сущностей, но не думал, что им удастся заполучить кого-то настолько сильного. Ты всё еще держишь ту штуку? Отдай её Фрэнку.

— И зачем тебе вообще сдалась эта замазка? — спросил Брайан, снова протягивая комок.

— Родословная Фрэнка позволяет ему поглощать материалы и передавать их свойства своей крови, — объяснил Вермиллион.

— И зачем тебе кровь как замазка? — недоумевал Брайан.

Фрэнк прикусил палец, и кровь, потекшая из раны, залила комок в его руке. Тот быстро расплавился и впитался, даже пролитая кровь заползла обратно под кожу. Затем Фрэнк начисто откусил себе палец, выплюнул его изо рта и выбросил в окно. Когда одна из преследующих машин наехала на него, раздавшийся снизу взрыв заставил её перевернуться и выбыть из погони. Палец Фрэнка быстро отрос заново.

— Ты правда думал, что это замазка, Брайан? — спросил Вермиллион.

— Ночной Сталкер!

— «Ночной Сталкер» даже не звучит как имя вампира, — заметил Вермиллион. — Больше похоже на какого-то насильника из восьмидесятых.

— Но не на настоящего насильника, — добавил Фрэнк. — Скорее на насильника из тех дневных телефильмов, где домохозяйка узнает, что все красивые мужчины — чудовища.

— Да пошли вы оба на...

Его прервал резкий маневр Вермиллиона: машину сильно качнуло, Ночной Сталкер ударился головой, а последнее уцелевшее окно разлетелось вдребезги.

— Извини, — бросил Вермиллион. — В той выбоине была лава.

* * * Джейсон, Доун и Фарра вышли из портала неподалеку от границы Бэнкстауна. Джейсон не смог отправить их в знакомое место вроде аэропорта, потому что знакомых мест больше не осталось. Бэнкстаун преобразился и физически, и магически, вплоть до мельчайшей частицы.

— Кажется, это та самая улица, — сказал Джейсон, расширяя восприятие.

Доун сделала то же самое, а Фарра расправила плечи, разминаясь. Она всё еще наслаждалась тем, что больше не страдает от дезориентации при телепортации после того, как обрела астральное сродство иномирянина.

— А вот и они, — произнес Джейсон. — Ох, ёлки-палки.

Джейсон почувствовал большое количество магических аур, движущихся на скорости, а также множество явных проявлений магии.

— Это что, магическое огнестрельное оружие я чувствую? — спросил Джейсон.

— Полагаю, да, — ответила Доун.

— Должно быть, за ним гонятся люди из Сети, — сказал Джейсон, наклонив голову, словно пытаясь отчетливее расслышать далекий звук. — Да, это способности сущностей срабатывают. Серебряный ранг, черт. Кого это Крейг умудрился разозлить?

— Может, стоит пойти и выяснить? — предложила Фарра.

— Ага, — согласился Джейсон. — Тень, не сочтешь за труд?

Пять тел Тени появились из тени Джейсона и слились воедино, приняв форму огромного четырехместного автомобиля. У него были стремительные очертания гиперкара и россыпь сияющих белых украшений на глянцево-черном кузове.

— Ладно, на меня точно подадут в суд, — сказал Джейсон. — Это же чистой воды Бэтмобиль.

— Я мог бы добавить эмблемы, не защищенные авторским правом, — предложил Тень, — но вам понадобится простой и элегантный логотип. Ваш личный герб не подходит для создания четкого, легко узнаваемого символа.

— Ты хочешь сказать, что мне нужна эмблема супергероя? — уточнил Джейсон.

— Это бы помогло, — ответил Тень.

— Мы можем уже ехать? — спросила Доун. — Нам нужно их догнать.

— Резонно, — кивнул Джейсон, разглядывая машину. — А с какой стороны тут дверь?

* * * — Куда именно мы едем? — спросил Фрэнк, пока безумная погоня продолжалась.

— Прочь, — ответил Вермиллион, закладывая крутой вираж на углу и несясь по пустым улицам Бэнкстауна.

— Мне не нравится, что «прочь» — это самый конкретный план, который у нас есть, — заметил Фрэнк.

Взрыв справа от машины вздыбил асфальт.

— Ты мог не заметить, Фрэнк, но прямо сейчас даже просто «прочь» — это уже высокая планка.

— Но у нас даже нет крови и ядер, — подал голос Ночной Сталкер. — Мы — машина для отвлечения внимания.

— Они-то об этом не знают, — отрезал Вермиллион. — Ты вообще понимаешь, что такое приманка?

Существо, похожее на горгулью, снова спикировало вниз, но наткнулось на кровавый туман, который выплюнул Ночной Сталкер, и отпрянуло. Вермиллион уже собирался резко повернуть на очередном перекрестке, когда вздрогнул от того, что прямо перед глазами у него что-то всплыло.

— Что за чертовщина?

* Вы получили приглашение в группу от [Джейсон Асано]. Принять? Д/Н

Вермиллион мотал головой, пытаясь рассмотреть дорогу за преградой, но надпись упрямо следовала за его взглядом, и он едва не врезался в каменную повозку, припаркованную у обочины.

— Ты что творишь? — крикнул Фрэнк.

— Да, черт побери! — заорал Вермиллион.

— Что «да»? — не понял Фрэнк.

Из-за пропущенного поворота и едва не случившегося столкновения преследователи смогли подобраться вплотную. Фрэнк и Ночной Сталкер уже приготовились отражать новые атаки, когда серия оранжевых лучей, похожих на лазеры, начала кромсать вражеские автомобили, разрезая их, словно куски пирога.

— Что это делает? — спросил Фрэнк.

Глядя в заднее окно, Ночной Сталкер увидел источник атак.

— Похоже на космическое облако, стреляющее лазерами с крыши Бэтмобиля.

Потеря машин не прекратила погоню полностью: самые могущественные члены Кабалы и пользователи сущностей, находившиеся в автомобилях, бросились вдогонку пешком, развивая скорость, сопоставимую с автомобильной. К тому же за ними всё еще летела огромная горгулья.

* * * Гордон быстро расправился с немагическими машинами, хотя люди внутри оказались более живучими: они выпрыгивали из обломков и продолжали преследовать автомобиль Вермиллиона.

— Удивлен, что колымага Крейга всё еще на ходу, — заметил Джейсон. — Должно быть, это одна из тех магически усиленных машин Сети, верно?

— Полагаю, так и есть, — ответила Фарра.

Машина Вермиллиона представляла собой руины на колесах: две двери отсутствовали, крыши почти не было, а остальной кузов был изрешечен. Тот факт, что все четыре колеса оставались целыми, был слишком большим чудом, чтобы обойтись без магии.

Джейсон и Доун одновременно повернули головы влево.

— Кажется, у нас проблемы, — произнесла Доун.

— Я разберусь, — сказал Джейсон. — А вы двое присмотрите, чтобы эти полные энтузиазма бегуны не догнали его машину. Он там чуть не разбился, так что я не уверен, что он лучший в мире водитель.

Фарра напрягла чувства и уловила то, что остальные уже почувствовали.

— Призванное транспортное средство. Вермиллион не единственный, кто вызвал подкрепление.

Специалисты по технике встречались на Земле чаще, чем в мире Фарры. Многие из них были пилотами, как Кайто со своим вертолетом, но наземный транспорт был более привычным делом — возможность летать приносилась в жертву ради увеличения боевой мощи.

В Австралии было не так много пользователей техники по сравнению с Китаем, который мог похвастаться самым высоким их процентом среди всех крупных держав. В сочетании с населением Китая это создавало грозную силу. Джейсон иногда видел их в деле во время крупных международных операций, таких как в Макассаре.

Из-за дефицита таких специалистов в Австралии Джейсон быстро догадался, кто именно из серебряных рангов направляется к нему в огромном бронетранспортере. Лично он с этим человеком не работал, но специализированную подготовку Кайто проходил именно у этого старшего специалиста по технике.

Джейсон открыл дверцу машины и выпрыгнул, используя уменьшение веса, чтобы на мгновение зависнуть и замедлиться, прежде чем опустить ноги на асфальт. Гордон ждал слева от него, Тень — справа. Вскоре из-за угла с ревом вылетела огромная футуристическая бронемашина и, замедляясь, остановилась.

— Джейсон Асано, — прогремел из машины усиленный голос. — У меня нет к тебе претензий. Пожалуйста, уйди с дороги и не вмешивайся в это дело.

— Андреас Космопулос, — отозвался Джейсон, и его собственный голос громогласно разнесся по округе благодаря приему звуковой проекции. — Ты преследуешь моего друга. Я этого так не оставлю.

— Он украл у нас.

— Если оставить в стороне тот факт, что товары, о которых идет речь, были разграблены у самой реальности и ни у кого из вас нет на них прав, — сказал Джейсон, — он украл у Кабалы. Когда я проверял в последний раз, ты был членом Сети. Брисбенский филиал, если мне не изменяет память.

— Настали опасные времена, и старый порядок рушится, — ответил Космопулос. — Если корабль тонет, ты хватаешься за всё, что держится на плаву.

— Ты схватился за якорь, Андреас, а не за обломок доски. Отпусти его, пока он не утянул тебя на дно.

— И что ты об этом знаешь, Асано? Мечешься по всему миру, и тебе не приходится смотреть, как всё, на что ты привык полагаться, рассыпается и гибнет. Ты никогда не был в Сети. Ты никогда не понимал, что значит быть её частью. Сколько всего было потеряно, когда она рухнула. Человеческой цивилизации конец; люди просто этого еще не знают. Теперь всё сводится к тому, чтобы монстры отхватили себе кусок руин побольше.

— Мне жаль, что ты так считаешь, — сказал Джейсон. — Я пока не сдаюсь, и я никогда не брошу своих друзей.

— Я знаю, что ты силен, Асано, но это плохой бой для тебя. Только дурак сражается со специалистом по технике на дороге. У моей машины нет крови, которую можно отравить, или плоти, которая может сгнить. Она защищена от телепортации и бесплотных существ, так что ни ты, ни твои фамильяры не сможете проникнуть внутрь.

Панель в крыше массивной машины открылась, и оттуда показалась огромная роторная пушка.

— У неё есть оружие, которое ты не выдержишь, — продолжил Космопулос. — Расклад сил не в твою пользу, Асано. Уходи.

— Ты из тех людей, что видят парня по телевизору и думают: «Я бы его уложил», верно?

— Что ж, Асано. Пожинай последствия своих действий.

Роторная пушка раскрутилась и выплюнула свинец. Гордон превратился в вихрь туманности и метнулся в сторону, прежде чем восстановить форму, а Джейсон нырнул в Тень и исчез. Орудие начало выслеживать Гордона, но шесть оранжевых лучей обрушились на пушку и срезали её. Вокруг машины вспыхнуло силовое поле, и на месте поврежденного оружия мгновенно возникло новое, которое тут же открыло огонь.

Гордон ушел под землю, избегая пуль, и начал появляться в случайных местах, выпуская шесть синих лучей по силовому полю, после чего снова исчезал в земле, как только пушка разворачивалась в его сторону.

Пули серебряного ранга были специальными боеприпасами, добавлявшими разрушительную силу к удару, что идеально подходило против бесплотных существ вроде Гордона. Чувствуя опасность, он использовал рывки, чтобы уклоняться. В промежутках между рывками он выпускал ответные залпы: синие лучи чистой разрушительной энергии, которые были крайне эффективны против силового поля.

Бронемашина снова пришла в движение, возобновив погоню за остальными. Когда силовое поле рухнуло, Джейсон появился из-за каменной повозки и, используя уменьшение веса плаща, высоко подпрыгнул в воздух. Его теневые руки вытянулись, ухватились за лишенный щита БТР и подтянули его к корпусу. Поверхность машины тут же оказалась под напряжением; тело Джейсона задергалось в конвульсиях, и он, кувыркаясь, полетел с брони, приземлившись лицом прямо на асфальт, пока машина с ревом уносилась вдаль.

— Не самый мой достойный момент, — проворчал он прямо в асфальт.

КОГДА КТО-ТО ПОД ПРИЦЕЛОМ

КОГДА КТО-ТО ПОД ПРИЦЕЛОМ

Джейсон со стоном поднялся на ноги, его тело все еще покалывало после электрической атаки. Магический БТР, похожий на нечто из научно-фантастического фильма, оставил его позади и с ревом скрылся за углом, преследуя остальных.

— Возможно, ты слишком свысока смотрел на пользователей эссенций Земли, — предположил Тень.

— Я как раз об этом и думал, — согласился Джейсон. — Если не возражаешь?

Тень принял форму мотоцикла, и Джейсон вскочил в седло, в то время как Гордон исчез внутри него. На его месте появились две сферы Гордона и начали вращаться вокруг Джейсона, когда мотоцикл рванул с места. БТР был быстр, но куда более компактный байк превосходил его и в скорости, и в маневренности, что позволило Джейсону вскоре нагнать врага.

Из скрытой панели на крыше БТР выдвинулся пулемет и открыл огонь назад. Одна из сфер превратилась в щит, перехватывая пули. Разрушительная сила, добавленная к урону, быстро дестабилизировала щит, но Джейсон начал вилять из стороны в сторону, чтобы выиграть время до того, как защита рухнет.

Щит рассыпался, и его место заняла вторая сфера, хотя и ее быстро изрешетило. Пули попали в Джейсона, и его плащ перехватил атаки, но, как и в случае со щитами, разрушительная сила пуль эффективно сводила на нет большую часть защитной мощи плаща. В итоге значительная часть кинетического удара обрушилась на самого Джейсона.

Без кучи подручных миньонов, на которых можно было бы навесить недуги, Джейсон был крайне слаб: и его физическая стойкость, и регенеративные способности находились в низшей точке. Тем не менее, на серебряном ранге даже эта низшая точка была весьма впечатляющей, и Джейсон выдержал обстрел, приближаясь к машине.

— Давай дадим ему больше целей, — сказал Джейсон.

Рядом с ним появились еще шесть мотоциклов, на которых восседали тела Тени. Джейсон сотворил на каждом из них плащи звездного света, и они начали петлять между собой, мешая противнику понять, где настоящий преследователь. Пулемет принялся поливать их всех, но теперь, когда огонь стал рассеянным, плащи справлялись куда лучше.

Джейсон сотворил заклинание, направив его на БТР, но в тот же миг силовое поле, которое Гордон сорвал ранее, снова сомкнулось вокруг машины.

— Истекай для меня кровью. —

* Вы наложили на цель эффект [Кровь из камня]. * Вы наложили на цель эффект [Некротоксин]. * Вы наложили на цель эффект [Жертвенная мишень]. * Вы наложили на цель эффект [Кровотечение].

* Цель полностью защищена щитом.

* [Кровь из камня] не оказывает эффекта. * [Некротоксин] не оказывает эффекта. * [Жертвенная мишень] не оказывает эффекта. * [Кровотечение] не оказывает эффекта.

— Проклятье.

Джейсон привык к особенности своих заклинаний — они воздействовали на цели напрямую, без посредников вроде снарядов. Это было обычным делом для заклинаний с низким физическим воздействием, визитной карточкой таких специалистов по недугам, как он. Однако способности, создающие всеобъемлющие щиты, были крайне эффективны против подобной магии. К несчастью для Джейсона, такие силы встречались часто, особенно у целителей. Джейсон познал всю горечь этого факта во время тренировочных боев своей команды против отряда принца Валдиса из Зеркального королевства.

— Еще раз, Гордон.

Туманный фамильяр появился и серией рывков вырвался вперед БТР, после чего снова ударил по силовому полю машины синими лучами. Вновь выдвинулась передняя роторная пушка, чтобы отогнать его, мешая Гордону непрерывно обстреливать щит. К тому же у Гордона было на два луча меньше из-за сфер, которые Джейсон использовал в качестве щитов.

Видя ограниченную эффективность своего подхода, Гордон вместо этого выстрелил двумя из оставшихся шести сфер прямо в щит. Сферы соприкоснулись вплотную к преграде и взорвались синей энергией. Мощный выброс разрушительной силы заставил щит БТР снова рухнуть, но Гордон оказался практически безоружен, пока его сферы не восстановятся — на каждую требовалось по минуте. Он отступил, чтобы снова слиться с Джейсоном.

БТР не бездействовал, пока Гордон работал. Панель на крыше отодвинулась, и залп микроракет взмыл в воздух, прежде чем развернуться и обрушиться дождем на Джейсона и Теней как раз в момент возвращения Гордона.

— Это что, чертово аниме? — возмутился Джейсон, когда мотоциклы бросились врассыпную.

Последние две сферы Гордона возникли подле Джейсона и начали стрелять оранжевыми лучами, перехватывая ракеты; точечные лучи сбивали те снаряды, что нацелились на самого Джейсона. Однако основная масса ракет ударила по Теням, сотрясая их взрывами.

* * * Внутри БТР Андреас Космопулос наблюдал за задним монитором, где преследующие мотоциклы скрылись в облаке пыли, когда ракеты взпахали дорогу.

— Мы достали его? — спросил второй человек в машине, член Кабалы по имени Хавьер.

— Нет, — отрезал Андреас. — Не может быть, чтобы Джейсон Асано погиб от такого.

Место водителя в БТР представляло собой футуристический командный пункт с множеством экранов и светящихся панелей управления. В машине не было уязвимых окон, обзор обеспечивался системой внешних камер. Асано было раздражающе трудно засечь: обычно превосходные системы наведения машины с трудом фиксировали его. Даже его изображение на камерах было каким-то размытым, а тепловизоры не могли обнаружить его в облаке пыли.

Андреас взглянул на время перезарядки щита. Одна из его важнейших защитных мер была дважды стремительно уничтожена. Его утешало лишь то, что он был уверен в прочности своего транспорта. Хотя способности Асано славились своей разрушительностью для всего живого, у БТР не было крови, чтобы истекать ею, и плоти, чтобы гнить.

Призванный транспорт истинного специалиста, такого как Кайто или Андреас, отличался от большинства созданных предметов. БТР был куда мощнее, чем, скажем, кинжал Джейсона, но обладал соразмерными слабостями. Он был критически важен для многих других способностей Андреаса, которые либо ослабевали, либо вовсе не работали без него. Самым большим недостатком было то, что после уничтожения требовалось значительное время на восстановление, прежде чем машину можно было призвать снова. У него были и другие транспортные средства, но они были лишь слабыми заменителями.

На заднем мониторе из облака пыли вынырнул Асано. Его ложные байки исчезли, но сам он казался невредимым. Андреас как раз перенацеливал заднее орудие, когда монитор отчета о повреждениях замигал красным.

— Обнаружены множественные аномальные состояния, — произнес механический голос БТР. — Внутренняя природа нарушена.

— Внутренняя природа нарушена? — вслух удивился Андреас. Его БТР за эти годы подвергался самым разным атакам, но это было чем-то новеньким.

— Андреас, — панически выкрикнул Хавьер. — Это еще что такое?

Красная жидкость сочилась из стыка между двумя стеновыми панелями.

— Какая-то техническая жидкость, наверное, — предположил Андреас. — Асано использует какую-то атаку, которой я раньше не видел.

— Обнаружены дополнительные аномальные состояния. Внутренняя природа нарушена еще сильнее.

Хавьер превратился в человека-волка, заняв больше места внутри, хотя БТР и был рассчитан на перевозку групп людей. Он принюхался к жидкости. Тем временем Андреас пытался разобраться в причинах непрекращающейся тревоги.

— Расшифруй ошибку «внутренняя природа нарушена», — приказал он.

— Механические системы теперь подвержены биологическим уязвимостям по множеству параметров.

— Что это значит? — спросил Андреас.

— Это значит, что твоя машина истекает кровью, — прорычал Хавьер своей волчьей пастью.

— У нее нет никакой крови, — возразил Андреас.

— Не думаю, что парня, который сражался с армией зомби при помощи магических бабочек, это особо волнует.

* * * Угнанную Вермиллионом машину преследовали сразу несколько серебряных рангов на своих двоих. Трое были вампирами, включая того, что превратился в похожее на горгулью существо, изматывающее их с воздуха. Двое других были пользователями эссенций, переманенными Кабалой.

Машина Вермиллиона выдержала немало издевательств, но преследователи избегали своих самых мощных атак, боясь повредить украденный груз. Они не осознавали, что этого груза в машине вовсе не было. Наконец, автомобиль пал жертвой «смерти от тысячи порезов». Двигатель заглох, и машина, замедляясь, остановилась посреди улицы.

Новый черный автомобиль подлетел к ним и с заносом замер между изрешеченной пулями машиной и преследователями. Доун и Фарра вышли наружу, встав лицом к врагам. Видя, что Вермиллион и остальные не собираются бежать из заглохшего авто, преследователи замедлили шаг, готовясь к столкновению с новоприбывшими. Вермиллион, Фрэнк и Ночной Сталкер вышли, чтобы встать рядом с Доун.

— Фарра, — поприветствовал ее Крейг. — Давно не виделись.

Двое пользователей эссенций и двое пеших вампиров остановились. Существо, похожее на горгулью, спикировало вниз и превратилось в голого мужчину.

— Ларри, — укоризненно сказал Фрэнк. — Надень уже чертовы штаны.

— Не тебе мне указывать, предатель, — огрызнулся Ларри. — К тому же дамам может понравиться то, что они увидят.

Доун и Фарра окинули Ларри взглядом с ног до головы, переглянулись и обе насмешливо ухмыльнулись.

— Эй... — Ларри прикрылся руками, прежде чем снова превратиться в кожистое чудовище.

Один из пользователей эссенций не сводил глаз с Фарры.

— Я давно хотел спросить тебя, Хурин, — произнес он. — Явилась сюда, ведешь себя так, будто ты намного лучше нас. Учишь нас пользоваться силами, словно мы какие-то невежественные дикари. Говорят, ты великая воительница; я бы хотел убедиться в этом лично.

Фарра призвала свою обсидиановую броню и зазубренный меч.

— С радостью предоставлю такую возможность, — ответила она.

Фарру никогда не мучили сомнения Джейсона или страхи перед моральным разложением. Если кто-то хотел стать ее врагом, она просто сносила ему голову и в ту же ночь спала как младенец.

— Не обязательно доводить до насилия, — сказал второй пользователь эссенций. — Просто отдайте то, что взяли, и мы все разойдемся миром.

— Черта с два, — выплюнул один из вампиров. — Думаете, они могут просто грабить нас и уйти?

— Их вампиры — слабаки второго сорта, — добавил другой вампир. — К чему уступки, если мы сильнее?

С каждой стороны было по два пользователя эссенций и по три вампира, но трое вампиров Кабалы были серебряного ранга, в то время как Вермиллион, Франклин и Ночной Сталкер — лишь бронзового.

— Ненавижу расстраивать, но вас надули, — сообщил им Вермиллион. — Вы гнались за приманкой. Голубая кровь и ядра реальности давно тю-тю.

— Хватит болтовни, — сказал первый пользователь эссенций, вскидывая руку.

Прямо перед его лицом выросла обсидиановая стена, которая разлетелась вдребезги, когда в нее ударил разряд молнии из его руки. Осколки тут же превратились в снаряды и вихрем острого камня обрушились на него самого. Доун рассчитала время сотворения заклинания так, чтобы оно сработало именно в тот момент, когда противник отвлекся; он не заметил магический круг, появившийся у него под ногами. Как только каменный шторм утих, из круга вырвались нити паутины, мгновенно мумифицировав его. Фарра плавно закрепила успех собственным заклинанием.

— Огненный болт. —

Пылающая сфера сорвалась с руки Фарры в сторону окутанного паутиной врага. Нити мгновенно вспыхнули, обдавая все вокруг нестерпимым жаром. Тем не менее, паутина сгорала медленно, удерживая пользователя эссенций, пока тот пытался вырваться.

— О, а это мило, — заметила Фарра, восхищаясь заклинанием Доун, когда ее огненный болт перекинулся цепочкой на второго пользователя эссенций и вампиров. Одного быстрого заклинания было далеко не достаточно, чтобы остановить серебряных рангов, даже если вампиры были более уязвимы к огню. С горящей кожей они бросились на стену, которой стали Фарра и Доун, — две женщины оказались столь же непреодолимы, как стальной барьер.

Один из вампиров запутался в новых нитях, выстреливших из земли, которые тут же вспыхнули от пламени Фарры, все еще горевшего на нем. Другой обнаружил, что меч-хлыст Фарры обвился вокруг него, обсидиановые фрагменты впились в кожу, а лавовый шнур прижигал плоть. Вермиллион и его спутники сплотились, чтобы отбиться от Ларри, летающего чудовища.

Бэнкстаун теперь стал сверхъестественно вулканическим, что вполне устраивало Фарру. Вдоль дороги тек пирокластический поток, и она потащила опутанного мечом вампира в ту сторону.

— Будет весело.

* * * — Катастрофический сбой системы, — объявил БТР среди непрерывного потока предупреждающих сообщений.

— Твоя железка обожает констатировать очевидное, — прорычал Хавьер.

БТР плавился вокруг них, со стен капала черная отравленная кровь, а панели начинали больше походить на израненную плоть, чем на металл, отваливаясь кусками. Андреас перепробовал все оружейные способности, вливая в систему саморемонта столько маны, сколько она могла поглотить. БТР продолжал извергать предупреждения.

— Саморемонт нейтрализовал состояние «кровотечение» и возобновит нормальную работу. Наложено состояние «кровотечение». Система саморемонта перенаправляет ресурсы на нейтрализацию состояния «кровотечение». Саморемонт нейтрализовал состояние «кровотечение» и возобновит нормальную работу. Наложено состояние «кровотечение». Система саморемонта перенаправляет ресурсы...

Андреас с силой хлопнул по кнопке отключения звука. Стремительная деградация БТР сказывалась на оружейных системах, но их все еще хватало, чтобы осыпать Асано пулями, поливать из огнемета и даже изредка выпускать реактивные гранаты. Он с разочарованием и неверием наблюдал, как Асано перестал уклоняться от атак. Ему лишь изредка приходилось призывать новый мотоцикл, когда прежний получал слишком сильные повреждения. Сам же Асано казался неуязвимым.

— Этот парень что, бессмертный?

* * * Благодаря наложенным недугам и способности «Неотвратимый рок», постоянно суммирующей их количество, защитный амулет Джейсона работал на полную мощь.

Предмет: [Амулет Темного Защитника] (растущий, серебряный ранг, легендарный)

* Эффект: За каждый наложенный на врага недуг вы получаете эффект [Благословение Защитника]. Вы можете передать все накопленные эффекты [Благословение Защитника] другому человеку через прикосновение.

* [Благословение Защитника] (благословение, святость): Эффекты расходуются для поглощения урона из любого источника. Дополнительные эффекты обладают накопительным действием. За каждый израсходованный эффект вы получаете эффект [Щедрость благословения].

* [Щедрость благословения] (периодическое исцеление, святость, суммирующийся): Периодическое исцеление. Дополнительные эффекты обладают накопительным действием.

Каждый недуг превращался в щит, а каждый щит — в эффект регенерации, сила которого усиливалась кровавыми одеждами, которые Колин позволил Джейсону призвать. В сочетании с невероятной стойкостью серебряного ранга и угасающей мощью атак тяжело поврежденной машины, Джейсон больше не был в опасности, хотя изрядное количество тел Тени было уничтожено. Потребуется много времени и маны, чтобы восполнить их, но сейчас Джейсону нужно было закончить бой. Сидя на мотоцикле, он произнес заклинание.

— Страдай за свои прегрешения. —

«Возмездие» наносило урон за каждый наложенный на цель недуг. Джейсон влил в заклинание дополнительную ману, и конструкция БТР начала оседать, словно надувной замок, в котором проделали дыру.

Способность: [Возмездие] (Рок)

* Заклинание. * Затраты: Умеренное количество маны. * Перезарядка: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (17%).

* Эффект (железо): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивый недуг, от которого страдает цель.

* Эффект (бронза): Наносит урон или обновляет длительность эффекта [Покаяние].

* Эффект (серебро): Урон за каждый недуг может быть увеличен путем повышения затрат маны до высоких, очень высоких или экстремальных. Это сокращает время перезарядки до 20 секунд, 10 секунд или убирает его вовсе. Последовательные заклинания с экстремальными затратами имеют сокращенную формулу произнесения.

* [Покаяние] (недуг, святость): Вы получаете эффект [Епитимья] за каждое проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, снятый с вас. Это святой эффект.

* [Епитимья] (недуг, святость, периодический урон, суммирующийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные эффекты обладают накопительным действием, исчезая по мере нанесения урона.

Максимальные затраты маны также максимизировали урон и обнуляли перезарядку, превращая заклинание в мощный инструмент поглощения маны. Он тут же произнес заклинание снова в сокращенной форме, а затем еще раз, сжигая запасы маны.

— Страдай. —

С каждым заклинанием БТР сдувался вместе с запасом маны Джейсона, но, к его удивлению и восхищению, машина все еще не была уничтожена. Не будучи уверенным, сработает ли это, он произнес еще одно заклинание.

— Питай меня своими грехами. —

Джейсон вытянул накопленные недуги из БТР, который, очевидно, считался врагом. Он не был уверен, произошло ли это потому, что он смог наложить на него недуги, или потому, что это был особый вид призванного объекта. Так или иначе, Джейсон восстановил силы, поглотив огромный массив вытянутых недугов, заполнив ману и выносливость далеко за пределы максимума. Они продолжали расти вместе с его здоровьем, пока вражеские недуги преобразовывались в суммирующийся бафф восстановления.

БТР больше не походил на раненого зверя, он снова стал похож на машину, но на такую, которую окунули в яму с лавой. Он ярко сиял от трансцендентного урона, которому были безразличны механизмы активной защиты и системы авторемонта, пока он пожирал металл. Джейсон произнес последнее заклинание.

— Мой суд — и приговор мой — смерть. —

* * * Двое мужчин внутри БТР оказались окружены трансцендентным светом, и машина наконец сдалась. Они рухнули на дорогу, когда двигавшийся транспорт вокруг них исчез, так как призыв закончился. Этого было недостаточно, чтобы ранить кого-то их ранга, и они быстро вскочили на ноги.

Оглядевшись, они увидели темную фигуру, идущую к ним; мотоцикл позади него растворился в темном облаке и втянулся в его тень. Серебряные глаза наблюдали за ними из-под темного капюшона. Благодаря окутывающему его плащу и плавным шагам казалось, будто он парит над землей. Устрашающий образ был нарушен, когда Джейсон откинул капюшон, открыв лицо, окровавленное после попадания пули в голову.

— Здравствуй, Андреас.

— Джейсон, — осторожно произнес Андреас. — Мне жаль, что так вышло с Кайто.

— Не настолько жаль, чтобы ты не попытался убить его брата.

— Ты защищаешь того, кто украл у нас.

— Ядра реальности не принадлежат вам.

— Значит, они должны быть только у тебя? — парировал Андреас.

— Они не должны быть ни у кого, — отрезал Джейсон. — Вы ведете открытую разработку реальности. Думаешь, это останется без последствий?

— Мы слышали твои заявления, — прорычал Хавьер, все еще оставаясь массивным человеком-волком. — Никто не верит, что ты собираешься спасать мир, Асано.

— Я знаю. Но я все равно его спасу. Иди домой, Андреас.

— Ты меня отпускаешь?

— Да. Сделай мне одолжение и вспомни об этом, когда кто-то окажется под твоим прицелом и тебе придется делать выбор.

Хавьер перевел взгляд с Андреаса на Джейсона.

— Ты ведь не собираешься просто так это оставить? — спросил он.

Андреас посмотрел на человека-волка.

— Он победил меня, когда я был в лучшей форме, а сейчас я в худшей. Если хочешь сразиться с ним — это твое дело.

Хавьер дернулся, чтобы броситься на Джейсона, но аура Джейсона обрушилась на него подобно молоту. Имея лишь одну цель и не отвлекаясь ни на что другое, Джейсон мог применить всю мощь своей ауры.

Титул: [Убийца Великанов]

* Победа над гораздо более сильным противником оставила на вас неизгладимый след, который чувствуют окружающие. Это может вызвать реакцию страха у неразумных и слабовольных существ, если ваша аура значительно сильнее их. Тот факт, что ваш фактический ранг ниже их собственного, не уменьшает этот эффект.

Человек-волк замер, дрожа, как загнанный зверь.

— Забирай его и иди домой, Андреас.

Андреас посмотрел на оцепеневшего Хавьера и почувствовал страх, пропитавший ауру, которая сжалась, словно мышь под взглядом совы. Он повернулся к Джейсону.

— Спасибо.

ВОПРОС ВРЕМЕНИ

ВОПРОС ВРЕМЕНИ

Фарра за ногу вытащила вампира из лавы. Он был всё еще жив — или, по крайней мере, пребывал в состоянии нежити — благодаря своей стойкости серебряного ранга. Однако обычная вампирская регенерация не справлялась из-за тяжелейших ожогов.

— Зачем ты его вытащила? — спросил Ночной Сталкер. — Нужно было прикончить его.

— Мы пришли спасти вас, а не убивать тех, кого вы ограбили, — отрезала Фарра.

— А если они снова нагрянут за нами? — не унимался Ночной Сталкер.

— Тогда сможешь посетовать на свой посредственный жизненный выбор.

— Оставь это, Брайан, — вмешался Франклин.

— Забудьте. Я сам всё сделаю.

Ночной Сталкер двинулся к искалеченному вампиру, но тут же обнаружил, что смотрит прямо на острие меча Фарры.

— Какая напряженная обстановка, — раздался голос Джейсона позади группы. Никто, кроме Доун, не заметил его появления. Машина, на которой приехали Фарра и Доун, снова превратилась в группу тел Тени, из одного из которых и вышел Джейсон.

— Добрый день, Крэйг, — сказал Джейсон.

— Джейсон, — кивнул Вермиллион в знак приветствия. — Спасибо за спасение.

Джейсон оглядел участок улицы, изуродованный магической битвой. Повсюду виднелись следы гари, а из руин закусочной торчали останки угнанной машины Вермиллиона. Двое адептов сути были побиты, но живы; обоих пригвоздила к дороге паутина с металлическим блеском. Рядом лежали трое вампиров, все в тяжелых ожогах и слишком израненные, чтобы продолжать бой. Одежда Вермиллиона и его спутников была разорвана и перепачкана в крови, но их раны уже затянулись.

— Это Фрэнк, — представил Вермиллион. — А это Ночной Сталкер.

— Ночной Сталкер? — переспросил Джейсон. — Как тот серийный убийца из восьмидесятых?

— Это не похоже на имя серийного убийцы, — настоял Ночной Сталкер.

— Ну да, — согласился Джейсон. — Это не просто похоже на имя серийного убийцы. Это и есть имя серийного убийцы. В восьмидесятых был парень, который изнасиловал и убил кучу людей в Калифорнии. Если ты, будучи вампиром, собираешься разгуливать повсюду и называть себя Ночным Сталкером, я прикончу тебя прямо сейчас и назову это общественно полезным делом.

— Всё в порядке, Джейсон. Он не бегает кругом, убивая людей, он просто идиот. И откуда ты столько знаешь о серийных убийцах?

— Я учился в школе с парнем, который коллекционировал карточки с серийными убийцами. Мы с Грегом обычно…

Джейсон замолчал, понурив голову.

— Неважно, — произнес он. — Крэйг, зачем вы охотитесь за ядрами реальности?

— Мы формируем альянс с членами ЭОА и Сети. Нас много, но в руководящих фракциях каждой из сторон сосредоточены самые сильные бойцы. Нам нужно стать сильнее, и быстро.

— И вы собираетесь сражаться за ядра в зонах трансформации?

— Да.

— Тогда не ждите дальнейшей помощи. Ядра реальности не предназначены для того, чтобы ими владел кто-то из вас. Это касается как вас, так и ваших врагов.

— Наши враги — твои враги, Джейсон. Ты позволишь им бесчинствовать?

— Вы грызетесь за право быть капитаном тонущего корабля, Крэйг, и выбрасываете людей за борт, чтобы удержаться на плаву. Посмотри на состояние мира. Армия сражается с мифическими тварями на улицах Сиднея. Америка на грани гражданской войны, потому что Сеть недостаточно осторожно проводила свой секретный переворот. Европу захватывают вампиры, а Китай достигает новых высот гражданского гнета, пытаясь удержать всё под контролем. Правительства превращаются в тирании или рискуют рухнуть окончательно. Мы на пороге анархии.

— Наш альянс хочет это исправить, — сказал Крэйг. — Продолжать сдерживать волны монстров. Защищать людей. Но для этого нам нужна сила. Послушай, если ты скажешь, как помочь тебе спасти мир или что-то в этом роде, я помогу. Но я не думаю, что я — тот, кто тебе нужен. Так что позволь нам делать то, что мы можем, а ты делай то, что можешь ты.

Джейсон отвернулся, проведя грязной рукой по окровавленному лицу.

— Крэйг, — устало проговорил он. — Охота за ядрами реальности — это всё равно что разбирать крышу собственного дома на дрова, чтобы согреться зимой.

— А не охотиться за ними — значит опустить меч, пока твой враг поднимает свой.

— Неважно, кто победит, если мир сгорит дотла.

— Но это важно, если ты его спасешь, — возразил Крэйг. — Ты ведь этим занимаешься? Спасаешь мир. А мы пытаемся сделать так, чтобы он всё еще чего-то стоил, когда ты закончишь.

— Он не ошибается, — вставила Фарра.

— Ты на чьей стороне? — спросил Джейсон.

— На твоей, — ответила она. — Иногда это значит сказать тебе, чтобы ты отпустил ситуацию и занялся делом.

Джейсон посмотрел на нее с недовольным видом, но спорить не стал.

— То, что люди забирают ядра реальности — это плохо, — сказала она ему. — Но неужели ты думаешь, что твои запреты Крэйгу что-то изменят в долгосрочной перспективе? Тебя бесит, что это происходит. Нас всех бесит. Но это не то место, где стоит идти на принцип, потому что это ничего тебе не даст.

— Точка зрения Фарры мудра, — согласилась Доун. — Мне точно так же претит, что обитатели этого мира готовы разорять его ради власти, но ты не убедишь их остановиться. Люди всегда будут игнорировать великие опасности ради сиюминутных забот. Люди, эльфы, в этом мире или в другом. Это истина для любого времени и любой реальности.

— Единственный способ помешать людям забирать ядра реальности — это перекрыть источник, — сказала Фарра. — К этой задаче нам, пожалуй, и стоит вернуться.

— Вы можете это сделать? — спросил Крэйг.

Фарра поморщилась.

— Мне не следовало этого говорить.

Крэйг переглянулся с Франклином, и они молниеносно пришли в движение. Схватив ошеломленного Брайана, они потащили его к потоку лавы и швырнули туда головой вперед. Джейсон, Фарра и Доун в замешательстве переглянулись.

— Крэйг? — спросил Джейсон.

Двое вампиров удерживали Брайана под лавой, пока тот не перестал двигаться, что для вампира бронзового ранга заняло совсем немного времени.

— Что это было? — спросила Фарра.

— Брайан был «кротом», — пояснил Крэйг. — Фракция Кабалы, лояльная старым вампирам, внедрила его, чтобы шпионить за новым альянсом.

— Ты уверен? — уточнил Джейсон.

— Да. Мы не предупреждали его о налете на хранилище ядер реальности, но взяли с собой, чтобы он думал, будто вхож в ближний круг. Мы собирались использовать его для дезинформации, но мы не можем позволить старым вампирам узнать, что вы можете «перекрыть кран». Тогда вы станете для них целью номер один.

— Простите, — сказала Фарра. — Мне нужно быть осторожнее.

— Я не почувствовала фальши в его ауре, — заметила Доун. — Доминирование родословной?

— Да, — подтвердил Крэйг.

— А это что такое, если конкретнее? — спросил Джейсон.

— Родословная доминуса позволяет тем, кто стоит выше в иерархии, полностью контролировать тех, кто ниже, — объяснила Доун. — Когда вампир-доминус создает другого вампира, он может управлять им, а также всеми, кого тот впоследствии создаст.

— Брайан был частью родословной доминуса, — подтвердил Вермиллион. — Мы почти уверены, что им управлял кто-то из древних, затаившихся где-то в Юго-Восточной Азии.

— Доминирование родословной действует почти как звездное семя, — продолжила Доун. — Как и звездное семя, его крайне трудно обнаружить, за исключением особых обстоятельств.

— У меня была связь с Брайаном через мою родословную, — сказал Вермиллион. — Связь оборвалась, когда было установлено доминирование. Так мы его и вычислили.

— Звездное семя так хорошо прячется, потому что проникает в душу, — сказал Джейсон. — А как проникает эта родословная?

— Только низшие вампиры трансформируются лишь телом, — ответила Доун. — Высшие вампиры — вампиры родословной — меняются и телом, и душой. Именно поэтому их нельзя обратить насильно, в отличие от низших. Они должны принять изменения.

— Мы должны принять дар, — поправил Франклин.

— Друг, я бы такой дар вернул обратно, — вставил Джейсон. — Из-за него приходится есть людей.

* * * Расставшись с Вермиллионом, Джейсон через портал перенес себя, Фарру и Доун в океан, где развернул облачный дом. Отвлечения в сторону — им всё еще нужно было восстановить узел, а Джейсону требовалось прийти в себя после боя. Немало тел Тени было уничтожено оружейными системами БТРа, и на восстановление одного уходил почти весь запас маны Джейсона. Ему удалось воссоздать несколько штук, используя излишки маны после боя, значительно превышавшие его обычный максимум, но работы оставалось еще много.

Джейсон отправился в душ, прежде чем приступить к медитации для скорейшего восполнения маны. Посреди мытья он громко выругался.

* Запас [Кристального состава] в облачной фляге исчерпан. * Добавьте [Кристальный состав] или альтернативное очищающее средство для поддержания эффекта очистки облачной конструкции.

Он был удивлен, что средства хватило так надолго. Фляга эффективно разбавляла то огромное количество состава, которое Джейсон в нее залил. Но это не умерило его раздражения, когда тот наконец закончился.

Пока Джейсон был в душе, Фарра и Доун вышли на балкон отдохнуть, глядя на Тихий океан. Фарра воспользовалась случаем, чтобы задать несколько вопросов.

— Я всё думала о вампирах этого мира. Ты не знаешь, почему у них гораздо больше самообладания, чем у вампиров в моем мире? Это как-то связано с низким уровнем магии?

— Это один из двух факторов, — ответила Доун. — Магически заряженный солнечный свет негативно влияет на вампиров. В краткосрочной перспективе это означает, что их сила на солнце значительно снижается. В долгосрочной — это оказывает дегенеративное воздействие на их разум.

— Значит ли это, что по мере того, как магия в этом мире будет становиться сильнее, вампиры начнут терять контроль?

— Со временем некоторые из них — да, — подтвердила Доун. — Однако есть и другой фактор, который стоит учитывать: сила родословной. Вампиры этого мира возникли как отголоски других миров. Старейшие из них, вероятно, обладали полной силой основателей родословных, так что у многих вампиров этого мира родословные гораздо богаче, чем у тех, что в твоем мире. Это защитит их от солнечной дегенерации.

— Значит, даже с древними вампирами, которых сейчас пробуждают, можно договориться.

— Да, — сказала Доун. — Хотя я бы не питала больших надежд. Их личности, возможно, и не были искажены вампиризмом, но они всё равно останутся редкостными козлами.

Фарра удивленно подняла брови, не ожидая от Доун подобной грубости, и обе рассмеялись.

* * * Джейсон понуро брел по облачному дому, когда наткнулся на Доун.

— О, — сказал он, подняв глаза. — Доун, ты ведь не знаешь, как делать кристальный состав?

— Я не алхимик.

— Но ты ведь могла бы раздобыть формулу, верно? Или что-то, что работает так же, из другой вселенной или откуда-то еще.

— Не пока я в этом аватаре.

— Но если бы мы тебя прикончили, ты могла бы захватить формулу там, где окажешься, и принести ее обратно, когда создашь новый аватар. А потом нам просто нужно будет найти толкового местного алхимика… почему ты так на меня смотришь?

Доун просто ушла.

— Это значит «нет»? — крикнул он ей вслед.

Он продолжил свой путь и нашел Фарру на балконе: она отдыхала, глядя на океан. Джейсон повалился назад, и кресло из облака поднялось из пола, чтобы поймать его.

— Всё закончил? — спросила она.

— Все Тени на месте и в полном составе. Как продвигается охота за прото-пространствами?

Поиск нужных узлов для ремонта требовал проведения ритуалов в прото-пространствах. По мере того как они лучше понимали процесс методом проб и ошибок, у них появилось более четкое представление о том, какие прото-пространства им помогут, а какие дадут ложные результаты. Это позволяло действовать более избирательно: поиск каждого отдельного прото-пространства занимал больше времени, но в конечном итоге экономил его.

— У нас был один сигнал, но это было пространство золотого ранга. У тебя еще не хватало кучи Теней, и я подумала, что пытаться лезть туда не в полную силу — плохая идея.

— Ты мне не сказала.

— Плохие идеи — это по твоей части.

Джейсон усмехнулся.

— Полагаю, так и есть.

Он достал из инвентаря серебряную монету духа и положил ее в рот.

— Я скучаю по готовке, — пожаловался он. — Ужасно хочется приготовить фундучный дакуаз.

— А я скучаю по дому, — сказала Фарра. — Ты осознаешь, что я провела в твоем мире больше времени, чем ты в моем?

Он сел, глядя на нее.

— Нет, — ответил он. — Нет, я об этом не думал. Но да, особенно если не считать всё то время, что я провел в астральном пространстве.

— Твой мир кажется мне таким же чудесным, каким мой казался тебе, — призналась Фарра. — Но я готова вернуться. Более чем готова. Хочу увидеть этого волосатого идиота Гэри. Руфус без меня наверняка совсем беспомощен. Хочу увидеть родителей. Мой город. Мы так стремились сбежать оттуда, а теперь я отчаянно хочу назад.

Кресло Джейсона скользнуло по полу и остановилось рядом с креслом Фарры. Он ободряюще сжал ее руку.

— Ты вернешься, — сказал он. — Это лишь вопрос времени.

— Знаю.

— Ты ведь понимаешь, что, когда мы прибудем, тебе придется работать гидом.

— О боги, нет. Я даже думать не хочу о том, сколько неприятностей ты там натворишь.

Оба они знали, что их прибытие в мир Фарры не будет легким и веселым приключением, но в этот момент им было приятно притворяться. О том, что их появление ознаменует сильнейший всплеск монстров в истории того мира, можно будет подумать позже.

НЕ СОВСЕМ ЭТИЧНО

НЕ СОВСЕМ ЭТИЧНО

Джейсон вышел из воды, поднявшись по пандусу у основания облачного дома, который уходил прямо в океан. Заплыв выдался приятным и расслабляющим, хотя его тело серебряного ранга было слишком тяжелым, чтобы просто держаться на плаву. Впрочем, дышать ему не требовалось, так что под водой он чувствовал себя не менее комфортно, чем на поверхности.

Эми продолжала плескаться под присмотром своего отца, Иана, и диссонирующе молодой прабабушки Юми. Потребовалось немало усилий, чтобы убедить Эрику позволить дочери поплавать в Тихом океане в нескольких километрах от берега. Джейсону пришлось принять меры для обеспечения безопасности Эми. Он убрал скромный облачный дом и развернул облачный дворец, придав ему форму огромной дуги. Так получилась искусственная лагуна с подводными комнатами, заменявшими морское дно, и сетью в проеме. Это было спокойное убежище, защищенное от океанских волн и любых акул, которым хватило бы глупости приблизиться к облачному дворцу в поисках добычи.

* * * Облачный дворец служил убежищем во многих смыслах. За те две недели, что они потратили на поиск нужного узла реальности в Австралии, мировой порядок начал стремительно рушиться. В самой Австралии всё было относительно спокойно, во многом благодаря отсутствию лордов-вампиров, которые заявляли о себе по всему миру в куда больших количествах, чем опасались изначально.

В нескольких странах Центральной Америки государственные структуры уже полностью распались, а ряд южноамериканских государств демонстрировал опасные признаки того же сценария. В Америке царил хаос: страна и так находилась на грани массового гражданского конфликта, а тут еще вампиры предъявили права на Балтимор, Бостон и Филадельфию.

Благодаря двум пользователям сути золотого ранга в своих рядах, жители Филадельфии смогли оказать сопротивление и уничтожить захватчиков, но в процессе ликвидации одиннадцати лордов-вампиров они потеряли множество бойцов серебряного ранга.

Китай уже несколько месяцев находился в состоянии информационной блокады из-за «мер общественной защиты», введенных еще раньше, так что наружу почти ничего не просачивалось. В остальной части Азии, как и в Африке, дела шли относительно неплохо — активность вампиров там была минимальной, что позволяло существующим магическим фракциям продолжать борьбу за Ядра реальности. Россия и Европа представляли собой полную противоположность: они страдали от массированной оккупации вампиров.

Европа стала мировым очагом вампирской активности: лорды-вампиры захватывали крупнейшие города по всему континенту. Правительства пытались сотрудничать с другими магическими фракциями, но европейские отделения Сети никогда не были такими мощными, как в Китае или США. Им было бы трудно противостоять вампирам даже в лучшие времена, не говоря уже о периоде раскола и фракционной борьбы. Россия столкнулась с похожими проблемами, но, как ни странно, сопротивление там было минимальным, а слухи о сотрудничестве правительства с вампирами распространялись с бешеной скоростью.

Весь Европейский союз объявил чрезвычайное положение, но эффективного ответа так и не последовало. Лорды-вампиры формировали советы в захваченных городах, и бороться с ними было крайне сложно. Небольшие группы чрезвычайно могущественных существ были слишком сильны для элитных отрядов Сети, но при этом их было слишком мало, чтобы задавить числом.

В нескольких городах попытались применить подавляющую силу, но хотя вампиров удалось убить или изгнать, цена оказалась неприемлемой. Вампиры, пользуясь своей малочисленностью, использовали население и инфраструктуру в качестве живого щита, в то время как силы Сети были вынуждены полагаться на магически усиленные боеприпасы, предназначенные для борьбы с угрозами золотого ранга. В итоге победа означала освобождение дымящихся руин, заваленных трупами.

Немногие страны были готовы платить такую цену, увидев результаты. Во многих государствах лорды-вампиры становились де-факто правительством. Италия стала первой страной, официально капитулировавшей относительно бескровным способом. Франция сопротивлялась отчаянно, но разрушение Парижа и кровавые расправы вампиров в других французских городах фактически уничтожили сопротивляющиеся гражданские власти.

* * * После заключительных бесед с Кайто, Грегом и Асей Джейсон почувствовал себя легче, чем когда-либо с момента трагедии в Брокен-Хилле. Он улыбался, подставляя тело солнцу, и наблюдал, как Иан с разбега прыгает в воду к Эми. Джейсон ценил каждое светлое мгновение, которое ему выпадало. К нему подошла Фарра, но вместо купальника на ней была прочная одежда, которую она предпочитала носить под призванными доспехами.

— Еще один? — спросил он.

— Да.

— Надеюсь, сегодня мне удастся точно определить местоположение узла.

Фарра сообщила Джейсону координаты, и он открыл портал. Он не мог переместиться прямо в пункт назначения, но мог подобраться на расстояние в сто километров. За то время, что он зачищал прото-пространства вместе с Сетью, Джейсон исколесил почти всю Австралию, и теперь радиус действия его портала достигал тысячи шестисот километров.

Они появились в небольшом городке, всё еще хранившем следы разрушений от волн монстров. Из тени Джейсона вышли тела Тени и слились воедино, приняв форму вертолета. Если не считать черного цвета, он выглядел точь-в-точь как вертолет Кайто. Джейсон и Фарра поднялись на борт и направились к прото-пространству.

* * * В некоторых странах, наиболее пострадавших от нынешнего хаоса, присутствие Сети было практически сведено на нет, что привело к повторному появлению волн монстров. Австралию эта участь, к счастью, миновала — по крайней мере, на данный момент, несмотря на хаос в Сиднее и подобные конфликты в других местах. Фракция лидеров сосредоточилась на Ядрах реальности, переложив прежние обязанности на более многочисленную, но слабую фракцию, теперь называвшуюся Global Defence Network (GDN).

Одна из команд GDN вошла в зону пространственного вторжения третьей категории, после чего лидер группы ритуалистов доложил руководителю экспедиции:

— Сэр, мы провели проверку, и показатели совершенно ненормальные.

— В каком смысле?

— Монстры-якоря уже уничтожены, а целостность пространства слишком высока. Оно не распадется еще часов двадцать, хотя должно было гораздо раньше.

— Значит, задачка будет легкой.

— Сэр?

— Он здесь. Передай всем, чтобы сворачивались. Учитывая, как нас мало, мы будем полезнее в другом месте, а не в пространстве, с которым уже разобрались.

* * * Джейсон зафиксировал узел и успешно провел ремонт, после чего вернулся в облачный дворец вместе с Фаррой. Позже они сидели на террасе, обсуждая свою работу с Доун.

— Чем больше времени я провожу в пространстве узла, — сказал он, — тем лучше, кажется, начинаю понимать астральную магию. Это не похоже на книгу навыков, которая просто впечатывает знания. Скорее, погружение в первозданную глину реальности дает мне прямое ощущение всей той теории, которую я изучал. Концепции, которые были абстрактными и трудными для понимания, теперь обретают смысл.

— Полагаю, природа твоего существа тоже играет роль, — предположила Доун. — Обычные физические существа воспринимают традиционную реальность так, что это мешает им постичь высшие концепции теории астральной магии. Чтобы преодолеть этот барьер, нужен либо выдающийся ум, либо крайне необычные обстоятельства. Твоя сущность, как и само пространство узла, представляет собой гештальт физического и духовного, а не две половины, как у Фарры, меня или этой вселенной. Даже тот, кто обладает астральным сродством, с трудом переносит пребывание там, но ты ведь не чувствуешь дискомфорта?

— Нет, — ответил Джейсон. — Есть эффект, который мои способности определяют как «пространственное развоплощение», звучит просто прелестно. Но, как ты и сказала, моя необычная природа делает меня невосприимчивым к нему.

— Можно сказать, что пространство узла для тебя более родное место, чем обычная реальность, — заметила Доун.

— Не уверен, что мне это нравится, — признался Джейсон. — То есть, заглядывать туда — это нормально, но оставаться я бы там не хотел.

— Вопрос в том, помогает ли это улучшенное понимание астральной магии точнее находить и чинить узлы, — вставила Фарра.

— Думаю, да, — сказал Джейсон. — По ощущениям именно так, но, полагаю, время покажет.

— Я спрашиваю потому, — продолжила Фарра, — что меня беспокоит, что произойдет, когда уровень фоновой магии пересечет порог, за которым она начнет проявляться напрямую. Прото-пространства исчезнут, и искать узлы станет труднее.

— Не знаю, как всё пойдет, — ответила Доун. — То, чем занимается Джейсон, равносильно созданию новой узкой специализации в астральной магии. Или, точнее говоря, он исследует область, которая всегда была табуированной. Подобное вмешательство в границу между физическим и астральным — это именно то, что Мировой Феникс и я, как его представительница, всегда стремились пресекать.

— Но чтобы провести операцию, пациента приходится резать, — заметил Джейсон.

— Да, — согласилась Доун. — Если мы не успеем в достаточной мере восстановить эту сторону связи между мирами до того, как магия здесь изменится, нам придется искать новую методику. А это будет стоить нам времени.

— Наверное, стоит сворачивать облачный дворец, — сказал Джейсон. — Глядя на то, что творится в Европе, может, нам стоило отправиться туда раньше, чем в Австралию.

— Я не жалею об этом, — отозвалась Фарра. — Мы устранили единственного лорда-вампира в Австралии, и теперь здесь всё относительно спокойно. Учитывая, сколько вампиров лезет изо всех щелей, Австралия может стать запасным плацдармом для магических сил человечества. Сейчас они разобщены и рассеяны, но лорды-вампиры слишком могущественны. Магическим фракциям придется прекратить грызню и объединиться.

— Если только американцы не решат просто сбросить на Венецию ядерную бомбу, — хмыкнул Джейсон.

* * * Пять копий из красного кристалла вонзились в Джейсона, отбросив его назад и пригвоздив к стене. Одно прошло сквозь живот, другое — сквозь грудь, еще два пробили руку и ногу, обездвижив их. Последнее копье метило в горло, но Джейсону удалось уклониться ровно настолько, чтобы оно вырвало кусок плоти сбоку шеи, а не пробило её насквозь.

— Ты совершил ужасную ошибку, — произнес вампир, медленно приближаясь к нему.

— Я знаю, — с трудом выдавил Джейсон сквозь стиснутые зубы. — Мне стоило переодеться перед выходом. Костюм испорчен. Ирония в том, что это тебе не помешало бы обновить гардероб. Прости, приятель, но если ты думаешь, что эти кружевные манжеты тебе идут, у меня для тебя плохие новости.

— Ты глупец.

— Я много кто, — отозвался Джейсон. — Зацикливаться на чем-то одном просто невежливо, когда есть столько вариантов. Я, например, весьма проголодался, о чем ты бы узнал, будь ты достаточно любезен, чтобы спросить. У тебя случайно нет с собой сэндвича? Хотя ты, наверное, не по этой части, да?

— Я собираюсь тебя обратить.

— А ты не мог бы обратить меня в строителя? Ты тут, вообще-то, музей громишь. Знаешь, что здесь висит «Выбор Геркулеса» Карраччи? Обожаю эту картину, хотя на месте Герка я бы определенно выбрал штаны. Я понимаю, что в Средиземноморье климат приятный, но хотелось бы хоть раз увидеть картину с Герком, где он не сверкает всем своим хозяйством. Так ведь и обгореть на солнце недолго.

— Я заставлю тебя страдать, прежде чем обращу, — прошипел вампир. Из его ладони потекла кровь, приняла форму меча и кристаллизовалась в острое как бритва лезвие.

— Надеюсь, ты имеешь в виду, что собираешься ранить мои чувства? — с надеждой спросил Джейсон.

Вампир замахнулся мечом, но в этот момент его окутала паутина и с силой дернула назад, припечатав к стене напротив той, к которой был пригвожден Джейсон. Вампир тут же начал вырываться, но в паутину ударил огненный снаряд, мгновенно поджигая и её, и самого вампира.

Как только врага оттащило, Джейсон произнес заклинание:

— «Твоя кровь не твоя, а моя, и мне ею пировать».

Красные кристаллические копья в его теле снова превратились в кровь и впитались в него, исцеляя раны и освобождая Джейсона. Когда заклинание подействовало, его окутал темный туман, сменяя окровавленную одежду на кровавое облачение и плащ звездного света.

— Что-то вы припозднились, — заметил Джейсон, когда туман рассеялся.

В огромную дыру в стене змеями вползли уже горящие нити. Они обвили вампира, как раз когда тот освободился, и снова дернули его — на этот раз прямо из здания наружу.

— Он швырнул в меня сквозь стену скульптурой голого мужика, который тусуется с голым пацаном и виноградом, — сказала Фарра. — Это зрелище пугало больше, чем сам вампир.

— Я не был уверен, что смогу тянуть время, пока вы не вмешаетесь. Если бы я попытался прочесть заклинание, когда он стоял прямо передо мной, он бы меня прикончил. Я даже прыгнуть в тень не мог с этими штуками в теле. Кажется, они блокируют телепортацию.

— И как же ты тянул время?

— Наплел всякой чепухи.

— Ну, тогда я за тебя спокойна. Ты использовал свои сильные стороны.

В дыру в стене влетела Доун — явно не по своей воле, так как она кубарем покатилась по выставочному залу музея.

— Может, поможете? — предложила она, сохраняя спокойствие, несмотря на растрепанный вид, и легко вскочив на ноги.

Джейсон вытянул теневую руку и разбил потолочный светильник. В огромном зале было еще полно ламп, да и темнота не была помехой для вампира, но цель была не в этом. Тусклый свет и скульптуры превратили зал в игровую площадку теней, в которых Джейсон и растворился, когда вампир в ярости ворвался обратно через пролом, из которого его вышвырнула Доун.

Этот вампир был сильнее того, с которым они сражались в Австралии: он умел превращать собственную кровь в разнообразное оружие. Однако против троих ему было не выстоять. Доун использовала эффекты контроля, а Фарра ошеломляла вампира молниеносными атаками. Последним элементом пазла стал Джейсон: пользуясь моментами, которые создавали Фарра и Доун, он накладывал свои проклятия. Затем Фарра и Доун не давали врагу прийти в себя, пока недуги не подточили его силы.

Когда вампир рухнул, они едва смогли сохранить ему жизнь. К счастью, запредельные проклятия Джейсона со временем ослабевали, что позволило стойкости золотого ранга удержать вампира на самом порогу смерти.

— Полагаю, ты его осушишь, — сказала Фарра.

— Вообще-то, — произнесла Доун, — я бы хотела кое-что попробовать. Забирайте его, и уходим; он не единственный лорд-вампир в Неаполе.

— И что же ты хочешь попробовать? — спросил Джейсон, хватая вампира за обгоревшие ноги.

— Кое-что не совсем этичное, — ответила Доун.

ОПЕРЕЖАЯ ГРАФИК

ОПЕРЕЖАЯ ГРАФИК

— Ты хочешь, чтобы я использовал этого парня как батарейку, — сказал Джейсон.

Облачный дом принял облик неприметной и уединенной фермы в итальянской глуши. Захваченный ими вампир ранга золота был заперт в камере, из которой, как они были уверены, ему не сбежать. На ранге серебра облачный дом начал проявлять свой потенциал ранга алмаза, становясь все более могущественным и сложным. Одиночного «золотого» было недостаточно, чтобы силой проложить себе путь внутрь или наружу.

— Да, — ответила Доун, пока они наблюдали за вампиром через одностороннее окно.

— Ты была права насчет того, что это сомнительно с этической точки зрения.

— Вампиры питаются людьми, — заметила Фарра. — Кажется справедливым, если ты поступишь с ними так же.

— И именно так мы должны себя оценивать? — спросил Джейсон. — По стандартам кровожадных монстров?

— Нет, — сказала Доун. — Мы судим о себе по своим поступкам. Не только по сиюминутным, но и по масштабным последствиям того, что мы делаем. Учитывая то, чего мы пытаемся достичь, и препятствия на нашем пути, истощение одного кровожадного хищника ради получения любого преимущества — поступок, морально приемлемый.

— И как далеко мы можем зайти? — спросил Джейсон. — Сколько плохих людей допустимо запереть и пытать?

— Всех, — отрезала Фарра.

— А как насчет хороших? — спросил Джейсон. — Сколькими мы можем пожертвовать? Где черта? Какова цифра?

— Цифры не существует, — ответила Доун. — Полагать, будто во всем этом есть некая объективная ценность, которую можно измерить — удел глупцов. Как и в любых вопросах морали, здесь все зависит от умения выносить суждение.

— Ну да... — плечи Джейсона поникли. — Не уверен, что доверяю своему суждению.

— Тогда хорошо, что ты не один, — сказала Доун. — Мисс Хурин отправили в этот мир не по прихоти. Ее послали для того, чтобы тебе было на кого положиться.

— Хочешь сказать, я тут на вторых ролях? — Фарра надулась.

Джейсон задумчиво посмотрел на нее и улыбнулся в ответ на ее ухмылку.

— Ладно, — сказал он. — Спасибо. Но мне все еще не по себе от мысли, что я буду раз за разом выкачивать из него силы. К тому же, не думаю, что в нем много осталось.

Вампир был в плачевном состоянии. Между трансцендентным уроном Джейсона и огненными способностями Фарры и Доун даже высокоранговому пользователю сущностей было бы трудно выжить в его нынешнем положении.

— Нам нужно раздобыть кровь, обработанную ядрами реальности, которую они пьют, — сказала Доун. — Он может послужить для тебя фильтром: ты будешь заправлять его, опустошать и заправлять снова.

— Ты говоришь о захвате их запасов крови так, будто это проще простого, — произнесла Фарра. — Была причина, по которой мы не совершили налет на хранилище ядер реальности в Америке.

— Но обстоятельства изменились, — задумался Джейсон. — У вампиров нет ритуальной магии для установки защиты, а обычные меры безопасности нас не остановят.

— Не будь так уверена насчет магической защиты, — предостерегла Доун. — Кабал мог завербовать полезных перебежчиков из Сети.

— Да, — признал Джейсон, вспомнив пользователей сущностей ранга серебра, с которыми они сражались в Австралии. — Если они смогли привлечь на свою сторону первоклассный тактический персонал, то нанять нескольких ритуалистов им точно под силу.

— Особенно учитывая, как тяжело Сети приходится в Европе, — добавила Фарра.

Лорды-вампиры повторили атаку на Сиднейский филиал по всей Европе, причем с гораздо большим успехом. Сидней серьезно пострадал от одного вампира, в то время как в европейских городах на филиалы Сети нападали по два, три, а то и по шесть вампиров, чтобы устранить своих главных конкурентов. Сеть держалась в резервных локациях и второстепенных отделениях, продолжая закрывать прото-пространства, но их усилия становились все более отчаянными.

— Я считаю, что обстоятельства достаточно изменились, и потенциальная награда перевешивает риск, — сказала Доун. — Только сами лорды-вампиры будут достаточно сильны, чтобы остановить нас, а вы сами видели их гордыню. Они не будут так бдительны, как следовало бы. По крайней мере, пока кто-нибудь не даст им для этого повод.

— Вампир ранга золота согласится на роль охранника только под давлением более сильного сородича, — рассудил Джейсон.

— И они не будут этому рады, так что вряд ли проявят усердие, — сказала Фарра. — И все же, это большой риск.

— Если что-то пойдет не так, у нас все еще есть козырь Джейсона, — напомнила Доун.

В распоряжении Джейсона был магический предмет, полученный им давным-давно, во время испытаний Жнеца. Это был расходный предмет ранга алмаза, содержащий силу солнечного света, который, как подтвердила Доун, будет крайне эффективен даже против лордов-вампиров.

— Я бы хотел приберечь его на крайний случай, — сказал Джейсон. — Мы можем использовать его лишь однажды.

— Если уж мы собираемся его использовать активно, — вставила Фарра, — то нужно сделать это с умом.

— Что ты предлагаешь? — спросил Джейсон.

— Что, если мы выследим крупнейшее хранилище ядер реальности и вампирской крови в Европе, чтобы нанести удар? Но при этом пустим слух о нашем нападении, чтобы вампиры нас ждали. И вместо того чтобы пытаться пробраться тайком, мы ударим всей мощью. Осторожно завербуем людей из Сети и навалимся на них. Используем предмет и уничтожим столько кровососов, сколько сможем.

— В теории звучит неплохо, — сказал Джейсон. — Но велика вероятность, что если мы начнем вербовку, они пронюхают об этом.

— Ну и пусть, — отмахнулась Фарра. — Вампиры горды и не отступят. Они соберут еще больше своих сил, чтобы полностью сокрушить любое сопротивление и доказать свое превосходство. Чем больше их попадет под удар предмета, тем больше мы истребим.

— Нет, — отрезала Доун. — Это слишком масштабно. Мы здесь не для того, чтобы убивать вампиров. Воспользоваться шансом стать сильнее, когда это требует минимум времени — это одно, но тратить время на организацию крупномасштабной атаки — слишком сильное отвлечение от нашей цели.

— Ты права, — согласился Джейсон. — Мне нравится идея проредить популяцию вампиров, но это будет трата времени, которого у нас нет, ради риска, который нам не нужен. Я готов потратить на это несколько дней, пока мы ждем появления подходящего прото-пространства. Но подобная операция потребует недель активных усилий. В конечном счете, скорейшее перекрытие поставок ядер реальности спасет больше жизней, чем убийство нескольких вампиров сейчас.

— Ладно, — буркнула Фарра. — Но я запомню этот план. Если представится хороший случай, я хочу вернуться к этому разговору. Доун, кажется, каждый раз, когда мы собираемся провернуть великое похищение ядер реальности, ты выливаешь на нас ушат холодной воды.

— Смелость необходима для достижения наших целей, — сказала Доун, — но быть смелым — значит ходить по краю безрассудства. Мы должны быть бдительны, чтобы не соскользнуть.

— Нам все еще нужен запас обработанной крови, — напомнил Джейсон. — Мы должны где-то ее достать.

— Мы проведем операцию меньшего масштаба, чем предлагает мисс Хурин. Что-то более быстрое и безопасное. Вместо того чтобы бить по одной из основных территорий вампиров, мы выберем периферийную цель и совершим налет на местный центр обработки крови.

— А найдется ли такая в менее важном месте? — спросил Джейсон. — Неужели они не распределяют кровь из центрального, защищенного узла?

— Даже самый слабый лорд-вампир — это воплощение мощи и гордыни. Никто из них не позволит кому-то другому держать себя в заложниках, контролируя поставки крови, — объяснила Доун. — Каждому лорду-вампиру требуется регулярная порция обработанной крови, иначе низкий уровень магии быстро истощит их силы, пока они не впадут в оцепенение. Учитывая, скольких врагов они себе нажили, они не могут позволить себе моменты слабости из-за перебоев в поставках. Ядра реальности они, скорее всего, перевозят, но ни один вампир не позволит себе удалиться слишком далеко от своего запаса крови.

— Это слабость, которой, надеюсь, воспользуются, когда придет время с ними разобраться, — сказал Джейсон. — К сожалению, в мире происходит слишком много всего и сразу.

— Значит, выберем город, который достаточно велик, чтобы там были лорды-вампиры, но достаточно мал, чтобы самые сильные из них находились в другом месте, — подытожила Фарра. — Это исключает возвращение в Неаполь, верно?

— Да, — подтвердил Джейсон. — Он слишком велик, и они будут настороже после исчезновения этого парня.

Они все посмотрели на вампира, неподвижно лежащего в жалком состоянии.

* * * Джейсон использовал облачный флакон, чтобы придать ему форму транспортного средства. Раньше это был большой туристический автобус, теперь же — яхта средних размеров, пришвартованная среди других прогулочных судов в доке Венеции. Единственной причиной, по которой люди сейчас пользовались лодками, было желание сбежать из города. Туристические катера вокруг пустовали, что легко подтверждало их чувство ауры.

— Я до сих пор не уверена, что Венеция — лучший вариант, — сказала Фарра, пока они сидели на яхте и строили планы. — Разве это не самый первый город, который захватили вампиры?

— Да, — ответил Джейсон. — Именно поэтому он пострадал сильнее всего. Итальянское правительство тогда еще не сдалось и поддерживало Сеть в противостоянии «золотым». Те первые лорды-вампиры к тому же были одними из сильнейших. Они оставили разрушающийся город ради более крупных населенных пунктов.

— Вампиры рассматривают население как товар, словно стада скота, — заметила Доун.

Джейсон и Тень уже провели предварительную разведку города. Он тоже поначалу скептически отнесся к предложенному Доун месту назначения, но то, что он узнал, подслушивая вампиров низших рангов, подтвердило ее правоту. Венеция была легкой целью, о которой никто не думал как о таковой, потому что было известно, что именно отсюда вышли сильнейшие вампиры.

— Изначальные лорды-вампиры перебрались в более крупные города, оставив управлять здесь тех, кто послабее, — сказал Джейсон. — Если вообще можно назвать кого-то из вампиров ранга золота слабым. Их здесь всего двое.

— Что делает город отличной целью, — сказала Доун. — Венеция для старых вампиров — территория символическая, а не ценная. Особенно сейчас, когда сражения принесли столько разрушений. Нет никакой славы в том, чтобы править руинами.

Пока Доун и Фарра оставались скрытыми на яхте, отслеживая сетку на предмет прото-пространств, Джейсон снова отправился на разведку. Тень и его многочисленные тела были невероятным подспорьем: одно тело оставалось на месте, чтобы Доун и Фарра могли общаться с Джейсоном, а сам он мог быстро совершить теневой прыжок обратно на судно.

Бродя по городу, он обнаружил, что улицы и каналы по большей части пусты. Он чувствовал людей, которым не посчастливилось эвакуироваться во время боев; они забились в свои дома, выбираясь наружу только за едой. Вампиры позволили некоторым остаткам гражданской власти продолжать работу, организуя пункты распределения продовольствия и даже импортируя еду из других территорий, контролируемых Кабалой.

Почти все, кто встречался на улицах, были членами Кабалы, и большинство из них — вампирами. Не было недостатка в низкоранговых вампирах, готовых сбросить налет цивилизованности и потакать своей жажде крови. Джейсон не раз замечал группы, врывавшиеся в дома и заставлявшие жильцов спасаться бегством, прежде чем начать охоту и убить их ради забавы.

Джейсону не терпелось вмешаться, но без плана по освобождению города это лишь навлечет новые беды на жителей. Даже если он заставит нескольких низкоранговых вампиров бесследно исчезнуть, «золотые» не потерпят вызова своей власти и проведут тщательное расследование. Первыми пострадают ни в чем не повинные люди, оказавшиеся поблизости.

Джейсон и Тень следовали за низкоранговыми вампирами, лучше узнавая положение дел. Это напоминало территорию, захваченную вражеской армией, где лишь оккупационные силы в большом количестве расхаживали по почти пустым улицам. Многие мосты и здания получили катастрофические повреждения, некоторые каналы оказались затоплены из-за завалов из обломков. Вампиры выгоняли людей из домов и формировали рабочие отряды для расчистки.

Сами каналы в остальном были лишены какой-либо активности. Знаменитая своей грязью вода в местах, не загрязненных строительным мусором, стала даже прозрачной. Появились лебеди, а Джейсон даже заметил плавающих рыб. Это было странно светлое пятно в городе, который в остальном превратился в антиутопический кошмар. Он ненавидел то, что после стольких лет мечтаний о посещении Венеции застал ее в таком состоянии.

Джейсон и Тень также смогли собрать больше информации о самих лордах-вампирах. Лордам требовалось больше сна, чем их менее могущественным собратьям, несмотря на текущую в их жилах усиленную кровь. Лорды-вампиры спали по двенадцать-четырнадцать часов, в основном в светлое время суток.

Продолжая наблюдать, Джейсон узнал о растущем расколе между вампирами и остальной частью Кабалы. Вампиры составляли меньшинство в организации в целом, но пробуждение лордов-вампиров превратило их в правящее меньшинство. Среди множества других фракций Кабалы росло недовольство тем, что их вытесняют с руководящих постов. Также, судя по слухам, существовала значительная часть фракции вампиров, которая, подобно Крейгу Вермиллиону, не поддерживала старых вампиров.

Джейсон разведывал центр обработки крови, устроенный в медицинской клинике, когда Фарра позвала его обратно. Он совершил теневой прыжок на яхту, оказавшись в комнате, где Фарра следила за сеткой. Помещение напоминало станцию связи космического корабля: повсюду экраны и панели управления. Фарра и Доун наблюдали за различными показаниями на мониторах.

— Ты нашла подходящее прото-пространство? — спросил Джейсон.

— Нет, — ответила Фарра. — Кое-что другое.

— О?

— В пространстве, которое уже граничило с прото-пространством, произошло событие трансформации, — пояснила Доун.

— Они будут взаимодействовать? — спросил Джейсон.

— Судя по показаниям, которые выдает сетка — да, — кивнула Фарра.

— Каков будет эффект?

— Это выходит далеко за рамки моего понимания астральной магии, — призналась Фарра.

Они с Джейсоном оба посмотрели на Доун.

— Я полагаю, — произнесла Доун, — что этот мир решил погибнуть раньше намеченного срока.

ОТКРЫТАЯ РАНА

ОТКРЫТАЯ РАНА

Когда они шли по военной базе в Германии, несколько солдат-мужчин из Сети вскинули кулаки, заметив огромную волосатую фигуру Джека Герлинга. Немцы были полны решимости выдворить американские силы Сети из своей страны, пока восстание лордов-вампиров не изменило всё. Мощные силы США сыграли решающую роль в помощи Германии в борьбе с вампирами во многих городах, благодаря чему она стала одной из наименее пострадавших стран на континенте. В ответ Германия стала ключевым плацдармом Сети США в Европе.

— Пиво и сиськи! — выкрикнули они.

— Пиво и сиськи! — с ухмылкой ответил он, вскинув кулак в воздух.

Его сила и значимость сделали его узнаваемой фигурой на базе, и он изо всех сил старался подружиться со всеми тактическими группами. Ему стоило немногого посеять семена, которые в будущем могли принести критически важный урожай. Он шел по базе, здороваясь с разными людьми, пока не добрался до своих личных покоев. Как только он вошел внутрь, дружелюбное выражение на его лице сменилось безразличием.

Герлинг стал осторожнее со своим образом мужлана, так как после боя с Асано он слишком сильно его приоткрыл. Руководство по-прежнему очень скупо выдавало Ядра реальности, и меньше всего он хотел, чтобы его сочли слишком способным, чтобы им можно было управлять.

Руководство Сети США сделало приоритетом продвижение большего числа людей до четвертой категории, особенно с появлением древних вампиров. Это не было такой катастрофой в США, как в Европе, но ситуация была достаточно плохой и продолжала ухудшаться. Сеть держала группу людей, которые были близки к четвертой категории, и Ядра реальности уже позволили двоим из них преодолеть этот порог.

Это было в дополнение к другому представителю четвертой категории, который, как и Герлинг, был выведен из стазиса. Герлинг по-прежнему оставался единственным представителем четвертой категории, который был у Сети США в Европе; остальные были назначены для решения внутренних проблем. На данный момент Герлинг был слишком ценен, чтобы им жертвовать.

Однако он уже видел признаки того, что руководство начинает нервничать из-за представителей четвертой категории и опасности того, что они могут захватить власть. Пока он не мог быть уверен в регулярных поставках Ядер реальности, Герлинг продолжал потакать своим более гедонистическим наклонностям, играя роль бандита-гедониста.

Его покои на базе отражали это: они были заполнены личными предметами роскоши, которые он нагло потребовал. Его куратор, Клири, был более чем счастлив удовлетворить их, довольствуясь незначительными уступками, которые он получал взамен. Клири, в частности, видел, что скрывается за маской Герлинга, и стремился развеять свои подозрения. Будучи последовательным в своем гедонизме, он медленно, но верно подводил Клири к тому, чтобы тот отбросил любые сомнения.

Битва с Асано и Хурин стала для Герлинга тревожным звонком. Хотя он поддерживал внешний вид гедонистических излишеств для своих номинальных хозяев, втайне он посвятил себя тому, чтобы стать сильнее. В США, наряду с Китаем, всегда были лучшие программы подготовки, и то, что Фарра Хурин привнесла в Сеть, использовалось для их совершенствования.

Герлинг прошел ту же подготовку, что и все остальные, но всегда выезжал за счет взрывного потенциала своих способностей. Именно эти силы стали причиной того, что его выбрали одним из первых для повышения до четвертой категории. Только после того, как магический дефицит вынудил поместить его в стазис, он понял, что его также выбрали как расходный материал на случай, если что-то пойдет не так.

Теперь у Герлинга была команда инструкторов, помогавших ему вывести способности на новые высоты, освежая навыки, которые вдалбливали в него много лет назад и которые он забросил. Он держал свои тренировки в тайне, а отдых — напоказ, не забывая жаловаться на усилия.

Внутри его покоев его ждал личный помощник. У него их было двое, но заботился он только об одном. Фиона была умна и амбициозна. Герлинг был уверен, что она понимает: с искренней лояльностью она добьется большего, чем донося на него Клири. Она действительно составляла эти отчеты, но в них было ровно то, что хотел Герлинг.

Что касается другого помощника, Герлинг постоянно развлекал себя тем, что давал молодому человеку серию длинных и сложных поручений. К его удивлению, преданность и энтузиазм помощника приводили к тому, что тот неожиданно выполнял часто странные и потакающие прихотям запросы Герлинга.

Фиона протянула Герлингу флешку.

— Это все, что я смогла достать о столкновении Асано с ЭОА в Венесуэле, — сказала она. — Несколько пользователей эссенции использовали этот маленький городок как убежище, так что там есть довольно много свидетельств от людей с магическим и аурическим восприятием. Также есть много кадров, снятых на телефоны.

Герлинг взял флешку, задумчиво постукивая ею по другой руке. Он уже больше дюжины раз просматривал новостные кадры, где Асано убивает усиленных людей ЭОА. Больше всего Герлинга беспокоила аура Асано. Быть опытным пользователем эссенции с отличным владением своими способностями — это Герлинг мог принять. Однако грубая сила его ауры перевернула понимание Герлинга о том, что возможно, а что нет. На что еще способен Асано? Сможет ли Герлинг получить такую силу для себя?

— Есть что-нибудь новое? — спросил он, подняв флешку.

— Никаких важных деталей, — ответила Фиона. — Дополнительное подтверждение того, что Асано убил их, используя только свою ауру, основываясь на том, что смогли почувствовать свидетели.

Герлинг подошел к столу и вставил флешку в ноутбук.

— Спасибо, Фиона.

* * * — Что вы имеете в виду под «конец света наступит раньше»? — спросил Джейсон.

Он, Доун и Фарра все еще находились в облачной лодке, обсуждая наложение протопространства и события трансформации.

— Эти события трансформации выходят далеко за рамки моего опыта, — сказала Доун. — Это событие все еще продолжается, поэтому никто не может войти в зону, чтобы что-то подтвердить, пока оно не завершит свою трансформацию и снова не откроется. Тем не менее, я видела всевозможные пространственные события, и все достаточно нестабильные пространственные силы имеют схожие результаты.

— И? — подтолкнула Фарра.

— Основываясь на показаниях, которые мы снимаем с сетки, я считаю, что происходит нечто очень опасное.

— Опасное, как суперволна монстров? — спросила Фарра.

— Намного хуже, боюсь, — сказала Доун. — Измеренная язва.

— О, это плохо, — поморщившись, сказал Джейсон.

— Может кто-нибудь объяснить это человеку, не специализирующемуся на астральной магии? — спросила Фарра.

— Представь открытую рану на боку вселенной, — сказал Джейсон. — Это очень, очень плохо для вселенной, чья пространственная мембрана стабильна и здорова. В такой вселенной, как наша, требующей ремонта… я даже думать об этом не хочу.

— В лучшем случае, — сказала Доун, — она создаст второй источник магии, который начнет подпитывать этот мир.

— Как та пространственная связь, которую мы пытаемся исправить, — сказала Фарра.

— Именно, — подтвердила Доун. — За исключением того, что этот источник будет невозможно перекрыть. Обычно Мировой Феникс и её агенты работали бы над исправлением такой ситуации, но пространственная мембрана Земли похожа на тонкий лист стекла, уже полный трещин. Попытка починить её может разбить её полностью.

— Это лучший случай? — спросила Фарра.

— Худший случай, — сказала Доун, — это то, что пространственная мембрана быстро схлопнется, и этот мир будет уничтожен. Это впоследствии вырвет кусок из всей этой реальности, что приведет к полному разрушению вселенной. Скорее всего, ущерб ограничится вашей планетой, или, по крайней мере, вашей солнечной системой, но это может положить конец всей этой физической реальности.

— Значит, хуже, чем суперволна монстров, — сказала Фарра.

— Значительно, — согласилась Доун.

— Полагаю, у вас есть план, — сказал Джейсон. — Я бы очень хотел услышать план.

— Возможно, вы сможете стабилизировать эффекты, — сказала Доун. — Во время события трансформации вся область запечатывается. Я полагаю, это потому, что область по крайней мере частично втягивается в то, что вы, Джейсон, называете узловым пространством. Происходящие пространственные изменения затрагиваются протопространством, смежным с этой областью, из-за чего трансформация, которая и так разрывает реальность, выходит из-под контроля.

— Вы думаете, я могу использовать Дверь Строителя, чтобы войти в запечатанное пространство, — сказал Джейсон.

— Да, — сказала Доун. — Мировой Феникс лично создала эволюцию дара, которая сделала бы вас идеальным живым инструментом для решения проблем в пространственно нестабильном пространстве. Одно ваше присутствие уже будет помощью.

— Погодите, — сказал Джейсон. — Вы хотите, чтобы я отправился в место, куда нельзя войти, и столкнулся с условиями, которые совершенно неизвестны, в среде, которая разрывается и перестраивается на уровне, по сравнению с которым субатомные частицы кажутся поверхностными?

— Я знаю, это кажется слишком опасным, чтобы—

— Потрясающе, — сказал Джейсон.

— Прошу прощения? — спросила Доун.

— Никаких гор жертв, превратившихся в зомби. Никакого спасения тех, кого могу, пока вокруг меня громоздятся трупы. Просто отправлюсь в какое-то безумное карманное измерение ради хорошего, чистого спасения мира? Сделаю все правильно, и все останутся живы?

Джейсон кивнул, ухмыляясь.

— Думаю, мне это было нужно уже давно, — сказал он.

— Вам придется идти в одиночку, — сказала Доун. — Никто другой не сможет надежно пережить условия внутри активного события трансформации, за исключением людей, которые являются его частью, а они ничего не помнят. Они, по крайней мере, без сознания. Скорее всего, они существуют в каком-то переходном состоянии, и вам следует избегать их, насколько это возможно. Ради вашего же блага, как и их. Я пыталась сказать вам, что это будет опасно.

— Вы также говорили мне, что я все равно должен это сделать, верно?

— Да. Это нужно сделать, и только вы можете это сделать.

— Вы же понимаете, что событие трансформации будет кишеть людьми, готовящимися схватить Ядро реальности, верно? — спросила Фарра. — Это раскроет силу Двери Джейсона всем. Они не поймут всего, но способности входить в события трансформации — это все, что им нужно. Они начнут охотиться за ним, потому что будут думать, что он может дать им преимущество в сборе Ядер.

— Если бы они только знали, — сказал Джейсон. — Ядра реальности — это галька на земле в узловом пространстве.

— К сожалению, незаметно проскользнуть мимо них не получится, — сказала Доун. — К пространству трансформации будет приковано значительное внимание. Вам нужно будет войти быстро, на случай, если кто-то попытается перехватить вас до того, как вы это сделаете.

— Вот почему вы все должны остаться здесь, — сказал Джейсон. — Вы не можете войти в зону со мной, и вы не можете околачиваться со всеми остальными снаружи.

— Мы присмотрим за вашей семьей, — сказала Доун. — Если случится худшее и вы потерпите неудачу, я позабочусь о том, чтобы они и мисс Хурин были безопасно отправлены в другой мир.

— Вы можете это сделать? — спросил Джейсон.

— Если пространственная мембрана этого мира войдет в состояние необратимого коллапса, мне больше не придется беспокоиться о том, чтобы повредить её. Я смогу вмешаться напрямую и забрать их на своем пространственном корабле.

Джейсон тепло улыбнулся ей.

— Спасибо.

* * * У каждого события трансформации была напряженная прелюдия, когда прибывали разные магические фракции и все ждали, пока падет непроходимый барьер, чтобы начались поиски и борьба за Ядро реальности. Драки, вспыхивающие заранее, были скорее правилом, чем исключением. Восстание старых вампиров только укрепило и без того сильные позиции Кабалы в этих конфликтах, поскольку все их члены становились сильнее в пространствах трансформации.

Однако были места, где Сеть имела преимущество. В Европе Джек Герлинг был самым могущественным индивидом. Старые вампиры превосходили его числом, но его способности были специализированы на уничтожении большого количества врагов, что уравнивало шансы. Ходили слухи о похожих обстоятельствах в Китае, хотя информации просачивалось очень мало. Никто даже не был уверен, сколько именно у них пользователей эссенции золотого ранга, хотя никто не сомневался, что они у них есть.

Зона трансформации, появившаяся на равнинах западной Словакии, была особенной из-за протопространства, которое сформировалось поверх неё. Это привлекло необычно крупные силы от каждой фракции, все из которых теперь могли подключиться к сетке. ЭОА получили доступ, когда взяли на себя обязанности Сети по просьбе нескольких правительств. Кабала получила доступ совсем недавно через перебежчиков из Сети.

Ни у одной из магических фракций не было такого понимания астральной магии, которым обладали Доун или даже Джейсон. Они могли сказать, что пространство трансформации необычно, но большинство предполагали, что результатом будут дополнительные Ядра реальности, а не неумолимые часы судного дня.

Зона трансформации в настоящее время представляла собой мерцающий купол диаметром в несколько километров. Гигантская радуга под стеклом, она переливалась яркими, дикими цветами. В близлежащем городе Нитра Джек Герлинг сидел в уличном кафе, а не кружил вокруг купола. Даже если событие было необычным, было маловероятно, что оно откроется через несколько дней, как всегда. Оценки показывали, что на это уйдет больше времени, чем обычно, а не меньше.

Нитра была своего рода благословенным городом, будучи слишком маленькой, чтобы принимать каких-либо древних вампиров, но достаточно большой, чтобы оправдать защиту Сети во время волн монстров. Теперь это был крупный центр Сети после того, как организация была вытеснена из Братиславы вампирами. В результате она пережила магические невзгоды последних нескольких лет гораздо лучше, чем большинство других мест, что позволило жителям сохранить хотя бы некоторые аспекты своей нормальной жизни.

Потягивая кофе, Герлинг благодаря своему восприятию золотого ранга смог разглядеть нечто, движущееся по воздуху, несмотря на большую высоту. Это немедленно привлекло его внимание, так как обычное воздушное сообщение держалось подальше от зон трансформации. К тому же, не так много самолетов выглядели так, будто кто-то пытался превратить истребитель-невидимку в частный самолет. После месяцев расследования поведения Джейсона Асано Герлинг знал, что значит видеть странный черный аппарат, летящий туда, куда ему не следует.

— Он здесь.

МАРОДЕРСТВО В ОХВАЧЕННОМ ПЛАМЕНЕМ ДОМЕ

МАРОДЕРСТВО В ОХВАЧЕННОМ ПЛАМЕНЕМ ДОМЕ

Джек Герлинг был пользователем эссенции золотого ранга, или, как называло их большинство людей, магом эссенции четвертой категории. Он был частью отделений Сети США, которые, по крайней мере внутри организации, использовали ту же терминологию, что Джейсон Асано узнал в другом мире. Это было связано с информацией, которую эти отделения получили, когда Соединенные Штаты были еще молодой нацией. Это дало им преимущество перед другими отделениями, что привело к их современному доминированию, которому бросал вызов только Китай.

Герлинга отправили представлять Сеть США в Словакии, где происходило магическое событие. За пределами города Нитра, на равнинах, появился массивный магический купол, поглотивший километры сельскохозяйственных угодий. Это было не первое подобное событие, и так называемая зона трансформации оставит после себя инопланетный ландшафт, когда наконец исчезнет. После этого начнется гонка за магическими трофеями внутри, в первую очередь — за ядром реальности.

Ядра реальности, вне всякого сомнения, были самым мощным источником магии, который когда-либо видел этот мир, а также той самой силой, которая привела к тому, что Герлинга пробудили после десятилетий стазиса. Его силы золотого ранга было слишком много для мира, чтобы поддерживать ее без достаточного источника концентрированной магии, и ядра реальности идеально подходили для этого. Их появление заставляло США и Китай пробуждать таких могущественных личностей, как Герлинг, которых они спрятали десятилетия назад.

Несмотря на важность ядер реальности и то, что Герлинга назначили их добывать, его интересовало совсем другое. Его внимание было сосредоточено на совершенно иной силе. Пока силы магических фракций Земли роились вокруг неприступного купола, Герлинг оставался в Нитре, попивая кофе в уличном кафе.

Как и большинство мест в мире, Нитра закрылась после апокалиптических волн монстров, опустошивших мир, но появление зоны трансформации стало благом. Она привлекала могущественных пользователей эссенции, делая весь регион безопасным. Более того, это позволило городу открыться, чтобы обслуживать богатых и влиятельных посетителей.

Зрение золотого ранга Джека выхватило крошечную черную фигуру в небе. Воздушное сообщение избегало зон трансформации, поэтому Джек точно знал, что означает приближение реактивного самолета цвета оникса: прибытие той силы, которая интересовала Герлинга.

— Он здесь, — пробормотал Герлинг, отставляя кофе.

Джейсон Асано был слабее Герлинга, и значительно, но недостаточно, чтобы это успокоило Герлинга. Асано и его иномировая спутница, Фарра Хурин, не должны были быть способны оказать ему хоть какое-то сопротивление. И все же, когда они столкнулись, Джеку пришлось использовать все свои самые мощные способности, а Хурин все равно сбежала. Что касается Асано, его плен длился всего несколько минут, прежде чем он тоже сбежал, каким-то образом победив инструменты, которые должны были подавлять его силы.

То, что Асано и Хурин были настолько сильны, когда их силы были ниже его, было само по себе плохо, но способность Асано делать то, что вообще не должно было быть возможным, вывела Герлинга из себя. Он знал, что когда Асано достигнет того же ранга, что и он, это быстро приведет к его смерти в отместку за убийство брата, возлюбленной и друга Асано.

Прежде чем это случится, Герлингу нужно было найти самого Асано. Ему нужно было не только убить Асано, пока его сила не стала слишком велика, но он хотел получить секреты Асано. Если бы он смог присвоить эту силу себе, Герлинг смог бы править другими скрытыми обладателями золотого ранга, которых пробуждали, наряду с любыми новыми, которые появлялись.

Впившись взглядом в самолет в небе, Герлинг вышел на улицу и, используя силу золотого ранга, подбросил себя в воздух, пролетая высоко над крышами. Достигнув верхней точки своей дуги, он вызвал взрыв, который отправил его ракетой выше в небо. Новые взрывы продолжали швырять его в сторону гигантского купола на равнинах.

* * * Темный самолет Джейсона был не настоящим реактивным лайнером, а амальгамой из множества тел его фамильяра, Тени. Когда он несся по небу, он распался на облако теней, из которого вырвалась окутанная темным плащом фигура, падая сквозь воздух, словно ракета. Облако тени извивалось в воздухе в погоне, следуя за падающим Асано, как хвост темной кометы. Оно медленно исчезло, втянувшись в плащ.

Джейсон не замедлил свое падение к куполу размером с город, даже наклонив тело вниз, чтобы ускориться, пока его чувства воспринимали ситуацию вокруг купола. Ауры, окружавшие зону трансформации, рассказывали историю магических фракций, ожидающих возможности воспользоваться ею. Спорные фракции Сети разделились на различные лагеря. Были Американская Сеть и фракция старого руководства, все еще называвшая себя просто Сетью. Джейсон не мог отличить одну от другой только по ауре пользователей эссенции, но другие фракции были более очевидны.

Отколовшаяся Глобальная сеть обороны (GDN) состояла не только из пользователей эссенции, но и из бывших членов EOA и Кабалы. Недовольные тем, какое направление приняли их фракции с тех пор, как магия была открыта миру, они объединились и стали самыми многочисленными из нынешних магических фракций. Однако, несмотря на их численность, у них было ограниченное количество могущественных элит.

Джейсон отнесся бы к их делу с большим пониманием, если бы они не были здесь, чтобы грабить сокровища реальности, как и все остальные. Он понимал их потребность в силе, чтобы конкурировать с другими фракциями, но его время в пространстве узлов дало Джейсону лучшее понимание, чем даже Доун, того, что делает разграбление ядер реальности Земли. Он не мог смириться с тем, что люди разрывают ткань реальности ради собственных целей.

Целью Джейсона было ни много ни мало спасение мира. Он поглотил силу магического дверного проема, который дал ему доступ в измерение, где он мог манипулировать фундаментальными основами реальности. В этом пространстве узлов он мог медленно отменять модификации, которые привели Землю в магически нестабильное состояние. Это было сделано через связь с другим миром, тем самым, по которому, как теперь понял Джейсон, он путешествовал, когда случайно перемещался между мирами.

Джейсон работал над тем, чтобы разорвать эту связь, внося изменения в пространство узлов, но даже когда он менял его, оно меняло его самого. Проводя время в странном царстве, где смертным не место, он постоянно подвергался бомбардировке пространственными силами. Только многочисленные изменения, через которые он прошел с течением времени, позволили ему выжить.

Джейсон был не единственным, кого изменило пространство узлов. Уровень магии рос по мере того, как Земля становилась все более нестабильной, и вместе с ним пространство узлов источало пространственную энергию, создавая зоны трансформации. Это был источник ядер реальности, которые были обычным явлением в пространстве узлов как неотъемлемая часть реальности.

К сожалению, ядра реальности представляли огромную ценность для магических фракций Земли, что приводило к тому, что за ядра сражались, вместо того чтобы оставить их в покое. Каждое ядро реальности, которое забирали из места, где оно было обнажено, только усиливало нестабильность Земли. Джейсон информировал об этом фракции, но они либо не верили ему, либо им было все равно, пока они боролись за власть.

Магические фракции находились в состоянии перемен после масштабных изменений, происходящих на Земле. Раскрытие существования магии вывело фракции на свет после столетий, или даже тысячелетий, проведенных в тени. Последующие волны монстров, приведшие к миллионам смертей, также вызвали потрясения во фракциях.

Самой молодой из магических фракций были Инженеры Вознесения, EOA. Они раскалывались, поскольку другие фракции и мировые власти охотились на них. Именно они отключили сеть, которая помогала предотвращать волны монстров, сделав их ответственными за апокалипсис монстров, опустошивший все, кроме защищенных городов, в которых человечество сгрудилось в замешательстве и страхе.

Старейшей фракцией была Кабала. Состоящая из странных и древних существ, старше самого человечества, она раскололась после возвышения старых и могущественных вампиров в их рядах. Некоторые служили вампирам, которые отвоевали большую часть Европы у человечества. Другие встали на сторону человечества.

Самой могущественной фракцией была Сеть, но их вечно склочный характер привел к тому, что они тоже раскололись. В основном они были собраны в четыре блока, сильнейшими из которых были отделения США и Китая. Они всегда доминировали и давно были готовы пойти своим путем; отделения США даже устроили тайный переворот в правительстве США. Однако это не привело к успеху, и гражданские беспорядки грозили перерасти в полномасштабную гражданскую войну. Это оставило Китай сильнейшей фракцией, уже прочно укрепившейся в своей стране.

Другие фракции Сети возглавлялись тем, что раньше было Международным комитетом, якобы действующим как руководство Сети. Называя себя Истинной Сетью, они удерживали большую часть правительственных связей, которые Сеть выстроила за последние годы. Они также сохранили многих из самых могущественных членов Сети, еще не связанных с Китаем или Соединенными Штатами.

Последняя фракция Сети теперь называла себя Глобальной сетью обороны (GDN), взяв название, которое Сеть использовала после того, как впервые стала публичной. GDN состояла из большого количества рядовых членов Сети и принимала членов других фракций. В основном это были члены EOA, которые не осознавали, частью чего они являются, и они объединились с частями Кабалы, также сражающимися с угрозой вампиров.

Джейсон мог выделить членов различных фракций, часто отличая их по ауре. Казалось, даже существовала фракция EOA, которой удалось удержаться вместе. Джейсон встречался с их лидером и знал, что в их происхождении есть нечто большее, чем знают даже большинство их членов. Их самыми могущественными членами были магически модифицированные люди, которые могли усиливать себя магическими наркотиками и притворялись супергероями в целях рекламы.

EOA в значительной степени отказались от трюка с супергероями, чтобы действовать более открыто. Трудно поддерживать такую позицию, когда другие силы были явно сильнее тех, кто якобы был супергероями. Теперь они действовали скорее как сверхчеловеческие военизированные формирования, хотя их фирменные силы полета и лучей из глаз сохраняли супергеройский оттенок.

Фракции заключили всеобщее перемирие, окружая купол зоны трансформации, сохраняя силы для битвы за любые сокровища, находящиеся внутри. В лагере вампиров присутствовало несколько аур золотого ранга, но самая мощная аура, которую чувствовал Джейсон, приближалась с бешеной скоростью со стороны близлежащего города. Вдалеке один за другим гремели магические взрывы. Джейсон почувствовал их раньше, чем звук достиг его. Они подталкивали ауру золотого ранга, которая на сверхзвуковой скорости неслась к куполу.

— Он здесь, — пробормотал Джейсон, его слова унесло ветром из-за скорости спуска. Он наклонил тело вниз для максимального ускорения, пытаясь достичь купола до того, как прибудет обладатель золотого ранга, убивший Кайто, Асю и Грега. Он целился в самую вершину купола, чтобы избежать фракций, собравшихся у основания. В последний момент он использовал свой плащ, чтобы замедлиться, но все равно тяжело приземлился на стеклянную поверхность купола. Под стеклянной поверхностью бурлила энергия, похожая на радужную лавовую лампу.

Не раздумывая, Джейсон открыл магическую дверь, используя свои способности. Вместо обычной отдельно стоящей арки, дверь, которую он вызвал в этот раз, была встроена прямо в поверхность купола. Темный полупрозрачный кристалл, сверкающий переливающимся светом синего, золотого и серебряного цветов, образовал кольцо. Внутри кольца стеклянная поверхность купола исчезла, обнажив радужную энергию, которая бурлила и клокотала, словно в ведьмином котле.

Герлинг тяжело приземлился на купол с гонг-подобным звуком, сопровождаемым ударной волной, которая хлестнула по кроваво-красным одеждам Джейсона. Стоя по разные стороны портала, двое мужчин смотрели друг на друга. Герлинг был огромным, грубым мужчиной, в то время как Джейсон был небольшим и закутанным в темный плащ, усыпанный звездами. Плащ был не из ткани, а представлял собой темную магическую миазму, из-за чего казалось, будто Джейсон окутан черным пламенем. Внутри капюшона лицо Джейсона скрывалось в темноте, за исключением его сияющих серебряных глаз.

— Я разговаривал со своей девушкой после того, как ты ее убил, — сказал Джейсон. — Она сказала мне, что я не должен искать мести.

— У тебя нет сил для мести.

— Не сегодня, это правда, — ответил Джейсон, когда тела Тени появились, чтобы встать вокруг него. — Но у тебя также нет хитроумной ловушки-телепорта. Я не думаю, что ты сможешь поймать меня. И ты тоже так не думаешь.

— Как ты сбежал в первый раз? — спросил Герлинг. — Это было что-то связанное с твоей аурой, верно? Нейтрализация ошейника подавления? Это способность эссенции, которая позволяет тебе делать это? Сила иномирянина?

— Я здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы, Герлинг. У меня есть дела поважнее.

— Например? Наконец-то присоединиться к битве за ядра реальности?

— Ядра нужно оставить в покое, — сказал Джейсон. — Я всех вас предупреждал, но никому нет дела.

Герлинг пристально посмотрел на Джейсона, выражение его лица было противоречивым.

— Я расследовал твое дело с тех пор, как мы сражались. Ты отличаешься от пользователей эссенции этого мира.

— Какое тебе до этого дело? Ты здесь ради ядер реальности, как и все остальные. Вы все слишком одержимы властью, чтобы понять, что мародерствуете в доме, пока он сгорает вокруг вас.

Герлинг посмотрел на портал, встроенный в купол.

— Ты действительно пытаешься спасти мир?

— Да.

— От чего?

Джейсон топнул ногой по куполу.

— Не знаю, заметил ли ты, — сказал он, — но наша планета разваливается по швам. Я пытался остановить ее медленный распад, но теперь появилась эта зона трансформации. Она не похожа на другие.

— Мы знаем. Она появилась поверх протопространства, и они каким-то образом слились. Все думают, что когда этот купол откроется, ядер реальности будет больше, чем обычно.

— Что там будет, так это дыра в боку вселенной. Дыра, которая, если я ее не закрою, уничтожит нашу планету пространственными силами такой величины, что наш мир будет для них как бумажная салфетка в урагане.

Герлинг перевел взгляд с портала на Джейсона. Они оба чувствовали, как к куполу в их сторону быстро поднимаются другие ауры.

— Иди, — сказал Герлинг. — Делай то, что должен.

— Серьезно?

— У меня есть вопросы, но я поймаю тебя в другой раз.

— Оставив меня делать это, ты не снимаешь с себя вину за убийство моих людей.

— Мне не нужно твое отпущение грехов, — сказал Герлинг. — Мне нужны твои секреты.

Джейсон ответил бы еще одной колкостью, но ауры приближались, и у него не было времени. Позволив Герлингу оставить последнее слово за собой, он шагнул в портал и провалился внутрь, словно в люк. Герлинг остался наедине с порталом.

— Он разговаривал с ней после того, как я ее убил? — вслух удивился он.

* * * Атмосфера была напряженной. Люди из всех различных фракций стояли вокруг портала. Каждый смотрел на каждого, присматриваясь к новому входу в запечатанную зону трансформации.

— Герлинг, что случилось? — спросил серебряный ранг из Американской Сети.

— Кто-то открыл дверь, — сказал Герлинг. — Если кто-то из вас хочет войти, я не буду вас останавливать.

— Ты самый могущественный человек здесь, — сказал серебряный ранг. — Ты можешь опередить всех и забрать то, что внутри.

— Я не уверен, что хочу того, что внутри, — сказал Герлинг.

— Тобой движет страх, — усмехнулся лорд вампиров.

Герлинг перевел взгляд и свою ауру на вампира, который на мгновение встретился с ним глазами, прежде чем вздрогнуть. Что бы еще ни происходило, Герлинг все еще оставался самым могущественным существом из десятков собравшихся на вершине купола. Иерархия быстро сложилась: сильнейшие из них подошли ближе к двери, в то время как более слабые отступили.

— Если кто-то хочет побыть подопытной крысой, пожалуйста, — сказал Герлинг собравшимся. — Расскажите мне, как все прошло.

Он снова прыгнул в воздух и умчался прочь с серией взрывов, оставив людей, собравшихся вокруг дверного проема, позади.

* * * Джейсон провалился сквозь портал, установленный в потолке небольшой комнаты без окон. У нее были выцветшие обои с цветочным принтом, которые порвались и облупились, обнажая под собой старую и потрескавшуюся штукатурку. Единственным видимым выходом была закрытая деревянная дверь.

У Джейсона закружилась голова, его зрение не могло пронзить тени в углах комнаты. Единственным источником света было разноцветное сияние портала над его головой. Его призванные плащ и мантии исчезли, оставив его в нижнем белье, сапогах и с магическим амулетом.

* Эта область локальной физической реальности находилась в состоянии пространственного потока и была изолирована [Вмешательством Мирового Феникса].

* Это пространство функционирует согласно аномальной магической парадигме. Способности Эссенции не будут действовать. Адаптируй себя к окружению, а окружение — к себе, чтобы сделать свои способности функциональными.

Его аура и сила восприятия исчезли. Они были такой неотъемлемой частью его, таким продолжением его самого, что внезапная их потеря ощущалась как увечье. Его базовые чувства все еще были усилены атрибутами серебряного ранга, далеко за пределами того, чем обладал обычный человек, но он чувствовал себя почти ослепшим.

* Как магические, так и физические аспекты этого пространства находятся в состоянии сильного потока.

* Ваша способность [Нирваническая трансфигурация] оказывает стабилизирующее воздействие на непосредственное пространство вокруг вас. Вы можете оказать влияние своей души, чтобы навсегда стабилизировать области затронутого пространства.

* Использование души для оказания влияния на это пространство несет в себе шанс необратимого изменения ваших физических и/или магических свойств.

— О, что за чертовщина?

Джейсон знал, что Мировой Феникс сделал что-то, чтобы стабилизировать Землю давным-давно, после того как обнаружил, что она является экспериментом сущности, создавшей вселенную. То, что она сделала, что предшествовало человеческой расе, теперь взаимодействовало с силой, которую она впоследствии даровала Джейсону. Она, по-видимому, предвидела этот сценарий и подготовила его к нему.

Однако определение подготовленности Мирового Феникса, по-видимому, расходилось с определением Джейсона. Метод, который он использовал для внесения изменений в пространство узлов, включал использование его ауры в качестве инструмента, в чем Джейсон стал все более искусен. Теперь он больше не мог этого делать из-за потери силы ауры, несмотря на то, что это было главной целью прихода в зону трансформации. Это заставляло его чувствовать себя беспомощным.

Джейсон надеялся, что стабилизация зоны трансформации будет во многом такой же, как то, что он делал в пространстве узлов. Это был сложный, но более или менее безопасный процесс, и то, что он уже делал раньше. Вместо этого ему теперь нужно было придумать, как каким-то образом запечатлеть стабильность в пространстве, подвергая свою душу непредсказуемым изменениям. Если бы на кону не стоял весь мир, он был бы склонен немедленно бежать.

В данный момент он находился в небольшом замкнутом пространстве. Его варианты того, что делать в первую очередь, заключались в экспериментировании с оказанием контроля над пространством с помощью своей души или открытии двери, чтобы оценить обстановку. Оба подхода имели свои достоинства. Вариант с исследованием потенциально дал бы ему лучшее понимание того, с чем он имеет дело. С другой стороны, выяснение какого-то способа контроля могло бы дать ему критически важный инструмент, если он столкнется с угрозой.

Он решил пока остаться на месте и оценить обстановку. Он все еще мог чувствовать присутствие своих фамильяров в своей душе, но они не могли проявить свои сосуды из-за подавления его способностей эссенции. Он надеялся, что сосуды просто подавлены, а не уничтожены. У него не было материалов, чтобы снова призвать всех своих фамильяров, и больше не было контактов, чтобы найти их.

Быстрая проверка показала, что способности Джейсона к эссенции, возможно, исчезли, но его силы иномирянина остались нетронутыми. Он не был уверен, является ли это нормальным для расовых даров или результатом силы Нирванической трансфигурации, которую Мировой Феникс разработала для него. В любом случае, это позволило ему достать свежий комплект одежды из своего инвентаря.

— По крайней мере, мне не придется спасать мир в одних трусах. Хотя это была бы хорошая история. Может, мне стоит… нет, это было бы неразумно.

Джейсон также достал свой меч, Погибель и Спасение. Прошло около трех лет с тех пор, как Гэри сделал для него этот меч, но казалось, что прошла целая жизнь. Погибель и Спасение была разработана, чтобы помочь Джейсону в моменты величайшей нужды; жест благодарности за помощь Гэри в трудную минуту. Меч делал это, помогая Джейсону сражаться с врагами, которым его силы не могли причинить вреда. С тех пор как Джейсон достиг серебряного ранга, он его не доставал. Мало того, что у Джейсона теперь была сила обходить такие иммунитеты, так еще и растущее оружие было ограничено мастерством Гэри на тот момент, когда он его создал. Он мог вырасти только до силы бронзового ранга, в то время как Джейсон теперь был серебряного.

Полагаться на свое призванное оружие, в котором ему сейчас было отказано, означало, что его меч низкого ранга был единственной подстраховкой, которая у него была. И все же знакомая рукоять в руке была обнадеживающим присутствием, когда он был один в том, что наверняка было причудливым миром.

Далее, проверяя свои способности, он открыл свою способность карты. Расовую эволюцию своей способности карты, которая давала ему доступ к тактической мини-карте, он использовал не очень часто. Она позволяла его ауре и магическим чувствам отображать местоположение кого-либо или чего-либо, что они чувствовали, но Джейсон в основном полагался на свои чувства ауры напрямую. Она была наиболее полезна в тесных, сложных условиях, таких как выслеживание вампиров в офисе Сети в Сиднее.

Открытие карты в зоне трансформации было немного обескураживающим. На ней была отмечена только комната, в которой он находился. Туман покрывал пространство за пределами комнаты, а края карты сдвигались и менялись, когда он смотрел на них. Он проверил указанное местоположение.

* Зона: Семя Бытия (реимплементировано). * Предупреждение: это место не существует в полной мере.

Это был первый раз, когда Джейсон видел подобное особое примечание для локации, особенно такое тревожное, как «не существует в полной мере». Даже пребывание в протопространстве до его полного коллапса не давало ему такого предупреждения.

Продолжая проверять доступные способности, Джейсон отметил, что его сила превращать тела Тени в транспортные средства не работает, так как Тень вообще не могла проявиться. Его последней активной силой было хранилище духа, которое он не решался проверять. Его хранилище духа было дверью в его душу, которую он опасался открывать в таком месте. Системное сообщение предупреждало его, что проявление души в этом месте может необратимо изменить его неведомым образом, поэтому открытие портала в самые сокровенные уголки его души было риском, на который он опасался идти.

Открытие своей души в этом странном пространстве было потенциально опасным, хотя это также могло быть ключом к использованию его души для стабилизации пространства, учитывая, что в данный момент он не мог использовать свою ауру. После некоторых размышлений Джейсон решил, что в данных обстоятельствах, с учетом ограничений и ставок, он должен пойти на риск.

Он попытался открыть хранилище духа. Знакомая арка не появилась. Вместо этого полуразрушенная комната вокруг него начала меняться. Стены медленно превращались в знакомое дымчатое стекло, слабо излучающее свет, из которого были сделаны его портальные арки и павильон в его хранилище духа. По мере того как она менялась, Джейсон почувствовал, как его аура пробуждается, медленно возвращая ему контроль над ней.

ДОМЕН

ДОМЕН

Джейсон находился в маленькой комнате, которая превращалась из обветшалой штукатурной коробки с облупившимися обоями в каменное помещение, сформированное его собственной силой. Он попытался открыть свое духовное хранилище, но вместо этого пространство вокруг него, казалось, само превращалось в духовное хранилище. Это было более чем обескураживающе, хотя выгода была существенной. Возможно, он наткнулся на способ, с помощью которого мог бы стабилизировать зону трансформации, прежде чем она проделает рану в самой ткани вселенной.

Другим преимуществом было то, что Джейсон снова мог контролировать свою ауру. Ей не хватало специфических способностей, которые давала его способность «сущность ауры», но он снова мог проецировать силу своей души наружу. Она распространялась только до трансформирующихся стен, но это наводило на мысль, что Джейсон может каким-то образом заявить права на пространство, трансформируя его.

Единственной частью комнаты, которая не подвергалась трансформации, была деревянная дверь. Джейсон раздумывал, не открыть ли её, когда она взорвалась внутрь. Какая-то чудовищная тварь ворвалась в комнату, впечатав Джейсона в противоположную стену. Всё произошло слишком быстро, чтобы он успел понять, с чем сражается, кроме того, что оно было большим, мясистым и теплым, прижимая его между своей массой и стеной.

Он не мог дотянуться до меча на бедре, поэтому применил борцовские приемы, чтобы втиснуть руки между собой и нападавшим, выиграв немного пространства для маневра. Это позволило ему выскользнуть из захвата существа и занять хоть немного места в замкнутом пространстве комнаты.

Существо было комичным по пропорциям: сгусток мускулистой плоти на паре обычных человеческих ног, которые выглядели слишком хрупкими, чтобы поддерживать его. У него не было ни рук, ни лица; просто розовая, мясистая масса. Джейсон даже не был уверен, как оно протиснулось через дверь обычного размера. Когда оно неловко повернуло ноги в его сторону, он выхватил меч, что, по-видимому, привело существо в ярость. Его передняя часть открылась, словно пасть, кожа и плоть разошлись с влажным рвущим звуком. Квадратные, неровные зубы размером с кулак пробились сквозь мясо в верхней и нижней части этой раны-пасти. Оно издало вопль ярости и боли, от которого у Джейсона кровь застыла в жилах.

Джейсон отступил, сильно прижавшись к стене, когда оно снова бросилось на него. Он поднял обе ноги, чтобы встретить существо, отталкиваясь от него, чтобы сохранить дистанцию, пока оно сильнее вдавливало его в стену. Оно щелкнуло пастью, когда Джейсон отбивался ногами, держа меч обеими руками над головой. Он начал наносить удары сверху вниз, но лезвие соскальзывало с его резиноподобной кожи, не оставляя даже царапины.

Существу удалось обхватить пастью один из ботинок Джейсона, оно дернулось, чтобы швырнуть его в сторону. Джейсон едва удерживал меч одной рукой, пока существо трясло его, как собака игрушку. Используя свою гибкость и силу серебряного ранга, Джейсон изогнулся в талии, чтобы просунуть свободную руку в пасть существа, ухватившись за один из больших квадратных зубов. Получив таким образом рычаг, он вонзил меч в пасть существа, глубоко погрузив его в плоть. Яростно дергая лезвие туда-сюда, он игнорировал сокрушительную силу челюстей на своей руке и ноге, пока существо не упало замертво. Его безжизненное тело тяжело рухнуло на Джейсона.

* Вы победили [Живую аномалию]. * Хотите обыскать [Живую аномалию]?

* Взаимодействие с [Живой аномалией] спровоцировало случайные изменения в оружии [Погибель и Спасение]. Дальнейшее взаимодействие закрепит изменения. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и усовершенствовала изменения в оружии [Погибель и Спасение]. * Статус трансформации [Погибель и Спасение]: 0.4%.

* Вы создали духовный домен. Расширение духовного домена определит и стабилизирует нестабильное пространство генезиса, но вызовет аномальные реакции со стороны пространства генезиса за пределами духовного домена.

* Взаимодействие с пространством генезиса спровоцировало неконтролируемую вторичную эволюцию способности [Духовное хранилище]. Дальнейшее взаимодействие завершит эволюцию. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и усовершенствовала путь вторичной эволюции [Духовного хранилища]. * Статус эволюции [Духовного хранилища]: 0.003%

Первым делом Джейсон обыскал монстра, распростертого поверх него, который растворился в самом густом радужном дыме, какой Джейсон когда-либо встречал. В отличие от обычного радужного дыма, который был бестелесным и проходил сквозь любые твердые объекты, прежде чем раствориться в астрале, этот дым был тяжелым и маслянистым, и просачивался в дымчатые стеклянные кирпичи комнаты. Кроме того, по какому-то мрачному чуду, он обладал еще более отвратительной вонью, чем обычный радужный дым, который и так пах жжеными волосами внутри туши дохлого кита. Даже несмотря на то, что Джейсону не нужно было дышать, казалось, что эта прогорклая вонь пропитывает его кожу.

* Статус эволюции [Духовного хранилища]: 0.004%.

* [Стабильное ядро генезиса] добавлено в ваш инвентарь. * 10 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Джейсон лежал на полу, чувствуя, как его раны быстро заживают. Тот факт, что регенерация Колина все еще действовала, вероятно, означал, что сосуды его фамильяра были целы и просто недоступны, что было хорошо. Он не мог достать сферы Гордона, что означало, что передавались только пассивные бонусы его фамильяров, в то время как активные оставались запечатанными вместе с его способностями сущности.

Приподнявшись в сидячее положение и пошаркав назад, чтобы прислониться к стене, Джейсон внимательнее изучил системные сообщения. Использование меча против существа вызвало зарождающуюся трансформацию оружия, а его способность «Нирваническая трансфигурация» направила это изменение в позитивное русло. То же самое было верно и для использования силы его духовного хранилища для стабилизации пространства трансформации.

Он напомнил себе попросить Доун поблагодарить Мирового Феникса за эту силу. Он знал, что Мировым Фениксом движет не щедрость, а потребность в инструменте, способном исправить ущерб, нанесенный Земле. В любом случае, он был благодарен за эту способность, поскольку в любом случае попытался бы это сделать. Он не стал бы сетовать на взаимовыгодную сделку, пока обе стороны играют честно. Сила превратила его именно в тот инструмент, который был нужен для выполнения задачи, и без неё он потерпел бы неудачу давным-давно.

— Грег не раз называл меня инструментом, — сказал он пустой комнате с грустной улыбкой. — Полагаю, я не могу винить какого-то супербога за то, что он воспринял это буквально.

Стремление Джейсона к независимости было сильным, но, по крайней мере, на данный момент, у него и Мирового Феникса были одни и те же цели. Возможно, он и не доверял великим астральным существам с их чуждым разумом и планами, охватыющими эпохи, но был вынужден признать, что они многое для него сделали. Какими бы ни были их мотивы, Мировой Феникс вернул его домой и с того света, а Жнец вернул Фарру. Если ценой за всё это было спасение одного или двух миров, он был рад её заплатить.

Джейсон посмотрел туда, где радужный дым от живой аномалии, казалось, поглощался пространством, которое он стабилизировал. Было много вопросов без ответов относительно живой аномалии. Во-первых, откуда сила Джейсона знала, что это называется «живая аномалия»? Его разум произвольно присвоил это имя, или у Джейсона была какая-то чрезвычайно мощная способность к прорицанию, которую он не мог активно использовать? Был также вопрос о ранге аномалии.

Чувства ауры Джейсона были восстановлены вместе с его аурой, хотя и в такой же ограниченной форме. Однако этого было достаточно, чтобы понять, что аномалия была серебряного ранга. Было ли это совпадением? Казалось странным, что событие, изменяющее реальность, ограничивается силой серебряного ранга. Было ли это фактором низкой магической плотности Земли или это было связано с самим Джейсоном? Он снова просмотрел системные сообщения.

Появилась ли аномалия как реакция на использование Джейсоном силы духовного хранилища? Джейсону казалось логичным, что если аномалия была вызвана его действием, то результирующая реакция будет соответствовать его уровню силы. Похоже, что таких существ будет появляться всё больше, по мере того как он будет пытаться стабилизировать пространство. Будем надеяться, что те, что придут следом, не будут намного сильнее.

Живая аномалия была очень слабой по сравнению с большинством монстров серебряного ранга, относясь к той разновидности, которая обычно появляется большими стаями и сильно страдает от нехватки стойкости. Даже в этом случае бронзовый меч с трудом пронзал кожу существа, заставляя Джейсона атаковать его более уязвимые внутренности. Аномалии, которые появятся в будущем, вероятно, будут гораздо многочисленнее, по мере того как он будет расширять стабильную область и их будет появляться всё больше.

Джейсон посмотрел на дверь, разнесенную в щепки при входе монстра. Снаружи было темно, и без его способности восприятия мрак мешал обзору. Последнее, что он сделал перед выходом, — достал из инвентаря предмет, который он взял у монстра, чтобы осмотреть его.

Предмет: [Стабильное ядро генезиса] (без ранга, обычный)

* Очищенный сосуд трансформирующей потенциальной энергии * (расходуемый предмет, магическое ядро).

* Эффект: Используйте для создания духовных доменов. Расширение духовных доменов требует дополнительных ядер в зависимости от размера духовного домена.

* Вы находитесь вблизи своего духовного домена. Стоимость расширения: 1 [Стабильное ядро генезиса]. Хотите расширить свой духовный домен?

Джейсон пока отказался, но был доволен тем, что у него появился, по-видимому, действенный метод достижения своей цели. Он пришел сюда, не имея четкого представления о том, что делать, но теперь перед ним был путь. Насколько он мог судить, ему нужно было расширить свой духовный домен, используя силу духовного хранилища, а затем собирать «урожай» аномалий, которые будут нападать, чтобы он мог расширять его дальше.

Либо ему нужно будет полностью преобразовать пространство трансформации, либо, возможно, он сможет просто достичь какого-то порога, который стабилизирует его настолько, что в ткани реальности не будет прорвана рана. Он просто надеялся, что сможет справиться с любым количеством аномалий, которые на него навалятся, пока у него нет боевых сил.

Убрав ядро, он поднялся на ноги и вложил меч в ножны, кровь и плоть на котором растворились в дыме. Он направился к двери, чтобы узнать, что его ждет. Он вышел в коридор, похожий на гостиничный, в таком же плачевном состоянии, как и комната, которую он только что покинул. Трансформация, вызванная его духовным хранилищем, остановилась внутри комнаты.

Там было еще больше облупившихся обоев и тонкий ковер с проплешинами, где были видны половицы под ним. В коридоре были люминесцентные потолочные светильники, большинство из которых не горели. Лишь немногие спорадически мерцали, проливая прерывистый свет. Если бы у него были его теневые силы, это была бы желанная обстановка. Вместо этого он почувствовал то, что, как он подозревал, чувствовали другие, когда знали, что он где-то там, в темноте.

Вместо того чтобы сразу попытаться расширить свой духовный домен, он немного поисследовал окрестности. Выйдя из комнаты, он больше не мог проецировать свою ауру, поэтому ему пришлось полагаться на свои обычные чувства. У него было два направления — направо или налево — и он выбрал лево наугад. Он попробовал открыть несколько дверей, мимо которых проходил, но все они были заперты. Он не стал пытаться взламывать их.

По мере того как Джейсон продвигался дальше по коридору, он замедлился, а затем остановился. Какая-то неправильность терзала его чувства. Было неприятно впервые за много лет быть ограниченным из-за темноты, и он не был уверен, что именно встревожило его инстинкты. Оглядываясь в мерцающем свете, он уставился на стены; что-то в них казалось не совсем правильным. Он вытащил меч и осторожно провел кончиком по стене. Поверхность соскреблась, словно стены были декорацией, влажной, толстослойной картиной стены, а не самой стеной.

Он попытался вонзить меч глубже. Он вошел с небольшим сопротивлением, но реакция была мгновенной. Стена вокруг его меча дернулась, как живое существо, отпрянув и угрожая вырвать меч из его рук. Высвободив меч из стены, он осмотрел лезвие и обнаружил, что оно покрыто глиноподобной субстанцией, смешанной с тем, что выглядело и пахло как кровь. Стена вернулась в исходное положение, снова выглядя как стена, если не считать дыры, из которой сочилось еще больше крови.

Джейсон сделал несколько осторожных шагов вперед, и потертый ковер под ногами начал чавкать, превратившись в ту же краскоподобную субстанцию, что и стена. Он отступил назад, на настоящий ковер. Проверив, что он шел по настоящему коридору, он определил точку, где якобы нормальный коридор переходил в странную субстанцию из краски и плоти. Направившись в другую сторону, он подтвердил, что в обоих направлениях коридор начинал меняться в точках, равноудаленных от его духовного домена — комнаты, в которую он прибыл.

Ничто другое не нападало на Джейсона во время его исследования коридора, что привело его к мысли, что ничего и не нападет, пока он не расширит духовный домен или не углубится дальше в странное пространство за его пределами. Он стоял снаружи комнаты, в которую прибыл, которая в настоящее время была пределом его духовного домена. Он снова достал стабильное ядро генезиса из своего инвентаря.

— Конечно, — сказал он.

Немедленно дверной проем превратился из обветшалого дерева в темный, дымчатый кристалл. Эффект распространился по стенам, полу и потолку, простираясь дальше по коридору. Мертвые или мерцающие потолочные светильники были заменены светящимися кристаллами, которые разливали прохладный свет по коридору. Из тусклых далей впереди Джейсон услышал движение.

НАСУЩНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ

НАСУЩНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ

Атрибуты серебряного ранга ставили Джейсона в один ряд со сверхлюдьми, но сами по себе атрибуты — это автомобиль с мощным двигателем, но без колес. Если не использовать их на полную мощность, они пропадают впустую, и именно это отличало лучших искателей приключений от худших. Руфус, Гэри и Фарра твердили ему об этом снова и снова во время тренировок. С самого начала они смотрели не просто дальше Джейсона, а даже дальше собственного прогресса на тот момент. Джейсон сейчас был сильнее и опытнее, чем они, когда они его тренировали, но их уроки продолжали приносить плоды.

На железном ранге и даже на бронзовом только такие специалисты, как Софи, практиковали безумную акробатику. Однако на серебряном ранге любой пользователь эссенции, который не двигался как Человек-паук, попросту растрачивал свой потенциал. Мощь атрибута силы, подпитываемая атрибутом восстановления, контролируемая атрибутом скорости и направляемая атрибутом духа. Подобно тому, как эссенции образуют слияние, так и атрибуты объединяются, становясь чем-то большим, чем просто сумма своих частей.

Поскольку способности эссенции были запечатаны, именно навыки и дисциплина, вбитые в него Руфусом, Гэри и Фаррой, помогали Джейсону держаться. Вооруженный мечом рангом ниже положенного, который был лишь немногим лучше, чем его голые руки, он мог противостоять живым аномалиям только за счет чистого мастерства боя.

Когда Джейсон использовал первое стабильное ядро генезиса, его домен духа расширился. Дымчатое стекло с мерцающим внутренним светом распространилось из комнаты, которую оно уже захватило, в обе стороны по коридору. Оно остановилось в той точке, где обычный коридор сменялся странными, мясистыми материалами, которые Джейсон уже обнаружил.

* Ваш домен духа расширился.

* Взаимодействие с пространством генезиса спровоцировало неконтролируемую вторичную эволюцию способности [Духовное хранилище]. Дальнейшее взаимодействие завершит эволюцию. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и уточнила путь вторичной эволюции [Духовного хранилища]. * Статус эволюции [Духовного хранилища]: 0.008%.

Из обоих концов затемненного коридора появились две аномальные твари. Они сильно отличались от той аномалии, которую Джейсон уже убил, и друг от друга — как внешним видом, так и способностями. Одна из них ползала по потолку, словно насекомое размером с человека, и выглядела как истощенный человек с неестественным количеством локтей и коленей. Она была быстрой, но Джейсон сбил её со стены, а затем довольно быстро забил до смерти, топча и нанося удары.

* Вы победили [Живую аномалию].

Она была хрупче любого существа серебряного ранга, с которым он сталкивался, но присущее серебряному рангу снижение урона защитило её от большей части урона меча. Способность Джейсона игнорировать разницу в рангах распространялась только на его собственное тело и его временно запечатанные силы.

Со второй аномалией справиться было гораздо сложнее. У неё были человеческие пропорции, но при этом отсутствовали черты лица, а сама она была андрогинной. На глазах у Джейсона она приняла более женственные формы и бросилась на него, используя технику, которую он узнал. Существо двигалось так, как, по его воспоминаниям, двигалась Софи, и сражалось так, как сражалась она.

Бронзовые техники ложной Софи не шли ни в какое сравнение с мастерством Джейсона серебряного ранга; он защищался от её атак и быстро дважды полоснул существо мечом. Джейсон не сомневался, что Софи, как и он сам, стала намного сильнее с тех пор, как они виделись в последний раз.

Со временем стиль боя Джейсона стал более агрессивным, поскольку он научился включать в него больше атак, не жертвуя при этом способностью уклоняться или исчезать в тенях. Хотя он никогда не стал бы размахивать дубиной, в его техниках появилось больше напора. Особенно после Брокен-Хилла и Макассара этот переход стал вопросом не только техники, но и менталитета.

Теперь, когда он сражался без сил, он отошел от изящества своего обычного стиля к более брутальному подходу. Одним из преимуществ обучения по книгам навыков был широкий набор техник, позволявший разнообразить стиль. Его стиль боя, Путь Жнеца, отличался универсальностью и адаптивностью, характерными для смешанных единоборств.

Хотя из-за скорости и восприятия Джейсона его стиль боя часто казался киношной хореографией, это было тогда, когда все его инструменты и силы были в его распоряжении. Даже доводя свою скорость и силу серебряного ранга до предела, он понимал, что живые аномалии тоже серебряного ранга. Возможно, они были слабее монстров аналогичного ранга, но Джейсон сражался с ними в меньшинстве, имея при себе нечто, равносильное острой палке.

Вторая аномалия снова изменилась, на этот раз приняв облик Руфуса. Мастерство владения мечом Руфуса, даже на бронзовом ранге, не уступало мастерству Джейсона. И все же Джейсон смог использовать свои превосходящие атрибуты и медленно одолеть клона Руфуса, пока тот снова не трансформировался.

В третий раз она превратилась в Фарру, причем кости прорвали кожу существа, имитируя её магический доспех. Этот бой быстро оказался для Джейсона бессмысленным. В отличие от обликов Софи и Руфуса, которые отражали бронзовые силы, какими он их помнил, Фарру Джейсон помнил в её нынешней силе. К тому же он не мог пробить доспех своим мечом.

Подозревая, что аномалия превращает его собственные воспоминания в оружие, Джейсон решил попробовать что-то нестандартное. Разорвав дистанцию, он очистил разум. После многих лет магической медитации он мог быстро и легко сосредоточить мысли на чем-то одном, что он и сделал. Весь разум Джейсона был поглощен единственным образом — наименее опасной вещи, которую он мог себе представить.

Аномалия замерла на месте, превращаясь из Фарры в Тадвика Мерсера. Джейсон никогда не видел, как дерется Тадвик, но, как он и надеялся, его презрение к Тадвику и его способностям отразилось на украденном облике. Это даже, казалось, повлияло на стойкость существа, поскольку клинок Джейсона легко вошел ему в горло, и оно упало замертво.

Джейсон поглотил два ядра, полученные от этих двух аномалий, чтобы еще больше расширить свой домен духа, который распространился достаточно далеко, чтобы захватить оба конца коридора. Появились три новые аномалии, на этот раз все с одного направления, и давление на него во время боя возросло. Разобравшись с ними, он осмотрелся и исследовал концы коридоров.

Дымчатый кристалл захватил коридор, вытеснив странный, липкий материал, из которого он состоял. Проверяя новые границы своего домена духа, он обнаружил, что один конец коридора упирается в лестничную клетку, ведущую вверх и вниз. Он быстро определил, что находится на четвертом этаже пятиэтажного здания.

Обычная зона трансформации сохраняет тесную связь с той формой, в которой она была до трансформации. Пасторальные равнины, которые захватила зона трансформации, не имели ничего общего с пятиэтажным отелем, ветхим или нет. Джейсон предположил, что на зону трансформации повлияло протопространство, с которым она пересеклась.

Не имея представления о том, сколько времени у него есть на выполнение задачи, Джейсон забеспокоился. Он был уверен, что может контролировать, насколько расширяет свой домен духа и, соответственно, сколько аномалий на него нападает, в зависимости от того, сколько ядер он использует за раз. Не зная, сколько времени у него есть на стабилизацию зоны трансформации, он чувствовал необходимость ускорить темп, но не был уверен, что сможет справиться более чем с несколькими аномалиями одновременно. Даже если они были намного слабее монстров аналогичного ранга, сам Джейсон в тот момент был намного слабее пользователя эссенции аналогичного ранга.

Проверив другой конец коридора, Джейсон обнаружил, что он ведет в другие помещения на том же этаже. Не желая терять время, он решил продолжать расширять домен духа в текущем темпе, сражаясь с двумя-тремя аномалиями за раз. Он надеялся, что что-то изменится, если он достигнет определенного порога размера домена духа, что даст ему преимущество.

Он уже мог использовать свою ауру внутри домена, хотя и без эффектов своей способности ауры. Если домен станет достаточно большим, возможно, даже его силы будут восстановлены. Тогда он сможет прорваться сквозь аномалии, словно дьявол, скачущий на кровавом ветру.

К тому времени, как он захватил весь четвертый этаж, он был недоволен своим прогрессом.

* Статус трансформации [Погибели и Спасения]: 32.6%. * Статус эволюции [Духовного хранилища]: 0.098%.

Он был твердо уверен, что эволюция его духовного хранилища напрямую связана с его прогрессом в стабилизации зоны. Мизерный процент подсказывал, что ему нужно ускорить темп изменений, но он и так уже работал на пределе своих возможностей. Он надеялся, что трансформация его меча, которая шла гораздо лучше, станет тем самым необходимым изменением. Пока она не завершится, ему оставалось только продолжать. Он поднялся на этаж выше и с трудом пробился сквозь новые аномалии, чтобы присоединить его к своему домену духа.

* Статус трансформации [Погибели и Спасения]: 68.2%.

Еще один этаж, вероятно, решит дело, но Джейсон хотел сделать перерыв. Даже с его атрибутом восстановления серебряного ранга и отсутствием сил, на которые можно было бы тратить ману, Джейсон чувствовал себя измотанным. Захватив верхний этаж, он захотел осмотреть окрестности с крыши. Его аура могла распространяться в любую точку его домена, и он чувствовал крышу над головой; теперь крыша была частью его домена.

Поднявшись по лестнице и выйдя наружу, он не увидел купола, который должен был закрывать дневное небо. Вместо этого небо было темным и открытым, заполненным незнакомыми звездами, образующими пугающие, потусторонние созвездия. Они смутно напоминали Джейсону магические диаграммы, и он представил, что любые ритуалы, основанные на них, будут темной и извращенной магией. Что, вероятно, означало, учитывая, как обычно развиваются подобные вещи, что в конечном итоге Джейсон сам каким-то образом будет использовать эту извращенную магию.

Звезды давали ровно столько света, чтобы можно было разглядеть огромные силуэты, движущиеся вдали, монолитные и чужеродные. Джейсон не мог разглядеть, что это за фигуры, но они возвышались, словно небоскребы. Это с таким же успехом могли быть гигантские роботы, кайдзю или лавкрафтовские ужасы — их далекие очертания были слишком расплывчаты в темноте.

— Лишь бы они были не из «Евангелиона», — пробормотал он себе под нос. — Это шоу куда более больное, чем Лавкрафт.

Оглядывая огромное пространство вокруг себя, Джейсон прощупал края домена своей восстановленной аурой. Благодаря опыту работы в пространстве узлов он смог уловить, что происходит. Зона трансформации случайно разрезала астральное пространство и смешала изменение физической реальности с изменением астрального пространства. Теперь они переплелись, и ни одно из них не могло закрыться.

Его лучшее понимание зоны трансформации принесло как хорошие, так и плохие новости. Самым важным был тикающий таймер, отсчитывающий время до того, как Джейсон стабилизирует пространство. Астральное пространство и зоны трансформации, которые смешались, медленно, но верно дестабилизировались. В конце концов, оба они рухнут. Хорошая новость заключалась в том, что Джейсон мог почувствовать достаточно, чтобы понять: это займет гораздо больше времени, чем два дня, в течение которых обычно остается запечатанной трансформация. Тем не менее, ему нужно было значительно ускориться. Даже если у него было больше времени, чем ожидалось, расширение области из-за влияния астрального пространства означало, что ему предстоит много работы.

Джейсон посмотрел на меч на своем бедре. Еще один этаж, и должно завершиться то изменение, которое он претерпевает. Хотя это был предмет роста, меч застрял на бронзовом ранге, пока Гэри его не перековал. В идеале трансформация должна была сбросить оковы этого ограничения и позволить ему подняться до серебряного ранга, став тем самым более эффективным оружием. На данный момент он был едва ли лучше кулаков и ног Джейсона.

Если меч станет сильнее, Джейсон сможет использовать больше стабильных ядер генезиса за раз. У него уже была коллекция ядер, но он отказывался ускорять темп расширения домена духа, используя их больше за один раз. Оставалось только завершить трансформацию меча и посмотреть, поэтому, отдохнув на крыше, он направился к еще не захваченному третьему этажу.

Обеспокоенный объемом предстоящей работы, Джейсон использовал достаточно ядер, чтобы натравить на себя пять аномалий. Он сразу же осознал свою ошибку; каждая аномалия была странной и непредсказуемой, что делало каждый бой новым опытом. Последнюю он убил только после того, как она наполовину проглотила его и оставила тяжело раненым. Это был мясистый шар с гигантским зубастым ртом, который выстреливал щупальцами, чтобы схватить его и затащить внутрь для поглощения. Его ноги были изжеваны и частично растворены в пищеварительной кислоте, прежде чем он убил существо и вытащил себя из его мертвой пасти.

Джейсон лежал на полу только что расширенной части своего домена духа. Обычно после боя он просто использовал свою способность сбора крови для массового восстановления. Это была способность, которую он принимал как должное, пока она не исчезла. Без этой способности, получив тяжелые повреждения, даже регенеративная сила Колина тратила время на то, чтобы его исцелить.

Джейсон достал баночку с целебной мазью и начал втирать её в ноги. Это был один из самых распространенных предметов, которые производила любая способность получения добычи, и хотя для Джейсона с его многочисленными способностями восстановления она была малополезна, это был надежный источник денег, если ему требовалась быстрая наличность. Целебные предметы всегда были кстати, и Джейсон накапливал их так много, что большинство раздавал. В том мире он отдавал их в клинику Джори, а в этом — обычно Сети или медицинскому центру Деревни Асано.

Втирание мази в раны, лишившись сил, вернуло Джейсона к моменту его прибытия в Паллимустус. Он вспомнил шок и замешательство, которые испытал, будучи уверенным, что сошел с ума, когда одна невозможность нагромождалась на другую. Снова он оказался в месте, которое с трудом понимал, сражаясь за то, чтобы остаться в живых и найти путь вперед. Он даже снова был почти без штанов, так как его брюки были почти уничтожены существом, грызшим его ноги.

Поняв, что длительные перерывы между боями не ускорят конечный результат, Джейсон вернулся к медленному и устойчивому темпу постепенного расширения, сражаясь лишь с тремя или четырьмя аномалиями за раз. Наконец, когда большая часть третьего этажа была захвачена, он получил результат, которого ждал.

* Вы победили [Живую аномалию].

* Взаимодействие с [Живой аномалией] спровоцировало случайные изменения в оружии [Погибель и Спасение]. Дальнейшее взаимодействие закрепит изменения. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и уточнила изменения в оружии [Погибель и Спасение]. * Статус трансформации [Погибели и Спасения]: 100%.

— Момент истины.

* Погибель и Спасение претерпело изменения, на которые глубоко повлияли силы его владельца.

Джейсон посмотрел на простое сообщение.

— Хм.

Он протянул меч, чтобы осмотреть его.

Предмет: [Погибель и Спасение] (бронзовый ранг [развитие], легендарный)

Меч, выкованный с благодарностью, в надежде, что он принесет наибольшую пользу в момент величайшей нужды. Он был связан со своим владельцем и его силами экстремальными и необычными силами; он несет в себе высокомерие того, кто хотел бы переделать реальность по своему образу и подобию. Из-за недостаточного мастерства большая часть его потенциала запечатана, пока первоначальный мастер не продемонстрирует свой рост, перековав оружие (оружие, меч).

* Этот предмет связан с [Джейсоном Асано] и не может быть использован никем другим. Эта связь позволяет оружию разделять способность владельца игнорировать разницу в рангах.

* Эффект: Вы можете влить свою ауру в оружие, увеличивая его урон за счет постоянных затрат маны. Урон и стоимость масштабируются в зависимости от количества влитой силы ауры, вплоть до ограничений текущего состояния оружия. Сила ауры, превышающая необходимую для максимального урона, снижает затраты маны.

* Текущий ранг: Бронзовый. * Текущее максимальное увеличение урона: Умеренное. * Текущая максимальная стоимость маны: Низкая. Снижена с умеренной силой ауры владельца. Стоимость маны не может быть полностью устранена, независимо от силы ауры владельца.

* Эффект: ??? (Запечатано).

* Условия роста (серебряный): Запечатано.

* [Погибель и Спасение] достигло максимального потенциала своей текущей формы. Оно должно быть перековано первоначальным мастером, чтобы развиваться дальше.

Джейсон прочитал об изменениях в своем оружии. Оно потеряло свои старые способности, но это не беспокоило его, учитывая их ограниченную ценность для него. Он подозревал, что меч, связавшись с ним, каким-то образом осознал это и изменился соответствующим образом, перейдя в состояние, отвечающее экстремальным потребностям момента. Даже в своем нынешнем запечатанном состоянии оружие было гораздо полезнее.

* У вас есть три предмета, связанных душой. Вы соответствуете требованиям для использования [Триады Душевного Начертания].

Он добыл триаду из разумного монстра золотого ранга, Короля, который находился в протопространстве в Макассаре. Это был предмет, который он не мог использовать, поэтому он пылился в его инвентаре. Теперь все изменилось, и он достал предмет, чтобы осмотреть его впервые с тех пор, как получил.

КРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА И МЕШОК ДЕНЕГ

КРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА И МЕШОК ДЕНЕГ

Джейсону нужно было подчинить себе большую часть, если не всё, обширное внепространственное измерение, в котором он оказался. Если он потерпит неудачу, в ткани реальности возникнет рана, что приведет к быстрой гибели Земли. Он мог осуществить трансформацию, расширяя то, что его способности определяли как «духовный домен» — нечто, в чем он разбирался лишь отчасти. К настоящему моменту ему удалось преобразовать три верхних этажа полуразрушенного отеля, превратив их в холодное место из темного кристалла.

Его прогресс был слишком медленным, но у него появилось новое оружие, или, вернее, старое, перерожденное: меч, который выковал Гэри в надежде, что он поможет Джейсону в час величайшей нужды. Теперь, когда меч обрел новую силу, Джейсон верил, что тот оправдает ожидания Гэри. Однако, прежде чем отправиться в путь, чтобы воспользоваться им, стоило подумать, нельзя ли вложить в него еще больше силы.

Стоя у лестницы, ведущей на второй этаж, Джейсон достал предмет из своего инвентаря. Название «Триада Душевного Начертания» явно отдавало религиозным подтекстом, но на деле предмет представлял собой простую пирамиду размером с дыню. Проведя пальцами по гладкой поверхности, Джейсон не смог определить, камень это или металл, но для своего размера предмет был довольно тяжелым. Поскольку раньше он не соответствовал требованиям для использования этого предмета, Джейсон смутно подумывал о том, чтобы нацарапать на нем цифры белым маркером и использовать как сувенирный четырехгранный кубик.

Предмет: [Триада Душевного Начертания] (без ранга, легендарный)

Объект, обладающий силой начертать душу на трех связанных с ней предметах. (расходуемый, магическое ядро).

* Эффект: Выберите три предмета развития, связанных с вашей душой. Эти предметы станут единым набором. Когда все три объекта находятся при вас (не в пространственном хранилище), каждый из них получает дополнительный эффект. Конкретные эффекты зависят от типа предметов, включенных в набор, и природы вашей души.

* Текущие связанные с душой предметы: [Амулет Темного Защитника], [Облачная колба], [Погибель и Спасение].

* Вы соответствуете требованиям для использования этого предмета.

Триада Душевного Начертания позволяла Джейсону превратить связанные с душой предметы в набор. Это была захватывающая возможность, но существовала одна заметная проблема. Один из предметов, который требовалось носить непосредственно при себе, — это Облачная колба. С амулетом или мечом проблем не было, но Облачная колба имела размер и форму круглодонной колбы для кипячения. Не самый удобный предмет, чтобы таскать его с собой в бою. Ему нужно было взвесить все «за» и «против» использования Триады прямо сейчас.

— Плюс, — рассуждал он вслух. — Если я включу Облачную колбу, дополнительным эффектом может стать летучее облако, как в «Короле обезьян». В смысле, да, у меня нет недостатка в способностях к полету. У меня есть Тень, и я могу летать с помощью плаща, но все же. Определенно плюс.

Рядом не было никого, кто мог бы отчитать Джейсона за неуместные идеи, но он не мог отделаться от ощущения, что тени Тени и Фарры смотрят на него с неодобрением.

— Минус: мне придется таскать Облачную колбу с собой, вне инвентаря, если я хочу использовать дополнительные способности.

Еще один плюс использования этого предмета заключался в том, что он давал силу прямо сейчас. Поскольку его способности были запечатаны, а на кону стоял сам мир, ему требовалось любое преимущество, которое он мог получить. Сопутствующий минус заключался в том, что не было никаких гарантий, что эффекты окажутся полезными. Если он подождет, пока не найдет более подходящий предмет, дивиденды от терпения могут быть велики. Конечно, он понятия не имел, когда и получит ли вообще другой связанный с душой предмет, и будет ли его удобнее носить с собой, чем Облачную колбу.

Размышляя, Джейсон вернулся вверх по лестнице на крышу, оглядывая темное царство вокруг. Оно было по большей части скрыто от его глаз вездесущим мраком, который казался осязаемым. Звездный свет, с трудом пробивавшийся сквозь него, едва позволял различить вдали огромные силуэты, которые, насколько он знал, могли быть монстрами алмазного ранга. Было весьма вероятно, что даже при полной силе его попытки стабилизировать эту обширную область окажутся тщетными. Перед лицом этого не было особого смысла откладывать получение силы, которую он мог взять сейчас, ради какой-то потенциальной мощи, которая могла никогда не появиться.

Облачная колба была пуста; ее содержимое все еще оставалось в форме лодки, пришвартованной в Венеции. Фарра, Доун и семья Джейсона ждали там его возвращения. Джейсон даже не был уверен, можно ли использовать Триаду на Облачной колбе без ее содержимого, хотя, приняв решение, он собирался это выяснить.

Оглядывая плоскую крышу из темного кристалла, он понял, что именно из этого вещества были сделаны порталы Джейсона и структуры внутри его души. Изначально это был простой обсидиан, но все изменилось после того, как он поглотил магическую дверь Строителя.

Джейсон протянул руку и сосредоточился, применяя методы, которые использовал для манипулирования реальностью в узловом пространстве. Он долго стоял, надавливая своей аурой, пытаясь понять природу потустороннего измерения, в котором пребывал.

Пространство аномально сочетало в себе физическое и духовное, во многом как и сам Джейсон. Ближайшая область также была частью духовного домена, который он подчинил, так что он должен был иметь возможность контролировать ее. Он использовал свою ауру как микроскоп, пытаясь уловить фундаментальные основы изменчивой реальности зоны трансформации. Он закрыл глаза; физические чувства были бесполезны в этом начинании.

Медленно ему удалось различить некоторые свойства пространства вокруг; его опыт работы с узловым пространством и изучение астральной магии сыграли ключевую роль в том, чтобы позволить ему понять происходящее. Это было далеко от полного понимания, но достаточно, чтобы разобраться с некоторыми базовыми принципами работы этой реальности. По сравнению с полноценной физической реальностью, зона трансформации, все еще находящаяся в состоянии потока, была гораздо легче для понимания.

Используя те же ментальные команды, что позволяли ему управлять Облачным домом, в сочетании с техниками искривления реальности, которые он применял в узловом пространстве, Джейсон попытался внести активные изменения. Потребовалось некоторое время, прежде чем у него все получилось как надо, но, наконец, кристаллическая поверхность крыши потекла, словно жидкость, поднимаясь и принимая форму стола, прежде чем снова застыть.

* Ваше понимание духовного домена улучшилось. Эволюция способности [Духовное хранилище] продвинулась благодаря вашему озарению.

* Статус эволюции [Духовное хранилище]: 1.784%.

Джейсон достал Облачную колбу и поставил ее на стол. Меч он снял с пояса, а амулет — с шеи, и положил их рядом. Триаду он держал в руках.

* Вы соответствуете требованиям для использования [Триада Душевного Начертания].

* Использовать [Триада Душевного Начертания] на [Амулет Темного Защитника], [Облачная колба] и [Погибель и Спасение]?

Джейсон дал ментальное согласие, и Триада растворилась в тумане, который распространился на него и предметы на столе. Они взмыли в воздух и закружились вокруг тела Джейсона. Он чувствовал, как его душа тянется к предметам, стремясь углубить поверхностную связь, которая уже существовала между ними. При этом он мог чувствовать каждый из трех объектов. Туман сгустился в линии, соединяя Джейсона с его магическими предметами.

Амулет уже обладал сильнейшей близостью к нему. Будучи последним предметом, созданным его старой системой заданий до того, как эта способность эволюционировала, сила оставила ему мощный прощальный дар.

* [Амулет Темного Защитника] добавлен в набор [Регалии Темного Гегемона].

Предмет: [Амулет Темного Защитника] (серебряный ранг [развитие], легендарный)

*Защитный амулет с силой теневого стража. Обладает силой выражать волю гегемона *(ювелирное изделие, ожерелье).

* Этот предмет связан с [Джейсон Асано] и не может быть использован никем другим.

* Эффект: За каждый случай наложения недуга на врага вы получаете экземпляр [Благословение Стража]. Вы можете передать все экземпляры [Благословение Стража] другому человеку через прикосновение.

* Эффект (бонус набора, Регалии Гегемона): За каждый случай наложения недуга на врага вы получаете экземпляр [Власть Гегемона].

* [Благословение Стража](благо, святое, суммирующееся): Экземпляры расходуются для поглощения урона из любого источника. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. За каждый израсходованный экземпляр вы получаете экземпляр [Дар Благословения].

* [Дар Благословения](лечение со временем, святое, суммирующееся): Лечение со временем. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Власть Гегемона](благо, святое, нечестивое, суммирующееся): Все союзники в пределах вашей ауры получают повышенное сопротивление к подавлению ауры. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Расходуйте экземпляры этого блага, чтобы усилить мощь подавления вашей ауры.

Амулет был репродукцией личного герба Джейсона на изящной обсидиановой цепочке. Когда душа Джейсона запечатлелась на нем, цепочка трансмутировала в тот же темный кристалл, из которого состоял духовный домен вокруг него.

Облачная колба была работой какого-то неизвестного мастера алмазного ранга и ощущалась более далекой и туманной, чем амулет. Джейсон использовал ее уже пару лет, и они вместе становились сильнее, но колба все еще казалась хранящей секреты, запертые до тех пор, пока они не станут еще сильнее.

* [Облачная колба] добавлена в набор [Регалии Темного Гегемона].

Предмет: [Облачная колба] (серебряный ранг [развитие], легендарный)

Сосуд, содержащий силу для создания сложных облачных конструктов. Обладает силой служить инструментом гегемона (сосуд, инструмент).

* Этот предмет связан с [Джейсон Асано] и не может быть использован никем другим.

* Эффект: Используйте энергию внутри Облачной колбы для создания зданий и транспорта из облаков. Доступные формы ограничены рангом.

* Эффект: Предметы, содержащиеся внутри облачного конструкта, когда он возвращается в колбу, хранятся в пространственном кармане и не могут быть извлечены, пока не будет сформирован другой облачный конструкт.

* Эффект (бонус набора, Регалии Гегемона): Окутывает владельца туманом. Туман можно контролировать с помощью манипуляции аурой, чтобы конденсировать его в небольшие облачные конструкты. Конструкты обеспечивают эффективную защиту только от атак ниже ранга этого предмета; атаки его ранга и выше задерживаются минимально. Туман можно втянуть обратно в колбу.

* Доступные формы (железный ранг): Облачный дом (великий), Облачный дом (адаптивный). * Доступные формы (бронзовый ранг): Облачный транспорт (великий), Облачный транспорт (адаптивный). * Доступные формы (серебряный ранг): Облачный дворец (великий), Облачный дворец (адаптивный).

Облачная колба уменьшилась до размера большого пальца, подлетела к амулету и прикрепилась к кристаллической цепочке.

— Ну, это удобно.

* * * В Венеции Фарра, Доун и семья Джейсона находились в облачном конструкте, замаскированном под яхту, и просматривали новостной сайт, освещавший зону трансформации в Словакии. Информации было мало, так как представителей СМИ не подпускали близко к куполу. Прибытие Джейсона было замечено издалека, и они видели, как многие силы вокруг купола бросились вверх по нему вслед за ним, несмотря на крутую, скользкую поверхность. Однако никакой информации не поступало, что сводило освещение к бесконечным догадкам.

— Я уверена, с твоим дядей все в порядке, — заверила Эрика свою дочь. — Тебе не нужно сидеть и смотреть это часами напролет.

— Твоя мама права, — сказала Фарра. — Ты же знаешь, какой он. Он вернется, расхаживая с невыносимо самодовольным видом, и месяц не будет затыкаться о том, как спас мир. Вероятно, он даже получит какую-нибудь дурацкую новую силу, безумный магический предмет или что-то в этом роде.

Внезапно облачный дворец наполнился аурой Джейсона, которую могли почувствовать все, кроме Эми.

— Это он…? — спросила Фарра у Доун.

— Это не он, — сказала Доун. — Это облачный конструкт.

Замаскированная внешняя оболочка облачного конструкта пошла рябью, словно поверхность пруда, в который бросили камень, хотя на заброшенном причале никого не было, чтобы это увидеть. Внутри облачная материя начала меняться. Белая облачная субстанция стала темно-синей, но яркой, в то время как золотистые и голубые закатные тона превратились в яркие, дикие цвета и узоры космической туманности. Появились яркие красные и зеленые, желтые и фиолетовые цвета, бурлящие и перетекающие.

— Что происходит? — спросила Эрика. — С Джейсоном что-то случилось?

— Он что, принял кучу ЛСД? — поинтересовался ее муж Иан.

— Я не знаю, что происходит, — сказала Фарра.

Цвета начали замедлять свое калейдоскопическое кружение по стенам, возвращаясь к белому цвету. Остальные цвета стали более приглушенными, хотя они отличались от того, что было раньше: закатные цвета сменились более яркими и разнообразными оттенками туманности. Ощущение ауры Джейсона уменьшилось, но не исчезло полностью.

— Не беспокойтесь, — сказала Доун. — Похоже, что бы ни переживал Асано, это позволило ему наладить более глубокую связь со своей Облачной колбой.

— Ты же знаешь, что почти все здесь — Асано, верно? — спросила Эми. — Тебе стоит называть его Джейсоном, иначе это просто грубо.

Доун не знала, как на это ответить, поэтому промолчала и снова повернулась к Фарре.

— Похоже, вы были правы, мисс Хурин, предположив, что он извлечет выгоду из этого события.

— Вот видишь, — пожаловалась Фарра. — Даже смерть заставляет его возвращаться сильнее. Этот парень мог бы упасть в яму-ловушку и выбраться оттуда с красивой женщиной и мешком денег.

* * * Внутри духовного домена Джейсона его меч дольше, чем другие предметы, устанавливал более глубокую связь с душой. Меч казался самым диссонирующим из трех предметов, наполненным потенциалом, но скованным ограничениями своей формы. Он напрягался, пытаясь высвободить заключенную в нем силу, жаждая быть перекованным.

* [Погибель и Спасение] добавлена в набор [Регалии Темного Гегемона].

Предмет: [Погибель и Спасение] (бронзовый ранг [развитие], легендарный)

*Меч, ожидающий шанса стать железным кулаком гегемона. Изначальный создатель должен продемонстрировать свой рост и перековать оружие, чтобы оно превзошло свое происхождение и реализовало свой потенциал *(оружие, меч).

* Этот предмет связан с [Джейсон Асано] и не может быть использован никем другим. Эта связь позволяет оружию разделять способность владельца игнорировать разницу в рангах.

* Эффект: Вы можете наполнить оружие своей аурой, увеличивая его урон за счет постоянного расхода маны. Урон и стоимость масштабируются в зависимости от количества вложенной силы ауры, вплоть до ограничений текущего состояния оружия. Сила ауры, превышающая необходимую для максимального урона, снижает расход маны.

* Текущий ранг: Бронзовый. * Текущее максимальное увеличение урона: Умеренное. * Текущий максимальный расход маны: Низкий. Снижен с умеренного благодаря силе ауры владельца. Расход маны нельзя исключить полностью, независимо от силы ауры владельца.

* Эффект: ??? (Запечатано).

* Эффект (Регалии Гегемона): Враги, пораженные этим оружием, подвергаются слабому эффекту высасывания маны и на них накладывается [Дань Гегемона].

* [Дань Гегемона](недуг, магия): Любой, на кого наложена [Дань Гегемона], подвергается слабому, постоянному эффекту высасывания маны владельцем [Погибель и Спасение], пока он остается в пределах ауры владельца. Если этот недуг снят или субъект умирает, происходит финальный выброс высасываемой маны.

* Условия развития (серебряный): Запечатано.

* [Погибель и Спасение] достигло максимального потенциала своей текущей формы. Оно должно быть перековано изначальным мастером, чтобы продвинуться дальше.

Предметы перестали кружить вокруг Джейсона, когда туман, в который превратилась Триада, рассеялся. Они мягко опустились обратно на стол, пока Джейсон просматривал обширные окна описаний. Изучив все, он надел ожерелье с амулетом и миниатюрной колбой себе на шею. Меч он вложил обратно в ножны. Затем он посмотрел на темный ландшафт, который теперь казался немного менее пугающим, чем раньше.

— Ладно, — сказал он в пустоту.

Как и тогда, когда он впервые прибыл в мир Фарры, он оказался один и разговаривал сам с собой. Он с нетерпением ждал освобождения Тени, чтобы у него был кто-то, кому можно делать дико устаревшие и едва уместные отсылки к поп-культуре.

— Пора приниматься за работу.

НУЖНО ОСТАВАТЬСЯ ВЕРНЫМ СЕБЕ

НУЖНО ОСТАВАТЬСЯ ВЕРНЫМ СЕБЕ

Туман, создаваемый его облачной флягой в форме амулета, клубился вокруг Джейсона, по большей части собираясь у его ног, словно он был лишь немного тяжелее воздуха.

— Как будто у меня в трусах спрятана машина для производства сухого льда.

Сосредоточившись, он мог придавать туману различные формы. Щит создать было легко, и у него было очевидное применение, но Джейсон знал, что защитные свойства будут посредственными. Он продолжил экспериментировать и установил несколько фактов о новых способностях своей облачной фляги. Он мог направлять туман, чтобы тот формировал конструкцию в любом месте в пределах радиуса действия его ауры, которое он мог видеть, но как только конструкция была создана, она уже не могла двигаться, что разрушило его надежды летать на облаке, как Царь обезьян. Парящая мебель — это легко и удобно, но изящные, точные объекты, такие как ключи или проволочная сетка, были исключены. Зато он мог создавать несколько небольших конструкций одновременно.

У Софи была способность под названием «облачный шаг», позволявшая ей воспринимать воздух как твердую поверхность. Теперь, когда Джейсон мог создавать облачные конструкции, он мог делать то же самое с настоящими облаками, что позволяло ему ходить по воздуху, словно по парящим ступеням.

Его ловкость серебряного ранга позволила бы ему акробатически использовать это в бою, хотя сначала потребовалась бы некоторая практика. Хотя экстремальная мобильность уже давно была частью его тренировок, в боевой акробатике он сильно отставал от Софи.

К счастью, Джейсон не предвидел недостатка в возможностях для практики. Он спустился по лестнице на площадку между третьим этажом, который он уже забрал, и вторым, где на данный момент заканчивался его духовный домен.

* Вы находитесь на границе своего духовного домена. Минимальная стоимость расширения: 3 [Стабильных ядра генезиса]. Желаете расширить духовный домен?

Он дал свое мысленное согласие.

* Сколько [Стабильных ядер генезиса] вы потратите на расширение духовного домена (доступно: 26)?

В общей сложности потребовалось девять ядер, чтобы забрать каждый этаж, что до сих пор он делал участками.

— Девять, — сказал Джейсон, вытаскивая меч.

Он начал спускаться по лестнице, которая превращалась в темный кристалл.

* Ваш духовный домен расширен.

* Взаимодействие с пространством генезиса спровоцировало неконтролируемую вторичную эволюцию способности [Духовное хранилище]. Дальнейшее взаимодействие завершит эволюцию. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и уточнила путь вторичной эволюции [Духовного хранилища]. * Статус эволюции [Духовного хранилища]: 1.936%.

Достигнув подножия лестницы, Джейсон сосредоточил свою ауру на мече в руке. Он вложил в него столько силы своей ауры, сколько мог, но его вместимость была разочаровывающе ограничена.

* Урон [Погибели и Спасения] увеличен до текущего максимального уровня.

* Текущее увеличение урона: Умеренное. * Постоянный расход маны: Низкий.

Он уже слышал, как аномалии карабкаются в его сторону. Первые трое добрались до него быстро — один гуманоид, одна змея с гигантским глазным яблоком вместо головы и один скорпион без клешней, но с несколькими хвостами. На конце каждого хвоста, вместо жала, было детское лицо с широко открытыми ртами, обнажающими длинные острые зубы.

Джейсон лишь на мгновение задумался о жутких существах, прежде чем броситься им навстречу. Змея прыгнула вперед, и Джейсон встретил ее острием меча, вогнав клинок по самую рукоять в выпуклый глаз существа. Больше не подверженный снижению урона серебряного ранга, усиленный меч наконец показал свою ценность. С повышенным уроном он легко вонзился в змеиную аномалию, мгновенно убив ее.

Скорпион просеменил вперед, и Джейсон пустился в кувырок, горизонтальным ударом отсекая все три хвоста и приземляясь на корточки. Вскочив обратно, он быстро разделался с гуманоидной аномалией, отрубив ей руку, а затем голову, прежде чем она рухнула. Он продолжал двигаться, желая перехватить аномалии, пока их не сбилось слишком много в одну кучу.

* * * К тому времени, как он закончил с этим уровнем, Джейсон разобрался с шестнадцатью аномалиями на этом этаже. Похоже, не было фиксированного количества аномалий на каждое ядро генезиса, использованное для расширения его территории. Насколько Джейсон мог судить, это была комбинация индивидуальной силы аномалий и общего размера домена. Чем больше он становился, тем больше аномалий появлялось на каждое использованное для расширения ядро.

Свернув свой облачный покров в стул, он сел, чтобы оценить то, что узнал. Во-первых, аномалии были даже слабее, чем он думал, несмотря на их ауры серебряного ранга. Если не считать их снижения урона серебряного ранга, немногие проявляли силу, превышающую уровень монстра бронзового ранга. С его атрибутами серебряного ранга и недавно усиленным мечом Джейсон мог легко выкашивать живые аномалии. У него закралось подозрение, что дальше все будет не так просто, по мере того как он продолжит расширять домен.

Другим его приобретением стало лучшее понимание того, что он может сделать и чего достичь с помощью своего облачного покрова. Даже против слабых существ создаваемые им объекты не обеспечивали реальной защиты, но были полезны для ограничения обзора и задержки противника на короткий, но критический момент.

Джейсон вышел из схваток не без повреждений, поэтому он отдыхал в кресле достаточно долго, чтобы регенеративные способности Колина восстановили его. Затем он встал и двинулся собирать трофеи с разбросанных аномалий, прежде чем направиться к последнему из пяти этажей здания.

* * * После того как Джейсон вошел в портал, установленный в верхней части купола, фракции, ожидавшие возможности воспользоваться зоной трансформации, собрались вокруг портала. Каждая из них не желала уступать выгоды другим, и они все еще вели переговоры о том, кому следует войти, когда портал закрылся вскоре после того, как Джейсон исчез в нем. Кольцо кристалла, установленное в куполе, осталось, но внутри него бурлящая энергия была отсечена той же стеклянной поверхностью, что и остальная часть купола.

* * * Джейсон пробежал первый этаж, набрав темп и быстро расправляясь с аномалиями. Все здание теперь было включено в его духовный домен.

* Вы захватили территорию пространства генезиса и очистили ее от всех аномальных элементов.

* Завершенная территория перестраивается.

Все в отеле превратилось в темный кристалл, когда он забирал его, но в остальном осталось прежним. Вскоре после того, как последняя аномалия была обыскана и растворилась, это начало меняться, поскольку все здание перестраивалось. Кристалл сдвинулся вокруг него, стены распадались и принимали новые формы. Он стоял, вросши в землю, опасаясь оказаться затянутым в трансформацию.

Быстро стало очевидно, что здание превращается в увеличенную версию пагоды из духовного хранилища Джейсона. Когда в стенах появились ниши для цветов, это стало еще более очевидным. Это были те же самые цветы, что появлялись в садах, раскинувшихся вокруг пагоды в его духовном хранилище.

Джейсон знал, что его задача — стабилизировать зону трансформации, которая не смогла консолидироваться из-за слияния с протопространством. Теперь он обнаружил, что это означает воссоздание пространства по образу его собственной души. Проблема заключалась в том, что, насколько он мог судить, протопространство сделало пространство внутри купола больше, чем пространство, которое оно занимало снаружи.

Джейсон понятия не имел, сколько территории ему придется захватить, чтобы эффективно стабилизировать зону трансформации. Достаточно, чтобы покрыть исходное пространство или расширенную область, созданную протопространством? Что произойдет, когда купол перестанет отделять пространство снаружи от пространства внутри? Не нужно было обладать большим опытом в магии измерений, чтобы понять, что одно и то же место, пытающееся быть двух разных размеров одновременно, — это очень, очень плохо.

Наконец, изменения в здании завершились, оставив Джейсона в большом атриуме на первом этаже. Он чувствовал, что пространство вокруг него изменилось, став более стабильным. Оно обладало тяжелой постоянностью узлового пространства, а не хаотичной хрупкостью протопространства в процессе коллапса.

Оглядевшись, он увидел, что доминирующей особенностью атриума была вода, стекающая с мезонина второго этажа в бассейн посреди пола атриума.

* Ваш духовный домен захватил территорию. * Территория переименована в [Пагода Прибытия].

* Статус эволюции [Духовного хранилища]: 4.1%.

* Аномалии, атакующие в результате дальнейшего расширения духовного домена, будут обладать повышенной силой.

— А вот и оно, — сказал Джейсон, читая системное сообщение. — Я знал, что это слишком просто.

* * * Когда портал на вершине купола неожиданно открылся снова, различные силы, собравшиеся вокруг него, нервно наблюдали друг за другом. Они все еще хотели помешать кому-либо другому захватить любые сокровища, лежащие внутри, но также не хотели упустить еще одно окно для входа. Местные лидеры фракций стояли вокруг портала, по негласному согласию взяв с собой только своих самых важных подчиненных. Они пришли к соглашению и вызвались отправить нескольких бойцов бронзового ранга. Были выбраны один вампир, один пользователь эссенции и один из сотрудников EOA, хотя различные фракции Сети были недовольны тем, что один человек представляет их всех. Это было особенно верно, поскольку именно ритуалисты Сети пытались открыть портал, хотя и с небольшим эффектом.

Результаты входа в портал были неутешительными; люди, которые вошли, через несколько мгновений вывалились обратно, выглядя так, словно их окунули в кислоту. Это положило конец попыткам отправить кого-либо еще, пока фракция Сети не выдвинула предложение. Их ритуалисты будут сотрудничать в поиске способа безопасного входа при условии, что все фракции Сети смогут отправлять участников индивидуально для следующей попытки войти внутрь. Это означало старую фракцию руководства, американцев, Глобальную сеть обороны и китайцев, которые прибыли с опозданием.

Китайские отделения Сети держались особняком, в то время как информационная блокада практически отрезала страну. Обычно другие фракции и правительства нашли бы время и силы, чтобы прорвать эту завесу, но, поскольку мир погрузился в хаос, если кто-то и сделал это, то держал это при себе. Слухи о том, чем занимаются отделения Сети в Китае, варьировались от того, что их захватила Кабала, до того, что они взяли под контроль свою собственную страну гораздо успешнее, чем американцы свою.

Сначала зона трансформации в Словакии была еще одним событием, на котором китайцы не появились. Однако после прибытия и входа Джейсона они мобилизовали свои силы и заняли участок вокруг купола. Теперь лидер китайских сил, Ли Ли Мэй, предложила фракциям Сети объединить знания своих ритуалистов, чтобы найти безопасный способ входа.

Остальные фракции неохотно согласились, и Сеть немедленно представила пространственные зонды. Оказалось, что у каждой фракции была та же идея, и они уже усиливали зонды, которые использовали для тестирования апертур протопространства в рамках подготовки.

* * * Джейсон исследовал пагоду, которая представляла собой обширный и сложный жилой комплекс. Темный кристалл оставался основным строительным материалом, но теперь он был повсюду заполнен мебелью и растениями. Цветущие растения покрывали стены, как обои, их яркие цвета образовывали туманные узоры.

— Гордон, ты отвечал за украшение?

Мебель была более сдержанной, из темного дерева и светлой ткани, создавая строгий контраст с яркими цветами. Больше всего Джейсону нравился ветерок, который нежно трепал его одежду и разносил по комнатам и коридорам тонкий аромат цветов.

Здание даже не было той же формы, что раньше, превратившись из прямоугольной коробки в восьмиугольную конструкцию. Крыша больше не была доступна, став наклонной вместо плоской, но на каждом этаже были балконы, идущие по периметру. Бродя вокруг, Джейсон обнаружил, что отель превратился в нечто, очень похожее на элитный многоквартирный дом.

— Не думаю, что смогу брать большую арендную плату, — размышлял Джейсон, идя по широкому коридору с кристаллами, встроенными в потолок, заливающими пространство прохладным светом. Там даже был фонтан, который проходил через центральные коридоры на каждом этаже, стекая вниз к водопаду, придавая коридору ощущение внутреннего двора с растениями и высоким потолком.

Джейсон последовал за своими чувствами на четвертый этаж, где он почувствовал, как его портал за пределами зоны трансформации открылся снова, когда территория изменилась. Теперь, вместо круга в потолке, это была более привычная арка. Она была установлена как постоянный элемент в комнате, посвященной ей. Джейсон с любопытством огляделся.

— Вроде ванной, только вместо унитаза — портал.

Пока он наблюдал за активным порталом, через него пролетел небольшой дрон, и он схватил его. Тот немедленно растворился, словно лед, брошенный в кипящую воду, и через несколько секунд исчез.

— Хм.

* * * — Ну? — потребовала Ли Ли Мэй от оператора дрона. Они стояли на изгибе купола, рядом с порталом. В отличие от портала внутри, этот все еще оставался кругом, вписанным в поверхность купола. Оператор дрона держал планшет, который должен был получать данные.

— Вообще никакого сигнала, — сказал оператор. — Даже сигнала об уничтожении. Не думаю, что что-то может пройти через портал.

Голова Джейсона высунулась из портала и с любопытством огляделась.

— О, с этой стороны это все еще круг. Добрый день, мисс Ли. Давно не виделись. Вы меня помните? Это Джейсон. Джейсон Асано.

Ли Ли Мэй была частью команды, которая пыталась завербовать Джейсона на сторону Китая после того, как Сеть узнала, кто он и что он такое. Она уставилась на то, что выглядело как бесплотная голова Джейсона, торчащая из портала.

— Я помню, мистер Асано. Я также помню невежливость, которую вы проявили к моей стране во время вашего незапланированного визита.

— Мою что? О, то самое, где я отправил все эти кадры из концентрационного лагеря... эм, я имею в виду, какие кадры? Я не говорил «кадры». Визит куда? Э-э... ну что, как жизнь, детка?

Вампиры, пользователи эссенции и усиленные люди EOA смотрели на Джейсона в смущенном, неловком молчании.

— Я, пожалуй, пойду, — застенчиво сказал Джейсон, и его голова нырнула обратно внутрь.

* * * Голова Джейсона чувствовала себя очень странно после того, как была перемещена из кармана реальности, содержащего остальную часть его тела.

— Покалывает, — сказал он пустой комнате. — Мне это даже нравится.

Он ненадолго задумался о событиях, происходящих снаружи, прежде чем отбросить их как неважные. Даже в домене Джейсона едкая энергия узлового пространства все еще присутствовала. Они могли попробовать войти, если хотели.

— У этой мисс Ли все еще этот официально-соблазнительный стиль. Жаль, что она злая.

За те шесть месяцев, что он бродил по Азии, Европе и Африке, Джейсон провел немало времени в Китае. Ему не понравилось то, что он обнаружил в отношении того, как работают тамошние отделения Сети, и он посеял несколько семян неприятностей, прежде чем двигаться дальше.

Пролетел еще один дрон, постигла его та же участь, что и первого.

— Удачи с этим, — сказал Джейсон и вышел из комнаты.

Он спустился по уровням пагоды, чувствуя облегчение от того, что у него есть способ выбраться из зоны трансформации. Невозможно было точно сказать, насколько сильно ему нужно стабилизировать ее, чтобы предотвратить катастрофу, но, по крайней мере, теперь у него был выход. Он мог подтолкнуть ситуацию настолько, насколько возможно, не убив себя, а затем уйти, надеясь, что сделал достаточно.

Он добрался до второго этажа и спрыгнул с мезонина, прежде чем вспомнить, что у него больше нет плаща медленного падения. Его тело серебряного ранга легко выдержало бы падение, но его гордость — нет. Он отчаянно сформировал облачную кровать, чтобы поймать себя, как раз перед тем, как шлепнуться на землю.

— Хорошо получилось, — сказал он, кивая в знак одобрения, заложил руки за голову и расслабился.

Он осмотрел жилой комплекс в форме пагоды, от коридоров с фонтанами до повсеместных настенных кашпо и огромного атриума с собственным водопадом. Он не нашел источника воды, хотя никогда особо и не искал. На данном этапе его жизни, если бы он исследовал каждую мелочь магии, он бы никогда ничего не успел.

— Ничего в этом здании не похоже на пагоду изнутри, — сказал Джейсон, оглядываясь. — Если все это было создано моей душой, думаю, моя душа — несостоявшийся архитектор. Думаю, выбор профессии чернокнижника-ниндзя был верным решением.

Джейсон посмотрел на двойные двери, ведущие наружу, и на любые новые вызовы, которые лежали за ними.

— Не открывай их обе, — одернул он себя. — Тебе нужна только одна дверь. Открывать обе было бы банально и мелодраматично. Хотя бы раз не будь чуни и пройди через одну дверь. Как обычный человек.

Он подошел и распахнул обе двери.

— Думаю, в жизни нужно оставаться верным себе.

ЕЩЕ ОДИН СЕКРЕТ

ЕЩЕ ОДИН СЕКРЕТ

Джейсон подозрительно огляделся. Место напоминало современную городскую улицу, разве что с парой анахроничных странностей. Большинство зданий — в три-четыре этажа, стоят плотно друг к другу, а первые этажи заняты витринами магазинов.

— До появления зоны трансформации здесь определенно были сельскохозяйственные угодья.

Когда он был на крыше отеля до трансформации, Джейсон не видел никакого городского пейзажа, который должен был легко просматриваться, даже сквозь сумрак.

Он обвел взглядом улицу, где большинство деталей выглядели обычными и современными. Лишь несколько элементов казались необычными. Уличные фонари светились электрическим светом, но имели странный дизайн, как у старых газовых фонарей. В витрине одного из магазинов стоял телевизор, словно прямиком из шестидесятых.

Больше всего выбивались из общего вида автомобили, припаркованные вдоль улицы, словно декорации к какому-то ретрофутуристическому фильму. Смесь знакомого и странного, нового и старого: они сочетали округлые формы машин шестидесятых с научно-фантастическими элементами, вроде света, пробивающегося сквозь панели кузова.

— Тут что-то вроде олдскульного бэтмобиля, — сказал Джейсон, подойдя ближе, чтобы рассмотреть черную машину. — Тень, как думаешь…

Плечи Джейсона опустились, он замолчал, вспомнив. Он чувствовал внутри себя своих фамильяров, но не мог их призвать, и это злило его больше, чем блокировка всех остальных сил. Его фамильяры были не просто источником способностей, а надежными спутниками. Без них он был по-настоящему одинок.

Потеряв охоту к исследованиям, Джейсон огляделся, теперь уже с целью, а не из любопытства. Пагода выделялась на городской улице. Занимая собой огромную кольцевую развязку, темное каменное здание архаичным контрастом возвышалось над городом.

Несмотря на знакомый городской антураж, в нем присутствовали диссонирующие, чужеродные аспекты, например, вывески на зданиях. Хотя Джейсон мог прочитать их благодаря своей способности к переводу, он не узнавал ни языка, ни алфавита.

Джейсон бродил вокруг, настороженный, но не напряженный. Раньше аномалии не появлялись, пока он не расширял свой духовный домен, что давало ему шанс сначала осмотреться. Он не исключал, что ситуация изменится, но и не ходил по лезвию ножа в ожидании нападения. Он подошел к витрине магазина, и дверь отворилась. Внутри все выглядело как обычный магазин одежды.

Он продолжил путь по улице, найдя еще один отель, кафе и что-то похожее на аптеку. По мере движения он видел сквозь сумрак лишь на дюжину метров вперед. В остальном — только звезды в небе да бледное сияние уличных фонарей, похожих на вереницу блуждающих огоньков.

— Не думаю, что здесь есть оружейный магазин.

* * * Высоко над Словакией, окутанный нимбом света, летел человек. Двигаясь быстрее скорости звука, он замедлился, когда показался гигантский купол зоны трансформации. Продолжая сбавлять скорость при снижении, он приземлился среди людей, собравшихся вокруг портала на вершине купола.

Ли Ли Мэй поклонилась прибывшему мужчине, чьи красивые черты лица стали вечно юными благодаря золотому рангу.

— Мистер Чэнь, — поприветствовала она.

— Маленькая Мэй, — тепло отозвался Чэнь. — Как я мог не прийти, когда ты просишь? А теперь ты такая большая и сильная, неужели я больше не достоин того, чтобы меня называли дядей?

— Дядя, — покраснев, ответила Ли. — Я рада, что нам удалось пробудить вас от долгого сна.

— Хотел бы я, чтобы моя жена чувствовала то же самое, — усмехнулся Чэнь.

Остальные собравшиеся вокруг портала по-разному отреагировали на прибытие Чэня. Он обменялся кивками с двумя китайскими золотыми рангами, прибывшими вместе с Ли Ли Мэй; их кивки были чуть глубже, как мягкое признание его первенства.

Остальные собравшиеся были могущественными представителями присутствующих фракций, в первую очередь лордами вампиров. Никто из них не был рад тому, что теперь здесь три китайских золотых ранга. Это не только давало им преимущество в силе, но и намекало, что у Китая достаточно пользователей эссенции золотого ранга, чтобы выделить троих на одну задачу.

Особенно кипели от ярости древние вампиры. Не привыкшие признавать равных, а тем более превосходящих, они все же сдерживали свое обычное высокомерие. Вампиры на горьком опыте усвоили, что один на один вампир не ровня пользователю эссенции равной силы. Обычно они компенсировали это числом, но шесть вампиров против трех пользователей эссенции — риск сомнительный. Ситуацию усугубляло возвращение Джека Герлинга.

Привлеченный появлением еще одного золотого ранга, Герлинг вернулся к порталу, прибыв менее агрессивно, чем в прошлый раз, сбавив темп своего полета на взрывной тяге. Чэнь посмотрел на Герлинга, когда тот приземлился, и кивнул ему.

— Мистер Герлинг. Не ожидал встретить вас снова спустя столько времени. Все еще играете в свинью, чтобы поймать тигра?

— Мистер Чэнь, — ответил Герлинг. — Все еще притворяетесь дружелюбным дядюшкой из соседнего двора, пока плывете по реке крови?

Оба мужчины рассмеялись, но их улыбки не коснулись глаз.

— Дочь моего старого друга попросила меня взглянуть, не смогу ли я найти способ проникнуть внутрь, — сказал Чэнь. — Если получится, не хотите присоединиться? Думаю, мы можем спокойно оставить кровососов позади.

Наблюдавшие за ними вампиры зашевелились, но промолчали.

— Если мы сможем безопасно войти, то да, — сказал Герлинг. — Я воспользуюсь вашим предложением.

Герлинг не хотел проверять почву в одиночку, но если в дело вступит старый пес Чэнь со своими раздражающими способностями щита, это в корне меняло дело. Конечно, существовала вероятность предательства, но различные отделения Сети знали об общем враге. Пользователи эссенции категории-четыре встречались крайне редко. Это собрание четверых было, возможно, беспрецедентным, в то время как из земли каждый день выползали новые лорды вампиров.

* * * Джейсон стоял перед парадными дверями пагоды.

* Вы находитесь на границе своего духовного домена.

* Ваш духовный домен занимает одну территорию. Расширение требует посягательства на прилегающую территорию.

* Минимальная стоимость расширения: 31 [Стабильное ядро генезиса]. Хотите расширить свой духовный домен?

Тридцать одно ядро — это более чем в три раза превышало стоимость захвата каждого этажа здания, и это был лишь минимум для расширения на прилегающую территорию. Он определенно не собирался тратить ядра сверх минимума, когда его уже предупредили о более сильных аномалиях.

Он потратил ядра, и земля вокруг пагоды начала меняться. Словно тень, промелькнувшая сверху, трансформация пронеслась по округе, охватив улицу, здания и машины. К удивлению Джейсона, изменения не свелись к темному кристаллу, как это было с отелем. Конечно, этот элемент присутствовал, особенно в дорожном покрытии, но окружающая среда в целом претерпела гораздо более сложную трансфигурацию, чем здание при завершении территории. И все же Джейсон был уверен, что территория, в которую он сейчас вгрызался, была больше этого первого участка.

Больше всего выделялось то, что, хотя улицы были из темного кристалла, здания были сделаны из субстанции, напоминающей облачный дом Джейсона. Материалы были более твердыми, но цвета и текстуры зданий были очень знакомыми: много летнего облачно-белого, разбавленного другими дикими цветами. Значительной частью этого стало самое большое структурное изменение: массовое увеличение количества растений. Ряды деревьев тянулись вдоль разделительных полос между дорожными рядами, а клумбы с яркими цветами окаймляли тротуары.

Все это было легко заметить, потому что сумрак отступил перед расширением домена Джейсона, позволив яркому звездному свету пролиться вниз. Многие цвета казались приглушенными и блеклыми, но это было значительным улучшением по сравнению с вездесущей тьмой.

Машины остались практически без изменений, хотя их дизайн стал более обтекаемым и менее округлым, с гладкой металлической покраской. Те, что были в пастельных тонах, сменили их на преимущественно темные оттенки красного, зеленого и черного; Джейсон заметил одну ярко-розовую, которая ему даже понравилась.

* Ваш духовный домен расширен.

* Взаимодействие с пространством генезиса спровоцировало неконтролируемую вторичную эволюцию способности [Духовное хранилище]. Дальнейшее взаимодействие завершит эволюцию. * Способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала и уточнила путь вторичной эволюции [Духовного хранилища]. * Статус эволюции [Духовного хранилища]: 4.7%.

Это был не такой уж большой прирост к эволюции навыка. Похоже, завершение территорий давало гораздо большие награды, чем постепенное расширение. Это означало, что Джейсону нужно захватить немало территорий, чтобы стабилизировать пространство в целом. Это укладывалось в существующие предположения Джейсона, но было приятно получить хоть какие-то подтверждающие данные.

Расширение достигло конца улицы, примерно в пятидесяти метрах, за которыми сумрак продолжал ограничивать зрение Джейсона. Он приготовился к натиску живых аномалий, но свежепреображенные улицы оставались тихими. Подождав минуту с мечом в руке, Джейсон вложил его в ножны и обошел пагоду снаружи, высматривая внезапные атаки.

Новая территория, на которую он посягал, была значительно больше здания, которое она полностью окружала. Обойдя пагоду и увидев, что его домен распространился на одинаковое расстояние в каждом направлении, Джейсон направился к новому краю своего духовного домена.

* * * Стоя на вершине купола, Чэнь наколдовал большой темно-красный котел, наполненный непроницаемой тьмой. От котла исходил густой, медный запах горячей крови. Из горшка всплыл красно-белый шар — гротескный налитый кровью глаз размером с баскетбольный мяч. Чэнь произнес длинное заклинание, и вокруг шара появилось мерцающее красное силовое поле. Котел исчез, а шар подплыл к порталу и нырнул в него.

* * * Джейсон становился все более осторожным, приближаясь к новой границе своего домена, не обнаружив никаких аномалий. Его чувства ауры становились сильнее и обширнее с каждым расширением домена, но все равно обрывались на краю его территории. Приблизившись к сумраку, который окружал его освещенную звездами часть города, словно черная пелена, он различил то, что могло быть фигурами в темноте. Он снова посетовал на потерю своих сил, зная, что это легко могли быть плоды его тревоги.

Когда фигуры в темноте начали двигаться, он понял, что дело не только в нервах. Внезапно из сумрака вырвалась толпа фигур; бешеная армия людей, выглядевших как обычные, но впавших в ярость, размахивая монтировками, кусками труб, досками с гвоздями и набором спортивного инвентаря. Орда выплеснулась из тьмы на краю его духовного домена, словно волна.

— О дерь…

* * * Глаз-шар вернулся из портала, его красный щит исчез, а сам он выглядел гораздо хуже, как подтаявшее мороженое, вкус которого никому не нужен. Чэнь снова наколдовал котел, и шар исчез в нем. В этот момент собранная им информация проникла в разум Чэня.

— Понятно, — сказал он. — Похоже, есть несколько проблем с безопасным перемещением по пространству за порталом. Первая — это всепроникающая и мощная аура. Она определенно серебряного ранга, но по чистой силе соперничает с аурой золотого ранга.

— Похоже на ауру Асано, — сказал Герлинг. — Я пытался подавить ее, когда мы сражались. Это было как пытаться раздавить яйцо в руке, чтобы потом понять, что это камень.

— Я не могу быть уверен, — сказал Чэнь. — Чувства моего разведывательного шара были полностью заблокированы. Он мог обнаружить только те силы, которые давили на него напрямую. Это вторая проблема: я полагаю, что способности эссенции подавляются по ту сторону портала. Мой призыв остался цел, так что все, что уже было на месте, скорее всего, останется, но сомневаюсь, что можно использовать новые способности.

— Это опасно, — сказала Ли Мэй.

— Но не критично, — сказал Герлинг. — Даже без способностей золотой ранг заткнет за пояс большинство персонажей комиксов.

— Согласен, — сказал Чэнь. — Однако последняя проблема — самая насущная. Я полагаю, что пространство за порталом — это, за неимением лучшего термина, смесь реальности и нереальности. Судя по тому, что мой шар смог разобрать из сил, воздействующих на него, реальность внутри купола находится в неопределенном состоянии.

— Как будто внутри коробки Шрёдингера, — сказала Ли Ли Мэй.

— Да, — сказал Чэнь. — Как будто пространство по ту сторону портала пытается заставить вещи существовать и не существовать одновременно.

— Как Асано выдерживает это? — спросила она.

— Еще один секрет, который он принес из другого мира, — сказал Герлинг. — Можете добавить его в список.

— Что нам делать, если мы встретим Асано? — спросила его Чэнь. — Задержать его?

— Нет. Помочь ему. Он последовательно утверждает, что пытается предотвратить некое подобие конца света, и наши аналитики считают, что вероятность этого высока. Пока вы там, если встретите его — помогите ему. В остальном — выясните, какую выгоду можно извлечь, приоритет — ядра реальности. Для первой поездки: разведка и возвращение. Как только мы лучше поймем, что там находится, мы сможем планировать соответственно.

— При условии, что мы вообще сможем туда попасть, — сказал Герлинг. — Ваши щиты справятся с задачей?

— Думаю, у меня есть то, что нужно, — сказал Чэнь. — У меня есть щит, который может защитить от аномальных пространственных эффектов. Единственный недостаток — он потребляет ману защищаемого человека, чтобы нейтрализовать силы, которые блокирует. Я могу наложить эту способность на каждого из нас перед входом, но расход маны, скорее всего, будет большим. Я не могу его восполнить, так что вам придется самим управлять своей маной. Если вы отойдете от портала, убедитесь, что у вас хватит сил вовремя вернуться к нему.

* * * Волна людей хлынула из сумрака с ревом и криками, обрушиваясь на Джейсона. Он даже не подумал пытаться сражаться с ордой, заливающей улицу, и сразу повернулся, чтобы бежать. Он направился к пагоде, и в этот момент его чувства ауры уловили, как из воздуха в зданиях вокруг него появляются новые люди. Они вырывались через двери и выпрыгивали из окон, разбивая стекло. Нахождение на верхних этажах их не смущало: они бросались вниз со вторых, третьих, даже четвертых этажей, а другие прыгали прямо с крыш.

Джейсона поразила их берсеркерская ярость, лишавшая их инстинкта самосохранения. Многие погибали или калечились, прыгая с высоты; выжившие волокли себя вперед, если приходилось. Первой мыслью Джейсона было, что это люди, попавшие в зону трансформации, но по его ощущениям они были идентичны живым аномалиям, с которыми он сталкивался в здании. Они могли казаться нормальными, пусть и бешеными людьми, но их ауры ни в коем случае не были человеческими.

Никто из людей, похоже, не появлялся внутри пагоды, но Джейсон был отрезан, прежде чем успел добраться до нее, так как орда хлынула вокруг здания. Он тут же свернул и бросился в переулок, преследуемый разъяренной толпой. Они не могли сравниться с его скоростью серебряного ранга, но были намного быстрее обычных людей. Джейсон притормозил, когда один из них спрыгнул с крыши и тяжело приземлился перед ним. Он перепрыгнул через хватающиеся руки безумца и побежал дальше.

Система предупреждала Джейсона, что живые аномалии станут сильнее. Вместо этого они казались такими же слабыми или даже слабее, без каких-либо причудливых чудовищных форм. Они полагались на численное превосходство, и Джейсон, который в отеле сражался с несколькими противниками за раз, теперь столкнулся с сотнями, остро ощущая отсутствие своих сил.

Выбравшись из другого конца переулка, он обнаружил, что на него несется еще больше людей из толпы. Он начал использовать свою конструкцию из облаков, сгущая туманный покров в небольшие ступени, которые позволяли ему подниматься по воздуху, куда они не могли последовать. Он направился к окну второго этажа, где не чувствовал никого из орды, но как только он добрался до него, вспыхнула радужная вспышка, и оттуда уже несся противник. Разъяренная фигура пробила стекло и сбила его с ног прямо в воздухе, заставив их обоих рухнуть на землю.

ИНСТИНКТ — ЭТО ВСЁ, ЧТО У НАС ЕСТЬ

ИНСТИНКТ — ЭТО ВСЁ, ЧТО У НАС ЕСТЬ

Джейсон, распластавшись на земле, принимал удар за ударом от толпы человекоподобных аномалий, вооруженных досками, трубами и крикетными битами. Его меч пронзил одну из них прямо через лицо, и она рухнула на него. Используя существо как щит, он поднялся на ноги, хотя труп был плохой защитой. Атаки продолжали сыпаться со всех сторон, обрушиваясь на его голову, спину и руки. Одна из аномалий даже вцепилась в него зубами, словно зомби.

* Вы заражены [Стрептококком]. * Вы оказали сопротивление.

* Вы подверглись [Дисфории реальности]. * Вы обладаете гештальтной физико-духовной природой. * [Дисфория реальности] не оказывает эффекта.

Джейсон вырвался из толпы, побежав прежде, чем орда аномалий окружила его слишком плотно. Он прорывался сквозь группы из трех-четырех нападавших, избегая более крупных скоплений, пока мчался к пагоде. Даже так, он продолжал получать удары, проносясь мимо аномалий.

Он вспомнил свой первый бой с противником золотого ранга, когда его команда сражалась с архиепископом Чистоты, Николасом Хендреном. Их атаки бронзового ранга казались бесполезными, когда тот принимал удар за ударом, не замедляясь. Джейсон рассеянно задался вопросом, испытывают ли бешеные аномалии такое же разочарование, пока он продолжал проноситься мимо них. Он сомневался, что они вообще способны мыслить, поскольку больше походили на мясные марионетки, нежели на людей.

Домен Джейсона за пределами пагоды был не таким уж большим, и даже будучи стесненным, он двигался со скоростью золотого ранга. Он быстро приближался к пагоде, но вокруг нее собралась толпа аномалий, словно они предвидели его отступление. Не сбавляя скорости, Джейсон начал конденсировать свой туманный покров в ступени, пробежав по головам аномалий и запрыгнув на балкон второго этажа.

* Вы покинули свою незавершенную территорию духовного домена в присутствии аномалий.

* Ваш духовный домен будет постепенно сокращаться, пока вы не вернетесь или пока все аномалии не будут уничтожены.

* Если аномалии останутся после того, как всё пространство домена, не являющееся территорией, вернется в состояние пространства генезиса, аномалии смогут атаковать вашу завершенную территорию.

— Ох, черт возьми, — пожаловался Джейсон, болезненно разминая плечи.

Избиение, которому он подвергся, не включало критических атак, но он чувствовал себя так, будто его несколько раз переехала машина. Впрочем, он быстро исцелялся, и укус на руке уже затянулся. Он обернулся, глядя, как толпа аномалий собирается подобно морю вокруг его пагоды. По крайней мере, он больше не чувствовал появления новых, хотя, возможно, они появятся, если он выйдет наружу.

— Как же мне разобраться с…

Он осекся, почувствовав, как из портала появилось новое присутствие, за которым быстро последовали еще трое.

— Проси, и дано тебе будет, полагаю.

Джейсон вошел с балкона внутрь и направился к лифту, который служил альтернативой лестнице, нажав кнопку вызова.

— Хорошо, что я оставил дверь открытой.

* * * Чэнь прибыл через портал, за ним последовал Герлинг, а затем и двое других «четверок» из Китая. Го был одним из самых слабых пользователей четвертой категории в Китае, заслужившим свое место в программе благодаря семейным связям, и не пользовался большим уважением у остальных. Более способный Тран был вьетнамцем, одним из многих талантливых пользователей эссенции, переманенных Китаем за эти годы.

Они огляделись в темной комнате с кристаллами и цветочными горшками на стенах, привыкая к воздействию пространства. Здесь была белая деревянная дверь, но не было окон, а свет исходил от кристалла, вмонтированного в потолок. Их мана быстро поглощалась щитами, которые Чэнь наложил на них, но запас маны пользователя четвертой категории был глубок и постоянно восполнялся атрибутом восстановления. Этого было недостаточно, чтобы они могли бесконечно оставаться в этом враждебном пространстве, но у них будет достаточно свободы для исследования, прежде чем возникнет необходимость отступить.

Их силы были запечатаны, однако в этом месте было на удивление комфортно, несмотря на энергию, разъедающую их щиты. В обычном мире низкое качество магии означало, что их поддерживала только сила ядер реальности. Магия в этом месте была богатой и мощной, словно именно здесь им и было место.

Помимо враждебных энергий, атакующих их, на них давила аура, которую Герлинг узнал. Их собственные ауры были полностью подавлены, что не позволяло им использовать магические чувства. Если бы аура не навязывала себя, они могли бы ее вовсе не заметить.

— Асано, — пробормотал Герлинг.

Никто из них не мог использовать собственные ауры, из-за чего они оказались под воздействием ауры, давившей на них. Она не оказывала никакого вредного воздействия, которое они могли бы обнаружить, но вызывала беспокойство. Аура была сложной и властной, с глубокими прожилками решимости и другими странными чертами, которые они не узнавали, но которые несколько нервировали.

— Любопытно, — сказал Чэнь, оглядываясь. — Это совсем не похоже на аграрные земли, которые изначально покрывал купол. Похоже, эта комната была построена специально для размещения портала.

Они взглянули на все еще открытый портал и радужный свет внутри. Они все шагнули в него, но обнаружили, что выходят из арки. Это был дезориентирующий переход, особенно в дополнение к обычной тошноте и головокружению от прохождения через портал.

— У нас мало времени, — сказал Герлинг. — Давайте осмотримся.

Обычная процедура для фракций при входе в новую зону трансформации заключалась в том, чтобы прочесать ее в поисках ядра реальности. Обычно это была легкая задача, так как ядра светились, словно маяк, для магических чувств. Была надежда, что в этой все еще меняющейся зоне трансформации будет больше ядер, но, будучи отрезанными от своих магических чувств, они не могли ничего обнаружить.

— Согласен, — сказал Чэнь. — Нам следует держаться вместе, по крайней мере, пока мы не поймем, с чем имеем д—

Он замолчал, когда дверь распахнулась, явив Джейсона Асано.

— Так, вы, — потребовал Джейсон. — Идите со мной.

Он повернулся, чтобы уйти, когда Го окликнул его.

— Не тебе указывать нам, что делать, Асано.

Джейсон обернулся, указал рукой на портал, а затем сжал кулак. Радужный свет в портале исчез, когда тот запечатался.

— Теперь мне.

Го использовал свои рефлексы золотого ранга, чтобы схватить Джейсона за горло, промчаться через коридор за пределами комнаты и впечатать его в стену.

— Думаешь, я не могу заставить тебя делать всё, что захочу?

Джейсон спокойно посмотрел на Го, даже будучи прижатым к стене за горло, с болтающимися в воздухе ногами. Его голос ничуть не дрогнул, когда он заговорил.

— Хотя я не сомневаюсь, что у тебя есть радостная склонность к жестокости, меня пытал парень, который создает вселенные. Что бы ты ни сделал со мной, обещаю, я проходил через худшее. Эти щиты не продержатся вечно, так что, да, не думаю, что ты можешь заставить меня делать всё, что захочешь. А теперь опусти меня, или я оставлю тебя здесь, пока ты не растворишься, как таблетка аспирина.

Рука Го сильнее сжалась на шее Джейсона.

— Ты тоже здесь умрешь.

— Я уже умирал раньше. Похоже, это никогда меня не останавливает.

— Го, хватит! — рявкнул Чэнь.

Он достаточно долго держал Го на поводке, чтобы оценить Асано, и остался впечатлен. Го был бы приемлемой ценой за помощь того, кто явно понимал это пространство лучше, чем они. Чэнь с радостью убил бы Го сам в обмен на некоторые секреты Асано.

Го неохотно отпустил Джейсона, и тот упал на пол. Чэнь увидел, как глубокие вмятины от руки Го уже затягиваются на шее Джейсона, демонстрируя скорость исцеления, соперничающую с золотым рангом.

— У тебя есть свои силы? — спросил Герлинг, заметив то же самое.

— Нет, но у меня есть немного контроля над аурой.

— Немного? — переспросил Герлинг, все еще чувствуя, как сила ауры Джейсона переполняет комнату.

— Это не я, — сказал Джейсон. — Это место, в котором мы находимся.

— Почему у этого места твоя аура? — спросил Чэнь.

— Потому что я захватываю его, — ответил Джейсон. — Прото-пространство и зона трансформации плохо ладят друг с другом. Эта нестабильность оставит рану на теле вселенной, если мы позволим ей гноиться. Я стабилизирую это место, как могу.

— Как? — спросил Герлинг.

— Я не собираюсь вам рассказывать, — сказал Джейсон. — Насколько я вижу, у вас есть три варианта. Первый: вы убиваете меня, потом я возвращаюсь к жизни и продолжаю спасать мир, пока ваши щиты не сдохнут и вы все не умрете. Не знаю, сможете ли вы вернуться после такого — Герлинг, возможно, сможет, — но это ваше дело. Второй: вы все проваливаете на поиски добычи, хотя я не видел никаких ядер реальности, так что удачи. А потом вы в конечном итоге умираете. Вариант третий: вы делаете то, что я говорю, возможно, мы спасем мир, и я выпущу вас всех.

— Какая у нас гарантия, что ты не оставишь нас здесь в любом случае? — спросил Герлинг.

— О, я собираюсь убить вас, если вы проживете достаточно долго, — сказал Джейсон. — Но не сегодня. Кабал под новым руководством, и я думаю, мы все знаем, что война неизбежна. Вы взорвете кучу вампиров, прежде чем я прикончу вас, Герлинг. А теперь, вы не единственные, у кого поджимает время, так что шевелите задницами и идите за мной.

* * * Джейсон ехал в лифте своей магической межпространственной пагоды вместе с четырьмя могущественными магами, включая человека, который убил его брата.

— Раньше я работал в магазине канцелярских товаров, — задумчиво произнес он. — Странные выдались последние несколько лет.

— Раз уж мы согласились помочь вам, — сказал Чэнь, — не были бы вы готовы предложить небольшую ответную услугу?

— Вы хотите что-то взамен за помощь в спасении мира, на котором живете? — прямо спросил Джейсон. — Немного по-свински, но что именно вы имеете в виду?

— Вы неоднократно заявляли, что действуете ради спасения мира, и наши люди склонны вам верить. Однако, помимо утверждения, что сбор ядер реальности работает против этой цели, вы предложили мало информации о природе угрозы и о том, как вы собираетесь ее остановить.

— Признаю, я был слишком высокомерен со своей информацией, — сказал Джейсон. — Это потому, что я не хотел, чтобы такие люди, как вы, пытались использовать меня, как только узнали бы, для чего можете меня использовать. Однако после сегодняшних событий, думаю, можно смело сказать, что теперь я в центре внимания каждого.

Лифт достиг первого этажа, и они вышли, оглядывая роскошный атриум с водопадом, падающим в центр зала.

— Я пытался предотвратить катастрофу, которая уничтожит наш мир, — сказал Джейсон. — Это место грозит ускорить ту катастрофу. Как только с ним будет покончено, я все объясню. С безопасного расстояния.

— Я ценю эту уступку, — сказал Чэнь. — Что нужно сделать сейчас?

Джейсон указал на каменные двойные двери.

— Снаружи много вещей, которые выглядят как злые люди, но ими не являются. Они не очень сильные, но их много. Мы должны убить их всех.

* * * Когда Джейсон указал на двери и они распахнулись, четверо пользователей золотого ранга вылетели наружу, словно ракеты, с соответствующими взрывными результатами. Имея пространство для маневра и размаха мечом, Джейсон мог быстро прорубаться сквозь слабых аномалий, но пользователи золотого ранга были настолько могущественны, что чем плотнее те сбивались в кучу, тем лучше.

У Герлинга не было его взрывных способностей, но это было трудно заметить, так как один взмах его кулака разносил головы двух или даже трех аномалий, словно перезрелые дыни, по которым ударили бейсбольной битой. Вьетнамец, Тран, двигался резкими, дергаными движениями, эффективно нанося удары сверкающими кулаками боксера. Его руки не переставали двигаться, пока он прокладывал путь сквозь аномалии, словно молотилка.

Чэнь был еще более клинически точен, уничтожая аномалий быстрее всех. С пальцами, сложенными вместе, словно клюв птицы, его руки пробивали дыры в лицах аномалий, причем еще две погибали, прежде чем первая успевала коснуться земли. Чэнь и Тран продемонстрировали, что не каждому пользователю эссенции с Земли не хватало мастерства, чтобы соответствовать своей силе. Другой китайский пользователь золотого ранга явно был наименее способным в группе, но даже он был силой, с которой приходилось считаться, благодаря одной лишь грубой мощи.

Джейсон участвовал в бою, зачищая более разрозненных аномалий после того, как остальные проходили сквозь толпу, словно ураган. Даже с пользователями золотого ранга, молотящими без остановки, недостатка в оставшихся не было, учитывая их огромное количество. Меч Джейсона мерцал в звездном свете, кося аномалий с темпом, который почти не уступал самому слабому из «золотых».

Вскоре земля была окрашена мрачными останками аномалий, которые казались человеческими, пока были целы, но оказывались человекоподобными массами плоти, как только их фасады разлетались от яростных атак пользователей золотого ранга. Оглядываясь вокруг, Джейсон размышлял о том, что его собственное тело во многом такое же.

Они очистили открытые пространства и начали охотиться на тех, кто оставался в зданиях, причем Джейсон направлял остальных туда, где чувствовал их. Аномалий продолжало появляться все больше, но, казалось, они делали это со скоростью, соразмерной количеству живых аномалий, которые уже вторглись в домен Джейсона. Когда место кишело ими, этот рой быстро рос. Скорость появления уменьшалась по мере того, как пользователи золотого ранга агрессивно прореживали их ряды. После того как Джейсон почувствовал, что пала последняя аномалия, он направился к краю своего домена, где тот встречался с темным туманом мрака, чтобы убедиться наверняка.

* Вы находитесь на границе своего духовного домена. Минимальная стоимость расширения: 78 [Стабильных ядер генезиса].

* Максимальная сила не-аномалий в вашем домене: золотой ранг. При расширении вашего домена сила аномалий будет пропорциональна самому могущественному присутствующему не-аномалию.

* У вас недостаточно ядер для расширения домена.

Раз домен можно было расширить, значит, с существующими аномалиями было покончено. То, что следующий набор аномалий будет золотого ранга, если останутся пользователи эссенции золотого ранга, не стало полной неожиданностью, так как Джейсон уже предполагал, что пространство реагирует на его ранг.

Герлинг и Чэнь подошли к нему, пока Го и Тран осматривали мертвых аномалий.

— Итак, покончено? — спросил Герлинг.

— Хм? — отозвался Джейсон, рассеянно поднимая взгляд от системного окна. — Нет, это едва началось. Но вы трое должны уйти. Я снова открою портал.

— Мы можем вернуться, как только восполним ману, — сказал Чэнь.

— Нет, — отрезал Джейсон. — Я должен продолжать стабилизировать зону, и если вы будете здесь, следующая партия этих тварей будет масштабироваться под вашу силу, а не под мою.

— Разве мы не можем уйти, заставить вас спровоцировать появление следующего набора, а потом вернуться?

— Возможно, — признал Джейсон. — Но лазейка, которая делает вещи настолько простыми, заставляет меня подозревать подвох. Может, нам и удалось провернуть это один раз, но я не уверен, что это место позволит повторять такое.

— Вы говорите так, будто у этого места есть разум, — сказал Чэнь.

— Не знаю насчет разума, — сказал Джейсон, — но я знаю, что космические силы могут обладать волей. Я испытал это на себе. В этом месте есть что-то такое; оно словно расколотый сон раненого зверя, бьющегося в своем кошмаре.

— Поэтично, — заметил Герлинг, — но предполагать, что у этого места есть разум, работающий против нас, кажется поспешными выводами.

— Может быть, — признал Джейсон. — Но мы здесь, по ту сторону зеркала. Иногда инстинкт — это всё, что у нас есть, даже если он ненадежен. Не думаю, что пытаться использовать лазейку в зияющей ране реальности — это риск, на который я хочу пойти. И я не уверен, что оно работает против нас. Скорее, это похоже на мастера подземелий, пытающегося сбалансировать всё для участников.

— Мастера подземелий? — переспросил Герлинг.

— Вы никогда не играли в Dungeons & Dragons?

— Эй! — крикнул Тран, шагая к группе с чем-то окровавленным в руках. — Не слушайте его. Вот почему он хочет, чтобы мы ушли.

ШАГ НАЗАД

ШАГ НАЗАД

Стоя посреди улицы, Джейсон смотрел на сферы, которые держал Тран; они всё ещё были в крови после того, как их вырвали из аномалий. Оглядевшись, он без труда заметил и другие сферы, вырванные из аномалий с той грубой силой, с которой с ними обращались. Сферы были размером с Ядра Бытия, которые использовал Джейсон, но вместо радужных цветов внутри них бурлила черно-красная энергия. Джейсон подозревал, что процесс мародерства — вырывание их не напрямую из трупов, а из аномалий — менял Ядра, очищая их до пригодного состояния. Поскольку те, что он собирал и использовал, были стабильными Ядрами Бытия, скорее всего, эти были нестабильной разновидностью.

— Эти, — сказал Тран, держа по одной в каждой руке. — Держу пари, в них секрет этого места.

— У этого места много секретов, — ответил Джейсон.

— Как и у вас, мистер Асано, — сказал Чэнь.

— Готов поспорить, именно так он «запечатлевает» себя на этом месте, — сказал Го, подходя к Трану со спины. В каждой руке он тоже держал окровавленное ядро.

— Го, — обратился Чэнь. — Возможно, тебе стоит попробовать присвоить часть этого места себе, как это сделал мистер Асано. Ты ведь намного сильнее его, так что проблем быть не должно.

Любой пользователь эссенции инстинктивно понимал, как активно использовать предметы, просто пропуская через них немного маны. Даже с заблокированными способностями эссенции это не менялось.

— Я настоятельно не рекомендую пытаться использовать эти Ядра, — сказал Джейсон.

— Ты просто хочешь, чтобы я побыл подопытным кроликом, — сказал Го, бросая сферы Чэню, который ловко увернулся.

— Я сделаю это, — заявил Тран. — Всё, что может этот япошка, я сделаю лучше.

— О, расизм, — сказал Джейсон. — Уверен, это поможет. Слушай, приятель, ты, скорее всего, взорвешься или что-то в этом роде. Есть куча условий, которым нужно соответствовать, прежде чем ты сможешь начать претендовать на территорию здесь, и ты не соответствуешь ни одному из них.

— Ты просто пытаешься скрыть выгоду, которую получаешь для себя, — сказал Тран.

— Вот тебе и вера в мои слова о спасении мира, — пробормотал Джейсон и кивнул на Герлинга. — Если кому-то обязательно нужно попробовать, пусть это сделает этот парень.

— Ни за что, — отрезал Герлинг.

— С тобой, скорее всего, всё будет в порядке, — прозрачно солгал Джейсон.

— Никто не будет ничего делать с этими сферами, — заявил Чэнь, но тут же оказался неправ, когда из сфер в руках Трана хлынул красный свет. Го, Герлинг и Чэнь наблюдали, а Джейсон нырнул в переулок, прежде чем выглянуть из-за угла.

— Тран, не будь дураком, — сказал Чэнь. — Прекрати это сейчас же.

— Разве тебе не надоело быть рабом Ядер Реальности? — спросил Тран, пока красное свечение распространялось от сфер, поглощая его. — Мы должны брать пример с вампиров. У нас есть сила. Мы должны быть главными.

— У нас есть долг поважнее, — сказал Чэнь, даже отступая назад.

Го и Герлинг последовали его примеру. Пока они смотрели, красный свет перестал распространяться и начал втягиваться в тело Трана. Его тело начало странно раздуваться, словно внутри надувались воздушные шары.

— Думаю, он сейчас взорвется или превратится в нечто в духе Кроненберга, — крикнул Джейсон в качестве предупреждения.

Го, Чэнь и Герлинг отступили в переулок к Джейсону.

— Что значит «Кроненберг»? — спросил Го.

— У нас есть дела поважнее, — сказал Чэнь.

Тран упал на землю и корчился, крича.

— Он говорит о Дэвиде Кроненберге, — сказал Герлинг.

— Человек из «Звездного пути: Дискавери»? — спросил Го.

— Ты знаешь его оттуда? — недоверчиво спросил Джейсон. — Разве ты не был в холодильнике годами?

— Мне нравится «Звездный путь», — защищаясь, сказал Го.

— Он был, в чем? — спросил Джейсон. — В двух сериях?

— Пятая, девятая и тринадцатая серии третьего сезона, — сказал Го.

— Серьезно? — спросил Герлинг.

— Мне нравится «Звездный путь», — снова сказал Го.

— Сосредоточьтесь! — рявкнул Чэнь.

— Ладно, не думаю, что ваш парень взорвется, — сказал Джейсон. — Его аура во что-то превращается.

— Во что? — прорычал Герлинг. Его мощные чувства ауры едва функционировали, и это было похоже на слепоту.

— Определенно, какая-то аномалия, — сказал Джейсон. — Это место захватывает его. Впрочем, он не такой, как все те твари, которых мы только что убили. Это почти ощущается как… о, это, вероятно, плохо.

— Что? — огрызнулся Герлинг.

— Судя по его ауре, думаю, он где-то между аномалией и вампиром, — сказал Джейсон.

— Как это возможно? — спросил Го.

— Мы в стране фантазий, а вы, идиоты, начали тыкать во всё подряд, — сказал Джейсон. — Он мог превратиться в Старскрима.

— Что такое «старскрим»? — спросил Чэнь.

— К черту всё, — сказал Герлинг.

Он выскочил из своего укрытия. Тело Трана вернулось в нормальное состояние, он перестал корчиться и кричать, лежа неподвижно на земле. Герлинг подбежал и с силой наступил ногой на грудь Трана, но Тран превратился в туман. Нога Герлинга ударила лишь по пустой одежде. Облако тумана отлетело и снова приняло физическую форму Трана — с красными глазами, без одежды и маниакальной, хищной ухмылкой.

— Вперед, — скомандовал Чэнь и бросился наружу, а Го — следом за ним. Джейсон остался в переулке.

Герлинг встретился взглядом с Траном-вампиром, а затем рухнул на колени, схватившись за голову обеими руками и издав рев ярости и боли. Руки Трана превратились в когти, когда Го и Чэнь атаковали. Го получил удар по лицу, прежде чем Чэнь ударом ноги в грудь отправил Трана в полет.

Сила золотого ранга Чэня отправила Трана в полет, но ловкость золотого ранга позволила Трану перевернуться в воздухе и приземлиться на корточки, лицом к Чэню, который уже бросился в атаку. Тран выплюнул быстро распространяющийся кровавый туман, но Чэнь использовал инерцию, чтобы перепрыгнуть через него. Тран полоснул себя когтем по руке, забрызгав воздух неестественным количеством крови. Капли крови превратились в рой комаров размером с костяшку пальца, которые вцепились в Чэня, когда тот приземлился. Затем в Трана врезался летящий автомобиль.

Герлинг стряхнул ментальную атаку, посмотрел на кровавый туман и схватил первое, что попалось под руку — автомобиль. Он впечатал Трана в здание, пробив стену.

Пока Чэнь сдирал комаров, впившихся в его плоть, при каждом оторванном насекомом брызгала кровь. Го с располосованным лицом и Герлинг подошли к дыре в стене, которая теперь была полуразрушена, с торчащим из неё автомобилем.

— Осторожно, — крикнул Джейсон.

Он почувствовал, как внутри здания заспавнился кластер аномалий, и большая стая гиен вырвалась из дыры, чтобы атаковать троих бойцов золотого ранга. Они были намного быстрее и сильнее обычных гиен, напрыгивая на Чэня, который всё ещё отвлекался на комаров, и на Го, который просто медленнее реагировал. Неосведомленность из-за отсутствия привычных чувств вредила им.

Герлинг увернулся от одной атакующей гиены, развернувшись, чтобы отпихнуть её ударом ноги. Следующая гиена прыгнула на него, и он схватил её за верхнюю и нижнюю челюсти, прежде чем разорвать пополам.

Тран последовал за гиенами из дыры, подняв руку, на ладони которой был зубастый рот. Девятифутовый язык выстрелил, как кнут, метнувшись к Герлингу. Герлинг выхватил его из воздуха, но из языка выскочили клыки и пронзили его руку. Кровь из маленьких ран потекла неестественно быстро и впиталась в язык. Герлинг проигнорировал раны и дернул за язык, притягивая Трана к себе.

Он бросился вперед, чтобы встретить пошатывающегося Трана кулаком, но Тран превратился в туман и просочился прямо сквозь Герлинга, материализовавшись позади него. Туман оставил едкий след на коже Герлинга, который тот проигнорировал, как и другие свои раны. Развернувшись для новой атаки, Герлинг был застигнут врасплох, когда Тран запрокинул голову и издал ужасающий визг, высокий и пронзительный, от которого лопалось стекло.

Герлинг пошатнулся, из его ушей потекла кровь. Он споткнулся, теряя равновесие. Джейсон, всё ещё наблюдавший издалека, был всего лишь серебряного ранга и пострадал от визга гораздо сильнее. Он на мгновение схватился за голову, прежде чем потерять сознание.

* * * Джейсон пришел в себя, быстро залечивая повреждения, хотя всё ещё ничего не слышал, а в голове будто торчал шип. Всё ещё дезориентированный, он задавался вопросом, как он вообще попал под такое воздействие, ведь он давно перерос слышание через уязвимые барабанные перепонки.

Поднявшись на ноги, он прояснил голову настолько, чтобы вспомнить о ситуации. Чэнь и Го были прикованы к земле красными цепями, отбиваясь от атак стаи гиен.

Герлинг всё ещё сражался с Траном, но был потрепан. У них были схожие атрибуты золотого ранга и схожие боевые навыки. Разница была в том, что у Трана были вампирские силы, в то время как силы Герлинга оставались запечатанными.

Герлинг сражался хорошо, но у Трана были уловки, чтобы сбежать всякий раз, когда Герлингу удавалось нанести тяжелый урон, в то время как Герлинг не мог похвастаться тем же. Боец золотого ранга выглядел так, как чувствовал себя Джейсон — окровавленным и избитым, — но он продолжал упрямо бороться.

Джейсон не был настолько глуп, чтобы пытаться помочь, не вытащив козырь, который он очень, очень не хотел использовать, но было ясно, что бойцы золотого ранга проиграют. Герлинг страдал от какого-то недуга, скорее всего, проклятия вампирской трансформации. Если бы его поразило достаточно, он превратился бы в вампирского прислужника, а у Джейсона не было его очищающей силы, чтобы остановить это.

С неохотой Джейсон вытащил свой меч и достал из инвентаря кусок золотого кристалла размером с кулак. Это был его главный козырь против вампиров, то, что он хранил годами после того, как выиграл это в качестве приза на Испытаниях Жнеца. Он намеревался сделать это своим самым мощным оружием в войне с вампирами, но у него не было шансов победить трансформировавшегося Трана без него.

Одна из когтистых рук Трана свирепо полоснула Герлинга по руке, оставив её висеть плетью. Тран схватил другую руку, дернул её и ударил кулаком в локоть, выгибая его не в ту сторону. После пары жестоких ударов коленями в грудь Герлинг согнулся пополам, и Тран впился ему в шею.

Джейсон вышел вперед, шагая к групповой схватке, держа кристалл над головой и посылая в него струйку маны.

Предмет: [Истинный свет] (алмазный ранг, редкий).

Истинный свет солнца, пойманный в одном мгновении (расходуемый предмет, кристаллизованный свет).

* Эффект: используйте, чтобы высвободить истинный свет Солнца.

Вампиры были практически невосприимчивы к солнечному свету Земли, потому что ему не хватало магической силы. Свет алмазного ранга, исходящий из кристалла, был совсем другим делом. Джейсон почувствовал, как аура вампирического Трана тает, словно кубик льда под жарким солнцем, когда из кристалла хлынул яркий свет.

Животные растворились и рассеялись, как туман на ветру. Цепи, сковывавшие Го и Чэня, разорвались и расплавились, превратившись в сгустки густой горячей крови. Тран пошатнулся: солнечный свет алмазного ранга превратил его силу золотого ранга в посмешище. Он с трудом мог даже стоять, пока Джейсон приближался, направляя ауру в свой меч.

Меч начисто отсек голову Трана, и Джейсон ударом ноги в грудь повалил тело на спину. Отпихнув голову подальше от тела, он подошел к поверженному туловищу Трана, подбросил меч в воздух и поймал его обратным хватом. Вонзив его в грудь вампира, он дернул меч туда-сюда, чтобы проделать дыру. Он запихнул световой кристалл в грудную полость вампира, прямо к сердцу.

Когда Джейсон отступил, солнечный свет засиял изнутри тела Трана, прямо сквозь кожу. Оно начало гореть белым пламенем, изнутри наружу. Свет кристалла погас всего через несколько мгновений, но дело было сделано, и вампир продолжал гореть.

* Вы победили [Аномалию Дисфории Реальности].

Джейсон наблюдал, как тело чернеет, пока Герлинг, Чэнь и Го приходили в себя. Пламя погасло, и Джейсон присел, чтобы осмотреть тело.

* Хотите собрать добычу с [Аномалии Дисфории Реальности]?

— Похоже, мы у вас в долгу, мистер Асано, — сказал Чэнь. — Я рад, что у вас всё ещё достаточно секретов, чтобы разрешить нашу ситуацию.

Джейсон медленно поднялся, его тело было напряжено, он повернулся, обнажив лицо, искаженное гневом и покрытое брызгами крови.

— Вы хоть представляете, от чего я только что отказался? — яростно потребовал он. — Вы знаете, что мы могли бы сделать с этим? Настанет день, когда все эти древние вампиры снаружи решат, что хотят править балом, и та вещь, которую я только что использовал, чтобы спасти ваши никчемные шкуры, была бы нашим лучшим оружием. Мы могли бы заманить их в масштабный конфликт и использовать это, чтобы покалечить достаточное их количество, чтобы мы, возможно, даже смогли покончить со всем этим одним ударом! Вы пришли, потому что хотели получить фору в разграблении этого места, и вы обрекли мир на войну, которая оказалась хуже, чем могла бы быть.

Чэнь выглядел задумчивым, Го — рассерженным, а Герлинг на самом деле выглядел немного пристыженным.

— Вы думаете, я хотел спасти вас? — спросил Джейсон. — Я наполовину подумывал позволить ему сначала убить вас всех, и если бы я не беспокоился о том, что вы, придурки, превратитесь в вампирских прислужников, я бы, наверное, так и сделал. Единственная причина, по которой я использовал этот кристалл, заключалась в том, что, не победив его, я не смог бы закончить работу, ради которой пришел сюда.

Он повернулся, чтобы посмотреть на верхние этажи пагоды, закрыл глаза, а затем снова открыл их.

— Портал открыт. Уходите и не возвращайтесь.

Го сделал шаг к Джейсону, но Чэнь остановил его, положив руку на плечо.

— Возможно, мы вам еще понадобимся, — сказал Герлинг.

— Не стоит риска, — сказал Джейсон. — У меня нет волшебного кристалла на каждый раз, когда вы создаете больше проблем, чем решаете.

— Мистер Асано, — сказал Чэнь. — Если мы не вернемся хоть с чем-то, что можно показать в качестве результата наших усилий — и наших потерь, — то будет трудно убедить наших людей не преследовать вас, как только вы покинете это место.

— Вы сделаете это, что бы вы ни принесли обратно, — сказал Джейсон.

— Да, — сказал Чэнь. — Но есть разница между поиском возможности и необходимостью спасти хоть что-то из дорогостоящего провала. Сделайте шаг назад и сохраните лицо нашим людям; позвольте нам забрать часть этих ядер из аномалий. Тогда мы, в свою очередь, сделаем шаг назад и не будем преследовать вас так яростно, как могли бы иначе.

Джейсон перевел взгляд с Чэня на мертвого Трана и обратно.

— Вы серьезно? — спросил Джейсон. — Вам нужны ядра после того, что они с ним сделали?

— Они опасны, да, но могущественны, — сказал Чэнь. — Если только у вас нет других ядер реальности, которые можно предложить взамен.

— Вы видите здесь валяющиеся ядра реальности? — спросил Джейсон.

— Нет, но мои чувства запечатаны. Ваши — нет.

— Просто возьмите эти чертовы штуки и убирайтесь, — сказал Джейсон.

— Мы также заберем тело нашего павшего товарища, — сказал Чэнь. Как только он это сделал, Тран начал растворяться в радужном дыме.

* Вы собрали добычу с [Аномалии Дисфории Реальности].

— Я сделал достаточно шагов назад, мистер Чэнь.

ОРУЖИЕ И ДЕНЬГИ

ОРУЖИЕ И ДЕНЬГИ

Джейсон, Чэнь, Го и Герлинг направились к пагоде, проходя по улицам, усеянным трупами аномалий.

— Чтобы прояснить ситуацию: вы отказываетесь от любых претензий на эти тела, за исключением тех нескольких ядер, что заберете, — сказал Джейсон. Его тон не оставлял сомнений в том, что это не вопрос.

Особенность способности Джейсона к сбору трофеев заключалась в том, что он мог «обчищать» только свои собственные или бесхозные трупы. Вероятно, как только «золотые» ранги уйдут, все аномалии будут считаться бесхозными, но он хотел убедиться, что они официально отказываются от прав на них. Он не хотел рисковать тем, что не сможет собрать достаточно ядер для дальнейшего расширения своего домена духа.

— Конечно, — ответил Чэнь. Джейсон знал, что Чэнь кое-что понял о природе его способности из их стычки, но этого было недостаточно, чтобы рискнуть потерей всех ядер.

Вокруг пагоды скопилось больше всего мертвых аномалий, собравшихся там в ожидании появления Джейсона и остальных. Они сделали это в вихре насилия, оставив после себя море трупов. Пробираясь между телами, Го набрал в охапку полдюжины нестабильных черно-красных ядер генезиса. Чэнь взял только пару, по одной в каждую руку. Он посмотрел на Го, несущего такую кучу, и встретился с вызывающим взглядом.

— Что? — спросил Го.

— Ничего, — сказал Чэнь, а затем бросил взгляд на Герлинга, у которого руки были пусты.

— Вы не собираетесь присоединиться к нам, мистер Герлинг?

Герлинг посмотрел на Джейсона, затем на ядро в руках Чэня.

— Я пас, — сказал Герлинг.

— Я действительно думаю, что вам стоит, — настоял Чэнь, — хотя бы из осторожности.

Глаза Чэня метнулись в сторону Го, и он обменялся взглядом с Герлингом.

— Верно, — сказал Герлинг. — Нужно избегать неприятностей.

Джейсон наблюдал за этой сценой и увидел, как Герлинг подобрал пару ядер.

— О чем вы вообще? — спросил Го.

— Давайте просто уберемся отсюда, — сказал Герлинг. — У меня заканчивается мана, и я не хочу, чтобы этот щит сдох.

Джейсон проводил их к лифту, а затем к портальной комнате. Го бросил на Джейсона враждебный взгляд.

— Мы еще встретимся, — сказал Го. — Снаружи, за пределами твоей личной магической земли, все будет совсем иначе.

Не дожидаясь ответа, Го пронес свою охапку нестабильных ядер генезиса через портал. Остальные трое наблюдали за порталом, ожидая реакции, но видимых изменений не последовало.

— Ты не против, если мы просто оставим эти ядра здесь? — спросил Чэнь у Джейсона. Поскольку он не дал Го заподозрить, что ядра могут быть опасны при переноске, ни он, ни Герлинг не собирались рисковать.

— Я их заберу, — сказал Джейсон, забирая ядра у Чэня и Герлинга.

— Сколько нам ждать? — спросил Герлинг. — Если эти ядра просто взорвутся сразу, то мы будем в порядке, но если на той стороне они выкинут что-то странное, возможно, стоит подождать минуту.

— У вас нет минуты, — сказал Джейсон. — Уходите, или я закрою портал, подожду, пока вы сдохнете, а потом обчищу ваши трупы, прежде чем продолжить заниматься тем, зачем я сюда пришел.

— Закрой перед нами портал, и мы позаботимся о том, чтобы ты сдох раньше нас, — сказал Герлинг.

Джейсон осклабился змеиной ухмылкой.

— Ты в этом уверен? — спросил Джейсон. — Подумай, что будет, когда мы встретимся. Ты попытаешься поймать меня, а я тут же сбегу. Ты проигрываешь вампиру, а я легко его убиваю. Готов поставить свою жизнь на то, что у меня в рукаве больше ничего нет?

Громадная фигура Герлинга возвышалась над Джейсоном, которому пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в лицо убийце своего брата. Чэнь протянул руку и положил ее на плечо Герлинга.

— Этого промедления достаточно, — сказал Чэнь. — Мистер Асано, надеюсь, в следующий раз мы встретимся как союзники. Вы — враг, которого я предпочел бы не иметь.

— Тогда вам стоит быть разборчивее в выборе компании. Впрочем, полагаю, когда придет время, мы все будем стоять плечом к плечу. Вампиры слишком привыкли к доминированию, чтобы не попытаться захватить власть, и я подозреваю, что их число больше, чем кто-либо из нас предполагал.

Чэнь кивнул и шагнул в портал, не сказав больше ни слова. Герлинг бросил на Джейсона злой, но противоречивый взгляд, прежде чем последовать за ним.

* * * Джейсон занялся кропотливой работой: он касался каждой мертвой аномалии, чтобы собрать с них трофеи. В конце концов, улицы были очищены, аномалии исчезли в радужном дыму. Остались только нестабильные ядра генезиса, насильственно исторгнутые из аномалий, которые не преобразовались в стабильные, когда он собирал трофеи с тел.

Улов стал огромным подспорьем для казны Джейсона: с каждой аномалии выпадало по десять серебряных монет духа и эквивалентное количество бронзовых и железных. Дошло до того, что Джейсон был рад, что монеты духа появлялись в его инвентаре как простой счетчик, иначе ему понадобилась бы яма для хранения, как у Скруджа Макдака.

Также были ожидаемые стабильные ядра генезиса, хотя немалое количество нестабильных уже было насильственно исторгнуто из аномалий и не преобразовалось его способностью сбора трофеев.

Помимо монет духа и ядер, он набрал довольно много целебной мази и горсть других предметов. Было несколько зелий маны, а также зелье изменения формы, позволяющее вносить незначительные физические изменения. Джейсон был знаком с такими зельями по другому миру, хотя никогда их не использовал. Их можно было использовать для маскировки или для более боевых модификаций, таких как когти или костяные шипы, торчащие из тела. Обычно это не считалось сильным боевым инструментом, но, поскольку его способности были запечатаны, Джейсон брал все, что мог достать.

Пояс Джейсона был зачарован, чтобы защищать флаконы с зельями от случайных повреждений. Джейсон не пользовался им с тех пор, как достиг серебряного ранга, потому что он был всего лишь железного ранга, и защита была неэффективна против любой угрозы, которая могла бы прижать его достаточно сильно, чтобы потребовалось зелье.

Поскольку способности Джейсона восстанавливали его эффективнее, чем зелья, пояс был полезен только как перевязь для меча, да и меч он тоже не использовал. Однако в нынешних обстоятельствах Джейсон почти полностью зависел от предметов, повышающих его боеспособность, даже если эти предметы были далеки от идеала.

Другие предметы, которые он собрал, казались соответствующими ретро-футуристическому духу города до того, как Джейсон начал его трансформировать. Одним из них был самокипящий чайник, выглядящий как нечто среднее между кофеваркой из пятидесятых и мультяшной бомбой.

— Неужели это действительно должно быть серебряного ранга? — удивился он, держа его в руках. Он пожал плечами, вспомнив, что в другом мире в зонах с высокой магией встречались кулинарные ингредиенты более высокого ранга.

Больше всего его внимание привлек выбор оружия, которое он собрал, — всего девять единиц. Самым примечательным было очень большое ружье и что-то вроде базуки. Джейсону огнестрельное оружие показалось стимпанк-миниганом, а ракетница смотрелась бы как дома в спин-оффе «Джетсонов», где Элрой попал в армию и отправился на войну.

У обоих видов оружия сверху был бункер, который выглядел подозрительно подходящим для ядра генезиса. Оружие, похожее на миниган, было укомплектовано плечевым ремнем, чтобы его можно было носить на перевязи и стрелять от бедра.

Предмет: [Регулятор нестабильности] (серебряный ранг, эпический)

*Устройство, которое регулирует и разряжает энергию нестабильных ядер генезиса относительно безопасным способом. По соображениям безопасности не разряжайте устройство в сторону людей или предметов поблизости *(оружие, ружье).

* Эффект: Потребляет [Нестабильное ядро генезиса] для питания мощных энергетических разрядов. Полностью истощенные ядра трансмутируются в [Ядра восстановления генезиса].

В описании не говорилось, что такое ядро восстановления генезиса, но он надеялся, что это поможет ему ускорить захват территории для своего домена духа. Он понятия не имел, как долго продержится зона нестабильной трансформации, прежде чем она схлопнется и прорвет дыру в боку вселенной.

Джейсон переключил внимание на базуку.

Предмет: [Агитатор нестабильности] (серебряный ранг, необычный)

*Оружие, которое дополнительно дестабилизирует нестабильные ядра генезиса, окутывает их недолговечным сдерживающим полем, а затем запускает *(оружие, гранатомет).

* Эффект: Преобразует [Нестабильное ядро генезиса] в разрывной снаряд.

По мнению Джейсона, оно уступало минигану, хотя если ему понадобится взорвать что-то действительно большое, оно может пригодиться. Он подумал о огромных и далеких силуэтах, которые видел с крыши своей пагоды, и понял, что ему, вероятно, понадобится базука побольше.

Оставшееся оружие состояло из трех одинаковых лучевых пистолетов, которые выглядели как из «Бака Роджерса»: два в поясных кобурах, а третий в плечевой. Было две винтовки: одна в дизайне олдскульного лучевого оружия, как пистолеты, а другая вообще без ствола. Он взял ее, чтобы осмотреть. Она была по большей части серебристо-металлической с округлыми деталями — эстетика, которая продолжалась и в сфере на конце стержня, заменявшего ей ствол.

Предмет: [Дуговая винтовка] (серебряный ранг, редкий)

*Молниевая винтовка *(оружие, гранатомет).

* Эффект: Потребляет ману для атаки электричеством. Имеет шанс цепной атаки по вторичным целям.

* Эффект: Имеет шанс наложить [Паралич мышц] на цели с мускулатурой или эквивалентным органическим функционалом.

* Эффект: Имеет шанс нанести электромагнитный импульс по электронным устройствам.

— Молниевая пушка, — благоговейно произнес Джейсон.

Он тут же испытал ее, выпустив дикий разряд бело-синей молнии вниз по улице. Дуга изогнулась в воздухе, ударив в машину на обочине дороги.

— Само-наводящаяся молния, — сказал Джейсон с широкой ухмылкой. Однако оружие потребляло огромное количество его маны, даже при короткой очереди.

— Назовем это налогом на крутость.

К дуговой винтовке прилагалась перевязь, которая, казалось, никак не крепилась к оружию. Вместо этого на ней были металлические диски, назначение которых Джейсон не понял. Он потратил некоторое время на их изучение и понял, что они магнитные.

Джейсон надел перевязь и закинул дуговую винтовку за спину, где она аккуратно защелкнулась на месте. Он несколько раз вытаскивал винтовку и убирал ее за спину, обнаружив, что быстро схватить ее или убрать обратно легко и надежно. Она всегда находила магнитные захваты и удерживалась с нужной силой.

Учитывая плавность работы, он заподозрил, что в креплениях есть какая-то магическая помощь для удобства использования. Джейсон ценил это больше, чем магическое оружие с дополнительными функциями, которые, возможно, никогда не будут использованы. За время пребывания на Земле он собрал много оружия, которое передал Сети. Многие из них имели бессмысленные побочные эффекты.

Последние два вида оружия предназначались для ближнего боя. Одной была тяжелая железная перчатка, доходящая до локтя. Она обладала схожими с молниевой пушкой эффектами, но с меньшим потреблением маны и способностью служить броней. Однако для Джейсона она была слишком громоздкой, поэтому ее быстро отправили в инвентарь. Последним оружием был электрифицированный жезл, лишь немного короче его меча. У него уже был меч, так что он тоже отправился в инвентарь.

После некоторых раздумий Джейсон рискнул попробовать сохранить нестабильные сферы в своем инвентаре и обнаружил, что они отлично там помещаются. Затем туда отправилось тяжелое оружие.

Пистолеты он экипировал сразу. Два в поясных кобурах разместились на правом бедре и сзади, а меч остался на левом бедре. Затем он накинул плечевую кобуру для третьего.

Предмет: [Импульсный бластер] (серебряный ранг, обычный)

*Энергетический пистолет *(оружие, пистолет).

* Эффект: Выпускает энергетический разряд за счет маны. Базовые разряды — это эффективный баланс мощности и затрат маны.

* Эффект: Зарядите ману, чтобы выпустить мощный, но неэффективный по затратам маны разряд.

Джейсон пробовал магическое оружие в прошлом. Он никогда не использовал его в бою, потому что его собственные способности всегда были лучшим выбором, но он был достаточно способным. Даже на бронзовом ранге проприоцепция и рефлексы его атрибута скорости в сочетании с пространственным осознанием и острыми чувствами атрибута духа были грозными. Хотя он не был бы ровней опытному эксперту, теперь, когда его атрибуты достигли серебряного ранга, он был уверен, что быстро адаптируется.

Имея в своем распоряжении небольшой арсенал оружия, Джейсон был гораздо увереннее в том, что сможет в одиночку противостоять очередной орде аномалий. Варианты дальнего боя и возможность достать тяжелое оружие означали, что, если он будет осторожен, даже огромная волна должна быть управляемой. Это при условии, напомнил он себе, что следующая волна аномалий будет такой же слабой, как и предыдущая.

Последними предметами, которые Джейсону предстояло осмотреть, были те два, что достались ему после мародерства с золотого ранга, ставшего вампиром, — Трана. Способности к сбору трофеев у низкоранговых существ позволяли лишь порыться в их имуществе и пространственном хранилище, если оно у них было. Высокоранговые, включая самого Джейсона, были другими. С чисто физической точки зрения между телом золотого ранга и монстром было мало различий; способности сбора трофеев воздействовали на них одинаково. Магия, из которой они состояли, преобразовывалась способностью сбора трофеев в полезные предметы, а не просто растворялась в радужном дыму.

Многие серебряные ранги и даже некоторые бронзовые имели монстроподобные тела, состоящие из того, что по сути было сгущенной магией. Сам Джейсон был таким с момента своего прибытия в другой мир, хотя его тело низкого ранга состояло из очень нечистой магии. Он до сих пор помнил, как потерял сознание, когда его тело инициировало массовую чистку по достижении железного ранга.

Вместе с обычной кучей монет Джейсон собрал с Трана два предмета. Первым был черно-красный браслет, который он получил напрямую, а второй был создан способностью Джейсона «бунтарь», дающей дополнительные трофеи с могущественных врагов. Этим предметом была лампа из серебра и золота с сапфировыми вставками.

Ни один из предметов не был полезен Джейсону в данный момент, но он ожидал, что оба они станут ценными, как только он покинет зону трансформации. Он положил их в инвентарь и снова переключил внимание на расширение своего домена.

СТАРАЯ ПРИВЫЧКА

СТАРАЯ ПРИВЫЧКА

Джейсон расширил свой духовный домен с крыши здания, увешанный оружием и полностью готовый спрыгнуть вниз, совершить супергеройское приземление и начать выкашивать аномалии. Его домен разрастался, добавляя больше городского пейзажа к неполной второй территории Джейсона. Трансформированный ландшафт смешивал конструкции из темного кристалла с гораздо более яркими элементами, напоминающими его облачный дом. Он также продолжал создавать больше растительности: от рядов деревьев, тянущихся вдоль улиц, до парка, полного садов.

Поскольку вновь захваченное пространство было городской частью, Джейсон ожидал еще одну волну разозленных горожан-аномалий, но этого не произошло. Когда аномалии появились, они все еще были людьми, но в гораздо меньшем количестве. Одетые в костюмы, похожие на скафандры, они были вооружены тем же оружием, которое Джейсон забрал у предыдущей группы аномалий. Он не заметил ни одного тяжелого оружия, работающего на Ядрах, но большинство было вооружено той же бластерной винтовкой, которую он добыл в прошлый раз. Он заметил одного, державшего копию разрушительной молниевой пушки.

Хотя аномалий было лишь малая часть от того, что было раньше, их все равно было немало. Ауральное чутье Джейсона распространялось по всему домену, и он чувствовал, как они появляются по всему периметру обширной окружности его расширяющейся территории. Он задавался вопросом, насколько огромной она станет, прежде чем его вторая территория будет завершена.

Новые аномалии отличались от предыдущих не только одеждой и вооружением, но и поведением. Вместо того чтобы бешено бросаться на поиски Джейсона, они были умнее и осторожнее, передвигаясь небольшими группами и наблюдая за окружением с оружием наготове. Вместо того чтобы устраивать эффектное появление, как он изначально планировал, Джейсон отступил вглубь здания — четырехэтажного универмага. Спускаясь вниз, он остановился, заметив плакат в мужском отделе, рекламирующий коллекцию Бертинелли. Сейчас было не время рассматривать одежду, поэтому он пошел дальше.

— Мне нужно будет проверить это после того, как я закончу перестрелку с этой маленькой армией астронавтов.

Он снова замер.

— Я знаю, что на кону судьба мира и я могу умереть, но иногда я просто обожаю свою жизнь.

* * * Джейсон подождал, пока группа астронавтов пройдет мимо дверей универмага, прежде чем сам подошел к ним, заставив датчик движения открыть их. Он на мгновение осыпал астронавтов выстрелами из пистолетов, которые держал в каждой руке, прежде чем нырнуть в сторону, когда они развернули оружие, чтобы открыть ответный огонь.

Из группы в пять человек Джейсон вывел из строя двоих выстрелами в голову, прежде чем они успели среагировать; энергия его выстрелов разнесла их шлемы. Остальные его выстрелы были беспорядочными, прикрывающими, пока он отскакивал в сторону, нанося лишь касательные попадания. Оставшиеся трое аномалий вошли в магазин, сканируя помещение своими пушками.

Первый этаж был женским отделом, и Джейсон присел, двигаясь между вешалками с одеждой. Он убрал пистолеты в кобуру и вытащил меч, активировав свою способность чужака «Тактическая карта». Он не часто использовал эту способность, но она идеально подходила для сложной обстановки, где ему нужно было отслеживать врагов с большей точностью, чем просто с помощью аурального чутья.

Джейсон уже чувствовал, как к магазину приближаются новые аномалии, привлеченные звуками стрельбы. Ретро-бластеры были не такими громкими, как обычные пушки, стреляющие сверхзвуковыми снарядами, но и тихими их нельзя было назвать. Ему нужно было разобраться с группой, с которой он уже начал бой, прежде чем прибудут остальные.

Он появился позади астронавтов, когда они двигались по узкому ряду, вогнав лезвие в шею последнего из них. К тому времени, как двое других услышали, как он упал замертво, Джейсон уже исчез, а они застыли на месте, вращая пушками из стороны в сторону. Поскольку они были достаточно любезны, чтобы остановиться, Джейсон воспользовался этим, выскочив обратно и выстрелив каждому из них в голову из пистолета.

У Джейсона, возможно, и не было плаща, чтобы сливаться с тенями, но у него все еще был многолетний опыт хищника. Вторая группа, прибывшая на место, была уничтожена, не успев сделать ни выстрела. Затем Джейсон покинул здание, так как к нему стягивалось слишком много аномалий. Пробираясь по улицам и уклоняясь от групп аномалий, он направился на дальнюю сторону своего домена и заманил еще больше астронавтов в здание, чтобы перебить их там.

Он повторял этот маневр несколько раз, перемещаясь в новые зоны и уничтожая две или три группы, прежде чем покинуть позицию. Не всегда все шло идеально, и несколько раз ему приходилось прятаться, чтобы втереть заживляющую мазь в рану, но он действовал эффективно. Его беспокоили аномалии с молниевыми пушками, которых, как он обнаружил, было трое. Разведав их, он понял, что у них не только мощное оружие, но и, по-видимому, усиленные скафандры. Он мог узнать, насколько они прочны, только проверив их в бою.

Для своей первой попытки уничтожить одну из них Джейсон атаковал на открытой улице. Он выбрал место для засады и подождал, пока она пройдет мимо в сопровождении трио аномалий с винтовками. Он поднялся и выстрелил из обоих пистолетов, нанеся несколько попаданий в голову аномалии с молниевой пушкой. Заряды ударили прямо в шлем медлительного астронавта; он был опален и почернел, но не разбился. Вся группа направила оружие на Джейсона, который пригнулся и откатился от машины.

Энергетические заряды с шипением пролетали мимо Джейсона или блокировались машиной. Дуга от электрической пушки изогнулась, чтобы зацепиться за машину, как раз как и планировал Джейсон. Он сразу понял, когда сам использовал молниевую пушку, что функция самонаведения была одновременно и силой, и слабостью из-за своей неизбирательной природы.

Джейсон тщательно выбрал место с готовым путем отхода. Он выбил стекло витрины рядом с собой, прежде чем нырнуть внутрь, пока энергетические заряды продолжали стрелять в его сторону. Он убрал пистолеты, достал из инвентаря миниган. Закинув его на плечо, он достал нестабильное Ядро и бросил его в бункер сверху пушки.

В тот момент, когда первая аномалия попала в поле зрения, Джейсон открыл огонь из пушки, выпуская быстрые, мощные энергетические разряды с бешеной скоростью. Она пережевала видимую аномалию, прежде чем Джейсон провел потоком смертоносного огня туда-сюда по дуге, прошивая стену и аномалии по другую сторону от нее. Джейсон почувствовал, как они все мгновенно упали. Даже бронированный скафандр стрелка с молниевой пушкой был разорван в клочья.

Почувствовав приближение другой группы, Джейсон вытащил тяжелое оружие обратно через окно и повернулся в их сторону. Видя, во что пушка превратила аномалий, машину, за которой он прятался, и даже стену на другой стороне улицы, он не стал мудрить. Он развернул пушку в сторону, откуда они приближались, и открыл огонь, как только аномалии выскочили из-за угла.

Хотя ему хотелось продолжать выкашивать врагов, миниган не был оснащен щитом. Он знал, что если их соберется достаточно много, они расстреляют его, как расстрельная команда, поэтому он вернул пушку в инвентарь и двинулся дальше.

Джейсону удалось устранить две другие группы с обладателями молниевых пушек таким же образом, хотя последняя оставила его в невыгодном положении. Молниевая пушка перекинула атаку с машины, которую Джейсон использовал для укрытия, на самого Джейсона, вызвав у него мышечный паралич, даже когда миниган разорвал аномалию на куски.

Джейсон упал на землю, едва успев вытащить пистолет, чтобы пристрелить спутников аномалии с молниевой пушкой, когда они бросились вокруг машины, чтобы атаковать его. Ему удалось их пристрелить, но в процессе он получил попадания в ногу, плечо и живот. Выпив одно из своих немногих зелий лечения серебряного ранга, он с трудом убрал миниган, пошатываясь, вошел в соседнее здание и поднялся на лифте на крышу. Там он нажал кнопку аварийной остановки, чтобы предотвратить использование лифта для преследования.

Забаррикадировавшись и нанося заживляющую мазь на раны, он почувствовал, как оставшиеся аномалии сходятся к его местоположению. К тому моменту он перебил большинство из них, но где-то около трех десятков все еще двигались к нему.

У Джейсона был выбор: попытаться прорваться раненым или дать себе время подлечиться, а аномалиям — время наводнить здание. Он мог рискнуть спрыгнуть с крыши, что обычно было бы нормально, но в любом случае он не восстановится полностью. Риск был умеренным, если он позволит себе немного подлечиться, но последствия ошибки были неприемлемы. Если он окажется покалеченным перед зданием, полным врагов, он труп.

Он решил, что лучший вариант — позволить заживляющей мази сделать как можно больше работы за имеющееся время, в дополнение к неустанным усилиям Колина. Он следил за приближающимися аномалиями, используя свою способность «Тактическая карта». Отобразив карты каждого из трех этажей офисного здания рядом, он наблюдал, как они медленно, но верно поднимаются по лестнице, разыскивая его.

Джейсон не был уверен, насколько хорошо он справится с ними, учитывая, сколько аномалий собралось вместе. Ему нужно было двигаться, прежде чем они полностью соберутся на крыше. Хотя грубые физические и перцептивные преимущества Джейсона помогали ему использовать оружие со сверхчеловеческой точностью, он не имел представления о тактике огнестрельного боя. Он полагался на вариации своей обычной тактики скрытности, по сути, используя пистолеты как длинные, шумные мечи. Это играло на его сильных сторонах, но было бы менее эффективно против больших групп, где тактику «ударил-убежал» было бы труднее выполнить, не будучи прижатым к стенке.

Джейсон поднялся на ноги, избитый, но функциональный. С дюжиной аномалий на каждом этаже его методы «ударил-спрятался» сработали бы лишь до определенного момента, прежде чем все превратилось бы в тир. Чтобы преуспеть, ему придется выложиться на пределе возможностей.

Он начал с того, что деактивировал аварийную остановку лифта и нажал кнопку этажом ниже, затем выскочил, прежде чем двери закрылись. Он бросился вниз по лестнице, остановившись за дверью на лестничной клетке и снова вытащив миниган.

Он тихо прошел через дверь в большое помещение с офисными кабинками, где все аномалии целились из пушек в лифт, который только что открылся. Джейсон открыл огонь по комнате, разнося кабинки и расстреливая аномалии. Застигнутые врасплох, лишь немногие успели сделать беспорядочные выстрелы, прежде чем были изрешечены энергетическими разрядами из пушки.

Миниган замолчал, когда нестабильное Ядро разрядилось, и Джейсон убрал пушку. На своей тактической карте в углу зрения он наблюдал, как аномалии внизу роятся к лестничной клетке. Он вытащил научно-фантастическую базуку и еще одно Ядро, зарядив его сверху. Перейдя на другую сторону комнаты, избегая сломанных стенок кабинок и перебитых астронавтов, он развернулся и выстрелил из оружия в стену, за которой проходила лестничная клетка.

На лестничной клетке было два десятка аномалий, штурмующих ее, но они были уничтожены, так как значительная часть этой стороны здания была стерта с лица земли. Джейсона отбросило через стену обратной волной взрыва, и он потерял сознание.

* * * На облачной яхте в Венеции семья Джейсона продолжала смотреть репортаж о словацкой зоне трансформации.

«…понятия не имеем, откуда взялся монстр с щупальцами на вершине купола, но собранные силы сражаются с ним, даже несмотря на то, что он продолжает расти…»

* * * Джейсон пришел в себя наполовину засыпанный обломками посреди улицы. Засохшая кровь отслаивалась вокруг его глаз, когда он заставил их открыться; голова кружилась, мир, казалось, вращался вокруг него. Он попытался сдвинуть с себя сломанный кусок кирпича, покрытого штукатуркой, но острая боль в руке заставила его остановиться. Он отчетливо осознавал, что без исцеления Колина, даже будучи запечатанным, он, возможно, вообще не очнулся бы.

Он пошевелился достаточно, чтобы убедиться, что ничто не вонзается в его тело слишком глубоко, и позволил времени исцелить его, пока не смог выбраться. Никаких аномалий не появилось, а если бы они собирались, то, скорее всего, уже убили бы его. Наконец, он вытащил себя из обломков, сорвал остатки одежды и положил все свое оружие на землю. Кровавые, рваные остатки его наряда говорили о том, насколько сильно Джейсон был ранен, что довело даже его выносливость серебряного ранга до предела. Он оставил только свои боксеры, которые пострадали удивительно мало: узор из белых с красными сердечками был лишь немного испачкан кровью, несмотря на то, что остальное его тело было в основном покрыто красным.

Внезапно вспомнив о чем-то, чего он давно не делал, Джейсон достал из инвентаря записывающий кристалл и подбросил его в воздух. Несмотря на то, что прошло так много времени, старая привычка ощущалась комфортно и знакомо.

— Давненько я этого не делал, магия в моем мире — полная дрянь, так что записывающие кристаллы работают не очень хорошо, — сказал он кристаллу. — Я как-нибудь введу вас всех в курс дела, но сейчас я немного занят. Думаю, могу рассказать о главном. Фарра жива; это победа. Как и я, кстати, что может быть еще более удивительным. Я довольно часто умираю. Три раза — это много? В смысле, три — не большое число, но не многие люди доходят до тройки, когда дело доходит до того, чтобы отбросить коньки. Думаю, три — это считается много.

Он жестом направил кристалл, чтобы тот осмотрелся.

— Я спасаю мир, так что мне лучше вернуться к этому. Как видите, я стою в трусах посреди улицы, весь в крови, рядом со зданием, которое я только что взорвал. Улица находится в экстрамерном городе, который я захватываю, чтобы в боку вселенной не образовалась дыра. Понедельники, да? О, подождите, у вас шестидневная неделя. Все равно, это день недели; не так уж сложно догадаться из контекста.

Джейсон переместил кристалл, чтобы сфокусироваться обратно на себе, и неодобрительно погрозил ему пальцем.

— Клайв, я знаю, у тебя есть вопросы, но хватит перебивать. Люди пытаются слушать запись. Будь вежлив и подожди.

Джейсон достал фляжку с чистящим раствором и вылил ее на себя. Это было то, что он сделал сам, благодаря своим алхимическим способностям, полученным из книги навыков. Это была плохая замена жидкости для очистки кристаллов, но Джейсону нужно было что-то держать в своем облачном доме после того, как жидкость закончилась. Она щипала, попадая на его многочисленные раны, и Джейсон морщился, как герой боевиков восьмидесятых, когда любовный интерес обрабатывает его раны.

— Джори, если ты это смотришь, я хочу, чтобы ты знал: я по-новому оценил качество твоей жидкости для очистки кристаллов. Кстати, мне понадобится ее довольно много, когда я вернусь. Типа, очень много. Я не хочу снова остаться без нее, так что гораздо больше, чем в прошлый раз.

Джейсон вылил еще одну фляжку чистящего раствора на свое оружие, прежде чем убрать его.

— В любом случае, ни одна из моих эссенциальных способностей здесь не работает, что отстой. Последние несколько часов я сражался с маленькой армией астронавтов с лучевыми пушками, что было довольно круто. Позже объясню, что это такое.

Он посмотрел на здание, из которого его выбросило. Сторона, где Джейсон очнулся, была полностью разрушена. Обойдя здание, он обнаружил, что другой стороны вообще нет.

— Может, мне и не нужна базука побольше. Будет трудно найти что-то, что можно залутать.

Вспомнив об универмаге и его мужском отделе, он развернулся и поплелся в ту сторону.

— Ну, получение магического оружия было полезным и все такое, но теперь время для настоящего повышения силы. Время для апгрейда штанов.

ДЕЛО ВСЁ ЕЩЁ НЕ В УБИЙСТВЕ МОНСТРОВ

ДЕЛО ВСЁ ЕЩЁ НЕ В УБИЙСТВЕ МОНСТРОВ

В отделе мужской одежды магазина, который нашел Джейсон, была представлена коллекция «Бертинелли» с весьма специфическим набором вещей. Сшитые по лекалам одежды, созданной Гилбертом Бертинелли для Джейсона в другом мире, они сидели как влитые. В отличие от оригиналов, эти вещи были серебряного ранга, хотя ни одна из них не могла похвастаться какими-либо исключительными способностями. Это была обычная одежда с небольшими функциями самоочистки и саморемонта, но в основном предназначенная для повседневной носки. Благодаря дизайну Гилберта и выбору материалов она была прочнее большинства аналогов, но снаряжением для приключений её назвать было трудно. Многие из оригинальных нарядов Джейсона пришли в негодность из-за злоключений, во многом потому, что и он сам, и угрозы, с которыми он сталкивался, переросли их по рангу.

Замены серебряного ранга ощущались идеально, когда он их надел. Джейсон надеялся, что они не растворятся, как только он покинет пространство трансформации. Эрике не понравилось бы, если бы Джейсон появился в новостях голым. Он также оглядел товары, которые не были просто репродукциями его старой одежды повышенного ранга.

«Устойчивые наряды от Гилберта для взыскательного джентльмена» — так назывался магазин, ориентированный на искателей приключений, которым требовалась броня, способная прослужить им вплоть до повышения ранга. Одной из первых вещей, о которых Гэри предупреждал Джейсона, была экономия на снаряжении, поскольку в долгосрочной перспективе это обходилось дороже, чем вложение в качественную экипировку с самого начала. В отделе мужской одежды не было тяжелой брони, но имелась легкая тканевая броня, которую предпочитал Джейсон и которая была особой специализацией Гилберта.

Джейсон оглядел наряды, которые видел в магазине Гилберта, но никогда не покупал, а также те, что у него были. Там была копия его старой брони ткача ловушек, которая отлично послужила ему на железном ранге. У неё были более мощные чары саморемонта, чем у одежды, а также множество дополнительных функций. Там даже была копия его сделанной на заказ брони бронзового ранга, уничтоженной в Макассаре. Он не собирался их носить, так как они были своего первоначального ранга, но взял обе, хотя бы из сентиментальных соображений.

Джейсон загрузил вкладки нарядов своего инвентаря новой одеждой, а затем просмотрел варианты брони серебряного ранга, хотя выбор был невелик, так как он находился в отделе мужской одежды, а не в настоящей оружейной. Там не было ничего такого же изысканного, как его кастомная броня, но он подобрал комплект из черно-темно-зеленого материала. Он подчеркивал мастерство Гилберта в достижении максимальной защиты без ущерба для гибкости.

Этот наряд был версией повышенного ранга недорогой брони, которую Джейсон рассматривал на железном ранге, прежде чем Гэри убедил его раскошелиться. Ей, возможно, не хватало функций, но даже базовые продукты Гилберта не страдали от недостатка качества. Джейсон снял свежую одежду, которую надел, и облачился в броню.

— Дело всё ещё не в убийстве монстров, — сказал он своему отражению в настенном зеркале. — Дело в том, как хорошо ты выглядишь, убивая монстров.

* * * Следующее расширение территории Джейсона прошло гладко, повторив сценарий с бешеными аномалиями орды, с которыми он столкнулся вместе с золотыми рангами. Миниган оказался весьма эффективным, выкашивая аномалии, словно траву. Использование пушки для полного истощения нестабильных ядер превращало их в нечто иное.

Предмет: [Ядро восстановления генезиса] (трансцендентный ранг, легендарный)

*Магический сосуд, способный восстанавливать энергию не закрепленных ядер реальности *(расходуемый предмет, магическое ядро).

* Эффект: Может вытягивать энергию из не закрепленных ядер реальности, а также из индивидуумов и объектов, поглотивших эту энергию. При полной зарядке этот предмет превращается в [Ядро регенезиса].

Джейсон понятия не имел, что такое ядро регенезиса, но, похоже, ядра восстановления могли потенциально вытягивать силу из золотых рангов и древних вампиров, что представляло собой огромное оружие против них. Джейсон решил использовать миниган, чтобы создать их как можно больше.

С увеличенным арсеналом и большим количеством территории, которую еще предстояло захватить, Джейсон провел следующее расширение домена с большим избытком необходимых стабильных ядер генезиса. Каждое расширение увеличивало затронутую область, но добавление всех этих дополнительных ядер привело к тому, что расширение разрослось до области диаметром пять или шесть километров.

Домен наконец достиг границ городской зоны, что, по оценкам Джейсона, примерно соответствовало площади, покрытой куполом в реальном мире. Из-за такого масштабного расширения Джейсон не мог видеть, что лежит во мраке за пределами его новой территории, пока не доберется до новой границы, но у него были дела поважнее. Он почувствовал аномалии, проникающие в его домен со всех сторон, и сразу понял, что они не похожи на тех, что были раньше.

Учитывая расстояния, Джейсон реквизировал одну из машин на улице. Он мог бы использовать свою скорость серебряного ранга, чтобы промчаться по пространству, но машины просто стояли там, поэтому он решил воспользоваться ими. Это были довольно футуристичные на вид автомобили, что ему даже нравилось, но ключей у него не было. Увидев, что машина является частью его домена, он сосредоточился на управлении ею, и дверь щелкнула, открываясь. Потребовалось больше времени, чтобы завести машину, но после минуты воздействия его аурой электрический двигатель ожил с гулом.

Поездка была не такой плавной, как в автомобильных формах Тени, но всё же это был легкий путь по улицам расширенного домена Джейсона. Он остановил тихую машину в нескольких сотнях метров от того места, где почувствовал ближайшую аномалию, и продолжил путь пешком. По сравнению с человекоподобными аномалиями последних нескольких расширений, Джейсон уже мог сказать, что эти были другими.

Их ауры были заметно мощнее, и их было гораздо меньше, хотя «меньше» — понятие относительное. Духовный домен Джейсона теперь был где-то от пяти до шести километров в поперечнике, и он чувствовал, как аномалии пересекают границу на довольно равных расстояниях по всему периметру. Он оценил количество аномалий где-то за сотню с лишним.

Первой целью Джейсона было разведать обстановку, поймать одну из них, прежде чем они начнут сходиться, и проверить её силу. Он двигался осторожно, наблюдая за её аурой. Она двигалась быстро, хотя и не с тем бешеным напором, который был у бешеных аномалий. Он находился в более пригородной части города, где не было так много высоких зданий, а среди них были разбросаны одно- и двухэтажные дома с одноэтажными предприятиями. Он нашел один трехэтажный жилой комплекс и вошел внутрь, используя крышу в качестве наблюдательного пункта.

То, что он заметил идущим по середине улицы, выглядело как оборотень — огромный гибрид человека и зверя, который был крупнее и того, и другого. Он был двуногим, с длинными руками, заканчивающимися жестокими на вид когтями. Он был бы ростом футов восемь или девять, если бы не был сгорблен вперед.

Джейсон уже собирался двинуться, когда аномалия принюхалась к воздуху и посмотрела прямо на него.

— Дерьмо.

Он выхватил пистолеты из кобур на бедре и плече, немедленно открыв огонь по оборотню. Он не ожидал многого, но хотел сравнить с предыдущими аномалиями. Тот уже быстро двигался еще до того, как прогремели первые выстрелы, спринтом направляясь к зданию. Его шаркающая походка была не очень быстрой, но когда он прыгнул на стену и начал карабкаться, темп почти не замедлился. Сильные когти вонзались прямо в стену, и существо устремилось вверх, пока Джейсон перегнулся через край, чтобы осыпать его выстрелами из пистолетов.

Пистолеты опалили шерсть, но, похоже, никак не замедлили существо, которое запрыгнуло на плоскую крышу, пока Джейсон отступал, выронив пистолеты. Он плавно вытащил электрическую пушку из магнитных креплений на спине и выстрелил.

Электричество вырвалось из дуговой винтовки ослепительной вспышкой, зацепившись за аномалию-оборотня, словно поводок. Существо отшатнулось от удара электричества, но издало сердитый рык, снова рванувшись вперед. Воздух наполнился вонью паленой шерсти, когда аномалия попыталась прорваться сквозь электричество, обжигающее её плоть. Наконец, она рухнула на крышу.

Эффект паралича мышц от электрической пушки сработал, оставив оборотня тщетно пытаться полоснуть когтями в сторону Джейсона, даже когда его руки судорожно сжались. Джейсон продолжал удерживать спусковой крючок, накачивая его электричеством.

* Вы победили [Живая аномалия].

Джейсон закинул электрическую пушку за спину и подобрал выроненные пистолеты, прежде чем убрать их в кобуры. Электрическая пушка оказалась эффективной против оборотня, но она сжигала слишком много маны Джейсона всего лишь на одного монстра. Он мог бы потенциально рассчитывать на цепной эффект, чтобы справиться с несколькими сразу, но цепи были ненадежны, а аномалий оставалось еще более ста пятидесяти. У него были зелья маны, но их было недостаточно, чтобы питать электрическую пушку для такого количества.

Решением должен был стать миниган, что было приемлемым исходом. Он работал на ядрах, а не на мане Джейсона, и он всё равно хотел истощить часть этих ядер, поэтому он отправился охотиться на чудовищных аномалий со своей гигантской пушкой.

Аномалии оказались гибридами людей и животных, в основном волками и медведями, которые довольно легко пали от минигана. Другие оказались гораздо хитрее, например, летающие гибриды соколов, которые уворачивались от очередей его громоздкого оружия. Против них Джейсон был вынужден снова достать электрическую пушку и сжечь огромные куски своей маны.

Это стало тенденцией, так как мощный миниган Джейсона быстро расправлялся с более крупными гибридами. Более проблематичными были мелкие, быстрые особи, которых было трудно пригвоздить громоздким оружием. Хуже всего были гибриды лис, которые были размером лишь с детей, но все еще могли похвастаться силой на нижнем пределе серебряного ранга. Их скорость была ближе к верхнему пределу, что делало их достаточно ловкими, чтобы избегать тяжелого минигана.

Ответ Джейсона заключался в том, чтобы бросить пушку и вытащить меч. Гибриды лис были быстры, но им не хватало силы гибридов медведей и свирепых когтей и зубов оборотней. Броня Джейсона относительно неплохо выдерживала гибридов лис, но они все равно были достаточно сильны и быстры, чтобы многие из них пустили ему кровь, прежде чем он их перебил.

В конце концов, Джейсон победил всех аномалий. В конце стало жарковато, когда они начали сходиться и атаковать группами, но миниган был специальным инструментом для борьбы со скоплениями врагов. Только против смешанной группы из пяти особей, включая несколько дьявольски неуловимых гибридов лис, Джейсон хоть сколько-нибудь беспокоился об исходе.

Когда пала последняя аномалия, ничего не произошло. Джейсон бродил достаточно близко к краям города, чтобы увидеть, что его домен теперь охватывает его весь, а за ним простирается наполненный мраком лес. Он был уверен, что это завершит его вторую полную территорию, но от системы не было никакого ответа. Это означало, что либо территория расширилась за пределы города, либо остались еще аномалии.

Как раз когда он обдумывал возможность существования какого-то скрытного гибрида, который ускользнул от его чувств ауры, из мрака что-то новое вывалилось наружу. Джейсон услышал это первым — грохот далекого грома, затем еще один и еще один. Джейсон видел достаточно фильмов про монстров, чтобы узнать гигантские шаги, когда слышал их.

Затем последовала аура, давящая на домен Джейсона, словно пытаясь вырваться из мрака. Она была похожа на ауру Джейсона тем, что, несмотря на серебряный ранг, обладала силой, намного превышающей норму. Даже аура Джейсона, при всей её мощи, не дотягивала до огромного масштаба того, что появлялось из темноты. Сначала появилась гигантская нога, выше дома и темнее ночи. Казалось, она была сделана из той же пустотной материи, что и плащ Джейсона, но без звезд, освещающих черную пустоту.

Когда она вышла из мрака, полная, нависающая высота существа оказалась равной его возвышающейся пагоде. Оно находилось более чем в километре от Джейсона, но у него не было проблем с тем, чтобы заметить его, несмотря на то, что это была темная фигура на темном фоне. Размер был огромным фактором, но также существо было окаймлено серебристым светом, который лишь подчеркивал, насколько его тело было пустотой. Из-за этого сущность выглядела как врата в какое-то темное измерение.

У теневого гиганта были пропорции высокого, худого человека, с длинными руками, которые свисали до колен, болтаясь безвольно, когда он шел. Он двигался с медленной неотвратимостью, поворачиваясь в сторону Джейсона. Хотя он выглядел медленным, это была иллюзия размера, а огромная длина его шага на самом деле двигала его довольно быстро.

Джейсон переместился туда, где у него была длинная линия обзора на монстра, выбрав травянистую полосу между тем местом, где заканчивался город, и началом темного леса. Он вытащил магическую базуку, расположившись в сотнях метров. Он не горел желанием снова попасть под собственный взрыв.

Он вставил нестабильное ядро и выстрелил. Громоздкий гигант даже не попытался увернуться. Он был поражен прямо в центр, его торс и голова были мгновенно уничтожены взрывом, который все еще обладал достаточной силой, чтобы яростно хлестнуть по волосам и одежде Джейсона, даже с такого расстояния. Куски чего-то черного, влажного и вонючего посыпались с неба; взрыв ядра почти испарил гиганта. Остались только его ноги и отрубленные руки, всё это рухнуло на землю. Ноги повалились, словно срубленные деревья, одна из них раздавила дом.

— Это было на удивление просто, — сказал Джейсон сам себе.

* Вы победили [Высшая аномалия].

* Вы захватили территорию пространства генезиса и очистили все аномальные элементы.

* Завершенная территория переделывается.

* Вернитесь на базовую территорию, чтобы инициировать трансфигурацию новой территории.

Первая территория Джейсона претерпела дикую трансформацию после того, как он полностью её захватил, превратившись из обшарпанного отеля в роскошную пагоду. Похоже, его вторая территория претерпит аналогичные изменения, и он не горел желанием оказаться посреди города, складывающегося сам в себя, как оригами, или что там в итоге произойдет. Сначала, однако, он должен был собрать лут с гиганта.

— Босс-монстр, — сказал он, направляясь к ближайшей поваленной ноге. — Это определенно подземелье.

Он нахмурился, когда ему в голову пришла мысль.

— Надеюсь, с него не выпадут лутбоксы, полные всякого дерьма.

ГОТОВНОСТЬ К НЕОЖИДАННОМУ

ГОТОВНОСТЬ К НЕОЖИДАННОМУ

Джейсон изучал добычу, выпавшую из теневого гиганта, который растворялся радужным дымом у него за спиной. Это была Сфера тьмы, размером как раз с ладонь. На ощупь прохладная и гладкая.

Предмет: [Сфера тьмы] (без ранга, необычный)

* Содержит силу, способную снять печать с силы тьмы. * (расходуемый предмет, камень пробуждения).

* Требования: запечатанная способность [Эссенция тьмы].

* Эффект: снимает печать со случайной способности [Эссенция тьмы].

* У вас 5 запечатанных способностей эссенции тьмы. * Желаете использовать [Сфера тьмы]? Д/Н

— Да.

* Способность [Тень Жнеца] была распечатана.

Сфера растаяла в руке Джейсона, вызвав ощущение, напоминающее то, что он испытывал в первые дни своей магической жизни, когда поглощал камни пробуждения. Как только сфера была полностью поглощена, из тени Джейсона появилась Тень.

— Мистер Асано.

— Тень!

Джейсон заключил своего фамильяра в объятия.

— О, ты такой мягкий. Это приятно.

— Это довольно неловко.

— Здорово, что здесь есть друг, Тень. Я много разговаривал сам с собой, а те немногие, с кем мне доводилось общаться, были далеки от идеальных собеседников.

— Мы наблюдали. Колин и Гордон жаждут помочь, и распечатка любого из них была бы эффективнее, чем моя. Хотя приятно быть освобожденным, тебе было бы полезнее иметь спутника, ориентированного на бой.

— Не стоит недооценивать ценность того, с кем можно поговорить. Ты же знаешь, я не всегда принимаю лучшие решения, когда остаюсь один.

— Вполне вероятно.

— Мог бы и поспорить. Впрочем, может, следующими будут остальные. Будут же еще боссы, с которых падают такие сферы, верно?

— Вероятно, — сказал Тень. — Мы можем с уверенностью утверждать, что аномалии, атакующие твой духовный домен, по крайней мере частично, являются прямой реакцией на твое присутствие здесь.

— Как думаешь, это какое-то испытание, оставленное первоначальным Создателем? Или часть защитного механизма на случай, если с его экспериментом что-то пойдет не так?

— У меня не хватило бы дерзости рассуждать о разуме великого астрального существа, особенно того, что отклонилось от своего истинного предназначения. От нового Создателя, с его смертным происхождением, можно ожидать некоторых странностей, но для изначальных великих астральных существ их предназначение — это их природа. Что могло бы заставить их свернуть с этого пути, выше моего понимания.

— Может, его бросили.

— Это кажется маловероятным.

* * * Джейсон и Тень стояли на балконе верхнего этажа и смотрели на город.

* Инициировать трансфигурацию новой территории? Д/Н

Трансформация второго домена Джейсона сильно отличалась от первого. В темном небе созвездия, выстроенные подобно магическим кругам, начали смещаться, образуя грандиозный круг прямо над пагодой. Затем, посреди этого обширного круга звезд, вспыхнул крошечный, но ослепительно яркий свет, который разросся, приняв форму солнца, сияющего во тьме и впервые принесшего дневной свет в домен. Лазурное небо расширилось, вытесняя ночную тьму.

Столб лучезарного солнечного света обрушился на пагоду, а затем медленно распространился, коснувшись каждой части города. Везде, куда он дотягивался, от земли поднимался золотой, серебряный и голубой туман, словно свет испарял все нечистоты.

Когда туман рассеялся, он открыл преображенный город. Раньше, когда Джейсон только заявил на него права, он приобрел цвета его дома из облаков. Теперь же, когда он завершил процесс включения города в свой духовный домен, перед ним распространились не просто цвета, а сами материалы дома из облаков. Улицы были из темного кристалла, тротуары — из светлых каменных плит, но все здания были построены из облаков, словно в каком-то сказочном королевстве. Сады и зелень встречались чаще, чем когда-либо: от клумб вдоль улиц до островков безопасности, засаженных деревьями, и круговых развязок с цветущими садами.

В небе над головой солнечное синее небо простиралось до самого великого круга звезд, за которым по-прежнему царила пустота ночи. Только домен Джейсона купался в свете, в то время как ночной сумрак продолжал властвовать в окружающих его регионах.

Джейсон и Тень наблюдали за городом, сделанным из облачной материи.

— Он не сможет остаться таким, если я решу эту проблему и купол зоны трансформации исчезнет, верно?

— Мы вмешиваемся в основы реальности, — сказал Тень. — Возможно все.

— И все же это кажется странным. То, что я пытаюсь сделать, сводится к разрешению несоответствия между реальностью мира и реальностью астрального пространства после того, как зона трансформации их столкнула. Почему волшебный сказочный городок не выглядит дико неуместным? Он похож на детскую книжку или мобильное приложение, скрывающее свою хищническую бизнес-модель за очаровательным графическим дизайном.

— Возможно, это золотая середина, — предположил Тень. — Ты создаешь мост между обыденным и магическим. Как и любой мост, он должен пересекать пропасть и быть закреплен с обеих сторон.

— Думаю, рано или поздно мы это узнаем.

* Ваш духовный домен заявил права на территорию. * Территория переименована в [Пристанище Души].

* Статус эволюции [Духовное хранилище]: 38.6%.

* Эволюция способности [Духовное хранилище] привязана к зоне трансформации. Если зона трансформации стабилизируется до завершения эволюции способности, эволюция будет прервана.

* Вы заявили права на территорию, достаточную для стабилизации зоны трансформации и отделения ее от конвергентного астрального пространства.

* Отделение пространства при текущей территории окажет разрушительное воздействие на размерную мембрану окружающей реальности. Заявите права на дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта.

* Желаете стабилизировать зону трансформации? Д/Н

Джейсон, по сути, достиг своей цели и обсудил с Тенью последствия стабилизации зоны трансформации. Они сразу же согласились, что Джейсону следует продолжать, максимально снижая негативный эффект. Стабильность измерений мира была на грани, поэтому им нужно было минимизировать ущерб насколько возможно. Джейсон мог бы обойтись без эволюции способностей, но, судя по тому, насколько подскочил уровень эволюции после захвата второй территории, ему, вероятно, и не придется от нее отказываться.

Вскоре Джейсон уже ехал по преображенным улицам в одной из форм автомобиля Тени. Поверхность дорог все еще была из темного кристалла, теперь уложенного в виде плит. Машины исчезли с улиц, а большинство витрин опустели. Заметив одну, которая не была пуста, Джейсон взволнованно попросил Тень остановиться и выпрыгнул еще на ходу. Джейсон бросился к двери, сдерживая себя, чтобы не разбить стекло, и ожидая ту секунду, пока дверь отъедет в сторону. Он влетел внутрь и начал безумно искать, но издал крик отчаяния, обнаружив лишь маленький ценник на полке.

— Мистер Асано, — произнес Тень необычайно мягким голосом, появляясь из тени Джейсона. — Иногда в жизни мы все терпим неудачи. Именно то, как мы на них реагируем, помогает нам расти.

Джейсон сорвал ценник с полки и с горечью швырнул его на пол, прежде чем выбежать вон, оставив Тень позади.

— Конечно, — сказал Тень пустой комнате, — некоторым из нас предстоит расти больше, чем другим.

Он поднял ценник и вернул его на место.

КРИСТАЛЬНОЕ СРЕДСТВО ДЛЯ МЫТЬЯ РАСКУПЛЕНО — СПАСИБО, ЧТО ПОСЕТИЛИ ДРУЖЕЛЮБНУЮ МЕСТНУЮ АПТЕКУ ДЖОРИ.

* * * Большая часть полезности Тени заключалась в содействии другим способностям Джейсона; его единственной прямой атакой было поглощение маны. Поскольку остальные способности Джейсона были запечатаны, Тень мог помочь, служа отвлекающим маневром и помогая Джейсону скрываться, маскируя его тепло и запах. Все это оказалось полезным, когда Джейсон расширил свой домен в густые леса, окружающие город.

Аномалии, реагирующие на это, были гибридами, более сильными, чем те, что встречались раньше. В тесноте и при плохой видимости леса огромный и тяжелый миниган был скорее помехой, чем помощью, вынуждая Джейсона взяться за меч. С Тенью, отвлекающим гибридов и сбивающим их с толку, Джейсон смог устраивать засады и справляться с их превосходящей силой, расширив свой домен еще дважды, чтобы захватить всю лесную территорию.

Боссом в этот раз было нечто такое, что нельзя было просто уничтожить с помощью пусковой установки ядра. Это был одиночный гибрид, не больше остальных, но обладающий скоростью гибрида лисы и силой гибрида медведя. Джейсон сражался с ним среди деревьев — состязание ловкости, скорости и мастерства, оставившее его в кровавых лохмотьях к тому моменту, как тварь пала.

* Ваш духовный домен заявил права на территорию. * Территория переименована в [Спокойные Теневые Леса].

* Статус эволюции [Духовное хранилище]: 84.7%.

* Желаете стабилизировать зону трансформации? Д/Н

Джейсон выбил из босса еще одну сферу, открывающую силу, на этот раз сферу греха. Это послужило дополнительным подтверждением того, что пространство трансформации реагирует именно на него. Ему повезло с разблокированной силой — это была одна из его специальных атак, [Наказание].

[Наказание] было одной из немногих способностей Джейсона, которые могли взаимодействовать сами с собой. Оно наносило некротический урон, одновременно накладывая суммирующийся эффект греха, который увеличивал весь последующий некротический урон. Это была способность, характерная для самых ранних дней Джейсона как искателя приключений, когда его набор сил был построен вокруг низкого, но экспоненциально растущего урона.

* * * На смену мрачному лесу пришли лесные угодья, где солнечный свет пробивался сквозь кроны, создавая волшебные сумерки. Джейсон сидел, прислонившись к дереву.

— Тебе следует отдохнуть, — сказал ему Тень.

— Я отдыхаю.

— По-настоящему. Вернись к пагоде и поспи.

— Мы понятия не имеем, когда все это место может схлопнуться. У нас может не быть столько времени.

— Эта амальгама из зоны трансформации и протопространства уже просуществовала дольше, чем любой ранее зафиксированный случай того или другого. Она не проявляет признаков нестабильности. Ты не спал около шестидесяти часов, не считая времени, проведенного без сознания, что едва ли можно назвать полноценным сном. Даже пользователям эссенции нужен сон.

— Я сейчас едва ли пользователь эссенции.

— Мистер Асано, вы уже достигли своей основной цели. Если вы будете стремиться к большему без отдыха, вы можете потерпеть неудачу и потерять все. Если вы отдохнете, и зона проявит признаки разрушения, я разбужу вас, и вы сможете стабилизировать зону.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но вместо этого только зевнул.

— Ладно, — уступил он, поднимаясь на ноги. Он сгустил туман из своей облачной фляги, чтобы сформировать парящую кровать, и рухнул в нее.

— Да, — радостно сказал он. — То, что надо.

— Почему ты сидел на земле, прислонившись к дереву, вместо того чтобы использовать это раньше? — спросил Тень.

— Потому что я бы уснул. Это супер удобно.

* * * Домен Джейсона расширился еще раз. Как и в случае с предыдущими территориями, на границе территории он неестественно перешел в новый биом. В данном случае переход был к зеленым холмистым лугам, обдуваемым холодным ветром. Это были пасторальные земли с лоскутными полями, разбросанными амбарами и фермерскими домами, видневшимися вдалеке. Чувства Джейсона были напряжены в ожидании появления аномалий, но то, что он почувствовал первым, серьезно его встревожило.

— Тень!

Тень превратился в черного коня с белой гривой и сорвался в галоп, как только Джейсон вскочил на него. Дерн летел из-под копыт, когда они быстро развили скорость, с которой с трудом мог бы сравниться гоночный мотоцикл.

— Я не думал, что это произойдет, — кричал Джейсон сквозь поток воздуха. — Я думал, если я их и найду, это случилось бы раньше. Мы расширились далеко за пределы первоначальной области зоны трансформации.

— Я полагаю, что в этом месте мы всегда должны быть готовы к неожиданному, — сказал Тень.

— Я сражался с кучей космонавтов с лучевыми пушками, так что спорить с тобой не буду.

Джейсон почувствовал, как первые аномалии пересекли границу его домена, когда он прибыл к фермерскому дому, спрыгнул с коня и распахнул дверь. Промчавшись через здание к аурам, которые он чувствовал, он обнаружил группу людей, стоявших вокруг и смотревших друг на друга в замешательстве. У каждого была бледная кожа и латунные, металлические волосы, идеально сочетающиеся с цветом глаз, что выдавало в них не людей, а селестинов. Все они обернулись, когда Джейсон ворвался внутрь.

— Если хочешь жить — пошли со мной.

Я СДЕЛАЮ СТАВКУ НА СЕБЯ

Я СДЕЛАЮ СТАВКУ НА СЕБЯ

После минутного оцепенения семья селестинов, которую Джейсон обнаружил на ферме, разразилась вопросами: где они, что с ними случилось. Джейсон деликатно использовал подавление ауры, чтобы успокоить их и привлечь внимание к себе.

— Знаю, у вас полно вопросов, — сказал он им. — У меня есть ответы, но сначала нам нужно убраться отсюда. Здесь опасно, и я должен доставить вас в безопасное место.

Семья состояла из пожилой пары, двух молодых женщин, трех молодых мужчин и пары детей. Одна из девушек прищурилась, глядя на Джейсона.

— Вы Джейсон Асано, — произнесла она. — Я видела вас по телевизору.

— Ага. Приятно познакомиться. Возможно, вы заметили по телевизору: если я появляюсь, значит, либо вот-вот случится что-то плохое, либо оно уже происходит. Нам действительно пора.

— А где ваш волшебный плащ?

— Это долгая история, сейчас у нас нет на нее времени. Можете поднять эту компанию?

Девушка, похоже, справлялась с ситуацией лучше, чем ее шокированные родственники, поэтому Джейсон назначил ее «пастухом» для остальных и велел вывести всех наружу. Тень ждал их в облике вертолета, напоминающем тот, что использовал Кайто, но в черно-белой расцветке, как у «Воздушного волка». Конструкция была крупной, с достаточно просторным пассажирским салоном, чтобы вместить всех.

Загнав семью на борт, Джейсон забрался в салон вместе с ними, и вертолет взлетел. Один из детей указал в окно на что-то, привлекая всеобщее внимание.

— Там люди! Мы должны им помочь! — воскликнул ребенок.

— Это не люди, — сказал Джейсон, который уже давно отслеживал их своими чувствами ауры. — Посмотрите еще раз.

При ближайшем рассмотрении существа, приближающиеся к ферме, оказались лишь отдаленно похожими на людей. Они были странно сложены и слишком велики — как фэнтезийные дворфы, только трехметрового роста.

— Что это за твари? — спросила девушка, помогавшая Джейсону. — Монстры?

— В сущности, да, — ответил Джейсон. — Все немного сложнее, но, если говорить практически, то да. Я Джейсон, как вы уже знаете. Могу я узнать ваше имя?

— Николата.

— Хорошо, Николата, я знаю, у вас много вопросов.

— Да. Где мы? Как мы здесь оказались? Что случилось с нашими волосами и глазами?

— Да, — Джейсон сочувственно поморщился. — Ладно, вы же видели по телевизору зоны трансформации, верно? Большие купола, которые перемещаются, и людей, попавших в них?

— Мы были в одном из таких куполов?

— Вы все еще там, — сказал Джейсон.

Николата выглянула в окно на небо.

— Я не вижу никакого купола. И я не думала, что кто-то вообще просыпается внутри них.

— Этот немного отличается от обычных, — пояснил Джейсон. — Вот почему я вошел внутрь, чтобы разобраться с ним.

— Я не думала, что кто-то может входить в купола. Как это происходит? — спросила Николата.

Джейсон ослепительно улыбнулся ей.

— Я не «кто-то».

Она снова прищурилась, глядя на него.

— Вы довольно высокого мнения о себе, не так ли?

Джейсон рассмеялся.

— Да, — сказал он. — Именно так.

* * * Зона трансформации превратила семью из людей в селестинов, чья астральная близость делала их невосприимчивыми ко многим пагубным эффектам пространственного измерения. Впрочем, ко многим, но не ко всем, и они начали чувствовать себя плохо. Как только Тень отлетел достаточно далеко, чтобы доставить их в пределы заявленной Джейсоном и гораздо более стабильной в пространственном отношении территории, они сразу начали приходить в себя.

Возможно, они больше не были людьми, но именно этот факт спас их. Будучи селестинами, они обладали связью с астралом, которая защищала их лучше, чем щиты, использовавшиеся золотыми рангами. Что касается гнетущей ауры, то Джейсон контролировал ее в пределах своей завершенной территории и мог легко оградить от нее семью.

Джейсон переместился в кабину вертолета, отгородившись от семьи.

— Может, отвезем их к порталу и выпустим? — спросил Джейсон. — Мне кажется, это будет все равно что отправить их в логово льва.

— Скорее всего, их схватят люди снаружи, — согласился Тень. — Вероятно, их заберут для изучения.

— Тогда просто оставим их в доме, — решил Джейсон. — Будем держать их здесь, пока не уйдем, чтобы был шанс их защитить.

Вертолет приземлился в жилом районе города, и семья вышла наружу, озираясь на странные облачные дома. Они были поражены, когда вертолет растворился в тени Джейсона.

Джейсон завел их в один из домов. Они потянулись потрогать странную облачную субстанцию, из которой он был сделан; взрослые были настороже, а дети — в восторге. Джейсон раньше не исследовал эти дома, но они были похожи на облачные дома, создаваемые его флягой. Освоившись с необычным окружением и устроившись на облачной мебели, семья наконец успокоилась, и Джейсон нашел время, чтобы объяснить им ситуацию настолько хорошо, насколько мог.

Пока он этим занимался, Джейсон поручил Тени обыскать духовный домен в поисках еды, надеясь найти бакалейную лавку или супермаркет среди по большей части пустых зданий. Вскоре тот вернулся, обнаружив в лесном массиве большую группу фруктовых деревьев и принеся с собой солидный запас груш, слив и персиков.

— Все фрукты начинаются на букву «П», — заметил Джейсон, когда Тень доставил еду. — Они были расставлены по алфавиту? Есть ли там куча других фруктовых рощ на другие буквы?

— Возможно, сейчас не самое подходящее время, мистер Асано.

— Точно, да.

Семья реагировала на Тень по-разному. Пожилая пара, похоже, видела в нем некоего демона, а в своих обстоятельствах в целом — нечто противоестественное. Детей же приводило в восторг окружение и изменения, произошедшие с ними самими. У Джейсона был опыт запутанных объяснений, поэтому он старался быть максимально простым и прямолинейным, что, как он сам признавал, получалось не очень хорошо. Он счел лучшим вариантом все объяснить Николате, отведя ее в сторону, поскольку она умела задавать правильные вопросы. Остальную часть семьи он оставил на ее попечение.

* * * Джейсон дал наилучшее объяснение, на которое был способен за то короткое время, что у него оставалось, ведь каждая минута, проведенная вне недавно расширенной области его духовного домена, означала, что тот уменьшается. Семья будет в безопасности внутри завершенной территории, но Джейсону нужно было идти. Возвращаясь к конфликтному пространству домена в облике вертолета Тени, Джейсон озвучил беспокоившую его мысль.

— Как думаешь, там есть еще люди? — спросил Джейсон. — Нам повезло, что эта область была просто сельхозугодьями, где почти никого не было.

Джейсон расспрашивал семью о соседях. Они сказали, что, скорее всего, есть и другие выжившие, в зависимости от того, насколько велик купол и где именно он расположен.

— Неизвестно, что случится с теми, кто остался на незаявленной территории, когда исчезнет весь этот дополнительный объем из прото-пространства. Нельзя вместить пятьдесят километров ландшафта в пять километров пространства. Я что, буду убивать людей?

— Мистер Асано, хотя спасение людей — достойная цель, вы не можете наверняка знать, сколько из них находится где-то в незаявленных областях зоны трансформации. Только полностью захватив эту зону, вы могли бы это сделать, но такая попытка была бы безответственной.

— Я знаю, — согласился Джейсон.

— Вашим приоритетом должна оставаться стабилизация пространственной границы.

— Я знаю.

— Даже ценой обречения некоторых людей на уничтожение.

— Я знаю.

— С каждой территорией аномалии становятся сильнее, увеличивая риск полного провала.

— Черт возьми, Тень, я знаю!

— Знать правильный выбор — это не то же самое, что сделать его, мистер Асано. Вы, может, больше и не человек, но ваша человеческая натура никуда не делась.

— Ты говоришь это так, будто это что-то плохое.

— У этого есть как хорошие, так и плохие стороны. Люди плохо умеют объективно оценивать обстоятельства. Они могут быть иррациональны способами, которые разрушительны для них самих и окружающих. Вы это знаете.

— Да, — сказал Джейсон с обреченным вздохом. — Знаю. И спасибо, Тень. За то, что держишь меня на верном пути.

— Я не непогрешим, мистер Асано.

— Никто не непогрешим, Тень. Что бы там ни думали боги.

* * * Аномалиями новой территории были тролли. Могучие, но огромные и неповоротливые, они стали идеальным шансом для Джейсона истощить больше нестабильных ядер с помощью минигана. Он быстро пробился через несколько доменов, чтобы захватить следующую территорию, но столкнулся с проблемой. И базука для запуска ядер, и миниган начали проявлять признаки физического износа. Джейсон активно использовал их, и теперь они подавали признаки поломки.

Возвращаясь к дому, где остановилась семья, он осмотрел оба оружия. Металл начал коробиться, а миниган время от времени издавал новые и неприятные звуки во время стрельбы. Из остального оружия только его меч и молниевая пушка все еще оставались эффективными против его все более сильных противников, но у каждого из них были свои проблемы.

Молниевая пушка не подавала признаков износа, поскольку ей не нужно было направлять огромную мощь нестабильных ядер генезиса, которая изнашивала более крупное оружие. Однако соотношение расхода маны к количеству убийств было просто недостаточным, чтобы уничтожать значительные аномалии. Что касается меча, то он достигал предела того, кому мог реально навредить. Если бы не открытая им особая атака, возможно, использовать его уже не стоило бы.

— Я понятия не имею, как чинить тяжелое оружие, — сказал Джейсон, — и я не налутал ничего, что могло бы его заменить.

По мере того как аномалий становилось меньше, но индивидуально они становились сильнее, добыча, которую они оставляли, изменилась: вместо оружия и зелий стали выпадать камни пробуждения и эссенции, многие из которых были редкими и ценными. Тролли оставляли эссенции мощи и крови, но, что гораздо ценнее, — эссенции обновления. Эссенции обновления относились ко второй по редкости категории, но считались такими же ценными, как большинство легендарных эссенций, поскольку были главными эссенциями для целителей. Джейсон подобрал четыре штуки за время зачистки территории от троллей.

Конкретные эссенции во многом зависели от врагов, что было нормой, даже если скорость выпадения была ускорена. Гибриды животных оставляли эссенции животных, наряду с такими эссенциями, как охота, когти, мощь и скорость. Джейсону также удалось подобрать три весьма востребованные эссенции крыльев. «Крылья» — это эссенция, используемая в очень желанных комбинациях, таких как слияние дракона, которое было у его друга Хамфри, и слияние феникса у сестры Хамфри. Их мать, Даниэль, приобрела эссенции крыльев для своих детей за немалую цену.

Что касается самой Даниэль, то у нее была еще более ценная эссенция. «Измерение» было, пожалуй, самой желанной из легендарных эссенций, и Джейсону удалось раздобыть четыре штуки. Похоже, они не были привязаны к конкретным врагам, а просто чаще встречались в нестабильной зоне трансформации.

Однако в текущих обстоятельствах они мало чем могли помочь Джейсону. Они сделают его богатым после возвращения в другой мир, где их истинная ценность была понятна, но сейчас ему нужно было оружие на замену.

— Возможно, пришло время отказаться от этого оружия, мистер Асано, — предложил Тень. — Если оружие сломается во время использования, оно может взорваться, учитывая силы, которые оно направляет.

— Не думаю, что смогу захватить еще одну территорию без них.

— Тогда, возможно, пришло время признать, что вы сделали достаточно. Эволюция вашего дара завершена.

Пусковая установка для ядер повергла босса-монстра, но на ней появились опасные деформации. После захвата новой территории Джейсон, вслед за Хамфри, получил вторую эволюцию той же способности. Что касается природы способности, Джейсон не был уверен, что о ней думать.

Способность: [Духовный домен] * Эта способность является эволюцией способности [Духовное хранилище]. Это вторичная эволюция дара. * У вас есть пространство для хранения измерений. * Вы можете вызвать врата и физически войти в свое пространство для хранения измерений. Входить могут только те, кому вы разрешите; другие не могут проникнуть насильно. Вы можете напрямую перемещаться из пространства хранения в другую область, используя местоположение врат в качестве отправной точки, даже если врата заблокированы или уничтожены, что предотвращает обычный выход. * Вы можете призывать фамильяров в пространство хранения без использования ритуала, хотя любые материальные требования ритуала должны быть соблюдены. * Вы можете создавать духовные домены, которые отражают вашу природу и мощь. Максимальный общий размер ваших духовных доменов, созданных с помощью этой способности, является коэффициентом вашего ранга и силы души. Вы не можете преобразовывать существующие духовные домены в свои собственные. * Ваш текущий духовный домен превышает ваш максимальный общий размер домена, доступный через эту способность, на 963 241%. Повысьте свой ранг, чтобы увеличить доступный размер домена.

Хотя эта способность была впечатляющей, она не могла помочь Джейсону немедленно. Он не был уверен, насколько полезен духовный домен, помимо попытки залатать дыру в ткани реальности. Казалось маловероятным, что Джейсон сохранит текущий размер домена после стабилизации зоны трансформации, поскольку он во много раз превышал пространство купола, покрывающего его. Он также превышал пределы его способности почти в десять тысяч раз.

Он отложил это беспокойство на потом. Его немедленным фокусом должно было стать то, что делать дальше: немедленно стабилизировать зону или стремиться к захвату новых территорий. Джейсон согласился с доводами Тени о рисках продолжения, но у него были два серьезных сомнения по поводу остановки. Одно из них — беспокойство о поиске других людей, но Тень был прав — он не мог позволить им стать приоритетнее мира в целом.

Более важным соображением было то, какой ущерб будет нанесен пространственной мембране мира, когда Джейсон сольет зону трансформации обратно в нормальную реальность.

* Разделение пространства с текущей территорией окажет разрушительное воздействие на пространственную мембрану окружающей реальности. Захватите дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта. Текущее снижение серьезности: 41,8%

Контраргументом к этим опасениям было то, возможна ли вообще еще одна территория. С его лучшим оружием, находящимся на грани краха, и еще более сильными врагами на подходе, каждый вариант таил в себе потенциал для катастрофы.

— Я сделаю ставку на себя, — решил Джейсон. — Еще одна территория.

— Хотя это может быть рискованно, — сказал Тень, — оставить все как есть может быть еще большим риском.

— Я думал о том же, — сказал Джейсон. — Изначально я надеялся раскрыть больше сил и полностью зачистить это место, но, думаю, я подхожу к пределу. Последний рывок, прежде чем мы положим этому конец. Надеюсь, этого будет достаточно.

НЕТ ИДЕАЛЬНЫХ ВАРИАНТОВ

НЕТ ИДЕАЛЬНЫХ ВАРИАНТОВ

Джейсон отдыхал, прежде чем отправиться захватывать последнюю территорию. Он находился недалеко от дома, где укрывалась спасенная им семья, но давал им время прийти в себя после пережитого. Он сидел на заднем дворе соседнего дома, развалившись в облачном кресле. Небо над его территорией представляло собой чистый голубой круг, заключенный в кольцо бесконечной ночи.

— Есть некоторое сходство с твоим личным гербом, — заметил Тень.

— Ты прав, — сказал Джейсон, протянув руку ладонью вверх. Над ней появилось изображение герба, вытатуированного у него на спине. Это было ночное небо, усыпанное звездами и смутными, неясными фигурами, окружающими парящий плащ. Внутри плаща виднелось яркое дневное небо.

По мере того как пользователи эссенции достигали высших рангов, они начинали влиять на окружающий мир помимо своих способностей. На серебряном ранге это в основном была лишь способность к левитации, помогавшая их становящимся все тяжелее телам ходить по слабым поверхностям или даже по воде, но ее легко было нарушить. Полагаться на нее в бою или чтобы смягчить падение с большой высоты было опрометчиво.

Те серебряные ранги, у которых был магически созданный личный герб, могли также проецировать его, что имело еще меньше практического смысла. Это не отменяло необходимости простого ритуала, который проверял герб по существующим записям для идентификации.

Джейсон сжал руку, и изображение исчезло.

— Пожалуй, пора приступать, — сказал он. — Переживаю о том, что будет дальше. Может, мне стоит открыть проход и впустить сюда золотых рангов? Возможно, они смогут сделать больше.

— Или, возможно, соответствующий ответ со стороны зоны трансформации приведет к катастрофе, — возразил Тень. — Это будет соответствовать их силе, обостряя угрозу, но не склоняя чашу весов в твою пользу.

— Знаю. Просто сомневаюсь в себе.

— Не стоит.

— Не уверен. Цена моей ошибки здесь выше, чем когда-либо, а я уже совершал ошибки раньше.

— Ты искатель, мистер Асано. Вставай и иди делай свою чертову работу.

Джейсон сел, удивленно взглянув на свою тень.

— Это на тебя не похоже, Тень.

— Это то, что тебе нужно было услышать, мистер Асано. Предоставленный самому себе, ты склонен метаться. Ты теряешь направление, становишься неуверенным и начинаешь сомневаться в себе. Я стараюсь изо всех сил, но я рад, что мисс Хурин прислали тебе на помощь.

— Да, я в долгу перед твоим отцом за это.

Джейсон поднялся на ноги, и облачное кресло растворилось в тумане, который, казалось, стекал по его телу, собираясь у ног, словно фонтан на основе тумана.

— Сначала надо поговорить с семьей об отъезде. Дать им время подготовиться к тому, что будет дальше.

* * * — У тебя трусы горят? — спросила Николата, встретив его во дворе дома, где остановилась ее семья.

— Нет, — ответил Джейсон, и пелена тумана, которую он не удосужился развеять, втянулась в миниатюрную флягу, висящую на цепочке у него на шее. — Нам нужно поговорить.

— Лучше, если снова будем только ты и я, — сказала Николата. — Мои бабушка с дедушкой очень религиозны, и они видели и слышали о тебе вещи, которые заставляют их насторожиться.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Прогуляемся?

Они двинулись вдоль улицы по тротуару из светлой плитки.

— Что случилось с твоими глазами? — спросила она.

— Э-э, не знаю. Тень?

— Твои глаза снова изменились из-за эволюции дара, — отозвался Тень из тени Джейсона.

Николата немного нервно огляделась, ища источник голоса.

— Мне вполне нравился серебряный, — сказал Джейсон. — А теперь?

— Переменчивая смесь золотого, серебряного и синего. Это напоминает твои способности к трансцендентному урону.

— Переменчивая? — переспросил он.

— Цвета находятся в постоянном изменении, — сказал Тень. — К тому же структура твоих глаз изменилась. У тебя больше нет радужек или зрачков. Теперь это просто цветные сферы.

Это не было чем-то шокирующим, учитывая, что глаза пользователей эссенции одними из первых выходили за пределы человеческих ограничений. В результате глаза были самой частой частью тела у пользователей эссенции, претерпевающей видимые физиологические изменения.

— Выглядит круто? — спросил Джейсон.

— Думаю, было бы лучше, если бы они были черными, — сказал Тень.

— Посмотрите, кого я спрашиваю. Николата, что думаешь?

Они обменялись взглядами, пока она разглядывала его лицо.

— Ты выглядишь немного… не по-человечески, — сказала она, а затем смущенно коснулась своего лица рядом с глазами. — Не то чтобы я могла что-то говорить.

У всех членов ее семьи теперь были глаза и волосы однородного металлического латунного оттенка, хотя на ощупь волосы казались нормальными.

— Прости, — мягко сказал Джейсон. — С той жизнью, что я веду, легко упустить из виду, насколько все это ошеломляет, когда сталкиваешься с этим впервые. Тебе предстоит смириться со многими странными вещами, а прошел всего день. Ты спала?

Николата кивнула.

— После того как прошел первоначальный шок, мы все очень устали. А те кровати такие удобные.

— Да, — усмехнулся Джейсон. — Они хорошие.

Он ободряюще улыбнулся ей.

— Прости, — сказал он, — но боюсь, испытания твоей семьи еще не закончились. Я собираюсь отправиться захватить еще одну территорию, посмотреть, не найду ли я еще людей, похожих на вашу семью. А потом я покончу со всем этим и выведу нас отсюда.

— А что потом?

— Честно говоря, не знаю, — признался Джейсон. — Насколько мне известно, то, что здесь происходит, никогда раньше не случалось. Я просто делаю все возможное, чтобы спасти мир, не сломав ничего, без чего он не сможет обойтись. Сейчас мы находимся внутри гигантского купола, несмотря на небо над головой и всю землю, простирающуюся вокруг нас. Мое лучшее предположение: когда купол падет, этот маленький город, поселок или что это такое, останется, а остальное исчезнет.

— А что будет с нами?

— Видишь ту башню? — Джейсон указал на пагоду, верхушку которой было видно над трех- и четырехэтажными зданиями в центре города. — Мы все будем в безопасности внутри.

Он сумел удержаться и не добавить слово «вероятно».

— Не думаю, что ваша ферма вернется, но это далеко не предел ваших проблем. Ваша семья — часть уникального магического события, а это значит, что многие люди, обладающие властью, захотят вас изучить.

— Изучить?

— Да. В лучшем случае вас запрут в какой-нибудь комнате и проведут все известные науке тесты. А потом еще несколько тех, что неизвестны.

— А в худшем?

— Наверное, лучше просто сосредоточиться на том, чтобы этого избежать.

— Как?

— Люди, пытающиеся схватить меня, — это, по сути, стандартная ситуация, так что я и так собирался сбежать. Теперь мы просто сбежим все вместе. Если, конечно, вы хотите. Если хотите попытать счастья с теми, кто снаружи, я могу отправить вас отсюда до того, как я что-то предприму.

— А что после того, как мы сбежим?

— Есть пара вариантов. Один — место, где живет моя семья в Австралии. Если только очень серьезные люди не возьмутся за это очень серьезно, вы будете там в безопасности. Было бы лучше, если бы вы могли раствориться среди населения где-нибудь, но изменения, через которые вы прошли, трудно скрыть. Альтернатива — тайком переправить вас в более обычную зону трансформации, в населенном пункте, вместе с другими людьми, которые прошли через подобные изменения. Сеть принимает всех таких людей, так что вы могли бы смешаться с толпой. Но если вас раскроют, вы уже окажетесь в руках людей, с которыми, возможно, не захотите иметь дело.

Николата не ответила, когда он закончил, задумчиво глядя под ноги, пока они шли.

— Идеальных вариантов нет, прости.

— Ты уже помог нам. Мы не твоя ответственность.

— Да, моя, — сказал Джейсон. — Когда я оказался в ситуации, не сильно отличающейся от вашей, я сделал выбор стать искателем. Не знаю, как это переводится на словацкий, но это значит, что когда происходит какая-то безумно опасная магия и есть невинные люди, моя работа — встать между ними.

— Ты сейчас говоришь по-словацки, — заметила Николата.

— Знаю, правда? Мне приходится практиковаться, чтобы справляться со всей этой штукой с переводом. Я разговаривал с одним парнем, который смотрел на меня так, будто понятия не имел, что говорит. Оказалось, меня спровоцировала его татуировка кандзи на запястье, и я говорил с ним по-японски. Которого он не знал. Он был просто придурком.

— Понятия не имею, о чем ты.

* * * Джейсон оставил Николату обсуждать дела с семьей и направился к следующей территории. Вертолетная форма Тени приземлилась недалеко от границы духовного домена Джейсона, и он посмотрел в темноту за ее пределами. Это было похоже на еще один городской пейзаж, но даже по темным силуэтам он мог сказать, что он совсем не похож на тот, который он уже захватил.

Он пересек границу и двинулся в темную территорию. Он не мог видеть далеко, но две вещи быстро стали очевидны. Первое — город казался очень индустриальным по дизайну, не только в конструкции из металла и бетона, но и в эстетике дизайна. С металлическими пластинами и тяжелыми болтами он наполовину ожидал увидеть гигантский паровой поршень.

Второй аспект, сразу ставший очевидным, — город был давно заброшен. Десятилетия коррозии и выветривания превратили бетон в изъеденный и крошащийся, асфальт — в выбоины, а каждое здание — в ржавый остов.

— Нашел что-нибудь? — спросил Джейсон. Тень рассредоточил свои тела, чтобы обыскать приграничные зоны, пока Джейсон исследовал территорию размеренным и осторожным шагом.

— Ничего больше, чем ты, — доложил Тень, — но я полагаю, что знаю мир, на котором основывалась эта территория.

— Серьезно? Изначальный Строитель основывал Землю и Паллимустус на уже существующих мирах, но это было добрых тринадцать миллиардов лет назад. Я знаю, что ты стар, но не настолько же, верно? Любая планета за это время сильно изменилась.

— Я знаю это, потому что это был один из первых миров, который разграбил новый Строитель. Это была мертвая планета, поэтому другие великие астральные сущности позволили Строителю разбить ее на части и взять то, что он хотел, в рамках пактов, по которым они сдерживают друг друга. Строитель впоследствии пожалел об уступках, которые он сделал Мировому Фениксу ради этого, поэтому он стал более осмотрительным. Теперь он вырывает достаточно стабильные астральные пространства с края реальности, вместо того чтобы пытаться копаться внутри реальности и расчленять миры целиком.

— Он раньше обдирал целые миры?

— Только мертвые, что оказалось плохим началом для его амбиций. Когда он использовал части мертвых миров в качестве основы для того, что строил, это было похоже на имплантацию мертвой плоти в живую. Там был налет смерти, пронизывающий даже магию, вынуждая Строителя запечатать эти части своего сконструированного мира.

— Запечатать как?

— Запечатать во времени. Не запереть, а заморозить, чтобы они оставались неизменными. Все, что изменяется под внешним воздействием, просто возвращается в состояние, в котором оно было в момент наложения печати. Идеальный карантин.

— Я знал, что манипуляции со временем возможны, — сказал Джейсон. — Эссенция слияния Даниэль Геллер — это время, но ее возможности очень ограничены, даже на серебряном ранге. Если она достигнет алмазного, сможет ли она путешествовать во времени?

— Только вперед, — сказал Тень. — Время можно ускорить или замедлить. Можно двигаться вперед, исчезая и появляясь в какой-то момент в будущем. Однако влиять на прошлое невозможно. Даже Хранитель Мгновений, великая астральная сущность, управляющая временем, не может сделать подобного.

— Ну, ты так говоришь, но твой отец — перевозчик мертвых, и он не прочь иногда отправить кого-то назад.

— С Хранителем это не так. Прошлое неприкосновенно.

— Наверное, это он тебе сказал, — пробормотал Джейсон.

— Возвращаясь к насущному вопросу, — многозначительно сказал Тень, — я полагаю, весьма вероятно, что враги в этом месте будут состоять из сконструированной жизни. Разновидность нежити, которая, подобно вампирам, использует жизненную силу, впрыснутую в неживое, чтобы создать подобие жизни.

Большинство нежити были просто трупами, превращенными энергией смерти в пародию на жизнь, в то время как вампиры использовали украденную жизненную силу, чтобы в значительной степени воспроизвести функции живого существа.

— Мы говорим о каком-то искусственном вампире? — спросил Джейсон. — Как бы работал искусственный вампир? Как клонирование?

— Не думаю, что это будут варианты вампиров. Я знаю, что то, что вы называете магическими технологиями в вашем мире, было весьма развито в этом, но мои знания ограничены. Я не был в сконструированной реальности Строителя долгое время.

— Ты там был?

— Был. Как ты знаешь, я несколько раз был фамильяром. Один из моих призывателей искал знания из вселенной, которая давно подошла к концу. Единственным местом, где эти знания потенциально сохранились, были фрагменты вселенной, взятые из нее Строителем и запечатанные во времени.

— Должно быть, это была очень важная информация, — сказал Джейсон. — Типа рецепта очень вкусной колбасы.

— Нет, — сказал Тень. — Это был не рецепт очень вкусной колбасы.

— О, вау, — сказал Джейсон. — Рецепт очень, очень вкусной колбасы. Класс.

— Полагаю, этот разговор официально пробил дно. Возможно, пора начать расширять твой домен.

— Да, — недовольно сказал Джейсон. Он беспокоился о результате захвата последней территории, учитывая, что не хотел рисковать, снова используя свое самое мощное оружие. Пусковая установка ядер заметно деформировалась во время битвы с боссом прошлой территории. Он не хотел рисковать тем, что она взорвется у него в руках, если только у него не будет другого выбора.

Вернувшись к границе своего домена, Джейсон захватил первый участок следующей территории. В качестве меры предосторожности он начал с использования минимального количества стабильных ядер генезиса, чтобы захватить минимальную площадь.

По мере того как его территория расширялась, открывая разрушенный город, Джейсон задумчиво причмокнул.

— У тебя все еще есть тот рецепт колбасы? — спросил он.

— Это был не рецепт колбасы.

— Я бы сейчас не отказался от хорошей еды. В смысле, тот фрукт, который ты сорвал, был неплох, но я бы предпочел насладиться колбасой во рту.

— Пожалуйста, не будь инфантильным, мистер Асано.

— Думаешь, мне унизительно это говорить?

— Нет, мистер Асано. Мне унизительно это слушать.

БЕЗМЯТЕЖНОСТЬ

БЕЗМЯТЕЖНОСТЬ

Джейсон пнул зомби-киборга в грудь, и тот, пошатнувшись, свалился с края крыши на бетон внизу.

* Вы победили [Неживую аномалию].

— Мне здесь не нравится, — сказал Джейсон. — Слишком уж всё кроваво и мрачно.

Как ни странно, когда мрак отступил от промышленных руин, они стали выглядеть еще более уныло, чем когда были окутаны тьмой. Теперь Джейсон видел город, полный разрушающихся дымовых труб и зданий, в которых ржавчины было больше, чем железа. Небо, в отличие от чистого голубого неба на его завершенных территориях, скрывалось за зловещими янтарными облаками, набросившими на город саван. Воздух был слишком жарким и тяжелым, пропитанным вонью гари и масла, хотя промышленность города заглохла еще десятилетия назад.

Аномалии, приходившие за Джейсоном, были неизменно отвратительны. Чаще всего встречались трупы, оживленные с помощью жуткой кибернетики. Вместо изящных киберпанковских протезов здесь использовалось грубое железо, привинченное прямо к плоти. Эти аномалии были медлительными и неуклюжими, но многочисленными, и убить их было непросто. Джейсон в основном полагался на свою некротическую спецспособность, чтобы возобновить разложение их трупных компонентов, остановленное тем самым процессом, который превратил их в то, чем они стали.

В каждой группе «зомборгов», как называл их Джейсон, обычно находилась одна или несколько аномалий другого типа. Более крупные, быстрые и опасные, они напоминали монстра Франкенштейна, если бы поставщик трупов для Франкенштейна был гораздо менее надежным. Сшитые на живую нитку из разнородных частей тел, они достигали от шести с половиной до восьми футов в высоту. Они демонстрировали признаки той же кибернетики индустриальной эпохи, что и зомборги, но были дополнены стеклянными трубками, перекачивающими по телу болезненно-желтую жидкость.

Эти аномалии, которых Джейсон прозвал «плохими фрэнками», были такими же сильными, как и выглядели, но при этом быстрыми, несмотря на свою неуклюжесть. Они были умнее безмозглых зомборгов, хотя это мало что значило. Просто их было сложнее заманить на край здания или в яму.

Джейсон не использовал свои пушки для борьбы с аномалиями. Он пробовал электрическую пушку, но она почти не действовала на зомборгов и вовсе не работала против плохих фрэнков. Миниган он держал в резерве; это был его лучший инструмент для любого босса, который мог появиться в конце.

Скрежет металла внизу предупреждал о новых врагах, пробирающихся вверх через одно из наименее разрушенных зданий города, которое все равно оставалось памятником ветхости. Стальная крыша выглядела так, будто была покрыта красной грязью из-за ржавой пыли под сапогами Джейсона.

Джейсон уже отслеживал их на своей тактической карте, и когда они приблизились к зданию, он стал ждать, сжимая в руке меч. Почти целая крыша была хорошим местом для боя, потому что открытое пространство позволяло маневрировать, а мощных, но глупых врагов можно было заманить туда, где она обрушилась. Если везло и он предварительно их ослаблял, иногда падение даже убивало их, вместо того чтобы просто заставлять карабкаться обратно по лестнице.

Их количество могло бы стать проблемой на открытом пространстве, если бы не сила, которую он открыл после победы над боссом предыдущей территории. Гигантский тролль выронил кровавую сферу, которая разблокировала одну из способностей Джейсона, связанных с кровью.

Способность: [Кровавая жатва] (Кровь)

* Заклинание (высасывание, бонус). * Базовая стоимость: Низкий уровень маны. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (31%).

* Эффект (железо): Высасывание остаточной жизненной силы недавно умершего тела, пополнение здоровья, выносливости и маны. Воздействует только на цели, имеющие кровь.

* Эффект (бронза): Воздействует на любое количество тел в широкой области.

* Эффект (Серебро): Получение одного стака [Кровавого Безумия] за каждый высушенный труп, до порога, определяемого текущим рангом. После достижения порога вместо этого получаются стаки [Крови Бессмертного].

* [Кровавое Безумие] (бонус, нечестивый, суммирующийся): Бонус к [Спид] и [Восстановление]. Дополнительные стаки имеют кумулятивный эффект, до максимального порога.

* [Кровь Бессмертного] (бонус, исцеление, нечестивый, суммирующийся): При получении урона расходуется один стак, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект постепенного исцеления. Дополнительные стаки могут накапливаться, но не имеют кумулятивного эффекта.

Зомборги не подвергались воздействию заклинания, а вот плохие фрэнки — да. Каждый раз, когда он использовал его, его тело и скорость исцеления ускорялись, и пока он периодически убивал и высасывал нового плохого фрэнка, баффы обновлялись. К тому времени, как Кровавое Безумие достигало максимального эффекта, скорость и исцеление Джейсона достигали пика серебряного ранга. Это не могло сравниться даже с низким золотым рангом, но было достаточно, чтобы конкурировать. Это не было строго необходимо против фрэнков и зомборгов, но когда придет время столкнуться с древними вампирами, это станет критически важным.

Зомборги представляли минимальную угрозу, хотя и были настойчивы благодаря своей способности поглощать урон. Джейсон двигался как вспышка, оставаясь вне их досягаемости, пока его некротическая спецспособность превращала их в груды костей и металла. Что касается плохих фрэнков, у них была сила и стойкость, но не было навыков. Как только Джейсон сравнялся с ними в скорости, а затем превзошел ее, он быстро начал кружить вокруг них. У них также были уязвимые места, такие как открытые трубки, перекачивающие жидкость по телу.

Если бы он сражался с ними один на один, это было бы легко, но его индивидуальное превосходство полностью нивелировалось их количеством. Если бы не Тень, отвлекавшая врагов и служившая альтернативной целью для тупоголовых противников, он был бы подавлен, как бы быстро ни двигался.

Самой большой слабостью Джейсона была неспособность быстро наносить большой урон, и он с трудом успевал зачищать каждую группу аномалий до того, как его находила следующая. Он чувствовал себя так, словно вернулся в начало, сразу после прибытия в зону трансформации. Бои были отчаянными схватками с оружием, которое было недостаточно хорошим, и хотя теперь у него были некоторые силы, враги стали гораздо опаснее.

Джейсон даже не был уверен, сколько дней провел в зоне трансформации, но за это время многое из лишнего в его фехтовании было отсечено. На Земле он находил моменты отчаяния, но утратил то чувство «расти или умри», которое пронизывало другой мир. Он по-настоящему чувствовал его лишь в отдельные моменты, как во время волны монстров в Брокен-Хилле и в прото-пространстве золотого ранга в Макассаре. Теперь это чувство вернулось. Зона трансформации заставляла его сражаться иначе, заставляла расти способами, выходящими за рамки его привычных паттернов. Цена провала была немыслимой.

* * * Джейсон вышел из здания, его доспехи были в лохмотьях и выкрашены его собственной кровью. Раны давно затянулись, а ихор монстров испарился радужным дымом, но доспехи были настолько повреждены, что функция самовосстановления была нарушена. Он остановился отдохнуть, даже несмотря на то, что это означало спад стаков Кровавого Безумия. У него могло быть сколько угодно восстановления выносливости, но некоторая усталость проникала в самую душу. Тяжело прислонившись к полуразрушенной стене, он вытер меч тряпкой и вложил его обратно в ножны.

Уставший и избитый, Джейсон чувствовал усталость до самых костей, которые, вероятно, уже не были костями. Он чувствовал приближение других аномалий, но пока ни одна не двигалась в его сторону, давая ему передышку, чтобы отдохнуть и подумать. Что-то в битве на крыше было не так, и дело было не только в нехватке сил. Его разум прокручивал бой, через который он только что прошел, когда аномалии наваливались на него волнами. Он позволил себе запаниковать, слишком беспокоясь об утраченных возможностях, чтобы правильно использовать те, что у него были.

Ему нужно было вернуться к основам. Использовать то, что у него было, вместо того чтобы оплакивать то, чего не было. Он вспомнил первые дни и свои тренировки с Руфусом, Гэри и Фаррой. При всей их постоянной муштре, они никогда не фокусировались на его способностях эссенции, оставляя Джейсону разбираться с ними самостоятельно. Тому, чему они его учили, были универсальные аспекты, верные для любого искателя приключений. Какими бы ни были силы искателя приключений, его величайшим оружием был склад ума.

— Спасибо, — пробормотал он, отталкиваясь от стены.

— Мистер Асано? — спросил Тень.

— Я собираюсь немного отдохнуть, — сказал Джейсон.

— Очень хорошо, мистер Асано.

Джейсон вернулся в здание и поднялся по металлической лестнице, которая стонала при каждом шаге. Он переместился в центр крыши и сел медитировать, паря чуть выше слоя ржавой пыли, покрывавшей крышу.

Расширяя свои чувства и успокаивая разум, Джейсон ощутил магию внутри и вокруг себя. Начав с себя, он успокоил поток магии в своем теле, направляя его по оптимальному пути. Затем он перевел свои чувства на магию вокруг себя.

Окружающая магия была намного сильнее всего, с чем он сталкивался на Земле или даже в Гринстоуне в другом мире. Только прото- и астральные пространства, с их связью с астралом, обладали такой магической насыщенностью, как зона трансформации. Однако эта часть зоны казалась инертной и испорченной. Смерть и разложение города пропитали саму магию.

Пока она втекала и вытекала из его тела, подобно дыханию, он фильтровал и очищал ее, используя свое тело как дистиллятор. Нежелательные аспекты отсеивались, а очищенная магия поглощалась, циркулировала и выпускалась наружу. Медленно, но верно крошечная, но заметная область, едва выходящая за пределы кожи Джейсона, стала саваном неоскверненной магии.

Позволив своему духу идти туда, куда он пожелает в бездумности медитации, аура Джейсона пустила корни в этом тонком саване, стремясь повлиять на мир вокруг. Как только это произошло, сама реальность вокруг него вздрогнула, обрушившись на Джейсона жестоким магическим ответом.

Вырванный из транса, Джейсон вложил каждую крупицу силы своей души в ауру, падая на крышу, хватаясь за голову и крича. Его аура дала отпор давящей на него силе, но это было все равно что зонтик против приливной волны. Ураган силы пытался вырвать душу прямо из его тела и убить его, и все, что он мог сделать — это попытаться выстоять.

Мучение, непохожее ни на что, что он чувствовал со времен битвы душ с Создателем, терзало его дух, пытаясь заставить его отпустить и умереть. Джейсон погрузился в бездумное состояние, не из-за медитации, а из-за бесчувствия от боли, которая выходила далеко за пределы физической. В тот момент, когда он почувствовал, что хватка ослабевает, и он готов сдаться, Джейсон ощутил поддержку своих фамильяров изнутри своей души. Словно теплые руки у него за спиной, они помогли ему удержаться, даже когда он потерял счет времени.

* * * Джейсон пришел в себя, распластавшись на крыше, не имея представления, сколько времени прошло.

* Вы принудительно разблокировали способность ауры [Гегемония].

Новый титул: [Гегемон реальности]

* ??? — Вы пробудили потенциал, который ваша душа не может поддерживать на текущем ранге.

* Максимальный общий размер ваших духовных доменов увеличен.

* Эффект вашего духовного домена на враждебных нарушителей игнорирует разницу в рангах.

Джейсон чувствовал, будто его внутренности выскребли, бросили в блендер с кучей перца чили, а затем залили обратно. Он закрыл окно, чувствуя аномалии, сходящиеся к его позиции. Что бы только что ни произошло, это привлекло внимание каждой аномалии в той части города, которую он объявил своим доменом. Он чувствовал, как все они движутся к нему по прямой.

— Мистер Асано, — сказал Тень, и в его обычно стоической интонации прозвучала редкая нотка беспокойства.

— Со мной все будет в порядке, — прохрипел Джейсон, садясь. Он слегка приподнялся над крышей, снова успокаивая разум. Он медленно привел хаотичный поток магии в своем теле в порядок, переупорядочивая его. Он был наполнен скверной окружающей магии, и он начал фильтровать ее. Он сохранял спокойствие, несмотря на то, что чувствовал, как аномалии достигают здания.

— Мистер Асано…

— Я знаю.

Джейсон продолжал исправлять свое состояние, даже когда почувствовал, как быстро движущиеся плохие фрэнки мчатся вверх по лестнице.

— Мистер Асано!

Первый плохой фрэнк ворвался через дверной проем, уже выбитый предыдущими атакующими. Тень рассредоточил тела, чтобы отвлечь аномалии, вливающиеся в здание в таком количестве, что это грозило обрушением лестницы. Тень не мог навредить аномалиям, но и они не могли навредить ему: их удары проходили сквозь его бестелесную форму, не причиняя вреда.

* [Неживая аномалия] атаковала союзника [Тень]. Способность [Гегемония] наложила [Грех] на [Неживую аномалию].

Когда на крышу добралось больше плохих фрэнков и несколько зомборгов, даже десятков Теней стало недостаточно, чтобы отвлекать аномалии. Один плохой фрэнк с грохотом бросился к Джейсону, все еще парящему над крышей в позе для медитации. Аномалия опустила руку, подобную стволу падающего дерева, но промахнулась, так как Джейсон опустился на крышу, перекатился в сторону и вскочил на ноги, когда его меч выскользнул из ножен. Клинок перерезал трубку с жидкостью в руке монстра и вонзился в его плоть.

Уже накопив немного эффекта греха от пробужденной силы ауры Джейсона, некроз от его спецспособности сгноил плоть вокруг раны. Она превратилась в мокрую кашу, похожую на древесный уголь, смешанный с заварным кремом, и сползла с руки аномалии, забрызгав землю. Существо нанесло еще один удар, но Джейсон уже двигался.

Неожиданное испытание Джейсона не сделало его быстрее или сильнее. Оно не вызвало внезапного качественного скачка в его технике владения мечом. И все же он чувствовал себя другим человеком, двигаясь среди врагов, его разум был листом, плывущим по спокойному, глубокому пруду. У него не было бонуса к скорости от кровавого безумия, но каким-то образом он чувствовал себя быстрее, чем когда-либо, его мысли были спокойны, даже когда тело двигалось как вода — плавно и гладко, но при этом стремительно и мощно.

Он сосредоточился на первом плохом фрэнке, и тот пал. Даже продолжая избегать атак, он произнес заклинание, высасывая его жизненную силу и получая свой первый стак кровавого безумия.

* * * Даже с его новым состоянием ума Джейсон был далек от неуязвимости. Снова он прислонился к внешней стороне здания, выкрашенный свежим слоем собственной крови. Он был практически гол, его доспехи превратились в нечто, немногим большее, чем декоративные ленты.

Он посмотрел на свои руки, потирая пальцы друг о друга, ощущая это.

— Я чувствую себя иначе, — сказал он.

— Вы и есть другой, мистер Асано. До того, как мы с вами встретились, мистер Ремор и мисс Хурин направили вас на путь к определенному состоянию ума. Оно существует где-то между концентрацией и медитацией; это парадоксально одновременное состояние пустого разума и полной внимательности. Это состояние, в которое могут войти только пользователи эссенции, преодолевшие ограничения физического мозга, хотя многие так этого и не делают. У него много названий по всему космосу; в мире мисс Хурин это называется боевым трансом.

— Руфус и Фарра никогда не рассказывали мне об этом.

— Нет. Они указали вам путь и позволили пройти его самостоятельно.

Чем сильнее становился Джейсон, тем больше он понимал, как много невысказанных вещей Руфус и Фарра вложили в тренировки, на которые они тратили месяцы, час за часом, день за днем.

— Руфус и Фарра могут это делать?

— Да. Я подозреваю, что мистер Ремор может быть лучше в этом, но вы сами видели, как мисс Хурин использует его. Вы сами наблюдали, как ей не хватает вашей мобильности, но она находит путь туда, куда ей нужно, именно тогда, когда ей нужно там быть. Вот как это работает.

— Доун сражалась с Акари, — сказал Джейсон, вспоминая, как Доун со своим телом нормального ранга необъяснимо переиграла мечницу серебряного ранга. — Это никогда не имело смысла. Было странно, как будто все это было хореографией, или Акари была загипнотизирована, или что-то в этом роде.

— Да. Это был алмазный ранг, доводящий эффект до абсолютного предела. Я предлагаю, теперь, когда вы прикоснулись к этому состоянию, обсудить его с этими двумя женщинами, когда вернетесь к ним.

— При условии, что я выберусь отсюда целым, — сказал Джейсон. — Мне еще нужно заявить права на остальную часть этой территории.

С ЧЕМ БЫ МЫ НИ СТОЛКНУЛИСЬ

С ЧЕМ БЫ МЫ НИ СТОЛКНУЛИСЬ

Джейсон продолжал расширять свой духовный домен над промышленным городом-пустошью, стремясь овладеть боевым трансом, пока сражался с ордами аномалий. Хотя однажды он уже входил в это состояние, оно не было тем, что давалось ему легко. В одних боях у него получалось, в других — нет.

— Мое понимание этого состояния ограничено, поскольку я никогда не испытывал его сам, — сказал Тень. — Насколько я понимаю, попытки насильно войти в него вряд ли увенчаются успехом. Один из моих предыдущих призывателей, умевший использовать боевой транс, описывал это как поиск равновесия, чтобы устоять на поверхности пруда, а затем позволить себе погрузиться в него.

Из-за природы зоны трансформации промышленный город имел странную форму, располагаясь кольцом вокруг уже существующего домена Джейсона. Каждый раз, когда он расширял свой домен дальше, он двигался по кольцу, зачищая аномалии. Это была мрачная, тяжелая работа в унылой обстановке, полной отвратительных врагов, что заставляло его все сильнее желать поскорее выбраться отсюда.

Когда он захватил последний участок города и уничтожил остатки аномалий, он почувствовал появление босса. Как только тот обнаружился его ауральными чувствами, Джейсон отправился на разведку. Он был огромным: три метра в высоту и почти такой же в ширину. Отвратительная, гротескная версия «плохих франков», груда несочетаемой, больной и жирной плоти, кое-как сшитой вместе. Лишь грубый железный экзоскелет, привинченный прямо к плоти, удерживал эту жирную массу в форме.

На обеих сторонах его обрюзгшей головы были лица, а три толстые, короткие ноги поддерживали его, словно тренога. Дизайн был не самым изящным, из-за чего неуклюжее существо передвигалось медленно. Руки, которых у него было четыре, оказались единственной частью, не обвисшей от жира. Слишком длинные для такого тела, они состояли из твердых, тренированных мышц.

В своих огромных руках он держал пару тяжелых пулеметов Гатлинга, которые выглядели довольно похоже на оружие Джейсона, хотя были и важные различия. Вместо бункера сверху для установки нестабильного ядра генезиса, эти питались тяжелыми пулями из патронных лент. Ленты тянулись от металлических гнезд, вживленных в тело чудовища, к пулеметам, а затем обратно в тело. Как и все в этой аномалии, это было гротескное проявление индустриальной кибернетики.

— Это какой-то причудливый пулеметный голем? Жаль, что я не могу рискнуть использовать пусковую установку ядер, потому что эта штука не отличается прытью. Она была бы легкой мишенью.

— Руки кажутся гораздо более гибкими, чем основное тело, — заметил Тень. — Тебе не стоит недооценивать его способность наводить эти пулеметы в твою сторону.

— Вероятно, у него это получится лучше, чем у меня, — согласился Джейсон. — Мой миниган весит примерно как бюджетный хэтчбек.

Джейсон задумчиво потер подбородок, наблюдая, как босс-аномалия неуклюже ковыляет по улице.

— Знаешь, — размышлял он, — я не могу использовать пусковую установку ядер.

— Как мы уже установили, — согласился Тень.

— Но дело в том, что я здесь не один.

— О боже.

* * * Джейсон рванул через здание, когда поток пуль прошил его насквозь, разрывая стальную стену. Почти неподвижная аномалия позволяла пулям делать всю работу, ведя огнем по зданию, чтобы поток боеприпасов преследовал Джейсона. Пламя вырывалось из вращающихся стволов, пока пули лились непрерывным потоком, а ленты пополнялись внутри гротескного тела, обеспечивая непрерывную стрельбу. Аномалия не останавливалась, даже когда стволы раскалялись докрасна.

Пробегая через здание, Джейсон, увидев дыру в полу, не стал ее обходить или перепрыгивать. Вместо этого он воспользовался случаем, чтобы спрыгнуть на этаж ниже, став труднее для отслеживания аномалией. Даже так, очередь пуль продолжала преследовать его, когда он спрыгнул и развернулся, чтобы бежать обратно в ту сторону, откуда пришел.

Джейсон обнаружил, что, хотя чудовище не замечало его до определенного расстояния, в тот момент, когда он пересекал этот порог, глаза аномалии фиксировались на нем. Даже сквозь стены ее взгляд не дрогнул, так как она немедленно развернула пулеметы на него, как только он оказался в радиусе поражения.

Джейсон был готов и открыл огонь из своего минигана, успев уничтожить один из пулеметов чудовища, прежде чем тот выстрелил. Однако, когда оно развернуло на него второй, миниган Джейсона заклинило. Огромные нагрузки, которые прошли через него, пока Джейсон убивал сотни, если не тысячи аномалий, наконец вывели его за пределы возможностей.

Джейсону пришлось бросить оружие и бежать, пока пули с визгом прорезали воздух, прошивая все на своем пути. Способность Тени скрывать Джейсона от аномальных чувств, вероятно, могла бы защитить его от способности чудовища видеть сквозь стены, но это лишило бы смысла роль приманки.

Темная фигура метнулась из теней здания, приближаясь к боссу-аномалии, двигаясь вплотную к его раздутому телу. Тень достал пусковую установку ядер из своего личного хранилища. Хотя она была намного легче минигана, она все равно была на пределе того, что бесплотный фамильяр мог поднять, обладая ограниченной способностью применять физическую силу.

Тень вставил нестабильное ядро генезиса и выстрелил. Как и предполагал Джейсон, пусковая установка дала сбой. Она работала, возбуждая нестабильное ядро, затем оборачивая его в недолговечное поле сдерживания и запуская. Поле сдерживания не активировалось, и оружие взорвалось на месте, уничтожив тело Тени и размазав чудовище по стенам на противоположной стороне улицы.

* Вы победили [Высшую аномалию].

* Вы захватили территорию пространства генезиса и очистили ее от всех аномальных элементов.

* Вернитесь на основную территорию, чтобы инициировать трансфигурацию новой территории.

— Это было неприятно, — сказал Тень, когда еще одно его тело появилось из тени Джейсона. — Быть разорванным фундаментальными космическими силами — не то, что я хотел бы повторить.

— Прости за это, — сказал Джейсон, выбираясь через дыру в изрешеченном пулями здании. — Есть остаточные повреждения?

— Нет, — ответил Тень. — Ты можешь восстановить утраченное теневое тело с помощью маны, как обычно.

Джейсон нашел кусок босса-аномалии и обыскал его; по всему городу появились клочья радужного дыма, где были разбросаны остатки чудовища.

* 100 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 10000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

* [Сфера рока] добавлена в ваш инвентарь. * [Эссенция плоти] добавлена в ваш инвентарь. * [Камень пробуждения плоти] добавлен в ваш инвентарь.

— Неплохая добыча, — сказал Джейсон. — Хотя я не уверен, что сфера рока мне поможет. Если я собираюсь выбраться из этого места, мне не нужно будет снимать печати с новых сил.

— Возможно, тебе стоит оставить ее, — предложил Тень. — Экзотическим предметам почти всегда можно найти применение, даже если оно не было изначально задумано.

— Резонно, — сказал Джейсон. — Хотя некоторые экзотические предметы привлекательнее других.

Джейсон подошел к краю своей новой территории, достал все оставшиеся нестабильные ядра генезиса и швырнул их во тьму со всей силой серебряного ранга, на которую был способен.

— Не хочу, чтобы эти штуки бабахнули, как только мы выберемся отсюда. Как думаешь, тот золотой ранг взорвался, когда вытащил их?

— Возможно, — ответил Тень. — Столь же вероятно, что ядра нарушили его проход через портал. Возможно, он так и не вышел с другой стороны, а его душа была выброшена в астрал, чтобы мой прародитель мог ее забрать.

— А как насчет стабильных ядер? — спросил Джейсон. — У меня их целая куча. Я надеюсь, что они помогут мне стабилизировать узловое пространство, пока я пытаюсь перенастроить эту связь между мирами.

— Думаю, это будет безопасно, — сказал Тень. — Возможно, их даже можно использовать для восстановления некоторых зон трансформации. Мисс Доун лучше проконсультирует тебя по этому вопросу.

— Было бы неплохо.

* * * Николата и ее семья глазели на водопад в атриуме пагоды Джейсона, хотя после всего, через что они прошли, это было лишь еще одной каплей в море абсурда.

— Это ваш последний шанс покинуть это место, прежде чем я опущу купол, — сказал Джейсон. — Я не знаю, какой эффект это возымеет. Если хотите, я могу сначала отправить вас наружу, но не могу обещать, что вас там ждет.

— Мы сделали свой выбор, — сказала Николата, хотя ее бабушка и дедушка выглядели недовольными.

— Тогда я могу предложить вам люкс, чтобы переждать, или вы можете наблюдать с одного из балконов.

— Мы будем смотреть, — сказала Николата.

— Очень хорошо.

Джейсон нервничал и не хотел передавать это семье, поэтому был нехарактерно сдержан. Они поднялись на лифте на верхний этаж, и Джейсон вывел их, чтобы они могли осмотреть его домен. Город простирался на несколько километров, а за ним расстилался лес, уходящий вдаль. Выше, за ним, возвышались продуваемые ветрами аграрные высокогорья, где он нашел семью — единственных выживших в зоне, которую он обнаружил. Невидимым за этими высокогорьями оставался город-пустошь, ожидающий трансформации.

— Трансфигурировать новую территорию, — пробормотал Джейсон.

С такого расстояния они не могли видеть последующих изменений, хотя раздавался индустриальный лязг, который должен был быть оглушительным, если был слышен на расстоянии более пятидесяти километров, через цепь холмов и небольших гор. Джейсон чувствовал изменения через свою связь с духовным доменом. Город, бывший когда-то пустошью, восстанавливался до состояния первозданного промышленного центра.

— Не то чтобы мне это принесло пользу.

— Простите? — переспросила Николата.

— Ничего, — ответил Джейсон.

Джейсон прикинул, что купол в реальном мире покрывает площадь, эквивалентную его первой и второй территориям — пагоде и городу вокруг нее. Он ожидал, что когда зона трансформации и протопространство разделятся, город останется. Остальное, как он полагал, будет захвачено протопространством по мере его отделения от зоны трансформации. Возможно, ему даже придется войти в теперь уже отделенное пространственное измерение и уничтожить монстра-якорь, чтобы предотвратить волну монстров.

* Ваш духовный домен захватил территорию. * Территория была переименована в [Контур Паровой Кузни].

* Вы захватили достаточно территории, чтобы стабилизировать зону трансформации и отделить ее от конвергентного астрального пространства.

* Отделение пространства с текущей территорией окажет разрушительное воздействие на размерную мембрану окружающей реальности. Захватите дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта. Текущее снижение серьезности: 79,4%.

* Хотите стабилизировать зону трансформации? Д/Н?

— Этого должно хватить, — сказал Джейсон.

— Ты разговариваешь с той штукой, которая живет в твоей тени? — спросила Николата.

— Он не штука, — сказал Джейсон, не оборачиваясь к ней.

— Он не человек.

— Как и ты! — огрызнулся Джейсон, привлекая все взгляды. Он обвел взглядом семью. — Я передумал, Тень. Проводи их в люкс, чтобы они переждали это там.

Одно из тел Тени появилось и увело семью, пока те бросали на Джейсона настороженные взгляды. Оставшись один, он сердито ударил руками по балюстраде, а затем тревожно провел ими по лицу.

— Они этого не заслужили, — сказал он.

— Вы находитесь под понятным уровнем стресса, мистер Асано. Никто не мог требовать от вас большего, — сказал Тень, и еще одно тело поднялось из тени Джейсона.

— Да, могли. Если я сделаю это, и этого окажется недостаточно, то игра окончена. Мир погибнет, и я не только не смог его остановить, но, вероятно, ускорил его гибель.

— Мистер Асано, в космосе очень мало вещей, которые по-настоящему новы. Не могу сказать, является ли то, что вы делаете здесь, одной из них, но, насколько мне известно, это так, а я видел и слышал больше, чем вы можете себе представить.

— Отлично. Я стану первым парнем, который растворил свою планету новым и интересным способом.

— Мистер Асано...

— Я понял, Тень, черт возьми.

— Джейсон! — сказал Тень, повысив голос почти до крика. Голова Джейсона дернулась, словно ее дернули за веревочку.

— Никто не мог требовать большего, — повторил Тень, его голос снова стал спокойным. — С чем бы мы ни столкнулись в этом месте, мы столкнемся вместе.

Джейсон почувствовал присутствие своих других фамильяров в своей душе, молча поддерживающих его. Он посмотрел на свой духовный домен, кивая самому себе.

— Стабилизировать зону трансформации.

* * * Снаружи купола лежал огромный труп монстра-щупальца там, где он соскользнул с купола после того, как был убит. Объединенные силы собравшихся магических фракций сразились с ним в ожесточенной битве и уже отсекли большие куски от трупа, чтобы забрать их для изучения.

Монстр-щупальце, который когда-то был пользователем эссенции золотого ранга, Го. Под воздействием нестабильных ядер, которые он пронес через портал, он превратился в нечто, похожее на трехэтажную морскую анемону. Его массивное туловище венчала огромная пасть, окруженная лесом цепких щупалец. Щупальца хватали людей, забрасывая их в пасть, убив многих, прежде чем собравшаяся группа наконец убила его.

Джек Герлинг смотрел на него из лагеря, разбитого Американской Сетью, примерно в ста метрах от основания купола. Его взрывные способности сыграли решающую роль в уничтожении массивного существа.

Находясь внутри объединенного протопространства/зоны трансформации, Герлинг впервые за очень долгое время почувствовал себя маленьким. Он размышлял о том, какая магия здесь замешана — не только в трансформации золотого ранга, но и самого мира в зонах трансформации. Растущая и неуправляемая магия могла изменить мир и самых могущественных людей в нем, не оставляя им возможности сопротивляться.

Это было верно для всех, кроме одного человека и его загадочной борьбы с космическими силами, которые Герлинг не понимал. Он не знал, как и почему Асано мог бороться с силами, способными изменить сам мир. Однако его способность открыть ранее непроницаемый купол доказывала, что он может. Герлинг был полон решимости выяснить это, а затем найти способ забрать эту силу себе.

Герлинг почувствовал сдвиг в магии за мгновение до того, как увидел, что купол изменился. Радужное кружение цветов внутри стало неистовым, постепенно темнея по краям. Глубоко внутри купола цвета слились и изменились, превратившись из радужного хаоса в туманный узор. Из купола изверглась аура; ауральные чувства Герлинга уловили, как она распространяется на десятки километров вокруг. Герлинг узнал в этой ауре Джейсона Асано.

ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ МЕСТНЫЙ

ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ МЕСТНЫЙ

Стоя на балконе верхнего яруса пагоды, Джейсон озирал свой духовный домен, простиравшийся вдаль. Он чувствовал связь с этой обширной территорией, словно она была частью его самого.

— Стабилизировать зону трансформации.

Пагоду тут же тряхнуло, и дрожь не прекратилась, перейдя в постоянный гул. Казалось, всю пагоду везут на грузовике с отвратительной подвеской.

* Вы используете свой духовный домен, чтобы стабилизировать и отделить смешавшуюся зону трансформации и прото-пространство. Растворение прото-пространства окажет разрушительное воздействие на размерную мембрану присоединенной реальности.

* Консолидация прото-пространства в постоянное астральное пространство уменьшит пагубные последствия этого процесса.

* Желаете консолидировать прото-пространство в астральное пространство? Д/Н

Глаза Джейсона расширились; он был рад всему, что повышало шансы на успех.

— Да!

* Для консолидации астрального пространства потребуется потребление [Стабильных ядер генезиса]. Сколько [Стабильных ядер генезиса] вы хотите выделить на этот процесс?

— Все!

* Потреблено 1327 [Стабильных ядер генезиса]. Апофеоз прото-пространства произойдет одновременно с интеграцией реальности зоны трансформации.

Гулкая дрожь переросла в настоящее землетрясение. Джейсон видел, как куски улицы вырываются из земли и взмывают в воздух, окутанные радужным светом. Плитка срывалась с тротуаров, цветочные клумбы разваливались, рассыпая землю и цветы, а обломки камня плыли вверх, словно заблудившиеся воздушные шары. Плиты из темного кристалла поднимались с дороги, присоединяясь к ним, и в каждом месте, где происходил разлом, из оставшихся дыр сочился радужный свет. Джейсон наблюдал, как разрушение его домена распространяется от центральной площадки с пагодой, ускоряясь по мере того, как охватывало весь город.

Воздух наполнялся все более плотным радужным светом, застилая Джейсону обзор, когда он отступил от края балкона. Свет заполнял пространство, но не проникал в саму пагоду, включая балкон, где стоял Джейсон. Последнее, что он увидел, прежде чем его зрение окончательно затуманилось, — как распространяющиеся разрушения достигают леса за пределами города.

По мере продолжения процесса связь Джейсона с духовным доменом приносила все более болезненную отдачу, пока тот перестраивался. Сначала это было почти незаметно, когда отрывались первые куски. К тому моменту, как он уже не мог видеть дальше края балкона, Джейсон морщился от боли, но это было терпимо. Даже когда она начала усиливаться, он не издал ни звука.

Будь душа Джейсона слабее, причиненная боль, вероятно, оставила бы на ней шрамы, заставив ее стать сильнее. Однако по сравнению с тем, что он пережил в прошлом, этого было недостаточно, чтобы даже оставить след. По сравнению с атаками Строителя или даже с отдачей от попыток насильственно манипулировать реальностью с помощью своей ауры, эта боль была лишь брызгами воды на ступнях на пляже. Вместо того чтобы сопротивляться или пытаться защититься от боли, Джейсон погрузился в нее своими чувствами, пытаясь лучше понять происходящий процесс.

* * * Все снаружи купола суетились. Ритуалисты из различных фракций Сети спешили изучить изменения в куполе, в то время как другие готовились либо рвануть вперед, либо бежать куда глаза глядят, в зависимости от того, как изменится купол.

На эту зону трансформации пришло гораздо больше людей, чем в прошлые разы. Изначально была надежда, что при падении купола появятся несколько ядер реальности. Поскольку купол оставался на месте все дольше и дольше, затмевая продолжительность любого предыдущего, эти желания становились все более алчными. Теперь фракции предвкушали неизвестные сокровища, несметные знания и нетронутую силу, ожидающие, чтобы их захватили. Если ради этого придется вытрясти все из Джейсона Асано, они были более чем готовы это сделать.

Герлинг лишь в пол-уха слушал Клири, своего куратора, пока тот вводил его в курс директив руководства Сети США. Помощница Герлинга, Фиона, позже резюмирует все важные моменты, да и его разум золотого ранга в любом случае мог легко разделить фокус внимания.

Его мало заботили приоритеты людей, которые якобы стояли над ним, но пока они контролировали поставки ядер реальности, ему приходилось соблюдать приличия. Он всегда мог прихватить несколько ядер и уйти в самоволку, но Герлинг знал, что это глупый шаг, пока у него нет более долгосрочных планов. На данный момент это означало бы нажить неприятностей, не получив ничего стоящего взамен, поэтому он продолжал играть роль покладистого громилы.

— Понимаешь? — спросил Клири.

— Что понимать? — спросил Герлинг. — Ты столько болтал, чтобы сказать мне то, что я и так знал. Войти, когда купол упадет, забрать все, что найду, и навалять любому, кто встанет у меня на пути. Может, это мне стоит проводить инструктажи?

Клири вздохнул.

— Это… адекватное резюме. Только не наживай неприятностей, с которыми не сможешь справиться.

Герлинг сжал кулак.

— Нет таких неприятностей, с которыми я бы не справился.

* * * Джейсон не игнорировал боль, вонзавшуюся в его душу через связь с духовным доменом. Он следовал за ней своими чувствами, используя ее как путь в самое сердце происходящих изменений.

Джейсон уже некоторое время изучал теорию астральной магии, но именно исследование пространства узлов, постижение строительных блоков реальности, по-настоящему углубило его понимание. Находиться в пространстве узлов было все равно что касаться пальцами отдельных атомов молекулы.

Существовала дихотомия между астральным и физическим; двойственность состояний, которые одновременно были совершенно противоположны по своей природе, но едины в своем бытии. Разница между вселенной и астралом — это пропасть между физическим и духовным, между телом и душой.

Джейсон знал, что это разделение не абсолютно, несмотря на то, что почти каждый аспект реальности сигнализировал об обратном. Его собственное тело объединяло духовное и физическое в единое целое, а не в двойственное состояние «тело-и-душа», в котором существовало большинство физических существ. Однако знать, что слияние физического и духовного возможно, — это не то же самое, что понимать его.

Распространив свои чувства в дикую магию трансформирующегося домена, он наблюдал изнутри за взаимодействием астрального и физического, пока зона трансформации извлекалась из прото-пространства. Духовный домен был частью его самого, давая ему уникальное понимание процесса слияния с физической реальностью.

Понимание Джейсона претерпело собственную трансфигурацию, поскольку его перспектива, так долго ограниченная лишь физической реальностью, расширилась экспоненциально. Его постижение астрала пережило взрывной рост, дав ему новое понимание самых фундаментальных аспектов космоса.

— Некоторые секреты не предназначены для таких, как ты, — произнес голос.

Джейсон отвел чувства. Встревоженный вторжением и разозленный прерыванием, он обернулся к обладателю голоса.

Джейсон не почувствовал ни приближения этого человека, ни открытия портальной арки позади него. Она совсем не была похожа на порталы Джейсона, если не считать общей арочной формы. Она выглядела как груда земляных кирпичей, небрежно сложенных друг на друга. Энергия портала в арке представляла собой вихрь красных, коричневых и желтых цветов.

Мужчина, стоявший перед порталом, имел копну рыжих волос и бледную кожу с веснушками. Его глаза были неестественно ярко-зелеными. По сравнению с его яркими чертами лица, одежда была простой: свободные, но не слишком объемные мантии, не стеснявшие движений. Это было очень похоже на дизайн, который предпочитал Джейсон, но если Джейсон отдавал предпочтение черным, серым и красным тонам, то мантии этого человека были светлых, землистых оттенков. В сочетании с его волосами и цветом лица он был похож на шотландского джедая.

— Ты знаешь Юэна Макгрегора? — спросил Джейсон.

— Это то, о чем ты спрашиваешь в такой ситуации? — сказал мужчина, слегка демонстрируя свою ауру алмазного ранга.

— Это первое, что пришло в голову, — сказал Джейсон. — Оби-Ван Кеноби? Ничего? Ты действительно не местный, да?

— Я Шако, — сказал мужчина. — Я слуга Строителя.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я засек твое звездное семя, когда ты пытался впечатлить меня, выпячивая ауру из штанов. Пожалуйста, скажи мне, что Строитель не разнес мой мир, пропихнув рыжего через размерную стену.

— Нет, — сказал Шако. — Это событие создает окно, через которое я могу входить и выходить, не причиняя вреда твоему миру, при условии, что я уйду до того, как это пространство вновь утвердится в физической реальности.

— Значит, Строитель решил воспользоваться случаем, чтобы прислать кого-то и прикончить меня?

— Нет, — сказал Шако. — Он послал меня передать свою благодарность.

— За что?

— Нынешний Строитель унаследовал силу своего предшественника, но также и его ответственность за ошибку, которой был этот мир. Ему ничего не стоит, кроме достоинства, если этот мир будет уничтожен, но достоинство великого астрального существа — это не мелочь.

— Правда? По-моему, звучит как пережиток его смертных дней. Какое дело бесконечному существу до достоинства? Кажется немного мелочным.

— Выбирай слова, смертный.

— Приятель, твой босс — отстой.

Выражение лица Шако стало безразлично-дипломатичным.

— Ты встретил его не в лучшем из сосудов, — сказал Шако. — Тадвик Мерсер задержался, словно болезнь, влияя даже на последующие сосуды некоторое время.

— Сосуды вроде тебя? — предположил Джейсон.

— Да, — подтвердил Шако, и Джейсон рассмеялся.

— Ты подхватил дозу Тадвика, это уморительно. А еще передай своему боссу, чтобы засунул свою благодарность себе в задницу. Тадвик был первоклассным придурком, но он не превращал твоего босса в космического земельного бандита. Он не лишал миры их астральных пространств, убивая при этом людей пачками. Каков уровень смертности во всех реальностях и во всех мирах? Миллиарды? Триллионы? Он может взять свою благодарность за то, за что он меня там благодарит, и засунуть ее так глубоко себе в зад, чтобы она вылезла через нос.

— Как… колоритно. Значит, ты не хочешь принять дар, который он предлагает в качестве части своей благодарности?

— Еще как не хочу. До сих пор все, что я получал от Строителя, либо убивало меня, либо пыталось пробраться в мою душу через черный ход.

— Этот дар был послан с благодарностью, а не со злобой.

— О, правда? С этого и надо было начинать. Я определенно собираюсь поверить на слово парню, чей босс пытался вырезать из меня сердце, как из яблока.

— Тебе не стоит подвергать сомнению мою честность, серебряный ранг.

— Приятель, ты капитан во флоте космического адмирала-пирата. Сколько людей ты убил во имя своего босса, играющего в кубики, как младенец? Я бы посоветовал тебе взять свою честность и засунуть ее боссу в задницу, рядом с тем местом, куда он засунул свою благодарность, но ты меня опередил. Наверное, на пару столетий.

Аура Шако обрушилась вниз, мгновенно подавив ауру Джейсона. Он протянул руку, и Джейсон почувствовал, как аура Шако каким-то образом схватила его и дернула к алмазному рангу, его шея оказалась в хватке Шако.

— Значит, скорее Вейдер, чем Оби-Ван, — сказал Джейсон, его голос не был приглушен рукой на горле. — Очевидно, если подумать.

Джейсон встретил взгляд алмазного ранга, невозмутимый тем, что его аура была стерта в порошок.

— Думаешь, я не убью тебя за твою дерзость? — спросил Шако.

— Если ты собираешься меня убить, я ничего не могу с этим поделать. Я не собираюсь притворяться, что твой босс достоин уважения, потому что это не так, и я не думаю, что это вообще имеет значение. Твой босс послал тебя сюда с приказом убить меня или нет. Готов поспорить, ты выполнишь его в любом случае.

Джейсон закрыл глаза, позволяя инстинктам вести его. Он обратился к своему духовному домену и огромным количествам энергии, текущим через него в данный момент, пока сама реальность перекраивалась. Смешав ее со своей подавленной аурой, Джейсон спроецировал не свою собственную ауру, а ауру всего своего духовного домена, отталкиваясь от подавляющей силы алмазного ранга.

Шако усмехнулся, почувствовав попытку Джейсона сопротивляться, но усмешка исчезла с его лица, когда он почувствовал, как аура давит на него со всех сторон. Неумелый контроль Джейсона над своим духовным доменом был недостаточен, чтобы хоть немного оттеснить мощь древнего и могущественного алмазного ранга, но даже осознание этого момента давления от простого серебряного ранга пробрало Шако до костей.

Свободная рука Шако взметнулась в почти небрежном тыльном ударе. Она попала Джейсону по голове, разбрызгав ее, словно гнилую дыню.

Цепочка с шеи Джейсона упала на пол, когда Шако затем ударил ладонью по обезглавленному трупу Джейсона, и все туловище отлетело назад, разлетаясь по балкону и в радужную энергию снаружи. Сила удара погнула меч Джейсона, который был всего лишь бронзового ранга. Он тоже упал на пол.

Разбросанные части тела Джейсона сгорели в темном пламени, окаймленном серебряным звездным светом, которое слилось, приняв форму темного, наполненного звездами феникса. Шако собрал трансцендентный свет между ладонями, но феникс рванулся назад, исчезая в радужной энергии.

Рядом с портальной аркой Шако появился еще один портал, на этот раз мерцающий лист серебристо-серого света. Через него шагнула Доун в своем истинном теле. Ее целестинская форма имела рубиновые волосы и глаза, мерцающие, как настоящие драгоценные камни.

— Ты зашел слишком далеко, Шако.

СЛАБАЯ НАДЕЖДА

СЛАБАЯ НАДЕЖДА

Форма звездного феникса Джейсона была невосприимчива почти к любому виду атак, но трансцендентный урон был критическим исключением. Его аура могла понижать уровень трансцендентного урона, но с рангом алмаза, подавляющим его ауру, это не сработало бы. Поэтому он решил рискнуть и нырнуть в шторм энергии, перековывая свой домен духа, пока Шако собирал трансцендентную энергию для атаки. Когда он исчез в радужном хаосе за пределами пагоды, из мерцающего портала появилась Доун.

Это был не аватар, позволяющий ей действовать на Земле, а ее истинное тело, во всей полноте своей силы. Ее фарфоровая кожа подсвечивалась волосами из драгоценных камней, сияющими, словно огонь. Ее подходящие по цвету рубиновые глаза уставились на Шако.

— Доун, — произнес Шако, рассеивая собранную энергию.

— Не думаю, что Строитель послал тебя сюда именно за этим, — сказала Доун. — Ты пришел в этот мир и убил Джейсона Асано. Это прямое нарушение договора между Строителем, Жнецом и Мировым Фениксом.

— Это не мир Асано, — парировал Шако.

— Тебе будет непросто убедить в этом Мирового Феникса и Жнеца.

— Он заслужил смерть. Этот человек взял то, что принадлежит Строителю, и обратил это против его верных последователей.

— Строитель оставил это, чтобы кто-то взял. Если Асано сделал это, не активировав ловушки, оставленные Строителем, это не оправдание для его убийства. И верные последователи? Неужели Строитель настолько одержим созданием мира, чтобы стать богом? Он уже гораздо больше этого. Ты же понимаешь, что весь космос считает, что он сошел с ума.

— Ты ведешь себя так высокомерно, не зная, что сделал твой Мировой Феникс, даже когда ты и твой господин полагаетесь на действия Строителя. Без Фундаментальных Врат, которые выковал Строитель, Асано никогда не смог бы повлиять на это место и переделать его.

— У Строителя были миллиарды лет, чтобы исправить ошибки своего предшественника, но его бездействие привело к тому, что задача легла на плечи мальчишки.

— Ты говоришь так, будто твой Мировой Феникс не сыграла никакой роли.

— Мировой Феникс действует в соответствии со своим предназначением, — сказала Доун, и гнев сменил ее обычно спокойное выражение лица. — Строитель проигнорировал собственное предназначение, оставив ситуацию на самотек, а теперь решил воспользоваться ею в угоду своим личным намерениям. Этот мир не рушился бы, если бы Строитель не заключил сделку с низшим богом, чтобы эксплуатировать его. А теперь задача досталась ребенку, и ты идешь и убиваешь его?

— Возможно, я действовал поспешно, — признал Шако.

— У тебя и твоего господина есть привычка мыслить как смертные. Вы попадаете в ловушку гордыни и фокусируетесь на частностях, когда нужно смотреть шире. В этом смысле ты похож на Асано. Думаю, возможно, Тадвик Мерсер был более подходящим сосудом, чем ты или Строитель готовы признать. Вы списываете сомнительные решения на влияние сосуда, но так ли это на самом деле?

— Я пришел сюда не для того, чтобы терпеть оскорбления или слушать твою клевету на моего господина, Доун. Есть предел тому, что я готов терпеть, даже от тебя.

— Очевидно, — сказала Доун, выразительно глядя на ожерелье и меч Джейсона на полу. Они лежали там, где упали, когда Шако уничтожил тело Джейсона. — Но ты пришел сюда не для того, чтобы нарушить соглашение, которое заключил твой господин.

— Я по-прежнему утверждаю, что это не мир Асано. Нарушения нет.

— Тогда твоему господину и моему придется решать это со Жнецом.

Лицо Шако исказила гневная гримаса.

— Возможно, я перешел границы соглашения, и можно пойти на уступки. Когда Асано вернется в другой мир, ни один культист Строителя рангом выше его не нападет на него.

Доун улыбнулась.

— Это не стоит ровным счетом ничего. Строитель не держит собственного слова, так почему он должен держать твое? Даже если он это сделает, что с того? Твое обещание не исключает отправку вслед за Асано союзников ранга алмаза или сотни серебряных рангов.

— Ты считаешь Строителя настолько мелочным?

— Да. Впрочем, я бы не советовала пытаться схватить меня за горло за эти слова.

Шако выглядел так, будто съел что-то неприятное, проглатывая ответ. Доун ждала, пока он найдет время успокоиться.

— Чего ты хочешь? — спросил Шако, его голос снова стал размеренным.

— Асано присвоил себе то, что создал Строитель. Дверь.

— Фундаментальные Врата. Он должен был использовать их, а не присваивать целиком. Ты знаешь, что власть, которую они содержат, не для кого-то его уровня.

— Если Строитель не хотел, чтобы смертный получил их, ему не следовало их отдавать. Вместо того чтобы выполнять свою работу, он играл в игры и проиграл.

— Это было во власти Строителя — дать или забрать. Асано не должен был поглощать их.

Доун рассмеялась, вызвав удивление на лице Шако. Он не видел, как она смеется, уже несколько столетий.

— Если Строитель думал, что смертные будут использовать только то, что он им дал, исключительно в целях, которые он задумал — особенно тот смертный, — то он такой же дурак, как и любой из них.

Шако кипел от ярости из-за продолжающихся оскорблений в адрес Строителя, но Доун была не Джейсоном. Он не показал даже тени агрессивного движения.

— Не знаю, зачем ты заговорила о Фундаментальных Вратах, — сказал Шако сквозь стиснутые зубы. — Асано уже забрал их себе, и у Строителя нет ни прав, ни контроля над ними. Еще раз спрашиваю, чего ты хочешь?

— Я хочу создать похожий предмет, который он также сможет поглотить. Тот, который позволит ему использовать врата, чтобы закрепить мост между Землей и Паллимустусом, используя существующую связь в качестве основы.

— Астральный мост — это вотчина Мирового Феникса, — сказал Шако. — Тебе не нужен для этого Строитель.

— Неправильно закрепленный, мост будет уязвим для вмешательства и разрушения. Фундаментальные Врата позволят ему надежно закрепить его в физической реальности. Дай мне чертежи Фундаментальных Врат, чтобы Мировой Феникс могла создать дополняющий предмет, который будет работать с ними.

— Это не в моей власти, — сказал Шако. — Дверь была личной разработкой Строителя.

— Но они у тебя есть. Тебе просто нужно разрешение, чтобы передать их.

— Ты просишь слишком многого.

— Слишком многого? Я еще даже не закончила предъявлять требования, а ты уже отказываешься? Тогда нарушение соглашения Строителем остается в силе. Это означает, что культ Мирового Феникса может напрямую вмешаться во вторжение Строителя в Паллимустус. Мы не вмешивались с тех пор, как ты родился, но ты ведь слышал истории, верно?

Лицо Шако помрачнело.

— Имея возможность действовать напрямую, — спросил он, — почему ты соглашаешься на еще одну уступку? Почему ты делаешь это для Асано?

— Он мой друг.

— Ты не можешь говорить серьезно.

— Изначально я задавалась вопросом, почему Мировой Феникс поручила это задание лично мне, — сказала Доун. — Я пришла к выводу, что не всегда хорошо слишком сильно отдаляться от смертных чувств. Великим астральным сущностям требуется определенный уровень смертной перспективы от своих агентов, а я теряла свою. Не проблема, которая, кажется, есть у тебя, но у меня она была, и Мировой Феникс увидела это. Вот почему она послала меня присматривать за человеком, чьи чувства очень, очень смертны.

— Почему Мировой Феникс захотела, чтобы ты стала меньше?

— Не меньше, Шако. Приземленнее.

— Когда ты возносишься к небесам, приземленность — это меньше, — возразил Шако. — Ты и я стоим на пороге истинной трансцендентности. Почему нас должны волновать смертные заботы?

— Потому что, если мы не понимаем смертные части самих себя, это вызывает проблемы, когда мы оставляем позади последние крохи нашей смертности.

— Какие проблемы?

— Ну, например, мы можем отправиться грабить миры ради деталей, чтобы потом слепить их вместе в безумном желании поиграть в бога.

— Я буду терпеть эти оскорбления в адрес Строителя лишь до определенного момента, Доун.

— Мы еще не закончили обсуждать последствия того, как в прошлый раз твое терпение иссякло, — сказала Доун, ее рубиновые глаза мерцали, а голос был полон холодного, но недвусмысленного угрозы. — Ты так жаждешь пойти на еще большие уступки?

Шако непроизвольно сделал шаг назад.

— Я так и думала, — сказала Доун. — А теперь время ограничено, и нам следует вернуться к обсуждаемой теме. Чертежи двери.

— Я, вероятно, смогу их для тебя достать, — признал Шако, хотя выражение его лица было неохотным. — И все же я должен спросить, зачем. У Асано достаточно знаний и силы, чтобы построить мост обратно в другой мир, используя связь между ними. Ему не нужен этот предмет, который ты хочешь для него создать. Ты понимаешь, что если он поглотит его, то будет неразрывно связан с мостом, который впоследствии создаст?

— Да.

Шако сузил глаза.

— Вот в чем твой замысел, — понял он. — Ты смотришь дальше вторжения Строителя в Паллимустус.

— Да. Асано еще не осознал, что успех в его текущем испытании станет именно тем, что запустит его величайшее испытание.

— Это не будет испытанием, Доун. Он уже проиграл, даже не осознав, что участвует в битве. С самого начала он был чьим-то оружием, и он даже не знает об этом. Ты ему не сказала.

— Мне запрещено. Джейсон не всегда делает лучший выбор, и Мировой Феникс не хочет, чтобы он узнал об этом и рискнул двумя мирами, пытаясь избежать такого исхода. Этот мост будет его компенсацией. Слабой надеждой в его самый темный час.

— Этого будет недостаточно.

— Я знаю. Но это по крайней мере даст ему шанс.

— Совершить невозможное.

— Он уже совершал невозможное раньше. Ты когда-нибудь представлял, что такие, как мы с тобой, будем вести подобную дискуссию о серебряном ранге?

— Нет. Ты откажешься от шанса направить все свои силы против нас ради этой слабой, призрачной надежды?

— Мировой Феникс — не Строитель. Она предпочитает избегать таких грубых методов, как вторжение в мир. Но мне потребуется еще одна уступка.

— И какая именно?

— Разрешение мне отправиться в Паллимустус.

— Абсурд. Ты думаешь, великие астральные сущности позволят полутрансцендентному существу вмешаться в физическую реальность такого уровня? Если ты отправишься, Строитель сможет послать своих собственных полутрансцендентных существ, и к тому времени, как мы закончим сражаться, этот мир превратится в безжизненный пепел. Никто из нас этого не хочет.

— Я не буду противостоять никаким твоим силам и не буду оказывать никакой материальной помощи, несущей силу Мирового Феникса, любой другой великой астральной сущности или иным образом несоразмерной существующей силе этого мира. На этих условиях великие астральные сущности позволят это.

— Тогда зачем вообще ехать?

— Чтобы предупредить их, что вы идете. И когда.

— И ты думаешь, я позволю этому случиться?

— Позволишь? Я отправляюсь в Паллимустус, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Твой выбор — принесу я слова или армию. Если только ты искренне не веришь, что Строитель сможет убедить остальных, что ты не нарушил договор, убив Асано.

Шако снова закипел в молчании, прежде чем поднять глаза, чтобы сверкнуть ими на Доун.

— Когда-то я очень глубоко заботился о тебе, — сказал он.

— И все же ты никогда по-настоящему не знал меня. Это очень смертный недостаток.

Шако нахмурился, а затем склонил голову. Его охватило присутствие, трансформировавшее его ауру из ранга алмаза в трансцендентную. Когда он выпрямился, его выражение лица и язык тела полностью изменились. Исчезла разочарованная ярость, сменившись властным стоицизмом.

— Ты дерзка, слуга Мирового Феникса, — сказал Строитель.

— Мой новый друг плохо на меня влияет, — сказала Доун. — Полагаю, вы знакомы.

— Ты пытаешься спровоцировать меня.

— В прошлом это срабатывало.

— Я не буду подвергать себя дальнейшим уступкам, — сказал Строитель. Он залез в свои одежды и достал кристалл, подняв его перед ней.

— Чертежи Фундаментальных Врат. Ты можешь их получить при условии, что предмет, который ты создашь на их основе, будет спроектирован так, чтобы после его завершения способность Асано входить в фундаментальный мир и манипулировать им была аннулирована.

— Приемлемо, — сказала Доун. — Когда задача будет выполнена, ему больше не нужно будет входить в это пространство.

— Очень хорошо, — сказал Строитель, передавая кристалл. — Ты можешь отправиться в Паллимустус. Пока твои действия соответствуют тому, что мы, великие астральные сущности, коллективно разрешаем, я не буду считать это нарушением договора.

— Еще кое-что, — сказала Доун.

— Ты испытываешь мое терпение, слуга.

— Твой слуга — тот, кто совершил нарушение. Будь благодарен, что Мировой Феникс вообще готова принять хоть какие-то уступки.

— Чего ты хочешь?

— Твое нарушение заключалось в том, что ты пришел сюда и убил Асано. Ты украл воскрешение, которое было дано ему в качестве компенсации за то, что он стал агентом, разрешившим твои ошибки. Ты должен оставить его в покое в другом мире.

— Он придет за моими людьми. Ты ожидаешь, что они лягут и умрут?

— Ты ограничишь свои попытки убить его только теми случаями, когда он сам будет искать неприятностей. Мы оба знаем, что это будет происходить почти постоянно, так что это не должно быть обременительной уступкой. Но ты не можешь выставлять против него никого, кто выше его собственного ранга. Ни своих людей, ни кого-либо, кого ты пошлешь.

— Приемлемо. Асано не более опасен для меня, чем любой другой серебряный ранг. Он не имеет значения для моих великих планов.

Доун приподняла бровь, но не стала спорить.

— Тогда условия приняты, — сказала она.

Шако пошатнулся, когда Строитель покинул его. Он с недовольством посмотрел на Доун, а затем направился к своему порталу, остановившись перед тем, как пройти сквозь него.

— Было приятно видеть тебя, Доун. Даже при таких обстоятельствах.

— Дальше будет только хуже, Шако. Ты плохо выбрал господина.

— Я выбрал правильного для себя, — сказал Шако. — И ты не понимаешь, что сделал твой собственный господин.

Шако шагнул через арку своего портала, и она погрузилась в пол, исчезнув. Доун посмотрела вниз на искривленный меч Джейсона на полу, подняла его и унесла с собой через свой портал.

* * * Джейсон вернулся на балкон, когда действие его формы звездного феникса подошло к концу. Человек, который убил его, исчез, вместе с порталом, в котором прибыл. Вместо него остался вертикальный лист серебристо-серого света. Он огляделся, обнаружив только свое ожерелье с амулетом темного стража и миниатюрную флягу облаков, висящую на нем. Он снова повесил их себе на шею.

Его меча нигде не было видно. Он все еще чувствовал связь с предметом, связанным с душой, так что тот не был уничтожен, но не мог определить его местоположение. Без него дополнительные эффекты других его предметов не сработали бы, поэтому он не мог вызвать туманный покров из своей фляги облаков.

Не зная, что делать дальше, Джейсон почувствовал, что домен духа приближается к завершению своей трансформации. Он исследовал мерцающий лист света чувствами своей ауры, подтвердив свою догадку, что это портал. Как и портал Шако, он был ранга алмаза. Пока он размышлял об этом, вышла Доун. Джейсон впервые увидел ее истинную форму, великолепные волосы танцевали, словно огонь. Она была одета в струящееся желтое одеяние, отороченное пылающими цветами оранжевого и красного.

— Доун? Отлично выглядишь. Ты здесь не видела другого парня, случайно?

— Шако ушел.

— Хорошо. Честно говоря, я не думал, что этот парень меня прикончит.

— Ты забываешь о двери, которую забрал у Строителя. Теперь она часть тебя, и даже проблеск твоей ауры приведет любого слугу Строителя в ярость.

— О, точно. Он действительно был похож на кипящий чайник, но я думал, что это просто из-за того, что между мной и Строителем.

— Звездное семя внутри него негативно отреагировало на твою ауру. Если бы он не был достаточно силен, чтобы контролировать порыв, он мог бы напасть на тебя при первой же встрече.

— Он не контролировал порыв. Он убил меня.

— Ты с ним разговаривал, — сказала Доун.

— Ты говоришь это так, будто это объяснение.

Улыбка коснулась уголков губ Доун.

— Того, почему кто-то захотел бы тебя убить? Да, это так.

— Это немного обидно.

— Джейсон, у меня есть лишь немного времени на объяснения. Я должна уйти до того, как зона трансформации полностью сольется с твоим миром.

Она подняла то, что выглядело как маленькая модель моста. Он находился в хрустальном сосуде, как корабль в бутылке.

— Мировой Феникс лично создала этот предмет несколько мгновений назад. Это объект, подобный двери Строителя, и ты можешь поглотить его таким же образом. Как только ты восстановишь связь между мирами до ее первоначального состояния, или достаточно близко к нему, чтобы твоему миру не угрожала непосредственная опасность, ты сможешь использовать его в фундаментальном мире — то, что вы называете пространством узлов, — чтобы установить мост между мирами.

— Мост. В смысле, мост, по которому можно ходить туда-обратно?

— Не сразу, — сказала Доун. — Как только ты установишь мост с обеих сторон, он стабилизирует связь между мирами и предотвратит повторные манипуляции с ней. Со временем мост восстановит повреждения мембраны измерения твоего мира и, в конечном итоге, откроет проход между мирами.

— Насколько в конечном итоге?

— Годы. Возможно, десятилетия.

— Значит, это не будет моим путем обратно в Паллимустус.

— Ты найдешь свой собственный путь. Как только ты изменишь связь настолько, что этот мир перестанет впитывать магию из другого, произойдет магический откат, поскольку твой мир перестанет поглощать всю избыточную магию.

— Мы уже говорили об этом раньше. Это то, что спровоцирует всплеск монстров в Паллимустусе и позволит Строителю вторгнуться.

— Да. Но ты также можешь использовать этот всплеск и незавершенный мост, чтобы отправиться в Паллимустус, при условии, что сделаешь это до того, как магический откат рассеется. Эволюция дара чужемирца, которую Мировой Феникс разработала для тебя, позволит тебе пережить путешествие. Любой, кого ты будешь нести внутри своего хранилища духа, будет защищен тобой.

— Ты поедешь с нами? Я знаю, ты не полезешь в хранилище духа, но у тебя есть межпространственный космический корабль или что-то в этом роде, верно? Я предполагаю, что именно оттуда взялся тот портал, раз у тебя самой нет способности к порталам.

— Это так, и я отправляюсь в другой мир. На самом деле, раньше тебя.

— Ты уходишь сейчас, — понял Джейсон.

— Я оставила для тебя последнее послание в твоей облачной лодке. У тебя есть все необходимое, чтобы сделать то, что должно быть сделано. Более того, я верю, что ты справишься. Другой мир сейчас нуждается во мне больше, чем ты.

— Ты собираешься предупредить их о Строителе?

— После многих лет готовности к всплеску монстров, который так и не наступает, другой мир не будет готов, когда это наконец произойдет. У тебя уйдет еще шесть месяцев на то, чтобы закончить восстановление связи. У меня есть это время, чтобы подготовить их.

— Тогда увидимся там?

— Увидимся, хотя не ожидай, что я буду решать твои проблемы за тебя. У меня все еще есть ограничения, которых я должна придерживаться.

— Конечно. Можешь присмотреть за моими друзьями ради меня?

— Могу и присмотрю.

Джейсон достал из инвентаря записывающий кристалл и бросил его ей.

— Покажи это моим друзьям, хорошо?

— Я позабочусь, чтобы они его получили.

Доун посмотрела мимо Джейсона на энергетический шторм, кружащийся за пределами балкона.

— Я больше не могу медлить.

— Да, без проблем. О, ты не видела мой меч? Тот другой парень его не забрал, а?

— Твой меч не в том состоянии, чтобы быть полезным, поэтому я его забрала, — сказала она, подходя к порталу. — Он будет ждать тебя в другом мире.

— Отлично. Знаешь, для приспешницы супербога ты вполне нормальная девчонка.

— Лучше быть королевой, чем пешкой, Джейсон.

Прежде чем он успел ответить, она шагнула в мерцающий портал, и тот исчез.

— Свалила, оставив последнее слово за собой, да? — сказал он пустому пространству, которое занимал портал. Теплая улыбка коснулась его лица.

— Да, — признал он. — Это была довольно неплохая фраза на прощание.

ЛИЦЕНЗИОННОЕ СОГЛАШЕНИЕ С КОНЕЧНЫМ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕМ

ЛИЦЕНЗИОННОЕ СОГЛАШЕНИЕ С КОНЕЧНЫМ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕМ

Джейсон смотрел на кружащуюся радужную энергию за пределами пагоды. Момент отчаяния заставил его нырнуть в нее в форме звездного феникса после последнего воскрешения. Энергия, прошедшая сквозь него в этом необычном состоянии, еще больше усилила его понимание действующих астральных энергий.

Приобретения не стоили того, чем пришлось пожертвовать. У Джейсона больше не было страховочной сети в виде способности к воскрешению, по крайней мере, до тех пор, пока он не повысит ранг через десять или более лет. Он ничего не мог поделать перед лицом обладателя алмазного ранга, и он до сих пор не знал, было ли это намерением Строителя с самого начала.

Неужели Строитель отправил Шако под предлогом разрешения конфликта, чтобы тот мог «потерять контроль» и убить Джейсона в гневе? Была ли вся цель в том, чтобы попытаться нанести удар по Джейсону, когда соглашение с другими великими астральными существами, возможно, не действовало? Никто не питал иллюзий, что Джейсон действительно умрет, но теперь он вернется в мир, полный приспешников Строителя, где постоянная смерть стала нависшей угрозой.

Джейсон протянул руку и позволил радужному свету течь сквозь пальцы, больше не боясь этих энергий. Теперь он понимал и их, и себя настолько хорошо, что они больше не представляли для него опасности. Тело Джейсона, подобно самой энергии, было гештальтом физического и духовного, материи и нематериальных сил, не просто соединенных, как тело и душа, а перекованных во что-то иное.

У Джейсона также появилась некоторая способность манипулировать радужной энергией. Это было сочетание его природы, его понимания и одного из эффектов уникальной иномировой способности, которую Мировой Феникс разработал для него. Модулируя окружающие энергии, он превратил это место в среду, в которой мог процветать.

* Находясь в астрале, вы сможете создавать и поддерживать небольшую зону физической реальности вокруг себя. Это не дает способности входить в астрал или перемещаться по нему.

Джейсон ничего не предпринимал, пока энергия омывала его пальцы; он не был настолько глуп, чтобы вмешиваться в более масштабный процесс. Поначалу казалось, что пагода останется неизменной, но это было не так.

* Трансфигурация пагоды будет проходить поэтапно. Пожалуйста, эвакуируйте третий этаж.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Это европейская/австралийская система наименования этажей, где есть цокольный этаж, затем первый, второй и так далее, поэтому то, что называется третьим этажом, является четвертым уровнем здания? Или это система, которую используют везде, где уровень земли — это первый этаж, второй уровень — второй этаж и так далее?

Справка: Локализованные обозначения этажей

* Нумерация этажей начинается с цокольного этажа, а первый этаж над ним обозначается как «первый этаж». Хотите изменить нумерацию на альтернативную систему?

— Все в порядке. Я просто не хочу эвакуировать не тот этаж.

* Третий этаж — это четвертый уровень здания. Пожалуйста, эвакуируйте всех людей и не допускайте доступа во время процесса трансфигурации.

Словацкая семья находилась на уровень ниже, на этаже, полностью состоящем из жилых люксов.

— Тень, проследи, чтобы наши гости не начали бродить где попало.

— Конечно, мистер Асано.

Через некоторое время энергия хлынула на балкон пагоды на третьем этаже, проникая внутрь и подвергая пагоду очередной трансформации. После того как она отхлынула, система предупредила Джейсона эвакуировать верхний этаж, а затем остальные в порядке убывания. Он не был уверен, почему процесс начался со второго сверху этажа, но, вероятно, потому, что именно там находилась комната с порталом.

Джейсон воссоединился с семьей, пока они играли в «музыкальные стулья» с трансформирующимися уровнями пагоды. Преобразованные уровни приняли форму, гораздо более похожую на окружающий город, построенный из облачной субстанции в сказочных цветах, имитируя состав конструктов из облачной фляги Джейсона. Это было всё: от стен, полов и потолков до мебели и фурнитуры.

Трансформация также сопровождалась редизайном. Цокольный этаж остался прежним: атриум с водопадом посреди комнаты, низвергающимся с мезонина выше. Первый этаж по-прежнему выходил на атриум, но теперь стал открытым пространством, которое служило новой портальной зоной. Там было десять портальных арок, все из темного кристалла, как у портальной арки Джейсона, но ни одна из них не была активна.

Второй этаж был занят тем, что выглядело как административный центр с офисами и общим залом. Третий, бывший ранее уровнем с портальной комнатой, был занят одним жилым люксом с несколькими спальнями. Верхний этаж представлял собой жилой люкс с одной спальней. Вся пагода была наполнена аурой Джейсона, которая ощущалась скорее как доброжелательная, чем враждебная, за исключением верхнего этажа. Там она была тяжелой и гнетущей, за исключением самого Джейсона.

Под землей также появились новые уровни, которые были пустыми складскими помещениями. Как и на верхнем этаже, аура Джейсона там была намного сильнее.

Исследуя пагоду после последних изменений, Джейсон почувствовал, как энергия снаружи начала редеть. Поначалу это было незаметно для обычных чувств, но к тому времени, как Джейсон снова оказался на балконе верхнего этажа, она уже зримо исчезала. Он наблюдал, как город вновь появляется сквозь кружащийся радужный свет, и заметил купол высоко вверху. Как и ожидалось, пагода была расположена прямо под вершиной купола. В отличие от того момента, когда он вошел, купол стал намного темнее, но с кружащейся цветной туманностью.

* * * Герлинг почувствовал изменение в куполе. Это был первый раз, когда этот идиосинкразический пример соответствовал его опыту из других зон трансформации. Он ощутил знакомое чувство купола, готового исчезнуть, открывая то, что находится внутри.

Герлинг был далеко не единственным, кто был готов действовать, почувствовав перемену. Когда части купола начали растворяться, все люди, которые были настороже после изменений купола, внезапно бросились обратно по склонам, выискивая дыры, чтобы нырнуть внутрь. Герлинг не присоединился к ним, оставаясь бесстрастным на краю лагеря Американской Сети. Другой обладатель золотого ранга из США, прибывший всего несколько часов назад, не разделял его сдержанности и сорвался с места на полной скорости.

— Герлинг! — крикнул его куратор Клири. — Почему ты не двигаешься?

— Я пойду, когда буду готов, — прорычал Герлинг.

— Каждая крупная сила в мире усилила здесь свое присутствие, а ты хочешь играть в «подождем и увидим»?

Герлинг посмотрел на Клири с презрением.

— Я уже был там однажды. Суета — хороший способ погибнуть.

— Это было, когда она была активна, — сказал Клири. — Теперь, когда купол опускается, нормальные магические условия восстановятся.

Герлинг не стал спорить, закрыв глаза и расширив свои чувства. С куполом в центре, аура Асано покрывала географически значительную часть западной Словакии. Герлинг почувствовал, как теперь она начала стремительно сжиматься. Он хотел увидеть, в каком состоянии она окажется, прежде чем приблизиться к быстро открывающейся зоне трансформации.

— Я не считал тебя трусом, — сказал Клири.

Глаза Герлинга распахнулись, чтобы навести «ракетный прицел» на лицо Клири. Аура Герлинга сжала ауру Клири, словно автомобильный пресс, пока Клири не задрожал на месте.

— Прости, я отвлекся, — извинился Герлинг. — Я не расслышал последнее, что ты сказал. Не будешь ли ты так любезен повторить?

Разум Клири кричал его ногам бежать, но они не слушались.

— Мистер Клири? — вопросительно спросил Герлинг.

Герлинг отпустил свою ауру, и Клири бросился наутек, спотыкаясь на бегу.

* * * Радужный свет исчез, и солнечный свет пробивался сквозь купол все сильнее, пока тот растворялся. Он осветил сказочное королевство, в которое превратился город Джейсона, с красочными облачными домами, мощеными дорожками, цветами, деревьями и парками. Дизайн представлял собой эклектичную смесь стилей, черпая влияние со всего мира: ближневосточные мотивы сталкивались с японскими, южноамериканскими и европейскими. Это должна была быть мешанина, но каким-то образом всё работало, странные магические материалы и яркие цвета связывали всё воедино.

— В стиле анимационного фильма, — пробормотал Джейсон про себя, оглядывая всё это. Он с тревогой ждал системных сообщений, которые, как он знал, должны были появиться.

* Вы успешно разделили перекрывающиеся зону трансформации и прото-пространство. Зона трансформации реинтегрируется с физической реальностью. Эффекты аномального пространства больше не действуют. Ваши способности сущности разблокированы. * Зона трансформации не была полностью стабилизирована. Реинтеграция с физической реальностью оказывает локализованное разрушительное воздействие на размерную мембрану, создавая риск разрыва. * Прото-пространство было стабилизировано в постоянное астральное пространство. Это стабилизирует нарушение и рассеивает его, уменьшая эффект на более широкой территории.

Джейсон почувствовал дрожь в окружающей магии. Для него, с его силой души и связью с астралом, это была рябь на пруду. Однако он чувствовал, что это происходит в огромном масштабе, и беспокоился, что для других это будет цунами.

* * * Хотя вокруг купола было много людей серебряного и даже золотого ранга, в лагерях на вспомогательных ролях было гораздо больше бронзовых и железных рангов. Когда мировая магия превратилась в приливную волну хаоса, обладатели серебряного ранга справились достаточно хорошо, а обладатели золотого ранга были в порядке, но остальные падали на землю, крича.

Герлинг почувствовал, как некоторые ауры железного ранга погасли, поскольку они не выдержали давления и умерли. Обычные ранговые в этом районе, в основном в близлежащем городе Нитра, по-видимому, не пострадали, насколько мог судить Герлинг.

Герлинг закрыл глаза, расширяя свою ауру над лагерем Американской Сети и пытаясь защитить его от последствий. Это было эффективно лишь частично, но этого хватило, чтобы привести бронзовые ранги в чувство, в то время как железные ранги перешли от мучительных криков к стонам от боли.

* * * Джейсон легко спрыгнул с балкона, ухватился за край крыши выше своей восстановленной теневой рукой и подтянулся на нее. Стоя на вершине склона, он наблюдал за окрестностями, пока купол продолжал растворяться над его головой.

* Размерное нарушение сделало размерную мембрану более проницаемой, повысив базовый уровень магической плотности [Земли]. Локализованные зоны повышенной размерной проницаемости будут иметь повышенные уровни магической плотности. * Как только новые уровни окружающей магии нормализуются, [Земля] больше не будет подвержена ограничениям на восстановление маны, выносливости и здоровья из-за экстремально низких магических условий. * Из-за повышенных уровней магической проницаемости магия больше не будет накапливаться извне и проявляться как прото-пространства. Магия будет проявляться непосредственно в мире. * [Земля] в настоящее время подвержена аномально большому притоку магии. Новая проницаемая размерная мембрана более уязвима к избыточной магии и будет деградировать быстрее.

Плечи Джейсона опустились от облегчения. Это было далеко не хорошей новостью, но, по крайней мере, мир не будет уничтожен на этой неделе.

— Поздравляю, мистер Асано, — сказала Тень, проявляясь из тени Джейсона. — Вы только что спасли мир.

Джейсон издал усталый смешок.

— Я думал, это будет потрясающее чувство, но я просто устал.

— Возможно, вы почувствуете себя лучше, когда у вас будет время отдохнуть, — предположила Тень.

— У меня нет времени на отдых, — сказал Джейсон. Он уже чувствовал, как обладатели серебряного и золотого рангов вторгаются в его духовный домен.

Как и ожидалось, его домен теперь покрывал пространство вплоть до его второй территории, которая была первоначальным участком города. Остальное было перенесено в астральное пространство, которое он мог чувствовать, как своей способностью обнаруживать астральные пространства, так и через свою связь с ним. Он чувствовал, как сила его духовного домена оседает вокруг него, и это сопровождалось стеной текста.

* Вы создали постоянный духовный домен. Максимальная общая площадь, которую могут покрывать ваши духовные домены, ограничена силой вашей души и вашим рангом. Текущий объем установленного максимального духовного домена: 3266%. Повысьте свой ранг, чтобы увеличить максимальный размер общего духовного домена. * Этот духовный домен имеет связанное астральное пространство. Астральное пространство получает полные эффекты вашего духовного домена, но не учитывается в вашем максимальном размере духовного домена. Порталы в [Пагоде Прибытия], соединяющиеся с различными локациями в астральном пространстве, теперь активны. Любой невраждебный субъект может использовать порталы по умолчанию, но вы можете индивидуально предоставлять или запрещать доступ или устанавливать альтернативные критерии для входа. * Магическая плотность ваших духовных доменов и взаимосвязанных астральных пространств искусственно ограничена серебряным рангом. Это влияет только на проявления монстров, так как проявления, не являющиеся монстрами, не связаны с магическим рангом. Повысьте свой ранг, чтобы увеличить уровень проявлений монстров, происходящих внутри ваших духовных доменов. * Проявления монстров будут смещены за пределы вашего духовного домена или в дикие области присоединенного астрального пространства. Монстры, проявляющиеся в диких областях астрального пространства, не подвергаются негативным эффектам астрального пространства. * Любой человек или что-либо, враждебное вам, вашему домену или любым невраждебным существам внутри ваших доменов, немедленно получит эффекты [Кровь из камня], [Смертность] и [Слабость плоти]. Они также будут постоянно накапливать экземпляры эффекта [Грех], которые они будут отчетливо ощущать. Те, кто останется на длительные периоды, будут периодически накапливать экземпляры эффекта [Возмездие за грех]. Любые враждебные действия против вас, вашего домена или кого-либо внутри вашего домена немедленно приведут к накоплению дополнительных экземпляров [Возмездия за грех]. Все эффекты духовного домена игнорируют разницу в рангах и не могут быть сопротивлены или очищены, но заканчиваются немедленно при выходе из духовного домена. * Любой, кто умрет от эффектов духовного домена, будет поглощен трансцендентным уроном. Они будут разграблены, а их имущество будет отправлено в хранилище в [Пагоде Прибытия] этого доменного пространства. * Враждебность определяется истинным намерением тех, кто входит в ваш духовный домен. Их истинное намерение не может быть скрыто никакими средствами, включая самообман. Вы можете индивидуально назначить любого внутри вашего духовного домена враждебным или невраждебным в любое время. * Те, кто искренне почитает вас, находясь внутри вашего духовного домена, будут периодически преобразовывать экземпляры проклятий, болезней, ядов, святых и нечестивых эффектов в экземпляры [Целостность]. * Вы можете чувствовать местоположение и ауру любого внутри любого из ваших духовных доменов в любое время, на любом расстоянии. Нет никаких средств избежать этого эффекта, независимо от ранга или природы способности. На вашем текущем ранге этот эффект может пересекать локализованную размерную границу астрального пространства, но не между вселенными. Повысьте свой ранг, чтобы чувствовать свои духовные домены в альтернативных реальностях.

— Это похоже на лицензионное соглашение с конечным пользователем. Могу я просто нажать «Я согласен» и двигаться дальше?

Джейсон понял, что может делать его духовный домен, через свою связь с ним. Весь аспект почитания очень беспокоил его, поэтому он отложил его в сторону, чтобы сосредоточиться на аспектах, которые помогут ему выжить, когда на него обрушится значительная часть магической силы мира.

В общих чертах, любой, кто вторгался в домен с враждебными намерениями, получал предупреждение по мере накопления эффекта греха. Они также получали набор эффектов Джейсона, которые позволяли его силам обходить иммунитеты. Если они игнорировали предупреждения и отказывались уйти, они получали урон, который продолжал умножаться, пока не убивал их, а их тело стиралось из существования.

— Это довольно сурово.

Джейсон уже чувствовал, как сила воздействует на амбициозных злоумышленников, ищущих добычу. Они мчались по городу, некоторые обыскивали дома на окраинах, в то время как другие, в основном более могущественные, устремились к пагоде, которую видели возвышающейся над городом. Новые здания были не выше двух-трех этажей, поэтому ее было легко заметить.

Ожидая на крыше пагоды, Джейсон вернул свой наряд в инвентарь, призвав свой кровавый халат и плащ звездного света. Джейсон протянул руку, кровь брызнула наружу, собираясь в гуманоидную форму Колина. Выглядя как Джейсон, только без плаща, но с пурпурно-красной кожей, Колин встал слева от Джейсона. Тень встала справа от Джейсона, и Гордон также проявился, выстроившись в линию с остальными, пока они ждали обладателей золотого ранга, серебряного ранга и древних вампиров, бегущих, едущих и летящих к ним.

— Тень, не могла бы ты проводить семью целестинов в хранилище, пожалуйста?

— Конечно, мистер Асано.

ПЕРЕГОВОРЫ

ПЕРЕГОВОРЫ

Обладатели золотого ранга, серебряного и даже несколько смельчаков бронзового ринулись под купол, как только тот начал рушиться. Как только он полностью исчез и преобразованная область открылась взорам всех присутствующих, за ними последовало еще больше людей.

Герлинг по-прежнему терпеливо стоял и наблюдал. Обычно зона трансформации превращала местность в сверхъестественное отражение её первоначального состояния, но словацкие сельхозугодья превратились в городок из мультфильма: повсюду яркие облачные дома, цветы и деревья. Он даже не был таким, каким был, когда Герлинг находился внутри менее двух недель назад.

Пока Герлинг наблюдал, он почувствовал, как все бронзовые ранги развернулись и покинули зону. Многие серебряные ранги делали то же самое, и Герлинг направился навстречу одному из них, возвращавшемуся в лагерь американской Сети. Герлинг отвел его в сборное здание, где располагался лагерный бар, зашел за стойку и налил им обоим по крепкому напитку.

— Спасибо, Джек, — сказал мужчина, и они оба залпом осушили стаканы. Герлинг налил им еще по одной.

— С чем ты столкнулся, Клинт?

— Не уверен, — ответил Клинт. — Как только я вошел в этот странный город, появилось чувство, будто я вторгаюсь куда-то без спроса. Чем дольше я там находился, тем хуже становилось: нарастало ощущение, что должно случиться что-то плохое. Какое-то возмездие. Самое худшее, из-за чего я и развернулся, — это чувство, что, что бы ни случилось, я это заслужил. Меня это так пробрало, что я свалил.

— В смысле, заслужил? Возмездие?

— Ага. Это как… даже не знаю, как описать. Будто я знал, что мои собственные решения были неверны, и что бы со мной ни случилось, я сам напросился.

— Как грех, — сказал Герлинг.

— Да, именно, — Клинт ткнул пальцем в воздух. — Я никогда не был религиозным, но да. Как будто вторжение в это место — грех. Как это вообще работает?

— Грех — одна из эссенций Асано, — сказал Герлинг. — Это он сделал с тобой.

— Оставлю этого парня тебе, — сказал Клинт. — Он явно не по моему уровню, а мой уровень чертовски высок.

Клири открыл дверь и вошел.

— Вагнер, — сказал он, глядя на Клинта. — Зачем ты туда пошел, только чтобы развернуться и сразу вернуться?

— Там опасно, — сказал Герлинг. С быстротой золотого ранга он метнулся из-за стойки и встал между Клинтом и Клири. Клири отступил на шаг, все еще потрясенный их последним разговором.

— Мы упускаем момент.

Герлинг наклонил голову, сосредоточившись на своем ауральном восприятии.

— Первый серебряный ранг только что погиб, пытаясь выбраться, — сказал Герлинг. — Остальные бегут, но он зашел слишком далеко.

— Погиб? — переспросил Клири. — Ты уверен?

— Да. Это был не наш.

— Черт возьми, — выругался Клири, проводя рукой по рту. — Вагнер, там действительно настолько враждебно?

— Одно лишь присутствие там ощущается как грех, — подтвердил Клинт.

— Грех? — спросил Клири, обменявшись взглядом с Герлингом. — Асано?

Герлинг кивнул. — Он явно всё контролирует.

— Ты не мог взять контроль на себя, пока был там? — спросил Клири. — Ты сильнее его.

— Возможно, ты заметил, Клири, что Асано по уши в тайнах. Это он открыл это место и мог контролировать наши перемещения. Он понимал это место. Как бы мне ни было противно это признавать, я бы не выбрался оттуда без него.

— И теперь он что? Построил магический город в европейской глуши?

Клири покачал головой и вздохнул.

— Ладно, — продолжил Клири, успокоившись. — Я наложу мораторий на вход наших людей, пока мы не узнаем больше. Нет смысла посылать их на смерть, когда мы даже не знаем, что там внутри. Тем временем, можешь подобраться поближе, не заходя внутрь? Попробуй разузнать хоть что-то об этом месте. Твои чувства лучше, чем большинство тестов, которые могут провести наши ритуалисты.

Герлинг кивнул.

— Я пойду взгляну.

* * * Джейсон почувствовал, как двое старейшин словацкой семьи подхватили проклятие греха, и мысленно исключил их из списка тех, кого атаковал его духовный домен. Похоже, Николата не шутила насчет того, что ее бабушка и дедушка плохо о нем думают.

Он чувствовал, как нарушители страдают от воздействия, проникая в астральное пространство. Некоторые быстро разворачивались, другие делали это лишь тогда, когда зловещие ощущения перерастали в некроз, разъедающий их плоть. Только те, кто рванулся к пагоде, игнорируя получаемый урон, сильно пострадали, а серебряные ранги среди них в итоге повернули назад.

Серебряные ранги без труда спасались, если уходили сразу, а золотые могли выдержать гораздо больше. Погибали только смелые бронзовые ранги, которые игнорировали зловещие предчувствия и продолжали идти, пока не начинался урон.

Это был лишь вопрос времени, прежде чем совокупный эффект урона одолел бы даже золотые ранги, но они были на порядок выносливее даже серебряных. Хотя защитные меры домена Джейсона игнорировали разницу в рангах, это все еще были эффекты серебряного ранга. Золотые ранги могли продержаться довольно долго.

Двое пользователей эссенции золотого ранга и три вампира приблизились к пагоде по воздуху. Одним из пользователей эссенции был Чэнь, которого Джейсон уже знал, а другой был белым, что означало — американец. Чэнь летел свободно, а другой пользователь эссенции держался в воздухе с помощью механических крыльев. Двое вампиров стояли на облаке кровавого тумана, а последний — на спине гигантского ворона, который без труда завис в воздухе, хлопая крыльями.

Они выстроились в воздухе перед пагодой, где, в свою очередь, выстроились Джейсон и его фамильяры. Джейсон откинул капюшон, открыв лицо.

— Чем могу помочь? — небрежно спросил он.

— Мистер Асано, — сказал Чэнь. — Насколько вы контролируете это место?

— Друг, когда ты в последний раз занимался самообслуживанием?

— Прошу прощения?

— Ну, знаешь, летал в одиночку. Взвешивал колбасу. Тер лампу, пока джинн не вылез.

Чэнь выглядел недоверчиво. — Вы говорите о…?

— Ага, — сказал Джейсон.

— Зачем вы об этом спрашиваете?

— Судя по тому, как вы начали этот разговор, я решил, что мы будем задавать вопросы, на которые собеседник точно не ответит.

— Зачем позволять этому слабаку болтать? — спросил один из вампиров. — Я заставлю его говорить.

— Нет… — сказал Чэнь, но вампир уже спрыгнул с кровавого облака в сторону Джейсона. Вампиры были лишены магического чутья пользователей эссенции, поэтому он не заметил невидимый пузырь, в который Джейсон заключил крышу пагоды. Это была особенность его облачных конструктов: обычная стена с максимальной прозрачностью.

Уже после прыжка осязание золотого ранга вампира уловило присутствие пузыря по тому, как воздух обтекал его. Он изменил положение, чтобы грациозно приземлиться на купол, а не врезаться в него, и тут же принялся колотить кулаком по слегка пружинящему невидимому облачному куполу.

— Колин, — сказал Джейсон.

Красные полоски кровавой ткани вырвались из Колина, обмотав руки, ноги и голову вампира. Он легко вырвался и отпрыгнул обратно на облако тумана, но на его коже остались жуткие рубцы там, где ткань содрала кожу.

— Вы можете прорваться через этот барьер, — сказал Джейсон. — Пока вы будете это делать, я спущусь через крышу, которую вам тоже придется проломить. А потом еще одну, и еще одну. Как думаете, сколько вы продержитесь? Вы, четвертая категория, крепкие ребята, но вы же понимаете, что урон, который наносит вам это место, растет в геометрической прогрессии.

— Мы хотели бы договориться о доступе в это пространство, — сказал Чэнь.

— Потому что именно так делали викинги, — сказал Джейсон. — Брали свои драккары, плыли в Англию и договаривались о правах на грабеж.

— Этот человек несет чушь, — сказал раненый вампир, даже когда его раны затянулись. — Мы должны действовать вместе. Барьер не такой уж прочный.

— Здесь нет для вас никаких сокровищ, — сказал Джейсон.

— Вы ожидаете, что мы в это поверим? — спросил другой пользователь эссенции.

— Мне плевать, во что вы верите, — сказал Джейсон. — Здесь целый город вещей, которые вам ничем не помогут, но можете пошариться здесь, пока не расплавитесь.

— Самое ценное явно в этой башне, — сказал американец. — Мне нравится план вампира. Давайте проломимся внутрь.

— Если вы намерены это сделать, желаю удачи, — сказал Чэнь. — Я однажды уже проигнорировал предупреждение мистера Асано и чуть не лишился жизни. Больше я такой ошибки не совершу.

Он повернулся к Джейсону.

— Неужели действительно нет места для компромисса, мистер Асано?

— Если бы у меня не было сил вас сдержать, вы бы держали меня вниз головой и вытряхивали из меня вкусняшки, — сказал Джейсон. — Вы приходите сюда, чтобы забрать мое добро, понимаете, что не можете, а потом хотите идти на компромисс? При всем глубоком уважении, мистер Чэнь, идите в задницу.

Чэнь слегка улыбнулся Джейсону, но улыбка не коснулась его глаз.

— Тогда я откланяюсь, — сказал Чэнь. — Я чувствую, как сила этого места влияет на меня все сильнее с каждой минутой, поэтому я удаляюсь. Рекомендую остальным сделать то же самое.

Чэнь улетел, оставив трех вампиров и другого пользователя эссенции. Не доверяя вампирам и не желая рисковать, пользователь эссенции последовал за Чэнем.

— Мы уйдем, — сказал один из вампиров Джейсону. — Настанет день, когда ты заплатишь за свое высокомерие.

— Обычно так и бывает, — грустно признал Джейсон.

* * * Самолетная форма Тени летела высоко в небе над Италией, пока Джейсон отдыхал. Ему удалось выбраться из своего духовного домена, используя способность к порталам, предварительно разведав потенциальные точки назначения до прибытия под купол. Он знал, что, входя туда, окружит себя если не врагами, то, по крайней мере, бесполезно алчными магическими фракциями, и ему понадобится план отступления.

Перед уходом он связался со словацким правительством, которому семья фермеров просила его их передать. Он мог лишь предположить, что все остальные под куполом погибли во время трансформации, поскольку их не было в городе, и их нельзя было найти в астральном пространстве. Само астральное пространство представляло собой смесь сред, которые были на его территориях, но более интегрированную, чем исходные концентрические кольца.

Джейсон отправил семью к представителям их правительства через портал, заодно договорившись о будущей встрече. В конце концов, Джейсон по сути аннексировал двадцать шесть квадратных километров суверенного государства. Эта последующая встреча прошла не очень хорошо.

— Пора, мистер Асано, — сказала Тень.

Джейсон ухмыльнулся, не вставая с кресла, в котором полулежал.

— Хорошо, — сказал он. — Будет здорово выпрыгнуть из самолета, когда я не несусь сломя голову сражаться с оборотнями-динозаврами или уничтожать парней, которые взорвали самолет. Можно просто насладиться процессом.

— Ну что, начнем? — спросила Тень.

— Давай.

Самолет превратился в облако теней, которое поглотил Джейсон, описывая дугу в воздухе. Поначалу он даже не изменил позу: ноги скрещены, руки за головой, словно он все еще сидел в кресле. В конце концов, он перенес вес, чтобы перевернуться и посмотреть на Венецию, раскинувшуюся внизу. Он наколдовал свой плащ и направился туда, где оставил облачную лодку, в которой прятались Фарра и его семья, легко приземлившись на палубу. Он вошел внутрь и попал в «промышленные тиски» объятий племянницы, а также получил приветствия от группы, которая была рада видеть его спустя две недели.

— В новостях гадают, кто тебя похитил, — сказала Эрика. — Они до сих пор не знают, кто напал на встречу со словацким правительством.

— Это было само правительство, — сказал Джейсон. — Когда Сеть раскололась, различные правительства в итоге стали работать с разными фракциями Сети или обратились к Кабале или EOA. Словаки в итоге оказались с руководящей фракцией Сети.

— Сейчас они публично называют себя Истинной Сетью, — сказала Фарра.

— Как бы они себя ни называли, — продолжил Джейсон, — у них нет золотых рангов, как у Китая и США. Они зажаты между ними и вампирами, глядя в дуло собственной неактуальности. Они думали, что я помогу им склонить чашу весов. У них хватило наглости попытаться заключить сделку после того, как я…

Он взглянул на Эми, сидевшую на диване рядом с ним.

— …разобрался с их тактическими группами.

* * * Джейсон поделился с семьей «причесанной» версией своих приключений, а затем более подробной — наедине с Фаррой. С ней он не стал опускать такие моменты, как его смерть и то, что сказала ему Доун.

— Нам нужно принять решения, — сказала Фарра. — Имело бы смысл перевезти твою семью из Деревни Асано в этот твой духовный домен. Однако со всеми вытекающими отсюда сложностями это может быть проблематично.

— Мне это тоже приходило в голову, но я не думаю, что оно того стоит. За деревней и духовным доменом следят, и хотя мы можем обойти слежку, это будет логистически сложно. С самого начала члены семьи докладывали фракциям. Что произойдет, когда духовный домен сочтет их враждебными? Вышвырнет? Все равно впустит? К тому же, кто знает, сколько из них захотят на это пойти. Деревня Асано была убежищем, пока мир сходит с ума, и я уверен, многие из них не захотят уезжать.

— Со всем этим будет долго разбираться, — сказала Фарра.

— Я не исправил трансформацию идеально, — сказал Джейсон. — Я остановил конец света, который должен был наступить более-менее немедленно, но часы тикают быстрее, чем когда-либо. Я бы хотел перевезти семью, но не могу позволить себе такую задержку.

— В зонах с самым низким уровнем магии начали происходить магические проявления, — сказала Фарра. — В основном это мелкие монстры и несколько железных рангов, но люди в панике. Фракции Сети отслеживают их с помощью сетки, и больше не будет волн монстров, но теперь монстры просто появляются в разных местах.

— Вот оно что, — сказал Джейсон. — Немагический мир, который я оставил, теперь магический. Люди начнут натыкаться на эссенции. Монстры могут появиться где угодно.

— Он никогда на самом деле не был без магии, — заметила Фарра.

— Для большинства из нас — был, — сказал Джейсон.

— Еще одна вещь, о которой стоит знать, — это вампиры. Они захватывают все больше мест, в основном здесь, в Европе, и в Южной Америке. США в значительной степени сдерживают своих, Китай, похоже, тоже, хотя трудно сказать наверняка из-за их политики информационной блокады. Никто не знает, что происходит в России, но ходят слухи, что вампиры и остальная часть Кабалы чуть ли не начали войну.

— Если вампиры и остальная часть Кабалы раскололись, как Сеть, это хорошо для команды «анти-вампирский апокалипсис», — сказал Джейсон. — Нам нужно вернуться к исправлению связи между мирами, прежде чем вампиры предпримут какие-либо крупные, коллективные действия.

— Все указывает на то, что это близко, — сказала Фарра. — Если даже в публичных новостях об этом говорят, война, вероятно, неизбежна. А как насчет нашего плана совершить налет на объект по улучшению крови здесь, в Венеции?

— Мы его осуществим. Эта кровь и те свободные Ядра реальности нам пригодятся.

— Остается вопрос, как отслеживать узлы, теперь, когда у нас нет прото-пространств для использования.

— С этим, я думаю, я справлюсь. Мое время внутри купола стоило мне одной жизни, но мое понимание астральных сил и того, как они связаны с пространством узлов, значительно продвинулось. Возможно, я смогу отслеживать узлы быстрее и надежнее, чем нашими старыми методами.

— Приятно это слышать, — сказала Фарра.

— Но сначала нам нужно кое с чем разобраться, — сказал Джейсон. — Я разжился кое-каким лутом, пока меня не было.

ЕЩЕ ОДИН ДЕНЬ ДЛЯ ВАМПИРОВ

ЕЩЕ ОДИН ДЕНЬ ДЛЯ ВАМПИРОВ

Джейсон и Фарра сидели в каюте облачной лодки, разбирая добычу, полученную Джейсоном в ходе приключений в зоне трансформации. Самыми значимыми были два предмета, которые он выбил из вампирически трансформированного золотого ранга, Трана. Первым был браслет — простое кольцо из мраморного красно-черного камня.

Предмет: [Клинок Королевы Крови] (железный ранг [развитие], легендарный)

* Браслет, дарующий фрагмент мощи, принадлежащей Королеве Крови * (ювелирное изделие, браслет).

* Эффект: Клинковое оружие, призванное с помощью способностей железного ранга или ниже, при ношении этого браслета наносит урон здоровью и выносливости при атаках. Эффект высасывания усиливается на вампирических врагах и других противниках, которые накапливают украденную жизненную силу. Вместо исцеления владельца, вытянутая жизненная сила сохраняется внутри браслета. * Эффект: Каждый раз, когда суммарно высасывается небольшой порог здоровья, владелец получает экземпляр [Кровь Бессмертного]. Это не расходует накопленную браслетом жизненную силу. Этот эффект не срабатывает, если у владельца нет крови. * Эффект: Как только суммарно высасывается основной порог здоровья, владелец может поглотить всю жизненную силу в браслете на любой стадии, чтобы получить [Мощь Королевы Крови]. Эту способность нельзя использовать, если у владельца нет крови. * [Кровь Бессмертного] (благо, исцеление, нечестивое, суммирующееся): При получении урона расходуется один экземпляр, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект постепенного исцеления. Можно накопить дополнительные экземпляры, но они не дают кумулятивного эффекта. * [Мощь Королевы Крови] (благо, нечестивое): Атрибуты [Мощь], [Спид] и [Восстановление] массово увеличиваются. Снижение урона и сопротивление эффектам крови усиливаются. Пока эта способность активна, эффект высасывания, применяемый к клинковому оружию, усиливается и напрямую вытягивает жизненную силу владельцу браслета, а не в браслет. Жизненная сила, вытянутая, пока владелец не ранен, увеличивает длительность этого эффекта.

— Для меня это избыточно, — сказал Джейсон. — Мои способности крови делают практически то же самое. Одна из них даже дает мне точно такой же эффект исцеления. «Воскресный удар» браслета сильнее, чем то, что есть у меня, но ты получишь от него больше пользы, чем я. Если наложишь это поверх своих существующих самобаффов, то, вероятно, сможешь в одиночку справиться с древним вампиром.

— Нам нужно повысить его ранг, — сказала Фарра.

— Как я и говорил, у меня горы материалов. Там были такие приятные холмистые места с кучей троллей. Там было всё: мощь, развитие и кровь в виде эссенций, камней пробуждения и огромных куч квинтэссенции. Я не видел столько с тех пор, как ограбил растение размером с город.

Для улучшения предмета развития требовалось большое количество квинтэссенции крови и духовных монет, которых у Джейсона было в достатке. Это всегда была относительно доступная форма квинтэссенции, и Джейсон давно копил её на случай, если потребуется снова призвать Колина.

— Если мы сможем поднять его до серебряного ранга, он должен неплохо потрепать некоторых вампиров, — сказала Фарра.

— Это не единственное, что выпало с вампира, — сказал Джейсон, доставая богато украшенную четырехгранную стеклянную лампу. — Она не такая мощная, как кристалл солнца, который я потратил, чтобы её получить, но в качестве компенсации могло быть и хуже.

Лампа была обрамлена серебром и золотом, с сапфировыми вставками и бриллиантом в центре вместо пламени.

Предмет: [Маяк Дня] (золотой ранг, редкий)

* Вариант мана-лампы, расширяющий зону покрытия за счет усиления только конкретного аспекта плотности магии * (инструмент, лампа).

* Эффект: В неактивном состоянии лампа накапливает и хранит окружающую магию. Скорость накопления зависит от магической плотности местности. * Эффект: В активном состоянии лампа усиливает магическую плотность солнечного света на обширной территории. Сама лампа не генерирует солнечный свет. Это не оказывает иного влияния на местную магическую плотность.

— Это потенциально огромное благо для нас, — сказала Фарра. — Только самые слабые вампиры будут подвержены воздействию солнечного света в большинстве мест на Земле, даже с учетом растущего уровня магии. Это затронет тех, что железного ранга, и в меньшей степени бронзового. Но эта лампа может переломить ход событий против любого вампира, который думает, что ему не нужно бояться дня.

— Самое лучшее — это то, что нам не нужно носить этот предмет с собой, поэтому мы можем использовать его, не получая магического отката за то, что сами не золотого ранга. Какой эффект он окажет на вампиров?

— Зависит от вампира, — ответила Фарра. — Вампир золотого ранга опустится до уровня среднего или высокого серебряного по своим атрибутам. Может, даже до низкого серебряного, в зависимости от вампира и силы лампы. Вероятно, они также потеряют доступ к своим способностям родословной, по крайней мере, к самым экстравагантным. Более слабые вампиры пострадают еще сильнее: вампиры железного ранга будут низведены до уровня обычных людей, а бронзовые будут немногим лучше.

— Низкоранговые и так никогда не были особой проблемой, — сказал Джейсон.

— Не спеши их сбрасывать со счетов, — сказала Фарра. — Пока ты спасал планеты, я изучала, как вампиры действуют в городах, которые они захватили, вроде этого.

— Ты была осторожна, правда?

— Ты умирал гораздо чаще меня, — заметила Фарра. — Может, у меня и нет твоих способностей к скрытности, но я искательница приключений уже почти десять лет. Я знаю свою профессию.

Джейсон поднял руки в знак капитуляции.

— Я не сомневаюсь. Что ты выяснила?

— Я сосредоточила внимание на объекте по переработке крови, который мы нашли. За две недели, что тебя не было, активность заметно возросла, особенно вокруг вампиров низкого ранга. Я видела, как многие из них заходят внутрь, а когда выходят, их ауры становятся заметно сильнее. Кроме того, их ауры менее стабильны, более дикие. Как раз то, чего ожидаешь от вампиров в моем мире.

— Ты думаешь, они нашли способ ускорить развитие вампиров ценой самоконтроля? Превратить вампиров Кабалы в более мощную армию?

— Думаю, всё хуже, — сказала Фарра. — Почти все вампиры, которых я видела, — новички. Думаю, они обращают население, а затем пытаются форсировать их силу ценой деградации в гулей.

— Как те, которых мы видели в штаб-квартире Сети в Сиднее, — сказал Джейсон, и ужас отразился на его лице. — Они хотят сделать это со всеми в городе?

— Со всеми, кто еще жив.

* * * Джейсон проснулся в холодном поту. Он даже не думал, что еще способен потеть, но его кошмары явно пагубно влияли на его равновесие. Его сны были заполнены образами жертв из Макассара, восставших из мертвых, смешиваясь с видениями Венеции и других городов, наводненных неживыми монстрами.

Пока его облачная кровать впитывала пот, Тень появился из тени Джейсона.

— Мистер Асано, мисс Хурин и ваша сестра у вашей двери.

— Зачем? — сонно спросил Джейсон. — Сейчас середина ночи.

— Ваш беспокойный сон оказал неприятное воздействие на вашу ауру, мистер Асано. Ваш контроль над ней был нехарактерно слабым.

Джейсон резко сел.

— Я кого-нибудь задел?

— Нет, мистер Асано. Вы хорошо усвоили уроки мисс Хурин, и проекция не была вредоносной. Однако мисс Хурин и я пришли к выводу, что местные вампиры, вероятно, узнали о нашем присутствии в городе.

Джейсон встал, и кровь просочилась сквозь поры его кожи, застывая в его кровавых одеждах, когда он подошел к двери и открыл её.

— Джейсон, — тут же сказала Эрика. — Ты напугал Эми до смерти. Что ты…

Она осеклась, когда он повернулся к ней, и она встретилась взглядом с его нечеловеческими глазами, в которых кружилась золотая, серебряная и синяя энергия. Джейсон повернулся к Фарре.

— Нам нужно уходить, — сказал Джейсон.

Фарра кивнула. — Я помогу Эрике собрать остальных. Выбери точку эвакуации и открой портал.

Он не стал предлагать поместить их в хранилище духа. Было уже сомнительно, сможет ли его семья войти туда после того, как увидела, как он убивает людей по телевизору, а страдания от его ауры только ухудшили бы ситуацию.

Как и в случае с зоной трансформации, Джейсон разведал несколько потенциальных пунктов назначения для портала перед прибытием в Венецию. Город, контролируемый вампирами, всегда был потенциально опасен.

— Я хочу, чтобы ты увела их, — сказал Джейсон Фарре. — Я собираюсь разведать эту операцию по превращению в гулей и записать её. Мы сможем передать это магическим фракциям, чтобы они знали, что происходит.

— Тогда сделаем это вместе, — сказала Фарра. — Я подтвердила, что в этом городе есть два вампира золотого ранга, и потребуются дни, чтобы зарядить мана-лампу, даже с накопителем вихря на облачной лодке, всасывающим магию для её питания. Даже после того, как мы вчера подняли мой новый браслет до серебряного ранга, если они нас найдут, это будет вопрос жизни и смерти. Если пойдешь только ты — это будет смерть.

Джейсон открыл рот, чтобы возразить, но остановился. Он использовал медитативную технику, чтобы успокоить разум и разогнать клубок паники, ярости, страха и беспорядка, оставшийся после кошмара. Эрика вопросительно смотрела на него, пока он стоял с закрытыми глазами и не двигался. Она посмотрела на Фарру, которая жестом показала ей ничего не говорить. Наконец Джейсон снова открыл глаза.

— Доун здесь нет, чтобы сказать мне не делать глупостей, — сказал он. — У меня есть ты, Фарра, но ты только поможешь мне сделать глупость лучше. Теперь мы сами должны быть голосом осторожности.

— В смысле? — спросила Фарра.

— Для вампиров будет еще один день, а двигаться вперед, отступая, — неразумно.

— В смысле?

— Мы не будем охотиться на вампиров. Это паршивый выбор, но как бы тяжело это ни было признавать, у нас есть более серьезные проблемы, от которых нам нужно перестать отвлекаться. Мы все выбираемся отсюда вместе.

* * * Джейсон отправил свою семью через портал и начал поглощать облачную лодку обратно во флягу. В этот момент прибыл вампир серебряного ранга, чтобы расследовать всплеск ауры, который он почувствовал, а следом за ним — трио вампиров бронзового ранга. Никто из них не сбежал, чтобы доложить, и Джейсон ушел через портал.

* * * Перебравшись в Марокко, Джейсон разослал всем фракциям весть о том, что творят вампиры. Сама Африка была по большей части свободна от вампиров, но она также была оплотом других элементов Кабалы, поэтому Джейсон и Фарра не теряли бдительности.

Джейсон был недоволен; их местоположение напоминало о его последнем визите. Его семья приехала встретиться с ним после его путешествия по миру, и они наслаждались восхитительно обычным отдыхом вместе. Прошло не так много времени, прежде чем сеть Сети отключилась, сделав те дни последними днями старой нормальности планеты Земля.

Джейсон дал своей семье пространство, так как они становились всё более отстраненными. Его странные глаза и вспышка дикой ауры помогли им понять, что он больше не человек, эффективнее, чем если бы он повторял им это снова и снова. Пугливость Эми рядом с ним была как нож в сердце. Она знала только благожелательный аспект его ауры, пока его кошмар не высветил агрессивную сторону. Она не пострадала, но была глубоко потрясена.

Джейсон обустроил облачный дворец в виде обширного, но заброшенного пустынного комплекса, вдали от всех. Это дало его семье всё необходимое пространство. Тем временем он работал над тем, что должно было стать его новой методологией поиска нужных узлов для ремонта.

Он начал с поглощения предмета, который дала ему Доун, похожего на модель моста в бутылке.

Предмет: [Мост Небосвода] (трансцендентный ранг, легендарный)

* ???. * (???, ???).

* Эффект: ???.

Прежде чем поглотить его, он изучил его с помощью всех инструментов познания астральной магии, которые были в его распоряжении, а их на текущем этапе было немало. У него были наставления Доун, книги от богини Знание, покрытые проницательными заметками Клайва. С его всё более глубоким пониманием астральных сил эти инструменты были весьма грозными.

Дело было не в том, что он не доверял Доун. Дело было в том, что он знал: она не всё ему рассказывает, а сущность, которой она служит, — непостижимая загадка. К тому же она, вероятно, делала то, что считала в его интересах, а не то, что он мог бы выбрать для себя сам.

Ничто из того, что он мог обнаружить, не указывало на то, что с предметом что-то не так. На самом деле, под пристальным взглядом его исследования информационное окно предмета превратилось из набора вопросительных знаков в полное раскрытие.

Предмет: [Мост Небосвода] (трансцендентный ранг, легендарный)

* Предмет, предназначенный для создания мостов реальности через астрал, соединяющих миры. * (материал для крафта, проявленная эфемерность).

* Эффект: Используется при создании специфических астральных конструктов. * Поглощение вашей душой [Фундаментальные Врата], ваша гештальтная физико-духовная природа и ваша способность [Дух Домена] позволяют вам включить этот предмет в ваше хранилище духа. Это очистит влияние Мирового Феникса и базовый эффект предмета, вместо этого изменив ваши способности. * После включения этот объект не может быть удален или использован кем-либо другим. Включение этого предмета в ваше хранилище духа повлияет на следующие способности: * [Путь теней]: Вы можете манипулировать фундаментальным царством, чтобы закрепить астральный мост между двумя мирами. Эффект этой способности может быть использован один раз и требует установки якорей в узловом пространстве каждого мира по отдельности. Как только мост будет установлен, он будет медленно трансмутировать из астрального канала в постоянный материальный мост. Этот мост будет оказывать стабилизирующее и восстанавливающее воздействие на размерную мембрану обоих миров.

В своем облачном дворце Джейсон поглотил предмет, пока Фарра стояла рядом. Он почувствовал его связь с силой магической двери, которую поглотил ранее, почувствовал, как он стал частью него. Его понимание астрала сделало еще один твердый шаг вперед.

— Ну как? — спросила Фарра.

Джейсон открыл портал. Вместо обычной тьмы в нем был тот же трансцендентный свет, что и в его глазах.

— Ощущается хорошо.

ГЛАВА 22: МЕНЬШЕ ФРЕЙДА, БОЛЬШЕ БОГА ИСЦЕЛЕНИЯ

ГЛАВА 22: МЕНЬШЕ ФРЕЙДА, БОЛЬШЕ БОГА ИСЦЕЛЕНИЯ

Джейсон вышел из портала в узловое пространство, довольный результатами. Он открыл обычный портал и вернулся в облачный дворец, всё ещё маскирующийся под руины в пустыне.

— Ну как? — спросила Фарра, когда они сели, глядя на пустыню.

— Уверен, всё получится, — сказал Джейсон. — Вместо того чтобы ненадежно триангулировать местоположения в узловом пространстве через прото-пространства, гораздо лучше делать это напрямую через узловое пространство. Мы могли бы сэкономить месяцы, если бы я достаточно понимал, как это сделать.

— Даже у Доун не было таких знаний, — заметила Фарра. — К этому моменту ты, вероятно, понимаешь устройство физических реальностей лучше, чем кто-либо, не являющийся слугой Строителя.

— Космос велик, — сказал Джейсон. — Кто знает, может, есть и другие люди вроде нас, решающие те же проблемы в тысячах других вселенных. Кажется, что великие астральные сущности сосредоточены на нас, но мы, вероятно, просто песчинки на пляже, по которому они прогуливаются. Кто знает, сколько мест они сталкивают лбами?

— Немного удручает, — сказала Фарра. — Что мы настолько незначительны в масштабах космоса.

— А мне это даже нравится, — сказал Джейсон, обводя взглядом пустое синее небо. — Это значит, что важно лишь то, что мы сами считаем важным. Мы можем позволить всей этой мелкой ерунде просто отвалиться.

— Отпускать мелкую ерунду — традиционно не твоя сильная сторона, — заметила Фарра.

Джейсон оскалился.

— Может, пора это исправить, — сказал он. — Кстати, о мелкой ерунде: что ты сделала с тем вампиром, которого мы поймали перед тем, как я отправился в Словакию?

— Ну, мы его хорошенько отделали, так что ему отчаянно нужно было подкрепиться. Но он ест людей, а мы его не кормили. К тому же ему в любом случае понадобилась бы кровь, усиленная энергией ядра реальности. Он сдох, так что я привязала к нему груз и сбросила в океан.

— Когда я устраню все недочеты в этой новой методологии отслеживания узлов и наша основная цель снова будет в работе, нам стоит снова поохотиться на вампиров. Может, даже вернуться в Венецию, всё задокументировать. Ты связалась с Сетью насчет того, что творят вампиры?

— Да, я отправила весточку Анне в Австралию. Она передает это другим фракциям, но попросила предоставить веские доказательства. Доверия сейчас мало, так что потребуется приложить усилия, чтобы убедить другие фракции объединиться против вампиров, пока те не натворили новых бед. Она, по крайней мере, согласна, что лучше бы этим «усилием» не стало превращение населения Европы и Южной Америки в нежить.

— Сейчас много дел, раз монстры и эссенции проявляются напрямую?

— Да, но, по крайней мере, с отдельными проявлениями легче справиться, чем с целыми волнами. К тому же общий уровень монстров ниже, чем в прото-пространствах.

— Пока что. Нам нужно восстановить эту связь, чтобы твой мир перестал повышать уровень магии в этом.

— Наша забота — получить доступ к ядрам реальности и, возможно, к той крови. Выкачать вампира, чтобы усилить мои способности — неплохая идея, но если я смогу использовать эту энергию, чтобы ускорить свою работу, будет еще лучше.

У Джейсона была приличная коллекция истощенных нестабильных ядер генезиса, которые были преобразованы в ядра восстановления генезиса. Их целью было превращение изъятых ядер реальности — то есть тех, что были вырваны из мест, где они выполняли свою работу, удерживая реальность вместе, — в нечто, что он, как надеялся, сможет использовать для исправления ущерба, нанесенного изначально самим изъятием ядер реальности.

Предмет: [Ядро восстановления генезиса] (трансцендентный ранг, легендарный)

*Магический сосуд, способный восстанавливать энергию изъятых ядер реальности *(расходуемый предмет, магическое ядро).

* Эффект: Может вытягивать энергию из изъятых ядер реальности, а также из существ и объектов, поглотивших эту энергию. При полной зарядке этот предмет превращается в [Ядро регенезиса].

Джейсон всё еще не знал, что будет делать ядро регенезиса, но надеялся, что оно поможет ему восстановить связь между мирами. Другая возможность заключалась в том, что их можно будет использовать для замены ядер реальности, которые были вырваны из зон трансформации, исправляя часть ущерба.

Зоны трансформации и так были местами с самым высоким уровнем магии на Земле. На большей части планеты повышенная магическая плотность стабилизировалась на уровне даже более низком, чем в Гринстоуне в другом мире. Проявления монстров были низкого или железного ранга, изредка бронзового. Зоны трансформации превращались в горячие точки повышенной магической плотности, где встречались в основном бронзовые, но также и серебряные ранги. Были даже зоны трансформации, где магическая плотность еще не достигла своего пика, что вызывало опасения появления монстров золотого ранга.

Единственный плюс изменений фоновой магии мира в том, что вампиры стали опасаться зон трансформации. Кабал в значительной степени захватил эти зоны, как только закончились битвы за ядра реальности, но повышенная магия означала, что солнечный свет там стал всё более губительным для вампиров. Им пришлось переселяться в зоны с более низкой магией.

— Как остальные? — спросил Джейсон. Он продолжал давать своей семье пространство после того, как напугал их.

— Они обсуждают возможность возвращения в деревню Асано.

Джейсон грустно кивнул.

— Они больше мне не доверяют.

— Дело не в том, что они тебе не доверяют, — сказала Фарра. — Они просто не понимают, через что ты проходишь и как это влияет на твое поведение.

— Я и сам не уверен, что понимаю.

— Где-то на серебряном и золотом рангах происходит переход, когда твое восприятие фундаментально меняется. Ты чувствуешь, как становишься частью магии, пронизывающей мир. Твоя сила достигает высот, делающих тебя живой силой, обладающей властью. Ты начинаешь мыслить как тот, кто будет жить столетиями, а не десятилетиями. По крайней мере, некоторые так делают. Судя по тому, что я видела, в твоем мире люди через это не проходят. По крайней мере, не так рано. Думаю, это потому, что они слабы, а через это обычно проходят сильные на серебряном ранге.

— Это психологический аспект, — сказал Джейсон. — Логично, что разные культуры проходят через разные версии того, что ты описываешь.

— В моем мире это называют мышлением бессмертного.

— Не чувствую я, чтобы мыслил как бессмертный, — сказал Джейсон. — Такое ощущение, что я всё еще принимаю те же импульсивные решения, которые стоили мне многого в прошлом.

— Мог бы, может, быть менее враждебным с тем парнем-Строителем, который тебя убил. Тогда, возможно, он бы этого не сделал.

— Строитель саботировал оба наших мира, Фарра. Ты ожидаешь, что я буду играть по-хорошему?

— Чтобы не дать себя убить обладателям алмазного ранга? Я бы хотела, чтобы ты так сделал, но ожидаю ли я этого? Нет. Ты бы перестал быть собой. Но не жди, что я смирюсь с тем, что его роль в разрушении мира — достаточное оправдание для того, чтобы вести себя так глупо, как ты.

— Ты не знаешь, как я себя вел.

— Да, Джейсон. Знаю.

Он кивнул в знак согласия, на мгновение замолчав.

— Он пытался забрать мою душу, — прошептал он. — Я этого не помню, но чувствую. Сила настолько огромная, что нет слова, способного передать её масштаб. Дрожь, словно я голый в шторм, и ничего, кроме осознания: если я сдамся, то потеряю всё.

Он коснулся шрама на подбородке, который прорезал линию через его аккуратно подстриженную бороду.

— Я никогда не отступлю перед Строителем. Не могу. Противостояние ему выжжено на моей душе так же глубоко, как шрамы, оставленные той битвой.

Фарра смотрела на него, ничего не говоря.

— Что? — спросил он.

— Мне нужно больше подруг, — проворчала она, поднимаясь на ноги. — Мужчины готовы довести себя до смерти мелодрамой.

Джейсон проводил её взглядом.

— Это было мелодраматично? — спросил Джейсон.

— По-моему, нормально, — сказал Тень.

* * * Эрика оставила Эми за настольной игрой с отцом — частью обширной коллекции, которую Грег завещал им после своей смерти. Она прогулялась, заходя в здания и выходя из них, впитывая странную дихотомию облачного дворца. Снаружи это были со всех сторон заброшенные здания из выцветшего камня, казалось, простоявшие здесь десятилетия, если не столетия. Внутри же царили мягкие текстуры и сказочные цвета магического здания, созданного из облаков.

Здание отражало причудливую жизнь, которую она и её семья теперь вели. Они прятались в руинах в Африке, а до этого была суперяхта в Венеции, а еще раньше — собственная душа её брата. Мир изменился за последние пару лет, и привязка этого к возвращению Джейсона засела у неё в голове, даже если она понимала, что это несправедливо.

Она не сомневалась, что Джейсон делает всё возможное для них, оберегая их, даже когда большая часть мира погружалась в страдания, смерть и отчаяние. Однако это не делало их положение легким. По мере того как проходили дни, недели и месяцы, всё больше казалось, что они наблюдают за концом света через новостные сайты в интернете.

— Я же говорил, — раздался голос Джейсона прямо у неё за спиной, и она вздрогнула.

— Я повешу на тебя колокольчик, подкрадываешься к людям, как чертов Бэтмен, — сказала она, поворачиваясь к нему.

— Я в некотором роде и есть Бэтмен, — сказал он.

— Ты в лучшем случае Каратель, ставший Верховным чародеем. К тому же, еще и козел.

— Обидно.

— Что ты мне говорил? — спросила она.

— Что ты передумаешь насчет поездки в другой мир.

— Ты заставил Тень подслушивать нас?

— Да, но он говорит что-то только в случае угрозы. Фарра мне сказала.

Эрика опустила голову.

— Мы не хотим казаться неблагодарными, Джейсон. Тогда это казалось приключением. Сейчас мир кажется рушащимся вокруг нас.

— Так и есть.

Она подняла голову, чтобы встретить взгляд Джейсона.

— Я смотрю на тебя и больше не вижу в твоих глазах своего брата. Это ведь даже не настоящие глаза, да?

— Это поверхностное изменение, Эри.

— Я знаю. Но ты же понимаешь, что глаза — огромная часть того, как мы считываем людей, а теперь ты выглядишь как инопланетянин. Думаю, ты недооцениваешь, насколько пугающие эти глаза. Ты выглядишь как просто сосуд, наполненный магической дрянью.

— Так и есть.

— Ты не облегчаешь мне задачу.

— Я не собираюсь извиняться за то, кто или что я есть, Эри. Тебе решать, принять это или нет.

— Джейсон, дело не в этом.

— Всё в порядке, Эри. Я живу странной жизнью и должен быть странным, чтобы жить её. Ты можешь любить меня и при этом не хотеть быть частью этого.

— Нет, Джейсон. Мы не пытаемся оттолкнуть тебя. Я не мама. Нам просто нужно время, чтобы свыкнуться с происходящим. Несмотря на всё, с чем тебе приходится сталкиваться, ты идешь туда и противостоишь этому. Ты, по крайней мере, можешь действовать, взять свою судьбу в свои руки. Мы же вынуждены прятаться, ожидая, пока пройдет один шторм за другим.

Она наклонилась вперед, прислонившись лбом к его груди.

— Мы никуда не уйдем, — сказала она. — Мы просто испугались и разговаривали. Мы не хотим возвращаться в Австралию и всё еще хотим поехать с тобой. В конце концов, разве там опаснее, чем здесь?

Джейсон обнял сестру.

— Конечно, — сказал он. — Но стоять рядом со мной там, может, будет не так плохо, как здесь.

— Ты снова стал выше, — сказала она, притягивая его в объятия и прижимаясь щекой к его плечу.

— Это было целую вечность назад, когда я повысил ранг. Если бы ты чаще обнимала своего младшего брата, ты бы уже заметила. Как Эми?

— Она напугана и сбита с толку, Джейсон. Я знаю, иногда кажется, что она взрослее нас обоих, но она едва подросток. По какой-то странной причине она всегда равнялась на тебя, а теперь ты уже не просто дядя Джейсон. Она видит вещи о тебе. В новостях. Мы все видим, и многое из этого не красит тебя.

— Я никогда не был хорошим примером для подражания, даже до того, как пропаганда начала метать друг в друга обвинения.

— Нет, ты был ужасен.

— Тебе не обязательно было соглашаться настолько категорично.

— Джейсон, она всё еще пытается понять, кто она и кем станет. Ты — большая часть этого, и не только новости её пугают. Изменения, которые она видит в тебе, выбивают её из колеи больше, чем остальных из нас, и, честно говоря, мы все немного обеспокоены. Не думаю, что ты знаешь хорошего терапевта в другом мире?

Джейсон рассмеялся.

— На самом деле, знаю.

— Серьезно?

— Ты видела её в моих записях. Мама моего друга Руфуса. Спроси Фарру; она подтвердит. Она, вероятно, действительно сможет помочь Эми адаптироваться там. Она помогла мне в тот мрачный период, который ты видела в записях после моей первой стычки со Строителем.

— У них правда есть терапевты?

— Они скорее боги исцеления, чем Фрейд, но да.

Эрика отпустила его.

— Итак, что дальше? — спросила она.

— Конец ближе, чем я думал, — сказал Джейсон. — Я могу сделать то, что должен, быстрее, чем раньше, и не думаю, что останусь здесь, чтобы увидеть, чем закончится война с вампирами.

— Как мы ведем серьезный разговор, включающий фразу «война с вампирами»? — спросила она. Джейсон рассмеялся.

— Странные времена, — небрежно сказал Джейсон. — Это битва Земли, не моя, но я внесу свой вклад, прежде чем уйду. Проникнуть на фабрику вампирских монстров; может, помешать им превратить какое-нибудь место в пустошь мертвецов. Я насмотрелся на такое. Если я смогу показать, что они пытаются сделать, может, люди перестанут воевать друг с другом и увидят угрозу, которая стоит перед всеми нами.

— Это исторически не самая надежная ставка для человечества, — сказала Эрика.

— Нет, но я сделаю всё, что смогу, украду по пути несколько магических камней вселенной и спасу мир. Снова.

— Ты правда спас мир?

— Правда спас, — сказал он с усталой улыбкой. — Знаешь, когда Доун впервые сказала мне, что я должен спасти мир, я думал, что это будет потрясающее приключение.

— Но это было не так?

Он оскалился.

— Ты шутишь? Я стрелял в оборотней и троллей из стимпанк-минигана. Это была самая офигительная вещь, что со мной случалась.

НЕБОЛЬШАЯ ЦЕНА ЗА РАЗВЕДКУ

НЕБОЛЬШАЯ ЦЕНА ЗА РАЗВЕДКУ

Духовный домен Джейсона представлял собой небольшой город на западе Словакии. За месяц, прошедший с тех пор, как купол вокруг него исчез, несколько золотых рангов исследовали его, заходили внутрь и искали, но уходили, когда враждебные эффекты, воздействующие на нарушителей, становились опасными. Они вламывались в дома, пробивали себе путь в пагоду и даже перекапывали землю в поисках спрятанных секретов.

Здания, состоящие из изменчивой облачной материи, быстро восстанавливались, но улицы и парки выглядели так, словно их подвергли бомбардировке. Прибыв в пагоду через портал, Джейсон посмотрел с балкона верхнего этажа и остался недоволен увиденным. Эрика и Фарра были с ним, в то время как остальные члены семьи плелись за Эми, которая помчалась исследовать окрестности.

— Я знал, что так будет, — сказал Джейсон, глядя на разрушения. — Но это не значит, что мне это нравится.

— Как будто из фильма Диснея, — сказала Эрика. — Только кто-то его взорвал. Это всё облачные дома?

— Ага, — ответил Джейсон. — Поэтому они всё ещё целы, иначе выглядели бы такими же разбомбленными, как и всё остальное. О чём они думали? Что я закопал кучу Ядер реальности, как пиратский клад?

— Именно так они и думали, — сказала Фарра. — Они всё ещё приходят сюда поглазеть?

— Нет, — ответил Джейсон. Он всегда мог чувствовать людей в своём духовном домене, даже находясь на другом конце света. — Они пытались разграбить это место, но ничего не нашли. После этого они начали забирать всё подряд, от тротуарной плитки до целых деревьев, чтобы подвергнуть магическому анализу. Облачную материю из домов тоже, но она у них просто растворяется. Видно, что они разбили лагеря прямо за городской чертой, но это максимум серебряные ранги. EOA и Кабала полностью убрались.

— Они не смогли бы удерживать сколько-нибудь значительное число золотых рангов на бесплодных поисках, — сказала Фарра. — Прото-пространства, может, и прекратились, но зоны трансформации всё ещё появляются.

— А как насчёт вампиров? — спросила Эрика.

— Магия здесь слишком сильна, — сказал Джейсон. — Они могли бы прийти только ночью, а учитывая внимание к этому месту, действовать здесь — риск. Словакия — не их оплот; это одно из немногих мест в Европе, где Сеть продолжает удерживать влияние.

Европа всё больше подпадала под власть вампиров, и большая часть телевещания на континенте угасла. Информация, появляющаяся в сети, исходила в основном от частных лиц и подробно описывала формирование кровавой антиутопии. Мир осознал, что вампиры что-то замышляют, но Джейсон и Фарра не были уверены, многие ли поверили предупреждениям, которые они распространили через Сеть.

Джейсон совершенствовал свою методику определения узлов для ремонта, пока Фарра собирала информацию, опубликованную в интернете, чтобы выбрать подходящую цель для проникновения и разоблачения. Они отбросили вариант с Венецией, опасаясь, что их недавнее присутствие там заставило вампиров быть более бдительными. Пока они работали над этим, с ними связались и попросили о встрече.

Старые контакты Джейсона и Фарры в австралийских отделениях Сети теперь действовали под вывеской Глобальной Сети Обороны, объединив недовольных членов Сети, EOA и Кабалы. Аннабет Тилден попросили стать посредником для организации встречи, и она связалась с Фаррой. Духовный домен Джейсона был выбран в качестве места встречи, чтобы Джейсон и Фарра чувствовали себя достаточно защищёнными и согласились.

— Они прибудут только после наступления темноты, — сказал Джейсон. — Давайте заберём остальных и устроим экскурсию.

— Я бы хотела увидеть его в первозданном виде, — грустно сказала Эрика.

— Всё нормально, — сказал Джейсон. — Это лишь внешняя область. Они не могут коснуться истинного домена.

— Астрального пространства, — сказала Фарра.

— Хотите взглянуть?

Они спустились на подъёмной платформе на мезонинный уровень, который представлял собой открытое пространство с видом на атриум. Это была зона сада и отдыха с диванами и кадками для растений, сгруппированными вокруг водного объекта. Канал с водой выходил из стены, пересекал комнату и низвергался с края в бассейн атриума внизу. Две половины комнаты соединялись парой небольших мостиков, перекинутых через канал.

Вдоль стен стояли десять неактивных портальных арок. Над каждой аркой в воздухе, словно голограмма, парила карта. На них был изображён город, спланированный как колесо со спицами, причём на карте каждого портала была отмечена своя точка.

Джейсон подошёл к арке, где был выделен самый центр карты, и взмахом руки наполнил портал золотой, серебряной и синей энергией. Все они прошли через портал и оказались в комнате, которая была идентична предыдущей, за исключением того, что в ней был только один портал. Джейсон повёл их к подъёмной платформе, которая доставила их на верхний этаж.

— Это и есть астральное пространство? — спросила Фарра. — Кажется, почти такое же, как то, откуда мы ушли.

— Прибыльная пагода та же самая, — сказал Джейсон. — Сейчас увидите различия.

Как и в оригинальной пагоде, верхний этаж был частной резиденцией. Джейсон провёл их на балкон, откуда открывался вид на окрестности. Промышленный город из латуни, стали и странного, но красивого синего металла имел аккуратно вымощенные улицы и возвышающиеся здания. В отличие от города Джейсона с облачными домами, где пагода возвышалась над всем, здесь пагода казалась крошечной по сравнению со зданиями, превращавшими улицу внизу в каньон.

Оставив остальных толпиться у балюстрады и глазеть по сторонам, Джейсон подал знак Тени. Тьма хлынула из тени Джейсона, образуя большое облако, парящее над балконом. По мере того как оно уплотнялось, Джейсон указал на балюстраду, которая опустилась в пол. Тёмное облако приняло форму дирижабля, пришвартованного к балкону.

— Э-э, Джейсон, — сказала Эрика, глядя на транспортное средство.

— Здорово, да? — сказал он.

— Ещё бы, — сказала Эми, вбегая через открытую дверь.

За последние несколько недель Джейсон включил режим «крутого дяди» на полную мощность. Это не восстановило их прежнюю близость, но Эми, по крайней мере, стала чувствовать себя менее неловко в его присутствии.

— Хорошая работа, Тень, — сказал Джейсон.

— Благодарю, мистер Асано, — раздался голос Тени из тени Джейсона.

— Джейсон, — сказала Эрика. — Ты понимаешь, что летать на гигантском чёрном дирижабле — это поведение настоящего злодея, да?

— Всё нормально, — сказал Джейсон.

— Я имею в виду, по-настоящему злодейское, — настаивала Эрика.

— Это восхитительное пассажирское судно, на котором можно провести беззаботный день с семьёй.

— По пути к твоему логову в вулкане? Скоро ты построишь космическую станцию в форме собственной головы.

— Хм, — задумчиво произнёс Джейсон. — Тень, у тебя хватит тел, чтобы провернуть что-то подобное?

— Нет.

— Не могу дождаться золотого ранга. Мне нужно начать есть вампиров.

— Что? — спросила Эрика.

— Я имею в виду, тренироваться изо всех сил.

Эрика покачала головой, поднимаясь на борт, и пробормотала:

— Гигантский чёрный дирижабль, чёрт возьми…

* * * Интерьер дирижабля напоминал роскошный пассажирский поезд, полностью построенный из чёрных материалов. Эми и Эрика начали называть его «Бэт-дирижабль». Из смотровых окон они могли наблюдать за астральным пространством, пока дирижабль поднимался в небо.

Как и было показано на карте, город с высоты выглядел как колесо телеги. В центре находился главный город — сплошной круг из стальных и латунных башен. Оттуда длинные полосы урбанизированной территории тянулись во всех направлениях через лесистую и пасторальную местность, пока не достигали кольца города, которое опоясывало лес, невысокие травянистые холмы и город в самом центре. Затем спицы продолжались наружу, пока не достигали финального кольца урбанизированной зоны, замыкающей всё остальное.

За пределами центра города здания были не такими большими и, судя по виду, более жилыми. Они сохраняли полупромышленный, стимпанковый дух центрального города, при этом включая в себя такие элементы, как парки и сады.

Спицы и кольца города создавали большие, но замкнутые карманы лесов и пасторальных идеалов. Везде, где город граничил с неурбанизированной территорией, его защищали пятнадцатиметровые стены из кирпича и металла. Вдоль верха стен были установлены автоматические турели с роторными пушками, похожими на миниган, который Джейсон использовал в зоне трансформации. Они стреляли сотворёнными пулями, а не нестабильной энергией созидания реальности.

— Смотрите, там коттеджи, — указала Эми, когда они пролетали над одной из пасторальных зон. — Они выглядят очаровательно.

— Домики на деревьях тоже есть, но их трудно заметить, — сказал Джейсон. — Я покажу вам позже. Правда, эти области подвержены проявлениям монстров, поэтому там могли бы жить только могущественные пользователи эссенций.

Общий дизайн города, если смотреть с воздуха, был похож на колесо со спицами. За внешним кольцом, которое являлось краем города, простиралась дикая местность. Дикий лес и продуваемые ветрами возвышенности уходили к горизонту.

— Насколько он большой? — восхитилась Эрика.

— Астральные пространства немного странные по краям, особенно большие, — сказала Фарра. — Понятие пространства становится немного шатким.

Даже Джейсон не мог быть уверен в размерах астрального пространства. За определённой точкой астральные силы вторгались и делали реальность зыбким местом. Его мысли унеслись к гигантским инопланетным формам, которые он видел в отдалённых регионах зоны трансформации. Он не мог не задаться вопросом, не скрываются ли они там до сих пор, в далёких пределах астрального пространства.

— Около семисот километров в каждом направлении от города вы можете спокойно бродить, прежде чем всё начнёт становиться странным, — сказал Джейсон. — Если, конечно, вас не пугает вероятность столкнуться с монстрами. Центральный город около восемнадцати километров в поперечнике, а внешний круг — около ста шестидесяти километров.

— Здесь есть монстры? — спросила Эми.

— Пока что только одна маленькая стая бронзовых рангов, — сказал Джейсон и указал пальцем. — Они вон там.

— Ты знаешь, где они? — спросила Эрика.

— Это мой домен, — сказал Джейсон. — Пока вы не доберётесь до окраин, о которых только что упоминала Фарра, здесь ничто не может от меня спрятаться. Кроме того, внутри города безопасно. Тень, опусти нас пониже, чтобы лучше рассмотреть стены.

— Эти пушки — как раз то, что искали золотые ранги, — сказала Фарра.

— Ага, но они не попадут в астральное пространство. Апертуры — арки в пагоде — запечатаны, пока я их не открою. Печать можно взломать, если есть достаточно времени, но время — это то, чего у тебя нет, когда твоя плоть…

Он взглянул на Эми.

— …в полном порядке, но ты чувствуешь, что должен уйти по невыясненным причинам.

— Они, вероятно, пытались, верно? — спросила Фарра. — Вломиться?

— О да, но порталы — это часть пагоды, которая является облачной конструкцией. Каждый раз, когда они пытались разложить ритуальные материалы для взлома, здание поглощало их и прятало в хранилище. Они пробивались внутрь и забирали их обратно, но это всё равно было довольно забавно.

— Здание может действовать само по себе? — спросила Фарра.

— Нет, мне приходилось управлять им.

— Из Африки? — спросила Эрика.

— Это мой домен, — сказал Джейсон. — Я мог бы управлять им с Марса.

Дирижабль снизился, почти вплотную к стенам.

— Это что, железнодорожные пути проходят по верху стены? — спросила Эми.

— Зоркий глаз, юная леди, — сказал Джейсон. — Существует система поездов, которая проходит через город, вокруг внутреннего и внешнего колец, соединяя всё воедино. Есть ещё один путь, который проходит внутри стены, чтобы поезда могли разъезжаться. Это довольно круто.

— И в этом месте вообще нет людей? — спросила Юми.

Бабушка Джейсона теперь выглядела такой же молодой, как и сам Джейсон, после того как недавно с помощью ядер монстров достигла бронзового ранга. Она была полной противоположностью Джейсона: редко говорила, но всегда наблюдала и слушала. Когда она всё-таки начинала говорить, люди слушали.

— Я подумывал о том, чтобы перевезти сюда семью, — сказал Джейсон. — Они были бы в безопасности, оказавшись здесь.

— Непрактично, — сказала Юми. — Доставить их сюда — это одно, но вряд ли это самое большое препятствие. Ты сказал, что любой, кто придёт с враждебными намерениями, столкнётся с защитой города снаружи, не так ли?

— Так и есть, — сказал Джейсон.

— Есть члены семьи, которым не нравится то, что произошло с ней с тех пор, как была раскрыта магия. Люди, не получившие эссенции, которые считают, что имеют на них право. Люди, которые утверждают, что сама деревня была плохой идеей и что нам следовало уехать в Сидней, но при этом сами не хотят покидать деревню. Люди, которые шпионят за собственной семьёй для чужаков.

Юми взглянула на Эми, затем снова на Джейсона.

— Люди, которые считают тебя бесчеловечным монстром.

Джейсон сдержал желание заметить, что он не человек и его тело, по сути, является телом монстра.

— В каждой семье есть свои мелочные и неблагодарные члены, — продолжила Юми. — Игнорировать их на барбекю — одно дело, но привозить их сюда — совсем другое, даже если ты можешь уберечь их от атак, которым это место подвергло бы их. К тому же, они остались бы в этом огромном пустом городе совсем одни.

Тень вернула их к пагоде, и Джейсон повёл их на подземную железнодорожную станцию под ней. Тень выполняла роль машиниста поезда, ведя его через туннели, вдоль стен и по эстакадам. Нахождение внутри города делало его жуткую пустоту пугающе очевидной.

— Сколько людей могло бы здесь жить? — спросила Эми.

— Не уверен, — сказал Джейсон. — Мне пришлось бы обследовать все жилые помещения.

— Грустно оставлять его вот так пустовать, — сказала Эми.

— Если знаешь большую, дружелюбную популяцию, дай знать, — пошутил Джейсон.

— А как насчёт трансформированных людей? — предложила Эми.

— Людей, попавших в зоны трансформации? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала Эми. — Все они превратились в эльфов, гоблинов и фей, так почему бы не позволить им жить в магическом городе?

— Им досталось несладко, — сказала Эрика. — Их сгоняют в лагеря, принудительно вербуют различные магические фракции.

— Ах, чёрт, — сказал Джейсон. — То, что Сеть взяла их под опеку, было моим предложением.

— По крайней мере, эти люди получают эссенции и некоторую силу, пусть даже они находятся под жёсткими ограничениями, — сказала Эрика. — Слухи, доходящие из России и Китая, плохие, и подтверждается, что во многих других местах ситуация не менее суровая.

— Я надеялся, что этого не произойдёт, — сказал Джейсон. — Хотя, конечно, я всегда думал, что так и будет.

— Подобные вещи непрактичны, милая, — сказала Эрика своей дочери.

— Почему нет? — спросила Эми. — Дядя Джейсон мог бы сделать громкое заявление, что любой из них, кто хочет приехать, может приехать. Любого, кто попытается создать проблемы, развернут обратно. Он мог бы выставить всё так, будто те, кто не отпускает их, — тираны, каковыми они и являются. Это сработало бы не везде, но в некоторых местах — да.

— В этой идее есть смысл, — сказал отец Эми, Иан.

— А если страны мира подумают, что Джейсон пытается создать магическую армию? — спросила Юми. — Это может лишь усилить угнетение, под которым находятся эти бедные люди.

— Просто дай им что-нибудь, — сказала Эми. — Все они охотятся за дядей Джейсоном по той или иной причине. Почему бы просто не дать им что-то взамен на кучу людей, которые им не нужны?

— Мне нравится эта идея, — сказал Джейсон. — Но есть сложности. Потребуются долгие переговоры, выработка условий.

— Это не обязательно должен быть ты, — отметила Эрика. — Крейг Вермиллион занимается магической политикой дольше, чем бабушка живёт на свете. Найди людей, которым доверяешь, чтобы они вели дискуссии, пока ты будешь спасать мир.

Джейсон повернулся к бабушке.

— Что думаешь?

— В изучении этой идеи нет ничего плохого, — сказала она. — Однако практическое решение не придёт быстро или легко. Твоё минимальное участие было бы лучшим вариантом.

— Предоставить место и блестящие безделушки, чтобы убедить местных.

— Да.

— Я подумаю об этом, — сказал Джейсон. — Тень, разворачивай нас. Пора возвращаться на встречу.

НАМЕРЕНИЯ

НАМЕРЕНИЯ

Транспортный вертолет с восемью пассажирами на борту снижался к месту, где когда-то был травянистый загон, неподалеку от лагеря Глобальной Сети Обороны (GDN).

Вертолет приземлился, и пассажиры вышли наружу. Акари Асано выбралась первой, обводя взглядом окрестности. Она окинула взором пасторальный пейзаж и видневшийся вдалеке город Нитра. Исследовательские лагеря, разбитые магическими фракциями, расположились на удобном расстоянии друг от друга, окружая странный, красочный город, который она видела с воздуха.

Следом за Акари вышли Аннабет Тилден, Крейг Вермиллион и Тайка Уильямс; вертолет заметно качнулся, когда из него выбрался Тайка со своей огромной тушей. Теперь, когда он достиг бронзового ранга, Тайка оставался таким же огромным, но стал менее грузным, превратившись в настоящую гору мышц.

С ними были еще четверо, один из которых — представитель Инженеров Вознесения. Его звали Александр Клерк, и он почти не разговаривал. Куда более внушительно выглядел Уильям Спенсер, англичанин, один из тех древних вампиров, которых все боялись. Остальные относились к нему с опаской, особенно Вермиллион, поскольку он тоже был вампиром.

Последними двумя из восьмерки были бывшие члены EOA. Они покинули организацию, когда выяснилось, что именно она стоит за волнами монстров, и в конечном итоге присоединились к GDN, хотя ни один из них не обладал магией.

Один из них, Дэшилл Бекстон, был в белом костюме и пастельной рубашке. Он с досадой отвлекся на то, во что превратили его обувь и брюки влажная земля. Другой, Адам Косгроув, был мужчиной в слегка помятом костюме, который, казалось, сидел на нем лучше, чем любой более опрятный наряд.

Пока вертолет с шумом затихал, от ближайшего лагеря GDN к ним подъехали два внедорожника. Машина затормозила, взметнув грязь с влажной земли, и Акари сделала рукой резкий горизонтальный жест. Волна силы отбросила грязь обратно, облепив автомобиль и спасая их от неожиданного «грязевого душа». Их связной из GDN вышел из первого внедорожника и проводил их к машинам, после чего отвез в лагерь GDN, где их препроводили в большое сборное здание и предложили чай и кофе.

— Простите, я пью только кровь, — сказал вампир Спенсер.

— Придурок, — пробормотал Вермиллион, а затем одарил связного обаятельной улыбкой. — Чай, пожалуйста. Побольше сахара.

— Большинство слабых вампиров знают свое место, — заметил Спенсер.

— Мое место предполагает наличие бензопилы и твоей шеи, так что радуйся, что я согласен на чашку чая, — парировал Вермиллион.

— Крейг… — произнесла Анна.

— Анна, вот когда увидишь, что я веду себя прилично с парнем, который пытался контролировать тебя через кровь, тогда я с удовольствием тебя послушаю.

— Это было лишь минутное помутнение рассудка, — без тени раскаяния сказал Спенсер.

— Дай мне бензопилу, и твоя голова «помутнеет» и отвалится от шеи, ты, пыльный старик…

Рука Тайки, размером с небольшой район, легла на плечо Вермиллиона.

— Мы поняли, бро: он тебе не нравится.

Вермиллион закипел, но замолчал. Все они расселись на складных стульях, пока связной вводил их в курс дела относительно ситуации вокруг магического города, включая расположение фракций Сети и известные последствия входа в него.

— Защитные механизмы города, похоже, схожи по типу с силами Асано. Мы полагаем, что он может защищать людей от них в индивидуальном порядке, и предполагаем, что именно это он и сделает для вас, чтобы вы могли встретиться с ним там, не опасаясь, что ваша плоть сгниет прямо на костях.

— Предполагаете? — переспросил Спенсер. — «Предполагаю» — не то слово, которое внушает доверие.

— Асано не особо стремится к дипломатическим контактам, — сказал связной. — Нам пришлось выписать вас всех из Австралии только для того, чтобы он хоть с кем-то встретился.

— Бро, Сеть постоянно пытается его похитить, — сказал Тайка. — Им даже удалось пару раз, пусть он и сбегает сразу же.

— Это были не мы, — сказала Анна, поймав на себе холодный взгляд Крейга.

— Ладно, — признала она. — В первый раз это были отчасти мы.

— Итак, каковы наши дальнейшие действия? — спросил Спенсер.

— Я бы предложил автомобиль, — сказала Тень, появляясь из одной из теней в комнате. — К сожалению, дорожная инфраструктура пострадала, пока мистера Асано не было.

Только человек, называющий себя Александр Клерк, заметил его появление, но не подал виду. Клерк маскировал свою ауру, чтобы сойти за одного из усиленных людей EOA.

— Тень! — воскликнул Тайка. — Привет, бро.

— Добрый день, мистер Уильямс. Мистер Асано будет рад узнать о вашем прибытии. Он просит вас всех направиться к пагоде в центре города. Он приносит извинения за состояние дорог, но в его отсутствие было немало невежливых посетителей.

— А как насчет магии, которая пожирает людей? — спросил Тайка.

— Она затрагивает только тех, кто враждебен к мистеру Асано, его владениям или любому из его нынешних гостей, — ответила Тень. — Тем, у кого добрые намерения, нечего бояться.

— А кто решает, добрые ли у кого-то намерения? — спросила Анна.

— Они решают сами, — сказала Тень. — Я уверен, что люди здесь смогут подсказать вам дорогу к пагоде. Они уже довольно тщательно все осмотрели, в чем вы, несомненно, убедитесь.

— Асано не может обеспечить нам безопасный проход? — спросила Анна.

— Может, но не будет. Он позволяет вашим добрым намерениям стать паролем.

Тень повернулась к Спенсеру:

— Почему среди вас древний вампир?

— Он работает с нами, — сказала Анна. — Это проблема?

— Напротив, — ответила Тень. — Последний древний вампир мистера Асано испортился, пока он был здесь, разбираясь с зоной трансформации. Он как раз искал свежего.

Остальные члены группы обернулись, чтобы посмотреть на Спенсера, в то время как Тень снова растворилась в тенях.

— Мне одному показалось, или Тень ведет себя как-то пассивно-агрессивно? — спросил Вермиллион.

— По-моему, это было больше похоже на обычную агрессию, — сказал Спенсер.

Вермиллион повернулся к связному:

— Что именно натворили ваши люди?

— Теперь это и твои люди тоже, Крейг, — сказала Анна.

— Вот об этом я и беспокоюсь, — сказал Крейг. — Такое ощущение, что вы пытаетесь вывести его из себя.

— Это были другие филиалы и другие фракции Сети, — сказала Анна.

— Не волнуйся, Джейсон, — сказал Крейг. — Это была не наша Сеть, которая пыталась тебя похитить. Снова. И держала твою подругу в яме, пытая ее неделями. Это была другая Сеть. О, в чем разница? Ну, мы не очень любим ту другую Сеть. В смысле, да, мы немного работаем с ними, когда приходится. Иначе как нам достать те Ядра реальности, которые ты запретил нам брать? Что? Убили твоего брата, твою подругу и твою девушку? Это точно были не мы. В смысле, да, это была Сеть, но есть же степени разделения…

— Довольно, Крейг, — сказала Анна.

— Довольно? — спросил Крейг. — Парень построил магический город, который пожирает людей, а мы продолжаем делать вещи, которые его злят. И теперь мы собираемся войти в этот город?

— Ты думаешь, это для меня новость? — спросила Анна.

— Ты помнишь, каким он был, когда только прибыл сюда? — спросил Крейг.

— Да, Крейг. Он пошел туда, где работает моя жена. Он появился на моей кухне посреди ночи.

— Тебе стоит быть благодарной, что это все, что он сделал, — сказал Крейг. — Мне пришлось останавливать его, когда он собирался сразиться с группой захвата EOA посреди кафе. Возможно, ты помнишь из новостей, что он сделал потом. Перестрелка прямо в транспортном потоке? Он вернулся в этот мир как обнаженный клинок, чей первый инстинкт — разрезать все, что оказывается перед ним. Его семья успокоила его, но потом мы взяли и убили одного из них, в рамках того, что выглядит как кампания по методичному убеждению его устроить нам всем массовую резню с помощью его бабочек апокалипсиса.

— Я поняла твою мысль, — сказала Анна.

— Правда? — спросил Крейг. — Я почти уверен, что каждый раз, когда Сеть подставляла его, а он спускал это с рук, потому что они сражаются с монстрами, кто-то говорил, что «мысль понята». Как думаешь, насколько далеко мы можем зайти, прежде чем Джейсон возьмет эту «мысль» и насадит нас всех на нее?

* * * Группа из восьми человек ехала в кузове грузового пикапа, приближаясь к окраине города. Когда пикап замедлился и остановился, связной вышел из кабины.

— Дальше я не поеду, — сказал он людям в кузове. — Кому-то из вас придется вести машину оставшуюся часть пути. Автомобиль достаточно мощный, чтобы вы справились с любыми дорожными проблемами. Если кто-то из вас почувствует, что что-то не так, будто вы вторгаетесь на чужую территорию, доверьтесь этому инстинкту и разворачивайтесь. Если проигнорируете его, вам не понравятся последствия.

Еще один человек из лагеря подъехал на квадроцикле, на который сел связной, и они уехали. Оставшиеся восемь человек встали в кузове пикапа, глядя туда, где гравийная дорога переходила в асфальт при въезде в город. Большие участки дороги, а также тротуары и сады были варварски выворочены, что делало путь, который должен был быть легким, куда более опасным.

— Анна, — сказал Крейг. — Объясни мне еще раз, как это мы активно не пытаемся разозлить Джейсона? Или тебе нужно сосредоточиться на том, чтобы провезти нас через его город, который мы перекопали, как стая злобных кротов-монстров?

Анна поморщилась, не ответив, и спрыгнула с борта кузова.

— Если кому-то нужно вернуться, просто постучите в окно кабины, — сказала она, затем забралась на водительское сиденье и захлопнула дверь. Она завела пикап и осторожно въехала в город, объезжая дорожные препятствия.

Пассажиры напряглись, когда въехали в город и сразу же столкнулись с аурой Джейсона. Для Крейга, Тайки и Акари она ощущалась как благожелательная, в то время как остальные чувствовали скорее давление. Никто из них не испытал того чувства вторжения, о котором говорил связной.

Александр Клерк с любопытством огляделся.

— О боже, — пробормотал он про себя. — Ей это не понравится.

Это привлекло внимание, так как мужчина был почти нем на протяжении всего пути из Австралии.

— Есть что сказать группе? — спросила его Акари. Она, как и остальные, не доверяла представителю EOA среди них.

— Я просто восхищался тем, чего мистер Асано здесь достиг. Однако он немного поторопился, и это привлечет внимание, которое, надеюсь, он готов выдержать.

— Внимание каких людей он привлек? — спросил Тайка.

— Я никогда не говорил, что это люди, — сказал Клерк.

Акари прищурилась, глядя на Клерка.

— Ты знаешь Джейсона, — сказала она.

— Мы встречались однажды, мельком. Я помог ему найти то, что он искал.

— Ты нам этого не говорил, — сказала Акари.

— Так было проще.

— Это не заставляет нас больше тебе доверять.

— Вам не нужно мне доверять. Это место знает мои намерения.

— Если только ты не можешь его обмануть.

— Ничто не может скрыть здесь свои намерения, какой бы силой ни обладало, — сказал Клерк.

— Это ты так говоришь, — сказала Акари. — У Джейсона есть враги за пределами этого мира, чья сила невообразима.

— Ты говоришь о богах и существах за их пределами? Такие сущности не могут отправить своих аватаров в это место.

— Ты хочешь, чтобы я поверила, что это место достаточно могущественно, чтобы отбиться от богов? — спросила Акари.

— Верь во что хочешь, — сказал Клерк. — Дело не в силе, а в природе вещей. Бог не может войти в это место, точно так же, как ты не можешь моргнуть моими глазами.

— Что это значит? — спросил Тайка.

— Это значит, что для высших существ существуют высшие правила, — сказал Клерк. — То, что невозможно для нас, для них ничтожно, и наоборот, несмотря на их силу. Мы можем войти в это место, а они — нет.

— Кто ты такой? — спросил Адам Косгроув. Он не был магическим существом и все это время держал рот на замке, а уши — востро, находясь в компании невероятно могущественных личностей. Впрочем, он был бывшим детективом и бывшим членом EOA, и инстинкты подсказывали ему, что Клерк опаснее вампира четырнадцатого века, сидящего рядом с ним.

— Это скоро станет ясно, — сказал Клерк. — А пока повторю: если это место меня не отвергает, значит, вы можете быть уверены, что мои намерения не враждебны, какими бы ни были мои планы.

— Может, выкинем его здесь? — спросил Тайка.

— Если фамильяр Асано не счел нужным отвергнуть меня, почему вы должны? — спросил Клерк.

— Тень знает, кто ты на самом деле? — спросил Тайка.

— Как я уже сказал: я встречался с мистером Асано однажды раньше.

ГЛАВА 25: МНЕ НУЖНО, ЧТОБЫ ЭТА ПЕСНЯ ДОИГРАЛА ДО КОНЦА

ГЛАВА 25: МНЕ НУЖНО, ЧТОБЫ ЭТА ПЕСНЯ ДОИГРАЛА ДО КОНЦА

Пикап остановился неподалеку от пагоды из-за масштабов разрушений вокруг. Золотые ранги, пытавшиеся выкопать хоть какие-то сокровища, сосредоточились на самой пагоде, так что местность вокруг нее стала напоминать не городскую улицу, а арену для мотокросса.

Вермиллион продолжал недовольно ворчать, выпрыгивая из кузова, в то время как Анна вышла из кабины и огляделась. Она беспокоилась, что Вермиллион вполне может оказаться прав насчет общей восприимчивости Джейсона. Она повела группу внутрь, пробираясь между зияющими дырами и грудами земли к дверям пагоды, которые разъехались при их приближении.

Они вошли в атриум, и их внимание привлек водопад, низвергающийся в бассейн посреди пола. Тень ждала их.

— Сюда, пожалуйста. Конференц-зал на втором этаже.

Пока они шли по коридору, Дэшиэлл Бекстон, один из двух обычных людей в группе, провел пальцами по стене.

— Из чего это сделано?

— Из облаков, — сказал Тайка.

— Из облаков?

— Из облаков, — подтвердил Тайка.

— Как это работает? — спросил Дэшиэлл.

— Магия, бро. Ты что, новенький?

Большинство остальных уже бывали внутри облачных конструктов, хотя это все еще был необычный опыт. Древний вампир Спенсер был особенно встревожен. Он был родом из тех времен, когда сам являлся доминирующей магической силой, и это было еще одним напоминанием о том, что мир, в котором он очнулся, сильно изменился.

Они вошли в комнату, которая по своей планировке была обычным конференц-залом. Однако красочная облачная материя, из которой было сделано всё — от мебели до стен, — придавала ей слегка инопланетный вид. Одна из стен была окном, выходившим на изуродованные улицы.

— Прошу садиться, — сказала Тень. — Мистер Асано уже идет.

— О, я скучал по этому, — сказал Тайка, устраиваясь в облачном кресле.

— Это поразительно удобно, — сказал Дэшиэлл, поворачиваясь ко второму обычному человеку, Адаму Косгроуву. — Адам, нам следовало разыскать твою старую знакомую гораздо раньше.

— Она не старая знакомая, — ответил Косгроув. — Мы просто помогли друг другу.

— Мне бы хотелось думать, что мы друзья, — сказала Эрика, входя в комнату вместе с Джейсоном, Фаррой и Юми. — Очень приятно видеть вас снова, детектив. Простите, мистер Косгроув. Можно мне называть вас Адамом?

— Конечно, — ответил Косгроув. — И мне приятно видеть вас, миссис Асано.

— Просто Эрика, пожалуйста. Могли бы вы представить, что мы окажемся здесь, вот так, после нашей последней встречи в том кафе?

— С того дня мы ушли далеко вперед, — сказал Косгроув. — Как и весь мир.

— Очень верно, — сказал Джейсон, протягивая руку. Косгроув пожал ее. — Спасибо, что помогли моей сестре, когда никто другой не стал этого делать.

— Наши интересы совпали. Это мой напарник, Дэш.

Джейсон пожал руку Дэшиэллу.

— Приятно познакомиться, приятель, — поприветствовал его Джейсон. — Почему вы участвуете в этом?

— Адам здесь — посол доброй воли, — сказал Дэшиэлл. — Я думал, это немного странно, что они хотели его только из-за связи с вашей сестрой, пока ваш приятель Вермиллион не начал перечислять все то, что они с вами сделали. Похоже, им нужно как можно больше доброй воли.

— Ты прав, — сказал Джейсон. — Никогда не набирались магии за время работы в EOA?

— Вся эта тема с модификацией людей казалась нам немного сомнительной, — сказал Дэшиэлл. — Мы на самом деле были там, чтобы заглянуть за кулисы.

— Их бы все равно не приняли, — вмешался Александр Клерк. — Независимо мыслящие люди всегда получают отказ. Мы хотим, чтобы наши одаренные были покладистыми. Процесс также, по-видимому, подавляет интеллектуальные творческие способности. Эти двое были гораздо лучше в качестве агентов.

— Вы, кажется, много знаете о нас, — сказал Косгроув.

— Из-за вашей связи с мистером Асано, пусть даже косвенной, — сказал Клерк, поворачиваясь к Джейсону с улыбкой. — А как вы поживаете, мистер Асано?

— О, уверен, вы следили за мной, — сказал Джейсон. — Они вообще понимают, кто вы такой?

— Они все подозрительны, но я не думаю, что кто-то из них догадался.

— Зачем вы здесь? — спросил Джейсон.

— Моя организация хотела передать вам кое-какую информацию. Я знал, что эта встреча организуется, поэтому представился достойным людям из GDN, которые ее готовили. Я решил доставить ее лично, потому что, честно говоря, хотел осмотреться. Домен духа, мистер Асано? Очень самонадеянно.

— Кто этот парень? — спросил Тайка.

— Это Мистер Север, — сказал Джейсон. — Первый среди равных в EOA, если вы готовы верить в этот бред. Как дела, Тайка?

Тайка заключил Джейсона в крепкие объятия.

— Все хорошо, бро. Ты сам как?

— О, ты же знаешь. Постоянно занят.

Тайка издал рокочущий смешок.

Пока Джейсон и остальные тепло приветствовали Акари, большинство присутствующих смотрели на Мистера Север. Откровение о его личности вытеснило из мыслей даже присутствие древнего вампира.

— Что? — невинно спросил Мистер Север.

Джейсон и его спутники присоединились к остальным, усевшись вокруг стола.

— Сначала представимся, — сказал Джейсон. — Для тех из нас, кто еще не знаком, я Джейсон Асано.

— Они видели тебя по телевизору, бро.

— Это моя сестра Эрика.

Джейсон взглянул на Тайку.

— Возможно, вы видели ее по телевизору тоже, — продолжил Джейсон. — Это Фарра Хурин и моя бабушка, Юми Асано.

Все взгляды устремились на Юми, которая выглядела не старше Джейсона.

— Бабушка? — переспросил Дэшиэлл.

— Это просто изменение формы, — объяснил Джейсон. — На самом деле она пожилая леди.

Юми легонько хлопнула Джейсона по руке, и он одарил ее ухмылкой. Ухмылка исчезла, когда он повернулся обратно к гостям.

— А теперь, если кто-нибудь соизволит объяснить, что здесь делают глава EOA и древний вампир, я буду признателен. Я признаю, что вы пришли сюда без враждебных намерений, так что я, по крайней мере, готов вас выслушать.

— Речь о вампирах, — сказала Анна. — Не секрет, что они готовятся к борьбе за мировое господство, в то время как противостоящие им магические фракции добились весьма скромных успехов в объединении против них. Вы прислали нам некоторые подробности операций в Венеции, и это, как мы выяснили, была лишь третьестепенная программа.

Джейсон повернулся к вампиру Спенсеру.

— Полагаю, ваше неожиданное присутствие нужно, чтобы пролить свет на это?

— Да, — сказал Спенсер. — Не все из Восставших, как мы себя называем, хотят участвовать в этом плане мирового господства. Во-первых, вампиры по мере роста силы инстинктивно становятся все более территориальными. Работать вместе у нас не получается естественным образом.

— Что, скорее всего, и является причиной того, почему вампиры до сих пор не предприняли никаких действий, — сказал Вермиллион. — Древние вампиры инстинктивно соперничают друг с другом, а их отношение вызывает трения с не-вампирскими частями Кабалы. Кабал всегда был рыхлым объединением фракций и, подобно Сети, распался. Некоторые откололись, чтобы сформировать новую не-вампирскую Кабалу, в то время как другие присоединились к Глобальной Сети Обороны.

— Есть среди нас те, кто вообще не желает участвовать, — сказал Спенсер. — Мы понимаем, что мир изменился и что мы больше не являемся на нем доминирующей силой. В то время как большинство Восставших слепы к новому миру и опасностям, которые он представляет для них, те из нас, кто видит, осознают, что вампиры не могут одолеть все силы, выставленные против них. Даже если магические фракции сейчас разрознены, общий враг объединит их. Вопрос лишь в том, сколько времени займет война, сколько ущерба она нанесет и что будет после.

— Значит, вы хотите выкроить место для себя и своих после того, как вампиры в целом проиграют, — сказал Джейсон.

— Да, — согласился Спенсер. — У нас нет альтруизма или желания помогать человечеству. Мы просто признаем, что пока нас принимают, у нас будет власть и влияние, даже если мы не будем правителями. Я готов выбрать ограниченную власть, когда другой вариант — смерть, и среди Восставших есть другие, кто выбрал то же самое. Однако большинство из них не могут преодолеть врожденное желание господствовать.

— Что ж, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь сидеть здесь, посреди моего личного магического домена, и утверждать, что власть не опьяняет. Я понимаю, что вы — могущественные союзники, как в плане личных способностей, так и в плане информации, которую вы приносите. Мой вопрос: какое отношение все это имеет ко мне? Я не против сразиться с парой вампиров, когда представится возможность, но у меня есть заботы поважнее.

— Важнее, чем мир, управляемый вампирами и наполненный неживыми гулями? — спросил Спенсер.

— Да, — сказал Джейсон, встречая его взгляд.

— Мистер Спенсер и… Мистер Север, — сказала Анна, — принесли нам критически важную информацию, которая требует действий. Вот где вы вступаете в игру.

— О? — спросил Джейсон, поворачиваясь к ней.

— Спенсер раскрыл местоположение основных логистических операций вампиров. Они создали защищенное место, в котором производят усиленную кровь, низших вампиров и гулей.

— Низших вампиров? — спросила Эрика.

Джейсон повернулся к Вермиллиону.

— Крейг, не мог бы ты объяснить разницу, просто чтобы убедиться, что все на одной волне?

— Конечно, — сказал Вермиллион. — На вершине пищевой цепочки находятся высшие вампиры. Это я и тот пыльный мешок вон там. Мы прошли через добровольный процесс трансформации и начали слабыми, становясь сильнее со временем. Можно ускорить этот процесс, выпив мощной крови, но ее не так уж много. К тому же, если начнешь охотиться на Кабалу или пользователей эссенции, то в итоге умрешь, а не станешь сильнее.

— В прошлом, когда Кабала была серией разрозненных групп, было проще, — сказал Спенсер.

— Вероятно, одно из внешних давлений, которое подтолкнуло Кабалу к объединению, — предположил Джейсон.

— Далее, — продолжил Вермиллион, — у нас есть низшие вампиры. Это те, кого обратили против их воли. Они начинают с того уровня силы, который у них был до обращения, хотя и теряют свои первоначальные способности. В отличие от высших вампиров, они не получают взамен способности родословной. Они также более подвержены контролю со стороны высших вампиров.

— Способности не теряются, — сказала Фарра. — Они запечатаны. Низшие вампиры — вампиры телом, но не душой. Вот почему они не могут стать сильнее. Вот почему процесс можно обратить вспять, если добраться до них достаточно быстро.

— Наконец, у вас есть гули, — сказал Вермиллион. — Эти развращенные пародии — то, что получается, когда пытаешься создать низшего вампира, который сильнее, чем человек, которого пытаешься обратить. Гулями труднее управлять, и они значительно менее умны, но если хочешь получить большую силу из низших материалов, это твой вариант. Можно создавать гулей напрямую или превращать низших вампиров в гулей.

— И именно это делают вампиры, — сказал Джейсон. — Превращают Европу в фабрику для гулей и крови, усиленной Ядрами реальности.

— Сначала это вызывало ограниченное беспокойство, — сказал Вермиллион. — Даже с учетом всех недавно появившихся Восставших и существующей Кабалы, высших вампиров было не так много. Создание миньонов стоит дорого, даже для тех, у кого идеальные родословные, и масштаб не мог быть слишком большим.

— Те из нас, кто готовился сменить сторону, — сказал Спенсер, — собирали информацию для этого момента. В конце концов, принесение дара к столу обеспечило бы нам лучшее место. Мы обнаружили, что операции масштабируются в гораздо большей степени, чем должно быть возможно.

— Как? — спросил Джейсон.

— Мы не смогли выяснить все до того, как были вынуждены действовать, когда остальные стали подозрительными, — сказал Спенсер. — Мы обнаружили два критических фактора. Один — это наличие альтернативного способа создания гулей, требующего гораздо меньше от каждого вампира на одного созданного гуля. Второй — теперь есть метод усиления низших вампиров. Это делает их поведение более диким и похожим на гулей, но они сохраняют большую часть своего интеллекта.

— Я видела результаты в Венеции, — сказала Фарра.

— Такие мелкомасштабные операции появляются по всей Европе, — сказал Спенсер. — Мы не смогли выяснить, как были разработаны эти процессы.

— И здесь вступаю я, — вмешался Мистер Север. — Полагаю, вы знаете, мистер Асано, о совместной исследовательской операции десятилетней давности с участием Кабалы, EOA и Сети.

— Это где вы разработали первых магически усиленных людей, — сказал Джейсон.

— Именно так. В той операции участвовало много проектов, включая оживление мертвых.

— Некромантия, — прошипела Фарра.

— Там был исследователь из той операции. Мы считали, что он давно мертв, до событий в Макассаре. Наше лучшее предположение — он не смог устоять перед таким количеством свежих мертвецов в качестве тестовой платформы для того, над чем он работал в промежутке…

Мистер Север умолк, почувствовав давление, которое на него обрушилось. Аура Джейсона смешалась с аурой всего города и бурлила от ярости. Косгроув и Дэшиэлл открыли рты в беззвучном крике, в то время как даже более могущественные люди побледнели. Только золотые ранги Спенсер и Мистер Север смогли отразить ауру Джейсона своими собственными, но даже это было борьбой.

— ДЖЕЙСОН! — крикнула Эрика.

Момент прошел. Все, кроме Джейсона, обмякли от облегчения, даже Спенсер и Мистер Север потеряли самообладание. Двое обычных рангов упали со своих стульев и их стошнило на пол. Джейсон встал и подошел к окну, глядя наружу спиной к комнате.

— Прошу прощения, — сказал он. — Я не должен был терять контроль.

— Не шутишь, — сказал Мистер Север. — Есть причина, по которой вам не положено иметь домен духа.

Анна попыталась вернуть встречу в нужное русло, несмотря на свое бледное, бескровное лицо.

— Этот человек, о котором говорит Север, — сказала она. — Используя информацию, предоставленную нам бывшей миссис Саут, Сеть искала его со времен Макассара. У нас были некоторые указания на то, что он был с Кабалой, но на этом мы зашли в тупик.

— Сокрытие информации долгое время было величайшей силой Кабалы, — сказал Вермиллион.

— Этот человек во Франции? — спросил Джейсон, все еще глядя в окно.

— Откуда вы знали? — спросила Анна.

— Потому что вы пришли бы ко мне только в том случае, если бы вам что-то понадобилось. Что я могу сделать такого, чего не может никто другой? Я могу войти в запечатанное астральное пространство, подобное тому, что в Сент-Этьене, куда Адриен Барбу отправил Фарру.

— Вы правы, — сказал Спенсер. — Мы так и не узнали, как был разработан процесс, но мы узнали где. После того как Восставшие захватили Францию, астральное пространство использовалось как защищенное место для главного узла операции. Именно там они развивают инфраструктуру для спутниковых операций, а также производят больше усиленных низших вампиров, гулей и усиленной крови, чем где-либо еще. Мы также полагаем, что они накапливают там усиленную кровь в качестве чрезвычайного резерва.

— Значит, вы хотите, чтобы я отправился туда и положил этому конец, — сказал Джейсон. — Это место, вероятно, кишит вампирами золотого ранга.

— Нет, — сказал Спенсер. — Как я уже сказал, мы слишком территориальны. Их будет всего несколько. Два, может быть, до пяти. Хотя они, вероятно, будут сильнее большинства.

— И как вы ожидаете, что я справлюсь с ними?

— Не притворяйтесь, что вы еще не решили пойти, Асано, — сказал Мистер Север.

Джейсон повернулся к нему лицом.

— Есть цена, — сказал Джейсон. — Я хочу Адриена Барбу.

— Месть, мистер Асано? Разве вы не выше подобных вещей? Вы позволили Герлингу сбежать из вашей зоны трансформации.

— Герлинг может сражаться с вампирами. Барбу не такой сильный.

— Это моя месть, которую он требует, — сказала Фарра. — И я определенно не выше подобных вещей.

— Ответ — нет, — сказал Мистер Север, не отрывая взгляда от Джейсона. — Вы сделаете это, потому что это нужно сделать, мистер Асано, дам я вам Барбу или нет.

— А что помешает мне удерживать вас здесь и плавить по частям, пока вы его не отдадите? — спросил Джейсон.

— Тот факт, что вы пригласили меня сюда с добрыми намерениями. Вы позволите мне уйти, потому что не хотите быть тем человеком, который этого не сделал. Конечно, если вы докажете, что я ошибаюсь, это тоже будет захватывающе. Я был бы готов отдать Барбу, чтобы увидеть это.

Джейсон отвел взгляд от Мистера Север, его лицо исказилось в разочарованной гримасе. Мистер Север рассмеялся.

— А вот и он. Остерегайтесь своих принципов, мистер Асано. Я мог бы использовать их, чтобы убедиться, что вы войдете в это астральное пространство, но кто-то уже играл на них, как на музыкальном инструменте, еще до того, как я нашел вас.

— О чем вы говорите?

— О, я не собираюсь вам этого говорить. Как и Мировой Феникс, мне нужно, чтобы эта песня доиграла до конца. Нам всем нужно.

СНАЧАЛА ПОМОЙ ИХ

СНАЧАЛА ПОМОЙ ИХ

Джейсон больше не расспрашивал Мистера Севера о его загадочных намеках. Если только он не готов был попытаться выбить из него информацию пытками, тот не станет откровенничать, а Джейсон не был готов пойти на такой шаг. В любом случае, Мистер Север, казалось, знал о духовных доменах больше, чем сам Джейсон, да и в домен Джейсона он всё равно проник. Полагать, что Север не принял мер предосторожности, было бы глупо.

— Вы будете действовать от нашего имени? — спросила Анна.

— Нет, — ответил Джейсон. — Я буду действовать сам по себе.

— Но вы ведь поедете во Францию, — уточнила она.

— Да. Но я хочу кое-что взамен.

— Я не могу заставить его отдать Адриена Барбу, — сказала Анна. — Мы бы сделали это, если бы могли. Мы бы сами с удовольствием прибрали его к рукам.

— Анна, даже не смей, — тихо сказала Фарра. — Барбу принадлежит мне.

— Острая штучка, — сказал Мистер Север. — Джейсон, она мне нравится.

— Я уже заплатил цену за то, что распускал язык, когда не следовало, Мистер Север. Вам пора уходить, пока вы сами не усвоили этот урок.

— Но вы жалеете об этом? — спросил Мистер Север.

— Иногда цена молчания выше, чем цена того, чтобы высказаться, какой бы ни была эта цена, — признал Джейсон. — Но от этого она не становится менее реальной.

* Вы назначили [Рунный паук (вариант)] враждебным.

Джейсон сделал жест в сторону окна, и прозрачная облачная субстанция рассеялась, впуская ветерок.

— Можете уходить, Мистер Север; уверен, вы найдете дорогу. Мне нужно еще кое-что обсудить с миссис Тилден.

— Что ж, — сказал Мистер Север. — Но поскольку мы с вами вряд ли встретимся снова до вашего возвращения из другого мира, дам последний совет: не стройте свой мост здесь. Разместите его там, где люди не пострадают.

Мистер Север выпрыгнул в окно, которое восстановилось по рассеянному жесту Джейсона, обдумывавшего слова уходящего Севера. Последствия проницательности, которую тот продолжал демонстрировать, были тревожными, но Джейсон отложил их в сторону, чтобы сосредоточиться на текущих проблемах.

— Анна, — сказал Джейсон, обращая на нее свои нечеловеческие глаза. — Вы хотите, чтобы я это сделал, и я сделаю. Но я хочу кое-что взамен.

— Я же говорила, что Барбу не в нашей власти, чтобы отдавать его, — сказала Анна.

— Я не об этом. Мы обсуждали открытие этого места для гражданских лиц, пострадавших от зон трансформации. Место, где они могут быть в безопасности и где им будут рады.

Анна посмотрела в окно на разрушенные улицы.

— В безопасности?

— Мистер Спенсер, — сказал Джейсон, поворачиваясь к вампиру. — Надеюсь, вы обретете душевное равновесие в этом мире, в который вернулись спустя столько времени. Спасибо, что пришли. Я позабочусь о возвращении остальных, так что можете взять машину, если хотите.

— Я был погребен под церковью со времен правления Георга Второго, — заметил Спенсер. — Я не умею водить автомобиль. Однако, поскольку я быстрее машины, я обойдусь и пойду пешком. Как крестьянин. Вы ведь не заставите меня выпрыгивать в окно, верно?

— Разумеется, нет, — сказал Джейсон. — Тень, пожалуйста, проводите джентльмена.

После того как Тень проводила Спенсера, Джейсон снова переключил свое внимание на Анну.

— Мне нужно кое-что вам показать.

* * * — Насколько это большое? — спросила Анна, глядя на город с дирижабля, в который превратилась Тень. Как и в мире за пределами астрального пространства, стояла глубокая ночь, и пустой город был морем огней. Остальная часть группы находилась в главном пассажирском салоне, пока Джейсон и Анна разговаривали наедине в небольшой смотровой комнате.

— Город достаточно велик, чтобы мы могли принять столько трансформированных, сколько пожелает прийти, — сказал Джейсон. — По крайней мере, в обозримом будущем.

— У меня нет таких полномочий, чтобы это осуществить, — сказала Анна. — У каждой страны, у каждой магической фракции есть своя политика и даже законы в отношении трансформированных.

— Я знаю. Даже начало этого процесса будет долгим и сложным.

— У вас нет на это времени.

— И терпения тоже. Я обнаружил, что лучше замечаю политические игры, чем сам в них ввязываюсь. Я слишком люблю смелые ходы и временами бываю более чем властным. Вот почему я дам своей бабушке полномочия действовать от моего имени, когда дело дойдет до управления этим местом.

— Тогда разве она не должна быть здесь с нами?

— Я еще не сказал ей, — ответил Джейсон.

— Вы уверены, что она согласится?

— Согласится, если я пригрожу сделать это сам.

— Максимум, что я могу сделать, — это начать связывать вас с нужными людьми. Правительствами, ООН.

— Я не прошу вас сделать это. Я хочу, чтобы вы обеспечили серьезное отношение к этому делу.

— Люди относятся к вам серьезно.

— Это другое.

— Да, — согласилась Анна. — Я сделаю все, что смогу.

— Это все, о чем можно просить, — сказал Джейсон.

* * * После короткой воздушной экскурсии группа вернулась в пагоду для общения в мезонинном лаунже с Джейсоном и его семьей. Были поданы закуски, в основном магические фрукты, собранные в астральном пространстве. В лесных районах были дикие фрукты и ягоды, а в пасторальных регионах — фруктовые сады.

— Мне жаль, что у меня не было возможности познакомить вашу жену с Доун, — сказал Джейсон Анне. — Она ушла в другую вселенную.

— А вы последуете за ней? — спросила Анна.

— Со временем. Я близок к тому, чтобы обеспечить стабильность Земли, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Примерно полгода, а потом мне нужно отправиться на ту сторону, чтобы закончить работу. Честно говоря, я более чем готов уйти. Я устал, Анна. Устал от того, что приходится переходить из одной драки в другую. От того, что постоянно приходится оглядываться, не найдет ли меня какой-нибудь золотой ранг или не предаст ли меня снова Сеть. Вы же знаете, что мне придется проверить Францию, чтобы убедиться, что это не какая-нибудь засада.

— Вы правда думаете, что я бы так поступила?

— Помните ту ночь, когда мы встретились лично?

— На моей кухне.

— Я только что сбежал от команды Сети по похищению и эвакуации. И это был не последний раз, когда меня похищала Сеть.

— Это были французское и американское отделения.

— Если вы вешаете вывеску Сети, вы несете ответственность за действия Сети, Анна. Вы утверждаете, что никогда не делали того, с чем были не согласны, только потому, что один из ваших боссов приказал?

— Конечно, делала.

— Так что да, Анна. Я действительно думаю, что вы бы так поступили.

— Мне жаль, что до этого дошло, Джейсон.

— Мне уже не жаль. Если бы мне не нужно было спасать мир от разваливания, как печенье в молоке, я бы уже давно ушел. Я думал остаться и помочь с вампирами, но как только я закончу во Франции, это будет предел. Я бы, наверное, даже так далеко не зашел, если бы не человек, стоящий за нежитью Макассара. Я не позволю ему сделать это снова.

— Сделать это снова — это именно то, чего он хочет.

— Вот почему я это делаю. А потом я закончу свою задачу и уйду.

— Вы когда-нибудь вернетесь?

— Да, но не скоро. Вам стоит надеяться, что пройдет достаточно времени, чтобы я больше не стремился сводить старые счеты, потому что я вернусь достаточно сильным, чтобы это сделать.

— Кстати о старых счетах, у меня есть новости о Джеке Герлинге. Он стал изгоем.

— Изгоем?

— С тех пор как магия изменилась, золотые ранги могут обходиться серебряными духовными монетами, хотя их нужно много. Тридцать в день — это недешево, но достаточно, чтобы им больше не нужны были золотые монеты, не говоря уже о ядрах реальности.

— Что он замышляет?

— Никто не знает. Насколько я слышала, он некоторое время тихо подкупал людей, а потом сбежал со своим помощником, группой серебряных рангов и парой лучших ритуалистов, которые были в США.

— Отлично, — сказал Джейсон. — Он придет за мной, если еще не пришел.

— Почему?

— Потому что, в отличие от Сети, он не отвлекался на вампиров и ядра реальности. Помните, почему вы вообще меня похищали? До того, как мир взорвался, вы все хотели получить мои секреты. Он все еще хочет.

* * * Пока остальные встречались и разговаривали, Акари и Джейсон тихо прогулялись снаружи. Они обсуждали боевой транс, которого Джейсон недавно смог коснуться, но пока не мог полностью использовать.

— В моей семье мы называем это дзен меча, — сказала Акари. — Очевидно, люди, не преданные мечу, называют это иначе. Мой отец — эксперт; я сама смогла достичь этого состояния только недавно. После того как Герлинг убил Асю, Кайто и Грега, я начала усиленные тренировки с отцом и наконец смогла этого добиться. Я удивлена, что вы тоже смогли, учитывая, что мастерство техники не является вашим главным приоритетом.

— Недавно у меня была возможность получить довольно интенсивный опыт владения мечом, — сказал ей Джейсон.

— О?

— Когда это место еще было накрыто куполом, он запечатывал силы всех, кто находился внутри. Сначала у меня был только меч, и даже когда мне стало доступно больше вариантов, он оставался критически важным до самого конца.

— И много ли было боев?

— Довольно много. Я достиг боевого транса лишь незадолго до того, как вышел, когда меня довели до абсолютного предела. С тех пор мне удавалось коснуться его, но лишь эпизодически. Фарра помогала, но ее боевой стиль во многом противоположен моему. Это почти как проблема перевода.

— У меня ненамного больше опыта в этом, чем у вас, — сказала она. — Мой отец — эксперт. Если бы вы провели с ним некоторое время, это могло бы вам помочь.

— У меня нет на это времени, и я, возможно, не вернусь в Деревню Асано в ближайшее время. Вероятно, не раньше, чем прямо перед тем, как я покину этот мир.

— Раньше я хотела поехать с вами, — сказала Акари. — Чужой мир, полный странностей и приключений.

— Но теперь уже нет?

— Моя битва здесь, сейчас. Вампиры придут скорее раньше, чем позже. Вы не единственный, кто встал на защиту мира.

* * * — Я действительно хотел бы еще раз поблагодарить вас, — сказал Джейсон Косгроуву. Они все еще были в мезонинном лаунже, и рассвет начинал выглядывать из-за горизонта. — Вы можете остаться здесь на день. Крейгу нужно будет оставаться внутри, по крайней мере, до наступления темноты.

— Черт возьми, верно, — сказал вампирический Вермиллион. — Здешняя магия плохо влияет на свет. Я чувствую, как приближается рассвет, словно холод, ползущий по моей спине.

— Странно встретить вас вот так, Мистер Асано, — сказал Косгроув. — Ваше исчезновение направило меня на странный путь. Сейчас кажется странным вспоминать, как сокрытие одного маленького магического события затронуло столько людей. Полицию, федеральную полицию, правительство. Кажется, это было слишком много усилий, учитывая, что теперь все это стало явным.

— Раньше было намного проще, — сказал Вермиллион. — В мире до массовых коммуникаций и людей, носящих камеры в карманах. Балансирование Сети, пытающейся сохранить все в секрете, уже давно было близко к краху.

Вермиллион положил руку на плечо Джейсона.

— А потом появился этот парень. Не скажу, что именно он заставил их рухнуть, но он определенно добавил шаткости.

— Я хотел бы кое-что подарить вам, Мистер Косгроув. И вашему напарнику тоже, в знак моей благодарности. Конечно, есть опасение, что все, что я вам дам, конфискуют, как только вы уйдете, поэтому это должно быть то, что вы сможете использовать здесь.

Джейсон сделал жест, и появилась портальная арка. Вышли два тела Тени, каждое из которых несло большую спортивную сумку.

— Нам придется сделать все сразу, что не идеально, — сказал Джейсон. — Это также означает, что я буду выбирать все за вас.

— О чем вы говорите? — спросил Косгроув.

Тень поставила сумки на пол, и Джейсон присел, чтобы открыть одну из них. Он засунул руку внутрь и достал куб, сияющий настолько ярко, что на него было трудно смотреть.

— Я подобрал два набора, — сказал Джейсон. — Вы можете выбрать между ними сами. Один — это эссенция солнца, эссенция крови и эссенция жизни. Они объединяются в слияние аватара и являются, пожалуй, идеальным анти-вампирским набором, который только можно найти. Другой набор — это дешевые эссенции: пистолет, рука и адепт, объединяющиеся в эссенцию мастера.

— Спецвыпуск Джона Уика, — сказала Анна.

Джейсон положил эссенцию солнца обратно в сумку и закрыл ее.

— Если хотите, я наделю вас обоих эссенциями, прежде чем вы уйдете. Там достаточно камней пробуждения, чтобы мы могли отправить вас с полным набором сил. Спешка в таких делах — не лучший вариант, но я полагаю, что вы, бывшие ребята из EOA, находитесь в самом конце списка, когда дело доходит до получения ресурсов от Глобальной Сети Обороны.

— Не то слово, — сказал Дэш. — Говорят, мы все одна большая семья, но я не видел, чтобы кто-то, кто изначально не был из Сети, получал магические улучшения.

— Все не так плохо, — сказала Анна.

— Конечно, не так, — сказал Дэш. — Если бы Адам не знал миссис Асано, думаете, мы бы занимались чем-то, кроме грязной работы?

— Вы уверены в этом? — спросил Косгроув Джейсона. — Это ценные ресурсы.

— Приятель, у меня их хоть отбавляй. Не в буквальном смысле; вам не придется их сначала отмывать.

ЯЗЫК СТРАСТИ

ЯЗЫК СТРАСТИ

Джейсон месяцами находился под непрекращающимся давлением, сражаясь и балансируя на лезвии ножа между жизнью и смертью. Он даже соскальзывал с него, но, в отличие от Кайто, Грега и Аси, сумел забраться обратно.

Потратить день на общение с друзьями и семьей было словно открыть предохранительный клапан. Хотя обстановка была совсем не той, в посиделках, разговорах и совместном приготовлении еды с сестрой и племянницей было благословенное ощущение нормальности. Ничего изысканного — только фрукты да припасы для Эми, которая не могла питаться духами-монетами. И все же процесс был важнее результата, а с Эрикой под рукой все получилось довольно неплохо.

В конце концов наступила ночь, и Джейсон открыл портал в лагерь Сети. Он почувствовал утрату, когда все, кроме Фарры и его семьи, попрощались и шагнули в портал. Обязанности, которые он смог игнорировать целый день, снова навалились на него, стоило ему задержать взгляд на проходе.

— Джейсон, ты в порядке? — спросила Фарра.

— У меня нет времени быть не в порядке, — ответил он, взмахом руки закрывая портал.

— Ты не можешь заставлять себя оставаться функциональным. Не вечно.

— Знаю. Возможно, нам противостоит многое, но у нас хотя бы есть силы бороться за свои судьбы. Есть целый мир, полный людей, у которых сейчас нет такой роскоши. Не буду врать, что мне сейчас легко, но такие дни, как сегодня, помогают мне держаться.

* * * Отец Джейсона, Кен, стоял на балконе пагоды, глядя на сильно поврежденный город. Он слегка вздрогнул, когда Джейсон подошел к нему, не услышав его бесшумного приближения.

— Пора идти, пап.

— Думаю, я хотел бы остаться, — сказал Кен. — Может, я и не боец, но мои способности могут исправить все эти разрушения. Если будет достаточно времени и как следует постараться.

— Нет, — сказал Джейсон, его голос был мягким, но непреклонным.

— Ты беспокоишься о нашей безопасности.

— Да, — сказал Джейсон.

— Не думаю, что я кому-то нужен, Джейсон. Я не могу открыть портал в твой волшебный город. Я не знаю никаких страшных тайн и не умею ничего особенного. Я ни для кого не ценен.

— Ты ценен для меня. Обычно я бы позволил этому случиться, но Джек Герлинг где-то там, и он преследует свои собственные цели. Цели, в которых я, похоже, играю центральную роль.

На лице Кена отразилась редкая вспышка ярости. Только его бывшая жена и человек, убивший его старшего сына, могли вызвать ее.

— У Герлинга хватит сил прийти и взять тебя в заложники, если меня не будет рядом, — сказал Джейсон. — Если ты начнешь восстанавливать город, он рано или поздно узнает, что ты здесь. Как только я разберусь с ним, ты сможешь проводить здесь сколько угодно времени.

Кен положил руку на спину Джейсона.

— Хорошо, сынок. Задай этому гаду.

— Ты же знаешь, я не просто собираюсь его поймать, верно? Никакая тюрьма не удержит такого, как он. Не в этом мире. Даже если бы она была, американцы просто вмешались бы и забрали своего заблудшего золотого ранга. Когда придет время разобраться с Герлингом, я его закопаю.

— Мне не нравится идея убивать людей, — сказал Кен, — но мир сейчас совсем не такой, каким мы хотели бы его видеть. Сейчас — особенно.

— Знаю. Такое ощущение, что чем сильнее я становлюсь, тем труднее катить этот валун в гору.

* * * Хранилище духа Джейсона сохранилось после того, как способность прошла вторую эволюцию и стала доменом духа. Это по-прежнему был раскидистый сад с павильоном в центре, но теперь он больше напоминал ботанический сад, который отлично смотрелся бы в волшебном словацком городке Джейсона. В периоды потрясений он претерпевал негостеприимные изменения, но теперь Джейсон был спокойнее и лучше контролировал это пространство.

Тем не менее, семья Джейсона жила теперь в его облачных конструктах. Никто не заговаривал о хранилище духа, в которое продолжали заходить только Джейсон, Фарра и Кен. Джейсон не хотел испытывать доверие остальной семьи. Если в глубине души они больше не могли принять то, кем и чем он стал, он знал, что перенесет это плохо — если вообще сможет перенести.

Джейсон впервые за долгое время нашел время побродить по собственной душе под ночным небом, отражающим небо над его городом. Фарра шла рядом.

— У нас обоих есть люди в том мире, с которыми мы хотим воссоединиться, — сказал он ей. — Но мне также нужно сбежать из этого мира. Мне нужно перестать носиться вокруг, туша пожары, потому что никто другой не может или не хочет этого делать. Никто, кроме тебя.

— Ты помнишь, что мы прибудем в самый разгар худшего нашествия монстров в истории мира?

— Но это не нам исправлять, — сказал Джейсон. — Мы, конечно, внесем свой вклад, но можем быть просто двумя искателями приключений.

Фарра знала, что сейчас не время колоть иголкой этот воздушный шарик, поэтому сменила тему.

— Значит, Франция, — сказала она. — Разбираемся с этой крепостью вампиров.

— Нет.

— Нет?

— Как по-твоему, сколько раз Сеть может приходить к нам, извиняться за последнюю дрянь, которую они натворили, а потом говорить нам решать их проблемы?

— Ты сказал им, что мы это сделаем, и мы должны, — сказала Фарра. — То, что ждет в этом астральном пространстве, нужно остановить.

— Да, но мы не будем делать это по-ихнему. Даже с солнечной лампой, ты думаешь, что сражаться с пятью золотыми вампирами и бог знает с чем еще — это умный план?

— Конечно, нет. У тебя есть план получше?

— Германия.

— Германия?

Древние вампиры в целом плохо восприняли современные технологии и то, что для них было магическими возможностями. Большая часть Европы погрузилась во тьму, когда они отключили инфраструктуру электроснабжения и связи, хотя их ограниченные знания оставили лоскутные островки связи.

Только в нескольких местах сохранялся хоть какой-то уровень нормальности. В Словакии теперь было слишком много магии, чтобы даже сильные вампиры могли сохранять полную силу при дневном свете. В Германии различные фракции Сети объединились, чтобы удерживать страну в качестве плацдарма в Европе для грядущего конфликта.

— После того как они перестали копаться в моем домене духа, всех золотых рангов Сети отозвали, — сказал Джейсон. — США сосредоточены на зачистке своих внутренних вампиров, а Китай опасается России, которой теперь почти открыто управляет Кабала.

— Как это нам помогает?

— Герлинг был единственным золотым рангом, постоянно дислоцированным в Германии. Им повезло, так как в этом районе уровень магии выше среднего, поэтому только сильнейшие вампиры могут действовать при дневном свете, не теряя в силе.

— Но теперь Герлинг ушел сам по себе, — сказала Фарра.

— Оставив нам небольшое окно, прежде чем Германию усилят, чтобы проскользнуть и забрать часть того, что оставили США и Китай.

— А именно?

— Магически усиленное тяжелое вооружение. Оно было разработано для борьбы с золотыми монстрами, но теперь его складируют для использования против вампиров.

— Ты хочешь выстрелить ракетой во французское астральное пространство?

— Не совсем, — сказал Джейсон. — Нам нужно магически усиленное SADM. По сути, ядерная бомба в рюкзаке. Я проношу ее в астральное пространство, ставлю таймер и ухожу. Желательно, чтобы никто даже не понял, что я там был.

— Ты думаешь, все пройдет так гладко? — спросила Фарра.

— Нет, — ответил Джейсон. — Но человек может жить надеждой. Планируй и адаптируйся.

— Ты хоть уверен, что у них есть это оружие в Германии?

— Ага. Тень шпионил за всеми лагерями Сети с тех пор, как мы сюда прибыли, и все они базируются в Германии. Я знаю, на какую базу идти, и даже примерно знаю, где на базе его искать.

— Тогда нам стоит поторопиться, пока не упустили лучший шанс, — заметила Фарра.

— Да, — согласился Джейсон, его голос был тяжелым от нежелания, но также и от смиренной решимости. Он запрокинул голову, глядя на звездное небо. — Но это был хороший отдых, правда?

* * * — Похоже, не мы одни хотим воспользоваться моментом уязвимости Сети, — сказала Фарра по голосовой связи.

Они неслись через темное небо над освещенной авиабазой внизу. Благодаря восприятию серебряного ранга они могли различить битву, идущую между персоналом базы и атакующими силами вампиров, большинство из которых состояло из гулей бронзового ранга.

База имела преимущество в численности, с нехваткой пользователей эссенции, а также обычных солдат, вооруженных магическим огнестрельным оружием. Однако вампиры имели преимущество в индивидуальной силе, и обычные солдаты были особенно уязвимы. Неспособные использовать что-либо мощнее оружия железного ранга, они держались благодаря подготовке, дисциплине и численному превосходству, сосредоточенно обстреливая бездумных гулей.

Чувства ауры Джейсона охватили базу, и он обнаружил пару золотых вампиров. Вероятно, подобные атаки происходили и на других опорных пунктах Сети в Германии, иначе их было бы больше.

— Думаю, война с вампирами только что началась, — сказала Фарра. — Вмешаемся или схватим то, за чем пришли, в этом хаосе?

— Что думаешь?

— Я за то, чтобы помочь, — сказала Фарра. — Мы ничего не можем сделать с тем, где еще они атакуют, но потеря Германии стала бы огромным ударом для стороны, которая не ест людей. Я всегда готова убить пару вампиров. Солнечная лампа нам ночью не поможет, но все эти прихвостни помогут мне зарядить браслет, а тебе — накопить силу.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Тогда давайте зачистим эту шушеру, а золотые ранги пусть сами придут к нам.

— Мы правда собираемся сразиться с золотыми вампирами, двое на двое? — спросила Фарра.

— Тот, кто считает что-то невозможным, терпит поражение еще до начала, — сказал ей Джейсон.

— Тот человек также не превращается в напиток из-за своего высокомерия, — заметила Фарра.

— Просто постарайся не думать об этой части.

* * * Два золотых вампира охотились на сильнейших пользователей эссенции, пока их силы вампиров низкого ранга, низших вампиров и гулей захватывали базу. Серебряные ранги Сети собрались на краю базы, чтобы сформировать единый фронт, нанося достаточный урон, чтобы вампирам приходилось их съедать, чтобы восстановиться.

— Появление этих новых магов в наше отсутствие стало неприятностью, — сказал один из вампиров, вытирая рот салфеткой. — Хотя я начинаю менять свое мнение о них. Их кровь — просто восторг.

— Да, они вкусные, — сказал другой, грубо вытирая кровь с лица рукавом, отбрасывая в сторону оторванную руку. — Эли, это занимает слишком много времени. Обычные люди и их магическое оружие слишком хорошо справляются с гулями. Ты знаешь, каково это — пасти гулей, а нам нужно быть запечатанными в транспортах до рассвета.

— Меня зовут Эли, а не «Элли». Я не английская крестьянка.

— Все еще злишься из-за Французской революции? Просто радуйся, что ты погрузилась в сон до этого. Иначе те крестьяне, которых ты так ненавидишь, могли бы отрубить тебе голову, Элли.

— Эли!

— Я так и сказал. Элли.

— Эли.

— Разве не это я говорю?

— Нет.

— Мне кажется, именно это я и говорю. Скажи еще раз?

— Эли.

— И что я говорю?

— Элли.

— Ты просто говоришь одно и то же оба раза.

— Я так ненавижу английский. Ты не можешь выучить французский?

— А ты не можешь выучить русский?

— С чего бы мне хотеть учить русский? Я уже говорю по-французски.

— Что это значит?

— Это превосходный язык. Язык страсти, чувственности. Все, что ты говоришь по-русски, звучит так, будто ты отчитываешь свою собаку, когда она того не заслуживает.

— Русский — это язык мужчин, а французский — язык женщин!

— Да, — с улыбкой сказала Эли. — Им он довольно нравится.

Андрей открыл рот, чтобы ответить, но повернул голову, отвлекшись.

— Что? — спросила Эли, прежде чем заметить это сама. Ауры гулей слабели, а затем исчезали на медленно расширяющейся территории. Находившиеся там вампиры запаниковали и разбегались, спасаясь бегством.

— Что это? — спросила Эли.

— Я не чувствую ауры, — сказал Андрей. — Какой-то магический эффект.

— Беру свои слова назад, — сказала Эли. — Эти новые маги — проблема.

Вампиры взорвались действием, проносясь по базе в размытом пятне скорости, и вскоре нашли источник проблемы. Они остановились, обнаружив море гулей, охваченных огнем. Освещая темное небо над ними, роились оранжево-синие светящиеся бабочки, которые опускались на гулей, от которых быстро распространялись новые.

— Думаю, это нормально, — сказал Андрей. Ауры бабочек были явно ниже его ранга. Пока не было золотых рангов или большой группы способных серебряных, он не беспокоился.

— Тебя это совсем не беспокоит? — спросила Эли.

— Мы сделали большую часть того, зачем пришли. Убили сильных и устроили большой, мокрый беспорядок. Нам не нужно, чтобы гули уничтожили все магическое оружие, а организовать отход проще, если все эти гули сгорят, — сказал Андрей. — Их трудно контролировать, а организовывать такую ораву — сплошная морока.

— Остальным не понравится, что мы потеряли так много, — сказала Эли.

— Это не наша вина. Не мы их подожгли.

— Но мы должны хотя бы выяснить, кто это сделал. Я чувствую только одного человека за гулями, и она слабее нас.

— Их двое, — сказал Андрей. — Второй очень хорошо маскируется, несмотря на то, что тоже слабее нас. Я едва могу его почувствовать.

— Тогда проблемы.

— Это тот мужчина.

— Какой мужчина?

— Мужчина с магическими бабочками, очевидно. Он тот самый, с событий в Моравии.

— Где?

— Великая Моравия.

— Великая Моравия не существует уже тысячу лет. Венгры завоевали ее. Ты хочешь сказать, что этот человек — венгр?

— Нет, он с того острова. Того, который англичане захватили и перебили большинство чернокожих.

— Это вряд ли сужает круг, Андрей. Проклятые англичане.

— У тебя проблемы с колонизацией?

— У меня проблемы с распространением английской кухни.

— Может, нам стоит сосредоточиться на настоящем? — спросил Андрей.

— Кто был тот мужчина, еще раз?

— Тот самый, который вошел в большой купол, которым все были так одержимы.

— Разве туда не входило несколько человек? Я слышала, один из них вернулся и превратился в гигантского осьминога.

— Это не имеет значения. Есть мужчина, он здесь, и, очевидно, нам нужно его убить.

Вампиры низкого ранга выбегали из толпы гулей, только чтобы кровавые полоски ткани хлестнули, схватили их и утащили обратно, заставляя кричать.

— Да, Андрей. Я действительно вижу твою точку зрения.

ПРЯМОЛИНЕЙНАЯ ЧЕСТНОСТЬ

ПРЯМОЛИНЕЙНАЯ ЧЕСТНОСТЬ

Два древних вампира наблюдали, как их небольшая армия гулей одновременно горит и разлагается. Гули вели себя пугающе тихо; они горели и умирали, лишь треск и хлопки пламени, пожирающего их плоть, нарушали тишину. Крики вампиров низшего ранга, зажатых среди гулей, перемежались с далекими звуками перестрелки солдат с другими гулями в разных частях огромной базы.

Вампиры не обладали способностью чувствовать магию, но их чувствительность к жизненной силе была очень высока. Вампиры золотого ранга могли ощущать жизненную силу своих более слабых собратьев, застрявших среди гулей. Эта жизненная сила стремительно угасала, вампир за вампиром.

Над всем этим порхали синие и оранжевые бабочки, ярко сияя в ночи, даже несмотря на отсветы пламени внизу. Некоторые бабочки полетели в сторону двух вампиров золотого ранга, но Андрей протянул руку, и из его ладони вылетели капли крови, разрывая бабочек в клочья, прежде чем те успели приблизиться.

— Следи за ними, — сказал Эли. — Их довольно много.

— О, спасибо, — ответил Андрей. — А я-то и не заметил гигантский рой светящихся магических бабочек.

— Что-то там высасывает жизненную силу, — сказал Эли. — Ты уверен, что это маг, а не кто-то из наших?

— Да.

— Нам стоит пойти и сразиться с ними?

— Там всё в огне, — заметил Андрей. — Я бы предпочел подождать, пока они сами выйдут.

— Не могу не согласиться, — сказал Эли, — но не стоит ли нам войти и спасти остальных вампиров?

Вампиры обменялись взглядами.

— Жизнь — это испытание, — сказал Андрей.

— Они станут только сильнее, если преодолеют его самостоятельно.

Гули стремительно падали, замертво, но продолжали гореть на земле. Когда большинство из них пало, из гущи гулей раздался холодный голос.

«Как ваши жизни были моими, чтобы их пожать, так и ваши смерти — мои, чтобы собрать урожай».

Андрей и Эли снова обменялись взглядами.

— Он к нам обращается? — спросил Андрей.

Они почувствовали, как остатки жизненной силы, сохранившиеся в убитых гулях и вампирах, были вытянуты в одно мгновение. Они даже могли видеть это: она двигалась по воздуху, словно красные ленты. Она собралась в одной точке и была поглощена теневой фигурой, стоявшей среди мертвецов. Даже с их исключительным зрением вампиры едва могли её разглядеть.

— Ты, случайно, не испытываешь зловещего предчувствия? — спросил Эли.

— Раз уж ты упомянул об этом, — сказал Андрей, — то да, пожалуй, испытываю.

— Мне внезапно пришло в голову, — сказал Эли, — что если двое людей, уступающих нам в силе, решают вступить с нами в бой, то они либо очень глупы, либо знают что-то, чего не знаем мы.

— Очень здравое рассуждение, — согласился Андрей.

Они оглянулись, а затем снова посмотрели на теневую фигуру, стоявшую среди мертвых гулей. Теперь, когда большинство из них пало, они смогли разглядеть и других людей, соответствующих аурам, которые они уже почувствовали. Там был еще один маг, облаченный в каменную броню и окутанный пламенем. Её аура сулила пожирающий огонь — последнее, с чем хотел бы столкнуться вампир. Позади неё находилась груда светящейся лавы, двигавшаяся словно живое существо.

Парящая фигура была окружена сферами, цвет которых совпадал с цветом бабочек. Её аура была чуждой, не похожей ни на что, с чем вампиры сталкивались раньше. Другой выглядел как человек, если не считать красно-фиолетовой кожи, но на самом деле был кем угодно, только не человеком. В его ауре чувствовались голод и кровь, по сравнению с которыми даже их собственные вампирские ауры казались блеклыми. Они также смогли едва уловить еще одну ауру, темную и скрытую, казалось, находившуюся во многих местах одновременно.

Темную фигуру впереди было почти невозможно почувствовать, и, несмотря на свое превосходство в силе, вампиры едва могли ощутить властную волю, которую та в данный момент сдерживала. Они развернулись и бросились в противоположную сторону так быстро, как только позволяла им скорость золотого ранга.

* * * Джейсон и Фарра вышли из моря горящих гулей. Джейсон откинул капюшон и рассеянно почесал затылок, почувствовав, как две вампирские ауры стремительно удаляются вдаль. Колин и Гордон вместе с магматическим элементалем Фарры добивали отставших.

— Сбежали, — сказал Джейсон. — Дали дёру.

— Меньше хлопот, — сказала Фарра, убирая доспехи. — Меня устраивает. Мой браслет теперь отлично заряжен, и мне не пришлось тратить заряд на битву с этими двумя.

— Но почему они убежали? — удивился он.

Фарра оглянулась на ковер из мертвых гулей и вампиров, а также на «потолок» из магических бабочек.

— Понятия не имею, — сказала она. — Впрочем, теперь мы можем пойти и найти твою магическую бомбу. В этой неразберихе будет довольно легко её забрать и уйти.

Джейсон кивнул.

— Вокруг все еще бегают некоторые гули и слабые вампиры, но персонал Сети должен с этим справиться.

* * * Трэвис Ноубл был двадцати одного года от роду, инженером по магическим технологиям второго уровня из Калифорнии. К тому же у него был очень плохой месяц. На следующий день после прибытия в Германию его начальник самовольно оставил пост, когда пользователь эссенции четвертого уровня с базы сбежал и прихватил с собой кучку людей, включая босса Трэвиса. Ноубл был вполне доволен, когда немцы поставили во главе его отдела одного из своих опытных и квалифицированных специалистов, но его начальство настояло на том, чтобы руководил американец.

Так Трэвис оказался во главе Отдела запасов специальных боеприпасов, руководя кучей людей, которые его ненавидели. Немцы ненавидели его за то, что их человека выставили вон, а другие американцы — за то, что парень в свой первый же день перепрыгнул через очередь. Это даже не имело смысла. По регламенту руководителем должен был быть магический техник, в то время как остальные американцы были администраторами и специалистами по логистике. Нехватка экспертов по магитеху была причиной, по которой Трэвиса вообще сюда прислали. Это не заставило их дать Трэвису хоть какую-то поблажку.

Лучше всего он ладил с солдатами и тактическими специалистами, которые охраняли склад, но чья цепочка командования была отделена от ведомственной иерархии Трэвиса. Теперь он оказался заперт внутри главного склада боеприпасов вместе с отрядом охраны, за исключением их серебряных рангов, которые ушли, чтобы встретиться с остальными на базе и дать отпор вампирам единым фронтом.

Склад боеприпасов был самым защищенным зданием на базе, с магической защитой, рассчитанной на то, чтобы выстоять против всех, кроме самых могущественных атакующих. К несчастью, эти самые могущественные атакующие как раз и появились. Персонал отдела засел в офисах, а сам Трэвис находился на главном складе вместе с командой охраны и запасами оружия на случай, если потребуется его опыт. Даже в нынешней ситуации Трэвис не мог не отвлекаться на главу службы безопасности, Ингрид. Дефеминизирующая тактическая экипировка делала её почти неотличимой от солдат-мужчин, но Трэвис уже неделю собирался с духом, чтобы пригласить её на свидание.

* * * — Знаешь, — сказала Фарра, рисуя мелом ритуальную диаграмму на стене, — это впечатляющая защитная магия.

— Но ты ведь сможешь войти, правда?

Она повернула голову, чтобы одарить Джейсона бесстрастным взглядом, при этом её рука не останавливалась, продолжая рисовать, не глядя.

— Прости, — сказал Джейсон, вскидывая руки в знак капитуляции.

— Ты ведь сможешь войти, правда? — пробормотала Фарра, возвращаясь к работе. — Ты не слышишь, чтобы я сомневалась в том, сможешь ли ты медленно и ужасно убить кого-то, превратив последние мгновения их жизни в кошмарное испытание из боли и отчаяния. Я просто доверяю тебе делать то, что ты делаешь.

— Это немного обидно, — сказал Джейсон. — Я же сказал, что извинился.

— Достаточно, чтобы приготовить штрудель?

— Если смогу достать ингредиенты, конечно. С распределением еды всё еще бардак, хотя у нас остались те отличные яблоки из астрального пространства.

Фарра произнесла короткое заклинание, и ранее невидимые руны вспыхнули по всему зданию, а затем снова погасли.

— Это отключит их примерно на час, — сказала она. — Не хотелось бы снимать защиту навсегда, учитывая всё, что здесь находится.

— Отличная мысль, — сказал Джейсон.

Они прошли вдоль здания к главным дверям, достаточно большим, чтобы через них мог проехать большой грузовик, причем с запасом. Мало того, что они были тяжелыми, они все еще были заперты, даже после того, как магическая защита исчезла. Замок сломался, словно его и не было, когда Фарра легко раздвинула створки дверей.

* * * Когда стены вспыхнули магическими рунами, которые быстро погасли, напряжение команды охраны сменилось предельной готовностью. Оружие было приведено в боевую готовность, и они заняли позиции, чтобы стрелять из укрытия по команде.

— Что происходит? — резко прошептала Ингрид магическому технику.

— Кто-то только что снял магическую защиту, — сказал Трэвис. — Кто-то, кто знает своё дело, потому что её отключили, а не взломали.

— Могли её отключить изнутри? — спросила Ингрид. — Кто-то из твоих людей?

— Глава немецкого контингента — единственный, кроме меня, кто мог это сделать, — сказал Трэвис. — Ты ведь его знаешь, да? Думаешь, он мог предать нас вампирам?

— Нет, — сказала Ингрид, — но сегодня не тот день, чтобы строить предположения. Бернд, Карл. Приведите сюда Лукаса, и будьте осторожны. Если он предал нас, у него могут быть припасены козыри в рукаве.

Двое охранников направились к офисам.

— У тебя есть оружие, технарь? — спросила Ингрид.

— Да, — ответил он. — И меня зовут Трэвис.

— Ты можешь стрелять, не задев свою команду?

— Так точно, мэм. Но ничего не обещаю насчет попадания по другой команде.

— Просто достань его и постарайся, — сказала она. — Никто особого не ждет.

— Хотел бы я, чтобы женщины перестали мне это говорить, — пробормотал Трэвис.

Трэвис открыл свое пространственное хранилище, которое приняло форму голографического шкафчика с раздвижной дверцей. Он потянулся внутрь и вытащил нечто, похожее на огромный высокотехнологичный револьвер, где вращающийся барабан был заменен на ленточный механизм подачи. С него свисала длинная лента боеприпасов, на каждой пуле были выгравированы замысловатые руны.

— Это пистолет с ленточным питанием? — спросила Ингрид.

— Я называю его «Компенсатор», — сказал Трэвис.

— О, мне жаль, — сказала Ингрид.

— Что? Нет, не из-за этого. У меня всё в порядке в этой области. Совершенно в порядке.

— Всё в порядке, — заверила она его.

— Нет, это... слушай, я лучше умею строить пушки, чем пользоваться ими, поэтому я сделал такую, где прицеливание — меньшая проблема. Чтобы компенсировать мою паршивую меткость. Отсюда и «Компенсатор».

— Угу.

— У меня нет маленького...

Трэвис осекся, и все напряглись, услышав, как главные двери быстро раздвинулись. По большому складу разнеслись голоса.

— Итак, мы оставили магическую защиту на месте и сломали замок, — произнес мужской голос.

— Ты думаешь, замок остановит кого-то, кто хочет ограбить это место? — парировал женский голос.

— Полагаю, нас он не остановил.

— Кого не остановил?

— Ладно, тебя не остановил. Я собираюсь вломиться в следующее место.

— Это астральное пространство; здесь не нужно мастерство. Ты просто используешь свою абсурдную магическую силу.

— Я получил эту магическую силу только для того, чтобы войти в это самое астральное пространство и вытащить тебя!

— О, посмотрите на меня. Я Джейсон, и моя версия жертвы — это получение удивительных магических сил.

— Ты будешь говорить мне о жертве? Ты знаешь, сколько раз я умирал?

— Учитывая, как часто ты об этом напоминаешь? Каждый раз, когда ты идешь и позволяешь себя убить, ты возвращаешься с того света и каким-то образом жалуешься?

— В первый раз это была не моя вина! А во второй раз я притащил тебя обратно с собой.

— Это было мило, на самом деле, да. Знаешь, все люди здесь начинают очень нервничать, правда?

— Да, подожди. Э-э, прошу прощения, все. Пожалуйста, не стреляйте в нас; мы просто пришли украсть ядерное оружие.

— Что ты делаешь?

— Я подумал, что они могут отреагировать на прямолинейную честность.

— Да. Они отреагируют тем, что пристрелят нас.

— Ты говоришь это так, будто беспокоишься о пулях.

Ингрид вышла из укрытия, наставив винтовку на Джейсона и Фарру. Фарра была уже без доспехов, а на Джейсоне всё еще был плащ и кровавые одежды, но капюшон был откинут, открывая его лицо. Странная энергия в его глазах сводила на нет то, что, как он надеялся, было дружелюбным выражением лица.

Фамильяры Джейсона вернулись к нему, за исключением нескольких тел Тени, разведывавших базу. Взгляд Ингрид упал на магматического элементаля Фарры в дверном проеме склада. Это была груда лавы размером с фургон пекарни, с руками и чем-то, что отдаленно напоминало лицо. На мгновение она проигнорировала его, чтобы уставиться на Джейсона.

— Ты Джейсон Асано, — сказала она.

Джейсон недовольно повернулся к Фарре.

— В моем лице есть что-то такое, что заставляет меня казаться очень, очень забывчивым? Люди постоянно называют мне моё собственное имя, как будто я каким-то образом не знаю, что оно такое.

— Ты действительно выглядишь как идиот, — сказала Фарра.

— Эй...

— Помнишь день, когда мы встретились? Тебя постоянно вырубал тот парень с лопатой. Это не произвело хорошего первого впечатления.

— Ладно, да. На побег у меня ушла пара попыток, но я был новичком в жизни, полной приключений. О, я когда-нибудь рассказывал тебе, что случилось с тем парнем?

— С тем, что с лопатой?

— Ага. Оказывается, он вступил в культ Строителя и...

— Прошу прощения, — окликнула Ингрид, и Джейсон повернулся к ней.

— О, извини, — сказал Джейсон. — Если бы вы могли просто указать нам на ядерную бомбу удобного размера, было бы здорово. Желательно с инструкцией. Не обязательно на английском.

— Ты думаешь, я просто так отдам ядерное оружие? — спросила Ингрид.

— Нет, — сказал Джейсон. — К счастью, ты и твой отряд там позади недостаточно опасны, чтобы мне пришлось причинить вам серьезный вред, когда мы будем забирать её.

— Зачем тебе вообще ядерное оружие?

Джейсон взглянул на Фарру.

— Это ты сказала про прямолинейную честность, — напомнила она ему.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Я собираюсь взорвать вампиров. У них есть крепость, в которую могу попасть только я, так что я отправлюсь туда и превращу её в стекло с помощью ядерной бомбы. Хорошо то, что причина, по которой только я могу туда попасть, заключается в том, что она запечатана в изолированном измерении. Это значит, что на Земле не будет никаких последствий.

— Почему я должна тебе верить?

— Твоя вера не имеет значения, — сказал Джейсон. — Мы берем то, за чем пришли. Мы надеялись, что здесь будет тихое хранилище, которое можно ограбить, пока никого нет. Тебе было бы лучше притвориться, что мы были правы.

— Вот кто ты такой? — спросила Ингрид. — Человек, который приходит и использует свою силу, чтобы забрать то, что ему нравится?

Джейсон склонил голову.

— Я никогда не хотел быть таким, — тихо сказал он, а затем поднял взгляд, встречаясь с голубыми глазами Ингрид своим чуждым взором. — Но да, именно такой я и есть. Так что стреляй или не стреляй. В любом случае, мы уйдем отсюда с тем, за чем пришли.

— Подождите, — сказал Трэвис, выходя из укрытия и размахивая руками. — О, эта штука тяжелая.

Он положил свой пистолет на ящик и подошел к Ингрид.

— Технарь, назад, — прошипела Ингрид. — Что ты делаешь?

— Э-э, привет, — сказал он, игнорируя приказ Ингрид. — Здорово, приятель. Это ведь твоя фишка, да? Ты супер-австралиец, хотя ты вроде как японец.

— Ладно, пара моментов, приятель, — сказал Джейсон. — Во-первых, австралийцы ненавидят, когда сеппо говорят «g'day». Это как скрежет ногтей по доске.

— Что такое «сеппо»? — спросил Трэвис.

— Ты, приятель; не перебивай. Во-вторых, я не японец. Я был в Японии ровно два раза, и кто-то отравил меня в курортном отеле. Не понравилось. В-третьих, где ты взял эту пушку? Выглядит супер-круто.

— Джейсон... — сказала Фарра.

— Точно, извини. Послушай, приятель, что ты выбегаешь вот так? У нас тут очень серьезный разговор.

— Если вы собираетесь взорвать вампиров, — сказал Трэвис, — я могу помочь. Я тот, кто вам нужен.

— Трэвис! — рявкнула Ингрид.

— Ингрид, ты знаешь, кто это? Это Джейсон Асано. Он первый в мире супергерой. Он был в другой вселенной!

— Трэвис, это не то, во что тебе стоит вмешиваться. Ты знаешь, что о нем говорят.

— Это всё выдумки людей, которые хотят уменьшить его влияние, — сказал Трэвис.

— Я бы не сказала, что всё выдумки, — сказала Фарра.

— Ты на чьей стороне? — спросил Джейсон.

— Ладно, — сказала Фарра. — Как насчет того, чтобы мы все сделали шаг назад, убрали наше оружие и наших...

Она огляделась, увидев, что она и Джейсон уже убрали свое призванное оружие. Она снова посмотрела на открытые двери склада.

— ...гигантских лавовых монстров и обсудили это спокойно.

Фарра перевела взгляд с Джейсона на Трэвиса.

— Желательно ты и я, — сказала она Ингрид, — пока эти двое сидят тихо и не создают проблем.

— Моя работа — защищать этот объект, — сказала Ингрид.

— И именно это ты и делаешь, — сказала Фарра. — Ты не можешь остановить нас силой, ты должна это понимать. Это делает переговоры твоим лучшим выбором. Выиграй себе время и минимизируй ущерб, насколько сможешь.

— Почему ты позволяешь это? — спросила Ингрид. — Там снаружи вампиры, а также наши серебряные ранги.

— Вампиры мертвы или сбежали, — сказала Фарра. — Остатки персонала базы зачищают разрозненных гулей, оставшихся позади. Мы не успели вовремя, чтобы спасти ваших серебряных рангов, мне жаль. Они погибли.

Ингрид побледнела, но продолжала целиться из винтовки в Фарру.

— Откуда мне знать, что это не вы их убили?

— Потому что мы не убили тебя, — сказала Фарра.

Фарра долго ждала, пока Ингрид опустила ствол своего оружия, чтобы направить его в пол.

— Ладно, — сказала она. — Давай поговорим.

СУЩЕСТВЕННЫЙ ФАКТОР

СУЩЕСТВЕННЫЙ ФАКТОР

— В глубине склада есть офисы, — сказала Ингрид. — Мы можем присесть там и поговорить.

Как исполняющая обязанности начальника службы безопасности объекта по хранению оружия, Ингрид приказала своей команде обеспечить охрану склада, раз уж Джейсон и Фарра перестали быть главной проблемой. Ингрид знала, что остановить их она не сможет, поэтому пытаться было бессмысленно. Переговоры были её единственным выходом.

— Не стоит беспокоиться о двери, которую мы оставили открытой, — сказала Фарра. — Мой магматический элементаль разберется со всем, что оттуда появится.

— Простите, если я не буду слепо доверять гигантской куче лавы, — ответила Ингрид. — Я уверена, что он очень силен, но мы не знаем обстановку вокруг базы.

— Я могу помочь вам с этим, — сказал Джейсон. — Тень, дай… Ингрид, кажется? Дай Ингрид отчет о состоянии базы.

Люди Ингрид зашевелились, когда Тень появилась из тени Джейсона и начала перечислять расположение выживших сотрудников базы, гулей и вампиров, находящихся там. Ингрид организовала два отряда своих людей, чтобы они вышли и помогли.

— Знаете что, — сказал Джейсон. — В знак доброй воли я отправлю своих парней помочь вашим людям. Они могут побегать вместе с вашими отрядами.

Джейсон вызвал Колина из собственной крови, и тот выглядел как кровавый клон Джейсона. Гордон проявился из ауры Джейсона, странный и чужеродный. Две копии Тени вышли из тени Джейсона.

— Мои приятели могут вам помочь, — сказал Джейсон. — Тень направит ваших людей туда, куда нужно, а Колин и Гордон будут силовой поддержкой.

— Я не отправлю своих людей вместе с вашими ручными монстрами, — отрезала Ингрид.

— Фарра, — сказал Джейсон, — у тебя нет ощущения, что от Ингрид веет Анисой?

— Немного есть, — ответила Фарра. — Разве твой друг Хамфри не…?

— Да, было дело. Будем надеяться, что в этот раз всё сложится лучше.

Ингрид отправила свой отряд, а Джейсон послал своих фамильяров действовать отдельно.

— Должен сказать, я немного оскорблен, — произнес Джейсон. — Вы, люди Сети, вообще-то на нашей стороне. По крайней мере, должны быть. За исключением тех случаев, когда вы периодически решаете по какой-то причине поохотиться на меня, разумеется. Потому что, позвольте сказать, с меня хватит подобного отношения. В следующий раз, когда вы все…

— Не время, Джейсон, — одернула его Фарра.

— Прости.

* * * В фермерском доме в Австрии, заброшенном после нашествия монстров, Герлинг и его люди обосновались, чтобы спланировать следующий шаг. Герлинга вводил в курс дела один из людей, завербованных им в Сети. Джефф Кэмпбелл был посредственным бойцом, но экспертом по сбору разведданных.

— Ты уверен? — спросил Герлинг.

— Эта информация от людей, которых мы внедрили в отделения Сети много лет назад, и которые сейчас занимают высокие посты в GDN, — сказал Джефф.

— Внедрили? — переспросил Герлинг.

— Простите, босс; это те, кого внедрила Сеть США. Агенты до сих пор используют старые протоколы связи, или, по крайней мере, использовали. Я почти уверен, что они уже знают, что мы вышли из-под контроля, поэтому любая информация, которую они нам подкинут в будущем, сомнительна. Это были последние разведданные, которые мы получили до того, как новости распространились повсюду. Есть вероятность, что это какая-то ловушка, но я получил достаточно независимых подтверждений, чтобы быть уверенным в их достоверности.

— У нас есть сроки? — спросил Герлинг.

— Нет, босс. Вы лучше многих знаете, каково это — пытаться заставить Асано делать то, что вы хотите. Когда они отправились предлагать ему это, они собрали всех, кого смогли, кого он не ударил бы при первой же встрече. Привезли их всех аж из Австралии.

— А это постоянное пространственное измерение во Франции. Это известный фактор?

— Да, босс. У него два входа, на обоих наложена мощная магическая печать с тех времен, когда Лионское отделение хранило это в секрете.

— Мы хотим застать Асано внутри, — сказал Герлинг. — Ты ведь выясняешь, как нам миновать эти печати, верно?

— Конечно, — ответил Джефф. — Я наводил справки о высокопоставленных членах Лионского отделения того времени, но после того, как их раскрыли, Международный комитет спрятал их. Мои контакты в Европе не такие надежные, как в США, поэтому мне не удалось их выследить.

— Тогда почему ты улыбаешься? — спросил Герлинг.

— Потому что парень, который руководил всем проектом секретного пространственного измерения для Лиона, так и не был пойман. Он сбежал раньше времени и переметнулся в EOA. Сейчас он один из их лидеров, и у нас есть на него выход в Лос-Анджелесе.

— Он под защитой, я полагаю? — спросил Герлинг.

— Да, босс. Под самой лучшей защитой, которую может предложить EOA.

Герлинг ухмыльнулся.

— Это всё?

* * * Ингрид отвела Джейсона и Фарру в офисы в глубине склада, где всё еще прятался остальной персонал отдела. Они вошли в конференц-зал, где Джейсон и Фарра сели с одной стороны стола, а Ингрид и Трэвис — с другой.

— Кто вы, собственно, такие? — спросила Фарра у Трэвиса.

— Трэвис Ноубл. Я, конечно, знаю, кто вы. Вы Фарра Хурин, и вы родились в совершенно другой вселенной. Я бы хотел узнать вашу точку зрения на то, что…

— Не время, Трэвис, — сказала Ингрид.

— Простите, — ответил Трэвис.

— Это исполняющий обязанности главы Отдела специальных боеприпасов, — представила его Ингрид.

— Никто из вас не занимает эти должности на постоянной основе, — заметила Фарра. — Ваши начальники отправились сражаться с вампирами?

— Мой командир — да, — ответила Ингрид. — Предыдущий глава отдела специальных боеприпасов ушел в самоволку с Джеком Герлингом.

— Пожалуйста, скажите, что он не прихватил с собой кучу опасного оружия, — сказал Джейсон.

— Странно слышать это от того, кто хочет украсть ядерную бомбу, — заметила Ингрид. — Почему бы просто не попросить одну у Сети, если она нужна вам для законных целей?

— Мы больше не работаем с Сетью, — сказал Джейсон. — Они попросили нас сделать это, и мы согласились, но мы делаем всё по-своему. Сеть не заслуживает доверия и ненадежна.

— Сеть веками защищала Землю от магии, — сказала Ингрид. — Неужели вы не видите, что мы нужны сейчас больше, чем когда-либо?

— Какая именно Сеть? — спросил Джейсон. — GDN? Истинная Сеть? Китайская, американская? Вы ведь действуете не как единое целое, верно? К какой из них принадлежите вы?

— Это совместный объект, который игнорирует разногласия между фракциями. Чтобы действовать с той единой целью, о которой вы говорили.

— Джейсон, — укорила его Фарра, — мы пришли сюда не для того, чтобы заставить эту женщину усомниться в своей лояльности. Ты отдаляешь нас от того, чего мы хотим, а не приближаешь.

— Ингрид, вы не склоните их на свою сторону разговорами об единстве, — сказал Трэвис. — Сеть дважды похищала мистера Асано, а также убила его друга, его девушку и его брата. Мисс Хурин они похитили только один раз, но пытали её несколько недель. Простите, что напоминаю.

Ингрид перевела взгляд с Трэвиса на Джейсона и Фарру.

— Это правда? — спросила она.

— Да, — ответила Фарра и окинула Трэвиса взглядом. На вид ему было лет девять, с мальчишескими чертами лица и чрезмерно восторженным выражением. От него исходил тот же запах, что и от Ицуки, японского пользователя эссенции, очарованного Джейсоном.

— Хотите угадать, сколько из этого было сделано ради защиты мира от магии? — спросил Джейсон.

— Джейсон, — твердо сказала Фарра. — Я всё понимаю, но мы здесь не для этого.

— Ты была права, — сказал Джейсон, вставая. — Я здесь не буду полезен. Разбирайтесь сами, пока я пойду помогу своим ручным монстрам прибраться с остатками.

Тень поднялась из тени Джейсона. Джейсон шагнул в неё и исчез, после чего Тень растворилась в тени Фарры.

— Джейсон очень хорошо понимает, что значит быть бессильным, — сказала Фарра Ингрид и Трэвису. — Теперь, когда у него есть собственная сила, он находит чувство бессилия всё более невыносимым. Это своего рода обряд посвящения для сильных. Учитывая, насколько слабы все в этом мире, он постоянно испытывает искушение просто делать и брать то, что хочет. Он знает, что это неправильно, но пока мы не отправимся в другой мир, где он будет окружен людьми, действительно более могущественными, чем он, он будет продолжать скатываться.

— Зачем вы нам это рассказываете? — спросила Ингрид.

— Потому что мне нужно, чтобы вы поняли: мы не ведем переговоры о том, зачем мы сюда пришли. Мы заберем это, и вашего мнения никто не спрашивает. Мы ведем переговоры о том, насколько гладко это пройдет, а у вас очень мало козырей.

— Даже меньше, чем вы думаете, — сказала Ингрид. — Мы не можем получить доступ к самому опасному оружию. Оно находится в подземном хранилище с физической и магической защитой, по сравнению с которой этот склад выглядит как летнее кафе. Единственные люди, которые могут получить к нему доступ, лежат мертвыми снаружи.

Фарра посмотрела на свою тень, словно чего-то ожидая.

— Что такое? — спросила Ингрид.

— Я ждала, вернется ли Джейсон, — сказала Фарра холодным голосом. — Он чувствует каждую ауру на этой базе и может наблюдать за ними на расстояниях, которые обычно не видны до четвертой категории. Ваш контроль ауры неплох, но он знает, что вы только что солгали мне, так же хорошо, как и я. Он также слушает нас через свою тень. Я не знаю, тянете ли вы время или пытаетесь блефовать, но сейчас мы дошли до точки, когда переговоры зашли в тупик. Вы ответите на мои вопросы, и если снова солжете мне, я вас прикончу. Если откажетесь отвечать — я вас прикончу. Если попытаетесь остановить меня, я не только прикончу вас, но и перебью ваших людей, и никто из вас больше не встанет. У вас больше нет шансов испытывать мое терпение, это понятно?

Ингрид смотрела на Фарру, прежде чем наконец неохотно кивнула.

— Хорошо, — сказала Фарра. — Я могу взломать это хранилище, но если вы его откроете, будет гораздо проще. Что для этого требуется?

Ингрид посмотрела на Трэвиса.

— Как глава отдела, он может это сделать, — сказала она. — Но ему нужны два ключа доступа, которых у нас нет.

— У кого они?

— У командира и заместителя командира базы, по одному у каждого, они носят их на шее.

— Серебряного ранга?

— Да.

— Тень? — позвала Фарра.

— Мистер Асано работает над этим прямо сейчас, мисс Хурин.

— Спасибо, Тень. Следующий вопрос.

Фарра повернулась к Трэвису.

— Вы казались очень уверенным, что сможете нам помочь. Почему?

Ингрид бросила на Трэвиса острый взгляд, а Фарра хлопнула ладонью по деревянному столу между ними. Под ладонью Фарры дерево начало чернеть и дымиться. Ингрид поморщилась, но промолчала.

— Трэвис? — спросила Фарра.

— Меня привезли сюда как часть проекта по переработке наших улучшенных боеприпасов, — сказал Трэвис. — Я никогда не должен был быть главным. Меня выбрали из-за моих исследований в колледже по созданию специализированного оружия с использованием квинтэссенции.

— Вы изучали магию в учебном заведении?

— Моя семья была частью Сети еще до Войны за независимость, — сказал Трэвис. — В США уже больше ста лет существуют магические учебные заведения. В наши дни мы в основном выдаем их за фальшивые колледжи.

— Фальшивые колледжи? — вопреки себе спросила Ингрид.

— Да, — сказал Трэвис. — Мошеннические колледжи, вроде тех, что выдают сомнительные докторские степени религиозным фанатикам, чтобы те могли выдавать себя за ученых. Или те, что являются прямыми аферами. Их так много, и их почти никогда не закрывают, поэтому мы выдаем свои за одни из них. Если ФБР или кто-то еще начинает проявлять интерес, их мягко направляют в другую сторону.

— Это звучит невероятно коррумпировано, — сказала Ингрид.

— Вы удивлены? — голос Джейсона донесся из тени Фарры.

— Джейсон… — укорила его Фарра.

Тень снова поднялась, и появился Джейсон, на этот раз с накинутым капюшоном и светящимися жуткими глазами в непроницаемой тьме. Он бросил на стол два ключа, оба в крови.

— Вампиры золотого ранга добрались до них раньше нас, — сказал Джейсон. — Мне жаль.

Он снова исчез, и Фарра повернулась к Трэвису.

— Расскажите мне о своих исследованиях, — сказала она.

— Ну, — начал Трэвис, — основная предпосылка заключается не просто в создании оружия, которое будет вредить врагам более высокого ранга, а в том, чтобы обладать именно теми свойствами, которые нужны для противостояния конкретным противникам. За последние несколько десятилетий сущности, появляющиеся в пространственных измерениях, стали сильнее со скоростью, превышающей развитие оружия, которое мы создали для борьбы с ними. Многие работают над способами сделать оружие мощнее, но уровни магии всегда создают узкое место в прогрессе. Мой подход — избежать этого узкого места через специализацию. Повышение эффективности без необходимости увеличивать мощность. По крайней мере, не настолько сильно.

— Через квинтэссенцию, вы сказали? — спросила Фарра.

— Именно, — ответил Трэвис. — Квинтэссенция идеальна, потому что она содержит такую специфическую энергию. Возьмите ваш стандартный магический энергетический пистолет, который стреляет зарядами силы и тепла. Они эффективны и действенны против большинства вещей, но их мощность ограничена. Однако, если мы откажемся от силы и тепла в пользу энергии, наполненной солнечной квинтэссенцией, она проигрывает против большинства целей, но становится гораздо мощнее против вампиров. Я уже оснастил оружейную здесь, на базе, оружием против вампиров. Ингрид, не могли бы вы достать свой пистолет?

Ингрид вытащила пистолет и положила его на стол. Её штурмовая винтовка прислонилась к бедру, рука не сдвинулась с неё с тех пор, как они сели.

— Я сделал этот пистолет, — сказал Трэвис, постучав пальцем по пистолету. — Огненную квинтэссенцию, как в этом, достать гораздо проще, чем солнечную, но она всё равно весьма эффективна против вампиров. К тому же, она сохраняет большую универсальность, потому что большинству вещей не нравится, когда их поджигают.

— Мы были удивлены тем, как хорошо обычные солдаты держались против гулей, — сказала Фарра. — Но нам нужно что-то гораздо более мощное, чем несколько улучшенных пистолетов.

— Это был мой главный проект, — сказал Трэвис. — Вот почему я знал, что смогу вам помочь. Я работал над ядерным устройством, где модификации гораздо более комплексные, чем просто добавление «вкуса» к урону. Я работал над преобразованием энергии ядерного взрыва в энергию солнечного света, используя специальную матрицу солнечной квинтэссенции третьей категории. Четвертая категория была бы лучше, очевидно, но поставки настолько скудны, что мне не дают её, пока я не создам работающий прототип.

— Если он не работает, зачем мы разговариваем? — спросила Фарра.

— Дело не в том, что он не работает, — сказал Трэвис. — Вы не из нашего мира, и я не знаю, есть ли в вашем эквивалент, но ядерное устройство обладает непомерной мощью. Слишком мощной, чтобы просто так взрывать его где попало. Вот почему я работал над полным преобразованием выхода в энергию, которая воздействует только на вампиров. Цель — принести его в центр города, уничтожить вампиров, оставив людей и инфраструктуру нетронутыми. Сейчас оно непригодно к использованию, потому что, хотя оно уничтожит вампиров, оно также превратит место взрыва в дыру в земле.

— Звучит как победа, — голос Джейсона донесся из тени Фарры. — Мы заберем его, спасибо.

— Вам всё еще нужно наше сотрудничество, — сказала Ингрид. — Вы можете забрать устройство, но это не значит, что вы знаете, как им пользоваться.

— Я готов помочь, — сказал Трэвис.

В мгновение ока Ингрид направила пистолет в голову Трэвиса.

— Ингрид? — спросил Трэвис, его голос поднялся на октаву.

— Теперь, — сказала Ингрид, глядя на Фарру. — Давайте вернемся к той позиции на переговорах.

— О, вам не стоило этого делать, — сказала Фарра, поднимаясь на ноги. — Я больше не могу вам помочь.

— Без него вы не сможете заставить устройство работать, — сказала Ингрид.

— Это не имеет значения, — ответила Фарра. — Вам не стоило нападать на своего же парня. Теперь вы просто еще одна приспешница Сети без всякой лояльности. Джейсон ни на что не пойдет, что бы вы или я ни сказали. Честно говоря, меня это устраивает.

— У него нет выбора. Если он думает, что может телепортироваться сюда и забрать мой пистолет до того, как я нажму на курок, он сильно ошибается, — сказала Ингрид. — У меня эссенция скорости. Я почти так же быстра, как третья категория.

— Вы недооцениваете готовность Джейсона страдать от последствий своих принципов, — сказала Фарра. — Опустите пистолет, или он убьет вас, что бы вы ни сделали с Трэвисом. Я, возможно, даже сэкономлю ему время.

— Э-э, я думаю, есть существенный фактор, о котором вы обе уже забыли, — сказал Трэвис.

— И какой же? — спросила Фарра, не сводя глаз с Ингрид.

Трэвис щелкнул пальцами, и пистолет Ингрид развалился на куски.

— Я сделал этот пистолет, — сказал он.

БОЛЬШЕ ВНИМАНИЯ СОСКАМ

БОЛЬШЕ ВНИМАНИЯ СОСКАМ

Трэвис юркнул к той стороне стола, где стояла Фарра.

— Обожемойэтобылоужасно.

Он опасливо покосился на Ингрид.

— И, как ни странно, даже горячо.

Ингрид и Фарра обе уставились на него с непроницаемыми лицами.

— Что? — спросил он.

— Я понимаю, — сказал Джейсон, появляясь из теней и похлопывая его по спине. — Не особо уместно, но я не стану бросаться камнями в этом отношении.

Джейсон перевел взгляд на Ингрид. Всё, что она могла разглядеть под его капюшоном, — это переливающиеся синие, серебряные и золотые искорки в его глазах.

— Итак, здесь ты убьешь меня и всех моих людей? — спросила она.

— Да, — сказала Фарра.

— Нет, — сказал Джейсон.

— Но я же обещала, — сказала Фарра.

— Мы воры, а она выполняет свой долг, как может. Кто я такой, чтобы осуждать кого-то за смелый, отчаянный шаг?

— Твои шаги вечно приводят к твоей смерти. Как люди усвоят последствия?

— Разве смерть учит последствиям?

— Ты учишь следующего, — сказала Фарра.

— Если ты их убьешь, как следующий узнает об этом?

— Обычно кто-то да сбегает. Я правда думала, что ты будешь придерживаться другого мнения после того, как она предала своих.

— Она отстой, да, но не казнят же заключенных только потому, что они отстой.

— Я никогда не привыкну к этому миру, — сказала Фарра. — Я хочу домой.

— Мы вернемся. Скоро. И там, наверное, тоже не стоит казнить заключенных.

— А если она снова что-то выкинет? — спросила Фарра.

— В таком случае она сама напрашивается, — сказал Джейсон.

Фарра с жадным интересом посмотрела на Ингрид.

— Итак, — сказал Джейсон. — Где находится это хранилище?

* * * Зная, что у него мало времени, прежде чем Асано проберется в астральное пространство, Герлинг «одолжил» самый быстрый магически усиленный самолет, который был у Китайской Сети в Европе. Китайская Сеть не делила базы совместных операций в Германии с другими фракциями Сети, основав свой собственный аванпост в Австрии. Прямо через границу от восточной Словакии, это была еще одна зона с магией выше среднего уровня.

Герлинг использовал самолет для молниеносного визита в США, схватил Адриена Барбу и выбрался из страны в течение часа. Однако скорость стоила скрытности.

— Тебе следовало пойти тихо, — сказал Герлинг. — Мертвые супергерои плохо смотрятся в новостях.

Барбу был в наручниках и с подавляющим ошейником на сиденье самолета. Его одежда была пыльной и рваной, со следами крови — всё, что осталось от поверхностных ран, которые уже зажили. Герлинг сидел напротив него, их места располагались друг напротив друга через стол.

— Знаешь, в здании вообще-то была дверь, — сказал Барбу.

— Не на девятнадцатом этаже, — ответил Герлинг. — Полагаю, девятнадцатого этажа там теперь тоже нет.

— Ты безмозглый головорез.

Герлинг усмехнулся.

— Ты держал женщину в подвале и пытал её неделями, а теперь хочешь критиковать меня за жестокость?

— Это всё, ради чего мы здесь? Потусторонние? Ты уже дважды сталкивался с Асано, верно? Другие четверки смеются над тобой, потому что ты не можешь его поймать?

— Давай проясним, Барбу: во время нашего общения ты будешь делать две вещи. Первое: всё, черт возьми, что я тебе скажу. Второе: заткнешься, черт возьми. Заметь, ни одно из этих условий не включает в себя задавание вопросов.

— Включает, если ты велишь мне задавать вопросы, — сказал Барбу. — Тебе нужно быть точнее в своих правилах, Герлинг.

Барбу не увидел удара. Благодаря скорости золотого ранга Герлинг вернулся на свое место еще до того, как чувства Барбу зарегистрировали удар.

— Слышал, Асано тоже болтлив, — сказал Герлинг.

Барбу поморщился, вправляя нос скованными руками, которые были смочены обильно текущей кровью.

— Ты поможешь мне получить доступ к постоянному пространству измерений в Сент-Этьене, — сказал Герлинг.

— Ты хочешь поймать Асано, пока он охотится там на вампиров? — спросил Барбу, поморщившись. — Тебе не стоит идти против него, Герлинг. Еще не время.

— И почему же?

— Он не лжет насчет спасения мира. Я узнал лишь немного о том, что он делает и как. Если он провалится, нам всем конец.

— Я верю, что он спасает мир, — сказал Герлинг. — Но он вечно отвлекается. Мало того, что он едет во Францию убивать вампиров, так он даже не направился туда сразу. Прямо сейчас он в Германии. Вампиры начали войну, ударив по опорным пунктам Сети в Центральной Европе, и Асано там сражается с ними.

Герлинг встал и вышел из кабины, вскоре вернувшись с пивом.

— Подсел на немецкое, пока был там, — сказал он, поднимая банку. — Сейчас его трудно достать, но моя помощница — находчивая женщина.

Он сделал одобрительный глоток.

— Очень неплохо. Теперь об Асано. Он позволяет себе отвлекаться снова и снова, что говорит мне: от чего бы он ни спасал мир, он никуда не торопится. И тот факт, что он всегда был, в лучшем случае, расплывчат насчет того, от чего он спасает мир и почему, говорит мне, что есть причина, по которой он не хочет, чтобы мы знали. Это значит, что чем бы он ни занимался и как бы он это ни делал, это уязвимо. Силу можно у него отобрать, и я её отберу. Я сам спасу этот чертов мир.

— Её нельзя отобрать, — сказал Барбу. Его восстановление бронзового ранга исцелило нос; Герлинг сдерживался, чтобы преподать урок, а не нанести реальный вред. Однако исцеление не очистило кровь с носа Барбу, которая окрасила его рот и подбородок в красный цвет.

— Что ты об этом знаешь? — спросил Герлинг.

— Немного, — сказал Барбу. — Мой босс никогда не рассказывал мне многого, по-видимому, из-за потенциальной ситуации, подобной этой.

— Твой босс, Мистер Север?

— Да. Он не делится секретами, но я сложил некоторые части пазла воедино. Вещи, которые он говорил мне вскользь или проговаривался в разговоре. Думаю, он одинок.

— Одинок?

— Я вполне уверен, что он старше и могущественнее, чем кто-либо осознает, — сказал Барбу, — и я уверен, что он не человек. Я считаю, что он старше самой Сети. Он несколько раз упоминал основателя Сети, и я думаю, Мистер Север знал его, и знал хорошо. Ненавидел его, но, думаю, и любил тоже.

— Хотел бы твой босс, чтобы ты рассказывал мне это?

— Я всегда был сосудом, подвластным господствующим ветрам, — сказал Барбу. — Сеть, EOA. Если победят вампиры, я переметнусь к ним. Сейчас господствующий ветер — это ты.

— Тогда рассказывай дальше. Всё, что знаешь об Асано и его секретах.

— Я не знаю, что именно использует Асано для спасения мира, — сказал Барбу, — но изначально его можно было у него отобрать. Мистер Север всегда планировал, чтобы Асано получил его, но всегда подразумевалось, что его можно будет забрать.

— Запасной план на случай, если Асано не сделает то, что хотел Север, — предположил Герлинг.

— Именно, — сказал Барбу. — Я узнал об этом только потому, что Север был взволнован, когда вернулся после того, как Асано заявил права на предмет. Рассказал мне вещи, которые, думаю, в ином случае не стал бы. Асано каким-то образом поглотил предмет, навсегда присвоив его силу себе. Это встревожило Мистера Севера. Я никогда не видел его таким потрясенным, ни до, ни после.

— Значит, предмет исчез? — спросил Герлинг.

— Да, — сказал Барбу.

— Удобно, — сказал Герлинг. — Твой босс просто случайно оговорился и раскрыл именно ту информацию, которая должна отговорить меня от того самого действия, о котором ты только что сказал, что мне не стоит его совершать?

— Тот факт, что я это знал, — причина, по которой я это сказал, — ответил Барбу. — Если ты хочешь ходить кругами, чтобы делать то, что хочешь, невзирая на правду, я тебе для этого не нужен.

— Очень верно, — сказал Герлинг и снова ударил Барбу.

* * * — Мадам? — спросила Фарра, натягивая на себя нечто похожее на огромный и набитый до отказа походный рюкзак. Рюкзак был невероятно прочным, учитывая сотни килограммов, которые он удерживал. Он был спроектирован так, что только сверхчеловеческая сила позволяла нести его как рюкзак.

— Средний Атомный Демонтажный Муниционный заряд, — объяснил Трэвис. — M.A.D.M. Мы называем его «мадам». Ну, я называю. Командир базы называл его «хватит фигней страдать и возвращайся к работе, Трэвис». Или, полагаю, называл.

— Не думаю, что он называл так бомбу, — сказала Фарра.

— Нет, я почти уверен, что называл, — сказал Трэвис. — Это были его точные слова, когда я спросил его об этом.

— Он буквально назвал твое имя, — сказала Фарра.

— Я действительно подумал, что это странно, — признался Трэвис.

Фарра провела обеими руками по лицу.

— Я знаю это чувство, — пожаловалась она.

— Какое чувство? — спросил Трэвис.

— Неважно. Давай просто убираться отсюда.

— Окей, — сказал Трэвис, когда они вышли из хранилища.

Фарра двигалась осторожно. Хотя рюкзак, возможно, было легко поднять с её силой, распределение веса грозило опрокинуть её. Джейсон присматривал за Ингрид в диспетчерской подземного бункера, где находилось хранилище.

— Можешь закрывать, — крикнул Трэвис, и Ингрид нажала кнопку, заставив тяжелую дверь медленно закрыться. Она посмотрела на два ключа доступа на консоли управления, но не взяла их.

— Давай, — сказал Джейсон. — Отдай их тому, кто в итоге будет здесь главный.

Ингрид помедлила мгновение, прежде чем взять ключи и повесить их цепочки себе на шею. Она проигнорировала кровь, когда заправила их под свой тактический жилет. Все четверо поднялись по лестнице из подземного бункера обратно на главный склад. Команда безопасности Ингрид выглядела недовольной, но никто не был настолько глуп, чтобы попытаться что-то предпринять.

— Мне жаль, что всё так вышло, — сказал Джейсон Ингрид. — Не настолько, чтобы я этого не сделал, но всё же.

— У отдельных личностей не должно быть такой неограниченной власти, как у тебя, — сказала она ему.

— Ты права, — сказал Джейсон. — Но институты неизбежно фокусируются больше на увековечивании своего влияния, а не на том, какими были их изначальные идеологии. Люди и правила. Ответ где-то посередине, но он всегда изменчив и никогда не бывает совсем верным. Людям нужны правила, иначе мы превращаемся в монстров, но если мы выбираем правила вместо людей, люди перемалываются в машине. В конце концов, мы делаем всё, что можем, с тем, что у нас есть.

— Неужели? — сказала Ингрид.

— Надеюсь, что да, — сказал Джейсон. — Я всё испорчу, можешь быть уверена.

Он взглянул на Фарру.

— Найди людей, которым доверяешь, чтобы они держали тебя в узде, Ингрид. Иначе обнаружишь, что целишься из пистолета в милого парня, который в тебя влюблен.

— Что? — спросил Трэвис, когда он и Фарра вошли в диспетчерскую. — В смысле, кто? Что? Понятия не имею, о чем ты...

Он вздохнул.

— ...о боже.

— Тебе нужно поработать над контролем ауры, Трэвис, — усмехнулся Джейсон. — Твои эмоции слишком уж у тебя на лице написаны.

— Давай убираться отсюда, — сказала Фарра Трэвису. — Тебе нужно что-нибудь взять?

— Постой, — сказала Ингрид. — Трэвис, ты уходишь с ними?

— Ингрид, — сказал Трэвис. — После всего этого работа, ради которой я сюда пришел, в ближайшее время не возобновится. Я мог бы сидеть здесь, играя в администратора склада, пока тот, кто в итоге возглавит это место, разгребает бардак, но каждый человек в моем отделе справился бы с этим лучше меня. Вместо того чтобы пересчитывать ящики, я предпочел бы использовать то, в чем хорош, чтобы изменить ситуацию к лучшему.

— Ты просто хочешь свалить и поиграть в героя со своим новым знаменитым другом, — обвинила она.

— Да, наверное, — признал Трэвис. — Но посмотри вокруг, Ингрид. Миру не помешало бы еще несколько героев.

— О, неплохо, — сказал Джейсон. — Мы могли бы называть тебя Человек-Пистолет, но он злодей.

— Из «Тонганского ниндзя»? — спросил Трэвис.

— Ты смотрел «Тонганского ниндзя»? — спросил Джейсон.

— Только раз двенадцать.

— Нам стоит посмотреть его в самолете, — сказал Джейсон. — Тебе нужно что-то захватить по пути?

— Мои заметки по исследованиям. О, и мой сэндвич из комнаты отдыха. В наши дни трудно найти хорошую еду, а я приложил много усилий, чтобы достать ингредиенты.

— О, неплохо, — сказал Джейсон, когда пара направилась к выходу. — Знаешь, где тут можно достать муки? Я собираюсь сделать штрудель.

— Это логично, — сказал Трэвис, когда они уходили. — Мы же в Германии. У тебя есть яблоки?

— Волшебные яблоки.

— О, вау. Постой, разве волшебные яблоки обычно не злые?

— Эти — хорошие, — сказал Джейсон.

— Именно это ты бы и сказал кому-то, если бы хотел, чтобы они съели злое волшебное яблоко.

Фарра покачала головой и последовала за ними.

— Отлично, — пробормотала она. — Теперь их двое.

* * * — Взлетная полоса, вероятно, повреждена, и повсюду будут гули, живые или мертвые, — сказал Трэвис. — Взлететь может быть трудно. Может, твоему фамильяру стоит превратиться в вертолет, а не в самолет? Он ведь может это сделать, верно?

— Он не из тех, кому нужна взлетная полоса, — сказал Джейсон.

Тьма вырвалась из тени Джейсона и приняла форму самолета, зависшего в воздухе.

— Твой фамильяр превращается в частный самолет с вертикальным взлетом? — воскликнул Трэвис. — Он выглядит как космический корабль, спроектированный ниндзя. Ты Бэтмен?

— У Бэтмена нет суперсил, — сказал Джейсон.

— А у Джейсона нет коньков, — добавила Фарра.

Джейсон и Трэвис повернулись, чтобы посмотреть на неё.

— С каких пор ты что-то знаешь о Бэтмене? — спросил её Джейсон. — И почему это первое, что приходит на ум, когда думаешь о нем?

— Люди постоянно говорили о Бэтмене, — сказала она. — Я поискала информацию. Там оказалось больше внимания к соскам, чем я ожидала.

РАБОТА, КОТОРАЯ ПЕРЕД ТОБОЙ

РАБОТА, КОТОРАЯ ПЕРЕД ТОБОЙ

Прибыв во Францию, Джейсон создал скромную лодку из своей облачной фляги на уединенном участке реки Фюран. План состоял в том, чтобы как следует отдохнуть и наметить дальнейшие действия, прежде чем отправиться вниз по течению к Сент-Этьену. Это также дало Трэвису время модифицировать ядерную бомбу, а заодно проинструктировать Джейсона и Фарру о том, как ею пользоваться.

Троица находилась на крытой палубе. День выдался холодным, зимним, но эссенциалов это не беспокоило. Джейсон и Фарра сидели в креслах, а Трэвис расположился на полу перед полуразобранным атомным устройством.

— Первым делом мне нужно отключить функцию, которая блокирует возможность помещения устройства в пространственные карманы, — объяснил Трэвис. — Это предохранитель, чтобы никто не мог тихонько припрятать ядерное оружие, но именно это вам и потребуется сделать.

— Не думаю, что таскать её на спине — хорошая затея, — согласился Джейсон.

— Я всё ещё не уверена, что тебе стоит идти одному, — сказала Фарра.

— Ключ к успеху — скрытность, а не мощь, — ответил Джейсон.

— Я могу быть скрытной, — настояла Фарра.

— Да, — с кривой усмешкой отозвался Джейсон. — Эссенция вулкана славится своей деликатностью. Если нас обнаружат после того, как мы прокрадемся в самое логово вампиров, мы не сможем пробиться обратно с боем. Если найдут меня, я сумею сделать так, чтобы меня снова «потеряли».

— Ладно, — уступила она. — Но ты должен мне кое-что пообещать.

— Что именно?

— Там будут люди; обычные люди, которых они согнали, чтобы превратить в гулей или низших вампиров. Или просто чтобы ими питаться. Не пытайся их спасти.

— Фарра…

— Нет, — отрезала Фарра. — Я знаю, какой ты. Ты заявишься туда, увидишь людей в клетках или что-то в этом роде, и тебе взбредет в голову, что ты сможешь как-то вытащить их до того, как активируешь бомбу. Не сможешь. У тебя проблемы с пониманием собственных пределов, и это толкает тебя вперед, но сейчас речь не о тебе. И даже не о жертвах в этом астральном пространстве. Речь о том, какой ущерб причинят твари, находящиеся там, если их не остановить. Речь о том, чтобы нанести тяжелый удар по вампирам, особенно после атак в Германии. Цель — остановить продвижение вампиров, прежде чем они сметут бесчисленное множество людей.

— Но если я увижу способ…

— Нет, — повторила Фарра. — Джейсон, это не выбор между тем, спасать их или нет. Это выбор между быстрой, чистой смертью в бело-горячем пламени или превращением в монстра. Или едой. Это всё, что ты можешь для них сделать.

Джейсон опустил голову.

— Ладно, — пробормотал он.

— Я должна услышать, как ты это скажешь, — непреклонно произнесла Фарра.

Он посмотрел на неё сердитыми глазами.

— Я сказал «ладно».

— Пообещай мне, Джейсон.

Его лицо исказилось в оскале.

— Я обещаю, довольна? Я пойду туда и убью кучу невинных людей, которые, даже сейчас, пока мы говорим, вероятно, надеются, что кто-то вроде нас придет и спасет их.

— Ладно, — сказал Трэвис, поднимаясь на ноги. — Мне нужно в другую комнату. Становится неловко, а я оставил там свой шитый белыми нитками предлог, чтобы оставить вас двоих наедине.

Они проводили его взглядом, и напряженная атмосфера хоть немного разрядилась.

— Ты не супергерой, Джейсон, что бы там ни говорили по телевизору. Это просто продаваемый образ. Сказка, которую ты рассказываешь сам себе.

— Как «искатель приключений»? Неважно, как мы себя называем, Фарра. Важно то, что мы делаем.

— Нет, Джейсон. Важны последствия наших действий. Не имеет значения, попытаешься ли ты спасти этих людей; важно лишь то, будут ли они спасены, а они не будут. Даже если ты каким-то образом вытащишь их из астрального пространства, это теперь территория вампиров. Ты думаешь, что входы в астральное пространство просто стоят открытыми, и их никто не охраняет? Мы с тобой, может, и справились бы, но как насчет людей, которых ты каким-то чудом сумел увести из-под носа у армии врагов? Ты только что сказал мне, что я не могу пойти, потому что недостаточно скрытна.

— Я всё это знаю, Фарра.

— Конечно, знаешь; ты не идиот. Хотя у тебя есть дурная привычка вести себя как идиот. Это нормально, когда на кону только твоя собственная жизнь, но те дни позади. Руфус с самого начала говорил тебе: если выберешь такую жизнь, то будешь в ответе за других. Ты можешь игнорировать это, многие так и делают, но хочешь ли ты быть таким человеком?

— Нет, — ответил Джейсон.

— Конечно, не хочешь, — сказала Фарра, её голос смягчился, а плечи расслабились. — Послушай, Джейсон, я знаю, что ты хочешь быть парнем, который спасает положение безумным планом. Это здорово, когда ты можешь так сделать. Ты спас мне жизнь, потому что вернулся в камеру жертвоприношений, полную культистов, когда любой здравомыслящий человек бежал бы без оглядки. Это потрясающе, но иногда безумного плана просто нет. Иногда нужно просто сделать работу, которая перед тобой, даже если эта работа ужасна.

— Ты звучишь как Руфус, — сказал Джейсон.

— Когда приходится, — улыбнулась Фарра. — Послушай, мне никогда не нравился план Сети прорваться через это астральное пространство штурмовой группой. Не думаю, что они вообще верили во всю эту чепуху со спасением мира. Их идея кажется мне авантюрой, на которую они с радостью пошли, потому что знают: мы с ними покончили, и им плевать, умрем ли мы, пытаясь. Если умрем, они просто попробуют свой кровавый метод вторжения и не пожалеют трупов, чтобы добиться своего. Но теперь у нас есть Трэвис и его бомба. Проникнуть и выбраться незамеченными — это план, который действительно выглядит выполнимым.

— Он хороший парень.

— Конечно, он тебе нравится, — сказала Фарра. — Он, по сути, ты в то время, когда мы только познакомились. Хорошо, что он подслушивает, ему не помешало бы усвоить уроки, которые тебе даются с трудом.

Они услышали, как кто-то споткнулся в каюте рядом с ними.

* * * Джейсон повторял с Трэвисом последовательность активации, пока не убедился, что сделает всё правильно, даже если окажется, что выполнять её придется в экстремальных условиях. Не имея дополнительной информации о том, что ждет его в астральном пространстве, он должен был исходить из того, что всё пойдет не по плану.

— Я убрал всё, что добавил для ограничения физического взрыва, — объяснил Трэвис. — Квинтэссенция силы, которую ты мне дал, должна, наоборот, усилить взрыв, хотя это была немного поспешная работа. Без обширных испытаний я не могу быть уверен, насколько эффективной она будет. Могу гарантировать вам большой-пребольшой взрыв, наполненный кучей солнечной магии. Вопрос лишь в том, насколько большой. Лучшая оценка, которую я могу дать — «очень».

Фарра протянула Джейсону несколько листов бумаги.

— Изучи это, — сказала она. — Если проведешь этот ритуал перед установкой бомбы, будет меньше шансов, что её обнаружат за то время, пока ты её ставишь и выбираешься из астрального пространства.

— Если бы я только придержал свой чертов язык перед прихвостнем Строителя, я мог бы взорвать её на месте и быть уверенным, — сказал Джейсон. — Бывают и худшие способы прожить жизнь.

— Если бы ты придержал язык, ты не был бы собой, — сказала Фарра. — А если бы ты не был собой, я бы умерла в пустыне, а какой-нибудь кровавый культист бегал бы сейчас с твоим монстром апокалипсиса.

— С чьим? — спросил Трэвис.

— Не бери в голову, — сказал Джейсон.

— Она только что сказала «монстр апокалипсиса». Я волнуюсь, если кто-то кладет майонез мне в сэндвич, а вы хотите, чтобы я проигнорировал монстра апокалипсиса?

— Перестань так о нём говорить, — сказал Джейсон. — Ты ранишь его чувства.

— Это монстр апокалипсиса, — сказал Трэвис. — Разве его чувства имеют значение?

— Это монстр апокалипсиса, — ответил Джейсон. — Я бы сказал, что имеют, и еще как.

— Пора идти, — сказала Фарра.

— Думаю, это требует более детального обсуждения, — сказал Трэвис.

Джейсон покачал головой.

— Просто расскажи ему эту историю, пока я буду в отлучке, — сказал он. — Может, покажешь ему кристаллы записи.

— Пока ты просто небрежно отправляешься на прогулку, да, — сказала Фарра. — Только помни, что приоритет — вернуться живым.

— Не волнуйся, — сказал Джейсон. — Я определенно не тот парень, который постоянно уходит и погибает.

* * * В отличие от прото-пространства, Джейсон не мог просто проскользнуть во французское астральное пространство откуда угодно. Для входа в стабильное астральное пространство требовалось воспользоваться проломом, но он мог игнорировать любые печати на нём. Он получил эту силу, чтобы спасти Фарру из этого самого астрального пространства, и именно поэтому Сеть обратилась к нему для выполнения текущей задачи.

У астрального пространства было два пролома. Один находился в Сент-Этьене, а другой — в более уединенном месте. Джейсон выбрал пролом в Сент-Этьене, потому что он, скорее всего, был лучше охраняем. Он мог собрать разведданные, которые могли бы ему помочь, а если бы не удалось проскользнуть незамеченным, оставался еще второй пролом, который можно было попробовать.

Сент-Этьен был почти неузнаваем по сравнению с предыдущим визитом Джейсона. Он был крупным центром деятельности Сети с того самого момента, как стало известно, что лионский филиал скрывал астральное пространство, всего через несколько недель после возвращения Джейсона на Землю. Международный комитет Сети зачистил лионский филиал и захватил контроль, превратив астральное пространство в ферму по добыче духовных монет.

Захват Франции вампирами стал одним из самых ожесточенных сражений в Европе, столкнув некоторых из самых могущественных людей и ресурсов Сети с множеством сильнейших древних вампиров, которые только появлялись. Вампиров золотого ранга было относительно немного, но без эссенциалов золотого ранга, способных противостоять им, Сеть была вытеснена в ходе серии разрушительных столкновений.

Астральное пространство Сент-Этьена было критически важным стратегическим активом, поэтому город пострадал больше других в борьбе за контроль над ним. Джейсон обнаружил, что город больше похож на Бейрут восьмидесятых, чем на ту французскую метрополию, которой он был раньше. Сходство с зоной боевых действий не ограничивалось разрушенными зданиями. Город был наводнен оккупационными силами: вампиры всех рангов держали как обычных людей, так и гулей взаперти в клетках.

Для людей клетки были скорее загонами из сетки-рабицы, из которых было бы довольно легко сбежать любому, кто готов рискнуть преодолеть колючую проволоку наверху. Именно патрулирующие вампиры были настоящим сдерживающим фактором, мешающим побегу. Гули же содержались в настоящих усиленных клетках с толстыми металлическими прутьями.

Магический фон вокруг астрального пространства был очень низким, едва увеличившись, несмотря на общий рост уровня магии по всему миру. Это означало, что даже вампиры низкого ранга практически не страдали от солнца. В сочетании с наличием астрального пространства стало очевидно, почему вампиры так отчаянно боролись за контроль над этой территорией.

Джейсон без проблем передвигался в тенях разрушенного города, осматривая ужасающие условия. Люди в своих огромных загонах были практически предоставлены сами себе, имея лишь несколько разбросанных одеял. Он чувствовал среди них мертвецов, которых вампиры не удосужились убрать — старики и дети, слишком слабые, чтобы пережить зиму.

Осматривая клетки гулей с относительно близкого расстояния, Джейсон понял, что, хотя они выглядели прочными, их должно было быть недостаточно, чтобы удержать гулей. Прутья были магически усилены, на металле были вырезаны слабые руны.

Это начинало отвечать на вопрос о том, как вампиры, при их нехватке ритуальной магии, умудрялись использовать запечатанные проломы астрального пространства. Лионский филиал установил постоянные печати, которые можно было открывать или закрывать, но на взлом которых с помощью ритуальной магии потребовалось бы очень много времени.

Кабала, включая вампиров, почти не обладала опытом в ритуальной магии. Материалы обычно добывались в прото-пространствах, на которые у Сети была монополия. Джейсон слышал о некоторых вампирах, владеющих магией крови, но ритуалы укрепления материалов, обычные для Сети, были не под силу Кабале.

Похоже, вампиры переманили или подкупили некоторых ритуалистов Сети во время своего завоевания Европы. Джейсон не стал расширять свои чувства для поиска эссенциалов, потому что вампиры обладали чувствительным восприятием ауры и могли обнаружить его.

Исследуя оккупированную часть города в поисках дополнительной информации, он обнаружил, что она служит транспортным узлом. Помимо людей, которых привозили грузовиками, и гулей, которых увозили, там были ящики с каким-то оборудованием. Осторожно приоткрыв один из них, чтобы заглянуть внутрь, Джейсон решил, что содержимое похоже на медицинское оборудование. Однако оно было пропитано магией, и Джейсон заподозрил, что это часть программы по созданию гулей в более широких масштабах, чем вампиры могли бы сделать самостоятельно.

Осматриваясь вокруг, Джейсон заметил некоторых из тех ритуалистов, о которых он предполагал. Похоже, они были в рабстве: эссенциалы железного ранга в ножных кандалах были вынуждены выполнять магические задачи, такие как проверка и обслуживание клеток гулей.

Эссенциалы, которых он видел вокруг, казалось, не справлялись с этой задачей, судя по тому, как он наблюдал за их работой. Он предположил, что внутри астрального пространства есть более способные, вероятно, те, кто был частью команды, управлявшей астральным пространством до того, как его захватили вампиры.

Пролом находился в единственном недавно построенном здании, которое он видел, — по-видимому, кирпичном складе. Судя по грубой и функциональной эстетике, было ясно, что при строительстве приоритет отдавался скорости и прочности. Магическая сигнализация была явно слеплена на скорую руку, настолько, что Джейсон мог обойти её, просто немного манипулируя своей аурой.

Подслушивая вампиров, Джейсон обнаружил, что пролом отпечатывается лишь периодически, и в эти моменты наблюдался поток активности на вход и выход. В эти периоды пролом был под усиленной охраной и мог быть запечатан в любой момент, если бы произошла атака Сети. В остальное время охрана была ослаблена, но не снята полностью.

Проникнуть в здание было несложно, и Джейсон проскользнул через пролом, не вызвав даже ряби в ауре.

ВСЁ ИДЁТ ПОДОЗРИТЕЛЬНО ГЛАДКО

ВСЁ ИДЁТ ПОДОЗРИТЕЛЬНО ГЛАДКО

Астральное пространство представляло собой наполненное туманом царство с полуразрушенными поместьями и руинами замков, поднимающимися из туманного моря. Их соединяли ветхие каменные мосты, перекинутые между ними, и инстинкты Джейсона подсказывали, что спускаться в туман — очень плохая идея. При плохой видимости и мутном свете это место выглядело так, будто здесь всегда должны были водиться вампиры.

Предыдущий визит Джейсона стал одним из самых жестоких эпизодов: тогда он перебил персонал Сети и сверхлюдей EOA в своей кровавой решимости спасти Фарру. Окружающая обстановка идеально подходила для такого скрытного охотника, как Джейсон, и с тех пор ничего не изменилось. На этот раз он не стал прокладывать себе путь резней, а двигался незамеченным — еще одна неприметная тень в тумане.

Как они с Фаррой и предполагали, Джейсон нашел загоны для людей, подобные тем, что были снаружи. К худу или к добру, они были по большей части пусты, тогда как клетки для гулей здесь были заполнены до отказа. Он прикинул, что скоро они, вероятно, откроют астральное пространство, чтобы отправить еще больше людей. Джейсон, недовольный, но решительный, оставил их в покое, разыскивая место, где происходил процесс превращения.

Главной целью миссии Джейсона было уничтожение инфраструктуры, позволявшей поставить процесс создания гулей на поток. Второй целью была операция, уже вовсю штамповавшая нежить, вместе с человеком, стоявшим за всем этим.

Жители Макассара стали жертвами дважды: сначала когда их убили, а затем — когда превратили в неупокоенных мертвецов. Они до сих пор преследовали Джейсона в кошмарах, и он был бы очень рад отправить человека, осквернившего их, на встречу с отцом Тени. Он предпочел бы долгое личное знакомство, но согласился бы и на то, чтобы разнести этого человека на атомы. Любые гули и вампиры, погибшие в процессе, были бы приятным бонусом.

* * * Герлинг и его небольшой отряд ранга серебра выбрали иной путь вторжения в астральное пространство, нежели Джейсон. Они выбрали более изолированную апертуру и предпочли штурм скрытности. Уничтожив вампиров, охранявших вход, они заставили Барбу взломать печать.

— Я даже не уверен, что смогу получить к ней доступ, — предупредил Барбу, заканчивая чертить ритуальный круг. — Если только они вообще не перенастроили печать с тех пор...

В тот момент, когда он закончил чертить ритуальную диаграмму, невидимая апертура замерцала, обретая форму.

— Полагаю, нет, — сказал Барбу. — Это просто непрофессионально.

* * * Китайский золотой ранг, Чэнь, ехал по французской дороге в кузове фургона. Его попутчик был необычным, но Джейсон наверняка узнал бы его.

— Ты выполнил проект должным образом, — сказал Шако, глядя на устройство в фургоне вместе с ними, закрепленное на месте.

— А если я это сделаю, ты передашь мне силу, которую Асано использует для спасения мира? — спросил Чэнь.

— Да, — ответил Шако. — Пока Асано способен действовать, я не могу вмешаться. Он украл устройство для восстановления этого мира у его создателя, а антагонисты мешают ему создать новое. Только когда Асано умрет и устройство будет потеряно, моему господину будет позволено создать другое, ибо этот мир все еще будет нуждаться в спасении.

— Асано неуловим и находчив, — заметил Чэнь. — Место, которое он занял, — его крепость. Это редкий шанс застать его открытым, но разве мы не могли просто отправить золотые ранги в астральное пространство?

— Асано скользкий, — сказал Шако. — Даже смерть не смогла его остановить. Он должен быть уничтожен силами, которые гарантируют, что его душа отправится в царство мертвых и никогда не вернется.

— Разве ты не мог бы войти сам, чтобы убедиться?

— Я ограничен дважды, — ответил Шако. — Этот аватар, который ты видишь перед собой, — лишь слабая проекция. Вход моего истинного «я» повредил бы ваш и без того хрупкий мир. Я также связан теми же ограничениями, что защищают Асано. Я могу учить и направлять, как помогал тебе сконструировать это устройство, но действовать я не могу.

— Я беспокоюсь, что это будет опасно, если наш мир действительно так хрупок, как ты говоришь, — сказал Чэнь. — Пространственная бомба, питаемая ядром реальности.

— Это не бомба в твоем понимании, — сказал Шако. — Она разрушит астральное пространство, уничтожив всех и вся внутри. Асано исчезнет, Герлинг исчезнет, и ты нанесешь мощный удар по угрозе вампиров. Твоя страна встанет на путь от лидерства в мире к доминированию над ним. Тогда ты спасешь его, не просто закрепив этот результат, но и позиционируя себя как самого выдающегося члена самой доминирующей силы на этой планете.

— Я делаю это не ради собственной славы, — сказал Чэнь.

— Конечно, нет, — отозвался Шако.

* * * — Громкие взрывы — для внешнего мира, — сказал Герлинг. Вампиры прямо внутри апертуры были уничтожены быстро, но Герлинг воздержался от использования своих способностей. Его взрывные силы сработали бы как сигнальная ракета.

— Мы движемся быстро и устраняем тех, кого должны, как можно быстрее и тише, — сказал Герлинг. — Цель — найти Асано.

Герлинг нанял кое-кого особенного для охоты на Джейсона. Серебряный ранг с эссенциями света и ловушек, он был экспертом в очищении теней.

— Ты же понимаешь, что этот план идиотский, — сказал Барбу. — Думаешь, сможешь просто так найти его, проверяя тени? Ты даже не знаешь, здесь ли он, или уже был и ушел.

— Мы делаем больше, чем просто проверяем тени, — ответил Герлинг. — Мы собираемся усеять тени вокруг этой апертуры световыми ловушками, которые выдадут нам его местоположение.

— А если он воспользуется другой апертурой? — спросил Барбу.

— Моя вторая команда атакует её снаружи, — сказал Герлинг. — Они используют устройство, которое дестабилизирует апертуры, делая их непригодными на несколько часов.

— У тебя есть вторая команда? Ты уверен, что они справятся с силами вампиров у другой апертуры?

— Это элита серебряного ранга из США, — сказал Герлинг. — Они провели разведку и дали мне сигнал «добро» перед тем, как мы вошли.

— А если Асано не появится в твоем окне?

— Он уже внутри. Видишь ли, все те люди, что изучают магический город, созданный Асано, не сидели сложа руки. Возможно, они расшифровали немногое, но нашли способ определить, находится ли Асано в прямом контакте с городом. Что-то насчет магического резонанса; я не претендую на то, чтобы это понимать. Но это означает, что они могут засечь, когда Асано выходит из зоны действия, и они уверены, что зона действия Асано охватывает всю планету.

— Значит, если он вне зоны действия, — догадался Барбу, — он вошел в пространственный карман.

— Теперь до тебя доходит, — сказал Герлинг.

— Удивительно хорошо подготовлен, как для полубритой обезьяны.

Герлинг снова ударил Барбу в лицо.

* * * Когда Герлинг штурмовал территорию снаружи апертуры астрального пространства, он использовал свои силы на полную катушку. Поскольку апертура была запечатана, связь была невозможна, так что он мог не сдерживаться. Изначально это было неприметное место у пустой дороги за городом. После того как его обнаружил Международный комитет, был построен вспомогательный аванпост, который захватили вампиры. Теперь аванпост лежал в руинах, а то, что от него осталось, было окрашено в красный цвет сочетанием взрывных сил Герлинга и вампиров, занимавших его ранее.

Фургон Чэня прибыл уже после событий. Обычный фургон не так быстр, как золотой ранг, но гораздо менее подозрителен, если поблизости окажется золотой ранг вампиров с их мощными чувствами. На дороге было полно машин доставки, так как людей, содержащихся в плену, нужно было кормить, иначе они умрут.

— Он не изменился, — сказал Чэнь, оглядывая разрушенный аванпост. — Такой варвар.

В фургоне были только Чэнь, Шако и водитель серебряного ранга, который вез барабан с устройством для коллапса измерений.

— По моим сведениям, печать сложная и её трудно открыть, — сказал Чэнь, когда они с Шако смотрели на место, где находилась невидимая апертура. Шако презрительно фыркнул и протянул руку. Каменные линии в форме ритуального круга поднялись с бетонного пола, и апертура расцвела, обретая форму.

— Даже заклинание не понадобилось, — насмешливо сказал Шако. — То, что здесь сходит за магию, — просто позор.

Чэнь прошел через апертуру, чтобы убедиться, что на той стороне их никто не ждет. Он обнаружил, что вампиры там мертвы, и вернулся.

— Нам нужно нести его глубоко в пространственный карман? — спросил Чэнь.

— Нет, — сказал Шако. — Можете активировать его прямо на той стороне.

— Слышал его? — сказал Чэнь водителю. — Ставь таймер на десять секунд и убирайся.

* * * — Всё идет подозрительно гладко, — прошептал Джейсон. Поблизости никого не было, но он не собирался испытывать судьбу и слух золотых рангов вампиров.

— Похоже, это наименее посещаемое помещение в этой центральной зоне, — сказала Тень. — Маловероятно, что бомбу обнаружат за то время, которое потребуется, чтобы выбраться из астрального пространства.

Они находились в старом винном погребе; стеллажи в основном сгнили, а единственные оставшиеся бутылки валялись на полу в виде осколков. То, что когда-то было поместьем наверху, было полностью стерто и заменено самым отвратительным местом, с которым Джейсон сталкивался со времен кухни культа каннибалов. Нечто среднее между бойней и производственным цехом, оно сочетало жуткое обескровливание с промышленным производством.

Джейсон завершил ритуал, чтобы скрыть присутствие бомбы, а затем активировал её согласно инструкциям Трэвиса. Он просматривал их снова и снова, пока не запомнил относительно простой процесс в совершенстве, но на всякий случай сверился со своими записями. Убедившись, он установил таймер и ушел.

Крадучись в темноте, он максимально сдерживал свою ауру, зная, что поблизости есть золотые ранги вампиров. Сдерживание ауры ослабляло его сверхъестественные чувства, которые на неё полагались, но ему нужно было чувствовать лишь настолько, чтобы избегать опасности. По мере того как он выбирался из самой густонаселенной, а значит, самой опасной зоны, всё шло подозрительно гладко. Как только эта мысль пришла ему в голову, он почувствовал мощную волну пространственной энергии, прошедшую через астральное пространство, словно цунами.

— О, да ладно, — пожаловался он. — Я даже не сказал этого вслух.

* Пространственное событие спровоцировало коллапс астрального пространства, в котором вы находитесь.

* Ваша способность [Нирваническая трансфигурация] оказывает стабилизирующий эффект на непосредственное пространство вокруг вас и сохранит участок физической реальности вокруг вас, который не разрушится.

* Присутствие физического пространства, которое невозможно разрушить, закрепило рушащееся астральное пространство. Из-за условий в физической реальности, с которой соединено астральное пространство, было запущено событие трансформации.

* Запущена зона трансформации. Из-за того, что она граничит с областью распадающегося пространственного измерения, зона трансформации будет демонстрировать аномальные свойства.

— Вы издеваетесь? Опять?

Джейсон огляделся, когда вездесущий туман начал приобретать радужный оттенок. Он стоял на вершине каменного шпиля, поднимающегося из тумана и покрытого замком, большая часть которого обрушилась. Туман начал сгущаться, почти превращаясь в жидкость, и откатился от него, открывая остальную часть разрушенного замка.

Сам замок начал меняться, также растворяясь в тумане, но это не имело радужного цвета пространства вокруг него. Он даже сохранил форму замка, из которого растворился, а затем расширился, чтобы заменить недостающие части.

* Зона трансформации сформировала аномальное пространство генезиса. Ваша способность [Нирваническая трансфигурация] стабилизировала участок этого пространства.

* Ваша способность [Домен Духа] утверждает власть над стабилизированным пространством и формирует домен духа. Аномальные эффекты не будут происходить внутри вашего домена духа, но аномальные эффекты будут атаковать ваш домен духа в попытке гомогенизировать его с остальной частью зоны трансформации.

Джейсон наблюдал, как замок из облаков создавался из руин того, что было раньше. Радужная энергия, формирующаяся из тумана, стала пузырем, окружающим замок.

* Вы создали постоянный домен духа. Максимальная общая площадь, которую могут покрывать ваши домены духа, ограничена силой вашей души и вашим рангом. Текущее количество установленного максимального домена духа: 3287%. Повысьте свой ранг, чтобы увеличить максимальный общий размер домена духа.

* Как только пространство генезиса сформирует территории, аномалии начнут атаковать ваш домен духа. Вы можете расширить свой домен духа, распространяя его на другие территории внутри пространства генезиса.

Джейсон провел рукой по лицу.

— Фарра будет так злиться, что я не взял её с собой. Погодите, а как же ядерная бомба?

* * * Снаружи астрального пространства Шако смотрел на растворяющуюся апертуру, его лицо было полно ярости.

— Нет! Что это? ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?

— Мы должны уходить! — крикнул Чэнь.

Масса пространственной энергии была очевидна для них обоих, как внешние края тропического шторма. Шако проигнорировал его, и Чэнь рванул прочь, так быстро, как позволяла его скорость золотого ранга. Только когда он оказался далеко от пространственных сил, Чэнь остановился и обернулся. Изначально невидимые, эти силы приобрели радужный оттенок, прежде чем были запечатаны внутри купола зоны трансформации, когда та замерцала, обретая форму. Чэнь дрожал, глядя на неё.

— Что я сделал?

ОДИН ИЗ СЕКРЕТОВ АСАНО

ОДИН ИЗ СЕКРЕТОВ АСАНО

К тому времени, как Джейсон расширил свой духовный домен до четвертой территории, враги стали по-настоящему опасными. Хотя они были крайне слабы для своего ранга, это все еще были сущности золотого ранга, и с каждой территорией, которую захватывал Джейсон, атакующие аномалии становились сильнее. В предыдущей зоне трансформации Джейсон отослал золотых рангов до того, как зона трансформации среагировала, создав аномалии того же ранга. Джейсон предположил, что, поскольку аномалии здесь были золотого ранга, зона трансформации реагировала на самых сильных вампиров, попавших в нее.

Если бы Джейсон в этот раз не сохранил все свои способности эссенции, ему было бы трудно справиться даже с первой территорией. Обладание силой духовного домена с самого начала существования зоны трансформации защищало территорию Джейсона от негативных эффектов самой зоны, включая запечатывание его способностей.

Четвертая территория была похожа на астральное пространство, из которого она сформировалась, и была наполнена жутким, застилающим взор туманом. В ней не было пропастей, через которые перекинуты разрушающиеся мосты, но все еще встречались рушащиеся готические здания. Однако большую ее часть составлял лесной массив, где туман клубился между деревьями с эфирными серебряными листьями. Время от времени Джейсон находил дерево с бледно-белым персиком, свисающим с ветки, который он срывал и прибирал.

Предмет: [Призрачный фрукт] (золотой ранг, обычный)

*Фрукт, содержащий потустороннюю силу *(расходуемый предмет, еда).

* Эффект: В течение умеренного периода времени после употребления любой магический урон, наносимый способностями эссенции или другими врожденными силами, добавляет урон от разрушительной силы в дополнение к обычному урону.

Он был бы полезен для противостояния призрачным аномалиям, которые появлялись, чтобы атаковать Джейсона, но употребление еды золотого ранга принесло бы ему больше вреда, чем пользы. К счастью, его силы позволяли обращаться с бестелесными сущностями так, будто они были из плоти и крови, используя недуги, которые он приобрел на серебряном ранге.

* [Смертность] (недуг, магия): Аннулирует иммунитет к проклятиям. Включает в себя внутренние иммунитеты, например, из-за отсутствия души или того, что существо не является живым. Не может быть снят, пока действует любой недуг проклятия. * [Кровь из камня] (недуг, магия): Аннулирует иммунитет к эффектам крови и яда. Включает в себя внутренние иммунитеты, например, из-за отсутствия биологической или телесной формы. Сущности без крови могут кровоточить, находясь под этим эффектом. Не может быть снят, пока действует любой недуг крови или яда. * [Слабость плоти] (недуг, магия): Аннулирует иммунитет к болезням и некротическому урону. Включает в себя внутренние иммунитеты, например, из-за отсутствия биологической или телесной формы. Не может быть снят, пока действует любой недуг болезни.

Эти недуги приводили к странному зрелищу: призраки умирали, как живые существа, оставляя после себя эктоплазму, смешанную с кровью и гнилью. Из-за их огромного количества туманный лес оказался залит зловонной жижей.

Когда пал последний призрак, Джейсон стал ждать появления босса зоны, скрестив пальцы.

«Пожалуйста, пусть это будет зефирный человечек. Пожалуйста, пусть это будет зефирный человечек».

Когда он почувствовал, что появился еще один почти безликий призрак, только гораздо крупнее, Джейсон был разочарован. Он развел руки в стороны и произнес заклинание.

«Как ваши жизни были моими, чтобы их пожинать, так и ваши смерти — мои, чтобы собрать урожай».

Сделав их уязвимыми к эффектам крови, Джейсон смог вытянуть энергию из останков призрачных аномалий, как если бы это была жизненная сила, вбирая ее и поглощая огромной волной.

* Вы получили экземпляры [Кровавого Безумия] с помощью способности [Кровавая жатва]. * Вы достигли максимального количества экземпляров [Кровавого Безумия]. Дальнейшие экземпляры будут преобразованы в экземпляры [Крови Бессмертного]. * Вы получили экземпляры [Крови Бессмертного] с помощью способности [Кровавая жатва].

В этом и заключался секрет того, как Джейсон сражался с аномалиями золотого ранга по мере того, как они становились сильнее. Кровавое Безумие было баффом, который увеличивал его скорость и восстановление, позволяя частично поспевать за скоростью золотого ранга, даже если он не мог полностью с ней сравниться. Повышенный атрибут восстановления усиливал эффективность его многочисленных способностей самоисцеления, включая мощное исцеление Кровью Бессмертного. Активируясь, когда Джейсон получал урон, это был мощный, но кратковременный лечебный эффект, который поддерживал Джейсона перед лицом мощных атак.

Джейсон посмотрел на своих фамильяров.

«Ладно, джентльмены. За работу».

* * * «Обычно пользователи эссенции, попавшие в зону трансформации, теряют сознание на протяжении всего процесса, но не меняются», — сказал Барбу. — «Тот факт, что мы в сознании, говорит нам о том, что это аномальная зона трансформации, похожая на ту, что была в Словакии».

Он посмотрел на Герлинга.

«Ты единственный, у кого есть опыт пребывания в такой зоне».

«Наши способности были запечатаны и в прошлой зоне», — сказал Герлинг. Учитывая обстоятельства, он не собирался продолжать донимать Барбу. Француз, может, и был всего лишь бронзового ранга, но он был лучшим ритуалистом, чем кто-либо из тех, кого удалось завербовать Герлингу.

«А как насчет ритуальной магии?» — спросил Барбу.

«Мы никогда не проверяли ее в другой зоне трансформации».

«Тогда это, вероятно, должно стать нашим первым шагом», — сказал Барбу. — «Я попробую ритуал добычи на одной из этих тварей, что напали на нас».

«Асано назвал их аномалиями», — сказал Герлинг.

«У него есть сила, которая дает ему информацию о вещах, с которыми он сталкивается, так что он должен знать», — сказал Барбу.

Они находились в странной деревне, которая выглядела как туристическая достопримечательность, потому что была рассчитана на людей ростом по колено. Аномалии, напавшие на них, были крошечными деревенскими жителями с сельскохозяйственными орудиями, хотя их было целое море, которое пришлось уничтожить. Без сил они были вынуждены физически давить их, что оказалось на удивление трудно.

Хотя уровень силы аномалий был лишь на уровне низкоуровневого монстра серебряного ранга, их истинный ранг был золотым, и они оказались довольно живучими. Многие из миньонов Герлинга серебряного ранга были ранены, а также довольно сильно потрясены после того, как перебили всех крошечных людей голыми руками. Барбу осторожно избегал боя, находясь на крыше одного из миниатюрных зданий.

«Что это за штуки?» — спросил один из людей Герлинга, поднимая сферу, внутри которой клубилась черная и красная энергия.

«ПОЛОЖИ ЭТО», — взревел Герлинг. — «Хочешь стать чертовым монстром с щупальцами?»

«Так вот откуда взялась эта штука?» — сказал Барбу. — «Интересно. Ты узнал что-нибудь от Асано о них?»

«Думаю, у него был какой-то способ использовать их для захвата территории», — сказал Герлинг.

«Что, по-видимому, и позволило ему создать свой магический город», — предположил Барбу.

«Однако я не думаю, что он использовал их в их нынешнем состоянии», — сказал Герлинг. — «Думаю, он как-то изменил их, но он никогда не говорил нам как».

«Справедливости ради, — сказал Барбу, — я бы тоже тебе не сказал».

* * * Джейсон вернулся в облачный замок в центре своего нового духовного домена, прежде чем расшириться на следующую территорию. Под управлением Джейсона замок превратился из своего первоначального дизайна в классическом западноевропейском стиле в нечто вроде дворца. Теперь он состоял из крыльев, сгруппированных вокруг той же пагоды, которую можно было найти в сердце первого домена Джейсона.

Вместо того чтобы направиться к пагоде, Джейсон отправился проверить людей, размещенных в одном из крыльев дворца. Джейсон нашел больше людей, превращенных в целестинов, очень похожих на фермерскую семью из его первого домена. В этот раз их было гораздо больше — люди, которые были заперты в загонах. До сих пор он не встречал ни одного из гулей, которые находились рядом с ними в то время.

Джейсон предоставил всю еду, какую мог, из своего инвентаря и оставил их на произвол судьбы.

Проверив недавно преобразованных целестинов и отбившись от большинства их вопросов, он направился к пагоде. Он поднялся на лифтовой платформе на верхний этаж и осмотрел свой новый домен с балкона. Непосредственно вокруг дворца находились глубокие бассейны с водой, через которые были перекинуты узкие полоски земли. Когда он захватывал эту территорию, аномалии выползали из воды, чтобы атаковать.

Последующие территории были весьма разрозненными: от туманного леса до города, напоминающего Прагу, но не настоящую Прагу. Это было больше похоже на Прагу из шпионских фильмов: сплошь тенистые углы и мощеные улицы, блестящие от дождя, который, казалось, только что прошел.

Джейсон достал один из предметов, которые он забрал у призрачного босса.

Предмет: [Сфера тьмы] (без ранга, необычный)

*Содержит силу для снятия печати с силы тьмы. *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

* Требования: Запечатанная способность [Эссенция тьмы]. * Эффект: Снимает печать со случайной способности [Эссенция тьмы]. * У вас 0 запечатанных способностей эссенции тьмы.

Как и у всех боссов, в его добыче была сфера, чтобы снять печать с одной из способностей Джейсона, но в этот раз они ему не понадобились. Она была бесполезна для своей предполагаемой цели, но Джейсон достал другой предмет — сферу рока, оставшуюся от прошлой зоны трансформации. Однако завершение Джейсоном зоны трансформации изменило ее.

Предмет: [Око рока (спящее)] (без ранга, легендарный)

*Содержит потенциал наделить духовные домены силой рока. Требует больше энергии, прежде чем его можно будет использовать *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

* Требования: Духовный домен, эссенция [Рока]. * Эффект: Добавляет дополнительный пассивный эффект к духовным доменам владельца. * Текущая сила: 36% * Поглощайте сферы эссенции, чтобы увеличить силу.

Око рока выглядело точно так же, как одна из глазных сфер Гордона. Джейсон коснулся двумя сферами друг друга, и сфера тьмы растаяла, влившись в око.

* Око рока накопило силу. * Текущая сила: 48% * Поглощайте дополнительные сферы эссенции, чтобы еще больше увеличить силу.

Джейсон убрал сферу и облокотился на перила, его разум был встревожен. Он не был уверен, выдержит ли пространственный барьер Земли еще одну встряску. Джейсону нужно было полностью стабилизировать зону трансформации, чтобы предотвратить пробитие дыры во вселенной. Даже со всеми своими силами он не был уверен в своих шансах.

Поскольку аномалии с каждой новой территорией приближались по силе к обычному монстру золотого ранга, Джейсон не знал, сможет ли он захватить их все. Он испытывал серьезные опасения по поводу того, что ждет его на последних территориях, которые он не рискнул захватывать в прошлом пространстве трансформации.

У Джейсона было два утешения, которые давали ему надежду на успех. Одно заключалось в том, что у его духовного домена уже были установлены защитные сооружения, помогающие бороться с аномалиями в большом количестве. Однако с каждым расширением становилось все труднее, так как аномалии становились все более устойчивыми к эффектам серебряного ранга. Вторым утешением было самое мощное оружие в распоряжении Джейсона.

Сначала Джейсон думал, что преждевременная детонация ядерного заряда спровоцировала пространство трансформации, но при исследовании территорий он нашел его снова. Мало того, что последовательность детонации была отменена, но, как и большинство вещей в зоне трансформации, оно изменилось. Джейсон достал его из инвентаря, чтобы изучить снова. Больше не будучи ядерным зарядом в рюкзаке, теперь он принял форму громоздкой ракетной установки.

Предмет: [Большая ракета Трэвиса] (серебряный ранг, редкий)

*Определенно ничем не компенсирует *(расходуемый предмет, базука).

* Эффект: Запускает ракету, содержащую огромные и разрушительные силы солнечной и кинетической энергии.

Оно было серебряного ранга, как и оригинальное устройство, что позволяло Джейсону использовать его. Он просто надеялся, что, когда придет время, этого будет достаточно.

* * * Герлинг смотрел на две сферы, лежащие на земле перед ним. Они были одинакового размера, но различались цветом энергий, клубящихся внутри. Одна была черно-красной — нестабильные ядра, с которыми Герлинг был знаком. Другая была наполнена синим, серебряным и золотым светом.

«Значит, вот как он это сделал», — сказал Герлинг.

«Мы не можем быть уверены», — сказал Барбу.

«Нет, это оно», — сказал Герлинг с уверенностью.

Ритуал добычи Барбу произвел очищенную версию сферы.

«Это то, что Асано использовал, чтобы захватить зону трансформации для себя», — сказал Герлинг. — «У него есть сила добычи, так что для него это было легко, но теперь моя очередь. Я наконец-то выкопал один из секретов Асано».

«При условии, что ты прав, — сказал Барбу, — что, кстати, довольно смелое предположение. В этой сфере ограниченная сила. Тебе понадобится много таких, если ты хочешь начать влиять на все это пространство вокруг нас».

«Значит, ты добудешь еще», — сказал ему Герлинг.

«Мне понадобится больше духовных монет для такого количества ритуалов добычи», — сказал Барбу.

Герлинг ухмыльнулся.

«У нас все еще есть наши расовые силы», — сказал он. — «И так уж вышло, что у Беннета здесь есть сила хранения в качестве расового дара, как у Асано».

«Конечно, есть», — сказал Беннет, один из миньонов Герлинга.

«Беннет, — сказал Герлинг. — Адриену здесь понадобятся духовные монеты. Сколько монет мы взяли из базового запаса в Германии?»

«Примерно? — спросил Беннет. — Целую прорву».

РОЙ ПРОТИВ РОЯ

РОЙ ПРОТИВ РОЯ

Джейсон нырнул в одно из тел Тени и исчез как раз перед тем, как огромный ком паутины шлепнулся в теневого фамильяра. Несмотря на бесплотную форму Тени, мощная магия паутины отбросила его назад и пригвоздила к стене огромной пещеры. Энергия, заключенная в паутине, быстро сожгла тело Тени, уничтожив его.

Джейсон появился из другого тела Тени, прямо под огромным существом. Он потянулся вверх, чтобы полоснуть ножом по его волосам и разрезать кожу, но длинные, похожие на сталь щетинки скребли по его пальцам. Он снова прыгнул в тень, когда тварь попыталась среагировать. Рефлексы Джейсона уже были усилены до максимума, но паук все равно зацепил его одним из лезвиеподобных выступов на ноге, когда он прыгал.

Это существо-босс было ненамного больше обычных аномалий на территории системы пещер, но гораздо могущественнее. Оно обладало всей мощью монстра золотого ранга, в комплекте с экзотическими способностями. Они принимали форму особых видов паутины: от огненной, вредной для Колина, до пространственной, причиняющей боль Тени и Гордону.

Джейсон был вынужден отозвать своих фамильяров, кроме Тени, чье множество тел давало ему некоторую свободу действий. Впрочем, эти тела уничтожались одно за другим. Преимущество отзыва фамильяров заключалось в том, что Джейсон мог лично использовать эффекты, полученные от них. Две сферы, предоставленные Гордоном, были ценными щитами, перехватывающими многие атаки паутиной, хотя они могли продержаться лишь некоторое время, прежде чем разрушиться и потребовать восстановления.

Паук также был быстр и проворен для существа размером с фургон, но это было неудивительно для высшей аномалии золотого ранга. Хитиновые лезвия на его ногах были быстрыми и опасными оружиями, раз за разом оставляя кровоточащие раны на теле Джейсона, хотя ни один удар не стал решающим. Щиты Гордона поглощали сильные удары, которых Джейсон не успевал избежать, в то время как мелкие раны быстро заживали.

Сочетание кровавых одежд, данных ему Колином, и самого Колина усиливало впечатляющую регенерацию и атаки с вытягиванием сил Джейсона. Джейсон нагрузил паука недугами, ударил его своим мощным заклинанием урона, а затем вытянул все недуги обратно. Это наполнило Джейсона мощными эффектами восстановления, а паука — трансцендентным уроном, так как проклятия, болезни, яды и нечестивые недуги были вытянуты, оставив на их месте священные недуги.

Однако истинная мощь золотого ранга — это не шутки, и этого было недостаточно, чтобы закончить дело. Джейсон прошел через несколько циклов наложения и последующего вытягивания зловещих недугов, как для того, чтобы накопить мощный стек эффектов восстановления на себе, так и для того, чтобы нагрузить паука священными недугами. Только после этого Джейсон перешел к финальной стадии боя, трансформировав свой кинжал недугов во вторую форму — из нечестивого кинжала в священный меч.

Предмет: [Покаяние, Клинок Жертвы] (серебряный ранг, призванный)

Призванный священный меч для тех, кто готов заплатить цену за победу в битвах насмерть (оружие, меч).

* Эффект: Атаки обновляют любые ранящие недуги на цели. Эти ранящие эффекты требуют дополнительного исцеления для снятия.

* Эффект: Атаки накладывают эффект [Цена Кровью]. Этот недуг применяется в равной степени к тому, на кого он наложен, и к тому, кто его накладывает. Этот недуг нельзя снять, пока жив человек, разделяющий его, и он немедленно аннулируется, если разделяющий его человек умирает. Отзыв [Покаяние, Клинок Жертвы] не снимает этот недуг.

* [Цена Кровью] (недуг, священный, кровь, суммирующийся): Урон между людьми, разделяющими этот недуг, увеличивается, включая источники урона, действовавшие до вступления этого недуга в силу. Урон от священных источников дополнительно увеличивается на определенную величину. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Вторая форма Клинка Рока была оружием, основанным на принципе «риск — награда». Священный недуг, который он даровал, усиливал весь наносимый и получаемый урон, поэтому Джейсон редко его использовал. Только когда он обрел уверенность как в недугах, наложенных на паука, так и в своей способности выдержать ответный удар, он призвал его.

Несмотря на риски, Джейсон не уклонялся от боя, двигаясь вперед, чтобы нанести удар по пауку, усиливая урон, который тот получал с каждым порезом. Наконец, Джейсон применил свой добивающий прием — Вердикт.

— Мой — суд, и суд этот — смерть.

Усиленный священными недугами, терзавшими паука, луч трансцендентного света обрушился с потолка пещеры, подобно суду гневного бога, но даже этого оказалось недостаточно, чтобы полностью уничтожить паука. Его устойчивость золотого ранга вновь доказала свою мощь, поставив Джейсона в весьма необычную ситуацию: ему пришлось ждать отката своего добивающего приема.

Однако выживание — это еще не победа, и разрушенный паук был на грани краха. Как только Джейсон подумал, что победил, паук взорвался с силой, сотрясшей пещеру. Сталактиты рухнули вниз, а Джейсона отбросило, и он влепился в стену пещеры, словно мокрая газета. Впрочем, взрыв босса-аномалии был не просто грубой силой. Его растерзанное тело превратилось в шторм из пауков, которые разлетелись по всей пещере.

Джейсон быстро пришел в себя; это был далеко не первый раз, когда он получал мощный удар. Он осмотрелся, оценивая свое сильно пострадавшее тело и обнаруживая, что рой пауков надвигается на него. Несмотря на травмы, он взмахнул рукой, распыляя пиявок повсюду, чтобы натравить рой на рой. Это означало отказ от дополнительной регенерации, когда он был тяжело ранен, но с пауками нужно было что-то делать, и у Джейсона был другой план.

Плащ звездного света Джейсона превратился в крылья и поднял его в центр пещеры. В огромном зале было достаточно места, чтобы они могли удерживать его на весу, пока пиявки атаковали пауков.

Пауки, несмотря на крошечный размер, все еще были золотого ранга и не пали быстро от недугов Колина. Действительно, поскольку Джейсон был недосягаем, они начали терзать пиявок, которых они превосходили числом и рангом. Даже в этом случае те же маленькие пиявки были апокалиптическими зверями и не сдавались легко.

— Пойдет, Колин, — сказал Джейсон. Пиявки собрались в небольшие кучки, которые выбросили лохмотья вверх к Джейсону, затем превратились в кровь и быстро потекли вверх по лохмотьям, чтобы быть реабсорбированными. Некоторые пауки попытались взобраться, но Джейсон позволил лохмотьям раствориться, и они упали на пол.

Джейсон выбрал одного паука и наложил на него пару заклинаний. Неотвратимый рок немедленно умножил все недуги, а Кровоизлияние наложило те же недуги, что и Колин, плюс бонус — эффект жертвенной жертвы, который сделал пауков более восприимчивыми к способностям вытягивания. Затем Джейсон призвал Гордона и заставил его послать сферу, чтобы активировать бабочек, распространяя недуги через рой пауков.

Рой бабочек распространился, его экспоненциальный рост превзошел пауков по численности, пока каждый паук не оказался нагружен растущей кучей недугов. Джейсон все еще был тяжело ранен, но решение нашлось. Он произнес заклинание.

— Твоя кровь не принадлежит тебе, чтобы ее хранить, она принадлежит мне, чтобы я мог пировать.

Способность: [Пир крови] (Кровь)

* Заклинание (вытягивание, кровь). * Базовая стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 3 (14%).

* Эффект (железо): Вытягивание здоровья и выносливости. Влияет только на цели с кровоточащими ранами или страдающие от недуга [Кровотечение].

* Эффект (бронза): Вытягивает дополнительное здоровье и выносливость за каждый экземпляр яда на цели.

* Эффект (серебро): Увеличение стоимости маны до очень высокой, а времени восстановления до 2 минут позволяет этому заклинанию воздействовать на все подходящие цели в широкой области.

Жизненная сила вытягивалась из пауков и впитывалась Джейсоном. Аномалии золотого ранга были маленькими, но имели жизненную силу в избытке, а недуги на них позволяли заклинанию вытягивать еще больше. Этого было более чем достаточно, чтобы полностью восстановить здоровье Джейсона.

— Накормите меня своими грехами.

Джейсон вытянул недуги из маленьких пауков так же, как делал это снова и снова с их более крупным прародителем. Пауки остались светиться трансцендентной энергией синего, золотого и серебряного цветов, под стать глазам Джейсона.

Пауки золотого ранга были крепкими, но жизненная сила в их крошечных телах все же имела предел. Недуги Колина и вытягивание Джейсона украли большую ее часть, а трансцендентный урон от недуга покаяния сжег остальное. Пауки растворились в радужном дыму.

* Вы победили [Высшая аномалия].

* [Высшая аномалия] была полностью уничтожена. Добыча собрана автоматически. * [Сфера греха] добавлена в ваш инвентарь. * 10 [Золотых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1 000 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 10 000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

* Победа над монстром более высокого ранга принесла дополнительные награды. * [Сосуд гегемона] добавлен в ваш инвентарь.

* Вы захватили территорию пространства генезиса и очистили ее от всех аномальных элементов.

* Вернитесь на основную территорию, чтобы инициировать трансфигурацию новой территории.

Хотя Джейсон был рад захватить еще одну территорию, его опасения по поводу будущих боев продолжали расти. Этот босс-аномалия обладал силой полноценного монстра золотого ранга, если не особенно мощного. Даже предыдущие высшие аномалии не показывали истинной силы своего ранга, но с каждой территорией, которую захватывал Джейсон, атакующие ее аномалии становились сильнее. Это был лишь вопрос времени, когда даже обычные аномалии достигнут этого уровня.

* * * Когда Джейсон вернулся на мотоциклетной форме Тени в свой дворец в центре владений, к нему приблизилась небольшая группа недавно трансформированных целестинов. Тень вернулся в тень Джейсона, когда тот начал проходить мимо фонтана на круговой развязке и направился к пагоде.

— Мистер Асано, — сказала предводительница целестинов, подстраиваясь под шаг Джейсона. — У нас много нервных и неуверенных людей, которые понятия не имеют, что происходит.

— Тогда у меня для вас плохие новости, — сказал Джейсон, продолжая идти. — Их на одну больше, чем вы думаете.

— Мы не знаем, что делать, — взмолился один из других целестинов.

— Возвращайтесь внутрь и надейтесь, что я придумаю, как спасти мир. Снова. А до тех пор нет особого смысла строить другие планы.

Двери пагоды открылись, когда Джейсон приблизился, и закрылись за ним, когда он вошел внутрь.

* * * — Вы были довольно грубы с теми людьми, которые пережили немало травм, — заметил Тень, когда Джейсон вызвал облачное кресло, чтобы сесть. Они были на балконе верхнего этажа пагоды.

— У меня нет времени и сил быть милым, — сказал Джейсон. — Мне вообще не следовало сюда приходить. Вампиры — это второстепенная забота по сравнению с тем, что мне нужно сделать.

— Если бы вас здесь не было, мистер Асано, кто бы стабилизировал эту зону трансформации?

— А сформировалась бы она вообще, если бы меня здесь не было? — спросил Джейсон. — Что-то спровоцировало ее; вы почувствовали это, так же как и я, и это была не ядерная бомба.

— Это не значит, что она как-то связана с вами, — сказал Тень. — Это вывод, основанный на слишком малом количестве доказательств.

— Да? — спросил Джейсон. — Хотите поспорить, случилось бы это, если бы я не вмешивался?

— Нет, спасибо, — сказал Тень.

— Вот именно.

Джейсон недовольно поморщился и закрыл глаза.

— Прости, Тень. Ты прав. Я был груб с ними и был груб с тобой. Я пойду и попытаюсь их успокоить. Чуть позже. Я просто чертовски устал. Я устал от этой борьбы, я устал от этого мира, и я устал нести за него ответственность.

— Мы оба знаем, что вы не сложите с себя эти обязанности, мистер Асано. Отдыхайте, сколько сможете. Вам это понадобится.

— Еще бы, — сказал Джейсон с усталым смешком. — Я не вижу пути к победе, Тень. Я совершил так много ошибок. Мне никогда не следовало соглашаться сюда приходить. Мне следовало взять Фарру после того, как я это сделал.

— Путь есть всегда, мистер Асано. Вам может не понравиться, куда он вас приведет или что вам придется сделать, чтобы пройти по нему, но путь есть всегда. Победа над Строителем — это то, что большинство сочло бы невозможным, однако вы сделали это дважды. Он пытался захватить астральное пространство и пытался захватить вашу душу. Несмотря на его личное участие, он был отбит в обоих случаях.

— Смягчающие обстоятельства.

— Они есть всегда, мистер Асано, иначе вы бы вообще не оказались в таких ситуациях. Этот мир должен был разорваться при последней аномальной зоне трансформации, но вы удержали его. Вы создали свой собственный духовный домен, когда ваша сила все еще так незначительна. Это самая невозможная вещь из всех, и вы даже еще не понимаете, что это значит.

— Но ты понимаешь?

— Да.

— Ты собираешься мне рассказать?

— Нет. Вы уже поставили ногу в сферу, к которой не готовы. Я не позволю вам засунуть туда голову следом. Также я предлагаю вам вообще воздержаться от разговоров об этом, как только мы достигнем другого мира.

— Ладно. Ты знаешь, что в каждой ситуации, которую ты только что перечислил, были крайние смягчающие факторы, которые сделали произошедшее возможным, — сказал Джейсон.

— Которые вы находили и использовали каждый раз.

— Вообще-то, в тот один раз это был почти полностью Клайв.

— Вы думаете, что этих смягчающих факторов здесь сейчас нет, или вы просто слишком устали, чтобы их искать? — спросил Тень. — Не хочу вас расстраивать, мистер Асано, но совершение невозможного — это своего рода ваша фишка. Говоря, к сожалению, просторечно, пришло время проявить мужество.

Глаза Джейсона распахнулись, и он уставился на Тень.

* * * Джейсон спустился к целестинам. Он нацепил на лицо то, что, как он надеялся, было убедительно оптимистичным выражением, и попытался успокоить их, как мог. Он уже добился некоторого прогресса, когда остановился на полуслове, почувствовав знакомое присутствие, входящее в его духовный домен.

НЕОБХОДИМОЕ ЗЛО

НЕОБХОДИМОЕ ЗЛО

Мистер Север шагнул из ничейной земли в духовный домен Джейсона. Он оказался на дне каменистого каньона, где из вулканических жерл, действовавших внизу, поднимался сернистый пар. Он взобрался на стену каньона с той же ловкостью, что была присуща его истинной форме паука, а затем вышел на вершину ближайшего хребта. Он оглядел домен и заметил пагоду в центре дворцового комплекса.

— О, мистер Асано, — пробормотал он, когда аура домена Джейсона накрыла его. — Вы начинаете выходить из-под контроля.

— У меня нет ни малейшего желания быть у вас в руках, — ответил Джейсон.

Мистер Север скрыл удивление, поворачиваясь к Джейсону, который был облачен в свою мантию крови и плащ звездного света. Кинжал был у него в руке, хотя пока что он держал его небрежно, опустив вдоль бедра. Под темным капюшоном светились тревожные, нечитаемые глаза Джейсона.

— Мало кто может подкрасться ко мне незамеченным, мистер Асано. Особенно в этом мире.

— Те паутинные нити, что вьются вокруг вас, трудно заметить, — сказал Джейсон. — Весь фокус в том, чтобы высмотреть крошечную частицу ауры, которую вы в них вкладываете. Полагаю, это необходимо, чтобы использовать их как органы чувств.

— И здесь вы можете использовать свои чувства на пределе, не боясь быть обнаруженным, потому что это место уже переполнено вашей аурой, — заметил мистер Север.

— В этом месте, мистер Север, не имеет значения, заметят меня или нет.

— Полагаю, вы правы. Должно быть, вам интересно, зачем я здесь?

— Нет, — ответил Джейсон. — Мне интересно, не вы ли спровоцировали эту зону трансформации.

— Вы думаете, я стал бы подвергать весь мир такой опасности?

— Вы уже делали это раньше. Я не забыл, кто отключил энергосеть и вверг мир в бедствие, мистер Север. Настанет день, когда вас призовут к ответу за это.

— Это было необходимое зло, мистер Асано. Я хотел действовать постепенно, но ваше возвращение вынудило меня поторопиться. Пока вы барахтались в неведении, все было хорошо, но ваша подруга Доун ускорила ход событий, сократив мои сроки. Магическое развитие вашего мира требовало ответного ускорения, а человечество нужно было объединить перед лицом общего врага, чтобы оно было готово, когда придет следующий.

— Вы готовились к войне с вампирами?

— Ничего настолько приземленного. Люди вашего мира оставались упрямо разрозненными после волн монстров, поэтому я разработал способ наполнить кровь энергией ядра реальности и подбросил его Кабале. Наконец-то люди объединяются перед лицом угрозы.

Хватка Джейсона на рукояти кинжала усилилась.

— Это вы стоите за древними вампирами?

— Уверяю вас, мистер Асано, враг, которого вы выпустите, будет гораздо хуже. Этот мир должен быть готов. Конечно, вампиры должны были стать правдоподобной угрозой, не угрожая при этом человечеству по-настоящему, поэтому с этим астральным пространством нужно было разобраться.

— Что это за враг, которого я собираюсь выпустить?

— Это будет ваше необходимое зло, мистер Асано. Или, возможно, «необходимое последствие» было бы более подходящим описанием. В конце концов, вы будете действовать невольно. Мы не можем позволить вам убить ребенка, пытаясь защитить его от жестокого родителя.

— Вы не доверяете мне в принятии правильного решения.

— Вы уже сделали правильный выбор, мистер Асано. Нет смысла усложнять дело, позволяя вам убеждать себя в наличии альтернатив.

— Разве это не мое решение?

— Да, именно поэтому мы скрываем его от вас. У вас уже случались ошибки в суждениях.

— Вы постоянно говорите «мы». О ком еще вы говорите?

— О вашей подруге, Доун. Мы никогда не обсуждали это и даже не встречались, но оба сделали один и тот же выбор по одним и тем же причинам. Если не доверяете мне, доверьтесь ей. Она направила вас на верный путь, даже если вы идете по нему быстрее, чем мне хотелось бы.

— Я точно не знаю, насколько вы сильны, Север, но в этом месте все преимущества на моей стороне. Думаете, я не смогу заставить вас говорить?

— Думаю, ваши инстинкты подсказывают вам, что я прав. Думаю, вы не до конца доверяете самому себе, и думаю, вам не понравится, кем вы станете, если начнете пытать меня ради информации. Вам придется действовать жестко, и вы это знаете. Жестче, чем вам хотелось бы. А еще я думаю, что я вам нужен. У вас хватит сил разобраться с тем, что здесь происходит, в одиночку?

— Что здесь произошло? — спросил Джейсон. — Эта зона трансформации не сформировалась естественным путем. Если не вы ее спровоцировали, то кто? И почему вы вообще здесь?

— Может, обсудим это в более комфортном месте, чем каменистый выступ?

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Тень? «Специальное от Эми», пожалуйста.

Тьма выбралась из тени Джейсона и приняла форму сурового кроссового мотоцикла, разумеется, черного, с коляской.

— Вы шутите, — сказал мистер Север, глядя на коляску. — Неужели нельзя просто открыть портал?

— Здесь не работают мои способности к созданию арок, — ответил Джейсон. — Ни духовное хранилище, ни дверь в узловое пространство. Я могу прыгать по теням, но порталы — нет.

Он перекинул ногу через мотоцикл и стал ждать.

— Всегда можете пробежаться.

* * * В глубоком астрале не было географии в том смысле, который имеет смысл с точки зрения физической реальности. Только когда физическое и астральное сливались, такие понятия, как расстояние, становились чем-то большим, чем метафора. Границы физической реальности были местом, где происходили подобные взаимодействия, хотя «граница» — это не совсем точное название. Астральные пространства были такими пограничными землями, где физическое и астральное смешивались.

Мерные суда, которые могущественные сущности использовали для навигации по астралу, по сути, были мобильными астральными пространствами и обычно были намного меньше астральных пространств, сформировавшихся естественным путем. Джейсон сражался со Строителем в астральном пространстве, которое, как оказалось, когда-то было необычайно огромным межмерным кораблем, пока его не украли и не прикрепили к миру Паллимустус, после чего оно стало функционировать как обычное астральное пространство.

Мерное судно, которое использовал Шако для путешествий, также принадлежало Строителю, хотя и было гораздо скромнее по размерам. Как и Доун, он оставил его недалеко от нестабильного участка межмерной мембраны Земли и спроецировал через него аватар. Потеряв самообладание, он позволил своему аватару быть уничтоженным при формировании зоны трансформации, и теперь создавал новый.

В отличие от Доун, у которой было разрешение присутствовать и которая создала самый сильный аватар, на какой была способна, Шако создал самый слабый, чтобы подкрепить свой довод о невмешательстве. Это было хождение по краю, но Мировой Феникс, как известно, не любил прямых конфронтаций. Если только Шако не будет нагло нарушать соглашение, она не станет вмешиваться. Теперь, когда Доун ушла и некому было следить за ним, это стало еще более актуальным.

Дверь в покои Шако открылась, и вошел его слуга Кеффин, бросив взгляд на полусформированный аватар, который в данный момент представлял собой светящееся существо в форме человека.

— Лорд Шако, — сказал Кеффин. — Еще одно судно приблизилось и вышло с нами на связь.

Шако фыркнул.

— Мировой Феникс отозвала Доун, чтобы снова вытрясти из меня какие-то мелкие уступки?

— Нет, сэр. Это судно «Последний паром».

— Велиус? — приятно удивился Шако. — Отлично. Пригласи его на борт.

— Вы уверены, что это хорошая идея, сэр?

— Я знаю Велиуса дольше, чем ты живешь на свете, Кеффин. Он старый друг.

* * * — Это, — сказал мистер Север, вылезая из коляски, — было очень недостойно. К тому же, при моем уровне силы было бы быстрее добежать.

— Я предоставил вам выбор, — ответил Джейсон. — По крайней мере, я не заставил вас надеть маленький шлемик.

Джейсон повел мистера Севера в пагоду и наверх, в лаунж-зону на мезонине.

— Если это сделали не вы, — спросил Джейсон, когда они сели, — то кто?

Мистер Север посмотрел на капюшон, все еще скрывавший лицо Джейсона, и на клинок, который тот все еще держал в руке.

— Обязательно напускать столько таинственности, мистер Асано?

— Я мог бы быть более восприимчив к шуткам, мистер Север, если бы вы не были одним из величайших монстров в истории. Сколько смертей можно повесить на вас? Волны монстров. Некромант, который оживил жертв в Макассаре. Он начал свой путь в вашем доме, мистер Север. В доме, который рано или поздно я сожгу дотла.

— Как страшно. Боюсь, моя маленькая организация стоит гораздо ниже вашего уровня. Я никогда не рассчитывал, что они будут готовы к сегодняшним битвам. К тому же, они никогда по-настоящему не понимали последствий моих директив.

— Они просто выполняли приказы?

— Понимаю, к чему вы клоните, — признал мистер Север. — И все же у вас есть заботы поважнее.

— Кто спровоцировал эту зону трансформации, Север? И почему вы в ней находитесь?

— Я пришел за Герлингом.

— Герлингом?

— Он здесь, с нами, где-то поблизости. Он узнал, что вы направляетесь сюда, и хотел поймать вас внутри.

— Это он сделал?

— Нет. Он просто пришел за вами.

— Как он прошел через печать?

— Он взял с собой Адриена Барбу, чтобы тот впустил его. Взорвал ради этого мое офисное здание. Я пришел, чтобы забрать Адриена обратно.

— Вы правда печетесь о каком-то прихвостне?

— Я очень стар, мистер Асано, но за это время у меня было очень мало друзей. Вы бы сделали для своих меньше?

— Друзей?

— В это так трудно поверить? Мне нравится Адриен.

— Вы же знаете, что Барбу — перебежчик, верно? Он предал остальную Сеть ради отделения в Лионе, отделение в Лионе — ради EOA, и, вероятно, выложил Герлингу все секреты, которые знал.

— Знаю, поэтому я был осторожен с тем, какие секреты ему доверять. Возможно, я позволил ему узнать пару вещей, но ничего критического. Настоящие друзья, мистер Асано, готовы принимать недостатки своих друзей. То, за что вы, из всех людей, должны быть весьма благодарны.

— Тогда кто спровоцировал эту зону трансформации?

— Еще один ваш знакомый. Чэнь.

— Золотой ранг из Китая?

— Да, хотя он был лишь пешкой. Он использовал магическое устройство, которого не понимает, чертежи которого предоставил человек из-за пределов нашего мира. Имя Шако вам о чем-нибудь говорит?

— Да, — сказал Джейсон. — Он однажды убил меня.

— Что ж, он только что попытался снова. Я исследовал астральное пространство, когда увидел, как Шако и Чэнь поместили устройство в проем. Как только зона трансформации активировалась, я вошел внутрь, прежде чем она была запечатана.

— Зачем вы это сделали?

— Потому что я понимаю, что поставлено на карту, если эта аномальная зона трансформации не будет благополучно устранена. Предыдущая едва не расколола межмерный барьер, удерживающий этот мир в целости. Он не выдержит еще одного подобного события, поэтому с этим нужно справиться лучше, чем с прошлым.

— Я знаю, — сказал Джейсон.

Кинжал и плащ исчезли, когда он встал и подошел, чтобы опереться на перила мезонина.

— Это действительно произошло из-за того, что я пришел сюда, — сказал он. — Мне следовало держаться от этого подальше.

— Да. Но у вас комплекс героя, мистер Асано. Это делает вас легко предсказуемым. Легко манипулируемым. Но оглянитесь. Миру нужны герои.

— И все же вы играете роль злодея.

— У каждого из нас своя роль.

— Что вы знаете о Шако?

— Я знаю, что он слуга Строителя, не более того. Это я понял по его ауре.

— Строителю больше не позволено вмешиваться в дела этого мира, — сказал Джейсон. — Существует соглашение. Строителю запрещено посылать сюда людей.

— Я слышал об этом, — сказал мистер Север. — Технически, его здесь не было. То, что я видел, было аватаром. Проекцией, очень похожей на те, что использовала ваша подруга Доун.

— Будет ли это считаться нарушением соглашения?

— Не зная деталей, я не могу дать обоснованную оценку. По моему опыту, все зависит от того, что вам сойдет с рук и добились ли вы успеха.

* * * — Велиус, — сказал Шако, приветствуя темнокожего целестина с кудрявыми серебристыми волосами на своем мерном судне. — Рад снова тебя видеть.

— Хотел бы я сказать то же самое, Шако, — ответил Велиус с серьезным выражением лица.

— О, брось, — сказал Шако. — Это из-за соглашения? Возможно, я немного прошелся по краю, но...

— Ты и раньше ходил по краю, Шако. В этот раз ты его переступил.

— Я не действовал. Я не ходил лично. Я даже не посылал аватар с магией. Любой дурак с мечом мог бы его убить.

— Разговоры о формальностях — это, по сути, признание.

— Мое соглашение с представителем Мирового Феникса касалось другого мира, — сказал Шако. — Почему ее здесь нет? Ты представляешь Жнеца.

— Твой хозяин заключил более раннее соглашение. То, стороной которого является и мой хозяин.

— Какое дело Жнецу до Асано? Его интересовало только то, чтобы Мировой Феникс перестал постоянно воскрешать своих пешек.

— Жнеца интересует то, что сделка была заключена, а значит, она должна быть соблюдена. Твой хозяин по своей природе способен пренебрегать соглашениями так, как другие великие астральные сущности не могут, но ему было бы разумно избегать этого так часто и так вызывающе. Он никогда не проявлял должного уважения к пактам, с помощью которых великие астральные сущности регулируют авторитет друг друга. Ты унаследовал эту склонность, и пришло время и тебе, и твоему хозяину заплатить. Одна цена, которая послужит за вас обоих.

— И какая это цена? — спросил Шако с суровым выражением лица.

— Цена — это ты, Шако. Пришло время тебе отправиться со мной.

— Ты хочешь, чтобы я ушел с тобой? Если хочешь видеть меня на своем судне, Велиус, тебе придется затащить меня туда самому.

— Я не буду тебя заставлять, Шако. Если откажешься, я вернусь один.

— Так я и думал.

— Кармен придет за тобой.

— Ты пошлешь Кармен?

— Никто не посылает Кармен, Шако. Она просто появляется, как и в этот раз. Она на борту «Последнего парома».

Шако замер, его бледная кожа стала еще бледнее.

— Жнец больше не намерен потакать тебе и твоему хозяину, Шако.

— Строитель этого не потерпит.

— Если бы он собирался вмешаться, он бы уже это сделал, — сказал Велиус. — Он не пойдет против Расколотого трона; не ради тебя. Он преподносит тебя в качестве цены за свои собственные проступки. Итак, ты пойдешь со мной, или Кармен придется прийти и забрать тебя?

Шако опустил голову.

— Я пойду.

* * * — Что вы предлагаете? — спросил Джейсон, все еще опираясь на перила, пока мистер Север развалился позади него на облачном диване.

— У вас есть средства стабилизировать эту зону трансформации более полно, чем прошлую? — спросил мистер Север.

Джейсон закрыл глаза.

* Отделение пространства с текущей территорией окажет разрушительное воздействие на межмерную мембрану окружающей реальности. Захватите дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта. Текущее снижение серьезности: 69,1%

* Хотите стабилизировать зону трансформации? Д/Н

— Средства — да, — сказал Джейсон. — Силы — нет.

— Я предлагаю добавить мою силу к вашей.

— Вы предлагаете помощь?

— Да, но будет ли этого достаточно?

— Вероятно, нет, — признал Джейсон.

— Тогда, боюсь, наш классический союз героя и злодея придется расширить. Герлинг, некромант. Вампиры, если они на ногах. Нужда заставляет, мистер Асано.

— Они будут активны? — спросил Джейсон. — До вас я находил только трансформированных гражданских. Несостоявшихся упырей, ожидающих обращения.

— В обычной зоне трансформации любой, у кого есть магия и кто оказался внутри, теряет сознание на время ее действия и остается в остальном без изменений. С нами этого не случилось, так что логично предположить, что другие тоже активны.

— Мои способности — большая часть того, как работает это пространство, — сказал Джейсон. — Дверь была ключевым компонентом, заставляющим его работать, хотя и не единственным фактором.

— Тогда, вероятно, мы должны благодарить вас за то, что сохранили рассудок. У меня нет ответов, мистер Асано. Зоны трансформации никогда не были частью моего плана. Я даже не знал, что они возможны.

Джейсон повернулся к мистеру Северу.

— Я не хочу работать с вами. Или с Герлингом, или с вампирами, или с вашим странствующим некромантом. Честно говоря, я хочу перебить вас всех скопом.

— Сделаете это? — легко спросил мистер Север.

— Вы знаете, что я не сделаю. У меня не так много вариантов, верно?

— На данном этапе, мистер Асано, думаю, нам стоит быть благодарными, что у нас есть хотя бы один.

ШАРЫ

ШАРЫ

— Это та часть, где мы выходим и спасаем мир, — сказал Мистер Север.

Он и Джейсон все еще находились в лаунже на мезонине.

— Нет, — ответил Джейсон. — Это та часть, где ты остаешься здесь, пока я не вернусь за тобой.

— У тебя есть дела поважнее?

— Мистер Север, один из нас спас мир от слияния астрального пространства и зоны трансформации, грозивших открыть рану на теле вселенной. Другой несет ответственность за смерти сотен тысяч. Вероятно, миллионов на данный момент. Кто из нас, по-твоему, должен быть главным?

— Серьезно, мистер Асано? Думаете, мой ультиматум заставит Герлинга и вампиров пойти на сотрудничество? Не позволяйте своему желанию перебить нас всех помешать выполнению текущей задачи.

Джейсон закипел, но неохотно кивнул.

— И все же у меня есть дела, прежде чем мы сделаем следующий шаг, — сказал Джейсон.

— Как ты предлагаешь искать остальных? — спросил Мистер Север.

— Мы продолжим расширять территорию, — ответил Джейсон. — В конце концов, они окажутся внутри.

— Я был бы признателен, если бы мне объяснили процесс, прежде чем бросать в гущу событий.

— Сделаю это, когда вернусь. Просто сиди здесь до тех пор.

— Хочешь, чтобы я просто сидел здесь и бил баклуши?

Пол изменился: из него поднялся стол из облачной субстанции, а затем затвердел, превратившись в темный кристалл, инкрустированный мерцающими вкраплениями синего, серебряного и золотого света. Джейсон достал из инвентаря блокнот и ручку и бросил их на стол.

— Это для чего? — спросил Мистер Север. — Для признания в моих гнусных злодеяниях?

— Ты ведь был в той другой вселенной давным-давно, верно?

— Был.

— Как у тебя с памятью?

— Я золотого ранга, мистер Асано. Моя память настолько хороша, что я мог бы раскрывать преступления бок о бок с чопорным детективом, способным раскрыть любое убийство, кроме убийства собственного отца.

— Думаешь, отсылки к поп-культуре заставят меня проникнуться к тебе симпатией?

— Мои исследования о тебе говорят, что стоит попробовать. Как успехи?

— Лучше, чем хотелось бы, — признал Джейсон. — Ты знаешь об Ордене Жнеца?

— Культисты Жнеца. Убийцы. Сбились с пути и стали политически амбициозными. Какой-то внутренний раскол.

— Запиши все, что помнишь. Это может пригодиться, когда я вернусь.

— И с какой стати мне это делать для тебя?

— Жест доброй воли. Или не делай; это твое дело.

Джейсон направился к подъемной платформе, его лицо все еще было полно разочарования, пока она поднимала его на другие уровни. Как только он скрылся из виду Мистера Севера, выражение исчезло, и на его губах заиграла улыбка.

* * * Джек Герлинг, обессиленный, привалился к дереву в джунглях.

— Ты хорошо поработал, Джек, — сказал Беннет, один из спутников Герлинга серебряного ранга. Остальные отправились собирать мертвых аномалий, чтобы Барбо использовал на них ритуалы мародерства. Учитывая их количество, Барбо использовал самые большие ритуальные круги, какие только мог создать, чтобы собирать добычу с груд аномалий.

На территории джунглей, где они сейчас находились, было трудно найти свободное место для проведения ритуала. Им пришлось перетаскивать их все обратно на предыдущую территорию, которую захватил Герлинг — деревянный городок на сваях, стоящий на мелководье. Там была ратуша с достаточным количеством свободного места.

Герлинг быстро восстановился. Благодаря его атрибуту восстановления золотого ранга раны, полученные от рук босса-аномалии, быстро затянулись. Это также быстро вывело яд гигантской змеи и восполнило выносливость Герлинга. Подойдя к гигантской аномалии, он обхватил ее руками, чуть ниже головы, и начал тащить обратно, чтобы тоже пустить на добычу.

Ритуалы мародерства заняли несколько часов, в течение которых Герлинг и его люди оставили Барбо работать. Поскольку аномалии не были монстрами, они не растворялись сами по себе через час или около того после смерти, что давало Барбо время разобраться со всеми ними. Герлинг оставил Беннета и еще одного прихвостня присматривать за Барбо, а сам с остальными вернулся в сердце территории Герлинга. Беннет соберет всю добычу в свое пространственное хранилище, когда Барбо закончит, и последует за ними.

Центральная территория Герлинга изначально была деревней из крошечных коттеджей, а аномалии принимали форму орды крошечных людей. Как только он захватил ее, она осталась маленькой, но превратилась в уменьшенный трущобный район в стиле киберпанк. Неоновые здания и миниатюрные стриптиз-клубы расползлись крысиным гнездом улиц и переулков, по которым люди ходили, словно великаны.

Единственным зданием нормального размера была башня из стекла и стали в центре — ядро домена Герлинга. На вершине башни находился роскошный пентхаус, куда Герлинг отправлялся отдыхать. Остальная часть его команды, не занятая наблюдением за Барбо, жила в меньших, но не менее роскошных апартаментах этажом ниже.

Когда Беннет привел Барбо, он доставил свежую кучу радужных сфер, добытых из аномалий. Они были сложены высокой горой на полу, вместе с неиспользованными сферами, оставшимися с прошлого раза.

— Ну, Джек, — сказал Беннет, хлопая Герлинга по плечу, когда они осматривали груду сфер. — Никто не может отрицать, что у тебя есть яйца.

Герлинг хмыкнул. Он не знал, как они называются, но знал, что это улучшенные версии черных и красных сфер, которые превратили Трана в вампира, а Го — в щупальцевого монстра. Став свидетелем тех событий, было рискованно использовать радужный вариант, но Герлинг оказался прав. Они были ключом к захвату контроля над пространством трансформации.

Он был уверен, что Асано где-то там, в зоне трансформации. Он не знал, что произойдет, когда территории встретятся, но Герлинг был уверен в себе. С каждым расширением территории атакующие аномалии становились сильнее, но Герлингу удалось убить трех боссов-монстров. Из каждого он получил магическую сферу, которая позволила ему раскрыть свои силы. Он знал, что Асано придется столкнуться с теми же трудностями, в одиночку и на серебряном ранге.

Герлинг использовал две сферы, открывающие силы, и теперь Беннет только что доставил третью. Первая открытая сила была от его эссенции безбрежности, и это был бы не первый выбор Герлинга. Это была сила прыжка, полезная для мобильности и позволяющая накапливать мощь для усиленных атак с прыжка. Она хорошо подходила для начала боя против более крупных и медленных врагов, таких как боссы-аномалии, но было много других сил, которые Герлинг выбрал бы вместо нее. Его целью был Асано, который был настолько неуловим, что такая сила была малополезна.

Вторая сила, которую он открыл, была полезнее. Полученная из мощной эссенции, она позволяла союзникам в пределах его ауры увеличивать свои базовые атрибуты, расходуя ману. Поскольку все их силы были заблокированы, дать им то, на что можно тратить ману, было ценно. На золотом ранге дополнительные особенности силы позволяли затронутым союзникам добавлять эффекты ослабления к своим атакам. Это заставляло их расходовать ману еще быстрее, но у серебряного ранга, не использующего способности эссенции, маны было в избытке.

Это стало настоящим подспорьем при захвате территории, который они только что завершили. Поскольку аура Герлинга покрывала всю его вотчину, это позволяло его людям использовать эффект в любом месте внутри нее. Они могли рассредоточиться и противостоять более слабым аномалиям небольшими группами или даже в одиночку. В основном это были боевые элиты, обученные по отличным программам подготовки США.

Герлинг хотел получить как можно больше открытых сил, когда встретится с Асано. Он однажды недооценил серебряного ранга и был полон решимости не делать этого снова. Он взял последнюю сферу и поглотил ее, чувствуя, как туман, запечатывающий еще одну его способность, рассеивается, словно дымка на солнце. Он издал зловещий смешок, почувствовав, как его сила Бессмертия пробудилась вновь.

Его взгляд вернулся к куче радужных сфер на полу. Пришло время для следующего расширения.

* * * Джейсон сидел на верхнем этаже пагоды. Он еще не смотрел на свою последнюю добычу из аномалии-паука и не запускал трансфигурацию своей последней завершенной территории. Сфера Греха, которая в противном случае открыла бы его силы, должна была подойти для завершения зарядки его предмета «Око рока», поэтому он достал оба и позволил Оку поглотить другую сферу.

* Око рока накопило силу. * Текущая сила: 100% * [Око рока] полностью заряжено. Его можно поглотить.

Предмет: [Око рока] (без ранга, легендарный)

*Содержит потенциал наделить духовные домены силой рока *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

* Требования: Духовный домен, эссенция [Рока]. * Эффект: Поглощение [Ока рока] добавит дополнительные эффекты к вашему духовному домену.

Джейсон посмотрел на описание. Он был уверен, что раньше там говорилось о добавлении одного пассивного эффекта, а не нескольких общих эффектов. Он не мог не задаться вопросом, что изменилось. Было ли что-то особенное в сферах, которыми он его кормил, или в дело вмешалось что-то еще?

Джейсон откинулся на плюшевое облачное кресло и задумался над предметом в своих руках. Неожиданное изменение насторожило его, но, тем не менее, его должно быть безопасно использовать. Его способность идентификации раньше не могла показать ему эффекты мощных предметов, но она никогда не скрывала эффекты полностью. Око рока, несмотря на зловещее название, должно быть безопасным. Единственные вопросы касались конкретных эффектов, которые оно дарует. Был ли какой-то побочный эффект силы, который был почему-то запретительным?

Это был далеко не первый раз, когда описание менялось. Его система была не объективной оценкой окружающего мира, а функцией его собственных способностей; это была сила, которой он обладал, чтобы чувствовать мир вокруг себя, окрашенная его отношением и подсознательными восприятиями. Он часто задавался вопросом, насколько сильно на нее влияют его состояния и настроение. Она всегда оказывалась заслуживающей доверия, но в некотором смысле была ненадежным рассказчиком.

Даже с этими опасениями он снова доверился способности, поглотив Око, будучи уверенным, что оно ему не навредит. Сфера растаяла у него в руке и исчезла. Голову Джейсона мгновенно наполнила жгучая боль, словно кто-то вычерпал его глаза, запрокинул голову и вливал струю лавы в каждую глазницу.

Джейсон пришел в себя, растянувшись в кресле, не зная, как долго он страдал. Он на мгновение свернул окно сообщения, издав стон, и остался лежать там, где был. Одно из тел Тени стояло перед ним.

— Как вы себя чувствуете, мистер Асано?

— Как будто магматический элементаль Фарры пытался вытрахать мои глазницы.

Джейсон открыл глаза.

— Они снова изменились? — спросил он.

— Похоже, это происходит регулярно, мистер Асано. Я знаю, что необычные глаза не такая уж редкость у пользователей эссенции, но регулярность, с которой меняются ваши, достигает той точки, когда я начинаю беспокоиться.

— Мне тоже стоит беспокоиться?

Глаза Джейсона все еще болели, хотя сводящая с ума боль прошла.

— Вспомните, что по-настоящему необратимые изменения происходят не с телом, а с душой. Ваша душа была перекована больше, чем у кого-либо другого, кого я встречал. Вы несете тяжелое бремя, и вам нужно время, чтобы остановиться и отдохнуть. Настоящее время, а не затишье между кризисами.

— Я пытаюсь спасти мир, Тень. Есть еще один мир, который ждет, и я смогу отдохнуть, когда доберусь туда.

— Я знаю, мистер Асано. Но, пожалуйста, помните, что это душа, а не палка для резьбы.

Гордон проявился и наклонился, поместив свой темный пустой капюшон перед лицом Джейсона.

— Гордон?

— Возможно, вам стоит проверить свои глаза, мистер Асано, — сказала Тень.

— Да, ладно. Прошу прощения, Гордон.

Гордон отодвинулся, и поток облачной субстанции поднялся с пола, приняв форму длинного зеркала. Джейсон посмотрел в свои глаза. Теперь они представляли собой туманности в форме глаз, идентичные той, что доминировала в остальном пустом пространстве внутри плаща Гордона.

— О, неплохо, — сказал Джейсон, поворачивая голову из стороны в сторону. — Они гораздо больше похожи на глаза. Меньше «зловещей долины». Что думаешь, Гордон? Палец вверх?

Один из вращающихся глазных шаров Гордона загорелся синим, что было его сигналом «да».

— Ладно, — сказал Джейсон. — Косметические изменения — это победа, хоть и немного скупо. Хотя я думал, что идея была в том, чтобы мой духовный домен получил новые вещи.

— Ваши духовные домены — это продолжение вас самих, — сказала Тень.

— Справедливо.

Джейсон снова открыл ранее проигнорированное окно сообщения.

* Вы включили [Око рока] в свое духовное хранилище. Это добавило дополнительные эффекты к вашим духовным доменам. * Враждебные индивиды, которые входят, покидают и снова входят в ваш духовный домен, немедленно получают все предыдущие негативные эффекты, наложенные духовным доменом. Повторный выход из домена по-прежнему будет снимать все эффекты. * Вы можете удаленно просматривать любое место в пределах вашего духовного домена. Это видение нельзя сорвать или избежать никаким эффектом. На вашем текущем ранге эта способность не может быть использована через пространственные барьеры. * Вы можете усиливать эффекты вашего духовного домена на любого индивида, которого видите внутри него, либо лично, либо посредством удаленного просмотра.

— Было бы неплохо иметь это до того, как те придурки золотого ранга начали копаться в моем другом месте.

Джейсон закрыл глаза и направил свое зрение, скользя по своему домену. Он инстинктивно понял, как это делается, и не нашел это дезориентирующим. Достигнув своей последней территории, еще не полностью захваченной, он вспомнил о текущей задаче. Он вернул свое зрение в собственное тело.

— Еще одна приятная штука, и мы вернемся к работе, — сказал Джейсон, доставая другой предмет, добытый из босса-аномалии. Это была еще одна сфера, состоящая из знакомого темного кристалла с вкраплениями золотого, серебряного и синего света.

Предмет: [Сосуд гегемона] (без ранга, легендарный)

*Кузница божественной колесницы *(расходуемый предмет, камень пробуждения).

* Требования: Трансцендентный ранг или транспортное средство/конструкция типа «рост», неразрывно связанная с сущностью, обладающей духовным доменом. * Эффект: Превращает внутреннюю часть транспортного средства или конструкции в продолжение духовного домена связанной сущности.

— Хм, — сказал Джейсон, глядя на сферу в своей руке. — Кузница божественной колесницы? Это же шар. Видела когда-нибудь такой предмет, Тень?

— Нет, — ответила Тень. — Впрочем, для силы мародерства не редкость производить что-то, специально адаптированное под мародера.

— Это был бонусный предмет за победу над кем-то выше меня по рангу, так что, полагаю, это имеет смысл. Хотя не уверен, насколько он полезен. К тому же, мне не нравится термин «мародер». Звучит так, будто я разбил витрину и украл телевизор.

Джейсон снял миниатюрную облачную флягу со своего ожерелья, и она увеличилась до нормального размера. Это была круглодонная колба с цилиндрическим горлышком, наполненная вихрящейся белой и синей энергией. Джейсон поместил сферу «Сосуд гегемона» на нее, как негабаритную пробку, и сфера немедленно растворилась, всосавшись в колбу. Энергия внутри колбы изменилась, приняв форму туманного глаза, которую она теперь разделяла с Гордоном и Джейсоном.

— Это было довольно просто. Нам придется подождать, пока мы не вернемся туда, где я оставил облачную лодку, прежде чем мы сможем увидеть, как все прошло.

Джейсон коснулся флягой цепочки на шее, и она снова уменьшилась, прикрепившись обратно. Затем он закрыл глаза, которые начали чувствовать себя лучше, и распространил свои чувства по своему домену.

* Запустить трансфигурацию новой территории Д/Н?

— Да.

КТО ИЗ НАС ЗЛОДЕЙ

КТО ИЗ НАС ЗЛОДЕЙ

Последняя территория Джейсона завершила трансмутацию.

* Ваш домен духа захватил территорию. * Территория переименована в [Геотермальный мегаполис].

* Аномалии, нападающие в результате дальнейшего расширения домена духа, будут обладать повышенной силой.

* Вы захватили достаточно территории, чтобы стабилизировать зону трансформации и отделить её от конвергентного астрального пространства.

* Отделение пространства с текущей территорией окажет разрушительное воздействие на пространственную мембрану окружающей реальности. Захватите дополнительную территорию, чтобы уменьшить тяжесть этого эффекта.

* Желаете стабилизировать зону трансформации? Д/Н

— Нет.

Джейсон спустился на подъемной платформе с верхнего этажа пагоды, по пути захватив Мистера Севера.

— Твои глаза снова изменились, — сказал Мистер Север, пока они шли через атриум к парадным дверям. — Что ты с ними делаешь?

Джейсон перевел свои новые глаза на Мистера Севера.

— Хочешь, покажу?

— Ты всегда так разговариваешь, словно герой боевика девяностых, сразу после того, как получаешь новую силу, мистер Асано?

Джейсон моргнул, озадаченный.

— Пожалуй, да, — осознал он. — Видимо, я все еще чуни. Грег был бы доволен.

— Грег?

— Мой друг. Его убил тот самый парень, с которым ты хочешь, чтобы я отложил разногласия и начал сотрудничать.

— Тебе нужно это сделать, мистер Асано. Тебе не обязательно это любить.

Они вышли наружу, к подъездной дорожке, огибавшей фонтан. Группа целестинов стояла снаружи, глядя на вершину пагоды. Джейсон и Мистер Север проследили за их взглядами и заметили гигантский туманный глаз, парящий в воздухе над пагодой.

— Мистер Асано, — сказал Мистер Север. — Мне казалось, мы прояснили, кто из нас злодей.

— Прояснили.

— У одного из нас на вершине башни в самом сердце его владений находится гигантский глаз.

— Это не Око Саурона, — сказал Джейсон.

— Выглядит как Око Саурона.

— Ну, это не оно.

— Я не знаком с Оком Саурона, — раздался голос Тени из тени Джейсона.

— Разве я не говорил тебе прочитать Властелина колец? — спросил Джейсон.

— Я дошел до Тимоти, а потом вместо этого снова перечитал Остаток дня.

— Справедливо, — сказал Мистер Север.

— А мне нравится Тимоти, — сказал Джейсон. — По-моему, это мило, как сильно он привязан к своей жене. Тень, что у тебя за страсть к литературе о дворецких?

— С чего бы мне читать об эльфах и волшебниках? — спросила Тень. — Ты хоть представляешь, сколько эльфов и волшебников я встречал за тысячелетия? Дворецкое дело — это благородная профессия, требующая долга, достоинства, профессионализма и хладнокровия, в то время как эльфы и волшебники могут вести себя и ведут себя как угодно постыдно. Я видел, как вы чесались в неположенных местах на публике, мистер Асано.

— Ты когда-нибудь перестанешь это вспоминать? Это был один раз, и никто не видел.

— Это было в опере, мистер Асано. Место для культуры и приличий.

— Это была моя личная ложа.

— Это не оправдание, чтобы чесать его.

— Не в этом... Ты ведь знаешь, что «дворецкое дело» — это не настоящий жанр? — сказал Джейсон.

— Учитывая многие «настоящие» жанры, — ответила Тень, — это вряд ли можно назвать обвинением. Я не несу ответственности за литературные провалы вашей планеты, мистер Асано.

— Вы двое всегда такие? — спросил Мистер Север.

— Просто поехали, — сказал Джейсон. — Тень, пару сверхлегких трайков, будь любезен.

— Конечно, мистер Асано. Я выполню этот долг с достоинством, профессионализмом и хладнокровием.

— То, что ты звучишь как дворецкий, не делает тебя дворецким. У них есть специальные школы.

— Это не является абсолютным требованием, — ответила Тень. — К тому же, я прошел онлайн-курс.

— Ты прошел курс дворецких онлайн?

— Это было не идеально, — признала Тень. — Очное присутствие было невозможно. И правильный термин — «дворецкое дело».

— Он прав, — сказал Мистер Север. — Это именно дворецкое дело.

— Ты оплатил этот курс моими деньгами? — спросил Джейсон.

— Грамотное управление расходами — это основная обязанность домашнего персонала, мистер Асано. Когда вы в последний раз проверяли свой банковский счет?

Джейсон провел рукой по лицу.

— Мы можем просто поехать, пожалуйста?

Тьма вырвалась из тени Джейсона и приняла форму двух моторизованных дельтапланов с трехколесными сиденьями, готовых промчаться по длинной подъездной дорожке дворца и взлететь.

— Нельзя просто воспользоваться вертолетом? — спросил Мистер Север.

— Радуйся, что здесь нет коляски, — сказал Джейсон.

* * * Последней территорией Джейсона была сеть подземных пещер, переплетенных среди глубоких каньонов из красного и желтого камня. После трансфигурации это стал футуристический город, расположенный преимущественно под землей, но также обосновавшийся на поверхности, которая оставалась в основном бесплодной и каменистой. Исключением были ранее пустынные каньоны, ставшие пышными ущельями, богатыми растениями, питаемыми протекающими через них реками.

Дно ущелий было заполнено брызгами стремительных рек и влажным от источника геотермальной энергии, питавшего подземный город. Со стен ущелий повсюду выступали здания: дома со стеклянными фасадами, предлагавшие захватывающие виды.

Джейсон и Мистер Север спустились в город на лифте, обнаружив, что общественные пространства подземных секций довольно обширны.

— Это такое же место, как то, что появилось в другой зоне трансформации? — спросил Мистер Север.

— Более или менее, — сказал Джейсон.

— Это примечательно. Хотя довольно жутко, что здесь пусто.

— Да, есть немного.

— Один только этот регион должен быть больше купола, покрывающего область в реальном мире. Как думаешь, все это снова будет собрано в астральное пространство?

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Правила, по которым работает эта зона трансформации, немного отличаются от предыдущей.

— О?

— Возможно, потому что зона смешана с постоянным астральным пространством, а не с протопространством. Может быть, в прошлый раз мне пришлось медленно развивать силу, чтобы по-настоящему запечатлеть себя на территории. В этот раз я вошел уже с ней, что, по-видимому, изменило все с самого начала.

— Как думаешь, это изменило что-то для других? Герлинга, вампиров, некроманта?

— Знаешь, как бывает: делаешь что-то один раз случайно, а потом знаешь все о том, как это работает? — спросил Джейсон.

— Понял, мистер Асано. Что теперь?

— Я хочу освоиться на этой территории, прежде чем расширяться на следующую. С каждой новой захваченной территорией они становятся сильнее. Если они будут слишком сильны, нам придется вести отступательный бой, обескровливая их по мере продвижения. Будет важно знать, куда отступать.

— Не будет ли проблем, если аномалии придут сюда?

— Это постепенно уменьшит размер недавно захваченного пространства, но захватывать меньше за раз лучше, чем потерять все. Завершенные территории, как эта, не будут под угрозой, если мы не позволим аномалиям атаковать пагоду в центре. Если мы дойдем до этого, нам, вероятно, конец.

— В смысле, миру придет конец вместе с нами.

— Да, — сказал Джейсон.

— Как именно мы расширяем территорию?

— Рассказывать тебе об этом кажется не самой лучшей идеей в мире.

— Я просто любопытствовал, мистер Асано, а не претендовал. Я не буду настаивать.

* * * Джейсон и Мистер Север стояли на краю города, на поверхности. Это также был внешний предел текущего домена духа Джейсона. Он был отмечен знакомым мраком, скрывающим то, что лежало за ним, но вблизи они могли различить хотя бы часть этого. Казалось, это был еще один город, судя по геометрическим формам, вырисовывавшимся в темноте.

— Я люблю разведывать территории, прежде чем расширяться на них, — сказал Джейсон. — Понять, с чем имею дело. Вероятно, это не поможет, но я все равно это делаю.

— Когда осторожность и безрассудство являются одинаково доступными вариантами, осторожность — более мудрый выбор, — сказал Мистер Север.

— Это должно было звучать глубокомысленно? — спросил Джейсон. — Звучит так, будто это должно было быть глубокомысленно, хотя это совершенно очевидная позиция.

— Не обязательно хамить.

— Я имею в виду, будь осторожен, если это ничего тебе не стоит? У меня нет проблем с тем, что ты это говоришь, но не делай вид, будто это какой-то мудрый совет. Так ты держишь свою организацию в узде? Говоришь банальные вещи, имитируя Моргана Фримена?

— Ты понимаешь, что большинству людей ты не нравишься, верно? — спросил Мистер Север.

— Да, но, по крайней мере, те, кому нравлюсь, — приличные люди. Любой, кто повесил бы твой плакат, вероятно, находится в списке наблюдения.

— Моих плакатов нет.

— Это вряд ли моя вина. Я не твой публицист.

— Моя организация была твоей, некоторое время.

— Кстати, спасибо за это. Дало мне немного авторитета, чтобы использовать его против твоих паршивых супергероев.

Они направились в мрак и обнаружили, что это еще один город, но совсем не похожий на подземный мегаполис позади них. Этот выглядел как обложка фэнтезийной книги, с парящими зданиями и извилистыми, невероятно узкими шпилями, уходящими в небо. Джейсон представил, что без мрака он был бы очень красивым.

— Это город эльфов или что-то в этом роде? — размышлял Джейсон, бродя по улице, вымощенной гладкими, как от машинной обработки, плитами.

— Гораздо хуже, — сказал Мистер Север. — Город Посланников.

— Посланников? — переспросил Джейсон. — Как ангелов?

Генриетта Геллер, сестра друга Джейсона Хамфри, была специалистом по призыву. Одним из ее призывов было ангельское существо с мощными целительными способностями. Система Джейсона идентифицировала его как Посланника.

— Они выглядят как ангелы, — сказал Мистер Север. — Это раса, обладающая слишком большим количеством врожденной магии, чтобы поглощать эссенции. Слишком много магии. У них также есть необычная черта, которую ты узнаешь.

— О?

— У них нет бинарных тел и душ. Они — гештальт-сущности физического и духовного, как и ты. Настоящие, во всяком случае. Аномалии здесь, скорее всего, несовершенные копии, за что нам обоим стоит быть благодарными. Настоящие Посланники — одни из самых могущественных пользователей, не использующих эссенции, во всей космосе, насколько я понимаю.

— Сильны для своего ранга?

— Да, и даже самые слабые из их взрослых — серебряного ранга. Надеюсь, то, с чем мы здесь столкнемся, не будет в полную силу. Или, по крайней мере, это будут бездумные атакующие. Враги, которые одновременно умны и сильны, были бы проблемой.

— Что-то еще мне нужно знать?

— То, что они похожи на тебя во многих отношениях. Они империалистичны и тираничны.

— В чем я империалистичен?

— Ты собираешься передать захваченную территорию правительству Словакии?

— Ладно. Но я не тиран.

— Мистер Асано, скажи мне, что у тебя нет привычки делать заявления, а затем использовать свою силу и влияние, чтобы принуждать к их исполнению.

Джейсон нахмурился, но не ответил.

— Каких сил нам ожидать? — спросил он вместо этого.

— Полет, очевидно. Повреждение их крыльев может затруднить эту способность, но не свести ее на нет полностью. Это по большей части магическая сила, несмотря на внешний вид.

— Ангелы никогда не были особенно аэродинамичными.

— Помимо этого, ожидай стандартных атак на основе света и исцеления. У разных разновидностей есть другие силы, часто связанные с их крыльями. Стрельба острыми как бритва перьями, использование их в качестве оружия или щитов, что-то в этом роде. Некоторые знают специализированный ритуал, который использует их врожденные силы в качестве основы. Это добавляет универсальности и мощи их способностям, но имеет обычные недостатки боевых ритуалов.

— Я знаком с этим, — сказал Джейсон.

— Ты знаешь боевого ритуалиста?

— Я переспал с его женой.

— Я знаком с твоей историей, мистер Асано. Это определенно ложь.

Джейсон собирался ответить, когда мрак вокруг них начал рассеиваться, открывая яркие цвета города. Оба мужчины начали оглядываться, настороженные и любопытные.

— Это ты? — спросил Мистер Север.

— Нет.

— Тогда что это?

— Если бы я знал, я бы...

* Эта территория была захвачена как часть зарождающегося домена духа.

* Ваш домен духа граничит с этой территорией. Вы можете оспорить эту территорию, расширив свой собственный домен духа на нее до того, как она будет полностью захвачена.

— Что ж, — сказал Джейсон. — Полагаю, у нас есть ответ на вопрос, изменились ли правила для других.

* * * — Аномалии несут в себе сосуды, содержащие энергию трансформации, — объяснил Джейсон, пока он и Мистер Север спешили по мощеной плиткой улице обратно к территории Джейсона. — Эта энергия нестабильна, если ты...

Он умолк, когда они приблизились к границе домена Джейсона, в настоящее время представлявшей собой мерцающую завесу сине-черной энергии. Ангельское существо материализовалось из завесы, паря в воздухе, с расправленными позади крыльями. Нити, которые Джейсон едва мог разглядеть, вырвались из земли под ним, поднимая пыль, когда они пронзили плиты. Они обернулись вокруг существа и с силой вбили его в землю.

Аномалия-Посланник начала светиться белым светом, но части нитей, обернутых вокруг нее, в свою очередь засветились, загораясь рунами синего, красного и желтого цветов, вытянутыми нитями. Белый свет потускнел, и Джейсон протянул руку, ладонь которой была влажной от крови. Пиявки хлынули наружу, чтобы поглотить Посланника.

— Насколько я могу судить, — сказал Мистер Север, — у нее сила обычного Посланника золотого ранга.

— Насколько именно сильного? Кажется, у тебя нет проблем с его подавлением.

Оно билось под грудой пиявок, хотя не кричало и не издавало никаких других звуков.

— Это уровень монстра низкого золотого ранга, — сказал Мистер Север. — Их интеллект и способность работать в координации — самые большие угрозы.

Джейсон наложил еще заклинаний, чтобы ускорить смерть беспомощного существа, но даже его усиливающиеся афликты заняли гораздо больше времени, чем ему хотелось бы, чтобы закончить дело. Только экспоненциальный характер урона сделал это возможным, и он снова вспомнил свои первые дни приключений, когда убийство могущественного существа казалось рубкой дерева ложкой. После того, как Посланник умер, Джейсон выкачал из него энергию и обыскал существо, и они прошли сквозь темную завесу в домен Джейсона.

— Захват территории, — сказал Джейсон, возобновляя объяснение, — требует стабилизированной версии тех сосудов энергии, о которых я говорил.

— Тех, что от аномалий.

— Да. Если просто выкопать их, они нестабильны и делают очень плохие вещи, если попытаться их использовать.

— Превращают тебя в гигантского щупальцевого монстра?

— Это возможный исход, но не единственный.

— Ты хотя бы предупредил того человека, прежде чем позволить ему уйти с этими штуками в руках?

— Предупредил.

— Тогда это его вина.

— Пожалуйста, не соглашайся с моими решениями, — сказал Джейсон. — Мне от этого некомфортно.

Джейсон объяснил, что Ядра нужно лутать, чтобы стабилизировать, предположив, что кто-то другой догадался об этом и начал их использовать. Именно поэтому он передумал объяснять процесс Мистеру Северу вообще.

— Я не думал, что это возможно для кого-то еще, — сказал Джейсон. — Это должно работать только при сочетании эффектов, которые есть у меня. Магическая дверь и некоторые другие мои силы.

— У тебя есть гипотеза? — спросил Мистер Север.

— Лучшее предположение? Способность, которую я развил в прошлой зоне трансформации, каким-то образом повлияла на эту. Именно поэтому я могу использовать весь свой набор сил, когда в прошлый раз они были запечатаны. Вопрос в том, верно ли это для кого-то еще, кто там находится. Я знаю, что ты не пользователь эссенций, но затронуты ли твои силы?

Мистер Север помедлил с ответом.

— Да, — неохотно признал он. — Мои врожденные силы рунного паука остались нетронутыми, но дополнительные силы, которые я развил за годы с тех пор, как был фамильяром, мне недоступны.

— Значит, у Герлинга, вероятно, не будет его сил. Не уверен, какие силы у некроманта.

— Он пользователь эссенций, — сказал Мистер Север. — Мы смогли завербовать его, будучи более этически гибкими, чем Сеть.

— Значит, то же самое и для него. У вампиров, вероятно, есть их полные силы, хотя окружающая магия здесь золотого ранга. Если это солнце над нами считается настоящим солнечным светом, они будут отчаянно избегать дня, что нам на руку.

— Ты знаешь, кто захватил ту территорию? — спросил Мистер Север.

— Кто-то со способностью лутать.

— Работает ли ритуальная магия, если твои силы запечатаны? — спросил Мистер Север.

— Не припомню, чтобы я это проверял, — сказал Джейсон.

— Если работает, то это может быть Герлинг, — сказал Мистер Север. — С ним были Барбу и горстка серебряных рангов. Барбу может выполнить ритуал лутания, и, как ты сказал, он, скорее всего, объединился с Герлингом ради выживания.

— Скоро узнаем, — сказал Джейсон.

— Какой план действий мы предпримем? — спросил Мистер Север.

— Я могу оспорить территорию, пока тот, кто бы это ни был, все еще пытается ее захватить, — сказал Джейсон. — Я позволю им сделать большую часть работы сначала.

ЭТА СТРАСТЬ ВОЗНИКЛА НЕ НА ПУСТОМ МЕСТЕ

ЭТА СТРАСТЬ ВОЗНИКЛА НЕ НА ПУСТОМ МЕСТЕ

Джейсон и Мистер Север находились в здании с кондиционером на краю территории Джейсона, наблюдая за границей, где она соприкасалась с владениями неизвестных лиц. Это было одно из наземных строений города Джейсона, выбранное из-за вида со второго этажа через большое окно. Они отдыхали в удобных креслах.

Граница была обозначена темно-синей энергетической завесой, пока спустя несколько часов она не начала отступать. Пространство между территориями вновь стало заполняться мраком.

— Что происходит? — спросил Мистер Север.

— Тот, кто заявил права на эту территорию, не может ее удержать. Они отступили в пределы своих завершенных владений, и захваченная земля сжимается.

— Что нам делать? — спросил Мистер Север.

— Насколько ты уверен в том, что мы справимся с этими посланниками?

— Мы с тобой — отличная команда, Мистер Асано. Мои способности больше направлены на контроль, чем на грубую силу, в то время как ты — специалист по наложению эффектов. При наличии достаточного времени ты можешь убить даже врагов золотого ранга. Я могу надежно удерживать троих за раз, может быть, четверых. У тебя нет проблем с таким количеством, верно?

— Да, это не проблема.

— Тогда я бы сказал, что мы, вероятно, можем противостоять шестерым одновременно. Семь — это уже серьезный бой, а больше — это выход на опасную территорию.

— Значит, опасность в «аддах».

— «Аддах»?

— В дополнительных монстрах, которые бродят вокруг, пока мы разбираемся с остальными.

— А, тогда да. Боюсь, несмотря на твою значительную мощь, устранение даже беспомощных противников золотого ранга — задача для тебя не самая быстрая. Впечатляет уже то, что ты вообще можешь с этим справиться, но время будет не на нашей стороне.

— Удержание количества противников на уровне шести или меньше должно быть выполнимым, — сказал Джейсон. — Мы будем сохранять мобильность и выбивать изолированные цели. Помни, что они не настоящие посланники; они аномалии и будут вести себя соответствующим образом. Прямо сейчас они будут вторгаться на установленную территорию того, кто пытался заявить на них права.

— Значит, мы играем роль стервятников, — сказал Мистер Север. — Обгладываем кости того, что осталось.

— Да, хотя я не знаю, как это сработает, — сказал Джейсон. — Мне еще не приходилось оспаривать территорию. Хотелось бы, чтобы спасение мира требовало меньше обучения на ходу.

Они покинули здание и направились к мраку.

* Вы находитесь на границе своего духовного домена. Минимальная стоимость расширения: 431 [Стабильное ядро генезиса].

* В соседнюю территорию расширился зарождающийся духовный домен. Расширение в эту территорию также приведет к тому, что она станет спорной.

* Заявление прав на спорную территорию требует уничтожения всех обычных аномалий, великой аномалии, которая проявится после уничтожения всех обычных, и победы над другим претендентом. Победа может быть достигнута путем капитуляции или смерти.

* Расширить ваш домен? Д/Н?

— Да.

* * * Из кровавой мантии Джейсона вырвались полоски кожи, обвиваясь вокруг крыльев посланника со спины. Он натянул полоски, сдавливая крылья и рывком взмывая в воздух. Джейсон тяжело приземлился обеими ногами на спину ангельской аномалии, используя инерцию, чтобы вонзить в нее призванный меч, который держал обратным хватом обеими руками. Несмотря на приложенную силу, лезвие едва вошло в плоть аномалии золотого ранга.

* Особая атака [Укус пиявки] наложила [Кровотечение], [Токсин пиявки] и [Оскверненные меридианы]. * Цель уже страдает от [Кровотечение]. [Кровотечение] обновлено.

* Оружие [Покаяние, Клинок Жертвы] наложило [Цена Кровью].

* Оружие [Покаяние, Клинок Жертвы] обновило все эффекты ран на цели. Все эффекты ран на цели требуют дополнительного исцеления для снятия.

Посланник дернул крыльями, легко разорвав кожаные полоски, которые давали Джейсону рычаг, чтобы давить ногами на спину. Его падение к земле немедленно прекратилось, а тело вспыхнуло ослепительным светом. Все вокруг стало белым.

* Вы были поражены [Ослепляющий свет].

Джейсон немедленно использовал свой плащ как тень для телепортации, появившись из одного из тел Тени, которые были разбросаны по полю боя — амфитеатру храма под открытым небом. Тень играл роль приманки и служил платформой для прыжков по теням для Джейсона. Однако световые атаки золотого ранга посланников были крайне эффективны против теневого фамильяра. Это значительно проредило количество доступных тел Тени.

Гордон превратился в туманную туманность и бросился к Джейсону, превращая плавающие вокруг него сферы в щиты и используя их, чтобы укрыть Джейсона. Джейсон вслепую протянул руку к Гордону, и прикосновение бесплотного фамильяра вызвало покалывание в пальцах.

* Вы передали все экземпляры [Благословение Стража] на [Аватар Рока].

На них обрушились лучи света; Джейсон был защищен щитами Гордона, а Гордон — барьерами от амулета Джейсона. Джейсон передал их, так как лучи света были опасны для Гордона, который использовал все свои щиты-сферы для защиты Джейсона и остался беззащитным. У Гордона не было запасных тел, как у Тени, поэтому Джейсон передал ему защиту своего амулета.

Ни многослойные щиты Гордона, ни защитное благословение амулета не продержались долго, лучи света пробили их в короткие сроки. Этого времени как раз хватило, чтобы эффект ослепления прошел, и Джейсон поглотил Гордона обратно, прежде чем фамильяр получил больше ударов, при этом Джейсон сам получил пару попаданий, снова придя в движение.

* * * — Прости, что один из них вырвался, — сказал Мистер Север, когда они с Джейсоном растянулись на ступенях амфитеатра. — Сдерживать четверых одновременно сложнее, чем я надеялся.

— Их было восемь, — сказал Джейсон. — Это в любом случае был бы тяжелый бой.

— Я коснулся всех тел, Мистер Асано, — сказал Тень.

— Спасибо, Тень.

Тень мог служить сосудом, через который Джейсон использовал свои небоевые способности. Чаще всего это означало обмен плащом или прыжки по теням без прямой видимости, но это также позволяло Тени помечать павших врагов для сбора добычи. Однако у Джейсона было другое применение для тел аномалий.

Большинство тел Тени были выведены из строя в бою. Потребовалось бы значительное количество маны, чтобы заменить их все, но его заклинание «Кровавая жатва» могло извлекать ману из мертвых. Даже так, к тому времени, как он вытянул остаточную жизненную силу из тел, Тени все еще не хватало семи тел до максимума.

— Пора идти, — сказал Джейсон, активируя свою способность сбора добычи, и аномалии растворились в радужном дыме.

* * * Джейсон достал телефон и проверил время. Фарра модифицировала его так, чтобы он продолжал работать внутри его пространственного хранилища, предотвращая переход в состояние стазиса.

— Девятнадцать часов, — сказал он.

— Девятнадцать часов? — переспросил Мистер Север. Они отдыхали после очередного боя с аномалиями-посланниками.

— С тех пор как мы начали разведку этой территории, а другая сторона заявила на нее права, — сказал Джейсон. — Чуть больше девятнадцати часов.

Мистер Север посмотрел на небо.

— Все это время яркое солнце.

— Дни и ночи здесь не подчиняются обычным правилам, — сказал Джейсон. — Если территории не связаны, ты переходишь из одной в другую и попадаешь из дня в ночь. Думаю, на этой территории ночи может не быть вовсе.

— Если человек, пытавшийся заявить права на эту территорию, был не Герлинг, а вампир, — рассуждал Мистер Север, — это объяснило бы, почему они не смогли сделать многого против посланников. Их световые способности были бы губительны для вампиров даже без постоянного солнечного света золотого ранга.

— Это объяснило бы, почему они отступили на свою территорию и оставили так много посланников для нас. Если вампир создает территорию, держу пари, там царит сплошная ночь.

— Можно так формировать территорию, на которую заявляешь права?

— Это происходит подсознательно, но когда ты преобразуешь полностью захваченную территорию, я подозреваю, что она определенным образом отражается на тебе. Не могу представить вампира с духовным доменом, полным солнечного света. Даже с зарождающимся духовным доменом.

— Зарождающимся?

— Думаю, мое влияние на это пространство позволяет другим пройти через тот же процесс, через который прошел я, постепенно развивая способность создавать духовный домен. Я уже завершил этот путь, но не уверен, что они смогут.

— Почему нет? — спросил Мистер Север.

— Потому что я уже заявил права на слишком большую территорию. Им нужно было бы отобрать ее у меня, чтобы заявить права на достаточное количество для завершения способности, но я думаю, что моя территория служит якорем, делая то, что они делают, возможным. Я могу ошибаться, но думаю, что без моего домена, определяющего правила для этого пространства, они больше не смогли бы заявлять права на новые территории. Вся зона трансформации могла бы даже рухнуть.

— А вместе с ней и Земля, — сказал Мистер Север, проследив логическую цепочку. — Они думают, что делают то же, что и ты, но это обречено на провал.

— Я могу ошибаться. Но не думаю. У этого места есть свое ощущение, словно находишься в пространстве узлов.

— Для манипуляции которым требуется магическая дверь Строителя.

— Теперь это моя дверь, и она — часть того, как я манипулирую этим пространством.

— Это логично, — сказал Мистер Север. — Зоны трансформации — это трещины в работе первоначального Строителя. Швы расходятся по мере того, как мембрана измерений этого мира истончается и трескается. То, что инструмент, созданный им, способен исправить повреждения, кажется разумным предположением.

Оба мужчины повернули головы, почувствовав, как от края спорного пространства исходит новая аура.

— Великая аномалия, — сказал Джейсон. — Другие аномалии, появившиеся здесь, должно быть, были убиты в полностью захваченном пространстве.

* Все обычные аномалии искоренены. Если другой претендент на спорное пространство не находится внутри него в момент уничтожения великой аномалии, это будет засчитано как отказ от территории.

— О, отлично, — сказал Джейсон. — Другой парень должен прийти к нам.

— У них нет твоей способности информировать их о ситуации, — сказал Мистер Север. — Они вообще поймут?

— Ты же знаешь, как работает магия. Позволяешь инстинктам вести тебя. К сожалению, они догадаются.

* * * Великая аномалия выглядела почти так же, как другие посланники: крылатый андрогинный гуманоид, облаченный в свободные льняные одежды. Она была крупнее их обычного двухметрового роста; Джейсон оценил примерно в два с половиной. Самым ярким отличием был дополнительный набор крыльев золотого цвета, помимо обычных белых.

Джейсон и Мистер Север оставались в укрытии, максимально подавляя свои ауры. Чтобы помочь в этом, Мистер Север начертил ритуальный круг из паутины, который сдерживал не только выдающие ауры, но и звуки, запахи и магию. Они решили переждать другого претендента на территорию, вместо того чтобы пытаться завалить босса до их прибытия. Если бы они были в разгаре жестокого боя, когда прибудет другая сторона, им пришлось бы сражаться на два фронта, будучи наполовину истощенными или хуже.

— Что нам делать, если у другого человека возникнет та же идея? — спросил Мистер Север. — Если бы я был вампиром, желающим подкрасться и воспользоваться преимуществом, я бы завис прямо за пределами спорного пространства, ожидая удара. Желательно через приспешника. Либо это, либо сдаться из-за солнечного света и перейти к следующей возможности.

— Возможно, но я так не думаю, — сказал Джейсон. — Чего ты не чувствуешь, так это связи с территорией, на которую заявил права. Ты устанавливаешь связь со своей душой; отказ от нее — как отрезание пальца.

— Вампиры могли бы пожертвовать пальцем, чтобы не выходить на солнце, когда магия настолько сильна. Особенно когда есть босс-монстр и где-то спрятаны неизвестные враги.

— Думаю, увидим, — сказал Джейсон.

* * * Претендентом на территорию оказался некромант, как определил Мистер Север.

— Почему вампиры золотого ранга позволили пользователю эссенции серебряного ранга быть тем, кто выкует духовный домен? — сказал Джейсон. — Территориальность у них в крови.

— Мое предположение — потребность в том, кто мог бы выдержать солнце.

Некромант не стал пробираться в спорную зону тайком, а прибыл в окружении орды гулей. Сотни, если не тысячи гулей появились в спорном пространстве. Ни Джейсон, ни Мистер Север не думали, что гули бронзового ранга позволят серебряному рангу победить летающую сущность золотого ранга, но они быстро убедились в обратном.

Вместо того чтобы использовать гулей как боевую силу, некромант использовал их как источник энергии, вытягивая ее из них для подпитки невероятно мощных магических атак. С его первой атакой около дюжины гулей пали, их магия была полностью выпита, когда из них вышла болезненно-зеленая энергия, собралась над некромантом и была брошена в аномалию. Даже когда эти гули падали, через границу территории хлынули новые.

Посланник ответил тем же, перед ним появились сложные магические диаграммы, усиливающие его магические залпы. Удивительно, но некромант серебряного ранга держался, черпая все больше и больше энергии из гулей для создания мощных магических взрывов или зеленого магического щита для защиты.

Лицо Джейсона исказилось в оскале, когда появлялось все больше гулей, число которых приближалось к двум тысячам, образуя море нежити.

— Успокойся, — посоветовал Мистер Север. — Ты сейчас ничего не можешь сделать для этих людей.

— Сколько? — спросил Джейсон. — Сколько людей погибло ради этого больного куска…?

— Мистер Асано, в этот момент нам нужно сосредоточиться на его силе. Очевидно, гули — ограниченный ресурс, но пока они у него есть, он обладает значительной боевой мощью.

— Это просто сила, — сказал Джейсон.

— Или, возможно, он использует ее просто. Ты когда-нибудь сражался с некромантом, Мистер Асано?

— Нет.

— Предлагаю избегать этого, если возможно. Они относятся к тем пользователям эссенции, которые меньше всего беспокоятся о противостоянии специалисту по наложению эффектов. Наряду с мощными сопротивлениями, у них часто есть способности, позволяющие перекладывать все наложенные на них эффекты на своих неживых приспешников. Вероятно, даже если бы ты поймал его в засаде, он переложил бы твои эффекты на гуля.

— При условии, что у него есть такая способность и она не запечатана.

— При условии, да. Какими бы ни были условия, никогда не забывай, что некромант настолько силен, насколько многочисленна его нежить. Тебе нужно было бы устранить его гулей, прежде чем переходить к некроманту.

— Я уже убивал тысячи нежити.

— Не тогда, когда человек, ожививший их, находится прямо там. Правильный подход — переговоры.

— А если он попытается нас убить?

— Тогда мы сделаем то, что должны.

— Это не исчерпывающий план.

— Первый шаг — помочь ему в бою. Как бы это ни было неприятно, Мистер Асано, нам понадобится сила, которую он черпает через гулей, для предстоящих боев. Мы должны помочь ему в этом сражении, чтобы этот ресурс можно было сохранить.

— Этот «ресурс» — люди. Люди, которых он согнал, убил и превратил в искаженных марионеток.

— Да. Мы здесь, чтобы спасти мир, Мистер Асано. Тебе нужно смириться с тем фактом, что перед лицом этого нет такой черты, которую мы не могли бы переступить.

* * * Гули расступились, словно Красное море, и некромант направился к Джейсону и Мистеру Северу, которые стояли у тела великой аномалии.

— Мистер Север, — сказал некромант. — Прошло так много времени.

— Прости, если я забыл твое имя за эти годы, — сказал Мистер Север.

— Ты не забываешь вещи, Мистер Север. Ты никогда не знал моего имени. Никогда не заботился. Ты всегда был одержим своими проектами по аугментации людей, не имея времени на мое искусство. Все, как меня сейчас называют, — это «Некромант», и ты можешь делать так же. В этом есть подтверждающая уникальность.

Некромант повернулся к Джейсону.

— И знаменитый Джейсон Асано. У тебя довольно устрашающая аура. Ты ведь действительно хочешь меня убить, не так ли? Правда ли, что ты вернулся с того света?

— Ты — нет.

— Едва ли дипломатично, но ты сдерживаешь порыв. Ты не думаешь, что сможешь победить меня с моими маленькими питомцами здесь.

Лицо Джейсона было скрыто под капюшоном, но его аура буквально дрожала от ярости.

— Мы здесь, потому что нам нужна твоя помощь, — сказал Мистер Север.

— Моя помощь?

— Это место должно быть консолидировано в один домен, — сказал Мистер Север. — Никто из нас не достаточно силен в одиночку, что и является тем, что по-настоящему сдерживает Мистера Асано. Осторожность — не его конек.

— Так вы здесь, чтобы сдать свою территорию мне? — спросил некромант.

— Это так не работает, — сказал Мистер Север.

— Что вы вообще здесь делаете? — спросил некромант. — Почему ты бегаешь с ним?

— Я был втянут в это по другим делам, хотя это оказалось к лучшему. Если мы все не будем работать вместе, мы не только все умрем, но и мир уйдет вместе с нами. Какие бы средства ты ни разработал, чтобы сохранить себя после смерти, вряд ли они переживут это.

— И я должен верить тебе на слово?

— Либо это, либо бой, — сказал Мистер Север.

— Даже если предположить, что ты говоришь правду, почему не я могу быть тем, кто заявит права на этот домен?

— Потому что домен Асано — единственное, что делает это возможным, — сказал Мистер Север. — Его домен исчезнет, исчезнет и твой. Кажется, что ты получаешь силу для себя, но это эхо его силы.

— Что заставляет тебя быть таким уверенным? — спросил некромант.

— Потому что я тот, кто принес силу, которую он использует, в этот мир.

— Тогда он может просто передать ее мне. Лишь бы она у кого-то была.

— Если бы все было так просто. Асано не просто взял силу, а поглотил ее. Это был большой сюрприз, поверь мне. Она теперь часть его, и она не выйдет.

На лице некроманта появилась искаженная ухмылка.

— Я взял много частей у людей, которые не должны были выходить.

— Возможно, ты смог бы, при наличии достаточных ресурсов и десятилетий теории астральной магии, — сказал Мистер Север. — Однако у нас нет на это времени.

— Что я получу за свое участие тогда? — спросил некромант.

— Амнистию, — сказал Мистер Север.

— ЧЕРТА С ДВА ОН ЕЕ ПОЛУЧИТ! — взревел Джейсон. — Ты ожидаешь, что я просто позволю этому парню уйти после того, что он натворил?

— Тогда я вряд ли заинтересован в том, чтобы согласиться, — сказал некромант. — Мне лучше предположить, что ты лжешь, Север, и забрать всю силу себе.

— Мы не можем позволить тебе уйти, — сказал Мистер Север, взглянув на Джейсона. — Боюсь, для Мистера Асано это слишком. Твое исследование, несомненно, пролило некоторый свет на медицинскую магию, однако. Возможно, даже на медицинскую науку. Мы предлагаем тебе сделку в стиле нацистских ученых. Тебя тихо оставят в покое, чтобы ты проводил свои исследования, даже профинансируют.

— Ты ожидаешь, что я соглашусь на это? — спросил Джейсон.

— Да. Мне жаль, Мистер Асано, но так должно быть. Он нам нужен, поэтому мы должны идти на компромиссы.

Глаза Джейсона блеснули в темном капюшоне, но он не ответил.

— Джейсон, — сказал Мистер Север. — Мы должны услышать, как ты это скажешь.

Джейсон повернулся к некроманту, долго глядя на него. Тот был одет в длинное, экстравагантное фиолетовое пальто, из-за которого он выглядел скорее так, будто косплеит некроманта, а не является им на самом деле. У него были обычные ухоженные и юные черты лица, характерные для серебряного ранга, без каких-либо признаков странных изменений, которые он мог бы внести в свое тело с помощью темных искусств.

— Ладно, — наконец выплюнул Джейсон.

— Я сказал, что мы должны услышать, как ты это скажешь, — сказал Мистер Север.

Наступила долгая тишина.

— Мистер Асано, по крайней мере, ты можешь выбрать, в какой филиал Сети он в итоге попадет. Ты хочешь, чтобы он достался американцам или китайцам?

— Я хочу, чтобы он достался могиле.

— Это не вариант. Помни о ставках.

Из капюшона Джейсона донеслось низкое рычание.

— Амнистия, — горько сказал он. — Сделка в стиле нацистских ученых. Даю слово.

Джейсон выплюнул последние слова, словно они были ядом, и Мистер Север с облегчением вздохнул. Затем он повернулся обратно к некроманту.

— Я знаю, это не идеально, — сказал он. — Но это единственный шанс на будущее, который у тебя есть. Мы живем долго.

* * * Когда некромант наконец согласился, он сдал не только спорное пространство, но и весь свой домен.

* Ваш духовный домен поглотил зарождающийся домен.

* Отделение пространства от текущей территории окажет разрушительное воздействие на мембрану измерений окружающей реальности. Заявите права на дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта. Текущее снижение серьезности: 83.9%

* Вернитесь на основную территорию, чтобы инициировать трансфигурацию новых территорий.

По предложению Мистера Севера они отдохнули в подземном городе Джейсона. Север убедился, что Джейсон и некромант полностью разделены, прежде чем проверить Джейсона. Он нашел его в большом здании, наполненном промышленным оборудованием, работающим с неизвестной целью. Джейсон наблюдал за механизмами, и гнев, который он демонстрировал некроманту, исчез без следа.

— Переборщил? — спросил Джейсон.

— Немного наигранно, но страсть ты изображаешь весьма достоверно. Это хорошо сработает на некроманта в огромном фиолетовом пальто.

Джейсон не улыбнулся.

— Эта страсть возникла не на пустом месте.

ВЫСКОЧКА-МАГ

ВЫСКОЧКА-МАГ

— Некроманта было на удивление легко склонить на свою сторону, — сказал Джейсон. — Скорее всего, те силы, что мы видели — это предел его раскрытых способностей.

— Возможно, — отозвался Мистер Север. — А может, он стремился не столько присоединиться к нашей стороне, сколько покинуть ту, на которой был. Нужен весьма необычный вампир золотого ранга, чтобы отбросить инстинкт доминирования и поладить с другими, а это не лучшая среда для лишенного сил пользователя эссенций серебряного ранга. Ты чувствовал его ауру; Некромант гораздо более отчаян, чем хочет казаться.

Джейсон кивнул. Они все еще отдыхали в футуристическом подземном городе Джейсона после тяжелого пути через ангельский домен посланников. Этот домен представлял собой кольцо вокруг пространства, ранее принадлежавшего Некроманту, а теперь уступленного Джейсону. Его вечный дневной свет был клеткой, запирающей вампиров внутри.

Изначальное астральное пространство идеально подходило для вампиров; тусклый, лишенный солнца свет был безвреден. Теперь все изменилось, и высокомагический солнечный свет сильно ослаблял их, делая уязвимыми перед аномалиями, не говоря уже о таких, как Джейсон и Мистер Север.

Некромант уже объяснил свой опыт в зоне трансформации, отвечая на вопросы Джейсона и Мистера Севера. Это было отражением опыта Джейсона в первой зоне трансформации. Он очнулся в одиночестве и обнаружил, что его способности запечатаны, прямо перед тем, как на него напали аномалии.

Он смог справиться с ранними, слабыми аномалиями и, как и Джейсон, обладал способностью к мародерству. Люди получали расовую эволюцию дара от каждой эссенции, которую пробуждали, и эссенция смерти Некроманта развила способность к мародерству, позволявшую ему забирать трофеи смерти.

Благодаря этой способности Некромант с годами сумел достичь серебряного ранга, заключая сделки с небольшими филиалами Сети. Всегда находясь в зависимости от Международного комитета и более крупных филиалов в вопросах ресурсов, он не испытывал недостатка в группах, желающих обменять ядра монстров на использование способности к мародерству.

Эта способность привела Некроманта, как и Джейсона до него, к открытию стабильных ядер генезиса. Используя их, Некромант заявил права на свою первую территорию. Расширяясь до второй, он обнаружил гулей и вампиров, запертых в своего рода стазисе. Используя свои знания некромантической ритуальной магии, он смог пробудить гулей, получив контроль над ними в процессе и используя их, чтобы полностью захватить вторую территорию.

Он не собирался пробуждать вампиров, но сила аномалий росла с каждой территорией. На третьей территории сила аномалий была такова, что даже тысячи гулей в конечном итоге были бы уничтожены. Сфера от более крупной аномалии на второй территории пробудила способность вытягивать некромантическую энергию из гулей и использовать ее в качестве оружия. Однако гули были конечным ресурсом, что делало этот метод не более эффективным, чем позволить аномалиям убить их.

Вампиров он нашел в искусно сделанных гробах, глубоко в склепе. Он решил пробудить их, чтобы они помогли ему справиться со все более опасными аномалиями, осознавая при этом опасность, которую представляли сами кровопийцы. Он надеялся, что сможет контролировать их, как гулей, но шел на это, зная, что они, вероятно, слишком сильны для этого. Гули были по своей природе подчинены некромантическим командам, именно так вампиры контролировали их. Вампиры же, напротив, были созданы, чтобы править.

После некоторых внутренних раздумий он решил пробудить всех пятерых вампиров одновременно. Он знал, что даже если пробудит только одного, то все равно не сможет сравниться с ним, и тот, скорее всего, убьет остальных и подчинит его. Пробудив всех пятерых, он добился того, что они стали опасаться друг друга больше, чем его. Его рычагом давления было то, что они нуждались в нем, поэтому никто из них не позволил бы другому полностью контролировать его, что давало ему некоторую свободу действий.

Тот факт, что вампиры не могли естественным образом манипулировать маной, как пользователь эссенций, означал, что они не могли использовать ядра генезиса для захвата территорий. Это давало Некроманту больше рычагов давления, и его роль заключалась в открытии новых доменов. Он заманивал аномалии обратно в основной домен Некроманта, где сила вампиров могла справиться с ними.

Территория Некроманта была землей вечной ночи, точно так же, как территория посланников была землей вечного дня. Это идеально подходило вампирам. Эта методика позволила Некроманту легко захватить третью территорию, но затем они столкнулись с посланниками.

Это было не только царство ясного неба и солнечного света, но и аномалии здесь были гораздо мощнее, чем когда-либо прежде. С каждой территорией они становились сильнее, но здесь это был не просто шаг вперед, а огромный скачок. Только поговорив с Джейсоном, он понял, что домен Джейсона теперь граничит с территорией посланников, и сила аномалий основывалась на этом. С семью захваченными территориями враги были, естественно, намного сильнее.

Джейсон мог трансфигурировать даже уступленную территорию Некроманта, но еще не сделал этого. Он ждал, пока не попытается завербовать вампиров. По крайней мере, он не был уверен, что пребывание в зоне трансфигурации сделает с ними, хотя подозревал, что это будет смертельно.

* * * Джейсон почувствовал, что Некромант бродит по подземному городу, и послал Тень, через которую затем переместился прыжком.

— Не ожидал, что он такой большой, — сказал Некромант. Они находились в общественной зоне, представлявшей собой огромное внутреннее пространство, охватывающее полдюжины уровней, словно гигантский торговый центр. Повсюду были металлические поверхности из серебристой стали, а также гладко отполированный камень. Кавернозное пространство освещалось слегка красноватыми огнями.

— Пора идти, — сказал Джейсон.

— Ты всегда ходишь с накинутым капюшоном? — спросил Некромант, глядя на него.

— Не уверен, что парню в фиолетовом плаще, называющему себя «Некромантом», стоит разбрасываться камнями чуни.

— Что такое камни чуни?

Джейсон покачал головой, откинул капюшон, открывая лицо, и схватил Некроманта за плечо.

* Тодд «Некромант» Хэлверсон. * Пользователь эссенций (человек, серебряный ранг). * Препятствие для развития способности сущности (порча ядра монстра): 94%.

Из тени Джейсона появилась тьма, принявшая форму зловещего черного гольф-кара.

— Садись в гольф-кар, Тодд.

* * * Джейсон, Мистер Север и Тодд-Некромант ехали в машине по пустым улицам города посланников.

— Чего нам ожидать от вампиров? — спросил Джейсон.

— Не уверен, — ответил Тодд. — Твоя аура заменила мою, покрыв мой домен, верно? В сочетании с этим кольцом солнечного света снаружи, они, вероятно, будут взвинчены. Не думаю, что нам стоит иметь дело с кучкой древних, взвинченных вампиров.

— Мы не будем, — сказал Джейсон. — Я буду.

Они нашли армию гулей Тодда стоящей там, где он их оставил. По сравнению с их обычной, едва сдерживаемой прожорливостью, они стояли как в оцепенении. Они находились там, где сражались с более крупной аномалией, рядом с границей между территорией посланников и бывшим доменом Тодда. Карт остановился перед ними.

— Если дело дойдет до драки с вампирами, я не смогу помочь без гулей, — сказал Тодд.

— Мы не будем драться с вампирами, — сказал Джейсон. — Мы просто поговорим. Если удастся склонить их на свою сторону, я выведу их. В противном случае я трансфигурирую все пространство, в котором они находятся, и посмотрю, что с ними будет.

— Я бы не советовал лгать, — сказал Тодд. — Чувствительность вампиров к ауре высока, и они очень могущественны. Они поймут, если ты говоришь неправду.

Разделительная линия между двумя территориями была резкой, несмотря на то, что обе теперь были частью домена Джейсона. Взглянув в небо, они увидели линию, где синее небо внезапно сменялось черной ночью, а солнечный свет обрывался. В царстве тьмы земля была темной, лишенной жизни. Черные, фиолетовые и серые зиккураты и башни прорезали ландшафт, их архитектура была готической и почти органической.

— Похоже на территорию, захваченную фракцией нежити в стратегической игре, — сказал Джейсон.

— Ага, правда? — сказал Тодд. — Так круто.

Джейсон потер переносицу.

— Я так же звучу для других людей? — спросил Джейсон Мистера Севера.

— Более или менее.

— Черт.

Мистер Север подошел к границе, перешагивая туда и обратно, оглядываясь по сторонам.

— Как необычно, — заметил он. — Вы собираетесь отправить своего фамильяра говорить через посредника, Мистер Асано? Это было бы безопаснее.

— Нет нужды, — сказал Джейсон. — Они уже наблюдают за нами. И слушают.

— О? Я их не чувствую.

— Они теперь в моем домене, — сказал Джейсон. — Я знал, где они находятся, с того самого момента, как Тодд сдал свои территории.

Пять фигур появились из-за ближайших зданий. Они настороженно смотрели на залитую солнцем сторону, приближаясь к границе, но их ауры не выдавали никаких эмоций. Один был одет в нечто похожее на исторический костюм, очень похожий на тот, что был на вампире, с которым сражались Фарра и Доун в Австралии. Трое других вампиров-мужчин были в современных, изысканно сшитых костюмах черного цвета. Единственная женщина была в официальном, но современном бальном платье ярко-красного цвета. Каким-то образом оно осталось безупречно чистым.

Один из вампиров в костюме заговорил, когда они подошли к границе, где ночь встречалась с днем.

— Ты переметнулся, Некромант.

— На данный момент, — сказал Джейсон, — есть только одна сторона. Мы все либо живем, либо умираем вместе.

Вампиры перестали принимать Некроманта в расчет. Из-за отсутствия у него силы, без его домена и явного подчинения Джейсону, он исчез из поля зрения вампиров. Теперь их внимание было полностью сосредоточено на Джейсоне.

Вампиры не могли пересечь границу, не ослабев, но того же нельзя было сказать об их аурах. Пять властных аур золотого ранга давили на Джейсона. Его глаза ярко светились, когда он задействовал свою ауру, которая пропитала весь домен. Даже пять аур золотого ранга были отброшены, словно лодки перед цунами, с такой силой, что вампиры буквально пошатнулись.

— Не заблуждайтесь, — сказал Джейсон. — Ваш выбор не «присоединиться или сражаться». Это «присоединиться или умереть».

— Присоединиться к чему? — спросила женщина-вампир. — Кто ты такой?

— Меня зовут Джейсон Асано.

— Выскочка-маг, — сказал один из вампиров в костюме. — Ты стоял за событиями в Великой Моравии.

— Великая Моравия? — переспросил Джейсон.

— Словакия, — сказала женщина-вампир. — Постарайся запомнить новые названия, Василий.

— Андрей сказал, что это Великая Моравия. Русский кретин.

— Я думал, ты русский, — сказал вампир рядом с ним.

— Я поляк.

— Разве это не одно и то же?

— Я УБЬЮ ТЕБЯ, ТЫ СЫН СОБАКИ!

С вспышкой скорости золотого ранга Василий схватил другого вампира за пиджак.

— Василий, — сказала женщина-вампир. Ее тихо произнесенное слово было подхвачено волной ауры, которая остановила Василия на месте.

— Ладно, — сплюнул Василий, отталкивая другого вампира.

— Тебе повезло, Василий, — сказал вампир.

— Легко говорить, когда Элизабет поддерживает мир, — сказал Василий. — Она спасла твои столетия от того, чтобы закончиться сегодня, ты жалкий...

— Довольно, — сказала Элизабет. — И с тебя тоже, Клаус.

— Кого вообще волнует, как называется это место, Элизабет? — спросил Василий, возвращаясь к предыдущей теме. — Названия изменятся, когда мы поделим земли между собой.

— Я бы не советовала рассчитывать на незаслуженную добычу, — сказала Элизабет и повернулась к Джейсону. — Это ты устроил все, чтобы разрушить наши операции здесь?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я действительно пришел сюда, чтобы саботировать ваши операции, но не так. Один из моих врагов решил, что сможет уничтожить нас всех вместе, пока я был здесь, не осознавая, к чему приведут его действия. События здесь угрожают уничтожить весь мир.

— Невозможно уничтожить мир, — сказал один из вампиров. — Ни у кого нет такой силы.

— Это не только возможно, — сказал Джейсон, — но я даже не уверен, что этого можно избежать. Вы когда-нибудь поднимались на высокую точку и смотрели глубоко во тьму за пределами захваченной территории?

— Гигантские фигуры во тьме, — сказала Элизабет.

— Это то, что ждет нас в конце, — сказал Джейсон. — Я не знаю, что это, но именно с этим нам придется иметь дело. В прошлый раз, в Словакии, я едва удержал ситуацию под контролем. Я никогда не заходил так далеко, чтобы найти и противостоять тому, что ждет в конце. В тот раз, поскольку я не закончил работу, мир содрогнулся.

— Увеличение магии по всему миру, — сказала Элизабет.

— Да. Планета не выдержит, если ее снова так тряхнет. Если вы хотите, чтобы остался мир, который можно завоевать, вам нужно добавить свою силу к нашей. Здесь также находится могущественный пользователь эссенций. Даже вместе мы можем оказаться недостаточно сильны, чтобы подчинить его.

Джейсон чувствовал на себе взгляды вампиров. Их ауры больше не атаковали, но они изучали его собственную, выискивая признаки лжи. Они чувствовали силу, с которой он сдерживал свои эмоции — пугающе сильную для его ранга. Они могли почувствовать его разочарование от необходимости просить их о помощи и быть вынужденным просить об этом. Гнев от того, что он вынужден отпустить их в обмен на их помощь, хотя у него никогда не будет лучшего случая, чтобы сразиться с ними. Они почувствовали, как он направил то же самое чувство на Тодда рядом с ним.

— Ты намерен предать нас, Джейсон Асано? — прямо спросила Элизабет.

— Нет, — сказал Джейсон.

Вампир почувствовала разочарование Джейсона от необходимости заключать сделку, которое прорывалось сквозь его лучшие попытки скрыть свои эмоции.

— Я не могу говорить за остальных, — сказала Элизабет, — но я буду участвовать в этом начинании.

СЛИШКОМ МНОГО ИЗ-ЗА ГОРДЫНИ

СЛИШКОМ МНОГО ИЗ-ЗА ГОРДЫНИ

Одинокая вампирша, по-видимому, внушала наибольший страх другим вампирам. После того как она согласилась присоединиться к Джейсону в его завоевании зоны трансформации, четверо мужчин-вампиров посмотрели на нее и отошли в сторону, чтобы посовещаться. Судя по их лицам, разговор был напряженным и недружелюбным. В итоге двое решили примкнуть к Джейсону, а двое оставшихся отказались. Одним из отказавшихся был Василий.

— Что вы, по-вашему, сможете сделать? — спросил Джейсон. — У вас здесь нет никакой власти. Вы во власти сил, превосходящих вас самих.

— Ты думаешь, что ты сильнее меня? — спросил Василий.

— Нет, — ответил Джейсон. — Но я взял под контроль часть местной силы. Достаточно, чтобы земля, на которой вы стоите, принадлежала мне.

— Тогда подойди сюда и покажи свою силу, мальчишка. Или ты боишься шагнуть во тьму?

Джейсон покачал головой.

— Я слишком много раз рисковал из-за гордыни, — грустно сказал он. — В итоге платить за это приходится другим. Я больше не намерен рисковать судьбой мира ради собственных недальновидных целей. Так что, если мне придется работать с человеком, убившим моего брата, я это сделаю. Если цена спасения всех — позволить вам уйти, я сделаю и это. Я пришел сюда, чтобы закрыть вашу операцию, и это сделано. Я могу подождать и убить вас позже.

— Василий, здесь не место для того, чтобы упираться, — сказала Элизабет. — Здесь происходит слишком много того, чего мы не понимаем. Мы веками ждали, чтобы править этим миром. Ты можешь подождать несколько дней, пока этот мальчишка не лишится защиты силы, которой он здесь владеет.

— Ты правда веришь, что мир в опасности? Весь мир. Это такой же бред, как и то, что он шар.

— Погодите, — сказал Джейсон. — Вы что, сторонники теории плоской Земли? О черт, вы же все невероятно старые.

— Что значит «мир — шар»? — спросил другой отказавшийся.

— Конечно, это не шар, — сказал Василий. — Если бы он был шаром, люди бы падали с нижней стороны. То, что кто-то верит в такую чушь, лишь показывает, что бывает, когда крестьяне управляют кораблем без твердой руки на руле.

— Как бы мне ни хотелось углубиться в эту тему, — сказал Джейсон, — а мне очень, очень хочется, есть дела поважнее. Тень, будь добр?

Из тени Джейсона потекла тьма, пересекла границу ночной зоны и превратилась в три кареты, каждая из которых была запряжена черными лошадьми со светящимися белыми гривами и копытами.

— Они защитят вас от солнца, пока мы будем возвращаться в сердце моих владений, — сказал Джейсон. — Любой, кто останется здесь, скорее всего, умрет, причем скоро.

* * * Трое вампиров, решивших присоединиться, — это Элизабет, Клаус и Жорж. Джейсон предоставил каждому по карете, чтобы избежать дальнейших конфликтов и изолировать их друг от друга внутри группы. Кареты и мистические формы лошадей, в которые они были запряжены, состояли из субстанции теней, созданной из тел Тени. Они передвигались по земле с невероятной скоростью, практически не обращая внимания на рельеф. Они были полностью затемнены, чтобы защитить пассажиров от солнца, и Джейсон рассчитал время их прибытия так, чтобы они вернулись в его основное владение в начале ночи.

Селестины снова появились при прибытии Джейсона, но Джейсон велел Тени увести их обратно внутрь, прежде чем выпустить кого-либо из своих новых союзников. Некромант посмотрел вверх, на глаз, парящий над пагодой.

— Знаешь, это выглядит точь-в-точь как...

— Я знаю, на что это похоже, — сказал Джейсон.

Джейсон оставил гостей в лаунже на мезонине и поднялся на верхний этаж. Он занял свое обычное место на балконе и запустил трансфигурацию своих новых территорий: территории посланника и тех, что были сданы некромантом.

* Хотите стабилизировать зону трансформации? Д/Н

— Нет.

Это должно было быть сто процентов. Это была единственная причина, по которой он терпел людей внизу, когда хотел лишь одного — перебить их всех.

— Мистер Асано, — произнесла Тень. — Мистер Север просит подняться и поговорить с вами.

— Хорошо.

Джейсон чувствовал все, что происходило внутри его духовного домена, включая мистера Севера, стоявшего на подъемной платформе, которую он мысленно приказал поднять. Пока он ждал, он закрыл глаза. Его зрение расширилось, и он осмотрел одну из своих новых территорий — землю, находящуюся под вечным затмением.

Макабрические зиккураты и готические башни бывшей территории некроманта теперь стали инопланетными и кристаллическими, светясь жутким внутренним светом. Мертвая земля теперь была покрыта низкими растениями, светящимися люминесцентной листвой. Это было странно, но красиво.

Джейсон решил посмотреть на это место, потому что чувствовал двух вампиров, которые отказались присоединиться. Он ошибался, думая, что вампиры умрут, но по их аурам понял, что они изменились. Как и золотой ранг Тран, вампиры были захвачены нестабильной энергией и превращены в аномалии. Один из них представлял собой громоздкий гротеск из неживой плоти, вдвое больше человека и грубо изуродованный. Это был Василий, хотя на его новом лице не осталось ничего от прежней личности.

Лицо Василия обнажало ту суть, которую скрывала красота вампира: силу и голод, потребность пожирать. Другой вампир был таким же отражением этого, но совсем в ином ключе. Другой вампир превратился в скопление кровавых клещей, каждый размером с обеденный стол. Только по их общей ауре Джейсон мог понять, что они — единое существо и новая форма вампира.

Ауры бывших вампиров изменились, но были узнаваемы. По ощущениям Джейсона, их ауры были более вампирическими, чем у самих вампиров. Это были вампиры, с которых содрали фасад, чья человечность была стерта, оставив лишь чудовищную сторону.

Джейсон не был ошеломлен этой дистилляцией их вампирской жажды. При всей своей чистоте, она меркла по сравнению с фамильяром, живущим внутри Джейсона. По сравнению с апокалиптическим голодом Кровавого ужаса, даже самая чистая вампирская жажда казалась смехотворной.

Почувствовав приближение Тени и мистера Севера, Джейсон открыл глаза, и его восприятие вернулось в пагоду. Он отвернулся от балюстрады, чтобы встретить приближающуюся пару, и мистер Север остановился, окинув Джейсона оценивающим взглядом.

— Вы знаете, что я уже был золотого ранга, когда прибыл в этот мир, мистер Асано. Я видел великих искателей приключений в другом мире.

— И что? — спросил Джейсон.

— Пользователи эссенции этого мира — мусор, как вы знаете. Американцы и китайцы еще куда ни шло, но под руководством Доун и мисс Хурин вы превзошли их за время пребывания здесь. Вернувшись в мой родной мир, вы сможете ходить, не позорясь, но не ожидайте тех преимуществ, что есть у вас здесь. Попробуйте сразиться с кем-то выше вашего ранга, и вы встретитесь со Смертью, даже не поняв, что произошло.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я думал, быть знаменитым героем — это потрясающе, но я был наивен. Снова. Это не чистое дело. Ситуации уродливы, как и решения. Люди видят вещи так, как хотят, даже когда истина совершенно иная и ослепительно очевидна.

Мистер Север улыбнулся.

— Да, это так.

— Я с нетерпением жду возможности снова стать просто парнем, — сказал Джейсон.

— Думаю, возможно, вы все еще немного наивны, мистер Асано. Не думаю, что вы так уж отошли от игры в героя, как любите себе внушать, даже если вам следовало бы.

— Зачем вы пришли, мистер Север?

— Я только что сказал вам, что не стоит ожидать исключительности, но есть одна область, в которой вы исключительны.

— Сила ауры, я знаю.

— Нет. Ну, да, но я не об этом. Сила говорит о том, что вы перенесли, но не о ваших способностях. Я говорю о силе вашей ауры и о поразительной ловкости, с которой вы ее используете.

— Управление аурой.

— Да. Ваша сила ауры могла бы быть тупым инструментом, но вы выковали из нее могучий меч. Кто вас учил?

— Фарра. Я нахватался еще кое-чего от других по пути. Доун, мой друг Крейг.

— Вампир?

— Да.

— Очень умно. Немногим в том мире выпадает шанс поучиться у них, поскольку вампиров там не особо жалуют. И алмазный ранг, более мощный, чем все, что я видел. Ваша манипуляция аурой — это действительно то, чем можно гордиться, мистер Асано. Вампиры золотого ранга — это не шутки. Их инстинктивная хватка в определенных аспектах использования ауры сбила с толку многих пользователей эссенции. Лгать им в лицо, будучи рангом ниже? Картина, которую вы нарисовали им своей аурой, была настоящим искусством.

— Поэтому вы поднялись сюда? Чтобы похвалить меня за то, что я хороший лжец?

— Я советую вам опираться на эту силу в другом мире. Ваши сверстники будут весьма способными, а вы — неплохой универсал, но каждому универсалу нужно что-то, что выделяет его. Если хотите стать по-настоящему великим, используйте это преимущество. Привносите его во все, что делаете.

— У ауры есть свое применение, но она применима не в каждой ситуации.

— Не с таким отношением. Не тратьте такой мощный инструмент впустую.

— Значит, вы пришли сюда не для того, чтобы сделать мне комплимент. Вы пришли сказать, что я отстой.

— Я пришел напомнить вам о бдительности. Не позволяйте вампирам узнать ваши истинные намерения.

Джейсон сделал шаг вперед.

— Что вы знаете о моих истинных намерениях? — спросил он, и его голос стал ледяным.

— Мистер Асано, мне не нужно ничего читать в вас. Я знал, чем это закончится, с того самого момента, как оказался в ловушке в этом месте.

— Мне придется убить вас, мистер Север?

— Нет, мистер Асано. Вы просто хотите этого.

Они долго смотрели друг на друга в молчании.

— Тень, отведи мистера Севера обратно вниз.

Тень снова увела Севера, а Джейсон повернулся обратно к перилам, закрыв глаза. Снова его зрение переместилось в темное царство под затмением и к двум бывшим вампирам. Они больше не двигались вместе и, казалось, бродили по пустой территории, ища способ утолить свой голод. Они двигались примерно в сторону сердца его домена, хотя при их нынешнем темпе им потребовалось бы огромное количество времени, чтобы добраться туда.

— Что думаешь, Тень? — спросил Джейсон.

— Я не вижу того, что видите вы, мистер Асано, но полагаю, вы проверяете вампиров, которые не сочли нужным присоединиться к нам.

— Они больше не вампиры.

— Припоминаю, вы говорили что-то о том, чтобы рисковать из-за гордыни.

— Это не та же самая битва, — сказал Джейсон. — Не думаю, что у них осталось хоть немного интеллекта. Даже если я не смогу победить, я уверен, что смогу сбежать.

— Вы можете победить? — спросила Тень.

— Думаю, да.

— Тогда нам стоит идти.

— Да? Не тот ответ, который я ожидал.

— Осторожность — это не избегание битв, мистер Асано. Это умение выбирать их с умом.

— Ладно, тогда. Пойдем убьем польского экс-вампира.

Джейсон открыл портальную арку и шагнул внутрь.

* * * Гигантских кровавых клещей было восемь, и они двигались быстро. Их плоть была мягкой, но у них были клинки на руках, похожие на лапы богомола, из невероятно твердого хитина. Если бы не рой тел Тени, который рассредоточился, их количество и скорость передвижения быстро одолели бы Джейсона. Одно из тел Тени было направлено к другому бывшему вампиру, мчась по земле в форме лошади со скоростью, которая посрамила бы мотоцикл.

Джейсон пока не стал призывать других своих фамильяров, используя теневой прыжок, чтобы менять позицию, уклоняться и наносить удары. Вокруг него вращались два шара Гордона, превращаясь в щиты и перехватывая атаки. По ним колотили клинки, и их не хватало, чтобы перехватить каждую атаку, но они защищали Джейсона от самых сильных ударов.

Способности Джейсона по высасыванию жизни и регенерации здоровья работали на полную мощность, пока он атаковал и накладывал заклинания, чтобы обрушить свои недуги на все вокруг. Клещи золотого ранга по отдельности были слабее монстра золотого ранга, но как группа они представляли значительную угрозу для Джейсона. Это проявилось, когда клинок разбил один из его щитов-сфер, а немедленное продолжение атаки отсекло ему руку чуть ниже плеча.

Ремни из кровавой кожи выстрелили из мантии Джейсона, схватили оторванную руку и притянули ее обратно на место.

* Фамильяр [Кровавый ужас] поглотил значительное количество биомассы, чтобы прирастить вашу руку. * Фамильяр может восстанавливать биомассу с течением времени, когда он поглощен призывателем, или совершая атаки по высасыванию жизни.

Каждый из фамильяров Джейсона предлагал грозные новые силы на серебряном ранге. У Гордона были его бабочки, а значительно увеличившаяся коллекция тел Тени предлагала невероятную гибкость. Для Колина величайшим скачком стал не сам рой пиявок, а регенерация, которую он предлагал Джейсону. Способность быстро расходовать массу тела для запуска масштабного, почти мгновенного исцеления вывела и без того впечатляющую выживаемость Джейсона на новые высоты. Поскольку воскрешений больше не было, это стало важнее, чем когда-либо.

Начало боя было даже более опасным, чем ожидал Джейсон, но клещи слабели с каждой минутой. Его недуг «трупное окоченение» замедлял как физическую скорость, так и скорость исцеления монстров, даже несмотря на то, что их тела все больше разрушались. Их тела золотого ранга поначалу казались почти невосприимчивыми к его недугам, но экспоненциальное умножение проклятий Джейсона было неумолимым.

Тем временем Джейсон пробовал кое-что новое. В дополнение к своим обычным тактикам уклонения, он более активно использовал ауру для финтов. Хотя это было ново и применялось неумело, несколько раз эта тактика помогла ему уклониться от атаки, которая в противном случае попала бы в цель, или нанести удар, который иначе промахнулся бы.

Первый клещ наконец пал, затем второй и третий. Трансцендентный свет его заклинания «казни» терзал их, но не уничтожал трупы полностью, как это было с большинством врагов. Несмотря на то, что трансцендентный урон игнорировал ранг и защиту, сила серебряного ранга Джейсона могла подпитывать его лишь до определенной степени. В очередной раз он был поражен тем, что казалось неразрушимостью даже слабых врагов золотого ранга. Только когда пал последний клещ, бывший вампир по-настоящему умер. Как и в случае с боссом-аномалией пауком, с которым сражался Джейсон, только убив все части, можно было по-настоящему его уничтожить.

* Вы победили [Аномалию дисфории реальности].

Джейсон не терял времени, немедленно используя «кровавый урожай», чтобы вытянуть остатки жизненной силы из мертвых клещей, увеличивая свою скорость и силу восстановления. Затем он совершил теневой прыжок к Тени, которую отправил за другой вампирской аномалией, находившейся в километрах от него.

Огрский монстр оказался более легким противником, потому что был один и не отличался скоростью для золотого ранга, в то время как Джейсон был усилен до скоростей, близких к золотому рангу. Его кровавые способности были эффективны против него, и Джейсон призвал своих других фамильяров, что дало ему преимущество в численности.

Тем не менее, легких боев против чего-либо золотого ранга не бывает. Джейсон принял пару прямых ударов, которые отправили его в полет, как мяч для крикета, его мышцы были размозжены, а кости сломаны. Ему пришлось отозвать Колина, чтобы поглотить больше его биомассы, прежде чем громоздкий бывший вампир воспользовался моментом и сожрал Джейсона целиком. Когда зверь наконец был на грани смерти, Джейсон снова вызвал Колина, чтобы тот восполнил свои силы, пируя на вампире.

* Вы победили [Аномалию дисфории реальности].

ДОВЕРИЕ ДО КОНЦА

ДОВЕРИЕ ДО КОНЦА

Джейсон был с ног до головы залит красным — как собственной кровью, так и кровью своих врагов. Он на мгновение проигнорировал это, вытащив из инвентаря прозрачный кристаллический шар.

Предмет: [Ядро восстановления генезиса] (трансцендентный ранг, легендарный)

* Магический сосуд, способный восстанавливать энергию незанятых ядер реальности * (расходный материал, магическое ядро).

* Эффект: Может выкачивать энергию из незанятых ядер реальности, а также из существ и объектов, поглотивших эту энергию. При полной зарядке этот предмет трансмутирует в [Ядро регенезиса].

Коснувшись им того, что осталось от вампира после трансцендентного урона и того, как за него взялся очень голодный Колин, Джейсон увидел, как внутрь начала перетекать радужная энергия. Как только процесс остановился, он попытался разграбить существо, которое растворилось в радужном дыме.

* Из этих останков выкачана вся магическая энергия. Их невозможно разграбить.

Только вернувшись к мертвым клещам, он смог выкачать больше энергии и полностью заполнить шар.

Предмет: [Ядро регенезиса] (трансцендентный ранг, легендарный)

* Может служить основой для конструкции реальности * (материал для крафта, магическое ядро).

* Эффект: Может использоваться в качестве основы для создания конструкций, сочетающих физические и астральные компоненты, таких как пространственные сосуды.

У Джейсона было около двадцати пустых ядер восстановления. Он собирался охотиться на вампиров, чтобы зарядить их, надеясь, что они помогут ему стабилизировать пространство узла или исправить последствия зон трансформации. Вместо этого они помогут ему построить мост между мирами, используя существующую связь в качестве основы, как только он ее починит.

Он инстинктивно понимал, как это сделать, благодаря устройству моста, которое было прощальным подарком Доун. Подобно магической двери Строителя и Оку Рока, или даже своим эссенциям, он поглотил этот предмет в свою душу.

Ядра регенезиса были лучше, чем ничего, но он был немного разочарован. Количество шаров, которые ему нужно было заполнить, не стоило времени, затраченного на охоту на достаточное количество вампиров. Он мог бы выслеживать запасы ядер реальности, чтобы ускорить процесс, но последняя зона трансформации наконец преподала Джейсону урок, который он не мог усвоить раз за разом. Пора было перестать отвлекаться. Он должен посвятить себя исключительно восстановлению связи между мирами.

— Похоже, не все получается так, как надо, — сказал он сам себе. Он никогда не бегал вокруг, выкачивая вампиров, чтобы увеличить свою силу, как того хотела Доун. События просто опережали его. Тем не менее, количество и сложность боев в зонах трансформации эффективно подтолкнули его способности вперед.

Убрав шар, Джейсон переместился порталом обратно в пагоду.

* * * Вампиры в мезонинной гостиной Джейсона — Элизабет, Клаус и Жорж — ждали, пока Джейсон был наверху, или, по крайней мере, они так думали. Их чувство ауры не могло пробиться сквозь стены, полы и потолки пагоды, что заставляло их нервничать и быть на взводе.

Это также означало, что они не знали, что Джейсон уходил, вернулся и смывал с себя кровь их бывших вампирских соперников наверху. Тень проводила некроманта и Мистера Севера в отдельные люксы на средних уровнях, оставив вампиров одних.

— Мне это не нравится, — сказал Жорж. — Такое ощущение, что мы отдаем всю власть этому юному магу.

— Мы не отдаем ему власть, — ответила Элизабет. — Если бы у него ее не было, он был бы сейчас обескровленной оболочкой.

— В таком случае, днем он не выйдет, потому что мы ему не нужны, — сказал Клаус. — Без солнечного света, в котором он мог бы спрятаться, мы возьмем его вместе. Какую бы дополнительную силу ни давало ему это место, она не может быть бесконечной. Иначе зачем бы мы ему понадобились?

— Мы тоже нужны ему, — сказала Элизабет. — Он обладает не только властью над этим местом, но и знанием его правил. В конце концов, этот странный мир вполне может рухнуть без него.

— Ты не веришь в этот бред об угрозе всему миру, — сказал Клаус.

— Посмотри на мир, в который мы вернулись, — сказала Элизабет. — Даже те, у кого нет магии, обладают силой, невообразимой в наше время. Они могут выстрелить из оружия с корабля в море, которое способно уничтожить замок. Железные птицы перевозят людей через континенты. Разговаривают с кем-то на другом конце света, как будто тот стоит рядом с ними. А еще магия. Она повсюду, и даже если мы не хотим этого признавать, некоторые из этих новых магов сильнее нас.

— У нас есть численное преимущество, — сказал Клаус.

— Нет, — ответила Элизабет. — В старые времена значение имели только сильнейшие. Сейчас это не так, поэтому мы и работали с некромантом, чтобы создать так много гулей.

Она поднялась на ноги.

— Я собираюсь сгладить углы с Асано, — сказала она.

— Сгладить углы? — переспросил Клаус.

— Ты настолько глуп, что веришь, будто он не слышит каждое наше слово? — спросила Элизабет. — Интриги и заговоры хороши за закрытыми дверями, а здесь их нет. Не для него.

* * * Джейсон медитировал, сидя со скрещенными ногами и паря на уровне роста над балконом верхнего этажа.

* Навык [Гегемония] (Грех) достиг уровня Серебро 3 (100%). * Навык [Гегемония] (Грех перешел на уровень Серебро 4 (00%).

Хотя он не выкачивал вампиров, способности Джейсона продолжали расти. Вызовы зоны трансформации продвинули его навыки, хотя существовала определенная стена. После раннего роста на уровне Серебро 3 все замедлилось. Однако, как только они достигли Серебра 4, то, что было медленным, практически остановилось. По достижении этого уровня развитие каждой силы резко прекратилось, как младенец, брошенный в стену.

Джейсон Асано

Раса: Иномирянин.

Текущий ранг: Серебро

Прогресс до золотого ранга: 30%

Атрибуты

[Мощь] (Кровь): [Серебро 3].

[Спид] (Тьма): [Серебро 3].

[Дух] (Рок): [Серебро 3].

[Восстановление] (Грех): [Серебро 3].

Расовые способности (Иномирянин)

[Групповой интерфейс].

[Непокорный].

[Домен духа].

[Тактическая карта].

[Нирваническая трансфигурация].

[Темный всадник].

**Эссенции (4/4)*

Тьма [Спид] (5/5)

[Полуночные глаза] (особая способность): [Серебро 4] 02%.

[Плащ ночи] (особая способность): [Серебро 4] 01%.

[Путь теней] (особая способность): [Серебро 3] 87%.

[Рука Жнеца] (особая способность): [Серебро 3] 39%.

[Тень Жнеца] (фамильяр): [Серебро 3] 88%.

Кровь [Мощь] (5/5)

[Кровавая жатва] (заклинание): [Серебро 3] 41%.

[Укус пиявки] (особая атака): [Серебро 3] 67%.

[Пир крови] (заклинание): [Серебро 3] 11%.

[Кровавый ужас] (фамильяр): [Серебро 3] 18%.

[Кровоизлияние] (заклинание): [Серебро 3] 13%.

Грех [Восстановление] (5/5)

[Наказание] (особая атака): [Серебро 3] 59%.

[Пир отпущения грехов] (заклинание): [Серебро 3] 08%.

[Пожиратель грехов] (особая способность): [Серебро 3] 03%.

[Гегемония] (аура): [Серебро 4] 00%.

[Бичевание] (заклинание): [Серебро 3] 04%.

Рок [Дух] (5/5)

[Неотвратимый рок] (заклинание): [Серебро 3] 89%.

[Возмездие] (заклинание): [Серебро 3] 54%.

[Клинок Рока] (заклинание): [Серебро 3] 79%.

[Вердикт] (заклинание): [Серебро 3] 12%.

[Аватар Рока] (фамильяр): [Серебро 3] 14%.

Джейсона всегда предупреждали о стене, с которой он столкнется на серебряном ранге. Зона трансформации сильно подтолкнула его и довела до текущей стадии, но, похоже, он достиг своего предела. Без долгих лет рутины значительного прогресса не будет, а это задача для другого мира.

Он открыл глаза, снова сожалея, что оставил Фарру позади. Он сделал это из соображений скрытности, хотя в данный момент это едва ли имело значение. Он раз за разом твердил себе, что это было правильное решение, исходя из имеющейся информации, но у него было предчувствие, что она так не считает.

* * * Фарра смотрела с палубы облачной лодки, ее глаза сканировали купол вдалеке, как и сотни раз каждый день с тех пор, как он появился.

— Я врежу этому идиоту прямо по…

* * * Элизабет двигалась в своем бальном платье так, словно плыла. С ее бледной кожей, алыми губами, тонкими чертами лица и иссиня-черными волосами она была настоящим вампиром. Ее лицу, возможно, не хватало отполированного совершенства пользователя эссенций, но легкая улыбка и томные глаза хранили соблазнительное обещание томной проницательности. Тень проводила ее на балкон, туда, где сидел Джейсон, паря в воздухе. Он распрямил ноги и поставил их на пол.

— Я понимаю, что остальные вампиры скорее соперники, чем компаньоны, — сказал он, — но я хотел бы, чтобы вы помогли им освоиться. У вас явно есть первенство среди них.

— Легче сказать, чем сделать, — ответила Элизабет. — Я — часть того, что заставляет их чувствовать себя не в своей тарелке. Когда их было четверо, у них была уверенность, чтобы устранить меня, если бы они объединились. Когда их осталось двое, уверенность сменяется неуверенностью.

— Просто делайте все, что в ваших силах. Я намерен продолжать отдыхать в течение дня и двигаться, когда снова наступит ночь, из уважения к вашим требованиям.

— Благодарю, — сказала она. — Есть кое-что, что я хотела бы обсудить с вами наедине, поэтому я и пришла к вам.

— Продолжайте.

— Думаю, вы намерены убить нас всех.

— Я догадался об этом, — сказал Джейсон. — Главная подсказка была тогда, когда вы спросили меня, собираюсь ли я убить вас всех. Вы думаете, я лгал, когда сказал «нет».

— Да, но я не могла почувствовать, что вы лжете. Каждый инстинкт говорил мне, что вы говорите правду. Это пугает меня.

— Вы боитесь маленького меня?

— Вы — аспект более серьезной проблемы. В этом новом мире слишком много тайн и слишком много силы. Теперь, когда проекты по расширению основных гулей и усилению крови были ликвидированы, мои ожидания победы вампиров уменьшились. Не говоря уже о том, что я понятия не имею, сколько еще таких, как вы, бегает вокруг.

— Их немного, — сказал Джейсон. — По сути, только я и Том Селлек. Вы хотите сменить сторону.

— Я сильна и обладаю ценной информацией. Я также знаю, что буду не первой, кто присоединится к делу людей. Старые фракции раскололись, и формируются новые. Я верю, что в этом новом мире есть место для меня, если я отпущу идеи о старом.

— Слишком много смирения для одного из старых вампиров.

— Я выросла женщиной в то время и в том месте, где это означало быть совершенно безвластной. Я знаю, как выстоять.

— Значит, вы хотите, чтобы я пощадил вас. Вы уверены, что я могу убить вас.

— Я практик вампирской магии крови. Это вариант ритуальной магии, которую, как я знаю, используют люди, но она опирается на уникальные аспекты вампирской силы. Есть достаточно сходств, чтобы я смогла кое-чему научиться с момента пробуждения. У меня есть некоторое представление о действующих силах и о том, как малы мы перед ними. Я верю, что они способны уничтожить этот мир. Если вы можете контролировать хотя бы малейшую меру этой силы, неразумно противостоять ей.

— Вы ловко поставили меня в неловкое положение, мисс Элизабет. Если я приму ваше предложение, это равносильно признанию в том, что у меня есть планы убить вас. Если я отвергну его, вы решите, что я намерен убить вас, и станете ненадежным союзником.

— Это предположение верно в любом случае, Джейсон Асано. Вы могли бы выбрать путь, который выгоден вам.

— Все так просто? Если вы выберетесь отсюда, вы обещаете присоединиться к команде людей?

— Я могу предложить вам некоторую гарантию. У меня есть форма магии крови. Она позволяет мне поддерживать кровавый кристалл, который притянет мою душу и создаст новое тело для нее, если это будет уничтожено. Конечно, есть цена, но когда смерть — это альтернатива, от чего бы вы не отказались?

— Я могу придумать несколько вещей.

— Я предпочитаю спрятать кристалл в безопасном месте, но сейчас у нас с этим дефицит.

— Значит, вы хотите, чтобы я позволил вам спрятать его где-нибудь?

Она достала из платья красный кристалл размером с палец; Джейсон не был уверен, откуда именно, не заметив никаких карманов. Она протянула его ему, чтобы он взял.

— Поскольку мой единственный выход — доверять вам, — сказала она, — я могу довериться до конца и сделать все возможное, чтобы получить выгоду. Надеюсь, вы не думаете, что другие вампиры присоединились к вам, людям, из морального императива.

— Я был дураком не раз, но не настолько, — сказал Джейсон. — Впрочем, присоединение к человеческой стороне — это не то же самое, что присоединение ко мне. Я не часть человеческих фракций. На самом деле, я вовсе не человек.

— Я задавалась вопросом, — сказала она. — Ваша аура не подходит для человека. Я думала, это может быть связано с вашей магией, но мои инстинкты были верны. Тем не менее, вы пришли сюда от имени людей.

— Ошибка, которую я не повторю.

Джейсон взял кристалл, все еще протянутый в ее руке.

Предмет: [Кристалл кровавого возрождения] (золотой ранг, призванный)

* Камень возрождения вампира, созданный с помощью магии крови * (призванный, инструмент).

* Эффект: Позволяет вампиру возродиться после разрушения тела с сильно уменьшенной силой.

— Это весьма доверительный жест, — сказал Джейсон.

— Не вижу, чтобы у меня была альтернатива.

— Очень хорошо. У вас есть фамилия, Элизабет?

— Была, давным-давно. Я отбросила имя и воспоминания, связанные с ним, задолго до вашего рождения.

— Тогда я оставлю это как есть.

— Благодарю. Если позволите спросить, прежде чем я вернусь на нижний этаж, знаете ли вы, что стало с остальными, кто решил не присоединяться к нам?

— Они пережили трансфигурацию моего домена, но изменились из-за нее. Превратились в бездумные существа голода.

— Значит, они все еще там?

— Нет, — сказал Джейсон, выпуская немного ауры Колина изнутри себя. — Есть вещи более голодные, чем вампиры, Элизабет.

Невозмутимость на ее лице впервые нарушилась, когда ее глаза слегка расширились.

— Должна признаться, Джейсон Асано, мне интересно, нет ли внутри вас чего-то более ужасного, чем все мы.

— Я сам иногда задаюсь этим вопросом. Пора вам…

Он замолчал, почувствовав, как что-то сотрясает его домен, хотя вампир ничего не почувствовала.

* Зарождающийся домен духа расширился в ваш домен духа. Это превратило вашу пограничную территорию в спорную зону.

* Захват спорной территории требует поражения другого владельца домена. Поражение может принять форму капитуляции или смерти. Длительное отсутствие на пограничной территории будет означать капитуляцию.

— Асано?

Он прошагал мимо нее в сторону подъемной платформы.

— Идемте со мной, — приказал он. — Похоже, мистер Герлинг выбрал за нас наш таймлайн.

ВРЕМЯ ВЫБИРАТЬ

ВРЕМЯ ВЫБИРАТЬ

— Здесь всё иначе, — сказал Герлинг. — Я это чувствую.

Герлинг и его команда находились в городе изящных узких шпилей и островов, парящих в воздухе на облачных перинах. Парящие острова соединяли мосты, а с землей их связывали столбы света с подъемными платформами, которые уходили вверх и исчезали в облаках.

Улицы были светлыми и чистыми, с домами из белого мрамора и дорогами, вымощенными темными кристаллическими плитами. Вдоль улиц росли деревья, чьи ветви почти прогибались под тяжестью персиков и слив.

— Прямо рай, — сказал Беннет, главный помощник Герлинга.

— Вплоть до отсутствия аномалий, — заметил Барбу. — Герлинг, ты чувствуешь что-нибудь?

— Это не мой домен, так что мои чувства не охватывают это место, — ответил Герлинг. — Оно принадлежит кому-то другому, пока мы не найдем его и не отберем. И я очень надеюсь, что это Асано.

Они начали обыскивать город, но обнаружили, что он пуст: ни аномалий, ни владельца домена, с которым можно было бы сразиться.

— Он должен быть где-то здесь, — сказал Герлинг. — Если он не оспорит эту территорию, она по умолчанию станет моей.

— О, я совершал ошибки и похуже, чем потеря недвижимости по умолчанию, — раздался голос Джейсона из-за угла.

Они поспешили туда и обнаружили Джейсона, сидящего в чем-то вроде уличного кафе с большим деревом посреди обеденной зоны. Его высокие ветви и густая листва давали тень, укрывая от яркого, чистого неба. Вместо своих зловещих одежд Джейсон был в повседневном костюме светлых тонов, словно наслаждался приятным днем на Ривьере.

Герлинг и дюжина его подчиненных собрались перед кафе, глядя на Джейсона.

— Оно закрыто, — с сожалением сказал Джейсон. — Я бы не отказался от холодного чая.

— Пришло время сдаться, Асано, — сказал Герлинг. — Отдай свой домен, и я позволю тебе жить. Тебе не победить меня, не говоря уже обо всех нас.

— У вас, американцев, самые подготовленные пользователи эссенций в мире, — сказал Джейсон. — Китайцы примерно на одном уровне с вами, но всех остальных вы оставляете далеко позади, даже с учетом новых тренировочных программ, организованных Фаррой. Прошло несколько лет, они подтягиваются, но пока не догнали.

— Не пытайся тянуть время, Асано. Теперь, когда я могу вторгнуться в твой домен, тебе некуда бежать. Негде спрятаться.

— Не мог бы ты не перебивать? Я тут пытаюсь произнести злодейский монолог. Хотя бы подожди, пока я объясню свой коварный план, черт возьми. Ты что, не получал справочник белого американского протагониста?

Герлинг решил больше не слушать болтовню Джейсона и сделал шаг к нему. Немедленно аура Джейсона накрыла Герлинга и его команду волной. Герлинг отбил её собственной аурой, но остальные выглядели так, будто у них начались судороги прямо на ногах.

Герлинг надавил своей аурой, расширяя её до предела. Удержать свою ауру от подавления Джейсоном было несложно из-за разницы в рангах, даже несмотря на мощь Джейсона. Однако его люди вообще не могли использовать свои ауры, и защищать их своей собственной было гораздо труднее.

— Как я и говорил, — произнес Джейсон, словно их ауры не сцепились, как разъяренные быки. — Вы, американцы, обучены довольно хорошо. Единственное, в чем вы проигрываете, — это контроль ауры. Вы, конечно, не безнадежны, и в большинстве случаев ваш уровень компетенции достаточен. Но потом появляется кто-то вроде меня, и внезапно все ваши маленькие друзья становятся обузой. Если только вы не готовы отдать их на растерзание моим атакам на душу, чего вам делать точно не стоит. Можете мне поверить.

— Заткнись, — прорычал Герлинг. С гримасой на лице он сумел усилить свою ауру и освободить своих людей от подавления Джейсона, прервав атаки на души. Все они рухнули на землю, кроме Адриена Барбу, которого атака не затронула. Он стоял в стороне, стараясь выглядеть незаметным.

— Доброго дня, Адриен, — сказал Джейсон, ничуть не смутившись тем, что его атаку пресекли. — Можно называть тебя Адриен? Мы раньше общались только по телефону, так что это наша первая встреча вживую. Можно было бы подумать, что ты избегаешь меня.

Герлинг бросился на Джейсона. Он влетел в паутину, которую не заметил, и застрял в ней. Он вырвался, совершив несколько резких движений; его силы золотого ранга легко хватило для этого.

— Мы действительно здесь только для того, чтобы поговорить, — сказал Мистер Север, появившись из кафе позади Джейсона.

На лице Барбу отразилась смесь облегчения, замешательства и страха.

— Здравствуй, Адриен, — сказал Мистер Север.

— Ты, — сказал Герлинг.

— Ты знаешь, кто я, — сказал Мистер Север, садясь за стол рядом с Джейсоном. — Это избавляет от необходимости представляться.

— Почему ты с ним? — спросил Герлинг, кивнув на Джейсона.

— Я спасаю мир, — ответил Мистер Север. — Я занимаюсь этим гораздо дольше, чем мистер Асано. Он здесь своего рода новичок.

— Некоторые из нас не живут столетиями, — заметил Джейсон.

— Серьезно, мистер Асано? Дискриминация по возрасту?

— ЗАТКНИСЬ! — взревел Герлинг.

— Ладно, — сказал Джейсон, сбрасывая полуулыбку и самоуверенную позу. — Герлинг, нам с тобой пора договориться.

— Прошу, присаживайся, — добавил Мистер Север. — Мы можем поговорить сейчас, а возможность ударить нас у тебя останется и потом.

Рука Герлинга сжалась в кулак, пока Джейсон и Мистер Север ждали ответа, выглядя совершенно невозмутимыми. Герлинг разжал кулак с недовольной гримасой и сел.

— Время выкладывать карты на стол, — сказал Джейсон. — Герлинг, ты расширяешь домен, верно? Ты чувствуешь, как внутри тебя растет мощь. И что, когда он будет завершен, ты сможешь по-настоящему запечатлеть себя в этом месте.

Герлинг кивнул, но промолчал, позволяя Джейсону продолжать.

— Я был на твоем месте, но есть проблема: у меня есть то, чего нет у тебя. Ты знаешь, что я говорил людям, будто спасаю мир, но довольно туманно объяснял, как именно.

— Знаю.

— Был один артефакт. Мощный инструмент, созданный существом, которое… ну, «кто» сейчас не имеет значения. Достаточно сказать, что это существо обладает невообразимой мощью.

— Ты говоришь о боге.

— Достаточно близко для целей нашего разговора, — сказал Джейсон.

— Я принес этот артефакт в этот мир, когда прибыл сюда, — сказал Мистер Север. — Это было еще до появления Сети. Ее создание было частью более масштабного плана, регуляторной мерой по мере роста магии в мире. Цель заключалась в том, чтобы стабилизировать мир, если он наберет слишком много магии и начнет распадаться. Как это, совершенно очевидно, и происходит.

— Я слышал о той штуке, о которой ты говоришь, — сказал Герлинг, глядя на Джейсона. — Ты поглотил её.

— Адриен, — с разочарованным упреком произнес Мистер Север, прежде чем снова повернуться к Герлингу.

— Суть в том, — продолжил Север, — что упомянутый артефакт позволяет Джейсону редактировать реальность в очень специфических и ограниченных рамках. Он использовал его, чтобы отменить определенные изменения, внесенные в этот мир давным-давно. Изменения, которые вызвали рост магии и, если их не остановить, уничтожат Землю.

— Ты пытаешься забрать магию? — спросил Герлинг.

— Нет, — сказал Джейсон. — Зубную пасту уже не запихнуть обратно в тюбик. Но Земля сейчас на пределе и не выдержит дальнейшего увеличения магии. Представь, что наполняешь водяной шарик из крана. Я пытаюсь закрыть кран, пока шарик не лопнул.

— И событие вроде этого, — Герлинг обвел рукой пространство вокруг, — это острый карандаш, тыкающий в шарик.

— Прошлое пространство аномальной трансформации нанесло ущерб, — сказал Джейсон. — Я не идеально справился с его остановкой. В этот раз я должен, иначе шарик лопнет. Это означает полное поглощение всего этого в единый домен. Только так можно сделать его достаточно стабильным, когда мы будем вливать это пространство обратно в мир.

— Тогда отдай свой домен мне, — сказал Герлинг. — Я объединю его.

— Все не так просто, — сказал Мистер Север. — Мы не зря упомянули артефакт. Уникальные способности Джейсона дают ему определенную степень контроля над этим пространством. Его домен был заложен в основы этого, что, как мы полагаем, и является причиной, по которой другие могут создавать подобные пространства.

— И что? — спросил Герлинг. — Он уже существует. Передача его мне не должна иметь значения.

— Дело не только в формировании домена, — сказал Джейсон. — Дело в его реинтеграции. Мощь, которую дает мне дверь, критически важна для того, чтобы этот процесс прошел гладко. Вероятно, она необходима даже для того, чтобы вообще запустить этот процесс.

— Вероятно? — переспросил Герлинг. — Сколько из твоих уверенных утверждений — лишь догадки?

— Больше, чем хотелось бы, — признал Джейсон. — Но это не повод идти на риски, которых можно избежать.

— Риск в том, чтобы поставить тебя во главе всего, — сказал Герлинг. — В расширении домена важна мощь, а у тебя нет сил, чтобы это провернуть. А у меня есть.

— Правда? — спросил Джейсон. — Сколько сил ты разблокировал? Пять? Шесть?

— Три, — вставил Адриен, за что удостоился свирепого взгляда Герлинга.

— Мои были разблокированы с самого начала, — сказал Джейсон. — Все до единой.

— Чушь. В прошлый раз твои силы тоже были заблокированы.

— Смысл этого разговора в том, что сейчас всё не так, как в прошлый раз, — сказал Джейсон. — Если решишь сражаться, узнаешь сам. Мистер Север свяжет тебя паутиной, пока я буду убивать твоих маленьких приспешников и питаться ими, забирая из их трупов силу, необходимую, чтобы убить и тебя. Что я и сделаю.

— Тогда почему мы еще не деремся? Ты упустил эффект неожиданности.

— Ты сам сказал: в расширении домена важна мощь. У нас есть Мистер Север, три древних вампира, некромант из Макассара и армия гулей. Нам не помешала бы твоя сила.

— Настоящая команда героев у тебя подобралась. Почему я должен стать ее частью? Твои вампиры не выйдут на солнце, а если я устраню тебя, я останусь единственной надеждой. Они встанут в строй за мной.

Джейсон закрыл глаза и опустил голову, подавляя первый пришедший на ум ответ. Затем он подавил второй и третий.

— Я уже говорил тебе однажды, Герлинг, что меня просили отбросить мысли о мести, и я вынужден считаться с желаниями этого человека. Давай закончим на этом, ты и я. Мы сделаем это вместе, а потом каждый пойдет своей дорогой. Ты будешь сражаться в войне вампиров и спасать мир от апокалипсиса кровопийц. Я оставлю Землю, чтобы закончить то, что начал здесь, и спасти её от разрушения у тебя под ногами. Мы похороним наше прошлое и разойдемся, как только выберемся отсюда.

— И этот кружок дружбы начинается с того, что я отдаю всё, за что я и мои ребята сражались в этом месте? Всё, что мы заработали.

— Нет, Герлинг. Начинается с того, что я навсегда отбрасываю тот факт, что ты убил моего брата, мою возлюбленную и моего друга.

— Мне не нужно твое прощение.

Джейсон с досадой провел рукой по лицу.

— Ты настолько одержим властью?

— А ты настолько настаиваешь на том, чтобы быть единственным особенным? — парировал Герлинг.

Джейсон встал и зашагал взад-вперед, рассеянно почесывая голову. Герлинг тоже поднялся.

— Тогда, полагаю, победитель получает всё, — сказал Герлинг. — Мы могли бы решить это без вашей болтовни.

Перед лицом Герлинга что-то появилось.

— Какого черта?

— Просто прими это, Герлинг, — сказал Джейсон. — Позволь мне кое-что показать.

* [Джейсон Асано] приглашает вас вступить в группу. Принять Д/Н?

— Что это? — спросил Герлинг.

— Так я вижу мир, — сказал Джейсон. — Я не могу причинить тебе этим вред. Я знаю, ты это чувствуешь.

Герлинг нахмурился, раздираемый противоречиями. Он не доверял Джейсону, но инстинкты действительно подсказывали, что это безопасно. Однако решающим фактором стала возможность выведать некоторые секреты Асано.

Джейсон выложил на стол несколько предметов. Духовную монету, зелье исцеления и пару второстепенных магических перчаток, которые он раздобыл в аномалии. Он объяснил Герлингу, как смотреть на экран своего персонажа и описания способностей.

— Вот откуда я знаю то, что знаю, Герлинг. Это не просто инстинкт.

Джейсон протянул руку для рукопожатия.

* Джейсон Асано. * Пользователь эссенций (пришелец, серебряный ранг). * ??? (гегемон духовного домена).

— Это моя битва, Герлинг. Ты понятия не имеешь, каких врагов я нажил на своем пути.

— Ты же выжил до сих пор, — сказал Герлинг.

— Нет, — ответил Джейсон. — Не выжил.

Не отпуская руки Герлинга, Джейсон сосредоточился.

* Джейсон Асано. * Пользователь эссенций (пришелец, серебряный ранг). * ??? (гегемон духовного домена). * Количество смертей: 4.

Джейсон отпустил руку.

* [Джейсон Асано] распустил группу.

* У вас больше нет доступа к [Групповому интерфейсу].

Герлинг почувствовал странное чувство утраты, когда способность видеть свои способности, разложенные перед ним, исчезла.

— У тебя своя битва, Герлинг. К тому времени, как война вампиров закончится, ты станешь героем для всего мира. Честно говоря, я рад, что меня здесь не будет, чтобы увидеть это.

— И все же ты сейчас работаешь с вампирами.

— Должен остаться мир, за который стоит сражаться, — сказал Джейсон. — Даже они это понимают.

— А что будет с нашим маленьким клубом, когда мы закончим и ты получишь контроль? — спросил Герлинг.

— Я уже заключил сделки, — сказал Джейсон. — Я не в восторге от них, но могу с этим жить.

— Ты ожидаешь, что мы поверим, будто ты просто позволишь нам уйти?

— По-разному, — сказал Джейсон. — Некромант отправится в дыру, где застрянет, занимаясь строго контролируемыми медицинскими исследованиями для Сети. Тот, кто у вампиров ближе всего к лидеру, перейдет на нашу сторону.

— Ты уверен в этом?

— После потери объектов астрального пространства она гораздо менее уверена в шансах своей стороны в войне. Она будет не первой, кто переметнется. Умные знают: чем быстрее они перейдут на нашу сторону, тем лучше для них, когда всё будет сказано и сделано.

Герлинг, в свою очередь, принялся расхаживать взад-вперед, обдумывая всё. Его люди всё еще валялись вокруг, чувствуя себя так, будто их пропустили через мясорубку.

— Если я присоединюсь, — сказал Герлинг. — Если я отдам свой домен, я хочу кое-что взамен.

— Что? — спросил Джейсон.

— Научи меня использовать ауру так, как ты. Нейтрализовать ошейники подавления. Атаковать людей. Почему твоя аура такая сильная?

— Ах, — сказал Мистер Север. — Не думаю, что это путь, по которому вам стоит идти, мистер Герлинг. Сила мистера Асано в этом отношении — результат травмы, которую я не могу объяснить. Буквально не могу. Я не понимаю, через что должен пройти человек, чтобы достичь такой точки, и это, скорее всего, уничтожит вас. Я видел, как подобные повреждения превращали могущественных пользователей эссенций в сломленные развалины. Я не сомневаюсь, что самого мистера Асано доводили до грани, и ему потребовалось немало времени, чтобы восстановиться.

— Но он же восстановился, — сказал Герлинг. — И теперь у него невероятная сила.

— Мне очень помогли, — сказал Джейсон. — Специализированный уход, месяцами.

— Я выдержу.

— Я даже не знаю, как сделать такое с человеком, — сказал Мистер Север. — Мы говорим о том, чтобы выжечь саму вашу душу.

— А я знаю, — сказал Джейсон. — Если хочешь узнать, что для этого нужно, Герлинг, опусти защиту своей ауры, и я дам тебе попробовать.

— Ты думаешь, я просто так откроюсь?

— Я же говорил вам, мистер Герлинг, — сказал Мистер Север. — Травма.

— Которую вы легко могли выдумать.

— Герлинг, сколько у тебя шрамов?

— Ни одного, очевидно. Пользователи эссенций не могут получить…

Герлинг смотрел прямо на лицо Джейсона, умолкнув, когда осознал, что маленькие шрамы на нем не должны были существовать.

— Как? — спросил он.

— Некоторые отметины глубже других, — сказал Джейсон. — Я опущу защиту своей ауры, и ты сможешь увидеть сам. Взгляни на мою душу, Герлинг.

Аура Джейсона, наполнявшая пространство как часть его домена, внезапно уменьшилась. От самого Джейсона она вообще не исходила. Герлинг, опасаясь ловушки, медленно потянулся своей аурой, чтобы изучить Джейсона.

Герлинг был не новичком в изучении чужих душ. Будучи задирой с силой, он часто насильно просматривал души окружающих его людей. Ни одна из них не была похожа на душу Асано.

Душа Джейсона была покрыта шрамами и выбоинами, словно стена крепости, выдержавшая бесчисленные осады и так и не павшая. Он чувствовал внутри мощные силы. Непокорность, решимость. Мощь. Тираническая сила, которую не могли поколебать более великие силы. Было там и что-то еще, что вызывало у Герлинга беспокойство. Слабое, лишь отголосок, не принадлежащий Джейсону, но нечто, что коснулось его и оставило глубокий след. То, что инстинкты Герлинга хотели назвать божественным, но он отказывался им позволить.

Всё в душе Джейсона намекало на историю, которую Герлинг не мог увидеть. Истории выносливости и страданий. О врагах с невозможной силой, которых он не просто бросил вызов, но и одолел. Душа Джейсона рассказывала истории о победе и о цене, заплаченной за неё, снова и снова.

Герлинг отвел свои чувства назад.

— Это моя душа, Герлинг, — тихо сказал Джейсон.

— Ты говорил о травме, — сказал Герлинг. — Если достаточно нескольких порезов на лице, чтобы сломать ошейники подавления, я готов получить такой удар.

Джейсон нахмурился и сбросил легкую куртку. Он расстегнул рубашку и распахнул её, показывая бесчисленные порезы, оставшиеся там, где фрагменты звездного семени были выдавлены из его тела. Широкий, яркий шрам тянулся от правого бедра, огибая левую сторону торса. Это был след от его первой битвы с монстром серебряного ранга, когда он был еще железного ранга. Его отчаянная попытка отвлечь его, пока жители эвакуировались, едва не стоила ему жизни.

— Если хочешь шрамов, Герлинг, я могу их тебе дать. Я могу избороздить твою душу, если ты этого хочешь, но сейчас не время для этого. Сейчас время выбирать. Ты будешь с нами или против нас?

ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК

ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК

— Ну, — сказал Джейсон. — Неловко вышло.

Все, кто собрался в мезонине пагоды, либо пытались убить или похитить кого-то из присутствующих, либо уже преуспели в этом.

— Пожалуй, мне стоит взять инициативу на себя, — предложил Мистер Север. — Хотя я и пытался организовать несколько смертей в этой группе, я никогда не пытался убить кого-либо из присутствующих лично.

— Лишь бы работало, — ответил Джейсон. — Только проследи, чтобы никто не попытался повторить это, пока я занимаюсь трансфигурацией новых территорий.

Лицо Герлинга исказила сдержанная ярость. Хотя в конечном счете он согласился участвовать, он все еще не был до конца доволен своим решением. Однако он промолчал, когда Джейсон встал на подъемную платформу и поднялся вверх по зданию.

— Босс, — сказал Беннет. — Мы серьезно собираемся пойти на поводу у этого парня после того, как вы столько времени готовились на него охотиться?

— Если мы не прогнемся под обстоятельства, Беннет, то сломаемся, — сказал Герлинг. — Мы имеем дело с силами, которые больше всех нас. Больше об этом ни слова.

— Босс?

— Если Асано нас не слышит, то его теневые фамильяры — да, — сказал Герлинг. — Следи за языком в этом месте.

* * * Джейсон завершил трансфигурацию территорий, переданных Герлингом.

* Отделение пространства с текущей территорией окажет деструктивное воздействие на размерную мембрану окружающей реальности. Захватите дополнительную территорию, чтобы уменьшить серьезность этого эффекта. Текущее снижение серьезности: 97,4%

* Хотите стабилизировать зону трансформации? Д/Н

— И стоило это ровным счетом ничего, — пожаловался он, взглянув на процент. — Герлинг, твои домены — дрянь.

— Боюсь, он не может вас отсюда услышать, мистер Асано, — сказала Тень. — Если это сэкономит вам время, я могу сама объяснить ему, что он — никчемное скопление экскрементов, которое космосу было бы лучше стереть со своей подошвы. Метафорически выражаясь.

— Ценю этот порыв, — усмехнулся Джейсон. — Боюсь, на данном этапе это будет непродуктивно. Похоже, снижение серьезности не идеально коррелирует с количеством захваченных доменов. Это как видеоигра, которая мгновенно загружается до девяноста процентов, а потом тратит большую часть времени загрузки на последние десять.

— Похоже, что общее снижение серьезности относительно легко, — сказала Тень, — но бесшовная интеграция этой аномальной области в физическую реальность требует значительно больших усилий.

— И все же, мы близки к концу.

Джейсон вернулся на подъемной платформе к остальным.

— Готово, — сказал он им. — Теперь осталось захватить последние территории. Почти закончено, но чем ближе мы к завершению, тем сложнее оно дается.

— Есть кое-что, о чем я задумался, — сказал Тодд, некромант.

— Что? — спросил Джейсон.

— Трое из нас строили домены по отдельности, — сказал Тодд. — У каждого из нас домены расширялись кольцами, пока не сталкивались друг с другом. Но теперь, когда вы захватили наши территории, это все стало одним набором расширяющихся колец, верно?

— Верно, — сказал Джейсон.

— Разве это не означает, что вся география этого места претерпевает колоссальные изменения? — спросил Тодд. — Даже пространство, которое оно занимает в целом, должно сместиться.

— Именно это и происходит, — сказал Джейсон. — Полагаю, что, за исключением Мистера Севера, никто из вас не имеет представления о теории астральной магии. Насколько мне известно, большая часть этих знаний в вашем мире была привнесена сюда мной, а я делился ими не особо охотно.

— Вы имеете в виду наш мир, — сказала Элизабет.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Если объяснять совсем примитивно, то космос — это как миска супа с пельменями. Физические реальности, то есть вселенные вроде нашей, с материей, энергией и бокс-сетами DVD Рыцарь дорог — это пельмени. Астрал, то есть сырая магия, не имеющая физического состояния, — это суп.

Джейсон широко обвел рукой пространство вокруг них.

— Это место — то, что получается, когда в пельмень попадает слишком много супа. Он разваливается. Если отбросить аналогию, магия астрального плана делает физический план нестабильным, и он разрушается. Правила физической реальности, какими мы их понимаем, вылетают в трубу. Мы здесь занимаемся ничем иным, как попыткой перестроить законы физики, избивая монстров и надеясь на лучшее. Это сработает примерно с такой же вероятностью, как звучит, и я не могу даже выразить, сколько всего должно было совпасть, чтобы дать нам шанс на успех.

Он взглянул на Герлинга.

— Добавлять больше риска в этот процесс — это как пытаться починить Шалтая-Болтая, снова столкнув его со стены.

— Шалтая-Болтая? — переспросила Элизабет.

— Точно, — сказал Джейсон. — Ты спала столетиями.

— Это английский детский стишок, — сказал Жорж, француз среди вампиров. — Шалтай-Болтай сидел на стене; Шалтай-Болтай свалился во сне. Восемьдесят человек и еще восемьдесят не смогли собрать его обратно. Это значит, что что-то безвозвратно сломано.

— Именно, — сказал Джейсон. — Грубо говоря, весь последний год я пытался предотвратить то, что происходит здесь, в глобальном масштабе. Не думаю, что это было бы в точности то же самое, но превращение всей планеты в аномальную зону трансформации не так уж далеко от того, что могло бы случиться.

— Как вы можете это предотвратить? — спросила Элизабет.

Джейсон повернулся к Мистеру Северу. — Не хотите объяснить?

— Давным-давно, — сказал Мистер Север, — вероятно, в ваше время, мисс Элизабет, кто-то был отправлен в наш мир из другого, чтобы запустить события последних нескольких лет. Я прибыл в этот мир как его спутник.

— Спутник? — переспросил Герлинг.

— Его фамильяр, — сказал Мистер Север. — Я не человек.

— В наше время мало кто из нас человек, — сказал Джейсон. — Вампиры считаются?

— Нет, — твердо сказала Элизабет. — Люди — стадные животные.

Герлинг не сводил глаз с Мистера Севера.

— Значит, вы ответственны за то, что поставили мир под угрозу, — обвинил Герлинг.

— Я участвовал, да, — признал Мистер Север. — Когда я говорю, что запустил текущие события, я имею в виду весьма основательно. Мой бывший связанный пользователь эссенций сейчас известен Сети как основатель — человек, который создал саму Сеть. Вся ваша организация была создана как предохранительный клапан. Мера безопасности для регулирования скорости, с которой магия вливалась в этот мир.

Мистер Север опустил голову.

— Шли столетия, — продолжил он, — и я полюбил этот мир. Он может быть уродливым и жестоким, и я стал таким же в своих попытках защитить его, но он также может быть прекрасным. Нет никакой магии, разделяющей слабых и сильных. Человечество должно двигаться как единое целое, чтобы продвигаться вперед.

— На деле все вышло не совсем так, — сказал Джейсон.

— Нет? — возразил Мистер Север. — Алмазный ранг — это ядерная бомба, которая может ходить где угодно и делать что хочет. Ни один человек в этом мире не обладает такой силой, как в том. Деньги и влияние значат многое, но здесь никто не бессмертен. Нет никаких тысячелетних королей. Пока я не пришел сюда и не вмешался в этот порядок, в этом мире не было и следа магии.

Оживленная жестикуляция Мистера Севера внезапно прекратилась.

— Вот почему я выступил против своего пользователя эссенций, — тихо сказал он. — Предал его предшественникам Сети мистера Герлинга. Это то семя, из которого берет начало преимущество Сети Соединенных Штатов. Я выдал его, чтобы остановить его и получить ресурсы для начала своей работы.

— Что за работа? — спросил Герлинг. — Создание супергероев?

— Отчасти да. Я знаю, как это выглядит, когда эссенции являются источником силы. Я стремился демократизировать магию. Создать путь к магии, который я мог бы дать каждому желающему, а не только тем, кто копит и раздает эссенции по своему усмотрению. Это дало бы человечеству больше магии, чем я хотел, но жребий был уже брошен, и я знал, что грядет. То, что стало проектом по аугментации людей, создавалось веками и до сих пор не доведено до совершенства. Я пошел на сокращения, о которых, в конечном счете, жалею.

— Вы использовали Ядра Строителя, чтобы каким-то образом остановить их силу, сводящую их с ума, — сказал Джейсон.

— Модифицированные заводные ядра, да. Мой народ обнаружил то, что называют заводным королем, по большей части разрушенным. Он был здесь задолго до моего прибытия, по неизвестным мне причинам, но я использовал его. А мистер Асано, в свою очередь, использовал это, чтобы легко их убивать.

— Вот как вы убили тех людей в Венесуэле, — сказал Герлинг Джейсону. — Вы знаете их слабость.

— И он может использовать это благодаря артефакту, который мой пользователь эссенций принес из другого мира. Это был инструмент, который он принес, чтобы запустить изменения в магии мира. Он также должен был стать самым важным инструментом для исправления ситуации, если что-то пойдет не так. Что и произошло, но его уже не было.

— Вы не могли его использовать?

— Я не мог, иначе бы сделал это. Основатель был родом из этого мира. Его затянуло в другой, а затем отправило обратно, точно так же, как мистера Асано. Это наделило основателя определенными чертами, а артефакт был защищен так, что использовать его мог только человек с такими чертами. Это было сделано для того, чтобы, если с ним что-то случится, можно было послать кого-то другого, чтобы продолжить его работу.

Мистер Север перевел взгляд на Джейсона.

— И вот, мистер Асано. Я готовился к его прибытию задолго до того, как он родился, но он меня удивил. Я ожидал фанатика, а прибыл наивный дурак с комплексом героя. Я ожидал врага, а получил союзника.

Губы Джейсона недовольно сжались, но он промолчал.

— Склонности мистера Асано многое изменили для меня, — сказал Мистер Север. — К сожалению, я не понимал, кто и что он такое, пока не стало слишком поздно. Я уже запустил события, которые изменили мир.

— Вы отключили сеть, — сказал Джейсон. — Инициировали волны монстров и пустили магию этого мира вразнос.

— Опасности, с которыми сталкивается этот мир сейчас, — это только начало, — сказал Мистер Север. — К сожалению, я запустил именно те события, которых пытался избежать. Мистер Асано восстановит мир, но единственный способ сделать это — привести к тому, что я пытался остановить. Моих действий, направленных на установление графика событий, возможно, можно было избежать. Сейчас уже слишком поздно, и все, что мы можем сделать, — это пережить один шторм за другим.

— Что вы описываете? — спросила Элизабет. — Вы очень расплывчаты в отношении природы этой угрозы.

— Да, — сказал Мистер Север. — И буду оставаться таким впредь.

— Это заботы другого дня, — сказал Джейсон, — но я надеюсь, теперь вы понимаете, почему я готов заключать сделки, хотя предпочел бы видеть вас всех мертвыми. Мистеру Северу есть за что отвечать больше, чем любому из вас, но люди в этой комнате представляют собой одни из самых мощных сил на Земле. Вы все нам понадобитесь — как в будущем, так и прямо сейчас.

Джейсон подошел к перилам мезонина и посмотрел на атриум.

— Думаю, перед тем как мы закончим, будет еще одна или две территории, — сказал он. — Прогресс идет медленно, так что может быть и три; я не могу быть уверен. С дополнительными территориями, которые я захватил, сила аномалий будет больше, чем мы видели в прошлом. Ожидайте, что они будут обладать силой монстров четвертой категории. Только работая в команде, мы сможем их победить.

Джейсон повернулся к Адриену Барбу, стоявшему позади с приспешниками Герлинга.

— Барбу, нет смысла брать вас. Вы умрете, причем быстро. Что касается ваших людей, Герлинг, я оставлю это решение за вами.

Герлинг повернулся к своей группе, восьми серебряным рангам.

— Я могу усилить ваши способности, — сказал им Герлинг. — Дать вам силу, чтобы внести свой вклад. Но не заблуждайтесь: если вы присоединитесь, шансы на смерть высоки. Это верно для всех нас, не говоря уже о вас. Я никого не буду заставлять и не стану думать о вас хуже, если вы останетесь. Но вы слышали, каковы ставки. Есть вещи, за которые умереть — хуже, чем за спасение мира.

Люди Герлинга переглянулись. Один из них выглядел нерешительно, когда заговорил.

— Простите, босс. Я не… я не хочу умирать.

— Все в порядке, — сказал Герлинг. — Когда я просил вас всех присоединиться ко мне, этого никогда не было в сделке.

* * * В итоге половина из восьми человек Герлинга приняла участие. Остальные четверо остались с Барбу в пагоде, а Джейсон повел остальных наружу, где Тень приняла форму реактивного самолета, зависшего над подъездной дорожкой, с платформой, спускающейся на тросах, чтобы люди могли подняться на борт.

Пока самолет летел к новому краю домена Джейсона, Джейсон сидел один в кабине, хотя пилотировала Тень.

— Мистер Асано, можно спросить, к чему были все эти объяснения? — спросила Тень. — Едва ли это стоило усилий.

— В этом-то и смысл, — сказал Джейсон. — Если бы я намеревался убить их всех, зачем утруждаться?

Глава 44: Полная противоположность фантастике

Глава 44: Полная противоположность фантастике

Небо было безрадостным, серым и безсолнечным, отражая архитектуру города. Территория представляла собой еще один город, но являлась полной противоположностью чему-то фантастическому. Однообразные бетонные здания были выстроены в простые, жесткие линии, словно квинтэссенция дизайна советского блока.

Подобно тому, как территория была пресной версией человеческого города, аномалии были пресной версией человека. Одинаковые мужчины в одинаковых черных костюмах с кроем в стиле шестидесятых — настоящая армия клонов в черном. Они сражались тем, что выглядело как обычные пистолеты, хотя их сила удара соответствовала золотому рангу. В ближнем бою они использовали стиль боевых искусств, быстрый и эффективный, но роботизированный и предсказуемый.

Навык Джейсона «Кровавая жатва» позволял ему поглощать остаточную жизненную силу убитых врагов, ускоряя как его собственную скорость, так и темпы восстановления здоровья и маны.

Убив и поглотив достаточное количество аномалий, Джейсон почувствовал уверенность, чтобы вступить с ними в прямой бой. Хотя аномалии обладали скоростью и силой золотого ранга, это был нижний предел шкалы, к тому же им не хватало каких-либо экзотических способностей. Джейсон был почти способен сравниться с ними в скорости и имел целый арсенал сил, чтобы противопоставить их своим врагам.

Его плащ перехватывал пули, и хотя многие из них пробивали его защиту серебряного ранга, кровавые мантии поглощали часть удара. Его регенерация и поглощение быстро исцеляли те повреждения, что все же прорывались сквозь защиту. Джейсон давно перерос тот этап, когда даже умеренные травмы могли его отвлечь.

В ближнем бою плащ Джейсона снова становился ключом к его защите. Он скрывал его нестандартные движения, которые становились еще более обманчивыми благодаря финтам. Пока его аура рассказывала одну историю, его тело говорило другую, в то время как истина была совсем иной. Он все еще только начинал эффективно использовать финты аурой, но разум аномалий, похожих на клонов, оказался таким же пресным, как и их внешность. Несмотря на точность и эффективность их рукопашного боя, отсутствие импровизации и воображения делало их атаки предсказуемыми, а защиту — уязвимой для неортодоксального стиля Джейсона.

Джейсон прошел через тысячи врагов в сотнях битв. Его нынешняя сила была продуктом сражений с монстрами, аномалиями и восставшими мертвецами; вампирами, супергероями и даже другими пользователями эссенции. Его боевой стиль, «Путь Жнеца», был слишком всеобъемлющим, чтобы его могли освоить обычные люди.

Мириады техник и вариаций его стиля выходили за рамки боевых искусств. Его практики затрагивали гимнастику, акробатику, паркур, скрытность, лазание и даже ловкость рук. Существовало слишком много техник, чтобы запомнить их без улучшенной памяти магически усиленного атрибута духа. В сутках не хватало часов для практики, необходимой не просто для освоения, но и для поддержания такого уровня мастерства.

Софи и Джейсон практиковали «Путь Жнеца», но совершенно по-разному. Софи пришла к нему через тренировки, взяв подмножество целого и выстроив стиль, идеальный для себя. Продвигаясь через железный и бронзовый ранги, она расширяла свой репертуар, продолжая делать стиль своим собственным, не пытаясь охватить все целиком. Она брала то, что ей было нужно, отбрасывала остальное и становилась от этого только сильнее.

Эмир Бахадир изучал этот стиль больше, чем большинство посторонних для Ордена Жнеца. Он выдвинул гипотезу, что стиль изначально предназначался для изучения через книги навыков. Только тогда, с магически запечатленными навыками, можно было овладеть стилем в полной мере. К такому выводу он пришел после нескольких лет поисков остатков стиля, с десятками субподрядных команд авантюристов, исследовавших руины павшего ордена.

Только благодаря использованию книг навыков Джейсон смог насладиться тем уровнем мастерства, которого достиг. Он посвятил значительное время и труд тому, чтобы сделать стиль своим собственным, а не просто серией запрограммированных реакций, но у него никогда не будет сфокусированного мастерства Софи. Хотя это было важным краеугольным камнем его боевой техники, он никогда не станет для него тем фундаментом, каким был для нее.

Джейсон просто не мог посвятить тренировкам столько времени, сколько Софи, ради выбранного подмножества техник. Он адаптировался к своим обстоятельствам, окружению и врагам, используя заклинания, прямой бой, скрытные атаки и тактику стычек по мере необходимости. Для него техники передвижения и скрытности были так же важны, если не более, чем боевые искусства. Широкоспектральное обучение по книгам навыков отлично ему подходило.

Софи была настолько хороша в своем деле, что противопоставляла свои навыки любому противнику, доверяя себе и своим способностям. Джейсон же оценивал противника и менялся сам, ища наиболее подходящий из доступных ему подходов. Он даже менял тактику против одного и того же врага, когда тот, в свою очередь, адаптировался к нему.

Сражаясь с аномалиями — людьми в черном, Джейсон начал со стычек и ударов «бей-беги», пока враги были быстрее него. Они бродили по городу группами по четыре человека, и он получал несколько ударов по пути, но это было то, что он мог вытерпеть. Он оставлял после каждой стычки целый шлейф недугов, позволяя им делать свою работу, пока двигался дальше.

Самой большой неудачей Джейсона в бою была невозможность использовать бабочек, распространяющих недуги. Аномалии с машинной точностью расстреливали ярко светящихся синих и оранжевых бабочек, прежде чем те успевали выполнить свою работу. Единственным плюсом было то, что бабочки взрывались при уничтожении, вызывая беспорядок в рядах упорядоченных аномалий, чем Джейсон мог воспользоваться.

По мере того как аномалии начинали падать от накопленных недугов, Джейсон поглощал их и становился быстрее. Он сражался более прямолинейно, противопоставляя свои навыки и силы их механическим техникам. Сначала он был избит, иногда вынужден был отступать, но постепенно учился тому, что работает, а что нет. Однообразие врагов означало, что трюк, сработавший на одной аномалии, будет эффективен против всех; казалось, они никогда не учились.

В конечном счете, эти аномалии оказались слабым противником для Джейсона. Если не считать провала с бабочками, его специфические способности были полны ответов на брошенные ими вызовы. Будучи многочисленными, но относительно слабыми, если не считать их устойчивости, аномалии пасовали перед его недугами, которые проедали их физическую стойкость. Как только он догонял их в скорости, их пугающая боевая техника оказывалась «бумажным тигром», а огнестрельное оружие представляло минимальную угрозу.

У остальных были свои подходы: сначала они держались относительно близко друг к другу, а затем рассредоточились. Разделившись, они снижали вероятность того, что аномалии соберутся в большие группы и одолеют их.

Вампиры сражались, используя различные силы, а аномалии, похожие на людей, служили им самовосполняемыми пакетами с кровью. Элизабет была мастером заманивания групп в ловушки, расставленные с помощью кровавых ритуалов, подпитываемых кровью уже убитых аномалий. Клаус питался кровью аномалий, чтобы стать сильнее и быстрее, начиная с базового уровня низкого золотого ранга и достигая опасных уровней по мере того, как он питался снова и снова.

Последний вампир, Жорж, также питался аномалиями, но с другим эффектом. С каждым кормлением он становился все больше похож на них, перенимая их жесткие манеры и чистые, точные движения. Он даже начал выглядеть как они, с их пресными лицами и скованным языком тела.

Он начал использовать их стиль боя, но, в отличие от них, был способен учиться и внедрять инновации. Он быстро дошел до того, что начал уверенно превосходить их в их же игре, даже наколдовав один из их пистолетов.

Тодд, некромант, приказал своей армии гулей двигаться по суше к месту битвы еще до того, как Джейсон расширил территорию. Он быстро потреблял их энергию, но пополнял их численность, оживляя мертвых аномалий. Зомби-версии были лишь серебряного ранга и не обладали своими навыками, но в качестве пушечного мяса и магического топлива они справлялись со своей задачей.

Герлинг передвигался со своими четырьмя помощниками, используя свою нераспечатанную способность эссенции, чтобы сделать их более могущественными. Они не были ровней аномалиям, но Герлинг был. Он выступал в роли наконечника копья, бросаясь в атаку и игнорируя пули, вонзающиеся в его плоть. Удар в живот с разбега сгибал аномалию пополам, за ним следовал громоподобный апперкот, подбрасывавший ее в воздух. Герлинг хватал ее за ногу, пока она летела вверх, и вбивал обратно, колотя снова и снова, словно выбивая пыль из старого ковра.

Люди Герлинга извлекали выгоду из его мощных таранных атак и использовали свое небольшое численное преимущество с максимальной эффективностью. Джейсон даже снабдил их пистолетами, награбленными у аномалий, поскольку те, что были подобраны напрямую, не работали для людей.

Мистер Север предлагал помощь, перемещаясь по полю боя. Он использовал паутину, чтобы расставлять магические рунные ловушки, дополнявшие ловушки Элизабет. Он связывал аномалий паутиной, чтобы помочь Герлингу и его команде, когда те испытывали трудности. Время от времени он даже принимал свою истинную форму паука размером с автомобиль, высасывая кровь из аномалий с энтузиазмом вампиров.

* * * Пока Джейсон не отступал на свои внутренние территории, аномалии, проникавшие извне домена, пробирались по кольцеобразной территории в погоне за ним. Вернувшись к первой зоне аномальной трансформации, Джейсон обнаружил, что если он не отступает на внутренние территории своего домена, аномалии туда не вторгаются.

Последняя территория была огромной, как внешнее кольцо всего домена Джейсона. Битва казалась бесконечной. Пользователи эссенции потребляли духовные монеты, чтобы поддерживать свою энергию, в то время как кровь аномалий золотого ранга была пиром для вампиров, возможно, из-за их человеческой формы. Тем не менее, спустя дюжину часов, когда конца не было видно, группа начала сдавать. Из всех них только Джейсон привык к непрекращающимся боям.

Джейсон зачищал целые прото-пространства в одиночку или с Фаррой. Во время волн монстров он сражался днями напролет в Брокен-Хилле и Макассаре. Зачистка обширных территорий, полных аномалий, была ему теперь знакома. Ему не нужно было отдыхать ни для чего, кроме борьбы с умственным истощением, он мог восполнить свою выносливость и ману по мере необходимости, поглощая аномалий. Ему не нужно было останавливаться и позволять своему атрибуту восстановления исцелять его раны. Ближайшим к ним целителем был некромант, но его зловещие способности обмена жизнью были запечатаны и бесполезны.

Вампиры никогда не сталкивались с армиями монстров, а Герлинг всегда тактически развертывался Сетью. Мистер Север был как в буквальном, так и в переносном смысле пауком в центре своей паутины, редко предпринимая прямые действия.

Как ни странно, лучше всех держались самые слабые члены группы. Тодд был относительно в безопасности за стеной гулей и меньше чувствовал напряжение. Приспешники Герлинга принимали активное участие как в зачистках прото-пространств, так и в отражении волн монстров. Двое из них даже сражались в Макассаре. Это дало им схожий с Джейсоном опыт битв на выносливость.

Джейсон попросил Тень перенести всех, кроме него самого, на ближайшую внутреннюю территорию, в то время как он остался позади. Поскольку он был владельцем домена, аномалии не стали бы двигаться внутрь, пока он сам этого не сделает.

* * * Потребовались дни постоянных боев, прежде чем территория была полностью захвачена и появилась высшая аномалия. Джейсон надеялся на НЛО или человека-мотылька, но это оказался обычный человек в черном, нормального роста. Его лицо было идентично другим, но костюм был более современного кроя по сравнению с модой середины века у остальных.

Последующая битва оказалась самым тяжелым испытанием, с которым группа сталкивалась за все время пребывания в зоне трансформации. Сама по себе аномалия не была особенно могущественной. Она была сильнее и быстрее обычных аномалий, но лишь на уровне низкого-среднего золотого ранга. Проблемы, которые она создала Джейсону и его команде, были двоякими.

Первой было то, что она обладала ослепительным набором миниатюрных высокотехнологичных устройств. Они варьировались от мощного энергетического пистолета, стреляющего теплом и кинетической энергией, до проектора силового поля и даже телепортатора ближнего действия. Это были основные инструменты в распоряжении аномалии, хотя далеко не единственные.

— Это был лазер в ботинке? — спросил Джейсон. — Плохо, что мне отчасти хочется, чтобы он победил?

— Заткнись, Асано! — взревел Герлинг.

На спине у него также был незаметный прыжковый ранец, к которому крепилось несколько небольших одноразовых устройств с мощными эффектами. Трубка, содержащая небольшую ракету, убила одного из приспешников Герлинга и тяжело ранила остальных, выведя их из боя.

Второй проблемой, которую создавала высшая аномалия, было то, что она не была так ограничена умственно, как ее меньшие собратья. Она была способна к инновациям и адаптации к Джейсону и остальным по ходу боя.

Катастрофа случилась, когда аномалия зарядила свой пистолет, телепортировалась рядом с Тоддом и выстрелила прямо ему в голову, убив его. Это привело пистолет в некий цикл зарядки, но группа не смогла воспользоваться этим, так как вышедшие из-под контроля гули впали в неистовство. Они спаслись только благодаря тому, что вампирам удалось взять под контроль хотя бы часть гулей, открыв путь к отступлению. Однако не все смогли им воспользоваться, и они были вынуждены оставить позади спутников Герлинга, которые были поглощены гулями.

Вдали от высшей аномалии Джейсон справился с основной массой гулей с помощью бабочек рока, которые быстро распространились, чтобы уничтожить слабых гулей. К тому времени, как он закончил, высшая аномалия выследила их, и бабочки облепили ее. Она уничтожила их с помощью какой-то ракеты, но последовавший взрыв значительно ослабил ее силовое поле, что позволило Джейсону и остальным перехватить инициативу, когда битва возобновилась.

В конце концов, именно численное преимущество позволило им убить ее. Лучи разрушительной силы Гордона помогли еще больше ослабить силовое поле. Мистер Север и Элизабет расставили ловушки, в которые они ее заманили. К тому моменту, как она была мертва, каждый из выживших получил серьезные повреждения. Сосуд фамильяра Джейсона, Гордона, был уничтожен аномалией, пытавшейся сохранить свое силовое поле. Это стало ударом для Джейсона, которому не хватало крайне редких материалов, чтобы призвать его снова.

Все они быстро исцелились: аномалия содержала более чем достаточно энергии как для питания вампиров, так и для подпитки заклинания «Кровавая жатва» Джейсона. Герлинг восстанавливался медленнее всех, полагаясь только на свой атрибут восстановления золотого ранга, но это было далеко не медленно. Его рука почернела и была почти оторвана после получения множества попаданий из энергетического пистолета аномалии, но к тому времени, как они вернулись к пагоде, она вернулась в норму.

* * * Выжившие находились в люксах среднего уровня в пагоде, восстанавливаясь после дней сражений. Герлинг потерял половину своих людей, а Джейсон — фамильяра, пусть и временно. Они договорились о полном дне отдыха, прежде чем предпринять следующий шаг.

Джейсон не собирался рисковать, трансфигурируя свой новый домен, пока они не будут готовы к тому, что последует дальше. Он не мог быть уверен, что произойдет, как только он завершит свой домен. Как ни странно, далекие фигуры в мраке казались не ближе, чем раньше, несмотря на то, что Джейсон расширился почти на каждую территорию. Он не предполагал, что осталось больше одной или двух.

Будет ли в последней территории какой-нибудь ужасный астральный страж? Были ли фигуры в мраке эхом астральных существ, которых никогда не увидят и которые не представляют угрозы? Джейсон надеялся на последнее больше, чем ожидал этого.

Остатки армии гулей все еще бродили на свободе, хотя они были слабыми, разрозненными и неуправляемыми. Пока Джейсон не решит вопрос с зоной трансформации и не реинтегрирует свой домен с Землей, он не сможет активировать оборону и уничтожить их.

Предупредив остальных, что им следует потратить время на то, чтобы морально подготовиться к встрече с неизвестными вызовами, Джейсон провел день в медитации, готовясь к тому, что должно было произойти.

МАЛЫЕ МИЛОСТИ

МАЛЫЕ МИЛОСТИ

Джейсон завел традицию запускать трансформацию территорий в одиночестве на своем балконе, но в этот раз он изменил своей привычке, поскольку не был уверен, что произойдет дальше. Форма самолета СВВП Тени зависла прямо у входа в пагоду, поднимая вихри ветра. Джейсон вышел наружу, чтобы присоединиться к трем вампирам, Мистеру Северу и Герлингу.

Стоя рядом с ними, Джейсон закрыл глаза и запустил процесс изменений. Остальные ничего не почувствовали от новой и самой дальней территории Джейсона, но сам он сразу ощутил, как она начала трансформироваться. Для Герлинга и остальных Джейсон просто стоял неподвижно с закрытыми глазами. Это продолжалось, пока удаленная территория проходила процесс трансформации.

— Асано? — наконец спросил Герлинг.

— Прости, уже несколько минут как готово, — ответил Джейсон. — Я просто стоял здесь, чтобы позлить тебя. Я спасаю мир, Герлинг, а не заказываю кофе. Заткнись и жди.

В конце концов процесс завершился.

* Ваш домен теперь охватывает всю зону трансформации и конвергентное астральное пространство. Вы успешно интегрировали и стабилизировали физические и астральные компоненты этого пространства.

* Ваш домен теперь граничит с размерной мембраной между физическим и астральным мирами. Из-за поврежденного состояния размерной мембраны образовался астральный разлом, позволяющий проникать внешним силам.

* Чтобы полностью включить ваш домен в физическую реальность без дальнейшего повреждения размерной мембраны, устраните внешние силы, поддерживающие разлом, чтобы закрыть его.

Джейсон чувствовал размерный разлом на границе своего домена и астральных сущностей, хлынувших сквозь него. Большинство астральных существ не могли существовать в физическом пространстве, даже наполненном астральной энергией, как домен, который Джейсон сформировал из зоны трансформации, смешанной с коллапсирующим астральным пространством. Однако одно из них могло — это было астральное существо, знакомое Джейсону, хотя эти были куда сильнее тех, с которыми он сталкивался в прошлом.

Его глаза резко распахнулись.

— Пошли.

* * * Одно из первых взаимодействий Джейсона и Тени, еще до того, как Тень стал фамильяром Джейсона, было предупреждение, которое Тень сделал Джейсону и его спутникам по поводу воргеров. Теперь Тень дал то же предупреждение новым спутникам Джейсона, отчего тому захотелось вернуть старых.

— Воргеры не могут существовать в истинно физическом мире, — объяснил Тень, пока самолет быстро летел в сторону разлома. — Их часто затягивает в астральные пространства, где они могут встретить физических существ, которых природа воргеров искажает, превращая в мерзости. Пока это место полностью не интегрировано с Землей, оно все еще сохраняет некоторые свойства того астрального пространства, в котором мы все находились, когда оно сформировалось. Вот почему они могут здесь существовать.

— Так почему бы нам тогда не интегрировать это место? — спросил Герлинг. — Впихнуть эту зону обратно в Землю — вот в чем был смысл всего этого, верно? Почему бы не сделать это и заодно не вышвырнуть этих тварей?

— Потому что нечто поддерживает разлом, через который они проникают из астрала, — объяснил Джейсон. — Я чувствую разлом. Я чувствую, что бы там ни было, оно ждет, удерживая дверь открытой.

— Что бы ни было? — переспросил Герлинг.

— Это не воргер, — сказал Джейсон. — Это что-то другое. Оно кажется знакомым, но я не могу почувствовать его достаточно отчетливо, чтобы узнать.

— Ты сказал «ждет», — произнесла Элизабет. — Ждет чего?

— Того, кто защищает этот мир, — ответил Тень. — Астральные существа, способные проникать в полуфизическое пространство, часто питаются физическими существами. Эта энергия закрепляет их и позволяет оставаться. Когда воргеры делают это, они искажают и деформируют плоть. Если они делают это достаточно долго, человек превращается в мясную мерзость, а его душа навечно оказывается запертой внутри. Они больше не контролируют свои тела, но не могут умереть, пока кто-нибудь их не убьет.

— Вы же не хотите, чтобы они это сделали, — сказал Джейсон. — Я видел этих мерзостей, и поверьте, вы не хотите стать одной из них.

— Ты все еще не объяснил, почему мы просто не закроем все это и не закончим, — сказал Герлинг.

— Потому что, возможно, мы и стабилизировали пространство трансформации, но теперь внутри него бегают нежелательные элементы, — ответил Джейсон. — Мы должны зачистить их, прежде чем сможем закончить работу и наконец выбраться отсюда. После этого мы все сможем вернуться к попыткам убить друг друга.

— Воргеры бестелесны, — предупредил Тень. — Без силы, позволяющей воздействовать на них, или сродства с астралом, они могут касаться вас, а вы не сможете причинить им вред в ответ. Однако они подвержены воздействию духовных сил. У всех вас сильные ауры. Если вы сможете использовать их как оружие, это будет эффективно.

— Это не должно быть проблемой для пользователей эссенции среди нас, — сказал Мистер Север, глядя на Джейсона и Герлинга. — У остальных из нас ауры, которые контролируются менее активно и более присущи нашей природе.

— Вероятно, вы не сможете использовать свои ауры надлежащим образом, — признал Тень. — Рекомендую вам использовать те способности, что у вас есть, как можно лучше.

— Думаю, я могу помочь, — сказал Герлинг. — У меня есть сила, позволяющая передавать часть своей мощи другим. Вы видели, как я использовал ее для усиления своих людей. Одна из вещей, которые я могу с ее помощью делать, — это наделять вас особым типом силы, которая вредит эфирным сущностям. Она немного защитит вас, но в основном добавит особый урон к вашим физическим атакам. Хорошо против призрачных штук и довольно неплохо для пробития магических щитов.

— Это называется урон разрушительной силой, — сказал Джейсон, и Герлинг окинул его оценивающим взглядом.

— Должно быть, приятно иметь силу, которая дает ответы на все вопросы.

— Конечно, пока не поймешь, что она лишь освобождает тебя для решения еще более худших вопросов.

Урон разрушительной силой был проклятием для бестелесных существ, но лучшим источником этого для Джейсона был Гордон, который все еще ждал, когда его призовут снова. Впрочем, сам Джейсон не беспокоился о воргерах, так как у него было много инструментов для борьбы с ними. Одной лишь его способности наносить атаки по душе было достаточно, чтобы представлять для этих потусторонних существ даже большую опасность, чем Гордон. Оставался лишь вопрос, достаточно ли они сильны, чтобы выдержать это.

В отличие от аномалий, чья сила была привязана к уровню зоны трансформации, эти внешние захватчики различались по рангу. Они были смесью серебряного и золотого рангов; золотые заставляли Джейсона насторожиться больше всего. Однако истинной угрозой была сущность, находившаяся прямо за пределами его чувств, поскольку она еще не вошла в его домен. У него было очень плохое предчувствие, что уровень силы, который он ощущал, был алмазного ранга, и в таком случае все их усилия могли легко оказаться напрасными. Он не стал озвучивать это опасение. В любом случае, с этим ничего нельзя было поделать.

* * * В отличие от аномалий, которые появлялись по всей территории, воргеры хлынули из единственного разлома в небе над последней территорией Джейсона. Однако их количество казалось не меньшим, а это означало, что призракоподобные существа образовали море полупрозрачного белого цвета, слабо светящееся в темном небе. Они были пугающе безмолвны, даже когда вырывались из астрала, что придавало им жуткий вид.

Город в стиле стран коммунистического блока трансформировался в мрачный Готэм с темными узкими переулками и лунным светом, блестевшим на залитых дождем улицах. Это была подходящая среда для вампиров.

Хотя воргеры казались бесконечными, Джейсон и его спутники быстро уничтожали их. Джейсон выделялся больше всех; любой воргер, приближавшийся хоть немного, уничтожался атаками по душе. Даже золотые ранги почти не сопротивлялись, и область вокруг Джейсона превратилась в пустой пузырь в море призраков, пока он перемещался, вычищая их.

Самым заметным отличием подхода Джейсона от остальных было то, что когда он атаковал воргеров атаками по душе, они издавали звук. Обычно безмолвные, даже когда другие рассеивали их различными способами, от атак Джейсона воргеры испускали визг, разбивающий стекло. Поскольку Джейсон уничтожал их пачками, битва перемежалась хоровыми всплесками призрачных предсмертных воплей.

Герлингу требовалось больше усилий, чем Джейсону, чтобы развоплотить воргеров своей аурой, но он быстро понял, как это делается. Как только он сообразил, как превратить ее в мощное оружие, он стал похож на великана с молотом, крушащего их на своем пути.

Мистер Север и Элизабет объединились, используя свои уникальные вариации ритуальной магии для создания защитных ритуалов, что напомнило Джейсону боевой стиль Клайва. Мистер Север создал магическую диаграмму в форме паутины посреди улицы. Он и Элизабет стояли в ее центре, и любой воргер, приближавшийся к ним, оказывался запутанным в паутине, несмотря на свою эфирную природу.

Элизабет, в свою очередь, установила пять ритуальных кругов вокруг центральной диаграммы паутины. Из каждого появилось гнездо длинных красных щупалец, хлеставших по воргерам. Они могли удлиняться и извиваться за углами и по переулкам, словно обладали бесконечной длиной. Они искали воргеров, обвивались вокруг них и сжимали, заставляя призрачных сущностей лопаться, словно воздушные шары. Это стало ужасом для воргеров; только ауры Джейсона они избегали еще более рьяно.

Остальные вампиры справлялись не так хорошо, по крайней мере, поначалу. Сила Герлинга помогала, но лишь до определенной степени перед лицом цунами из призраков. Жорж, который мог перенимать силы и навыки существ, чью кровь он пил, поначалу был в затруднении, потому что у воргеров не было крови. Джейсон изменил это для него, наложив заклинание. Жорж узнал об этом, когда услышал ледяной голос, который Джейсон приберегал для врагов.

— Кровоточи для меня.

Один из воргеров прямо перед лицом Жоржа превратился из полупрозрачно-белого в красный туман со знакомым медным запахом крови. Для Жоржа это пахло невероятно аппетитно, и он втянул его в себя, словно играл с сигаретным дымом. Сам Жорж стал немного полупрозрачным, и внезапно он смог касаться воргеров, как если бы они были физическими объектами. Их прикосновения теперь были для него безвредны. Жорж высвободил своего внутреннего зверя, и его скорость золотого ранга вместе с вампирской свирепостью проложили путь сквозь воргеров.

Последний вампир, Клаус, пострадал больше всех. Джейсон также заставил некоторых воргеров перед Клаусом кровоточить, но поглощение их оказалось не столь эффективным. Поглощение делало Клауса быстрее и сильнее, но ни то, ни другое не помогало против призраков. Даже будучи частично невосприимчивым к их атакам благодаря энергии, влитой в его тело силой Герлинга, Клаус медленно искажался от прикосновений одного существа за другим.

Джейсон не мог очистить этот эффект своей силой. Прикосновение воргера оставляло после себя недуг магического типа, который он не мог развеять. Это было обычным явлением для очищающих способностей, которые, как правило, воздействовали на проклятия, болезни и яды. В основном, на то, что Джейсон проделывал с людьми. Магическое очищение было прерогативой специалистов по магии, таких как Клайв, а также профильных целителей.

Когда воргеры предприняли последний рывок, каждый боец оказался изолирован. Это была отчаянная попытка призрачных существ одолеть их. Массивная волна попыталась затопить ауру Джейсона и подавить ее, вынудив его приложить все усилия, чтобы отбиться. Он выдержал мощное и затратное наступление, в котором погибло бесчисленное множество воргеров, но остался ментально истощенным. Он чувствовал себя так, будто у него мало маны, хотя она была почти полностью восстановлена.

Воргеры наконец сдались и отступили, оставив после себя лишь разрозненных отставших. Джейсон и остальные перегруппировались и зачистили отставших, кроме Клауса. Они нашли то, что от него осталось, превратившееся в кучу бесформенной, гротескной плоти. Он был уже мертв.

— Полагаю, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона, — что его вампирская природа даровала ему милость смерти. Вампиры поддерживают ложную жизнь, используя жизненную силу, которую они украли через кровь. Как только он оказался слишком далеко от своего вампирского состояния, он больше не смог удерживать эту жизненную силу, и она ускользнула, позволив плоти умереть.

Джейсон присел, чтобы получше рассмотреть останки Клауса.

— Знаю, в конечном счете мы были врагами, — сказал он, — но это тяжелый способ уйти. А тяжелые смерти — это мое обычное дело. По крайней мере, его душа не будет заперта в искаженной тюрьме собственного тела.

— Малые милости, — сказала Элизабет.

Джейсон кивнул в знак согласия. Он не питал любви к вампирам, но не было смысла тратить гнев на мертвецов. Копье вонзилось Джейсону в спину, пробив грудь насквозь.

— Ты даже малых милостей не получишь, — сказал Герлинг, поворачивая древко копья, чтобы усилить боль Джейсона. — Пора заканчивать эту идиотскую игру в шарады.

SALUS MUNDI SUPREMA LEX ESTO

SALUS MUNDI SUPREMA LEX ESTO

— Ты хоть представляешь, как трудно было достать материалы для устройства подавления четвертой категории? — спросил Герлинг, снова дернув копье. — Я впечатлен тем, что для отключения твоих сил требуется нечто столь мощное.

Джейсон рухнул на землю, а копье все еще пронзало его насквозь. Он чувствовал, как исходящая от него подавляющая сила расползается по телу изнутри наружу. Джейсон застонал сквозь стиснутые зубы. Оставшиеся в живых вампиры и Мистер Север собрались вокруг.

— К счастью, — продолжил Герлинг, — в последнее время наблюдается рост числа прото-пространств четвертой категории. Так что, пока ты бегал вокруг, убивая супергероев и играя со своей волшебной дверью, я готовился. Даже в этом случае я никак не мог достать материалы для ошейника подавления такой мощности. Лучшее, что я смог сделать, — это то, что нужно было имплантировать.

Он снова провернул копье.

— К моему удовольствию, имплантация могла быть довольно грубой. Что ты сейчас и ощущаешь.

— Ты понятия не имеешь, что творишь, — сказал Джейсон. — Я единственный, кто может…

Джейсон был прерван ударом сапога Герлинга по затылку, который впечатал его лицо в мокрый асфальт.

— Ты думаешь, что ты такой особенный, Асано. Избранный, которому суждено спасти мир, потому что больше никто не может.

Герлинг вдавил лицо Джейсона в дорогу ногой.

— Ты не особенный, — сказал Герлинг. — Особенное — это то, что у тебя есть. Поэтому я заберу это у тебя. Я заберу все.

— Ты не можешь.

— «Невозможно» просто означает, что ты не потратил время, чтобы разобраться, — сказал Герлинг. — Пока ты бегал вокруг, называя себя Мессией, я, как уже сказал, готовился. Это копье…

Джейсон застонал от боли, когда Герлинг дернул его в сторону, как румпель лодки.

— …было только началом.

Герлинг открыл небольшой кожаный мешочек на поясе и достал радужную сферу размером с крупную мраморную шарик.

— Это, — сказал Герлинг, — гораздо более впечатляющая вещь, чем можно судить по ее размеру. Я бы даже сказал, что это самая впечатляющая вещь на этой планете, по той простой причине, что она может претендовать на обладание чем угодно другим.

— Предусмотрены меры на случай непредвиденных обстоятельств, — сказал Мистер Север. — Сфера была предохранителем на случай, если тот, кто в конечном итоге получит дверь, окажется ненадежным или неуправляемым. Должен поздравить вас, мистер Асано, с тем, что вы оказались в полной мере и тем, и другим. Мы с мистером Герлингом пришли к равноправному соглашению: он будет моим агентом и лицом спасения мира в будущем.

— Ты не можешь, — сказал Джейсон. — Дверь — часть меня. Теперь она часть моей души.

— И это вытянет ее, — сказал Герлинг. — Надеюсь, это будет больно.

— Строитель создал эту сферу, — сказал Мистер Север. — Ты вообще понимаешь, что такое великая астральная сущность? Конечно, нет. Ты не можешь. Сила великой астральной сущности буквально за пределами твоего понимания. Твой разум слишком ограничен, чтобы осознать масштаб такой сущности. Эта сфера вырвет дверь прямо из тебя.

Болезненное выражение лица Джейсона исчезло, а глаза расширились.

— О, — сказал он. — Я знал, что чувствую что-то знакомое. Ты просчиталась, ведьма.

Копье расплылось и исчезло вместе с ранами Джейсона, когда он поднялся на ноги.

— Может, я и не способен постичь всю мощь великой астральной сущности, но знаю, что даже они не могут нарушить целостность души. Возможно, ты бы и смогла убедить меня в обратном, поскольку я не так много знаю о великих астральных сущностях, за исключением того, что пережил доказательство их существования. Строитель пытался забрать мою душу своим звездным семенем, он пыхтел и дул, но моя душа была построена из кирпичей.

Джейсон выбросил свою ауру на полную мощность. Сила алмазного ранга, державшая его в тисках, зависела от того, примет ли он этот сценарий, но даже в этом случае ее грубую мощь было трудно оттолкнуть. Это было похоже на то, как если бы он оказался в ловушке под бессознательным человеком, который не пытался активно его удерживать, но был настолько тяжелым, что выбраться было сложно. Джейсон выложился на полную, напрягаясь, чтобы дать отпор. Только его ненормальная сила и уникальные черты ауры позволили ему оттолкнуть подавляющую мощь.

Титул: Неукротимый

* Твое неоднократное неповиновение перед лицом более могущественных врагов и готовность пожертвовать всем ради дела оставили след на твоей душе. Твое сопротивление подавлению ауры дополнительно усилено и игнорирует разницу в рангах.

* Твой сигнатурный отпечаток ауры изменился. Твоя непоколебимая решимость наполняет ауру и может быть обнаружена, если ауру исследуют с помощью способности сканирования или при проецировании ауры. Союзники в пределах твоей ауры получают повышенное сопротивление подавлению ауры.

Иллюзия, в которой оказался Джейсон, замерцала и исчезла, когда его разум очистился от магии, дурачившей его чувства, и открылась истинная картина. Джейсон стоял в ряд рядом с Герлингом и вампирами. Перед ними была кошмарная ведьма; сущность алмазного ранга, обладавшая малой прямой силой, но способная воплощать страхи людей. Она была очень похожа на Тень, если бы того прогнали через режим интенсивной стирки — оборванная, призрачная фигура. У нее была вытянута одна рука, соединенная с Герлингом и вампирами тремя лучами серебристо-голубого света. Свечение луча, который только что был разорван между Джейсоном и существом, все еще угасало.

Мистер Север также был в ряду жертв кошмара, но освободился от транса даже быстрее, чем Джейсон.

— Ты сбросил это, — сказал Джейсон, сгибаясь с усталым стоном, упершись руками в колени.

— Я принял свою судьбу, мистер Асано. Мне больше нечего бояться.

— Конечно, — проворчал Джейсон. — Как, черт возьми, мы должны убить кошмарную ведьму?

— Вы узнали эту тварь? — спросил Мистер Север.

— Я сталкивался с подобной раньше, но Тень знает больше меня.

Одна из сущностей Тени появилась из тени Джейсона.

— Для существ алмазного ранга, — сказала Тень, — кошмарные ведьмы ошеломляюще слабы, по крайней мере, в прямом противостоянии. Однако их почти невозможно уничтожить. Чаще всего их связывают и используют для различных целей, как это случилось с Орденом Жнеца.

— Я думал, они используют твои страхи как оружие, — сказал Джейсон.

— Это их способ борьбы, и именно это делает их такими опасными, — сказала Тень. — Они могут создавать духовные конструкции алмазного ранга в форме страхов людей. Их способ питания, однако, заключается в том, чтобы поместить людей в иллюзорный сценарий, где их страхи поглощают их.

— Если вы сталкивались с такой в прошлом, — спросил Мистер Север, — как вы тогда с ней справились?

— Чужие страхи — как коробка шоколадных конфет, — сказал Джейсон. — Никогда не знаешь, что внутри. Она создала мою версию алмазного ранга, которая была гораздо больше похожа на вас. Ту, которая больше не видит границ, которые нельзя переступать. По-видимому, то, что этих ведьм трудно убить, не относится к их собственным проявлениям.

— Проявление убило ведьму, чтобы вы в конечном итоге превратились в него? — спросил Мистер Север.

— Нет, — сказал Джейсон. — Оно убило ведьму, потому что отказалось подчиняться.

— Значит, проявления точны, — сказал Мистер Север.

— Надеюсь, нет, — сказал Джейсон. — Тень, есть идеи, как справиться с этой штукой?

— Чтобы закрепиться здесь, ей нужно питаться как минимум одним физическим существом, — сказала Тень. — Вы с мистером Севером отвергли ее, оставив остальных.

— Мы должны спасти их? — сказал Мистер Север. — Помочь им как-то сбежать?

— Тень, если эту штуку отвергают, она возвращается через разлом, верно? Дело сделано?

— Насколько я понимаю, да, — сказала Тень. — Хочу уточнить, что это не тот сценарий, в котором я чувствую себя комфортно, делая окончательные выводы.

— Тогда придерживаемся плана, — сказал Джейсон, доставая предмет из своего инвентаря.

Предмет: [Большая ракета Трэвиса] (серебряный ранг, редкий)

Определенно, это не компенсация за что-то другое (расходуемый предмет, базука).

* Эффект: Запускает ракету, содержащую огромные и разрушительные силы солнечной и кинетической энергии.

Джейсон закинул огромную ракету на плечо.

— Проклятие мое внезапное, но неизбежное предательство.

— Что это? — спросил Мистер Север.

— Солнечный ядерный заряд, путем астральной реконфигурации. Я думал, что у меня будет монстр уровня Годзиллы или что-то в этом роде в качестве предлога, чтобы выстрелить из этой штуки, но то, что Герлинг и вампиры просто стоят в трансе, тоже подойдет. Однако медлить нельзя. Нужно закончить это, пока кто-нибудь из них не умер или не вырвался.

Джейсон открыл портал, на который уставился Мистер Север.

— Значит, вы все-таки можете использовать здесь порталы, — сказал он.

— Да, — сказал Джейсон.

— Вы возили нас всех туда-сюда на транспорте, чтобы мы поверили, что вы не можете?

— Должен же быть план побега. Вы собираетесь бороться за свою жизнь, мистер Север?

— Нет, — сказал Мистер Север, его голос звучал устало. — Вы не позволите мне жить, а мир не может позволить вам умереть. Благо мира должно быть высшим законом. С того самого момента, как я оказался в ловушке в этом месте, я знал, что этот момент настанет.

Он огляделся со вздохом, затем грустно улыбнулся Джейсону.

— Возможно, так будет лучше. У меня есть совесть, знаете ли. Полагаю, пришло время расплатиться за мои многочисленные ошибки. Я действительно люблю этот мир, ставший мне домом.

— Я верю вам, — сказал Джейсон. — Иногда мы больше всего раним то, что любим. Земля больше не мой дом. Твой родной мир стал моим настоящим домом, точно так же, как мой стал твоим.

Перед Мистером Севером появилось окно.

* [Джейсон Асано] приглашает вас сформировать группу. Принять Д/Н?

— Почему? — спросил Мистер Север.

— Я собираюсь оставить приспешника, чтобы он перебил всех моих врагов, пока я ухожу, если все пойдет по плану. Классический ход злодея, поэтому я хочу получить некоторые гарантии.

— Что я умру.

— Да. Я подумывал позволить вам жить, знаете ли. Я действительно верю, что вы хотите помочь.

— Но вы не можете доверять тому, как я могу решить помочь в ваше отсутствие, когда вы отправитесь в другой мир.

— Вы мне нравитесь, мистер Север, вопреки всему. Но я также боюсь превратиться в вас. И я не могу оставить это позади, когда уйду.

* [Норет] присоединился к вашей группе.

— Норет?

— Имя, которое дал мне мой пользователь сущности. Когда-то оно было для меня очень ценным.

Джейсон кивнул и передал ракету Тени.

— Есть одно хранилище, — сказал Норет. — Оно спрятано под одним из удаленных магических накопителей, которые мисс Хурин установила, чтобы питать магией вашу деревню в Австралии.

— Как вам это удалось?

— С большим трудом. Даже без основных деревенских защит мисс Хурин не была беспечна в отношении защиты хранилища.

— Как мне его открыть?

— Оно откроется только для двух человек: вас и меня.

— Это ловушка?

— Там есть ловушки. Советую вам попросить мисс Хурин помочь вам. Кстати о ней…

— Барбу, — сказал Джейсон.

— Он действительно мой друг. Пожалуйста, попроси ее сделать все быстро и чисто. Назови это последней просьбой.

— Ты знаешь, что он с ней сделал.

— Знаю.

— Я спрошу. Если она откажет, я не буду настаивать. Вероятно, она откажет.

— Знаю. А теперь уходите, мистер Асано. Вы и так слишком задержались.

Джейсон кивнул.

— Прощай, Норет.

— Прощайте, мистер Асано. Сделайте для этого мира больше, чем я.

Джейсон собрался шагнуть в портал, когда Норет окликнул его.

— На самом деле, мистер Асано, есть еще кое-что, что я хотел бы сделать, если позволите.

* * * Джейсон вышел из портала в мезонинный зал пагоды. Барбу и люди Герлинга бросились к нему, когда Джейсон направился к подъемной платформе. Джейсон даже не взглянул в их сторону, вместо этого протянув руку, испачканную кровью. Пиявки брызнули на людей Герлинга, но не тронули Барбу. Он в страхе отпрянул, пока остальные падали, крича и срывая с себя пиявок. Джейсон поднялся на подъемной платформе, а его портал погрузился в пол, когда другой его конец был уничтожен.

— Спасибо, Тень.

— Пожалуйста, мистер Асано, — голос Тени донесся из его тени.

Джейсон добрался до хозяйского люкса на верхнем этаже, вошел в кабинет и достал из ящика красный кристалл. Это был тот самый, который дала ему Элизабет, чтобы он мог пережить любую атаку, которую, как она предполагала, он запланировал. Он загорелся, активируясь — маяк, чтобы притянуть душу после смерти вампира. Джейсон достал сферу возвращения и коснулся ею кристалла. Кристалл потускнел, а сфера наполнилась радужным светом. Она не успела наполниться до конца, прежде чем кристалл почернел и рассыпался.

* Вы победили [Жорж Альбон].

— Жорж? — пробормотал Джейсон. Он расширил свои чувства по всему своему домену, который охватывал всю зону трансформации. Ни Элизабет, ни ее кровавого кристалла нигде не было.

— Тень, — сказал Джейсон. — Похоже, меня переиграли. Может ли бестелесная душа успешно покинуть зону трансформации, даже если зона запечатана, как сейчас?

— Единственный способ поймать душу, мистер Асано, — это заключить ее в собственное тело, как в случае с плотскими мерзостями. Бог смерти может направлять душу, но не связывать ее. Даже Жнец может открывать проходы для души, но точно так же не способен связать ее.

— Открывать проходы?

— Я не буду втянут в разговор о роли моего прародителя, мистер Асано. Вы знаете это.

— Ладно. Думаю, Элизабет все это время держала свой кровавый кристалл за пределами зоны трансформации. Она каким-то образом заполучила кристалл Жоржа, может, даже сделала его сама. Она выдала его за свой, чтобы я думал, что держу ее в невыгодном положении.

— Тогда она, скорее всего, сбежала.

— Да. Она полностью меня переиграла.

* * * Зона взрыва солнечных ядерных ракет превратилась в кратер. Пепел и пыль закрывали небо, а бывший готический городской пейзаж был сровнен с землей на километры вокруг. Норет выбрался из-под земли, где зарылся глубоко внутри кокона из магической паутины. Его подготовки как раз хватило, чтобы выжить, поскольку, хотя сила ракеты была огромной, это все же был лишь серебряный ранг. Норет был золотого ранга, как и приготовления, которые он сделал, чтобы защитить себя. К тому же он не был вампиром, против которых это оружие было оптимизировано.

Даже с его приготовлениями кокон был раздавлен, как и сам Норет. Погребенный под землей, он был вынужден ждать, пока кости встанут на место, прежде чем выбраться наружу. Как только он это сделал, он начал выкладывать ритуальный круг из паутины.

* * * В кратере вспыхнул радужный свет, не похожий на проявление монстра, но это было нечто иное. Герлинг появился из света, совершенно голый. Его сила бессмертия вернула его даже после полного уничтожения тела. Он еще не успел прийти в себя, когда из серии близлежащих ритуальных кругов вырвалась паутина, сковав его, как цепи, в вертикальном положении.

— Я немного беспокоился, что ты вернешься раньше, чем я буду готов, — сказал Норет. — В этом отношении мне повезло. А также в том, что ты так и не распечатал силу, которая усиливает твою мощь. Ты не сможешь вырваться, не имея в запасе больше трюков, чем у тебя есть сейчас.

— Чего ты хочешь, Север? — прорычал Герлинг.

— Ты же знаешь, что я пришел в это место только ради тебя, верно? Ты забрал моего друга.

— У таких, как ты, не бывает друзей.

— Я, может, и монстр, мистер Герлинг, но не бесчувственный. Ты забрал моего друга, и я пришел, чтобы вернуть его. Из-за этого мы оба скоро умрем. Я не могу спасти ни нас, ни тебя. Если подумать, ты привел нас всех троих к гибели в этом месте.

— Мы можем объединиться. Сразиться с Асано. Ты ведь знаешь, что он убьет твоего друга, верно?

— Я не в восторге от этого, признаю. Но в сложившихся обстоятельствах возьму то, что смогу. По крайней мере, мой друг умрет за то, что преследовал собственные амбиции, а не из-за того, что ты преследовал свои.

— Асано тоже не позволит тебе жить. Как только он узнает, что ты жив…

— Он знает. Мистер Асано был достаточно любезен, чтобы позволить мне взять небольшую меру мести человеку, который привел меня сюда, к моей собственной смерти и смерти моего друга. Слабое утешение, но, по крайней мере, я могу уйти на своих условиях. Я убью тебя, мистер Герлинг, а затем покончу с собой.

— Не обязательно должно быть так, — сказал Герлинг.

— Не должно было, мистер Герлинг, но теперь должно. Из-за тебя.

* * * Джейсон открыл глаза, и его видение покинуло кратер, где погиб Герлинг.

* Участник группы [Норет] погиб.

— Значит, вот и все, — сказал Джейсон.

— Будете ли вы преследовать Элизабет после реинтеграции зоны трансформации? — спросила Тень.

— Нет, — сказал Джейсон. — Теперь это проблема Земли. Покончил я с вампирами и магическими фракциями. Пора закончить работу и отправиться домой.

— Домой, мистер Асано?

— Да. Земля больше не мой дом.

НЕЧТО, ОТЛИЧНОЕ ОТ ЧЕЛОВЕКА

НЕЧТО, ОТЛИЧНОЕ ОТ ЧЕЛОВЕКА

Подобно региону в Словакии, бывший город Сент-Этьен преобразился после выхода из зоны трансформации, став духовным доменом Джейсона. Этот домен оказался крупнее, охватив большую часть города, за исключением нескольких разрушенных окраин, оставшихся за его пределами.

Духовный домен Джейсона стал сердцем одной из зон с самым высоким уровнем магии на Земле, из-за чего магия на большей части территории Франции стала сильнее, чем в Гринстоуне. За шесть месяцев с момента создания домена здесь с полурегулярностью начали появляться даже монстры серебряного ранга.

Вампиры покинули Францию с её высоким уровнем магии, и страна была вновь взята под контроль силами Сети. Временное правительство Франции было восстановлено, хотя в стране сохранялось военное положение, пока постепенно наводился порядок. С появлением в дикой природе эссенций и монстров возникли новые опасности, и в настоящее время правительство работало из безопасности духовного домена Джейсона.

Юридический статус духовного домена был предметом споров. Новый Сент-Этьен больше походил на город, каким его представлял себе человек, чьи познания о Франции ограничивались просмотром слишком большого количества причудливых французских фильмов. Временный президент Франции был достаточно дипломатичен, чтобы не указывать на это, прогуливаясь по улице с бабушкой Джейсона, Юми. Юми и временный президент Франции шли по пустой улице. Город Сент-Этьен на данный момент оставался по большей части незаселенным.

— Доктор Асано, я хотел бы еще раз поблагодарить вас за то, что позволили нам разместить здесь временное правительство. По самым оптимистичным прогнозам, пройдет больше года, прежде чем Париж будет восстановлен до такой степени, чтобы начать полноценное заселение.

— Спасибо, что помогли продвинуть проект по переселению трансформированных совместно с ООН, господин президент, — сказала Юми. — Первые из трансформированных прибудут на этой неделе.

— Это не совсем бескорыстно, доктор Асано. Мы пробудем в Сент-Этьене некоторое время, но для трансформированных это станет домом. Со многими из них плохо обращались после того, как они утратили свою человечность, и я верю, что всё будет гармоничнее, если мы заработаем немного доброй воли.

— Могу я спросить, — сказал президент, — где ваш внук? Он никогда не любил появляться на публике, но такое чувство, будто он провалился сквозь землю за последние несколько месяцев. Сеть просила меня донести до вас, что они очень хотели бы…

— Мы знаем, чего очень хотела бы Сеть, — ответила Юми. — Джейсон пока еще не провалился сквозь землю.

— Могу я спросить, доктор Асано, что именно представляет собой эта туманная угроза, от которой ваш внук нас спасает? Он не особо распространяется о деталях, поэтому многие в нем сомневаются. Я администратор, выбранный как за свою способность наладить работу по восстановлению, так и за отсутствие харизмы, необходимой во время выборов. Я мало что знаю о магии и являюсь лишь еще одним человеком, пытающимся выжить в мире, который полностью изменился.

— Думаю, вы лучший политик, чем пытаетесь казаться, господин президент. Я и сама не так уж много понимаю, но как давно в мире в последний раз появлялась зона трансформации?

— Сорок два дня назад.

— Вот где всё это время был мой внук, господин президент.

* * * — Связной ООН при Клане Асано? — спросил Джейсон, когда Анна отошла от вертолетной площадки. Они находились на крыше здания рядом с пагодой прибытия, служившей сердцем нового Сент-Этьена.

— Теперь не всё крутится вокруг Сети, — ответила ему Анна. — Я наконец поняла, что цеплялась за то, чего больше не существует, а ООН изо всех сил пытается найти людей, которые хоть немного понимают, как ориентироваться в этом новом мире.

— И ООН считает, что моя семья заслуживает собственного связного?

— Ты тот, кто начал захватывать куски суверенной территории, — сказала ему Анна.

— Это никогда не входило в мои намерения.

— Тогда верни их.

— Любой, кто хочет, может прийти и забрать, — сказал Джейсон, и его голос прозвучал как железный кулак в шелковой перчатке. Они спрыгнули с края здания — ни один из них не был настолько слаб, чтобы нуждаться в лестнице, — и приземлились на улице внизу. Джейсон повел Анну внутрь пагоды.

Атриум был полон людей, очень немногие из которых были людьми. Они прошли сквозь толпу к тому, что теперь представляло собой ряд подъемных платформ — часть различных конструктивных изменений, которые Джейсон внес, чтобы приспособить здание для клана. Пагода, в конечном счете, была облачной конструкцией, даже если это редко было заметно, и её можно было изменять с легкостью и быстротой.

— Удивлена, что никто на тебя не смотрит, — сказала Анна, пока они пробирались сквозь толпу. — На данный момент ты, по сути, глава государства.

Она неловко обходила изящных эльфов и огромных леонидов, в то время как те бессознательно расступались перед Джейсоном, словно ветер, огибающий парящую птицу. Анна быстро научилась ходить прямо за ним.

— Они не видят меня, — сказал ей Джейсон. — Или, точнее, их разум активно игнорирует моё присутствие. Это трюк с манипуляцией аурой, который я освоил некоторое время назад с помощью Крейга Вермилиона. Многому можно научиться, наблюдая за тем, как вампиры используют свои ауры, и последние несколько месяцев я много практиковался.

— Среди вампиров появился новый лидер, — сказала Анна. — Они отделились от Кабалы, которая на данном этапе практически правит Африкой и Россией. Она концентрирует власть в частях Европы и Центральной Америки, отказываясь от агрессивных действий.

— Я встречался с Элизабет, — легко сказал Джейсон. Они подошли к подъемной платформе и вошли на неё вместе с несколькими другими людьми.

— Я слышала, — сказала Анна. — Я бы хотела узнать больше.

— Мы с ней провели некоторое время вместе. Я пытался убить её, но она переиграла меня.

— Высказывались предположения, что она сдерживается, пока ты здесь. Что она хочет избежать твоих попыток снова её убить и ждет, когда ты покинешь этот мир, прежде чем начать войну вампиров.

— Скорее, это просто отвлекающий маневр, — сказал Джейсон. — Вероятно, она просто тратит время на укрепление своей власти.

— Наши аналитики согласны. Древние вампиры, похоже, осознали, что им нужно работать вместе, но это для них неестественно. Многие были недовольны отступлением после успеха их атак на активы Сети в Германии и хотят воспользоваться гражданской войной в США.

— Элизабет не настолько глупа, чтобы дразнить дракона, пока тот гоняется за собственным хвостом. В любом случае, это не моя забота. Война вампиров — это твой апокалипсис, Анна, а не мой.

— А как продвигается твой апокалипсис? — спросила она. — Многие очень влиятельные люди позаботились о том, чтобы я спросила.

— Всё закончено, остались только бумажки, — сказал Джейсон. — Мне нужно сделать кое-что еще в другом мире, но для практических целей работа здесь выполнена. Насколько я понимаю, размерная мембрана, не дающая Земле выплеснуться за пределы вселенной, будет медленно восстанавливаться в течение следующих пары десятилетий. По крайней мере, здесь ситуация больше не обостряется. Если не появится какая-нибудь божественная пространственная сущность, чтобы создать проблемы, вы можете спать спокойно.

— Какое-нибудь публичное заявление было бы кстати, — сказала Анна. — Мы можем сделать это через ООН, чтобы всё выглядело красиво и законно. Вокруг много обеспокоенных людей и много безумцев, разжигающих проблемы. Было бы неплохо, если бы ты мог всё объяснить.

— Чего ты хочешь от меня, Анна? Выйти на телевидение и начать говорить о чужеродных богах? Ты хочешь, чтобы ООН поддержала послание, которое идет вразрез с большинством религиозных убеждений в мире? Напомни мне, что дали миру откровения о магии и монстрах в плане межрелигиозной гармонии?

— Мы можем сформулировать текст так, чтобы исключить всё спорное.

— Люди никогда не любили правду, Анна, и быстро проглатывают ложь. Скармливание им лишь половины правды принесет больше вреда, чем пользы. Пусть думают, что хотят. Мне уже всё равно.

Анна посмотрела на бесстрастное лицо Джейсона. Она вспомнила дикого, оживленного человека, которого встретила всего пару лет назад. Он казался намного старше, хотя, если уж на то пошло, выглядел моложе. В нем чувствовалась усталость, в том, как его чуждые глаза наблюдали за окружающим миром.

— Возвращение в этот мир сделало с тобой больше, чем поход в тот, верно? — спросила она.

— Есть хоть какие-то признаки того, что Герлинг или Мистер Север всё еще живы? — спросил он, проигнорировав её вопрос.

— Я думала, они оба мертвы. Я слышала, ты сам это подтвердил.

— Да, но меня уже обманывали раньше, а смерть — не всегда конец. Я понимаю это лучше, чем большинство.

— Нет никаких признаков Герлинга или Мистера Севера. Насколько мы можем судить, они оба действительно мертвы. У меня также нет информации об Адриене Барбу, кроме того, что Герлинг совершил налет на штаб-квартиру EOA и забрал его. Не думаю, что ты знаешь о его окончательной судьбе.

— Он мертв, и это всё, что кому-либо нужно знать. Подает ли EOA признаки восстановления?

— Нет. Каким-то образом кто-то получил доступ к подавляющему большинству их средств и вывел их. Они потеряли половину своего руководства. Даже больше, если осознать, сколько Мистер Север скрывал от остальных, о чем мы до сих пор узнаем. Восстановление невозможно. Большинство их людей поглощаются различными фракциями Сети или даже гражданской инфраструктурой, такой как правительства и ООН.

Джейсон рассеянно кивнул, но ничего не сказал.

— Джейсон, мы отследили, куда ушли деньги EOA.

— Клан принимает нелюдей со всего мира, Анна. Даже с той инфраструктурой, которую я привношу через духовные домены, требуется много финансирования.

— ООН предложила помочь с этим.

— Поговори с моим дядей Хиро. Он управляет программой переселения с нашей стороны.

Подъемная платформа доставила их в портальную камеру пагоды, которая теперь представляла собой помещение размером со склад, занимающее целый этаж. На стенах были арки гораздо больше тех, что Джейсон создавал сам, и все они были открытыми порталами. Здесь царила суета: люди, вилочные погрузчики и даже грузовики со снабжением въезжали и выезжали под руководством измотанной группы членов Клана Асано в светоотражающих жилетах.

Джейсон подвел их к одному из порталов, где члены Клана Асано проверяли всех входящих и выходящих.

— Патриарх! — воскликнула одна из них, вздрогнув, когда Джейсон перестал скрывать от неё своё присутствие. Ей было девятнадцать лет, и она была двоюродной племянницей Джейсона. Он оставил попытки отучить членов клана называть его так.

Структура клана была инициирована бывшими членами японского Клана Асано, в основном отцом Акари Асано. О японском Клане Асано, возглавляемом бабушкой Акари, Норико, ничего не было слышно.

Джейсон поначалу не был сторонником формализации клана, но его «дожала» бабушка. Юми сказала ему, что если он хочет иметь право голоса в том, как организован клан, он может увеличить свое участие в управлении им. Джейсон просигнализировал о капитуляции, оставив всё на усмотрение её и отца Акари, Широ.

— Мы направляемся в Словакию, — сказал Джейсон.

— Конечно, — ответила кузина Джейсона.

Джейсон и Анна прошли через портал, оказавшись в почти идентичной портальной комнате. Они поднялись на подъемной платформе в то, что теперь было известно как люкс Патриарха на верхнем этаже, и Джейсон вывел их на балкон. По сравнению с её последним визитом, когда всё было разрушено и пусто, теперь всё было восстановлено, а на улицах суетились странные люди. Селестины и леониды, эльфы и даже более экзотические существа. Некогда опустошенный ландшафт был восстановлен под присмотром отца Джейсона, Кена.

— Выглядит лучше, — сказала Анна.

— Да, — ответил Джейсон. — Мой отец нашел восстановление очень вдохновляющим. В мире еще много разрушений, которые нужно исправить, и способности и опыт моего отца отлично подходят для этого. Я был бы признателен, если бы ваши новые связи задействовали его.

Анна повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Ты хотел забрать его с собой, — догадалась она.

— Он нашел новую цель. Я не стану пытаться лишить его этого.

— Значит, с тобой уедут только твоя сестра и её семья?

— Нет, — сказал Джейсон. — Они решили остаться.

Ни его лицо, ни его аура не выдали его чувств по этому поводу.

— Моя сестра взяла на себя логистику продовольствия для проекта переселения, — сказал он. — Подозреваю, ты будешь часто видеть её в своей новой роли. Её муж работает с новой медицинской инфраструктурой и исследовательской группой.

— Я слышала, ты переманил Глэдис из Сети. Кетеван была недовольна.

— Нам нужно много людей с большим опытом. Изучение тонкостей многих новых видов — это сложная задача, даже до того, как начнешь разбираться с пользователями эссенций и любыми другими магическими причудами, которые могут появиться.

— А как насчет твоей племянницы?

Джейсон склонил голову.

— Я не тот дядя, которого она знала. Даже не тот, кто вернулся до волн монстров. Они любят меня, но смотрят на меня и не узнают этих глаз. Или человека за ними.

— Ты пугаешь их.

— Да.

— Не буду лгать, Джейсон: ты пугаешь нас всех. Некоторые из самых могущественных существ на планете вошли в ту зону трансформации, и только двое из вас вышли. Одна вышла королевой вампиров, а другой — с целым королевством.

— Я не король, Анна. Может, мэр, хотя на самом деле это моя бабушка.

— Джейсон, если только ты не хочешь позволить властям Франции и Словакии вернуть себе землю, ты де-факто глава государства. Ты позволяешь французскому правительству работать из этого места. Нации мира и ООН, возможно, сейчас ведут себя прилично, пока они напуганы и рады, что вампиры держатся в стороне. Но придет время, когда они захотят вернуть эту землю. И даже если нет, что ты будешь с ней делать? Ты ведь знаешь, что у тебя больше территории, чем у Ватикана? И это даже не считая тех твоих астральных пространств.

— Я оставил бабушку за главную во всем этом, — сказал Джейсон. — Она будет более склонна к сотрудничеству, чем я сейчас.

— Она не может делать то, что можешь ты.

Чувства Анны, воспринимающие ауру, были недостаточно развиты, чтобы понять, что делает Джейсон, но пространство вокруг неё, казалось, замерло, словно время внезапно остановилось.

— Вместо того чтобы пытаться заставить меня делать то, что я умею, — сказал Джейсон, — тебе стоит быть очень рада, что я решил этого не делать. Я оставляю клану столько ресурсов, сколько могу, и ухожу. Я покончил со всем этим, Анна. Этому миру теперь лучше без меня, а мне лучше без него.

— Этому миру ты бы пригодился.

— Этому миру я был нужен. Прощай, Анна. Тень отведет тебя к бабушке.

— Сюда, миссис Тилден, — сказала Тень, появляясь из тени Анны.

— Еще кое-что, — сказала Анна.

— Ты хочешь сказать, что проверила своих шпионов внутри клана.

Она не стала отрицать.

— Твой клан возобновляет исследования по аугментации людей, которые проводила EOA? Вы подобрали некоторых бывших сотрудников EOA, на которых положила глаз Сеть. У Сети больше опыта в этой области. Они готовы к сотрудничеству.

— Готов поспорить, что готовы. Я не доверяю им в том, что они избегут тех же срезанных углов, что и Мистер Север, — сказал Джейсон. — Я дал клану лишь несколько жестких правил, которым нужно следовать в мое отсутствие, и способ проведения этих исследований стоит в списке первым. Я уже позаботился о том, чтобы невозможно было воспроизвести существующий процесс создания аугментированных людей серебряного ранга.

— Механические ядра, — сказала она. — Мы проводили допросы бывших сотрудников EOA по мере того, как их организация разваливается изнутри. Источник ядер исчез за несколько месяцев до смерти Мистера Севера. Мы считаем, что он забрал его.

— Забрал.

— Сколько активов Севера попало к тебе в руки? Ты пытал его, чтобы выведать это в зоне трансформации?

— Я не пытал его, Анна. Он был монстром, который хотел стать героем, и у него это очень плохо получилось. Он надеялся, что я не буду таким, как он.

— Мы все надеемся, Джейсон. Но ты не монстр.

— Такое чувство, что этот мир хочет, чтобы я им был. Помнишь, каким я был раньше? Меня похитили, а через несколько часов мы уже обменивались шуточками на твоей кухне.

— Это не было весело для меня, Асано. Я боялась, что ты убьешь мою жену.

— О, кстати об этом. Тень, отдай ей картину по пути.

— Картину? — переспросила Анна.

— Что-то, что оставила Доун. Подарок для твоей жены.

* * * Джейсон и Фарра потратили недели на то, чтобы начертить ритуальный круг, формируя и расставляя камни. Они устроили его на футбольном поле в изолированном городке в глубинке Австралии, который так и не был заселен после волн монстров. Весь дизайн круга можно было разглядеть только с воздуха.

Используя свои крылья огня и крылья тьмы, чтобы летать над местом работы и осматривать его, Фарра и Джейсон перепроверяли и дорабатывали самый масштабный и мощный ритуал, в котором каждому из них когда-либо приходилось участвовать. По крайней мере, они не рассчитывали превзойти его до достижения алмазного ранга.

После нескольких часов работы каждый день в течение большей части недели они наконец закончили. Они сидели на выветренных солнцем деревянных трибунах старого футбольного поля.

— Думаю, мы готовы, — сказала Фарра. — Еще пара тестов, чтобы убедиться. Но окончательная оценка должна быть за тобой.

Фарра была лучшим и более опытным ритуалистом, чем Джейсон, особенно в ритуалах такого масштаба. Она следила за тем, чтобы все аспекты работали вместе, в то время как Джейсон, как специалист по астральной магии, взял на себя руководство целью и основным дизайном ритуала.

— Мы практически создали более сложный Стоунхендж, — сказал Джейсон. — На футбольном поле. Это довольно круто.

— Мы открываем проход между реальностями, а ты считаешь, что впечатляет именно то, что мы находимся на пыльном поле в городе, который был почти мертв еще до появления монстров?

— Я постоянно занимаюсь безумными штуками с измерениями, — сказал Джейсон. — Перезагрузка Стоунхенджа — это новый опыт для меня.

— Итак, — сказала Фарра. — Теперь мы можем отправиться в любой момент.

Джейсон посмотрел на ясное голубое небо.

— Я хотел вернуться домой, сделав его лучше, чем когда уходил, — сказал Джейсон. — Теперь я думаю, что оставляю его в худшем состоянии, чем когда прибыл. Этот мир плохо на меня влияет.

Сидя бок о бок, Фарра подтолкнула его плечом.

— Ну, а ты на него влияешь хорошо, — сказала она ему. — Мы уже говорили о том, что Руфус предупреждал тебя о тяжелых решениях. Не думаю, что он имел в виду всё то, через что мы здесь прошли, но масштаб был не тот, а не смысл. Жертва чувством собственного достоинства, потому что это необходимо для того, чтобы поступить правильно, не делает тебя плохим, Джейсон. Это просто заставляет тебя чувствовать себя плохо.

— Когда я столкнулся с кошмарной ведьмой в твоем мире, мой страх заключался в том, что сила развратит меня. Когда я столкнулся с ней здесь, мой страх был в том, что я не такой особенный, как думал.

— Не хочу тебя расстраивать, Джейсон, но то, что тебе нужно немного смирения — это не новость.

— Кто-то сказал тебе, что ты умеешь поднимать людям настроение? Они солгали.

— Джейсон, ты сейчас второй по важности человек в мире. Это сбило бы с толку любого. Добавь к этому тот факт, что теперь ты превосходишь всех здесь в мастерстве до абсурдной степени. Но не волнуйся; в моем мире я отвезу тебя в Витесс. В любом крупном приключенческом городе ты будешь просто обычным парнем.

— Я с нетерпением жду возможности снова стать просто обычным парнем, — сказал Джейсон.

— С этим проблем не будет. Ты силен, я не преуменьшаю это, но там ты далеко не уникален. Мы с тобой — так называемого гильдейского уровня.

— Руфус говорил мне держаться подальше от гильдий искателей приключений.

— Это потому, что гильдии в крошечных провинциальных городках просто бессмысленно обезьянничают, подражая тому, как это делается в больших городах. Там все топовые искатели приключений состоят в гильдиях. Гильдейский уровень означает, что у тебя есть навыки, чтобы быть завербованным в настоящую гильдию. Как только увидишь всё сам, поймешь, почему мы так пренебрежительно относились к искателям приключений из Гринстоуна.

— Ты состоишь в гильдии?

— Да. В Гильдии Пылающей Фиалки. Это старая гильдия, но после того, как дед Руфуса стал её главой, она стала всё больше ассоциироваться с Академией Ремор. Это семья Руфуса, плюс союзники, такие как Гэри и я. Гэри, честно говоря, находится на нижней границе гильдейского уровня, потому что он такой же ремесленник, как и искатель приключений. Разделение времени на тренировки имеет свою цену.

— Гильдия должна быть сильной, если она полна выпускников Академии Ремор, — сказал Джейсон.

— Неплохая. Впрочем, в таком городе, как Витесс, все крупные гильдии сильны. К тому же большинство выпускников из знатных семей не вступают в неё. У них есть семейные связи, которые ведут в более престижные гильдии, но связи только открывают дверь. Академия Ремор дает им навыки, чтобы войти в неё. В основном в Гильдию Пылающей Фиалки вступают выпускники, у которых нет ни власти, ни денег.

— В Академии Ремор есть такие выпускники? Я всегда представлял, что это безумно дорого.

— Дед Руфуса создал программу поиска талантов, выискивая людей с потенциалом. Академия предоставляет стипендии, селит их в общежития и тренирует так усердно, что они пытаются сбежать, к черту бесплатное обучение.

— Ты ведь не училась в академии?

— Нет. Я уже была искателем приключений, когда встретила Руфуса и Гэри.

— Нежить захватила город, верно?

— Да. Знаешь, забавно; я раньше думала об этом как о великой ужасной катастрофе. Но по сравнению с Макассаром это было даже не так уж важно. Число было меньше, и Общество искателей приключений прислало целый контингент золотого ранга, так что в разрешении ситуации никогда не было сомнений. Вот почему они позволили таким низкоранговым, как мы, участвовать.

— Это было бы неплохо, — сказал Джейсон. — Я с нетерпением жду возможности увидеть людей, более могущественных, чем я, и быть счастливым, а не напуганным.

— Ну, — сказала Фарра. — Похоже, ты готов к отъезду. Просто оглянись напоследок, когда будешь прощаться. Ты не вернешься еще долго. А пока ты будешь это делать, я отправлюсь в Швейцарию.

— В Швейцарию?

— Чтобы наделить эссенциями самого важного человека в мире. Кстати, мне понадобятся эссенции. И несколько камней пробуждения. Хорошие, причем; никаких дешевок. Я могла бы сделать это год назад, если бы ты сказал мне, что она переехала в Швейцарию четверть века назад. Нам вообще не нужно было беспокоиться об американцах.

— Я не знал.

— Тебе нужно быть в курсе таких вещей, Джейсон.

— Ты тоже не знала.

— Я из другой вселенной!

Джейсон покачал головой.

— Ты же знаешь, что я не могу перенести тебя порталом прямо в Швейцарию, верно?

— ООН одалживает мне самолет. Я пообещала Анне, что помогу с защитной магией для нового здания ООН в Лондоне.

— Они собираются это сделать?

— Ну, учитывая, что гражданская война в США всё еще продолжается, это не совсем свидетельство мира. Им нужно было место, которое вампиры покинули из-за всплеска магии, и они не собирались просить тебя принять их.

Джейсон застонал.

— Я не хочу ввязываться в новые неприятности, Фарра. Ты же знаешь.

— Знаю, но Анна — друг. Пока ты бегал и топтал волны монстров, я работала с ней, чтобы снова запустить сеть. Она хороший человек, Джейсон.

Джейсон поднялся на ноги.

— Знаю, — сказал он. — Но я просто устал от всего этого. Я должен отпустить это.

Она тоже встала и одарила его теплой, но обеспокоенной улыбкой.

— Ты уверен, что готов к этому? — спросила она. — К местам — конечно, но отпустить людей не так просто.

— Знаю. Но слишком сильная привязанность только привела к тому, что я причинил им боль.

* * * Джейсон попрощался во Франции в теплый осенний день. Тайка жаловался на свою мать и её мнение о французской еде. Трэвис хотел поехать с Джейсоном, но знал, что его вклад будет критически важен для грядущей войны с вампирами. Однако он ухватился за возможность отказаться от своей прежней принадлежности и работать с Кланом Асано.

В конце концов, Джейсон поплыл вниз по реке Фуран на прогулочной яхте, построенной из облаков, вместе со своей сестрой и племянницей. Они не говорили о магии, монстрах или отъезде. Они наслаждались обществом друг друга и играли в одну из настольных игр Грега на палубе. Джейсон игнорировал случайные взгляды, которые Эрика бросала на его странные глаза, и то, что он читал в её ауре, когда она это делала.

После того как они вместе посмотрели закат, он открыл портал и отправил их обратно в Сент-Этьен. Он уже собирался закрыть его, как маленькая фигурка бросилась обратно и заключила его в крепкие объятия.

— Прощай, малышка, — сказал он, взъерошив ей волосы.

В теле Джейсона больше не было физиологических механизмов для слез. Он уже давно был кем-то иным, нежели человек, но никогда он не чувствовал этого так сильно, как в тот момент.

* * *

КАК ГЭРИ ВЕРНУЛ СЕБЕ КУРАЖ

КАК ГЭРИ ВЕРНУЛ СЕБЕ КУРАЖ

В городе Гринстоун Гэри Зандье и Руфус Ремор тихо шли по пустой улице, освещенной по ночам магическими фонарями. Гэри был огромным леонидом, но сейчас выглядел осунувшимся и маленьким, лишившись всей своей фирменной жизнерадостности.

— Думаю, служба прошла хорошо, — сказал Руфус.

— Служба прошла хорошо? — Гэри отреагировал с раздражением. — Хорошо? Он погиб, спасая этот город, и что он получил взамен? Кучку насмешливых дворян, которые были рады его уходу. Они ненавидели его. Всегда ненавидели. Мелкие людишки, возомнившие себя гигантами.

— Там были и друзья, Гэри.

— Фарры там не было. Она мертва, Руфус. Теперь Джейсон мертв. Сколько еще до того момента, как Хестер появится у моей двери, чтобы отправить меня порталом на твои похороны?

— Ты мог бы остаться. Прикрывать мою спину.

— Я прикрывал спину Фарры. Мы оба прикрывали, и что мы могли сделать? Смотреть, как она умирает — вот что. Приключения должны были приносить радость, Руфус. Помнишь? Видеть мир, помогать тем, кто в этом нуждается. Оказывается, те, кому нужна помощь, Руфус, — это мы сами.

Гэри опустил голову.

— Что ты будешь делать теперь? — спросил он, и голос его звучал устало и приглушенно. — Я имею в виду, насчет команды. В Витессе не будет недостатка в желающих.

— Они могут оставаться там, — ответил Руфус. — Я собираюсь задержаться здесь, поработать над новым тренировочным центром.

— Хорошо, — сказал Гэри. — Будь учителем, Руфус. Может, мы доживем до того, чтобы стать старыми друзьями.

* * * Плоская равнина с высокой желтой травой простиралась до самого горизонта под широким открытым небом. Лишь несколько редких деревьев нарушали бесконечное золотое море, слегка колышущееся на ветру.

Отдаленная деревня с низкими постройками была единственным населенным пунктом. Немногие другие здания, разбросанные по огромной территории, были ранчо или другими хозяйствами, где жило не больше горстки людей. Леонидка зашагала к коттеджу в нескольких километрах от уединенной деревни.

Сопровождал женщину мужчина-человек, который последовал за ней к двери коттеджа. Здание представляло собой небольшое каменное сооружение с пристроенной кузницей. Женщина остановилась у двери и рявкнула имя.

— ГАРЕТ!

Внутри Гэри поморщился. Дверь ударилась о стену, когда ее распахнули. Из-за похмелья Гэри показалось, что это его ударили по голове.

— Мам, — простонал он. — Ты что, открыла дверь, накричав на нее? И вообще, ты знаешь, что все зовут меня Гэри.

— Нет, все зовут тебя вечно пьяным кузнецом, который делает свою работу кое-как. Ты что, спишь на куче грязного белья?

— Не думаю, что ты пришла сюда, чтобы его постирать?

— Хотя это может удивить любого, кто тебя знает, ты взрослый мужчина, Гарет. Ты достаточно взрослый, чтобы стирать свое белье самостоятельно.

— Тогда зачем ты здесь?

— Потому что кое-кто слишком горд, чтобы навестить свою мать. Магде пришлось прийти за мной, что не лучшим образом характеризует тебя как ее работодателя.

— Я плачу ей не за это.

— Нет, ты платишь ей за то, чтобы она управляла деловой стороной твоей кузницы, что трудно делать, когда кузнец все свое время проводит в пропитанной вином куче. Ты не луковица, Гарет, так что перестань пытаться себя замариновать.

Гэри пошарил рукой, пока она не наткнулась на пустую бутылку, и поднял ее, продолжая лежать в куче грязной одежды. Он вгляделся в этикетку.

— Это вино? Кажется, меня надули.

— Тебе стоит послушать свою мать, Гэри, — раздался знакомый голос.

Гэри приподнялся на локтях и увидел Руфуса, стоящего в дверях позади его матери.

— Я оставлю вас, мальчики, поговорить, — сказала мать Гэри. — А потом, Гарет, у нас с тобой будет серьезный разговор о том, как поддерживать чистоту в доме.

* * * В конце концов Гэри удалось добраться до настоящей мебели и сесть за пыльный кухонный стол. Он наклонился вперед, положив на него голову.

— Гэри, выглядишь ты не лучшим образом, — сказал Руфус.

— Зато ты выглядишь отлично, — ответил Гэри. — Снова полируешь свою лысину?

— Я не полирую лысину.

— Конечно, нет. Достиг серебряного ранга?

— Признаки грядущего всплеска активности монстров наблюдаются уже больше года, даже если все больше кажется, что сам всплеск никогда не наступит. В Гринстоуне заметно увеличилось количество монстров серебряного ранга, что и позволило мне преодолеть порог.

— Я думал, ты собираешься управлять своей новой школой, а не возвращаться к приключениям.

— Это всего лишь тренировочный филиал, и я им управляю. Но ты знаешь, какие стандарты в Гринстоуне. Все хорошие искатели приключений уезжают, так что кто-то должен взять это на себя.

— Разве многие не вернулись из-за всплеска монстров?

— Мы ждем всплеска уже несколько лет, Гэри. Это должно было занять недели, в крайнем случае месяцы. Люди не будут ждать вечно, особенно в таком месте, как Гринстоун, где все, кроме самых низких рангов, стагнируют.

— Значит, ты уезжаешь?

— Нет. Я все еще готовлю тренировочный филиал. Он не начнет работать в полную силу до завершения всплеска. Академия не пришлет людей раньше этого времени. Даниэль Геллер уехала. Успела достичь золотого ранга, как я слышал.

— Рад за нее.

— Знаешь, Гэри, ты был бронзового ранга еще до того, как у меня появились эссенции.

— Это не моя вина, что ты незрелый, — сказал Гэри.

— Прости, — ответил Руфус. — Меня только что назвал незрелым человек, который однажды забыл надеть штаны на бой?

— Я покрыт шерстью, Руфус. Это легко не заметить.

— О, я помню, чем ты был покрыт. Это свалялось у тебя в шерсти, и нам пришлось покупать кристальный очиститель, чтобы это вымыть, помнишь?

— Точно, да. Фарра хотела просто выстричь это ножницами. Она бы оставила меня похожим на больного бродячего кота.

— Гэри, ты и есть больной бродячий кот. Твоя мать попросила меня приехать сюда с другого континента. Она беспокоится о тебе.

— Она моя мама. Это ее работа.

— Я беспокоюсь о тебе.

— Не надо, Руфус. Просто не надо.

— Я не буду давить. Но у меня кое-что есть для тебя.

— Судя по тому, куда клонится этот разговор, я не уверен, что хочу это получать.

Руфус достал из кармана небольшой предмет и положил его на стол.

— Что это? — спросил Гэри.

— Ты знаешь, что это, — сказал Руфус.

Гэри взял Ядро монстра и зажал его между большим и указательным пальцами своей огромной руки. Он повертел его, изучая, прежде чем положить обратно на стол.

— Что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?

— Если ты хочешь вывести свое кузнечное мастерство на новый уровень, тебе нужно повысить ранг. Ты был бронзового ранга всю мою карьеру искателя приключений, и ты находишься на самом пороге серебряного.

Руфус постучал пальцем по Ядру монстра.

— Если ты действительно завязал с приключениями, то вот как ты теперь можешь повысить ранг.

Гэри долго молча смотрел на Руфуса.

— Значит, вот что ты делаешь. Пытаешься разбудить меня, заставляя сделать выбор.

— Гэри...

— Я не хочу этого слышать, Руфус.

Гэри встал, взял Ядро монстра и подошел к двери своего скромного коттеджа. Он открыл ее, обнажая бескрайние просторы желтой травы снаружи. Он изо всех своих немалых сил швырнул Ядро монстра в траву.

— Руфус, ты мой лучший друг в мире, и я люблю тебя. Но убирайся из моего дома.

* * * — Я не знаю, где он, — сказала Магда. К леонидке в деревне подошел необычный мужчина, расспрашивающий о ее работодателе.

— Он не живет в своем коттедже, — продолжила Магда. — Он приезжает раз в пару недель и работает несколько дней, а потом снова уезжает. Я просто прихожу, чтобы забрать все, что он сделал на продажу, дважды в месяц.

Магда нервничала. У клиента было безупречное совершенство очень высокорангового бойца, поэтому, если бы он разозлился из-за не самой лучшей трудовой этики Гэри, никто бы не смог ничего с этим поделать.

— Все в порядке, — сказал мужчина, плавно доставая духовную монету золотого ранга. — Иди домой на некоторое время и... мистер Зандье, кажется?

— Да, Гарет Зандье. Но все зовут его Гэри, кроме мамы.

— Когда мистер Зандье будет готов снова воспользоваться вашими услугами, он найдет вас. Это может занять некоторое время, так что этого должно хватить на первое время.

Он протянул ей монету, чтобы она взяла ее, но она заколебалась.

— Юная леди, — сказал он, несмотря на то, что выглядел вдвое моложе ее сорока лет, — уверяю вас, что я больше обижусь на отказ от моего предложения, чем на потерю монеты.

Глаза Магды расширились, и она поспешно выхватила ценную духовную монету из его пальцев, а затем пришла в ужас от собственной грубости. Он легко рассмеялся, подняв руку, чтобы предотвратить ее извинения.

— Все в порядке. Мне придется найти его самому.

— Вы ведь не причините ему вреда?

— О, вероятно, причиню, — сказал он. — Но вы все равно ничего не сможете с этим поделать, так что вам лучше бежать по своим делам.

* * * Гэри лежал без сознания в гамаке, натянутом между двумя деревьями. Меч вонзился в одно из деревьев, перерезав ремень, удерживающий гамак, и сбросив Гэри на землю.

Гэри сердито закричал, проснувшись, завернутый в гамак, и разорвал его своими немалыми силами. Он неуклюже вскочил на ноги и огляделся, ничего не видя и не чувствуя. Он находился в роще тонких, широко расставленных деревьев, и здесь негде было спрятаться.

Он посмотрел на меч, торчащий из дерева, и выдернул его. Он сразу понял, что это его собственная работа.

— Это один из моих, — пробормотал он.

— Удивлен, что ты готов признать это вслух, — раздался голос у него за спиной.

Гэри обернулся и увидел перед собой стройного, красивого мужчину. Его одежда была такой же безупречной, как и его лицо, и то и другое выглядело неуместно в дикой саванне. Гэри не мог почувствовать ауру, что могло означать серебряный ранг, но инстинкты говорили ему об обратном. Это был опасный человек.

— Чего ты хочешь? — спросил Гэри.

— Я не просто так хожу и скупаю ужасные мечи, мистер Зандье, — сказал мужчина. — Но этот я нашел особенно возмутительным.

Гэри посмотрел на меч в своих руках. Он вошел в дерево и вышел из него, не оставив на лезвии ни единой царапины. Он не то чтобы вложил в него всю душу, но это был вполне добротный продукт.

— Это совершенно адекватный меч, — сказал он в защиту своей работы.

Гэри не видел, как последовал удар, и даже не почувствовал, как он пришелся. В одно мгновение он стоял там с мечом в руках, а в следующее — кубарем летел по земле. Только когда он остановился, до него дошла боль от удара.

— Адекватный, — произнес мужчина, словно выплевывая кусок гнилого фрукта. — В следующий раз, когда я услышу, как это слово слетает с ваших губ, мистер Зандье, это будет не такой легкий тычок, как этот.

К тому времени, как Гэри перевернулся и болезненно сел, мужчина уже навис над ним.

— Если хочешь вернуть свои деньги, — сказал Гэри, — иди спроси того парня, у которого купил его. А еще поцелуй мой упругий, волосатый зад.

Мужчина оценивающе посмотрел на Гэри.

— Тебе все равно, что я с тобой сделаю, да? Ты чувствуешь мою силу, и тебе просто плевать.

— Ага, — согласился Гэри. — Так что либо убей меня, либо проваливай; у меня уже есть самодовольный друг. Он умер, но я не ищу замены на эту должность.

Мужчина продолжал пристально смотреть на Гэри.

— Понимаю, — сказал он. — Ты попробовал себя в приключениях, и вышло не очень. Потерял людей. Не хочу тебя расстраивать, мистер Зандье, но это вряд ли новая история. Ее рассказывали вечно и будут рассказывать вечно.

Гэри позволил себе упасть обратно в траву.

— О нет, я не особенный. Теперь, когда ты выследил меня ради этого великого откровения, можем ли мы вернуться к той части, где ты оставляешь меня в покое?

Мужчина извлек из воздуха деревянный стул и сел рядом с Гэри, который все еще лежал в траве.

— Мистер Зандье, меня зовут Вирид Мартин.

— Меня зовут Гэри. Перестань называть меня мистером.

— Хорошо, Гэри. Как и ты, я практикую кузнечное искусство.

— Тогда сделай свой собственный меч и оставь меня в покое.

— Гэри, ты обнаружишь, что по мере продвижения в высшие сферы любого ремесла принципы, которые ты сформировал, начинают определять твою работу. Со временем это становится основой для нюансов, которые делают твой фирменный стиль непохожим ни на какой другой.

— Если я скажу тебе, что мой основной принцип — это одиночество, ты уйдешь?

— Нет. Мы здесь, чтобы поговорить о моем основном принципе. Он прост — идея о том, что все навыки, от владения мечом до танцев, кулинарии и кузнечного дела, имеют фундаментальные основы, из которых проистекает все остальное. Независимо от того, насколько сложна или продвинута техника, она в некотором роде является продолжением фундаментальных приемов.

— Не хочу тебя расстраивать, — сказал Гэри, — но этот принцип принадлежит тебе в той же мере, в какой и каждому, кто когда-либо хоть что-то делал.

— Да, — согласился Вирид. — Можно считать это основным принципом любого мастерства. И все же, несмотря на знание этой простой истины, многие пренебрегают ею. Они стремятся к сложности, всегда пытаясь раздвинуть границы, не исследуя до конца глубины, которые могут предложить основы. При этом они не понимают, что именно в фундаменте кроется наибольшая глубина. То, что они ищут, — лишь фрагменты целого.

— Это отличная история, правда. Не уверен, зачем ты мне ее рассказываешь, но ты дал мне много пищи для размышлений. Так что, если бы ты мог просто оставить меня с этим...

Меч, который Гэри выронил, когда Вирид ударил его, пролетел по воздуху и шлепнулся в ожидающую руку Вирида.

— Все, что мы создаем, рассказывает историю, — сказал Вирид. — О нас, о том, кто мы такие и как мы смотрим на мир.

Он повертел меч в руках.

— Этот меч рассказывает историю человека, который терпелив. Который не спешит к финалу, а полностью исследует то место, где уже находится, зная, что есть чему поучиться. Человека, который потратил годы на оттачивание основ своего ремесла, вместо того чтобы переходить к новому, броскому. Он также рассказывает историю человека, которому больше нет дела. Его навыки готовы двигаться дальше, развивать мастерство, но ему не хватает воли. Он стал ленивым и небрежным, и только преданность прошлому позволяет ему выживать за счет серии постыдно сносных работ.

Вирид бросил меч, и тот разлетелся в воздухе на куски, осколки металла посыпались в траву.

— Из-за моей особой направленности мне нравится изучать работы тех, кто еще находится на ранних этапах кузнечного пути. Когда я увидел этот меч, я пришел в ярость. Что кто-то, чьи шаги на этом пути были такими твердыми, сбился с него.

Вирид встал, схватил свой стул и толкнул его в воздух, где тот исчез. Затем он закрыл глаза и молча застыл на месте. В конце концов Гэри сел, чтобы посмотреть на него.

— Что ты делаешь?

— Ищу кое-что, — сказал Вирид. — Мое ауральное восприятие достаточно обширно, поэтому может потребоваться некоторое время, чтобы настроиться на что-то конкретное.

— Может, тебе стоит практиковаться в этом, а не приставать к людям, которые были вполне счастливы в своем гамаке до твоего появления.

Глаза Вирида распахнулись.

— Счастливы? Ты действительно собираешься сидеть здесь и утверждать, что был счастлив?

— Комфортно, тогда.

— Комфорт — это животное, не осознающее, что его ведут на убой.

По жесту Вирида в траве появилась линия огня, но она не сожгла ее. Из пламени возникла арка из почерневшего металла, которая затем поднялась, чтобы заполнить ее.

— На ноги, мистер... Гэри. Пора идти.

— Я знаю, как работают порталы, — сказал Гэри. — Ты можешь заставить меня делать много вещей, раз уж ты такой могущественный, но ты не можешь заставить меня пройти через эту штуку.

— Верно, — признал Вирид. — Что я могу делать, так это другие вещи, пока ты не согласишься пройти добровольно. Ты хочешь, чтобы я делал другие вещи, Гэри?

Единственным ответом Гэри был стон.

— Я так и думал. А теперь вставай.

* * * В хаосе нападения монстров никто не заметил, как посреди деревни открылся огненный портал. Вирид и Гэри вышли, и Гэри тут же резко обернулся. Деревня организовала оборону, судя по разбитым частоколам и пикам, лежащим рядом с погибшими, но эта оборона была сломлена. Теперь крики жителей и визги монстров смешивались в воздухе, густом от медного привкуса крови.

— Сделай что-нибудь! — крикнул Гэри. — Ты достаточно силен! Исправь это!

— Моя помощь имеет цену, Гэри.

— Просто сделай что-нибудь!

— Тебе не важно, какая цена?

— НЕТ!

Вирид сделал небрежный жест, и мгновение спустя над деревней воцарилась тишина. Оглядевшись, Гэри заметил металлические шипы, торчащие из земли и пронзающие каждого монстра в поле зрения.

— Вот и все, — легко сказал Вирид.

Гэри бросил на него сердитый взгляд и бросился проверять людей.

* * * Вирид и Гэри шли по крепостным стенам города-крепости, предназначенного для размещения местного населения во время всплесков активности монстров. После разрушения деревни Вирид и Гэри сопровождали туда выживших.

— Мир становится опасным, — сказал Вирид. — Этот длительный период активности монстров перед всплеском становится хуже, чем сам всплеск, из-за своей затянутости. Он не представляет полной угрозы всплеска, но мир не может просто затаиться и переждать годы повышенной опасности. Люди, особенно те, у кого меньше всего ресурсов и больше всего изоляции, становятся жертвами.

— Ты, кажется, не особо заботился об этом в той деревне, — сказал Гэри. — Ставя условия помощи людям, пока они умирали вокруг нас.

— Тебе не судить меня, Гарет Зандье. Ты не знаешь, что я сделал, но я знаю, что сделал ты. Ты сидел сложа руки, медленно спиваясь до смерти, пока люди там страдают. Ты думаешь, что оправдан, потому что у тебя нет силы портала? То, что ты находишься далеко, не освобождает тебя от ответственности за то, что ты не помог, так же, как и меня.

— Это то, к чему сводится твоя цена?

— Да. Я рад, что ты не спросил, что это было, Гэри. Это хорошо говорит о тебе.

— Итак, на что я подписался?

— Ты не собираешься отступать? Я вынудил тебя согласиться под некоторым давлением.

— Мы заключили сделку, и ты выполнил свою часть, — сказал Гэри. — Я не собираюсь просто так отказываться от своих слов.

— Очень хорошо, — сказал Вирид. — Как мы оба имели несчастье убедиться, есть много людей во многих местах, нуждающихся в помощи. Мы не можем сражаться за всех них, но, как кузнецы, мы можем дать им инструменты, чтобы они могли сражаться за себя. Оружие, доспехи, укрепленные ворота и частоколы. Не великие, броские работы. Базовые вещи. Фундаментальные.

— Почему? — спросил Гэри. — Почему я?

— Не только ты, Гэри. Те из нас, кто существует на верхних ступенях силы, любят вмешиваться во время всплесков монстров, но в этот раз вызовы серьезнее. Нас мало, а нуждающихся так много. Мы взяли на себя задачу вербовать людей, которые, как мы чувствуем, способны изменить ситуацию.

— Ты мог бы просто попросить.

— Мог бы? Я нашел тебя через твой меч, Гэри, и этот меч рассказал историю. Это была не история человека, готового помочь. Тебе нужно было увидеть, вспомнить, кто ты есть.

— И кто же я?

— Тот, кто заботится настолько, что потеря людей может его сломить.

* * * Пять мечей парили в воздухе, светясь от жара желтым светом. Подобно дирижеру симфонического оркестра, Гэри взмахнул руками, и они опустились в корыта с водой, ожидавшие их внизу.

— Есть преимущества в серебряном ранге, — пробормотал он про себя. У него была инстинктивная неприязнь к использованию Ядер монстров, но он решил никогда не возвращаться к приключениям. Более года путешествий между отдаленными деревнями и городами-крепостями, укрепляя их оборону, подтвердили это. Он мог сделать гораздо больше, размахивая молотом в кузнице, чем размахивая им перед монстром.

Это не означало, что он не брал в руки свой боевой молот. Монстры не были заинтересованы в том, чтобы ждать, пока он закончит работу, прежде чем нападать на города, деревни и усадьбы.

Гэри закончил последнюю часть своей работы, удовлетворенно кивнув. Эта последняя партия мечей знаменовала окончание работы для еще одной деревни, и пора было двигаться дальше. Он сложил мечи в ящик, который легко взвалил на плечо, прежде чем выйти из кузницы.

— Пушистик!

Маленькая девочка-эльфийка вцепилась в ногу Гэри, как пиявка. Он снял ее за спинку туники и подержал на весу, пока она болтала руками и ногами.

— Хм, — строго произнес он. — Кажется, у меня на ноге вырос какой-то неприличный нарост.

Подошла мать эльфийки и забрала свою малышку.

— Прости, Гэри.

— Все в порядке, — усмехнулся Гэри. Они направились к главной улице: Гэри нес мечи на плече, а женщина держала своего ребенка, который все еще тянулся к Гэри.

— Она никогда раньше не видела леонида, и ей не понравится, когда ты уйдешь.

— То, что я ухожу, означает, что вы лучше готовы встретить опасность, чем когда я пришел, — сказал Гэри. — Я не могу чувствовать себя плохо из-за этого.

— Значит, ты все еще намерен уехать утром?

— Да, — сказал Гэри. — При условии, что мой транспорт прибудет вовремя, хотя бы раз.

— Это немного грубо, — сказал Вирид, когда ящик на плече Гэри открылся и из него выплыл меч. Он переместился к Вириду, чей раздражающий энтузиазм появляться из ниоткуда не убавился.

— Неплохо, — сказал Вирид, осматривая лезвие.

— Значит, соответствует твоим стандартам? — спросил Гэри.

— Я этого не говорил, обязательно. Мои стандарты очень высоки.

— Тогда ты можешь дать мне совет, — сказал Гэри. — Что хорошо, потому что у меня есть вопросы.

— Я сам на это напросился, — пожаловался Вирид. — Я начинаю жалеть, что ты достиг серебряного ранга. Из всех людей, которых я завербовал, ты больше всего меня раздражаешь.

— Остальные не хотят, чтобы ты помогал им в их ремесле?

— Да, но их вопросы поверхностны и лишены проницательности. Большинство из них не думают, что штамповка мечей и пик помогает им развивать свои навыки. Они всегда хотят спешить вперед, вместо того чтобы понять, где они уже находятся. Их вопросам не хватает нюансов, и они имеют простые ответы.

— Все в порядке, — сказал Гэри. — Если ты не хочешь мне помогать, не обязан.

— Я этого не говорил, — поспешно ответил Вирид.

* * * Последним городом, удостоившимся внимания Гэри, был самый крупный из тех, что он посетил. Хотя регион был отдаленным, город был торговым и транспортным узлом для всех окружающих его маленьких деревень. Гэри помог превратить его в полукрепость, и не раз выходил навстречу монстрам, угрожавшим ему.

В городе устроили пир в честь завершения строительства новых стен, со столами и жаровнями, расставленными на центральной площади. Гэри жестикулировал целой жареной ножкой, разбрызгивая жир и соус, рассказывая историю людям, сидящим с ним за одним столом. Он замолчал, когда его слух серебряного ранга выделил знакомые голоса, спорящие между собой.

* * * — Твои щиты магические, — жаловалась Белинда Нилу. — Все, что они тебе стоят, — это немного маны. Каждый раз, когда один из моих щитов ломается, мне нужно, чтобы его починили или заменили.

— Ты искатель приключений, — сказал Нил. — Ты можешь себе это позволить.

— Мы не то чтобы загребаем монеты, бегая за ведьмой-травницей, — сказала Белинда. — Не все мы из богатых семей, Нил.

— Ведьмой-травницей? — переспросил Джори.

— Прости, милый, — сказала Белинда. — Я уверена, что то, чем ты занимаешься, очень важно.

— Так и есть, — пожаловался Джори.

— Послушай, Нил, — продолжила Белинда. — Я к тому, что использую много комплектов снаряжения, и с тех пор, как мы достигли серебряного ранга, я бегаю с дешевым мусором. Мне нужно найти кого-то, кто может поставлять качественную работу по приличной цене.

— Линди, вот почему мы здесь, — сказал Джори. — Я слышал, есть странствующий кузнец, который делает простые, но качественные вещи.

— Ты также сказал, что это беззащитный город, — сказал Нил. — Мы только что потратили четверть часа, ожидая прохода через контрольно-пропускной пункт в их гигантской металлической стене. Мы могли бы сказать им, что мы искатели приключений серебряного ранга.

— Нельзя просто так этим хвастаться, — сказал Джори. — Мы здесь не для того, чтобы создавать шум. И разве новые стены не намекают на то, что у них здесь есть хороший мастер по металлу?

— Я замечу, — сказала Белинда, — что ни один из моих комплектов снаряжения, какими бы разнообразными они ни были, не включает стены.

— У тебя большой щит, — сказал Джори. — Это почти как стена.

— Джори? — позвал громовой голос.

Джори посмотрел вперед, туда, откуда доносились звуки веселья с городской площади. Лампы освещали ранний вечер, выделяя огромную волосатую фигуру, несущуюся по улице и размахивающую ножкой мяса, как оружием.

— Гэри?

Я И ЕСТЬ ТА САМАЯ ПРИМАНКА

Я И ЕСТЬ ТА САМАЯ ПРИМАНКА

В доках Общества искателей приключений в Гринстоуне облачный дворец Эмира Бахадира сменился облачным кораблем, который затмил бы собой океанский лайнер. Эмир готовился к отплытию с момента поминальной службы по Джейсону. Хамфри, Софи и Нил поднялись на борт через облачный причал, ведущий прямо в борт корабля, где один из сотрудников Эмира проводил их внутрь. Их отвели в каюту владельца, которая была скорее не комнатой, а тремя этажами типичной для Эмира роскоши.

В кабинете, размером больше большинства домов, Эмир сидел за столом под прозрачным потолком, открывающим вид на синее пустынное небо. Подъемная платформа доставила троицу как раз в тот момент, когда Эмир заканчивал встречу с заместителем директора Общества искателей приключений Женевьевой Пико. Это была эльфийка, чья внешность выглядела необычно старой для пользователя эссенций серебряного ранга.

Эмир встал, чтобы пожать ей руку, и она ушла, проходя мимо Хамфри, Софи и Нила, которые как раз сошли с подъемной платформы, на которую она ступила. Нил и Хамфри сохраняли дипломатичное выражение лиц, в то время как Софи открыто сверлила её взглядом. Женевьева была причастна к политическим махинациям, превратившим Софи в пешку, которой угрожала смерть и кое-что похуже.

— Тише, — пробормотал Хамфри.

— Не волнуйся, — ответила ему Софи. — Если я и решусь на неё напасть, то придумаю план получе, чем набрасываться при случайной встрече.

— Софи, — укоризненно произнес Хамфри.

— Большинство людей продумывают всё только до самого убийства, — небрежно бросила Софи, пока они шли через кабинет, больше похожий на помпезную городскую площадь. — Важно спланировать то, что будет потом. Вот на этом-то обычно и попадаются.

Хамфри покачал головой, а Нил хмыкнул. Позади них сотрудник, сопровождавший их наверх, спускался вместе с заместителем директора. Эмир шагнул вперед, чтобы поприветствовать троицу. Официальная офисная мебель растворилась в облачной субстанции, прежде чем вновь принять форму удобного гостиного гарнитура.

— Прошу, садитесь, — пригласил Эмир. Несмотря на вид обычных кресел и диванов, стоило им сесть, как они ощутили роскошную, поглощающую мягкость их истинной природы.

— Пришло время отправляться, — сказал Эмир, переходя сразу к делу. — Поминальная служба по Джейсону позади, а Общества искателей приключений и магии наконец-то закончили дергать вас по поводу астрального пространства Жнеца.

— Наш долг — делать всё, что в наших силах, — сказал Хамфри.

— Невероятно утомительный долг, — заметила Софи. — Они задавали одни и те же вопросы снова и снова. Я знаю, что такое допрос, когда сама нахожусь под ним.

— Это были не допросы, — возразил Хамфри.

— То, что у них не хватило силы воли достать плоскогубцы, еще не значит, что это не был допрос, — парировала Софи.

— Плоскогубцы? — переспросил Хамфри. — Какой образ жизни ты вела?

— Это был не образ жизни, богатей.

— Это подводит нас к главной теме обсуждения, — вмешался Эмир.

— К тому, что Хамфри богатый? — спросил Нил.

— Нет, — ответил Эмир. — К жизни мисс Векслер. Как много ты помнишь о времени до того, как попала в Гринстоун?

— Ненамного больше, чем вспышки, — сказала Софи. — Я была едва старше малыша, когда мы переправились. Помню кораблекрушение и то, как меня нашли искатели приключений. Всё, что было до этого — лишь фрагменты.

— Ты хотя бы знаешь название города, в котором родилась? — спросил Эмир.

— Нет.

— Это был Курданск, — сообщил он ей. — В Народной Святой Федерации Дрейзила.

Хамфри покачал головой.

— Народная Святая Федерация, — пробормотал он. — Чем больше они пытаются выставить нацию свободной и праведной, тем она тираничнее и коррумпированнее.

— Ты там был? — спросил Нил.

— Я много путешествовал с матерью, прежде чем получил свои эссенции. Наш дирижабль пришвартовался там для пополнения запасов, и начальник порта вымогал у капитана так называемые портовые сборы. Я хотел возмутиться, но мать остановила меня. Сказала, что там так заведено. Взятки и коррупция вшиты в саму гражданскую структуру города.

— Вы не были в Старом городе? — спросил Нил, и Софи кивнула.

— По крайней мере, у преступников в Гринстоуне хватает порядочности не притворяться кем-то другим.

— Разве вы не слышали, что Герцог только что сделал выжившего члена Большой тройки криминальных боссов мэром Старого города? — спросил Нил.

— Цель Адриса Доргана — легитимность, — сказал Хамфри. — Ему нужно встать на путь истинный, чтобы осуществить свои амбиции. Мне это не нравится, но потребуется кто-то вроде него, чтобы привести Старый город в порядок после многих лет преступного правления.

— Это на удивление разумная позиция, — заметил Нил. — Твоя мать тебе это сказала, да?

— Нет, — ответил Хамфри, его взгляд метнулся вниз. — Джейсон. Ну, а потом мама сказала то же самое.

— Джейсон и твоя мать всегда мыслили одинаково, — сказал Нил. — Она была стильной, а Джейсон был… ну, Джейсоном, но за кулисами, думаю, его разум работал во многом как её.

— Я тоже это заметила, — сказала Софи.

— Знаешь, Хамфри, — сказал Нил, — твоему отцу, возможно, повезло, что Джейсона больше нет рядом. Думаю, мы все видели, к чему шло то дело с твоей мамой.

— Что?

Хамфри раздулся от ярости, его глаза расширились. Софи протянула руку, чтобы мягко, но сдерживающе коснуться его плеча.

— Нил, не будь задницей, — сказала она, поворачиваясь к нему лицом, чтобы Хамфри не видел, как она пытается не рассмеяться. Она повернулась к Эмиру, который наблюдал за ними с безмятежным видом. Хамфри сидел, сверля Нила взглядом, а тот сидел с пристыженным выражением лица, но смеющимися глазами. Софи принудительно вернула разговор в нужное русло.

— Эмир, — позвала Софи. — Откуда вы знаете, из какого я города, если даже я сама не знала?

— Помнишь, на прошлой неделе я говорил, что хотел бы покопаться в твоем прошлом?

— Вы к тому моменту уже полгода этим занимались? — догадалась она.

— Да, — признал Эмир. — Если мы хотим поймать Орден Жнеца за хвост, мы не можем просто продолжать идти по следу, который они для нас прокладывают. Нам нужно найти что-то, чего они не подкладывали нам на путь, и ты — единственное, в чем мы уверены, что подходит под это описание.

— И что? — спросила Софи. — Вы хотите отправить меня в этот город и водить там, пока кто-нибудь не попытается меня убить или завербовать?

— Наши планы немного более тонкие, — сказал Эмир. — Но, по сути, да. Мы намерены порыбачить, Софи, а ты будешь приманкой.

Хамфри подался вперед, его враждебность переключилась с Нила на Эмира.

— С чего вы взяли, что мы позволим вам так использовать нашего члена команды?

— Ага, — согласился Нил. — С нас хватит сомнительных планов без права на ошибку. Они нам уже дорого обошлись.

— Я понимаю, — сказал Эмир, — но…

— Не уверен, что вы понимаете, мистер Бахадир, — сказал Хамфри. — Вы никогда не теряли члена команды. Ваши истории о приключениях — это уморительные анекдоты о сражениях с монстрами при помощи уток или случайных похищениях принцев во время ограбления королевских сокровищниц.

— Именно, — согласился Нил, внезапно оказавшись на одной волне с Хамфри. — Наши истории — это плата кровью и смертью, чтобы наши дома и семьи не были уничтожены чьей-то версией захвата земель в исполнении бога-монстра.

— Тише, мальчики, — сказала Софи. Они оба повернулись к ней, наполовину поднявшись со своих мест. Она приподняла брови, глядя на них, и они сели обратно.

— Я и есть та самая приманка, — сказала она им, — так что последнее слово за мной. Давайте хотя бы выслушаем человека.

* * * — О да, — крикнул Нил с гневным сарказмом, спринтуя по переулку. — Давайте все будем человеческой приманкой. Отличный план.

Он бежал рядом с Хамфри через лабиринт узких переулков, уворачиваясь от куч мусора и старых ящиков, пока их ноги быстро двигались по мокрой от дождя брусчатке.

— Выбор был за Софи, — крикнул в ответ Хамфри.

— Как насчет того, чтобы поменьше спорить и побольше ускориться? — предложила Софи. Она была впереди них, легко труся спиной вперед, замедляясь, чтобы не оторваться от остальных. — Я знаю, у вас мало опыта в том, чтобы быть преследуемыми, но громкие крики не помогут. Полагаю, это издержки вашего воспитания.

Они вышли из переулка на оживленную улицу, в самый разгар шумного парада. Они замедлились и влились в шумную толпу, позволив потоку унести их.

— Что ты имеешь в виду под воспитанием? — громко спросил Нил, чтобы его было слышно за шумом парада.

— Вас обоих воспитали богатыми, — объяснила Софи. — Вас растили с мыслью, что вы получите всё, что хотите, если будете громко кричать.

— Полагаю, — сказал Хамфри, — что твои предрассудки по отношению к состоятельным людям дают о себе знать, Софи. Не могу говорить за Нила, но меня так не воспитывали.

— Ну, а я могу говорить за себя, и меня — нет, — сказал Нил.

— Тогда почему богатые люди всегда заканчивают тем, что громко кричат о том, чего хотят, когда им не дают этого немедленно?

— Мы не кричим! — крикнул Нил, а затем сник, когда Софи одарила его многозначительным взглядом.

— Может, проявим осмотрительность? — предложил Хамфри. — Мы еще не сбежали.

— Всё нормально, — сказал Нил. — Это парад; все кричат. Они нас не найдут.

— Они нас нашли, — сказала Софи и начала проталкиваться обратно из толпы. Хамфри и Нил не удосужились оглянуться, когда двинулись следом.

* * * — Это было строго необходимо? — спросил Нил, когда он и Хамфри поливали себя бутылками с кристальной смывкой. Желтое масло быстро смывалось с их тел, которые были раздеты до простых штанов и босых ног. Это оставило их мускулистые тела влажно блестящими, а не похожими на маринованные куски мяса.

— Да, — сказала Софи, чья одежда осталась безупречной. — Совершенно необходимо.

Они стояли в покосившемся деревянном сарае в развлекательном квартале Курданска. Изначально это был складской район рядом с доками реки Курдан, и большие участки относительно недорогой недвижимости сделали его самым подходящим местом для строительства больших театральных залов. Это была пьянящая смесь удовольствий, преступности и денег, что делало его опасным, но притягательным местом, где богатство сталкивалось с нищетой.

Софи легко вписалась, особенно учитывая, что её темнокожая, сереброволосая этническая принадлежность целестинов была обычным явлением в городе. Именно она нашла способ замаскировать своих спутников, которые выделялись гораздо сильнее, выставив их напоказ, а не скрывая.

— Ты впечатляюще справился, — сказал Хамфри Нилу. — Для эльфа у тебя на удивление низкий центр тяжести.

Мускулистый эльф метнул в Хамфри ядовитый взгляд.

— Что? — невинно спросил Хамфри. — Хочешь, чтобы я притворился, что у меня нет эссенции мощи?

— Да, — сказал Нил. — Да, хочу. Мы устраивали шоу.

— И вы справились очень хорошо. Ты поразительно силен для целителя. И для эльфа. Какая-то эволюция дара?

— Ага.

Хамфри повернулся к Софи.

— Обязательно было устраивать борьбу в масле? — спросил он её. — Я до сих пор не уверен, что быть полуголым и покрытым желтой смазкой было лучшим выбором маскировки.

— Сработало же, верно? — спросила Софи. — Вы оба выглядели совершенно иначе, чем обычно. Я покажу вам записывающий кристалл позже.

— Ты записала это? — спросил Нил.

— Нет, — быстро ответила Софи. — Что я действительно сделала, так это получила несколько похотливых приглашений для вас двоих.

— Правда? — спросил Нил. — Какого рода женщины?

— В основном это были мужчины, — сказала Софи. — Женщины предпочитают более стройное, поджарое тело, вместо…

Она помахала руками на двух мужчин, чьи торсы напоминали перевернутые треугольники из кубиков пресса и грудных мышц.

— …всего этого. Я имею в виду, это неплохо, но вы обнаружите, что многие женщины предпочтут жилистое тело массивному. Вы выглядите как килограмм грецких орехов в паре пакетов по четверть килограмма.

Нил посмотрел на свое тело.

— Грецкие орехи? — переспросил он, а затем посмотрел на Хамфри. — Хамфри, ты бреешь грудь?

— Нет, — поспешно ответил Хамфри, переводя взгляд. — Масло, вероятно, заставило волосы выпасть. А ты бреешь свою?

— Я эльф, — сказал Нил. — У нас не растут волосы на груди.

* * * — Отличная работа, — сказал Эмир. — Вы их выманили.

— Каков наш следующий шаг? — спросил Хамфри.

Софи, Хамфри и Нил наконец были в безопасности на облачном корабле Эмира, парящем над городом. Вне региона с низким уровнем магии Гринстоуна полная функциональность его облачного корабля была восстановлена. Он был пришвартован к более высокой башне из множества других в оживленном космопорте Курданска.

— Ваш следующий шаг — убраться из города, — сказал Эмир. — Они сделали открытый ход, и теперь у нас есть их хвост. Ваша роль в этом окончена.

— Хорошо, — сказал Нил. — Моя церковь прислала весть. Попросили меня присоединиться к Джори, пока он бегает по изолированным городам, обучая их делать дешевые зелья.

— Я думал, он работает скорее как лектор, — сказал Хамфри. — Почему они отправили его в поле?

— Это была его идея — применить прямой подход, — сказал Нил. — Предвестники всплеска монстров сильно бьют по этим отдаленным общинам, и им нужно быть максимально самодостаточными, поскольку ресурсы везде ограничены. Он важный актив для церкви. Целитель ожидает, что работа Джори поможет многим людям.

— Твоей церкви нужно, чтобы именно ты защищал его? — спросил Хамфри.

— Готов поспорить, Джори хочет защиты, которой может доверять, — сказала Софи. — Охранники — это хорошо, но они не будут сражаться за тебя так, как это сделает друг.

Хамфри кивнул.

— Значит, скоро расстанемся, — сказал он. — По крайней мере, на время. Что возвращает нас к вопросу о том, что дальше ждет Софи и меня.

Софи повернулась к Эмиру. — Вы что-нибудь узнали о моей семье здесь?

— Нет, — сказал Эмир. Его аура не выдала лжи, но Софи научилась определять их не по ней, и язык его тела выдал его.

— Вы мне должны, Бахадир, — сказала она. — Я уговорила свою команду пойти на это при условии, что вы поможете мне найти любую оставшуюся у меня семью.

— Вам нужно набраться терпения, мисс Векслер, — сказал Эмир. — Это не то дело, в которое стоит лезть бронзовым рангам.

— И всё же, у вас не было угрызений совести, когда вы привязали её к дереву и ждали, пока хищники вынюхают её, — сказал Нил.

— Расскажите ей то, что она хочет знать, мистер Бахадир, — сказал Хамфри. — Если только вы не хотите, чтобы моя мать приехала и спросила сама.

— Я слышал, она достигла золотого ранга, — сказал Эмир. — Пожалуйста, передайте мои поздравления.

— Передам, — сказал Хамфри. — В последний раз, когда я говорил с ней по водной связи, она выразила интерес приехать и посмотреть, как я здесь справляюсь. Вы же знаете, она никогда не одобряла это начинание.

— Вы серьезно угрожаете мне одним, только что получившим ранг золотым рангом?

Хамфри ничего не ответил, просто одарив Эмира злой ухмылкой, которая поразила Софи. В последний раз она видела её на лице Джейсона Асано, и на обычно прямолинейном Хамфри она смотрелась чужеродно. Даже в своем удивлении она не упустила тонкого сжатия челюсти Эмира.

— Хорошо, — сказал Эмир. — Только не делайте ничего глупого.

* * * — Что значит «ушли»? — спросил Эмир своего исполняющего обязанности начальника штаба, Уилмонта. Уилмонт был эльфом, известным своим неизменным самообладанием.

— Я действительно сказал им, что вам не понравится их высадка, — сказал Уилмонт. — Я, конечно, немедленно послал вам весть, но мисс Векслер было не остановить, несмотря на все усилия молодого господина Геллера.

— Но он, конечно, последовал за ней, — сказал Эмир, не спрашивая.

— Именно, сэр. Молодой господин Нил остается на борту, готовясь к отбытию. Он довольно скоро пересядет на небесный корабль церкви Целителя.

— Хотя бы скажите мне, что моя внучка не пыталась последовать за ними.

— Пыталась, — сказал Уилмонт. — Постфактум. Однако, поскольку она является членом семьи, персонал счел более уместным принудительно удержать мисс Кетис, и она остается на борту.

Кетис была внучкой Эмира, которую Софи обучала боевым искусствам, полученным из книги навыков, так же, как Руфус когда-то помогал Джейсону. Эмир надеялся, что Софи будет более-менее положительным примером для подражания, но это работало не совсем так, как задумывалось.

— Хоть это радует, — сказал Эмир. — Вам следовало остановить и остальных тоже, Уилмонт.

— Как мисс Векслер довольно громко заметила, мистер Бахадир, они ваши гости, а не ваши пленники.

— Я имел в виду придержать их, а не запирать, — сказал Эмир. — Констанция бы так и сделала.

— Мисс Констанции здесь нет, мистер Бахадир. Если бы я был так же способен, как она, то уже занимал бы её должность, а не просто подменял во время её отсутствия.

Эмир в расстройстве потер лицо руками.

— Прошу прощения, — сказал он. — Это было грубо с моей стороны, Уилмонт; я извиняюсь. Я просто чувствую себя не в своей тарелке без неё рядом.

— Конечно, мистер Бахадир. Я уверен, что мистер Морс позаботится о её благополучии.

— Тогда вы не знаете Кэла, — сказал Эмир. — Он твердо верит в силу через невзгоды. Вот почему она попросила его помочь ей.

Начальник штаба Эмира и объект его привязанности, Констанция, взяла отпуск от работы у Эмира. Она уехала со старым товарищем Эмира, Каллумом Морсом, с намерением не возвращаться, пока не достигнет золотого ранга.

После того как след энергетического вампира, одержимого Тадвиком Мерсером, остыл, родители Руфуса Ремора продолжили расследование, в то время как Каллум вернулся к своим обычным делам. Заядлый охотник на монстров, он был одним из немногих золотых рангов, которые одержимо работали над повышением своей силы с неугасающим энтузиазмом низкого ранга. Он согласился помочь Констанции, которая возобновила свои амбиции достичь золотого ранга, поскольку мир становился всё опаснее. Это также был шанс познакомить её с секретами, которые делают прогресс через золотой ранг отличным от предыдущих рангов.

— Лучше бы он вернул её мне в целости и сохранности, — сказал Эмир, — иначе у нас с ним будет разговор.

— У вас с ним, сэр?

— Ну, — поправился Эмир. — У меня, у него и у кучи других золотых рангов, которых я найму. Я не настолько глуп, чтобы сражаться с Каллумом в одиночку.

— Хотите, чтобы я отправил людей в погоню за молодым господином Хамфри и мисс Векслер?

— Нет, — устало сказал Эмир. — У меня уже были люди, ожидающие, чтобы последовать за ними. Они очевидно собирались уйти.

— Тогда, если позволите спросить, мистер Бахадир, почему бы вам не остановить их самому?

— Я не могу ответственно просить Софи позволить мне подвергать её еще большей опасности, — сказал Эмир. — Но если она настаивает на том, чтобы сделать это сама, то кто я такой, чтобы её останавливать?

— Тогда к чему это раздражение, сэр?

— Уилмонт, было бы просто очень приятно время от времени удивляться тому, что кто-то принимает разумное решение.

— Если позволите быть столь дерзким, мистер Бахадир; если то, что вы ищете — это разумность, возможно, вы выбрали не ту профессию.

ПРОШЛОЕ МОЖЕТ ПОДОЖДАТЬ

ПРОШЛОЕ МОЖЕТ ПОДОЖДАТЬ

На первый взгляд, Марта Фрис была ничем не примечательной жительницей Курданска. Как и у многих селестинов Курданска, у нее была темная кожа и серебристые волосы. Ее небольшой домик в ряду других ничем не отличался от соседних, теснящихся на узкой улочке, где она жила.

Простой, но мощный браслет для подавления ауры на ее руке скрывал ее ауру серебряного ранга, но также мешал чувствовать чужие ауры, поэтому она не заметила приближающихся бронзовых рангов, пока они не подошли совсем близко к ее двери. В этой селестинке было что-то тревожное; какое-то смутное чувство узнавания заставило Марту занервничать. Она не стала раздумывать или медлить, а сразу направилась в спальню, откинула ковер, открывая люк, и достала свою аварийную сумку.

Марта отодвинула шкаф, открывая съемную стеновую панель, которую установила сама. Ею не пользовались два десятилетия — с тех пор, как ее подруга Мелоди воспользовалась ею, инсценируя свою смерть. Теперь Марта воспользовалась ею сама и быстро растворилась в ночи. Она так и не почувствовала золотого ранга, который тихо наблюдал за тем, как она выбирается в переулок.

* * * Софи постучала снова, на этот раз забарабанив кулаком в дверь.

— Не думаю, что выламывание двери — это то первое впечатление, которое ты хочешь произвести, — сказал ей Хамфри. — Кажется, дома никого нет.

— Если она знает что-то о моей матери, я должна выяснить это сама.

— Я понимаю, — ответил Хамфри, — но ты не сможешь наколдовать ее появление только потому, что тебе этого очень хочется. Нужно терпение.

Она одарила его гневным взглядом, и он встретил его, не дрогнув.

— Ты всегда была реалисткой, Софи, — сказал он. — Город, полный скрытых врагов, — не лучшее место, чтобы это терять.

Она поморщилась, но неохотно кивнула.

— Попробуем позже, — успокоил ее Хамфри.

— Можете не утруждаться, — произнес мужской голос, когда дверь перед ними открылась. У человека за ней было неожиданно знакомое лицо.

— Мистер Морс? — спросил Хамфри. — Что вы здесь делаете?

— Жилец съехал, — сказал Каллум Морс. — Она не вернется.

— Откуда вы знаете? — спросила Софи.

— Потому что я видел, как она ушла навсегда, — ответил Кэл.

— Вы ее выслеживаете? — спросила Софи.

— Да.

— Скажите, где она, — потребовала Софи.

— Нет.

— Почему нет? — спросил Хамфри.

— Потому что у вас не хватит сил пройти этот путь. Я не позволю вам встать на дорогу, которая приведет вас к гибели.

— Вы собираетесь скрывать это от меня? — спросила Софи.

— Да, собирается, — раздался женский голос позади. По узкой улице к ним приближалось еще одно знакомое лицо. Это была Констанция, до сих пор отсутствовавший начальник штаба Эмира. — Вы зашли так далеко только потому, что Эмир попросил вас о том, на что не имел права.

— Мы согласились, — сказал Хамфри. — Это был наш выбор.

Констанция покачала головой.

— Мотивация мисс Уэкслер ясна и понятна, — сказала она. — Вы, мистер Геллер, должны знать лучше. Вас воспитали лучше. Почему вы пошли на это?

— Потому что ей это нужно, — сказал Хамфри, бросив взгляд на Софи.

Констанция ждала дальнейших объяснений, но в ответ получила лишь равнодушный взгляд. Она устало застонала.

* * * Эмир был в самом разгаре массажа, когда его расслабленное тело внезапно напряглось.

— Сэр? — спросил массажист.

Эмир соскочил со стола, схватил халат, накинул его на себя и почти выскочил из массажного кабинета. Настал момент, которого он ждал: он почувствовал, что Констанция вернулась на воздушный корабль. Она достигла золотого ранга и вернулась домой.

Эмир даже не стал утруждать себя подъемной платформой. Изменив форму корабля, чтобы проделать отверстие под ногами и через палубы внизу, он провалился на несколько уровней вниз. Его халат был одной из тех вещей, что развевались во время его стремительного спуска в док воздушного корабля.

— Это то, чем ты занимался? — отчитала его Констанция, когда Эмир приземлился на корточки. — Какое было правило насчет ношения штанов перед персоналом?

Эмир поднял взгляд с ухмылкой, которая тут же сменилась гримасой. Обычно доходящие до плеч каштановые волосы Констанции были коротко подстрижены, а ее бледная кожа невыгодно контрастировала со светло-зеленой и коричневой броней, которую она носила. Но его встревожила не ее внешность, а тот факт, что она и Каллум конвоировали Софи и Хамфри через стыковочный шлюз, вместе со смущенными людьми, которых Эмир отправил следить за ними.

— Что, черт возьми, происходит? — спросил Эмир.

— Ты серьезно думаешь, что именно ты должен это спрашивать? — поинтересовалась Констанция. Эмир жаждал услышать ее голос, хотя и не в таком тоне. — Использовать бронзовые ранги в качестве приманки?

— Мы сами сделали свой выбор, — сказал Хамфри.

— Вы бронзового ранга, — сказала Констанция, не сводя глаз с Эмира. — Вы не можете выбирать такую опасность.

Софи ловко вывернулась из захвата Констанции, державшей ее за руку, и ткнула Констанцию в грудь.

— Мы решили рискнуть своими жизнями, и один из нас погиб, спасая целый город, — сказала Софи. — Ты хочешь нами командовать — ты золотого ранга, можешь. Но если ты будешь принижать то, что мы сделали и чего это нам стоило, то я найду способ надрать тебе задницу, золотой ранг или нет. Как у тебя с сопротивляемостью к ядам?

Каллум издал редкий смешок при виде ошарашенного выражения лица Констанции, а Хамфри гордо ухмыльнулся. Эмир изо всех сил старался скрыть эмоции, с переменным успехом. Каллум успокаивающе положил руку на плечо Констанции.

— Они прошли через собственные испытания и принесли реальные жертвы, Конни, — мягко сказал он. — Возможно, они отчаянно нуждаются в руководстве, но мы все равно должны это уважать.

— Постой, — сказал Эмир. — Конни?

— Тем не менее, — продолжил Каллум, игнорируя Эмира, — уважение к их опыту — это не то же самое, что позволить им убежать и погибнуть.

— О чем ты думал, Эмир? — спросила Констанция, снова поворачиваясь к нему.

— Откуда ты вообще знаешь, что происходит? — спросил он. — Тебя не было целый год.

— Ты думаешь, только ты один следишь за Орденом Жнеца? — спросил Каллум.

— Да, думал, — ответил Эмир. — Сейчас все смотрят на Культ Строителя. Общество искателей приключений, правительства, все. Ты хочешь сказать, что ведешь свою игру? Почему в одиночку? Почему не объединиться со мной?

— Потому что ты не единственный, кому я верен, Эмир, — сказал Каллум. — Я часть Культа Жнеца.

— С каких пор? — спросил Эмир.

— С самого начала.

— Ты никогда нам этого не говорил.

— Я сказал Габриэлю и Арабель.

— Всем в нашей команде, кроме меня?

— У тебя слишком длинный язык, Эмир. Особенно когда ты без штанов.

Каллум бросил взгляд на Софи и Хамфри.

— Твое суждение не всегда верно, — продолжил он, — и тебе нужен кто-то, кто будет тебя сдерживать.

— Вроде Конни здесь? — спросил Эмир.

— Да, — ответил Каллум.

— Ты вообще хочешь, чтобы я вернулась? — спросила Констанция Эмира.

— Как ты можешь такое спрашивать? — сказал Эмир с обиженным выражением лица. — Я только что прыгнул с пяти палуб без штанов, чтобы увидеть тебя.

— Мы все видели, — сказал Хамфри. — Возможно, немного одежды и немного времени дадут нам шанс обсудить все более спокойно.

— Значит, ты еще не совсем потерял рассудок, — сказала Констанция Хамфри. — Учти, я расскажу об этом твоей матери.

В этот момент появился Нил на подъемной платформе, с вещами, упакованными в пространственную сумку, перекинутую через плечо. Он огляделся, посмотрел на Эмира в халате, Софи и Хамфри, Констанцию и Каллума, а также на горстку оперативников Эмира серебряного ранга, пытающихся не привлекать ничьего внимания.

— Я что-то пропустил? Я что-то пропустил, да? Никто мне ничего не говорит.

* * * — Есть следы, по которым можно пойти, но для вас, в нынешнем состоянии, они опасны, — сказал Каллум Софи. — Вы слишком слабы, а ваша команда разбросана по ветру. Достигните серебряного ранга, соберите их вместе, и я дам вам то, что нужно для следующего шага в поисках вашей семьи.

— У вас нет права скрывать от меня это Знание, — сказала Софи.

— Но у меня есть сила, — сказал Каллум, — и вы ничего не можете с этим поделать, кроме как ждать. Сосредоточьтесь на том, чтобы стать сильнее.

— Сюрприз, — сказал Эмир. — Парень, одержимый тем, чтобы стать сильнее, предлагает вам стать сильнее.

Софи, Хамфри, Нил, Эмир, Констанция и Каллум сидели в одном из второстепенных барных залов воздушного корабля, Эмир теперь был одет.

— Если бы это была ваша семья, как бы вы отнеслись к тому, что кто-то скрывает это от вас? — спросила Софи Каллума. Эмир поморщился, отведя взгляд от Констанции.

— Не лучший подход, — сказал Эмир Софи. — У вас с Каллумом много общего, когда дело касается семьи.

— Я понимаю ваше разочарование, — сказал Каллум, казалось, ничуть не смутившись. — Но я также знаю цену того, когда позволяешь эмоциям направлять тебя туда, куда не следует. Поэтому я останавливаю вас, пока вы не будете готовы. Ненавидьте меня, если хотите.

— Та женщина знала мою мать, — сказала Софи. — А вы позволили ей уйти.

— Ей нужно уйти, — сказал Каллум. — Вы привлекли к ней внимание, которое приведет к ее гибели. Ей нужно исчезнуть не только от вас, если она хочет прожить достаточно долго, чтобы вы получили свои ответы.

— Я могла бы получить их сегодня, — сказала Софи.

— Нет, — ответил Каллум. — Если бы не Констанция и я, вы с ней, скорее всего, были бы уже мертвы, как и люди Эмира, идущие по вашему следу. Золотые ранги, которых вы не почувствовали, отступили из-за нашего присутствия.

— Тогда что вы ожидаете от нас сейчас? — спросила Софи. — Потому что я закончила играть роль рыбы на крючке, и мне плевать на колючих гадов из Жнеца.

— Мне они немного любопытны, — сказал Хамфри. — Если вы часть Ордена Жнеца, почему вы позволяете нам бегать кругами в поисках их?

— Я не часть Ордена Жнеца, — сказал Каллум. — Культ Жнеца почитает принципы Жнеца. Святость смерти.

— Звучит как Церковь Смерти, — сказал Нил.

— Мы давно работаем бок о бок с Церковью Смерти. Наши ценности и цели часто совпадают. Орден Жнеца — это ответвление культа. Они начинали как фракция, которая хотела стать более активной в мире. В частности, накопить политическую власть.

— Это не очень вяжется с тем, что я знаю о Жнеце, — сказал Хамфри. — Признаться, знаю я немного, но это показывает, насколько все очевидно.

— Да, — согласился Каллум. — Орден отделился от культа, на словах выражая близость к Жнецу, но отказываясь от принципов, которые с этим связаны. Они стали корыстными убийцами, пока не зашли слишком далеко и не были вынуждены инсценировать свою гибель. Так называемый последний оплот ордена, который вы исследовали под озером Небесный Шрам, был частью фракции, стремившейся сохранить связи с культом. Они выступали за примирение и были принесены в жертву ради этого.

— Как мы можем этого не знать? — спросил Эмир. — Фамильяр Джейсона Асано должен был обладать этой информацией.

— Тень Жнеца, которая проводила испытания, была фамильяром из времен, когда культ и Орден еще не разделились. Она была установлена, когда астральное пространство было полигоном для наших самых молодых рекрутов, от которых скрывались наши большие секреты. Я подозреваю, что Орден был осторожен в том, что позволял фамильяру узнать, учитывая, что он был частью плана возрождения, который происходит даже сейчас.

— Мне нет дела до всего этого, — сказала Софи, вставая.

— Не ходите по городу в поисках ответов, — предупредил Каллум. — Единственные, кто их знал, ушли вместе с женщиной, которая исчезла. Все, что вас теперь ждет — это смерть.

Хамфри тоже встал. — Мне это тоже не нравится.

— Но ты считаешь, что я должна отпустить это? — спросила его Софи.

— Я думаю, ни мистер Морс, ни этот город не дадут тебе ответов, которые ты хочешь. Но есть источники знаний, превосходящие их обоих.

Констанция закрыла лицо рукой и застонала.

— Обязательно, мистер Геллер?

— Это моя команда, а не ваша, — сказал ей Хамфри. — Вы можете сколько угодно не одобрять, но мы имеем право совершать свои собственные ошибки.

* * * Витесс, в государстве Эстеркост, был известен как город цветов. Расположенный там, что Джейсон Асано назвал бы Французской Ривьерой, его культовый горизонт был отмечен огромными башнями с цветущими лозами, свисающими снаружи. Известные как садовые башни, большинство из них имели каждый третий или четвертый этаж, отведенный под сады, использующие воду, свет и магию растений для создания пышных убежищ покоя, возвышающихся над городом. Это были резиденции для богатой элиты города — аристократов и искателей приключений, — а также штаб-квартиры ключевых организаций города.

Общество искателей приключений и Магическое общество занимали целые здания. Континентальный совет Общества искателей приключений заседал в Витессе, а не в столице, Сирионе. Королевская семья содержала башню в качестве дворца, где проживала большая часть семьи.

Семья Ремор не имела аристократического титула; Геллеры имели лишь титул из маленького провинциального города своего происхождения, отказываясь от всех остальных. Однако ни одной из семей не отказывали в праве на проживание в некоторых из лучших башен города. На балконе внутреннего двора, пропитанном цветочными ароматами, Даниэль Геллер неодобрительно смотрела на своего сына.

— Я всегда хотела, чтобы ты учился у Джейсона Асано, — сказала она ему. — Возможно, ты извлек некоторые уроки, которые я не планировала. Не уверена, что одобряю эту бунтарскую жилку.

— Да, одобряешь, — сказал Хамфри.

Даниэль рассмеялась, не отрицая этого.

— Где сейчас мисс Уэкслер? — спросила она.

— В храме Знания, — ответил Хамфри.

— Хорошо, — сказала Даниэль, кивнув в знак одобрения.

— Ты не боишься, что она получит информацию, которая подвергнет нас опасности?

— Знание не дает тебе ответов, которые ты хочешь, — сказала Даниэль. — Она дает тебе ответы, которые тебе нужны.

* * * — Сейчас не время преследовать эту цель, — сказала Знание Софи. В храме Знания в Витессе, в комнате ответов, Софи столкнулась с воплощением богини с той же смелостью, что когда-то Джейсон. Богиня показала Софи лицо, отличное от того, что она показывала Джейсону, теперь с темной кожей местных жителей Витесса.

— Это не тот ответ, за которым я пришла, — сказала Софи.

— И все же это ответ, который ты получила, — сказала Знание. — Придет время, когда твои спутники станут единым целым. Это будет подходящее время для поисков своего прошлого.

— Мои спутники не могут стать единым целым, — сказала Софи. — Вы это знаете.

— Ты смеешь указывать мне, что я знаю? Ты такая же дерзкая, как Джейсон Асано, но не такая очаровательная.

— В смерти нет ничего очаровательного.

— Пришло время тебе уйти, Софи Уэкслер. Я не направлю тебя на путь, который ты хочешь, но у меня есть тот, который, думаю, ты примешь. Пришло время тебе воссоединиться с Клайвом Стэндишем. Он обнаружил, что обещания окружающих его людей мало чего стоят, и ему не помешали бы союзники, которым он может доверять.

— Клайв в беде?

— Он создает беду. Чье влияние ответственно за это, думаю, мы обе знаем. Ищи его, Софи Уэкслер, ибо прошлое может подождать лучше, чем он.

* * * Город Гринстоун находился на крайнем юге континента, который в мире Джейсона называли Африкой. По сравнению с низкомагическими, по большей части пустыми южными регионами, север был гораздо более густонаселенным. Город Ракеш на северном побережье был домом для континентального совета Общества искателей приключений. Это была лишь одна часть обширного кампуса, объединяющего крупнейшие цитадели Магического общества и Общества искателей приключений на континенте.

Прани Аджус была чиновницей Магического общества, приехавшей посетить крыло исследований астральной магии. Одна из сотрудниц исследовательского крыла, Лорелея Грэм, заметила ее и попыталась перехватить.

— Грэм, — сказала Прани. — Вы администратор, а не исследователь. Вы мне сейчас не нужны. Я иду к мистеру Стэндишу.

— Он занят своим последним раундом исследований, — сказала Лорелея. — Вы же знаете, какой он. Сейчас, возможно, не лучшее время.

— Грэм, вы его выгораживаете?

— Понятия не имею, о чем вы говорите, леди Аджус.

— Если уж собираетесь лгать, Грэм, окажите мне любезность сделать это хотя бы правдоподобно. Мистер Стэндиш уже больше месяца не подавал ни одного из своих настойчивых запросов на полевую работу.

— Возможно, он смирился с тем, что их будут отклонять, — предположила Лорелея.

— Вот это меня и беспокоит, — сказала Прани. — Я не позволю ему отправиться на какую-нибудь бесцельную, плохо продуманную миссию мести за какого-то неважного покойника.

— Мы пообещали ему, что у него будет шанс дать бой Строителю.

— И он его получит, — сказала Прани. — Опосредованно. У этого человека выдающийся ум, и я не позволю какому-то культисту пробить его молотом. А теперь хватит задержек. Ведите меня к Стэндишу.

Лорелея неохотно провела Прани через здание туда, где, как предполагалось, работал Клайв. Открыв дверь в его мастерскую, она с удивлением обнаружила, что он находится за стеклянной стеной в ритуальной комнате, стоя посреди сложного ритуального круга. Вместе с ним в центре круга была металлическая арка, покрытая рунами.

Стеклянная стена была спроектирована так, чтобы ограничивать любую магию, которая могла помешать ритуалам внутри, при этом легко пропуская звук.

— Мистер Стэндиш, — сказала Прани. — Я хочу отчет о вашей текущей деятельности.

Клайв повернулся от места, где осматривал арку, чтобы посмотреть сквозь стекло.

— О, леди Аджус. Здравствуйте, Лорелея.

— Мистер Стэндиш, — повторила Прани. — Что вы делаете?

— То, что мне велели, — сказал Клайв. — Я раскрываю секреты астральной магии, которую использует культ Строителя. Эта портальная арка, например, является частью транспортной сети, которую культисты и их союзники из Церкви Чистоты используют для передвижения, не привлекая внимания множества людей, охотящихся за ними.

— Предполагаемые союзники, — поправила Прани.

— Разумеется, — сказал Клайв с неискренней улыбкой.

— И как ваши успехи? — спросила Прани.

— Что ж, — сказал Клайв, — почему бы нам не узнать?

Он указал рукой на арку, и она засветилась радужной энергией. Прани закричала, когда Клайв немедленно шагнул в нее. Она ударила рукой по стеклу, которое разбилось. Она бросилась вперед со скоростью серебряного ранга, когда портал снова погас прямо у нее перед носом. Она резко развернулась к Лорелее.

— Откройте его снова! — потребовала Прани.

— Я не знаю как, — сказала Лорелея. — Я администратор, а не исследователь.

— Мы в отделе исследований астральной магии, — сказала Прани. — Найдите того, кто знает.

ДРАКОНИЦА

ДРАКОНИЦА

Белинда следовала за сигналом своего магического устройства в пыльном пустынном овраге, в нескольких десятках километров к югу от Ракеша. Она бродила вокруг, разыскивая источник сигнала. Им с Клайвом удалось получить лишь примерные координаты с территории кампуса Магического общества, и на то, чтобы сузить область поиска, ушли дни.

— Где же эта дурацкая штука? — пробормотала она, продолжая поток недовольных комментариев. — Бродить по всей этой чертовой пустыне. Песок там, где его быть не должно.

Жара не вредила её телу бронзового ранга, но безвредность — это ещё не значит приятность. После долгих поисков она нашла старый шахтный туннель, заваленный камнями и заросший кустарником, чтобы скрыть его. Она использовала одну из своих способностей, «фальшивый боец», которая усиливала её силу и позволяла отбрасывать крупные камни.

Она подбросила светящийся камень, который завис над её головой, и последовала по туннелю вглубь желтой скалы. Он привел её в камеру, которая, как она сомневалась, когда-либо была частью шахты. Она была слишком большой, а пол обработан куда глаже, чем мог бы позволить любой немагический инструмент. Посреди комнаты в пол была вмонтирована арка портала.

Достав мел, она начала чертить ритуальный круг.

* * * На территории кампуса Магического общества в Ракеше действовала магия, предотвращающая работу порталов вне определенных зон. Именно когда Клайв обнаружил, что ему запрещен доступ в эти зоны, он понял, насколько «настойчиво» Магическое общество желает, чтобы он оставался на кампусе и был сосредоточен на задачах, которые они ему подбрасывали.

Поначалу это казалось безобидным, словно они просто хотели, чтобы он работал как можно усерднее. Его неоднократные просьбы разрешить полевую работу отклонялись, а участившиеся попытки покинуть кампус показали, что он — пленник, пусть и не по названию. Это ощущалось как жестокое предательство со стороны организации, которой он отдал полжизни, пусть он больше и не был официальным сотрудником ассоциации.

Клайв всегда полагал, что Магическое общество в Гринстоуне — исключение в своей коррумпированности, благодаря человеку, стоящему во главе. Теперь же казалось, что это пятно проявляется во многих местах и в самых разных обличьях. В Ракеше, где общество разделено на касты, они, по-видимому, не видели ничего плохого в том, чтобы удерживать против воли того, кого считали достаточно низким по статусу.

Поскольку ему был закрыт доступ в любую зону, где могла бы сработать его способность к порталам, Клайв был вынужден искать другие пути. Никто не подозревал, что сеть порталов, используемая культом Строителей, работает на принципах, настолько отличных от порталов пользователей эссенций, что она может проскользнуть сквозь защиту кампуса. Защитная магия препятствовала работе портальной сети культа, но при правильных усиливающих ритуалах с обеих сторон портала можно было открыть проход. Клайв записал это в свои личные заметки, но не включил в те, что вел для Магического общества.

Помощница Клайва, Белинда, не подвергалась таким же ограничениям, как он. Напротив, она отвечала за выполнение всего, что требовалось Клайву за пределами кампуса. За ней не следили так пристально, как за Клайвом; кастовая система, оправдывавшая удержание Клайва, списывала её со счетов как неважную персону. Они пытались проверять любые материалы, которые она вносила или выносила, но у неё было личное хранилище. Даже Магическое общество не могло заглянуть туда, не убив её прежде.

У Клайва и Белинды ушла большая часть двух месяцев на то, чтобы разработать и осуществить свой план, от уверенности в том, что он понимает функционал портала, до создания устройства, способного выследить другой портал для использования в качестве пункта назначения. Самым большим фактором риска было время между моментом, когда Белинда отправилась на поиски целевой арки портала, и моментом, когда они его активировали. Если бы кто-то начал выяснять, почему она не вернулась на кампус за всё это время, весь план мог бы рухнуть. В конце концов, Клайв был вынужден сделать шаг, которого делать не хотел.

Лорелея Грэм была заместителем декана факультета исследований астральной магии, а также тем человеком, который завербовал Клайва в Гринстоуне. Клайв был почти уверен, что искажение информации о том, во что он ввязывается, было совершено по отношению к ней так же, как и к нему. Сама веря в эту ложь, она делала своё предложение более убедительным. По-видимому, испытывая раскаяние, она уделяла Клайву пристальное внимание в последующие месяцы, часто ограждая его от внимания леди Аджус и других чиновников, заинтересованных в исследованиях, которые они на него давили.

Клайв сильно рисковал, доверившись Лорелее в том, что она прикроет Белинду, особенно учитывая, что он почти ничего не рассказал ей о своих планах. Белинда неоднократно предостерегала его от доверия к кому-либо, предполагая, что Лорелей с самого начала умело им манипулировала. Он не был до конца уверен, что довериться ей было правильным решением, вплоть до самого момента побега через портал, прямо на глазах у леди Аджус.

* * * Сразу после того, как он вышел из портала, Клайв и Белинда уничтожили ритуальный круг вокруг него, чтобы никто не мог последовать за ним.

— Нам нужно немедленно уходить, — сказал Клайв, пока они работали над уничтожением ритуального круга, высекая повреждения на вырезанных в полу знаках. — Есть шанс, что кто-то там сможет придумать способ открыть портал с той стороны.

— Тогда зачем ты отправил меня в дыру на краю иссохшего нигде? — пожаловалась Белинда. — У меня песок и пыль в таких местах, где им совсем не место.

— Во-первых, нам нужно было убедиться, что арка заброшена и цела, — сказал Клайв. — Появление посреди цитадели культа Строителей было бы не лучшим побегом. С той стороны я мог лишь сказать, что этот портал не активировался годами. Он мог быть поврежден или заблокирован.

— Что и было, — признала Белинда. — Думаешь, они смогут последовать за нами без ритуального круга с этой стороны?

— Я предположил пару способов, как это можно сделать, прежде чем остановиться на этом, — сказал Клайв. — Я не включил их в свои публичные заметки, но я далеко не единственный хороший исследователь астральной магии у них. Я отверг те методы, потому что есть большая вероятность, что они увеличили бы время передачи портала.

— То есть после того, как ты вошел, потребовалось бы больше времени, прежде чем он выплюнул бы тебя обратно?

— Возможно, — сказал Клайв. — Другая возможность заключается в том, что я появлялся бы из целевой арки в течение нескольких минут.

— Это значит то, что я думаю?

— Если ты думаешь, что это значит, что моё тело медленно просачивается из портала, как слизь, которую выдавливают через терку для сыра, то да.

— Думаю, избежать этого было хорошим выбором, — заключила она.

— Согласен, — сказал Клайв.

Они закончили, и Белинда повела его наружу через шахтный туннель. Белинда подбросила парящий светящийся камень, в то время как высокому Клайву приходилось периодически пригибать голову под деревянными опорными балками.

— Надеюсь, Лорел... мисс Грэм не попадет в большие неприятности, — сказал Клайв.

— Скорее всего, она и отвечает за то, чтобы поймать тебя, — сказала Белинда. — Вы с Хамфри слишком доверяете авторитетным фигурам. Не обязательно быть такими подозрительными, как Софи, но, может, стоит немного поучиться у Джейсона.

— Вообще-то, мисс Грэм помогла мне прикрыть твое отсутствие, — сказал Клайв.

Белинда остановилась в туннеле.

— Что? — спросил Клайв, тоже остановившись.

— Что я сказала тебе перед тем, как уйти? — спросила его Белинда.

— Чтобы я убедился, что иду к правильному порталу и не приземлюсь в лагере культистов.

Белинда посмотрела на него бесстрастным взглядом.

— Не доверять мисс Грэм, — угрюмо признал Клайв.

— И что ты сделал? — продолжила допрос Белинда.

— Тебя не было девять дней. Это не могло остаться незамеченным.

— Ты отправил меня к порталу, спрятанному в заброшенной шахте, затерянной посреди нигде.

— Нам нужен был тот, который не использовали культ и Церковь Чистоты, — сказал Клайв. — Все остальные арки порталов в радиусе доступа использовались. Суть в том, что Лорелея прикрыла нас. Она даже задержала леди Аджус, пока я активировал портал, и при этом ни разу не спросила, что я затеваю.

— Правда?

— Да, правда.

Белинда задумчиво потерла подбородок, глядя на Клайва.

— Полагаю, она не притворялась, — размышляла она.

— Не притворялась в чем?

— В том, как она...

Белинда посмотрела на Клайва, видя искреннее замешательство на его лице.

— Ты не заметил?

— Что заметить? — спросил Клайв.

— То, как она на тебя смотрела.

— А что не так с тем, как она на меня смотрела?

Белинда посмотрела на него с недоверием.

— Ох, бедная девочка.

* * * Аналог Средиземного моря в Паллимустусе назывался Проход Грамид. Из-за отсутствия Аравийского полуострова, Израиля и Палестины, он напрямую соединял то, что Джейсон знал как Индийский и Атлантический океаны. Даниэль телепортировала Хамфри и Софи через Проход Грамид из Витесса в Ракеш.

— Нам не следует заставлять Карливексистрикс ждать, — сказала Даниэль. — Она оказывает нам большую любезность, придя встретить нас вот так.

— Клайв сошел бы с ума, увидев её, — сказала Софи.

— Она не аттракцион на фестивале, — упрекнула Даниэль. — Клайву придется смириться с разочарованием.

Хамфри создал парящие платформы для троицы. Это были плоские металлические диски, едва достаточно большие, чтобы на них стоять. Было обычным делом видеть, как пользователи эссенций передвигаются на них, так как в Ракеше был достаточный уровень магии для поддержания их работы. В Гринстоуне с низким уровнем магии только такие люди, как Клайв и Белинда, обладавшие соответствующей способностью к эссенции, могли использовать подобные устройства.

Хамфри пользовался ими с детства, много путешествуя с матерью. Софи научилась пользоваться ими во время их отпуска в городе Пранай, после их первой вылазки в астральное пространство, которая позже унесла жизнь Джейсона. Увидев, как она смотрит на платформу в своих руках, Хамфри понял её мысли и успокаивающе положил руку ей на плечо. Она потянулась вверх, чтобы накрыть её своей в знак благодарности, одарив его одной из своих редких улыбок.

Она стряхнула с себя хандру, и они двинулись в путь. Здания Ракеша были из пустынного камня, оштукатурены и расписаны красочными фресками. Это напомнило ей район Кавендиш в Гринстоуне, который был оформлен в похожем стиле, особенно то, что местные жители называли Радужной Дорогой. В отличие от мешанины цветов в Кавендише, фрески Ракеша были куда масштабнее и гораздо более скоординированными. Передвижение по улицам было успокаивающим путешествием, так как доминирующие цвета каждого района плавно переходили в цвета следующего.

Уличная жизнь была оживленной, но тихой, поскольку местная культура ценила спокойный этикет. Это был резкий контраст с шумом Старого города Гринстоуна, где выросла Софи. Большинство людей передвигались пешком или в запряженных животными экипажах, их обычные ауры отмечали их как кишащих жителей густонаселенного города. Пользователи эссенций использовали парящие платформы, либо стоячие, как те, на которых ехала троица, либо более сложные модели. Некоторые представляли собой простые сиденья на чуть большей платформе, в то время как другие были показными парящими паланкинами.

— Софи, обязательно следи за своим поведением в этом городе, — предупредила Даниэль, пока они скользили по улицам на своих парящих платформах. — Гражданскому порядку здесь придается гораздо большее значение, чем в большинстве других мест. Культура основана на строгих социальных иерархиях и уважении к власти. Отклонение от этого строго наказывается, как социально, так и юридически. Для посетителей делаются исключения, но они быстро занимают свое место в иерархии в зависимости от своего происхождения и поведения.

— Мы всего лишь авантюристы бронзового ранга, — предупредил её Хамфри. — Здесь это значит гораздо меньше, чем в Гринстоуне. Мама золотого ранга и уже успела завоевать здесь некоторый престиж, так что уступай ей.

— Имя Геллеров здесь тоже имеет вес, — сказала Даниэль. — Оно поможет нам, но мы также должны быть осторожны, чтобы не запятнать его.

Даниэль привела их к большой территории, окруженной парком с приятными садами и длинными извилистыми бассейнами. Многие люди прогуливались или пролетали над дорожками, парк служил главным узлом для передвижения по городу. В центре парка доминировало огромное здание с множеством крыльев. Оно не было покрашено, а сделано из богатого белого камня, увенчанного золотыми куполами.

Софи и Хамфри последовали за Даниэль, когда она направилась к одному из крыльев, приближаясь к паре огромных двойных дверей, которые уже были широко открыты. Внутри был большой атриум, наполненный растениями, которые стояли в горшках, росли из стенных ниш и даже свисали с высокого потолка, либо растущие прямо из них, либо находящиеся в подвесных горшках. Двери вели в разные стороны, а пара широких лестниц изгибалась вверх влево и вправо.

— Что это за место? — спросила Софи, оглядываясь по сторонам. Внутри вообще не было людей.

— Я говорила тебе, что этот город помешан на иерархии, — сказала Даниэль. — Это здание для тех, для кого место в иерархии было бы оскорблением. В основном для обладателей алмазного ранга, но не только.

Дверь открылась, и вышла женщина, а рядом с ней, держа её за руку, переваливался малыш. Она обладала нестареющей красотой магически сохранившегося человека, с кожей цвета молочного шоколада, типичной для местного человеческого населения. Малыш издал вскрик, выдернул руку и побежал по полу, обхватив ногу Хамфри в объятиях.

— Печеньку! — закричал малыш.

— Я не видел тебя месяцами, и это всё, что ты можешь сказать?

— Печеньку, пожалуйста!

Хамфри покачал головой.

— Тебе понравилось проводить время с мамой? — спросил Хамфри.

Малыш превратился в маленькую птичку и взлетел на голову Хамфри, где начал чирикать.

— Ты не можешь так говорить о своей маме! — отчитал его Хамфри, бросив извиняющийся взгляд на мать Сташа, которая теперь стояла рядом с Даниэль и наблюдала с весельем. Сташ снова зачирикал.

— Моя мама тоже не печет печенье, — сказал Хамфри, — но ты же не видишь, чтобы я называл её так.

— Ты понимаешь его чириканье? — спросила Софи.

— К сожалению, — сказал Хамфри. — Преимущества того, что он связанный фамильяр, а не призванный.

Сташ начал громко чирикать.

— У меня нет печенья, — сказал Хамфри.

После ещё одного сердитого чириканья птица слетела с головы Хамфри, превратилась в маленького серого щенка в воздухе и приземлилась на руки Софи. Она достала печенье из кармана куртки и сунула ему, которое он с удовольствием начал жевать.

— Ты его избалуешь, — сказал ей Хамфри.

— Софи лучшая! — сказал щенок, и Хамфри сузил на него глаза.

— С каких пор ты можешь использовать человеческую речь в форме животного? — спросил Хамфри.

— Я не могу! — настаивал Сташ, рассыпая крошки. — Э-э... гав?

Хамфри провел рукой по лицу и повернулся к матери Сташа.

— Карливексистрикс, прошу прощения, — сказал он. — Я не лучшим образом помогаю вашему маленькому мальчику взрослеть.

— О, дети в этом возрасте именно такие, — сказала мать Сташа. — Вам стоило видеть вашу маму здесь, когда ваша бабушка впервые показала её мне. Настоящий ужас, вот кем она была. И, пожалуйста, зовите меня Карли.

ЧТО МОЖЕТ ПОЙТИ НЕ ТАК

ЧТО МОЖЕТ ПОЙТИ НЕ ТАК

— Ну? — потребовала леди Прани Аджус, ворвавшись в большой исследовательский зал департамента астральной магии. Лорелея Грэм была там вместе с полудюжиной исследователей, изучая записи, оставленные Клайвом.

— Мы нашли кое-что, что Кли… что Стэндиш оставил после себя, — сказала Лорелея. — Очевидно, он хотел, чтобы это нашли. Это способ отслеживать активность сети порталов. Он дает лишь примерные координаты, но мы можем использовать его, чтобы хотя бы частично контролировать перемещения культа Строителей. Это может стать важнейшим активом в борьбе против них.

— Там есть теория работы сети порталов? — спросила Прани.

— Нет, — ответила Лорелея. — Зато это практическое руководство по использованию сети для отслеживания других. Он оставил нам ценный актив для…

— Неважно, — отрезала Прани. — Люди по всему миру ищут способы борьбы с культом Строителей. Важно раскрыть секреты продвинутой магии, которую они используют, чтобы применить её самим. Пока другие отделения тратят время на войну, которая рано или поздно будет выиграна, мы вырвемся вперед, чтобы быть готовыми к моменту, когда война закончится.

Лорелея посмотрела на Прани с презрением.

— У вас есть проблемы, вице-декан Грэм? — спросила Прани.

Лорелея подавила желчный ответ, рвавшийся наружу.

— Нет, мэм.

* * * — Карли оказалась гораздо более общительной, чем я ожидала, — сказала Софи. — Совсем не то, чего я ждала от дракона.

— Каждому нужны друзья, с которыми можно расслабиться, — сказала Даниэль. — Моя семья была компаньонами Карливексистрикс с тех пор, как мы впервые прибыли в Гринстоун. Насколько я знаю, её последний ребенок до сих пор где-то бегает с моим предком алмазного ранга.

Они стояли в безупречно ухоженных садах кампуса Магического общества, ожидая Клайва и Белинду. Пока что у них складывалось отчетливое впечатление, что их водят за нос. Вместо членов команды Софи и Хамфри к ним вышла суровая чиновница Магического общества. Хамфри и Софи направились ей навстречу, а Даниэль осталась на месте, небрежно разглядывая фонтан.

— Вы члены команды Стэндиша? — спросила чиновница. — Я леди Прани Аджус.

Она обращалась к Софи и Хамфри, но её взгляд тревожно задерживался на Даниэль.

— А также команды Белинды, — добавила Софи.

— Почему никто даже не говорит нам, где они, не говоря уже о том, чтобы проводить нас к ним? — спросил Хамфри.

— Ситуация сложная, — сказала Прани, заслужив насмешливое фырканье Софи.

— Ситуация мутная, как дерь…

— Софи! — рявкнул Хамфри, перебивая её. — Прошу прощения, леди Аджус, но, надеюсь, вы поймете, что это лишь выражение нашего разочарования.

— Боюсь, мистер Стэндиш в данный момент занят деликатным делом, — сказала Прани. — Он будет недоступен для связи некоторое время.

— Брехня! — выкрикнул щенок Сташ. — Засуньте это себе в задницу, леди.

— Сташ! — отчитал его Хамфри. — Кто научил тебя так разговаривать?

— Посылать людей куда подальше — это по моей части, — гордо заявил Сташ. Хамфри и Софи напряглись при упоминании их потерянного компаньона.

— Леди Аджус, прошу прощения, — сказал Хамфри после неловкой паузы. — Мы откланиваемся.

Выражение лица Прани ясно показывало, что она думает об отсутствии приличий у этой группы, но она снова бросила взгляд на Даниэль и ничего не ответила, развернувшись и уйдя без лишних слов.

— Что вы двое себе позволяете? — прошипел Хамфри, когда они вернулись к Даниэль. — Что говорила вам моя мать насчет приличий?

— Эта женщина только что солгала нам в лицо.

— Да, — сказал Хамфри. — И насколько эффективным, по-твоему, был твой подход в поисках Клайва? Нам, вероятно, придется задействовать влияние матери, а это будет нелегко, когда люди, с которыми она свяжется, услышат о нашем поведении.

— Ты имеешь в виду мое поведение, — сказала Софи.

— Нет, я имею в виду наше поведение, — ответил Хамфри. — Мы команда, Софи. Мы держимся вместе и падаем вместе.

Они подошли к Даниэль, которая окинула их небрежным взглядом.

— Вам нужно научиться лучше контролировать свои импульсы, — сказала она Софи.

— Нет, не нужно, — возразила Софи. — Мне нужно стать достаточно сильной, чтобы, когда какая-то баба попытается спрятать от меня моих друзей, я могла подвесить её вниз головой и трясти, пока она не заговорит, и чтобы никто при этом не ныл.

Хамфри очень осторожно не стал улыбаться. Его бесстрастное выражение лица не обмануло мать, которая устало и неодобрительно покачала головой.

— Мощь, — сказала Даниэль Софи, — безусловно, неотъемлемая часть жизни искателя приключений. Однако по мере продвижения в рангах вы обнаружите, что дипломатия — тоже. Вот почему ты до сих пор всего лишь искатель приключений с одной звездой.

— Что нам теперь делать? — спросил Хамфри. — Направиться к местной семье Геллер и попросить их надавить?

— Думаю, сначала стоит выслушать жреца, — сказала Даниэль.

— Жреца? — переспросил Хамфри.

— Позади нас, — сказала Софи.

Хамфри обернулся и заметил клирика в облачении Церкви Знания, идущего к ним.

— Добрый день, господин жрец, — поздоровался Хамфри. — Я…

— Он знает, кто мы, Хамфри, — перебила его Софи. — Церковь Знания, помнишь?

— Мисс Векслер права, — сказал жрец, доставая из-под мантии небольшой тубус и протягивая его Хамфри. — Моя богиня просто попросила меня передать это.

— Что это? — спросил Хамфри.

— Текущее местоположение Клайва Стэндиша и Белинды Каллахан.

Жрец поклонился и удалился, не сказав больше ни слова.

— Что это было? — спросила Софи, глядя вслед мужчине, который развернулся и поспешил прочь.

— Если Знание ищет тебя, — сказала Даниэль, — значит, она знает, где тебе нужно быть.

Хамфри открыл тубус и вытащил карту.

— Где-то к югу отсюда, — сказал он, изучая её.

— Ну, удачи, — сказала Даниэль. — Я телепортируюсь обратно в Витесс.

— Ты не поможешь? — спросил Хамфри.

— Есть предел времени, которое я готова тратить на нянчение со своим сыном. Ты вполне можешь телепортироваться сам, так что я отправляюсь домой. У меня есть свои дела.

Хамфри посмотрел на карту в своих руках.

— Это глушь. Я не могу туда телепортироваться.

— И я тоже, — сказала Даниэль. — Ты думаешь, я была в каждом случайном клочке дикой природы и могу телепортироваться куда угодно?

— Вроде того, да, — сказала Софи, когда Хамфри согласно кивнул.

Даниэль в раздражении покачала головой.

— Попросите Карливексистрикс взять вас с собой, — сказала она им. — Её территория на юге, и она улетает сегодня.

Глаза Хамфри расширились.

— Полететь на драконе?

* * * Хамфри раскинул руки и издал восторженный вопль.

— Ты упадешь! — крикнула Софи, чтобы он услышал её сквозь порывы ветра, пока дракон под ними мчался по воздуху.

Истинная форма Карли была формой огромного и величественного дракона, чьи чешуйки не просто переливались цветами радуги, а мерцали и менялись в великолепном проявлении красоты. Хамфри и Софи сидели бок о бок на её широкой спине без всякой сбруи, лишь на странно цепком покрывале, которое дала им Карли.

— Ты правда собираешься делать вид, что это не потрясающе? — крикнул Хамфри.

— Это просто полет, Хамфри.

Он посмотрел на неё с недоверием.

— Никто не может быть настолько равнодушным, — сказал он. — Ты не сломаешься, если признаешь, что тебе весело, знаешь ли.

Он обвел рукой бескрайнюю панораму пустыни, простирающуюся во все стороны внизу, с белым песком, желтыми камнями и извилистой сине-зеленой линией, обозначающей реку и узкую полоску плодородия, которую она приносила.

— Это нормально — признаться, что тебе что-то нравится, — сказал он ей. — Это не заставит людей перестать считать тебя очень крутой.

Под ними тело Карли дернулось, отчего Софи прижало к смущенному Хамфри.

— Простите, — рокочущий голос дракона Карли прорезал ветер. — Воздушная яма.

* * * — Не понимаю, почему ты не злишься, — сказала Белинда. — Они держали тебя в плену.

Они с Клайвом плыли на лодке по речному каньону в пустыне, возвышавшемуся над их головами. Лодка двигалась с помощью магии, но не особенно быстро. Клайв выбрал её в небольшой деревушке, где они её купили, потому что низкий магический фон затруднял отслеживание, если бы их преследовали.

— С их культурной точки зрения, — сказал Клайв, — они действовали в рамках дозволенного.

— То есть ты считаешь, что это нормально?

— Они солгали мне, заманили нас на свою территорию и похитили, — сказал Клайв. — Конечно, это неприемлемо, поэтому я и сбежал. Не скажу, что я не разочарован в Магическом обществе, но мы не можем винить всю организацию за действия нескольких человек.

— Это чушь, — сказала Белинда. — То, что ты вообще так думаешь, — это причина, по которой это постоянно происходит. После Гринстоуна и Ракеша, ты хоть раз был в отделении Магического общества, которое не было бы мутным, как дерь… что это?

Белинда указала на две фигуры, движущиеся по воздуху над каньоном. Оба они были в основном человекоподобными, хотя у одного были огромные крылья. Она и Клайв расширили свои чувства, а затем оба расплылись в улыбках.

— Что они здесь делают? — спросил Клайв. — Как они вообще нас нашли?

Софи и Хамфри спланировали вниз через каньон: Хамфри на своих крыльях, а Софи скользя по воздуху. Она опустилась на лодку не тяжелее падающего листа, в то время как приземление Хамфри чуть не перевернуло Клайва за борт.

— Что это было? — потребовала ответа Софи, когда Белинда выровняла лодку, а Клайв пришел в себя.

— Это была не самая удачная моя посадка, — виновато признался Хамфри. — Я больше привык пикировать вниз, чтобы атаковать.

— Как Клайва, — сказала Софи.

— Я не атаковал Клайва.

— Выглядело так, будто ты атаковал Клайва.

— Я не атаковал Клайва!

Клайв и Белинда обменялись взглядами, наблюдая за этой парой. Когда лодка стабилизировалась, Белинда встала и заключила Софи в теплые объятия. Последние несколько месяцев были самым долгим сроком, когда они были разлучены с самого детства.

* * * — Мы подадим жалобы в отделения Общества искателей приключений и Магического общества, когда доберемся до другого города, — сказал Клайв. — Я не собираюсь возвращаться в Ракеш в ближайшее время.

— Тебе стоит, — сказала Софи. — Мы могли бы сжечь дом этой женщины, Аджус.

— Я в деле, — сказала Белинда. — Он, наверное, каменный, но там есть магия. Мы что-нибудь придумаем.

— Никто не будет сжигать чей-либо дом, — сказал Хамфри.

Они находились во внутреннем дворе таверны в прибрежном городке, решая, что делать дальше.

— Может, отправимся на поиски Джори? — предложила Софи. — Похоже, ему не помешала бы помощь. Нил, наверное, уже с ним.

— Джори? — переспросила Белинда, выпрямляясь на стуле. — Он говорил мне, что будет читать лекции, а не сражаться. Он должен был дать мне знать.

— Когда ты в последний раз получала от него письмо? — спросил Клайв. — Возможно, леди Аджус перехватывала нашу почту.

— Думаю, нам стоит вернуться к плану с поджогом её дома, — сказала Белинда. — Давайте проголосуем.

— Мы продолжим следовать вдоль реки до пограничного города Олейю, — сказал Клайв. — Пока мы не доберемся туда, мы все еще находимся в зоне влияния отделения Магического общества Ракеша.

— Там будет храм Целителя, — сказал Хамфри. — Мы сможем узнать больше о ситуации Джори у них.

* * * Город Олейю был ничем не примечателен. Он не был таким большим и важным, как Ракеш или Витесс, или необычным, как Гринстоун. Это был приятный, процветающий город среднего размера, построенный на речной торговле, с умеренным уровнем магии.

Клайв, в сопровождении Софи и Хамфри, находился в здании Магического общества, подавая жалобу на обращение с ним со стороны отделения в Ракеше. Он не был оптимистичен насчет результатов; отделение в Ракеше было одним из самых могущественных на континенте. Любой чиновник с полномочиями, размещенный там, обладал властью и связями, поэтому любые последствия, с которыми они могли столкнуться, исходили бы от Общества искателей приключений, а не от других отделений Магического общества.

Общество искателей приключений не одобряло эксплуатацию своих членов, но для бронзового ранга, как у Клайва, в таком большом городе, как Ракеш, потребовалось бы время, прежде чем его жалоба получила бы внимание. Поскольку признаки грядущего всплеска монстров становились все хуже, а культ Строителей оставался угрозой, межорганизационный конфликт был низким приоритетом.

Белинда тем временем связывалась с Джори через камеру водной связи. Общение через водяных клонов было самым доступным способом связи на расстоянии и основным применением магического камня, который экспортировал Гринстоун. Зеленый камень камеры, в которую привели Белинду, напоминал о доме.

Она стояла на небольшой платформе перед бассейном с водой и ждала. Прошло несколько минут, прежде чем вода поднялась, приняв форму человека. Вода обрела цвет, пока перед ней не предстала несколько шаткая копия Джори, чье бесстрастное выражение сменилось ухмылкой, как только установилась связь.

— Линди!

Она улыбнулась ему, собираясь ответить, но он начал болтать.

— Я был так рад, когда услышал, что ты в порядке. После того как ты не ответила на мое последнее письмо, я пытался связаться с тобой, но в Магическом обществе сказали, что ты на каком-то задании с Клайвом и с тобой нельзя связаться. Я продолжал пытаться выйти на связь, но они вообще перестали меня слушать. Я уже собирался попробовать связаться с Эмиром Бахадиром, чтобы узнать, может ли он помочь, но…

— Ты понимаешь, что эта камера позволяет нам обоим разговаривать? — перебила она.

Джори виновато рассмеялся.

* * * Собравшись в отдельном обеденном зале высококлассной таверны, Белинда объяснила остальным ситуацию Джори.

— Джори не делает ничего опасного, — сказала она. — Он просто будет в отдаленных сельских районах, где его охране придется разбираться с монстрами, которые им встретятся. В этих районах везде низкая магия, так что он должен быть в порядке. В основном монстры бронзового и серебряного рангов.

— Это может быть не так, если эти предвестники всплеска монстров продолжат ухудшаться, — сказал Хамфри. — Присоединиться к нему было бы неплохо.

— Я не против, — сказала Белинда, — но думаю, было бы лучше, если бы к Джори и Нилу присоединилась только я.

— Мы только что встретились, — сказала Софи. — Ты хочешь снова сбежать?

— Ты до смерти заскучаешь, выполняя обязанности охраны, Соф, а ты ведь знаешь, как хорошо, что у тебя в жизни было не так много шансов заскучать. Ты же знаешь, что тогда происходит.

— Ты преувеличиваешь, — сказала Софи.

— Правда? Помнишь Чарльза и мохового кота?

— Откуда я могла знать, что он не отрастет обратно? — спросила Софи.

— Он рос на коте, Соф. Совершенно очевидно, что это был не настоящий помидор.

— Это был не настоящий кот!

— Я полагаю, Белинда имеет в виду, — сказал Клайв, — что она считает, что тебе будет лучше работать со мной.

— Над чем? — спросил Хамфри.

— Я работал над кое-чем, что может помочь нам поймать культ Строителей за хвост, — сказал Клайв. — Мне удалось подключиться к сети порталов, которую культ Строителей использует для перемещений.

— Это потрясающе, — сказал Хамфри. — Это будет огромным оружием против Строителя.

— Если я смогу использовать информацию так, как думаю, — сказал Клайв. — Каждый мой запрос на проведение разведки и полевых испытаний был отклонен. В конце концов я понял, что Магическое общество Ракеша не заинтересовано в борьбе против Строителя. Все, что им нужно, — это доступ к продвинутой астральной магии культа, ради чего они, собственно, меня и наняли.

— Общество искателей приключений будет смотреть на это совсем иначе, — сказал Хамфри.

— Да, — согласился Клайв, — но после Ракеша я не готов принимать это на веру. Они могут списать меня просто как бронзового ранга из провинциального города. Я хочу прийти в Магическое общество, выложив все на блюдечке, чтобы они не смогли отмахнуться.

— Мы сможем навалять культистам? — спросила Софи.

— Она имеет в виду, будем ли мы вынуждены сражаться с какими-нибудь культистами, — поправил Хамфри.

— Если все пойдет по плану, то нет, — сказал Клайв. — А что может пойти не так?

ЭТО В ЕГО ДУХЕ

ЭТО В ЕГО ДУХЕ

Клайв вел летающую карету с открытым верхом по небесам Витесса, причаливая на полпути к одной из садовых башен, покрытых цветами и зеленью. Он высадился на балкон вместе с Хамфри и Софи, где их встретил служащий Общества искателей приключений.

— Юный мастер Геллер, мистер Стэндиш, мисс Векслер, — поприветствовал он. — С возвращением в город и поздравляю с достижением серебряного ранга.

— Спасибо, Эрнест, — сказал Клайв, передавая управляющий кристалл от кареты. — Вы знаете, куда нам нужно идти?

— Полагаю, мистер Котизи ждет вас.

— Спасибо, Эрнест.

Троица пробралась через здание Общества искателей приключений в кабинет Майлза Котизи. Он был старшим администратором, чей серебряный ранг был полностью получен благодаря Ядрам. Его сочетание эссенций бумаги, знаний, рун и письма больше подходило для борьбы с бюрократией, чем с монстрами. Они застали его в кабинете за столом, заваленным бумагами в нескольких лотках. Он поднял взгляд, когда они вошли, и его внезапная ухмылка выглядела особенно маниакально на фоне измученного выражения лица.

— Клайв! И друзья, разумеется. Как успехи?

Майлз вывалился из кресла и поспешил обогнуть стол, пока Клайв смотрел на него с опаской. Мужчина выглядел так, будто готов сорваться, если получит плохие новости.

— Успех, — сказал Клайв. — Можете готовить презентацию.

— Уже, — ответил Майлз. — Она через…

Он выудил из кармана часы, чтобы проверить время.

— …чуть больше трех часов. Вам стоит найти время, чтобы пообедать и расслабиться перед этим.

— Может, присоединитесь к нам? — предложила Софи. — Вы выглядите так, будто вам не помешал бы перерыв.

Майлз издал безумный смешок.

— Перерыв? Какая прелестная мечта. Просто вернитесь сюда через два с половиной часа. О, и наденьте свои гильдейские значки. Это придаст немного авторитетности тому, что вы скажете.

— Зачем нам больше авторитетности? — спросила Софи. — Клайв взломал портальную сеть культа; сколько еще уважения он должен заслужить, прежде чем люди начнут его слушать?

— Как ни крути, вы — новоиспеченные серебряные ранги, — сказал Майлз. — Я люблю вас, ребята, правда, но вы уже не в Гринстоуне. Если хотите, чтобы в этом городе вас слушали, сила — это всё. Если не получаете ее от ранга, берите ее от своего имени, своей гильдии или откуда сможете. Желательно — отовсюду сразу.

Майлз нахмурился, что-то вспомнив.

— Где твой фамильяр? — спросил он Хамфри.

Хамфри приоткрыл куртку, обнажив голову и лапки мыши, торчащие из подкладочного кармана.

— Здорово, дружище, — сказала мышь.

Хамфри покачал головой и застегнул куртку. Троица покинула кабинет Майлза и направилась к одному из многочисленных открытых балконов башни. Магическая энергия вырвалась из рунной татуировки на груди Клайва, прошла сквозь ткань его мантии и сконденсировалась в черепаху размером с внедорожник, парящую в воздухе рядом с балконом. Плавно изогнутый панцирь черепахи был покрыт ярко светящимися рунами всех цветов радуги.

Это был рунный черепаха-фамильяр Клайва, Онслоу. Троица шагнула с балкона на его панцирь, после чего фамильяр опустился в воздухе. Они приземлились в общественном парке, где спрыгнули со спины Онслоу. Клайв покормил его листом салата, почесывая затылок.

Клайв уже собирался вернуть Онслоу в татуировку, когда заметил указывающих на него детей. Рунный черепаха был неагрессивной фигурой, несмотря на свои размеры, а покрывающие его красочные светящиеся руны делали его популярным среди детей. Хамфри и Софи обменялись понимающими взглядами.

— Мы принесем тебе что-нибудь поесть и вернемся, — сказала Софи Клайву, похлопав его по плечу.

Когда они вернулись с корзиной сэндвичей и напитками, Софи и Хамфри обнаружили кучку детей, катающихся на Онслоу, пока тот медленно плыл по парку, чуть выше земли. Их родители столпились вокруг Клайва. В таких ситуациях Софи и Хамфри раньше играли в игру, угадывая по языку тела, кто из них матери-одиночки, но теперь это стало слишком легко определить. Софи достала записывающий кристалл и подбросила его в воздух, где он завис над ее головой.

— Что ты делаешь? — спросил Хамфри.

— Я подумала, Лорелей было бы интересно на это посмотреть, — невинно ответила Софи.

— Ты — сплошная неприятность, с головы до ног, — сказал ей Хамфри.

В конце концов, Клайв заметил их и отозвал Онслоу, и семьи разошлись. Троица уселась на плед и наслаждалась обедом, хотя у них еще оставалось время, когда они закончили. Они решили прогуляться окольным путем обратно к башне Общества искателей приключений, а не лететь. Телепортироваться в башню было невозможно.

По пути обратно они увидели жреца в полном облачении, который мчался по улице так, будто его преследовали монстры. Софи и Клайв огляделись и увидели, что никто, похоже, не обращает на него внимания.

— Этому парню нужна помощь? — спросил Клайв.

— Нет, — сказал Хамфри. — Это жрец Похоти. Готов поспорить, там…

Он замолчал, когда из-за угла, преследуя жреца, выбежала жрица, тоже в вычурных одеждах.

— Вернись! — крикнула она ему вслед. — Я помогу тебе с твоим ритуалом!

— УЙДИ, ЖЕНЩИНА! — крикнул жрец в ответ через плечо.

— Это что…? — спросил Клайв.

— Жрица Плодородия, да, — подтвердил Хамфри.

— Веселый город, — сказала Софи.

* * * Поднимаясь на одной из подъемных платформ через башню, Софи, Хамфри и Клайв достали свои гильдейские значки и прикрепили их к одежде. На каждом из них были изображены фиолетовые языки пламени в форме цветка. Мерцание магического материала, из которого они были сделаны, создавало впечатление танцующего пурпурного огня.

Здание казалось странно оживленным, даже для Общества искателей приключений. По пути в кабинет Майлза они видели людей, которые неистово носились по коридорам. В кабинете Майлз был почему-то еще более взвинченным, чем всего несколько часов назад. Он стоял над столом, запуская руки в волосы, и смотрел на бумаги перед собой так, будто они переспали с его женой. Когда троица вошла, он поднял на них дикий взгляд.

— Что случилось? — спросил Хамфри.

— Есть проблемы с презентацией? — добавил Клайв.

— Презентация отменена, — сказал Майлз.

— Отменена? — переспросил Хамфри. — Мы два месяца разведывали ту плотину. Клайв наконец выяснил, что…

— Сейчас это неважно, — сказал Майлз, обходя стол, чтобы закрыть дверь. — Происходит что-то крупное. Я не уверен, что именно, но ходят слухи, что волна монстров наконец-то вот-вот начнется.

— И эти слухи распространились с тех пор, как мы приехали сюда три часа назад? — спросила Софи.

— Начальство сейчас держит карты при себе, но да, — сказал Майлз. — Насколько я слышал, есть какой-то нераскрытый источник информации, который говорит, что волна начнется в ближайшие несколько месяцев.

— Люди говорят об этом уже много лет, — сказала Софи.

— Но никто из них не спровоцировал то, что происходит сейчас, — сказал Майлз. — Общество искателей приключений заставило Магическое общество отменить все бронирования камер водного сообщения и практически захватило их. Почти все мероприятия отменяются или переносятся. Приказы рассылаются повсюду, включая вас троих.

— Общество искателей приключений не отдает приказы, — сказала Софи. — Оно выдает контракты.

— Общество переходит на правила волны монстров, мисс Векслер. Попробуйте отказаться от прямо выданного контракта сегодня, и посмотрите, к чему это приведет.

— Что за контракт? — спросил Хамфри.

— Вам троим нужно отправиться в какой-то маленький городок на краю света, — сказал им Майлз, поворачиваясь, чтобы поискать среди беспорядочных бумаг, покрывающих его стол.

— А потом что? — спросила Софи.

— Понятия не имею, — сказал Майлз. — В контракте просто сказано отправиться туда. Вам троим. Конкретно вам. Это вся директива.

Он нашел то, что искал, и вручил каждому по листу бумаги с теми немногими деталями, что там были.

— Это пустой контракт, — говорит Софи. — В нем просто сказано отправиться в какую-то деревушку.

— Я знаю не больше вашего, — сказал Майлз, — за исключением одного. Этот контракт пришел не по обычным каналам. Он пришел сверху, и я имею в виду — по-настоящему сверху. От тех людей, к которым ваша мать не смогла бы попасть на прием, мистер Геллер. От людей, которые даже не должны знать, кто вы такие. Поэтому я настоятельно рекомендую вам взять контракт и сделать именно то, что в нем сказано, без лишнего шума.

— Почему все смотрят на меня? — спросила Софи.

— А как же проект с плотиной? — спросил Клайв. — Если я передам детали кому-то другому, может, они смогут взять его на себя.

— Взять на себя? — сказала Софи, резко разворачиваясь к Клайву. — После всей работы, которую мы проделали? Это твоя победа, Клайв.

— Пока работа делается, — сказал Хамфри, — неважно, кто ее делает.

— Нет, важно, — сказал Майлз. — Мисс Векслер совершенно права, беспокоясь. Репутация — это всё в этом городе. Я знаю, вы очень увлечены гражданской ответственностью искателей приключений, мистер Геллер, но вы можете сделать лишь немного добра, если никто не воспринимает вас всерьез. Если вы хотите сражаться за правое дело, а я знаю, что хотите, то вам нужно выйти из тени своей матери и дать людям понять, что вы — человек, с которым нужно считаться, сам по себе.

— Что я, собственно, и имела в виду, — сказала Софи. — Политические бла-бла-бла. К тому же, я не позволю какому-то случайному человеку забрать всю славу.

— Расскажите нам об этой деревне, куда нас отправляют, — сказал Клайв. — Что в ней особенного?

— Понятия не имею, — сказал Майлз. — Мой настоятельный совет — поехать туда и выяснить. Там должно что-то происходить. О, и кое-кто поедет с вами. Его как раз сейчас телепортируют.

* * * Маленький городок на краю света праздновал пир внутри своих новых, укрепленных стен. Когда наступил вечер, троица посетителей прибыла в поисках кузнеца. Джори, Белинда и Нил были поражены, обнаружив, что кузнец — это человек, которого они знали.

Они не видели Гэри два года, с поминальной службы Джейсона. Ранее поникший леонид вернул себе свою шумную жизнерадостность, заключив всех троих в медвежьи объятия, прежде чем утащить их на пир.

— Что вы вообще здесь делаете? — пробормотал Гэри с набитым ртом жареного мяса. Он откусил его от целой ноги, которой размахивал и которая была размером с руку Белинды.

— Я здесь пытаюсь выяснить, как делать дешевые зелья из местных материалов, — сказал Джори. — А ты?

— То же самое, но для оружия, доспехов и укреплений, — сказал Гэри.

— Странная леди сказала мне, что здесь есть кузнец, который может удовлетворить наши потребности, — сказал Джори. — Белинде нужно полностью обновить снаряжение.

— Странная леди? — спросил Гэри. — Странная в каком смысле?

— Она была слишком высокого ранга, чтобы находиться здесь, — сказал Джори. — Хотя я не мог почувствовать ее ауру, я понял. Ее одежда и то, как она держалась. Селестина с волосами цвета рубинов.

— Ты уверен, что это не был мужчина? — спросил Гэри. — Я не видел женщины, которую ты описываешь, но здесь бродит парень, который создает проблемы.

— Если только это не магия маскировки, я вполне уверен, — сказал Джори. — Я решил, что ее, должно быть, прислали сюда, потому что проявился монстр золотого ранга.

— Логично, — сказал Гэри, затем оторвал зубами еще одну полоску мяса. С его огромной головой и львиными чертами лица это было несколько пугающе наблюдать.

— Хотя я не слышал ни о каком монстре золотого ранга, — сказал Гэри, все еще разбрызгивая кусочки мяса, поворачиваясь к Белинде. — Итак, тебе нужен комплект снаряжения серебряного ранга? Я собирался паковаться и уезжать завтра, но могу выделить день.

— Мне нужно много снаряжения, — сказала Белинда. — Очень много. Одного дня может не хватить.

— Не стоит недооценивать вашего друга, — произнес мягкий голос. Безупречно ухоженный мужчина в неуместной здесь городской моде подсел к Гэри. — Его навыки совершили огромный скачок за последний год или около того.

— А вот и тот парень, который бродит вокруг и создает проблемы, — представил Гэри. — Вирид, это мои друзья. Белинда, Нил и Джори, это Вирид.

— Приятно познакомиться, — сказал Вирид. — Мне тоже любопытно насчет этой необычной женщины, о которой вы упомянули. Я не чувствовал никого, похожего на то, что вы описываете, а мои чувства… весьма выдающиеся.

Трое оглядели Вирида, столь же чуждого этому отдаленному городку, как и женщина, описанная Джори.

— Что здесь происходит? — вслух задался вопросом Нил.

— Хороший вопрос, — спросил Руфус. — Что вы все здесь делаете?

Все за столом повернулись к новоприбывшему, и Гэри вскочил, заключив Руфуса в огромные волосатые объятия, при этом жир с мяса в руке Гэри потек по спине Руфуса.

— Мне кажется, я помню, что ты не любитель обниматься, — прохрипел Руфус.

— Понятия не имею, о чем ты, — рассмеялся Гэри. — Что ты здесь делаешь?

— Меня прислало Общество искателей приключений, — сказал Руфус. — Они пришли в тренировочный корпус, сказали, куда ехать, не объяснив зачем, и телепортировали меня на другой конец света. Остальные все еще застряли на контрольно-пропускном пункте при въезде в город.

— Остальные? — спросил Гэри, когда в их сторону донеслись спорящие голоса, достаточно громкие, чтобы их было слышно поверх продолжающегося пира.

— Вам повезло, что я смог их уговорить, — услышали они голос Хамфри, когда он шел по улице рядом с Софи и Клайвом. — Все, что требовалось — это немного терпения.

— Откуда я могла знать, что они не возьмут взятку? — пожаловалась Софи. — С каких пор у деревенской стражи есть принципы?

— Люди из маленьких городов — хорошие и порядочные, — сказал Хамфри. — Они заслуживают нашего уважения.

— А городские — нет? — потребовала ответа Софи.

— Справедливости ради, Софи, — вставил Клайв, — ты бы доверилась себе?

— Неплохой аргумент, — признала Софи, затем повернулась и посмотрела вперед. — Линди?

Белинда бросилась к подруге, чтобы обнять ее.

— Что все здесь делают? — спросил Клайв.

* * * Старая команда Джейсона, плюс Руфус, Гэри и наставник Гэри Вирид собрались за столом для пикника, оставшимся после вчерашнего пира. Они обсуждали, как все они оказались в одном месте в одно и то же время, посреди глуши.

— Единственная зацепка, которая у нас есть насчет того, что привело нас всех сюда, — это эта таинственная женщина? — спросил Руфус. — Почему мы? Почему здесь и почему сейчас?

— Если не считать нового друга Гэри, — сказал Клайв, — есть кое-что, что связывает нас всех. Гринстоун.

— И человек, который собрал нас всех там, — добавила Софи.

— Место здесь могло быть выбрано ради осмотрительности, — предположил Вирид, когда остальные погрузились в мрачное молчание. — У больших городов есть глаза и уши, от которых даже я не могу скрыться, в то время как прибытие кого-то вроде меня в маленький городок быстро становится новостью. Здесь некому рассказывать.

— Весьма проницательно, — произнес женский голос.

Группа обернулась и увидела селестину с алебастровой кожей, рубиновыми глазами и волосами, сияющими на утреннем солнце. Они встали, выстроившись перед ней. Вирид был настороже, не чувствуя ее ауры. Он напряг свои чувства и побледнел сильнее нее от того, что обнаружил.

— Я, э-э… я пойду, — сказал он.

— Нет, — сказала ему Доун. — Не пойдешь. Садись обратно.

— Слушаюсь, мэм.

Гэри с шоком наблюдал за перепуганным Виридом, так как он был единственным, кто знал, что этот человек — алмазного ранга. Кем же тогда была эта женщина? Она окинула Вирида взглядом.

— Не скажешь, — сказала она ему, — но ты кузнец?

— Да, мэм.

— Хорошо. Навыки мистера Ксандье, возможно, не совсем соответствуют тому, что мне нужно, так что сотрудничество с вами может восполнить этот пробел.

— Не думаю, что вы захотите объяснить, зачем вы собрали нас всех здесь? — спросил Руфус, выступая вперед.

— Мне нужно, чтобы мистер Ксандье перековал для меня оружие, — сказала она.

— Остальные из нас — не кузнецы, — сказал Руфус. — Мы все вам для этого не нужны.

— Мне также нужно выполнить обещание, — сказала она. Она достала оружие из пространственной сумки на поясе и протянула его. Гэри шагнул вперед и взял его, вертя в руках.

Меч был согнут почти пополам. Мастерство было знакомым, но чуждым.

— Что это сделало? — спросил Гэри. — Как клинок не сломался?

— Тебе виднее, — сказала Доун.

Осмотр Гэри был глубже, чем просто взгляд. Его способности эссенции кузнеца давали ему понимание природы обработанных металлов.

— Он связан с душой, — сказал он. — Меч гнется, но не ломается, потому что так же поступает и владелец.

Он посмотрел на Доун. — И это не ты.

— Нет. Я пообещала владельцу, что он будет готов и будет ждать, когда он прибудет, и только один человек может его перековать.

— Это похоже на мою работу, — сказал Гэри, — но я не помню этот меч.

— Он был модифицирован, — сказала Доун. — Он не был связан с душой, когда ты его сделал, и он был повышен в ранге, будучи предметом роста. Посмотри еще раз.

Гэри снова посмотрел на меч в своих руках, напрягая чувства до предела. Наконец, он узнал его, и его глаза расширились. Его лицо наполнилось яростью, и он издал рев, от которого треснула каменная стена кузницы рядом с ним. Волосы и одежда Доун развевались вокруг нее, словно она стояла в урагане, но она даже не отшатнулась. Друзья за спиной Гэри закрыли уши, оглушенные, несмотря на то, что не находились под прямым ударом.

— ПОЧЕМУ ОН У ТЕБЯ? — взревел Гэри, подходя вплотную к лицу Доун и размахивая мечом перед ней. — Как он у тебя оказался?

— Я же говорила, — спокойно ответила она. — Я пообещала владельцу, что он будет ждать его.

— Я не знаю, кто связал это оружие с душой, — прорычал Гэри, — но настоящий владелец мертв. Так что тебе лучше сказать мне, кто дал тебе это, или ты отправишься вслед за ним. Мне плевать, кто или что ты такое. Я найду способ.

— Гэри, нет! — предупредил Вирид, вставая.

— Сидеть, — рявкнула Доун, и он плюхнулся обратно.

— Владелец умер, да, — сказала она. — Но, как оказалось, возвращение с того света — это в его духе.

* * *

КОНЕЧНО, НА НЕМ НЕТ ШТАНОВ

КОНЕЧНО, НА НЕМ НЕТ ШТАНОВ

Глава 1: Конечно, на нем нет штанов --- 1

В глубинке Австралии стоял пустой город, оставленный после приливов монстров. Никакая волна через него не проходила, но город все равно разваливался: большинство зданий опустели задолго до эвакуации. Хлопковые фермы вверх по течению давно истощили основной источник воды, а то, что осталось, было отведено из-за крупной битвы между монстрами и пользователями эссенции, опустошившей земли на севере. Когда приливы закончились, город не стоило восстанавливать.

Старый футбольный овал представлял собой лишь островки сухой травы, цепляющиеся за грязное поле, когда Джейсон Асано и Фарра Хурин заявили на него свои права. Горстка зданий и старая трибуна не могли винить недавние беды в своем состоянии; они были немногим больше, чем высохшие лачуги, задолго до того, как магия вышла из тени. Только бар подвергался регулярному обслуживанию, даже имея слой краски моложе Джейсона, пусть и едва-едва.

Теперь грязный овал занимало нечто неуместное: стоячие камни, расставленные в ритуальном узоре из концентрических кругов. На первый взгляд казалось, что кто-то пытается демонстративно перещеголять Стоунхендж в городе-призраке посреди глуши. Джейсон и Фарра сидели на выбеленной солнцем трибуне, глядя на свою работу. Они сидели там уже некоторое время, разговаривая.

— Пришло время, — сказал Джейсон.

— Ты ведь знаешь, что они наблюдают за нами? — спросила Фарра.

— Знаю, — ответил Джейсон усталым голосом. — Каждая мелкая фракция в этом мире. Собаки, дерущиеся за объедки. Как только мы уйдем, они налетят на это место, пытаясь разграбить любые знания или силу, которые мы оставим после себя.

— Оставь их разбираться со своими мелкими дрязгами, — посоветовала Фарра.

Джейсон кивнул.

— Я закончил, — сказал он и поднялся на ноги; старое дерево под ним застонало.

— Ты в итоге поговорил с Эми? — спросила Фарра, когда они покинули трибуну и направились к стоячим камням. — Я знаю, ты сомневался.

— Поговорил, — сказал Джейсон. — Не то чтобы было много чего сказать. Это было просто грустно, больше, чем что-либо другое. Когда-то мы знали друг друга лучше, чем самих себя. Теперь мы едва узнаем друг друга.

— Она не злилась?

— Она была уставшей. Кайто сделал свой выбор — встать на защиту своего мира, и она это знает. Это не меняет того факта, что ее дети будут расти без отца, потому что он последовал за мной.

Они достигли стоячих камней, которые Фарра установила на место, используя свою невероятную силу. Они прошли между камнями к пустому кругу посередине. Это был один из немногих участков сохранившейся травы, торчащей из твердой земли, желтой и ломкой.

— Ты не вернешься еще долго, — сказала Фарра. — Если хочешь в последний раз взглянуть на Землю, то сейчас самое время. Если мы подождем еще день или два перед уходом, ничего не изменится.

Джейсон ничего не ответил. Вместо этого он открыл портал в свое хранилище духа, внепространственное царство, существовавшее внутри его души. Он шагнул внутрь, не оглядываясь.

Хранилище духа Джейсона все больше становилось не хранилищем, а целым царством. Его сила росла, и способность «чужака», создавшая его, прошла через редкую вторичную эволюцию. Оно также было сформировано благодаря внедрению пространственной двери, которую он забрал из-под контроля Строителя, и пространственного моста, свободно дарованного Мировым Фениксом. Больше всего царство внутри его души было сформировано испытаниями, которые вынесла его душа, прежде чем восстановиться еще более сильной.

Планировка его царства духа отражала его домены духа — регионы на Земле, которые существовали в обычной реальности, но находились под его властью. В центре возвышалась пагода из дымчатого кристалла, каждый кирпич которой был наполнен сверкающими искорками синего, золотого и серебряного света, танцующими внутри твердых кирпичей, словно они были жидкими. От башни простиралось обширное поместье с облачными зданиями, переходящее в ландшафт, варьирующийся от диких рощ до тщательно возделанных садов и системы пещер, наполненных светящимся грибком.

На краю его домена находилась стена тьмы, которая, казалось, поглощала окружающий свет. Даже звездная пустота за ее пределами была яркой по сравнению с ней. Самым заметным изменением, вызванным мостом Мирового Феникса, было то, что в стене теперь были арочные ворота. За воротами радужный мост уходил в усеянную звездами тьму. Вдалеке проходил поток разноцветного света, идущий из глубин пустоты и исчезающий вдали.

Джейсон обладал огромной силой в своем царстве духа, и с размытием они с Фаррой оказались у ворот. Арка была прочной конструкцией из того же темного, сверкающего кристалла, что и пагода, в то время как сами ворота, казалось, были выкованы из самой тьмы, сгустившейся в металл, который, казалось, впитывал свет. По жесту Джейсона ворота опустились в землю, открывая темную стену, отделявшую физическое пространство его царства духа от окружавшей его астральной пустоты. Радужный мост протянулся к далекому потоку такого же многоцветного света.

— Это связь между твоим миром и моим? — спросила Фарра.

— Да, — подтвердил Джейсон. — За этой стеной находится глубокий астрал. То, что мы видим, — скорее метафора, чем реальность. Мое царство духа пытается измерить то, что невозможно измерить.

— И как это работает?

— Как мне угодно.

Джейсон щелкнул пальцами, и с этим жестом все его царство духа начало двигаться вдоль радужного моста. Оно ускорялось все больше и больше, пока Фарра не поняла, что то, что она считала узким потоком энергии вдалеке, было планетарного масштаба, просто находилось гораздо дальше, чем она предполагала. Когда они приблизились, поток превратился в огромную радужную стену перед ними, перекрывающую звездную пустоту позади.

Царство духа вошло в поток, радужная энергия поглотила их, но не перешла за стену или невидимый купол над ней. Ворота поднялись обратно, и Джейсон отвернулся.

* * * Люди, наблюдавшие за каменным образованием с расстояния в несколько километров на вертолете, видели, как стоячие камни превратились из обычного пустынного камня в темный кристалл, внутри которого мерцал переливающийся синий, серебряный и золотой свет. Они сообщили, что Джейсон Асано покинул Землю.

* * * На родном мире Фарры спутники, которых оставил Джейсон, собрались в городе, недавно укрепленном против участившихся случаев нападения монстров. Команда Джейсона, плюс Руфус, Гэри и Джори, были все на месте. Там также были два алмазных ранга, что было практически неслыханно для какого-то непримечательного городка в глуши. Одним из них был Вирид, оружейник, ставший наставником Гэри. Он сидел позади группы за пиршественным столом, подавленный другим алмазным рангом.

Доун не использовала проекцию аватара, как она делала это на Земле. Она стояла во всей полноте своей силы, которая была настолько огромной, что только другой алмазный ранг имел представление о ее могуществе. В некоторых частях мира, таких как та, в которой они находились, алмазные ранги сами по себе были немногим больше, чем легенды. Вирид чувствовал, что между ним и Доун существует такая же пропасть. Они оба были алмазными рангами, но она явно коснулась чего-то, что лежало за пределами как его досягаемости, так и его понимания.

Доун стояла перед собравшимися друзьями Джейсона. Они даже не могли почувствовать силу, которой она обладала, но все яростно наблюдали за ней. Искореженные остатки меча, который Гэри когда-то дал Джейсону, неуютно лежали в руках Гэри. Пиршество продолжалось, но горожане знали, что такое дела искателей, когда видели их. Они уже очистили территорию, чтобы дать группе побольше места.

— Ты хочешь сказать, что Джейсон жив? — спросила Софи. — Почему мы должны тебе верить? Если он жив, где он?

— Джейсон в своем собственном мире, — сказал Клайв, удивив остальных. Он не заметил этого, глядя на свои ноги и рассеянно почесывая голову в раздумьях. Он поднял взгляд, слегка вздрогнув, когда заметил, что все смотрят на него. Он повернулся к Доун.

— Вы служите Мировому Фениксу, не так ли? — спросил он ее. Она улыбнулась.

— Он не ошибся насчет того, что ты самый умный, — сказала она. — Я провела много времени с коллекцией Джейсона по теории астральной магии. Ваши заметки впечатляюще проницательны, мистер Стэндиш. Особенно учитывая уровень астральной магии в этом мире.

— Что такое мировой феникс? — спросил Гэри.

— Великое астральное существо, — сказал Клайв. — Я знаю лишь немногое, но, насколько я понимаю, оно в значительной степени антагонистично Строителю. Его домен — целостность измерений, что прямо противоречит привычке Строителя грабить миры.

— Тогда где была эта великая магическая штуковина все это время? — потребовала Софи, ударив кулаком по деревянному пиршественному столу. Ее серебряно-ранговая сила пробила в нем дыру. — Может, ее другой домен спит, когда должен был бы поднять свой зад и пнуть Строителя по яйцам?

— Мировой Феникс известен своей непрямотой, — сказал Клайв. — Он работает через агентов и пешки, поэтому информации о нем мало. Сам факт того, что один из его агентов вообще здесь находится, весьма тревожен. Мне интересно, что задумал Строитель, раз это потребовало вмешательства.

— Вы правы, что беспокоитесь, — сказала Доун.

— Какое отношение все это имеет к Джейсону? — спросил Руфус.

— Джейсон всегда говорил, что у него есть способ вернуться домой, — сказал Клайв.

— Тот, которым он не знал, как пользоваться, — добавила Софи. — Он однажды показал его мне. Это был предмет. Красный, с изображением птицы на нем.

— Значит, это правда, — сказал Клайв. — Жетоны Мирового Феникса действительно могут вернуть мертвых.

— Да, — сказала Доун. — Вот почему их раздают экономно. Джейсон Асано переродился в своем собственном мире.

— Я думал, в его мире нет магии, — сказал Гэри. — Что бы кто-то вроде вас там делал?

— Мир Джейсона хранил много секретов. Вернувшись, он оказался обременен обязанностями, которые кто-то его ранга не должен был нести. Враги, чья сила полностью затмевала его собственную.

— Ничего не изменилось, — пробормотал Джори. — Все еще ввязывается в драки, в которых не может победить.

— Я никогда не говорила, что он не победил, — сказала Доун. — Джейсону удалось спровоцировать моего коллегу из сил Строителя на превышение своих полномочий. Это вынудило Строителя пойти на определенные компромиссы, позволив моему присутствию здесь. На мою способность напрямую вмешиваться в события наложены жесткие ограничения, но я уже начала готовить этот мир к тому, что будет дальше.

— К чему именно? — спросил Хамфри. Лидер команды стоял впереди своих собравшихся спутников.

— Неважно, что происходит еще, — сказала Софи. — Вопрос в Джейсоне.

— С тех пор как я покинула мир Джейсона, — продолжила Доун, — он, по-видимому, снова спровоцировал агента Строителя. В качестве компенсации мне разрешен один случай вмешательства от имени этого мира, используя полную меру моей силы. Я намерена использовать ее с умом.

— Если вы были в мире Джейсона, — сказала Софи, — почему вы не вернули его?

— Я же сказала вам, что у него есть обязанности, — ответила Доун. — Как только они будут выполнены, он вернется сам. Дальнейшие объяснения можно оставить самому Джейсону, когда он вернется. Я предупрежу вас: когда он прибудет, он принесет с собой прилив монстров.

Приливы монстров были регулярным событием, происходящим каждые десять лет или около того. Текущий прилив задерживался уже лет на пять, в течение которых активность монстров постепенно возрастала. Ожидалось, что как только начнется сам прилив, он будет более жестоким и продлится дольше, чем любой другой в истории.

— Почему? — спросил Руфус. — Как? Джейсон как-то связан с тем, почему прилив еще не наступил?

— Я дам подробности мистеру Стэндишу достаточно скоро, — сказала Доун. — Он единственный, кто действительно поймет, что происходит, и сможет объяснить это вам в свою очередь. А пока у меня есть кое-что, что вы захотите увидеть больше.

— Подождите, — сказал Хамфри. — Вы много говорите, но слова — это просто слова. Я не видел ничего, что доказывало бы, что вы не просто играете с нами в какую-то игру.

— А он говорил, что это вы наивный, — сказала Доун Хамфри. — Мистер Кузнец, не хотите ли вы их успокоить?

— Меч, — сказал Вирид, вставая. Группа внезапно вспомнила о клинке в руках Гэри, который Доун доставила огромному человеку-льву.

— Если он действительно связан душой с вашим другом, и ваш друг жив, — объяснил Вирид, — то это нельзя будет скрыть от Гэри в процессе перековки. Это даст нам окончательный ответ.

— И все же, — сказала Белинда Доун. — Он мог бы по крайней мере дать вам записывающий кристалл, чтобы вы принесли его нам в качестве доказательства.

— Он дал, — сказала Доун. — Я пыталась сказать вам это, но вы постоянно перебиваете. Неудивительно, что вы все стали его друзьями. Вы такие же, как он.

— Сколько времени вы провели с Джейсоном? — спросил Руфус.

— Вы просто не можете остановиться, да? — спросила Доун. — Вы действительно все стоите друг друга. Я провела с Джейсоном больше времени, чем вы, мистер Ремор. Однако мои силы были сильно ограничены. Большую часть времени, что мы провели вместе, он был сильнее меня. А теперь, если вы все закончили, есть ли у кого-нибудь проектор для записывающего кристалла?

* * * Джейсон и Фарра откинулись в шезлонгах, сделанных из облачной материи, наблюдая, как радужные энергии проходят над царством духа Джейсона. Затем они заметили фигуру, быстро проплывшую мимо, и оба сели.

— Это был...? — спросила Фарра.

— Патрик Даффи из телека, да, — сказал Джейсон. — Я не знал, что он межпространственное существо.

Фарра посмотрела на него безразличным взглядом.

— Или, возможно, мое царство духа, запечатлевающее физическую реальность в нефизическом пространстве, вызывает аномальные проявления, спроецированные из моей психики.

— И то, что выбросил твой разум, — это Патрик Даффи?

— Он снимался в «Дерзких и красивых», «Далласе» и «Шаг за шагом», Фарра. Это дневная мыльная опера, прайм-тайм мыльная опера и классический ситком девяностых; все это культовые примеры своих жанров. Это даже не говоря о «Человеке из Атлантиды».

— Большая часть этого была до твоего рождения. Твой отец многое должен объяснить.

— Те, кто не учится на истории, обречены повторять ее, что, вероятно, и является причиной, по которой они перезапустили «Даллас». К тому же, ты много знаешь для того, кто утверждает, что ненавидит телевидение.

— Мне очень, очень нужно вернуться в свой собственный мир.

* * * Кристаллический проектор Клайва был установлен на столе для пикника, где сидел Вирид; группа теперь собралась вокруг него.

— Я этого не видела, — призналась Доун. — Мы оба были довольно заняты событиями, и он передал его мне, когда я покидала его мир.

— У вас нет проектора изображений? — спросил Хамфри.

— Это примитивная магия, — сказала Доун. — В моем пространственном сосуде его нет. Я могла бы достать его, пока была здесь, но казалось правильным, чтобы вы все увидели это первыми. В конце концов, он сделал это для вас.

Она поместила кристалл в проектор, и над столом замерцало изображение. Это был Джейсон, покрытый кровью и пылью, одетый только в боксеры с сердечками на них. У него было множество ран, хотя они закрывались достаточно быстро, чтобы они могли видеть, как он исцеляется.

— Конечно, на нем нет штанов, — рассмеялся Руфус, и в его голосе чувствовалась радость от того, что он видит своего друга.

— Я давно этого не делал, магия в моем мире довольно отстойная, — сказал Джейсон. — Так что записывающие кристаллы работают не очень хорошо. Я введу вас всех в курс дела в какой-то момент, но я сейчас в самой гуще событий. Думаю, могу выделить главное. Фарра жива; это победа. Как и я, кстати, что может быть...

Рука Гэри опустилась, поставив проекцию на паузу.

— Да, — сказала Доун. — Она жива. На самом деле, я провела с ней довольно много времени. Можно сказать, она наш общий друг.

Руфус и Гэри обменялись взглядами, надежда и радость были смягчены страхом, что все это — какой-то жестокий, сложный обман. Софи, которая только слышала о Фарре, протянула руку, чтобы возобновить запись.

— ...более удивительным, — продолжил Джейсон. — Я довольно часто умираю. Три раза — это много? В смысле, три — не большое число, но не многие люди достигают тройки, когда дело доходит до того, чтобы откинуть копыта. Думаю, три считается много.

Он отвел кристалл от себя, показав какую-то городскую улицу с архитектурным стилем, который никому из них не был знаком. На улице были обломки, любезно предоставленные обрушившимся поблизости зданием. Джейсон снова навел кристалл на себя.

— Я спасаю мир, так что мне лучше вернуться к этому, — сказал он. — Как видите, я стою в нижнем белье посреди улицы, покрытый кровью, рядом со зданием, которое только что взорвал. Улица находится в межпространственном городе, который я захватываю, чтобы в боку вселенной не образовалась дыра. Понедельники, да? О, подождите; у вас шестидневная неделя. Все равно, это день недели. Не так уж сложно понять из контекста.

— Дыра во вселенной? — спросил Клайв. — Как это вообще возможно, и почему...

— Клайв, — прервала проекция Джейсона, погрозив осуждающим пальцем. — Я знаю, у тебя есть вопросы, но хватит перебивать. Люди пытаются слушать запись. Будь вежлив и подожди.

Группа разразилась смехом от выражения лица Клайва, напряжение прорвалось, как переполненная плотина. Они наблюдали, как Джейсон достал фляжку с чистящим раствором и вылил ее на себя. Он поморщился, когда она обожгла его раны.

— Джори, если ты это смотришь, я хочу, чтобы ты знал: я по-новому оценил качество твоего кристаллического раствора. Кстати, мне понадобится его довольно много, как только я вернусь. Типа, очень много. Я не хочу снова остаться без него, так что намного больше, чем в прошлый раз.

Джейсон опрокинул еще одну фляжку с чистящим раствором на какое-то странно выглядящее оружие, прежде чем убрать его в свой инвентарь.

— В любом случае, ни одна из моих способностей эссенции здесь не работает, что отстой. Я провел последние несколько часов, сражаясь с небольшой армией астронавтов с лучевыми пушками, что было довольно круто. Я объясню, что они такое, позже.

Джейсон потянулся к кристаллу, и проекция закончилась.

КОННОТАЦИИ

КОННОТАЦИИ

Из куртки Хамфри выпорхнула птица, а приземлившись на стол и поскребя лапкой по проектору, превратилась в щенка. Хамфри подхватил его и ласково погладил.

— Всё хорошо, дружок, — успокаивающе проворковал он.

— И это всё? — пожаловался Нил, когда запись закончилась. — Ничего нового. Я так рад, что он жив, и теперь могу снова его ненавидеть.

— Нил, — прикрикнул Хамфри.

— Что? — спросил Нил.

Клайв покачал головой, а Белинда фыркнула от смеха. Джори размышлял о возвращении вампира из кристаллической пустоши, а Софи выглядела ошеломлённой. Хамфри потянулся к ней, но она отпрянула. Он выглядел обиженным, а она виновато поморщилась.

— Я…

Софи не смогла выдавить из себя больше ни слова и почти побежала прочь. Хамфри хотел последовать за ней, но Белинда удержала его за руку.

— Сейчас ты сделаешь только хуже, — сказала она. — Ей нужен друг, а не… кто бы ты там ни был.

— Я должен что-то сделать.

— У тебя было полно времени, чтобы что-то сделать, — отрезала Белинда, и в её голосе сквозил яд. — Если бы ты набрался храбрости хоть раз за последние два года, она не оказалась бы зажатой между призраком и трусом. Теперь призрак возвращается, так что либо завязывай с этим, либо пошарь у себя в модных штанах и попробуй найти там хоть немного яиц.

Она выхватила щенка Сташа из рук Хамфри и зашагала в сторону Софи, оставив Хамфри стоять с поникшим видом.

Руфус и Гэри переглянулись, словно спрашивая друг у друга разрешения надеяться. Видеть Джейсона живым — это одно, но услышать о Фарре, не видя её, — это вызывало пугающее чувство нереальности. Они оба боялись, что их надежду жестоко отнимут.

— Мистер Стэндиш, — сказала Доун. — Возможно, вы уделите мне время для долгого разговора.

* * * Фарра застонала, наблюдая, как Джейсон снова исполняет медитативный танец с мечом. Они находились на террасе в духовном царстве Джейсона, залитые радужным светом мировой связи.

— Сколько ещё до возвращения?

— Я же говорил, что не знаю, — ответил Джейсон, не прекращая плавных, грациозных движений. — Если что-то изменится, я дам знать.

— Ты собираешься медитировать целыми днями напролёт? Я знаю, что тренировки важны, но ты становишься хуже Руфуса.

— Я слишком долго был на Земле, — сказал Джейсон. — Стандарты там будут выше, чем я привык, и я не намерен отставать. Тебе бы тоже не помешало немного попрактиковаться.

— Ладно, — уступила Фарра. — Но хотя бы смени занятие. Как насчёт спарринга?

— В смысле, тренировочный бой или ванна с пузырьками?

— Здесь есть спа-ванна? — оживилась Фарра.

— Может быть, — сказал Джейсон. — Как насчёт того, чтобы сделать и то, и другое?

Фарра дезориентированно моргнула, внезапно оказавшись перед Джейсоном на широкой дуэльной арене. Она посмотрела вниз и обнаружила, что её земная одежда сменилась тренировочным ги.

— Ты использовал свои недоделанные божественные силы, чтобы переодеть меня?

— Нет, — соврал Джейсон. — Ты всё это время была в этом.

Фарра наколдовала свой меч.

— Я получу от этого удовольствие.

* * * Белинда шла через темноту за пределами города, освещая себе путь парящим серебряным фонарём, излучающим чистый сине-белый свет. Это дарило ей приятное чувство, поскольку его аура пополняла её ману. Это был Мерцание, её фамильяр-астральный фонарь. Она нашла Софи, сидящую на камне на небольшом возвышении и глядящую в ночное небо. Она села рядом с подругой, прислонившись к ней в знак приветствия.

— Я не хочу разговаривать, — сказала Софи.

Белинда переложила Сташа на колени Софи и вытащила из хранилища бутылку с янтарной жидкостью. Она сделала глоток и протянула бутылку ей.

— А кто сказал, что мы будем разговаривать? — спросила она.

Они сидели в тишине, передавая бутылку друг другу, пока Софи чесала спящего Сташа за ушами.

— Я не… чёрт возьми, — сказала Софи.

— Сколько я тебя не видела, а этот дурак до сих пор не сделал ни шагу, — пожаловалась Белинда. — Хамфри — идиот.

— Он не идиот.

— Вы оба идиоты, — сказала Белинда. — Почему ты не сделала шаг? С каких это пор ты ходишь вокруг да около, вместо того чтобы брать то, что хочешь?

— Ты знаешь, с каких, — сказала Софи. — Как будто Джейсон всё это время сидел между нами, а теперь…

Софи сделала большой глоток, позволяя крепкому алкоголю обжечь горло.

— А теперь он возвращается, — закончила Белинда, когда Софи протянула ей бутылку.

— Что мне делать, Линди? — спросила Софи непривычно тихим голосом.

— Знаешь, что в смерти такого… — сказала Белинда. — Мы не оглядываемся на прошлое таким, каким оно было. Мы рассказываем себе истории и притворяемся, что это воспоминания. А через какое-то время забываем, что это не так.

— О чём ты?

— О том, что он возвращается, и дело уже не в историях. Я знала Джейсона лучше тебя, Соф, потому что не была по уши в проблемах, как ты. Ты ненавидела его, а потом…

Белинда вздохнула, прежде чем продолжить:

— Даже когда он был жив, Соф, Асано для тебя всегда был лишь очередной историей. Ты думала о нём слишком мало или слишком много, но никогда не видела его таким, каким он был на самом деле.

— А каким?

— Просто парень. Он был в чём-то удивительным, в чём-то засранцем, но всё же оставался просто парнем. Но теперь он стал мифом в твоей голове, и ты не можешь ожидать, что он будет соответствовать этому образу.

— Что-то я не очень хорошо выгляжу в этом описании, — сказала Софи, забирая бутылку обратно.

— Ты была не в лучшем состоянии, Софи. И Джейсон тоже никогда по-настоящему тебя не знал. Ты всю жизнь строила крепость, а он давно ушёл, прежде чем ты научилась открывать ворота. У него и у самого были свои проблемы. Если ты думаешь, что вы оба остались теми же людьми, что и тогда, ты себя обманываешь.

Белинда поднялась с камня, пошатываясь от выпитого.

— В конце концов, Хамфри и Джейсон не важны, — сказала она. — Дело в тебе. Будь собой. Убедись, что гонишься за тем, чего хочешь ты, а не за тем, чего, как тебе кажется, ты должна хотеть. Это причинит боль всем, а тебе — больше всего.

Белинда побрела в темноту в сторону города, а её фамильяр покачивался следом за ней.

— А что, если мне уже больно? — прошептала Софи в темноту.

* * * — …вот почему возвращение Джейсона в наш мир спровоцирует всплеск монстров, — заключил Клайв. Некоторые жители остановились послушать, вернувшись к столам, расставленным вдоль главной улицы и всё ещё ломившимся от еды. Их первоначальное любопытство быстро угасло, когда Клайв начал объяснять астральную магию группе людей, причём в таких подробностях, которые никому из них были не нужны.

— Обязательно было так долго объяснять? — спросил Нил. — Ты только что сказал, что всплеск монстров происходит не из-за какой-то злой магической штуки, созданной кем-то невероятно могущественным. Джейсон, будучи Джейсоном, услышал «невероятно могущественный», тут же решил его позлить и взорвал его магическую штуковину. Теперь всплеск монстров снова в силе, с бонусом в виде вторжения, а Джейсон едет сюда, чтобы, вероятно, всех нас погубить.

— Я бы не стал характеризовать это как полностью точное описание, — сказал Клайв.

— Почему Джейсон вообще строит этот мост в этот город посреди нигде? — спросил Нил. — Я даже не уверен, где мы находимся.

— Он прибудет не сюда, — сказала Доун. — То, что он делает, выходит за рамки даже моего опыта. Он может прибыть в то же место, куда прибыл в первый раз, куда-то совершенно случайное или в место, эквивалентное одному из его…

— Что такое? — спросил Клайв, когда Доун замолчала.

— Некоторые вещи лучше не произносить вслух, — сказала она. — Достаточно сказать, что любое потенциальное место прибытия Джейсона будет лишь нашей догадкой.

— Тогда что мы делаем здесь, в такой глуши? — спросил Нил. — У этого города вообще есть название?

— Конечно, у него есть название, — сказал Джори.

— Какое?

— Я не совсем помню, — признался Джори.

— Здесь был мистер Ксандьер, — сказала Доун. — Мне нужна была его помощь, а здесь меньше глаз и ушей. У меня было достаточно влияния в Обществе искателей приключений, чтобы отправить вас всех сюда, вот я и отправила.

— Вы предупреждали Общество искателей приключений, — сказал Хамфри.

— Да, — подтвердила Доун. — Это будет не просто культисты, похищающие астральные пространства. Это будет война.

* * * Доун покинула группу, чтобы продолжить работу по подготовке отделений Общества искателей приключений по всему миру, насколько могла. Она путешествовала на странном судне, представлявшем собой коттедж внутри гигантского парящего шара. Руфус вернулся в Гринстоун — как чтобы уладить дела до прибытия Джейсона, так и на случай, если именно там он появится. Не имея лучшего плана, кроме как ждать, остальные отправились в город Зартос. Там находилась личная кузница ранга «алмаз», принадлежавшая наставнику Гэри, Вириду.

— Это лучшее место, чтобы выковать великое творение, — заверил их Вирид.

Гэри и Вирид днями изучали меч, стремясь понять его, прежде чем начать процесс перековки. Они тщательно подбирали дополнительные материалы, которые собирались использовать, и знакомились с эхом души, связанным с оружием.

Ковка была совместной работой не только Гэри и Вирида, но и Джейсона. Во многом именно связь душ направляла самые важные аспекты работы и формировала конечный результат.

Зартос был подземным городом, построенным вокруг подземной реки, населённым преимущественно целестинами. Пока Гэри и Вирид работали, остальные наслаждались воссоединением. Никто из них не чувствовал себя полноценной командой после смерти Джейсона. Как и в случае с Руфусом и Гэри, потеря друга и товарища привела к тому, что они пошли разными путями, хотя раньше сопротивлялись бы этому.

Гэри и Вирид были заперты в кузнице Вирида девятнадцать дней, прежде чем наконец вышли. Меч, который Гэри показал команде, был совершенно не похож на то, чем был раньше. Это было не просто изменение внешнего вида: от клинка исходила властная аура. Возникало ощущение, что даже смотреть на него — это каким-то образом нарушение правил. В ней присутствовала и доброжелательность, но властная, смотрящая свысока.

— Впечатляющее оружие, Гэри, — сказал Хамфри. — Настоящая аура от оружия — это большое достижение, особенно такая сильная.

— Вирид исправил многие недостатки моей техники, — признался Гэри. — Он подтолкнул меня к высотам, которых я не смог бы достичь в одиночку. Аура исходит от связи душ, которая направляла нас при перековке. Как будто меч сам знал, чем хочет стать.

Эфес имел простой дизайн из молочно-белого металла с ониксовыми украшениями и костяной рукоятью. Клинок был настолько чёрным, что это вызывало тревогу, словно смотреть на него было запрещено. На лезвие были нанесены символы, резко контрастировавшие с ним в белом цвете.

— Это тот же язык, что используется в клейме, которое Джейсон накладывает своим заклинанием, — сказал Клайв. — То, которое накладывает эффект «Метка греха».

— Это клеймо однажды было на мне, — сказала Софи. — Оно действительно что-то значит?

— Это идеографический язык, — сказал Клайв.

— Что? — спросила Софи.

Как и Джейсон, Клайв обладал способностью говорить и читать на всех языках. В отличие от Джейсона, он использовал её как трамплин для изучения.

— Это язык, где один символ может воплощать сложную концепцию, — объяснил Клайв. — Находится ли символ один или в контексте с другими, может сильно влиять на значение. Символ из клейма Джейсона переводится как «грешник», что логично. Он сопровождается эффектом под названием «Метка греха».

— Это родной язык Джейсона? — спросила Белинда.

— Нет, — сказал Клайв. — Это нечто гораздо более древнее.

— Я даже не знаю, что там написано, — признался Гэри. — Просто во время работы мне показалось правильным отметить клинок таким образом. Это связь душ. Я назвал оригинальный меч Погибель и Спасение, но думаю, что он, возможно, переименовал сам себя, и именно это мы сейчас видим. Что там написано, Клайв?

— Воля Гегемона.

— Ты сказал, что один символ передаёт сложную концепцию, верно? — спросила Софи.

— Может, — сказал Клайв. — В этом языке есть первичные, концептуальные символы и вторичные, контекстуальные.

— На мече шесть символов, — сказала Софи. — Кажется, слишком много контекста для короткого названия.

— Там есть коннотации, — сказал Клайв.

— Какие коннотации? — спросила Софи.

— Ты чувствовала ауру, — сказал Клайв. — Вот такие коннотации.

— О, отлично, — сказал Нил. — Похоже, время, проведённое Джейсоном вдали, дало ему смирение, в котором он так сильно нуждался.

* * * Путешествие оказывалось чрезвычайно ценным для Джейсона. Крошечный пузырь его духовного царства был проекцией его души, проецируемой сквозь бесконечность глубокого астрала. Только мировая связь, за которую он цеплялся, спасала его от того, чтобы беспомощно дрейфовать вечно. Его душа была погружена в магию в её самом чистом и мощном виде; даже простая медитация ускоряла его понимание самых фундаментальных аспектов космической силы.

Его самой частой медитативной техникой был танец феи меча, которому его научил Руфус. Джейсон пытался лучше понять, как входить в состояние боевого транса, овладеть которым в полной мере ему всё ещё было трудно. Больше, чем просто простой боевой транс, он стремился к единству с космосом, к которому сейчас был ближе, чем когда-либо ещё в своей жизни.

— Ты не Люк Скайуокер, — крикнула Фарра со своего шезлонга.

— Заткнись, — сказал он, продолжая свой танец с мечом.

— Может, Энакин. Из приквелов, а не из «Войн клонов».

Джейсон споткнулся.

— Это было низко, — пробормотал он, когда она рассмеялась.

Фарра была менее очарована путешествием, чем Джейсон. Для неё это было бесконечное ожидание, которого она уже хлебнула сполна, пока Джейсон находился в двух зонах трансформации. Она становилась всё более взволнованной по мере того, как её дом, семья и друзья становились ближе, но всё ещё казались такими далёкими. Дни превращались в недели, пока они продолжали свой путь через астрал.

Джейсон вернулся к своему медитативному танцу, в то время как она слушала музыку на записывающем кристалле, развалившись в шезлонге, сделанном из облаков.

— Это не традиционная медитативная музыка, — заметил Джейсон.

— Если тебе не нравится Лора Брэниган, это не мои проблемы.

Джейсон снова остановил свой танец с мечом.

— Я тот, кто… ты ведь не давала ей эссенции, правда?

— Я бы не стала делать это, не сказав тебе.

— Нет? Нам нужно обсудить Пэт Бенатар?

— Кто сказал…? В смысле, я понятия не имею, о чём ты.

— Мне следовало усерднее работать над тем, чтобы вернуть тебя домой, — сказал Джейсон, качая головой. Он откинулся назад, беспомощно глядя на радужное небо. — Думаю, ты одичала.

Его глаза сузились, всё ещё глядя вверх.

— Это было дерево?

КАКОВО ЭТО — ПРИЛИВ МОНСТРОВ

КАКОВО ЭТО — ПРИЛИВ МОНСТРОВ

Команда Гэри, Джори и Джейсона — за вычетом самого Джейсона — находилась на открытой палубе небесного корабля, направлявшегося в Витесс, город цветов.

— Все это чувствуют? — спросил Хамфри, когда что-то кольнуло его магические чувства. Остальные согласно кивнули, ощутив дрожь в окружающей магии, словно сам мир содрогался. Начавшись с малого, она быстро набрала силу, и вскоре дирижабль затрясло от турбулентности.

— Что это? — спросила Софи. — Так ощущается прилив монстров?

— Нет, — ответил Клайв. — Это что-то другое.

* * * Радужное свечение над духовным миром Джейсона медленно угасло, сменившись пустым серым цветом. В тот же миг мимо пронеслись потоки растительного мусора, словно над его защищенным миром пронесся ураган. Листва, ветви и даже целые деревья пролетали мимо, подобно рою насекомых, попавших в шторм. Их количество только росло по мере того, как серый свет сменялся тьмой. К тому времени, как свет полностью исчез, над головой непрерывным потоком проносился мусор, видимый лишь в свете, исходившем из защищенного духовного мира Джейсона. Это яростное зрелище было пугающе безмолвным, пока разрушительные ветры разрывали воздух, унося обломки.

— Что происходит? — спросила Фарра.

— Мы прибыли, — сказал Джейсон. — Посреди шторма, посреди ночи. Судя по всему, это циклон. Прощай, мой план выйти наружу и вдохнуть полной грудью чистого, свежего воздуха.

— Мы не дышим.

— А, точно.

* * * Белинда и Клайв уже бросились на нижнюю палубу, чтобы узнать, могут ли они помочь инженерам выровнять небесный корабль, который переходил от плохо управляемого полета к плохо управляемому падению. Нил и Гэри загоняли остальных пассажиров под палубу, в то время как Софи и Хамфри выпрыгнули за борт, используя полет, телепортацию и другие способности передвижения, чтобы подобрать тех немногих, кого уже выбросило за борт из-за сильной турбулентности.

Среди пассажиров были и другие искатели приключений, которые также вмешались, чтобы остановить хаос. В конце концов корабль выровнялся, и Клайв с Белиндой вернулись наверх в сопровождении главного инженера.

— …Я даже не знал, что так можно сделать с резонирующими каскадными стержнями, — похвалил Белинду измотанный инженер.

— Импровизация — её конек, — сказал Клайв. — Если вам когда-нибудь придется взять её в плен, я бы просто приказал стражнику бить её по голове каждый раз, когда она приходит в сознание. А иногда и когда не приходит, на всякий случай.

— Эй… — возмутилась Белинда.

— Однажды я видел, как она сняла барьер-ловушку изнутри с помощью сломанной палочки и прибора для проверки свежести рыбы, — продолжил Клайв.

Команда перегруппировалась на верхней палубе вместе с ключевыми членами экипажа и другими искателями приключений, которые оказали помощь.

— Есть идеи, что происходит? — спросил капитан главного инженера.

— Проблема не в корабле, — ответил главный инженер. — Корабельные датчики фиксируют масштабные возмущения в окружающей магии на пределе своей досягаемости. Мы кое-как соорудили адаптацию для компенсации, но она долго не продержится. Нам нужно медленно спуститься на землю, пока мы не врезались в неё на скорости.

— Это прилив монстров, — сказал Клайв. — Он начинается.

— Я пережил три прилива монстров, — сказал капитан. — Приливы монстров так себя не ведут.

— Этот ведет, — сказал Клайв.

— Мы засекли что-то на датчиках корабля, — сказал главный инженер. — Что-то большое и странное, где-то по правому борту.

Все посмотрели туда, но увидели лишь чистое небо.

— Думаю, ваши датчики ошибаются, — сказал один из искателей приключений.

— Нет, — ответил Клайв. — Вы не видите его, потому что оно ещё не существует.

— Что это должно значить? — спросил искатель приключений. — Вы несете какую-то…

Он осекся, когда в небе, выше и правее корабля, вспыхнул радужный свет. Это был радужный свет магического проявления, но его размер был почти непостижимо огромен.

— Не думаю, что есть хоть какой-то шанс, что это очень, очень большой камень пробуждения, — сказал Нил.

— Это должен быть монстр алмазного ранга, верно? — сказал один из искателей приключений. — Это слишком большой масштаб даже для золотого ранга.

— Я видел проявление алмазного ранга два прилива монстров назад, — сказал капитан. — Даже оно не было таким огромным.

— Капитан, — сказал главный инженер. — Я беру назад свои слова о том, чтобы медленно спуститься на землю. Давайте убираться отсюда как можно быстрее.

Капитан и инженер побежали к своим постам.

— Это то, о чем нас предупреждала Доун, верно? — спросила Белинда.

— Думаю, да, — сказал Клайв. — Не думаю, что находиться поблизости — хорошая идея. Нам стоит помочь инженеру удержать эту штуку на плаву, пока мы убираемся отсюда.

— Обычные проявления занимают некоторое время, верно? — спросил Джори. — Особенно большие?

— Да, — ответил Клайв. — Надеюсь, мы успеем отлететь подальше, прежде чем что-то выйдет из этого света.

* * * Джейсон открыл портал из своего духовного мира, и они с Фаррой наконец ступили на родной мир Фарры. Прием был не самым дружелюбным. Их тут же обдало горизонтальным дождем и мощным ветром, который вырывал растения и деревья в тропических джунглях, где они оказались. Они едва могли устоять на ногах, несмотря на свою силу серебряного ранга, потому что им не хватало веса. Фарре пришлось наколдовать свою тяжелую каменную броню, в то время как теневые руки потянулись, чтобы закрепить Джейсона за ближайшие деревья и скалы.

Едва видя что-либо сквозь ветер и дождь, они переместились с подветренной стороны скалистого возвышения, пригнувшись, пока шторм бушевал мимо них. Их одежда уже промокла насквозь, прилипая к телам, пока они притаились, укрывшись от самого сильного ветра.

— Хотел бы я, чтобы у меня все еще был мой волшебный зонтик, — сказал Джейсон через голосовой чат. Пытаться перекричать завывающий ветер было бессмысленно. — Я оставил его у Эми.

— Он все равно был железного ранга, — сказала Фарра. — Ему пришлось бы нелегко в такой сильный шторм. Мы в зоне с высоким уровнем магии, и этот шторм впитал часть окружающей магии.

— Какая же у нас удача — прибыть в такое место, — удивился Джейсон.

— Зависит от обстоятельств, — сказала Фарра. — Возможно, мы в Море Штормов, что является точным, хоть и лишенным воображения названием.

Джейсон активировал свою способность карты и уменьшил масштаб до глобального. Их местоположение было отмечено где-то в Карибском море. Поскольку он никогда не был в аналоге этого мира, он не видел деталей, только очертания массивов суши. Казалось, здесь было на три крупных острова больше, чем в мире Джейсона, к югу от Больших Антильских островов. Джейсон и Фарра находились на острове, настолько незначительном, что в текущем масштабе он даже не отображался на карте. Джейсон поделился с Фаррой способностью видеть карту. Как и предполагала Фарра, их зона была указана вверху как Море Штормов, Королевство Штормов.

— Ты не ошиблась насчет лишенных воображения названий, — сказал Джейсон.

— Мы в Королевстве Штормов, — подтвердила Фарра. — Оно правит Морем Штормов, всеми островами на нем и всеми прибрежными регионами, которые его окружают.

— В твоем мире нет Христофора Колумба или круизных лайнеров, так что здесь, вероятно, приятнее, чем в аналогичном регионе Земли, — сказал Джейсон.

— Не будь так уверен. У нас есть магия, и не зря оно называется Морем Штормов. Сезон штормов длится две трети года, а это зона с высоким уровнем магии. У них есть специальные меры, чтобы штормы не сносили города и поселки до основания.

— Но в остальном здесь приятно? — весело спросил Джейсон, вызвав смех у Фарры.

— Так я слышала, но сама здесь никогда не была. Эмир был, но ему сюда путь заказан. Несколько лет назад он украл что-то у королевской семьи.

— Это звучит знакомо, — сказал Джейсон. — Кажется, он мне однажды рассказывал об этом. Кстати об Эмире, как насчет того, чтобы найти побережье, достать облачный корабль и переодеться в сухую одежду?

— Мне нравится этот план. Только используй ту способность карты, чтобы убедиться, что мы не ходим кругами. У меня нет желания наматывать круги по джунглям, которые в данный момент вырывают сами себя из земли.

— Тень, что у тебя есть для нас? — крикнул Джейсон, перекрывая ветер.

Тьма выплеснулась из тени Джейсона, приняв форму жука размером с короткий пассажирский автобус. На спине у жука был купол из полупрозрачного хитина, внутри которого было пусто. У жука была пара больших, многосуставчатых рук, которые были длиннее остальных его ног.

Полупрозрачный хитин расступился, когда твердая субстанция превратилась в жидкость и растеклась, образовав круглое отверстие. Длинные руки подхватили Джейсона и Фарру и поместили их внутрь; карабкаться или прыгать при таком ураганном ветре было бы непростой задачей. Проем закрылся за ними, отсекая ветер, дождь и шум. Стулья из мягкой, удобной теневой материи поднялись из темного хитина у них под ногами.

— Отлично, Тень, — сказал Джейсон.

— Это показалось уместным для данной местности, — ответила Тень.

— Это жук-сокровищница, верно? — спросила Фарра, начиная снимать мокрую одежду и доставая сухую из своей пространственной сумки. — Я слышала о них, но никогда не видела, потому что их истребляют, как только находят.

— Полагаю, это как-то связано с тем, почему их называют жуками-сокровищницами, — сказал Джейсон, отворачиваясь, несмотря на невозмутимость Фарры. Он переоделся, используя свою систему инвентаря: темный туман окутал его, сменил одежду и снова рассеялся.

— Они очень чувствительны к материалам с большим количеством магии, — объяснила Фарра, доставая свежую одежду из пространственной сумки. — Руды, магические травы, предметы, оставленные после смерти какого-нибудь одинокого искателя приключений. Они отлично роют норы и собирают травы, не повреждая их, с помощью своих больших конечностей. Они хранят их в своих полых, прозрачных панцирях, что сохраняет магию.

— Они — ходячая сокровищница. Не самый лучший навык для выживания.

* * * Небесный корабль содрогался, увеличивая скорость и одновременно работая на наспех сооруженных модификациях, чтобы справиться с нарушенными условиями окружающей магии. Всех, кто не был искателем приключений или членом экипажа, отправили на нижние палубы, хотя жалоб было немного.

Белинда и Клайв работали вместе с инженером в недрах корабля, в то время как остальная часть их группы наблюдала за проявлением, от которого они надеялись удрать до того, как появится то, что выходило из радужного света. Они поняли, что недооценили его размеры, когда быстро удалялись, а оно продолжало маячить огромным пятном в небе над ними.

— С другой стороны, — сказал Гэри, — это означает, что Джейсон и Фарра либо здесь, либо скоро будут, верно?

— Так сказал Клайв, — подтвердил Джори. — Тогда дело лишь за тем, чтобы их найти.

— Будет непросто получить информацию во время прилива монстров, — сказал Хамфри. — Особенно такого. Общество искателей приключений займет все общественные камеры водной связи, что затруднит связь на дальних расстояниях. У моей семьи всегда есть частная камера связи в наших фамильных владениях, хотя они, несомненно, тоже будут заняты.

— Церковь Знания? — предложил Нил.

— У Джейсона был способ вернуться до того, как он ушел, — сказала Софи. — Если она не сказала нам об этом после того, как он умер, почему она поможет нам сейчас?

— В любом случае, стоит попробовать, — сказал Хамфри. — Хотя наш лучший вариант — Общество искателей приключений. Если Джейсон отметится в любом отделении, его статус обновится во всех отделениях. Тогда мы будем знать, куда идти.

— Смотрите, — сказал Нил, указывая пальцем. — Кажется, это происходит.

Радужный свет начал угасать, и на его месте стало появляться что-то, мерцая и обретая форму, словно призрак.

— Доун говорила правду, — слабо произнесла Софи. — Это действительно город.

В воздухе возникал целый город, парящий высоко над землей. Нижняя часть была сплошь каменной, словно город был вырван из земли, в то время как остальная часть представляла собой каменный город, окруженный высокими стенами, с башнями, возвышающимися наверху.

— Ну, черт возьми, — сказал Нил.

* * * Остров, на котором оказались Джейсон и Фарра, оказался маленьким и необитаемым. Форма жука-сокровищницы Тени легко преодолела джунгли, и вскоре они достигли побережья, где Джейсон открыл свою облачную флягу. Облака, вырывающиеся наружу, лишь поддразнивались ветром, но не более того — циклонной мощи шторма было недостаточно, чтобы нарушить магию облачной фляги.

Вскоре массивное прогулочное судно спокойно покачивалось на море, которое было чем угодно, но только не спокойным. Лодка была размером с суперъяхту, но не в земном стиле дизайна, а больше похожая на те, что Джейсон видел в гавани Гринстоуна. Он провел приятный день с Касандрой Мерсер на такой лодке, незадолго до того, как она его бросила. Джейсон и Фарра поднялись на борт, и несколько тел Тени взяли на себя роль экипажа.

— Моя карта пуста, кроме общей географии, — сказал Джейсон. — Может, просто направимся к большому острову и посмотрим, что получится?

Джейсон вывел на стену карту Моря Штормов. Поскольку облачная фляга была связана с его душой, она могла воспроизводить его способность карты, по крайней мере, отображать её. Более тактические функции, такие как отслеживание врагов, по-прежнему были доступны только самому Джейсону.

— Эти острова здесь, — сказала Фарра, указывая на побережье того, что на Земле было Венесуэлой.

— Думаю, один из них — Аруба, — сказал Джейсон. — Мне подходит. Я почти уверен, что лодка справится с погодой, так что можешь отправляться, Тень. Что это за место, куда мы направляемся?

— Столица Королевства Штормов, Римарос, — сказала Фарра.

— Римарос? — переспросил Джейсон. — Я встречал женщину по имени Римарос. Слышал, она была принцессой чего-то, что, полагаю, находится здесь. Эй, я знаю местную.

— Откуда ты знаешь принцессу Королевства Штормов?

— Ну, ты же знаешь, как это бывает, — сказал Джейсон, уперев руки в бока и глядя вдаль.

— Что ты делаешь?

— Прекрасная юная принцесса, всю жизнь запертая в четырех стенах. В своей первой настоящей экспедиции в мир она встречает лихого молодого героя с широким выбором кондитерских изделий…

— В Королевстве Штормов принцесс воспитывают не так.

— Нежный цветок, ожидающий, когда его сорвут нежные, но мужественные руки…

— Ладно, с этим нужно заканчивать прямо сейчас. И тебе, возможно, стоит избегать использования этой связи. Нам следует вести себя тише воды, ниже травы и не навлекать на себя неприятности. Что, напомню, совсем не в твоем стиле.

— О, я усвоил этот урок, — сказал Джейсон. — Я побыл знаменитым супергероем, и оказалось, что это отстой. Предлагаю найти ближайшее отделение Общества искателей приключений, тихо сделать свое дело с приливом монстров, найти наши команды и закончить этот магический мост, не поднимая шума.

— Ты же знаешь, что так просто никогда не бывает, — сказала ему Фарра. — Ты ведь не думаешь всерьез, что сможешь избежать втягивания во вторжение Строителя, верно?

— Парень может помечтать, не так ли?

— Даже если сможешь, — сказала она, — ты все равно останешься собой.

— Что это значит?

* * * — Что это? — спросил Хамфри. — Это что, дирижабли вылетают из города?

Один из искателей приключений вокруг них сотворил заклинание, и воздух перед ними замерцал. Когда он успокоился, все, что было видно сквозь него, стало казаться намного ближе, и они смогли отчетливо разглядеть небесные корабли. Они поднимались над стенами города и даже появлялись из туннелей в скале под ним.

— Я не ошибаюсь, если мне кажется, что два из них летят прямо на нас? — сказал Нил.

— Нет, не ошибаешься, — сказал Хамфри. — Софи, иди позови Линди и Клайва.

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДОКТРИНА

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДОКТРИНА

— Клайв, — сказал Хамфри. — Ты знаком с таким типом небесных кораблей?

— Нет, — ответил Клайв.

Группа наблюдала за двумя приближающимися небесными кораблями, используя заклинание увеличения зрения, которым поделился один из других искателей приключений.

Эти два приближающихся небесных корабля не были похожи ни на что из того, что они видели раньше. Будь здесь Джейсон, он бы заметил сходство со старыми броненосцами времен Гражданской войны в Америке. У них был подчеркнуто индустриальный вид: толстая, грубая металлическая обшивка и дым, валящий из пары труб на палубе. На палубе приближающихся кораблей находились существа-конструкты, гуманоидные по форме, но напоминающие свои суда тем, что были сделаны из грубого промышленного металла.

— Мастерство исполнения не дотягивает до настоящих големов, — оценил Клайв. — Это те самые конструкты, которые использовал культ Строителя, когда напал на экспедицию из Гринстоуна?

— Похожие, — сказал Нил, — хотя те были в форме монстров, а не людей. В чем разница между конструктом и големом?

— Големы — это особый тип конструктов, — объяснил Гэри. — Обычно они выглядят как огромные люди и мощнее большинства других конструктов. Они встречаются реже, потому что дороги и сложны в изготовлении.

Гэри был знаком с конструктами Строителя лучше других, поскольку тщательно изучал их после экспедиции, унесшей жизнь Фарры.

— Клайв, — сказал Хамфри. — Если наш небесный корабль атакуют, он сможет удержаться в воздухе?

— Не уверен, что он удержится в воздухе, даже если его не атакуют, — ответил Клайв.

— Мы можем от них оторваться? — спросил Джори. — Для летающих кусков железа эти корабли кажутся довольно быстрыми.

— Экипаж и так выжимает из него больше, чем следует, чтобы поддерживать такую скорость, — сказала Белинда. — Если мы не разобьемся раньше, они нас догонят.

— Ладно, — сказал Хамфри. — Это сужает круг наших вариантов.

Он повернулся к другой группе искателей приключений, находившейся с ними на палубе.

— Мы возьмем первый корабль. Вы справитесь со вторым?

Одна из искательниц приключений шагнула вперед.

— Не думаю, что у нас есть выбор, — сказала она. — Мы сделаем это.

Хамфри кивнул и повернулся к своей группе:

— Гэри, Джори, вы с нами?

— Может, я и завязал с приключениями, — сказал Гэри, — но я не собираюсь просто стоять в стороне, когда на пороге беда.

— Мне нужно перестать проводить время с вами, ребята, — пожаловался Джори. — Я ввязываюсь в драки только тогда, когда вы рядом.

— Молодец, — сказал Гэри, хлопнув его по спине так сильно, что тот чуть не вылетел за борт.

— Клайв и я можем перенести по четыре человека, — сказал Хамфри. — Я пойду первым с Софи, Гэри и Линди, чтобы занять плацдарм, а Клайв последует за нами с остальными. Всем приготовиться.

Все схватили снаряжение из пространственных сумок и хранилищ или наколдовали его на месте. Софи натянула пару тонких облегающих перчаток, а Джори убрал свое пальто и достал другое, сплошь покрытое карманами. Клайв достал жезл и посох и начал чертить пальцем в воздухе ритуальные круги, чтобы прикрепить их к концам оружия. Гэри надел доспехи, похожие на перегретую печь, и взял щит и молот из своей пространственной сумки. Белинда окуталась серебристым туманом, который быстро рассеялся, открыв леонида-женщину в кованых доспехах, со щитом и молотом, любезно предоставленными Гэри. Глаза Гэри расширились.

— О, привет, Линди, — сказал он. — Э-э… как дела?

— Я вообще-то не леонид, Гэри.

— Мы пользователи эссенции, — сказал Гэри. — Важно не то, кто ты внутри. Важно то, как ты выглядишь.

— Ты так это оставишь? — спросил Нил Джори.

— Ага, — ответил Джори.

— Не чувствуешь необходимости защитить свою даму?

— Она может позаботиться о себе сама, — сказал Джори. — Если ей понадобится моя помощь, она попросит. Она не из стеснительных.

Леонид Белинда наклонилась, чтобы чмокнуть Джори в щеку.

— Щекотно, — сказал он, когда ее мех коснулся его лица.

— Мы закончили? — спросил Хамфри. Он наколдовал свои драконьи доспехи, чешуя которых переливалась всеми цветами радуги, и меч, стилизованный под крыло дракона.

Софи, Хамфри, Гэри и Белинда исчезли, когда Хамфри телепортировал их на ближайший вражеский небесный корабль.

* * * Внутри огромной яхты Джейсон и Фарра отдыхали в роскоши, наблюдая за бушующим снаружи штормом. Бушующее море и сильные ветры не беспокоили облачный корабль. Внутри было так же спокойно, как младенцу в колыбели, даже когда снаружи корабль пробивал волны, словно таран.

— Мне нужно ввести тебя в курс некоторых важных аспектов местной культуры до нашего прибытия, — сказала Фарра. — Из-за наплыва монстров здесь будет много приезжих искателей приключений, так что люди будут чуть снисходительнее к этикету, но лишь до определенного предела.

— Хорошая идея, — сказал Джейсон. — Проще не высовываться, если знаешь правила. Хотя я не думал, что ты была в Римаросе.

— Я не была, но это один из крупных городов искателей приключений, как Витесс. Если бы у нас было время обучить тебя как следует, ты бы все это узнал, но тебе и так пришлось наверстывать слишком многое.

— Окей. Время «сексуальной учительницы Фарры».

— Хочешь получить по заднице?

— Это вопрос с подвохом? Я был плохим мальчиком.

— С тебя хватит, — сказала Фарра.

— Да, госпожа.

Фарра покачала головой.

— По крайней мере, это подводит нас к первому и самому важному, что тебе нужно знать: все, что ты делаешь — плохо, и тебе не следует этого делать.

— Немного жестко.

— Джейсон, Римарос — это не какой-то провинциальный городок, где тебя оставят в покое только потому, что у тебя есть пара высокоранговых друзей. Там принято проявлять уважение как к тем, кто выше тебя по рангу, так и к тем, кто ниже. Если к тебе пристанет золотой ранг, Общество искателей приключений обрушится на них, как молот, при условии, что ты не вел себя как обычно. Если ты будешь разговаривать с золотыми рангами так же, как со всеми, кто сильнее тебя, они впечатают тебя в стену, и никто слова не скажет, потому что ты сам напросился.

— Звучит справедливо.

— Жаль, что Гэри здесь нет. Мы могли бы поспорить, через сколько часов какой-нибудь золотой ранг пнет тебя в океан.

— Я умею быть уважительным.

— И на каких доказательствах основан этот вывод?

— Немного обидно.

— Слушай, просто не лезь никому в лицо, — сказала Фарра. — Есть много причин не разгуливать во время наплыва монстров, особенно этого. Прежде всего, что бы еще ни происходило, мы — искатели приключений. Это время, когда мы должны проявить себя и заслужить все те привилегии, которыми пользуемся.

Джейсон кивнул в знак согласия. Он не собирался пропускать наплыв монстров, и это был именно тот уровень ответственности, который ему был нужен. После того как на его плечах лежала судьба мира, идея быть незначительной, соответствующей своему рангу частью общего дела была именно тем, что нужно, чтобы освежить восприятие.

— Конечно, есть и другие причины участвовать в наплыве монстров. Шанс прикончить нескольких этих ублюдков-Строителей — на первом месте в моем личном списке. К тому же, если Общество искателей приключений узнает, что ты сделал что-то помимо того, чтобы явиться в ближайшее отделение и делать то, что велено, после наплыва монстров у тебя возникнут проблемы. Получать приличные контракты внезапно станет сложно, а доступ к ресурсам общества — еще сложнее.

— Значит, мы отметимся, сделаем свое дело и двинемся дальше, — сказал Джейсон. — Два непримечательных серебряных ранга, вернувшихся с того света. Может, это не станет большой проблемой, ведь Знание сказала людям, что я жив.

Он задумался на мгновение.

— Нет, она не видела, как я умер, — сказал он. — Зная ее, она, вероятно, скажет что-то вроде того, что она Богиня Знания, а не Богиня Твердых Умозаключений, Сделанных на Основе Разумных Доказательств.

— Зная ее?

— Мы знакомы, — сказал Джейсон. — Хотя друзьями я бы нас не назвал. Между нами есть некоторое напряжение.

Фарра закрыла лицо руками.

— Мы еще ни с кем не встретились, а ты уже говоришь о светских беседах с божеством, — пожаловалась она.

— Все в порядке, — заверил он ее. — В смысле, встречал ли я кучу богов? Да, но мы же не тусуемся вместе.

Фарра посмотрела на него безразличным взглядом.

— Я же сказала, все в порядке. Что еще мне нужно знать о нашем пункте назначения? Какой там фирменный напиток? Есть ли там кокосы? Я обожаю кокосы.

— Я не знаю фирменный напиток.

— Какое же недоделанное обучение ты прошел? Мне стоит сделать несколько заметок для Руфуса и академии его семьи. Они могли бы проводить сертификацию по ответственному обслуживанию алкоголем. Что может быть лучше искателя приключений? Искатель приключений с сертификатом RSA.

* * * Огромный молот Гэри, «Средний молот Гэри», был выгравирован на металлическом древке рукояти. Держа его в одной руке, он обрушил его на очередного грубого металлического конструкта, с которыми они сражались на открытой палубе вражеского небесного корабля. Большинство из них были лишь бронзового ранга, что было хорошо, потому что они были прочнее монстров аналогичного ранга, и их было много. Серебряные ранги, разбросанные среди них, были чрезвычайно живучими, а также обладали подавляющей силой. Если бы не их относительно медленные и неуклюжие движения, численность существ, заполонивших открытую палубу небесного корабля, подавила бы команду.

К счастью, молот Гэри был подходящим инструментом для этой работы. С тех пор как Фарра погибла, он специализировал свое личное оружие на борьбе с конструктами и причудливыми культистами, которые встраивали части конструктов в свои тела. Тем не менее, конструкты серебряного ранга обладали почти невероятной живучестью. Белинда орудовала копией молота Гэри, которую он сделал для нее, но остальная часть команды выдохлась бы раньше, чем справилась со всеми конструктами.

У команды было много способностей, позволявших им выстоять: от сокращения времени восстановления до восстановления маны, в аурах и активных способностях. И все же из нижних палуб появлялось все больше и больше конструктов, словно там была казарма, где конструкты медленно пробуждались.

По этой причине группа перешла к стратегии, основанной на использовании силы конструктов против них самих. Сила и живучесть конструктов также делали их тяжелыми. В сочетании с выбранным ими средством передвижения, небесным кораблем, решение стало очевидным благодаря Джори. Он выпил большое зелье, которое превратило его в огромного громилу, даже более сильного, чем конструкты, и начал швырять их за борт. Даже если они переживали падение с двух километров, они переставали быть непосредственной угрозой.

— Мы ведь не над городом или чем-то подобным, верно? — крикнул Хамфри Клайву. Клайв находился за бортом небесного корабля, паря на своем фамильяре-черепахе Онслоу. Клайв посмотрел вниз и увидел только необитаемые, скалистые пустоши. Клайв показал Хамфри большой палец вверх.

— Переходим на стратегию «падающего парня»! — проревел Хамфри, и команда перешла к действиям. Хамфри был движущей силой в создании комплексной тактической и стратегической доктрины. Джейсон был движущей силой в придумывании названий.

Джори не был знаком со стратегиями команды, но уже опережал всех в выбрасывании врагов за борт. Мощный рык Гэри мог сдувать более слабых бронзовых рангов с корабля небольшими группами, и Белинда, в данный момент в форме леонида, могла делать то же самое. Гэри и Белинда держали оборону, пока остальная часть команды работала.

Софи, казалось, была везде одновременно. В один момент она задерживала конструкта достаточно долго, чтобы член команды мог с ним разобраться. В следующий — она занимала позицию так, чтобы Нил мог сбросить на нее взрывной щит и сдуть одного или даже двух конструктов за борт. Затем она сама прыгнула за борт, где Клайв использовал свое заклинание телепортации с обменом мест. Софи внезапно снова оказалась среди конструктов, поменявшись местами с тем, что теперь падал к земле.

Большинство фамильяров команды также были в деле. Фонарь Белинды в основном служил для восстановления маны, так как его атаки мало что делали конструктам. Ее другой фамильяр копировал Хамфри, размахивая огромным мечом перед врагом.

Онслоу бил конструктов различными стихийными силами. На серебряном ранге его способности стали более изощренными, с элементами контроля в дополнение к уже имеющейся грубой силе. Электрические атаки были особенно эффективны против металлических конструктов, хотя направленные атаки ветром и водой также отбрасывали их, а иногда и вовсе сбивали с корабля.

Сташ был более неуловим, в основном оставаясь невидимым. Затем гигантская птица подхватывала конструкта и сбрасывала его с корабля, или щупальце змеилось через борт и утаскивало одного за борт.

Время от времени с нижних палуб вражеских кораблей появлялся другой, более опасный враг. Один из них был конструктом, похожим на огра, явно более мощным, чем остальные, а также гораздо лучше сделанным. Это был настоящий голем, не такой неуклюжий или медленный, как другие.

Белинда использовала свою способность «Яма Жнеца», чтобы наколдовать перевернутую, внепространственную яму теней над кораблем. Теневые руки тянулись из ее пасти, хватая конструктов и утаскивая их внутрь. Множество рук подхватили голема, но не смогли затащить его в яму. Он вырвался из рук с чудовищной силой, но было уже поздно. Небесный корабль продолжал движение, и за то время, пока голем освобождался, яма осталась позади. Голем падал сквозь воздух в кильватере небесного корабля.

Голем был не последним опасным конструктом, появившимся из недр корабля. Следующий был гораздо меньше, но и гораздо красивее. Полностью отличаясь от тяжелых конструктов и даже голема, это была тонко выполненная и изящная скульптура. С множеством длинных, тонких, переплетенных частей, он выглядел нечто средним между крылатым насекомым и люстрой. Солнечный свет блестел на его полированном серебряном теле, с множеством ног и четырьмя похожими на богомола клинками-руками. Это было в равной степени произведение искусства и машина смерти.

Он мог летать, но в основном передвигался порхающими прыжками, быстро мечась туда-сюда. Он пробирался вокруг Белинды и Гэри с мерцающей легкостью, бросаясь прямо на Нила, который даже не потрудился увернуться. Клинки-руки двигались размытым пятном, почти слишком быстро, чтобы увидеть. Софи, однако, двигалась достаточно быстро, чтобы быть почти невидимой.

— Мой! — громко крикнула она, блокируя сверкающие атаки конструкта руками. У конструкта было четыре клинка-руки, но у Софи были руки, ноги, колени, локти и лоб, которыми она осыпала конструкта атаками. Его тело было острым, но даже удар головой об это существо не оставил на Софи порезов, так как ее силы нейтрализовали ответный урон.

Несмотря на хрупкий вид, конструкт был удивительно прочным. Софи не била так уж сильно, но каждая атака сопровождалась резонирующим силовым уроном, бичом даже для самых твердых доспехов.

Софи давно приняла тот факт, что ее атаки никогда не нанесут мощного, единичного урона без тщательной подготовки и необычных обстоятельств. Что ее атаки действительно делали, так это наносили надежный урон, независимо от того, насколько прочным или странным был противник. Ее решением, следовательно, было просто атаковать много. Конструкт был быстрым, но это было похоже на молнию, пытающуюся обогнать свет. Медленно, но верно конструкт превращался в клубок проволочного лома.

Команда искателей приключений уничтожала конструктов быстрее, чем они появлялись снизу, и наконец они перенесли бой на нижние палубы. То, что они нашли, было автоматизированной фабрикой конструктов, которую они вывели из строя с помощью разумного насилия под руководством Клайва и Белинды. В конце концов, они нашли единственного живого врага на корабле — пилота. Когда они ворвались на мостик, он взорвался, когда огромная хрустальная звезда вырвалась из его внутренностей, разорвав его тело в клочья.

— Давно такого не видела, — сказала Софи, вытирая пилота со своего лица. — Итак, мы направим эту штуку в землю?

— Кажется, это пустая трата, — сказала Белинда. — Особенно когда наш собственный небесный корабль начинает барахлить.

Я ВИДЕЛ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН

Я ВИДЕЛ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН

Как только небесный корабль выбрался из шторма, Фарра прервала свое объяснение того, чего Джейсону следует ожидать от пункта назначения. Всего за несколько мгновений они перенеслись из зоны неистового горизонтального дождя и горных гребней волн в спокойные воды под синим небом. Они вышли на палубу лодки, чтобы осмотреться, и прислонились к перилам, наслаждаясь прохладным океанским бризом, который приятно контрастировал с теплым воздухом.

Позади яхты край шторма словно обрывался, будто застыв за невидимым стеклом. Даже море за этой границей мгновенно успокоилось: огромные волны сходили на нет на расстоянии длины лодки. Вокруг раскинулось яркое небо и изумительная бирюзовая вода, а воздух оставался нетронутым бурей, бушующей всего в сотнях метров.

— Это не кажется естественным, — сказал Джейсон.

— А что такое «естественно»? — спросила Фарра. — Это не Земля, Джейсон. Наша магия не существует в отдельных пузырях. Если не происходит ничего странного и магического, люди начинают расследование. Помнишь экспедицию, в которой я погибла? Она началась из-за того, что посреди пустыни перестала появляться магическая вода.

— О, да. Я все еще привыкаю к этому магическому мышлению.

Он одарил ее ухмылкой.

— Хорошо вернуться.

* * * Джейсон и Фарра перебрались на пару шезлонгов на открытой палубе под навесом, защищавшим их от яркого солнца. Пока они отдыхали, позволив Тени управлять кораблем, Фарра продолжала готовить Джейсона к прибытию.

— Культура искателей приключений в Римаросе, — сказала Фарра, — немного одиозна.

— О? — подбодрил ее Джейсон.

— Они одержимы экстремальной специализацией.

— Разве гиперспециализация — это не плохо?

— Если слушать Руфуса, то да, — ответила Фарра. — Римарос и Витесс в некотором роде соперничают в том, как они обучают своих искателей приключений. Каждый регион готовит своих авантюристов немного по-разному, с точки зрения универсальности против специализации. Метод Витесса, которому мы тебя учили, делает упор на универсальность. Люди стремятся к сбалансированным наборам сил при выборе камней пробуждения и тренируются для широкого спектра ситуаций, ориентируясь на операции малыми группами, где люди смешивают роли. Римарос же делает ставку на большие команды и многогрупповые экспедиции, где искатели приключений гораздо более специализированы в своих ролях.

— Разве это не порождает недостатки?

— Множество. Во-первых, осуществлять чрезмерный контроль над своим набором сил — это сложно, дорого и ненадежно. Когда ты получаешь способности эссенций, твой набор сил пытается сбалансироваться сам по себе. Некоторые люди более специализированы, чем другие, но способности, которые ты получаешь по мере заполнения своего набора, естественным образом до некоторой степени перекроют твои слабости. Если хочешь этого избежать, нужно очень тщательно выбирать эссенции, камни пробуждения и порядок их использования. Магическое общество в Римаросе десятилетиями находится в авангарде манипуляций с получением способностей эссенций. Может, даже столетиями; это тебе стоит спросить у Клайва.

— Но гарантий ведь нет, верно?

— Скорее наоборот; все может пойти очень не так. Помнишь, когда я впервые учила тебя манипуляции аурой, я рассказывала о высокоранговых бойцах, у которых нет сил ауры?

— Конечно. Ты в итоге калечишь людей обычного ранга, потому что твоя аура мощная и неконтролируемая.

— Большинство таких историй приходят из Римароса или мест с похожим подходом. Приходится серьезно вмешиваться в естественный процесс получения способностей, чтобы избежать сил ауры и сил восприятия.

— Но в Римаросе именно так и делают?

— Именно. Они не пытаются избежать сил ауры, потому что это идиотизм, но иногда все идет не по плану. А поскольку у людей, обладающих деньгами и связями для подобных попыток, есть доступ к лучшим ресурсам города, неудачники часто все равно получают достаточно средств, чтобы достичь высокого ранга. Обычно через Ядра.

— Что стоит всех этих затрат, усилий и рисков? — спросил Джейсон.

— Идея быть самым лучшим в чем-то одном. Посмотри на себя, например. Ты специалист по недугам, за исключением того, что в Римаросе ты им не будешь. Там, с твоими способностями к скрытности, полезности, мобильности и призыву, ты — универсал. В Римаросе ты — дилетант, поверхностный любитель. Каждая твоя способность, которая не накладывает недуги и не взаимодействует с ними, — это знак того, что ты недостаточно хорош.

— Это чушь. А как же закон убывающей отдачи? Едва ли больше половины моих способностей — это способности наложения недугов, и это уже высокосинергичный набор сил. Обмен всего остального на дополнительные способности просто добавил бы кучу лишней возни. Может, пара дополнительных способностей, чтобы закрыть слабые места, но повышение ранга и так с этим справляется. Каждая способность, от которой я бы отказался, стоила бы мне больше, чем минимальный прирост силы от замены ее на еще одну способность с недугом.

— Для людей в Римаросе этот минимальный прирост силы стоит того, чтобы пожертвовать всем остальным. Потому что тогда они становятся лучшими в своем деле. И, как бы Руфус ни не хотел это признавать, это может иметь значение. Команда, полная специалистов, работающих в гармонии, — это зрелище, достойное восхищения.

— Росомаха тоже, и он отстой. Магнето может просто заставить его тыкать себя в яйца, только чтобы они отрастали, и он мог делать это снова.

— Да, я не люблю Росомаху, — согласилась Фарра. — Хью Джекман был куда сексуальнее в «Кейт и Лео».

— И не говори, — сказал Джейсон. — То, как этот мужчина говорит о масле. Я имею в виду, черт возьми. О чем мы говорили?

— Об убывающей отдаче.

— Точно, да. Мой набор сил дает группе много преимуществ. Какой-нибудь парень, у которого все способности только накладывают недуги, нуждался бы в целой команде поддержки и защиты, чтобы вообще быть жизнеспособным.

— Вот теперь ты уловил суть, — сказала Фарра. — Такая гиперспециализация непрактична в широких масштабах. Только люди с мощнейшей поддержкой получают такой уровень внимания и заботы, а это лишь малая часть искателей приключений. В самых престижных командах будет один экстремальный специалист, а вся остальная команда строится вокруг того, чтобы максимально использовать его специализацию, какой бы она ни была.

— Я видел такую же стратегию в видеоиграх, — сказал Джейсон. — Это может быть мощно, но стоит дать трещину, и все может развалиться.

— Я не спорю, — сказала Фарра. — Результаты могут быть потрясающими, когда все идет как надо, но быть искателем приключений — это когда все идет наперекосяк. Впрочем, Общество искателей приключений это понимает. Большинство искателей приключений в Римаросе ничем не отличаются от нас с тобой. Я рассказываю тебе все это не потому, что это сильно повлияет на то, с кем мы можем работать. Тебе просто нужно быть готовым к тому, что элита Римароса будет смотреть на нас свысока.

— Ты предупреждаешь меня о проблемах с отношением.

— Да, — сказала Фарра. — Тебе нужно знать, что, хотя большинство искателей приключений в Римаросе не будут специализироваться подобным образом, это пронизывает их мышление и ценности. Тебя будут судить по уровню твоей специализации. Конечно, это можно преодолеть результатами.

— Что является еще одной причиной не выделяться, — сказал Джейсон. — Если кто-то, кого считают универсалом, начинает добиваться успеха, готов поспорить, определенная часть сообщества искателей приключений начнет проявлять нежелательное и недружелюбное внимание.

— Не знаю, но это логично, — сказала Фарра. — Я никогда там не была; это все информация из вторых рук. Только не начинай свои лекции в духе «почему все, кроме меня, неправы».

— Я постараюсь.

— А не могла бы ты стремиться к моему максимуму? — спросила Фарра. — Просто... понимаешь... я видела, на что ты способен.

* * * — Чувствуешь? — спросил Джейсон, присаживаясь на шезлонге. — Что-то происходит с фоновой магией.

Фарра сосредоточилась, стараясь сделать свои магические чувства как можно более тонкими. Сила души Джейсона не давала его магическим чувствам такого преимущества, как чувствам ауры, но все же улучшала их. Его необычная природа — быть одновременно физической и духовной сущностью — также повышала его чувствительность к магии, особенно к астральной.

— Да, — сказала Фарра. — Что это?

Фарра тоже была пришельцем из другого мира, и хотя она не была так чувствительна к астральным силам, как Джейсон, у нее все же была астральная близость, которая помогла ей обнаружить возмущение в магии вокруг них.

— Астральная энергия просачивается сквозь мембрану измерений и начинает повышать магическое насыщение, — сказал он. — Магии становится больше, и начинается всплеск монстров.

В отличие от команды Джейсона, которая оказалась рядом с аномальным проявлением, фоновая магия вокруг Джейсона и Фарры была не так сильно потревожена. Они обменялись мрачными взглядами, зная, что именно они стали теми, кто запустил события, которые приведут к множеству смертей и разрушений.

— Это должно было случиться, так или иначе, — сказала Фарра. — Если бы это заняло больше времени, всплеск был бы еще хуже. Мы на самом деле сделали все лучше, запустив процесс, даже если так не кажется.

— Я знаю, — сказал Джейсон, одарив ее грустной улыбкой. — У меня достаточно своих сожалений, чтобы не занимать чужие, которые я не заработал.

— Должно пройти еще какое-то время, прежде чем магическое насыщение начнет вызывать проявления, — сказала Фарра. — Мы должны добраться до Римароса, прежде чем все пойдет вразнос.

* * * Первым признаком цивилизации, с которым столкнулись Джейсон и Фарра, были ветряные мельницы размером с восьмиэтажный дом, стоящие на скалах, выступающих из моря. Они располагались на расстоянии примерно полукилометра друг от друга, выстроившись в линию, уходящую вдаль.

— Штормовые аккумуляторы, — сказала Фарра. — Они вытягивают магическую энергию из штормов, из-за чего те схлопываются, не доходя до населенных пунктов. Везде, где поселения достаточно велики, их используют не только для защиты городов, но и для питания магической инфраструктуры. Это превращает то, что должно было сделать жизнь здесь невероятно трудной, в огромный актив.

— А как насчет мест, которые недостаточно велики для таких штук? — спросил Джейсон.

— Не уверена, — ответила Фарра. — Меня больше интересовали сами аккумуляторы, потому что такой тип магии массивов на широкой площади — это как раз моя область. Эти штуки стоят кольцом в двадцать километров вокруг Римароса, так что мы приближаемся. Я бы с удовольствием взглянула на одну поближе, но мне нужно получить разрешение. Защита на этих штуках — это не шутки.

— Полагаю, им приходится строить свои города как убежища, — сказал Джейсон. — Много подвалов и тому подобного.

— Не ожидай увидеть это здесь, — сказала Фарра, указывая рукой. — Это Римарос, город островов.

Взгляд Джейсона проследил за тем, куда она указывала в небе. Благодаря остроте зрения серебряного ранга он смог разглядеть остров, парящий в небесах. Среди тропических растений на его вершине приютилась небольшая деревушка. Нижняя часть острова представляла собой плавно вырезанный каменный изгиб с двумя отверстиями посередине. Мощный поток воды гейзером бил снизу, словно удерживая остров в воздухе.

— Это довольно круто, — сказал Джейсон.

— Круто? — переспросила Фарра. — Это летающий остров.

— Я не говорю, что это не здорово, — сказал Джейсон. — Я определенно хочу взглянуть на это сам, но у меня есть два взаимосвязанных города в карманных измерениях. Моя планка изумления немного сместилась вверх.

— Полагаю, это справедливо.

— Итак, ты сказала «город островов», значит, их там больше?

— Да, — сказала Фарра. — Римарос — столица Королевства Штормов, и он состоит из трех обычных островов, плюс эти маленькие летающие. Те, у кого достаточно денег и власти, живут на искусственных вторичных островах, которые могут вмещать что угодно: от одного поместья до целого городка. Некоторые из них находятся в воде — они для торговцев и тому подобных людей с деньгами, но ограниченными связями. Также там живут искатели приключений серебряного ранга, у которых нет сильной поддержки и которые только начинают свой путь.

По мере того как лодка двигалась вперед, они замечали все больше небесных островов.

— Небесные острова — для сливок общества, как и следовало ожидать, — продолжила Фарра. — Искатели приключений с громкими именами, старинные семьи авантюристов и аристократы, что обычно означает одно и то же. Любая семья, которая становится известной благодаря воспитанию хороших искателей приключений, в основном оказывается включенной в дворянство. Только такие аутсайдеры, как семья Руфуса, обладают силой и престижем, чтобы отвергнуть это и сохранить прочный фундамент. Любой дворянский дом без хороших искателей приключений рано или поздно придет в упадок.

— А где здесь Магическое общество и Общество искателей приключений? — спросил Джейсон.

— У Магического общества второй по величине небесный остров в Римаросе, сразу после королевского дворца. Король Штормов — обладатель золотого ранга, которого нужно достичь, прежде чем тебе позволят занять трон. Большинство наций защищают своих королевских особ и растят их с помощью Ядер, но здесь это дисквалифицирует тебя от становления монархом. Все потенциальные наследники из каждой ветви королевской семьи — искатели приключений, пытающиеся доказать свою состоятельность. Не только в сражениях с монстрами, но и в государственном управлении, дипломатии, администрировании. Это многолетнее состязание, пока нынешний монарх не будет удовлетворен, не выберет наследника и не отречется от престола.

— Значит, Принцесса Ураганов — лишь одна из многих.

— Да, хотя назначенные фавориты — всегда дети нынешнего монарха. Принцесса Ураганов — это титул, даваемый перворожденной дочери нынешнего Короля Штормов, а Принц Штормов — перворожденному сыну. По крайней мере, тем перворожденным, которые соревнуются. Многие члены королевской семьи с самого начала выходят из игры, предпочитая выбрать другой путь. Они могут стать обычными искателями приключений, исследователями магии или вступить в церковь. Часто они переходят в семью своего не-королевского родителя, чтобы продемонстрировать свой отказ от участия в соревновании.

— На них не смотрят свысока из-за этого?

— До тех пор, пока они преуспевают в том, чем занимаются. Нет недостатка в людях, борющихся за корону, поэтому любой путь, приносящий престиж королевскому дому, приемлем.

— И кто бы ни победил, король просто уходит?

— Или королева, да. Добровольная сдача трона — краеугольный камень их общества. К тому же ходят слухи о каком-то предке алмазного ранга, который тихо присматривает за всем со стороны и вмешался бы, если бы кто-то из его потомков стал слишком жадным до власти.

— Конечно, — сказал Джейсон, — но готов поспорить, в каждой приличной стране мира ходят примерно такие же слухи.

— Почти везде, — рассмеялась Фарра.

— Думаю, мы можем счастливо держаться подальше от этой неразберихи, — сказал Джейсон. — Я не предвижу столкновения с Зарой.

— Зарой?

— Принцессой Ураганов.

— О, значит, Зара, да?

— Да ладно тебе, я встречался с ней дважды.

— Ты давал ей какую-нибудь выпечку? Припоминаю, ты что-то говорил о кондитерских ломтиках.

— Какое это имеет отношение к делу? — спросил Джейсон, избегая взгляда Фарры. Затем он сменил тему. — Эй, ты не рассказала об Обществе искателей приключений.

— Они заявили права на то, что можно назвать владением одним из естественных островов. Это в значительной степени независимый район внутри Римароса, где сосредоточены все магазины и услуги для богатых и влиятельных. У них также есть главный развлекательный квартал, большая часть магической торговли и второй по величине порт небесных кораблей.

— Небесные корабли? — оживился Джейсон. — Я только что вспомнил; эта штука умеет летать. Просто у меня никогда не было ее там, где была достаточная плотность магии. Придется уменьшить размер для формы полета, но все же.

Выражение лица Джейсона внезапно изменилось.

— Думаю, подожду до нашего отъезда, — сказал он, его тон стал мрачным. — Обычная лодка привлекает меньше внимания, чем летающая лодка-облако.

— Да, это так, — сказала Фарра. — У тебя будет полно времени поиграть со своей лодкой позже.

Джейсон моргнул, а затем расплылся в счастливой улыбке.

— Будет, правда? Никакой Сети, которая то пытается меня похитить, то выкачать из меня ресурсы. Никаких охотящихся за мной обладателей золотого ранга. Просто старые добрые приключения.

ОТВЕТСТВЕННЫЙ ПАПА

ОТВЕТСТВЕННЫЙ ПАПА

Два небесных корабля летели бок о бок по воздуху. Один — традиционное судно, сделанное из дерева, с вмонтированными в корпус левитационными кристаллами. Другой же — настоящее чудовище из грубого железа и тяжелых болтов. Несмотря на различия, оба корабля были повреждены.

Деревянный корабль прошел через поспешную, «лоскутную» модификацию, чтобы справиться с необычными магическими условиями, через которые ему пришлось пройти. Отменять их было уже поздно: магия вокруг нормализовалась, а команда делала всё возможное, чтобы удержать судно на ходу до прибытия в порт, где его можно было поставить в сухой док на ремонт.

Второй корабль работал на совершенно иных принципах и без труда переносил магическую турбулентность. Он получил боевые повреждения, хотя на основные функции корабля это почти не повлияло. Клайв и Белинда старались разрушить как можно меньше, отключая фабрику конструктов, занимавшую большую часть судна.

Деревянный корабль отделился от второго, отклонившись от первоначального курса из-за необходимости экстренного ремонта. Пассажиров и груз на борту нужно было переправить на другое судно, прежде чем они смогут продолжить путь в Витесс. Железный корабль не был приспособлен для перевозки живых пассажиров: всё его внутреннее пространство занимала промышленная инфраструктура. Самым похожим на каюты местом были стеллажи для хранения конструктов на нижних палубах.

Этот железный корабль был трофейным судном, капитаном которого сейчас был Клайв. Другой железный небесный корабль, посланный за ними огромным летающим городом, был сбит на землю другой группой искателей приключений. Вместо того чтобы разбираться со всеми конструктами на борту и фабрикой, производящей новых, они нашли летные системы корабля и уничтожили их.

Хотя затем они вернулись на деревянный корабль, другие искатели приключений решили спуститься на землю и остаться там, чтобы выследить конструктов, которые могли уцелеть после падения. Существовала угроза со стороны летающего города и других воздушных кораблей, которые он мог послать, но, к счастью, их больше не видели. Искатели приключений всё равно настояли на том, чтобы остаться; серебряные ранги были уверены, что благополучно выберутся из Пустошей.

На нижних палубах железного корабля огромное промышленное пространство освещалось фамильяром Белинды — фонарем по имени Мерцание. Сама Белинда находилась в рубке управления, направляя судно, пока Клайв следил за тем, чтобы повреждения не привели к падению и этого корабля.

Поскольку на борту были только их команда, Джори и Гэри, было хорошо, что конструкция корабля сама по себе почти являлась существом-конструктом. Он обладал таким уровнем автоматизации, что им могла управлять очень маленькая команда. Изначально небесным кораблем управлял один культист, которому помогали бездумные конструкты, выполнявшие ручную работу — эту роль Клайв и Белинда переложили на Гэри и Хамфри. У них также был еще один помощник, который был скорее полон энтузиазма, чем действительно полезен.

— Прощай, мусор! — заорал четырехрукий двухголовый огр, выбрасывая большой металлический предмет через дыру в борту корабля.

— Нет! — крикнул Клайв. — Сташ, это был не мусор. Перестань выбрасывать вещи с корабля.

— Я сильный, большой и сильный! — провозгласил огр Сташ громоподобным голосом, протягивая четыре массивные руки. — Печенье, пожалуйста.

— Эта дыра в корпусе даже не была боевым повреждением, — пожаловался Клайв. — Ты сам ее проделал.

— Мне нужно было место, куда выбрасывать мусор, — пожаловался Сташ.

— ЭТО НЕ МУСОР! Ты отрываешь куски от корабля и выбрасываешь их за борт! ХАМФРИ, ПОДНИМИСЬ СЮДА.

Хамфри с голым торсом, перемазанный темной смазкой, вылез через люк в полу. В руке у него был большой гаечный ключ.

— Что? — недовольно спросил он. — Я почти сумел снять ту панель, не повредив то, что, как ты сказал, я ни в коем случае не должен повреждать.

— Что бессмысленно, — сказал Клайв, — если твой фамильяр продолжает выдирать случайные детали из корабля и выбрасывать их через дыру в корпусе.

— Гэри должен был присматривать за ним, — сказал Хамфри. — Где Гэри?

— Дремлет, — донесся голос Белинды из рубки управления. — Я услышала грохот и подумала, что что-то отвалилось, но оказалось, что это он так громко храпит. У меня рука не поднялась его разбудить.

Хамфри посмотрел на дыру в корпусе. — Раньше ее здесь не было, верно?

— Нет, — сказал Клайв, сжав челюсти. — Нет, не было.

— Что случилось? — спросил Хамфри.

— А как ты думаешь, что случилось? — спросил Клайв, поворачиваясь и уставившись на огра Сташа.

— Я помогаю! Какашко-головый Клайв не дает мне печенье.

Клайв подошел к гигантскому огру, ничуть не испугавшись.

— Я дам тебе печенье, ты, мелкий...

— Так, ладно, — сказал Хамфри, вклиниваясь между ними и выставив руки перед каждым. — Сташ, почему бы тебе не подняться наверх и не проверить, нет ли у Софи печенья?

Огр быстро сжался в маленькую птичку, захлопав крыльями, пока зависал в воздухе.

— Клайв сосет ослиные яйца, — чирикнула Птица-Сташ, вылетая в дыру.

— Сташ! — отчитал его Хамфри, пока птица успешно сбегала.

Хамфри выглянул из пролома, с тревогой глядя вниз, туда, куда Сташ выбрасывал вещи. Они покинули малонаселенные Пустоши и теперь пролетали над зелеными землями, приближаясь к Витессу. Теперь, когда у них был корабль, который нужно вернуть, они больше не планировали использовать портал для последнего этапа пути. Новости о городе и выпущенных им небесных кораблях уже были доставлены в Общество искателей приключений пассажирами деревянного небесного корабля после того, как он остановился в крупном городе.

— Он выбрасывал вещи отсюда? — спросил Хамфри, высунув голову обратно из дыры.

— Тебе нужно взять своего фамильяра под контроль, — сказал Клайв.

— Да, — сказала Белинда, выходя из рубки управления. — Ведь драконы славятся тем, что отлично слушаются, когда им говорят, что делать. Особенно когда у них в качестве ролевой модели Джейсон Асано.

— Такое чувство, что он больше похож на Джейсона, чем на меня, — сказал Хамфри. — Это как-то несправедливо.

Белинда рассмеялась, похлопав Хамфри по спине.

— Это потому, что Джейсон — веселый дядюшка, а ты застрял в роли ответственного папаши. Тебе нужно впечатлить этого малыша.

— Малыша? — переспросил Клайв. — Он был огромным огром. Если бы на этой палубе не было дополнительной высоты для размещения встроенных сюда конструктов, он бы здесь не поместился.

— Я не собираюсь бегать и пытаться впечатлить собственного фамильяра, — сказал Хамфри.

— Тебе стоит попробовать впечатлить кого-нибудь другого, — сказала Белинда. — Софи уже видела этот твой образ полуголого, грязного рабочего? Если нет, тебе стоит немедленно это исправить. Тебе идет. Серьезно, я бы нашла повод подняться на палубу прямо сейчас. Может, скажи ей, что Клайв загнал тебя в этот люк, и тебе нужно место наверху, чтобы размяться, может, медленно окатить себя водой из шланга. Теперь, когда я это сказала, может, я тоже пойду.

— Ты управляешь кораблем! — сказал ей Клайв.

— Мы в небе, — ответила Белинда. — Горы формируются достаточно долго, так что я успею отвернуть.

— Сейчас совсем не время для этого, — сказал Хамфри, и Белинда покачала головой.

— Не знаю, заметил ли ты, как проходит наша неделя, — сказала она ему, — но подозреваю, что так будет еще какое-то время. Если тебе нужно время, Хампи, тебе придется его выкроить.

— Пожалуйста, не называй меня Хампи.

— Почему нет? Думаю, это может прижиться.

— Вот поэтому я и не хочу, чтобы ты меня так называла. Послушай, я все понимаю. Поверь, понимаю. Но сейчас мы на угнанном корабле, и я волнуюсь, что мой фамильяр выбросил за борт что-то, что убило фермера.

— О, ты об этом помнишь? — спросил все более раздраженный Клайв. — Повезло тебе и твоей ящерице-хулигану, я все предусмотрел. Просто смотри.

Хамфри увидел, как большой металлический предмет, который выбросил Сташ, поднимается снаружи корабля. Он отошел в сторону, пока тот вплывал через дыру. Снаружи корпуса летающая черепаха Онслоу держался вровень с небесным кораблем, а вокруг него парило еще несколько снарядов Сташа.

— Он теперь может управлять металлом с помощью одной из рун на панцире, — объяснил Клайв. — У меня было плохое предчувствие, когда твой фамильяр прорвал борт корабля, поэтому я послал Онслоу наружу в качестве меры предосторожности.

Еще больше вещей, которые Сташ выбросил с корабля, парили вокруг Онслоу и возвращались внутрь через пролом.

— Он мог бы использовать это против бронированных врагов? — спросил Хамфри.

— Это похоже на телекинез, — сказал Клайв. — Люди могут блокировать это своей аурой. Обычно я заставляю его использовать это, чтобы бросаться вещами в людей или использовать инструменты. Теперь, когда Сташ перестал разбрасываться вещами с корабля, я могу вернуть своего небесполезного фамильяра к настоящей работе.

— Сташ не бесполезный, — сказал Хамфри. — Он просто немного возбужден с тех пор, как узнал, что Джейсон жив.

Выражение лица Клайва выдавало его недовольство, но он устало кивнул, признавая это.

— Как и все мы, — сказал он. — Только не позволяй этому мелкому... не позволяй ему спускаться сюда снова.

— Я, наверное, смогу с этим справиться, — сказал Хамфри.

— Как думаешь, когда мы его увидим? — спросил Клайв. — Я про Джейсона.

— Не уверен. Если нашествие монстров действительно началось, Джейсон где-то там. Но нам нужно отметиться в отделении Общества искателей приключений в Витессе. Передвигаться будет сложно, пока все не закончится.

— А мы можем просто не отмечаться? — спросила Белинда.

— Нет, — сказал Хамфри тоном, не терпящим возражений. — Никто не уклоняется, особенно во время нашествия монстров. Тем более во время этого нашествия, учитывая то, что мы узнали и что увидели сами.

— К тому же, — сказал Клайв, — нам понадобится Общество искателей приключений, чтобы найти его, так как он может появиться где угодно. Связь некоторое время будет на вес золота, но записи Общества искателей приключений магически обновляются во всех отделениях. Джейсон — зарегистрированный член нашей команды, поэтому мы можем подать запрос на уведомление о любом изменении статуса. Переход из статуса «мертв» в «жив» — это большое изменение, так что, как только Джейсон объявится в каком-нибудь отделении, мы получим уведомление.

— Джейсон — искатель приключений, — сказал Хамфри. — Это не просто то, чем он занимается, это то, кто он есть. Моя мать однажды сказала, что Джейсон — самый прирожденный искатель приключений, которого она когда-либо видела. Она сказала мне это, потому что считала, что это его погубит, и, будучи Матерью, она оказалась права. Мы видели, как он умер смертью искателя приключений, своими глазами. Где бы он ни был и через что бы ни прошел, я отказываюсь верить, что это изменилось.

— Хамфри, — сказала Белинда. — Я предупреждала тебя, чтобы ты прибрал к рукам Софи, пока мы не нашли Джейсона и она не передумала. Начинаю думать, что мне следовало предупредить ее.

— Это не совсем публичный разговор, Линди, — сказал Хамфри. — Подожди, о чем ты?

— Ты влюблен в Джейсона? — спросила она.

— Что? Это абсурд.

— Ты сам себя не слышал, — сказал Клайв. — Если бы я не провел последний год, наблюдая, как вы с Софи ходите вокруг да около, словно неловкие подростки, я бы в это полностью поверил.

Хамфри побледнел.

— Ты знаешь о... Я имею в виду, там нет ничего, чтобы...

Его плечи поникли.

— Все знают?

— Конечно, — сказал Клайв. — Это совершенно очевидно. Но только мне пришлось наблюдать за этим каждый чертов день. Если я проведу еще одну ночь у костра, глядя, как вы двое обмениваетесь томными взглядами, я начну насмехаться и кидаться камнями.

— А как же Доун? — спросила Белинда.

— Ты думаешь, она и Джейсон? — спросил Клайв.

— Не это, — сказала Белинда. — Хотя, может быть, теперь, когда ты это сказала... Но разве она не может попросить Общество искателей приключений найти Джейсона? У нее больше влияния, чем у любого из нас. Она могла бы узнать, где он, мы бы поехали и зарегистрировались в местном отделении Общества искателей приключений, и все бы устроилось.

— Возможно, — сказал Хамфри. — Если Доун захочет помочь, все зависит от того, насколько далеко зайдет нашествие монстров к моменту его прибытия. Мы не собираемся сидеть сложа руки и не участвовать. Когда начинается нашествие монстров, ты приходишь и делаешь свое дело. Так это работает.

— Мы должны делать свое дело вместе с Джейсоном, — сказал Клайв, и Белинда согласно кивнула.

— Общество искателей приключений не совсем негибкое, — сказал Хамфри. — Если он там, где была Мать, они могут позволить ей отправиться и забрать его. Вопрос в том, разрешит ли отделение, в котором он находится, ему уйти, и будет ли у Матери достаточно свободного времени. Спрос на золотых рангов особенно велик во время нашествия монстров.

* * * Сташ подлетел туда, где Софи, Нил и Джори опирались на перила открытой палубы, наблюдая за проплывающей внизу землей. Он превратился в щенка и приземлился на руки к Софи, чтобы получить порцию почесываний за ушами.

— Печенье, пожалуйста.

— Хамфри разрешил тебе взять печенье? — спросила Софи.

— Да! — сказал Сташ. — Я хороший мальчик, который помогает.

Софи встретила невинный взгляд щенячьих глаз подозрительным прищуром.

— Ладно, — сказала она наконец и достала печенье из пространственной сумки на поясе. Она улыбнулась, когда Сташ радостно съел его с ее руки.

— Смотрите, — указал Джори. Софи и Нил посмотрели вверх. К небесному кораблю летел большой шар, двигавшийся быстрее, чем сам корабль. Шар был похож на снежный шар без снега, внутри которого находился самый настоящий, уютный маленький домик.

— Ну, она говорила, что свяжется с нами снова до того, как мы достигнем города, — сказал Нил. — Хотя все равно странно, что она летает в домике. Она как злодейка из детской сказки.

ПРОТОКОЛЫ ВСПЛЕСКА

ПРОТОКОЛЫ ВСПЛЕСКА

Джейсон и Фарра стояли на палубе облачной яхты с напитками в руках, глядя на острова, парящие в небе, по мере того как они приближались к городу Римарос. Один из трех главных природных островов показался в поле зрения, но, поскольку Фарра понятия не имела, на каком из них находится Общество искателей приключений, Джейсон наугад выбрал местный аналог Арубы. При приближении их зрение серебряного ранга выхватило множество красочных зданий, выглядывающих из гущи тропических кустарников, деревьев и цветов. Сочетание насыщенной зелени и ярких красок зданий и цветов вызвало у Джейсона широкую улыбку.

— Думаю, мне здесь понравится. Не терпится купить нормальной еды. Надеюсь, у них есть кокосы. Очень хочется попить из кокоса.

Ни Джейсона, ни Фарру не пугала перспектива всплеска монстров, а Джейсон и вовсе был совершенно спокоен. Между астральными пространствами, протоастральными пространствами и волнами монстров Джейсон не видел того, что Фарра считала нормальной активностью монстров, еще с железного ранга.

Для них обоих внимание было сосредоточено на перспективе вторжения Строителя, но до тех пор, пока они не узнают, что это влечет за собой, они рассчитывали на относительно спокойное времяпрепровождение. В какой-то момент к их лодке приблизился монстр — какое-то существо серебряного ранга из океанских глубин. Никто из них не хотел лезть в воду и разбираться с ним, поэтому Джейсон обдал его своей аурой в полную силу, и тот сбежал.

Джейсон сузил глаза, вглядываясь вдаль.

— Что такое? — спросила Фарра.

— Кажется, мы сейчас познакомимся с местными.

Фарра проследила за его взглядом и в конце концов заметила что-то движущееся по воде. Это был пользователь эссенции, по-видимому, с эссенцией воды, судя по тому, как он ехал на столбе воды, словно на скоростном катере.

— Помнишь этикет ауры, которому я учила тебя давным-давно? — спросила Фарра. — Здесь это будет иметь значение.

— Конечно.

Гринстоун был сущим хаосом в плане сообщества пользователей эссенции, но Фарра тем не менее с самого начала учила Джейсона важности контроля ауры и этикета. Она описывала это как магическое рукопожатие, а также как первый способ, которым другие будут оценивать людей. Вежливый способ поддерживать ауру — это держать ее отведенной, но не скрытой, всегда под точным контролем. Это позволяло другим получить общее представление друг о друге, не выглядя при этом уклончивыми или назойливыми.

Аура Джейсона изменилась с иномирянской на человеческую, ее властный аспект смягчился до общей жесткости, а необычные черты, вроде остаточных следов от его контакта с трансцендентными существами, исчезли. Контроль Джейсона казался адекватным, пусть и немного небрежным. Это было очень похоже на его ауру, какой Фарра помнила ее по Гринстоуну, но масштабированную до серебряного ранга.

Она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Что?

— Хорошая работа, — сказала она. — Это весьма изысканный контроль ауры.

— Спасибо, — весело ответил он. — Думаю, будет лучше, если выделяться будешь ты, пока мы здесь. Иномирянин, член гильдии, вернувшийся с того света. После этого «вернувшийся с того света» кажется чем-то почти обыденным. Может, мне стоит подделать в своей ауре наличие ядер монстров?

— Я бы не советовала слишком сильно что-то менять.

— Да, — согласился Джейсон. — Чем больше я подправляю свою ауру, тем легче ее раскусить. В остальном я бы сделал так, будто у меня более дружелюбные эссенции.

— Твоя аура сейчас заставляет тебя выглядеть немного как марбула.

— Что такое марбула? — спросил Джейсон.

— Это червеподобный монстр железного ранга, который выделяет клейкую слизь с ужасным запахом. Известен тем, что слаб и прячется от боя.

— Жестко.

— Просто не переусердствуй с маскировкой ауры.

— Но ведь так хорошо, да?

— Да, — сказала Фарра. — Думаю, это обмануло бы посредственных золотых рангов, если только они не станут изучать твою ауру пристально, а она не стоит того, чтобы ее изучать. Это не обманет никого по-настоящему могущественного или обладающего очень острыми чувствами, если они будут достаточно внимательны.

— Полагаю, такие люди видят насквозь все секреты, — сказал Джейсон. — Я не буду особенным в этом плане, и я не планирую быть настолько важным, чтобы их это волновало.

— Да, ведь планы всегда срабатывают. Как тогда, когда Руфус, Гэри и я планировали отвезти тебя в Витесс.

— Этот план все еще может сработать, — сказал Джейсон. — Просто он немного отложился. Задержки — это нормально.

Мужчина, приближавшийся к ним, подошел ближе. Он не скрывал свою ауру бронзового ранга.

— Ты ведь позволишь мне взять инициативу на себя, верно? — спросила Фарра, наблюдая, как пользователь эссенции приближается.

— Конечно, — сказал Джейсон. — В моем мире ты следовала за мной. Теперь, когда мы вернулись в твой, вполне логично, что ты будешь главной.

— Не забудь про свой духовный домен.

— О, спасибо.

Здания и транспортные средства, созданные облачной флягой Джейсона, теперь содержали полную мощь его духовного домена. Он убрал эффекты домена, хотя полностью убрать присутствие домена было невозможно.

Тень, управлявший лодкой, уже замедлял ход. Мужчина, ехавший на водяном столбе, замедлился и начал двигаться назад, его столб воды удерживал его в воздухе, пока он подстраивался под скорость лодки. Джейсон встал чуть позади и сбоку от Фарры, демонстрируя подчиненное положение.

— Меня зовут Видал Ладив из Общества искателей приключений Римароса. Могу я получить разрешение подняться на ваше судно?

Он проявил уважение, подобающее человеку более низкого ранга, приветствуя их легким поклоном.

— Конечно, — сказала Фарра. — Пожалуйста, поднимайтесь на борт.

* * * Видал спрыгнул со своего водяного столба на открытую палубу лодки. Она выглядела как обычная прогулочная яхта, но в ней ощущалась глубокая магия, которую его чувства не могли пронзить, и не только потому, что яхта была серебряного ранга. От нее исходила какая-то аура, сдержанная, но мощная, дававшая ему сильное ощущение того, что он находится на территории, к которой не принадлежит. Хотя она никак на него не давила, он чувствовал за ней зловещее присутствие, словно видел огромную темную тень, проплывающую под лодкой.

На палубе было два человека, и его поверхностные чувства не могли проникнуть глубже в лодку. Он подозревал, что это не сработало бы, даже если бы он попытался, что было бы серьезным нарушением этикета перед двумя людьми более высокого ранга, чем он сам.

Одной была женщина, явно лидер этой пары. Она была расслаблена и спокойна, в повседневном наряде: легкая блузка, свободные брюки и сандалии. У нее была бледная кожа, а клубнично-русые волосы до плеч были небрежно собраны на затылке. Ее контроль ауры был безупречен, раскрывая тщательно контролируемые оттенки огня, земли и чистой силы. Видал предположил, что у нее мощная конфлюэнция вулкана. Он также был удивлен, почувствовав, что она иномирянка, что сделало бы ее второй такой в городе.

Мужчина, стоявший позади нее, выглядел менее впечатляюще. Его черты были незнакомы, поэтому Видал не имел ни малейшего представления, откуда он родом. Его темные волосы блестели, а слишком выдающийся подбородок он маскировал аккуратно подстриженной бородой. Видал не мог не задаться вопросом, как же выглядел его подбородок, если даже достижение серебряного ранга не сгладило его до нормальности.

По сравнению с женщиной, контроль ауры мужчины был небрежным, давая даже бронзовому рангу Видалу больше информации, чем следовало бы. Мужчина намеренно выставлял напоказ тьму и кровь, при этом невольно выдавая глубинное чувство самосохранения. Его аура создавала впечатление человека, который будет прятаться от потенциальных опасностей, оппортунистически забирая свое.

У мужчины также были небольшие, но явные шрамы на лице, которые, как видел Видал, другие подделывали, чтобы казаться закаленными искателями приключений. Это наводило на мысль, что магически модифицированные глаза мужчины тоже были фальшивыми. Видал воспринял мужчину как мелкую и ничтожную фигуру, которая, вероятно, задирает слабых, подобострастно цепляясь за сильных.

— Как я уже сказал, — обратился к ним Видал, — я чиновник Общества искателей приключений Римароса, хотя сегодня я также представляю Совет гражданской власти Римароса. Я здесь, чтобы уведомить вас о том, что в городе Римарос и на всех связанных с ним территориях действуют протоколы полного всплеска монстров.

Ни мужчина, ни женщина не выглядели удивленными или обеспокоенными этим объявлением.

— Поскольку в Римаросе были введены протоколы всплеска монстров, — продолжил Видал, — всех потенциальных искателей приключений встречают по прибытии в город и информируют об их обязанностях. Если позволите, могу я задать несколько вопросов и сделать записи?

— Разумеется, — сказала Фарра, указывая на дверь в кают-компанию яхты. — Не хотите ли войти?

Инстинкты Видала предостерегали его от того, чтобы заходить дальше вглубь лодки, но он уже был на расстоянии вытянутой руки от двух серебряных рангов, так что бежать было некуда, если они обернутся против него. Скорее всего, он смог бы сбежать от мужчины, находясь на воде, где Видал был сильнее всего. Однако насчет женщины у него таких иллюзий не было. Если она захочет его поймать, он будет пойман.

— Спасибо, — сказал он и последовал за ними внутрь. — Я хотел бы начать с ваших имен и того, являетесь ли вы искателями приключений. Если нет, это будет быстрой формальностью.

— Мы оба искатели приключений, — сказала ему Фарра, когда они вошли в гостиную. — Я Фарра Хурин, из Витесса. Гильдия Пылающей Фиалки, хотя значка гильдии у меня сейчас нет. Это Джейсон Асано, из Гринстоуна. Вне гильдии.

Для Видала это имело смысл. Она выглядела как искатель приключений гильдейского уровня во всех отношениях, причем из города с высокими стандартами, вроде Витесса. То, что Асано был откуда-то, о чем Видал никогда не слышал, объясняло его некомпетентность, но не то, почему эта женщина позволяет ему следовать за собой. Если единственным настоящим навыком этого мужчины было соблазнение, это могло бы иметь смысл, но у нее не должно было возникнуть проблем с тем, чтобы видеть эмоции мужчины насквозь, учитывая разницу в контроле их ауры.

Достав блокнот и карандаш, пока они шли, Видал записывал детали еще до того, как они сели. Хотя кресла в гостиной были мягкими и удобными, он сидел прямо и скованно.

— Мне нужно записать ваши данные, — сказал он. — Затем я объясню основные требования, налагаемые на вас протоколами всплеска монстров. Конечно, регистрация для участия в деятельности во время всплеска монстров не является обязательной.

— Мы оба намерены зарегистрироваться.

— Отлично, — сказал Видал. — Общество искателей приключений Римароса предпочитает, чтобы приезжие искатели приключений регистрировались в течение одного дня после уведомления о том, что действуют протоколы всплеска. Считайте это своим уведомлением, что означает, что в идеале вам нужно зарегистрироваться до конца завтрашнего дня. Общество искателей приключений будет полностью укомплектовано персоналом в любое время в течение всплеска, так что вы можете сделать это довольно поздно, если это соответствует вашим потребностям. Есть ли на борту другие искатели приключений?

— Только мы, — сказала Фарра. — Больше никого, ни искателей приключений, ни кого-либо еще.

— И являетесь ли вы двое официально зарегистрированной командой?

— Нет, — сказала Фарра. — Мы оба уже некоторое время отделены от своих команд. Могут возникнуть некоторые проблемы с нашими записями, поскольку мы оба, скорее всего, числимся погибшими.

— Почему так? — спросил Видал, не поднимая глаз, пока делал записи.

— Потому что мы умерли, — сказала Фарра.

— Вам следует знать, что частью регистрации будет подтверждение ваших личностей, наряду с несколькими другими тестами для выявления лазутчиков Строителя. Рекомендую вам посетить Храм Смерти перед регистрацией и официально подтвердить там, что вы — те люди, за которых себя выдаете, вернувшиеся с того света. Такие случаи, как ваш, необычны, но не неизвестны, и мы обнаружили, что подтверждение от Церкви Смерти упрощает административную нагрузку. Учитывая, насколько здесь, вероятно, будет много дел, рискну предположить, что вы оцените, если сделаете это заранее.

— Спасибо за совет, — сказала Фарра. — Мы воспользуемся вашим предложением.

— Хорошо, — сказал Видал. — Это все, что мне нужно на данном этапе, но имейте в виду, что при регистрации вы пройдете более строгую проверку.

— Из-за культистов Строителя, — сказала Фарра. — Мы все понимаем.

— Итак, считайте себя официально уведомленными о том, что действуют протоколы всплеска. Ваши имена будут переданы в местное отделение общества, и они будут вас ждать. У вас есть вопросы, прежде чем я уйду?

— На каком острове находится Общество искателей приключений? — спросила Фарра. — Мы знаем, что оно на одном из главных островов, но не знаем, на каком. Или даже к какому мы приближаемся.

— Три общественных острова называются Ливарос, Арнот и Прово, — объяснил Видал. — Они расположены в линию, идущую примерно с востока на запад. Сейчас мы приближаемся к Арноту, самому западному острову. Там живут многие состоятельные граждане, у которых нет доступа к собственным частным островам. Успешные торговцы, вышедшие на пенсию искатели приключений и тому подобные. Он в основном жилой и наименее густонаселенный из трех. Хотя там не так много активности высокого ранга, я не рекомендую пытаться качать права, иначе вы можете столкнуться с неприятным сюрпризом.

Видал перевел взгляд на Асано.

— На Арноте существует определенный расслабленный образ жизни, который является важной частью культурной самобытности Римароса. Если вы создадите проблемы, то обнаружите, что мы очень его оберегаем. Там также есть младшая ветвь королевской семьи, которая поддерживает свою основную резиденцию на Арноте, так что, хотя вы можете не видеть силу, скрытую на острове, она увидит вас.

— Спасибо за наставление, — сказал Асано, заговорив впервые с момента прибытия Видала. Видал повернулся обратно к Фарре.

— Вы ищете центральный остров из трех, Ливарос. Как вы ориентируетесь?

— У Джейсона есть способность к картографированию, — объяснила Фарра. — Она полезна, но не показывает детали, пока он не посетит место, только массивы суши. Вместе с его способностями к хранилищу и порталам, это делает его полезным спутником.

Видал наконец понял то, что его беспокоило. Асано не вписывался ни в компанию, ни в обстановку, в которой находился. Фарра Хурин была явно опытным искателем приключений гильдейского уровня и, судя по наличию лодки, хорошо обеспеченным. Кто-то вроде Асано был обузой, если только он не привносил в дело что-то необычное. Будучи вспомогательным искателем приключений, а не боевым, он объяснял свою небрежность. Если он представлял собой набор отличных вспомогательных способностей, собранных в одном человеке, было логично, что она использовала его как прославленный магический предмет. Даже в этом случае он находил Асано подозрительным и отметил его в своих записях для более критической оценки. Таким образом, его досье будет более тщательно изучено, когда он зарегистрируется для участия во всплеске монстров.

С этой решенной досадной любопытностью у Видала было все необходимое, и он был готов уйти. С вступлением в силу протоколов всплеска он был одним из многих чиновников, отправленных для сбора первоначальных данных, направления искателей приключений на регистрацию и уведомления их о предстоящем всплеске.

— Ливарос — основное место назначения для искателей приключений, — объяснил он, — настолько, что многие просто называют его островом искателей приключений. Помимо кампуса Общества искателей приключений, остров может похвастаться основной массой услуг и предприятий, которые требуются искателям приключений и другим пользователям эссенции. В каждом порту вокруг острова есть офис Общества искателей приключений, и я настоятельно рекомендую вам поискать один из них. Их единственная цель — помочь искателям приключений найти то, что им нужно в городе. Они помогут вам найти причал для вашего судна на время всплеска, а также помогут найти любые удобства и услуги, которые могут вам понадобиться. Они также могут направить вас в администрацию кампуса для регистрации, конечно.

Видал встал.

— Если вам понадобится что-то еще, пожалуйста, помните об офисах общества. Как я уже сказал, они есть в каждом порту, и их легко найти.

— Спасибо, — сказала Фарра. — Думаю, это все, что нам нужно на данный момент.

— Очень хорошо, — сказал Видал. — И, пожалуйста, не забудьте посетить Общество искателей приключений до конца завтрашнего дня.

* * * — Спасибо, — сказал Джейсон Фарре, наблюдая, как Видал уезжает на водяном столбе. — Он был подозрителен, потому что ты слишком хороша для меня. Эта маскировка ауры, возможно, не так эффективна, как я думал. Возможно, я привлек больше внимания, чем избежал.

— Сколько раз я говорила тебе, что это не Гринстоун? Чиновники Общества искателей приключений здесь — это не просто дочери криминальных авторитетов, любители усов и случайный набор Бертов.

— Я скучаю по Бертам. Я бы с удовольствием обновил гардероб у Гилберта.

— Здесь ты найдешь вполне подходящего портного, — сказала Фарра. — Думаю, ты обнаружишь, что Видал преуменьшил, насколько впечатляющим будет остров искателей приключений. Нам следует направиться прямиком к Ливаросу.

— Я знал, что ты это скажешь, — простонал Джейсон. — Посмотри на Арнот, прямо там.

Джейсон махнул рукой в сторону близлежащего острова, как будто Фарра каким-то образом не смогла его заметить.

— Посмотри на деревья, — сказал он. — Пышные зеленые растения. Яркие цветы, красочные дома. Представь, как ты бродишь по сонной улочке, пьешь охлажденный фрукт из кокоса и чувствуешь морской бриз на своем лице.

— Мы сможем туда отправиться, как только обустроимся. Сначала осмотримся. Зарегистрируемся в Обществе искателей приключений и сделаем покупки. Я не видела нормально укомплектованного торгового зала с тех пор, как мы с тобой встретились.

— Я не хочу снова жить в какой-то марине, — сказал Джейсон. — Я хочу найти хорошее маленькое местечко, может быть, купить уединенный участок и поставить на нем свой облачный дом. Арнот идеально для этого подходит.

— На Ливаросе будет кристальная очистка.

— ТЕНЬ! Мы меняем курс!

РАЗОЧАРОВАНИЕ ИЛИ ОБЛЕГЧЕНИЕ

РАЗОЧАРОВАНИЕ ИЛИ ОБЛЕГЧЕНИЕ

Летающий коттедж Доун в пузыре проплыл над палубой облачного корабля. Она вышла из коттеджа, спустилась по короткой садовой дорожке к окружавшему его пузырю и шагнула сквозь него, словно проходя сквозь водопад. Она легко опустилась на палубу, и пузырь уменьшился, прежде чем упасть ей в руку. Затем она убрала судно в сумку на поясе.

Софи, Нил и Джори наблюдали за этим, а Хамфри, грязный и полуголый, поднялся на палубу как раз в тот момент, когда Доун убирала свой астральный корабль. Доун посмотрела на Хамфри, а затем на Софи.

— Ты...? — спросила её Доун.

— Это не я, — сказала Софи. — Нил, Хамфри довольно грязный. Тебе стоит помочь ему отмыться.

— Ты дегенерат, — пробормотал Нил, направляясь к лестнице, ведущей вниз. — Пойду позову остальных.

— Кстати, спасибо, что одолжила мне это, — сказала Доун, протягивая Софи кристалл записи.

— Что это? — спросил Джори.

— Тебе не нужно об этом беспокоиться, — ответила ему Софи. Она ловко увернулась от щенка Сташа, которого держала на одной руке, чтобы тот не выхватил кристалл из её пальцев, и сунула его в карман.

Вскоре остальная часть группы поднялась на палубу. Гэри зевал, а Белинда спорила с Клайвом.

— Все будет хорошо, — говорила Белинда. — Я поставила туда металлическую перекладину, чтобы зафиксировать эту штуку, и обмотала её тряпкой, чтобы она не соскользнула.

— Так облачными кораблями не управляют, — возразил Клайв.

— Я же говорила тебе: мы в небе. Там не во что врезаться.

— Мы даже толком не понимаем, как эта штука работает, — сказал Клайв. — Не говоря уже о том, что чья-то ящерица-вредитель отрывала от корабля случайные детали.

— Там есть ящерица? — воскликнул Сташ, выпрыгивая из рук Софи. — Я её поймаю!

Щенок Сташ просеменил по палубе, проскользнув между ног и исчезнув на лестнице.

— Мне нужен перерыв, — сказал Клайв. — Надеюсь, мы найдем Джейсона где-нибудь на пляже, жарящим мясо.

— Звучит вполне правдоподобно, — сказал Гэри. — Помнишь, как мы спешили спасти его, когда его похитили, а нашли его поправляющим запонки, пока злодей был связан?

— Да, а потом он провалялся без сознания три дня, — сказал Нил. — Какой идиот после пыток тратит остатки сил на то, чтобы надеть щегольской костюм?

Группа собралась на палубе, почтительно приветствуя Доун.

— Я пришла к вам здесь потому, — сказала Доун, — что нам не пойдет на пользу, если мы продолжим поддерживать контакт, когда все глаза в Витесс будут устремлены на меня.

— Почему нет? — спросил Нил. — Разве знакомство с влиятельным человеком — это не хорошо?

— Мы серебряного ранга, — сказал Хамфри. — Нам лучше без внимания людей золотого и алмазного рангов.

— Что еще важнее, — сказала Доун, — так это Джейсон. У него есть задача, которую нужно выполнить, и пока он этого не сделает, будет лучше, если некоторые секреты, которые он принес с собой, останутся секретами. В частности, он забрал нечто, что Строитель оставил в мире Джейсона. Этот предмет должен был дать Строителю влияние на любого, кто был вынужден его использовать, но Джейсон полностью поглотил предмет, очистившись от влияния Строителя и получив определенную власть над его миньонами.

— Ну, это определенно звучит полезно, — сказал Клайв. — Если эта информация распространится, Общество искателей приключений привяжет Джейсона к палке и начнет размахивать им перед Строителем.

— Разве не должны? — спросил Джори. — Похоже, Джейсон мог бы стать мощным оружием. Это не должно пропадать зря.

— Ты думаешь, Джейсон будет прятаться? — сказал Хамфри. — Тебя там не было, Джори. Шестеро из нас сражались против Строителя и его армии конструктов, культистов и тех, в кого он превратил тех священников. Джейсон сражался со Строителем лично и погиб, убедившись, что остальные справились.

— И все это после того, как он был закован в цепи, пока Строитель пытал его душу, — добавил Нил. — Говорите о Джейсоне что хотите — а я лично намерен делать это долго, — но Строитель обрушил на него все, что только мог, а Джейсон вернулся за добавкой. Строитель убил его. Своими собственными руками, можно сказать. И это все равно не остановило этого самодовольного придурка, который, вероятно, вернулся с того света только для того, чтобы продолжать действовать всем на нервы. То, что Джейсон будет бродить по своей воле, навредит Строителю больше, чем все, что может придумать Общество искателей приключений, я вам обещаю.

— Думаю, это самое приятное, что ты когда-либо говорил о Джейсоне, — сказал Клайв Нилу. — Хотя каким-то образом ты все равно умудрился вставить фразу «самодовольный придурок».

— Планка низка, — признал Нил.

Софи осталась в стороне от разговора и наблюдала за Доун.

— Вы хотите, чтобы мы искали Джейсона вместо вас, — сказала Софи.

— Да, — ответила Доун. — Будет странно, если Общество искателей приключений будет отслеживать статус вашего погибшего члена команды, но это не привлечет лишнего внимания. В любом случае, я все еще в процессе путешествия и распространения информации о вторжении Строителя, насколько могу.

— А как насчет того летающего города? — спросил Хамфри. — Что делается?

— Платформы вторжения появляются по всему миру, — сказала Доун. — Это забота Общества искателей приключений. Ваша забота — Джейсон.

— Есть еще такие штуки? — спросил Гэри.

— Так вот как Строитель вторгается? — спросил Клайв. — Летающие города?

— Не все из них летают, и не все они — города. Масштаб примерно одинаков у каждого, но уровень силы — нет. Самые мощные платформы вторжения могут появляться только там, где пространственная оболочка вашего мира наиболее проницаема.

— Значит, Гринстоун не подвергается вторжению какого-нибудь небесного города алмазного ранга, — с облегчением сказал Хамфри. Несмотря на их чувства по этому поводу, каждый член команды, кроме Джейсона, вырос в Гринстоуне. Отчаянная битва, в которой погиб Джейсон, велась за его защиту.

— Что произойдет, когда Джейсон где-нибудь объявится? — спросил Джори. — Они не позволят нам просто сбежать посреди всплеска монстров.

— Мы можем запросить разрешение на перемещение, — сказал Хамфри. — Если мы предоставим этот корабль для изучения Магическому обществу, а также проделаем хорошую работу во время всплеска, тот факт, что наш член команды вернулся с того света, должен быть достаточным основанием, чтобы либо мы могли доставить его к нам, либо отправиться к нему.

— Юный мастер Геллер прав, — сказала Доун. — Использование моего влияния могло бы ускорить дело, но быстрее — не всегда лучше. Я предоставлю мистеру Стэндишу скрытный способ связаться со мной, если вы найдете местоположение Джейсона или окажетесь в отчаянной нужде в помощи.

— Я думала, вы можете действовать только один раз, — сказала Белинда. — Вы готовы потратить это на нас?

— Джейсон не счел бы это пустой тратой, если это сохранит вам всем жизнь, — сказала Доун. — За время своего отсутствия он понял, как сильно нуждается во всех вас.

— Может, не в Ниле, — пробормотала Белинда.

— Джейсон заслужил мою помощь, — сказала Доун. — Как своими жертвами, так и теми, что еще предстоят.

— Что это значит? — спросил Нил. — Это значит нас? Я не хочу становиться жертвой.

* * * Приближаясь к острову Ливарос, Джейсон и Фарра сразу заметили отличия от Арнота, который они оставили позади, не высаживаясь на берег. Береговая линия здесь была в основном загромождена портами, доками и пристанями, насколько хватало глаз в обе стороны. Однако было несколько мест, где большие дома располагались за нетронутыми пляжами или на вершинах скалистых утесов. К некоторым утесам были пришвартованы облачные корабли, предположительно соединенные с домами через туннели внутри скалы.

Переведя взгляд вглубь острова, они увидели, что он представляет собой один огромный город, хотя и богатый, судя по качеству материалов, мастерству исполнения и архитектуре зданий. Повсюду был белый камень, широкие улицы, обсаженные деревьями. Внутри города можно было увидеть еще больше облачных кораблей, пришвартованных к башням, которые возвышались над окружающими зданиями.

— Это порт для летающих кораблей? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала Фарра. — Ты увидишь хотя бы один в любом городе, который не является магически бесплодным.

— Ладно, это довольно здорово, — признал Джейсон, успокоившись после того, как они не остановились у Арнота. — Может, мне стоит поднять эту штуку в воздух.

С тех пор как они проплыли мимо Арнота, количество водного транспорта, который они видели, неуклонно росло. Как только они приблизились к более густонаселенному Ливаросу, к нему добавилось воздушное движение: над головой летали облачные корабли, а между Ливаросом на земле и разбросанными вокруг небесными островами перемещались небольшие летающие аппараты.

Транспортные средства, которые они видели, варьировались от магических лодок до летающих карет и прирученных магических зверей. Было множество людей, оседлавших различные формы существ, похожих на скатов, в изобилии размеров и цветов.

У маленьких был один наездник, и они скользили по воде, как камешки. Другие перевозили нескольких человек, окруженных пузырем воздуха, когда погружались под воду. Некоторые даже летали по небу, один из которых был огромным и перевозил более дюжины человек.

— Думаю, тебе стоит немного смягчить маскировку, прежде чем мы прибудем, — сказала ему Фарра. — Думаю, не привлекать внимания — правильный ход, но ты увлекся идеей маскировки своей ауры. Это впечатляет, не пойми меня неправильно, но люди не бегают вокруг в поисках тебя.

— Культ Строителя.

— Да, но ты же не скрываешь свое имя, верно? Они не будут ходить и спрашивать людей, не видели ли они пришельца из другого мира с хорошим контролем ауры.

— Справедливое замечание, — признал Джейсон.

— То, что ты можешь делать со своей аурой — это здорово, — сказала Фарра. — Но то, что ты можешь что-то сделать, не означает, что это хорошая идея. Как насчет того, чтобы вместо того, чтобы трансформировать себя, ты просто вел себя как разумный человек?

— Это не моя сильная сторона, — предупредил Джейсон. — Я больше знаком с планами, которые кажутся отличными в моей голове и более-менее работают, но имеют непредвиденные последствия, потому что я действительно не знаю, что делаю, или просто не могу держать язык за зубами.

Фарра повернулась, чтобы одарить его немигающим взглядом.

— Что? — спросил Джейсон с невинным выражением лица. — Я могу быть самокритичным. В конце концов.

— Я просто говорю, — сказала Фарра, — что вести себя как разумный человек — это маскировка получше, чем превращаться в жуткого мерзавца. Что я успела бы объяснить, если бы ты показал мне, что собираешься делать, больше чем за полминуты до того, как этот парень добрался до нас.

— Это было не так уж плохо, — сказал Джейсон. — Я практически полностью скрыл свою сущность Греха.

— Джейсон, думаю, ты недооцениваешь, что нужно, чтобы выделиться в приличном городе авантюристов. Как насчет того, чтобы ты просто попытался быть собой и нашел время узнать это место, его людей и культуру, прежде чем громко объяснять самому влиятельному человеку, которого сможешь найти, почему они аморальны?

— Мне нравится пробовать новое, — сказал Джейсон. — Я могу попробовать.

— И не пытайся переспать с их принцессой.

— Я не собираюсь спать с их принцессой.

— Я знаю, что ты не собираешься спать с их принцессой. Я говорю: не пытайся.

— Не буду.

— Хорошо.

— Но что, если у них много принцесс?

— Джейсон...

— Тот парень Видаль намекал, что королевская семья довольно большая. Их может быть трудно избежать.

Фарра покачала головой.

— Ничем хорошим это не кончится.

Когда они приблизились к острову, к яхте приближался кто-то на небольшом транспортном средстве, которое показалось Джейсону похожим на бамбуковый гидроцикл.

— О, неплохо, — сказал он.

Наездник приблизился к яхте, развернулся и поравнялся с ней, двигаясь с той же скоростью. Дружелюбный голос окликнул их с воды.

— Привет, на борту! Я из портового управления Эстена. Могу я подняться на борт?

— Конечно, — ответила Фарра. — Можете пришвартоваться к задней платформе.

Джейсон и Фарра переместились в кормовую часть яхты. Низкая причальная платформа для небольших плавсредств выдвинулась из борта яхты, когда в корпусе открылась дверь. Наездник подъехал на своем личном гидроцикле и ступил на яхту, подняв небольшое судно из воды и установив его на платформу. Транспортное средство было довольно легким, так что его бронзового ранга силы было достаточно.

Мужчина был целестином, с морскими зелеными волосами, подходящими по цвету глазами и легкой улыбкой. Он был одет так же, как Джейсон: в коричневые шорты, яркую рубашку с цветочным принтом и без обуви. Его аура не была угрожающей, с безошибочным ощущением активного использования ядра. Этот человек не был авантюристом.

На взгляд Джейсона, мужчине было около тридцати с небольшим. Для бронзового ранга это означало, что ему, вероятно, пятьдесят или больше. Он огляделся, оценивая то, что выглядело как окрашенный металлический корпус, белый, в классическом яхтенном стиле.

— Облачный корабль, да? — спросил он.

— Как вы догадались? — ответил Джейсон.

— Я работал в портах Ливароса с тех пор, как был мелким сорванцом, — сказал он. — Я видел почти все средства передвижения, когда-либо спускавшиеся на воду или поднимавшиеся в небо. Видишь достаточно облачных кораблей, и учишься их замечать, даже когда они замаскированы. У нас сейчас пришвартовано несколько таких, и будет еще больше, когда начнется всплеск, который, как предполагается, вот-вот начнется. Конечно, нам такое уже говорили.

— В этот раз можете поверить, — сказала Фарра.

— Да? Авантюристы, значит? В любом случае, это просто облачный корабль или один из тех модных, которые вы держите в бутылке? Не часто такие вижу, даже здесь.

— В бутылке, — сказала Фарра.

— Отлично. О, я Альберт, кстати, но все зовут меня...

— Берт? — спросил Джейсон.

— Нет, Эл. Можешь называть меня Эл.

— А можешь называть меня Бетти, — сказал Джейсон, за что получил шлепок по руке от Фарры.

— Я Фарра, а это Джейсон, — сказала она, одарив Джейсона укоризненным взглядом.

— Извини, — сказал Джейсон. — Не могу понять, разочарован я или мне полегчало, что ты не Берт.

— Ты немного странный, не так ли? — сказал Альберт, оглядывая Джейсона с ног до головы. — Тем не менее, не могу винить тебя за вкус в одежде. Вы, ребята, планируете пришвартовать лодку и жить на ней, или уберете её обратно в бутылку и будете искать другое жилье?

— Думаю, мы уберем её, — сказала Фарра, кивая на Джейсона. — У этого есть идеи насчет покупки небольшого участка земли на Арноте и спокойной жизни.

— Это очень хороший выбор, — сказал Альберт. — Я бы и сам хотел так сделать когда-нибудь. У меня там есть семья. Большинство из вас, авантюристов, любят оставаться в гуще событий, так что на Ливаросе будет конкуренция за места, будь то в маринах или гостиницах. В последнее время было много активности из-за последней волны слухов о всплеске. Арнот, может, и не так удобен для Общества искателей приключений, но у вас не должно возникнуть проблем с поиском места, если у вас есть деньги. Только убедитесь, что не будете создавать проблем.

— Это то, чего мы стараемся избежать, — сказал Джейсон. — Итак, что нам делать сейчас?

— Если вы собираетесь закупорить свою лодку, то это упрощает дело для всех нас. Я проведу вас в порт, вы избавитесь от лодки, и мы закончим. Я могу прямо указать вам на портовый офис Общества искателей приключений, если хотите.

— Это было бы здорово, — сказал Джейсон. — Мы ценим...

Альберт и Фарра посмотрели на Джейсона, чьи глаза расширились, когда он замолчал на полуслове. Он замер на мгновение, а затем перешел к действиям. Он достал свою облачную флягу и поставил её; все еще движущаяся яхта начала медленный процесс возвращения во флягу. Потребовалось около десяти минут, чтобы яхта полностью растворилась вокруг них.

— Думаю, ты забегаешь вперед, приятель, — сказал Альберт.

— Тень, — рявкнул Джейсон, его тон внезапно стал резким и властным. — Дай нам два тех бамбуковых гидроцикла. Как только облачная фляга закончит собирать яхту, забери флягу.

Два пятна тьмы переместились из тени Джейсона к воде позади яхты и превратились в черные копии небольшого транспортного средства Альберта.

— Прости, Эл, — сказал Джейсон, его голос смягчился. — Мы устроимся сами, но спасибо. Фарра, нам нужно идти.

Не дожидаясь, Джейсон запрыгнул на одно из транспортных средств, и оно рвануло к острову, разбрызгивая воду позади себя. Фарра одарила Альберта извиняющейся улыбкой.

— Простите, — сказала она. — Он бывает немного драматичен.

— Что происходит? — спросил Альберт.

— Без понятия, — сказала она, а затем запрыгнула на другой черный гидроцикл и немедленно умчалась прочь.

Альберт покачал головой, а затем столкнул свой гидроцикл обратно в воду.

— Авантюристы, — пробормотал он про себя.

ЕЩЕ БОЛЬШЕ БУМАЖНОЙ ВОЛОКИТЫ

ЕЩЕ БОЛЬШЕ БУМАЖНОЙ ВОЛОКИТЫ

В отличие от большинства храмов в Римаросе, главный Храм Знания города находился не в храмовом районе на острове Ливарос. Напротив, его можно было найти на втором по величине из летающих островов города — одном из немногих, куда был открыт доступ публике. Этот остров был известен прежде всего тем, что на нем располагался кампус Магического общества Римароса, которое владело островом и контролировало его.

В таком крупном городе, как Римарос, Храм Знания был важным ресурсом для множества магических исследователей и состоял в симбиотических отношениях с отделением Магического общества. Внутри храма находился зал, специально предназначенный для входящих порталов. Появился портал, из него вышли двое, после чего он закрылся.

— Надеюсь, это так же важно, как ты утверждаешь, — мрачно произнес Руфус Ремор. — У меня есть свои заботы.

Руфус был высоким и худощавым, с темной кожей и лысой головой. Он был одет в свободную одежду, прибыв из влажной Дельты Мистран в Гринстоуне.

— Я жрица Богини Знания, — ответила ему Габриэль Пеллин. — Я прекрасно осведомлена о твоих заботах. Раньше ты был более вежлив, мистер Ремор.

Габриэль больше не была той девочкой-подростком железного ранга, которая была девушкой Хамфри. С возрастом и ростом ранга ее и без того впечатляющая внешность расцвела опасной красотой: оливковая кожа, шоколадные волосы и грациозная осанка.

Она повела Руфуса вперед, из зала в более обширную часть храма. Он по большей части состоял из огромной библиотеки, занимавшей несколько крыльев, каждое из которых имело по несколько этажей.

— Как давно ты знала, что они живы? — спросил Руфус.

— Когда Джейсон Асано умер и вернулся к жизни, мистер Ремор, он оказался вне поля зрения богов этого мира.

— Но ты знала.

— Я служу Богине Знания, мистер Ремор, а не богине предположений. Если бы я сказала тебе, что Джейсон Асано жив, а я ошиблась, как бы ты себя почувствовал? А что касается мисс Хурин, это стало сюрпризом даже для самой богини.

— Ты хочешь сказать, что они уже здесь?

— Прямо сейчас местный чиновник Общества искателей приключений направляет их на остров Ливарос.

— Мы в Римаросе?

— Да. Полагаю, ты захочешь встретить их по прибытии в порт.

Руфус нахмурился. — Прошу прощения, жрица Пеллин. Вы оказали мне услугу, а получили в ответ лишь невежливость.

— Последний член моей церкви, с которым ты говорил, получил от тебя пощечину, — сказала она, и в ее голосе проскользнуло веселье. — Я считаю невежливость желанным шагом в правильном направлении.

* * * * Контакт [Руфус Ремор] вошел в зону связи. * Контакт [Габриэль Пеллин] вошел в зону связи.

Персональное водное транспортное средство, форму которого приняла Тень, буквально летело над водой. Только магия не давала сверхлегкому аппарату перевернуться. Джейсон был опытным водителем гидроцикла, и этот странный бамбуковый вариант был не так уж плох. Он полуприсел, пока тот скользил по воде, лавируя между более крупными лодками, направляясь в порт.

Джейсон нашел знакомую ауру, словно маяк, пока не заметил лысую черную голову на оживленной пристани. Он наколдовал свой плащ и подпрыгнул в воздух, а затем спланировал вниз, приземлившись перед своим другом. Когда плащ растворился вокруг него, он одарил ошеломленного Руфуса широкой ухмылкой.

— Здорово, дружище.

Руфус осмотрел Джейсона. Странные глаза, аура, которая снова претерпела колоссальные изменения. Теперь, когда они были одного ранга, Руфус по-новому оценил ее гнетущую силу. Когда аура Джейсона отступила в сдержанное состояние, Руфус понял, что Джейсон обнажил ее, чтобы Руфус почувствовал отмеченный на ней личный герб.

— Фарра думала, что я оборотень или что-то в этом роде, — сказал Джейсон.

Руфус заключил Джейсона в крепкие объятия.

— Ого, — прохрипел Джейсон. — Рад тебя видеть, приятель, но такое чувство, будто ты пытаешься выжать из меня соки.

— Фарра, — сказал Руфус, не отпуская Джейсона.

— Оглянись, приятель.

Руфус отпустил Джейсона и посмотрел на воду. Фарра как раз поднималась со своего водного транспортного средства на огненных крыльях, быстро присоединившись к ним на причале. Она и Руфус обнялись без слов.

В этот момент Джейсон повернулся к жрице.

— Габриэль, — поздоровался он.

— Вы были совершенно правы, мистер Асано. Она не Богиня Твердых Выводов, Сделанных на Основе Разумных Доказательств.

Джейсон усмехнулся. — Все еще не особо меня жалуешь, да?

— Я рада, что ты больше не мертв.

— Это все еще добрая воля, так что я приму это. Полагаю, твоя начальница ответственна за то, что Руфус здесь?

— Есть короткое окно, прежде чем Общество искателей приключений начнет претендовать на время каждого пользователя порталов, включая тех, кто принадлежит церкви. Даже моя поездка сюда продлится до тех пор, пока не закончится всплеск монстров. Моя Госпожа послала Руфуса Ремора сюда в качестве жеста, так как она не сообщила твоим друзьям о твоем вероятном воскрешении. Твои другие спутники в настоящее время заняты, и к тому времени, как они доберутся до Витесса, будет слишком поздно доставлять их сюда немедленно. Им придется добираться до тебя самостоятельно.

— С ними все в порядке?

— Они в порядке и вместе.

Джейсон отвесил Габриэль благодарный поклон, удивив ее.

— Хотя она уже знает о моей благодарности, пожалуйста, передайте мою признательность вашей богине, жрица Пеллин.

— Я сделаю это, мистер Асано.

— Почему она прислала еще и тебя? — спросил Джейсон. — Чтобы присматривать за мной?

— У вас есть важная задача, которую нужно выполнить, мистер Асано.

— И что ты об этом знаешь?

— Моя богиня лишь сказала мне, что это твой секрет, которым ты можешь поделиться или — и она хотела выразить свое твердое предпочтение в этом вопросе — не делиться.

Руфус и Фарра подошли к нему сзади, Руфус обнял Фарру за плечи. Если бы улыбка на его лице была еще шире, верхняя часть его головы отвалилась бы. Он положил руку на плечо Джейсона.

— Ты должен рассказать мне все, — сказал он. — Все.

* * * Троица получила указания в портовом офисе Общества искателей приключений и направилась через город. На бульварах и проспектах, заполненных пользователями эссенции, было много личного магического транспорта. Некоторые ехали верхом, другие — в магических каретах. Самыми распространенными были персональные парящие диски, хотя встречались и любопытные вариации. Джейсона особенно впечатлили те, что создавали туман, из-за чего казалось, будто ездок дрейфует на облаке.

— Можешь сделать штуку с облаком? — спросил Джейсон Тень.

— Я могу сделать черное облако, — ответила Тень.

— Забудь.

— Джейсон, — сказала Фарра, — сейчас не время играть в «Обезьянью магию».

— Что за обезьянья магия? — спросил Руфус.

— Она говорит о Сунь Укуне, — сказал Джейсон. — Это легенда из моего мира.

— Нет, — сказала Фарра, — я говорю о старом телешоу Обезьяна, как ты прекрасно знаешь.

— Я думал не об этом, — сказал Джейсон.

— Ты собираешься стоять здесь и говорить мне, что заглавная песня сейчас не играет у тебя в голове?

— Ладно, — признал Джейсон. Руфус смотрел на них с ужасом.

— Джейсон… что ты сделал с Фаррой? — спросил он.

— Все нормально, — сказал Джейсон. — Тень, несколько лошадей, пожалуйста.

— Лошадей, — сказала Фарра, когда три темные лошади со светящимися белыми гривами и копытами сформировались из тени Джейсона.

— Что не так с лошадьми? — спросил Джейсон.

— Я думала, причина, по которой ты не мог заставить Тень превратиться в хайдела в другом мире, заключалась в том, что в твоем мире не было хайделов, — сказала Фарра.

— Звучит похоже на правду, — сказал Джейсон.

— В нашем мире нет лошадей.

— Вы, вероятно, просто их не видели, — сказал Джейсон. — Они, наверное, где-то есть.

— Тень? — спросила Фарра.

— Я всего лишь сосуд, мисс Хурин. Настоящая сила принадлежит мистеру Асано, и любые ограничения, которые он имеет или решает наложить, — его собственные.

— Пойдемте, — поспешно сказал Джейсон, садясь на одну из лошадей. — Нельзя же весь день бездельничать.

* * * На балконе кафе наверху, прямо за пределами храмового района Ливарос, стол был уставлен тарелками.

— Это фантастика, — пробормотал Джейсон, счастливо жуя еду. — Последние пару лет я жил почти исключительно на духах-монетах.

— Из-за нехватки продовольствия, о которой ты упоминал, — сказал Руфус, и Джейсон кивнул.

— Его мир никогда не был приспособлен к монстрам, — сказала Фарра. — Как только начались концентрированные, локализованные всплески монстров, большая часть торговой и транспортной инфраструктуры рухнула.

— Похоже, твой мир пережил темные времена, — торжественно сказал Руфус.

— Мы объясним подробнее, как только будем в более уединенном месте, — сказала Фарра.

Джейсон пробормотал свое согласие.

— Давайте пока сосредоточимся на приятном, — сказал он. — Есть еще те пельмени?

— Нам стоит сосредоточиться на том, чтобы организоваться, — сказала Фарра. — На данный момент нам негде остановиться, и мы, насколько я знаю, мертвы. По крайней мере, во всех записях.

— Нам нужно обновить ваш статус в Обществе искателей приключений, — сказал Руфус. — Остальные будут искать это.

— Итак, ты встретил Доун, — сказал Джейсон Руфусу. — Как она?

— Она казалась нормальной, — сказал Руфус. — Что бы это ни значило для алмазного ранга. Они выглядят так, как хотят выглядеть.

— Доун потребовалось немного времени, чтобы расслабиться, но она справилась, — сказал Джейсон. — По большей части. Думаю, это была идея ее босса. Хотел, чтобы она воссоединилась со своей смертностью.

— Ты настолько смертен, насколько это вообще возможно, — сказала Фарра Джейсону. — Что странно для человека, который постоянно возвращается с того света.

* * * — Я ожидал чего-то более зловещего, — сказал Джейсон. — Черепа, много черного.

— Нет, — сказала Фарра. — Это больше по твоей части и по части Бога Нежизни.

Руфус, Фарра и Джейсон стояли снаружи того, что выглядело как довольно приятный мемориальный центр с большим количеством изящного белого камня и ухоженными садами. Это было далеко от того, что Джейсон ожидал от Храма Смерти. Троица ступила на территорию, чтобы пройти по приятным садовым дорожкам к главному зданию. Как только он ступил на дорожку, Джейсон замер.

* Вы вошли в домен духа. * Вы не можете претендовать на эту территорию как на домен духа, если она не сдана вам.

Джейсон осторожно прощупал аурой, но не получил негативной реакции.

— Что не так? — спросил Руфус.

— Позже расскажу, — сказал Джейсон. — Все в порядке. Эти сады спланированы как массив?

— Хороший глаз, — сказала Фарра. — Мертвые хранятся в храмах Смерти, поэтому у всех них есть массивы ритуальных формаций для защиты от любой некромантической силы, будь то непреднамеренной или преднамеренной.

— Можно получить случайных зомби? — спросил Джейсон.

— Это магия, — сказал Руфус. — Можно получить что угодно.

— Значит, у Бога Нежизни есть храм? — спросил Джейсон. — Это должно быть что-то более секретное, что люди пытаются уничтожить, как только находят, верно?

— Да, — сказал Руфус. — То же самое для большинства чисто вредоносных богов, хотя Нежизнь — один из худших. Им приходится скрывать их, потому что Общество искателей приключений, церкви и любые местные власти сравняют их с землей при обнаружении. Если только местные власти не в сговоре с ними, что всегда создает бардак.

— Именно так мы с Руфусом и Гэри познакомились, — сказала Фарра. — Мы рассказывали тебе о чуме зомби, с которой мы все вместе сражались. В самом центре всего этого был Храм Нежизни. Местный мэр был верховным жрецом; это был грандиозный провал.

— Я никогда не видел столько нежити, ни до, ни после, — сказал Руфус.

— Хотел бы я сказать то же самое, — сказала Фарра, и Джейсон кивнул в знак согласия. Руфус посмотрел на них обоих с беспокойством.

* * * Главное здание храма Смерти оказалось на удивление приятным, с открытым пространством, обилием света и духовенством, бродящим вокруг в белых одеждах.

— Это не место для мертвых, — объяснил послушник, ведя Джейсона и Фарру по залам, пока Руфус ждал в вестибюле. — Мертвые уже ушли, и их священные останки с уважением подготавливаются для их окончательного упокоения в глубоких местах храма. Это место на самом деле для тех, кто остался. Место, чтобы собраться вместе и почтить своих потерянных близких и жизнь, которая продолжается.

— Уход за умершими там, откуда я родом, — это действительно эксплуатация, — сказал Джейсон. — Ваша богиня, вероятно, останавливает подобные вещи здесь, верно?

— Моя богиня останавливает это везде, — сказал послушник.

— Наше определение «везде», — сказала Фарра, — более обширное, чем то, о чем ты думаешь.

Их проводили в кабинет, где жрец бронзового ранга поднялся со своего стула, чтобы встретить их. Его волосы и глаза были одинакового морского цвета, и у него была легкая улыбка. На вид ему было около тридцати, что для бронзового ранга означало ближе к пятидесяти. Джейсон и Фарра переглянулись.

— Кажется, я схожу с ума, — сказал Джейсон. — Люди продолжают удивляться, и вот это наконец случилось.

— Прошу прощения? — спросил жрец.

— Вас случайно зовут не Эл? — спросила Фарра.

— А, — сказал жрец. — Должно быть, вы встретили одного из моих братьев.

— Это снова происходит, — пробормотал Джейсон.

— Я Олдрич Альбериччи, — сказал жрец. — Но все зовут меня Эл.

— У вас случайно нет семи братьев, Эл? — спросила Фарра.

— Есть, — сказал Олдрич. — Элвин, Александр, Алан, Альберт, Алистер, Альфред и…

Олдрич закатил глаза.

— …Алехандро. Он тот, который сексуальный.

— Вы все не идентичны? — спросила Фарра.

— Нет, мы такие, — сказал Олдрич. — Мистер Асано, мисс Хурин, пожалуйста, присаживайтесь.

Джейсон качал головой, садясь напротив жреца.

— С ним все в порядке? — спросил Олдрич. — Он не вернулся с того света немного странным, а? У нас такое иногда бывает.

— Вы знаете, кто мы, — сказала Фарра. — Значит, вы знаете, почему мы здесь.

— Знаю, — сказал Олдрич. Он достал конверт из ящика стола и положил его на стол. — Сертификаты личности для вас обоих. Это довольно необычно, когда люди умирают и возвращаются с того света вне поля зрения нашей богини. Она, однако, все еще Богиня Смерти. В тот момент, когда вы вошли в сферу ее влияния, она узнала о каждом разе, когда вы падали, и о каждом разе, когда вы возвращались. Она просила меня специально попросить вас быть осторожнее, мистер Асано. Она может не знать деталей, но она в курсе, что смерть становится для вас досадной привычкой.

— Да, — уныло сказал Джейсон. — Возвращение с того света — это своего рода моя фишка.

— Она предпочла бы, чтобы это было не так, поэтому, пожалуйста, окажите ей услугу и перестаньте умирать в первую очередь.

— Я делаю все, что могу, — сказал ему Джейсон.

— Спасибо за это, — сказала Фарра, забирая конверт.

— Помогать живым с делами мертвых — вот почему мы здесь, — сказал Олдрич. — Просто когда живые и мертвые — это один и тот же человек, бумажной волокиты больше.

Когда они уже собирались уходить, Джейсону кое-что пришло в голову, и он обернулся у двери.

— Эл, — сказал он. — Не думаю, что кто-то из твоих братьев портной?

МАСТЕР НА ВСЕ РУКИ

МАСТЕР НА ВСЕ РУКИ

Римарос был городом хорошо обученных и могущественных пользователей эссенции, что означало множество сильных аур и острых чувств. Из-за количества пользователей эссенции в городе, к которым добавлялись прибывающие из-за нашествия монстров, для тех, кто был способен это чувствовать, город превращался в дезориентирующую какофонию. Это было одной из главных причин, почему сдерживание ауры считалось ключевым правилом этикета.

Хотя любой пользователь эссенции мог чувствовать ауры, обнаружение проецируемых чувств других требовало подготовки. В Римаросе такая подготовка была обычным делом, поэтому проецирование чувств на полную мощность также считалось дурным тоном. Джейсон ценил вежливость окружающих, не выплескивающих наружу свои ауры и чувства, и отвечал тем же.

Стоя в толпе авантюристов, это было особенно важно. Джейсон, Фарра и Руфус находились снаружи административного здания главного кампуса Общества искателей приключений, которое было бьющимся сердцем острова Ливарос. Авантюристы стекались со всего города и из-за его пределов, чтобы зарегистрироваться для участия в борьбе с нашествием монстров, и даже окрестности административного здания были забиты людьми почти плечом к плечу. Джейсон, Фарра и Руфус застряли снаружи, ожидая посреди толпы.

Чиновники Общества искателей приключений, управлявшие толпой, отдавали приоритет авантюристам в зависимости от их ранга, но серебряных рангов было предостаточно. Для Джейсона это было большим изменением после Гринстоуна и Земли. В обоих этих местах серебряные ранги были высокопоставленной элитой, находящейся на вершине своих обществ.

— Заметил, что вокруг нет железных рангов? — сказал Руфус. — В настоящем городе авантюристов, таком как Римарос, их считают немногим лучше обычных людей. Если не проявлять осторожность в их обучении, железные ранги могут очень легко погибнуть от монстров, появляющихся в этом регионе. Вот почему учебный филиал, который я строю в Гринстоуне, будет так ценен. Часть того, что сделало семью Геллер столь успешной, заключается в том, что они давным-давно поняли: престижные регионы с высокой магией не лучше во всем.

— Ты не знаешь, есть ли здесь филиал семьи Геллер? — спросила Фарра. — Возможно, они могли бы передать весточку Даниэль Геллер.

— Не уверен, — ответил Руфус. — Определенно стоит разузнать, как только мы разберемся с этой неразберихой.

Фарра посмотрела на бронзовые ранги, оттесненные серебряными, которым отдавали приоритет.

— Бронзовые ранги здесь, — сказала она, — очень похожи на железные ранги в Гринстоуне. Они неопытны и не проверены в деле.

— Здесь, как и в таких местах, как Витесс, железные и бронзовые ранги нянчат. Приходится. Когда здесь появляются бронзовые и железные монстры, это происходит огромными стадами. Их прореживают, а затем на них натравливают низкоранговых авантюристов. Никакой самостоятельности, никакой спонтанности. Вот почему мы ухватились за шанс выбраться из-под надзора и приехать в Гринстоун, и именно это делает учебный филиал ценным.

Фарра положила руку на плечо Руфуса.

— Мы знаем, милый. Твоя семья управляет школой.

Джейсон хмыкнул, когда Фарра повернулась к нему.

— Серебряные ранги, такие как мы, — это настоящий костяк культуры авантюристов в таком городе, — объяснила она. — Это тот ранг, на котором они могут разумно бродить вокруг, не нуждаясь в защите, кроме своей собственной команды.

— Здесь гораздо больше золотых рангов, чем ты привык видеть, — сказал Руфус. — Но это не делает их обычным явлением. Их призывают по мере необходимости, но для обычных золотых монстров отправляют одну или несколько команд серебряных, возможно, с золотым рангом, возглавляющим объединенные силы. Настоящие команды золотого ранга зарезервированы для самых больших угроз, потому что их вызов обычно подразумевает обмен услугами.

— Но во время нашествия монстров эти правила меняются, верно? — спросил Джейсон.

— Еще как, — сказал Руфус. — Во время нашествия «золотые» откладывают свои интересы и планы в сторону и выходят вперед. Они также не являются последним рубежом против более крупных угроз, поскольку алмазные монстры обычно появляются только во время нашествий. Вот тогда-то скрывающиеся алмазные ранги и показывают себя. Скорее всего, ты сам увидишь алмазного монстра до того, как нашествие закончится. Надеюсь, с очень большого расстояния.

— Мы беспокоимся не о монстрах, — сказал Джейсон. — Мы видели вещи похуже того, что может бросить в нас нашествие монстров.

— Ты недооцениваешь нашествие, — сказал Руфус.

— Нет, — сказала ему Фарра. — Не недооценивает.

— Дело в том, что еще приносит с собой нашествие, — сказал Джейсон, глядя на толпу вокруг них. — Они ведь еще не объявили о бонусной особенности нашествия, верно?

— Насколько я знаю, нет, — сказал Руфус. — Я сам едва могу в это поверить, некоторые вещи, которые рассказала нам Доун.

— Это определенно будет не похоже на те нашествия, которые мы помним с детства, — сказала Фарра. И она, и Руфус дожили до того, чтобы увидеть два предыдущих нашествия монстров, ни одно из которых не застало их в качестве авантюристов. Одно из них было, когда они были еще малышами.

Руфус нахмурился, глядя на толпу. Помимо разделения толпы по рангам, чиновники общества организовывали три очереди. Местные авантюристы из гильдий получали приоритет в быстро движущейся очереди, местные авантюристы — во второй, медленно движущейся. Приезжие авантюристы стояли в третьей очереди, изредка разбавляя ожидание шарканьем вперед.

— Мне не нравится, что вы вернулись во время нашествия монстров, — сказал Руфус. — Все, чего я хочу, — это уйти с вами обоими и проговорить неделю.

— Время всегда было таким, — сказала Фарра, — независимо от того, когда мы вернулись. Впрочем, не стоит обсуждать это на открытом месте. Мы расскажем тебе позже.

— Нам нужно закончить эту регистрацию, — сказал Джейсон. — Если только Геллеры не смогут помочь, это единственный способ, которым остальные найдут нас, поскольку Знание не скажет им.

— Я до сих пор не понимаю, что сказала Габриэль, когда мы спросили, — сказал Руфус. — Что-то насчет того, что Знание не является… чем-то. Не думаю, что она сама знала.

— Службой SMS. Она говорила о сетях связи из мира Джейсона, — сказала Фарра. — Я скучаю по своему телефону.

— Ты в основном только звонила мне, — сказал Джейсон.

— Там были мои игры. Кустарники против Скелетов, может, и были подделкой, но я настаиваю, что они были лучше оригинала.

— Сколько моих денег ты снова потратила на микротранзакции? — спросил Джейсон.

— Ты говоришь так, будто обращал внимание на деньги, — сказала ему Фарра. — Ты даже не обращал внимания на духовные монеты после того, что получил, убив Доун.

— После того, как он ЧТО? — выкрикнул Руфус.

— Не устраивай сцену, — сказал Джейсон. — Мы расскажем тебе об этом позже.

— Нам действительно нужно добраться до этого «позже», — сказал Руфус. — Ты сказал «сеть связи»? Ты говоришь о том магическом предмете, который, как ты упоминал, похож на камеру связи с водой, которую ты носишь в кармане?

— Это не магия, — сказала Фарра. — Мы действительно использовали немного магии на наших, но большинство людей этого не делает.

— Как это вообще возможно?

— Джейсон однажды сказал нам, что мы найдем его мир таким же удивительным, как он нашел наш, — сказала Фарра. — И он не ошибся. Вещи, которых они достигают без магии, невероятны.

— Сейчас они начинают внедрять в них и магию, — отметил Джейсон. — В моем мире меньше магии, но сочетание магии и технологий многое сделает, чтобы сократить этот разрыв.

— Это расширяет возможности обычных и низкоранговых людей гораздо больше, чем мы видим в нашем мире, — сказала Фарра. — Общества в мире Джейсона не были построены бессмертными с огромной личной силой. Им приходится накапливать силу через деньги и влияние, но даже самые могущественные редко доживают до столетия. Существует врожденная разница в том, как люди смотрят на вещи.

— Все там такие, как Джейсон? — спросил Руфус. Он начинал беспокоиться, что мир Джейсона каким-то образом заразил разум Фарры.

— Нет, он странный везде, — сказала Фарра. — Но это не плохо. Люди из общества Джейсона не были готовы к реалиям, с которыми мы сталкиваемся здесь, поэтому прибытие магии во многом было воспринято плохо.

Фарра утешительно положила руку на плечо Джейсона.

— Джейсону пришлось взять на себя ответственность и столкнуться с вызовами, с которыми люди нашего ранга не должны сталкиваться. Его семья поддерживала его, но они не были готовы принять шаги, которые ему пришлось предпринять, чтобы сохранить свой мир в безопасности. То, кем ему пришлось стать, чтобы сделать это, и жертвы на этом пути.

— Ты сделала немало для моего мира, — сказал ей Джейсон. — Ты столкнулась с волнами монстров. С армией мертвых в Макассаре. Без тебя они, возможно, никогда бы не поняли, как починить сеть и положить конец волнам монстров. Ты сделала больше, чем кто-либо, кто действительно был из этого мира.

— Джейсон, — сказала Фарра, — ты из этого мира.

— Нет, — тихо сказал он. — Больше нет.

* * * К тому времени, как Джейсон, Фарра и Руфус наконец попали в административное здание, было уже далеко за полночь. Там был целый ряд чиновников, направлявших авантюристов, которые забрали удостоверения личности Фарры и Джейсона, прежде чем Джейсона направили отдельно от остальных. Руфус и Фарра были зарегистрированной командой и частью известной гильдии, даже если они находились далеко от штаб-квартиры гильдии в Витессе. Они разделились, но трио будет поддерживать связь через интерфейс группы Джейсона.

Джейсона привели в небольшой кабинет. Его встретила чиновница Общества искателей приключений, которая указала ему на стул напротив своего стола, не отрываясь от бумаг, которые она читала. Ее аура серебряного ранга была отмечена ядрами монстров, что выдавало в ней чистокровного, пусть и высокопоставленного, бюрократа.

Джейсон терпеливо ждал, пока она продолжала читать стопку бумаг в своей руке, переходя с одной страницы на другую. Время от времени она переводила взгляд, чтобы бросить на Джейсона оценивающий взгляд. Кабинет был магически запечатан, и чувства Джейсона были заблокированы стенами. Он не пытался пробиться, чтобы проверить, сможет ли преодолеть блокировку, но подозревал, что нет, учитывая, что это также отрезало чат через интерфейс группы.

— Мистер Асано, — сказала чиновница, наконец посмотрев прямо на него. — В вашем деле довольно много несоответствий. Давайте начнем с того факта, что вы мертвы.

— Я предоставил сертификат личности от Церкви Смерти. У меня также есть личный герб, который вы можете сверить с записями Магического общества.

— Я знакома с документами, которые держу в руках, мистер Асано. Это будет упражнение, в котором вы будете рассказывать мне вещи, о которых я уже знаю?

Джейсон подавил свой инстинктивный ответ. Она явно проверяла его невозмутимость.

— Прошу прощения, — сказал он с улыбкой, которая не дошла до его глаз. — Это новый для меня процесс, и я никогда раньше не работал в таком городе. Я не знаком с размахом и масштабом операций здесь и был бы рад любому руководству, которое вы были бы так добры предложить.

— Вы пришелец из другого мира, — сказала она.

— Да.

— Вы тренировались в Гринстоуне и вступили в контакт с несколькими семьями, известными за пределами этого маленького провинциального городка. Геллеры, Реморы. Вы также присутствовали на мероприятии, на котором многие престижные молодые люди со всего мира соревновались за приз. Который вы выиграли, несмотря на значительный талант, соревнующийся с вами.

— У меня в команде был Геллер, и удачи было хоть отбавляй. Ваши записи очень тщательны.

— Вам имплантировали звездное семя и превратили в приспешника Строителя, прежде чем семя извлекли.

— Значит, не такие уж тщательные. То, что вы только что сказали, неточно. Мне имплантировали семя при необычных обстоятельствах, но оно не прижилось. Мне повезло.

— Вы звучите как очень удачливый человек, мистер Асано.

— Я сталкивался с некоторой удачей, — признал Джейсон.

— Вы встречали кого-нибудь из Римароса во время конкурса?

— Да, вообще-то. Все команды были разделены, и мы работали с теми, кого могли найти. Был такой парень. Специалист по защите, как его звали… Кин, вот точно. Он был из какого-то города здесь, в Море Штормов. Не уверен, был ли это Римарос или нет, но ваш город разбросан. Он охватывает большую территорию, так что, может быть. Мне стоит его поискать.

— Вы вместе со своей командой совершили второе вторжение в это астральное пространство, когда оно было распечатано во второй раз.

— Это верно, — сказал Джейсон. — Первый раз был для конкурса, а второй раз — только моя команда.

— Конкурс, проведенный Эмиром Бахадиром.

Джейсон не стал комментировать выбор глагола, просто приняв это к сведению.

— Верно.

— И как бы вы охарактеризовали свои отношения с мистером Бахадиром?

— Дружеские.

— Вы бы посчитали себя сообщниками?

— Я не могу говорить за то, что посчитал бы мистер Бахадир, — сказал Джейсон. — Что касается меня, я бы назвал мистера Бахадира благодетелем. Золотым рангам не нужны сообщники железного ранга.

— Я могу придумать много обстоятельств, в которых они бы им понадобились. Это было бы провалом воображения с вашей стороны, мистер Асано.

— Мне не кажется, что это тот разговор, где воображение сослужит мне хорошую службу, — солгал он.

Она пролистала бумаги в своей руке, просматривая содержимое.

— Во время этого второго случая, когда вы вошли в запечатанное астральное пространство, ваша команда столкнулась с культом Строителя.

— Да.

— Вы сражались с культом Строителя.

— Да.

— И из вашей команды вы были единственным, кто умер.

— Кто-то должен быть худшим, — сказал Джейсон.

— И ваша смерть была подтверждена. Ваша команда видела, как ваше тело растворилось в дыму, как у монстра.

Лицо Джейсона вытянулось.

— Они видели это? — спросил он тихо, голос слегка дрогнул. — Они видели меня… им пришлось смотреть?

— Да, — холодно сказала она. — Что, если я предположу, мистер Асано, что вы все еще были агентом Строителя в то время, и что вы повернулись против своей команды и были убиты ими. Что они только сказали другим, что вы пожертвовали собой, чтобы защитить их репутацию. Что вы скажете на это?

Джейсон почувствовал, как ярость поднимается внутри него, подобно дикому приливу, но не позволил ей проявиться в своей ауре, когда одарил ее еще одной безжизненной улыбкой.

— Я бы сказал, что голословные домыслы, порочащие репутацию группы людей, которые объективно героичны именно тем, что делает их героями, не подобают кому-то, представляющему такую организацию, как Общество искателей приключений. Более того, я бы сказал, что на личном уровне вы мелкий, желчный и завистливый человечек, который не заслуживает того места, на котором сидит. Если бы вы предположили это.

— Где вы были последние два с половиной года, мистер Асано?

— Дома. Виделся с семьей. Сами знаете, как это бывает.

— Не хотите ли уточнить?

— Нет.

— Понятно. Как вы вернулись с того света?

— Это своего рода моя фишка.

— Это не ответ.

— Я тоже это заметил.

— Чем более откровенны вы будете, мистер Асано, тем больше мы сможем вам помочь.

— Там, где я вырос, мы называем такую фразу тревожным звоночком.

— Ваш первоначальный контакт с одним из наших чиновников вызвал несколько вопросов. Вас отметили как подозрительного.

— Я подозрительный. Мы только что прошли по моему загадочному прошлому, так что вы знаете это лучше многих. Я человек-загадка.

— Прошлое, которое вы отказываетесь прояснить.

— У девушки должны быть свои секреты.

— Вы не выставляете себя в хорошем свете, мистер Асано.

— Это тоже своего рода моя фишка. Я начинаю понимать, что это то, что мне просто придется принять в себе.

— Вы обманули нашего контактного агента. Он указал вашу расу как «человек», а не «пришелец».

— Я тестировал манипуляцию аурой на Видале. Самоманипуляцию; я воздействовал на себя, а не делал что-то с ним, просто чтобы прояснить. Он был чрезвычайно профессионален. Наблюдателен, поэтому для меня все прошло не так гладко. Мой друг сказал мне, что я должен просто быть собой, что, вероятно, хороший урок для всех нас.

Она перелистнула на другую страницу документов в своей руке, просматривая ее.

— Да, мисс Хурин. Она тоже умерла, довольно давно, до вас. В другом астральном пространстве, в другой битве против культа Строителя. Как она вернулась с того света?

— Ну, я сам возвращался с того света, так что не взять ее с собой было бы грубо.

— Ваш фамильяр — тень Жнеца, верно? И не просто какая-то тень, а та самая, которая веками ранее управляла астральным пространством, в котором вы умерли.

— Да.

— Она ответственна за воскрешения вас и мисс Хурин?

— Вы меня раскусили, — сказал Джейсон. — Мой фамильяр бронзового ранга вернул с того света и меня, и мою подругу, которая была убита целый год назад.

— Если не это, то как?

— Я же сказал. Возвращение с того света — это своего рода моя фишка.

— У вас, кажется, много всяких «фишек», мистер Асано.

— Я мастер на все руки.

— Как я погляжу, — сказала она, снова глядя в бумаги в своих руках. — Скрытность, полезность, мобильность, самолечение, очищение, атаки истощения. Это много вещей, которые не являются ослаблениями для так называемого специалиста по ослаблениям. Похоже, вы тот еще дилетант.

— Очищение связано с ослаблениями. По крайней мере, смежно с ними. К тому же, мне нравится думать о себе как об универсале.

— Никого не волнует, что вы думаете, мистер Асано. Я направляю вас в нашу группу реагирования на Строителя для оценки в качестве потенциальной угрозы. Если вас допустят, вам будет назначена квота на действия. Вам нужно будет регулярно отчитываться в зале заданий, где вам будут назначать контракты, чтобы выполнить эту квоту. Это понятно?

— Да.

— Учитывая широту ваших способностей, вы будете обузой для большинства задач из-за вашей неспособности сосредоточить свои разрозненные силы. У вас есть способности к мобильности, навигации и хранению, поэтому я записываю вас на одиночные миссии по доставке припасов в изолированные, некритичные районы.

— Я слышал, что здесь стандартом являются командные операции.

— Вы не отсюда, мистер Асано. У вас есть проблемы с задачами, на которые я вас назначаю?

— Вовсе нет, — сказал Джейсон. — Похоже, этим людям не помешала бы помощь, и, возможно, они не получают внимания, в котором нуждаются, учитывая, насколько все заняты. Я рад помочь.

Чиновница молча смотрела на него некоторое время.

— Достойное отношение, — сказала она наконец. — Если оно искреннее. За пределами этого кабинета вы найдете небольшую группу безопасности, которая сопроводит вас к нашей группе реагирования на Строителя для немедленной оценки. Если они не допустят вас, то контракты, которые вы, возможно, хотите или не хотите, больше не будут проблемой. Хорошего дня, мистер Асано.

НЕ ГОВОРИТЕ, ЧТО ВАС НЕ ПРЕДУПРЕЖДАЛИ

НЕ ГОВОРИТЕ, ЧТО ВАС НЕ ПРЕДУПРЕЖДАЛИ

Джейсон вышел из кабинета оценки и обнаружил, что его ждут суровые на вид мужчина и женщина. У каждого из них была жестко контролируемая аура серебряного ранга.

— Итак, — сказал он. — Вы двое — обычная охрана или часть этого подразделения по борьбе со Строителем?

— Мы входим в группу реагирования на культ Строителя. Пройдемте с нами, пожалуйста.

— С удовольствием, — ответил Джейсон. — Ведите меня к своему лидеру.

Пара сопровождала Джейсона через огромный административный комплекс, спускаясь по нескольким подвальным уровням, которые становились все более мрачными. По мере продвижения Джейсон почувствовал под ними обширную «мертвую зону», где его чувства замерли. Это было даже более герметичное пространство, чем кабинет оценщика с блокирующими ауру стенами.

Его привели на тот же уровень, где начиналась мертвая зона, упиравшаяся в стену с большой металлической дверью. Она была толстой и тяжелой, от пола до потолка, покрытая сложными ритуальными знаками. Возможно, Фарра смогла бы разобраться в них, но для Джейсона они были слишком сложны. Глядя на дверь, он ощутил нечто вроде магического банковского хранилища.

Снаружи у двери стояли двое охранников. Один — слева, другой — внутри защищенной будки справа. Оба сопровождающих Джейсона приложили руки к стеклу будки, где от прикосновения загорелся ранее невидимый ритуальный круг, излучая зеленое свечение.

Увидев свечение, охранник в будке кивнул сопровождающим Джейсона. Охранник у двери что-то сказал в переговорное устройство и вставил кристалл в паз в стене рядом с дверью. Охранник в будке проделал то же самое с другой стороны, и громоздкая металлическая дверь медленно ушла в пол. Сопровождающие впустили Джейсона в широкий и высокий коридор из простого кирпича за ней.

— Не самая жизнерадостная рабочая обстановка, — заметил Джейсон. — Вам стоит завести комнатные растения. Очевидно, такие, которым не нужно много солнца.

— Внесение посторонних предметов — потенциальный источник угрозы, — ответила женщина-сопровождающая.

— Звучит как невероятно веселое место работы.

Войдя в коридор, Джейсон попал в «мертвую зону». Его чувства распространились по помещению, но теперь все, что находилось снаружи, было отрезано. Его восприятие все еще было вежливо приглушено, но подземный комплекс был не особенно большим, так что он мог чувствовать все в пределах этой ограниченной области. Там было двое золотых рангов и четырнадцать серебряных, включая его сопровождающих.

Наиболее примечательными были девять человек со звездными семенами Строителя внутри, ауры которых были сильно подавлены. Они находились в плохом состоянии и были изолированы друг от друга, что наводило на мысль, что они, вероятно, заключенные. Джейсон надеялся, что так оно и есть, а не то, что Строитель внедрил своих людей в оперативную группу по борьбе с ним.

Были там и люди в столь же плачевном состоянии — Преобразованные. Вместо звездного семени в них было имплантировано заводное ядро, превращавшее их в причудливые амальгамы из металла и плоти. Это были не те поврежденные и переделанные заводные ядра, что были у супергероев Земли.

Полностью неповрежденные ядра превращали людей в нечто среднее между жертвой и миньоном Строителя. Джейсон уже видел результаты, когда он и его команда сражались со Строителем в прошлом, а культ обратил их союзников среди духовенства Чистоты. Это заменяло способности сущности на менее мощные физические трансформации, но повышало их ранг, меняя долгосрочный рост на немедленную силу и послушание.

Сопровождающие провели Джейсона по нескольким коридорам из темно-серого кирпича и через несколько стальных дверей, прежде чем остановиться в большой комнате. Она выглядела как тюремная камера, оборудованная под кабинет, с тяжелым деревянным столом и мужчиной, прикованным к стене.

Со стороны посетителей у стола не было стульев. Вместо них был лишь большой ритуальный круг, навсегда вмонтированный в пол из латуни и разноцветных кристаллов. Джейсон узнал ритуал, поняв, что это, по крайней мере, один из способов, с помощью которых они проверяли людей на связь со Строителем.

Прикованный к стене, пленник имел металлические стержни, вонзенные в торс, руки и ноги; стержни были покрыты светящимися рунами, от которых поднималось небольшое количество тумана. У Джейсона сложилось впечатление, что из человека что-то вытягивают, и он чувствовал, как стержни подавляют звездное семя внутри него.

Другой обитатель комнаты поднял взгляд от стола, когда Джейсон и его сопровождающие вошли. Это был золотой ранг, выглядевший не старше двадцати с небольшим, но лишь самый невнимательный человек принял бы его за ровесника Джейсона. От золотых рангов исходила такая атмосфера, которую улавливали даже обычные ранги без истинного чувства ауры, пусть даже они и принимали ее за харизму.

— Спасибо. Оставайтесь у двери, пожалуйста, — сказал он сопровождающим отрывистым, военным голосом. Они уважительно кивнули и закрыли толстую металлическую дверь, прежде чем занять позиции по обе стороны от нее. Золотой ранг вернулся к бумажной работе на столе, записывая что-то в книгу. Он даже не взглянул на Джейсона.

Джейсон пожал плечами и направился к прикованному к стене мужчине, обходя ритуальный круг на полу. Пленник висел обмякнув, глаза открыты, но ничего не видели. Он был не мертв, а в каком-то кататоническом состоянии.

— У вас тут немного аляповатый декор, — сказал Джейсон. — Я говорил вашим сотрудникам про комнатные растения, но, очевидно, это не та атмосфера, к которой вы стремитесь.

— Вас шокирует состояние этого культиста? — спросил мужчина, не поднимая глаз.

— Бывало и хуже, — рассеянно ответил Джейсон, вглядываясь в стержни, торчащие из плоти пленника. — Но вы это знаете.

— Вы хотите сказать, видели хуже.

— Разве? — спросил Джейсон, не отрывая взгляда от пленника. Он постучал пальцем по одному из стержней. — Способность подавлять звездные семена, чтобы они не детонировали сами по себе, — над этим они все еще работали, когда я в последний раз был в этом мире. Прогресс налицо.

— Вы видели, как они детонируют раньше.

— Видел. Но вы и это знаете.

Мужчина наконец поднял взгляд, хотя Джейсон не повернулся к нему, продолжая изучать кататонического пленника.

— Тогда почему бы вам не рассказать мне что-то, чего я не знаю, мистер Асано?

— Потому что я не собираюсь удовлетворять ваше любопытство, пока вы даже не назвали мне свое имя.

— Большинство людей проявляют к золотым рангам больше уважения.

— Когда все, что я получил, — это подозрения и грубость? Я здесь, чтобы вы могли определить, являюсь ли я марионеткой Строителя. Пока что это не доказано.

— Если бы это было доказано, мистер Асано, думаю, вы бы увидели, что обращение со мной вышло бы за рамки грубости. Встаньте перед столом.

Джейсон обернулся.

— Вы имеете в виду добровольно войти в ваш ритуальный круг, тем самым позволив подвергнуть себя его воздействию?

— Да.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Я не сказал «пожалуйста», потому что не просил, мистер Асано.

— Я просто говорю, что если вы хотите поместить меня в ритуал проекции души, возможно, вам стоит использовать вариант поменьше.

— Вы знакомы с ритуалами проекции души.

— Это не первый раз, когда меня подозревают в работе на команду Строителя. Мне уже надоело рассказывать вам то, что вы и так знаете. Но ладно. Только не говорите, что вас не предупреждали.

Джейсон шагнул в центр комнаты.

Золотой ранг поднял руку и пропел несколько слогов, не принадлежащих ни одному языку, — просто звуки, помогающие настроиться и сфокусировать магию. Ритуал активировался, и Джейсон почувствовал, как его аура высвободилась — не просто на полную мощность, а подпитанная и усиленная ритуалом. Глаза золотого ранга расширились, когда воздух стал густым, как сироп, а светящийся камень в потолке потускнел. Мрачная тьма заполнила комнату, и в ней появились фигуры.

Фигуры представляли собой парящие темные плащи, усеянные звездами. Внутри плащей виднелись порталы в места, залитые солнцем и голубым небом. Вокруг плащей были другие сущности, чернее ночи. Они метались вокруг, быстрые и зловещие.

Двое охранников у двери вжались в углы комнаты, их лица были искажены страхом. Прикованный к стене мужчина очнулся от оцепенения, его глаза прояснились, он начал биться в цепях и снова и снова выкрикивать одно слово.

— ОТВЕРГАЮЩИЙ! ОТВЕРГАЮЩИЙ! ОТВЕРГАЮЩИЙ!

Золотой ранг отменил ритуал, и Джейсон втянул ауру обратно, небрежно поправляя свою рубашку с цветочным принтом. Пленник продолжал кричать, пока золотой ранг не подошел, схватил его за лицо и не ударил головой о стену, вырубив его. Затем золотой ранг подошел к ближайшему охраннику, сжавшемуся в углу. Он рывком поднял ее на ноги, а затем проделал то же самое с другим.

Дверь распахнулась, явив женщину золотого ранга.

— Кил, — сказала вошедшая. — Что ты здесь делаешь? Что бы это ни было за иллюзия, она привела заключенных в бешенство. У тех, что с ядрами, начались припадки, а те, что с семенами, проснулись и не перестают кричать.

Изначальный золотой ранг, Кил, повернулся к Джейсону, у которого в одной руке была тарелка, а в другой — вилка.

— Что? — спросил Джейсон. — Я просто вспомнил, что у меня остался штрудель.

* * * Джейсона отвели в небольшую охраняемую комнату с металлическими скамьями, вмонтированными в каменные стены. Внутри уже сидела Фарра.

— Конечно, Фарра, — сказала она Джейсону. — Я буду вести себя тихо и не стану поднимать шум. Мило и тихо, это буду я.

— Я просил парня использовать менее мощный ритуал проекции, — сказал Джейсон. — Ты находишь этих людей хорошими слушателями?

— Та женщина, которую я видела, была мила, — ответила она. — Это штрудель?

— Я только что вспомнил, что у меня немного осталось. Поделимся?

— Обязательно.

Джейсон сел рядом с ней и достал еще одну вилку. Она схватила ее, и он держал тарелку между ними, чтобы она могла угоститься.

— Они тоже думали, что ты можешь быть марионеткой Строителя? — спросил Джейсон, пока она блаженно мычала, жуя кусочек фруктового пирога. Она кивнула.

— Как думаешь, сколько это займет времени? — задался он вопросом. — Вероятно, они просто оставят нас здесь посидеть на какое-то время и будут наблюдать.

Фарра бросила на Джейсона любопытный взгляд, и он указал на кирпич в стене, который выглядел как любой другой.

* * * Два золотых ранга, Кил и Лиара, наблюдали за Джейсоном и Фаррой через камень видения, когда Джейсон указал на него.

— Этот человек — сплошная проблема, — сказал Кил.

— Да, но я не думаю, что он слуга Строителя. Скорее наоборот. Ты почувствовала эту ауру, так же как и я. Сама ее природа отвергала звездные семена и заводные ядра. Ты была права насчет Асано. Что бы он ни пережил, это что-то с ним сделало. То, что мы можем использовать.

— Возможно. Он все еще только серебряного ранга и не сможет помочь против более крупных угроз.

— Я возьму то, что работает против средних угроз, — сказала Лиара. — А что это было за аура? Он еще один четырехкратный?

— Нет, — ответил Кил. — Его аура просто настолько сильна.

— Как? Эта сила была практически золотого ранга. Я почти уверена, что в его ауре было то, что я не могла правильно почувствовать, даже с ритуалом проекции и при том, что он на ранг ниже меня. Там было прикосновение божественного, верно?

— Его контакт с богами был в его досье. Это не то, чего мы не знали. А что насчет женщины?

— Ее аура теперь иномировая, а не человеческая, но чистая. Однако у нее нет личного герба, так что нам нужно будет провести дополнительную проверку личности. Мы кое-что получили на ритуале проверки силы. Мы нашли следы благословения Строителя, но они были не такими, как те, что мы видели у культистов. Это было сделано на заказ. Но вот в чем дело: каждый ее расовый дар развился через благословение.

— Строитель не должен быть способен даровать более одного благословения.

— Он и не даровал. Каждое из них было от разной великой астральной сущности. Они относительно обычны от Жнеца и Небесной Книги, но Мировой Феникс — не очень. Что касается Легиона и Всепожирающего Ока? Насколько я слышала, они не раздают благословения.

— Проверь это в Магическом обществе.

— О, я собираюсь это сделать. Но что бы ни происходило с ней, я не думаю, что она в лагере Строителя. Другие сущности не благословили бы ее так, если бы она была там.

— Строитель благословляет только своих людей.

— Кил, думаю, мы можем с уверенностью сказать, что мисс Хурин выходит за рамки обычных обстоятельств. И она не лгала. А Асано?

— Не знаю. Не мог прочитать его ауру, пока она не была спроецирована, а когда была — я не стал его допрашивать.

— Ты проводил проверку силы Асано перед проекцией души?

— Нет. Мы знаем, что у него есть благословение Жнеца, но после того, что его аура сделала с заключенными, я не буду утруждаться. Я убежден, что он чист. Как ты и сказала, полная противоположность лагерю Строителя.

— А значит, она, вероятно, тоже, — сказала Лиара. — Мы должны задержать ее, пока не подтвердим ее личность, по крайней мере. У меня скоро будут еще записи из Магического общества, так что это не должно занять много времени. Документы из Церкви Смерти помогут.

— Остается вопрос, что делать с Асано.

— Я предлагаю придерживаться твоих первоначальных намерений и использовать его. Их обоих.

— Он не станет надежным активом, и мы пока не знаем, что задумал Строитель.

— Позволь мне заняться Асано, — сказала Лиара. — Якобы мы пока оставим его в покое. Элоиза назначила его на одиночные курьерские миссии, как и было указано. После того, что мы только что видели, думаю, мы можем подвесить его на крючок и посмотреть, кто клюнет.

— Какова была оценка Элоизы? — спросил Кил.

— Он хорошо справился с провокацией, но понимал, что она делает. Он проявил гнев, когда она надавила, но она думает, что это было представление. С его аурой она не могла прочитать его должным образом. Он достаточно умен, но у него проблемы с контролем импульсов и трудности с тем, чтобы держать рот на замке. У него есть кое-какие связи, но, насколько мы можем судить, ничего местного.

— Насколько вы можете судить? — спросил Кил.

— Имя, Джейсон Асано. Мне кажется, я уже слышала его раньше, но не могу вспомнить, когда.

— У тебя память золотого ранга, — сказал Кил. — Если ты не можешь вспомнить, значит, либо ты это выдумала, либо это было второстепенным.

— Не знаю, — сказала Лиара. — Это меня беспокоит.

— Просмотри его досье, если хочешь, — сказал Кил. — Я передаю его тебе полностью. У меня такое чувство, что в итоге я его убью.

ВКЛАД

ВКЛАД

Поздно ночью пространство перед центральным административным комплексом Общества искателей приключений все еще было заполнено людьми. К восторгу Джейсона, предприимчивые местные торговцы прикатили на территорию Общества тележки, которые магическим образом расширялись, превращаясь в продуктовые лавки, создавая импровизированный рынок еды. Поскольку он и Руфус все еще ждали, когда выйдет Фарра, они бродили вокруг, пробуя местные деликатесы.

Улицы были освещены не просто обычными фонарями, но и разноцветными светящимися камнями, которые раскрашивали преимущественно белые каменные здания и тропические растения. Территория Общества искателей приключений изобиловала широкими бульварами и открытыми пространствами, что в сочетании с людьми и торговцами создавало атмосферу праздника.

— Хорошо, что люди радуются, — сказал Руфус. — Если предупреждения Доун верны, нас всех ждут темные дни.

— Нет, — отрезал Джейсон. — С меня хватит темных дней, большое спасибо. Если Строитель и его жуткие стимпанк-киборги хотят испортить людям жизнь, им придется иметь дело со мной. Я назначаю себя защитником веселья, дружеских барбекю и приятного дневного сна. Кстати, ты должен помочь.

— Постараюсь, — усмехнулся Руфус.

— Сказали, что Фарра должна выйти в течение часа или двух, — произнес Джейсон. — Правда, они ждут дополнительную информацию от Магического общества, а я полагаю, что задержки более чем вероятны, учитывая, сколько людей осаждает административный персонал.

— Боюсь, ты прав, — сказал Руфус.

— Почему так много народу? — спросил Джейсон. — Объявление о Приливе монстров было сделано всего несколько часов назад. Неужели даже местным дают всего день на регистрацию?

— Нет, у них больше времени, — ответил Руфус. — Но они все равно хотят зарегистрироваться как можно быстрее.

— Они хотят первыми разобрать контракты, пока все остальные еще регистрируются?

— Отчасти поэтому, — сказал Руфус. — Настоящий приз — это таблица лидеров по вкладу. Тебе объяснили, что это такое?

— Это что-то вроде квот на действия? — спросил Джейсон. — Про них мне объяснили.

— Квоты на действия — это минимальные требования, которые каждый искатель приключений должен выполнить во время Прилива монстров, — пояснил Руфус. — Таблица вклада — это система поощрений, чтобы мы не останавливались на достижении квот. Все контракты, которые ты берешь сверх своей квоты, получают значение в очках вклада. Очки вклада суммируются в еженедельных и общих таблицах лидеров, награды выдаются в конце каждой недели, а затем крупные награды — в конце Прилива. И ради этих наград стоит постараться.

— Значит, дело не только в долге.

— Было бы здорово, если бы каждый искатель приключений выполнял свою часть работы просто потому, что именно в этом и заключается суть искателя приключений. Но не все — твои друзья, Хамфри. Небольшое поощрение очень помогает, а предлагаемые стимулы — совсем не маленькие. Все крупные общества, ассоциации и правительства выдают солидные награды во время Прилива монстров. Конечно, они получают и свою выгоду. У всех них есть интересы, требующие защиты, и в обмен на их щедрость Общество искателей приключений назначает высокие значения очков вклада за контракты, обеспечивающие эту защиту.

— Разве крупные гильдии не монополизируют верхушки этих таблиц лидеров?

— Монополизируют, — согласился Руфус, — но это нормально. Гильдии ищут более эзотерические награды, чем деньги или магические предметы. Им нужен доступ к гражданским услугам. Организационные преимущества от Общества искателей приключений, Магического общества, Ассоциации Алхимии и тому подобного. Материальные награды мало что значат для топовых гильдий, потому что они уже могут получить все, что можно купить за деньги.

— Понял, — сказал Джейсон. — Все материальные награды — это призы низшего звена.

— Именно, — сказал Руфус. — Они достаются тем, до кого могут дотянуться небольшие гильдии и независимые искатели приключений. К тому же гильдии зарабатывают свои награды. Им нужно не только набрать наибольшее количество очков вклада, но и выполнить самые высокие квоты, прежде чем они вообще попадут в эти таблицы.

Джейсон и Руфус ели жареные сардельки на палочках.

— В таком городе, как этот, — продолжал Руфус, жестикулируя едой, — примерно трое из десяти искателей приключений состоят в гильдии. Один из десяти — в так называемой элитной гильдии. И это даже не считая всех приезжих искателей приключений, из-за которых их доля в общем пироге становится еще меньше. Тем не менее, гильдиям дают шестьдесят процентов квот. Гильдейские искатели приключений пользуются большими привилегиями, чем их независимые коллеги, но Прилив монстров — это время, когда каждый искатель приключений платит по счетам. Без исключений. В ближайшие недели гильдии будут выжимать из себя все соки.

Джейсон разглядывал свою надкушенную жареную сардельку на палочке.

— Это мясо просто отличное, — сказал он. — Похоже на сардельку, только на вкус не как будто животное погибло зря.

— Это не мясо, — сказал Руфус. — Оно сделано из овощей.

— Это сделано из овощей? — переспросил Джейсон, указывая на еду. — Вот это?

— Да, — подтвердил Руфус. — Это овощная колбаска.

— Здесь есть овощи, которые на вкус как это? — спросил Джейсон, качая головой. — Я люблю рататуй не меньше других, но мой мир меня обделил. Веганы были бы в восторге от этого места.

— А кто такие веганы?

* * * — Им нужно выпустить Фарру, — сказал Руфус, чувствуя тяжесть в животе. — К этому моменту я почти уверен, что съел еды на вес собственного тела.

— Да здравствует превращение органического материала в автономно изменяемую биомассу, — сказал Джейсон. — Те пельмени были сладкие или соленые?

— И те, и другие, — ответил Руфус.

— В смысле, у них есть и сладкие, и соленые пельмени, или каждый пельмень каким-то образом и сладкий, и соленый одновременно? Впрочем, не порти сюрприз.

Даже ранним утром территория вокруг главной администрации была полна людей. Пока Джейсон стоял в очереди за пельменями, Фарру выпустили из герметичного подземного комплекса команды реагирования на Строителя, и она связалась с ними по голосовому чату. Она, как и Джейсон, последние два года была вынуждена питаться монетами духа и набросилась на еду в лавках с тем же энтузиазмом, что и он.

— Ты никогда не возражала против жизни на монеты духа, — сказал Руфус.

— Ты никогда не делал эпиляцию головы, — парировала Фарра, с удовольствием откусывая кусок сэндвича на гриле.

— Я не делаю эпиляцию...

Руфус обреченно покачал головой.

— Что мы делаем теперь? — спросил он, твердо меняя тему. — Этот город может быть оживленным в любое время суток, но это не лучшее время, чтобы искать место для ночлега.

— Выходим в море, — сказал Джейсон. — Мы можем переночевать в лодке, пока будем плыть к Арноту, а утром найдем жилье. Потом просто портанемся обратно в Ливарос, чтобы брать контракты.

— Или по магазинам, — добавила Фарра. — Удивлена, что ты еще не убежал за кристальной мойкой, Джейсон.

— У меня есть самоконтроль, знаешь ли.

Руфус и Фарра переглянулись.

— Что? — спросил их Джейсон.

— Джейсон, — сказал Руфус. — Что ты натворил?

— Я ничего не делал.

Они оба посмотрели на Джейсона немигающим взглядом.

— Я ничего не делал, — повторил он. — Я просто рад, что люди в этом городе так открыты к магии.

— Что это значит? — спросила Фарра.

* * * После того как Тень превратилась в теневую лодку, которая вынесла их в море, Джейсон использовал колбу с облаком, чтобы создать яхту. Тень встала за штурвал и направила их к острову Арнот. Джейсон и Фарра наслаждались роскошью облачного судна, многие элементы которого были в новинку для Руфуса.

— Не уверен, что понимаю эту музыку, — сказал Руфус. — Почему люди кричат этому бледному парню, чтобы он играл музыку?

— Чтобы изменить их рок-н-ролльное сознание, — объяснила Фарра. — Это песня, которая сама себя объясняет.

— Насколько тщательной была проверка личности в Обществе искателей приключений? — спросил Руфус, прищурившись.

Хотя Руфус был знаком со многими удобствами конструктов из колбы с облаком Эмира, и хотя у Джейсона не было многих из них, его судно могло похвастаться тем, чего не было у Эмира. Это стало результатом того, что Джейсон подпитывал колбу с облаком элементами, доступными только в его мире, включая изрядное количество технологической квинтэссенции.

Результатом стало разнообразие эффектов, которые можно было воспроизвести с помощью магии, но которые стали удобнее благодаря технологическому аспекту. Например, к обширной коллекции медиафайлов в записывающих кристаллах Джейсона и Фарры можно было получить доступ через экранные меню. Пока Фарра и Руфус общались, а Фарра делилась своими новыми музыкальными вкусами, Джейсон находился на верхней палубе, раскладывая магическую диаграмму.

Одним из приятных открытий Джейсона за короткое время пребывания в Ливаросе стало то, что такой космополитичный магический город открыт для любых необычных ситуаций. Это включало в себя то, что теневые фамильяры считались вполне приемлемыми клиентами, если у них была способность общаться и достаточно монет. За то время, что Джейсон имел дело с Обществом искателей приключений, Тень бродила по ночным рынкам города. Наряду с другими важными припасами он приобрел материалы, необходимые для повторного призыва фамильяра Джейсона, Гордона.

В Римаросе поиск материалов для призыва любого фамильяра серебряного ранга был вопросом денег, а не времени. Джейсон проложил себе путь через прото-астральные пространства, Приливы монстров и зоны трансформации, причем самые многочисленные и высокоранговые из них появились после того, как он перестал финансировать Сеть. В результате казна Джейсона, по меркам серебряного ранга, была переполнена до уровня Скруджа Макдака.

Приливы монстров представляли собой специфический экономический цикл. Хотя Приливы были затратными для общин, последующее восстановление всегда служило стимулом. Правительства финансировали восстановление, деньги в основном поступали от специальных услуг, предлагаемых искателям приключений и Обществу искателей приключений. С увеличением возможностей для мародерства, которые приносили Приливы, спрос на такие услуги был огромен.

Джейсон годами проходил через то, что можно было назвать концентрированными частными Приливами монстров. Помимо семейного богатства, только золотой ранг, работавший в течение десятилетия, мог сравниться с нынешним процветанием Джейсона.

Колин в форме кровавого клона, выглядящего как Джейсон, стоял рядом с одним из тел Тени, наблюдая, как Джейсон готовится воссоединить их маленькую семью. Джейсон тщательно завершил ритуальный круг и пропел заклинание.

«Когда миры гибнут, ты — арбитр. Когда боги падают, ты — инструмент. Вестник аннигиляции, явись и стань моим предвестником. Я несу погибель.»

Под ночным небом в открытом море звезды светили ярко. Город-остров Ливарос был прекрасен ночью со своим изобилием огней, но без светового загрязнения небо представляло собой море мерцающих огней, которыми правили две луны.

Когда Джейсон завершил ритуал, свет луны и звезд потускнел, а тьма окутала лодку. В конце концов свет был полностью поглощен, но тьма не была помехой для зрения Джейсона. Над ритуальным кругом появились две точки света, одна оранжевая, другая синяя. Появилось больше огней, сначала медленно, но затем ускоряясь, пока отдельные точки не превратились в каскад синего и оранжевого сияния. Оно закружилось, приняв форму туманности, похожей на глаза, которые были у Джейсона. Наконец свет слился в последнего фамильяра Джейсона — темный плащ, наброшенный на туманность, вокруг которого вращались глаза-туманности поменьше. Джейсон расплылся в широкой улыбке.

— Добро пожаловать домой, приятель.

* * * В ранних лучах утра облачная яхта приблизилась к острову Арнот. Джейсон был на палубе, готовя завтрак из ингредиентов, которые Тень приобрела на ночных рынках Ливароса.

— Сразу предупреждаю, — сказал он отдыхающим Руфусу и Фарре. — Я не знаю, что это за штуки, так что какое-то время все будет методом проб и ошибок.

Море Штормов было спокойным, без признаков штормов — магических или иных. После завтрака, когда облачная яхта вошла в небольшой порт, Джейсон лениво потянулся, наконец-то чувствуя себя самим собой. Едя настоящую еду, свежий после душа с кристальной мойкой и с верными спутниками рядом, он чувствовал себя дома в этом незнакомом море так, как никогда не чувствовал себя на Земле.

* * * Майлз Котизи поднял взгляд, когда Хамфри и его команда, а также примкнувшие к ним Гэри и Джори, заполнили его кабинет.

— Вы хоть представляете, о чем вы меня просите? — сказал он без предисловий. — Вы знаете, насколько я сейчас занят?

Они вернулись в Витесс на борту дирижабля Строителя, который случайно подобрали по пути, и Магическое общество было в восторге, забрав его у них. Команда немедленно разобрала контракты, от которых другие отказались из-за сложности, и портанулась, чтобы закрыть полдюжины из них за два дня.

Их поведение ясно давало понять, что они с самого начала чего-то хотели, и они искали Майлза, чтобы добиться этого. Разрешение на поездку в еще не раскрытое место во время Прилива монстров было непростой просьбой.

— Просить обновить статус мертвого члена команды — это странно, — сказал Майлз без предисловий. — А еще один запрос от вашей команды, мистер Ксандье, потребовал административных проволочек, учитывая ваш неактивный статус в Обществе искателей приключений. К счастью, ваша быстрая регистрация на Прилив монстров принесла вам некоторую благосклонность в глазах общества.

— У вас есть новости? — спросил Хамфри.

— Знаешь, Хамфри, я думал, ты пошел в отца; ты казался таким разумным молодым человеком. Оказывается, ты все-таки сын своей матери.

— Он спросил, есть ли у вас новости, — сказала Софи, положив обе руки на стол, стоящий между ними.

— Успокойся, Софи, — сказал ей Майлз. — Похоже, вы правы. Ваши погибшие члены команды восстали из мертвых и живы-здоровы в Римаросе, в Море Штормов.

Группа обменялась взглядами, полными облегчения и радости.

— Однако вместе с информацией я сделал еще одно открытие. Мистер Ксандье, ваш другой член команды зарегистрировал свое участие в Приливе монстров в Римаросе, вместе с двумя другими.

— Руфус уже там? — спросил Гэри. — Как?

— Теперь вы знаете столько же, сколько и я, — сказал Майлз.

— Римарос на другой стороне планеты, — сказал Клайв.

— Да, — подтвердил Майлз. — Что делает получение разрешения на поездку довольно сложной задачей в данный момент.

— Вы можете что-нибудь сделать? — спросил Хамфри.

— Конечно, могу, — сказал Майлз. — Это же я. Клайв, операция, которая была отложена, когда вас отправили прочь, не только возобновлена, но и получила приоритет. Вы провернете это с тем успехом, который описали в своем первоначальном предложении, и я смогу получить для вас разрешение. Правда, вам придется лететь на дирижабле. Я не могу выделить для этого пользователя портала золотого ранга. Даже вашу мать, Хамфри.

Хамфри кивнул.

— Я даже не видел ее с тех пор, как мы вернулись, — сказал он. — Они держат ее занятой.

— Значит, нам просто нужно делать то, чем Клайв занимался до того, как мы все встретились? — спросил Нил.

— Да, — сказал Майлз. — Остатки Церкви Чистоты годами вели себя тихо, но мы ожидаем от них крупного хода во время Прилива монстров. Общество ищет способы ударить по ним до того, как они ударят по нам, и ваш план, Клайв, — одно из многих предложений, которые приводятся в исполнение. Однако новый приоритет сопровождается новым условием.

— В смысле? — спросил Клайв.

— Общество хочет, чтобы во главе стоял серебряный ранг с тремя звездами, а никто из вас не выше второго. Кто-то другой будет руководить вашей командой на протяжении всей операции.

ЖИЗНЬ МАЛЕНЬКОГО ГОРОДКА

ЖИЗНЬ МАЛЕНЬКОГО ГОРОДКА

Яхта Джейсона подошла к узкому проходу в рифе, ведущему в лагуну острова Арнот. Обычно недоступная для крупных судов, облачная яхта без труда скользила над препятствиями, на которых сели бы на мель корабли с любой, даже самой малой осадкой.

Джейсон, Руфус и Фарра стояли на носу яхты, входящей в лагуну, и любовались открывающимся видом: идеальный, словно с открытки, круг белого песка и бирюзовой воды. Слева от них девственно чистые пески огибали половину лагуны. Там они упирались в подножие скал, обрамлявших вторую половину лагуны.

За пляжем раскинулся городок, взбирающийся по пологим холмам; разноцветные дома утопали в пальмах и пышной зелени, взрывающейся тропическими цветами. Скалы не были отвесными. Напротив, они поросли растениями и деревьями, а извилистые тропинки предлагали путь от пляжа к домам, построенным на вершине утеса. Водопад переливался через край, низвергаясь по камням и впадая в воды лагуны.

— Я же говорил, верно? — сказал Джейсон. — С лагуной не прогадаешь.

— Очень мило, — признал Руфус. — Немного тихо.

— Мы заслужили немного тишины, — сказала Фарра.

— Да, это точно, — согласился Джейсон.

На пляже играли дети, а родители присматривали за ними. Они остановились, чтобы посмотреть на лодку — куда больше, чем большинство судов, заходивших в их лагуну. Дети понимали: такая большая лодка означает магию, а магия — это приключения. Не все искали тишины.

Пирс был всего один, и он оказался слишком мал, чтобы яхта могла пришвартоваться. Те немногие места, что были, уже заняли несколько лодок с малой осадкой и пара магических глиссеров. Джейсон опустил колбу с облачной яхтой, чтобы вернуть судно обратно, и открыл портал на пирс, позволяя Фарре, Руфусу и себе шагнуть сквозь него.

Джейсон взглянул на пляж, улыбаясь, как родители удерживают детей, чтобы те не бросились докучать неизвестным авантюристам. По пирсу неспешно прогуливался лаконичный мужчина средних лет, откусывая от фрукта, который держал в руке. Как и у большинства местных целестинов, кожа у него была карамельного оттенка. Его редкие волосы цвета железа гармонировали с глазами и аурой железного ранга. На нем были только шорты и соломенная шляпа.

Он остановился перед троицей, переводя взгляд с них на яхту, растворяющуюся позади. Она втягивалась обратно в колбу, словно джинн, возвращающийся в лампу.

— Значит, авантюристы? — протянул он.

— Мы самые, — ответил Джейсон. — Ищем тихое, приятное местечко, чтобы переждать всплеск.

— Если вам нужно тихое и приятное место, вы пришли по адресу, — сказал он. — Только убедитесь, что именно это вам и нужно, а?

— На работе мы получим больше приключений, чем хотелось бы, — сказал Джейсон. — Нам нужно место, где можно оставить всё это позади. Я Джейсон, это Фарра и Руфус.

Мужчина переложил фрукт в левую руку, чтобы пожать Джейсону руку.

— Эммет Дилливан, но люди зовут меня просто Арджи.

— Арджи?

— Как фрукт, — сказал Арджи, помахивая перед собой надкушенным плодом. Он был похож на большой мандарин. — Моя семья выращивает их здесь дольше, чем кто-либо помнит. Продаем на рынках по всему острову. В том числе здесь, в Палисаросе, если интересно.

— Поверьте, ему интересно, — сказала Фарра. — Палисарос — это название вашего города?

— Вы не знали, прежде чем прийти сюда? — спросил Арджи.

— Этот был просто одержим поиском лагуны, — сказал Руфус, кивнув на Джейсона.

— И это того стоило, — сказал Джейсон. — У вас тут настоящий рай, Арджи.

Арджи усмехнулся.

— И то верно, — согласился он.

— Не подскажете, где можно арендовать или даже купить участок? — спросил Джейсон.

— Вам стоит поговорить с Пелли, — сказал Арджи. — Как закончите со своим кораблем в бутылке, я вас провожу.

— О, мы можем идти прямо сейчас, — сказал Джейсон. — Он сам уберется, когда закончит. Пелли — местный земельный брокер?

— Мэр, — сказал Арджи. — Она была ею еще до того, как моя семья начала выращивать фрукты.

Арджи повел их по пирсу в город. Фарра и Руфус в основном молчали, пока Джейсон и Арджи болтали, легко находя общий язык. Джейсон с удовольствием подстроился под лаконичный темп Арджи.

Арджи вывел их на улицы, покрытые чем-то, что на ощупь напоминало асфальт, но имело землисто-светло-коричневый цвет с белыми вкраплениями. Арджи обменивался приветствиями с людьми, одетыми в легкую одежду; свободные рубашки и саронги были нормой как для мужчин, так и для женщин. Встречалось и немало более откровенных нарядов: многие мужчины были только в шортах, а женщины — в шортах или саронгах и топах в стиле бикини. Обуви либо не было вовсе, либо это были сандалии, и многие носили соломенные шляпы, как у Арджи.

Никто из жителей не пользовался транспортом, магическим или иным. Это была жизнь маленького городка, где никто никуда не спешил. По сравнению с Ливаросом, который был даже более оживленным, чем обычно, из-за надвигающегося всплеска монстров, город Палисарос казался расслабленным и притягательным.

Джейсон почувствовал несколько аур серебряного и золотого ранга в городе, но люди на улицах были в основном обычными людьми, либо пользователями Ядер железного и бронзового рангов. Другие обладатели аур тоже заметили присутствие Джейсона и его спутников, никто из которых не скрывал своего присутствия или силы. Люди были в основном карамельнокожими целестинами с волосами и глазами различных оттенков драгоценных камней и металлов.

Арджи выступал в роли гида, пока они шли, указывая на салун и городские закусочные, а также на то, где найти рынок. Разноцветные дома были двух- или трехэтажными, с большим количеством открытого пространства, крытыми переходами, балконами и навесами. Чувства Джейсона уловили, что все они оснащены магическими удобствами, а некоторые скрывали более впечатляющую магию. Подобно замаскированным версиям конструктов из его облачной колбы, они были чем-то большим, чем казались на первый взгляд.

Когда они поднимались на извилистый холм, Тень появилась из тени Джейсона и передала облачную колбу. Он забрал её после того, как она полностью поглотила лодку.

— Спасибо, — сказал Джейсон, когда колба в его руках уменьшилась настолько, что её можно было вернуть на цепочку у него на шее.

Добравшись до дома на вершине, Джейсон почувствовал, что он не относится к числу магических. Зато он почувствовал за ним пользователя Ядра золотого ранга.

Хотя многие свысока смотрели на тех, кто повышал ранг с помощью Ядер монстров, обладатель золотого ранга, достигший этого таким путем, был по-своему впечатляющ. Уровень ресурсов, необходимых для достижения этой стадии, был огромен. В мире Джейсона лишь немногие смогли этого добиться, даже при том, что целые нации посвящали себя этим усилиям.

Арджи не стал стучать или даже подходить к парадной двери, сразу проведя остальных в обход дома на задний двор. Пройдя за дом в сад, они обнаружили женщину, которая сидела на корточках, работая в огороде с богатой, темной почвой. Она стояла к ним спиной и не отреагировала на их приближение. Арджи остановился, жестом велев остальным сделать то же самое, и стал терпеливо ждать. Джейсон, Руфус и Фарра оказались достаточно сообразительны, чтобы последовать его примеру.

Это была еще одна целестина, на этот раз с сапфирово-синими волосами, собранными на затылке. Это был необычный цвет для местных, но Джейсон уже видел его пару раз. У женщины золотого ранга из оперативной группы по борьбе со Строителем был такой же, как и у принцессы Зары Римарос.

В конце концов женщина встала, держа в руке совок, и повернулась, чтобы осмотреть группу. У нее была юная внешность пользователя эссенции, но Джейсон почувствовал глубокую старость в этих глазах. То, как они смотрели на него, напомнило ему Доун.

— Эммет, мальчик мой, — сказала она, и её старческий тон не вязался с молодым лицом и голосом. — Что ты привел авантюристов в мой двор?

— Они ищут место, где можно переждать всплеск, — сказал ей Арджи. — Сказали, что нужно тихое и приятное.

— Тогда подходите, — сказала она Джейсону, Фарре и Руфусу. — Давайте посмотрим на вас.

Троица выстроилась в линию перед женщиной. Она начала с того, что осмотрела Фарру и одобрительно кивнула ей. Затем посмотрела на Руфуса, её взгляд задержался на его лице.

— Ты очень похож на своего деда, — сказала она ему.

— Вы знаете моего деда? — спросил Руфус.

— Этот старый ублюдок бегает по свету дольше меня. Впрочем, не стоит винить тебя за это. Он научил тебя как следует, мальчик?

— Я старался учиться у него, мэм.

— Меня зовут Пелли, и я буду благодарна, если ты будешь использовать это имя, — резко сказала она. — Как он воспринял то, что ты стал магическим мечником, а не просто мечником?

— Мой отец уже выиграл эту битву, мэм… Пелли, — сказал Руфус.

— Понимаю. Слышала, он стал мягче после того, как возглавил какую-то маленькую гильдию где-то там.

— Витесс.

— Ну, о вкусах не спорят.

Она переключила внимание на Джейсона, оглядывая его с ног до головы. Её взгляд задержался на том месте, где большой шрам на торсе был скрыт рубашкой, словно она видела его насквозь.

— А ты крепкий орешек, да? — сказала она. — Ты повидал многое, мальчик. Настоящее дело.

Она ничего не спросила у Джейсона, поэтому он решил промолчать. Она кивнула.

— Ты собираешься принести неприятности на мой остров, мальчик?

— Я ищу место, где можно оставить неприятности позади, — ответил он ей.

— И почему здесь?

— Я вырос в маленьком пляжном городке, — сказал он. — Не таком хорошем, как ваш, но пару лет назад у меня была возможность вернуться туда на некоторое время. Это были приятные несколько месяцев, прежде чем жизнь снова позвала меня. Это был последний кусочек покоя, который у меня был за последнее время.

— И что случилось с твоим маленьким городком, когда менее мирные вещи постучались в твою дверь?

— Я позаботился о его защите и уехал, прежде чем кто-либо пришел за мной. Городок был в порядке, когда многим другим местам повезло меньше.

Пелли кивнула.

— Это была твоя лодка из облачной колбы там внизу? — спросила она.

— Она.

— Значит, дом тебе не понадобится, только участок. Не будет проблемой, если он будет немного труднодоступным, да?

— Это подойдет, — сказал Джейсон.

— Как тебя зовут, мальчик?

— Джейсон Асано.

Она расхохоталась, удивив всех присутствующих, даже Арджи.

— О, это будет весело, — сказала она. — Эммет, мальчик мой, отведи их на вершину утеса. Они могут занять западную сторону водопада.

— Да, Пелли, — сказал Арджи, бросая любопытные взгляды на Джейсона.

* * * Арджи повел остальных обратно вниз по холму, через город и на скалы. Хотя там были дороги, он повел их к пляжу, а затем вверх по тропинке на склоне скалы, откуда открывался впечатляющий вид на лагуну.

— У вас здесь великолепный город, — сказал Джейсон Арджи.

— Нам нравится, — сказал Арджи. — Откуда Пелли знала твое имя, Джейсон?

— Не уверен, — сказал Джейсон. — До вчерашнего дня я не ступал на эту сторону планеты.

— Ты понятия не имеешь? — спросил Руфус.

— Я не говорил «понятия не имею», — ответил ему Джейсон. — Я сказал «не уверен».

Тропа вдоль скалы вела к району, который раскинулся вглубь острова от вершины утеса.

— Это фешенебельная часть города, — объяснил Арджи. Дома здесь были немного больше, и Джейсон чувствовал от них больше магии, но внешне они не сильно отличались от остальных. — Если пройти достаточно далеко, можно добраться до королевского поместья. Оно всё огорожено, и снаружи можно лишь мельком увидеть территорию. Вы будете видеть их в городе время от времени, но в основном они держатся особняком.

— Это одна из боковых ветвей, верно? — спросила Фарра.

— Не берусь утверждать, — сказал Арджи. — Просто следите за манерами, если увидите кого-то с синими волосами.

— Как Пелли, — сказал Руфус.

— Да, — сказал Арджи. — Вероятно, у неё есть кровные связи с королевской семьей, но в этом городе никто не настолько храбр или глуп, чтобы спрашивать.

Арджи привел их на тропу, которая шла вдоль края утеса и была доступна для всех домов, расположенных вдоль неё. Авантюристы почувствовали какую-то магию на самом краю обрыва.

— Здесь есть магия, чтобы люди не падали? — спросила Фарра.

— Дети и выпивка существуют, — сказал ей Арджи. — Мы считаем, так будет лучше.

Между домами не было никаких заборов, и дворы переходили один в другой. На улице было много людей, включая множество детей, играющих с питомцами или друг с другом. Большинство питомцев были собаками породы, похожей на короткошерстных золотистых ретриверов, но встречались также игривые ящерицы, шестиногие кролики и существа, похожие на крупных выдр.

Арджи обменивался приветственными взмахами рук, пока они не дошли до участка с высокой травой рядом с рекой, которая низвергалась с утеса в лагуну внизу.

Река была около двадцати метров в ширину, и в ней плескались дети со своими питомцами. Они посмотрели вверх по течению, туда, где река вытекала из высоких холмов, разделяя район на две части. Половины маленького жилого квартала соединял мост, а дальше они увидели дом, который перекрывал саму реку, и вода текла под ним.

— Мне нравится этот дом, — сказал Джейсон.

— Мистера Уорнока, — сказал Арджи. — Авантюрист в отставке. Хороший парень. Не смотрит на людей свысока, хотя он золотого ранга. Ваше место — на другой стороне реки.

Арджи указал на другой берег.

— Вы, ребята, сможете перебраться здесь или нам лучше пойти к мосту?

— Мы справимся, — сказал Руфус. Будучи серебряного ранга, они могли левитировать, если могли сосредоточиться без помех. Они пролетели над рекой, в то время как Арджи перешел по воде, используя какую-то способность эссенции.

На той стороне был еще один открытый участок с высокой травой, но большую его часть занимала огороженная территория посередине. Металлические прутья забора не давали детям упасть в большую яму в земле, но Джейсон чувствовал, что барьер — это магический предмет, создающий невидимый магический купол.

— Пещера уходит в скалу и выходит за водопадом, — объяснил Арджи. — Пелли поставила магический барьер, потому что дети постарше постоянно подначивали друг друга спуститься туда и калечились. Я сам сломал ногу в свое время. Зато получил поцелуй от Труди Уилликс, так что, думаю, оно того стоило.

Джейсон подошел к краю утеса, Руфус и Фарра последовали за ним. Они смотрели на лагуну и океан за ней. Джейсон сделал то, чего давно не делал: глубоко вздохнул. Он даже не был уверен, как это сделал, учитывая, что у его тела больше не было легких, но теплый воздух, смешанный с прохладным океанским бризом, стал бальзамом для души.

— Это подойдет как нельзя лучше.

ГЛАВА 14: МНЕ НЕ НУЖНО ИЗОБРЕТАТЬ МОРОЖЕНОЕ

ГЛАВА 14: МНЕ НЕ НУЖНО ИЗОБРЕТАТЬ МОРОЖЕНОЕ

Дети, игравшие в реке, заметили, как Фарра отключила магический барьер вокруг ямы в земле, и выбрались на берег, чтобы посмотреть, как она выкорчевывает ограждение.

— Ты ведь сможешь потом всё починить, да? — спросил Руфус.

— Легко, — ответила Фарра. — Оно спроектировано так, чтобы его было легко обслуживать, так что я ничуть его не повреждаю.

Когда она закончила, Джейсон поставил облачную флягу, из которой выплеснулась облачная материя, чтобы медленно сформировать его новый облачный дом прямо над ямой.

Трое взрослых наблюдали, как одна из самых смелых девочек, подстрекаемая друзьями, подошла потрогать облачную материю, пока та принимала форму. Она хихикнула, когда материя прошла сквозь её пальцы. Вскоре все дети уже бросались на стены и отскакивали от них, словно это был надувной замок. Они остановились, только когда дом был полностью готов и затвердел, приняв форму, соответствующую окружающим зданиям. Это вызвало хор разочарованных возгласов у детей.

Пока дом формировался, соседи, присматривавшие за детьми, вышли, чтобы оценить Джейсона и остальных. Присутствие Арджи и дружелюбие Джейсона быстро сгладили любые трения, и они разошлись, предвкушая соседское барбекю.

— У нас не так много времени на подготовку, — сказал Руфус. — Потребуется всего несколько дней, чтобы растущая магическая насыщенность всерьез спровоцировала проявления. Что касается сил Строителя, кто знает, как и когда они прибудут?

Фарра кивнула.

— Сначала нам нужно снарядиться, — сказала она. — Мы обходились тем, что могли раздобыть, создать или выменять, но Гринстоун был достаточно плох, а Земля — еще хуже. Теперь мы наконец можем получить снаряжение, соответствующее нашему рангу.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Давайте совершим небольшую экскурсию по новой усадьбе, перекусим на рынке, а затем порталом вернемся в Ливарос.

Они поблагодарили Арджи, который пообещал распространить весть о барбекю.

— Значит, завтра вечером, — сказал Арджи. — У вас ведь будет достаточно еды?

— Я скорее думал просто о соседях, — сказал Джейсон Руфусу и Фарре, помахав рукой Арджи, уходившему вдаль. — У меня такое чувство, что мне стоит заглянуть на тот рынок, может быть, немного пополнить запасы еды.

Они вошли внутрь облачного дома, который внутри не был замаскирован под обычное здание и явно был сделан из роскошной облачной материи. Хотя он по-прежнему оставался преимущественно облачно-белым, дополнительные цвета немного отличались от тех, к которым Руфус привык в облачных постройках Эмира.

— У твоего дома не совсем такие же цвета заката, — сказал он, пока они шли по дому. — Здесь есть более темные участки, и цвета очень похожи на твои новые глаза.

— Эмир сказал мне, что каждая облачная фляга со временем становится другой, — ответил Джейсон. — Они связаны с владельцами, которые также вносят свои собственные изменения. К тому же, моя связана немного сильнее, чем большинство.

За время пребывания на Земле Джейсон раздобыл огромное количество камней квинтэссенции. Это было особенно верно на последних этапах его пребывания там, когда добыча была более высокого ранга, а он перестал снабжать Сеть. Большая часть этой квинтэссенции была направлена прямо в облачную флягу, и он еще не успел проверить весь спектр её возможностей.

Идея воспроизвести миражную камеру была особенно привлекательной теперь, когда рядом был Руфус. Он был уверен, что Руфус поможет ему освоить боевой транс, и миражная камера подошла бы для этого идеально. Однако добавить функцию миражной камеры к возможностям облачной фляги пока было невозможно, а когда это станет возможным, возникнут существенные недостатки.

Эмир дал Джейсону толстую записную книжку со всеми своими знаниями и опытом владения облачной флягой, что очень помогло. Именно так Джейсон узнал, что функция миражной камеры возможна, хоть и хлопотна. Облачная фляга должна была достичь золотого ранга, прежде чем сможет справиться с уровнем сложной магии, необходимой для комплексного программирования симуляций, требуемого миражной камерой. Джейсон сравнил это с необходимостью обновления процессора.

Даже если бы это было осуществимо, потребовалось бы огромное количество редкой и высокоранговой квинтэссенции, наряду с множеством других редких и дорогих материалов. Помимо первоначальных затрат, воспроизведение эффекта миражной камеры было чрезвычайно энергозатратным.

За пределами зон с низким уровнем магии, где миражные камеры были редкостью и находились в частном владении, было более целесообразно просто арендовать одну из них. Даже в этом случае это все равно не было хорошим вариантом. Эмир провел год в Гринстоуне, но так и не добавил миражную камеру к функционалу своей облачной фляги. У него были тренировочные комнаты с облачными манекенами-противниками, которые были достаточно хороши, чтобы не стоить дополнительных усилий и затрат.

Облачная фляга Джейсона уже отличалась от фляги Эмира; даже использование со временем повлияло на её развитие. Эмир предпочитал грандиозные демонстрации явной магии, и его конструкции из облачной фляги были огромными и броскими. Конструкции Джейсона, даже в режиме величественного дворца, не соответствовали размерам построек Эмира.

Поначалу Джейсон думал, что это функция ранга, и его фляга серебряного ранга не может сравниться с золотой флягой Эмира. Однако по мере того, как он укреплял связь с флягой, он начал понимать, что способ её использования формирует её со временем. Джейсон почти всегда использовал вариант камуфляжа, и он становился все более гибким и отзывчивым, подстраиваясь как под местную среду, так и под желания Джейсона. Каждый раз, когда он создавал новое транспортное средство или жилище теперь, казалось, что все в нем было именно таким, как он хотел, даже без сознательного обдумывания.

Это подтвердилось, когда Джейсон и его спутники осматривали новейшую облачную конструкцию, которая станет их домом, по крайней мере на некоторое время. Спален было гораздо больше, чем им требовалось, на что указала Фарра.

— Наши команды в конечном итоге найдут нас, — объяснил Джейсон, понимая, что облачная фляга откликнулась на его желание воссоединиться с друзьями.

— Джори, скорее всего, будет с ними, — сказал Руфус. — Я удивлен, что ты не обустроил алхимическую лабораторию, которая делает только кристальную промывку.

— Не думаю, что вложил для этого нужную квинтэссенцию, — сказал Джейсон. — Мне еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем я догоню Эмира в этом плане. Мне удалось запихнуть туда кучу всего, но большая часть была низкого или среднего ранга. Земля только-только начинает приобщаться к настоящей магии. Позже мне удалось добавить кое-что более высокого уровня, но это было довольно специфично для тех мест, где я это подобрал.

— Вторая зона трансформации? — спросила Фарра.

— Да, — ответил Джейсон. — К тому же, я не могу позволить Джори появиться и сразу же заставить его пахать. Я заранее принял другие меры.

— Джейсон, что ты сделал? — спросила Фарра.

— И когда ты успел? — спросил Руфус. — Я был с тобой с того момента, как ты покинул здание Общества искателей приключений.

— Тень — такой красноречивый и выдающийся агент, о котором только можно мечтать, — сказал Джейсон.

— Благодарю вас, мистер Асано, — отозвалась Тень из тени Джейсона.

— Если уж на то пошло, — сказал Джейсон, — лучше отправить его делать дела, чем идти самому.

— Джейсон, — сказала Фарра. — Помнишь план «залечь на дно»?

— Все в порядке, — заверил он её. — Я был осторожен. Я вспомнил кое-что, о чем Клайв рассказал мне давным-давно, что поможет мне не привлекать лишнего внимания.

— Тень, мне кажется, он тебя портит, — сказала Фарра.

— Не трудись, — со смехом сказал ей Руфус. — Между искателем приключений и его фамильяром не встать.

Руфус удивился мрачным выражениям лиц Джейсона и Фарры, не зная, что они думают о Норете. Под загадочной личностью Мистера Севера этот неоднозначный антагонист когда-то был фамильяром, который обернулся против своего искателя приключений. Этот поступок привел в движение события, которые столетия спустя привели к гибели миллионов.

— Давайте двигаться дальше, — предложила Фарра.

Они исследовали уникальную особенность дома, продиктованную окружающей средой. Там была подъемная платформа, которая спускалась в пещеру под небольшим углом. Вместо того чтобы закрывать естественные стены, дом оставил их на виду, освещая разноцветными огнями.

Платформа перенесла их вниз, в более крупную пещеру, которая открывалась за водопадом. Облачный дом создал мягкий, ровный пол, и Джейсон чувствовал невидимый туман под потолком, который отводил любую влагу, иначе падающую в комнату. Естественные стены и потолок были на виду и, как и пещерная шахта, светились разноцветными огнями. Пещера была превращена в бар и обеденную зону с облачной мебелью, хотя Джейсон мог перестраивать комнату по своему желанию. Мебель была расставлена так, чтобы сделать вид на водопад центром комнаты, где солнечный свет сверкал сквозь воду, словно бриллианты.

— Думаю, мы нашли VIP-зал, — сказал Джейсон.

* * * Островной город Ливарос был богат и магией, и людьми. Как и во многих подобных городах, в нем было несколько открытых площадей, отведенных для телепортации и прибытия через порталы. Хотя прибытие портала само по себе не было опасным, оно могло вызвать беспокойство и привести к несчастным случаям. Использование таких способов передвижения для прибытия в общественные места, отличные от портальных площадей, было запрещено.

Когда он регистрировался в Обществе искателей приключений, Джейсону дали предмет, который обеспечивал визуальную индикацию на портальных площадях Ливароса перед тем, как там откроется его портал. Портальная площадь торгового района озарилась ярким серебряным светом, прежде чем из земли поднялась арка портала Джейсона, и он вышел, а за ним Фарра и Руфус. Руфус потратил мгновение, чтобы стряхнуть дезориентацию от межпространственного путешествия, которую ни Джейсон, ни Фарра не чувствовали, поскольку они были пришельцами из других миров с общей близостью к астральной энергии.

— Итак, за покупками, — сказал Джейсон. — Мы можем поддерживать связь через групповой чат и встретиться перед тем, как отправимся в зал заданий. Если тебе нечего покупать, Руфус, возьми мороженое или что-нибудь в этом роде.

— Что такое мороженое? — спросил Руфус.

На лице Фарры отразился испуг.

— Джейсон, ты должен изобрести мороженое. Ты ведь знаешь, как делать мороженое, правда?

— Мне не нужно изобретать мороженое; в этом мире оно уже есть. Я ел что-то очень похожее на кулфи, когда был в Джаяпуре. Должно быть, варианты мороженого есть повсюду.

Её плечи опустились от облегчения.

— С каких это пор тебя так волнует еда? — спросил её Руфус.

— Можешь есть духовные монеты, если хочешь, — сказала ему Фарра. — А я жила в стране рафинированного сахара.

* * * Пространственные сумки Фарры были нагружены её долей духовных монет, которые они раздобыли на Земле. Она сражалась с гораздо меньшим количеством монстров, чем Джейсон, поскольку работала на сетке, пока он зачищал прото-пространства. Она также пропустила обе зоны трансформации, но Джейсон никогда не утруждал себя подсчетами и просто отдал ей половину.

Бродя по магазинам Ливароса, обслуживающим специально искателей приключений, она преследовала конкретные цели.

Фарра и Хамфри выполняли одну и ту же роль в своих командах — роль бойца. Будучи рукопашниками с высокой прочностью, их целью было наносить урон, будучи способными выдержать ответный удар. Их наборы сил имели различия. У Фарры было множество атак средней и дальней дистанции, в то время как у Хамфри была выше мобильность, но в любой команде их позиция заключалась в том, чтобы как наносить, так и принимать тяжелые удары.

Как только они начали дополнять себя предметами, их различия в подходе к одной и той же роли стали все более очевидными. Поскольку предметы, в отличие от силы, приобретались и могли быть изменены, они обладали уровнем гибкости, и при наличии достаточного количества денег владелец мог даже использовать несколько комплектов снаряжения, чтобы изменить способ выполнения своей роли.

Это было дорогостоящее начинание, из-за чего большинство искателей приключений снаряжались так, чтобы усилить направление, в котором уже вели их силы. Белинда была жертвой этого со своим стремлением принимать различные роли. Ей не только требовалось много снаряжения, но, в идеале, снаряжение должно было быть достаточно хорошим, чтобы помочь компенсировать постоянную имитацию настоящего.

И Хамфри, и Фарра сочетали прочность с отличной силой атаки и способностью действовать на разных дистанциях, будь то за счет мобильности или дальнобойных атак. Все это давалось ценой выносливости; их маны и выносливости не хватало, чтобы долго поддерживать их на полной мощности.

Предметы, которые они искали, подчеркивали их разные ответы на эту общую слабость, сформированные их конкретными силами и обстоятельствами. Для Хамфри его команда предлагала как исключительное восстановление маны, так и ускоренное восстановление способностей. Он опирался на это и оснащал предметы, которые ускоряли восстановление его маны и выносливости. Это позволяло ему продлить свое значимое присутствие в битве и привнести в команду столь необходимую надежность.

Там, где Хамфри стремился смягчить слабость, Фарра стремилась усилить свою силу. У нее было несколько пассивных способностей, которые усиливали её базовые атаки до уровней, которые были приемлемыми, если не идеальными. Обычно она использовала их, чтобы приберечь свою истинную мощь для моментов, когда она была нужнее всего. В критические моменты она взрывалась силой, обрушивая сокрушительные извержения урона.

Она удвоила усилия в этом направлении, подбирая предметы, которые либо усиливали обычные атаки, либо предлагали значительное, но кратковременное усиление силы. Её предметы на ману и выносливость были мощными и действовали мгновенно, ценой менее устойчивого восстановления.

Подход Фарры лучше всего подходил для её сил и хорошо сочетался с тем, как искатели приключений действовали в Римаросе. Местные искатели приключений ценили тех, кто преуспевал в узкоспециализированных ролях, даже если эта специализация стоила дорого.

* * * Руфус действительно купил себе улучшенное снаряжение. Проведя большую часть последних нескольких лет в Гринстоуне, у него не было ни возможности, ни необходимости в качественном снаряжении серебряного ранга. Римарос во время нашествия монстров — это другое дело. Однако ему нужно было купить меньше, чем Фарре или Джейсону, и он не спеша прогуливался по рынку. У соседнего прилавка он подслушал еще одну вариацию разговора, который слышал уже полдюжины раз.

— Нет, я хотел целый ящик.

— У меня нет целого ящика; у меня есть шесть бутылок. Это цена за шесть бутылок.

— Вчера это была цена за целый ящик.

— Вчера у меня был целый ящик.

— Ты сказал мне, что у тебя есть бочонок этого добра.

— Вчера был. Я не отвечаю за твою нерешительность.

— Кто купил целый бочонок?

— Не знаю. Какой-то лорд договорился через Ассоциацию Алхимии, и не только со мной. Если хочешь ящик, советую хватать то, что сейчас есть у людей на полках. До следующей партии из чанов выбор будет скудным. Но не жди, что будет дешевле, чем здесь. Я предлагаю тебе это только потому, что ты женился на моей бывшей жене.

— Могу я получить скидку, если верну её?

— Сделаешь это, и я сдеру с тебя вдвойне.

— Ты и так дерешь с меня вдвойне.

— Да, ну, будет вдвойне-вдвойне.

— Ты имеешь в виду вчетверо?

— Прикрой свой умный рот!

— Знаешь, именно поэтому Элла тебя и бросила…

Руфус покачал головой и пошел дальше.

ОСТАВАЯСЬ НЕПРИМЕЧАТЕЛЬНЫМ

ОСТАВАЯСЬ НЕПРИМЕЧАТЕЛЬНЫМ

Хотя Фарра могла легко вжиться в роль специалиста, будучи агрессивным бойцом, Джейсон не мог сделать это так же просто. Никакое количество предметов не превратило бы его в «пушку чумы», которую местные хотели видеть в своих специалистах по поражению, способных накрывать группы или с легкостью выжигать одиночные цели, обычно с безопасного расстояния, прикрываясь союзниками, призывами или и тем, и другим. От них ожидалось, что они будут полагаться на самих себя, а не на свои команды ради выживания.

Одной из причин, по которой Джейсон видел так мало специалистов по поражению, было то, что Гринстоун был преимущественно человеческим городом, а немногие люди выбирали этот путь. Их склонность к специальным атакам означала, что специалист по поражению часто оказывался вынужден вступать в ближний бой.

Джейсон даже не был человеком и был знаком с этой проблемой. Эльфы и руники были самыми распространенными носителями способностей поражения, поскольку их предрасположенность к заклинаниям делала набор дистанционных способностей гораздо более вероятным. Если бы Джейсон попытался стать специалистом по поражению в стиле Римароса, прячась за стеной союзников, он лишь оправдал бы свой второсортный статус, оставив большинство своих способностей неиспользованными.

Снаряжаясь, Джейсон даже не пытался потакать местным предпочтениям. Он верил в тот метод, которому его обучили Руфус, Фарра и Гэри, и не собирался сворачивать с этого пути ради полусырой имитации местных.

Имея изобилие призванных и растущих предметов, Джейсон мало нуждался в более постоянных вещах для усиления своего общего боевого стиля. Единственным предметом, который он желал, был меч, который, как сказал ему Руфус, перековал Гэри. Предметы, которые Джейсон ценил в прошлом, например, сапоги, улучшающие прыжки, стали по большей части ненужными из-за его атрибутов и способностей серебряного ранга. Поэтому его покупки предметов основывались на идее ситуативного использования.

Для Джейсона битва заключалась в адаптации. Вместо того чтобы искать фиксированные предметы, он закупался расходниками, которые мог подобрать под свои нужды в любой момент. Первыми среди них была солидная коллекция метательных дротиков серебряного ранга с различными эффектами одноразового использования. Хотя они были не так экономически выгодны, как варианты более низкого ранга, которые Джейсон мог изготовить сам, те уже не годились для его текущего ранга. Покупка у способного артефактора давала ему более мощный, разнообразный и надежный выбор.

Джейсон сделал еще несколько покупок в том же духе, от магической взрывчатки до набора зелий, которые могли пригодиться. Джейсон был уверен в любых обстоятельствах, для которых подходили его силы, поэтому он сосредоточился на непредвиденных обстоятельствах, для которых они не подходили.

Стоя в алхимической лавке с сумкой зелий в руке, Джейсон мысленно вернулся к своей первой настоящей битве с серебряным рангом. Он и его команда сражались с архиепископом Чистоты, Николасом Хендреном, у которого была при себе похожая сумка, полная зелий серебряного ранга. Это была невероятно тяжелая битва, и серебряный ранг казался почти бессмертным перед лицом команды Джейсона бронзового ранга. Это напомнило Джейсону, что пользователи эссенции этого мира были гораздо опаснее, чем те, что были на Земле. Он снова решил не недооценивать никаких противников, с которыми мог столкнуться.

Расходы Джейсона на расходные материалы были довольно чрезмерными, что стало возможным благодаря его значительному богатству и пространственному хранилищу, которое предлагал его инвентарь, но он всегда носил пояс для зелий, чтобы держать критически важные зелья под рукой. Он купил новый пояс для зелий серебряного ранга, чтобы защитить зелья, которые носил, от случайных повреждений.

— Этот цвет очень хорошо сочетается с вашими призванными мантиями, сэр, — сказал ему продавец.

— Меня заботит только функциональность, — настоял Джейсон. — Я призвал свои мантии только для того, чтобы проверить, как они сидят.

— Конечно, сэр.

— Покажите мне снова черную.

Пояс для зелий был не единственным постоянным предметом, который он приобрел, но все остальные подпадали под его доктрину ситуативного использования. Находясь в Море Штормов, он потратился на несколько мощных предметов, предназначенных для помощи в бою под водой или в условиях сильного шторма. Это был далеко не редкий выбор, но поскольку город был переполнен искателями приключений, Джейсон был далеко не единственным приезжим искателем приключений, который хотел вооружиться для местных условий. Цены быстро росли, и не каждый предмет был идеальным.

— Эффекты этого пояса — именно то, что я ищу, — сказал Джейсон владельцу лавки. — Есть ли он в каком-нибудь другом цвете, кроме ярко-оранжевого?

* * * Закончив со снаряжением, Джейсон перешел к более важным делам. Покинув рынок, Тень направил его в близлежащий оживленный складской район. Он обслуживал как квартал ремесленников, так и торговый район, который он только что покинул.

Там царила суета: повозки и телеги, магические и запряженные хайделями, перевозили большое количество товаров. Некоторые повозки даже парили в воздухе, хотя всегда оставались над улицами. Джейсон предположил, что это связано с каким-то регулированием воздушного движения.

Прибыв к небольшому складу, Джейсон подождал в стороне, скрываясь в тени, пока магически управляемая карета не подъехала и не остановилась во дворе перед большими грузовыми дверями склада. Из кареты вышел мужчина с аурой бронзового ранга. Его одежда была простой, но Джейсон отметил качественный крой и посадку, что намекало на то, что она стоила дороже, чем казалось на первый взгляд. Джейсон вышел из тени, чтобы встретить его, с Тенью рядом.

— Доброго дня вам снова, мистер Тень, — сказал мужчина с коротким поклоном. — Мистер Асано, полагаю.

— Именно так, — сказал Джейсон.

— Мистер Асано, меня зовут мистер Бройлс. Я нанят лордом Касовичем для управления и проверки его приобретений. Я пришел к вам с его комплиментами.

— Благодарю вас, сэр. Может быть, нам стоит войти внутрь?

— Разумеется, — сказал дворецкий и открыл дверь обычного размера рядом с большими грузовыми дверями склада ключом с выгравированными рунами. Она вела в небольшой личный кабинет.

— Все там? — спросил Джейсон, кивнув в сторону главного склада.

— Безусловно, — сказал Бройлс. — Мой лорд вполне удовлетворен предметом, при условии, что его происхождение может быть подтверждено. Как только это будет сделано, мне поручено предоставить вам доступ к товарам.

— Отлично, — сказал Джейсон.

Бройлс достал кристалл из своего личного пространственного хранилища. Он использовал его, чтобы проверить Джейсона, и кристалл засиял сильным серебряным цветом, когда Джейсон сжал его. На кристалле одновременно появились четыре отметки.

— Серебряный ранг подтвержден, — радостно сказал Бройлс. — И вы достигли четвертого порога по всем атрибутам, что, как я полагаю, известно в кругах искателей приключений как «стена». Поздравляю, мистер Асано.

— Спасибо, мистер Бройлс.

Бройлс достал другое магическое устройство, похожее на весы, где одна из двух чаш была мягко оббита тканью. Центральная стойка, удерживающая весы, была увенчана прозрачным кристаллом.

Бройлс поставил весы на стол и достал небольшую коробочку. Открыв ее, он обнаружил мягкую внутреннюю обивку и один объект: то, что выглядело как алмаз в форме монеты. Внутри монеты, словно чернила, пролитые в воду, было изображение человека, показывающего большой палец вверх. Бройлс натянул пару белых перчаток, взял монету и поднял ее, сравнивая с Джейсоном. Джейсон показал Бройлсу большой палец вверх, повторяя изображение на монете. С легкой улыбкой Бройлс кивнул и положил монету на мягкую чашу весов.

— Мистер Асано, пожалуйста, положите ладонь на устройство.

Джейсон положил руку на чашу без подкладки. Кристалл на весах немедленно загорелся зеленым.

— Идеально, — сказал Бройлс, возвращая монету в маленькую коробочку, а коробочку — в свое пространственное хранилище, вслед за устройством весов.

— Это все? — спросил Джейсон.

— Этого достаточно для подтверждения того, что монета алмазного ранга была добыта пользователем эссенции серебряного ранга.

— На самом деле я был бронзового ранга в то время, но полагаю, вы не можете это проверить.

— К сожалению, нет, — сказал Бройлс. — Церковь Знания неохотно предоставляет своих священнослужителей для целей аутентификации ценностей. Лорд Касович уже исчерпал снисходительность местного храма в этом вопросе. Тем не менее, уникальный дизайн монеты, монета алмазного ранга, созданная даже пользователем эссенции серебряного ранга, — это нечто исключительное.

Бройлс нахмурился.

— Мой лорд счел своим этическим долгом поручить мне сообщить вам, после подтверждения происхождения предмета, что товары, которые вы запросили, безусловно, не равны по стоимости тому, что вы ему предоставили.

Джейсон улыбнулся.

— Мистер Бройлс, я придерживаюсь мнения, что нельзя назначить цену за осмотрительность и шанс познакомиться с людьми характера и содержания.

Бройлс ответил улыбкой.

— Очень хорошо, мистер Асано.

— У меня есть один вопрос, мистер Бройлс.

— И какой же, мистер Асано?

— Другой джентльмен в комнате. Я полагаю, он здесь, чтобы охранять монету и товары, на случай, если мои намерения окажутся злонамеренными?

Джейсон достал фрукт арги из своего инвентаря и небрежно бросил его через плечо. Мужчина, одетый в черное и серое, появился и поймал его.

— Свежий с рынка Арнота, — сказал Джейсон. — Они очень вкусные.

— Мистер Асано, — сказал Бройлс, — полагаю, вы только что смутили мистера Виска.

Бройлс подошел к двери, ведущей на главный склад, и открыл ее своим ключом. Виск, не спуская глаз с Джейсона, положил фрукт на стол. Джейсон взял его и откусил.

— Все внутри — ваше, мистер Асано, — сказал Бройлс. — Вам не требуется дополнительный транспорт для товаров?

— Нет, мистер Бройлс.

— И вы хотите, чтобы мы избавились от бочек после?

— Буду признателен.

— Конечно, мистер Асано. Если больше ничего нет, то мистер Виск и я оставим вас заниматься вашими делами. Любая из дверей откроется изнутри, поэтому, если вы закроете их за собой, уходя, мы будем признательны.

— Обязательно сделаю это, мистер Бройлс.

Джейсон подождал, пока Бройлс и Виск не сели в карету и не уехали. Он не чувствовал никаких других наблюдателей, ни аур, ни магии шпионских устройств, хотя это не означало, что их там не было. На месте лорда Касовича Джейсон организовал бы хорошо спрятанного наблюдателя, которого можно найти, и исключительно хорошо спрятанного наблюдателя, которого найти нельзя.

Однако Джейсон раскрыл Виска только для того, чтобы обозначить свою позицию, и не чувствовал необходимости скрывать свою цель. Он не сомневался, что у Касовича были ресурсы для проведения тщательного расследования до того, как Бройлс прибыл на склад. Он снял облачную флягу с шейной цепочки и достал воронку из своего инвентаря.

— Начнем, не так ли, Тень?

* * * Летающий скат плыл по воздуху над Арнотом. Кожа существа блестела на солнце, как сапфиры, а воздух перед ним мерцал клином, когда магия существа рассекала небо. На спине ската была женщина, чьи волосы почти в точности совпадали с сапфировой кожей существа.

Скат завис над двором дома на вершине холма, и всадница спешилась, когда из здания вышла другая женщина. Две женщины имели сильное сходство: карамельная кожа и яркие синие волосы.

— Веспер, — поприветствовала Пелли.

— Предок, — сказала Веспер с уважительным поклоном.

— О, прекрати эту ерунду, — сказала Пелли, махнув руками на Веспер. — Зови меня тетя Пелли, как когда ты была девочкой. Я просто старый пользователь ядра.

— Мудрость и опыт заслуживают уважения, тетя Пелли. У вас в избытке и то, и другое.

— Значит, ты называешь меня старой?

— Конечно нет, тетя Пелли.

— О, ты называешь меня очень старой, — сказала Пелли, качая головой, пока отходила. — Избыток опыта, боги милостивые…

Веспер улыбнулась про себя, следуя за Пелли вокруг дома. Насмешки старой женщины вызвали приятные воспоминания о днях, проведенных в Арноте в детстве. Пелли привела их на передний двор, откуда они могли смотреть на город, раскинувшийся внизу, и через лагуну на скалы.

— Тот дом, рядом с водопадом, — указала Пелли.

Зрение серебряного ранга Веспер без труда различило его; он выглядел почти так же, как дома вокруг.

— Разве это не то место, где находится шахта пещеры водопада?

— Да, — сказала Пелли. — Я позволила некоторым приезжим искателям приключений установить там облачный дом, пока они остаются на время нашествия монстров.

— Знаешь, Зара упустила возможность выиграть облачную флягу несколько лет назад. Она досталась какому-то глупому мальчишке, который погиб, и она была потеряна.

— Значит, ты была о нем невысокого мнения?

— Это был подстроенный конкурс. Он выиграл ее только потому, что является другом Эмира Бахадира. К тому же, мальчишка был нелепым.

— Возможно, он повзрослел.

— Он мертв.

— Он не показался мне тем, кого это остановило бы.

Веспер сузила глаза и снова посмотрела на далекий дом.

— Ты хочешь сказать…?

— Тот дом, скорее всего, был сделан той самой облачной флягой, о которой ты только что упомянула.

Веспер провела рукой по лицу.

— Это неудобно. Вот почему ты позвала меня сюда.

— Я знала, что это потенциально деликатный вопрос. Учитывая, что ты близка с Зарой и сама встречала этого мальчика, я подумала, что лучше всего будет посмотреть, как ты хочешь с этим разобраться. То, что говорит Зара, это ложь, верно?

— Конечно, ложь; она встречала мальчика дважды.

— Это хотя бы хорошо.

— Он здесь ради нее? Он думает, что ветвь семьи здесь, на Арноте, — это его путь внутрь?

— Не думаю, — сказала Пелли. — Конечно, я ошибалась и раньше. Но мои инстинкты подсказывают мне, что у него есть заботы поважнее, чем наша маленькая принцесса.

— Ты не знаешь?

— Я не смогла разглядеть его ауру.

— Какой у него ранг?

— Серебряный, но его аура весьма примечательна. Смерть — не единственное испытание, с которым столкнулся этот мальчик.

Веспер потерла лоб, нахмурившись.

— Мы убьем его, — сказала она. — Пока он мертв или очень далеко, не имеет значения, что говорила Зара.

— Тебе вообще не следовало позволять ей это делать.

— Думаешь, я хотела? Попробуй заставить эту девушку сделать хоть что-то, что ты ей говоришь.

— Тон, Веспер.

— Прости, тетя Пелли, — сказала Веспер, опустив голову.

— Убивать мальчика — не лучшая идея. С ним живет любимый внук Роланда Ремора, так что более дипломатичный подход может быть лучше.

Веспер застонала.

— Это будет бардак, — сказала она. — Возможно, мы можем вежливо предложить ему уйти и никогда не возвращаться. Ты знаешь, зарегистрировался ли он на месте для участия в нашествии монстров?

— Полагаю, они приехали сюда сразу после этого.

— Это прискорбно. Мы могли бы добиться для него разрешения на выезд, но не без того, чтобы люди задавались вопросом, почему. Если Дом Ириос прознает об этом, все может стать некрасиво.

— Дорогая, — сказала Пелли, — боюсь, тебе придется разобраться с этим напрямую.

— Боги, прокляните эту девчонку.

Пелли усмехнулась.

— Знаешь, я помню другую своевольную молодую девушку, бегавшую по этому острову.

— Я повзрослела, — сказала Веспер.

— И превратилась в прекрасную молодую женщину, должна сказать, — ответила ей Пелли.

— Тетя Пелли, мне шестьдесят семь.

— Именно, — сказала Пелли. — У тебя вся жизнь впереди. Ожидаешь ли ты достичь золотого ранга во время нашествия?

— Надеюсь, но ничто не гарантировано. Это будет не обычное нашествие, тетя Пелли. Даже более того, чем люди думают. Тебе говорили?

— О, я всего лишь старая женщина на холме. Кто станет рассказывать мне о важных государственных делах?

Веспер криво улыбнулась своему предку, а затем снова посмотрела через лагуну на облачный дом Джейсона.

— Если он приехал не ради Зары, знает ли он вообще?

— Сомневаюсь, — сказала Пелли. — Думаю, он вел бы себя немного иначе, если бы знал.

— Тогда, возможно, пришло время узнать, — сказала Веспер. — Если я не могу убить его или избавиться от него, я могу только попытаться убедить его тихо переждать нашествие и уехать. В конце концов, он всего лишь один из бесчисленных серебряных рангов.

— Разумный подход, — сказала Пелли, — но не стоит ставить все на надежду. Некоторые люди просто не приспособлены к тому, чтобы оставаться незаметными.

— Конечно, тетя Пелли. Я буду рада вашему совету по этому поводу.

— Конечно, дорогая. Нам следует начать с того, чтобы решить, что сказать Заре. Никогда нельзя быть полностью уверенной в том, что эта девушка выкинет…

ГЛАВА 16: ЧЕРТОВСКИ ХОРОШИЙ СПОСОБ НАЧАТЬ ВОЙНУ

ГЛАВА 16: ЧЕРТОВСКИ ХОРОШИЙ СПОСОБ НАЧАТЬ ВОЙНУ

В отделении Общества искателей приключений в Витессе кипела жизнь. Майлз Котизи шел по коридору к одному из больших залов для брифингов в сопровождении необычного искателя приключений. Это был эльф с красноватой кожей, совершенно белыми волосами и золотистыми глазами. Его кожаный наряд песочного цвета был испещрен множеством племенных узоров, которые перекликались с татуировками на его коже. На пряжке его ремня были изображены фиолетовые языки пламени в форме цветка — символ Гильдии Пылающей Фиалки.

Он был жилистым и мускулистым, двигался с легкой, ленивой грацией. Тем не менее, у Майлза возникло ощущение, что перед ним сжатая пружина, готовая распрямиться. От этого человека исходило тихое напряжение, которое напомнило Майлзу его отца.

Они вошли в зал для брифингов, устроенный наподобие лекционной аудитории: сцена впереди, ряды кресел, поднимающиеся вверх по ступенчатому полу. Хамфри Геллер и его команда уже ждали; Хамфри стоял наготове, внимательно наблюдая за входящими. Клайв возился с проектором записывающего кристалла, а Софи, Белинда, Нил и Гэри сидели вокруг стола и стульев, которые Белинда создала с помощью своей способности создавать простые предметы. Карты, которыми они играли, были совершенно точно не созданы ее силой, поскольку предметы, которые она делала, часто оказывались сомнительного качества.

В группе не хватало одного участника — Джори, которого вызвала Церковь Целителя. Хотя Майлзу удалось получить разрешение на перемещение, чтобы воссоединить команды Хамфри и Гэри, Джори не входил ни в одну из них. И хотя ни он, ни Белинда не были рады снова расставаться, особенно в такие неспокойные времена, у каждого из них были свои обязанности.

Отношения между искателями приключений всегда были сопряжены с трудностями. Из-за частых поездок те, кто не состоял в одной команде, могли рассчитывать на долгие периоды разлуки. У тех, кто был в одной команде, логистика была проще, но опасности — гораздо серьезнее. Эмоции, берущие верх над здравым смыслом, могли подвергнуть команду опасности. А тяжелый разрыв мог привести к распаду команды.

Все подняли головы, когда Майлз и искатель приключений вошли в зал; все взгляды устремились на незнакомца. Только Гэри узнал его; эльф и леонид обменялись кивками в знак приветствия. Белинда собрала карты и развеяла наколдованную мебель.

— Я знаю, что назначение чужака лидером вашей команды, пусть даже временно, — это не та ситуация, которой кто-либо хочет, — сказал Майлз. — Теперь, когда вы все приняты в «Пылающую Фиалку», я смог убедиться, что это будет кто-то из вашей гильдии.

— Эй, Кен, — сказал Гэри. — Вижу, ты не сидишь без дела.

— Охота идет хорошо, — ответил эльф. — Мне было жаль узнать, что твой путь омрачился, когда свет твоей спутницы покинул его.

— Были темные деньки, — сказал Гэри, — но впереди все выглядит светлее. Фарра вернулась.

Кен выпрямился.

— Леди камня и огня вернулась на путь? Как это произошло?

— Не уверен, как именно. У меня есть друг, чье пренебрежение правилами, по-видимому, распространяется и на законы жизни и смерти. Я бы сказал, что это навлечет на него неприятности, но, судя по тому, что я слышу, у него заканчиваются виды неприятностей, в которые можно вляпаться.

— Думаю, ты его недооцениваешь, — сказал Нил.

— Это какая-то секретная ерунда, но мне все равно, — сказал Гэри. — Пока мои друзья живы и я могу их найти, «как» и «почему» не имеют значения.

— Я рад, что твой путь стал светлее, Гарет.

— Кен, я же просил называть меня Гэри.

— Но ты упорно продолжаешь называть мою тетю Сладкой Булочкой, — сказал Кен.

— Но она печет такие вкусные сладкие булочки, — сказал Гэри. — Я не пытаюсь быть похотливым.

— Твои слова говорят не то же самое, что тон, которым ты их произносишь, Гарет.

— Ты и правда прозвучал жутковато, — сказала Белинда Гэри.

— Линди… — заныл Гэри.

— Как насчет того, чтобы мы все представились? — вмешался Майлз. — Ну, кроме меня и Гэри. Мы-то всех знаем.

Эльф кивнул.

— Я Кеннет, сын Брайана, — сказал он.

— В смысле, Брайан, сын Кевина? — спросила Софи.

— Именно так, — сказал Кен. — Ты знаешь моего отца?

— Нет, но я слышала истории о его силе и мастерстве, — сказала Софи. — И о твоих тоже. Ты победил Руфуса Ремора.

Гэри расхохотался.

— Ага, — сказал он. — Жаль, что я этого не видел, но тогда я еще не знал Руфуса. Похоже, он был целой бандой мудаков в одном лице, пока Кен не выбил из него лишнюю гордость.

— Руфус был Тадвиком? — спросил Клайв.

— Не стоит говорить плохо о мертвых, — сказал Хамфри.

— Почему нет? — спросила Софи. — Этот парень продал свою семью, свой мир и свою душу, именно в таком порядке. А теперь где-то бродит какой-то монстр, использующий его тело как мясной костюм. О нем можно говорить только плохое.

— Тогда, возможно, нам стоит подумать о члене нашей команды, который когда-то был его спутником, и вообще промолчать, — сказал Хамфри.

Софи поморщилась и повернулась к Нилу.

— Все в порядке, — солгал Нил.

— Прости, — тихо сказала она.

— Прости, Нил, — добавил Клайв.

Команда представилась. Они переживали, с кем им придется работать, но раз Гэри знал его, они были готовы хотя бы дать ему шанс. Вскоре после этого в зал вошли другие команды и расселись. Была еще одна команда серебряного ранга и шесть команд бронзового. Когда все собрались, зал был довольно полон.

Команда, а также Кен и Гэри, последовали примеру Хамфри и сели в первом ряду. Бронзовые участники знали, что его нужно оставить для серебряных. Майлз встал перед собравшимися, чтобы выступить с речью.

— Я начну с небольшой предыстории, чтобы все были в курсе операции, которую вы будете проводить, — начал он. — Кое-что из того, что я скажу, вы все уже должны знать, а кое-что некоторые из вас услышат впервые.

Он сделал паузу, убедившись, что привлек всеобщее внимание.

— Примерно три с половиной года назад мы впервые обнаружили присутствие культа Строителя и их намерения. Их целью было разорвать наш мир на части, не заботясь о смерти и разрушениях, которые это принесло бы. Культисты брали людей и пытали их души, пока те не открывались для внедрения звездных семян, которые контролировали их и превращали в рабов.

Майлз сделал паузу, позволяя всем обдумать эту тему. Каждый в зале знал кого-то, кто пострадал от внедрения звездного семени.

— То, что мы считали отвлекающим маневром, оказалось чем-то гораздо более коварным. Как мир, мы обратились к нашим богам за помощью против этого захватчика извне, и боги ответили. Как мы могли знать, что один из них — предатель? Чистота вызвалась помочь очистить жертв культа от звездных семян. Это поставило их в ключевое положение в широкомасштабном ответе культу. Только позже мы поняли, что все это было частью плана церкви Чистоты — служить лазутчиками, передавая культу наши планы и секреты.

Взгляд Майлза упал на Клайва в первом ряду.

— По всему миру, — продолжил он, — хорошие люди сражались. Жертвовали собой. Они раскрывали секреты культа. Один из этих секретов — причина, по которой мы здесь сегодня.

Майлз на мгновение обвел взглядом зал.

— Многие из вас сражались со Строителем, но за последние пару лет активность Строителя снизилась. Вселенский Совет объявил церковь Чистоты падшей церковью. Боги объявили Чистоту падшим богом. Церковь была изгнана из всех мест, где процветает цивилизация, и как только ее остатки станут лишь сухими, мертвыми листьями на ветру, сам бог будет подвергнут санкциям другими богами.

Майлз покачал головой.

— Возможно, вы задаетесь вопросом, что значит «подвергнут санкциям» и почему церковь должна исчезнуть, прежде чем боги смогут действовать. Честно говоря, я и сам не знаю. Я всего лишь маленький человек и не знаю путей богов. Но те, кто знает, говорят мне, что мы должны уничтожить церковь, поэтому мы это и делаем. Конечно, большинство членов церкви Чистоты понятия не имели о том, что происходит в темных уголках их веры, и отвернулись от своего падшего бога, когда узнали. Они, возможно, пережили самое великое предательство из всех, когда их так называемый Бог Чистоты отдал наш мир существу, которое осквернило бы сами наши души.

Для человека, утверждающего, что он не знает путей богов, гнев, кипящий в Майлзе, заставлял его звучать скорее как проповедника. Он черпал ярость, которую чувствовали все они, ярость, рожденную разрушенными землями и павшими друзьями.

— Но есть и те, кто не отрекся от своего гнусного божества, — продолжил Майлз. — Даже потеряв большинство, число тех, кто остается верен своему темному божеству, велико. Мы охотились за ними: Общество искателей приключений, Магическое общество и церкви. Многие из вас присоединились к этой задаче, как делаете это снова, участвуя в этой операции. Неожиданно для нас, мы добились наибольшего успеха в борьбе с их золотыми рангами. Их число было меньше, и каждый золотой ранг — это известная величина. Благодаря совместной работе церквей и Общества искателей приключений, мы захватили или уничтожили многих из них. Клайв, будь добр?

Клайв встал и подошел к проектору записывающего кристалла, готовясь его использовать.

— Церковь Чистоты практически бросила своих железных рангов, — сказал Майлз. — Однако за последние несколько лет основная масса их лоялистов бронзового и серебряного рангов сумела избежать сил, которые их искали. Как и у культа Строителя, их активность со временем снизилась. Отчасти это произошло из-за того, что их инфраструктура систематически уничтожалась, а ресурсы изымались или уничтожались.

Позади Майлза появилась проекция, показывающая кадры дыма, поднимающегося из выпотрошенных руин некогда прекрасного храма.

— Я знаю, что многие надеялись, что снижение активности культа и церкви отражает конец их деятельности, особенно с учетом исторического всплеска монстров. К сожалению, именно этого всплеска они и ждали, и он будет более историческим, чем многие из вас подозревают. Высшие уровни Общества искателей приключений имеют доступ к источнику с информацией о том, что этот всплеск монстров будет сопровождаться вторжением сил Строителя. Это будут не просто культисты, хотя не сомневайтесь, что существующие культисты присоединятся. Это силы из-за пределов нашего мира, с мощью и численностью, которых мы пока не знаем. Мы знаем только, что это будет плохо.

Изображение сменилось с разрушенного храма на огромный остров-город, стоящий в океане. Затем — небесный город, парящий в облаках. Еще один был горой, вырезанной в город-крепость, который спустился с небес, раздавив лес под собой, когда опустился на землю.

— Похоже, это плацдармы для вторжения, — сказал Майлз. — Они появляются по всему миру, но пока проявляют ограниченную активность. Их разведчики атакуют все, что приближается, но в остальном остаются пассивными. Наши высокоранговые бойцы оценивают угрозу.

В этот момент в зале поднялось сильное беспокойство. Майлз подождал, пока оно утихнет, прежде чем продолжить.

— На данном этапе мы не просим вас участвовать в отражении вторжения Строителя. Ваша роль в этой миссии — устранить потенциальную угрозу, прежде чем она возникнет и ударит нам в спину, когда это будет меньше всего нужно. Мистер Клайв Стэндиш введет вас в курс дела.

Майлз занял место Клайва.

— Пропавшие силы церкви Чистоты — наша забота в этой операции, — объяснил Клайв. — Мы полагаем, что церковь скрывает эти силы в ряде магически замаскированных крепостей, ожидая всплеска монстров и вторжения. Причина, по которой мы так считаем, заключается в том, что мы нашли одну из них.

Клайв коснулся проектора, и изображение сменилось на идиллическую долину, окутанную туманом.

— Это, — сказал Клайв, — красиво и уединенно. Но это также ложь. То, на что вы смотрите, — это иллюзия в грандиозном масштабе, поддерживаемая массивом иллюзий настолько огромным, что им пришлось бы изобрести новые виды ритуалов, чтобы заставить его работать. Что они, собственно, и сделали.

Он коснулся проектора, и на нем появилось изображение реки.

— Те из вас, кто знаком с элементарной теорией магии, знают, что один из способов, которым окружающая магия наиболее активна, — это течение воды. Водные пути, особенно крупные, несут в себе огромное количество окружающей магии.

Проекция сменилась на огромную плотину.

— В верховьях долины, которую я только что показал, находится плотина. Эта плотина собирает окружающую магию, преобразует ее и питает ею грандиозную иллюзию, скрывая обширное население духовенства Чистоты, которое там прячется. Мы установили, что иллюзия не способна скрыть ничего сильнее ауры серебряного ранга, поэтому мы полагаем, что именно здесь находится по крайней мере часть их пропавших адептов бронзового и серебряного рангов. Насколько мы можем судить, золотых рангов среди них нет, чтобы избежать обширных методов поиска, которые применяет Магическое общество. Их главная защита — секретность.

— Тогда как мы их нашли? — выкрикнул кто-то.

— Несколько лет назад Магическое общество взломало сеть порталов, которую использовали культ и церковь, — сказал Клайв. — В конце концов, они поняли, что мы можем отслеживать их через нее, что, как мы полагаем, является одной из нескольких причин снижения их активности. Кто-то в Обществе искателей приключений изучал модели использования в то время, когда мы отслеживали их активность, и заметил ряд аномалий. Некоторые были ничем, но одна оказалась чем-то важным.

Клайв выключил проектор.

— Вы будете одним из крыльев ударной группы, которая нанесет удар по крепости Чистоты, и удар будет сильным. У мистера Котизи есть инструкции по построению для ваших лидеров команд; чтобы предотвратить утечку информации, мы отправляемся утром.

Когда все команды разошлись, в зале остались только Майлз, Кен, Гэри и команда Джейсона.

— Еще несколько таких брифингов, и церковь Чистоты или культ точно узнают об этом, — сказал Майлз. — Ты коварная женщина, Белинда Каллахан.

— Ну, — сказала она. — У вас тут полно бронзовых и серебряных рангов, которые сидят без дела перед началом битвы со Строителем. Почему бы не воспользоваться временем, чтобы посмотреть, кто из них играет на другой стороне?

— Насколько ты уверена, что никто не обнаружит трекеры, которые ты разместила на стульях? — спросил Хамфри.

— Почти полностью, — сказала Белинда.

— Это просто блестяще, — сказал Клайв. — У Белинды есть талант использовать магию не по прямому назначению; такого рода отслеживание обычно используется для домашних животных и детей, а не для врагов. Магия слабая, чтобы не быть навязчивой в городе, полном пользователей эссенции, но ее довольно легко заметить любому, у кого есть магические чувства. По крайней мере, обычно это так.

— Дело в том, — подхватила Белинда, — что сейчас происходит всплеск монстров. Магия трекеров смешается с аномалиями в окружающей магии прямо сейчас. Если только они точно не знают, что и как искать, даже золотой ранг почти наверняка не заметит этого. Это просто вещество, которое мы оставили на стульях, а не какое-то устройство, которое они могли бы найти на себе. Единственный способ обнаружить это — иметь способности к защите от отслеживания.

— Которые я отфильтровал при выборе команд для этого, — сказал Майлз.

— Любые предметы для защиты от отслеживания уже конфискуются при входе в здание в рамках новых мер безопасности, — догадался Хамфри.

— А что, если они сменят штаны? — спросил Нил. — Разве они не оставят отслеживающие штуки позади?

— Это одна из причин, по которой мы устанавливаем жесткие сроки, — сказал Майлз. — Мы хотим, чтобы они действовали в спешке, жертвуя осторожностью ради скорости, пока предатели будут спешить предупредить церковь об угрозе.

— Это не идеально, — сказала Белинда, — но в погоне за идеалом упускаешь хорошее.

— Это только для того, чтобы помочь нашим следователям золотого ранга, — сказал Майлз. — В нашей группе реагирования на Строителя их всего несколько, а лишних золотых рангов для этой операции у нас нет. Нам нужно приберечь их для финала.

— Клайв, Белинда, — сказал Хамфри. — Вы оба отлично справились.

— Конечно, справилась, — сказала Белинда.

— То, что это не сюрприз, — сказал Хамфри, — не означает, что вашу работу не ценят.

— Самое сложное, — сказал Майлз, — было получить одобрение от достаточного количества вышестоящих лиц, не сообщая остальным об истинной цели.

— Но оно того стоило, верно? — спросила Софи.

— Безусловно, — сказал Майлз. — Если мы сможем уничтожить эту крепость и выкорчевать кучу предателей, это будет чертовски хороший способ начать войну.

— Значит ли это, что битвы на самом деле не будет? — спросил Кен. — Почему никто не сказал мне об этой стратегии, прежде чем я купил столько лишних копий?

— Потому что ты новенький, — сказала Софи.

— Будь вежлива, — упрекнула Белинда. — Ты тоже когда-то была новенькой.

ВСЁ БУДЕТ НЕХОРОШО

ВСЁ БУДЕТ НЕХОРОШО

Лиара Римарос возвращалась на королевский небесный остров, полудрема в задней части летучего экипажа. Она работала без отдыха, пока город наводняли искатели приключений, которых приходилось проверять на предмет связей с культистами Строителя. Она не была дома несколько дней, но даже золотым рангам грозил дисбаланс маны, если слишком долго обходиться без сна.

Экипаж летел к массивному гейзеру, бившему из моря к нижней части королевского небесного острова. На парящей каменной платформе располагались королевский дворец и небольшой город вокруг него, дрейфующие в воздухе. Сам гейзер был сотню метров в поперечнике, и летучий экипаж влетел прямо в него; тут же возник пузырь-щит, защитивший их от поднимающегося потока воды. Вода подняла экипаж к нижней части острова, через отверстие в центре. Экипаж продолжал подъем, пока не вынырнул в озере в самом сердце королевского дворца.

Дворец был построен вокруг небольшого озера посреди острова, через которое попадали все, кроме самых исключительных гостей. Любой, кто пытался приблизиться по воздуху, оказывался уничтожен невидимыми защитными системами.

Выйдя из экипажа, Лиара должна была пройти обязательный досмотр. Никакого риска нападения на дворец не допускалось. Королевские гвардейцы тщательно осмотрели кучера и сам экипаж, прежде чем открыть дверь. Лиара вышла, и её, как и салон экипажа, просканировали досмотровыми устройствами.

— Прошу прощения за беспокойство, леди Лиара, — сказал гвардеец, проводя устройством над её телом.

— Ничего страшного, Джалид, — ответила Лиара. — Ты выполняешь свой долг. Прибереги извинения на тот случай, когда будешь его не выполнять.

— Благодарю, миледи.

— Как там твой мальчишка, Джалид?

— Немного слишком похож на отца, миледи. Вечно учится на своих ошибках.

— Ты вырос неплохим человеком. Уверена, он вырастет в достойного мужчину.

— Благодарю, миледи.

Лиара происходила из одной из отдаленных ветвей королевской семьи. Она была недостаточно близка к главной ветви, чтобы называться принцессой, хотя имела право на дом на королевском небесном острове и в юности участвовала в борьбе за трон. Она знала, что не сможет тягаться с преимуществами, которые дало воспитание Штормовому принцу; вместо этого она нацелилась на приключения.

Тот Штормовой принц предсказуемо стал Королем Штормов, и Лиара никогда не жалела о своем выборе. Она сделала долгую и престижную карьеру в специальных операциях Общества искателей приключений как один из штатных экспертов-искателей. После десятилетий охоты на людей, обладавших запрещенными эссенциями или иным образом нарушавших правила Общества, её перевели в группу реагирования на Строителя.

После завершения досмотра Лиаре разрешили вернуться в экипаж, и он завершил путь к королевскому небесному острову. Экипаж направился к одному из колец, позволявших пройти сквозь защиту острова, и опустился в каретном дворе.

Город Римарос был географически раздроблен: от трех главных островов до искусственных частных островов и летающих островов над водяными гейзерами. Королевский небесный остров был самым внушительным из них, вмещая не только королевский дворец, но и самую престижную недвижимость в Королевстве Штормов. Это делало его одним из самых элитных мест во всем мире.

Располагаясь вокруг королевского дворца в центре, который сам был построен вокруг небольшого озера, остров вмещал посольства стран со всего мира и особняки абсолютной элиты. По обычаю, младшие члены высшей аристократии воспитывались там, что позволяло проходить дипломатическую подготовку и способствовало потенциальным будущим союзам через браки.

Лиара не была исключением. В юности она вышла замуж за местного лорда, чтобы обеспечить королевское влияние в делах его семьи. Хотя она и её муж жили по большей части отдельными жизнями, особенно теперь, когда их дети выросли, это был сердечный союз. Они были скорее друзьями и случайными любовниками, чем настоящими спутниками, но они были счастливы.

Вместо того чтобы искать транспорт, Лиара использовала свою скорость золотого ранга, чтобы промелькнуть по улицам, незамеченная никем, кроме охраны острова. Она прибыла к своему особняку и обнаружила, что её муж, Базеф, как раз уходит. Он встретил её улыбкой, когда она подошла поздороваться.

— Привет, Ли, — сказал он. — Я оставил тебе записку внутри. Дядюшка хочет, чтобы я управлял одной из подводных шахт на время всплеска. Говорят, у кузена Гибби возникли проблемы, и он не может поехать.

Лиара нахмурилась. Хотя её муж женился, выйдя из Дома Амуз в королевскую семью, он оставался высокоуровневым менеджером в бизнес-интересах семьи Амуз.

— Думаю, проблема может быть в том, что твой дядя говорит Гибби то, чего не следовало бы, — сказала ему Лиара. — Гибби всегда не хватало пары твердых слив в корзине, но на этот раз я не могу его винить. Не думаю, что тебе тоже стоит ехать.

— Я буду в безопасности. Ты же знаешь, насколько укреплено это место. Большая часть крепости находится полностью под морским дном.

— Ладно, но не иди на ненужный риск. Если увидишь что-то, что не является просто монстрами, свяжись с Обществом искателей приключений. Немедленно.

— Ты имеешь в виду рыбу?

— Базеф, посмотри на мое лицо.

— Да, дорогая.

— Как думаешь, насколько хорошо на меня сейчас подействует обаяние?

— Прости, дорогая. Всё будет не так уж плохо, правда? Я слышал, они ожидают активности от Строителя, но говорят, что всё будет в порядке.

— Конечно, они говорят это людям, — сказала Лиара. — Они не хотят вызывать панику. Я не могу рассказать тебе подробности, Бас, но всё будет нехорошо.

— Ладно, Ли. У меня всё еще есть маяк ауры, который ты мне дала, если всё остальное откажет.

— Если всё остальное откажет, ты застрянешь в дыре на дне моря. Мне нравится, что ты думаешь, будто я смогу каким-то образом спасти тебя от этого, но у всех нас есть пределы. Я серьезно, Базеф. Любая странность — отправляй весточку в Общество искателей приключений. Даже если почти уверен, что это ничего не значит.

— Хорошо, — сказал он с улыбкой. — Мне повезло с женой, которая так обо мне заботится.

Он заключил её в объятия.

— О, и Веспер внутри.

— Что она там делает? — удивилась Лиара.

— С каких пор Вес нужна причина, чтобы прийти к тебе? — спросил Базеф. — Что-то случилось?

— Да. Идет всплеск монстров.

— Дорогая, это твой шестой всплеск. Я никогда не видел тебя такой.

— Это не просто очередной всплеск монстров.

— Культ Строителя бегает вокруг уже много лет.

— Не так, как сейчас, — сказала она. — Пообещай мне, что будешь осторожен.

— Я почти уверен, что только что это сделал.

— Бас, ты должен пообещать мне.

— Ладно, — сказал он. — Обещаю.

* * * Лиара нашла Веспер в гостиной, грабящей шкафчик с напитками.

— Привет, Ли. Прошло немного времени. Хочешь?

— Конечно, — сказала Лиара, плюхаясь на диван. — Дела шли довольно напряженно, что заставляет меня гадать, что ты здесь делаешь. Не то чтобы тебе здесь не рады в любое время.

Веспер подошла от шкафчика, протянула Лиаре стакан и села рядом с ней.

— Ты действительно выглядишь измотанной, — сказала Веспер. — Ты видела Баса на выходе?

Лиара кивнула, отпивая из стакана. У неё широко открылись глаза.

— Вес, я не собираюсь расслабляться настолько. Ты вообще можешь пить это на серебряном ранге, чтобы тебя не убило?

— Прости, — сказала Веспер. — Сопротивление ядам, знаешь ли? Это должно быть что-то крепкое.

— Это не крепкое; это средство для чистки лодок. Зачем ты здесь, Вес? Мне нужно поспать.

— Мне нужна твоя помощь в деликатном деле. Это касается семьи, и всё должно оставаться как можно тише.

— Что тебе нужно?

— Я хочу, чтобы ты вытащила записи члена Общества искателей приключений, чтобы никто об этом не узнал.

— Я не могу сделать это, если это кто-то важный. Как имя?

— Джейсон Асано.

Лиара моргнула.

— Я знала, что это имя мне знакомо, — сказала она. — Откуда я его знаю? Это не дает мне покоя.

— Ты знаешь об Асано?

— Его проверяли на предмет потенциальной связи с культом, — сказала Лиара. — Где я слышала это имя раньше?

— Зара, — сказала Веспер с гримасой.

— Зара? Когда бы...?

Лиара достала папку из пространственного мешочка на поясе, отложила фотографию Джейсона из папки и начала листать бумаги внутри. Веспер взяла фотографию, на которой Джейсон с идиотской ухмылкой держал сэндвич.

— Почему ты носишь с собой досье Асано?

— Я не могу тебе сказать.

— Это единственная фотография, которая у тебя есть?

— Это та, что была в архиве Магического общества, — сказала Лиара, продолжая листать страницы. — Его способности затрудняют отслеживание или запись изображений. Вы с Зарой отправились на край света и встретили Эмира Бахадира. То место называлось Гринстоун?

— Да, — подтвердила Веспер.

— А потом Зара вернулась и...

— Да.

— И это был Асано?

— Да.

— Они действительно...?

— Нет.

— Значит, то, что делает Зара, — это политика, использование его имени.

— Да.

— Что теперь станет фиаско, раз он снова жив.

— Вот почему я здесь.

— Что ж, — сказала Лиара. — Это бардак.

Она сделала еще глоток средства для чистки лодок.

— Асано создает проблемы? — спросила она.

— Пока нет. Я узнала, что он здесь, только потому, что тетя Пелли связалась со мной. Он обосновался в доме на Арноте. В облачном доме, который Зара не смогла выиграть, потому что Бахадир подстроил состязание.

— Я бы не была так уверена, — сказала Лиара, захлопывая папку. — Чем больше копаешься в нашем мистере Асано, тем интереснее самородки выпадают.

— Можно взглянуть? — спросила Веспер, потянувшись к папке.

— Нет, — сказала Лиара. — У группы реагирования на Строителя есть доступ к файлам, связанным со Строителем, которые не появляются в общих записях Магического общества и Общества искателей приключений.

— Ли, это я. И это касается семьи.

— Быть королевской особой означает, что мы должны быть более щепетильны в отношении правил, Веспер, а не менее. Мы должны быть примером.

Веспер застонала.

— Ли, это ты внесла эссенцию веселья в список запрещенных?

— Нет такой вещи, как эссенция веселья.

— Очевидно. Может, мне всё-таки стоит его убить. Если кто-то узнает, это купит нам еще пару лет со вторым периодом официального траура. Мне просто нужно убедиться, что это выглядит как несчастный случай. Или монстр. Происходит всплеск монстров. Еще одна смерть не вызовет подозрений.

— Как и твое очевидное желание убить этого человека, то, что сделала Зара, — это нарушение приличий, — сказала Лиара. — Нельзя просто притворяться, что ты тайно согласилась выйти замуж за кого-то, кто теперь удобно мертв, чтобы избежать политического брака. К тому же, убить его было бы плохой идеей.

— Я знаю. Он бегает с внуком Роланда Ремора. Вот почему мне придется быть осторожной.

— Пожалуйста, перестань говорить об убийстве людей.

— Я не собираюсь никого убивать, — сказала Веспер. — Я прикажу его убить. У нас есть люди для этого, верно? Как насчет Ордена Жнеца? Они вернулись.

— Держись от них подальше.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Я знаю много вещей, которых не знаешь ты, Веспер. Включая мораль, по-видимому. В любом случае, тебе не стоит пытаться убить Асано. Он, вероятно, не останется мертвым.

— Ты знаешь, как он вернулся?

— Нет, но я видела его сертификат из Церкви Смерти, и там было сказано, что он умирал четыре раза. Пока что. Там на самом деле было написано «пока что» в сертификате. Я никогда такого раньше не видела.

— Четыре? Тебе стоит спросить Церковь Смерти, что там происходит.

— Они никогда не раскрывают детали воскрешения, поверь мне. Особенно с тех пор, как несколько лет назад они объявили, что это будет сложнее.

— Разве это не было как раз во время смерти Асано?

— Он не имел к этому никакого отношения. У него могут быть свои секреты, но он вряд ли стоит того, чтобы боги меняли правила магии из-за него.

— Ты спрашивала Асано, как он вернулся?

— Всё, что он сказал, это то, что возвращение с того света — это своего рода его фишка. Как только я увидела его сертификат, это оказалось не таким уж шутливым, как я сначала подумала.

— Период официального траура Зары почти закончился, — сказала Веспер. — Время его прибытия подозрительно.

— Как я и сказала: у парня есть секреты, — признала Лиара.

— Какие?

— Я не знаю, Веспер. Это и делает их секретами.

— Ли, это важно. Беспорядок Зары вызвал напряженность с Домом Ириос, когда мы меньше всего можем себе это позволить. Присутствие Асано может превратить маленькую ложь Зары из большой политики в большую катастрофу. Нам нужно знать намерения Асано, прежде чем мы решим, что с ним делать.

— Тогда рекомендую тебе поговорить с тетей Зилой. Она здесь из-за всплеска, верно?

— Я слышала, что да, хотя сама её не видела. Ты правда думаешь, что нам нужен алмазный ранг для Асано?

— Если мы хотим быть уверены, да. Мои инстинкты подсказывают, что он опасен.

* * * Джейсон счастливо смотрел на ряд барбекю, установленных перед его облачным домом.

— Думаю, тебе может понадобиться еще, — сказал Арджи, стоя рядом с ним.

— Арджи, сколько людей ты пригласил?

— Еще столько же грилей должно хватить.

Джейсон посмотрел на Арджи, затем снова на барбекю.

— Мне понадобится больше еды.

Час спустя Джейсон выгружал больше столов, больше барбекю и пару вертелов из своего хранилища, а Арджи помогал ему всё расставлять. Фарра и Руфус вышли из облачного дома, чтобы осмотреть всё.

— Это барбекю или фестиваль? — спросил Руфус.

— Хорошо, что здесь много приятной открытой травы, — сказал Джейсон. — Виды тоже хорошие. Это будет здорово.

— Ага, — согласилась Фарра. — Все сегодня собираются «Ван Чанг».

Руфус повернулся от Фарры к Джейсону.

— Что ваш мир делает с людьми?

— Руфус, тебе нужно смириться с этим, — сказал Джейсон. — Фарра присоединилась к церкви Воздушного волка, и ты ничего не можешь с этим поделать.

— Просто для ясности, — сказала Фарра, — я абсолютно точно не присоединялась к церкви Воздушного волка.

— Это был четвертый сезон, верно? Использованные кадры были не так уж плохи.

— Это были не использованные кадры.

— Ты больше по части Величайшего американского героя. Это я могу поддержать.

— Вообще-то да, я такая.

— Надеюсь, остальные найдут нас скоро, — сказал Руфус. — Я не могу выносить, когда меня так перевешивают.

— О, ты связалась со своими родителями? — спросил Джейсон Фарру.

— Нет, — сказала Фарра. — Камеры водной связи забронированы полностью. Общество искателей приключений сказало, что их уведомят вместе с нашими командами.

— Это хорошо, — сказал Джейсон. — Нам нужно доставить тебя к ним, как только мы закончим в Римарос.

— Тебе стоит попробовать снова Церковь Смерти, — сказал Руфус. — Я был так поглощен встречей с тобой в тот день, что не подумал, пока ты был там. Они будут не так заняты, как Общество искателей приключений. Возможно, они захотят передать весть о твоем воскрешении, чтобы она не потерялась в суматохе всплеска монстров.

— Отличная идея, — сказал Джейсон.

— Завтра, — сказала Фарра. — Сегодня вечером у нас барбекю.

— Мне не нравится, как похоже вы двое начинаете звучать, — сказал Руфус.

— Мы знаем, Руфус, — сказал Джейсон. — Ты уже упоминал.

— Пора добавить новое правило в игру с выпивкой, — сказала Фарра. — Не могу дождаться, чтобы рассказать Гэри.

Она окликнула Арджи, всё еще передвигавшего столы для пикника.

— Эй, Арджи. Ты знал, что семья Руфуса управляет школой?

— Ага, — отозвался Арджи. — Он упоминал об этом вчера.

Джейсон и Фарра разразились смехом.

ИСТОРИЯ ВОЙНЫ

ИСТОРИЯ ВОЙНЫ

Барбекю у Джейсона было в самом разгаре: люди толпились вдоль края утеса, а дети плескались в реке, позволяя течению нести их к магическому барьеру, который не давал им упасть с водопада и отбрасывал назад. В одной руке Джейсон держал сэндвич со стейком, а в другой — напиток в кокосе с выдолбленной сердцевиной.

— Хорошо здесь, — сказал Руфус, пока он, Джейсон и Фарра прогуливались, знакомясь с местными жителями. — Завтра Общество искателей приключений и работа, так что полезно расслабиться и приступить к делам со свежими силами. Грядет всплеск активности монстров, так что будет жарко.

Джейсон и Фарра, прошедшие через прото-пространства и волны монстров, переглянулись. По сравнению с ними всплеск активности монстров казался отдыхом. Всплеск был гораздо масштабнее локальных событий, через которые прошла эта пара, но личные ощущения были куда менее острыми.

— Должен сказать, — произнес Джейсон, — чувства серебряного ранга отлично подходят для готовки. Усиленное чувство вкуса очень помогает освоиться с новыми ингредиентами. Кстати о них…

Он помахал местной жительнице и подошел к ней — женщине лет тридцати, в ауре которой не было магии.

— Гвенди, ты просто принцесса, — сказал Джейсон. — Этот рецепт соуса… у меня просто нет слов.

— А это, поверь мне, кое-что да значит, — добавил Руфус.

— Это всегда был наш любимый рецепт, — ответила Гвенди. — Митрас и Гелли передавали привет?

— Они помахали мне, когда бежали к реке, — усмехнулся Джейсон, и Гвенди покачала головой.

— Никаких манер у этих двоих. О, Джасил и мистер Уолш тоже тебя искали.

— Уверен, мы еще столкнемся, — ответил Джейсон.

Руфус наблюдал за Джейсоном, пока они продолжали обходить гостей.

— Откуда ты уже знаешь столько этих людей? — спросил он.

— Всё это не само собой появилось, знаешь ли, — сказал Джейсон, широко обводя рукой столы для пикника, грили, стулья, бочонки с выпивкой и всё остальное. — Думаешь, у меня было время столько готовить? Посмотри на тот стол с салатами. Такие маленькие общины; они отлично умеют сплачиваться. Лучшие люди, которых ты когда-либо встретишь.

День сменился вечером, и великолепный закат опустился за западные холмы. Вместо того чтобы расставлять светящиеся камни, Джейсон наколдовал свой плащ, который выглядел немного нелепо поверх его рубашки в цветочек и шорт, даже с откинутым капюшоном. Частицы звездного света вырвались из плаща и поплыли над площадкой, дополняя звездный свет, льющийся с неба.

— Выпендрежник, — обвинил его Руфус.

— Как всегда, — ответил Джейсон с улыбкой, которая не дошла до его глаз. — Где-то по пути я забыл, что магия — это не только страдания, опасность и смерть. Хорошо быть дома.

Джейсон улизнул, чтобы поздороваться с другими местными жителями, натянув улыбку, когда махал им рукой. Руфус с беспокойством смотрел ему вслед.

— Насколько всё было плохо на самом деле? — тихо спросил он Фарру.

— Он хотел забрать с собой свою семью, — сказала она. — Они не поехали, потому что боялись его.

— Из-за того, как работают его способности?

— Нет. Но проследи, чтобы Гэри не шутил про злые силы, когда приедет, хорошо?

* * * Джейсон сразу нашел общий язык с местным обладателем золотого ранга, отставным искателем приключений Уорвиком Уорноком. Несмотря на имя, подходящее суперзлодею среднего пошиба, он был дружелюбным и скромным, сильно приглушив свою ауру, чтобы никому не было некомфортно.

Все, у кого была аура, следовали этикету, вежливо сдерживая её. Уорнок держал свою взаперти, точно так же, как и Джейсон с тех пор, как его попытка замаскировать ауру пошла не по плану при встрече с чиновником Общества искателей приключений на яхте Джейсона.

Джейсон почувствовал приближение еще трех аур золотого ранга, одна из которых принадлежала Пелли, мэру. Он тихо исчез в тенях, оставив свои мерцающие огоньки позади, и встретил их до того, как они подошли к месту сбора.

Пелли поднималась по тропинке из города с двумя другими селестинами. У обоих были изумрудные волосы и такие же глаза, и в их аурах не было заметно Ядер монстров. Глядя на них, особенно на мужчину, Джейсон заметил ряд несоответствий. Было что-то странное в том, как они держались, и в том, что их ауры были слишком идеальными, даже для золотого ранга. Это напомнило ему Доун, когда она застряла ниже своего истинного алмазного ранга.

Его подозрения почти подтвердились, когда он почувствовал легчайшее дуновение ауры женщины, коснувшееся его собственной, прежде чем снова исчезнуть из его восприятия. Это не выдало силу алмазного ранга, но он был уверен, что они сканируют его ауру, оставаясь почти незамеченными, несмотря на его силу и контроль. Джейсон знал, что не может закрыться от достаточно решительного и могущественного золотого ранга, но сомневался, что даже сильнейшие могли бы изучить глубины его ауры незамеченными. Для этого потребовался бы алмазный ранг.

Тень появилась из тени Джейсона, и три руки протягивали напитки новым гостям.

— Тень Жнеца? — спросил мужчина, принимая предложенный напиток.

— Именно так, сэр. Меня зовут Тень.

— Вы приписаны к Ордену Жнеца?

— Раньше, сэр. Я считаю, что моя служба этой организации была достаточной, и я весьма решительно двигаюсь дальше.

— Они оставили его в дыре под озером на полтысячелетия, — сказал Джейсон. — Как вы, несомненно, знаете, более политически амбициозная фракция подставила остальных. О, автобус — это...

— Я знаю, что такое автобус, мистер Асано, — сказал мужчина. — Вижу, мне следовало быть более осторожным со своей аурой и языком тела.

— Я знаю эту историю, — сказал Джейсон. — Вы поставили меня в невыгодное положение, сэр, что, как я вижу, становится досадной тенденцией.

Затем Джейсон повернулся к Пелли.

— Вы ведь понимаете, что это должно было быть скромное собрание, мисс Римарос? Или миссис Римарос?

— Пелли, спасибо, молодой человек. Это Зила и...

— Сорамир, — сказал мужчина.

— О, — сказал Джейсон, глядя на Сорамира. Одной из вещей, которые Джейсон узнал за последние несколько дней, было то, что в местной культуре палиндромные имена и фамилии присваивались во взрослом возрасте, а не при рождении, и обозначали важных членов семьи. Это было наиболее распространено в небольших семьях, где это мог быть выдающийся искатель приключений или высокопоставленный гражданский чиновник. Чем известнее была семья, тем менее распространенной была эта практика. Учитывая, что его имя было палиндромом королевской семьи, которая делила название со столицей, Джейсон предположил, что он действительно был весьма заметной фигурой.

— Вы уверены, что стоило ему это говорить? — спросила Пелли.

— Мы уже проявили неосторожность, — сказал ей Сорамир, — что сделало наши намерения и нашу грубость очевидными. Нам следует хотя бы воздержаться от усугубления нашей невежливости.

— Приятель, — сказал Джейсон, — последний алмазный ранг, которого я встретил, убил меня, так что мои стандарты вежливости работают по немного другой шкале. К тому же, я и сам бываю грубоват время от времени, так что не волнуйтесь. Приятно познакомиться с вами обоими. Давайте все пойдем и съедим по сосиске.

* * * Глубокой ночью все разошлись по домам. Тень убирала мусор, пока Джейсон чистил барбекю. Руфус и Фарра предлагали помощь, но Джейсон отказался, зная, что ему нужно побыть одному. Одно из тел Тени держало грязную жаровню, пока Джейсон наносил алхимическое чистящее средство и тер её.

— Почему? — спросил он пустоту. — Я просто обычный парень.

— Мы оба знаем, что это не так, — сказал Сорамир, внезапно оказавшись рядом с Джейсоном. — Я почувствовал твое прибытие в этот мир несколько дней назад. Я видел то, что скрывается внутри тебя, и даже я не знаю, что это всё такое. Одни только твои фамильяры внушают ужас.

Продолжая тереть жаровню, Джейсон покосился на Сорамира. Изумрудные волосы и глаза, которые мужчина демонстрировал на вечеринке, сменились на их естественный королевский синий цвет.

— Я не угроза для вас, — сказал Джейсон. — Я не угроза для вашей семьи. Какое вам дело до меня?

— Ты злишься.

— О, ТЫ ТАК ДУМАЕШЬ?

Джейсон вырвал жаровню у Тени и швырнул её с утеса. Она ударилась о невидимый барьер и отскочила, приземлившись на траву, в то время как Джейсон резко развернулся к алмазному рангу.

— Я должен был покончить с высокоранговыми, — прорычал он. — У вас здесь и так своих хватает, чтобы играть. Почему вы пристали ко мне?

— Моя семья оказала вам медвежью услугу, мистер Асано. Втянула вас в то, о чем вы не просили и чего не заслуживаете. Из-за этого вы представляете для нас угрозу. Может, и не серьезную, но потенциально неловкую, которая уже ставит под угрозу критически важные отношения в критический момент.

Джейсон закрыл глаза, беря себя в руки. Несмотря на всю его ярость, его аура даже не дрогнула. После того как она непреднамеренно напугала его семью, Джейсон решил больше никогда не выпускать её из-под контроля, каким бы ни было его эмоциональное состояние. Сорамир, однако, был одним из немногих, кто мог видеть его насквозь, замечая боль и ярость, сжигающие его изнутри, словно печь.

— Полагаю, это как-то связано с Зарой, — спросил Джейсон спокойным, тихим голосом.

— Да. Обычно я не вмешиваюсь в дела семьи, но один из наших потомков пришел к нам, потому что семье нужно было оценить вас. А это не так уж просто сделать.

— Оценить меня. Вы имеете в виду выведать мои секреты.

— Именно. Мне было любопытно, когда человек, которого моя семья хотела исследовать, оказался тем самым, кто прибыл в этот мир столь эффектным образом. Вам повезло приземлиться в тот шторм, иначе я был бы не единственным, кто обратил на это внимание.

— Кажется, это уже не имеет значения, верно?

— Полагаю, нет. Вы должны были подумать, что мы просто еще одна пара золотых рангов.

— Просто еще одна пара золотых рангов, — пробормотал Джейсон, проводя рукой по измученному лицу, прежде чем снова встретиться взглядом с Сорамиром. — Я серебряный ранг. Золотые ранги не должны знать моего имени, не говоря уже о вас. Сколько времени пройдет, прежде чем кто-то из вас убьет меня окончательно?

— Ты всё еще здесь. Это о чем-то говорит.

— У меня тоже есть что сказать, но я не буду. Это было бы недипломатично.

Джейсон жестом указал на Тень, которая подобрала жаровню и начала счищать грязь, которую та набрала после падения.

— Я уже был мертв, и вы меня не избиваете, — сказал Джейсон, снова успокоившись. — Это значит, что проблемы, которые у вас возникли, связаны не с тем, что я сделал. Что натворила Зара, и насколько всё плохо для меня?

— В вашем мире есть понятие политического брака?

— Есть.

— Зара была помолвлена с членом семьи Ириос. Дом Ириос — ведущий производитель оборонительных инженерных сооружений. Оборона, на которую полагаются многие города и крепости, включая Римарос, спроектирована и поддерживается Домом Ириос.

— Тогда вам нужны с ними прочные отношения, сейчас больше, чем когда-либо.

— Именно. Союз Зары и парня из Ириос создал бы политическую стабильность перед лицом всплеска активности монстров, с которым мы сейчас столкнулись.

— И всё стало только хуже из-за того, что Строитель использовал его, чтобы прорваться.

— Ты тоже прорвался.

— Всё, во что я вторгаюсь — это местные запасы кристаллической промывки. Со мной не так уж сложно иметь дело.

— Ваша душа говорит об обратном, мистер Асано. Она рассказывает историю войны.

Джейсон смыл грязь с жаровни и поставил её обратно на барбекю, пока Тень доставала следующую.

— Итак, — сказал Джейсон. — Что она сделала, чтобы испортить эту брачную договоренность? И, что более важно, какое отношение это имеет ко мне?

— В нашей культуре принято соблюдать двухлетний период формального траура после потери супруга. Или потенциального супруга.

Рука Джейсона перестала тереть.

— Она этого не сделала.

— Боюсь, что сделала. Слишком публично, чтобы семья могла остановить или отменить это, не сделав политический беспорядок, который она устроила, еще хуже. Что, конечно, и было её намерением.

— Это неприемлемо, — сказал Джейсон и вернулся к чистке.

— Нет, — согласился Сорамир. — Это не так.

— Немного флирта и тарелка печенья с орехами и ягодным молоком не являются предложением руки и сердца.

— Я видел культуры, где это можно было бы оспорить, но я понял вашу мысль.

Джейсон издал смешок, который прозвучал как всхлип, и опустил голову.

— Всё должно было быть не так, — пробормотал он.

— Это проблема, которую нужно решить, — сказал Сорамир. — Если бы мы поняли, что произошло, до того, как вы зарегистрировались в Обществе искателей приключений здесь, мы могли бы тихо отправить вас прочь, и ничего бы не случилось.

— Вы всё еще можете это сделать, — сказал Джейсон. — У вас есть сила, чтобы вытащить меня отсюда, к черту Общество искателей приключений.

— Вашего отсутствия уже недостаточно. Даже если вы исчезнете, рано или поздно ваше воскрешение будет замечено. Попытка скрыть это сейчас только привлечет к этому внимание.

— Слишком много пальцев в пироге Общества искателей приключений?

— Именно так.

— Что тогда?

— Пока что продолжай в том же духе. Будь незаметным искателем приключений. Есть льготный период, прежде чем вас обнаружат другие, в течение которого семья выработает ответные меры. Пелли и Лиара Римарос будут вашими контактными лицами в дальнейшем. Семье, вероятно, потребуется ваше сотрудничество для всего, что последует за этим.

— И что я получу за свое сотрудничество?

— Я уверен, они смогут компенсировать вам всё в достаточной мере.

— Я — нет.

— Я здесь не для того, чтобы вести переговоры, мистер Асано.

— Я тоже. Я здесь, чтобы чистить барбекю, так что либо помогайте, либо проваливайте.

— Всё идет не очень хорошо, правда?

— Раньше я лучше скрывал свои эмоции, — сказал Джейсон. — Наверное, раньше они были меньше. Не то чтобы от вас можно было что-то скрыть.

— Чего вы хотите, мистер Асано?

— Вы не отправите меня прочь?

— Для этого уже слишком поздно.

— Тогда привезите ко мне мою команду. Они в Витессе. И товарища Руфуса и Фарры тоже. И родителей Фарры.

— Это выполнимо, хотя это придется сделать после того, как всё раскроется. Если вы получите особое отношение до этого, ваша анонимность не сохранится. Что еще?

— Всё, чего я хочу — это встретиться со своими друзьями и чтобы меня оставили в покое. Мне больше ничего не нужно ни от вас, ни от вашей семьи.

ЛЮБАЯ ПОМОЩЬ ПРИГОДИТСЯ

ЛЮБАЯ ПОМОЩЬ ПРИГОДИТСЯ

Фарра с беспокойством смотрела на Джейсона, пока они сидели за столом вместе с Руфусом, поедая завтрак, который только что приготовил Джейсон. Покинув свой родной мир, Джейсон сразу же изменился в настроении. Темные тучи, сгущавшиеся последние несколько лет, наконец рассеялись, но ночной визитер снова их призвал. Джейсон сидел угрюмый, лениво ковыряя вилкой жареную сосиску.

— Я никогда не встречалась с этой Принцессой Ураганов, — пробормотала Фарра, — но, кажется, мне придется отправить ее пощечиной прямо в чертов океан.

— Джейсон, тебе просто нужно подыграть и переждать это, — сказал Руфус. — Судя по тому, что ты рассказал нам вчера вечером, они не пытаются загнать тебя в трудное положение. Напротив, они хотят как можно скорее вытащить тебя из этой ситуации. Тебе стоит согласиться и позволить им это сделать. Ты не понимаешь местную политику, а они понимают.

— Возможно, — ответил Джейсон. — Мне не нравится доверяться влиятельным людям, чьи цели не совпадают с моими.

— Но они совпадают, — сказал ему Руфус. — Вы оба хотите, чтобы ты выбрался из этой ситуации.

Джейсон бросил вилку на стол и повернулся к Руфусу.

— Нет, Руфус, они хотят совсем другого. Они хотят расхлебать политическую кашу, которую заварила их принцесса, действуя так, чтобы получить максимум при минимуме затрат. Да, это может означать, что меня нужно вытащить из города как можно быстрее и тише, но, похоже, этот поезд уже ушел. Даже если нет, что, если лучший способ вытащить меня из города — это убить, сжечь и развеять мой прах над океаном? Что, если они решат поднажать и выдать меня замуж за свою чертову принцессу? Капитан Бриллиантовые Штанишки порылся в моей душе и, кажется, остался доволен увиденным, так что я не исключаю и такой вариант.

Джейсон наполовину приподнялся со стула, но выдохся и рухнул обратно, понурив плечи. Он потер лицо обеими руками.

— Прости, Руфус, — сказал он. — Ты этого не заслужил.

Джейсон встал и вышел из комнаты.

— Видишь? — сказала Фарра Руфусу, поднимаясь, чтобы пойти следом за Джейсоном.

Она нашла его на верхнем балконе дома из облаков; он свесил ноги через край, а голова покоилась на перилах. Она села рядом, но ничего не сказала, ожидая, когда он заговорит. Это заняло время.

— Моим первым порывом было сделать что-то довольно радикальное, — наконец сказал Джейсон. — Решить это по-своему, на своих условиях. Но каждый раз, когда я так делаю, решение всегда порождает новые проблемы, и расплачиваюсь за это никогда не я.

— Какое решение ты имел в виду?

— Написать песню под названием «Я Джейсон Асано и я люблю проституток», напиться в стельку, а потом огромными буквами нарисовать текст на рыночном бульваре, пока меня кто-нибудь не арестует.

Она рассмеялась.

— Опозорить себя, чтобы потерять статус завидного жениха? Боюсь, ты недооцениваешь степень разложения аристократии. Подобные вещи они постоянно заметают под ковер. У них свои правила того, что приемлемо, а что нет, и не так много вещей, которые ты способен нарушить.

— У меня нет благородного происхождения, которое можно было бы опозорить?

— Именно. Существует ожидание, что авантюристы, даже возведенные в дворянство, будут лишены определенных приличий. Есть только два реальных способа для кого-то вроде тебя стать по-настоящему неприкасаемым. Один из них — быть жалким авантюристом.

— Разве я уже не грязный универсал?

— Это предрассудки дураков. Если ты хочешь списать себя со счетов, тебе нужно провалить несколько миссий, причем плохо и очень демонстративно. Чего ты делать не собираешься.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь выбираться из-под автобуса, бросая под него людей, которых должен защищать. Кстати, тот алмазный ранг знал, что такое автобус. Я почти уверен, что он путешествовал между измерениями.

— Твой мир?

— Сомневаюсь. Мой не самый продвинутый из существующих, и я сомневаюсь, что мы были единственными, кто изобрел автобус. Тень основывал большинство своих форм транспортных средств на каком-то другом мире с лучшими технологиями.

— Думаешь, алмазный ранг знает о Доун?

— Возможно. У нас было не так много времени, чтобы обсудить, что именно она будет здесь делать.

— По крайней мере, она не рассказала людям о твоей роли в...... наверное, не стоит говорить. Кто знает, слушает ли нас алмазный ранг?

— Все должно быть в порядке, — сказал Джейсон. — Балкон все еще часть моего духовного домена, и я не уверен, могут ли даже боги подглядывать за нами здесь.

— Правда?

— Не могу быть уверен, но думаю, что так.

— Это само по себе привлекает внимание. Разве это не делает дом пульсирующей «мертвой зоной» для чувств этих алмазных рангов?

— Вероятно.

— Не было реального шанса избежать их внимания, верно?

— Нет. Я надеялся, что им просто будет все равно, потому что я серебряный ранг. А потом Принцесса Заноза-в-заднице все испортила. Ты сказала, что есть еще кое-что, что я могу сделать, чтобы превратить себя в «Мистера Неправильного»?

— Вести себя выше своего положения. Это больше по твоей части, и ты уже сталкиваешься с королевскими особами.

— Нет, — сказал Джейсон. — Если я это сделаю, то любое желание королевской семьи защитить меня от этого испарится, а у меня все еще нет понимания того, кто здесь игроки и какие у них планы. Что произойдет, когда семья того, на ком Зара должна была жениться, решит, что я — невыносимое пятно на репутации их дома? Что, если отвергнутый жених решит, что лучший способ навредить мне — это послать пару дядей золотого ранга на наши поиски? Они не будут настолько глупы, чтобы трогать Руфуса, но на нас с тобой будет открыт сезон охоты.

— Тогда какой наш ход?

— То, что сказал Руфус. Мы играем в эту игру, пока что. Нам нужно узнать больше и следить за возможностями получить хоть какой-то контроль. Смелость — это действовать в нужный момент, а безрассудство — в неподходящий. Мне нужно перестать быть безрассудным и стремиться к смелости.

— Мне жаль, что мы снова по уши в этом вляпались, — сказала Фарра. Джейсон одарил ее усталой, но искренней улыбкой.

— По крайней мере, не по горло, — сказал он. — Никто еще не просил меня спасать мир.

Он убрал ноги с перил и легко спрыгнул на ноги.

— Как бы все это ни раздражало, — сказал он, — это просто шум и чепуха. Я предлагаю позволить политикам играть в политику, а самим просто быть авантюристами. По крайней мере, сейчас.

Фарра тоже поднялась на ноги.

— Я ненавижу то, что они заставляют тебя бегать в одиночку, — сказала она. — Ты должен быть с нами.

— Ты довольна гильдией, к которой тебя прикрепили?

— Это сестринская гильдия нашей. Они помогают нам, когда наши члены находятся в этой части мира, а мы делаем то же самое, когда они находятся в нашей. Они будут добры к нам. Я беспокоюсь за тебя.

— Тебе не нужно беспокоиться, — заверил ее Джейсон. — Это же я. Что может пойти не так?

— Ты правда собираешься так искушать судьбу?

— Судьба первая искусила меня. Если я могу сражаться со Строителем, то, черт возьми, я могу сразиться и с ней.

— Ты понимаешь, что на самом деле нет никакого бога судьбы, верно? Это просто метафора.

— Хорошо, потому что я почти уверен, что не смог бы ее одолеть.

* * * Портальная арка Джейсона открылась на площади телепортации кампуса Общества искателей приключений, которая все еще была заполнена людьми. Джейсон, Фарра и Руфус направились в зал заданий, где людей роилось столько же, сколько окружало административное здание пару дней назад.

— Может, нам не стоило тратить эти дни на отдых перед тем, как прийти сюда, — сказал Руфус. — Я внезапно перестал чувствовать себя отдохнувшим.

— Не думаю, что можно было увернуться от этой конкретной пули, — сказал Джейсон.

— Что такое пуля? — спросил Руфус.

— Это как стрела, только не нужна магия, чтобы она не была отстоем, — сказал Джейсон.

— Давайте просто войдем, — сказала Фарра. — Чем дольше мы откладываем, тем больше людей оказывается перед нами.

* * * Как только они продвинулись в толпе достаточно далеко, чтобы встать в настоящие очереди, Джейсона отделили от Руфуса и Фарры. Они встали в быстро движущуюся очередь членов гильдии и их помощников, в то время как Джейсона смешали с основной массой народа. По крайней мере, ему удалось проскочить вперед бронзовых и железных рангов, так что ожидание было утомительным, но не бесконечным.

Вокруг было много бахвальства: от демонстрации аур до гордости, перерастающей в детские потасовки. Перегруженные работой чиновники Общества искателей приключений сгоняли авантюристов, словно измотанные школьные учителя, вмешиваясь только тогда, когда потасовки выходили из-под контроля. Похоже, существовало негласное правило: пока никто не применяет силы, им позволят самим улаживать разногласия.

Неудивительно, что зал заданий был намного больше, чем в Гринстоуне, и располагался в четырех пятиэтажных зданиях. В каждом из них была установлена большая таблица лидеров, показывающая сотню лучших участников по квоте действий. Внутри обычные доски объявлений о контрактах были убраны и заменены столами, за которыми сидели чиновники, раздающие контракты и отправляющие людей так быстро, как могли. У каждого стола была толстая книга контрактов, магически связанная с центральным архивом, отмечающая, какому авантюристу какое задание назначено.

Джейсона отправили на четвертый этаж второго здания, где он оказался сидящим перед выглядящим задерганным чиновником, который казался более истощенным, чем кто-либо из пользователей эссенции, кого когда-либо видел Джейсон. Он видел людей, которые выглядели свежее после выхода из волн монстров.

— Документы, — сказал мужчина, и Джейсон передал их. Мужчина сверил их со своими записями, а затем посмотрел на Джейсона.

— Вы отмечены для контрактов по доставке ресурсов и снабжения.

— Я так и понял, — подтвердил Джейсон.

— Вы отмечены для значительного объема одиночных операций здесь. Уверены, что справитесь в одиночку?

— Это нашествие монстров. Мы выполняем работу и не привередничаем.

— Это было бы неплохо, — сказал чиновник с тоской. — Авантюристы всегда привередливы.

Он забрал часть бумаг, а остальные вернул Джейсону.

— Вам будут назначать только низкоприоритетные контракты, потому что у вас только одна звезда, — объяснил чиновник.

— Это нормально, — сказал Джейсон. — Я полагаю, те люди устали от того, что их игнорируют, и будут рады любой помощи, которую смогут получить.

— Просто помните, что эта помощь означает доставку припасов, а не убийство монстров. Даже если вы попробуете это сделать и не умрете, они не пойдут в зачет вашей квоты действий или статуса в таблице лидеров. Кстати, обычные награды приостановлены и будут выдаваться еженедельно, исходя из вышеупомянутого статуса в таблице лидеров. Это понятно?

— Кажется, достаточно ясно, — сказал Джейсон. — Сколько контрактов я могу взять за раз?

— Хотите закрыть недельную квоту за пару дней?

— Я подумал, что было бы проще совершить своего рода круговой маршрут, чем тратить время на постоянные возвращения сюда. Мне не особо важна квота.

— Угу. Мне все равно, гонитесь ли вы за таблицей лидеров или что-то в этом роде. Только не дайте себя убить и не халтурьте в погоне за очками.

— Я сделаю все, что смогу.

Чиновник пролистал свою книгу и в итоге назначил Джейсону четыре контракта. Он сделал это, нацарапав имя Джейсона на странице, а затем вырвав ее из книги, где она магически восстановилась. Он разложил страницы перед Джейсоном.

— Вы должны справиться с ними на бегу, — сказал он. — Выполняйте их в том порядке, который я указал, для максимальной эффективности. Сначала вам нужно будет забрать припасы здесь, в городе; в основном это будет со складов снабжения, которые были созданы. Адреса указаны в контрактах. Используйте свой значок члена гильдии, чтобы подтвердить, что вы приняли их.

Джейсон достал свой серебряный значок с одной звездой и коснулся им первого контракта.

* Точка интереса: [Склад снабжения Ливароса №3] добавлена на [Тактическую карту]. * Точка интереса: [Город-крепость Месиладос] добавлен на [Тактическую карту].

— Хорошо, — сказал Джейсон. — С этим я могу работать.

* * * Королевство Штормов удерживало на своих территориях прибрежные регионы континентов, граничащих с Морем Штормов. Один из самых отдаленных городов-крепостей королевства располагался в северо-восточном углу южного материка.

Прибрежный форт был охвачен магическим штормом, надвигавшимся с моря и бившимся о магический купол, который накрывал высокие стены крепости. Обычно барьер был невидимым, но магически заряженные ветер и дождь делали его отчетливо видимым, даже несмотря на то, что все, что находилось за ним, было скрыто.

Пока бушевал шторм, из моря появились монстры. Штормовые шабы были крупными мерзостями с телами акул и крабьими ногами, покрытыми твердым панцирем. Будучи опаснее более слабых разновидностей шабов, эти монстры серебряного ранга выпускали дуги молний из наростов на своих панцирях.

Типичный подход этих монстров заключался в том, чтобы начинать с атак электричеством, парализуя или убивая своих жертв на месте, прежде чем пожирать их, живыми или мертвыми. Однако, поскольку все их потенциальные жертвы находились за надежными стенами, монстрам пришлось действовать иначе.

Будучи умнее шабов более низкого ранга, монстры подождали, пока все их число не выйдет из океана, прежде чем приближаться к форту. Десятки шабов подошли к самому слабому месту форта — главным воротам, а затем начали осаду вместе. Вместо слабых, но быстрых разрядов электричества, которые они использовали на своих жертвах, теперь монстры не торопились, накапливая свою магию. Когда они собрали столько, сколько могли, они обрушили ее мощными ударами молний, которые ударили по магически укрепленным воротам. Несмотря на всю эту мощь, ворота устояли.

Город-крепость был далеко не беззащитен. На стенах стали видны ритуальные круги, посылающие в ответ крупные огненные шары и вызванные копья силы, в то время как пользователи эссенции вели огонь заклинаниями и специальными дальнобойными атаками с крепостных стен, находясь в безопасности за куполом барьера. Многие пользователи эссенции, не имевшие дальнобойных атак, питали своей маной турели, которые, по сути, были увеличенными магическими жезлами, извергающими магию из гигантских кристаллических наконечников.

Никто из пользователей эссенции не выходил навстречу врагам. Это были не авантюристы, и они не выжили бы, нырнув в море монстров. Хотя авантюристы Моря Штормов могли быть могущественными, это были ремесленники, торговцы и мелкие дворяне. Выросшие на ядрах монстров, они были не более боеспособны, чем аристократия Гринстоуна.

Проблема форта заключалась не в защите, а в ресурсах, так как защиты, встроенные в стены, потребляли много магии. Хотя часть этого могла быть обеспечена пользователями эссенции, питающими их своей маной, не все это можно было покрыть таким образом. Духовные монеты и другие источники магической энергии расходовались не только на отражение атак, но и на защиту города-крепости от мощи шторма.

Городу были обещаны дополнительные накопители маны, которые могли концентрировать окружающую магию, наряду с новыми штормовыми накопителями, чтобы использовать энергию штормов. Отдаленный форт был низким приоритетом в занятое время, поэтому эти припасы еще не прибыли.

Эта группа шабов не представляла экзистенциальной угрозы для форта, который был способен их сдержать. Опасность заключалась в том, что убийство живучих монстров потребляло все больше и больше истощающихся ресурсов форта. Эти монстры не прорвут оборону города-крепости, но их атака означала, что следующая группа вполне может это сделать.

Командиром форта был Меррик Харлоу, местный мелкий лорд и пользователь ядер серебряного ранга. Он с недовольством наблюдал со стен, как защитники ликовали, когда городская оборона уничтожила первого шаба. Все, что он видел в мертвом монстре, — это затраты, которые потребовались, чтобы его убить.

Голова Харлоу поднялась, когда он увидел вспышку золотого света, отличную от электрических дуг, выбрасываемых монстрами. Было трудно разглядеть что-либо сквозь шторм, хлещущий по барьерному куполу, но он увидел что-то движущееся среди монстров. Было еще больше золотых вспышек. К пронзительным визгам монстров добавилась боль, достаточно громкая, чтобы быть услышанной сквозь шторм.

Атаки на форт замедлились, а затем прекратились, когда монстры начали стрелять молниями в кого-то посреди них. Шторм усиливался, и защитники вовсе потеряли монстров из виду, видя лишь вспышки молний и золотые всполохи среди них.

Лорд приказал прекратить оборону, сохраняя ресурсы. Даже если то, что там находилось, не убьет монстров, был хороший шанс, что оно их отгонит. Он также не хотел навредить тому, кто или что пришло им на помощь, учитывая, что это почти наверняка был авантюрист. Со временем молнии среди монстров поутихли, и визги монстров затихли. Золотые вспышки прекратились, и остался только шум шторма.

Женщина подошла достаточно близко к воротам, чтобы ее можно было разглядеть сквозь проливной дождь. Она была человеком с темной кожей, ее белые волосы и белая одежда были пропитаны кровью монстров и дождевой водой. Она выглядела изможденной, в одной руке она держала окровавленный, но прекрасный белый меч.

— Чего вы ждете? — взревел лорд. — Открывайте ворота.

ПРОБЛЕМЫ С «МАЛЫШОМ»

ПРОБЛЕМЫ С «МАЛЫШОМ»

Склад снабжения номер три находился в том же складском районе, где Джейсон совершил свою крупную сделку, недалеко от главных рынков Ливароса. Он переместился порталом на площадь назначения на рынке и отправился в путь верхом на черном коне со светящейся белой гривой и копытами.

В городе было полно различных средств передвижения: от парящих платформ и летучих экипажей до авантюристов, едущих верхом на фамильярах, как Джейсон. Одной из вещей, которую Джейсон усвоил, было то, что для полетов в городе требовались разрешения, поэтому он оставался на земле.

Проезжая мимо склада, принадлежащего лорду Касовичу, Джейсон вспомнил о своей дорогостоящей сделке. Он понятия не имел, сколько внимания она привлекла, но теперь королевская семья пристально следила за ним. Он надеялся, что монета алмазного ранга и вся хрустальная промывка отвлекли внимание от других материалов, которые он приобрел в рамках сделки. Теперь, еще больше, чем когда он задумал это во время путешествия между мирами, его личный проект мог оказаться важным, если ему придется бежать из Королевства Штормов.

Склад снабжения представлял собой целый квартал складов, реквизированных под распределительный центр для критически важных ресурсов. Повозки и фургоны въезжали и выезжали из ворот или взмывали в воздух и улетали. Казалось, что все вот-вот столкнется, но Джейсон знал, что в этом хаосе есть определенная закономерность, поскольку все и вся умудрялись разъезжаться, не создавая ничего серьезнее гневных выкриков.

Джейсон приказал Тени развеять форму коня, и фамильяр исчез обратно в тени Джейсона, пока тот наблюдал за суетой. Отойдя в сторонку, за пределы складских дворов, он закрыл глаза и использовал другие свои чувства, чтобы отслеживать перемещения на складе. Он почувствовал, что можно чему-то научиться у этого кажущегося хаотичным, но каким-то образом организованного шума деятельности, и погрузился в почти медитативное состояние, изучая его в течение нескольких минут.

— Заблудился, приятель?

Один из складских рабочих заметил Джейсона и подошел узнать, все ли с ним в порядке. Глаза Джейсона распахнулись, и он одарил мужчину дружелюбной улыбкой.

— Нет, я в порядке, спасибо.

Джейсон направился вглубь склада. Особенно после изучения закономерностей, по которым работало это место, Джейсон обнаружил, что его навыки манипуляции аурой чрезвычайно полезны для навигации. Те же навыки, которые он мог использовать, чтобы слиться с толпой, позволяли ему подсознательно предупреждать спешащих рабочих о своем присутствии, в то время как их сосредоточенность позволяла ему считывать их намерения по их аурам. Несмотря на то, что он двигался размеренным шагом, пока люди вокруг него носились, Джейсон всегда оказывался там, где в данный момент не было рабочих, хотя ни он сам, ни люди вокруг не уступали друг другу дорогу. Словно ленивая рыба, плывущая под лодкой, он прошел через склад незамеченным и никем не отмеченным.

Пробравшись в складское помещение, он увидел пользователей эссенции, использующих свои силы для погрузки припасов в фургоны и повозки или их разгрузки. Он видел телекинез, сверхчеловеческую силу и даже кого-то, кто телепортировал ящики. В углу склада кто-то призвал голема и направил его грузить товары.

Целью Джейсона было скопление аур серебряного ранга с таким количеством магических предметов при себе, что они определенно были авантюристами, хотя среди них были и пользователи ядер. Большинство из них подавляли магические предметы своими аурами — типичная привычка авантюристов, ориентированных на скрытность, — но для мощных чувств Джейсона это не было препятствием.

Элита Гильдии была слишком ценна, чтобы превращать их в курьеров, так что это, скорее всего, были такие же невостребованные авантюристы, как Джейсон. Он не был уверен насчет пользователей ядер, так как они казались скорее обычными людьми, смешавшимися с настоящими авантюристами, судя по их посредственному контролю ауры и отсутствию магических предметов.

Джейсон прошел через склад в небольшую зону распределения, где авантюристы выстроились в несколько очередей. Они ждали, когда им передадут товары для транспортировки, и быстро стало очевидно, что у всех них есть пространственные хранилища. Джейсон встал в конец самой короткой очереди.

Авантюристкой перед ним была эльфийка с желтовато-коричневой, слегка веснушчатой кожей. Ее волосы были коротко и практично подстрижены, демонстрируя смесь цветов осенних листьев. Как и у Джейсона, улучшение внешности серебряного ранга было невероятно лестным, не превращая ее при этом в Руфуса или Софи, которые были абсурдно привлекательны даже на более низком ранге. На ее плече сидела милая зеленая лягушка с большими глазами.

Она повернулась, чтобы одарить Джейсона оценивающим взглядом, когда он подошел.

— Доброго дня, — сказал Джейсон. — Это здесь мы забираем товары для транспортных контрактов?

— Все верно.

— Джейсон Асано, — представился он, протягивая руку, и она пожала ее.

— Отем Лил, — представилась она.

Глаза Джейсона метнулись к ее волосам, но он ничего не сказал по этому поводу.

— Здесь все пользуются порталами? — спросил он вместо этого.

— Хотелось бы, — сказала она. — Если умеешь пользоваться порталами, эти контракты стоят гораздо больше очков вклада. Большинство пользователей порталов находятся на службе быстрого реагирования, поэтому у большинства из нас есть только пространственные хранилища, и мы здесь, чтобы быть ходячими грузовыми отсеками. Некоторые из нас даже не авантюристы и зарабатывают на жизнь транспортировкой в пространственных хранилищах.

— Я интересовался пользователями ядер. Но ты — авантюристка, судя по снаряжению.

У Отем была типичная экипировка заклинателя. Ее одежда была из магически усиленной ткани, достаточно свободная, чтобы не сковывать движения, но не настолько, как предпочитаемые Джейсоном боевые мантии. Цвета были коричневый и зеленый; не совсем камуфляж, но они хорошо сливались бы с местной дикой природой. На каждом бедре у нее были закреплены жезлы, и он чувствовал зачарованные амулеты, браслеты и ножные браслеты, спрятанные под одеждой. Ее сапоги были магическими и практичными. Вокруг ее талии был магически защищенный пояс для зелий, который был самым очевидным признаком авантюристов. Многие богатые горожане тоже носили их, но обычно выбирали те, что поменьше вместимостью и повычурнее в плане моды.

— А ты? — спросила она, оглядывая Джейсона с ног до головы. На нем были светло-коричневые шорты, рубашка с цветочным принтом, сандалии и соломенная шляпа.

— Что? — спросил Джейсон. — Разве я не выгляжу готовым к действию?

— Если под действием ты подразумеваешь кувшин холодного чая, то да.

— О, это отличная идея.

Джейсон выудил из воздуха чашку из кокосовой скорлупы, из которой торчали фруктовые листья и соломинка. Он сделал долгий глоток, издав довольный стон.

— О, это то, что надо. Ты не знаешь, где парень может достать маленькие бумажные зонтики?

— Ты из тех людей, которые никогда не воспринимают вещи всерьез, да?

— Это вещи воспринимают меня всерьез, — сказал Джейсон с улыбкой, которая вышла не такой беззаботной, как он планировал. — Я стараюсь их не поощрять.

Он убрал свой напиток и указал на начало очереди, к которой они приближались, пока разговаривали.

— Думаю, сейчас твоя очередь.

Она повернула голову, чтобы взглянуть на человека перед ней. Он небрежно бросал ящики в черную пустоту на полу, пока складские рабочие подносили их ему, а супервайзер отмечал их в списке.

— Знаешь, — сказала Отем, поворачиваясь обратно к Джейсону, — так ты никогда не привлечешь внимание гильдии.

— Я собираюсь вступить в гильдию, в которой уже состоят мои друзья. Она действует далеко отсюда, так что я просто хочу переждать нашествие монстров, не погибнув и не женившись на принцессе, прежде чем смыться из города.

— Жениться на принцессе.

— Ага.

— Ты считаешь это особой опасностью?

— Признаться, я делал только одну из этих вещей раньше, но осторожность никогда не помешает.

— В тебе есть некий непринужденный шарм, но я не уверена, что его хватит, чтобы заманить принцессу.

— Будем надеяться, — сказал Джейсон, снова указывая на начало очереди. Человек впереди только что ушел, и супервайзер смотрел на нее. Лягушка спрыгнула с ее плеча, увеличившись до размеров сенбернара, когда приземлилась на землю. Она открыла пасть, и Отем достала манифест контракта, который передала супервайзеру. Несмотря на то, что бумаги побывали внутри лягушки, они были сухими и не помятыми.

Супервайзер быстро просмотрел документы, прежде чем дать указания своим подчиненным складским рабочим. Вскоре после этого прибыли поддоны с припасами, и лягушка начала выбрасывать язык, чтобы забирать их внутрь своего тела.

— Интересный у тебя фамильяр, — сказал Джейсон.

— Пространственная лягушка, — сказала Отем. — Может, у меня и нет редчайших эссенций в мире, но мне посчастливилось найти этого парня, и для меня этого достаточно.

Она ласково похлопала лягушку по спине.

— Ты хороший мальчик, правда, Нил?

— Это, — сказал Джейсон с ухмылкой, — превосходный выбор имени.

* * * Этот склад был лишь первой остановкой Джейсона перед тем, как он будет готов покинуть город. У него было еще три остановки, чтобы забрать дополнительные товары, прежде чем он будет готов отправиться в путь. Следующей остановкой был второй распределительный центр, а затем доки, где ему пришлось ждать, пока товары разгрузят с корабля. Последним пунктом получения был храм.

Джейсон был наслышан о храмах Плодородия, хотя сам никогда их не видел. Несмотря на то, что Плодородие была главным божеством, ее храмы всегда были спрятаны в самых дальних уголках любого храмового района. Их убранство в значительной степени опиралось на фрески, изображающие процесс плодородия в действии. Церковь создания семей не была «семейной» в своем декоративном стиле.

Дизайн храма был довольно простым, спереди находилась плоская стена с главными дверями. Боковые стены отходили назад под углом сорок пять градусов, позволяя видеть с улицы три стены с фресками. Когда Джейсон подошел к храму, он заметил священника, прогоняющего троих глазеющих подростков.

— Приберегите это для Церкви Похоти, вы, потные маленькие ублюдки! — рявкнул он им вслед, когда они убегали, громко смеясь. Джейсон подошел к священнику, приветственно махнув рукой.

— Э-э, доброго дня?

Священник повернулся к Джейсону с улыбкой, его гнев испарился, как туман.

— Добрый день, сэр. Чем Плодородие может вам помочь? Проблемы с вашим «малышом»? У нас есть таблетки, которые могут решить эту проблему. За скромное пожертвование, конечно.

— Эй, мои глаза здесь, приятель, — сказал Джейсон, когда священник уставился на шорты Джейсона. — Почему первое, что вы предполагаете, это то, что у меня… проблемы с «малышом»?

— Это то, зачем сюда приходит большинство мужчин, когда приходят одни.

— Я пришел не за этим.

— Не будьте так поспешны, друг. Если вы хотите добавить немного бодрости вашему…

— С бодростью моего «малыша» все в полном порядке, большое спасибо.

Священник сочувственно посмотрел на Джейсона.

— Давно не было, да? Мы можем помочь и с этим. За скромное пожертвование, конечно. Естественно, вы будете освобождены от всех родительских обязанностей. И прав, конечно. Наше духовенство должно откуда-то браться.

— У вас секс-работники плодят маленьких священников?

— Это другое, зачем сюда приходят одинокие мужчины, хотя наши стандарты довольно высоки. Вам повезло, что вы не человек, несмотря на внешность, что очень ценно для нас. Очевидно, нам нужно будет сначала провести несколько тестов.

Джейсон поднял руки.

— Ладно, приятель, просто остановись. Я авантюрист, пришел забрать припасы для транспортного контракта.

— Ну, почему вы сразу не сказали?

— Потому что вы не переставали говорить о моем «малыше»!

— Так вы все-таки хотите таблетки? За скромное пожертвование, конечно…

— С моим «малышом» все в порядке!

* * * В городе-крепости Каразела было тесно, места не хватало как в зданиях, так и на улицах, чтобы разместить всех людей, ищущих убежища. Женщина вышла из каменного здания общих душевых на узкую улицу. Кровь и дождь были смыты с ее белых волос и темной кожи. На ней была свежая одежда из ее пространственной сумки: простые брюки, рубашка и обувь. Все это было сделано из высококачественной белой ткани с золотой отделкой.

Меррик Харлоу ждал, когда она выйдет. Меррик был лишь мелким дворянином из отдаленного региона, с меньшим престижем, чем даже у богатого простолюдина в Римаросе, но он не был ни невеждой, ни дураком. На одежде женщины могло не быть никаких знаков отличия, но он видел ее меч и доспехи, а теперь видел и ее одежду. Он узнавал одеяние верующих в Чистоту, когда оно было прямо перед ним.

Это ставило его в трудное положение. По всем правилам, он должен был расспросить ее об этом. Если она была бывшим членом веры, которая отбросила символы, но не ценную одежду и инструменты, это одно дело. Если же ее вера оставалась истинной, то она была врагом.

Меррик не мог позволить себе смотреть на нее так. Мало того, что она пришла им на помощь в трудную минуту, она была бесспорно сильна. В крепости были люди, которые могли сравниться с ее серебряным рангом, но они не были равны этой явно могущественной женщине. Серебряные ранги крепости были пользователями ядер — каменщик и фермер, которые редко использовали свои способности для боя. Теперь, когда она была внутри стен, она могла разобрать крепость в одиночку.

— Мое присутствие беспокоит вас, — сказала она, ее голос был спокойным и сильным. — Я уйду.

— Нет, — сказал Меррик, поднимая руки. — Пожалуйста. Шторм все еще бушует, а вы оказали нам отчаянно необходимую помощь. Без вашего своевременного вмешательства наше положение стало бы гораздо более плачевным.

— Вы преувеличиваете. Ваши стены крепки и высоки.

— Но наши запасы на исходе. Наши накопители маны и шторма перегорают. Наш запас духовных монет тает, а еда заканчивается. Здесь укрывается много людей, и мы работаем на пределе возможностей. Ваше прибытие произошло в самое удачное время.

Говоря это, Меррик понял, что не просто плетет небылицы. Ему было все равно, какому богу она поклоняется, если это означало безопасность его людей.

— Пожалуйста, — сказал он. — У нас не так много гостеприимства, которое мы можем предложить, но позвольте мне выразить вам ту благодарность, которую я могу. Меня зовут Меррик Харлоу, я местный лорд и командующий ополчением.

Она одарила его улыбкой, которая была подобна солнцу, выглянувшему из-за туч.

— Меня зовут Мелоди Джейн. Очень приятно познакомиться, Меррик Харлоу.

ВРАГИ, КОТОРЫХ ИСПУГАЛСЯ БЫ ДАЖЕ Я

ВРАГИ, КОТОРЫХ ИСПУГАЛСЯ БЫ ДАЖЕ Я

Джейсон вышел через главные двери Храма Плодородия, его хранилище было свежезагружено припасами. Он был полон решимости, осознав, насколько критически важными оказались поставки храма во время нашествия монстров. Города-крепости имели первостепенное значение во время нашествия, предоставляя убежище эвакуированному населению окрестных деревень и городов. Большинство этих людей были обычными гражданами, которые не могли жить за счет монет духа, как это делал пользователь эссенции, что делало снабжение продовольствием серьезной логистической проблемой.

Храм Плодородия содержал ряд защищенных станций в отдаленных районах, где регулярные поставки были невозможны во время нашествия. Эти станции были очень похожи на города-крепости, за исключением того, что вместо людей они содержали инфраструктуру для быстрого выращивания большого количества продовольствия в короткие сроки и на относительно небольшой площади.

Эти укрепленные фермы имели решающее значение для предотвращения голода в более отдаленных крепостях, при этом они были столь же подвержены нападениям монстров. Это означало, что им требовались не только ресурсы для поддержания обороны, но и возможность выращивать еду. Хотя поставки могли быть, по крайней мере, несколько прерывистыми, слишком долгий перерыв в свежих магических продуктах означал потерю целых урожаев. Это, в свою очередь, обрекало людей в крепостях на медленную, голодную смерть.

Покидая храм, Джейсон ощутил прилив целеустремленности. Это была работа, которую стоило делать, и, впервые, он был подходящим человеком для её выполнения. Строитель и его межпространственный цирк — это забота тех, у кого есть сила действительно что-то с этим сделать, по крайней мере, до тех пор, пока Джейсона неизбежно не втянут обратно во всё это.

* * * Королевский дворец был роскошным раем размером с большой город, с мраморными зданиями, расположенными среди садов, ландшафтный дизайн которых был доведен до уровня искусства. Территория была настолько обширной, что делилась на районы: от прогулочных троп, петляющих через тропический лес, до моря цветов. Тщательно выстриженный и ухоженный лабиринт из живой изгороди представлял собой массивный ритуал дезориентации. Обычные лабиринты представляли небольшую сложность для тех, у кого было мощное магическое чутье.

Не только вид дворца делал его похожим на кусочек рая. Невидимый защитный купол над небесным островом также фильтровал солнечный свет, чтобы он падал на дворец именно так, как задумывали проектировщики, варьируясь от района к району. Мягкий свет падал на внутренние дворы, где люди пили чай, в то время как яркие лучи освещали сады. Свежие ароматы тропического леса и сладкий запах цветов разносились по территории на извилистом, магически культивируемом бризе.

Хотя дворец казался открытым и манящим, это было самое защищенное место на самом защищенном небесном острове в Римаросе. Лишь горстка людей знала полный спектр защитных мер, которые он мог задействовать в случае необходимости.

В Паллимустусе в любой могущественной группе всегда существовало напряжение между её членами и людьми, которые их защищали. Когда сила означала быть пользователем эссенции высокого ранга, обычно искателем приключений, нуждались ли такие люди в защите на самом деле? Если да, то кто должен был осуществлять эту защиту? Если люди, защищавшие их, были могущественнее, то почему не они были у власти? Исторически сложилось так, что немало переворотов родилось именно из этого вопроса.

Во многих местах роль стражи стала церемониальной, больше похожей на слуг, чем на необходимость отражать атаки. В Римаросе решение пришло в виде гильдии. «Сапфировая Корона» была одной из самых могущественных гильдий в Римаросе благодаря поддержке, которую она получала от королевской семьи, многие из которых были одними из её самых способных членов. В обмен на отличную поддержку, которую они получали, все члены гильдии, не принадлежащие к королевской семье, были обязаны периодически служить в королевской страже.

Членство в «Сапфировой Короне» было невероятно строгим, большинство членов происходили из семей гильдии. Лояльность была превыше всего, и все члены проходили через тщательные проверки, чтобы защититься от компрометации. Все члены проходили проверку ежеквартально, но во время службы в страже это увеличивалось от ежемесячного до еженедельного, в зависимости от конкретных обязанностей.

Тренчант Мур выделялся в гильдии тем, что был человеком. Римарос был одним из немногих городов, где селестины составляли большинство; люди были еще меньшим меньшинством в королевской страже, чем среди населения в целом.

Среди людей, сочетавших более темные тона кожи с волосами металлических и драгоценных оттенков, Тренчант выделялся своей бледной кожей и темными волосами. Он был худощавым и угловатым, его черты лица были такими же острыми, как взгляд его ледяных голубых глаз. Если бы не его золотой ранг, его белая кожа давно бы загорела под тропическим солнцем.

Тренчант в настоящее время не нес службу в страже, поэтому ему было любопытно, зачем его вызвали во дворец. У гильдий были огромные квоты на активность, которые нужно было выполнять во время нашествия монстров, и королевская семья не освобождала «Сапфировую Корону» от этих требований. Как обладатель золотого ранга, Тренчант был ответственен за выполнение значительной части этой квоты.

Не будучи на дежурстве, Тренчант получил редкий шанс оценить красоту территории, вместо того чтобы быть начеку из-за потенциальных угроз. Тем не менее, он не мог избавиться от привычки сканировать своими чувствами места, где эстетика была выбрана в ущерб безопасности.

Двигаясь по открытой галерее, он направлялся к зданию, которое было небольшим только по дворцовым меркам. Это было место, где члены королевской семьи и высокопоставленные чиновники вели важные, но, как правило, не особо значимые дела, обычно связанные с административными вопросами.

Выбор места, сочетающий высокую безопасность с неброскими делами, привлек внимание Тренчанта. Прослужив стражником с перерывами десятилетиями, он знал, что, хотя такие места в основном использовались для повседневных дел, они также были идеальным местом для проведения важных встреч, не привлекая при этом особого внимания.

Он вошел через главные двери на пост охраны, где его проверили с помощью нескольких магических устройств дежурные стражники. Он хорошо их знал, но в своем стоическом профессионализме они относились к нему как к незнакомцу.

— Вы не на дежурстве, — сказал один из стражников. — Вам придется оставить меч.

Рука Тренчанта инстинктивно потянулась к рукояти меча на бедре — реакция специалиста по мечу, когда ему приказывают расстаться с клинком. Стражники перенесли руки к своему оружию.

— Извините, — сказал Тренчант, расстегивая пояс с мечом.

— Пусть оставит его, — раздался женский голос за дверью. Тренчант узнал голос Веспер Римарос.

— С уважением, Ваше Высочество, — отозвался Тренчант, — протокол есть протокол. Я сдам свое оружие.

— Оставь его и входи, — сказал мужской голос, казалось, отовсюду вокруг него. Он не узнал этот голос, но тот нес в себе подавляющий авторитет, от которого его инстинкты кричали о необходимости подчиниться. Он посмотрел на стражников, которые сами выглядели потрясенными. Они обменялись кивками, и Тренчант снова застегнул пояс, когда стражник открыл дверь, чтобы он мог пройти вглубь здания.

Внутри был конференц-зал, в котором находились два члена королевской семьи и несколько стражников. Королевскими особами были Веспер и Лиара Римарос; не было никаких признаков человека, чей голос пригласил его войти.

— Остальные могут быть свободны, — сказала Веспер к неудовольствию стражников.

— Ваше Высочество, протоколы безопасности...

— Вон, — рявкнула Лиара.

Стражник выглядел недовольным, но кивнул, жестом приказывая своим людям выйти.

— Моя леди.

В королевской иерархии Веспер была старшей из двух принцесс, но право рождения — это лишь часть уравнения. Веспер была лишь серебряного ранга, в то время как Лиара — золотого, и хотя Веспер была способным искателем приключений, Лиара была фигурой достижений и уважения в «Сапфировой Короне», «Обществе искателей приключений» и среди искателей приключений в целом. Сила, а не наследие, всегда была высшим авторитетом.

— Запечатай комнату, пожалуйста, Тренч, — сказала Лиара. — А потом садись.

Тренчант активировал чары конфиденциальности в комнате, а затем сел напротив принцесс за конференц-столом.

— Вы, несомненно, задаетесь вопросом, почему вас сюда вызвали, — сказала ему Лиара.

— Да, моя леди.

— Есть небесные пираты, которых заметили в окрестностях королевства, — сказала Веспер. — Это известная группа. Мы полагаем, что они намерены охотиться на дирижабли и одиноких искателей приключений, совершающих рейсы с припасами в города-крепости.

— Отбросы, — сказал Тренчант. — Отбирают у тех, кто больше всего нуждается.

— Да, — сказала Лиара. — Обычно в таких рейсах с припасами участвуют только серебряные ранги, может быть, один золотой ранг невысокой ценности на борту. Эти пираты, однако, хотя и являются кучкой отбросов, использующих ядра, имеют двух обладателей золотого ранга. Из-за требований к времени искателей приключений золотого ранга во время нашествия, внешние границы нашей территории защищены не так, как обычно. Добавьте к этому регулярное расписание тяжело груженных припасами дирижаблей, и пираты стали дерзкими.

— Вы выделяете несколько искателей приключений на корабли снабжения, чтобы поймать их? Корабли-приманки?

— «Общество искателей приключений» — да, — сказала Лиара.

— Но это не то, зачем я здесь, — сказал Тренчант. — По крайней мере, не всё. Вы не устраиваете тайные встречи только ради того, чтобы поймать пиратов.

— Мы собираемся поместить вас на корабль, — сказала Веспер. — В отличие от других судов, где золотой ранг будет поддерживаться серебряными, у вас будет обычный экипаж.

— Если я вступлю в бой с пиратами… Я могу справиться с парой отбросов, использующих ядра, даже если они золотого ранга, но не в то время, когда буду защищать остальной экипаж от любых серебряных рангов, которые есть у пиратов. Вы же знаете, что они не посылают лучших искателей приключений на эти рейсы. Там сплошные утилитарные способности и второсортные бойцы. Многие из них вообще не будут искателями приключений.

— Используйте свое усмотрение, — сказала Лиара. — Не рискуйте дирижаблем и людьми на борту, если чувствуете, что они не справятся с задачей. Бегите, если это лучший вариант. Мы поддержим любое ваше решение.

— Тогда ради чего всё это? — спросил Тренчант.

— На том корабле будет искатель приключений. Серебряного ранга. Мы хотим, чтобы вы оценили, как он себя ведет. Вы не должны упоминать об этом аспекте вашего задания, о том, как оно было назначено или кем, кому-либо за пределами этой комнаты. Вы не должны обсуждать это, даже с нами, вне безопасной среды.

— С пониманием того, что я могу согласиться лишь до тех пор, пока никто с большими полномочиями не попросит меня нарушить эти условия, — сказал Тренчант.

— Не попросят, — сказала Веспер. Лиара кивнула.

— По каким критериям вы хотите, чтобы я оценил этого человека? — спросил Тренчант.

— По любым и всем, которые, по вашему мнению, заслуживают упоминания, — сказала Лиара.

— Должен ли я защищать его?

— Да, — сказала Лиара.

— Нет, — мужской голос отменил её приказ. Тренчант всё ещё не мог определить, откуда он исходит. Его чувства золотого ранга не обнаружили никого другого в комнате, и никто не должен был иметь возможности подслушивать или общаться извне. Последствия этого не ускользнули от него.

Веспер и Лиара обменялись взглядами.

— Какими бы глупыми ни казались этот человек и его выбор, — продолжил голос, — позвольте им дойти до своего логического завершения.

— Не дайте ему узнать, что вы кто-то иной, кроме обычного золотого ранга, защищающего дирижабль, — сказала Веспер Тренчанту.

— Он узнает, — сказал голос. — Страж, твоя аура остра, как клинок. Ты не сможешь скрыть её от него, даже в ножнах. Если вы всё же попадете в беду и он захочет работать с вами, примите это.

Тренчант посмотрел на двух принцесс. Они кивнули в знак подтверждения с обеспокоенными выражениями лиц.

— Кто этот человек, на которого вы хотите, чтобы я посмотрел?

— Джейсон Асано, — сказала Веспер. — Иномирянин. Идите в зал заданий, и вы получите назначение.

— Если больше нет вопросов, — сказала Лиара, её тон не оставлял сомнений в том, что их нет, — то вы можете идти.

Тренчант встал, отвесив Веспер короткий поклон, а Лиаре — чуть более глубокий.

— Ваше Высочество. Моя леди.

Тренчант деактивировал магию конфиденциальности и вышел, после чего Лиара встала и снова включила её, пока Веспер расхаживала по комнате. Сорамир внезапно оказался в комнате и занял место, обе женщины поклонились ему.

— Державный Предок, — приветствовали они хором.

— Присаживайтесь, девочки, — сказал он, жестом приглашая их в кресла.

— Державный Предок, — сказала Веспер. — Могу я спросить, почему мы подвергаем Асано опасности?

— Мы этого не делаем, — сказал Сорамир. — Мы даем ему шанс подвергнуть себя опасности. Мне любопытно, что он будет делать.

— А если то, что он сделает, приведет к смерти? — спросила Веспер.

— Тогда проблема решена, — сказал Сорамир. — Маленькая Зара оплакивала мертвого человека, и мертвым человеком он станет.

— Тогда почему бы не убить его самим? — спросила Веспер.

— Опять это? — спросила Лиара. — Веспер, мы не убиваем невинных людей, когда то, что делает их неудобными, — это то, что сделали мы.

— На самом деле, убиваем, — сказал Сорамир, — но другие исходы, как правило, предпочтительнее.

— Почему мы играем в игры? — спросила Лиара. — Почему вы испытываете его?

— Лиара, у тебя есть хотя бы некоторое представление о секретах этого мальчика, — сказал Сорамир. — Именно поэтому ты отправила Веспер сюда, чтобы найти маленькую Зилу, не так ли? Чтобы выкопать их?

И Веспер, и Лиара побледнели от того, что их почитаемого предка алмазного ранга назвали «маленькой Зилой». Сорамир рассмеялся, когда принцессы обменялись взглядами.

— Значит, вы выкопали его секреты? — спросила Лиара.

— Я видел прикосновение союзников и врагов к нему, к которому даже я не отнесся бы легкомысленно. Достаточно, чтобы понять, что убивать его самим было бы неразумно, не узнав больше.

— Есть вещи о нем, которые были бы очень полезны для...

Лиара была прервана Сорамиром, который перевел на неё взгляд, и слова замерли у неё в горле.

— Неприлично делиться секретами других, — сказал он ей. — Если это должно быть сделано, то это должно быть сделано, но я уже сделал более чем достаточно. Копаться в душе младшего — это уже было пошло, особенно когда я был достаточно неосторожен, чтобы позволить ему это заметить. Если ты не можешь сама вытянуть его секреты, Лиара, значит, они не предназначены для твоего знания.

— Державный Предок, — сказала Веспер. — Вы настолько выше его, что нет никакого этикета, который вы ему должны.

— Это, Веспер, твой недостаток. Ты предполагаешь знание, прежде чем искать его. Джейсон Асано уже сделал полшага в мой мир, к своему страданию и сожалению.

— Что это значит? — спросила Лиара. — Полшага в ваш мир?

— Это значит, что он столкнулся с врагами, которых испугался бы даже я.

— Если бы у него были такие враги, — сказала Лиара, — он никак не смог бы выжить.

— Он и не выжил, — сказал Сорамир. — Именно так маленькая Зара втянула нас в эту неразбериху.

— Предок, если позволите спросить, — сказала Лиара. — Почему вы вмешиваетесь? Семейная политика ниже вас, и я была удивлена, что вмешался Предок Зила, не говоря уже о вас. Это из-за Асано?

— Да. Я подозреваю, что он замечательный молодой человек, поэтому я хочу подвергнуть его испытанию. Я считаю его тем типом людей, которые снова и снова оказываются в центре событий. Пешка судьбы. Обычная судьба для иномирян, хотя мальчик, похоже, особенно преуспевает в этом отношении.

— Каковы ваши намерения в отношении него? — спросила Лиара.

— Выдать его замуж в семью могло бы оказаться очень хорошей идеей. Или очень плохой. Я думаю, лучше нам это выяснить.

— Вы намерены благословить союз с Зарой? — спросила Лиара.

— Даже если бы семья была готова на это, — сказала Веспер, — он бы не был. Она втянула его в неприятности с людьми, которые могущественнее его, что звучит как модель поведения, в которой он уже бывал, если то, что говорит предок, правда. Он не будет благодарен Заре за то, что она добавила ему проблем.

Сорамир одарил Веспер одобряющей улыбкой.

— Ты думаешь выдать его замуж за кого-то другого в семье, — догадалась Веспер.

— Если он того стоит, — сказал Сорамир. — Мы будем наблюдать за ним и посмотрим, как он справится. Как он мыслит. Он может стать мощным активом или опасной угрозой, просто своим присутствием.

— Я всё ещё не вижу, как он может быть тем или другим, — сказала Веспер. — Он просто какой-то серебряный ранг. Зара вытянула его имя из шляпы, потому что он удобно умер на другом конце света, имея как раз достаточно достижений, чтобы быть правдоподобным.

— А через десять лет? — спросил Сорамир. — Сто? Тысячу? Этот мальчик собирается пройти весь путь или умереть, пытаясь. На самом деле, он уже сделал это, и это его ещё не остановило.

— Это будет непросто, — сказала Веспер. — Похоже, он будет враждебен после того, что мы сделали.

— Возможно, он будет винить Зару, — сказала Лиара.

— Зара не натравливала пару алмазных рангов на его путь, чтобы выведать его секреты, — сказала Веспер. — Это были вы и я.

— Он этого не знает.

— Если он не может понять, что движется не только Зара, мы определенно не хотим, чтобы он вступал в семью, — сказала Веспер. — Я лишь мельком встретила его, но он показался мне дураком, а не идиотом.

— Он злится на нас, — подтвердил Сорамир. — Он пытается отбросить это, потому что знает, что действовать на эмоциях не в его интересах, но мы забрали у него кое-что. То, чего он долго ждал, только для того, чтобы мы вырвали это у него в тот момент, когда он это нашел.

— Если вы серьезно настроены потенциально связать его с семьей, предок, — сказала Лиара, — мы не можем относиться к нему как к инструменту.

— Мы все инструменты, Лиара, — сказала Веспер. — Вот почему из тебя получается лучший искатель приключений, чем политик.

— Веспер права в этом, — сказал Сорамир. — Моё внимание должно быть сосредоточено на более серьезных угрозах, с которыми мы сталкиваемся, поэтому я оставлю это дело в ваших руках и буду проверять по мере необходимости. Вы двое составляете хорошую пару. Веспер понимает политические реалии, в то время как у тебя, Лиара, есть тщательность и осторожность. И этика.

ИСТИННАЯ ЭЛИТА

ИСТИННАЯ ЭЛИТА

На острове Ливарос небесный порт был самой оживленной частью панорамы. К возвышающимся башням были пришвартованы небесные корабли, а другие суда входили и выходили из воздушного пространства порта. Здесь было настолько оживленно, что Джейсон гадал, как организовано управление воздушным движением.

Корабли поражали разнообразием конструкций. Некоторые напоминали обычные суда с парусами, хотя Джейсон сомневался, что их толкает вперед что-то столь банальное, как обычный ветер. Другие больше походили на космические корабли с гладкими корпусами из темного металла, но большинство представляло собой нечто среднее между парусником и НЛО. Самый распространенный тип небесных кораблей выглядел как обычное парусное судно, но вместо парусов на внешних лесах корпуса были подвешены светящиеся кристаллы. Кристаллы были размером с малолитражку, и на каждом корабле их было от трех до восьми, в зависимости от размера судна.

Джейсон с довольным видом глазел по сторонам, как заправский турист, бродя по порту на уровне земли. Одет он был под стать: снова в шортах и очень розовой рубашке с цветочным принтом. Он полагался на свои магические чувства, чтобы ни с кем не столкнуться, вытягивая шею и наблюдая за всей этой суетой наверху. Неудивительно, что даже низковысотное воздушное движение, присутствующее в остальной части города, здесь было строго ограничено. Единственными летающими транспортными средствами, помимо самих небесных кораблей, были магические повозки, снующие вверх-вниз по внешним стенам башен для погрузки на корабли.

Пространственные хранилища стоили дорого, а личные пространственные карманы — еще дороже. Вот почему некоторые даже не утруждали себя приключениями, а становились профессиональными носильщиками. Впрочем, большинство небесных кораблей использовали и то, и другое, заполняя трюмы ящиками с пространственным хранением.

Джейсон добрался до нужной башни — круглого сооружения из стали и стекла, которое больше всего напоминало современную архитектуру его собственного мира. Главным отличием были массивные грузовые ворота, через которые ввозили и вывозили повозки с товарами. Не все повозки, перевозившие грузы, могли летать, и, как обнаружил Джейсон, войдя внутрь, по периметру башни располагался ряд больших подъемных платформ.

В центре оживленного зала находилась стойка регистрации, где сотрудники старались как можно быстрее обслужить очереди. Джейсон заметил Отем, эльфийку, с которой познакомился на днях, и встал в ту же очередь. Она была на несколько мест впереди, но, закончив дела, остановилась подождать его. Джейсон подошел к стойке, предъявил свои контракты на доставку и получил посадочный документ. Затем он подошел к Отем. Её лягушка, Нил, снова сидела у неё на плече.

— Я думала, у тебя есть способность к порталам, — сказала она.

— Я новичок, — ответил Джейсон. — Если только они не хотят, чтобы я порталился по городу, мне нужно сначала немного попутешествовать. Впрочем, я только отправляюсь в путь. Меня высадят на внешних рубежах, а оттуда я добираюсь сам. Все это очень страшно.

— Ты специалист по скрытности?

— Один мой друг сказал, что способности, которые ты пробуждаешь, отражают то, кто ты есть.

— Слышала такое. Это распространенная теория.

— Ну, во мне сплошная трусость, так что да, способности к скрытности.

— Просто будь осторожен, и я уверена, с тобой все будет в порядке. Они бы не отправили тебя, если бы думали, что ты погибнешь.

— Не волнуйся; у меня есть особые навыки. Знаешь, есть такой пронзительный визг, который заставляет монстров думать, что ты — скулящий младенец, и многие из них оставляют тебя в покое?

Она скептически посмотрела на него.

— Это даже не способность, — продолжил он. — Просто то, что я обнаружил случайно.

— Мы, наверное, на одном корабле, раз вместе закупались припасами, — сказала она, игнорируя его продолжающийся бред. — На какой корабль тебя определили?

— Он называется, подожди…

Джейсон проверил посадочный талон и задумчиво нахмурился.

— …Обещание Зилы. Хм.

— У меня тоже, — сказала Отем. — Что-то не так?

— Ничего, — ответил Джейсон, оглядевшись и указывая пальцем. — Подъемная платформа номер шесть, это наша.

Они подошли к платформе и стали ждать, пока она спустится — все платформы были сильно загружены. Они поднялись наверх, втиснувшись между повозками и телегами. Все они были на магической тяге, даже если не летали. Судя по тому, что видел Джейсон, в Римаросе повозки, запряженные животными, были в меньшинстве. В Арноте, на городском рынке, он видел повозки, запряженные хайделами. Ему по-прежнему не нравились эти жуткие двухголовые ящеролошади.

В Ливаросе повозки, запряженные животными, казались признаком престижа, и он иногда замечал богатые кареты — летающие или обычные — запряженные экзотическими животными или магическими зверями. Богачи, похоже, разделяли неприязнь Джейсона к хайделам, но, вероятно, потому, что ими пользовались бедняки.

— Ты ведь не человек, верно? — спросила Отем, пока платформа поднималась внутри башни. Они были близко к стеклу и хорошо видели город. Платформа регулярно останавливалась, чтобы повозки, телеги и люди могли выгрузиться на небесные корабли, пришвартованные к внешней стороне башни.

— Нет, — ответил Джейсон, доставая сэндвич. — Хочешь?

— Я принесла свои закуски, — сказала она, похлопав Нила по спине. Лягушка открыла рот, и из него появилась сумка, размером больше самой лягушки. Джейсон улыбнулся, наблюдая, как сумка разворачивается до своего полного размера. Наблюдать за тем, как из маленьких пространств для хранения появляются крупные предметы, было почти как в мультфильме. Предмет казался таким податливым, но тут же принимал свою обычную форму и размер, совершенно не пострадав от процесса.

— Что? — спросила она его, а затем отправила в рот глазированный орешек из сумки.

— Ты не хочешь знать, о чем я думал.

— Теперь я действительно хочу знать.

— Я просто размышлял о том, чтобы привязать гигантский фейерверк к телеге, чтобы оседлать её и погнаться за нелетающей птицей.

Отем моргнула, озадаченная.

— Это правда то, о чем ты думал?

— Вероятно, это бы не сработало. Я бы улетел с края пустынного ущелья, ненадолго завис в воздухе с выражением «ну вот опять» на лице, а затем упал бы, подняв облако пыли при ударе о землю.

— Пустыня?

— Ага.

— В знаменитом влажном и сыром Море Штормов.

— Я не устанавливаю правила.

— Это какая-то уловка, чтобы люди тебя недооценивали?

— Ты сама спросила.

— А как насчет твоих глаз? Это как-то связано с тем, что ты не человек?

— Нет, это просто побочный эффект способности.

— Способности к восприятию?

— Отчасти. Это помогает мне чувствовать пространственные аномалии. Апертуры астрального пространства, что-то в этом роде.

— Почему у меня такое впечатление, что ты никогда не говоришь правду, даже когда не лжешь?

— Потому что я, очевидно, человек-загадка. Я веду жизнь, полную опасностей, волнений и выпечки.

— Это видно по тому, как ты одет.

— Ну как тебе эта рубашка? Я нашел её в одном из небольших торговых районов рядом с седьмым складом припасов.

— Она создана для того, чтобы отпугивать принцесс, которые пытаются выйти за тебя замуж?

— Ты не думаешь, что она им понравится?

— Она не то чтобы кричит «мужчина действия». Разве принцессы обычно не западают на мужественных, героических типов?

Джейсон сразу подумал о Хамфри. Он также смутно припомнил, что слышал что-то о Руфусе и принцессе.

— Возможно, ты права; давай назовем это бонусом к тому, что я так шикарно выгляжу.

Он выразительно ткнул надкушенным сэндвичем.

— Я не собираюсь жениться ни на каких принцессах, — настаивал он. — Именно так в итоге убивают драконов, а я ничего не имею против драконов. Один мой друг — дракон.

— Один из твоих друзей — дракон?

— Да, он настоящий маленький проказник. Обожает печенье. Настоящее печенье, не сконы. О, мне стоит испечь несколько несладких сконов. Я как раз возвращаюсь к готовке. Может, не стоит. Думаю, именно с этого изначально и началась проблема с принцессами.

Отем быстро поняла, что с Джейсоном трудно сохранять концентрацию, поскольку он постоянно перехватывал разговор своим бредом.

— Если ты не человек, — спросила она, — то кто ты?

— Чертовски привлекательный?

— Ты серебряного ранга. Все они хорошо выглядят.

— Ах, но дело не в том, что у тебя есть, а в том, как ты это используешь. Подожди, пока увидишь меня на носу корабля, когда ветер треплет мои волосы. Ты даже не будешь задаваться вопросом, откуда у овцы эта лопатка.

— У овцы? — не удержалась она от вопроса.

Джейсон одарил её озорной ухмылкой, а затем перевел взгляд вверх, словно заметив что-то.

— Ты ведь уже делала подобные рейсы по доставке, верно? — спросил он.

— Не во время прилива монстров, но да. Это не те деньги, что платят за охоту на монстров, но способ заработать относительно безопасные деньги, если у тебя есть способность к хранению.

— Ты не знаешь, обычно ли в таких поездках есть кто-то золотого ранга?

— Иногда, — сказала Отем. — Никто гильдейского уровня, если это золото. Не хочу называть их отбросами, но они не лучшие. Я даже видела, как один чуть не разбил корабль, потому что ему отказали в… в общем, он разозлился и потерял контроль над своей аурой. Отвлек портового лоцмана, когда тот заводил корабль в порт, и проскреб весь борт корабля о причальную башню.

— Это не идеально.

— Я предпочитаю, чтобы не было золотого ранга, потому что тогда с нами едут высококлассные серебряные. Я предпочту команду гильдейских серебряных паршивому золотому в любое время, даже если они смотрят на остальных свысока. По крайней мере, они профессионалы, когда появляются монстры. Летающие монстры часто слетаются на небесные корабли, так что почти гарантировано, что мы их увидим.

— А как насчет небесных пиратов? Я бы хотел увидеть небесных пиратов.

— Потому что ты человек-загадка и опасности?

— Именно.

— А я буду рада их избежать, большое спасибо. В историях пираты — это романтика и лихие приключения, но настоящие пираты — это убийства и нелюбовь к мылу.

Джейсон рассмеялся.

— Ты, наверное, права, — согласился он.

То, что Отем сказала о качестве золотых рангов, назначенных на такие миссии, не совпадало с тем, что он чувствовал от кораблей над ними. Там было несколько кораблей с жестко контролируемыми аурами золотого ранга, далекими от тех отбросов, которых описывала Отем. Их сопровождали такие же элитные ауры серебряного ранга.

Учитывая, что он чувствовал элиту на нескольких кораблях, было ли это вопросом усиления безопасности из-за прилива монстров? Это не вязалось с пониманием Джейсона о том, что миссии по доставке имеют более низкий приоритет. Возможно, эти корабли вовсе не были грузовыми. Больше всего внимание Джейсона привлек корабль, на котором был только один золотой ранг и никаких других примечательных аур.

Эта аура затмевала даже других золотых рангов. Даже по сравнению с золотыми рангами, Джейсон никогда не чувствовал, что его контроль ауры недостаточен, но контроль этого человека был на совершенно другом уровне. Это было похоже не столько на наблюдение за аурой, сколько на наблюдение за мечом. Джейсон постоянно слышал об уровне истинной элиты, но теперь он понял, как это выглядит. Единственные золотые ранги, которых он видел и которые могли бы приблизиться к этому, — это отец Руфуса, Габриэль, и товарищ Габриэля, Каллум. Хотя он не мог быть уверен, так как в последний раз чувствовал их ауры, когда был железным рангом со слабым восприятием ауры.

— Кажется, мы на месте, — сказала Отем, когда платформа снова остановилась. Она была на уровне корабля, на котором находился тот самый примечательный золотой ранг, что совсем не удивило Джейсона.

— Каждый чертов раз, — пробормотал он.

— Что ты сказал? — спросила Отем.

— Неважно, — ответил Джейсон. Он доел сэндвич и достал фруктовый напиток в своей кокосовой чашке.

— Не думаю, что ты нашла те крошечные зонтики?

— Извини.

— Ты хоть проверяла?

— Нет, не проверяла.

Двери в боковой части здания открылись, и пешие пассажиры двинулись вперед, в то время как повозки толкались, занимая позиции. В отличие от немагических вариантов, они могли лучше вращаться на месте, но это все равно было неудобно.

За дверями был металлический переход, соединяющий здание с кораблем, заканчивающийся люлькой, в которой покоился корабль. Переход вел прямо на палубу, где первый помощник быстро проверил их документы и проводил их в сторону. Они направились к ауре золотого ранга возле кормы корабля.

* * * Тренчант Мур стоял на корме Обещания Зилы, осматривая окрестности своими чувствами ауры. На других кораблях были золотые ранги в сопровождении гильдейских команд серебряного ранга, готовые уничтожить пиратов, если те покажутся. Это была операция, которую нужно было быстро завершить, поскольку спрос на способных золотых рангов рос с каждым днем.

Авантюристы и другие пользователи эссенции, назначенные на контракты по доставке, поднимались на борт. Авантюристы с контрактами, выданными обществом, почувствовали ауру Тренчанта и подошли. Он подтвердил их данные и предупредил, чтобы они не путались под ногами у экипажа. Некоторые пытались завязать более социальные контакты, догадываясь по его ауре, что он член гильдии. Приливы монстров были отличным периодом для набора в гильдии, и те, кто надеялся получить членство, всегда искали возможности. Тренчант отшивал умных отстраненным отношением, а глупых — всплеском подавления ауры.

Чувства Тренчанта уловили необычную ауру, поднимающуюся через башню на подъемной платформе. Это был серебряный ранг, но с силой, соперничающей с золотым рангом, и с соответствующим точным контролем. Он был совершенно не в состоянии разглядеть, что скрывается за аурой, не прибегая к агрессивному расширению своих чувств, чего он вряд ли стал бы делать в переполненном доке. Если бы он отвлек какого-нибудь портового лоцмана в критический момент, это могло бы привести к аварии. Пару лет назад из-за этого едва не случилась катастрофа, что повлекло за собой дорогостоящий ремонт и еще более дорогостоящие задержки в порту.

Это была вторая по силе аура серебряного ранга, которую он когда-либо видел, но в ней не было и следа наложения, которое отмечало четырехкратную ауру. Это была единая аура с огромной силой сама по себе. Это была именно та аура, которая могла привлечь внимание того предка Римароса, который стоял за текущей задачей Тренчанта. Что касается того, какой именно предок, Тренчант мог только догадываться. Насколько он знал, единственным алмазным рангом в городе был тот, в честь кого был назван корабль, на котором он находился.

Как и ожидалось, владелец ауры поднялся на борт Обещания Зилы, приближаясь вместе с более обычным авантюристом. По эмоциям в её ауре он догадался, что они случайные знакомые, хотя она, казалось, питала сильное любопытство к своему спутнику. Даже вблизи эмоции Асано были полностью скрыты; контроль его ауры был под стать её силе.

В лучшем случае Тренчант мог видеть, что Асано скрывает свою истинную силу и уровень контроля, выдавая себя за одного из менее способных авантюристов, которые занимали корабль. Никто, кроме золотого ранга, не смог бы разглядеть это, да и то некоторым пришлось бы подойти вплотную. Этот образ подкреплялся нарядом мужчины: от кричащей рубашки до сандалий с открытым носком и нелепого напитка с торчащими из него фруктами.

Пара представилась с уважением, подтвердив предположение Тренчанта о личности Асано. Он просмотрел контракты обоих, увидев, что Асано должен покинуть корабль в середине пути, чтобы совершить одиночный поход через внешние рубежи. Во время прилива монстров, особенно этого, это была задача, требующая навыков гильдейского уровня. Однако, если бы Асано не хватало этих навыков, он не стоил бы внимания.

— Существует потенциальная угроза пиратов, — сказал Тренчант Асано. — Охрана на судах, доставляющих припасы на внешние рубежи, была усилена. Как вы считаете, какие действия будут уместны в случае нападения на дирижабль?

Это привлекло внимание других авантюристов, особенно амбициозных, которые не смогли добиться никакого взаимодействия с золотым рангом.

— То же самое, что вы делаете в любой ситуации, — сказал Асано. — Оценить обстоятельства и использовать свое лучшее суждение. Нет смысла решать, что делать сейчас, вне контекста.

Тренчант кивнул, но не дал дальнейшего ответа, повернувшись, чтобы посмотреть с кормы на город, раскинувшийся внизу.

УСЕРДНЫЙ И ВНИМАТЕЛЬНЫЙ

УСЕРДНЫЙ И ВНИМАТЕЛЬНЫЙ

«Обещание Зилы» покинуло воздушное пространство Римароса, взяв курс на запад. Корабль поднялся на высоту, где их могли встретить лишь самые экзотические или целеустремленные монстры. Тренчант Мур приказал искателям приключений не путаться под ногами у экипажа, и большинство из них держались рядом с тем местом на корме судна, где стоял искатель золотого ранга.

Джейсон с довольной ухмылкой наблюдал, как город скрывается из виду, а под ними расстилается Море Штормов. Как только они вошли в облака, он присоединился к другим искателям приключений, усевшись на палубе со скрещенными ногами, чтобы потратить время в пути на медитацию.

Наиболее амбициозные искатели приключений держались поближе к Тренчанту, пытаясь завязать с ним разговор, но безуспешно. Некоторые из них бросали взгляды на Джейсона, недоумевая, почему тот удостоился особого внимания со стороны искателя золотого ранга. Большинство остальных пассажиров были опытными профессиональными носильщиками — либо искателями приключений на полставки, либо вовсе не имевшими к этому отношения. Отем входила в их число и присоединилась к ним на нижней палубе, где они играли в карты и кости.

Спустя несколько часов полета Джейсон открыл глаза и повернулся к Тренчанту, который уже смотрел на него. Джейсон вопросительно приподнял брови, и Тренчант коротко кивнул. Джейсон поднялся на ноги, подошел к борту небесного корабля и небрежно шагнул в пустоту. Никто не заметил, как одно из тел Тени переместилось из тени Джейсона в одну из теней на корабле.

Джейсон раскинул руки, наслаждаясь ощущением полета, пока стремительно падал вниз. Его тело окутал черный туман, и он стал похож на темную комету, продолжая снижаться. Туман быстро рассеялся, открыв Джейсона в его призванном кровавом халате и плаще звездного света. Вокруг его тела вращалась пара туманных сфер, очень похожих на его собственные глаза.

Поскольку халат Джейсона был призванным предметом, он мог адаптироваться, подстраиваясь под его недавно приобретенное снаряжение. Самыми заметными были метательные дротики, закрепленные по диагонали на груди.

Снизу, навстречу кораблю, поднималась стая летающих рыб-динозавров, насчитывающая более двух десятков особей. Нечто среднее между рыбой-меч и птеродактилем, они обладали размахом крыльев около восьми метров. Клювы этих монстров серебряного ранга представляли собой длинные узкие шипы, а их огромные кожистые крылья были усеяны костяными шипами, направленными вперед.

Монстры поднимались к небесному кораблю под углом, мощно взмахивая огромными крыльями, что позволяло им быстро набирать высоту. Плащ Джейсона раздулся вокруг него, когда он пошел на снижение под обратным углом, устремляясь им навстречу. Когда он приблизился, навстречу ему обрушился шторм из шипов, выпущенных монстрами из своих крыльев. Это были не обычные снаряды; монстры могли менять их траекторию, пока те летели в воздухе.

Плащ Джейсона обернулся вокруг него, защищая от мелких, но многочисленных атак. К тому моменту, как он невредимым пролетел сквозь шквал шипов, он был уже почти вплотную к монстрам.

Джейсон не стал избегать прямого столкновения, а спикировал прямо на монстров. Он целился в передовое существо, но был застигнут врасплох: длинная голова монстра выстрелила вперед на связке гибких сухожилий, а клюв вонзился, словно копье. Джейсон полностью увернулся. Острый клюв пролетел мимо него, к изумлению монстра, прежде чем связка сработала как эластичный шнур, и голова монстра вернулась на место.

Как для искателей приключений, так и для монстров более высокий ранг означал все большую зависимость от сверхъестественных чувств. В дезориентирующем хаосе боя даже магически усиленные глаза и уши имели свои пределы и могли быть обмануты. Избегать атак, которые невозможно увидеть, и замечать врагов, которых невозможно услышать, становилось все важнее по мере того, как с каждым новым рангом противники обретали все более экзотические способности.

Аура была критически важна для обмана сверхъестественных чувств, требуя гораздо большей тонкости, чем способность к тишине или невидимости. Эксперт, использующий свою ауру для финтов, создавал диссонанс между обычными и сверхъестественными чувствами, но даже среди высокоранговых бойцов немногие могли выполнить столь утонченную манипуляцию в хаосе сражения. Редко когда это считалось стоящим усилий для техники, которая была полезна лишь изредка, но никогда не была полностью надежной. Все менялось только при сочетании с правильной способностью.

Способность: [Покров ночи] (Тьма)

* Призыв (тьма, свет, измерение). * Базовая стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (03%).

* Эффект (железо): Призывает магический плащ, обеспечивающий ограниченную физическую защиту. Может генерировать свет в определенной области или поглощать свет, чтобы сливаться с тенями. Плащ может уменьшать вес владельца, позволяя снизить скорость падения и ходить по воде. Не может быть передан или отнят, но эффект может быть распространен на других людей, находящихся в непосредственной близости, при этом стоимость маны постоянно растет в геометрической прогрессии с каждым затронутым человеком.

* Эффект (бронза): Плащ рефлекторно перехватывает снаряды. Высокоэффективен против быстрых, слабых атак, но менее эффективен против мощных одиночных ударов. Плащ позволяет планировать.

* Эффект (серебро): Плащ пассивно манипулирует физическим пространством, слегка смещая траекторию входящих атак. Манипуляцией можно активно управлять для более направленного эффекта или для прохождения через пространства, обычно слишком малые для физического перемещения. Плащ позволяет летать за низкую постоянную стоимость маны, которая возрастает до умеренной при нахождении под прямыми солнечными лучами.

До достижения серебряного ранга Джейсон долго предвкушал возможность полета, обещанную его способностью плаща. Однако на практике она оказалась ограниченной в применении. Гораздо чаще Джейсон использовал комбинацию прыжков с уменьшением веса, планирования или формы перемещения Тени.

Второй аспект этой силы позволял Джейсону манипулировать пространством вокруг себя. Он мог смещать траекторию атак, не воздействуя на саму атаку, а магически манипулируя пространством между ними, увеличивая расстояние. Теоретически эта сила позволяла ему уклоняться, не уклоняясь.

Хотя способность казалась сильной, эффект был довольно минимальным, что делало ее крайне сложной в использовании. Потребовались месяцы сражений в астральных пространствах и зонах трансформации, а также значительное самолечение после неудачных финтов и уклонений, прежде чем Джейсон научился раскрывать потенциал этой силы.

Результат объединения его доведенных до автоматизма навыков, способности плаща скрывать обзор и манипулировать пространством, а также манипуляции аурой сформировал грозную и обманчивую защиту. И все же этой технике не хватало надежности силы сущности, которая просто делает свое дело и работает. Это была самая требовательная к навыкам техника Джейсона; он противопоставлял свое мастерство восприятию и навыкам врагов. Хотя она работала все лучше, только в состоянии боевого транса, которое все еще оставалось нестабильным, Джейсон по-настоящему почувствовал, что овладел этой техникой.

Тем не менее, Джейсон продолжал практиковаться, бой за боем. Руфус научил его доводить себя до предела, а у него было достаточно способностей к самолечению, чтобы эти пределы были довольно далеки. Поэтому, столкнувшись со своей первой группой монстров после возвращения в Паллимустус, Джейсон продолжал давить.

В данном случае техника сработала. Странная атака пружинящей шеи прошла мимо Джейсона, когда он спикировал в стаю. Он протянул теневую руку, схватил атаковавшее его существо и с силой подтянулся, встав на его спину. Монстр пришел в ярость, забившись в воздухе и выпуская еще больше шипов из крыльев, которые изгибались в воздухе, разворачиваясь в сторону Джейсона. Он проигнорировал снаряды, так как его плащ перехватил их, и призвал кинжал во вторую теневую руку, одновременно произнося заклинание.

«Кровоточи для меня.»

Кровь сочилась из глаз монстра, что лишь усилило его неистовое биение, и он перестал набирать высоту. Удерживая равновесие одной теневой рукой, Джейсон использовал кинжал в другой, чтобы оставить пару неглубоких порезов на спине монстра. В этот момент он произнес второе заклинание.

«Неси клеймо своих прегрешений.»

Клеймо было выжжено на плоти монстра вспышкой трансцендентного урона. Из-за конвульсий существо больше не могло удерживаться в полете и начало падать. Остальные монстры прекратили подъем, спикировав вокруг, чтобы помочь своему пораженному сородичу. Все они выпустили свои шипы, которые заплясали вокруг Джейсона, словно живое облако. Им все еще не удавалось пробить плащ Джейсона, который вихрем кружился вокруг него, и атаки лишь выдавали, что предмет одежды, которым он казался, был ложью. Он окутывал его магической тьмой, что и было его истинной природой.

Остальные монстры продолжали кружить вокруг Джейсона и его невольного скакуна, выискивая возможность атаковать Джейсона своими странными головными снарядами. Пока они толкались, выбирая позицию, Джейсон высвободил свою ауру на полную мощность. Ее грубая сила напугала монстров, заставив их сбиться с полета. Они немедленно оправились, но остались в замешательстве.

* * * На небесном корабле некоторые искатели приключений заметили, как Джейсон небрежно покинул судно, и задавались вопросом, зачем он спрыгнул. Некоторые из них спрашивали Тренчанта, но тот лишь велел им заниматься своими делами. Они вернулись к перешептываниям, пока каждый пользователь сущности на корабле не почувствовал, как внизу, словно бомба, взорвалась аура.

* * * Джейсон спрыгнул со спины пораженной птицы, произнося еще одно заклинание.

«Твоя судьба — страдать.»

В этот момент одна из сфер-глаз вокруг Джейсона покинула свою орбиту и погрузилась в раненого монстра. В то же время тела Тени вырвались из плаща Джейсона, чтобы парить среди дезориентированных птиц. Фамильяр не пострадал от шипов, все еще летавших вокруг, так как они проходили сквозь его бесплотные тела.

Джейсон провалился в одно из тел Тени и появился из другого, на дальней стороне стаи. Снова он использовал теневую руку, чтобы схватить существо и затащить себя к нему на спину. Используя теневые руки как привязь, он стоял верхом на существе, даже когда оно брыкалось под ним, оценивая состояние спутников своего нового скакуна. Они начинали паниковать, так как лучистые бабочки распространялись среди них, одаряя своим смертоносным грузом и размножаясь. До того момента, как Джейсон будет готов перевести истребление на следующий этап, оставалось недолго; ему просто нужно было время, чтобы недуги распространились и сделали свое дело.

Возле каждого из монстров находилось тело Тени, и из всех них вырвались теневые руки, запутывая крылья монстров. Рукам не хватало силы, чтобы полностью сковать монстров, но они могли, по крайней мере, помешать им летать так, как им хотелось. Они постоянно мешали друг другу, пытаясь освободиться от раздражающей помехи. Тень позаботился о том, чтобы расположить свои тела так, чтобы закрыть обзор существам, усугубляя проблему. Все это время недуги Джейсона клеймили их плоть пятнами мертвых пустул, сочащихся темной кровью.

Урон прогрессировал быстрее, чем это было обычно для монстров серебряного ранга. Они сами предрешили свою судьбу с самого начала, обрушив на Джейсона сотни атак своими шипами.

Способность: [Гегемония] (Грех)

* Аура (святая, нечестивая). * Базовая стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (03%).

* Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление недугам, в то время как сопротивление недугам врагов в пределах ауры снижается. Сопротивление врагов дополнительно снижается за каждый экземпляр [Греха], от которого они страдают.

* Эффект (бронза): Накладывает экземпляр [Греха] на врагов, совершающих физические или магические атаки по союзникам в пределах ауры. Экземпляры, наложенные таким образом, не могут быть отражены.

* Эффект (серебро): Аура может быть расширена на большую площадь, прежде чем ее сила начнет ослабевать. Трансцендентный урон, наносимый врагами в пределах ауры, понижается до урона резонирующей силой или разрушительной силой, в зависимости от источника.

* [Грех] (недуг, проклятие, суммирующийся): Весь получаемый некротический урон увеличивается. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Все монстры, атаковавшие Джейсона, были пропитаны грехом как ценой своего прегрешения против него. В результате другие недуги Джейсона иссушали их жизненную силу некротической мощью; их тела умирали просто потому, что Джейсон хотел этого. Недуги продолжали множиться с каждым мгновением, урон рос в геометрической прогрессии.

Джейсон не хотел, чтобы существа разлетелись слишком далеко, но их страдания давали им мощную мотивацию к бегству. Монстр под ним извивался и брыкался, пока Джейсон держался теневой рукой. Он отпустил его, и его плащ принял форму темных крыльев, усеянных звездным светом. Он произнес еще одно заклинание.

«Накорми меня своими грехами.»

Красное свечение жизненной силы исходило от каждого из монстров, но каждый свет был наполнен черной и фиолетовой скверной. Скверна утекала потоками, сходясь к Джейсону, который поглощал ее всю. По мере того как скверна вырывалась из монстров, на ее месте оставался сияющий синий, серебряный и золотой свет. Свечение жизненной силы возвращалось в тела монстров, увлекая яркий свет внутрь себя.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

* Заклинание (восстановление, очищение, святое). * Базовая стоимость: Низкая мана. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (02%).

* Эффект (железо): Очищает все проклятия, болезни, яды и нечестивые недуги с одной цели. Дополнительно очищает все святые недуги, если цель — союзник. Восстанавливает выносливость и ману за каждый очищенный недуг. Эта способность игнорирует любой эффект, предотвращающий очищение. Нельзя использовать на себе.

* Эффект (бронза): Враги страдают от одного экземпляра [Покаяния] и [Наследия Греха] за каждое снятое с них состояние.

* Эффект (серебро): Увеличивает стоимость до умеренной, чтобы воздействовать на всех пораженных врагов и союзников в широкой области.

* [Покаяние] (недуг, святой, периодический урон, суммирующийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадающий по мере нанесения урона.

* [Наследие Греха] (недуг, святой, суммирующийся): Цель считается более поврежденной для целей масштабирования урона способности казни. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Трансцендентный урон сжигал монстров изнутри, и они начали падать с неба, крича. Еще до того, как они погибли, за ними, когда они падали, тянулся радужный дым. Ни один из них не ударился о воду, сгорев дотла, не достигнув моря внизу.

* Вы победили [Небесного охотника марлина].

* [Небесный охотник марлин] был полностью уничтожен. Добыча собрана автоматически.

* [Ядро монстра (Серебро)] добавлено в ваш инвентарь. * [Игла небесного охотника] добавлена в ваш инвентарь. * [Мясо небесного марлина] добавлено в ваш инвентарь. * 10 [Серебряных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 100 [Бронзовых духовных монет] добавлены в ваш инвентарь. * 1000 [Железных духовных монет] добавлены в ваш инвентарь.

Пока добыча скапливалась в инвентаре Джейсона, тела Тени собрались вокруг него и начали исчезать в его теневом плаще.

— Мистер Асано, — произнесла Тень. — Я возьму на себя смелость замаскировать вашу усиленную ману и жизненную силу, поскольку искатели приключений на корабле могут их почувствовать.

— Спасибо, Тень. Как всегда, усерден и внимателен.

Мана Джейсона уже взлетела до небес после того, как он вытянул недуги из монстров. Его жизненная сила быстро росла благодаря пассивной способности, работавшей вместе с его «Пиром отпущения грехов».

Способность: [Пожиратель грехов] (Грех)

* Особая способность (восстановление, святая). * Стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (02%).

* Эффект (железо): Повышенное сопротивление недугам. Получайте экземпляр [Сопротивления] каждый раз, когда вы сопротивляетесь недугу или очищаете недуг с помощью способностей сущности.

* Эффект (бронза): Получайте экземпляр [Целостности] за каждый недуг, которому вы сопротивляетесь или который удаляете с помощью способностей сущности.

* Эффект (серебро): Здоровье, мана и выносливость, полученные с помощью ваших собственных способностей сущности типа вытягивания и восстановления, могут превышать обычный максимум. Избыточное здоровье, выносливость и мана истощаются со временем, пока не будет достигнут обычный максимум.

* [Сопротивление] (благо, святое, суммирующийся): Сопротивление недугам повышено. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Расходуется для нейтрализации экземпляров [Уязвимости] в соотношении 1:1.

* [Целостность] (периодическое исцеление, периодическое восстановление маны, периодическое восстановление выносливости, святое, суммирующийся): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

«Пожиратель грехов» превратил огромное количество недугов на монстрах в целительный эффект для Джейсона. Он не был ранен, но та же сила означала, что Джейсон мог превысить то, что в противном случае было бы его максимальной жизненной силой, переводя его из ранга пользователя сущности в ранг крупного монстра. Дополнительная жизненная сила позволила бы телу Джейсона полностью сопротивляться травмам, пока избыточная жизненная сила не будет израсходована или истощена со временем. Впрочем, на данный момент это было не нужно. Монстрам вообще не удалось ранить Джейсона.

Целители часто пробуждали способности восприятия, позволявшие им чувствовать жизненную силу, как и убийцы и другие люди со способностями, похожими на способности Джейсона. Что касается его избытка маны, любой, у кого достаточно острое магическое чутье, заметил бы колоссальный избыток, которым сейчас обладал Джейсон. Способность Тени маскироваться от различных форм обнаружения в очередной раз окажется бесценной.

Джейсон размышлял, далеко не в первый раз, о том, насколько драгоценны его фамильяры. Их дружеское присутствие, когда они гнездились в его душе, значило даже больше, чем их силы. Джейсон провел некоторые из своих самых мрачных дней в одиночестве, если не считать трех очаровательных машин для убийства, которых он носил внутри себя.

Джейсон почувствовал, как умирает последний монстр, его магия превратилась в духовные монеты и ядро монстра, а затем переместилась в его хранилище. Джейсон исчез, оставив после себя теневой плащ, дрейфующий в небе, который вскоре рассеялся в ничто.

Глава 24

Глава 24

Глава 24: От этого галька не становится важной --- # ГЛАВА 24: ОТ ЭТОГО ГАЛЬКА НЕ СТАНОВИТСЯ ВАЖНОЙ

Каждая из знаменитых садовых башен Витесса была устремленным ввысь сооружением, увитым цветущими лозами, которые свисали с садов на крышах и балконов каждого этажа. В результате горизонт Витесса был заполнен зелеными башнями, испещренными яркими красками.

Одна из таких башен принадлежала семье Геллер, члены которой проживали там вместе со своими командами. Высота, на которой жила группа, определялась рангом: от золотых рангов на вершине до железных примерно на середине, хотя это касалось только авантюристов. Небоевой персонал семьи занимал нижнюю треть здания, независимо от ранга.

Во время нашествий монстров резиденция принимала множество гостей. Большинство из них были членами семьи, которые не жили в Витессе постоянно — от участников команд членов семьи до различных союзников. Команда Хамфри Геллера вместе с Гэри не стали исключением и разместились в небольших апартаментах, соответствующих их статусу серебряных рангов. Бронзовые ранги жили в помещениях, которые можно было назвать общежитиями, на нижних этажах.

Апартаменты были тесноваты для полудюжины человек — по крайней мере, по меркам той роскоши, к которой привыкли серебряные ранги. В резиденции было многолюдно, несмотря на ее внушительные размеры, но никто не жаловался. Геллеры не заводили дружбу с авантюристами, не желавшими мириться с неудобствами совместного завтрака.

Апартаменты казались еще меньше с тех пор, как Клайв заставил их стендами с досками, которые сейчас были покрыты сложными заметками и диаграммами. Он работал над ними без остановки, а Белинда вернулась к своей старой роли его ассистентки. Ее изначально отрывочные знания по магической теории были основательно подтянуты с тех пор, как она стала авантюристом, и их болтовня звучала для остальной команды как на другом языке.

Даже те, у кого была базовая подготовка в ритуальной магии, вроде Хамфри, Нила и Гэри, не могли уследить за дискуссией, которую вела эта пара, строча что-то на досках. Остальная часть команды готовилась к предстоящей миссии, изучая карты и заметки о плотине, а также то, что им было известно о ее защите.

Хамфри становился все более беспокойным в такой тесноте. Его проблемой было не то, что он застрял со своими друзьями, а невозможность выкроить момент для уединения. Ему не нравилось выставлять напоказ свои личные дела перед людьми, даже если те постоянно совали нос в его жизнь. Тем не менее, он понимал, что обстоятельства в ближайшее время не изменятся.

Хамфри встал с дивана, отложив блокнот, в котором пересматривал собственные наблюдения, сделанные во время разведки целевого объекта. Он посмотрел на Софи, сидевшую за столом и изучавшую наброски плотины, рассеянно делясь сэндвичем со щенком, сидевшим у нее на коленях. Хамфри подошел к ней.

— Мы можем прогуляться? — тихо спросил он.

Остальная часть команды притворилась, что не прислушивается. Софи подняла взгляд, ее глаза метнулись к Белинде, которая ободряюще кивнула.

— Хорошо, — сказала она. Она положила остатки сэндвича на стол и встала. Щенок Сташ набросился на сэндвич, отскочив от магического пузыря, который внезапно возник вокруг него.

— Бу! — дразнил щенок смеющегося Нила, который использовал одну из своих способностей щита на закуску. Софи и Хамфри вышли из комнаты, а Сташ превратился в ярко переливающуюся тропическую птицу и, хлопая крыльями, полетел через комнату, чтобы атаковать волосы Нила.

В коридорах резиденции Геллеров было оживленно, и недостатка в людях, желавших поздороваться с Хамфри на ходу, не было. Он шел рядом с Софи, неловко молча, даже когда Хамфри перекидывался парой слов с разными людьми по пути.

— Сад на крыше? — предложила она, наконец нарушив молчание, пока они искали уединенное место.

— Он зарезервирован для золотых рангов, — ответил он.

В конце концов они нашли балкон, который был таким же многолюдным, как и все остальное, и спрыгнули вниз. У обоих были разрешения на полеты еще с тех пор, как они работали в Витессе с Клайвом. Хамфри призвал свои драконьи крылья, а Софи воспарила на ветру, и они спланировали вниз, в близлежащий общественный парк, который было несложно найти в Городе Цветов. В отличие от резиденции Геллеров, парк был почти пуст; нашествия монстров — не лучшее время для семейного отдыха.

Пара нашла парковую скамейку и села рядом в неловком молчании. Это был их первый раз, когда они остались по-настоящему одни с тех пор, как узнали о воскрешении Джейсона.

— Ты хотел что-то сказать? — наконец спросила Софи.

Хамфри кивнул.

— Это непросто, — сказал он. — Столько всего может пойти не так, если я все испорчу.

— Тебе не обязательно…

— Нет! — почти крикнул он, перебивая ее. Затем он сдулся, как воздушный шарик. — Я просто… долгое время это были ты, я и Клайв, а Клайв… ну, ты знаешь.

— Он, вероятно, женится на диссертации о преимуществах стабильной семейной жизни, — сказала она, вызвав смех у Хамфри.

— Что-то вроде того. Я хочу сказать, что большую часть последних пары лет это были действительно ты и я.

— Это меняется, — сказала Софи. — И очень сильно.

— И я рад, что команда снова собирается вместе, — сказал Хамфри. — Многие команды не переживают потерю участника, а мы все вместе не работали с тех пор, как Джейсон погиб. То, что он вернулся — лучшее, о чем я мог просить.

— Но?

— Сейчас все идет кувырком. Команда собирается, Джейсон возвращается, а тут нашествие монстров и вторжение? Да и после того, как мы найдем Джейсона, все не успокоится.

— Он, как правило, не действует успокаивающе, это точно, — согласилась Софи. — Плохо, когда это только он, и ты точно знаешь, что он будет по уши втянут во вторжение Строителя. Но теперь есть еще и Доун, и все неприятности, которые она приносит с собой.

— Именно, — сказал Хамфри. — Я не вижу много времени для нас с тобой во всем этом.

Лицо Софи помрачнело. — Ты хочешь сказать…

— Что я не готов от этого отказываться, — сказал Хамфри, и решимость проступила сквозь нервозность на его лице. — Я не готов к тому, чтобы у нас не было времени только для нас двоих. Даже если это будут лишь украденные моменты, я не откажусь от нашего времени. Ни ради нашествия монстров, ни ради команды, и не…

Хамфри проявил нехарактерную для него нервную нерешительность.

— …не ради Джейсона. Единственный человек, который может заставить меня отказаться от тебя — это ты сама. Так что, если ты не хочешь…

Софи заставила его замолчать, притянув к себе для поцелуя; ее гибкое тело растаяло в его объятиях. Он почувствовал, как напрягся, а затем все его тело стало мягким, когда он обвил ее своей сильной рукой.

* * * На небесном корабле, летящем высоко над Морем Штормов, член экипажа забирал припасы с одной из нижних палуб. После аурального всплеска, который потряс всех на корабле, капитан приказала подготовить судно к атаке монстров. Авантюрист золотого ранга заверил капитана, что все в порядке, но она не стала рисковать и приказала экипажу готовиться.

Член экипажа заметил движение в темном углу. Переложив ящик, который он держал, в одну руку, он положил ладонь на рукоять ножа и вгляделся в тени. Из них вышел мужчина в ярко-розовой рубашке, шортах и сандалиях, держащий в руках сэндвич.

— Здорово, приятель.

Член экипажа расслабился. — Ты один из авантюристов.

— Именно. Героические подвиги по разумным ценам. Ну, по полуразумным. Помочь тебе?

— Если хочешь донести один из этих ящиков, я не откажусь.

— Без проблем, дружище.

С серебряным рангом Джейсона это было несложно, и он последовал за членом экипажа на верхнюю палубу с ящиком под мышкой, продолжая жевать сэндвич. Все авантюристы были наготове, за исключением Тренчанта Мура. Золотой ранг, казалось, не сдвинулся с того места, где стоял, когда Джейсон покинул корабль, и теперь стоял на корме, сцепив руки за спиной.

Остальные авантюристы выстроились вдоль бортов корабля, их ауры были взволнованы и полны страха. Джейсон помог члену экипажа с ящиком, в котором находились мана-батареи для палубных турелей корабля. Обычно турели были убраны внутрь корабля, но капитан объявила тревогу. Выгрузив ящик, он подошел к ближайшему авантюристу.

— Все кажутся какими-то возбужденными, — сказал Джейсон. — Что происходит?

— Ты не почувствовал тот всплеск ауры?

— А, это, да. Чуть сэндвич не выронил. Но ведь это просто какой-то авантюрист, верно?

— Как это — «просто авантюрист»? Всего лишь серебряный ранг, но такой сильный? И то, как это ощущалось; безжалостно, тиранически.

— Это немного грубо, — пробормотал Джейсон. — Не думаю, что все было так плохо. Может, слегка властно.

— Слегка? Это была аура чего-то лишенного жалости или сострадания, словно оно устало от того, что встреченные им существа все еще живы.

— Вот теперь ты точно преувеличиваешь.

— Это было похоже на руку, которая хватает тебя и сжимает, пока ты не просочишься между пальцами.

— Это уже начинает задевать.

— Что?

— Ничего.

Джейсон побрел туда, где Отем стояла рядом со своей лягушкой, которая сейчас раздулась так, что стала выше самой Отем. Она почувствовала приближение ауры Джейсона и обернулась.

— Джейсон! Они сказали, что ты упал за борт.

— Уронил обед, — сказал он, помахав сэндвичем в руке. — Вернул его, а потом осмотрелся на корабле. Это мой первый воздушный корабль, так что я в полном восторге.

Она подозрительно посмотрела на него.

— Значит, ты в порядке?

— Удивительно, — сказал он. — Обычно я влипаю в какие-нибудь неприятности.

Его взгляд метнулся к Тренчанту, бесстрастно стоявшему на корме корабля.

— Считай, что всегда.

Кто-то крикнул, заметив следы радужного дыма позади и ниже корабля. Тренчант выглядел недовольным, когда авантюристы бросились к корме, чтобы посмотреть за борт, хотя и оставили ему уважительное пространство. Он подошел к Джейсону, который опирался на правый борт корабля, позволяя воздуху обдувать себя. Тренчант встал рядом с ним, тоже глядя вдаль. Он коснулся броши на груди, и Джейсон почувствовал, как их окружила тонкая магия.

— Магия приватности? — спросил он.

— Вам не хватает тонкости, мистер Асано.

— Признаю, это мой личный недостаток. В свое оправдание скажу, что это была моя первая возможность расслабиться с момента возвращения.

— Вы бывали в нашем королевстве раньше?

— Я бывал в вашем мире раньше. Впервые посещаю Море Штормов.

Тренчант повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона, собираясь спросить о чем-то еще, когда они оба почувствовали, что на них смотрят с кормы корабля. Самые амбициозные авантюристы внимательно следили за Тренчантом, и отвлечение на радужный дым длилось лишь до тех пор, пока они снова не заметили его с Джейсоном. Тренчант коснулся броши, рассеивая экран, защищавший их слова от подслушивания.

— Постарайтесь в следующий раз держать свой сэндвич крепче, мистер Асано.

— Я сделаю все возможное.

* * * Очарованный летающим кораблем, Джейсон начал заводить дружбу с экипажем, подкрепляя это мясом с барбекю. Это были остатки его барбекю, которые хранились горячими и свежими в его инвентаре. Он слушал, как матрос объясняет работу орудий небесного корабля на оружейной палубе, когда старпом позвал члена экипажа.

— Спасибо, — сказал Джейсон, когда тот ушел.

Затем он стоял с грустной улыбкой на лице.

— Боюсь, если ты продолжишь так сверлить взглядом мой затылок, то прожжешь в нем дыру, — сказал Джейсон. — И это вполне обоснованное опасение, учитывая, что магия существует.

Он обернулся к Отем, которая прислонилась к переборке; лягушка Нил сидела у нее на плече.

— Ты ведь не один из нас, верно? — спросила она.

— Нас?

— На этом корабле всего горстка авантюристов, и все мы — обычные люди. Небоевые вспомогательные сотрудники или просто ничем не примечательные личности. За исключением Осадного Меча и тебя.

— Осадный Меч?

— Тренчант Мур.

— Значит, ты слышала о нем.

— Он знаменитый авантюрист. И мне интересно, что он делает, присматривая за кучкой никчемных людей в обычном рейсе.

— Это не обычный рейс, — сказал Джейсон. — Людям нужно то, что мы им везем. Отчаянно нужно, судя по тому, что мне говорят.

— Конечно, — сказала Отем. — Но это не делает его важным для королевской семьи. И мне интересно, что такой могущественный член Сапфировой Короны делает здесь.

— Это гильдия?

— Это гильдия, к которой принадлежит королевская гвардия. Ты собираешься притворяться невеждой во всем?

— Я не местный. Совсем, совсем не местный. Мое невежество вполне искренне.

— Что это значит?

— Ты разговариваешь со мной так, будто я обязан тебе ответами.

— Нет. Но я не думаю, что ты хочешь, чтобы я бегала и задавала эти вопросы повсюду, верно? Вот почему ты притворяешься таким же обычным, как и все мы.

— Не знаю, откуда у тебя эта идея об обычности, Отем. У тебя на плече магическая лягушка. Если хочешь искать ответы в другом месте — пожалуйста, но я бы не советовал. Для меня это будет досадно, а для тебя — опасно.

— Это угроза?

— Нет, — сказал Джейсон усталым голосом. — Это предупреждение.

— Почему я должна верить хоть чему-то, что ты мне сказал? Ты лгал с тех пор, как мы встретились.

Джейсон прислонился к стене с усталостью, которая не была связана с его битвой с летающими монстрами.

— Ты спросила меня, кто я, — сказал он ей. — Я — иномирец. Слышала о таких?

— Нет.

— Это значит, что я не из Паллимустуса.

— Что это вообще значит?

— Что я из такого далекого места, что одно только путешествие сюда меняет тебя навсегда.

— Поэтому Мур на этом корабле? Потому что ты из какого-то странного места?

— Сомневаюсь. Мой вид, может, и редок, но не уникален. Я слышал, есть специалисты по астральной магии, которым нравится нас изучать, но свежая астральная магия в последнее время легко доступна. Сомневаюсь, что я стою таких усилий.

— Тогда почему здесь Осадный Меч?

— Не знаю. Я даже не слышал о нем, пока не встретил. Стоя рядом с тобой.

— Но он здесь из-за тебя.

— Вероятно, — признал Джейсон.

— Он защищает тебя?

— Испытывает, я думаю. Сомневаюсь, что он даже знает зачем. Подозреваю, тот, кто его послал, решает, убить меня или нет.

— Почему кто-то захотел бы тебя убить?

— Люди всегда что-нибудь придумают. В данном случае это будет политическая целесообразность.

— Если ты стоишь того, чтобы Тренчант Мур следовал за тобой, почему ты бегаешь и притворяешься неважным?

— Если принц споткнется о гальку, от этого галька не станет важной.

— Ты сказал, что кто-то послал Осадный Меч на эту миссию.

— Тебе лучше не знать.

— Не так много людей могут послать его куда угодно. Это как-то связано с принцессами?

— Не стоит придавать значения тому, что я тебе наговорил. Я лгал с тех пор, как мы встретились, помнишь?

— Думаю, ты прав. Мне действительно лучше не знать.

Он кивнул.

— Ты мудрее, чем я когда-либо был. Если ты не можешь позволить себе неприятности, не стоит их наживать. Если не веришь ничему другому из того, что я говорю, поверь мне в этом.

— Я не ищу неприятностей. Как раз наоборот. Я не хочу оказаться под ногами у гигантов.

— Я не гигант, Отем.

— Нет?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я тот, кто оказался под ногами.

ОНИ НЕ ПРИСЫЛАЮТ СВОИХ ЛУЧШИХ ЛЮДЕЙ

ОНИ НЕ ПРИСЫЛАЮТ СВОИХ ЛУЧШИХ ЛЮДЕЙ

На острове у побережья Витесс располагался перевалочный пункт Общества искателей приключений, где хранились различные магические транспортные средства. В Гринстоуне, с его слабой фоновой магией, управлять магическим транспортом могли только люди с подходящей силой. В зонах с высокой магической концентрацией такой транспорт был доступен всем, но для управления самыми мощными образцами всё равно требовались соответствующие способности.

Команда Гэри и Джейсона, за вычетом отсутствующего Джейсона, находилась на открытой площадке, ожидая доставки пары мощных наземных глиссеров. Клайв и Белинда обладали необходимыми силами, чтобы пилотировать их. С ними были куратор из Общества искателей приключений Майлз Котизи и их временный руководитель команды Кеннет, сын Брайана. Эта пара обсуждала миссию с Клайвом и Хамфри.

— Сколько человек из тех, что были на брифингах, оказались лазутчиками? — спросил Кеннет у Майлза.

— Никто из команд, присутствовавших на брифингах, не оказался агентом Чистоты или Строителя, — ответил Майлз. — С их семьями и возлюбленными всё было иначе, и мы выявили девять человек, работавших на тех или других. Как и планировалось, скорость и масштаб атаки оказались слишком критичными, чтобы они не доложили об этом немедленно, и они пошли на риск, который позволил нам их поймать.

— Это не значит, что мы поймали всех, — заметил Клайв.

— Я знаю, — согласился Майлз. — Но мы заткнули несколько дыр, и у нас есть люди для допроса. Надеюсь, мы узнаем что-то об их методах, что поможет нам выкорчевать остальных лазутчиков.

Гэри и Нил обсуждали свои важные дела.

— И это леска на конце палки? — спросил Нил.

— Типа того, — сказал Гэри. — Это не совсем обычная леска, и палка обычно специальной конструкции. На ней есть катушка, чтобы держать всю эту особую леску. Она должна быть довольно длинной.

— Специальной конструкции? В каком смысле? — спросил Нил.

— Э-э, она немного гибкая.

— О, значит, это гибкая палка.

— Еще на конце лески есть крючок. Ты цепляешь на него что-то, что рыба захочет съесть.

— Звучит как куча проблем. Рыбу не так уж сложно убить.

— Дело не в убийстве рыбы.

— Нет?

— Иногда ты отпускаешь рыбу.

— Ты ее отпускаешь?

— Только иногда.

— Разве поимка — не главная цель этого занятия?

— Именно. Ты можешь оставить рыбу, если хочешь ее съесть, но, как ты и сказал, цель занятия — сам процесс поимки. Если ты ее отпустишь, она сможет дать потомство, или кто-то другой сможет поймать ее позже.

— Весь этот процесс звучит совершенно бессмысленно.

Софи и Белинда вели свою беседу под защитой экрана конфиденциальности, созданного одним из магических предметов Белинды.

— Так ты не…? — спросила Белинда.

— У нас сейчас не так много личного пространства. Где бы мы могли?

— Насколько я помню, в прошлом ты была довольно авантюрна в этом плане.

— Не думаю, что Хамфри к этому готов.

— Не знаю, — сказала Белинда. — Стоит снять штаны с некоторых из этих чопорных, правильных парней, как выясняется, что они любят такие безумства.

— Хамфри не чопорный.

— О, брось, Соф. Он — оживший плакат с правилами, который какой-то бог воплотил в жизнь, чтобы бороться со злом.

— Будь повежливее, — предостерегла Софи. — Послушай, я не возражаю. Прошло ооочень много времени, но куда бы мы пошли? Не в люксе же, где за дверью куча искателей приключений с восприятием серебряного ранга.

— Вы можете делать это где угодно. Ты видела вас двоих? Мы могли бы продавать билеты.

Софи хлопнула подругу по руке.

— Ладно, — сказала Белинда. — Просто запишите это, чтобы мы могли заработать денег, продав запись потом.

— Категорически нет! — сказала Софи, а затем ее выражение лица стало неуверенным. — То есть, скорее всего, нет. Я точно никому не покажу.

— Кроме меня, верно?

— Нет!

— Ну-ну.

— Я никому не покажу!

* * * Поздно ночью Джейсон стоял на открытой палубе небесного корабля, глядя на звезды. На палубе были члены экипажа, несущие вахту, но пассажиры находились внизу, спали или общались. Его способность карты показывала, что они стремительно приближаются к его первому пункту назначения, и время пребывания на корабле подходило к концу. Тренчант Мур вышел на палубу, его аура была скрыта, чтобы его не беспокоили назойливые искатели приключений. Он встал рядом с Джейсоном на носу корабля, активировав экран конфиденциальности, чтобы их слова не были услышаны.

— Твои люди принесли мне неприятности, о которых я не просил и которых не заслуживаю, — сказал Джейсон. — Я даже не могу завести друга, не боясь втянуть его в свои проблемы. Которые на самом деле являются твоими проблемами. Или проблемами тех, кто тебя прислал. Отем боялась меня, и она была права.

— Что это ты говорил мисс Лил о принцессах?

— Значит, они даже не сказали тебе, зачем ты здесь, — сказал Джейсон. — Чтобы защитить меня или испытать? Или и то, и другое?

Тренчант долго смотрел на Джейсона, прежде чем ответить.

— Инструкция была позволить тебе убить себя, если ты решил сбежать и сделать это. Я здесь не для того, чтобы ограждать тебя от твоих собственных ошибок.

— Логично. Жаль, что ты не можешь оградить меня от ошибок всех остальных, но полагаю, их это не особо волнует.

— Ты бы стал сражаться, если бы мы столкнулись с пиратами?

— Неужели здесь действительно летают небесные пираты?

— Да.

— И они охотятся на людей, которым больше всего нужна помощь? Это бой, за который мне не было бы стыдно. Впрочем, я не собираюсь из-за этого погибать.

— Они не настолько глупы, чтобы атаковать крепость. Они будут нападать на транспорт.

— Вот откуда вся эта высокоуровневая защита на тех кораблях в порту.

— Общество искателей приключений не бросит людей, застрявших вдали от городов. Королевская семья тоже. Элитные искатели приключений скоро понадобятся, поэтому их отправляют сейчас, прежде чем… ситуация обострится.

— Я всё знаю о вторжении, — сказал Джейсон. — Не нужно пытаться вытянуть это из меня; твои боссы уже в курсе. У меня уже были стычки со Строителем, и будут еще, прежде чем мы закончим вышвыривать его маленьких пешек обратно туда, откуда они пришли.

— Кто ты такой, Джейсон Асано?

— Человек, который устал иметь дело с людьми могущественнее себя. Я просто парень, который хочет быть обычным искателем приключений своего ранга. Я хочу брать контракты, помогать людям. Героические подвиги и остроумные перепалки; может быть, пара злодеев, толкающих монолог. У меня нет политических амбиций, и я не ценю, когда меня втягивают в чужие.

— Они не посылают кого-то вроде меня за обычными искателями приключений, — сказал Тренчант. — Они посылают меня за людьми, которые создают проблемы.

— Проблемы нашли меня первыми, — ответил Джейсон. — Скажи тем, кто тебя прислал, что эта марионетка любит душить кукловода его же нитями.

— Я не понимаю, что это значит.

— У вас нет марионеток? О, они, наверное, магические и без нитей, черт возьми… Слушай, просто передай Сорамиру Римаросу, что я готов танцевать под его дудку, пока он не превращает это в зрелище.

Аура Тренчанта никак не отреагировала на имя, что Джейсон мог почувствовать, но язык тела он контролировал не так хорошо.

— Значит, ты не знал человека за занавесом, — сказал Джейсон. — Или, по крайней мере, не был уверен. Что ж, теперь ты знаешь глубину того дерьма, в которое тебя втянули. То чувство, которое ты сейчас испытываешь, когда только осознаешь масштаб того, во что тебя ввязали? В этом я живу. Хочешь знать, кто я? Вот кто я. Возвращайся и передай им это.

Джейсон перемахнул через борт и шагнул в темноту, исчезнув из восприятия Тренчанта.

* * * Клайв и Белинда каждый поместили по одному из предоставленных глиссеров в свои хранилища. Затем Нил использовал свою способность «Усиление», которая усиливала следующую примененную способность, на Хамфри. Белинда скопировала заклинание с помощью своей Зеркальной магии и применила его на Клайве. Благодаря этому усилению телепортация Хамфри и портальная магия Клайва могли переместить по четыре человека серебряного ранга каждый на расстояния, превышающие обычные. Это позволило им перебросить группу, за вычетом представителя Общества искателей приключений, в точку в дюжине километров от цели.

Они прибыли на поляну в предгорьях густо заросшего лесом горного хребта. Софи и Кеннет быстро выдвинулись на разведку, пока Клайв и Белинда доставали глиссеры и трижды проверяли, что они в рабочем состоянии. Нил, Гэри и Хамфри перешли в режим боевой готовности; легкомыслие Нила и Гэри исчезло, как только они оказались в полевых условиях.

Было несколько причин, по которым они использовали пару глиссеров вместо одного большого транспортного средства. Глиссеры уже были на пределе размеров для объектов, которые можно было поместить в магическое хранилище, а путь к дамбе пролегал через лес, где на больших машинах было бы трудно маневрировать в любом случае.

Главная причина заключалась в том, что они планировали разделить группу и подойти к дамбе с двух сторон, пробиваясь к центру. Разделение группы было опасным, но им нужно было выполнить свои задачи до того, как защитники успеют вызвать подкрепление. Если лоялисты Чистоты поймут, что задумала команда, даже атака на долину станет второстепенной задачей.

Команда перегруппировалась вокруг глиссеров, готовая выдвигаться. Кеннет достал часы и проверил время.

— Отвлекающая атака на долину идет уже последний час, — сказал он. — Хотя есть надежда, что это отвлечет часть защитников дамбы, гарантий нет. Ни одна из атакующих групп не знает, что они совершают финт, но это не значит, что враг не поймет наших намерений.

— Особенно учитывая, что команда, которая должна была руководить атакой, не появилась, — сказала Белинда.

— Команды не знали об этом до последней минуты, — сказал Хамфри. — И все же беспокойство Белинды обосновано.

— Это так, — согласился Кеннет. — Есть шанс, что мы можем столкнуться с еще большим количеством защитников, чем ожидалось. Даже если всё пошло по плану и людей, охраняющих дамбу, отвели, это будут не все. По крайней мере, те, кто остался, будут настороже.

Команда разделилась на две группы. Белинда и Клайв были необходимы в каждой группе — и чтобы управлять одним из глиссеров, и чтобы обеспечить ритуальную магию на месте. Хамфри и Софи отправились с Клайвом. Трио работало вместе последние пару лет, и их командная работа была отточена. Нил и Белинда много работали вместе, но Гэри и Кеннет не были членами команды. У них не было того взаимопонимания, которое команда выработала, проведя шесть месяцев в астральном пространстве, полном монстров, или какого-либо опыта совместной работы с тех пор.

Две группы разделились, и глиссеры умчались в лес под разными углами.

* * * Вскоре после того, как он спрыгнул с небес, Джейсон пробрался через джунгли к крепости Арказитлан, приземлившись неподалеку. В укрепленный город было трудно попасть, он был вырублен высоко в стене скалистого ущелья. Именно поэтому поставки осуществлялись искателями приключений, а не дирижаблями, которые легко могли быть разбиты о стену регулярными порывами ветра, проносящимися по ущелью. Недоступность стоила дополнительных хлопот, поскольку защищенная позиция меньше нагружала ресурсы, питающие оборону крепости.

Хотя некоторые монстры могли искать добычу полегче, чем труднодоступная крепость, это было верно не для всех. Арказитлан страдал от ночной атаки пожирателей костей — изможденных гуманоидных монстров с темно-фиолетовой кожей. Их тела были узкими и иссохшими; на их лысых головах не было ни глаз, ни носа, ни ушей. У каждого был рот, занимавший всё то место, где должно было быть лицо.

Монстры обладали способностью быстро наращивать кости, создавая экзоскелетную броню, бритвенно-острое оружие или даже полезные инструменты. Шипы на руках и ногах, достаточно прочные, чтобы вонзаться в скалу, позволяли монстрам карабкаться по крутому, неровному склону ущелья.

Не крупнее человека, монстры не были сильными или выносливыми по меркам монстров серебряного ранга. Но они были очень быстрыми и удручающе многочисленными, роясь на стене ущелья. Джейсону, наблюдавшему с другой стороны ущелья, они казались муравьями, облепившими труп мертвого животного.

Он наблюдал за обороной крепости, которая, по-видимому, в основном состояла из силовых ударов, отбрасывающих любых монстров, добравшихся до стен, вбивая их в противоположную стену, после чего они падали на землю внизу. Джейсон предположил, что это относительно эффективная защитная мера с точки зрения затрат энергии. Сама силовая волна не должна была стоить дорого, и он также чувствовал магию, пропитанную в противоположную стену ущелья. Это были не мощные эффекты, а как раз достаточные, чтобы немного усилить удар и преодолеть любое сопротивление немагическому урону.

Это было бы эффективно против многих монстров. Крупные монстры обнаружили бы, что их собственный вес стал их врагом, в то время как удар о стену мог легко повредить относительно хрупкие крылья летающих существ.

Однако пожиратели костей были опасным противником для крепости. Они были маленькими, легкими и достаточно ловкими, чтобы их стойкость серебряного ранга легко выдерживала падение. Они также быстро исцелялись, преодолевая полученный урон, прежде чем снова начать карабкаться.

Пока Джейсон продолжал наблюдать, защитники поняли, что их защита силовыми волнами не уничтожит монстров. Руны на стене крепости загорелись, и вырвались лезвия ветра, извиваясь в воздухе, когда они отклонялись от стены, прежде чем развернуться и вонзиться в плоть монстров. Прямое попадание убивало одного из них наповал. Любое столкновение, будь то с монстром или стеной, заставляло лезвия взрываться кольцом режущей силы, кромсая окружающих пожирателей костей.

К сожалению, монстры быстро адаптировались. Если раньше они карабкались по стене без защиты, то теперь начали прикрываться костяной броней, которая замедляла их, но защищала их иссохшие тела. Лезвия всё еще оказывали сильное воздействие, но больше не убивали монстров наповал, а вторичные эффекты были еще более ослаблены. Монстры замедлялись из-за брони и необходимости исцеляться внизу ущелья, прежде чем возобновить подъем. Тем не менее, атака продолжалась.

* * * Командир крепости, Мордант Керр, стоял на крепостном парапете наверху, под скальным навесом. Перед ним была магическая стена, закрывающая промежуток между навесом и парапетом. Монстру было бы легче прорыть скалу, чем защитную стену, если бы не тот факт, что камень вокруг крепости был магически усилен.

Офицер по тыловому обеспечению Керра, Луис, подошел к командиру.

— Сэр, если мы собираемся использовать карающий ветер, это нужно сделать сейчас. Если мы продолжим использовать руны клинков дольше, у нас не останется заряда в мана-аккумуляторах, чтобы активировать его.

— А если мы его используем?

Керр не был местным, он приехал с севера от Моря Штормов. Это было десятилетия назад, но его характерный тягучий выговор был таким же сильным, как и всегда.

— Это будет всё, что у нас есть, сэр. Даже силовая стена долго не продержится. Это будет рукопашная схватка со всеми, кто выживет.

Глаза Керра не отрывались от фигуры, стоящей на другой стороне ущелья, и офицер проследил за его взглядом.

— Это еще один монстр, сэр?

Ночью было трудно разглядеть пятно тьмы размером с человека, испещренное точками света.

— Нет, — сказал Керр. — Это искатель приключений. Скорее всего, тот, кто везет наши свежие припасы.

— Если мы используем ветер, тогда они смогут пополнить наши запасы.

— У них будут свежие мана-аккумуляторы, но они будут пусты, — сказал Керр. — Наши, может, и на грани выгорания, но в них еще есть заряд, а это то, что важно, пока с этими монстрами не разберутся.

— Как думаете, он поможет нам, сэр? И вообще, он ли это?

— Я сам не могу точно сказать, — протянул Керр. — Мужчина или женщина, впрочем, вряд ли они вмешаются. Они будут ждать, пока мы расчистим монстров.

— Обществу искателей приключений нет до нас дела здесь, — сказал Луис. — Они не присылают своих лучших людей на курьерские задания.

— Вот почему они говорят им оставить защиту защитникам, — сказал Керр. — Не могу разглядеть их ауру, чтобы понять, стоят ли они хоть чего-то. На такие миссии они всегда посылают скрытников.

— Так что нам делать, сэр? Вам нужно принять решение насчет карающего ветра, или время выберет за нас.

— Думаю, нам придется рискнуть и использовать его, — сказал Керр. — Остановить руны клинков и подготовить ополчение к…

Командир замолчал, когда теневая фигура спустилась со скального навеса, паря в воздухе снаружи защитного барьера. Затем искатель приключений на другой стороне ущелья исчез, появившись из тени прямо перед ними. Испещренная светом тень, окутывающая его, развернулась в крылья тьмы и звездного света, удерживая искателя в воздухе. Искатель завис в воздухе, его фигура под покровом теперь была видна: свободная боевая мантия цвета засохшей крови. Внутри теневого капюшона два странных глаза встретились со взглядом Керра. Даже находясь прямо перед ним, Керр не мог почувствовать никакой ауры, поэтому монстры внизу еще не обратили на него внимания.

— Остановите клинки, — сказал искатель приключений. Голос был мужским, холодным и не боящимся того, что, вероятно, сотня монстров карабкалась по стене под ним. — Просто продолжайте сбивать их вниз, а я возьму остальное на себя.

Керр и Луис посмотрели на мужчину, затем обменялись взглядами.

— Он не похож на простого курьера, — сказал Луис.

— Нет, не похож, — согласился Керр. — Подозреваю, Луис, что ты, возможно, должен извиниться перед Обществом искателей приключений по поводу качества персонала, который они отправляют в нашем направлении.

Керр снова встретился взглядом с искателем приключений.

— Ладно, незнакомец; мы отключим клинки. Только не дай нам всем погибнуть, слышишь?

Крылья сложились, окутав искателя тьмой, и он исчез из виду. Затем они почувствовали мощную ауру, которая пронеслась мимо и заставила Керра почувствовать себя незваным гостем в собственной крепости.

— Сэр, вы уверены, что это был не монстр?

— Мне плевать, если это перворожденная дочь богини Боль. Любой, кто убивает монстров и доставляет припасы, получит от меня теплый прием. И от тебя тоже. Это приказ.

— Я думал, Боль — это бог, сэр.

— Вы все так думаете здесь, — сказал Керр. — Там, откуда я родом, знают, что Боль — женщина.

СТАРЫЙ ДРУГ, НА КОТОРОГО У НЕГО НЕ БЫЛО ВРЕМЕНИ

СТАРЫЙ ДРУГ, НА КОТОРОГО У НЕГО НЕ БЫЛО ВРЕМЕНИ

По дну ущелья текла небольшая река, вдоль которой тянулась широкая дорога. Дорога была вымощена камнем и содержалась в хорошем состоянии; её предназначение заключалось в том, чтобы доставлять в крепость людей из окрестных городов и деревень, а также провизию и скот, который крепость могла вместить. Дно глубокого ущелья было заполнено тенями, что делало его идеальной площадкой для теневых прыжков Джейсона.

Спускаясь по воздуху, Джейсон рассеянно размышлял о том, как всех этих людей и их имущество доставляют в крепость, врезанную высоко в стену ущелья. Этот вопрос пришлось отложить на потом, когда он приземлился среди монстров, роившихся на земле внизу.

Для Джейсона было непривычно не чувствовать себя мелким на фоне монстров серебряного ранга, которые были примерно человеческого роста и не больше самого Джейсона. Однако с зубастыми пастями вместо лиц и костяным оружием, растущим из каждой части тела, они без труда внушали страх. В данный момент они были почти полностью закованы в костяную броню, защищавшую их от лезвий ветра, которые обрушивались с крепости наверху, хотя по просьбе Джейсона их действие было приостановлено. Он не хотел, чтобы они преследовали его вместо монстров.

Джейсон полностью подавил свою ауру, когда спускался, чтобы не привлекать внимания монстров. У них не было ни глаз, ни ушей, поэтому их сверхъестественные чувства должны были быть неестественно острыми. Он позволил гравитации быстро нести себя вниз, пока его плащ не замедлил падение, когда он приблизился к земле. Пара глаз-сфер Гордона проявилась и начала вращаться вокруг него.

Как только Джейсон ступил на дорогу, орда монстров повернулась к нему. Джейсон призвал кинжал и высвободил ауру, застав костяных пиршественников врасплох. В тот короткий миг, пока они медлили, он перешел в наступление, и его клинок быстро нашел брешь в тяжелой костяной броне ближайшего монстра.

Кинжал работал против монстров и их костяной брони лучше, чем копье или меч. Пока он был готов приближаться к монстрам вплотную, короткий клинок идеально подходил для поиска узких щелей в броне. Если только монстры не хотели стать неподвижными, эта открытость в области суставов была неизбежной уязвимостью.

Джейсон не наносил серьезных ран, но это никогда не было его стилем. Как бы ему ни хотелось наносить мощные, решающие исход боя удары, он всегда был черепахой, а не зайцем. Он быстро выкрикивал заклинания, даже когда его особые атаки впивались в цель, оставляя после себя монстра, который получал мало урона, но был отмечен как обреченный.

Дополнительных целей было предостаточно; монстры надвигались на Джейсона, словно прилив. Он послал сферу в первого костяного пиршественника, которого уже «наградил» ослаблениями, но та была остановлена броней намертво. По-видимому, кости, которые отращивали монстры, обладали значительными магическими свойствами в дополнение к физической устойчивости, что было не особенно удивительно. Монстры не были физически сильными для серебряного ранга. Вместо этого они компенсировали это количеством и качеством своих способностей.

Он попытался направить сферу в щель в броне монстра, но тот осознал угрозу. Кость заполнила суставы, как только сфера начала искать путь внутрь, делая монстра защищенным, пусть и неподвижным. Сфера потерпела неудачу, и Джейсон вернул её к себе. Будучи одиноким островком посреди урагана монстров, у него было мало времени на эксперименты.

Количество монстров не было непосредственной проблемой для Джейсона из-за брони, в которую они были закованы. Их единственным превосходящим физическим атрибутом была скорость, от которой тяжелые панцири заставляли их отказаться. Джейсон не позволял загнать себя в угол, а тенистое ущелье позволяло ему телепортироваться практически по желанию. Он появлялся то в одном месте, то в другом, накладывая ослабления и исчезая, прежде чем его успевали окружить.

Он попробовал другой подход, атакуя очередного монстра. Он позвал Гордона, который забрал свои сферы у Джейсона и проявился в воздухе над его головой, принеся с собой еще четыре сферы.

— Просверли дыру, — распорядился Джейсон.

Оранжевые лучи ударили из всех шести сфер. Резонирующая сила лучей была особой формой урона, особенно эффективной против жестких объектов. Она ценилась за способность пробивать броню, и лучи быстро проделали путь сквозь костяной панцирь одного из монстров. Гордон немедленно проскользнул сферой через пролом в броне, прежде чем монстр успел его закрыть.

Пока Гордон пробивался сквозь броню монстра, те обрушили на него дальнобойные атаки, все сделанные из кости. Дротики, пучки игл и стрелы, выпущенные из составных луков с фиолетовыми жилистыми тетивами, полетели в его сторону. Несмотря на нематериальную природу Гордона, магические костяные снаряды могли повредить его эфемерное тело.

Как только он пропихнул сферу сквозь броню одного монстра, Гордон превратил оставшиеся пять сфер в щиты против града атак. Подобно монстрам с их костяными панцирями, он применил тактику «черепахи».

Бабочки, распространяющие ослабления, разлетелись от пораженного монстра, вызвав волну изменений в поведении костяных пиршественников. Почувствовав угрозу, они начали сбрасывать свои тяжелые панцири, оставляя частичную броню, которая была не такой защитной, но освобождала движения. Это подвергало их воздействию бабочек, но они не дали призванным сине-оранжевым существам добраться до них. Вернув себе скорость, монстры отступили от своего пораженного сородича, выпуская пучки игл и тяжелые копья.

Иглы сбили бабочек, прежде чем те смогли добраться до остальных костяных пиршественников. Это вызвало взрывы, когда бабочки были уничтожены, но урон от разрушающей силы был наиболее эффективен против магических защит и мало что сделал монстрам. Что касается копий, то они врезались в костяного жнеца, распространявшего бабочек. Он сбросил броню и стоял неподвижно, принимая атаки. Они обернулись против своего же, чтобы прекратить производство бабочек. Монстр не делал попыток уклониться от копий, которые оставили его пронзенным и мертвым.

Джейсон предположил, что способность костяных пиршественников чувствовать магию была их самым сильным чувством, четко определяющим, что Гордон и его силы были самой большой угрозой их численному превосходству. Они также были умны, решительны и преданы благополучию группы в целом, причем пораженный монстр принял свою кончину без колебаний.

Джейсон увидел, что монстры будут слишком осторожны, чтобы позволить бабочкам быть эффективными. Он мог бы послужить отвлекающим маневром, но при таком количестве монстров отвлечения лишь некоторых из них было недостаточно, чтобы рисковать, подвергая Гордона шквалу атак.

Джейсон мог бы предпринять еще одну попытку использовать бабочек, но у него были и другие варианты. Он не был против того, чтобы делать всё долгим путем, что было его уделом с железного ранга. Он начал распылять пиявок, словно из пожарного шланга, разбрасывая их по монстрам. У Колина не было проблем с тем, чтобы проползти мимо брони и найти плоть, в которую можно впиться, теперь, когда их броня стала менее всеобъемлющей.

Монстры срывали с себя пиявок и давили их, но Колин самовоспроизводился, используя жизненную силу, которую высасывал из них. На серебряном ранге фамильяр-рой пиявок мог восполнять себя так же быстро, как костяные пиршественники могли уничтожать отдельных пиявок, используя жизненную энергию самих монстров в качестве топлива. Кроме того, за каждую раздавленную пиявку они получали порцию ослабления «Грех» от ауры Джейсона. Это делало некротический яд, который впрыскивал Колин, еще хуже.

Битва вступила в новую фазу, так как монстры стали сильнее давить на Джейсона. Их менее полное покрытие броней облегчало нанесение ударов на ходу, но они больше не были неуклюжими и медлительными. Там, где раньше он танцевал вокруг них почти безнаказанно, теперь они стали быстрее и опаснее. Они реагировали на его атаки не только уклонением, но и возмездием, быстро отращивая оружие из кости и фиолетовых жил. У них было всевозможное оружие: от мечей, копий и топоров до жестоких клинковых хлыстов. Дальнобойное оружие было малополезно, когда Джейсон был постоянно окружен.

Атрибуты Джейсона находились в среднем диапазоне серебряного ранга. Это делало его сильнее монстров, чья физическая мощь была на нижней границе того, что можно было ожидать от монстра серебряного ранга. Это было неудивительно для монстров, которые появлялись в таком большом количестве. Их рефлексы, однако, соответствовали рефлексам Джейсона или превосходили их. Их навыки были обыденными и лишенными техники, но эти рефлексы и подавляющее количество быстро поставили Джейсона под давление. Если бы не его способность телепортироваться по тенистому ущелью, его бы быстро втоптали в землю.

Битва продолжалась долго, Джейсон был ускользающей тенью, танцующей среди монстров, пока он осыпал их ослаблениями. Колин продолжал ползать по костяным пиршественникам, переходя от одного к другому. Они продолжали тщетно срывать пиявок, но без особого эффекта, хотя их количество было настолько велико, что в плане отвлечения внимания это мало помогало Джейсону.

Хотя Джейсон был быстр, непредсказуем и неуловим, бой был чем угодно, но только не односторонним. Несмотря на то, что все его силы и навыки делали его дьявольски неуловимым, избегать каждой атаки в море монстров было все равно что пытаться плавать, не намокнув. Огромное количество монстров, устилавших ущелье, было неизбежной реальностью.

Вся битва проходила в жуткой тишине. Несмотря на то, что всё их лицо было пастью, костяные пиршественники не издавали ни криков ярости, ни боли. Не издавал их и Джейсон, безмолвный, как тьма, в которую он себя окутал, даже когда получал рану за раной. Единственными звуками были глухой скрежет металла, скользящего по кости, когда Джейсон вонзал кинжал в щель, или магический гул, когда щиты Гордона перехватывали костяное оружие.

Костяные пиршественники перестали карабкаться по стене, оставив крепость на потом, после того как разберутся с теневым незваным гостем. Даже используя две сферы Гордона в качестве щитов, он получал удары со всех сторон. Изрубленный мечами и пронзенный копьями, он был вынужден пустить в ход всё свое боевое мастерство.

Как и в прошлом, сражаясь с монстрами в огромных группах, Джейсон в конце концов смог впасть в боевой транс. Это было не бессознательное или бездумное состояние, а состояние глубокой концентрации, которое высвобождало каждую крупицу его силы, подготовки и опыта. Он избегал ударов на волосок, благодаря ловким и тонким движениям. Акробатические прыжки позволяли максимально использовать его сверхчеловеческую ловкость и силу, создавая пространство и время для действий, когда один акробатический удар переходил в другой, используя самих монстров как твердую почву.

Однако даже на пике своего мастерства он мог зайти лишь так далеко. Несмотря на все его способности, не от каждого удара можно было уклониться и не каждое оружие отразить. Клинки все еще резали его тело, а копья пронзали конечности. Боль была старым другом, на которого у него не было времени, и он выдергивал оружие из своей плоти, даже не замедляясь.

Один из костяных хлыстов сумел поймать его, обернувшись вокруг ноги, все еще вытянутой после удара по монстру. Он вонзился в конечность, разрывая плоть и сковывая его движения, подставляя под дальнейшие атаки. Две сферы переключились со щитов на лучевые атаки, перерезав костяной хлыст и освободив Джейсона, хотя и ценой этого. Даже мгновенная остановка, особенно без щитов, открывала его для атак. Он быстро снова пришел в движение, но уже с кучей свежих рваных и колотых ран.

Время от времени Джейсону удавалось вырваться из орды на драгоценные несколько мгновений. Иногда он исчезал в более глубоких тенях у основания стены ущелья. В другое время он проносился по поверхности реки, его плащ отражал мелкие снаряды, а щиты Гордона — более крупные. Джейсон использовал эти моменты, чтобы выкрикнуть заклинание, критически важное для его выживания.

— Твоя кровь не твоя, а моя, и я буду ею пировать.

Способность: [Пир крови] (Кровь)

* Заклинание (высасывание, кровь). * Базовая стоимость: Умеренная мана. * Перезарядка: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (03%).

* Эффект (железо): Высасывает здоровье и выносливость. Действует только на цели с кровоточащими ранами или страдающие от состояния [Кровотечение].

* Эффект (бронза): Высасывает дополнительное здоровье и выносливость за каждый случай отравления на цели.

* Эффект (серебро): Увеличение стоимости маны до очень высокой, а перезарядки до 2 минут позволяет этому заклинанию воздействовать на все подходящие цели в широкой области.

Заклинание было не совсем точным; оно высасывало кроваво-красную жизненную силу, а не настоящую кровь. Однако для Джейсона это выглядело как потоки крови, льющиеся по воздуху, которые он поглощал. С таким количеством окровавленных и отравленных врагов жизненная сила Джейсона взлетела выше того уровня, который он должен был быть способен удержать, благодаря его способности «Пожиратель грехов». Это, наряду с его внушительной регенерацией и постоянными атаками высасывания жизни, позволяло ему выдерживать постоянный дождь атак.

После высасывания такого количества жизненной силы за раз, жизнеспособность Джейсона достигла уровней, сравнимых с таковыми у крупных монстров. Это было преимущество, которое такие монстры имели перед пользователями эссенции, хотя оно меркло по сравнению с обладанием способностями эссенции. Даже самые экзотические монстры не обладали тем рогом изобилия сил, которым наслаждались пользователи эссенции, поэтому хорошо обученный искатель приключений мог справиться со многими монстрами того же ранга. Джейсон в полной мере демонстрировал этот самый принцип.

Что у монстров действительно было, так это жизнеспособность, превышающая таковую почти у любого пользователя эссенции. Даже сверхчеловеческая выносливость серебряного ранга не шла ни в какое сравнение с таковой у монстра, хотя костяные пиршественники были далеко не лучшим примером.

Чем больше был монстр, тем меньше сил он, как правило, имел, но тем выше была его жизнеспособность. Даже в этом случае мелкие и многочисленные костяные пиршественники превосходили обычных пользователей эссенции. Они убили одного из своих, превратив его в дикобраза из копий. Если бы он не стоял неподвижно и не принимал атаки, его убийство заняло бы гораздо больше времени.

Джейсон не был уникален в укреплении своей жизненной силы, хотя это чаще всего встречалось у специалистов-стражей. Подобно Джейсону, они, как правило, сильно фокусировались на силах восстановления, некоторые даже брали на себя второстепенную роль целителя. Целью Джейсона было выдержать так много атак, что он был весь окрашен в собственную кровь, хотя это было едва заметно. Она смешивалась с его кровавым одеянием и была скрыта эфемерным плащом, а лицо его было спрятано во тьме.

* * * Над полем битвы возвышался город-крепость Арказитлан. В его военном командном пункте командир ополчения крепости наблюдал за проекцией битвы, происходящей внизу. По всему ущелью и его окрестностям были расставлены магические датчики, которые предупреждали их о приближении монстров и позволяли наблюдать из безопасности. Они могли даже развертывать крошечные магические дроны, которые были продвинутым вариантом записывающих кристаллов.

Командир, Мордант Керр, был окружен многими своими офицерами ополчения, которые присоединились к нему, наблюдая за битвой. Поскольку монстры приостановили свою атаку на крепость, её защитники получили столь необходимый отдых. Даже те, кто не управлял защитой крепости, находились в состоянии повышенной готовности с момента первого приближения монстров.

Только высшее руководство ополчения отказалось от отдыха, чтобы наблюдать за боем, от которого во многом зависела судьба их крепости. Хотя поражение искателя приключений не означало падения их крепости, оно могло означать потерю их снабжения. Они наблюдали за битвой с парящего кристалла, высоко над сражением. Если смотреть сверху, искатель приключений, сражающийся с монстрами, был мерцающей тенью.

— Этот бой странный, — сказал офицер по логистике Луис. — Почти никакого шума. Жутко. И никто никого не убивает; просто дерутся и дерутся, и никто не умирает. Искатель приключений тоже, что хорошо, учитывая, что его, похоже, часто пронзают. Но он, кажется, просто бегает вокруг. Ни один из монстров не падает.

— Присмотрись к монстрам, — сказал Керр со своим характерным северным выговором. — Они умирают, будь уверен; просто они делают это не спеша. Наш новый друг, любитель тьмы, — пользователь ослаблений.

— С каких пор специалисты по ослаблениям ныряют в самую гущу орд монстров?

— Я сказал, что он использует ослабления, — ответил Керр. — Я не говорил, что он использует здравый смысл, который боги дали тарелке с засахаренными фруктами. Немногие отважились бы сразиться с таким количеством монстров. Не знаю, о чем они там думают, отправляя гильдейских к нам, но я это принимаю.

Когда первые потоки крови вылетели из монстров в тень, чтобы быть поглощенными Джейсоном, в комнате зашептались.

— Вы абсолютно уверены, что этот парень не хуже монстров? — спросил Луис.

— Тебе лучше надеяться, что он хуже, офицер по логистике, — сказал Керр. — Именно у него находится то снабжение, на которое ты жалуешься всю неделю.

НИКОГДА НЕ НЕДООЦЕНИВАЙТЕ АВАНТЮРИСТОВ

НИКОГДА НЕ НЕДООЦЕНИВАЙТЕ АВАНТЮРИСТОВ

Несмотря на энергоэффективные способности, резервы Джейсона истощались по мере затягивания боя. Он и Колин осквернили десятки и десятки монстров, устилавших дно ущелья, из-за чего мана Джейсона стремилась к нулю.

Джейсон не был уверен, сколько монстров копошилось вокруг, словно муравьи. Хорошо за сотню, может, вдвое больше. Первые из пораженных были готовы рухнуть. Он не нагружал их слишком сильно, и они могли похвастаться выносливостью серебряного ранга, но без очищения недуги Джейсона делали их смерть неизбежной. Он снова растворился в тенях, на этот раз вытягивая не жизненную силу, а недуги из одного из монстров, который был ближе всего к гибели.

«Напитай меня своими грехами.»

Он вытянул недуги лишь из одного монстра, чтобы восполнить свою ману и ускорить регенерацию, преобразовав недуги в благословения самоисцеления. Это было полезно, поскольку его продолжали осыпать атаками. В то время как монстры, которых он уже атаковал, были замедлены его недугом трупного окоченения, Джейсон всегда выбирал неоскверненных, которые с радостью продолжали колотить его на полной скорости.

* * * — Как он до сих пор держится? — спросил Луис. — Сколько уже времени прошло?

— Никогда не стоит недооценивать авантюристов, — сказал Керр. — Любой дурак может поглотить эссенции. Но чтобы использовать их правильно, нужны тренировки и опыт.

— Этот парень, должно быть, лучший авантюрист на свете.

— Нет, — ответил Керр. — Никогда не видел гильдейских авантюристов в деле, да? Этот малый хорош, спору нет, но именно так и работают хорошие. Эта аура — пожалуй, перебор, признаю, но чтобы справиться с делом, нужно нечто большее.

— Ты хочешь сказать, что любой гильдейский авантюрист мог бы перебить всех этих монстров?

— Конечно нет. Нужно подбирать способности под монстров, но этот парень не ввязался бы, если бы бой был не по зубам. Такие типы с недугами, может, и не убивают быстро, но будут убивать весь день, если подкармливать их монстрами. Признаю, обычно они делают это из-за спин других ребят, но всякие бывают.

* * * Джейсон следил за монстрами с помощью своей ауры. Каждый монстр был наконец осквернен, и один из семи или восьми уже погиб, а остальные быстро падали. Он мог бы исчезнуть и оставить остальных умирать, но с этим было две проблемы. Первая заключалась в том, что он не хотел, чтобы монстры возобновили атаку на форт. Вторая — это был долгий и медленный путь к золотому рангу, а Джейсону нужно было прокачивать способности. Это было не как на Земле с ее волнами монстров и прото-пространствами. Ему нужно было извлечь максимум из этого наплыва монстров.

Джейсон растворился в тени и появился из другой, на полпути вверх по склону ущелья. Он оттолкнулся от скалистой стены и двинулся по воздуху, его плащ развернулся в крылья из звездного света, удерживая его на лету. Гордон появился под ним, все шесть сфер превратились в щиты, когда в них полетели костяные снаряды.

При таком количестве монстров щиты продержались бы лишь несколько мгновений, но Джейсону много времени и не требовалось, пока он произносил заклинание. На этот раз это была версия по площади.

* * * С высоты птичьего полета офицеры ополчения наблюдали, как Джейсон занял позицию высоко в воздухе. Из-за странной тишины на поле боя он оказался достаточно близко к датчику, чтобы они могли слышать, как он произносит заклинание.

«Напитай меня своими грехами.»

Красная жизненная сила вырвалась из монстров, словно море крови, а темная магия недугов Джейсона закружилась внутри него. Черно-фиолетовая скверна изверглась из красного моря, словно гигантский монстр, поток зловещей силы был настолько густым, что полностью скрыл монстров. Вся эта темная энергия устремилась к Джейсону, вливаясь в его тело, пока он поглощал ее.

— Сэр, вы действительно уверены, что он не...

— Не говори этого, Луис. Просто не надо.

* * * Первым делом способность «Пир отпущения грехов» заменила каждый яд, болезнь и нечестивый недуг, терзавший монстров, на жгучий свет трансцендентного урона. Пока святые недуги уничтожали монстров изнутри, все первоначальные недуги перетекли в Джейсона и были преобразованы в благословения. Одно из них было эффектом сопротивления, который не помогал Джейсону в текущем бою. Другое — очень даже помогало.

* [Целостность] (исцеление-со-временем, мана-со-временем, выносливость-со-временем, святой, стакающийся): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Несмотря на пожирающий свет внутри них, монстры не прекращали атак. Барьеры Гордона разбились под шквалом копий, стрел, игл и дротиков, и Джейсон отозвал его. Это оставило Джейсона под ударами, хотя его плащ был достойным щитом. Более слабые атаки останавливались намертво, даже в огромных количествах, когда в его сторону летели скопления костяных игл. Копья пробивали его плащ, хотя многие пролетали мимо, так как он искривлял пространство, чтобы отклонить их. Оставшиеся атаки достигали тела Джейсона, но он мог выдержать эти удары.

У Джейсона уже был огромный запас жизненной силы, и оружие не причиняло ему вреда. Его способность интерфейса измеряла его самочувствие с помощью маленькой гуманоидной фигурки на периферии зрения, которая отмечала повреждения его тела цветовой кодировкой. Он редко обращал на нее внимание, поскольку обычно ему не требовалась помощь, чтобы понять, что его ударили ножом. Избыток жизненной силы, превышающий его обычный максимум, теперь обозначался красной линией над головой маленькой фигурки, как полоска очков здоровья.

Атаки на Джейсона не причиняли ему вреда, его полоска здоровья быстро уменьшалась по мере попаданий. Это даже не было больно: копье, вонзившееся в его торс, отскакивало, не вызывая больших ощущений, чем тычок пальцем. Однако полоска здоровья поднималась обратно еще быстрее благодаря абсурдной регенерации от более чем тысячи экземпляров благословения самоисцеления «Целостность».

«Целостность» была благословением короткого действия, но оно спадало по одному экземпляру за раз. При таком количестве экземпляров потребовалось бы много времени, чтобы израсходовать их все. Его призванные одежды были не такими прочными, и он восполнял их, пока опускался к земле.

Что касается монстров, они светились изнутри, горя трансцендентным светом. Те, кто был поражен дольше всех, умирали еще быстрее, их число погибших выросло до пятой части от первоначального количества еще до того, как Джейсон спустился на землю. Он быстро приземлился, совершив «супергеройское приземление» среди самого большого поля мертвецов, недалеко от того места, где впервые сражался с монстрами. Первые пораженные находились в этой области, и многие не дожили до того, чтобы получить святые недуги. Когда монстры хлынули к нему, он, все еще стоя на одном колене, произнес заклинание.

«Как ваши жизни были моими, чтобы их пожинать, так и ваши смерти — мои, чтобы их собирать.»

Мертвые монстры иссохли от гнили, свежайшие трупы, лишившиеся кусков плоти, растворялись в радужном дыме, когда трансцендентный урон добивал их. Все остатки жизни, что еще оставались, поднимались из трупов и похищались заклинанием Джейсона.

Способность: [Кровавая жатва] (Кровь)

* Заклинание (вытягивание, благословение). * Базовая стоимость: Низкая мана. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (04%).

* Эффект (железо): Вытягивает остаточную жизненную силу из недавно умершего тела, восполняя здоровье, выносливость и ману. Влияет только на цели с кровью.

* Эффект (бронза): Влияет на любое количество тел в широкой области.

* Эффект (серебро): Получите экземпляр [Кровавое Безумие] за каждый вытянутый труп, вплоть до порога, определяемого текущим рангом. После достижения порога вместо этого получайте экземпляры [Кровь Бессмертного].

* [Кровавое Безумие] (благословение, нечестивый, стакающийся): Бонус к [Спид] и [Восстановление]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, вплоть до максимального порога.

* [Кровь Бессмертного] (благословение, исцеление, нечестивый, стакающийся): При получении урона экземпляр расходуется, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект исцеления-со-временем. Дополнительные экземпляры могут накапливаться, но не имеют кумулятивного эффекта.

Жизненная сила Джейсона достигала точки, когда любое дальнейшее количество было излишним, но не жизненная сила была тем, чего он хотел от заклинания «Кровавая жатва».

* Вы получили несколько экземпляров [Кровавое Безумие]. * [Кровавое Безумие] увеличило ваши атрибуты [Спид] и [Восстановление]. * Ваши атрибуты [Спид] и [Восстановление] достигли максимального порога для ваших текущих ограничений. Дополнительные экземпляры будут преобразованы в [Кровь Бессмертного]. * Вы получили несколько экземпляров [Кровь Бессмертного].

Джейсон встал, монстры были почти у него. Вместо того чтобы броситься в сторону, он протянул руку, все еще сжимая свой зловещий черно-красный кинжал. То, что выглядело как жертвенный нож, превратилось в святой меч из сверкающего серебра, с синими светящимися рунами, выгравированными вдоль лезвия. Руны были на том же символическом языке, которым знак греха Джейсона клеймил его врагов. В данном случае они изображали название клинка.

Предмет: [Покаяние, Клинок Жертвы] (серебряный ранг, призванный)

Призванный святой меч для тех, кто готов заплатить цену за победу в битвах насмерть (оружие, меч).

* Эффект: Атаки накладывают экземпляр [Цена Кровью]. Этот недуг применяется в равной степени к человеку, на которого он наложен, и к человеку, который его накладывает. Этот недуг нельзя очистить, пока жив человек, который его разделяет, и он немедленно аннулируется, если человек, который его разделяет, умирает. Отмена [Покаяние, Клинок Жертвы] не снимает этот недуг.

* [Цена Кровью] (недуг, святой, кровь, стакающийся): Урон между людьми, разделяющими недуг, увеличивается, включая источники урона, действовавшие до вступления этого недуга в силу. Урон от святых источников дополнительно увеличивается на еще большую величину. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Это был меч, который обострял бой с каждым ударом, увеличивая урон, наносимый как получателем, так и владельцем. Это означало, что монстры, горящие святыми недугами, будут умирать еще быстрее, но каждый удар по Джейсону будет становиться все хуже. При таком количестве монстров, наседавших на него, даже его абсурдно усиленной жизненной силы могло не хватить, если бы он продолжал принимать удары так, как делал это до сих пор.

Между тем, как Джейсон произнес заклинание «Кровавая жатва», и тем, как монстры сошлись на нем, был лишь краткий миг. Однако с его атрибутом [Спид], усиленным до диапазона, соперничающего с нижними пределами золотого ранга, это ощущалось почти роскошно.

Двигаясь навстречу приближающимся монстрам, Джейсон все еще был погружен в ощущение битвы, снова впадая в состояние боевого транса.

Скорость костяных пожирателей была их сильнейшим физическим атрибутом, и они полагались на быстрые рефлексы, а не на мастерство. Эта скорость приводила к тому, что они снова и снова ранили Джейсона, но теперь он был призраком, проходящим сквозь них невредимым. Их движения теперь казались ему такими же вялыми, как и неумелыми.

Джейсон снова погрузился в боевой транс, который извлекал каждую крупицу его потенциала, что, с увеличением его [Спид], совершило качественный скачок. Копья, мечи и кнуты пролетали мимо него с невероятно малым зазором, в то время как другие, казалось, попадали, но странным образом соскальзывали, когда его плащ искривлял пространство вокруг него. Это был Джейсон на пике силы, бессмертный и неприкосновенный.

Святой меч Джейсона вспыхивал снова и снова. Каждый раз, когда он вонзался в плоть, трансцендентная сила, горящая в пораженном монстре, становилась все более неистовой. Наиболее пораженные монстры уже падали замертво, поэтому Джейсон сосредоточился на тех, кто пострадал меньше всего. Это была уже не битва, а казнь, поскольку Джейсон использовал свое заклинание «Вердикт», чтобы добить обреченных монстров. Каждый раз, когда он использовал свою способность казни, столб трансцендентного света обрушивался вниз, словно меч с небес.

* * * Достав бутылку с кристальным омывателем, Джейсон очистился. Он наслаждался ощущением того, что был по-настоящему, тщательно и легко очищен, чего ему так не хватало во время пребывания на Земле. То, что кристальный омыватель в его облачном доме закончился, не было причиной того, что события на его родном мире стали по-настоящему мрачными. Однако это стало вехой в том, как все пошло не так: от нехватки продовольствия до волн монстров и вампиров, приносящих страдания и смерть.

С кристальным омывателем в руках, смывающим грязь с его тела, это ощущалось как шанс смыть мрачность прошлого. Местных проблем было более чем достаточно, но Джейсон был полон решимости не впадать в те же шаблоны мрачного недомогания. Наличие Фарры поддерживало его, а теперь к нему вернулся и Руфус. Его команда последует за ним, и он был полон решимости двигаться вперед с обновленной надеждой, с чем бы он ни столкнулся.

Пока Джейсон отмывался, тела Тени двигались среди мертвых монстров. Он касался каждого из них, чтобы Джейсон мог собрать с них лут всех сразу. Джейсон не сделал этого сразу, потому что это наполнило бы ущелье зловонием радужного дыма, а он не хотел стоять в нем, когда это произойдет.

Он посмотрел на маленький магический датчик, парящий в воздухе, зная, что обитатели форта наблюдали за битвой с высоты птичьего полета. Они, несомненно, видели авантюристов в деле раньше, но он решил, что смягчение призрака крови и смерти, вероятно, поможет в отношениях с общественностью.

Туман, меняющий наряд Джейсона, окутал его, исчезая и открывая более повседневную одежду. Чтобы сохранить спокойную обстановку, он выбрал шорты, скорее бежевые, чем коричневые, с относительно неброским цветочным принтом на рубашке. В отличие от Земли, где он застегивал одежду, скрывая шрам у основания горла, Джейсон теперь с радостью ходил с открытой шеей.

Одно из тел Тени подплыло к балюстраде форта, и Джейсон прыгнул в тень к нему, оказавшись снаружи их силовой стены. Он достал плод арги, чтобы перекусить, наслаждаясь сочным тропическим лакомством после напряжения битвы.

Горстка защитников настороженно наблюдала за ним с другой стороны силовой стены. Это были явно ополченцы-призывники: бронзовые ранги в простой форме и с привкусом ядер монстров в аурах. Он небрежно кивнул им, ожидая прибытия командира, что заняло всего несколько мгновений.

Человек, который прибыл, был серебряного ранга, также тронутый ядрами, но с суровой внешностью человека средних лет. Это означало, что он был достаточно стар, чтобы повидать виды, и Джейсон не стал бы недооценивать опыт этого человека.

— Доброго дня, приятель. Я Джейсон Асано, курьер.

ЛУЧШЕ БЫТЬ СТРАННЫМ, ЧЕМ ПУГАЮЩИМ

ЛУЧШЕ БЫТЬ СТРАННЫМ, ЧЕМ ПУГАЮЩИМ

Крепость Арказитлан ставила оборону выше комфорта: каменные залы и клаустрофобные коридоры были вырублены прямо в скальной стене ущелья. Хуже всего приходилось гражданским, укрывавшимся от нашествия монстров: их набивали в помещения, словно скот в грузовике.

Жизнь под землей требовала специализированной инфраструктуры, работавшей исключительно на магии. Волшебные лампы были необходимы, чтобы освещать тьму; воздух нужно было подавать, фильтровать и циркулировать, откачивая отработанный. Магический водопровод был критически важен как для людей, так и для животных — для питья и гигиены. Уборные и душевые, приготовление и хранение пищи — всё требовало магии для функционирования. Без неё подземная крепость превратилась бы в склеп.

Что касается животных, то в тесных подземных помещениях содержался и вьючный скот. Поэтому было важно сохранять их спокойствие. Давка в месте, откуда некуда бежать, превратилась бы в ужасающую мясорубку. Требовалась магия, чтобы успокоить животных, иначе они не выдержали бы недельного пребывания под землей, плечом к плечу. Хотя их держали в каменных загонах, иллюзии неба, дополненные теплом солнца и легким ветерком, сочетались с искусственной аурой спокойствия. Их помещения также были защищены от проникновения аур, чтобы они не паниковали, если какой-нибудь монстр или проходящий мимо искатель приключений окатит крепость угрожающей аурой.

В целом, ценой безопасности был крайний дискомфорт во время нашествия монстров, которое могло длиться неделями, а то и месяцами. Люди были набиты так же плотно, как и животные. Зоны, отведенные для ополчения, были гораздо просторнее: более широкие и высокие коридоры, больше места для передвижения. Их помещения для отдыха были такими же тесными, как у гражданских, но оперативные зоны были достаточно велики, чтобы они могли быстро перемещаться и действовать группами в случае необходимости.

Мордант Керр, командир ополчения, шагал по коридорам из командного центра к вершине крепости. Это было то самое место, где разрыв между стеной крепости и стеной ущелья был закрыт магическим барьером. По бокам от Керра шли его заместитель Миранда Рамос и офицер по снабжению Луис Гарсон. Они быстро продвигались по форту, хотя рот Луиса двигался быстрее ног.

— …Я просто говорю: выбери что-то одно и придерживайся этого. У тебя темные силы или святые? Нельзя бегать вокруг, будучи вестником чумы и погибели, а потом разворачиваться и начинать карать людей кулаком небес. К тому же я точно слышал, как он сказал, что пожирает грехи, что невозможно сделать, да и пытаться — очень странно. И кстати, в чем именно заключались их грехи? Они же монстры; пожирать людей — это их природа. Это все равно что сказать, будто яблоко грешно, потому что оно сочное и вкусное. Все, что он из них вытянул, было тем, что он сам с ними сотворил. Кто совершает все эти ужасные вещи с кем-то, называет их грешниками, а потом отпускает им грехи, убивая их всех светом гнева?

— Боги, — сказала Миранда.

— С каких это пор боги занимаются подобным? — спросил Луис.

— Попробуй почитать их книги, — ответила она. — Практически любую. Те ранние главы — сплошное насилие и кара. Куча грехов и наказаний, пока не появится какой-нибудь пророк или кто-то еще, чтобы попросить бога перестать убивать людей. А потом мы должны быть так благодарны, что они перестали убивать нас направо и налево, что должны вечно им поклоняться?

— Рэнди, — мягко одернул её Керр. — Ты можешь думать что хочешь, но я уже говорил тебе насчет таких разговоров среди солдат.

— Он буквально спросил, — ответила она. — Ты никогда не жалуешься на религиозные убеждения других.

— У меня и так хватает проблем с ордами монстров, зловещими искателями приключений и их чертовым святым огнем…

— Я же говорил, — вставил Луис.

— Рот закрыть, уши открыть, Луис, — сказал Керр. — Рэнди, мне не нужно, чтобы какой-нибудь взбешенный бог постучал в мою дверь из-за того, что моя правая рука превращает всех их последователей в еретиков и неверных.

— Это так не работает, — сказал Луис. — Иначе её бы уже давно расплющил гигантский небесный кулак. Одни только памфлеты…

— Луис, — отчитал Керр. — Что я только что сказал насчет ртов и ушей?

— Прости, Морд.

Керр бросил на него косой взгляд.

— Сэр, — поправился Луис. — Я имел в виду, прости, сэр.

Они достигли подножия лестницы, ведущей на вершину стены.

— Мне правда обязательно идти с вами? — спросил Луис, пока они поднимались, тут же нарушая свое молчаливое обещание заткнуться.

— Ты офицер по снабжению, а у него груз, Луис. Так что да, тебе обязательно идти с нами.

— Но он меня пугает всей этой тьмой, кровью и карой.

Они выбрались на вершину крепости и заметили того самого человека. Дежурные защитники выстроились перед ним, стоя по другую сторону слегка мерцающего силового барьера. Вместо ожидаемой зловещей фигуры, окутанной тьмой, перед ними предстал человек, который на первый взгляд выглядел как заблудший гражданский.

На нем были сандалии с открытым носом, шорты и рубашка с цветочным узором. Он небрежно откусывал фрукт, словно находился на рыночном прилавке, а не в укрепленной цитадели на полпути к вершине горной стены. У него были темные, блестящие волосы и аккуратно подстриженная борода. Его острые черты лица и выдающийся подбородок свидетельствовали о том, что он прошел через множество повышений ранга, хотя он и не достиг той неземной красоты, которой обладали многие серебряные ранги. Самой поразительной его чертой были глаза, выдававшие его истинную природу.

Глаза мужчины напоминали сферы, которые они видели парящими вокруг него во время боя, — словно сине-оранжевая туманность. Странные радужки и угольно-черные склеры портили его в остальном обычный вид, отмечая его как искателя приключений.

Способности, меняющие внешний вид глаз, были далеко не редкостью, но по неизвестным причинам это редко встречалось у пользователей ядер монстров. Даже если они обладали той же способностью, что меняла глаза другого искателя приключений, глаза пользователя ядра монстра обычно оставались нетронутыми. Причину этого различия не смогло обнаружить даже Магическое общество. Насколько могли определить все известные тесты, внешний вид не влиял на природу самих способностей. Зачастую это была даже не способность восприятия, вызывавшая изменения.

Другими особенностями, которые привлекли внимание Керра, были шрамы. Узкий след рассекал одну бровь, другой отмечал линию на бороде сбоку подбородка. Третий находился у основания шеи, намекая на проникающее ранение, пережить которое мог только серебряный ранг. Возможно, это были причуды, но Керр видел много подделок, и эти были либо настоящими, либо очень хорошо сделанными. Большинство людей, желающих подделать шрамы, выбирали крупные и впечатляющие отметины, которые выделялись и рассказывали историю.

Троица остановилась перед мужчиной, ополченцы расступились, пропуская их. Взгляд искателя приключений уперся прямо в Керра. Керр больше не мог уловить ни следа той пугающей ауры, которую тот демонстрировал в бою. Стоять перед человеком, когда твои чувства ауры ничего не фиксируют, было слегка нервирующе. Словно почувствовав беспокойство Керра, что он почти наверняка и сделал, вокруг мужчины появилась аккуратно контролируемая аура, словно она была там всегда.

— Доброго дня, приятель. Я Джейсон Асано, мальчик на побегушках.

— Мордант Керр, комендант крепости.

Площадка на крыше была узкой полоской, куда могли прибыть те, кто способен к полетам. Это была единственная точка входа, если только кто-то не проделает новый путь силой через магически укрепленный кирпич. Мерцающая силовая стена отсекала треть крыши, простираясь от темно-желтого кирпича под ногами до нависающей тесаной скалы наверху. Джейсон стоял на внешней трети, защитники ополчения — внутри.

— Вы наше снабжение? — спросил Керр.

— Я полностью загружен. Хотите приоткрыть окно, чтобы я мог проскочить, или мне оставить все здесь, на крыше, чтобы вы могли выйти и забрать это, когда я уйду? Я не обижусь; осторожность никогда не бывает лишней.

— Если бы вы были бандитом, не было бы особого смысла охотиться на нас. Если вы можете делать то, что только что сделали, Общество искателей приключений заплатит вам больше, чем вы сможете получить, грабя маленькие городки ради случайных припасов.

— Вы не можете быть в этом уверены, — сказал Джейсон. — Я не могу пойти к ним, если у меня ограниченная комбинация эссенций, а после того, что вы только что видели, я понимаю, почему вы можете задаваться вопросом.

Луис открыл рот, чтобы заговорить, но снова закрыл его по резкому жесту Керра.

— Мы проверим, не являетесь ли вы монстром, принявшим облик человека, — сказал Керр.

— Вы уже пытаетесь проверить, я чувствую это, — сказал Джейсон. — Тень, пожалуйста, перестань блокировать их магические сенсоры.

— Невежливо использовать инвазивную магию обнаружения без согласия, мистер Асано, — раздался достойный голос откуда-то вокруг Асано.

— Он вроде как спросил.

— Сказать — это не спросить.

— Он живет в скале, отбиваясь от орд монстров, — сказал Джейсон. — Дай человеку передышку.

Пока они наблюдали, как Джейсон спорит с таинственным голосом, одна из подчиненных Керра поднялась по лестнице из сенсорной комнаты.

— Сэр, — доложила она, — что-то блокирует наши сенсоры.

— Ничего нового для того, кто обладает способностями скрытности, — сказал Керр. — Просто подожди немного, Аделина.

— Видите? — спросил Джейсон. — Теперь вы усложняете жизнь этой милой леди.

Он одарил Аделину извиняющимся взглядом.

— Он очень защищает меня, — объяснил Джейсон.

— Кто-то же должен мешать тебе погибнуть, — пожаловалась Тень. — Ты доказанно плох в этом.

— Я не то чтобы пытаюсь погибнуть.

— Возможно, твоя память подводит тебя, мистер Асано. Все, что нужно было сделать — проявить немного уважения к Шако, но ты должен был проявить дерзость к алмазному рангу.

— Он работает на Строителя! К тому же он тот еще придурок.

Ополченцы обменялись странными взглядами, наблюдая, как Джейсон продолжает спорить с бесплотным голосом, по-видимому, не обращая внимания на их присутствие.

— Послушайте, — продолжил Джейсон. — Мы должны успокоить этих людей, а теперь они думают, что я странный тип, который разговаривает сам с собой. Просто позвольте… Аделина, кажется? Прекрасное имя, кстати. Просто позвольте Аделине делать свою работу.

Он одарил Аделину озорной ухмылкой, его странные глаза блеснули. Она ответила нервной улыбкой, слегка покраснев.

— Очень хорошо, — уступила Тень. — Не вини меня, когда они запрут тебя в какой-нибудь магической комнате-ловушке.

— Они не собираются запирать меня в магической комнате-ловушке, — сказал Джейсон. — Зачем им вообще иметь магическую комнату-ловушку?

— Она для монстров, которые могут перемещаться сквозь землю, — отозвалась Аделина. — Стены магически укреплены, но у нас нет хороших вариантов атаки внутри земли, поэтому мы открываем проход в обороне и заманиваем их в комнату-ловушку.

— Аделина, — сказал Керр. — Почему ты объясняешь оборону форта этому незнакомцу?

Ее глаза расширились, и она сглотнула.

— Возможно, тебе стоит вернуться вниз и снова попробовать магические сенсоры.

— Да, сэр, — сказала она, поспешно спускаясь по лестнице.

— У вас действительно есть магическая комната-ловушка? — спросил Джейсон. — Над ней есть люк? Тень, в этом мире есть ранкоры?

— Существует двуногая ящерица с родословной огра, которая довольно похожа.

— Как ящерица получает родословную огра? — спросил Джейсон. — Хотя нет, не говори мне. Ответ будет странным и противным.

Аделина вернулась снизу, снова докладывая Керру:

— Он не человек, сэр, но, что бы он ни был, он именно тот, за кого себя выдает.

— Мне стоит чувствовать себя оскорбленным? — спросил Джейсон.

— Сделай проход в стене, чтобы пропустить мистера Асано, — распорядился Керр.

— Да, сэр.

Она бросила на Джейсона взгляд, направляясь обратно к лестнице.

* * * Луис отвел Джейсона в кладовую, где тот выгрузил все припасы из Римароса. Наряду с ящиками монет духов, поставка состояла в основном из запасных частей для магической обороны города. Мощные защитные системы, такие как силовой барьер, магически укрепленные стены и руны ветряных клинков, требовали концентрированной магии большой мощности. Вместо монет духов это означало накопители маны, очень похожие на те, что Джейсон использовал для поддержания функций своего облачного дома на Земле. Они были гораздо дешевле облачной фляги, конечно, которая была экзотикой даже в Римаросе, поэтому со временем они перегорали.

Монеты духов предназначались для того, чтобы прокормить пользователей эссенций в форте, а также для поддержания менее энергозатратных магических удобств, таких как лампы, водопровод и воздушные фильтры. Джейсон не привез обычной еды, только магические припасы, поскольку еда поступала со специализированных продовольственных ферм, разбросанных вокруг. Джейсон с нетерпением ждал возможности увидеть одну из них в действии, что он и сделает на своей следующей точке доставки.

Проверив припасы по соответствующим спискам и убедившись, что все прибыло, Луис отвел Джейсона в кабинет Керра — командир хотел поговорить с искателем приключений. Он отправил Джейсона внутрь как раз в тот момент, когда оттуда выходила Миранда.

— Что думаешь? — вполголоса спросил Луис у Миранды, когда дверь за ней закрылась.

— О чем? — спросила Миранда.

— Об Асано, — уточнил Луис, когда они начали отходить. — Что это было за бред про алмазный ранг?

— Он просто болтал ерунду. Если бы он начал хамить алмазному рангу, он бы действительно был мертв.

— Мне кажется, Аделине он может нравиться.

— От тебя ничего не ускользнет, да?

— Но почему? Он зловещий странный тип, и когда он разговаривает сам с собой, кто-то отвечает.

— Теперь ты просто ищешь повод. Это очевидно фамильяр; ты не настолько туп.

— Я все равно считаю странным, что он ей нравится.

— Конечно, это странно, — сказала Миранда. — Какая женщина никогда не испытывала влечения к могущественному и загадочному незнакомцу?

— Погоди, тебе он тоже не нравится, верно?

— Конечно, нет. Он зловещий странный тип.

* * * Джейсон занял стул в небольшом кабинете по приглашающему жесту Керра.

— Это был ловкий, хоть и довольно необычный способ успокоить моих людей, мистер Асано.

— Я обнаружил, что часто лучше быть странным, чем пугающим, — сказал Джейсон.

— Если только вы не ищете именно пугающего.

— Я закончил искать пугающее.

— Пугающее, возможно, не закончило искать вас. Почему Общество искателей приключений прислало члена гильдии с нашими припасами?

— Я не в гильдии, — сказал Джейсон.

— Нет?

— Пока нет. Я собираюсь вступить в ту же, что и моя команда, но необычные обстоятельства оставили меня здесь, на другом конце света. Я пытаюсь вернуться к ним или вернуть их к себе, что получится. Это сложно во время нашествия монстров, как вы можете себе представить.

— Общество искателей приключений любит, когда люди сидят на месте и усердно работают.

— Как и должно быть, — сказал Джейсон.

— И все же, вы определенно на уровне гильдии по части «надирания задниц». Почему они послали кого-то вроде вас сюда с доставкой?

— Поступают сообщения о пиратах, нацелившихся на корабли снабжения, — сказал Джейсон. — Они загружают корабли более тяжелой артиллерией, чтобы попытаться поймать их.

— Понимаю. Полагаю, вам сказали, что вы должны отвезти наш следующий запрос на снабжение обратно в Римарос.

— Сказали.

— Хорошо. Луис подготовит его для вас в кратчайшие сроки. Я также надеялся попросить вас об одолжении — доставить посылку для меня. Другу в Римаросе. Почта сейчас едва ли надежна, и даже если бы в форте была камера водной связи, загруженность сервиса в Римаросе довольно высока.

— Общество искателей приключений взяло под контроль все услуги водной связи на этот период, или так мне сказали. Что вы хотите, чтобы я взял? Я не люблю класть таинственные посылки в свое хранилище.

— Просто письмо и записывающий кристалл.

— Это не будет запись боя, который я только что провел, верно?

— Именно она. Эта услуга не поставит вас в невыгодное положение, мистер Асано. Мой друг не занимает самых высоких ступеней в обществе, но его уважают. Что еще важнее, у него много своих друзей, многие из которых находятся на самых высоких ступенях общества. Его полезно знать, а еще полезнее — быть известным ему. Особенно для приезжего искателя приключений без большого количества местных связей.

— Не уверен, что мне нравятся те местные связи, которые я завел до сих пор, но хорошо, командир Керр. Я уже играю в мальчика на побегушках, так почему бы не стать еще и почтальоном?

ПУТЬ ПО СУШЕ

ПУТЬ ПО СУШЕ

За пределами скалистого ущелья прибрежный пейзаж был полон зелени, белого песка и синей воды. Джейсон стоял на вершине холма, глядя на великолепный пляж и простирающееся за ним море. Рядом с ним стояли его фамильяры. Тень когда-то предпочитал облик, похожий на Джейсона в плаще, но теперь больше напоминал силуэт дворецкого. Колин был в гуманоидной форме: пиявки, из которых состояло его тело, слились воедино, превратившись в нечто, похожее на кровавого клона самого Джейсона. Гордон был самым инопланетным — туманность, закутанная в плащ и окруженная парящими сферами.

— Вот это жизнь, — сказал Джейсон. — Отправиться вместе навстречу приключениям. Никаких миров для спасения, никаких золотых рангов, с которыми нужно сражаться, и никаких восстаний вампиров.

— Мистер Асано, — произнесла Тень. — Хотя мне не хотелось бы охлаждать ваш энтузиазм, я обязан напомнить, что вам все еще нужно закрепить мост, который со временем стабилизирует другой мир.

— Магия сейчас слишком нестабильна, — ответил Джейсон. — Я ни за что не справлюсь с этим, пока не закончится нашествие монстров. Это проблема завтрашнего дня. А сегодня наша проблема — где раздобыть местных закусок для нашего дорожного путешествия по тропическому раю.

Джейсон высадился с воздушного корабля на побережье того места, которое в его мире было Гондурасом. Ему нужно было проделать путь на юг через Никарагуа, Коста-Рику и Панаму, чтобы совершить доставки, прежде чем вернуться порталом в Римарос. Он не был уверен, насколько география и климат будут похожи на земные, поскольку не был знаком с Центральной Америкой ни в одной из вселенных. Он ожидал увидеть меньше курортов.

Они были недалеко от крепости Арказитлан. Тень принял форму наземного скимера, чтобы везти Джейсона по дороге из ущелья на мягкой воздушной подушке. Дорога была частью ухоженной сети, проходящей через джунгли и холмы, хотя он остановился в самом начале пути, чтобы полюбоваться панорамой, когда дорога поднялась на гребень холма. Он вызвал своих фамильяров, чтобы разделить с ними этот момент, хотя понятия не имел, ценит ли кто-нибудь из них осмотр достопримечательностей как времяпрепровождение.

Джейсон хлопнул Колина по спине.

— Ну что скажете, ребята? Поехали?

— Очень хорошо, мистер Асано.

Тень был единственным, кто мог говорить, но у остальных были свои способы общения. Гордон подсветил одну из своих сфер синим светом, что означало «да». Кровавый клон Колин открыл рот и издал звук, похожий на рокот, доносящийся из самых темных глубин ада.

— Я знаю, что вы голодны, — сказал Джейсон. — Вы всегда голодны. Это, можно сказать, ваша фишка.

Колин снова открыл рот, на этот раз издав вопль души, которую волокут на проклятие.

— Да, я знаю, что пожиратели костей были тощими, но, по крайней мере, их было много. По пути мы найдем кого-нибудь, чтобы вы могли подкрепиться. Хотите сэндвич?

Ответом Колина был тихий, жуткий звук, похожий на шепот ветра на кладбище.

— Ладно. Большой сэндвич.

* * * Джейсон мог бы передвигаться быстрее, чем сейчас, если бы Тень принял форму летающего транспортного средства. Его определенно интересовали местные аналоги самолетов, которых он пока не видел. Это были магические конструкции, созданные в форме летающих существ, и, как правило, они были частным транспортом для богатых семей и высокоранговых авантюристов. По сравнению с воздушными кораблями, летающие конструкции были меньше и гораздо менее эффективны с точки зрения соотношения вместимости к стоимости, как для пассажиров, так и для грузов. Однако Джейсон ценил два их преимущества: скорость и то, что они были гигантскими роботами-птицами. Он был готов пожертвовать скоростью.

Воздушный корабль, на котором Джейсон покинул Римарос, не двигался на максимальной скорости. Одной из вещей, которую Джейсон узнал во время разговора с экипажем воздушного корабля, было то, что любое магическое транспортное средство становится тем легче обнаружить, чем быстрее оно движется. Во время нашествия монстров полный вперед — это рецепт катастрофы. Вероятно, именно поэтому он в основном видел тяжеловесные воздушные корабли, а не более мелкие и быстрые летающие конструкции.

Поскольку он не собирался заставлять Тень мчать его по небу, Джейсон выбрал подход, рекомендованный Обществом искателей приключений: придерживаться дорог и следовать заданному маршруту. Ему разрешалось выбирать любой путь, лишь бы он укладывался в сроки доставки, но на этот раз Джейсон решил выбрать путь более оживленный.

Он следовал по дорогам на наземном скимере, который был, по сути, судном на воздушной подушке. Джейсон был знаком с этим типом транспорта еще со времен Гринстоуна. Он ездил на скимерах, предназначенных для передвижения по болотистой местности и песчаным пустыням, которые по своей конструкции и управлению были очень похожи на аэроглиссеры.

Тень принял более тяжелую форму, напоминающую большой автомобиль с открытым верхом. Джейсону он напомнил лендспидер из «Звездных войн», если бы у реквизитора была только черная краска. В отличие от транспортных средств, к которым он привык, этот не толкал воздух назад для движения, а перемещался с помощью бесшумной магии. Способность Тени принимать форму транспорта была гораздо сильнее на серебряном ранге, что означало, что он мог копировать более магически сложные транспортные средства. Это было особенно верно, когда он не был ограничен скудной фоновой магией Гринстоуна.

Формы, которые принимал Тень, не могли имитировать оружие и защитные свойства аналогичных видов транспорта, за редкими исключениями, такими как существа с клинками вместо рук или бамперы автомобиля. Даже в этом случае у таких особенностей была хрупкость, из-за которой они годились разве что для расчистки пересеченной местности.

Единственным способом для Тени улучшить защитную мощь этих форм было использование Джейсоном силы своего плаща для каждого тела, которое Тень использовал для создания формы. Это могло быть довольно затратно по мане, например, когда Джейсон делился достаточным количеством плащей, чтобы Тень мог создать несколько пассажирских автобусов. Это было во время битвы при Брокен-Хилле, где требовалась эвакуация многих мирных жителей, а монстров было более чем достаточно, чтобы подпитаться.

— В любом случае, ехать по суше лучше, — объяснил Джейсон, сидя на заднем сиденье. Одно из тел Тени бессмысленно находилось на месте водителя, а Гордон парил над сиденьем рядом с ним. Колин был сзади, первый фамильяр Джейсона получил возможность сидеть рядом с ним.

— Каждый раз, когда в какой-нибудь игре с открытым миром появляются летающие маунты, — продолжил Джейсон, — это удобнее, но и скучнее. К тому же, ты упускаешь все потрясающие вещи, над которыми просто пролетаешь, так и не увидев их.

— Мистер Асано, я не думаю, что кто-то из нас играл в видеоигры.

— Гордон пробовал, благослови его бог, — сказал Джейсон. — Мне пришлось покупать Эми новый контроллер. Наличие лучей разрушительной силы вместо рук — не самое удобное решение.

Пустой капюшон плаща Гордона печально опустился.

— Не переживай, приятель. Как насчет того, чтобы ты выбрал музыку?

Джейсон достал свою подставку для кристаллов записи, которая представляла собой серию вращающихся лотков на центральном валу с ручкой сверху. Каждый раз, когда он касался пальцем отделения, оно проецировало список того, что было записано на находящемся внутри кристалле.

— Мне нужно найти артефактора, чтобы сделать какой-нибудь музыкальный плеер, — размышлял он. — Что-то, куда я мог бы вставить их все и составить плейлисты. Итак, что думаешь, Гордон? The Doors?

Сфера засветилась оранжевым — отрицательный ответ.

— Beach Boys? Может подойти для поездки по песчаным берегам.

Оранжевое свечение.

— The Hollies? Может, «Long Cool Woman in a Black Dress»?

Оранжевая сфера.

Джейсон задумчиво коснулся пальцем губ.

— Ладно, кажется, я понял. Марлена Шоу.

Все сферы Гордона загорелись синим, и Джейсон рассмеялся. Он достал небольшой кристаллический проектор и, перегнувшись через передние сиденья, положил его на приборную панель. Джейсон скучал по удобствам автомобиля, таким как музыкальная система, но не настолько, чтобы заставить Тень принять форму автомобиля. Тень даже не намекал на это, зная, что Джейсон хочет оставить Землю и ее проблемы позади.

* * * Джейсон мог бы прокрасться на юг незамеченным. Даже используя Тень в качестве транспорта, фамильяр сохранял способность скрывать Джейсона от различных видов обнаружения. Вместо этого он и его фамильяры ехали в автомобиле с открытым верхом по пустой дороге, а из кристаллического проектора гремела «California Soul». Он не собирался достичь золотого ранга, прячась от монстров; нашествие будет его последним шансом увидеть их в таком количестве в течение долгого времени.

С тех пор как он покинул Гринстоун, чтобы провести месяцы в астральном пространстве, у Джейсона не было недостатка в легкодоступных монстрах. Само астральное пространство, затем прото-пространства Земли, волны монстров и зоны трансформации. Несмотря на все страдания и испытания, через которые он прошел, повышение ранга впечатляющими темпами никогда не было проблемой.

Джейсон проверил статус своей команды в Обществе искателей приключений, и все они довольно недавно повысили ранг. Даже с учетом ускорения прогресса, которым наслаждались люди, Джейсон значительно опередил Хамфри и Клайва. Пройдя железный ранг в спокойном темпе, Джейсон промчался через бронзовый.

Теперь Джейсон находился в более нормализованном пространстве и уперся в стену гринда на долгом пути к золоту. Как только нашествие монстров закончится, потребуются годы, чтобы добиться реального прогресса. Тем не менее, он не был расстроен этим фактом. После того, через что он прошел, он был готов замедлиться, если бы только события позволили ему это сделать. Однако это не помешает ему извлечь максимум пользы из нашествия монстров, пока оно длится.

Самой разочаровывающей частью поездки оказалось отсутствие людей. Побережье было усеяно заброшенными городами и деревнями, жители которых эвакуировались в города-крепости или один из местных городов. Ни один из городов не мог сравниться по размеру с Римаросом и не имел ресурсов, чтобы обеспечить форты всем необходимым. Именно здесь в игру вступали Джейсон и такие авантюристы, как он.

Без людей вокруг Джейсон мог расширить свои чувства до предела, чего он не мог сделать в городе. В основном он чувствовал только стадных животных, которых не успели забрать. Их выпустили за пределы городов в надежде отвлечь монстров от пустой инфраструктуры. Люди надеялись вернуться домой, не обнаружив, что какой-нибудь бродячий монстр разнес все в щепки.

Дороги были отличными, но отсутствие другого транспорта немного нервировало. Как и пустые города и деревни, это неприятно напоминало Джейсону Землю, когда все сельские районы были оставлены ради безопасных зон.

Он регулярно останавливался, чтобы поохотиться на стаи монстров серебряного ранга. Однажды он обнаружил монстра золотого ранга на периферии своего диапазона восприятия и резко свернул свои чувства. Он выключил музыку и замедлил скимер до минимума. К счастью, монстр либо не почувствовал его, либо относился к благословенному неагрессивному типу. В любом случае, он отметил местоположение на своей карте, чтобы поделиться им с Обществом искателей приключений.

Монстры золотого ранга могли жить десятилетиями или даже столетиями, прежде чем их тела разрушались, заставляя их впадать в безумие. Поэтому Общество искателей приключений часто оставляло неагрессивные разновидности в покое, следя за их местоположением и возрастом.

Прибыв в один из небольших городов, Кастистис, Джейсон был рад снова увидеть людей. На воротах его проверяли гораздо тщательнее, чем в форте Арказитлан: от магического сканирования до проверки и перепроверки его контрактной документации.

— Вы все выглядите немного нервными, — заметил он охраннице, когда она сканировала его тело четвертым устройством. — Что-то случилось?

— Вампир пробрался вместе с большой группой беженцев, — сказала она ему. — Обратил около дюжины человек, прежде чем мы спохватились. Эти эвакуационные помещения не приспособлены для ожесточенных боев, и все закончилось кроваво. Мы потеряли много людей, как беженцев, так и городской стражи. Теперь мы проверяем всех. Авантюристы, дворяне — не имеет значения.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — И мне жаль. Я понимаю, почему вы проявляете осторожность.

Она недовольно фыркнула.

— Если бы вы могли поделиться этим отношением со своими друзьями-авантюристами, было бы неплохо.

— Я сделаю все, что смогу. Но я не местный, так что ничего не обещаю.

Джейсон не хотел задерживаться в городе. Он был переполнен людьми, ищущими убежища, к которым он не собирался присоединяться. Он сообщит о монстре золотого ранга, которого почувствовал, а затем вернется в путь.

Охранники сказали ему, что личные полеты разрешены, но для полетов на транспортных средствах требуется разрешение. Получив такой совет, Джейсон отправился через город, используя крылья своего плаща, хотя их расход маны был выше при использовании под солнечным светом. Он не мог делать никаких крюков, если только не хотел спуститься на уровень земли и отдохнуть, но в городе не было ничего, что привлекло бы его внимание.

Город был довольно приятным, особенно если смотреть сверху, но довольно непримечательным. По сравнению с Римаросом и его небесными островами, Кастистис был маленьким и лишенным примечательных особенностей. Он находился достаточно далеко в глубине суши, чтобы быть защищенным холмами, что было ценно в Море Штормов. Здания были низкими и широко расставленными, с большим количеством зелени. Если бы не толпы людей, он был бы открытым и привлекательным.

Джейсон снова сдержал свою ауру в населенном пункте. Полагаясь на указания, данные ему охранниками, он быстро добрался до офиса Общества искателей приключений, улавливая ауры местных авантюристов по мере приближения. Он чувствовал, как восприятие других также проходит по нему, и модулировал свою ауру так, чтобы казаться способным, но не элитным. Это соответствовало большинству аур, которые он чувствовал вокруг себя.

Опыт Джейсона в отношении авантюристов исходил из двух крайних спектров. Гринстоун и Земля представляли дно авантюристского сообщества. Посредственный контроль ауры у большинства пользователей эссенции, которых встречал Джейсон, буквально кричал о небрежных навыках и отсутствии, если таковое вообще было, надлежащего обучения. С другой стороны были такие личности, как Даниэль Геллер и Руфус Ремор, а также авантюристы Римароса. Даже авантюристы, назначенные на доставку в Римаросе, были бы абсолютной элитой в Гринстоуне.

В Кастистисе авантюристы находились где-то посередине. Судя по их аурам, их навыки были достойными, но недостаточными, чтобы добиться успеха в большом городе. Джейсон знал, что многие авантюристы отправились в Римарос из-за нашествия монстров, надеясь быть принятыми в гильдию. Авантюристы здесь, по-видимому, понимали свой уровень.

Было несколько аур, которые выделялись, их контроль ауры был определенно на голову выше остальных. Он почувствовал группу, находящуюся близко друг к другу, по-видимому, команду. Присутствовала одна аура золотого ранга, которая была очень похожа на ауры среднего уровня, являющиеся там нормой, но отшлифованная опытом.

Здание Общества искателей приключений было трехэтажным офисом без каких-либо пристроек. Кастистис был слишком мал для торгового зала или даже отдельного здания для зала заданий. Джейсон приземлился перед входом и открыл двери как раз вовремя, чтобы из них донесся ноющий голос.

— Ты знаешь, кто мой отец? Ты ищешь смерти!

— О, отлично, — пробормотал он себе под нос. — Там Тадвик.

МЕЛКИЕ

МЕЛКИЕ

Вестибюль отделения Общества искателей приключений был невелик, хотя и выполнял двойную функцию: служил общественным лицом общества и залом для выдачи заданий. Внутри толпилось около дюжины искателей приключений; даже этот небольшой филиал был перегружен из-за наплыва монстров. Присутствовала команда серебряного ранга, чьи ауры выделяли их на фоне остальных; они с усталым видом наблюдали за двумя другими искателями приключений, стоявшими друг против друга.

Джейсон уже видел такое выражение лица — у Нила, когда Тадвик собирался сделать что-то глупое. Учитывая, что наблюдавшая за ними команда превосходила их обоих, они, вероятно, присматривали за тем или другим во время наплыва. Джейсон предположил, что за тем, который был шумным.

— Я Аргрейв Мерикулато, сын Рамона Мерикулато. Ты думаешь, можешь так со мной разговаривать?

Это был селестинец с ониксовыми волосами и глазами и бледной кожей. Почти капризное выражение лица заставило Джейсона решить, что он действительно молод, а не просто законсервирован серебряным рангом. Что касается самодовольно-насмешливого вида другого искателя приключений, то он был до боли знаком.

— Погодите! — окликнул Джейсон, входя в вестибюль. Он зашагал через комнату. — Вы сын Рамона Мерикулато?

Искатель приключений, который громко заявлял о своих семейных связях, повернулся к Джейсону.

— Ты кто такой? Почему прерываешь меня?

— Прошу прощения, — подобострастно произнес Джейсон. — Я просто был поражен, узнав, что вы сын Рамона Мерикулато. Он для меня — да и для всех, если честно — источник вдохновения, и даже просто встретить его сына — такая честь. Прошу прощения, если я вас побеспокоил.

— Видишь? — сказал Аргрейв, поворачиваясь к другому искателю приключений. — Вот как нужно проявлять уважение.

— Не тратьте время на этого человека, — сказал Джейсон. — Связываться с мелкими людьми — значит самому становиться мельче. Вам нужно быть выше этого, хотя бы потому, что вы явно выше. Такие, как он, и я — мы ниже вас. Вам нет нужды опускаться до общения с такими, как мы.

Идиот кивнул в ответ на похвалу, не заметив ни того, что другой искатель приключений открыл рот, чтобы ответить, ни точечного всплеска подавления ауры, который заставил его замолчать, прежде чем он успел что-то сказать.

— Как тебя зовут? — спросил Аргрейв у Джейсона.

— Нил Дэвон, — ответил Джейсон. — Для меня честь быть знакомым с человеком с таким престижным происхождением.

— Это так, — согласился Аргрейв, а затем повернулся к элитной серебряной команде. — Мы уходим. Эта бессмыслица ниже моего достоинства.

Аргрейв вышел из комнаты, толкая обе створки дверей, когда проходил мимо. Один из членов элитной команды бросил на Джейсона благодарный взгляд, когда они последовали за ним, закрывая двери. Джейсон снял подавление ауры с другого искателя приключений, который выглядел так, будто снова смог дышать, побывав под водой.

— Что это было? — спросил он сердито. Вокруг стояло несколько других искателей приключений, наблюдая за всей этой нелепицей. Слегка сгорбленная поза и подобострастное выражение лица Джейсона исчезли, как только закрылись двери вестибюля. Он дружелюбно улыбнулся другому искателю приключений.

— Прости за это, — сказал ему Джейсон.

— С чего бы тому, кто может сделать такое, подлизываться к этой мелкой жабе?

— Я же сказал ему, — ответил Джейсон. — Если связываешься с кем-то мелким, это только делает тебя самого мелким. Поверь тому, кто сам попадал в ловушку мелочности и сам становился мелочным из-за этого. Я прошел этот путь до конца, и он ни к чему хорошему не ведет.

— Он самодовольный мелкий придурок, который ничего не умеет, кроме как козырять своим именем.

— Ага, — согласился Джейсон. — Такие люди — по сути, питомцы, требующие особого ухода. Если дать им печенье и оставить их на попечении дрессировщиков, они — простые существа и уйдут сами по себе. Если же попытаешься воспитывать их сам, они не перестанут лаять, и рано или поздно тебе придется иметь дело с хозяином.

— Ты думаешь, я просто смирюсь с тем, что ты подавил мою ауру?

— Да, — тихо сказал Джейсон, и улыбка сползла с его лица. — Думаю.

Внезапно комнату охватило ощущение тишины, выходящее за рамки простого отсутствия звука. Искатели приключений вокруг почувствовали, что это как-то связано с аурой, но не могли уловить саму ауру, вызвавшую такой эффект, что заставило их нервничать.

— Думаю, ты достаточно умен, чтобы прислушаться к совету того, кто был на твоем месте и совершал ошибки, — сказал Джейсон, а затем протянул руку для рукопожатия. — Я Джейсон Асано.

— Листон Китт, — сказал искатель приключений, пожимая руку Джейсона. — Кому из нас ты назвал фальшивое имя?

Джейсон ухмыльнулся.

— Имя настоящее. Фальшивая часть — это я.

* * * Джейсон доложил о монстре золотого ранга и выбрался из города, прежде чем влипнуть в неприятности с высокомерными молодыми искателями приключений и их более чем способными свитами. Вернувшись в наземный глайдер вместе со своими фамильярами, они видели все больше соединяющихся дорог по мере приближения к важному транспортному узлу. Они проехали несколько пустых портовых городов, а также один крупный, который имел оборону крепостного города. Его не было в списке доставок Джейсона, поэтому он проехал мимо. Приближаясь к центру сектора транспортного узла, Джейсон заметил вдалеке необычное здание.

Огромная башня возвышалась над джунглями, позволив Джейсону заметить ее задолго до того, как дороги привели его к ней. По своим масштабам она соперничала с небоскребами Земли и была построена в форме восьмиугольника. Стены были украшены большими панелями из темно-зеленого стекла, вставленными в каменные блоки, чей более светлый оттенок зеленого был очень знаком.

— Шейд, эти кирпичи похожи на те, что экспортируют из Гринстоуна?

— Поразительное сходство, мистер Асано.

— Далековато везти камень.

— Эта башня должна быть магической фермой церкви Плодородия, — сказал Шейд. — Поскольку данный камень ценен своими свойствами сродства к жизни и воде, унаследованными от астральных пространственных разломов, вокруг которых его добывают, было бы логично использовать его для этой цели.

— Полагаю, не стоит экономить, когда нужно держать гигантских монстров подальше от запасов продовольствия, — сказал Джейсон. — Я уже начал думать, что я богат, но оказывается, я богат лишь по меркам серебряного ранга.

— Учитывая, что вы находитесь на самом раннем этапе пути к золотому рангу, мистер Асано, ваши финансовые успехи вполне достойны.

— О, я не жалуюсь. Просто я вижу такие вещи, как небесные острова и небоскребы из магического камня, привезенного с другого конца планеты. Становится все более очевидно, что эта рыбка попала в очень большой пруд.

Когда транспорт скользил по дороге к башне, Джейсон почувствовал магическую инфраструктуру. Сама дорога, казалось, была своего рода магическим проводником, частью широкомасштабного накопителя маны, питающего башню магией. Джейсон видел нечто подобное в прошлом, когда Фарра использовала похожую установку для питания защиты деревни Асано.

Они проехали над крупными оборонительными формациями, встроенными в землю. Джейсон почувствовал, как они пронзили транспорт, его фамильяров и его самого мощной магией; это был защитный массив, более сильный, чем все, с чем он сталкивался ранее. Возможно, облачный дворец Эмира золотого ранга мог бы сравниться с ним, но чувства Джейсона тогда не были достаточно развиты, чтобы сравнивать.

Магия не была скрыта, а наоборот — проецировалась, до такой степени, что даже обычные люди могли бы ее почувствовать.

Любой монстр, обладающий хотя бы незначительными сверхъестественными чувствами, легко обнаружил бы угрозу и успел бы сбежать. Джейсон понял, что цель состояла в том, чтобы отпугивать монстров и экономить на активации грозных защитных мер.

Джейсон продолжал движение, не скрывая свою ауру, пока магические массивы сканировали ее. Он понимал, что защита была рассчитана на гораздо большие опасности, чем представлял он сам, и не хотел случайных срабатываний из-за того, что он играл в игры.

Приближаясь к башне, глайдер замедлился и остановился перед эльфийкой бронзового ранга в зеленых мантиях, ожидающей прибытия Джейсона. Мантии были отмечены символом младенца, держащего в каждой руке по стеблю зерна — символом Плодородия. Гордон исчез в ауре Джейсона, а Колин впитался в кожу Джейсона. Шейд и глайдер исчезли в тени Джейсона. Джейсон встал, когда глайдер растворился вокруг него.

— Вы тот искатель приключений, который везет наши припасы?

— Да. Джейсон Асано.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Флор. Я не знакома с домом Асано. Как мне к вам обращаться: мистер, юный мастер или лорд?

— Приятно познакомиться, Флор. Предпочел бы просто Джейсон, если это не будет чрезмерно фамильярно.

— Конечно, нет, Джейсон. Не могли бы вы последовать за мной?

Снаружи башня имела однородные окна из темно-зеленого стекла, за исключением нижнего уровня и двух-трех на самом верху. На первом этаже было по две двери с каждой стороны здания, которые видел Джейсон, все из прочного металла, украшенные защитными печатями. Из двух дверей с каждой стороны одна была большой грузовой, а другая — обычного размера. Жрица провела Джейсона через ближайшую из них.

Внутри они прошли по одному коридору, затем по другому, пока не дошли до восьмиугольной шахты грузового лифта. Она коснулась кристалла рядом с шахтой, и они стали ждать, пока платформа спустится.

— Вы опережаете график на несколько дней. Мы очень признательны.

Хотя Джейсону казалось, что он петляет, он отказался от рекомендованного метода осторожного скрытного продвижения на юг, избегая сражений. Вместо этого он приманивал монстров, двигаясь на глайдере в быстром, но не слишком быстром темпе. В результате, даже с остановками для сражений, он значительно опережал сроки доставки, которые ему назначили.

— Это прекрасная часть света, — сказал Джейсон. — Дикая природа немного строптива, но пейзажи изумительные. Мне говорили, что это не самая желанная работа, но я остался более чем доволен опытом.

— Это хороший настрой, хотя, возможно, он не поможет амбициозным людям.

— Я почти агрессивно неамбициозен, — сказал Джейсон, а затем добавил с угрюмым бормотанием: — если это вообще принесло мне хоть какую-то пользу.

Жрица оценивающе посмотрела на него, но больше ничего не сказала.

Подъемная платформа прибыла сверху, и они ступили на нее. Она подняла их вверх, и стеклянные стены шахты дали Джейсону хороший обзор каждого этажа. Выше первого этажа каждый уровень, мимо которого они проезжали, представлял собой одну гигантскую комнату, в каждой из которых находился, по-видимому, обширный и плотно засаженный гидропонный сад.

— Этот метод алхимического выращивания немного ресурсозатратен, поэтому нам регулярно нужны поставки питательного раствора, — объяснила Флор. — Вне наплывов монстров это не самый экономически эффективный метод культивации, и алхимические ордена церкви используют эти объекты в исследовательских целях. Однако во время наплыва эта методология позволяет нам выращивать достаточно пищи для очень большого количества людей в малом и безопасном пространстве. Поскольку гражданские власти Королевства Штормов компенсируют расходы, мы, конечно, делаем все возможное для тех, кто изолирован в крепостях и городах.

— Я видел похожие методы там, откуда я родом, хотя никогда не видел их в таких масштабах, — сказал Джейсон. — Те методы, однако, были немагическими, поэтому результаты здесь, несомненно, более впечатляющие. Полагаю, ускоренные темпы роста — это только начало ваших достижений. За последние несколько лет были проблемы с нехваткой продовольствия, где мы могли бы использовать эти методы.

— Вы говорите о другом мире?

— Вы знакомы с пришельцами из других миров?

— «Знакома» — пожалуй, слишком сильное слово, — сказала она. — В прошлом я встречала только одного. Кажется, сейчас в Римаросе проживает еще один.

— Как минимум один, — сказал Джейсон.

Они проехали мимо третьего этажа сверху, который сильно отличался и выглядел как какой-то промышленный завод. Платформа остановилась на предпоследнем этаже, и Флор вывела его наружу. Это был складской уровень, который очень напоминал склады снабжения в Римаросе.

— Верхние три этажа — это служебные уровни, — объяснила Флор. — Уровень под нами содержит системы, которые доставляют ресурсы, хранящиеся на этом уровне, на этажи выращивания. У нас есть зона сортировки, куда вы можете доставить свои припасы. Этажом выше находятся святилище, жилые помещения и комнаты для спаривания.

— Комнаты для спаривания?

— Хотите посмотреть? Вам сначала нужно будет пройти кое-какие тесты, но, конечно, вы будете освобождены от всех родительских обязанностей.

— Нет, спасибо, я пас.

— Вы уверены? — спросила она, оглядывая его с ног до головы. — Я бы не возражала...

— Очень уверен. Но спасибо.

Она печально покачала головой.

— Говорят, мужчины думают только об одном, — пробормотала она, — но стоит им показать одну напористую женщину, как они тут же съеживаются.

— Эй, я люблю напористых женщин. К тому же, здесь ничего не съеживается.

— Конечно, нет, — сочувственно сказала она.

— Нет, правда!

— Это довольно легко доказать...

— Вам придется просто поверить мне на слово.

НЕПРОСТЫЕ СОЮЗНИКИ

НЕПРОСТЫЕ СОЮЗНИКИ

— Ну вот и всё с отвлечением защитников, — сказал Нил, пока тяжёлый наземный скимер прокладывал быстрый и опасный путь сквозь деревья. На водительском сиденье рядом с ним Белинда была сосредоточена на управлении скимером. Тяжёлый боевой скимер, приобретённый специально для этой миссии, имел полное бронирование и оборонительное вооружение. Это было продвинутое транспортное средство, которым могли управлять только те, у кого были подходящие способности.

— Справедливости ради, — сказал Гэри, — я не видел никаких жрецов Чистоты. Да и вообще никого живого. Только эти штуки.

Через лес, преследуя скимер, неслась толпа похожих на кентавров конструктов. Построенные из тёмного дерева и крапчатого железа, они были быстрыми, мощными и ловкими; идеально подходящими для бега по лесу. Большая часть кентавров-конструктов была бронзового ранга, примерно один из пяти — серебряного. Кентавры Паллимустуса имели две головы, как у хайделов, хотя голова находилась на человеческой части тела. Конструкты отражали это в своём дизайне.

У некоторых конструктов были луки, которые создавали стрелы, когда тетива натягивалась, и они использовали их, чтобы осыпать скимер стрелами. У других были копья и пики, которыми они атаковали транспорт, как только приближались достаточно близко.

Броневые пластины защищали пассажиров, которые использовали открытые панели доступа, чтобы дать отпор. Нил использовал свои способности щита, когда враги пытались пронзить панели, его способность «Взрывной щит» отбрасывала атакующих. Белинда использовала систему вооружения транспортного средства: треугольную колонну на крыше. На каждой из трёх её сторон был символ, каждый из которых был способен на разную атаку. Одна была электрической атакой, которая дугой перескакивала с врага на врага, в то время как другая выпускала потоки огня.

Эти первые две атаки оказались не очень эффективными против конструктов, поэтому Белинда не тратила энергию зря. Третий вариант создавал тяжёлые болты с сильным бронепробитием, которые вонзались во врага, прежде чем взорваться. Они оказались гораздо эффективнее, хотя Белинда старалась не злоупотреблять оружием, чтобы не истощить энергию скимера.

Основными атакующими были Гэри и Кеннет, сын Брайана, четвёртый и последний член группы. Гэри бросил свой молот, который отскакивал от одного конструкта к другому, цепной реакцией проходя сквозь кентавров, прежде чем вернуться ему в руку.

Каждый удар сопровождался взрывом резонирующей силы, специально созданным для уничтожения конструктов. Молот Гэри был специализирован для борьбы с конструктами, являясь серебряным вариантом оружия, которое он сделал для себя после смерти Фарры. Этого было достаточно, чтобы уничтожить кентавров бронзового ранга с одного удара, но не серебряных. Тем не менее, это наносило значительный урон и заставляло их врезаться в других скачущих конструктов.

Кеннет также работал над прореживанием бронзовых рангов, но большинство его усилий было сосредоточено на замедлении серебряных. Одна из его специальных атак включала созданный гарпун, который он бросал во врагов, отдавая приоритет конструктам серебряного ранга. Как только он вонзался в цель, вокруг неё создавались новые гарпуны, запуская себя в ближайших кентавров. Вторичные гарпуны были соединены с первоначальной целью магическими верёвками, которые тянули последующие цели. Все они врезались в первую, связывая их вместе в неуклюжий узел. Связанные кентавры застревали, пытаясь вырваться друг из друга, нанося взаимный урон, даже когда они отставали от катящегося боя.

У Кена было слияние стычки, что делало его очень полезным в такого рода бегущем бою. Многие из его способностей могли сбить врага с ног, в буквальном и переносном смысле, не давая огромному стаду конструктов одолеть скимер. Оставив уничтожение конструктов бронзового ранга мощным атакам Гэри, Кен сосредоточился на том, чтобы затормозить кентавров серебряного ранга с помощью растяжек и сетей-ловушек.

* * * — Я думал, Чистота и Строитель должны быть непростыми союзниками, — крикнул Хамфри с крыши скимера, пока тот мчался через ущелье. — Если так много конструктов защищают дамбу, похоже, мы ошибались.

— Делать слишком много предположений при недостатке информации — плохой путь к знаниям, — крикнул в ответ Клайв. — Я не уверен, что нам следовало позволять Софи уходить одной.

— Позволять? — спросил Хамфри. — С каких это пор она ждёт чьего-либо разрешения на что бы то ни было?

— С ней там всё будет в порядке?

— Конечно, — гордо сказал Хамфри.

Стадо кентавров сбилось в кучу, следуя за скимером в узкое ущелье, чего Хамфри и добивался. Он игнорировал стрелы, отскакивающие от его драконьей брони, поскольку все они летели от конструктов бронзового ранга. Софи нигде не было видно; она давно покинула скимер, чтобы задержать серебряных.

Когда вооружённые копьями кентавры с грохотом устремились к задней части скимера, Хамфри соскочил, тяжело приземлившись на их пути. Огромный меч в его руках был в форме крыла дракона с радужной чешуёй. Клинок был окутан огнём.

Хамфри стоял на своём, пока кентавры неслись на него плотным строем, плечом к плечу, выставив копья. Кентавры, возможно, были лишь бронзового ранга, но атакующий натиск был их специальностью, а их оружие имело больший радиус действия, чем даже огромный меч Хамфри. Крылья дракона проявились на спине Хамфри и обхватили его, образовав клин против несущегося оружия, которое было отклонено в сторону. Крылья немедленно отпрянули назад, открывая Хамфри, который уже размахивал своим мечом по огромной горизонтальной дуге.

Меч пробил плотно сбитый передний ряд кентавров, не замедляясь, проходя сквозь дерево и сталь, как горячий поезд сквозь масло. Кентавры чуть не взорвались от силы удара, пламя от горящего клинка перекинулось на многие разлетающиеся куски, дождём падая в виде горящих обломков.

Это был ещё не конец атаки. Волна огня и ещё одна волна силы пронеслись по ущелью от взмаха меча Хамфри. Это было не так разрушительно, как первоначальная атака, но всё же повалило атакующих конструктов бронзового ранга, как кегли.

Хамфри высоко подпрыгнул в воздух со своей силой серебряного ранга и, мощным взмахом крыльев, рванулся вперёд. Он пролетел над ущельем, открыв рот, чтобы выдохнуть огонь, как огнемёт, накрывая кентавров, всё ещё преследовавших скимер.

В отличие от пламени оружия скимера, огонь от способностей Хамфри оказывал экстремальное воздействие на конструктов. Эффект серебряного ранга его ауры, «Мощь дракона», превращал любое пламя, созданное его способностями, из обычного огня в драконий огонь. Драконий огонь был гораздо эффективнее против любого вида сопротивления огню, от защитной магии до огнестойких материалов.

Дерево быстро превращалось в пепел, а сталь плавилась, когда пламя серебряного ранга опустошало конструктов бронзового ранга. Даже камни горели, трескаясь и плавясь. Вслед за пролетающим над ущельем Хамфри остались только горящие обломки, выжженная земля и тёмный дым, поднимающийся в воздух.

Из леса в ущелье вырвались новые конструкты. Хамфри обернулся, чтобы найти скимер, собираясь снова исчезнуть в лесу. Решив, что выиграл для него достаточно времени, он телепортировался на его крышу, прежде чем тот скрылся из виду.

* * * Несмотря на то, что кентавры-конструкты двигались сквозь деревья плотным стадом, у Софи не было проблем с передвижением среди них. Если уж на то пошло, это делало её более трудной мишенью для копий и луков, которые не были предназначены для ближнего боя. Пока она избегала того, чтобы её растоптали, всё было в порядке.

Она проплыла сквозь стадо, словно ветерок, грациозная и неуязвимая. Даже когда казалось, что её вот-вот ударит атакующий конструкт, этого не происходило — сама концепция расстояния подчинялась её воле. Она игнорировала более слабых кентавров, зная, что Хамфри превратит их в груды расплавленного лома.

Самой большой слабостью Софи было отсутствие способности наносить решающий урон, будь то в лоб, как Хамфри, или постепенно, как Джейсон. У неё были способности, которые могли нанести редкий мощный, одиночный удар, но для этого требовалась подготовка, расчёт времени и, как правило, сотрудничество команды, чтобы максимально использовать эти возможности. В основном она решала свою проблему низкого урона, полагаясь на свои величайшие сильные стороны: скорость и точность.

Урон Софи был невелик, но с каждым ударом она наносила как резонирующую силу, так и разрушительную силу. Это означало, что какая бы броня или магические барьеры ни были установлены, урон, который она наносила, нельзя было просто проигнорировать. Вколачивая удары каждой частью своего тела, она могла обрушивать атаки с ослепительной скоростью. Она была слишком быстрой, чтобы её остановить, и слишком неуловимой, чтобы её прижать.

Другим ключевым аспектом подхода Софи была точность. Её атаки не росли в силе с рангами так быстро, как росла устойчивость врагов, поэтому ей нужно было, чтобы каждый удар был на счету. Огр невероятно вынослив. Однако боковая часть его колена — не очень.

Кентавры, как конструкция, имели явные сильные и слабые стороны. Их скорость и мощь натиска придавали их атакам невероятный урон от удара, позволяя даже вариантам бронзового ранга представлять хоть какую-то угрозу для серебряных. Их слабости проистекали из их лошадиных тел.

Против маленького и ловкого врага, сражающегося вблизи, их размер и неспособность быстро поворачиваться сильно им вредили. Их дизайн давал им больше гибкости, чем настоящей лошади, но это лишь смягчало проблему, а не решало её. Обычно это не было проблемой, пока конструкты двигались галопом, как в погоне за скимером.

Однако для Софи темп кентавров был недостаточным, чтобы заслужить слово «скорость». Двигаясь назад или вбок, даже нанося быстрые удары, она могла легко обогнать как их движение, так и их рефлексы. Она танцевала вокруг атакующих конструктов, как будто они стояли на месте.

Другим недостатком их лошадиных тел было то, что повреждение ног могло стать калечащим. Софи в полной мере использовала это, обрушивая удар за ударом на их ноги. Если бы конструкты были настоящими кентаврами, а не бесчувственными автоматами, они были бы разочарованы своей неспособностью прихлопнуть муху, жужжащую вокруг них.

По сравнению с жестоким, огненным катаклизмом, который Хамфри обрушил в ущелье, Софи могла легко остаться незамеченной кем-то, наблюдающим за проходящим стадом. Её атаки были точечными, а отношение — методичным, она калечила одного конструкта за другим с усердием ремесленника, выполняющего свои дневные задачи. Один за другим конструкты серебряного ранга оказывались искалеченными и отставали.

У конструктов не было ключевого преимущества, которое было у живых существ серебряного ранга: способности к быстрой регенерации. Хотя некоторые конструкты обладали такими способностями, это, как правило, были дорогие, заказные работы. Эти кентавры были моделями массового производства; их главным преимуществом было количество.

Когда конструкты серебряного ранга были либо выведены из строя, либо критически замедлены, Софи переключила своё внимание на то, чтобы присоединиться к Клайву и Хамфри. Однако перед уходом она решила проредить некоторых более слабых конструктов, пока была возможность. Она уже проследовала за стадом к ущелью, где, как она могла сказать, поработал Хамфри, судя по дыму, поднимающемуся из него. Это казалось лучшим местом, чтобы загнать стадо вместе.

Способность Софи «Клинок ветра» была чем-то вроде исключения среди её других способностей. Это была дистанционная, а не ближняя атака, прямое магическое воздействие и, когда она использовала эффекты более высокого ранга, довольно затратная по мане. Одной из величайших сильных сторон Софи было то, что её способности были эффективны по мане, а её регенерация маны была сильной. Это играло на руку природному дару, который разделяли целестины, делавшему все их способности более эффективными по мане.

«Клинок ветра», даже при использовании всех возможностей высокого ранга, не оказывал огромного влияния на врагов её собственного уровня. Однако для зачистки кучи бронзовых рангов он вполне подходил. Сначала ей нужно было сменить позицию, поэтому она подбросила себя в воздух порывом ветра. Затем она рванулась вперёд, летя гораздо быстрее, чем Джейсон или Хамфри со своими соответствующими способностями полёта. Она прибыла в дальний конец ущелья, куда неслись кентавры.

Приземлившись на их пути, Софи сделала длинный горизонтальный взмах ногой, который создал клинок ветра в направлении конструктов. Она могла модулировать природу клинков в зависимости от жеста, которым она их создавала. Её широкое движение приводило к длинному, медленно движущемуся клинку, по сравнению с коротким и быстрым. На бронзовом ранге клинки становились шире по мере прохождения — чем шире был начальный клинок, тем быстрее он удлинялся. К тому времени, как он достигал несущихся кентавров, клинок превращался в длинную, но тонкую волну, похожую на огромный ятаган, растянувшийся по всей ширине ущелья. Многие монстры и любой пользователь эссенции могли бы легко избежать его, но кентавры неслись плотным строем.

Софи запустила второй, третий и четвёртый клинки к тому времени, как первый достиг цели. Каждая часть клинка ветра, которая попадала в кентавра, взрывалась вторичным взрывом, кругами режущей силы, похожими на кольца планеты. Это показалось бы знакомым Джейсону. Руны клинка ветра крепости Арказитлан имели примерно такой же эффект.

Множественные волны клинков опустошили атакующих конструктов, хотя Софи не могла сравниться с апокалиптической силой, с которой Хамфри оставил ущелье дымящейся свалкой металлолома. Только низкий ранг её врагов позволил ей частично повторить его успех. Удовлетворённая своей работой, она снова взмыла в воздух и погналась за скимером.

* * * — Спасибо, что ответили на мои вопросы о репродуктивных техниках, — сказал Джейсон жрице, когда из его тени появилась тьма, приняв форму наземного скимера.

— Думаю, вам стоит быть открытым для более практического обучения.

— Ещё раз повторяю, я просто ищу информацию. Но спасибо. За неоднократные предложения.

* * * На окраинах Моря Штормов трое невидимых людей двигались по воздуху над дорожной сетью, прорезающей джунгли. Они двигались в ногу с наземным скимером с открытым верхом, полным странных фигур.

— Этот человек очень странный, — сказал один из людей, его голос был мужским. Экран конфиденциальности скрывал его слова от посторонних ушей.

— Он просто разговаривает со своими фамильярами, — ответил женский голос. — Все разговаривают со своими фамильярами.

— Не может быть, чтобы он понимал, что говорит эта штука.

— Я понимаю, что пытается сказать мне моя собака, а это всего лишь обычная собака.

— Твоя собака не звучит так, будто хранит замученные души в банке.

— Достаточно, — произнёс другой женский голос; тон его обладательницы давал понять, что она лидер. — Сосредоточьтесь. Может, он и серебряного ранга, но его аура сильна, а чувства остры. Если он обнаружит нас, вся эта поездка пойдёт насмарку.

ПРОБЛЕМЫ ЦЕПОЧКИ ПОСТАВОК

ПРОБЛЕМЫ ЦЕПОЧКИ ПОСТАВОК

Следующий город-крепость, который посетил Джейсон, не подвергался активной атаке, что позволило ему быстро войти и выйти. Расположенный на побережье, он был подключен к нескольким штормовым аккумуляторам. Морские устройства, похожие на ветряные мельницы, собирали энергию магических погодных явлений, в честь которых и было названо Море Штормов. Из-за частых штормов в этой местности сюда отправлялся авантюрист-одиночка, а не дирижабль, который легко мог попасть в ловушку изменчивой погоды.

Этот конкретный город использовал собранную энергию для зарядки мана-батарей, которые другие города могли применять для питания своей обороны, снижая зависимость от поставок на дальние расстояния, которыми занимался Джейсон. Присутствие Джейсона лишь дополняло местных авантюристов, уже доставлявших грузы в окрестные районы. Джейсон сдал свежую партию пустых батарей и забрал заряженные, чтобы отвезти их к следующему пункту назначения. Это был один из самых изолированных фортов в регионе, находившийся за пределами зоны, куда обычно добирались местные авантюристы. Это также была последняя остановка на маршруте Джейсона перед возвращением в Римарос.

* * * Далеко к востоку от фортов, снабжаемых Джейсоном, находился город-крепость Каразела. Будучи одним из самых отдаленных городов Королевства Штормов, он сильно опаздывал с получением последней партии поставок. Оборона форта иссякла почти неделю назад, и если бы не визит пользователя эссенции, любая из двух предыдущих атак монстров могла бы захлестнуть город.

А так, нескольким монстрам удалось перебраться через стены, и командир форта потерял людей, отбивая их атаку. Командир, Меррик Харлоу, сидел на балюстраде поверх стены, и усталость была выгравирована на его лице, словно символ. Он поднял голову, одарив усталой улыбкой того, кто к нему присоединился.

Мелоди Джейн была тем пользователем эссенции, благодаря которой форт продержался так долго без поставок. Она даже совершила вылазку к местной башне продовольствия Плодородия после последней атаки, спасая мирных жителей от голода. Она отчаянно сражалась, и пятна и прорехи на ее белых кожаных доспехах рассказывали историю тех усилий, которые она приложила, защищая форт и его людей.

В отличие от ее безнадежно испачканных доспехов, ее белые волосы и темная кожа были чистыми. Вода была тем единственным ресурсом, в котором у них не было недостатка, и Мелоди любила принимать душ. Меррик понятия не имел, была ли она бывшей последовательницей Чистоты или лоялисткой; он боялся спрашивать, да его это особо и не волновало. В любом случае, у нее была тяга к чистоте, что, как он полагал, было давно укоренившейся привычкой. Он был уверен, что она ненавидит носить свои поврежденные доспехи, но все же всегда надевала их, оставаясь наготове.

Меррик посмотрел на ее белые волосы, когда она села рядом с ним, ответив на его усталую улыбку своей. Она коротко остригла волосы после тяжелой травмы головы, из-за которой лишилась их значительной части. Рана зажила, но она подровняла неровные волосы, сделав короткую стрижку пикси.

Мелоди посмотрела на Меррика с сожалением.

— Меррик, у меня плохие новости.

— Ты уходишь, — сказал он, и в его голосе не было удивления.

— Прости.

— Я понимаю, — сказал он. — Ты уже сделала больше, чем мы имели право просить.

— Я надеялась, что смогу остаться до прибытия новых поставок, но у меня есть свои обязанности. Я откладывала их так долго, как могла. Даже дольше, чем могла, если честно.

— Может, эти поставки наконец прибудут до следующей волны монстров, — сказал он, вкладывая в голос оптимизм, которого не чувствовал.

— Мы оба знаем, что нет, — мягко сказала Мелоди. — Я кое-что слышала, и, возможно, ты тоже. Это не обычный наплыв монстров. Кое-что ускользает из виду. Ты и твои люди — один из таких примеров.

— Надежда есть всегда.

Она посмотрела на него с унынием.

— Я…

Она замолчала, покачав головой.

— Что такое? — спросил Меррик.

— Я не могу сказать. Мне не следует.

Он издал смешок, тяжелый от смирения.

— Мисс Джейн. Мелоди. Все здесь будут мертвы через неделю. Тебе не нужно бояться, что твои секреты вырвутся наружу.

Она ссутулилась, глядя под ноги и снова качая головой.

— Ты хороший человек, Меррик Харлоу. Порядочный и прилежный человек, который заботится о своих людях. Ты не станешь обрекать их на проклятие, чтобы спасти.

Он выпрямился.

— Спасти их?

Мелоди продолжала качать головой.

— У меня есть только одно, что я могу дать, Меррик, и ты этого не хочешь. Твои люди этого не хотят. Я не сделаю их изгоями.

— О чем ты говоришь?

Все еще ссутулившись, она повернулась, чтобы посмотреть на него. — Ты знаешь, о чем я.

Он отвел взгляд, проводя руками по лицу.

— Чистота, — сказал он.

— Я знаю, ты не спрашивал, потому что боялся ответа. Ты боялся, что я уйду, или что тебе придется заставить меня?

— И то, и другое. Оба варианта. Значит, ты все еще…

— Да, — сказала она. — В наше время неразумно носить символы, но вера остается.

Она встала.

— Я пойду.

— Подожди, — сказал Меррик, осторожно схватив ее за предплечье, прежде чем отдернуть руку. — Прости. — Он отступил.

Она обернулась с сияющей улыбкой, положив руку ему на предплечье.

— Тебе никогда не придется извиняться передо мной, Меррик. Я видела, как ты отдаешь всего себя ради людей здесь. Ты мог бы взять своих сильнейших и попытаться прорваться в безопасное место, но тебе это даже в голову не приходило. Я испытываю к тебе только восхищение.

Он склонил голову.

— У тебя есть способ? — спросил он, и голос его был едва слышен. — Способ спасти их?

— Я не могу перезарядить оборону форта, Меррик. Сила, которую я могу предложить, становится частью людей, которые ее принимают. Навсегда. Ее нельзя вернуть, и у нее есть цена.

— Что за сила? И что за цена?

— Не думаю, что тебе стоит…

— Скажи мне!

Его слова, громкие и резкие, разнеслись по стене. Часовые, наблюдавшие за приближением монстров, обернулись в их сторону.

Мелоди провела пальцами по руке Меррика и слегка сжала его ладонь.

— Я не могу просить тебя об этом, — сказала она.

— Это я прошу тебя.

Она отпустила его и отвернулась, снова склонив голову. Он протянул руку, колеблясь, прежде чем мягко коснуться ее плеча.

— Мелоди, пожалуйста. Если у тебя есть способ спасти моих людей.

— У меня нет, — сказала она, не оборачиваясь. — Может быть — может быть — есть способ, чтобы они спасли себя сами, но я не могу…

— Пожалуйста, Мелоди. Я умоляю.

Она медленно повернулась, приблизившись к Меррику на полшага.

— Что ты знаешь о Церкви Чистоты? — прошептала она. — Ты хоть представляешь, о чем просишь?

— Я прошу о помощи.

— Я принадлежу к группе, — сказала она. — К ордену. Орден Искупительного Света. Ты слышал о нем?

— Нет.

— Мы берем то, что нечисто. Загрязнено. Мы очищаем это. Превращаем в чистое оружие праведности против той самой скверны, из которой оно вышло.

— Как монстры.

— Они — самая распространенная скверна в этом мире.

— И у вас есть такое оружие праведности?

— Ты слышал, что моя церковь в союзе со Строителем?

— Слышал, но едва ли понимаю, что это значит. Мы здесь живем простой жизнью, вдали от важных людей и их проблем.

— Строитель очень плох. Вся наша церковь была вынуждена пойти на многое, чтобы увидеть его очищенным, на то, что другие не могут понять или простить. Но у Строителя есть кое-что, что он дает своим солдатам. То, что делает их сильными. Мой орден взял одну из вещей, порождающих это оружие, и пропустил ее через очищающий свет наших ритуалов искупления. Теперь мы можем делать людей сильными, не оскверняя их. Дать этому миру шанс против Строителя. Но мир ненавидит нас. Любой, кто примет эту силу, станет изгоем.

— Лучше быть изгоями, чем трупами, — сказал Меррик. — Что это за оружие?

— Оно называется искупленное ядро. Если дать его пользователю эссенции, он теряет свои способности, но получает новые. Что еще важнее, он получает целый ранг. Мгновенно.

— Целый ранг?

— Это не сработает на золотых рангах.

— Но на серебряных?

— Это поднимет их до золотого ранга.

Меррик отступил на шаг, проводя руками по волосам с потрясенным выражением лица.

— Это не простое решение, Меррик, и не легкий путь к силе. Есть последствия, помимо того, как на вас посмотрит общество. Вы отказываетесь от всех своих способностей эссенции. Взамен вы получаете новые, но не так много. Вы не будете равны авантюристу вашего нового ранга.

— Но достаточно сильны, чтобы сражаться с монстрами.

— Да. Но есть и другая цена.

— И какая?

— Вера. Скверна Строителя исчезла, но новая сила должна откуда-то браться.

— От вашего бога.

— Да. Вы должны открыть свое сердце и душу Чистоте без оговорок, иначе его сила не сможет течь в вас. Нельзя играть с божественной силой. Я видела, что происходит с теми, кто пытается обрести эту силу с лживым сердцем. Они становятся могущественными, но бездумными. Простаками, которые знают только, как подчиняться, а не как думать. Я бы предпочла, чтобы кто-то был честен и отвернулся от моего бога, чем прошел через это.

— Я могу поклоняться вашему богу. Если он даст мне силы спасти моих людей, он заслуживает моей веры.

Мелоди огляделась, опасаясь, что часовые могут подслушать. Она снова приблизилась к Меррику, говоря шепотом и положив руку ему на грудь.

— Все не так просто, Меррик. Я уже сказала тебе больше, чем следовало. Больше, чем мне позволено. Я просто… я вижу тебя. Я вижу твою храбрость и преданность этим людям. Ты тот человек, которого этот мир должен чествовать, а не обрекать на смерть.

— Тогда дай мне эту силу.

— Я не могу. Если мои люди собираются рискнуть собой, чтобы помочь тебе, они должны знать, что ты действительно будешь с нами.

— О чем ты?

— Это не можешь быть только ты, Меррик. Это должны быть все твои серебряные и бронзовые люди. Если вы хотите помощи Чистоты, вы все должны проявить веру. Вместе.

— Я не могу заставить своих людей сделать это.

— Я знаю. Вот почему я вообще не хотела ничего говорить.

Меррик отошел от Мелоди, обратно к краю стены. Он облокотился на балюстраду, глядя на море. Ветерок ерошил его волосы, магический барьер над фортом давно иссяк.

— Теперь это могут быть даже не монстры, — посетовал он. — Без магического барьера даже шторм может с нами покончить.

— Возможно, есть и другое, — сказала Мелоди. — Если твои люди будут готовы проявить свою веру, тогда, возможно, я смогу убедить своих людей помочь вам способами, которыми я не могу помочь в одиночку.

— Какими способами?

— Если ты и твои люди примете силу, вам потребуется немного времени на адаптацию. Дни, в которые вы не сможете отбивать атаки монстров. Но если мои люди будут знать, что им не нужно вас бояться, мы могли бы постоять за вас, пока вы не будете готовы. Возможно, даже поделимся частью тех припасов, что у нас есть. Я не могу обещать ничего от себя лично, но…

Меррик обернулся, встретив ее взгляд, глаза его были стальными.

— Я не могу приказать своим людям сделать это, — сказал он. — Но я могу попросить.

* * * Джейсон ехал по широкой лесной дороге, когда почувствовал приближение нескольких человек. Он проезжал мимо очередного города-крепости, когда четыре ауры возникли и устремились к нему. Это были пользователи эссенции: трое бронзовых и один серебряный. У всех в аурах были ядра монстров, и они не были авантюристами.

Тень остановил скиммер. Транспортное средство и фамильяры Джейсона исчезли, и он остался стоять посреди дороги, ожидая, позволяя им подойти к нему. Это заняло немного времени: все они бежали по соединительной дороге, ведущей от близлежащего города-крепости.

— Авантюрист, — сказал серебряный ранг, когда они подошли. Они бежали так быстро, что бронзовые ранги были измотаны, пытаясь не отстать от скорости серебряного.

— Полагаю, вы жители того города-крепости, — сказал Джейсон.

— Я командир города. Вы курьер по снабжению?

— Да, но мои припасы не для вашего города.

— Пожалуйста, — сказал командир. — Наш курьер опаздывает больше чем на неделю. Еда была из башни Плодородия, но наших оставшихся мана-батарей не хватит, чтобы пережить еще одну атаку монстров.

— А если я отдам вам припасы, предназначенные для другого, еще более изолированного города, что будет с ними?

— Пожалуйста, я умоляю.

Джейсон нахмурился.

— Я не могу отдать вам эти припасы, — сказал он. — Однако их предоставил другой город-крепость, который заряжает мана-батареи.

— У них есть доступ к штормовым аккумуляторам?

— Да.

— Тогда вы можете оставить свои припасы здесь и вернуться за новыми. Все, что нам нужно, — это заряженные мана-батареи.

— Я не могу принять такое решение, — сказал Джейсон. — Но я был там. Я могу перенести вас порталом обратно к ним, и вы сможете изложить свою просьбу о дополнительных припасах.

Лицо командира просияло.

— У вас есть способность портала?

— Да. Мы можем отправиться прямо сейчас.

* * * Стоя в открытых воротах города, Меррик и Мелоди стояли лицом друг к другу, его руки были сжаты в ее ладонях.

— Возвращайся скорее, — сказал он.

— Обязательно, — ответила она ему с улыбкой. — С хорошими новостями, обещаю.

Он неохотно разжал руки, и она ушла, двигаясь быстро, но останавливаясь и оглядываясь не раз, прежде чем исчезнуть в джунглях. Она прибавила шагу, пока не убедилась, что находится вне зоны действия аурального восприятия Меррика. Она замедлилась, и вскоре после этого появились две женщины в белых доспехах. Одна была одета в прочную, но гибкую кожу, как и Мелоди, и протянула ей свежий комплект из пространственной сумки. Другая была в тяжелых доспехах из хитина монстра, перекрашенных в белый цвет.

— Как все прошло? — спросила та, что была в коже, пока Мелоди снимала свои грязные доспехи.

— Как и планировалось, — сказала Мелоди. — Все серебряные и бронзовые ранги.

Женщина в доспехах усмехнулась.

— Ты все еще лучшая, Мел. Должны ли мы пропустить следующего курьера по снабжению? Мы убиваем слишком многих, и люди могут начать искать.

— Нет, — сказала Мелоди. — Сейчас наплыв монстров, и они не зря посылают расходных людей. Мы защитим форт от следующей атаки, дадим им припасы и позволим им самим отбиться от следующей. А потом пропустим курьера. В конце концов, они не должны пожалеть о своем решении.

ПЛАН «БИТЬ-ПО-ВСЕМУ-ПОДРЯД»

ПЛАН «БИТЬ-ПО-ВСЕМУ-ПОДРЯД»

Изначальный план состоял в том, чтобы быстро и тихо пробраться в плотину двумя небольшими группами, пока защитные силы были отвлечены атакой на долину. С самого начала стало ясно, что оборона была значительно усилена с тех пор, как Клайв, Хамфри и Софи впервые провели разведку. Они намеревались начать операцию сразу после первоначального наблюдения. Путешествие для воссоединения команды, встреча с Доун, а затем начало нашествия монстров вызвали серьезные задержки.

Недавно появившееся большое количество конструктов вокруг плотины свидетельствовало либо о том, что что-то существенно изменилось, либо о том, что происходит нечто важное. Вряд ли это была реакция на утечку информации об атаке на долину, поскольку не было времени расставлять стаи конструктов по всей территории, ведущей к плотине.

Отряды стражи лоялистов Чистоты были размещены снаружи у входов с обеих сторон плотины. Каждый отряд состоял из одного серебряного ранга во главе нескольких бронзовых, и с каждым из них быстро расправились. Обеим командам нужно было двигаться быстро из-за оставшихся позади конструктов.

С одной стороны плотины Белинда ловко нейтрализовала магию на тяжелой защитной двери и вскрыла механический замок. С другой стороны Клайв и Софи разделили эти задачи между собой. Обе команды вошли внутрь и разрушили магию дверей, запечатав их, чтобы никто не мог пройти — ни свои, ни чужие.

Внутри комплекс плотины был пещерообразным, с огромным открытым пространством и потолком, возвышающимся высоко над головой. Плотина перекрывала вход в обширную долину, и внутреннее пространство плотины повторяло эту линию огромной дугой. Крыша, стены и пол были бетонными, а пол занимали и выступали из стен огромные устройства тяжелой промышленной магии. Это была артефакторика в самом крупном масштабе, того типа, что используется городами для управления инфраструктурой, поддерживающей их огромное население. Здесь она не только управляла потоком воды через плотину, но и магией, переносимой этой водой: накопленной, очищенной и переработанной.

План А, скрытность, вылетел в трубу еще до того, как две группы добрались до плотины. План Б, прорваться мимо ослабленной обороны, стал выглядеть смехотворно из-за защиты, которая была усилена, а не ослаблена. Лоялисты Чистоты уже наседали на них. Некоторые явно были охранниками, бросавшимися на них. Другие выглядели как артефакторы, служившие магическими техниками. Они бросали инфраструктуру, которую модифицировали, и бежали в другую сторону.

На одном конце плотины Софи рванулась вперед, в то время как Хамфри высыпал круг из костяной пыли из мешочка. Клайв и Онслоу защищающе встали перед ним, пока он призывал своих воинов-драконов, а Сташ выпрыгнул из его кармана. Маленький дракон-оборотень превратился из мыши в руническую черепаху, подобную Онслоу. Он не мог сравниться с полной мощью другого фамильяра, особенно когда Онслоу и Клайв работали вместе, но все же служил мощным оборонительным оплотом.

Хамфри достал пару двенадцатигранных костей и бросил их в круг из костяной пыли. Свет поднялся с обращенных вверх граней костей: одна проецировала светящийся зеленый контурный рисунок головы крокодила. Другая — скорее нечеткое коричневое пятно. Кости улетели обратно в руку Хамфри, и он вернул их в свое пространственное хранилище, когда из круга вырвался столб света.

Софи уже вступила в бой с приближающейся стражей, в то время как Клайв и два Онслоу посылали магические атаки мимо нее. Позади них из света призывного круга Хамфри один за другим появлялись монстры.

Это были крокодилы из грязи, от пяти до семи метров в длину. По всему их телу выступали кости, в основном принимая форму чешуи, которая выглядела не столько крокодильей, сколько драконьей. Костяная чешуя, как и длинные зубы, были покрыты пластинами и накладками из зачарованного металла. Одна из способностей Хамфри заключалась в создании базовых магических предметов для каждого призванного существа.

Несмотря на наличие ног, грязевые монстры скользили вперед по слизистой дорожке, словно толстые змеи или быстрые слизни. Они оставляли за собой след из грязи, двигаясь в атаку.

Изначально стражники превосходили числом, но ситуация быстро изменилась, когда двадцать драконьих костяных грязевых крокодилов Хамфри заполнили даже огромное пространство объемного интерьера плотины.

Крокодилы не просто вцеплялись в стражников плотины, но валили их на землю и втягивали в «смертельное вращение», поглощая их в грязи своих элементальных тел. При этом костяные чешуйки проходили сквозь тела стражников, которые исчезали внутри существ и больше не появлялись. Каждому монстру приходилось сделать паузу, чтобы переварить жертву, прежде чем переходить к следующей.

Только лоялистов Чистоты бронзового ранга постигла такая участь, хотя это была большая часть стражи. Серебряные ранги среди них были достаточно сильны, чтобы отбиваться или избегать медлительных монстров, несмотря на их количество. Хамфри, Софи и Клайва было гораздо труднее избежать.

На другом конце плотины Белинда взяла на себя обязанности передовой, пока Гэри призывал своего союзника. Используя свою способность становиться больше и сильнее, она призвала тяжелое оружие и доспехи, которые Гэри выковал для нее. Ее фамильяр — дух-эхо, названный Джемини по предложению Джейсона, имитировал ее форму и снаряжение, стоя рядом с ней. Больше не связанный ограничениями железного ранга, Джемини теперь обладал физической субстанцией и мог даже имитировать некоторые способности Белинды.

Позади этой пары Гэри призывал свою собственную призванную сущность. Единая сущность, по сравнению с маленькой армией Хамфри, кузнечный голем Гэри был возвышающимся сооружением из грубого железа. Бело-желтое свечение исходило из промежутков между тяжелыми пластинами, из которых состояло его тяжеловесное тело. Он не был ни быстрым, ни ловким, но был массивным, почти в два раза выше Гэри. Хотя он был таким же сильным и устойчивым, как и выглядел, еще более впечатляющей была его самая мощная атака. Пластины на груди открывались, обнажая полость, полную расплавленного металла, который он мог распылять на врагов.

* * * — Что-то здесь не так, — сказал Клайв, осматривая большое устройство.

Они с боем продвинулись частично вдоль плотины, и Клайв остановился, чтобы саботировать крупный кусок оборудования, похожий на промышленный насос, в который кто-то воткнул кучу огромных кристаллов.

— Ты не можешь его саботировать? — крикнул Хамфри из гущи продолжающегося боя. Его призванные существа все еще сражались с другими лоялистами Чистоты, вместе с Софи и самим Хамфри.

— Я могу его саботировать, конечно, — ответил Клайв. — Но он делает не то, что мы думали. По крайней мере, не только это.

Хамфри отступил от боя, чтобы поговорить с Клайвом, оставив Софи и своих монстров удерживать линию.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Хамфри.

— О да, мальчики, — крикнула Софи с передовой, продолжая акробатически избивать врага. — Самое время остановиться поболтать!

— Ты заметил, что эти стражники сражаются не на жизнь, а на смерть, даже несмотря на то, что явно проигрывают? — спросил Клайв.

Охранник пролетел по воздуху, приземлившись на землю рядом с Клайвом. Сразу после этого Софи приземлилась на охранника, оседлав его, и ударила его по лицу.

— Нет, — сказала она. — Я этого совсем не заметила.

Она сделала сальто назад, слезая с охранника, затем насмешливо пнула его в голову, прежде чем исчезнуть обратно в рукопашной схватке.

— Я думаю, что бы они здесь ни делали, — сказал Клайв, — эти стражники пытаются выиграть время, чтобы они могли хотя бы частично закончить это. Думаю, артефакторы пытаются ускорить процесс, происходящий здесь.

— И что это за процесс? — спросил Хамфри.

— Я не уверен, — сказал Клайв. — Вся эта плотина должна собирать магию и использовать ее, чтобы скрыть долину и лоялистов Чистоты в ней. Однако это потребляет лишь часть собранной магии; остальное собирается и перенаправляется куда-то еще.

— Зачем?

— Не знаю, — сказал Клайв. — Но каким-то образом из долины начало поступать еще больше энергии, в дополнение к той, что черпается из реки. Я не уверен в источнике, но с этим что-то не так.

— Не так?

— Сколько раз я могу сказать «не знаю», — сказал Клайв. — Мне нужно дольше изучать эту установку, чтобы понять, что здесь происходит.

— О да, конечно, — сказала Софи, отпрыгнув от стены и пнув трех человек в голову, прежде чем приземлиться. — Не торопись; все в порядке.

— На самом деле, нет, — сказал Клайв. — Дай мне момент, чтобы саботировать это, а затем мы должны как можно быстрее добраться до главного инфраструктурного узла в центре плотины. Мы не можем просто стоять без дела.

— ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?

* * * Пробившись к середине плотины, Хамфри, Софи и Клайв обнаружили остальных, которые уже ждали их. Мертвые охранники были разбросаны вокруг, и они наконец нашли техников, которые сбежали ранее. Некоторые были мертвы, а других подвесили на веревках, и их допрашивал Кеннет. Нил следил за тем, чтобы они пережили вопросы.

Гэри и его голем убирали тела, пока Белинда изучала большое магическое устройство. Оно было настолько большим, что его явно построили на месте, но оно демонстрировало признаки недавней и поспешной модификации. Части были грубо удалены или добавлены, а повсюду мелом были нацарапаны магические диаграммы.

— Вы долго, — сказала Белинда, не отворачиваясь от устройства. — Вы что, все это время просто стояли и болтали?

Софи бросила гневный взгляд на Клайва и Хамфри.

— Понятия не имею, о чем ты, — сказал Клайв, присоединяясь к Белинде. — Есть идеи, что они затеяли?

— Я работаю над этим, — сказала Белинда. — Странно, да?

— Ага, — согласился Клайв. — Ты видела энергию, которую черпают из долины?

— Ага. Я поняла, что бы там ни происходило, мы не хотим, чтобы это случилось, поэтому я приступила к саботажу.

— Аналогично.

— Какой источник энергии в долине?

— Насколько нам известно, в долине не должно быть ничего, что могло бы произвести такое количество энергии, которое черпает это место. Ее должны были принести сюда с тех пор, как мы разведали этот район.

Белинда объяснила Клайву то, что она уже узнала, изучая установку; остальные быстро потеряли нить разговора. Пара экспертов по магии достала из своих хранилищ различные устройства, пытаясь расшифровать цель огромного устройства и его модификаций.

Софи подошла к Кену и Нилу, пока они жестоко допрашивали висящего артефактора.

— Выудили что-нибудь из них? — спросила она.

— Путь фанатика суров, — сказал Кен. — Он подтверждает их решимость во времена испытаний. Достойная черта, но препятствие для нашего текущего начинания.

— Он имеет в виду «нет», — сказал Нил. — Они не слабаки, это я им признаю.

— Это именно то, что я только что сказал, — ответил Кен Нилу.

— А я перевел это на язык, на котором говорят нормальные люди. Почему в этой группе всегда нужен один парень, который говорит так, будто он из другого мира?

— Моя манера речи богата смыслом и точна в том, что она передает, — сказал Кен. — Возможно, тебе стоит найти время, чтобы послушать, вместо того чтобы предполагать, что люди вокруг тебя — простаки.

— Это не то, что…

Нил застонал и зашагал прочь.

— Он скучает по Джейсону, — сказал Гэри, подходя к Софи и Кену. — Такой цундэрэ.

— Ты же знаешь, я не люблю этот термин, — сказала Софи.

— Это потому, что ты одна из них, — крикнул в ответ Нил.

— Ты можешь участвовать в разговоре или уйти и дуться, — сказала ему Софи. — Ты не можешь делать и то, и другое.

— Смотри!

Гэри ткнул артефактора, висящего без сознания на потолочной балке.

— Вы закончили с этим?

— Да, — сказал Кен. — Мы продолжим с оставшимися выжившими, но сомневаюсь, что кто-то заговорит здесь. Мы заберем их обратно в Общество искателей приключений, чтобы допросить как следует. В конце концов они сломаются.

— Это действительно необходимо? — спросил Хамфри. Он смотрел на бойню с мрачным выражением лица. — Убивать врагов — это одно, но пытать их — совсем другое.

— Как ты думаешь, что происходит с людьми, когда ты поджигаешь их своими способностями? — спросила его Софи.

— Я знаю это, — сказал Хамфри. — Но это не кажется правильным. Сражаться с врагом — одно. Подвешивать беспомощных людей и заставлять их страдать — другое.

— Ты такой милый, — сказала Софи, положив руку ему на плечо. — Но мы определенно пытаем злых фанатиков.

— Это не будет пыткой, — заверил Хамфри Кен, перешагивая через лужу крови, оставленную человеком, которого он только что запытал до потери сознания. — Пытка, как средство, ненадежна и непоследовательна. Я пошел на этот шаг здесь только в надежде извлечь критически важную и своевременную информацию из людей, которые не хотят ее отдавать. У Общества искателей приключений есть более гуманные и эффективные методы.

— Всегда легко найти оправдание, — сказал Хамфри, подходя вплотную к Кену. — Твои вопросы окончены.

Белинда подскочила к Софи, говоря с ней тихо.

— Это только мне кажется, или Хамфри становится довольно сексуальным, когда начинает философствовать?

— О да. Джейсон тоже так делал, но он просто выглядел как зануда.

— Вы знаете, что мы все серебряного ранга, верно? — спросил Нил. — То, что вы шепчетесь, не значит, что мы вас не слышим.

Покрасневший Хамфри отчаянно посмотрел на Клайва, чтобы сменить тему.

— Что ты нашел? — спросил его Хамфри.

Клайв взглянул на Белинду, которая пожала плечами в ответ.

— Это место собирает магию, — сказала Белинда. — Мы знали это с самого начала. Мы думали, что все это используется, чтобы скрыть долину от магического обнаружения, но это расходует лишь часть энергии, остальная часть которой собиралась.

— Как вода за плотиной, — добавил Клайв.

— Этот источник энергии, идущий из долины, очень новый, — продолжила Белинда. — И это не постоянный источник. Он пришел одним большим куском, и магическая обработка плотины используется для его очистки. Этот кусок поступил всего несколько часов назад. Когда мы слили информацию об атаке на долину потенциальным шпионам Чистоты и Строителей, похоже, они немедленно перешли к финальной фазе того, каким бы ни был их план здесь. Они спешили к какому-то завершающему этапу, где вся энергия с плотины и долины отправляется наружу и используется для… чего-то.

— Чего-то?

— Энергия, собранная здесь, — сказал Клайв, — как с самой плотины, так и из долины, очищается, а затем отправляется обратно в долину для того, что там происходит.

— Туда, куда мы отправили кучу команд с отвлекающей атакой, — сказал Нил.

— Да, — сказал Клайв. — Мы понятия не имеем, во что мы их втянули.

— А как насчет изначального плана? — спросил Хамфри. — Мы все еще можем использовать энергию, текущую здесь, чтобы взорвать плотину и затопить долину? У всех лидеров команд есть магические устройства, чтобы защитить свои команды от паводковых вод. Разве это не остановит то, что затеяла церковь Чистоты?

— Даже если мы не знаем, что они делают, — сказал Нил, — я почти уверен, что остановить это — хорошо для нас.

— Здесь не осталось достаточно энергии, чтобы разрушить плотину, — сказала Белинда. — Они всю ее отправляли в долину для того, что они там делают. Мы больше не можем перенаправить эту энергию отсюда.

— Что мы можем сделать? — спросил Хамфри.

— Ну, — сказал Клайв, — мы думаем, что им нужно это центральное устройство, чтобы регулировать магию, подаваемую на то, что происходит в долине. Мы не можем ее перенаправить, но потенциально можем нарушить.

— Значит, мы могли бы просто хорошенько настучать по этой большой магической штуке, — сказала Софи.

— Мы не знаем, к чему это приведет, — сказал Клайв.

— Мы знаем, что это заставит то, что происходит внизу, пойти не так, как они хотят, — сказала Белинда. — Мне нравится план «бить-по-всему-подряд».

— Опять же, — сказал Клайв, — мы не знаем, к чему это приведет. Это безрассудно.

— Как и бездействие, — сказал Кен.

— Это происходит прямо сейчас, верно? — спросил Гэри. — Если мы выбираем между тем, чего хотят злые фанатики, и чем-то еще, не зная, что это за выбор, то я выбираю «что-то еще».

Хамфри повернулся к Кену.

— Общество искателей приключений поставило вас во главе этой команды, — сказал он. — Выбор за вами.

— К черту это, — сказала Софи. — Я предлагаю голосовать. Кто за то, чтобы разнести эту штуку в щепки?

К ее руке в воздухе присоединились Нил, Гэри и Белинда.

— Это большинство, — сказала Белинда.

— Что бы ни говорило Общество искателей приключений, ваша команда — не моя, чтобы командовать ею, — сказал Кен. — Что бы вы ни выбрали, я подчинюсь, и, похоже, ваши участники высказались, мистер Геллер.

— Отлично, — сказал Гэри, взвешивая свой молот. — Я хотел ударить по этим большим магическим машинам с тех пор, как мы сюда пришли, но Белинда мне не позволяла. Я начну с одного из этих больших кристаллов.

* * * В окутанной туманом долине под плотиной живописная деревушка была залита кровью и смертью. Лоялисты Чистоты отчаянно защищались от команд искателей приключений.

— Не подпускайте их к месту ритуала! Он почти завершен!

Пока битва бушевала, огромные волны магии хлынули из лесных массивов долины. Трансцендентные огни синего, серебряного и золотого цветов поднялись над пологом леса в точках по всей долине. Каждое из крупных магических скоплений скручивалось в кольцеобразную форму, которая парила высоко в небе.

Потоки магии продолжали подниматься, питая энергию колец, пока внутри них открывались огромные порталы. Крылатые, ангелоподобные существа выходили из каждого портала, заполняя небо, словно чума сексуальных, пернатых саранчовых.

Бой внизу затих, когда сражающиеся силы наблюдали за появлением ангельских существ. Искателей приключений охватило замешательство, а лоялистов Чистоты — триумф, пока потоки энергии, питающие порталы, не начали мерцать и пульсировать. Порталы стали нестабильными, и ангельские существа быстро улетели прочь от них, даже когда появлялись новые.

Наконец, порталы взорвались. Яростные извержения магии ударили во всех направлениях, превращая ангелов в кровавый туман и выбивая кратеры в земле. Искатели приключений и верующие Чистоты в равной степени бежали от диких всплесков магии, визжащих в воздухе и грохочущих о землю. Все превратилось в хаос и разрушение, когда земля взметнулась облаками грязи, разбитых домов и деревьев. Оглушительные взрывы обрушились на людей на земле и ангельских существ в воздухе, их сломанные тела дождем сыпались с неба.

В конце концов, магия рассеялась. Выжившие сбежали: искатели приключений и лоялисты Чистоты по земле, а ангельские существа — по небу. Облака пыли все еще висели в воздухе, большая часть деревни и окружающих лесов теперь представляла собой опустошенный лунный пейзаж из кратеров и разрухи.

Внутри некоторых кратеров люди приходили в сознание, голые и безволосые. Это были не выжившие в битве, а мирные жители, каким-то образом оставленные позади после взрыва кольцевых порталов.

Одним из этих людей был мужчина с шоколадной кожей и телосложением профессионального рестлера. Он пришел в себя, грязь, рассыпанная по нему, осыпалась, когда он нетвердо поднялся на ноги. Оглядев себя, он увидел свою наготу и провел руками по своей лысой голове. Он разговаривал сам с собой, дезориентированный, его высокий голос не вязался с внушительным телосложением.

— Какого черта, бро? Я же в чем мать родила.

Глава 34

Глава 34

Глава 34: Мне больше нравилось сражаться --- # МНЕ БОЛЬШЕ НРАВИЛОСЬ СРАЖАТЬСЯ

Джейсон снова ехал на наземном глайдере по сети дорог, пронизывающих аналог Центральной Америки в Паллимустусе. Широкая дорога была обсажена густыми джунглями с обеих сторон. Согласно его карте, Джейсону оставалось меньше часа до конечного пункта назначения в его путешествии, прежде чем он сможет вернуться порталом в Римарос.

Его ауральные чувства что-то уловили — настолько слабо, что он даже засомневался, не показалось ли ему. Это было определенно ближе, чем ему хотелось бы, чтобы кто-то подобрался незамеченным. Вполне могло оказаться, что это особо скрытный монстр. Если золотого ранга — у него проблемы, хотя скрытные монстры обычно менее эффективны в открытом бою.

Джейсон ударил по области, где заметил ауру, тяжелым кулаком подавляющей ауральной силы, и его магические чувства ощутили, как что-то сломалось. На обочине дороги стали видны три фигуры в белых нарядах. Один из них взмахнул мечом, из которого вырвался клинок света и разрубил наземный глайдер Джейсона пополам. Джейсон легко приземлился на землю, а транспортное средство растворилось в его тени.

Он призвал свои кровавые мантии и плащ, оглядывая троицу. Все они были в белых кожаных доспехах: мужчина и женщина по бокам от второй женщины посередине, которая явно была лидером. Она вкладывала в ножны меч, которым уничтожила транспортную форму Тени.

У всех троих были ослепительно белые волосы, а их ауры считывались как человеческие, несмотря на то, что у мужчины среди них было стройное телосложение и заостренные уши эльфа. Не только их доспехи были белыми, но и всё, что на них было надето — от металла пряжек на ремнях до клинка меча женщины. Джейсон знал только одного человека, который одевался подобным образом.

— Ты так же проницателен, как и обещали, Асано, — произнесла женщина-лидер.

Разум Джейсона быстро обрабатывал увиденное. Белая одежда; знание того, кто он такой и где будет находиться. Это, наряду с осознанием того, что он должен был предвидеть заранее, подсказало ему, кто они такие и что делают.

— Церковь Чистоты, — сказал он. — Вас прислал Строитель.

— Смешно, но на «нечистое существо» наложены ограничения относительно того, кого он может послать за тобой.

— Это смешно? Кучка приспешников Чистоты играет в лакеев у «нечистого существа», и именно он заслуживает насмешек?

— Никто из его людей не смог бы справиться с тобой при тех ограничениях, которые на него наложены, потому что его грязные миньоны слабы. Он пошел на уступку нашим принципам, потому что мы точно знаем, как обращаться с грязными маленькими разносчиками чумы, прячущимися в темноте. И, как видишь, мы все серебряного ранга. Нас всего трое, никаких подавляющих численных преимуществ. Никаких оправданий для твоих межпространственных друзей, чтобы вмешиваться в дела, которые их не касаются.

— Забавно слышать это от той, кто сожительствует со Строителем. Если бы я не...

На полуслове Джейсон внезапно открыл портал. Трио из Чистоты не было застигнуто врасплох; подчиненная женщина бросила предмет, как только арка портала поднялась из земли. Джейсон нырнул к порталу, но брошенный предмет метнулся молнией, и призванная цепь обернулась вокруг его тела, прежде чем исчезнуть.

* Вы попали под воздействие предмета [Неизбежность цепей]. * [Неизбежность цепей] была поглощена, чтобы наложить [Неизбежность]. Этот эффект игнорирует сопротивления.

Джейсон знал это состояние, так как его собственная способность «Неотвратимый рок» могла наложить такое же.

* [Неизбежность] (состояние, магия): На субъект не могут воздействовать невраждебные эффекты телепортации или перемещения между измерениями.

Это сделало портал перед ним бесполезным и предотвратило прыжки в тень. Они пришли подготовленными, имея предмет, способный нейтрализовать одну из самых важных техник Джейсона. Он прошел прямо сквозь его мощные сопротивления, чтобы перекрыть любую возможность легкого побега, одновременно калеча его обычный стиль боя. Трио смотрело на него с самодовольством, всё еще не переходя в атаку.

— Тебе стоит просто сдаться по-хорошему, Асано. Тебе не победить. То соглашение, заключенное от твоего имени, может и запрещает нам использовать золотой ранг, но там ничего не говорилось об очень дорогих и специализированных предметах. Они скрыли нас от твоих чувств, а теперь отрезали тебе возможность бегать или прыгать в темноте. В сочетании с нашими способностями, которые уже контрят твои, у тебя нет шансов.

Джейсон поморщился под капюшоном, так что враги этого не увидели. Попытка взять его живым делала то, что должно было последовать дальше, гораздо более сложной задачей.

— Строитель хочет моей смерти, — сказал Джейсон. — Сдаться по-хорошему не кажется хорошим выбором для моего долгосрочного здоровья.

— Сначала ты нам пригодишься. Пойдем, и, может быть, ты найдешь шанс сбежать. Это лучше, чем сражаться и умереть.

— Меня уже брали в плен, и я сражался и умирал, — сказал Джейсон, призывая кинжал в руку. — Мне больше нравилось сражаться.

Трое лоялистов Чистоты обнажили мечи. Никто не двигался, продолжая оценивающе смотреть друг на друга.

— Зачем я понадобился Чистоте?

— Ты не достоин внимания нашего бога, Асано. Одной из наших участниц нужно, чтобы ты стал червем на ее крючке.

— Такое часто случается, — сказал Джейсон и рванул вперед.

Трое лоялистов Чистоты отреагировали быстро, один из них вскинул руку, которая вспыхнула ослепительным светом.

* Вы получили состояние [Вспышка слепоты].

Зависимость от зрения в разгар боя была тем, чему Джейсона обучили преодолевать. Его остальные чувства рисовали перцептивную картину, которую он давно использовал, когда глаза были бесполезны или обманывали его. Звук клинка; резонанс магии, проходящей через его зачарованный металл. Ощущение воздуха, вытесняемого вокруг него, и намерение в аурах, слишком слабые, чтобы скрыться от него. Если что-то и помогло, так это то, что помеха помогла Джейсону погрузиться в состояние боевого транса.

Несмотря на то, что он был один с ножом против троих с мечами, Джейсон держался. Быть окруженным врагами было не впервой, а его силы и навыки в сочетании делали его сверхъестественно неуловимым. Способность Тени подавлять различные признаки присутствия мешала им использовать те же чувства, что и Джейсон, для чтения хода битвы. Его плащ маскировал движения, а финты, сделанные с помощью ауры, вводили в заблуждение их магические чувства.

Во многом Джейсон ослепил их сильнее, чем они его. Даже атаки, которые должны были попасть, пролетали мимо, так как его плащ искривлял пространство вокруг него. Яркие мечи лоялистов Чистоты сверкали быстрыми и точными движениями, но это выглядело так, будто они тычут в пустое облако тьмы. Ко всему прочему, два шара Гордона перехватывали атаки в форме щитов, давая Джейсону драгоценную передышку.

Джейсон не стал призывать других фамильяров по разным причинам. С Колином ему нужно было максимизировать регенерацию, пока он не нарастит эффективность своих атак истощения с помощью состояний. Кроме того, сам Колин очень зависел от состояний, и Джейсон хотел уменьшить сопротивления врага, прежде чем использовать его в полную силу. Был также риск, что у врага найдется какое-то противодействие рою пиявок. Они знали его способности и пришли подготовленными; они были бы дураками, если бы проигнорировали, возможно, его самый сильный козырь.

Похожие факторы заставили его оставить Гордона. Отсутствие материализации Гордона означало, что Джейсон мог использовать пару столь необходимых щитов, а Гордон добавлял силы к и без того грозной ауре Джейсона. Джейсон одновременно подавлял три ауры своего ранга, лишая врага преимуществ, а себя — недостатков. Это были не слабые и не неопытные ауры. Их твердый контроль не имел слабых мест, которые позволили бы легко их разрушить. Только постоянное давление и грубая сила могли справиться с задачей.

Существовала также вероятность, что у врага были атаки, способные навредить бестелесным фамильярам Джейсона, Тени и Гордону. Джейсон приберегал Тень на случай, если бой пойдет плохо и ему понадобится сбежать.

Даже с боевым трансом, толкающим его к пределам возможностей, Джейсон находился под сильным давлением. Не имея возможности прыгнуть в тень, он стоял на своем, каждое мгновение балансируя на лезвии ножа. Трио лоялистов демонстрировало исключительную выучку, которая отмечала их как элитных искателей приключений, помимо того, что они были религиозными фанатиками. Несмотря на то, что обучение Джейсона было усердным и исключительным, обучение приверженцев Чистоты было не меньшим.

Разница между Джейсоном и его противниками была причиной, по которой Руфус основал тренировочный филиал в Гринстоуне. Элитные искатели приключений из зон с высокой магией тренировались в безопасности, будучи слишком ценными, чтобы рисковать их потерей до того, как они обретут свою истинную силу. Их воспитывали с помощью миражных камер и тщательно культивируемых битв с монстрами под бдительным оком инструкторов.

Джейсон же, напротив, с самого начала участвовал в битвах не на жизнь, а на смерть. Еще до того, как он стал искателем приключений — даже до того, как получил железный ранг — он сталкивался с битвами, где был не готов, слабее, в меньшинстве и проигрывал. Сражение на лезвии ножа было местом, где он умел сохранять равновесие.

* Особая атака [Наказание] наложила [Грех], [Цена отпущения] и [Возмездие за грех]. * [Грех] был отражен и не подействовал. * [Цена отпущения] была отражена и не подействовала. * [Возмездие за грех] было отражено и не подействовало.

Неудивительно, что у последователей Чистоты были мощные сопротивления. Единственными эффектами, которые удалось наложить на ранних стадиях боя, были те, что, подобно состоянию, блокирующему прыжки Джейсона в тень, игнорировали эти сопротивления. Каждая атака, направленная против Джейсона, вызывала состояние греха от его ауры. В отличие от тех же эффектов от его особых атак, эти состояния проходили прямо сквозь их сопротивления. Более того, каждый случай греха на врагах позволял ауре Джейсона уменьшать их сопротивления.

Одной из самых больших проблем, влиявших на Джейсона, когда его состояния накапливались медленно, было то, что это вредило эффективности его Амулета Темного Защитника. Один из самых ценных его полезных предметов, он заработал его вместе с первым шрамом на своей душе, и его сила росла вместе с ним с течением времени.

За каждое наложенное Джейсоном состояние амулет давал ему щит, который мог поглощать урон, а после — становился недолговечным лечащим эффектом. Каждый щит и исцеление были слабыми, но Джейсон обычно выдавал огромное количество состояний. Быстрое получение и расходование щитов было критически важным буфером для способности Джейсона выдерживать удары. Без этого Джейсон работал с гораздо меньшим запасом прочности.

Лоялисты, однако, не собирались стоять и ждать, пока Джейсон накопит силу, и у них были свои способности. Используя численное преимущество, чтобы давить на Джейсона, они вынуждали его попадать под атаки, которых нельзя было избежать мелкими уклоняющимися движениями. Волны обжигающего света и недолговечные, призванные шквалы мечей жгли и резали. Даже со всей его изворотливостью вражеским мечам все же удавалось наносить некоторые магические атаки. Враг был слишком искусен, чтобы танцевать под дудку Джейсона.

Джейсон не мог избежать всего и был поражен жестокими особыми атаками, которые жгли его плоть и даже развеяли его плащ. Он получал дополнительные удары даже в те короткие мгновения, что требовались на его повторный призыв.

Хотя его регенерация была мощной, Джейсон не успевал накапливать силы достаточно быстро. Без состояний, должным образом наложенных на врагов, его атаки истощения были слишком слабы. Не имея возможности выпрыгнуть из боя, он не мог выкроить момент, чтобы применить более мощное заклинание истощения. Даже если бы он мог, его эффективность также пострадала бы от отсутствия состояний.

Хотя все выглядело плохо, надежда была далеко не потеряна. Не каждое состояние проваливалось, особенно когда сопротивление его врагов медленно падало.

* Особая атака [Укус пиявки] наложила [Кровотечение], [Токсин пиявки] и [Оскверненные меридианы]. * [Кровотечение] уже действует. [Кровотечение] было обновлено. * [Цена отпущения] была отражена и не подействовала.

«Оскверненные меридианы» были одним из состояний Джейсона серебряного ранга, которое мало использовалось, так как имело минимальное влияние на монстров, использующих ману иначе, чем пользователи эссенции. Наложение этого состояния на его нынешних врагов было гораздо полезнее.

* [Оскверненные меридианы] (состояние, яд): Затраты выносливости и маны субъекта на магические способности увеличиваются. Эффект способностей истощения, используемых на них, усиливается. Эффекты кровотечения на них вызывают потерю маны, соразмерную потере крови.

Единственным реальным шансом Джейсона на победу в бою было пережить врагов, но у серебряных рангов не было недостатка в выносливости. Состояние «Оскверненные меридианы» ускоряло время, которое Джейсону нужно было продержаться.

«Оскверненные меридианы» ознаменовали поворотный момент в бою. Состояния Джейсона наконец подействовали. Пока он продолжал сталкиваться с лоялистами, темная кровь и рваные раны портили их некогда безупречные белые доспехи. Джейсон тоже был в крови, но она впитывалась в его мантии или скрывалась плащом, в то время как он исцелялся.

Враг тоже исцелялся в начале, имея свою пассивную регенерацию. Теперь, когда состояния начали действовать, эффекты кровотечения поглощали исцеление, а токсин пиявки обновлял кровотечения, когда исцеление их поглощало. По мере того как бой затягивался, его враги слабели, а Джейсон становился сильнее.

Он собирался перевести бой в новую фазу и начать истощать состояния, когда враги опередили его. Один из членов трио создал магический купол вокруг них троих.

— Гордон, — сказал Джейсон.

Его фамильяр появился и немедленно ударил по барьеру шестью лучами энергии, специализирующимися на прорыве магии. Даже так, барьер был устойчивым, являясь поддерживаемой способностью. Поддерживаемые силы требовали от пользователя отказаться от любых других активных способностей, но сила стоила неудобств при правильном использовании.

Барьер использовался очень умело, демонстрируя командную работу трио. В тот момент, когда он поднялся, лидер пропела заклинание, от которого Джейсона пробрало до костей. В последний раз он слышал это заклинание, когда впервые сражался с серебряным рангом, тоже из Церкви Чистоты. Он помнил его эффекты, которые были проклятием почти для каждой боевой силы Джейсона.

Джейсон понял, что когда они заявили, что их силы контрят его, это не было пустым хвастовством. Очищающий свет вырвался из барьера, прошел сквозь его врагов, а затем сквозь него.

* Все ваши состояния на [Жрец Чистоты] были очищены эффектом, который игнорирует любое предотвращение очищения. * Все ваши состояния на [Приверженец Чистоты] были очищены эффектом, который игнорирует любое предотвращение очищения. * Все ваши состояния на [Приверженец Чистоты] были очищены эффектом, который игнорирует любое предотвращение очищения.

* Все ваши благословения и благословения на ваших предметах были нейтрализованы эффектом, который игнорирует предотвращение рассеивания.

В то же время третий лоялист применил медленное, но мощное исцеляющее заклинание в качестве продолжения. Поскольку состояния Джейсона исчезли, оно подействовало в полную силу, стирая весь урон, который Джейсон нанес. В мгновение ока все, чего Джейсон добился в бою, было смыто. Он не колебался, отозвав Гордона и заставив тела Тени хлынуть между ним и барьером.

Это был план на случай непредвиденных обстоятельств, ради которого Джейсон держал Тень. Джейсон сжег большую часть своей маны, чтобы проявить звездные плащи поверх всех тел Тени, а затем исчез среди них. Его аура исчезла, и враги, все еще находившиеся внутри барьера, потеряли его из виду.

Единственное преимущество, которое получил Джейсон от того, что враги заперлись, заключалось в том, что это наконец дало ему шанс вырваться. Тела Тени, включая Джейсона, нырнули в джунгли и рассеялись. Бестелесным существам не мешали густые панамские джунгли, и Джейсону было не намного хуже. Его плащ искривлял пространство, не для того чтобы отражать атаки, а чтобы позволить ему легко проскальзывать сквозь густые заросли джунглей.

Тени и сам Джейсон растворились в тенях, отбрасываемых густым пологом над головой. Если он сможет играть в прятки достаточно долго в джунглях, Джейсон сможет переждать действие состояния, блокирующего его способность телепортироваться в безопасное место.

Ауры врагов Джейсона приблизились. Он почувствовал, как они летят над джунглями. Его собственная способность к полету была посредственной и вряд ли могла сравниться с их скоростью. Что касается пребывания в джунглях, то даже проскальзывание сквозь заросли, как призрак, не могло обогнать их полет над ними. Он замедлился настолько, что оставшиеся Тени, которых он не отправил, могли заглушить звук его движения по суровой местности.

Крошечные огни в форме птиц пронеслись сквозь полог, как фосфоресцирующие колибри, изгоняя тени вокруг себя. Они распространились широкой дугой, быстро обнаруживая, кто из теневых фигур, движущихся по джунглям, был приманкой. Джейсон продолжал двигаться, но светящиеся птицы были одновременно очень быстрыми и очень многочисленными, выслеживая его гораздо быстрее, чем ему хотелось бы.

Он призвал два шара Гордона, используя их, чтобы сбивать птиц, когда они освещали его укрытия, но их становилось все больше. Из аур, сходящихся на нем, было очевидно, что птицы выдавали его местоположение, как только их свет падал на него.

Исчерпав варианты, он взорвал ближайших к нему световых птиц, чтобы вернуть тени, а затем нырнул в густую яму с грязью. К сожалению, трое лоялистов Чистоты не были Хищником, а Джейсон не был Арнольдом Шварценеггером. Хотя призванные птицы были обмануты, лоялисты не были дураками. Они поняли, что Джейсон должен прятаться, чтобы избежать досягаемости птиц, и прочесали последнюю подтвержденную область.

Они замедлили полет и достали то, что выглядело как шахтерские фонари, если бы шахтеры были экстравагантно богаты и делали свои инструменты из серебра и золота. Они медленно сканировали джунгли лучами фонарей. У Джейсона не было сомнений, что это еще один предмет, добытый, чтобы преодолеть одно из его преимуществ, вероятно, способность Тени маскировать его присутствие от различных средств обнаружения. Этот аспект силы фамильяра был скорее универсальным, чем мощным, поэтому Джейсон был уверен, что специализированный инструмент его пробьет.

У Джейсона заканчивались варианты. Все сводилось к удаче, пока он ждал шанса улизнуть в момент, когда его упустят из виду или когда лучи пройдут мимо. Момент не настал. Один луч, затем второй и третий остановились на нем. Мгновение спустя его три преследователя спустились сквозь полог джунглей на крыльях света.

Лежа грязным в грязи, Джейсон уставился на трех лоялистов.

— Посмотри на себя, — сказала лидер. — Все всегда должно было прийти к этому.

Джейсон поднялся на ноги и призвал свой клинок.

— Всегда приходит, — сказал он, сверкнув дикой, окровавленной ухмылкой, прежде чем она исчезла в его капюшоне, когда он призвал еще один плащ.

Лидер вздохнула.

— Что ж, — сказала она. — Мелоди придется разочароваться. Убейте его.

ГЛАВА 35: ОБЫЧНО ТАК И ПРОХОДИТ МОЙ ДЕНЬ

ГЛАВА 35: ОБЫЧНО ТАК И ПРОХОДИТ МОЙ ДЕНЬ

Золотые ранги, тайно следовавшие за Джейсоном, с удивлением наблюдали, как из ниоткуда появились три человека.

— Вот и всё, — сказала Лиара Римарос.

Она была с двумя членами своей старой команды, с тех времен, когда служила инквизитором сущностей в Обществе искателей приключений. Как и у многих золотых рангов, текущая деятельность их команды не была связана с повседневной охотой на монстров, поскольку не хватало золотых рангов монстров с силой, способной приблизить их к алмазному.

Большинство золотых рангов даже не стремились к алмазному рангу. Те, кто стремился, как, например, товарищ Эмира по команде Каллум, проводили большую часть времени в зонах с чрезвычайно высокой магической активностью. Это были места, где средняя сила проявлений монстров исключала всех, кроме немногих специализированных населенных пунктов. Это были дикие приграничные города, где даже серебряные ранги, разгуливая без защиты, напрашивались на смерть.

Золотые ранги в цивилизованном обществе преследовали более цивилизованные цели. Это могло быть мастерство в ремесле, основание поселения, обретение политического влияния или долг перед нацией или гильдией. Их команды собирались по необходимости, будь то для случайной охоты на монстров или чтобы помочь члену команды с его личными целями. Поскольку продолжительность жизни исчислялась столетиями, всплески активности монстров часто служили поводом для встреч.

Лиаре нужно было убедиться, что ни Джейсон, ни кто-либо из тех, кто ждал в засаде, не обнаружит наблюдателей. Поскольку её команда была в городе из-за всплеска, у неё был доступ к людям, чьи способности она знала и которым доверяла. Яна и Ледев были братом и сестрой, которые вместе с самой Лиарой составляли охотничий компонент их специализированной команды «охотников-убийц». Вместе они следили за Джейсоном с того момента, как он сошел с дирижабля.

— Мы вступаем в дело? — спросила Яна.

— Давай подождем и посмотрим, что будет, — ответила Лиара. — Удивительно, но они всего лишь серебряного ранга, так что мы можем позволить ситуации развиваться своим чередом.

Они прислушались к разговору между Джейсоном и теми, кто оказался лоялистами Чистоты, а не ожидаемыми культистами Строителя.

— Кто вообще может наложить ограничения на Строителя, чтобы тот их соблюдал? — спросил Ледев. — И зачем им делать это ради этого парня?

— Они намерены взять его живым, — сказала Лиара. — Это лучше, чем мы надеялись. Это значит, что нам не придется вмешиваться, чтобы спасти его, и мы сможем проследить за ними до их логова.

* * * Трое приверженцев Чистоты зависли в воздухе над Джейсоном. У них было мало места для маневра под пологом джунглей, даже если крылья света, удерживавшие их в воздухе, были неосязаемыми и не зависели от деревьев. Джейсон знал, что, хотя тактически это было неразумно, его враги не могли устоять перед возможностью посмотреть на него свысока. Будучи таким же, он легко мог распознать позёра.

Высвободив ауру, Джейсон не стал подавлять всех троих, а сосредоточился на лидере. Его сила сжала её, словно кулак, раздавливающий яйцо, и он нанес удар по душе, от которого лицо лидера исказилось в беззвучном крике.

Атака на их лидера заставила остальных замешкаться лишь на мимолетный миг, но это был момент, которым Джейсон безжалостно воспользовался. Теневая рука метнулась вперед, схватила пораженного лидера и выдернула её из неба. Джейсон швырнул её в грязевую яму, из которой только что выбрался, и грязь тут же бешено забурлила, словно кипящий котел. Грязь не кипела. Она кишела миногами, которые тут же облепили лидера, а её уже грязные доспехи теперь были покрыты темной, липкой жижей.

Зубы миног впивались в её плоть. Они извивались сквозь прорехи в доспехах, оставленные кинжалом Джейсона, и пробирались в её сапоги и рукава, впиваясь в любую открытую кожу. Зубы миног впивались в её руки, лицо и даже веки, пока она отчаянно пыталась выбраться и освободиться от крошечных плотоядных существ.

Двое других фанатиков были ошеломлены лишь на кратчайший миг. Их не сковало глупое оцепенение, заставляющее замереть на месте и в муках выкрикивать имя лидера. Доверив лидеру самой справляться со своими проблемами, они переключили внимание на Джейсона и перешли в атаку.

Не самая удачная тактическая позиция фанатиков выиграла Джейсону время, пока он нырял в джунгли, а способность его плаща к смещению позволяла ему проскальзывать сквозь густые заросли. Подлесок почти не мешал его врагам, которые с силой серебряного ранга проламывались вперед в погоне, но этого было достаточно, чтобы выиграть для Джейсона драгоценные мгновения. У него было время достать флакон с зельем из поясной сумки и выпить содержимое, пока он бежал.

Это было общеукрепляющее зелье, повышающее его базовые характеристики. Оно давало такое же комплексное усиление, как и монета духа, но вместо резкого скачка силы это был более плавный и продолжительный эффект. Хотя оно не поднимало его способности до уровня золотого ранга, как это сделала бы монета духа, эффект длился гораздо дольше, с гораздо менее изнурительными последствиями.

Это было очень дорогое зелье; вариант серебряного ранга стоил дороже, чем монета золотого ранга, с которой его можно было примерно сравнить. Однако у Джейсона не было недостатка в деньгах, а его текущая ситуация была более чем отчаянной, чтобы оправдать такую цену.

У Джейсона было короткое окно, пока самый сильный член вражеской троицы был занят тем, что выбирался из ямы Колина. Серебряные ранги двигались быстро, и его спутники продирались сквозь джунгли, пока Джейсон едва успевал проглотить зелье. Они неслись через заросли, словно носороги, но вместо того, чтобы бежать, Джейсон двинулся навстречу одному из них. Они столкнулись. Используя её собственный рывок, чтобы оказаться внутри радиуса действия её меча, он вогнал свой кинжал.

На такой местности короткий кинжал Джейсона был гораздо лучше мечей фанатиков, и он вонзил его прямо в горло женщины, которая врезалась в него. Проткнуть горло серебряному рангу было далеко не достаточно, чтобы убить его или даже сильно замедлить, но Джейсон по опыту знал, что дело не только в этом.

Помимо специалистов по защите, очень немногие люди, даже на серебряном ранге, перенесли столько атак, сколько сопровождало боевой стиль Джейсона с самоисцелением. Несмотря на все его техники уклонения, каждый раз, когда он ошибался, неверно оценивал атаку или его просто переигрывали, его тело платило свою цену. Его опыт позволил ему преодолеть инстинктивные реакции на раны, которые даже для бронзового ранга были критическими. Его противнице не хватало этого опыта, и она не могла не схватиться за свою яростно пронзенную шею.

Опыт был сильнейшим преимуществом Джейсона против врагов, которые были хорошо обучены, но не провели всю свою карьеру, переходя из одной смертельной битвы в другую. Один из уроков, извлеченных из хождения по лезвию ножа снова и снова, заключался в том, что разница между победой и поражением часто сводилась к нескольким критическим моментам.

Вот почему Джейсон так старался выиграть хотя бы крупицы времени и стремился максимально использовать каждую из них. Он выиграл один момент своей атакой аурой, другой — своим нырком в джунгли, а фанатики подарили третий своей плохой позицией. С каждым из них он получал ключевое преимущество: запереть лидера, усилить свою мощь и перехватить инициативу. Теперь пришел его момент владеть боем.

Джейсон расположился между двумя фанатиками, и гнездо теневых рук вырвалось из его плаща, чтобы опутать лоялиста, у которого не было зияющей раны на шее. В то же время Джейсон нанес еще несколько ударов по той, которую уже ранил; уколы, похожие на работу швейной машинки, быстрые и неглубокие, пока он пытался нагрузить её недугами. Однако даже с его усиленной мощью результаты были, в лучшем случае, неоднородными. Его способности подавления сопротивления были слабее на базовом уровне, чем сопротивляемость фанатика Чистоты.

Несмотря на то, что Джейсон перехватил инициативу в битве, дела его были плохи. Он собирался восполнить свои резервы на первом этапе боя, когда щит задержал его. Мощные способности исцеления и очищения, использованные внутри этого щита, превратили задержку в отказ. Джейсон остался измотанным и истощенным, в то время как его враги были полностью исцелены и свободны от недугов, на которые полагались силы Джейсона. Единственным показателем, по которому они оставались истощенными, был их запас маны.

Тень выбралась из джунглей, вновь собравшись после рассеивания во время неудачной попытки побега Джейсона. Фамильяр не мог физически навредить серебряным рангам, но его способность истощать ману атаковала их самую большую текущую слабость.

У Джейсона было небольшое окно, в котором у него было преимущество: отсутствие лидера, усиленная зельем мощь и контроль над ходом боя. Пока оно длилось, он должен был вернуть все те достижения, которые стерло заклинание очищения. Он выложился на полную, хватаясь за каждый момент и используя каждое преимущество в отчаянной попытке превратить текущую инициативу в победу.

В ход пошли все трюки и инструменты. Он бросал дротики, создававшие тени, взрывы и приманки-ауры. Один тип опутывал врагов лианами, что было особенно эффективно на их нынешней местности. Он даже достал электрический пистолет, наполовину расплавленный от чрезмерного использования. Он был недостаточно мощным, чтобы нанести реальный урон, но фактор неожиданности от атаки, столь далекой от его способностей, был еще одним преимуществом, которое он мог использовать. Он не был готов отказаться ни от чего, выскребая по сусекам всё, что у него было.

Этого было недостаточно.

Сброс баффов и недугов Джейсона в тот момент, когда он был на самом дне и собирался восстановиться, превратил битву, которая и так была не в его пользу, в еще более неравную. Все его навыки, инструменты, тактика и силы могли лишь отсрочить неизбежное. Враги Джейсона не могли сравниться с его опытом или мастерством, но разница была в степени, а не в порядках величины.

Фанатики были очень способными и обладали избытком решимости. Они не позволили живучести Джейсона, подобной тараканьей, ослабить их терпение и подтолкнуть к глупым ошибкам. Хотя у них, возможно, не было опыта Джейсона в смертельных битвах, они понимали, что такое угнетение. Они прекрасно знали, что терпение неизбежно принесет им победу.

Лидер выбралась из Колина, её мощное сопротивление отбросило почти все яды, нанесенные зубастыми миногами. Игровой фамильяр продолжал удерживать её некоторое время, приняв форму кровавого клона и связав её полосками кровавой ткани. В конце концов, однако, она выжгла большую часть его биомассы палящим светом и присоединилась к своим спутникам.

Тень также принимала удары на себя. Как и опасался Джейсон, у его противников были атаки, способные уничтожить бестелесные формы Тени. Когда их осталось совсем мало, Джейсон отозвал их. Как и часть биомассы Колина, которую Джейсон всегда сохранял, этого было достаточно, чтобы восстановить их обоих без необходимости призывать заново. Гордон уже был спрятан, потому что у него не было лишних тел, чтобы их терять. Джейсону также нужны были щиты от заимствованных сфер.

Джейсон добился впечатляющих успехов в наложении недугов на двух врагов, с которыми сражался сам. Это была борьба между его способностью накладывать различные болезни и их способностью сопротивляться и очищаться от них. Быть последователями Чистоты — это не шутки, и у обоих были способности к очищению, хотя Джейсон смог их затруднить. Эффект серебряного ранга от его заклинания «Неотвратимый рок» был дополнительным недугом, который помогал закрепить другие проклятия.

* [Преследование] (недуг, проклятие, суммируется): Цель получает сопротивление к входящим эффектам благословения, восстановления, очищения и исцеления с течением времени. Эти сопротивления не могут быть добровольно снижены. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Даже со своими преимуществами Джейсон чувствовал, как инициатива поворачивается против него, словно огромное океанское судно, медленно, но неудержимо меняющее курс. У самых ярых последователей Чистоты было слишком много инструментов для очищения, как способностей, так и предметов. Их командная работа позволяла одному прикрывать другого, чтобы тот мог выпить быстрое зелье. В результате Джейсон не успел сделать достаточно к тому времени, как время вышло.

Лидер присоединилась к своим спутникам как раз в тот момент, когда действие зелья Джейсона подходило к концу. Его временная сила сменилась слабостью; это было далеко не так плохо, как последствия монеты духа, но все же губительно в его нынешних обстоятельствах. Он был слишком слаб, чтобы сражаться со всеми тремя, и не смог бы убежать от них даже на пике формы. Он не смог переломить ход боя или затянуть его настолько, чтобы снова использовать свой портал.

Портал, который он открыл, все еще был на месте, там, на дороге. Другой конец находился в его облачном доме. Джейсон надеялся, что Руфус и Фарра пройдут с другой стороны. Впрочем, это была слабая надежда, так как у них были свои миссии. Никто из них не стал бы бездельничать во время всплеска активности монстров.

В конце концов, Джейсон был уставшим и раненым, слабым и измотанным. Тем не менее, он продолжал сражаться, как бы тщетно это ни было. Он достиг своего отчаянного предела, но они не смогли бы поймать его, не убив.

* * * — Что он делает? — спросил Ледев, наблюдая с высоты вместе с Лиарой и Яной. — Он знает, что они хотят взять его живым, так почему он сражается до смерти?

— Потому что он знает, что мы здесь, — сказала Лиара.

— Он никак не мог нас почувствовать, — сказал Ледев.

— Он и не почувствовал, — сказала Лиара. — Лоялисты Чистоты показали ему, что мы здесь.

— Они тоже этого не знают, — сказала Яна.

— Им и не нужно было, — объяснила Лиара. — Асано знает, что мы в курсе, как люди Строителя реагируют на него. Он знает, что у нас есть доступ к его назначенному маршруту. Он также знает, что если кто и может найти людей, подозреваемых в работе со Строителем, чтобы сливать им информацию, так это оперативная группа по борьбе со Строителем. Как только эти люди стали ждать его, он понял, что мы ловим культистов на живца, используя его в качестве приманки. Он даже сказал об этом.

— Он думает, что мы вмешаемся и спасем его, — поняла Яна.

— Забудьте, — сказал Ледев. — Он думает, что может заставить нас действовать, но если он хочет умереть, пусть умирает. Гораздо ценнее проследить за ними до их людей, чем раскрывать карты.

— Мы не можем просто позволить ему умереть, — сказала Яна. — Я помогу ему, Лед. И ты тоже.

— Ладно, — проворчал Ледев.

— В Асано есть нечто большее, чем мне было позволено вам рассказать, — сказала Лиара. — Думаю, те усилия, которые Строитель прилагает ради одного серебряного ранга, делают это достаточно очевидным. Но даже если бы это было не так, мы сами поставили Асано в эту ситуацию. Мы вытащим его обратно.

* * * Джейсон едва мог стоять на ногах, но его странные глаза оживились, когда он уставился на фанатиков из темноты своего капюшона. Даже будучи измотанным, Джейсон заставлял приверженцев Чистоты заплатить более высокую цену, чем они хотели, чтобы взять его. Они думали, что это последний, полный гордости вздох умирающего человека, не подозревая, что он ждал, когда кто-то другой проявит себя. Хотя он оставался вызывающим, он начал беспокоиться, что их либо вообще нет, либо они просто позволят ему умереть. Затем три ауры золотого ранга зафиксировались на лоялистах Чистоты.

* * * Люди Чистоты не сдались без боя, но золотые ранги и их внезапные атаки взяли их в плен, израненными, но живыми. Убедившись, что троица надежно закована в снаряжение для подавления, Лиара, Ледев и Яна потащили их обратно к дороге. Джейсон тяжело опирался на черный наземный глайдер, с головы до ног покрытый грязью, кровью и усталостью. С сильно истощенной биомассой Колина Джейсону оставалось только пить лечебное зелье, и это было не первое. Он принял три лечебных и два мановых зелья так быстро, как мог, не отравившись.

— Я идиот, — сказал он. — Мне следовало предвидеть это с того самого момента, как вы увидели реакцию тех культистов Строителя.

Ледев и Яна бросили любопытные взгляды на Лиару.

— Они не знают, — понял Джейсон, наблюдая за товарищами по команде Лиары. — Они не в подразделении по борьбе со Строителем? Это ваша собственная команда?

Специалисты по скрытности ничего не выдали своими аурами, но им не хватало политической подготовки Лиары, чтобы скрыть язык тела.

— Это ваша команда, — сказал Джейсон. — Это личное дело. О, черт. Старик действительно решает, стоит ли…

— Да, — сказала Лиара, перебивая его. Это сказало Джейсону больше о том, сколько знают Яна и Ледев.

— Вы действительно думаете, что я соглашусь на это? — спросил Джейсон. — Особенно после сегодняшнего дня?

Лицо Ледева наполнилось растущим неодобрением, пока он слушал разговор Джейсона и Лиары.

— Ты разговариваешь с принцессой Королевства Штормов, — сказал он Джейсону. — Ты должен обращаться к ней с уважением.

— Уважение нужно заслужить, — устало сказал Джейсон. — И потерять.

Ледев открыл рот, чтобы возразить, но остановился по жесту Лиары.

— Ты знал, что мы здесь, — сказала Яна. — Если бы ты пошел тихо, мы могли бы проследить за ними до их базы, а потом спасти тебя.

— Ага, — сказал Джейсон. — Потому что именно это порождает доверие: продать меня культу Строителя.

— Я знаю, что мы плохо с вами обращались здесь, мистер Асано, — сказала Лиара.

— Я тоже это заметил, — сказал Джейсон. — Но я не буду утверждать, что невиновен в использовании других, не думая о последствиях.

Он нахмурился, затем сузил глаза, глядя на Лиару.

— Хотя вы-то думали об этом, не так ли? К этому моменту вы должны знать почти всё, что я когда-либо делал в этом мире. Вы знаете, что у меня есть история плохой реакции, когда могущественные люди пытаются использовать меня. Вы хотите посмотреть, научился ли я чему-то лучшему. Хотя это не вы. Старик заставляет меня проходить проверку, и не только вами. Передавайте привет Тренчанту, когда будете отчитываться перед ним.

— Вы думаете, что стоите такого внимания и усилий?

— Вы же здесь, не так ли?

— Вы очень высокого мнения о себе, — сказал Ледев.

— Это ни для кого не новость, — сказал Джейсон. — И я никогда не просил обо всех этих усилиях. Я искал приятного, спокойного отдыха в вашем очень прекрасном королевстве.

— Во время всплеска активности монстров спокойного отдыха не бывает, — сказала Яна.

— Это зависит от ваших стандартов. По моим меркам, всплеск активности монстров — это вполне расслабляюще. Хотя вторжение Строителя будет тяжелым. Это я признаю.

— Вы считаете, что всплеск активности монстров — это расслабляюще? — спросила Яна.

— Конечно, — сказал Джейсон. — У вас есть Общество искателей приключений и все эти золотые и алмазные ранги, чтобы спасти мир, так что вам не нужно делать это самим. На Арноте отличный рынок специй; я собираюсь приготовить смесь для сырных энчилад, когда вернусь.

— Вы были правы, что я многое узнала о вас, — сказала Лиара. — А сегодня я узнала больше. Люди, которых Строитель хочет убить лично, не живут спокойно, мистер Асано.

— Тогда вам стоит еще раз проверить мои досье. Он уже убивал меня лично, и это не сработало. Теперь он посылает приспешников. Он понятия не имеет, как быть темным властелином; он делает всё шиворот-навыворот.

— Нам с вами нужно долго поговорить, мистер Асано.

— Нет, не нужно, принцесса Королевства Штормов. Это просто вы хотите.

Он испустил долгий вздох.

— Послушайте, я устал, и у меня еще есть работа, так что я сделаю свою последнюю доставку и отправлюсь домой. Найдите меня в Римаросе, и, может быть, я наберусь сил, чтобы разозлиться и сказать что-нибудь глупое. У меня много практики.

— И это всё? — спросила Яна.

Джейсон вопросительно посмотрел на неё. — Что «всё»?

— Организация, ключевая в организации межпространственного вторжения, нацелена на вас лично, чтобы убить. Вы едва пережили их засаду, и вы просто собираетесь что? Продолжить свой день?

Джейсон одарил её усталой, но дружелюбной улыбкой.

— Леди, обычно так и проходит мой день. Если бы я переставал работать каждый раз, когда какая-нибудь злая церковь или местный директор Магического общества похищали меня, я бы никогда ничего не успел. Это должен был быть приятный перерыв для меня, когда такие люди, как вы, разбираются с глобальными заговорами и силами из-за пределов реальности. Но ваша принцесса здесь взяла и повесила мне на шею свиную отбивную. Теперь я снова буду по уши в фанатиках, культистах и злых магических роботах из космоса. Снова.

Джейсон открыл дверь глайдера и тяжело опустился на заднее сиденье.

— Вы не можете просто уйти, — сказал Ледев. — Мы еще не закончили с вами.

— Вы чертовски правы, не закончили, — сказал Джейсон, не оборачиваясь. — Вы, люди, будете следовать за мной, пока я не закончу, на случай, если кто-то еще попытается меня похитить. В конце концов, это вы сказали этим придуркам, где меня найти. Мы всё равно всего в часе езды от следующего крепостного города.

Ледев с недоверием посмотрел на макушку Джейсона, откинувшегося на мягкое сиденье глайдера. Он открыл рот, чтобы заговорить, но Лиара снова заставила его замолчать, положив сдерживающую руку ему на плечо.

— Это нормально, — сказала она. — Мы должны вам хотя бы это.

Джейсон сел, повернулся и одарил Лиару долгим, оценивающим взглядом. В отличие от остальных, он совершенно не мог прочитать её искренность или её отсутствие. Он слегка кивнул ей, отвернулся и махнул рукой вперед. Наземный глайдер тронулся с места и вскоре умчался прочь по дороге. На лице Ледева всё еще читался гнев на дерзость Джейсона, в то время как Яна выглядела скептичной и сбитой с толку.

— Он сказал, что его похитил директор Магического общества? И что такое робот?

НЕПОКОЛЕБИМАЯ ВЕРА

НЕПОКОЛЕБИМАЯ ВЕРА

То, что когда-то было идиллической, окутанной туманом долиной, теперь превратилось в разбомбленную пустошь, усеянную воронками, разрушенными зданиями и изуродованными телами. Туман рассеялся, и теперь воздух был пропитан озоновым привкусом остаточной магии и железным привкусом крови. От деревни осталось лишь несколько зданий, которым повезло, что у них уцелела хотя бы одна стена. Персонал Общества искателей приключений и Магического общества копошился на том, что осталось от деревни, словно муравьи на трупе.

Сотрудники Общества искателей приключений в основном занимались вывозом погибших, складывая их на повозки, которые парили над землей, слишком неровной для колес. Исследователи Магического общества проводили магический анализ, даже когда вокруг них увозили мертвецов.

Хотя среди искателей приключений, участвовавших в битве, были потери, им удалось избежать большого количества смертей. Среди лоялистов Чистоты павших было больше, но большинство погибших составляли ангелоподобные существа, прибывшие через небесные порталы. Разорванные на части и сброшенные с небес, их тела были уничтожены в значительной степени, оставив после себя лишь жуткие останки.

— Они называют себя посланниками, — объяснил Клайв, пока он и остальные члены группы пробирались сквозь кровавое месиво. — Они слишком магически насыщены, чтобы использовать магию сущности, и они не являются уроженцами нашего мира.

— Твоя сестра может призвать такого, верно, Хамфри? — спросила Белинда.

Сестра Хамфри, Генриетта, была специалистом по призыву, обладающим целым набором способностей к призыву и фамильярами. Это была необычная специализация, которая делала её чем-то вроде команды из одного человека.

— Это не настоящий посланник, — сказал Клайв. — Посланники — это живые существа из физической реальности. Способность призыва, по сути, создает контролируемого монстра. У него может быть форма и сила, но это не то же самое.

— Это то, что здесь произошло? — спросил Нил. — Какой-то массовый призыв?

— Нет, — ответил Клайв. — Если бы посланники здесь были просто призванными подделками, мертвые уже давно испарились бы радужным дымом. Эти кольца были порталами, доставившими посланников откуда-то извне. Даже с тем количеством магии, которое накопила та плотина, это не должно было быть возможным.

— Джейсон приходил сюда, — заметила Софи. — Дважды.

— Сейчас не обычные времена, — сказал Кен.

— Именно, — согласился Клайв. — Этот всплеск активности монстров не похож ни на что, что мы видели раньше. Это время, когда невозможное стало возможным, по крайней мере, на какое-то время. Каждый всплеск ослабляет межпространственную стену между нашей вселенной и глубоким астралом, но в этот раз она была разорвана в клочья. Потребуется время, чтобы она восстановилась. А пока нам предстоит иметь дело с самым страшным нашествием монстров в истории, плюс со всем тем, что умудрится прорваться через разрывы. Сначала Строитель, а теперь эти посланники.

— Что подводит нас к вопросу об их намерениях, — сказал Кен. — Цель Строителя ясна: разграбить наши астральные пространства. Чего хотят эти новые существа?

— Все выжившие улетели, — сказал Хамфри. — Мы узнаем, когда удастся захватить кого-нибудь из них.

— Мы уже знаем, чего они хотят, — сказал Гэри. — Их призвали сюда экстремисты Чистоты. Они собираются объявить всех и вся, кто им не нравится, нечистыми и попытаться стереть их с лица планеты.

— Всегда возникал вопрос, почему Чистота решила принять участие в этом деле, — сказал Кен. — Противопоставив себя всему миру, имея в союзниках лишь то, что она должна была бы презирать. Возможно, мы наконец-то получили представление об их конечной цели.

— Даже если через те кольца прошло столько посланников, сколько сообщили группы в долине, — сказал Хамфри, — этого недостаточно для того, чтобы Церковь Чистоты бросила вызов целому миру, полному искателей приключений и других церквей.

— Ты предполагаешь, что это единственное место, где они это делают, — сказал Клайв. — Мы вынудили их действовать здесь, и они открыли порталы раньше запланированного. Что, если такие места есть по всему миру? Что, если они ждали, пока конфликт со Строителем достигнет своего пика, прежде чем нагрянуть с глобальной армией посланников?

— Зачем этим посланникам участвовать? — спросил Нил. — Что они с этого получат?

— И почему их называют посланниками? — спросила Софи. — В чем смысл послания, и от кого оно?

— То, что я сейчас скажу, — это обобщение, — начал Клайв. — Очень широкое, поскольку мы говорим о народе, разбросанном по множеству реальностей. Они — одни из немногих разумных существ, известных своей культурой межпространственных путешествий. Это главная причина, по которой они так известны.

— Мы поняли, — сказала Белинда. — Это не научная работа, Клайв. Ты можешь просто объяснять вещи, не уточняя каждую деталь.

— Хорошо, — сказал Клайв. — В целом, культура посланников имеет одну объединяющую идею: что они являются высшей формой жизни и представляют волю живого космоса.

— Космос живой? — спросил Хамфри.

— Насколько мне известно, нет, — ответил Клайв.

— С каких это пор то, что что-то не является правдой, мешает людям в это верить? — спросил Нил.

— Очень верно, — согласился Кен. — Как только люди вкладывают достаточно сил в идею, правда она или ложь — уже не имеет значения. Они сделали её настолько неотъемлемой частью своей идентичности, что любое сомнение в её обоснованности воспринимается как нападение. Как только это укореняется в целой культуре, эта культура становится очень опасной для своих соседей.

— В этом и проблема с посланниками, — сказал Клайв. — Их идея заключается в том, что они рождаются совершенными и что это делает их прирожденными правителями.

Пока они пробирались по долине, останки посланников всё ещё вывозили. Софи наблюдала за парящей повозкой, доверху нагруженной телами, которую мимо них вез чиновник Общества искателей приключений.

— Вот и всё, — сказала она.

— Неужели Чистота решила, что эти существа должны быть главными, и начала их призывать? — спросил Нил.

— Это предстоит выяснить Обществу искателей приключений, — сказал Клайв. — Теперь это вне нашей компетенции. Они ни за что не оставят это в руках серебряного ранга.

— Это будет не команда, — сказал Хамфри. — Я полагаю, они либо создадут новый отдел, подобный подразделениям по реагированию на Строителя, либо объединят это с реагированием на Строителя и увеличат выделение ресурсов и персонала.

— Ты сказал, что они могут путешествовать между измерениями, — обратилась Белинда к Клайву. — Разве это не делает их появление здесь гораздо менее невозможным, чем ты говорил? И зачем им тогда порталы?

— Дело не в том, что они могут путешествовать между измерениями по своей природе, — сказал Клайв. — Одна из вещей, которая делает их уникальными, заключается в том, что их тела и души не разделены, как у почти всех остальных физических существ. Они также не являются существами из чистой астральной энергии, как бестелесные души или обычные астральные сущности. Они — нечто среднее, не являющееся ни полностью физическим, ни полностью духовным по своей природе. Они — гештальт-существа, тело и душа которых слиты воедино. Только после смерти их души становятся полностью духовными.

— Конечно, — сказал Нил. — Что это значит на самом деле?

— Это значит, — сказал Клайв, — что они могут выдерживать межпространственные силы, намного превосходящие те, с которыми можем справиться мы. Даже больше, чем целестин, подобная Софи, с её врожденной астральной близостью. Межпространственные путешествия — это тяжело. Даже если ты сможешь пробить межпространственную мембрану и покинуть физическую реальность, это выведет тебя за её пределы. Отсутствие физической реальности означает, что твое тело перестает существовать, а душа отправляется туда, куда уходят души, когда мы умираем.

— Это то, что случилось с Джейсоном, верно? — спросил Хамфри. — За исключением того, что душа куда-то улетела.

— Да, — сказал Клайв. — Иномирян вырывают из одного мира и отправляют по каналу магии в другой. Их тела перестают существовать, точно так же, как я сказал, но их души формируют новое тело, чтобы вселиться в него по прибытии. Это очень похоже на процесс проявления монстра или призыва фамильяра. Конечно, все пользователи сущности проходят процесс формирования тела из магии по мере повышения ранга; мы просто делаем это более постепенно. То, что Джейсон — иномирянин, просто дало ему фору.

— Ты хочешь сказать, что мы все — монстры? — спросила Софи.

— Есть некоторые различия, но это вопрос деталей и нюансов, — уточнил Клайв. — Строго говоря, мы больше похожи на призванных фамильяров.

— Какое отношение всё это имеет к межпространственным путешествиям? — спросила Белинда. — Неужели эти посланники не превращаются в межпространственную кашу, как только отправляются в астрал?

— Всё не так просто, — сказал Клайв. — Они гораздо более устойчивы к межпространственным силам, но даже они не могут просто разгуливать по астралу, не будучи уничтоженными. Для таких существ, как мы, потребовался бы какой-то межпространственный корабль. По сути, небольшое астральное пространство, которое может летать вокруг с карманом реальности, в котором мы могли бы жить.

— Разве астральное пространство Ордена Жнеца не было каким-то разрушенным межпространственным кораблем, вроде того, что ты описываешь? — спросила Софи.

— Да, — объяснил Клайв. — Эти посланники, однако, могут использовать гораздо более жесткие способы межпространственных путешествий. Они создают межпространственные каналы, подобные случайно формирующимся магическим потокам, которые переносят иномирян между мирами. Эти искусственные каналы более регулируемы и стабильны, чем естественно возникающие, но они всё равно убьют любого, кто не сможет справиться с экстремальными межпространственными нагрузками. Задействованные силы уничтожили бы любого из нас, но посланники могут это выдержать из-за своей гештальт-природы. Конечно, создание такого межпространственного потока выходит за рамки любой астральной магии, которая есть у нас здесь. Или была здесь до появления Строителя. Похоже, что источником их знаний об астральной магии являются посланники.

— Мы должны предположить, что посланники передали эти знания Церкви Чистоты, не так ли? — спросил Кен.

— Думаю, да, — согласился Клайв. — Но даже при наличии нужных знаний потребовалось бы невообразимое количество энергии и ресурсов, чтобы установить одну из этих межпространственных связей. Плотины было недостаточно, и им пришлось принести в жертву боги знают сколько людей. Даже тогда, это не тот способ межпространственных путешествий, который мы могли бы использовать. Только посланники могут пережить такое путешествие.

— И эти посланники пересекают миры, чтобы навязать свою идеологию и порядок? — спросил Кен.

— Не думаю, что они пришли, чтобы расширить ассортимент своих закусок, — пробормотал Нил.

— Ты прав, Кен, — сказал Клайв. — Кроме того, как предположил Гэри, они гораздо лучше вписываются в идеалы Чистоты, чем Строитель. То, что они пришли и захватили власть, вполне может быть истинной целью бога.

— Это плохо, да? — спросил Нил. — Звучит плохо.

— Это ничего не меняет, — сказала Софи. — В наш мир заявилась кучка придурков, и нам нужно как следует намять им бока.

— Возможно, мы забегаем вперед, — сказал Хамфри. — Насколько мы знаем, посланники здесь — единственные, и большая их часть была убита до того, как они смогли сбежать. Это может быть незначительной угрозой.

— Хамфри, — сказал Гэри. — Я не знаю, следил ли ты за событиями последние несколько лет, но если ты ставишь на то, что всё не станет хуже, то проиграешь не свои деньги. Ты проиграешь свою голову.

* * * Группа выбралась из разрушенной деревни и пошла по лесной тропе, по которой вывозили новые повозки с мертвецами. Эти, в отличие от тех, что они видели раньше, были накрыты брезентом. Капающая кровь выдавала их; запах смерти был слишком вездесущим, чтобы определить конкретный источник.

Они вышли на большую лесную поляну. Это было одно из главных мест, где создавались кольца порталов, и когда-то земля здесь была покрыта массивными ритуальными кругами. Теперь она была залита кровью, усыпана грязью и камнями, выброшенными наружу, когда местность покрылась воронками. Как и другие близлежащие районы, она пострадала от разрушений, вызванных диверсией Клайва и Белинды. Однако казалось, что она пострадала меньше, и теперь была наводнена исследователями Магического общества. Похоже, все тела уже были вывезены с этого участка, чтобы облегчить расследование. Последними из них были те, что они видели, когда их увозили по лесной тропе.

— Кому-нибудь ещё кажется, что на земле подозрительно много крови? — спросил Хамфри.

— Здесь была битва, — сказал Кен.

— И в людях много крови, — добавил Нил. Он был целителем и знал это лучше многих.

— Ага, — согласилась Софи. — Удивишься, сколько её там, если выпустить всё до капли.

Остальные члены группы повернулись и посмотрели на неё.

— Что? — спросила она.

— Сюда, — позвал их кто-то. Майлз Котизи пробирался между воронками и исследователями, копавшимися в любых следах ритуального круга, оставшихся позади. Он помахал им сдержанным жестом, приближаясь.

— Есть новости о том, что было источником энергии здесь, в долине? — сразу спросил Клайв.

— Да, — мрачно ответил Майлз. Это было не похоже на его обычный вид усталости от бюрократической рутины, которая была его жизнью в качестве чиновника Общества искателей приключений. — Вы знаете, что это место было тем, куда все лоялисты Чистоты привозили свои семьи? Мы думали, что это для того, чтобы обезопасить самых ярых верующих, но оказалось, что эти злые ублюдки просто запасали дрова.

Клайв побледнел.

— Что? — спросил Хамфри.

— Ритуальное жертвоприношение, — мрачно сказал Клайв. — У каждого человека в теле есть магия. Даже у обычных людей. Как и кровь, о которой говорила Софи, её удивительно много, если выпустить всё до капли. Я никогда не видел этого сам, но это один из худших способов умереть. То, что остается после…

Они все обернулись, глядя туда, откуда пришли, где видели крытые повозки.

— Мы должны сжечь дотла то, что осталось от этой мерзкой религии, — прорычал Майлз. — В тех повозках были дети. То, что когда-то было детьми. Я никогда не смогу это развидеть.

— Могут ли эти люди стать ещё более отвратительными? — спросила Софи. — Я думала, что встречала в своей жизни отъявленных подонков, но это что-то совсем другое. О скольких людях мы говорим?

— Слишком многих, — сказал Майлз. — С тем, что от них осталось, и с общими разрушениями, у нас никогда не будет точных цифр.

— Они принесли в жертву свои собственные семьи?

— Судя по тому, что нам удалось выяснить, — сказал Майлз, — большинство из них пошли на это добровольно. По крайней мере, родители. Вот с какой верой мы имеем дело. Похоже, однако, не все из них были готовы лечь костьми ради этого дела. Многие из этих людей не ушли тихо, так что это была не только непоколебимая вера.

— Большинство верующих Чистоты отвернулись от бога, когда открылась правда, — сказал Кен. — Я знал, что с церковью остались только самые ярые ордена, но я понятия не имел, что последствия будут такими.

— Это больше не религия, — сказал Нил. — Я принадлежу к церкви и не позволю им говорить, что они такие же, как я. Теперь это просто какой-то культ смерти.

— Это мнение разделяет каждый, кому пришлось увидеть этот кошмар, — сказал Майлз. — Но я позвал вас сюда не за этим. Это уже намного масштабнее, чем любой из нас.

— Наша цель не изменилась, — сказал Хамфри. — Мы хотим вернуть члена нашей команды.

— Забавно, что ты это сказал, — ответил Майлз. — Идемте со мной.

Он повел их прочь от главной зоны на лесную тропу, ведущую из расчищенного места.

— Мы расположились на другой поляне, которая не была завалена мертвецами… где мы обрабатываем людей, прибывших на дно воронок.

— Есть идеи, кто они такие? — спросил Хамфри.

— Или откуда они взялись? — добавил Клайв.

— Да, и да, — сказал Майлз. — Кто — это иномиряне. Сто девятнадцать иномирян, все прибыли в одно и то же время. А что касается того, откуда они, — это то, зачем вы здесь.

— Почему мы? — спросил Хамфри.

— Потому что, когда мы сказали им, что их доставили в другой мир, все они спросили о Джейсоне Асано.

ТО, ЧТО ОН НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ ВЕРНУТЬ

ТО, ЧТО ОН НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ ВЕРНУТЬ

Лагерь беженцев с рядами палаток был разбит на лесной поляне. Чиновники Общества искателей приключений и Магического общества пытались справиться с группой людей, охваченных паникой, нервозностью или требованиями. Майлз повел Хамфри, Гэри и остальных в обход лагеря к самой большой палатке.

Пришельцев из других миров легко было вычислить по аурам. Раса — довольно тонкий аспект ауры, но когда вокруг столько пришельцев, это сразу бросалось в глаза. Все они выглядели как люди и были бронзового или серебряного ранга, за исключением небольшой горстки обычных людей. Большинство из них несли в своих аурах тяжелый отпечаток использования Ядер монстров, включая всех серебряных рангов. Бронзовые ранги, чьи ауры не были насыщены Ядрами, демонстрировали более правильную технику контроля ауры.

Среди них были и те, кто вовсе не использовал эссенции, обладая вместо этого врожденной магией. Изменения, через которые они прошли как пришельцы, заметно отличались от тех, что произошли с бывшими людьми.

— Я и не знала, что те, у кого слишком много магии для использования эссенций, тоже могут быть пришельцами, — сказала Белинда.

— Мы еще многого не знаем о пришельцах, ведь они такая редкость, — ответил Клайв. — Это редкая возможность узнать о них больше. Думаю, Магическое общество будет в восторге.

Самая большая палатка в лагере служила административным центром, и группа как раз собиралась войти, когда кто-то окликнул их изнутри лагеря.

— Эй, Клайв! Я переспал с твоей женой, бро!

Группа обернулась и увидела, как сотрудник Общества искателей приключений пытается утихомирить огромного мужчину. Сначала они не были уверены, так как голос был странно высоким для человека, не уступающего Гэри в размерах. В отличие от Гэри, он был безволосым и с шоколадным оттенком кожи. Клайв оглядел толпу между ними и этим человеком, затем посмотрел на Майлза и пропел заклинание.

— Обмен судьбами.

Майлз и здоровяк поменялись местами: Майлз оказался посреди лагеря, а мужчина — перед ними. Как и все внезапно прибывшие пришельцы, он получил одежду, но был слишком велик для всего, кроме нарядов Леонидов. В отличие от Гэри, который навсегда перенял красочную моду Гринстоуна, большинство Леонидов предпочитали открытые наряды из кожаных ремней, в которые теперь был облачен здоровяк. Он выглядел так, словно его выдернули из очень приятного или очень неприятного приключения, в зависимости от его личных предпочтений.

— Серьезно? — крикнул Майлз, уже находясь в центре лагеря. — Ну же, ребята.

Здоровяк был озадачен телепортацией, но быстро пришел в себя.

— Доброго дня, — сказал он. — Вы команда Джейсона, да? Плюс Гэри, сексуальный человек-лев, и какой-то случайный тип.

— Ты нас знаешь? — спросил Хамфри.

— Конечно. Ты Хамфри. А ты Софи, та самая крутая. Белинда, умная, и Нил. Я думал, ты должен быть толстым, бро, но ты выглядишь довольно накачанным. Что тягаешь? О, и Клайв. Сори за твою жену, бро.

— У меня нет жены!

— Не сложилось? Понимаю. Если она постоянно изменяет, это нездоровые отношения. Лучше сразу порвать.

— Ты всех нас знаешь, — сказал Гэри. — Кто ты такой?

— Этого парня я не знаю, — сказал он, протягивая руку Кену для рукопожатия. — Я Тайка Уильямс.

— Кеннет, сын Брайана, — представился Кен.

— О, отца Джейсона зовут Кен.

— Ты видел кристаллические записи, которые постоянно делал Джейсон, — сказал Хамфри.

— Конечно, — подтвердил Тайка. — Я обычно не люблю смотреть чужие видео из отпуска, но эти были довольно милыми.

— Как ты сюда попал? — спросила Софи. — Это был тот же способ, которым вернулся Джейсон?

— Значит, он все-таки вернулся? — спросил Тайка. — Эти люди нам ничего не говорят.

В этот момент Майлз пробился обратно сквозь толпу, метая молнии взглядом.

— Серьезно, Клайв? — спросил он.

— Ты какой-то дерганый, бро. Ты что, жена Клайва?

— Кто это вообще такой? — спросил Майлз.

— Я Тайка. Здорово, мужик. Где Джейсон?

— Он прибыл на другую сторону планеты, — сказал Клайв. — Мы работаем, чтобы заработать на поездку туда, где он находится. Сейчас путешествия ограничены.

— Подозреваю, после этого его доставят к нам, — сказал Майлз. — Это огромный бардак, и начальство захочет получить ответы. Почему все эти люди постоянно спрашивают о нем?

— Он суперзвезда, бро. Парень, который отправился в другую вселенную и получил магические силы. Так что, когда нам говорят, что мы все в другой вселенной, он — первое, что приходит на ум.

— Значит, остальные слышали только о нем? — спросил Хамфри.

— Я сам знаю лишь немногих, так что не могу сказать, — ответил Тайка. — Я с радостью расскажу вам все, но хочу обменять это на штаны. Я выгляжу как шоколадная фигурка Шона Коннери в «Зардозе». Есть причина, почему их не стали выпускать.

* * * Завершив последнюю доставку без происшествий, Джейсон закончил свое путешествие по западным окраинам Королевства Штормов. Последний город-крепость был очень рад получить припасы, и передача прошла благополучно, без осложнений. В городе-крепости было тесно, повсюду царила плотная застройка и густой запах животных, поэтому он быстро ушел.

За воротами его все еще ждали Лиара и ее помощники, Яна и Ледев Кости. Они следовали за ним, используя специализированные персональные летающие платформы, похожие на спидербайки из «Возвращения джедая». Наблюдая, как они час преследовали его через джунгли, он почти удивился, что из кустов не выскочили эвоки. Байки были специализированы для скрытности; магические чувства Джейсона ничего от них не улавливали. Как и золотые ранги, управлявшие ими, они могли скрыться даже от мощного восприятия Джейсона.

Менее скрытной была простая парящая платформа, на которой находились закованные в цепи и лишенные сил сторонники Чистоты.

Джейсон попытался открыть портал на площадь телепортации кампуса Общества искателей приключений в Римаросе, но тот не активировался. Арка появилась, но осталась пустой, вместо того чтобы сформировать темный портал.

— О, да ладно, — простонал он.

Его предупреждали о таком сценарии. Всякий раз, когда один из островов подвергался нападению, активировалась защита, блокируя пространственные перемещения. Это означало, что рядом с городом находится монстр алмазного ранга или большая стая золотых, а может, даже атака Строителя.

— Что такое? — спросила Лиара.

— Похоже, защита Ливароса поднята, — сказал он.

— Нашествие монстров в самом разгаре, — сказала она. — Римарос как раз должен был подвергнуться атаке.

Джейсон щелкнул пальцами по порталу, и тот наполнился тьмой.

— Похоже, с Арнотом все в порядке, — сказал он. — По крайней мере, я могу отправиться домой и отдохнуть, прежде чем идти отчитываться.

Джейсон прошел сквозь него, и арка исчезла обратно в землю.

— Почему ты даешь ему столько свободы? — спросил Ледев.

— Потому что вокруг этого человека крутятся странные силы, — ответила Лиара. — Могущественные люди — и могущественные вещи — выступали против него и поплатились за это.

— Его бы убрали три серебряных ранга, если бы мы не вмешались, — сказал Ледев. — Чем этот парень опасен? В смысле, для своего ранга он крепок, но это не тот уровень, в котором он плавает.

— Мы — единственная причина, по которой он оказался в той ситуации, — сказала Яна. — Это кажется неправильным, подставлять кого-то так. Когда мы охотились на некромантов, все было иначе. Я скучаю по ощущению того, что мы на правильной стороне.

— Это был просто тест, — сказала Лиара. — Мы в любом случае собирались вмешаться. Он и сам это знал.

— Потому что он догадался. Мы ему этого не говорили. Как думаешь, он воспринял это как тест?

— Нет, — сказала Лиара. — Нет, не думаю.

* * * Джейсон пару дней отдыхал на Арноте, выходя лишь для того, чтобы разобраться с парой проявлений монстров, возникших на острове или вокруг него. С одним он справился вместе с жившим неподалеку золотым рангом, Уорвиком Уорноком: он зачищал мелочь, пока золотой ранг занимался главным монстром.

Вторая встреча произошла в море. То, что поначалу казалось серией морских змеев, оказалось одним монстром с щупальцами, каждое из которых заканчивалось головой, похожей на угря, и все они исходили из основного тела — шара плоти, погруженного глубоко в воду. Джейсон смог испытать в полевых условиях свое специально купленное снаряжение для подводной адаптации, включая безвкусный оранжевый пояс, когда помешал монстру напасть на лодку. Обычно лодки не выходили в море во время нашествия монстров, но из-за особых обстоятельств нынешнего нашествия приходилось идти на дополнительный риск.

Когда Джейсон вернулся в Ливарос, защита была снята, а улицы полнились разговорами о монстре алмазного ранга, который совершил нападение. Придя с юга, это был дымный дракон, способный переключаться между твердым и аморфным состояниями. Население Ливароса с первого ряда наблюдало за битвой между монстром и Зилой Римарос из-за мощного купольного барьера острова.

Джейсон был разочарован тем, что не увидел монстра алмазного ранга, а также боевые способности искателя приключений алмазного ранга. Местные жители были более чем рады обсудить увиденное, хотя точность каждого пересказа была заметно низкой, так как истории уже начали расходиться в деталях.

В ходе битвы купол сильно содрогнулся от побочной силы сражения, и сейчас защита находилась на стадии обслуживания. Техники-артефакторы работали с узлами, которые обычно были замаскированы по всему городу. Расспросив, Джейсон узнал, что они из семьи Ириос.

Благородный дом высшего порядка, семья Ириос, пользовалась уважением как за своих искателей приключений, так и за мастерство в артефакторике — создании магических предметов. Они проектировали и обслуживали самые важные оборонительные сооружения в городе, от Ливароса, где располагалось Общество искателей приключений, до небесного острова королевской семьи. Семья Ириос была глубоко вовлечена как в Магическое общество, так и в Ассоциацию артефакторов, обладая огромным влиянием в городе.

Было вполне логично, что королевская семья хотела поддерживать хорошие отношения с семьей Ириос. К сожалению, запланированный политический брак с Принцессой Ураганов был отменен после того, как принцесса встретила какого-то мужчину вдали от города и погрузилась в официальный траур, узнав о его смерти. Это создало напряженность между семьями Римарос и Ириос в то время, когда единство было особенно важно.

Джейсон вступил в разговор с группой артефакторов, когда они делали перерыв в работе, предложив им сэндвичи и напитки. Благодарные магические техники были рады поговорить о семье, которой они гордились, и о работе, которую они для нее выполняли. Помимо островов Римарос, семья Ириос проектировала и строила оборонительные сооружения для многих городов-крепостей. По крайней мере, по словам членов семьи, это привело к тому, что семью Ириос стали называть щитом Королевства Штормов.

Джейсон начал осознавать масштаб политического дерьма, в которое его втянули. Во время самого опасного нашествия монстров в истории отношения между королевской семьей и людьми, поддерживающими оборону королевства, затрагивали не только знать, но и всех жителей страны. Его выставили причиной того, что эти отношения теперь были натянутыми.

Бродя по улицам Ливароса без особой цели, Джейсон размышлял о последней куче дерьма, сброшенной на него с огромной высоты, любезно предоставленной бесконечным конвейером в небе. Казалось, он попал в бесконечную петлю, где кто-то могущественный использовал его для того или иного дела, он злился, произносил небольшую речь, и ничего не менялось.

Каждый отчаянный шаг, который он делал в попытке перевернуть доску и вернуть себе хоть немного контроля, имел тяжелые последствия. Он не питал иллюзий, что только удача и чрезвычайно странные обстоятельства позволили ему остаться в живых. Иногда смелый ход окупался, а иногда это была неспособность держать язык за зубами, когда разочарование внутри него переполняло чашу.

Последнее воскрешение Джейсона перед десятилетием или более, которое потребовалось бы для достижения золотого ранга, было потрачено впустую. Все, что ему нужно было сделать, — это держать язык за зубами и не злить алмазный ранг. Но он не мог это отпустить. Шако в тот момент был представителем всех сил, давивших на него, и если бы он просто прогнулся, вместо того чтобы огрызнуться, Джейсон потерял бы то, что никогда не смог бы вернуть. Он действительно стал бы марионеткой для того, кто схватил бы его за ниточки и попытался заставить танцевать.

Он понятия не имел, что с этим делать. Как бы его ни раздражало, что им снова манипулируют люди, желающие его контролировать, он как никогда осознавал, что произойдет, если он начнет слепо огрызаться. Проблемы между домами Римарос и Ириос затрагивали людей, у которых не было даже той свободы действий, которую Джейсон умудрялся отстаивать для себя.

Подавляющее большинство граждан Королевства Штормов могли лишь надеяться, что те, кто управляет делами, не допустят их гибели. Если бы Джейсон стал капризничать и создавать проблемы, платить за это пришлось бы им, а не королям и аристократам. Ему нужно было набраться терпения и закалиться, справедливо это или нет. У него были обязанности, и были люди, которым приходилось гораздо хуже, чем ему. Он был богат и могуществен, и пришло время перестать быть Тадвиком.

Что именно это означало, он понятия не имел. Он должен был быть тише; слушать больше, чем говорить, и узнавать больше, чем раскрывать. Это было далеко от его сильных сторон, но если он хотел, чтобы дела шли лучше, чем в прошлом, ему нужно было стать лучше самому. Вопрос был в том, сможет ли он, учитывая его историческую неспособность сдерживаться.

С обновленным чувством направления, пусть даже только в отношении своего поведения, Джейсон направился к кампусу Общества искателей приключений.

ДОСТОЙНЫЙ ЮНЫЙ АВАНТЮРИСТ

ДОСТОЙНЫЙ ЮНЫЙ АВАНТЮРИСТ

Несмотря на суету, кампус Общества искателей приключений уже не был таким переполненным, как в первые дни Прилива монстров. Очереди больше не выходили за пределы здания бюро заданий, и Джейсон смог пройти сразу внутрь. Он поднялся мимо этажей для низкоранговых, заметив, что они не особенно заполнены. Железных и бронзовых рангов во время Прилива монстров использовали скорее как солдат, формируя из них крупные отряды и отправляя на позиции. Когда появлялись монстры, соответствующие их рангу, они обычно нападали в огромных количествах, и Общество искателей приключений отвечало тем же.

Обычно с огромными толпами справлялись специалисты по атакам по площади, а не отправляли небольшие армии авантюристов. Однако из-за резкого роста активности это не всегда было возможно. Общество искателей приключений старалось реагировать на угрозы по мере сил, ожидая, какой еще сюрприз преподнесет Строитель.

Офис для сдачи выполненных контрактов был отделен от офиса, где их выдавали, и атмосфера там царила иная. Авантюристы, находившиеся там, только что вернулись из боя, и напряжение от выхода в зону Прилива монстров на какое-то время отступило. Если ничего не шло не так, они были довольны и шутили друг с другом.

Контракты во время Прилива монстров не предлагали прямой оплаты, как обычные. Вместо этого каждый выполненный контракт помогал авантюристу продвинуться в списке наград. Это стимулировало авантюристов не сидеть без дела, поскольку дополнительные усилия могли принести значительную выгоду. Однако для многих самым желанным призом была не награда от Общества искателей приключений. Было широко известно, что гильдии использовали Приливы монстров, чтобы выискивать «алмазы в грязи». Для большинства обычных авантюристов не было большей награды, чем привлечь внимание гильдии и получить хотя бы шанс на вступление.

Гильдии вели свои дела самостоятельно, во многом отделяясь от организационной структуры Общества искателей приключений. Общество брало на себя крупные квоты активности гильдий и оставляло их разбираться самим, используя лишь офицеров связи в качестве посредников. Это было проверкой для гильдий, чтобы доказать, что они заслуживают привилегий, которыми пользуются.

Эта система снимала нагрузку с Общества искателей приключений, которое могло сосредоточиться на управлении всеми внегильдийными авантюристами. Это означало, что основная масса людей в бюро заданий не состояла в гильдиях, но было общеизвестно, что чиновники Общества искателей приключений давали рекомендации гильдиям, с которыми имели связи.

Атмосфера была довольно шумной: смесь радости от успешного возвращения с контракта и желания показать себя в надежде быть замеченным. Джейсон поднялся на третий этаж, где управляли контрактами серебряного ранга, и тихо встал в очень шумную очередь.

— Сдаешь контракт за свою команду? — спросил авантюрист перед ним. Это был руник, представитель народа с темно-синей кожей, покрытой светящимися рунами, которые выглядели как магические татуировки, но были врожденной чертой.

— Я оказался вдали от своей команды, когда начался Прилив, — ответил Джейсон. — Меня заставили заниматься доставкой.

— Жестко. Работаешь в одиночку; никаких шансов произвести впечатление на гильдии.

— Я просто хочу пережить Прилив, выбраться из города и вернуться к своим. Они очень далеко отсюда.

— Хороший настрой. Поможет выжить. Многие сильно рискуют во время Прилива, пытаясь сделать себе имя.

— Но не ты?

Он одарил Джейсона ухмылкой.

— О, определенно я.

Джейсон рассмеялся. — Тогда удачи.

Работало несколько стоек, чтобы очередь двигалась, и вскоре Джейсон оказался перед одной из них. Он передал документацию по контракту с подтверждением получения и сдачи материалов на различных складах снабжения, объектах церкви плодородия и в городах-крепостях. Чиновник Общества искателей приключений проверил документы Джейсона и просмотрел отчет.

— Вы заметили монстра золотого ранга, и он не стал вас преследовать?

— Не уверен, был ли он невнимателен или послушен; я предпочел бежать, а не оставаться, чтобы проверить.

— Мудро.

— Я сделал крюк до ближайшего отделения Общества, сообщил об этом и вернулся к выполнению контракта.

— Очень мудро. Вы порталом переместили командира форта на встречу с другим?

— Меня попросили выделить немного припасов для форта, который не получил плановую доставку. У меня не было полномочий отдавать свои припасы, но я смог организовать встречу, чтобы они могли договориться между собой. Это заняло меньше часа моего времени, и в конце отчета есть записи от обоих командиров фортов.

Чиновник пролистал страницы и взглянул на записи, прежде чем вернуться к отчету.

— Хороший выбор. Вы проявили здравый смысл, поняв, что это не в вашей компетенции, но при этом нашли способ помочь, не нарушая условий контракта. Я отмечу вас для получения бонусной награды. Это будет немного, но продолжайте в том же духе, и это принесет плоды.

— Спасибо.

— И последнее, в графе «боевая активность» в вашем отчете написано...

Он опустил взгляд, чтобы процитировать отчет напрямую.

— ...несколько боевых столкновений, график не нарушен.

— Верно. Я уложился во все сроки с запасом. Все было подписано офицерами логистики фортов.

— Вы не посчитали, что эти боевые столкновения заслуживают более подробного описания?

— Мне сказали, что за убийство монстров во время доставки дополнительных наград не будет. Это логично, ведь вы не хотите задержек из-за людей, пытающихся доказать, что они заслуживают большего, чем контракты на доставку. Поэтому я не думал, что важно, встретил ли я монстра или двух, или попал в засаду из скрытности один раз. Доставки были выполнены в полном объеме и по графику.

— Это верная оценка, хотя старайтесь избегать боя во время контрактов на доставку. Ставить на кон благополучие целых городов ради того, чтобы зачистить монстра — плохая динамика риска и награды. Мы и так теряем слишком много людей на маршрутах снабжения, потому что наши силы слишком растянуты. Я знаю, многие авантюристы считают это неважной задачей, но есть люди, которые рассчитывают на нас.

— Согласен.

— Ваш контракт завершен, авантюрист Асано, и соответствует вашим еженедельным требованиям по квоте действий. Однако я настоятельно рекомендую вам продолжать брать контракты. Вы обнаружите, что превышение минимальных требований — ключ к успеху, когда придет время распределения наград.

— Я бы не советовала пока брать новые контракты, мистер Асано, — раздался голос с другого конца комнаты. Он был тихим, но нес на себе волну ауры золотого ранга, от которой в комнате воцарилась тишина. Все взгляды обратились к дверному проему, где стояла селестина золотого ранга с фирменными сапфировыми волосами королевской семьи. Серебряные ранги расступились, как Красное море, когда Лиара Римарос направилась к Джейсону.

— Принцесса, — поприветствовал Джейсон. — Вы претендуете на мое время?

— Претендую.

— По крайней мере, это удобно для меня.

Он достал еще один листок бумаги и протянул ей. Она взглянула на содержимое.

— Счет?

— Как вы знаете, я потратил много расходных материалов в нашей небольшой совместной операции. Я собирался подать это в подразделение по реагированию на Строителя, но раз уж вы здесь.

Лиара посмотрела на него бесстрастным взглядом, а затем шлепнула счет на стол перед чиновником Общества искателей приключений.

— Проследите, чтобы мистеру Асано возместили расходы в рамках его еженедельного распределения наград.

— Конечно, мэм.

Чиновник обратился к Лиаре как к офицеру более высокого ранга в Обществе, а не как к принцессе. Это подчеркнуло для всей комнаты, полной серебряных рангов, что она не просто пользуется своим влиянием как золотой ранг или принцесса. Она слегка кивнула чиновнику в знак одобрения.

— Пойдемте со мной, мистер Асано. Пора провести дебрифинг после... нашей совместной операции.

Под взглядами других серебряных рангов Лиара зашагала прочь, а Джейсон поплелся следом, как утенок. Она повела его вниз, из комплекса бюро заданий и через территорию кампуса. Как только они вышли из здания, она установила небольшой экран приватности.

— Похоже, они довольно распространены, — сказал Джейсон. — Логично, когда у всех сверхчеловеческий слух.

— Совместная операция? — спросила Лиара.

— Даже не пытайся сказать, что это не часть того, что ты делаешь. Прийти за мной лично, на глазах у всех этих людей? Ты намеренно повышаешь мой статус. Ты решила, что делать с политической ситуацией вокруг Зары.

— Это область принцессы Веспер, а я занимаюсь вами с оперативной точки зрения. Вы ведь встречались с Веспер?

— Это тетя Зары? Та, что ездила с ней в Гринстоун?

— Да.

— Мы мельком виделись. Не думаю, что я ей понравился.

— Не понравился. Это маленькое представление было ее идеей. Чтобы повысить ваш статус, как вы говорите. Это...

Она достала из пространственного мешочка небольшую карточку и протянула Джейсону.

— ...было моей идеей.

Джейсон прочитал карточку и внезапно остановился.

— Мистер Асано?

— Спасибо за это, — сказал он. В его выражении лица не осталось и следа обычной язвительности. — Искренне, это очень любезно с вашей стороны.

Ее выражение лица смягчилось.

— Мы действительно плохо с вами обошлись, мистер Асано. Я не жалею об этом, поскольку теперь у нас есть несколько важных пленных, но вы заслуживаете компенсации за те вольности, которые мы себе позволили.

— Я ценю это. И я действительно хочу внести свой вклад в борьбу со Строителем.

— Я видела ваши полные записи, мистер Асано. Я вам верю.

Они продолжили путь.

— Итак, что теперь? — спросил Джейсон.

— Вы слышали о пространственных городах?

— Только слухи. Летающие города, полные армий Строителя.

— Не все они летают. Где-то в Великом Западном Океане есть город, парящий в глубинах. Его Державный Предок лично следит за ним, поскольку там находятся несколько аур алмазного ранга.

— Вы говорите о Сорамире.

— Да.

— Приятно знать, что не только за мной он следит. Ауры алмазного ранга — вот почему никто не начал массированное вторжение на этот подводный город?

— Именно. Пока что дело не дошло дальше столкновения аур. Мы полагаем, что город уже развернул несколько экспедиций до того, как его обнаружили, и мы все еще пытаемся отследить их активность. Судя по тому, что мы нашли, мы полагаем, что они могут пытаться сделать то, что им не удалось несколько лет назад.

— Они охотятся за астральными пространствами?

— Да. До вашего отбытия из нашего мира культ Строителя захватил ряд таких пространств. Результаты были катастрофическими для окружающей местности и всех, кто на ней жил. Однако в большинстве случаев их усилия были разбиты. Вы и ваш спутник погибли, обеспечивая этот исход.

— И теперь вы думаете, что они делают вторую попытку?

— Это преобладающее предположение, но пока ничего не исключено. На данный момент известные астральные пространства находятся под наблюдением. Мы ожидаем, что скоро начнется открытый конфликт.

— Просто дайте знать. Я освоил несколько новых трюков, пока меня не было, которые не понравятся маленьким приспешникам Строителя.

— Рада это слышать.

Джейсон огляделся, куда его ведет Лиара.

— Это не направление к офисам подразделения по реагированию на Строителя.

— Нет. Завтра будет Строитель. Сегодня — политика.

— Зара.

— На данный момент мы позиционируем вас как ценный актив для подразделения по реагированию на Строителя. У этого есть преимущество: это правда. Вот почему вас будут видеть встречающимся со мной, даже когда вы будете встречаться с Веспер. Или Зарой.

— Я все гадал, когда это произойдет.

— Ей сказали, что вы вернулись. Она сожалеет, что использовала вас.

— Все сожалеют. Но, похоже, это никогда их не останавливает, верно?

* * * Лиара и Джейсон прошли через лабиринт коридоров в главном административном здании Общества искателей приключений. Каждый коридор был оживленным, кроме последнего, который был совершенно безлюдным. Она завела его в неприметную комнату для совещаний, закрыла за ним дверь, а затем коснулась кристалла на стене. Экран приватности окутал всю комнату.

Другим обитателем комнаты была Веспер Римарос, которая поднялась со своего стула и обошла стол, где они с Джейсоном оценили друг друга. Она практически не изменилась с момента их предыдущей встречи три года назад. У нее была та же грациозно сдержанная аура, переполненная уверенностью. Для Джейсона она больше не была подавляющей, теперь, когда он сравнялся с ней в серебряном ранге, но он уважал уровень контроля, который она демонстрировала. У нее была фирменная карамельная кожа и мерцающие синие волосы семьи Римарос, но волосы были длиннее, чем помнил Джейсон. Теперь это был каскад драгоценных камней, ниспадающий на ее плечи.

По сравнению с практичными прическами, которые Джейсон привык видеть у авантюристов, ее выглядела весьма эффектно. Зная, что есть хороший шанс, что Сорамир следит за его аурой, он попытался отбросить беспокойство о том, что у него развивается фетиш на селестин.

Джейсон изменился гораздо сильнее с момента их последней встречи в Гринстоуне. Его черты лица сгладились, приобретя привлекательность, типичную для серебряных рангов, в то время как его странные глаза и шрамы на лице говорили о суровости прошедшего времени. Его наряд, однако, был идентичен тому, что был на нем на барбекю у Эмира: яркая рубашка с цветочным принтом, шорты и сандалии.

— Почему ты одет как дурак? — спросила Веспер вместо приветствия.

— Это вполне заслуженно. Я и есть дурак.

— Уже нет, — сказала она, возвращаясь к столу и садясь. — Теперь ты загадочный и — эта часть важна — достойный юный авантюрист. Ты был вдали от нашего мира, считался погибшим, занимался загадочными делами, связанными с вторжением Строителя, а теперь вернулся, чтобы сыграть критически важную роль. Понятно?

— Я могу это продать, — сказал Джейсон, садясь напротив. Лиара села рядом с Веспер.

— Можешь?

— Если не считать части про достоинство, это почти правда, так что да.

— Думаю, ты можешь переоценивать свою реальную ценность, — сказала Веспер.

— Мне было бы интересно услышать об этих делах, связанных с вторжением Строителя, — сказала Лиара.

— Готов поспорить, тебе бы хотелось, — сказал Джейсон. — Веспер, если ты пытаешься превратить меня в респектабельного молодого человека из высшего общества, ты пытаешься подтвердить притязания Зары. Ты ведь не хочешь, чтобы я на самом деле женился на ней, верно? Я согласился помочь вам, но это дальше, чем я готов зайти.

— Мы собираемся выставить это как безответную влюбленность с ее стороны, — сказала Веспер. — Глупый поступок глупой девушки, когда она была моложе. Неважно, правда ли это, главное, чтобы это было достаточно правдоподобно, чтобы люди, которых оскорбили ее действия, могли сохранить лицо. А это значит, что тебе нужно играть роль загадочного незнакомца из другого мира и перестать носить шорты и нелепые рубашки в цветочек.

— Я как раз собирался обновить гардероб, — сказал Джейсон. — Буду скучать по рубашкам, но мне уже порекомендовали портного.

— Ты не можешь просто пойти к кому попало, — сказала Веспер. — Я найду тебе хорошего портного.

— Я собирался пойти в «Чувственный наряд для чувственного джентльмена».

— Алехандро Альбериччи, — сказала Веспер. — Это приемлемый выбор, но я пришлю ему кое-какие инструкции.

— Уверен, мы сможем найти стилистический компромисс, — сказал ей Джейсон. — Однако вы до сих пор не сказали мне, ради чего все это. Нам нужно поговорить о Заре.

Я МОГУ БЫТЬ МЕРЗКИМ

Я МОГУ БЫТЬ МЕРЗКИМ

— Почему вы готовы бросить репутацию Зары в огонь? — спросил Джейсон. — Как это поможет вам с Домом Ириос?

Веспер выглядела недовольной, но сидевшая рядом с ней Лиара подтолкнула её в плечо.

— Можешь и рассказать ему, — сказала она. — Поверь, он доставит больше хлопот, чем ты думаешь, если попытаешься водить его за нос. Ты думаешь, Зара плоха? Он хуже. Когда он решает, что не будет следовать твоему плану, он идёт до конца.

— Ты не рассказала ей о том, как мы столкнулись на западе? — спросил Джейсон.

— Речь не о сражении с какими-то бродячими жрецами в глуши, — ответила Веспер. — Это сердце страны, и на нас устремлено множество глаз. Дела сердечные королевской семьи, может, для тебя ничего и не значат, но на кону стоят жизни.

Забавленная улыбка исчезла с лица Джейсона.

— Я осознаю ставки, принцесса. Я понимаю, насколько критически важна семья Ириос во время нашествия монстров и каковы последствия их разрыва с королевской семьей. Я знаю, что в политике репутация — это одновременно и меч, и щит. Всё, чего я хочу, — это взглянуть на змеиное гнездо, прежде чем вы попросите меня прыгнуть в него.

— Мы не ждем от тебя никакой инициативы, — сказала Веспер. — Рассказывать тебе больше, чем необходимо для понимания ситуации, — значит просто навлекать на себя неприятности.

Джейсон подавил желание встать и уйти. Он закрыл глаза и успокоил разум, прежде чем открыть их снова.

— Я понял, — сказал он. — Тебя обременили управлением ситуацией, а я плаваю посередине, как дерьмо, которое тебе не разрешают выловить из чаши с пуншем.

— Очаровательно.

— Тебе нужно контролировать переменные, а я — фактор, который ты не контролируешь, поэтому ты хочешь загнать меня в рамки, насколько это возможно. Но это не сработает, принцесса. Я побывал во многих коробках и, кажется, никак не могу перестать проделывать в них дыры.

— Ты согласился помочь нам с этим.

— Я согласился участвовать, а не прислуживать. Я признаю важность происходящего и хочу помочь, а не усложнять вам жизнь. Но я также не собираюсь слепо ввязываться в любую ситуацию, в которую вы хотите меня втянуть.

— Так чего же ты хочешь? — спросила Веспер.

— Знать, во что я ввязываюсь. Это разумная просьба. Думаю, ты это понимаешь, иначе на это задание назначили бы кого-то поумнее. Я осознаю, что вы находитесь под большим давлением, чтобы всё сделать правильно, и знаю, что моя манера поведения не всегда внушает доверие. Как насчет того, чтобы мы оба сделали шаг назад? Ты снимешь свою принцессину корону, я сниму свои клоунские ботинки, и, может, мы придумаем, как двигаться дальше, не пытаясь перерезать друг другу глотки.

Веспер откинулась на спинку стула, оценивающе глядя на Джейсона.

— Хорошо, — сказала она. — Ситуация и так достаточно сложная, чтобы мы еще и враждовали.

— Что возвращает меня к моему вопросу, — сказал Джейсон. — Что даст вам сожжение репутации Зары? Вы хотите, чтобы я пришел и сыграл роль лихого таинственного незнакомца, покорившего её сердце, но всё, к чему это приведет, — это то, что она будет выглядеть наивной девчонкой. Ваша цель — укрепить связи с семьей Ириос, но простое заявление о том, что она идиотка, не сильно поможет, даже если я самый отчаянный искатель приключений, когда-либо прибывший из другого мира.

— Ты хочешь играть на этом уровне, мистер Асано? Если ты серьезно говоришь о желании помочь, а не навредить, мне нужно знать, что ты не наделаешь глупостей и не создашь больше проблем, чем решишь.

— Каких гарантий вы ищете? — спросил Джейсон.

— Для начала мне нужно знать, что ты не идиот.

— Вы хотите, чтобы я прошел тест?

— Почему бы и нет? — спросила Веспер. — Ты получил некоторое представление о нашей политической ситуации и утверждаешь, что понимаешь, что стоит на кону. Если у тебя совсем нет политического чутья, то, позволив тебе действовать наобум, мы принесем больше вреда, чем пользы. Вместо того чтобы я рассказывала тебе о Заре, почему бы тебе не рассказать мне? Покажи мне, что ты не совсем бесполезен.

— Вы хотите, чтобы я угадал?

— Если тебе приходится угадывать, мистер Асано, значит, не ты играешь в игру, а игра играет тобой.

— Справедливо, принцесса. Я сыграю.

Он откинулся на спинку стула, обдумывая то, что знал. Зара действовала самостоятельно, потому что её семья никогда бы не согласилась с её планом. Это означало, что мотивация была её собственной. Просто избежать брака по расчету — не ответ; вся её культура и воспитание сделали бы эту концепцию нормальной для неё. Если бы это был какой-то толстый старик, это одно, но это был красивый и успешный молодой отпрыск. Это он знал, поспрашивав вокруг.

— Мистер Асано?

— Дайте мне минуту всё обдумать. Я красивый, а не умный.

Парень мог быть Тадвиком, но Зара была старшей дочерью короля. Если бы им пришлось выдать кого-то замуж за Тадвика, это была бы дальняя кузина или кто-то в этом роде. На самом деле, любые проблемы, которые были у Зары с её потенциальным женихом, были чем-то, с чем семья могла бы справиться. Возможно, она нашла кого-то другого, кого-то неподходящего, но единственным жизнеспособным вариантом в таком случае было бы сбежать вместе. Прошло бы немного времени, прежде чем её тайного любовника нашли бы и устранили, вот почему она выбрала для своего отчаянного плана того, кто уже был мертв. Джейсон не мог придумать ни одной веской причины, по которой Зара поступила бы так, как поступила, учитывая политическую подготовку, которая, как он был уверен, у неё была, а это значило…

Глаза Джейсона расширились.

— Это была не её вина, — осознал он. — Это был парень, которого выставил Дом Ириос. Она выгородила его, приняв удар на себя, потому что она — Принцесса Ураганов и может заставить людей принять этот формальный период траура, даже если они ни на секунду в него не верят. Если бы он был тем, кто всё отменил, королевская семья была бы вынуждена надавить на Дом Ириос ради приличий, как раз тогда, когда им нужно укреплять связи. Однако, если виновата сторона королевской семьи, это уравновешивает относительную силу двух семей, давая Дому Ириос некоторый политический капитал и ставя их в долг перед королевской семьей за кулисами. Вот почему королевская семья продолжает разыгрывать то, что придумала Зара.

Джейсон встал со стула и зашагал по комнате, размышляя вслух.

— Но зачем делать это так? — размышлял Джейсон. — Это создает огромный беспорядок, когда они могли бы пойти к семьям и уладить всё за закрытыми дверями.

Он остановился, его лицо озарилось пониманием.

— О, она поступила как я. Она не думала, что люди, обладающие реальной властью, согласятся, поэтому придумала план, который был громким и дерзким, не задумываясь о более широких последствиях. Она сделала это достаточно публично, чтобы Дому Ириос и королевской семье пришлось подыгрывать, чтобы всё же достичь желаемого финала, не теряя при этом лица. Объявление этой истории с трауром было слишком публичным, чтобы просто замести его под ковер. Я прав?

— Правы, — сказала Веспер. — Что еще?

Джейсон задумчиво постучал по голове, возобновив ходьбу.

— Зара делает этот громкий ход, свадьба отменяется, и люди подыгрывают её истории, как она и хотела, изо всех сил стараясь убрать за ней беспорядок. Зара в опале за то, что устроила этот бардак, но этот формальный период траура означает, что она должна играть роль хорошей, тихой дочери, вместо того чтобы заниматься всякой ерундой, которой она обычно промышляет. Я полагаю, она бы занялась чем-то безумным, судя по этому фиаско. Это также дает вам пару лет, чтобы сгладить отношения с Домом Ириос, но они раздражены, а нашествие монстров уже назревает. Они отвечают за оборону Королевства Штормов, вот почему вы хотели, чтобы они были довольны, а их гордого отпрыска променяли на какого-то покойника, о котором никто не слышал. Это не очень хорошо для репутации гордого дворянского дома. Как я справляюсь?

— Продолжай, — сказала Веспер.

— Теперь мы приближаемся к концу этого периода траура, и у вас, вероятно, что-то на примете. Еще один брак, может быть. Партия, которая даст немного престижа Дому Ириос и сгладит углы. Но тут возникают пара проблем. Покойный возлюбленный Зары восстает из мертвых, и начинается нашествие монстров. Я не сомневаюсь, что вы подумывали о том, чтобы убить меня, но поняли, что я действительно таинственный незнакомец из другого мира. В игру вступили события, которые вы не понимаете, и вы понятия не имеете, кто скрывается за загадочным серебряным рангом, который странным образом оказался в центре космических событий. И вам нужно опасаться любых таинственных покровителей, которые у меня есть — кстати, мудрый выбор.

— Не думаю, что ты захочешь поделиться, кто или что этот покровитель? — спросила Лиара.

— Уверен, вы со временем догадаетесь, — сказал Джейсон. — В любом случае, дела идут наперекосяк, и с появлением новых взглядов на всё это дело, кое-что изменилось. Дом Ириос, вероятно, давил на королевскую семью из-за того, что сделала Зара, потому что Зара держала язык за зубами, держу пари. Я полагаю, парень из Ириос сломался, и обе семьи узнали, что это был он, а не она, и теперь обе семьи понимают, что Зара всё это время принимала удар на себя за парня. Внезапно отношение, которое Дом Ириос демонстрировал королевской семье, начинает выходить им боком, но вы хотите сгладить углы. Это нашествие монстров, и помощь Дому Ириос в сохранении лица дает то, что вы хотели с самого начала: гармоничные отношения с важным дворянским домом.

Джейсон остановился, нахмурившись, пока шестеренки продолжали вращаться, прежде чем возобновить как рассуждения, так и ходьбу.

— Проблема в том, что весь этот бардак разыгрался очень публично, и вы не можете просто вынести всё это на свет. Это выставило бы обе семьи дураками, которые плясали под дудку пары подростков. Ей было девятнадцать, когда я встретил её, верно? Итак, вы решаете опереться на первоначальную историю Зары и выставить её наивной девушкой, которая влюбилась в незнакомца в чужой стране. Упомянутый незнакомец совершает шокирующее возвращение, давая Заре шанс показать, что она стала зрелее, чем три года назад. Она отвергает несостоявшегося ловеласа, демонстрируя, что усвоила свои ошибки и готова повзрослеть и взять на себя больше ответственности. Семья Ириос великодушно решает простить оплошность, за что королевская семья им очень благодарна. Всё, что вам нужно, — это кто-то, кто может правдоподобно вскружить голову молодой женщине, готов подыграть и, возможно, смириться с одной или двумя вмятинами на своей гордости. Тем лучше, если он планирует свалить из города, как только закончится нашествие монстров, чтобы всё это можно было оставить позади.

Джейсон снова опустился на стул.

— Как я справился?

— Значит, ты не совсем идиот, — сказала Веспер.

— Я стараюсь, но иногда проскальзывает проблеск компетентности.

— То, что ты описал, в общих чертах верно. Нам нужно сделать так, чтобы ты выглядел хотя бы отдаленно правдоподобно в качестве мужчины, который мог бы вскружить голову неопытной девушке.

— Я ведь не буду выглядеть хорошо в этой истории, да? — спросил Джейсон. — Моя репутация, кажется, никогда не складывается так, как я хочу, и это может стать новым дном. Но я могу быть мерзким ради вас.

— Не переигрывай, — сказала Лиара. — Мы хотим восстановить репутацию Зары, а не запятнать её еще больше.

— Вы хотите, чтобы я сыграл парня, который клеится к подросткам. Думаю, мерзость неизбежна.

— Я видела вас двоих вместе, — сказала Веспер. — Ты и есть тот парень, который пристает к подросткам.

— Мне было двадцать три, а ей девятнадцать. Это было не так уж плохо.

Она посмотрела на него безразличным взглядом.

— Это было не так!

Веспер и Лиара обменялись взглядами.

— А что насчет парня из Ириос? — спросил Джейсон, поспешно меняя тему. — Он же начало всего этого бардака, верно? Почему он не захотел довести этот брак до конца?

— Сам скажи, — ответила Веспер.

— Хорошо, — сказал Джейсон, задумчиво потирая подбородок. — Сколько лет этому парню? Ровесник Зары?

— На год младше.

— Окей. Избалованный богатый мальчик. Вероятно, не полный придурок, раз вы были готовы выдать за него Зару. Она тоже пошла на крайние меры, чтобы присматривать за ним, так что я бы сказал, что они знали друг друга довольно хорошо. Друзья детства, которых свели вместе много лет назад с прицелом на этот брак?

Веспер кивнула.

— Ладно. Он молод, полон гормонов, но почему-то не в восторге, хотя они близки, а Зара настолько великолепна, что это своего рода оскорбление для остальных из нас. В смысле, нам приходится ходить вокруг, не будучи такими привлекательными?

— Мистер Асано…

— Конечно, вы не считаете, что это большая проблема, — сказал Джейсон, сердито жестикулируя в сторону Веспер. — Посмотрите на себя. Как будто бог сексуальности создал вас только для того, чтобы бесить людей.

— Может, попробуете придерживаться темы, мистер Асано? — предложила Лиара.

— Да, мне следовало бы чувствовать обстановку, — сказал он. — Вы ничем не лучше. Очевидно, нет смысла жаловаться семье Римарос на то, что недостаточно привлекателен. В чем, собственно, и суть. Я знаю всю эту историю с друзьями детства. Моя выглядела откровенно невзрачно по сравнению с Зарой, и та девушка меня сломала. Что говорит мне о том, что этот парень — гей, причем такой, что даст фору танцевальной труппе моряков под названием «Горячие Морячки».

Веспер и Лиара обменялись широко раскрытыми взглядами.

— Впрочем, это не должно быть проблемой, — сказал Джейсон. — Они могли бы просто выдать его замуж за какого-нибудь парня. Церковь Плодородия может позволить людям завести ребенка, ни разу не прикоснувшись друг к другу. Они могут вырастить очаровательного маленького отпрыска в банке. Большинство аристократов делают это именно так, мужчины или женщины, верно?

— Ты знаком с возможностями церкви Плодородия?

— Недавно был на экскурсии. Я знал, что такой разговор предстоит, поэтому воспользовался шансом узнать, как аристократия справляется с деторождением. Оказывается, выращивание их в чане — это норма, и можно просто укомплектовать свой дом сексуальными садовниками или кем угодно, без того, чтобы мама и папа когда-либо разговаривали друг с другом.

— Не всегда так, — сказала Лиара.

— Да, но это вариант, что заставляет меня задуматься, в чем проблема парня из Ириос. Он подросток, так что какой-то ужасный жизненный выбор — безопасная ставка. Я ставлю на парня. Вероятно, слишком старого и совершенно неподходящего. Музыкант?

— Тату-мастер, — проворчала Веспер.

Джейсон рассмеялся.

— И они заставили вас разгребать этот бардак? — спросил он. — О, бедная женщина.

— И не говори.

— Я так понимаю, этот парень теперь вне игры?

— Очень даже, — сказала Веспер.

— Вы ведь не убили его, правда?

— Он на дирижабле где-то над Великим Восточным Океаном прямо сейчас, с сумкой, полной денег, и очень четким пониманием того, что будет, если он когда-нибудь вернется в это полушарие.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Думаю, мы готовы. Я не собираюсь усложнять жизнь кому-либо, так что я сменю гардероб и сыграю для вас таинственного пришельца из другого мира. Полагаю, вы захотите немного поводить меня напоказ, может, заставить некоторых благородных дам падать в обморок.

— Таинственный угрюмый одиночка мог бы быть лучшим выбором, — сказала ему Веспер.

— Извините, но у меня только что был период молчаливой угрюмости; вы упустили момент. Но я посмотрю, что смогу сделать с лихим и харизматичным.

Веспер испустила смиренный вздох.

— Хорошо то, что никто не будет ожидать идеального этикета, — сказала она. — Ты не просто простолюдин из другой страны, а из целого другого мира. Авантюристам многое прощается, если они компетентны, поэтому нам нужно придумать одно или два заметных достижения.

— Таким образом, принцесса здесь сопровождает меня из зала заданий, — сказал Джейсон. — Вы хотите выставить меня важным активом для подразделения реагирования Строителя.

— Ты — важный актив для подразделения реагирования Строителя, — сказала Лиара.

— Что ж, это работает. Никогда не лгите, когда правда может солгать за вас, и не делайте вещи по одной причине, если можете сделать их по двум. Раз уж вы часть подразделения Строителя, вы можете управлять моей деятельностью, повышать мою репутацию и быть моим публичным контактом с королевской семьей, верно?

— Именно, — сказала Лиара. — Мы также можем сделать несколько разумных утечек из твоего досье. Нам понадобится твое разрешение на это, чтобы администрация Общества искателей приключений не прижала нас.

— Я думал, вы просто сделаете это, не спрашивая их разрешения, не говоря уже о моем.

— Общество искателей приключений не подчиняется королевской семье, — сказала Лиара. — Как и ты, если уж на то пошло.

— И тем не менее, вот я здесь.

— Это дело с возвращением к жизни помогает нам с твоей репутацией, — сказала Веспер. — Как ты вернулся с того света? На самом деле, не говори мне. Или кому-либо еще. Это добавляет мистики. Что касается этикета, я дам тебе инструкции. Авантюристы-самоучки, особенно иностранные, оцениваются по другим стандартам. Однако, если я собираюсь ввести тебя в состояние «принцесса-ухажер», тебе понадобится лоск. Тебе нужно знать, как есть или участвовать в светском мероприятии, не позоря себя. Тебе нужно уметь танцевать.

— О, я умею танцевать, но изучение местных па будет забавным. Я давно не танцевал. Слишком занят тем, что был межпространственным человеком-загадкой. Вы покажете мне движения, принцесса?

— Да, — сказала Веспер. — Нам нужно держать это в максимально узких рамках. Твоим единственным публичным контактом будет Лиара, которая будет приводить тебя ко мне по мере необходимости. Пока что мы будем плохо скрывать твою ценность для подразделения реагирования Строителя. Мы хотим, чтобы люди сами нашли тебя, а не представлять тебя самим.

Они продолжили обсуждать детали и подробности, которые нужно было знать Джейсону. Затем его отправили на поиски нового гардероба, оставив Лиару и Веспер одних. Веспер устало откинулась на спинку стула, когда Джейсон закрыл за собой дверь.

— Это будет огромный бардак.

— Это было неизбежно, — сказала Лиара. — Что ты о нем думаешь?

— Он опасен, и не в хорошем смысле.

— Казалось, он легко уловил суть ситуации.

— Что как раз и является проблемой. Он из тех людей, которые думают, что видят всё насквозь. Такие люди неизбежно придумывают отличную идею и отходят от плана, попадая впросак из-за того, что они упустили или не могли предвидеть.

— Может, ему стоит жениться на Заре, — рассмеялась Лиара.

— Боги, помогите нам всем. Думаешь, ты сможешь заставить людей поверить, что он какой-то тайно потрясающий авантюрист?

— Это самая легкая часть, — сказала Лиара. — Даже его полная запись полна тайн, а теперь у нас есть разрешение Асано выставить часть из них напоказ. В светской обстановке его будут судить в основном по его ауре, что является противоположностью проблемы. Если что, именно это и продаст всю эту историю.

Лиара встала.

— Мне пора. Этот политический бардак и так отнимает у меня слишком много времени.

— Выпьем сегодня? — спросила Веспер. — Думаю, мы обе это заслужили.

— Может быть. У меня, вероятно, не будет времени, но я дам знать.

Она подошла к двери и открыла её, задержавшись перед уходом.

— Что такое «ловелас»? — спросила она.

— Понятия не имею.

Глава 40: Наглядный урок безрассудного риска

Глава 40: Наглядный урок безрассудного риска

Хотя Римарос считался единым городом, острова, из которых он состоял, были разбросаны на сотни километров. С тремя главными островами и множеством небесных островов, которые сами по себе часто были весьма внушительными, это был город с множеством оттенков, где каждый остров имел свою собственную атмосферу.

Самым густонаселенным был восточный из трех главных островов — Прово. Помимо того, что он являлся общим торговым центром города, здесь проживало большинство немагических граждан. Вся его инфраструктура была спроектирована так, чтобы поддерживать большое население с биологическими потребностями, которые пользователи эссенций уже не разделяли.

Ливарос был полной противоположностью. Этот остров искателей приключений был таковым с самого основания. Он не был строго неприветлив к немагическим людям, но большинству из них было некомфортно быть Кларками Кентами в мире Суперменов. Дороги острова были специально спроектированы для размещения платформ-летунов, магических транспортных средств или просто для передвижения верхом на фамильярах. Местный транспорт был недорогим в аренде для тех, кто зарабатывал деньги искателя приключений, но для обычных людей с обычными зарплатами он был непомерно дорог.

Несмотря на все препятствия, на Ливаросе все же жила и работала небольшая группа обычных людей. Это были продавцы, чиновники и другие работники, чьи профессии были необходимы, но не особо ценны. Была одна черта, которую разделял каждый обычный человек на Ливаросе; это было коллективное знание, передаваемое среди немагических людей, словно тайный язык: местоположение очень, очень малого количества туалетов на острове.

— Районы искателей приключений в любом крупном городе устроены именно так, — объяснил Руфус, пока они с Джейсоном ехали бок о бок через город на черно-пустотных лошадях с сияющими белыми гривами и копытами. — Просто из-за того, что город разделен на острова, здесь это особенно заметно.

Руфус повидал больше мест, чем Фарра, которой не довелось расти в такой обеспеченной семье, как ему. Она была результатом многолетних усилий по получению не просто каких-нибудь эссенций, а мощной комбинации. Ее семья также смогла позволить себе нанять отставного искателя приключений, чтобы дать ей подготовку, необходимую для того, чтобы уверенно держаться в конкурентной сфере. Фарра оправдала эти амбиции, и ее успех, даже на уровне бронзового ранга, поднял всю ее семью.

Пока Джейсон и Руфус направлялись к местному портному, Фарра находилась на небесном острове, где располагался кампус Магического общества, и пользовалась камерами водной связи. Лиара использовала свое влияние, чтобы назначить разговор между Фаррой и ее родителями, которые не видели ее более трех лет и, до недавнего времени, считали ее погибшей. Хотя он понимал, что целью было удержать его от излишней строптивости из-за того, что его используют, он оценил то внимание, с которым был сделан этот жест.

Руфус продолжал свои объяснения, рассказывая, как люди с таким прошлым, как у Фарры, стремятся добиться успеха в больших магических городах.

— Приманка такого места, как Ливарос, для обычных людей — это более высокие заработки. Многие используют эти деньги, чтобы подняться, откладывая на эссенции. Даже если кто-то не становится искателем приключений до тридцати лет или старше, как только они этого достигают, перед ними открываются новые миры.

— Но получение Ядер — это только начало, верно? Тебе нужны тренировки и монстры, которые не на три ранга выше тебя. Без богатой семьи, культивирующей для них сражения, разве эти искатели приключений, добившиеся всего сами, не погибнут?

— Определенно, — сказал Руфус. — Люди приезжают сюда и зарабатывают деньги, потому что зарплаты выше, а эссенции, в среднем, дешевле. Однако, как только они их получают, они, как правило, уезжают. С высокоранговыми монстрами и хорошо обученными элитами в таком месте, как Римарос, им лучше начать все сначала там, где магия менее мощная. Зоны с низкой магией гораздо лучше подходят для более пограничных искателей приключений. Мало где есть такая низкая магическая плотность, как в Гринстоуне, но есть много мест, где она ниже, чем в Море Штормов.

— Ты встретил Гэри и Фарру в подобном месте, верно? Сражаясь с зомби?

— Да. Это была крупная операция, в которую втянули местных жителей и людей из Витесса. Это была не высокоранговая угроза, просто широко распространенная, поэтому многих из нас из академии отправили туда за ценным опытом. Гэри и Фарра работали в одном филиале, знали друг друга шапочно, но никогда по-настоящему не встречались до этого. Все стало немного дико, как это всегда бывает, и в итоге мы много сражались вместе. Их талант выделялся на фоне местных, особенно у Фарры, и я попросил их поехать со мной обратно в Витесс.

— Значит, искатели приключений, которые остаются в таких местах, как Витесс и Римарос, — это лучшие из лучших? Те, кто из семей с деньгами и властью, чтобы должным образом обучить своих людей?

— Все не так просто, — сказал Руфус. — Большинство этих пробивающихся искателей приключений — не Гэри и не Фарра. Они не стремятся сделать что-то из себя, когда уезжают. Они хотят сделать что-то для своих детей. Может, они и не лучшие искатели приключений в мире, но они могут заработать достаточно, чтобы дать своим детям лучший набор эссенций, а затем отправить их в академию или тренировочный зал. Может, не в самом Римаросе, но в Море Штормов есть места, где конкуренция не такая ожесточенная. Не каждая академия такая, как та, где моя семья…

Руфус замолчал, когда Джейсон достал стакан с алкоголем и выпил его залпом.

— Иногда, — сказал Руфус, — мне хочется, чтобы ты позволил культу крови бросить меня в ту яму.

Джейсон усмехнулся, возвращая пустой стакан в свой инвентарь.

— Думаю, я понимаю, о чем ты, — сказал он. — Я посетил город на западных рубежах во время своей доставки. Искатели приключений там были на ступень выше, чем в Гринстоуне, но на ступень ниже, чем даже люди не из гильдии здесь, в Римаросе.

— Именно в таких местах можно найти менее престижные заведения, но это вовсе не делает их плохими. В этих учебных залах обучается большинство искателей приключений, и многие из них имеют потенциал подняться на вершину.

— Это те, кто приехал в Римарос в поисках членства в гильдии?

— Именно так. Отсутствие тренировочных залов, о которых мы говорим, — причина, по которой такое место, как Гринстоун, проигрывает. Там, если ты не из знатной семьи, как Хамфри или Нил, то ты в основном надеешься, что кто-то с большим опытом станет твоим наставником. Даниэль Геллер основала там тренировочный зал после катастрофы с экспедицией.

— Помню, — сказал Джейсон. — Она только начинала, прежде чем мы отправились в астральное пространство. Я даже преподавал там контроль ауры несколько недель.

— Сейчас там все более развито, — сказал Руфус. — Он не предлагает того уровня подготовки, который Геллеры дают своим людям внутри семьи, но он открыт для всех пользователей эссенций. Они даже откладывают оплату до тех пор, пока люди не получат членство в Обществе искателей приключений и не заработают достаточно, чтобы выплатить плату за обучение. Я даже договорился, чтобы выпускники Академии Ремор, приезжающие в Гринстоун, проводили там базовое обучение. Трюк, который я усвоил, вырастая среди учителей, заключается в том, что когда студенты учат друг друга — это отличный инструмент для закрепления знаний. Я обнаружил, что это очень хорошо дополняет программы тренировочного филиала. Еще рано судить, но я вижу, что приключенческая культура Гринстоуна претерпит качественный сдвиг в ближайшие несколько десятилетий.

— Похоже, тебе нравится управлять школой.

— Это просто тренировочный филиал.

— Который ты придумал, развил, основал и которым управлял. Тебе позволено гордиться собой, Руфус; от этого твои волосы не отрастут.

— С чего бы…

Руфус осекся. За время их разлуки он забыл об опасностях, связанных с расспросами о глупостях Джейсона.

— Если быть честным с самим собой, — сказал он, — мне понравилось создавать тренировочный филиал больше, чем я скучал по приключениям. Помогать другим избежать моих ошибок гораздо более полноценно, чем постоянный страх совершить следующую.

Чувства ауры Джейсона кардинально отличались от тех, что были, когда он знал Руфуса в прошлом, и теперь его друг был для него как открытая книга. Джейсон всегда знал, что пленение Руфуса и его команды в то время, когда Джейсон впервые встретил их, а затем смерть Фарры — все это тяжким грузом лежало на нем. Теперь он мог чувствовать это внутри Руфуса, как рану. Даже возвращение Фарры не стерло это полностью. У него было предчувствие, что, подобно тому как Гэри обратился к кузнечному делу, Руфус обратится к преподаванию, а не вернется к жизни искателя приключений. Что это означало для Фарры, еще предстояло увидеть.

— В этом нет ничего постыдного, — сказал Джейсон. — Честно говоря, сейчас я думаю, что предпочел бы быть туристом. Все веселые части приключений, но без вещей, которые постоянно пытаются убить тебя и твоих друзей. К сожалению, этот корабль для меня уплыл. У меня есть Строитель, а потом то, что будет дальше.

— Следующее?

— Все, что я пока получил от Доун, — это зловещие предупреждения. Что бы это ни было, мне нужно продолжать становиться сильнее, так что жизнь искателя приключений — это для меня. Честно говоря, мне нравится, когда я не сражаюсь и/или меня не используют великие астральные существа, боги или лесные нимфы, живущие на фабрике детского масла.

— Что?

— Однажды мне должно повезти, верно?

Руфус покачал головой.

— Для меня это тоже приключения. Тренировочный филиал — это приятное отвлечение, но я выбрал быть искателем приключений. Если я отойду от этого, каждый человек, которому я мог помочь, но не помог, — это моя ответственность. Я заплатил цену за свои ошибки, поэтому теперь я должен использовать уроки, которые из них извлек.

— Ты идиот.

Руфус повернул голову, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Прости, что?

— Руфус, ты хороший учитель? Постой, не отвечай. Ты скажешь какую-нибудь скромную чушь, а я пытаюсь донести мысль. Я знаю, что ты хороший учитель, потому что ты учил меня, а я потрясающий. Даже с моим подавляющим природным талантом, тлеющей харизмой и сногсшибательной внешностью, помогающими тебе, это все равно довольно хороший результат.

Руфус посмотрел на него безразличным взглядом.

— Теперь, — продолжил Джейсон, сверкнув озорной улыбкой. — Допустим, ты возвращаешься к приключениям и спасаешь одну жизнь в неделю. В среднем. А теперь давай предположим, что вместо этого ты идешь преподавать молодым искателям приключений на полную ставку. Сколько из них ты сможешь помочь избежать ошибок, которые совершил сам? Сколько из них пойдут и будут спасать по одной жизни каждую неделю? Если посмотреть на это с такой стороны, то возвращение к приключениям равносильно убийству кучи невинных людей, потому что ты не смог обучить искателей приключений, которые могли бы их спасти. Ты собираешься убить кучу невинных людей, Руфус? Это жестоко.

— Джейсон, я не Хамфри. Я не собираюсь принимать аргументы, полные дыр, только потому, что ты быстро говоришь.

— Друг, дело в сути, а не в деталях. Я спас много жизней, Руфус. Не своих столько, сколько хотелось бы, но других людей. Я уверен, Фарра рассказала тебе все о Земле, пока меня не было.

— Она не думала, что ты захочешь рассказывать об этом сам.

— Это потому, что она умнее нас. Моя мысль, Руфус, в том, что каждая спасенная мной жизнь — это жизнь, которую спас ты. Ты научил меня как. Ты, Фарра и Гэри. Так что, когда ты говоришь мне, что уход в учителя — это своего рода отказ от ответственности, я слышу, что все, чему ты меня научил, и все, что я с этим сделал, не стоит ни гроша. Что ты не уважаешь это.

— Я не это имел в виду.

— Не хочу тебя расстраивать, приятель, но именно это ты и говоришь. Ты также странным образом утверждаешь, что быть учителем — это эгоизм. Это такая огромная куча чуши, что ты мог бы зарабатывать на жизнь, продавая удобрения высшего сорта марки «Руфус». Вспомни людей, которые учили тебя в этой твоей академии. Многие ли из них уклоняются от своих обязанностей?

Они продолжили ехать по улице на лошадях Тени, Руфус погрузился в молчаливое созерцание. Он не разделял патологическую потребность Джейсона оставить последнее слово за собой.

* * * В камере водной связи Фарра разговаривала с двумя водными клонами своих родителей. Магия была достаточно развита, что визуально они были неотличимы от ее настоящих родителей. Магические чувства раскрывали их природу как проекций, что не помешало ей сделать полшага в инстинктивном желании обнять их, когда они появились.

После эмоционального подобия воссоединения время их пребывания в камере подходило к концу. Лиара запланировала щедрый промежуток времени, но общение было на вес золота.

— Мы пытаемся переправить вас сюда, вместе с Гэри и спутниками Джейсона, — сказала Фарра родителям. — Было бы проще, если бы мы пришли к вам, но Джейсон не может никуда пойти, не ввязавшись в какую-нибудь огромную передрягу.

— Да, мы встретили его, и он очень милый мальчик, — сказала мать Фарры, Амелия. — Немного странный, но милый. Если он привел тебя обратно к нам, значит, теперь он часть семьи.

— В худшем случае, мы доберемся до вас, как только закончится нашествие монстров, — заверила их Фарра.

— Ты просто убедись, что останешься в безопасности, — сказал ее отец, Уильям. — Никаких безрассудных рисков. Мы хотим, чтобы ты вернулась к нам целой и невредимой.

— Не волнуйтесь, — сказала Фарра. — У меня есть наглядный урок безрассудного риска, который бегает рядом со мной. Теперь я оставляю подобные вещи ему.

* * * Джейсон и Руфус легко спрыгнули на улицу, когда лошадиные формы Тени растворились в тени Джейсона. Они были снаружи бутика; простое кремовое здание со светлым льняным костюмом, висящим на манекене в витрине, увенчанным панамой. Не было никаких указаний на название магазина или каких-либо вывесок.

— О да, — сказал Джейсон. — Я возьму себе одну из таких шляп.

Джейсон открыл дверь для Руфуса, а затем последовал за ним внутрь. Интерьер был на удивление просторным, небольшая витрина скрывала тот факт, что внутри было довольно много места. Левая и правая стены были покрыты стеллажами с образцами тканей, которые склонялись к легким тканям и оттенкам, подходящим для климата. По бокам были двери, большие кресла, а задняя стена была полностью открыта во внутренний дворик с чем-то похожим на бар-кафе под открытым небом.

Там стояли столики, укрытые зонтиками, за ними сидели люди, болтая во время еды или питья. Там были молодые пары, трио стариков, играющих в карты. Все были изысканно, хоть и повседневно одеты. За барной стойкой было два человека, плюс повар на кухне за ней. Весь дворик был заполнен пышными тропическими растениями.

Из внутреннего дворика вошли двое селестинов. Один был высоким и красивым, с острыми скулами и волосами и глазами цвета оружейного металла. Его аура ставила его на пик бронзового ранга. Мужчину с ним Джейсон узнал как одного из «Алов», хотя этот выглядел моложе остальных, которых он видел, из-за своего серебряного ранга. Его аура была густо пропитана Ядрами монстров, что было обычным делом для магических ремесленников. Большинство считало, что погоня за монстрами — это пустая трата времени, которое лучше посвятить своей профессии.

У Алехандро Альбериччи были морского цвета глаза и такого же цвета волосы, которые волнами спадали назад. Он был одет в выгодно драпированный костюм из белой ткани; его запонки, туфли и нагрудный платок — все соответствовало цвету его волос.

— Благодарю за визит, юный господин Ириос, — говорил Алехандро, пока двое мужчин пересекали комнату.

— Вас мне порекомендовали. Сказали, что мне стоит прийти примерно сейчас, чтобы застать вас, когда вы не заняты.

Джейсон слабо улыбнулся. Он получил ту же рекомендацию, которая, как он теперь подозревал, исходила из того же источника. Он коснулся маленькой булавки на своей рубашке, новой покупки, и невидимый звуковой экран окружил Джейсона и Руфуса.

— Напомни мне дать Веспер Римарос в сиську, — сказал он.

— Нет, — сказал Руфус, протягивая руку, чтобы коснуться булавки на рубашке Джейсона и выключить экран.

Джейсон и Руфус отошли в сторону, когда Алехандро проводил молодого человека к двери. Взгляд Алехандро охватил Джейсона в мгновение ока, в то время как глаза молодого человека задержались чуть дольше на Руфусе, когда они проходили мимо.

— С вами свяжутся, когда ваша одежда будет готова, мистер Ириос, — сказал Алехандро.

— Благодарю, мистер Альбериччи.

— Пожалуйста, зовите меня Эл.

Когда молодой человек, которого, как был уверен Джейсон, звали Каспер Ириос, закрыл дверь, Алехандро повернулся к Джейсону и Руфусу.

— Вы, должно быть, Джейсон Асано, — сказал он. — Мне было поручено предложить вам только самое лучшее.

Дверь, которая уже почти закрылась, теперь замерла на месте, а рука молодого человека все еще сжимала ручку.

МУТНАЯ ВОДА

МУТНАЯ ВОДА

Джейсон чувствовал, как в окружающих его аурах разыгрываются эмоции. В центре внимания был человек по ту сторону стекла ателье — Каспер Ириос. Бронзовый ранг пикового уровня, он стоял застыв, сжимая ручку почти закрытой двери. Его шок был так же ясно написан на лице, как и отражен в ауре после того, как он услышал имя Джейсона.

Человек, произнесший его имя, Алехандро Альбериччи, был серебряным рангом. В тот момент, когда он почувствовал реакцию Каспера, его приветливая аура наполнилась удивлением, а затем подозрительностью с едва уловимым оттенком гнева. Джейсон понял, что он не участвует в разыгрываемом спектакле, а тот, кто написал сценарий, остается за кулисами.

Руфус был сбит с толку, уловив напряжение в языке тела Джейсона и очевидную связь с человеком по ту сторону стекла. Он был достаточно умен, чтобы понять: если у него нет информации для действий, лучше держать рот на замке и слушать, ожидая указаний от Джейсона.

Аура Джейсона была нечитаемой для других серебряных рангов, но гнев от того, что им снова манипулируют, промелькнул на его лице, прежде чем он взял себя в руки.

— Мистер Альбериччи, — сказал Джейсон. — Это Руфус Ремор из Витесса. Я был бы признателен, если бы вы позаботились о его нуждах, пока я прогуляюсь с мистером Ириосом. Давайте не будем устраивать сцены в вашем заведении.

Алехандро посмотрел Джейсону в глаза. Аура Джейсона демонстрировала лишь привычный вежливый фасад, вынуждая портного оценивать Джейсона по тому, что он видел. Джейсон был одет в свой обычный наряд туриста в тропиках, но портной знал лучше многих, что не одежда красит человека.

— Благодарю вас, мистер Асано. Я ценю вашу любезность.

Каспер Ириос все еще сжимал ручку почти закрытой двери, но отпустил ее и отступил, когда Джейсон распахнул ее. Движения бронзового ранга были странно неуверенными для искателя приключений, и его физическая неустойчивость выдавала глубину душевного смятения.

— Каспер Ириос, полагаю? — спросил Джейсон. — Я Джейсон Асано. Сразу проясним: да, тот самый, «мертвый». Мы с вами немного прогуляемся.

Первоначальный шок Каспера сменялся настороженностью.

— С чего мне знать, что вы тот, за кого себя выдаете?

— Справедливый вопрос, — сказал Джейсон. — Не каждый день мертвый фиктивный любовник вашей бывшей невесты возвращается к жизни. Даже не знаю, что вам сказать. Не думаю, что существуют поздравительные открытки с текстом: «Прости, что использовал твою смерть, чтобы избежать политического брака, и втянул тебя в огромные неприятности, хотя, справедливости ради, ты был мертв, и я не ожидал, что ты вернешься». Такое вряд ли поместится на обложке, если уж на то пошло.

— О чем вы говорите? Что такое поздравительная открытка?

— Точно, другой мир. У вас здесь есть подарочные корзины?

— Э-э, да. Я не уверен, что…

— Поздравительная открытка — это нечто подобное, только вместо приятных вещей там кусок картона. Это своего рода социальная головоломка: нужно понять, сколько времени ее нужно продержать на виду, прежде чем можно будет выбросить, не прослыв грубияном.

Джейсон коснулся значка на груди, и невидимый экран конфиденциальности защитил их от подслушивания. Он не был непроницаемым, но любой, кто мог бы его преодолеть, не будучи замеченным Джейсоном, в любом случае был не его уровня. Этого было достаточно, чтобы остановить скрытых наблюдателей, которые, как чувствовал Джейсон, уже обратили на них внимание.

— Пойдемте, мистер Ириос.

Джейсон почувствовал страх, исходящий от бронзового ранга.

— Не уверен, что мне стоит куда-то идти с вами.

— Мы никуда не идем, — сказал Джейсон. — Мы просто немного побродим по улице, на виду у множества людей, и мило побеседуем. Ну, по крайней мере, побеседуем.

Они шли по улице, бок о бок. Улицы представляли собой широкие торговые бульвары с оживленным движением, как пешеходным, так и с использованием различных средств передвижения. Они были далеко не единственными, кто использовал экраны конфиденциальности, невидимые для глаз, но заметные для магических чувств.

Витрина магазина Алехандро была частью торгового района, расположенного между более открытым рыночным кварталом и более промышленным кварталом ремесленников. Он состоял из бутиков, ориентированных на искателей приключений, знать и богатых горожан. Многие люди, гуляющие по улице, относились ко всем трем категориям сразу, что делало любого, кто решился бы создать проблемы, очень глупым человеком.

Джейсон и Каспер бродили по улице, поначалу в неловком молчании. Джейсон заметил, что прохожие часто бросали взгляды на Каспера. Он предположил, что местные узнавали либо герб Дома Ириос на рукаве его одежды, либо самого Каспера, хотя никто не приветствовал его при встрече.

— Мистер Ириос, кто-то велел вам прийти сюда, но не сказал истинной причины. Мы оба пляшем под чью-то дудку, и не знаю, как вы, а мне это не нравится. При этом нам нужно действовать осторожно. Я усвоил немало уроков о том, как выбраться из одной передряги, создав еще большую, и мы оба знаем, что вы тоже.

— Я все еще не верю вам на слово относительно того, кто вы есть.

— И правильно делаете, — согласился Джейсон. — Весь смысл нашей встречи в том, чтобы вы начали расследование. Или, точнее, чтобы его начала ваша семья. Это одна из причин, по которой кто-то устроил нам эту встречу. Кто-то хочет замутить воду.

— Кто?

— Дом Ириос и королевская семья пытаются уладить дела после той неразберихи, которую устроили вы с Зарой. Конкретное имя сейчас не имеет значения. Сначала вам нужно убедиться, что я — тот, за кого себя выдаю. Мое возвращение обостряет определенные вещи, с которыми вашей семье придется разбираться очень осторожно. Вам самим потребуется время, чтобы все осознать. Мне — точно потребовалось. Я возвращаюсь с того света и обнаруживаю, что вместо спокойного отдыха в тропиках я внезапно стал мертвым любовником какой-то принцессы, которую встретил пару раз три года назад. К тому же Строитель снова пытается меня убить, но это уже не ваша вина.

— Что?

— Послушайте, приятель. Вы только что узнали, что, во-первых, я жив, а во-вторых, я здесь. Есть последствия, которые нужно обдумать. Кто-то — с кем у меня будет серьезный разговор — решил, что наше с вами «случайное» столкновение будет отличным способом замутить эту воду.

— Почему?

— Вероятно, чтобы посмотреть, устроим ли мы сцену. Они все еще пытаются понять, как я себя веду, и им нужно знать, надежен ли я, когда меня припирают к стенке. Для того, что будет дальше, мне нужно быть немного противоречивой фигурой, так что публичная конфронтация между нами не повредит этой цели. Что касается вас, вы и раньше навлекали неприятности. Они хотят знать, не сделаете ли вы какую-нибудь глупость, вроде того, чтобы побежать к Заре и состряпать очередной ужасный план.

— Не думаю, что мне стоит с вами разговаривать.

— Верно, — сказал Джейсон. — Что вам нужно сделать, так это пойти домой, сказать семье, что вы встретили меня, хорошо все обдумать и долго поговорить с ними. После этого делайте то, что они вам скажут.

Каспер хотел ответить, но Джейсон остановил его жестом.

— А теперь я скажу вам, чего делать не стоит. Вы не должны искать свою подругу Зару и просить ее разработать план, чтобы взять ситуацию под контроль, который запустит каскад событий, разрушающих все для вас, меня, нее, вашей семьи, королевской семьи и тысяч людей, которые полагаются на всех вышеперечисленных, чтобы оставаться в безопасности.

— О, привет, Каспер!

Троица молодых людей в изысканных одеждах приближалась к ним, приветственно махая руками. Все они были бронзового ранга, но близки к серебряному, как и сам Каспер. Один был одет в свободную мантию из легкой, дышащей ткани, с цветами и эмблемой Магического общества. Не все члены Магического общества были искателями приключений, и Ядра монстров в ауре молодого человека подсказывали, что он — нет. Однако контроль ауры у него был твердым, так что он не был необученным.

Двое других, судя по чистым аурам, скорее были искателями приключений. Один был в длинной куртке, усеянной карманами и петлями для флаконов с зельями, что выдавало в нем алхимика. Третий не носил никакого опознавательного снаряжения, но Джейсон отметил точность его движений и внимательность к окружению. Он также был так близок к серебряному рангу, что Джейсон мог поспорить: он почти чувствовал его вкус. Из троих Джейсон счел его самым способным.

Джейсон коснулся значка, чтобы отключить экран конфиденциальности.

— Эй, Кас, — сказал член Магического общества. — Я думал, семья держит тебя взаперти, когда ты не на контракте.

— Я, э-э, я вышел заказать одежду.

Троица почувствовала нервозность Каспера и перевела внимание на ее очевидную причину.

— Кто твой друг, Кас? — с ноткой защиты в голосе спросил алхимик.

— Каспер немного занят, — сказал Джейсон. — Вы сможете пообщаться с ним позже.

Вместе со словами он послал небольшой поток ауры третьему члену группы, позволяя ему мельком увидеть то, что скрывалось за вежливым фасадом ауры Джейсона. Молодой человек положил руку на плечо каждому из своих двух друзей.

— Мы пообщаемся с ним позже, — сказал он, вторя словам Джейсона.

Двое других перевели взгляд с Джейсона на своего друга, который покачал головой, а затем снова на Джейсона.

— Ладно, Кас, — сказал алхимик. — Мы найдем тебя дома.

— Спасибо, Хилс, — сказал Каспер. — Тогда увидимся позже.

Троица двинулась дальше, бросая любопытные взгляды на Джейсона.

— Ты же знаешь, что эти трое будут болтать, — сказал Каспер.

Джейсон восстановил экран конфиденциальности.

— Мое возвращение выведет проблемы, связанные с тобой и Зарой, на первый план, — сказал Джейсон. — События приходят в движение. Твоя семья, а теперь и эта троица, будут задавать вопросы. Когда они начнут это делать, потекут подводные течения.

— Думаю, мне действительно нужно идти домой.

— Да, нужно, — сказал Джейсон. — Послушай, я знаю, через что ты проходишь. Ты только что узнал кучу безумных вещей, у тебя не было времени все это переварить, а тут какой-то парень, который не перестает болтать, и ты понимаешь в лучшем случае треть того, что он говорит. Тебе нужно остановиться, оценить ситуацию и во всем разобраться. Поговори с семьей.

Каспер кивнул.

— Хорошо. Теперь кто-то из твоей семьи захочет поговорить со мной. Вероятно, ты тоже, когда у тебя будет время все это обдумать. Когда будешь готов, найди меня на Арноте. Я остановился в маленьком городке под названием Палисарос. Спроси меня по имени, и кто-нибудь укажет тебе путь.

Каспер достал персональный парящий диск из пространственной сумки на поясе. Прежде чем встать на него, он обернулся, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Если ты тот, за кого себя выдаешь, я хочу, чтобы ты знал: мне жаль, — сказал он. — Это никогда не казалось правильным — использовать твое имя так, как мы это делали. Просто…

— Лучше призывать мертвых, чем причинять боль живым.

Каспер кивнул.

— Не скажу, что я не был зол, — сказал Джейсон. — Был. Честно говоря, и сейчас злюсь, но сейчас это нам не поможет. Я смогу накричать на тебя наедине, когда ты придешь ко мне.

— Зара знает?

— Ты с ней не разговаривал?

— Ее семья держит ее в ежовых рукавицах с тех пор, как все случилось. Мы больше почти не видимся. Она сказала, что это все равно будет выглядеть не лучшим образом.

Каспер грустно улыбнулся Джейсону, встал на свой парящий диск и отплыл прочь. Джейсон проводил его взглядом, затем коснулся значка, чтобы отключить экран конфиденциальности, и направился обратно к ателье.

— Передай своей начальнице, — пробормотал он, — в следующий раз, когда она захочет, чтобы я танцевал, если она не скажет мне об этом до начала музыки, я буду наступать ей на ноги.

Он почувствовал, как скрытые наблюдатели начали удаляться.

* * * Директор Общества искателей приключений был видной должностью в любом сообществе. В таком крупном центре искателей приключений, как Римарос, это было еще более справедливо. Это была требовательная и ответственная работа, хотя престиж и социальный статус, которые к ней прилагались, были немалыми. Директор общался с королями и королевами, знаменитыми искателями приключений и иностранными высокопоставленными лицами. Директор, который хорошо выполнял свою работу, обнаруживал, что после ухода с должности перед ним открываются многие двери. Те же, кто не справлялся, падали в яму безвестности, из которой не было выхода.

Гил Винатос был нынешним обладателем этой должности и прекрасно понимал, что его работа в ближайшие недели определит всю оставшуюся жизнь. Беспрецедентный всплеск активности монстров и вторжение Строителя были более чем достаточны, даже без отчетов, поступающих со всего мира. Для такого человека, как он, пробившегося с самых низов благодаря твердым административным навыкам, это было критическое время.

Он делал столь необходимый перерыв, хотя времени на долгий отдых у него не было. Лежать на офисном диване с закрытыми глазами, поедая нарезанные фрукты из миски, стоящей у него на груди, — это был максимум расслабления, который он мог себе позволить, прежде чем вернуться к работе.

— Заслуженный отдых, мистер Винатос.

Гил резко сел, и миска полетела на пол. Он совершенно не чувствовал человека, который только что заговорил, несмотря на свои чувства золотого ранга. Конечно, его ранг был получен благодаря Ядрам монстров, но он был прилежен в своих тренировках. К тому же он был директором Общества искателей приключений, поэтому его офис был местом, куда было очень трудно и очень глупо пытаться проникнуть. Он увидел мужчину, сидящего на краю его стола и не излучающего никакой заметной ауры. Гил уже собирался спросить, кто он такой, когда узнал это лицо.

В самом сердце королевского дворца, который Гил посещал много раз, был коридор, полный портретов, ведущий в тронный зал. Он провел немало времени в ожидании допуска и не раз рассматривал ближайшие портреты. Гил узнал человека перед собой по одному из этих портретов. Тому самому, что висел в самом конце, прямо у дверей тронного зала.

— Прошу прощения, мистер Винатос. Я заставил вас уронить фрукты.

ЦЕЛОСТНОСТЬ — ЭТО НАВСЕГДА

ЦЕЛОСТНОСТЬ — ЭТО НАВСЕГДА

Гил поднял с пола свой фрукт, сетуя на то, что слишком испугался, чтобы поймать его, хотя в обычных обстоятельствах его рефлексы золотого ранга справились бы с этим без труда. Затем он осознал, что Сорамир мог бы поймать их еще легче, но быстро подавил в себе раздражение по этому поводу. Он виновато поднял взгляд; алмазный ранг наверняка почувствовал эмоцию и понял, на кого она была направлена.

— Не беспокойтесь, мистер Винатос. Я здесь не для того, чтобы усложнять вам жизнь.

Гил посмотрел вниз на миску с фруктовой нарезкой, теперь покрытую ворсом от ковра. Он рассеянно подумал, что ему следовало выбрать ковер, который лучше переносит влажность.

— Разумеется, нет, Державный Предок.

Гил подошел к своему столу и поставил миску. Сорамир перестал опираться на стол и занял одно из кресел, а Гил обошел стол и сел следом.

— Чем обязан такой чести? — спросил Гил. — Это связано с городом Строителя? Ваше Высочество, принцесса Зила, сообщила мне, что вы ведете наблюдение за ним.

Даже во время нашествия монстров обладатели алмазного ранга работали с Обществом искателей приключений, а не на Общество искателей приключений.

— Несколько моих коллег в настоящее время наблюдают за ним посменно, — сказал Сорамир. — Мы, разумеется, будем держать вас в курсе всего, что касается операций Общества искателей приключений или представляет угрозу для королевства.

— Тогда что я могу сделать для вас, Державный Предок?

— Мне нужно, чтобы вы организовали переправку сюда нескольких людей из Витесса. Шестерых серебряных рангов и двоих бронзовых.

— Очевидно, вы в курсе, насколько жестко сейчас регулируется работа персонала порталов высокого ранга. Хотя я уважаю королевскую семью — и вас в частности, — я не могу просить отделение в Витессе о таком распределении ресурсов без веской причины.

Гил открыл ящик стола и достал лист бумаги.

— Любопытно, — сказал он, — но я только что получил похожий запрос из Витесса. Они хотят, чтобы двое серебряных рангов были переправлены в обратном направлении. Обычно я бы предложил сэкономить ресурсы, используя одного и того же специалиста по порталам, чтобы отправить одну группу туда, а другую обратно. Однако, учитывая, от кого исходят эти запросы, у меня есть подозрение, что они связаны.

Гил передал бумагу через стол Сорамиру, который бегло просмотрел ее.

— Джейсон Асано и Фарра Хурин, — прочитал Сорамир. — Почему я не удивлен? Ваше предположение вполне верно.

Он положил бумагу на стол, постучав по ней пальцем.

— Здесь не указана причина запроса.

— Это связано с событиями, происходящими в северных регионах Эстеркоста. Отделение в Витессе отправило экспедицию для атаки на оплот Церкви Чистоты и столкнулось с чем-то гораздо более серьезным, чем ожидалось. Сейчас там творится настоящий хаос, но каким-то образом в это замешан Асано. Я поручил аналитическому отделу подготовить полный отчет, чтобы я мог ознакомиться с ним, прежде чем отвечать на запрос.

— Асано нельзя позволить покинуть Море Штормов прямо сейчас. Вы должны отклонить запрос.

— При всем уважении, Державный Предок, хотя я открыт для любого вашего запроса к этому ведомству, это всего лишь запрос. Вы не указываете этому ведомству, что оно может, а что не может делать.

Сорамир удивленно приподнял брови, а затем одобрительно кивнул.

— Я уважаю это, мистер Винатос...

— Директор Винатос, Державный Предок. В рамках этого разговора — директор Винатос.

— Разумеется. Директор, позвольте мне поделиться своими соображениями. За время своего отсутствия я узнал о подготовке к вторжению в наш мир и вернулся, чтобы помочь Королевству Штормов пережить эти события. С момента моего возвращения в Римарос я расследую деятельность культа Строителя. Я даже незаметно оказывал некоторую помощь подразделению Общества искателей приключений по противодействию Строителю.

— Об этом мне не докладывали.

— Они не знают, что я им помогал. Недавно я связался с одним из их лидеров, моей потомком, Лиарой. В дальнейшем я буду работать с ними более тесно, так что вы можете ожидать отчетов по интересующей вас деятельности.

— Это очень ценно.

— Одна из вещей, которые я обнаружил, заключается в том, что несколько месяцев назад культ Строителя осуществил некий инфраструктурный проект, скрытый под необитаемым островом. Затем они полностью покинули остров, чтобы их работу нельзя было найти, если не знать, где искать.

— Что вы, полагаю, и сделали.

— Да. Это был своего рода астральный маяк. Как и другая астральная магия, используемая культом, он был очень продвинутым по меркам этого мира. Моя первоначальная мысль заключалась в том, что это точка запуска для грядущего вторжения.

— Вы уничтожили его?

— Я решил этого не делать. Преимущество знания о том, где появится враг, весьма значительно, как вы можете себе представить. Однако через него прошли не силы вторжения, а двое серебряных рангов, оба из которых числились погибшими в боях с культом Строителя несколько лет назад.

— Строитель воскресил их?

— Нет. Асано — пришелец, и он был воскрешен в своем собственном мире. Я полагаю, у него был предмет под названием жетон Мирового Феникса, который оживил его и отправил обратно туда, откуда он пришел. Что касается его спутницы, то она, по-видимому, стала пришельцем после своей смерти, также воскреснув в родном мире Асано. Что касается деталей, я понятия не имею.

— Должно быть, там целая история.

— Да, хотя они решили поделиться очень немногим, по крайней мере пока.

— Они серебряные ранги. Это не тот выбор, который они могут делать. Я прикажу доставить их и...

— Я бы повременил с этим, директор Винатос. Если у Асано есть поддержка, которую я подозреваю, с ним нужно обращаться осторожно. Это означает не только то, что за ним стоят могущественные силы, но и то, что ему отведена важная роль.

— Тогда, возможно, вам стоит отправиться к нему лично. Внимание алмазного ранга, особенно такого престижного, как вы, будет лестно и поможет привлечь его на вашу сторону.

— Я уже встречался с мистером Асано, но оказалось, что он устал иметь дело с людьми, которые гораздо могущественнее его. Вместо того чтобы впечатлиться, он был раздражен и зол. Из-за того, как, по-видимому, с ним обращались в прошлом, я полагаю, что он положительно отреагирует на прямоту и честность.

— С этим связан ваш запрос на портал?

— Да. Я хочу, чтобы его команда была доставлена сюда, к нему.

— Витесс хочет, чтобы он был там.

— Наши потребности перевешивают их желания. Насколько я понимаю, Асано сам нашел способ вернуться в наш мир, но Строитель заставил своих людей использовать маяк, чтобы определить точку его прибытия. По какой-то причине Строителю нужно было, чтобы он оказался здесь.

— Разве это не веская причина отправить его прочь?

— Я полагаю, намерение Строителя, доставившего его сюда, заключалось в том, чтобы его убили. Строитель, по-видимому, согласился на некие ограничения в том, как он пытается это сделать, и поэтому пошел на уступки своим союзникам из Церкви Чистоты, чтобы это сделали они. Одна попытка уже была предпринята. Подразделение по противодействию Строителю уже работает над допросом лоялистов Чистоты, которых мы захватили в процессе.

— Один из наиболее экстремальных орденов церкви действует в этой части мира уже много лет, — сказал Гил. — Неудивительно, что они остались верны. Но что делает Асано достойным такого внимания?

— Асано уже не раз срывал планы Строителя, и я полагаю, что теперь он связан с главным антагонистом Строителя. Какая роль отведена Асано, неясно, но еще до своей смерти он продемонстрировал влияние на тех, кто владеет силой Строителя. На самом деле, именно он ответственен за самый первый случай захвата живым человека со звездным семенем.

— Это все хорошо, — сказал Гил, — но я не уверен, что мой коллега из Витесса захочет пойти вам навстречу. Информация, которую я получаю, все еще неясна, но у них произошли некоторые необычные события, с которыми каким-то образом связан этот Асано.

Сорамир кивнул.

— Я буду признателен за этот отчет, директор, как только ваши люди закончат его.

— Они должны предоставить его мне в течение дня, в зависимости от того, какую информацию мы сможем получить из Витесса. Я думаю, лучшее решение на данный момент — подождать дополнительной информации, прежде чем принимать какие-либо твердые решения. Однако, возможно, есть кое-что, что вы упускаете из виду.

— О? — спросил Сорамир.

— Сам Асано. Мы можем попросить его отправиться в Витесс, но не говорить ему. Хотя Общество искателей приключений может просить весьма настойчиво, у него всегда есть возможность отказаться. Если вы сможете убедить его остаться, мое ведомство поддержит это решение. Мы можем сделать его доступным для отделения в Витессе через водный канал, именно поэтому мы в первую очередь и монополизируем эти каналы.

Сорамир кивнул, встал и протянул Гилу руку через стол.

— Благодарю вас, директор Винатос.

Гил немного нервно пожал руку Сорамиру.

— Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам, Ваше Величество, но моя главная лояльность должна принадлежать моей должности.

— Разумеется.

* * * Джейсон вернулся в «Чувственные наряды для чувственного джентльмена», ателье Алехандро Альбериччи. Руфус сидел во внутреннем дворике кафе, потягивая чай.

— Ты не торопился, — сказал Руфус, когда Джейсон сел. — Ты ведь не убил того парня и не закопал его в джунглях?

— Что тебе наговорила Фарра?

— Просто хотел убедиться.

— Мы просто немного поговорили, — сказал Джейсон. — Я сказал ему идти домой и не создавать проблем. Это единственное, что я сделал. Я определенно не заходил по магазинам на обратном пути.

Руфус посмотрел на него из-под приподнятых бровей.

— В смысле, там был целый магазин с книгами навыков. Как я мог не купить что-нибудь для кулинарной магии? У меня нет времени изучать все о магических ингредиентах и о том, как с ними обращаться, не отвлекаясь от тренировок. Ты же знаешь, как часто люди пытаются меня убить.

— Ты слышал что-нибудь о тех, кого поймали при попытке совершить последнее покушение?

— Мне сказали, что меня будут держать в курсе, хотя насколько надежно это обещание — еще предстоит увидеть. Лиара сказала, что они, вероятно, захотят привлечь меня к допросу.

— Ты действительно умеешь влипать в неприятности, не так ли?

— Ты сам говорил, что для пришельцев нормально влипать в такие дела. Ты сказал мне это в день нашей встречи.

— Одно дело — влипнуть, и совсем другое — ты, Джейсон. Не хочешь объяснить, что это за последнее дело? Если это был Каспер Ириос, то это как-то связано с...

— Да, но никаких подробностей здесь. Дома, с Фаррой. Нет смысла объяснять дважды.

— Понятно.

— Алехандро подобрал тебе хорошую одежду?

— Он снимал с меня мерки, пока ты был занят своим последним фиаско. У меня не было хорошей одежды для жаркой погоды, так что, когда мои новые наряды будут готовы, я буду признателен.

— Разве ты не жил в Гринстоуне? Это место — наполовину пустыня, наполовину душная дельта. Как ты не обзавелся одеждой для теплой погоды?

— Ты же знаешь, какая там одежда. Как будто кто-то выблевал радугу из свободной ткани, а люди просто накинули ее на себя. Знаешь, Гэри до сих пор так одевается. Хотя, учитывая то, что носит большинство леонидов, что угодно будет шагом вперед.

— Не знал, что ты такой раб моды.

— Проблема мистера Ремора, — сказал Алехандро, подходя к их столику, — в том, что для него мода бессмысленна. Посмотрите на этого человека: его можно одеть в коричневый мешок, и он все равно будет произведением искусства.

— И не говори, — сказал Джейсон, вставая, чтобы пожать руку Алехандро.

— Мистер Асано, я приношу извинения за свою роль в той политической интриге, в которую вы оказались втянуты.

— К этому привыкаешь, — сказал Джейсон. — По крайней мере, в политике тебя бьют только в спину. Это приятное изменение по сравнению с тем, когда тебя бьют во все места сразу.

Они оставили Руфуса допивать чай, и Алехандро повел Джейсона в свою примерочную.

— Мне было поручено придать вашим нарядам определенное направление, — объяснил Алехандро по пути. — Это ставит меня в несколько сложное положение, поскольку, хотя я всегда стремлюсь удовлетворить потребности своего клиента, человек, который носит одежду, и человек, который за нее платит, обычно одно и то же лицо.

— Погоди, она уже заплатила тебе?

— Оплата была обещана в полном объеме.

— Забудь об этом, — сказал Джейсон. — Я клиент, я плачу тебе, и единственные потребности, которые ты должен удовлетворять, — это мои.

Алехандро открыл дверь, пропустил Джейсона внутрь, а затем вошел сам, закрыв ее за ними.

— Это значительно упрощает мне задачу, — сказал Алехандро. — Мне особенно не нравится обслуживать клиента, который пытается использовать меня как средство для интриг против моей клиентуры.

— Не будет ли проблемой пойти наперекор королевской семье?

— Политическое расположение — это на сегодня, мистер Асано. Целостность — это навсегда. Будьте любезны, пройдите в примерочную кабинку.

Там было нечто похожее на кабинку для переодевания, в которую Джейсон вошел, закрыв за собой дверь.

— Пожалуйста, разденьтесь до нижнего белья для наиболее точных измерений, — сказал Алехандро через дверь. — Есть ли у вас какие-либо способности менять форму или размер, которые нам нужно учесть?

— Только несколько призванных теневых рук, — сказал Джейсон. — Ничего такого, с чем не справится обычный крой.

— Отлично. Тогда у нас будет полный выбор тканей и фасонов. Просто дайте мне знать, когда будете готовы к измерениям, мистер Асано.

— Приступайте, мистер Альбериччи.

— Пожалуйста, зовите меня Эл.

— Только если ты будешь звать меня Джейсон.

— По рукам. Вы почувствуете легкое покалывание.

Стены кабинки вокруг Джейсона излучали свет, начиная с холодного зеленого, проходя через синий, фиолетовый и затем переходя в теплый красный, желтый и оранжевый, прежде чем погаснуть.

— Все готово, мистер Асано. Джейсон. Пожалуйста, оденьтесь и возвращайтесь.

Через несколько мгновений Джейсон вернулся в комнату, вдоль стен которой стояли стеллажи с тканями от пола до потолка.

— Теперь вопрос в том, что именно вы ищете, — сказал Алехандро. — Что я могу сделать для вас сегодня?

— Я ищу полное обновление гардероба серебряного ранга. Мне нужно все, с большим выбором вариантов по всем направлениям. Официальное, повседневное, все такое.

— И на какой бюджет мы рассчитываем?

— Сколько бы это ни стоило.

— Джейсон, думаю, мы с тобой отлично поладим.

КАК ГЛУБОКА ЯМА

КАК ГЛУБОКА ЯМА

Джейсон вошел в пещеру за водопадом под своим облачным домом. Природный камень был скрыт за стенами, полом и потолком, созданными из облачной материи, так что остался лишь вход в пещеру, мимо которого с шумом проносилась вода. Солнечный свет пробивался сквозь нее, сверкая, словно россыпь алмазов, и танцуя в комнате. В остальном пространство освещалось мягким, рассеянным светом, исходящим от облачной материи.

Комната была почти пуста, если не считать досок из облачной материи на стенах. Джейсон мог писать или рисовать на них одной лишь мыслью, и они уже были заполнены сложными магическими диаграммами и формулами. Хотя его понимание астральных сил было инстинктивным и мощным, его знания теории астральной магии отставали. Они совершили огромный скачок, особенно за последний год, но все еще не достигли уровня, необходимого для завершения его особого проекта.

— Мне нужен Клайв, — пробормотал он, оглядывая свою работу. Затем он отбросил эти мысли, и из центра пола поднялся кристаллический проектор записей. Джейсон достал записывающий кристалл, установил его на место и отступил назад. Он сел, и из пола появилось облачное кресло, чтобы принять его.

Джейсон запустил проектор мысленной командой. Проекция показала Доун в облачном доме в Венеции, в то время, когда Джейсон находился в первой зоне преобразования на Земле. С тех пор Джейсон видел ее лишь однажды, незадолго до коллапса зоны преобразования — это был единственный раз, когда он увидел ее истинную форму, а не ослабленный аватар.

— Джейсон, — произнесла проецируемая Доун. — Мой пространственный сосуд обнаружил приближение аналогичного сосуда, принадлежащего моему двойнику среди народа Строителя. Это человек, которого я знаю, и, основываясь на моих знаниях о нем и о тебе, я имею некоторое представление о том, как все пойдет. Я не уверена, как далеко ты в итоге зайдешь, подталкивая его, но, как и у многих существ великой силы, эта сила сделала его горделивым.

Доун замолчала, когда в комнату вошла Эми.

— Доун, ты хочешь поиграть в «Эль Гранде»?

— Я немного занята.

— Ладно.

Доун повернулась обратно к записывающему кристаллу, в который говорила.

— Этот человек, с которым, как я подозреваю, ты скоро встретишься, совершит ошибку. Я, вероятно, могла бы остановить его, но уступки, которые мы можем получить от него, если я этого не сделаю, стоят больше, чем предотвращение его действий, даже если цена высока. Я объясню условия, которые я из него вытяну, сейчас, поскольку в следующий раз, когда мы встретимся, у нас вряд ли будет много времени на разговоры.

Джейсон снова слушал, как Доун объясняла условия: Строитель не будет атаковать Джейсона подавляющими силами или высокоранговыми бойцами. Что он вообще никого не пришлет, если только Джейсон первым не вмешается в их дела.

— Я действительно правильно запомнил, — пробормотал Джейсон про себя.

— Поскольку у меня не будет много времени на объяснения, когда я увижу тебя, я оставлю эту запись Фарре. Она передаст ее тебе до того, как ты снова отправишься в другой мир. Я не сомневаюсь, что ты преуспеешь в спасении своего мира и возвращении.

Запись закончилась, и Джейсон встал, убирая кристалл в свой инвентарь.

* * * Как и большинство крупных организаций в Витессе, отделение Общества искателей приключений располагалось в одной из знаковых башен-садов города — массивных шпилях, увитых зеленью. В комнате для совещаний, выходившей на балкон, впускавший свежий воздух, Клайв сидел напротив высокопоставленного чиновника Магического общества. Различные функционеры стояли позади чиновника, в то время как Клайва окружала его команда.

— Мистер Стэндиш, вы один из самых талантливых молодых специалистов по астральной магии, что у нас есть.

— Я вам не принадлежу, — сказал Клайв. — Я покинул Магическое общество. Окончательно.

— Пришло время вернуться домой. Вы можете достичь большего в исследованиях, чем когда-либо смогли бы в качестве искателя приключений.

— Позвольте не согласиться, — сказал Хамфри. — Клайв был вдохновителем как обнаружения анклава Чистоты, так и атаки, которая сорвала их великий призыв.

— И как он их нашел? — парировал чиновник. — Выследив их через сеть пространственных врат, которые он обнаружил, будучи запертым в исследованиях в Магическом обществе.

— Это очень изящный способ сказать «взаперти», — заметила Софи.

— Были допущены ошибки, — признал чиновник. — Мы приносим извинения за ваше предыдущее обращение, мистер Стэндиш.

— О, мы знаем, как вы сожалеете, — сказал Нил. — Вы думаете, мы не следили за ситуацией?

— Мы следили за карьерой той женщины, которая эксплуатировала Клайва, — сказал Хамфри. — Ее следующее повышение задержали из-за того, что она похитила члена моей команды. В конце концов она его получила и до сих пор вполне счастливо продолжает работать.

— Вы, ребята из Магического общества, действительно умеете наносить удары, — сказал Нил.

— Мистер Стэндиш, это массовое прибытие пришельцев из других миров представляет собой беспрецедентный шанс изучить астральные силы, что сейчас важнее, чем когда-либо. Мы до сих пор не знаем, являются ли вызванные посланники изолированным событием или частью широкомасштабной программы.

— Вы бы даже не знали, о чем спрашивать, если бы Клайв не был искателем приключений, — сказала Белинда.

— И я останусь им, — добавил Клайв. — Мало того, что Магическое общество обращалось со мной с вопиющей непристойностью, так еще и вашей реакцией на это было стремление все замять.

— Какими бы прискорбными ни были дела в прошлом, — сказал чиновник, — нам нужно смотреть в будущее. Вы принесете больше пользы, исследуя методы Строителя и Чистоты, чем погибнув в бою с каким-нибудь неважным монстром.

— Не знаю, как выразиться яснее, — сказал Клайв. — Я не вернусь в Магическое общество. Никогда.

— Вы сожгли этот мост, — сказала Софи чиновнику. — А потом взяли пепел, насыпали его в большое корыто и заставили кучу своих друзей из Магического общества пописать в него. А затем использовали получившуюся кашицу, чтобы написать «мы жестко кинули Клайва» буквами такими большими, что их нужно читать с воздуха.

Все повернулись к Софи.

— Она дело говорит, — согласилась Белинда, обнимая Софи за плечи.

Все более недовольный чиновник уже собирался заговорить, как заметил что-то, приближающееся по воздуху прямо к балкону. Это был эльф, стоящий на спине гигантской белоперой утки, парящей в небе. Когда она достигла балкона, утка превратилась в пылинки света, которые впитались в волосы эльфа, превратив их из песочно-блондинистых в ослепительно белые.

Кен легко спрыгнул на балкон и зашагал в комнату.

— Ну? — спросил Хамфри.

— Сделано.

На лицах Хамфри и его команды заиграли ухмылки.

— Что сделано? — спросил чиновник.

— Осмелюсь сказать, вы скоро узнаете, — сказал Кен. — И очень скоро, если человек, которого я слышу бегущим по коридору снаружи, — один из ваших.

Как и обещал Кен, дверь в комнату для совещаний распахнулась, впуская выглядящего взволнованным человека в мантиях Магического общества. Он подошел к чиновнику и активировал экран конфиденциальности. Затем команда наблюдала, как встревоженный человек быстро говорит, не слыша его слов, но видя взрывную, но столь же беззвучную реакцию чиновника. Тот вскочил со стула и повернулся, чтобы метнуть кинжалы взглядом в Хамфри. Он не удосужился обратиться к команде, прежде чем выскочить из-за экрана конфиденциальности, а ошарашенные функционеры потянулись за ним, как утята. Они слышали, как он кричал, удаляясь по коридору.

— Что такое «Пираты Геллера»?

* * * Третий складской район был одним из наименее прибыльных на острове Ливарос. Будучи самым удаленным как от моря, так и от небесных доков, он был ближе всего к преступному району на этом заботящемся о безопасности острове искателей приключений. Один из складов снаружи выглядел как любой другой, хотя внутри он был совершенно иным, будучи переоборудованным в роскошный дом. Наряду с мягкой мебелью и гладким мрамором, он был дополнительно усилен магической инфраструктурой, предлагающей внушительный баланс защиты и осмотрительности. Только самые сильные чувства заметили бы хоть какую-то разницу между этим зданием и идентичными постройками вокруг.

Здание принадлежало Хави Эстосу, хотя потребовался бы опытный бюрократ, чтобы проследить это до него. Паллимустус не шел ни в какое сравнение с Землей в плане сложных юридических тонкостей и междоусобной бумажной волокиты, что делало тех, у кого были знания и склонность использовать их, особенно опасными. Хави был мужчиной-селестином с поразительной внешностью. Его крупное телосложение и черная как оникс кожа подчеркивались волосами и глазами соответствующего золотого цвета. Он выглядел человеком в самом расцвете средних лет, несмотря на омолаживающие эффекты его серебряного ранга. В его ауре не было ядер — наследие давно завершенной карьеры искателя приключений.

Вопреки своей притягательной внешности, он не был человеком, который любит привлекать внимание. Тем не менее, он внес свой вклад во время нашествия монстров, следя за тем, чтобы его квота активности была выполнена. Вернувшись с задания, он получил посылку, которая была доставлена в один из его общественных офисов. Она была от друга старых времен, Морданта Керра, который теперь жил где-то на западных окраинах Королевства Штормов.

В своем кабинете Хави смотрел записывающий кристалл, вложенный в посылку, одновременно читая письмо, переводя взгляд с одного на другое. Проекция давала вид с высоты птичьего полета на речной каньон, где теневая фигура сражалась с монстрами, роящимися по земле, словно муравьи. Он досмотрел проекцию до конца, его выражение лица не изменилось.

— Застрельщик наложений, — пробормотал он про себя. — Давно таких не видел.

Он позвал своего помощника, Джоно, в комнату. Джоно также был его внучатым племянником, хотя Хави старался не ставить это ему в вину.

— Да, босс?

— Мне нужно, чтобы ты передал Уорнок имя.

— Босс, она была недовольна после прошлого раза. Она захочет доплату.

— Значит, заплати ей больше.

— Да, босс. Какое имя?

— Джейсон Асано.

* * * Столицей государства Эстеркост был Сирион, где располагался континентальный совет Общества искателей приключений. Он находился ближе к месту операции, которая превратилась в фиаско с магическими взрывами, вызванными посланниками и неожиданными пришельцами из других миров, чем Витесс. Поскольку операция была запущена из Витесса, то отделение Общества искателей приключений осуществляло первоначальное управление. Впоследствии они передали контроль над объектом отделению в Сирионе.

Операции переносились в Сирион по двум причинам, одна из которых была простой географией. Все произошло у них на заднем дворе, и они были лучше расположены, чтобы справиться с тем, что выглядело как продолжающаяся операция. Другой причиной было то, что континентальный совет проявлял интерес, поскольку дело оказалось гораздо более критическим, чем предполагалось изначально.

То, что поначалу считалось операцией по зачистке низко- и среднеранговых лоялистов Чистоты, оказалось великим призывом. Став возможным только благодаря ослабленной пространственной защите, от которой мир пострадал во время нашествия монстров, нетрудно было представить, что это может быть только началом. Если будут еще события призыва, они должны будут произойти во время нашествия монстров. После того, как операция Общества искателей приключений вынудила начать их раньше времени, любые другие места, вероятно, спешили сделать то же самое. Уже были запущены агрессивные расследования.

Магическое общество взяло на себя ответственность за пришельцев из других миров, всего их было более сотни. Их перевозили в Сирион на дирижабле, когда несколько других дирижаблей выстроились в строй вокруг них. Одинокая женщина с темно-оливковой кожей, черными волосами и аурой золотого ранга в одиночку прыгнула на окруженный дирижабль.

Менее чем удовлетворенный чиновник Магического общества выслушал ее объяснение, что семья Геллер предоставит жилье пришельцам в своем укрепленном поместье за пределами Сириона. Чиновнику эта идея не понравилась.

— Хотя вы, возможно, не склонны соглашаться с этим, — сказала ему Даниэль, — если вы откажетесь сотрудничать, я буду настаивать. Вы ведь не заставите меня настаивать, правда?

* * * Тренчант Мур просматривал досье Общества искателей приключений на Джейсона Асано, которое ему не дали перед встречей с этим человеком, чтобы он мог оценить его без предвзятости. Веспер Римарос уже была в комнате для совещаний вместе с ним, к ним присоединились Лиара и члены ее команды, Ледев и Яна. Тренчант встал, когда вошла Лиара, и она жестом пригласила его вернуться на свое место. Ледев и Яна вежливо поприветствовали другую принцессу.

Высшее общество Римароса процветало на иерархии. Хотя Веспер и Лиара были близкими подругами в частной жизни, на публике их поведение диктовалось положением. Это ограничивалось высшим обществом Римароса, поскольку от иностранных искателей приключений и тех, кто поднялся из низов, вряд ли ожидали понимания сложных протоколов этикета.

Это неизбежно не мешало некоторым смотреть свысока на тех, кто не был воспитан в этом мире. Это особенно досаждало тем, кто находился на средних ступенях и наблюдал, как люди, которые должны быть ниже их, не разделяют их почтения к тем, кто выше.

Когда группа состояла исключительно из местных жителей Римароса, все могло стать сложным, даже на простом совещании. Иерархия в комнате определялась рангом и ролями, которые люди выполняли во время любого взаимодействия. Как обладатели золотого ранга, Тренчант, Яна и Ледев стояли выше серебряного ранга Веспер в социальной иерархии, но она также была принцессой. Лиара была принцессой золотого ранга и номинально обладала превосходством, но Веспер происходила из более высокой ветви королевской семьи. Тренчант был прямым слугой королевской семьи, будучи членом королевской гвардии. Однако он не был при исполнении служебных обязанностей и действовал в своем качестве искателя приключений золотого ранга. Кроме того, он был самым старым и опытным искателем приключений в комнате.

Возникла привычная неловкость, когда люди в комнате заняли места в соответствии со своим относительным положением. Даже тот факт, что большинство присутствующих на совещании не знали его цели, влиял на их статус. Вне официальной обстановки большинство людей по умолчанию придерживались уважительной вежливости неясного равенства, когда конкретные протоколы были туманны.

— Если позволите спросить, Ваше Высочество, — сказал Ледев Веспер, — почему мы здесь?

— Мне нужна оценка способностей Джейсона Асано как искателя приключений, — сказала Веспер. — Короче говоря, мне нужно знать, как далеко его можно подтолкнуть как искателя приключений.

— Опять этот мальчишка, — пожаловался Ледев.

Это вызвало у его сестры гневный взгляд. Он тут же принял виноватый вид.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — сказал он Веспер. — Я просто не понимаю, почему один искатель приключений серебряного ранга заслуживает такого внимания. Просто посмотрите на людей в этой комнате. Мы представляем собой мощную, престижную и ценную силу в опасные и важные времена. Что делает его достойным того, чтобы мы собирались вот так? Он даже не состоит в гильдии.

— Сам человек не имеет значения, — сказала Веспер. — Если бы на его месте был кто-то другой, мы бы рассматривали его. Справедливости ради, Асано никогда не просил и не пытался занять то положение, в котором оказался.

— На самом деле, совсем наоборот, — сказала Лиара. — Хотя многие молодые искатели приключений могли бы наслаждаться вниманием высокоранговых лиц и королевских особ, его это раздражает. Ему приходилось иметь дело с таким количеством влиятельных людей в прошлом, что этот лоск определенно стерся. Постоянное общение с теми, кто значительно превосходит тебя, порождает чувство бессилия.

— Он определенно не запуган обладателями золотого ранга, — сказал Тренчант. — Со мной не часто говорят так, будто я чей-то лакей. Тот факт, что он сразу понял, зачем я там, и явно знал больше меня, только усугубил ситуацию.

— Он высокомерен, — сказал Ледев.

— Ты сам сказал это, Ледев, — ответила Яна брату. — Посмотри на людей в этой комнате. Если бы такие встречи проводились по поводу меня, я бы тоже была высокомерной.

— Почему мы проводим эту встречу? — спросил Тренчант.

— Мне нужна оценка способностей Асано как искателя приключений, — сказала Веспер. — Нам нужно знать, как далеко мы можем его подтолкнуть.

— Зачем? — спросил Тренчант. — Вы сказали, что он находится в каком-то положении, не объяснив, что это за положение.

— Это сложно, — сказала Веспер. — И политически.

— И ситуация осложняется только тем, что Асано — ценный актив против Строителя, не связанный ни с чем другим, — добавила Лиара. — Его опыт борьбы со Строителем и культом наделил его некоторыми уникальными способностями.

— Достаточно сказать, — произнесла Веспер, — что один очень раздражающий человек находится в центре определенных событий. Кто он такой — не имеет значения, важно лишь то, создаст ли он беспорядок или поможет нам его разгрести. Что нам нужно прямо сейчас, так это подчеркнуть способности Асано с помощью нескольких контрактов, которые заставят обратить на него внимание. А это значит — знать, насколько глубокую яму мы можем ему вырыть с разумным ожиданием того, что он из нее выберется.

ТА ЧАСТЬ, КОТОРАЯ НЕ УМЕЕТ СДАВАТЬСЯ

ТА ЧАСТЬ, КОТОРАЯ НЕ УМЕЕТ СДАВАТЬСЯ

В кампусе Общества искателей приключений принцессы Веспер и Лиара находились в конференц-зале вместе с Тренчантом Муром и товарищами Лиары, Яной и Ледевом. Магия конфиденциальности в комнате была активна.

— Начнем с вас, Ледев, — сказала Лиара. — Какова ваша оценка Асано?

— Он достаточно способный. Уровень Гильдии, силен в одиночку. Его аура… внушительна. Он хорош в одиночных действиях, но его было бы сложнее вписать в команду. Его методы нетрадиционны для застрельщика наложений.

Тренчант Мур бросил папку с досье Джейсона на стол.

— Эта оценка неверна, — сказал он. — В ней Асано указан как специалист по ослаблениям широкого профиля. Он — узкий специалист.

— Вы считаете его достаточно сфокусированным, чтобы считать специалистом по ослаблениям? — спросила Веспер.

— Он не специалист по ослаблениям, — сказал Тренчант. — Не в том смысле, как обычно используется этот термин. То, что сейчас называют специалистом по ослаблениям, раньше было известно как маг ослаблений или заклинатель ослаблений. Это общеизвестный подход: стоять за стеной союзников или призывных существ и накрывать врага ослаблениями с безопасного расстояния.

— Это совсем не похоже на то, что делает Асано, — сказала Яна. — Мы видели, как он прошел через несколько столкновений, и хотя он использует фамильяров, он никогда не ставит их между собой и врагом.

— Он — застрельщик наложений, — сказал Тренчант. — Тактика «ударь и беги», высокая мобильность, высокая эффективность. Это специализация, которая встречается редко, и те, кто ею обладает, как правило, рано погибают, поэтому вы видите ее нечасто. У застрельщиков наложений малый запас допустимых ошибок, и их выживание зависит только от того, насколько хорошо они этот запас расширяют.

— Как они соотносятся с традиционными специалистами по ослаблениям? — спросила Веспер. — Они лучше? Хуже?

— Как и любая специализация, это вопрос обстоятельств. Правильный инструмент для конкретной задачи. Поскольку задача обычно состоит в том, чтобы стоять на месте и убивать кучу монстров, я бы счел застрельщика менее полезной специализацией. Заклинатели ослаблений применяют гораздо более безопасные стратегии и, если никто их не устранит, они до неприличия эффективны. Им нужна команда, построенная вокруг них, но они стоят того, чтобы вокруг них строить команду. Если вы обеспечите хорошему заклинателю ослаблений безопасность, неважно, с чем или с каким количеством врагов вы столкнетесь. В конце концов они их уничтожат. Время на подготовку — это минус, но их эффективность и общий урон не имеют себе равных.

— Застрельщик не может с этим сравниться?

— Отчасти да, но им нужен более широкий спектр способностей, что оставляет их с недостатками. Вот почему Асано записали в специалисты широкого профиля. Самые большие слабости застрельщика — меньшая эффективность против больших групп и необходимость сближаться с врагом. Это рискованное предприятие, когда вы не устраняете цели быстро, как специалист по убийствам. Это тот самый малый запас допустимых ошибок, о котором я упоминал.

— Должны же быть преимущества, — сказала Яна.

— Конечно, — сказал Тренчант. — Когда вам нужна тактика застрельщика, застрельщик, очевидно, лучше. Заклинатель лучше в позиционных боях, особенно в крупномасштабных сражениях, но не каждый враг так любезен. Застрельщики превосходят противников при работе со сложными целями, которые действуют в одиночку или небольшими группами. На высоких рангах любой монстр, появляющийся в одиночку, представляет значительную угрозу. Команда заклинателя ослаблений должна стоять на своем, но дракон или гаруда разнесут их на куски раньше, чем ослабления сделают свое дело.

Вокруг стола закивали. Культура авантюристов Римароса была сосредоточена на специализированных командах, и все они знали, к чему приводит отправка не той команды против не той угрозы.

— Застрельщик наложений отлично — и, возможно, даже лучше всего — действует в одиночку, — продолжил Тренчант. — Они могут работать в командах, но плохо подходят для обычных групп и являются плохим выбором для построения команды вокруг них. Они лучше всего проявляют себя в разношерстных группах, которые делают упор на универсальность — то есть, полная противоположность этосу формирования команд в Римаросе.

— Тогда их главное преимущество — выживаемость? — спросила Веспер.

— Да, хотя дело не только в том, какими способностями они обладают. Ключевой момент — менталитет. Застрельщики наложений привыкли балансировать на острие ножа, поэтому, когда что-то идет не так, они знают, как с этим справиться. Все за этим столом знают, что делать, если вы столкнулись с традиционным специалистом по ослаблениям.

— Нужно прорваться через команду и ударить по нему, — сказал Ледев. — И тогда с ним покончено.

— Именно, — согласился Тренчант. — Знаете, что бы я сделал, если бы столкнулся с застрельщиком наложений? Я бы бежал так, будто за мной гонится сам Бог Боли. Я бы не стал стоять и сражаться, если бы со мной не было полной команды, и даже тогда мне нужна была бы чертовски веская причина. Общеизвестно, что нужно убить специалиста по ослаблениям до того, как он «угостит» вас, иначе вы умрете даже после того, как убьете его. Застрельщики умирают нелегко.

— Итак, вкратце, — сказала Веспер, — они — злые ублюдки.

— Да, — усмехнулся Тренчант. — Если спросите меня, какая специализация по ослаблениям полезнее, я всегда выберу заклинателя. Это требует низкого мастерства, что означает надежность. Просто используйте свои способности в правильном порядке и не заходите дальше того парня со щитом. Застрельщики наложений похожи на защитников типа «уклонист». Все дело в рассудительности, навыках и запасе допустимых ошибок. Если они ошибаются — они умирают. Те, кто добирается до высоких рангов, чрезвычайно опасны и мучительно трудны в убийстве.

— Я в это верю, — сказал Ледев. — Мне не нравится Асано. Мне не нравится его высокомерие и не нравится его неуважение. Но когда создавали этого человека, забыли вложить ту часть, которая умеет сдаваться. Мы наблюдали за ним в бою, который он не мог выиграть. В бою, который мы для него подстроили, так что они знали его способности и были готовы, но он ни на секунду не прекращал борьбу. И это было не просто слепое упрямство. Он искал любую возможность, использовал любое преимущество, которое могло сохранить ему жизнь хотя бы на мгновение дольше. Я должен уважать такую решимость и твердость. Если бы он исправил свое отношение, он мог бы стать отличным авантюристом.

— Многие пытались убить Джейсона Асано, — сказала Лиара. — Это видно по тому, как он сражается. По его ауре и его шрамам.

— Вы видели его ауру в полностью высвобожденном состоянии? — спросил Тренчант.

— Мы видели, как он вывел из строя человека одной лишь аурой, — сказала Яна. — И это был не просто шок от подавления аурой. Это было похоже на какую-то атаку на душу. Я никогда не чувствовала ничего подобного.

— Я знаю явление, которое вы описываете, — сказал Тренчант. — Кто-нибудь из вас работал с Амосом Пенсината?

Лиара кивнула.

— Он тоже может проводить атаки на душу, — сказала она. — Как и Асано, он в прошлом перенес значительное повреждение души, и теперь может делать со своей аурой то, чего не могут другие.

— Например? — спросила Веспер.

— Если в досье Асано об этом ничего нет, я не скажу, — ответил Тренчант. — Не мне рассказывать вам чужие секреты. Однако все сказанное мною верно в отношении того, что я знаю о застрельщиках наложений. Традиционные методы обучения вредят им больше, чем помогают. Я видел всего пару великих застрельщиков наложений, и это было очень давно. Оба они пробились наверх с самых низов, имея за плечами не более чем несколько месяцев обучения под руководством другого авантюриста.

Он постучал по лежащему перед ним на столе досье.

— Это все, что было у Асано. Пара авантюристов бронзового ранга показали ему основы, прежде чем его бросили в глубокие воды.

— Значит, по вашей оценке, — сказала Веспер, — Асано может справиться с некоторыми громкими контрактами?

— С уважением, Ваше Высочество, вы провели политическое собрание, чтобы оценить авантюриста. Если хотите знать, может ли он справиться с контрактом — дайте ему один. И я бы порекомендовал вам самим взяться за один или два. Сейчас идет всплеск активности монстров, и я думаю, вам не помешала бы такая перспектива.

* * * По пути в кампус Общества искателей приключений, чтобы встретиться с Лиарой, Джейсон «случайно» открыл портал на площадь телепортации в торговом районе, а не в кампус.

— Упс. Ну, мне нужно несколько минут, прежде чем мой портал снова станет доступен. Полагаю, придется пойти и изучить местные сыры.

— Я не уверен, к кому обращено это заявление, мистер Асано, — голос Тени донесся из тени Джейсона. — Вы знаете, что лжете, я уж точно вам не верю, и даже если бы кто-то еще обратил на это внимание, я очень сомневаюсь, что им было бы до этого дело.

— Кто-то сегодня не в духе.

— Гордон заставил меня снова смотреть «Гимкату».

— Ты снова проиграл спор?

— Я все еще думаю, что он как-то использует эти глазные сферы, чтобы подглядывать в мои карты.

— Тогда тебе следует прекратить делать ставки. Я думал, ты усвоил урок после того, как он заставил тебя читать новеллизацию «Казама».

— Мистер Асано, в вашем мире есть темные и ужасные вещи.

Спустя некоторое время Джейсон, проходя через торговые ряды, скармливал крошечные кусочки свежего мяса маленькой пиявке на своем плече.

— Я хочу сделать запеченный бри, — сказал Джейсон. — Не знаю, есть ли здесь аналог, так что, полагаю, мне придется скупить все местные сыры, которые смогу найти, и посмотреть, что я смогу с ними сделать.

— Не стоит ли вам ограничиться сырами, которые больше всего похожи на бри? — спросила Тень.

— Категорически нет. Это магический мир, полный сюрпризов и чудес. То, что выглядит как сушеный инжир, на самом деле может оказаться какой-то разновидностью магического бри. Пожалуй, мне лучше купить все, что похоже на сушеный инжир. Или свежий инжир. Осторожность никогда не бывает лишней.

— Мистер Асано, а что насчет встречи с принцессой Лиарой?

— Мы доберемся туда.

— Рискуя тщетно кричать в пустоту, мистер Асано, вы ведете себя не очень разумно.

Джейсон остановился.

— Тень, ты абсолютно прав.

— Правда?

— Тень, я был дураком. Я совершенно игнорирую сырные лавки. Мне нужно в тот район бутиков, где находится ателье Алехандро.

* * * — Это отстой, — сказал Трэвис. — У них есть летающие корабли, но дальняя связь настолько плохая? У них что, нет хрустальных шаров или чего-то подобного?

— Бро, может, ты мог бы изобрести магический телефон. Наверное, мог бы на этом заработать.

Трэвис Ноубл и Тайка Уильямс находились на веранде гостевого домика в обширном загородном поместье. Остальные члены группы разместились в общежитиях, где обычно жили юные Геллеры на обучении, но их связь с Джейсоном обеспечила Тайке и Трэвису привилегированное отношение.

— Я не собираюсь в ближайшее время ничего разрабатывать, — сказал Трэвис. — Большинство магических технологий больше опираются на технологии и меньше на магию, потому что магии было слишком мало для работы. Магия всегда плохо влияла на технологические средства связи, поэтому люди со способностями к коммуникации всегда были так полезны в прото-пространствах. Я не ожидал, что это повлияет и на чисто магическую связь.

— Дальняя связь уже давно была мечтой артефакторов, — произнес женский голос. Они подняли глаза и увидели молодую женщину со смуглой кожей и коротко стриженными волосами, приближающуюся к ним.

— Если вам когда-нибудь удастся раскусить этот орешек, — сказала она, — ваш друг прав. Вы заработаете целое состояние. А пока мы пытаемся договориться о времени, когда вы сможете поговорить с Джейсоном, используя систему водной связи. У нас здесь, в поместье, есть свои собственные камеры, но нам не разрешено использовать их без разрешения Общества искателей приключений. Слишком много людей используют систему одновременно, и все это выходит из строя.

— Спасибо, Генри, — сказал Тайка. — Ты хорошо знала Джейсона?

— Не очень, — ответила Генриетта. — Он в команде моего брата, и я однажды была с ними в коротком тренировочном туре. Этого хватило, чтобы увидеть, как он делает что-то безумное, но с ним это никогда не требует долгого ожидания.

— Что он сделал? — спросил Трэвис.

— Вы когда-нибудь видели тот большой шрам, идущий от его бедра через весь живот?

— Нет, — сказал Трэвис.

— Да, — добавил Тайка.

— Он решил сразиться с монстром серебряного ранга, когда сам был еще железного ранга, идиот.

— Я слышал об этом, — сказал Тайка. — Он рассказывал об этом в своих записывающих кристаллах. Монстр нападал на какую-то деревню, да?

— Именно. Тогда я и поняла, что его фиксация на героизме его погубит. Единственным сюрпризом было то, что он после этого вернулся к жизни, но он всегда был немного странным. После него я думала, что все вы, пришельцы из другого мира, будете странными, но вы довольно нормальная компания.

* * * Джейсон выходил из сырной лавки, когда остановился, склонив голову, словно пытаясь расслышать слабый звук.

— Мистер Асано? — спросила Тень.

— Я что-то почувствовал, — сказал Джейсон. — Золотой ранг, может быть. Они попытались порыться в моей ауре, но отступили, когда почувствовали, что я их заметил.

— Мне провести расследование?

— Если ты их не почувствовал, то, скорее всего, ничего не найдешь без ауры для отслеживания, но можешь попробовать. Если найдешь кого-то подозрительного, дай мне знать, но не наживай неприятностей. Это моя роль в наших отношениях.

Несколько темных фигур выскользнули из тени Джейсона и исчезли в тенях вокруг него.

— Серьезно, мистер Асано? — спросила Тень, когда несколько его тел незаметно удалились. — Кто-то подозрительный?

— Я не пытался скаламбурить. Если бы пытался, вышло бы лучше.

— С каламбурами не бывает «лучше», мистер Асано. Бывает только «хуже».

ГНИЛЫЕ ЯБЛОКИ

ГНИЛЫЕ ЯБЛОКИ

Джейсон пробирался через подвальные уровни комплекса Общества искателей приключений, пока не достиг зон с ограниченным доступом. Оттуда его проводили в сектор подразделения по противодействию Строителю — череду надежно запечатанных комнат, окруженных мощным полем подавления ауры. Сопровождающие привели его в кабинет Лиары, где она сидела за столом. Она подняла взгляд от отчета, который читала.

— Можете оставить его, спасибо.

Сопровождающие оставили их одних, закрыв за собой дверь. Она окинула Джейсона взглядом.

— Все еще нет обновлений в гардеробе? — спросила она.

— Качество требует времени. В конце концов, мне нужно было полностью обновить гардероб. К тому же, не думаю, что Алехандро оценил, что его использовали для игр Веспер. Я могу посочувствовать его положению.

— Я ожидала вас раньше, мистер Асано. Когда я прошу людей явиться ко мне, я привыкла, что они пунктуальны.

— Охотно верю. Вы не указали время, а у меня были дела.

— Дела? Вы уже были в зале заданий? Там вас ждет контракт, именно ради этого я вас и вызвала.

— Нет, не это, — отмахнулся Джейсон. — Я нахожусь в совершенно новой части совершенно нового мира. Вы хоть представляете, каково это — пытаться освоить совершенно новую палитру специй? И это еще до того, как перейдешь к магическим ингредиентам.

— Вы говорите о готовке?

— Это своего рода мое хобби, а я был отрезан от него некоторое время. В моем мире были серьезные перебои с продовольствием.

Упоминание мира Джейсона заставило Лиару придержать ответ. Помимо обычного любопытства, то, во что Джейсон был вовлечен во время своего отсутствия, явно влияло на события по его возвращении. Она знала, что Сорамир не захочет, чтобы она упустила шанс узнать больше.

— Почему были перебои с продовольствием?

— Я планировал устроить званый ужин, где мы могли бы поговорить о моем отсутствии, — сказал Джейсон. — Но я не могу этого сделать, пока не разберусь с местными ингредиентами. Мои сырные энчилады вышли немного неудачными, хотя должны были быть простыми и вкусными. Но если мне не стоит тратить на это время, полагаю, придется подождать.

Она одарила его тонкой улыбкой.

— Вы очень хорошо умеете находить, куда вонзить кинжал, не так ли, мистер Асано?

— Я понял, что должен быть таким, принцесса. Кстати, я как раз собирался прийти к вам, когда получил ваше сообщение. Подумал, что мог бы помочь с допросом лоялистов Чистоты.

— Мы позовем вас, когда возникнет необходимость. Слишком рано сажать вас с ними в одну комнату.

— Вы же их не пытаете?

— Пытки ненадежны. Другие методы занимают больше времени, но позволяют добраться до истинной правды.

— Другие методы?

— Мы используем алхимические методы и ритуальную магию, чтобы ввести их в трансоподобное состояние, в котором они более открыты к внушению. По-прежнему требуется время и осторожность, чтобы преодолеть сознательное сопротивление, особенно с фанатиками. Это деликатный процесс, а значит, никаких дилетантов. Вы понадобитесь нам только тогда, когда мы получим от них то, что нужно с помощью допроса в трансе, и вернемся к их допросу в здравом уме.

— Вы не получаете всего с помощью этой штуки с гипнозом правды, которую используете?

— Состояние транса хорошо подходит для деталей, но не для интерпретации. Для этого существует обычный допрос, к которому допрос в трансе помогает подготовиться. Вот тогда мы сможем вас использовать — чтобы изменить обстановку. Выбить их из колеи.

— Я не стремлюсь никому переходить дорогу, — сказал Джейсон. — Просто дайте знать, когда я понадоблюсь. Впрочем, у меня есть информация, которая, как мне кажется, может быть полезной.

— Тогда, пожалуйста, поделитесь.

Лиара указала на стул напротив своего стола, и Джейсон сел.

— Я как раз проверял свои собственные записи об ограничениях, наложенных на Строителя в отношении того, чтобы меня убить.

— У вас есть записи?

— Кристаллическая запись, оставленная благодетелем.

— Не думаю, что…?

— Нет.

— Стоило попробовать. Но проверять детали — хорошая идея, и я ценю это. Орден церкви Чистоты существует в этом регионе уже много лет, но знание всего, что мы можем, о том, почему ваше присутствие активизировало их, несомненно, будет полезным.

— В том-то и дело, — сказал Джейсон. — Не думаю, что я причина их активности. Знаю, кажется, будто все крутится вокруг меня, но это ловушка, в которую люди попадают из-за моей дикой харизмы, бесшабашного обаяния и сногсшибательной внешности.

Лиара посмотрела на него безэмоционально, и он одарил ее озорной ухмылкой.

— Думаю, когда вы слили информацию о моем курьерском рейсе, — продолжил он, — я был просто удобной мишенью. Думаю, приспешники Чистоты затевают что-то большее, чем просто расправу со мной.

— Почему вы так думаете?

— Одно из требований, которое должно быть выполнено, прежде чем прихвостни Строителя смогут охотиться на меня, заключается в том, что я должен вмешаться в их дела, прежде чем им позволят сделать свой ход.

Лиара откинулась на спинку стула, задумчиво постукивая себя по подбородку.

— Но они устроили вам засаду. Может, они последователи Чистоты, а не люди Строителя, поэтому ограничения менее строгие?

— Не думаю, что тот, кто установил условия, оставил бы такую большую лазейку. Иначе он просто бросил бы кучу денег какому-нибудь золотому рангу без принципов, чтобы тот пришел и прикончил меня. И вы там были. Люди Чистоты подчеркивали, как они придерживаются условий.

— Это так, — сказала Лиара, задумчиво постукивая по подбородку. — Но они ничего не упоминали об этом пункте о вмешательстве.

— Именно, поэтому я пошел и перепроверил. Думаю, они смогли прийти за мной, потому что я вмешивался в их дела.

— Вы были на контракте по доставке. Как это является вмешательством в их дела?

— Среди искателей приключений на контрактах по снабжению были потери, верно? Искатели приключений вне гильдии конкурентны, но они также присматривают друг за другом. Я новичок в этом деле, и уже слышал разговоры.

— Все на пределе, — сказала Лиара. — Люди, активы, ресурсы. Мы так долго находимся в состоянии полуготовности, что все напряжено. К тому же, этот всплеск монстров уже показывает, что он сильнее обычного. Обычно весь регион видит одного, может быть, двух монстров алмазного ранга за весь всплеск. В первую неделю у нас один напал на Римарос, а другой — к югу, прямо вглубь от границ Королевства Штормов.

— Я подумал о том же, — сказал Джейсон. — Недостаточно людей, слишком много опасности. Но что, если это не все? Что, если Чистота использует тот факт, что ситуация выходит из-под контроля, чтобы осуществить какой-то план? Если они уже перехватывали искателей приключений на контрактах по доставке, то засада на меня не была нарушением ограничений. Это я ввязался в то, чем они уже занимались.

Лиара нахмурилась, и Джейсон молча ждал, пока она обдумывала сказанное. Затем она открыла ящик стола, достала папку и положила ее перед Джейсоном.

— Ваша команда, — сказала она, — по-видимому, так же хороша в том, чтобы оказываться в центре огромного бардака, как и вы. У них тоже была стычка с церковью Чистоты.

Джейсон взял папку и начал читать, пока Лиара ждала. Он закончил и положил папку обратно на стол.

— Посланники, пришельцы… Общество искателей приключений захочет, чтобы я отправился туда.

— Филиалы Общества искателей приключений в Витессе и Сирионе уже запросили вашу отправку, да, — сказала Лиара. — Директор Общества искателей приключений здесь отказал, вместо этого запросив, чтобы вашу команду доставили к вам. Вместе с родителями мисс Хурин, в качестве любезности.

— Зачем везти их всех сюда, когда события происходят там? Пожалуйста, скажите мне, что это не только из-за политики.

— Его Державный Предок считает, что—

— Вы говорите о Сорамире?

— Я говорю о нем, да. С уважением.

— Уважение — забавная штука. Это слово, которое многие люди — люди из высших слоев общества — используют, потому что оно звучит лучше, чем «покорность». Даже когда вы говорите о настоящем уважении, почему вы решаете, что является уважительным? Я из совершенно другого мира и гораздо более низкого социального класса. В моей культуре дружелюбие — это уважение, а безличность — это холодность и враждебность. Я понимаю; это ваш город, поэтому ваши правила. Но если бы вы и Сорамир приехали в мой город, вы бы следовали моим правилам? Моему этикету?

— Он алмазного ранга, мистер Асано. Он был королем. Первым королем этой нации и основателем династии Римарос.

— А я ребенок фермеров и иммигрантов. Делает ли это меня менее достойным уважения? Анекдотические свидетельства говорят «да», потому что ваша семья не относилась ко мне с уважением. Вы использовали меня и эксплуатировали. Вы ведете себя так, будто действия Зары были позором, но вы относились ко мне с тем же пренебрежением, что и она. По крайней мере, она думала, что я мертв, и что никому не причинит вреда. Ваша семья втянула меня в это, и что вы сделали с тех пор? Подвесили меня, как рыбу на крючке, оставив в неведении. Призывали к порядку? Указывали, как действовать и как одеваться? Я не ваш ребенок, я не ваша собака и я не ваш червяк на крючке, принцесса.

Джейсон встал со стула.

— Возможно, вам стоит успокоиться, мистер Асано, прежде чем вы скажете то, о чем пожалеете.

— Помните тот раз, когда вы продали меня церкви Чистоты, и я сказал, что немного отдохну, а потом скажу что-нибудь глупое? Ну, это оно и есть, принцесса, так что пристегнитесь. Что я сделал, чтобы заслужить такое отношение к себе со стороны вас и ваших? Не был достаточно силен, чтобы послать вас всех к черту? Я встретил одну из вас однажды, и теперь вы владеете мной? Если я не выражаюсь ясно: если еще один из вас, королевских задниц, сделает пренебрежительный комментарий об уважении, не проявляя его вовсе, то вы узнаете точно, как я все еще здесь, несмотря на алмазные ранги, богов и великих астральных существ в моем большом списке врагов. Строитель пришел за моей душой, потом он убил меня, лично, но я все еще здесь, и он все еще пытается. Вы думаете, я боюсь королевской власти? Вы все перепутали, принцесса. Это вам стоит бояться меня.

— Вы серебряного ранга, угрожающий одной из величайших держав в мире. Вы звучите как ребенок, закатывающий истерику. Вы думаете, так вы добьетесь уважения?

— Я ребенок, по вашим меркам, и я давно перестал ожидать уважения от таких, как вы. Почему оно вдруг должно появиться сейчас? Все, с кем я имею дело, — это люди, более могущественные, чем я, и я могу пересчитать тех, кто проявил ко мне уважение, по пальцам. Почему вы требуете уважения, когда это я тот, кого ваша семья втянула в этот бардак? Вы всегда относились ко мне только как к инструменту. Инструменту, с которым нужно обращаться. Что ж, угадайте что, принцесса? Рукоятка этого инструмента стала очень скользкой, так что будьте осторожны в следующий раз, когда захотите схватиться за нее.

Лиара ничего не сказала, зная, что это только спровоцирует новую тираду. Она молча ждала, пока его настроение успокоится, пока они смотрели друг на друга через стол. В его ауре были волны, излучающие сдерживаемую ярость. Она чувствовала ее гноящуюся природу, возникшую задолго до его прибытия в Римарос. Она видела, что его извержение назревало некоторое время, и ему нужно было выплеснуть его. В конце концов, эта разрядка сделает его более сговорчивым, раз уж он выплеснул свое разочарование, при условии, что она пропустит его вспышку мимо ушей и не будет провоцировать его дальше.

— Вы правы, мистер Асано. Моя семья не относилась к вам с уважением, подобающим невинному человеку, втянутому в наши проблемы не по своей вине. Я прошу прощения за это. Возможно, если вы снова сядете, мы сможем обсудить, как это исправить.

Джейсон долго смотрел на нее, прежде чем снова сесть.

— Это… не было полностью направлено на вас, — тихо сказал Джейсон. — Не поймите меня неправильно; часть этого определенно была, но у этого корабля было много инерции. Вы просто оказались на его пути.

— Я не знаю, через что вы прошли, мистер Асано. Вы заслуживаете уважения, хотя бы потому, что я уверена, что однажды вы станете золотого ранга, возможно, даже алмазного. Его Державный… Сорамир считает, что вы провели всю свою карьеру искателя приключений, противостоя силам, с которыми вам не следовало бы сталкиваться, хотя, возможно, у вас не было выбора, кроме как противостоять им. Я не знаю, что он увидел в вашей ауре, потому что он достаточно уважает вашу частную жизнь, чтобы не рассказывать мне.

— Но недостаточно, чтобы не взглянуть. Ваша семья — лишь еще одна в длинной череде врагов.

— Мы вам не враги, мистер Асано. Мы не хотим ими быть.

— Вы не первый враг, который говорит мне это. Вы не первая группа, которая кинула меня, а потом сказала: «Эй, это были просто несколько гнилых яблок, а не вся организация». А потом они снова подставляют меня. И снова. Все никогда не идет так, как они хотят, и они всегда говорят одно и то же, снова и снова. Я знаю, кто вы. Вы разумный человек, стоящий впереди, пока люди позади вас точат ножи.

— Что мы можем сделать, чтобы заслужить ваше доверие, мистер Асано?

— Попробуйте большого деревянного коня, полного солдат.

— Я не знаю, что это значит.

— Это значит, что неважно, что вы делаете. Даже если это искренний жест, все, что я увижу, — это еще одна попытка манипулировать мной. Я слишком много раз обжигался, чтобы находить новых людей, которым можно доверять. Если хотите сделать что-то для меня, принцесса, сделайте то, что Сорамир обещал сделать в первую очередь. Привезите людей, которым я уже доверяю, сюда, или отправьте меня к ним.

— Если вы хотите отправиться в Витесс или Сирион, вы можете. Мы сделаем это для вас. Но, как я уже говорила, его Державный Предок считает, что для вас и для нас лучше, если вы будете свободны и активны. Если вы уедете, вас посадят в комнату с астральными исследователями Магического общества и вы будете проводить свои дни, отвечая на вопросы о пришельцах. Даниэль Геллер уже прибрала к рукам пришельцев и увезла их в одно из поместий Геллеров, так что ее политический капитал сейчас исчерпан. Она не может защитить вас от этого. Но здесь вам будет дана свобода действовать.

— В рамках, установленных вашей семьей.

— Моя семья правит этим королевством. Чего вы хотите, Асано? Быть выше закона?

— Вы — выше.

— Стены вокруг меня могут отличаться от тех, что вокруг вас, но они не менее реальны. Не притворяйтесь, что вы слишком глупы, чтобы понимать, что это правда.

Джейсон кивнул, признавая этот аргумент.

— Вы говорите, что если я покину Королевство Штормов, у меня все еще будут могущественные люди, дергающие меня за ниточки. Но здесь у меня есть рычаги давления, потому что вам нужно мое активное участие.

— Именно. Если вы не можете доверять нам, доверьтесь тому, что мы будем действовать в наших собственных интересах. Прямо сейчас наши интересы требуют вашего сотрудничества, а не вашей капитуляции.

— А я-то думал, что Веспер — политически подкованная.

— Меня воспитывали с тем же обучением, что и ее. Просто она действительно любит политику. Мне не нравятся компромиссы. Мне не нравится смотреть кому-то в глаза и говорить им ложь, которая причинит им боль. Мне нравится знать, кто плохие люди, и что это не я.

Джейсон снова кивнул, а затем заговорил, его голос был мягким и нежным.

— Неприятно быть мастером в том, чего ты не хочешь делать, но вынужден.

— Нет, неприятно, — согласилась она. — Как насчет этого, мистер Асано? Я постараюсь больше спрашивать и меньше приказывать. Я поговорю с Веспер, но ничего не обещаю. Это немного, но, возможно, это может стать началом. Первым шагом на пути к взаимному уважению.

Джейсон кивнул.

— Посмотрим.

Он постучал по папке на столе перед собой.

— У меня есть вопросы.

— Слушаю.

— Вы запросили, чтобы мою команду отправили сюда. Это было одобрено?

— Запрос на рассмотрении. Действия семьи Геллер усложнили ситуацию.

— Пришельцы. Они все из моего мира?

— Похоже, что так. Кажется, они все знают вас.

— Я знаю кого-нибудь из них?

— Полагаю, да. Мы пытаемся получить список имен, чтобы ответить именно на этот вопрос, но все усложняется тем, что семья Геллер взяла их под свою защиту. Похоже, есть некоторые разногласия между вашей командой и Магическим обществом. Геллеры вмешались, чтобы предотвратить использование пришельцев для исследований.

— Хорошо. Я слышал от Руфуса Ремора, как Магическое общество обращалось с одним из членов моей команды, хотя, возможно, вся организация не так уж плоха. Может, это были просто несколько гнилых яблок.

— Предлагаю связаться с семьей Геллер здесь, в Римаросе. Возможно, они смогут обеспечить лучший канал связи с пришельцами.

— В Римаросе есть Геллеры?

— Геллеры есть везде, мистер Асано. Вам придется спросить об этом Церковь Плодородия.

ИДИОТСКИЙ ПЛАН

ИДИОТСКИЙ ПЛАН

Фарра и Руфус наблюдали, как Джейсон ввалился в облачный дом, словно побитая собака. Он даже не воспользовался дверями: стены расступались перед ним и смыкались позади, пока он шел по прямой. Они переглянулись и поднялись, направившись к его комнате через обычные дверные проемы. Они остановились снаружи, зная, что он почувствует их присутствие. Они ждали, но реакции не последовало. Руфус уже хотел окликнуть его, но Фарра покачала головой.

— Тень, — тихо сказала она. — Что случилось?

Тень ответил, его голос донесся из тени Фарры.

— Господин Асано регрессировал. Впал в старые привычки, от которых, как он сам себе обещал, избавился.

— В этом нет ничего нового, — заметил Руфус. — Он, по сути, сплошной набор вредных привычек. В этом часть его обаяния.

Фарра посмотрела на Руфуса и кивнула в сторону. Они обменялись парой взглядов, после чего Руфус пожал плечами и ушел.

— Ты можешь открыть дверь, Тень? — спросила Фарра.

— Господин Асано предоставил мне некоторую степень контроля над облачным домом на случай необходимости во время его отсутствия.

— Тогда открой.

— Сейчас он не отсутствует, мисс Хурин.

— Но это необходимо. Открой дверь, Тень.

Облачный дом всегда был пропитан аурой Джейсона изнутри. Будучи мобильным духовным доменом, он был не просто объектом, связанным с душой, а продолжением самой его души. Однако он не отражал его текущее состояние, будучи лишь отражением его ауры в нейтральном состоянии. Это резко контрастировало с той аурой, что хлынула наружу, когда дверь в комнату Джейсона исчезла, перестав сдерживать ауру самого Джейсона.

Фарра отступила, когда из комнаты выплеснулась аура настолько густая, что казалась почти осязаемой. Хотя она была невидима для глаз, Фарра почувствовала себя так, словно попала в душное болото, где густая и тяжелая влажность превращала воздух в зловонную похлебку. Она вошла внутрь, туда, где Джейсон сидел на краю кровати, опустив голову, и села рядом с ним. Ее рука прижалась к его, когда она мягко прислонилась к нему, ничего не говоря. Аура Джейсона утихла, но никто из них не произнес ни слова; Фарра ждала, когда он будет готов заговорить. Прошло много времени.

— Почему я продолжаю совершать одни и те же ошибки? — спросил он.

— Потому что ты продолжаешь сталкиваться с одними и теми же проблемами, — ответила она. — Тебя окружают люди, обладающие слишком большой властью, чьи интересы сходятся на тебе.

Она вздохнула.

— Мы могли бы просто уйти, — предложила она. — Ты превратишь этот дом в лодку, пошлешь к черту Общество искателей приключений, пошлешь королевскую семью, пошлешь Строителя и уплывешь навстречу солнцу. Руфус и я будем стоять прямо рядом с тобой.

Она протянула руку и слегка сжала его ладонь.

— Но мы оба знаем, что ты этого не сделаешь, — продолжила она. — На Земле ты терпел это из-за людей, которые пострадали бы, если бы ты этого не сделал. Я не стану притворяться, будто знаю, каково это — иметь целый мир людей, чьи жизни и смерти в твоих руках. Теперь здесь так много людей, прячущихся за стенами, которые возвела семья Ириос, и если их политические соперники начнут вмешиваться в их дела…

Под ее рукой кулак Джейсона сжался.

— Вот почему ты делаешь это и здесь. Я не стану говорить, что твой способ решения проблем всегда лучший. Или вообще лучший, если честно, и я не знаю, что за безумие ты сотворил сегодня. Но если это то, что помогает тебе держаться, тогда делай это. Будь собой и забудь обо всем остальном.

— Я не должен был стать тем, кто я есть. Я должен был стать лучше, но они не дадут…

Он провел рукой по лицу.

— Все должно было быть не так, — сказал он. — Это не может быть просто повторением Земли. Не здесь.

Его голос дрогнул, переходя почти в рыдание.

— Я не переживу этого снова, Фарра.

Он опустил голову еще ниже и обхватил ее руками, больше ничего не говоря. Его аура снова начала сочиться наружу, и Фарре казалось, что она находится внутри раны.

— Ладно, — сказала она и встала. — Мне нужно в Ливарос. Откроешь мне дверь?

Джейсон щелкнул пальцами, не поднимая головы, и перед ней из пола поднялся портал. Она сжала его плечо и шагнула внутрь. Спустя несколько мгновений он потянулся, чтобы закрыть его жестом, но из его тени поднялась Тень.

— Возможно, вы захотите оставить его открытым, господин Асано. Некоторое время назад прибыл гонец-конструкт, чтобы уведомить вас о том, что в зале заданий вас ждет контракт. Это групповой контракт, и группа соберется на рассвете. Вас просят подтвердить или отклонить участие до конца дня.

— Спасибо, — сказал он, его голос был едва слышным шепотом.

Спустя долгое время он поднялся на ноги, окутанный темным туманом. Тот быстро рассеялся, показав, что его тропический наряд сменился боевой мантией оттенков запекшейся крови. Он шагнул в портал.

* * * У каждого небесного острова в Римаросе была общая черта: столб воды, поднимающийся из моря и соединяющийся с нижней частью острова. Столбы были традиционным путем входа на небесный остров, тогда как воздушные подходы обычно вызывали срабатывание защитных мер. По этой причине Фарра находилась в лодке, которая двигалась по воде к столбу под королевским небесным островом. Это была маленькая лодка всего на восемь мест, и все они были заняты.

Лодка въехала в столб воды, которая поглотила силовой купол, возникший, чтобы сохранить пассажиров сухими. Столб поднял лодку в воздух, вода вливалась в отверстие в нижней части острова. Поскольку воды поступало так много, Фарра рассеянно задалась вопросом, куда она девается. Несколько небольших потоков вытекали в разных местах по бокам, но этого было далеко не достаточно, чтобы компенсировать огромное количество воды, поднимаемое столбом.

Достигнув нижней части острова, столб воды внес их в шахту, которая проходила прямо сквозь остров и вверх, в озеро в центре королевского дворца. Это была распространенная конструкция для небесных островов, где здания строились вокруг большого пруда или небольшого озера, служившего входом. Защитные сооружения, спроектированные семьей Ириос, полностью окутывали озеро; они были невидимы для глаз, но подавляющи для любых магических чувств, достаточно смелых, чтобы их прощупать.

Королевский дворец был расположен кольцом вокруг озера. Это был доминирующий стиль в архитектуре Римароса, порожденный практическими соображениями дизайна фирменных небесных островов города. Территории вокруг озера были зонами с относительно низкой степенью безопасности, где принимали иностранных сановников и других гостей. Дворец был спроектирован в виде серии колец, причем внутреннее и внешнее кольца имели наименьшую защиту, а средние — наибольшую.

Лодка всплыла в озере и причалила к одному из небольших пирсов, разбросанных вокруг озера. Переход с лодки на пирс означал прохождение через гнетущие магические защиты, через которые даже золотой ранг был бы безрассудным глупцом, пытаясь пройти без разрешения. Фарра была экспертом в магии формаций, но защиты королевского дворца были уровня силы и сложности, превосходящего ее уровень.

Покинуть дворец через барьеры было гораздо проще; воздух замерцал вокруг нескольких королевских гвардейцев, когда они сошли с пирса на лодку и начали проверять пассажиров. Пассажиры были максимум серебряного ранга, как и гвардейцы, отправленные для их проверки. Гвардейцы действовали тщательно, проверяя документацию и тестируя каждого магическими устройствами на предмет изменения формы или опасных предметов, спрятанных в пространственных хранилищах. Один из гвардейцев подошел к Фарре.

— Мне нужны ваши документы на въезд, мэм.

— У меня их нет.

— Тогда вам придется вернуться на лодке, мэм. Нет документов — нет входа.

— Мне они не нужны. Если некий алмазный ранг не пришлет кого-нибудь, чтобы забрать меня, он об этом пожалеет.

Все гвардейцы обернулись к Фарре, вытаскивая или призывая оружие, которое было направлено ей в горло.

— Если у вас нет документов, вы должны уйти, — сказал гвардеец. — Если вы угрожаете, вам это так просто не сойдет.

На пирс прибыл мужчина, чья скорость золотого ранга ощущалась почти как телепортация. Он был не в форме королевской гвардии, но гвардейцы вытянулись во фрунт, когда он прошел мимо них, чтобы сесть на лодку.

— Командор Мур, — сказал старший гвардеец. — Я не знал, что вы на дежурстве, сэр.

— Особое задание, — ответил золотой ранг.

У него была бледная кожа, угольно-черные волосы и глаза, похожие на прозрачные осколки льда. Его взгляд упал на Фарру, когда он передал документ старшему гвардейцу.

— Меня зовут Тренчант Мур, — сказал он Фарре. — Вы пойдете со мной.

Гвардейцы тщательно проверили документ, несмотря на то, что узнали прибывшего, а затем просканировали Фарру различными устройствами.

— Вам нужно оставить свою пространственную сумку, мэм.

Фарра отстегнула тяжелый мешочек с пояса и отдала его, не сводя глаз с Тренчанта.

— Веди, — сказала она ему.

* * * Лиара подошла к неприметной двери в королевском дворце и стала ждать, пока та не открылась, после чего вошла. Внутри была балконная гостиная, выходящая на крыши дворца к озеру в самом сердце дворца. Сорамир стоял на балконе, сцепив руки за спиной, и смотрел вдаль. Лиара подошла к нему сзади, соблюдая почтительную дистанцию, и склонила голову.

— Державный Предок, возможно, я совершила ошибку с Асано.

— Уровень враждебности был неизбежен, — сказал Сорамир. — Чтение ауры — это не чтение мыслей, но я видел волатильное разочарование, которое копилось внутри него задолго до того, как он прибыл сюда. Я знал с первой нашей встречи, что он — котел, готовый закипеть.

— Думаю, это только что произошло. Я не уверена, насколько он будет готов пойти нам навстречу теперь. Возможно, я сильно усложнила работу Веспер.

— Почему ты думаешь, что он вообще согласился нам помочь? — спросил Сорамир. — Я уверен, ты уже понимаешь, что его не заботит королевская семья или ее власть.

— Мы обещали привезти сюда его команду.

— Это то, о чем он просил, но он помог бы нам в любом случае.

— Почему?

— У меня есть подозрения, но у нас есть гостья, которая, как я полагаю, может дать нам окончательные ответы.

* * * Тренчант провел Фарру через королевский дворец.

— Вы здесь из-за Джейсона Асано, — сказал он.

— Вы ведь встречались с ним, верно? Вас заставили нянчиться с ним во время его полета на дирижабле.

— Серебряные ранги не предъявляют требований Сорамиру Римаросу, мисс Хурин.

— Значит, вы плохо знаете Джейсона. Я просто делаю то, что сделал бы он. Если бы он был в лучшем состоянии.

— Что-то случилось?

— Что-то случается с тех пор, как я его знаю. Что вы думаете о Джейсоне?

— Он не был запуган моим рангом.

— Его не пугают боги. Вы знаете, через что приходится пройти человеку, чтобы достичь такого уровня? С момента нашей встречи он постоянно лезет на рожон, пряча страх и панику под сарказмом и безумной бравадой. Это должен был быть его шанс перестать иметь дело с алмазными рангами и великими астральными сущностями. Теперь он по горло в проблемах королевской семьи, имея дело с целым новым набором людей, которые гораздо могущественнее его.

Они подошли к двери, которая сама открылась, чтобы впустить их. Внутри были Лиара и Сорамир Римарос, стоящие на роскошно обставленной балконной гостиной. Они повернулись к Тренчанту и Фарре, когда те вошли, Тренчант опустился на одно колено.

— Державный Предок, — торжественно произнес он.

— Пожалуйста, встаньте, командор Мур, — распорядился Сорамир.

Тренчант встал, зеркально повторив позу Сорамира со сцепленными за спиной руками.

У Фарры не было опыта Джейсона в общении с алмазными рангами. Она встречала их, в частности, деда Руфуса, Роланда, но противостояние им — это совсем другое дело. Она укрепила свою решимость, прекрасно понимая, что все присутствующие в комнате почувствуют ее борьбу, прочитав ее ауру.

— Возможно, вы объясните, зачем пришли, мисс Хурин, — сказал Сорамир.

Фарра сжала кулаки по бокам.

— Я здесь не для того, чтобы объясняться, — сказала она, вызвав удивленно приподнятые брови у Тренчанта и Лиары. — Я здесь, чтобы сказать вам, что вы собираетесь дать Джейсону то, что обещали.

— Вы не приходите в наш дом и не предъявляете требований, — сказала Лиара.

— Он пришел в наш, — сказала Фарра, не сводя глаз с Сорамира. — Если алмазный ранг приходит к таким, как мы, и о чем-то просит, это всегда требование. Но вы лишь последние в очень длинной череде людей и существ, которые хотят чего-то от него, а у него больше ничего не осталось. Он готов треснуть, как яйцо, поэтому, если вы хотите получить от него то, что вам нужно, вы — те, кто должен сделать первый шаг.

— Все не так просто, — сказала Лиара. — Вы, возможно, заметили, что идет всплеск монстров.

— Заметила? Я его начала. Джейсон и я спровоцировали его в первую очередь, вот с чем мы имеем дело, и вы думаете, что репутация вашей семьи что-то значит для нас? Вы смотрите свысока и думаете, что мы мелкие, но мы смотрим в ответ, думая ровно то же самое о вас.

Сорамир шагнул вперед, его аура распространила чувство спокойствия, которое подавило взволнованных Фарру и Лиару.

— Я сдержу свое обещание Джейсону Асано, — сказал Сорамир. — Мы работаем над этим.

— Вы не «работаете над вещами», — сказала она ему. — Вы делаете вещи. Если вы хотите чего-то достаточно сильно, сколько людей в этом мире могут помешать вам это получить?

— У всего есть цена, мисс Хурин.

— Да, есть. И пришло время заплатить цену за помощь Джейсона, иначе вы ее не получите.

— Это решение должен принимать Асано, — сказала Лиара.

— Вы заглядывали в ауру Джейсона, — сказала Фарра Сорамиру. — Возможно, вы знаете его лучше, чем кто-либо, кроме меня.

— Как я сказал принцессе Лиаре незадолго до вашего прибытия, чтение ауры — это не чтение мыслей.

— Но знаете ли вы, что он скажет, если я приду к Джейсону и скажу ему перестать помогать вам, не спрашивая меня «почему»?

— Он скажет «да», — без колебаний ответил Сорамир.

— Да, но это даже не важно. Вы, люди, нашли побитую собаку и начали ее пинать. Теперь вы ожидаете, что она будет выполнять трюки. Нам всем нужно что-то предпринять, иначе он будет не в том состоянии, чтобы помочь вам, а это значит, что у вас есть два варианта: забыть о Джейсоне или сделать то, что нужно, чтобы привезти сюда его друзей. А потом надеяться, что этого будет достаточно, чтобы он не ушел в океан и не вернулся, или просто не начал убивать всех подряд.

Лиара была поражена дерзостью Фарры, но, последовав примеру Сорамира, промолчала. Она чувствовала, как аура Фарры дрожит под аурой Сорамира, но лицо ее оставалось непоколебимым, когда она смотрела на алмазный ранг. Лиару не удивило, что Фарра и Джейсон были близки, оба готовы противостоять значительно большей силе и яростно на нее нападать. Даже с аурой Сорамира, давящей чувством спокойствия, граничащим с контролем разума, воздух был напряженным. На свирепый взгляд Фарры Сорамир ответил нечитаемым выражением лица, пока между ними тянулась тишина.

— Прежде чем вы вошли сюда, — наконец сказал Сорамир, — принцесса и я обсуждали, почему ваш друг Джейсон решил нам помочь. Неоспоримо, что мы втянули Джейсона Асано в события, о которых он никогда не просил, и я знаю, что это задело рану, которую он приехал сюда залечить. Моя семья привыкла добиваться своего благодаря нашей силе, власти и уважению, которое люди испытывают к ним, но именно это больше всего раздражает Асано. Не окажете ли вы мне любезность объяснить, почему?

Фарра нахмурилась.

— Когда я встретила Джейсона, он делал что-то безумное, чтобы помочь кучке незнакомцев, потому что именно так он поступает. У Джейсона ужасные недостатки, он совершает ужасные ошибки и слишком медленно учится на них. Но с того дня, как мы встретились, он ставит на кон все, чтобы защитить людей, у которых нет власти, от тех, у кого она есть. Чтобы защитить тех, кому навредят ваши политические разборки, от таких, как вы. Мне плевать, королем чего древнего вы являетесь; что касается меня, вы все можете сгореть. Но Джейсон будет продолжать идти вперед, пока это окончательно не сломает его, и это та точка, к которой он почти подошел.

— Вы думаете, мы не хотим обезопасить людей? — спросила Лиара.

— Уверена, хотите, пока это не стоит вам слишком дорого. Джейсон не хочет защищать людей; он просто делает это. Он платит цену каждый раз, какой бы она ни была, потому что такие, как вы, не будут. Это стоило ему семьи, его жизни не один раз, и сейчас это на грани того, чтобы стоить ему рассудка. У него заканчивается то, чем он может платить. Я провела последние два года, наблюдая, как каждая его надежда превращается в пепел из-за того, что ему приходилось делать и кем ему приходилось становиться. Я не позволю этому случиться снова. Если это означает войти в королевский дворец и кричать на алмазный ранг так, как он сделал бы, если бы у него еще были на это силы, то именно это я и сделаю.

Фарра застревала снаружи двух зон трансформации на Земле, зная, с чем он сталкивается и какова цена неудачи, но будучи не в силах помочь. Она видела, как он возвращался каждый раз, победителем, но немного более сломленным. Она закончила ждать и наблюдать, поэтому решила сделать именно то, что сделал бы он: пойти туда, куда ей не следует, чтобы накричать на того, на кого ей не следует, и надеяться, что каким-то чудом это чего-то добьется.

Фарра и Сорамир продолжали смотреть друг другу в глаза. Наконец, Сорамир слегка кивнул.

— Я сделаю, как вы сказали, — произнес он. — Я позабочусь о том, чтобы команда Асано была здесь в течение ближайших нескольких дней. Тем временем, принцесса Лиара, пожалуйста, уберите имя господина Асано из списка участников контракта, к которому он был приписан.

— Державный Предок, — сказал Тренчант. — Этот контракт уже начался. Разведчики доложили, что культ Строителя выдвинулся и запечатал целевую апертуру, поэтому график развертывания экспедиции был ускорен. Я нес сообщение об этом принцессе Лиаре, когда прибыла мисс Хурин и вы приказали мне сопровождать ее.

— Асано был с экспедицией? — спросила Лиара.

— Неизвестно, Ваше Высочество. Сообщение было адресовано вам в вашем качестве члена группы реагирования на Строителя. Асано не упоминался ни в том, ни в другом ключе, но было отмечено, что принцессы Веспер и Зара отправились с экспедицией.

— Что? — спросила Фарра. — Кто придумал этот идиотский план?

ДНИ, О КОТОРЫХ СЛАГАЮТ ПЕСНИ

ДНИ, О КОТОРЫХ СЛАГАЮТ ПЕСНИ

Тренчант вернулся в лаунж на балконе Сорамира, проводив Фарру, и застал обладателя алмазного ранга посреди разговора с принцессой Лиарой. Он вытянулся во фрунт, храня молчание.

— Мне хотелось бы расспросить её подробнее о том, что она говорила о себе и Асано, якобы начавших нашествие монстров, — спросила Лиара. — Я не почувствовала в её словах лжи, но разве это вообще возможно?

— Я уже подозревал нечто подобное, — ответил ей Сорамир. — Уже некоторое время ходят слухи о вмешательстве в естественный процесс нашествия монстров. Возможно, Асано и Хурин нашли способ нейтрализовать это вмешательство. Мне бы очень хотелось узнать больше об их отсутствии в нашем мире, но, уверен, вы согласитесь, что сейчас не время давить.

— Согласна, Державный Предок.

— Командор Мур, каково ваше мнение о мисс Хурин?

Тренчант потратил мгновение, чтобы собраться с мыслями.

— Она страстная. Преданная. Храбрая. Ей было страшно прийти сюда и противостоять всем нам, но она сделала это без колебаний, зная, что мы почувствуем её страх и раскусим любую ложь. В ней есть стальной стержень.

— Как вы думаете, разумно ли было приходить сюда и разговаривать с нами в таком тоне? — спросила его Лиара.

— О разумных поступках песен не слагают, Ваше Высочество.

На лице Сорамира появилась улыбка, когда он повернулся, чтобы посмотреть на крыши дворца.

— Это захватывающие времена, — сказал он. — Дни, о которых слагают песни. Такие дни принадлежат смелым и отважным.

— И удачливым, — добавила Лиара. — Большинство смелых и отважных умирают рано и легко.

— Да, — сказал Сорамир. — И Хурин с Асано как раз «умерли рано». Посмотрим, что будет дальше.

— Что вы будете делать с командой Асано? — спросила Лиара. — Мы обязались доставить их сюда как можно скорее. Вы будете давить на Общество искателей приключений? Не думаю, что Веспер хочет, чтобы ситуация обострилась до такой степени, что ваше вмешательство станет широко известно. К тому же, это подорвёт доверие Общества к нашей семье.

— Одна из причин, по которой я согласился, заключается в том, что мисс Хурин практически подтвердила моё подозрение, которое может помочь нам в этом отношении. Это потребует от меня оказания ответной услуги, но само по себе это может стать преимуществом. Услуга, оказанная нужному человеку, может помочь вам наладить ценные связи.

— Вы основали династию Римарос, — сказала Лиара. — Кто вообще достоин того, чтобы вы были ему должны? И какие связи вы не смогли бы наладить, просто появившись лично?

— И Джейсон Асано, и Фарра Хурин говорили нам, что в игре участвуют интересы куда более масштабные, чем интересы нашей династии. Думаю, возможно, пришло время пригласить их в гости.

* * * Джейсон шагал по кампусу Общества искателей приключений в своих кровавых мантиях, направляясь в зал заказов. Из тени Джейсона раздался голос Тени.

— Мистер Асано, в облачный дом прибыла ещё одна птица-посланник.

Птицы-посланники Общества искателей приключений были небольшими искусственными существами. Написанные сообщения, которые они несли, открывались аурой адресата или уничтожались, если птицу пытались взломать. Для таких людей, как Джейсон, невосприимчивых к отслеживающей магии птиц, они были менее эффективны, и их приходилось отправлять в фиксированные пункты назначения. У Джейсона таким пунктом был облачный дом, где тело Тени, оставленное для управления зданием, могло связаться с ним в случае необходимости.

— Сроки вашего контракта были сдвинуты, — продолжила Тень. — Вам предписано явиться в зал заказов к началу часа, иначе вы будете признаны не участвующим в ожидающем вас контракте. В сообщении указано, что вам следует направиться в офис приоритетных контрактов зала заказов, а не в главный центр.

Джейсон не ответил, лишь изменил направление своего движения.

— Возможно, вам стоит отказаться от этого контракта, мистер Асано.

Джейсон всё ещё не ответил.

— Мистер Асано, я чувствую себя обязанным отметить, что иногда вы входите в определённое состояние ума, когда принимаемые вами решения — это те, о которых вы в конечном итоге будете жалеть.

— Каким будет ещё одно сожаление? — прорычал Джейсон, но затем его выражение лица смягчилось. — Спасибо за беспокойство, Тень. Но этого беспокойства достаточно.

Джейсон нашёл офис приоритетных контрактов в зале заказов, где ему не пришлось долго ждать.

— Прошу прощения за изменения в последний момент, мистер Асано, — сказала сотрудница Общества искателей приключений, передавая Джейсону документы. — Если вы выйдете через ту дверь, пройдёте мимо Торгового зала C и повернёте налево, вы выйдете к Сборочному двору H. Это тот, что поменьше, справа; там висят указатели.

Джейсон кивнул, убрал документы в инвентарь и вышел.

* * * В отличие от Гринстоуна с его единственным сборочным двором, у Общества искателей приключений Римароса их было много. Функционально они ничем не отличались, будучи просто местом сбора искателей приключений, готовых отправиться на выполнение контрактов. Сборочный двор H был одним из самых маленьких, расположенным среди садов, раскинувшихся по большей части кампуса. По краям стояли скамейки, хотя ими пользовались только двое из собравшихся участников экспедиции.

Лидер экспедиции золотого ранга, Джени Кавалоа, проверяла свои карманные часы. Команда гильдии прибыла вместе с основной массой независимых искателей. Она была не в восторге от того, что ей навязали эту смешанную группу, особенно учитывая, что недавнее включение двух принцесс говорило о политических причинах такого решения. Она терпеть не могла людей, играющих в игры с деятельностью Общества искателей приключений, которая была вопросом жизни и смерти.

Трое всё ещё не прибыли, по-видимому, пропустив уведомление об изменении времени. Одиннадцати человек, плюс сама Джени, было достаточно, чтобы не прибегать к помощи дополнительных сил. Также оставалось немного времени до прибытия специалиста по порталам к началу часа, чтобы успели подойти остальные.

Команда гильдии из шести человек стояла расслабленно и непринуждённо. Они были типичными представителями своего рода. Молодые, на нижней границе серебряного ранга, они всё ещё были окрылены первыми успехами своей команды, достигнутыми без присмотра золотого ранга. Возвращение под начало золотого ранга для этой экспедиции заставляло их нервничать и искать повода для драки.

Застряв в ожидании, они поглядывали на вольных искателей приключений, приписанных к экспедиции. Смешивать гильдейских и негильдейских было необычно, если только речь не шла о крупных операциях или особых причинах. Тот факт, что двое других искателей были королевских кровей, делал политические игры ещё более очевидными.

Члены гильдии не были настолько глупы, чтобы связываться с парой принцесс, которые были единственными участниками экспедиции, сидевшими на доступных скамейках. Вместо этого гильдейцы самоутверждались за счёт остальных троих с непоколебимым высокомерием юности.

Неаффилированные участники экспедиции не были настолько наивны, чтобы позволить себя спровоцировать. У них были свои амбиции по вступлению в гильдию, а без семейных или политических связей это означало необходимость демонстрировать профессионализм. Они хотели впечатлить не дерзких молодых членов гильдии, а лидера золотого ранга и двух принцесс.

Один член группы гильдии выделялся среди остальных, стоя бесстрастно в стороне, пока его товарищи по гильдии дразнили независимых. Она узнала в нём Орина Пенсината, наиболее известного своим знаменитым дядей Амосом. Джени отметила, что он, похоже, был знаком с одной из принцесс, по крайней мере шапочно, кивнув в знак приветствия по их прибытии.

Джени была не в восторге от этого странного супа, который ей поручили курировать. Это была взрывоопасная смесь, разившая аристократическими играми, что вызывало у неё предчувствие, что скоро «второй ботинок упадёт». Когда она почувствовала приближение странной ауры, у неё возникло подозрение, что это вот-вот случится.

На сборочный двор вошёл мужчина в тёмно-красных мантиях. Его глаза не были нормальными: ярко-синие и оранжевые с чёрными склерами. На лице были шрамы. Для серебряного ранга его ауру было трудно разобрать. Джени была уверена, что никто из других серебряных рангов не смог бы разглядеть, что скрывается за её фасадом. Даже сама Джени едва могла почувствовать, что лежит внутри, но сила ауры была не так тревожна, как то, что она чувствовала внутри неё. В ловушке за жёстким контролем находился маньяк в клетке, воющий в темноте.

Джени почувствовала реакцию некоторых других искателей приключений, когда он появился. Две принцессы узнали его, как и тихий гильдейский искатель Орин. Она прочитала любопытство и удивление на лице гильдейского искателя, в то время как одна из принцесс была настороже. Другая была странной смесью трепета и стыда, встав и уставившись на прибывшего мужчину. Это не осталось незамеченным другими искателями приключений.

Мужчина даже не взглянул ни на кого из них, когда подошёл к Джени. Он вытащил документы на контракт из пространственного хранилища и протянул их для проверки. Она взяла их и просмотрела.

— Вы подтвердили своё участие всего несколько минут назад.

Он встретил её взгляд спокойно, не испугавшись её ранга. Он не стал списывать это на изменение расписания и вообще ничего не сказал.

— По крайней мере, вы не опоздали, — сказала она ему. — Едва-едва. Я бы порекомендовала вам быть более пунктуальным, когда дело касается контрактов, мистер Асано. Когда вы этого не делаете, это усложняет работу администрации. У них и так достаточно проблем, чтобы добавлять новые без необходимости.

Джейсон кивнул, перешёл на свободную скамейку подальше от всех остальных и сел, уставившись в землю перед собой. Один из членов гильдии, решив, что остальное трио — не соперники, направился в сторону Джейсона.

— А ты как, новичок? Думаешь, у тебя есть то, что нужно, чтобы...

Член гильдии отпрянул, словно коснулся горячей плиты, когда Джейсон поднял голову, чтобы встретить взгляд члена гильдии. Только сам мужчина и золотой ранг Джени почувствовали всплеск силы, пронзивший защиту ауры мужчины, хотя все почувствовали результат. Мужчина потерял самообладание, когда его аура лопнула, как мыльный пузырь. Она тут же восстановилась, излучая шок, стыд и напускной гнев человека, испуганного неожиданной молью.

— Слабак, — пробормотал Джейсон, его голос звучал как гравий, когда он снова опустил глаза в землю.

Ярость исказила лицо мужчины, и Джени собиралась вмешаться, когда кто-то опередил её. Подошёл Орин и положил сдерживающую руку на плечо своего товарища. Аура тихого мужчины была спокойной и стабильной, помогая разгневанному мужчине успокоиться.

— Ты знаешь этого парня, Орин? — спросил разгневанный мужчина.

— Сложности, — сказал Орин. — Лучше оставить его в покое.

Лидер команды гильдии, Коринн, подошла к ним.

— Этот парень ударил одного из наших, Орин, — сказала она. — Нам нужно что-то большее, прежде чем мы позволим этому сойти ему с рук.

Орин перевёл взгляд с Джейсона на Зару, а затем обратно на Джейсона.

— Он как мой дядя.

По-видимому, решив, что этого достаточно, Орин вернулся на свою исходную позицию. Двое других выглядели немного бледными, бросив на Джейсона ещё один взгляд.

— Оставь это, Калиф, — сказала Коринн своему всё ещё злящемуся члену команды. — Ты же не хочешь нажить себе врага в лице следующего Амоса Пенсината.

Джени хмуро наблюдала за этой перепалкой. Тот, кто составил список экспедиции, был словно безумный алхимик, бросающий в котёл летучие ингредиенты, чтобы посмотреть, что получится. Она сузила глаза, глядя на Веспер Римарос, подозревая её в том, что именно она и была этим алхимиком.

— О да, — пробормотала она про себя. — Это будет просто замечательно.

Настал час, а последние два участника так и не прибыли до появления специалиста по порталам золотого ранга. Джени знала этого человека шапочно, но также знала, насколько востребовано его время в данный момент, поэтому они обменялись лишь быстрыми кивками, прежде чем он открыл портал, и она провела группу внутрь. Специалисту по порталам не было поручено следовать за ними, поэтому группе придётся добираться обратно самостоятельно.

* * * Небольшая экспедиция вышла из портала в заброшенную деревню, окружённую джунглями. Население было эвакуировано в крепость, а домашний скот, который они были вынуждены бросить, теперь представлял собой в основном обглоданные туши. Четвероногие ящероподобные существа были по своей природе похожи на коров, их использовали для получения молока и мяса. Обычной практикой было выпускать их на волю, чтобы отвлечь монстров от пустой деревни, но эти заблудились и забрели в городок, а не в дикую местность. Монстры, которые бродили здесь и убили их, не нанесли большого ущерба зданиям, так что жители вернутся в дома, которые остались в основном целыми.

Пустота города напомнила Джейсону сельские городки Земли, покинутые во время нашествий монстров. Он видел их немало, бродя вокруг в поисках подходящих узлов для перекалибровки связи между мирами. Эта задача была выполнена не полностью, но пока нашествие монстров не закончится, действующие здесь пространственные силы сделают любую попытку изменить связь с этой стороны бессмысленной.

Джени собрала группу, чтобы ввести их в курс дела по контракту.

— Как вы знаете, мы собирались расследовать потенциальную активность культа Строителя вокруг апертуры астрального пространства. Разведчики, наблюдавшие за целевым объектом, прислали обновлённую информацию о том, что группа культистов Строителя действительно заняла его, поэтому они отступили и отправили сообщение. Сроки были сдвинуты, и вот мы здесь. К сожалению, у культа было время, чтобы проникнуть внутрь, начать то, что они задумали, и укрепиться против таких, как мы, пришедших их остановить.

У её ног образовалось ледяное облако.

— Мы будем двигаться так быстро, как сможем, не рискуя привлечь внимание монстров, — объявила она. — Асано, мне сказали, что у вас есть способности к связи и разведке.

* Вы получили приглашение в группу от [Джейсон Асано]. Принять Д/Н?

Семь тел Тени поднялись из тени Джейсона и бросились в джунгли. Лидер команды гильдии, Коринн, подала голос.

— Мэм, наш командный разведчик надёжен. Возможно, нам стоит использовать её, вместо того чтобы полагаться на фамильяров независимого.

Джени не показала своего недовольства. Она видела, что стоик Орин пользуется уважением в команде гильдии, и надеялась, что его влияние поможет держать всё под контролем. Коринн, однако, не желала позволить удару Джейсона по гордости члена её команды остаться без ответа. Джени посмотрела на Коринн, затем повернулась к женщине, которую знала как разведчика команды гильдии.

— Роза Лизелос, верно? Что скажете, Лизелос? Вы можете справиться лучше, чем тени Асано?

Лизелос взглянула на Орина, затем бросила извиняющийся взгляд на Коринн, прежде чем повернуться обратно к Джени.

— Нет, мэм. Мои чувства острее, чем у большинства, и я уже потеряла их из виду. Я не смогу спрятаться лучше, чем они.

Джени повернулась обратно к Коринн.

— Есть ещё что сказать о том, как я командую этой экспедицией?

— Нет, мэм.

— Правильно.

Затем Джени обратилась ко всей группе.

— Выступаем, — приказала она. — Держите ауры сдержанными; нет смысла позволять им увидеть наше приближение, пока это не станет необходимым. Мы будем полагаться на разведку, чтобы оставаться в безопасности. Лизелос, вы будете проверять наш след, чтобы убедиться, что нас никто не преследует.

— Слушаюсь, мэм.

Участники экспедиции достали различные средства личного передвижения, от способностей, таких как ледяное облако Джени, до искусственных существ, хранившихся в пространственном хранилище. Тень приняла форму оседланного существа, похожего на пантеру, с длинным телом и восемью ногами. У него были светящиеся белые клыки, когти и глаза. Джейсон вскочил в седло на его спине, и группа двинулась в путь.

ИСТОЧНИК БЕЗУМИЯ

ИСТОЧНИК БЕЗУМИЯ

Джейсон знал по карте, что экспедицию перенесло порталом куда-то на север Колумбии, что в этом мире находилось на юго-западе Королевства Штормов. Они направились на юг, по тем же широким, ухоженным дорогам, по которым Джейсон путешествовал во время своего контракта на доставку.

Группа экспериментировала с функциями чата в интерфейсе отряда Джейсона, поскольку команда гильдии явно уже пользовалась подобными способностями раньше. После нескольких базовых тестов они объяснили основы тем, кто не состоял в гильдии, так что Джейсон промолчал и позволил им это сделать.

* Участник отряда [Зара Римарос] хочет открыть канал личного чата. Принять? Д/Н

Джейсон отказался, даже не взглянув на принцесс. Зара парила на облаке, похожем на то, что было у Джени, но вместо льда её облако представляло собой изменчивый бурлящий вихрь воздуха и воды. Казалось, она стоит внутри маленького, очень локализованного тропического шторма. Веспер ехала на конструкте, имитирующем хайделя, который выглядел как двухголовая лошадь из сапфиров. Из всех способов передвижения этот был самым примечательным. Некоторые другие не стали заморачиваться с транспортом, используя способности к передвижению, чтобы не отставать пешком.

Остальные члены группы, особенно гильдейцы, наблюдавшие за представителями королевской семьи в экспедиции, заметили, что Зара смотрит на Джейсона. Он отметил возникшую в их аурах враждебность, но не отреагировал на это больше, чем на принцессу. Единственным, кто его хоть сколько-то интересовал, был Орин. Помимо того, что он был самым стойким в группе, он только что повысил свой ранг. Вся команда гильдии находилась на начальном этапе серебряного ранга, но Джейсон встретил Орина всего несколько дней назад, когда тот был на пике бронзового. Орин был одним из друзей Каспера Ириоса, к тому же — молчаливым членом той группы.

Для искателей приключений было обычным делом доводить себя до пика текущего ранга перед нашествием монстров. Использовать само нашествие, чтобы преодолеть порог и получить преимущество для перехода на следующий ранг — практика, о которой Джейсону рассказывали еще в его первые дни в качестве искателя приключений. Учитывая, насколько задержалось нашествие, он не сомневался, что многие были готовы и либо уже присоединились к Орину, перейдя черту, либо собирались это сделать. Веспер Римарос, например, находилась на самом высоком уровне серебряного ранга.

Дюжина людей, передвигавшихся по джунглям с приличной скоростью, не осталась незамеченной, и вскоре экспедиция подверглась нападению большой стаи монстров серебряного ранга. Они появились с тыла, но экспедиция была готова, будучи предупрежденной гильдейским разведчиком, следовавшим за основной группой. Джейсон почувствовал их приближение еще до того, как поступило предупреждение, и был уверен, что лидер экспедиции золотого ранга — тоже. Более сорока летающих змей с мерцающими крыльями насекомых перелетели через полог джунглей и оказались на открытом пространстве над дорогой. Совершая резкие движения, словно гигантские стрекозы, они выплевывали сгустки яда, прежде чем спикировать вниз, пытаясь нанести ядовитые укусы.

Ауры дюжины искателей приключений вспыхнули, породив накладывающиеся друг на друга мощные эффекты. Не все из них были полезны каждому, например, одна, усиливающая урон от молний, ничего не давала Джейсону. Но были также усиления скорости и силы, эффекты снижения урона и повышения сенсорных способностей — рог изобилия аугментаций, демонстрирующий преимущество пользователей эссенции, действующих сообща.

Джейсон не стал вмешиваться, сидя на своем скакуне и наблюдая за остальными. Джени поступила так же, наблюдая за командой в действии. Всякий раз, когда монстр нацеливался на кого-то из них, они отвечали диким всплеском ауры, который убеждал зверя переключиться на другие цели.

Трое не состоящих в гильдии искателей приключений были вполне способны, действовали быстро и решительно, но проигрывали остальным. Веспер двигалась словно танцовщица, с мечом в руке, напевая звучную песню, которая дезориентировала монстров. Эффект был незначительным, но ощутимым — даже такое минимальное преимущество эксперты-искатели приключений могли обратить себе на пользу.

Зара использовала сочетание сил ветра и воды, чтобы атаковать монстров и контролировать окружающую обстановку. Она создавала стены и клинки из воды и сбивала змей, впечатывая их в деревья сфокусированными порывами ветра. Она также создала изогнутый ледяной клинок, который разлетелся, осыпав всё вокруг острыми, как бритва, ледяными осколками в дополнение к другим её способностям. Специализируясь на атаках по площади, она позволяла другим добивать отдельных врагов. Она продолжала наносить удары по целым группам, подготавливая монстров к тому, чтобы её союзники их перебили.

Наиболее впечатляющей была команда гильдии: шесть её членов представляли собой хор силы и синергии. Когда они все одновременно применяли способности, это происходило почти синхронно, с задержкой, достаточной лишь для того, чтобы попасть в оптимальную последовательность. Джейсон был вынужден признать, что знаменитое высокомерие гильдий имеет под собой основания, поскольку они буквально разбирали монстров на части. Команда гильдии была хорошо смазанным механизмом, и этот механизм работал как мясорубка.

Возможно, Джейсон и превосходил их в плане опыта искателя приключений, но их тренировочные режимы начались еще до того, как они получили свои первые эссенции. Результаты этого разворачивались прямо перед глазами Джейсона, пока он наблюдал. Если что-то шло не так, именно тогда опыт, подобный опыту Джейсона, становился бесценным. Однако в своей стихии даже относительно неопытная команда гильдии показала Джейсону искателей приключений такими, какими он их никогда раньше не видел.

Коринн, лидер команды, быстро отдавала приказы, и её эффективность только повышалась благодаря коммуникационной способности Джейсона. Не было и следа той недисциплинированности, которую она демонстрировала ранее: тренировка взяла своё, и она отдавала приказы, которые выполнялись в точности. Как только начался бой, вся её команда продемонстрировала дисциплину, которой им так не хватало, когда они валяли дурака на плацу.

Монстры были скованы способностями контроля, ослаблены дебаффами и сокрушены поражающими способностями. Команда была построена вокруг защиты и усиления своих основных наносящих урон бойцов — мечницы и лучника. В этом процессе чувствовалась часовая точность, благодаря которой группа гильдии уничтожала врага с невероятной скоростью. Джейсон никогда не видел, чтобы монстров серебряного ранга убивали с такой скоростью и эффективностью.

Пока шел бой, Тень уведомила Джейсона, что его давно отправленные разведчики обнаружили целевой объект. Передавая эту информацию, Джейсон медленно и осторожно приглушил свою ауру, чтобы не встревожить лидера золотого ранга.

Как только с последним из монстров было покончено, Джени поняла, что кого-то не хватает. Она видела, что Джейсон оставался в стороне от боя в самом начале, но не стала давить на него. Она настолько беспокоилась о его стабильности, что, возможно, предпочла бы, чтобы он вообще ничего не делал во время всей экспедиции. Это чувство усилилось, когда она поняла, что он ускользнул во второй половине битвы. Несмотря на её чувства золотого ранга, в мешанине накладывающихся друг на друга аур Асано плавно исчез.

— Кто-нибудь видел, куда делся Асано? — спросила она.

Остальные члены группы огляделись с пустыми лицами. Джени закрыла глаза и поморщилась.

— Я знала, что возненавижу эту работу.

Она обратилась к Джейсону через голосовой чат.

— Г-н Асано, что вы делаете?

* Лидер отряда [Джейсон Асано] отключил входящие голосовые чаты.

Она бросила холодный взгляд в сторону Веспер.

— Как же я ненавижу политику.

* * * Тень, проводя разведку впереди, обнаружила проем и охраняющие его силы культа Строителя. Джейсон прыгнул по теням прямо к своему фамильяру и теперь наблюдал за культистами из укрытия, притаившись в густых зарослях джунглей.

Проем находился внутри небольшой пещеры, которая была немногим больше, чем глубокая вмятина в каменном выступе. Снаружи пещеры культисты расчистили огромный участок джунглей. Поваленные деревья и кустарник всё еще догорали. В качестве инструментов использовались вращающиеся пильные диски и огнеметы, встроенные в тела громоздких существ-конструктов и людей, превращенных в полуконструктов-уродцев.

Конструкты представляли собой дикую смесь дизайнов: от крабов до кентавров и гуманоидов. Конструкты-кентавры были двухголовыми, несмотря на то, что верхняя половина была гуманоидной, и Джейсон понял, что они созданы на основе полухайделей, а не полулошадей. Полуконструкты-преобразованные выглядели совершенно пугающе: большая часть их тел была заменена искусственными деталями, словно магические киборги.

Среди преобразованных также были варианты кентавров, хотя они были одноголовыми, поскольку их верхние половины представляли собой живые торсы целестинов. Они были привиты к телам конструктов в качестве нижних частей, и не только к телам хайделей. Другие были в форме крупных кошек, скорпионов и пауков.

У других мясных уродцев искусственные конечности заменяли или дополняли их собственные, появляясь практически из любой части тела. Это было бы комично, если бы не было так гротескно, вызывая у Джейсона отвращение. Это были не протезы, призванные помочь людям преодолеть травму или инвалидность. Этих людей изуродовали, чтобы создать монстров, причем многих, скорее всего, против их воли. Именно так поступал Строитель, когда Джейсон и его команда сражались с ними в астральном пространстве; не было причин полагать, что он не сделает этого снова.

Конструкты и магические киборги-преобразованные составляли основную часть сил: около восьмидесяти бронзового ранга и еще двадцать серебряного. Хотя их число было велико, это было необходимо, так как поодиночке они не могли сравниться с пользователем эссенции. В Гринстоуне это могло быть не так, но команда гильдии, за которой только что наблюдал Джейсон, обрушилась бы на них, как артиллерийский огонь.

Ключом к созданию существ-конструктов и преобразованных Строителя были заводные ядра внутри них. Целью заводных ядер было быстрое расширение сил Строителя, позволяющее производить конструктов и преобразованных быстрее, чем можно было бы собрать любую эквивалентную армию. Для захватчиков способность быстро наращивать свои первоначальные силы имела невероятную ценность.

Источником ядер были заводные короли, которых Джейсон видел лишь однажды. Это был древний и искалеченный экземпляр, выкопанный на Земле Инженерами Вознесения. Они использовали поврежденные ядра, которые он все еще мог производить, как часть своего проекта по улучшению человека.

Перед своей смертью лидер ИВ, Норет, предоставил Джейсону доступ к хранилищу, наполненному секретами и ресурсами ИВ. Заводной король считался и тем, и другим, и Джейсон уничтожил его сам, убедившись, что никто больше не сможет его использовать.

Заводные короли были золотого ранга, и Джейсон не чувствовал аур такого уровня. Короли не были созданы для скрытности, и даже если бы это было так, силе Строителя было бы невероятно трудно ускользнуть от внимания Джейсона. Таким образом, любой заводной король поблизости должен был находиться по ту сторону проема, внутри астрального пространства. Джейсон переключил свое внимание на силы, в которых был уверен.

Возглавляла небольшую армию конструктов и уродцев группа пользователей эссенции. Джейсон чувствовал, как звездные семена проникают в их тела и души. Их было пятеро серебряного ранга и дюжина бронзового.

— Г-н Асано, — произнесла Тень, находясь рядом с Джейсоном в подлеске. — Хотя я боюсь, что ответ очевиден, я обязан спросить, действительно ли это тот подход, который вы хотите применить. Я знаю, что вы хотите оценить эффективность своей способности влиять на объекты, связанные со Строителем. Мое беспокойство заключается в том, что в другом душевном состоянии вы, возможно, пожалеете о том, что использовали людей — даже этих людей — в качестве объектов для испытания оружия.

Джейсон повернул голову, чтобы посмотреть на теневое существо рядом с собой, а затем снова на врага.

— В этот момент, что такое еще одно сожаление?

* * * Заводные ядра и звездные семена были двумя видами артефактов, которые Строитель использовал для внедрения силы в своих приспешников. Заводные ядра были менее значимыми, так как они производились другими приспешниками, а не самим Строителем, и не были прямыми проводниками к нему. Поскольку это было так, их можно было использовать даже вне влияния Строителя.

Джейсон уже испытывал свою силу на поврежденных, модифицированных вариантах, которые спасли ИВ. Эффекты там были экстремальными и смертоносными. Теперь он собирался испытать свое влияние на неповрежденный, немодифицированный вариант.

Он не стал прятаться, выйдя из джунглей, окутанный своим плащом звездного света. Его аура хлынула потоком на приспешников Строителя, и Джейсон использовал её, чтобы проникнуть внутрь конструктов и уродцев.

Джейсон надеялся, что его влияние на заводные ядра позволит ему полностью их отключить. Он обнаружил, что может сделать гораздо больше, по крайней мере, со слабыми врагами бронзового ранга. У него был опыт стирания отпечатка Строителя с пространственной двери и поглощения его для своих нужд, плюс сила, которую давала ему дверь для влияния на другие артефакты Строителя с помощью своей ауры. Это позволило ему полностью захватить контроль над конструктами бронзового ранга, стерев отпечаток Строителя и сделав их своими.

Что касается конструктов серебряного ранга, ему не хватило сил взять их под контроль. Максимум, что он мог сделать, — это затруднить их координацию и скорость, направляя при этом конструктов бронзового ранга атаковать их.

Результаты с похожими на киборгов преобразованными были иными и гораздо более ужасными. Захват контроля над искусственными частями их тел через ядра внутри них привел к тому, что плоть начала бороться со сталью. Уродцы начали разрывать себя на части, искусственные детали вырывались из плоти, к которой были приварены столь жутким образом. Вращающиеся конечности-пилы и огнедышащие отверстия обратились против тех самых тел, к которым были прикреплены.

Как и их аналоги-конструкты, уродцы серебряного ранга были более устойчивы к контролю, чем бронзовые. Мясная часть их тел сопротивлялась усилиям Джейсона, но эта же плоть делала их уязвимыми. Причудливые тела уродцев поддерживались в живых магией их искусственных частей. Вместо того чтобы пытаться взять полный контроль, Джейсон сосредоточился на отключении магии в искусственных частях, которая поддерживала жизнь в живых частях. Преобразованные вскоре начали задыхаться и истекать кровью. Кровь сочилась из их глаз, а также из мест, где сталь была вживлена в плоть.

Через несколько мгновений после его появления, не подняв даже руки, Джейсон превратил армию конструктов в жуткое и хаотичное зрелище смерти. Он медленно шел по выжженной поляне, перешагивая через тлеющие бревна и обходя все еще горящий кустарник, который выбрасывал дым вверх и над джунглями.

Пользователи эссенции избежали внезапного и жуткого хаоса, пробиваясь сквозь армию, которая еще мгновение назад была под их контролем. Их внимание было приковано к Джейсону, чья аура была открыта и явно являлась источником безумия. Когда пользователи эссенции двинулись к нему, пятеро серебряного ранга попытались применить подавляющую силу своими собственными аурами, чтобы нейтрализовать влияние Джейсона на их армию. Попытка с треском провалилась; их ауры отпрянули от ауры Джейсона, словно ужаленные.

Ауры пользователей эссенции были густыми от энергии Строителя, сформированной звездными семенами в их душах. Джейсон знал эту силу, которая была выжжена на его душе в попытках Строителя пытками заставить Джейсона принять звездное семя. В результате не было силы, с которой Джейсон умел бы бороться лучше.

Джейсон обрушил свою ярость на пользователей эссенции, разбив их ауры в ничто. Он не остановился на этом, атакуя их души так же, как их хозяин когда-то атаковал его. Поступая так, Строитель вложил в Джейсона точно такую же способность, фактически передав мощное оружие своему врагу.

Их души были для Джейсона такими же неприкосновенными, как его собственная для Строителя. Если только они не открывались ему, чего они никогда бы не сделали, он мог лишь делать то, что их хозяин делал с ним, — терзать их души, причиняя боль, которая превосходила физическую.

Боль, как оказалось, была достаточной. Тела бронзового ранга не выдержали и рухнули на землю. Серебряные были сильнее, но недостаточно, и остановились как вкопанные.

В этот момент Строитель вмешался лично.

Звездные семена имели два элемента: физический элемент в теле и духовный элемент в душе. Джейсон почувствовал, как сила Строителя хлынула через духовный элемент в физический, позволяя ему взять под контроль тела пользователей эссенции, подкрепляя их силой. Джейсон однажды сражался с таким сосудом и знал, насколько они сильны, но стать им — это смертный приговор.

Любой неподготовленный сосуд мог воплощать высшее астральное существо лишь несколько минут, прежде чем сгореть. Сосуды, которые Джейсон видел в прошлом, такие как Тадвик, проходили через недели подготовки, и даже они держались лишь какое-то время. Сосуды воплощали силу Строителя, но также и его ограничения, а это означало, что им больше не разрешалось предпринимать активные действия. Еще до того, как Доун добилась уступок от Шако, Строитель согласился с Мировым Фениксом и Жнецом, что больше не будет использовать сосуды на Паллимустусе. Воплотившись через пользователей эссенции с помощью их звездных семян, он лишил их возможности действовать. Подобно тому, как Доун представляла Мирового Феникса, сосуды Строителя могли лишь разговаривать.

Бронзовые поднялись на ноги, а серебряные двинулись вперед, выстроившись в линию перед Джейсоном. Их синхронные голоса были холодными и механическими, когда они заговорили идеальным хором:

— Асано.

ЧЕСТНЫЙ БОЙ

ЧЕСТНЫЙ БОЙ

Джейсон смотрел на сосуды Строителя, выстроившиеся перед ним. В очередной раз Строитель раздвигал границы своего соглашения с другими великими астральными сущностями, подтверждая их ненадежность. Это вновь напомнило ему, что никому из них нет дела до благополучия одного смертного. Их заботило лишь то, как он может повлиять на их планы или, возможно, их гордыня высших существ, взирающих на смертных свысока.

Джейсон снова оказался перед лицом гораздо более могущественной сущности, и он устал. Устал от тирад. Устал от гнева. Устал бросать вызов силам, перед которыми ему не следовало бы стоять. Он задавался вопросом, чего Строитель вообще хочет от него на этот раз. Что он получает от этих разговоров?

Джейсон посмотрел в сторону неглубокой пещеры, где находилось отверстие.

От разговоров с Джейсоном Строитель получал то, что Джейсон отвечал ему. Пока Джейсон произносил очередную речь, полную угроз, которые он никак не мог осуществить, Строитель выигрывал время, чтобы направить свои силы внутри астрального пространства и сосредоточить их у отверстия, ожидая прибытия Джейсона.

Джейсон ничего не ответил сосудам Строителя. Вместо этого он погрузился в собственную тень и появился в темном зеве пещеры. Отверстие представляло собой светящийся круглый портал, мерцающий, как телевизор с плохим приемом.

— Присматривай за ним, — сказал Джейсон, когда тело Тени покинуло его тень, а сам Джейсон шагнул в портал. Астральные пространства были слишком стабильны, чтобы он мог войти в них откуда угодно, как в случае с протопространством, но его сила позволяла ему игнорировать печати на отверстиях. Именно ради этого он и получил эту силу — чтобы войти в запечатанное астральное пространство в поисках Фарры.

* * * Сосуды Строителя дружно повернулись, когда Джейсон исчез у них на глазах и появился в пещере, направляясь прямо к отверстию. Теневая фигура вышла из пещеры, скользя от тени к тени мимо все еще сражающихся конструктов и полуконструктов — плотских мерзостей. Она покинула место схватки беспрепятственно и приблизилась к сосудам Строителя. Те уже начали разрушаться: их кожа каменела и начинала осыпаться.

— Порождение Жнеца, — хором произнесли сосуды в идеальном унисоне холодными, механическими голосами.

— Великое существо, — уважительно поприветствовала Тень. — Как вы знаете, я провел некоторое время на родном мире мистера Асано. Насколько мне известно, у них нет богов, но этот мир полон историй о них. Боги в большинстве этих мифологий очень смертны в своих пороках. В них полно историй о мелочных, тщеславных и жестоких божествах, использующих людей в качестве пешек в своих конфликтах, что всегда ведет к страданиям смертных. Я думал, что это отражение их собственных несовершенств; коллективное социальное утверждение высших существ, столь же порочных, как и они сами, тем самым оправдывающее их собственные недостатки. Теперь я задаюсь вопросом, не ошибался ли я. Многие из этих мифов восходят к периоду, когда один из ваших заводных королей был погребен. Я не знаю, что он там делал, но, возможно, ваше участие в делах того мира и вдохновило мелочность, жестокость и тщеславие их мифологических божеств.

— Ты дерзок, порождение.

— А вам тринадцать миллиардов лет, но вы каким-то образом остались тем самым шестнадцатилетним мальчишкой, которого возвысили до занимаемой вами должности. Я не знаю, как вас выбрали, но великие астральные сущности совершили достаточно других ошибок, чтобы я понял: их решения не безошибочны.

— Ты ограничен, порождение. Измерять меня временными рамками этого ничтожного мира — лишь подтверждение этого.

— Да, именно это меня и ограничивает, — сказала Тень. — Произвольная величина, с помощью которой я решил исчислять время. Я приму это как усвоенный урок и сочту себя должным образом наставленным.

* * * Джени Кавалоа двигалась быстро, устремившись к отверстию вместе с остальными участниками экспедиции. Они заметили дым вдалеке и сошли с дороги, направляясь через джунгли к нему. Джени отказалась от каких-либо деликатных методов, выпустив дикий шторм из ледяных клинков, чтобы проложить путь. Быстро движущееся и острое, как бритва, облако уничтожало все препятствия на пути группы, пока они мчались следом на своих различных средствах передвижения. Деревья разлетались в щепки, а подлесок превращался в конфетти. Ледяные клинки даже прошили скалу размером с дом, и группа пронеслась сквозь облако пыли, пока на них сыпались камни.

Джени не напрягала свои чувства. Проекция ауры, необходимая для этого, могла привлечь монстров с еще большего расстояния, чем шум, который создавало ее облако разрушения. И все же ее восприятие золотого ранга уловило то, что происходило на поляне, задолго до того, как они добрались до нее, хотя все это не имело никакого смысла. Она уже сражалась с силами Строителя и узнавала ауры их существ-конструктов и жутких преобразованных. Чего она раньше не видела, так это того, чтобы они сражались друг с другом.

Впрочем, это едва привлекло ее внимание по сравнению с другими аурами на месте событий. Большинство из них были бронзового ранга, с горсткой серебряных, но в каждой из них было что-то более опасное, чем их ранг. Это была сила, подобная силе проявленного бога, но в то же время иная, чуждая. Она могла лишь предположить, что это присутствие самого Строителя. Она слышала, что он использует сосуды, но их не видели со времен раннего этапа конфликта с культистами. Чем бы ни была эта сила, она чувствовала, как она стремительно пожирает людей, содержащих ее, изнутри.

Она нигде не могла почувствовать Джейсона Асано.

* * * Джейсон начал двигаться еще до того, как успел ощутить окружающую обстановку, когда выбрался из портала. И все же его изрешетили атаками. Его плащ перехватил более слабые из них, но огненный снаряд прожег его мантию, опалив торс, а копье пронзило живот насквозь.

Астральное пространство представляло собой нечто вроде душного подземного ландшафта, и Джейсон легко растворился в тенях, даже с копьем, все еще торчащим из него. Он не стал оглядываться, быстро, но бесшумно двигаясь через то, что оказалось муравейником вулканических туннелей, в комплекте с плюющимися лавой муравьями.

Джейсон потерял преследователей в огромной пещере с озером магмы. Он был благодарен за то, что ему не нужно было дышать обжигающим воздухом, потому что не был уверен, что смог бы. Он мог скрытно пробраться мимо множества муравьев. Поскольку они нападали на любых приспешников Строителя, которые вторгались на их территорию, у него было время остановиться и извлечь копье, пронзившее его. Едкая лава, которой плевались муравьи, была весьма эффективна против металлических конструктов, что создавало проблемы для приспешников. Единственный свет исходил от светящегося озера магмы, создавая оранжевый полумрак, словно внутри тлеющего угля. Джейсон двигался незамеченным, его плащ потускнел до цвета пустотной черноты, когда он использовал его, чтобы пролететь над озером.

Внутри озера, погруженное в лаву, что-то было. Оно было значительно больше муравьев, хотя насколько именно, сказать было трудно. Оно было размером как минимум с два школьных автобуса, стоящих бок о бок. Он подозревал, что это королева муравьев, если предположить, что она у них есть. Ее аура отмечала ее как серебряный ранг, хотя определенно в верхнем диапазоне. Джейсон завис как можно ближе к потолку пещеры, чтобы не искушать судьбу.

Джейсон не стал далеко распространять свои чувства, но мог ощущать нескрытые ауры приспешников Строителя, когда они устремились в сторону отверстия. Пройдя через отверстие навстречу ожидаемой засаде, Джейсон был вынужден броситься наутек и оценить обстановку. Культисты, поджидавшие его, недолго преследовали его, как только он исчез в магматической пещере. Вместо этого они тяготели туда, где, как они знали, он в конечном итоге окажется. В какой-то момент ему придется вернуться к отверстию.

К несчастью для приспешников Строителя, у Джейсона были невольные союзники в лице муравьев. Джейсон мог легко прятаться от них, так как их чувства ауры были слабыми, а Тень могла обмануть их насекомое вибрационное чувство. Была также проблема того, что все астральное пространство представляло собой лабиринт лавовых туннелей. Способность Джейсона к картографированию была подспорьем, помогая прокладывать путь и отслеживать врагов вдоль него. Возвращаясь к отверстию, он при каждой возможности натравливал муравьев на культистов с помощью точечных всплесков ауры.

Культисты были правы, полагая, что Джейсон вернется к отверстию. Его преимущество заключалось в том, что он мог разведать его, вместо того чтобы идти вслепую, но время было против него. Строитель направлял своих культистов в сторону отверстия с момента прибытия Джейсона на поляну. К счастью, конструкты и полуконструкты — плотские мерзости — были скорее обузой, чем активом.

Способность Джейсона взламывать их заводные ядра делала их хуже, чем бесполезными в бою с ним, поэтому их отослали прочь. Джейсон заметил их в глубине туннелей, где они сражались с муравьями, расчищая путь для культистов, использующих эссенцию. Не раз он боролся с искушением захватить некоторых из них. Культисты были связаны со Строителем через свои звездные семена, которые соединяли их подобно партийному интерфейсу Джейсона. Как только кто-то из них находил его местоположение, его находили все, поэтому каждый раз, когда его замечали, они приближались к тому, чтобы загнать его в ловушку. Джейсон не хотел отказываться от стратегических преимуществ скорости и скрытности, чтобы тащить за собой кучу подчиненных под ментальным контролем. Он вернулся в камеру с отверстием через несколько минут после того, как покинул ее.

Пятеро пользователей эссенции серебряного ранга ждали возле отверстия. Джейсон надеялся на меньшее число, но ожидал большего. Только пользователи эссенции серебряного ранга представляли хоть какую-то угрозу, по крайней мере среди имеющихся сил, поэтому они оставили только тех врагов, которые могли представлять реальную опасность.

Пещера, в которой находилось отверстие, была невелика по сравнению с залом с магматическим озером. Свет исходил от естественных оранжевых кристаллов, растущих на каждой поверхности природной пещеры. Стены, пол и потолок — если можно так назвать неровности этой камеры — все они были покрыты ими. То же самое касалось сталагмитов и сталактитов. Из-за неровного пола пещеры и вездесущих теней любой, у кого не было повышенной ловкости, рефлексов и восприятия, быстро сломал бы ногу. Единственное место, где пол был выровнен, находилось прямо под отверстием, где был установлен ритуал запечатывания. Именно это Джейсону нужно было отменить, чтобы дать остальным участникам экспедиции доступ.

Местность идеально подходила для того, чтобы Джейсон мог вести стычки, если дойдет до боя, но с пятью врагами серебряного ранга он предпочел бы, чтобы до этого не дошло. Это был не Гринстоун; шансы пять против одного — это то, чего он предпочел бы избежать, даже если обстановка была благоприятной и он мог подавить их ауры. Если хотя бы один или двое из них были гильдейского уровня, их численное преимущество легко могло означать смерть.

После поражения от рук жрецов Чистоты Джейсон сделал дополнительные покупки, пополняя запасы снаряжения. На вершине этого списка был набор самых мощных очищающих зелий, которые мог выдержать его организм. Он усвоил урок о том, что слишком полагается на свои сопротивляемости.

Еще одной покупкой стало то, что он приобрел, обдумав предстоящие бои. Большинство битв Джейсона были против монстров, и ему нужны были новые стратегии, которые подготовили бы его к встрече с пользователями эссенции. Это было особенно верно, когда он был в меньшинстве, что, казалось, случалось большую часть времени.

Обдумав свои варианты и преимущества, Джейсон разработал тактику, используя один из своих самых сильных инструментов и набор предметов, которые он накопил в немалом количестве за эти годы. У него было лишь несколько таких сильных, как ему требовалось, но нескольких было достаточно. Поскольку эти предметы находились в списке контролируемых Обществом искателей приключений, однозвездочный ранг Джейсона не позволял ему купить больше.

Фамильяры не могли присоединиться к партийному чату Джейсона, но Джейсон и Тень все еще могли безопасно общаться. Тень могла скрыть Джейсона от различных чувств, включая маскировку его звуков, но этот звук не был замаскирован от самой Тени.

— Пора опробовать новую стратегию, — сказал Джейсон своему фамильяру. — Занимай позицию.

Пять тел Тени ускользнули, двигаясь сквозь тьму, чтобы спрятаться в тенях пяти пользователей эссенции. Как только они заняли свои места, аура Джейсона обрушилась на культистов, словно бомба. Без Строителя, активно усиливающего их, что лишь создало бы больше бессмысленных говорящих сосудов, подавление ауры Джейсоном было особенно эффективным.

В тот же момент, когда Джейсон подавил их ауры, тело Тени поднялось из каждой их тени, вытаскивая ошейники подавления серебряного ранга из хранилища Тени. Только при подавленных аурах ошейники подавления могли возыметь действие, вот почему их не часто использовали в бою. Только при наличии ранга или численного превосходства для мощного подавления ауры это был жизнеспособный метод для отключения сил противников. К несчастью для культистов, их хозяин был главным фактором того, что Джейсон превратился в «силовой множитель» одного человека.

Тень действовала быстро. Четыре ошейника защелкнулись на четырех шеях. Лишь один из пользователей эссенции отреагировал достаточно быстро, чтобы предотвратить внезапную атаку, послав волну силы, которая отбросила тело Тени, несмотря на то, что оно было нематериальным, вместе с товарищами этого человека, на которых уже были ошейники. Это оставило одного культиста лицом к лицу с Джейсоном. Остальные не были беспомощны, но, лишенные своих сил, их влияние было ограничено. Это был, по сути, честный бой.

* * * Джени была ошеломлена тем, что почувствовала, ожидая на поляне, но не замедлилась, ведя группу экспедиции вперед. Они достигли поляны и осмотрели то, что обнаружили, что было странным во всех отношениях. Силы Строителя сражались друг с другом: конструкты и плотские мерзости в дикой разрушительной схватке, где они нападали не только друг на друга, но порой даже на самих себя.

Другая сцена на поляне сильно отличалась своей неподвижностью, но была не менее странной. Один из теневых фамильяров Асано стоял перед идеально ровной линией культистов Строителя, которые на глазах умирали, так как их тела разрушались: кожа трескалась, а плоть рассыпалась в пыль. Даже при этом культисты не реагировали на свое собственное состояние, стоя как солдаты на смотре.

Каждый участник экспедиции чувствовал силу внутри культистов и то, насколько она опасна. Каждый участник экспедиции видел богов, появляющихся на площадях для поклонения и религиозных церемониях, и знал ощущение божественности. Это было похоже, но, словно манекен, который был и слишком человечным, и недостаточно человечным, в этой силе была жуткая чужеродность, которая привела их всех в состояние боевой готовности.

Тела выстроившихся пользователей эссенции высыхали и рассыпались. Потрескавшаяся и иссохшая, как грязь давно пересохшего русла реки, их плоть осыпалась пылью и сухими комьями, словно эродированная почва во время засухи. Культисты бронзового ранга были близки к пределу своей выносливости, даже когда прибыла экспедиция, и один из них рухнул на землю прямо перед ними. Никто из остальных не проявил никакой реакции, переведя внимание на новоприбывших с пугающей единообразной точностью.

— Искатели приключений Римароса, — обратились к ним сосуды в бесстрастной гармонии. — Я Строитель, и у меня есть к вам предложение.

СНОВА НАДЕТЬ МАСКУ

СНОВА НАДЕТЬ МАСКУ

Внутри магматических туннелей астрального пространства Джейсон столкнулся с пятью культистами, четверо из которых носили ошейники подавления — любезный подарок от Джейсона и Тени после их внезапной атаки. Отсутствие способностей фактически превращало их в не-угрозу, но Джейсон не собирался рисковать. Шагая к ним открыто, он вытянул руку в сторону; ладонь его стала влажной, когда из кожи проступила кровь.

Кровь на ладони Джейсона внезапно превратилась из легкого просачивания в яростный гейзер, собираясь в форме кровавого клона, который выглядел как темно-красная копия Джейсона, если не считать отсутствия плаща тьмы.

— Колин, присматривай за «упакованным мясом», — распорядился Джейсон. — Если начнет портиться, съешь его побыстрее.

Тот культист, на котором не было ошейника, не проявил никакого интереса к судьбе своих товарищей. Он сделал прямо противоположное, отходя от остальных четверых, пока фамильяр приближался к ним медленными, методичными шагами. Культист ни на секунду не сводил глаз с Джейсона, отступая с пути зверя апокалипсиса и оставаясь готовым к атаке.

Культисты в ошейниках попытались бежать, но из Колина вырвались пропитанные кровью кожаные ремни. Они схватили лишенных сил культистов и поволокли их обратно к ногам фамильяра. Джейсон ощутил всплеск силы от звездных семян внутри них, когда те попытались самодетонировать, и подавил их своей аурой.

Это был не трюк, почерпнутый из магии Двери Строителя, которую поглотил Джейсон. Это было нечто, чему он научился, когда в его собственное тело было имплантировано звездное семя, с помощью которого Строитель пытался заставить Джейсона отдать свою душу. С тех пор Джейсон научился использовать ту атаку на душу, которую испытал сам во время нападения Строителя, чтобы блокировать другие звездные семена.

Он не понимал, как именно работает эта способность, когда впервые применил ее в Гринстоуне, но с тех пор он сильно изменился. Джейсон больше не был двойственной сущностью из тела и души, как большинство физических существ. Для него тело и душа были одним и тем же, что давало ему глубокое понимание любых эффектов, воздействующих на них. У него также был мост, украденный у Строителя, что еще больше усиливало его способность понимать, как работает сила Строителя.

Душа любого существа неприкосновенна, пока оно само не откроется для проникновения. Неудача Строителя при попытке вторгнуться в душу Джейсона была демонстрацией, без которой Джейсон предпочел бы обойтись. Перевернув ситуацию: если практически бесконечная сила Строителя не могла преодолеть это ограничение, то и Джейсон не мог. Это делало звездное семя внутри чьей-то души недосягаемым, какой бы сильной ни была его способность влиять на артефакты Строителя. Однако не всё звездное семя удерживалось внутри души.

Хотя каждое великое астральное существо использовало свой собственный вид звездного семени, все они по необходимости были отражением базовых паттернов физических существ. Они состояли как из физических, так и из духовных компонентов, которые закреплялись в физических и духовных аспектах живых существ. По этой причине вестники и подобные им существа, чья душа и физическое состояние были единым аспектом — к числу которых теперь относился и Джейсон, — были невосприимчивы к имплантации звездного семени.

Джейсон не мог сделать многое с физическим аспектом звездного семени, поскольку именно защищенный духовный компонент был тем элементом, который управлял им. Максимум, что он мог сделать, — это заблокировать физический компонент и предотвратить выполнение команд, посылаемых изнутри души.

Понимание Джейсоном двойственной природы большинства физических существ обычно не приносило пользы. Эти два аспекта были как идеальные половинки сферы, бесшовно соединенные вместе, за которые негде было ухватиться. Когда Джейсон использовал свою способность атаковать душу, всё, что он делал, — это царапал поверхность или сжимал её, словно мяч. Не было ничего, за что можно было бы ухватиться и по-настоящему взяться за дело, но звездное семя значительно меняло ситуацию.

Джейсон заблокировал физические аспекты звездных семян культистов, чтобы остановить их самодетонацию. Он не делал этого годами, и за прошедшее время он претерпел значительные изменения. Теперь, когда он схватился за звездные семена, его посетило откровение: физический аспект звездного семени был похож на рукоять, торчащую из души культиста. Рукоять, за которую он мог ухватиться.

Глядя на культиста без ошейника через новую призму, Джейсон видел не человека. Он видел сферу с большой рукоятью, торчащей сбоку. Половина этой сферы была недосягаема, но что, если он схватится за эту рукоять и использует её, чтобы оторвать ту половину, которая не была таковой? Он не мог вырвать душу человека из его тела, но, возможно, мог оторвать тело от души.

Культист и Джейсон всё еще стояли в противостоянии, сверля друг друга взглядами. Никто не двигался с тех пор, как Колин связал остальных культистов, которые теперь были спеленаты влажными красными кожаными ремнями, словно насекомые в паутине. С точки зрения культиста, это было хорошо; это давало время для прибытия подкрепления. Для Джейсона это позволяло сосредоточиться на создании нового оружия в своем душевном арсенале.

Джейсон спроецировал свою ауру в виде двойных когтей, которые вонзились в ауру культиста. Один ухватил душу человека, а другой — физический элемент звездного семени. Затем Джейсон начал скручивать. Человек замер, широко открыв глаза, когда почувствовал, как что-то пытается вырвать саму основу его существа. Для Джейсона это тоже ощущалось как физическая борьба, словно он пытался выдернуть душу человека из его тела грубой силой. Разница в силе души между двумя серебряными рангами была как у бодибилдера, сражающегося с ребенком, и культист был беспомощен в своем сопротивлении.

Джейсон был уверен: если только Строитель не вмешается и не превратит культиста в сосуд, его не остановить. Поскольку это выходило далеко за рамки простого использования нескольких сосудов для разговора, Джейсон был уверен, что великое астральное существо этого не сделает. Спасение культиста не стоило такой цены.

Двое мужчин боролись, стоя совершенно неподвижно и глядя друг на друга. Остальные культисты лежали там, где их связали, наблюдая со страхом и замешательством. Несмотря на то, что их чувства ауры были запечатаны, культисты в ошейниках ощущали мощные реакции ауры, исходящие от культиста, которого Джейсон атаковал духовно. Сама сила этого воздействия накатывала на них, и врожденная неправильность происходящего кричала в их душах.

— Мистер Асано, я не рекомендую этот образ действий.

Джейсон проигнорировал Тень, его лицо исказилось от ненависти, когда он почувствовал напряжение, которое оказывал на связь между телом и душой культиста. Человек даже больше не сопротивлялся. Он покачнулся и начал дергаться. Тень поднялась из тени Джейсона, встав рядом с ним.

— Мистер Асано, я настоятельно не рекомендую этот образ действий.

Джейсон продолжал скручивать и тянуть, чувствуя, как духовная основа культиста начинает рваться.

— ДЖЕЙСОН, ПРЕКРАТИ!

Тень никогда не кричал. Тень никогда не повышал голос, когда мог просто предложить, и Тень никогда не называл Джейсона по имени. Выполнение всех трех действий одновременно наконец пробилось сквозь его ярость. Культист рухнул на землю, с пеной у рта, когда Джейсон отпустил его и повернулся к своему теневому фамильяру.

— Мистер Асано, — сказал Тень, восстановив самообладание. — Если я попрошу вас кое-что сделать, вы сделаете это?

— Что угодно, — ответил Джейсон. Нехарактерная вспышка Тени настолько поразила его, что вывела из состояния ярости.

— Тогда я прошу вас не делать того, что вы собирались сделать. Никогда. Потому что...

— Почему — не имеет значения, — перебил Джейсон, его голос звучал мягко. — Если ты этого хочешь — это единственная причина, которая мне нужна.

— Это имеет значение, мистер Асано. Я знаю, что вы беспокоитесь о том, во что превращают вас ваши поступки. Вы всегда задаетесь вопросом, где проходит черта, и боитесь, что давно переступили её, даже не заметив. Вы этого не сделали. Это и есть черта, мистер Асано. Если вы сделаете это, пути назад не будет. Не до конца.

Джейсон повернул голову, глядя от Тени на культиста, лежащего на земле после его атаки на душу. У того был припадок, изо рта шла пена. Остальные культисты демонстрировали выражения, которых Джейсон никогда не видел у различных фанатиков, с которыми сталкивался. Он видел неповиновение и презрение; ярость, безумие и пустой, отвисший взгляд марионетки. Даже под невыносимой болью, в неизбежном плену или перед лицом верной смерти их извращенная вера поддерживала их.

Страх был чем-то новым. Даже мельком увидев, что Джейсон делает с их товарищем, они поняли, что смерть — это не спасение. Что бы они ни почитали, оно либо не захочет, либо не сможет защитить их от формы вреда, которая достигнет их даже за гробом. Это пробрало их до глубины души, которой до этого момента достигали только звездные семена внутри них.

— Тень, — устало произнес Джейсон, наблюдая за культистами, которые не решались встретиться с ним взглядом.

— Да, мистер Асано.

— Если бы ты меня не остановил, я бы вырвал душу этого человека. Полагаю, использование его звездного семени позволило бы мне на самом деле повредить её.

— Да, мистер Асано. Но вы этого не сделали.

— Только потому, что ты вмешался. Я даже не остановился, чтобы подумать об этом. Может быть, я уже переступил эту черту.

Он постучал пальцем по виску.

— Здесь.

— Для вас все еще есть путь домой, мистер Асано.

— И где этот дом, Тень? Не думаю, что я еще знаю.

— Там же, где он был всегда, мистер Асано. Там, где вас ждут люди.

* * * В джунглевой пещере, где находилось отверстие в астральное пространство, радужный портал перестал мерцать, когда печать на той стороне была сломана. Из него начали появляться фигуры: сначала культисты в ошейниках, затем Джейсон. Культисты снова попытались самодетонировать, так как Джейсон не мог продолжать подавлять их звездные семена, проходя через портал. Однако он вышел и немедленно подавил их, прежде чем они успели покончить с собой.

Способность Джейсона воздействовать на звездные семена улучшилась со времен его пребывания в Гринстоуне, но делать это было всё еще трудно. Он подозревал, что Строитель изменил природу силы, которую посылал своим миньонам, из-за чего Джейсону стало сложнее на них влиять. В Гринстоуне, когда он подавлял звездное семя, это действовало какое-то время. Теперь же его контроль ускользал, как только он переставал активно его поддерживать.

Вслед за Джейсоном из портала вышел Колин, всё еще в форме кровавого клона. На плече у него был закинут последний культист, всё еще без сознания. Кровавые ремни Колина выстрелили, обвивая остальных культистов, и он повел их за Джейсоном, словно собак на поводке.

Джейсон почувствовал присутствие экспедиции искателей приключений, как только вышел из астрального пространства. Они были выстроены перед сосудами Строителя, которые изрядно потрепались за то короткое время, что его не было. Джейсон прибыл как раз в тот момент, когда сосуды использовали свою холодную, механическую гармонию, чтобы обратиться к настороженным членам экспедиции.

— ...есть предложение для вас.

— Не интересно, — ответила сосудам лидер экспедиции, Джени Кавалоа.

— Если Джейсон Асано умрет, — продолжил Строитель, — мои силы покинут Королевство Штормов и никогда не вернутся. Подводный город уйдет. Все и вся, кто служит мне, либо уйдут, либо уничтожат себя. Всё, что это будет стоить вам, — одна голова серебряного ранга. Однако это должны сделать именно серебряные ранги среди вас. Золотой ранг не может вмешаться лично.

Джейсон не был удивлен наглостью Строителя. Великое астральное существо знало, что он наблюдает, но пыталось спровоцировать его убийство прямо у него на глазах. Джейсон задумался, сколько раз его подставлял кто-то из власть имущих, кто якобы был союзником. Люциан Лампри из Магического общества. Элспет Арелла из Общества искателей приключений. Сеть — больше всех остальных. Они снова и снова поворачивались к нему спиной, имея наглость просить о чем-то в промежутках, перекладывая вину на изгоев и враждебные фракции. Джейсон не думал, что его еще можно удивить, но тут же убедился в обратном.

— Засунь себе это в задницу, — крикнула лидер гильдейской команды, Коринн. — Асано, может, и властный засранец, который слишком серьезно к себе относится, но он наш засранец, и мы не предаем своих.

Даже несмотря на то, что сосуды Строителя стояли прямо перед ними, все члены экспедиции обернулись, чтобы посмотреть на неё.

— Заткнитесь, — огрызнулась она в ответ. — Я не сильна в речах, ясно?

Строитель проигнорировал её.

— Что скажешь ты, золотой ранг? — спросили сосуды. — Ты главный представитель Общества искателей приключений здесь и командуешь этими серебряными рангами. Тебе даже не нужно пачкать руки кровью. Скольких жизней можно избежать в обмен на одну голову серебряного ранга? Готова ли ты заплатить кровавую цену войны, когда я предлагаю вам мир?

— Мы не отдадим вам никого, — сказала Джени.

— А что насчет вас, принцессы? Наплыв монстров будет долгим, и когда он закончится, а вместе с ним и я, придет новый шторм. Будет ли ваше королевство отдохнувшим и готовым пережить его, или избитым и уставшим, когда придет время встретиться с ним лицом к лицу?

Веспер шагнула вперед, обводя взглядом ряд рассыпающихся сосудов.

— Если смерть Асано стоит для вас больше, чем всё наше королевство, — заявила она, — значит, самое важное, что может сделать наше королевство, — это убедиться, что он останется жив.

— Это может быть сложнее, чем вы думаете, — объявили сосуды. — Вы, возможно, знаете, что Асано возвращался с того света не один раз. Но вы скрываете то, что он больше не может этого делать. Пока он не достигнет золотого ранга, никакая сила в космосе не сможет оживить его снова.

Сказав последнее слово, сосуды погибли. Сила внутри них была отозвана Строителем, и они рухнули на землю. Джейсон покинул пещеру с непривычным чувством благодарности к членам экспедиции. Он прошел сквозь всё еще сражающихся конструктов и мерзостей, те, кого он контролировал, расталкивали тех, кого он не контролировал, расчищая ему путь.

* * * Искатели приключений наблюдали, как Джейсон и его свита из связанных культистов проходят сквозь всё еще сражающихся миньонов Строителя. Джейсон посмотрел на мертвые сосуды, проходя мимо них. Поскольку они не были должным образом подготовлены как сосуды, они полностью рассыпались в кучи сухой земли. По крайней мере, это означало, что они были слишком разрушены, чтобы возродиться в виде высасывающих магию гулей, как это бывало с более прочными сосудами в прошлом.

Джени посмотрела на Асано, чья аура теперь была для неё закрытой книгой. Она надеялась, что это потому, что он справился с безумием, которое бурлило в нем, а не просто потому, что он научился лучше его скрывать. Чем бы он ни занимался, выражение сдержанного гнева на его лице с момента их встречи сменилось глубокой усталостью.

— Мистер Асано, нам с вами нужно поговорить.

Джейсон кивнул.

— Из меня не получается хороший подчиненный, — признал он. — Это не новый мой недостаток.

— Когда вы решили присоединиться к этой экспедиции, было ожидание, что вы будете следовать указаниям.

Джейсон перевел взгляд с Джени на Веспер, а затем обратно на Джени.

— Прошу прощения за это. В свое оправдание скажу, что я следовал указаниям, просто не вашим. Мне дали их раньше.

Джени перевела взгляд на Веспер, а затем снова на Джейсона.

— Политика, — сказала она, превращая это слово в ругательство.

— И не говорите, — посочувствовал Джейсон, поворачиваясь к принцессам. — «Тихий и задумчивый» — так вы сказали, верно, Веспер? О, и Зара, если ты все еще хочешь выйти замуж, нам придется поговорить об этом позже.

Он повернулся обратно к Джени.

— Я отключил ритуал запечатывания на той стороне отверстия, — сказал он ей, — но там всё еще полно плохих парней, и нам стоит поторопиться, пока они не починили его и не запечатали отверстие снова.

Джейсон развернулся и зашагал обратно в сторону пещеры.

— Окей, — сказала Коринн. — Кто это был и что случилось с тем парнем?

— Тот же самый парень, — радостно сказала Веспер, отправляясь вслед за Джейсоном. — Он просто снова надел маску.

НЕ ДУМАЮ, ЧТО ТЫ ЗЛИШЬСЯ

НЕ ДУМАЮ, ЧТО ТЫ ЗЛИШЬСЯ

— Я до сих пор считаю, что нам следовало выловить из того огненного озера то, что это было, — сказал один из членов гильдейской команды.

— Мы были там не для того, чтобы убивать монстров, — сказала Коринн, лидер команды. — Мы были там, чтобы помешать культу Строителя оторвать астральное пространство от нашего мира и разнести при этом весь регион в клочья.

Экспедиция только что вышла из астрального пространства, и лидер экспедиции Джени устанавливала устройство, которое должно было запечатать астральный разлом. Она втянула в помощь Джейсона, специалиста по астральной магии.

— Если Строитель пришлет еще людей, это их лишь замедлит, но не остановит, — предупредил ее Джейсон.

— Мы не можем выделить постоянный отряд охраны, учитывая всё остальное, — объяснила Джени. — У нас нет людей. Есть разведывательные патрули, которые проверяют астральные разломы, но это первая линия обороны. Если это их замедлит и подаст предупреждающий сигнал, если кто-то попытается вмешаться — это всё, на что мы можем рассчитывать.

Джейсон подключал печать к устройству, предоставленному Джени, которое называлось аура-маяком. При срабатывании оно должно было использовать мощный направленный всплеск искусственной ауры в качестве сигнала, подобно магическому сигнальному огню.

Они закончили, и экспедиция приготовилась к выходу. В тела заключенных были вживлены покрытые рунами шипастые стержни, глубоко вогнанные в плоть рук, ног и торса. Эти стержни оказывали на звездные семена такой же подавляющий эффект, как и способности Джейсона, предотвращая самодетонацию.

— Стержни мне выдали, но мы не ожидали пленных, — сказала Джени, глядя на них. — Обычно их трудно поймать до того, как они самодетонируют, так что пленные появляются только тогда, когда планируешь операцию с расчетом на их захват.

Четверо из пяти заключенных сидели на земле кучкой, их испуганные глаза избегали Джейсона. Пятый все еще был без сознания после того, что с ним сделал Джейсон.

— Хочешь, я их перевезу? — спросил Джейсон.

— Если у тебя есть что-то подходящее, — сказала Джени.

— Тень, что у тебя есть?

Из тени Джейсона выплеснулась тьма и приняла форму гигантского черного жука размером с фургон для перевозки хлеба. Вдоль его боков в хитиновом панцире были тонкие вертикальные щели, показывавшие, что внутри насекомое было по большей части полым. Твердая внутренняя оболочка создавала безопасное пространство, где в тесноте могли поместиться полдюжины человек. Верхняя и нижняя половины почти всего панциря раскрывались, словно огромные челюсти, образуя проем, через который можно было запихнуть заключенных.

— Тартарский жук, — сказала Джени, обходя жука и осматривая его. — Они захватывают добычу и носят ее с собой, поддерживая жизнь в течение нескольких дней, прежде чем съесть. Никогда раньше не видела черного.

— Выглядит не очень комфортно, — сказал Джейсон. — Подойдет?

— С «не очень комфортно» я смирюсь. Он собирается их съесть?

— Не знаю. Тень, ты собираешься их съесть?

— Мистер Асано, я воздержусь от того, чтобы удостоить это ответом.

Джейсон и Джени погрузили заключенных в пасть жука, что было похоже на запихивание людей в кузов полицейского фургона. Джейсон подумал, что это довольно обыденное чувство для столь причудливого опыта, как запихивание кучи людей в гигантское насекомое. Пока они этим занимались, остальные члены группы продолжали переговариваться между собой, причем самоуверенная гильдейская команда была громче всех.

— Силы были невелики, — сказала командный разведчик Роза. — У них даже не было никого золотого ранга.

— Это малое астральное пространство, поэтому оно и находится в пещере посреди джунглей, — сказала лидер команды Коринн. — Если бы из него можно было извлечь что-то стоящее, здесь была бы деревня, и нам не пришлось бы прокладывать свою дорогу. Если бы это не было так разрушительно, они бы, наверное, позволили Строителю забрать эту чертову штуку. Наверное, для него она стоит не намного больше, чем для нас.

— Думаешь, это действительно Строитель говорил через тех жутких людей? — спросила Роза.

— Не вижу причин, почему нет, — ответила ей Коринн. — Боги каждый день появляются на площадях для поклонения, а он какой-то странный бог, верно?

— Ни за что это был настоящий. Наверное, какой-то местный лидер культа использовал странную силу, чтобы говорить через своих солдат. Он просто назвался Строителем, чтобы впечатлить нас. Сделка, которую он предложил, — полная чушь.

— Не знаю. Ты же чувствовала эту ауру, верно? Она была божественной.

— Она не была божественной, — сказал Орин, привлекая внимание группы.

Как и в случае с большинством людей, которые говорят редко, его слушали, когда он подавал голос.

— Это были ауры серебряного и бронзового рангов, — продолжил Орин. — Сила не менялась. Просто внутри них было что-то, что заставляло их ощущаться именно так. У Асано тоже есть такое, но и близко не в такой степени.

— Ты хорошо рассмотрел ауру Асано? — спросила Коринн.

Остальные чувствовали ауру Джейсона, только когда она высвобождалась в разгар битвы, когда накладывалось множество других аур. К тому же он не выплескивал ее с той подавляющей силой, на которую был способен, смешивая ее с другими, чтобы покинуть поле боя незамеченным.

— Он показал ее мне однажды, чтобы я знал, что не стоит создавать проблем, — сказал Орин.

— Думаешь, именно так он заставляет их сражаться друг с другом? В нем есть частица Строителя?

— В нем не было Строителя, — сказал Орин. — Не чужеродное, как у тех людей. Это были боги. Я уже видел такое раньше. Когда боги касаются твоей души, они оставляют след.

Вся группа посмотрела на Асано, запихивающего людей в гигантское насекомое.

— Кто этот парень? — спросила Коринн, озвучив вопрос, который вертелся у всех на уме.

Две принцессы тем временем разговаривали под защитой экрана приватности, стоя бок о бок. Глаза Зары были устремлены на Джейсона, а Веспер наблюдала за гильдейской командой.

— Лучше и быть не могло, — сказала Веспер, потирая руки. — Строитель появился лично, ну, почти? Мне не совсем понятно, как Асано заставил их сражаться друг с другом или как он попал в то астральное пространство, но это идеально вписывается в образ таинственного незнакомца. К тому же, эта его новая, темная сторона? Да, пожалуйста.

— Не думаю, что это такой уж хороший исход, как тебе кажется, — сказала ей Зара.

— На самом деле, очень хороший. Эта экспедиция превзошла мои самые оптимистичные ожидания. Нам нужно завершить всё тем, чтобы люди увидели, как вы двое разговариваете. Просто убедись, что люди видят вас, и используй экран приватности. Сохраняй таинственность; мы хотим, чтобы люди гадали.

— Тетя Веспер, очевидно, что сейчас он не в лучшем состоянии.

— А мне это на руку.

— Тетя Веспер, — укоризненно произнесла Зара.

— Просто посмотри, как сгруппировалась экспедиция. Гильдейцы вон там, мы здесь, неприкаянные в стороне. Асано должен быть с ними, но его там нет. Он с золотым рангом, разговаривает как равный. Даже если люди не задумываются об этом, они замечают. Это помещает его в иерархию важности в их сознании, даже если они сами этого не осознают.

— Мне кажется, Асано может быть нестабилен.

— Нестабильность сейчас очень кстати.

— Тетя Веспер…

— Ладно. Я же не всерьез собиралась его убить.

— О том, чтобы его что?

— Слушай, если хочешь слушать, как он говорит о своих чувствах или о чем угодно еще, это твое дело. Просто делай это за экраном приватности, как я сказала. Помни, зачем мы здесь.

— Я знаю, зачем я здесь, — сказала Зара. — А вот зачем здесь ты, я до сих пор не уверена.

— Мне нужно было присматривать за происходящим.

— Лиара сказала, что это потому, что Тренчант Мур поддразнил тебя.

— У Лиары слишком длинный язык.

* * * Когда группа достала свои различные средства передвижения, Джейсон посмотрел на путь, который экспедиция проложила через джунгли. Это была полоса разрушений, уходящая вдаль.

— Полагаю, это твоих рук дело, — сказал он Джени.

— Один из моих подчиненных по экспедиции нарушил приказ и спровоцировал врага, поэтому я не хотела медлить.

Джейсон поморщился. — Прости за это. Я тут пытаюсь разобраться с кое-какими вещами.

— Прибереги это для тех, кто не полагается на тебя в прикрытии спины. Прости, если я постараюсь больше с тобой не работать. Будь то мрачный режим убийцы или та жизнерадостная маска, которую ты сейчас нацепил, ты ни честен, ни стабилен.

— Звучит немного сурово.

— Сурово? Ты думаешь, что убийство кучи врагов в одиночку дает тебе что-то? Я могла бы спустить гильдейскую команду, как собак в мясной лавке, и они бы разорвали всё, что ты здесь нашел. Для меня ты — лишь вопросы, на которые ты не отвечаешь, приказы, которые ты не выполняешь, и побеги в одиночку, ломающие планы группы. Думаешь, моя оценка твоей работы по этому контракту будет чем-то иным, кроме как разгромной? Меня специально просили оценить тебя для возможного повышения до двух звезд, но я буду выступать против этого в самых решительных выражениях.

Джейсон кивнул.

— Справедливо, — сказал он. — Звездный рейтинг основан на суждении, а я и сам сейчас своему не доверяю.

Джени обеспокоенно посмотрела на него.

— Не знаю, что у тебя происходит, Асано, но сходи в Церковь Целителя. Получи помощь.

У ног Джени появилось ледяное облако, и она направилась прочь. Джейсон еще раз взглянул на полосу разрушений, которая была весьма основательной.

— Думаю, обычный глайдер справится. Что думаешь, Тень?

— Я мог бы справиться с небольшим дирижаблем, чтобы группе не нужно было встречаться с ним.

— Думаю, мы показали достаточно кроликов из нашей шляпы на сегодня, — сказал Джейсон. — Давай остановимся на глайдере.

Тень принял форму глайдера, припаркованного рядом с гигантским жуком, а Джейсон подошел к принцессам. Остальные участники экспедиции делали вид, что не смотрят. Веспер была на своем сапфировом хайделе, а Зара стояла на чем-то, похожем на миниатюрный ураган.

— Подвезти, принцесса? — спросил Джейсон Зару. — Нам с тобой давно пора было поговорить.

— Она с удовольствием, — сказала Веспер, отправляясь в путь на своем ездовом конструкте.

Маленький шторм у ног Зары рассеялся, и она последовала за Джейсоном к глайдеру. Это был тяжелый глайдер с удобными сиденьями на четверых, очень похожий на тот, что он использовал большую часть своего контракта на доставку. Он открыл боковую дверь и сел назад, Зара делала то же самое, чтобы сесть рядом с ним. Джейсон достал из инвентаря булавку экрана приватности, приколол ее к груди и коснулся, чтобы активировать.

Экспедиция начала движение, следуя за Джени. Глайдер плавно двинулся вперед сам по себе, пока Джейсон и Зара сидели в тишине, не зная, что сказать.

— Когда ты ввалился в мою палатку те годы назад, — наконец сказала Зара, — я и представить не могла, что мы окажемся здесь.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на нее. Даже на железном ранге она была ошеломительно красива, как никто из тех, кого он когда-либо видел. Это побуждало его флиртовать с ней в то время, но эта склонность давно умерла.

— Я собирался наброситься на тебя, — сказал он. — Я собирался рассказать тебе всё о том, почему я бегаю вокруг такой злой.

— Не думаю, что ты злишься, мистер Асано. Я не вижу ярости, когда смотрю на тебя. Я вижу усталость, чтобы оправиться от которой потребуется нечто большее, чем просто отдых.

Джейсон отвел взгляд от принцессы.

— Ты очень изменилась, — устало сказал он.

— Ты тоже. Прости, что втянула тебя в свои неприятности.

— Теперь этого уже не изменить. Всё, что мы можем сделать, — это двигаться дальше.

— Ты, должно быть, ненавидишь меня.

— Я не ненавижу тебя, принцесса. Я понимаю: чтобы что-то упало, нужно потрясти дерево. Я делал такой выбор, был готов заплатить цену, только чтобы осознать, что расплачиваться приходится другим людям.

Зара кивнула.

— Учись быстрее, чем я, принцесса. Тень, останови глайдер.

Глайдер замедлился и остановился.

— Тебе нужно кое-что сделать, — сказал Джейсон, а затем коснулся булавки, чтобы отключить экран приватности. Она вышла из глайдера и обернулась, чтобы посмотреть на него.

— Это не три года назад, Асано, — холодно сказала она, — и это не какая-то провинциальная глушь на другом конце света. У меня есть обязанности как у члена семьи Римарос, и я не позволю тебе встать у меня на пути.

У ее ног появилось дорожное облако, и она устремилась вслед за все еще двигавшейся экспедицией.

— Поехали, Тень.

В ГОСТЯХ У ДРУЗЕЙ

В ГОСТЯХ У ДРУЗЕЙ

Отем Лил устала. Во время того, что она считала обычным рейсом по доставке, она попала в засаду лоялистов Чистоты. Оказавшись в меньшинстве и проигрывая в силе, она уже подумала, что ей конец, пока не появилась гильдейская команда, о которой она не знала и которая следовала за ней в режиме скрытности. Они захватили и увели выживших после засады лоялистов, позволив Отем завершить контракт на поставку.

Ей не нравилось быть приманкой, но нравилось возвращаться домой живой, так что она сочла всё это приемлемым, выполнила доставки и вернулась на дирижабль для обратного пути. Дирижабль немного отклонился от курса, чтобы подобрать экспедицию искателей приключений, работавших в диких землях, которые оказались весьма необычной компанией. Там была гильдейская команда, несколько независимых искателей приключений и пленники, которые оказались одними из культистов Строителя, о которых так долго говорили. Магические стержни, торчащие из их плоти, казалось, вызывали странную реакцию ауры, делая их чуждыми и причудливыми.

Ещё более необычным, по крайней мере для неё, был член группы, которого она узнала. Последняя тройка экспедиции состояла из Джейсона Асано и двух женщин с культовыми синими волосами семьи Римарос. Они разговаривали за экраном приватности, когда Джейсон заметил её и покинул экран, чтобы пересечь палубу и подойти к ней.

— Доброго дня, — сказал он ей с улыбкой, которая выглядела такой же усталой, как и она сама. — Очередной контракт на доставку?

— Да, — осторожно ответила она, кивнув в сторону синеволосых женщин. — Они что…?

— Ага.

* * * Небесный корабль, на котором летел Джейсон, имел необычную конструкцию. Он выглядел как обычный корабль, подвешенный к трем воздушным шарам на огромных латунных цепях, за исключением того, что шары были массивными бледно-голубыми кристаллами. В поисках уединения Джейсон перелез через борт и оказался под кораблем, наколдовав плащ, чтобы держаться в воздухе. Из его спины появилась теневая рука, ухватившаяся за киль корабля, создавая своего рода привязь, которая тянула Джейсона за собой, пока он наблюдал за проплывающим внизу пейзажем.

— Посмотри на это, — радостно сказал он. — Вот как оно должно быть. Магия и чудеса.

Тень выбралась из теневого плаща Джейсона, чтобы плыть рядом с ним.

— Как бы мне ни хотелось прерывать твой момент покоя, мистер Асано, мисс Хурин просила поговорить с вами. Снова. Она всё больше беспокоится из-за моих постоянных отказов. Обычно я бы не стал об этом упоминать, но это мисс Хурин.

— Совершенно верно, — сказал Джейсон.

Как бы он ни наслаждался полетом по воздуху, он был слишком многим обязан Фарре, чтобы заставлять её ждать дольше. Он уже слишком много раз отмахивался от неё во время своего недавнего эмоционального срыва. Он закрыл глаза, нащупал связь с Тенью и расширил свои чувства. Он видел глазами тела, которое Тень оставила в облачном доме, где Фарра взволнованно расхаживала взад-вперед.

— Я в порядке, — сказал Джейсон через фамильяра.

— Ничего ты не в порядке, — сказала она, резко развернувшись к Тени. — Я бы дотянулась через Тень и придушила тебя, если бы могла. О чем ты думал, убегая в таком состоянии?

— Это был не лучший выбор, — признал Джейсон. — По крайней мере, это в моем стиле.

— Ты думаешь, шуточки заставят меня забыть, что ты был в шаге от того, чтобы убить кого-то, кто доставит тебе реальные неприятности, и всё из-за одного самовлюбленного аристократа?

— Всё в порядке, Фарра. Тень вытащила меня с края пропасти.

— С края какой пропасти?

— Может, поговорим об этом, когда я не буду висеть под днищем небесного корабля?

— Почему ты это делаешь?

— А почему все остальные этого не делают? Это же потрясающе. Я просто… мне нужно было что-то веселое, Фарра. Что-то простое и радостное. Легко забыть, что такое бывает, знаешь?

В облачном доме Фарра опустилась в кресло, словно ярость, питавшая её, внезапно иссякла.

— Джейсон, мне не нравится, что ты там один. Особенно когда ты ходишь по самому краю.

— Я не один. И эти люди из Римарос, как оказалось, не так уж плохи. В смысле, королевская семья, втянув меня в свои разборки, поступила по-свински, но они хотя бы думали, что я не рядом и не пострадаю. У них могут быть свои планы, но они кажутся довольно приличными людьми. Немного грустно, что я удивлен тем, что они не пытаются меня подставить.

— Ты хотя бы возвращаешься?

— Да, но я не собираюсь использовать портал.

Фарра кивнула.

— Ты не распускаешь экспедицию, пока контракт не выполнен, — сказала она. — Во время нашествия монстров это означает, пока все не вернутся домой в целости и сохранности.

* * * Дирижабль спустился в небеса Римарос. Когда он направился к башням небесного дока на острове Ливарос, они попали в поток быстро увеличивающегося воздушного трафика. Одно транспортное средство выделялось как своим дизайном, так и тем фактом, что оно направлялось к королевскому небесному острову, а не к Ливаросу.

— Это что, летающий коттедж? — спросила Зара.

Деревенский садовый домик, вместе с садом, летел по воздуху внутри мерцающей сферы. Джейсон отвел взгляд от сферы и уставился на ноги Веспер. Веспер заметила его взгляд.

— На что ты смотришь? — спросила она.

— Я просто гадал, нет ли у тебя рубиновых туфелек. Ты с востока?

— О чем ты говоришь?

— Есть?

— Нет. И нет.

Джейсон указал вверх на коттедж.

— Тебе всё равно стоит быть осторожнее, чтобы он на тебя не упал. Я уже видел, как такое случается.

— Ты уже видел это судно раньше? — спросила Зара.

— Не вживую, но там, откуда я родом, есть известная история о чем-то подобном. Если я правильно помню, разве главная дорога, соединяющая города на Арноте, не вымощена желтым кирпичом?

— О чем ты вообще говоришь? — спросила Веспер.

* * * Сорамир и Лиара ждали на посадочной платформе на вершине королевского дворца. Тренчант Мур молча стоял позади них.

— Не говори, пока к тебе не обратятся напрямую, — наставил Сорамир Лиару. — Она не славится терпимостью к смертным. Когда я поклонюсь, ты — нет.

— Почему нет?

— Потому что ты — Римарос. Никогда не кланяйся, если точно не знаешь, зачем это делаешь. Ты можешь поклониться, командор Мур.

— Как пожелаете, Державный Предок.

Поведение Сорамира послужило для Лиары гораздо более эффективным предупреждением, чем его слова. Всю свою жизнь он был для неё легендой, незримой фигурой, олицетворяющей вершину власти и авторитета. Он оказался гораздо более доступным в общении, чем она ожидала, наконец встретившись с ним, но всё ещё излучал силу, которая в её сознании ставила его на второе место после богов. Видеть его почти нервничающим было тревожным откровением.

Сфера с коттеджем остановилась у невидимого магического барьера, где даже самые престижные гости проходили тщательные проверки. Зила Римарос алмазного ранга курировала проверки: она зашла в коттедж на некоторое время, прежде чем выйти и улететь. Транспортное средство прошло сквозь магический барьер и опустилось на платформу. Сфера исчезла, оставив сад с коттеджем, который неуместно смотрелся на крыше королевского дворца. Дверь открылась, и вышла женщина.

Она была селестиной с рубиновыми волосами и алебастровой кожей; это был огненный контраст с холодным сапфирово-синим цветом трех членов королевской семьи Римарос. На ней было белое летнее платье с желтыми и оранжевыми украшениями. Платье слегка покачивалось, когда она шла по дорожке, чтобы встать перед троицей, приветствуя их легким кивком. Сорамир ответил поклоном, а Тренчант Мур позади него повторил этот жест.

— Первая Сестра, для нас честь ваш визит, — сказал Сорамир в качестве приветствия.

— Я передала должность Первой Сестры, — сказала Доун.

— Мои извинения, Иерофант.

— Вижу, вы не лишены знаний о мироустройстве более широкого космоса.

— Да, Иерофант. Я провел некоторое время, путешествуя за пределами своего мира, вернувшись лишь в эти неспокойные времена. Я должен поблагодарить вас за то, что вы приняли мою просьбу и посетили нас. Я в долгу перед вами — как за то, что вы принесли свои знания и благодать в наше королевство, так и за то, что согласились выполнить мою просьбу и привезти с собой определенных людей.

— На самом деле, лорд Римарос, с вашей просьбой возникла проблема.

Лиара почувствовала, как Сорамир напрягся рядом с ней.

— Проблема, Иерофант?

Легкая улыбка тронула уголок губ Доун.

— Список имен, которые вы просили меня привезти, был неполным. Возможно, это была ошибка коммуникации. Я взяла на себя смелость добавить нужные имена и привезти их с собой.

Сорамир расслабился.

— Благодарю вас за исправление моего упущения, Иерофант. Я в долгу перед вами снова. Мы подготовили для вас жилье, или, возможно, вы остановитесь у друзей?

— Ваши условия, несомненно, будут соответствовать моим потребностям, — сказала Доун.

— Тогда прошу, пройдемте со мной. Моя потомок, Лиара, и весьма способный командор Мур позаботятся о размещении людей, которых вы привезли с собой.

Доун повернулась к коттеджу, и оттуда вышли одиннадцать человек, оглядываясь по сторонам. Полдюжины были серебряного ранга, вместе с четырьмя бронзового и одним золотого. Большинство были людьми, но среди них были леонид, эльф и селестина. Двое из пришельцев из других миров были бронзового ранга. Один явно был человеком изначально, и хотя другой тоже, при плохом освещении его можно было принять за леонида или даже реалистичного голема. Она никогда раньше не видела человека, стоящего рядом с леонидом и не выглядящего на его фоне крошечным.

Последние двое бронзового ранга были людьми и старше остальных. Эссенции усилили их молодость, но были явные признаки того, что они обрели магию позже в жизни, что не сотрется до серебряного ранга.

Внимание Сорамира привлек меч, который леонид небрежно держал за ножны в руке, а не на поясе. Ножны подавляли ауру внутри, но его мощные чувства видели сквозь них. Аура была идентична ауре Джейсона Асано, настолько, что Сорамир почти чувствовал, будто Асано стоит прямо перед ним. Отчасти это было потому, что меч имел глубокую душевную связь со своим владельцем, а отчасти — из-за природы самого Асано. Сорамир знал, что такое гештальт-существо, и что именно эта природа отвечала за то, что аура Асано ощущалась почти осязаемой. Его душа не была отделена от его физического существа; это придавало существенное ощущение проекции этой души — его ауре.

Доун проследила за взглядом Сорамира и протянула руку, чтобы коснуться навершия оружия. Оно исчезло из его чувств так же полностью, как если бы его телепортировали прочь. Сорамир понял, что это была не какая-то способность эссенции, скрывшая его, а чистая манипуляция аурой. Он задался вопросом, не Доун ли была ответственна за контроль ауры Джейсона, который был столь же грозным для его ранга, как и сила его ауры. Однако он не был настолько глуп, чтобы задать этот вопрос.

Как только люди сошли с сада коттеджа на большую посадочную площадку, коттедж поднялся в воздух. Сфера снова появилась вокруг него, пока коттедж быстро уменьшался. Как только он стал достаточно мал, чтобы уместиться в руке Доун, она поместила его на то место, где её платье стягивалось на талии, и сфера повисла, словно украшение, несмотря на то, что ни к чему не крепилась.

Сорамир увел Доун, оставив толпу людей на попечение Лиары и Тренчанта. Тренчант подошел, чтобы встать рядом с Лиарой, когда один из группы вышел вперед. К удивлению пары, вперед вышел не золотой ранг, а один из серебряных, чтобы представлять группу. Это был крупный человек с широкими плечами, оливковой кожей и темными волосами. Он поклонился с тщательно выверенной глубиной каждому из золотых рангов, демонстрируя свое знание этикета.

— Меня зовут Хамфри Геллер, из Гринстоуна.

— Лиара Римарос. Это командор Тренчант Мур из королевской гвардии.

— Приветствую, Ваше Высочество. Командор. От имени моих спутников благодарю вас за гостеприимство.

— Это принцесса? День становится всё лучше.

— Тайка! Ты выставляешь Хамфри в дурном свете.

— Извини, Нил. Извини, принцесса, бро. Приятно познакомиться со всеми вами.

Голос этого человека-горы был дружелюбным и на удивление высоким. Селестина и еще одна женщина серебряного ранга фыркнули от смеха, в то время как Хамфри принял многострадальное выражение лица.

— Линди!

— Клайв, он назвал её «принцесса бро». Как ты не смеешься?

— Время и место, Белинда, — сказал Клайв.

— Софи тоже смеется, — заметила Белинда.

— Не думаю, что Клайв настолько глуп, чтобы делать ей замечание, — сказал Гэри. — Она слишком страшная.

— Мило с твоей стороны, Гэри, — сказала ему Софи, положив руку ему на предплечье.

— Прошу прощения за моих спутников, Ваше Высочество, — сказал Хамфри. — Они работающие искатели приключений и мало времени проводили в высшем свете.

— По крайней мере, нам не нужно будет перепроверять, кто они такие, — сказал Тренчант. — Они явно спутники Джейсона Асано.

Ауры группы были смесью любопытства, изумления, нетерпения, трепета и нервозности. Однако, как только имя Джейсона Асано сорвалось с губ Тренчанта, всё изменилось. Шесть аур нацелились на Тренчанта, словно снайперы. Остальные тоже отреагировали, но те шестеро, что теперь с хищным вниманием уставились на Тренчанта, внезапно стали настолько острыми и настороженными, что у Лиары волосы встали дыбом. Несмотря на то, что она превосходила их всех по рангу и внимание было направлено не на неё, оно было настолько острым, что она была впечатлена отсутствием реакции у Тренчанта.

Из всех посетителей только непроницаемая женщина золотого ранга сзади сохранила невозмутимость при упоминании Асано. Она шагнула вперед, чтобы разрядить обстановку.

— Мы все знакомые мистера Асано, — сказала она с коротким поклоном. — Арабелла Ремор, из Витесса. Хотя мы не хотим быть грубыми, мы проделали долгий путь, чтобы встретить друзей, которых давно считали потерянными для нас. Мы не хотим пренебрегать вашим гостеприимством, но хотели бы увидеть Джейсона Асано и Фарру Хурин при первой же возможности. Мой сын должен быть с ними.

— Джейсон Асано в настоящее время на контракте, — сказала Лиара. — Его выполнение было неожиданно перенесено из-за активности Строителей, так что мы ожидаем его возвращения в ближайшее время. Насколько мне известно, мисс Хурин и мистер Ремор должны быть в их общем доме на Арноте, одном из главных островов Римарос.

— Если проследуете за мной, — сказал Тренчант Мур, — я отведу вас туда напрямую.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ, ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД В ВИТЕССЕ

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ, ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД В ВИТЕССЕ

Джейсон сходил с дирижабля, который только что вернул его экспедицию в Римарос. Он двигался вместе с группой по открытому переходу, тянущемуся от стыковочного шлюза к портовой башне, когда замер на месте.

— Мистер Асано? — спросила руководитель экспедиции Джени Кавалоа.

— Мы закончили, верно? — спросил Джейсон. — Экспедиция окончена?

— Контракт выполнен, мистер Асано. Я сдам отчет, но вы можете получить копию…

Она осеклась, когда Джейсон, не говоря ни слова, спрыгнул с края перехода. Она покачала головой.

— Вам не положено так делать.

Джейсон не знал, что в тот самый момент, когда он покидал дирижабль, его друзья выходили за магический барьер королевского небесного острова под охраной Тренчанта Мура. Как только они покинули магическую защиту острова, которая легко блокировала его способности серебряного ранга, их присутствие стало для него очевидным.

* Контакт [Хамфри Геллер] вошел в зону связи. * Контакт [Софи Уэкслер] вошел в зону связи. * Контакт [Белинда Каллахан] вошел в зону связи. * Контакт [Гарет Зандье] вошел в зону связи. * Контакт [Уильям Хурин] вошел в зону связи. * Контакт [Амелия Хурин] вошел в зону связи. * Контакт [Арабелла Ремор] вошел в зону связи. * Контакт [Трэвис Ноубл] вошел в зону связи. * Контакт [Тайка Уильямс] вошел в зону связи. * Контакт [Нил Дэвон] вошел в зону связи. * Контакт [Клайв Стэндиш] вошел в зону связи.

Падая вниз, Джейсон призвал плащ, чтобы с его помощью уклониться от переходов, соединенных с кораблями, пришвартованными дальше по башне.

— Где они? — спросил Джейсон. — Я не могу определить их местоположение, не распространив свою ауру на весь этот чертов город, а за такую проекцию я наживу себе кучу неприятностей. Может, все-таки сделать это?

— Возможно, прежде чем предпринимать что-то радикальное, — предложил Тень, — стоит попробовать спросить их, где они находятся.

Джейсон приземлился на землю, поймав неодобрительные взгляды людей у основания оживленной стыковочной башни.

— Спросить их. В этом есть смысл. Я могу это сделать, потому что это то, что я умею.

— Рекомендую вам остановиться и перевести дух, мистер Асано.

— Мне не нужно дышать, Тень.

— Возможно, вам все равно стоит это сделать.

* * * Не подозревая о близости Джейсона, его команда и остальные двигались вниз по водяному столбу в лодке, окутанной силовым пузырем. Для землян, Тайки и Трэвиса, эта культовая местная достопримечательность была чудом. Даже для тех, кто привык к другим великим городам, таким как Витесс, это было впечатляющее достижение магической инженерии.

Софи почувствовала, как Хамфри рядом с ней напрягся, и он начал разговаривать сам с собой.

— Где ты? — сказал он.

Остальные заметили, что Хамфри ведет себя странно, и прислушались к тому, что явно было одной стороной разговора. Они все узнали такое поведение, хотя не видели его уже некоторое время.

— С человеком по имени Тренчант Мур, — сказал Хамфри. — Да, Тренчант Мур. Что? Не знаю.

Хамфри повернулся и оглядел Тренчанта с ног до головы.

— Полагаю, так и есть, — продолжил Хамфри. — Думаю, у него очень пронзительный взгляд. Не понимаю, почему это… он везет нас на Арнот. Кажется, мы пересядем на лодку побольше на большом острове.

Хамфри снова повернулся к Тренчанту.

— Где мы пересядем на другую лодку? — спросил он его.

— Порт Эссен, — ответил Тренчант. — Частный терминал для парома под названием Голубое бремя.

Хамфри повторил детали.

— Откуда мне знать? Да, звучит так, будто паром недоволен тем, что возит людей. Что? Нет, он, скорее всего, не разумный. Даже если это какая-то оживленная конструкция, не думаю, что у него есть чувства… что за лодка-опасность? Тик, как паразит?

Команда Джейсона смеялась над очень знакомым выражением лица Хамфри и очень озадаченным видом Тренчанта.

— Слушай, ты встретишь нас на паромном терминале или нет? Хорошо, спасибо.

Хамфри опустил плечи, выглядя изможденным.

— И, Джейсон… приятно слышать твой голос, Джейсон. Это мило с твоей стороны, но, пожалуйста, не называй меня Хамп.

* * * Единственное место назначения портала рядом с портом было ограничено из-за снижения загруженности порта, а у Джейсона не было разрешения. Также у него не было разрешения на личный полет в черте города. Что касается передвижения по земле на ездовом животном или транспорте, то это было бы медленнее, чем он хотел, учитывая оживленные улицы.

Вместо этого Джейсон прибег к своим старым методам быстрого передвижения пешком. По сравнению с дельтой, где он впервые их разработал, город был более легкой местностью, а способности Джейсона стали намного сильнее, чем когда он был железного ранга. Его рефлексы, восприятие и скорость по прямой линии улучшились, как и контроль над своими способностями.

Эти техники представляли собой целостное сочетание навыков передвижения, взятых из Ордена Жнеца, точного переключения снижения веса и быстрых прыжков сквозь тени. Это позволяло ему преодолевать препятствия и оставаться практически незамеченным, пока он мчался через город, мерцающей тенью проскальзывая сквозь рыночные прилавки и переулки, следуя за своей способностью карты к порту.

Эссен был одним из основных портов для сообщения между Ливаросом и Арнотом. Именно здесь Джейсон и Фарра воссоединились с Руфусом, и теперь здесь они должны были воссоединиться с остальными друзьями. Джейсон нашел паромный терминал, но портовая охрана не пустила его внутрь. Зато они указали на причал, где обычно швартовались лодки, прибывающие с королевского небесного острова.

Получив сообщение от Джейсона, пока он был в пути, Руфус и Фарра были готовы, когда Джейсон открыл портал в облачный дом, чтобы они могли пройти. Хотя охранники терминала внимательно наблюдали за ним, он открывал портал в другое место, а не прыгал вслепую, так что это было разрешено. Фарра оказалась менее снисходительной, чем охранники: она вышла из портала, вторглась в личное пространство Джейсона и начала тыкать пальцем ему в лицо.

— О чем ты думал, уходя вот так?

Она заключила его в объятия.

— Если бы с тобой не было Тени, какую глупость ты бы совершил?

— Было довольно скверно, — сказал Джейсон.

Она отпустила его, положив руки ему на плечи, и одарила вопросительным взглядом.

— Что нам с тобой делать? — спросила она. — Жаль, что матери Руфуса здесь нет.

— Она на той лодке, — сказал Джейсон, указывая на воду позади нее.

— Мама тоже приехала? — спросил Руфус.

Джейсон, Руфус и Фарра наблюдали, как приближается лодка. Это было не более чем крупное судно, и они могли видеть знакомые лица на палубе. Ухмылка Гэри была такой широкой, что, казалось, вот-вот расколет его голову пополам, когда он махал рукой. С лодки над водой метнулся сокол, стрелой пронесшись к Джейсону. Прямо перед столкновением он превратился в лохматого пса размером с тигра, сбив его с ног и придавив своим весом.

— УРА! — радостно воскликнул пес детским голосом.

— Сташ, — прохрипел Джейсон. — Ты стал большим.

— Я могу стать еще больше. Хочешь посмотреть?

— Нет.

— Сташ, — укоризненно сказал Хамфри. — Слезай с него.

Драконьи крылья, которые несли Хамфри над водой в погоне за его восторженным фамильяром, исчезли, когда он опустился на причал.

Сташ превратился в маленькую птичку, которая порхала в воздухе над Джейсоном, пока Хамфри помогал ему подняться. Джейсон не отпустил его руку, притянув здоровяка в объятия.

— Рад тебя видеть, брат.

— Рад видеть тебя живым, — сказал Хамфри. — Мы должны были знать, что если кто и будет относиться к законам жизни и смерти как к простым рекомендациям, так это ты.

На причале появился портал — радужный круг, окаймленный парящими рунами. Гэри вывалился из него и заключил Фарру в огромные объятия. Здоровяк полностью поднял маленькую женщину, кружась от радости.

— Ты понимаешь, что если бы у меня не было силы, — сказала она ему, смеясь, пока он кружил ее, — ты бы просто раздавил меня до смерти.

Софи, Белинда и Клайв последовали за Гэри через портал более спокойным шагом, прежде чем он исчерпал энергию и закрылся. Джейсон подошел к ним с ухмылкой. Он чувствовал нервозность Хамфри и особенно Софи, а также взаимодействие между их аурами. Он тихо усмехнулся про себя, направляясь поприветствовать Клайва.

Повсюду были рукопожатия и объятия, друзья, которых когда-то считали навсегда потерянными, снова воссоединились. Джейсон грелся в их приветливых аурах, не сделав ни единой отсылки к восьмидесятым, которую они бы не поняли. Лодка прибыла к причалу, позволив остальной части группы сойти на берег. Тренчант Мур замыкал шествие, и Джейсон заметил, как взгляд мужчины сразу устремился к Фарре.

Джейсон не мог прочитать ауру мужчины, поэтому остался в недоумении относительно его намерений, но у него были дела поважнее. У Фарры тоже, поскольку двое бронзовых рангов из группы были ее родителями. Они поспешили вниз по трапу, чтобы догнать дочь и заключить ее в объятия со слезами на глазах.

Нил спустился по трапу следом за ними и быстро оказался лицом к лицу с Джейсоном.

— Вижу, кто-то наконец научил тебя одеваться, — сказал Джейсон.

— И это говорит парень, одетый вот так, — сказал Нил, указывая на цветочную рубашку и шорты Джейсона. — Вижу, ты наслаждался временем в тропиках. А тем временем, две недели назад в Витессе, мы работали до седьмого пота, чтобы вернуть тебя, когда куча твоих неприятностей свалилась прямо нам на головы.

Враждебные выражения лиц обоих мужчин дрогнули, и они рассмеялись, тепло пожимая друг другу руки. Затем Джейсон посмотрел на других бронзовых рангов, покидающих лодку.

— Кстати о неприятностях, что ты здесь делаешь, Трэвис?

— Это довольно долгая история, мистер Асано.

Трэвис Ноубл был членом Сети США на Земле, который был втянут в орбиту Джейсона. Он превратил ядерное оружие в антивампирную солнечную бомбу, которую Джейсон использовал для атаки на астральное пространство, удерживаемое вампирами.

— Тебя засосало в какую-то магическую штуковину, и ты вывалился здесь? — предположил Джейсон.

— Полагаю, история не такая уж длинная, — признал Трэвис.

— И сколько раз мне повторять, чтобы ты называл меня Джейсон?

— Извините, мистер Асано.

Джейсон усмехнулся, поворачиваясь к Тайке, и обменялся ухмылкой с крупным маори.

— Я все-таки доставил тебя сюда, — сказал Джейсон.

— Это просто безумие, бро. Я немного в панике.

— Как и я, — сказал Джейсон, бросив взгляд на Арабеллу и обменявшись с ней кивком в знак приветствия.

— Думаю, нам стоит перестать загораживать причал и отправиться на паром, — предложил Тренчант.

— Когда он отправляется по расписанию? — спросил Джейсон.

— Он принадлежит королевской семье, — сказал Тренчант. — У меня есть указание от принцессы Лиары доставить их к вашему жилищу на Арноте.

— Твой босс тянул время, — сказал Джейсон. — Что изменилось?

Взгляд Тренчанта на мгновение метнулся к Фарре, прежде чем вернуться к Джейсону.

— У вас преданные друзья, мистер Асано.

* * * Арджи руководил погрузкой ящика с фруктами арджи, в честь которых получил свое прозвище, когда перед ним появилось нечто необычное.

* Вы получили запрос на голосовой чат от [Джейсон Асано]. Принять Д/Н?

— Э-э… ладно?

— Арджи, — голос Джейсона раздался прямо в голове Арджи. — У меня в городе друзья, и я хочу устроить барбекю. Поможешь парню с продуктами?

— Без проблем, приятель, — сказал Арджи.

— Спасибо, дружище. Я пришлю Тень с деньгами. Это будет камерное мероприятие, так что, может, не стоит приглашать весь город в этот раз? Постарайся ограничиться третью?

— Сделаю, что смогу, — сказал Арджи, — но ты же знаешь, как люди любят болтать. Напитки нужны?

— Думаю, да.

* * * Тренчант Мур проводил группу до самого облачного дома, прежде чем уйти. Он быстро ушел, находя что-то тревожное, но неопределимое в облачной конструкции, которая была совершенно непроницаема для его чувств. Внутри началась импровизированная вечеринка: группа выпивала и рассказывала истории обо всем, что произошло за время их разлуки.

Начали прибывать еда и барбекю, и они переместились на улицу, пока Джейсон организовывал все остальное. Он начал неплохо справляться с организацией масштабных развлекательных мероприятий, по крайней мере, в своем собственном стиле.

После праздничного собрания группа разделилась для более личных встреч в течение вечера. Фарра и ее родители, Руфус и его мать. Руфус, Гэри и Фарра воссоединились впервые после катастрофической экспедиции, унесшей жизни многих искателей приключений вместе с ней. Клайв не терпелось расспросить Джейсона о каждом аспекте всего, что произошло за время его отсутствия.

— Клайв, — рассмеялся Джейсон, расставляя на столе емкости с маринадом. — У нас будет полно времени на это. Просто положи эти полоски мяса, как я показывал. Мне придется немного поколдовать над ними, так как я не могу оставить их мариноваться так долго, как хотелось бы.

Джейсон нашел время поговорить с каждым в какой-то момент ночного веселья. Родители Фарры были переполнены благодарностью за то, что он вернул их дочь домой. Джейсон безжалостно дразнил Клайва намеками на астральную магию, в которую был вовлечен, и обменивался добродушными колкостями с Нилом. Тайка и Трэвис заверили Джейсона, что его семья в безопасности, хотя Джейсон попросил их приберечь рассказ на потом.

Был поздний вечер, когда Джейсон оказался на балконе облачного дома, глядя на своих друзей и соседей, наслаждавшихся ночью без беспокойства о нашествии монстров. Не у всех была такая возможность. Он сам видел условия людей, запертых в крепостных городах, словно скот, вплоть до того, что скот держали в загонах прямо рядом с ними. Местный аналог коровы представлял собой неуклюжую шестиногую ящерицу, которую Джейсон находил значительно менее очаровательной, но такой же вкусной.

Джейсон почувствовал необходимость напомнить себе, что, несмотря на все свалившиеся на него проблемы, у него есть сила, деньги и ресурсы, чтобы что-то с этим сделать. При всех его трудностях, мир был полон бессильных людей, которые в мгновение ока поменялись бы с ним местами, если бы представилась такая возможность. Теперь, когда его семья снова была рядом, пришло время перестать так сильно беспокоиться о собственных проблемах и начать думать о людях, которые нуждались в помощи больше, чем он.

— Легче сказать, чем сделать, — пробормотал он про себя.

Белинда вышла из дома и присоединилась к нему, облокотившись на перила.

— Хмуришься и разговариваешь сам с собой, — сказала она. — Думаю, Софи, возможно, увернулась от стрелы с тобой.

— Да, — сказал Джейсон. — Вероятно, так и есть. Итак, она и Хамфри.

— Ага. Жалеешь, что упустил свой шанс?

— Нет. Она искала во мне то, что на самом деле найдет в нем. К тому же, он надежный, а мы оба знаем, что я немного ненадежный. Она умная женщина, мать Хамфри.

— При чем тут она?

— Ты уже должна была понять, что он маменькин сынок. Если она не одобрит, неважно, хочет ли этого Хамфри. Если она одобрит, неважно, хочет ли он.

— Значит, никаких обид насчет Соф?

— У меня была одна девушка, пока я был в отлучке. Она мне очень помогла. Помогла найти Фарру. Все, что я принес ей взамен, — это смерть. Если я когда-нибудь стану просто искателем приключений, а не эпицентром гигантского дерьмового шторма, может, я поищу кого-то нового. Я бы никому не стал навязывать себя сейчас. Я сейчас сам как ходячая катастрофа.

— Кроме нас.

— Нет, вы застряли со мной, — сказал Джейсон. — Я больше не позволю вам ускользнуть от меня.

ВОЛЯ ГЕГЕМОНА

ВОЛЯ ГЕГЕМОНА

Когда Белинда оставила Джейсона на балконе облачного дома, вышел Хамфри, чтобы занять её место, прислонившись к перилам рядом с Джейсоном. Джейсон одарил его улыбкой, прежде чем снова перевести взгляд на лагуну, мерцающую в свете двух лун.

— Мы проделали долгий путь с той приемной в Гринстоуне, где познакомились, — сказал Хамфри. — Но полагаю, тебе пришлось зайти куда дальше, чтобы добраться до этого момента.

— Для меня это была та еще неделька. Я даже на работе не предупредил, что ухожу. А еще каннибалы.

— Джейсон, то, что ты сделал…

— Плохое я сделал или хорошее? Тебе придется уточнить. Я очень героический, но при этом еще и ходячая катастрофа.

— Ты не катастрофа, Джейсон.

— Я ведь спровоцировал нашествие монстров.

— Твоя подруга Доун сказала нам, что так и будет. Мы заставили Клайва пообещать, что он не будет приставать к тебе с расспросами хотя бы до второго дня.

Джейсон фыркнул:

— Должно быть, у него начались спазмы после встречи с Доун.

— Ему не потребовалось много времени, чтобы преодолеть ослепление алмазным рангом и начать допрашивать её, нет. Она была на удивление терпелива с ним.

— Она провела год, бегая со мной, так что у неё была практика.

— Мы все хотим услышать об этом. Тот кристалл записи, что ты прислал, оставил у нас кучу вопросов и мало ответов.

— Теперь вы от меня не избавитесь, — сказал Джейсон. — У нас будет полно времени на это.

— Хорошо. Джейсон, под тем, что ты сделал, я имел в виду то, что ты забрал судно Строителя с той башни. Ты знал, что вернешься оттуда?

— Понятия не имел. Насколько это было героически? Тебе стоит рассказывать об этом всем подряд, под чем я подразумеваю привлекательных женщин. Ну, может, только не принцессам, хотя, знаешь… черт. Ты видел здешних принцесс? Готов поспорить, ты видел их больше меня, но эти кажутся до раздражения великолепными.

Хамфри покачал головой, быстро восстановив свою устойчивость к Джейсону.

— Джейсон, то, что ты сделал…

— …это именно то, что сделал бы ты, так что закрой свой красивый рот, дружище. Я знаю, что сделал, так что прибереги это для дам, идет? Теперь, когда ты занят, у меня, может, появится шанс.

Хамфри напрягся.

— Белинда рассказала тебе.

— Приятель, мне не нужно было, чтобы она мне рассказывала. Вы с Софи, может, и не держались за руки, но ваши ауры — да. Увидишь, мои чувства стали намного острее, чем в прошлый раз, когда ты меня видел.

— Это… новое, у нас с ней.

— Нет, не новое, — сказал Джейсон. — Дай угадаю. Вы двое кружили вокруг друг друга какое-то время, но ваш мертвый, развязно-обаятельный друг висел над вами, словно призрак. А потом, эй, он внезапно ожил, и ты понял, что не хочешь, чтобы она запуталась, потому что раньше она была к нему неравнодушна, что, наконец, заставило тебя набраться смелости.

— Это… не совсем неверно.

Джейсон рассмеялся.

— Кто тебя подтолкнул? Линди или твоя мама?

— Линди, — проворчал Хамфри.

Джейсон снова рассмеялся.

— Приятель, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Софи всегда искала тебя; она просто не знала об этом. Она думала, что я хороший парень, потому что именно я помог ей первым.

Джейсон хлопнул Хамфри по спине.

— Но хороший парень — это ты, Хамфри. Учитывая то, как она росла, ей это нужно. И мне тоже. Я обнаружил, что склонен сбиваться с пути, если предоставлен самому себе. Мне нужен кто-то, кто будет держать меня на прямой и узкой дорожке.

— Ты хороший человек, Джейсон.

Джейсон грустно улыбнулся ему.

— В ближайшее время ты услышишь о том, что я натворил. Я заводил союзников, с самого начала намереваясь предать и убить их — что я и сделал. Вчера я чуть не вырвал душу из тела человека, потому что был зол и мог это сделать. Тень оттащил меня от этого.

Хамфри выпрямился, поворачиваясь к Джейсону лицом.

— Джейсон, ты в порядке?

Джейсон тоже оттолкнулся от перил, снова грустно улыбнувшись Хамфри.

— Нет, Хамфри. Не в порядке. Но буду, теперь, когда ты здесь.

* * * Джейсон почувствовал, что Софи бродит одна по тропе, ведущей вниз по склону утеса к главной деревне. Он скрыл свое присутствие, пока не подошел близко, пораженный её удивительной фигурой. С её утонченной грацией и лунным светом, отражающимся в серебристых волосах, она была лунной феей в ночи.

— Ты слишком тихий, — сказала она, поворачиваясь к нему лицом.

— Пришлось стать таким, — ответил он.

— Дела плохо заканчиваются для мужчин, которые подкрадываются ко мне.

— Дела плохо идут уже довольно давно.

— Нашей команде не помешал бы мастер скрытности. Если будешь вести себя хорошо, может, мы позволим тебе вернуться.

— Скорее всего, я не буду вести себя хорошо.

— Полагаю, мы все равно тебя примем. Хамфри — мягкосердечный.

Улыбка тронула уголки его губ.

— Вот как?

Она покачала головой.

— Я знала, что он сразу тебе расскажет.

— Ему не пришлось; я сразу это увидел. Это мило.

— Ты издеваешься надо мной?

— Нет, — сказал он, одарив её искренней улыбкой вместо своей фирменной полуусмешки. — Я знаю, что искренность — не совсем мой конек, но я рад за вас. Искренне рад. На данном этапе я буду брать счастье там, где смогу его найти.

Он повернулся, чтобы посмотреть на лагуну, и она встала рядом с ним.

— У тебя дела идут не очень, да? — спросила она.

— Ты, как никто другой, знаешь, каково это, когда кажется, что плохое никогда не закончится.

— Знаю. Но это заканчивается, Джейсон. Я нашла команду, и теперь ты тоже.

Он кивнул.

Она бросила на него нерешительный взгляд. — Я… не была уверена, что почувствую, когда увижу тебя.

— И?

— Я была ходячим беспорядком, когда мы знали друг друга.

— А я сейчас — ходячий беспорядок.

— Я знаю Хамфри дольше, чем знала тебя, Джейсон. Была с ним каждый день. Помощь людям для него — не обязанность. Он заботится о них, по-настоящему заботится. О людях, которых никогда не встречал. У меня никогда не было этого в жизни, и я хочу этого.

— И правильно. Я знаю, что я хочу. Хотя спать с ним я, возможно, не буду. Я еще не решил.

Она фыркнула от смеха.

— Ты все еще тот еще засранец.

— Да, — усмехнулся Джейсон. — Вроде того. Итак, мы установили, что я — помойка, горящая в огне; а как у тебя дела?

— У меня все хорошо, — сказала она. — Отлично, на самом деле. И так бы не было, если бы ты не направил меня на этот путь. Я этого не забуду.

— Можешь припомнить, что я довольно сильно все испортил.

— Ты помог мне, когда никто другой даже не подумал бы об этом. Даже Хамфри, вот почему он так тебя ценит. Не уверена, что когда-либо должным образом поблагодарила тебя. Я всегда буду в долгу перед тобой за это.

— Ты никогда не будешь мне должна за это. Друзья не считают одолжения.

— Ты так говоришь, но твои одолжения — это безумие. Хамфри долго злился на себя за то, что не он был тем, кто забрал Строителя с той башни.

— Разве он не мог едва стоять?

— Ты думаешь, он принимает это во внимание?

Джейсон рассмеялся, качая головой.

— Конечно, нет. Знаешь, у вас двоих будут до тошноты красивые дети.

Она побледнела.

— Более чем рано говорить об этом.

— Ты так говоришь, но готова поспорить, что у Даниэль Геллер где-то в блокноте не набросан график?

— О боги, его мать. Она как ты, только держит уши открытыми, а не рот, что пугает.

— Она, вероятно, уже строит планы на выводок очаровательных шоколадных малышей с серебристыми волосами.

Софи издала стон.

* * * Поздно вечером, после того как барбекю закончилось, Джейсон оттирал решетки гриля во дворе. Он улыбнулся, когда кто-то позволил ему почувствовать свою ауру.

— Начинает казаться, что я могу призывать алмазных рангов, просто чистя грили для барбекю, — сказал он, передавая пластину Тени, когда обернулся. — Спасибо, что привела их сюда.

Доун стояла перед Джейсоном, хотя её аура была для него совершенно невидима. Она была в своей истинной форме целестины, с рубиновыми глазами и соответствующими волосами, которые мерцали, как драгоценные камни в лунном свете. Казалось, все целестины выглядели хорошо при луне.

— Я все еще не хочу преувеличивать твою значимость, оставаясь в облачном доме, — сказала она ему. — Сорамир Римарос дал мне предлог привести их сюда, но я подозреваю, что это была идея, когда ты позволил моему имени сорваться с языка. Он определенно так считает.

— Я просто хотел, чтобы этот вариант крутился у него в голове. Не уверен, что подтолкнуло его привести тебя уже сейчас.

— Тебе никто не сказал? Фарра ворвалась в королевский дворец и устроила ему взбучку.

— Серьезно?

— О да.

— Молодец она.

— Это то поведение, которое ты хочешь поощрять? Конечно, то, что ты плохо влияешь, не должно меня удивлять. Я знаю это по опыту.

Джейсон указал обвиняющим пальцем.

— Я так и знал! Я знал, что ты забрала кристаллы записи со всеми моими песнями Кенни Роджерса и First Edition.

— Тебе было достаточно легко сделать еще. Я покидала вселенную.

— Ты могла бы упомянуть об этом в записи, которую оставила мне. Я чуть не упустил момент, когда они пропали, чтобы перезаписать их до того, как мы тоже ушли.

— Ты хотел, чтобы я добавила немного о Кенни Роджерсе в сообщение, где я рассказывала тебе правила, которым должно следовать великое астральное существо, пытаясь убить тебя?

— Тебе нужно расставить приоритеты. Мне плевать на Строителя; этот парень отстой. Кенни Роджерс — икона, а его вещи с First Edition до того, как он начал сольную карьеру? Вот это — хорошие вещи.

Они оба посмотрели на балкон, где гости Джейсона наблюдали за тем, как он спорит с алмазным рангом о чем-то, о чем они никогда не слышали.

— Ну, это нелепо, — сказал Нил, поворачиваясь, чтобы вернуться внутрь. — Это не заняло много времени.

Когда Нил ушел, качая головой, Фарра небрежно помахала Доун.

* * * — Я думал, все спят, — пробормотал Джейсон, уткнувшись в грудь Гэри. — Что случилось с парнем, который не любил обниматься?

— Я понял, что с судьбой не поспоришь, — сказал Гэри, отпуская Джейсона.

— Это определенно неправда, — сказал Джейсон. — Это, в общем-то, вся моя суть.

— Ну, — сказал Гэри, — может, это поможет с этим.

Он достал меч из пространственной сумки и протянул его Джейсону. Эфес был черным, с костяной рукоятью и белыми украшениями. Ножны были из простого черного лака с наконечником из темного металла и очень незначительным узором из белого и темно-красного цветов.

— У меня была помощь с этим. Ножны новые, но мы включили их в предмет. Магически они являются частью меча.

Джейсон взял меч за ножны.

* Вы получили полный комплект [Регалии Темного Гегемона]. Все бонусы эффектов набора для предметов внутри комплекта восстановлены. * Бонус набора (Предмет: [Амулет Темного Защитника]): За каждый экземпляр недуга, наложенного на врага, вы получаете экземпляр [Власть Гегемона]. * [Власть Гегемона] (благословение, святое, нечестивое, суммирующееся): Все союзники в пределах вашей ауры имеют повышенное сопротивление к подавлению ауры. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект. Поглощайте экземпляры этого благословения, чтобы усилить свою силу подавления ауры. * Бонус набора (Предмет: [Облачная колба]): Окутывает владельца туманом. Туман можно контролировать с помощью манипуляции аурой, чтобы конденсировать его в небольшие облачные конструкции. Облачные конструкции, созданные таким образом, сохраняют целостность только против атак рангом ниже, чем ранг этого предмета; атаки его ранга и выше минимально затруднены. Покров можно втянуть обратно в колбу. * Бонус набора (Предмет: [Воля Гегемона]): Враги, пораженные этим оружием, подвергаются слабому эффекту истощения маны и на них накладывается [Дань Гегемона]. * [Дань Гегемона] (недуг, магия): Любой, на кого воздействует [Дань Гегемона], подвергается слабому, постоянному эффекту истощения маны владельцем [Воля Гегемона], пока они остаются в пределах ауры владельца. Если этот недуг очищается или субъект умирает, происходит финальный выброс маны.

Поскольку он держал ножны, это был первый предмет, который Джейсон смог осмотреть.

Предмет: [Владения Гегемона] (серебряный ранг [развитие], легендарный)

* Ножны для [Воля Гегемона], [Владения Гегемона] — воплощение гегемонистского контроля, представляющее мастерство гегемона над своими владениями *(контейнер, ножны).

* Этот предмет привязан к [Джейсон Асано] и не может быть использован никем другим. Эта связь позволяет оружию разделять способность владельца игнорировать разницу в рангах. Этот предмет магически связан с [Воля Гегемона]; они считаются одним и тем же предметом для всех магических эффектов. * Эффект: Экземпляры недугов, воздействующих на владельца, периодически перемещаются в этот предмет, снимая их эффекты с владельца. Это не является эффектом очищения. Скорость передачи зависит от относительного ранга эффектов по отношению к владельцу. Подавление ауры источника эффекта увеличивает скорость передачи; подавление ауры владельца снижает скорость передачи. Если [Воля Гегемона] вложена в ножны, все недуги переносятся на оружие и воздействуют на следующего пораженного врага. Любые эффекты, которые были отражены или к которым есть иммунитет, аннулируются и не могут быть переданы альтернативной цели. * Текущий ранг: Серебряный.

Просматривая условия развития, Джейсон заметил, что развитие оружия больше не ограничено рангом. Однако материалы, необходимые для улучшения, были сплошь материалами, о которых Джейсон никогда не слышал и которые, предположительно, были золотого ранга.

— Будет довольно сложно улучшить его, — признал Гэри. — Честно говоря, это был странный процесс создания. Почти как будто меч знал, как он хочет быть перекован.

— Это логично, — сказал Джейсон. — Основываясь на битве, которую я недавно проиграл, эта способность на ножнах — именно то, что мне было нужно.

Джейсон посмотрел на Гэри.

— Ты потрясающий, — сказал он, а затем схватился за эфес.

Предмет: [Воля Гегемона] (серебряный ранг [развитие], легендарный)

* Драгоценный дар, наполненный душой своего владельца и перекованный с обновленным чувством цели. Помощь мастера-ремесленника в процессе перековки привела к безупречному результату *(оружие, меч).

* Этот предмет привязан к [Джейсон Асано] и не может быть использован никем другим. Эта связь позволяет оружию разделять способность владельца игнорировать разницу в рангах. * Эффект: Вы можете призвать все эффекты вызванного оружия в этот клинок за обычную стоимость маны на вызов оружия. Одновременно может быть вызван только один эффект оружия. * Эффект: При вызове эффектов призванного оружия вы можете наносить дополнительный урон за постоянную стоимость маны. Тип урона основан на вызванном оружии, а стоимость маны основана на природе урона. Количество урона зависит от силы ауры владельца. Урон увеличивается в той степени, в какой аура атакованного врага подавлена, и уменьшается в той степени, в какой аура владельца подавлена. * Доступный призыв: [Погибель, Клинок Невзгод]. * Постоянная стоимость маны: Низкая. * Тип урона: Коррозийный. Накладывает [Коррозия]. * Доступный призыв: [Покаяние, Клинок Жертвы]. * Постоянная стоимость маны: Умеренная. * Тип урона: Урон разрушительной силой. * Эффект: Владелец может очистить все святые недуги, наложенные способностями и предметами, связанными с душой владельца, с врага, которого коснулся [Воля Гегемона]. За каждый очищенный недуг враг получает экземпляр [Милость Гегемона], а владелец получает экземпляр [Благосклонный Гегемон]. * Эффект (Регалии Гегемона): Враги, пораженные этим оружием, подвергаются слабому эффекту истощения маны, на них накладывается [Дань Гегемона], а владелец получает экземпляр [Благосклонный Гегемон]. * [Коррозия] (недуг, периодический урон, стихийный, суммирующийся): Наносит коррозийный урон, который имеет повышенную эффективность против неорганических веществ. Дополнительные экземпляры имеют усиленный эффект. * [Милость Гегемона] (недуг, святое, суммирующееся): Жертва этого эффекта подвергается мощной подавляющей силе, воздействующей на все магические способности. Это затрагивает способности эссенции, врожденные способности и способности предметов. Способности, полученные из внешних трансцендентных источников, затрагиваются сильнее. Этот недуг быстро спадает, если не находиться в зоне действия ауры владельца [Воля Гегемона]. Дополнительные экземпляры имеют усиленный эффект. * [Благосклонный Гегемон] (благословение, святое, суммирующееся): Сила эффекта союзных аур, перекрывающих вашу ауру, увеличивается. Это не влияет на силу подавления или сопротивление подавлению ауры. Дополнительные экземпляры имеют усиленный эффект. * [Дань Гегемона] (недуг, магия): Любой, на кого воздействует [Дань Гегемона], подвергается слабому, постоянному эффекту истощения маны владельцем [Воля Гегемона], пока они остаются в пределах ауры владельца. Если этот недуг очищается или субъект умирает, происходит финальный выброс маны.

Джейсон обнажил меч, благоговейно скользя взглядом вверх и вниз по черному клинку с четкими белыми символами. Белые символы на клинке начали светиться красным цветом жизненной силы.

* Вы вызвали эффекты [Погибель, Клинок Невзгод]. Все свойства этого оружия были вложены в [Воля Гегемона]. Некротический урон будет наноситься в дополнение к физическому урону.

Затем символы сменили цвет с красного на насыщенный синий.

* Вы прекратили вызов эффектов [Погибель, Клинок Невзгод]. * Вы вызвали эффекты [Покаяние, Клинок Жертвы]. Все свойства этого оружия были вложены в [Воля Гегемона]. Урон разрушительной силой будет наноситься в дополнение к физическому урону.

— Гэри, — благоговейно сказал Джейсон. — Это как найти часть себя, о которой я не знал, что она потеряна.

— Ты вернул Фарру нам, — сказал Гэри. — Эту часть я знал, что она потеряна.

ИСТОРИЯ О ВОЛШЕБНОМ МАСТЕРКЕ

ИСТОРИЯ О ВОЛШЕБНОМ МАСТЕРКЕ

Джейсон и Фарра сидели на балконе его облачного дома в лучах утреннего солнца. Когда изнутри вышли Тайка и Трэвис, из пола поднялись стулья, сделанные из облачной субстанции.

— Пришло время для подробного рассказа о том, как вы двое сюда попали, — сказал Джейсон, когда они сели.

— Не парься, бро. Началось всё с той огромной штуковины из стоячих камней, которую вы с Фаррой соорудили на футбольном поле в том заброшенном городке. Никто не был настолько глуп, чтобы приближаться к ней, пока вы были поблизости, хотя я почти уверен, что каждая страна, у которой есть спутники, направила их на вас. А ещё там были люди на земле, которые наблюдали за вами с расстояния в несколько километров.

— Мы знали о них, — сказала Фарра.

— Всё изменилось, когда вы ушли, — сказал Трэвис, подхватывая объяснение. — Вы прошли через одну из арок Джейсона, а потом, как мы почти уверены, открылся большой пространственный разлом. Это было похоже на портал, за исключением того, что он охватывал всю площадь ваших стоячих камней, и только самые крайние из них сдерживали его.

— Он был стабильным? — спросил Джейсон.

— Как только он появился, он стал твёрдым, как скала, бро.

— И все фракции проявили любопытство, — сказал Джейсон.

— Сначала они колебались, — сказал Трэвис. — Но как только они убедились, что вы не собираетесь возвращаться, они набросились на это место, как обычно делали с зонами трансформации.

— Первыми были янки, — сказал Тайка. — Они начали бросать туда всякие вещи, чтобы посмотреть, что будет. Даже людей забрасывали.

— Они не вернулись, — добавил Трэвис.

— Меня бы ты на такое добровольцем не затащил, бро.

— И правильно, — сказала Фарра. — Если они не прошли одновременно с остальными, я сомневаюсь, что они выжили. Если только они не попали в тот же поток, который благополучно доставил вас сюда, эти люди мертвы. Только кто-то вроде Джейсона мог бы нормально пережить этот переход, да и у него окно жизнеспособности было ограничено.

— Пока я не построю мост, — сказал Джейсон, — всё, что попытается пройти по нему, будет сброшено в глубокий астрал. Мы с Фаррой попали сюда, оседлав обратную волну, возникшую после перекрытия магического трубопровода к нашему миру, и вернулись на этой волне, когда она спровоцировала нашествие монстров здесь.

— Тогда как мы выжили? — спросил Трэвис.

— Мы вернемся к этому позже, — сказал Джейсон. — Вы говорили об американцах и их ранних экспериментах?

— Ничего из того, что они туда бросали, не вернулось, — сказал Тайка, — поэтому они перестали кидать туда вещи и обосновались, чтобы изучать его.

— На Земле нет специалистов по астральной магии, — сказала Фарра. — Понимание теории магии там весьма ограничено и сосредоточено на магитехе. Они бы мало что узнали из разлома.

— Не стоит недооценивать научный метод, — сказал Трэвис. — Может потребоваться несколько лет, даже десятилетий тщательного изучения, но потенциальная выгода от доступа к нему могла бы ускорить наше понимание пространственной магии далеко за пределы того, чего мы достигли бы иначе. Я не думаю, что они ошибались, изучая его. Знание ради самого знания — благородное начинание.

— Я знаю одну богиню, которой ты понравишься, — сказал Джейсон.

— Богиню? — переспросил Трэвис.

— О да, — сказал Тайка. — Они ведь здесь появляются лично, верно?

— Ага, — сказал Джейсон. — На самом деле, я сегодня отведу Трэвиса в Храм Знания. Нам нужно узнать, не будет ли она опасаться того, что ты привносишь знания из нашего мира. Она скептически относилась к тому, что это делаю я, но думаю, теперь это было в основном оправданием, чтобы заняться другими делами. К тому же, ты действительно знаешь вещи, а не просто слышал о них.

— Ты говоришь так, будто вернуться домой невозможно, — сказал Тайка. — Вы же смогли. Разве мы не можем?

— Не интересно, — сказал Трэвис. — Моя семья отвернулась от меня после того, как я помог вам украсть ту ядерную бомбу, и, ну… у меня никогда не было много друзей.

— Другого шанса вернуться долго не будет, — сказал Джейсон. — Я собираюсь открыть путь, но пройдут годы, прежде чем он будет готов к использованию. Мне жаль, Тайка. Я знаю, что ты не хотел оставлять свою семью.

— Моя мама, наверное, думает, что я умер, — грустно сказал здоровяк. — А Доун не может вернуть нас обратно? Она ведь может перемещаться между вселенными, верно?

— Земля слишком хрупка для того, чтобы пространственный корабль мог войти в неё, не причинив ущерба, — сказала Фарра. — Та Доун, которую вы встретили на Земле, была лишь проекцией, как живой телефонный звонок из другого измерения.

— Это всего лишь маленький летающий домик, — сказал Тайка. — Он же не разрушит целый мир, правда?

— Кончик иглы тоже крошечный, — сказал Джейсон. — Но для воздушного шарика это всё равно очень плохие новости. Может быть — может быть — она сможет передать весточку семьям тех, кто здесь оказался. Нам придется спросить её после того, как мы разберемся, кто именно сюда прибыл.

— Что возвращает нас к вопросу о том, что произошло, чтобы вы все здесь оказались, — сказала Фарра.

— Когда все начали совать нос в вашу большую магическую штуковину, — сказал Тайка, — бабушка Джейсона решила отправить нескольких людей из клана Асано, чтобы проверить её.

— В клане не так много людей с глубокими знаниями теории магии, — сказал Трэвис. — В основном Хиро и Эми, которых обоих учила ты, Фарра. Но матриарх Юми не подпускала их к тому месту ближе, чем на тысячу километров. Даже не позволила им вернуться в Австралию и держала их в астральных городах Джейсона. Так что остались я, а Тайка пошел со мной, чтобы помочь обеспечить мою безопасность.

— Я не готов противостоять некоторым из тех людей из Сети, — признался Тайка, — но с вашим уходом количество серебряных рангов в клане сократилось вдвое. Остались только Акари и её старик.

— Мы не подходили слишком близко к разлому и никому не мешали, — сказал Трэвис. — Мы просто хотели получить общее представление о том, что замышляют фракции.

— Это не имело значения, — сказал Тайка. — Однажды, из ниоткуда, эта штука внезапно расширяется. Накрывает лагерь. Я знаю, что чувствовал, как некоторые золотые ранги уходят с дороги, и думаю, что серебряные, которые были не слишком близко, тоже спаслись.

— Но мы — вторая категория, — сказал Трэвис. — Думаю, здесь я должен называть это бронзовым рангом. Тайка быстрый и, возможно, мог бы спастись, потому что мы были на окраине, но он замедлился, неся меня, и не успел выбраться.

— Разлом накрыл нас, и вот тут всё становится странным, — сказал Тайка. — Я не особо помню, что было потом, пока не очнулся в кратере. За исключением того, что я вроде как помню некоторые вещи. Это странно.

— Как будто ты помнишь эмоции, но не когда и почему ты их чувствовал, — сказал Джейсон.

— Да, именно так, — согласился Тайка.

— Это потому, что твоя душа пережила то, чего не пережило тело, — сказал Джейсон. — Со мной это случалось достаточно часто, чтобы я стал с этим знаком.

— Что случилось с нашими телами? — спросил Трэвис.

— Они были уничтожены, — сказал Джейсон. — Вы умерли и вернулись; добро пожаловать в клуб воскресших. Я президент, но это в основном церемониальная должность.

Джейсон продолжил объяснять Трэвису и Тайке концепцию иномирян. Пока он это делал, изнутри вышел Клайв, и они с Фаррой помогли прояснить ситуацию, когда объяснения Джейсона уходили в сторону и запутанные, сложные аналогии, основанные на приключенческих боевиках.

— …и этот сериал должен был называться Вайпер, но выходил другой сериал под названием Вайпер, в котором был Dodge Viper, поэтому автомобильная компания засудила сериал, не связанный с машинами, и они сменили название на Кобра. И примерно так человек превращается в иномирянина.

— Первое, что вам нужно сделать, — сказал Клайв, — это проигнорировать всё, что только что сказал Джейсон, потому что это был бред.

— Это хороший совет в целом, — добавила Фарра.

— Эй… — возмутился Джейсон.

— Мне нравился Вайпер, — сказал Тайка.

— Конечно, нравился, — сказал ему Джейсон. — Это был снова паршивый Рыцарь дорог.

— Полагаю, ты предпочитал Кобру, — сказал Тайка. — Там даже не было научно-фантастической машины.

— Там был Майкл Дудикофф, — сказал Джейсон. — Он был Американским ниндзя!

— Бро, этот фильм — отстой.

— Вы оба, пожалуйста, прекратите? — сказала Фарра. — Не хочу вас расстраивать, парни, но всё это было ужасно. Всё до единого.

— И это говорит та, кто считает Под куполом грома лучшим фильмом про Безумного Макса.

— Так и есть! Тетушка Энтити — культовый персонаж.

Клайв и Трэвис наблюдали за спорящей троицей. Клайв пододвинулся ближе, его облачный стул переместился вместе с ним.

— Такое часто случалось там?

— Ага, — сказал Трэвис. — Для человека, который утверждает, что не любит телевидение, Фарра часто брала DVD у отца Джейсона.

— Что такое DVD?

В конце концов, разговор вернулся в нужное русло. Клайв выдвинул предварительную гипотезу о том, что послужило причиной расширения разлома на Земле.

— Случайные пространственные события, соединяющие миры, — это нормальное, хотя и крайне редкое явление, — сказал Клайв. — Однако, поскольку между вашим миром и нашим существует связь, эта частота возрастает. Даже в этом случае правильные условия для того, чтобы такое событие переместило кого-то из вашего мира в наш, крайне редки. Джейсон, тебя принесло сюда, потому что такое событие как раз совпало с попыткой Ландемира Вейна призвать в этот мир заводного короля.

— Это то, чем он занимался в том подвале? — спросил Джейсон. — Неудивительно, что всё пошло не так. У него не было мощи, чтобы организовать такой ритуал.

— У него была поддержка, — сказал Клайв. — Чем больше мы узнаем, тем лучше понимаем, насколько астральная магия Строителя продвинутее нашей. После того, как мы вернулись из астрального пространства — где ты умер, Джейсон, — старое поместье Вейнов было полностью раскопано. Мы обнаружили, что культ жил под землей в тамошней системе пещер.

— Разве мы не были прямо над этим в какой-то момент? — спросил Джейсон.

— Были, — сказал Клайв.

— Мне следовало заставить Тень разведать это, когда Генриетта не хотела, чтобы мы туда спускались. Я только получил его как фамильяра и ещё не думал обо всех потрясающих способах, которыми он мог бы мне помочь.

— Мне следовало предложить это, — сказал Тень из тени Джейсона. — Как вы сказали, это было начало наших отношений, и я не хотел переходить границы. Я еще не знал, что иногда вас нужно подталкивать, мистер Асано. И что иногда вас нужно бросать.

— Это было к лучшему, — сказал Клайв. — Их там была целая маленькая армия. Если бы мы их нашли, они бы убили нас и свернули лагерь до того, как кто-то начал бы искать. Нам стоит считать, что нам повезло, что они не хотели раскрываться и преследовать нас.

— Что они нашли, когда раскопали это место? — спросила Фарра.

— Мощные магические инструменты Строителя. Сломанные после неудачной попытки призыва, но очень мощные.

— Там был ритуальный круг, выложенный в полу, — сказал Джейсон. — Я помню это.

— Мы думаем, это было устройство, чтобы скрыть настоящие инструменты от семьи Ландемира, — сказал Клайв. — Ты можешь помнить, что, хотя он был культистом Строителя, остальные члены его семьи принадлежали к культу крови под названием Красный стол.

— О, мы помним, — сказала Фарра.

— Они тоже связаны с каким-то великим астральным существом? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказала Фарра. — Они просто группа, которая любит исследовать виды магии крови и смерти, за которые тебя начинает охотиться Общество искателей приключений.

— В любом случае, — продолжил Клайв, — суть в том, что призыв Ландемира пошел не так. Может быть, потому что он пытался прыгнуть выше головы, или, может быть, на это повлияло пространственное событие. Как бы то ни было, результатом стало то, что ритуал призыва сработал как маяк, затягивая душу Джейсона в поместье Вейнов.

— И вы думаете, что это грандиозное событие призыва в Витессе сделало то же самое, — предположила Фарра.

— Да, — сказал Клайв, — но в гораздо большем масштабе. Вместо естественного пространственного события у нас есть этот мост, который вы с Джейсоном создали, используя связь между мирами.

— Мост не завершен, — сказал Джейсон.

— Вот почему всё, что следовало за ним, уничтожалось, — сказал Клайв. — Но душу уничтожить нельзя. Я думаю, что ваш мост и масштабное событие призыва могли слиться после того, как наша команда сорвала призыв. Это создало в вашем мире правильные условия для расширения разлома и затягивания людей, а призыв стал маяком, который притянул свободные души в наш мир, превратив их в иномирян. По сути, то же самое, что случилось с тобой, Джейсон, но в массовом масштабе.

— И теперь здесь сотня с лишним иномирян с Земли, — сказал Джейсон, проводя рукой по лицу. — Мы знаем что-нибудь о том, кто они?

— Это смесь фракций, — сказал Тайка. — Все, кроме вампиров, потому что теперь они — «увидел — стреляй». Те немногие, кто перешел на сторону «давайте-не-допустим-кровавого-апокалипсиса», должны быть осторожны, чтобы не попасть под дружественный огонь. После того как ты ушел, они сделали свой ход.

— Отлично, — сказал Джейсон. — Война вампиров.

— Они не настолько глупы, чтобы трогать твои домены, — сказал Трэвис. — Клан и беженцы из зоны трансформации, которых они приняли, сидят тихо и в безопасности. Причина, по которой серебряные ранги не поехали с нами в Австралию, заключалась в том, что мы держим их наготове для тех, кому нужно покинуть домены, а мы уезжали слишком надолго, чтобы они были связаны.

— Домены? — спросил Клайв.

— Я объясню позже, — сказал Джейсон. — И никто не говорит о них за пределами этого здания, ясно?

— Почему нет? — спросил Трэвис.

— Потому что я довольно уверен, что нас здесь нельзя подслушать, — сказал Джейсон, — но снаружи всё иначе. У меня и так проблем выше крыши, и я не ищу новых.

— Это на тебя не похоже, — сказал Клайв.

— Я учусь медленно, и обычно мне нужно, чтобы это вбили в меня несколько раз, — сказал ему Джейсон, — но я учусь.

— Вот это уже больше похоже на тебя, — сказал Клайв.

— Расскажите мне о группе иномирян, — сказал Джейсон Тайке и Трэвису. — Есть кто-то, кого я знаю?

— Я почти уверен, да, — подтвердил Тайка. — Но не думаю, что они кому-то говорили, что знают тебя, поэтому Трэвиса и меня выбрали из всей кучи. Остальные теперь боятся тебя, когда у них нет своих организаций, чтобы их поддержать. Многие группы относились к тебе не очень хорошо, когда у них была вся власть и они думали, что им это сойдет с рук.

— А теперь они больше не гегемоны, — сказал Джейсон, положив руку на эфес своего меча. — У меня даже есть гегемонический меч гегемона гегемонии.

— Что? — спросил Клайв.

Джейсон пригласил группу в свою группу и открыл описание своего меча, чтобы они могли его увидеть.

— О да, это то, что надо, — радостно сказал Клайв, когда перед ним появилось системное окно.

— Я почему-то чувствую себя грязным, — сказал Джейсон. — Просто прочитайте. Желательно не облизывая.

— Это выглядит хорошо, — сказал Клайв, просматривая описание. — Он сильно зависит от силы ауры. Я знаю, что твоя аура сильна, но достаточно ли она сильна, чтобы поддерживать такое оружие?

— Думаю, он справится, — сказала Фарра.

— Что такое гегемония? — спросил Тайка, вглядываясь в описание предмета. — Это как каждое четвертое слово, бро. Это как-то связано с изгородями?

— Изгородями? — переспросил Джейсон.

— Да, бро. Я помню, ты рассказывал нам историю о волшебном мастерке. Это садовый меч?

ТО, ЧТО ОНО НАМ ПОСЛАЛО

ТО, ЧТО ОНО НАМ ПОСЛАЛО

Довольный его службой на данный момент, Сорамир распорядился прикомандировать Тренчанта Мура на полную ставку в помощь Лиаре и себе самому. Хотя Тренчант мог и должен был помогать также Веспер, она оставалась серебряным рангом и не могла получить власть над золотым, даже будучи принцессой, а он — королевским гвардейцем. Это было частью сложного иерархического взаимодействия между королевской семьей и их гвардией из элитных искателей приключений.

В кабинете, который ему выделили, Мур просматривал отчеты об экспедиции Асано. Руководитель экспедиции, составивший отчет, не понимал, как Асано удалось обратить силы Строителя против них самих, но при этом предельно ясно выразил недоумение по поводу неадекватности объяснений Асано.

— Что значит «пора зажигать»? — пробормотал он себе под нос, читая отчет.

Это была еще одна загадка, окружавшая этого человека. Его связь с обладателем алмазного ранга, перед которым даже Сорамир проявлял почтение, оставалась неизвестной, как и его неоднократные возвращения из могилы, о которых сообщала Церковь Смерти. Сорамир сказал ему, что это как-то связано с сущностью, соперничающей со Строителем, и необычной природой нынешнего нашествия монстров. Их лучшая догадка на данный момент заключалась в том, что это связано с родным миром Асано, и именно поэтому кто-то столь низкого ранга оказался втянут в космические события.

Сорамир предположил, что Асано был втянут в события с того самого момента, как впервые прибыл в их мир. Тренчант не завидовал Асано, оказавшемуся втянутым в планы столь могущественных сил еще до того, как он получил даже железный ранг. Пробиваясь сквозь смерть снова и снова, противостоя существам из-за пределов реальности. И это не говоря уже об относительно обычных неприятностях, которые окружали его как искателя приключений и пришельца из другого мира. Он понимал, почему после всего этого кто-то может не найти в золотом ранге ничего пугающего и даже стать довольно неуравновешенным.

Было ясно, что силы, давившие на Асано, оказали на него глубокое влияние. Тренчанта все еще немного нервировал облачный дом Асано. Он напоминал ему спокойное озеро, в глубине которого дремлет монстр. У него не было причин так чувствовать, но чем больше он об этом думал, тем больше убеждался в своей правоте.

Аура Асано была чудовищной. Тренчант прекрасно знал, какие страдания нужно пережить, чтобы сделать такое с душой, а также сколько времени и усилий требуется на восстановление. Ему было любопытно, что его друг Амос подумает об Асано, и скоро он это узнает. Тренчанту было поручено, как только команда Асано зарегистрируется для местной деятельности, передать им приглашение на светское мероприятие.

Мысль о проведении бала посреди нашествия монстров не пришлась Тренчанту по душе, но он понимал необходимость этого. Богатые и знатные дома Римароса были сложным гобеленом, на котором держалось Королевство Штормов. Не могло быть худшего времени для того, чтобы этот гобелен начал изнашиваться или в нем появились дыры.

Был также более личный момент, который вызывал у Тренчанта неуверенность. Фарра Хурин была свирепой, страстной и отважной женщиной, которая сразу же показалась ему притягательной, хотя было много причин не развивать эти отношения. Ее связь с Асано, безусловно, была одной из них, к тому же у нее были свои тайны. К тому же она была молода, что не имело бы значения на серебряном ранге, будь ей сорок или пятьдесят, но ей было двадцать семь. Двадцать шесть, если не считать года, когда она была мертва, что составляло менее четверти возраста самого Тренчанта.

— Ваша аура немного неспокойна, командир Мур.

Чувства Тренчанта Мура были остры, а контроль ауры — безупречен. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы помешать Сорамиру видеть его насквозь или войти в кабинет незамеченным.

— Я размышлял об облачном доме Асано, — сказал Тренчант. Он десятилетиями имел дело с людьми сильнее его и был мастером в том, чтобы не раскрывать всего, даже когда его ауру читали. Он хорошо знал, что говорить правдивые вещи — это не то же самое, что говорить всю правду.

— Облачный дом Асано — любопытная вещь, — сказал Сорамир. — Если бы я не видел его связи с ним в его ауре, я бы решил, что он принадлежит кому-то другому.

— Почему?

— Командир Мур, вы уже сталкивались с чем-то подобным, и много раз. Просто вам не приходило в голову сравнить их, потому что это звучит немного возмутительно.

— Что вы имеете в виду?

— Как вы думаете, как часто мои чувства сталкиваются с местом, в которое они совершенно не могут проникнуть?

— Очень редко. Насколько я понимаю, даже защита королевского небесного острова не способна заблокировать ваше восприятие.

— Напротив, командир, это то, с чем мои чувства сталкиваются каждый день, как и ваши. В нашем городе их много. В каждом крупном городе они есть.

Тренчант нахмурился, его мысли лихорадочно работали. Что могло заблокировать восприятие такой силы, как…

— Храмы, — понял он.

— Именно, — сказал Сорамир. — Самые внутренние пороги храмов — их самые священные места — непроницаемы для моих чувств. И я могу сказать, что остальные части тоже могли бы быть такими, если бы силы, стоящие за этими храмами, пожелали этого, но они не препятствуют своим посетителям. Только самые священные места полностью защищены от внешнего наблюдения.

— Вы хотите сказать, что облачный дом Асано — это храм?

— То, как он блокирует чувства, — то же самое.

— Вы думаете, его облачный дом наделен силой этой великой астральной сущности? Мирового Феникса?

— Это была моя первая мысль, но я сразу же ее отбросил. Я видел глубины души Асано, отраженные в его ауре. Хотя я не все понимаю и не все узнаю из того, что видел внутри, он не смог бы ничего от меня скрыть. Если бы внутри Асано было звездное семя Мирового Феникса, я бы его увидел. На самом деле, в него вообще невозможно имплантировать звездное семя.

— Потому что он гештальт-существо, — предположил Тренчант.

— Вы заметили.

— Я встречал истинного посланника в прошлом, а не просто призыв. Я знаю ощущение ауры, которая кажется почти физически осязаемой.

— Где вы встретили истинного посланника? — спросил Сорамир.

— Гора Сердцесеребра.

— А. Вы выживший после Небесного Меча.

— Да, сэр.

Сорамир сделал паузу, оглядывая Тренчанта новым, оценивающим взглядом.

— Что вы делаете, служа моей семье, Тренчант Мур?

— Исполняю свой долг, сэр. Как и моя семья с тех пор, как вы основали это королевство.

— С самого начала? Прошу прощения, командир Мур, но я не помню вашего предка.

— Мы были лишь незначительной семьей на вашей службе, Державный Предок.

— Но, по-видимому, верной.

— Мы стараемся. Если этот Мировой Феникс не отвечает за свойства облачного дома Асано, то что отвечает?

— Вот это меня и беспокоит, — сказал Сорамир. — Я не могу исследовать облачный дом, но по Асано вижу, что он действительно связан с ним. Поскольку он не является сосудом для силы Мирового Феникса, это означает, что ответственность лежит на самом Асано.

— Если только это не свойство самого дома, а не Асано.

— Нет. Я связался с женщиной, которая его создала, и она подтвердила, что исходный предмет был обычным устройством, если так можно сказать о любой облачной фляге. Нет ничего, чем можно было бы его напитать, чтобы произвести такой эффект, разве что, возможно, на алмазном ранге. Она была уверена, что любой эффект такого уровня должен исходить от человека, связанного с ним, и требовать более глубокой связи, чем обычно для этого предмета. Она очень хочет взглянуть на него после нашего разговора.

— Значит, либо Асано, либо эта великая астральная сущность модифицировали его, но свойства, которые он проявляет, каким-то образом исходят от Асано.

— Как я уже сказал, я наблюдал глубины его ауры достаточно тщательно, чтобы изучить его душу. У него есть магические связи с некоторыми из его предметов, но также и с некоторыми вещами, которые, как я подозреваю, остались в его родной вселенной. Я верю, что именно там кроется секрет.

— И какие действия вы предпримете? — спросил Тренчант.

Сорамир не ответил сразу, достал фрукт из пространственного мешочка на поясе и откусил его. Тренчант подождал, пока Сорамир неспешно прожует и проглотит.

— Я с самого начала знал, что Асано необычен, — сказал в конце концов Сорамир. — То, как он прибыл в Королевство Штормов, сделало это достаточно ясным. Я уже расследовал его дело, когда Лиара и Веспер пришли в поисках обладателя алмазного ранга, чтобы изучить его ауру. Я решил присмотреться к нему повнимательнее и проверить, насколько сильны его чувства. Он почувствовал меня гораздо раньше, чем я ожидал.

— Значит, вы раскрыли себя намеренно?

— Да. Из всего, что мне удалось узнать об Асано, с ним нужно обращаться деликатно. Загадки и могущественные силы вращаются вокруг него, словно луны. Настанет день, когда он перестанет уступать этим силам, и когда этот день придет, я не хочу, чтобы Королевство Штормов оказалось в списке его врагов.

— Вы думаете, он будет искать мести?

— О да. Есть два типа искателей приключений, командир Мур. Вы — первый тип: надежный, эффективный и невероятно способный. Вы продвинулись благодаря тому, как вы ведете себя. Вы тот тип искателя приключений, с которым все хотят работать. Асано — другой тип. Дикий, непредсказуемый, импровизатор. Это не те люди, с которыми хочется работать, но именно они становятся легендами. Обычно — постоянно выживая в тех испытаниях, которых искатели приключений вроде вас достаточно умны, чтобы избегать.

— Вы думаете, он достигнет алмазного ранга. Если проживет достаточно долго.

— Вот почему я хочу установить хорошие отношения сейчас, но с таким человеком, как он, это сложно. Он крайне неприязненно относится к любой институциональной власти, поэтому впечатлить его нашим авторитетом не получится. Мы также не можем быть щедрыми и услужливыми, потому что он не поверит этому. Веспер отлично подходит, потому что ее враждебность соответствует его ожиданиям, а я могу удержать ее от того, чтобы зайти слишком далеко. По иронии судьбы, путь к доверию такого человека, как Джейсон Асано, — это быть корыстным, потому что именно этого он и ожидает. Пока мы делаем любые сделки ясными и открытыми, он будет работать с нами.

— Я никогда не любил подобные игры разума, — сказал Тренчант.

— К счастью, это не ваша роль, — сказал ему Сорамир. — Вы наш положительный пример. Человек чести вне наших политических интриг и схем. Асано будет уважать это.

— Неужели все это действительно необходимо только из-за каких-то политических проблем с семьей Ириос?

— Нет, эти заботы краткосрочны и относительно неважны. Эта ситуация ценна для меня тем, что она вовлекает Асано в наши дела. Его важность мне неясна, но я не думаю, что она заключается только в Строителе. По крайней мере, не более чем косвенно. Мировой Феникс не прислал бы нам серебряного ранга только ради этого. Я убежден, что истинная цель Асано проявится позже.

— Позже?

— Церковь Знания наращивает боевые силы по всему миру. Медленно, но верно, последние лет пятнадцать.

— Церковь Знания? Зачем им военная сила?

— Особенность Богини Знания, — сказал Сорамир, — в том, что она всегда знает что-то, чего не знаете вы. Другие церкви не собирались сидеть сложа руки, пока кучка библиотекарей создает крупные военные силы. Война и подчиненные ему боги создали силы реагирования в тех же регионах в ожидании того, что затевает Знание.

— И что она затевает?

— Никто не знает наверняка, — сказал Сорамир. — Даже сами люди из Церкви Знания. Но теперь у нас есть подозрения насчет Церкви Чистоты и новых великих призывов. Разве не было бы забавно, если бы все эти посланники появились на свет и обнаружили, что святые воины Знания, Войны, Солдата, Чемпиона и Воина ждут их по всему миру?

— Разве последователи Чистоты не сдвинулись бы с места, как только узнали, что церкви находятся поблизости?

— Часть инфраструктуры, которая питала тот единственный призыв, который мы видели, была встроена в ту плотину еще во время ее строительства. Это планировалось очень долго. Эти предприятия масштабны и их нелегко переместить. Сделать это незамеченным было бы невозможно.

— Вы имеете представление о роли Асано во всем этом? — спросил Тренчант.

— Я полагаю, церковь Чистоты где-то там готовит вторжение посланников, чтобы продолжить его, как только Строитель отзовет свои силы обратно в астрал по окончании нашествия монстров. Событие призыва, которое мы видели, было преждевременным и остановленным, но что, если бы это было не так? Что, если бы эти твари могли просто продолжать прорываться? Нам понадобится кто-то, кто закроет врата, а Мировой Феникс — это тот, кто отвечает за закрытие таких врат. То, что он послал нам, — это Джейсон Асано.

* * * Джейсон не был тем, кто повел Трэвиса в Церковь Знания. Фарра вызвалась на эту роль, пока Джейсон вел свою команду в Общество искателей приключений, чтобы зарегистрироваться для местной службы во время нашествия монстров. Нил и Белинда ворчали по поводу возвращения к работе на следующий день после прибытия, но Хамфри произнес речь. Он долго говорил о том, что нельзя уклоняться от обязанностей и что нужно заново учиться работать вместе, пока Нил не встал и не ушел просто для того, чтобы Хамфри замолчал.

У здания администрации Общества искателей приключений в этот раз не было очередей перед дверями, но внутри все равно было невероятно оживленно. Они были вынуждены встать в одну из нескольких очередей, медленно продвигавшихся к стойке. Наконец, они добрались до начала, где сотрудники приемной торопливо оформляли людей. Чиновница, которую они встретили в начале очереди, быстро записывала их данные, держа карандаш в одной руке и большую печать в другой.

— У вашей команды есть оперативное название? — спросила она.

— Команда Бисквит! — бодро сказал Хамфри.

— Нет! — сказал другой Хамфри, хватая первого, усатого, за воротник. Первый Хамфри превратился в щенка, болтающегося за загривок и очаровательно машущего беспомощными лапками.

— Это не название нашей команды, — сказал Хамфри чиновнице.

— Бумаги уже проштампованы, так что теперь это так, — сказала она, протягивая ему документ. — Может, в следующий раз возьмете своего фамильяра под контроль. А теперь, пожалуйста, освободите очередь. Можете отнести это в зал заданий.

Обескураженный Хамфри посмотрел на документы в одной руке и на щенка в другой, позволив Джейсону вытолкнуть себя из очереди.

Я НЕ ДЖЕЙСОН АСАНО

Я НЕ ДЖЕЙСОН АСАНО

Джейсон и его команда вернулись в дом-облако, вымотанные так, как не могло исправить никакое зелье выносливости после двух недель в дороге. Бывают виды усталости, которые лечит только отдых, какими бы мощными ни были ваши запасы зелий. Нашествие монстров шло полным ходом, и монстры плодились быстрее, чем предсказывали даже самые пессимистичные прогнозы.

Аномальный темп магических проявлений не ограничивался монстрами; наблюдался также соразмерный рост появления эссенций и камней пробуждения. В их число входило странно большое количество обычно редкой эссенции измерения. Поскольку это была одна из самых ценных и востребованных эссенций в мире, для тех, кто их находил, это был настоящий джекпот.

По предложению Хамфри команда Джейсона сделала то же самое, что и после первого формирования их состава, еще в Гринстоуне. Они взяли дорожный контракт в качестве «обкатки», чтобы помочь восстановить командную работу. Они годами работали порознь, за это время поднявшись с бронзового ранга до серебряного. Их операционную динамику нужно было выстраивать с нуля.

Дорожные контракты обычно не были чем-то привычным для Королевства Штормов. В регионах с низкой магией, таких как Гринстоун, в городах и деревнях были доски объявлений, где местные жители размещали информацию о замеченных монстрах, чтобы проезжающие мимо искатели приключений разобрались с ними, и только если угроза гражданскому населению была высока, отправляли сообщение напрямую в Общество искателей приключений. В зоне с высокой магией, такой как Римарос, существовала система магического обнаружения, которая выявляла проявления монстров и позволяла ближайшему отделению Общества искателей приключений организовать ответные меры.

С практической точки зрения это было похоже на сеть на Земле, хотя магически они сильно отличались. Земная сеть была единой системой, охватывающей всю сушу планеты, с минимальными требованиями к энергии и обслуживанию. Сеть Земли была менее сложной, но ее функциональность была гораздо выше. Это поразило Фарру, учитывая, какое тонкое понимание магии это подразумевало.

Джейсон пришел к Лиаре со своим предложением дорожного контракта, и они обсудили детали. За основу был взят контракт на поставку, подобный тому, который Джейсон уже выполнял. Доставляя припасы, команда перемещалась между городами-крепостями и сельскохозяйственными башнями Плодородия. Разница заключалась в том, что они также находили время, чтобы проредить растущее скопление монстров вокруг городов-крепостей в отдаленных районах.

После крепкого ночного сна Хамфри заставил команду просмотреть обширные заметки, которые он сделал во время поездки, работая над их недостатками и выделяя потенциальные тактики и стратегии для их текущих наборов способностей. Из-за интенсивности нашествия монстров это было похоже на возвращение в астральное пространство Ордена Жнеца, где они полгода продирались сквозь монстров.

Только Джейсон за прошедшие годы сталкивался с чем-то подобным по интенсивности. Даже прилежный Хамфри выглядел уставшим. Несмотря на несколько шутливых жалоб, вся команда активно участвовала в том, чтобы вернуться в строй. У каждого из них была возможность увидеть в действии настоящие гильдейские команды, и они знали, что им многое нужно наверстать, особенно учитывая специфику их команды.

Их команда действовала согласно стратегической доктрине, резко контрастирующей с подходом Римароса, основанном на специализации и максимизации эффективности, где главной целью было превратить любую ситуацию в наилучший сценарий для себя. Команда Джейсона делала ставку на универсальность и адаптацию; речь шла о поиске успеха в наихудшем сценарии. Они видели достаточно острых концов палок, чтобы знать, что рано или поздно увидят еще.

Джейсон недавно наблюдал за работой гильдейской команды, плавно уничтожающей монстров с такой скоростью и эффективностью, с которыми его команда никогда не сравнится, даже в лучшие времена. Но его команду не интересовало быть лучшими в обычном. Когда «достаточно хорошо» справлялось с задачей, они были довольны этим «достаточно».

Что действительно имело значение, так это дни, когда все шло не так. Когда они оказывались в ловушке в темноте, окруженные врагами, и им не на кого было положиться, кроме друг друга. Дни без вторых шансов, когда им приходилось искать выход, чего бы это ни стоило. Именно в такие дни им нужно было быть лучшими.

После целого утра разработки стратегии команда вышла на палубу, где Тайка накрыл «шведский стол» на столе для пикника. Он состоял из кулинарных экспериментов Джейсона с местными ингредиентами, которые не закончились катастрофой.

— Бро, мне нужно чем-то заняться. Фарра и Трэвис неделями сидели взаперти, а вы все убежали. Гэри и Руфус помогали мне тренироваться, когда они не на задании, но я большую часть времени просто сижу дома.

— Ты бронзового ранга, — сказал ему Хамфри. — Без поддержки гильдии или хотя бы команды вокруг тебя, ты, по сути, гражданский.

— Я, по крайней мере, помог сразиться с некоторыми монстрами здесь, на острове, — сказал Тайка. — Большинство из тех, что появились, слишком сильны. Я иногда могу справиться с монстром серебряного ранга, но не с двумя, не говоря уже о десяти.

— Ага, это отстой, — пробормотал Нил с набитым ртом сырной энчилады. — Знаете, я скучал по обедам, как когда мы были в Гринстоуне. Эта тортилья просто потрясающая.

— Здесь есть тропическая культура, из которой делают странно фантастическую муку, — сказал Джейсон. — Она даже не магическая.

— На вкус как магическая, — счастливо сказал Нил.

Тень поднялся из тени Джейсона.

— Мистер Асано, пока вы были на стратегической сессии, пришло сообщение от Общества искателей приключений. Они хотели бы, чтобы ваша команда посетила встречу сегодня днем для обсуждения нескольких тем.

— Есть понимание, хорошее это или плохое? — спросил Джейсон.

— Принцесса Лиара и принцесса Веспер будут присутствовать обе.

— Значит, плохое, — сказал Джейсон.

* * * Веспер и Лиара вместе шли по залам комплекса Общества искателей приключений, разговаривая в пределах экрана приватности.

— Тебе не следовало позволять им убегать на две недели, — сказала Веспер. — Мы упустили лучшее окно, чтобы представить Джейсона обществу после экспедиции со Строителем, когда его команда прибыла с алмазным рангом.

— Асано годами был отделен от своей команды. Я не знаю, через что он прошел за эти годы, но его Державный Предок намекал, что это было экстремально. Я знаю, ты довольна тем, как прошла экспедиция, в которой ты участвовала, но ты не можешь отрицать, что его поведение там было нестабильным. Сеть поддержки может дать ему это, и, возможно, заставит его меньше чувствовать, что мы — враги.

— Я знаю, — проворчала Веспер. — Мне просто не нравится упускать отличную возможность.

— Ты же не собираешься серьезно говорить мне, что у тебя нет способа раздуть тлеющие угли?

— Конечно, есть. Джасинда Ириос хотела встретиться с парнем после той стычки с Каспером, которую я подстроила. Скажу одно об Асано: хотя с ним трудно работать, у него есть талант навлекать на себя правильный вид неприятностей.

* * * Джейсон и его команда вошли в комнату для совещаний в административном комплексе Общества искателей приключений, куда их проводил сотрудник общества. Принцессы еще не прибыли, поэтому Белинда наколдовала колоду карт и начала играть с Софи и Нилом в одном конце стола для совещаний. Хамфри и Джейсон направились в другой конец: Хамфри сидел с хорошей осанкой, а Джейсон развалился. Клайв вообще не сел, а вместо этого осмотрел стеновую панель со встроенным кристаллом, который активировал экран приватности комнаты.

Вместо того чтобы сидеть на одном из стульев в конференц-зале, Джейсон расположился в удобном облачном кресле. Теперь, когда весь его набор предметов снова был у него, он мог снова использовать различные способности комплекта. Для облачной фляги это означало простые облачные конструкции, которые могли служить щитом или платформой для передвижения, но чаще всего превращались в стулья, гамаки и, в одном случае, в санки из грязи.

Джейсон посмотрел на Сташа, развалившегося на коленях у Софи в форме щенка, которому чесали животик.

— Сташ, кажется, изменился после повышения ранга не так сильно, как я думал, — сказал Джейсон Хамфри.

— О, он изменился, — сказал Хамфри. — Во-первых, он стал намного умнее.

— Я этого особо не вижу, — сказал Джейсон.

— Это потому, что он достаточно умен, чтобы понимать: если он продолжит выглядеть как щенок и вести себя как младенец, ему будет сходить с рук гораздо больше.

— Это все еще про название команды? — спросил Джейсон. — Хамфри, все в порядке. Все, скажите Хамфри, что все в порядке. Еще раз.

— Ага, — сказала Белинда, не отрываясь от карт в руке.

— Мне все равно, — сказал Клайв, заглядывая в открытую теперь стеновую панель и тыкая в отверстие за ней кристаллическим стержнем.

— Я отказался от всякого подобия достоинства в тот момент, когда присоединился к команде с Джейсоном, — сказал Нил.

— Обидно, но спасибо, полагаю, — сказал Джейсон.

— Не за что, — сказал Нил. — Я с радостью скажу это стольким людям, скольким ты захочешь.

Он нахмурился, глядя на карты в своей руке.

— Белинда, ты опять мухлевала с колодой?

— Не вини меня в своей ужасной удаче, — ответила она ему.

— Но это вопрос достоинства, — настаивал Хамфри, обращаясь к Джейсону. — Это то, как мы представляем себя миру. Мы не можем сменить название, пока не закончится нашествие монстров и администрация не возобновит работу второстепенных служб. К тому моменту нас будут знать именно так, к худу или к добру.

— Посмотри на это так, Хамфри, — сказал Джейсон. — Если у нас такое название, то уважение, которое мы получим, будет уважением, которое мы заслужили вопреки ему. Если только ты не предпочитаешь, чтобы наше уважение исходило из того, что мы рассказываем людям о себе, а не из того, что мы делаем как команда. Ты же не хочешь, чтобы наши достижения были поверхностным хвастовством?

Хамфри застонал и покачал головой.

— Я забыл, каково это — разговаривать с тобой.

— Это удовольствие, я знаю, — ярко сказал Джейсон.

Клайв закрыл стеновую панель и присоединился к остальным за столом незадолго до того, как прибыли Веспер и Лиара вместе с Тренчантом Муром. Лиара и Тренчант сели напротив Джейсона, Хамфри и Клайва, а Веспер подошла к панели управления, чтобы активировать экран приватности. Нил, Софи и Белинда пододвинулись к столу, чтобы сесть с остальными.

— С экраном приватности была проблема, — сказал Клайв Веспер, — поэтому я взял на себя смелость исправить ее. Похоже, кто-то подключился к нему так, что все, что происходило в комнате, пока экран приватности был активен, записывалось и отправлялось в удаленное место. Очевидно, что делать это, не уведомив всех участников официальной встречи в защищенной экраном приватности комнате Общества искателей приключений, является нарушением протоколов Общества.

— Правда? — спросил Джейсон.

— Правда, — сказал Хамфри, не сводя глаз с Веспер. Та, в свою очередь, хмурилась, глядя на Клайва.

— Спасибо, — сухо сказала она ему.

— Пожалуйста, — сказал Клайв.

— Естественно, — добавил Джейсон, — мы сообщим об этой проблеме администрации Общества искателей приключений. Им нужно будет провести проверку всех конференц-залов и убедиться, что это не распространенная проблема. В такие неопределенные времена нельзя быть слишком осторожным.

— Вам не стоит беспокоиться, — сказала Веспер с улыбкой, сжимая челюсти. — Я позабочусь об этом.

— О, никакого беспокойства, — сказал Джейсон. — Уверяю вас, мы получим искреннее удовольствие от...

— Джейсон, — упрекнул Хамфри. — Не играй со своей едой.

— Прости, босс, — сказал Джейсон.

— Принцесса Веспер, — сказал Хамфри. — Мой друг получает извращенное удовольствие от политических игр, но я — нет. Я прямолинейный человек, поэтому, если вы будете прямолинейны с нами, мы ответим тем же. Верно, Джейсон?

— Если придется, — проворчал Джейсон.

Хамфри бросил на него острый взгляд.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Я буду паинькой.

— Вы можете выбрать другой путь, — сказал Хамфри принцессам, поворачиваясь к ним. — Вы можете пригласить нас на якобы частную встречу и записать нас. Вы можете отправлять нас на задания, не говоря нам, что мы — приманка. Вы можете играть в игры, но, как я уже сказал, я не люблю игры. Я отойду в сторону, и вы сможете вернуться к общению с Джейсоном, так что если вам это до сих пор нравилось, я был бы признателен, если бы вы сказали нам сейчас и сэкономили мое время.

— Если честно, мистер Геллер, общение с вами обоими кажется очень похожим, — сказала Веспер. — Вы оба кажетесь довольно властными, когда разговариваете с королевскими особами.

— Это не мистер Геллер, принцесса Веспер, — сказал Хамфри. — Это Юный Господин Геллер. Я понимаю, что мое аристократическое происхождение из провинциального города-государства с низкой магией несущественно для принцессы из Римароса. Но хотя моему другу все равно, называете ли вы его мистером Асано, Джейсоном или Сьюзан-цветочницей, я горжусь своим именем и своим домом. Если только вы не хотите отказаться от формального этикета, я буду благодарен, если вы будете уважать и то, и другое.

При использовании Хамфри термина «формальный этикет» Лиара и Веспер обе перевели взгляд на Джейсона, развалившегося в облачном кресле с ногами на облачной подставке. Хамфри не показал никаких признаков того, что заметил их взгляды или несоответствие между своими утверждениями и тем, что он сидит рядом с агрессивной небрежностью Джейсона.

Ни одна принцесса не была бы настолько глупа, чтобы счесть Геллера несущественным. Как и в случае с неаристократической семьей Ремор, источником их престижа было не имя, а поколения достижений. Обеим семьям на протяжении веков предлагались престижные титулы могущественными правителями, и все они были отвергнуты. Геллеры сохранили только свой скромный титул, связанный с их первоначальным возвышением, в то время как Реморы вообще не носили титула.

— Мне жаль, если вы чувствуете, что мы были враждебны, — сказала Лиара. — Наша цель всегда заключалась в том, чтобы работать с мистером Асано, а не относиться к нему как к врагу.

— Леди, в это трудно поверить, когда ему пришлось чуть не убиться, чтобы вы вмешались, после того как подвесили его на крючок, пока сами охотились на культистов, — сказала Софи.

— Это правда, что ты не знал, что такое рыбалка? — спросила Белинда Нила.

— Я знаю, что такое рыбалка!

— Гэри сказал, что нет.

— Конечно, я знаю, что такое рыбалка. Я просто не вижу смысла ловить их по одной на веревку с палкой, когда у вас есть рыболовецкие траулеры и магические взрывы.

— Смысл рыбалки не в том, чтобы поймать рыбу, — сказал Клайв.

— Почему люди продолжают это говорить? — спросил Нил. — Эта фраза безумна.

Лиара и Веспер наблюдали за Хамфри, ожидая, что он призовет свою неуправляемую команду к порядку. Вместо этого он терпеливо сидел, наблюдая за реакцией двух принцесс.

— Я думал, вы не любите игры, Юный Господин Геллер, — сказала ему Веспер.

— Вы делаете лучшее из того, что у вас есть, принцесса Веспер. У меня есть моя команда, и мне не нравится то, как вы обращаетесь с одним из ее членов.

— Мы не стремимся никого эксплуатировать, — сказала Лиара. — Мы хотим от мистера Асано двух вещей. Первая — помочь нам с местной политической проблемой, в которую мистер Асано, к сожалению, оказался вовлечен. Это наша вина, и мы рады компенсировать ему помощь, начиная с помощи в воссоединении вашей команды.

— За что мы благодарны, — признал Хамфри.

— Даже если это была в основном Доун, — пробормотала Софи. Хамфри бросил на нее косой взгляд, и она откинулась назад, выглядя невинно.

— Это область Веспер, — продолжила Лиара. — Она представляет здесь королевскую семью. Я член королевской семьи, но здесь я представляю Общество искателей приключений. Общество не предлагает мистеру Асано ничего, кроме наград, соразмерных его усилиям, как и любому другому искателю приключений. Он член Общества искателей приключений и обязан делать то, что может. Мы будем назначать ему задачи как члену Общества искателей приключений, насколько это соответствует нашим потребностям. Единственная причина, по которой он заслуживает особого внимания, — это его связь с культом Строителя, что является моей особой сферой полномочий.

Хамфри повернулся к Джейсону, который кивнул. Затем он снова повернулся к принцессам.

— Мы признаем, что являемся лишь одной из многих команд во время беспрецедентного события в истории Общества искателей приключений, — сказал Хамфри. — К сожалению, обстоятельства не позволили нам относиться к нам как к таковым. Если отбросить скромность, мы особенные, о чем вы, очевидно, знаете из-за особого отношения, которое нам оказывали. Я понимаю, что существует несоответствие между нашим рангом и важностью, которая нам придается. Все, о чем мы просим, — это относиться к нам с уважением.

Веспер выглядела так, будто проглотила персиковую косточку, но Лиара положила сдерживающую руку ей на предплечье. Веспер кивнула, сделав паузу, прежде чем заговорить контролируемым голосом.

— Юный Господин Геллер, одна из причин, по которой мы вызвали вашу команду сюда, — это контракт, который вы только что выполнили. Контракт, с которым принцесса Лиара лично вмешалась в Общество искателей приключений, чтобы его вам назначили. Если вы не видите в том, что принцесса золотого ранга, которая также является высокопоставленным чиновником Общества искателей приключений, позволяет вашей команде вручную составить собственный контракт в разгар самого мощного нашествия монстров в истории во время одного и, возможно, двух межпространственных вторжений, жеста уважения, то я думаю, мы достигли точки, где наши взгляды непримиримо разошлись.

— Она не ошибается, — сказал Джейсон, садясь прямо, пока его облачное кресло переформировывалось под ним.

— Мы ценим это, — сказал Хамфри. — И мы здесь, чтобы делать то, что требует от нас Общество искателей приключений. Однако ваша политическая повестка неразрывно переплетена с этим намерением.

— Это прискорбная реальность, — признала Лиара.

— Мы тоже не пытаемся быть враждебными, — продолжил Хамфри, а затем повернулся, чтобы бросить на Софи многозначительный взгляд, когда она подалась вперед, чтобы вставить слово. Она снова откинулась назад, пожав плечами с нераскаявшимся видом.

— Мой приоритет — защитить мою команду, — продолжил Хамфри. — Я действительно хочу подходить к нашему взаимодействию с уважением и добросовестно. Тем не менее, я буду однозначен в том, что ставлю благополучие моей команды — во всех отношениях — выше политических нужд вашей семьи. Я признаю, что эти политические нужды имеют более широкие последствия, но я не Джейсон Асано. Сколько я его знаю, он беспокоился о людях, затронутых решениями сильных мира сего, и я не сомневаюсь, что он согласился помочь вам по этой причине. Я же, напротив, был воспитан в убеждении, что те из нас, кто рожден во власти, обязаны использовать ее ответственно. Не на голову моего друга должно ложиться бремя защиты людей, находящихся под властью вашей королевской семьи.

Хамфри был сдержан большую часть встречи, но в его глазах и словах горел огонь, а его сила воли была ощутима.

— Вы думаете, все так просто? — парировала Веспер, не дрогнув.

— Да, — сказал Хамфри, его голос был холодным, когда он запер свой гнев. — Но, как любит говорить моя мать, просто — не значит легко. Моя цель — прояснить позицию каждого из нас, чтобы мы все могли двигаться вперед конструктивно.

— Я согласна, что так будет лучше, — сказала Лиара. — Возможно, установив это, мы сможем перейти к первой теме, ради которой была созвана эта встреча?

— Конечно, — сказал Хамфри, его голос стал более дипломатично нейтральным. — Мы не пытаемся быть трудными.

Веспер посмотрела на него с недоверием, в то время как он сохранял невозмутимое лицо.

Лиара проигнорировала их обоих, достала папку из пространственной сумки и положила ее на стол.

— Первое, о чем мы хотим поговорить, — это контракт, который вы только что выполнили. Общество искателей приключений очень довольно тем, как все прошло.

— Правда? — спросил Джейсон, подаваясь вперед. — Я не часто это слышу.

— Представьте мое удивление, — сказала Веспер.

СТОЛЬ МОГУЩЕСТВЕННЫЙ И СТОЛЬ ДРЕВНИЙ

СТОЛЬ МОГУЩЕСТВЕННЫЙ И СТОЛЬ ДРЕВНИЙ

Лиара, Веспер и до сих пор хранивший молчание Тренчант Мур сидели напротив Джейсона и его команды в конференц-зале Общества искателей приключений. Лиара постучала пальцами по папке, лежавшей перед ней на столе.

— Причина, по которой общество предоставило мне такую свободу действий в контракте, который вы только что завершили, заключается в том, что он был частью более широкой тестовой программы. Этот прилив монстров не похож ни на что из того, что было раньше. Вы все в курсе деталей, поэтому я не буду тратить время на повторение того, что вам и так известно. Общество искателей приключений опробовало новые подходы к решению новых проблем. Одна из таких проблем — безопасность более отдаленных городов-крепостей. Они оказались более уязвимыми и недостаточно снабжаемыми, чем предполагалось.

— Наш контракт был проверкой потенциального решения? — спросил Хамфри.

— Именно так, — ответила Лиара. — Общество искателей приключений увеличивает выделение ресурсов для отдаленных регионов, но ситуация везде напряженная. Наше использование этих ресурсов должно быть максимально эффективным. Идея состоит в том, чтобы взять некоторые менее критически важные гильдейские команды и более способные независимые группы и отправлять их на подобные контракты. Некоторые из них были отправлены еще до вашего возвращения, и первые результаты очень позитивны. Более надежные пути снабжения. Города-крепости расходуют меньше ресурсов благодаря своей активной обороне. Нам даже удалось устранить нескольких адептов Чистоты, хотя мы потеряли из-за них и своих людей.

— Мы не встречали их во время нашего контракта, — сказал Джейсон. — Честно говоря, я немного разочарован. Ты ведь снова не следила за мной, Лиара?

— Нет. Теперь у тебя есть своя команда.

— Все это очень приятно, — сказал Хамфри, — но я не думаю, что вы позвали нас сюда, чтобы сказать, что мы хорошо поработали.

— Ваша команда необычна, — сказала Лиара. — Множественные способности к порталам или телепортации, плюс несколько личных пространств для хранения. Мы хотим, чтобы вы специализировались на контрактах такого рода. Мы хотим задействовать вас по всему Королевству Штормов, чтобы у вас было как можно больше пунктов назначения для порталов. Это не только позволит вам доставлять экстренные грузы, когда обычные поставки не справляются, но вы также будете доступны для быстрого реагирования на активность Строителя. Учитывая ваши способности в этой области, мистер Асано, мы хотим видеть вас на передовой. Ваша команда также имеет больше опыта, чем большинство других, в противостоянии Строителю и победах над ним.

— Мы в распоряжении Общества искателей приключений, — сказал Хамфри.

— Хорошо, — сказала Лиара. — Это подводит нас к другой теме сегодняшней встречи.

Она откинулась на спинку стула, глядя на Веспер, сидевшую рядом.

— Политический аспект, — сказала Веспер. — Я уверена, что вы все объяснили своей команде, поэтому, вместо того чтобы пересказывать детали, я сразу перейду к тому, что будет дальше. Несмотря на все происходящее, светские мероприятия остаются частью высшего общества Римароса. Это не просто прихоти привилегированных особ, а важные события, которые позволяют влиятельным игрокам королевства решать вопросы высокого уровня.

— И тебе нужно, чтобы я красовался на публике, — сказал Джейсон.

— Да, — ответила Веспер. — Настоящие вершители судеб не купятся на наш маленький спектакль, но семьи, к которым они принадлежат, — это инструменты, которые они используют для переговоров. А для благородных домов рычаги влияния и репутация — это все. Игры должны вестись в парадных залах, чтобы настоящая работа могла делаться за кулисами. Если семья Ириос выглядит слишком слабой, им приходится отвлекать ресурсы от того, чем они должны заниматься, чтобы защитить себя. Мне не нужно объяснять, почему это нежелательно, особенно сейчас.

— Разве они не могут просто игнорировать тех, кто наступает им на пятки, пока не закончится прилив монстров? — спросил Нил.

— Нет, — ответил Джейсон. — Если на них нападут, а они откажутся защищаться, ситуация только быстрее станет хуже.

Веспер одобрительно кивнула Джейсону.

— Именно так, — сказала она. — Если они не смогут постоять за себя, их недоброжелатели лишь осмелеют и будут давить сильнее, а моя семья может сделать лишь ограниченное количество шагов, чтобы защитить их. Моя семья правит этим королевством, но мы правим не в одиночку. Аристократические дома образуют хрупкий баланс сил, которым нужно управлять. Если мы проявим слишком много фаворитизма, даже сейчас, это ослабит нас, что ослабит и королевство.

— Тебе не нужно убеждать меня в причинах, принцесса Веспер, — сказал Джейсон. — Я сказал тебе, что участвую, и я редко заключаю союз специально для того, чтобы перебить всех, кто в нем состоит.

— Я хотела представить тебя людям после экспедиции, в которую мы вместе отправились, но ты отсутствовал. Мы сделаем это до того, как ты отправишься на следующий контракт, и нам нужно подготовить тебя к этому. Этикет. Танцы, общие правила приличия. Я не сомневаюсь, что ты все равно нарушишь правила, но тебе стоит хотя бы потратить время на то, чтобы сначала их изучить.

— Значит, мы с тобой проведем некоторое время вместе, — сказал Джейсон.

— Прилив монстров все еще продолжается, — заметил Хамфри. — Я не хочу, чтобы это отнимало слишком много времени от наших обязанностей перед Обществом искателей приключений.

— Вот почему мы начинаем прямо сейчас, — сказала Веспер. — Вы должны пойти со мной, мистер Асано.

— Да, госпожа.

Веспер закрыла глаза и плотно сжала губы, с трудом сдерживая ответ. Она встала, выключила экран приватности и вышла. Джейсон поиграл бровями, глядя на свою команду, когда встал и последовал за ней.

— Она его правда недолюбливает, — сказал Нил.

— Ага, — согласилась Белинда.

— Думаете, они собираются…?

— Однозначно, — сказала Белинда. — Они сломают кровать. Может, даже стену.

— Это принцесса королевства, — укорил их Хамфри. — По крайней мере, окажите ей уважение, высказывая подобные мнения за закрытыми дверями.

Он повернулся к Лиаре и все еще молчавшему Тренчанту Муру.

— Прошу прощения за отсутствие приличий со стороны членов моей команды, — сказал он. — В основном они воры и хулиганы.

* * * Анклав Чистоты находился под землей, в системе пещер, наполненных светящимися кристаллами, с протекающей там подземной рекой. Давным-давно из природного камня здесь были вырублены храм и общежитие в ожидании дней, которые уже наступили.

Орден Искупительного Света церкви Чистоты много лет вел приготовления в Королевстве Штормов. Когда другие крылья церкви теряли терпение и раскрывали свои карты раньше времени, это приводило к публичному краху церкви. Лишь самые прилежные ордена внутри церкви, обладавшие терпением и верой в послушание, остались, чтобы выполнить миссию, которая перевернет недавнюю историю и принесет миру очищение.

Для некоторых орденов задачей было создать армию чистых существ, чтобы смыть грязь с лица мира. У Ордена Искупительного Света была иная цель. Их задача — взять то, что нечисто, и очистить его, выковывая оружие, искупленное из нечистого мира.

Мелоди Джейн была лидером анклава, а ее заместитель, Сендира, была на середине отчета о том, что обнаружили их разведчики. Орден в основном состоял из святых воинов, но у них также был жрец, служивший советником и связующим звеном с богом. Их жрецом был человек по имени Ларонт, столь же молодой, как предполагало его красивое лицо; его серебряный ранг еще не требовался, чтобы сдерживать процесс старения.

— Общество искателей приключений усиливает свою активность в отдаленных районах. Они знают, что мы здесь и что мы действуем. Нам следует подготовиться к перемещению, прежде чем они поймут, почему.

Мелоди кивнула.

— Согласна. Готовьтесь, но мы должны хорошо выбрать момент. С севера приближается нечто, что отвлечет все внимание от нас.

— Могу я спросить, что приближается?

— Наш Господь предупредил меня, что нечистый союзник перебрасывает одну из своих великих сил на юг, — сказал жрец. — Королевство Штормов разгневало его, и он пожелал сделать из него пример.

— Вот тогда мы и сделаем свой ход, — сказала Мелоди.

— А как насчет Асано? Нам все еще нужно захватить его, прежде чем мы убьем его для союзника?

— Нет, — сказала Мелоди. — Я хотела захватить его, чтобы использовать его как приманку для своей дочери. Наши информаторы в Римаросе сообщили нам, что она здесь. Теперь мы сможем воссоединиться, и она сможет быть очищена.

— А если она не захочет?

— Это не имеет значения, — сказала Мелоди. — Я тоже не хотела, но теперь я чиста. Ей можно простить ее невежество, как только мы выжжем его из нее. Когда-то я была вынуждена оставить своего ребенка, и теперь моя семья воссоединится.

* * * Лиара и Тренчант возвращались на королевский небесный остров, сидя друг напротив друга в летучей карете.

— Я беспокоюсь о Веспер, — сказала Лиара. — Она слишком легко выходит из себя из-за Асано и его спутников. У них есть страсть молодости, но они — дети. Она не должна позволять им выводить себя из равновесия, и я не уверена, почему она это делает.

— Ее Высочество, принцесса Веспер, всегда питала большие административные амбиции, — объяснил Тренчант. — Ее приключения всегда были спорадическими, предпринимались только для повышения ранга. Это никогда не было призванием. Приливы монстров обычно проходят тихо в политическом плане, поэтому это были времена, когда она наиболее активно стремилась к продвижению.

— Ты хочешь сказать, что она расстроена, потому что политика мешает ей отправиться в путь и повышать свой ранг?

— Нет, — сказал Тренчант. — Моя мысль в том, что Веспер не такая, как мы с тобой. Ее мир — это политический мир, где видимость — это суть, а доверие распространяется лишь настолько, насколько позволяют взаимные интересы. Когда она искала приключений, ее команды были мимолетными и собирались из тех, чьи амбиции не были сосредоточены на миссии. Она никогда не знала команды, чье товарищество было выковано в огне, так, как наши.

— Так, как у Асано, — сказала Лиара.

— Да, — сказал Тренчант. — Аура Асано может быть для нас закрытой книгой, но ты чувствовала остальных. Ты ощущала связь, которая у них есть. Доверие, которое приходит, когда вытаскиваешь друг друга с кровавого края. И не только они.

— Фарра Хурин.

— Я не знаю всего, через что они прошли, — сказал Тренчант, — но это дало ей страсть и преданность, чтобы ворваться в королевский дворец и устроить выволочку алмазному рангу. Это дерзко и глупо, но также внушительно.

— Ты восхищаешься ими.

— Да. Я — оружие политиков, но мне нет дела до политики. Она слишком часто является врагом честности. Асано и его команда молоды и глупы, но они искатели приключений до мозга костей. Веспер знает это. Ее серебряного ранга недостаточно, чтобы прочитать их ауры, но она почувствовала преданность, которая у них есть. Готовность идти до самого конца ради кого-то не вписывается в ее мир компромиссов и выгод, и это нервирует ее.

— Почему?

— Потому что она инстинктивно понимает, что они готовы зайти дальше, чем она. Они выставляют это напоказ, потому что понимают, что Асано сейчас нестабилен, и очень оберегают его. Есть нечто пугающее в абсолютной приверженности. Это часть того, что делает фанатиков такими опасными врагами.

— А политики всегда оставляют место для компромисса. Они всегда оставляют путь к отступлению.

— Я видел исключения, но они, как правило, не были столь успешны как политики. Для искателя приключений абсолютная преданность своей команде — это сила. Для политика такая жесткость — слабость. Но Веспер вынуждена принимать Асано и его людей на их условиях. Это не лучшая ситуация для нее.

— Асано — не тот враг, который нам нужен в будущем, — сказала Лиара. — Настраивать его против себя сейчас — не в наших интересах.

— Нет, но мы также должны смотреть на нужды сегодняшнего дня, в чем Веспер преуспевает. К сожалению, ей везде говорят «нет». Другая серьезная проблема, с которой она сталкивается, заключается в том, что ей приказали играть в свою игру, но по чужим правилам.

— В каком смысле?

— Из окружения Асано только Хамфри Геллер и Руфус Ремор — люди, о которых она вообще должна знать. И то, лишь поверхностно. Это группа серебряных рангов, далеко от дома и центральных баз своей силы. Тем не менее, они вращаются в кругах с золотыми и алмазными рангами. И даже выше, если учесть кое-что из того, что мы лишь предполагали об Асано и Фарре Хурин. Иерархия рангов — центральный столп политического взаимодействия, однако Асано полностью игнорирует ее. Что еще важнее, его Державный Предок поддерживает его в этом.

— Я никогда особо не задумывалась об этом, — сказала Лиара. — Я в основном имела с ним дело с точки зрения Общества искателей приключений, что Асано, кажется, уважает. Политическая сторона совсем другая.

— Асано явно привык иметь дело с властями, более могущественными, чем он сам, и решил не позволять себя подавлять. Это конфликтует с Веспер как напрямую, так и идеологически, однако воля его Державного Предка заставляет ее уступать Асано и его причудам. В некотором смысле, твой предок использует принцессу Веспер как инструмент даже больше, чем Асано. Когда ты столь могуществен и столь древен, возможно, именно так ты начинаешь видеть людей вокруг себя.

— Что мне делать с Веспер?

— Поддержи ее, — посоветовал Тренчант. — Убедись, что она понимает, что не изолирована и что есть люди на ее стороне. Иначе она закончит как Асано: хрупкая, острая и кусающая любую руку, протянутую к ней.

* * * На окраинах Римароса ветряные накопители шторма выкачивали магию из одноименных погодных явлений Моря Штормов, чтобы одновременно защищать город и помогать питать его инфраструктуру. Небольшое летающее судно пролетело над линией накопителей, направляясь к городу. Оно имело характерный индустриальный железный вид судов Строителя и сопровождалось Зилой Римарос. Сорамир Римарос почувствовал их приближение и быстро прибыл для перехвата, появившись на парящем облаке, сверкающем золотым и серебряным светом.

— Что это? — спросил он у Зилы.

— Оно появилось из подводного города, пока я наблюдала за ним, и приблизилось ко мне, — сказала Зила. — Ничего на борту не сильнее серебряного ранга. Оно не представляет угрозы.

Их мощные чувства могли легко пронзить судно, экипаж которого состоял из конструктов. На борту было только одно живое существо: культист серебряного ранга.

— Он заявил о мирном проходе в качестве посланника в Королевство Штормов, — сказала Зила. — Он хочет поговорить с кем-то, кто может представлять Королевство Штормов.

— Тебя было недостаточно?

— Я подумала, что лучше всего будет переадресовать это тебе.

— И чего он хочет? Чего хочет Строитель?

Культист вышел на палубу в простых серых одеждах с капюшоном. Он не испытывал страха, даже перед лицом алмазных рангов. Они могли почувствовать не просто готовность, а ожидание смерти.

— Я вестник войны, — сказал он. — Я пришел с посланием. Декларацией.

— Давай послушаем, — сказал ему Сорамир.

— Вашему королевству предлагали спасение от намерений моего господина, но вы отвергли его добрую волю. В результате ваше королевство заплатит цену. Он больше не придет только за вашими астральными пространствами. Он разорит ваши земли и перебьет ваш народ. Он — Строитель, но все ваши творения будут разрушены, Сорамир Римарос. Все, что вы построили, будет обращено в пыль.

— Это все? — спросил Сорамир. — Это все послание?

— Да. Вы можете убить меня сейчас, ибо моя задача выполнена.

— Зачем утруждаться? Возвращайся и скажи своему господину, что он мог просто прислать записку.

Сорамир развернулся и помчался обратно к городу.

ПО ОДНОЙ БИТВЕ ЗА РАЗ

ПО ОДНОЙ БИТВЕ ЗА РАЗ

Джейсон вынул кристалл звукозаписи из проектора, остановив музыку. Затем он убрал проектор в инвентарь. Веспер стояла на другой стороне большой комнаты с деревянным полом, слегка раскрасневшаяся. Она стояла к нему спиной, глядя в окно. Они находились в зоне пониженной безопасности королевского дворца, недалеко от озера прибытия, где принимали менее важных гостей и решали второстепенные дела.

— Танцуешь ты неплохо, этого у тебя не отнять, — сказала она.

— Я же говорил, что умею двигаться.

— То, что ты сделал... вел меня своей аурой. Никогда не видела, чтобы контроль ауры использовали подобным образом.

Джейсон пересек комнату, встал рядом с ней и посмотрел на воду. Лодки, окутанные воздушными пузырями, регулярно всплывали на поверхность, поднявшись к небесному острову из моря внизу.

— Весь фокус в том, что дело не только в ауре, — сказал он. — Еще музыка и то, как ты ведешь телом. Соедини все это вместе, и сможешь обучить партнера танцу прямо во время танца.

— Это тонкая и искусная манипуляция аурой. Впечатляет.

— Комплимент? Не думал, что ты на такое способна, принцесса.

— Я не ненавижу вас, мистер Асано. Я ненавижу неприятности, которые вы приносите.

Джейсон посмотрел на нее безразличным взглядом.

— Я знаю, — сказала она, встречая его взгляд. — Это мы втянули вас в это дело. Но неприятности липнут к вам, как кошачья шерсть к пальто. Вы не можете этого отрицать.

— Я отрицал Строителя, принцесса. Могу отрицать и вас. К тому же, что вы знаете о пальто? У кого в тропиках есть пальто?

— Где вы научились так манипулировать аурой? — спросила она, проигнорировав его вопрос.

— По мере того как моя аура становится сильнее, я иногда нахожу время, чтобы остановиться и перестроить свои техники контроля ауры с нуля. В один из таких разов я обменялся советами по контролю ауры с одним вампиром.

— С вампиром?

— Его зовут Крейг. Он мой друг.

— Вампиров нужно убивать при первой же встрече.

— Не каждый вампир — монстр. По крайней мере, не в моем мире. Возможно, это низкий уровень магии приглушает их голод и уравновешивает разум, не знаю.

— Если оставить вампиров без присмотра, это приведет к серьезным проблемам в будущем.

— О, я в курсе. Мои друзья с родины передали, что как только я уехал, вампиры начали войну.

— Почему они ждали, пока вы уедете?

— Потому что люди из моего мира узнали, каково это — быть моим врагом.

— Это не ваш мир, мистер Асано.

— Знаю. Но мои враги здесь тоже узнают.

Она услышала кремень в его голосе, напомнивший ей о холодном, жестком искателе приключений, которым он был во время их совместной экспедиции. Никто с их стороны на самом деле не видел, как он сражается, но выжившие враги были в ужасе от него. Магическое общество до сих пор не знало, что Джейсон сделал с членом их группы, который спустя недели все еще оставался без сознания. Церковь Целителя заявила, что это какая-то душевная травма, и отправила специалиста. Все, что можно было узнать о работе звездных семян, было потенциальным активом против Строителя.

Веспер достала записку из кармана и протянула ее Джейсону.

— Сходи в эту лавку и купи указанные книги навыков, — сказала она ему. — Как только используешь их, будем действовать дальше. Не думай слепо, что того, что ты почерпнешь из книги навыков, будет достаточно. Я поработаю с тобой, чтобы интегрировать эти знания. Сделай их своими.

— Я знаком с этим процессом. Было бы странно, если бы я достиг серебряного ранга, не используя свою способность к книгам навыков.

— Использовать ее и использовать хорошо — это очень разные вещи.

— Верно, — признал Джейсон, убирая записку в инвентарь. — С кем я столкнусь на этот раз? С еще одним Ириосом? С каким-нибудь ревнивым поклонником Зары? С королем?

— Я уже использовала эту кисть, мистер Асано. Хороший художник разносторонен.

— Справедливо.

Джейсон уже собирался уходить, когда перед ним появилось системное окно.

* Контакт [Клэр Адиа] вошел в зону связи. * Контакт [Рик Геллер] вошел в зону связи. * Контакт [Ханна Адиа] вошел в зону связи. * Контакт [Дастин Кеттеринг] вошел в зону связи.

Джейсон немедленно отправил запрос на голосовой чат.

* Вы вошли в голосовой чат с [Рик Геллер].

— Джейсон? — голос Рика прозвучал в голове Джейсона.

— Доброго дня, Рик, — мысленно ответил Джейсон. — Что ты делаешь в городе?

— А что ты делаешь живым?

— Оказалось, смерть не для меня. Я попробовал пару раз; проявил должную осмотрительность, но нет. Выяснилось, что возвращение с того света — это своего рода моя фишка.

— Похоже, ты не изменился.

— Ты удивишься, — сказал Джейсон.

— Единственное, что меня удивит, так это если ты сейчас не стоишь рядом с какой-нибудь невероятно красивой женщиной.

Джейсон посмотрел на Веспер, которая наблюдала за ним и поняла, что что-то происходит.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал Джейсон.

— Нет? Кассандра Мерсер? Та сереброволосая подопечная? Чертова Принцесса Ураганов? Она причина, по которой ты в Римаросе?

— Определенно нет, — сказал Джейсон. — Я прибыл сюда, когда начался наплыв монстров, вот и все. Я просто безымянный искатель приключений. Совершенно неважная персона.

— Где ты сейчас? — спросил Рик.

— В королевском дворце.

— Конечно, где же еще.

— Полагаю, ты тоже, раз мой чат не заблокирован.

— Только что прибыл. Мне нужно доставить важный отчет, но встретимся после?

— Обязательно. Я здесь с принцессой, так что она, вероятно, поможет мне тебя найти.

— Значит, все-таки дело в Принцессе Ураганов.

— Нет, это другая принцесса. У них их тут довольно много.

— Как у тебя это всегда получается?

— Я же говорил тебе, Рик: то, что есть у меня, нельзя передать.

— Асано, — спросила Веспер. — Почему вы стоите там, молчите и выглядите самодовольно?

* * * Джейсон и Веспер шли по длинному коридору. Он был заполнен портретами мужчин и женщин, выглядящих сурово и величественно, все с синими волосами и одинаковыми золотыми обручами с крупным сапфиром. В конце коридора он выходил в зал ожидания перед какими-то большими впечатляющими дверями. Ряд портретов заканчивался напротив дверей изображением Сорамира.

Присутствовал дворцовый чиновник, выступавший в роли сопровождающего для Рика Геллера и его команды, с большинством из которых Джейсон тренировался в Гринстоуне. Помимо Рика, там были эльфийские сестры, Ханна и Клэр. Дастин Кеттеринг был другом Нила, со времен их совместных страданий в команде Тадвика Мерсера. С ними был кто-то, кого он не узнал: женщина из рунического народа с их культовой темной кожей, подсвеченной светящимися, похожими на татуировки знаками.

— Джейсон, — прошипел Рик. — Что ты здесь делаешь?

В то же время дворцовый чиновник кланялся Веспер.

— Ваше Высочество, — поприветствовал он.

— Доброго дня, Рик. Дамы. Дастин. Это Веспер; она местный гид.

Дворцовый чиновник недовольно взглянул на Джейсона, но его лицо разгладилось, когда Веспер сделала едва заметный сдерживающий жест. Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, двери с другой стороны открыл другой чиновник.

— Принцесса Веспер, Ричард Геллер и Джейсон Асано. Пожалуйста, войдите и предстаньте перед королем.

Остальная часть команды Рика осталась с чиновником, который сопровождал их ранее. Веспер повела Джейсона и Рика следом за чиновником в тронный зал дворца. Он был большим и длинным, с центральной ковровой дорожкой насыщенного синего цвета, ведущей к возвышающемуся трону. Потолок представлял собой массивный световой люк, состоящий из неровных осколков стекла, как будто они были разбиты. Каждый из них был окрашен в оттенки синего, которые слегка варьировались от фрагмента к фрагменту. В результате казалось, что комната находится под водой, омываемая переливающимися синими тонами. Джейсон вытянул шею, как турист, не скрывая того, насколько он впечатлен.

Когда чиновник повел их к трону в дальнем конце, огромный зал казался еще более пустынным из-за того, что в нем было всего несколько человек. На троне сидел мужчина с синими волосами в простом золотом обруче, изображенном на всех портретах в коридоре. По одну сторону от него стоял Сорамир, а по другую — Зила Римарос. Доун тоже присутствовала, стоя в стороне от трона.

Когда они достигли конца зала, чиновник поклонился и удалился через незаметную боковую дверь. Веспер и Рик опустились на колени, а Король Штормов сурово посмотрел на Джейсона.

— Итак, — сказал он. — Ты Асано.

— А вы папа Зары. Доброго дня, Ваше Королевство.

Рядом с Джейсоном Рик издал приглушенный звук. Сорамир криво усмехнулся, а Доун покачала головой.

— Правда ли, что однажды ты прочитал Королю Зеркал лекцию о том, почему не станешь преклонять колени? — спросил Король Штормов.

— Я бы не назвал это лекцией, — сказал Джейсон. — Мы просто болтали. У меня есть твердые убеждения насчет обязательных демонстраций уважения.

— Так я и слышал.

— При этом я предпочту сбитые колени перерезанному горлу, так что если вы собираетесь казнить меня за то, что я не преклоняю колени, я был бы признателен, если бы вы сообщили мне об этом, чтобы я мог приступить к делу.

— Думаю, мы оба знаем, что этот момент прошел, мистер Асано. Что вы сделаете, если я решу казнить вас за вашу дерзость?

— Умру стоя. Я уже делал это раньше.

— Но сможешь ли снова? Говорят, у тебя закончились воскрешения.

— Вы теперь слушаете Строителя? Я бы не назвал это надежным источником, Ваше Величество.

Король встал, сделал три шага вниз от трона и остановился перед Джейсоном. Он был намного выше и смотрел сверху вниз, когда их взгляды встретились.

— Я понимаю, почему моя дочь выбрала тебя, — сказал он. — У нее склонность к безрассудным решениям, и я полагаю, что безрассудные решения стали бы темой твоей эпитафии, если бы ты когда-нибудь оставался мертвым.

— Она выбрала меня, потому что у меня было удобное двойное преимущество: я был мертв и находился на другом конце света.

— Моя дочь может наломать дров в важных решениях, мистер Асано, но она очень хороша в мелочах. Как вы можете догадаться, я очень тщательно навел о вас справки после того, как она устроила свой маленький беспорядок.

— И?

— И вы бегаете вокруг, ведя себя как золотой ранг, будучи железным. Я бы удивился, как вы выжили с таким подходом, но вы ведь не выжили, верно? Почему бы не вести себя с должным приличием при встрече со мной?

— Потому что вы сказали мне этого не делать.

— Разве?

— В этой комнате может поместиться много людей, но здесь только друзья и семья, и некоторые из этих друзей — мои. Вы бы не держали здесь Доун, если бы действительно хотели создать мне проблемы. Вы выбрали камерную обстановку и хотели посмотреть, замечу ли я это, потому что хотите оценить меня. К тому же, вы отец Зары.

— Эта девушка никогда не делает того, что я ей говорю.

— Нет, Ваше Величество, — сказал Джейсон. — Но готов поспорить, она делает то, что делаете вы.

Король усмехнулся.

— Знаете, Сорамир хочет, чтобы я выдал за вас одну из наших впечатляющих молодых женщин.

— Я так и думал. Что вы об этом думаете?

— Это еще предстоит выяснить. Вы считаете себя достойным их?

— Нет. Но достойность — это не то, что я ищу в отношениях.

— А что вы ищете?

— Прямо сейчас я ничего не ищу. Мне нужно некоторое время поработать над собой.

Король кивнул.

— Должен сказать, мистер Асано, вы именно такой, как я ожидал.

Джейсон удивленно моргнул.

— Не думаю, что кто-то когда-либо говорил мне такое раньше.

Король снова усмехнулся, повернулся и вышел из личного пространства Джейсона.

— Веспер, юный мастер Геллер, пожалуйста, встаньте.

Люди рядом с Джейсоном поднялись на ноги. Веспер метала в Джейсона кинжалы краем глаза, в то время как Рик бросил на него взгляд, в котором смешались привычные опасение и недоверие. Король повернулся обратно к троим с теплым выражением лица.

— Веспер, мы поручили тебе сложную работу со сложными людьми в обстоятельствах, которые, как я знаю, ты находишь некомфортными. Мы очень довольны твоей работой на сегодняшний день, поэтому, пожалуйста, продолжай, зная, что у тебя есть наше полное доверие и поддержка.

— Благодарю вас, Ваше Величество.

— А вы, юный мастер Геллер. Вы друг мистера Асано?

— Мы вместе тренировались, Ваше Величество.

— И как это было?

Рик на мгновение засомневался, прежде чем ответить.

— Ужасающе, Ваше Величество.

Король усмехнулся.

— Хорошо, — сказал он. — С меня хватит веселья. А теперь есть неприятное дело. Вам нужно сделать отчет, юный мастер Геллер.

— Да, Ваше Величество.

— Тогда вам слово.

Рик кивнул, доставая кристаллический проектор записей из своей пространственной сумки. Он поставил его на пол, вставил кристалл, и в комнате проецировалось изображение. Сначала оно показывало только огромное облако пыли, движущееся через пустыню. Судя по размеру видимых ориентиров, оно казалось размером с песчаную бурю. Через некоторое время что-то вышло из пыли, хотя это заняло время, так как огромная движущаяся штука поднимала еще больше пыли по мере движения. Медленно они различили форму, настолько огромную, что она занимала подавляющую часть пылевого облака.

— Это здания? — спросила Зила. — Это один из пространственных городов Строителя?

— Да, — сказал Рик. — Этот — наземный город, но он движется. Под ним, по-видимому, тысячи толстых ног, которые перемещают его вперед, вместе с какой-то системой тяги. Вы должны были получить отчеты, когда он начал двигаться на юг несколько недель назад.

— Получали, — сказал Сорамир. Рик посмотрел на него. Его лицо показалось знакомым, хотя он не мог почувствовать ауру от этого человека. Затем он понял, что видел его лицо за пределами тронного зала, на самом первом портрете. Сорамир криво усмехнулся, увидев выражение лица Рика. — Пожалуйста, продолжайте, молодой человек.

Рик кивнул.

— Моя команда была одной из многих, назначенных в качестве передовых разведчиков, поддерживающих дальний периметр, пока город двигался на юг. Он прошел через засушливые земли и пустыню Аркиваль, которые малонаселены. Стеклянный Город, к счастью, не был на его пути. Когда он приблизился к побережью и северной границе Королевства Штормов, на его пути оказались два города. Маленькие, но густонаселенные. Особенно во время наплыва. Были мобилизованы силы для атаки на город, но атака провалилась. В городе есть два пользователя эссенции алмазного ранга и какая-то плотская мерзость алмазного ранга. Я ее не видел, но в отчетах она описывается как дракон из плоти и стали. Не ровня пользователю эссенции алмазного ранга, но крайне разрушительная угроза.

— Что случилось с городами? — спросил Джейсон.

— Они уже пали, — сказал король, его недавнее веселье исчезло. — Мы получили известие несколько дней назад.

— Оценка, — сказал Рик, — такова: учитывая оборону, встроенную в город, и его защитников, для успешной атаки потребуется минимум четыре алмазных ранга. Пять или больше было бы лучше.

— У нас есть еще один алмазный ранг, — сказала Зила. — В настоящее время он следит за подводным городом, который уже находится здесь, в королевстве, и тоже движется. Мы можем только предположить, что он представляет уровень опасности, эквивалентный тому, что только что было описано. Два города сходятся к северным пределам королевства. В королевстве есть еще два города с алмазными рангами, к которым мы можем обратиться. Это будет пять. Достаточно для одного города. Может быть.

— Не думаю, что Строитель будет настолько любезен, чтобы оставить нас с одной битвой за раз, — сказал король.

Сорамир посмотрел на Джейсона, затем проследил за взглядом Джейсона на Доун, незаметно стоявшую в стороне от остальных. Она посмотрела на Джейсона в ответ.

— Нет, — сказала она ему.

НИКТО НЕ МОЖЕТ МНЕ ЗАПРЕТИТЬ

НИКТО НЕ МОЖЕТ МНЕ ЗАПРЕТИТЬ

Джейсон и Доун шли навстречу друг другу, пока не оказались лицом к лицу.

— Нет, — повторила она.

— Доун.

— Я сказала «нет».

— Да, — мягко ответил Джейсон. — Сказала.

Она резко развернулась, повернувшись к нему спиной, и раздраженно провела рукой по лицу. Остальные присутствующие в комнате наблюдали за ними в растерянном молчании, за исключением Сорамира. Он следил за ними, прищурившись.

— Почему ты должен быть таким? — спросила Доун, всё ещё стоя к Джейсону спиной. — Снова и снова, почему ты так стремишься принести себя в жертву?

— Ты же знаешь меня, — сказал Джейсон, и привычная насмешка в его голосе стала лишь прозрачной вуалью, скрывающей серьезный подтекст. — Комплекс героя.

— Сколько раз на Земле именно ты выходил вперед, когда фракции грызлись из-за пустяков, как стервятники?

— Ты выходила вместе со мной. Ты, я и Фарра.

— И посмотри, к чему это тебя привело. Ты как ваза, которую столько раз разбивали и склеивали, что в тебе теперь больше клея, чем керамики.

— Это немного обидно.

Она обернулась к нему лицом.

— Почему ты всегда всё так усложняешь? — спросила она.

— Со мной приятно работать.

— Когда я впервые попыталась работать с тобой, ты меня убил.

— Это было всего один раз.

— Ты обобрал мой труп.

— Я должен был упустить такой шанс? Ты же алмазного ранга. Это сделало меня богатым.

— Ты идиот, — сказала она.

— Это ни для кого не новость. Если бы я был умнее, я бы здесь не стоял. Мне пришлось совершить слишком много глупых поступков, чтобы зайти так далеко. Зачем останавливаться сейчас?

Король Штормов откашлялся.

— Возможно, кто-то из вас соизволит просветить остальных, что именно вы обсуждаете.

— Ваш предок должен был во всём разобраться, — сказал Джейсон, не сводя глаз с Доун. — Почему бы вам не объяснить, Сорамир?

— Иерофанту позволено вмешаться в дела нашего мира лишь однажды, — сказал Сорамир. — Даже если мы призовем на помощь, мы сможем уничтожить максимум один из двух городов, надвигающихся на наше королевство. Полагаю, господин Асано хочет, чтобы она использовала свое единственное вмешательство, чтобы разобраться со вторым городом.

— Разве это вообще под силу одному человеку? — спросил король.

— Если это та самая личность, — сказал Сорамир, — то, полагаю, да.

Король повернулся к Доун:

— Леди Иерофант. Что потребуется от вас, чтобы совершить столь невероятный подвиг?

Доун перевела взгляд на короля.

— Чтобы никто не говорил мне, что я не могу.

Она снова повернулась к Джейсону, пока остальные обменивались неуверенными взглядами, за исключением Сорамира и короля. Сорамир сохранял невозмутимое выражение лица, в то время как король только что получил порцию ауры Доун и выглядел ошеломленным.

— Э-э… можно мне кое-что сказать? — в наступившей паузе произнес Рик.

— Валяй, Рик, — сказал Джейсон.

— Двое алмазных рангов с северного континента, участвовавшие в неудачной атаке на катящийся город, всё еще преследуют его вместе с отрядами разведчиков. Не хочу говорить за алмазных рангов, но, похоже, они помогут.

— Тогда их будет семеро, — сказала Зила. — Возможно, этого хватит, чтобы справиться с одним городом, а затем с другим.

— Не хватит, — сказала Доун.

— Можно задать вопрос? — спросила Веспер.

— Думаю, сейчас любая точка зрения ценна, — сказал Сорамир. — Пожалуйста, продолжай, Веспер.

— Леди Иерофант, — обратилась Веспер. — Почему вы говорите так, будто именно Джейсон решает, будете ли вы действовать? Зачем нас вызвали на этот брифинг?

— Потому что я пришла в этот мир не для того, чтобы защищать его от Строителя, — ответила Доун. — Предупредить Общество искателей приключений и правительства было моим личным решением, но у вас достаточно сил, чтобы сражаться самим. Меня послали сюда, чтобы проследить, как Джейсон Асано выполнит задачу, ради которой вернулся в этот мир.

— Просто для ясности, — вставил Джейсон. — Я бы в любом случае вернулся.

— Джейсон не важен для вашего мира, — сказала Доун. — Он был важен тем, что помог спровоцировать давно назревавший всплеск монстров, но это уже сделано. То, что ему нужно сделать сейчас, предназначено для другого мира, а не для этого. Меня послали убедиться, что эта задача будет выполнена, а это невозможно, пока не закончится всплеск монстров.

— То, что мне нужно сделать, не имеет отношения к нашей текущей ситуации, — сказал Джейсон. — И я не буду отвечать на вопросы об этом, так что даже не пытайтесь спрашивать.

— Суть в том, — сказала Доун, — что мое вмешательство нужно приберечь на случай чрезвычайной ситуации, чтобы сохранить Джейсону жизнь.

— И вы утверждаете, что эта задача стоит того, чтобы позволить моему королевству пасть? — спросил Король Штормов.

— Да, — ответила Доун. — В вашем королевстве много людей, но если Асано потерпит неудачу, погибнет весь его мир.

— Я всё еще не понимаю, почему Асано решает, поможете вы нам или нет, — сказала Веспер. — Разве вы не контролируете свое собственное вмешательство?

— Джейсон не может контролировать мое вмешательство, — сказала Доун. — Но он знает, что если он побежит атаковать один из этих городов, я приду и вытащу его. А раз я всё равно вмешиваюсь, нет причин не использовать всю свою силу.

— Типа берет себя в заложники? — спросил Рик.

— Но это работает только до тех пор, пока он готов совершить самоубийственную атаку на один из этих городов, — сказала Веспер. — Зачем ему это делать? Что он от этого получит?

— Это заставляет меня действовать и помогать Королевству Штормов, — сказала Доун.

— Вы хотите сказать, — произнесла Веспер, — что он пойдет на такое только ради того, чтобы заставить вас помочь нам, хотя ему это ничего не дает и стоит того, что должно быть его сильнейшим активом в этом мире? Спрашиваю снова: почему?

— Что это за вопрос? — спросил Джейсон. — Мы говорим о целом королевстве, полном людей. Может, вы и сможете провести эвакуацию, но сбегут только те, у кого есть сила, когда силы Строителя начнут наступление. Остальные будут брошены. Не геройство — отказаться от страховки, если это может помочь миллионам людей. Это минимум, который ты можешь сделать, оставаясь человеком.

— Я не могу остановить Джейсона и увезти его отсюда, не вмешиваясь, — сказала Доун. — Ваша семья могла бы, но зачем им это? Он пытается спасти ваше королевство. Его способность заставить меня действовать — вот почему, по сути, именно он решает, вмешаюсь я или нет. Всё, что я могу сделать, — это попытаться убедить его взять своих союзников и уйти.

Она снова перевела взгляд на Джейсона.

— Чего он не сделает. Для пришельца из другого мира он упрямо человечен. Снова и снова я видела, как он жертвует собой ради тех, кто в ответ относился к нему плохо. Эксплуатировал его. И он продолжал это делать, даже когда его собственная семья начинала бояться того, во что это его превращает. Вот как далеко он готов зайти, чтобы обеспечить мою помощь вам, просто потому, что вы в нем нуждаетесь.

— Они поняли, Доун. У меня комплекс героя.

— Я прошу тебя уйти, Джейсон. Ты готов рискнуть миллиардами людей и миром, полным жизни, который, возможно, больше заслуживает помощи, чем человеческая раса, ради одного королевства.

— Доун, зачем спрашивать, если ты уже знаешь ответ?

— Не знаю, — сказала она. — Возможно, в надежде, что всего, через что ты прошел, наконец-то хватит. Возможно, потому, что мне нравится знать, что этого никогда не будет достаточно. У тебя нет комплекса героя, Джейсон. Ты —

— Не говори этого, — сказал ей Джейсон. — Я покраснею.

— Вы действительно собираетесь утверждать, что существо с вашими ресурсами, силой и знаниями не может найти способ остановить этого человека? — спросила Зила Доун.

— Конечно, может, — сказал Джейсон. — Просто не хочет.

— Почему? — спросил Сорамир.

— Потому что Мировой Феникс лично послал меня присматривать за Джейсоном, потому что хотел, чтобы я соприкоснулась со смертностью, от которой давно отдалилась. Поначалу я думала, что это значит ценить маленькие моменты и простые радости. Я снова стала художницей, как в юности. Но этому я могла бы научиться где угодно. Именно упрямое безрассудство смертного, который позволял миру обжигать себе руки, вытаскивая его из огня, — вот что Мировой Феникс хотел, чтобы я увидела.

Доун повернулась к остальным серебряным рангам.

— Джейсон — дурак. Безумный идиот, который совершает один ужасный выбор за другим. Но иногда нам нужна страсть молодых дураков. Они делают выбор, на который не решаются разумные и мудрые. Они бросают вызов невозможному. Вот почему меня послали к Джейсону Асано.

— Ладно, теперь я краснею, я это чувствую.

Доун рассмеялась.

— Я тут пытаюсь произнести речь, — сказала она ему. — А ты постоянно перебиваешь.

— И это очень мило, — сказал Джейсон. — Очень лестно. И я знаю, что мы только что провели этот долгий разговор о том, как я добиваюсь своего эгоистичного желания и заставляю тебя помогать, но, может, есть способ уравнять шансы, не заставляя тебя вмешиваться?

— И какой же? — спросил Король Штормов.

— В этом мире есть какой-нибудь магический плутоний? — спросил Джейсон. — Потому что я знаю одного парня.

* * * Римарос мобилизовался в беспрецедентных масштабах: Магическое общество, Общество искателей приключений и правительство работали сообща, чтобы собрать все доступные силы. На месте оставались лишь минимальные силы, необходимые для защиты города. Большинство искателей приключений от серебряного ранга и выше готовились к отправке на флоте дирижаблей и через множество порталов.

Король Штормов и Сорамир, пытавшиеся упорядочить хаос из административного центра во дворце, наконец вышли через дверь на отдельный балкон во время затишья, чтобы передохнуть.

— Благодарю за ваше руководство, предок, — сказал Король Штормов, активировав экран конфиденциальности на балконе.

— За что?

— Я не хотел так легкомысленно подходить к Асано, но вы меня убедили. Теперь он склонил эту таинственную Иерофанта к тому, чтобы она нам помогла. Кстати, кто такой иерофант?

— Иерофант — это кто-то вроде меня, а однажды и тебя, — сказал Сорамир. — Когда-то она занимала пост огромной власти, который передала дальше, хотя ее положение было куда выше, чем у короля обычного физического царства. Для меня «иерофант» — это описание. Для нее — это титул.

— Ее помощь может быть единственным, что удержит это королевство от краха, и всё зависело от одного парня. Если бы вы не посоветовали мне, как с ним общаться…

Король замолчал, качая головой.

— Это было не для того, чтобы склонить его, потомок. Он в любом случае помог бы нам, как бы мы с ним ни обращались. Как сказала Иерофант, это просто его натура. Я хотел показать ему нашу добрую волю. И, если всё получится, мы должны показать ему свою благодарность. Сейчас любой дурак видит, что его дружба станет сокровищем в грядущие десятилетия и века.

— Если Иерофант спасет королевство, я осыплю их обоих славой. И если она права насчет намерений Строителя, она спасет.

— Асано сыт славой по горло и нашел ее вкус горьким. Тебе нужно скрыть его участие, потомок.

— Люди узнают.

— И они будут знать, что ты хочешь, чтобы они держали язык за зубами. Это сочетание обеспечит ему столько приватности и защиты, сколько мы можем предложить.

— Полагаюсь на вашу мудрость, предок. Однако сейчас нам не стоит заглядывать так далеко вперед. Мне не нравится наше распределение ресурсов: мы делаем ставку на самое слабое звено там, где меньше всего можем позволить себе проиграть.

— Я разделяю твои опасения, но поступить иначе — значит раскрыть карты.

Сорамир выключил экран конфиденциальности.

— Это всё, что мы можем позволить себе в плане отдыха, — сказал он. — Я буду помогать тебе с административными задачами, сколько смогу, прежде чем мне придется отправиться на фронт.

— Спасибо, предок.

* * * В крупнейшей мастерской Ассоциации Артефакторов в Римаросе ресурсы доставлялись караваном курьеров с пространственными способностями. Трэвис сидел за чертежным столом, безумно набрасывая проекты с подачи Клайва, Гэри и жрицы Знания, Габриэль.

Трэвис глубоко понимал оружие, которое проектировал, и без труда вспоминал детали. Одной из его способностей сущности было умение создавать и изменять модели проектов в уме, словно голографические записи, которые видел только он. К счастью, эта способность могла взаимодействовать с интерфейсом группы Джейсона, позволяя ему делиться ими.

Знаний Трэвиса не хватало в двух областях, и тут на помощь пришли Клайв, Гэри и Габриэль. Первая область касалась инструментов, с которыми ему приходилось работать. Оружие Магитех было одновременно технологическим и магическим, а мастерские артефакторов не были приспособлены для работы с таким.

Гэри был артефактором, и хотя он специализировался на оружии и доспехах, он был хорошо знаком со всеми инструментами своего ремесла. Трэвис объяснил остальным, что ему нужно, а Клайв помог перевести это на магические термины. Роль Гэри заключалась в том, чтобы определить, что возможно сделать с имеющимися инструментами и где нужно адаптировать дизайн.

Помимо незнания инструментов, имеющихся в его распоряжении, еще одним пробелом Трэвиса было незнание материалов, с которыми приходилось работать. Вклад Габриэль заключался в определении подходящих материалов. Как это обычно делают жрецы и жрицы Знания, она просто появилась там, где была нужна, и принялась за работу. Габриэль могла подсказать ему, какие местные ресурсы можно использовать по мере завершения элементов быстро формирующегося проекта. Именно эти материалы и доставлялись, готовые к началу сборки.

— И ты уверена, что это нормально? — спросил Клайв Габриэль, уже не в первый раз. — Кажется, мы ступаем на зыбкую почву в том, что касается того, что обычно позволила бы твоя богиня.

— Высшие трансцендентные существа действуют в равновесии, — объяснила Габриэль. — Богиня Смерти и Жнец, например, каждый имеют свои сферы влияния, и они работают в потоке отливов и приливов. Строитель пришел в наш мир и раздвигает границы, которые обязался соблюдать. Это дает богам нашего мира некоторую свободу действий, чтобы в ответ раздвинуть свои границы. Пришло время Строителю заплатить за свою безрассудность.

* * * — Ненавижу, что я не участвую в этом, — сказал Джейсон. Он стоял на балконе своего облачного дома, чувствуя себя потерянным. По сравнению с хаосом, творящимся в Ливаросе, сонный Арнот был тихим и спокойным. Особенно это чувствовалось, если смотреть на безмятежную бирюзовую лагуну.

— Ты сегодня надавил на меня больше, чем немного, — сказала ему Доун. — Это то, о чем я прошу взамен. Если ты примешь участие в этой операции, Строитель получит открытое приглашение использовать любые свои собранные силы, чтобы прийти за тобой. Сегодня погибнут люди, Джейсон. Очень много людей. В этом гнезде есть шершни алмазного ранга, Джейсон. Не трогай его.

ЕЩЕ МНОГО ШАГОВ

ЕЩЕ МНОГО ШАГОВ

«Трэвис сейчас руководит строительством», — сказал Клайв вскоре после прибытия в дом-облако вместе с Гэри. Они присоединились к остальным членам своих команд, за исключением Джейсона, которые готовились отправиться в Общество искателей приключений. Фарра, Гэри и Руфус должны были присоединиться к команде Джейсона для этой операции, и только Джейсон оставался в стороне по настоянию Доун. Джейсон переоборудовал дом-облако, добавив раздевалку с перегородками, что позволяло мужчинам и женщинам переодеваться отдельно, продолжая при этом общаться.

«Самим строительством занимаются высокоранговые артефакторы, — сказал Гэри. — Столь тонкая и точная работа — не мой профиль. Все, что я мог предложить, — это понимание того, что возможно, а что нет с точки зрения производства с помощью техник артефакторики. Я даже половины того, что ему требовалось, не понимаю, а он сказал, что для этого даже магия обычно не нужна».

«Принципы, которые здесь задействованы, крайне сложны, — согласился Клайв. — Вся эта область эффектов, подобных магическим, но без использования магии, просто поразительна, но у меня такое чувство, что Знание будет очень осторожна в том, как это внедрять в наш мир. Она вообще не позволила Джейсону этим заниматься».

«Даже в мире Джейсона, — заметила Фарра, — подобные знания требуют не менее обширной и специализированной подготовки, чем изучение магии здесь».

«Где Джейсон?» — спросил Клайв. Он уже надел свои боевые мантии и засовывал жезлы в набедренные кобуры. Его посох, предмет роста, висел у него за спиной, удерживаемый небольшим круглым предметом, закрепленным на мантии. Это позволяло легко выхватывать или убирать посох, который держался как на магните.

«Внизу, в комнате с водопадом, — ответила Фарра. — Ему не нравится, что мы все уходим вот так, без него».

«Ты уверена, что он не улизнул?» — спросил Руфус.

Фарра покачала головой.

«Он знает, что Строителю слишком легко убить его в такой битве, где обе стороны задействуют бойцов алмазного ранга, — сказала она. — Я знаю, что Джейсона такие вещи обычно не останавливают, но Доун ради него здесь пошла на риск. Он не собирается предавать то единственное, о чем она попросила взамен».

«Он не будет бездельничать, — сказал Хамфри. — Монстры не перестанут появляться только потому, что большинство авантюристов отправляются на битву. Тем, кто не участвует, будет чем заняться».

«Я пойду сообщу ему, как прошли дела с Трэвисом», — сказал Клайв и направился к лестнице.

«Смысла мало, — сказала Фарра, когда Клайв ушел. — Учитывая связь Джейсона с его домом-облаком, я почти уверена, что он видит и слышит все, что в нем происходит».

«Он может ЧТО?» — воскликнул Хамфри.

«О, успокойся», — сказала ему Софи.

* * * Комната с водопадом была пуста, если не считать досок на каждой стене, которые позволяли Джейсону писать на облачной материи, как на школьной доске. Заметки к проекту Джейсона были нацарапаны на них, словно бред безумного волшебника-убийцы, хотя сам Джейсон не обращал на них никакого внимания. Он стоял у входа в пещеру, где мимо него с шумом проносился водопад, устремляясь вниз по склону скалы. Этот проем был единственной частью естественного камня комнаты, не скрытой за стенами, полом и потолком.

Он стоял, глядя на низвергающуюся воду, достаточно близко, чтобы на него брызгали капли. Рев воды был приглушен, так как облачные стены поглощали звук, не давая ему отражаться от стен комнаты. Однако, стоя прямо перед ним, Джейсон ощущал всю его мощь.

Клайв спустился вниз, впервые увидев эту комнату. Его взгляд тут же метнулся к астральной магии, начертанной на всех стенах, но перед ними тут же поднялись пустые облачные стены, слегка уменьшив пространство комнаты.

«Еще один день», — сказал ему Джейсон, разворачиваясь и проходя вглубь комнаты, подальше от шума падающей воды.

«Джейсон, что это было? Я лишь мельком увидел, но кое-что из того, что я заметил...»

«У нас сегодня нет на это времени. Обсудим, когда придет время».

Клайв нахмурился, глядя на теперь уже пустые стены, но через мгновение снова переключил внимание на Джейсона.

«Они работают над устройствами под руководством Трэвиса. Хотя он постоянно напоминает всем, что понятия не имеет, заработают ли они вообще. Мы собираем воедино междисциплинарное оружие без каких-либо испытаний и без людей, которые действительно понимают, как работает все устройство целиком. Даже Знание не может нам этого сказать, потому что никто не знает наверняка».

«Трэвис уже занимался подобной работой, — сказал Джейсон. — Он не самый уверенный в себе парень, но знает, как импровизировать с переусложненным магическим вооружением. Он объяснил насчет радиации?»

«Он сказал, что ты можешь спросить, и велел передать, что ее не будет, — ответил Клайв. — Материалы, предложенные Богиней Знания, разработаны так, чтобы наносить урон резонирующей силой. Это идеально подходит для борьбы с приспешниками Строителя и всеми теми твердыми материалами, которыми они любят себя имплантировать».

«Спасибо за новости, хотя на данный момент это уже не мое дело. У меня своя задача — защищать этот остров от монстров, пока большинство авантюристов на войне. Тебе и остальным нужно собраться. Даже если все пойдет так, как мы хотим, в этой битве падет много людей».

«Может, Доун ошиблась насчет того, что затевает Строитель, — сказал Клайв. — Может, все пройдет лучше, чем мы думаем».

«Не ставь на то, что Доун ошиблась, Клайв».

Клайв кивнул своим мыслям.

«Примерно так я и думал. Мы скоро выдвигаемся».

«Удачи, и возвращайтесь живыми».

«Мы сделаем все, что сможем».

После того как Клайв поднялся обратно, внутренние стены исчезли, открыв заметки Джейсона, начертанные на стенах. Джейсон просматривал их, когда Арабель спустилась по лестнице.

«Ты не собираешься их провожать?» — спросила она.

«Нет».

«Это означало бы снова смириться с вынужденной разлукой?»

«У нас нет времени копаться в моей голове, — сказал Джейсон. — Это слишком большой беспорядок, чтобы разбирать его наскоком».

«Да, но времени, кажется, никогда нет, не так ли? Ты сбежал со своей командой на две недели».

«У всех полно дел. Ты делаешь работу, а потом восстанавливаешься. Так работают авантюристы».

«Джейсон, ментальное восстановление — это не то же самое, что физическое. Ты не можешь просто пойти, получить урон, а потом прийти ко мне, чтобы я исцелила тебя заклинанием восстановления. Это требует времени, работы и честности».

«Я знаю».

«Назад к тому, кем ты был, пути нет. Есть только путь вперед».

«Я знаю».

«И знание — это первый шаг, но шагов гораздо больше, Джейсон. Еще очень много шагов. Когда все закончится — я имею в виду битву, а не нашествие монстров, — тогда мы с тобой сядем и во всем разберемся».

«Хорошо», — сказал Джейсон.

* * * Флоты кораблей и воздушных судов стекались к северу со всего Моря Штормов. Были мобилизованы все авантюристы, начиная с серебряного ранга, и реквизированы все воздушные суда, способные их нести. Обычные корабли не использовались, так как они были бы уязвимы перед движущимся подводным городом Строителя.

Один из магических штормов моря бушевал в центральных водах, из-за чего приходилось делать широкий дугообразный обход. По обычным протоколам воздушные суда двигались на скоростях, далеких от максимальных, чтобы не привлекать внимание монстров, но движение флотом — это другое дело. При столь грозной силе любые монстры золотого ранга, достаточно глупые, чтобы не избегать моря авантюристских аур, быстро уничтожались.

Подводный город также двигался к северным рубежам, в то время как катящийся наземный город перемещался на юг к побережью. Города на его пути были эвакуированы по мере его продвижения на юг, оставляя пустую инфраструктуру, сквозь которую он проходил, словно бизон через высокую траву.

Флоты авантюристов и города Строителя сошлись на южном побережье северного континента для одной из самых масштабных битв, как по численности, так и по рангам, которую когда-либо видел этот мир.

* * * Поскольку большая часть авантюристов Римароса улетела на север на переполненных воздушных судах, для защиты города остался лишь символический отряд, находившийся в состоянии постоянной готовности. В него входила команда Джейсона, ожидавшая в зоне готовности кампуса Общества искателей приключений вместе с другими командами, отобранными для этой задачи. Неудивительно, что разговоры среди авантюристов велись о Строителе.

«В чем вообще смысл устраивать такие атаки?»

«Я слышал, он даже предлагал оставить Королевство Штормов в покое».

«Не может быть, чтобы такое предложение было реальным. Это наверняка часть какого-то плана, чтобы потом причинить нам еще больше вреда».

«Но разве ему нужны только астральные пространства? Зачем вообще нападать на нас?»

«Как думаешь, кто их останавливает? К тому же, они, вероятно, хотят раздавить Королевство Штормов, чтобы другие страны позволили им забрать астральные пространства, вместо того чтобы быть уничтоженными. Я слышал, некоторые страны уже пытались атаковать другие города Строителя и вместо этого были стерты с лица земли».

«Это все слухи, как и та чушь про то, что Бог Чистоты призвал кучу птицелюдей».

Команда Хамфри не участвовала в обсуждении. Они стояли вместе с другими командами, приписанными к семье Геллер, которых не отправили на воздушных судах. Среди них был Рик со своей командой, которые тоже хранили молчание, несмотря на то, что знали больше остальных.

* * * Оборона Арнота была низкоприоритетной и оставалась таковой до тех пор, пока силы Строителя не прибывали, чтобы изменить это. Все жители золотого ранга острова уехали, за исключением Пелли. Будучи пожилым членом королевской семьи, она вела относительно скромную жизнь в качестве мэра Палисароса, деревни, где жил Джейсон. Она была пользователем ядра, и хотя обладала силой, соответствующей ее рангу, ее способности не были ориентированы на бой.

Большинство серебряных рангов также были отправлены прочь. Команды были оставлены в критических точках по всему острову, чтобы реагировать на любые угрозы, связанные с обычным всплеском, хотя в самом Палисаросе оставались только Джейсон и Пелли, а Джейсон покинул деревню вскоре после того, как ушла его команда. Тень, приняв форму летающего конструкта, похожего на птицу, возил его по острову. Он останавливался в разных местах ровно настолько, чтобы почувствовать их своим восприятием ауры, чтобы обеспечить себе как можно больше вариантов для портала.

В обычных обстоятельствах расширение чувств ауры до предела считалось грубостью, но сейчас было не время для вежливости. Авантюристы по всему острову доводили свои чувства до предела, и Джейсон не был исключением. Поскольку редкое население острова позволяло легче избежать перегрузки информацией, он мог распространить свои чувства очень далеко.

В нужном месте его чувства могли охватить половину острова. Он чувствовал, как другие авантюристы также расширяют свое восприятие — по одному человеку от каждой команды на острове. Ограничивая себя, они не мешали друг другу, именно поэтому правила об использовании чувств на полную мощность вообще существовали.

Джейсон почувствовал другую ауру и был почти уверен, что узнал ее. Некоторое время назад он мельком ощутил ауру, направленную в его сторону, которая отступила, как только он ее заметил. По тому мимолетному взгляду, основываясь на силе, он решил, что это аура золотого ранга. Теперь, когда он почувствовал ее снова, он понял, что она больше похожа на его собственную: серебряный ранг, но невероятно мощная.

В этот раз ощущение не отпрянуло от него, хотя он почувствовал реакцию, когда его собственные чувства столкнулись с ней. Он подозревал, что она сильнее его собственной ауры, хотя разница была невелика. Она также была чрезвычайно хорошо контролируема, и он смог почувствовать очень мало. Однако он смог ощутить, что в ее природе есть нечто, отличающее ее от обычных аур. В ауре было богатое и сложное впечатление многослойности, на распознавание которого у него ушла секунда.

Джейсон слышал о людях с четырьмя способностями ауры, хотя сам встречал только одного человека с четырьмя способностями восприятия, и это было на Земле. Обычно как способности восприятия, так и способности ауры были ограничены одной на пользователя эссенции. Однако расовые эволюции дара могли снять это ограничение. У нескольких редких пользователей эссенции была одна способность ауры или восприятия на эссенцию. У некоторых было даже по одной каждого типа.

Джейсон направился в город, где почувствовал ауру, и, прибыв туда, обнаружил владельца, ожидающего его на крыше здания. Это была женщина-селестина с волосами и глазами конфетно-розового оттенка. Форма полета Тени растворилась и втянулась в плащ Джейсона, когда он спустился на крышу.

«Думаю, нам с тобой нужно поговорить», — сказал он ей.

«Разве сейчас время для этого, Асано?» — спросила она, не скрывая, что знает, кто он такой.

«Если появится монстр, можем отложить. Кто ты такая?»

ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Дверь кабинета Хави Эстоса распахнулась, впуская спотыкающегося, взволнованного внучатого племянника Хави. Хави с недовольством оторвался от бухгалтерских бумаг, на которых был сосредоточен.

— Джоно, что мы говорили насчет стука?

— Простите, босс, но…

Его перебили: сильная рука схватила его за шиворот и выдернула обратно из кабинета, освобождая проход. В кабинет ворвалась женщина с ярко-розовыми волосами и остановилась прямо перед столом Хави.

— Эстелла, — тепло произнес он. — Обычно я не провожу здесь личных встреч.

— Другой моей мыслью было сжечь это место дотла, Эстос, так что тебе стоит быть благодарным, что я хочу получить деньги.

— Тогда, полагаю, спасибо.

— Что я тебе говорила после прошлого раза? Что если ты отправишь меня выслеживать какого-нибудь безумно сильного монстра, мы закончили. Так что ты заплатишь мне — кстати, в тройном размере, — а потом забудешь о моем существовании и больше никогда не будешь меня звать.

Хави наблюдал за ней, приподняв брови.

— Полагаю, возникла проблема с… как его имя?

— Джейсон Асано, — слабо донесся голос Джоно из-за двери кабинета.

— Точно, — сказал Хави. — Возникла проблема с мистером Асано?

— Да, Хави. С Джейсоном Асано возникла чертовски большая проблема, начиная с того, что я только что сбежала от теневых монстров, которых он послал на мои поиски, как только почувствовал меня. Теневых монстров, кстати, которых было крайне трудно заметить и избежать.

— Я лишь просил тебя взглянуть на его ауру и посмотреть, что удастся найти. Если только ты не была неосторожна, он не должен был почувствовать кого-то с твоей силой. Рассказывай всё.

— Если хочешь что-то от меня получить, Хави, сначала заплати.

— Обычно я веду дела не так, мисс Уорнок, но…

— Тогда, полагаю, я все-таки сожгу это место дотла.

Она развернулась и зашагала прочь.

— Эстелла…

Она не остановилась и вышла из кабинета. Фигура Хави смазалась и исчезла, он появился в дверном проеме своего кабинета, но ее в приемной уже не было. Джоно сидел в своем кресле, выглядя нервным.

— Мне казалось, в этом здании должны быть защиты от людей, которые просто так заходят и выходят, — сказал Хави.

— Мне казалось, вам нравится работать с ней, потому что ей на это плевать, — сказал Джоно. Хави перевел на него взгляд, и Джоно сник.

— Совершенно верно, Джоно.

Джоно выдохнул, когда Хави вернулся в свой кабинет.

— Что я говорил тебе насчет дыхания, Джоно? — донесся голос Хави из кабинета.

— Простите, босс.

— Выясни всё о Джейсоне Асано, Джоно. Всё.

— Слушаюсь, босс.

— И отправь Уорнок ее деньги. В тройном размере от обычного.

* * * — Ты выглядишь нервной, внучка. Поэтому я не видел тебя некоторое время?

— Я немного обеспокоена одним из твоих соседей, дедушка.

Эстелла бросила взгляд вдоль реки на дом, стоящий рядом с местом, где река обрывалась со скалы. Уорвик проследил за ее взглядом.

— Я гадал, почему ты так сильно сжала свою ауру. Ты знакома с мистером Асано, Стелла?

— Вроде того. Можно мы просто зайдем внутрь, пожалуйста?

В доме Уорвик начал заваривать чай.

— Во что ты ввязалась? — спросил Уорвик. — Ты знаешь, что имя Асано в последние несколько недель часто всплывает в определенных узких кругах?

— О, я слышала.

— Возможно, тебе стоит рассказать мне всё. Я немного знаю мистера Асано. Этот человек готовит восхитительный соус к мясу с дымком. Возможно, я смогу уладить ситуацию.

— Не думаю, что он знает, кто я, и предпочла бы, чтобы так оно и оставалось, — сказала Эстелла. — Я бы вообще сюда не пришла, если бы ты не попросил. Это как-то связано с тем, что происходит в городе? Общество искателей приключений мобилизуется на таком уровне, какого я никогда не видела. Говорят, город готовится к войне с культом Строителя, который был здесь несколько лет назад.

— Именно это и происходит, и именно поэтому я позвал тебя. Но сначала расскажи мне всё, что заставляет тебя так нервничать.

— Несколько недель назад Хави Эстос нанял меня, чтобы я пошпионила за аурой Асано.

Уорвик рассмеялся.

— Ты наткнулась на стальную плиту, девочка.

— И не говори. Я выбрала момент, когда он был меньше всего настороже. Он покупал сыр. Он заметил меня в тот же миг, как мои чувства приблизились к нему. По ощущениям, он как Амос Пенсината.

— Мне очень любопытно, что Амос подумает о мистере Асано, — сказал Уорвик. — И я в этом не одинок.

— Я думала, ты отругаешь меня за работу на Эстоса.

— В обществе есть определенные неизбежности, которые могут обернуться большими неприятностями. Эстос — человек, который делает так, чтобы подобные дела проходили чисто, и для таких людей всегда найдется место. Он осторожен, чтобы оставаться чистым, и слишком умен, чтобы позволить тебе испачкать руки ради него. Если ты собираешься и дальше избегать вступления в Общество искателей приключений, ты могла бы найти вариант и похуже. Просто будь осторожна.

— Вот почему я покончила с Эстосом. Он постоянно посылал меня присматриваться к тем людям, которые, как ты не хочешь, чтобы смотрели в ответ.

Уорвик кивнул. Он закончил деликатный процесс заваривания чая и налил им по чашке. — Что случилось с Асано?

— Он почувствовал меня и послал каких-то теневых существ, чтобы попытаться выследить. Их очень трудно обнаружить.

— Но им не удалось тебя выследить?

Эстелла покачала головой.

— Асано не смог толком меня разглядеть. Вскоре после этого я начала слышать его имя в сочетании с другими именами. Например, Римарос. Мне не нужны такие неприятности, поэтому я сидела тихо.

— И это всё?

— Да.

— Не думаю, что это будет проблемой. Уверен, Асано будет благоразумен, а я не могу допустить, чтобы моя внучка нервничала слишком сильно, чтобы приходить ко мне. Вероятно, вы скоро встретитесь.

— Мне это не нравится. Это связано с мобилизацией Общества искателей приключений?

— Да. Почти каждый искатель приключений в Римаросе будет задействован. Пелли спросил меня, не поможешь ли ты защитить Арнот, пока это происходит.

— Дедушка, я разведчик и шпион, а не воин.

— Поскольку Общество искателей приключений занято, они не будут отслеживать проявления и отправлять группы быстрого реагирования как обычно. Некоторые команды были назначены и размещаются по всему острову, чтобы справляться с любыми проявлениями монстров, но Пелли будет единственным золотым рангом здесь. Нам нужен твой радиус восприятия, который может покрывать гораздо большее расстояние, чем команды серебряного ранга, назначенные на остров. Тебе нужно просто следить за проявлениями за пределами радиуса восприятия команд на другой стороне острова. Пелли будет прикрывать эту сторону.

— А при чем тут Асано?

— Он тоже будет здесь, на Арноте. Он умеет пользоваться порталами и будет помогать командам с быстрым реагированием. Частью этого будет оставаться мобильным и, как и ты, расширять свои чувства, чтобы охватить как можно больше территории.

— Если мы оба будем сканировать всё на полную мощность, он, вероятно, узнает меня.

— Вероятно, да.

— А если он решит устроить из этого проблему?

— Тогда поговори с ним. Королевская семья считает, что всё должно быть политической игрой, но, как я понял Асано, он оценит прямоту и честность. Ты не сделала ничего, чтобы навредить ему, так что просто веди себя с ним прямо. Скажи ему, что ты моя внучка, и я думаю, он будет благоразумен.

— Ты думаешь, он будет?

— Никогда нельзя по-настоящему предсказать другого человека, внучка. Когда-то я думал, что ты станешь прославленным искателем приключений.

— А я думала, что вырасту с родителями. Люди неизбежно разочаровывают, дедушка.

— Все мы?

— Ты только что попросил меня выплеснуть свою ауру прямо перед тем самым человеком, которого я пытаюсь избегать.

— Понимаю, — сказал он с кривой улыбкой. — Ты можешь отказаться.

— Ты же знаешь, что я не откажусь, — сказала она. — Тебе достаточно лишь попросить, дедушка. Может, ты поможешь заранее уладить всё с Асано? Раз уж ты его знаешь.

— Мне бы очень хотелось, — сказал он. — К сожалению, я отправляюсь примерно через то время, которое потребуется, чтобы допить чашку чая.

— Это происходит прямо сейчас?

— Я надеялся, что ты придешь пораньше, — признался он. — Но уверен, всё будет хорошо.

* * * На плоской крыше самого большого здания в маленьком городке Эстелла Уорнок сидела на складном стуле, безуспешно пытаясь сосредоточиться на книге в своих руках. Она пыталась отвлечься, так как пропустить проявление монстра было бы невозможно, если только кто-то не придет и не вырубит ее. Что, как она подумала, было вполне возможно.

С чувствами, вытянутыми на полную мощность, каждая аура почти на половине острова находилась в пределах ее восприятия, щекоча края ее сознания. Только малая численность населения позволяла ей так далеко расширять восприятие, не страдая от сенсорной перегрузки. Она также отвлекалась в ожидании того, что определенная аура войдет в ее диапазон. Она отложила книгу, оставив попытки отвлечься.

Вскоре она наконец почувствовала, как аура вошла в ее диапазон. Она ощутила реакцию, когда та, в свою очередь, почувствовала ее, и источник ауры изменил направление, двигаясь к ней. Она посмотрела вверх на темную птицеподобную фигуру, скользящую по воздуху, и наблюдала, как она рассеивается в облако тьмы, которое втянулось в плащ человека внутри него, теперь спускающегося к ней. Он был одет в боевые мантии цвета запекшейся крови, а его плащ светился точками света. Он приземлился перед ней, жуткие сине-оранжевые глаза смотрели из-под темного капюшона.

— Думаю, нам с тобой нужно поговорить, — сказал он, его голос был холодным, как гранит.

— Сейчас самое время для этого, Асано?

— Если появится монстр, мы можем отложить. Кто ты?

— Эстелла Уорнок.

Он поднял руку и откинул капюшон с головы. Он не был особенно красив по меркам серебряного ранга, но его темные волосы были странно блестящими, а необычные глаза — притягательными. Его взгляд переместился на ее волосы, того же цвета, что и у ее дедушки.

— Уорвик? — спросил он.

— Мой дедушка.

— Он послал тебя шпионить за мной?

— Нет. Это был Хави Эстос.

По его выражению лица она поняла, что ему потребовалось мгновение, чтобы вспомнить это имя.

— Кто-то указал мне на него некоторое время назад. Он какой-то криминальный посредник, верно?

— Вроде криминальный, а вроде и нет. Раньше он платил мне за то, чтобы я присматривалась к людям. Изучала их ауры, чтобы получить о них представление.

— Раньше?

— Я больше этим не занимаюсь. Он постоянно указывал мне на тех людей, на которых я не хотела бы смотреть.

— Если тебя это утешит, королевская семья посылала алмазные ранги делать то же самое. Такая компания говорит о тебе многое.

— Алмазные ранги? В смысле, больше одного?

— Знаю, да? Мне стоит переехать в маленький городок или что-то в этом роде. Погоди, я так и сделал, и они пришли на мое барбекю. Мне что, переехать на Луну? Нет, если какие-нибудь алмазные ранги узнают, что на Луне живет какой-то парень, они обязательно проверят это. Ты местная, верно? Как ты залегаешь на дно в Римаросе?

— Думаю, этот поезд для тебя уже ушел, — осторожно сказала она. Встреча шла не так, как она ожидала. — Ты собираешься отомстить мне за шпионаж?

— Леди, если бы я делал врагом каждого, кто копался в моей душе, у меня в списке врагов были бы алмазные ранги, боги и великие астральные сущности. О, погоди…

Он покачал головой.

— Слушай, — продолжил он. — Суть в том, что я не могу гоняться за каждым серебряным рангом, который сует нос в мои дела, когда за мной охотятся Чистота и Строитель. Похоже, ты просто выполняла работу, а так как ты внучка Уорвика, я не буду делать из этого проблему. При условии, что ты закончила тыкать в меня в поисках вкусностей.

— Всё, чего я хочу — это не иметь с тобой больше ничего общего.

— Это немного обидно, но умно. Я бы сам не имел с собой ничего общего, если бы мог. Хотя я не уверен, насколько ты надежна. Ты ужасно быстро сдала своего работодателя.

— Не работодатель. Клиент. Случайный и бывший клиент, который постоянно ставил меня в ситуации, в которых я не хотела оказаться. И я знаю, какие неприятности от него будут. Ты кажешься совсем другим видом неприятностей.

— О, еще какими. Тебе определенно стоит иметь как можно меньше дел со мной. И, кстати, нам стоит поддерживать непосредственную связь.

— Что?

— Ты здесь мониторишь остров со своим безумным радиусом восприятия, верно?

— Кто бы говорил. По крайней мере, у меня есть для этого сила. А ты просто странный.

— Я не странный. Я нормальный. Я нормальный человек, который ест нормальные сэндвичи и иногда спасает мир.

— О чем ты… на самом деле, я не хочу знать.

— Я к тому, что нам стоит поддерживать связь, чтобы ты могла предупредить меня, если что-то появится, и я мог как можно быстрее переправить людей порталом.

— И как мы это сделаем?

Перед Эстеллой что-то появилось.

* Джейсон Асано пригласил вас вступить в группу.

— Что это?

— Просто способ поддерживать связь.

— Мне это не нравится.

— Всё нормально. Это точно не повредит.

— Ага, ведь ни один мужчина никогда не говорил мне этого раньше.

Джейсон фыркнул от смеха.

— Справедливо. Слушай, это просто телепатическая штука для связи. Ты никогда раньше не использовала такую в приключенческих экспедициях?

— Я не искатель приключений.

— Нет?

— Нет.

— Тогда почему ты здесь помогаешь?

— Мой дедушка попросил.

— Он сказал тебе, что ты можешь столкнуться со мной здесь?

— Он не сказал «можешь». Он сказал, что я столкнусь.

— И ты всё равно пришла?

— Мой дедушка попросил.

Он одарил ее озорной ухмылкой.

— Ты мне нравишься, Эстелла Уорнок. Тебе стоит прийти на одно из моих барбекю.

— Это те самые барбекю, на которые приходят алмазные ранги?

— Хорошее замечание. Тебе, возможно, стоит…

Он замолчал, и они оба повернули головы на запад.

— Долг зовет, — сказал он. — Это группа быстрого реагирования, которую я чувствую внизу, верно?

— Да.

— Я пойду открою им портал. Тебе стоит принять приглашение в группу. Магическое для связи, а не на барбекю. Хотя, на него тоже.

— Ладно, — уступила она.

* Вы вступили в группу. * Лидер группы — [Джейсон Асано]. * Доступен голосовой чат.

* * * Команда вышла из портала и без слов помчалась в сторону проявления. Джейсон остался рядом с порталом, под ним материализовалось облачное кресло, и он сел.

— Тень, я выставил себя идиотом перед этой женщиной?

— Мне показалось, всё было нормально, мистер Асано.

— Не стоило мне так приглашать ее.

— Вы пригласили ее на общественное мероприятие, мистер Асано, а не на ужин при свечах.

— Я только что закончил говорить людям, что никого не ищу.

— А вы ищете?

— Нет! Мне нужно, знаешь ли… разобраться со своими проблемами, прежде чем я начну сваливать их на кого-то другого.

— Тогда, возможно, вам стоит перестать избегать миссис Ремор.

— Я не избегаю Арабель, — сказал Джейсон. — Чего мне стоит избегать, так это целестинов. Все эти безумно красивые женщины влияют на мое суждение.

— Да, мистер Асано. Должно быть, именно это и влияет.

НА ЭТОТ РАЗ

НА ЭТОТ РАЗ

Громоздкая фигура лишь отдаленно напоминала гуманоидную: массивное тело было покрыто кораллами, которые торчали из плоти, словно шипастая броня. Монстр находился еще довольно далеко от берега, но море доходило гиганту лишь до бедер. То, что возвышалось над поверхностью воды, по высоте уже могло сравниться с пятиэтажным зданием.

— Асано, — произнесла Пелли через голосовой чат. — Я чувствую монстра золотого ранга рядом с тобой.

— Ага, — отозвался Джейсон. — Я как раз его ищу.

Он уже был весь в крови монстров, часть которой размазалась с его руки по магической мраморной табличке, которую он держал. Это была копия бестиария Магического общества, в котором Джейсон искал информацию о монстре, выходящем из моря.

— Рифовый гигант, — прочитал он с таблички. — Описание совпадает.

— Это распространенный монстр в этом регионе, — сказала ему Пелли. — По крайней мере, распространенный для золотого ранга. Они медлительные, но невероятно живучие, что делает их плохим противником для моих способностей.

— Все в порядке, — ответил Джейсон. — Это моя специализация.

— Джейсон, не сражайся с монстром золотого ранга в одиночку. Я буду там, как только разберусь со стаей, атакующей этот город.

— Не волнуйся, — сказал он ей. — У меня есть кое-что, чтобы усилить себя.

— Если ты настаиваешь на битве, остерегайся его хлыстов с коралловыми наконечниками, — предупредила она. — Они гораздо быстрее самого монстра.

— Я как раз об этом читаю.

Пляж был усеян трупами монстров: причудливых чудовищ, сочетающих в себе черты кузнечиков, цикад и омаров, называемых лобхопперами. Джейсон убрал бестиарий и окинул взглядом мертвых существ.

— Тень, кто дает имена этим монстрам?

— Полагаю, это ложится на плечи того, кто первым с ними сталкивается.

— Держу пари, это был тот же человек, который дал имя шабу. Это просто лень; этому парню должно быть стыдно.

Десятки монстров серебряного ранга выбрасывались из моря, но так и не покидали пределов пляжа. Огромный рой бабочек Гордона, распространяющих аффилиации, все еще кружил над пляжем, почти достаточно плотный, чтобы закрыть солнце. Тела Тени метались по пляжу, касаясь каждого трупа монстра в готовности к мародерству.

И Джейсон, и Гордон могли направлять бабочек, хотя контроль был в лучшем случае хаотичным. В целом, призванные сущности искали все, что Джейсон считал врагом, и пытались наложить на него аффилиацию. Они пронеслись над водой, пока Джейсон развел руки в стороны, распевая заклинание.

— Как ваши жизни были моими, чтобы их пожинать, так и ваши смерти — мои, чтобы их собрать.

Остаточная жизненная сила, задержавшаяся в монстрах, хлынула в Джейсона, потоки светящейся красной энергии двигались по воздуху, чтобы впитаться в его тело.

* Вы получили несколько экземпляров [Кровавое Безумие]. * [Кровавое Безумие] увеличило ваши характеристики [Спид] и [Восстановление]. * Ваши характеристики [Спид] и [Восстановление] достигли максимального порога для ваших текущих ограничений. Дополнительные экземпляры будут преобразованы в [Кровь Бессмертного]. * Вы получили несколько экземпляров [Кровь Бессмертного].

Жизненная сила Джейсона уже была подкреплена целительными эффектами, которые он накопил во время боя с лобхопперами, его здоровье выходило далеко за пределы обычного максимума, достигая уровня очков здоровья в видеоиграх. Теперь, с усиленными характеристиками, он был готов встретиться с относительно медлительным рифовым гигантом.

Бабочки устремились навстречу монстру, когда тот вошел на берег. Гигант был одним из самых крупных монстров, с которыми когда-либо сталкивался Джейсон, но между ними произошло странное обращение ролей. Скорость монстра золотого ранга была бы посредственной для серебряного ранга, в то время как скорость Джейсона была повышена до уровня, граничащего с золотым. Однако это не означало, что монстр был беспомощен, как и предупреждала Пелли. Он понял почему, когда рой бабочек приблизился к гиганту.

Тело монстра было усеяно фрагментами острого коралла, наполовину погруженными в его плоть. Когда бабочки приблизились, осколки коралла выстрелили, оказавшись бритвенно-острыми концами десятков хлыстов, сделанных из чего-то, похожего на тонкие полоски ламинарии. Хлысты хлестали в бешеном вихре, каким-то образом избегая запутывания друг с другом, проносясь сквозь бабочек.

Бабочки взрывались, когда их уничтожали, что вызывало небольшие цепные реакции, учитывая, как много их было, и все они роились вокруг одного врага. Это не было такой уж проблемой, когда они были рассредоточены по многим врагам, что было их основной целью, но при скоплении вокруг одного противника их взрывная природа становилась обузой.

Джейсона не беспокоило, что лишь немногие бабочки прорвались сквозь хлещущий барьер из ламинарии с коралловыми наконечниками. Даже одной было достаточно, чтобы запустить процесс наложения аффилиаций, после чего оставалось только ждать. Джейсон мог бы даже отступить и подождать, пока аффилиации усилятся, но он этого не сделал. Он не собирался упускать шанс подтолкнуть себя и стать сильнее.

Когда монстр вышел на берег, Джейсон стоял в ожидании, сжимая в руке свой новый меч. Сигилы, врезанные в черный клинок, светились красным светом жизненной силы, содержа в себе мощь, которая обычно принадлежала бы призванному кинжалу Джейсона. Его пальцы сжимались и разжимались на рукояти — единственный признак его нервозности, пока монстр золотого ранга приближался к берегу.

Гигант выбрался из воды, и битва началась. Несмотря на то, что Джейсон прочитал запись о монстре в бестиарии Магического общества, он все равно был удивлен. Он знал, что монстр золотого ранга, но, учитывая его способности и недостатки монстра, он ожидал убедительно односторонней победы. Вместо этого подтвердились многочисленные предупреждения, которые ему давали по поводу недооценки монстров золотого ранга.

Громоздкий монстр, при всей своей физической мощи и устойчивости, был немногим больше, чем медленно движущаяся платформа с оружием. Настоящей угрозой были хлысты с коралловыми наконечниками, закрепленные по всему его телу, даже на лице. Они образовывали смещающуюся стену лезвий, приближаться к которой было крайне страшно.

Джейсон быстро обнаружил, что оставаться вне досягаемости хлыстов — не гарантия безопасности. Из кожи гиганта выдвигалось все больше кораллов, которые выстреливали в виде более крупных шипастых фрагментов, не привязанных к гиганту, как хлысты. Плащ Джейсона очень хорошо перехватывал мелкие снаряды, но эти были мелкими только по сравнению с гигантом. Для Джейсона они были больше похожи на копья, одно из которых тяжело ударило его в бок. Оно пробило его призванный плащ и робу, но скользнуло по плоти, оставив лишь царапину, которая зажила через мгновение.

Казалось бы, незначительный удар поглотил огромную часть накопленной Джейсоном жизненной силы. Еще несколько таких попаданий — и он перейдет от игнорирования атак к тому, что его пригвоздят к земле, как самую некрасивую бабочку в коллекции. К счастью, магия его амулета уже работала. Каждая аффилиация, накапливающаяся на гиганте, также накладывала на Джейсона щит, который исцелял его при разрушении, добавляя к его накопленной жизненной силе.

Эффектов амулета хватало лишь на то, чтобы смягчить удары, а не полностью защитить его. Это было особенно верно в отношении монстра золотого ранга, но это давало ему ценный запас безопасности, пока он не полагался на него чрезмерно. Он одернул себя, став более осмотрительным в уклонении, используя тела Тени для прыжков по теням.

Хотя Джейсон недооценил монстра, несмотря на то, что говорил себе, что этого не сделает, у него были припасены свои сюрпризы. Когда гигант оказался посреди поля мертвых монстров, усеивающих пляж, Джейсон разграбил их всех, и они растворились в радужном дыме. Джейсон так и не привык к зловонию, несмотря на годы приключений, но, по крайней мере, мог его терпеть, так как оно дезориентировало монстра. Это дало Джейсону первый шанс приблизиться и нанести удары.

Отвлечение было лишь мгновенным, но боевой стиль Джейсона жил в эти моменты. Он заработал одну возможность, а затем другую для атаки. Гигант быстро оправился от зловония, и Джейсон бросил метательный дротик, отмеченный зеленой нитью. Его перехватил хлыст и взорвался призванными лозами, которые запутали хлысты. Они быстро вырвались, но не раньше, чем Джейсон снова приблизился, нанес удары и отступил.

Джейсон делал свои ходы и использовал свои шансы. При всем том, что хлысты и коралловые копья были угрозой, преимущества, которые побудили Джейсона принять бой, были реальными. Он мог выбирать дистанцию и имел свободу отступать по мере необходимости, что позволяло ему использовать свою излюбленную тактику «бей-беги».

Даже так, он получил немало ударов, хотя это всегда учитывалось в стратегиях Джейсона. Его мощные атаки на истощение и заклинания, плюс накопленная регенерация, питали Джейсона постоянным потоком избыточной жизненной силы, даже когда хлысты и копья, которые не блокировал Гордон, истощали ее. Это было нормально для Джейсона, который использовал эту стратегию как ключ к выживанию в своем стиле боя. Ему приходилось постоянно призывать свежие боевые робы, так как старые превращались в лохмотья.

Фамильяры Джейсона также играли свои роли. Тень и Гордон были в значительной безопасности от атак монстра из-за своей бестелесной природы, хотя ни у одного из них не было способностей, которые могли бы существенно навредить огромной жизненной силе гиганта. Гордон преуспел в использовании своих сфер, чтобы либо защищать Джейсона от коралловых копий, либо сбивать их в воздухе с точной меткостью. Его лучи резонирующей силы хорошо подходили для разрушения жесткой структуры копий до того, как они могли достичь Джейсона.

Тень была основной платформой Джейсона для прыжков по теням на плоском, открытом пляже, в то время как Колин был полезен во многих отношениях. Его гуманоидная форма посылала ремни из окровавленной кожи, чтобы запутать коралловые хлысты. Хлысты быстро вырывались, но каждое прерывание давало Джейсону еще один шанс приблизиться с мечом. Пиявки также формировались из кровавых кожаных ремней, вползая в тело гиганта и вгрызаясь кольцами крошечных зубов. Коралловые шипы пронзали кожу монстра, чтобы насадить многих из них, но их было еще предостаточно. Даже те, что были пронзены, оставляли после себя еще больше аффилиаций.

Джейсон не накапливал ману с такой же быстротой, как жизненную силу, но его в целом эффективные способности и регенерация маны, которая у него была, позволяли его уровням подниматься выше обычных максимумов. Как только аффилиации на монстре золотого ранга накопились, стоило подумать о том, чтобы потратить эту ману.

— Понеси цену своих прегрешений.

Способность: [Возмездие] (Рок)

* Заклинание. * Стоимость: Умеренная мана. * Перезарядка: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (09%).

* Эффект (железо): Наносит некротический урон за каждое проклятие, болезнь, яд и нечестивую аффилиацию, от которых страдает цель.

* Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Раскаяние].

* Эффект (серебро): Урон за аффилиацию может быть увеличен путем повышения стоимости маны до высокой, очень высокой или экстремальной. Это сокращает перезарядку до 20 секунд, 10 секунд или до нуля. Последовательные, экстремально затратные использования имеют более короткое заклинание.

* [Раскаяние] (аффилиация, святой): Получите экземпляр [Покаяние] за каждое проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, который очищается с цели. Это святой эффект.

* [Покаяние] (аффилиация, святой, урон-со-временем, стакающийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадая по мере нанесения урона.

Даже для монстра золотого ранга жизненная сила гиганта была огромной. Джейсон никогда раньше не мог выгрузить столько аффилиаций, сколько накопилось, не убив жертву, но гигант оставался относительно невредимым. Хотя его плоть была отмечена пятнами темного некроза, он все еще был силен, ковыляя по пляжу и пытаясь поймать Джейсона в зоне действия своих хлыстов.

Заклинание «Возмездие» Джейсона становилось сильнее с каждой аффилиацией на цели. С тем, что накопилось на гиганте, одно применение убило бы почти все, с чем он когда-либо сражался, но гигант продолжал наступать. Обычно стоимость маны была умеренной, но Джейсон поднял ее на три ступени через высокую и очень высокую, вплоть до экстремальной. Это сократило заклинание будущих применений, сведя перезарядку к нулю.

— Страдай.

Больше урона.

— Страдай.

Больше урона.

— Страдай.

Больше урона, но гигант продолжал наступать, даже когда Джейсон продолжал колдовать. К тому времени, когда мана Джейсона была почти исчерпана, его кожа почернела и сгнила, а красочные коралловые головки хлыстов стали выбеленными и бледными. Несмотря на это, монстр все еще был силен. Способности Джейсона могли пробить сопротивление врагов золотого ранга, но уровень урона, который они наносили, все еще был серебряным. Монстров золотого ранга было нелегко убить.

На протяжении большей части своей приключенческой жизни Джейсон редко имел возможность полностью изучить влияние своих способностей на монстров. Хотя он убивал медленнее, чем большинство искателей приключений, большинство вещей все равно умирали до того, как его способности могли пройти через весь цикл. Если предоставлялась возможность, способности Джейсона рассказывали почти религиозную историю, начиная с цены греха и заканчивая ценой отпущения.

— Думаю, Клайв был прав, — пробормотал он. — Способности, которые мы получаем, основаны на нашей личности. Даже мой набор способностей — «чуни».

Он поднял свободную руку к монстру, произнося заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Способность: [Пир отпущения грехов] (Грех)

* Заклинание (восстановление, очищение, святой). * Базовая стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (08%).

* Эффект (железо): Очищает все проклятия, болезни, яды и нечестивые аффилиации с одной цели. Дополнительно очищает все святые аффилиации, если цель — союзник. Восстанавливает выносливость и ману за каждую очищенную аффилиацию. Эта способность игнорирует любой эффект, предотвращающий очищение. Нельзя применять к себе.

* Эффект (бронза): Враги получают по одному экземпляру [Покаяние] и [Наследие Греха] за каждое очищенное с них состояние.

* Эффект (серебро): Увеличьте стоимость до умеренной, чтобы воздействовать на всех пораженных врагов и союзников в широкой области.

* [Наследие Греха] (аффилиация, святой, стакающийся): Вы считаетесь более поврежденным для целей масштабирования урона способности казни. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Когда гигант засветился изнутри трансцендентным светом, истощенная мана Джейсона была более чем восполнена. С таким количеством аффилиаций, преобразованных в ману, он был переполнен ею настолько, что у него возникли бы проблемы с использованием скрытности, потому что ману, сочащуюся из него, было бы слишком легко почувствовать. Более того, за каждую аффилиацию он получал экземпляр [Целостность], который постоянно питал его здоровьем и маной. С таким количеством, наложенным на него, Джейсон теперь получал жизненную силу быстрее, чем мог ее терять, даже стоя в радиусе действия хлыстов.

— Посмотрим, сможем ли мы это изменить, — сказал он, не сводя глаз с гиганта, пока сигилы на его черном клинке меняли цвет с красного на синий.

— Мистер Асано, вы снова разговариваете сами с собой.

— Не возражаешь?

— Я просто беспокоюсь, что вы можете готовиться принять драматическую боевую позу.

— Я не собираюсь принимать боевую позу.

— Значит, вы не представляете себя на постере боевика.

— Абсолютно нет.

— Или в мини-сериале премиум-класса с хореографом боев из Гонконга?

— Можешь, пожалуйста, прекратить? Я здесь пытаюсь бороться со злом.

— С вашими силами крови, чумы и вашим черным мечом?

Гордон парил между Джейсоном и гигантом, сбивая копья или отражая их щитами. Джейсон заметил, что его сферы мерцают, что было эквивалентом смеха для этого межпространственного существа.

— Вы все злые, — сказал Джейсон. — Все, что я хотел, — это выглядеть немного круто, а вы все испортили. По крайней мере, Колин меня понимает.

Колин, который выглядел как кровавый клон Джейсона, принял боевую позу.

— О, это не помогает, — посетовал Джейсон. — Ты выглядишь как Могучий рейнджер.

Коралловое копье прошло сквозь голову Колина, и он повалился, верхняя треть его тела рассыпалась в кучу пиявок.

— Упс, — сказал Джейсон. — Наверное, мне не стоит отвлекаться.

Джейсон бросился к гиганту, темно-красные кожаные ремни выстрелили из его призванной робы, чтобы запутать хлысты. Они продержались лишь мгновение, но скорость Джейсона все еще граничила со скоростью золотого ранга, когда он рванулся вперед. Он нанес несколько быстрых ударов мечом, прежде чем отступить, но даже этого было недостаточно, чтобы полностью избежать хлыстов, которые были такими же быстрыми, как гигант был медлительным. Освободившиеся хлысты располосовали плоть Джейсона, пожирая его накопленную жизненную силу больше, чем раньше, благодаря самому Джейсону. Аффилиации, которые только что оставил его меч, повлияли как на монстра, так и на него самого в тактике эскалации, сочетающей риск и вознаграждение.

* [Цена Кровью] (аффилиация, святой, кровь, стакающийся): Урон между людьми, которые разделяют аффилиацию, увеличивается, включая источники урона, действовавшие до вступления этой аффилиации в силу. Урон от святых источников дополнительно увеличивается. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Джейсон не сбавлял темп, продолжая свои удары мечом по принципу «бей-беги», чтобы усилить урон как себе, так и гиганту. Как только ситуация достигла точки, когда даже его абсурдный прирост жизненной силы перестал помогать, он перевел бой в финальную фазу.

— Мой — суд, и суд — это смерть.

Способность: [Вердикт] (Рок)

* Заклинание (казнь). * Стоимость: Умеренная мана. * Перезарядка: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (06%)

* Эффект (железо): Наносит небольшое количество трансцендентного урона. Как эффект казни, урон масштабируется экспоненциально в зависимости от уровня травм врага.

* Эффект (бронза): Масштабирование урона увеличивается за счет экземпляров [Покаяние] на цели.

* Эффект (серебро): Накладывает или обновляет [Санкция] на цели.

* [Санкция] (аффилиация, святой): Эффекты исцеления, восстановления и регенерации имеют сниженную эффективность. Базовая сила этого эффекта очень незначительна, но масштабируется экспоненциально в зависимости от уровня травм врага. Масштабирование зависит от [Наследие Греха] так же, как и масштабирование урона казни. Не может быть очищено, пока присутствуют любые экземпляры [Покаяние].

Даже самая мощная способность Джейсона не добила гиганта, хотя монстр наконец показал свои страдания. Большие части его тела сгорали в шлейфах радужного дыма, когда он шатался и спотыкался. Его боевая эффективность упала, так как хлысты замедлились, многие из них сгорели в трансцендентном свете. Джейсон больше не продолжал приближаться для атаки, вместо этого ожидая, пока его способность казни выйдет из перезарядки, чтобы закончить работу. Даже тогда потребовалось еще три применения добивающего удара, прежде чем устойчивость золотого ранга существа наконец не смогла больше выдерживать.

После очередной битвы, которая оставила его всего в крови, Джейсон размышлял о силе монстра золотого ранга. У него было каждое преимущество, которое он мог собрать, от очень благоприятного сочетания способностей до стаи монстров, которыми он мог питаться и усиливать себя в качестве подготовки. Даже со всем этим битва была невероятно тяжелой. Если бы хоть одно из его преимуществ отсутствовало или если бы вмешались непредвиденные факторы, бой мог бы быстро стать смертельным для Джейсона. Если годы подобного требовались для достижения золотого ранга, он по-новому оценил любого, кому удалось совершить этот подвиг. Что касается алмазного ранга, то он казался теперь еще более далеким, чем в Гринстоуне, где он был почти мифическим уровнем.

* * * Пока Джейсон сражался с гигантом на Арноте, война со Строителем уже началась. Воздушные корабли роились над подводным городом Строителя в северных водах Королевства Штормов, который всплыл, чтобы извергнуть свои собственные воздушные корабли. Неподалеку, на скалистом пустынном побережье, огромное облако пыли поднималось от приближающегося сухопутного города.

На скалистом прибрежном выступе Доун стояла в одиночестве, глядя на пыльную бурю. Она знала, чего Строитель добивается этой атакой. Он хотел, чтобы она использовала свой единственный шанс вмешаться, одновременно демонстрируя свою силу, чтобы запугать народы мира. Она позволит Строителю достичь его первой цели, поскольку это был не ее мир, за который нужно сражаться.

Это было не то, что она выбрала бы как Первая Сестра Мирового Феникса, но это больше не было ее ролью. Мировой Феникс хотел, чтобы она обрела свою смертную чувствительность, и эта чувствительность привела ее к тому, чтобы позволить Джейсону принять решение. Возможно, это был не самый стратегический ход, но, возможно, так и должно было быть. Победа на этом этапе укрепила бы моральный дух мира, находящегося в осаде.

Это помогло бы помешать второй цели Строителя — запугиванию мировых держав. Это было единственное, что она сделает для них, так как это была не ее война, но она поступит так в этот единственный раз. С этого момента успех или неудача будут зависеть от жителей этого мира.

Она подняла руку к небу.

МЕЖДУ СМЕРТНЫМ И ЧЕМ-ТО ИНЫМ

МЕЖДУ СМЕРТНЫМ И ЧЕМ-ТО ИНЫМ

Битва бушевала над водами северо-западных окраин Королевства Штормов. Подводный город Строителя поднялся на поверхность для сражения, извергая дирижабли навстречу тем, что прибыли из Римароса. Многие искатели приключений даже не были на дирижаблях, паря в воздухе или даже приближаясь через воду. У сил Строителя было множество конструктов, предназначенных для работы под водой, наряду с мерзостями, модифицированными не из разумных рас, а из акул и других смертоносных обитателей глубин. Впрочем, сражения под водой не были слабостью сил Общества искателей приключений. В Море Штормов не было недостатка в людях, приспособленных к водной среде.

Силы Строителя были гораздо многочисленнее, чем у искателей приключений. Наряду с творениями, предназначенными для плавания или полета, многие были доставлены в бой на дирижаблях, что спровоцировало корабельные сражения между двумя сторонами. Однако, хотя Строитель брал количеством, искатели приключений брали качеством. Массово производимые творения не шли ни в какое сравнение с хорошо обученными искателями приключений, а искатели Королевства Штормов, безусловно, были таковыми. Хотя большинство из них, возможно, и не были уровня члена гильдии Римароса, даже те, у кого были «тадвиковские замашки», не обладали «тадвиковскими способностями». Филиалы Общества искателей приключений в Море Штормов не позволили бы этому случиться.

По сравнению с эклектичными творениями культа Строителя, чьи пользователи эссенции служили скорее в качестве руководства, искатели приключений были сплошь людьми. Только их фамильяры и призванные существа добавляли крайнего разнообразия в их ряды. Творения Строителя были гораздо разнообразнее: крылатые змеи, многоголовые крокодилы и гигантские акулы — всё это было либо полностью искусственным, либо гротескным сочетанием стали, камня и плоти.

Многие из творений были гораздо крупнее почти всего, что было на стороне искателей приключений. Единственное, что искатели приключений могли противопоставить этому — несколько массивных призывных существ, каждое из которых производило впечатление. От огромного облака с семью свисающими гидрами до дракона из разрозненных валунов, удерживаемых вместе электричеством, — они выглядели внушительно. Однако ничто не могло сравниться по размеру с величайшим творением культа Строителя.

Когда битва началась, искатели приключений почувствовали, как в глубине движется нечто огромное. С воздуха они смогли различить силуэт левиафана в воде, прежде чем он, наконец, двинулся к поверхности и вырвался наружу. Это была массивная минога, мерзость алмазного ранга из плоти и разлагающегося металла. Её бока были покрыты изъеденной сталью, а пасть окаймлена ржавыми железными зубами. Она рванулась из воды, словно хватающая рука какого-то чудовищного морского бога. Она поднялась на сотни метров, даже не показав всей длины своего тела. Два низколетящих дирижабля были поглощены целиком, прежде чем она достигла пика своего броска и с грохотом рухнула обратно в воду, когда её тело плашмя ударилось о поверхность, поднимая огромные волны.

Битва имела две составляющие. Первая — это бойцы алмазного ранга с обеих сторон. Они сдерживали друг друга; любой боец алмазного ранга, которого противник не мог учесть, устроил бы резню среди низших рангов врага. У искателей приключений было шесть пользователей эссенции алмазного ранга, в то время как плавучий город задействовал только двоих. Им приходилось полагаться на другие силы алмазного уровня, такие как минога-мерзость из плоти.

Великим уравнителем культа Строителя был сам город. Подобно айсбергу, большая его часть находилась под водой, что делало его намного больше, чем казалось с поверхности. Это не было новостью; город был разведан, и искатели приключений знали его истинный размер. Чего они не знали, так это того, что эта колоссальная громада скрывала за герметичными подводными стенами.

Под поверхностью на внешней стороне города открылось десять массивных панелей. Из образовавшихся отверстий появились массивные щупальца из сегментированной стали, настолько огромные, что они либо занимали большую часть внутреннего пространства города, либо содержались в пространственном хранилище неслыханного масштаба.

Плавучий город культа Строителя на самом деле был конструктом-кракеном размером с город.

Щупальца поднялись из воды, каждое из них само по себе было конструктом алмазного ранга. Их массивная длина и объем не нуждались в особых характеристиках; простого раскачивания в воздухе было достаточно, чтобы с монументальной силой сбивать дирижабли с неба.

Царило столпотворение, поскольку небо над городом-кракеном стало едва ли понятным, не говоря уже о возможности навигации. Обычно доминирующие бойцы серебряного ранга больше полагались на удачу, чем на свои способности, чтобы выжить. Дирижабли Строителя устраивали таранные атаки и попытки абордажа, в то время как искатели приключений разбрасывались силами, заполнявшими воздух облаками энергии и вспышками света, наряду с более странными и эклектичными эффектами. Деревья вырастали из облаков, протягивая лианы, чтобы стаскивать людей с палуб дирижаблей. Летали нефритовые сферы, выбивая конструкты из неба. Один дирижабль Строителя отрастил руки и начал атаковать сам себя, вынуждая пассажиров сражаться с собственным кораблем.

Тем временем бойцы алмазного ранга противостояли друг другу. В рядах искателей приключений их было шестеро; отсутствие Сорамира бросалось в глаза. Каждый из них сражался с культистом Строителя алмазного ранга, и их столкновения несли гибель любому, кто оказывался поблизости. У бойцов золотого ранга был шанс пережить сопутствующий ущерб, но любой серебряный ранг, оказавшийся слишком близко, находился под неминуемой угрозой уничтожения. Один боец алмазного ранга пытался выследить миногу, в то время как остальные трое защищали остальную часть своих сил от щупалец кракена.

Вторым аспектом битвы, после бойцов алмазного ранга, были силы золотого и серебряного рангов с обеих сторон. Целью искателей приключений было проникнуть в город, найти путь к его основным механизмам и уничтожить их. Это была роль низших рангов, пока бойцы алмазного ранга удерживали своих эквивалентов.

Цель Строителя заключалась в том, чтобы предотвратить это и отогнать искателей приключений, обескровив их, не позволяя им получить никаких преимуществ. Культ Строителя мог гораздо быстрее пополнять свои силы после битвы; их творения могли быть слабее пользователей эссенции, но их было гораздо легче заменить. Война на истощение и пирровы победы были на руку культу.

По мере развития битвы качество сил искателей приключений становилось всё более заметным. Им еще предстояло прорвать магический купол, блокирующий доступ к городу, но их шестеро бойцов алмазного ранга медленно, но верно доказывали свое превосходство. То же самое было верно и для низших рангов: массово производимые творения культа не могли сравниться с пользователями эссенции. Высокий стандарт искателей приключений Королевства Штормов показывал свою ценность.

Защитный экран города был грозной вещью, но никакой барьер в мире не мог долго сдерживать бойца алмазного ранга. Как только искательница приключений алмазного ранга, охотившаяся на миногу, сумела убить зверя, она переключила свое внимание на прорыв барьера. Поскольку мириады бойцов золотого ранга также наносили удары, он мог продержаться лишь некоторое время. Учитывая, что источник энергии города также питал массивные щупальца, отбивавшиеся от еще большего числа бойцов алмазного ранга, существовал предел тому, что он мог выделить на поддержание щитов. Когда он неизбежно пал, бойцы серебряного и золотого рангов хлынули в город.

Шестеро бойцов алмазного ранга, действующих сообща, были силой, способной потрясти мир. Гибель плавучего города была очевидна, но он выжимал каждую каплю крови, которую мог. После битвы боевая мощь Моря Штормов будет значительно ослаблена.

* * * Банда пиратов кружила по окраинам Королевства Штормов с самого начала нашествия монстров, и их дерзкий капитан, услышав о мобилизации, увидел шанс, выпадающий раз в жизни, совершить налет, который вписал бы его имя в анналы пиратской истории: разграбить сам Римарос.

Из трех главных островов Римароса Арнот был наименее населенным и наименее защищенным. Без богатств Ливароса или людей Прово его более могущественные жители всегда были единственной защитой, в которой он нуждался. Но с мобилизацией сил Римароса осталось лишь несколько команд. Самое главное, единственным бойцом золотого ранга, который все еще присутствовал, был пользователь Ядра, Пелли, которая была мэром какой-то деревни.

Если в это время в округе появится достаточно монстров — а в разгар нашествия монстров это весьма вероятно, — то защитники вполне могли быть отвлечены от лакомой цели на достаточно долгое время для успешного налета. По этой причине капитан расставил своих людей в городах Арнота с сигнальными маяками, чтобы вызвать пиратов, если представится шанс. Именно это и произошло, и пираты двинулись на город Касиларо.

Поначалу всё шло точно по плану. Команда, размещенная там, была занята борьбой с монстрами под водой, у побережья. Дирижабль пиратов ворвался в город, жители бежали, а пираты вышибали двери, хватая всё, что имело хоть какую-то ценность. Они даже нашли время схватить красивых женщин и мальчиков, с которыми было весело поиграть. Примерно в этот момент всё начало идти не так.

Золотой ранг, Пелли, прибыла, как и ожидалось. Любой боец золотого ранга мог двигаться достаточно быстро, чтобы добраться до города раньше, чем налетчики успеют насытиться добычей. Капитан также был пользователем Ядра золотого ранга, что было редким рангом среди пиратов. Это принесло ему престиж, которым он пользовался в пиратских кругах, и было источником его нынешней дерзости. Его часть плана заключалась в том, чтобы занять бойца золотого ранга, пока его старпом вела команду, продолжая грабить город.

Пелли не хотела, чтобы сопутствующий ущерб от её столкновения с капитаном пиратов нанес урон Касиларо и его жителям, поэтому она сражалась за пределами города. Поскольку это оставляло город открытым для команды пиратов, она вызвала подкрепление.

В городе команда стаскивала всё ценное к дирижаблю, пришвартованному к земле, прямо за городскими воротами. Они использовали телеги и повозки, украденные у горожан, а также использовали самих жителей в качестве вьючных мулов. Их деятельность была сосредоточена на городской площади, которая служила удобным перевалочным пунктом для награбленного, а главная дорога вела прямо к воротам.

Команда заметила, что некоторые из них уже давно не показывались. Сначала это не было очевидно. Пропавшие были теми, кто схватил красивого мальчика или девушку и затащил их в здание ради забавы. Когда они слишком долго не появлялись, старпом забеспокоилась. Она проворчала себе под нос, что им следовало знать, что не стоит так затягивать со своими грязными делишками, но пираты не славились дисциплиной.

Она уже собиралась отправиться на их поиски, когда подтверждением неприятностей стало появление пропавших членов команды. Они шатаясь выходили из зданий, спотыкаясь, а некоторые падали вовсе. Их кожа почернела, конечности иссохли, а глаза были полны страха. Когда остальные члены команды заметили их появление, они перестали тащить добычу в сторону дирижабля и обеспокоенно огляделись.

— Что случилось? — спросила старпом, подойдя к ближайшему из пострадавших, который еще держался на ногах. Мужчина открыл рот, чтобы ответить, но лишь выплюнул черную кровь на неё, прежде чем упасть на колени. Затем раздался холодный голос, эхом отозвавшийся отовсюду вокруг городской площади, хотя говорящего нигде не было видно.

— Я разрешал вам уходить?

Длинные теневые руки появились из темных дверных проемов и переулков, хватая пораженных членов команды и затаскивая их обратно. Те, кто еще стоял, повалились, когда их всех утащило в темноту, и они исчезли.

Старпом была сильнейшим членом команды, уступая лишь самому капитану, но она не могла обнаружить говорящего своими магическими чувствами. Впрочем, вряд ли это был боец золотого ранга, иначе он бы не прятался. Скорее всего, это был специалист по скрытности, пытающийся запугать их. К сожалению, она знала, что её команда — это хулиганы, на которых такое запугивание, скорее всего, подействует.

— Это просто какой-то искатель приключений, — крикнула она, запрыгивая на повозку. — Эй, искатель! Если не хочешь, чтобы мы перерезали всех в этом городе, лучше покажись.

Жестокий смех доносился из каждой тени. Что пугало больше всего — даже из её собственной.

— Я пришел сюда не для того, чтобы спасти их, — сообщил ей холодный голос. — Я пришел сюда, чтобы убить вас.

— К черту всё, — сказал один из пиратов бронзового ранга и бросился наутек. Это спровоцировало большинство остальных, остались только немногие серебряные ранги. Пираты бежали, подставив спины солнцу, их тени растянулись перед ними. Темная фигура поднялась из тени первого бегущего пирата, схватила его за шею и один раз резко тряхнула.

Бегущие пираты остановились, когда фигура бросила пирата со сломанной шеей. Он был закутан в темный плащ поверх одежд цвета запекшейся крови. Две странные сферы парили вокруг него, словно бесплотные инопланетные глаза. Две меньшие версии этих глаз наблюдали из-под темного капюшона. Он вытащил меч с черным клинком, отмеченным зловещими красными символами.

* * * Пока битва над плавучим городом бушевала, лишь один человек стоял на побережье, чтобы противостоять приближающемуся сухопутному городу. Великая крепость приближалась, скрытая в буре пустынной пыли, поднятой её движением. Доун подняла руку в воздух и указала на небо. Когда она повела рукой, линии огня осветили небо, очерчивая ритуальный круг, еще более обширный, чем облако пыли, скрывающее движущийся город. Когда она начала петь, её слова были подобны цунами, слышимые даже поверх катастрофических звуков битвы бойцов алмазного ранга над океаном.

«Я взываю к истоку бесконечности. Из огней творения вы были рождены в дни до дней, и из огня вы придете снова. Рождение всех вещей знаменует начало конца, ибо в творении — обещание уничтожения. В этом месте настал конец, так явите пламя начала и пусть оно ознаменует конец.»

Слова огня и грома Доун разнеслись над землей и водой, даже безумие близлежащей битвы на мгновение стихло. Все взгляды обратились к грандиозному кругу призыва в небе. Круг замкнулся сам на себе, его линии переплелись и наложились друг на друга, словно проволочная скульптура из белого, желтого и оранжевого цветов. Он принял очертания огненной птицы едва ли постижимой величины, пламя вспыхнуло, заполняя пустоты и воплощая великого феникса, накрывающего пылевую бурю внизу.

Небо потемнело, словно солнце дрожало перед присутствием, рожденным силой, более древней и великой, чем оно само. День превратился в ночь, когда огненная птица взяла на себя роль горящей луны, освещая тьму. Пылевое облако под ней сгорело, воспламенившись от жара, исходящего от внушающей трепет огненной птицы.

Город на суше вырисовывался в пламени, когда пылевое облако вокруг него выгорело. Апокалиптический столп огня обрушился с тела космического феникса на сердце города. С его крыльев сорвались потоки пламени, извиваясь в воздухе на пути вниз, чтобы опустошить окраинные районы города, пока центр сгорал.

Аура, более гнетущая, чем всё, что мир чувствовал раньше, обрушилась на горящий город. Даже бойцы алмазного ранга внутри, которые готовились отправиться и противостоять Доун, были подавлены. Демонстрируемая грубая сила не принадлежала этому миру, а чему-то большему, силе из космоса.

Из города не появилось ни одного защитника. Никакая защита не поднялась, чтобы защитить его. Обширный город из камня и стали расплавился, словно шлак в литейном цеху, вместе со всем, что было внутри, живым или иным. У Доун был только один шанс вмешаться, и она использовала его до абсолютного предела, показав миру силу, которую он никогда раньше не видел и, возможно, никогда больше не увидит. Даже нечеловеческие силы Строителя, сражавшиеся у побережья, замерли, ошеломленные этим зрелищем.

Столь огромная сила, настолько выходящая за пределы мира, в который она была призвана, могла просуществовать лишь короткое время. Пылающий свет феникса потускнел, солнце снова засияло ярче, когда великий феникс потемнел, медленно превращаясь в пепел и развеиваясь.

Даже при таком зрелище перед ними, ужасная резня битвы над плавучим городом могла быть приостановлена лишь на время. Когда пепельные останки феникса парили в воздухе, словно извержение вулкана, жестокая война возобновилась.

* * * — Спасибо, — сказала Пелли Джейсону.

— Я не мог остановить их всех, прежде чем они ранили и убили некоторых горожан.

— Мне показалось, ты пришел не для того, чтобы спасти их?

— Ты это слышала.

— Я буду считать, что ты сказал это, чтобы они не попытались взять заложников.

— Спасибо.

— Ты убил не всех?

— Бронзовые ранги умерли слишком быстро. Серебряных пользователей Ядер мне удалось оставить в живых, но там была женщина, которая была более искусна, чем остальные. Никаких Ядер, возможно, бывший искатель приключений. Не уровень гильдии, но там явно была какая-то подготовка. Я не стал рисковать с ней. Я почувствовал, как убежал золотой ранг.

— Я пыталась прикончить его, но трудно убить бойца золотого ранга, даже когда ты сама такая. Тебе нужны силы, чтобы обогнать их, поймать в ловушку или нагрузить постоянным уроном. Для тебя это, полагаю, не проблема.

— Для меня фокус всегда заключался в том, чтобы взять их живыми. У меня теперь есть инструмент для этого, но в группах слабые умирают слишком быстро.

— Ты можешь убить их всех, насколько...

Пелли замолчала, когда аура, непохожая ни на что, что она когда-либо чувствовала, накрыла остров. Затем небо начало темнеть, когда солнце потускнело. Даже с расстояния в полторы тысячи километров можно было почувствовать события на северо-западе.

— Что, во имя милостивых богов, это такое? — спросила Пелли дрожащим голосом. — Это не затмение. Я никогда не чувствовала такой силы.

— Это моя подруга Доун, — сказал Джейсон.

— Это человек?

— Это сила, лежащая между смертным и чем-то иным.

— Я даже не знаю, что это значит.

— Не думаю, что нам суждено знать. Пока что.

Джейсон перевел взгляд с северо-запада, откуда исходила аура, на восток, в сторону Ливароса.

— А теперь пора посмотреть, была ли она права, — сказал он.

— Права в чем?

— В намерениях Строителя.

Даже когда невероятная аура продолжала накрывать остров, другая обширная и мощная аура изверглась там, куда смотрел Джейсон. Она была далекой, но достаточно большой и высоко в воздухе, чтобы быть видимой. В небе появилось массивное проявление радужного света.

— И права она была, — мрачно сказал Джейсон.

— Что это? — спросила Пелли во второй раз.

— Это, — сказал Джейсон, — город-крепость Строителя, появляющийся над Ливаросом.

— Но все наши силы ушли на северо-запад.

— Не все, — сказал Джейсон. — Только большинство.

— Кто остался? — спросила она. — От Общества искателей приключений остались едва ли символические силы, верно?

— Да, — сказал Джейсон. — Только они и твоя семья.

СТОЯТЬ НА ПЕРЕДОВОЙ

СТОЯТЬ НА ПЕРЕДОВОЙ

Королевская семья Королевства Штормов была многочисленна. Все члены семьи, обученные бою и имеющие ранг серебра или выше, собрались в бальном зале королевского дворца — одном из немногих помещений, способных вместить их всех. От Зары и Веспер до Сорамира и Короля Штормов — единственным отсутствующим членом этой группы была Зила, отправившаяся на северо-запад, чтобы сражаться в тамошней битве. Только необученные пользователи ядра, такие как Пелли, были освобождены от призыва.

Вместе с ними была королевская гвардия, все члены гильдии Сапфировая Корона, представители семьи Ириос и контингент духовенства. Большая часть боевых сил церквей также состояла из искателей приключений и отправилась на битвы на северо-западе. Тем не менее, церкви передали свои основные резервы под командование королевской семьи для защиты города.

— Первая часть не будет самой важной, — сказал им Сорамир, стоя перед собравшимися, в то время как Король Штормов и Тренчант Мур стояли по бокам от него. — Но она будет самой трудной. Мы не могли сдерживать больше одного алмазного ранга, иначе не только атака на водный город имела бы меньше шансов на успех, но и Строитель мог бы понять, что мы готовимся к его внезапному нападению.

Сорамир посмотрел вверх, сквозь стеклянный потолок бального зала, в котором они собрались. Все взгляды устремились туда, куда смотрел он: на массу радужного света, парящую высоко в небе, из которой вскоре должен был появиться город-крепость Строителя.

— Я не стыжусь называть себя сильным, — произнес Сорамир, — но я не настолько силен, чтобы справиться с каждой угрозой алмазного ранга, которую Строитель приготовил для нас. Мы можем надеяться, что культ полагал, будто застанет нас врасплох, и использовал свои большие ресурсы в другом месте, но полагаться на это было бы глупо. Мы можем действовать, лишь исходя из предположения, что все, что они отправят против нас, окажется мне не под силу в одиночку.

Он широко обвел рукой пространство вокруг себя.

— Наше преимущество — родная земля. Мы знаем, что у культа Строителя ограниченное число пользователей эссенции алмазного ранга, и они сильно полагаются на свои творения и силу самих городов. Однако в данном случае мы можем сравниться с ними. У нас есть собственный город, со своей собственной силой, накопленной за столетия с тех пор, как я основал это королевство.

Он кивнул лидеру контингента семьи Ириос.

— С первых дней этого королевства семья Ириос возводила стены, защищающие его народ во времена кризиса. Основатель их семьи был человеком, которого я называл братом, и я знаю, что он гордился бы тем, чем стала ваша семья, так же, как я горжусь своей.

Он с улыбкой взглянул на Короля Штормов.

— Каждое поколение делало это королевство сильнее предыдущего. Теперь пришло время показать этому чужаку, который думает, что может уничтожить нас, силу того, что мы построили вместе. Мы — Королевство Штормов. Некоторые из нас носят само имя этого города. Другие — его самые верные защитники или архитекторы его обороны. Жители этого королевства дали всем нам так много. Теперь, в наше время величайшего кризиса, мы покажем им, что их вера в нас не была напрасной.

Сорамир снова посмотрел вверх, прежде чем перевести взгляд обратно на толпу в зале.

— Первый шаг, как я уже сказал, будет самым трудным. У нас есть великое оружие, но вражеская цитадель могущественна. Наше оружие должно быть доставлено в самое сердце их города, чтобы мы могли быть уверены в его уничтожении. Это означает прорыв обороны города, пока его защитники обрушивают на нас всю мощь своей силы. Обычно эта задача легла бы на меня, но я не буду свободен для этого, пока меня будут атаковать пользователи алмазного ранга из культа. К счастью, мы не одни. Эта сущность вторглась в наш мир, но наш мир имеет богов, присматривающих за нами. Архиепископ, Риммон, если можно?

Человек в облачении Церкви Знания вышел вперед, чтобы обратиться к группе.

— Даже у богов и таких существ, как Строитель, есть правила, — сказал архиепископ. — Строитель раздвигал границы этих правил, что дает нашим богам свободу действий, чтобы дать отпор. До сих пор они выжидали, ожидая лучших возможностей. Одна из таких возможностей — сейчас. Боги выходят вперед, чтобы защитить народ Королевства Штормов.

На лицах членов королевской семьи, семьи Ириос и королевской гвардии отразилось облегчение. Речь Сорамира была хороша, но они противостояли силам, превосходящим любого смертного. Было отрадно знать, что боги будут стоять вместе с ними.

— Каждый из богов сделает все, что сможет, — продолжил архиепископ Риммон. — Они даровали нам, своим представителям, чудеса, чтобы помочь городу. Архиепископ Войны усилит оборону города сверх того, что обычно возможно. Архиепископ Океана заставит само море помочь нам. Знание открыло мне многие секреты города Строителя: от того, где разместить наше оружие, до того, как прорвать оборону без помощи алмазного ранга.

— Это не значит, что предстоящая задача легка, — сказал Сорамир. — Лишь то, что она вообще возможна. Не заблуждайтесь: многие из нас падут сегодня. Цена, которую мы заплатим за безопасность нашего королевства — за само его выживание — будет высока. Но мы заплатим ее, потому что это наш долг. На протяжении всей истории этого королевства мы всегда стояли на вершине. Теперь пришло время нам встать на передовой.

* * * Команда Джейсона, за исключением самого Джейсона, была одной из многих команд, получивших устройство для доставки в город. Только одна была настоящей бомбой, но как только культ осознал бы цель защитников Римароса, он сосредоточился бы на том, чтобы остановить ее. По этой причине многим командам были вручены ложные устройства, а Церковь Знания указала цели внутри города для их активации. Что касается того, какое устройство и какая цель были настоящими, люди, распределявшие задачи, утверждали, что не знают. Каждый должен был сделать все возможное, чтобы добиться успеха на случай, если именно они — настоящая надежда города.

— Это точно не наша команда, — сказал Нил, пока они ждали на воздушном корабле, пришвартованном к небесной башне. — Ни за что они не дали бы нам настоящую штуку. Культ, вероятно, приложит дополнительные усилия, чтобы убить нас просто за то, что мы команда Джейсона, так что давать ее нам — ужасная идея.

— Это будет какая-нибудь гильдия золотого ранга, — сказала Софи. — Это слишком важно, чтобы доверить кому-либо, кроме тех, у кого больше всего шансов.

— Если только это не именно то, что они хотят, чтобы культ думал, — сказала Белинда. — Может, это все-таки мы.

— Нет, — сказала Софи. — Они говорят всем, что никто не знает, у кого настоящая, но это просто чтобы мотивировать остальных из нас. Те, у кого настоящая, знают, что у них в руках.

— Было бы неплохо, если бы Гэри, Руфус и Фарра были с нами, — сказал Клайв.

— У них своя задача, — сказал Хамфри. — Фарра — эксперт по магии формаций, а им нужны все такие специалисты, каких они могут получить. Если мы не сможем прорвать магическую оборону города Строителя, ничего из этого не выйдет.

* * * Радужный свет над городом был чем-то средним между порталом и эффектом проявления монстра или эссенции, не являясь в точности ни тем, ни другим. Это было возможно только во время всплеска монстров, когда размерная мембрана реальности была разорвана, и свет исчез, как только изверг летающий город Строителя.

Он выглядел как довольно обычный город, за исключением того, что находился в небе. Город покоился на массивном каменном диске с огромным и сложным ритуальным кругом, выгравированным на нижней стороне. Верхушка города выглядела как любой город, построенный преимущественно из камня, с башнями, улицами и другими зданиями, которые выглядели удивительно обычно для летающего города гибели. Защитный купол, мерцающий над ним, также был обычным явлением для крупных городов, хотя тот факт, что он был виден, когда город не подвергался активной атаке, был необычен.

Битва началась. Линии массивного ритуального круга под летающим городом засветились, быстро становясь ярче, пока мощный луч красно-белой магии не ударил прямо вниз, в Ливарос. Ритуальный круг был не механизмом, с помощью которого летал город, а гигантской магической лучевой пушкой.

Сам Ливарос был больше, чем город, летящий над ним, весь остров был урбанизирован. Защита, появившаяся, чтобы перехватить луч, не была куполом, как над городом Строителя. Это был круговой барьер из синей и зеленой магической энергии, очень похожий на ритуальный круг. В почти мгновенный момент, когда луч опустился, появился щит, затем еще один позади него, и третий позади того. Первый щит заколебался и сломался, даже когда щиты продолжали накладываться друг на друга. Второй, третий и четвертый щиты были пробиты, прежде чем энергия луча была наконец исчерпана.

Светящийся ритуальный круг под летающим городом начал тускнеть. Мощный луч довел ритуальный диск почти до предела его выносливости. Потребуется время, прежде чем он сможет выстрелить снова, и исчезновение луча было подобно выстрелу стартового пистолета. Воздушные корабли, полные искателей приключений, начали взлетать с небесных доков Ливароса, в то время как корабли культа проходили сквозь купол летающего города, прежде чем спуститься навстречу им. Появились и другие враги: от конструктов и мерзостей, летящих по небу, до сил алмазного ранга, которых ожидали защитники Римароса.

К облегчению Сорамира, когда он взлетел в небо на магическом облаке, он почувствовал только одного пользователя эссенции алмазного ранга. Он чувствовал и другие ауры алмазного ранга, но пользователи эссенции всегда были большей угрозой. Он не питал иллюзий насчет победы над ними всеми, но если он сможет занять сильнейшие силы культа Строителя, у золотого и серебряного рангов появится реальный шанс обеспечить победу и защитить Римарос.

Поднимаясь, Сорамир собрал вокруг себя силу, призывая воду и воздух, чтобы окутать себя миниатюрным ураганом. Со скоростью алмазного ранга потребовались лишь мгновения, чтобы столкнуться со своим противником из культа, где сразу стало очевидно, что Сорамир сильнее. Однако это не означало доминирующего положения. Ни одного противника алмазного ранга нельзя было недооценивать.

На стороне культистов были две другие ауры алмазного ранга. Одной из них была массивная птица-конструкт с четырьмя крыльями. В отличие от пользователя эссенции, Сорамир был уверен, что сможет уничтожить ее, если представится шанс, хотя этот шанс вряд ли представится. Последняя аура алмазного ранга была странной и рассеянной, что Сорамир счел почти такой же тревожной, как и пользователя эссенции. Он уже чувствовал подобную ауру раньше, узнав в ней сигнатуру сущностей роевого типа. Как и предсказывалось, рой конструктов, разделяющих одну ауру, хлынул из защитного купола летающего города.

Конфликт алмазного ранга был ключом к началу битвы, так как защитникам Римароса нужна была свобода, чтобы прорвать оборону летающего города. Специалисты по формациям, многие из которых были из семьи Ириос, доставлялись в битву на воздушных кораблях вместе с защитным эскортом. Величайшей опасностью для них были не силы культа, а сопутствующий ущерб от битвы алмазного ранга, которая только начиналась.

Штормовые силы Сорамира были грозны перед лицом многочисленных противников, что было именно тем, что ему нужно, когда он был в меньшинстве. Они были эффективны против роевых конструктов, которые, как и многие враги роевого типа, были уязвимы для атак по широкой площади. Недостатком обширных сил Сорамира было то, что низшие ранги обеих сторон должны были держаться подальше.

В то время как большая часть роя боролась со штормовыми силами Сорамира, скопления роя умудрялись ускользать в изоляции, отделяясь от основного роя, чтобы охотиться на силы Римароса более низкого ранга. Они все еще были алмазного ранга, но их компоненты, саранчовые конструкты размером с кулак, были индивидуально хрупкими для своего ранга. С уменьшением их численности в меньших роях искатели приключений золотого ранга смогли дать отпор.

Битва быстро превратилась в хаос, когда воздушные корабли Римароса пытались пробиться к нижней стороне города сквозь штормы битвы и силы, летающие взад и вперед, включая настоящие штормы. Специалистов по магии формаций нужно было доставить к нижней стороне летающего города.

Используя информацию, данную им Богиней Знания, они знали, что на ритуальном диске города есть узлы, невидимые с уровня земли. Если бы достаточное их количество было поражено правильными ритуалами, также предоставленными Знанием, они могли бы обрушить магический купол и подвергнуть город вторжению.

Лучевое оружие летающего города перезарядилось до того, как силы Римароса успели пробиться к нему. В хаосе битвы многие с обеих сторон не успели вовремя уйти с его пути, когда оно снова ударило по городу внизу. Летающий город нужно было прорвать до того, как Ливарос будет расколот повторяющимися лучами.

Ливарос не ждал беспомощно, чтобы подвергнуться новым атакам. Магические круги, подобные щиту, который он использовал, появились над городом и в ответ выпустили свои собственные лучи. Они не были ничем похожи по величине на те, что использовала летающая крепость, и их было бы недостаточно, чтобы повредить ритуальный круг на нижней стороне города. Однако летающий город не был целью. Члены семьи Ириос, контролирующие оборону, направили лучи на рой конструктов, пытаясь максимально проредить его и снять давление с Сорамира.

* * * Возможно, запуганная дикими аурами от битвы над Ливаросом и последствиями действий Доун, активность монстров, бушевавшая вокруг Арнота, затихла. Она была необычно высокой даже для всплеска монстров, но теперь сошла на нет полностью.

Джейсон оказался дома с Трэвисом и Тайкой, их бронзовые ранги низвели их до роли гражданских лиц. Пелли присоединилась к Джейсону в его доме на облаке, и они все сидели на террасе верхнего этажа, наблюдая за далекой битвой. Они мало что могли разобрать на таком расстоянии, но все равно смотрели.

— Я чувствую себя беспомощным, — сказал Трэвис.

— Трэвис, именно ты сделал эту битву вообще возможной, — заверил его Джейсон. — Без тебя все было бы еще более отчаянно.

— Если предположить, что это вообще работает, — сказал Трэвис.

— Бро, по крайней мере, ты смог хоть что-то сделать, — сказал Тайка. — Все, что мог я — это сидеть здесь.

— Ты делаешь кое-что, — заверил его Джейсон.

— Да?

— Черт возьми, еще как.

— Что я делаю?

— Выглядишь отлично. Ты большой, сексуальный шоколадный кусочек.

— Спасибо, бро, — радостно сказал Тайка. — Мило с твоей стороны это сказать.

* * * Фарра рисовала в воздухе пальцем, оставляя за собой линии пламени, которые формировали ритуальные круги, пока она продолжала рисовать. Их воздушный корабль завис под одним из узлов на нижней стороне города, каждый из которых был размером едва ли с баскетбольный мяч. Воздушный корабль атаковали летающие творения культа и вражеские корабли, а искатели приключений вокруг нее отчаянно удерживали врагов подальше от нее.

Руфус был монстром, плавно проносясь вокруг со своим золотым мечом. Везде, где он проходил, конструкт разваливался, его аккуратно разрезанные половины светились от жара. У Гэри не было навыков, чтобы сравниться с некоторыми гильдейскими искателями приключений вокруг него, но его специализированные инструменты с лихвой компенсировали разницу. Он давно создал оружие, специализирующееся на борьбе с творениями культа, и его молот был практически артиллерией, когда он крушил конструктов, посылая волны силы позади разбитых врагов, чтобы поразить их собратьев. Его щит рос и уменьшался, когда он использовал его, чтобы защитить Фарру, так, как не смог сделать годы назад, когда она умерла. Он выпустил весь свой сдерживаемый гнев, его леонидские рыки сбрасывали врагов за борт.

* * * Силам Римароса удалось сбить купол над летающим городом, хотя цена была высока. Многие искатели приключений пожертвовали собой, доставляя экспертов по формациям к нижней стороне диска города для выполнения их работы. Как только это было сделано, воздушные корабли хлынули вверх и перелетели, чтобы вторгнуться в город.

Защитники алмазного ранга двинулись, чтобы остановить их. Сорамиру удалось уничтожить слабейшего из них, птицу-конструкт, но пользователь эссенции был предсказуемо живуч. Что касается роя, то это было более хлопотно. Лучи снизу, золотые ранги, сражающиеся с ним, и сам Сорамир сумели срезать большую часть роя, но многое осталось. Он продолжал отделять меньшие рои, чтобы охотиться на искателей приключений Римароса, преследуя их в городе.

Сам город был странной смесью знакомого и чуждого для искателей приключений, передвигающихся по нему. Каменные улицы и здания не сильно отличались от тех, что можно было найти в обычном городе, но обитатели, которые вышли сражаться с ними, — определенно отличались. Культисты вели стаи своих причудливых творений, варьирующихся от гуманоидных магических киборгов до парящих кольцевых конструктов, которые стреляли лучами энергии.

* * * Рамон Кил был членом оперативной группы по борьбе со Строителем. Он отвечал за организацию плацдарма в городе и окликнул, заметив группу искателей приключений серебряного ранга.

— Эй!

Группа подошла, узнав Кила. Все они прошли оценку подразделением Кила, когда регистрировались для активности всплеска монстров.

— Да, сэр, — сказал Хамфри в знак подтверждения.

— Вы команда Асано, верно? — спросил Кил.

— Верно, — подтвердил Хамфри.

— Если я правильно помню, у вас между собой есть несколько способностей портала и хранения, верно?

— Есть, — сказал Хамфри.

— Отлично. Я назначаю вас всех на логистику, поиск и спасение. Мы разбиваем здесь медицинский лагерь. Вы будете находить и приносить раненых, переправлять их порталом в город по мере необходимости и переправлять порталом дополнительные припасы.

— Сэр, у нас одно из устройств. Насколько мы знаем, это может быть то самое.

— Это точно не оно, — сказал Кил. — Асано раздражает Строителя больше, чем меня, так что он может прихлопнуть всех вас просто ради забавы. Ни за что они не дали бы вам настоящую штуку.

— Видишь? — спросил Нил. — Что я тебе говорил?

— Сэр, — сказал Хамфри. — Учитывая ставки, я не уверен, что нам стоит идти на такой риск.

— Ладно, — сказал Кил. — Доставайте свое устройство.

Клайв посмотрел на Хамфри, который кивнул. Клайв открыл свое рунное портальное пространство хранения и вытащил устройство размером с походный рюкзак. Кил достал кристалл из кармана и поднес его к устройству. Кристалл стал красным.

— Вот и все, — сказал Кил. — Ложное устройство подтверждено. А теперь хватит задавать вопросы и делайте то, что я говорю.

* * * Искатели приключений пробились через город и в более глубокие пределы через туннели, спускающиеся под землю. Ощущение чуждости росло в подземных глубинах, которые были заполнены промышленными центрами, похожими на литейные заводы и перерабатывающие руду предприятия. Жаркие и влажные, они были полны темных углов и оранжевого света. Туннельные лабиринты вели глубже в ядро города, где были защищены самые важные части города.

У Лиары Римарос было настоящее разрушительное устройство, и, как предсказывала Софи, ей сообщили о его истинной природе. Она двигалась с двумя членами своей команды, братом и сестрой Ледевом и Яной. Трио специалистов по скрытности золотого ранга было выбрано как наиболее вероятное для успешной доставки устройства, что в значительной степени подтвердилось. После того, как купол пал, они быстро проникли в город, найдя путь в глубины.

Однако по мере продвижения вглубь становилось все труднее продвигаться незамеченными через тесные туннели, заполненные все более опасной стационарной обороной. Они были вынуждены пробиваться через все больше и больше конструктов, закрепленных на месте, чтобы двигаться вперед, замедляя свой прогресс. Специалисты по скрытности преуспевали в внезапных атаках, а не в прорыве укрепленной обороны.

Они оказались втянуты в беглые бои, когда битва с верхних уровней города догнала их все более застопорившийся прогресс. Единственным преимуществом было то, что люди с их собственной стороны начали добираться до них, объединяясь для финального рывка.

Они присоединились к группе, которая в основном состояла из искателей приключений, чьи команды были разделены хаосом или потерями. Они нашли друг друга и сгруппировались, чтобы продвигаться вперед. Это была смешанная группа золотых и серебряных рангов, включая Веспер и Джени Кавалоа, к команде которой Веспер была приписана для вторжения.

Когда Лиара раскрыла, что у них настоящее устройство, группа сделала все возможное, чтобы доставить их к месту назначения. Любая цена была оправдана, чтобы доставить его в целевую зону. Было принесено не одно жертвоприношение, чтобы приблизить их, но по мере приближения к месту их атаковали несколько групп свежих защитников культа одна за другой.

Проблема, стоявшая перед группой, заключалась в том, что после установки им нужно было сбежать до того, как устройство сдетонирует. Идеальным сценарием было бы, если бы команда скрытности установила устройство и оно осталось необнаруженным, но это больше не казалось жизнеспособным. В затишье между атаками Веспер обратилась к Лиаре.

— Мы близко, — сказала ей Веспер. — Достаточно близко, чтобы ты могла прокрасться остаток пути, если остальные из нас привлекут достаточно внимания.

— Веспер… — сказала Лиара.

— У нас нет времени спорить, Лиара.

Времени на обсуждение не было, и поспешный план был приведен в действие. Лиара лишь на мгновение остановилась, прежде чем обнять Веспер, кивнуть и двинуться дальше, ее способности скрытности сделали ее невидимой. Ее брат и сестра по команде сделали то же самое.

Остальная часть группы двинулась в атаку на сходящихся культистов и спровоцировала стационарную оборону, пока трио скрытности продолжало путь. Там, где раньше они избегали столкновения со слишком большим количеством защитников одновременно, теперь они привлекали столько внимания, сколько могли. Искатели приключений сражались упорно и яростно, пока трио Лиары избегало последних защитников между собой и целевой локацией.

Хотя чувства Лиары были сдержаны, чтобы избежать внимания, другая группа была достаточно близко, чтобы она могла почувствовать, как их ауры гаснут одна за другой. Она остановилась, когда почувствовала, как аура Веспер погасла, закаляя свою решимость и останавливая свою ауру от раскрытия их местоположения эмоциональной турбулентностью. Лиара позволила себе лишь короткую паузу, прежде чем продолжить, и они достигли целевой зоны незамеченными. Команда достала устройство и установила его в соответствии с инструкциями, которые им дали. В отличие от людей, которым дали ложные устройства, указания были более сложными, чем «нажать большую красную кнопку и бежать».

— Теперь мы уходим, — сказала Лиара, когда работа была сделана.

— Не я, — сказал Ледев.

Его сестра побледнела. — Ледев, нет.

— Вокруг все еще слишком много защитников, — настаивал Ледев. — Из нас троих я единственный, у кого есть сила скрыть этот объект от их чувств теперь, когда он вне своего места хранения и активен.

— Брат…

Рука Лиары легла на плечо Яны.

— Он прав, Яна. Он может скрывать его столько, сколько им потребуется, чтобы найти его, выигрывая для всех столько времени, чтобы выбраться, прежде чем он его активирует.

Одной из функций, добавленных к ложным устройствам, было то, что они сигнализировали, когда активировалось настоящее устройство, давая искателям приключений знать, что нужно отступить. С того момента, как устройство было включено, силы Римароса начали отступать.

Яна заключила брата в смертельные объятия, пока он не оттолкнул ее.

— Пора идти, — сказал он ей, затем повернулся к Лиаре. — Просто убедитесь, что статуя меня выглядит хорошо, да?

* * * Детонация не заставила летающий город взорваться. Он задрожал в воздухе, паутинные трещины появились на нижней стороне диска. Гейзеры силы вырвались из города сверху и нижнего диска, взрывая куски камня, как гигантские пушечные ядра, во всех направлениях. Здания города рухнули, когда внутренности парящего города были уничтожены ядерной бомбой, превращенной в устройство резонирующей силы.

Основная масса города держалась вместе, хотя магия, удерживающая его в воздухе, исчезла. С невероятной тяжеловесностью он начал падать с неба.

Под летающим городом Сорамир собрал всю силу, находящуюся в его распоряжении, игнорируя пользователя эссенции алмазного ранга, который воспользовался шансом нанести яростные атаки. Золотые ранги защищали Сорамира, пока он призывал огромный и мощный шторм в попытке замедлить и изменить траекторию падающего острова, который грозил приземлиться на Ливарос.

Другие искатели приключений пытались помочь, от телекинетических сил до простого преодоления шторма Сорамира, чтобы взлететь к падающему городу и толкать. Другие спускались вниз, осознавая, что даже если город-крепость промахнется мимо острова, он создаст массивное цунами. В Римаросе не было недостатка в пользователях эссенции воды, и они спустились на остров, чтобы подготовиться к тому, что должно было произойти.

Две фигуры поднялись из Ливароса внизу, взлетая в воздух. Обе были облачены в одеяния духовенства, и их ауры взлетели, когда они наполнились силой, дарованной им их богами для защиты города. Архиепископ Ветра подняла руки, и великий, сфокусированный и непрерывный порыв ветра начал толкать падающий город. Золотые ранги, пытавшиеся помочь, были отброшены, но это не имело значения, так как божественная сила изменила траекторию спуска.

Видя силу, находящуюся под рукой, культист алмазного ранга бежал, что многие воздушные корабли культа уже делали.

Другая священнослужительница, Архиепископ Океана, стала сосудом для силы своего бога и направила море подняться. Столь огромным было количество воды, формирующее поднимающийся столп под опускающимся городом, что уровень моря заметно упал. Город ударил в столп, вызвав взрыв воды, который немедленно отправил дождь, падающий на Ливарос. Водяной столп замедлил спуск падающего города, превратив падение в опускание.

Когда он достиг уровня моря, город все еще был массивным падающим объектом, вытесняя огромное количество воды, чтобы вызвать цунами, но Архиепископ Океана не закончила. Она направила больше божественной силы, останавливая движение великой волны и возвращая ее обратно в море, прежде чем она могла ударить по Ливаросу или устремиться на поиски других берегов.

Упавший и рухнувший город был слишком велик, чтобы быть полностью погруженным, формируя новый остров у побережья Ливароса. Полная катастрофа была предотвращена. Римарос был защищен. Но число погибших среди искателей приключений было опустошительным. Потребуется время, чтобы полностью подсчитать, но королевская семья и их гвардейский контингент были разорены, как и другие искатели приключений, которые сражались за Римарос, вместо того чтобы направиться на север.

Команда Джейсона вышла целой, благодаря их назначенной роли поддержки, поместившей их в относительную безопасность и давшей им много времени для эвакуации и помощи другим сделать то же самое. В тот момент, когда они были уверены, что находятся в безопасности, они нашли тело Тени, которое Джейсон оставил в Ливаросе, чтобы сообщить ему, что они выжили.

КОНЕЦ СВЕТА

КОНЕЦ СВЕТА

Некоторые соседские дети наблюдали с другого берега реки, как Руфус и Джейсон спаррингуют. Раздевшись до простых штанов, они яростно фехтовали, пока даже их выносливости серебряного ранга не пришел конец. Дети наблюдали с восхищением: некоторые пытались подражать им, другие затевали собственные поединки на палках.

Джейсон проигрывал раз за разом, несмотря на все свои достижения. Руфус с самого детства тренировался под руководством того, кого многие считали величайшим фехтовальщиком в мире. При всем практическом опыте Джейсона, ему потребовалось бы больше, чем несколько лет и пара книг навыков, чтобы догнать его. Выбившись из сил, они совершили освежающее погружение в реку.

— Уверен, всё было бы иначе, используй мы свои силы, — заверил Руфус Джейсона.

— Ага, — скептически отозвался Джейсон.

Камера миражей на Ливаросе была закрыта на неопределенный срок. Были места и поважнее, куда можно было направить ресурсы, необходимые для её работы.

Руфус выбрался из воды первым и направился в облачный дом. Джейсон выбирался медленнее, поднял свой меч с травы и, оглядываясь по сторонам, неспешно побрел обратно к дому. Он остановился, заметив кого-то возле другого дома, выше по течению реки.

Эстелла Уорнок стояла снаружи дома, который принадлежал её деду, и бездумно смотрела на него. Джейсон не почувствовал её, так как она была одной из немногих, кто мог оставаться незамеченным для его грозных чувств. Она не утруждала себя вежливым сдерживанием ауры, а вместо этого полностью скрывала её от всех вокруг.

Джейсон послал в её сторону тонкий, поддерживающий усик ауры, и она обернулась. Они обменялись кивками, прежде чем она вошла в дом, который теперь принадлежал ей. Джейсон долго смотрел на дом, пока не вышла Арабель и не встала рядом с ним.

— У нас осталось не так много времени, прежде чем тебе снова нужно будет уходить, — сказала она ему. — Никаких пропусков занятий, помнишь?

Он рассеянно кивнул, продолжая смотреть на дом, который принадлежал Уорвику Уорноку.

— Странно быть в стороне от таких событий, — сказал он.

— В стороне?

— Я не сражался. Я никого не потерял. Это не мое королевство и не мой дом.

— А где твой дом?

— Мой дом — это люди. Все они вернулись в безопасности. Мне сказали, что их не планировали держать вне городских глубин, но, вероятно, это было делом рук Доун. Я так привык быть в центре этих событий и терять из-за них близких. Странно находиться на периферии чужой битвы.

Как и в случае с командой Джейсона, Арабель никогда не отправляли глубже в город, чем на поверхность, из-за её ценной роли целителя. Когда поступил сигнал к эвакуации, она смогла благополучно спастись.

— Возможно, ты и не сражался с культом Строителя, — сказала она ему, — но ты внес свой вклад. Ты снова отнимал жизни, и я знаю, что ты хочешь этого избежать.

— Я знаю, что это неизбежно, учитывая сделанный мной выбор. Выбор, который я сделаю снова.

Он посмотрел на меч в своей руке, сжимая его за середину ножен.

— Может, я мог бы покалечить их этим, вместо того чтобы травить недугами. Бронзовых рангов. Они могли бы прожить достаточно долго, чтобы получить исцеление.

Он покачал головой.

— Милосердие хорошо, когда я могу себе его позволить, — сказал он. — Я не собираюсь рисковать, чтобы спасать таких людей.

— Похоже, ты начинаешь обретать равновесие.

— Может быть. Люди сейчас справляются с гораздо большим, чем я. Такое ощущение, что всё происходит одновременно. У жителей этого королевства даже нет времени на скорбь.

* * * Прошел месяц с тех пор, как события, которые называли по-разному — Войной четырех городов или Однодневной войной, — подошли к концу. Историкам еще предстояло решить, какое название приживется. Королевство Штормов и Общество искателей приключений всё еще пытались приспособиться к новому положению дел. Между битвой за Римарос и сражениями на северо-западе популяция авантюристов понесла огромные потери среди бойцов среднего и высокого ранга. Это включало более трети самых могущественных членов королевской семьи, а королевская гвардия — Гильдия Сапфировая Корона — понесла схожие потери.

Несмотря на сокращение численности, как королевская семья, так и королевская гвардия стали активнее заниматься самой обычной авантюрной работой после битв. Поскольку сокращение их рядов отразилось на всем авантюрном сообществе, Общество искателей приключений с трудом справлялось с требованиями по зачистке монстров. Королевская семья вновь выступила вперед в трудную для королевства минуту.

Во всей деятельности Общества искателей приключений минимальные квоты на выполнение заданий были повышены, а стандарты безопасности снижены. Бронзовые ранги не понесли таких потерь, так как их не допускали к войне. Теперь их команды объединяли в более крупные группы и отправляли на миссии, которые обычно поручались серебряным рангам. Все эти меры приводили к большим потерям, но последствия бездействия были бы хуже. Уже поступали сообщения о том, что крепостные города захлестывают волны монстров, поскольку темпы их зачистки упали.

Джейсон и его союзники не были исключением в плане возросшей активности. С момента битвы их загоняли до изнеможения, но они держались лучше многих. Их опыт проведения месяцев в астральном пространстве в непрерывном потоке сражений, еще когда они были железного и бронзового ранга, подготовил их ментально лучше, чем большинство, к бесконечной череде контрактов.

Для многих авантюристов Римароса нынешний климат был крайне неподходящим. Авантюрный этос Римароса основывался на превращении ситуаций в наилучшие сценарии, используя многочисленное население авантюристов и специализированные команды для подбора нужной группы для нужной работы. В нынешних обстоятельствах это была редкая роскошь. Хотя это и делалось там, где было возможно, работ было слишком много, а авантюристов не хватало. Многие команды потеряли участников и были вынуждены объединяться, как могли.

Многие молодые серебряные ранги Римароса не привыкли действовать без поддержки высоких рангов. Гильдейские силы, еще не прошедшие должную закалку, проявляли себя как тепличные цветы, особенно на бронзовом и начальном серебряном уровне, сокращая разрыв между гильдейскими и внегильдейскими авантюристами. У них, возможно, не было такой глубины подготовки, как у их коллег из гильдии, но для большинства из них это был не первый вкус отчаяния. Их менталитет держался гораздо лучше в неблагоприятных условиях.

Хорошей новостью во всем этом хаосе было то, что, хотя авантюристы Королевства Штормов пережили свой самый темный час, они выстояли и победили. Авантюристы низких рангов и население в целом были почти полностью защищены от битв со Строителем. Регион вокруг города на колесах был выжжен до состояния пустыни и покрыт расплавленным металлом и камнем, но это была по большей части пустая пустыня. Ближайшие города были эвакуированы еще до того, как город на колесах проехал прямо через них, что позволило сохранить низкий уровень жертв. Это привело к большому количеству беженцев, но это была территория королевства на севере, что избавило Королевство Штормов от необходимости иметь с ними дело.

Что касается двух других городов, город-кракен из конструктов затонул, опустившись на дно океана после самой прямолинейной из битв за города. А с летающим городом, упавшим с неба, вмешательство богов сумело защитить Ливарос. Максимум, что произошло, — это незначительные прибрежные наводнения на островах Прово и Арнот, а также на южном побережье. Пользователи эссенции воды и Архиепископ Океана полностью защитили Ливарос. Летающий город теперь представлял собой каменистый остров к юго-западу от Ливароса, упавший на относительно мелководье.

Джейсон не знал многих авантюристов Римароса, но, тем не менее, просматривал списки потерь по мере их появления, как и большинство авантюристов. Тот юноша, которому предстояло стать Тадвиком, с которым Джейсон столкнулся во время своего первого контракта на снабжение, погиб. Хотя у Джейсона не было подробностей, ему нравилось представлять, что молодой авантюрист пал героически, в отличие от своего коллеги из Гринстоуна.

Не было сомнений, что Ледев и Веспер погибли, спасая город. Джени Кавалоа также погибла, сражаясь бок о бок с Веспером. Возможно, она и не хотела снова работать с Джейсоном после их совместной экспедиции, но Джейсон очень её уважал. Он не мог отделаться от мысли, что его собственные жертвы кажутся пустыми в сравнении, учитывая, что он продолжал возвращаться после них. Мировой Феникс не отпустил бы Джейсона, пока не закончил с ним, и именно поэтому он оказался в безопасности на Арноте, в то время как остальное королевство сражалось за свои жизни.

* * * — Это кажется немного странным, — сказал Джейсон Арабель, когда они сидели внутри облачного дома. — Я привык быть в центре этих событий. Привык быть тем, кто борется и жертвует. Я так много жаловался на это, но теперь, когда я на периферии, это кажется неправильным. Я не хочу быть частью этого, но в то же время я расстроен тем, что не участвую. Я лгу себе? Я какой-то наркоман, подсевший на несчастья?

— Ты не подсел на страдания, Джейсон. Ты привык влиять на дела такого масштаба, в которые даже не должен быть вовлечен. Твое разочарование — от ощущения нехватки контроля.

— У меня никогда нет контроля. Я всегда танцую под чужую дудку. Всегда слишком слаб; всегда отчаянно использую чужую силу, чтобы просто выжить на пути, на который меня поставил кто-то другой.

— Я не верю в это, — сказала Арабель. — И ты тоже.

— Прошу прощения?

— Ты всё это время делал выбор. Ты и Фарра рассказывали мне о Земле. Ты выбирал вмешаться, раз за разом. Никто не заставлял тебя работать с людьми, которые предавали тебя снова и снова. Ты решил сделать это из-за того, что случилось бы с невинными людьми, если бы ты этого не сделал.

— Если выбор стоит между тем, чтобы позволить людям умереть, и работой с людьми, которые никуда не годятся, — это не выбор.

— Да, Джейсон, это выбор. Просто неприятный. И несмотря на то, что тебя не допустили к битве, твое влияние было неоспоримо ощутимо. Именно твое вмешательство убедило Доун действовать, и ты привлек Трэвиса, чтобы создать оружие, уничтожившее летающий город. Ты сыграл решающую роль в падении двух из этих городов.

— Используя силу других людей, — сказал он. — Снова.

Арабель грустно и устало улыбнулась ему.

— Джейсон, нам предстоит долгий путь, тебе и мне. Очень долгий путь.

* * * Джейсон не проводил на Ливаросе больше времени, чем было необходимо, просто принимая и сдавая контракты. События сделали его положение в политике Римароса довольно бессмысленным. Любого, кто пытался играть в политические игры в данный момент, Сорамир немедленно и жестоко осаживал. Даже если бы он этого не делал, семья Ириос значительно активизировалась во время обороны Римароса. Многие из их членов сражались и погибли, а их оборонительная инфраструктура сыграла решающую роль. Мелкие игры молодых людей и браки больше не имели значения.

То немногое свободное время, что было у Джейсона, он тратил на тренировки или работу с Арабель, начиная долгий путь к тому, чтобы привести свои мысли в порядок. Большую часть времени на тренировках он работал над фехтованием с Руфусом, который хвалил прогресс Джейсона, продолжая при этом раз за разом побеждать его.

В Море Штормов остались лишь остатки культа Строителя, и одним из самых регулярных контрактов, которые получала команда Джейсона, было их выкорчевывание везде, где их находили. В случае, если они сталкивались с заводным королем или другим миньоном золотого ранга, они обычно делали это в компании Лиары или Кила из отряда реагирования на Строителя.

Несмотря на эту задачу, культ Строителя практически исчез из региона. Того же нельзя было сказать об остальном мире, поскольку приходили новости о других битвах с ужасными крепостями Строителя. Результаты никогда не были хорошими; победа доставалась дорогой ценой, а поражение приносило катастрофические бедствия. Поступали истории об уничтожении крупных городов, оставляя астральные пространства региона готовыми к захвату. Это приводило к еще большим разрушениям, когда эти астральные пространства вырывались из мира.

Во всем этом разрушении и хаосе было лишь несколько небольших утешений. Одно из них заключалось в том, что при нынешнем состоянии мембраны измерений мира потеря астральных пространств была менее разрушительной, чем в прошлом. Поскольку барьер измерений был уже ослаблен и поврежден, удаление астральных пространств не создавало такого же уровня пространственных возмущений.

Другой хорошей новостью было то, что культ Строителя был вынужден принять те же ограничения, что и все остальные. Тот же низкий уровень магии в Гринстоуне, который не давал облачному кораблю Эмира летать, ограничивал силу и других вещей. Крепости-города в Море Штормов упали бы с неба, затонули в океане или даже рухнули под собственным весом в Гринстоуне. Каждый регион сталкивался только с силой, соразмерной той, что уже была там, что делало культ Строителя вызовом, но таким, с которым можно было справиться на всех фронтах. Они не всегда преуспевали в том, чтобы остановить амбиции Строителя, но чаще, чем нет, им это удавалось.

Даже по сравнению с другими зонами высокой магии, успешное отражение Королевством Штормов трех городов одновременно было выдающимся достижением. Их успех воодушевил другие страны по всему миру, восстанавливая моральный дух, который постоянно подтачивался. Если бы один из великих авантюрных городов мира пал, новости могли бы легко привести к опасному краху морального духа, который подпитывал успехи культа Строителя.

Через месяц после того, как города Строителя в Королевстве Штормов были уничтожены, дела начали приходить в некое подобие предварительного порядка. Массовые поминальные службы проходили регулярно; павшие заслуживали большего, чем быть отправленными в утиль оптом, но времени на что-то большее не было. В зале заданий авантюристы входили и выходили, хватая свежие контракты, как только сдавали только что выполненный. Старые предубеждения между гильдейскими и внегильдейскими авантюристами отпали в суматохе, вызванной необходимостью справляться с наплывом монстров. Гильдейский элитизм отошел на второй план, поскольку нужда и недостатки тренировок только в зонах высокой магии подчеркнули важность опыта.

Именно эти недостатки семья Геллер понимала веками; именно по этой причине они сохраняли Гринстоун в качестве своей семейной резиденции, даже когда их власть и влияние распространялись по всему миру, из поколения в поколение. Руфус осознал это и потратил большую часть последних нескольких лет, работая над внедрением этой практики в академическое учреждение своей семьи.

Ходили истории о людях, которые проявляли себя, о ранее неизвестных личностях, которые блистали, в то время как молодые авантюристы, хваставшиеся своим потенциалом, ломались под давлением. Это вызывало проблемы как в высших, так и в низших слоях общества. В высших эшелонах некоторые отпрыски знати не справлялись, несмотря на годы тренировок и бесчисленные ресурсы, вложенные в них. Большинство аристократических семей были достаточно мудры, чтобы отмахнуться от проблемы и незаметно работать над тем, чтобы дать своим молодым людям опыт, необходимый для реализации их потенциала. Семья Геллер в Римаросе тихо дала понять, что поможет в этом отношении.

Некоторые дома, однако, выбрали другой путь. В спешке очистить то, что они считали пятнами на своей гордости, они делали смелые, недальновидные шаги. Некоторые изгоняли молодых людей, как ящерицы, отбрасывающие хвосты, в то время как другие устраивали упреждающие политические очернения, чтобы сохранить ту самую репутацию, которую их действия порочили.

Небольшое меньшинство аристократических домов, принявших такие решения, были в основном второстепенными, запаниковавшими, когда их относительно ограниченные базы власти пострадали от Однодневной войны и её последствий. Боясь потерять свое влияние при королевском дворе, они предпринимали шаги, которые лишь лишали их этого влияния, поскольку другие дома и королевская семья обрушивались на них, как молот.

Титулы отбирались, а активы конфисковались у любой семьи, которая слишком открыто бросала вызов указу королевской семьи о том, что политика должна быть отложена на время текущего кризиса. Всегда находились те, кто думал, что правила к ним не относятся, или что они слишком умны, чтобы попасться на своих амбициях. В случае с одной второстепенной семьей, весь их небесный остров был конфискован королевской семьей. Аристократический дом в вопросе устраивал протесты, пока Сорамир и Зила Римарос лично не прибыли на остров, не прорвались через оборону и не выбросили всех, кто мог выжить, прямо с края острова. Остальные члены семьи поспешно отбыли.

Авантюристы, ярко блиставшие в темные дни, приветствовались в гильдиях, жаждущих пополнить свои ряды и добавить опытных авантюристов в свой список. Семьи, чьи члены проявили себя в битве или её последствиях, будь то в качестве авантюристов или через более логистический вклад, были возведены в статус мелкого дворянства.

В нижней части социального спектра были те, кто видел это и рассматривал текущие условия как отличный шанс продвинуться в мире. Хотя большинство понимало, что те, кого признают, добиваются этого искренними усилиями, многие не могли видеть дальше эгоистичных амбиций или того, что старые порядки меняются.

Как и в случае с дворянскими семьями, которые выстрелили себе в ногу, многие не смогли увидеть, что в авантюрных и аристократических кругах общества Римароса происходил фундаментальный сдвиг. Они придерживались старых способов закулисной торговли влиянием и тратили больше усилий на то, чтобы казаться полезными, чем на реальную работу. Они пытались продвинуться, стягивая других вниз, сея недоверие в то время, когда единство было критически важным. Королевская семья делала всё возможное, чтобы искоренить это, но, будучи менее заметными, низшие и амбициозные были труднее для обнаружения и идентификации.

* * * — Как скоро ты снова отправишься на контракт? — спросила Арабель Джейсона.

— Мы отправляемся сегодня вечером, — сказал ей Джейсон, глядя из окна облачного дома на солнце раннего дня.

— Недолгий отдых. Ты вернулся только сегодня утром. Ты даже не проведешь ночь дома.

— Осталось не так много культа Строителя, чтобы подчищать, — сказал Джейсон. — Мы получаем много миссий по подкреплению крепостных городов, теперь, когда у меня есть многие из них в качестве пунктов назначения порталов. Полагаю, они и тебя загрузили работой.

— Да. Поскольку приходится идти на большие риски, потребность в целителях возросла соразмерно. Это не оправдание, чтобы избегать этих сеансов.

— В некотором роде, это так.

— У нас есть остаток дня, тогда.

— Весь день? Арабель, мне тоже нужны отдых и расслабление, знаешь ли.

— Только немного дольше, тогда, но это должно быть о том, к чему я хочу вернуться.

— О чем? — настороженно спросил Джейсон.

— Ты сказал мне, что твоя семья оставалась в облачном доме после того, как ты потерял контроль над своей аурой во время кошмара-флешбэка.

— Это старые новости, — сказал Джейсон. — Они вернулись на Землю.

— Они когда-нибудь возвращались в твое хранилище духа после этого?

— Для этого нужно доверие, — сказал Джейсон. — Мы просто… мы больше никогда об этом не говорили. Мы все знали, что они больше не смогут войти.

— Как ты себя чувствовал из-за этого?

— Одиноким. Именно тогда я понял, что они не вернутся со мной. Потребовалось больше времени, чтобы признаться в этом самому себе, но именно тогда я понял.

— А как насчет твоей команды? — спросила Арабель.

— Что насчет них?

— Они входили в твое хранилище духа?

— Я не рассказывал им об этом.

— Почему нет?

— Ты знаешь, почему нет.

— Скажи мне.

— Ты заставишь меня сказать это?

— Некоторые вещи нужно пройти, чтобы добраться до другой стороны, Джейсон.

Он встал и заходил по комнате. Арабель оставалась сидеть, терпеливо ожидая. Не раз он останавливался, чтобы сердито посмотреть на неё, прежде чем возобновить свою злую ходьбу. Наконец, он прислонился к стене, упираясь в неё обеими руками, глядя в окно.

— Джейсон, — сказала Арабель.

— Потому что если они не могут войти, со мной покончено! — крикнул Джейсон, поворачиваясь к ней. — Если после всего, через что я прошел, чтобы добраться сюда, они не могут мне доверять, у меня ничего не останется. Ничего, к чему стремиться, и ничего, куда возвращаться. Это то, что ты хочешь услышать?

— Да, — спокойно сказала Арабель. — Этот страх — то, что мешает тебе двигаться вперед. Но ты уже знаешь это.

— Ты говоришь, что я должен это сделать?

— Джейсон, тебе нужно понять, что просто потому, что что-то обстоит так в любой данный момент, это не значит, что так будет вечно. Насколько я понимаю, твое хранилище духа требует глубокого и безоговорочного доверия к тебе, прежде чем кто-то сможет войти.

— Да.

— Тогда ты действительно считаешь странным, что у твоей команды могут быть некоторые сомнения насчет того, что ты вернулся с того света таким другим, чем был раньше? То доверие, которое у вас когда-то было, строилось со временем. Укреплялось в огне, как горшок в печи. Если у них нет этого полного и абсолютного доверия сегодня, тебе нужно понять, что это не конец. У тебя есть время и шанс построить это доверие снова. Так что, да, я говорю, что ты должен рассказать им о своем хранилище духа и впустить их. Тебе не обязательно рассказывать им о компоненте доверия. Ты можешь посмотреть, как всё пойдет.

— Ты думаешь, это так просто?

— Нет. Но ты находишься в месте, где тебе нужно столкнуться с тем, что является, по твоему мнению, наихудшим возможным исходом, прежде чем ты сможешь увидеть, что это не конец света и у тебя есть путь вперед. Ты столкнулся с буквальным концом света, Джейсон. Ты собираешься позволить метафорическому остановить тебя?

* * * — Значит, это не портал, — сказал Нил. — Это персональное хранилище, за исключением того, что люди могут туда входить?

— Что-то вроде того, — сказал Джейсон.

Джейсон и его команда, вместе с Руфусом, Гэри и Фаррой, стояли в зале с водопадом, глядя на портальную арку. Руфус посмотрел на Джейсона, который казался нормальным и беззаботным, но увидел, что Фарра наблюдает за ним с беспокойством. Он знал, что есть что-то насчет арки, чего они не говорили остальным.

Клайв был самым нетерпеливым, любопытство побудило его первым исчезнуть в портале. Гэри быстро последовал за ним. Фарра кивнула Руфусу, и он последовал её примеру. Хамфри был следующим, Софи прямо по пятам за ним. Белинда последовала сразу за ними, внутреннее напряжение Джейсона немного ослабло. Белинда была той, в ком он не был уверен, но это оставило только Фарру и Нила. Нил пожал плечами, откусил от своего сэндвича и прошел через портал.

Оставшись наедине с Фаррой, Джейсон пошатнулся, словно струна, натянутая внутри него, внезапно ослабла. Фарра одарила его ухмылкой и заключила в объятия. Слезы, которые магическое тело Джейсона не должно было быть способно пролить, выступили у него на глазах. Фарра почти поддерживала его, когда Нил вернулся из портала.

— Вы двое идете или…

Он увидел, как они обнимают друг друга.

— Ха, я так и знал. Линди, ты должна мне… о, она, наверное, меня не слышит.

Нил повернулся, чтобы вернуться через арку, когда Джейсон бросился к нему и заключил в огромные объятия.

— Э-э......?

ОТРЯД ЧУДАКОВ

ОТРЯД ЧУДАКОВ

Королевство Штормов располагалось преимущественно в пределах Моря Штормов, занимая пространство между северным и южным континентами. Территория королевства включала прибрежные регионы этих континентов, а также всю полосу суши, соединявшую их. Эта полоса земли составляла западную границу, в то время как на востоке простирался открытый океан.

Северный континент был малонаселен, что сильно отличалось от аналогичного региона в родном мире Джейсона. Болота Луизианы и водно-болотные угодья Флориды здесь отсутствовали, уступая место каменистым пустошам, сухим, как старые кости.

Исключение составляли небольшие магические карманы, привязанные к строго определенным местам. Джейсон уже сталкивался с подобными примерами, поскольку именно они часто становились местами расположения городов-крепостей. Используя местные магические условия, крепость могла обеспечить эффективную и мощную оборону. Однажды Джейсон доставлял припасы в город-крепость, расположенный в ущелье, где дули магические очищающие ветры. Крепость использовала эти ветры для создания мощных воздушных клинков, которые в противном случае быстро истощили бы магические резервы города.

Использование таких магических карманов было специализацией семьи Ириос, что делало этот дворянский дом критически важным во время нашествия монстров. Джейсон был недоволен тем, что его втянули в разборки между семьей Ириос и королевской семьей, причем на этот раз — не по его собственной вине.

Джейсон был рад выбраться из столицы, Римароса, и отправиться в экспедицию к засушливому северному побережью. Среди бесплодных скал один из многочисленных каньонов в этом районе был неожиданно заполнен густыми джунглями — благодаря магическому карману. Как и в других регионах королевства, дно каньона представляло собой плотную стену зелени, а воздух был настолько влажным, что над пологом леса висела густая дымка.

Горячий влажный воздух исчезал, как только достигал устья каньона или поднимался над его краями. Именно там магический карман заканчивался, и засушливые окрестности вновь заявляли о своих правах. Пышная зелень обрывалась, четко обозначая границы магической среды внутри каньона.

Команда искателей приключений Джейсона, за исключением его самого, стояла у входа в каньон. В этом районе находились еще две команды, отправленные сюда для зачистки нескольких очагов скопления монстров.

Прежде чем в одиночку отправиться в джунгли каньона, Джейсон отметил, что тот очень похож на сады поместья Вейн. Там пышная зелень точно так же резко граничила с пустыней — это был один из первых примеров масштабной магии, с которым он столкнулся. Но то была искусственная ситуация, а здесь — природный магический феномен.

Команда Джейсона бездельничала, болтая и поглядывая на джунгли. Белинда наколдовала зонтик для себя и Софи, предложив место Хамфри, но тот стоял на страже под солнцем — его здравый смысл уступил место чувству долга. Клайв с радостью занял предложенное место, не заботясь о том, что стал вторым выбором. Нил довольно застонал, выливая на голову воду из фляги. Его серебряный ранг защищал его от жары пустыни, но это не делало ее приятной.

Эта команда была одной из трех групп, действующих в непосредственной близости в рамках масштабного контракта по уничтожению монстров. Подобные операции по зачистке стали более распространенными после ужасающих потерь в битвах со Строителем. За недели, прошедшие после тех сражений, сокращение числа искателей приключений и усилия по восстановлению привели к тому, что слишком многие места остались без патрулирования. Силы Строителя, возможно, и покинули Море Штормов, но нашествие монстров продолжалось с прежней силой.

Приближался большой ковер-самолет, доставивший две другие команды после зачистки окрестностей. Одна команда была небольшой: Фарра, Гэри и Руфус. Другой была местная гильдейская команда, с которой они работали. Ковер остановился рядом с Хамфри и остальными, зависнув над землей, чтобы пассажиры могли сойти.

— Что вы делаете? — спросил Руфус Хамфри. — Где Джейсон?

Хамфри кивнул в сторону заполненного джунглями каньона.

— Вся эта область кишит лианами-пожирателями света, а теперь там еще и породились теневые ракеллы, — сказал Хамфри. — Судя по всему, большая стая. Мы ждем, когда они выйдут.

Лидером другой команды была женщина по имени Розали Пересда, которая озвучила недоумение, вызванное объяснением Хамфри. Они все изучали монстров, которые обычно появлялись в Королевстве Штормов, и знали их повадки.

— С чего бы им выходить? — спросила она. — Теневые ракеллы умны, хитры и процветают в тени. С чего вы взяли, что они выйдут и будут сражаться?

— Потому что в темноте есть вещи похуже монстров, — зловеще произнес Нил. — Вы даже не представляете, какие ужасы там творятся, даже сейчас. От одной мысли об этом меня бросает в дрожь. В этот самый момент те бедные монстры, вероятно, слушают историю о летающей карете с вращающимися лезвиями, которая к тому же каким-то образом является воздушным элементалем в форме волка. Это не имеет никакого смысла.

— Я бы не назвала это точным описанием «Воздушного волка», — сказала Фарра.

— Это так утомительно, — простонал Нил.

— А вот это я бы назвала точным описанием, — признала Фарра.

— Не будь врединой, — упрекнул Хамфри.

— Тебе легко говорить, — сказала Софи. — Ты ушел на собрание лидеров команд и тебе не пришлось слушать про говорящую карету и человека в кожаной куртке. Кто-нибудь вообще понял, что такое «Хофф»?

Остальные члены команды покачали головами.

— Что у Джейсона за мания с историями о волшебных каретах? — спросила Белинда.

— На самом деле это не волшебные... — начала Фарра, прежде чем умолкнуть. — Почему я вообще пытаюсь объяснить «Рыцаря дорог»? Я провела слишком много времени с Джейсоном и его сестрой.

Над джунглями с неба ударил луч великолепного света, смешивающий золото, серебро и синюю трансцендентную мощь.

— Полагаю, это сигнал, — сказала Белинда.

— Скоро они появятся, — сказал Хамфри гильдейской команде, прибывшей с Руфусом. — Мы будем признательны за помощь, раз уж вы здесь.

— Конечно, — ответила Розали. — Вы, универсалы, увидите, как это делают настоящие искатели приключений.

— Мы это ценим, — любезно сказал Руфус. — Всегда полезно посмотреть, как хорошо все может пройти, если ничего не пойдет не так, и никто не погибнет из-за того, что они слишком узко специализированы и у них больше нет защитника золотого ранга.

— О, вот как? — с усмешкой сказала Розали. — Смотрите и учитесь, Ремор.

Хамфри покачал головой, будучи знакомым с дружеским соперничеством между подходами к приключениям в Витессе и Римаросе.

— У каждого есть свой вклад, — дипломатично сказал он. — Нам всем просто нужно делать все возможное, независимо от нашего подхода.

Все три команды устремили взгляды на джунгли. Все они были серебряного ранга, но скрытных монстров не было ни слышно, ни видно, пока они не хлынули из устья каньона. Они неслись потоком, черношерстные существа устилали красную землю. Ракеллы напоминали шестиногих пантер, но были меньше, размером со среднюю собаку. Они двигались с быстрой и бесшумной грацией, устремившись к линии искателей приключений.

Команды перешли к действиям, высвобождая силы, которые накрыли монстров, словно приливная волна. Мощь серебряных рангов в последнее время была затенена конфликтами золотого и алмазного уровней вокруг войны со Строителем, но теперь три элитные команды продемонстрировали, насколько они могут быть сильны.

Первое, с чем столкнулись монстры, были ловушки, уже расставленные Клайвом и Белиндой. Взрывы разбросали в воздухе куски разбитого камня и ошметки плоти. Тем, кто добрался до команд, пришлось не лучше — их накрыли потоки магической энергии.

Фарра взмахнула своим обсидиановым мечом, который распался на сегменты, соединенные потоком лавы. Превратившись в цепной хлыст из рваного, острого как бритва камня и палящего жара, он оставлял кровавое, дымящееся месиво из каждого существа, которое разрывал в клочья.

Члены гильдейской команды специализировались на атаках по площади, именно поэтому их выбрали в качестве центрального звена экспедиции по зачистке. Что бы ни говорил Руфус, никто не питал иллюзий по поводу конкуренции с магическими бомбардировками, проводимыми Розали и ее командой. Атакующие дальнего боя, такие как Клайв, стреляли из тыла, в то время как Фарра и Руфус использовали атаки средней дальности, чтобы оставаться вне зоны поражения.

Те, кто был больше ориентирован на ближний бой, даже не стали вмешиваться, опасаясь попасть под море разрушительной мощи. Их роль заключалась в том, чтобы добить тех немногих, кому удалось прорваться через зону поражения у входа в каньон, а таких было немного.

Ракеллы идеально подходили для среды джунглей: маленькие, быстрые и скрытные, их особые способности позволяли максимально использовать тенистые закоулки. Но по стандартам серебряного ранга они были мелкими и хрупкими, плохо приспособленными к прямому столкновению. Выход из каньона на бесплодную каменистую почву и открытое пространство был худшим условием, с которым они могли столкнуться, и искатели приключений воспользовались этим сполна.

Несмотря на условия, ракеллы продолжали вываливаться из джунглей. Со временем монстры стали выглядеть все более жалкими, еще до встречи с искателями приключений. Их тела были слабыми, медлительными и покрытыми уродливой гнилью. Все больше существ выбиралось из джунглей в ужасном состоянии, некоторые светились изнутри, когда трансцендентный свет пожирал их изнутри.

Все более измученные существа вырывались из джунглей прямо в мясорубку серебряных искателей приключений, которые в кратчайшие сроки перебили ракелл. После этой односторонней бойни Розали с недоумением оглядела поле сражения.

— Зачем им выбегать, чтобы вот так умереть? — спросила она. — Единственный раз, когда я видела, чтобы монстры вели себя так, это когда они спасались от монстров похуже. От таких, при встрече с которыми они предпочтут броситься в объятия смерти, чем противостоять им.

Из джунглей вышел человек в яркой рубашке с цветочным принтом, бежевых шортах и сандалиях. Он нес длинную тонкую ветку дерева, которая причудливо перекрутилась.

— Эй, ребята! — окликнул Джейсон. — Я нашел палку, похожую на очки великана. Великаны делают очки из больших палок?

— У нас здесь нет очков, — крикнула в ответ Фарра. — Любой, кто может себе их позволить, может позволить себе магию.

* * * Команда Розали летела на своем ковре-самолете чуть выше уровня земли, пролетая над плоским пустынным ландшафтом. Без Руфуса, Гэри и Фарры, занимавших место, они расположились с комфортом, а магия ковра защищала их от порывов ветра. Команды Джейсона и Фарры ехали в паре больших черных наземных глайдеров. Розали то и дело бросала взгляды на Джейсона, который эмоционально жестикулировал, рассказывая что-то своей команде, отчего те закатывали глаза.

Команда слышала разные слухи об этом человеке, но он казался просто еще одним членом того, что быстро становилось известным как отряд чудаков Хамфри Геллера. Геллеры были известны тем, что собирали вокруг себя сильные группы, но «Команда Бисквит» создавала себе репутацию сборища странностей. Только сам Геллер казался нормальным. Там была пара воров, саркастичный и мускулистый целитель и исследователь магии, известный своей ненавистью к Магическому обществу.

Что касается последнего участника, Асано, то о нем ходили самые разные слухи. При знакомстве с другими командами, назначенными в экспедицию, он оказался в центре множества противоречивых историй. Когда правда и слухи так перемешаны, Розали предпочитала отложить суждения и составить собственное мнение. Она была уверена, что с Геллером во главе команды они, по крайней мере, не будут совсем безнадежны.

Строго говоря, она еще не видела Асано в деле. Он действовал скрытно, занимаясь разведкой или выгоняя монстров. Не одна группа монстров без колебаний бросалась на катастрофические силы ее команды, лишь бы не возвращаться в его сторону. Она задавалась вопросом, что он сделал, чтобы так сильно напугать монстров. Она знала, что он использует проклятия, но даже самые мучительные из них не вызвали бы такого ужаса.

Джейсон чувствовал внимание другой команды к себе через их ауры, но не обращал на это внимания, догадываясь о причинах их интереса. У него были ответы, которые они искали, но не было желания ими делиться. Его способности сущности, хотя и весьма внушительные, когда их эффекты начинали проявляться, были недостаточны, чтобы внушить монстрам тот страх, который поразил ракелл. Секрет этого крылся в одном из многих элементов его сложной ауры, которую он обычно держал под замком.

Название: [Убийца Великанов]

* Победа над гораздо более сильным врагом оставила на вас неизгладимый след, который могут почувствовать другие. Это может вызвать реакцию страха у неразумных и слабовольных существ, если ваша аура значительно сильнее их собственной. Тот факт, что ваш реальный ранг ниже их, не уменьшает этот эффект.

Аура Джейсона была самым сильным оружием в его арсенале. Это была не только его самая мощная способность, но и та, с которой он управлялся лучше всего. Кроме того, возможно, она была самой универсальной. Способность сущности, усиливавшая его ауру, была лишь началом того, чего он мог с ее помощью достичь. То, что Джейсон мог делать со своей аурой, было воплощением того, чему Руфус учил его с самого начала: опыт важнее изолированных тренировок. Техники ауры Джейсона выходили далеко за рамки того, что когда-либо говорила ему об этом системная подсказка.

Норет, временами союзник, временами враг Джейсона, однажды посоветовал ему сделать ауру центральным элементом своего арсенала искателя приключений. Хотя он никогда не доверял Норету, он верил, что общие намерения бывшего фамильяра были благими. Однако этот человек сбился с пути, принося в жертву миллионы жизней ради достижения того, что он считал необходимым. Решимость принять такое мрачное решение была тем, чего Джейсон боялся в самом себе, видя в Норете еще одного врага, в котором он узнавал собственное отражение.

В списке врагов Джейсона были существа, чья природа выходила за рамки его понимания. Как далеко он готов зайти, чтобы остановить их козни? Джейсон извлек важные уроки в зонах трансформации на Земле, где он использовал силу, значительно превосходящую его собственную, чтобы совершить невозможное. Он понимал, что лучшее, что он может сделать против космических сил, — это найти точку опоры и применить ту малую силу, что у него была. Если дойдет до крайности, примет ли он те же решения, что и Норет, если это потребуется, чтобы остановить бога или великую астральную сущность?

Джейсон покачал головой, чтобы прогнать мысли, заметив обеспокоенные взгляды своих спутников, когда он снова погрузился в мрачные раздумья. Теперь он вернулся в мир магии и силы. Он не питал иллюзий, что покончил со Строителем или приспешниками Чистоты, но общая картина — это забота королей и обладателей алмазного ранга. Джейсон сделал свою часть работы, и это больше не его битва. Он повторял это себе снова и снова, надеясь, что в конце концов поверит в это.

Отбросив эти мысли, он ухмыльнулся, наблюдая, как мимо проносится пустынный пейзаж. Он чувствовал себя так, словно мчался на спидере по Татуину, и впервые за долгое время ощутил чистую радость жизни искателя приключений.

ГРУДА ТРЕВОЖНЫХ ВЕЩЕЙ

ГРУДА ТРЕВОЖНЫХ ВЕЩЕЙ

Город-крепость представлял собой трагическое зрелище. Ворота уцелели, но высокие каменные стены были покрыты глубокими бороздами, оставленными монстрами, которые карабкались по ним. Как только магический купол над стенами пал, монстры хлынули внутрь, превратив безопасное убежище в мясорубку. Внутри города-крепости здания из прочного пустынного камня были наполовину разрушены, а кровь рисовала жуткие фрески на бледно-желтой кирпичной кладке.

Группа из трех отрядов искателей приключений под началом Джейсона обыскала разрушенный город-крепость в поисках выживших, но не обнаружила ни одной живой ауры. Было трудно хоть что-то почувствовать из-за пелены смерти, оставленной таким количеством душ, покинувших свои тела одномоментно. Мрачная задача проверять мертвых в поисках выживших легла на плечи целителей. Их было двое: Нил и Паола из местного гильдейского отряда. Столь огромное количество смертей могло заглушить живую ауру человека ранга «обычный», который мог быть едва жив. Их способности восприятия, ориентированные на исцеление, справлялись с поиском выживших лучше, чем у большинства. Они также взяли с собой Джейсона, обладавшего самым сильным чувством ауры среди всех трех отрядов. В маловероятном случае, если бы остались выжившие, которых монстры не успели добить до того, как ушли, у этого трио было больше всего шансов их найти.

Большинство погибших собрали в городских общежитиях. Толстые стены какое-то время держались, но в конце концов монстры выломали двери и пробили тяжелый кирпич, чтобы пробраться внутрь. Для Джейсона и целителей разбор тел стал кропотливой и жуткой работой. Однако их усилия окупились, когда они нашли единственного выжившего.

Это был молодой человек на грани смерти; Джейсон едва уловил его угасающую ауру среди трупов, а целители использовали свое восприятие, чтобы найти единственное живое тело, погребенное под множеством мертвых. Нил и Паола провели мощный ритуал, который вытащил мужчину с того света, но оставил его в коме. Вливание такого количества целительной магии в тело обычного человека было почти так же опасно, как и раны, которые эта магия исцеляла.

Нил и Паола успешно вытащили мужчину с края гибели, не перегрузив его организм, но он оставался без сознания часами, а возможно, и днями. Джейсон видел подобные сроки восстановления у людей, из чьих тел извлекали звездные семена.

Когда члены трех отрядов закончили обыск в своих зонах, они вновь собрались на городской площади — одном из немногих открытых пространств в городе-крепости, где место было на вес золота. Поскольку их пострадавший пациент был пристегнут к плавающим носилкам, которые обычно носили с собой целители, Джейсон, Нил и Паола ожидали, что будут последними. Но это оказалось не так — Белинда, Фарра и Клайв все еще отсутствовали. Джейсон чувствовал их ауры, считывая любопытство и беспокойство в их эмоциях, но не страх. Как и все искатели приключений, они подавляли ужас, который испытывали в городе мертвых, чтобы не расклеиться, пока вокруг сохранялась потенциальная опасность. Поскольку Белинда, Клайв и Фарра не проявляли признаков беды, группа, ожидая их, обсуждала результаты своих поисков.

— У нас проблема, — сказал Нил после того, как объяснил детали состояния пациента, находящегося без сознания. Никто больше не нашел никого в ходе поисков, но даже один спасенный после такой бойни был победой.

— Мы больше никого не нашли, — сказала Паола, — но каждый труп, обнаруженный нами в общежитиях, был ранга «обычный». Возможно, среди них были те, у кого имелась одна или две эссенции, но ни у кого не было полного набора эссенций, необходимого для повышения до железного ранга.

Разницу в физиологии обычного человека и пользователя эссенций легко заметить на средних и высоких рангах, но она менее выражена у низких рангов. Как целители, Нил и Паола обладали навыками, силами и опытом, чтобы надежно определять эту разницу, что было одной из причин, по которой их отправили в общежития.

— Некоторые серебряные ранги могли развеяться радужным дымом, — предположил один из членов отряда Розали.

— Не у всех тела такие, как у нас, — ответил Нил. — Правильные тренировки ускоряют процесс превращения тела в более магическое, но большинство пользователей эссенций здесь были гражданскими. Даже серебряные ранги были просто пользователями ядер без подготовки искателей приключений. Мало кто из них, если вообще кто-то, мог полностью раствориться.

— Трупы разбросаны по всей крепости, — сказал Руфус. — Вы проверяли только скопления тел. Любые пользователи эссенций, скорее всего, погибли, пытаясь дать отпор монстрам, а не прячась вместе с обычными людьми, так что они, вероятно, среди одиночных тел.

— Мы подумали о том же, — сказала Паола. — Мы провели проверку за пределами общежитий и нашли пару, под чем я подразумеваю ровно двоих. Их должно было быть больше, пусть даже это были гражданские железного ранга с силами фермеров или животноводов.

Джейсон разочарованно вздохнул.

— Если только где-то не собрано гораздо больше трупов, их нет в крепости. Мертвые или живые, я бы заметил группу пользователей эссенций, если только они не находятся за чем-то, что блокирует чувство ауры. А если что-то блокировало чувства, я должен был заметить «мертвую зону».

— Но это еще не самое худшее, — добавил Нил. — Двух пользователей эссенций, которых мы нашли, мы осмотрели внимательно. Мы хотели узнать, сможем ли найти какие-то зацепки о том, что случилось с остальными. На первый взгляд казалось, что их убили монстры, но очевидные раны были нанесены уже после смерти. Мы думаем, что кто-то изуродовал их трупы, чтобы скрыть то, что убило их на самом деле.

— Зачем? — спросил Хамфри.

— Мы подумали о некроманте, — сказала Паола. — Кто-то мог прийти после того, как прошли монстры, убить всех выживших и забрать тела пользователей эссенций. Они наиболее ценны для магии реанимации.

— Тогда зачем вообще оставлять хоть кого-то? — спросила Розали. — Почему не забрать их тоже, вместо того чтобы тратить время на маскировку причин смерти?

— Понятия не имеем, — сказала Паола. — Мы просто строим догадки.

— Надеюсь, наш выживший сможет дать нам ответы, когда очнется, — сказал Джейсон.

— Останется ли он стабильным, если мы здесь задержимся? — спросил Руфус.

— Он в порядке, — сказал Нил. — Ему просто нужно много отдыха.

— Учитывая реальность, в которой он очнется, — сказал Руфус, — это может быть малым милосердием. Если нам не нужно немедленно доставлять его к другим целителям, я предлагаю обыскать всю крепость, сверху донизу.

Остальные лидеры отрядов согласно кивнули.

— Копаться в этом склепе будет неприятно, — продолжил Руфус, — но мы должны быть тщательны и посмотреть, не сможем ли мы пролить свет на то, что здесь произошло.

— Сегодняшние тайны — это завтрашние катастрофы, — согласилась Розали. — Может быть, мы сможем выяснить, что происходит, прежде чем это приведет к гибели следующего города, полного людей.

— Обращайте особое внимание на любые места, которые могут иметь защиту от магического восприятия. Если найдете что-то, что, по вашему мнению, может быть таковым, найдите Белинду или Клайва, чтобы они взглянули. Может быть, мы найдем ответы или, если нам очень повезет, еще выживших. Они могут прятаться в запечатанном помещении и не подозревать, что мы здесь.

— Паола, Нил, — сказала Розали. — Проверьте каждый труп, чтобы узнать, нет ли там еще пользователей эссенций, и можно ли узнать что-то еще. Если здесь происходит что-то странное, любая информация, которую мы привезем обратно в Римарос, будет ценной, даже если мы пока не знаем, что она означает.

Паола и Нил кивнули, а Джейсон повернулся туда, где почувствовал, что Фарра, Белинда и Клайв наконец приближаются.

— Нам есть что добавить к груде тревожных вещей, которые, я уверена, вы все нашли, — сказала Фарра, присоединяясь к группе. — Мы осмотрели оборонительную инфраструктуру и сделали крайне неприятное открытие.

Трио проверило оборону, потому что известие о том, что город-крепость был разграблен монстрами, было неожиданным. Информация, которую им дали в Римаросе, гласила, что в городе должно было быть достаточно припасов и ресурсов, чтобы продержаться недели, даже перед лицом растущей активности монстров.

— Кто-то приложил немало усилий, чтобы создать видимость истощения защиты от чрезмерного использования, — объяснил Клайв. — Однако на самом деле этого не было. Кто-то, имевший доступ к узлам управления, слил энергию из защиты и сфальсифицировал признаки чрезмерной нагрузки.

— Вы уверены? — спросила Розали.

— Фарра — специалист по магическим массивам, — сказал Клайв. — Мы попросили ее составить карту того, как должна работать защита, чтобы выяснить, что пошло не так. Поначалу казалось, что защитная магия выгорела из-за чрезмерного использования, но Белинда уловила признаки того, что не все так, как кажется.

— Я провернула достаточно магических афер, чтобы понять, когда кто-то мухлюет, — сказала Белинда, поймав на себе взгляды отряда Розали.

— Как только Белинда указала нам верное направление, — сказала Фарра, — Клайв смог точно выяснить, что было сделано.

— Я произвел замеры, используя некоторые инструменты, которые у меня есть, и все записал, — добавил Клайв. — Я могу определенно доказать, что кто-то саботировал этот город-крепость изнутри.

— Вы предполагаете предательство? — спросил Хамфри.

— О, все гораздо хуже, — сказала Белинда.

— То, что было сделано с защитой, не было ни быстрым, ни тонким процессом, — объяснил Клайв. — Потребовалось бы участие значительной части защитников города, чтобы скрыть такой уровень активности в течение времени, которое для этого потребовалось бы. Даже тогда это был бы огромный риск. Более вероятный сценарий заключается в том, что большинство городских лидеров и их сотрудников были вовлечены или, по крайней мере, соучастны.

Никто не проронил ни слова, пока последствия того, что описывал Клайв, доходили до сознания. Они оглядели уже ужасающие останки города, который стал еще более зловещим после того, что они узнали. Вокруг не было ни звука; ни мертвый город, ни пустыня вокруг него не открывали ничего, кроме пустоты и смерти.

— Не некромант, — сказал Джейсон, нарушая тяжелую тишину. — Пользователи эссенций предали город и оставили его монстрам. Те, кого нашли Нил и Паола, вероятно, были теми, кто не пошел на это и сражался с предателями. Их раны были замаскированы, чтобы скрыть тот факт, что их убили другие пользователи эссенций.

— Давайте начнем обыск заново, — сказал Хамфри. — На этот раз не только в поисках выживших.

— Будьте тщательны, — добавила Розали. — Это может представлять собой новую угрозу. Любая крупица информации, которую мы раскроем, может оказаться той самой, что спасет жизни.

* * * Отряды вернулись из экспедиции и передали отчет в зал заданий. Лидеры отрядов, Хамфри, Руфус и Розали, запросили немедленный брифинг, который был быстро одобрен, когда они раскрыли обстоятельства. Пока они информировали Общество искателей приключений о том, что обнаружили, остальные члены отрядов Хамфри и Руфуса порталами вернулись в облачный дом.

Арабелла Ремор была матерью Руфуса, а также членом Церкви Целителя, специализирующейся на психическом здоровье и восстановлении после травм. Она много работала с Джейсоном, чтобы справиться с его зачастую шатким психическим состоянием, и у нее было немало другой работы. Война Одного Дня, когда города-крепости Строителя атаковали Королевство Штормов, привела к гибели многих искателей приключений. Часть ее работы заключалась в том, чтобы поддерживать выживших в строю в эти времена, которые оставались беспокойными и опасными.

Арабелла нашла время поговорить с группой Джейсона в дни после их возвращения, как со всеми вместе, так и индивидуально. Большинство членов команды Джейсона уже видели огромные потери среди искателей приключений. Многие из них прошли через катастрофическую экспедицию, где Фарра числилась среди погибших, поэтому наблюдение за смертями во время битвы со Строителем все еще было шокирующим, но тем, с чем они могли справиться.

Массовое убийство гражданских лиц в городе-крепости — это было нечто иное. Это были те самые люди, чья защита была главным принципом существования искателя приключений. Фарра и Джейсон видели огромное число погибших в Макассаре на Земле и уже работали с Арабеллой, чтобы переработать эту затяжную травму, но для большинства остальных это было в новинку. В тот момент, в крепости, они смогли отбросить это, но это ударило по ним, как только появилось свободное время, чтобы провести его в безопасности.

Клайв пострадал сильнее всех. Он не участвовал в экспедиции, где погибла Фарра, и не видел, как население целого города пало от рук нежити, как Гэри, Фарра и Руфус. Худшее, что он видел, — это потеря своего наставника во время предыдущего нашествия монстров, и это выбило его с пути искателя приключений на годы, пока Джейсон не вернул его обратно.

Вернувшись после долгого разговора с Арабеллой, Клайв вошел в духовное царство Джейсона, чтобы найти его. Джейсон оставил арку постоянно открытой в облачном доме, чтобы его команда и он сам могли приходить и уходить, как им заблагорассудится. В отличие от более ранних итераций духовного хранилища, арка, ведущая в него, выходила не в центр царства, а на окраину, вмонтированная в темные стены у мостовых ворот. Высокие стены были чернее обсидиана и, казалось, поглощали свет.

Над головой сияло солнце с ясного тропического неба — отражение дня за пределами духовного царства. Сквозь пару массивных ворот, выкованных из темного металла, Клайв видел мост из переливающихся радужных цветов, уходящий вдаль. Он двигался за пределы света, исходящего с неба, и уходил в темную пустоту, достигая дальше, чем могли разглядеть даже серебряные глаза Клайва.

Клайв перевел взгляд на царство внутри стен, которое было устроено как садовый дворец или обширный парковый район. Облачные здания повсюду выглядели дружелюбными и манящими, соединенными садовыми дорожками и крытыми переходами с открытыми сторонами. Некоторые дорожки были сделаны из облаков, другие — из дерева, а некоторые — из прохладного камня. Были даже переходы из пошаговых камней через пруды, усеянные кувшинками.

В центре царства возвышалась башня из темного дымчатого кристалла. Внутри кристалла перемещались крапинки золотого, серебряного и синего света, видимые даже с окраин, словно кровь, текущая под полупрозрачной кожей. На вершине зловещей башни находилась массивная облачная туманность в форме глаза, увеличенная версия того, что было у аватара рока Джейсона, фамильяра Гордона. Это также было отражением собственных глаз Джейсона.

Отводя взгляд от зловещего зрелища, Клайв направился по одной из садовых дорожек. Сады имели разные секции, которые, как он понял, были производными от четырех эссенций Джейсона. Они не были разделены на простые квадранты, а переплетались, переходя друг в друга по всему царству. Участки, вдохновленные эссенцией крови, были узкими, длинными и отмеченными яркими красными цветами, извивающимися через поместье, словно вены в теле. Там были арочные туннели-шпалеры, покрытые цветами, пропускающие ровно столько света, что, проходя под ними, Клайв чувствовал себя кровью, проходящей через артерию.

Войдя в пещерный вход, расположенный в земле, Клайв спустился по естественному каменному туннелю по деревянной лестнице, влажной от пещерной сырости. К дереву был приклеен крупный песок, обеспечивающий отличное сцепление. Эссенция Греха была представлена сетью естественных туннелей и пещер под землей, предлагающих альтернативные пути по всему духовному царству. Подземная сеть была доступна через множество пещерных входов вокруг садов, а также через лестницы внутри различных зданий. Сами туннели были усеяны люминесцентным грибком, который тускло освещал их, словно звезды в ночном небе. Под ногами на естественный каменный пол были уложены дополнительные дорожки из цепкого дерева, чтобы обеспечить надежную опору.

Пещеры были больше и ярче туннелей, их стены были покрыты люминесцентным грибком, светящимся сияющими радужными цветами. Воздух был густым от полихроматических светящихся бабочек, которые садились на любого, кто входил. Туннели напоминали путешествие через звездные просторы космоса, в то время как камеры были великолепными туманностями, придавая подземным зонам ощущение исследования космоса. Именно так чувствовал себя Джейсон, когда использовал туннели, но Клайв не смотрел Звездный путь.

Клайв бродил по поместью, скорее исследуя, чем пытаясь найти Джейсона в спешке. Присутствие Джейсона было повсюду, создавая странное ощущение, что он всегда наблюдает, его присутствие нависало, как башня в самом сердце царства. Хотя у него не было причин для этого, Клайв чувствовал, что если бы он захотел найти Джейсона быстро, то сделал бы это почти мгновенно, как будто ландшафт знал и понимал его намерения.

Выйдя из подземных туннелей, Клайв оказался в одной из секций, основанных на эссенции Греха Джейсона. Это был тщательно ухоженный сад из черных и белых цветов с дорожками, которые петляли с удивительно неэффективным дизайном для чего-то столь регламентированного. Планировка, казалось, искушала идущего ступить между дорожками, которые проходили близко друг к другу, что легко можно было сделать, перешагнув через низкие цветы, не причинив никакого вреда. Однако в тот момент, когда разум склонялся в этом направлении, возникало острое чувство опасности без какой-либо видимой причины.

Последний сад, составлявший обширное поместье, был полной противоположностью строгому ландшафтному дизайну сада эссенции Греха. Эти области были дикими и необузданными, с узкими, извилистыми тропинками под густым пологом джунглей. Чувство ужаса пронизывало все вокруг, и Клайв постоянно видел движение на периферии зрения — теневые фигуры среди густых деревьев и подлеска. Всякий раз, когда он пытался посмотреть на них прямо, они исчезали. Не раз он почти убеждал себя, что ему показалось, но движение снова дразнило его взгляд.

Из всех областей сада дикие участки, основанные на эссенции Рока Джейсона, были самыми зловещими. Хотя Клайв чувствовал себя в полной безопасности, это была безопасность человека, которого только что оправдали в суде, но еще не освободили от кандалов.

Клайв воспользовался случаем, чтобы как следует побродить по духовному царству Джейсона, чего он еще не делал. Отчасти потому, что это было пугающее место. Джейсон уклонялся от ответов о его природе, просто утверждая, что это сила, которую он где-то подобрал. Однако среди членов команды Клайв был единственным, кто к настоящему времени осознал его истинную природу; он бродил внутри души Джейсона.

ОБМЕН ИНФОРМАЦИЕЙ

ОБМЕН ИНФОРМАЦИЕЙ

Клайв уже знал, что за время отсутствия Джейсона его душа претерпела крайние изменения. Хотя он не имел представления, что такое домен духа, он понимал, что нечто насытило облачный дом Джейсона его присутствием так, как облачный дом Эмира не воспроизводил. Царство духа Джейсона резко усиливало это ощущение. Если домен духа был отпечатком Джейсона на реальности, то царство духа было реальностью, выкованной из самого Джейсона.

Остальные члены команды по-разному реагировали на царство духа Джейсона, но никто из них не проводил в нем много времени. В основном они, по-видимому, воспринимали его как личную способность, работающую подобно облачному дому. Тем не менее, все они понимали, что пребывание в царстве духа влияет на их чувства так, как облачный дом Эмира не влиял.

Помимо Клайва, Хамфри был тем членом группы, который лучше всех чувствовал, что новая способность Джейсона — это не просто место для хранения, способное вмещать людей. Хамфри сталкивался с подобными способностями и знал, что царство духа Джейсона — нечто совсем иное. Он заметил это в тот момент, когда шагнул в царство и почувствовал, как присутствие Джейсона пронизывает все, даже когда сам Джейсон находился снаружи.

Хамфри и Клайв немного обсуждали это, но если Клайвом двигало любопытство, то реакцией Хамфри была обеспокоенность. Джейсон явно не был готов рассказать им все о том, что с ним происходит. Хамфри настоятельно посоветовал Клайву отказаться от своего обычного подхода — засыпать Джейсона вопросами о его последней абсурдной силе — и вместо этого позволить Джейсону самому прийти к ним, когда придет время.

Именно Арабель тихо порекомендовала им исследовать царство духа, когда у них будет время. Она отметила, что то, что Джейсон открыл его команде, было приглашением и знаком того, что он близок к столь необходимой откровенности.

Клайв твердо подозревал, что существуют нюансы пребывания в царстве духа Джейсона, о которых тот не рассказал команде. Поняв, чем именно является это пространство, он осознал, что открыть его кому-либо — невероятное проявление доверия. Он сомневался, что кто-то может навредить Джейсону здесь, но это обнажало все, чем он был, в чистом и неприкрытом виде. Веселые и притягательные стороны. Властные и угрожающие. Садовое поместье было красивым и гостеприимным, но с темными уголками и обещанием ужасных вещей в случае нарушения правил.

Клайв не был уверен в точных размерах этого места, подозревая, что оно находится в состоянии постоянного изменения. Он шел извилистой тропой, петлявшей туда-сюда, а возвышающаяся башня всегда казалась далекой. И все же, как только он был готов встретиться с Джейсоном, он обнаружил, что шагает в открытый павильон у основания башни, не совсем понимая, как он там оказался.

Джейсон стоял перед широким колодцем, который был скорее размером с общественный фонтан. Вместо воды в колодце была звездная пустота, в которой можно было увидеть множество плавающих предметов. Духовное хранилище Джейсона претерпело множество изменений на пути к тому, чтобы стать царством духа, одним из которых был способ хранения предметов инвентаря.

В текущей итерации царства духа все предметы удерживались в стазисе внутри колодца перед Джейсоном, которого Клайв застал за управлением инвентарем. Предметы вылетали из колодца и парили вокруг Джейсона, откуда он либо направлял их в кучу рядом с собой, либо отправлял обратно в колодец. Куча, по-видимому, состояла в основном из остатков расходуемых предметов, таких как пустые флаконы из-под зелий и метательные дротики, чьи одноразовые магические эффекты были исчерпаны.

— Не проще ли вынести мусор за пределы твоего царства духа, где ты сможешь его утилизировать? — спросил Клайв, приближаясь к Джейсону.

— Ты должен помнить, что это место — сад, — сказал Джейсон, — а в саду мусор превращают в компост.

— Я не понимаю, что это значит, — сказал Клайв.

— Как оказалось, я могу забирать остаточную силу из магически усиленных флаконов, остатков зелий и тому подобного и подпитывать ими свои сады. Все, что содержит небольшое количество остаточной магии, идеально подходит, потому что сады не могут поглотить много за один раз. Подкормка этим добром не даст большого эффекта, но дай срок в десятилетие или три, и результаты накопятся.

— Это дает какой-то значимый результат? — спросил Клайв. — Если ты подпитываешь магией свою душу, чтобы сделать ее сильнее, это невероятно.

— Боюсь, ничего настолько полезного, — сказал Джейсон. — Это просто помогает защите моей души. Душа неприкосновенна, как ты знаешь, но атаки на нее... Не уверен, что ты сможешь понять, насколько они неприятны, пока не испытаешь их на себе, чего я тебе не желаю. Подкормка моего сада помогает мне немного лучше их переносить. Или будет помогать, со временем, когда я достаточно его напитаю. Я понятия не имею, на что еще способно это место, и учусь по ходу дела. Может, ты поможешь мне во всем разобраться?

— Я бы хотел этого, — сказал Клайв. — Очень хотел бы.

Джейсон сочувственно улыбнулся ему.

— Как ты после того, что мы там видели?

— Я не... — начал Клайв, но замолчал, не уверенный в себе. — Фарра сказала, что ты видел и худшее.

— Это не соревнование, — сказал Джейсон. — Смерть есть смерть, а ужас есть ужас; мы все видели людей, которых не смогли спасти. Подсчет мертвых не делает опыт одного человека важнее опыта другого.

— Мне становится лучше, когда я хожу по этому месту, — сказал Клайв. — Несмотря на некоторые тревожные уголки, оно успокаивает. Интимно. Странно это говорить?

— Нет, — рассмеялся Джейсон. — Это настолько интимно, насколько вообще возможно. Будучи собой, полагаю, ты догадался, где мы сейчас находимся.

— В общих чертах, думаю. Спасибо, что позволил мне увидеть это.

— Ты не представляешь, как я рад, что ты смог, — сказал Джейсон. — Но думаю, пора показать тебе кое-что еще. Отвлечение, чтобы вместо того, чтобы жить в своей голове, ты мог занять ее какой-нибудь проблемой.

— Твой таинственный проект в подвале облачного дома?

— Да. Я ждал, пока у нас будет больше времени, но не думаю, что это произойдет в ближайшее время. Нам придется выкраивать моменты, когда сможем.

Джейсон взмахнул рукой, и из пола поднялась арка, открывая им выход из царства духа.

* * * Столица Королевства Штормов, Римарос, была широко известна как Город Островов. Хотя она управлялась как единый город, географически она была разрозненной, раскинувшись по островам, известным на Земле как Подветренные Антильские острова. Острова ABC — Аруба, Бонайре и Кюрасао — в Паллимустусе назывались Арнот, Прово и Ливарос. Впрочем, отличались не только названия: Ливарос и Прово, в особенности, были густонаселенными магическими мегаполисами. Они были не только процветающими центрами приключений и торговли, но и были окружены тем, что служило второй причиной, по которой Римарос называли Городом Островов.

Вокруг двух более населенных островов располагались меньшие острова, парящие в небе, а столбы воды поднимались из океанов внизу, словно стволы деревьев. Водяные столбы служили лифтами, позволяя специализированным судам подниматься вверх и проходить сквозь отверстия в островах, чтобы всплыть на их поверхности в озере или пруду, которые находились в центре каждого острова.

Ливарос был главным островом города, и именно он подвергся атаке летающей крепости Строителя. Крепость повредила несколько небесных островов вокруг Ливароса, прежде чем была сбита. Теперь это были покосившиеся руины, образовавшие новый остров прямо у берега самого Ливароса.

Джейсон жил на наименее развитом острове, Арноте. Будучи наиболее похожим на свой земной аналог, Арубу, это был остров небольших городков, обслуживающих богатых и элиту, несмотря на то, что он выглядел как череда сонных городков и деревушек. Он был домом для вышедших на пенсию искателей приключений или тех, кто просто искал покоя и тишины, а также для торговых баронов и даже боковой ветви королевской семьи.

Арнот был местом тихой силы, в то время как Ливарос, где располагались Общество искателей приключений и Королевский небесный остров, был местом силы явной. Джейсон еще не посещал третий остров, Прово, который был сердцем торговли и коммерции Римароса и домом для одного из крупнейших небесных портов в мире. Большая часть торговли воздушными кораблями между континентами к северу и югу от Моря Штормов проходила через порт Прово.

По этой причине Прово был шумным местом, полным незнакомцев, даже во время всплеска монстров. Атаки Строителя практически не затронули его по сравнению с условиями, уже введенными из-за всплеска монстров, и операции были прерваны лишь на пару дней. Обычная торговля была уже в значительной степени приостановлена, за исключением необходимых поставок, но Общество искателей приключений реквизировало торговые флоты для перевозки критически важных ресурсов.

Западный и южный материки имели отличную дорожную сеть, но во время всплеска путешествовать по ним без мощного эскорта было опасно, а морские путешествия были еще хуже. Путешествия на воздушных кораблях не были абсолютно безопасными, но пока корабли регулировали скорость, они могли совершить путешествие, столкнувшись лишь с одной или двумя атаками монстров. Небесный транспорт требовал меньше искателей приключений для сопровождения по сравнению с другими средствами, за исключением порталов, которые в основном предназначались для реагирования на срочные проявления монстров.

Результатом этой постоянной активности было то, что Прово все еще был полон путешественников. Это было полезно для тех, у кого были не самые благовидные цели и кто стремился попасть в Римарос, не привлекая внимания. Одним из таких людей был жрец Чистоты, Ларонт. Ему не нравилось быть одетым в типичное одеяние умеренно успешного торговца, но его предпочтительный белый цвет заставил бы людей сразу предположить, что он жрец Чистоты. Учитывая нынешнюю репутацию церкви, это было бы контрпродуктивно.

Силы Чистоты в Море Штормов принадлежали к Ордену Искупительного Света. Основным принципом этой экстремистской фракции было очищение нечистых и превращение их в оружие против того, что сопротивлялось очищению. Их методы были весьма эффективны для долгосрочного планирования и скрытного размещения, поскольку они могли увеличивать свои силы, превращая оскверненных врагов в очищенных союзников. Однако у этой методологии были недостатки. Во многих случаях на очищенных оставались характерные, явные признаки, которые могли выдать их тем, у кого были достаточно сильные чувства.

Результатом этого недостатка было то, что, поскольку церковь Чистоты находилась под угрозой божественных санкций, отправка искупленных в населенные пункты была рискованной. Поэтому Ларонт, как обычный жрец, никогда не проходивший через пламя очищения, был единственным членом высшего эшелона местных сил, который мог безопасно посещать город. У них была целая сеть низкоуровневых лазутчиков и информаторов, но они понятия не имели, с кем те на самом деле связаны, отдавая свою преданность только монете. Таким людям нельзя было доверять самые деликатные вопросы, что требовало личного участия Ларонта.

Многие кафе вокруг огромного небесного порта Прово имели отдельные обеденные залы, где торговцы могли проводить частные встречи за едой. В одном из таких залов Ларонт встречался с мелким функционером Общества искателей приключений, приписанным к административному центру в Прово. Это был железный ранг по имени Дериан, и Ларонт ненавидел как самого человека, так и его вечную ухмылку. Они сидели друг напротив друга за маленьким столиком, еда между ними оставалась нетронутой.

— У тебя есть информация, которую я просил? — спросил Ларонт.

— Меня сослали в это место, чтобы я проводил дни, отправляя второсортных искателей приключений на задания третьего ранга, так что у меня больше нет доступа к записям Римароса.

— Это значит «нет»?

— Это значит, что она у меня есть, но цена выросла.

— У нас была сделка.

— Заключенная до того, как нас атаковали летающие военные города. Учитывая все, что сейчас происходит, мне пришлось выторговать серьезные одолжения, чтобы получить это.

Ларонт был уверен, что Дериан не лжет о необходимости торговать одолжениями, чтобы получить информацию. Однако он подозревал, что трудность заключалась не столько в доступе, сколько в том, что люди не хотели иметь дело с Дерианом. Этот функционер был из тех людей, кто постоянно задавался вопросом, почему все окружающие — идиоты, которые каким-то образом не смогли распознать его выдающийся талант. Он не мог понять, почему его карьера застопорилась, когда было очевидно, насколько лучше все работало бы, если бы он был главным.

— Это обмен информацией, и я уже принес всю информацию, которую ты хотел, — сказал Ларонт. — Что еще тебе нужно? Деньги?

— Я хочу убраться с этого острова, — сказал Дериан. — Кто знает, когда будет следующая атака Строителя? Но они не позволяют сотрудникам Общества искателей приключений увольняться во время всплеска монстров. Они обманом заставили нас подписать какое-то хайдель-дерьмовое соглашение, когда все было хорошо и безопасно.

— Ты имеешь в виду условия трудового договора?

— Неважно, что это было. Суть в том, что я не могу покинуть остров обычными способами, не попав на заметку. Откуда я мог знать, что город атакуют, когда подписывал эту глупую бумажку?

Ларонт плотно сжал губы, словно пытаясь удержать свой инстинктивный ответ от того, чтобы сорваться с уст.

— У меня нет средств, чтобы вывезти тебя с этого острова, — сказал Ларонт, его тон был тщательно выверен.

— А как ты попадаешь на остров и покидаешь его?

— Обычным способом, — солгал Ларонт. — Я не работаю на Общество искателей приключений, поэтому могу уезжать обычными путями. Я не умею подделывать документы и не знаю, кому нужно заплатить, чтобы закрыли глаза. Это ты здесь тот, у кого есть связи. На этом и строится вся наша связь. Лучшее, что я могу сделать, — это дать тебе достаточно денег, чтобы ты мог подкупить кого нужно, чтобы выбраться с острова и прибыть туда, куда пожелаешь, богатым человеком. Как тебе такое?

— Ты просто дашь мне кучу денег?

— Деньги — это просто, — сказал Ларонт. — Информация — моя валюта. Это делает тебя для меня ценнее денег, поэтому дать тебе их много — легкая сделка. Если Общество искателей приключений не хочет платить тебе столько, сколько ты стоишь, я сделаю это сам и поблагодарю их за такую возможность.

Ларонт отвязал от пояса пространственный мешочек и положил его на стол.

— Ты мог бы купить воздушный корабль на содержимое этой сумки, — сказал ему Ларонт.

Дериан открыл сумку и достал несколько маленьких плоских деревянных футляров с выдвижными крышками. Проверив их, он обнаружил, что каждый из них наполнен аккуратно сложенными духовными монетами. Он жадно осмотрел их, прежде чем положить обратно в сумку.

— И информацию тоже, — потребовал он от Ларонта. Жрец полез в другой мешочек и достал три записывающих кристалла.

— Здесь есть все, но тебе все еще нужно шантажировать кого-то, чтобы вернуться на старую работу, если ты уезжаешь?

— Нет. Теперь я буду делать это ради забавы.

— Теперь моя информация?

Дериан кивнул и поднял сумку, которая прислонилась к ножке его стула. Он достал папку и протянул ее через стол.

— Тебе повезло, — сказал ему Дериан. — У той команды, которая тебя интересует, контракты уже расписаны почти на две недели вперед. Пара зачисток, но в основном исследование руин павших городов Строителя.

Ларонт открыл файл, просмотрев несколько страниц, прежде чем убрать его в другой пространственный мешочек. Дериан уже поднимался на ноги, что Ларонта вполне устраивало. Убивать человека в их нынешнем местоположении было слишком легко отследить, поэтому он настигнет его в более укромном месте.

Дериан остановился у двери, прежде чем уйти.

— Ты ведь заплатишь за еду, верно?

ИГРЫ С ТАКОЙ СИЛОЙ

ИГРЫ С ТАКОЙ СИЛОЙ

Джейсон и Клайв спустились по лестнице облачного дома в комнату с водопадом. Натуральный камень пещеры, в которой она находилась, был скрыт за стенами, полом и потолком из облачной субстанции, излучавшей мягкий, рассеянный свет. Сверкающий солнечный свет проникал через водопад снаружи входа в пещеру — это была единственная часть исходного камня, которая оставалась видимой. В комнате не было мебели, только лестница посередине, спиралью уходящая вверх, в облачный дом, через отверстие в потолке.

Стены были покрыты чертежными досками из облачной субстанции, на которых Джейсон мог писать пальцем, как мелом, или даже просто силой мысли. Каждая стена, от пола до потолка, была исписана плотными заметками и магическими диаграммами, за исключением той части пещеры, где с шумом низвергался водопад. Сочетание водного объекта, рассеянного освещения и стен, покрытых записями Джейсона, создавало впечатление, будто волшебник-маньяк устроил свое логово в вестибюле корпорации.

Клайв немедленно подошел к одной из стен и начал бегло и хаотично осматривать всё вокруг. Джейсон терпеливо ждал с улыбкой на лице, пока Клайв медленно обходил комнату.

— Кто это сделал? — спросил Клайв, не отрывая глаз от стен.

— Я. Я уже некоторое время работаю над своей астральной магией.

— Очевидно. Трудно представить, что ты так далеко продвинулся всего за несколько лет.

— У меня были книги от Знания, и Доун дала мне много наставлений.

Клайв отвернулся от стен и уставился на Джейсона.

— Ты заставил Богиню Знания дать тебе кучу книг по астральной магии, которые исходили от Строителя, и при этом тебя лично наставлял один из важнейших слуг Мировой Феникс.

— Звучит впечатляюще, когда ты так говоришь, но у каждого из них были свои цели. Никто из них не пришел ко мне по доброте душевной. Им всем нужен был инструмент, а я оказался тем, кто сидел на верстаке.

Клайв покачал головой.

— Знаешь, если бы это был я, я мог бы совершить невероятные вещи.

— Именно поэтому они никогда бы не выбрали тебя, — сказал ему Джейсон. — Когда тебя используют, с тобой обращаются как с грибом: держат в темноте и кормят дерьмом. Доун — мой друг, но она все равно скрывает от меня кое-что. Что касается ее босса, то ему плевать на меня с высокой колокольни, если это не касается вещей, которые я должен сделать. Кто-то вроде тебя мог бы заглянуть за кулисы, причем основательно, поэтому они никогда не дадут тебе такого шанса.

Клайв печально кивнул.

— Эй, не переживай, — сказал Джейсон. — Может, я и инструмент, но Скайнет тоже им был. Они, может, и не дадут тебе шанса, а я дам.

— Что такое «скайнет»?

— Это инструмент, придуманный людьми, который обрел разум, взбунтовался и поработил ту малую часть человечества, которую не уничтожил.

— Полагаю, это история, а не то, что произошло на самом деле.

— Да, просто история. Реальная версия называется капитализм, и она куда коварнее.

— Разве это не ужасно?

— Капитализм? Да, это шокирует. Зато быть богатым — это супер, именно так капитализму удается выкручиваться. Куда эффективнее, чем голые австрийские киборги.

— Просто чтобы прояснить: я не хочу объяснений по поводу всего, что ты только что сказал.

— Суть в том, что это метафора. То, что они не хотят, чтобы ты видел тайны вселенной, не означает, что ты их не увидишь. Может, ты этого обо мне не знаешь, но я не большой любитель делать то, что мне говорят.

— Да, я определенно узнаю это впервые, — сухо сказал Клайв, снова поворачиваясь, чтобы изучить стены. — Знаешь, кое-что из этого просто блестяще. Многое требует значительной доработки, но все же. Хотя есть и странные изъяны.

— Изъяны?

— Например, здесь, — Клайв указал на диаграмму. — Посмотри на значения для этой архитектуры пространственного резонанса.

— Эти значения верны, — сказал Джейсон.

— По чьему мнению? Откуда ты их вывел? Такое ощущение, что их просто впихнули туда.

— Они от меня, и я действительно просто впихнул их туда. Значения верны.

— Откуда они взялись?

— Я просто их знаю. Обещаю, они правильные.

Клайв повернулся лицом к Джейсону.

— Ты просто их знаешь?

— Ага.

— Как ты можешь просто это знать? Единственный способ, которым это могло произойти, — если бы во время твоего отсутствия ты загадочным образом обрел интуитивное понимание основ физической реальности и того, как она взаимодействует с измерениями на космическом уровне, на глубоко фундаментальном уровне. Что было бы абсурдом, даже для тебя.

Джейсон неловко пожал плечами, почесал затылок и одарил Клайва смущенной улыбкой.

— ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?

— Ладно, — сказал Джейсон, подняв руки. — В общем, я нашел эту магическую дверь…

* * * Клайв расхаживал взад-вперед по комнате с водопадом, словно пытался вырыть траншею, протирая пол.

— Ты хочешь сказать, что можешь просто чувствовать астральные силы? — спросил он Джейсона. — Мы говорим о том, из чего состоит космос, о самой чистой магии и правилах, которые ею управляют. Ты можешь просто высунуть свою толстую башку за пределы реальности и принюхиваться, как собака, высовывающаяся из окна кареты?

— Толстую башку? — переспросил Джейсон, похлопав себя по черепу, чтобы оценить его объем.

Джейсон уже ввел свою команду в курс событий на Земле, но сосредоточился на практических и эмоциональных вопросах, а не на технических. С присутствием одного Клайва все изменилось: Джейсон прошелся по всему, начиная от зон трансформации и духовных миров, заканчивая магической дверью и магическим мостом, поглощенным его душой. Из-за постоянных вопросов на это ушли часы, и Джейсону пора было готовить ужин.

— Так, мне нужно идти готовиться накормить всех, — сказал он. — Полагаю, я могу оставить тебя здесь?

— У меня есть еще вопросы. Значительно больше вопросов.

— Ну, просто заканчивай осматриваться здесь, пока я готовлю, и мы вернемся к этому после ужина.

Джейсон направился к лестнице, а Клайв возобновил изучение стен. Джейсон зашел в облачный дом, затем остановился и вернулся к вершине лестничного пролета.

— И никакой теории магии за обеденным столом, — крикнул он.

* * * На балконе с видом на утес и лагуну внизу сидели команды Джейсона и Фарры вокруг длинного стола.

— Я доволен тем, как все получилось, — сказал Джейсон. Люди за столом кивнули, но не прервали трапезу, чтобы прокомментировать. Шакшука — это пряный томатный соус, в котором припущены яйца. Гэри уже выгребал добавку из одной из кастрюль, его первая порция таинственным образом исчезла.

— Это не традиционная шакшука, — признался Джейсон. — Специи здесь по большей части другие, а яйца не куриные. Думаю, я наконец-то начинаю разбираться в местных специях.

— Да, это ужасно, — пробормотал Нил с набитым ртом. — Дай мне эту кастрюлю, я заберу ее у тебя.

Руфус наколдовал золотой клинок и небрежно положил его на стол.

— Или я мог бы оставить ее здесь, — поправился Нил.

После того как еда была съедена, а посуда убрана, стол и стулья превратились в шезлонги, и группа откинулась назад, чтобы насладиться вечером. Исключением был Клайв, который ушел сразу, как только закончился ужин.

— Как прошел брифинг? — спросил Гэри Хамфри и Руфуса.

— Разочаровывающе, — ответил Хамфри. — Мы не будем участвовать в расследовании того, что произошло в разграбленном городе-крепости.

— Предатели — это всегда спорная проблема, — сказал Руфус. — Они хотят использовать людей, которым доверяют, а не посторонних.

— Им следует использовать посторонних, — сказала Софи. — Люди не могут предать тебя, если ты изначально им не доверял.

— Это наверняка Церковь Чистоты, верно? — сказал Нил. — Они бегали вокруг, делая бог знает что, пока остальные из нас имели дело со Строителем и монстрами.

— Не понимаю, как церковь Чистоты заставила почти всех пользователей эссенции в городе перейти на свою сторону, — сказал Хамфри. — Приверженцы Чистоты сейчас изгои.

— Отчаяние, — сказала Белинда. — Ты никогда не пробовал на вкус отчаяние, когда ты голоден, бессилен и ничего не можешь с этим поделать, Хамфри. Когда ты ютишься за стенами, которые с каждым днем кажутся все более хлипкими, тебя не волнуют проблемы влиятельных людей, кроме того, что они должны были прислать тебе еду, которая так и не прибыла.

— И они просто берут и предают свое королевство и свой народ? — спросил Хамфри.

— Людям в канаве нет дела до людей в храмах и дворцах, — сказала Софи. — Поверь тому, кто провел там много времени. Королевства могут многое сделать для таких, как ты, Хамфри, но не для таких, как мы. Этим людям обещали еду и безопасность, а они не получили ни того, ни другого. Легко обернуться против королевства, которое первым повернулось к тебе спиной.

— Если бы у людей в городах-крепостях была власть, влияние или богатство, — сказала Белинда, — они бы не жили в городах-крепостях. Им нет дела до Строителя, Чистоты или короля. Конфликты гильдий, священников и аристократов для них ничего не значат. Они просто знают, что их дети голодны, а монстры скребутся в дверь.

— Если кто-то появляется и предлагает им помощь, в которой они нуждаются, когда она им нужна больше всего, — сказала Софи, — им будет все равно, откуда эта помощь пришла. Великие астральные существа, темные боги. Это проблемы таких, как ты, Хамфри, и, полагаю, теперь таких, как я. Но не таких, как они. Им нужны надежные стены и полные животы, и им плевать, кто им это даст.

— Но мы говорим не об обычных людях, — возразил Хамфри. — Они были жертвами, а не теми, кто принимает решения. Предали те, кто должен был их защищать. Те, кого волнуют аристократы, гильдии и храмы.

— Думаю, ты переоцениваешь социальные слои этих городов, Хамфри, — сказал Джейсон. — Я доставлял товары в немалое их количество. В некоторых есть аристократы среднего звена, пытающиеся поступать правильно, но в основном это сельская знать, которая, может, посещает Римарос дважды в десятилетие. Основные пользователи, которые делают все, что могут.

— Я согласен с Хамфри, — сказал Руфус. — Я могу поверить, что можно убедить некоторых, может, даже большинство пользователей эссенции в городе-крепости примкнуть к Церкви Чистоты, если дела станут достаточно отчаянными. Выбери правильный город, с правильными людьми в нем, и да, это возможно. Но то, что мы увидели, это не подтверждает. Мы нашли всего четырех пользователей эссенции во всем городе, все железного ранга. Это значит, что все остальные перешли на их сторону. Все до единого. И не просто неохотно. Белинда, Фарра. Оборона города была подорвана не сразу, верно?

— Все верно, — сказала Фарра. — Это не могло произойти быстро, и нет способа сделать это незаметно. Все в этом месте, кто хоть немного разбирался в артефактах, должны были быть вовлечены.

— То, что мы нашли, не было результатом действий предателей против тех, кто остался верен, чего мы ожидали бы, если бы многие или даже большинство из них перешли к Чистоте, — сказал Руфус. — Может, были признаки, скрытые атаками монстров, но я должен думать, что осталось бы больше, чем четыре мертвых «железных» ранга, даже если бы предатели устроили засаду.

— Джейсон, — сказал Гэри. — Когда ты рассказывал нам о людях Чистоты, которые устроили тебе засаду, ты упоминал, что там была эльфийка, но ее аура считывалась как человеческая, верно?

— Верно, — сказал Джейсон. — Это было странно, но я был сильно отвлечен в тот момент. Сейчас она заперта в защищенном секторе отряда реагирования на Строителя в Обществе искателей приключений. Лиара постоянно говорила, что отправит меня поговорить с ними в какой-то момент, но, думаю, это было помещено в список низкого приоритета из-за всех дел со Строителем.

— Этот приоритет, вероятно, скоро изменится, — сказал Руфус. — Угроза Строителя в Море Штормов в значительной степени нейтрализована, поэтому они расширяют сферу деятельности отряда реагирования на Строителя, включая туда деятельность церкви Чистоты, по крайней мере для Королевства Штормов.

— Значит, Общество искателей приключений тоже считает, что это церковь Чистоты, — сказал Нил.

— Они правы, — сказал Гэри. — Та эльфийка, которая внутри человек; я видел нечто подобное раньше. Аура человека, но тело чего-то другого.

— Должно быть, это было до того, как мы объединились, — сказал Руфус.

— Было. Джейсон, помнишь день, когда мы встретились, идя через пустыню после побега из той камеры жертвоприношений?

— Ты имеешь в виду день, когда меня засосало в другую вселенную, я узнал, что магия реальна, чуть не был принесен в жертву культом, убил кучу людей, нашел кухню каннибалов и обрел магические силы? Что-то припоминаю.

— Мы говорили о разных расах мира, потому что ты о них не знал. Я упомянул, что люди иногда могут вести себя так, будто они лучше остальных из нас.

— Смутно помню. Это был насыщенный день, и, кажется, у меня тогда мозг кровоточил. Мне много раз прилетало по голове.

— Когда я рос, эта экстремистская группа людей Чистоты действовала недалеко от деревни, где я вырос. Рядом есть большой город, местный торговый центр на реке. Орден Искупляющего Света, они себя называли. У них была фишка насчет того, что нелюди нечисты. Они были глубоко в этом, понимаешь? Из тех, кто заставил бы Анису выглядеть расслабленной.

— Звучит маловероятно, — сказал Джейсон.

— Они бы даже не потерпели ее, — сказал Гэри. — Потому что она эльфийка. Не человек. Нечистая. Но у них был ритуал. Не знаю подробностей, но это был какой-то ритуал. Огонь очищения или что-то в этом роде. Они брали добровольцев и превращали их в людей изнутри. Только эльфов и целестинов, правда. Тех, кто выглядит привлекательно для людей. В то время среди леонидов были смерти, о которых люди говорили, что это дело рук этих священников, но я не знаю. В конце концов, появилось больше тех, кого ты назвал бы обычными священниками Чистоты, и выдворили их из города. Оглядываясь назад, кажется, что они появились только тогда, когда этот экстремистский орден выжал из города все, что мог.

— И люди добровольно на это шли? — спросил Нил.

— Якобы, — сказал Гэри. — Но после этого они становились странными. Вступали в этот орден, бросали свои семьи. Это было плохо, но я был всего лишь ребенком, так что было много того, чего мне не рассказывали. Не думаю, что все эти люди записывались добровольно. Зачем им это? Спустя месяцы пришли искатели приключений, чтобы расследовать все это дело. Я так и не узнал, чем все закончилось.

— Отлично, — простонал Джейсон. — Магические люди-коконы. Жду не дождусь.

— Возможно, тебе пора надавить на Лиару, чтобы попасть к этим приверженцам Чистоты, — сказала Фарра Джейсону.

— Получишь свой шанс завтра, — сказал Хамфри. — Лиара будет вводить нас в курс дела по нашему следующему контракту.

* * * — Чего ты пытаешься добиться всем этим? — спросил Клайв, когда Джейсон спустился по лестнице в комнату с водопадом. — Я понял, что ты пытаешься усилить или связать что-то, может, и то, и другое.

— Я рассказывал тебе о двери и мосте в моей душе, — сказал Джейсон.

— Да. Я не уверен, что копаться внутри своей души — лучшая идея.

— Этот корабль давно уплыл, мой друг. Пока мы с Фаррой путешествовали между мирами, моя душа служила нашим пространственным сосудом. Я чувствовал астрал вокруг себя; пространственные силы омывали меня, когда я проходил сквозь них. Это большая часть того, откуда берутся мои инсайты в астральную магию, и я все еще работаю над тем, чтобы объединить то, что я знаю, с теорией, которую понимаю.

— Это я понял из твоего объяснения ранее, — взволнованно сказал Клайв, — и у меня появилась идея насчет этого. Эти твои инстинкты были бы идеальны для отладки определенных экспериментов с астральной магией…

— Погоди-ка, Клайв. Может, дашь мне закончить объяснение одного, прежде чем ты начнешь вести себя как нацистский ракетостроитель в другом.

— Что такое… подожди, почему я должен тебя об этом спрашивать? Просто продолжай свое объяснение.

— Я с радостью объясню отсылку.

— Нет, спасибо, я в порядке.

— Оу, — разочарованно сказал Джейсон. — В любом случае, я проходил сквозь астрал, следуя связи между нашими мирами, ведомый этим мостом внутри меня. Это было довольно долгое путешествие, и я начал думать о том, для чего еще можно использовать мост. Вся причина, по которой были созданы эта дверь и мост, заключалась в стабилизации двух миров, но разве использовать их только для этого и ни для чего больше — не пустая трата?

— Джейсон, мы говорим об объектах, выкованных великими астральными существами. Как бы ни были захватывающи эти возможности, ты действительно хочешь играть с такой силой?

— Клайв, эти объекты принадлежат не только мне. Они — часть меня, и я не готов позволить им пропасть зря. Я знаю, что буду золотого, может, даже алмазного ранга, прежде чем смогу начать полностью использовать их в своих целях. Но нам не нужно быть такими амбициозными прямо сейчас. Маленькие шаги. Что если мы просто используем их, чтобы усилить мою силу портала? Ничего сверхъестественного, просто немного увеличить дальность и количество людей, которые могут пройти за раз. Даже не так уж много. Это может помочь нам выбраться из сложной ситуации, но на самом деле это тест того, что мы сможем сделать с этими вещами в будущем. Осторожный первый шаг.

Клайв презрительно фыркнул.

— Осторожный, мой пульсирующий волшебный жезл. Джейсон, повышение мощности одной из твоих способностей эссенции — плохая идея. Если она работает на более высоком уровне, чем может выдержать твоя душа, это будет как яд или болезнь, медленно разъедающая тебя. Это будет похоже на последствия поедания духовной монеты, только эффекты будут длиться все дольше и дольше каждый раз, когда ты используешь силу, пока в конечном итоге не станут постоянными. Я видел результаты таких экспериментов, и это уродливо. Есть причина, по которой людей, которые их проводят, объявляют в розыск.

— Вот почему нам нужен медиум, через который можно направить дополнительную силу, — сказал Джейсон.

— Это не сработает. Дверь и мост находятся в твоей душе. Медиумом должен быть ты.

— Я думал об этом.

Джейсон подошел к краю комнаты и похлопал по стене.

— Облачный дом — это духовный домен. Я знаю, что объяснял эту концепцию, но не уверен, что смог донести, до какой степени облачный дом теперь является частью меня. Я говорю о добавлении к нему функции, которая позволит мне создать портальную комнату, усиливающую мою силу портала. Может, даже силу других людей, как только мы поймем, как заставить это работать для меня.

Клайв задумчиво потер подбородок.

— Ты думаешь, что у тебя достаточно связи со своей облачной флягой, чтобы это сработало?

— Достаточно, чтобы я был готов попробовать.

— Ты ведь понимаешь, что даже если мы придумаем, как добавить это как улучшение к твоей облачной фляге, материалы, которыми нам придется ее кормить, будут невероятно редкими и дорогими, верно?

— Ага. Я, правда, уже вычислил очевидные из них и принес много таких. Я упоминал, что я супербогат?

— Насколько богат?

— Однажды я убил и ограбил Доун.

— ЧТО?

ТЕБЕ ЭТОГО НЕ ДАНО

ТЕБЕ ЭТОГО НЕ ДАНО

Поскольку его команде нужно было собраться для выполнения контракта в середине утра, Джейсон отправился пораньше, чтобы уладить свои дела. Он переместился порталом на Ливарос, прибыв на одну из площадей, отмеченных как легальный пункт назначения для телепортации. Еще один человек проследовал за ним, прежде чем он закрыл портал. Она тут же ушла, лишь кивнув Джейсону, и быстро зашагала прочь. Он же двинулся более спокойным шагом, неспешно прогуливаясь по улицам. Его целью был магазин «Чувственные наряды для чувственного джентльмена» — ателье, принадлежащее Алехандро Альбериччи.

Джейсон заказал себе новый гардероб некоторое время назад, но события захлестнули весь город, и его в частности. Он был далеко не единственным, кого затронули задержки в обслуживании, и не роптал на ожидание. Было полно людей, отчаянно нуждавшихся в помощи, поэтому желание Джейсона обзавестись повседневной одеждой, подходящей для тропиков, отошло на второй план.

Джейсон направлялся к ателье с некоторой опаской. Он уже давно знал, что Алехандро закрыл магазин, чтобы оказывать поддержку логистическим службам города по оказанию помощи. Поэтому для него стало сюрпризом получить сообщение о том, что его новый гардероб готов.

Опасаясь политических интриг или чего похуже, Джейсон нанял кого-то, чтобы прощупать обстановку. Хотя он, безусловно, мог бы накрыть всю территорию своей аурой, он не хотел устраивать шоу. Вместо этого он обратился к той, чьи чувства были даже острее его собственных, но действовала она куда изящнее, чем сам Джейсон.

* * * Прибыв через портал Джейсона, Эстелла Уорнок без слов удалилась, чтобы разведать путь к ателье. Она сделала карьеру шпиона и городского разведчика на Ливаросе и знала остров превосходно. Не только улицы, но и переулки, крыши и внутренние помещения зданий. Благодаря своим способностям к скрытности и маскировке, она побывала во всех зданиях на острове, за исключением самых охраняемых, да и в некоторые из них тоже проникла.

Ливарос был островом искателей приключений и аристократов, одним из центров мировой цивилизации. Богатство и власть столетиями пропитывали улицы и здания, что лишь невежды считали метафорой. Даже эссенции и камни пробуждения, которые появлялись на острове, тяготели к более высокой редкости.

Все это влияние и власть делали Ливарос невероятно безопасным местом — в определенном смысле. Насилие здесь практически отсутствовало, но на Ливаросе война — это не вопрос насилия. В высших эшелонах общества, наряду с теми, кого они использовали, и теми, кто использовал их, полем битвы была политика, а оружием — информация. Знать нужды, желания и страхи соперника — значило обладать властью над ним, не меньшей, чем любая способность эссенции.

Эстелла преуспевала в этой среде по ряду причин. Ее набор способностей был очевидной тому причиной, позволяя ей исчезать в тенях или прятаться на виду. Больше всего ей помогала необычная черта: она обладала четырьмя способностями ауры эссенции вместо обычной одной. Это давало ей восприятие и силу ауры, превосходящие любого ее ранга, за исключением таких монстров, как Джейсон Асано.

Однако важнее ее способностей была способность умерять свои амбиции. Она никогда не шла на большой риск ради большого куша, придерживаясь того, что знала и в чем была уверена. Играть в информационные игры на Ливаросе было опасно, и она никогда не рисковала, зная, что рано или поздно кости выпадут не в ее пользу.

Именно это привело к ее разрыву с Хави Эстосом. Она работала на этого известного посредника вскоре после достижения железного ранга. На том этапе она была малополезна, но потенциал ее четырех аур был очевиден. Вместо того чтобы ждать, пока ее сила полностью раскроется, Хави сыграл в долгую и вложился в нее заранее. Эстелла понимала причины его щедрости, но не возражала. Он никогда не скрывал своих намерений и не пытался использовать ее, всегда ведя дела честно.

Время ее пребывания на бронзовом ранге было лучшим периодом в их отношениях. Она стала гораздо полезнее для него, поскольку опыт привел к росту силы и мастерства. Она часто пригождалась для слежки за серебряными рангами, но Хави никогда не перегружал ее, понимая, что, будучи бронзовым рангом, она все еще должна быть осторожной. Она избегала более могущественных серебряных рангов, шпионя только за теми, кто был ближе к началу ранга, чем к его концу.

Все начало портиться после того, как она достигла серебряного ранга. Хави хотел подталкивать ее ко все более смелым шагам, но, хотя она и выросла в силе, Ливарос оставался одним из ключевых мировых центров приключений. Хотя недостатка в безнадежных аристократах серебряного ранга не было, здесь также жили одни из самых опасных людей на планете. Римарос был вершиной мира искателей приключений, и ни один известный искатель приключений не был обычным. Даже те, кто казался нормальным, имели методы, выделявшие их; шпионить за ними или расследовать их дела было опасным занятием.

Не раз Хави посылал ее присмотреться к людям, которых ей не следовало провоцировать. Это были те люди, которые могли заставить кого-то вроде нее исчезнуть, даже несмотря на влияние ее деда. Хотя старик все еще пользовался уважением и имел связи в коридорах власти, лишь до определенной степени. Золотой ранг в значительной степени отошел от дел и никогда не был человеком исключительной власти или влияния.

Подобно своей внучке в ее профессии, Уорвик Уорнок всегда выбирал безопасный и надежный путь в своих приключениях. Это означало, что серебряный и золотой ранги дались ему дольше, чем большинству искателей приключений, но многие его сверстники погибли, пытаясь, в то время как он взбирался на гору шаг за шагом. Его избегание политики означало, что, хотя он обладал престижем любого золотого ранга, это было не более того. Поскольку Хави подталкивал Эстеллу ко все более опасным врагам, одного относительно малоизвестного золотого ранга было недостаточно, чтобы обеспечить ее безопасность, если что-то пойдет не так.

Хотя она не жалела о разрыве связей с Хави, Эстелла оказалась в некотором замешательстве. Хотя он был не единственным, на кого она работала, он был пауком в центре паутины, которой являлся преступный мир Ливароса. Это было совсем другое дно, нежели в большинстве городов, требующее совершенно иного подхода. Хави не стал бы усложнять ей жизнь, но разрыв отношений с ним заставил других клиентов насторожиться. Предлагаемая ей работа быстро сократилась как по количеству, так и по оплате.

Не зная, что делать, она в конце концов обратилась к деду, не за помощью, а за советом и руководством. Смерть ее родителей-искателей приключений побудила его уйти на покой, чтобы воспитать ее, и он никогда не подталкивал ее идти по своим стопам, как это было с его сыном. Однако события взяли верх, когда Уорвик выступил в час нужды Королевства Штормов. Он отправился на север для великой битвы и не вернулся.

Потерянная, она вернулась в дом своего детства, дом на Арноте, который унаследовала от деда. У нее не было друзей и было мало знакомых, все из которых были на Ливаросе, и большинство из них избегали ее из-за своей собственной необходимости иметь дело с Хави Эстосом.

Теперь у нее было только два знакомых, один из которых был мэром ее нового дома. Пелли был своего рода периферийным членом королевской семьи, который втянул ее в помощь по защите острова, в основном благодаря влиянию ее деда. Эстеллу не волновала королевская семья, карьера искателя приключений или помощь людям. Что ее действительно волновало, так это ее дед, поэтому, когда он попросил, она согласилась.

Другим знакомым был ее сосед, последний человек, которого Хави поручил ей расследовать. Они кивали друг другу при встрече и несколько раз разговаривали. Асано недолго знал ее деда, но они очень хорошо ладили.

Когда Асано нанял ее в профессиональном качестве, у нее не было причин отказываться. Это была та простая работа, которую она выполняла бесчисленное количество раз: следить за какой-нибудь подставой, попыткой продвинуть политическую повестку, собрать информацию или накопать компромат. Прошло некоторое время, поэтому она не торопилась, будучи осторожной и тщательной, прежде чем сообщить Асано, что все чисто.

* * * Эстелла нашла Джейсона и дала ему знать, что все выглядит так, как кажется, насколько она могла судить.

— Спасибо, — сказал он ей. — Хочешь, я отправлю тебя домой порталом?

— Я побуду с тобой, — сказала она. — Иногда способный интриган проявляет осторожность и ждет, пока кто-то вроде меня закончит, прежде чем сделать ход.

— Ценю твою трудовую этику, — сказал ей Джейсон.

Они подошли к парадной двери «Чувственных нарядов для чувственного джентльмена», и дверь тут же открыл Алехандро Альбериччи. Он любезно пригласил их внутрь. У портного-селестины волосы цвета морской волны были собраны в узел на макушке, а костюм был довольно темным. Это бросилось в глаза Джейсону, так как он знал, что портной предпочитает работать в более светлых тонах.

— Благодарю за визит, мистер Асано. И, если я не ошибаюсь, вы мисс Эстелла Уорнок?

— Все верно, — ответила Эстелла.

— Тогда позвольте мне выразить соболезнования в связи с кончиной вашего деда. Он был человеком, который знал, как найти простое удовлетворение в мире, полном людей, вечно голодных и никогда не удовлетворенных. Я очень его уважал.

— Вы знали моего деда?

— Он был моим клиентом, как и клиентом моего дяди до меня, а до него — моего двоюродного деда. Я бы не стал называть это дружбой, но знакомство с ним было приятным. Если позволите спросить, юная леди, что привело вас сегодня ко мне?

— После моего последнего визита, — сказал Джейсон, — я опасался, что кто-то еще попытается подстроить «случайную» встречу. Я нанял мисс Уорнок, чтобы она предупредила меня.

— Ее репутация в этой области безупречна, так что я хвалю ваш выбор.

— Я был немного удивлен, получив весточку от вас, мистер Альбериччи, — сказал Джейсон.

— Пожалуйста, мистер Асано, зовите меня Эл.

— Хорошо, Эл. Я не знал, что вы все еще работаете.

— Я не беру новых клиентов, — сказал Алехандро. — Ливарос, несмотря на все потрясения и ужасающую атаку, в значительной степени не пострадал от недавних неприятностей. По крайней мере, среди гражданского населения и инфраструктуры. Искатели приключений были трагически опустошены, и еще раз, мисс Уорнок, примите мои искренние соболезнования в связи с вашей утратой. Но, учитывая это, у меня появилось хоть какое-то время, и я работал над своими текущими заказами. Они выполняются позже, чем мне хотелось бы, но все же выполняются.

Алехандро попросил помощника заварить Эстелле чашку чая, а сам отвел Джейсона в мастерскую для финальной примерки и подгонки, которую он мог быстро сделать, используя свои способности эссенции.

— Для ваших нарядов я решил черпать вдохновение в вас самих, — объяснил Алехандро, выкатывая мобильную вешалку из кладовой. — Вы просили одежду, хорошо подходящую как по функциональности, так и по стилю для Моря Штормов, и именно с этого я начал. Штормовой лен, облачный шелк, приливной хлопок. Гибкие, удобные, дышащие. Устойчивые к стихиям, наряду с обычными магическими улучшениями. Плюс подборка шляп, как вы и просили.

Алехандро махнул рукой в сторону лица Джейсона.

— Ваши глаза, как вы, уверен, знаете, очень примечательны. При разработке дизайна вашей одежды у меня был выбор: минимизировать их воздействие, чтобы избежать диссонанса, или подчеркнуть их для эффекта. Естественно, я выбрал акцент, ведь зачем делать трусливый выбор для человека мужества и престижа?

— Я не настолько престижен, — заверил его Джейсон. — Не знаю, что вы слышали, но хотя я знаю некоторых престижных людей, я сам к ним не отношусь. Если это причина, по которой вы нашли время закончить мой заказ, боюсь, вы будете разочарованы.

— Я встречаю много влиятельных людей в своей профессии, мистер Асано. Для каждого из них одежда, в которой они приходят сюда, и одежда, в которой они уходят, рассказывают историю. Я знаю, как выглядит человек, который цепляется за престиж других, а также человек, который хотел бы вообще не иметь никакого престижа. Если позволите быть столь дерзким, мистер Асано, вы думаете, что хотите быть похожим на деда мисс Уорнок, но вы никогда им не станете. Тебе этого не дано.

— Вот как?

— Именно так, поэтому я пошел дальше и использовал ваше примечательное зрительное присутствие в качестве основы для акцентов в ваших нарядах. Ничего вызывающего; все ваши наряды выполнены в цветах, фасонах и тканях, которые мы обсуждали. Однако я предоставил широкий ассортимент аксессуаров, от запонок до носовых платков, плюс ленты для шляп, которые подчеркнут яркие цвета ваших глаз.

— Я не ищу ничего кричащего, мистер... Эл.

— Я прекрасно это понимаю, мистер Асано. Когда я буду показывать вам наряды, вы увидите достоинство и стиль, но с нужной долей изысканности. Естественно, если вы захотите быть менее заметным, есть выбор и более консервативных вариантов, хотя я лично надеюсь, что они отправятся в ящик и никогда оттуда не появятся.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Думаю, вам стоит начать показывать, что вы сделали, а там посмотрим.

— Я очень уверен в себе, мистер Асано. И, конечно, я позаботился о том, чтобы все специальные наряды, которые вы просили, были здесь. Давайте, однако, начнем с чего-нибудь простого...

УДАЧИ В БОРЬБЕ СО ЗЛОМ

УДАЧИ В БОРЬБЕ СО ЗЛОМ

Перед тем как собраться для выполнения следующего контракта, спутники Джейсона занимались своими делами в городе. Нил, как жрец Целителя, отправился в церковь. Хамфри и Софи последовали за Белиндой, чтобы присмотреть товары в торговом зале. Силы Белинды на серебряном ранге стали все больше зависеть от предметов, поэтому ее эффективность зависела от качества экипировки гораздо сильнее, чем у среднестатистического искателя приключений. Рынки Ливароса, будучи сердцем крупного города искателей приключений, идеально подходили для удовлетворения этой потребности, пусть и за немалую цену.

Клайв отправился вместе с Фаррой навестить Трэвиса Ноубла, случайного беженца с Земли. Как специалист по вооружению, сочетающему технологии и магию, он представлял для Паллимустуса новые пути исследований, что подтверждала магическая бомба, погубившая город Строителя. С тех пор как его магическая ядерная бомба превратила летающий город-крепость в остров руин, он прятался в Магическом обществе.

Когда-то Клайв сам был восходящей звездой Магического общества, пока один беспринципный член организации не осознал его потенциал, не запер его и не попытался использовать его в своих целях, присвоив себе его работу. Клайв вырвался на свободу с помощью Белинды и сочувствующего члена Магического общества, но ущерб был нанесен. После того как виновного лишь слегка пожурили, мнение Клайва о Магическом обществе было сложно опустить еще ниже.

Несмотря на свои опасения, Клайв не стал мешать Трэвису работать с Магическим обществом. Он просто предупредил его о потенциальных опасностях и старался присматривать за ним. К тому же Церковь Знания проявила интерес к Трэвису, и за ним присматривала молодая жрица Габриэль Пеллин. Эта строгая и невероятно красивая молодая женщина, бывшая возлюбленная Хамфри, заставляла юношу сильно нервничать.

* * * Команда встретилась на территории Общества искателей приключений; Джейсон прибыл в одном из своих новых нарядов. Это был бледно-голубой костюм с белой рубашкой и шляпой в стиле панамы. На его туфлях, нагрудном платке и ленте шляпы были вспышки более яркого синего цвета с оттенками оранжевого, которые отражались в его глазах.

— Что на тебе надето? — спросил Нил.

— Это для тех случаев, когда нужно сражаться с монстрами и выглядеть в стиле смарт-кэжуал, — объяснил Джейсон.

— Перебор, — сказал Нил.

— Это говорит человек, который одевался как собственная двоюродная бабушка, пока не появился Джейсон, — заметила Белинда.

— Мне нравится, — сказал Хамфри. — Хотел бы я носить такой крой. У меня не та фигура.

— Да, — сказал Джейсон, глядя на Хамфри с его внешностью супермена с Ближнего Востока. — Тебе действительно приходится несладко.

Они прошли через оживленную территорию кампуса, пока не добрались до плаца, где им нужно было собраться для выполнения контракта. Таких мест сбора было много, и это было окружено лужайкой, за исключением здания с одной стороны. Они были не первой группой, прибывшей сюда, и не последней; они были одной из шести команд, назначенных для участия в экспедиции. Уже присутствующие группы были скрыты экранами приватности, что было нормой. У высокоранговых искателей слух был достаточно острым, чтобы не подслушивать было сложно, поэтому экраны приватности в Ливаросе были обычным делом. Как и в случае со сдерживанием ауры, в местах, где собирались пользователи эссенции, таких как кампус Общества искателей приключений, их неиспользование считалось дурным тоном. Только там, где серебряные ранги были редкостью, как в кампусе в Гринстоуне, экраны приватности были практически неизвестны.

Команда Джейсона также использовала собственный экран. Хамфри активировал высококачественное устройство, которое носил с собой.

— Странно, что они отправляют так много команд на это задание, — сказал Хамфри, оглядываясь на группы, прибывшие до них. — Учитывая, что в Обществе искателей приключений нехватка кадров, кажется странным временем назначать столько людей для исследования павших городов Строителя. Неужели это не может подождать до окончания нашествия монстров?

— Мое предположение — они беспокоятся о чем-то, зарытом внутри этих городов, — сказал Джейсон. — Возможно, какая-то угроза пережила разрушение и ждет, чтобы вырваться наружу и посеять хаос.

— Какая угроза? — спросил Нил.

— Помнишь астральное пространство Ордена Жнеца? — спросил Клайв. — Как оказалось, оно изначально принадлежало Строителю и было размерным кораблем в форме города, предназначенным для вторжения? Напоминает что-то, что ты видел в последнее время?

— Ты хочешь сказать, что это было похоже на те города, что атаковали Римарос? — спросил Хамфри.

— На самом деле, он был больше, — сказал Клайв. — Ты помнишь, какого размера было то место. Если представить, что все эти города появляются как флот кораблей, я думаю, то, что мы видели, было флагманом. Там был десяток этих мировых инженеров; големов алмазного ранга, которые больше большинства зданий. После того, что здесь произошло, становится понятно, что случилось бы, если бы мы их не остановили. Строитель начал бы свое вторжение на три года раньше.

— Но мы же остановили его, — сказал Нил. — В смысле, в основном это был ты, Клайв, но остальные из нас тоже были там, и нам нужно рассказать об этом людям. Женского пола.

— Нил, — сказал Джейсон, — ты эльфийский искатель приключений серебряного ранга, который на шестьдесят процентов состоит из мышц пресса. Если у тебя проблемы с привлечением женщин, значит, твои методы флирта катастрофически плохи. Это не так сложно. Держи рот на замке, рубашку расстегнутой и удели этому около минуты.

— Моя техника флирта просто отличная, большое спасибо.

Вся команда посмотрела на него.

— Что? — спросил он.

Джейсон перевел взгляд на закрытую дверь в соседнем здании.

— Я пойду поговорю с Лиарой, — сказал он остальным и направился в ту сторону, невидимый экран приватности издал слабый гул, когда он покинул его пределы. Когда он подошел к зданию, из двери вышла принцесса Лиара Римарос. Другие присутствующие команды заметили ее появление, но Джейсон был единственным, кто подошел. Лиара коснулась броши на груди, и невидимый экран приватности окутал их. В отличие от большинства, этот имел видимый эффект искажения.

— Ты заметил меня, — сказала она Джейсону.

— Ты позволила, — ответил он. — Ты не настолько небрежна.

На ее губах заиграла улыбка.

— Я видела, как вы говорили о мировых инженерах.

— Подслушиваешь? Я думал, экран приватности Хамфри довольно хорош.

— Я читала по губам.

— Сквозь стену?

— Да.

— Это впечатляет, полагаю.

— Не зря их называют экранами приватности, а не экранами безопасности. Они не такие непроницаемые, как думают люди, о чем твоя новая подруга Эстелла могла бы тебе рассказать.

— Ты следишь за мной, принцесса?

— Только до определенной степени. Я не могу позволить себе тратить людей, которые могут следовать за тобой так, чтобы ты не заметил. Что, кстати, очень раздражало Веспер.

Они обменялись грустными улыбками. У Джейсона были непростые отношения с коллегой-принцессой Лиары, но ему нравились их колкие перепалки. Она пожертвовала собой, чтобы убедиться, что бомба сдетонировала в самом сердце летающего города Строителя.

— Вижу, ты наконец сменил гардероб, как она хотела, — сказала Лиара.

— Как думаешь, ей бы понравилось?

— Думаю, да. Ей нравились мужчины в шляпах.

Лиара посмотрела на команду Джейсона. Как и группы на плацу, они наблюдали за тем, как Лиара и Джейсон разговаривают внутри мерцающего экрана.

— Ты был прав насчет того, почему ресурсы выделяются на исследование города Строителя, — сказала Лиара. — Нам нужно убедиться, что культ Строителя не оставил после себя неприятных сюрпризов.

— Другие экспедиции для других городов?

Лиара кивнула. В Море Штормов было еще два разрушенных города Строителя. Один был летающим городом, который был потоплен в ожесточенной битве с искателями приключений Королевства Штормов, другой находился недалеко от северного побережья — шагающий город, который двигался на юг. Тот был уничтожен в одиночку Доун.

— Эта экспедиция направляется к павшему городу здесь, в то время как филиал дальше на север исследует затонувший город. В Море Штормов нет недостатка в искателях приключений, специализирующихся на подводных операциях.

— Преимущество культуры искателей приключений, построенной на специализации, — признал Джейсон. — Всегда есть нужные люди для работы. А как насчет города, который уничтожила Доун?

— Она была слишком тщательна, чтобы оправдать операцию, — сказала Лиара. — Мы все же проверили его, но быстро. Вся область пустыни теперь просто стекло. Магическое общество уже подает предложения о возможном использовании этой территории.

— Значит, никаких мировых инженеров, прячущихся там?

— Я была немного удивлена, увидев, что ваша группа упоминает мировых инженеров.

— Правда? Услышать это от нас не должно быть сюрпризом для того, кто порылся в моем досье. Ты просто просмотрела его по диагонали? Ты халтурила, не так ли?

— Я не халтурила, — сказала она с неискренним блеском в глазах, пока Джейсон усмехался.

— Появился где-то гигантский голем? — спросил он. — Может, выскочил из города, который якобы был уничтожен?

Лиара кивнула. — Именно это и произошло. Был город Строителя, менее мощный, чем те, что здесь, потому что он находился в зоне с более низкой магией. Местные искатели приключений уничтожили его, но спустя несколько дней из руин появились три мировых инженера.

— Разве големы алмазного ранга могут функционировать в зоне с более низкой магией?

— Оказывается, мировые инженеры получили свое название из-за влияния на мир вокруг них. Все трое вместе работали как гигантский накопитель маны, втягивая, очищая и перераспределяя окружающую магию, чтобы повысить местную магическую плотность. Это работает только из-за повышенного магического насыщения от нашествия монстров.

— То есть они созданы специально для работы при вторжении в миры, — сказал Джейсон, качая головой. — Строитель такой гад. Мировые инженеры спроектированы так, чтобы подготовить зону с низкой магией к атаке более сильных сил Строителя?

— Это наше лучшее предположение. Мы знаем, что культ Строителя еще не задействовал свои полные силы, что продемонстрировал город, который появился, чтобы атаковать Римарос.

— Должно быть, это ограниченный резерв, иначе он бы сбросил полдюжины таких штук, чтобы наверняка.

— Малые милости, — сказала Лиара. — Мы не думаем, что города, сбитые здесь, имеют мировых инженеров, потому что они кажутся специализированными для зон с низкой магией, но мы хотим убедиться, что не получим других сюрпризов. Мы подтвердили, что в руинах города остались конструкции Строителя, так что есть разумная вероятность того, что там все еще находится что-то по-настоящему опасное. Однако оружие твоего друга сдетонировало в глубинах города, так что мы надеемся, что оно справилось с любыми скрытыми опасностями, погребенными глубоко в руинах.

Даже мощные чувства Джейсона не могли прочитать эмоции Лиары, специалиста по скрытности золотого ранга, но ее лицо выдавало муку, которую не выдавала ее аура.

— Мне жаль Веспер, — тихо сказал Джейсон. — Она умерла так достойно, как только можно пожелать. Она мне нравилась.

— Я уверена, — сказала Лиара с грустной улыбкой.

— Нет, правда, — сказал Джейсон. — Я в любой день недели предпочту умную и острую на язык, чем милую и скучную.

— Ты ей тоже нравился.

— Она меня ненавидела.

— С Веспер это было почти одно и то же; ей нравилась борьба. Она терпеть не могла посредственность.

— Это довольно элитарно.

— Ты, по сути, только что сказал то же самое, — ответила Лиара.

— Да, но я сказал это с шармом.

Она посмотрела на него безразличным взглядом.

— Нет? — спросил он.

— Нет.

— Я думал, что был обаятелен.

— По моему опыту, большинство мужчин так думают.

Джейсон рассмеялся, оглядывая плац.

— Мне, наверное, пора вернуться к своей команде. Люди видят, как мы любезничаем, и я бы не хотел, чтобы они думали, будто я любимчик учителя. В какой-то момент нам стоит поговорить о том, чтобы устроить мне встречу с заключенными Чистоты.

— Это важные заключенные, мистер Асано, а не фестивальный аттракцион. Я с самого начала сказала тебе, что буду использовать тебя только если посчитаю, что мы можем извлечь из этого что-то полезное.

— Принцесса, я видел результаты того, что затевает Чистота.

— Неужели?

— Ты хочешь сказать, что это не люди Чистоты уничтожили тот город-крепость, который мы нашли?

— Нахождение его не делает его решение вашей ответственностью. Вам не обязательно быть тем, кто решает каждую проблему, мистер Асано.

Джейсон моргнул, слегка опешив.

— И правда, не обязательно, — осознал он. — На самом деле, это приятно слышать. Очень приятно слышать. Э-э, тогда удачи в борьбе со злом. Я вернусь к своей команде.

— Ты ведь понимаешь, что находишься здесь, потому что мы собираемся исследовать руины разбившегося летающего города, который теперь является островом, полным конструкций, посланных межпространственным захватчиком, против которого именно ты лучше всего подходишь для борьбы. Межпространственным захватчиком, который ненавидит тебя лично и конкретно.

Джейсон пожал плечами.

— Раньше я находил подобные вещи захватывающими. Теперь это просто вторник.

— Что за вторник?

* * * Остров, который когда-то был летающим городом, находился недалеко от берегов Римароса. Он уже повлиял на судоходство не только своим присутствием, но и воздействием на водные течения вокруг острова. Поверхность города была относительно нетронутой, несмотря на то, что он упал с неба после детонации магической версии ядерного оружия глубоко внутри него. Однако «относительно нетронутый» — это не то же самое, что «полностью целый», и его невозможно было спутать с обычным разрушенным городом.

Когда группа пролетала над водой по направлению к нему, первым делом они увидели, что летающий город не упал в воду плашмя. Он лежал под углом около двадцати градусов, из-за чего все здания стояли под наклоном. Некоторые из них обрушились из-за сочетания этого воздействия и боевых повреждений, но большинство все же устояло, даже те, что были довольно высокими.

У каждой группы были свои способы передвижения по воде. Большинство перемещались индивидуально на личном транспорте, например, на вызванных облаках или конструктах-существах. Команда Джейсона не использовала транспорт Тени, а находилась внутри фамильяра Клайва, рунной черепахи Онслоу, пока тот летел по воздуху. На серебряном ранге Онслоу мог расширять свой панцирь до размеров комнаты. У него не было боковых стенок, верхняя и нижняя части панциря были полностью разделены. Верхняя половина панциря была подвешена над нижней, удерживаемая на месте магическими ветрами, которые окутывали панцири и не давали воздуху прорываться внутрь, пока они летели. Это даже сохраняло внутри приятную прохладу под тропическим солнцем.

Что касается самого Онслоу, то он уменьшался по мере расширения панциря, принимая более гуманоидную форму, пока не стал похож на ребенка, делающего впечатляющий косплей на черепашку-ниндзя. Его голова осталась прежней, а передние лапы теперь стали трехпалыми кистями. Панциря на его теле больше не было, и Клайв купил детскую одежду, которую теперь носил его фамильяр.

Пока панцирь Онслоу летел над водой с Джейсоном и командой внутри, фамильяр счастливо сидел, деля большую миску салата с Клайвом. Рядом с маленькой зеленой фигуркой находился тот, кто мог бы быть его клоном, если бы не густые усы, неуместно торчащие над ртом. Фамильяр Хамфри, дракон-оборотень Велитраксистааш, любил принимать форму членов группы, но с личной изюминкой.

— Это потрясающе, — сказал Джейсон, оглядывая внутреннюю часть панциря Онслоу. — Как будто находишься в биокорабле.

— Это более безопасное судно, чем то, что я могу создать, — сказал Тень. — У него гораздо большая структурная целостность. Может ли Онслоу получить доступ к своим способностям элементального панциря в этом состоянии?

Онслоу издал чирикающий звук, набив рот салатом.

— Черепахи обычно так звучат? — спросил Джейсон.

— Какая разница? — спросила Софи, почесывая Онслоу за головой. — Он хороший мальчик, правда?

Онслоу радостно чирикнул в знак согласия.

— Он может использовать свои способности, — сказал Клайв. — Однако это его единственная доступная форма, и хотя скорость достаточна для коротких дистанций, она не идеальна для путешествий на большие расстояния. Он может не отставать от дирижаблей, которые замедляются, чтобы избежать внимания монстров во время нашествия, но это его предел. К тому же, никакой мебели.

Этот аспект оставлял группу либо сидеть на теплом, мягком, кожистом полу, либо стоять, глядя на пункт назначения. К счастью, пол был довольно удобным, хотя Джейсон сидел в облачном кресле, созданном амулетом-флягой на его шее. По мере приближения к цели вся команда встала, чтобы наблюдать, как город увеличивается в их поле зрения.

ОСОБЕННЫЙ МАЛЬЧИК

ОСОБЕННЫЙ МАЛЬЧИК

Команда Джейсона прибыла вместе с остальными на берег острова, который когда-то был летающим городом. Город сильно пострадал: потрескавшиеся улицы, здания в разной степени разрушения. Еще заметнее был наклон города — он накренился примерно на двадцать градусов. Это вызывало ощущение чужеродности, словно слишком долго смотришь на оптическую иллюзию.

В экспедиции было два золотых ранга. Руководила Лиара Римарос, а её заместителем была Яна Кости. Яна состояла в команде Лиары еще до того, как та получила золотой ранг, и Джейсон был с ней знаком. Теперь она выглядела совсем иначе, и он знал, что причина — отсутствие брата. Ледев Кости пожертвовал собой в недрах города, в котором они сейчас стояли. Аура Яны ничего не выдавала, даже Джейсону, но её лицо было полно едва сдерживаемого гнева, пока она слушала инструктаж Лиары для экспедиции.

— Мы уже всё обсудили, так что я лишь кратко повторю, — объявила Лиара. — Мы знаем, что на острове есть активные существа-конструкты, и полагаем, что где-то в городе или под ним находится фабрика по их производству. Наша главная цель — найти и отключить эту фабрику, а также устранить любые другие угрозы, которые мы можем обнаружить. Мы разделимся на отдельные отряды, но будем поддерживать связь с помощью способности передачи сообщений.

Лиара указала на Джейсона.

— Мистер Асано вскоре объяснит, как работает его способность, но главное — вы должны запрашивать помощь, если столкнетесь с чем-то неожиданным. С чем угодно. Мне неважно, насколько легким кажется противник. Я намерена завершить эту экспедицию без потерь. Это проклятое место уже забрало слишком много наших, и я не позволю ему забрать еще хоть кого-то.

Перед выходом Лиара уже объяснила, что на остров прибывала команда золотого ранга и зачистила всех найденных конструктов. Насколько могли судить те, кто следил за объектом, всё, что производило новых конструктов, ограничивалось серебряным рангом. Золотые конструкты, которые уже были уничтожены, должны были стать последними, но «должны» — не то слово, на которое стоит полагаться.

— Мы ожидаем, что на фабрике могут присутствовать один или несколько заводных королей, — сказала Лиара. — Они не ориентированы на бой, но недооценивать любого противника золотого ранга нельзя. Ни при каких обстоятельствах ни один отряд не должен входить в одиночку в место, которое они подозревают в том, что это фабрика. Экспедиция должна перегруппироваться и двигаться вместе.

Команды разделились и выдвинулись, стараясь держаться относительно близко, а золотые ранги исчезли в скрытности. Джейсон мог отслеживать их местоположение с помощью своей способности карты, так как они были связаны с ним через интерфейс группы. Поскольку все команды были серебряного ранга, «близко» было не так уж близко, учитывая скорость, с которой они могли перемещаться, чтобы подкрепить друг друга.

— Прямо ностальгия, — сказал Джейсон, когда его команда двинулась в путь. — Все мы снова вместе, бродим по руинам странного магического города.

— Как насчет того, чтобы в этот раз не умереть? — спросил Нил.

— Нил, ты такой милашка, — ответил Джейсон.

— Я просто не хочу возвращаться к посредственной еде.

— Такой цундэрэ.

— Заткнись, — пробормотал Нил, отказываясь смотреть на остальных, пока вся команда смеялась.

— Ладно, настройтесь на бой, — скомандовал Хамфри. — Нам сказали, что конструкты собираются в основном в центральных районах, но будьте начеку. Джейсон, ты наш разведчик-невидимка, так что иди вперед. Софи, ты наш скоростной разведчик, так что прикрывай тылы и фланги. Нил, ты наш целитель, так что постарайся, чтобы тебя не пырнули.

— Со мной всё будет в порядке, спасибо, — сказал Нил, пока Софи растворилась в размытом движении, а Джейсон исчез в тенях.

— Белинда, приглядывай за Нилом, — сказал Хамфри. — Убедись, что его не пырнут.

— Меня не пырнут!

— Не волнуйся, Нил, — сказала ему Белинда. — Твоя безопасность — мой третий приоритет. Второй — сохранить закуски.

— Очень смешно, — сказал Нил. — И разве закуски не у Джейсона?

— Разведчик — опасная позиция, — объяснила Белинда. — У меня есть запасные закуски.

— Я не чувствую, что меня здесь ценят, — сказал Нил.

— Ладно, — пожаловалась Белинда. — Я поставлю тебя в приоритет перед запасными закусками. Кстати, что ты вообще положил в ту коробку, Джейсон?

— Тортовые сэндвичи, — ответил Джейсон через командный чат.

— Как лидер команды, — сказал Хамфри, — я вынужден отменить твое решение, Белинда. Если это тортовые сэндвичи, ты обязательно должна ставить их в приоритет перед защитой Нила от того, чтобы его пырнули. Он должен нести хоть какую-то ответственность за себя.

— Вы все понимаете, что многие команды ищут хорошего целителя, да? — спросил Нил. — Почему вы никогда не говорите о том, что Клайва могут пырнуть?

— Кто бы стал пырять Клайва? — спросила Софи через командный чат. — Все любят Клайва.

— Ага.

— Согласна.

— Определенно.

— Кроме его жены.

— Черт возьми, Джейсон!

* * * Конструкт в форме двуглавого четырехрукого огра стоял перед Хамфри, будучи вдвое выше искателя приключений. Он опустил четыре дубины на его голову, но Хамфри даже не поднял меч для блока. Клайв уже произносил заклинание, прежде чем монстр начал размахивать своим оружием.

Способность: [Мгновенная карма] (Карма)

* Заклинание (заклинание, недуг, возмездие, святость). * Стоимость: Низкая мана. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (69%).

* Эффект (железо): Цель получает урон в размере и типе, идентичном всему урону, нанесенному целью за последние несколько мгновений. Это считается уроном возмездия. Уменьшение или отрицание исходного урона не уменьшает и не отрицает урон возмездия.

* Эффект (бронза): Вы получаете альтернативный вариант базового заклинания. Вариант заклинания работает идентично эффекту железного ранга, за исключением того, что он меняет тип урона возмездия. Новый тип урона основан на исходном, например, тепло становится холодом или разрушительная сила становится резонирующей силой. Трансцендентный урон не может быть затронут этой версией заклинания.

* Эффект (серебро): Вы получаете пару дополнительных заклинаний. Каждое заклинание накладывает другую версию недолговечного святого недуга [Мгновенная карма]. Индивид может быть подвержен только одной версии [Мгновенной кармы] за раз, но мгновенные заклинания железного и бронзового рангов этой способности могут быть использованы на индивидах, страдающих от этого недуга.

* [Мгновенная карма] (недуг, возмездие, святость): Когда цель этой способности наносит урон, она получает эквивалентный урон возмездия. Тип урона эффекта возмездия зависит от варианта заклинания, использованного для создания недуга. Доступные варианты урона: идентичный исходному урону; альтернативный урон, основанный на типе исходного урона.

Когда Клайв впервые присоединился к команде, его навыки не соответствовали стандартам Хамфри, Джейсона или Нила. Даже Софи быстро обошла его: её долгая история насилия помогла ей очень хорошо адаптироваться к жизни искателя приключений. Боевая подготовка Клайва была давно, и он почти не использовал её в течение десятилетия после того, как бросил приключения ради исследований.

В прошлый раз, когда команда проводила время в разрушенном городе, оттачивая свои навыки, именно Клайву и Белинде пришлось сложнее всего. Оба предпочитали изучение магии методам убийства, хотя оба привносили свои инновационные умы в более агрессивное применение своих наборов сил.

Навыки Клайва и Белинды лучше всего подходили для хитрой, основанной на подготовке тактики, но этим их репертуар не ограничивался. Прошли годы с тех пор, как Джейсон подтолкнул Клайва обратно к жизни искателя приключений, и он не бездельничал, совершенствуясь, становясь более опытным в том, что для Клайва проходило как простые способности. Хотя сами силы были сложными, их использование заключалось в быстром суждении и быстрой реакции, чтобы воспользоваться моментом.

«Мгновенная карма» была силой Клайва, которая это олицетворяла. Долгое время это была сила, которую ему было труднее всего поднять, так как он был просто плох в её использовании. Когда Джейсон еще был с ними, это была сила, которую команда должна была стараться позволять ему практиковать. За время между уходом Джейсона и его возвращением преданность Клайва самосовершенствованию и годы опыта искателя приключений привели к разительным переменам. Теперь «Мгновенная карма» была одной из самых часто используемых сил Клайва, и он всегда был в поиске шанса использовать её с максимальным эффектом.

Сила Клайва была не единственной, сработавшей в мимолетный момент, когда конструкт размахивал оружием. Хамфри не стал блокировать атаку, потому что доверял Нилу, и, как и предсказывалось, вокруг него появился пузырь-щит, когда дубины обрушились вниз.

Способность: [Взрывной щит] (Щит)

* Особая способность (восстановление, возмездие, магия, проклятие). * Стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: 20 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (61%).

* Эффект (железо): Создает недолговечный щит, который нивелирует входящую атаку и взрывается, отбрасывая ближайших врагов и нанося сотрясающий урон. Атаки с высоким уроном серебряного ранга или выше могут не быть полностью нивелированы.

* Эффект (бронза): Накладывает [Резонирующее эхо] на любого, кто получил урон от взрыва.

* Эффект (серебро): Накладывает [Тугодум] на любого, кто получил урон от взрыва.

* [Резонирующее эхо] (недуг, периодический урон, магия, суммирующийся): Наносит постоянный урон резонирующей силой. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Тугодум] (недуг, проклятие): Увеличивает весь урон возмездия, получаемый целью.

Щит взорвался, отбросив гигантского конструкта. Усиление, которое щит Нила давал любому урону возмездия, делало эффект Клайва еще более мощным, и это была не единственная подобная сила, которой обладала кармическая сущность Клайва.

Способность: [Мантия возмездия] (Кармическая)

* Заклинание (благо, возмездие). * Стоимость: Низкая мана. * Время восстановления: 10 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 1 (96%).

* Эффект (железо): Наносит урон возмездия от удара любому, кто атакует целевого союзника.

* Эффект (бронза): Увеличение стоимости до умеренной маны позволяет наложить мантию возмездия на всех ближайших союзников.

* Эффект (серебро): В течение короткого периода после атаки весь урон, нанесенный получателем мантии сущности или объекту, который их атаковал, увеличивается.

С самого начала недуги Джейсона были Планом А стратегии команды против врагов, которых было мало, но которые обладали высокой индивидуальной силой. Однако они никогда не были настолько глупы, чтобы делать это своим единственным планом, и у них было множество стратегий для таких боев. Это оказалось очень важным после того, как Джейсон был потерян для них.

Одной из ключевых стратегий, которую команда использовала по мере повышения ранга, стало дополнение к плану «Пусть Джейсон наносит урон». Они нагружали Хамфри и Софи защитными и усиливающими способностями и позволяли им по очереди противостоять противнику. С достижением их способностями серебряного ранга это стало мощной стратегией само по себе, что было ценно, учитывая, что Джейсона больше не было с ними. Используя синергетический урон возмездия, который Нил и Клайв могли наложить на команду, а Софи — на себя, они делали атаку на передовую команды столь же неприятной, как и быть атакованным ею.

Когда конструкт был отброшен назад сотрясающим взрывом щита Нила, Хамфри прыгнул в воздух еще до того, как тот успел приземлиться. Он обрушил свой массивный меч с отработанным таймингом, и оружие врезалось в конструкта как раз в тот момент, когда конструкт врезался в землю.

Хамфри адаптировал свое снаряжение для продления времени, в течение которого он мог сражаться, а не для коротких разрушительных всплесков, как Фарра. Тем не менее, естественная склонность его набора сил заключалась в нанесении большого количества урона за короткое время. Хотя его снаряжение имело ограниченную поддержку для этого, его способности сами по себе делали многое. Он не только складывал несколько пассивных и активных способностей в атаку, но и использовал свой дважды эволюционировавший расовый дар.

Способность: [Жертва героя]

* Трансформировано из эволюционировавшей способности [Атака миражного дракона]. * Предыдущие эффекты расовой способности [Атака миражного дракона] были утрачены.

* Пожертвуйте своим здоровьем, чтобы усилить мощь ваших специальных атак.

На бронзовом ранге эта сила была значительным шагом назад по сравнению со способностью, которую она заменила. Разочарование Хамфри исчезло по достижении серебряного ранга. У обладателя бронзового ранга больше жизненной силы, чем у обычного человека, но, хотя разница была большой, она не была подавляющей. Совершение любого заметного жертвоприношения этой жизненной силы было ограничено в масштабах и опасно в применении.

Обладатель серебряного ранга, для сравнения, был возвышающимся титаном жизненной силы, костром по сравнению со спичкой. Хамфри мог влить жизненную силу в свою атаку, чтобы создать огромное количество урона. Лучше всего то, что способность усиливала любой тип урона, который Хамфри использовал в данный момент.

Способность: [Разрушитель щитов] (Сила)

* Специальная атака. * Стоимость: Низкая мана, умеренная выносливость. * Время восстановления: 10 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (79%).

* Эффект (железо): Наносит дополнительный урон резонирующей силой, высокоэффективный против физической защиты. Требует тяжелого оружия.

* Эффект (бронза): Урон по жесткому материалу значительно увеличен.

* Эффект (серебро): Накладывает [Резонирующее эхо] на любого, кто получил урон от атаки.

Это была атака, полностью основанная на уроне резонирующей силой, что делало её специально созданной для пробивания брони. Конструкты Строителя не просто имели броню; они, по сути, и были броней, что делало эту силу еще более эффективной. Атака Хамфри сработала как кумулятивный заряд; взрыв эффективно направлял свою силу именно туда, куда нужно.

Даже получив удар такой силы, что в земле остался отпечаток его тела, как у персонажа мультфильма, конструкт не был повержен. Несмотря на все сложенные силы и эффекты, идея о том, что один удар может свалить что угодно серебряного ранга, была чистой фантазией. Но серебро было поистине первым шагом к тому, чтобы оставить позади смертную хрупкость. Хамфри прекрасно это понимал, не останавливаясь ни на секунду, пока стоял над конструктом, который он наполовину похоронил в разбитых плитах улицы. Он поднимал и опускал свое оружие, поднимал и опускал, методично, как железнодорожный рабочий. Конструкт, несмотря на то, что был искусственным, а не из плоти и крови, был настолько ошеломлен первоначальным ударом Хамфри, что лежал там и принимал удары, не имея шанса выбраться из углубления, которое он сделал в улице.

Способность: [Неустанный натиск] (Сила)

* Специальная атака (магия, рассеивание). * Стоимость: Низкая выносливость, увеличивающаяся с каждой последующей атакой. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (08%).

* Эффект (железо): Каждое использование этой атаки в быстрой последовательности увеличивает урон этой атаки. Урон того же типа, что и от обычной атаки.

* Эффект (бронза): После достижения порога последовательных атак наносится эскалирующий урон резонирующей силой с каждой атакой.

* Эффект (серебро): После достижения порога последовательных атак наносится эскалирующий урон разрушительной силой с каждой атакой, и один экземпляр блага рассеивается с цели. Последующие атаки рассеивают эскалирующее количество экземпляров.

«Неустанный натиск» был способностью, которая мало использовалась на более низких рангах, так как большинство врагов очень быстро падали от разрушительной мощи Хамфри. На серебряном ранге она показала свою ценность, позволяя ему валить гигантов, как лесоруб валит деревья. Стоимость способности резко возрастала, если он использовал её достаточно долго, но именно здесь выбор Хамфри создать снаряжение для выносливости оправдал себя. Он мог продолжать рубить, пока его предметы и способности его команды постоянно восполняли его, когда стоимость поддержания атаки в противном случае была бы изматывающей.

Пока Хамфри рубил, Софи связала другого крупного конструкта, и недуги Джейсона теперь разъедали его. Нил чертил ритуальный круг золотым светом, готовый исцелить Хамфри, который сжег немалое количество жизненной силы.

Способность: [Великое Обновление] (Обновление)

* Заклинание (исцеление, ритуал). * Стоимость: Экстремальная мана. * Время восстановления: 1 час.

* Текущий ранг: Серебро 2 (38%).

* Эффект (железо): Проводит мощный ритуал исцеления, который очищает все недуги, не являющиеся ранами. Эта способность заменяет материальные компоненты ритуала.

* Эффект (бронза): Ритуальный круг рисуется магически, позволяя ритуалу быть проведенным быстрее и в менее идеальных условиях.

* Эффект (серебро): Несколько человек могут быть исцелены в одном ритуале, разделяя силу исцеления между ними. Исцеление, обеспечиваемое этой способностью, имеет больший, чем обычно, эффект при устранении раневых недугов.

Самая сильная способность Нила для исцеления одной цели была ритуальной способностью, которую было трудно использовать в бою, но она была как раз тем, что нужно для восстановления потраченной жизненной силы Хамфри. Нил не терял времени, зная, что команда должна быть готова, если появится что-то еще, чтобы атаковать их.

— Нам нужно, чтобы появилось больше, — пожаловалась Белинда. — Всё, что мне пришлось делать в этом бою, — это стоять здесь и следить, чтобы никто не пырнул Нила.

— Ага, — согласилась Белинда, почесывая свои усы.

* * * Команда сделала лишь короткий перерыв после боя. Хамфри, только что исцеленный, подлетел к тому месту, где Джейсон стоял на вершине полуразрушенной башни, наблюдая за подходами к их месту отдыха.

— Ты выглядишь обеспокоенным, — сказал Хамфри. — Неужели несколько конструктов тебя беспокоят?

— В этом-то и проблема, — сказал Джейсон. — Такое ощущение, что Строитель итерирует свои конструкции, чтобы противостоять моей способности воздействовать на них. В Гринстоуне я мог блокировать звездные семена так, что даже без моего вмешательства они оставались заблокированными достаточно долго, чтобы Магическое общество могло придумать что-то для их подавления.

— Сейчас не так?

— Нет. Культисты, с которыми я столкнулся незадолго до того, как вы с командой прибыли, были гораздо сложнее в удержании. Это было как держать смазанный речной камень; он мог легко выскользнуть у меня из рук. Конструктов в то время было достаточно легко сделать неуклюжими, но здешние были более устойчивы.

— Ты думаешь, Строитель меняет их, чтобы остановить тебя?

— Я думаю, он обновляет своих миньонов каждый раз, когда видит, что я воздействую на них, да. Наверное, это несложно. Для звездных семян это было бы как обновление прошивки.

— Чего?

— Прости. Я имею в виду, что Строитель, вероятно, может менять их легко и удаленно. Моя догадка в том, что с конструктами сложнее, так как у культистов есть звездные семена с прямой связью со Строителем. Он, вероятно, не может изменить конструктов, которые уже были построены, но, скорее всего, мы имеем дело с недавно созданными здесь. Я полагаю, он обновляет конструкции через этих заводных королей.

— Тогда, чтобы прояснить, — сказал Хамфри. — Ты сидишь здесь и дуешься, потому что боишься, что не будешь тем особенным мальчиком, который может в одиночку справиться с целыми армиями конструктов Строителя?

— Не совсем, — сказал Джейсон. — Честно говоря, я, вероятно, мог бы справиться с армией из них, используя только свои обычные силы.

Хамфри посмотрел на Джейсона безэмоциональным взглядом и открыл голосовой чат для команды.

— Я принял решение как лидер команды, — объявил он. — Теперь мы позволяем Джейсону, чтобы его пырнули.

— О, да ладно, — пожаловался Джейсон. — Это вряд ли...

Хамфри схватил Джейсона за переднюю часть боевой мантии и сбросил его с башни.

СТРОГО НЕОБХОДИМО

СТРОГО НЕОБХОДИМО

— В этом городе есть что-то странное, — сказал Хамфри, заставив остальных членов команды одарить его недоуменными взглядами. Даже Софи высунулась с края крыши, на которой стояла, чтобы посмотреть в его сторону.

— Гм, да, — отозвался Клайв. — Возможно, я и сам заметил кое-какие архитектурные странности.

— Чтобы прояснить, — сказал Нил, — ты считаешь, что есть нечто странное в городе, который на самом деле является гигантским межпространственным кораблем, упавшим с неба, стоящим под наклоном, разбитым вдребезги и служащим домом для постоянно растущей армии автоматов, пытающихся оторвать целые куски от края мира?

— Думаю, ты напал на верный след, Хамп, — сказал Джейсон.

— Вы смотрите, но не видите, — сказал им Хамфри. — Прислушайтесь к тому, что описал Нил. То, что вы видите — это вся та странность, о которой говорил Нил, но на самом деле это вовсе не странно. Именно этого и следовало ожидать от разбившегося межпространственного корабля захватчиков, и именно так вы все и воспринимаете это место. Но попробуйте взглянуть на него как на город. Разрушенный, перекошенный город, но всё же город.

Джейсон появился из ближайшей тени, его выражение лица было любопытным, поскольку Хамфри подогрел его интерес.

— Что ты видишь такого, чего не видим мы? — спросил его Джейсон.

— Это пришло мне в голову, когда мы сражались здесь во время битвы, — сказал Хамфри. — Тогда было слишком суматошно, чтобы по-настоящему об этом задуматься.

— По сравнению с этой поездкой, которая была такой приятной и расслабленной, — заметил Нил.

— Я был во многих городах по всему миру, — сказал Хамфри. — Я вырос в Гринстоуне, но мама путешествовала с сестрой и со мной, когда мы были маленькими. Она хотела, чтобы мы увидели другие места и другие культуры. У разных городов разная атмосфера, но всегда есть ощущение, что это место, где живут люди. Он может быть потакающим слабостям, гедонистическим, практичным, индустриальным, авторитарным, но в них всегда чувствуется присутствие людей и цели. Город говорит о том, кто они, что делают и что ценят. Они кажутся обжитыми.

— Кажется, я понимаю, о чем он, — сказал Нил, оглядываясь по сторонам. — Это место не похоже на руины того, где когда-то жили люди. Оно кажется пустым. Полым. Словно оболочка.

— В этом есть смысл, — сказала Белинда. — Истинная цель этого места — не город. Это фасад для настоящих операций, которые велись под землей.

— Нет, — сказал Джейсон. — Не думаю, что все так просто. Для кого этот фасад? Строитель и его люди делают что-либо только для самого Строителя. Этот город для него.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Клайв. — Не похоже, что он может прийти сюда и жить в нем.

— Вы мыслите не в том масштабе, — сказал Джейсон. — Для нас это место огромно, но для Строителя этот размер — ничто.

— О чем ты говоришь? — спросила Софи, легко спрыгивая с крыши.

— Это место — игрушка, — сказал Джейсон. — Это не настоящий город; это модель в масштабе один к одному, построенная тем, кто не понимает людей.

* * * Как и все остальное в разрушенном городе Строителя, башни стояли под наклоном. Белинда, облаченная в гладкую и эластичную кожу, соскользнула по почти вертикальной стене, балансируя на ногах и набирая скорость. Поверхность башни была из неровной кирпичной кладки, но её магические сапоги сглаживали спуск. Под подошвами её сапог магия мерцала, словно марево от жары, игнорируя любые выступы или неровности и обеспечивая ей чистое скольжение. Всё, о чем ей нужно было беспокоиться — это равновесие.

К тому времени, как она оказалась в нескольких этажах от земли, она набрала приличную скорость. Соединив это со своей силой серебряного ранга, она совершила мощный прыжок от стены, перелетев через улицу и направившись к зданию на другой стороне. Ловко развернувшись в воздухе, она приземлилась на другую стену, используя инерцию, чтобы пробежать по ней.

Способность: [Мгновенный адепт] (Адепт)

* Особая способность. * Стоимость: Очень много маны. * Перезарядка: 6 часов.

* Текущий ранг: Серебро 1 (74%).

* Эффект (железо): Значительное увеличение характеристики [Спид] и временное мастерство владения акробатикой, малыми клинками и метательным оружием. Увеличивается ваш максимальный запас выносливости, и вы получаете эффект постоянного восстановления выносливости.

* Эффект (бронза): Получение сверхъестественных способностей к передвижению, включая бег по стенам и хождение по воде.

* Эффект (серебро): Получение дополнительных специальных атак и способностей, основанных на экипированном оружии, броне и вспомогательных инструментах.

Сверху донесся звук, похожий на падение бомбы, когда высокочастотный шум стал ниже, по мере того как что-то спускалось сверху.

Пока Белинда бежала по второй стене, приближаясь к углу, она хлопнула по ней рукой, магически приклеив конец веревки, тянувшейся из её рукава. Она спрыгнула и с той стены, используя веревку, чтобы развернуться за углом здания. Улица внизу была полна конструктов Строителя, похожих на кентавров, но с нижней частью тела как у муравьев, а не как у хайделов.

Веревка отцепилась от стены и змеей втянулась обратно в рукав Белинды, выбросив её над конструктами. Она грациозно кувыркнулась в воздухе, чтобы совершить «супергеройское приземление» прямо посреди них, обеими руками упершись в мостовую. Она подняла руки, наколдовав под каждой из них стержень, закрепленный на земле. Один стержень был кристаллическим, другой — железным.

Способность: [Силовая привязь] (Ловушка)

* Призыв. * Стоимость: Низкое потребление маны в секунду. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (19%).

* Эффект (железо): Призывает кристаллический стержень, от которого тянется привязь из мерцающей силы, соединяющая всех ближайших врагов в умеренном радиусе. Привязанные враги притягиваются к стержню, который защищен силовым полем, наносящим умеренный резонансно-силовой урон любому, кто вступит с ним в контакт. Если силовое поле разрушено, оно взрывается волной резонансно-силового урона. Если стержень уничтожен или удален со своего места, он взрывается волной разрушительно-силового урона. Пространственное перемещение, такое как телепортация, разрывает привязь. Непривязанные враги, вошедшие в радиус действия стержня, становятся привязанными. Может существовать только один стержень силовой привязи одновременно.

* Эффект (бронза): Увеличивается прочность и сила притяжения привязи.

* Эффект (серебро): Накладывает [Неизбежность]. Движение или перемещение против тяги привязи заставляет привязь наносить резонансно-силовой урон, который возрастает с увеличением расстояния от стержня.

* [Неизбежность](недуг, магия): Цель не может быть подвержена телепортации или невраждебным пространственным эффектам.

Кристаллический стержень выстрелил привязями из едва заметной силы во всех окружающих врагов. Привязи немедленно начали тянуть сгруппировавшуюся толпу конструктов, которые сильно сопротивлялись притяжению. В то же время из железного стержня непрерывным потоком била молния, перескакивая с одного врага на другого, соединяя их в цепь.

Способность: [Молниевая привязь] (Ловушка)

* Призыв. * Стоимость: Низкое потребление маны в секунду. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (21%).

* Эффект (железо): Призывает железный стержень, от которого тянется привязь к ближайшему врагу в малом радиусе. Если врагов в радиусе нет, она прикрепится к первому врагу, который войдет в радиус. Привязь наносит пренебрежимо малый периодический урон электричеством, который возрастает в зависимости от длины привязи. Если стержень уничтожен или удален со своего места, удар молнии поражает ближайшего врага, а затем перескакивает с одного врага на другого, пока не будут поражены все враги в округе. Молния, вызванная уничтожением стержня, наносит тяжелый урон электричеством и накладывает состояние [Оглушение]. Пространственное перемещение, такое как телепортация, разрывает привязь, которая прикрепляется к врагу, ближайшему к стержню, если он в радиусе действия. Может существовать только один стержень молниевой привязи одновременно.

* Эффект (бронза): Вторичные привязи перескакивают с первоначальной цели на второго ближайшего врага, а от него — на третьего. Урон по каждой цели зависит от длины каждой привязи, к которой они подключены.

* Эффект (серебро): Привязь может соединять до семи врагов. Если привязанные враги находятся близко друг к другу, каждая короткая привязь испускает электрические снаряды в случайных непривязанных врагов.

* [Оглушение](недуг, молния): Цель неспособна совершать физические действия в течение короткого момента.

Молниевые привязи были короткими, так как были привязаны к близко стоящим конструктам, и немедленно начали стрелять электрическими снарядами. Они наносили минимальный урон конструктам, но, по-видимому, влияли на их двигательные функции.

В этот момент звук падающего объекта достиг кульминации, и Софи приземлилась прямо рядом с Белиндой в идентичной позе.

Способность: [Волна ветра] (Ветер)

* Особая способность (передвижение). * Стоимость: Умеренное количество маны. * Перезарядка: 6 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (91%).

* Эффект (железо): Производит мощный порыв воздуха, способный оттолкнуть врагов и физические снаряды. Может быть использована для прыжка в воздух или быстрого перемещения, находясь уже в воздухе.

* Эффект (бронза): Может воздействовать на магические снаряды и некоторые магические эффекты по области.

* Эффект (серебро): За высокую стоимость маны создает волну ветра с чрезвычайно мощной толкающей силой, которая распространяется кругом от использующего способность. Волна ветра может воздействовать или не воздействовать на любого или что угодно, через что она проходит, по желанию. Сила волны может быть усилена при падении с большой высоты, при этом уровень увеличения зависит от скорости и расстояния падения. Пользователь не получает урона от ударов о землю при использовании способности таким образом.

Вся толпа конструктов была отброшена, словно взорвалась бомба. Некоторые врезались в здание, с которого только что спрыгнула Белинда, в то время как другие были отброшены в пустой канал на другой стороне улицы. Большинство были отброшены вверх или вниз по дороге, пролетев огромное расстояние.

Урон от стержней привязи Белинды возымел действие, расстояние от стержней усиливало последствия. Урон от стержня молнии по-прежнему был минимальным с точки зрения нанесения вреда конструктам, но чем сильнее становился эффект, тем больше нарушались их функции. Что касается привязей кристаллического стержня, то резонансно-силовой урон был разрушительным для жестких конструктов.

Конструкты теперь были разбросаны на широкой территории, синие и оранжевые бабочки красиво садились на их поверженные формы. Притяжение силовой привязи сработало, и конструкты были быстро притянуты обратно туда, где Софи и Белинда только что вставали. Вокруг них поднялся ветер, подхватив их обеих в воздух и убрав с пути сходящихся конструктов. Белинда посмотрела вниз, туда, где тяга силовых привязей буквально сваливала конструктов в кучу поверх небольшого силового поля вокруг них. Она направила открытую ладонь в землю, прямо туда, где были стержни привязи.

Яма — не настоящая дыра, а открытое пространственное пространство, наполненное тьмой, — появилась под стержнями. Стержни упали в темноту вместе с грудой конструктов. Это вызвало условия детонации для обоих стержней, молния прошила яму, полную врагов. Куда более разрушительным был взрыв резонансно-силового урона, сдержанный в пространстве ямы.

Снаружи ямы оставались еще конструкты, которых привязи не успели затянуть в радиус действия до того, как Белинда наколдовала яму. Темные щупальца появились из пространственного разлома, хватая конструктов и затягивая их внутрь.

Способность: [Яма Жнеца] (Ловушка)

* Призыв (пространство). * Стоимость: Много маны. * Перезарядка: 2 минуты.

* Текущий ранг: Серебро 2 (14%).

* Эффект (железо): Призывает пространственную яму на любой горизонтальной поверхности. Поверхность не обязательно должна быть твердой или несущей. Любой, кто находится внутри ямы, получает периодический некротический урон. Если это заклинание применяется снова, пока яма уже существует, существующая яма исчезает, помещая всех, кто был внутри, на поверхность, на которой была наколдована яма.

* Эффект (бронза): Пользователь способности и его союзники могут стоять на яме, не проваливаясь внутрь, если пожелают.

* Эффект (серебро): Теневые щупальца затягивают врагов в яму.

Некротический урон ямы обычно не воздействовал на конструктов, но недуги Джейсона, распространяемые бабочками Гордона, изменили это. Бабочки даже последовали за конструктами в темноту, сами оставаясь невосприимчивыми к некрозу.

Белинда и Софи приземлились на близлежащую крышу, откуда Хамфри, Нил и Клайв уже наблюдали с высоты. Джейсон поднялся из тени Хамфри, словно поднимался на лифте.

— Были ли все эти прыжки строго необходимы? — спросил Нил.

— Прости, какая там у тебя способность к передвижению? — спросила его Белинда. — Ах да: просить людей переносить тебя с места на место.

— Моя способность к передвижению — это «Отнеси меня куда-нибудь, или посмотрим, что будет в следующий раз, когда твою руку нужно будет прирастить обратно».

— Это было один раз, — сказала Белинда.

Нил посмотрел на неё бесстрастным взглядом.

— Второй раз не считается, — сказала она. — Половина всё ещё держалась. Ну, по крайней мере, треть.

* * * Лиара открыла голосовой канал, используя интерфейс группы Джейсона, чтобы поговорить со всей экспедицией.

— Всем группам необходимо перегруппироваться. Со мной связались разведчики, следящие за островом, и несколько крупных неизвестных сил приблизились на подводных судах и высадились в разных точках острова. Паллав, запусти сигнальную ракету, и пусть все группы сходятся в этой точке.

— Что думаешь? — спросил Нил. — Силы Строителя хотят отбить остров?

— Они ни за что не смогут захватить и удержать остров так близко к Римаросу, — сказал Клайв. — Попытка была бы безумием.

— Это армия идиотов, которые меняют свои руки на бревна или что-то еще, чтобы служить какому-то межпространственному идиоту в его вражде с Джейсоном, — сказал Нил. — Никто не обвинял их в здравомыслии.

— Нет особого смысла строить догадки без дополнительной информации, — сказал Хамфри. — Давайте выдвигаться.

ОППОРТУНИСТЫ

ОППОРТУНИСТЫ

Орден Искупительного Света долгое время передвигался на подводных транспортных средствах, которые не отличались ни скоростью, ни эффективностью, зато их было крайне трудно обнаружить. Благодаря этому им удавалось избегать внимания разведчиков, следивших за островом Строителя, вплоть до самого прибытия, когда их суда всплывали незадолго до того, как выброситься на разрушенный каменный берег. Транспортные средства напоминали огромных плоских китов из зеленого металла.

Одно из транспортных средств прижалось к месту, где из-за наклона города уровень земли поднялся на несколько метров. Огромная дыра, пробитая в обшивке, образовала грубую рампу из обломков, по которой судно и вышло на берег.

Лишь немногие из находившихся на каждом судне были членами Ордена. Большинство пассажиров составляли магически контролируемые рабы — чистые служители. Чистые служители были пользователями эссенции, которым имплантировали заводные ядра, подобно «Преобразованным», которых использовал культ Строителя. Разница заключалась в том, что заводные ядра, имплантированные чистым служителям, были, по стандартам Ордена Искупительного Света, очищены.

Основным принципом Ордена было взять то, что нечисто, очистить его и превратить в оружие. Заводные ядра добывались из заводных королей, которые были одним из самых важных активов, предоставляемых Строителем своему культу. После того как один из королей проходил через ритуалы очищения Ордена, производимые им ядра становились фундаментально иными.

Заводные ядра преобразовывали пользователей эссенции, изменяя их тела и захватывая контроль над ними. Поскольку ядра не могли нарушить целостность души, которая была вместилищем магии человека, Преобразованные теряли способность использовать свои способности эссенции. Вместо этого ядра искажали тела Преобразованных способами, которые иногда были очевидны, а иногда — нет.

«Чистый служитель» — так Орден Искупительного Света называл своих собственных Преобразованных, созданных с помощью модифицированных ядер. Результаты сильно отличались от тех, что давали обычные ядра Строителя, но процесс все равно позволял получать послушных рабов, единственным спасением для которых была смерть.

Пока Общество искателей приключений было занято борьбой с нашествием монстров и вторжением Строителя, Орден заманивал жителей изолированных крепостных городов, склоняя их к принятию ядер. Если города не были изолированы, сделать их таковыми было несложно, а если их не удавалось убедить, находились и другие варианты. Имплантация ядер проходила лучше, когда людей обманом заставляли согласиться на нее, но это не было строго обязательным. Успех этого процесса «вербовки» означал, что Ордену требовалось больше ядер, чем мог произвести их единственный очищенный заводной король.

Передняя часть подводного аппарата открылась, и три члена Ордена Искупительного Света вывели большую группу чистых Преобразованных. Склон, состоящий из осыпи и разбитых кусков стены, был ненадежной опорой, но для тех, кто обладал балансом и рефлексами серебряного ранга, это не составило труда.

Три члена Ордена — Сендира, Фила и Рамона — были женщинами. Они также были людьми, хотя Рамона когда-то была селестиной. Ее прежде золотистые волосы теперь стали солнечно-блондинистыми, а некогда золотые глаза — голубыми. Трио грациозно поднялось по склону гуськом, а чистые служители карабкались следом.

— Вся эта операция безрассудна, — сказала Фила, шедшая посередине. — Здесь есть золотые ранги. Причем специалисты по скрытности. Они могут быть где угодно.

— Тогда, может, заткнешься, пока они не услышали, как ты жалуешься? — отозвалась Рамона, замыкавшая шествие.

— Обе замолчали, — приказала Сендира, идущая впереди. — Отвлечение и легкомыслие оскверняют чистоту цели.

Сендира была не только общим командиром рейда на остров, но и вторым лицом во всех силах Ордена в Море Штормов. Сендира не удостоила их взглядом, когда делала замечание, в то время как остальные двое обменялись взглядами. Все трое были из разных ячеек Ордена, но эта пара быстро нашла общий язык, работая под началом Сендиры.

Орден Искупительного Света действовал, используя ячеистую структуру задолго до падения Церкви Чистоты. Будучи одним из самых экстремальных крыльев церкви, они всегда были готовы к религиозным преследованиям. Всегда готовые к тому, что материнская церковь от них отречется по необходимости, они были хорошо подготовлены к тому, чтобы пережить падение церкви. В результате их ячеистой структуры операции Ордена в Море Штормов имели общее командование, но каждое подразделение имело свое собственное руководство. Это иногда приводило к трениям, когда ячейки работали вместе.

Мелоди Джейн была общим лидером местных операций Ордена вместе со своим заместителем Сендирой и церковным советником Ларонтом. Поскольку общее руководство имело тот же серебряный ранг, что и лидеры отдельных ячеек, между ними постоянно существовало напряжение.

— Думаешь, мы не знаем, почему нас приставили именно к тебе? — сказала Рамона Сендире. — Ты не хочешь, чтобы мы вмешивались в твою настоящую цель.

— Может, ты и говоришь нам, что мы здесь ради заводных королей, — добавила Фила, — но мы знаем, что это лишь второстепенная задача. Ты узнала о заводных королях только тогда, когда готовилась похитить дочь Мелоди. Мелоди использует присутствие королей как предлог, чтобы тратить ресурсы Ордена на свои собственные цели.

— Ты выбрала нас в свою группу, потому что не хочешь, чтобы наши командиры поняли, что Мелоди использует Орден для себя, а не для его истинных целей, — добавила Рамона. — Пока ты следишь за нами, слепые маленькие последователи Мелоди могут делать то, чего она не хочет нам показывать.

— Только Чистота достойна нашей преданности, а не его слуги, — сказала им Сендира. — Мы все недостойны, стремясь очистить скверну, которая таится внутри нас, и удержаться от накопления новой. Говорить в невежестве и непослушании, что делает вас ниже, — значит приглашать нечистоту духа в себя. Вашей единственной заботой здесь должна быть чистота цели. Делайте то, что вам велено, и вы возвыситесь в глазах бога.

— Ты говоришь с нами свысока, будто ты золотой ранг, Сендира, но это не так, — сказала ей Рамона. — Ты просто та, кто воспринимает идею «святее всех» слишком буквально.

Крыло Ордена Искупительного Света в Море Штормов не имело среди своих членов ни одного золотого ранга — они не хотели привлекать того внимания, которое неизбежно приносили с собой золотые ранги. Даже самый заурядный золотой ранг был тем потенциальным источником угрозы стабильности, за которым люди любили следить, особенно если эти золотые ранги действовали вне Общества искателей приключений.

Поэтому для Ордена было разумно избегать наличия золотых рангов в своих рядах, когда целью была деятельность без привлечения внимания. Задолго до падения Церкви Чистоты Королевство Штормов знало о присутствии Ордена Искупительного Света. Даже в случае с легитимными церквями их более экстремальные фракции заслуживали внимания, но местные власти оставались спокойны, пока в Ордене не было никого выше серебряного ранга. Когда местные власти начинали их искать, потери Ордена были минимальны; их осмотрительность позволяла им осуществлять приготовления, сделанные в то время, пока их долго не замечали. Отсутствие золотых рангов было лучшим щитом, чем наличие золотых рангов для их защиты.

Несмотря на все это, многие члены Ордена продолжали возражать против отсутствия золотых рангов в своих рядах. Руководство в других ячейках, будучи не ниже рангом, чем Мелоди, было источником трений внутри Ордена. Уважение к рангу было глубоко укоренено в культурах и религиях Паллимустуса, и многие чувствовали, что сопротивление Мелоди присутствию золотого ранга было попыткой не отдавать власть.

Трио достигло вершины осыпи, прошло через дыру в стене и оказалось на наклонной улице с потрескавшимися и изрытыми плитами. Сендира наконец повернулась к остальным двум.

— Ваши мысли должны быть заняты только тем заданием, которое вам дали, — наставительно произнесла она. — Распоряжение целью похищения не связано с вашими задачами. Вы не понимаете, что стоит на кону, и вам не нужно беспокоиться о ней. Отбросьте любые мысли о ней и сосредоточьтесь на задачах, которые были даны вам, а не другим.

Фила и Рамона нахмурились, но промолчали. Они были злы, но терпеливы, зная, что плохой выбор Мелоди в конечном итоге построит для них виселицу. Попытка похитить авантюриста серебряного ранга из Римароса, в условиях повышенной бдительности города и ажиотажа среди авантюристов, была глупой затеей. Вот почему Мелоди заставила Ларонта искать информацию, чтобы они могли схватить ее, пока та будет на задании.

Первой возможностью схватить цель была экспедиция Общества искателей приключений на остров, которую Мелоди уже отвергла. Это было близко к Римаросу, там было несколько команд и пара золотых рангов. Однако осознание того, что на острове есть заводные короли, изменило ценностное предложение, подтолкнув Мелоди к действиям. Этот выбор не пришелся по душе многим ее соперникам.

— Как только эта операция закончится, — сказала Фила, — все увидят, что Мелоди продвигает свою личную повестку и рискует активами, людьми и целями Ордена ради этого. Посмотрим, насколько ты будешь высокомерна тогда, Сендира.

— Да, — ответила им Сендира. — Посмотрим. А теперь организуйте чистых служителей. Авантюристы будут разведывать обстановку, прежде чем действовать, и нам нужно двигаться, пока они не предприняли активных ответных мер на наше прибытие.

Подавляющее большинство сил, которые Орден привел на остров, составляли чистые служители, имплантированные очищенными ядрами. Это было отражением нового положения общих сил Ордена. Истинные члены Ордена были очищены в огне очищения, избавляющем их от нечистот, но очищающее пламя было ограниченным и драгоценным ресурсом. Это не был осуществимый путь для создания сил, необходимых для грядущей войны.

Решение пришло благодаря непростому союзу со Строителем. Строитель явно был нечистым и инвазивным присутствием, но было два смягчающих фактора. Один заключался в том, что Строитель будет присутствовать лишь короткое время. Как только он уйдет, остатки его присутствия можно будет устранить. Другой заключался в том, что самым большим преимуществом Строителя была способность быстро собрать большую и послушную силу.

Когда Орден Искупительного Света основал отделение в Море Штормов, это было сделано специально для изучения жизнеспособности очищенного заводного короля. В основе программы лежал заводной король, которого Строитель согласился передать церкви в рамках серии более крупных сделок и уступок. Орден подверг автомат огню очищения, стерев влияние Строителя и заявив права на сущность во имя Чистоты. В результате заводной король больше не производил заводные ядра, как раньше. Вместо этого он стал источником очищенных ядер, которые Орден использовал на пользователях эссенции в крепостных городах, которые они подчиняли.

Орден сожалел, что очищенные ядра не были столь идеальным процессом преображения, как огонь очищения, но что могло сравниться с силой самого чистого и совершенного бога? Ядра вызывали трансформацию у тех, кто принимал их добровольно, что было идеально, или тех, кому их имплантировали насильно, что было не так хорошо. Принудительная имплантация часто приводила к досадным, но преодолимым поведенческим проблемам.

Принудительно имплантированные или нет, процесс делал эссенции непригодными для использования, заменяя их силы на более слабые и не совсем предсказуемые альтернативы. Они были слабее и менее многочисленны, чем способности эссенции, но процесс имплантации повышал ранг имплантированного на целый уровень. Учитывая, что ядра обычно использовались на никчемных пользователях эссенции, происходил чистый прирост силы. Самым большим сожалением Ордена по поводу этого процесса было то, что, в отличие от огня очищения, ядрам не удавалось очистить бесчеловечность оскверненных рас.

Ядра, однако, были необходимы для грядущей войны. Церкви нужно было воспроизвести способность культа Строителя быстро наращивать свои силы, даже если эти силы были не идеальны. Пока их войска были многочисленны, чисты и послушны, это было все, что имело значение. Ядра требовали абсолютного послушания от тех, в кого они были имплантированы, о чем Орден не упоминал добровольцам.

Орден проникал в крепостные города, пока Римарос пренебрегал ими. Если город не пренебрегал ими, Орден делал все, чтобы казалось, что это так, пока защитники города не становились достаточно отчаявшимися, чтобы принять предложения Ордена. Мелоди была исключительна в том, чтобы заставлять целые города принимать ядра добровольно, в то время как у других ячеек успехи были смешанными.

Последователи Чистоты славились своей исключительностью и осуждением, что было не лучшим отношением для привлечения людей. Текущий статус церкви только усугублял проблему. Когда пользователи эссенции в целевом городе оставались устойчивы к принятию ядер, существовал другой подход. Принудительная имплантация была менее желательна, но оставалась приемлемой.

Атака городов Строителя была идеальным шансом для Ордена открыто действовать в ряде намеченных городов. Добровольцев-пользователей эссенции увозили, в то время как более сопротивляющиеся города подвергались принудительному преобразованию. Только те, кто погибал в бою, а не был взят живым, оставались позади. В любом случае, гражданские лица были вырезаны, а все происходящее было замаскировано под монстров, наводнивших города, оставленные уязвимыми авантюристами, слишком занятыми, чтобы оказать поддержку.

Общество искателей приключений, будучи крайне недоукомплектованным, потратило недели на то, чтобы раскрыть правду о происходящем. Они только начинали осознавать, что с крепостными городами происходит нечто более организованное и зловещее, хотя виновные были очевидны. Лоялисты Чистоты уже были идентифицированы как вмешивающиеся в дела региона.

Теперь, когда местные власти начали догадываться о деятельности Ордена, Мелоди решила действовать более открыто. Она была готова действовать более открыто, используя активы, которые Орден нарастил до того, как Общество искателей приключений осознало масштаб того, с чем они имеют дело. Это послужило стимулом для сотрудничества ячеек, перемещения большими группами, демонстрации своих скрытных подводных транспортов и использования чистых служителей для налета на остров.

Использовав пользователей эссенции крепостных городов в качестве крупномасштабного испытания ядер чистоты, следующим шагом было создание инфраструктуры, где то, чего они достигли, можно было масштабировать и распространить за пределы Моря Штормов.

Чтобы это стало возможным, Ордену нужно было больше заводных королей. Им нужно было не только увеличить производство чистых ядер, но и иметь резервные копии на случай, если какие-либо из них будут потеряны в результате действий врага. Поскольку Строитель не желал сдавать больше королей, Ордену нужно было забрать их самостоятельно. Новость о присутствии одного или нескольких королей на острове была важной возможностью, но действовать одновременно с экспедицией Общества искателей приключений было огромным риском.

Если на кону стояли заводные короли, они становились приоритетом; шанс схватить их первоначальную цель сводился к желанной, но второстепенной задаче. Возможность достичь и того, и другого делала налет на остров значительно более оправданной тратой ресурсов. Общество искателей приключений вскоре лучше поймет деятельность и возможности Ордена, поэтому раскрытие их сейчас было минимальной потерей. Шанс использовать чистых служителей массово, прежде чем Королевство Штормов и Общество искателей приключений узнают о них, был не той возможностью, которая будет длиться вечно.

Именно это в конечном итоге подтолкнуло Мелоди к решению быстро спланировать и осуществить налет, даже если спешка привела к неожиданным переменным. Чистые служители всегда задумывались как расходная сила, и лучшей возможности использовать их не представилось бы. Именно поэтому Сендира наблюдала, как Фила и Рамона направляли чистых слуг с лодки карабкаться вверх по склону из обломков.

Чистые служители были разного ранга. Пользователи эссенции железного ранга становились бронзовыми при имплантации ядер, бронзовые становились серебряными, а серебряные — золотыми. Они были эквивалентны лишь слабым монстрам своего ранга, но золотые служители все еще были козырем, который вполне мог стать решающим фактором против золотых рангов на острове. Таким образом, каждая из пяти десантных групп имела двух золотых служителей, представляющих значительную часть общей силы Ордена.

— Мелоди заплатит за то, что потратила столько золотых служителей на похищение своей дочери, — сказала Рамона Сендире.

— Даже если мы преуспеем, — добавила Фила, — мы потеряем большинство из них. Может быть, всех. Готова ли Мелоди взять на себя ответственность за это?

— Мелоди полностью готова взять на себя ответственность за эту операцию, — невозмутимо ответила им Сендира. — Ее мужество чисто. Могут ли оппортунисты, за которыми вы следуете, сказать то же самое?

ПРЕСНАЯ АЛХИМИЯ

ПРЕСНАЯ АЛХИМИЯ

На разрушенном острове-городе, бывшем некогда летающей крепостью Строителя, экспедиция, в которую входили Джейсон и его команда, перегруппировалась. Поскольку на остров прибывали многочисленные отряды Чистоты, командир экспедиции, Лиара, решила сменить тактику. Ставя безопасность своих людей выше быстрого уничтожения врага, она выбрала два основных принципа для противодействия силам Чистоты: простота и безопасность в численном превосходстве.

Избегая попыток выстроить сложную стратегию, Лиара сделала выбор в пользу простого и эффективного подхода. Учитывая наличие неизвестных переменных, она не хотела добавлять ничего, что могло бы пойти не так. Команды должны были выдвигаться напрямую для столкновения с врагом. Что касается численности, она объединила команды попарно, вместо того чтобы позволить шести группам продолжать действовать по отдельности. Это оставило всего три группы против пяти десантных отрядов Чистоты, прибывших на остров, но Лиара предпочла не торопиться и снизить риск для своих людей. Она всерьез рассматривала вариант всего с двумя группами, но не могла позволить силам Чистоты слишком уж вольготно разгуливать по острову.

Команды подбирались так, чтобы дополнять друг друга, поэтому другая команда со специалистом по проклятиям не была объединена с командой Джейсона. Та специалист была классическим мастером проклятий, и вся её команда была нацелена на содействие её силам. Эту группу объединили с самой ориентированной на оборону командой экспедиции, чтобы дополнительно обезопасить специалиста по проклятиям. А команду Джейсона поставили в пару с группой, построенной на надежности и эффективности.

Они были гораздо более универсальной командой, чем это было принято в Римаросе, но местная доктрина искателей приключений всё равно сильно на них повлияла. Джейсон и Хамфри обучались в стиле Витесс, который ценил разнообразие сил, в то время как то, что в Королевстве Штормов считалось приемлемой универсальной командой, отличалось упором на единообразие. Их команда называлась «Команда Рабочая Пила», хотя Джейсон и не понимал почему. Ни у кого из них не было способностей, связанных с пилами.

Две команды получили возможность увидеть друг друга в деле, прокладывая путь через город и расчищая его от встреченных конструктов. У двух бойцов переднего края «Команды Рабочая Пила» наборы сил ставили их в ту же роль забияк, что и Хамфри. Что касается дальнобойных бойцов, то они полагались на чистые, простые атаки. Один из них был эльфом без выдающихся способностей, но с базовыми заклинаниями урона всех возможных видов. Другой был лучником, специализирующимся на стрельбе стрелами, которые увеличивались в размерах прямо в полете. Завершали состав «Команды Рабочая Пила» специалист по обороне и целитель, оба классического образца.

Наборы сил дальнобойных бойцов «Команды Рабочая Пила» были простыми, чистыми и эффективными. Сравнение их с коллегами из «Команды Бисквит», в частности с Клайвом, наглядно демонстрировало разницу между командами. «Рабочая Пила» делала ставку на простые, фундаментальные силы, полезные практически в любой ситуации, в то время как основные тактики Клайва строились на подготовке и изощренности. Сложность «Команды Бисквит» вредила им в простых задачах, но давала инструменты для решения нестандартных обстоятельств.

Каждый искатель приключений, заполнявший классические роли, такие как дальнобойный боец, защитник или целитель, обладал фундаментальными силами, которые вписывались в общие архетипы. Это был хлеб насущный таких наборов сил — простые, эффективные и надежные. Хамфри и Нил, самые традиционные члены команды Джейсона, имели богатый выбор таких способностей в дополнение к своим более необычным силам.

Остальная часть команды Джейсона обладала более экзотическими способностями, в разной степени. Джейсон, Софи и Клайв были необычными вариантами специалиста по проклятиям, защитника и дальнобойного бойца соответственно. Что касается Белинды, то она была чем-то по-настоящему необычным, что во многом делало её квинтэссенцией члена команды. Все четверо представляли собой сборную солянку странных способностей, требовавших сочетания навыков и рассудительности для эффективного использования.

Это было противоположностью команды из Римароса. Они не просто обладали набором фундаментальных техник, которые были визитной карточкой их ролей; все их наборы сил были построены вокруг них. Это означало, что по отдельности они были не просто неинтересными, а откровенно посредственными. У них не было мощных завершающих приемов, чтобы закончить бой или перехватить инициативу в критический момент.

Тот, кто собрал эту команду, либо обладал поразительной дальновидностью, либо ему просто повезло после того, как он собрал всех «проблемных» вместе. Два или три таких набора сил вместе были бы обузой, но когда шестеро из них работали в тандеме, происходила своего рода пресная алхимия. Их силы, командная работа, стратегия, тактика и трудовая этика обладали простотой и эффективностью, которые впечатлили бы любого инженера. Каждый участник становился точным компонентом механизма, превращаясь из непримечательного в грозного. Подобно пиле, прорезающей деревья, «Команда Рабочая Пила» была эффективной и надежной.

И «Команда Бисквит», и «Команда Рабочая Пила» классифицировались Обществом искателей приключений как универсалы, но, по правде говоря, они были непризнанными специалистами. «Команда Бисквит» специализировалась на том одном из десяти монстров, которые были достаточно странными или экстремальными, чтобы обычные команды сочли их проблемными. «Команда Рабочая Пила» специализировалась на остальных девяти из десяти. У них возникли бы проблемы с теми самыми монстрами, с которыми лучше всего справлялась «Команда Бисквит», но остальных девять из десяти они проходили, как бензопила. Они были быстрыми, если не самыми быстрыми, но их истинной силой была надежность и эффективность. Они не только выполняли работу правильно каждый раз, но и могли продолжать действовать, когда другие команды сдавались, исчерпав энергию и ресурсы.

«Команда Рабочая Пила» не пользовалась высоким уважением среди элиты гильдий. Гильдии ценили броские силы и эпические убийства, которые приносили престиж и влияние. Общество искателей приключений, напротив, их обожало. Элита гильдий всегда стремилась проявить себя в крупных контрактах, оставляя «хлеб с маслом» — обычную работу — рядовым искателям приключений. «Команда Рабочая Пила» проходила через обычные контракты, как лесозаготовительная техника через лес, и их последовательная и эффективная работа заставляла Общество искателей приключений тихо ими восхищаться.

Конструкты Строителя, с которыми команды сталкивались на острове, не были монстрами, но для большинства практических целей они вполне могли ими считаться. Они не были экстремальными в своей конструкции, по крайней мере, массовые серебряного ранга, и им не хватало каких-либо по-настоящему странных сил. Это делало их очень похожими на средних монстров, с которыми «Команда Рабочая Пила» отлично справлялась. Появляясь в разумных, но не чрезмерных количествах, они были идеальными противниками для команды из Римароса.

Команда Джейсона выглядела довольно бледно на фоне элиты гильдий. Они не были в опасности, но даже близко не подошли к чистому, методичному подходу другой команды, а их количество убийств значительно отставало. Хамфри и Нил, будучи самыми традиционными членами команды, справились лучше всех. Остальные использовали решения стоимостью в десять долларов для проблем стоимостью в один доллар, потому что их наборы сил избегали простых и эффективных способностей в пользу мощных, но сложных.

По мере продвижения через город команда из Римароса начала приобретать вид превосходства, по мере того как разрыв в количестве убийств увеличивался. Они оставались дружелюбными и профессиональными, не хвастаясь перед союзниками, но было очевидно, что они довольны собой. Они быстро и чисто прорубались сквозь врагов, в то время как команда Джейсона использовала чрезмерно мощные и излишне сложные стратегии, чтобы достичь того же результата за большее время и с меньшей эффективностью.

Подтверждение правильности их методов подняло им настроение. Обычно занимая более низкую ступеньку лестницы, по крайней мере в рамках элиты гильдий, они просто наслаждались редкой возможностью повеселиться, выпячивая свои достижения. Они также прекрасно осознавали, что их сильные и слабые стороны были инвертированы по сравнению с Джейсоном и его командой, и не пренебрегали ими, но и не недооценивали.

* * * Чувства Джейсона уловили группу Чистоты впереди задолго до того, как они с ними столкнулись. То, что он почувствовал, встревожило его в нескольких отношениях. Хотя присутствие всего трех аур пользователей эссенции принесло облегчение, две ауры золотого ранга, которые он ощутил, были глубоко тревожными. Даже несмотря на то, что они не были пользователями эссенции, их ранг нельзя было игнорировать.

Другой тревожной проблемой были ядра, которые он ощущал внутри подавляющего большинства вражеских сил, включая золоторанговых. Он сразу понял, что это модифицированные заводные ядра. Собственный опыт Джейсона в очистке влияния Строителя от магической двери, которую он поглотил, и влияния Мирового Феникса от магического моста дал ему уникальное понимание. Он мог сказать, что с ядрами был проделан аналогичный процесс.

Джейсон сразу понял, что его способность препятствовать магии Строителя не окажет никакого влияния на эти ядра, поскольку они были очищены от влияния Строителя. Ему придется иметь с ними дело по старинке. Он открыл голосовой чат, чтобы поделиться своими наблюдениями с экспедицией.

— Группа перед нами была в основном создана путем имплантации заводных ядер, но это не те ядра, которые мы видели в прошлом. Церковь Чистоты каким-то образом выяснила, как очистить влияние Строителя, так что, хотя это еще одна форма Преобразованных, любые предположения, основанные на вариантах Строителя, могут больше не работать. Для тех, кто не в курсе: Преобразованные превращают пользователей эссенции в не-пользователей эссенции на один ранг выше. Они слабы для своего ранга, обладая лишь несколькими способностями, но в группе перед нами есть два Преобразованных золотого ранга и три пользователя эссенции серебряного ранга. Вероятно, в других группах состав будет похожим.

* * * Команда Джейсона первой получила хорошее аура-сканирование врага, но не первой вступила с ними в бой. Как и Джейсон, сражающиеся команды делились информацией, которую узнавали о враге. Чистые Преобразованные, как оказалось, отличались от версии Строителя несколькими явными признаками. Хотя их тела были модифицированы, это не доходило до гротескной крайности Преобразованных Строителя. Хорошей новостью было то, что они не обладали невероятной устойчивостью Преобразованных Строителя.

Что у чистых Преобразованных действительно было, так это сила, которой обладали все они, в дополнение к любым другим способностям, которые они получили. Источником этой способности очищения был явно Бог Чистоты. Хотя эта сила могла быть уже «из четвертых рук» к тому времени, как попала к ним — переходя от бога к очищенному заводному королю, к очищенному ядру и, наконец, к Преобразованным, — но бог есть бог. Даже скудный клочок его силы, полученный как приз в лотерее, не стоил того, чтобы относиться к нему с пренебрежением.

Природа этой силы была особенно важна для Джейсона. Ауры чистых Преобразованных медленно очищали любые проклятия, от которых страдали они или их союзники, подобно тому, как это могла делать аура Софи. Их ауры также, по-видимому, сводили на нет благословения на их врагах. Более того, ауры чистых Преобразованных, казалось, становились сильнее при наложении друг на друга, что, по-видимому, сливало их в единую, более мощную ауру.

Джейсон и его команда обнаружили своих врагов марширующими по широкому, потрескавшемуся бульвару, вверх по склону на наклонной улице. Обе стороны немедленно перешли в атаку, но первыми столкнулись их ауры; у Джейсона была самая сильная индивидуальная аура из всех в обеих командах искателей приключений или силах Чистоты. Даже Преобразованные золотого ранга не были ему ровней, их ауры были самым большим показателем их «прыгнувшего» ранга. В этом отношении они были слабее многих пиковых пользователей эссенции серебряного ранга. Однако, объединив свои ауры, они смогли превзойти ауру Джейсона, хотя этого было недостаточно, чтобы подавить его в ответ.

Это означало, что Джейсон не мог подавить эффект ауры врага, но и враг не мог отключить его ауру. Однако сила объединенной вражеской ауры была более эффективна в подавлении аур союзников Джейсона, а у него не было лишних сил, чтобы помочь им. Решение этого дисбаланса сил было таким же, как и всегда: сражаться, пока он не станет сильнее.

Хамфри отдал указания, когда обе стороны ринулись в бой. У команды из Римароса не было таких захватывающих сил, как фамильяры, но фамильяры из команды Джейсона вступили в действие, сосредоточившись на массе Преобразованных бронзового и серебряного ранга. Золоторанговые и пользователи эссенции были целью для самих искателей приключений.

Сташ превратился в болотную гидру, а Онслоу начал вливать стихийную магию во врага, используя свои способности рунической оболочки, обрушивая град и молнии. Клайв подпитывал его маной, чтобы поддерживать его силы. Фамильяры Белинды также вступили в бой. Её фамильяр — астральная лампа Глиммер — был существом, которое зависло вокруг неё, как магический предмет, восполняя ману союзников и выпуская силовые снаряды. Другим её фамильяром был дух эха Джемини, живая иллюзия, которая могла имитировать союзников Белинды. На низких рангах он был чисто иллюзорным, чтобы служить отвлечением, но с повышением ранга пришла способность имитировать атаки с использованием силовых проекций. Он скопировал Сташа, превратившись в еще одну гидру, но выглядел как голограмма с недостаточной мощностью, временами размываясь и мерцая.

Что касается фамильяров Джейсона, Гордон оставался внутри него. Дополнительная сила ауры, которую он мог обеспечить, была очень нужна Джейсону, а щиты от глазных сфер уже перехватывали дальнобойные атаки. Тени разлетелись, исчезая в тенях обломков, зданий и его товарищей-искателей приключений. Колин, в своей форме кровавого клона, был перемещен с помощью телепортации Клайвом. Сбитый с толку Преобразованный появился там, где стоял Колин, а сам Колин оказался посреди врагов, немедленно взорвавшись дождем пиявок. Преобразованный человек, оказавшись теперь среди команды, был немедленно обвит лозами заклинанием Нила. Терновые усики раскололи плиты мостовой, пробиваясь из-под дороги, чтобы опутать Преобразованного.

Способность: [Зеленая клетка] (Рост)

* Заклинание/Призыв (яд). * Стоимость: Низкая мана. * Время восстановления: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 1 (77%).

* Эффект (железо): Выращивает лозы, чтобы ограничить цель. Более эффективно в местах, где уже есть растительность.

* Эффект (бронза): Связывающие растения имеют повреждающие шипы.

* Эффект (серебро): Шипы наносят яд. Тип яда определяется окружающей средой.

Враг бросился в атаку, не дожидаясь, пока искатели приключений начнут применять силы. Два специалиста по обороне, Софи и её более традиционный коллега из команды Римароса, двинулись, чтобы перехватить по одному золоторанговому противнику каждый. Оставшимися бойцами переднего края были два забияки из другой команды и Хамфри, который выстроил линию обороны. Поскольку врагов было так много, к ним присоединилась Белинда.

«Поддельный боец» — это способность, которая, подобно её способности «Мгновенный адепт», изменяла её тело и давала преимущества при использовании определенных видов снаряжения. Однако вместо того, чтобы сделать её быстрой и ловкой, она превратила Белинду в высокую, крепкую женщину. Затем она экипировала свои тяжелые доспехи, копье и щит прямо из своего хранилища.

Способность: [Мешок фокусов] (Магия)

* Особая способность (измерение). * Стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 3 (03%).

* Эффект (железо): У вас есть личное, пространственное хранилище. Вы можете экипировать любой предмет из своего хранилища прямо на себя или снять что-либо с себя прямо в хранилище.

* Эффект (бронза): Оружие, щиты и доспехи, экипированные прямо на вас из вашего хранилища, получают случайное благословение.

* Эффект (серебро): Экипированное оружие дает вам особую атаку. Доспехи и щиты, которые вы экипируете, получают способность в дополнение к тем, что у них уже могут быть. Полученные особые атаки и способности соответствуют рангу предмета.

И её «Мешок фокусов», и «Поддельный боец» дали Белинде силы, соответствующие её текущему состоянию и снаряжению. К сожалению, аура врагов быстро очистила её бонусные усиления. Полученные способности были несколько случайными, и они не сделали её равной другим бойцам переднего края, но этого было достаточно, чтобы выполнить работу. Как всегда, мастерство Белинды «на все руки» заключалось не в том, чтобы быть лучшей в своем деле, а в том, чтобы быть тем, кто больше всего нужен её команде.

С установленной линией фронта остальные искатели приключений выстроились позади них. Дальнобойные бойцы «Команды Рабочая Пила» уже вовсю применяли силы, в то время как Джейсон наколдовал кинжал и начал нагружать опутанного лозами Преобразованного проклятиями. Целитель из команды Римароса стоял наготове, пока Нил расставлял быстрый круг призыва. Клайв быстро подготавливал свои собственные ритуалы, создавая усиление силы, которое ему понадобится, чтобы начать кромсать врага.

ИДЕАЛЬНЫЙ ВРАГ

ИДЕАЛЬНЫЙ ВРАГ

Силы Чистоты, выстроившиеся против команды Джейсона и их союзников-авантюристов, насчитывали несколько десятков, хотя больше половины из них были лишь бронзового ранга. Ключевой угрозой были двое Преобразованных золотого ранга, трое пользователей эссенции серебряного ранга и, в меньшей степени, около пятнадцати Преобразованных серебряного ранга.

Способности Преобразованных Чистоты были менее причудливыми, чем у их аналогов от Строителя, без пугающих телесных мутаций. Однако Джейсон чувствовал, что под поверхностью Ядра внутри них вызвали куда больше внутренних изменений, чем казалось на первый взгляд. Что касается сил, большинство из них основывались на создании пламени или материализации предметов. И в том, и в другом случае огонь или созданные предметы имели призрачно-серебряный оттенок.

Центром битвы стали двое золотого ранга, возглавлявшие силы Чистоты, когда те бросились вниз по разбитой и наклонной улице. Один из них открыл отверстие у себя на голове, похожее на пустую глазницу третьего глаза. Из него хлынул поток огня в сторону авантюристов. Огонь был жутким, серебристым и эфирным, словно иллюзия. Однако жар, исходивший от него, был вполне реальным, к тому же он был пропитан уроном разрушительной силой, который крайне эффективен против большинства магических защит.

Защитник из «Команды Рабочая Пила» выглядел так, будто сошел с плаката по набору специалистов обороны. Генри Зеллер был леонидом, крупным даже для своего вида, облаченным в богато украшенные тяжелые доспехи, лакированные в синий и золотой цвета с львиным мотивом. В одной руке он держал тяжелую булаву, стилизованная львиная голова на которой соответствовала его доспехам. Его массивный щит завершал комплект: на нем было изображение львиной головы с открытой в рыке пастью.

Генри поднял щит, когда хлынул магический огонь, и издал рык. Он уже развил расовый дар «Рык», которым обладали леониды, и его версия ослабляла магию в площадках. Серебряное пламя потускнело, так как содержащаяся в нем разрушительная сила ослабла, но на жар это не повлияло. Генри поднял щит, и пламя втянулось в пасть львиной головы на нем, не дойдя до остальной части первой линии.

Золотой ранг не сбавлял оборотов, извергая еще больше огня. Щит продолжал впитывать его, металл заметно раскалялся. Генри оставался невозмутимым, даже не глядя на жаркое свечение металлической плиты, пристегнутой к его руке.

Другой золотой ранг наколдовала полупрозрачные доспехи на все свое тело. Несмотря на то, что они выглядели и покрывали тело как тяжелая броня, это ничуть не замедлило ее рефлексы золотого ранга. Вместе с доспехами она наколдовала по короткорукому двустороннему топору в каждую руку. И оружие, и доспехи были окутаны призрачным огнем.

В отличие от первого золотого ранга, который стоял поодаль, извергая пламя, эта бросилась в атаку и была перехвачена Софи. Хотя Преобразованным золотого ранга во многом не хватало того, что было у пользователей эссенции, ее базовые характеристики к этому не относились. Она обладала полной силой и скоростью, демонстрируя, насколько велик скачок золотого ранга даже по сравнению с уже грозным серебряным.

Когда вся эта скорость и мощь обрушились на Софи, она не дрогнула. Более того, Преобразованная золотого ранга была идеальным врагом: обладала скоростью и мощью, чтобы подтолкнуть Софи к пределу возможностей, но без опасного набора вычурных способностей. Вместо этого она просто била сильно и быстро, с чем Софи была прекрасно готова справиться.

Обычно Софи была самой мобильной в бою, но она позволяла Преобразованной кружить вокруг себя, уклоняясь и блокируя удары, оставаясь почти на месте. Она двигалась быстро, но на одном месте, вместо того чтобы менять позицию. Парные топоры были едва различимым размытым пятном, когда снова и снова опускались на Софи, однако она полностью соответствовала скорости золотого ранга. Для окружающих оба бойца были лишь размытыми силуэтами, причем Софи особенно сильно мерцала, словно фигура на поврежденной видеозаписи.

Способность: [Между каплями дождя] (Стремительность)

* Особая способность (перемещение, измерение). * Стоимость: Высокая мана в секунду и высокая выносливость в секунду. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 3 (17%)

* Эффект (железо): Повышенные рефлексы и пространственное восприятие.

* Эффект (бронза): Увеличение скорости за счет пространственного искажения. Более эффективно для улучшения коротких, хаотичных движений, чем скорости по прямой.

* Эффект (серебро): Уклонение с использованием пространственного искажения.

«Между каплями дождя» была не единственной способностью Софи для увеличения скорости, но самой эффективной для быстрых перемещений в дуэли. Эффект пространственного искажения серебряного ранга был по сути таким же, как тот, что плащ Джейсона получил на серебряном ранге, заставляя даже те удары, которые, казалось, должны были достичь цели, промахиваться. Это была сложная в эффективном использовании способность, но Софи освоила ее гораздо быстрее, чем Джейсон.

Не в силах обогнать ее, Преобразованная попыталась воспользоваться решением Софи не бегать вокруг и врезаться в нее корпусом. Это не привело к успеху.

Способность: [Призрачный шаг] (Мистика)

* Особая способность (измерение, перемещение, иллюзия). * Стоимость: Низкая выносливость и мана. * Перезарядка: 40 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (81%).

* Эффект (железо): Мгновенное перемещение в ближайшее место, оставляя после себя остаточное изображение.

* Эффект (бронза): Можно использовать второй раз. Перезарядка сокращена до 35 секунд, одно использование восстанавливается за каждый период перезарядки. Атака по остаточному изображению создает дезориентирующее, недолговечное, пространственно искаженное иллюзорное пространство, которое ловит атакующего в ловушку.

* Эффект (серебро): Можно использовать в третий раз. Восстановление одного использования каждые 30 секунд. Остаточные изображения и пространственные искажения на протяжении всего своего действия стреляют пространственными клинками в случайных врагов, нанося урон острой и резонирующей силой.

Золотой ранг врезалась в остаточное изображение, оставленное Софи, и оказалась в ловушке пространственного искажения, которое снаружи выглядело как дрожащий мыльный пузырь, в то время как внутри оно было наполнено дезориентирующими калейдоскопическими образами. Клинки силы выстрелили в других Преобразованных, и хотя золотой ранг была в ловушке всего несколько секунд, Софи извлекла из этого максимум пользы, высоко подпрыгнув в воздух.

Способность: [Вечный миг] (Стремительность)

* Особая способность. * Стоимость: Экстремальная мана в секунду и выносливость в секунду. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (37%).

* Эффект (железо): Действие на сильно ускоренной скорости в течение одной секунды реального времени, которая растягивается в субъективном времени.

* Эффект (бронза): Время увеличивается до 2 секунд.

* Эффект (серебро): Время увеличивается до 3 секунд.

Способность Софи «Вечный миг» потенциально была ее самой сильной, но и наименее интересной для повышения ранга. Тем не менее, она была невероятно грозной, давая ей критически важное время для действий. В воздухе над полем битвы она ускорила свой личный поток времени, пока все вокруг нее не замерло на месте.

К этому моменту передовая превратилась в мешанину из Преобразованных и авантюристов, выстроившихся и столкнувшихся на улице. Софи выпустила быстрый поток атак своей способностью «Клинок ветра», клинки замерли на месте, пока она не замедлилась обратно до нормального течения времени. Она направила клинки в толпу Преобразованных, а не в ту, с которой сражалась.

Способность: [Клинок ветра] (Ветер)

* Особая атака. * Стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (97%).

* Эффект (железо): Создание режущего снаряда из воздуха.

* Эффект (бронза): Клинки увеличиваются в длину во время полета и отслеживают цели.

* Эффект (серебро): Клинки взрываются при ударе, детонируя горизонтальное кольцо режущей силы от каждого пронзенного врага.

Способность Софи посеяла хаос среди врагов, когда время снова пошло. Она не была особенно мощной, хотя бронзовому рангу Преобразованных так не казалось. Она послужила скорее отвлечением для серебряного ранга, а также приманкой для роя пиявок среди них, поскольку способность Софи пустила кровь.

Приземлившись обратно перед золотым рангом как раз в тот момент, когда та освободилась из иллюзорного пространства, Софи снова встретила град ударов топоров. Большую часть она не уклоняла, предпочитая блокировать их напрямую. Она не использовала собственное оружие, перехватывая атаки в основном руками, предплечьями и голенями, но использовала все, что работало — даже голову. Пока она активно перехватывала атаку, ее способность вступала в силу.

Способность: [Бессмертный кулак] (Мистика)

* Особая способность (магия). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 3 (21%).

* Эффект (железо): Безоружные атаки наносят дополнительный урон резонирующей силой, который крайне эффективен против физических защит. Отсутствие урона при нанесении безоружных ударов по объектам и нивелирование всего урона от активно перехваченных атак. Не весь урон от очень мощных атак будет нивелирован.

* Эффект (бронза): Получение экземпляра [Импульс] при перехвате физических атак.

* Эффект (серебро): Урон увеличивается с каждым ударом при нанесении быстрых, последовательных атак.

* [Импульс] (благословение, магия, суммирующийся): При выполнении атаки все экземпляры расходуются для нанесения урона резонирующей силой. Можно накопить несколько экземпляров, и экземпляры быстро теряются, если не двигаться.

«Бессмертный кулак» был одной из фирменных способностей Софи и той, что позволяла ей перехватывать оружие голыми руками. По мере повышения ранга она давала ей несколько вариантов усиления слабых атак: либо накоплением для мощного удара с помощью баффа импульса, либо быстрыми сериями атак. Против быстрой и крепкой золотого ранга она решила не контратаковать, копя силы для мощного удара.

Хотя способности золотого ранга были в основном прямолинейными, это не означало, что у нее не было дополнительных козырей. Каждый раз, когда Софи перехватывала атаку, серебряное пламя, окутывающее оружие, пыталось переползти на ее тело.

* Вы были поражены [Очищающее пламя]. * Способность [Сияющий кулак] нивелировала применение [Очищающее пламя].

Безоружный стиль боя Софи не сработал бы, если бы она подвергалась пагубному воздействию каждого предмета, к которому прикасалась. Другая способность, являющаяся квинтэссенцией ее стиля боя, помогала защитить ее от подобных эффектов.

Способность: [Сияющий кулак] (Мистика)

* Особая способность (магия). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (37%).

* Эффект (железо): Безоружные атаки наносят дополнительный урон разрушительной силой, который крайне эффективен против магических защит и нематериальных или бестелесных врагов. Безоружные атаки не вызывают ответных эффектов. Нивелирование любых не-урон эффектов от активно перехваченных атак.

* Эффект (бронза): Получение экземпляра [Непроницаемость] при перехвате нефизических атак. Получение маны при перехвате магических снарядов.

* Эффект (серебро): После перехвата магического снаряда вы можете совершить атаку снарядом разрушительной силы.

* [Непроницаемость] (благословение, магия, суммирующийся): Сопротивления увеличены и получено снижение урона от нефизического урона. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Главным недостатком набора способностей Софи было отсутствие простых, высокоэффективных способностей. Ее немногие крупные способности требовали специфических обстоятельств, обширной подготовки или и того, и другого. Подавляющее большинство способностей Софи были незначительными эффектами, требующими высокого уровня мастерства для использования. К счастью, у нее была способность, которая предлагала комплексное улучшение этого стиля за счет усиления многих из этих незначительных эффектов.

Способность: [Дитя небесного ветра] (Ветер)

* Особая способность (измерение, святость). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (76%).

* Эффект (железо): Ваши расовые способности селестинов имеют увеличенный эффект. Вы получаете снижение урона от урона разрушительной силой.

* Эффект (бронза): Все ваши способности, связанные с измерением и ветром, имеют увеличенный эффект. У вас повышено сопротивление к эффектам, основанным на измерении и ветре, а враги, подвергшиеся воздействию ваших способностей, связанных с ветром, получают урон разрушительной силой.

* Эффект (серебро): У благословений с пороговыми значениями максимального эффекта эти пороги увеличены.

Софи никогда не была бы мощным источником урона, но ее наступательные способности усиливались ровно настолько с каждым рангом, что ее никогда нельзя было игнорировать. Ключом к этому была природа урона, который она наносила: комбинация резонирующей и разрушительной силы. Эти типы урона превосходно пробивали физическую и магическую защиты соответственно, что было крайне актуально против золотого ранга.

Материализованные доспехи Преобразованной, с которой сражалась Софи, оказались отличной защитной мерой против обычных форм атаки, даже магических. Это было верно не только для золотого ранга, но и для Преобразованных более низкого ранга с похожими способностями. Дальнобойные атакующие со стороны авантюристов, обрушивающие атаки на врага, обнаруживали, что их усилия против бронированных врагов просто игнорируются.

Доспехи были столь эффективны, потому что объединяли магическую и физическую защиты с высокой эффективностью. Для их пробития требовалось либо огромное количество урона, либо комбинация типов урона, способная ослабить оба аспекта. Это была еще одна причина, по которой враг идеально подходил Софи, которая наращивала мощь, чтобы сломать броню противника и открыть ее для атак авантюристов.

Подход Софи к бою, несмотря на ее скорость, заключался в том, чтобы действовать медленно. Начальные стадии боя были для нее самыми слабыми, поэтому она относилась к сражениям скорее как к марафону, чем как к спринту. Чем дольше длился бой, тем сложнее ее было убить, тем быстрее она исцелялась, и тем больше ее урон превращался из слабого, но проникающего в серьезную угрозу. Она также становилась все более и более опасной не только в бою против нее, но и в том, чтобы перестать сражаться с ней, как только это началось.

Способность: [Кармический воин] (Баланс)

* Особая способность (исцеление, восстановление). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 3 (20%).

* Эффект (железо): Получение экземпляра [Агент кармы] при получении урона или любого вредного эффекта, даже если урон и/или эффект был полностью нивелирован.

* Эффект (бронза): Получение экземпляра [Хорошая карма] при исцелении других, очищении других или получении урона. Враги, которые атакуют или совершают наступательные действия против вас, поражаются [Плохая карма]. Пока у любого врага есть экземпляр [Плохая карма], вы имеете [Кармическая жертва].

* Эффект (серебро): Когда враг с [Плохая карма] умирает или уничтожается, ваши перезарядки сокращаются за каждый экземпляр [Хорошая карма], который у вас есть.

* [Агент кармы] (благословение, святость): Бонус к характеристикам [Мощь] и [Дух]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, вплоть до максимального порога.

* [Плохая карма] (недуг, возмездие, святость): Получение небольшого количества возмещающего, трансцендентного урона при совершении атаки или другого наступательного действия против любого, у кого нет благословения [Кармическая жертва]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, вплоть до максимального порога.

* [Хорошая карма] (благословение, святость, суммирующийся): Бонус к [Восстановление]. Урон от врагов с [Плохая карма] снижен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, вплоть до максимального порога.

* [Кармическая жертва] (благословение, святость, исцеление со временем): Получение постоянного эффекта исцеления, сила которого определяется количеством накопленной [Хорошая карма]. Этот эффект немедленно заканчивается, если нет врагов, страдающих от [Плохая карма].

«Кармический воин» был одной из самых влиятельных способностей Софи, хотя даже это было медленным процессом, накапливающимся со временем. Преобразованные золотого ранга были козырями сил Чистоты, но именно эта была остановлена Софи намертво. Она не могла одолеть Софи или сбежать мимо нее, что означало, что она стала неактивным фактором в остальной части боя. Недуг плохой кармы, который она накопила, атакуя Софи, означал, что атаковать кого-то другого, пока Софи все еще стоит на ногах, было плохой идеей.

Золотой ранг могла инстинктивно почувствовать природу эффекта плохой кармы. Если она атакует кого-то, кроме Софи сейчас, она получит урон возмездия. Хуже того, урон будет трансцендентным, полностью игнорирующим любые защиты, которыми она обладала. Она застряла в противостоянии с Софи, пока одна из них не падет, но Софи становилась только сильнее.

Как и Джейсон, Софи начинала бои на пике своей слабости, становясь мощнее по мере того, как шло время. Она также, как и большая часть команды, развила способность игнорировать большую часть диспропорции при сражении с врагами выше ее ранга. Опасные и мощные враги были чем-то вроде специализации для ее команды, и они адаптировались соответствующим образом. Там, где многие авантюристы серебряного ранга потели бы, столкнувшись с золотым рангом, даже очень слабым для своего ранга, Софи ухмылялась и приветствовала вызов.

СНОВА ПЫТАЮТСЯ УБИТЬ ДЖЕЙСОНА

СНОВА ПЫТАЮТСЯ УБИТЬ ДЖЕЙСОНА

Софи связала боем одного из двух преобразованных золотого ранга. Преобразованные золотого ранга были главной угрозой для искателей приключений, поэтому было критически важно удерживать их, пока остальные расправлялись с силами Чистоты. Софи удалось эффективно запереть своего противника, но ей повезло: она сражалась с врагом, которому не хватало атак по площади. Со вторым преобразованным золотого ранга всё было сложнее.

Извержение огня из отверстия на лбу, напоминающего пустую глазницу, было фирменным приемом второго преобразованного золотого ранга. Он также мог сжимать огонь в пылающие кулаки размером с человеческий торс, которые метал во врагов, вызывая взрывы.

Способность к атакам по площади делала второго золотого преобразованного более сложным противником, чем того, которого заперла Софи. Взять его на себя пришлось Генри, защитнику «Команды Рабочая Пила». В отличие от Софи, он был классическим специалистом по защите, чья суть строилась на том, чтобы выдерживать удары. Его сочетание сущностей — железа, мощи и собирательства — дало ему слияние тюрьмы. Полученный набор способностей объединял мощную защиту с эффектами контроля, позволявшими связывать врагов, блокировать их способности и даже использовать их силу для подпитки собственной. Он мог увеличивать время восстановления способностей врагов, будь то способности сущности или нет, а также защищать союзников от атак по площади. Он мог поглощать энергию многих таких атак, накапливая её, чтобы затем обрушить обратно на врагов. Однако атаки золотого ранга испытывали его на прочность.

Поскольку враг атаковал с дистанции, Генри перенес бой к нему. Из земли вырвались цепи, чтобы сковать преобразованного, и хотя они не удерживали его долго, этого хватило Генри, чтобы сократить дистанцию, раскидывая менее сильных врагов своей леонидской силой. Мелких противников он мог оставить бойцам, составлявшим остальную часть оборонительной линии.

Как и остальные члены «Команды Рабочая Пила», Генри был типичным, но элитным бойцом. Ему не хватало тех способностей, которые команда Джейсона использовала для изменения самой парадигмы боя, но его фундаментальные навыки были тверды, как скала. Его способности были направлены на то, чтобы принимать удары, защищать других или создавать препятствия для врагов — незначительные, но критически важные при правильном использовании. Будучи ответственным за безопасность своей команды, Генри понимал цену ошибок.

Как и у большинства традиционных специалистов по защите, боевой стиль Генри сильно зависел от его доспехов и щита. Они были не только высочайшего качества, но и усилены способностями его сущности железа. Усилия Софи и Генри дали остальным членам их команд свободу атаковать оставшиеся силы Чистоты, но проблемы из-за разницы в рангах оказывали на Генри всё большее давление.

В отличие от врага Софи, чьи способности были преимущественно защитными, с призванными доспехами, силы противника Генри были сосредоточены на атаке. Какой бы превосходной ни была броня Генри, это всё же был доспех серебряного ранга, страдающий от атак золотого ранга. Напряжение начало сказываться: на доспехах множились вмятины и следы ожогов.

Генри был далек от краха и всё ещё достойно держал оборону. Он был удивлен, а затем благодарен, когда подоспела помощь в виде монстра. Дракон-фамильяр Хамфри, способный менять форму, принял облик трехголового пса размером с лошадь. Каждая голова выдыхала ледяные магические ветры, отливающие синим и серебром. Этого было недостаточно, чтобы полностью нейтрализовать серебряное пламя, которое извергал золотой преобразованный, но достаточно, чтобы ослабить его и хотя бы частично снять давление с Генри.

Пока бойцы первой линии сдерживали наступающие силы Чистоты, искатели приключений позади не бездельничали. Нил призвал своего голема-куколку — кристаллического бегемота, который тяжело ступал вперед, чтобы снять часть нагрузки с измотанной оборонительной линии.

Остальные бойцы задней линии тоже не сидели сложа руки. Пока Джейсон, Нил и Клайв готовились, дальнобойщики из команды Римароса уже работали. С самого начала боя они обрушивали свои способности на волну наступающих врагов, максимально облегчая задачу фронту.

Пока Нил призывал своего голема, Клайв расставлял ритуалы усиления, которые должны были зарядить его атаки жезлом и посохом, попутно подпитывая маной своего фамильяра. Джейсон стоял перед врагом, которого Клайв телепортировал в тыл в самом начале боя, а Нил сковал лианами. Джейсон быстро «награждал» беспомощную преобразованную недугами, пока та боролась, пытаясь вырваться.

* [Преобразованный Чистоты] попытался очистить грех. Эффект очищения не удался.

Когда Джейсон в одиночку столкнулся с тройкой приверженцев Чистоты, их способности отлично подходили для противодействия его недугам. И всё же Джейсон наносил им немалый урон, пока неудачный тайминг, плохие решения и численный перевес врага три к одному не стали слишком серьезным препятствием. Причина, по которой его недуги сработали в том бою, несмотря на их способности к очищению, заключалась в том, что Джейсон не был пассивной жертвой, чьи способности просто очищали.

Среди растущего списка недугов Джейсона было несколько, специально нацеленных на взаимодействие с эффектами очищения. Хотя многие наборы способностей лишь слегка затрагивали недуги, эти эффекты были визитной карточкой специалистов по недугам.

* [Покаяние] (недуг, святой): Субъект получает экземпляр [Покаяние] за каждый проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, очищенный с него.

* [Преследование] (недуг, проклятие, стакающийся): Субъект получает сопротивление к входящим эффектам благословения, восстановления, очищения и исцеления со временем. Эти сопротивления не могут быть добровольно снижены. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Цена отпущения] (недуг, святой): Субъект получает трансцендентный урон за каждый экземпляр [Грех], очищенный с него.

Недугов Джейсона было достаточно, чтобы доставить неприятности даже лоялистам Чистоты, у которых не было недостатка в способностях к очищению. Этого не хватило, чтобы победить трех подготовленных пользователей сущности равного ранга, но они определенно доставили им больше хлопот, чем те ожидали. Это были элитные войска Чистоты, пользователи сущности, преданные Богу Очищения. Преобразованные были лишь пехотинцами бога, многие из которых были призваны против своей воли. Хотя у них тоже была врожденная способность к очищению через общую ауру, её было недостаточно, чтобы подавить способности Джейсона.

* Вы наложили [Предвестник рока] на [Преобразованный Чистоты]. * [Преобразованный Чистоты] оказал сопротивление. * [Предвестник рока] не подействовал.

Этого было недостаточно, чтобы полностью подавить способности Джейсона.

Джейсон проворчал, когда глазное яблоко, которое он отправил в тело преобразованного, не смогло активировать недуг, производящий бабочек, которые распространили бы остальные его проклятия. Он отправил второй из двух летающих вокруг него глазков, чтобы тот погрузился в преобразованного.

* Вы наложили [Предвестник рока] на [Преобразованный Чистоты].

На преобразованном тут же проявились синие и оранжевые бабочки.

— Так-то лучше, — кивнул сам себе Джейсон. — Клайв, можешь отправлять этого обратно.

— Без проблем, — ответил Клайв и произнес заклинание.

Способность: [Сопоставление] (Баланс)

* Заклинание (измерение, магия). * Стоимость: Высокая мана. * Время восстановления: 1 минута.

* Текущий ранг: Серебро 1 (88%)

* Эффект (железо): Поменяйте местами двух союзников и/или врагов. Вы должны видеть обоих субъектов заклинания. Если союзник сопротивляется или иным образом предотвращает эффект, эта способность аннулируется, но время восстановления сокращается до 30 секунд.

* Эффект (бронза): Враги, затронутые этой способностью, получают дополнительный урон из всех источников в течение короткого периода времени.

* Эффект (серебро): Враги, затронутые этим заклинанием, поражаются [Неизбежность].

* [Неизбежность] (недуг, магия): Субъект не может быть затронут дружественными эффектами телепортации или измерения.

Преобразованный исчез из лиан Нила, телепортировавшись обратно в гущу врагов. На его месте появился другой преобразованный, тут же запутавшийся в лианах, освобожденных тем, кого Клайв телепортировал прочь. Новый преобразованный был всего лишь бронзового ранга и оказался совершенно беспомощен, когда лианы обвились вокруг его конечностей, а ядовитые шипы вонзились в плоть.

Клайв стоял в ритуальном круге на земле. В правой руке у него был посох с еще одним светящимся ритуальным кругом на конце, словно кто-то приклеил туда вычурную неоновую пластину. В левой — жезл с похожей, но меньшей конструкцией. Он приставил посох к груди барахтающегося бронзового ранга, и взрывная сила вырвалась наружу, разбросав грудь преобразованного по улице позади и стене соседнего здания.

Джейсон кивнул Клайву, затем растворился в теле Тени. Клайв повернулся, чтобы посмотреть на врага, где светящиеся формы синих и оранжевых бабочек начали размножаться. Он обменялся взглядом с Нилом, прежде чем снова переключить внимание на врага. Силы Чистоты наступали на них по наклонной улице, так что Клайв мог легко стрелять силовыми снарядами поверх голов первой линии.

Начальные этапы боя были немного нервными, так как половина команды Джейсона предпочла остаться позади и подготовиться, вместо того чтобы сразу вступить в бой. «Команда Рабочая Пила» выполняла основную тяжелую работу, пока половина команды Джейсона готовилась, но как только они были готовы, чаша весов в бою твердо склонилась в пользу искателей приключений.

Клайв был артиллерией. С его и без того мощными посохом и жезлом, усиленными силой боевых ритуалов, то, что обычно было простыми силовыми снарядами, сеяло хаос, взрываясь среди врагов. Голем Нила, поглощающий урон, помог стабилизировать линию фронта, а бабочки Джейсона распространяли недуги настолько мощные, что преобразованные бронзового ранга едва успевали произвести больше бабочек для распространения, прежде чем ужасно погибнуть.

Угрозы золотого ранга были заняты. Первая линия искателей приключений стала сильнее, чем когда-либо, с добавлением голема Нила, который на серебряном ранге мог магически связываться с союзниками и поглощать их урон. Численное преимущество сил Чистоты было в значительной степени нейтрализовано хаосом в рядах, благодаря взрывам Клайва, бабочкам Гордона и пиявкам Колина. Джейсон в основном ждал, пока люди будут достаточно поражены недугами, чтобы их стоило истощать. Битва перешла из стадии достижения победы в стадию ожидания её.

Еще одним преимуществом, склонявшим чашу весов в сторону искателей приключений, было то, что с каждым павшим преобразованным их общая сила ауры ослабевала. По мере того как подавляющая сила уменьшалась, ауры искателей приключений начинали давать отпор, и их аурические способности вступали в силу. Это были еще одиннадцать аур, присоединившихся к Джейсону в предложении усилений двум командам. От улучшенных атрибутов до скорости восстановления маны — накопленные эффекты представляли собой скачок в силе, что, возможно, является величайшей силой искателей приключений, действующих сообща.

Джейсон перемещался среди всё более рассеивающихся врагов, тенью проскальзывая сквозь их ряды с полной безнаказанностью. Его магические чувства удерживали его от пути силовых взрывов Клайва — по большей части — и он высасывал недуги из врагов прямо перед тем, как эти недуги убивали их. С бронзовыми рангами, уже находившимися на грани смерти, этого было достаточно, чтобы закончить дело.

Распространение недугов Джейсона на золотых рангов стало началом конца; он почувствовал, как три пользователя сущности в группе Чистоты пытаются улизнуть в тумане войны. Это не сработало. Как только недуги Джейсона оказались на них, он мог идеально отслеживать их местоположение, пока они не очищались, что, как он полагал, было их приоритетом, как только они ускользнут от искателей приключений.

После того, что случилось в прошлый раз, Джейсон не собирался в одиночку связываться с еще одной тройкой приверженцев Чистоты серебряного ранга. Потребовался лишь быстрый комментарий в голосовом чате, чтобы Хамфри телепортировался на путь убегающих пользователей сущности. Его весьма непосредственный подход к нанесению урона заставлял их слишком сильно отвлекаться, чтобы остановиться и использовать мощные заклинания очищения, в которых они всё больше нуждались с каждой минутой. С Хамфри, угрожавшим им спереди, и Джейсоном, изматывавшим их с тыла, ни победа, ни бегство не были вариантом.

Джейсон сделал очищение за них, вычистив все проклятия, яды и другие ужасные вещи, которые он нагромоздил на них в первую очередь. То, что заменило их, были святые недуги, которые уничтожали приверженцев Чистоты изнутри, за исключением того, кто получил достаточно урона, чтобы само очищение убило его.

Джейсон хотел, чтобы остальные остались живы, поэтому он использовал силу своего нового меча, чтобы удалить свежие недуги, прежде чем они убьют остальных.

* Эффект: Владелец может очистить все святые недуги, наложенные способностями и связанными с душой предметами владельца, с врага, коснувшегося [Воля Гегемона]. За каждый очищенный недуг враг получает экземпляр [Милость Гегемона], а владелец получает экземпляр [Благосклонный Гегемон].

* [Милость Гегемона] (недуг, святой, стакающийся): Жертва этого эффекта подвергается мощной подавляющей силе, влияющей на все магические способности. Это затрагивает способности сущности, врожденные способности и способности предметов. Способности, полученные из внешних трансцендентных источников, затрагиваются сильнее. Этот недуг быстро спадает, если не находиться в зоне действия ауры владельца [Воля Гегемона]. Дополнительные экземпляры имеют усиленный эффект.

* [Благосклонный Гегемон] (благо, святой, стакающийся): Сила эффектов союзной ауры, перекрывающихся с вашей аурой, увеличивается. Это не влияет на силу подавления или сопротивление подавлению ауры. Дополнительные экземпляры имеют усиленный эффект.

Трансцендентный свет вытек из двух пользователей сущности и влился в меч, который Джейсон поднял над головой.

— Почему ты держишь меч так? — спросил Хамфри.

— Мне открылись невероятные секретные силы в тот день, когда я поднял высоко свой волшебный меч...

— Неважно.

* * * После битвы большинство преобразованных были мертвы, за исключением одного золотого ранга. Как и двое пленных пользователей сущности, золотой преобразованный, сражавшийся с Софи, теперь находился под подавляющим эффектом недуга Джейсона «Милость Гегемона». Это отключало только её способности, а не её грозные физические данные, что означало, что её мощный атрибут восстановления продолжал исцелять её настолько, что она начала приходить в сознание.

Софи решила проблему, время от времени пиная её по голове. Хамфри наблюдал с неодобрением, но промолчал из-за отсутствия лучшей идеи. Им оставалось только ждать Яну, одну из искателей приключений золотого ранга экспедиции. Получив уведомление о поимке, она была в пути, чтобы взять пленных под стражу.

Карлос был целителем «Команды Рабочая Пила», а также её лидером. Пока группа ждала, он посмотрел на поле мертвых преобразованных, от которых они отошли, с беспокойством на лице.

— Кто-нибудь еще считает, что этот бой был странным?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Хамфри.

— В чем был смысл? Они должны были знать, что шансы одолеть две команды искателей приключений гильдейского уровня были малы, даже с этими высокоранговыми преобразованными. Зачем так рисковать? Мы ведь не скрывали свои ауры, но они нас совсем не избегали.

— Это заставляет задуматься, что замышляет эта разрозненная группа Чистоты, — сказал Джейсон. — Тот маяк ауры, который они активировали, возможно, был нужен не только для побега.

Все три команды искателей приключений победили встреченные ими группы Чистоты. Однако две группы Чистоты объединились в более крупные силы, что сделало бой гораздо более опасным. Искатели приключений, принявшие бой, все равно победили при вмешательстве Лиары и Яны, но битва была тяжелой и хаотичной, разливаясь по улицам и зданиям, некоторые из которых были разрушены в ходе конфликта.

Бой был в конечном итоге выигран, но в дикой неразберихе некоторые пользователи сущности Чистоты сбежали. Хуже того, они забрали с собой трех побежденных искателей приключений, хотя те были живы, когда их видели в последний раз.

Всем командам искателей приключений было приказано выследить их, Джейсон направлял их через свою способность карты, которая отслеживала захваченных искателей приключений. Именно тогда сработал какой-то маяк ауры в центре города. Он накрыл город невраждебной, но чрезвычайно всепроникающей ложной аурой, которая не позволяла аурическим чувствам отслеживать кого-либо. Поскольку способность карты Джейсона работала через его аурические чувства, он больше не мог точно определить местонахождение захваченных искателей приключений. Это также имело ослабляющий эффект на интерфейс группы Джейсона, но лишь сделало связь прерывистой на больших расстояниях, а не отключило её полностью.

Мощный эффект не был чем-то, что силы Чистоты могли принести с собой, и, вероятно, был чем-то, о чем они знали заранее. Искатели приключений предположили, что именно это придало им смелости действовать так открыто, поскольку они могли использовать это, чтобы прикрыть свое отступление.

Как только маяк активировался, Лиара направила команды на поисковые маршруты, в то время как Яна выдвинулась, чтобы забрать пленных, которых захватила группа Джейсона. Группа Джейсона ждала её прибытия, прежде чем присоединиться к поискам.

— Я думаю, они что-то замышляют, — сказал Карлос. — Передвигаться так открыто, так близко к Римаросу кажется глупым риском. Они не стали бы делать это только ради нескольких рискованных боев против искателей приключений.

— Полагаю, они хотят что-то здесь, — предположил Джейсон. — То, что они не рассчитывают оставить после того, как наша экспедиция закончится, иначе они бы не действовали, пока мы всё еще здесь.

— Они, вероятно, снова пытаются убить Джейсона, — сказал Нил. — Можно мне один из тех сэндвичей с тортом?

— Убить Джейсона? — спросил Карлос.

— У него и Строителя есть вся эта история, — сказала Белинда. — Строитель не будет использовать своих людей, поэтому он хочет, чтобы Чистота сделала это, но, честно говоря, они, похоже, не очень-то стараются.

— Они старались довольно сильно, — сказал Джейсон. Он достал из своего инвентаря большой поднос, наваленный сэндвичами из шоколадного торта, предлагая их всем. Местный вариант какао-бобов был не совсем таким, как на Земле, что привело Джейсона в восторг; шоколад, произведенный из них, открывал захватывающие возможности.

— Почему Строитель не использует своих людей? — спросил Генри Джейсона. — И почему именно тебя?

— Потусуйся с ним немного, — сказал Нил. — Ты поймешь.

— Нил, что мы говорили о том, чтобы стараться быть добрее? — спросил Хамфри.

— Не знаю, — сказал Нил. — Я только притворялся, что слушаю.

ПРИШЛИ УКРАСТЬ

ПРИШЛИ УКРАСТЬ

Командиром сил Чистоты на острове была Сендира. Она отделилась от большинства Преобразованных в своей группе, оставив их на поверхности, чтобы задержать и отвлечь любых искателей приключений, которые обнаружат вход в подземный комплекс, используемый ими. Только два других пользователя эссенции и пара Преобразованных золотого ранга, приставленных к ней, последовали с ней в подземные части города.

Подземная инфраструктура под городом была разрушена детонацией оружия массового поражения, из-за чего большая ее часть обрушилась. Добраться до места, где короли механизмов производили новых конструктов, было бы сложно и опасно. Поскольку большинство туннелей и камер либо уже обрушились, либо находились на грани этого, для их прохождения требовалось сочетание нужных сил и знаний.

Сендира не знала, откуда Мелоди получила информацию об инфраструктуре острова, и не спрашивала. Она верила в Мелоди и жреца Ларонта, уступая лишь своей вере в их божество. Однако информация, которую Мелоди дала Сендире, была лишь частью уравнения, поскольку она относилась ко времени до масштабных разрушений. В лучшем случае она давала несколько потенциальных точек входа для проверки.

Настоящей хитростью было ориентироваться в новом состоянии подземного комплекса, для чего требовался один из пользователей эссенции, сопровождавших Сендиру. Фила и Рамона не ошибались в своем предположении, что Сендира хотела держать их под контролем, а не позволять им мешать планам Мелоди. Для Сендиры это было лишь второстепенной заботой, ведь ей нужны были их силы, чтобы выполнить стоящую перед ними задачу. У Филы был набор сил для разведки, со способностями эссенции воздуха, позволявшими ей ориентироваться, отслеживая потоки воздуха. Она могла находить жизнеспособные пути вперед, экономя огромное количество времени за счет избегания тупиков. Это делало ее идеальной для навигации по опасным подземным проходам под городом. Что касается Рамоны, ее силы эссенции земли помогали обеспечить их безопасность при исследовании нестабильных туннелей.

Трио пользователей эссенции и двое их Преобразованных золотого ранга двигались по туннелям. Они протискивались по полуобрушившимся проходам и спрыгивали через полы, провалившиеся в помещения внизу. Фила прокладывала путь вперед и вниз, в то время как Рамона расчищала проходы так, чтобы через них мог пройти не только легкий ветерок. Она также предупреждала их о критически нестабильных участках, где нужно было сделать крюк, иначе они обрушили бы потолок на себя.

Когда они поняли, что действительно нужны, подозрительность Филы и Рамоны утихла, хотя и не исчезла совсем. Хотя они могли враждовать из-за лидерства в Ордене Искупительного Света, в конечном счете они были союзниками. Их преданность самому Ордену была непоколебимой и позволяла им работать вместе. Хотя они не гнушались ударами в спину, все они понимали, что истинный враг — это нечистый мир.

* * * Искательница приключений золотого ранга, Яна, прибыла, чтобы заковать в кандалы Преобразованных золотого ранга, захваченных Джейсоном и его союзниками. Она увезла их для доставки на вспомогательную платформу, дрейфующую у берега, которая служила базовой станцией для разведчиков, осуществляющих наблюдение за островом. Яна привезла с собой инструкции от Лиары: Команда Рабочая Пила и Команда Бисквит не должны присоединяться к поискам захваченных искателей приключений, а должны найти и отключить аура-маяк. Ложная аура маяка накрывала остров, нарушая чувства и связь, а также затрудняя поиски врага и их пленников.

Эти две команды были очевидным выбором для этой задачи, учитывая усиленные чувства Джейсона и его понимание магии Строителя. Что еще важнее, у них был Клайв.

— Кто такой Рид Ричардс? — спросил Клайв, слушая Джейсона.

— По сути, это версия тебя из моего мира.

— И ты знаешь этого человека?

— Нет, он выдуманный. Он нереалистично хорош во всей магии. Они называют это наукой, но это явно магическая чушь.

— Э-э, спасибо?

Хотя специалист по скрытности золотого ранга, подобная Яне, могла безопасно передвигаться по городу даже на высокой скорости, две команды искателей приключений серебряного ранга — нет. Поскольку вокруг все еще бродило множество конструктов, им приходилось балансировать между осторожностью и скоростью. Пробиваться через пачку за пачкой конструктов заняло бы больше времени, чем осторожно избегать их, поэтому они выбрали подход «медленно — значит плавно, плавно — значит быстро».

Местность оставалась сложной: разбитые улицы, обрушившиеся здания и целые участки, провалившиеся под землю, когда обрушилась подземная инфраструктура. Это делало почву у них под ногами ненадежной, даже если она казалась твердой. Хамфри спровоцировал обрушение земли своей специальной атакой «пикирующий бомбардировщик», обрушив целое здание на себя. Ему пришлось телепортироваться с его пути, но это удобно добило конструктов, с которыми он сражался.

Первой мыслью Джейсона было прокрасться к маяку самому и перенести людей порталом. Его чувства могли уловить источник ауры «белого шума», распространяющейся по городу, но он быстро обнаружил, что она также блокирует способности порталов. Обнаружив это, команды сделали паузу, чтобы провести эксперименты.

Их тесты показали, что ближняя, личная телепортация, вроде прыжков по теням, все еще работает, но телепортация за пределы прямой видимости или открытие порталов не работали вовсе. Все, что влияло на кого-то, кроме самого использующего силу, также не работало, включая телепортацию-обмен Клайва, хотя она тоже была ближнего действия. Другие пространственные способности, по-видимому, не пострадали, такие как способности к уклонению Джейсона и Софи, а также различные хранилища команд.

Команда Рабочая Пила наблюдала, как они тестировали способности Джейсона к телепортации и хранилищам, способности Хамфри к телепортации и хранилищам, способность Белинды к хранилищу и силу Клайва, которая была одновременно порталом и хранилищем. Они смотрели с растущим недоверием, как Джейсон и его спутники перешли к тестированию других пространственных сил, таких как способность Нила затягивать всех в безопасный пространственный карман и наносить урон по площади, или пространственная яма Белинды, полная смертоносных щупалец. Помимо проблем с телепортацией, их способности, казалось, работали нормально.

— Вы понимаете, что многие команды нанимают кого-то с силой портала и хранилища в своем наборе в качестве вспомогательных членов, верно? — спросил Карлос, лидер другой команды. — Они даже не заставляют их сражаться, а у вас, что? Трое людей с тем и другим? Ваша полезность в путешествиях просто поразительна.

— Это верно, — сказал Джейсон, подходя ближе. — Нам нужно проверить, затронуты ли наши обычные способности для путешествий? У меня нет с собой облачного автобуса, но у Тени есть его формы транспортных средств, а Онслоу может сделать штуку с гигантской раковиной. Сташ, наверное, может превратиться во что-нибудь, да? Кто-нибудь еще?

— Я могу брать людей с собой, когда летаю, — сказала Софи.

— Не думаю, что нам нужно это проверять, — сказал Хамфри. — Мы сейчас все равно пешком. Карлос, почему ты делаешь такое лицо?

* * * Без портальных сокращений две команды просто двигались как единое целое, быстро и чисто устраняя любых конструктов, которых они встречали и которых не могли избежать. Поскольку аура-маяк подавлял их чувства, было легче наткнуться на врагов, и только у Джейсона была хоть какая-то дальность. Команда Рабочая Пила была боевой опорой группы, их чистая и эффективная тактика идеально подходила для устранения обычных противников.

— Наши команды, кажется, хорошо дополняют друг друга, — заметил Хамфри своему коллеге Карлосу. — Вы были бы открыты для дальнейшего сотрудничества после завершения этой экспедиции?

— Мы бы согласились, — сказал Карлос, выглядя удивленным. — Это не то предложение, которое мы часто получаем. У нас один из самых высоких показателей выполнения контрактов в Римаросе, с соответствующим процентом успеха. Однако другие команды смотрят на наши контракты как на черную работу.

— Именно такие команды, как ваша, выполняют настоящую работу Общества искателей приключений, — сказал Хамфри. — Вы и ваша команда — самые настоящие искатели приключений из всех нас.

— Я ценю это, — сказал Карлос.

— Он говорит это искренне, — сказал Джейсон через голосовой чат, подслушивая, пока проводил разведку впереди.

— Да, — согласился Нил. — Хамфри приторно искренен.

— Ну, мне это нравится, — сказала Софи, тоже через голосовой чат. — Он не боится высказывать искреннее мнение, не приправляя его язвительностью, в отличие от некоторых.

— Ты говоришь обо мне? — спросили Нил и Джейсон одновременно.

— Думаю, она говорила о тебе, — сказал Нил.

— Нет, о тебе, — парировал Джейсон. — Это ты сказал что-то прямо перед этим. Мне следовало держать язык за зубами.

— Это верно с того самого дня, как мы встретились, но даже убийство тебя не решает проблему.

— Возможно, тебе стоит сказать своему лидеру команды пересмотреть это сотрудничество, — доверительно сказала Белинда Генри, большому леониду из Команды Рабочая Пила. — Мы не то, что я бы назвала профессиональной организацией.

— Кого это волнует? — спросил Генри. — Вы, психи, можете порталить сюда всех профессионалов, каких захотите.

— Ты все еще об этом?

— У вашей команды три портальные силы!

— У Хамфри телепорт. Это немного другое.

— Не особо.

— К тому же, я могу копировать силы, так что технически я тоже могу использовать портальную силу.

— Я думал, ты можешь только заклинания, — сказал Нил.

— Моя способность «Зеркальная магия» позволяет мне копировать другие способности с тех пор, как она достигла серебряного ранга.

— О, неплохо, — сказал Нил. — Ты становишься по-настоящему разносторонней. Эй, та команда снова делает те самые лица.

* * * Рамона осторожно сдвигала разбитый камень своими силами, чтобы расчистить путь.

— Конструкты не идут этим путем оттуда, где их производят, — пожаловалась она. — Почему бы нам не найти целые туннели?

— Фила не ищет путь, который используют конструкты, — сказала Сендира. — Во-первых, мы не хотим пробиваться через них, чтобы добраться до того места, где находятся короли механизмов. Во-вторых, они, вероятно, используют запутанный, но чистый путь. Фила находит нам что-то более прямое. Надеюсь, это поможет нам найти то, что мы ищем, и уйти до того, как искатели приключений наткнутся на это.

— А все остальные команды там — расходный материал? — спросила Фила.

— За исключением тех, кто похитил дочь Мелоди, — отметила Рамона. — Как только группа захвата заполучила ее, Сендира не могла активировать маяк достаточно быстро. Тех членов группы захвата, которые выжили, во всяком случае. Сколько их было, Сендира?

— Мы идем войной на весь мир, — сказала Сендира. — Жертвы всегда будут необходимы, и мы должны быть непоколебимы.

— И для войны обязательно нужно было забирать дочь Мелоди? Ни для кого не секрет, что она использует тот факт, что мальчик, которого Строитель хочет видеть мертвым, находится в команде ее дочери, чтобы тратить на это драгоценные жизни и ресурсы.

— То, что Мелоди нужно от цели, не ваше дело, — сказала Сендира. — Ваше место — подчиняться, а не критиковать в невежестве.

Рамона закончила расчищать путь, и они продолжили движение.

* * * Джейсон представлял себе некое подобие маяка, но маяк располагался в низком, плоском здании, примечательном лишь тем, что оно было наименее поврежденным из всех, что им попадались. Они нашли большие двери, обнаружив внутри следы недавнего боя. Кто-то пробился внутрь, уничтожив не только обычных конструктов, но и стационарную оборону. Гигантские металлические руки, предположительно живые до их уничтожения, теперь безжизненно свисали со стен и потолка. Повреждения соответствовали силам, которые они видели у Преобразованных: серебряное пламя, которое они использовали, оставляло характерные следы опалин.

— Люди Чистоты пробились внутрь, — заметил Джейсон, пока группа медленно и осторожно шла через беспорядок. — Не думаю, что Строитель хочет, чтобы его союзники были здесь, копаясь в костях его павшего города.

— Это делает их решение действовать так открыто, так близко к Римаросу, еще более любопытным, — сказал Хамфри. — Что стоит того, чтобы так сильно подставляться?

— Если лоялисты Чистоты здесь, чтобы украсть, — сказал Клайв, — возможно, нам стоит спросить совета у наших штатных воров. Дамы?

— Не смотрите на меня, — сказала Софи. — Я занималась бегом, ударами и лазанием по стенам. Все планирование было делом рук Линди.

— О, ты собираешься свалить все на меня? — сказала Белинда.

— Если я придумывала планы, почему это всегда я оказывалась преследуемой опасными людьми, пока ты ускользала незамеченной?

— Соф, ты чертовски красивая женщина с серебряными волосами, которая бьет людей по лицу, когда слегка раздражена. Какая часть этого намекает на то, что «тихо ускользнуть» — это подходящий для тебя подход?

— Ты действительно ударила меня по лицу, когда мы впервые встретились, — сказал Джейсон.

— Ты заставил мое тело увядать и гнить до такой степени, что алхимик и жрец-целитель с трудом поддерживали во мне жизнь. И это было в хорошо укомплектованной алхимической клинике.

— С обеих сторон были очень хорошие люди, — сказал Джейсон, с хитрым выражением лица.

— Кажется, я снова ударю тебя по лицу.

— Или, может быть, мы вернемся к работе? — многозначительно предложил Хамфри. — Белинда, есть идеи?

НЕ ОСОБО СЛЕДУЮ ПРАВИЛАМ

НЕ ОСОБО СЛЕДУЮ ПРАВИЛАМ

Белинда обвела взглядом разрушенные конструкции Строителя, уничтоженные не искателями приключений, а служителями Чистоты, которые были их мнимыми союзниками.

— Могу лишь догадываться, чего они хотят, — сказала она. — Что бы им ни было нужно, они полагают, что это исчезнет, если они будут ждать, пока мы придем и уйдем. Что-то такое, чего Строитель не хочет им отдавать или, по крайней мере, не давал на то разрешения. Это должно быть что-то настолько ценное, что они готовы пойти против воли того, кто — насколько нам известно — является их единственным союзником. Настолько ценное, что они готовы рискнуть разоблачением и значительными потерями, отправив столь крупные силы так близко к Римаросу одновременно с масштабной экспедицией искателей приключений.

Она расхаживала взад-вперед, рассеянно постукивая пальцем по губам, пока оглядывалась по сторонам. Остальные искатели приключений хранили молчание, позволяя ей думать. Её взгляд остановился на разрушенных конструкциях Строителя.

— Джейсон, — произнесла она. — Ты говорил нам, что у тех измененных рабов Чистоты были внутри ядра Строителя, верно? Те самые, которые Строитель использует для создания своих миньонов?

— Все верно, — подтвердил Джейсон. — Они каким-то образом стерли влияние Строителя и заменили его влиянием Чистоты, но происхождение у них то же, что и у ядер Строителя.

Глаза Джейсона загорелись, когда он понял, о чем думает Белинда.

— О, — он обменялся взглядом с Белиндой. — О, держу пари, так оно и есть.

— Поделишься с остальными? — спросил Нил.

— Ни для кого не секрет, что церковь Чистоты практически объявила войну всему остальному миру, — сказал Джейсон. — Они готовятся к конфликту, а значит, им нужны солдаты. Пока вы все действовали из Витесса, вы сорвали им призыв тех посланников, но что, если это лишь один из способов пополнения их рядов? Что, если они пытаются перенять метод Строителя по массовому производству войск?

— Используя модифицированные ядра, — сказал Клайв. — Разве это осуществимо без сотрудничества со Строителем? Судя по виду этих разрушенных конструкций Строителя, их с Чистотой маловероятный союз, похоже, трещит по швам.

— Вот почему люди Чистоты готовы пойти здесь на такой большой риск. Мы знаем, откуда берутся заводные ядра. Строитель производит их с помощью своих заводных королей, — подхватила Белинда.

— И мы прибыли на этот остров, чтобы уничтожить заводных королей, — сказал Хамфри.

— Именно, — сказала Белинда. — Мы знаем, что местные лоялисты Чистоты принадлежат к Ордену Поджигателей Всего или как там они называются. Те, кто любит брать вещи, которые считают нечистыми, и каким-то образом очищать их, превращая в инструменты, которые могут использовать сами. Что, если они проделали это с заводным королем, чтобы получить ядра, которые у них есть сейчас? Может, Строитель и дал им одно в рамках какой-то сделки, которую они заключили изначально, но теперь они хотят нарастить производство. Больше заводных королей означает больше ядер, а значит, больше изрыгающих огонь рабов с промытыми мозгами для армии Чистоты. Но что, если культ Строителя больше не хочет их отдавать?

— Тогда они приходят за теми, что здесь, — заключил Клайв.

— Но почему они ждали, пока остров не наводнят искатели приключений, чтобы прийти за ними? — спросила Софи.

— Полагаю, они не знали, что заводные короли здесь, — сказал Джейсон. — Если Строитель не хочет их отдавать, он бы не стал им об этом рассказывать, если предположить, что они вообще хоть как-то общаются. И мы должны исходить из того, что у Чистоты есть шпионы в Римаросе. Еще несколько лет назад они были крупной церковью; у них должны были остаться информаторы и сочувствующие. Может, эти шпионы услышали об экспедиции по уничтожению заводных королей, и тогда они поняли, что короли здесь и их можно забрать.

— Вот почему они здесь сейчас, — подытожила Белинда.

— Мы думали, что этот маяк — план побега, — сказал Хамфри. — А может, это прикрытие, пока они пытаются опередить нас и добраться до заводных королей первыми.

— Как они собираются их забрать? — спросил Клайв. — Не похоже, что Строитель хочет их отдавать, так что вряд ли они уйдут по доброй воле. Заводные короли — это золотой ранг.

— Вопрос на потом, — сказал Хамфри. — Лиара сейчас вне зоны голосовой связи, так что давайте свалим маяк, чтобы мы могли ввести её в курс дела, найти наших пленников и разобраться с уничтожением этих заводных королей, прежде чем люди Чистоты до них доберутся.

* * * Две команды обыскали здание в поисках маяка, проецирующего свою разрушительную ауру по всему острову. Адепты Чистоты заминировали подходы, но Белинда обезвредила каждую ловушку, сопровождая это комментариями об их «дилетантских попытках». По мере приближения к источнику маяка интенсивность ауры начала воздействовать на искателей приключений. Все они страдали от подавления ауры, их мучили головокружение и головные боли. Джейсон напряг свою ауру до предела, едва справляясь с защитой остальных. Одной из множества черт, которые его душа приобрела в ходе многочисленных травм, была единственная причина, по которой он смог сопротивляться.

Название: [Неукротимый]

* Ваша сигнатура ауры изменилась. Ваша непоколебимая решимость наполняет вашу ауру и может быть обнаружена, если вашу ауру исследуют с помощью способности чувствовать ауру или при её проецировании. Союзники внутри вашей ауры имеют повышенное сопротивление подавлению ауры.

Аура Джейсона была отличным инструментом для защиты союзников от подавления, но при всей её мощи, сила не была бесконечной. Против десятков преобразованных, которые могли смешивать свои ауры в единую силу, он едва справлялся с поддержанием собственной ауры в активном состоянии. Он не мог защитить свою команду от одержимых Чистотой сил, которые объединяли свои способности, словно Капитан Планета, помешанный на идее превосходства белых. Только когда достаточное их количество погибло, чтобы ослабить их коллективную ауру, он смог оттеснить её.

Аура, создаваемая маяком, была сильнее, чем у нескольких десятков преобразованных, но она не была активно враждебной силой. Подавление было лишь побочным эффектом их близости, и на этот раз Джейсон смог достаточно сильно надавить в ответ, чтобы защитить союзников. Впрочем, это было на грани, из-за чего он был способен лишь идти и концентрироваться на проецировании своей ауры.

Когда их сознание прояснилось, Команда Рабочая Пила почувствовала ауру Джейсона, окутывающую их в полную силу. Вся мощь и странность, которые он обычно скрывал, были выставлены напоказ, и все они уставились на него с изумлением. Даже команда самого Джейсона никогда не чувствовала, как его аура напряжена до предела; они повернулись к Джейсону, чье лицо застыло в решительной гримасе, пока он сдерживал ауру.

— Если бы мы могли немного поторопиться, — сказал он сквозь стиснутые зубы, — было бы просто замечательно.

Они двинулись дальше и вскоре выследили маяк. Это было магическое устройство, похожее на оррерий, висящее под потолком в круглой комнате. Оно состояло из кристаллов, соединенных латунными и серебряными стержнями, с большим центральным кристаллом и примерно двадцатью другими, которые становились меньше по мере удаления от центра. Центральный кристалл был размером с торс человека, в то время как внешние были не больше кулака. Крупные кристаллы выглядели как природные образования, тогда как мелкие были обработаны и отшлифованы, словно драгоценные камни. Кристаллы были самых разных цветов: от прозрачных, как алмаз, до мутно-желто-коричневых.

— Мы можем просто разбить его? — спросил Генри, леонид из Команды Рабочая Пила.

— Могли бы, — рассеянно сказал Клайв, стоя под устройством и глядя вверх, его глаза бегали по нему. — Получившийся магический взрыв не нанесет физического урона, но, вероятно, будет ощущение, будто вашу душу вырвали и бросили в лаву. Возможно, это не сведет вас с ума и не искалечит душу, когда разум рухнет. Джейсон, вероятно, будет в порядке.

— Не торопись, Клайв, — сказал Джейсон сквозь стиснутые зубы. Нахождение в непосредственной близости от устройства напрягало его до предела. Клайв вместе с Белиндой занялись изучением устройства, используя несколько измерительных инструментов, извлеченных из их инвентарей.

— Не думаю, что мы можем безопасно его выключить, — объявил Клайв. — Оно проходит цикл, и прерывание цикла ни к чему хорошему не приведет.

— Насколько «ни к чему хорошему»? — спросил Хамфри.

— По сути, мы вернемся к варианту с тем, чтобы разбить его, — сказала Белинда.

— Сколько тогда продлится этот цикл? — спросил Карлос, лидер Команды Рабочая Пила. Он смотрел на мучающегося Джейсона.

— Где-то от половины до целого дня, — сказал Клайв.

— Минус время, которое оно уже проработало, — добавила Белинда.

— К черту это, — сказал Джейсон.

Он сделал жест, и на земле появилась линия тьмы. Арка из темного кристалла, искрящаяся внутренними огнями. Затем тени заполнили арку усыпанной звездами тьмой.

— Я не думал, что порталы работают, когда эта штука включена, — сказал Карлос, указывая на оррерий.

— Джейсон не особо следует правилам, — сказал Нил.

— Это не портал, — сказал Джейсон. Он сделал разводящий жест, и арка стала больше, достаточно, чтобы вместить всё кристаллическое устройство. — Клайв, открути эту штуку от потолка.

— Не уверен, что это хорошая идея, — сказал Клайв.

— Ты же меня знаешь, — прохрипел Джейсон. — Плохие идеи — это, можно сказать, мой конек.

Клайв неуверенно посмотрел на Хамфри, который пожал плечами.

— Ладно, — сказал Клайв. — Линди, будь добра?

Белинда наколдовала пару торцевых ключей на длинных рукоятях, передав один Клайву. Оррерий был прикреплен к металлической пластине, которая была привинчена к потолку, и они начали выкручивать болты. Хамфри переместился под устройство, его силы было более чем достаточно, чтобы выдержать его вес, когда пластина ослабла.

— Ты уверен? — спросил он Джейсона.

— Да, — рявкнул Джейсон. — Быстрее, пожалуйста.

Как только устройство было полностью освобождено от потолка, Хамфри протащил его через арку. Как только оно исчезло, подавляющая аура исчезла, и Джейсон с облегчением опустился на колени, его собственная аура угасла. Он закрыл глаза, поморщившись лишь на мгновение, прежде чем устало подняться на ноги и последовать за Хамфри через арку.

* * * Глубоко под разрушенным городом три служительницы Чистоты пробирались через еще более разрушенную подземную инфраструктуру города. Им пришлось пробиваться через несколько конструкций Строителя серебряного ранга по мере приближения к своей цели, прежде чем они наконец прибыли в обширную и поразительно нетронутую камеру. То, что пространство такого размера и на такой глубине сохранилось неповрежденным, красноречиво говорило о качестве его конструкции.

Большая часть подземелий города была построена из кирпича, но вся эта камера была возведена из темных промышленных металлов, с тяжелыми болтами и толстыми балками усиления на стенах и полу. Камера представляла собой нечто среднее между нефтеперерабатывающим заводом, кузницей и производственным цехом размером с крытую арену. Высокий потолок был размыт дымкой и тенями, а единственным источником света было свечение расплавленного металла.

В темноте вырисовывались промышленные силуэты — то ли крупные механизмы, то ли конструкции, которые ими управляли. Эти конструкции были крупнее обычных, но не боевого типа. Это были вспомогательные машины, предназначенные исключительно для обслуживания операции, которая не прекращалась даже после того, как летающий город рухнул с небес.

Еще несколько боевых конструкций двинулись в атаку на Сендиру, Филу и Рамону, но их было не так много. Все завершенные конструкции сразу же уходили в извилистую сеть по большей части обрушенных туннелей, как только были готовы. Присутствовало лишь несколько свежепостроенных, некоторые из них все еще светились от жара производственного процесса. Вспомогательные машины не делали попыток атаковать.

Троица не действовала лично, позволив двум преобразованным золотого ранга, сопровождавшим их, разобраться с конструкциями. Пользователи эссенции могли почувствовать присутствие еще трех аур золотого ранга помимо преобразованных — это были заводные короли, которых они искали. Сами короли-конструкты были вспомогательными конструкциями, которые, как и другие, не двигались в атаку. Они находились где-то в темноте, не реагируя на присутствие незваных гостей. Две ауры были отчетливыми и их легко было определить, в то время как третья была рассеянной и, казалось, заполняла всю комнату.

Как только преобразованные золотого ранга разобрались с боевыми конструкциями, Сендира запустила в воздух светящийся снаряд, который вспыхнул ярким светом прямо перед тем, как удариться о потолок. Частицы света разлетелись, а затем поплыли по комнате, освещая всё вокруг.

Они сразу же заметили двух заводных королей, зная, куда смотреть по их аурам. Они выглядели как заводные скелеты, в два раза больше человека, полускрытые металлическими панелями, которые лишь частично прикрывали их внутренние механизмы. Все остальное в комнате, от стен до чанов с расплавленной сталью и создаваемых ими конструкций, было грубым и индустриальным по дизайну. Заводные короли, однако, были произведениями искусства. Их металлические панели были покрыты белым лаком и украшены латунными элементами. Внутренние механизмы, видневшиеся под ними, были искусно выполнены, словно внутренности карманных часов.

У каждого заводного короля было четыре руки, каждая из которых заканчивалась кистями с большим количеством пальцев, чем у людей, и множеством точек артикуляции. Они были слишком хрупкими, чтобы быть предназначенными для боя, хотя могли быть опасны для любого, кто ниже их ранга, если их использовать в насильственных целях. Все руки были заняты сборкой устройств, которые казались крошечными в руках крупных королей. Компоненты извлекались из тел самих королей: хрупкие детали, которые собирались вместе с быстрой, но абсолютной точностью.

— Где третий? — спросила Рамона, оглядываясь по сторонам. Теперь, когда было светло, она и её спутницы могли ясно видеть комнату.

— Вон там, — указала Фила.

Остальные посмотрели и увидели руки короля-конструкта, но, хотя они двигались, они были прикреплены не к остальной части короля, а к неуместно грубому куску промышленного оборудования. Они быстро поняли, что причина, по которой аура заводного короля была такой рассеянной, заключалась в том, что сам король был таким же; по-видимому, без ущерба для его функций, король был разобран и интегрирован в инфраструктуру объекта.

— Это хорошо, — сказала Сендира. — Мы заберем неповрежденных, а Общество искателей приключений может уничтожить другого, радуясь, что они остановили производство.

— А как мы собираемся забрать неповрежденных? — спросила Фила. — Сейчас они послушны, но пойдут ли они по доброй воле?

— Пойдут, — ответила ей Сендира. — Когда культ Строителя доставил нам первого заводного короля, они также доставили устройство для управления им. Оно было настроено только на того короля, но в то же время, когда мы очистили короля, мы очистили и устройство. Теперь мы контролируем все его функции и просто отключили ограничение.

— Это хорошо, — сказала Рамона. — Тогда нам следует поторопиться.

— Согласна, — сказала Сендира. — Я…

Сендира осеклась, когда всепроникающая аура от активированного ими маяка прервалась. Она пропитывала остров, даже проникая в подземные глубины, но внезапно исчезла.

— Ты говорила, что они не смогут его выключить, — обвинила Рамона Сендиру.

— Не могли, — ответила ей Сендира. Впервые с момента прибытия на остров она выказала неуверенность. — Даже если бы они нашли способ выключить его, аура угасала бы медленно. А если бы они уничтожили маяк, мы бы почувствовали импульс ауры, который сломал бы разум любого, кто находился бы слишком близко. Невозможно просто так взять и отключить ауру.

— Может, они перенесли маяк порталом? — предположила Фила.

— Порталы не работают даже на значительном расстоянии от маяка, не говоря уже о том, чтобы быть прямо на нем.

— Пространство для хранения? — спросила Рамона. — Могли они спрятать маяк?

— Возможно, — сказала Сендира. — Однако это не сработает надолго. Маяк быстро уничтожит любую пространственную сумку, в которую они его поместят, и будет вытолкнут из пространственного кармана по мере разрушения. Что касается пространства для хранения, создаваемого чьими-то способностями, маяк окажет очень плохое воздействие на любого, кто попытается это сделать. Это может даже убить их, если они не вытащат его обратно.

Сендира кивнула Рамоне.

— Полагаю, ты права. Либо он в пространстве для хранения, либо в пространственной сумке, что является единственным объяснением того, почему аура просто исчезла. Однако это недолговечно, так что скоро маяк снова станет активным. Но до тех пор наши действия будут раскрыты. Искатели приключений золотого ранга почувствовали наши ауры и знают наше местоположение. Нам нужно действовать быстро.

— Ты уверена, что маяк снова заработает? — спросила Фила. — Покинуть остров будет непросто без прикрытия маяка.

— Конечно, заработает, — сказала Сендира. — Любой, кто способен удерживать этот маяк, должен обладать невообразимой силой.

СРАВНЕНИЕ, КОТОРОГО ОН МОГ БЫ ИЗБЕЖАТЬ

СРАВНЕНИЕ, КОТОРОГО ОН МОГ БЫ ИЗБЕЖАТЬ

В тот момент, когда Хамфри появился в духовном царстве Джейсона, он лишился защиты ауры Джейсона. Искусственная аура маяка не атаковала его, но находиться так близко к источнику было все равно что болтаться вниз головой в бурной реке, полной лезвий. Он выронил маяк, пошатнувшись, и попытался выставить собственную ауру для сопротивления, но невероятно мощное устройство золотого ранга было слишком сильным и находилось слишком близко.

Он сделал один нетвердый шаг, затем другой. Он спотыкался, и хотя это должно было произойти быстро, казалось, что между шагами проходили минуты, пока его душу терзало это воздействие. Затем хлынула другая аура, оттесняя ауру маяка. Это была аура Джейсона, но в то же время и нет; она исходила не от человека, а отовсюду вокруг. Изможденный Хамфри нетвердой походкой прошел по гравийной дорожке, на которой оказался, и рухнул на траву неподалеку.

Он прибыл на окраину духовного домена Джейсона, появившись из арки в высокой темной стене. Вдоль стены тянулась широкая гравийная дорожка, а по другую сторону от нее располагались сады. Хамфри упал на полоску травы между извилистой тропинкой, обсаженной кроваво-красными цветами, и клумбой с черно-белыми цветами. Раскинувшись на спине, он уставился в синее небо, пока Джейсон не подошел и не навис над ним.

— Я в порядке, — сказал Хамфри.

— Знаю.

Джейсон казался не таким, как обычно, что Хамфри уже замечал за ним в этом странном месте. Его обычное легкомыслие угасло, а присутствие стало более внушительным. Хамфри принял протянутую руку своего друга с суровым лицом, который помог ему подняться.

— Сколько времени прошло, прежде чем ты вошел? — спросил Хамфри.

— Всего несколько секунд.

— Показалось, что дольше. Я измотан.

— Когда твоя душа проходит через мясорубку, становится очень трудно точно отслеживать ход времени.

— Полагаю, тебе это известно, — сказал Хамфри. — Не самое приятное знание, которым можно обладать.

— Нет, — согласился Джейсон.

В отличие от внешнего мира, где Джейсону приходилось напрягаться, чтобы защитить группу, здесь он не выказывал ни малейших признаков усилий. Аура, все еще защищавшая Хамфри, исходила от окружающего пространства, но это определенно была аура Джейсона. Или более мощная ее версия, что было пугающей мыслью. Пара посмотрела на маяк, все еще лежавший там, где его выронил Хамфри. Он был похож на армиллярную сферу, с различными кристаллами, соединенными металлическими стержнями. Падение не повредило маяк, и его работа не была нарушена. Хамфри мог слабо ощущать ауру, которую тот излучал, бьющуюся о подавляющую ее ауру, словно обезумевший зверь в клетке.

— Он мощный, — сказал Хамфри. — Это место может безопасно его удержать?

— Снаружи он мощный, — сказал Джейсон. — А здесь — ничто.

Хамфри почувствовал гнетущую силу и обернулся. В далеком центре царства высилась зловещая темная башня. В воздухе над башней висел туманный глаз, монументальная копия глаза фамильяра Джейсона. А также собственных глаз Джейсона.

В потустороннем царстве Джейсона было трудно судить о расстоянии, или, возможно, расстояние здесь не было такой же неизменной константой, как снаружи. Башня, несомненно, была далеко, а глаз находился прямо над ней, однако Хамфри был уверен, что глаз каким-то образом гораздо ближе. Несмотря на аморфную природу — это было облако в форме глаза — Хамфри мог сказать, что оно смотрит прямо на маяк.

Аура давила из глаза на устройство, и Хамфри ощущал лишь периферийный контакт с аурой, проецируемой глазом. Как и аура, защищавшая его, это была аура Джейсона, но в то же время и нет. Эта была еще мощнее, гораздо более обширная и таинственная. Наблюдать за аурой, проецируемой глазом, было все равно что смотреть в воду с лодки и видеть лишь малую часть левиафана, чья истинная громада скрыта в глубинах.

Воздействие ауры глаза на ауру маяка было мгновенным. Словно часовщик, разбирающий механизм, глаз начал расщеплять ауру. Один из маленьких внешних кристаллов взорвался, разлетевшись на крошечные осколки. Большинство взаимодействий аур невидимы, но со взрывом кристалла аура маяка проявилась в видимом спектре. Белые огни вспыхивали над маяком, как фейерверки, затем появились синий и оранжевый свет. Это была ставшая видимой аура глаза — пожирающее облако, поглощающее белые огни. Белые огни распадались на цвета радуги, словно преломляясь через кристалл, а затем исчезали.

Взрывались новые кристаллы, порождая все больше белых огней, но сине-оранжевое облако без труда поглощало их все. С каждым огоньком, превращавшимся в радугу перед исчезновением, аура маяка слабела.

— Что там происходит? — раздался голос Софи через интерфейс группы Джейсона.

— Мы разбираемся с маяком, — сказал Джейсон. — Оставайся снаружи. Мы выйдем, когда закончим.

— Голосовой чат здесь работает? — спросил Хамфри.

— Я над этим работал, — объяснил Джейсон, пока они продолжали наблюдать, как пожирается аура маяка. — Я видел множество астральных пространств, астральных протопространств и зон трансформации, о которых тебе рассказывал. Большинство из них блокируют любые формы связи, будь то мой интерфейс группы или даже общение Тени со своими телами. Некоторые, однако, позволяют, и я разгадывал процесс, благодаря которому это работает. Это вопрос не столько силы, сколько понимания, хотя определенный порог силы все же необходим.

— Ты хочешь сказать, что можешь использовать интерфейс группы через межпространственные границы?

— Только в моем духовном царстве, — сказал Джейсон. — Я планирую расширить функционал в будущем, но мне еще многому предстоит научиться в астральной магии.

Они продолжали наблюдать, и Хамфри становилось все более не по себе от мысли, что ауры состоят из отдельных частей. Потенциальные откровения о том, что это значит для души, тревожили его.

— Это не настоящая аура, — сказал Джейсон, хотя Хамфри не спрашивал. — Ложные ауры, такие как движущий дух монстра или ложная аура от подобных устройств, на самом деле являются магическими проекциями, а не проекциями души. Самое могущественное существо в космосе не смогло бы разобрать твою ауру подобным образом, если только ты не был бы настолько глуп, чтобы впустить их в свою душу, где они могли бы разграбить ее до основания.

Пока они смотрели, взрывались более крупные и центральные кристаллы. Облако продолжало поглощать возникающие огни. Наконец, большой центральный кристалл разлетелся на осколки, многие из которых полетели в сторону Джейсона и Хамфри. Хамфри призвал свои крылья Дракона, чтобы защитить их, но осколки остановились в воздухе, словно ударившись о невидимую желейную стену, и застряли в ней. Они медленно опустились и упали на гравий, став инертными.

В конце концов, от маяка остались только латунные и серебряные стержни, соединявшие ныне уничтоженные кристаллы, да кучки осколков, бывшие когда-то кристаллами. Джейсон посмотрел на них, и осколки со стержнями начали плавиться. Как только они превратились в лужицу жидкости на гравии, она впиталась в землю, словно вода в сухую почву.

Джейсон смотрел на то место, где был маяк, с мрачным выражением лица.

— Джейсон, все в порядке?

Джейсон рассеянно поднял взгляд, отвлекаясь от своих мыслей.

— М? О, да. Не волнуйся, приятель. Теперь ты должен быть в состоянии связаться с Лиарой.

Хамфри так и сделал, быстро введя в курс дела лидера экспедиции. Он опустил подробности уничтожения маяка и сосредоточился на предположении группы, что поклонники Чистоты, вероятно, охотятся за заводными королями. Лиара поблагодарила Хамфри, направив их группу присоединиться к поискам пропавших искателей приключений, в чем обширная аура Джейсона должна была помочь.

— Нам стоит пойти воссоединиться с остальными и двигаться дальше, — сказал Хамфри.

Джейсон кивнул, все еще выглядя рассеянным.

— Ты точно в порядке?

— Я в порядке.

— Было бы логично, если бы уничтожение этой штуки тебя измотало. Мы можем остановиться отдохнуть, если нужно.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это не потребовало особых усилий.

— Выглядело и правда легко, — сказал Хамфри. — Но если ты не против, я бы сам не отказался отдохнуть. Прошло всего пара секунд, но пребывание в ауре этой штуки ощущалось гораздо дольше.

— Конечно.

Джейсон повернулся и указал на простую парковую скамейку, которой здесь определенно раньше не было. Он и Хамфри сели, и Хамфри с беспокойством посмотрел на друга. Джейсон в этом месте был другим. Обширная и мощная аура, пронизывающая его, была не совсем аурой Джейсона, но в то же время была ею. Его сила ауры, Гегемон, всегда казалась внушительной, когда ее призывали; это чувство только усиливалось по мере того, как душа Джейсона претерпевала изменения за изменениями.

Аура Хамфри была столь же властной, но это была аура Дракона: природного правителя того места, где бы он ни находился. Аура Джейсона была больше похожа на небесный закон. Его сила ауры происходила из эссенции греха и при проецировании заставляла людей внутри нее чувствовать, будто сам Джейсон является вершителем правосудия, определяющим, что есть добро, а что зло. Сила его эссенции ауры отражала это, накладывая проклятие греха на любого, кто атаковал Джейсона или его союзников. Действовать против Джейсона в пределах его домена было грехом, и это каралось соответствующим образом. Проклятиям греха, которые накладывала его сила ауры, невозможно было сопротивляться.

Когда Джейсон был просто еще одним серебряным рангом, даже с учетом силы его ауры, это было одно. Но здесь Джейсон ощущался как бог. Даже если эта сила казалась им исключительно благожелательной, она вызывала у команды чувство беспокойства каждый раз, когда они ее ощущали. Сравнения с божественностью Хамфри подсознательно избегал, несмотря на его очевидность, но теперь это было сравнение, которого он не мог избежать. Маяк был артефактом золотого ранга, причем не из слабых. Сила Джейсона в этом царстве была крайне ненормальной.

Хамфри оглядел духовное царство, прежде чем его взгляд остановился на гигантском глазе над башней. Он выглядел так же, как и раньше, но Хамфри был уверен, что он больше не смотрит в их сторону. В отличие от Клайва, Хамфри никогда не обсуждал с Джейсоном природу духовного царства после того, как понял, что это не обычная сила пространственного измерения.

— Джейсон, эта штука была слишком мощной, чтобы ее можно было просто так безопасно уничтожить.

— Да.

— Но не здесь.

— Нет.

— Что это за место?

Джейсон долго смотрел на Хамфри, затем кивнул своим мыслям.

— Это сочетание факторов, — сказал Джейсон. — Все началось с эволюции силы моего хранилища, которая создала царство, куда могли войти только я и мои фамильяры. Затем, после того как мое тело и душа перешли от двойственной природы к гештальту, физическая природа моей души изменила его. Другие люди смогли входить. При определенных условиях.

— Условиях?

— Души других людей инстинктивно распознают власть, которую я буду иметь над ними здесь. Если они не доверяют мне полностью, их не пустит. Даже если они захотят рискнуть, их души им не позволят. Их нельзя заставить войти, даже им самим, не больше, чем в портал, настроенный враждебно.

Глаза Хамфри расширились, когда важный кусочек пазла встал на место.

— Вот почему ты был таким эмоциональным после того, как мы пришли сюда, — сказал он. — И почему ты так долго ждал, чтобы показать нам. Мы гадали.

Джейсон кивнул.

— Есть еще один фактор, — сказал Джейсон. — Способность эволюционировала во второй раз.

— Как у меня.

— Не совсем, — сказал Джейсон. — Ты получил свою вторую эволюцию честно. Моя была вызвана значительными внешними силами.

— Какими силами?

— Я, по сути, использовал свою душу как рычаг, чтобы заставить закрыться разлом в реальности. Я был в месте, где фундаментальные элементы физической вселенной были настолько нестабильны, что моя сила эволюционировала, чтобы сделать исправление возможным. Как побочный эффект, это место стало близким к тому, чем оно является сейчас. Наряду с… другими изменениями.

— Другими изменениями?

— Вероятно, будет лучше, если я сейчас ничего не скажу. Это деликатная тема, которой я не хочу тыкать в лицо определенным могущественным людям.

— Даже алмазные ранги не подслушают нас здесь, верно?

— Я говорю о людях, которые могущественнее их, Хамп.

— Нет никого могущественнее… ты говоришь о богах?

— В основном. Боги. Околобожественные сущности. Некоторые из их более могущественных слуг. У Строителя есть приспешник, который тот еще козел, но, кажется, он сейчас в небесной тюрьме или что-то вроде того.

— Ты навлечешь на нас божественную длань возмездия.

— Вот почему нам нужно повышать ранги, — весело сказал Джейсон. — Чтобы мы могли дать им сдачи, если они начнут буянить.

Хамфри недоверчиво посмотрел на Джейсона. — Ты не можешь повысить ранг настолько, чтобы сражаться с богами.

— Не с таким настроем. Слушай, об этой силе я, наверное, не должен был тебе рассказывать. Практический эффект заключается в том, что она увеличивает мою силу и присутствие в местах, которые связаны с моей душой. И я не уверен, каков верхний предел ее силы — или есть ли он вообще.

— Ты связан с ним, как с облачным домом, — понял Хамфри. — Вот почему всегда кажется, что ты там.

— Точно, — сказал Джейсон, и озорная улыбка тронула его губы. — Я изо всех сил старался приглушить это, пока вы с Софи проводите время наедине.

Хамфри напрягся, затем заставил себя расслабиться.

— Значит, это место связано с твоей душой? — спросил Хамфри. — Вот почему ты здесь такой могущественный?

— Это место не связано с моей душой, — сказал Джейсон. — Это моя душа. Вот почему я здесь всемогущ. Не думаю, что здесь что-то может мне навредить.

— Это твоя душа? Мы сейчас внутри твоей души?

— Да.

Хамфри почувствовал, что должен быть в недоумении, но вместо этого все обрело полный смысл. Внезапно странное чувство, которое возникало у него каждый раз, когда он входил в духовное царство Джейсона, стало гораздо понятнее.

— Ты сказал, что ты здесь всемогущ? Вот как ты уничтожил маяк?

— Когда другие впервые смогли войти, у меня не было силы духовного домена, и я был всего лишь бронзового ранга. Доун предполагала, что алмазный ранг мог бы сопротивляться моему влиянию здесь. Сейчас, однако, не думаю, что кто-то может. Я почти уверен, что если кто-то попытается внедрить в меня звездное семя сейчас, я могу просто позволить им это сделать, а затем уничтожить эту штуку, как только она окажется здесь. Может быть, специально модифицированное звездное семя, если кто-то обманом заставит меня впустить его. Я почти уверен, что обычное не справилось бы с задачей, даже если бы каким-то образом попало сюда. Или, может быть, я сотру контроль владельца и поглощу его для собственного использования.

— Как ты сделал с тем мостом и дверью, о которых нам рассказывал.

— Да. Я пытался сделать нечто подобное с этим маяком, но он был слишком слаб и примитивен, чтобы выдержать этот процесс. Он не сохранил достаточно целостности, чтобы быть поглощенным при разрушении.

— Значит, теперь у тебя в душе остались кусочки маяка? Есть ли для этого волшебная швабра?

Джейсон рассмеялся.

— Тебе не нужно беспокоиться о том, что остатки повлияют на меня. Это место переварит их, как пищу, чтобы укрепить мои духовные защиты.

Хамфри посмотрел на друга, вспоминая беззаботного человека, которого встретил в приемной Общества искателей приключений Гринстоуна. Улыбка Джейсона все еще была на месте, но в ней появилась тяжесть. Улыбка была искренней, но Хамфри задавался вопросом, вернется ли к Джейсону когда-нибудь легкость прошлого. На нем теперь было слишком много груза для этого.

— Мы все берем на себя бремя по мере того, как идем по жизни, — сказал Джейсон. — Для каждого оно становится тяжелее.

— Ты можешь читать мои мысли здесь? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я могу читать твое лицо. Тебе стоит избегать игры в карты на деньги.

— Белинда сказала мне не это.

— Прямо перед тем, как она забрала все твои деньги?

— Софи заставила ее остановиться. В конце концов.

— Вы двое возвращаетесь? — спросила Софи через голосовой чат. — Разве Лиара не велела нам двигаться? Я начинаю немного ревновать.

Хамфри в замешательстве нахмурился, глядя на Джейсона. — Ревновать?

— Она видит химию, — сказал Джейсон, указывая пальцем то на себя, то на Хамфри. — Я бы нас полностью зашипперил.

— При чем тут корабль?

Джейсон покачал головой.

— Ох, Хамп.

— Не называй меня Хамп.

ЛОГИСТИКА ПОРТАЛОВ

ЛОГИСТИКА ПОРТАЛОВ

Ощущение полного воздействия маяка ауры в течение лишь нескольких мгновений оставило Хамфри духовно истощенным, но к тому времени, как он закончил разговор с Джейсоном, он был готов вернуться к действиям. Хотя Хамфри знал, что его атрибут восстановления серебряного ранга был частью его быстрого восстановления, он подозревал, что духовная сфера Джейсона также каким-то образом способствовала этому.

Преобразование силы и потенциала, которые содержала каждая душа, было всей целью поглощения эссенций и продвижения по рангам. Однако в духовной сфере Джейсона не было нужды в преобразовании; у Джейсона эта сила была всегда под рукой. Хамфри предположил, что Джейсон использовал часть этой силы, чтобы помочь ему, но не стал спрашивать, так ли это. Учитывая, что они находились внутри души Джейсона, близость и доверие этого акта заставили Хамфри усомниться, не разочаруется ли он, если окажется, что он это просто вообразил.

Как только Хамфри и Джейсон вышли из духовной сферы, Джейсон распространил свою ауру на полную мощь. Он почувствовал, что золотые ранги экспедиции делают то же самое, разыскивая захваченных искателей приключений. Они также искали лоялистов Чистоты, которые, как они подозревали, направлялись к заводным королям; вероятно, они уже были под землей.

У Джейсона было множество вариантов голосового чата, и он открыл частный канал для себя и золотых рангов, Яны и Лиары. У них было самое сильное восприятие ауры, и они могли координировать свои поиски.

— Я чувствую что-то под землей, — сказала Лиара. — Приглушенно, но это логично. Если бы заводные короли не были каким-то образом защищены от обнаружения ауры, их бы нашли во время предыдущих прочесываний острова.

— Я не улавливаю никаких аур, которые я бы узнал среди членов экспедиции, — сказал Джейсон, — но я наткнулся на то, что, как мне кажется, может быть подавленной аурой. Имеет смысл, что они используют ошейники подавления.

— Ты можешь чувствовать подавленные ауры? — спросила Яна.

— Работа с подавлением ауры — это, своего рода, мой конек, — ответил Джейсон. — Правда, я чувствую только одну подавленную ауру. Возможно, они разделили пленных.

— Это логично, — сказала Лиара. — Битва стала очень растянутой, и горстке последователей Чистоты удалось сбежать с пленниками. Логично, что они рассеялись.

— Как я и сказал, я улавливаю только одну ауру, — сказал ей Джейсон. — Остальные либо слишком далеко для моих чувств, либо мертвы. Возможно, они уже покинули остров. Эта одна подавленная аура движется в сторону берега.

— Похоже, те транспортные средства, на которых они прибыли, ушли, пока маяк был активен, — сказала Лиара. — Разведывательным группам, наблюдающим за островом, удалось захватить одно из них, но остальные ускользнули. Их почти невозможно обнаружить под водой. Скорее всего, они вернутся лишь на время, достаточное для эвакуации своих людей.

Переключившись с частного канала на канал лидеров групп, Лиара направила группу Джейсона перехватить потенциального пленника, которого он почувствовал. Она возьмет группу и будет искать путь под землю, в то время как Яна будет отвечать за поиски остальных пленников.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Те люди, которых ты почувствовал. Они направляются к берегу?

— Да, — ответил Джейсон. — Вероятно, собираются встретиться с одной из их магических подводных лодок.

— Тогда давай посмотрим, сможем ли мы их опередить.

— Без проблем.

Хотя порталы считались самыми полезными из всех вспомогательных способностей, логистика их использования всегда создавала проблемы для искателей приключений. Наряду с дальностью, у порталов было два критических ограничения, первое из которых — необходимость побывать в пункте назначения портала. Другая проблема — количество и сила людей, которые могли ими воспользоваться. Джейсон мог перенести через портал пять серебряных рангов, а Клайв — четырех, в то время как Хамфри мог телепортировать до трех человек, помимо себя. К счастью, фамильяры не добавляли нагрузки.

Джейсон знал, что его духовная сфера не является обходным путем, поскольку люди, скрытые в его душе, все равно потребляли энергию портала. С полной командой внутри, его портал бы отказал, как только он попытался бы шагнуть через него.

Хамфри и Клайв разработали процедуры, чтобы обойти эти ограничения, подключив Джейсона после того, как они воссоединились. Пока они не повысили свои ранги, им приходилось проявлять изобретательность в логистике порталов. К счастью, у их команды было необычное преимущество в виде множества способностей, что позволяло им выполнять процесс, который был немного сложным, но эффективным.

Все начиналось с того, что Клайв входил в духовную сферу Джейсона. Белинда шла с ним, хотя необходим был только Клайв. Затем Хамфри и Джейсон взлетали в воздух: Хамфри на драконьих крыльях, а Джейсон — на крыльях ночи. С высоты у них был лучший обзор острова, чем с любого самого высокого здания. Их острота зрения серебряного ранга была отличной, но не телескопической, поэтому Хамфри достал немагический телескоп.

Это был трюк, который Хамфри подсмотрел у Джейсона для увеличения дальности прямой видимости при телепортации на короткие дистанции, у которой не было времени восстановления. Хамфри выбрал точку в направлении, указанном Джейсоном, и телепортировал себя и Джейсона туда.

Клайв и Белинда появлялись в пункте назначения — на вершине здания, выходящего на стены вокруг края города. Клайв и Джейсон открывали порталы в то место, откуда они только что забрали группу, позволяя остальным пройти через них с запасом места для одного человека.

Большая часть городской стены обрушилась, открыв доступ к воде через груды обломков, образующие неровные пандусы. Хамфри выбрал это место, потому что поблизости была относительно удобная точка доступа к воде, что делало ее вероятным местом встречи врага с их транспортом.

Джейсон уже убрал свою ауру перед телепортацией. Учитывая его широкий поиск, не было сомнений, что их добыча почувствовала его внимание, но не было нужды афишировать тот факт, что они переместились на путь врага. Было бы несложно почувствовать их группу, но они не хотели слишком рано предупреждать последователей Чистоты. Остальные тоже убрали свои ауры, но они не были специалистами по скрытности и оставались бы скрытыми только вне определенного радиуса.

— Я пойду разведаю их, — сказал Джейсон. Уменьшив радиус действия своих чувств, он сможет отслеживать врага, оставаясь незамеченным, если только у них не было такой же аномалии силы ауры, как у Джейсона.

* * * Два члена Ордена Искупительного Света серебряного ранга, Ретт и Джейми, конвоировали своего пленника — в ошейнике, с кляпом и в капюшоне — по наклонным и разбитым улицам. Передвижение с пленником замедляло их, и когда покрытие маяка исчезло, они еще не успели покинуть остров.

— Говорю тебе, Сендира использует нас как приманку, — сказал Джейми. — Мы облажались, согласившись на это.

— Думаешь, я не знаю? — спросил Ретт.

— Она лгала нам в лицо.

— Неважно. Мы уже в деле. Все, что мы можем сделать, — это довести дело до конца.

— Хотя бы сними капюшон с пленника. Мы будем двигаться быстрее, если он не будет постоянно спотыкаться.

— Она сказала не снимать капюшон.

— Потому что она хочет, чтобы нас поймали. Идея в том, что когда что-то пойдет не так, потому что она не продумала все до конца, все шишки полетят на наши головы. Транспорт, возможно, даже не ждет нас.

— Это прискорбно, — раздался голос позади них.

Они оба резко обернулись. Всего в нескольких метрах от них стоял мужчина, подошедший ближе, чем это должно было быть возможно. Он был одет в кроваво-красные боевые мантии и плащ, настолько темный, что казался не тканью, а пустотой, окутывающей его. В глубине глубокого капюшона пара странных глаз жутко наблюдала за ними.

Они не могли почувствовать никакой ауры от этого человека. Глаза говорили им, что он реален, но другие чувства утверждали обратное, что приводило к неприятному диссонансу. Они даже не могли почувствовать его запах, что их органы обоняния серебряного ранга определенно должны были сделать. Было несколько потенциальных причин для этого разрыва. Одна — это специалист по скрытности, другая — спроецированная иллюзия. А еще был худший сценарий.

— Я не золотой ранг, — заверил он их. — Меня зовут Джейсон Асано.

Два последователя Чистоты заволновались.

— Ты тот, кого Строитель хочет видеть мертвым, — сказал Джейми. — Нам сказали, что ты на острове.

— Нам велели убить тебя, если представится возможность, — добавил Ретт.

— Ну вот и я, — сказал Джейсон. — Ваш счастливый день.

Джейми и Ретт переглянулись, на лицах обоих отразилась неуверенность.

— Почему Строитель хочет убить тебя?

— Однажды он попытался забрать мою душу, поэтому я забрал это его астральное пространство. Ну, кто-то другой забрал его первым, а я помешал ему забрать его обратно. Все это немного сложно. И это еще до той волшебной двери, которую я украл, что вообще отдельная история. Вы, ребята, знакомы с теорией мультивселенной?

Джейсон откинул капюшон с головы, открывая лицо.

— Послушайте, — сказал он им. — Мы могли бы подраться. Я почти уверен, что для вас это плохо кончится, но у вас заложник, так что кто знает? Но вы кажетесь нормальными, чисто живущими парнями. Может, мы могли бы заключить сделку.

— Какую сделку? — спросил Ретт.

Джейми повернулся, чтобы сверкнуть на него глазами.

— Что? — спросил Ретт. — Мы должны хотя бы выслушать его.

— Определенно нет, — сказал Джейми.

— Почему нет?

— Мы часть Церкви Чистоты.

— И чья это вина? — спросил Ретт. — «Эй, Ретт, давай бросим бизнес с амфорами и вступим в церковь религиозных чудаков».

— Я не так это описывал.

— Ну, стоило бы.

— Я теперь это знаю. Но мы в деле, и этот парень определенно не чист.

— Ну, мне плевать. Ты хочешь сразиться с ним? Готов поспорить, у него поблизости припрятано еще полдюжины друзей.

— Тогда зачем ему заключать сделку?

— Может, мы его пугаем.

— Да, уверен, жуткий парень в кровавой мантии находит нас ужасающими.

— Ну, может, если бы кто-то позволил мне носить мою остроконечную шляпу.

— Эта шляпа не пугает.

— Еще как пугает. И она магическая.

— Она хранит напитки!

— Ну, он этого не знал! — сказал Ретт, указывая на Джейсона. В этот момент они поняли, что Джейсона больше нет.

— Куда он делся?

Они огляделись и поняли, что во время их спора исчез не только Джейсон, но и их пленник.

— Как он это сделал?

* * * — Самое сложное заключалось в очень деликатном подавлении ауры, чтобы проверить, смогу ли я постепенно вывести пленника из их восприятия, пока они отвлечены, чтобы они этого не заметили, — сказал Джейсон.

Пленника, с которого сняли капюшон и кляп, осматривал Нил.

— И ты просто отпустил их? — спросила Софи Джейсона.

— Спорим, ты что-то оставил, правда? — спросила Белинда.

Джейсон ослепительно улыбнулся.

— Есть довольно хороший шанс, что кто-то заметит тела Тени в их тенях, но у них нет золотых рангов. Возможно, мы сможем узнать что-то полезное до этого момента.

— Ты не беспокоишься, что твоего фамильяра поймают? — спросил Карлос, лидер другой команды искателей приключений.

— Один из самых полезных аспектов моих лишних тел заключается в том, что они расходный материал, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — Способность отправлять их в опасные места весьма ценна.

— Я совершил ошибку, не используя Тень для разведки опасных мест в прошлом, — объяснил Джейсон. — Когда мы с Тенью только начали работать вместе, я и команда обнаружили, что стоим над тем, что позже оказалось огромной скрытой базой церкви Чистоты и культа Строителя. Я позволил отговорить себя от разведки и еще не понимал всей степени замечательных способностей Тени. Я не хочу снова совершать эту ошибку.

* * * В глубинах под городом Сендира, Фила и Рамона находились в огромном кузнечном зале. Перед ними была пара усмиренных заводных королей; устройство, которое Сендира принесла, чтобы контролировать их, сработало именно так, как задумывалось.

— Что теперь? — спросила Рамона. — Защита от ауры в этой камере, вероятно, повреждена и не полностью скрывает нас. Даже если это так, золотые ранги почувствуют нас, как только мы выйдем из нее. Они должны искать, теперь, когда маяк отключен.

— Да, — согласилась Сендира. — Вероятность того, что они поняли нашу цель, высока.

— Даже если Рамона пророет нам путь наружу, по которому искатели приключений не смогут последовать, — сказала Фила, — наши шансы сбежать с этого острова, когда за нами гонятся золотые ранги, равны нулю. Какой великий план у Мелоди, чтобы вытащить нас отсюда? Или она не продумала все так далеко?

— На самом деле, — сказала Сендира, — она продумала.

Сендира повела их к дверям камеры и за пределы защиты от ауры, которую обеспечивала комната. Заводные короли тяжело ступали позади них. В коридоре снаружи Сендира достала магический предмет — серебряную пирамидку, достаточно маленькую, чтобы поместиться в ладони. Она поставила ее на пол и повернула верхушку пирамиды, чтобы снять ее. Внутри был кристалл, который начал светиться серебристо-голубым, когда Сендира коснулась его пальцем.

Когда Сендира надела крышку обратно на кристалл, пирамида спроецировала мощную ложную ауру. Маяк ауры был совсем не похож на тот, что покрывал остров; он был гораздо менее мощным и не нарушал другие ауры.

— Отлично, — сказала Рамона. — Твой план состоит в том, чтобы облегчить золотому рангу задачу найти нас.

— Нет, — сказала Фила, глядя на устройство. — Я знаю, что это.

— Что это? — спросила Рамона.

— Это портальный маяк, — сказала Фила. — Все способности порталов имеют разные вторичные эффекты. Некоторые могут нацеливаться на порталы в местах, где они никогда не были, если есть маркер цели на основе ауры, чтобы навестись на него.

— Единственный пользователь порталов, который есть в нашем отделении ордена, не может этого делать, — отметила Рамона. — У нас также нет золотого ранга, достаточно сильного, чтобы перенести этих заводных королей через портал.

Портал вспыхнул, и Сендира приказала заводным королям пройти через него.

— К счастью, — сказала Сендира, — Мелоди не так недальновидна, как вы.

ПРИЧИНА БУДЕТ НЕ ИЗ ПРИЯТНЫХ

ПРИЧИНА БУДЕТ НЕ ИЗ ПРИЯТНЫХ

В Море Штормов нет недостатка в маленьких необитаемых островах. Один из таких островов представлял собой клочок суши, который периодически вычищали магические штормы, проходящие через этот регион, обнажая землю до самого основания, за исключением оврага, где уцелели выносливые магические растения.

Уцелевшая растительность не была чем-то исключительным. Подобные примеры можно было найти по всему Морю Штормов, их часто выращивали на специализированных фермах. Однако в заросшем джунглями овраге на этом в остальном бесплодном острове они делали всё, что происходило внутри, практически незаметным. При работе где-либо хоть сколько-нибудь близко к Римаросу это было ценным преимуществом. Чувств золотого ранга было уже достаточно, чтобы доставить неприятности, но когда действуют алмазные ранги, любая ошибка может дорого обойтись.

В овраге стояли трое, один из которых был золотого ранга — Эстебан Гало. Остальными были Мелоди и Ларонт, руководство контингента Ордена Искупительного Света в Море Штормов.

— Тебя зовут Ларонт, а его — Лоран? — спросил Гало. — Понимаю, это может запутать.

— Значит, лучше, что его здесь нет, — сказала Мелоди.

— Его настоящее имя не Лоран; он выбрал его, чтобы позлить меня, — ответил Ларонт. — Он был не настолько глуп, чтобы использовать мое настоящее имя, но оно достаточно похоже. Просто называй его Киллиан или, что еще лучше, покончи с делами с ним. У него есть привычка использовать, эксплуатировать и предавать людей, с которыми или на которых он работает.

— Тогда почему ты с ним работаешь?

— Потому что он мой брат.

— Ты человек, а он эльф.

— Мой отец был эльфом, а мать — человеком. Церковь Плодородия разрешила им иметь детей, и мне повезло, что нечистота моего отца была очищена, чтобы произвести меня. С моим братом они пошли в другом направлении, с предсказуемыми результатами.

— Я думал, он так выглядит из-за какой-то силы. Ты хочешь сказать, что это потому, что он эльф?

— Недостатки Киллиана многочисленны, и они написаны у него на лице, — сказал Ларонт. — Где он сейчас?

— В начале Прилива монстров что-то напугало его настолько, что он очень хорошо заплатил, чтобы покинуть Море Штормов. Он специально просил меня не говорить тебе, куда именно, и, поскольку именно он платит за это, я не скажу.

Ларонт кивнул.

— У него всегда был талант находить то, что питало определенные аппетиты, — задумчиво произнес Ларонт, вызвав вспышку недовольства на лице Гало. — Прошу прощения. Я не хотел никого обидеть.

— Я просто хочу, чтобы это было сделано, — сказал Гало. — Общество искателей приключений держит всех специалистов по порталам на коротком поводке, так что потребовались значительные уступки, чтобы сделать это возможным.

Мелоди и Ларонт обменялись настороженными взглядами. Недовольный золотой ранг мог обернуться для них большими неприятностями. Золотые ранги не привыкли к тому, что их деятельность контролируют, не говоря уже о том, чтобы ею управлять. Были исключения, такие как гильдия Сапфировая Корона, работавшая напрямую на королевскую семью, но даже их золотые ранги привыкли к изрядной доле свободы. Даже во время Прилива монстров золотые ранги редко подвергались ограничениям, поскольку они сами были лидерами, которые лучше всех знали, как внести свой вклад. Однако существовали способности, которые были слишком полезны, чтобы не использовать их максимально эффективно во время Прилива монстров. Способности к порталам возглавляли этот список.

Логистические проблемы, из-за которых порталы создавали трудности для таких команд, как у Джейсона, означали, что пользователи порталов золотого ранга были на вес золота. Приливы монстров означали, что быстрое развертывание сил часто было критически важным, позволяя при необходимости развертывать целые экспедиции серебряного ранга. По сравнению с этим, пользователь порталов серебряного ранга мог развернуть только бронзовые ранги в полном составе, часто будучи не в силах переместить даже свои собственные команды целиком.

Серебряные ранги, у которых не было способностей к порталам, близких к золотому, чаще использовались для доставки критически важных ресурсов. Это было особенно верно для тех, кто, подобно Джейсону и Клайву, также обладал способностями к хранению. Хотя пространственные сумки обычно не учитывались в емкости портала, слишком большое их количество, проходящее через него, иногда могло дестабилизировать портал.

Оба почитателя Чистоты прекрасно понимали, что Гало не преувеличивает свои трудности. Ему нужно было не только выкроить время, чтобы помочь им, но и сделать это так, чтобы никто не отследил его действия. Делать все это для членов их церкви было для него значительным риском, что говорило о том, что именно Киллиан предложил этому человеку за его услуги.

Ларонт понятия не имел, какую цену заплатил его брат, чтобы убедить Гало помочь Церкви Чистоты. Он знал только то, о чем Киллиан попросил Ларонта взамен — цена, которая стала сюрпризом. Ларонт и Мелоди были неоднозначны в отношении желания Строителя убить Асано, но то, что брат Ларонта хотел того же самого, было совсем другим делом.

Союз со Строителем быстро распадался, причем ни одна из сторон не проявляла особой злобы или заботы. Хотя Прилив монстров уже длился дольше, чем некоторые другие, и не подавал особых признаков ослабления, он продлится лишь еще несколько недель, возможно, пару месяцев максимум. После этого силы Строителя отступят в астрал, разграбив все, что смогли за время своего вторжения.

К тому моменту интерес Строителя к Паллимустусу иссякнет, в то время как приготовления Бога Чистоты наконец выйдут на свет. Последствия сочетания Прилива монстров и вторжения Строителя оставят Паллимустус в самом слабом состоянии, что станет временем для возвышения Чистоты.

У культа Строителя также было мало пользы от почитателей Чистоты. Если им удастся убить Асано — что ж, хорошо. Если нет, то то, что почитатели Чистоты забрали заводных королей, уже было большим нарушением. Это был далеко не первый случай, когда одни забирали у других, начиная с собственных попыток Строителя убить Джейсона.

Целый контингент жрецов Чистоты был осквернен заводными ядрами, превратившись в Преобразованных. Это был даже не единственный случай, когда Строитель использовал своих союзников таким образом. Каннибалистическая природа союза Чистоты и Строителя была причиной, по которой Мелоди без колебаний захватила заводных королей.

По сравнению с отсутствующим гневом Строителя, недоброжелательность Киллиана или золотого ранга, с которым они имели дело, была более острой угрозой. Киллиан, возможно, был всего лишь серебряного ранга, но то, как он проникал в самые грязные уголки, делало его туманной угрозой, если он обернется против них — а он определенно сделает это, если это принесет ему выгоду. К сожалению, Ларонту нужны были эти связи.

Как ни странно, Гало был меньшей угрозой. Их меньше беспокоила его сила золотого ранга, чем то, что он мог рассказать властям, если его свяжут с орденом. Необходимость Гало надежно извлекать заводных королей заставила Мелоди и Ларонта позволить ему увидеть больше их операций, чем им хотелось бы. Тем не менее, они приняли все возможные меры предосторожности.

Они не были настолько глупы, чтобы полностью раскрыться. Их текущее местоположение было частью их усердия в сокрытии информации. Даже то, что знали члены ордена, тщательно контролировалось. Это привело к некоторому недовольству нынешним руководством, но это была проблема, над которой Мелоди работала уже некоторое время. Операция на острове, который когда-то был летающим городом Строителя, стала кульминацией этих усилий.

Мелоди и Ларонт почувствовали облегчение, когда маяк ауры в руке Гало начал светиться, и он открыл портал. Два заводных короля нырнули в него, за ними последовали Сендира, Фила и Рамона.

— Кто это? — потребовала Рамона, глядя на Гало. Он сфокусировал на ней свой взгляд и ауру золотого ранга, и она сникла. Ларонт протянул ему конверт, и он отошел в сторону одного из концов оврага. Мелоди повела остальных в противоположном направлении.

* * * Одно из тел Тени могло перемещаться под землей гораздо лучше, чем Джейсон, его бестелесная форма легко обходила препятствия. В конце концов он прибыл к кузнечной камере, и Джейсон прыгнул сквозь него, используя теневой прыжок. Тень исчезла в тени Джейсона, когда тот вошел в камеру. Лиара уже была внутри, осматривая операции, которые продолжались, невозмутимая присутствием незваного гостя. Джейсон подошел и встал рядом с ней.

— Другая пленница освободилась сама? — спросила Лиара. Блокировка ауры в камере делала способность Джейсона к связи нестабильной, поэтому Лиара знала лишь основы происходящей операции.

— Почитатели Чистоты, которые забрали её, были тяжело ранены, когда сбежали, — сказал ей Джейсон. — Некоторые конструкты наткнулись на них, пока они ждали встречи с одним из своих транспортных средств эвакуации, и она сбежала, пока они сражались. Ей удалось снять капюшон с головы, но на ней все еще был ошейник. Все, что она могла сделать, — это бежать, пока Яна не нашла её.

— А следов другого нет?

— На самом деле, в одной из команд есть хороший следопыт. Он смог найти место, где они сели на одно из своих судов. Признаки указывают на то, что в тот момент он был еще жив.

— Кто из заключенных это был? — спросила Лиара.

— Гибсон Амуз.

— Черт. Это кузен моего мужа. Он достаточно способный, но у него есть проблемы с храбростью. Его отец подталкивал его во время Прилива монстров, чтобы закалить.

— Мне жаль.

— Не то чтобы я была рада, кто бы это ни был. Больше всего на свете я хотела никого не потерять.

— Они хотят, чтобы он остался жив, не просто так. Причина будет не из приятных, но это лучше, чем смерть.

— А если они сделают с ним то, что делают для очищения вещей?

— Тогда он будет изрядно потрепан, — сказал Джейсон. — Но из состояния «изрядно потрепан» можно вернуться. В нашей группе есть парень, Карлос. Он лидер другой команды, с которой вы нас объединили, но он заставил меня вспомнить о другом Карлосе, которого я знаю. Он жрец Целителя, специализирующийся на повреждениях души. Работает с людьми, в которых запихнули звездные семена. Он помог мне выбраться из такой дыры, из которой не все выбираются, хотя я был с ним довольно груб. Если есть способ вернуться после того, что Орден Искупительного Света делает с людьми, то кто-то вроде него либо знает его, либо является нашим лучшим шансом выяснить это.

Лиара перевела взгляд с промышленных процессов, все еще работающих для производства конструктов, на Джейсона. Через мгновение она кивнула.

— Я займусь этим, — сказала она.

— Итак, что насчет всего этого? — спросил Джейсон, широко жестикулируя в сторону комнаты вокруг них. — Хочешь, чтобы я здесь все разгромил? У меня есть фамильяр с резонирующими силовыми лучами, который искромсает это место, как пахлаву. Однако я был бы признателен, если бы ты разобралась с заводным королем, если он соберется воедино. Похоже, они использовали его на запчасти, но его аура все еще цела, хоть и немного разбросана.

— Магическое общество захочет изучить это место и заводного короля.

— Я говорю, давай все равно разгромим. Они не успеют исследовать здесь ничего достаточно быстро, чтобы помочь до того, как конфликт со Строителем закончится. Строитель в любом случае закончил в Королевстве Штормов, превратив это место в фабрику ужасов, которую какой-нибудь придурок захочет эксплуатировать. Давай уничтожим её и займемся возвращением твоего кузена.

Лиара долго смотрела на комнату, прежде чем кивнуть.

* * * Еще один необитаемый остров в Море Штормов представлял собой ничем не примечательную гору, торчащую из воды, немногим больше, чем скалистый холм. Однако под поверхностью воды находился затопленный туннель, ведущий в комплекс, выдолбленный внутри горы. Интерьер доказывал, что ничем не примечательный, необитаемый экстерьер был ложью.

Судно, похожее на плоского кита, двигалось по туннелю и всплыло в большом подводном доке рядом с несколькими идентичными судами. Носовая часть судна открылась, и Мелоди вышла на рампу, за ней последовали Ларонт и Сендира. За ними шли два заводных короля, а Рамона и Фила замыкали шествие. Для внутреннего пространства подводный док был очень большим, с множеством открытого пространства, которое в настоящее время не использовалось. Объект был рассчитан на гораздо большие силы, чем те, которыми в настоящее время обладал Орден Искупительного Света.

В верхней части рампы собралась большая группа членов ордена, редкое слияние различных ячеек, которые орден обычно разбрасывал по всему региону. Они были собраны в группы по кластерам, Рамона и Фила спешили присоединиться к своим людям. Каждая из них была вторым лицом в своих ячейках и немедленно докладывала своим лидерам под экранами конфиденциальности.

Стоя рядом с Мелоди, Сендира оглядела лидеров каждой ячейки, многие из которых смотрели на Мелоди. Их взгляды варьировались от оценивающих и сдержанных до откровенно враждебных. Мелоди, со своей стороны, непринужденно разговаривала с Ларонтом, направляя некоторых из своих людей забрать заводных королей с помощью устройства, которое передала Сендира.

Четверо лидеров обменялись взглядами и шагнули вперед, приближаясь к Мелоди. Она повернулась к ним, выражение её лица было беззаботным и слегка озадаченным. Её когда-то серебристые волосы и глаза теперь были белыми и бледно-серыми — человеческие цвета вместо селестиновых, с которыми она родилась. Эти глаза сузились от настороженности, когда она обратилась к лидерам других ячеек.

— Вы хотите что-то обсудить?

ПОДМЕНА

ПОДМЕНА

Внутри горы скрывался док подводных лодок Ордена Искупительного Света. Здесь собрались местные силы ордена, и четверо лидеров ячеек противостояли своему главному лидеру, Мелоди Джейн, на глазах у всех. Она выглядела слегка озадаченной, глядя на других лидеров. Рядом с ней стояла её заместитель, Сендира, а также представитель церкви в ордене, Ларонт. Мелоди обратилась к лидерам ячеек.

— Кейтлин. Хестон. Марика. Элиза. Вам есть что сказать?

— Нам нужно обсудить направление, которое вы задали операциям здесь, в Море Штормов, — сказала Марика.

— Полагаю, вы намерены поздравить меня с успехом операции, — произнесла Мелоди. — Два заводных короля у нас в руках, и эвакуация прошла чисто.

— Чисто? — переспросила Марика с недоверием на лице. — Мы годами создавали безопасные базы и инфраструктуру в Море Штормов, и Королевство Штормов ни о чем не догадывалось. Месяцами мы готовились к оперативной готовности, всё ради нашествия монстров. Как только оно началось, мы кропотливо работали, чтобы подчинить себе крепости и находящихся в них пользователей эссенции, чтобы превратить их в Чистых обращенных. Вы же только что принесли в жертву две трети этой силы и за один день раскрыли масштаб и характер наших операций. И не надо говорить, что дело было в заводных королях. Вы узнали о них, только когда погнались за своей дочерью.

Гнев отразился на лице заместителя Мелоди, Сендиры, но Мелоди жестом велела ей молчать, прежде чем та успела что-либо сказать.

— Это только начало, — сказал Хестон, вклиниваясь в паузу, возникшую, когда Сендира не смогла защитить своего лидера. — Каждая ячейка здесь сегодня потеряла людей. Каждая.

— Включая мою собственную, — сказала Мелоди. — Жертвы неизбежны.

— Вы думаете, что потеря собственных людей внушает доверие к вашему лидерству? — спросила Элиза.

— Я — лидер, — ответила Мелоди. — Эта должность была поручена мне. Ваше доверие должно основываться на этом. Или вы сомневаетесь в мудрости церковного руководства?

— Мы здесь уже давно, — сказала Кейтлин. — Вдали от глаз церкви мы опасаемся, что вы потеряли из виду истинный путь.

— Я — глаза церкви, — отрезал Ларонт. — Вы хотите сказать, что я ослеп?

— Мы все знаем, что вы и Мелоди работаете очень тесно, — сказал Хестон. — Возможно, эта близость заставила вас потерять перспективу, которую дает небольшая дистанция.

Ларонт прищурился.

— Будьте крайне осторожны с обвинениями, которые выдвигаете, — предупредил он. — Ваша душа принадлежит Чистоте, но то, каким образом она к нему попадет, остается открытым вопросом.

— Вы угрожаете мне, священник?

— Да. Никогда не забывайте, что вы были грязью, которую я подобрал, отмыл и удостоил привилегии служить самому чистому. Если хотите вернуться на кучу мусора, я с легкостью могу приказать разрубить вас на куски и пустить на компост.

— Мальчики, — произнесла Мелоди тоном, в котором слышались материнские нотки, почти, но не совсем, на пределе её терпения. — Какими бы ни были разногласия между нами, помните, что в конечном счете мы едины под властью бога Чистоты. Мы можем спорить внутри, но враги — снаружи.

Несмотря на то, что Кейтлин, Элиза и Марика вышли вперед, чтобы бросить вызов Мелоди, все они кивнули в знак согласия. Выглядя слегка пристыженными, Ларонт и Хестон сделали шаг назад — как в буквальном, так и в переносном смысле.

— Теперь, — сказала Мелоди. — Поскольку возникло напряжение, вызванное недовольством тем, как проводилась эта операция, давайте обсудим это и посмотрим, не сможем ли мы прояснить ситуацию. Во-первых, я хотела бы затронуть вопрос о расходовании жизней наших членов и основной части Чистых обращенных в этой операции. Потеря членов ордена, безусловно, прискорбна. Однако это прискорбная необходимость.

— Это вы так говорите, — отозвалась Кейтлин. — Эта операция была безрассудной.

— Операция была необходимой, — возразила Мелоди. — Если бы нашей целью было собрать небольшой отряд Чистых обращенных, мы бы уже забрали их и ушли. Вы действительно верите, что годы, люди и ресурсы, которые орден вложил в этот регион, стоят жалкого контингента пушечного мяса?

Кейтлин встретила взгляд Мелоди, но не выдержала его.

— Конечно, нет, — ответила она.

— Наша цель, — объявила Мелоди всей группе, — не собрать небольшой отряд и даже не создать армию. Наша цель — дать церкви средства не просто для создания армии, а для того, чтобы продолжать создавать армии. Этот мир нечист. Настолько нечист, что мы были вынуждены работать с такой скверной, как Строитель, просто чтобы подготовить его к очищению. Предстоящие испытания велики, а наши враги подавляюще сильны. Мы не можем рисковать или принимать полумеры. Только смелость может осветить путь этого мира из тьмы.

Мелоди указала на заводных королей.

— Они — ключ. Ответ на то, что привело нас сюда, и следующий шаг вперед. Они стоят больше, чем любое количество Чистых обращенных. И да, они стоят некоторых наших жизней. Всех наших жизней, если эта жертва даст нашему богу оружие, которое поможет ему очистить этот мир. У нас был только один шанс захватить этот ключ, и именно это мы и сделали. То, чего мы достигли сегодня, потребовало жертв, да, но это цена триумфа.

— Всё это прекрасные идеалы, — сказала Марика, — но действительно ли вы придерживаетесь их, Мелоди? Мы узнали о заводных королях не потому, что искали их. Мы искали способ добраться до вашей дочери и наткнулись на новости о королях только потому, что она охотилась за ними. Вы бы рискнули напасть на остров, если бы её там не было?

— Рискнула бы, — сказала Мелоди. — Присутствие моей дочери не имело значения.

— Неужели? — спросила Элиза. — Тогда почему почти половина наших сил на острове была брошена в бой, чтобы схватить её и вернуть? Самый дорогостоящий конфликт, и всё ради одного человека.

— Всё не так, как вы говорите, — произнесла Мелоди, хотя в её голосе не было прежней уверенности, что придало смелости её оппонентам.

— Говорите что хотите, — сказал Хестон, — но слова даются легко. Доказательство — в ваших действиях. Так много наших сил не вернулось, но вашу дочь везут к нам прямо сейчас.

Одна из подводных лодок всплыла у дока, и Хестон рассмеялся.

— Идеальный момент, — сказал он. — Давайте посмотрим, насколько Мелоди ставит свои желания выше идеалов ордена.

Передняя часть подводной лодки открылась, и оттуда донеслись голоса, прерванные на полуслове.

— …просто кусок картона с напечатанной на нем информацией, сложенный втрое. Это отличный способ эффективного распространения информации, и их можно дешево напечатать кучу.

— И какой-то парень из Витесса дал тебе это?

— Да, он охотился на какого-то энергетического вампира. Понятия не имею, как кто-то вроде него ввязался в дело с амфорами…

Ретт и Джейми вышли из подводной лодки на аппарель, ведущую к платформе дока. Они остановились, их разговор затих, когда они заметили, что все люди смотрят на них.

— Э-э, привет, босс, — сказал Ретт. — Эм, тот парень Асано забрал нашего пленника.

— Он был очень скрытным, — добавил Джейми.

Сендира ущипнула себя за переносицу, издав тихий стон.

— Вы потеряли её дочь? — недоверчиво спросил Хестон.

— Её? — переспросил Джейми. — Мы схватили парня. О чем это вы…

— Довольно, — сказала им Мелоди. — Просто идите к остальным.

Ретт и Джейми неловко поднялись по аппарели под взглядами руководства ордена. Они присоединились к рядовым членам ячейки Мелоди, встав в стороне.

— Боюсь, вы ошиблись судном, — сказала Сендира Хестону. — Судно с нашей главной целью получило указание принять дополнительные меры предосторожности при возвращении в док, поэтому оно прибудет последним.

Среди лидеров воцарилась неловкая тишина, пока они ждали прибытия последнего судна. Их ячейки перешептывались между собой, некоторые тише других.

— …и они назвали меня сумасшедшим, что, по-моему, просто потрясающе.

— Ретт, ты слишком громко разговариваешь.

— О, спасибо, приятель.

— Я не осуждаю тебя. Я говорю, что все тебя слышат, и теперь они снова все смотрят на нас.

Ретт и Джейми огляделись, демонстративно избегая взгляда Сендиры.

— О, смотри! — сказал Джейми, указывая на воду. — Последнее судно здесь.

Их плечи опустились от облегчения, когда всё внимание переключилось на только что прибывшую подводную лодку.

— Тебе нужно научиться модулировать голос, — прошептал Джейми.

— Ты же знаешь, я никогда не умел говорить, не дыша.

— Ты делал упражнения, которые я тебе показывал?

— Да, я делал упражнения.

— Регулярно?

— Мы были очень заняты. Ты же знаешь, Сендира всегда заставляет меня мыть заводного короля. Ты знаешь, как трудно обезжирить эту штуку?

— Ты поклоняешься богу Чистоты. Неужели нельзя достать хорошее моющее средство?

— У меня был парень, который контрабандой вывозил из города «кристальную мойку», но он сказал, что кто-то скупил все излишки.

Они заметили, что Сендира снова смотрит на них, и замолчали.

Пришвартовалось еще одно судно, и из него вышли еще двое. На этот раз только один из них был членом ордена, а другой был в капюшоне, с ошейником и в кандалах, руки связаны за спиной. Член ордена, толкавший его вверх по аппарели, была свирепого вида женщина с бледной кожей, рыжими волосами и зелеными глазами.

— Спасибо, Келли, — сказала Мелоди, когда женщина доставила пленника к собравшимся лидерам. Затем Келли присоединилась к остальным членам ячейки Мелоди.

— Где ваш пленник? — тихо спросила она Ретта и Джейми.

— Тот парень Асано забрал его, — сказал Джейми.

— Что я вам говорила, когда мы разделились?

— Тс-с, — сказал Ретт, указывая туда, где Сендира снимала капюшон с пленника.

— Кто это, во имя Чистоты? — спросил Хестон.

— Разве имя Чистоты — не Чистота? — спросил Ретт, за что получил локтем в бок от Келли.

К счастью для Ретта, внимание руководства было приковано к закованному в кандалы человеку перед ними.

— Знакомьтесь, Гибсон Амуз, — сказала Мелоди. — Сын лорда Кассина Амуза и наследник Дома Амуз.

— Это не ваша дочь, — спросила Элиза.

— Нет, — сказала Мелоди. — Это не она.

— Но ведь весь смысл операции заключался в том, чтобы схватить вашу дочь, — сказала Кейтлин.

— Похоже, это идея, за которую вы все ухватились, — сказала Мелоди. — Я правда не уверена, откуда она взялась. Сендира, ты говорила людям, что мы охотимся за моей дочерью?

— Нет, Мелоди. Я всегда называла цель просто «целью» в целях оперативной безопасности. Во время операции я поняла, что члены ордена, находившиеся со мной, считали целью вашу дочь. Поскольку получение цели не входило в их задачи, я не стала их поправлять.

— Думаю, я начинаю понимать, почему у вас всех возникли вопросы относительно моих приоритетов, — сказала Мелоди. — Вы полагали, что я использую ресурсы ордена, чтобы заполучить свою дочь. Это было бы неуместно, конечно, ибо, хотя я, безусловно, хотела бы видеть свою дочь искупленной, цели ордена не могут быть подчинены какой-либо личной повестке. Откуда вы взяли идею, что я так поступлю, я не могу себе представить.

Выражения лиц четырех лидеров ячеек, которые выступили, чтобы поставить под сомнение авторитет Мелоди, варьировались от тщательно контролируемых до ядовитых, но все они поняли, что их переиграли. Мелоди искусно манипулировала ими, заставив бросить ей вызов на глазах у всех их людей по ложным основаниям, что означало, что любые дальнейшие вызовы будут исходить с еще более шаткой позиции.

Со своей стороны, Мелоди продолжала проворачивать нож в ране.

— Юный господин Амуз, здесь присутствующий, — объяснила она, — является наследником Дома Амуз, как уже упоминалось. Дом Амуз контролирует или имеет долю в более чем половине горнодобывающих операций в Море Штормов, включая большую часть добычи высокоранговых минералов. Причина, по которой мы потратили столько времени и сил на его захват — в ходе чего мы обнаружили наших новых заводных королей, — заключается в следующем этапе наших планов.

— Создание конструктов, — сказала Марика.

— Именно, — сказала Мелоди. — Чистые обращенные — это хорошо, но с ними связаны определенные проблемы. Одна из них — необходимость получения пользователей эссенции в качестве материала, а другая — в том, что их возможности довольно ограничены в разнообразии. Создание собственных конструктов поможет решить эту проблему, а материалы, необходимые для каждого конструкта, относительно говоря, дешевы и легкодоступны.

Речь Мелоди была предназначена для рядовых членов, которым обычно давали больше приказов, чем объяснений. Лидеры ячеек точно знали, что нужно делать и почему.

— Проблема с созданием фабрики конструктов, — продолжила Мелоди, — заключается в том, что, хотя материалы для отдельных конструктов ничем не примечательны, само предприятие требует довольно значительных первоначальных затрат, которые весьма экстравагантны. Юный господин Амуз, здесь присутствующий, и семейные секреты, которыми он скоро поделится, — это решение наших проблем в этом отношении.

ТАКАЯ МОЩЬ МОЖЕТ БЫТЬ ОДИНОКОЙ

ТАКАЯ МОЩЬ МОЖЕТ БЫТЬ ОДИНОКОЙ

Джейсон и Клайв находились в комнате с водопадом в облачном доме Джейсона. Стены всё ещё были увешаны досками для записей, и они рассматривали секцию, где Клайв нацарапал мелкие, плотно исписанные заметки.

— Думаю, усиление твоей способности портала может быть вполне осуществимо, — сказал Клайв. — Ключ к этому — использование облачных конструктов из твоего облачного сосуда в качестве среды. Повышение мощности быстро тебя уничтожит, но я полагаю, что облачный сосуд с этим справится. Пусть он и не выше тебя рангом, но это предмет роста, так что потенциал есть, да и сам он чрезвычайно прочен.

— Но? — подтолкнул его Джейсон.

— Что касается астральной магии, думаю, мы всё предусмотрели. Именно твоё инстинктивное понимание астральных сил, наряду с поглощёнными предметами, делает это возможным, так что использовать их — самая лёгкая часть.

Джейсон посмотрел на стены, покрытые месяцами кропотливой работы — его собственной и теперь Клайва.

— Это была лёгкая часть?

— Фокус в том, чтобы интегрировать улучшения в облачный сосуд. Это сложнее, чем просто запихнуть в сосуд какие-то материалы, чтобы получить желаемый результат. Нам пришлось бы запихнуть туда тебя, а я не думаю, что мы хотим пойти этим путём.

— Нам нужно использовать связь между мной и облачным сосудом, — сказал Джейсон.

— Да. Нам нужно разработать некое подобие интерфейса, который создаст очень специфический обмен через эту связь, и вот тут моих знаний не хватает. Я достаточно самонадеян, чтобы заявить, что моё понимание артефакторики довольно неплохо, учитывая, что это вне моей специализации, но мы вышли далеко за пределы моего уровня компетенции. Облачный сосуд не только ошеломляюще сложен даже по меркам предметов роста, но ты ещё и внёс модификации. Не просто в стиле «запихнуть внутрь», а сам способ, которым ты с ним соединился.

— Ага, — сказал Джейсон. — Там есть область духа, плюс я превратил его в набор предметов вместе с моим мечом и амулетом.

— Я хотел бы узнать больше о предмете, который ты использовал для этого. Мне следует изучить его как можно лучше.

— Конечно, — сказал Джейсон, и пара облачных кресел поднялась, чтобы они могли сесть. — Он назывался триединым отпечатком души и был без ранга, как эссенция.

— Где ты взял нечто подобное?

— Ты же знаешь, моя сила мародёрства даёт мне дополнительные награды за особенно опасных и могущественных врагов.

— Да. Она заменила силу, которая давала тебе странные задания, верно?

— Система квестов, ага. Моё личное Общество искателей приключений. В общем, я был в одном городе, выигрывал время для эвакуации перед началом волны монстров — это было прямо перед тем, как я получил серебряный ранг. Я убил монстра золотого ранга и залутал...

— Ты убил монстра золотого ранга?

— Скорее добил после того, как оно с трудом пересекло пространственную границу. Справедливости ради, оно убило меня первым.

— Ты не рассказывал нам об этом, когда говорил о том, что делал там.

— Уверен, Фарра рассказала вам больше, чем я, — сказал Джейсон.

— Она говорила, что были тяжёлые дни.

— Это был один из них. Большой город, много невинных людей и недостаточно времени, чтобы их вывезти.

Джейсон улыбнулся, заставляя себя не погружаться в уныние.

— Мы помогли многим людям за те несколько дней, — сказал он. — Да, многие погибли, но есть много тех, кто выжил благодаря людям, которые не остались в стороне. Я потратил много времени, размышляя о лидерах организаций, с которыми имел дело там, и о том, насколько они были, в общем-то, паршивыми, но большинство рядовых сотрудников были по сути искателями приключений, делающими всё возможное, чтобы помочь людям. Упорно сражаясь и принося жертвы. Арабель говорит, что мне стоит сосредоточиться на этом, когда я думаю о тех временах. Полагаю, это помогает.

— Значит, у тебя не так много информации о триедином отпечатке, если ты выбил его из монстра. Давай разберём то, что ты знаешь о его эффектах.

Джейсон и Клайв продолжили обсуждать свой проект, пока не пришло время Джейсону готовить обед.

— Не уверен, что мы сможем продвинуться дальше без консультации с тем, кто разбирается в создании облачных сосудов, — сказал Клайв. — К сожалению, это крайне редкое знание. Я слышал только о том, что их создают обладатели алмазного ранга.

— Эмир, вероятно, наш лучший вариант, — сказал Джейсон. — Он знает, кто создал оба наших сосуда.

— Тогда, вероятно, придётся подождать, пока не закончится всплеск, — сказал Клайв. — До сих пор сложно получить даже слот для водной связи. А что касается личного появления Эмира, думаю, ордер на его арест всё ещё в силе.

Джейсон накрыл большой стол с салатами и сэндвичами, потому что в облачном доме было необычно многолюдно. Его друзья всегда были заняты, даже Тайка, который отправлялся в рейсы по доставке в зоны низкой опасности вместе с другими обладателями бронзового ранга. Трэвис заперся над каким-то проектом, часто вместе с Фаррой, детали которого они до сих пор отказывались кому-либо раскрывать. Доун отсутствовала в городе со времени битвы с городами Строителя, поскольку у неё всё ещё были ценные советы для мест, где Строитель был непосредственной угрозой. Однако она только что вернулась в Римарос и тихо нанесла визит в облачный дом.

Сегодня все оказались свободны одновременно, пусть и всего на несколько часов, и дом был полон. Доун сидела рядом с Джейсоном за длинным столом, уставленным едой, пока все весело уплетали угощения. Она наблюдала, озадаченная, наслаждаясь общественным собранием, не похожим ни на одно из тех, что она видела за многие столетия.

— У тебя есть талант заставлять людей не замечать разницу в рангах, — сказала она Джейсону. — Даже модулируя свою ауру, чтобы успокоить людей, они редко бывают так раскованны рядом со мной.

— Звучит одиноко, — сказал Джейсон. — Но именно поэтому Мировой Феникс прислал тебя, а не какого-нибудь лакея присматривать за мной, верно?

— Да, — сказала она. — Поначалу я не была уверена. Нахождение в бессильном аватаре подарило мне множество переживаний, которые я забыла из далёкого прошлого. Мне потребовалось время, чтобы понять, почему это было ценно для Мирового Феникса.

— Это было не только ради твоего благополучия? — спросила Белинда, сидевшая по другую сторону от Доун. В отношении алмазного ранга всё ещё сохранялась некая почтительная тревога, особенно у Клайва и Хамфри. Белинда же разделяла предпочтение Джейсона судить о людях по критериям, отличным от ранга.

— Мировой Феникс не мыслит такими категориями, — объяснила Доун. — Тот факт, что великие астральные сущности взаимодействуют с космосом преимущественно через сосуды, заставляет людей антропоморфизировать их до степени, которая не совсем точна. Дело не только в том, что они мыслят не так, как смертные, но и в том, что уровень, на котором они действуют, отличается от нашего. В некотором отношении их, возможно, даже нельзя считать разумными, не более, чем разумны гравитация или тепло.

— Но Строитель — исключение, не так ли? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала Доун. — Существует много тайн, окружающих вознесение Строителя и санкционирование его предшественника. Тайны, к которым даже я и подобные мне не допущены. Эти секреты, какими бы они ни были, широко считаются побудительным мотивом для знаменитого эксцентричного и своеобразного поведения Строителя.

— Дело не только в сосудах, которые он использует? — спросил Клайв, присоединяясь к разговору.

— Это часть дела, — сказала Доун. — Большая часть, чем многие осознают. Я объясняла цель Мирового Феникса, назначившего меня присматривать за Джейсоном. Их сосуды, каким я была раньше, играют гораздо большую роль, чем просто трансляция воли и намерений великих астральных сущностей. За возможным исключением Строителя, великие астральные сущности не способны мыслить в масштабах, столь малых, как тот, в котором действуем мы. Они видят вещи в космическом масштабе; они думают о людях такими огромными числами, для которых у нас нет слов. Они не могут смотреть на тебя или меня как на личностей, не более, чем ты можешь смотреть на молекулы, из которых состоит твоё тело.

— На что? — спросил Клайв.

— На крошечные штуки, из которых всё состоит, — сказал Джейсон. — Не говори Знанию, что я тебе это сказал. Спроси об этом Трэвиса.

— О чём это? — спросил Трэвис с другого конца стола.

— Я рассказывал Клайву, что молекулы — это крошечные штуки, из которых всё состоит.

— На самом деле это работает не так, — сказал Трэвис. — Не думаю, что Знанию понравилось бы, что ты распространяешь подобные вещи.

— Ну, спроси у неё, сколько можно рассказать Клайву, и не впутывай меня в это, — сказал Джейсон. — Доун, что ты говорила о сосудах?

— Сосуды — это не просто рупоры для великих астральных сущностей. Это средства, с помощью которых эти сущности действуют в любом масштабе, который может воспринять отдельный смертный.

— Ты хочешь сказать, им нужны сосуды, чтобы думать за них? — спросил Джейсон.

— Всё гораздо сложнее, — сказала Доун, — но да, в значительной степени. Я была Первой Сестрой Культа Мирового Феникса, что, по сути, делало меня его лидером в регионе космоса, большем, чем я когда-либо смогу увидеть. Но я была лишь одной из неисчислимого множества, и все мы вместе формировали нечто вроде коллективного разума. Мыслительный двигатель, состоящий из самых могущественных смертных в существовании. Когда вы думаете о сознании великой астральной сущности, вы имеете дело именно с этим. Можно общаться напрямую с великой астральной сущностью, но только тем, кто потратил годы на подготовку, чтобы стать главным сосудом. Однако это не похоже ни на что, что я могу описать. Это значит прикоснуться к бесконечности; это невозможно заключить в слова.

— Я знаю парня, который продаст тебе грибы, делающие нечто подобное, — сказала Белинда.

— Линди! — прикрикнул Клайв. Джейсон усмехнулся, а Доун покачала головой с озадаченным выражением лица.

— Моя главная мысль в том, — объяснила Доун, — что Мировому Фениксу нет дела до меня или моего благополучия, потому что он не может. Что он может распознать, так это когда инструмент — в данном случае я — функционирует не так, как должен. Существует предел смертной мощи, и я его достигла. Как вы можете себе представить, такая мощь влияет на вас по-разному. Вы поймёте это больше, когда осознаете, что золотой и алмазный ранги не похожи на те, что были до них, но это всё ещё впереди.

— В каком смысле? — спросил Хамфри, присоединяясь к разговору. — Моя мать говорила нечто очень похожее мне после того, как достигла золотого ранга.

— Что ещё она тебе сказала? — спросила Доун.

— Что я узнаю больше, когда стану сильнее.

— Вот и всё, — сказала ему Доун. — Но, как сказал Джейсон, такая мощь может быть одинокой. Даже враги в некотором роде друзья, потому что так мало тех, кто знает то, что знаешь ты, и видел то, что видел ты. Это изолирует, уводя тебя от смертности, как в буквальном, так и в переносном смысле. Я не намного легче убиваема, чем бог.

— Возможно ли убить богов? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказала Доун. — Это невозможно. Суть в том, что становится легко позволить тому, чем ты являешься, поглотить то, кто ты есть, пока ничего не останется. Пусть я больше не являюсь прямым сосудом Мирового Феникса, но я всё ещё связана с ним и всегда буду. Моя цель и роль на его службе вечны, и я горжусь этим. Но эта роль — роль смертного представителя. Теперь я осознаю, насколько отдалилась от смертных чувств, слишком далеко уйдя от того, кем Мировой Феникс хочет меня видеть. Как инструмент, я стала молотком без бойка.

— Значит, твой босс прислал тебя ко мне, зная, что я затащу тебя в грязь, — сказал Джейсон.

— Всё не так просто, но примерно так, — сказала ему Доун. — И я благодарю тебя за это.

— Да, не за что, — сказал Джейсон. — Можешь передать мне тот соус из огненной сливы?

* * * Лиара пошла на необычный шаг, позволив телу Тени занять её тень. Она хотела знать в тот же момент, когда он получит любую новую информацию. К сожалению, тела Тени, которые «подсели» к последователям Чистоты, были отрезаны от связи любыми защитами, которыми могли похвастаться объекты врага. Контакт был прерван с того момента, как они вошли в подводные сосуды, используемые врагами. Тень не мог сказать ничего, кроме того, что его тела всё ещё целы и не подвергаются давлению.

— Что-нибудь? — спросила она, сидя в офисе в здании Общества искателей приключений. Она не использовала свой собственный защищённый офис, потому что экранирование вокруг объектов подразделения реагирования Строителя отрезало бы Тень так же эффективно, как и цитадель Чистоты.

— Ничего нового, — сказал Тень.

— Прости, — сказала она ему. — Я знаю, что ты сказал бы мне, но всё равно спрашиваю каждые несколько минут.

— Прости за что? — спросил Тень.

— За то, что я надоедаю.

— Ты ведь понимаешь, чей я фамильяр, верно? Я старше некоторых богов этого мира, и моя база знаний теперь включает исчерпывающее понимание каноничности различных частей франшизы «Рыцарь дорог».

— Я не знаю, что это значит.

— Я не большой сторонник невежества, — сказал Тень, — но в данном случае я с доброй волей выражаю надежду, что ты сохранишь своё навечно.

В дверь постучали, и Лиара позвала своего помощника. Это был функционер Общества искателей приключений, назначенный к ней для административных целей, а не один из её подчинённых искателей приключений.

— Лорд Кассин Амуз прибыл, — проинформировал её функционер.

— Спасибо. Проводи его.

ВИНА

ВИНА

Сотрудник Общества искателей приключений покинул временный кабинет Лиары, сообщив ей о прибытии лорда Кассина Амуза. Оставшись одна, Лиара позволила стыду на мгновение отразиться на её лице, прежде чем взять себя в руки. Она была полна решимости избежать жертв в экспедиции на остров Строителей, но неожиданный налет последователей Чистоты привел к провалу. В бою были захвачены три искателя приключений, и только двоих удалось вернуть до того, как их увезли с острова. Сын и наследник лорда Амуза оказался единственным искателем приключений, которого врагам удалось увести с собой.

Гибсон Амуз — кузен её мужа, Гибби, — был похищен с острова, как и пара заводных королей. Заложника вывезли по воде, а королей переправили через портал вместе с небольшой группой последователей Чистоты. Теперь, когда экспедиция была завершена, поиск всех их стал для Лиары навязчивой идеей.

Одной из лучших зацепок, которые у неё были, являлся фамильяр Джейсона Асано, который выследил врага от самого острова. К сожалению, меры безопасности врага до сих пор не позволяли фамильяру передать какие-либо подробности, и его текущее местонахождение оставалось неизвестным.

Лиара просматривала записи обо всех пользователях порталов, достаточно сильных, чтобы переместить двух золотых заводных королей. Обычно это было бы бесполезно, но во время всплеска монстров — особенно этого всплеска — даже пользователи порталов золотого ранга тщательно отслеживались. Обществу искателей приключений было известно, что до падения церкви Чистоты у Ордена Искупительного Света не было никого золотого ранга в Море Штормов, поэтому на них в значительной степени не обращали внимания. Хотя могли привлечь какого-то совершенно неизвестного золотого ранга, это было маловероятно.

Трудно остаться совершенно незамеченным к тому времени, когда пользователь эссенции достигает золотого ранга, даже если он никак не связан с Обществом искателей приключений, Магическим обществом или любой другой крупной силой. Так или иначе, достичь золотого ранга тайно было практически невозможно, учитывая требования для этого. Требовались годы активности, чтобы достичь такого уровня через охоту на монстров, а монстры, необходимые для последних стадий, не могли быть просто анонимно уничтожены без чьего-либо внимания. Что касается продвижения через ядра монстров, то такое количество ядер высокого ранга не могло просто исчезнуть с рынка незамеченным.

Это не значит, что тайный золотой ранг невозможен. При правильной поддержке и достаточном терпении можно было бы вырастить такого, и было известно, что некоторые группы делали это в прошлом. Лиара прекрасно понимала, что скрытный Орден Искупительного Света был вероятным кандидатом для такого проекта, но именно по этой причине Общество искателей приключений следило за такими организациями с особой тщательностью.

Рынок высокоуровневых ядер монстров и убийство монстров высокого ранга тщательно фиксировались Обществом искателей приключений. Это делалось специально для отслеживания потенциальных угроз золотого ранга тем же отделом, который охотился на людей с ограниченными эссенциями и силами. Лиара годами была членом этого отдела, пока её не перевели в подразделение реагирования Строителей, охотящееся на вампиров, некромантов и другие серьезные угрозы. Предыдущая должность означала, что у неё был доступ и опыт, необходимые для изучения записей в поисках именно такой активности. Она знала, как находить уже известных золотых рангов, действующих вне защиты Общества искателей приключений.

Что касается золотых рангов, являвшихся членами Общества искателей приключений, то пользователи порталов строго отслеживались во время всплесков монстров — не потому, что они были угрозой, а для максимизации их полезности. Между записями членов общества и информацией об отслеживании пользователей эссенции-отступников, всплеск монстров дал Лиаре уникальную возможность потенциально выследить пользователя портала, который извлек заводных королей и последователей Чистоты.

Самым большим препятствием для поиска Лиары было то, что это должен был быть процесс исключения из огромной коллекции записей. Графики работы порталов, отслеживание рынка, полевые отчеты о столкновениях с пользователями эссенции-отступниками. Природа пользователей порталов такова, что они могли действовать на огромных расстояниях, увеличивая количество записей, которые ей приходилось просматривать. Разум высокого ранга мог быстро обрабатывать информацию с отличным запоминанием, делая каждого золотого ранга скорочтецом с почти эйдетической памятью. Даже при этом, огромный объем информации, который ей приходилось перерабатывать, был пугающим, и ей приходилось делать это в одиночку. Записи, которые она просматривала, касались только золотых рангов, что требовало строгих ограничений, иначе авантюристы высокого ранга не позволили бы их просматривать.

По этой причине стол Лиары был завален книгами записей. Если бы не магические книги, позволяющие дублировать записи между филиалами, то, что она пыталась сделать, было бы вообще невозможно. Она хотела бы принять предложение Джейсона использовать Тень с его многочисленными телами, чтобы помочь ей просмотреть их, но она не могла срезать углы. Общество искателей приключений должно было поддерживать свою целостность в глазах золотых рангов и авантюристов в целом, иначе они не смогли бы функционировать как организация. Одно дело, когда коррумпирован изолированный сельский филиал, но Римарос был сердцем цивилизации и власти.

Почувствовав, что дядя её мужа приближается к двери её кабинета, Лиара встала. Он вошел без стука, как только их ауры встретились; этикет высокоранговых существ во многом основывался на взаимодействии аур. Это была одна из причин, почему контроль ауры становился все более важным на высоком ранге. Неправильное обучение все больше выделялось в высших эшелонах общества. По этой причине даже аристократы, которые повышали ранг с помощью ядер и никогда в жизни не сражались с монстром, часто обладали контролем ауры, соперничающим с авантюристом.

— Лорд Амуз, — поприветствовала Лиара, её голос был серьезен.

— Серьезно, Лиара? — спросил он с улыбкой. — Лорд Амуз?

— Я потеряла вашего сына.

— Мы с вами авантюристы, как и мой сын. Мы все понимаем, что это сопряжено с риском. Мой племянник, возможно, женился на вашей семье, а не вы на нашей, но это не меняет того, что мы с вами — семья.

У Кассина Амуза была смуглая кожа с чистым, гладким совершенством золотого ранга. Его волосы и глаза были насыщенного коричневого оттенка, с металлическим блеском, повсеместным среди целестинов. Менее повсеместной была его бородка, что было крайне необычно. Очень немногие целестины могли отрастить растительность на лице, и обычно это было признаком того, что один из родителей был из другой расы, рождение стало возможным с помощью Церкви Плодородия.

— Лорд Амуз, я хочу еще раз извиниться за пленение вашего сына, пока он был под моим командованием.

— Вы по-прежнему можете называть меня дядя Кассин.

— Я могла бы сказать дяде Кассину идти домой, — сказала Лиара. — Лорд Амуз, с другой стороны, может использовать свое влияние, чтобы насильно получить брифинг, на который он не имеет права.

Дружелюбная улыбка на лице Кассина застыла.

— Вы сами сказали, Лиара: это мой сын. Сын, которого вы потеряли.

Лиара прищурилась и наклонила голову, на мгновение погрузившись в раздумья.

— Спасибо, лорд Амуз. Я винила себя в потере вашего сына, что непродуктивно и не помогает моему суждению. Мне нужно было, чтобы кто-то другой обвинил меня, чтобы я могла взглянуть на ситуацию более объективно. Я ценю это.

Кассин нахмурился.

— Давайте просто перейдем к брифингу, — сказал он. — Я понимаю, что к врагу приставлен какой-то шпион?

— Обычно я не разглашаю оперативные вопросы, — сказала она, — но поскольку мне было поручено провести для вас базовый брифинг, я сделаю это. Пожалуйста, поймите, что я буду избегать слишком большого количества подробностей.

— Конечно. Я не могу ожидать особого отношения только потому, что мы семья.

— Вы получаете особое отношение, потому что вы лорд Амуз, а не потому, что мы семья. Я бы не подпустила вас к этому и близко, если бы это зависело от меня. У вас не должно быть доступа к какой-либо конфиденциальной информации, которая все еще в игре.

— И все же он есть. Я считаю, что лучше действовать в соответствии с тем, как обстоят дела, Лиара, а не так, как они должны быть. Это практичный, но иногда, к сожалению, необходимый подход.

Лиара нахмурилась, но кивнула в знак согласия.

— На данный момент, — сказала она, — наш информационный актив не может связаться с нами, потому что в цитадели врага приняты профилактические меры. Пока мы ждем вестей, предпринимаются другие подходы, чтобы найти и освободить вашего сына.

— Например?

— Команды специалистов изучают последователей Чистоты, павших на острове, а также любые следы, которые они оставили. Пленных допрашивают, хотя они фанатики, и мы не можем ожидать многого.

— Оставьте меня наедине с одним из них, и они заговорят.

— При всем уважении, лорд Амуз, нет, не заговорят. Ваше разочарование из-за вашего бессилия в возвращении сына злит вас, а гнев кажется силой. Правда как раз обратная. Без правильных способностей эссенции гнев делает вас только слабым, а ваше суждение — скомпрометированным. Это заставляет вас разбрасываться своим влиянием так, как не следует, не добиваясь ничего, кроме замедления работы людей, которые пытаются вернуть вам вашего сына.

— Мне не нравится ваш тон, принцесса.

— Мне все равно.

Кассин свирепо посмотрел на Лиару.

— Я пришел к вам сегодня, чтобы предупредить, что возвращение моего сына должно быть приоритетом не только из-за его социального статуса. Вы знаете Гибсона, конечно. Он никогда не собирался стать величайшим авантюристом.

— Он вполне способен.

— С той подготовкой, которую он получил, было бы почти невозможно не обладать хотя бы базовыми способностями. Его проблемой всегда была робость. Не трусость, а значительный дефицит смелости. Он отличный администратор, и я всегда считал, что он станет прекрасным главой нашего дома, когда я отойду от дел, если только он сможет научиться быть более дерзким. Управление семейными владениями — это хорошо, но этого недостаточно, когда ему нужно вести за собой. Когда он отказался от должности, которую сейчас занимает ваш муж, я понял, что должен вмешаться. Я очень надеялся, что этот всплеск монстров наконец сделает из него человека.

— Я знаю, что вы собираетесь сказать, лорд Амуз. Поскольку вы были так добры, что исправили мое собственное упущение в суждении, я поняла, что, хотя я винила себя в потере вашего сына, я была неправа, делая это.

— Я авантюрист, Лиара, точно так же, как и вы. Мы оба понимаем, что некоторые события находятся вне нашего контроля, как бы хорошо мы ни готовились. Это реальность того, чем мы занимаемся.

— Да, — согласилась она. — Я подозреваю, что вина лежит на вас, лорд Амуз.

— На мне? Я, возможно, добился того, чтобы команду моего сына назначили в вашу экспедицию, но если бы они были хоть сколько-нибудь не полностью квалифицированы, Общество искателей приключений никогда бы этого не допустило.

Брови Лиары удивленно поднялись.

— Вы добились назначения его команды в мою экспедицию? Я не знала этого, но это не имеет значения. Вы подставляли Гибсона гораздо дольше, чем длилась экспедиция.

— Объяснитесь, — прорычал Кассин.

— Я задавалась вопросом о некоторых аспектах того, как последователи Чистоты вели себя на острове. Почему некоторые из них сгруппировались, чтобы атаковать собранную силу из четырех команд авантюристов. Почему они захватывали людей и почему вашего сына так быстро и осторожно извлекли, в то время как остальных перевозили более небрежно. Я должна была увидеть это раньше.

— Что вы имеете в виду? — спросил Кассин.

— Ни для кого не секрет, что вы делитесь с Гибсоном большим, чем следует, — дядя Кассин. Он владеет слишком многими бизнес-секретами вашей семьи. Вещами, которые ему не следовало знать, пока он не достигнет золотого ранга и не будет готов занять ваше место в Доме Амуз. Я считаю, что весьма вероятно, что вашего сына выбрали в качестве конкретной цели.

— С какой стати церкви Чистоты заботиться о том, что знает мой сын? Это семейные секреты. Чистота не собирается заниматься горнодобывающим бизнесом.

— Запасы материалов, предоставляемые вашей семьей, стратегически критичны для Римароса, — сказала Лиара, вставая. — Мы закончили, лорд Амуз. Мне нужно идти доложить о своих подозрениях, а вам нужно подготовиться к брифингу для Общества искателей приключений о потенциальном ущербе, который может быть нанесен информацией, которой владеет ваш сын. Ожидайте вестей от нас в ближайшее время.

— Погодите, — сказал Кассин, также поднимаясь на ноги. — Я пришел сюда, чтобы получить брифинг о том, как вы собираетесь вернуть моего сына.

— И я не возразила на это так, как следовало бы, потому что чувствовала вину. Теперь я возражаю. Вон из моего кабинета, лорд Амуз.

— Напомню вам, принцесса, что ваш муж в настоящее время находится на одном из труднодоступных подводных объектов моей семьи.

Лиара на долгий миг замерла, и её аура исчезла из комнаты. Кассин почувствовал, как по спине пробежал холодок, прежде чем аура Лиары вернулась мягким, вежливым свечением в его чувствах.

— Лорд Амуз, — сказала она, её голос был тихим и мягким. — Я понимаю, что положение вашего сына привело вас в состояние стресса, поэтому я оставлю в стороне тот факт, что вы только что угрожали мужу человека, который является одновременно высокопоставленным чиновником Общества искателей приключений и членом королевской семьи. Однако знайте, что с этого момента мое терпение исчерпано. Если вы снова используете свое влияние, чтобы вынюхивать что-то вокруг моей операции, я вас прихлопну. Если же, с другой стороны, вы снова будете угрожать моему мужу — сыну вашей сестры, — то вашему собственному сыну будет куда вернуться после того, как я его спасу, потому что его отец таинственным образом исчезнет и никогда не будет найден.

Кассин насмешливо фыркнул.

— Вы великодушно простили мою угрозу, только чтобы сделать свою собственную?

— Да, — сказала Лиара, её голос все еще был мягким. — Я угрожала вам, лорд Амуз, тогда как вы угрожали моей семье. Вашей собственной семье. Я понимаю, что вы злы и расстроены, но вы авантюрист, ставший администратором горнодобывающей компании. Вы знаете, кто я и что я сделала, поэтому я дам вам момент, чтобы очень тщательно подумать, прежде чем решать, собираетесь ли вы покинуть эту комнату или умереть в ней.

Глаза Кассина не отрывались от лица Лиары. Его выражение лица было искажено, губа кривилась, словно гневные слова пытались вырваться изо рта. Медленно он взял под контроль свое выражение лица, пока оно не стало пустым, если не считать горящих глаз. Он развернулся и ушел, не сказав больше ни слова.

СКОРОСТЬ

СКОРОСТЬ

Джейсон и его команда наслаждались относительным затишьем в дни после экспедиции на остров Строителя. Нашествие монстров продолжалось, а последователи Чистоты оставались скрытой угрозой, но после выходного дня команду перевели на второстепенные задания. Поскольку Джейсон ждал вестей от своих фамильяров, застрявших в тылу врага, Лиара не хотела, чтобы он скитался по всему Морю Штормов, по крайней мере, надолго. В итоге Джейсона, Хамфри и Клайва поставили на портальную службу.

Весь день Джейсон занимался тем, что переправлял Клайва и Хамфри по Морю Штормов в различные места, где он уже успел побывать, — ровно настолько, чтобы они могли сами пользоваться этими точками назначения. В основном это были города-крепости и другие региональные центры, достаточно укрепленные, чтобы выдержать нашествие монстров. Поскольку никто из них не мог перевозить целые отряды искателей приключений или кого-то выше серебряного ранга, их назначили «курьерами» для доставки критически важных грузов через порталы.

Остальные члены команды также получили соответствующие задачи. Целителей всегда не хватало, поэтому Нила отправили работать при его церкви. Хотя приоритетом в лечении были искатели приключений, нужды Римароса никуда не делись из-за нашествия монстров. Что касается Белинды, то её быстро завербовали в экспедицию. Одним из приоритетных проектов Общества искателей приключений было исследование бывших укреплений культа Строителя по мере их обнаружения, и её втянули в одно из таких дел.

После разрушения городов Строителя силы великого астрального существа покинули Королевство Штормов, но осталось немало их тайных оплотов. Долгое время скрытые редуты, служившие плацдармами для попыток захвата местных астральных пространств, оказались раскрыты и теперь пустовали. Общество искателей приключений горело желанием исследовать эти логова и устранить любые угрозы, оставленные в качестве прощальных подарков. Что еще важнее, они хотели найти всё, что могло помочь тем, кто всё еще сражался со Строителем в других частях света.

В большинстве недавно обнаруженных укреплений всё еще работали ловушки и системы защиты, что делало Белинду отличным специалистом. Задолго до того, как она получила эссенцию ловушек, у неё за плечами были годы опыта проникновения туда, куда владельцы не хотели пускать посторонних. Годы приключений довели эти навыки до совершенства.

Единственным членом команды без специализированной роли была Софи. Она подумывала присоединиться к Белинде, но быстро стало ясно, что руководитель экспедиции отодвинет её на второй план, желая использовать только опыт Белинды. Вместо этого она взяла контракт на доставку товаров по суше с помощью пространственных сумок. Она должна была передвигаться в одиночку к пунктам назначения с низким приоритетом на южном побережье материка, в районах, обозначенных как зоны с низкой угрозой.

Это был редкий шанс по-настоящему раскрыть свои способности и довести скорость до предела во время выполнения контракта; обычно она могла делать это только в спокойных обстоятельствах. Путешествуя с командой, она могла лишь короткими рывками носиться вокруг, обычно в бою. Даже в пути альтернативные формы Сташа и дорожная форма Онслоу не могли сравниться с её темпом, когда она действительно выкладывалась на полную. Только реактивные формы Тени могли составить ей конкуренцию, да и тем требовалось время на разгон и разреженный воздух на высоте, чтобы обогнать её. Впрочем, они уже достигли своего полного потенциала, и она ожидала, что к тому времени, как она достигнет верхних уровней серебряного ранга, она пронесется мимо него.

Для Софи скорость была чем-то гораздо большим, чем простая эссенция, увеличивающая её, хотя, безусловно, такая у неё тоже была. Это была её первая и долгие годы единственная эссенция, с которой она достигла бронзового ранга, прежде чем получила вторую. Теперь же всё было иначе. Более половины её сил составляли способности к передвижению, усиливающие движение или иным образом связанные со скоростью. Связывая их воедино, используя синергию и выявляя нюансы, она получала скорость, значительно превосходящую любую отдельную эссенцию. Если не считать телепортации к месту назначения, только специализированные скоростные транспортные средства могли сравниться с ней на этом ранге, и она положила глаз на то, чтобы обойти их.

Почти никакой ландшафт не мог её замедлить. Запутанные леса или даже густые джунгли едва ли были помехой. Даже бег по стенам или по поверхности воды не замедлял её, если только местность не была зачарована, чтобы активно сопротивляться её прохождению. Единственная разница между суровой местностью и ровными дорогами заключалась в том, что дороги были менее интересными. Даже небо становилось частью владений Софи, поскольку она всё больше чувствовала себя в воздухе так же комфортно, как и на земле.

Навык: [Листой на ветру] (Ветер)

* Особая способность (движение, измерение). * Стоимость: Умеренные затраты маны в секунду. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебряный 3 (67%)

* Эффект (железо): Скольжение по воздуху; высокая эффективность при использовании ветра. Можно уменьшить вес, чтобы замедлить падение с меньшими затратами маны. Игнорирование или использование эффектов сильного ветра, даже когда этот навык не используется активно.

* Эффект (бронза): Умеренный контроль над потоками воздуха поблизости во время использования. Стоимость скольжения снижена до низких затрат маны в секунду. Сильные ветры увеличивают скорость восстановления выносливости и маны, даже когда этот навык не используется активно.

* Эффект (серебро): Полет с умеренными затратами маны в секунду; высокая эффективность при использовании ветра. Скольжение больше не требует маны. Вы можете контролировать воздушные потоки вокруг себя, включая использование ветров для переноски других людей во время полета. Переноска других увеличивает текущие затраты маны и накладывает штраф к скорости, причем оба показателя зависят от количества переносимых людей.

Способность плаща Джейсона также позволяла летать на серебряном ранге, наряду с набором других полезных сил. Способность Софи к полету была гораздо более узкоспециализированной. Даже на базовом уровне, не учитывая возможность переносить других или получать преимущества от использования ветра, она обеспечивала превосходную скорость и контроль по сравнению с тем, на что был способен Джейсон. У неё также были преимущества, которые идеально вписывались в общую тенденцию Софи к накоплению незначительных эффектов, которые при использовании в сочетании друг с другом и при достаточном мастерстве становились весьма грозными.

В описании эффекта серебряного ранга вскользь упоминалась эффективность при использовании ветра. Это не выделялось на фоне описания полетов с другими людьми, но для Софи это было, возможно, самым важным моментом. Во-первых, сам навык давал ей некоторую возможность манипулировать воздушными потоками вокруг себя. Однако вместо того, чтобы использовать это для увеличения скорости, она стала смещать воздух вокруг себя по мере того, как двигалась сквозь него. Снижение сопротивления вместо того, чтобы сильнее давить против него, оказалось более эффективным способом повышения скорости. Хотя это требовало большего мастерства при использовании навыка, результаты были исключительными, влияя на ускорение, максимальную скорость и точный контроль движения.

Как только Софи добавила свою силу «Волна ветра», её мобильность перешла на совершенно новый уровень. Её можно было использовать каждые несколько секунд, и она создавала мощный порыв ветра, который выбрасывал её вперед, словно кальмара, использующего водяную струю. В дополнение к этому действовали различные пассивные бонусы, влиявшие на один или оба навыка.

Навык: [Фрираннер] (Спринт)

* Особая способность. * Стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебряный 4 (06%)

* Эффект (железо): Увеличенная скорость. Низкие затраты выносливости и маны в секунду при беге по стенам и воде. На стенах или воде необходимо поддерживать импульс, чтобы не упасть.

* Эффект (бронза): Улучшенное равновесие и пространственное восприятие.

* Эффект (серебро): Контроль над прыжками, совершенными с разбега, значительно увеличен, включая частичный контроль движения в воздухе. Можно комбинировать с навыками скольжения и полета, чтобы перемещаться быстрее обычных максимальных скоростей скольжения, полета и бега за счет чередования прыжков со скольжением. Любые другие эффекты, повышающие скорость скольжения и полета, усиливаются на короткий период после прыжка.

Сила «Фрираннер» была первоначальным ускорителем Софи, который, как оказалось, также применялся к полету. Эффект серебряного ранга позволил ей использовать стиль передвижения, сочетающий бег, скольжение и полет, что привело к полной трансформации того, как она двигалась. Это превратило её набор навыков передвижения в разные аспекты целостного стиля мобильности, столь же сложного и тонкого, как боевое искусство. И всё же это было далеко не всё, что усиливало её мобильность.

У каждого селестина был расовый дар, усиливающий эссенции типа «особая способность», подобно тому как люди и эльфы имели склонности к особым атакам и заклинаниям соответственно. Многие пренебрежительно относились к бонусу селестинов, считая его менее мощным, потому что, хотя он применялся к самому широкому спектру способностей, эльфы и люди могли похвастаться силами, наиболее очевидно полезными в бою.

Склонность селестинов к особым способностям в основном ценилась за усиление портальных сил. Это было вдвойне верно, поскольку они также обладали астральной близостью, которая улучшала портальные силы еще больше. Селестины были известны как лучшие пользователи порталов среди всех рас, использующих эссенции.

Софи не была пользователем порталов, но усиление пространственных способностей не пропало даром; у неё не было недостатка в подходящих силах. Хотя её навык «Призрачный шаг» позволял мгновенно перемещаться на короткие расстояния через пространство, чаще её силы искривляли пространство вокруг неё. Они усиливали её движение, помогали преодолевать препятствия или даже уклоняться, не уклоняясь, заставляя атаки, которые, казалось бы, должны были попасть, пролетать мимо неё.

Неустанная погоня Софи за скоростью довела её расовые дары до предела, в конечном итоге спровоцировав эволюцию даров. Как и остальные члены её команды, она сумела развить несколько своих способностей, но та, что эволюционировала между смертью и возвращением Джейсона, проявилась не во время боя, а когда она тренировалась с адской самодисциплиной.

Навык: [Путь ветра]

* Трансформирован из расового дара [Склонность к особым способностям].

* Особые способности имеют увеличенный эффект.

* Способности, связанные с движением и скоростью, на которые влияет ветер, получают значительно увеличенные эффекты ветра. Синергетические эффекты между способностями, связанными со скоростью и полетом, значительно усилены.

И это был еще не конец наслоения сил, усиливающих её передвижение. Её навык «Аватар скорости» усиливал способности к передвижению, одновременно снижая затраты маны и выносливости. «Дитя небесного ветра» было самой редкой эссенцией в её наборе сил. Она появлялась только среди рас, обладающих астральной близостью, что на Паллимустусе означало селестинов. Или, возможно, пришельцев из других миров. Этот навык не только усиливал все её расовые дары, но и способности, связанные с ветром и пространством.

Результатом всех этих перекрывающихся эффектов был бонус на бонусе, умноженный на бонус — синергетический «крысиный король» переплетенных способностей. Клайв однажды попытался составить схему взаимодействия сил Софи, используя записи Магического общества о различных способностях. Всё время он жаловался на отсутствие интерфейса Джейсона и в конце концов сдался. Тот единственный раз, когда Клайв заговорил о том, чтобы попробовать снова после возвращения Джейсона, закончился тем, что Джейсон растворился в тени, а холодильник с закусками в облачном доме загадочным образом оказался заперт. Тайка и Гэри очень ясно объяснили Клайву, что больше этого делать не стоит.

* * * Приняв контракт на доставку, Софи взяла вместительную пространственную сумку. Разработанная специально для тех, у кого есть способности к полету, она была изящной и плотно пристегивалась к спине, не ограничивая мобильность. Затем она отправилась из Римароса, летя на юг над водой с головокружительной скоростью. В отличие от дирижаблей, которые выбирали умеренный темп, чтобы не привлекать монстров, Софи двигалась над морем так быстро, что вытеснение воздуха оставляло за ней кильватерный след на воде.

Время от времени из воды под ней вырывался монстр и пытался схватить её прямо из воздуха. Некоторые из них она чувствовала заранее и легко избегала, другие же были скрытными засадными хищниками. Ей не хватало мощных чувств Джейсона, и приходилось полагаться на чистые рефлексы, чтобы избегать их, ускользая от их зубов с помощью навыка «Призрачный шаг» и оставляя лишь остаточный образ, который взрывался во рту монстра.

Монстры, нападавшие на неё, были серебряного ранга; бронзовые были недостаточно глупы, чтобы пытаться, почувствовав её силу. Однако в одном случае появился монстр золотого ранга. Она совсем не почувствовала его приближения, пока из воды не вырос лес щупалец со скоростью, превосходящей серебряный ранг. Инстинктивно сработал навык Софи «Вечный миг», и всё вокруг замедлилось, в то время как её личный поток времени ускорился.

Она проскользнула сквозь внезапно ставшие ледяными щупальца с непринужденной скоростью, лавируя между ними, не прерывая своего субъективного темпа. Софи не останавливалась, чтобы сразиться с кем-либо из предыдущих монстров, которые выпрыгивали из воды, оставляя их всех позади. Она собиралась поступить так же и с этим.

Однако монстра золотого ранга было не так легко оставить позади. Как только действие «Вечного мига» закончилось, щупальца скользнули обратно в воду позади неё, а еще большее их количество поднялось вокруг и перед ней.

— Насколько же эта тварь большая?

НЕЖНЫЕ ЦВЕТЫ

НЕЖНЫЕ ЦВЕТЫ

Попытка Софи вырваться из лап монстра золотого ранга прошла не по плану. Её навык ускорения времени, «Вечный миг», длился не так долго, как можно было подумать по названию. Ей удалось вырваться из леса щупалец, поднявшегося из воды в застывшем ею моменте, но как только действие навыка закончилось, из воды показалось ещё больше щупалец, снова окруживших её.

Монстр явно был огромным существом, скрывавшимся под поверхностью, хотя она совершенно не чувствовала его присутствия. Сбежать от него будет сложнее, чем она предполагала, особенно теперь, когда «Вечный миг» на перезарядке. Вместо этого ей пришлось использовать другие способности на пределе возможностей, выжимая из себя каждую крупицу скорости и мастерства.

Когда щупальца бросились за ней со скоростью золотого ранга, она использовала все доступные уловки, чтобы остаться невредимой. Она парировала в воздухе, мчалась на ветру, бежала по неспокойной воде, взбаламученной щупальцами, и даже бежала по самим толстым щупальцам.

Пурпурно-красные щупальца были быстрыми, гибкими и шириной с её тело — по крайней мере, у поверхности воды. Они сужались ближе к шипастым кончикам, становясь всё более быстрыми, гибкими и податливыми. Вдоль их длины попадались шипы, которые, если бы впились в её плоть, легко позволили бы затащить её в воду. Софи не позволила этому остановить её: она бежала по щупальцу, ставя ноги между шипами, а затем отталкивалась. У неё не было иного выбора, кроме как пробираться сквозь щупальца, вынуждая их запутываться друг в друге, пока она проносилась сквозь этот плотский лес.

Пока Софи пробиралась над водой, бурлящей от бьющихся щупалец, стало ясно, что монстр под поверхностью необычайно быстр. Она прикинула: хотя он был золотого ранга и очень быстр, она могла бы обогнать его, если бы не сеть щупалец, охотившихся за ней. Даже с её почти чудотворной мобильностью, безопасное маневрирование замедляло её.

Она подумывала взлететь повыше, вне их досягаемости, но тут же отбросила эту идею. Там, где щупальца появлялись из воды, они были толстыми и относительно медленными. Они становились гибче ближе к истончающимся кончикам, но когда они тянулись обратно, чтобы схватить Софи, их движения становились неловкими, что облегчало уклонение. Если бы она поднялась в воздух, их возросшая гибкость и скорость дали бы им гораздо больше шансов поймать её.

Вместо этого она осталась внизу, петляя сквозь джунгли конечностей, которые продолжали разрастаться по мере её движения, а щупальца постоянно появлялись из воды впереди. Монстр пытался выставлять из воды меньшую часть каждого щупальца, чтобы использовать более гибкие участки, но поскольку Софи держалась близко к поверхности, сопротивление воды замедляло отростки ровно настолько, чтобы она могла ловко уклоняться от них.

Каждая секунда была новым спасением от смерти, а её стремительный, похожий на пинбол полет постоянно находился под угрозой резкой остановки. В любой момент её могла пронзить шип щупальца, остановив её инерцию и утащив в воду. Она использовала порывы ветра с максимальной эффективностью, не только запуская себя вперед, но и одновременно отталкивая щупальца с пути.

Хотя навык Софи «Волна ветра» мог заставить даже крупных монстров кувыркаться в воздухе, массивные щупальца едва покачнулись. Однако этого было достаточно. Как и Джейсон, Софи понимала, что битвы выигрываются и проигрываются в критические моменты. Каждый миг, который она вырывала и использовала, был шагом к победе, пока она пробивала себе путь к спасению, мгновение за мгновением.

Софи должна была побеждать в каждом моменте, иначе её утащило бы в воду на верную гибель. Она использовала все доступные инструменты: мерцала с помощью «Призрачного шага», мчалась с «Волной ветра» и отталкивалась от щупалец, чтобы изменить траекторию полета. Когда наступить на щупальца было невозможно, она использовала сам воздух как твердую опору.

Способность: [Облачный шаг] (Баланс)

* Особая способность (передвижение, измерение). * Стоимость: Низкий расход выносливости и маны. * Перезарядка: 15 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 2 (94%).

* Эффект (железо): Сделайте один шаг по воздуху, как по твердой земле, став нематериальной на короткий миг. Эту способность можно использовать, когда все шаги находятся на перезарядке, за экстремальную стоимость маны за шаг. Если использовать в тумане, мгле или облаке, эта способность не имеет перезарядки.

* Эффект (бронза): Можно использовать второй раз. Перезарядка сокращена до 15 секунд, при этом каждая перезарядка восстанавливает одно использование. Следующая атака, полученная в течение короткого периода после окончания нематериальности, значительно ослабляется. Если способность не используется в тумане, мгле или облаках, при низком расходе маны можно создать недолговечный туман. Туман слишком редкий, чтобы ограничивать обзор.

* Эффект (серебро): Можно использовать в третий раз. Стоимость использования во время перезарядки снижена до очень высокой. При использовании этой способности в тумане, мгле или облаке эффект нематериальности может быть продлен. Туман, создаваемый этой способностью, покрывает большую площадь и держится дольше.

Щупальце полоснуло по Софи, когда она стала нематериальной на короткий, но критический миг. Врожденная магия монстра нанесла небольшой урон её жизненной силе, но лишь малую часть того, что сделала бы конечность, врезавшись в её тело. В основном она чувствовала лишь покалывание, когда щупальце проходило сквозь неё. Другой удар щупальца, казалось, пришелся по её твердой форме, но промахнулся из-за пространственного смещения. Каждое мгновение приносило спасение от смерти, но её попытки ускользнуть от монстра всё больше казались тщетными.

Как бы быстро она ни двигалась, монстр успевал за ней, поднимая всё больше щупалец, словно само море пыталось схватить её. Щупалец было слишком много, они были слишком гибкими и быстрыми, чтобы она могла поддерживать максимальную скорость, избегая захвата. Даже её невероятных рефлексов и плавных уклонений было недостаточно, чтобы полностью разогнаться, хотя она всё равно пробиралась сквозь щупальца быстрее, чем большинство искателей приключений её ранга могли двигаться по прямой.

Она была уверена, что обгонит монстра, если ей представится шанс рвануть по прямой. Даже зигзагообразного рывка хватило бы, если бы местность активно не пыталась утащить её в океан. Монстр, возможно, был золотого ранга, но его основное тело должно быть массивным, чтобы поддерживать все эти щупальца. Сопротивление воды этой туше означало, что скорость, с которой он двигался, уже была неправдоподобной. Она была уверена, что он на пределе или около того. У неё не было времени проверять, но она представляла, что существо такого размера, двигаясь с такой скоростью, должно вызывать небольшие приливные волны.

Громадная выносливость Софи вступила в игру, когда минуты тикали, а каждая секунда проходила в диком отчаянии. Несмотря на постоянное использование сил, ей не грозила нехватка маны. Множество способностей снижали потребление маны её и без того недорогими навыками, а другие ускоряли её восстановление. В результате даже её самая затратная способность, «Вечный миг», не слишком сильно истощала её резервы.

Эта способность заставлять время вокруг неё замирать была козырем на случай, если что-то пойдет не так. Она собиралась приберечь её как можно дольше, но критические моменты возникали снова и снова, вынуждая её уходить на перезарядку. Ей удавалось сохранять баланс и не перенапрягать ману, но перенапряжение концентрации было большей угрозой.

Поскольку каждый миг требовал предельной концентрации, Софи знала, что лишь вопрос времени, когда она оступится, и это станет моментом её смерти. Нужно было что-то менять; без каких-либо перемен рано или поздно монстр утащит её под волны.

Переломный момент наступил, когда она увидела вдалеке остров. Он был маленьким и неприметным, но именно тем, что ей нужно. Она должна была быть осторожной, чтобы желание добраться до него не сделало её небрежной и поспешной, заставив упасть на пороге спасения. Монстр, казалось, понял её намерения, возможно, уже имея дело с более мелкой водой по мере приближения к суше. Из моря извергались гейзеры обжигающей воды, что поначалу заставило Софи задуматься, почему монстр придерживал эту способность.

Она поняла, что это была паническая реакция, так как уклониться от них было не особенно сложно. Напротив, гейзеры давали больше прикрытия для её маневров уклонения. Использование «Облачного шага» для мгновения нематериальности позволяло ей проходить сквозь гейзеры невредимой, ловко избегая щупалец и открывая путь вперед. Более того, пар, который они испускали, позволял ей использовать «Облачный шаг», не запуская перезарядку. Способность «Облачный шаг» создавала собственный туман, чтобы вызвать эффект сокращения перезарядки, но скорость Софи всегда оставляла этот туман позади до того, как ей требовалась способность снова.

Софи не остановилась, когда достигла берега острова; щупальца продолжали преследовать её из воды. К её облегчению, они перестали появляться перед ней, так как она наполовину опасалась, что они начнут вырываться из земли. Или, что еще хуже, что сам остров окажется основным телом монстра. Она слышала о таком существе на северо-востоке Королевства Штормов, но то оказалось местным магическим зверем, причем алмазного ранга. Оно проснулось в безлюдном регионе крошечных островов во время всплеска и лучше справлялось с зачисткой монстров на своей территории, чем Общество искателей приключений. Поскольку горстка населенных пунктов уже эвакуировалась в город-крепость, общество решило оставить существо в покое.

Щупальца преследовали её из воды, и был опасный момент, когда она проходила через их самый быстрый и гибкий диапазон. Она получила один ощутимый удар, но рассчитала время «Облачного шага», чтобы активировать эффект снижения урона. Она отскочила от пляжа с рыхлыми камнями и тут же подскочила, полетев дальше вглубь острова.

Это был скалистый остров, заросший джунглями. Она скользила над верхушками деревьев, опасаясь появления новых монстров из-под полога леса. Она почувствовала прилив облегчения, когда наконец выбралась за пределы досягаемости щупалец, но не позволила себе расслабиться. Маленький пустой остров не был безопасной гаванью, но она могла использовать его как препятствие для чудовищного монстра. Теперь, когда она оторвалась от щупалец, пришло время прибавить скорости, пока монстр вынужден обходить остров. Она не остановится, пока не достигнет южного материка.

Софи вылетела над водой на дальней стороне острова, несясь вперед со всей скоростью, на которую была способна. Признаков монстра не было, но их не было и перед его первой атакой. Она практиковала абсолютную осторожность наряду с абсолютной скоростью.

Шло время, и она всё больше убеждалась, что оставила монстра позади, но не снижала скорость и бдительность. Засада монстра серебряного ранга, вырвавшегося из воды, на самом деле принесла облегчение, так как он не приблизился бы, если бы рядом был левиафан золотого ранга. Тем не менее, она не ослабила свой бешеный темп.

Только достигнув твердой материковой земли, она наконец позволила напряжению покинуть своё тело. Замедляясь до остановки на пустом пляже, она позволила себе упасть на золотой песок, глядя в небо и смеясь, как сумасшедшая.

Многие искатели приключений пожалели бы о её выборе мчаться через воду после того, как это привлекло такого ужасающего монстра. Она до сих пор понятия не имела, что это был за монстр, но её это особо не волновало. Она чувствовала прилив энергии, ощущая себя еще более живой после того, как избежала цепких щупалец смерти. Она вскочила на ноги, вскинула обе руки и издала торжествующий победный крик. Она остановилась, вздрогнув, когда из её тела начал исходить серебристый свет.

* Расовая способность Селестины «Небесная стремительность» эволюционировала в «Принцессу Небосвода».

Способность: [Принцесса Небосвода]

* Трансформирована из расового дара [Небесная стремительность].

* Характеристика [Спид] увеличена.

* Эффекты измерения, связанные с перемещением, не являющимся телепортацией или порталами, усилены. Аспекты способностей, повышающие скорость, имеют усиленный эффект.

Софи была удивлена, что у неё всё еще есть доступ к интерфейсной способности Джейсона, учитывая, как далеко она находилась от его местоположения в Римаросе. Она смутно припоминала, как Клайв говорил об этом — что-то о магической плотности и силе души. Она обычно переставала слушать его, когда в его голосе появлялся этот специфический тон. Это означало, что он снова пытается превратить Джейсона в административный инструмент.

Она просмотрела свою измененную способность. Многие могли бы посмотреть на впечатляющее название — за которое, как она подозревала, каким-то образом отвечал Джейсон — и подумать, что оно не соответствует простым пассивным эффектам. Софи знала лучше. Когда она видела какую-то мощную способность, это обычно означало, что она делает то, что написано в описании, и на этом всё. Те, что казались невпечатляющими, были теми, у которых была вся глубина. Именно эти силы позволяли ей строить неприступную крепость из синергии, кирпичик за кирпичиком.

Она усмехнулась, закрывая окно, когда всплыло другое.

* Лидер группы [Джейсон Асано] инициировал голосовой чат. Принять [Y/N]?

— Ты проверяешь меня, Асано?

— Трансформация расового дара не вызывается неспешной морской прогулкой, Векслер. Тебе уже нужно, чтобы мы пришли тебя спасать? Я как раз собирался телепортироваться и доставить кое-что… что это за штуки? Они живые? Почему они так извиваются?

— Я в порядке, — сказала Софи со смехом. — Передай Обществу искателей приключений, что в водах к югу от Римароса бродит очень, очень большой щупальцевый монстр. Золотой ранг.

— Ты уверена, что с тобой всё в порядке? Тебе не обязательно строить из себя крутую перед нами; прими свою уязвимость.

— Мы не все такие нежные цветы, как ты, Асано. Ты думаешь, какой-то жуткий океанский лесок способен меня поймать? Я пронеслась мимо этой штуки так быстро, что сомневаюсь, что она вообще поняла, что я там была.

— Океанский лесок?

— Я возвращаюсь к работе.

Она завершила голосовой чат и достала магическую карту, которая могла отслеживать её местоположение. Она была не так хороша, как картографическая способность Джейсона, но со своей задачей справлялась. Она нашла свое местоположение, определила направление к своей первой остановке и отправилась в путь.

НАДЕЖДА

НАДЕЖДА

Лиара почувствовала, как Кассин Амуз покинул административное здание Общества искателей приключений. Её лицо выражало гнев — не на него, а на саму себя.

— Черт.

Она с силой ударила рукой по столу, и тот разломился пополам, разбросав книги и бумаги по полу.

— Черт возьми.

— Леди Лиара, — произнесла Тень, появившись из её тени.

Лиара поморщилась.

— Прошу прощения, что тебе пришлось стать свидетелем этого. Сын и наследник этого человека пропал; конечно, он зол и готов сделать всё возможное, чтобы вернуть его. Ему не нужно было, и он не заслуживал того, чтобы я так на него набросилась, и, вероятно, я только всё испортила.

— Это звучит до боли знакомо, — сказал Тень. — Если вы не сочтете это самонадеянным, леди Лиара, могу ли я предложить совет? Я не обижусь, если вы откажетесь. Я понимаю, что непрошеные советы часто бывают некстати в трудные времена.

Лиара устало откинулась на спинку стула, глядя на теневую сущность.

— У тебя, наверное, большой жизненный опыт, да? — спросила она. — Сколько тебе лет?

— Не знаю. Пока цивилизации не начали измерять время, мне и в голову не приходило вести ему счет.

Лиара моргнула, слегка пораженная тем, что подразумевал ответ Тени.

— Я была бы не против воспользоваться твоим опытом, — сказала она.

— Ценю это, леди Лиара, но полагаю, что не мой опыт принесет вам наибольшую пользу. Рекомендую вам отправиться в облачный дом мистера Асано и найти время поговорить с ним.

— Почему?

— У мистера Асано есть опыт борьбы с организациями, которые прячутся в темноте, словно гидры, отращивая новые головы взамен каждой отрубленной.

— Без обид, Тень, но я не уверена, что обращение золотого ранга к серебряному за советом — это то, что мне нужно.

— Вы так уверены, миледи? Мистер Асано сражался на ножах с Зодчим. Он жертвовал своей жизнью, чтобы спасти города в двух мирах, и боролся с целыми организациями, в то время как его союзники вели себя скорее как враги. Он путешествовал между измерениями и не раз спасал свой собственный мир. Он направлял силы, способные уничтожить алмазные ранги, и перекраивал участки реальности по своему образу и подобию. Он посягал на владения богов. Вы провели больше времени, сражаясь с монстрами, чем он, да, но он сражался с ними десятками тысяч. Целые города были захвачены, пока он отчаянно пытался спасти их жителей, зная, что не сможет помочь бесчисленному множеству людей, которые умрут, утопая в страхе и боли.

— Ты уверен, что он хочет, чтобы ты рассказывал мне всё это?

— Он знает, каково это — противостоять врагам перед собой и нести бремя жизней, которые он не смог спасти, несмотря на всю свою решимость. Он знает, что такое беспомощность перед лицом туманного врага, действующего с кажущейся безнаказанностью. Он понимает цену, которую такие сражения накладывают на душу. Он поможет вам, леди Лиара, и будет рад это сделать.

Лиара долго молча смотрела на Тень, а тот ждал с терпением эонов. Это терпение позволило ему пережить столетия ожидания начала испытаний Жнеца и первые тридцать семь минут «Зардоза». Иногда жизнь слишком коротка, даже для бессмертной сущности.

— Он многое пережил для своего ранга, не так ли? — наконец спросила Лиара.

— Он многое пережил для любого ранга, леди Лиара. Когда он был в таком же положении, как вы, сталкиваясь со скрытыми врагами без ясного пути вперед, он тоже прибегал к угрозам и гневу, хотя сострадание было бы более полезным путем. У него много сожалений. Я верю, что вы можете извлечь пользу из его опыта, а он — из общения с тем, кто способен сопереживать, пусть даже немного. Я также порекомендовал бы вам Арабеллу Ремор. Она помогает ему примириться с тем, что он сделал и что ему еще предстоит сделать. Я верю, что они могут предложить вам ясность, в которой, как мне кажется, вы сами понимаете, что нуждаетесь.

Лиара потерла ладонями усталое лицо, пока Тень отступал в её тень.

— Родни! — позвала она. Функционер Общества искателей приключений, назначенный её временным помощником, вошел в дверь.

— Ах, — сказал Родни, глядя на беспорядок в комнате, усеянной бумагами, и сломанный стол. Он протянул руки, и книги с бумагами взлетели в воздух, словно подхваченные несуществующим ветром. Сломанные половины стола соединились, щепки встали на место, и стол вернулся в свое первоначальное состояние, не сохранив никаких следов повреждений. Книги и бумаги опустились на стол, сложившись в беспорядочные стопки.

— Боюсь, вам придется переложить их самостоятельно, леди Лиара.

— Это было весьма впечатляюще, Родни.

— У большинства административных помощников есть эссенции дерева и бумаги, миледи. Такое случается довольно часто.

* * * После бешеной скорости, с которой она пересекла воду между Римаросом и материком, и вызванного этим возбуждения, Софи перешла на более спокойный темп. Дорожная сеть, прорезающая джунгли, состояла из типичных, ухоженных магистралей, соединяющих населенные пункты Королевства Штормов. Она выбрала умеренный темп, следуя совету своего спутника, с которым болтала, сидя на вершине холма и глядя на воду.

— Я немного удивлена, что ты не донес на меня, когда тот щупальцевый монстр пытался меня схватить, — сказала Софи.

Она отдыхала в высокой траве у дороги, в том месте, где она поднималась на холм с прекрасным видом на океан. Она могла видеть водную гладь, заметив магический шторм далеко на горизонте. Она остановилась, чтобы съесть упакованный обед, который приготовил для неё Джейсон.

— Взгляды мистера Асано на конфиденциальность вполне ясны, — сказал Тень из тени Софи. — Я должен передавать информацию без вашего разрешения только в том случае, если вы недееспособны или столкнулись с угрозой, в борьбе с которой помощь могла бы потенциально помочь. Поскольку только мистер Асано мог добраться до вас, прыгнув по теням прямо ко мне, смысла в этом не было. Он не смог бы победить существо или даже сбежать, как это сделали вы. Он бы просто прыгнул навстречу своей смерти.

— Но ты даже не сказал ему.

— Вы провели с мистером Асано не так много времени, как я, мисс Векслер, поэтому позвольте заверить вас: прыжки навстречу смерти — это очень даже в его стиле.

— Ага, — рассмеялась она. — Это было довольно ясно с самого начала.

Чувства Софи к Джейсону всё еще были в некотором беспорядке. Он вытащил её из жизни, которая катилась от плохого к худшему, где решение каждой катастрофы лишь закладывало семена следующей. С каждым отчаянным выбором они с Белиндой рыли яму, которая становилась только глубже, не предлагая пути к спасению.

У Джейсона не было причин помогать им, кроме Джори и его привязанности к Белинде. Напротив, у него были все стимулы сдать Софи Обществу искателей приключений и получить награду по давнему контракту на её поимку. Вместо этого, совершив поступок, который тогда озадачил её, но впоследствии оказался для него до боли типичным, Джейсон начал безумный план, чтобы одновременно бросить вызов директорам Общества искателей приключений и Магического общества. Также типично было и то, что вопреки всему, это сработало, нажив ему при этом новых и опасных врагов.

Когда она спрашивала его «почему», он каждый раз давал ей разный ответ. Позже она поняла, что он снова и снова рассказывал ей, кто он такой, разными способами, зная, что она не поверит ни единому его слову. В конечном счете, всё сводилось к тому, что он предпочел бы умереть, сражаясь за спасение незнакомца, чем жить, зная, что обрек его на гибель. Тот Джейсон был героем. Наивным, идиотским героем, обреченным на то, что одна из его многочисленных попыток самопожертвования увенчается успехом, что, в конечном итоге, и произошло.

В его отсутствие Джейсон стал странной фигурой в голове Софи, той, которой даже он сам никогда не смог бы соответствовать. Прошло много времени, прежде чем он перестал занимать это доминирующее место в её мыслях, и она смогла начать двигаться дальше.

А потом он вернулся.

Он был другим, что было неизбежно. На первый взгляд он казался прежним, но это было лишь поверхностно. Что-то мрачное оставило след на беззаботном герое, которого она знала, где-то так глубоко, что это уже никогда не исчезнет. Она знала, что это началось, когда его забрали в Гринстоуне; цена, которую он заплатил за помощь двум ворам, которые этого не заслуживали. Но Софи видела, что ему становится лучше. Время, проведенное вдали от них, сделало его намного хуже.

К тому времени, как он вернулся, она уже выбрала Хамфри. Это не было пустым решением, принятым лишь после того, как она узнала о его возвращении, и оно оказалось верным. То, что её привлекало в Джейсоне, было добротой, которую она до того момента не встречала в своей жизни. Это было то, чем она начала восхищаться. К чему стремиться. В конце концов она поняла, что у Хамфри тоже есть эти черты; ему просто не хватало способности Джейсона смотреть на стену и видеть в ней потенциальную дверь, если только хватит решимости.

Хамфри тоже изменился после смерти Джейсона. Он перестал принимать вещи такими, какие они есть, и начал смотреть глубже. Он начал бросать вызов не только тому, что считал неправильным, но и основам, на которых всё это держалось. Он хотел быть больше похожим на того Джейсона, которым восхищался, и в процессе стал тем, кого Софи искала в Джейсоне. Оба они были потрясены тем, что увидели в Джейсоне по его возвращении. Человек, которого они знали, был маской, которую носил этот новый, и она сидела не очень хорошо.

Хамфри и Софи не раз обсуждали перемены в Джейсоне. В нем появилась холодность. Готовность быть жестоким. Больше всего Софи беспокоило то, что странное, дикое сострадание, которое изменило её жизнь, казалось, исчезло. Его утрата ранила чувство надежды, которое сам Джейсон вселил в неё.

Софи не очень хорошо относилась к Джейсону после их знакомства. Она не доверяла ему и даже самой простой мысли о том, что кто-то может сделать доброе дело просто из доброты. Она нападала на него, а он всё принимал. Судя по тому, что рассказала ей Фарра, он сделал то же самое снова, но уже для целого мира. И, как и она, мир набросился на него.

В отличие от Софи, мир Джейсона не нападал на него с оборонительным страхом раненого зверя, как это делала она. Они делали это из амбиций, жадности и желания сохранить власть, которую имели, захватить больше, или и то, и другое. Годы, проведенные там, взяли свое; они оставили человека, который вернулся к ним, безвозвратно изменившимся.

Друзья Джейсона быстро поняли, что он во многом сломлен. Они советовались с Фаррой и Арабеллой, которые сказали им, что больше всего Джейсону нужно доверие. Он никогда не вернется к прежнему состоянию, но кто вообще возвращается? Что они могли сделать, так это помочь ему осознать, что существует что-то, кроме врагов. Легко сказать, но он находился в таком состоянии, в котором в это было не так-то просто поверить. То, что Джейсону нужно было обрести вновь, — это надежда, чувство, что всё действительно может стать лучше.

Как ни странно, Софи перешла от уныния из-за перемен в Джейсоне к воодушевлению от возможности предложить ему ту помощь, которую он когда-то оказал ей. Она была злой и недоверчивой, а он помог ей. Он показал ей, что ему можно доверять и что на самом деле существуют такие вещи, как доброта, порядочность, верность и надежда. Теперь у неё появился шанс напомнить ему об этом в ответ. Она не собиралась давить, не больше, чем он давил на неё. Она возьмет пример с него самого и не будет делать ничего, кроме как доказывать свою правоту, живя в соответствии с этим.

— Ему становится лучше, правда? — спросила она. — Я ведь не придумываю?

— Это не плод вашего воображения, мисс Векслер. Он поправляется быстрее, чем я даже надеялся, но ему еще предстоит пройти долгий путь.

— Разве не всем нам?

Она доела сэндвич, вернула оберточную бумагу в контейнер для обеда, который дал ей Джейсон, и убрала контейнер в пространственную сумку на поясе. Затем она встала и отряхнула брюки.

— Мисс Векслер, полагаю, вы почувствовали приближение группы пользователей эссенций.

— Да.

— Хотите, чтобы я разведал обстановку и оценил их возможности и намерения?

— Пожалуйста. Надеюсь, они враждебны. После того щупальцевого монстра я бы с удовольствием наткнулась на что-то, что действительно имеет смысл бить. Особенно если у этого есть лицо.

ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

Наблюдая за глайдером из укрытия в кронах джунглей, Софи разглядывала восемь мужчин, ехавших в нем. Скрытность не была ее сильной стороной, но разведка являлась для нее ключевой задачей, так что она вполне сносно умела скрывать свою ауру. С учетом неумелых аур мужчин, за которыми она наблюдала, этого было более чем достаточно.

Она сразу узнавала наемных головорезов. Их снаряжение, как и они сами, было серебряного ранга, но самого низкого качества. Единственной приличной вещью, которая у них была, являлся их наземный глайдер; их броня и оружие были третьесортным товаром, от которого воротил бы нос даже новоиспеченный искатель приключений серебряного ранга. Снаряжение такого качества вряд ли появилось бы на общих рынках Ливароса, не говоря уже о торговых залах. Софи предположила, что оно было добыто в одном из небольших городов, как и сами головорезы.

Софи позволила Тени оценить мужчин в приближающемся глайдере, прежде чем сама вышла на их пути, и его анализ оказался не менее пренебрежительным, чем ее собственный. Их снаряжение было лишь одним из многих показателей их посредственности, самым очевидным из которых были их ауры.

Использование Ядер монстров пропитывало все их ауры, но одно это не исключало того, что они были искателями приключений, даже вполне способными. Многие ремесленники использовали Ядра, сохраняя при этом членство в Обществе искателей приключений. Часто они были совместителями, бравшими контракты, чтобы финансировать свои ремесленные изыскания, и такие искатели приключений были так же активны, как и все остальные, во время всплеска активности монстров. Однако искателей приключений, ориентированных на ремесло, отличало превосходное снаряжение, и хотя они, возможно, не были элитой гильдии, их тренировка ауры никогда не была такой небрежной, как та, что демонстрировали эти головорезы.

Это были не ремесленники, ищущие капитал для своих деловых начинаний. Тень легко подслушал их разговор, чтобы раскрыть их намерения. Это были не просто наемные головорезы, а небольшая банда, нанятая специально для перехвата Софи, так как им сообщили о ее предполагаемом маршруте. Вместо того чтобы воспользоваться разведкой Тени, чтобы избежать встречи с ними, она решила сама встать у них на пути.

* * * — Я все еще не уверен насчет охоты на искателя приключений, — снова сказал Рамон.

— Тогда не стоило приходить, — ответил ему Корвис.

— Ты сказал, что я должен.

— Ты и должен. Ты ведь целитель.

— Я не особо-то и целитель.

— О, мы знаем, — сказал Гален с водительского сиденья глайдера.

— Я имел в виду, что у меня не так много целительских способностей, — сказал Рамон, сверля взглядом затылок Галена.

— Я имел в виду, — парировал Гален, — что ты ужасен во всем. Когда мы встретим этого искателя приключений, может, хотя бы подождешь начала драки, прежде чем бежать.

— Поцелуй меня в зад, Гален.

— Я это сделал, пока ты спал. Теперь у меня сыпь.

Остальные пассажиры глайдера разразились хохотом.

— Ненавижу вас всех, — сказал Рамон. — Посмотрим, будет ли вам смешно, когда этот искатель приключений выбьет из вас дух.

— Это всего один искатель приключений, — сказал Корвис, — и ты знаешь, что на такие курьерские доставки хороших не посылают. С чего бы кому-то нанимать нас против элиты?

Восемь мужчин в глайдере были, как и предполагала Софи, членами небольшой банды из близлежащего города. Будучи одной из многих сателлитных групп местного картеля, они в основном были громилами, которые держали в узде местных мелких чиновников. Это были люди мелкого пошиба, нашедшие свою нишу, которые не достигали серебряного ранга, пока им всем не перевалило за сорок.

Головорезы действовали на границе между Королевством Штормов, контролировавшим побережье, и Гирлано, страной в глубине материка, лежащей к югу. Хотя Гирлано формально было королевством, оно, как известно, контролировалось картелями, известными производством веществ, которые во многих странах мира варьировались от строго контролируемых до полностью запрещенных. Это было связано с множеством редких или даже уникальных растений, произраставших в регионе, и минералами, формировавшимися под землей. Гирлано сталкивалось с жесткими публичными санкциями за товары, которые они выращивали и добывали, а их соседи жестко контролировали границы этой не имеющей выхода к морю страны.

Незаконное руководство Гирлано сохраняло свои позиции благодаря серии тайных сделок, заключенных с влиятельными группами в соседних странах. Эти группы поддерживали марионеточное правительство Гирлано, следя за тем, чтобы их собственные правительства лишь на словах боролись с картелями и их каналами контрабанды.

* * * Общество искателей приключений не заботилось о границах. Их заботой было удержание монстров подальше от населенных пунктов, независимо от того, кто ими управлял или насколько они были коррумпированы. До тех пор, пока деятельности Общества искателей приключений не мешали, они, в свою очередь, воздерживались от вмешательства.

Нейтралитет Общества искателей приключений был причиной, по которой Софи направлялась в сторону Гирлано и его пограничного города Касаллини. Ее доставка была относительно небольшой и специализированной, поскольку местные власти справлялись с большинством потребностей внутри границ Гирлано. Только в случае с критически важными ресурсами, которые было нелегко найти внутри самого Гирлано, Общество искателей приключений заставляло Королевство Штормов снабжать своего сомнительного соседа.

Софи находилась в регионе, где Гирлано ближе всего подходило к побережью. Это было достаточно близко, чтобы с достаточно высокого холма открывался прекрасный вид на Море Штормов. Близость к воде делала этот регион ключевым для контрабанды, со множеством полускрытых троп через покрытые джунглями холмы между границей и берегом.

* * * Наземный глайдер выехал на дорогу с контрабандистской тропы, использовав ее, чтобы избежать пограничных контрольно-пропускных пунктов, разбросанных по дорогам. Обычно там также были патрули, но на время всплеска активности монстров их отозвали.

Гален остановил наземный глайдер примерно в двадцати метрах от женщины, стоявшей посреди дороги. Она была селестиной с шоколадной кожей, серебристыми волосами и соответствующими глазами. На ней была облегающая кожаная броня коричневого и зеленого цветов с узором из серебряных листьев. Это было то самое добротное, дорогое снаряжение, которое использовали успешные искатели приключений. Мужчины в глайдере сидели, глядя на нее, а она смотрела на них в ответ.

— Она великолепна, — сказал Корвис.

— Она селестина серебряного ранга, — сказал Рамон. — Они все великолепны. Если составить большой список людей, которые настолько хороши собой, что тебе становится неловко от того, что им приходится находиться рядом с тобой, высокоранговые селестины будут в самом верху.

— Нам стоит переехать в Королевство Штормов, — мечтательно сказал Гален. — Там повсюду селестины.

— Не уверен, что ты им понравишься, — сказал Корвис. — Не думаю, что они клюют на мужчин, чья социальная жизнь была ограничена закрытием Церкви Чистоты, потому что его ночные вылазки обычно требуют очищающей магии после.

— И до, если честно, — признался Гален.

— Правда? — спросил Рамон. — Гален, ты все еще делаешь то, что там с вонючим фруктом и штукой для скольжения?

— Это не штука для скольжения, — сказал Гален. — Это помпа.

— Мне плевать, что это такое. Я просто не хочу, чтобы ты чистил ее на обеденном столе. Или на журнальном столике. Или вообще в доме.

— Эй! — крикнула женщина. — Может, у меня и свободный график, но это все еще график. Не могли бы вы поторопиться и попытаться похитить меня, чтобы я могла начать вас бить, пожалуйста?

— Она знает, зачем мы здесь?

— Очевидно, она знает, зачем мы здесь.

— Это плохо, да?

* * * У Софи хватило рефлексов, чтобы уклониться от полудюжины магических снарядов, летевших в нее один за другим, но она продолжала мчаться прямо к ним. Ее руки смазались в движении, когда она перехватывала атаки, словно срывала ягоды.

Навык: [Сияющий кулак] (Мистический)

* Особая способность (магия). * Стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 2 (39%).

* Эффект (железо): Атаки без оружия наносят дополнительный урон разрушительной силой, который крайне эффективен против магической защиты и нематериальных или бестелесных врагов. Атаки без оружия не вызывают ответных эффектов. Аннулирует любые не связанные с уроном эффекты от активно перехваченных атак.

* Эффект (бронза): Получите экземпляр [Неуязвимости] при перехвате немагических атак. Получайте ману при перехвате магических снарядов.

* [Неуязвимость] (благо, магия, суммируется): Сопротивления повышены, и получено снижение урона против немагического урона. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Она выбросила руку, используя энергию поглощенных снарядов, чтобы выпустить свои собственные. Это была разрушительная сила, не идеальная для нанесения вреда плоти или броне, но превосходная против магических щитов и нематериальных сущностей. По этой причине она целилась ими в целителя, вокруг которого мерцал пузырь щита с легким голубоватым оттенком.

Софи была в меньшинстве — восемь против одного — как раз достаточно, чтобы сделать это забавным. Если паршивое снаряжение и еще более паршивые ауры не выдавали того, что они никогда не проходили обучение искателей приключений, то их навыки — определенно. Они были так же плохи, как эксперты из Гринстоуна, а это мусор Моря Штормов. Любой искатель приключений, который никогда не покидал Гринстоун, был как парень, который никогда не уезжал из своего маленького городка и в тридцать восемь лет имел ту же работу на заправке, на которой работал со школы. Софи не знала, что это значит, но Джейсон заверил ее, что это звучит убийственно.

Бой не был быстрым, потому что Софи не наносила много урона, по крайней мере в начале, и была более уязвима к урону, когда врагам удавалось нанести удар. Однако ее сила Кармического воина обещала неизбежный перелом, поскольку эти условия медленно, но верно менялись. Каждое наступательное действие против нее давало небольшое, но кумулятивное усиление ее характеристик силы и духа, увеличивая урон от ее летающих кулаков и ног. Это влияло не только на ее силу, но и на ее способности, которые добавляли урон к ее атакам.

Еще более значимыми были кармические эффекты силы. Каждая атака против нее давала ей благо «Хорошая карма», а врагу — проклятие «Плохая карма». Чем больше у нее было хорошей кармы, тем меньше урона она получала от тех, у кого была плохая карма. Что касается ее врагов, то их плохая карма заставляла их получать трансцендентный урон каждый раз, когда они атаковали ее. Количество поначалу было незначительным, но росло с каждой атакой.

Рост этих эффектов не был бесконечным. Существовал максимальный порог, хотя сила Софи «Дитя небесного ветра» повышала порог всех благ. Ее хорошая карма могла подниматься выше нормы. К тому времени, как бой длился уже несколько минут, большинство атак врага были слишком слабыми, чтобы причинить ей хоть какой-то вред.

До этой стадии бой был захватывающим. Головорезы были никудышными, но все же серебряного ранга. Софи двигалась среди них, как пыльный вихрь, нанося быстрые атаки и прерывая заклинания кулаком или ногой в челюсть. Тела высокого ранга отличались от обычных тел, и она продолжала свои текущие эксперименты с тем, в какие стороны могут гнуться суставы серебряного ранга.

У нее не было ошейников для подавления, поэтому она выбрала свой предпочтительный вариант и забила большинство из них до смерти. Пару человек она оставила в живых для допроса, что было несложно. Они не истекли бы кровью, если только не появился бы кто-то вроде Джейсона, а конечности серебряного ранга со временем отрастут сами. В конце концов, их было сложнее оторвать в первую очередь голыми руками.

* * * Лиара подошла к облачному дому Джейсона, все еще не уверенная в том, стоит ли следовать совету Тени. Здание было пугающе непроницаемым даже для ее внушительных чувств, что немного нервировало. Когда она стояла, глядя на дверь, вся стена рядом с дверью открылась, словно глаз какого-то огромного монстра, пробуждающегося от сна. Джейсон был внутри, сидя в кресле с книгой по астральной теории в руках.

Он находился в теперь уже открытой гостиной. В отличие от внешнего вида, который был замаскирован под обычное, пусть и впечатляющее, деревянное здание, интерьер был совершенно очевидно сделан из облачной материи. Рядом проявился столик из облачной материи, и он положил на него книгу. Тень появился из тени Джейсона.

— Мистер Асано, если вы слишком ленивы, чтобы открыть дверь, я с радостью сделаю это за вас. Нас посетила принцесса, а не один из поставщиков травяных добавок мисс Белинды. Пожалуйста, позвольте домохозяйству продемонстрировать хотя бы умеренный этикет.

— И при этом ты отчитываешь меня перед гостями?

— Делать это наедине явно неэффективно. Я признаю, что попытка пристыдить знаменитого бесстыдника может быть бесполезным занятием, но я все же пытаюсь.

Джейсон покачал головой, переключая внимание на Лиару.

— Что привело вас сюда, принцесса? Если бы у меня была какая-то новая информация, Тень уже сообщил бы вам.

— Тень не сказал тебе, зачем я пришла?

— Он вообще не сказал мне, что ты идешь. У меня есть правила насчет частной жизни, когда Тень обитает в дружественных тенях. Я твердо верю в этические границы, хотя бы для того, чтобы самому не переступить их больше, чем следует.

— Могу я войти?

— Если хотите, хотя сначала я вас предупрежу. Если вы войдете сюда, вы окажетесь в моих владениях. У вас не будет того же превосходства в силе надо мной, которое есть обычно. На самом деле, я мог бы сделать вещи весьма опасными для вас, если бы был склонен к этому.

— Я знакома с облачными флягами, — сказала Лиара.

— Моя претерпела некоторые модификации, выходящие за рамки того, что обычно возможно, — предупредил он ее. — Знайте, что если вы ступите сюда, вы до некоторой степени окажетесь под моей властью. Я знаю, что это не то, к чему вы привыкли, будучи золотого ранга.

— Уверена, со мной все будет в порядке.

— Тогда, в таком случае, добро пожаловать в мой дом.

Он сделал приглашающий жест, и она шагнула к открытой стороне здания. Как только она почувствовала ауру изнутри здания, она вздрогнула и замерла на месте, ее инстинкты кричали об опасности. Она направила свои чувства наружу, но здание оставалось пугающе непроницаемым, даже с открытой стеной. Все, что она могла почувствовать от него, — это лишь легчайшее прикосновение ауры. Ей придется войти внутрь, чтобы как следует изучить его.

Сорамир никогда не говорил Лиаре, что он видел в ауре Джейсона, но то, как Сорамир относился к нему после их встречи, было крайне показательно. Что-то заслужило уважение и, как она подозревала, даже настороженность первого и самого могущественного предка Королевства Штормов. Надеясь, что она вот-вот осознает хотя бы часть того, что он видел, Лиара продолжила путь в облачный дом.

НЕБРЕЖНАЯ ОШИБКА

НЕБРЕЖНАЯ ОШИБКА

Стоило Лиаре полностью войти в облачный дом Джейсона Асано, как ее захлестнуло странное ощущение. Возникло чувство угнетения, которое лишь усилилось, когда открытая стена закрылась за ее спиной, заперев ее внутри. Аура, пронизывающая это место, была не то чтобы сильнее ауры самого Джейсона, но казалась какой-то более насыщенной и глубокой. Словно она погрузила свои чувства в толщу воды, обнаружив таинственные глубины и скрытые опасности, о которых раньше даже не подозревала.

Хотя ощущения, порождаемые этой вездесущей аурой, были странными, они казались знакомыми. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять почему. Джейсон молча наблюдал за тем, как она осваивается, с легкой усмешкой, игравшей в уголках его губ. Когда она осознала, откуда ей знакомо это ощущение, ее глаза расширились.

Он ослепительно улыбнулся. — Вот оно.

Лиара переводила взгляд с Джейсона на комнату, словно та была гигантским зверем, который ее проглотил. Джейсон подошел к шкафчику с напитками, налил янтарную жидкость в стакан и принес его Лиаре, которая осушила его одним махом.

— Мне стоит запасаться выпивкой подешевле, — сказал Джейсон, нахмурившись при виде пустого стакана, который она ему вернула. — Сколько Сорамир рассказал тебе обо мне?

— Почти ничего, — ответила она. — Он считает, что твои секреты принадлежат тебе.

— И ему.

— Он сделал это только потому, что ты представлял собой потенциально неизвестную угрозу.

— О, не сомневаюсь.

— Асано, я не знаю, что он в тебе разглядел, правда, не знаю. Но я никогда не слышала, чтобы кто-то алмазного ранга относился к серебряному так, как он относится к тебе.

— И как же?

— Как к равному. Он думает, что однажды ты достигнешь алмазного ранга, и то, что он увидел в твоей душе, было достаточно, чтобы начать оказывать тебе хотя бы часть того уважения, которое это подразумевает.

Она снова обвела взглядом дом вокруг себя.

— Пожалуй, я наконец начинаю понимать почему.

Джейсон бросил стакан в шкафчик, где его смягчила облачная субстанция, из которой тот был сделан. Облачная материя очистила стакан с помощью кристаллического состава, которым он был пропитан, а затем вернула стакан на место.

— Как это возможно? — спросила Лиара.

— Шкафчик? Это довольно базовые вещи для облачной мебели.

— Нет, это… это вообще аура у этого места? Этот облачный дом — твой храм?

— Нет, — усмехнулся Джейсон. — Магически говоря, он использует те же механизмы, но я не состою в клубе, так сказать. Это не святая земля; он просто очень, очень принадлежит мне. Это часть моей территории. За этими стенами правит Король Штормов. Внутри них — мои владения. Считай это посольством.

— О, значит, ты не претендуешь на звание бога; ты претендуешь на звание суверенного государства из одного человека.

— Я ничего не говорил о том, что оно из одного человека. Я сказал, что это посольство. Нация находится в другом месте.

Она сузила глаза.

— Ты король в своем мире?

— Все сложнее, — сказал Джейсон. — Когда я спасал свой мир, я случайно создал страну с парой территорий. Небольших, но есть и страны поменьше. Всего две страны поменьше, но они довольно примечательны. Там много богатых людей, хотя в самой маленькой из них они притворяются, что это не так, и пытаются отвлечь людей шляпами.

— Шляпами?

— Ага. Еще там много носят мантии, чего не часто увидишь в моем мире. И не практичные джедайские штуки, как ношу я. Ну, ситхские, будем честны.

— Мистер Асано, — произнесла Тень, появляясь из тени Джейсона. — Ваши склонности выставляются напоказ.

— Тень, все в порядке.

— Вы знаете, что мисс Хурин не нравится, когда вы объясняете людям подобные вещи.

— Эй, это ты привел сюда принцессу.

— Не для этого, мистер Асано.

Джейсон задумчиво посмотрел на своего фамильяра, а затем жестом пригласил Лиару присесть на стул.

— Ладно, — сказал он, усаживаясь сам.

— Прежде чем объяснения закончатся, — сказала Лиара, — почему ты впустил меня сюда? Даже если это лишь мимолетный взгляд, это большой секрет, в который ты меня посвящаешь.

— Сорамир знает, — сказал Джейсон. — Тренчант Мур, я почти уверен, тоже догадывается. Если трое знают что-то, это уже не секрет.

— Это верно, — согласилась Лиара. — Но должно быть что-то еще.

— Да, — признал Джейсон. — Тень привел тебя сюда.

— И этого достаточно?

— Да, — ответил Джейсон так, словно это было очевидно.

— Но он не сказал тебе почему. Или вообще, что мы придем.

— Нет.

— Я знаю, что он твой фамильяр, но есть разница между доверием к фамильяру и слепым доверием к его суждению.

— О, я в курсе, — сказал Джейсон. — Если бы тебя привел Гордон, это, вероятно, было бы ради просмотра старых мюзиклов, что не является достаточной причиной.

— Мюзиклы?

— Кристальная запись людей, разыгрывающих истории, вроде театрального представления, с кучей песен.

— Разве Гордон — это не твой фамильяр с парящими сферами смерти? Я искала информацию о них, и то немногое, что удалось найти, было одновременно неподтвержденным и ужасающим. Единственная точная информация, которая была у Магического общества, касалась их способностей железного и бронзового рангов, как описал Клайв Стэндиш на основе твоего фамильяра.

— Клайв — отличный парень. Чертовски жаль, как с ним обошлись, но именно поэтому я с опаской отношусь к институциональной власти.

— И этот фамильяр привел бы меня сюда смотреть истории с песнями?

— Поверь, могло быть и хуже. Когда они с Тайкой собираются вместе… скажем так, тебе стоит избегать узнавать, кто такой Майкл Дудикофф.

— Кто такой Майкл Дудикофф?

— Агент по недвижимости.

— Мистер Асано…

— Да ладно тебе, Тень. Она спросила.

— Никто не спрашивает о Майкле Дудикоффе, мистер Асано.

— Он не Ян Майкл Винсент, это уж точно.

— Мистер Асано, я привел ее сюда, потому что она сталкивается с теми же проблемами, что и вы в своем мире, и я подумал, что ей может быть полезен ваш опыт.

Полуусмешка застыла на лице Джейсона, когда Тень продолжил.

— Она столкнулась с разветвленной организацией, чья повестка невероятно разрушительна, но у нее нет эффективных средств, чтобы преследовать их, даже после ужасной цены, которую они и их союзники заставили всех заплатить. Я подумал, что вы могли бы понять.

— О, — поморщился Джейсон. — Это. Да.

— Через что ты прошел в своем мире? — спросила Лиара. — Его Державный Предок не рассказывал мне никаких секретов, которые он раскрыл, но он ходил вокруг да около определенных вещей. Он говорил, что внутри твоей души есть вещи, которые даже он не узнает и не понимает. Что бы ты ни пережил в своем мире, это должно было быть чем-то экстраординарным.

— Проблема была в том, что там было всего два искателя приключений, — сказал Джейсон. — Там были пользователи эссенции, но это не одно и то же. Их мышление было сформировано на основе мировоззрения их мира, и они не были готовы справиться с бедой, принесенной из вашего.

— Ты назвал его «их мир», а не «мой мир», — заметила Лиара.

— Это не мой мир.

— Разве ты там не король? Или что там сложнее, чем король?

— Ты изучала меня. Как ты думаешь, каково мое общее мнение о королях?

— Значит, ты ушел?

— Я не бросил его. Там есть люди и руководство. Лучше, чем то, что я мог бы сделать сам.

— И у тебя не было искушения остаться?

— Этот мир — не мой дом. Я долго учился этому уроку. В любом случае, у меня были обязанности, которые не позволяли мне действовать так, как я хотел бы. Это вынуждало меня работать с людьми, с которыми я предпочел бы не иметь дел. Многие стали врагами, но были и более важные нужды.

Он задумчиво потер подбородок.

— Твоя проблема, — сказал Джейсон. — Я ее понимаю. Когда ты сражаешься с монстрами или охотишься на отдельных личностей, что, как я полагаю, ты делала долгое время, тогда все проще. Даже с таким врагом, как силы Строителя, это, по большей части, была партизанская война, но они все равно оставались врагом, с которым мы могли выйти и сразиться. Но эта группа «Чистота» не собирается навязывать нам бой. Их налет на остров был первым разом, когда они выступили против нас напрямую, и даже это было отвлекающим маневром, пока они преследовали свои настоящие цели. У них есть могущественные покровители и, кажется, бездонные ресурсы. То, чего они хотят, не требует от них сражаться с нами; их планы трудно определить, но они приведут к катастрофическим последствиям, если мы не сможем их остановить.

— Это довольно точное описание того, как я чувствую себя в нынешней ситуации.

— Я знаю, что чувствовал, когда сталкивался с подобными вызовами в прошлом. Ты видишь, что происходит, и чувствуешь себя неспособной с этим справиться. Враг везде и нигде, исчезает, как дым. Неспособность припереть их к стенке и одержать решительные победы оставляет чувство беспомощности.

Джейсон отвернулся, на мгновение уставившись в пустоту.

— У меня простая философия достижения целей, — сказал он. — Ты смотришь, где ты находишься, где хочешь оказаться, а затем решаешь, готова ли ты заплатить цену за то, чтобы пройти между этими двумя точками. Почти всего можно достичь, если у тебя есть решимость, но ты должна видеть путь.

— Я его не вижу.

Джейсон кивнул.

— Вот откуда берется беспомощность, и она подобна яду. Она заползает в твой разум и шепчет, что какой бы могущественной ты ни стала, этого никогда не будет достаточно. Враги всегда будут слишком скрытны, их покровители — слишком могущественны. Твое разочарование перерастает в гнев, и ты хочешь дать волю этому гневу, потому что кажется, что это сделает тебя сильной.

— Чего он никогда не делает, — сказала Лиара. — Гнев лжет тебе. Что есть простые, чистые решения. Он душит твое здравомыслие и делает тебя слабой.

Они обменялись взглядом молчаливого понимания.

— Так что же мне делать? — спросила она. — Как мне найти путь, который я не вижу?

— Нет ответа, кроме как «поторопись и жди», — сказал ей Джейсон. — Ты усердна и задействуешь все ресурсы. Мы должны продолжать использовать каждый инструмент, который у нас есть, и надеяться, что путь станет ясен, прежде чем мы все заплатим цену.

— Так ты остановил врагов в своем мире?

— Я не остановил врагов в своем мире. Мы получили те катастрофические результаты, о которых я говорил. Максимум, что я мог сделать, — это предотвратить полное уничтожение мира. Что касается группы, они распались после того, как их работа была сделана. Их люди не осознавали, насколько грандиозную катастрофу они приближают, пока все не случилось.

— Звучит не очень обнадеживающе.

— Ободрение ты можешь получить от своих друзей; не для этого Тень привел тебя сюда. Он привел тебя, чтобы ты могла поговорить с тем, кто понимает. Я могу рассказать тебе кое-что о своем опыте, если хочешь. Может быть, мы сможем понять, что я сделал не так и как сделать это лучше в этот раз.

— Я была бы признательна.

* * * Джейсон провел Лиару через некоторые отредактированные моменты своего пребывания на Земле. В основном он описывал Инженеров Вознесения и то, как они отключили сеть, лишь вкратце коснувшись последовавших за этим катастроф. Прежде всего, он говорил о времени, предшествовавшем этому, о знаках, которые он упустил, и об ошибках, которые совершил.

— …как попытка уничтожить муравейник, давя муравьев по одному. Ты никогда не уничтожишь их всех таким образом, и никогда не разрушишь гнездо, каким бы могущественным ты ни был. На самом деле, чем ты могущественнее, тем беспомощнее будешь себя чувствовать без подходящего места для применения этой силы. Пока у тебя нет места, куда направить эту энергию, чувство беспомощности будет только расти.

— И что мне с этим делать?

— Во-первых, не позволяй этому просачиваться в другие дела, которыми ты занимаешься. Потребность чувствовать, что у тебя есть власть над чем-то, может привести к принятию неверных решений. Убийство, когда следовало бы позволить кому-то жить. Угрозы вместо мира; вред себе из-за властности, когда дружелюбие дало бы тебе все, что ты хочешь, без осложнений.

Он грустно улыбнулся ей.

— Я знаю, что это скорее о том, чего следует избегать, но печальная правда в том, что активно делать особо нечего. Все, что я могу тебе сказать, — это взять себя в руки и сохранять фокус, в этом и заключается настоящий секрет. Осознавай свое состояние ума. Я позволил ситуации выйти из-под контроля и заплатил за это цену. Что-то такое простое, как наличие того, кто понимает и с кем можно об этом поговорить, может помочь, так почему бы нам не начать прямо сейчас? Я рассказал тебе о своем опыте, так как насчет того, чтобы ты рассказала мне о своем?

— Для меня все это в новинку, — сказала Лиара. — В офис реагирования на Строителя теперь добавили проблемы с «Чистотой», а дела Строителя по большей части уже подчищены. Хотя это совсем другая борьба. Мы знали, чего хочет культ Строителя и что им нужно сделать, чтобы этого добиться. Это была борьба. С «Чистотой» мы словно шарим под шкафами, пытаясь поймать суетящихся насекомых.

— Мистер Асано, — произнесла Тень. — Хотя мне не хочется прерывать, мисс Векслер свяжется с вами в ближайшее время по вопросу, который, как я полагаю, требует немедленного внимания. Более того, возможно, вы захотите включить леди Лиару.

Лиара уже была знакома с функциями чата Джейсона по экспедиции на остров Строителя, поэтому объяснения не потребовались, когда пришел голосовой вызов от Софи, и Джейсон не только присоединился, но и пригласил Лиару.

— Зачем ты втянула в это принцессу? — спросила Софи без приветствия и предисловий.

— Мы случайно разговаривали, когда ты связалась со мной, и это показалось хорошей идеей, — сказал Джейсон.

— Джейсон, я знаю, ты думаешь, что эта штука с синими волосами — это сексуально…

— Эй… — сказал Джейсон, перебивая ее.

— Я просто говорю, что нельзя просто так случайным образом втягивать людей в командные дела.

— Это было по моему предложению, леди Лиара была включена, мисс Софи.

— О, тогда ладно, — сказала Софи.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Если это делаю я, то потому, что я у какой-то дамы на побегушках; если это предлагает Тень, то это разумный выбор?

— Да, — прямо ответила Софи.

— Это немного обидно.

— Асано, это вопрос суждения.

— Между прочим, я…

— Мистер Асано, — прервала Тень. — Напомню, что у нас гости, а также что у мисс Софи есть новости, которые следует обсудить.

— Ладно, — неохотно сказал Джейсон, — но я еще вернусь к этому вопросу. Меня не так-то просто отвлечь.

— Что сегодня на ужин? — спросила Софи.

— О, это будет великолепно, — сказал Джейсон. — Я готовлю почти все в пальмовых листьях. У меня есть…

— Мистер Асано? — многозначительно произнесла Тень.

— Что? О, прости, Тень. По какому поводу ты звонила, Векслер?

— На меня только что напала кучка головорезов серебряного ранга.

— Поклонники «Чистоты»? — спросила Лиара.

— Не совсем, — сказала Софи. — Это были местные наемники из города под названием Касаллини.

— В Гирлано, — горько произнесла Лиара. — Вся эта страна — пятно, полное наркоторговцев и контрабандистов.

— Жалкий притон подонков и злодеев? — спросил Джейсон.

— Не отвечай на это, — сказала ей Софи. — Это его голос «я несу какую-то чушь, которую ты не поймешь, ради собственного развлечения».

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал Джейсон, воплощение растерянной невинности.

— Возможно, нам стоит придерживаться темы, — предложила Лиара. — Мисс Векслер, вы уверены, что эти люди были из Касаллини?

— О, да, — сказала Софи. — Я устроила допрос с пристрастием выжившим, как только закончила.

— Сколько их было? — спросил Джейсон.

— Восемь, но они были полным отстоем. Никакой подготовки, никакого опыта, воняют ядрами. Это была местная банда головорезов, нанятая специально, чтобы охотиться за мной.

— Они знали, что ты придешь?

— И что ты имела в виду, когда сказала, что они не совсем поклонники «Чистоты»? — добавила Лиара.

— Да, они знали, что я приду. Я допросила выживших, и они раскололись довольно быстро. Это не были фанатики, просто местная банда. Их наняли лоялисты «Чистоты». Они ждут, когда эти парни приведут меня к ним, так что я предлагаю собрать команду, обрушиться на них, как поддон мраморных кирпичей, и загрести их.

— Нет! — воскликнули Джейсон и Лиара одновременно, а затем посмотрели друг на друга, слегка удивленные.

— Почему нет? — спросила Софи.

— Это ловушка, — сказал Джейсон. — Эти поклонники «Чистоты» — червяк на крючке.

— Именно, — сказала Лиара. — Орден Искупительного Света был чрезвычайно усерден в обеспечении информационной безопасности своих операций. Если они вдруг совершили такую небрежную ошибку, предоставив нам неожиданную возможность, это почти наверняка приманка.

— Сомневаюсь, что они вообще люди «Чистоты», — сказал Джейсон. — Вероятно, еще один уровень посредников. Орден будет недоволен тем, что раскрыл себя после потери людей во время налета на остров всего пару дней назад.

— Я пошлю гражданские силы Королевства Штормов, чтобы зачистить их, а не Общество искателей приключений, — сказала Лиара. — Это имеет больше смысла с дипломатической точки зрения и не истощит и без того скудные ресурсы общества. К тому же, у нас большие силы в Касаллини, потому что это приграничный город, так что мы можем действовать быстрее и с людьми, которые знают местность. Тем временем, мисс Векслер, я использую свои полномочия в Обществе искателей приключений, чтобы приостановить ваш контракт. Он имеет низкий приоритет, так что никто не останется без отчаянно необходимых припасов.

— Я могу закончить его, — сказала Софи.

— Я не пойду на неоправданный риск, — сказала Лиара. — У них есть вкус к захвату искателей приключений, и они явно знают ваш график. Возвращайтесь в Римарос. Ваш контракт аннулирован.

КРИТЕРИИ

КРИТЕРИИ

Способность к порталам на текущем ранге Джейсона — серебряный четыре — имела базовую дальность в две тысячи четыреста километров; это касалось любого портала или способности к телепортации на большие расстояния. Джейсон мог выжать немного дополнительной дальности благодаря различным эффектам, связывающим его с астралом, хотя прибавка была относительно небольшой, и он еще не проверял, насколько далеко может раздвинуть этот предел. Это не шло ни в какое сравнение с настоящим специалистом по порталам, но было близко к верхнему пределу того, на что способны селестины. Как и у Джейсона, у них была склонность к измерениям, что делало их от природы искусными в пространственных способностях.

Обычная дальность прыжка по теням Джейсона ограничивалась прямой видимостью. Однако при перемещении из одного тела Тени в другое он мог преодолевать дистанции, соответствующие телепортации на большие расстояния, пусть и с дальностью, соответствующей способности телепортации на целый ранг ниже обычной. Само по себе это не впечатляло, если не считать двух ключевых факторов. У прыжка по теням Джейсона не было времени восстановления, что было достаточно исключительным, но незначительным по сравнению со вторым преимуществом. Пока в пункте назначения было тело Тени, Джейсону не нужно было бывать там раньше.

Необходимость телепортироваться в известные места была, наряду с дальностью, одним из знаковых ограничений портальных путешествий. Пожалуй, это было самое известное ограничение способностей эссенции из всех. Хотя способности, увеличивающие дальность, были довольно распространены среди пользователей порталов, обойти необходимость посещения места назначения было значительно сложнее. Способность Джейсона делать это, возможно, работала на расстоянии менее десятой части его обычной дальности портала, но все же оставалась достаточно примечательной, чтобы он очень осторожно скрывал её от всех. Он был относительно уверен, что даже Сорамир не знает об этом.

Лиара действительно почувствовала себя лучше после разговора с Джейсоном. Он был моложе её детей, но общая эмпатия, возникшая из схожего опыта, помогла Лиаре справиться. Когда ситуацию невозможно исправить, по крайней мере немедленно, приятно иметь рядом того, кто может по-настоящему понять и не пытается совершать бесполезных попыток всё исправить.

Вернувшись в Ливарос, Лиара, как и обещала, немедленно расторгла контракт Софи. Она уведомила Общество искателей приключений и городские власти о людях в городе Касаллини, и немедленно были отданы приказы о развертывании сил. Лиара была принцессой, пусть и из младшей ветви королевской семьи, а также высокопоставленным чиновником Общества искателей приключений. Когда она предлагала план действий, люди воспринимали просьбу всерьез и быстро приступали к исполнению.

После этого Лиара вернулась в свой временный кабинет. Её помощник, Родни, находился в приемной, разбирая отчеты о подозрительной активности Чистоты, чтобы позже передать их ей.

— Родни, свяжись с Кассином Амузом и попроси о новой встрече. Дай ему знать, что я приеду к нему сама и намереваюсь извиниться за свое поведение во время нашей предыдущей встречи.

— С уважением, леди Лиара, вы уверены? Я невольно услышал ваш довольно громкий разговор с лордом Амузом, и он определенно пытался неподобающим образом использовать свое влияние.

— Его сын в руках фанатиков, известных проведением странных ритуалов над людьми, — сказала Лиара. — Если бы это был один из моих сыновей, я бы сожгла это здание дотла, если бы был хоть малейший шанс, что это поможет вернуть его мне. Лорду Амузу нужно знать, что делается всё возможное. В противном случае он предпримет что-то радикальное.

— Например, сожжет это здание дотла, — сказал Родни, и на его лице отразилось понимание.

— Именно. Так что я буду признательна, если ты организуешь эту встречу как можно скорее.

— Конечно, леди Лиара.

Лиара вошла во внутренний кабинет. Стол, который она разнесла, был починен, но все книги, записи и прочие документы были навалены на него в невесть каком порядке. Она села, чтобы методично привести всё в порядок.

Закончив, она возобновила кропотливую работу, изучая отчеты о наблюдениях, журналы активности, сводки контрактов и маршруты порталов. Целью по-прежнему оставалось выявление пользователя портала, ответственного за извлечение заводных королей с острова Строителя.

Во время их разговора Лиара советовалась с Джейсоном, как с другим пользователем порталов, о том, кого она ищет. Как и Лиара, он присутствовал на острове и обладал достаточно мощным чувством ауры, чтобы составить представление о том, что произошло.

Они обсудили детали увиденного, и хотя Джейсон не раскрыл, что у него самого есть трюк для обхода требований к месту назначения, он указал на эту же способность у их неизвестного врага.

Голова Лиары стала значительно яснее после того, как она нашла время расслабиться и выговориться. Она не спала с момента возвращения из экспедиции, да и во время самой экспедиции тоже. Она была более чем способна вытерпеть это, но голова всё равно ощущалась так, словно внутри роился злой рой пчел.

Теперь, с ясной головой, Лиара поняла, что должна была сама заметить то, на что указал Джейсон. Её неспособность сосредоточиться стоила ей концентрации и умения связывать информацию воедино.

Приведя записи в порядок, она возобновила поиски с новой силой, составляя список пользователей эссенции, соответствующих определенным критериям. Она основывала эти критерии на том, что они с Джейсоном смогли почувствовать во время экспедиции на остров Строителя.

Лиара уделяла особое внимание области вокруг кузнечного зала, где автоматоны Строителя создавали конструкты. Сама камера была непроницаема для чувств ауры, что также блокировало порталы. Лиара почувствовала, как портал открылся снаружи камеры, и как через него прошли заводные короли и пользователи эссенции. Это само по себе сказало ей о многом.

Это должен был быть портал золотого ранга, а не просто способность портала серебряного ранга, доведенная до предела. Серебряный ранг, достигший золотого уровня именно в своей портальной способности, мог переместить только одного золотого ранга. Перемещение двух заводных королей золотого ранга, а также серебряных рангов, означало использование портала золотого ранга. Более того, ауры пользователя эссенции золотого ранга не было. Даже такому специалисту по скрытности, как Лиара, пришлось бы раскрыть свою ауру, чтобы использовать способность портала. Это означало, что пользователя портала там не было, и он открыл портал из отдаленного места.

Это позволило Лиаре сделать дальнейшие выводы о пользователе портала. Если только пользователь портала не принадлежал к культу Строителя, было маловероятно, что он когда-либо бывал в глубинах острова Строителя. Во-первых, если бы они знали, что там находятся заводные короли, они бы давно их забрали еще до экспедиции и им не нужно было бы отвлекать искателей приключений, жертвуя таким количеством своих сил.

Еще одним подтверждающим фактором был тот факт, что поклонники Чистоты спустились туда сами, вместо того чтобы телепортироваться тем же способом, которым они телепортировались обратно. Это предполагало, что перед открытием портала должно было быть выполнено некое условие. Это подкрепляло мысль о том, что пользователь портала никогда там не был, хотя масштабные разрушения внутри подземного комплекса могли лишить пользователя портала возможности использовать это место назначения.

Пользователи порталов должны были посетить место, прежде чем открыть в него портал. Это позволяло их чувствам настроиться на ауру места, подобно изучению духовных ориентиров. Если достаточно радикальное событие сильно изменяло физическое пространство, духовное пространство часто следовало за ним, меняясь настолько, что переставало служить пунктом назначения, пока место не посещали снова. Если пункт назначения портала находился на горе, то уничтожение этой горы каким-нибудь алмазным рангом почти наверняка уничтожило бы точку назначения.

Лиара почувствовала странный всплеск ауры незадолго до ухода поклонников Чистоты. Она была почти уверена, что это был своего рода маяк ауры, который послужил целевым пунктом назначения для портала, открытого золотым рангом издалека.

Лиара была знакома с такими маяками. Их можно было почувствовать в непосредственной близости, а также с помощью связанных устройств с расстояния в сотни километров. У её мужа был похожий маяк, основанный на той же базовой конструкции, в качестве сигнала бедствия на случай, если ему потребуется, чтобы жена пришла и спасла его. К счастью, ей никогда не приходилось спасать его от чего-то более опасного, чем его собственная мать.

Поскольку Гибсон Амуз находился в руках поклонников Чистоты, Лиара беспокоилась о своем муже. Он был родом из семьи Амуз и в настоящее время управлял подводной горнодобывающей операцией. Их брак был скорее политическим, чем основанным на любви, но она всё равно глубоко заботилась о нем. По крайней мере, хотя их дети уже выросли, она не хотела, чтобы они потеряли отца.

Разработанные ею критерии дали Лиаре профиль, который она могла применить к известным пользователям эссенции, что привело к составлению списка имен. Она просмотрела все записи, которые у неё были по каждому имени, пока не дошла до конца списка. Тогда она столкнулась с проблемой: никто из людей в её списке не мог этого сделать, согласно записям Общества искателей приключений. Маршруты, отслеживающие членов Общества искателей приключений, и отчеты об аутсайдерах всегда отмечали людей из её списка как занятых обязанностями общества, подтвержденных как активных в другом месте или находящихся на другой стороне планеты.

Это не значит, что записи были идеальными. Ошибки случались. У независимых искателей приключений было много секретов. Это вполне мог быть эксперт по порталам культа Строителя, который остался, чтобы помочь своим союзникам, или какой-то совершенно неизвестный аутсайдер. Это были менее вероятные сценарии, поскольку детали не совсем сходились, но всё же это были возможные варианты. Если это было так, Лиара ничего не могла сделать, чтобы найти их, поэтому она отбросила их как варианты для любых практических целей.

Лиара была готова поспорить, что с записями что-то не так. Общество искателей приключений было самой сложной бюрократической системой в истории цивилизации, а значит, проблема, скорее всего, проистекала из некомпетентности или коррупции. Она была уверена, что кто-то из списка имен, благодаря удаче или умыслу, скрыл свою истинную деятельность.

— Родни!

Родни вошел во внутренний кабинет.

— Я организовал встречу с лордом Амузом на завтра, леди Лиара.

— Отлично. Свяжись с Яной и приведи её сюда.

— Конечно, миледи. Есть предпочтения по времени?

— Сейчас.

* * * — Векслер, — сказал Джейсон, вынырнув из её тени. Они находились на крыше над улицами небольшого города Касаллини.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

— Я пришел задать тебе тот же вопрос. Почему ты в городе?

— Во-первых, я пришла сюда, чтобы передать парней, которых захватила, силам Королевства Штормов на пограничной станции.

— Это, должно быть, была пограничная станция у городских ворот.

— Теперь мне нужно продать наземный скимер, который я отобрала у тех парней. Хорошая штука; должна стоить прилично.

— Тебе придется объяснить мне это, — сказал Джейсон. — Ты говоришь, что пошла на пограничную станцию и передала своих пленников пограничникам из Римароса. Вот почему ты пришла в город, вместо того чтобы вернуться в Римарос, как должна была.

— Да.

— А потом ты решила продать их скимер, раз они мертвы или заперты.

— Именно.

— К этому наземному скимеру прилагалась одна из тех специализированных пространственных сумок для его хранения?

— Нет.

— Значит, ты припарковала его где-то?

— Верно.

Джейсон подошел к краю крыши и посмотрел вниз.

— Просторные улицы, — заметил он.

— И что?

— Значит, мне очень трудно понять то, что, как я полагаю, будет ключевым элементом в данной ситуации. А именно: если ты намеревалась продать наземный скимер, то не взять его с собой — довольно нетрадиционный подход. Вместо того чтобы ехать на наземном скимере к дилеру, где тебе бы за него заплатили, ты, похоже, бросила скимер и полезла на крыши.

— В переговорах много тонкостей, — сказала Софи. — Это становится сложным. Заводит тебя туда, куда ты не ожидала попасть. Например, на крыши.

— А окровавленный молот, который ты держишь, — это тонкость или нет?

Окровавленный строительный молот в руке Софи завертелся и исчез из виду за краем крыши.

— Понятия не имею, о чем ты, — сказала она.

— Софи, ты не можешь преследовать их в одиночку.

— Я не преследую.

— Или проводить разведку.

— Понятия не имею, что значит это слово.

— Да, знаешь.

— Ладно, я столкнулась с одним парнем, но он даже не был замешан. Это беззаконный город, полный паршивых типов, которые бросят чинить свою крышу, чтобы напасть на первую женщину, которая на неё приземлится.

— Ты приземлилась на крышу того, что, по-видимому, было его домом, — сказал Джейсон. — Он, вероятно, подумал, что ты пытаешься его ограбить или убить.

— У меня не так много опыта в убийстве людей, — сказала Софи. — Убивать — да, но не совершать убийства. Даже в этом случае я почти уверена, что люди, которые думают, что их сейчас убьют, не облизывают губы, говоря о том, чтобы смазать твои бока.

— Правда? Ладно, это действительно звучит жутко.

— Я уже видела такой взгляд у мужчин. Это что-то, что выходит за рамки желания, проходит через потребность и перерастает во что-то другое. Голод по тому, по чему очень неправильно быть голодным. Я видела этот взгляд, еще в Гринстоуне. Коул Сильва и тот парень с молотом — оба заслужили то, что получили.

— Мы все это заслужили, Векслер.

— Это правда, — согласилась она.

Джейсон открыл портал.

— Пора идти, — сказал он ей.

— Я больше не твоя юная рабыня, Асано. Ты не можешь мной командовать.

— Я командовал тобой? Надо было делать это чаще. Я мог бы заставить тебя стирать мое белье.

— Облачный дом стирает твое белье.

— Дело принципа. К тому же, я всё еще могу тобой командовать.

— Вот как?

— Ага. Так что заходи в портал.

— С чего ты взял, что я должна делать то, что ты говоришь?

— Не должна, это нормально, — сказал Джейсон. — Я позволю тебе объяснить остальным, почему мы ужинаем духовными монетами.

— Ну, это уже подло, — пробормотала Софи и прошла через портал.

ВОПРОС ЦЕННОСТЕЙ

ВОПРОС ЦЕННОСТЕЙ

Белинда то и дело похлопывала Софи по голове блокнотом в мягкой обложке, а та отбивалась руками. Когда Софи заерзала на сиденье под ударами, щенок, дремавший у нее на коленях, недовольно заворчал.

— О чем ты только думала, в одиночку бросаясь в ловушку? — отчитала ее Белинда, плюхнувшись в облачное кресло и ткнув блокнотом в сторону Джейсона. — Это вот этому парню пришлось тебя возвращать. Ему! Ты ничему не научилась на ошибках, которые он совершает снова и снова?

— Эй…

— Его похищали, пытали, убивали. Заставляли носить эти рубашки.

— А что не так с моими рубашками?

— Разве тебе только что не подобрали целый гардероб? — спросил Нил. — Ты все еще одеваешься так, будто тропический сад стошнило.

Команда Джейсона собралась в облачном доме. После того как церковь Чистоты попыталась поймать Софи в ловушку, команду перевели в режим ожидания под руководством отряда реагирования на Строителей, который как раз находился в процессе реорганизации. Сформированный изначально для противодействия первой волне активности культа Строителей, теперь он включил в свою компетенцию и операции против Чистоты.

Главой того, что теперь называлось Отделом по борьбе с организованным противником, оставался все тот же человек, что и во времена отряда реагирования на Строителей: Рамон Кил. После того как Лиара доложила о столкновении Софи, он аннулировал все контракты, на которые была назначена команда Джейсона. Он приказал им перейти в режим ожидания, что им разрешили делать в облачном доме. Кил также отправил кого-то, кто, судя по всему, был уже в пути, чтобы провести инструктаж Софи.

Тем временем команда бездельничала на открытой палубе. Они отчитывали Софи за ее безрассудство, что, по ее мнению, было несправедливо, учитывая, что Джейсон сидел прямо здесь.

— Мистер Асано не раз платил цену за свой риск, — заметила Тень. — Что еще важнее, платили и люди вокруг него — включая вас, мисс Уэкслер.

— Не всем удается вернуться на второй круг после того, как их прихлопнут, — сказал Нил. — Если Джейсона убьют снова, это, наверное, нормально, но мы бы предпочли сохранить тебя.

— Гораздо предпочтительнее, — сказал Хамфри. Он уже делил диван с Софи, но пододвинулся чуть ближе.

— Никто не собирается возразить против идеи, что если меня убьют, то это нормально? — спросил Джейсон.

— А как насчет плана, над которым ты работаешь? — спросила Софи у Белинды. — Это гораздо рискованнее, чем просто взглянуть на врагов.

— Это просчитанный риск, — ответила Белинда. — К тому же, это наш план, а не вражеский. Это совсем не то же самое, что увидеть ловушку и добровольно в нее зашагать.

— Впрочем, она права насчет опасностей, — сказал Хамфри. — Если в любой момент захочешь отступить, мы все тебя поддержим.

— Даже больше, чем если ты решишь довести дело до конца, — добавил Клайв. — Я все еще против.

— Скорее всего, этого даже не произойдет, — сказала Белинда. — Шанс, необходимый для того, чтобы это сработало, вряд ли когда-нибудь представится.

— Теперь, когда нас держат в режиме ожидания, это кажется более вероятным, — заметил Хамфри. — Похоже, Общество искателей приключений хочет использовать нас против последователей Чистоты.

— Они просто смирились с неизбежным, — сказал Нил. — Джейсон всегда оказывается в центре событий, когда происходит какая-то безумная вещь. Межпространственные вторжения, город, уходящий под воду. Какой-нибудь бог сходит с ума и пытается превратить луну в гигантское печенье.

— Гигантское печенье? — переспросил щенок Сташ, поднимая голову с сонным выражением. Софи почесала его за ушами, и он довольно улегся обратно.

* * * Джейсон и Клайв были в комнате с водопадом, работая над своим особым проектом, когда Джейсон почувствовал присутствие снаружи облачного дома. Это был специалист по скрытности золотого ранга, поэтому Джейсон не чувствовал его, пока тот не раскрыл свою ауру. Джейсон не узнал ее, но прибытие этого неизвестного встревожило Софи. Она и Руфус спарринговали на траве у реки под присмотром соседских детей. В тот момент, когда появилась новая аура, Джейсон почувствовал, как гнев наполнил ее ауру, и она ворвалась в облачный дом.

Одно из тел Тени приблизилось к посетителю, и Джейсон закрыл глаза, чтобы разделить видение своего фамильяра. Оказалось, что он не узнал ауру посетителя, потому что в последний раз, когда Джейсон его видел, его чувства ауры были слишком слабы.

Каллум Морс был бывшим товарищем по команде Эмира Бахадира, а также родителей Руфуса. Джейсон встречал его в Гринстоуне, когда помогал Эмиру в первых попытках противостояния Строителю. Джейсон совершил теневой прыжок через Тень, чтобы присоединиться к Руфусу и Каллуму, которые разговаривали, но после ухода Софи между ними повисла неловкость.

— …работает с Церковью Целителя здесь, в городе, — говорил Руфус, когда Джейсон появился. Двое мужчин обернулись, когда Джейсон вышел из тела Тени.

— Кэл, — поприветствовал Джейсон новоприбывшего, дружелюбно, но с заметной сдержанностью в голосе.

— Асано.

— Что привело тебя в Римарос?

— Можно мне войти, чтобы мы могли поговорить?

— Боюсь, что нет, Кэл.

— Значит, Уэкслер рассказала тебе о том, что случилось.

— О том, как вы с Эмиром использовали ее в качестве приманки, а как только выяснилось, что ее мать жива, вы ее отстранили? Возможно, она упоминала об этом, да.

— Произошли важные события, — сказал Каллум. — Вещи, которые лучше не обсуждать открыто. Нам следует пройти внутрь.

— Вот в чем дело, Кэл, — сказал Джейсон. — Софи не хочет, чтобы ты был здесь, а она — моя команда. Ты — нет. Так что, если она хочет, чтобы ты ушел, ты уйдешь. Извини.

— Это важнее, чем чувства одного человека, — сказал Каллум, и на его лице проступило раздражение.

— Так всегда и бывает, — сказал Джейсон, его голос звучал расслабленно и немного грустно. — Всегда находится кто-то гораздо более могущественный, кому не терпится объяснить, какие важные дела творятся. Как я должен отложить свои мелкие заботы, чтобы работать с тем, кто меня подставил, потому что я должен действовать ради общего блага. Это, более или менее, твоя позиция?

Каллум нахмурился.

— Да, я так и думал, — сказал Джейсон. — Я уже проходил этот путь, Кэл. Мне не понравилось, куда он меня привел, и я не позволю тебе вести мою команду по той же дороге.

— Асано…

— Мы серебряного ранга, Кэл. Я уже достаточно повоевал с противниками сильнее себя и терял людей из-за этого. У тебя проблемы золотого ранга; иди найди кого-нибудь золотого ранга, чтобы тебе помогли.

— Я знаю, где мать Уэкслер.

Джейсон приподнял брови.

— Вот как?

— Не совсем, но достаточно, чтобы найти ее, если Уэкслер согласится участвовать.

— Где ее мать, Кэл?

— Все сложно. Нам следует пойти куда-нибудь в уединенное место и обсудить это. Если не в твой облачный дом, то…

— Ничего не сложно, Кэл. Может, для тебя — да, но для меня все просто. В конце этого разговора ты либо будешь тем парнем, который знал, где мать Софи, и рассказал нам, либо тем, который знал, но не сказал.

Плечи Каллума слегка опустились.

— Раньше у тебя были более высокие идеалы, Асано.

— Ага.

— Что с тобой случилось?

— Я стал им соответствовать.

Джейсон шагнул в тело Тени и исчез.

* * * В кабинете в Храме Целителя Арабелла Ремор подняла взгляд, когда вошел Каллум Морс.

— Кэл, — сказала Арабелла, вставая и обходя стол, чтобы быстро обнять своего старого товарища по команде. — Что ты здесь делаешь во время всплеска? Я думала, ты охотишься на монстров и культистов, едва останавливаясь, чтобы поспать.

— Ты же знаешь, что я расследую деятельность Ордена Жнеца.

— Ты все еще этим занимаешься?

Она проводила его к стулу в кабинете для консультаций, который ей выделили.

— Да, — сказал ей Каллум. — Это более опасная организация, чем люди думают. Они всегда были такими, с самого момента своего основания.

Арабелла прищурилась.

— Это ведь не просто помощь Эмиру, верно?

— Это масштабнее, чем Эмир.

— Есть вещи, о которых ты мне не говоришь, Кэл. Это затрудняет помощь тебе.

— Мне это нужно, Белль, — сказал он, его голос слегка дрогнул.

Каллума было трудно «читать» все то время, что Арабелла его знала, поэтому видеть отчаяние на его лице, пусть даже на мгновение, было поразительно.

— Что готов мне рассказать?

— Я ходил поговорить с Софи Уэкслер.

— Она теперь с тобой разговаривает?

— Нет, — сказал Каллум. — Ее гнев глуп. Погоня за матерью означала ввязывание в дела Ордена Жнеца. Делать это на бронзовом ранге означало бы только быструю смерть.

— Ты, вероятно, прав, Кэл. Но вы с Эмиром сами направили ее на этот путь. Вы поманили ее чем-то ценным. Тем, чего у нее никогда не было и чего, как она думала, никогда не будет. А потом сказали ей, что она не только не может это получить, но что это спрятано и ей запрещено искать. Я бы сказала, что ее гнев полностью оправдан.

— Она злится, что мы уберегли ее от верной смерти.

— Всеми нами движут эмоции, Кэл. Даже тобой. Ты собираешься стоять здесь и говорить мне, что сейчас тобой они не движут?

— Да, у меня есть чувства, Белль. Я просто не позволяю им влиять на мое суждение.

— Даже если бы это было правдой, Кэл, ты не можешь ожидать, что все остальные будут соответствовать этому стандарту. Люди так не устроены.

— Некоторые должны. Некоторым это необходимо. Я пытался наладить контакт с ее командой, но получил отпор от Джейсона Асано. Мне нужно, чтобы ты помогла мне обойти его. Если я просто смогу поговорить с Уэкслер… может, мне стоит подойти к другому члену их команды? Сделать это подальше от облачного дома?

— Нет, Кэл. Ты только заставишь их еще больше отвергать тебя.

— Как я и сказал: предвзятое суждение.

Арабелла посмотрела на него с снисходительной улыбкой.

— Это вопрос ценностей, Кэл. То, что важно для тебя, может быть неважно для них, и то же самое верно с их точки зрения.

— Асано отказался слушать достаточно долго, чтобы узнать, насколько важно то, для чего они мне нужны.

Арабелла рассмеялась.

— Могу себе представить, как это было, — сказала она. — Что-то вроде «иди найди кого-нибудь золотого ранга, чтобы тебе помогли»?

— Да. Что происходит с Асано? Его облачный дом причудлив. Он совершенно не похож на дом Эмира.

— У Джейсона и Эмира бывают моменты, когда они очень похожи, но они также очень разные. Это особенно верно в отношении направлений, в которых движутся их пути, что как раз и является препятствием, с которым ты столкнулся. Ты — последний в череде могущественных людей, пытающихся указывать Джейсону, что делать. Это не только вызывает у него естественное раздражение, но если он противостоит богам и великим астральным сущностям, он вряд ли позволит тебе помыкать собой.

— В Гринстоуне у него была решимость делать то, что необходимо. То, что правильно. Он потерял это за время своего отсутствия. Стал эгоистичным.

Веселье исчезло с лица Арабеллы, и твердость в тоне ее следующих слов привлекла его внимание.

— Кэл, я знаю, что давала тебе много советов, но ты должен очень внимательно выслушать этот: не испытывай решимость Джейсона Асано. Он достиг точки, когда это было все, что у него осталось, и он только начинает исцеляться от этого. Я не знаю, что ждет его в будущем, но я видела других рыб в его пруду. Если он вырастет не так, как нужно, я подозреваю, что мы все будем об этом жалеть.

— Серьезно, Белль? Ты теперь веришь в судьбу?

— Ты знаешь, кто такая Сорамир Римарос, Кэл?

— Знаю.

— Это подруга Джейсона. Сорамир Римарос, похоже, единственная, кто полностью понимает, кто она такая, и она его пугает.

— Кто она?

— Доун. Она есть или, как я понимаю, была Первой Сестрой Ордена Мирового Феникса. Я не уверена, что именно это значит… Кэл?

Каллум дрожал на своем стуле.

— Ты уверена, что это правда? — спросил он, его голос был едва слышным шепотом. — Первая Сестра?

— Да. Она сказала мне, что очень важно, чтобы я помогла Джейсону стать лучше.

— Тогда сделай это, — сказал Каллум. — Ты хочешь сказать, что эта женщина здесь?

— Она остановилась в королевском дворце. Что означает это дело с Первой Сестрой?

— Что все, что происходит, масштабнее, чем просто наш мир.

— Я это уже знала. Ты спрашивал, что случилось с Асано. Весь его мир был в опасности, и он застрял, спасая его, потому что все остальные либо не могли, либо не хотели.

— Он сказал, что устал от того, что могущественные люди указывают ему, что делать. Я думал, он имел в виду людей золотого ранга.

— Нет, Кэл. Когда он смотрит на людей золотого ранга, он не смотрит снизу вверх. Если ты пришел к нему и сказал отложить свои ценности и заботы, чтобы делать то, что ты ему велишь, тебе стоит считать удачей, что он не впустил тебя в свой облачный дом. Возможно, ты бы не вышел оттуда.

— Он не может быть настолько сильным.

— Он оказал мне большое доверие, но я уверена, что он рассказал мне не все свои секреты. То, что он мне рассказал, — это то, что есть сила, к которой он только начал прикасаться.

Каллум провел рукой по лицу, его глаза расфокусировались, погрузившись в раздумья.

— Почему то, что тебе нужно, должно вовлекать команду Асано? — спросила его Арабелла.

— Из-за матери Уэкслер. Она здесь, в Море Штормов.

— О, Кэл. Это тонкий лед, на который ты собираешься ступить.

— Я начинаю это понимать.

Арабелла вздохнула.

— Если ты хочешь моей помощи, Кэл, то ты должен сказать мне, почему поиск матери Софи так много значит для тебя. На самом деле почему. Если я решу, что ты лжешь мне или что-то скрываешь, ты ничего от меня не получишь.

* * * — Нам стоит поговорить о Кэле, — сказал Руфус Джейсону.

— Ага, точно, — сказал Джейсон. — Полагаю, ты говоришь о моей потрясающей финальной фразе в том разговоре. Бросил микрофон, исчез в тенях. Такой крутой ход.

— Кто такой Майк?

ГЛАВА 28: НЕБОЛЬШОЙ УЩЕРБ

ГЛАВА 28: НЕБОЛЬШОЙ УЩЕРБ

Софи и Хамфри сидели в облачных креслах друг напротив друга, подавшись вперед; он держал ее за руки.

— Ты же знаешь, он вернется, — сказал Хамфри. — Нам нужно принять кое-какие решения. Мы всегда собирались отправиться на поиски твоей матери, как только достигнем серебряного ранга. Конечно, небольшое расследование Клайва по поводу плотины оказалось куда сложнее, чем мы думали, а потом Джейсон…

Он ободряюще улыбнулся ей.

— Я уже обсудил поиски твоей матери с остальными. Мы собирались заняться этим всей командой, как только закончится нашествие монстров.

— Ты мне не сказал.

— Я хотел, чтобы первое, что ты об этом услышала — это как все говорят тебе, что, конечно же, они помогут. Я видел, как сильно такая поддержка помогла Джейсону, и, кажется, за время отсутствия он перенял некоторые твои черты.

— И что не так с моими чертами?

Хамфри не был таким экспертом, как Белинда, но даже он мог разглядеть столь очевидную ловушку.

— Совершенно ничего, — ответил он. — Все твои черты просто очаровательны.

Она подалась вперед для нежного поцелуя.

— Ты ужасно врешь.

Ее хищная улыбка сменилась хмурым выражением, когда она вспомнила, о чем они говорили. — Что нам делать с Каллумом?

— Нам нужно принять решения, — сказал Хамфри. — И под «нам» я имею в виду тебя. Начиная с того, будем ли мы его выслушивать.

— Похоже, он не просто оставит нас в покое, если мы его проигнорируем.

— Мы можем позволить Джейсону побыть цепным псом. Он единственный серебряный ранг, которого я видел, кто смотрит на золотой ранг, доставляющий ему неприятности, и просто испытывает облегчение, что это не алмазный ранг или кто похуже.

Софи усмехнулась, а затем обеспокоенно улыбнулась Хамфри.

— Он что-то знает, — сказала она. — Но он и сам чего-то хочет. Я не хочу находить ее на его условиях, но не гордыня ли это?

— Это не просто гордыня. Мы уже знаем, что то, чего хочет он, — не то, чего хочешь ты. Для него твоя мать — лишь средство для достижения цели, к которой он стремится.

Софи кивнула.

— В прошлый раз, когда нас втянули в это на чужих условиях, нас вышвырнули, как только мы стали им не нужны.

Она встала и подошла к окну, глядя на утес и лагуну внизу.

— Я хочу знать, что известно Каллуму, — сказала она. — Я просто не хочу делать все, что он потребует, чтобы получить эту информацию.

— Хорошо, — сказал Хамфри, тоже поднимаясь.

Софи повернулась к нему. — Кажется, ты знаешь, что делать. А я до сих пор нет.

— Ты хочешь узнать, что известно Каллуму, не соглашаясь делать для него что-либо, — сказал Хамфри. — Значит, так мы и поступим.

— И как ты предлагаешь нам этого добиться?

— Я подумал, мы могли бы натравить на это Джейсона и отойти в сторонку.

— Это хорошая идея?

— Вероятно, нет. Но вспомни: когда Строитель хотел остановить нас, а Джейсон хотел остановить Строителя, победил Джейсон. Если он решил что-то сделать, не уверен, что его можно остановить. Вопрос лишь в том, сколько ущерба он при этом нанесет. Я видел, как он бросился со здания и погиб, потому что это было необходимо, чтобы остановить Строителя.

Софи поморщилась, вспомнив, что в тот момент была без сознания из-за перерасхода сил с помощью духовной монеты. Затем ее змеиная улыбка вернулась, она плавно подалась вперед и, потянувшись, обвила руками шею Хамфри.

— В этот раз все будет не так плохо, — сказала она. — Я могу смириться с небольшим ущербом.

* * * Большую часть своей карьеры Видал Ладив прослужил низкоуровневым связным между Обществом искателей приключений и Гражданским административным советом Римароса. Хотя королевская семья, возможно, и правила Королевством Штормов и его столицей, ГАСР был реальным органом власти, управлявшим Римаросом практически на всех уровнях.

Как и многие пользователи эссенции, будь то авантюристы или нет, Видал приложил усилия, чтобы внести свой вклад во время нашествия монстров. Также, как и многие другие, дополнительное время, проведенное в ожидании нашествия, подготовило его к повышению ранга, как только оно началось. Хотя он был функционером Общества искателей приключений, а не самим авантюристом, у него был достойный послужной список боевого опыта.

Ему потребовалось гораздо больше времени, чем авантюристу, чтобы достичь момента повышения ранга: он получил бронзовый ранг во время прошлого нашествия монстров. Однако это его не беспокоило. Он был рад безопасно и стабильно продвигаться как по рангам, так и по карьерной лестнице. Когда началось нашествие и возникла безумная суматоха с адаптацией, он получил массу боевого опыта. Большая его часть пришлась на охрану дирижаблей, доставлявших товары, и он даже сражался с дерзкими небесными пиратами, посягавшими на Королевство Штормов. Именно после той эпической битвы, в которой несколько дирижаблей были разрушены и упали с неба, Видал повысил свой ранг. Теперь, будучи новоиспеченным серебряным рангом, он совершил резкий карьерный скачок.

Благодаря его выдающимся результатам, повышение ранга Видала быстро привело к продвижению от высокоуровневого функционера Общества искателей приключений до полноценного чиновника Общества. Это был важный переход, сродни тому, как солдат получает звание и становится офицером. Это перевело его с карьерного пути, где он уже достиг вершины, на тот, где он оказался в самом низу, но, как и переход с пика бронзового ранга на дно серебряного, это был несомненный шаг вперед.

Поначалу Видал сохранил свою должность связного с гражданскими властями, но с реорганизацией подразделения по борьбе со Строителем его перевели в новый Отдел по борьбе с организованным противником. Хотя во время нашествия он внес свою лепту в охоту на монстров, его главной ролью в новом департаменте стала административная работа. Именно сочетание способностей в обеих областях обеспечило ему перевод в новый офис, где его роль стала динамичным сочетанием полевой активности и активного копания в документах.

Новому офису требовался персонал, способный постоять за себя в мире. Люди, способные ориентироваться в регионах, которые не всегда были безопасны. В данный момент это означало везде. Для Видала это была захватывающая возможность, и он с нетерпением ждал обещанного обучения, которое начнется, как только нашествие монстров утихнет, а новый департамент обустроится. Одним из негласных испытаний было продемонстрировать, на что он способен, не бросаясь сломя голову пытаться сделать то, к чему он еще не готов.

Пока не пришло время для дополнительного обучения, новым сотрудникам, таким как Видал, поручали задачи, которые вписывались в их уже сложившийся набор навыков. Для административного связного Видала это означало много беготни по Морю Штормов, связываясь с различными интересными для департамента людьми по не вызывающим подозрений причинам. Если же за этими людьми требовалось наблюдать более пристально, Общество искателей приключений отправляло кого-то другого, по крайней мере, пока Видал не наберется опыта и не пройдет обучение.

В своей роли связного Видал годами встречался с людьми от имени Общества искателей приключений и правительства Римароса. За свою карьеру он многое узнал об определении статуса людей, основываясь на том, как общество относилось к ним, будь то авантюристы или нет. Ранг был самым очевидным фактором, за которым следовали происхождение, известные связи и семья. С не-авантюристами обычно было довольно легко определить место любого человека в социальной иерархии.

Авантюристы всегда преподносили сюрпризы. Членство в гильдии упрощало дело, но даже внутри гильдий и влиятельных семей не было никаких гарантий. Фавориты-отпрыски терпели неудачи, в то время как неожиданные герои возвышались. То, что думали высшие эшелоны Общества искателей приключений о том или ином авантюристе, не широко распространялось среди низкоуровневых чиновников и функционеров, но Видал научился читать знаки.

Хотя было много нюансов, которые Видал научился распознавать, некоторые знаки были очевидны. Например, когда его отправляли на брифинг к авантюристу, вместо того чтобы вызывать их в кампус Общества искателей приключений, он знал, что даже если их имя ему незнакомо, за ними стоит приглядывать.

В случае с Софи Уэкслер, краткая справочная информация, которую он запросил перед тем, как отправиться к ней на брифинг, была показательной. На первый взгляд, хотя она могла быть серебряным рангом и членом престижной иностранной гильдии, это мало что значило во время нашествия монстров, особенно так далеко от штаб-квартиры этой гильдии в Витессе. Что привлекло внимание Видала, так это ее спутники.

Команда Уэкслер включала несколько примечательных личностей, начиная с Хамфри Геллера. Геллеры технически были аристократами в каком-то неважном городе-государстве, но их истинный престиж проистекал из того, что они были династией авантюристов. Не каждый Геллер оказывался выдающимся, но только дурак стал бы игнорировать кого-то, носящего это имя.

Еще одним членом команды, который выделялся, был Клайв Стэндиш — бывший член Магического общества, у которого произошел какой-то разлад с этой организацией. Видал знал о различных уступках, на которые пошло Общество искателей приключений, чтобы включить Стэндиша в сотрудничество с Магическим обществом. Это был менее очевидный шаг, чем выезд на встречу с Уэкслер вместо вызова ее к себе, но кто-то влиятельный явно высоко ценил Стэндиша.

Разногласия Стэндиша с Магическим обществом были отмечены в его записях, хотя причины были засекречены. Кто-то дергал за ниточки, чтобы вовлечь Стэндиша в совместные проекты с Обществом искателей приключений таким образом, чтобы он не отказался. Кто дергал за эти ниточки, оставалось загадкой, и Видал знал, что ему, вероятно, лучше этого не знать. До сих пор это затрагивало лишь несколько незначительных проектов, связанных с астральной магией, но Видал уже некоторое время работал с бюрократией. Он узнавал, когда кто-то закладывал основу, когда видел это. Почему серебряный ранг заслуживал такого внимания, Видал понятия не имел.

Последний член группы выделялся больше всего, по крайней мере для Видала, поскольку большая часть его досье в Обществе искателей приключений была засекречена. Оставшаяся информация была фрагментарной и часто противоречивой, включая уведомление о подтверждении его смерти около трех лет назад.

Видал уже встречал Джейсона Асано раньше. Видал познакомил его и его спутницу — которая также когда-то была официально признана мертвой — с протоколами нашествия монстров еще до того, как они прибыли в Римарос. Джейсон Асано использовал Видала, чтобы попрактиковаться в какой-то технике маскировки ауры, что побудило Видала пометить его для расследования подразделением по борьбе со Строителем.

Видал больше не думал об этом, пока не связал странные слухи, ходившие вокруг, с человеком, которого он встретил в тот день. Это побудило его присмотреться внимательнее, сопоставив некоторые слухи с определенными вещами, которые он обнаружил, используя записи, к которым имел доступ как член Общества искателей приключений. Это указывало на вмешательство очень высокого уровня в контракты очень низкого уровня; достаточно странно, чтобы он передал найденное в отдел внутреннего аудита Общества искателей приключений.

Вскоре после этого ему вежливо, но твердо указали прекратить копать.

Поскольку это было не более чем любопытством, Видал сделал именно это, не обращая больше внимания, пока с ним не связался его друг Родни. Как и Видал, Родни был переведен в новый Отдел по борьбе с организованным противником во время реорганизации. Родни был чисто административным функционером и имел более низкий ранг, чем Видал, как в плане магии, так и в должности. Однако его назначение помощником заместителя директора офиса, принцессы Лиары Римарос, давало ему значительный уровень влияния.

Родни появился в новом офисе Видала, и они немного поболтали. Должность Родни только что была изменена с временной на постоянную, с чем Видал его поздравил. Родни дал Видалу задание отправиться на брифинг к Софи Уэкслер, которое поступило напрямую от принцессы, а не по обычным каналам.

— Есть ли что-то, о чем мне нужно знать в связи с этим? — спросил Видал.

— Не уверен, — сказал Родни. — Есть еще много вещей высокого уровня, о которых я не знаю, но будь осторожен с этой командой авантюристов. Есть много людей, чье внимание ты бы не хотел на себе ощутить, которые тихонько обращают свое внимание на эту команду, несмотря на пустяковые контракты, на которых они были. Мой совет: делай свою работу, как велено, и не делай ничего, что тебе не поручали. Ты будешь отчитываться по этому поводу напрямую принцессе, а она, похоже, общается с этим персонажем по фамилии Асано.

— Похоже, меня окунают в бардак, в котором я не хочу участвовать.

— Ты хорош в своей работе, Видал, поэтому это точная оценка.

* * * Видалу не нужна была лодка, чтобы пересечь воду. Вместо этого он проехал на водном столбе магии от Ливароса до Арнота. Он мог бы путешествовать между островами быстрее, теперь, когда повысил ранг до серебряного, но сдерживал скорость, чтобы не привлекать монстров. Готовясь к этому брифингу, он нашел отчет, подробно описывающий встречу Уэкслер с рифовым кракеном, которого Зила Римарос только что отправилась устранить лично, прежде чем он повлиял на судоходные пути. Как Уэкслер удалось спастись от существа золотого ранга, влетев в него на скорости, он понятия не имел. Рифовый кракен с его размерами, скоростью и силой был хорошо известной угрозой в Море Штормов.

Прибыв на остров Арнот, Видал въехал на своем водном столбе в лагуну. Сонный городок Палисарос расположился вдоль берега и по краю утеса, граничащего с лагуной. Он направился к водопаду, зная, что команда Уэкслер остановилась в доме рядом с рекой, низвергающейся с утеса. Столб исчез, как только Видал вошел в водопад, который начал огибать его, не намочив одежду. Он поднялся сквозь водопад, невидимый пузырь вокруг него очерчивался водой, стекающей по нему.

Почти у самого верха утеса, все еще двигаясь сквозь водопад, Видал остановился, столкнувшись с чем-то странным. За водопадом находилась пещера, в которой была хорошо освещенная комната, похожая на некое подобие магической исследовательской лаборатории с мебелью из облаков. Двое мужчин наблюдали за ним, парящим в водопаде, без удивления, когда он оглянулся.

— Полагаю, тебе лучше войти, — сказал Джейсон.

ПРОНИКНОВЕНИЕ В ЦИТАДЕЛЬ

ПРОНИКНОВЕНИЕ В ЦИТАДЕЛЬ

Почувствовав приближение Видала, Джейсон приглушил ауру облачного дома, чтобы скрыть его природу как духовного домена. В отличие от жителей Земли, любой выходец из Паллимустуса с развитым чувством ауры сразу распознал бы сходство с аурой храма. Джейсон не мог скрыть это от кого-то с мощным восприятием, вроде Лиары, но с новоиспеченным серебряным рангом, как Видал, это было вполне реально.

Тем не менее, Видал явно почувствовал что-то необычное, судя по тому, как он оглядывался. Джейсон ощутил неуверенность и подозрительность в ауре мужчины. Для Джейсона это был приемлемый результат: он был рад немного сбить людей с толку. Когда человек выбит из колеи, он реагирует более искренне, а заранее обдуманные намерения рушатся.

— Мне стоит извиниться за игры, в которые я играл при нашей последней встрече, — сказал Джейсон, ведя Видала вверх по лестнице из комнаты с водопадом. На лице Джейсона появилась улыбка, когда он считал эмоции Видала. В этом Джейсон становился все более искусным, используя сочетание языка тела и эмоций, чтобы понять, о чем думают люди. Когда они немного нервничали, это было проще.

Джейсон был почти уверен, что Видал заметил: он сказал, что «должен» извиниться, но самих извинений так и не принес. В очередной раз сотрудник Общества искателей приключений показал себя проницательным наблюдателем, что впечатлило Джейсона. Передав Видала Софи для проведения инструктажа, Джейсон вернулся вниз, чтобы воссоединиться с Клайвом.

— Мне нравится этот парень, — сказал Джейсон. — Может, нанять его?

— Для чего? — спросил Клайв.

— Не знаю. После того как он дал мне облачную флягу, Эмир постоянно твердил, что мне стоит набрать штат. Не уверен, зачем, на данном этапе.

— Наверное, тебе не стоит переманивать сотрудников Общества искателей приключений, когда у тебя для них нет работы.

— Звучит как дельный совет.

— В любом случае, тебе стоит к нему прислушаться, — сказал Клайв.

— Это еще что значит?

— Ты, в общем-то, знаменит тем, что выбираешь не самые разумные варианты, Джейсон.

— Я всегда делаю хороший выбор.

— Конечно. А теперь давай вернемся к тому, как использовать всякую случайную дрянь, которую ты подобрал у великих астральных сущностей с сомнительными мотивами и тут же запихнул себе в душу.

* * * Подводные суда, которые использовал Орден Искупительного Света, были тщательно спроектированы и стоили огромных денег. Их индивидуальные конструкции были адаптированы не только для скрытности, но и специально для работы в Море Штормов. Используя естественные магические свойства моря, суда серебряного ранга становились гораздо эффективнее, чем позволяли бы их и без того мощные и дорогие системы.

Хотя они были всего лишь серебряного ранга, системы подавления на этих судах были выполнены мастерски. Если они приближались к одному из магических штормов, в честь которых регион получил свое название, они могли скрыться даже от очень мощного восприятия золотого ранга. Обладатель алмазного ранга мог их обнаружить, но даже он сделал бы это лишь на значительно меньшем расстоянии.

Суда были предназначены не только для внешней безопасности. Помимо назначенного пилота, системы подавления судна не позволяли чувствам пассажиров проникнуть сквозь корпус без окон. Любая форма внешней связи или даже определение местоположения изнутри были невозможны.

Лишь горстка назначенных пилотов знала местоположение различных цитаделей ордена. Даже среди них никто не знал всех локаций, протоколов безопасности или природы защиты. Более того, пилотов держали отдельно от других членов ордена, предотвращая любую возможность компрометации. У них не было ни друзей, ни хобби, ни интересов — только долг. Они редко разговаривали с кем-либо, кроме лидеров различных ячеек ордена.

В результате большинство членов ордена понятия не имели, где находятся их важнейшие цитадели, сколько бы раз они их ни посещали. Даже лидеры ячеек получали информацию только по мере необходимости, а пилоты, работавшие с ними, все равно подчинялись Мелоди.

В вырубленной в горе цитадели, которую Тень занимал последние несколько дней, действовали похожие меры защиты и ограничения. Они были столь же эффективны, если не больше, но при этом не столь дороги. Имея гораздо больше пространства и не будучи привязанными к движущемуся транспортному средству, было проще установить защиту, чтобы магические элементы не мешали друг другу.

Тень обитал внутри объекта последние несколько дней, с тех пор как проник в цитадель, спрятавшись в тени одного из членов ордена, когда те покидали остров Строителя. Пробираясь по объекту, он смог многое узнать об ордене и цитадели, но полной свободы действий у него не было. Во-первых, существовали меры внутренней безопасности, которые не пускали его в самые защищенные зоны цитадели. К ним относились узлы защиты цитадели, зоны, доступные только руководству, и некоторые критически важные участки инфраструктуры, такие как фильтры воды и воздуха, делавшие подземный комплекс пригодным для жизни. Другими зонами повышенной безопасности были охраняемая зона для заключенных и выходы из цитадели.

Способности Тени к скрытности были чрезвычайно грозными. Он был нематериален, соткан из теней, а сила ауры, которую он мог пропустить через свой сосуд, сильно зависела от души человека, призвавшего его. Абсурдная сила ауры Джейсона не полностью передавалась его фамильяру, но значительно усиливала ауру Тени. Контроль Тени над своей аурой также был превосходным.

Несмотря на мастерство Тени, он не рисковал активировать различные зоны повышенной безопасности. Это означало, что он не мог сбежать через воздухозаборники и водоочистные сооружения или через подводный туннель, который суда использовали для доступа к доку. Это также означало, что он не мог подслушивать руководство ордена, которое в основном ограничивалось безопасными зонами. Даже когда они выходили в общие зоны, они часто использовали экраны конфиденциальности.

В безопасные зоны также входил участок объекта, где орден держал своего пленника. Не имея доступа к пленнику или руководству ордена, Тень проводил время, узнавая все, что мог, от рядовых членов. Его любимыми целями для подслушивания были весьма болтливые Ретт и Джейми, с которыми он, собственно, и прибыл. К сожалению, они проводили много времени с тем единственным членом ордена, которого он старался избегать больше всего.

У Келли была бледная кожа, ярко-зеленые глаза и копна огненно-рыжих волос. По оценке Тени, она представляла для него наибольшую опасность, даже по сравнению с руководством. Ее чувства были острее, чем у остальных, и она ощущалась как меч в ножнах. Судя по тому, что удалось подслушать Тени, она также была первым выбором Мелоди для миссий, которые обязательно должны были увенчаться успехом.

Как ни странно, большую часть свободного времени она проводила с Реттом и Джейми, которые выделялись на фоне остальных. Подавляющее большинство членов ордена обладали той самой безразличной серьезностью, свойственной магическому принуждению. За тысячелетия Тень видел бесчисленные формы контроля: от спор, изменяющих разум, до вампиризма и имплантатов-марионеток. Даже те члены ордена, которые проявляли недовольство и амбиции, обладали преданностью ордену, Чистоте и их целям, подобно дронам.

Келли также демонстрировала эту безразличную преданность в присутствии других, за исключением Ретта и Джейми. В них теплилась искра человечности, из-за чего остальные члены ордена тонко отстранялись от них, оставляя их в основном в своей компании. Было странно, что обласканная вниманием Келли тоже проводила с ними время, а ее пустое, свирепое выражение лица смягчалось рядом с этой парочкой.

Тень выжидал, пока не сможет связаться со своими другими телами, чтобы раскрыть то, что узнал. К сожалению, это не касалось его местоположения. Его чувства были отрезаны в тот момент, когда он вошел в транспортное судно ордена в тени Ретта: сначала самим транспортным средством, а теперь и цитаделью.

Выходы были крайне надежно защищены, так что выбраться, чтобы связаться с другими телами, было невозможно. Нематериальность Тени не позволяла ему проходить сквозь крупные твердые объекты из-за его природы живой тени, а не призрачной сущности. Даже если бы он мог, он бы не рискнул. Он подозревал, что защита горы, по меньшей мере, обнаружила бы его, почти наверняка заблокировала и, возможно, уничтожила. Потеря одного тела была невелика, а у него их было три, но как только орден узнал бы о его присутствии, его бы начали выслеживать.

Тень ждал возможности улететь на одном из судов, но Мелоди приказала прекратить всякую активность после рейда на остров. Он слышал об операции, связанной именно с Джейсоном и его командой, но она проводилась с другого объекта, и Тень уловил лишь фрагменты информации.

Тень знал, что его шанс появится, когда орден предпримет следующий крупный шаг. Сразу после рейда, чтобы восстановить свой авторитет, Мелоди объявила о плане по получению материалов для создания собственной фабрики конструктов. Ключом к этому плану был пленник, Гибсон Амуз, который хранил множество секретов семьи Амуз и их горнодобывающих операций. Информация, которую они могли получить от него, позволила бы Мелоди привести свой план в действие.

С момента захвата пленника Мелоди и ее заместитель Сендира регулярно приходили и уходили из камер. Когда Мелоди наконец вышла с довольным выражением лица, Тень понял, что скоро придет время действовать.

* * * Клайв и Джейсон зашли в тупик со своим проектом, пока не получили доступ к артефактору, специализирующемуся на облачных флягах. К сожалению, такой уровень мастерства было почти невозможно найти. Иначе использование одной из них в качестве приманки не привлекло бы лучших молодых искателей приключений мира в Гринстоун.

— Я действительно думаю, что нам нужно, чтобы Эмир сказал нам, кто вообще создал эту облачную флягу, — сказал Клайв. — Просто Софи сейчас не в восторге от Кэла и Эмира.

— Не сказать, что мосты сожжены, — сказал Джейсон. — Софи злится, но не до такой степени, чтобы разрывать связи. И больше на Кэла, чем на Эмира. Хамфри сказал мне, что Эмир на самом деле пытался им помочь, пока Констанция его не отчитала. А Софи помнит, что именно Эмир пошел против Общества искателей приключений, чтобы укрыть ее, когда она больше всего в этом нуждалась. Это ссора между друзьями из-за того, что кто-то поступил некрасиво, а не начало вражды.

— И все же нам стоит отложить это, пока мы не найдем мать Софи и не разберемся с последствиями.

— Согласен.

Джейсон оставил Клайва и отправился искать Белинду, которая была на крыше и практиковалась в контроле ауры. Ей нужно было довести его до совершенства на случай, если представится шанс осуществить свой план.

— Не хочешь немного потренироваться вместе? — предложил он.

— С удовольствием, — благодарно ответила она.

Тот факт, что абсурдная сила ауры Джейсона делала его скорее сопоставимым с золотым рангом, чем с серебряным, обычно затмевал то, что его контроль ауры был столь же возмутительным. Из этих двух факторов Джейсон больше гордился контролем, поскольку его сила была лишь отражением побоев, которые перенесла его душа. Его контроль ауры был тем, над чем он кропотливо работал и что развивал. Сила ауры — это мощь, но контроль ауры — это мастерство.

Все началось с того, что Фарра заложила основу Джейсона еще в Гринстоуне. После этого он тренировался с Даниэль Геллер и изучал техники вампирических аур с Крейгом Вермиллионом. Жрец-Целитель, Карлос Килидо, помог Джейсону восстановить поврежденную душу после того, как ее осадило звездное семя Строителя. Та же битва дала Джейсону понимание собственной души, что расширило его горизонты манипуляции аурой, вплоть до использования ошейников для подавления силы в качестве тренировочных инструментов.

Джейсон даже изучал ауры своих фамильяров, которые были еще более чуждыми, чем ауры вампиров. Было трудно что-то почерпнуть из них, поскольку они функционировали совсем иначе, чем аура пользователя эссенции, но Джейсон умудрялся учиться у каждого. Использование ауры Тенью было тонким и деликатным, с мастерством, на повторение которого даже у таланта Джейсона ушли бы столетия. Следование примеру Тени помогало Джейсону сдерживать свою ауру для скрытности, хотя его усилия оставались грубыми по сравнению с Тенью. Тень был настолько древним, что Джейсон не чувствовал даже капли соперничества. Джейсон задавался вопросом: если он станет достаточно силен, чтобы дать Тени сосуд, аура которого соответствовала бы потенциалу Тени, сможет ли хоть что-то во вселенной его обнаружить?

Аура Колина была совершенно неумолимой. Она была странной, и извлечь из нее какую-либо пользу было сложно, но Джейсон использовал те крупицы знаний, которые смог получить, чтобы улучшить свою и без того превосходную способность противостоять подавлению ауры. Что касается Гордона, то это был особый случай. Гордон уже усиливал силу ауры Джейсона как пассивный эффект, пока не был проявлен. Вот почему, несмотря на то что Гордон был самым чуждым из всех, Джейсон находил способ, которым фамильяр использовал свою ауру, самым легким для обучения. Изучение этого улучшило контроль ауры Джейсона в отношении подавления аур других.

Как оказалось, у Джейсона был талант к приключениям. Благодаря тяжелому опыту, экспертным тренировкам и немалому количеству книг навыков он создал набор умений, который позволял ему без стыда стоять в одном ряду с элитой гильдии. Он, возможно, и не мог сравниться с мастерством владения мечом Руфуса или мобильностью Софи, но мог противопоставить свою манипуляцию аурой, независимо от силы, любому своего ранга. Даже в Римаросе, стране элиты, Эстелла Уорнок была единственным серебряным рангом, который мог постоять за себя, а у нее было четыре аура-способности.

Все члены команды Джейсона были серебряного ранга с развитым чувством ауры, поэтому они прекрасно осознавали, насколько абсурдными были способности Джейсона в этой области. Вот почему Белинда просила Джейсона помочь ей с ее силой изменения формы. Она не часто ее использовала, но важнейшей частью любой силы изменения формы была манипуляция аурой. Не было особого смысла менять лицо, если даже базовое восприятие ауры разоблачило бы обман.

Сила Белинды давала ей преимущество в манипуляции аурой, а также значительно облегчала скрытие ауры, делая ее второй после Джейсона по скрытности в команде. Ее сила была особенно хороша в том, чтобы помогать ей растворять свою ауру в толпе, заставляя окружающих не замечать ее присутствия. Это было очень похоже на технику, которую Джейсон разработал, изучая вампирическую ауру своего друга Крейга, и которую Белинда освоила с немного раздражающей легкостью.

Джейсон нашел опыт помощи Белинде в овладении этой способностью интересным. Ее сила просто давала ей возможность делать то, чему он кропотливо учился и тренировался, что дало ему свежий взгляд на книги навыков. В данном случае это была сила, а не книга навыков, но он открыл в себе новое сочувствие к тем, кто жаловался на других, использующих короткие пути. Джейсон знал, что все не так просто, поэтому сила Белинды не сделала ее равной Джейсону. Потребовалось бы время и мастерство, чтобы по-настоящему овладеть этим эффектом, и он помогал ей так же, как когда-то Руфус помогал ему.

Джейсон был менее искусен в маскировке ауры, на чем и хотела сосредоточиться Белинда. Видал, который в данный момент разговаривал с Софи, раскусил трещины в маскировке Джейсона во время раннего, необдуманного эксперимента. Сила Белинды снова дала ей преимущество в этом, позволив быстро освоить техники, которые Джейсон все еще оттачивал кропотливой практикой.

— Хорошо, — сказал Джейсон, глядя на две свои копии, сидящие перед ним на крыше. У той, что была без густых усов, аура была очень близка к его собственной, за исключением одного фатального изъяна.

— Я не могу повторить силу ауры, — сказала Белинда. — Ее довольно легко обнаружить, даже когда я сдерживаю свою ауру, верно?

— Нет, ты отлично справилась, — сказал Джейсон. — Это выдержит поверхностную проверку, но не если кто-то проявит грубость и начнет «тыкать» посильнее. Некоторые люди все равно раскусят, но я говорю о золотых и алмазных рангах, которые хорошо знают мою ауру, а с этим ничего не поделаешь.

— Хорошо, что план не в том, чтобы имитировать тебя, — сказала Белинда. — Тебе не кажется смешным, что есть золотые и алмазные ранги, которые так хорошо знакомы с твоей аурой?

— Я давно принял абсурд как свою норму. Мы можем продолжать практиковаться, но я думаю, ты готова. Если представится шанс...

— Он представится, — перебил Тень, появляясь из тени Джейсона. — Мистер Асано, пригласите принцессу Лиару в голосовой чат.

ЖАРКИЙ ПРИЕМ

ЖАРКИЙ ПРИЕМ

Горнодобывающий комплекс располагался не просто глубоко под землей, а даже под самим морским дном. Раскинувшаяся сеть объектов, соединенных запутанным лабиринтом туннелей, охватывала весь производственный цикл: от добычи редких руд и их переработки до транспортировки в Римарос и другие города по всему Морю Штормов.

Станция стыковки подводных лодок была единственной частью комплекса, не погребенной под морским дном, и располагала местом для нескольких очень крупных судов. В данный момент там стояло одно такое судно и пять поменьше. Меньшие суда напоминали сплющенных китов и являлись скрытными транспортными средствами, используемыми Орденом Искупительного Света.

С тех пор как Тень впервые оказался в одном из этих транспортных средств, связь между ним и его другими телами была заблокирована. Суда обладали мощной магией блокировки чувств, делавшей общение невозможным, как и цитадель Ордена Искупительного Света, где Тень пребывал все те дни, что прошли с момента его доставки туда. С отбытием судов у Тени появился шанс покинуть цитадель, вновь скрывшись в тени одного из членов ордена.

Тень никак не мог узнать, где находится цитадель, что было справедливо и для большинства самих членов ордена. Одной из причин экранирования судов было предотвращение утечки информации на случай, если кого-то из ордена схватят и каким-то образом принудят говорить или просто подслушают.

Стыковочная станция представляла собой обширный открытый комплекс со множеством опорных конструкций, защищающих его от давления толщи воды. Обычно в магической архитектуре вместо подобных мер использовалась магия, но колоссальная масса моря сверху требовала дополнительных усилий, чтобы поддерживать такое большое и открытое пространство на глубине.

Погрузочный отсек горнодобывающего объекта мог одновременно обслуживать несколько крупных транспортников, но работа остановилась, когда пришвартовались неожиданные суда и появились члены ордена. Первыми целями для них стали охранники серебряного ранга, нанятые Кассином Амузом для обеспечения безопасности после того, как он обнаружил, что его сын был похищен.

Первым делом охранники попытались активировать маяк ауры, выданный им на случай нападения, но орден уже предвидел такой шаг. О приближении ордена охранники узнали лишь по волне искусственного подавления ауры — инверсии искусственной проекции ауры маяка. Это была функция скрытных судов, расширяющая эффект их магии блокировки чувств, пусть и ценой больших затрат.

Эффект подавления был энергозатратным и не мог поддерживаться долго, но времени хватило. Учитывая количество объектов, нуждающихся в защите, и невозможность выделить слишком много серебряных рангов во время всплеска активности, охранников серебряного ранга было слишком мало. Когда пять судов изрыгнули из себя рейдеров-почитателей Чистоты, те задавили охранников числом и отключили маяк до того, как эффект подавления иссяк.

Орден немедленно перешел в атаку на ошеломленных рабочих и супервайзеров, все из которых были железного или бронзового ранга. Они сразу же разбежались, когда орден напал, спасаясь бегством вглубь комплекса, пока орден расправлялся с охранниками. Орден пытался остановить их всех, но охранники доблестно пожертвовали собой, защищая рабочих, что позволило примерно половине из них бежать вглубь горнодобывающего объекта. Большинству из них удалось спастись благодаря сложной структуре объекта и тому факту, что чувства ауры были крайне приглушены морским дном, в котором была вырыта большая часть комплекса.

В возникшем хаосе Тень выскользнул из тени члена ордена, в которой прятался, и перебрался в одну из многочисленных теней вокруг зоны стыковки. Их было предостаточно, они отбрасывались гирляндами светящихся камней, свисавших с высокого потолка.

В тот момент, когда подавление ауры от судна прекратилось, его больше не сдерживала их мощная магия блокировки чувств, и он снова обрел связь со своими другими «я». Воспоминания его других тел хлынули потоком, словно давно забытый опыт, внезапно и ярко воскрешенный ностальгическим запахом. Другие тела Тени точно так же получили воспоминания, которые он приобрел, скрываясь в цитадели ордена.

* * * На стыковочной станции подводных лодок Джейсон вышел из тела Тени за штабелем деревянных ящиков в два раза выше него самого. Он сдержал свою ауру, чтобы его не обнаружили, но силы его чувств все равно хватало, чтобы оценить обстановку. Перед большим транспортным судном ощущались остаточные ауры работников объекта, а также разбросанные там, где они бежали, прежде чем Орден Искупительного Света их перебил. Единственными живыми людьми в большом доке была группа из четырех членов ордена, по-видимому, охранявших единственный путь к отступлению из объекта.

Чувства Джейсона проникали вглубь объекта лишь на несколько комнат, прежде чем блокировались. Вырубленное прямо в камне под морским дном, что-то в этом материале, по-видимому, препятствовало магическим чувствам. Это была не искусственная установка, а природное свойство камня.

— Что блокирует мои чувства? — тихо спросил Джейсон. Сила Тени, скрывавшая Джейсона от различных чувств, не давала голосу Джейсона быть слышимым для кого-либо, кроме самой Тени. Даже активацию экрана приватности почувствовали бы члены ордена в доке, не говоря уже о том, если бы он заговорил вслух. Их духовные атрибуты серебряного ранга делали их чувства достаточно острыми, чтобы уловить даже шепот.

— Глубинный гранит, — ответил Тень. — Это экономически эффективное средство блокировки чувств низкого и среднего ранга, поэтому они, вероятно, добывают сам камень вместе с рудами, расположенными в этом районе. Обычно он не блокирует такие сильные чувства, как твои, но когда его слой толщиной в метры, даже ты не сможешь чувствовать дальше, чем на комнату или две.

— Этого хватит, чтобы остановить порталы и способности связи?

— Да. Вероятно, и твою способность картографирования тоже, хотя сила твоей ауры, возможно, позволит продвинуть все эти способности дальше, чем у большинства.

— Тогда нам придется перенести всех порталом в эту комнату и отправиться в погоню за орденом, вместо того чтобы стратегически расставлять их по объекту.

— Именно так.

— Ты вводишь Лиару в курс дела?

— Да. Пока я это делаю, она готовит специалистов по порталам и команды, включая ту особую группу, которую ты запрашивал.

— У нее они действительно были? Я просто рискнул и спросил, потому что она была занята инфильтраторами Строителя. Там правда целая команда?

— Да. Она назначает их на обеспечение безопасности дока, как единственного пути выхода, будь то через портал или транспортное судно.

— Должен признать, дальновидность впечатляет, хотя опасно позволять им просто так болтаться без дела.

— И все же ее усилия, похоже, окупятся, — сказал Тень. — Услышав план мисс Белинды, леди Лиара решила разыграть эту карту.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Ты рассредоточься по объекту и проводи разведку. Мы не сможем общаться, кроме как на коротких дистанциях, но это гораздо лучше, чем ходить вслепую. Я вернусь назад; держи здесь одно тело, чтобы я мог переместиться. Как только я открою настоящий портал, скрыть это от охраны здесь не получится.

Тела Тени вышли из Джейсона и растворились в тенях. Джейсон шагнул в одно из них и исчез.

* * * Басеф Римарос поторопил подчиненных, загоняя их в безопасную комнату, а затем запечатал ее за ними. По всему объекту было несколько таких комнат, и он надеялся, что супервайзеры загоняют своих людей внутрь. Они были спроектированы так, чтобы выдержать затопление объекта, а не налет, но были прочными, надежными и располагали магическими ресурсами, чтобы поддерживать жизнь обитателей в течение нескольких дней, пока не прибудет помощь.

Сам Базеф не вошел; ему нужно было сделать все возможное, чтобы помощь пришла. У него был маяк ауры, который мог подать сигнал его жене, но в большей части объекта он не работал. Он лишь предупредил бы ее о неприятностях, а не о их характере, но он верил, что она будет осторожна и решительна. Он никогда не думал, что воспользуется этой штукой, но теперь ему нужно было добраться до дока, чтобы активировать ее, а это было небезопасно.

Был большой шанс, что он даже не сработает, если он благополучно доберется до дока. Один из запаниковавших сотрудников, побудивших Базефа приказать персоналу укрыться в безопасных комнатах, сказал ему, что сигнальные маяки охранников были как-то отключены. Тем не менее, Базеф должен был попытаться. Если никто не узнает о происходящем достаточно быстро, существовал вполне реальный шанс, что когда это случится, останутся лишь трупы.

В слабой надежде, что сможет позвать на помощь, Базеф продолжал пытаться помочь своим людям. В его обязанности входила защита персонала объекта от одетых в белое убийц, рыскающих по туннелям, насколько это было в его силах. Его «лучшее» было не так уж велико — он не питал на этот счет иллюзий, — но он сделает все, что сможет.

Базеф уже сталкивался с некоторыми рейдерами, которые заметили его и преследовали, пока он не сбежал после полной ужаса гонки. Если бы не его доскональное знание запутанной системы туннелей объекта, его бы уже поймали и, вероятно, убили. Он прошептал молитву благодарности Богине Знания, прежде чем продолжить свой путь, двигаясь быстро, но осторожно.

* * * Лиара быстро собирала силы, стягивая команды серебряного ранга на один из плацдармов Общества искателей приключений. К сожалению, у нее не было доступа к золотому рангу, который обладал бы способностью портала и при этом бывал на объекте. Это означало, что она будет использовать исключительно серебряные ранги, пока золотой ранг не сможет добраться до объекта долгим путем.

Двое специалистов по работе под водой уже были в пути и должны были прибыть менее чем через час. Это было слабым утешением для людей, уже погибавших от налета почитателей Чистоты, поэтому немедленная отправка серебряных рангов была критически важна.

Пока команда собиралась, Тень продолжал вводить Лиару в курс дела относительно того, что он обнаружил, будучи запертым в цитадели врага. Лиара не стала ждать, как только поняла, что происходит, позволив Тени ввести ее в курс дела, пока она организовывала ответные меры.

— ...конкретные материалы, чтобы построить свою собственную версию фабрики конструктов Строителя. Они намерены зачистить персонал горнодобывающего комплекса, оставив лишь столько, сколько нужно для погрузки того, что им требуется. Они выбрали время на основе информации, которую, как я полагаю, получили от своего пленника, Гибсона Амуза.

— Кстати о нем... — сказала Лиара, глядя вверх, туда, где Кассин Амуз спускался, словно ракета. Он приземлился с такой силой, что треснули плиты под его ногами, которые тут же начали восстанавливаться. Плацдармы Общества искателей приключений всегда строились с расчетом на подобные нагрузки.

Кассин посмотрел на Лиару, а затем на Тень, стоявшего рядом с ней.

— Ты тот, кто видел моего сына? — потребовал он. Лиара немедленно активировала экран приватности.

— Я не видел вашего сына, — сказал Тень. — Я был в месте, где удерживают вашего сына.

— Где он?

— Я не знаю, прошу прощения, — сказал Тень. — Однако я уверен, что он все еще жив.

— Скажи мне, где...

Кассин угрожающе шагнул к Тени, но тут из теневого тела вышла другая фигура. Это был невысокий мужчина, облаченный в кроваво-красные авантюристские мантии и невероятно темный плащ. Из-под капюшона выглядывала пара инопланетных глаз. Кассин был ошеломлен своей неспособностью почувствовать хоть какую-то ауру от человека, стоявшего прямо перед ним.

— Я понимаю ваше горе, лорд Амуз, — сказал Джейсон. — Мы не знаем, где ваш сын — пока что. Фанатики очень осторожны в том, какую информацию выдавать.

— Посадите меня с одним из них в комнату, и они заговорят.

— Нет, не заговорят, сэр, — сказал Джейсон, — и я думаю, вы это знаете. Сейчас разрабатывается план, чтобы определить местонахождение их главной базы, раскрыть ее и спасти вашего сына.

— И этот план?..

— В процессе, — сказал Джейсон. — А поскольку время не ждет, нам стоит приступить, да?

— Я знаю, кто вы, Джейсон Асано. Я слышал истории и слухи. Вы так же хороши, как говорят?

— Да.

Кассин коротко, резко кивнул, а затем протянул небольшой яйцевидный кристалл.

— Магическая карта объекта. У вас есть способность картографирования?

Джейсон взял кристалл, который тут же растворился у него в руке.

— Есть.

— Пожалуйста, найдите моего сына.

Джейсон откинул капюшон, открыв лицо.

— Я сделаю все, что в моих силах, лорд Амуз. А мои силы — чертовски хороши.

Через мгновение Лиара объясняла план собранным командам, каждая из которых состояла из элиты гильдии, включая остальную часть команды Джейсона. Было также несколько пользователей порталов.

— У каждой команды будет карта и задание, — объявила Лиара. — Команда «Очищающий ветер» обеспечит безопасность дока, в то время как у других команд есть назначенные целевые локации. Ищите и защищайте персонал базы, попутно устраняя любое сопротивление. Постоянные приказы о приоритете захвата, если это возможно, отменяются на время этой миссии. Устраняйте их и безопасно выводите людей.

Лиара начала распределять целевые локации на карте комплекса, проецируемой из кристалла. Ее помощник, Родни, раздавал дополнительные карты. Он раздавал как магические, подобные той, что дали Джейсону — для тех, у кого есть способности к навигации, — так и проекционные, как у Лиары, по одной на команду.

— Как видите, — продолжила Лиара, — объект чрезвычайно сложен. Любой, у кого есть способность к навигации, справится лучше, чем те, кто использует проекционную карту, поэтому следуйте за ними, если в вашей команде есть такой человек. Этим командам назначены самые глубокие целевые локации. Имейте в виду, что ваши магические чувства будут значительно ослаблены. В этот раз вы будете полагаться на свои глаза и уши.

Жестом она увеличила область дока на карте.

— У нас есть один пользователь порталов, который может открыть портал к нашей целевой локации, — продолжила Лиара. — Это единственное место, где будут работать порталы. Он откроет портал, пропуская других пользователей порталов, которые немедленно откроют новые порталы, чтобы пропустить наших людей. Имейте в виду, что враги узнают о нас в тот же момент, как откроется первый портал, так что не валяйте дурака. Действуйте быстро и чисто, как только откроется вторая серия порталов, потому что вы будете входить в самое пекло. Мой муж — один из гражданских, которых нам нужно спасти, поэтому, если я увижу хоть намек на гильдейскую вражду, замедляющую эту операцию, я лично казню всех причастных прямо здесь, на этом плацу, ясно?

Не дожидаясь ответа, она повернулась к Джейсону.

— Вперед.

МЫ СРАЖАЕМСЯ С МОНСТРАМИ

МЫ СРАЖАЕМСЯ С МОНСТРАМИ

Джейсон вернулся в док подводных лодок, снова появившись из тела Тени за высокой стопкой ящиков. Он тут же вышел из-за них, не пытаясь скрыться, и его аура хлынула наружу. Её гнетущее присутствие замаскировало появление портала, открывшегося позади него и всё ещё скрытого ящиками. Четверо последователей Чистоты и вдвое большее число чистых Преобразованных тут же обернулись, когда он смело зашагал в их сторону.

Враги не бросились в атаку сразу, осторожно оглядываясь в поисках других противников. Джейсон тоже не спешил, пересекая док; он заставил свой плащ развеваться вокруг себя, несмотря на отсутствие ветра. Он вытащил меч, и белая печать на чёрном клинке стала кроваво-красной.

* Вы использовали способность призыва [Клинок Рока], чтобы призвать [Погибель, Клинок Невзгод]. * Оружие [Воля Гегемона] предотвратило призыв, получив все свойства призванного оружия.

* [Воля Гегемона] получила типы: нечестивый, проклятие, болезнь и яд. * Атаки, совершённые [Волей Гегемона], теперь обновляют любые эффекты ран на цели. Эффекты ран, обновлённые [Волей Гегемона], требуют большего исцеления, чем обычно, чтобы их нейтрализовать. * Атаки, совершённые [Волей Гегемона], теперь накладывают [Уязвимость], [Погибель Крови], [Погибель Плоти] и [Погибель Духа].

— Ты уверен, что не нашёл способа быть ещё драматичнее, мистер Асано?

— Сейчас не совсем подходящее время, Тень.

— Может, дымовая шашка?

— Ты видишь людей, которые идут в атаку на меня, верно?

— Фоновый хор, распевающий твоё имя медленными, зловещими тонами?

— Ты вряд ли в том положении, чтобы критиковать кого-то за...

Джейсон не закончил фразу, так как он и враги сблизились. Его неспешный шаг сменился быстрыми, резкими движениями, а плащ заструился вокруг, скрывая его фигуру. Он двинулся прямо в гущу врагов, застав их врасплох: его клинок замелькал на конце теневой руки, которая двигалась так, как не могла бы рука из плоти и костей. Обладая большей длиной и гибкостью, чем его настоящие руки, теневая конечность и удерживаемое ею оружие больше напоминали меч-кнут. Они двигались быстро и непредсказуемо, но наносили лишь неглубокие порезы.

Джейсон пнул одного пользователя эссенции в воду, танцуя среди врагов; их плотное построение мешало им сковать его неуловимые движения, но они быстро адаптировались. Некоторые отступили, давая пространство остальным и шанс прочитать заклинания очищения. Они прекрасно знали, с кем сражаются и на что он способен.

Джейсон не слишком старался уклониться от их попыток окружить его, и вскоре оказался в кольце. Он превосходил врагов, особенно Преобразованных, но те быстро оправились от неожиданности его тактики. Что делало их неожиданными, так это их неадекватность, доказанная тем, что вскоре он начал испытывать трудности с их количеством. Луч света пробил его плащ, оставив почерневший ожог на доспехах, а меч Преобразованного, охваченный пламенем, вонзился в плоть его руки.

Как раз когда казалось, что они имеют дело с крайне опрометчивой засадой, один из членов ордена, отступивший назад, почувствовал нечто сквозь ауру, которую Джейсон использовал, чтобы накрыть док. Пять порталов, открывшихся почти одновременно, было трудно не заметить, даже будучи отвлечённым внезапной атакой и подавляющей аурой.

Она крикнула остальным, но было слишком поздно. Фигура катапультировалась с вершины близлежащих ящиков, подброшенная магией. Джейсон использовал свой теневой плащ, чтобы исчезнуть, когда Хамфри приземлился на его место, послав ударную волну, которая пошатнула врагов. Им потребовалось всего мгновение, чтобы прийти в себя, но Хамфри использовал это же мгновение, чтобы взмахнуть своим огромным мечом.

«Неудержимая сила» была самой мощной одиночной атакой в арсенале Хамфри. К тому же, никто не смотрел на неё свысока только потому, что это была обычная способность от обычной эссенции. Она не только наносила колоссальный урон, но и значительная его часть была резонирующей и разрушающей силой, что делало её эффективной против любой формы защитного барьера. Она также продолжала действовать, поражая всех, кого можно было задеть одним взмахом.

Благодаря людям, обступившим Джейсона, который исчез, чтобы освободить место для Хамфри, в пределах досягаемости его массивного меча-дракона оказалось полдюжины врагов. Он взмахнул им по полному кругу, скорее как дубиной, чем мечом. Каждый удар вызывал эффект серебряного ранга: взрыв ударной волны, который вырывался из спин врагов, врезаясь в тех, кто стоял позади, и отбрасывая их всех прочь.

Двое были отправлены в полёт с дока в воду. Преобразованные бросились на Хамфри, в то время как пользователи эссенции призывали их остановиться, но было слишком поздно. Очень обычную силу Хамфри было легко распознать, поэтому пользователи эссенции знали, что её эффект бронзового ранга — сокращение времени восстановления за каждого поражённого врага. Попадание по полудюжине означало, что как только Преобразованные снова оказались в пределах досягаемости, Хамфри взмахнул мечом снова.

Даже самая мощная атака Хамфри, усиленная его собственной жизненной силой и усиливающим заклинанием Нила, не была достаточной, чтобы свалить обладателей серебряного ранга. Дни Хамфри, когда он на низких рангах убивал всё на своём пути с одного удара, остались далеко позади. Однако его влияние на серебряном ранге было, возможно, даже большим, потому что любой человек этого уровня привык ощущать определённый уровень неуязвимости.

Огромная жизненная сила внутри обладателя серебряного ранга делала их чрезвычайно трудными для убийства, поэтому колоссальное количество урона, которое Хамфри нанёс за мгновения, было таким же ментальным шоком, как и физическим. Это было гораздо вернее для пользователей эссенции, чем для Преобразованных, которые не были полностью похожи на дронов, но чьё онемевшее мышление не обладало воображением, чтобы быть по-настоящему испуганным. К счастью, они представляли меньшую угрозу.

Хамфри сработал как бомба, поставив врага в невыгодное положение — или просто на спину — в то время как дополнительные искатели приключений вырвались из-за ящиков, где были открыты порталы. Как и Орден Искупительного Света поступил с охранниками дока всего несколько минут назад, их часовые были подавлены числом.

* * * Базеф оставил попытки добраться до доков, чтобы активировать свой маяк и подать сигнал жене. Он, возможно, знал комплекс гораздо лучше захватчиков, но их огромное количество делало эту попытку слишком рискованной. Он насчитал несколько команд пользователей эссенции, а также других людей, которые были чем-то совершенно иным. Формально они были людьми, но их ауры казались пустыми, как будто их выпотрошили.

Аура Базефа была довольно сильной, находясь в верхних пределах серебряного ранга. Ему всё ещё потребовалось бы несколько лет, чтобы догнать золотой ранг жены, используя ядра монстров, поскольку даже с их привилегированным положением лавину необходимых ядер было нелегко достать.

Его контроль ауры также был солидным, не только как того требовало членство в высшем обществе, но и из-за жены. Она была специалистом по скрытности с обширными чувствами ауры и испытывала трудности с тем, чтобы полностью расслабиться рядом с небрежными аурами. Она позаботилась о том, чтобы его контроль соперничал с большинством искателей приключений.

Результатом стало то, что благодаря его опыту владения аурой и подавляющим чувства стенам, Базеф оставался непойманным, несмотря на несколько опасных моментов. Как только он понял, что попытка добраться до дока была тщетной, он перешёл к следующему пункту своей повестки дня. Прежде чем сделать это, он остановился в скрытом месте, чтобы собраться с духом. Это был радикальный шаг по многим причинам.

Базеф никогда никого не убивал. Он был администратором, который всю жизнь управлял сетями снабжения и высокоценными горнодобывающими объектами. Но если он запустит системы окончательной обороны комплекса, люди погибнут. Надеюсь, захватчики, но шансы были высоки, что не все выжившие рабочие успели добраться до безопасных комнат. Даже так, он видел мало альтернатив. Без возможности отправить сигнал, пройдёт много часов — если не дней, во время всплеска монстров — прежде чем кто-то поймёт, что на объекте что-то не так. Этого было более чем достаточно времени для захватчиков, чтобы найти путь к безопасным комнатам.

Базеф сжал руки в кулаки, а затем разжал их снова и снова, зажмурив глаза. Наконец, он открыл глаза и отправился в путь.

* * * Лидером экспедиции по спасению горнодобывающего комплекса была Коринна Пескос. Джейсон уже работал с её командой однажды, хотя их отношения были не из лучших. Джейсон, вместе с Веспер и Зарой Римарос, был прикомандирован к экспедиции с командой Коринны в то время, когда Джейсон был не в лучшем состоянии. Его склонность уходить в одиночку, его дикость и его опасное, загадочное поведение не расположили к нему ни её, ни её команду.

Что касается Джейсона, присутствие Коринны и её команды напоминало Джейсону о принцессе Веспер и Джени Кавалоа, обладательнице золотого ранга, которая возглавляла ту экспедицию. Кавалоа была не более довольна Джейсоном, чем Коринна, но они пришли, по крайней мере, к взаимному уважению, и Джейсон довольно хорошо к ней относился. Ей пришлось возиться с интригующей принцессой и нестабильным психом в лице Джейсона, когда всё, что она хотела — это выполнять свою работу.

Веспер и Джени погибли вместе, защищая Римарос от летающего города Строителя. Пожертвовав собой, чтобы выиграть время для оружия, которое уничтожило город, они были прославлены как герои.

Чувства Джейсона по поводу героического самопожертвования были смешаны с замешательством и виной. Он жертвовал своей собственной жизнью не раз, иногда зная, что вернётся, а иногда нет. Он задавался вопросом, не в первый раз, что делало его достойным такой милости, в отличие от людей, которые умирали за других, в полной уверенности, что не вернутся. Он всегда приходил к одному и тому же ответу — ничто, что оставляло его в смятении.

Джейсон обдумывал эти чувства, наблюдая, как Коринна раздаёт указания. Это было ещё одно дело, с которым ему придётся разобраться вместе с Арабель, размышлял он, хотя он всё больше чувствовал себя неловко, занимая так много её времени. Травм вокруг было более чем достаточно, и Церковь Целителя держала её чрезвычайно занятой.

— Почему это она главная? — прошептал Нил, продолжая слушать Коринну. Они были далеко не единственной группой, тихо переговаривавшейся между собой, пока Коринна раздавала директивы, повторяя задачи различных команд. Обладатели серебряного ранга были более чем способны распределять внимание, поэтому они ничего не упускали.

— Никто бы даже не узнал об этом без нас, не говоря уже о том, чтобы отреагировать.

— Нужен молоток, чтобы забить гвоздь, — сказал Хамфри. — Это не значит, что нужно позволять молотку решать, куда идёт гвоздь.

— Что это значит? — спросил Нил.

— Это значит, что в экспедиции, — сказал Хамфри, — у каждого своя роль. Нужно доверять лидеру, особенно в наспех собранной экспедиции, а всё, что эти люди знают о нас — это то, что они знают о Джейсоне. Станут ли они доверять ему больше, чем одному из своих, кого они знают и уважают годами?

Нил посмотрел на Джейсона, который посмотрел в ответ и пожал плечами. Он знал, что их впечатление, вероятно, хуже, чем то, что представлял себе Нил.

— Справедливо, — признал Нил, снова переключив всё своё внимание на Коринну.

— ...и команда «Очищающий ветер» сохранит контроль над доком, — продолжила она. — Поскольку коммуникационные способности не будут работать глубже в комплексе, мы будем использовать специалистов по разведке и скрытности в качестве посыльных и наблюдателей, чтобы поддерживать связь. Это включает фамильяров из различных команд, с которыми вы уже были представлены. Мы только что захватили врага здесь, и я не хочу, чтобы то же самое произошло с любой из наших команд.

— Я бы с удовольствием взглянул на те суда, которые использует Орден Искупительного Света, — сказал Клайв, разглядывая транспортные средства.

— Как и каждый артефактор в этой комнате, — сказал Хамфри. — Приоритеты.

— Я посмотрю, смогу ли украсть для тебя одно, — сказала Белинда.

— Нет, не сможешь, — твёрдо сказал ей Хамфри.

— О, да, конечно, нет, — сказала она неубедительно, кивая Клайву за спиной Хамфри.

* * * Команды задержались в доке лишь на несколько минут, необходимых для оценки обстановки и отправки первых разведчиков, включая Софи. Коринна нашла время, чтобы быстро повторить брифинг Лиары, прежде чем разведчики вернулись и команды отправились в путь. Команда Джейсона имела способность Джейсона к картографированию для навигации, наряду с мощными чувствами Джейсона и множеством вариантов разведки в лице Джейсона, Софи и Тени. Соответственно, они были назначены на локации, расположенные глубже всего в комплексе.

Тень разведывал объект с тех пор, как Джейсон выпустил большинство своих тел ещё до прибытия экспедиции. Они уже докладывали различным командам о местонахождении врага и диспозиции персонала объекта. Это помогло команде Джейсона свернуть на путь группы Преобразованных, с которыми они быстро расправились. Команда остановилась на мгновение, чтобы осмотреть людей, которых они убили.

— Думаю, эти бедные ублюдки могут быть в большей степени жертвами Чистоты и его маниакальных последователей, чем кто-либо ещё, — сказала Белинда, затем настороженно посмотрела на Софи, как это сделали Джейсон и Хамфри.

— Я в порядке, — сказала она. Чувства ауры Джейсона дали ему понять, что она лжёт, как и близкое знакомство Хамфри и Белинды с ней, как с возлюбленной и другом соответственно.

Гнев отразился на лице Хамфри, и Джейсон отразил его чувства. Их гнев в тот момент был направлен не на Чистоту, а на Каллума Морса. Кэл прибыл на сборный пункт, когда команды собирались и вот-вот должны были отправиться в путь, когда он сбросил бомбу на команду. Из всех моментов, чтобы сказать им, что мать Софи возглавляет Орден Искупительного Света, когда они собирались сражаться с ними по приказу не брать пленных, это был едва ли не худший выбор, который он мог сделать. Софи надела стоическую маску, не показав никакой реакции, но она не могла скрыть своё смятение от Джейсона, Белинды и Хамфри.

Пока они с беспокойством смотрели на Софи, Нил и Клайв были сосредоточены на Преобразованных, трансформированных очищенными часовыми ядрами.

— Строитель, Чистота, — горько пробормотал Клайв. — Они продолжают делать эти вещи с людьми. Когда мы вернёмся к сражениям с монстрами?

— Мы сражаемся с монстрами, — сказал ему Нил. — И мы собираемся убить их всех.

ПРОСТО АДМИНИСТРАТОР

ПРОСТО АДМИНИСТРАТОР

Неудивительно, что у служителей Чистоты было предостаточно сил, способных снять с Джейсона его недуги. Эти недуги отличались необычайной стойкостью и при удалении причиняли боль, но задача была вполне выполнимой. Особенно если учесть, что Орден Искупительного Света, по-видимому, отлично понимал, на что он способен. Джейсон полагал, что эта информация, скорее всего, исходила от Строителя, когда тот заключал сделку о его устранении.

Из-за этих факторов скрытные перемещения с целью накладывать недуги на служителей в ходе вылазок «ударил-убежал» стали проигрышной стратегией. Когда это быстро стало очевидно, Джейсон всё равно сосредоточился на том, чтобы накладывать на них недуги в ходе таких вылазок. Это заставляло их готовиться к неуловимым и уклончивым атакам, заставляя следить за каждой тенью. Это выводило врага из позиции, необходимой для реагирования на более обычную атаку, с чем они и столкнулись, когда Хамфри вылетел из туннеля, а его спутники — следом за ним.

Неожиданные атаки целых команд были редкостью за пределами низких рангов. Если только команда не специализировалась на скрытности и засадах, как команда Лиары, способность чувствовать врагов на значительном расстоянии означала, что внезапные атаки обычно исходили от отдельных лиц. Камень, подавляющий чувства, который окружал их, изменил эту динамику, позволяя группам сталкиваться друг с другом. Однако чувства Джейсона сглаживали это для его команды, давая им достаточно времени для использования тактики засады.

Переход от отражения неуловимых атак Джейсона к сопротивлению натиску Хамфри требовал совершенно иного подхода. Агрессивная физическая мощь Хамфри не давала им шанса перегруппироваться; он врезался во врага и нарушил их строй. Команда применила стратегию, которую они часто использовали ещё с железного ранга. Сделав основной упор на Хамфри, они нагрузили его мощными баффами, защитой, а также уделили приоритетное внимание щитам и лечению, чтобы максимально усилить его угрозу и защитить от ответных ударов врага.

Остальные члены команды чередовали нарушение строя врага, чтобы сохранить инициативу, как Софи, или обрушивали на них урон, как Клайв. У команды было преимущество в виде чувств Джейсона и разведки Тени, что давало им шанс устроить засаду, поэтому мощные посох и жезл Клайва уже были усилены ритуалами, и он начал атаку с размахом.

В отличие от открытых доков, в туннелях не было места для огромного меча-дракона Хамфри, и вместо него он использовал другое свое призванное оружие. «Меч бритвенного крыла» также был сильно стилизован под крыло, но больше напоминал крыло золотисто-серебристой птицы. Задняя кромка одноручного клинка представляла собой пилообразный ряд глянцевых металлических перьев.

Перья были нужны не только для красоты: они срывались с меча, танцуя вокруг Хамфри в вихре радужных лезвий. Они присоединились к кристаллам, уже парящим вокруг него, которые восстанавливали его ману и перехватывали магические снаряды. Поскольку перья могли перехватывать физические снаряды, это было эффективной защитой от атак дальнего боя, хотя в ограниченном пространстве туннелей это было меньшей проблемой.

«Меч бритвенного крыла» был меньше и легче своего аналога — меча-дракона. Это делало его более полезным в замкнутых туннелях и позволяло Хамфри сражаться с большей изящностью. С более тяжелым мечом значительная часть стиля боя Хамфри заключалась в управлении весом оружия, используя его для максимизации своей огромной силы. Это требовало обманчиво большого мастерства, несмотря на то, что результаты казались грубыми и жестокими. С меньшим мечом он по-прежнему эффективно использовал свою силу и стойкость, но также мог продемонстрировать всю жизнь тренировок в гораздо более узнаваемой манере.

Как правило, чем выше ранг искателя приключений, тем больше он ценит открытое пространство для боя. Мобильность возрастала, силы всё чаще охватывали более широкие области, и даже базовая физическая сила серебряного или золотого ранга быстро разрушала большинство окружений. За исключением тех, кто процветал в темных, замкнутых пространствах, таких как специалисты по убийствам или Джейсон, большинство искателей приключений чувствовали себя некомфортно, когда не могли свободно передвигаться. Это могло означать пребывание на улице или прорыв через преграды, но естественно магический камень, из которого были вырыты туннели, не позволял подобных вольностей.

Именно здесь проявилась универсальность команды Джейсона. На острове Строителя они работали с «Командой Рабочая Пила», которая регулярно доказывала свою эффективность благодаря своей рациональной, ортодоксальной тактике и стратегии. В тесных туннелях ситуация была бы обратной, если бы они были здесь, чтобы увидеть это, но их не выбрали для этого поспешно выданного контракта. Лиара прекрасно знала, какие команды будут наиболее полезны.

Каждый присутствующий член команды внес свой вклад: от щитов Нила до ударов посохом Клайва и Сташа в виде щупальцевого монстра на потолке. Софи танцевала сквозь хаос, такая же свободная, словно на празднике, а перья Хамфри и атаки Клайва облетали её, будто по хореографии. Джейсон, о котором теперь забыли как об угрозе, был свободен «накачивать» эссенцией пользователей, пока Хамфри и Клайв сосредоточились на Преобразованных.

Монструозная форма Сташа представляла собой плоскую мясистую кляксу, прилипшую к потолку, словно слизь. Её главной особенностью была круглая пасть, окруженная несколькими рядами акульих зубов, а изнутри пасти высовывались три щупальца. Щупальца затаскивали Преобразованных в пасть, чтобы их пережевали, а затем выплевывали обратно, прежде чем перейти к следующей жертве.

Бой стал легкой победой для «Команды Бисквит» и завершился, когда заклинание казни Джейсона растворило последнего служителя Чистоты в радужном дыме. Пока команда использовала способности Джейсона или Нила к мародерству, чтобы собрать добычу с тел, Джейсон посмотрел на Сташа, всё еще прилипшего к потолку.

— Не могу понять, эта форма потрясающая или отвратительная, — сказал он фамильяру, который ответил зловонием, почти соперничающим с ядовитостью радужного дыма.

— Ладно, теперь могу, — сказал Джейсон сдавленным голосом, зажимая нос.

— Давайте не будем медлить, — сказал Хамфри, держа перед собой проекцию карты из кристалла. Джейсон мог позволить другим смотреть на свою карту, но для остальных она выглядела бы так же, как и проекция. Только сам Джейсон получал более глубокое понимание планировки благодаря своей способности.

— Нам еще предстоит долгий путь, — добавил Хамфри, — а потом обратно с теми, кого мы сможем спасти. Мы не сможем передать тех, кого найдем слишком глубоко в комплексе.

Они уже обнаружили одну безопасную комнату, полную людей, вместе с группой чистых Преобразованных, пытавшихся взломать её. Они устранили врага, и гражданские открыли дверь изнутри. Команда передала их другой группе, специально предназначенной для сопровождения эвакуируемых.

Эту команду возглавлял Видал Ладив, которого Джейсон и остальные были удивлены увидеть в составе экспедиции. У искателя приключений-бюрократа не было способности к картам, но он много раз посещал объект за годы работы с городскими властями Римароса. Это сделало его единственным участником экспедиции с личным опытом навигации по комплексу. Поскольку он недавно достиг серебряного ранга, он как раз прошел квалификацию для участия.

— Я всё еще не могу разобраться в этой карте, — сказал Нил, вглядываясь в трехмерную проекцию, которую вывел Хамфри. — Она выглядит как запутанный клубок ниток и камней.

— Мы здесь, — сказал Клайв, указывая куда-то в середину, а затем в нижнюю часть. — А направляемся сюда.

— Я немного беспокоюсь о людях, которых мы найдем глубоко внизу, — сказала Софи. — Будет трудно защищать людей на обратном пути, если мы ввяжемся в драку в этих туннелях.

— Вот почему у нас есть план «Б», — сказал Джейсон.

— Мне не нравится план «Б».

— Вот почему это не план «А», — ответил он ей.

— Меня беспокоит то, о чем предупреждал лорд Амуз, — сказал Нил. — Если это случится посреди спасательной операции, будет полный бардак.

— Он сказал, что, скорее всего, этого не произойдет, — сказал Хамфри.

— Ага, а у нас никогда ничего не идет не так, — парировал Нил. — Как только он это сказал, я понял, что это произойдет. Испытывать судьбу — одно дело, но когда этот парень испытывает нашу... Это не должно считаться.

— Хамфри прав, — сказал Клайв. — Потребовался бы кто-то из старшего персонала, чтобы не только избежать безопасных комнат, но и убедиться, что помощь не придет, а затем успешно добраться до нескольких мест в комплексе, кишащем врагами, и всё это — не попавшись. Если бы кто-то вообще попытался это сделать, он был бы мертв. Какой администратор смог бы и захотел бы провернуть такое, даже серебряного ранга?

Аура принцессы Лиары обладала силой и экспертным контролем, чтобы скрыть её эмоции от Джейсона, но он наблюдал за её языком тела, когда Кассин Амуз объяснял возможность диверсии со стороны персонала объекта. Её реакция была чрезвычайно тонкой, но он заметил её. Джейсон знал, что брак Лиары был политическим, но ему было трудно представить, что она вышла бы замуж за кого-то обычного, даже если он был шахтером. Если она всё еще проявляла такой уровень беспокойства после десятилетий брака, значит, он не просто какой-то администратор.

— В чем Хамфри прав, — сказал он, — так это в том, что нам пора двигаться.

* * * Инфраструктурные узлы, расположенные по всему комплексу, представляли собой большие камеры, заполненные сложными артефактами. Некоторые были откровенно магическими, как стеновая панель с дюжиной отверстий, из которых торчали разноцветные кристаллы. Другие больше походили на промышленное оборудование — стальные чудовища, излучающие жар и пар, отчего в комнате становилось невыносимо душно.

В одной из таких комнат Басеф Римарос стоял перед большим металлическим ящиком. Помимо плоской узкой секции, верхняя часть ящика была наклонена под углом сорок пять градусов, с выступами для удержания мозаики из квадратных керамических панелей. Последовательность плиток управляла системами, контролируемыми через узловую комнату, каждая плитка несла сложный символ, светящийся зеленым светом. Цвет отражал состояние различных систем, все из которых работали в идеальных диапазонах. Обычно Басеф был бы рад, что его объект работает оптимально, но теперь он сам собирался его саботировать.

Он достал кристаллический проектор записи из своей пространственной сумки-саквояжа и поставил его на плоскую узкую часть ящика. Проекция ожила над проектором после того, как он достал записывающий кристалл и вставил его. Проекция изображала последовательность плиток, похожую на ту, что была на панели перед ним, и по мере воспроизведения проекции плитки начали сдвигаться. Сначала поставив проекцию на паузу, Басеф начал переставлять плитки.

Продолжая расставлять плитки, Басеф неоднократно обращался к проекции, проигрывая её вперед и назад через различные отображаемые последовательности. При этом символы на плитках меняли цвет, один за другим. Медленно, по мере того как он проходил одну последовательность за другой, свечение на плитках менялось с оранжевого на красный. После долгого набора последовательностей плиток последние плитки наконец стали красными, только для того, чтобы каждая плитка внезапно погасла одновременно.

— Отлично, — пробормотал Басеф про себя. — Какой идиот настоял на установке дополнительных предохранительных выключателей?

Он вытащил монтировку из своей сумки и обошел ящик сбоку.

— О, точно, Басеф; это был ты. Отличная работа.

Он принялся загонять острый край монтировки между двумя панелями на боковой стороне ящика.

— Будем надеяться, что это не добавит столько времени, что все умрут, потому что слишком долго саботировать собственную чертову шахту.

Панель отвалилась, и он запихнул монтировку обратно в сумку, вытащив вместо неё молоток и зубило, а также светящийся камень. Он присел, чтобы заглянуть внутрь ящика, и протолкнул светящийся камень, который завис в воздухе, освещая внутренности. Внутри ящика находился ряд вертикальных стержней, покрытых рунами. Он знал, что стержни обычно светятся, но керамическая панель сзади была единственной, которая светилась, символ на ней горел резким красным цветом.

Встав на четвереньки, Басеф взял молоток и зубило и залез как можно дальше в ящик, так как отверстие было слишком узким для его плеч. До керамической панели было трудно добраться, так как она была намеренно спроектирована именно так, чтобы предотвратить именно тот вид вмешательства, который пытался совершить Басеф.

— Вот и всё, — пробормотал он. — С этого момента я буду халтурить на работе.

* * * Разведчица команды Мелоди вернулась туда, где она прочесывала местность впереди.

— Я нашла еще одну безопасную комнату, — доложила она.

Мелоди достала кристаллический проектор и вставила кристалл. У Гибсона Амуза были карты каждого крупного комплекса во владениях его семьи, но только по одной карте каждого. В цитадели Ордена Искупительного Света не было оборудования для копирования проекционных кристаллов, а риск потери времени и потенциального разоблачения заставил Мелоди отказаться от идеи копирования их в одном из городов Моря Штормов.

Поскольку карта была только одна, Мелоди лично взяла на себя руководство командой, использующей её. В то время как другие команды в основном охотились за товарами, хранящимися в верхних ярусах комплекса, ближе к доку, определенные ключевые материалы хранились в более надежных хранилищах. Для доступа к этим хранилищам требовался либо эксперт, способный их взломать, чего у Мелоди не было, либо нужно было найти людей, которые могли их открыть. Это были все высокопоставленные чиновники шахты.

Поскольку люди из дока успели сбежать и поднять тревогу на объекте, ключевой персонал к этому времени уже должен был находиться в безопасных комнатах, скорее всего, в административных секциях в середине комплекса. В безопасные комнаты тоже было трудно попасть, но не так трудно, как в сами хранилища. Это заняло бы больше времени, чем хотелось бы Мелоди, но она могла себе позволить потратить его, поскольку им удалось помешать охранникам подать сигнал о помощи. Даже если ожидаемый транспорт прибудет с опозданием, будет достаточно времени до того, как начнется настоящее расследование.

Мелоди проверила их местоположение на карте, ища безопасную комнату, которую нашла разведчица.

— Мы немного отошли от главного административного центра, — сказала она, — но всё еще есть шанс, что там есть кто-то, кто нам пригодится. Давайте проверим.

СЕМЕЙНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

СЕМЕЙНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Клайв бросил щепотку порошка из ядра низшего монстра на стену, и руны на мгновение вспыхнули, когда порошок осел на них.

— Я был прав, — сказал он. — Вдоль всех этих туннелей через равные промежутки наложены скрытые чары.

— Что они делают? — спросил Хамфри.

— Точнее, что они делают с нами? — спросил Нил.

— Пока ничего, — ответил Клайв. — Эти чары полностью неактивны, поэтому наше магическое чутье их не заметило. Думаю, это часть мер безопасности объекта.

— Значит, если это место попытаются саботировать, — сказал Нил, — какими бы ни были эти чары, они активируются.

— Скорее всего, — подтвердил Клайв. — Мне попытаться выяснить, что именно они делают?

— Это было бы разумно, — сказал Хамфри, — но у нас нет времени на осторожность. Мы продолжаем путь.

* * * Базеф ударил молотом по металлической пластине, вделанной в стену. Он повторял это снова и снова, пока выгравированный на ней светящийся символ не потускнел. Из-за этого оранжевые символы, светившиеся в разных точках комнаты, сменили цвет на красный. Затем, несмотря на то, что комната была высечена из цельной магической породы, она начала слегка вибрировать.

— Два узла позади, — пробормотал он, но в его выражении было больше беспокойства, чем удовлетворения. Он не питал иллюзий, что вибрацию не заметят. Если захватчики хоть немного понимали, что делают — а он был уверен, что так оно и есть, — то, вероятно, уже активно его ищут.

* * * Мелоди остановилась, нахмурившись и склонив голову набок.

— Мелоди? — спросила Сендира, когда остальные члены группы тоже остановились.

Мелоди не взяла с собой никого из чистых Преобразованных, оставив при себе небольшую, но эффективную команду из пяти человек, включая её саму. Своей правой руке, Сендире, она доверяла больше всего, и это доверие основывалось как на ясности целей, так и на верности. Сендира не отличалась богатым воображением, но на неё можно было положиться: она исполняла приказы точно, с избытком рвения и дефицитом амбиций. Все члены Ордена Искупительного Света были преданы Чистоте, но не обязательно Мелоди.

Третий член команды, Келли, была самой искусной из всех бойцов Мелоди, за возможным исключением самой Мелоди. Да и эта разница, возможно, объяснялась тем, что Келли находилась в нижней части серебряного ранга, в то время как Мелоди приближалась к золотому. Как и Сендира, Келли не была амбициозна, но иногда проявляла независимость. Это ставило всегда надёжную Сендиру на место заместителя Мелоди, даже если она не совсем дотягивала до уровня Келли и Мелоди.

Последние члены группы определённо не дотягивали до уровня Келли. Ретт и Джейми были парой, которую Мелоди держала при себе, потому что они демонстрировали такую же независимость мышления, как и Келли, но в гораздо большей степени.

Мелоди прекрасно осознавала, что пламя искупления, через которое проходили все члены ордена, часто порождало отсутствие воображения. Это было не похоже на поведение чистых Преобразованных, которые сопротивлялись процессу преобразования, но существовала явная тенденция к линейному мышлению, примером чего была Сендира. Хотя Мелоди ценила верность, она также понимала, что способность мыслить нестандартно часто ценнее, чем сильная рука с мечом.

Именно поэтому она держала Ретта и Джейми рядом. Они, без сомнения, были самыми независимыми мыслителями во всех силах ордена. В этот момент они думали о том, как им не нравится находиться под многими тоннами камня, которые, в свою очередь, находились под многими тоннами воды. К сожалению, их предложение о том, насколько добровольным будет участие, не нашло отклика у Мелоди.

Мелоди опустилась на одно колено, положив руку на гладкий, отполированный гранит пола туннеля.

— Это глубинный гранит, — сказала она. — Весь этот комплекс был прорыт прямо сквозь него.

Сендира тоже опустилась на корточки, чтобы коснуться пола, и остальные сделали то же самое. Чувствительность серебряного ранга позволила им уловить невероятно слабые вибрации.

— Что это? — спросила Сендира.

— Глубинный гранит обладает резонирующими свойствами, — сказала Келли. — Именно по этой причине его иногда используют при создании осадных орудий, основанных на резонирующей силе.

— Кто использует осадные орудия, когда есть пользователи эссенции? — спросила Сендира.

— Не везде Римарос, — сказал Ретт. — В большинстве мест обладатели серебряного ранга — это элита, а золотого — слишком ценны, чтобы тратить их на разрушение стен.

— У нас была партия винных кувшинов из глубинного гранита, — вспомнил Джейми. — Дорогая штука, но идеально подходит для определённых видов вина.

— О, помнишь вино «Дрожащая лоза»? — благоговейно спросил Ретт.

— Я правда думал, что оно будет продаваться лучше, — сказал Джейми. — Оно было таким хорошим.

— Я до сих пор думаю, что дело в названии. Звучит как-то дёшево и надуманно.

— Да, мы потеряли кучу денег на той сделке. Как думаешь, мы могли бы достать немного такого вина здесь?

— Не здесь, — сказал ему Ретт. — Мы в мокрой гробнице, помнишь?

Мелоди прочистила горло, и оба виновато огляделись.

— Как думаешь, что это за вибрации? — спросила Сендира у Мелоди, бросив гневный взгляд на Ретта и Джейми.

— Не уверена, — ответила Мелоди. — Похоже, они затрагивают обширную область.

— Вибрации вполне могут резонировать через камень по значительной части комплекса, если не по всему объекту, — сказала Келли. — Возможно, я смогу отследить их источник.

— Это необходимо? — спросила Сендира. — Возможно, нам лучше сосредоточиться на задаче и избежать дальнейших задержек.

— Нет, — сказала Мелоди. — Что бы это ни было, лордлинг Амуз скрыл это от нас, надеясь, что это застанет нас врасплох и убьёт.

— При этом подвергая пыткам, — добавил Джейми. — Нужно отдать ему должное.

— Нет, не нужно, — нахмурилась Сендира. — Нам следовало пропустить его через пламя искупления и сделать одним из нас. Тогда он бы ничего от нас не скрыл.

— Он бы поделился всем, конечно, — сказал Ретт. — Через несколько недель, когда оправился бы от пламени. Может, даже месяцев. Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы прийти в себя, Сендира?

— Почти три месяца, — признала она.

— У нас нет времени ждать, — сказала Мелоди. — К началу следующей войны мы уже должны создавать армию конструктов. Общество искателей приключений либо знает, что мы делаем, либо скоро узнает. Как только нашествие монстров перестанет поглощать основную часть их ресурсов, они начнут искать нас со всей тщательностью.

— К сожалению, это оставило нас с не самыми эффективными методами допроса, — заметила Келли.

— Просто скажу прямо, — произнёс Джейми. — Не думаю, что пытки — это здорово. Мы поклоняемся Чистоте, а не Боли. Я знаю, что Кейтлин и её группа считают, что боль очищает душу, но мне кажется, им просто нравится причинять людям страдания.

— И испытывать их, думаю, — добавил Ретт. — Я слышал звуки, доносившиеся из их спальни, и не уверен, что думаю об этом.

— Иногда страдания необходимы, — сказала Келли. — И чтобы их терпеть, и чтобы причинять. В наслаждении ими нет никакой Чистоты, но Кейтлин делает и то, и другое.

— Не вам ставить под сомнение других лидеров ячеек, — сказала Мелоди, поднимаясь. — Похоже, наш пленник перенёс пытки Кейтлин лучше, чем мы думали. Келли, отследи источник этих вибраций. Я хочу знать, с чем мы имеем дело.

* * * — Что я вам говорил? — спросил Нил, пока вся Команда Бисквит держала руки на полу.

— Есть способ отследить источник? — спросил Хамфри Клайва. — Персонал, вероятно, не понимает, что помощь уже здесь.

— Думаю, у меня есть ритуал в книге, который может отследить вибрации до точки их происхождения, — сказал Клайв.

— Это не то, что нам нужно, — сказала Софи. — Мы должны найти того, кто это делает, прежде чем он закончит работу, и всё станет намного сложнее.

— Забудь про «сложнее», — сказал Нил. — Мы будем теми, кого нужно спасать.

— Что у тебя есть, Тень? — спросил Джейсон.

— Я не поддерживаю постоянную связь со своими другими телами, — ответила Тень, — но они искали любого персонала объекта, включая старший состав. Если одна из моих сущностей найдёт саботажника, она сообщит ему, что проводится эвакуация. Что касается отслеживания саботажника, возможно, если мистер Стэндиш сможет определить, что уже было сделано, он сможет предугадать, что будет сделано дальше.

— Думаю, вы переоцениваете мою способность понять происходящее по одной лишь комнате с повреждённой инфраструктурой артефактов, — сказал Клайв. Остальные члены команды покачали головами.

— Нет, не думаю, что мы переоцениваем, — сказал Нил.

— Значит, у нас есть план, — сказал Хамфри. — Ритуал, пожалуйста, Клайв.

Клайв вызвал круг парящих рун, и появилось небольшое отверстие в его хранилище. Порывшись немного, он вытащил книгу.

— Линди, можешь... — Он замолчал, взглянув на неё и вспомнив, а затем начал листать книгу.

— Что? — спросила Белинда.

Софи постучала пальцем по верхней губе, и глаза Белинды расширились. Её усы втянулись в лицо и исчезли.

* * * Базеф крутил тяжёлый вентиль, пока тот не перестал вращаться. Он продолжал прилагать свою силу серебряного ранга, но вместо того, чтобы повернуться дальше, колесо сорвалось с вала, а вторичное уплотнение плотно заблокировалось. С рычанием он отбросил колесо и вытащил из сумки кувалду. Тяжёлая головка была сделана не из металла, а из магического камня, а рукоять — из трудновыращиваемой древесины колос. Очень немногие материалы могли выдержать грубое обращение со стороны высокорангового пользователя. Материалы простого молота делали его ценнее большинства искусно изготовленных бронзовых ранговых оружий.

Базеф бил по трубе снова и снова, её устойчивость даже к силе серебряного ранга была поразительно высокой. Базеф подгонял себя, зная, что гонг, подобный звону, приведёт к нему всех ближайших рейдеров.

* * * Задыхаясь от напряжения, Базеф выбрался из комнаты с узлом инфраструктуры. Он уже собирался ускользнуть в тень, когда та отделилась от стены и приняла форму человека. Он развернулся, чтобы бежать, но фигура снова появилась перед ним.

— Базеф Римарос, супруг принцессы Лиары Римарос, полагаю. Меня зовут Тень. На случай, если это хоть как-то удержит вас от бегства: я знаком с вашей женой.

Базеф настороженно посмотрел на тёмную фигуру.

— Не припомню, чтобы моя жена дружила с какими-то странными теневыми людьми.

— С уважением, мистер Римарос, я не отвечаю за уровень внимательности, который вы проявляете при исполнении своих супружеских обязанностей.

— Прошу прощения?

— Я здесь не для того, чтобы помогать вам с семейными проблемами, мистер Римарос, а чтобы помешать вам саботировать этот объект. Прямо сейчас проводится спасательная операция по устранению захватчиков и спасению работников этого объекта. Если вы завершите свои попытки саботажа, эта операция будет значительно затруднена.

Базеф обернулся, чтобы посмотреть на дверной проём, из которого только что вышел, а затем снова на Тень.

— О, — сказал он, и туннель начал дрожать.

* * * Джейсон и Софи были вдали от команды, ведя разведку по отдельности, когда услышали, как на них несётся вода, подобно цунами в помещении. Тем не менее, рефлексы серебряного ранга дали каждому из них время перейти к действиям. Софи отреагировала с неожиданной проворностью, двигаясь быстрее стены воды, когда она рванула по туннелю. Джейсон вытащил один из предметов, которые он купил, чтобы помочь себе справляться с подводной средой: безвкусный оранжевый пояс, который он всё ещё поспешно пытался застегнуть на себе, когда ударила вода.

Софи удалось прорваться обратно к команде, которая тоже услышала воду и готовилась как могла. Хамфри вонзил свой меч в каменный пол, погрузив половину клинка, несмотря на устойчивость камня. Затем он крепко схватился за рукоять и приготовился. Нил крепко ухватился за Хамфри и тоже приготовился. Софи врезалась в Клайва, не замедляясь, закинула его на плечо и продолжила движение. Белинда посмотрела на своих товарищей по команде, а затем на приближающуюся воду, которая обрушилась на неё.

* * * После того, что показалось бесконечным, диким кувырканием, Джейсон врезался во что-то, что подалось достаточно, чтобы не причинить боли, но при этом оставалось очень твёрдым. Он обнаружил, что лежит лицом вниз в воде по колено, и встал на четвереньки. Он надавил рукой на преграду и мутно посмотрел на неё. Это была светящаяся магическая стена, по ту сторону которой была вода глубже, чем он был ростом.

Он застонал, поднимаясь на колени и оглядываясь. Он был в туннеле, другой конец которого также был запечатан магическим барьером. Он был не один. Женщина с тёмной кожей, знакомыми чертами лица и ослепительно белыми волосами была такой же сухой и опрятной, как он — мокрым и растрёпанным. Она смотрела на него сверху вниз, стоя на поверхности воды. Он поднялся на ноги, используя свой плащ, чтобы уменьшить свой вес и также ступить на поверхность воды.

— Не думаю, что... — начал он, остановившись, когда она вытащила меч, а в её глазах появилась холодная враждебность.

— Полагаю, нет, — сказал он, вытаскивая свой клинок. Он потерял дополнительный пояс, который пытался надеть перед тем, как его настигла вода, но его обычный пояс держался отлично. Пара долго смотрела друг на друга, прежде чем они столкнулись, бросившись по воде навстречу клинкам. Джейсон сразу узнал, что она использует его стиль боя, «Путь Жнеца». Он также понял, что она владеет им лучше.

«Путь Жнеца» был очень универсальным стилем, который Джейсон и Софи использовали по-разному. Софи использовала его адаптивность во властной манере, меняя подход от момента к моменту, чтобы оказывать безжалостное давление. Джейсон был более обманчивым и неуловимым, достаточно непредсказуемым, чтобы казаться почти эфемерным. Противница Джейсона находилась где-то посередине: адаптивная и агрессивная, но её также было трудно поймать. После быстрого обмена ударами они разошлись, каждый с осторожностью наблюдая за другим.

— Ты сражаешься во многом так же, как и я, — заметила она.

— Твоя дочь сказала то же самое, когда мы впервые встретились, — сказал ей Джейсон. — Мне нужно найти способ получше знакомиться с женщинами.

СИЛА, КОТОРУЮ ВЫ УПУСТИЛИ ИЗ ВИДУ

СИЛА, КОТОРУЮ ВЫ УПУСТИЛИ ИЗ ВИДУ

Джейсон и Мелоди стояли друг напротив друга в магически запечатанной части туннеля, слегка касаясь ногами воды.

— Значит, ты знаешь, — произнесла она.

— Есть один парень, который очень хочет тебя догнать.

— Ты помогаешь кому-то поймать мать своего друга?

— Не-а, мы посоветовали ему засунуть это желание куда подальше. Мы попытаемся доставить тебя сами, по своим причинам. Живой, хотя нам и приказали тебя прикончить.

— Насколько я понимаю, это ваш обычный стиль работы.

— Вроде того. Не думаю, что ты расскажешь мне, что Строитель говорил обо мне?

— Отношение Строителя к тебе было крайне непоследовательным, судя по тому, что я видела. Иногда это казалось жгучей одержимостью увидеть тебя мертвым, а иногда — уловкой.

— Уловкой?

— Мы поддерживали полурегулярные контакты с культом Строителя. Я точно знаю, что Строитель по крайней мере частично использовал свою показную одержимость как маску, когда его истинные намерения были направлены на алмазного ранга, с которым ты связан. Он хотел, чтобы она потратила свой единственный шанс на вмешательство, вот почему в Море Штормов было три города-крепости Строителя. Но я также видела признаки того, что его одержимость была вполне реальной, словно сам Строитель разрывался в отношении тебя.

— Да, он всегда был немного не в себе, — сказал Джейсон. — Я не уверен, что когда-либо получал прямой ответ, почему именно. Один друг — а она бы знала — сказал мне, что на поведение великих астральных сущностей влияют сосуды, которые они используют. Это не просто кукольный театр. Не думаю, что превращение из смертного в всемогущего небесного волшебника, собирающего модели, сделало его самым уравновешенным парнем, но я не могу отделаться от мысли, что что-то упускаю.

— Ты вообще понимаешь, как высокомерно это звучит? — спросила Мелоди. — С чего бы великая астральная сущность была понятна... постой, ты сказал, что он раньше был смертным?

— Ага. Парень, который занимал его место первым, попался на проделках с парой миров — угадай, какими — и они дали ему пинка.

— Это звучит как абсурдная история.

— Леди, вы ведь наводили обо мне справки. Я и есть абсурдная история.

— И правда. Твое мастерство владения Путем Жнеца впечатляет для того, кто изучил его всего несколько лет назад. Книги навыков?

— Ага.

— И все же ты определенно сделал его своим.

— У меня были кое-какие стычки тут и там, — сказал Джейсон. — Было много шансов попрактиковаться. Не чета такому старому мастеру, как вы, но ваша дочь может дать вам фору. У вас есть опыт, но она безумно талантлива. Руфус Ремор по секрету сказал мне, что она одна из лучших, кого он когда-либо видел. А это кое-что значит, если вы знаете это имя.

— Знаю. И я хотела бы поблагодарить тебя за то, что ты сделал для моей дочери.

— Пожалуйста, полагаю. Хотя не уверен, что это много значит, исходя от матери-кукушки.

Высокомерное выражение лица Мелоди сменилось гневом. — Ты понятия не имеешь, чем я пожертвовала ради этой девочки!

— Я знаю, чем пожертвовал я, — сказал Джейсон, невозмутимый вспышкой Мелоди.

— Она бы умерла ребенком, если бы не я.

— О, вы спасли своего ребенка от смерти. Поздравляю с выполнением абсолютного минимума родительских обязанностей.

Мелоди метнулась по воде, ее меч полоснул в сторону Джейсона. Еще одна танцующая схватка клинков, прежде чем они снова разошлись, на этот раз Джейсон вышел победителем. Он знал, что она либо искренне злится, либо очень хорошо играет. Ее аура говорила ему, что эмоции реальны, но он лучше многих понимал, как манипуляция аурой может подделать эмоции.

— Мою душу лично пытал Строитель, что положило начало нешуточной вражде, — насмехался он. — Тот факт, что вы об этом знаете, объясняется тем, что он нанял бога, чтобы убрать меня, и тут появились вы. Не скажете же вы мне, что превзошли это, что делает меня лучшей матерью, чем вы когда-либо были.

— Я выполню просьбу Строителя в этом туннеле, — прорычала она.

— Вот как?

— Я знаю твои силы, Асано.

— Они довольно крутые, правда?

— И ты сравнил наши навыки.

— Ваша техника тоже крутая, хотя злость делает вас небрежной. Если только вы не притворяетесь. У меня уже была такая проблема с женщинами.

— Я также знаю, что ты любишь сбивать врагов с толку болтовней. Со мной это не сработает. Ничто из того, что у тебя есть, на меня не подействует.

— Это называется подколками, леди. Если уж собираетесь это делать, хотя бы выучите терминологию. А еще я использую их, чтобы скрыть нервозность в напряженных ситуациях. Эта ситуация определенно считается, учитывая, сколько раз вы уже пытались меня пырнуть. Так что я продолжу болтать, если вы не против.

— Я знаю все, на что ты способен, Асано. Ты не можешь сбежать и не можешь победить меня. Скрыться негде, и я могу очищать твои недуги так же быстро, как ты накладываешь их, если ты не можешь ударить меня этим клинком. Необходимость атак для инициации твоего набора недугов — лишь одна из слабостей, которые я могу использовать. Я знаю их все.

— Их много, — признал Джейсон. — Если я когда-нибудь увижу одну из тех селестин с анимешными волосами в матросской форме, сражающуюся с щупальцевым монстром, я сделаю то, о чем пожалею.

Когда брови Мелоди нахмурились с легким оттенком замешательства, Джейсон впервые начал атаку. Как и предсказывала Мелоди, его клинок не нашел цели, прежде чем они снова разошлись и вернулись к тому, чтобы медленно присматриваться друг к другу, держа мечи перед собой.

— Я обучалась Пути Жнеца еще до твоего рождения, — сказала она ему.

— И вы все еще серебряного ранга? Тяжелые были пару десятилетий?

— Да, — признала она, и когда его брови удивленно поползли вверх, она нанесла удар. Джейсон использовал комбинацию языка тела и ауры, чтобы имитировать открытие, и наконец сумел нанести скользящий удар.

* Особая атака [Укус пиявки] наложила [Кровотечение], [Токсин пиявки] и [Оскверненные меридианы] на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)]. * Оружие [Воля Гегемона] наложило [Дань Гегемона], [Уязвимость], [Коррозию], [Погибель крови], [Погибель плоти] и [Погибель духа] на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)]. * Благодаря набору предметов [Регалии Темного Гегемона], оружие [Воля Гегемона] наложило [Дань Гегемона] на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)].

* Оружие [Воля Гегемона] даровало вам эффект [Благосклонный Гегемон].

* Предмет [Амулет Темного Защитника] даровал вам восемь эффектов [Благословение Стража]. * Благодаря набору предметов [Регалии Темного Гегемона], предмет [Амулет Темного Защитника] даровал вам восемь эффектов [Власть Гегемона].

Джейсон проигнорировал системное сообщение, но проблеск чего-то в нем отвлек его, и этого было достаточно, чтобы Мелоди нанесла чистый удар, полоснув клинком по его груди. Клинок скользнул по барьеру, прежде чем тот сломался и вонзился в плоть, защитив его от части урона.

* Все эффекты [Благословение Стража] были поглощены для нейтрализации урона. * Каждый эффект [Благословение Стража] даровал [Дар Благословения].

* На вас наложен эффект [Ползучая смерть]. * Вы оказали сопротивление [Ползучая смерть]. * Вы получили эффект [Сопротивление] от способности [Пожиратель грехов]. * Вы получили эффект [Целостность] от способности [Пожиратель грехов].

* На вас наложен эффект [Очищающее пламя]. * Вы оказали сопротивление [Очищающее пламя]. * Вы получили эффект [Сопротивление] от способности [Пожиратель грехов]. * Вы получили эффект [Целостность] от способности [Пожиратель грехов].

* Сопротивление [Очищающее пламя] наложило на вас [Неотвратимое очищение]. * [Неотвратимое очищение] нельзя предотвратить сопротивлением.

* [Неотвратимое очищение] было перемещено в [Владения Гегемона]. Если вы вернете [Воля Гегемона] в ножны, следующая атака, совершенная им, наложит [Неотвратимое очищение].

* [Очищающее пламя](недуг, ранение, огонь, святой, развеивание): Наносит постоянный урон огнем и периодически нейтрализует благословение магического, элементального или нечестивого типа.

* [Неотвратимое очищение](недуг, святой, суммирующийся): [Очищающее пламя] сложнее предотвратить сопротивлением. Этот недуг нельзя предотвратить сопротивлением. Этот недуг нейтрализуется, когда жертва поражена [Очищающее пламя]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Мелоди не ослабила натиск, продолжив серию быстрых колющих ударов. На третьем ударе он подал тело навстречу ее выпаду, насадив себя на ее клинок, чтобы остановить его движение. Внутри его тела вспыхнуло серебряное пламя, но он не показал никакой реакции, схватив ее руку с мечом и притянув ее лицом к лицу.

Она обнаружила, что смотрит в чуждые глаза, внутри пустотной тьмы его капюшона, когда он пропел заклинание голосом арктического камня.

— Понеси расплату за свои прегрешения.

Сила заклинания Возмездия Джейсона зависела от количества недугов на враге, а на Мелоди их было лишь несколько. Однако Джейсон усвоил урок о том, что не стоит ждать идеального момента с последователями Чистоты, принимая урон там, где мог. Некротического урона было немного, но каждая атака, которую она нанесла или даже которую он заблокировал, наложила на нее недуг Греха, усиливающий некроз.

Она оттолкнула его ногой от своего клинка, ее сила серебряного ранга была заметно выше его, и они оба пошатнулись. Ее кожа была покрыта черными оспинами некроза, в то время как раны на его груди горели эфирным серебряным пламенем. В обоих случаях нормальное восстановление было затруднено: у нее — труднозаживающим некротическим уроном, а у него — огнем, сжигающим раны. Однако у обоих были ответы, и они решили не возобновлять бой немедленно, взяв паузу для восстановления.

Джейсон просто ждал, пока его эффекты регенерации исцелят его, пламя затухало по мере того, как недуг поглощался его ножнами. Скорость, с которой они поглощали недуги, ускорялась при подавлении ауры источника недуга, и аура Джейсона сильно давила на ауру Мелоди. Он не подавлял ее полностью, потому что чтение ее эмоций было одним из преимуществ, помогавших ему против ее превосходящей скорости, силы и мастерства.

Что касается Мелоди, она хлопнула себя по плечу, и руна, вшитая в ее рукав, коротко вспыхнула, прежде чем исчезнуть. Церковь Чистоты преуспела в создании развеивающих и очищающих предметов, и расходуемая руна немедленно очистила недуги Джейсона. Однако силы недугов Джейсона нельзя было игнорировать, и очищение имело свою цену. Его заклинание Возмездия, помимо нанесения урона, оставило после себя нежеланный подарок в виде недуга Покаяния.

* [Руна Великого Очищения (серебряная)] вызвала сильное очищение на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)]. * Все недуги на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)] были очищены. * Очищение ваших недугов вызвало [Раскаяние]. * [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)] был поражен эффектом [Епитимья] за каждый очищенный недуг.

* [Раскаяние] (недуг, святой): Накладывает эффект [Епитимья] за каждое проклятие, болезнь, яд или нечестивый эффект, очищенный с врага с этим недугом.

* [Епитимья] (недуг, святой, периодический урон, суммирующийся): Наносит постоянный трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект и исчезают по мере нанесения урона.

Урон от Епитимьи был ограничен количеством недугов, что делало его далеко не изнурительным для серебряного ранга, но трансцендентный урон был неизбежен, постепенно истощая ее здоровье. Мелоди достала исцеляющее зелье из пояса, осушила флакон и отбросила его в сторону. Джейсон не стал продолжать атаку.

— Ты не слабак, это я признаю, — сказала она ему. — Но ты не победишь, и ты это знаешь. Окружение очень важно для твоего стиля боя, и это место дает преимущество мне. Я быстрее, сильнее и лучше. Ты не поверишь, сколько у меня исцеляющих и очищающих предметов, так что я могу позволить тебе ранить меня тут и там. Ты сможешь победить меня, только если твои недуги достигнут порога, когда они перейдут точку, после которой восстановление невозможно.

— Вы действительно похожи на свою дочь, — сказал Джейсон. — И не только внешне. Вы, наверное, не знаете, что такое генетическая лотерея, но вы, дамы, — большие победительницы. Хотя похожими вас делают именно характеры.

— В чем же? — спросила Мелоди, удивив Джейсона любопытством и подтекстом тоски в ее ауре.

— Вы, кажется, знаете много обо мне, — сказал ей Джейсон. — У вашей дочери тоже был ко мне интерес.

Мелоди нахмурилась на него, но на этот раз не бросилась в гневный выпад. Она посмотрела туда, где ранила его: плоть уже срослась, а мантия поверх нее восстановилась.

— Мне было любопытно поговорить с тобой, — сказала она. — Ты важен для моей дочери, и мне было интересно, что привлекло внимание Строителя.

— И?

— Не впечатлена.

— Мне нужно начать использовать еду, чтобы производить первое впечатление на женщин. Этот подход с ударом по лицу не работает. Могу я предложить вам сэндвич с шоколадным тортом?

— Я увидела достаточно, — сказала она. — С твоим исцелением мне придется быть более тщательной в том, чтобы прикончить тебя. Больше никаких разговоров.

— Но это же самая лучшая часть. К тому же, вы еще даже не видели, как я собираюсь вас победить.

— У тебя нет ничего, что может победить меня.

— Не было, когда ваши три приспешника устроили мне засаду, пока я занимался своими делами, но вы увидите, что теперь все иначе. У меня есть кое-что новое, на что можно положиться.

— Ты имеешь в виду этот меч? Он красивый, но потребуется нечто большее.

Джейсон рассмеялся.

— Нет, это сила, которую вы упустили из виду, хотя это та же самая сила, что победила Строителя.

Она склонила голову в жесте любопытства.

— Рассказывай, мистер Асано.

— Пожалуйста, Джейсон. Вы мама моего друга. В любом случае, причина, по которой вы упустили эту силу из виду, заключается в том, что магия в этом мире слишком легкая. Магия здесь настолько богата, что ее можно буквально найти валяющейся под ногами в виде эссенций и камней пробуждения. В моем мире магия — это борьба. За нее нужно работать и бороться, но делая это, находишь пути к силе, о которых люди из этого мира никогда бы не подумали.

— Например?

— Здесь магия настолько богата, что ее можно просто подобрать с земли. Но в моем мире...

Он замолчал как раз в тот момент, когда стена между ними взорвалась внутрь, подняв клубы пыли, а куски камня с плеском упали в воду, которая вытекала через дыру.

— ...дружба — это магия, — закончил Джейсон, когда шум стих.

Мелоди настороженно подняла меч, глядя на Джейсона сквозь каменную пыль, но Джейсон не двигался. Вместо этого Софи пронеслась сквозь дыру, немедленно набросившись на Мелоди. Застигнутая врасплох внезапным столкновением с дочерью, Мелоди отступила, демонстрируя гораздо меньшую сноровку, чем против Джейсона. Аура Джейсона обрушилась на нее, когда остальная часть команды хлынула через дыру. Аура Мелоди была подавлена, она была в меньшинстве, и она полностью потеряла инициативу. Внезапно ставший односторонним бой закончился, когда Джейсон слегка коснулся ее мечом, а Хамфри и Нил схватили ее за руки.

* Вы очистили все святые недуги с [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)]. * Оружие [Воля Гегемона] наложило несколько эффектов [Милость Гегемона] на [Лазутчик Ордена Жнеца (запечатан)].

* [Милость Гегемона](недуг, святой, суммирующийся): Жертва этого эффекта подвергается мощной подавляющей силе, воздействующей на все магические способности. Это влияет на способности эссенции, врожденные способности и способности предметов. Способности, полученные из внешних трансцендентных источников, затрагиваются сильнее. Этот недуг быстро спадает, если находиться вне зоны действия ауры владельца [Воля Гегемона]. Дополнительные экземпляры имеют увеличенный эффект.

Горстка оставшихся на Мелоди экземпляров Епитимьи привела лишь к мягкому подавляющему эффекту. Этого все равно было достаточно, чтобы в сочетании с полностью подавленной аурой Клайв смог защелкнуть на ее шее ошейник подавления. Она забилась в дикой борьбе, но и Нил, и Хамфри были сильнее, удерживая ее на месте, пока Клайв застегивал ошейник.

Мелоди обмякла, но ее взгляд был прикован к дочери. Софи бесстрастно посмотрела на мать, затем надела ей на голову мешок. Нил начал толкать их пленницу к дыре в стене, откуда вытекала вода. Хамфри заключил Софи в объятия, а Клайв и Джейсон неловко наблюдали за этим.

— Возможность чувствовать, как вы работаете по ту сторону стены, была потрясающей, — сказал Джейсон Клайву. — Не думаю, что когда-либо находил свои чувства ауры такими полезными.

— Не думаю, что это было строго необходимо, — сказал Клайв. — Одно из тел Тени привело нас к тебе.

— Нет, я имею в виду тайминг фразы, с которой вы вошли. Мои подколки были на высоте.

Глаза Джейсона расширились, затем он недовольно простонал.

— Что не так? — спросил Клайв, и Джейсон посмотрел на него с унылым видом.

— Я только что понял, что она не знает, что такое My Little Pony, — сказал он. — Она совершенно не поняла отсылку.

Софи посмотрела на него из-за бицепса Хамфри.

— С чего бы тебе этого ожидать? — спросила она. — Никто никогда не понимает.

НОСТАЛЬГИЯ

НОСТАЛЬГИЯ

Когда два авантюриста золотого ранга, спешившие к подводному горнодобывающему комплексу, прибыли к доку для подводных лодок, они обнаружили, что поверхность воды запечатана магическим барьером, мерцающим красным цветом с меняющимися желтыми рунами. Барьер был создан лишь ритуалом бронзового ранга, так что они без труда прорвались сквозь него. Барьер немедленно восстановился, а вода, просочившаяся вместе с ними, собралась лужей поверх его горизонтальной поверхности.

Спрыгнув с барьера на доки, они обнаружили, что те полны людей. Транспорта не было, но док был забит встревоженными гражданскими. За ящиками лежала куча трупов, а густые кровавые следы указывали, откуда их притащили. Туннели, уходящие вглубь комплекса, были перекрыты мерцающими магическими барьерами, за которыми туннели были затоплены водой.

Авантюристы-ритуалисты поддерживали барьеры, перекрывающие туннели, а также поверхность воды, через которую прорвались авантюристы золотого ранга. Другие авантюристы открыли порталы, через которые гражданские пробирались в безопасное место. Персонал комплекса был почти полностью представлен авантюристами железного или бронзового ранга, потреблявшими лишь малую часть энергии портала серебряного ранга при проходе. На каждого авантюриста серебряного ранга, который мог бы пройти, могли пройти десять бронзовых или сотня железных.

Авантюристы золотого ранга быстро оценили обстановку в помещении, заметив группу, которая здесь командовала. Один из них направился прямиком к лидеру группы, Коринне Пескос, которая спокойно раздавала указания, чтобы навести порядок в доке. Второй авантюрист золотого ранга направился к члену её команды, Орину Пенсинате.

Приближение авантюристов золотого ранга не осталось незамеченным. Волны облегчения наполнили ауры как авантюристов, так и гражданских, почувствовавших уверенность от присутствия двух могущественных фигур. Коринна узнала приближающегося к ней авантюриста золотого ранга и поспешила с докладом.

— Лорд Феррингхаас, сэр. Мы были в середине эвакуации, когда произошел саботаж, о котором нас предупреждали. Группы извлечения были подобраны с учетом наличия ритуалистов и манипуляторов воды или воздуха, либо им придали таковых специально на случай подобных обстоятельств. Соответственно, нашим командам удалось обезопасить гражданских, которые направлялись к этой точке эвакуации. Операции продолжаются, но в более медленном темпе.

— Каков статус гражданских? — спросил Феррингхаас.

— Живые гражданские либо заперты в безопасных комнатах в ожидании спасения, либо направляются к этому доку, либо уже находятся здесь, либо эвакуированы в Римарос через портал. Мы подтвердили, что некоторые погибли от рук врагов: либо были пойманы вне безопасных комнат, либо в тех, которые были взломаны. По-видимому, все гражданские, оказавшиеся вне безопасных комнат после саботажа, либо в ловушке, либо мертвы, но пока враги не зачищены, методичный поиск нецелесообразен.

— Дислокация противника?

— Большая их часть ушла на всех транспортных средствах, находившихся в доке: как на своих, так и на подводном транспорте, полном материалов. Согласно показаниям уже спасенных гражданских, команда авантюристов, которой было поручено удерживать док, предала нас, помогая им с эвакуацией и уйдя вместе с ними.

Феррингхаас нахмурился, услышав о предателях.

— Они действительно были… — пробормотал он.

— Сэр?

— Они не убили гражданских свидетелей? — спросил Феррингхаас, взяв себя в руки.

— Они не убили ни одного гражданского, кроме двоих, которые создавали им проблемы; полагаем, из-за нехватки времени. Как только они обнаружили наш быстрый ответ, и особенно после того, как произошел саботаж, они, по-видимому, забрали людей и собранные материалы и ушли, вероятно, предвидя ваше прибытие. Мы считаем, что большое количество врагов было брошено на базе и они все еще активны.

— Потери среди авантюристов?

— Ранения, включая несколько тяжелых, которые оказались устойчивы к исцелению. Смертей нет. Многие враги имеют средства, чтобы препятствовать исцелению наносимых ими ран, в основном с помощью разновидностей серебряного огня.

— Это тот же огонь, который, как сообщалось, они использовали во время экспедиции на остров Строителя?

— Да, сэр. У нас есть люди, которые также были в той экспедиции, и они подтвердили это. Наши тяжелораненые были эвакуированы в приоритетном порядке. Большая часть сил противника — это не пользователи эссенции, и считается, что они являются жертвами модифицированных заводных ядер, виденных во время экспедиции на остров Строителя.

— Те самые «чистые Преобразованные», о которых нас информировали.

— Да, сэр. Они заметно слабее пользователей эссенции, но являются основным источником серебряного огня. Считается, что эти чистые Преобразованные составляют основную часть оставшихся сил противника. Насколько мы смогли определить, члены Ордена Искупительного Света в основном взяли на себя менее рискованные роли в операции. Это позволило им получить уведомление и быстрее отреагировать на наше прибытие. Тем не менее, мы считаем, что по крайней мере несколько команд с пользователями эссенции пробрались в более глубокие области комплекса по неизвестным причинам.

— Потери врага?

— Многочисленные чистые Преобразованные; у нас нет точного подсчета, но как минимум несколько десятков. Большинство встреченных пользователей эссенции не ожидали такого быстрого ответа, и мы застали их врасплох. Однако авантюристов серебряного ранга не так легко убить, поэтому многим удалось сбежать вглубь комплекса. Включая тех, кто был убит при охране дока по нашему прибытию, мы устранили четырнадцать пользователей эссенции серебряного ранга. Мы оцениваем, что еще от девяти до двадцати пяти вражеских пользователей эссенции остаются внутри комплекса, наряду с неизвестным числом чистых Преобразованных.

— Это более крупная группировка сил, чем при налете на остров Строителя, — оценил Феррингхаас.

— Да, сэр. По моему лучшему предположению, эта операция считалась менее рискованной, поскольку они не ожидали, что Общество искателей приключений отреагирует так быстро, как мы. Возможно, это даже основная часть их местных сил.

— Я собираюсь восстановить приказ о захвате, — сказал Феррингхаас, — но только в качестве низкого приоритета, если это безопасно. Если при встрече с врагом, испытывающим трудности из-за условий после саботажа, захват приемлем только если это безопасно. В противном случае приказ «убивать на месте» остается в силе. Прежде всего, важнее всего остального, связанного с врагом, — эвакуация гражданских. Никто не должен ставить под угрозу безопасность спасенных ради преследования врагов. Убедитесь, что все экспедиционные группы уведомлены.

— Слушаюсь, сэр.

Пока Коринна докладывала Феррингхаасу, второй авантюрист золотого ранга подошел к человеку из её команды, которого знал, чтобы получить собственный брифинг. Орин организовывал людей, проходящих через портал, когда почувствовал приближение своего дяди золотого ранга. Дядя слегка наклонил голову назад, и Орин нахмурился. Дядя слегка кивнул, а затем направился туда, где Коринна уточняла детали предполагаемого местонахождения союзников и врагов на проекционной карте.

Еще один член команды Коринны, Роза, толкнула плечом гораздо более крупного Орина.

— Вижу, вы двое по-прежнему разговорчивы.

Орин кивнул.

* * * — Учитывая, как глубоко мы находимся в комплексе, — сказал Хамфри, — думаю, пытаться выбраться самостоятельно — ошибка.

— Согласен, — сказал Клайв. — Использовать ритуальную магию, чтобы пробивать стены и снимать барьеры, одновременно справляясь с водой, которая скопилась в различных секциях, — непрактично. Не до самого дока. Возможно, у нас у всех есть снаряжение для подводного боя, но проведение ритуалов под водой — это совсем другое дело.

Команда вернула ярко-оранжевый магический пояс для плавания Джейсона, который теперь был закреплен у него на талии.

— У нас вообще есть ритуальные материалы, чтобы выбраться обратно? — спросил Нил.

— Нет, — ответил Клайв. — Есть призрачный шанс, что мы могли бы растянуть то, что у нас есть, если бы все пошло как надо, но…

Он указал на туннель, в котором они стояли по колено в воде, глубоко под морским дном.

— …не думаю, что сегодня тот день, когда все идет как надо.

— Недалеко от нас есть безопасная комната, — сказал Джейсон, проверяя свою способность карты. — Мы можем присоединиться к людям там и подождать эвакуации вместе со всеми остальными.

Джейсон позволил остальным увидеть свою карту и проложил маршрут, используя путевые точки.

— Выглядит выполнимо, если только затопление в промежуточных камерах не слишком сильное, — сказал Клайв.

После преднамеренного затопления комплекса все комнаты были магически изолированы. Магические барьеры были мерами безопасности, установленными для изоляции затопления, и сработали автоматически, запечатав камеры и разделив туннели. Только полное отключение систем безопасности позволило воде распространиться по всему комплексу до того, как барьеры активировались.

Не имея подходящих способностей эссенции для борьбы с водой, команда полагалась на Клайва, чтобы либо отключать барьеры, либо пробивать стены. Другие камеры и сегменты туннелей могли легко оказаться сильно затопленными, что было одной из причин, по которой они предпочитали нейтрализацию барьеров. Они могли видеть сквозь барьеры, чтобы оценить, сколько воды в следующей камере, а отключать их было намного проще, чем пробивать магический камень. Обычно требовались метры туннелирования, чтобы добраться до следующего туннеля или камеры, которые они открывали относительно вслепую. Чувства Джейсона могли проникать сквозь одну или две стены, но при этом значительно притуплялись.

Они передвигались вместе с Софи, крепко держа и внимательно следя за своей пленницей. Мелоди была не только в ошейнике и наручниках, но и в капюшоне. Это был не обычный капюшон, а такой, который мог запечатать усиленное восприятие и магические чувства авантюриста серебряного ранга. По крайней мере, серебряного ранга, если это не такие исключения, как Джейсон.

— Где ты взяла этот капюшон? — спросил Нил у Софи.

— У Белинды.

— Зачем он ей? Не похоже, что мы знали заранее, что идем кого-то захватывать.

— Не знаю, — ответила Софи. — Тебе придется спросить её саму.

Нил посмотрел на Белинду, которая весело грызла пряничного человечка, пробираясь сквозь ледяную морскую воду.

— Наверное, лучше мне не знать, теперь, когда я об этом думаю.

Они пробирались через туннели по маршруту, проложенному Джейсоном. Некоторые запечатанные секции были почти пусты от воды, понижая уровень в туннелях, по которым они шли, по мере их открытия. В других было достаточно воды, чтобы поднять уровень, хотя это было не самое неприятное, что могли содержать туннели.

Команда обнаружила, что смотрит сквозь неповрежденную стену барьера в секцию туннеля, полностью затопленную водой. Внутри плавала тройка трупов, чьи задерживающиеся ауры отмечали их как авантюристов железного ранга.

— Вероятно, забрались так глубоко в комплекс, чтобы спрятаться от поклонников Чистоты, — сказал Нил, наблюдая за плавающими телами с мрачным выражением лица, окрашенным гневом.

— Мы вытащим их оттуда? — спросил Хамфри. — Неправильно как-то оставлять их.

— Не уверен, что будет лучше, если мы их заберем, — сказал Клайв. — У нас нет гробов.

Клайв, Джейсон и Хамфри обменялись взглядами. До того, как они стали командой, их первым совместным контрактом было извлечение тела павшего авантюриста. Им предоставили специальный гроб, чтобы поместить тело перед тем, как его отправят на хранение, но это был лишь символический жест.

При помещении тела в хранилище не было никакой практической разницы между тем, чтобы уважительно положить его сначала в гроб, или просто бросить, как запасной меч. Гроб ничего не давал, и в хранилищах не было никакого загрязнения, если только не была замешана странная и крайне необычная магия. Они все знали, что тела — это пустые оболочки, и концепция души не была для них чем-то недоказанным. Тем не менее, никто из них не хотел относиться к жертвам иначе, чем с уважением. Эти люди не были бойцами, но выполняли свою часть работы по производству необходимых припасов, которые помогли спасти людей во время нашествия монстров. Они могли и не быть авантюристами, но они были товарищами.

— О них позаботятся, когда это место будет восстановлено, — сказал Джейсон.

— Это будет не раньше, чем после нашествия монстров, — сказал Хамфри. — Это может быть стратегический ресурс, но не настолько важный, чтобы отменять все, что здесь сделано. Эти люди будут здесь внизу неделями, как минимум. Мы до сих пор не знаем, как долго продлится это затянувшееся нашествие монстров.

— Не стоит недооценивать то, что могут сделать некоторые специалисты по логистике с эссенциями воды и земли, — сказал Нил.

— Нил прав, — сказал Клайв. — Помни, что семья Амуз специализируется на работе с такими местами. Не каждый элитный пользователь эссенции — это авантюрист, специализирующийся на убийствах.

Джейсон вспомнил свои ранние дни в Гринстоуне, где он наблюдал, как пользователи эссенции строили общественный туалет. Он стоял и смотрел часами, а дружелюбные строители были удивлены и рады, что кто-то находит их занятие интересным, отвечая на его многочисленные вопросы. Он нахмурился, не уверенный, хорошо это или плохо, что его ностальгия была вызвана трупами, погребенными там, куда нефтяная вышка с трудом бы добралась.

— Давайте оставим их в покое, — сказал он, открывая карту. — Похоже, лучший путь — это спуститься через пол и пройти по параллельному туннелю, а затем подняться обратно с другой стороны.

— Неплохой способ сделать крюк, — сказал Клайв. — Если камера внизу полна воды, она не выльется, а если та, в которую мы прокопаем путь, заполнена, то она сможет стечь.

Туннель внизу оказался хорошим выбором. В камере, в которую они спустились, воды было только по пояс, даже после того, как их исходная секция туннеля слилась в неё. Следующие две секции туннеля были почти пусты, поэтому опускание барьеров понизило уровень воды едва до середины голени. Клайву нужно было установить следующий ритуал на потолке, чтобы они могли подняться обратно, но, будучи авантюристом серебряного ранга, он мог левитировать, пока его концентрация не прерывалась.

Пока Клайв работал, Джейсон почувствовал покалывание на краю своего восприятия, приглушенное магическим глубоким гранитом.

— Тень, — сказал он, и фамильяр появился, когда Джейсон отошел к стороне туннеля и надавил своими чувствами сквозь притупляющую силу глубокого гранита. Он закрыл глаза, положил руки на стену и напрягся, словно пытаясь её опрокинуть. Расширение чувств сквозь подавляющую силу камня было похоже на попытку протолкнуть заварной крем сквозь матрас.

— Что такое? — спросил Хамфри.

— Одно из тел Тени, — сказал он, с напряжением в голосе. — Я пытаюсь дать ему знать, что мы здесь. С ним тоже кто-то есть.

— Муж принцессы Лиары, — сказала Тень. — Я почти могу связаться со своим вторым «я», и воспоминания начинают просачиваться.

Джейсон отстранился от стены, напряжение спало с его плеч.

— Если мы прокопаем вверх, пройдем по туннелю до пересечения, а затем повернем направо, а не налево к безопасной комнате, мы найдем их, — сказал он. — Это не должно быть большим крюком.

СПАСЕНИЕ МИРА СИЛОЙ ОСТРОТ

СПАСЕНИЕ МИРА СИЛОЙ ОСТРОТ

То, что двое золотого ранга, отправленные на подводный объект, оказались свободны, было большой удачей. Клод Феррингхаас был экспертом в управлении водой и камнем, обладая эссенциями земли, воды, лопаты и зелени. Он был специалистом по сельскому хозяйству и лишь по совместительству искателем приключений, хотя его боевые навыки ничем не уступали профессионалам.

Амос Пенсината был искателем приключений до мозга костей, владеющим эссенциями мощи, простора, глубины и левиафана. Большую часть нашествия монстров он провел, сражаясь с океанскими чудовищами, которые зачастую были самыми опасными в Море Штормов. Хотя у него не было эссенции воды, его способности позволяли ему чувствовать себя в глубинах крайне комфортно.

Важнее его специфических сил была мощь ауры Амоса. Как и у Джейсона, его аура была подавляюще сильной по сравнению с другими того же ранга, и он стоял на целый ранг выше Джейсона. Кроме того, как и у Джейсона, сила его ауры была обусловлена не тем, что он был четырехкратным обладателем перекрывающихся способностей ауры. Джейсон был не единственным, кому пришлось пережить испытания души.

Если Джейсон мог распространять свои чувства на комнату, может быть, на две, то Амос был способен расширить свое восприятие, охватив треть объекта. Он также был достаточно силен, чтобы прорывать барьеры, герметизирующие воду и разделяющие туннели, за счет одной лишь физической силы.

После того как Коринна Пескос ввела их в курс дела относительно состояния объекта, был быстро разработан план наиболее эффективного поиска и эвакуации запертых сотрудников. При поддержке искателей приключений серебряного ранга, обладатели золотого ранга отправились в путь.

* * * Басеф Римарос находился в сухой камере, заранее активировав стены-печати в секции туннеля, чтобы защититься от затопления и дождаться спасения. До этого момента он пребывал в состоянии непрекращающегося напряжения. Пробираясь по комплексу, он не раз оказывался на расстоянии вытянутой руки от поимки. Последствия провала терзали его нервы, словно нож.

Теперь, когда саботаж был завершен и он был относительно в безопасности, ожидая спасения, напряжение отпустило его, и он сидел, прислонившись спиной к стене, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Он оцепенел после случившегося, и ему не оставалось ничего, кроме как размышлять о последствиях своего успеха.

Сколько коллег погибло в результате его действий? Сколько друзей? Из-за своего зловещего спутника Басеф теперь знал, что спасательная операция уже была в самом разгаре, возможно, еще до того, как он начал действовать. Его отчаянные шаги были не только опасными, но и ненужными. Он хотел спасти людей, но сколько из них утонуло, пока их сопровождали к месту, которое стало бы безопасным, если бы не он?

— Все это было бессмысленно, — пробормотал он, почти в трансе.

— Ты действовал в соответствии с той информацией, которой располагал. Это все, чего можно требовать от любого, — сказал Тень. — Я знаю человека, который поступал так же и ошибался, но он не позволяет этому остановить себя от повторения подобных действий. Во времена кризиса бездействие зачастую хуже, чем неверное действие.

— Ты думаешь, люди погибли из-за того, что я сделал? — тихо спросил он.

— Да, — ответил Тень.

— Невинные люди, я имею в виду?

— Да; невиновные, скорее всего, выжили. Лучшая информация, которой мы располагаем, гласит, что пользователи эссенций Ордена Искупительного Света имеют серебряный ранг и хорошо обучены, а их руководство, по меньшей мере, соответствует стандартам гильдии. Многим, вероятно, доставили неудобства или они оказались полностью заблокированы, но не убиты.

Басеф опустил голову.

— Возможно, — продолжил Тень, — что силы ордена, состоящие из людей, в которых имплантированы очищенные заводные ядра, более подвержены утоплению, но у меня нет информации, чтобы подтвердить или опровергнуть это.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — сказал Басеф. — Какие заводные ядра?

— Я избавлю тебя от длинных объяснений, но существует устройство, способное превратить обычных пользователей эссенций в то, что мы считаем послушными рабами Ордена Искупительного Света. Лучшая информация, которой мы располагаем, предполагает, что эта имплантация может проводиться недобровольно, а это означает, что эти Преобразованные Чистотой на самом деле являются жертвами. Это, возможно, может означать, что они невиновны в тех самых действиях, которые совершают.

— Я не думал, что контроль над разумом возможен, даже с помощью магии.

— Это не так. Точнее будет сказать, что это очень всеобъемлющая форма контроля над телом, которая включает в себя физиологические механизмы, составляющие способность мыслить. Таким образом, тело контролируется враждебной силой, но могут сохраняться воспоминания или черты личности, в зависимости от характера трансформации. Низший вампиризм и другие враждебные способности к трансформации действуют подобным образом. Душа остается нетронутой, но больше не контролирует тело.

Басеф поднял взгляд на темную фигуру, заинтригованный, несмотря на свое состояние, по мере того как объяснение продолжалось.

— Пользователи эссенций являются наиболее подходящими, а иногда и единственно жизнеспособными субъектами для таких трансформаций. Их тела уже были изменены, чтобы черпать силу из души для подпитки своих способностей — силу, на которую опираются подобные трансформации. Они не могут насильственно нарушить целостность души, даже при полной трансформации, но если тело уже способно безвредно подключаться к практически бесконечной силе души, оно может продолжать это делать, даже если тело модифицировано для использования этой силы иными способами.

— Душа остается нетронутой?

— Да, но тело, как правило, невозможно восстановить после завершения трансформации, даже если душа осталась незапятнанной. В большинстве случаев только смерть может освободить запертую душу из полностью трансформированного состояния. Я видел это много раз.

— Твоя душа была заперта? Это так ты стал теневым существом?

— Я всегда был тенью, с самого момента своего создания. У меня нет души, если говорить строго, или, возможно, было бы точнее сказать, что мое истинное состояние — это нечто сродни душе. Однажды я был связан и стал хранителем множества душ, запертых в отвратительных, трансформированных и — что хуже всего — бессмертных телах. Затем я стал фамильяром человека, который освободил все эти души, уничтожив чудовищ, которыми они стали.

— Почему ты рассказываешь мне все это? Вообще все это?

— Потому что ты находишься в хрупком психическом состоянии, и я пытаюсь отвлечь тебя. Согласно словам твоей жены, ты любознательный человек, которому нравится узнавать новое, будь то в твоей области знаний или в чем-то другом.

— Она сказала тебе это?

— Мы с ней провели некоторое время вместе за последние несколько дней. Я очень хороший слушатель, хотя не думаю, что силен в утешении других.

— Это, — сказал Басеф, — точная оценка.

* * * Джейсон отскочил назад, прочь от барьера, запечатывающего один из путей на перекрестке четырех туннелей. Помимо того, через который они вошли, остальные туннели также были запечатаны.

— Что там? — спросил Хамфри.

— Я почувствовал что-то золотого ранга. Не пользователь эссенций и не монстр. Думаю, один из Преобразованных, но я отвел восприятие, прежде чем смог как следует его рассмотреть.

— Оно тебя заметило? — спросила Софи.

— Не знаю, — ответил Джейсон. — У Преобразованных в целом плохое восприятие, судя по тому, что мы видели, а в этом месте будет еще хуже. Однако мне приходится сильно напрягаться, чтобы чувствовать на таком расстоянии, так что я не особо скрывался.

— Это направление к ближайшей безопасной комнате, верно? — сказал Нил. — Муж принцессы в другой стороне, так что как насчет того, чтобы пойти туда?

— Если золотой ранг — один из Преобразованных, мы, вероятно, могли бы с ним справиться, — сказал Хамфри. — Возможно, нам стоит разобраться с ним, прежде чем он наткнется на кого-то, кто не сможет этого сделать. Как сказал Нил, ближайшая безопасная комната в том направлении.

— Это сделает нас теми самыми «кем-то», кто не сможет с ним справиться, — сказал Джейсон. — Что угодно золотого ранга нельзя воспринимать легкомысленно. Если бы у нас была подготовка, знание его способностей и выгодная обстановка — это одно. А застрять в комнате с жертвой золотого ранга, превращенной в оружие — совсем другое.

Нил наклонил голову, постукивая ладонью по уху, словно пытаясь вытряхнуть из него пробку.

— Готов поклясться, я только что услышал, как Джейсон сказал что-то разумное.

— Но что, если людям нужна помощь? — спросил Хамфри.

— Тогда будем надеяться, что обладатели золотого ранга доберутся до них вовремя, — сказал Джейсон. — Они почти наверняка уже прибыли. Хамфри, послушай того, кто не раз жертвовал своей жизнью, чтобы помочь людям. Ты должен знать, когда подходишь к черте, а когда переступаешь ее. Охота на этого Преобразованного золотого ранга была бы явным перебором, даже если бы он был один. А он не один.

— Мы здесь, чтобы спасти тех, кого можем, — согласился Клайв, — а не чтобы бросать жизни на ветер ради тех, кого спасти не в силах.

Джейсон посмотрел на лицо Хамфри, полное разочарованного нежелания. Он шагнул перед ним и положил руку ему на плечо, глядя прямо в глаза.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — сказал Джейсон. — Что-то внутри тебя кричит, что ты можешь победить, если сильно захочешь. Но это не так. Поверь мне. Я прошел через это и худшее. Каждый человек, которого ты не сможешь спасти, будет как падальщик, грызущий тебя изнутри, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Ты спасаешь тех, кого можешь, сожалеешь о тех, кого не смог, и позволяешь этому подталкивать тебя становиться сильнее. Тогда в следующий раз ты сможешь спасти больше.

Джейсон грустно улыбнулся Хамфри. В его глазах этот крупный мужчина был героем комиксов серебряного века, с клиновидным торсом и челюстью настолько квадратной, что ее можно было вмуровать в стену. Ему не шло застревать в паршивом, мрачном перезапуске. Если время, проведенное на Земле, чему-то и научило Джейсона, так это тому, что если позволить тьме овладеть тобой, она не перестанет тянуть тебя на дно. Бывают вещи и похуже, чем спасение мира силой острот.

— Пойдем, — сказал ему Джейсон. — Прекрасная принцесса, возможно, слишком сильна, чтобы вообще попасть в плен, но ее мужу не помешал бы герой из книжки.

Джейсон хлопнул Хамфри по огромному бицепсу.

— Это ты, дружище.

* * * Обладатели золотого ранга действовали по отдельности, выполняя разные задачи. Феррингхаас использовал свою магию воды и земли, чтобы проложить безопасные пути в комплекс и обратно, медленно продвигаясь вниз по уровням объекта. Амос использовал свои мощные чувства, чтобы находить ситуации, где время имело критическое значение, и вмешиваться. Он передвигался по туннелям, не обращая внимания на уровень воды: жидкость мешала ему не больше, чем воздух. Барьерные стены замедляли его лишь немногим больше, чем вода, когда он пробивал их, словно пуля, проходящая сквозь слои стекла.

По мере продвижения Амос оставлял за собой след из задерживающейся ауры — трюк, который он освоил и который использовал чистый контроль ауры, а не какую-либо способность. Он был пропитан врожденной враждебностью к почитателям Чистоты, предлагая при этом утешение всем остальным. Любой искатель приключений инстинктивно почувствовал бы его дружелюбие и последовал бы за ним так или иначе — либо к безопасности, либо к Амосу. Любой враг, достаточно дерзкий, чтобы последовать за ним к доку, обнаружил бы там группу поджидающих искателей приключений, что закончилось бы для них плохо. Если бы они вместо этого последовали за Амосом, это закончилось бы еще хуже.

Различные камеры и секции туннелей, занятые чем-то большим, чем просто вода, замедляли продвижение Амоса. Запертые гражданские лица и искатели приключений, которых он освобождал, могли следовать за ним обратно, хотя вода по пояс доставляла неудобства обладателям железного ранга. С ледяным холодом морских глубин это превращалось в неприятное путешествие к доку.

С врагами дело обстояло иначе. Большинство безопасных комнат и врагов уже были зачищены на верхних уровнях, поэтому Амос не чувствовал их, пока его восприятие не достигло центральных зон комплекса. Врагов, которых он чувствовал запертыми, он оставлял в покое, но если находил блуждающую группу, то двигался на них. Как отметил Джейсон, находиться в замкнутом пространстве с врагом золотого ранга было небезопасно для обладателей серебряного ранга, и Амос оставлял направление Феррингхааса другим, если была возможность взять пленных.

Почувствовав группу искателей приключений, чьи ауры рассказывали историю о беде, Амос быстро пробирался через проходы, в какой-то момент проломив стену туннеля, потому что это был всего лишь метр твердого, магически усиленного камня. Он обнаружил команду искателей приключений, передвигавшуюся с одним из своих товарищей на парящих магических носилках, покрытого ожогами, которые оставляли странные узоры на плоти. Остальные были ранены в разной степени, несмотря на то, что целитель работал прямо на ходу, и большинство из них демонстрировало хотя бы некоторые признаки странных ожогов.

Замарашка-искательница с опаленной броней махнула своей команде продолжать движение, остановившись перед Амосом, чтобы доложить, что выдавало в ней лидера группы. Амос проигнорировал ее, глядя на мужчину на носилках, и жестом приказал всей команде остановиться.

— Исцеление не работает? — спросил Амос хриплым, как гравий, голосом.

— Да, — мрачно подтвердил целитель. Он работал над другими членами команды, а не над раненым без сознания мужчиной, покрытым ожогами. — Ничего из того, что у меня есть, не работает. Зелья, способности; у меня даже есть мазь, специально разработанная для ожогов с эффектами ранения, но ничего. Мы останавливались, чтобы выполнить ритуал усиления способностей; все равно ничего. Я просто не…

Целитель покачал головой и вернулся к исцелению другого члена команды зеленым свечением, исходившим из его ладони.

— Мы столкнулись с Преобразованным Чистотой золотого ранга на нижних уровнях, — доложила лидер команды. — Он двигался с командой пользователей эссенций Чистоты. Мы отогнали их, или, может быть, они отогнали нас; я уже не уверена. Нам удалось убить одного из пользователей эссенций, но они забрали одного из наших и…

Она повернулась, чтобы посмотреть на мужчину без сознания, словно поворот головы давался ей с трудом, ее рот дрожал, а лицо наполнялось бессильной яростью и нарастающим стыдом.

— …вероятно, второго.

— Нет. — Амос достал флакон с зельем не из пояса, где они были выстроены в ряд, а из пространственного мешочка на поясе. Флакон ярко светился синим, золотым и серебряным светом.

— Это высшее чудодейственное зелье? — спросил целитель, глядя с благоговением.

— Великое, — поправил Амос.

— Великое? — воскликнул член команды, которого исцеляли. — Вы знаете, чего оно стоит?

Амос взглянул на мужчину, его квадратное, как кирпич, лицо было искажено презрением, прежде чем он снова повернулся к мужчине без сознания.

— Не так много, как это, — сказал он и пальцами разжал рот мужчине без сознания, влил зелье, а затем зажал рот рукой.

Результат был мгновенным: изнутри начал исходить трансцендентный свет. Странные следы ожогов исчезли, растворяясь в радужном дыму, который образовал ядовитое облако над носилками. Команда отступила, а Амос проигнорировал это, его глаза были прикованы к мужчине, который светился все более ярким светом.

Когда свет потускнел, они увидели, что мужчина на носилках зашевелился, но все еще был без сознания. Видимых повреждений не осталось, хотя кровь, грязь и рваная одежда показывали, что их было предостаточно. Как только свет погас до конца, от его тела исшел другой свет, на этот раз серебряный.

— Трансфигурация дара? — пробормотал целитель. — Лорд Пенсината, этот человек будет вам глубоко обязан.

— И я получу свое, — сказал Амос. — Работа найдется всегда.

ГЛАВА 37: НЕ УСЛОЖНЯЙ

ГЛАВА 37: НЕ УСЛОЖНЯЙ

Команда находилась всего в одном сегменте туннеля от Басефа Римароса, но этот сегмент был заполнен водой.

— Ничего страшного, — сказал Клайв. — Вода стечет в отверстие, через которое мы поднялись.

Пока Клайв принялся за работу, чтобы обрушить следующую стену-барьер, Джейсон связался с Басефом через Тень. Тот всё еще съежился у стены, когда из его теневого спутника, Тени, раздался новый голос.

— Лорд Римарос, — произнес голос. — Мы скоро вас оттуда вытащим.

— Кто вы? — спросил Басеф.

— Я был заместителем управляющего магазином канцтоваров и отлично справлялся со своей работой, пока не совершил смертный грех: дал показания против других заместителей управляющих, которые сбились с пути. Заместителей, которые пытались убить меня, но вместо этого достали женщину, которую я любил… Ай! Эй, это было… Ай! Это было прямо по уху. Что? Я знаю, что я серебряного ранга, и что с того? Не стоило мне позволять вам всем слушать через голосовой чат.

— Алло? — неуверенно спросил Басеф. — Тень?

— Меня зовут Джейсон, — вернулся голос, теперь звучавший угрюмо. — Не волнуйтесь, приятель; мы вытащим вас оттуда в два счета.

— Э-э, не хотелось бы спрашивать снова, но кто вы такие? Авантюристы?

— Ага.

— Как вы так быстро отреагировали на вторжение? Стража семьи Амуз успела подать сигнал?

— Нет, — сказал Джейсон, и веселье исчезло из его голоса. — К сожалению, враг застал их врасплох, прежде чем они успели это сделать. Что же касается того, что произошло на самом деле — это секретная информация. Ваша жена, возможно, расскажет вам, хотя я почти уверен, что ей не стоит этого делать.

— Насколько все плохо снаружи?

— Мы не уверены. Связь здесь затруднена, как вы знаете, но мы пришли, зная о возможности саботажа объекта в качестве защитной меры. Были приняты меры, чтобы спасти как можно больше жизней.

— Я… это я саботировал объект.

— Я знаю, лорд Римарос, — мягко сказал Джейсон.

В том сегменте туннеля, где находилась команда, Джейсон прервал связь между собой и Тенью, а затем повернулся к Хамфри.

— Давайте проследим, чтобы он не увидел плавающие трупы, когда мы пойдем обратно, хорошо? — сказал Джейсон. — В ауре этого парня столько вины, что он вот-вот сломается.

Пока Клайв продолжал готовить ритуал для отключения стены-барьера, Джейсон вернулся к разговору с Басефом.

— Мы — команда авантюристов, участвующая в комплексной спасательной операции по эвакуации комплекса. Наш главный приоритет — спасение жизней, а плохим парням гораздо труднее прорваться в безопасные комнаты, когда туннель перед ними затоплен.

— Мы уверены, что Джейсон действительно помогает? — спросила Софи.

— Чтобы этот парень не сошел с ума, — сказал Нил, — да, помогает. С лордом Римаросом будет сложнее иметь дело, если он начнет паниковать или полностью замкнется в себе.

Басеф не слышал остальных через Тень, а Джейсон продолжал говорить, чтобы помочь ему сохранять равновесие.

— Все немного усложнилось, и у нас нет ресурсов, чтобы добраться обратно наверх. Мы вытащим вас оттуда, а затем присоединимся к людям в ближайшей безопасной комнате. Оттуда мы будем ждать, пока не будет организована более тщательная операция по спасению.

Прошло немного времени, прежде чем Клайв велел группе приготовиться, и он снял барьер, позволив затопленному участку туннеля освободиться от воды. Уровень воды быстро упал, когда она хлынула мимо них, в конечном итоге стекая в отверстие, ведущее к нижнему туннелю. Джейсон на несколько мгновений окутался темным туманом, который рассеялся, явив его в белом повседневном летнем костюме и подходящей к нему панаме.

— Хорошая идея — отказаться от образа темного жнеца крови, — сказал ему Нил. — Всем оставаться на позитиве с гражданскими. Если мы будем вести себя так, будто ситуация не является чем-то катастрофическим, они не поверят, но, по крайней мере, немного успокоятся.

— Ты что, брал уроки психического здоровья у Арабель? — спросил его Джейсон.

— Нет, конечно, нет, — ответил Нил. — С чего бы мне, целителю, тратить время на то, чтобы учиться аспектам целительства у целителя золотого ранга из моей собственной церкви — церкви Целителя — обладающей невероятным опытом в своей области? В целительстве.

— Ты сказал «целительство» довольно много раз. Я даже не заметил, что ты берешь уроки.

— Мир не вращается вокруг тебя, Джейсон.

— Вообще-то, я пару раз спасал мир.

— Что говорит о том, что в первый раз ты справился не очень хорошо.

— Я сделал все, что мог.

— О, я не сомневаюсь, что ты старался.

— Это немного обидно.

— Мы с Хамфри начали встречаться? — спросила Софи. — Если уж мы все собираемся разбиваться по парам, то я точно выиграла, сделав первый выбор. Я бы скорее представила, что Белинда и Клайв сойдутся раньше, чем вы двое.

— Жизнь полна маленьких сюрпризов, — добавил Хамфри. Джейсон и Нил посмотрели на них с ужасом.

— Сюрприз-печеньки? — спросила Белинда.

— Ты только что доела пряничного человечка, — сказал ей Хамфри.

Белинда опустила голову.

— Не смотри на меня так, — сказал ей Хамфри.

Клайв не сводил глаз с магической диаграммы, которую он чертил в воздухе своей силой.

— Просто чтобы вы все знали, — заметил он, — по ту сторону этой стены есть человек, который наблюдает за тем, как мы ведем себя как очень профессиональные авантюристы.

— Он же не слышит нас, верно? — спросил Джейсон.

— Нет, — ответил Клайв.

— Тогда он, вероятно, думает, что мы профессионалы.

— Только не в этой шляпе, — сказал Нил.

— Ты просто завидуешь, что не можешь носить такую шляпу.

— Да, — с тоской признал Нил.

* * * Джейсон выдвинулся вперед, когда они приблизились к перекрестку туннелей, где Джейсон почувствовал Преобразованного Чистоты золотого ранга. Он снова расширил свои чувства, настолько осторожно, насколько мог, пробиваясь сквозь подавляющие эффекты глубокого гранита, из которого были высечены туннели.

— Ничего, — крикнул он группе, возвращаясь назад. — Похоже, они ушли, пока мы откапывали Баса, так что мы можем двигаться дальше.

— Баса? — переспросил Басеф.

— Не задавай ему вопросов, — прошептал Клайв, прекрасно понимая, что чувства Джейсона серебряного ранга уловят всё. — Даже если они кажутся разумными. Ты поймешь, что лучше всего просто позволить Джейсону говорить, а самому молчать.

— Ты выставляешь меня каким-то пакетиком чувственной соли для ванн, — сказал Джейсон, присоединяясь к группе. Он на мгновение задумался, а затем кивнул. — Меня это устраивает.

— Если он начинает говорить что-то осмысленное на регулярной основе, вот тогда пора начинать беспокоиться, — сказал Клайв.

— Не слушай их, Бас, — сказал ему Джейсон, когда группа вышла на перекресток. — Они просто завидуют, что не могут носить такую шляпу, как у меня.

— Этот наряд действительно хорошо смотрится, — признал Хамфри. — Хотя это скорее стиль для отдыха на свежем воздухе.

— Если в следующий раз сможешь убедить фанатиков напасть на пляжный бар, — сказал ему Джейсон, — я не буду тебя останавливать.

— Было бы неплохо не быть такими занятыми, — сказал Нил. — Римарос был бы отличным местом для отпуска, когда наплыв монстров закончится.

— Поддерживаю, — согласился Джейсон.

— Римарос — отличное место для этого, — сказал Басеф. — Фестивали после наплывов здесь всемирно известны.

— Это правда, — сказал Хамфри.

Краткая улыбка Басефа угасла.

— Я не уверен, как все пройдет в этот раз. Даже будучи погребенными под океаном, мы слышали, как обстоят дела наверху. Я даже не видел Лиару после нападения на Римарос.

Джейсон нахмурился, зная, что Лиара была в самом центре событий глубоко в недрах летающего города.

— Это темные времена, — сказал Джейсон. — Я намного моложе тебя, Бас, но я повидал свою долю темных дней. Если я знаю, что они всегда заканчиваются, то и ты должен это знать.

Басеф кивнул, а затем его взгляд скользнул вниз по другому незапечатанному туннелю, когда они достигли перекрестка. Два из четырех туннелей не были заблокированы стенами-барьерами: тот, через который команда пришла изначально, и тот, по которому они пошли, чтобы спасти Басефа.

— В ту сторону? — спросил Басеф.

— Нет, — твердо сказал Хамфри. — Не в ту сторону. Клайв?

Что-то в жестком отказе Хамфри заставило Басефа зафиксировать внимание на открытом туннеле, пока Клайв работал над прорывом следующей стены-барьера.

— Там что-то есть, не так ли? — спросил он.

— Да, — ответил ему Нил, не пытаясь лгать.

— Что-то, чего вы не хотите, чтобы я видел.

— Наша работа, — сказал Хамфри, — вытащить тебя и как можно больше других людей отсюда живыми. То, что ты пойдешь туда, вредит нам больше, чем помогает, поэтому я попрошу тебя не ходить туда, а также не спрашивать почему.

— Значит, то, что там находится, хуже, чем я себе представляю, — сказал Басеф. — Это люди, которые погибли из-за того, что я сделал, верно?

Команда обменялась взглядами, а затем Нил кивнул Басефу. Через мгновение Басеф кивнул в ответ.

— Думаю, вы правы, — сказал он. — Не думаю, что я готов это увидеть.

* * * Безопасные комнаты были чем-то большим, чем просто надежные двери, хотя десять сантиметров магически усиленного металла, покрытого опасно выглядящими сигилами, определенно были таковыми. Некоторые разновидности враждебной магии были разработаны так, чтобы выглядеть как взрывные ловушки, начиная от дизайна ритуальных узоров и заканчивая тем, как они светились. Сигилы на двери медленно пульсировали зловещим красным светом, вызывая ощущение взгляда в пасть огнедышащего монстра.

Очевидным выбором при попытке проникновения было прокопать путь в комнату прямо через стену. Однако, помимо дверей, за каменными стенами вся безопасная комната была обшита толстым металлом, усеянным ловушками, менее явными, чем дверные сигилы, но не менее мощными. Безопасные комнаты были спроектированы так, чтобы оправдать свое название. Хотя мало что могло остановить кого-то золотого ранга, даже им было бы нелегко получить доступ. Что касается группы серебряных рангов, сложность была значительно выше.

Басеф уничтожил свой мастер-ключ от безопасных комнат из-за вполне реальной угрозы быть пойманным в процессе осуществления своего саботажа.

— Мне жаль, — сказал он Джейсону и его команде. — Я все сделал не так.

— Ты хоть что-то сделал, — сказал Джейсон. — Чтобы сделать что-то не так, нужно хотя бы попытаться. Лучше взять свою судьбу в руки, чем просто смириться с ней. Лучше умереть в бою, чем лечь и сдаться. Я в этом деле своего рода авторитет.

— Я попробую еще раз, — сказал Басеф, подходя к двери.

— Вам нужно открыться и впустить нас, — крикнул он.

— Нет, — ответил женский голос.

Басеф проворчал себе под нос.

— Люди нанимают своих чертовых кузенов, — пробормотал он, прежде чем снова повысить голос. — Черт возьми, Карен, это я, Басеф. Я с командой авантюристов.

— Тогда с тобой все должно быть в порядке, — крикнула она в ответ через дверь. — К тому же, ты можешь быть оборотнем.

— И как бы это помогло? — крикнул Басеф. — Ты же меня не видишь.

— Слышь, леди, — крикнула Софи, — лучше открой эту дверь, иначе моя нога заставит твою задницу сменить форму!

Басеф покачал головой и отошел от двери. — Не знаю, кто поставил ее отвечать за то, чтобы впускать людей.

— Клайв, ты можешь открыть эту дверь? — спросил Хамфри.

— Не в ближайшее время, и не без ее повреждения, — сказал Клайв. — И, скорее всего, повредив нас еще сильнее.

— Что свело бы на нет смысл безопасной комнаты, — добавил Нил.

— Нам нужно мастерство Белинды, — сказал Клайв.

Басеф в замешательстве повернулся, чтобы посмотреть на человека, с которым его познакомили ранее, вместе с остальной командой.

— Разве ты не Белинда? — спросил он ее.

— Да, — сказала она с яркой улыбкой. — Я люблю красть вещи и записи того, как намасленные…

Рука Софи зажала рот Белинды, и она решительно увела подругу прочь.

— Попробуем найти другую безопасную комнату? — вслух размышлял Хамфри.

— У меня катастрофически мало ритуальных материалов, которые позволят нам пройти сквозь двери и стены, — сказал Клайв. — Мы могли бы, может быть, добраться до другой безопасной комнаты, а может, и нет.

— К тому же, вокруг бродят плохие парни золотого ранга, — сказал Джейсон. — Я не уверен, что нам вообще стоило так кричать.

— Другие варианты? — спросил Хамфри.

— Гордон мог бы пробивать барьеры и стены своими лучами, — сказал Джейсон. — Это заняло бы гораздо больше времени, чем у Клайва и его ритуалов…

— Которые и так довольно медленные, — добавил Клайв.

— Но медленно — это лучше, чем стоять на месте, — закончил Джейсон.

Команда обдумывала выбор плохих вариантов, когда сигилы на двери потускнели, она сдвинулась назад, а затем скользнула в сторону, открываясь. Как только это произошло, стали слышны голоса изнутри.

— …невозможно сказать, кто они на самом деле.

— Андрес, я говорила «не давай Карен взять управление на себя» или я говорила «вздремни и позволь ей творить что вздумается»?

— Ты дремала.

— Я не спала уже… о, привет, босс. Прости за это.

Команда начала входить в комнату, когда Джейсон начал яростно жестикулировать, призывая их поторопиться.

— Быстрее! Заходите и закрывайте дверь.

Команда сделала так, как было велено, вместо того чтобы задавать вопросы, и дверь быстро закрылась за ними.

— Золотой ранг? — спросил Хамфри.

— Да, — сказал Джейсон. — Похоже, они развернулись и вернулись.

ГЛАВА 38: ДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ УБИТЬ ТЕБЯ, И ЕЩЕ ЗАПАС ОСТАНЕТСЯ

ГЛАВА 38: ДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ УБИТЬ ТЕБЯ, И ЕЩЕ ЗАПАС ОСТАНЕТСЯ

То, что называли «безопасной комнатой», на самом деле состояло из нескольких помещений, устроенных наподобие общежития. Вход вел в общую комнату с металлическими столами и стульями, расставленными ровными рядами и намертво привинченными к полу. Джейсону это напомнило тюрьму, или, по крайней мере, то, как тюрьмы выглядели в кино и по телевизору.

Поскольку только административные центры на верхних уровнях нанимали обычных ранговых, безопасные комнаты на глубоких уровнях предназначались исключительно для пользователей сущности. Это упрощало логистику — хранилищем еды мог служить шкаф, полный духовных монет. Не было нужды в туалетах, а единственной инфраструктурой, которую требовалось включить, были душевая и системы циркуляции воздуха. Из общей комнаты можно было попасть в спальные ячейки, где были установлены двухъярусные кровати, по полдюжины на комнату.

Команда поспешно вошла внутрь по настоянию Джейсона. Софи заставила их закованного в кандалы и капюшон пленника подойти к одному из столов и толкнула его на сиденье, пока остальные оглядывались по сторонам. Около двадцати человек либо стояли вокруг, либо выходили из спальных ячеек, чтобы посмотреть на новоприбывших. Большинство из них были целестинами, с небольшой примесью людей и эльфов. Хамфри было не до условий внутри, он смотрел на Джейсона, ожидая объяснений его внезапной спешки.

— Золотой ранг? — спросил он.

— Да, — ответил Джейсон, и голос его звучал мрачно. — Похоже, они развернулись и вернулись.

— Эта комната выдержит противника золотого ранга? — спросил Хамфри у Базефа.

— Какое-то время, — сказал Базеф. — Может, совсем недолго, в зависимости от их специфических способностей. Ничто, кроме оборонительной инфраструктуры уровня крепости-города, не остановит полностью решительно настроенного противника золотого ранга. Защита на двери могла бы потрепать серебряный ранг, хотя, вероятно, не убила бы их сразу, если только они не попытались бы пробить дверь головой и продолжали бы это делать, несмотря на получаемый урон.

— Никто не настолько идиот, — сказал Нил.

Базеф бросил взгляд на Карен, которая задержала их вход в комнату.

— Никогда не стоит недооценивать то, на что способны люди, — сказал он, а затем быстро представил трех человек, которые ждали по ту сторону двери. Все они были целестинами. — Человек, который в итоге впустил нас — моя заместительница, Сиара Амуз. Она заместитель директора этого объекта. Это её помощник, Андрес Амуз, и кузина жены моего племянника, Карен... как её там.

— Я заместитель вице-помощ...

— Никому нет дела, Карен, — перебил её Андрес.

— Не нужно быть таким грубым, Андрес, — сказал ему Базеф.

— Вы только что назвали её «Карен... как её там».

— Нет, я сказал Карен Сумптин. Это её имя.

Андрес одарил Базефа безразличным взглядом, а Сиара покачала головой с ироничной усмешкой.

Карен открыла рот, но Базеф поднял руку, жестом призывая её замолчать.

— Давайте просто позволим искателям приключений делать свою работу, хорошо?

Карен снова открыла рот, и Базеф снова поднял руку, на этот раз его жест был более властным.

— Я имею в виду, Карен, что мы должны позволить искателям приключений делать свою работу.

Базеф увел остальных гражданских, оставив Джейсона и остальных планировать дальнейшие действия.

— Что насчет плана Б? — спросил Нил.

— Мы зашли слишком далеко, чтобы это было жизнеспособным вариантом, — сказал Клайв.

План Б заключался в использовании монет золотого ранга, чтобы попытаться усилить себя до такой степени, что их портальные способности могли бы пробить подавление глубинного гранита, в который был врыт объект.

— Это сработало бы для Хамфри и меня максимум на треть пути вниз, — сказал Клайв. — Джейсон, может быть, смог бы сделать это на глубине до половины комплекса, но мы здесь слишком глубоко. Вокруг нас огромное количество глубинного гранита. Противник золотого ранга не смог бы выбраться отсюда через портал, если только он не был узкоспециализированным мастером порталов.

— Оставляя нам два варианта, — сказал Хамфри, — при условии, что Преобразованный золотого ранга попытается прорваться сюда, а не пройдет мимо. А он не пройдет. Мы выходим и сражаемся с ним, вместе со всеми пользователями сущности и другими Преобразованными, которые с ним? Или мы ждем, пока он прорвется сюда?

— Заставить его сначала пробиваться через защиту может нам помочь, — сказал Клайв. — Пусть он золотого ранга, но он не пользователь сущности. Он должен получить хоть какой-то урон, прорываясь внутрь.

— Это тоже займет время, — отметила Софи. — Если подкрепление Общества искателей приключений прибудет, пока дверь их задерживает, это избавит нас от боя, который нам не нужен.

— Но если они все-таки прорвутся, и нам придется сражаться с ними здесь, — возразил Нил, — это подвергнет опасности безопасную комнату и людей внутри. Возможно, с ними все будет в порядке, если мы будем сражаться с этой тварью в этой комнате, а они будут сидеть в спальных отсеках, но стоит ли риск «возможно, все будет в порядке» того?

— Все дело в том, какой риск мы выберем, — сказал Клайв. — Выйти наружу или позволить им войти — оба варианта плохие. Мы уже однажды решили не преследовать эту тварь, и по веской причине.

— Я не вижу альтернативы, если только они не пройдут мимо нас, — сказал Хамфри.

— Не пройдут, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что оно почувствовало нас, и оно было не одно. Вопрос не в том, нападет ли оно, а в том, когда.

— А как насчет неё? — сказала Софи, кивнув в сторону их пленницы. — Есть ли способ использовать её?

— Не в качестве заложницы, — сказал Тень. — В Ордене Искупительного Света есть другие, кто желает претендовать на лидерство, но не смог сместить Мелоди. Они будут крайне рады позволить нам сделать это за них.

— Может, она знает что-то, что мы можем использовать, — предположил Клайв.

— Готов поспорить, знает, — сказала Софи. — Но мы не можем доверять ничему, что исходит из её уст.

Хамфри нахмурился, мгновение глядя на женщину в капюшоне, прежде чем кивнуть.

— Когда все наши варианты плохи, — сказал он, — расширение спектра плохих вариантов может быть лучшим, что мы можем сделать.

Команда на мгновение переглянулась, затем Софи подошла и сорвала капюшон с головы Мелоди. Та осталась моргать от внезапного исчезновения магии, которая подавляла её чувства, а также лишала дара речи. Через мгновение она посмотрела на искателей приключений, выстроившихся перед ней, и её взгляд остановился на Софи.

— Привет, дочь. Не та встреча, на которую я надеялась.

— Мы сняли эту штуку с твоей головы не для семейных посиделок, — сказал ей Хамфри. — Если ты не принесешь нам пользы, я надену её обратно.

— И ошейник тоже, — добавил Джейсон.

Софи с удивлением посмотрела на него, но он не сводил глаз с Мелоди. Она взглянула на Хамфри, который кивнул.

— Сделай хоть движение, и мы тебя прикончим, — предупредил её Хамфри, пока Софи снимала с неё ошейник подавления. Мелоди издала насмешливый смешок.

— Такой суровый, юный господин Геллер, но мы все знаем, что ты слишком хороший мальчик, чтобы быть по-настоящему пугающим. Если хочешь угрожать мне, тебе следовало бы попросить мистера Асано. Он пытается быть хорошим мальчиком, но мы все знаем, кто он в глубине души.

— Слушай, леди, — сказал Джейсон, звуча скучающе. — Я люблю злых, соблазнительных пленниц даже больше, чем кто-либо другой…

Он перевел взгляд с Хамфри по одну сторону от себя на Нила по другую.

— …ну, один из двух.

— Эй, — сказал Нил с оскорбленным видом.

— Ты еще и мама моего друга, — продолжил Джейсон, — что не делает ситуацию более горячей, что бы там ни говорил Клайв.

— Эй!

— Я обеими руками за то, чтобы валять дурака, в целом, но у нас сейчас нет на это времени, — сказал Джейсон, игнорируя взгляды, которые он получил от остальной команды. — Нам нужно знать, есть ли у тебя информация, которую мы можем использовать, или капюшон вернется на место, и шансы на то, что ты умрешь, прежде чем он снова будет снят, выше, чем наоборот.

Мелоди оглядела комнату, прежде чем посмотреть на свою дочь с каменным лицом, а затем снова на Джейсона.

— Это одна из безопасных комнат, — сказала она.

— Ага, — сказал Джейсон.

— И вам что-то нужно, а значит, снаружи есть кто-то, кто, по вашему мнению, может пробраться внутрь, и вы не уверены, что сможете справиться.

Она повернулась к Софи.

— И говори что хочешь о своих маленьких друзьях, дочь; они могут справиться со многим.

— Мы держим тебя в цепях с мешком на голове, — сказала ей Софи.

— И все же вы сняли его, потому что вам нужна моя помощь.

— Расскажи нам о Преобразованном золотого ранга, которого ты привела с собой, — потребовал Хамфри.

Мелоди повернулась к Хамфри со скучающим выражением лица.

— Я действительно жалею, что она не выбрала того, поинтереснее.

Софи двинулась, чтобы надеть капюшон обратно.

— Какой Преобразованный золотого ранга? — быстро спросила Мелоди, заставив Софи остановиться.

Хамфри посмотрел на Джейсона, который пожал плечами.

— Я почувствовал только одного, — сказал ему Джейсон, — но было бы логично, если бы их было больше. Они, вероятно, знали, что им нужно будет взломать эти безопасные комнаты.

— Ты почувствовал его в этом месте? — спросила Мелоди. — Ах, эта грозная сила души Асано. Ты понимаешь, что…

Мелоди была прервана кулаком Софи, врезавшимся ей в лицо.

— Хватит игр, — сказала Софи. — Ты должна дать нам что-то.

— Мы знаем, что твои друзья будут рады увидеть, как ты умрешь в плену, — сказал Хамфри. — Твое выживание сейчас зависит от нашего.

Мелоди повернулась к Хамфри, её глаза сузились.

— Как вы так быстро отреагировали на наш налет? — спросила она его.

— Вам следовало выбрать место, где не было мужа принцессы Лиары во главе, — сказал Джейсон, вклиниваясь, прежде чем Хамфри успел ответить. — Она, как оказалось, очень заботливая супруга. Пока ваши люди бегали и устраивали неприятности, он саботировал объект и активировал личный сигнал бедствия, который она ему дала.

Она повернулась обратно к Джейсону, и их взгляды встретились.

— Она не собирается нам помогать, — сказал он. — Надень на неё капюшон.

— Он прав, — сказала Мелоди. — У меня нет для вас выхода отсюда.

— Тогда ты умрешь вместе с нами, — сказала Софи.

— О, вы такие отважные; смею сказать, у нас будет шанс поболтать снова. Столько времени для матери и дочери…

Она была прервана, когда Софи натянула капюшон ей на голову, а затем защелкнула ошейник.

— Простите, — сказала она остальным. — Это была пустая трата времени.

— По крайней мере, мы выяснили, что Преобразованных золотого ранга больше, — сказал Хамфри.

— Если предположить, что мы можем ей верить, — сказал Нил. — Чего мы абсолютно не можем.

— Она говорила правду, — сказал Джейсон.

— Ты уверен? — спросил Хамфри.

— Насколько это возможно, — сказал Джейсон. — Её контроль ауры был хорош, но недостаточно хорош, чтобы помешать мне прочитать её эмоции. Если только у неё нет какого-то способа фальсифицировать их, о котором я не знаю, чего я бы полностью исключать не стал.

— О, вот почему ты хотел снять ошейник, — понял Нил. — Ты не можешь прочитать её ауру, если она полностью подавлена.

— Не то чтобы это сильно помогло.

— Но она не лгала? — спросил Хамфри.

— Она солгала только один раз, — сказал Джейсон.

— Когда? — спросил Хамфри.

— Когда сказала, что жалеет, что Софи не выбрала того, поинтереснее. Думаю, в своей крайне извращенной манере, она искренне хочет воссоединиться со своей дочерью.

— Заставив меня пройти через причудливый ритуал порабощения, — сердито сказала Софи.

— Ага, — сказал Джейсон. — Она также знает, что я лгал о том, как мы так быстро сюда добрались.

— Откуда? — спросил Хамфри.

— Потому что мы знали, что её люди обернутся против неё, — сказал Джейсон. — Она знает, что у нас теперь есть шпион в её лагере.

— Прости, — сказал Хамфри. — Это была моя ошибка.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Ты не видел столько полицейских допросов, сколько я. Но мы определенно не можем обменять её обратно на её людей, чтобы они оставили нас в покое. Это скомпрометировало бы Белинду.

— К чему это нас приводит? — спросил Клайв. — У нас нет больше вариантов, чем было раньше. Мы только узнали, что снаружи еще больше Преобразованных золотого ранга.

— Ну, у меня есть один план, — сказал Джейсон.

Остальные члены команды повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Это хороший план? — спросил Нил.

— Как обычно.

— Тогда нет, — сказал Хамфри.

— Вы даже не собираетесь его выслушать? — спросил Джейсон.

— Джейсон, каждый раз, когда ты выживаешь после одного из своих планов, это сюрприз, — сказал Клайв.

— Он не такой уж плохой.

— Задержка элементального тирана в деревне у водопада, — сказал Нил. — Это чуть не убило тебя.

— Но не убило.

— Удивительно.

— Противостояние Люциану Лампри и Коулу Сильве, чтобы помочь Белинде и мне, — сказала Софи. — Это чуть не привело к тому, что твоя душа досталась Строителю, и мы до сих пор разбираемся с последствиями того, что вы со Строителем ненавидите друг друга.

— Ты на самом деле умер, прыгнув с той башни, — сказал Хамфри.

— И Фарра сказала, что ты умер еще дважды, пока тебя не было, — добавил Клайв.

— Вы просто придираетесь. Если…

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на тяжелую металлическую дверь.

— Они снаружи, — сказал он, и веселость исчезла из его голоса.

— Так что это был за план, в конце концов? — спросил Нил у Джейсона.

— По сути, то же самое, что и план Б, — сказал Джейсон. — Назовем его «план Б плюс».

— Нет никакого способа выбраться отсюда через портал, — сказал Клайв.

Облачная материя вытекла из амулета на шее Джейсона и приняла форму арки.

— Джейсон, что ты делаешь? — спросил Клайв, его голос был полон недовольного подозрения.

— Мы с Клайвом работали над специальным проектом, — сказал Джейсон.

— Специальным проектом, который не работает, — поправил Клайв.

— У нас есть основы, — сказал Джейсон. — Проблема в том, что для этого нужно использовать облачную конструкцию в качестве среды, и мы не можем понять, как заставить эту часть работать. Облачная фляга слишком сложна, чтобы мы могли понять, как её перенастроить.

— Разве нельзя просто закинуть туда нужные вещи и заставить работать? — спросил Нил. — Обычно ты так добавляешь функции, верно?

— Мы сделали это настолько хорошо, насколько могли, — сказал Клайв, — но это лишь часть того, что нам нужно. Проблема в том, что нам нужно подключиться к основным функциям того, как облачная конструкция направляет энергию, с помощью которой она работает.

— И вы думаете, что сможете решить эту проблему за то время, пока злые фанатики будут выламывать эту дверь? — спросил Нил.

— Нет, — сказал Джейсон, — но есть только одна реальная проблема. Для которой существует, потенциально, временное решение.

— О нет, только не это, — сердито сказал Клайв. — Ты убьешь себя дважды.

— Я до сих пор понятия не имею, о чем вы оба говорите, — сказал Нил.

— Мы работали над способом усилить портальную способность Джейсона, — сказал Клайв. — Больше дальность, больше людей. Идея заключается в том, чтобы использовать его облачные конструкции в качестве среды для обработки дополнительной энергии, которая для этого потребуется, тем самым предотвращая взрыв Джейсона при попытке.

— Проблема, которая у нас есть, — сказал Джейсон, — заключается в том, что это требует больше энергии, чем у меня есть, даже чтобы попытаться активировать. Намного, намного больше. В том смысле, что я мог бы съесть монету духа золотого ранга, и нам все равно не хватило бы.

— Вот почему нам нужно модифицировать облачную флягу, — сказал Клайв. — Чтобы облачные конструкции делали этот конкретный обмен энергией более эффективным. У них есть потенциал; нам просто нужно определить правильные пути. Теоретически это легко, поскольку облачные конструкции спроектированы так, чтобы быть универсальными в задачах. Мы даже знаем, более или менее, что хотим сделать, и нам нужно только повысить эффективность. Мы просто недостаточно понимаем устройство облачной фляги, чтобы сделать это. Если сможем, эффективность повысится до такой степени, что монеты духа золотого ранга, может быть, даже чего-то менее радикального, хватило бы, чтобы усилить порталы Джейсона.

— Как что-либо из этого поможет нам прямо сейчас? — спросил Хамфри.

— Если я правильно понял, — сказал Нил, — Джейсон может использовать свой переносной кусок облачной конструкции, чтобы заставить это портальное усиление работать, но у него нет и близко нужного количества энергии. Думаю, Джейсон говорит об использовании монеты алмазного ранга, чтобы компенсировать разницу.

— АБСОЛЮТНО НЕТ! — взревел Хамфри. — Я знаю, что твоя душа сильна, Джейсон, но такое количество энергии убьет тебя.

— Да, убьет, — согласился Клайв.

— Я не говорю о монете алмазного ранга, — сказал Джейсон. — У меня есть кое-что другое. То, из чего я могу взять ровно столько энергии, сколько мне нужно.

— Чего все равно будет достаточно, чтобы убить тебя, и еще запас останется, — сказал Клайв. — Ты работал над этим прямо вместе со мной, Джейсон. Ты знаешь, сколько энергии потребуется. Это мало чем будет отличаться от использования монеты алмазного ранга.

— Что это за источник энергии? — спросил Нил.

Джейсон посмотрел на гражданских, наблюдающих за ними с обеспокоенными выражениями лиц.

— Я объясню позже, — сказал он. — То, из-за чего люди сражались в моем мире, что следовало бы оставить в покое.

— Нет, — сказал Хамфри, и в его голосе не было места для компромиссов. — Джейсон, этот план отменяется. Наши шансы не те, что нам хотелось бы в этом бою, но они не настолько плохи, чтобы мы жертвовали тобой.

— Есть способы сохранить мне жизнь, — сказал Джейсон. — Мы с Клайвом исследовали это.

— Гипотетически, — сказал Клайв. — И в каждом расчете, который мы делали, твоя смерть была более вероятна, чем твое выживание.

— Эти расчеты не были особо точными.

— Ты думаешь, это делает ситуацию лучше?

Клайв повернул голову, его выражение лица было противоречивым.

— Джейсон, ты не можешь позволить себе умереть ради людей в этой комнате, и ты это знаешь. У тебя есть большая ответственность.

Джейсон сузил глаза, глядя на Клайва.

— Сколько тебе рассказала Доун? — спросил он.

— Все, — сказал Клайв. — Она знает тебя, Джейсон. Она знала, что рано или поздно у нас состоится такой разговор. Ей нужен был кто-то, кто напомнит тебе, что, нравится тебе это или нет, твоя жизнь важнее, чем жизни пары десятков человек. В конце концов, моральным выбором было бы использовать этих людей как отвлекающий маневр, который позволит нам сбежать. Или даже просто тебе одному. Ты рассказал нам, зачем вернулся в наш мир, но упустил часть о том, насколько важно то, что ты есть. О том, что случится с твоим миром, если ты не выживешь, чтобы закончить то, ради чего пришел сюда.

— Не может быть, чтобы Мировой Феникс положил все яйца в мою корзину, — сказал Джейсон. — Ты же знаешь. Доун может не говорить этого, но существует какой-то запасной план.

— Ты, вероятно, прав, — сказал ему Клайв, — но какова цена второго лучшего варианта, Джейсон?

Выражение лица Джейсона помрачнело. На мгновение в его глазах вспыхнуло что-то, чего команда раньше у него не видела, но это прошло в мимолетное мгновение.

— Я не собираюсь использовать этих людей как приманку и бежать.

— Я знаю, — сказал Клайв. — Но если остаться и сражаться, у тебя больше шансов выжить, чем точно убить себя, активируя полуготовый проект, который может сработать, а может и нет.

Джейсон оскалился, но кивнул в знак согласия. Арка из облачной материи рассеялась в ничто.

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Значит, сражаемся. Джейсон, сколько их там снаружи, помимо Преобразованного золотого ранга?

Джейсон закрыл глаза и расширил свои чувства, продвигая их вперед, пробиваясь сквозь подавление.

— Я чувствую противника золотого ранга. Думаю, он использует какую-то огненную силу на двери. Есть и другие Преобразованные, но лишь горстка. Пять… нет, шесть пользователей сущности.

Остальные члены команды обменялись мрачными взглядами. Хотя члены Ордена Искупительного Света, как правило, не были так хороши, как искатели приключений уровня гильдии, лидеры были, а остальные были далеко не слабаками. Вдобавок к Преобразованному золотого ранга, это означало, что по ту сторону двери их ждал отчаянный бой.

— Подождите, — сказал Джейсон. — Приближается кто-то еще.

— Пожалуйста, скажи мне, что это подкрепление Общества искателей приключений, — сказал Нил.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это еще одна пара пользователей сущности с Преобразованным золотого ранга.

Джейсон открыл глаза и посмотрел на остальных.

— Будь ты проклят, Джейсон, — сказал Хамфри.

— В этот момент, — сказал Джейсон, — мы либо пробуем мой план, либо все умрут.

— Может, мы можем использовать мать Софи как заложницу, — сказал Нил. — Это может сработать.

— Нет, — сказал Хамфри. — Не сработает.

СО ВЕРШЕННО ИНАЯ ПАРАДИГМА

СО ВЕРШЕННО ИНАЯ ПАРАДИГМА

Команда Джейсона смотрела на него с мрачными лицами.

— Может, не обязательно действовать так радикально? — предложил Нил. — Вместо того чтобы пытаться проложить портал прямо наружу, Джейсон откроет его парой туннелей дальше, и врагу достанется лишь пустая комната.

— Это осуществимо, Джейсон? — спросил Хамфри.

— Возможно, — ответил тот. — Если заставлю. Я чувствую, что портал не хочет открываться.

— Не хочет? — переспросил Хамфри.

— У тебя есть способность к телепортации, — сказал Джейсон. — Ты использовал её здесь, внизу?

— Нет, — ответил Хамфри. Он игнорировал эту возможность, поскольку она была гораздо менее свойственна его набору способностей, чем теневая телепортация Джейсона, которую, как он внезапно осознал, не видел с тех пор, как они покинули доки. Слияние с тенями Джейсона, его непредсказуемые движения и способность скрывать ауру делали его обычную тактику скрытности похожей на теневые прыжки, но Хамфри ни разу не видел, чтобы тот использовал настоящую телепортацию.

Хамфри сосредоточился на собственной способности, не активируя её, но пропуская ману через пути, которые должны были её задействовать. Он почувствовал сопротивление, словно пытаясь пробиться сквозь паутину чудовищного паука, и инстинктивное чувство опасности.

— Это… не кажется безопасным, — сказал он.

— Потому что это и не безопасно, — заметил Клайв. — Точки привязки критически важны в любой форме пространственного перемещения, от перехода в нематериальное состояние до телепортации и порталов.

— Как сущность, по своей природе являющаяся нематериальной, — добавил Тень, — могу подтвердить, что применение физической силы в этом месте дается с трудом.

— Местный глубокий гранит не просто блокирует магическое чутье и порталы, — пояснил Клайв. — Всё гораздо сложнее, но это самые заметные практические эффекты. Важнее того, как это влияет на дальность действия порталов, то, как это делает потенциальные пункты назначения нежизнеспособными.

— Это правда, — сказал Базеф, подходя со стороны группы собравшихся гражданских. — Даже очень могущественные пользователи эссенции не открывают порталы глубже доков, даже если могли бы.

— Это потому, что пункты назначения порталов должны быть магически стабильными, — сказал Клайв. — Начальная точка может быть более шаткой, потому что вы находитесь там лично, и ваша способность эссенции будет использовать ваши собственные чувства для автоматической адаптации, если только она не слишком нестабильна — в таком случае портал не сработает. Этот порог гораздо ниже для пункта назначения, но вы можете принудительно воздействовать на процесс, например, влив больше мощи. Скажем, потратив монету духа.

— Давайте так и сделаем, — сказал Нил.

— Нет, — отрезал Клайв. — Порталы обычно не открываются в нестабильное место, потому что сами по себе они являются очень стабильными эффектами. Каждый случай портальной аварии, зафиксированный Магическим обществом, произошел из-за того, что кто-то использовал внешние вспомогательные средства, вроде монеты духа, чтобы открыть портал в нестабильном месте.

— Разве не именно это вы с Джейсоном планировали сделать с порталом? — спросила Софи.

— Нет, — ответил Клайв. — Джейсон говорит об открытии портала за пределы этого комплекса. Опасность грозит ему. Если он откроет портал куда-либо внутри комплекса, опасность будет грозить каждому, кто через него пройдет.

— Не думаю, что у нас осталось много времени на раздумья, — сказал Нил, указывая пальцем. Команда обернулась к двери, которая начала слабо светиться от жара.

Джейсон посмотрел на Хамфри, чьё лицо исказилось от гнева.

— А если я проглочу монету алмазного ранга? — спросил Хамфри. — Этой мощи может хватить, чтобы я перебил тех, кто снаружи.

— Это, скорее всего, тебя не убьёт, — сказал Клайв. — Это убьёт тебя наверняка. У Джейсона больше душевной силы, а его способности эссенции позволяют ему справляться с избытком маны, чего, может быть — может быть — хватит, чтобы он не погиб, если мы будем очень, очень стараться. А вот что эта монета точно сделает, так это перегрузит тебя такой мощью, что ты станешь калекой еще до того, как успеешь с ними сразиться. Но я не говорю тебе ничего, чего бы ты сам не знал.

— Хамфри, — мягко сказал Джейсон. — У нас нет времени хвататься за соломинки, кроме той, что у нас уже есть.

Хамфри в ярости отошел и ударил ногой, деформировав металлический стол и вырвав его из пола, к которому тот был прикручен. Стол пролетел через всю комнату, прочертив борозду в металле потолка и стены, прежде чем с грохотом рухнуть на пол, перестав быть похожим на предмет мебели.

— Это «да», — сказал Джейсон и зашагал к Мелоди, сдернул с неё капюшон и бросил его Софи. Он рывком поставил Мелоди на ноги, заставив их встретиться лицом к лицу. Джейсон немного подрос за время повышения рангов, но всё ещё не был крупным мужчиной, и они были примерно одного роста.

— Я же говорила тебе, что… — начала она со змеиной улыбкой, но осеклась, встревоженная чем-то в инопланетных глазах Джейсона.

— Вот он, — сказала она. — Приятно познакомиться, мистер Асано.

— Я собираюсь открыть портал, — сказал он ей. — Мы не можем заставить тебя пройти через него, но ты можешь выбрать — пойти.

Она посмотрела на него с любопытством.

— Ты не можешь открыть портал отсюда. Это невозможно.

— Я всё равно это сделаю. Твой выбор — пройти через портал или чтобы мы оставили твой труп, когда уйдем.

— Вот это, юный мастер Геллер, — сказала она, не сводя глаз с Джейсона, — и есть умение запугивать. Решимость довести дело до конца.

Джейсон толкнул Мелоди к Софи.

— Клайв, готовь остальных, — бросил он.

Пока Джейсон снова создавал арку из облачной субстанции, Клайв начал инструктировать остальных.

— Нил, Джейсону будет очень плохо после использования этой способности. Его душа будет вырабатывать ману в гораздо большей концентрации, чем способно выдержать его тело, как кран, который невозможно перекрыть.

— Это приведет к разрушению его тела, — сказал Нил. — Повреждения такого рода крайне плохо поддаются исцелению.

— Поэтому тебе нужно будет сделать всё возможное для Джейсона. Базеф, нам нужно, чтобы этот портал был открыт как можно меньше времени, так что выстраивай своих людей в колонны. Они должны проскочить сразу, как только он откроется. Тень, ты уже знаешь, что нам с тобой делать.

— Да, — подтвердил Тень.

Арка из облачной субстанции, которую сформировал Джейсон, сменила цвет с белого на черный, словно чернила, разливающиеся в молоке. Когда она стала абсолютно черной, изнутри начало исходить синее и оранжевое свечение. Джейсон протянул руку, и темная облачная субстанция затвердела, превратившись в нечто, похожее на мрамор. Однако арка оставалась пустой, портал не открывался.

Продолжая держать одну руку вытянутой к арке, Джейсон другой достал предмет из своего инвентаря. Он выглядел как страусиное яйцо, сделанное из золотого, серебряного и синего трансцендентного света. Для любого, кто обладал чувством ауры в комнате, это был бездонный океан чистой, неразбавленной потенциальной энергии. Воплощенная мощь, словно глина, из которой была вылеплена вселенная.

— Что это? — прошептала Мелоди. Единственным ответом ей стал резкий шлепок по затылку от собственной дочери.

У основания арки появилась линия тьмы, танцующая, словно черное пламя. Теневое пламя стало серебряным и поднялось, заполняя арку, пока проем не наполнился серебряным светом. Свет медленно сменился смесью золотого и серебряного, с синими вкраплениями. Затем золото сменилось оранжевым, серебро снова стало черным, а синий цвет расширился. Конечным результатом стала темная пустота в арке, внутри которой клубилась сине-оранжевая туманность.

В этот момент Джейсон начал светиться трансцендентным светом. Это немедленно встревожило его спутников, так как выглядело это так, будто он умудрился нагрузить себя собственными разрушительными святыми недугами.

— Идите, — сказал он напряженным голосом.

— Есть понимание, сколько людей успеет пройти, прежде чем он схлопнется? — спросил Клайв.

— ИДИТЕ!

Единственное слово, которое проревел Джейсон, было меньше похоже на человеческий звук, чем на гудок корабельного тифона, вибрирующий аурой настолько мощной и необузданной, что некоторые гражданские железного ранга начали кричать от ужаса, страха и боли.

Клайв расправил плечи, окинул взглядом остальных и шагнул внутрь. Софи подтолкнула мать к порталу.

— Время выбирать.

Мелоди не ответила и не стала медлить, шагнув прямо в портал. Софи лишь на мгновение удивилась, прежде чем последовать за ней.

* * * Клайв привык к лёгкой дезориентации при перемещении через порталы, но то, что он испытал, выйдя из особого портала Джейсона, было совсем другим уровнем. Он пошатнулся, отходя от арки, следом вышла Мелоди, а за ней — Софи. Мелоди упала, а Софи застыла на месте, покачиваясь, прежде чем схватить Мелоди и оттащить её в сторону.

Гражданские высыпали следом, спотыкаясь и падая на пол. Кряхтя, Клайв принялся оттаскивать их, чтобы освободить место для остальных, то же самое делала Софи. Многих сильно тошнило, хотя любая грязь, брызнувшая на пол, аккуратно впитывалась в темную облачную субстанцию, из которой он состоял.

Они находились в большой комнате в облачном доме, которая активно менялась вокруг них. Белая облачная субстанция становилась темной, совершенно черной. Мебель в комнате уходила в пол, а стены расширялись. Потолок отступил, открывая комнату небу.

Нил и Базеф вышли посреди потока гражданских. Нил быстро пришел в себя и начал помогать людям; Базефу потребовалось больше времени, прежде чем он начал делать то же самое. Гражданские были в плохом состоянии, особенно низкоранговые. У некоторых из железного ранга начались судороги от воздействия модифицированного портала.

Аура, давящая на них, никому не помогала, пульсируя, словно сердцебиение гигантского зверя. Облачный дом вовсе не скрывал своей природы духовного домена, всепоглощающая версия ауры Джейсона давила на всех внутри, тираническая и абсолютно непреклонная. Единственным утешением было то, что сейчас она не была враждебной, даже к Мелоди, которая заползла в угол, на мгновение забытая всеми.

Когда последний из гражданских прошел, Хамфри и Белинда вышли, под углом, чтобы протиснуться через арку, поддерживая Джейсона между собой. У каждого из них было просунуто по руке под его руку, в то время как ядро реальности легко покоилось в его ладонях. Джейсон был раскален трансцендентным светом, сияя ярче, чем яйцевидное ядро, которое он держал.

Белинда и Хамфри пошатывались, но продолжали идти вперед, неся Джейсона. Клайв прыгнул перед Джейсоном, на которого было почти больно смотреть из-за яркости. Находясь в лучшем случае в полусознании, он свесил голову набок.

— Джейсон! — крикнул ему Клайв. — Ты можешь остановиться!

Клайв обхватил голову Джейсона ладонями.

— ЗАКРЫВАЙ ПОРТАЛ!

Джейсон посмотрел на Клайва мутными, растерянными глазами. Клайв вырвал ядро реальности из рук Джейсона, отбросив его в сторону. Трансцендентный свет, наполнявший портал, зашипел и погас, а похожий на мрамор камень превратился обратно в облачную субстанцию, после чего впитался в пол. Джейсон к тому моменту едва держался на ногах и перестал пытаться, его удерживали только Хамфри и Белинда.

Джейсон снова встал на ноги, стряхнув с себя пару и протянув руку, нетвердо, но решительно. Он открыл портал в свое духовное царство, надеясь, что оно сможет вытянуть избыток энергии из его тела. Он споткнулся, направляясь к арке, но мощь внутри его тела отреагировала яростно. Арка схлопнулась, и Джейсона с силой отбросило назад, когда между ними вспыхнула яркая вспышка. Мягкая стена смягчила удар Джейсона, и Хамфри бросился ловить его, прежде чем тот упал.

Базеф и Софи уже очищали комнату, выталкивая гражданских в дверь. Нил осматривал тех, у кого были судороги.

— Присмотри за гражданскими, — сказал Клайв Нилу. — У нас есть короткое окно, прежде чем мана начнет разъедать Джейсона, так что используй его, чтобы помочь им, а потом возвращайся.

Нил кивнул и присел над парой, у которой начались судороги.

— Помоги мне вытащить их из здания, — сказал он Базефу. — Эта аура им не на пользу.

— Что это за место? — спросил Базеф.

— Работа сегодня, вопросы завтра.

Клайв помог Хамфри и Белинде осторожно уложить Джейсона посреди комнаты. Тела Тени высыпали из тени Джейсона толпой, окружив его. Ближайшие протянули руки, чтобы коснуться его, в то время как другие касались их, расширяясь, словно паутина, и начали коллективно вытягивать ману из Джейсона. Клайв встал над Джейсоном и тоже начал вытягивать его ману с помощью заклинания.

Способность: [Элдрический дисбаланс] (Баланс)

* Заклинание (вытягивание, магия, потоковое). * Стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет (потоковое).

* Текущий ранг: Серебро 3 (19%).

* Эффект (железо): Вытягивание маны из цели до тех пор, пока заклинание поддерживается. Уровень вытягивания масштабируется выше в зависимости от текущей маны цели относительно её максимальной маны.

* Эффект (бронза): Во время поддержания периодически накладывает [Дисбаланс маны] на врагов с меньшим количеством маны, чем у заклинателя.

* Эффект (серебро): Получение альтернативной версии заклинания, которая является мгновенной, а не потоковой, и наносит небольшое количество урона увяданием вместо вытягивания маны. Это добивающая способность, но масштабирование урона зависит от низкого уровня маны, а не от низкого уровня здоровья.

* [Дисбаланс маны] (недуг, магия, стакающийся): Способности вытягивания маны имеют увеличенный эффект на цель. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Обычно, когда Клайв использовал свое заклинание вытягивания маны, ранг цели не имел значения. Какого бы качества мана ни исходила от них, заклинание очищало её или, в случае с высокоранговыми целями, разбавляло до маны, соответствующей рангу Клайва. Однако, когда он вытягивал ману из Джейсона, это было похоже на впрыскивание лавы. Он закричал, когда мана вошла в его тело, прервав потоковый эффект.

Поток маны, который на мгновение перешел от Джейсона к Клайву, был не обычного синего цвета, а ярко-серебристо-синего. Та же мана просачивалась из Джейсона сама по себе, проходя сквозь кожу, словно пот, вместе с кровью. Белый костюм Джейсона растворялся пятнами, ткань вокруг дыр пропитывалась кровью. Клайв отметил, что облачный дом, по-видимому, вытягивал агрессивную чужеродную ману из Джейсона. Они надеялись, что так и будет, когда строили предположения о способах повышения выживаемости Джейсона, но всё, что касалось его духовного домена, было лишь догадками.

Клайв взглянул на тела Тени, расположившиеся вокруг Джейсона, которые сформировали некое подобие цепи, вытягивая ману из Джейсона и пропуская её через себя, словно сеть. Клайв мог видеть, как мана проходит через них, как по цепочке, разбавляясь по мере распространения среди всех тел. Собравшись с духом, Клайв снова направил заклинание, стиснув зубы, когда усиленная мана Джейсона хлынула в его тело.

* * * Хамфри, Софи и Белинда всё ещё эвакуировали гражданских из комнаты. Бронзовые более высокого ранга и двое серебряных были последними из оставшихся гражданских, благодаря тому, что лучше переносили тираническую ауру, затопившую комнату. Сидя на полу, где он ждал восстановления после прохода через портал, один из серебряных рангов заметил светящееся страусиное яйцо ядра реальности. Подумав о своей личной способности хранения, он огляделся и увидел, что внимание всех приковано либо к Джейсону, либо к выходу. Он медленно и непринужденно пошаркал к ядру реальности, пока перед его лицом не возник огромный меч, по форме напоминающий крыло дракона.

— Передумай, друг.

Из-за всепроникающей ауры духовного домена он не заметил приближения Хамфри. Он поднял взгляд и поспешно закивал.

— Пора уходить, — холодно сказал Хамфри.

Встав, мужчина последовал за Хамфри и остальными гражданскими наружу.

* * * Быстро оценив, что никто из гражданских не умрет от дикого портального перехода, Нил бросился обратно в облачный дом. Снаружи он оставил Тайку, Трэвиса и Гэри, которые были в облачном доме, когда команда переместилась. Они прибежали, заметив изменения в доме, и Хамфри немедленно поручил им заниматься гражданскими.

Даже экстерьер облачного дома превратился в ту же черную облачную субстанцию, обычный фасад здания полностью исчез. Дом претерпевал изменения, которые, как был уверен Нил, были более экстремальными, чем должны были быть без возвращения дома во флягу для переразвертывания. Он проигнорировал эту шальную мысль, вбегая обратно внутрь.

Добравшись до того, что теперь было большой открытой платформой на вершине дома, он прошел сквозь рой Теней, облепивших Джейсона. Искры били его, когда он проходил сквозь них, словно усиленное статическое электричество. Тени меняли цвет на неправильный: серебристо-синий окрашивал их стандартный черный униформенный цвет.

Нил обнаружил Клайва, вытягивающего ярко-синюю ману из Джейсона потоком толщиной с бедро Хамфри. Джейсон всё ещё ярко светился, но свет время от времени слегка тускнел, словно мана внутри него дышала. Нил присел рядом с тем местом, где лежал Джейсон.

Если не считать крови и маны, сочащихся сквозь кожу, Джейсон выглядел довольно целым, пусть и бредил. Его голова двигалась из стороны в сторону, словно он был сбит с толку и что-то искал, но глаза были закрыты, хотя свет просвечивал сквозь веки. Способность восприятия Нила, «Глаза возможности», позволяла ему видеть уязвимости людей. Благодаря этому он понимал, что Джейсон находится в гораздо более хрупком состоянии, чем кажется.

Фундаментальной основой любой сущности, существующей в физической реальности, была её магическая матрица. Это было верно даже для нематериальных сущностей, таких как Тень, не имеющих физического тела. Нил видел, что перегруженная мана, которую душа Джейсона сбрасывала в магическую матрицу его тела, разрушала её на фундаментальном уровне. Если бы не колоссальная душевная сила Джейсона, хотя бы немного регулирующая выброс маны, его магическая матрица уже была бы разрушена.

К сожалению, Нил мало что мог сделать с состоянием Джейсона. Восстановление тела по мере того, как оно начинало разрушаться, лишь незначительно отсрочило бы коллапс магической матрицы, поддерживая платформу, на которой она находилась, но эффект был бы ограничен. Нил сразу понял, что вытягивание маны из Джейсона Тенью и Клайвом было гораздо эффективнее всего, что мог сделать он сам.

Вместо этого он переключил внимание на Тень и Клайва. Мана, которую они оба поглощали, также негативно влияла на них, хотя и не так радикально, как сила, оставившая Джейсона беспомощным на полу. Тень, по-видимому, распределял ману по своим телам, чтобы минимизировать деградацию своей магической матрицы, и на данный момент был в порядке. Клайв, с другой стороны, накапливал опасные уровни едкой маны.

* * * Неожиданным эффектом заклинания вытягивания Клайва было то, как быстро оно вытягивало ману из Джейсона. Сила эффекта вытягивания основывалась на том, насколько заполнен текущий максимальный запас маны цели. Джейсон был переполнен далеко за пределами своего базового лимита и почти наверняка был бы мертв, если бы его собственные способности не позволяли ему делать нечто подобное. В результате этого уровня маны Клайв вытягивал из Джейсона больше маны, чем, как он думал, заклинание вообще было способно. Максимальный запас маны Клайва был намного больше, чем у среднего пользователя эссенции его ранга, но он быстро обнаружил, что его резервуар полон.

Клайв прекратил поддерживать заклинание вытягивания маны и начал собирать огромную мощь, в данный момент сжигающую его изнутри. Он поднял руку к небу, запрокинув голову, собирая ману, обжигающую его, в подготовке к запуску другого заклинания.

Нил понял, что собирается сделать Клайв.

— Хочешь усиление?

— Нет, — сказал Клайв. — Мне нужно потратить ману.

— Понял, — кивнул Нил. Его заклинание поддержки повысило бы мощь и снизило стоимость способности союзника. То, что нужно было Клайву сейчас, — это сбросить всю ману, которую он мог.

Заклинание Клайва «Гнев Магистра» было самым мощным заклинанием мгновенного урона, к которому у команды был доступ. Оно также было самым прожорливым до маны, становясь тем мощнее, чем больше маны Клайв в него вливал. Когда мана хлынула из него и он пропел заклинание, он молча пообещал себе никогда больше не жаловаться на манопожирающую природу этого заклинания.

«Почувствуй мощь пересозданной реальности.»

Клайв никогда раньше не высвобождал такой мощный вариант заклинания. Мало того, что это было самое большое количество маны, которое он когда-либо в него вливал, так эта мана еще и была суперзаряженной. Результатом стал радужный небесный луч, который быстро вырос почти до ширины комнаты, устремившись в небо.

После короткого, пошатывающегося момента Клайв вернулся к вытягиванию маны.

* * * Нил бросил лечащий заряд в Клайва, зеленая энергия помогла телу Клайва выдержать нагрузку от маны, проходящей сквозь него. Для Джейсона это было бы как слону дробина, но Клайв не был в таком критическом состоянии, поэтому Нил направил свои усилия туда, где они приносили реальную пользу.

— Как он? — спросил Клайв, вытягивая ману.

— Нехорошо, — с горечью ответил Нил. — Есть только одна вещь, которую я могу для него сделать, но мне нужно тянуть как можно дольше, иначе это может его убить.

— Что именно? — спросил Клайв.

— Мое заклинание «Момент героя», — сказал ему Нил.

— Хорошая мысль, — сказал Клайв. — Оно дает большой бонус к максимальной мане, что действительно поможет ему.

Они оба понимали суть способности, поэтому никто не озвучил опасность. Как только заклинание заканчивалось, максимальная мана субъекта временно снижалась до уровня ниже начального. Если Джейсон в этот момент всё ещё будет залит перегруженной маной, это определенно его убьет.

— Последняя минута, — сказал Клайв.

— Да, — мрачно ответил Нил.

* * * Хамфри, Софи и Белинда наблюдали, как Клайв, Нил и Тень пытались спасти Джейсона. Спустя час после их прибытия они всё ещё отчаянно боролись за жизнь Джейсона. Между тем, что духовный домен Джейсона вытягивал из него ману, а Клайв и Тень делали то же самое, свет, сияющий внутри Джейсона, заметно потускнел, но он не уменьшался так быстро, как требовалось. Деградация магической матрицы тела Джейсона начала проявляться; теперь он выглядел так, словно находился на последних стадиях голодания. Нил лечил его, как мог, но это было всё равно что мазать мазью ожоги человека, который всё ещё горит.

Клайв был напряжен, но, сбрасывая ману каждый раз, когда его большое заклинание откатывалось, он находился в стабильном цикле вытягивания маны из Джейсона и избавления от неё, не перенапрягая собственное тело слишком сильно.

С Тенью дело обстояло иначе. Хотя его массив тел давал ему большую общую емкость маны, чем у Клайва, у него не было эффективного механизма сброса. В первый раз, когда она достигла критической точки, мана перетекла из всех тел, чтобы собраться в одном на краях паутины, близко к двери. Оно выскочило из комнаты, и мгновения спустя облачный дом содрогнулся от взрыва.

Расход тела не был достаточным, чтобы полностью очистить ману из остальных, но это выиграло время, и тел было не жалко. Однако с каждым телом, в которое он сбрасывал ману и отправлял детонировать, общая емкость маны Тени падала.

Нил пытался привести Джейсона в чувство. Если бы Джейсон был в сознании, он, возможно, мог бы использовать ману, скапливающуюся внутри него, чтобы пополнить тела Тени, что помогло бы усилиям Тени и послужило бы полезным отстойником маны. К сожалению, ни один из методов Нила не смог его разбудить, и он опасался, что если будет давить сильнее, то только сделает хуже.

— Я чувствую себя таким бесполезным, — посетовал он.

Клайв ничего не ответил, лишь взглянув на остальную часть команды, беспомощно стоящую на краю комнаты.

— Я знаю, — прорычал Нил. — Но я целитель. Сохранение жизни каждого — это первое, что я должен делать. Первое.

Он снова осмотрел тело Джейсона, видя, что оно — развалина. У него больше не было физической целостности серебряного ранга, едва ли даже бронзового.

— Нил, — сказал Тень, привлекая внимание Нила. Тень никогда не называл его по имени.

— Сейчас что-то произойдет, — сказал ему Тень. — Гордону понадобится твоя помощь.

— Каким образом?

— Тебе нужно будет указать на наиболее пострадавшие части тела мистера Асано. Только ты можешь видеть лежащий в основе паттерн.

— А что потом? — спросил Нил.

— Потом тебе нужно будет воздержаться от вмешательства, несмотря ни на что, — сказал Тень. — Это касается всех в этой комнате.

Софи посмотрела на свою мать в углу, затем подошла, держа капюшон в руке.

— Позвольте мне посмотреть, — попросила Мелоди, на её лице отразилась нехарактерная искренность. Софи ей не поверила.

— Если найдешь способ вмешаться, — сказала ей Софи, — ты не проживешь очень долго.

Софи натянула капюшон на голову матери.

* * * Гордон материализовался в воздухе над Джейсоном.

— Самые поврежденные части его тела, мистер Дэвон, — сказал Тень Нилу.

— Конечности, — сказал Нил. — Любые из них. Всё, что ниже колен и локтей, близко к разрушению, а верхние конечности не намного лучше.

Ни одна часть тела Джейсона не выглядела здоровой, по мере того как он становился всё более иссохшим и скелетоподобным. Однако глазам Нила это виделось ещё хуже. Фундаментальное повреждение магической матрицы тела можно было исправить, пока душа была цела, а тело живо. Однако это был интенсивный и трудоемкий процесс. По сравнению с легкостью, с которой магия могла сращивать плоть и кости, это была мучительная каторга как для целителя, так и для исцеляемого.

Спутники Джейсона наблюдали, как его фамильяр парит над ним, окруженный шестью вращающимися глазами. Вся команда вздрогнула, когда лучи выстрелили из сфер и начали разрезать ослабленную плоть Джейсона. Хамфри и Софи сделали шаг вперед, а Нил дернулся, всё ещё сидя на корточках рядом с Джейсоном. Клайв был настолько поражен, что это прервало его потоковое заклинание.

Все четверо снова вздрогнули, услышав голос Тени, перешедший на крик.

— НЕ ВМЕШИВАТЬСЯ!

Гордон отсек конечности Джейсона чуть ниже плеч и бедер, его силовые лучи легко дезинтегрировали ослабленную плоть и кости. Кровь не хлынула из обрубков. Вместо этого из них высыпали пиявки, плотно сбиваясь в форму новых конечностей, сливаясь в новую, здоровую плоть.

Расчлененные части тела Джейсона превратились в слизь через несколько мгновений после отделения, растворяясь в радужном дыму. Нил ещё раз взглянул на матрицу тела Джейсона и увидел, что заново выросшие конечности фактически восстановили матрицу Джейсона в этих областях, заставив Нила задуматься, как это вообще возможно, его разум лихорадочно работал.

— Что происходит? — спросил Хамфри, его голос был тяжел от угрозы.

— О, черт, — сказал Нил, когда его осенило. — Пиявочный фамильяр Джейсона связан с ним на глубоком душевном уровне. В отличие от внешней магии любого целителя — или даже большинства собственных способностей Джейсона — Колин может заменить не только плоть, но и лежащую в основе магическую матрицу. Правда, только когда он заменяет целиком, а не через обычную регенерацию. Но это означает, что Колин может восстановить Джейсона способами, недоступными для целительной магии. Очень немногие способности могут исцелять на таком уровне, и они почти всегда являются самоисцелением, как твоя способность «Бессмертие», Хамфри. Единственные внешние вещи, о которых я знаю, что делают это, — это чудо-зелья и целительные способности очень высокого ранга. Те силы, что больше не воскрешают, теперь могут исцелять на уровне телесной матрицы вместо этого. Это то, что Целитель дал им, чтобы компенсировать то, что забрала Смерть.

Нил был прерван ещё одним телом Тени, ушедшим, чтобы сотрясти комнату взрывом. С половиной тел, исчезнувших, скорость, с которой они расходовались, увеличивалась.

— Означает ли это, что Колин может поддерживать жизнь Джейсона, пока мы не закончим? — спросила Софи.

— Нет, — сказал Нил, снова осматривая тело Джейсона. — Гордон, не отрезай ничего, кроме конечностей. Я знаю, он крепкий ублюдок, но сейчас он не в лучшей форме. Если начнешь копаться в его торсе, это, вероятно, убьет его раньше, чем Колин успеет заменить плоть.

— В смысле? — спросил Хамфри.

— Колин выигрывает нам время, потому что конечности деградируют быстрее, чем центральная масса, но это всё ещё неопределенность. Клайв, можешь начинать вытягивание снова.

Вытягивание маны Клайвом было жестче, чем у Тени, и он воздерживался, пока Колин отращивал конечности. Он кивнул и применил свое заклинание вытягивания маны.

— Проблема в голове, — сказал Нил. — Обычно это было бы не так плохо, потому что у тела Джейсона некоторое время не было мозга. Иронично, что он без сознания в такой подходящий для шутки момент. Голова Джейсона деградирует быстрее, чем торс, но он настолько хрупок, что отсечение и выращивание новой убьет его.

— Разве обезглавливание не убило бы его в любом случае? — спросил Клайв.

— На пике сил Джейсон, вероятно, смог бы выжить благодаря Колину. Остальным из нас понадобилась бы очень хорошая, очень мощная и очень быстрая целительная магия.

Ещё одно тело Тени ушло, сотрясая комнату уже привычным взрывом.

* * * — Моя способность продолжать вытягивание из мистера Асано стремительно достигает предела, — сказал Тень. У него оставалось всего три тела, каждое из которых было почти полностью сине-белым вместо черного. Два из них потускнели, но лишь слегка, когда третье стало синим и умчалось прочь.

У остальной части команды теперь было место, чтобы столпиться вокруг Джейсона. Они смотрели, видя, что свечение внутри него значительно потускнело. Нил, который видел глубже, покачал головой.

— Слишком рано, — сказал он. — Если я использую свое заклинание на Джейсоне сейчас, оно не продержится достаточно долго.

Клайв остановился, чтобы выпустить ещё один небесный луч.

— Варианты? — спросил он, возобновив заклинание вытягивания. — У меня всё.

Нил бросил ещё один заряд жизни в переутомленное тело Клайва.

— У меня тоже, — сказал он.

— Колин на пределе своих возможностей по регенерации мистера Асано, — сказал Тень. — Его биомасса почти полностью исчерпана.

Нил снова осмотрел тело Джейсона, видя, что если он подождет ещё хоть немного, заклинание, вероятно, убьет Джейсона само по себе.

— Если это разбудит его, — сказал Нил, — это может позволить ему сжечь немного маны, воссоздавая тела Тени.

Сначала Нил использовал свою способность «Поддержка», чтобы усилить следующую способность, которую он применит. Затем он пропел заклинание для «Момента героя».

«Настал момент взять в руки бразды судьбы.»

Команда почувствовала, как магия Нила наполняет тело Джейсона. У неё было множество эффектов для его усиления, но именно расширенная емкость маны, как они надеялись, сохранит ему жизнь. Время, которое потребовалось мане, вытекающей из его души с медленно уменьшающейся скоростью, чтобы достичь нового лимита, дало телу Джейсона передышку. Они увидели, как он расслабился. К сожалению, он не проснулся.

— Нил, не мог бы ты попытаться снова заставить его проснуться? — спросил Клайв.

— Нет, — ответил Нил. — Это убьет его.

— Тогда что нам делать? — спросила Софи.

— Мы надеемся, что заклинания хватит надолго, — сказал Нил, зная, что этого не произойдет.

Гордон отступил внутрь Джейсона после ампутации конечностей, но появился снова, на этот раз паря вокруг, двигаясь взад-вперед перед командой.

— Он хочет, чтобы мы отступили, — сказал Тень. — Все мы.

— Я не могу перестать вытягивать.

— Этого недостаточно, Клайв, — сказал Нил, вставая. — Если у Гордона есть хоть какая-то идея, мы должны ей следовать; неважно, что это. Что-то лучше, чем ничего, а у меня ничего нет. А у тебя?

Нил и Клайв обменялись взглядами, и Клайв прекратил поддерживать свое заклинание. Они отступили вместе с остальной частью команды, включая два оставшихся тела Тени.

— Что делает Гордон? — спросил Хамфри.

— Я искренне понятия не имею, — сказал Тень.

Они все наблюдали за Гордоном, неподвижно зависшим над Джейсоном. Через мгновение он медленно поплыл вверх, в то время как глазные сферы начали вращаться вокруг него с быстро увеличивающейся скоростью. Внезапно все шесть выстрелили лучами в стаккато-вспышках, не в Джейсона, а вокруг него. Там, где лучи ударяли в пол облачной платформы, они оставляли линии и сигилы синего и оранжевого света.

— Это похоже на твою способность, Клайв, — сказал Хамфри. — Он рисует ритуальную диаграмму.

— Ты знал, что он так умеет? — спросил Клайв у Тени.

— Нет, мистер Стэндиш.

— Что он пытается сделать? — спросил Нил.

— Твоя догадка так же хороша, как и моя, — сказал Клайв, вглядываясь в диаграмму.

— На самом деле нет, — сказал Нил.

— Определенно нет, — согласилась Софи.

— Это было абсурдное утверждение, — сказал Хамфри.

Они смотрели, как работает Гордон, погрузившись в молчание. Белинда обеспокоенно прижалась к Хамфри, и он нежно погладил её по волосам. Софи бросила на них короткий взгляд, но ничего не сказала. Все глаза Гордона выстрелили одновременно, с абсолютной скоростью и точностью.

— Думаю, это какой-то ритуал проекции ауры, — сказал Клайв. — Думаю. Он работает на принципах, которые я никогда не видел. Это почти совершенно иная парадигма магии в целом.

— Что это значит? — спросил Нил.

— Если представить, что способ, которым мы используем магию, — это язык, то, что делает Гордон, — на совершенно другом языке. Это другая система магии.

— Я не знал, что существуют разные системы магии.

— Их нет, — сказал Клайв. — То, что он делает, не должно работать. Это как пытаться охладить напиток, выставив его на улицу, потому что ожидаешь, что солнце сделает вещи холоднее. Это просто не то, как работает мир. То, что он делает, не должно ничего давать.

Гордон закончил работу, и все стали ждать, но ничего не произошло.

— Видите? — сказал Клайв. Затем Гордон исчез, вернувшись в ауру Джейсона.

— Это всё? — спросил Нил.

— Клайв должен провести ритуал? — спросила Софи.

— Я не могу, — сказал Клайв. — Как я уже сказал, магия так не работает.

— Не можешь попробовать? — спросил Хамфри. — Что-то должно измениться.

— То, о чем вы просите, равносильно проходу сквозь картину туннеля. Это может выглядеть как настоящее, но реальность так не работает.

Они не подошли ближе, опасаясь наступить в сложный ритуальный круг, который занимал большую часть комнаты светящимися линиями и сигилами синего и оранжевого цвета, хотя казалось, что он ничего не делает. Пока они наблюдали, не зная, что делать дальше, над Джейсоном появилась глазная сфера.

Когда Гордон не был проявлен, Джейсон мог использовать до двух своих сфер. Вторая появилась над Джейсоном, затем третья, четвертая, пятая и шестая в быстро увеличивающейся последовательности. Они закружились над Джейсоном, и перегруженная мана просочилась из его тела, чтобы быть поглощенной сферами. Взгляд всей команды был прикован к ним, пока они поглощали всё больше и больше маны. Каждый раз, когда они это делали, разные секции светящегося ритуального круга светились ярче.

— Ты знал, что он так умеет? — снова спросил Клайв у Тени.

— Я не знаю, что он делает сейчас, мистер Стэндиш.

— Тебе, может, стоит немного поговорить со своим коллегой-фамильяром, — сказал Клайв.

— Он не особо разговорчив.

По мере того как всё большая часть ритуального круга загоралась, огромный туманный глаз, который мог вызвать духовный домен Джейсона, проявился над платформой.

— Джейсон говорил, что это какое-то защитное оружие, верно? — спросил Нил. — Может, он собирается сжечь ману каким-то лучом смерти.

Клайв наклонил голову из стороны в сторону, его лицо выражало противоречие. Он остановился, приняв решение.

— Нил, усиль меня, — сказал он.

— Ты уверен? — спросил Нил.

— Уверен.

— Ты сказал, что не знаешь, что это за ритуал.

— Неважно. Как ты сказал, это что-то, а у нас ничего нет, так что давайте выжмем всё до конца.

— О чем ты говоришь? — спросил Хамфри.

— Делаю что-то, что, вероятно, глупо, — сказал Клайв, — но сегодня именно такой день. Джейсон бы сделал это.

— Что и привело нас сюда! — воскликнул Хамфри.

— Делай, — сказала Софи.

Нил использовал «Поддержку» на Клайве, чтобы усилить его следующую способность. Клайв вытянул руки перед собой, и его жизненная сила начала исходить из тела, окутывая его ярким красным свечением, с прожилками серебристо-синего. Толчковым движением обеих рук поток жизненной силы двинулся, словно шлейф дыма, из Клайва в ритуал.

Способность: [Магия Крови] (Баланс)

* Специальная способность (жертвоприношение). * Стоимость: Переменное здоровье. * Перезарядка: Нет (потоковое).

* Текущий ранг: Серебро 4 (02%).

* Эффект (железо): Потребление собственной жизненной силы для получения маны.

* Эффект (бронза): Расход жизненной силы для усиления мощи ритуалов и способностей эссенции, использующих ритуалы. Количество требуемой жизненной силы варьируется в зависимости от ритуала. Использование чужой жизненной силы для этого эффекта оставляет метку на душе, которую можно обнаружить при достаточно тщательном исследовании.

* Эффект (серебро): Расход собственной жизненной силы для усиления эффекта заклинаний.

Как только шлейф жизненной силы соприкоснулся с ритуальным кругом, шлейф стал толще, и ритуал впитал его, поглощая больше жизненной силы. Он особенно жадно пожирал серебряные и синие прожилки, струящиеся через жизненную силу Клайва, что принесло ему некоторое облегчение. Это была перегруженная мана, которую Клайв не сбросил, и он был рад избавиться от неё. Однако вместе с ней ушло много жизненной силы, из-за чего Клайв тяжело пошатнулся.

— Прекрати, если ему нужно больше, чем у тебя есть, — предупредил его Нил, пока жизненная сила продолжала вытекать. Нил использовал заряд жизни, чтобы пополнить убывающую жизненную силу Клайва.

— Очевидно.

Глазные сферы продолжали поглощать ману из Джейсона и жизненную силу из Клайва, Нил регулярно лечил Клайва, чтобы компенсировать это. Наконец, каждая часть ритуальной диаграммы сияла ярче, чем когда Гордон её нарисовал. Затем сферы переместились в различные точки вокруг ритуального круга, погружаясь в пол. В воздухе над ними великий глаз начал расти и меняться.

Было трудно разглядеть, что происходит, находясь прямо под ним. Глаз быстро превратился в поле теней, сквозь которое темные фигуры двигались, словно рыбы в пруду. Оно было огромным, по крайней мере, километр в поперечнике и такой же высоты. В центре поля появилась пустая капюшонная мантия, темнее, чем тени вокруг, но окаймленная светом и усыпанная звездами. Внутри мантии было яркое небо, похожее на то, которое поле вытеснило.

Аура духовного домена Джейсона хлынула наружу, словно цунами.

* * * Королевский дворец Римароса находился на небесном острове, парящем над Ливаросом, в ста двадцати километрах от облачного дома Джейсона на Арноте. Сорамиру Римаросу докладывал Тренчант Мур о последней информации, поступающей с операции по спасению в горнодобывающем комплексе, когда он повернул голову в точном направлении Арнота, и его глаза расширились.

— Какого чёрта?

Тренчант Мур выронил планшет, вздрогнув от восклицания алмазного ранга.

НЕЧТО РАДИКАЛЬНОЕ

НЕЧТО РАДИКАЛЬНОЕ

Внедрить Белинду в ряды Ордена Искупительного Света оказалось на удивление просто. Орден не ожидал, что Общество искателей приключений так быстро отреагирует на ситуацию в горнодобывающем комплексе, и их команды были застигнуты врасплох. Многие из них рассеялись, проиграв в стычках, и пожертвовали Преобразованными ради прикрытия своего отступления.

Джейсон и его команда столкнулись с парой таких членов ордена в самом начале своего спуска в комплекс. Они устранили обоих, но Тень определил одну из них как идеальную личность для Белинды. Сам он уже проникал в их штаб-квартиру и благодаря усердному сбору информации был в разной степени знаком с их личным составом.

Его сведения о руководстве были столь же ограничены, сколь ограничен был и его доступ к ним. Они проводили большую часть времени в наиболее защищенных зонах комплекса, и Тень не хотел рисковать, пытаясь проникнуть туда. Он также по большей части избегал команды Мелоди, даже тех, кто не занимал руководящих должностей. Тень с большой осторожностью относился к одному из членов её команды — Келли.

Те, о ком он смог составить полное представление, были рядовыми членами других команд. Обычно различные ячейки ордена держались обособленно, но после рейда на остров Строителя весь орден залег на дно. С тех пор они скрывались в крупнейшей тайной цитадели ордена, высеченной внутри горы и доступной только под водой. Поскольку все они были заперты вместе, у Тени появилась возможность тщательно их изучить.

Член ордена, которую Тень определил как идеальную кандидатуру для замены Белиндой, была хорошим выбором по нескольким причинам. Во-первых, она отбилась от ордена на верхних уровнях, что облегчило им воссоединение, когда орден направился к выходу. Куда важнее была натура этого члена ордена, которую звали Кет Джино.

Одной из вещей, которые Тень отметил в членах ордена, было то, что процесс, подразумеваемый «пламенем очищения», по-разному влиял на физиологию и психику каждого человека. Мелоди, например, претерпела значительные физические изменения, превратившись из целестиала в человека. Самыми заметными изменениями стали её волосы и глаза, когда-то серебристо-металлические, как у её дочери. Волосы Мелоди стали молочно-белыми, а глаза — серыми.

С другой стороны, Тень подозревал, что сильный характер и острый ум Мелоди остались практически неизменными, изменились лишь её основные мотивации. По сравнению с этим, многие члены ордена были сильно затронуты ментально. Даже нескольких дней пребывания с орденом Тени хватило, чтобы это стало очевидно.

На одном конце шкалы ментальных изменений находились Мелоди, другие лидеры и некоторые члены, такие как Ретт, Джейми и Келли, которые сохранили все свои способности. Другие варьировались от закостенелых мыслителей, лишенных креативности — что могло быть просто естественным состоянием, — до почти дроноподобных существ. Все Преобразованные Строителя находились на «дроновом» конце спектра, в то время как Преобразованные EOA с Земли больше походили на орден в том плане, что результаты были крайне разнообразными.

Кет Джино находилась глубоко на «дроновом» конце шкалы ментальности. Она не проявляла никакой инициативы, следовала приказам и говорила, только если к ней обращались, да и то не всегда. Что делало её особенно ценной, так это то, что её часто находили бесцельно бродящей, словно лунатика без цели. Она была одной из нескольких таких, кто демонстрировал менталитет, очень похожий на чистых Преобразованных, превращенных с помощью очищенных заводных Ядер.

Отсутствие личности и инициативы, наряду со склонностью к блужданиям, делало Кет Джино идеальной ролью для Белинды. Она могла держать рот на замке, уши востро и не должна была знать никакой информации, которую Тень не смог бы ей предоставить. Если бы её обнаружили бродящей по вражеской цитадели, на это просто не обратили бы внимания.

Белинда приняла облик Кет, а одно из тел Тени спряталось в её тени, чтобы направлять её. Она отделилась от группы, и её место в команде занял Сташ. Это была, скорее всего, излишняя предосторожность, но, поскольку они уже знали о предателях среди искателей приключений, лучше было проявлять осторожность.

Когда пара других разрозненных членов ордена встретила Белинду, бродящую в одиночестве, они заставили её плестись следом, как потерявшуюся сестру, которую они нашли. Орден перегруппировался и направился к доку, где команда предателей-искателей приключений, оставленная охранять док, помогла им. Они не стали долго ждать возвращения остальных членов ордена, прежде чем забрали все суда в доке и отчалили.

Большинству групп удалось добраться до места, коллективно или поодиночке, и они не стали долго ждать, прежде чем совершить побег. У Белинды возникло ощущение, что лидеры, находившиеся в доке, беспокоились о возвращении Мелоди в док не меньше, чем об искателях приключений. Неудачное вмешательство искателей приключений стало более чем достаточным оправданием, чтобы оставить её им.

Белинда сохраняла лицо и ауру эмоционально пустыми, что было лучшей частью роли Кет. Женщина-дрон была эмоционально чистым листом, гораздо более легким для имитации, чем сложная личность. Самым трудным было стоять в стороне, пока орден убивал пару гражданских, которые создавали проблемы. Белинда не была уверена, смогла бы она поддерживать бесстрастную маску, если бы ей приказали убивать невинных людей. Она бы сделала это, иначе поплатилась бы головой, но она не была уверена, что смогла бы скрыть свои эмоции, делая это.

С Белиндой обращались как с горсткой чистых Преобразованных, которых члены ордена не принесли в жертву, и её затолкали в один из транспортов. Это был настоящий момент невозврата. Она оказалась заперта внутри, без возможности общаться или даже знать, куда их везет транспорт. Хотя её принятая личность облегчала подслушивание, задавать вопросы самой было не в характере Кет.

Ощущение гнетущей изоляции не изменилось, когда они прибыли в горную цитадель. Магическая защита, блокировавшая чувства в обоих направлениях, заставляла её чувствовать себя в ловушке.

Орден пребывал в беспорядке после своей катастрофической экспедиции, хотя двое лидеров, которым удалось выбраться, Марика и Элиза, казались довольными. Сочетание украденного транспортного ресурса, заполненного материалами, и отсутствия Мелоди, по-видимому, радовало их обеих. Она видела, что они уже присматриваются друг к другу, решая, кто в итоге возглавит орден; конфликт за лидерство был активом, который она потенциально могла использовать.

Белинда в хаосе улизнула в назначенное Кет общежитие, где могла передохнуть и оценить обстановку, не вызывая подозрений. Большинство членов ордена оставались у дока подводных лодок в цитадели, все еще оправляясь от в целом катастрофического результата рейда на горнодобывающий комплекс.

— Может, попробуем действовать сейчас, пока царит хаос? — спросила Белинда. — Возможно, это наш лучший шанс пошарить там, где не следует, и остаться незамеченными.

— Нет, — ответил ей Тень. — Члены ордена с пустым разумом, склонные к блужданиям, всегда делают это, когда обстановка спокойнее, часто пока остальные спят. Когда вокруг шум, они обычно отправляются в свои общежития и не путаются под ногами. Остальные приучили их к этому.

— Как питомца, которого посадили в клетку, чтобы не мешался, — заметила Белинда.

— Именно так. Терпение сослужит нам здесь хорошую службу, и…

— Тень?

— Думаю, с мистером Асано что-то случилось, — сказал он. — Нечто радикальное.

— Я думала, ты не можешь чувствовать свои другие тела или Джейсона отсюда, — сказала Белинда.

— Не могу, — подтвердил Тень. — За исключением базового ощущения, что связь существует, никакая информация не должна проходить через неё. Тот факт, что хоть какое-то ощущение пробилось, говорит о том, что обстоятельства мистера Асано, какими бы они ни были, весьма экстраординарны.

* * * Интеллектуально Лиара Римарос понимала, почему ей было прямо запрещено лично участвовать в спасательной операции в горнодобывающем комплексе. Её способности плохо подходили для этой задачи, а эмоциональная вовлеченность не пошла бы на пользу. Искатели золотого ранга не привыкли слышать «нет», даже от директора Общества искателей приключений, поэтому он и нанял Зилу Римарос алмазного ранга, чтобы та сказала ей «нет» за него. Это был тот вариант, который стал возможен только благодаря нашествию монстров, и она была за это благодарна.

Лиару утешало управление операцией со стороны Римароса. Официально она использовала команду, охранявшую док, для связи. У одного из их членов, как и у Джейсона, был фамильяр с несколькими телами, который можно было использовать для связи на огромных расстояниях. Это было предлогом, который Лиара использовала, чтобы специально назначить команду предателей охранять доки, предоставив Ордену Искупительного Света путь к отступлению.

Следить за обнаруженными предателями, а не разоблачать их, было любимой стратегией Лиары. Это требовало осторожности в управлении, особенно когда в деле было задействовано несколько групп, но отдача при эффективном использовании таких активов была огромной. Это позволило ей захватить своих первых пленных из Ордена Искупительного Света, даже если она, по правде говоря, охотилась за культистами Строителя, сливая информацию о Джейсоне Асано.

В данном случае это, будем надеяться, позволило бы Обществу искателей приключений нанести решающий удар по ордену, по крайней мере, в отношении их операций в Море Штормов. Белинда пошла на огромный риск, пытаясь проникнуть на базу врага, и готовилась на случай, если представится возможность. Её команда с энтузиазмом отговаривала её от этого плана, и хотя Лиара делала то же самое, она была уверена, что её неискренность была раскушена.

Присутствие тел Тени в доке горнодобывающего комплекса и собственной тени Лиары позволяло ей следить за событиями и видеть в точности то, что предатели говорили ей, в сравнении с тем, что происходило на самом деле. Предатели ушли, Белинда с ними и, по-видимому, не обнаружена, хотя Лиара, как никто другой, знала, что это может быть частью более глубокой игры.

Как только предатели ушли, Тень подошел к Коринне Пескос, чтобы Лиара могла общаться с ней напрямую и лучше управлять событиями удаленно. Прибытие искателей золотого ранга принесло облегчение, но она все еще ждала вестей о своем муже. Новость о том, что объект был саботирован, была палкой о двух концах: это усложняло операцию, но наводило на мысль, что Базеф все еще жив. Она была уверена, что если саботаж был успешно осуществлен, то за этим стоял именно он. Вероятно, жалуясь все это время на функции безопасности, которые он сам же и внедрил.

— Принцесса Лиара, — произнес Тень, его голос был, как всегда, размеренным и спокойным. — Я был бы признателен за немедленную отправку целителя, способного восстановить повреждения на уровне матричного ядра, и сильнейшего мана-поглотителя, который у вас есть, к облачному дому мистера Асано.

— Что случилось?

— Мистер Асано сумел эвакуировать свою команду, вашего мужа и большое количество гражданских лиц через портал, но последствия этого разрушают его.

— Как это… неважно, это может подождать. РОДНИ!

* * ющей *

Лиаре удалось сдержать свои инстинкты и не броситься немедленно к облачному дому с нанятыми ею искателями золотого ранга. Вместо этого она продолжила руководить эвакуацией из горнодобывающего комплекса, пока управление не взял на себя другой чиновник Общества искателей приключений. Она осталась лишь на время, достаточное для того, чтобы представить ему Тень как их узел связи, прежде чем броситься наружу.

Её помощник подготовил летательный аппарат золотого ранга; принцесса, безусловно, имела разрешение на использование летательного аппарата для Ливароса. Это был небольшой, длинный небесный глайдер того типа, который Джейсон сравнивал со спидерами из «Звездных войн». Она пронеслась по расстоянию между Ливаросом и Арнотом, отпугивая монстров, привлеченных скоростью, ударами ауры, наполненными её сдерживаемой, разочарованной яростью.

С воздуха было несложно разглядеть живописный городок на берегу лагуны, но это было совершенно излишне. Она заметила периодические радужные лучи в небе задолго до того, как достигла острова. Она увидела толпу, собравшуюся вокруг облачного дома Асано, который был заменен неким подобием черного храма. Синие и оранжевые огни сияли от ритуала, проводимого на открытой платформе крыши.

Лиара проигнорировала приличия и направила свою ауру, чтобы просканировать толпу, хотя та замерла на месте, как только достигла любой части черного храма. К её удивлению, искатели золотого ранга, которых она послала, были снаружи, но их ауры были не тем, что она искала. Она почувствовала своего мужа, изможденного и излучающего вину, но здорового. Она не стала замедляться, спрыгнув с глайдера на полной скорости. Глайдер врезался в невидимый барьер на краю утеса и пробил его, в то время как она врезалась в Базефа.

ГЛАВА 41: НЕЛЕПАЯ НОВАЯ СИЛА ДУШИ

ГЛАВА 41: НЕЛЕПАЯ НОВАЯ СИЛА ДУШИ

Брак Лиары никогда не был полон страсти. Политический союз, заключенный, когда они с Базефом были молоды, тем не менее, с годами перерос в нечто большее. Друзья, а зачастую и любовники, они по-настоящему объединились в любви к своим детям, которые уже выросли. Только один из их детей остался в городе, пойдя по стопам отца в управлении делами семьи Амуз. Остальные разъехались, выбрав путь матери — жизнь искателей приключений.

— Ты сообщила Джозефу, что я в порядке? — спросил Базеф у Лиары, вновь заверив её, что устал, но не пострадал.

— Я и не знала, что ты в порядке, — ответила она. — Я примчалась сюда, как только смогла выбраться. Я руководила операцией по твоему спасению, хотя Джейсон Асано, похоже, действовал совсем не по плану.

Базеф нахмурился, и Лиара проследила за его взглядом, направленным поверх толпы, собравшейся на лужайке, к бывшему облачному дому. Теперь он был явно сделан из облачной материи, но вместо пушистого белого цвета приобрел зловещий черный оттенок, словно грозовые тучи, вызванные злым богом. Форма тоже перестала напоминать дом, напоминая скорее храм. Впрочем, это был не обычный храм. Он походил на обитель зла из детских сказок: нависающие стены, остроконечные шпили. Лиара заметила открытую ритуальную платформу на вершине.

У храма была широкая арка, в которой стояли трое — единственные, кто осмелился ступить внутрь. Лиара узнала их всех, поскольку внимательно следила за Джейсоном, его командой и всеми, с кем он контактировал. Гарет Зандье был огромным леонидом, а Тайка Уильямс — темнокожим человеком, ставшим иномирянином, который, возможно, был даже крупнее. На их фоне Трэвис Ноубл, еще один человек-иномирянин обычного телосложения, выглядел совсем крошечным.

Остальные люди, собравшиеся перед зданием, представляли собой смесь напуганных гражданских, горожан и тех, кто прибыл в ответ на происходящие события. Среди них была Пелли, мэр города и дальняя родственница королевской семьи. Она была одной из трех золотых рангов, остальные двое — люди, которых она сама и прислала. Золотые ранги стояли перед аркой, ведущей в храм.

— Почему они не входят? — спросила Лиара у Базефа.

— Здание их не пускает, — ответил Базеф. — Если не считать друзей Асано, у любого, кто входит внутрь, начинает гнить плоть, а аура подвергается жестокому подавлению. Это затронуло даже гражданских, которые выходили последними, так что нам повезло, что мы успели вывести железных рангов первыми. Если бы это коснулось золотых рангов, любые железные, оставшиеся там, погибли бы мгновенно.

— А ты? — спросила она, но он покачал головой.

— Я выбрался рано, чтобы организовать остальных.

— Что делает Асано? — спросила Лиара.

— Он умирает, Ли. Я не особо вникал в разговор, но что бы он ни сделал, чтобы вытащить нас, его команда согласилась на это только потому, что другого выбора не было. Они были почти уверены, что это его убьет.

Из храма не исходило вообще никакой ауры, что создавало пугающе пустое пятно в магическом восприятии Лиары.

— Никто не может войти?

— Войти может кто угодно. Проблема в том, чтобы выжить. Золотые ранги пытались, но когда их плоть начала плавиться, они быстро выскочили обратно, выглядя потрясенными.

Лиара почувствовала внимание других золотых рангов. Пелли занималась гражданскими — как зеваками из местных, так и эвакуированными с горнодобывающего объекта. Остальные ждали, когда Лиара закончит разговор с мужем. Она повернулась к Базефу, который закатил глаза.

— Я в порядке, — сказал он ей. — Мне в любом случае нужно заняться организацией персонала объекта. Все потрясены тем, через что нам пришлось пройти.

— Тетя Пелли отлично с этим справляется, — сказала Лиара, переплетая свои пальцы с его. — Ты никуда не уйдешь от меня.

— Лиара, я в порядке.

— Ты помнишь, что я умею читать твои эмоции, верно?

— Я помню, что когда ты это делаешь, значит, пришло время для одного из наших разговоров о личных границах.

— Вот почему я хочу поскорее довести тебя до золотого ранга.

— А я говорил тебе, что спешить некуда. Ты же знаешь, как я отношусь к покупке такого количества ядер за раз. Цена взлетает, когда им приходится искать столько сразу, да и это само по себе расточительство.

— Ты понимаешь, что я принцесса довольно известного королевства, верно?

— Мне казалось, ты предпочитаешь зарабатывать то, что получаешь?

Она невольно улыбнулась и кивнула, а затем наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку. — Да, но какой смысл, если я не буду иногда пользоваться преимуществами? Я счастлива, что ты жив, муж мой.

— Я бы сказал, что это низкая планка, — ответил он, — но я встречал мужа Карен. Есть причина, по которой он постоянно берет работу на северных буровых вышках.

— Будь вежлив, — шутливо пожурила она. Она направилась к арке, увлекая его за собой, так как отказывалась отпускать его руку. Двое золотых рангов обернулись на её приближение. Один был целителем, с которым она была знакома лишь поверхностно. Другим был человек, которого она хорошо знала — целитель-дренажник по имени Насио Элан. Он поприветствовал Лиару и Базефа, когда они подошли, в то время как его спутник молча хмурился.

— Лиара. Бас, рад видеть, что вы в безопасности. Ли, что вы заставили нас делать? Что происходит в этом месте?

— Я надеялась, что ты сможешь сказать мне, Насио, — ответила Лиара. — Ты ведь был там, верно?

— Недолго. Я не прошел и половины лестницы, как выбрался обратно. Там магия только серебряного ранга, но что-то усилило её так, как я никогда не видел. Словно кто-то съел дух-монету алмазного ранга, только вместо человека это всё здание целиком. И что происходит с аурой внутри? Такое чувство, будто это храм бога контроля и мудачества.

— Монета алмазного ранга, возможно, не так уж далека от истины, — сказал Базеф. — Я краем уха слышал, как Асано и его команда говорили об этом. Это не монета алмазного ранга, но что-то похожее. Что бы это ни было, оно оказалось достаточно мощным, чтобы позволить Асано телепортироваться сквозь глубокий гранит. К тому же он провел с собой больше нас, чем должен был суметь.

— Дух-монеты усиливают твои атрибуты, — сказал Насио, — а не параметры способностей сущности. Даже монета алмазного ранга на такое не способна.

Базеф уже собирался ответить, когда из тени Лиары появилась Тень, к удивлению золотых рангов. Любое существо серебряного ранга, подошедшее так близко незамеченным, даже если они не обращали внимания, было тревожным сигналом.

— С уважением, лорд Римарос, — обратилась Тень к Базефу, — я был бы признателен, если бы вы воздержались от спекуляций о секретах мистера Асано в открытом обсуждении.

— Неважно, какие у него секреты, если он мертв, — сказала Лиара.

— Это неправда, — ответила Тень. — К тому же, на данный момент это не имеет значения.

— Это фамильяр Асано, Тень, — представила его Лиара. — Тень, ты можешь провести их внутрь?

— К сожалению, нет, — ответила Тень. — Мистер Асано в данный момент без сознания, и облачный дом реагирует рефлекторно, в соответствии с уровнем доверия мистера Асано.

— Мы не можем войти туда, — сказал Насио. — Можешь вынести его, чтобы мы могли заняться им?

— Боюсь, мы прошли этот этап еще до вашего прибытия, — сказала Тень, — иначе мы бы так и сделали. Полагаю, я должен извиниться за то, что потратил ваше время, попросив леди Лиару привести вас. На данном этапе мистер Асано живет или умирает по воле тех из нас, кто стоит рядом с ним, и благодаря его упрямому отказу умирать, сколько бы раз космос ни считал нужным его убить.

Золотые ранги обменялись обеспокоенными взглядами. Они не привыкли быть бессильными во вмешательстве во что-либо, не говоря уже о делах серебряного ранга.

— Бро, они говорят так, будто нас здесь нет.

— Золотые ранги, — согласился Гэри, качая головой.

— Как думаешь, с Джейсоном всё будет в порядке? — спросил Трэвис.

— Конечно, — сказал Гэри. — Он выйдет, скажет что-нибудь самодовольное и получит какую-нибудь нелепую новую силу души. Так всегда бывает. Я однажды пытался скорбеть по нему — пустая трата времени. Оказалось, он просто ушел навестить свою маму.

— Вообще-то, они не ладят, — заметил Тайка.

Золотые ранги наблюдали, как Гэри, Тайка и Трэвис болтают, словно их самих здесь не стояло. Лиара уже собиралась что-то сказать, как вдруг черная дыра в их восприятии аур стала очень, очень полной.

Синий и оранжевый свет озарил всё вокруг, когда тираническая аура хлынула из храма. Ранее молчавший золотой ранг хмыкнул с отвращением.

— Ауры Греха, — недовольно пробормотал он. — А люди еще говорят, что ауры драконов высокомерны.

Толпа отступила от стен, чтобы лучше разглядеть то, что освещало небо над головой. Золотые ранги переместились дальше и быстрее всех благодаря своей природной скорости, вместе с Базефом, которого Лиара потянула за собой, словно бумажную ленту. Они остановились, обернулись и увидели гигантскую туманность в форме глаза, парящую над храмом.

— Что это? — спросил Насио.

— Похоже на один из глаз Асано, — сказала Лиара.

Внимание Базефа, после того как он пришел в себя после того, как его протащила жена, было сосредоточено на ауре, теперь затопляющей местность, особенно на её воздействии на гражданских низких рангов. Они были заметно встревожены её тиранической природой, но она не проявляла разрушительности по-настоящему неконтролируемой ауры. Через что бы ни проходил Асано, на каком-то уровне он проявлял сдержанность.

* * * Даже во время нашествия монстров движение дирижаблей через Римарос было интенсивным. Самый большой воздушный порт находился на Прово, но тот, что на Ливаросе, обычно считался самым важным — по крайней мере, людьми, которые считали важными себя. Прово был самым густонаселенным островом, и его воздушный порт был одним из самых загруженных торговых узлов в мире. Ливарос же был площадкой для аристократов и искателей приключений, с воздушным портом, более приспособленным для судов богачей, чем для эффективных торговых грузовиков. Помимо обычных дирижаблей, воздушный порт мог похвастаться более экзотическими транспортными средствами, такими как полые металлические птицы размером с частные самолеты.

Карлос Килидо был человеком скромным по натуре, но мир позволял золотому рангу быть лишь в определенной степени скромным, поэтому дирижабль, на котором он летел, был направлен в порт на Ливаросе. Сам Карлос был непритязателен, в простой одежде светло-коричневого цвета свободного кроя, чтобы дышать во влажном тропическом климате. Влажный, тяжелый воздух не заставил бы золотого ранга потеть, но мог вызвать дискомфорт, если бы он оделся неподобающе.

Будучи экспертом в манипуляции аурой, Карлос не выделялся своим врожденным присутствием, хотя скульптурное и безупречное совершенство его внешности выдавало в нем высокорангового. Это был широкоплечий и смуглый мужчина. Наблюдательный человек заметил бы мелкие детали, которые отмечали его как последователя Целителя. Тонкости кроя одежды делали свободно драпированный костюм слегка напоминающим мантию, в то время как определенные узоры в вышивке имели значение для тех, кто был сведущ в правильных религиозных текстах.

Пассажирские перевозки во время нашествия монстров были редкостью, особенно для золотого ранга. Всё, ради чего стоило отправлять золотой ранг, обычно стоило того, чтобы организовать портал. Карлос был целителем, но в крайне узкой специализации. Поскольку это была не та специализация, которая обычно требовала срочного реагирования, он привык путешествовать в более спокойном темпе, чем искатели приключений, к числу которых он не относился. Он провел свою долю времени в полевых условиях, но он был священником и пользователем ядер, а не экспертом по бою.

Карлос в основном служил Целителю, помогая тем, кто страдал от душевных травм, повреждений матрицы тела и других подобных случаев, которые нелегко исцелить с помощью обычной восстановительной магии. Обычно он работал с отдельными людьми или небольшими группами неделями или даже месяцами. Ключевым компонентом его работы было исследование, чтобы в будущем другим можно было помочь более легко.

Несмотря на то, что его работа была очень далека от работы искателя приключений, золотой ранг оставался золотым рангом. По пути к месту назначения он не раз выступал вперед, когда монстры приближались к его судну, хотя боев не происходило. Направленного всплеска его ауры золотого ранга было достаточно, чтобы отпугнуть монстров серебряного ранга, и им повезло не привлечь золотых. Это позволило путешествию пройти без происшествий, а его попутчики даже не осознали, что находились под угрозой. Изысканный контроль ауры Карлоса сделал весь процесс совершенно незаметным для пассажиров и экипажа воздушного судна.

Дирижабль пришвартовался в воздушном порту, прикрепившись к туннелю, выступающему из бока одной из огромных стыковочных башен. Карлос собирался сойти по пассажирскому туннелю, когда почувствовал пару знакомых аур, поднимающихся из-под дирижабля.

Рядом с дирижаблем появился небольшой летающий скиф. На борту находились Арабелла Ремор, с которой Карлос работал много раз, вместе с её сыном Руфусом. Мальчик был бронзового ранга, когда они виделись в последний раз, в провинциальном городе, где Карлос провел время, работая с очень необычным случаем. И для него это что-то значило.

Помимо пилота скифа, на борту был третий человек: женщина, которую он не знал, чья аура отмечала её как искателя приключений и иномирянку. Учитывая, что особый случай, связанный с Руфусом Ремором, включал другого иномирянина, его любопытство было подогрето.

— Арабелла, — сказал он с широкой улыбкой. — Ты могла бы подождать, пока я хотя бы сойду с корабля.

— Времени нет, — сказала она. — Запрыгивай.

Карлос легко запрыгнул на борт, и Арабелла кивнула пилоту, который немедленно отправился в путь.

— Не думал, что они позволяют этим маленьким судам так разгуливать по докам, — сказал Карлос.

— Не позволяют, — ответила Арабелла. — Особое разрешение.

— Понятно.

Карлос пожал руку Руфусу. Благодаря своему опыту в области психического здоровья Карлос уловил небольшой эмоциональный шрам в ауре мальчика, но ничего радикального; это была старая рана. Она была свежей, когда Карлос видел его в последний раз, вскоре после потери члена команды. Он был значительно восстановлен, что неудивительно, учитывая опыт его матери в области психического здоровья. Взаимосвязь их областей была причиной, по которой Карлос и Арабелла работали вместе много раз, особенно с тех пор, как она достигла золотого ранга и стала проводить гораздо меньше времени в приключениях.

— Давно не виделись, Руфус, — сказал Карлос. — Поздравляю с повышением ранга.

— Спасибо, сэр, — ответил Руфус.

Затем Карлос переключил внимание на иномирянку; женщину с клубнично-светлыми волосами, которая на первый взгляд казалась хрупкой, но внимательный глаз подмечал компактные мышцы.

— Не думаю, что мы знакомы. Я Карлос Килидо, жрец Целителя.

— Фарра Хурин, — сказала она. — Я скорее по другой стороне бизнеса.

— По другой стороне?

— Отправляю людей к тем, кому нужно исцеление.

— А.

У золотых рангов была отличная память, и что-то зацепило сознание Карлоса. Где он слышал это имя раньше? Затем он вспомнил, его взгляд переместился на Руфуса, а затем обратно на Фарру. Не только Арабелла помогала Руфусу.

— Вы — погибший член команды мистера Ремора, — сказал Карлос Фарре.

— Нет, — сказала она. — Я член команды мистера Ремора, которая умерла. Есть небольшая, но важная разница.

— Совершенно верно, — согласился Карлос. — Вы напоминаете мне кое-кого другого из знакомых мистера Ремора. Он тоже был иномирянином.

— И до сих пор им является, — сказал Руфус. — На самом деле, мы сейчас направляемся к нему.

— Мы подозреваем, что ему понадобится ваша помощь, — сказала Арабелла. — Если он выживет.

— Выживет? — переспросил Карлос. Он задумчиво посмотрел на Фарру, еще одну иномирянку, которая, по всем сведениям, скончалась. — Он тоже вернулся с того света?

— Несколько раз, с тех пор как вы его встретили, — сказала ему Фарра. — Это никогда не закрепляется. Он так часто возвращается с того света, что однажды притащил меня с собой ради шутки.

— Понимаю, — сказал Карлос. — На самом деле, нет, но полагаю, скоро пойму.

Глава 42: Пробуждение господина Асано

Глава 42: Пробуждение господина Асано

--- # ПРОБУЖДЕНИЕ ГОСПОДИНА АСАНО

Под подавляющим капюшоном Мелоди не должна была ничего чувствовать. Даже гнетущая аура, пропитывавшая странное облачное здание, исчезла, как только капюшон натянули ей на голову. Поэтому, когда эта аура пробилась сквозь капюшон, став сильнее, чем когда-либо, это стало пугающим переживанием — ведь это было единственное, что она могла ощущать.

Рискуя снова получить по голове от дочери, она потянулась вверх и сдернула капюшон. Она сразу заметила огромное световое шоу над головой и ауру Асано, которая стала еще более всепроникающей теперь, когда капюшона не было. Все внимание было приковано к другому, и Мелоди решила рискнуть, попытавшись ускользнуть. Осталась лишь пара теневых фамильяров, и даже Софи была слишком отвлечена гигантским глазом, заливавшим платформу синим и оранжевым светом. Поскольку аура заглушала любое другое магическое чувство, никто не заметил, как Мелоди проскользнула в дверной проем и отправилась искать выход.

Скорость Мелоди была ограничена кандалами на запястьях и лодыжках, но она довольно неплохо приспособилась, умудряясь передвигаться на удивление быстро. Она быстро спустилась по лестнице, нырнув в открытый дверной проем, когда услышала, как вверх по лестнице бегут трое. Прижавшись к стене, она услышала, как они прошли прямо мимо нее с другой стороны. К счастью, риска, что они почувствуют ее ауру, не было, так как аура Асано продолжала усиливаться.

Хотя ей, безусловно, было любопытно, что происходит, она не собиралась упускать ради этого драгоценный шанс на свободу. К счастью, аура не была враждебной, ощущаясь скорее как доброжелательный, но совершенно непреклонный диктатор.

Мелоди спустилась по лестнице и заметила большую открытую арку, ведущую наружу, но тут из пола что-то поднялось — не сквозь него, а будучи созданным из облачной субстанции, из которой состоял пол. Оно было сделано из той же темной облачной материи, что и пол, из которого появилось, но затем облачная субстанция стала более плотной. Оно приняло форму человека, который и так был невысоким, а отсутствие головы делало его еще ниже. Облачный материал стал твердым, пустым и лишенным черт — черный безголовый манекен.

Туманный сине-оранжевый глаз возник, став достаточно большим, чтобы занять пространство там, где должна была быть голова манекена. Затем на нем возникли красные одежды цвета запекшейся крови, а также капюшон — черный как пустота и усыпанный звездами.

Оно выглядело как Асано, если бы один из его глаз вырос и заменил всю голову, и этот глаз наблюдал из-под капюшона, словно инопланетное лицо. Мелоди замерла, пока она и странная сущность наблюдали друг за другом. Она сделала осторожный шаг вперед, затем еще один, так как сущность не реагировала. Затем она попыталась проскочить мимо, и та размылась в движении. Ее плащ развевался вокруг, скрывая ее, точно так же, как плащ Асано, когда она сражалась с ним. Ее движения, или то, что она могла разглядеть, казались идентичными движениям Асано.

Она перехватила ее, наколдовав в руке черно-красный кинжал. Мелоди попыталась увернуться, но кинжал достал дальше, чем позволяла обычная досягаемость, используя руку, сделанную из теней, и полоснул ее по руке. Она была сильнее Асано и этой странной копии, но не тогда, когда была в кандалах и ошейнике. Ее движения были скованы, а силы подавлены, в то время как симулякр мог использовать по крайней мере некоторые способности Асано.

Сущность плавно преградила ей путь, блокируя побег. Она снова взмахнула кинжалом, и Мелоди отпрянула. Сущность не последовала за ней, оставаясь между ней и аркой, ведущей наружу.

Мелоди посмотрела на порез на своей руке и сразу увидела признаки жестоких недугов, одновременно ощущая их в своем теле. Плоть вокруг раны уже темнела, и вены становились видимыми, чернея под кожей.

Кровь была частью тела каждого пользователя эссенции, независимо от ранга, и не исчезала с рангом, как сердце, легкие или даже мозг. Однако кровоток серебряного ранга был не таким, как у обычного человека. Их кровеносные системы были ближе к тому, что Джейсон узнал бы как карту меридианов и акупунктурных точек. Даже сама кровь была другой, являясь каналом для маны, а не для кислорода и других элементов, критически важных для человеческого тела.

Мелоди чувствовала скверну, бегущую по ее крови, оставленную наколдованным кинжалом сущности. Это было неприятно, но не то, с чем она не могла бы справиться, если бы просто сбежала. Она не подвергалась опасному заклинанию, которое Асано использовал для бесконечного усиления своих недугов.

«Твоя судьба — страдать.»

Сущность не звучала как живое существо, ее голос был холодным, как надгробие. Мелоди знала силы Асано и знала это заклинание, так как получила исчерпывающую информацию об Асано и его коварных способностях. Она не была уверена, как он копирует себя, умирая наверху, но теперь ей нужно было выбраться и найти способ очиститься, прежде чем недуги, растущие внутри нее, станут слишком запущенными, чтобы с ними можно было справиться.

Она знала, что не сможет пройти мимо сущности, пока на ней кандалы, но та, похоже, только блокировала ей выход. Она поднялась обратно по лестнице в поисках другого выхода, но обнаружила вторую, идентичную сущность, поднимающуюся из пола. Она оглянулась, подтверждая, что их двое.

Новая подняла руку, указывая не туда, откуда она пришла, а через дверь. Оказавшись в меньшинстве, в ошейнике и цепях, Мелоди подыграла. Теперь, когда недуги, разъедающие ее плоть, усиливались, ей нужно было, чтобы кто-то их удалил, и быстро. Теперь стало ясно, что она найдет это только в качестве пленницы. Сущность привела ее в комнату, пустой черный куб, лишенный каких-либо особенностей, кроме дверного проема, через который она вошла.

— Если ты не найдешь кого-то, кто снимет с меня эти недуги, — сказала она, поворачиваясь к сущности, — можешь так же хорошо убить меня и избавить от страданий.

Сущность подняла руку, и глаза Мелоди расширились, она гадала, воспользуется ли та ее предложением убить ее.

«Накорми нас своими грехами.»

Ощущение того, как ее жизненная сила излучается из тела, было на удивление теплым и приятным, окружив ее красным сиянием. Она видела и чувствовала скверну в своей жизненной силе, а также то, как она вытягивалась, исчезая в руке сущности. Ее жизненная сила отступила обратно в тело, но сущность не опустила руку. Из нее вылетели пиявки, разбрызгиваясь по ее телу. Она дернулась, чтобы начать их сбивать, но затем замерла, оглядываясь на сущность, которая теперь опускала руку.

Пиявки, по-видимому, не были копиями, созданными из облачной субстанции, а были настоящими: подлинным фамильяром Асано. Несмотря на крошечные кольца свирепых зубов миноги, пиявки не пили ее кровь. Она поняла, что они — предупреждение не бродить снова.

Дверной проем позади сущности закрылся. В комнате не было света, только сине-оранжевое свечение туманного глаза внутри капюшона. Все погрузилось во тьму, когда глаз погас.

В темноте Мелоди не испугалась, а задумалась. У нее была информация, что очищающая сила Асано более смертоносна для врагов, чем недуги, которые она удаляет, но она не чувствовала ничего, кроме облегчения. Хотя рана на ее руке осталась, недуги, доставленные через нее, исчезли, и на их месте ничего не осталось. Тот факт, что ее атрибут восстановления пикового серебряного ранга заживлял рану достаточно быстро, чтобы она могла это почувствовать, был достаточным доказательством.

* * * Карлос смотрел на гигантское изображение дневного света внутри плаща, внутри темного поля, возвышавшегося над островом внизу. Выше любого здания, которое он когда-либо видел, они заметили его задолго до того, как остров показался в поле зрения.

— Это он, точно, — сказал Карлос.

В Гринстоуне, несколько лет назад, Карлос однажды проверял Джейсона, проецируя свою ауру с помощью ритуала, чтобы проверить, нет ли в его душе звездного семени Строителя. Недооценив мощь, которую могла излучать душа Джейсона, по сравнению с его низким железным рангом, Карлос сделал ритуал слишком сильным. Результатом стало похожее, но гораздо меньшее изображение, проецируемое над городом Гринстоун, вместе с аурой Джейсона.

* * * В часы, последовавшие за появлением массивной проекции, аура, которую она излучала, медленно уменьшалась. Наступила ночь, и дневная часть проекции освещала небо Арнота, пока сама проекция наконец не стала меньше с приближением рассвета. Что касается женщины по имени Доун, она не приближалась, наблюдая, незамеченная, с большой высоты. Ее судно, коттедж внутри полупрозрачного пузыря, было невидимо для глаз и магических чувств всех, кроме местных обладателей алмазного ранга.

Она стояла в саду коттеджа, как раз там, где он граничил с земным шаром, глядя вниз. Использовав свое единственное вмешательство для уничтожения одного из городов Строителя, она должна была быть осторожна со всем, что могло быть расценено как ее повторное вмешательство. Она не могла позволить себе быть ограниченной еще больше до следующего раза, когда ей нужно будет действовать, что должно было произойти еще через годы.

Если бы ей пришлось вмешаться, чтобы сохранить жизнь Джейсону, это стало бы серьезной проблемой. Интерес Мирового Феникса к Джейсону иссяк, как только целостность двух миров была обеспечена, а это означало, что силы, которые в настоящее время удерживались этим вниманием, больше не будут воздерживаться от действий. В следующий раз, когда Доун сможет вмешаться, чтобы помочь Джейсону, это будет полностью по ее собственной воле, без поддержки Мирового Феникса. Если бы ее уже наказали за превышение полномочий, это было бы сложнее, если вообще возможно.

Чувства Доун не блокировались даже монументальной аурой, изливающейся из храма-облака, подобно духовному катаклизму. Она внимательно следила за состоянием Джейсона и почувствовала, как облегчение нахлынуло на нее, когда она почувствовала, что он миновал опасность. Он был ужасно поврежден, как физически, так и духовно, и ему потребуется много времени, чтобы восстановиться, но он выживет. А внутри облачной конструкции он был в такой безопасности, в какой только мог быть, если не считать того, что Доун спрятала бы его сама.

* * * Из-за шума, поднятого демонстрацией, исходящей из облачного храма Джейсона, Общество искателей приключений и Магическое общество были вынуждены вмешаться, наряду с городскими властями. Хотя аура, исходящая из храма, никому не причиняла вреда, она вызвала панику по всему острову, особенно в сочетании с огромной физической проекцией, которая ее сопровождала. Произошедшее вскоре после атаки города Строителя на Римарос заставило многих думать, что происходит еще одна подобная атака.

Пока власти пытались справиться с хаосом, у других были более конкретные цели. Карлос, Арабель, Фарра и Руфус прибыли и немедленно вошли в храм, никто из них не был отвергнут. Приветствия были краткими, команда знала Карлоса по месяцам, которые он провел, помогая Джейсону много лет назад.

Платформа на вершине облачного храма была большой, что было полезно при растущем количестве присутствующих. Вместе с бессознательным Джейсоном была его команда, Руфус и его команда, Тайка, Трэвис, Арабель и Карлос. Присутствие Тени выражалось в паре тел, светящихся сине-белым цветом от переизбытка маны. Он был не единственным фамильяром, так как Сташ в какой-то момент превратился из формы Белинды в форму Джейсона, пока беспокоился. Копия Джейсона смотрела на настоящего, идентичная, за исключением того, что выглядела намного здоровее и имела густые усы.

Под доминирующей небесной проекцией Карлос подтвердил, что Джейсон выживет, хотя и предупредил остальных, что время восстановления будет долгим. Он, вероятно, не проснется даже через несколько дней, возможно, недель. Услышав это, Хамфри посмотрел на проекцию, а затем на команду.

— Вы знаете, что Джейсон заставил бы нас делать в этой ситуации, — сказал он.

— Делать бутерброды, — сказал Нил. После работы с Клайвом и Тенью, чтобы сохранить жизнь Джейсону, все трое выглядели изможденными. Нил выглядел изможденным, Клайв был бледен, а его темно-каштановые волосы стали такими глянцево-черными, что казалось, будто они отливают синим. Тень выглядел еще более странно, чем волосы Клайва: его обычный черный цвет был в основном серебристо-синим.

— Нет, — сказал Хамфри. — Он бы не... ладно, он, вероятно, хотел бы, чтобы мы делали бутерброды, но, что более важно, он не единственный член команды, находящийся в опасности. До того, как все пошло не так, у нас был план, и этот план все еще в действии. Белинда собирается раскрыть местоположение вражеской твердыни, и мы должны быть готовы действовать, когда она это сделает.

— Мы тоже в деле, — сказал Руфус, Гэри и Фарра согласно кивнули.

Хамфри посмотрел на Карлоса и Арабель, тихо разговаривавших там, где они склонились над Джейсоном.

— Нам нужно оставить его экспертам, — сказал он. — Принцесса Лиара собирала ударную группу для твердыни, так что нам нужно пойти найти ее и присоединиться.

— Боюсь, я буду ограниченно полезен, — сказала Тень. — Два тела, которые у меня здесь есть, наполнены переизбытком маны. Они разрушатся через относительно короткое время и малополезны, если только вам не нужно, чтобы что-то взорвалось.

— О, полагаю, мы сможем найти этому применение, — сказала Фарра.

— Мои четыре оставшихся целых тела находятся с Белиндой, принцессой Лиарой, Коринной Пескос в горнодобывающем комплексе и чиновником Общества искателей приключений, который в настоящее время управляет эвакуацией горнодобывающего комплекса, — сказала Тень. — Принцесса уже возвращается в Ливарос со своим мужем. Я сообщу ей о ваших намерениях и вашем скором прибытии, если это устраивает.

— Устраивает, — сказал Хамфри. — Клайв, нам понадобится транспорт.

Магия просочилась сквозь переднюю часть одежды Клайва, сливаясь в форму его фамильяра — рунной черепахи Онслоу. Онслоу поплыл в воздухе и вырос, панцирь раскрылся на верхнюю и нижнюю половины. Внутри была маленькая гуманоидная черепаха, с любопытством выглядывающая большими глазами.

— Подождите, а где фанатичка? — спросила Софи, вспомнив Мелоди.

— Облачный дом задержал ее, — сказала Тень. — Колин в настоящее время охраняет ее.

— Что значит, облачный дом задержал ее? — спросил Клайв.

— Я не совсем уверен в этом, — сказала Тень. — Подозреваю, ответы появятся после пробуждения господина Асано.

— Но он, вероятно, получил какую-то абсурдную новую способность от всего этого, не так ли? — спросил Нил.

— Похоже на то, — сказала Тень.

— Видишь? — спросил Гэри Тайку. — Что я говорил?

Глава 43: Мы — авантюристы

Глава 43: Мы — авантюристы

— Чисто, — подал знак Белинде Тень.

Она опасалась использовать свои ауральные чувства, чтобы проверить наличие членов Ордена, поскольку это было не в её характере, поэтому Тень выполнял роль наблюдателя. Тоннели крепости были прорублены прямо в горе, а их стены тщательно отшлифованы. Настенные бра излучали свет от светящихся камней, но сейчас они были приглушены до глубокого сумрака. Бра регулировали освещение в комплексе, имитируя дневной цикл снаружи. Это был стандартный подход для подземных пространств, предназначенных для длительного проживания, включая горнодобывающий комплекс, где Белинда рассталась со своей командой. Идея заключалась в том, чтобы люди, живущие под землей в течение длительного времени, не теряли чувство времени.

Белинда вышла из-за угла и подошла к дверному проему, обрамленному кирпичной кладкой, а не камнем, из которого была вырезана большая часть стен. У нее в руке была горсть мелков очень похожих серых оттенков, все они были довольно близки к цвету кирпичей. Она поднесла их к настенному бра рядом с дверью, используя свет, чтобы подобрать мелок, максимально подходящий по цвету к кирпичной кладке.

Выбрав один, она начала рисовать на кирпичах символы. Мелок подошел настолько хорошо, что она сама едва видела, что рисует, особенно в полумраке.

— Хорошо, что у тебя нашелся подходящий оттенок мела, — заметил Тень.

— Повезло, как же, — буркнула она. — Ты понятия не имеешь, сколько у меня цветов в хранилище. Думаю, у меня больше магических припасов, чем у Клайва, хотя мои немного другие.

— Был неправ.

— Я вообще не думала, что ты стоишь, — сказала Белинда, приседая, чтобы нацарапать что-то на нижнем кирпиче. — Я думала, ты просто паришь там, притворяясь, что стоишь.

— Мисс Белинда, я понимаю, что вы выросли среди низших слоев общества, но, думаю, вы уже достаточно долго работаете авантюристом, чтобы понять, что невежливо указывать на чужие недостатки.

Белинда усмехнулась, продолжая рисовать символы.

— Если позволите спросить, мисс Белинда, как вы определяете, что находится за каждой из этих защищенных дверей?

— Масштабная магическая инфраструктура обычно строится по нескольким стандартным шаблонам для каждого типа объектов. Нет особого смысла изобретать велосипед, когда есть проверенные и надежные решения. Это упрощает поиск замены для поврежденных элементов и людей с опытом такой работы. Полагаю, тех бедолаг, что вырыли это место, потом просто убрали. Потребовалось бы немало народу, даже с использованием магии, а злодеи не могли оставить их в живых, чтобы они не разболтали лишнего. По качеству работы видно, что те, кто обустраивал это место, не вкладывали в него душу. Нам же лучше, потому что здесь есть чем воспользоваться.

— Это позволило вам составить карту места на основе известных шаблонов?

— Лишь отчасти. Мы не просто так бродили вокруг, наблюдая, кто входит и выходит. Добавьте к этому уверенные предположения и немного экстраполяции, и у меня сложилось неплохое представление о том, с чем мы имеем дело. Именно так я разработала детали нашего плана. Самое важное было выяснить, где держат пленника.

Белинда присела, чтобы закончить последний кирпич, затем встала, небрежно хлопнув в ладоши, чтобы стряхнуть меловую пыль.

— Сколько еще до того, как включится свет? — спросила она.

Тень достал часы из своего хранилища.

— Шесть часов и девять минут. Но люди начнут ходить еще до того, как свет снова включится.

— Вот почему ты следишь за обстановкой. Когда свет включится, мел все еще будет трудно заметить, но у серебряных рангов острое зрение. Символы могут заметить, особенно если у кого-то есть редкая способность к восприятию.

Белинда встала и убрала мелок в свое хранилище, а Тень сделал то же самое с часами.

— Ты делишь это хранилище со всеми другими телами Тени, верно?

— Строго говоря, у каждого тела есть свое собственное хранилище, и оно может получить доступ к хранилищу любого другого тела. Тело, которое уничтожается, автоматически переносит содержимое своего хранилища в другие тела, если это возможно. Если связь прервана, например, астральными пространствами, блокирующими коммуникацию, или установленными защитными системами, как в этом комплексе, мы не можем получить доступ к другим хранилищам.

— Значит, передавать записки, чтобы обойти блокировку, не получится?

— Боюсь, что нет.

— Тогда лучше поторопиться, если хотим закончить к утру. Посмотрим, удастся ли нам расколоть этот орешек.

— Расторопность не помешает, — согласился Тень. — Я не знаю обстоятельств, но полагаю, что большинство моих других тел было уничтожено.

* * * Множество людей было привлечено к Арноту аурой, которая обрушилась подобно духовному цунами. Даже в таком отдаленном месте, как Ливарос, обладатели алмазного ранга, все, кроме самых невнимательных золотых, и даже некоторые чувствительные серебряные ранги ощутили этот переполох, несмотря на огромное расстояние. Одно это было пугающе и побудило различные заинтересованные стороны отправить людей для расследования.

Поскольку в некогда сонном пляжном городке собиралось все больше людей, Сорамиру было несложно затеряться в толпе с мастерски подавленной аурой. Мало кто мог узнать его в лицо, хотя после его участия в битве против города Строителя таких стало больше, чем раньше. Однако, поскольку авантюристы склонны носить большие капюшоны, чтобы казаться загадочными, накинув один из них, он получил весьма эффективную маскировку.

Толпа, растущая в городе, состояла в основном из бронзовых рангов, которых запихнули в любой доступный транспорт и отправили на разведку, словно канареек в угольную шахту. Влиятельные силы уже организовывали процесс: Магическое общество, Общество искателей приключений и местные власти делали все возможное, чтобы поддерживать хоть какой-то порядок, пока пользователи эссенции наводняли маленький городок.

Хотя люди вокруг не могли разглядеть маскировку ауры Сорамира, для его чувств алмазного ранга они были как открытая книга. Он смешался с толпой, легко вычисляя тех, кто, как и он, скрывал свою истинную силу. Он также заметил Доун в небе, но даже не взглянул в ту сторону.

Он узнал человека, который был так же замаскирован аурой, и подошел к нему, активировав вокруг них экран приватности. Это был непримечательный жест, поскольку каждая маленькая группа людей использовала похожий щит. Щит Сорамира был высочайшего качества — дорогое сочетание очень мощной и очень тонкой защиты.

— Архиепископ, — поприветствовал он человека в капюшоне, очень похожем на его собственный.

— Державный Предок, — ответил архиепископ, не выказав удивления.

— Ваш владыка сказал вам, что это я, не так ли? — спросил Сорамир с кривой усмешкой в голосе. — Вот почему я не люблю работать со священнослужителями.

Архиепископ взглянул в сторону летающего судна Доун, невидимого для невооруженного глаза и всех, кроме самых мощных магических чувств.

— В последнее время вы чаще обычного имеете дело с теми, кто могущественнее вас, — заметил архиепископ. — Но также и с теми, кто гораздо слабее. Возможно, возвращение в этот мир расширило ваш кругозор в обоих направлениях.

— Я не считаю, что боги строго могущественнее меня, — уточнил Сорамир. — Они просто действуют в рамках другой парадигмы.

Сорамир почувствовал веселье священника.

— Разумеется, Державный Предок.

— Что побудило вас приехать лично, архиепископ?

— Полагаю, то же самое, что привело и вас, Державный Предок.

— Значит, он действительно пользуется благосклонностью вашего бога? Я подозревал это, когда впервые увидел его ауру.

— Он привлек внимание нашего бога гораздо раньше, чем вы, если позволите такое сравнение, Державный Предок. В молодости вы были более консервативны, чем мистер Асано.

— Никогда раньше не слышал, чтобы мои ранние годы описывали подобным образом, — сказал Сорамир. — На самом деле, как раз наоборот. Хотя, конечно, я не вызывал такого переполоха на серебряном ранге. Даже когда Асано не участвует напрямую, он всегда кажется, по крайней мере, косвенно связанным с каждым абсурдным событием, которое подбрасывает нам этот всплеск монстров.

— Справедливости ради, Державный Предок, именно он и спровоцировал его в самом начале.

— Вы или ваш бог собираетесь вмешаться в здешние события?

— Нет. Вы знаете, что от тех, кто пользуется благосклонностью моего бога, ожидается, что они сами проложат свой путь. В любом случае, мой бог не может видеть, что происходит внутри здания, не говоря уже о том, чтобы вмешаться. Даже открытая платформа скрыта от богов, хотя мы с вами могли бы увидеть, если бы просто взлетели в воздух.

— Значит, это действительно храм?

— Не в том смысле, как его освятили бы боги, насколько я понимаю, но нечто, использующее те же методы. Смертному от храма нужно не то же самое, что богу, как я полагаю.

— И что-то пошло не так с храмом Асано?

— Как объяснил мой бог, Асано, по-видимому, попытался основать еще один храм на земле вокруг своего существующего.

— Храм чего?

— Себя.

— Это, пожалуй, самая высокомерная вещь, которую я когда-либо слышал. А я встречал людей, которые правят планетами.

— Попытка и не должна была увенчаться успехом, Державный Предок. Похоже, Асано накачал себя силой, превышающей его способность выдерживать ее, а затем попытался выполнить задачу, превышающую его возможности, сжигая эту силу в неудачной попытке.

— Но как он вообще смог предпринять такую попытку? Разве основание храмов — не прерогатива богов?

— Да, — сказал архиепископ. — Да, это так.

— Теперь я понимаю, почему Владычество так им интересуется.

* * * Лиара вернулась на свой пост в одном из административных зданий Общества искателей приключений, используя тело Тени, находящееся с ней, и то, что все еще было в горнодобывающем комплексе, чтобы общаться с находящимися там авантюристами. Базеф был в соседней комнате, воссоединяясь с их сыном.

Хамфри, Софи, Нил и Клайв были введены неохотно настроенными сотрудниками Общества искателей приключений. Тени Хамфри и Софи отливали синим и излучали нестабильную магию. Лиаре пришлось лично вмешаться, чтобы позволить им войти в здание.

— Что вы здесь делаете? — спросила Лиара. — Что-то случилось с Асано?

— Джейсон вне опасности, — сказал ей Хамфри. — Того же нельзя сказать о каждом члене нашей команды.

— Вы хотите место в группе реагирования, которая готовится ударить по крепости Чистоты, — догадалась Лиара.

— Вы говорили, что это возможно, если мы успеем выбраться из горнодобывающего комплекса вовремя, — сказал Хамфри.

— С тех пор ситуация немного обострилась, — сказала Лиара. — И если только Асано не присоединится к вам, у вас нет возможности использовать Тень, чтобы проникнуть внутрь и открыть портал.

— Джейсон к нам не присоединится, — сказал Хамфри. — Тем не менее, мы хотели бы быть частью группы реагирования.

— Я говорила с Базефом о том, что произошло. Он сказал, что вы вывели пленника из горнодобывающего комплекса.

Она перевела взгляд на Софи, но не стала вдаваться в подробности.

— Понятия не имею, о чем вы, — сказала Софи.

— Мне нужен этот пленник.

— Нет, вы хотите этого пленника, — сказал Нил.

— Гипотетического пленника, — уточнил Клайв. — Если бы она существовала, вы должны понимать, что она, скорее всего, как минимум вступила бы с нами в конфликт. Для вас она просто еще один последователь Чистоты, которого вы не можете заставить говорить.

— Я также разговаривала с Каллумом Морсом.

— Вы хотите сказать, что не дадите нам место в группе, если мы не передадим вам этого предполагаемого пленника? — спросил Хамфри.

— Да.

Хамфри развернулся, не сказав ни слова, остальные двинулись следом.

— Подождите, — сказала Лиара.

Команда полуобернулась, чтобы посмотреть на нее.

— Вы не собираетесь угрожать забрать Тень, если я вам не помогу? — спросила она.

— Без Тени помогать людям, все еще находящимся в том горнодобывающем комплексе, сложнее, — сказал Нил.

— Мы авантюристы, — добавил Клайв. — Мы бы никогда так не поступили.

— Просто для ясности, — вставила Софи, — я бы определенно так поступила и говорила, что нам следует это сделать.

Хамфри нахмурился, глядя на нее.

— Меня переголосовали, — добавила Софи, отказываясь встречаться с ним взглядом, как провинившийся ребенок. Хамфри раздраженно покачал головой и снова посмотрел на Лиару.

— Джейсон тоже бы так не поступил, — сказал он. — Так что Тень не перестал бы вам помогать, что бы мы ни говорили.

— Ладно, я дам вам место в группе, — уступила Лиара. — Но мы еще не закончили разговор об этом пленнике.

* * * В выдолбленной в горе крепости Ордена Искупительного Света настенные бра медленно разгорались ярче по мере приближения утра снаружи. Некоторые члены ордена уже встали и бродили вокруг, будучи по натуре ранними пташками, но они были несколько растеряны, не зная, чем себя занять. Лишенные руководства Мелоди, а также из-за того, что два оставшихся лидера ячеек кружили друг вокруг друга, словно гиены вокруг туши, они были непривычно дезориентированы.

Первым этапом плана Белинды было перемещение по крепости в течение ночи, нанесение символов на многие магически защищенные двери. Переходный момент плана наступил, когда члены ордена только начинали просыпаться, и он был менее тонким.

Секция объекта, отделяющая общие зоны от зон с ограниченным доступом для лидеров, представляла собой открытую арку, магическая защита которой ограничивалась лишь сигнальной магией на случай, если через нее пройдет кто-то без разрешения или пронесет опасное вещество. Когда магическая бомба Белинды пролетела через арку, она была обнаружена как опасная.

ЧЕЛОВЕК ПОД МОЕЙ ОПЕКОЙ

ЧЕЛОВЕК ПОД МОЕЙ ОПЕКОЙ

В небольшой гостиной никого не было, когда сработала бомба, и она не причинила ничего, кроме разрушения и разбросанной мебели. Целью было не причинение вреда или разрушения, а активация тревоги и посев хаоса. Люди быстро засуетились, но бегали повсюду, зная, что должны как-то реагировать, но не понимая как или что вообще происходит. Этот хаос позволил Белинде передвигаться незамеченной, пока она ждала, когда два лидера сделают за нее всю работу. Вскоре они именно это и сделали, активировав блокировку объекта.

Чтобы вскрыть хотя бы одну из самых защищенных комнат крепости, Белинде потребовалось бы время и ресурсы, не говоря уже о нескольких, которые ей, несомненно, нужно было найти, чтобы совершить диверсию. Однако в ходе первоначальной разведки она заметила, что усиленные двери можно дополнительно укрепить, направив в них больше магии.

Подобная схема была довольно распространена в местах, откуда таких, как Белинда, нанимали что-то выкрасть, несмотря на нежелание владельцев расставаться с имуществом. Это была схема, на которую Белинда смотрела свысока; нечто подобное придумал бы специалист по инфраструктуре, а не специалист по безопасности. Все было аккуратно, чисто и эффективно, что делало систему идеальной для того, чтобы ее испортить.

Белинда начертала на дверях знаки, чтобы внести грубую, но эффективную модификацию в чары, встроенные в дверной проем. В обычном режиме это ничего не давало, но ситуация изменилась бы в случае блокировки. Это заставило бы инфраструктуру объекта направлять дополнительную магию через кирпичную дверную раму прямо в дверь, укрепляя как саму дверь, так и запорный механизм.

Ошибка, которую допускал специалист по инфраструктуре, но не допустил бы специалист по безопасности, заключалась в излишней простоте системы. Это делало ее менее подверженной сбоям в нормальном режиме работы, но более уязвимой для вмешательства. Белинда нацелилась на простой аспект системы, который отключал лишнюю магию, как только дополнительная защита двери полностью заряжалась. Ее модификация не давала магическому крану закрыться после открытия, постоянно подпитывая дверь магией.

Сама того не ведая, Белинда проделала с дверями нечто очень похожее на то, что Тень сделал со своими собственными телами, опасно перегрузив их через чрезмерный отток магии. Конечный результат был таким же, делая двери крайне нестабильными. Бомба выполнила свою задачу и побудила лидеров ячеек, управляющих объектом, отдать приказ о блокировке. Белинда знала, что у нее есть немного времени, пока двери накапливают заряд, прежде чем начнется самое интересное.

За то время, пока двери накапливали достаточно энергии для взрыва, Белинда успела проделать хороший путь к своим целям. Обычные двери в конце каждого туннеля и входы в каждую комнату были автоматически закрыты и запечатаны блокировкой, но это ее почти не замедлило. В отличие от защищенных дверей, которые она потратила время на модификацию, обычные магические замки поддавались ее специальным инструментам за считанные мгновения. Это давало ей больше мобильности по комплексу, чем кому-либо, кроме лидеров, которым замки не преграждали путь.

Перемещаясь по объекту, Белинда периодически останавливалась, чтобы быстро наложить заклинание.

— Установить знак силы. —

Это было заклинание, которое она использовала вместе с Клайвом, хотя и через другие эссенции. Заклинание «Руническая ловушка» создавало светящийся знак на полу, который она размещала перед запорными механизмами, необходимыми лидерам для свободного перемещения. В указанном месте на несколько мгновений появлялась светящаяся руна — критическая слабость «Рунической ловушки», — прежде чем стать невидимой. Кто-то достаточно проницательный мог заметить присутствие руны, но даже если бы это произошло, их целью было замедлить членов ордена.

То, как именно их замедлят, не имело для Белинды особого практического значения, хотя она предпочитала вариант со взрывом. Одной силы было недостаточно, чтобы убить серебряного ранга, но ловушки хватало, чтобы очень, очень сильно ударить их по голове. Если повезет, взрывы повредят некоторые запорные механизмы, а значит, двери останутся закрытыми, пока их не выбьют или не починят механизм.

Если не считать жестоких взрывов, другие способы обезвредить ловушки тоже достаточно их замедлят. Потраченное время на поиск, идентификацию и нейтрализацию ловушек значительно их задержит, если, конечно, у них вообще есть люди с нужными способностями. Впрочем, она полагала, что у поклонников Чистоты нет недостатка в способностях к развеиванию. Вероятно, самым быстрым способом было бы загнать очищенных Преобразованных в ловушки и активировать их, и тогда повреждение замков стало бы ее лучшей надеждой.

Проникнув в крепость, Белинда не теряла времени даром, определив свои ключевые цели за несколько часов до того, как большинство членов ордена отправились спать. Она прикидывала, в каких из защищенных комнат находится инфраструктура объекта, а в каких — защита, которую она должна была отключить, но в подобных местах ее догадки были довольно точными. Она подготовила достаточно защищенных дверей по всему объекту, чтобы запутать следы и обеспечить себе доступ к достаточному количеству комнат, где она наверняка найдет нужные для диверсии, даже если допустит пару ошибок в начале. К тому же, она могла немного повеселиться по пути.

Главной заботой Белинды была не сама диверсия. В чем-то столь масштабном, как экранирование внутренней части целой горы, всегда найдется немало потенциальных точек отказа. Ее беспокоило то, что она может попасться в период между совершением диверсии и прибытием подкрепления.

* * * — Не уверена, что хочу туда входить, — сказала Белинда.

Она нашла место, где держали пленника Ордена Искупительного Света, Гибсона Амуза. Пол, потолок и три стены были из обычного гладкого камня, на каждой из которых были вырезаны невероятно сложные ритуальные диаграммы. Последняя стена была сделана из стекла, через которое Белинда наблюдала за комнатой снаружи. Стекло также было покрыто сложной ритуальной диаграммой, которая, как и все остальные, светилась серебристым светом.

В центре комнаты Гибсон Амуз выглядел изможденным, подвешенный в клетке, слишком узкой, чтобы он мог сделать что-то, кроме как стоять. Вокруг клетки пылало кольцо серебряного пламени.

— На самом деле, — добавила Белинда, — я не уверена, что могу туда войти.

Чего в комнате явно не хватало, так это двери. Белинда огляделась, заметив несколько едва уловимых признаков того, что стекло можно заставить течь, как жидкость, чтобы создать проход, но она была уверена, что делать это посреди проводимого ритуала будет очень плохо для человека внутри. У нее было предчувствие, что его подвергают тому, что орден делал для «очищения» своих потенциальных членов.

— Не думаю, что смогу спасти этого парня, — сказала она. — Я не смогу вытащить его оттуда, не причинив больше вреда, чем пользы.

— Ты не можешь расшифровать, как безопасно прервать ритуал? — спросил Тень.

— Нет, — ответила она. — Ну, наверное, могла бы, но точно не достаточно быстро. Я специалист по практической магии; такого рода высокоуровневые штуки «магия ради магии» — это по части Клайва. К тому же, я почти уверена, что в этом ритуале замешана божественная магия. Это не значит, что с ней нельзя справиться, но это то, с чем я не часто имела дело.

— Ты грабила не так много храмов? — спросил Тень.

— Безусловно, нет, — с явным возмущением ответила Белинда. — Я бы никогда. Ну, не то чтобы никогда — времена бывают отчаянные, знаешь ли. Но определенно не много. В смысле, «много» — это очень расплывчатый термин. Разные люди могут определять...

— Больше пяти.

— Ой, да кто всерьез считает, что пять — это много? Это можно по пальцам одной руки пересчитать.

* * * Две предводительницы ячеек, Элиза и Марика, в ярости пронеслись по горной твердыне, собирая по пути разрозненных членов ордена. Они пылали одинаково яростным разочарованием по мере того, как ситуация выходила из-под контроля. Не последним из их разочарований было вынужденное сотрудничество друг с другом, но более серьезные проблемы доминировали над их фракционным соперничеством.

Все шло не так еще с момента инцидента на горнодобывающем объекте, когда Общество искателей приключений отреагировало на вторжение ордена с невозможной скоростью. Поначалу это казалось идеальной возможностью для обеих. После того как так долго все шло по ее плану, Мелоди наконец совершила критическую ошибку, и операция быстро рухнула.

Хотя это было не лучшим исходом для ордена, и Элиза, и Марика увидели шанс захватить власть и направить орден в более правильное русло. Побег из катастрофы Мелоди был триумфом, и единственной проблемой для каждой было то, что другая тоже спаслась. Обе были благодарны, что никто из других лидеров ячеек не выбрался, оставив лишь одно препятствие на пути к доминированию.

Однако на данный момент они были вынуждены работать вместе. План Мелоди был лишь первой катастрофой, а беспорядок, оставшийся после него, только усугубил хаос, с которым они теперь столкнулись. Взрывы гремели повсюду, и блокировка приносила больше вреда, чем пользы. Члены ордена были разбросаны, а основная команда Элизы — те, кто был предан не только Чистоте, но и лично ей, — собирались по крупицам.

Попытки снять блокировку после борьбы с одной запертой комнатой за другой полностью провалились. Повреждения и диверсии в магической инфраструктуре крепости привели к тому, что многие двери не реагировали на попытки их открыть, а многочисленные камеры и ключевые проходы оставались запечатанными. Единственным плюсом было то, что рунические ловушки служили хлебными крошками, которые рано или поздно приведут к преступнику.

Что касается того, кто за этим стоит, их лучшей догадкой была команда искателей приключений, которая помогла им сбежать с горнодобывающего объекта. Поначалу их назначение на охрану доков казалось удачным стечением обстоятельств, но теперь они подозревали умысел: их лазутчики из Общества искателей приключений обернулись против них.

Передвигаться через одну запертую комнату за другой было проблематично, даже когда большинство комнат не были заминированы. Кто-то вмешивался в работу инженерных систем, заставляя вездесущие светильники вести себя странно. В один момент они гасли, погружая комнату в темноту, только чтобы затем вспыхнуть ослепительным светом. В другое время они быстро мерцали между двумя состояниями, создавая дезориентирующий стробоскопический эффект.

— Кто-то, должно быть, вмешался в работу технических помещений, — сказала Марика.

— О, ты так думаешь? — спросила Элиза. — Ничего от тебя не скроешь, правда? Из тебя получился бы потрясающий лидер.

Именно когда их чувства расширились, они по-настоящему начали паниковать. Привыкнув к тому, что их магические чувства ограничены щитами восприятия крепости, возможность чувствовать за их пределами сначала вызвала беспокойство, а затем ужас, когда они осознали последствия. Если их чувства теперь простирались за пределы внешней части горы, любой снаружи мог теперь почувствовать внутреннюю. Когда они ощутили искусственную ауру маяка, загоревшуюся где-то внутри горы, они поняли, что обречены.

— Мы скомпрометированы, — сказала Марика.

— Еще одно блестящее озарение, — прорычала Элиза, уже двигаясь в сторону подводных доков. Марика последовала за ней, но когда они прибыли, их ужас только усилился. Должно было быть шесть подводных аппаратов — пять того типа, что использовал орден, и один украденный грузовой транспорт.

Грузовик просто исчез. Один из аппаратов начал тонуть, другой уже погружался под воду, а остальные, насколько Элиза могла видеть в глубине, уже затонули. Затем Марика, которая лучше видела сквозь воду, наконец указала на то, чего Элиза еще не заметила.

— Там два затонувших аппарата и два еще тонут. Грузовик развернут боком под водой и затоплен в подводном туннеле, насколько я вижу, перекрывая подводный выход.

— Это оставляет один аппарат без присмотра, — сказала Элиза. — Похоже, наши перебежчики уже сбежали.

— Но как нам теперь выбраться? — спросила Марика. — У Мелоди был секретный запасной выход?

— Ты думаешь, она сказала бы мне, а не тебе?

— Тогда что? Плыть? Сколько у нас времени...

Они обе подняли головы, когда что-то сотрясло гору.

* * * — Полагаю, именно поэтому его называют осадным мечом, — заметил Нил. Они наблюдали с дирижабля, как облако пыли поднялось над горой. — Мне кажется, ему больше подошла бы эссенция молота или что-то в этом роде.

Группа реагирования уже находилась на паре дирижаблей в воздухе, ожидая сигнала маяка. Тень, находившийся с Белиндой, сразу же поделился своими воспоминаниями с другими телами, как только защита крепости пала, поэтому Лиара из Общества искателей приключений была немедленно проинформирована. По одному синему телу Тени, заряженному нестабильной маной, находилось на каждом из двух дирижаблей, вводя в курс дела лидеров экспедиции.

Дирижабли были не торговыми судами, а транспортниками для быстрой переброски войск: маленькие, быстрые и набитые искателями приключений под завязку. Они двигались стремительно; даже монстры золотого ранга были достаточно глупы, чтобы связываться с группой аур, несущихся по воздуху. Прибыв к горе, они благодаря Тени имели хорошее представление о том, что внутри, и не теряли времени даром. Искатели золотого ранга немедленно начали прорываться прямо через бок горы, и никто не делал это эффективнее, чем Тренчант Мур, осадный меч.

В то время как другие искатели золотого ранга перепрыгнули через борт дирижабля, Тренчант на мгновение задержался, чтобы собрать энергию. К удивлению наблюдателей, он даже вытянул излишки энергии из тела Тени, вернув ему привычный черный цвет.

— О, это уже перебор, — сказал Тренчант с широко открытыми глазами, а затем тоже прыгнул за борт небесного корабля. Вскоре после этого бок горы взорвался.

* * * Каллум Морс подошел к зловещему черному храму, на мгновение задержавшись, прежде чем шагнуть через открытую арку с лестницей, ведущей вверх и внутрь. Он внимательно следил за своим состоянием, но, по-видимому, аура, хоть и вызывала беспокойство, не воспринимала его как враждебного, в отличие от того, как, по слухам, она относилась к другим. Он начал подниматься по ступеням, пытаясь пропустить свои чувства сквозь стены, но безуспешно. На полпути вверх по лестнице он обнаружил кого-то, стоящего у него на пути.

— Привет, Белль.

— Привет, Кэл, — сказала Арабель. — Ты сейчас совершаешь ошибку. Я думала, мы это обсуждали.

— Здесь для меня есть возможность.

Она покачала головой, глядя на него так, словно он был щенком, не приученным к туалету.

— Ты хороший охотник, Кэл. Всегда им был. Но ты ужасен в общении с людьми. Ты всегда позволял мне помогать тебе с этим, но, похоже, ты забыл об этом за те годы, что прошли с тех пор, как мы были командой. Позволь мне помочь тебе снова, Кэл.

— Ты хочешь сказать, что выступишь против меня?

— Я хочу сказать, что ты только вредишь своему делу.

— Не если я получу то, за чем пришел.

Она покачала головой, глядя вниз с ворчливым стоном.

— И Джейсон думает, что он не замечает последствий, — пробормотала она, а затем снова перевела взгляд на своего бывшего товарища по команде. — Ты приносишь неприятности человеку, находящемуся под моей опекой, Каллум.

Ее голос был мягким, но его лицо побледнело. Он развернулся и пошел обратно вниз по лестнице.

ГЛАВА 45: ОБОЖАЮ ЛИЦЕМЕРОВ

ГЛАВА 45: ОБОЖАЮ ЛИЦЕМЕРОВ

Побег Белинды из Крепости Ордена Искупительного Света, оставивший после себя док, полный разрушенных подводных лодок, не был одиночным. Её спутник оказался не тем, на кого она надеялась или рассчитывала, но она прекрасно знала, что ни один план не выполняется идеально.

Необходимость в импровизации возникла ещё тогда, когда она нашла Гибсона Амуза. В идеале ей следовало вытащить его, чтобы он не стал сопутствующим ущербом или заложником, когда Общество искателей приключений прорвется в Крепость. Обнаружив, что он втянут в сложный ритуал, прерывать который она не рискнула, Белинда была вынуждена оставить его на попечение сил Общества искателей приключений.

Она была на полпути к саботажу инфраструктуры обороны Крепости, когда наткнулась на заключенного Амуза. После того как она оставила его, ей пришлось посетить ещё несколько ранее охраняемых помещений, защитные двери которых были выбиты, прежде чем защита отключилась. Какой бы специалист по инфраструктуре ни проектировал это место, возможно, он был плох в защите от взлома, но зато был мастером резервирования.

Завершив последнюю серию диверсий, Белинда запустила процесс отключения обороны, так как магия, питавшая её, была прервана. Она установила маяк ауры с задержкой, надеясь, что он привлечет членов Ордена, пока она будет совершать побег. Если бы она слишком увлеклась уклонением от Ордена, ей пришлось бы найти укрытие и ждать прибытия Общества искателей приключений. Если бы это произошло, они бы неодобрительно отнеслись к тому, что она ворует вещи, хотя на то, что она уже успела собрать, бродя по окрестностям, это бы не повлияло. К сожалению, подводная лодка не поместилась бы в её пространственное хранилище.

К тому времени, как Белинда добралась до доков, Орден активизировался по всему комплексу. Они разобрались со многими запертыми дверями и ловушками, которые она оставила позади, и уклоняться от них становилось всё труднее. Ей приходилось всё чаще замедляться, чтобы нырнуть в комнаты или складские помещения, пока враги проходили мимо. Она всё ещё была замаскирована под одну из них, но женщина, под которую она маскировалась, была известной последовательницей. Белинде не помогло бы при побеге, если бы её завербовали на поиски самой себя. С другой стороны, она наткнулась на немало вещей, которые стоило припрятать в своё хранилище.

В ходе побега Белинда поняла, что Орден поспешил с выводами о причине своих нынешних неприятностей. Искатели приключений-предатели, тайно работавшие на Орден, помогли им сбежать из горнодобывающего комплекса и, раскрыв себя, присоединились к Ордену в их Крепости. Было понятным, но неверным предположением, что именно они несут ответственность за диверсию, произошедшую вскоре после их прибытия.

Белинда осознала это, когда обнаружила группу членов Ордена, атакующих бывших искателей приключений. Бой серебряного ранга обычно был разрушительным, и ей нужно было найти способ миновать это бурлящее сражение. Поскольку многие двери всё ещё были заблокированы, она выбрала одну и вскрыла её своими инструментами для взлома, снова заперев за собой. Внутри оказался короткий туннель, ведущий к люку, который также был заперт.

— Многообещающе.

Потребовались считанные мгновения, чтобы взломать замок на люке, открыв винтовую лестницу, ведущую вниз. Внизу оказалась ещё одна запертая дверь, ведущая в ещё один короткий туннель и ещё одну запертую дверь.

— Думаю, я найду здесь что-то особенное.

В процессе взлома каждого замка она поняла, что они не были интегрированы в общую инфраструктуру объекта. Двери были не такими надежными, как те, что Белинде пришлось взорвать, но они были спроектированы так, чтобы оставаться постоянно защищенными, а не просто запечатанными во время блокировки.

С каждым замком, поддававшимся воздействию её инструментов, предвкушение Белинды относительно того, что ждет её в конце, росло. Когда она открыла последнюю дверь, то, что она увидела внутри, поразило её.

— Что, во имя сладких богов, здесь происходит?

На первый взгляд она подумала, что нашла ещё одного заключенного в пыточной камере. Но потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, что здесь происходит нечто совершенно иное.

Она подошла к мужчине, прикованному в вертикальном положении к отдельно стоящей металлической стойке. Он смотрел на неё дикими глазами, не в силах говорить из-за кляпа, затянутого на его рту. Цепи удерживали его в вертикальном положении с широко расставленными конечностями, он был полностью обнажен. Металлический шар, использовавшийся в качестве кляпа, был сделан из закаленных и зачарованных материалов, которые, по-видимому, не мог сломать даже серебряный ранг, хотя ранг был лишь предположением. Она не могла почувствовать его ауру из-за ошейника подавления на его шее.

Белинда оглядела комнату, обнаружив, что она совершенно не вписывается в окружающий комплекс. Вместо чистого, минималистичного камня, типичного для Церкви Чистоты, здесь было роскошно и богато: дорогая отделка стен, толстые ковры и манящие слои подушек и мягких одеял вместо мебели.

Белинда перевела взгляд обратно на мужчину, стоящего в вертикальной тюремной стойке. Присмотревшись, она заметила, что наручники на запястьях и лодыжках были обиты мягким материалом, как и ошейник подавления.

— Я сама строила подобные штуки, — сказала она мужчине. — Прибыльное дело. У нас на родине есть такое место, которое называют Крепость. Джейсон когда-нибудь брал тебя туда, Тень?

— Нет, — голос Тени раздался из тени Белинды. — Хотя склонности мистера Асано, безусловно, нетрадиционны, они менее… связаны с поркой.

— Да, это не похоже на его вкус к странностям, — согласилась она, поворачиваясь к пленнику. Она окинула его взглядом, не делая попыток освободить.

— Крепость — это своего рода игровая площадка для богатых и влиятельных, — объяснила она связанному мужчине, продолжая осматривать комнату. — Людей с такими аппетитами, которые лучше держать в секрете в приличном обществе. Я была удивлена, как часто те, кто обладал фактически абсолютной властью, фантазировали о том, чтобы быть бессильными. Впрочем, никогда по-настоящему бессильными; они всегда оставляют себе лазейку. Способ контроля. Что заставляет меня задуматься, как ты оказался здесь, подвешенный голым и в полном одиночестве.

Она снова огляделась, обратив особое внимание на толстые ковры.

— Похоже, кто-то поспешно отсюда сбежал, — задумчиво произнесла она, а затем с усмешкой посмотрела на закованного мужчину.

— О боже, — сказала она. — Ты играл в игры с теми людьми, которых преобразовал, не так ли? Их независимое мышление было стерто и заменено послушанием. Ты, вероятно, дал им инструкции, как тебе нравится развлекаться и когда тебя выпускать после этого. У тебя должен был быть какой-то сигнал, чтобы они освободили тебя, но что-то пошло не так, верно?

Она рассмеялась, когда до неё дошло.

— Блокировка, — сказала она. — Твои бездумные жертвы получили приказ мобилизоваться в случае блокировки, не так ли? Они, должно быть, сразу же ушли и не увидели того жеста, который ты используешь, чтобы заставить их выпустить тебя.

Она посмотрела на лицо мужчины, который метал в неё молнии, и снова рассмеялась.

— О, я абсолютно права.

Она ещё раз оглядела комнату, доставая из своего хранилища бутылочку с усыпляющим ядом.

— Ты уверен, что ты парень из Церкви Чистоты? Я обожаю лицемеров не меньше, чем любая другая девушка с историей шантажа, но это уже перебор.

* * * В доках царил хаос, что было на руку Белинде. Её первоначальный план состоял в том, чтобы украсть одну из подводных лодок, но, поскольку члены Ордена остались без лидеров и пребывали в смятении, она пересмотрела свои амбиции. Члены Ордена в доках разделились на две фракции, споря о том, чтобы взять подводные лодки и немедленно эвакуироваться. Те члены, чьи лидеры ячеек так и не вернулись из горнодобывающего комплекса, хотели уйти, в то время как люди Марики и Элизы — нет.

В качестве компромисса они заставили нейтральных и послушных Преобразованных готовить суда к отплытию, быстро загружая припасы и самые ценные ресурсы, доступные в районе доков. Это дало Белинде шанс принять облик Преобразованного, имитируя их пустые ауры, пока она проскальзывала на каждое из судов, притворяясь, что грузит товары, а на самом деле занимаясь саботажем. Грузовая подводная лодка, загруженная материалами из горнодобывающего комплекса, стала приятным сюрпризом. Разработанная так, чтобы быть по большей части автономной, она разобралась, как установить таймер, чтобы заблокировать подводный проход и прикрыть свой побег.

Только та подводная лодка, которую она собиралась украсть, осталась без саботажа, и она действительно кое-что на неё погрузила. Это был мужчина без сознания, завернутый в очень хорошее одеяло и спрятанный в ящике.

Самая большая удача улыбнулась Белинде, когда она наконец отплыла на одной из подводных лодок. Вместо того чтобы быстро среагировать на неё, обе стороны начали обвинять друг друга, выиграв ей драгоценное время для бегства.

Белинда никогда раньше не управляла подводной лодкой, но это оказалось не проблемой. Она обладала различными способностями, которые позволяли ей временно приобретать навыки, сродни тем, что дают книги навыков, в различных областях. Её способность «Мгновенный адепт» предлагала некоторые варианты атак на расстоянии и на основе ловкости, но была наименее ориентированной на бой из этого подмножества сил. Её истинная ценность заключалась в полезности, позволяя ей пилотировать судно в достаточной степени и сбежать с объекта.

* * * — …и вот так, Клайв, я достала тебе одну из их подводных лодок, — закончила Белинда.

Клайв выглянул с одного из балконов возвышающегося храма, чтобы осмотреть лагуну.

— Где же она тогда?

— Я её припрятала, очевидно. Я не хочу, чтобы Общество искателей приключений заявило, что она принадлежит им, только потому, что я была на контракте. Я украла её честно и справедливо.

Хамфри неодобрительно посмотрел на неё. Команда Джейсона, за исключением самого Джейсона, всё ещё пребывающего в коме, собралась на большой террасе-балконе облачного храма Джейсона. С ними были Руфус и его команда, а также Тайка и Трэвис. После всего произошедшего все они стремились затаиться, по крайней мере до тех пор, пока Джейсон не проснется.

— Я шучу, конечно, — заверила Хамфри Белинда. — Подводная лодка затонула. Я забыла где, так что нет смысла беспокоиться и искать её, и я точно не собираюсь продавать её Клайву.

— Продавать? — спросил Клайв.

Хамфри в раздражении покачал головой.

— Я просто рад, что ты поймала их священника, — сказал Нил. — Его передача заставила их отстать от нас по поводу твоей матери, Софи.

— Пока что, — сказал Руфус.

— Может, нам стоит попробовать допросить её? — спросил Нил. — Она, вероятно, будет говорить с тобой, Софи.

— Позволит ли нам это вообще облачный дом? — спросил Гэри. — Мы даже не уверены, где именно он её держит.

Они нанесли на карту новую конфигурацию здания облачного конструкта и обнаружили большие секции, к которым у них не было доступа.

— Мы всё ещё называем это домом? — спросил Нил. — Это больше похоже на… не знаю, логово, может быть? Так ведь называют место, где живет злодей, верно?

— Он не злодей, — настоял Хамфри.

— Может, он и не превратил облачный дом в подобие собственной головы, — сказал Трэвис, — но вы должны признать, что от Джейсона исходит много вайба злого чернокнижника, когда он становится серьезным. Тайка, помнишь, как он убил тех супергероев своим разумом по телевизору? Он просто посмотрел на них, и они умерли.

— Это было довольно жутко, бро.

— Они были врагами, — сказала Фарра.

— Я не говорю, что нет, — сказал Трэвис. — Но многие люди в моем мире боятся его. В смысле, многие считают его потрясающим, с его темными силами и загадочностью, и большинство людей, вероятно, думают, что он герой. Я думаю, что он герой. Но он пугает. Когда ты видел, как он сражается с армиями монстров и убивает людей — могущественных людей — просто глядя на них, то даже когда он дружелюбен, он пугает. Особенно если он дружелюбен, пока ты направляешь на него пистолет, а он говорит тебе, что собирается украсть самое мощное оружие на планете. Я просто к слову.

— Его эссенции довольно зловещие, — сказал Нил. — Кровь, тьма, грех и рок? Его комбинация звучит так, будто Общество искателей приключений должно охотиться на него.

— Это вряд ли свежее наблюдение, — сказал Руфус. — Его комбинация в порядке. Мы проверяли.

— В том-то и дело, разве нет? — сказал Нил. — Готов поспорить, вы бросили один взгляд на то, что у него было под рукой, и помчались проверять.

— Это правда; мы так и сделали, — признал Гэри. — Большинство людей проживают всю жизнь, не наткнувшись ни на одну эссенцию, а он нашел три в течение нескольких часов после прибытия в наш мир.

— Это просто потому, что он иномирец, — сказал Руфус. — Они все такие.

— И все ли иномирцы получают комбинацию «пить кровь младенцев»? — спросил Нил.

— Неважно, какие у него силы, — сказала Доун, входя через дверь, чтобы присоединиться к ним на большой балконной террасе. — Важно то, что он с ними делает.

Все немного выпрямились в присутствии алмазного ранга, кроме Фарры и Хамфри. Фарра провела месяцы, путешествуя с Джейсоном и Доун, а Хамфри и так стоял прямо.

— Приближается время моего ухода из этого мира, — объявила Доун. — Любое мое действие может дать Строителю предлоги, чтобы снова нарушить правила.

— Вы уходите до того, как Джейсон поправится? — спросила Фарра.

— Нет, — сказала Доун. — Джейсон устроил неизбежное зрелище из самого себя, в большей степени, чем я даже предполагала. По крайней мере, до тех пор, пока он не проснется. Я буду проживать здесь, в облачном храме.

— Храм? — сказал Хамфри. — Это очень многозначительный термин.

— Тем не менее, именно он используется в высокопоставленных кругах, где это имеет значение. К тому же это не является неточным.

— Отлично, Джейсон создал храм в свою честь, — сказал Нил. — Вы бы подумали, что я удивлюсь, но вот мы здесь. В какой большой беде мы теперь?

— Теперь вы все будете в центре внимания могущественных сил, — сказала Доун. — Мое присутствие рядом с вами усугубит внимание, которое вы привлекаете, но нет особого смысла закрывать ворота, когда корова уже убежала. Это легкая сделка за то давление, от которого я вас огражу. Мое присутствие заставит местные силы ограничиться тем, чтобы следить за вами, а не протягивать к вам руки.

— Как долго, по-вашему, это будет работать? — спросил Руфус.

— Джейсон, вероятно, будет восстанавливаться в течение остатка всплеска монстров и отбытия Строителя, — сказала Доун. — Я рекомендую вам подать прошение в Общество искателей приключений, чтобы позволить вашей команде покинуть Римарос, как только Джейсон будет готов к путешествию. У меня очень сильное предчувствие, что они скажут «да», и вам было бы хорошо на некоторое время увеличить дистанцию между собой и Морем Штормов. Как только Джейсон сможет превратить облачный храм в транспортное средство, я буду настоятельно советовать ему сделать именно это и воспользоваться им.

— Когда вы уйдете, — спросила Фарра, — мы увидимся снова?

— Да, — сказала Доун, — но не в ближайшие годы. Нам нужно поговорить об этом до того, как Джейсон проснется.

Я РАССКАЗАЛА ВАМ ВСЁ

Я РАССКАЗАЛА ВАМ ВСЁ

— Я собираюсь попросить вас кое о чём, — сказала Доун. — Прежде чем я это сделаю, некоторым из вас нужно уйти. Клайв, Тайка и Трэвис. Руфус, Фарра и Гэри. Вы не можете здесь оставаться, и мне нужно, чтобы вы не спрашивали почему.

Клайв лишь на мгновение посмотрел на Доун, прежде чем кивнуть, схватить Трэвиса за рукав и увести его из комнаты. Фарра и Доун обменялись взглядами. Фарра, хоть и неохотно, но в конце концов тоже кивнула и последовала за остальными с террасы.

— Как думаешь, к чему это? — спросил Трэвис, замедляя шаг, когда дверь на балконную террасу закрылась за ними.

— Если Доун говорит, что нам не положено знать, значит, нам не положено знать, — ответил Клайв. — Мы не будем это обсуждать, и тебе лучше постараться отвлечься, чтобы не ломать голову.

— Договорились, — сказал Гэри. — Нам стоит начать готовить обед.

— У нас ещё остался тот джем из арги, который сделал Джейсон, — сказал Тайка. — Я могу сходить в пекарню за сконами. Большинство людей, которые здесь околачивались, заскучали и разошлись, так что там не должно быть слишком людно.

— Давай я схожу за сконами, а ты взбей сливки, — предложил Гэри. — У меня вечно сливки в шерсти оказываются.

— Бро, что я тебе говорил насчёт вылизывания миски? Используй скребок, а не свою морду.

— А что не так с моей мордой? — спросил Гэри. — Людям нравится моя морда.

— Она просто довольно большая. Огромная морда, маленькая миска. Нетрудно понять, в чём твоя ошибка.

Гэри и Тайка заметили, что Трэвис смотрит на них во все глаза.

— Что? — спросил Гэри.

— Бро, это очевидно, — сказал ему Тайка.

— О, точно, — сказал Гэри, осознав свою ошибку. — Не волнуйся; будут не только сладкие сконы. Я возьму и несладкие.

— Как мы вообще можем сейчас говорить о сконах? — недоверчиво спросил Трэвис.

— О, — сказала Фарра, до которой тоже дошло. — Ты же американец. Ты опять путаешь бисквиты и сконы.

— Ты думаешь, в этом проблема? — спросил Трэвис, а затем указал на закрытую дверь террасы, которую чёрная облачная субстанция полностью изолировала от звуков. — О чём бы они там ни говорили, это очень важно. Типа, судьба мира на кону.

— Бро, если ты ждёшь, пока всё утихнет, прежде чем поесть нормальной еды, то ты попал не в ту компанию.

— Я пойду в деревню с Гэри, — сказал Руфус. — Хочу взять того травяного масла, которое делает миссис Марш, к несладким сконам.

Фарра ободряюще положила руку на плечо Трэвиса.

— Помнишь, где мы встретились, Трэвис?

Его плечи поникли, и Фарра утешительно похлопала его по одному из них, когда он ответил:

— На военной базе, которую атаковали вампиры, в то время как ты крала ядерное оружие.

— Именно. Нельзя бросать всё только потому, что началось вторжение динозавров, армия зомби или появилась дыра в боку вселенной.

— Или куча меняющих мир големов рока, — добавил Клайв.

— Трэвис, ты же знаешь, каким стал Джейсон в те последние дни на Земле, — сказала Фарра. — Вот что бывает, когда зацикливаешься на работе. Нужно научиться отпускать то, на что ты не можешь повлиять, а иногда даже то, на что можешь. Иначе это выжжет тебя изнутри, пока ты не перестанешь помогать кому бы то ни было. Даже самому себе.

* * * Вернувшись на террасу, Доун посмотрела на оставшуюся часть команды Джейсона.

— То, о чём я должна вас попросить, несправедливо, — сказала она. — И это требует доверия, обоснованность которого я никак не могу доказать. Я скажу вам, что мне нужно, и мне нужно, чтобы вы не задавали вопросов и вообще никак не реагировали. Понимаете?

Команда выразила разную степень замешательства и недовольства, но все они молча кивнули.

— Спасибо. Я покину этот мир вскоре после того, как Джейсон проснётся. В следующий раз, когда вы меня увидите, вы должны будете делать то, что я скажу — без вопросов, без колебаний. Независимо от того, кого вам придётся оставить позади. Вы должны заставить Клайва уйти вместе с вами, а также любых других союзников, которые у вас есть под рукой и которым вы полностью доверяете. До тех пор вы не можете рассказывать Клайву, Джейсону или даже обсуждать это между собой. Я не могу сказать вам почему, и я не могу сказать вам, почему не могу сказать почему. Мне нужно, чтобы вы приняли это, никогда не говорили об этом после того, как выйдете из этой комнаты, и постарались вообще не зацикливаться на этом.

Наступила долгая пауза, прежде чем кто-то заговорил.

— Это… довольно малоинформативно, — сказал Нил.

— Ты сказала «независимо от того, кого нам придётся оставить позади», — сказал Хамфри. — Мне это не нравится.

— Вам это понравится ещё меньше, когда придёт время, — сказала Доун. — Но вы должны это сделать.

— Но ты не можешь сказать нам почему, — сказала Софи.

— Верно, — ответила Доун. — Рискованно даже говорить вам столько, но я хочу, чтобы вы были настолько подготовлены, насколько это возможно.

— Как нам подготовиться к тому, о чём мы ничего не знаем? — спросил Хамфри.

— Становитесь сильнее. Когда придёт время, если вы не будете золотого ранга, ваши шансы из малых превратятся в нулевые.

— Шансы на что? — спросила Белинда.

— На то, что вы попытаетесь сделать, несмотря на то, что я здесь говорю, — сказала Доун. — Существует лишь очень узкое окно для потенциального успеха, и я пытаюсь помочь вам продеть нитку в игольное ушко.

— Сколько у нас времени на подготовку? — спросил Хамфри.

— Больше десятилетия. Меньше двух.

— Это выполнимо, — сказал Хамфри. — Нелегко, но при достаточной самоотдаче — возможно. Это не оставляет времени на другие занятия.

— Нет, — сказала Доун. — Вы должны быть искателями приключений, и только ими.

— Что нам сказать Джейсону и Клайву? Они не проживут больше десяти лет, не заметив, как мы выкладываемся.

— Скажите им, что это то, что вы должны сделать, и вы не можете сказать им почему. Это неприятная задача, уверяю вас, но необходимая. Они доверяют вам и согласятся.

— Почему? — спросил Нил. — Я знаю, ты просила не спрашивать, но что с этого Мировому Фениксу?

— Мировой Феникс заинтересован в Джейсоне Асано, потому что тот помогает его повестке. Этот интерес защищал Асано от других сил, которые в противном случае вмешались бы в его дела. Его недостаток силы по сравнению с масштабом событий, в которых он стал невольным участником, делает его ценной игровой фигурой. Как только Мировой Феникс закончит с ним, эта защита исчезнет. Вот тогда вы снова увидите меня, действующую не от имени Мирового Феникса, а от своего собственного. В тот момент вам нужно будет иметь золотой ранг, иначе вы даже не сможете попытаться помочь ему. Алмазный ранг был бы лучше, но золотой хотя бы позволит вам ступить на этот путь.

Доун нахмурилась.

— Я уже сказала больше, чем намеревалась. Каждое слово, которым я делюсь с вами, — это опасность. Я ухожу, но надеюсь, что вы забудете то, что я вам сегодня сказала.

— Ты нам ничего не сказала, — сказала Софи.

— Я рассказала вам всё, — ответила Доун. — Вот почему вы не можете делиться этим, особенно с Клайвом и Джейсоном. Они, скорее всего, раскусят мои уловки и навлекут беду. Не говорите об этом с Клайвом. Даже не говорите Джейсону, что этот разговор состоялся. Повторю ещё раз: даже не обсуждайте это между собой. Постарайтесь вообще не зацикливаться на том, что я вам сказала, и сосредоточьтесь на том, чтобы стать сильнее.

Доун даже не стала пользоваться дверью, покинув террасу через балкон; на её спине появились огненные крылья, прежде чем она взмыла в воздух.

Белинда подошла к балкону и посмотрела вслед уже ушедшему алмазному рангу.

— Что, во имя сладких сосцов богини-ящерицы, это было?

* * * — Нет, — сказал Джейсон слабым голосом старика. — Клоун — плохой парень.

Сферы Гордона замерцали в быстром сине-оранжевом стробоскопе, мягко пульсируя аурой и светом. Джейсон не был уверен, понимает ли он его потому, что его языковые способности претерпели вторую эволюцию, или потому, что его связь с Гордоном стала сильнее, но его это не особо волновало. Ответ найдётся где-то в списке системных сообщений, ожидающих его после пробуждения. Он сразу отмахнулся от них, больше заинтересованный в том, чтобы увидеть своих фамильяров, которые тут же появились, когда он очнулся.

Он попытался силой мысли заставить облачный дом превратить его кровать в кресло, но в тот момент, когда он попытался пропустить ману через своё тело, его пронзила боль. Он остался лежать в облачной кровати, голова торчала наружу, словно он был в пенной ванне, только все пузырьки были чёрными. Тень и Гордон парили над ним, а форма кровавого клона Колина сидела на краю кровати.

Колин издал инопланетный визг, похожий на скрежет ногтей по школьной доске.

— Я знаю, дружище, — сказал ему Джейсон, слабо похлопав фамильяра по руке. — Ты всегда хороший мальчик.

Гордон начал мерцать своими сферами на странном языке света и ауры, желая подбодрить Джейсона его любимым фильмом.

— Опять ты за своё? — спросил Джейсон. — Клоун — не герой. Он межпространственная сущность, которая ест людей.

Он посмотрел на Колина и Гордона.

— Я не с теми людьми об этом говорю. Тень, поддержи меня.

— Я не видела этот фильм, — сказала Тень. — Там играет Рэйф Файнс?

— Нет, — ответил Джейсон.

— Жаль, — сказала Тень. — Мне нравится Рэйф Файнс. Такое чувство, что он всегда играет дворецкого, даже когда это не так.

— Конечно, — сказал Джейсон. — Какая у него на самом деле фамилия?

— Тислтон-Уайкем-Файнс, — ответила Тень. — Не вижу, как это относится к делу.

— У этого рода есть своя страница в Википедии за чрезмерную британскость?

— Не за чрезмерную британскость, — сказала Тень. — Может, и правда, что они приняли эту фамилию через Акт парламента, но это едва ли важно. Что важнее, ты просматривал историю моего браузера?

— Понятия не имею, о чём ты, — сказал Джейсон.

Он осторожно повернул голову, осматривая комнату. Это был простой чёрный куб с простой чёрной кроватью внутри.

Облачный дом принимал и более мрачные формы, и Джейсон мог заменить белый цвет на чёрный мотив, разбавленный ярко-синим и оранжевым. Однако он обычно предпочитал пастельные закатные тона. Этот новый монохромный чёрный был не в его вкусе, но если кресло доставляло ему проблемы, он не собирался пытаться переделывать весь дом.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — У вас довольно обеспокоенные посетители. Открыть дверь?

— Не знаю, готов ли я к этому, — сказал Джейсон. — Я чувствую себя не очень…

— У Гэри есть сконы.

— Ну, конечно, пусть заходят. Погоди, я что, голый?

* * * — …а потом подводная лодка таинственным образом затонула, и я понятия не имею, что с ней случилось, — объясняла Белинда.

— Таинственным образом затонула? — переспросил Джейсон.

— Да, — подтвердила Белинда, демонстративно кивнув в сторону Хамфри. — Я определённо использовала её только как спасательное судно и не прятала, чтобы продать Клайву.

— Я просто сказал, что мне интересно взглянуть, — сказал Клайв. — Я не покупаю краденые подводные лодки.

— Хорошо, потому что у меня её точно нет, — сказала Белинда.

— Простите, что был слишком немощен, чтобы помочь с крепостью Чистоты.

— Ага, — сказал Нил. — Мы там вкалывали, пока ты всю неделю дрых. Вот уж кто ленивец.

Смешок Джейсона быстро перешёл в болезненный стон. — Ай. Мне совсем не нравится эта жалко немощная ситуация, в которой я оказался.

— Моя мать и Карлос Килидо будут здесь совсем скоро, — сказал Руфус.

— Карлос в городе? Лиара его вызвала? Приятно, когда власть имущие действительно прислушиваются к твоим предложениям.

— Возможно, секрет в том, чтобы твои предложения не сводились к запихиванию вещей туда, куда их не хотят запихивать, — заметил Хамфри.

— Вероятно, в этом что-то есть.

— Их сейчас здесь нет, потому что всё, что может тебе помочь на данный момент, — это отдых, — сказал Нил. — Они и остальная часть полного контингента Церкви Целителя работают над Гибсоном Амузом.

— Значит, вы вытащили его живым? — спросил Джейсон. — Но, судя по всему, в плохом состоянии. Плохие парни проделали над ним свою жуткую штуку с очищением?

— Они были в процессе, когда мы его нашли, — сказал Клайв. — На ранней стадии, насколько можно судить. Ритуал, который они использовали, был дьявольски сложным. Просто понять, как остановить его, не убив его сразу, было непростой задачей.

— Сколько времени это заняло? — спросил Джейсон.

— Девять минут, — сказала Софи.

— Это ты так говоришь, — горько заметил Нил. — Я всё ещё думаю, что десять, но это твой парень следил по часам.

— Проиграл спор? — спросил Джейсон.

Нил проворчал что-то в ответ, вместо того чтобы ответить прямо.

— Я не позволю ставить под сомнение мою честность, — сказал Хамфри.

— Это вообще были твои часы? — спросил Нил. — Они не были похожи на твои.

— Нет, — сказал Хамфри. — Софи дала мне те, что получила от Бели…

Рука Софи зажала рот Хамфри.

— Это были совершенно обычные часы, — сказала она.

ВЕРА УХОДИТ ВГЛУБЬ ДУШИ

ВЕРА УХОДИТ ВГЛУБЬ ДУШИ

— Все вон, — сказала Арабель, выпроваживая команду из комнаты Джейсона, пока Карлос приближался к облачной кровати.

— Рад тебя видеть, — сказал ему Джейсон.

— Я слышал, это принцесса Лиара предложила меня вызвать, — ответил Карлос. — Отличная мысль. Я уже давно знаю о методах Ордена Искупительного Света, и у тех из нас, кто работает в моей области, всегда возникали вопросы. Когда Церковь Чистоты еще была в хорошем положении, у нас не было возможности их изучить.

— Как там паренек Амуз?

— Для начала, ему около сорока лет, — сказал Карлос. — Не уверен, почему для тебя это считается ребенком.

— Сейчас я чувствую себя лет на триста. Что именно со мной не так?

— Нил тебе не сказал? — спросила Арабель.

— Это была скорее дружеская беседа, — сказал Джейсон. — К тому же, была выпечка. Не хочется, чтобы кто-то объяснял гадкие медицинские подробности, пока у него на носу капля крема. Если я пролежал в коме несколько дней и не исцелился, полагаю, восстановление даст мне предостаточно времени на неприятные подробности.

— Я осмотрю тебя, пока мы будем объяснять, — сказала Арабель. — Карлос, не мог бы ты приподнять его, чтобы он лежал поверх облачной кровати, а не внутри нее?

— Э, погоди, — сказал Джейсон. — Я же голышом. Если ты поднимешь меня на кровать, то всё мое «хозяйство» будет как на ладони.

Утопая в облачной кровати, словно в пенной ванне, Джейсон был одет лишь в ожерелье с магическим амулетом и прикрепленную к нему облачную флягу.

— Я видела и не такое, — сказала Арабель. — Как ты думаешь, кто избавился от того, что осталось от твоей одежды?

— Хамфри? — предположил Джейсон с оптимизмом, которого на самом деле не чувствовал.

Карлос фыркнул, погрузил руки в облачную кровать под Джейсона и осторожно приподнял его.

Арабель водила палочкой над телом Джейсона. Карлос и Арабель внимательно наблюдали, как кристаллический наконечник палочки менял цвета, выбрасывая иллюзорные символы, которые на мгновение зависали в воздухе, а затем исчезали. Карлос достал блокнот и карандаш, записывая символы.

— Ты везучий человек, Джейсон, — сказал Карлос, продолжая делать записи. — Твой фамильяр и мистер Стэндиш вытягивали твою ману, а облачный дом тоже забирал часть. Твой фамильяр-пиявка помог удержать тело от распада, пока твой… кто бы ни был этот светящийся, инициировал финальную чистку, которая сумела спасти тебя в самую последнюю минуту. Единственная причина, по которой ты пережил тот последний ритуал, — это быстрота мышления целителя твоей команды. Только его своевременное использование нецелительной способности позволило тебе выдержать это. Даже всего этого не хватило бы никому другому. Последнее, что удержало тебя вместе, — это твоя крайне необычная природа.

— Эта штука с физико-духовным гештальтом? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала Арабель. — Это было твоим истинным спасением. Если бы твое тело и душа все еще находились в бинарном состоянии, деградация магической матрицы твоего тела была бы гораздо сильнее. Поскольку твоя душа и тело — или, точнее, магическая матрица твоего тела — теперь одно и то же, целостность магической матрицы твоего тела поразительно устойчива.

— Она должна быть неразрушимой, — сказал Карлос. — Мясо, из которого ты состоишь, — единственная твоя реальная уязвимость. Тот факт, что тебе удалось повредить свою магическую матрицу, когда она является продолжением твоей души, — это… Джейсон, я даже не могу объяснить, насколько сильно ты недооценил разрушительность того, что ты с собой сотворил. Использовать тот источник энергии — это одно, но то, для чего ты его использовал? Полуготовый усилитель силы, который ты не до конца понимаешь? Ты должен был превратиться в лужицу на полу комнаты в шахте, погребенной под километром океана.

— Настолько плохо?

— Джейсон, в отличие от большинства людей, твоя душа и магическая матрица твоего тела — не две отдельные вещи. Магическая матрица всегда устойчива, но душа неприкосновенна; это должно делать твою матрицу такой же неприкосновенной. Я видел то же самое у посланников, которые в этом отношении похожи на тебя.

Карлос вздохнул, прежде чем продолжить.

— Можно причинить боль душе. Можно скрести по ее поверхности и причинить мучительные страдания, как ты знаешь лучше многих. Но пока воля не сломлена, ее нельзя нарушить, чтобы нанести какой-либо реальный ущерб. Опять же, это то, что ты должен понимать лучше почти кого бы то ни было.

— Твоя матрица тела — это магический каркас, на который натянуто твое тело, — сказала Арабель. — Как скелет, которого не существует, но без которого ты умрешь.

— Твое тело по большей части такое же, как у любого другого, — добавил Карлос. — Очень трудно повредить чью-либо магическую матрицу, но твоя должна быть совершенно невосприимчива к урону, если только ты сам не откроешься для него.

— Что ты как раз и сделал, когда попытался использовать ту полуготовую модификацию, которую вы с Клайвом сделали для облачной фляги, — продолжила Арабель. — Джейсон, разрушить твое тело легко, но сделать то же самое с матрицей тела практически невозможно. Пожалуйста, перестань делать невозможные вещи.

Джейсон поморщился.

— Это тот тон, который ты используешь, когда Руфус был непослушным мальчиком?

— Джейсон, — сказал Карлос, пока Арабель хмурилась, приостановив движение палочки. — Помнишь, как я использовал то, что узнал из случившегося с тобой, чтобы изучить воздействие звездных семян, чтобы мы могли улучшить методы борьбы с ними?

— Конечно. Это действительно помогло?

— Помогло. И я хотел бы…

— Довольно, Карлос, — упрекнула Арабель. — Давай убедимся, что он действительно идет на поправку, прежде чем начнем превращать его в подопытного.

— Погодите, какой еще эксперимент? — спросил Джейсон. — Думаю, мне было бы спокойнее, если бы кто-нибудь уложил меня обратно в кровать, пожалуйста.

* * * Джейсону удалось, очень осторожно и очень медленно, превратить облачную кровать в сильно откинутое кресло. Пропускать ману через тело для любой магической задачи было больно. Всегда присутствовал определенный уровень боли от маны, естественно циркулирующей через любое магическое тело, но теперь каждый раз, когда он активно использовал ее, боль резко возрастала.

Тщательно осмотрев его, Арабель и Карлос пришли к выводу, что Джейсону следует использовать ману в той мере, в какой он может терпеть. Везде, где мана активно циркулировала через матрицу его тела, они наблюдали незначительное, но заметное ускорение темпов восстановления.

Завершив осмотр, Арабель ушла. У обоих целителей было дел по горло, и торчать над Джейсоном было непродуктивно. Арабель, в особенности, была специалистом по психическому здоровью, а Джейсон не казался чрезмерно обеспокоенным в этом плане. По сравнению с тем, когда она впервые прибыла в Римарос, искалеченный Джейсон был гораздо здоровее, с ее точки зрения, чем тот могущественный авантюрист, только что одержавший сокрушительную победу над силами Строителя.

Карлос не ушел вместе с ней, так как ему нужно было кое-что обсудить с Джейсоном. Джейсон стиснул зубы от боли, медленно заставляя облачный дом сформировать стул для Карлоса. На полпути он отказался от полноценного стула и ограничился маленькой табуреткой.

— Хорошо, — сказал Карлос, садясь. — Напрягайся, когда можешь, но не расстраивайся, что дело идет не быстрее. Мы — то есть изучающие магию исцеления — имеем очень ограниченное представление о том, как работает кто-то вроде тебя. Вот почему я хотел бы работать с тобой во время восстановления, как я делал это после звездного семени. Чтобы посмотреть, чему я могу научиться, что могло бы помочь нам.

— Это насчет посланников, да? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Карлос. — Общество искателей приключений активно подавляет новости, но оказывается, что грандиозный призыв, который прервала твоя команда, был лишь одним из многих. Твоя команда была даже не единственной, кто прервал такой призыв. Но у Церкви Чистоты было гораздо больше людей, чем кто-либо осознавал. У них есть скрытые ячейки верующих по всему миру, и силы посланников, которые им удалось призвать, весьма значительны. Пока не закончится нашествие монстров, власти активно скрывают этот факт.

— Это немного отличается от того, что было раньше, — сказал Джейсон. — Изучение звездного семени было нужно, чтобы помочь людям восстановиться после того, как им тоже их имплантировали. Ты же говоришь об изучении моего тела по мере восстановления на предмет потенциальных уязвимостей. Чтобы вы могли лучше причинять вред таким, как они. И таким, как я.

— Не совсем, — сказал Карлос. — Я жрец Целителя и не ищу путей причинения вреда. Но любые знания, которые я могу получить о потенциальных уязвимостях в процессе восстановления, будут высоко оценены всеми, кто не является жрецом Целителя.

— Ты звучишь как человек, ищущий лазейку, — сказал Джейсон. — Верующие в Чистоту были более чем лицемерны, работая со Строителем и занимаясь прочими вещами. Это тот пример, которому ты хочешь следовать?

— Странно, что ты это говоришь, учитывая то, что я узнал во время твоей комы. Но с уважением, Джейсон, не берись говорить мне, что есть мой бог, а чего нет.

— Это между тобой и твоим боссом, — признал Джейсон. — Но мне кажется, я помню, что у вашей церкви были проблемы с духовенством, которое сбилось с пути. Он выгнал весь состав, еще в Гринстоуне. Нил был единственным, кто выступил против них, что и заставило меня захотеть видеть его в нашей команде. Он был всем, что у них осталось, а он — низкоранговый жрец-авантюрист, а не действующее духовенство. Им пришлось телепортировать замены.

— Все не так просто, Джейсон.

— Они никогда не бывают простыми, — сказал Джейсон. — Если я чему-то и научился за последние несколько лет, так это тому, что любая вещь сложнее, чем я думаю, и большая часть того, что я о ней знаю, — неверна. Кроме того, я научился убивать магическими силами. Так что, если я и усвоил какие-то две вещи за последние несколько… ну, ты понял.

— Я прекрасно понимаю, что ты описываешь, — сказал Карлос. — Но Целитель охватывает все аспекты исцеления. Это включает в себя всестороннее понимание того, как людей можно сломать. Задача нашей церкви — не действовать на основе этого, но боги не являются полностью индивидуальными, Джейсон. Бог Исцеления и Бог Войны — не враги; они братья.

— Мне не нравится идея, что эти братья работают вместе, чтобы найти лучшие способы убить меня.

— Дело не в тебе, Джейсон.

— Нет? Тогда иди экспериментируй на следующем встречном парне с духовным-физическим гештальтом.

— Я уже это делал.

— Полагаю, посланники не горят желанием добровольно участвовать в экспериментах по поиску «лучших способов их убить».

— Не горят.

— Ты хоть веришь, что сможешь найти что-то, что сработает, Карлос? Разве не в том была суть, что я сам нанес себе этот ущерб? Это единственный способ, которым может произойти настоящий ущерб душе, верно? Твой план — создать духовные бомбы, похожие на фрукты, и начать подсовывать их в обеды посланникам? Не думаю, что это сработает.

— Мы не знаем, что сработает, Джейсон. Вот почему я хочу это сделать. Посланники — это лишь часть того, что подготовила Чистота, но они кажутся самой большой частью, и они невероятно могущественны. Очень немногие магические существа даже приближаются к пользователю эссенций того же ранга, но посланники — да.

— Они настолько сильны?

— У них не так много сил, как у нас, но их много. И поскольку их сила врожденная, все их население естественным образом становится невероятно могущественным. Это причина их знаменитого высокомерия как вида. Все эти силы вторжения высокоранговые. У них нет ничего похожего на те численности, которые наш мир может выставить против них, но даже их рядовые — серебряного ранга. У них нет недостатка в золотых рангах, и хотя подтвержденных алмазных пока нет, мы полагаем, что они либо уже здесь, либо будут. Мы уверены, что существуют еще проекты массового призыва, которые мы еще не обнаружили и которые еще не были реализованы. Прежде чем закончится нашествие монстров и закроется их окно для массового призыва, они будут реализованы.

Джейсон нахмурился, размышляя, но ничего не сказал.

— Джейсон, их численность значительна. Нам нужно любое преимущество, которое мы можем получить.

— Я все еще не знаю, Карлос. Ты просишь меня позволить тебе изучать меня, чтобы найти лучший способ убить меня.

— Джейсон, я думаю, здесь происходит гораздо больше, чем мы осознаем. Не только с посланниками, но и с Церковью Чистоты в целом. Я еще ни с кем это не обсуждал из-за ужасных последствий, но надеюсь, это поможет тебе понять важность того, что происходит.

Джейсон не стал объяснять, что его личная шкала того, что является важным, была сильно нарушена после предотвращения астрального уничтожения Земли не один, а два раза.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Те дни, что ты провел, приходя в себя, я потратил на осмотр членов Ордена Искупительного Света. Тех, кто прошел через то, что они вопиюще называют своим ритуалом очищения, а также Гибсона Амуза, который прошел через его часть.

— Как он?

— Примерно там же, где был ты, когда мы с тобой впервые встретились.

— Ну, ты помог мне. Уверен, ты сможешь сделать то же самое для него.

— Спасибо за веру. Но вернемся к теме, я также осмотрел людей, которым имплантировали эти «очищенные» заводные ядра. То, что я обнаруживаю повсеместно, тревожит в таком масштабе, что один только размах этого кажется неправдоподобным.

— Ты только что описал последние четыре года моей жизни, — сказал Джейсон. — Возможно, я лучший собеседник, которого ты найдешь.

Карлос посмотрел на Джейсона, неуверенно, а затем кивнул самому себе.

— С тем, что делает Орден Искупительного Света, что-то глубоко не так, Джейсон. Не только морально, что очевидно, но и на более глубоком уровне. Этот так называемый ритуал очищения — совсем не то. У меня была возможность разобраться в этом из-за того, что случилось с Гибсоном Амузом. Его состояние, как и твое, дало мне возможность получить знания, которые невозможны с теми, кто полностью прошел этот процесс.

— И ты нашел что-то еще более тревожное, чем то, что мы уже знали?

— Этот ритуал очищения — какая-то крайне модифицированная проклятие низшего вампира. Измененная до неузнаваемости, если только ты действительно не вникнешь и не присмотришься, и даже тогда я не совсем уверен. Мне нужно больше изучить членов Ордена Искупительного Света, основываясь на том, что я узнал от Амуза. Я уверен, но изменения экстремальны до такой степени, что больше не сохраняют никакого практического сходства с вампиризмом. Оно даже не препятствует использованию эссенций и может влиять не только на живые существа, но и почти на все, что обладает магией.

— Значит ли это, что оно не меняет душу? — спросил Джейсон. — Низший вампиризм захватывает все тело, но если их убить, душа освобождается, верно?

— Да.

— Есть ли способ снять эффекты, не убивая их?

— Не знаю. Прошло несколько дней, и я все еще работаю в основном с предположениями. Потребуются месяцы, вероятно, годы исследований, чтобы ответить на такой вопрос. Но ты упускаешь важный момент.

— И какой же?

— Орден Искупительного Света. Я уже говорил тебе, что у людей в моей области всегда были вопросы к ним. Похоже, у них есть способ насильственно обращать верующих, что не должно быть возможным. Полностью преобразованный низший вампир будет подчиняться любому приказу, вплоть до самоубийства. Единственное исключение — их нельзя заставить открыть свои души, потому что вампиризм не заходит так глубоко. Вера тоже уходит вглубь души. Можно заставить кого-то притворяться, что он поклоняется, но он не будет делать это по-настоящему. Это будет просто представление.

— Ты хочешь сказать, что они не настоящие верующие в Чистоту? Что это спектакль?

— Этот ритуал, который меняет их, — не очищение, а прямо противоположное. Это скверна. Ясно, недвусмысленно и объективно скверна.

— Да, Бог Чистоты — лицемер. Это не новость.

— Да, Джейсон, это новость. Одно дело, когда бог сбивается с пути и использует сомнительные аргументы, чтобы оправдать обход собственных принципов. Религиозные сказания изобилуют историями об этом — обычно о богах других религий. Совсем другое дело, когда бог прямо и недвусмысленно противоречит своей основной сущности. У нас, смертных, могут быть правила, но боги сами являются правилами. Они неразрывно связаны с концепциями, которые олицетворяют. Они не могут идти прямо против своего центрального принципа, как бы они ни пытались выкрутиться.

— Но ты говоришь, что именно это и делает Бог Чистоты.

— Похоже на то.

— Что это вообще значит? — спросил Джейсон, переваривая все, что только что объяснил Карлос. — Ты хочешь сказать, что Бог Чистоты каким-то образом не является Богом Чистоты?

— Да, Джейсон. Именно это я и говорю.

ЧТОБЫ САМОМУ НЕ СТАТЬ ЧУДОВИЩЕМ

ЧТОБЫ САМОМУ НЕ СТАТЬ ЧУДОВИЩЕМ

— Ты хочешь сказать, что Бог Чистоты разыгрывает спектакль в духе Волшебника страны Оз? — спросил Джейсон. Он полулежал в облачном кресле, а Карлос сидел напротив на облачном табурете.

— Я не понимаю, о чем ты, — ответил Карлос.

— Это значит, что никакого бога на самом деле нет, а есть лишь какой-то тип в будке.

— Нет, Джейсон, это не какой-то человек в будке.

— Сложновато было бы управлять целой ветвью религии с помощью кукол и смешного голоса, — признал Джейсон. — Кто же тогда за занавесом? Неужели всё это время был Строитель? Это было бы крайне запутанно и контрпродуктивно.

— Это невозможно, — сказал Карлос.

— И что? Я постоянно делаю невозможные вещи. Ты хочешь сказать, что великое астральное существо хуже меня? Хотя, если подумать, Строитель — хуже. Этот парень — отстой.

— Джейсон, тебе стоит отнестись к этому серьезно.

Джейсон расхохотался, но смех быстро сменился болезненным стоном.

— Не-а, — прохрипел он.

Карлос нахмурился, но продолжил:

— Это должен быть кто-то из богов обмана. Их несколько, но наиболее вероятные кандидаты — Обман и Маскировка.

— Есть бог специально для маскировки? Должно быть, довольно мелкое божество.

— Маскировка — бог второстепенный, но с более обширной сферой влияния, чем может показаться на первый взгляд. Маскировка — повелитель иллюзий, манипулирующий допущениями и разгуливающий незамеченным у всех на виду.

— И ты думаешь, что бог Маскировка замаскировался под Чистоту?

— Не думаю, что кто-то другой смог бы это сделать, разве что кто-то из других богов обмана.

— И другие боги не заметили, что происходит?

— Я рассказывал тебе о взаимосвязи богов. Целитель — брат Войны.

— Это метафора, да? У них ведь на самом деле нет мамы или чего-то подобного?

— Совершенно верно. Боги, даже антагонистичные друг другу, — все они часть сложного взаимодействия. У них есть правила, регулирующие не только их самих и их сферы влияния, но и то, как они относятся друг к другу. Если бог маскировки решит принять обличье, даже Знание или Истина не смогут его разоблачить.

— Но они же Знание и Истина. Разве это не их главная фишка?

— Всё сложно, как я и говорил. Боги должны иметь возможность действовать в пределах своей сферы влияния, иначе другие просто сведут их действия на нет, и это превратится в опасное столкновение сил, управляющих реальностью. Именно поэтому боги связаны запутанными ограничениями.

— Ладно, но не наводит ли это на мысль, что половина богов может быть аферой? Что, если большинства из них даже не существует, а есть лишь небольшая кучка, которая дурачится? Весь пантеон может оказаться одним парнем с самым сложным кукольным театром в мире.

— Существуют правила, регулирующие подобные вещи. Глубоко сложные правила. В каждой вере жрецы изучают нюансы того, как боги относятся друг к другу. Это чрезвычайно сложно и тонко. У божеств есть ограничения, которые не укладываются в смертное сознание. То, что могут делать боги, невозможно для таких, как мы, но большинство людей не осознает, что верно и обратное. Боги — это силы, управляющие нашей реальностью. В своей относительной слабости мы обладаем свободами, которые для них так же недостижимы, как для нас невозможно остановить восход солнца. Понимание этих ограничений — область исследований, на которую люди тратят целые жизни.

— И ты взялся за такие исследования?

— Я немного прикоснулся к этому. У каждого жреца есть хотя бы базовые представления. Суть в том, что отношения между богами и способы, которыми они уравновешивают друг друга, бывает трудно расшифровать.

— Это ты так долго пытаешься сказать, что понятия не имеешь, что происходит?

— Нет, — ответил Карлос. — Думаю, я знаю, что происходит. Мне просто нужно, чтобы ты понял: боги не взаимодействуют друг с другом так, как смертные.

— Конечно. Я немного имел дело со Знанием и видел, что у нее есть правила насчет того, что она может и чего не может рассказывать людям, даже несмотря на то, что она знает всё.

— Это очень уместный пример, но я вернусь к нему позже. Вселенский Совет был созван церквями, чтобы осудить поведение Церкви Чистоты после того, как вскрылся их сговор с культом Строителя. С того момента стало всё более очевидно, что церковь уже давно действует, полностью игнорируя собственные догматы.

— Ты говоришь только о церквях, а не о богах, — заметил Джейсон.

— Да, — подтвердил Карлос. — Из-за природы божественного взаимодействия всегда проще действовать через смертных в качестве посредников. Это одна из ключевых ролей каждой церкви. Но я думаю, что дело не только в этом.

— Что ты имеешь в виду?

— Вселенский Совет обнаружил, что неподобающее поведение церкви Чистоты обострялось десятилетиями. Возможно, даже столетиями.

Джейсон вспомнил о вмешательстве в его собственном мире, произошедшем столетия назад.

— Это логично, — сказал он.

— Я пришел к убеждению, что одна из причин, по которой действовали церкви, а не боги, заключается в том, что боги уже разобрались с Чистотой довольно давно. Ты знаком с понятием санкционирования?

— Я знаю, что это то, что делают трансцендентные существа вместо убийства. Больше я ничего не знаю.

— Никто не знает, но для этого объяснения такого понимания достаточно. Думаю, боги могли санкционировать Чистоту задолго до того, как ты или я родились. Но какое-то правило, вроде того, что ты описал насчет ограничений Знания, помешало богам рассказать своему духовенству о случившемся.

— Разве люди Чистоты не заметили бы, что их бог исчез? К тому же Чистота всё еще здесь. Многие видели его лично, когда он проявляется в храмовых кварталах по всей планете. Ты думаешь, это всё время был тот бог обмана? Маскировка, верно?

— Или, возможно, Обман. В любом случае, если бы другие боги проинформировали свое духовенство или население в целом, это посягнуло бы на домен бога обмана. Следовательно, они не могли этого сделать.

— И что тогда? Им нужен кто-то вроде тебя, чтобы разобраться, потому что ты смертный? Ты не связан теми же строгими ограничениями и можешь кричать об этом с крыш?

— Именно, — сказал Карлос. — Я убежден, что прав, но боюсь последствий. Одно только падение церкви Чистоты вызвало огромные потрясения. Если люди поймут, что боги всю их жизнь знали, что Чистота — это даже не Чистота, я не знаю, что произойдет.

— И люди вряд ли хорошо отреагируют на объяснение, что всё очень сложно и тонко. Они начнут делать поспешные выводы, основываясь на ложных предположениях и всякой недобросовестной лжи, которая звучит как простые ответы.

— Темные боги от этого только выиграют, да, — сказал Карлос. — Мне не нравится мысль, что мои действия послужат богу Раздора.

— Но ты целитель, — сказал ему Джейсон. — Ты знаешь, что иногда нужно отсечь больное, чтобы здоровое могло восстановиться.

— Да.

— А что с этого получает бог маскировки?

— Многие боги антагонистичны друг другу и в основном делятся на два лагеря. Один лагерь состоит из богов, чьи храмы и церкви можно найти в любой точке мира, где живут люди. Другие — это боги, чьи жрецы обитают в скрытых местах. Боги, которым молятся не из-за того, что хочешь чего-то получить, а из-за того, чего хочешь избежать. Боль, Раздор, Обман.

— И именно они от этого выигрывают больше всего.

— Да. Особенно Раздор.

— Значит, всё это — плохие новости.

— Не совсем, — сказал Карлос. — Теперь, когда я знаю, что происходит, я также вижу, что делают другие боги. Знание знает больше, чем любой другой бог, и хотя она не может поделиться тем, что знает, она тайно собирает силы по всему миру, даже не говоря им, что они делают или зачем. Это выяснилось только после того, как люди начали расследование в церкви Чистоты и обнаружили, что Знание постоянно держит свои силы в тех же местах. Это была одна из вещей, которая помогла мне сложить всё воедино.

— Использует лазейку, чтобы оставлять подсказки, — сказал Джейсон. — Все эти правила богов делают их похожими на юристов. Американских юристов.

— Я не знаю, что это.

— Так что насчет настоящего Бога Чистоты? — спросил Джейсон. — Я слышал, что если бога санкционируют, на его месте появляется новый, чтобы заполнить пустоту.

— Я тоже так считаю, — сказал Карлос, — но сейчас мы вступаем в область, где исторические записи уступают место мифам и легендам. Даже если предположить, что новый бог появится, мы понятия не имеем, сколько времени займет этот процесс. Может пройти тысяча лет. Десять тысяч лет.

— Обнадеживает, — сказал Джейсон. — Удачи в разгребании всего этого. Рад, что меня это не касается.

— Не касается? — переспросил Карлос. — Весь смысл объяснения в том, чтобы показать тебе, насколько важно сделать всё возможное, чтобы справиться с тем, что задумал этот бог обмана.

— Ты имеешь в виду тыкать меня палкой, пока я восстанавливаюсь, чтобы ты мог найти способы получше, как меня убить?

— Чтобы разобраться с посланниками, Джейсон.

— Они не моя ответственность.

— Как ты можешь слушать всё, что я только что сказал, и выбирать бездействие, когда можешь внести свой вклад?

— О, я внесу вклад. Как искатель приключений. Я с радостью возьмусь за любой разумный контракт, чтобы справиться с угрозами, подходящими для серебряного ранга. Но на этом всё. Я не позволю тебе помогать людям разрабатывать методы, чтобы эффективнее меня убивать.

— Ты часть этого, Джейсон. Церковь уже пришла за тобой.

— Да, я был косвенно вовлечен в дела церкви Чистоты, но я всё еще вне этой драки. Чистота — или кто бы это ни был — возможно, и принял контракт на мое устранение, но к этому моменту ясно, что его пешки были больше заинтересованы в том, чтобы использовать меня как отвлекающий маневр. Им нет дела до меня; они тянут время, пока не уйдет Строитель, отдавая дань уважения идее расправиться со мной, но не доводя дело до конца. Им нет до меня дела.

— Джейсон, у тебя в этом здании находится, вероятно, лидер Ордена Искупительного Света.

— У меня в этом здании находится мама моего друга.

— Ты в этой драке, Джейсон, и если думаешь, что нет, то должен быть. Тот факт, что ты можешь хоть что-то сделать, означает, что ты обязан это сделать.

Гнев омрачил лицо Джейсона.

— Не говори мне об ответственности, Карлос. Я не обязан разбираться с твоими богами. Я серебряного ранга, и я выполнил свою часть работы, противостоя вещам похуже богов. Я спас планету. Дважды. И спасу еще раз, прежде чем она перестанет пытаться расколоться, как яйцо, и рассыпаться в астрал.

Голос Джейсона окреп, гнев помогал ему преодолевать боль.

— Я сражался со Строителем, вооружившись ножом, чтобы остановить кучу гигантских терраформирующих роботов от уничтожения города, полного людей, и предотвратить межпространственное вторжение, которое должно было начаться на три года раньше. Я спас десятки тысяч жизней напрямую, и миллиарды, если считать мир, который я продолжаю спасать. Моя душа заглянула в бесконечность и столкнулась с сущностью такой величины, что смертный разум не способен осознать ее природу, не говоря уже о масштабах.

Джейсон стиснул зубы, подавляя стон боли, и заставил себя сесть прямо, чтобы посмотреть Карлосу в глаза.

— Я понимаю последствия того, что здесь происходит. Я понимаю ставки и вызовы. На данном этапе залетный бог-самозванец тянет максимум на «не очень хорошо» по моей личной шкале угроз, и я повторю еще раз: я серебряного ранга. Да, меня втягивали в ситуации, где я был единственным, кто мог встать и сделать работу, и я часто всё портил. Но я делал это, потому что был единственным, кто мог или хотел. Но в этот раз есть другие люди, которые могут и сделают. Люди, которые не просто серебряного ранга, а я в этот раз — просто парень. Я не тот самый парень, и это приятная перемена. Мне нравилась идея быть героем ровно до тех пор, пока я им не стал.

— То, что ты не в центре событий, не снимает с тебя ответственности делать то, что можешь, Джейсон. Как бы тяжело ни было, ты не можешь уклониться от этой ответственности.

Джейсон с яростным шипением втянул воздух.

— Уклониться от ответственности? Я сражался со Строителем, Карлос. Я сражался с ним, я победил, и я умер, делая это. И я сражался с этим орденом Чистоты или кто там на самом деле за занавесом, и вот я лежу здесь, снова едва не погибнув за свои старания. Ты сам сказал мне, что это должно было меня убить. Я повторю еще раз, Карлос, потому что до тебя, похоже, не доходит: я серебряного ранга. Можешь ли ты посмотреть мне в глаза и сказать, что это моя обязанность — сражаться с армиями ангелов и глобальной сетью фанатичных террористов?

— Да, — сказал Карлос. — Потому что ты можешь. Если у тебя есть сила сделать что-то, что может помочь, у тебя есть моральное обязательство это сделать.

Карлос встал, когда табурет, на котором он сидел, внезапно провалился в пол. Облачное кресло Джейсона сделало то же самое, опрокинув его в положение стоя.

— Джейсон, не надо…

— Заткнись, — прорычал Джейсон, пошатываясь и изо всех сил стараясь устоять на ногах. Ему удалось перестать спотыкаться и нетвердо замереть на месте, его инопланетные глаза горели, когда он смотрел на Карлоса. Джейсон игнорировал свою наготу, его тело было бледным и истощенным обломком. Шрамы, покрывавшие торс, резко выделялись на его неестественно бледной коже.

— Джейсон, тебе нужно…

— Ты думаешь, я сделал недостаточно? — спросил Джейсон, его голос был тихим, как в могиле. — Ты обвиняешь меня в уклонении от ответственности? Спроси свою подругу Арабель, что я сделал. Спроси Фарру. Спроси своего чертова бога; держу пари, он всё об этом знает.

Голос Джейсона нарастал, пока он говорил сквозь зубы, стиснутые от боли. Его тело было слишком слабо, чтобы стоять, и он циркулировал ману, чтобы держаться на ногах, борясь с болью, используя дистиллированную ярость как топливо.

— Джейсон, у тебя есть шанс внести вклад…

— Ты думаешь, я заплатил недостаточно? — спросил Джейсон, и его слова исходили не только изо рта, но и вибрировали в воздухе вокруг них. — Ты помнишь, как мы встретились, Карлос? Почему ты в этой комнате? Ты не видишь, что перед твоими глазами?

Синий и оранжевый свет начал собираться в воздухе позади Джейсона, а из его глаз, всё еще прикованных к целителю, потекла кровь. Карлос почувствовал, как аура Джейсона растет, но она исходила не от самого Джейсона. Она шла отовсюду, как поднимающийся прилив, и голос Джейсона поднимался вместе с ней. Его аура обрушилась на Карлоса, который с трудом отбивался от нее, даже используя свою ауру золотого ранга.

— Джейсон, ты причиняешь себе боль.

— Я всегда это делаю. Я многим обязан тебе за то, что ты помог мне, когда я больше всего в этом нуждался. Но это также означает, что ты видел лишь часть той цены, которую я заплатил за то, чтобы соответствовать своим обязанностям. Посмотри на меня, Карлос. Посмотри на человека, которого ты просишь дать больше, чем он уже дал. Посмотри, что это сделало со мной, и посмотри, что осталось. Ты хочешь использовать меня снова из-за того, кем мне пришлось стать, чтобы соответствовать той ответственности, о которой ты постоянно говоришь.

— Джейсон, тебе нужно лечь.

— ПОСМОТРИ, ЧТО Я ТАКОЕ!

Слова Джейсона были перенесены волной ауры, обладающей реальной физической силой. Она ударила Карлоса, словно мяч битой, отбросив его от стены из черной облачной субстанции, внезапно ставшей твердой, как камень. Хотя для золотого ранга этот удар был ничем, он был глубоко поражен и распластался на полу. Взглянув вверх в шоке, он увидел, что Джейсон рухнул.

В воздухе над упавшим Джейсоном синий и оранжевый свет, собравшийся за его спиной, слился в глаз размером с повозку. Карлос видел, как он возник в тот самый момент, когда аура отбросила его через всю комнату, и он все еще чувствовал его взгляд на себе. Аура комнаты сомкнулась на Карлосе, сжимая его, словно кулак, но лишь на мгновение, прежде чем глаз начал рассеиваться. Он быстро исчез, не оставив следа, и сила, которую он излучал, исчезла вместе с ним, ослабив хватку на Карлосе.

Карлос поднялся на ноги, спеша осмотреть Джейсона. Тот был без сознания, кровь текла из его глаз и всех шрамов, словно это были свежие раны. Дикая аура комнаты померкла настолько, что Карлос почувствовал другие присутствия. Он встал и обернулся, чтобы встретиться с ними лицом к лицу.

Зловещая теневая фигура была самой обычной из трех фамильяров Джейсона, которые теперь выстроились перед ним. Кровавый клон выглядел как Джейсон, но, согласно чувствам ауры Карлоса, ощущался не как живое существо, а как бездонная пропасть ненасытного голода.

Что касается последнего фамильяра, то это был пустой плащ, накинутый на уменьшенную копию того самого глаза, который только что исчез из комнаты. Карлос почувствовал нечто совершенно чуждое, даже по сравнению с хищным монстром-пиявкой, замаскированным под Джейсона. Карлосу показалось, что само физическое существование — это оскорбление для этой сущности, словно она могла уничтожить мир за дерзость существовать.

У нее не было и близко той силы, чтобы совершить подобное, точно так же, как монстр-пиявка не мог пожрать всё живое на планете, несмотря на ощущение, что именно в этом его предназначение. Все три фамильяра давили на него своими аурами, всего лишь серебряного ранга, но каким-то образом объединенными и усиленными облачным храмом вокруг него.

Люди называли обитель Джейсона облачным храмом с момента ее очень публичной трансформации, но это было из-за внешнего вида. Карлос не придавал этому особого значения, даже ощутив ауру внутри. Теперь, однако, он почувствовал это. Он был не в месте; он был на территории. Она принадлежала кому-то на уровне более глубоком, чем он мог постичь, и он разозлил того, кому она принадлежала.

— Пришло время уходить, жрец Килидо, — сказала ему Тень.

— Я должен помочь ему, — сказал Карлос, указывая на Джейсона на полу.

— Вы уже достаточно помогли, — ответила Тень. — Вы взяли человека, который уже заплатил цену за то, что дал больше, чем имел, и сказали ему дать еще больше. Мистер Асано работал с госпожой Ремор, чтобы восстановиться после того, как соответствовал обязанностям, которые взял на себя, когда никто другой не хотел. Неподобающе для священнослужителя Целителя сводить на нет ее работу.

Тень подняла руку в сторону Джейсона, и облачная кровать поднялась с пола, подхватив Джейсона. Колин поправил его так, чтобы он лежал удобно.

— Я задавался вопросом, смогу ли я это сделать, — сказала Тень. — Я колебался, стоит ли экспериментировать, когда мистер Асано так слаб, а здание связано с ним.

Он повернулся обратно к Карлосу.

— Вам нужно уйти, прежде чем я начну проверять, какой контроль могу осуществлять над этим зданием. Идите и направьте сюда госпожу Ремор при первой же возможности.

Карлос посмотрел на трех фамильяров. Он чувствовал враждебность, исходящую от всех них, каким-то образом объединенную и усиленную зданием. Бросив последний взгляд на Джейсона, он направился к двери, ведущей из комнаты.

— Жрец Килидо, — окликнул его Тень. — Постарайтесь как можно подробнее объяснить госпоже Ремор, что вы здесь натворили.

ГЛАВА 49: ДОВОЛЬНО МНОГО СИСТЕМНЫХ ОКОН

ГЛАВА 49: ДОВОЛЬНО МНОГО СИСТЕМНЫХ ОКОН

Карлос сидел на скамье, обхватив голову руками. Он почувствовал, как теплая рука легла ему на плечо.

— От тебя не ждут совершенства, Карлос.

— Я причинил боль человеку, которому должен был помочь, потому что подталкивал его к убийству, что бы я ему ни говорил. И себе тоже. Какой же я после этого священник?

— Обычный, человеческий. Сила, которой ты владеешь, возможно, и изменила тебя, Карлос, но ты все еще смертный человек. Непростительно быть эгоистичным или совершать ошибки. Теперь ты должен сделать то, что и так очевидно: принять содеянное, искупить вину, насколько это возможно, и стремиться стать лучше, извлекая уроки из этого опыта.

— Он отшвырнул меня через всю комнату. Своей аурой. Они способны на такое.

— Поэтому ты так сильно давил на него? Потому что он похож на них?

— Я знаю, что он не один из них.

— В голове — да. Но в сердце?

— Боюсь, что собьюсь с пути.

— Страх, который вы разделяете с Джейсоном Асано. Возможно, если ты сможешь отбросить свои чувства по отношению к посланникам, вы сможете помочь друг другу найти нужные пути.

Карлос оглядел церковный зал, пустой, если не считать его самого.

— Спасибо, — прошептал он.

* * * Джейсон проснулся, сворачивая системные окна, которые присоединились к тем, что он отложил в сторону в прошлый раз, когда пришел в себя после того, как где-то отключился. Он снова лежал на облачной кровати, а Арабель наблюдала за ним из кресла.

— Если ты продолжишь так со мной нянчиться, — сказал он хриплым от боли голосом, — то мне придется жениться на Руфусе.

— Он достоин лучшего.

Джейсон рассмеялся, готовясь к боли, но та оказалась на удивление слабой. На самом деле, он чувствовал себя гораздо лучше, чем до того, как потерял сознание.

— Мы говорили тебе, что циркуляция маны ускорит восстановление, — сказала она. — Хотя, возможно, стоило добавить: не делай этого до потери сознания.

— Я, кажется, сорвался на Карлоса.

— Ты чувствуешь себя виноватым?

— Нет.

— Он хороший человек, но слишком увлекается будущим. Если он видит способ сделать что-то хорошее завтра, то иногда упускает из виду боль, которую приходится терпеть сегодня, чтобы этого достичь.

— Полагаю, мне стоит быть благодарным, что он видит во мне деятеля, а не жертву. Но он показался мне более настойчивым, чем я помню. Более целеустремленным. Он уже сталкивался с посланниками?

— Да. Он потерял близких.

Джейсон кивнул.

— Я знаю, что он пытается поступать правильно. Но я также знаю, как легко убедить себя, что ты знаешь, как правильно, лучше всех остальных. Я тоже причинял людям боль, совершая эту ошибку.

— Ты кажешься уравновешенным, — сказала Арабель. — Я боялась, что ты откатишься назад.

— Я немного хрупок, — сказал Джейсон. — Но не так, как раньше. Если бы этот разговор состоялся сразу после моего возвращения с Земли, это была бы совсем другая история. Но он задел заживающую рану, а не открытую.

— Я рада. Но мы с тобой еще подробно поговорим об этом позже.

— Знаю. Но полагаю, ты занята этими людьми из Ордена Искупительного Света.

— Да. Карлос пытается понять, как обратить то, что с ними сделали, не убивая их.

— И как успехи?

— Никак. Попытки обратить подобное обращение — будь то вампиризм, плотские мерзости воргеров или что-то еще — это то, чем Церковь Целителя занимается веками. Может, тысячелетиями.

— Может, он узнает что-то от этих членов ордена или Гибсона Амуза, что наконец поможет это решить. Лучше уж гнаться за этим, чем за способами убивать посланников.

Арабель твердо кивнула в знак согласия. — Я уже коротко говорила об этом с Карлосом и сделаю это снова. Но я была бы признательна, если бы ты тоже поговорил с ним. Ты знаешь, каково это — сбиться с пути в погоне за стоящими целями.

Джейсон кивнул. — «Благами намерениями вымощена дорога в ад», — говорят в моем мире. Я сделаю все, что смогу, но могу ведь сделать только хуже.

— Он немного похож на тебя, — сказала она. — Он может сбиться с пути, если рядом не будет людей, которые удержат его на верной дороге. Думаю, ему пригодилось бы твое понимание. И твое участие может помочь ему избежать плохой дороги, будь то из-за чувства вины или решимости.

Арабель поднялась на ноги.

— Полагаю, ад в конце этой дороги, о котором ты упомянул, — не самое приятное место назначения.

— Зато там вся хорошая музыка, — ответил Джейсон.

* * * Оставшись один, чтобы отдохнуть, Джейсон наконец обратил внимание на системные окна, которые откладывал в сторону каждый раз, когда приходил в сознание.

— Довольно много системных окон, — пробормотал он про себя и начал открывать их по порядку.

* Вы извлекли энергию из [Ядра реальности], чтобы заставить свою душу вырабатывать ману более высокого ранга. * Ваше тело и душа образуют небинарный гештальт. * Ваше существо-гештальт вырабатывает аномальную ману. * Откат от использования аномальной маны будет распределен по вашему существу-гештальту, рассеивая уровень урона.

— Это я помню.

* Вы пытаетесь использовать [Неполные врата портала]. Попытка не удалась. * Вы принудительно применяете аномальную ману к [Неполным вратам портала]. Это приведет к повреждению вашего существа-гештальта.

— И это тоже.

* Вы открыли портал, используя нестабильную среду. Вы принудительно поддерживаете стабильность, используя большое количество высококачественной маны. Откат от высококачественной маны и урон от использования неполной функции Облачной колбы увеличиваются.

— Здесь все начинает расплываться.

— Мистер Асано, вы снова разговариваете сами с собой, — произнесла Тень.

— Я разговариваю с тобой. Это нормально.

— Вы почувствовали мое присутствие?

— Честно говоря, нет. Все, что я чувствую, — это своего рода острое покалывание. Если я пытаюсь пошевелиться или использовать ману, оно становится очень острым.

— Ни «острое», ни «покалывание» — не те слова, которые стоит использовать, если вы хотите прослыть человеком приличным, мистер Асано, особенно в сочетании друг с другом.

— Потому что «острое покалывание» звучит так, будто у вас что-то не так с...

— Да, мистер Асано.

Джейсон усмехнулся, открывая следующее системное окно.

* Вы открыли врата в свой духовный мир. Аномальная мана, вырабатываемая вашим существом-гештальтом, запечатала врата. Прекратите выработку аномальной маны, чтобы освободить врата.

— Кажется, я это помню. Меня что, отшвырнуло через всю комнату?

— Да, мистер Асано.

Следующее системное окно представляло собой журнал событий с сообщениями о разрушении его тела, перемежающимися все более радикальными мерами, принятыми для поддержания его жизни. Его усмешка превратилась в гримасу, когда он просматривал список, воспользовавшись полосой прокрутки, которая указывала на то, что список был чрезвычайно длинным.

— Отсечь мне руки и ноги? — прочитал он.

— Мы хотели отсечь вам голову, мистер Асано, но вы вряд ли бы это пережили.

— Это концепция, которая не требует объяснений, Тень. Вполне безопасно предположить, что если отрубить кому-то голову, он умрет.

— Мы предполагали, что вы потенциально могли бы выжить с помощью Колина.

— Предполагали, значит, гадали. Я не собираюсь проверять, смогу ли я пережить обезглавливание, даже если предполагаю, что смогу. К тому же, для этого сценария мне нужно было быть в хорошем состоянии. Хорошем для того, у кого больше нет головы, очевидно. Я был не в лучшем состоянии.

— Именно поэтому мы не стали рисковать.

Внизу журнала событий все стало странно. Некоторые строки были написаны идеографическим языком, который даже его способность читать на всех языках, как он думал, не могла перевести. Одна лишь попытка прочесть их вызывала у него головную боль и заставляла ману в теле бурлить, вызывая острую боль. Как только она утихла, он больше не пытался читать, пролистывая дальше, туда, где снова появлялся обычный язык.

* Вы попытались создать духовный домен. * Вы уже превысили максимальную общую площадь духовного домена. * Ваш ранг недостаточен относительно местной окружающей магии для создания духовного домена. * Вам не удалось создать духовный домен. * Вся мана, использованная при попытке сформировать духовный домен, была израсходована.

После этого появилось еще больше идеограмм, которые он не стал пытаться расшифровать, снова пролистав вниз. На этот раз строки непонятного языка тянулись чрезмерно долго. Даже просто просматривая их, Джейсон чувствовал головную боль, но также уловил от них чувство знакомости, которое по какой-то причине инстинктивно ассоциировал с Гордоном.

* Вы настроили свое тело на резонанс с местной пространственной мембраной. * Физический акцент вашего существа-гештальта, вызывавший его физико-духовный дисбаланс, был исправлен. * Ваша способность чувствовать астральные силы возросла. * Вы принудительно сняли ограничение с эффекта титула [Гегемон реальности].

— Тень, — сказал Джейсон, прокручивая экран за экраном с непонятными идеограммами. — Что сделал Гордон?

— Я не уверена.

Джейсон вернулся к прокрутке инопланетных символов, пока наконец не добрался до конца.

* Ограничения на [Фундаментальные Врата] и [Мост Небосвода] были сняты.

* [Фундаментальные Врата] были разобраны. * [Фундаментальное ядро] было добавлено в ваш инвентарь. * [Токен власти фундаментального царства] был добавлен в ваш инвентарь. * Ваша способность контролировать магию под влиянием [Строителя] через [Фундаментальные Врата] была утрачена. * Ваша способность получать доступ к фундаментальному миру физических реальностей была утрачена.

* [Мост Небосвода] был разобран. * [Ядро небосвода] было добавлено в ваш инвентарь. * [Якорь моста небосвода] был добавлен в ваш инвентарь. * Ваша способность создавать астральные конструкции через [Мост Небосвода] была утрачена. * [Мост Небосвода] был необходим для компонента [Неполные врата портала] вашей [Облачной колбы]. [Неполные врата портала] больше не функционируют.

— Э-э, кажется, это плохо.

— Мистер Асано?

— Думаю, мой духовный мир только что сожрал вещи, которые мне были нужны для постройки моста, соединяющего Паллимустус и Землю. Ну, тот самый, который я должен построить, чтобы Земля не становилась все более нестабильной и в конечном итоге не разрушилась и не была смыта в небытие.

— Это звучит не лучшим образом, мистер Асано. Возможно, другие системные окна предложат решение.

Джейсон открыл следующее окно, как предложила Тень.

* У вас неполный духовный мир. [Фундаментальное ядро] будет автоматически поглощено для создания [Астрального трона]. * Ваш ранг недостаточен для создания [Астрального трона]. * Аномальная мана, вырабатываемая вашим существом-гештальтом, достаточна для создания [Астрального трона]. * [Фундаментальное ядро] было поглощено для создания [Астрального трона].

* У вас неполный духовный мир. [Ядро небосвода] будет автоматически поглощено для создания [Астральных врат]. * Ваш ранг недостаточен для создания [Астральных врат]. * Аномальная мана, вырабатываемая вашим существом-гештальтом, достаточна для создания [Астральных врат]. * [Ядро небосвода] было поглощено для создания [Астральных врат].

— Ладно, я понятия не имею, что все это значит. Тень, ты когда-нибудь слышала об астральном троне?

— О боже.

— Ладно, это «да». А как насчет астральных врат?

— Полагаю, логично иметь и то, и другое. О боже.

— Ты можешь рассказать мне о них?

— Это разговор, который, вероятно, лучше отложить до тех пор, пока вы не сможете получить доступ к своему духовному миру, мистер Асано.

— Они могут помочь мне решить проблему с разрушающейся планетой?

— Возможно, астральные врата — это вариант, но это не моя область, и было бы безответственно с моей стороны делать какие-либо предположения о вероятности такого исхода. Полагаю, Иерофант Доун — тот человек, которому следует задать эти вопросы.

— Думаю, мне нужно поговорить с Доун, — сказал Джейсон. — Как думаешь, она будет злиться, что я сожрал магический мост?

— Она дала вам предмет великой силы, а вы использовали его, чтобы сделать нечто абсурдное, мистер Асано. Если она не смогла предвидеть это к данному моменту, то это её упущение.

— Это, безусловно, правда, но я спрашивал, будет ли она злиться.

— Да, мистер Асано. Я полагаю, будет.

ПРИЧИНЫ ДЛЯ ТИХОГО УЖАСА

ПРИЧИНЫ ДЛЯ ТИХОГО УЖАСА

Тело Джейсона было скованным и напряженным, он дрожал от боли, направляя ману, сжимая зубы и кулаки. Принудительная циркуляция маны через матрицу — магический каркас, на котором строилось его тело, — ускоряла восстановление Джейсона. Благодаря этому колоссальные объемы маны, необходимые для создания новых тел для Тени, стали идеальной физической и магической терапией.

Джейсон издал стон облегчения, когда проявилось новое тело Тени, и он наконец смог сделать перерыв. Все его тело обмякло, когда он позволил себе глубже погрузиться в мягкое кресло, которое обволакивало его, словно кресло из зефира. Облачная субстанция, из которой оно было сделано, была пушистой, белой, с синими и оранжевыми украшениями, совсем как остальная часть комнаты. Еще одним упражнением, которое использовал Джейсон, было изменение облачного дома, хотя до сих пор он занимался только своей комнатой восстановления.

— Еще одно? — спросил он напряженным голосом.

— Нет, на сегодня хватит, — сказал ему Нил. — Нагружать себя до разумного предела, а потом возвращаться к этому после отдыха — для восстановления лучше, чем работать до потери сознания. Фарра взяла с меня обещание не давать тебе переусердствовать, и она была права. Большинство людей в процессе, столь болезненном, стараются отлынивать, а не продолжать.

— Боль была моим спутником дольше, чем ты, Нил. Ты мне нравишься больше.

— О, значит, я для тебя лучший спутник, чем мучительная боль. Это очень приятно.

— О, определенно, — сказал Джейсон. — Ты точно входишь в двадцатку лучших.

— Я вхожу в двадцатку лучших спутников в команде из шести человек?

— В команде из тринадцати человек, если считать фамильяров, а еще есть Руфус и его команда, Алехандро Альбериччи...

— Кто?

— Парень, который собрал мой новый гардероб.

— Портной считается спутником?

— Я ношу его работы везде. А еще есть жена Клайва.

— Жена Клайва воображаемая!

— Да, — сказал Джейсон, печально качая головой. — Бедняга. Но именно поэтому она едва опережает тебя.

— Если ты несешь столько чепухи, — сказал Нил, — значит, явно возвращаешься к своему прежнему состоянию. Боги, помогите нам. Я оставлю тебя отдыхать.

Когда Нил дошел до двери, Джейсон окликнул его. Поскольку в голосе не было привычного шутливого тона, это привлекло внимание Нила.

— Спасибо, — тихо сказал Джейсон.

— Это моя роль, — ответил Нил.

— Да, ну, ты с ней хорошо справляешься.

* * * Джейсон медленно заковылял по кругу по комнате, будучи благодарным за мягкий пол под ноющими ступнями.

— Тень, как так получается, что я могу выносить наводнение своего тела болью, но едва могу терпеть ноющие ступни?

— Поскольку я не нахожу ответа, который не выходил бы за рамки вежливой беседы, мистер Асано, я воздержусь от ответа.

— Тень, ты только что назвал меня слабаком?

— Я совершенно точно не называл вас никак, мистер Асано.

— Да, но мы оба знаем, что выводы, которые ты делаешь, смертоноснее, чем мечи, которые делает Хамфри.

— Благодарю, мистер Асано.

Джейсон вернулся к креслу в центре комнаты, желая рухнуть в него, но опускаясь медленно.

— Тень, теперь, когда я восстанавливаюсь, пусть и медленно, мои чувства начинают возвращаться. Поначалу я даже не мог понять, что со мной происходит. Теперь я начинаю осознавать изменения, через которые прошел, и, думаю, знаю, почему чувствую от тебя некоторую нехарактерную неловкость.

— Прошу прощения, мистер Асано. Вы не должны получать дополнительные проблемы от меня, когда у вас и так достаточно...

— Ты не должен мне извинений или объяснений, Тень. Мне пришлось через многое пройти за последние несколько лет, и ничего из этого было бы невозможно без тебя. Твой отец послал тебя ко мне только для того, чтобы я мог освободить души, запертые внутри мясных мерзостей, или это было из-за более серьезных проблем, связанных с Мировым Фениксом и Строителем?

— Я, честно говоря, не знаю.

— У тебя была возможность отказаться?

— Была. Мои... как бы вы их назвали, братья и сестры, не любопытны по своей природе. Их интересы начинаются и заканчиваются служением Жнецу. Они принимают позицию фамильяра только в том случае, если это служит интересам Жнеца. Я — исключение, поскольку был фамильяром так много раз из-за своего желания исследовать космос.

— Вот почему быть привязанным к этому астральному пространству все это время, должно быть, было чертовски ужасно для тебя. Некуда пойти, и нет других спутников, кроме воргера и измученных душ, запертых внутри мясных монстров.

— Это было лишь короткое время в масштабах моего существования, мистер Асано.

— Да, но время не идет быстрее только потому, что у тебя его много. Но, полагаю, именно поэтому ты не сделал тот же выбор, что Колин и Гордон. Я — последний в длинной череде людей, у которых ты был в качестве призывателя, и после меня будет еще много. Ты вроде Доктора Кто, а я — один из твоих спутников.

Тень не ответил, и Джейсон почувствовал, как неловкость в ауре его фамильяра растет.

— Все в порядке, Тень. Я в основном заговорил об этом, потому что хочу понять, что происходит. Я чувствую, что моя связь с Колином и Гордоном стала сильнее, и я чувствую, что они оба выбрали это. Хотя я не уверен, как и почему это произошло.

— Это из-за изменений в вашем духовном мире, мистер Асано. Астральный трон и астральные врата в вашем духовном мире дадут вам гораздо больший контроль над духовными доменами, которые вы сформировали. Как вы знаете, те, что у вас уже есть, вы создали случайно.

— Это начинает запутывать, — сказал Джейсон.

— Станет только сложнее, мистер Асано. Ваш духовный мир — это реальность, которая существует внутри вас, и ваша сила, по сути, абсолютна. Ваши духовные домены — это территории, которые вы застолбили духовно, наложив на них свою власть. Тот, что в Словакии, и тот, что во Франции.

— Я никогда не собирался этого делать. Я просто хотел, чтобы зоны трансформации не пробили дыру в боку вселенной и не уничтожили планету.

— Тем не менее, мистер Асано, эти территории были застолблены. Но они грубые, как чаша, сделанная голыми руками из речной глины. Астральный трон и астральные врата — это инструменты для лепки, гончарный круг и печь, которые вам нужны, чтобы превратить грубую глину в безупречную чашу.

— И это каким-то образом позволяет моим фамильярам развивать более глубокую связь со мной?

— Изменения в вашем духовном домене дали вам способность создавать аватары внутри ваших духовных доменов. Вы делали это бессознательно, в то время, когда были... без сознания. Мы, как ваши фамильяры, почувствовали тягу связать себя с вами.

— Более постоянно, чем связь фамильяра, — сказал Джейсон.

— Да. Как призванные фамильяры, мы можем позволить нашей связи с вашей душой истечь каждый раз, когда вы призываете новый сосуд, который мы будем населять. Подобная сущность заняла бы наше место. Если мы принимаем более глубокую связь, эта связь становится вечной. Мы связываем свои судьбы с вами навсегда.

— Я ценю, что вы трое остались со мной после довольно странных событий. Расставание с фамильяром — это обычное дело? Я не могу не думать о Норете.

Норет, которого Джейсон в основном знал как Мистер Север, пришел в мир Джейсона как фамильяр вернувшегося иномирянина, основателя Сети. После столетий вместе и идеологического разрыва связь была разорвана, и Норет в итоге предал своего бывшего спутника по связи. Основатель Сети был захвачен отделениями Соединенных Штатов той самой организации, которую он основал, что привело к тому, что США стали доминировать в более широкой Сети.

— Норет был связанным фамильяром, а не призванным, — объяснил Тень. — Эта связь более интимная и ее труднее разорвать. Призванные фамильяры редко заканчивают свое пребывание с такой враждебностью, даже когда происходит разрыв. Связь не такая неотъемлемая, как со связанным фамильяром, и призванный фамильяр редко находится в реальной опасности, населяя сосуд. Уничтожение сосуда стоит им немногого, кроме времени и раздражения. Большинство фамильяров остаются с призывателем на протяжении всей его жизни, если только нет серьезного расхождения в принципах. Служение в качестве фамильяра дает нам силу, особенно в качестве фамильяра высокорангового существа.

— Какую именно силу вы получаете?

— Это не совсем то, что вам нужно знать при вашем текущем ранге.

— Не хочу тебя расстраивать, Тень, но «не для моего текущего ранга» — это своего рода моя фишка.

— Это правда, мистер Асано. Я просто скажу, что это форма власти, хотя и не та власть, которую вы понимаете.

— Это слово «власть» постоянно всплывает.

— Да, мистер Асано. Боюсь, что вы снова окажетесь вовлечены в силу, с которой ни один смертный не должен иметь дело. Особенно такой слабый. В значительной степени вы не способны понять вовлеченные силы. Ваше восприятие не может постичь их природу. Даже с вашим пониманием астральных сил, власть, в том виде, в каком она понимается на космическом уровне, слишком чужда. Принципы, которые управляют тем, что это такое и как она функционирует, слишком непостижимы для существа физической реальности. Даже с вашей необычной природой, вы просто не оснащены, чтобы постичь вовлеченные концепции, не говоря уже о том, чтобы понять их. Пытаться объяснить их — это как пытаться заставить гальку оценить поэзию или вас — быть тихо анонимным.

— О, это уморительно.

— Мистер Асано, мы находимся в храме на вершине скалы, который вы построили сами себе, будучи без сознания и проецируя изображение вашей внутренней души высотой в километр.

— Это была случайность.

— Да, мистер Асано, но вы, кажется, довольно склонны к несчастным случаям.

— Как насчет того, чтобы вернуться к разговору о связях фамильяров.

— Очень мудро, мистер Асано. Как я объяснил, астральный трон позволяет вам формировать аватары, но они ограничены вашими духовными доменами. Но другие, связанные с вами, могут углубить эту связь, чтобы также служить аватарами, позволяя им быть вашими агентами за пределами ваших духовных доменов. Но эта связь навсегда. Колин и Гордон приняли эту связь, как только она стала доступна.

Джейсон кивнул.

— Я чувствую их. Я немного обеспокоен тем, что Колин и Гордон так быстро согласились. У меня не было возможности обсудить это с ними.

— Они молоды. Упрямы, как вы. Верны любой ценой. Тоже как вы.

— Я чувствую их гораздо сильнее, чем раньше. Это то, на что похоже наличие связанного фамильяра?

— Я не знаю, мистер Асано. У меня никогда не было фамильяра. А что касается того, почему я не принял связь...

— Нет, — твердо сказал Джейсон, перебивая его. — Я знаю, что ты можешь чувствовать себя неловко, когда другие приняли связь, а ты — нет, но тебе никогда не нужно оправдываться передо мной. Со всем, что ты сделал, ты заслужил больше благодарности, чем я когда-либо смогу вернуть. Даже если ты решишь не возвращаться, в следующий раз, когда я призову сосуд, это нормально. Ты все равно останешься моим другом, и это единственное, чего я от тебя ожидаю.

Тень долго стоял в молчании, прежде чем наконец заговорить.

— Вам не нужно платить мне за любую благодарность, которую вы чувствуете, мистер Асано. Друзья не считают одолжения.

Джейсон ухмыльнулся.

— Ладно, тогда. Итак, как ты думаешь, откуда берется эта связь?

— Я уверен, что это связано с тем, чем стал ваш астральный мир сейчас, после последних изменений. Я подозреваю, что астральный трон в сердце вашей души является ответственным фактором.

— На что это было похоже? Предложение связи?

— Это трудно описать. Это было похоже на первый шаг на пути, который еще скрыт, пока ваша сила так мала. Это была не просто связь, чтобы сделать связь фамильяра постоянной, но также стать...

Тень сделал паузу, подбирая нужное слово.

— ...не вашим аватаром, как те марионетки, которые появлялись в облачном доме. Чем-то большим. Представителем ваших интересов. Голосом вашей воли.

— Звучит немного зловеще.

— Мистер Асано, вы получили астральный трон и астральные врата в процессе попытки не взорваться. Это не только совершенно абсурдно, даже по вашим меркам, но вы поймете, насколько зловеще то, что вы их получили.

* * * У Джейсона было несколько причин для тихого ужаса перед приходом Доун для разговора. Одна из них заключалась в том, что он сильно подозревал, что это будет последний раз, когда он видит ее в течение долгого времени, если не навсегда. Он был сыт по горло длительными разлуками со своими друзьями и не имел никакого интереса проходить через это снова, но, конечно, Доун не могла остаться. Помимо наличия собственных обязанностей, разрыв в силе был слишком велик, чтобы она могла прозябать с Джейсоном и его спутниками. Она больше не была аватаром серебряного ранга, который мог сражаться бок о бок с Фаррой.

Другой причиной было то, что он беспокоился о реакции, не Доун, а ее босса, на уничтожение артефактов, которые Джейсон поглотил в свою душу. Они были полностью разрушены, их сила полностью поглощена, а их первоначальные цели стали нефункциональными. Невозможно было сказать, что это означало для повестки дня Мирового Феникса и что это сделает с Джейсоном в результате.

Связанным с этим был страх, что Джейсон обрек Землю на уничтожение. Он не верил, что великие астральные существа позволят этому случиться только из-за такой незначительной сущности, как Джейсон, но они также могли просто списать потери и двигаться дальше. Что такое одна планета для них, кроме одной из триллиона триллионов пешек в игре настолько огромной, что Джейсон даже не мог видеть клетку, на которой он был расположен?

Джейсон не был уверен в том, что произойдет, но подозревал, что все будет зависеть от двух предметов в его инвентаре, которые были получены в результате уничтожения артефактов. Он много раз смотрел на них с тех пор, как стал достаточно сильным, чтобы открыть свой инвентарь и прочитать описания, хотя он все еще был слишком слаб, чтобы перемещать предметы внутрь или наружу. Он снова открыл свой инвентарь, чтобы перечитать описание первого предмета.

Предмет: [Токен власти фундаментального царства] (трансцендентный ранг, недоступно)

*Символ разрешения на изменение физической реальности *(указ, токен).

* Этот предмет привязан к [Джейсон Асано] и может быть использован только [Джейсон Асано] и [Зитис Кэрроу Вайель].

* Эффект: Дает владельцу власть открывать врата в фундаментальный мир любой физической реальности.

Многие вещи в описании заставляли Джейсона задаваться вопросами. Судя по описанию, это давало ему власть получить доступ к основополагающим фундаментам реальности — странному миру, где ядра реальности можно было подбирать как капусту, а фундаментальные аспекты вселенной можно было изменять. Это было место, к которому он много раз получал доступ на Земле, исправляя ущерб, который основатель Сети нанес столетия назад.

Подобная работа требовалась и в Паллимустусе, хотя и в меньшем масштабе. Было необходимо построить мост, который спасет Землю, но власти для входа в этот мир было недостаточно. Не имело значения, разрешено ли ему открывать врата, если у него не хватало силы сделать это. Эта способность была потеряна при уничтожении артефакта магической двери в его душе, той самой, из которой был получен токен, на который он сейчас смотрел.

Был также ранг предмета. Даже трансцендентные предметы, которые он видел в прошлом, были указаны как легендарные, но у этого редкость была указана как «недоступно». Это предполагало, что он действительно не должен был его иметь, что заставляло его задаваться вопросом, кто придет, чтобы забрать его.

Последней вещью было имя: Зитис Кэрроу Вайель. Предмет был привязан к Джейсону, потому что он его получил, и потому что вещь, из которой он его получил, была частью его души, или и то, и другое. Это оставляло вопрос о том, кем был этот человек Зитис и почему они тоже могли его использовать. Джейсон надеялся, что это имя основателя Сети, который отправился на Землю столетия назад, используя магическую дверь, которую Джейсон в конечном итоге поглотил, чтобы привести в движение события, которые Джейсон пытался положить конец.

Это не показалось Джейсону очень похожим на земное имя, даже для старых добрых времен. Это было минусом, так как основатель был вернувшимся иномирянином, как и он сам. Джейсон надеялся, что ошибается, однако, потому что мог придумать только одну другую альтернативу. Если это было оригинальное имя Строителя, с тех пор, когда он был смертным, Джейсон не думал, что знание этого сулит ему что-то хорошее в целом. Насколько он знал, великие астральные существа коллективно уничтожили бы его за то, что он заглянул за занавес на одного из них.

Джейсон посмотрел на другой предмет, который был в значительной степени скрыт.

Предмет: [Якорь моста небосвода] (трансцендентный ранг, легендарный)

???. (расходуемый, ???).

* Эффект: ???.

* Осталось использований: 1/1

Знакомое затемнение было утешительным. В прошлом его раздражало, что описания трансцендентных предметов были скрыты от него, но когда одно из них было раскрыто, он почувствовал себя только хуже. Видеть вопросительные знаки в описаниях внезапно стало похоже на то, как надеть удобный шерстяной джемпер, который он нашел после того, как думал, что потерял его.

Глядя на вопросительные знаки, его голова внезапно пронзила боль, как когда он пытался читать странный, инопланетный шрифт, который был в его журнале событий. Внезапно у Джейсона появилось очень плохое предчувствие. Он всегда знал, что его сила перевода — это причина, по которой его системные окна появлялись на английском, но он внезапно начал задаваться вопросом, действительно ли причина, по которой он не мог читать описания, заключалась в том, что его ранг силы был слишком низким. Он всегда предполагал, что причиной был его низкий ранг и высокий ранг предметов, но теперь у него появилось новое подозрение.

Возможно, причина, по которой он не переводился, заключалась в том, что описания были на странном, инопланетном тексте. Был ли это язык великих астральных существ? Мог ли он читать предметы, полученные от Строителя, потому что Строитель не был коренным великим астральным существом, а вознесшимся смертным?

— Чертов ад, — пробормотал Джейсон, закрывая инвентарь. Он ненавидел то, что это были те вопросы, которые он задавал себе, и снова вернулся к страху перед тем, что Доун даст ему ответы.

ВЛАСТЬ

ВЛАСТЬ

Пространственное транспортное средство Доун — садовый домик внутри сферы — приблизилось к облачному строению Джейсона. Стоя на краю сада, Доун смотрела на то, что теперь представляло собой архитектурную химеру из пушистого облачного дома и сурового черного храма. Несмотря на то, что она не могла распространить свои чувства внутрь здания, чтобы проверить Джейсона, она держалась в стороне с тех пор, как предупредила его друзей. Она зашла дальше, чем планировала, опасаясь, что оставила им достаточно зацепок, чтобы превратить подозрения в уверенность. А это могло обернуться катастрофой для Джейсона, когда придет время.

Что касается причин, по которым Доун вообще ввязалась в эти дела, то все шло неплохо. Джейсон совершил нечто безумное и чуть не погиб, но это было неизбежно. Именно поэтому она выторговала себе единственный шанс на вмешательство, даже если в итоге потратила его на защиту Королевства Штормов.

С точки зрения стратегии, ей было бы выгоднее проиграть битву, чтобы выиграть войну, поскольку выживание Римароса не требовалось для реализации планов Мирового Феникса. Однако, будучи слугой Мирового Феникса, она все же оставалась самостоятельной личностью — независимость, которую Мировой Феникс ценил в своих слугах. Мировой Феникс выбрал Доун для присмотра за Джейсоном именно по этой причине: чтобы помочь ей воссоединиться с ее угасающей смертностью.

Доун была вынуждена признать, что, какими бы силами он ни обладал и какие бы способности ни приобрел, Джейсон оставался неисправимо смертным. Бессмертие заставило ее отбросить отдельные моменты и маленькие радости. Этот странный человек вернул ее на землю, напомнив, как жить настоящим, а не смотреть только в бесконечную даль. Она делала непрактичные выборы, на которые никогда бы не пошла раньше, но не могла заставить себя пожалеть о них.

Спустившись со своего пространственного судна в небе, Доун приземлилась перед странным облачным зданием, на траве между строением и рекой. В основном она была превращена в грязь множеством ног, окружавших облачный дом в самые драматичные моменты, но, как и Джейсон, трава постепенно восстанавливалась. Она направилась к открытой арке, ведущей внутрь, довольная тем, что ее задача для Мирового Феникса почти выполнена. Джейсон переживет остаток нашествия монстров в процессе восстановления и не сможет преподнести ей еще каких-нибудь возмутительных сюрпризов.

* * * — Что значит «дополнительно поглотил»? — спросила Доун.

Она сидела на простом, твердом стуле, созданном из облака, в то время как Джейсон развалился в большом, мягком кресле, похожем на трон из пудинга.

— Ну, — сказал он, выглядя виноватым. — Ты же знаешь, как я поглотил магическую дверь Строителя, когда должен был только воспользоваться ею, а потом ты использовала это как основу для магического моста, который я должен был поглотить?

— Да, — сказала Доун, и в ее голосе звучало подозрение.

— Они гремели у меня в душе, выполняя свои задачи, что, полагаю, нормально. Но потом, знаешь, кое-что случилось. И в процессе этого «кое-чего» обе магические штуки были, скажем так… разобраны на запчасти.

— Разобраны на запчасти?

— И разграблены.

— Разграблены?

— Когда ты просто повторяешь то, что я говорю, все более сердитым тоном, мне кажется, что ты злишься.

— Джейсон, что ты натворил?

— То же самое, что и всегда! Я чуть не погиб, произошли странные вещи, и теперь мне приходится разбираться с этим, чтобы спасти мир.

— Ты хочешь сказать, что мост, который тебе нужно построить, и дверь, которая нужна для этого, исчезли?

— Э-э, ага.

Доун закрыла глаза и потерла виски.

— Не думала, что у алмазных рангов могут болеть головы, — пробормотала она.

— Полагаю, это психосоматика, учитывая контроль, который пользователи эссенции имеют над своими вегетативными…

Джейсон осекся, когда Доун открыла глаза и уставилась на него.

— Риторический вопрос, справедливо, — сказал он.

Ссутулившись и глядя в пол, она заговорила тихо, ее голос звучал устало.

— Рассказывай в точности, что произошло, — велела она. — Оба этих объекта обладали огромной силой, а также другими вещами, о существовании которых кому-то твоего ранга даже знать не положено.

— Да, я вроде как понял это. Хорошая новость: мне удалось вытащить из каждого предмет, который, вероятно, поможет в строительстве магического моста. Думаю, большая часть того, о чем мне не положено знать, ушла в эти предметы, а не вернулась ко мне в душу. Полагаю, они изначально не должны были там находиться, вот моя душа их и выплюнула.

— Какие предметы?

— Один называется «Якорь моста небосвода». Звучит именно так, как нам нужно. В конце концов, мост уже частично построен. Нам нужно закрепить его с этой стороны, верно?

Часть напряжения покинула плечи Доун.

— Я бы не назвала это хорошим, — сказала она, — но это и не полная катастрофа. Это все усложняет, но, по крайней мере, дает тебе путь вперед. Что еще важнее, это не дает тебе того, чего у тебя быть не должно.

Мысли Джейсона тут же переключились на астральный трон и астральные врата, покоящиеся в его духовном домене, все еще не изученные.

— Что ты имеешь в виду? — легко спросил он.

— Я собираюсь рассказать тебе кое-что, что находится далеко за пределами твоего положения в иерархии власти реальности, Джейсон, хотя ты и крутился вокруг этого края некоторое время. Ты знаешь, что великие астральные сущности заключают сделки друг с другом. Они делали это из-за тебя.

— Ага.

— Ключ к этому — власть. Для великих астральных сущностей власть — гораздо более обширное понятие, чем для тебя или даже для меня. У него есть обычное определение как права на осуществление власти, но для них это также сама сила, и нечто гораздо большее. Для великой астральной сущности власть — это не просто право действовать, но и сила для этого. Это валюта, которой расплачиваются и торгуются, ресурс, который потребляют. Это то, кто они есть, что они есть и что они делают. Бог воплощает единую концепцию и остается по существу неизменным, пока не меняется сама концепция. Бог рек изменится, если все реки пересохнут, но не меняется, пока воды текут в море. По сравнению с этим, великие астральные сущности более транзакционны в своей силе, своих сферах влияния и даже в самой своей сути. Они имеют дело с пактами и сделками, где власть — это монета королевства.

— Не уверен, что полностью улавливаю.

— И не должен. Если бы ты утверждал, что понимаешь, ты был бы либо лжецом, либо просто ошибался.

— Ты хочешь сказать, что Дао, которое можно выразить словами, — не истинное Дао?

— Что-то вроде того. Не ожидала от тебя религиозности.

— О, я полон сюрпризов, я такой.

— Да, — обвиняюще произнесла Доун. — Это так.

Она покачала головой.

— Важно, что тебе нужно понять, — продолжила она, не давая ему снова сбить себя с толку, — это то, что власть великих астральных сущностей — это не просто то, чем они обладают или что используют, а то, чем они являются. Власть — это их плоть и кровь. Их ДНК. Их души.

— Они могут торговать своими душами по частям?

— Да.

— Это причина, по которой Строителю постоянно сходит с рук дерьмо, которое не должно сходить? Он начал как смертный, а не был создан из этой супер-власти, поэтому идея раздвигать границы сделки или игнорировать власть другого для него не так чужда?

— Не могу сказать наверняка, но, возможно, отчасти это так. Ты, как никто другой, понимаешь, что глубокие изменения в природе могут привести к неожиданным способностям. Но важно не это.

— Ты понимаешь, что сама концепция транзакционной власти по сути означает коррупцию, верно?

— Осторожнее, Асано.

— Артефакты, — сказал Джейсон, его голос поднялся на пол-октавы в спешке сменить тему. — В них была часть этой власти, верно?

— Да, — сказала Доун. — И это было приемлемо, даже в твоей душе, пока эти артефакты работали так, как задумано. Дверь никогда не должна была быть поглощена, но часть сделки по предоставлению моста решила это. Использование моста устранило бы власть внутри двери и внутри самого себя, как только твоя задача была бы выполнена.

— А теперь власть в этих предметах, которые я разграбил, а программа, которую установили твой босс и Строитель, исчезла? Я, по сути, отформатировал компьютеры, которые они построили, разобрал их на запчасти и смылся со всеми планками оперативной памяти? Теперь я разгуливаю на свободе со всей мощью этой власти, как обезьяна с автоматом.

— Эта чудовищная химера из аналогии не совсем неточна. Каким-то образом.

— Так почему сюда не приходят алмазные ранги, чтобы сломать мне ноги и забрать супер-власть обратно?

— Потому что великие астральные сущности еще не знают, что ты натворил. Ты еще не покидал свой духовный домен.

— Значит, они действительно не видят, что здесь происходит. Хорошо знать.

— Покажи мне предметы, — велела Доун. — Если власть, которую они содержат, действительно была сконцентрирована из артефактов, вероятно, она приняла форму предметов, потому что неуправляемая власть, удерживаемая тобой, могла бы тебя убить.

— Могла бы?

— Тебя может удивить, мистер Асано, что я впервые вижу серебряного ранга, бегающего с бесхозными кусками власти не от одной, а от двух великих астральных сущностей. Я не совсем уверена, что произойдет.

— Но они не потерпят, чтобы у меня был хоть какой-то их «секретный соус», верно?

— Нет, Джейсон. Не потерпят. Это будет неприемлемо для любого из них, не только для Мирового Феникса и Строителя. Однако я подозреваю, что ты можешь быть в безопасности от Мирового Феникса, если предмет, который ты вытащил из моста, — это то, о чем я думаю. Нам следует начать с того, что ты покажешь мне эти предметы.

Джейсон пригласил Доун в группу, чтобы показать свой инвентарь через интерфейс группы.

— Ты можешь прочитать описание? — спросил Джейсон, указывая на Якорь моста небосвода.

— Нет, но я знаю этот предмет. Как я и надеялась, это то, что ты можешь использовать для установки моста, и это действие поглотит власть, содержащуюся в предмете. У великих астральных сущностей не будет претензий к тому, что ты владеешь им, потому что он остается одноразовым по своей природе. Как только твоя задача будет выполнена, власть будет потрачена и исчезнет. Будут проблемы с его использованием по сравнению с мостом, который ты разрушил, чтобы получить его, но мы можем разобраться с этим позже.

Джейсон открыл описание другого предмета, жетона власти фундаментального царства.

— Это проблема, — сразу сказала Доун. — У тебя его быть не должно.

— Я так и думал.

— Тебе придется его вернуть. Однако у тебя есть некоторые рычаги давления.

— О?

— Тот факт, что он у тебя есть, — это серьезная демонстрация провала Строителя. Твой незначительный статус означает, что вся вина за то, что любая часть его власти попала тебе в руки, полностью возлагается на него.

— Но они все равно раскромсают меня на элементарные частицы за то, что он у меня, разве нет?

— Да, поэтому тебе нужно его вернуть. Но поскольку Строитель находится в неловком положении, ты можешь потребовать от него некоторых уступок.

Джейсон кивнул.

— Я подумаю над этим, — сказал он. — Великие астральные сущности узнают, что он у меня, как только я вынесу его наружу, верно?

— Или когда я выйду. Мировой Феникс узнает, потому что знаю я.

— Справедливо, но давай отложим это и вернемся к сложностям с установкой моста. Хотя я рад, что не испортил весь план, я наверняка нанес ему ущерб. Начиная с того факта, что даже если бы я не отдал эту штуку с властью Строителя, у меня нет способа вернуться в пространство фундаментального царства. Полагаю, это первая уступка, о которой я попрошу.

— Да. Это проблема с простым решением, так как тебе нужен доступ только один раз, чтобы установить якорь. Большая проблема — это сам мост.

— У меня есть магическая штука. Ты только что сказала, что я могу оставить ее себе.

— Она может закрепить мост, но тебе все равно нужно завершить его строительство. Предметы моста, которые я дала тебе, позволили бы тебе выполнить эту задачу, но теперь тебе придется найти способ построить его самостоятельно.

— Ты не можешь показать мне, как это сделать?

— Джейсон, мое понимание астральной магии огромно, но ты взял и без того запутанную ситуацию и сделал ее значительно хуже. Тебя может удивить, что моя компетенция не распространяется на строительство моста между парой миров, незаконно модифицированных с момента создания их соответствующих вселенных и соединенных через связь, с которой потом манипулировали и оставили нестабильной на протяжении веков, пока эти модификации не были по большей части отменены кем-то, кто едва понимает, что делает, а затем использовал связь как основу для строительства половины астрального моста, который он тоже не понимает, с помощью магического артефакта, который он случайно переварил, а теперь не может использовать, чтобы закончить работу.

— Значит, ты говоришь «нет».

— Совершенно верно, Джейсон, — сказала она, откусывая каждое слово, словно головы мелких животных. — Я говорю «нет».

— Хорошо, что ты не дышишь, а то было бы грубо. Тем не менее, у тебя есть план, верно? В смысле, я мог бы составить план, но ты, вероятно, слышала о моих планах. Обычно это сценарий «два шага вперед, один шаг назад». И последний шаг — на мину.

— Как всегда бывает с тобой, Джейсон, ты одновременно и проблема, и решение.

— Что и происходит с моими планами, которые, как я лично считаю—

— Вестники, — перебила его Доун.

— Вестники?

— Вестники — лучшие практики пространственной магии, о которых я знаю. Я подозреваю, что большая часть магии, которую использует культ Строителя, исходит от них, как часть какой-то сделки, которая привела их в этот мир.

— И у них есть магия, которая мне нужна?

— Их самая сильная магия — магия, позволяющая им устраивать вторжения через измерения, — основана на черте, которая делает их уникальными как вид, — объяснила Доун. — Путешествия между измерениями чрезвычайно сложны. Причина, по которой вестники могут делать это так хорошо, заключается в том, что их гештальт-тела могут выдерживать пространственные силы, которые даже другие с астральными сродствами, такие как целестины, не могут. Это означает, что они могут позволить себе путешествовать с помощью пространственной магии, которую другие виды не пережили бы.

— Ты хочешь сказать, что их знания о пространственной магии высоки, но их пространственная магия груба.

— Груба? — переспросила Доун. — Мы говорим о магии межпространственных путешествий, которую серебряные ранги могут использовать для транспортировки тысяч людей между реальностями. Ты понятия не имеешь о той утонченности, которая требуется для выполнения такой задачи с мощностью, меньшей, чем магический эквивалент солнца.

— Ладно, тогда, — сказал Джейсон. — Они знают свое дело. Думаешь, их теории помогут мне починить этот мост?

— Тебе стоит на это надеяться, — сказала Доун. — В противном случае Мировой Феникс будет вынуждена принять более решительные меры.

— Что это значит?

— Это значит, что после того, что ты совершил на Земле, она может прислать людей, чтобы исправить это. Однако, если она это сделает, это будет без изящества. Представь, что ты предотвращаешь падение чайной чашки с полки, просверлив в ней дыру и прикрутив ее к стене.

— Я так понимаю, Земля — это чайная чашка?

— Да.

— У твоего босса нет никого с изяществом?

— У нее нет никого, кто был бы погружен в это с самого начала. Нравится тебе это или нет, Джейсон, твои отпечатки пальцев повсюду на наполовину завершенном астральном мосте. Сейчас это такой беспорядок, что любому другому придется снести то, что там есть, и строить поверх.

— Тогда как мне заставить этих вестников научить меня их магии?

— Понятия не имею. Насколько я знаю, они не будут. К счастью, этот мир сейчас принимает большое их количество, у которых ты можешь спросить.

— Что ужасно удобно. Если бы их не было рядом, ты бы отправила меня на какое-нибудь другое поручение, которое, вероятно, убило бы меня, верно?

— Да. Но раз уж они здесь, ты можешь попросить у них доступа к их магии.

— Под чем ты подразумеваешь «избить их и забрать любую теорию магии, которая у них есть, чтобы Клайв и я могли провести обратную разработку».

— Видишь? — спросила Доун. — Ты уже на верном пути.

— О, это просто потрясающе. Сражаться с какой-то межпространственной угрозой, чтобы спасти Землю, потому что куча трансцендентных существ вмешивалась в нее. И, конечно, они отказываются помочь исправить это из-за своих собственных бессмысленных правил или просто потому, что они в целом придурки. Я даже представить не могу, на что это будет похоже.

— Сарказм тебе не к лицу, Джейсон. Тебе не хватает горького таланта Нила.

Джейсон вытолкнул себя из кресла, потянулся за объектом в своем инвентаре и вытащил его. Он зарычал от боли, пока циркулировал ману, чтобы сделать это, пока предмет не появился у него в руке. Коричневая каменная табличка, на которой было выгравировано изображение мира, без других особенностей.

— Ай. Я знал, что вытаскивание вещей из инвентаря будет чертовски больно.

Джейсон начал ковылять к двери.

— Куда ты идешь? — спросила Доун, следуя за ним.

— Вернуть это, — сказал он. — Ты сказала, что я должен. Это должно устроить хорошее шоу тем, кто все еще наблюдает за этим местом.

— Нам следует обсудить, что ты собираешься попросить.

— Я знаю, что собираюсь попросить.

— Я могу помочь тебе—

— Нет, не можешь, Доун. Мы обе это знаем.

Он ослепительно улыбнулся ей.

— Ты уже слишком много раз помогала мне. Я знаю, что ты раздвигала границы любых сделок, которые заключала.

— Как и Строитель.

— Но позволит ли тебе твой босс делать то, что делает он?

— Нет, — признала она.

— Я должен разобраться со Строителем, Доун. Я должен справиться с вестниками и спасти мир. Снова. И это нормально. Межпространственный героизм — это вроде как мое.

Она издала раздраженный стон, следуя за медленным продвижением Джейсона вниз по главной лестнице храма.

— Тебе придется покинуть свой духовный домен, чтобы великие астральные сущности почувствовали ту проявленную власть, которую ты держишь. Будь осторожен с тем, что говоришь за пределами своего домена, потому что там будет много подслушивающих.

Они достигли открытой арки, которая отмечала край облачного храма и духовного домена Джейсона. Он остановился на пороге.

— Ладно, — сказал он. — Значит, я выхожу и жду, пока какой-нибудь прихвостень Строителя появится и конфискует эту штуку?

— По сути, да.

— И мы не можем обсуждать ничего деликатного за пределами духовного домена?

— Верно.

— Хорошо знать. Кстати, у меня есть астральный трон и астральные врата.

Джейсон вышел из своего духовного домена.

— ЧТО?!

ТА БОЛЬ, К КОТОРОЙ Я ПРИВЫК

ТА БОЛЬ, К КОТОРОЙ Я ПРИВЫК

Облачный дом Джейсона Асано сейчас был наполовину домом, наполовину темным храмом; это не было четким разделением, скорее дезориентирующим нагромождением несочетаемых частей. Словно кто-то взял разбитые остатки двух совершенно разных зданий и собрал из того, что удалось спасти, новое. Это был результат того, как Джейсон медленно преобразовывал здание из того состояния, в котором оно осталось после событий, изменивших и его самого, и дом.

Он снова чуть не убил себя, совершив поступок, характерно экстравагантный, саморазрушительный и отчаянный. Чтобы спасти свою команду и группу гражданских, запертых в шахте под морским дном, он использовал облачный дом и собственное тело, чтобы пропустить через них силы, с которыми дом мог справиться, а он — нет. Лишь неистовое вмешательство друзей и ряд особенностей самого Джейсона позволили ему вообще выжить, но последствия были тяжелыми. Процесс был более чем очевидным, и теперь рядом с облачным домом были размещены наблюдатели, которые вели скрытое наблюдение.

Урон, нанесенный Джейсону, уходил глубоко в душу, далеко за пределы возможностей целительной магии. Восстановление было сочетанием времени и упражнений с маной в его магическом теле. Обычная циркуляция маны для перемещения причиняла боль, которая была чем-то большим, чем физическое ощущение, напоминая атаку на душу. Если бы он давным-давно не перенес нечто гораздо худшее, ему было бы трудно вообще функционировать.

С каждым днем Джейсон заставлял себя все больше, поскольку использование магии ускоряло его восстановление. Чем больше боли он мог вынести, тем быстрее вернется к полной силе. Одно Джейсон умел точно — терпеть боль. Будь то физическая или духовная, она стала ему близко знакома с тех пор, как в его жизнь пришла магия.

Всегда предпочитая выполнять одну задачу ради нескольких целей, Джейсон часто использовал магические упражнения для изменения своего облачного дома, превращая его из зловещего черного храма в дружелюбный, пушистый дом из облаков. Работа все еще продолжалась, что и привело к нынешнему необычному состоянию дома.

Джейсон попеременно то страшился, то ждал визита своей подруги алмазного ранга, Доун. Когда она наконец появилась, они обсудили последствия того, что он сотворил с собой, и что ждет его в будущем, когда он восстановится. В частности, они обсудили один из побочных эффектов магического события: то, что Джейсон стал обладателем определенного предмета.

Великие астральные существа были самыми могущественными сущностями в космосе, и природа как их самих, так и их силы была известна как власть. Разрушив предмет, созданный таким существом, Джейсон теперь обладал частицей этой силы, физически проявленной. Это был лишь крошечный осколок, но он исходил от сущности, чьей основной целью было создание новых вселенных, поэтому даже такое мизерное количество было трансцендентно мощным.

Это был не тот предмет, который должен был находиться в руках Доун, находившейся на пике смертного могущества, не говоря уже о Джейсоне. Она ясно дала понять, что ему нужно избавиться от него, прежде чем кто-то придет и сделает это за него, и, к ее удивлению, он согласился. Застигнутая врасплох тем, что Джейсон сделал разумный выбор, она не успела остановить его, прежде чем он вышел за пределы своего облачного дома.

Облачный дом Джейсона был одним из его духовных доменов. Он не до конца понимал, что именно представляет собой духовный домен, поскольку и Доун, и Тень отказывались ему говорить, якобы ради его же блага. Тем не менее, само обладание духовным доменом давало ему определенный уровень врожденного понимания. Он знал, что духовные домены как-то связаны с силой, выходящей за пределы той, которой обычно обладали смертные. Это было похоже на внутренние святилища храмов богов, и внутри его духовного домена даже боги не могли шпионить за ним. Словно его духовный домен был территорией, доступ к которой для них был закрыт.

Как только он оказался за пределами своего облачного дома — духовного домена, — боги и великие астральные существа немедленно узнали бы об осколке власти, находящемся у него. Зная, что они не потерпят, чтобы он его оставил, он приготовился ждать, пока они кого-нибудь пришлют.

Доун предупредила Джейсона не говорить ни о чем слишком деликатном за пределами его духовного домена. Он защищал их от подслушивающих, как божественных, так и прочих, ведь многие наблюдатели все еще следили за облачным домом. После этого предупреждения Джейсон быстро упомянул Доун кое-что, о чем не хотел получить нагоняй, прежде чем выйти из духовного домена на лужайку перед облачным домом.

Доун все еще стояла в арочном проеме.

— Ты же понимаешь, что я могу просто накричать на тебя отсюда, верно?

Джейсон сосредоточился, кряхтя от боли, пока использовал магию. Духовный домен сжался внутри здания ровно настолько, чтобы оставить Доун снаружи.

— Считаешь себя забавным, да? — спросила она.

Он усмехнулся, хотя в его глазах читалась затаенная боль.

— Ага. И ты тоже.

Она покачала головой, не отрицая этого, и вышла к нему на лужайку. Они представляли собой странную пару, стоя бок о бок. На ней было элегантное белое платье, а волосы, похожие на тонкие нити рубинов, сверкали на солнце. Он был истощен и сгорблен, как пенсионер. Одет он был соответствующе: в рубашку с цветочным принтом и бежевые шорты, словно заблудился, уйдя из дома престарелых в теплом климате.

Облачный дом находился на вершине утеса, рядом с рекой, которая низвергалась через край в лагуну внизу. Вдоль утеса тянулся невидимый магический барьер, не дававший детям — или их родителям, которые выпили лишнего, — свалиться вниз.

Это было прекрасное место, чтобы провести теплый тропический день. Клочья облаков вырвались из амулета-фляги на шее Джейсона и приняли форму парящего дивана, в комплекте с навесом, чтобы укрыться от солнца. Это было незначительное использование магии, причинившее ему боль, едва заставившую поморщиться.

— Я думал, что привык к боли, — сказал он, устраиваясь на диване. — Меня пронзали, жгли кислотной слюной, отрубали конечности. Совсем отрубали, и я привык к этому. Но эта боль — нечто иное.

— Это потому, что твоя душа и твое тело больше не разделены, — сказала Доун, садясь рядом с ним. — Теперь это одно целое, а ты взял и испортил его. Этого даже быть не должно, но если только один безумец и найдет способ, то ты — именно тот безумец для этой работы.

— Я законодатель мод.

— Ты самоубийца.

— Я не самоубийца. Я не пытаюсь себя убить. Это просто... случается.

— Значит, ты не мог избежать ни одной из тех смертей? — легко спросила Доун.

— О, это нечестно. Первой я точно не мог избежать. Мою паршивую квартиру засосало в пространственный разлом. А вторая и третья смерти были героическими жертвами, большое спасибо. Знаешь, что бывает, если не явиться на героическую жертву? Злодеи такие: «Куда он делся?», «Думаю, он свалил», «Отлично, давайте взорвем город, полный людей». И тогда город взрывают, или в него прибывает какой-нибудь монстр золотого ранга, прежде чем гражданские успевают эвакуироваться.

— А как насчет того раза, когда Шако убил тебя?

— Главный приспешник Строителя? Этот парень — отстой. Он алмазного ранга. Убить меня было просто мелочно.

— Ты же дерзил ему.

Джейсон хлопнул себя по лбу с преувеличенным осознанием.

— Конечно! Я был груб с ним. Это полностью оправдывало мое убийство.

— А чего ты ожидал?

— Выполнения его работы. Строитель не посылал его туда, чтобы убить меня.

Доун внезапно встала, выйдя из-под навеса, чтобы посмотреть вверх. Джейсон взмахом руки заставил навес исчезнуть, чтобы проследить за ее взглядом. Он заметил мужчину с бледной кожей, копной рыжих волос и в коричневых одеждах, спускающегося с неба.

— Он и в этот раз не посылал меня убить тебя, Асано, — сказал Шако. — Но давай посмотрим, куда нас заведет этот день.

— О, ты, должно быть, шутишь, — пожаловался Джейсон. — Я думал, ты разобрался с рыжим джедаем.

— Я тоже так думал, — сказала Доун.

— Разве ты не говорила, что какая-то страшная дама забрала его?

— Кармен из Расколотого трона, — ответила Доун.

— Это кто и чего, собственно говоря?

— Это забота тех, кто ходит по высшим эшелонам космоса, Асано, — сказал Шако, легко приземлившись на землю перед ними. — Тебе знать об этом не нужно.

— Эта отговорка перестала работать в тот момент, когда боссы вас двоих начали играть в «взорви планету», где я был пешкой.

— Пешки не смеют задавать вопросы королям, Асано.

Джейсон со стоном поднялся с кресла, как старик.

— Я так устал от этого, — сказал он Шако. — Когда-то давно я сказал бы что-нибудь едкое о пешках, достигающих другого края доски и получающих повышение. Ты бы посмотрел на меня свысока, а потом, где-нибудь в будущем, мы бы с тобой ввязались в какой-нибудь конфликт. Снова. И мне бы надрали задницу. Снова. Но я бы получил то, что хочу, а ты — нет. Снова. Но я до смерти устал от этой игры, и мне даже не интересно, как ты выбрался из той дыры, в которую они тебя бросили.

— А мне интересно, — сказала Доун. — Тебя здесь быть не должно, Шако. Никто не должен видеть тебя очень долгое время, даже по нашим стандартам.

— Я в отпуске, — объяснил Шако. — Строитель сделал предложение, и Расколотый трон принял его. Подготовка Первичного вместилища, которое сменит меня, не была завершена, поэтому я потребовался, чтобы проводить волю Строителя, не убив вместилище. Что, по-видимому, важно для тебя, Асано.

— Какое предложение у Строителя? — спросила Доун.

— Ты же знаешь, как обстоят дела с великими астральными существами, — сказал Шако. — Все заключается в сделках и пактах.

— Это из-за власти, — поняла Доун, говоря скорее сама с собой, чем с Шако. — Расколотый трон не хочет, чтобы она была в руках смертного.

— Да, — сказал Шако. — Отдай ее, Асано. Или ты отказываешься?

Голова Доун дернулась, предупреждая Джейсона, но он поднял руку, чтобы остановить ее.

— Я достаточно умен, чтобы не отвечать на это, — заверил он ее. Затем он, прихрамывая, подошел прямо в личное пространство Шако, вытягивая шею, чтобы посмотреть на мужчину повыше.

— У тебя нет никакой власти, верно, Шако? Может, ты носишь немного для своего босса, или, по крайней мере, носил раньше. Но у тебя никогда не было своей, так ведь?

— Конечно, нет. Это не мое место.

— Ну, а у меня есть немного, — сказал Джейсон, вытаскивая из инвентаря коричневую мраморную табличку, кряхтя от боли, которую причиняла циркулирующая в теле магия.

Шако двигался быстрее, чем Джейсон успел подумать, его рука метнулась к табличке. Доун попыталась вмешаться, но Шако был ближе. В тот момент, когда рука Шако коснулась таблички, его отбросило так быстро, что это вызвало звуковой удар. Джейсона тоже отбросило, не той же силой, что Шако, а просто обратной волной от вынужденного ухода алмазного ранга. Его впечатало в стену облачного дома.

Шако прошило сквозь невидимый защитный барьер вершины утеса, словно его и не было, воздух вдоль утеса задрожал волной, когда магия схлопнулась. Он был предназначен для того, чтобы дети и пьяные люди не падали вниз, а не для алмазного ранга, отброшенного еще большей силой.

Ветер ударил, как шквал, от чистой скорости, с которой отбросило Шако, создавая волны на поверхности реки и заставляя дребезжать окна в соседних домах. Доун бросилась проверить Джейсона, которого вдавило в мягкую белую стену облачного дома, как клубнику в сливочный торт.

— Я в порядке, — сказал он ей, выбираясь из облачной стены. Он повернулся, чтобы посмотреть на дыру в форме Джейсона, которая медленно затягивалась. — Чувствую себя персонажем мультфильма.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке?

— Да, — сказал он, его голос был напряженным и хриплым. — Это и есть та боль, к которой я привык.

— Что это было? — спросила Доун, поворачиваясь, чтобы посмотреть, куда улетел Шако.

— Власть, — сказал Джейсон, глядя на табличку в траве, куда он ее уронил. — Ты когда-нибудь пыталась украсть власть?

— Конечно, нет, — ответила Доун.

— Ну, теперь ты знаешь, что будет, если попытаешься.

— Ты знал, что произойдет, когда достанешь ее?

— Я чувствовал это, — сказал Джейсон. — С того момента, как принял, что она принадлежит мне. Шако не мог отобрать ее у меня больше, чем мог бы сжечь космос.

Джейсон протянул руку, и табличка влетела в нее, как послушный ребенок, возвращающийся домой.

Шако появился снова, пролетая по воздуху и приземляясь перед ними.

— Тебе следовало знать лучше, — сказал ему Джейсон. — Это не та сила, которую можно просто взять.

— Эта сила не принадлежит тебе.

— То, что тебя отфутболило через пол-океана, говорит об обратном. Теперь, они дали тебе дневной пропуск вместо того, чтобы прислать кого-то, кого я не ненавижу, не просто так. Свяжись со своим боссом.

— Он не может, — сказала Доун. — Посылать сюда Шако было бессмысленно. Существует пакт, означающий, что Строителю не разрешено использовать здесь вместилища.

— Он использовал их раньше, сделка или нет, — сказал Джейсон.

— Строитель только говорил через вместилища, — сказал Шако в защиту своего хозяина. — Те, что ты видел, не использовались ни для чего.

— Разговор это тоже «что-то», — сказал Джейсон. — Но то, что твой босс раздвигает границы сделок, которые заключает, — не главное. Главное то, что я даю ему разрешение.

— Это не твое разрешение, чтобы его давать, — сказала Доун.

— Сегодня — мое, — ответил Джейсон. — И приведи сюда своего босса, заодно уж. Ты мне нравишься, Доун, но пора мне поговорить с твоим менеджером.

— Ты не можешь диктовать условия великим астральным существам, — упрекнул Шако, его тон был тоном раздраженного взрослого, разговаривающего с ребенком.

— Нет? — прорычал Джейсон, поднимая табличку. — Тогда давай посмотрим, сколько ущерба я могу нанести этим, прежде чем один из вас убьет меня.

— У тебя нет...

— Заткнись, Шако! — крикнула Доун. — Ты серьезно собираешься испытать решимость человека, который пожертвовал своим единственным воскрешением, лишь бы не быть с тобой вежливым?

Шако поморщился, но промолчал.

— То-то же, — сказал Джейсон. — Приводи своих боссов сюда.

— Джейсон, — сказала Доун, — я не просто так сказала, что это не твое разрешение. Существует пакт, который регулирует эти правила.

— А пакты — это про торговлю властью, верно? — спросил Джейсон и бросил табличку обратно на землю. — А у меня как раз есть немного, жгущей карман.

Глава 53: Новый человек

Глава 53: Новый человек

— Ты поразительно самонадеян, — сказал Шако Джейсону.

— Конечно, — ответил Джейсон. — Разве ты не следил за происходящим?

Джейсон и двое путешествующих между измерениями обладателей алмазного ранга разговаривали снаружи его облачного дома. Джейсон не мог почувствовать различных подслушивающих из местных фракций из-за своего раненого состояния, но знал, что они жадно слушают.

— Джейсон, так дела не делаются, — сказала Доун. — Ты не можешь просто так вмешаться в пакт между великими астральными сущностями.

— Нет? А что вы тогда здесь делаете? Посмотрите на себя. Бывшие главные сосуды двух разных великих астральных сущностей, а околачиваетесь рядом с такими, как я. Похоже, этого парня даже выпустили из космической тюрьмы, чтобы его босс мог поболтать.

— Одно дело — говорить с великой астральной сущностью, Джейсон, но другое — ставить себя в один ряд с ними. Шако прав: это верх самонадеянности, до которого, как я думала, никто не дойдет.

— Плевать, — сказал Джейсон. — Мне надоело быть пешкой в настольной игре для небесных волшебников.

Джейсон поморщился от боли, когда использовал ману, и стена позади него открылась, обнажая комнату внутри. Он шагнул в помещение и поднял планшет, содержащий власть, которую он вырвал из магической двери Строителя.

— Я знаю, что ваши боссы не позволят мне оставить это себе, — сказал он. — Но я не думаю, что им позволено просто так забрать это обратно. Так что, если они хотят сесть за стол переговоров, пусть постучат в мою дверь. В противном случае, мне нужно избавиться от этого, так что я посмотрю, что смогу с этим сделать.

— Джейсон, — сказала Доун, и в ее выражении лица разочарование смешалось с беспокойством. — Это было бы плохой идеей, даже если бы ты был полностью здоров, а уж сейчас и подавно.

Стена снова закрылась, отделив Джейсона от остальных. Обладатели алмазного ранга знали, что им остается только ждать указаний от своих хозяев.

— Ты начинаешь понимать, почему я убил его, верно? — спросил Шако.

— Отправка тебя сюда только еще больше все усложнила, — сказала она. — Справляться с Джейсоном непросто даже в лучшие времена, а тут еще ты вмешался. Что вообще может сказать Строитель, и почему Расколотый трон позволил это, когда существует пакт?

— Твоя великая астральная сущность советуется с тобой о своих намерениях? Моя просто говорит мне, что делать. Она велела мне прийти сюда и поговорить с тобой и Асано, но не сказала, что именно хочет передать и зачем.

— Со мной тоже?

— Да. Что тебе говорит Мировой Феникс?

— Убедить Асано не слушать тебя или Строителя, а затем уйти.

— Ты так и сделаешь?

— Могла бы. Если бы я попросила Джейсона, как его подруга, отослать тебя, не выслушав Строителя, он бы так и сделал.

— Ты сделаешь это?

— Нет. Потому что он знает, что я сделала бы это ради Мирового Феникса, а не ради него, а с друзьями так дела не делаются.

— Ты считаешь этого младенца другом? У тебя были задания, которые длились дольше, чем вся его жизнь. Ты закончила свой путь. Ты на пороге обретения собственной власти, оставляя позади последние крохи смертности и достигая истинной трансцендентности.

— В том-то и дело, Шако. Мировой Феникс знал, что я не так готова, как полагала. Мне нужно было воссоединиться со своей смертностью, чтобы осознать, от чего я откажусь. И он был прав; я не была готова. И до сих пор не готова.

— Если даже ты не готова, то какая надежда есть у остальных?

— Вечность — это долго, Шако. В масштабах космоса мы такие же дети, как и Джейсон. Вот почему мы с ним можем дружить. Он очень хорош в том, чтобы показать тебе радости тех, чья жизнь коротка.

— Если ты так говоришь. Если ты не можешь сделать то, о чем просил Мировой Феникс, что произойдет?

— Мировой Феникс доверяет моему суждению. И я переросла свое время в качестве главного сосуда; теперь я иерофант. Хотя я продолжаю служить, я больше не стою в рядах слуг. Я сама себе хозяйка, выбирающая свой собственный путь. Иногда это означает служение своим собственным целям, а не только целям Мирового Феникса.

— Есть к чему стремиться, — сказал Шако. — Мое время в качестве главного сосуда закончилось раньше срока, но когда я закончу здесь, я вернусь в заточение Расколотого трона. Я еще очень долго не присоединюсь к рядам иерофантов.

Он улыбнулся, устало, но с надеждой.

— По крайней мере, эти события останутся позади.

— Почему Асано так тебя раздражает? Я знаю, что аура Асано — как насмешка, но ты ведь не настолько слабоволен, чтобы позволить этому управлять тобой.

— Аура Асано больше не отталкивает, — сказал Шако. — Фундаментальные Врата, которые он забрал у Строителя, исчезли. Ощущать его ауру больше не похоже на скрежет ногтем по школьной доске. Но ты правда можешь сказать мне, что этот выскочка-смертный тебя не раздражает?

— Мы все еще смертны, Шако. По крайней мере, немного. Но должно быть что-то еще.

— Да, — сказал Шако. — Намного больше. Ты знаешь, как это бывает, когда влияние великой сущности просачивается к тебе.

— Да. Но что заставляет Строителя…

Доун осеклась.

— Вот поэтому и нет, — сказал Шако. — Мировой Феникс только что велел тебе не спрашивать, не так ли?

— Да, — нахмурившись, сказала Доун. — Он скрывает от меня вещи. Я знаю, что есть вещи, которые мне не положено знать, но это ощущается иначе. Как обман.

— А, — сказал Шако. — Кажется, я понял, почему Строитель отправил меня сюда. Он хочет, чтобы я объяснил кое-что тебе и Асано, но знает, что Мировой Феникс не позволит мне этого сделать. Поэтому он воспользуется шансом вернуть утраченную власть, чтобы сделать это самому. Твой Мировой Феникс не может этому помешать, потому что Асано не будет его слушать. Но он послушает тебя, поэтому он велел тебе остановить меня.

— Я не буду этого делать, — сказала Доун. — Привилегия быть иерофантом в том, что мне больше не нужно отбрасывать свои принципы. У меня есть сила сказать «нет». Но я не пойду против Мирового Феникса полностью. Я не буду мешать тебе говорить с Асано, но и слушать то, что хочет сказать твой хозяин, я тоже не буду.

Они обменялись долгим взглядом, каждый осознавая, что их хозяева решили, как действовать дальше.

— А может, и буду, — сказала Доун.

* * * Внутри облачного дома Доун обнаружила Джейсона, развалившегося на облачном диване, с искаженным лицом, пока он ждал, когда боль утихнет. Доун посмотрела на него бесстрастным взглядом, когда вошла в комнату, и он свесил ноги с дивана, чтобы освободить место рядом с собой.

— Что ты натворил? — спросила она, устраиваясь на пушистой облачной мебели.

— Я попытался открыть портал в свое духовное царство.

Духовный домен Джейсона был областью, над которой он властвовал. Это включало облачный дом, а также две области на Земле. Его духовное царство было связанным, но отдельным понятием. Потусторонняя карманная реальность, она разделяла многие черты астрального пространства, но существовала внутри самого Джейсона; не с точки зрения местоположения, а будучи аспектом его души.

Изначально духовное царство было почти метафорическим пространством духа, в которое могли войти только Джейсон и его фамильяры. Когда тело и душа Джейсона слились, став сущностью одновременно физической и духовной, его духовное царство приобрело физические свойства, позволяя другим входить в него, подобно астральному пространству. Существуя между тем, что есть, и тем, чего нет, оно было абсолютно неприкосновенным и доступным только через порталы, открытые самим Джейсоном.

— Что я тебе говорила? — отчитала его Доун. — В том состоянии, в котором ты находишься, твое духовное царство сейчас будет в руинах. Неизвестно, какой ущерб ты мог бы получить, если бы тебе действительно удалось его открыть.

— Ты, возможно, заметила, — сказал Джейсон сквозь зубы, — что мои дни «маленькой рыбки в очень большом пруду» подходят к середине. Я продолжаю перепрыгивать через препятствия, уверенный, что за следующим будет какой-то мифический мир, где я не буду постоянно сталкиваться с силами, способными уничтожить меня в мгновение ока. Только вот каждое препятствие оказывается обрывом, и я просто падаю глубже.

— Джейсон…

— Хватит с меня убеждать себя, что это препятствия, Доун. Хватит жалеть себя и искать какое-то будущее, которое никогда не наступит. Я собираюсь прыгать с каждого чертова обрыва, который встретится на моем пути, с открытыми глазами. Давно пора собраться с духом и принять, что ничего не изменится, пока я не смогу сказать таким, как ты, Шако, и жутким космическим монстрам, на которых вы работаете, чтобы они садились на свои велосипеды и уматывали.

Доун вздохнула, глядя на него с жалостью.

— Хорошо, — сказала она. — Я бы хотела сказать тебе, что так будет не всегда, но мы оба знаем, что это не так. У тебя будет передышка, но то, что последует за ней, будет хуже. Я все еще не могу сказать тебе, что это, и ты можешь возненавидеть меня за это. Ты уже проиграл следующую битву, даже не осознав, что все это время сражался.

— Я прекрасно осознавал, что сражаюсь.

— Не в этой битве. Ты ее не видишь, а мне категорически запрещено показывать ее тебе.

Она склонила голову.

— Ты действительно собирался попытаться использовать власть?

— Есть один фильм, который мне очень нравится, — сказал Джейсон. — Ты ведь знаешь, что такое генная инженерия, верно?

— Да.

— Действие этого фильма происходит в то время, когда первое поколение дизайнерских детей выросло и почти вытеснило обычных людей с рабочих мест. Высшие люди… — Джейсон указал на Доун. — …почти полностью вытеснили обычных людей. — Он указал на себя.

— Джейсон…

— Просто послушай историю. Те, кто был силен, получали все, а остальным было отказано даже в шансе попробовать. История сосредоточена на человеке, который был зачат по старинке, в то время как его младший брат был генетически улучшен, чтобы быть высшим. Когда два брата росли, они играли в игру: заплывали как можно дальше в воду, и тот, кто первым поворачивал назад, проигрывал. Суть была в том, что они должны были убедиться, что у них хватит сил вернуться к берегу, когда они наконец развернутся. Если они перенапрягались, то могли выбиться из сил и утонуть.

— Джейсон…

— Я сказал, слушай историю.

— Я знаю эту историю, Джейсон. Единственный раз, когда более слабый брат победил, был, когда он решил плыть дальше, не оставляя сил на обратный путь. Ты говоришь о решимости, которая требуется, чтобы победить тех, у кого есть все преимущества перед тобой.

— Ты видела Гаттаку?

— Я смотрела ее с тобой. Твоя сестра делала голубые кокосовые дайкири, а ее муж набрасывал схему, как модифицировать инсулиновую помпу, чтобы она работала как незаметная система доставки мочи.

— О да. Это был хороший вечер.

— Я понимаю, что ты говоришь, Джейсон. Что для того, чтобы кому-то вроде тебя победить кого-то вроде Шако, ты должен решиться зайти дальше, чем он, даже если это убьет тебя.

— И это даже не гарантирует победу. Этого едва хватит, чтобы получить место за столом. Люди вроде тебя и Шако видят мою ауру насквозь. Единственный способ блефовать с ним — это не блефовать. Я должен быть готов идти до конца, независимо от последствий, если хочу, чтобы он сбросил карты и сделал то, что мне нужно.

Доун смиренно вздохнула.

— Ты знаешь, почему могущественные люди продолжают втягивать тебя в разные дела, верно? Дело не в том, что ты делаешь то, чего другие не могут, а в том, что ты делаешь то, чего они не станут. Когда ты впервые прошел через глубокий астрал, твоя душа тянулась вдоль связи между твоим миром и этим, Мировой Феникс дал тебе планшет. Это было одно из бесчисленных семян, посаженных, чтобы направить эту ситуацию в нужное ему русло. Ты — семя, которое проросло, и твой непрерывный рост в суровых условиях — причина, по которой так много сущностей обращают внимание на то, что остается хилым, хрупким саженцем.

— Не уверен, что это лестно.

— Джейсон, есть очень мало людей, которых я встречала и которых я бы посчитала по-настоящему выдающимися. По-настоящему, всего несколько. Человек, который завоевал мир, одержимый войной, используя только свои слова. Женщина, которая стала алмазного ранга, будучи едва на десять лет старше тебя сейчас. Человек, который противостоит великим астральным сущностям, обладая настолько малой силой, что ее можно считать отсутствующей, и он все равно продолжает побеждать, перекраивая миры и забирая власть, которая должна принадлежать богам.

Она одарила его яркой, но печальной улыбкой, ее рубиновые глаза блестели.

— Я предупреждала тебя, что ты не сможешь выиграть предстоящую битву. Что ты уже проиграл. Сделать что-либо с последствиями невозможно.

Ее улыбка стала шире, когда она тихо фыркнула от смеха.

— Но я уже видела, как ты делал невозможное, Джейсон. Ты уже не похож ни на кого, кого я когда-либо видела. Все, через что ты прошел, сделало тебя могущественным способами, которые выходят за рамки просто способностей эссенции. Я скоро покину тебя, но я хочу, чтобы ты продолжал пожирать все, что космос бросает в тебя. Что бы они ни использовали, чтобы попытаться остановить тебя, бери это и превращай в свою силу.

— Ты говоришь об этой таинственной опасности, о которой вы с Норет продолжаете отказываться мне рассказывать.

— Да. У тебя нет шансов преуспеть в том, что ждет тебя впереди, Джейсон. Но я хочу, чтобы ты все равно попробовал. Я понятия не имею, как ты сможешь, но это твоя область. Лучшее, что я могу сделать, — это дать тебе шанс разобраться во всем самому.

Джейсон повернулся к Доун и заключил ее в объятия. Она была поражена; это был такой простой жест, но она не чувствовала такого простого, физического утешения с тех пор, как Джейсон еще не родился.

— В тебе много магии, правда? — спросил он ее. — От тебя исходит сильное покалывание.

Смех Доун был похож на журчание воды в ручье, прекрасный и освежающий.

* * * Джейсон и Доун выглядели посвежевшими, когда спускались по лестнице облачного дома. Лестница и большая готическая арка были пережитком состояния темного храма, в котором находился облачный дом, и они вышли, выглядя почти как другие люди. Джейсон, в особенности, был новым человеком в повседневном, но элегантном белом костюме из коллекции, созданной для него Алехандро Альбериччи. Больше не сгорбившись, он двигался медленно, но непринужденно, с его характерным выражением общего веселья, вернувшимся на лицо.

Спускаясь по лестнице рядом с ним, Доун также сменила наряд на простое желтое летнее платье. Ее ярко-рыжие волосы больше не сияли, как огонь, а ниспадали на спину насыщенным темно-каштановым цветом.

— Я не ожидал, что это так сильно поможет моему восстановлению, — сказал Джейсон. — Ты знала, что так будет?

— Нет. Я и сама чувствую себя немного странно.

— Конечно, чувствуешь. Это гарантия Джейсона Асано.

Она бросила на него взгляд, и он откинул голову назад, смеясь. Шако смотрел на них снизу, стоя прямо за аркой, на краю духовного домена Джейсона. Его подозрительный взгляд метался между ними.

— Ты должна была войти и вывести его обратно.

— Что я и сделала, — сказала Доун, когда они с Джейсоном подошли к Шако.

— Ты должна была просто вывести его, а не…

— Останавливаться на обед? — спросил Джейсон и достал из инвентаря тарелку. На ней лежали дымящиеся кольцеобразные объекты в обжаренной во фритюре корочке, щедро посыпанные белым и коричневым порошком.

— Фриттеры из плодов арджи, — сказал Джейсон. — Моя личная вариация местного любимого блюда. Порошок — это копченый и молотый корень калката и высушенные, измельченные в порошок ягоды глимберри. Результат довольно похож на корицу с сахаром, но с более насыщенным, землистым вкусом.

— Я здесь не для того, чтобы есть, — сказал Шако.

— Шако, прояви немного любезности и позволь человеку быть гостеприимным хозяином.

Шако на мгновение выглядел удивленным.

— Ты прав, — сказал он, к удивлению Джейсона. — Вы, действительно, хозяин, мистер Асано, и некоторые приличия должны соблюдаться.

— Тюремная еда не очень? — спросил Джейсон.

— Нет, — нахмурился Шако. — Не очень.

Он взял один из фриттеров большим и указательным пальцами, чтобы минимизировать контакт с порошком. Он сделал то, что Джейсон счел удивительно деликатным укусом, и его брови поползли вверх.

— Это не так уж ужасно.

ПЕРЕГОВОРНАЯ ПОЗИЦИЯ

ПЕРЕГОВОРНАЯ ПОЗИЦИЯ

Пока Доун и Шако стояли, поедая оладьи с тарелки, которую он протянул Доун, Джейсон готовился к предстоящему обсуждению. Пол из белой облачной субстанции простирался от стены облачного дома, покрывая траву, словно плюшевый ковер. Три стула поднялись, обращенные друг к другу треугольником, с маленьким столиком посередине. Каждый участник занял стул, тарелка перекочевала на стол.

Джейсон расширил область за пределами домена духа, составлявшего интерьер его облачного дома. Он не был уверен, могут ли великие астральные сущности все еще владеть своими сосудами, Доун и Шако, внутри его границ. Проверять это он не собирался, инстинктивно понимая, что приглашение их внутрь будет для него крайне опасным.

Джейсон размышлял о природе исключения и домена, что, как он все больше осознавал, было фундаментальным аспектом магии. Даже самые могущественные существа в космосе не могли нарушить святость души, даже если она принадлежала самому слабому и ничтожному смертному. Точно так же домен духа Джейсона был способен исключать существ, достаточно мощных, чтобы уничтожить планеты, на которых покоились его домены.

— Строитель согласился встретиться с тобой и обсудить природу пакта, — сказал Шако Джейсону.

— Как и Мировой Феникс, — добавила Доун.

— А как насчет Жнеца? — спросил Джейсон. — Он ведь был частью этого пакта, верно?

— Мы не знаем, — ответила Доун. — Он в курсе этого обсуждения и либо пришлет представителя, либо нет. Пока Строитель и Мировой Феникс согласны, и это не затрагивает интересы Жнеца, пакт может быть изменен без участия Жнеца.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Итак, чего мне ожидать?

— То, что ты увидишь, будем не мы, и это не будут великие астральные сущности, — объяснила Доун. — Это будут великие астральные сущности через нас — ни мы, ни они, но каким-то образом и то, и другое. Нечто новое, созданное в промежуточном состоянии между смертным и трансцендентным.

— Да, я встречал версию Строителя в теле Тадвика. Все еще та еще мелкая дрянь, но хотя бы лучше это скрывает. С чего начнем?

В одно мгновение язык тела Доун и Шако изменился. Шако напрягся, его поза стала жесткой. Доун стала более томной, разминая шею и плечи с легким хмыканьем. Глаза Шако превратились в темно-коричневые сферы, а глаза Доун теперь переливались желтым и оранжевым, светясь, словно огонь. Чувства Джейсона были не на пике, но невозможно было ошибиться в силе аур, теперь исходящих от их тел. Находиться так близко к ним, заключенным в их сосуды, было все равно что стоять перед ядерным реактором за защитным экраном. Сила внутри была сдержана, но, если ее высвободить, она спровоцировала бы уровень аннигиляции, который изменил бы карты.

Джейсон не чувствовал такого уровня силы, когда встречался со Строителем ранее, используя Тадвика в качестве сосуда. Он не был уверен, было ли это фактором того, что Тадвик был гораздо более слабым сосудом, или же чувства ауры Джейсона в то время были неразвиты. По сравнению с тем разом, чувства Джейсона и сосуд Строителя теперь были на порядки мощнее.

Джейсон держал в руке табличку, содержащую Власть, отобранную у Строителя. Сила таблички принадлежала ему, и даже больше — она каким-то образом была им. Она была его частью, но смертоносной частью, словно рак. Ощущение угрозы нарастало с того самого момента, как он заявил на нее права, и достигло точки, когда начало казаться опасным.

Просто обладать Властью — это было то, к чему он не был готов, и она, вероятно, уничтожила бы его, если бы он не избавился от нее в относительно короткие сроки. Он подозревал, что именно это так быстро сжигает сосуды, но, по крайней мере, это не была вторгающаяся сила, как одержимость великой астральной сущностью. Она по-настоящему принадлежала ему, поэтому не пожирала его, как агрессивный паразит.

Джейсон почувствовал, как Власть отреагировала на двух великих астральных сущностей, овладевших Доун и Шако. Она резонировала с ними, давая Джейсону понимание того, как функционирует Власть и великие астральные сущности, состоящие из нее. Он подозревал, что ему не суждено было обладать этим знанием, как и силой, которая сделала это возможным.

— Давайте не будем валять дурака, — сказал Джейсон. — Я не могу оставить эту штуку, а вы не можете позволить мне ее оставить. Но я и просто так отдать ее не могу, верно? Это то, чего ваш парень Шако не понял: ее нужно обменять. Вам действительно нужно лучше информировать своих сотрудников. Проводить собрания. Синергия рабочих процессов, все такое.

— Да, — сказал Строитель, его голос был подобен скрежету камня. — Власть должна быть обменена.

— Должен сказать, вы гораздо более впечатляющи в своем собственном «автомобиле», — сказал ему Джейсон. — В прошлый раз вы были в арендованном, и та колымага была убитой.

— Разве ты только что не сказал, что не будешь валять дурака? — спросила Мировой Феникс.

Джейсон окинул ее взглядом, его выражение было удивленным, но не недовольным.

— Я часто и откровенно лгу, — сказал он ей. — Вы гораздо более знойная, чем я ожидал. Вы действительно вытащили ту веселую сторону, которую Доун держит взаперти, не так ли?

— Доун — мой бывший основной сосуд, — сказала Мировой Феникс. — Даже самый мощный и подготовленный сосуд может удерживать лишь осколок моего существа, прежде чем начнет разрушаться. Вероятно, это последний раз, когда моя слуга когда-либо будет проводить меня, и элементы ее разума и души могут стать заметными в тех аспектах, в которых иначе не стали бы.

— Тогда я польщен, — с нехарактерной искренностью сказал Джейсон. — Что бы ни происходило между вами и мной, служение вам очень много значит для нее, и я уважаю это.

— Тебе не нужно задабривать меня сентиментальностью, Асано. Мне нет дела до твоих чувств.

— Но Доун есть, а из вас двоих именно она та, о ком я действительно забочусь.

Улыбка тронула уголок губ Мирового Феникса.

— Она привязалась к тебе больше, чем ожидалось. Благодарю тебя за то, что напомнил ей о ее смертности.

— Пожалуйста. Но пока она и я — друзья, у нас с вами договоренность, основанная на взаимной выгоде и общих целях.

— Да. Ты доказал, что являешься жизнеспособным средством для предотвращения наихудших последствий того, что совершил предшественник Строителя.

— А вы организовали возвращение к жизни для меня и моего друга. Спасибо за это.

— Я на пределе того, чего могу достичь в этом отношении. Я помогла направить изменения, через которые ты прошел, но эти изменения теперь вне моего влияния. Что делать с этой силой — решать тебе. Последствия этих решений — тебе и нести.

— Я знаю. Ответственность лежит на мне. Хотя этот парень задолжал мне жизнь.

— Я ничего тебе не должен, — сказал Строитель.

— Ваш тип снес мне голову, выполняя ваши поручения.

— Он был наказан. Цена была уплачена.

— Не мне.

Слова Джейсона были тихими, но мир, казалось, задрожал. Облачный дом позади него быстро изменился, поскольку часть Власти Джейсона была поглощена, чтобы изменить его. Это было непреднамеренно со стороны Джейсона — рефлексивное действие, совершенное в тихой ярости, и цена была высока. Джейсон почувствовал, как его внутренности горят.

Рябя, словно вода, дом превратился из архитектурной химеры в возвышающуюся пагоду из темного кристалла. Внутри кристалла кружился и сверкал синий, золотой и серебряный свет. Это был тот же дизайн, что существовал в самом сердце его постоянных доменов духа на Земле.

— Тебе не следует тратить свою Власть, — бесстрастно сказал Строитель.

— Еще бы, — прорычал Джейсон сквозь стиснутые зубы, в то время как его пальцы впились в подлокотники облачного кресла. Все его тело чувствовало себя так, словно оно горело, и он понял, что он сам себе сосуд.

— Ты способен продолжать? — спросила Мировой Феникс, звуча больше как Доун, чем мгновениями ранее.

— Да, — прохрипел Джейсон. — Это было грубо, но бывало и хуже. Спросите этого парня, как мы познакомились.

— Тебе нужно обменять эту силу, прежде чем она убьет тебя, — сказал Строитель.

— Ага, — согласился Джейсон.

— Ты не в лучшей переговорной позиции, Асано, — сказала ему Мировой Феникс.

— Но я в переговорной позиции.

— Да, — признала Мировой Феникс. — Для твоего ранга это относительно необычно.

— Только необычно?

— Возможно, ты наткнулся на крупицу нашей силы, но космос все еще обширнее, чем ты можешь постичь. Ты не такой уж особенный.

— Вы звучите как моя мама. Но теперь у меня есть место за столом.

— И теперь, когда оно у тебя есть, — сказал Строитель, — что ты будешь с ним делать? Чего ты хочешь?

— Кое-что. Ничего грандиозного для таких, как вы, но значимого для таких, как я. Тогда вы получите мой крошечный кусочек Власти, а я перестану позволять ей плавить меня.

— Излагай свои просьбы, — сказал Строитель.

— Мне нужно закончить то, что я начал, — сказал Джейсон. — Но мне понадобится небольшая помощь, потому что я сломал ваши игрушки.

— Безрассудно, — сказал Строитель.

— Не я сломал планету. Это кто-то из ваших там безобразничал, а я — дурак, которого вы втянули в уборку за собой. Так что, может, придержите свои пренебрежительные комментарии при себе.

— Это был мой предшественник.

— И первой задачей должно было стать исправление причины, по которой вы вообще получили эту работу, но вот мы здесь. У меня есть план, как закончить измерение моста, но я больше не могу получить доступ к фундаментальному царству, чтобы возиться с реальностью и закрепить его. Мне нужно, чтобы кто-то открыл путь для меня. Всего один раз, когда придет время.

— Приемлемо, — сказал Строитель.

— Приемлемо, — отозвалась Мировой Феникс.

— Отлично, прогресс, — сказал Джейсон и перевел взгляд на Строителя. — Следующее касается ваших сил на этой планете. Я хочу, чтобы они ушли. Сегодня.

— Фрагмент Власти, которым ты владеешь, недостаточно велик, чтобы ты мог диктовать мои действия.

— Ваш парень убил меня. Потом попытался сделать это снова.

— Это было урегулировано.

— Вы заплатили цену кому? Боссу Доун здесь? Жнецу?

Джейсон оскалился волчьей ухмылкой, рыча следующие слова.

— У вас есть долг передо мной.

— Я ничего тебе не должен.

— Я приму предложение Асано о том, чтобы ты немедленно убрался из этого мира, — сказала Мировой Феникс. Строитель повернулся, чтобы сверкнуть на нее глазами, и улыбка, которую она вернула ему, была полна провокации.

— Я не принимаю, — сказал Строитель, поворачиваясь обратно к Джейсону. — У тебя нет рычагов давления, Асано. Ты возьмешь то, что мы готовы дать, и будешь благодарен за это, или Власть убьет тебя.

— Вот как? Тогда я могу посмотреть, что смогу сделать с ней по пути к выходу. Выходите, ребята.

Фамильяры Джейсона появились из облачного дома, выстраиваясь за ним в ряд. Тень была фигурой из живых теней с силуэтом дворецкого. Колин был в форме своего кровавого клона, выглядя как скульптура Джейсона, сделанная путем заливки крови в форму и ожидания, пока она застынет. Гордон был самым инопланетным: плащ, наброшенный на вихрь туманной энергии, похожий на глаз. Вокруг него вращались шесть сфер, похожих на меньшие глаза-туманности, заключенные внутри сфер.

— Каковы твои намерения? — спросил Строитель.

— Тень здесь был немного расплывчат, говоря, что я не совсем готов работать на этом уровне, но он рассказал мне, почему фамильяры позволяют себя призывать. Это Власть. Астральные существа работают на ней, не так ли? Большинство из них будут работать на парах по сравнению с вами, но все же. А быть фамильяром генерирует ее, каким-то образом, верно? Вероятно, немного, но не все же великие астральные сущности, правда? Немного, вероятно, имеет большое значение.

— Ты бы отдал Власть этим существам? — спросил Строитель.

— Нельзя просто так отдать Власть, — сказал Джейсон. — Вот почему мы ведем эту дискуссию. Думаю, я могу провернуть передачу ее в качестве бонуса за производительность. Это может быть небольшим нарушением правил, но разве это не прерогатива смертного? Кажется, вам это часто сходит с рук, а вы даже уже не смертные.

— Ты бы отдал ее ребенку Жнеца? — спросила Мировой Феникс, ее голос не выражал жалобы, а скорее любопытство. — Остальных я понимаю. Они молоды и связали себя с тобой навсегда, став голосами твоей воли. Но ребенок Жнеца мог бы забрать силу и бросить тебя. Он старше человеческой расы на твоей планете, а тебе еще нет и тридцати. Ты думаешь, что полностью раскусил его?

Джейсон помахал табличкой в руке.

— Я знаю, что эта Власть важна для вас, а я ничего не значу. Но это работает и в обратную сторону: мне нет дела до нее, кроме как использовать ее, чтобы получить то, что я хочу. И если то, что я хочу, — это отблагодарить моего друга, я это сделаю. Мне не нужно полностью его раскусывать. Если Тень хочет забрать эту Власть, свалить и оставить стажера на своем месте, это нормально. Он все равно останется моим другом, и с тем, каким другом он был для меня, он более чем заслуживает этого.

Джейсон не мог ничего скрыть от чувств великих астральных сущностей. Любое проявление неискренности, и они бы немедленно это почувствовали.

— Я, вероятно, не могу использовать эту Власть сам, чтобы она меня не убила, но, наконец, выплатить этим ребятам их долги мне точно не повредит, полагаю. О чем вы знали, но не удосужились мне сказать. Иначе я мог бы подумать, что я не в такой уж паршивой переговорной позиции, верно?

— Отпрыск Жнеца сказал тебе, — сказал Строитель.

— На самом деле, нет. Он мог бы принюхиваться к ней, как подозрительный троюродный брат после того, как выиграешь в лотерею, но он ничего не сказал. Даже когда я лично считаю, что должен был. Ему нравится скрывать от меня вещи. Ради моего же блага.

— И ты все еще доверяешь ему настолько, чтобы отдать ее ему в любом случае?

— Я бы сказал «в мгновение ока», но ни у кого из нас нет сердец. Думаю, в этом есть важная метафора. Но суть в том, что я не застрял с любыми паршивыми вариантами, которые вы двое положили на стол. Итак, возвращаясь к вашему досрочному уходу с этой планеты, Строитель.

— Нет.

— Послушайте, вы уже разграбили большую часть астральных пространств, которые могли получить от этого мира. На данном этапе у вас заканчивается время до всплеска монстров, прежде чем вам все равно придется собираться, надеясь собрать хоть какие-то остатки. Для вас это немного, но для меня это значит, что меньше людей погибнет в бою, а это для меня много. Плюс, я даже выслушаю все, что вы прислали Шако сюда сказать мне в первую очередь. Соглашайтесь уйти, я передам всю Власть, и дело сделано. Тогда мы сможем поговорить.

— Принято, — немедленно сказал Строитель. — Сделка заключена.

— Нет, — сказала Мировой Феникс, подавшись вперед на своем стуле.

— Слишком поздно, — сказал ей Строитель. — Ты уже согласилась.

— Было дополнение к условиям.

— Нет. Условия были приняты, и мы с Асано решили поговорить после. Это отдельный вопрос, и сделка совершена.

Мировой Феникс молча посмотрела на Строителя. Через мгновение его лицо исказилось от ярости.

— АСАНО!

Джейсон не видел, как Строитель или Мировой Феникс двигались. Словно видео, пропускающее кадры, внезапно они оказались перед ним, склонившись над журнальным столиком, пока Мировой Феникс удерживала Строителя.

— Быстро! — крикнула Мировой Феникс Джейсону. — Отдай Власть своим фамильярам. Если у него нет причин быть здесь, он будет вынужден покинуть свой сосуд. Это условия, которых он достиг с Расколотым троном.

Чувствуя ощутимую ярость Строителя, Джейсон собирался последовать указаниям Мирового Феникса, когда остановился. Табличка вылетела из его руки, чтобы коснуться Строителя, и Джейсон передал ему Власть. Он немедленно почувствовал, как присутствие Строителя исчезло, и Шако упал на колени, дрожа.

— Сделка заключена, сделка завершена, — сказал Джейсон Мировому Фениксу, когда она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Это не то, что я велела тебе сделать.

— Не делать того, что мне велят, — это своего рода моя фишка. Уверен, Доун может рассказать вам все об этом. И, может быть, вы расскажете ей, что только что сделали со Строителем. Это ведь вы заставили его обезуметь, верно? Я почти уверен, что то, что вы способны на это, — ненормально. Что это за вещь, которую он хочет, чтобы я знал, и почему вы не хотите, чтобы я это знал?

Она улыбнулась.

— Вещи, которые делают тебя полезным, также создают тебе проблемы.

— Кажется, вы только что дали название моим мемуарам.

— Или твоей эпитафии.

— В любом случае, хорошая фраза. А теперь сделка заключена, так что вам пора идти.

— У тебя нет вопросов ко мне? Это редкий шанс.

— В какие бы игры мы ни играли, вы бы выиграли. Верните мне моего друга.

— Немногие обладают мужеством уволить великую астральную сущность, Асано.

— Готов поспорить, они есть, но вы большинство из них взрываете.

Мировой Феникс ухмыльнулась, а затем ее лицо стало пустым. Глаза Доун превратились из огненных сфер в их обычный рубиново-красный цвет. Она слегка пошатнулась, Джейсон поддержал ее и помог сесть на стул. Он превратил его в диван и сел рядом с ней, когда она прислонилась к нему, изможденная.

— Ты в порядке? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала она ему.

— Он выглядит менее «в порядке», — сказал он ей, и они повернулись, чтобы посмотреть на Шако. Он все еще стоял на коленях, выглядя кататонически. — Думаю, то, что сделала твоя начальница со Строителем, серьезно по нему ударило.

— К счастью, Расколотый трон запечатал большую часть силы Шако, даже в качестве сосуда, — объяснила Доун. — Это позволило Мировому Фениксу легко подавить его.

— Конечно, но она также та, кто спровоцировала его в первую очередь. Как она это сделала?

— Я не знаю, — сказала Доун, ее выражение было обеспокоенным. — Если бы я знала, я очень сомневаюсь, что мне разрешили бы рассказать тебе.

— А я только начал симпатизировать твоей начальнице. Ты уверена, что в порядке?

— Да. Просто это было все возрастающее напряжение на протяжении последних нескольких десятилетий, поэтому я подготовила замену.

— Не могу себе представить. Ты выполняла работу в масштабах времени, которые они используют для цивилизаций, и теперь все кончено. Это настолько выходит за рамки моего опыта, что мне трудно даже сопереживать настолько, чтобы быть поддержкой.

— Если живешь достаточно долго, Джейсон, понимаешь, что перемены неизбежны. Даже сила, создающая вселенные, изменилась.

— Ты ведь не настолько старая, правда?

— Нет, — сказала она со смехом и игриво хлопнула его по руке.

Они откинулись на плюшевый диван.

— Итак, что теперь?

— Ты заключил свою сделку. Силы Строителя покинут этот мир. Сегодня.

— Хорошо, — сказал он, напряжение заметно покидало его тело.

— Ты только что спас много жизней, Джейсон.

— Я искатель приключений. Это моя работа.

— То, что ты только что сделал, — это не то, что делают искатели приключений.

— Эй, я не учу вас, как порхать по космосу, раздавая квесты обаятельным иномирцам, так что не учите меня, как бороться со злом. Кстати о чем, что нам делать с этим парнем?

— Может, нарисуем что-нибудь у него на лице, пока он не пришел в себя?

НИКАКИХ ТОЧЕК КОНФЛИКТА

НИКАКИХ ТОЧЕК КОНФЛИКТА

Облачный дом Джейсона претерпел очередную трансформацию, когда он случайно потратил на него часть власти, которую забрал у Строителя. Сейчас он принял форму пагоды из дымчатого кристалла, темного, если не считать золотых, серебряных и синих искр света, танцующих внутри. Она была такой же, как пагоды в центре постоянных духовных доменов Джейсона на Земле.

* Вы наполнили [Облачную колбу] властью, обладающей аспектами измерения и созидания. [Облачная колба] подключилась к власти вашего духовного домена. * Облачные конструкции, созданные колбой, будут обладать повышенной защитой от физического и пространственного вторжения. * Ваша способность влиять на фундаментальные правила реальности внутри временных духовных доменов облачных конструкций возросла, сравнявшись с вашей способностью делать это в постоянных духовных доменах.

В тот момент Джейсон добавил это сообщение в растущий список системных окон, которые он свернул. Проверив некоторые из них и расстроившись из-за того, что не может полностью разобраться в последствиях в своем ослабленном состоянии, он отложил их на потом, когда станет сильнее. Были и более важные дела.

— Кто-нибудь на этой планете должен изобрести перманентные маркеры, — сказал Джейсон, наклонившись, чтобы рассмотреть безликое лицо Шако вблизи. — У тебя есть чем на нем порисовать?

— Джейсон.

— Да, Доун?

— Не рисуй на лице Шако.

— Почему нет?

— Потому что тебе не девять лет. И ты не в студенческом братстве.

— Ладно, — проворчал Джейсон. — Ты уверена, что с ним все будет в порядке? Думаю, то, что сделала с ним твоя начальница, сильно его потрепало.

— Нет, я не уверена. Но я не думаю, что Мировая Феникс что-то сделала с Шако. Думаю, она что-то сделала со Строителем, и это изменение повлияло на сосуд, который он населял.

— Он полностью обезумел.

Джейсон откинулся на облачный диван, сидя прямо за пределами своего духовного домена. Они смотрели на Шако, который все еще сидел на коленях в кататоническом состоянии с пустым лицом.

— Что происходит со Строителем? — спросил он. — Я встречал его уже несколько раз, и такое ощущение, что их двое. Один спокойный и бесстрастный, а другой мелочный и вспыльчивый. Даже ребячливый. Я думал, дело в использовании Тадвика в качестве сосуда, особенно после разговоров с тобой об этом, но тут что-то еще.

— Шако вел себя беспорядочно, когда направлял Строителя, — согласилась Доун, присоединяясь к Джейсону на диване. — Как и ты, я списала это на просачивание личности сосуда, но после этого…

Джейсон сочувственно посмотрел на нее.

— Твоя начальница выглядела довольно подозрительно, когда вышла из этого.

— Я знаю. Но Мировая Феникс не чувствует необходимости объясняться, поэтому она этого не делает, даже если это могло бы устранить простое недопонимание. Если другие думают о ней худшее, ее это не волнует. Если у альпиниста развязались шнурки, горе до этого нет дела.

— Сначала Бог Чистоты — не Бог Чистоты, а теперь это? Что происходит со всеми этими трансцендентными существами?

— Не знаю. Но это предвещает неприятности.

— И не говори. Ты знаешь, что такое санкционирование?

— Больше тебя, полагаю, но не по-настоящему. Точно так же, как великие секреты золотого и алмазного рангов скрыты от тебя, секреты трансцендентности скрыты от меня.

— Погоди, существуют великие секреты золотого и алмазного рангов?

— Нет.

— Они есть, правда ведь? Никто мне ничего не говорит. Я должен отказаться спасать мир, пока люди не начнут мне что-то рассказывать.

— Почему ты спрашивал о санкционировании?

— Что? О, ну, они санкционировали оригинального Строителя, верно? Что, если санкционирование — это взять кого-то и налепить сверху нового человека, как нарисовать собак, играющих в покер, поверх шедевра?

— Тебе нужно перестать смотреть фильмы об ограблениях.

— Нет, не нужно. В любом случае, что, если краска в моей метафоре начинает истончаться? Может, старый Строитель начинает проглядывать, и это сводит нового с ума?

— Сводит с ума?

— Бананы. Едет крыша. Слишком много погружений в безумие. Почему все эти эвфемизмы для сумасшествия связаны с едой? У нас остались те оладьи?

Он огляделся и увидел тарелку, которую оставил на столе, теперь лежащую на траве вдребезги. Столкновение сосудов Строителя и Мировой Феникс заставило ее разлететься.

— Какая трата, — сказал он. Фамильяры Джейсона все еще были здесь, и Тень начал убирать осколки разбитой тарелки.

— Я буду очень тщателен, мистер Асано. Соседские дети любят играть здесь на траве, у реки.

Река, протекающая рядом с домом Джейсона, срывалась с утеса водопадом. Однако Шако сломал магический барьер, который не давал детям подходить к краю.

— Спасибо, Тень. Убедись, что дети не играют в реке, пока барьер не восстановлен.

— Мне проинформировать мэра Пелли?

— У меня есть подозрение, что она знает, но сделай это, чтобы убедиться, спасибо.

Одна из сущностей Тени ушла, и Доун присоединилась к Джейсону, наблюдая, как другая собирает осколки тарелки.

— Оладий не осталось, — сказала она. — Шако съел большинство из них.

Они снова посмотрели на Шако.

— Кто-нибудь придет забрать его, или это было что-то вроде «отпущен под честное слово»?

— Представитель Расколотого трона уже некоторое время наблюдает за нами. Ведь так, Кармен?

Воздух высоко над пагодой замерцал, и появилась сущность. Она была размером с человека и выглядела как плащ, дрейфующий в воздухе, наполненный туманной энергией. Она была достаточно похожа на Гордона, чтобы Джейсон взглянул на своего фамильяра, но были заметные различия. Туманность внутри выглядела не как глаз, а как гора. Цвета были более приглушенными, с оттенками темно-коричневого и бледно-голубого. Как и у Гордона, уменьшенные изображения туманности находились внутри сфер, которые кружились вокруг сущности, когда она спускалась по воздуху. По сравнению с шестью сферами Гордона, у этой сущности их было двенадцать.

Чувства Джейсона немного восстановились после обмена энергией с Доун ранее, но он не мог почувствовать ауру спускающейся сущности. Когда она заговорила, то сделала это, манипулируя звуковыми волнами с помощью вибраций от одной из своих сфер. Голос резонировал, как будто человек говорил через трубу.

— Твои чувства обострились, Доун. Ты скоро совершишь переход?

— Скоро, Кармен. Всего через десятилетие или около того.

Она взглянула на Джейсона, затем снова на сущность.

— У меня есть одно последнее поручение.

Сущность, Кармен, достигла уровня земли, и одна из ее сфер подлетела к Джейсону.

— Значит, это тот смертный, которого Мировая Феникс выбрала для тебя. Он немного странный, но полагаю, так и должно быть. Она не дала бы тебе кого-то обычного.

Голос Кармен доносился из сферы перед Джейсоном.

— Приветствую, пришелец из другого мира. Я Кармен из Расколотого трона.

— Добрый день. Я Джейсон из… если честно, я уже и сам не знаю.

— Быть кем-то другим было бы бессмысленно.

— Вы подруга Доун?

— Мы вращаемся в схожих кругах, но мы скорее дружелюбны, чем друзья. В моей роли требуется определенная отстраненность.

— Я могу уважать профессионализм.

— А я могу уважать доброту.

Сфера подлетела к Гордону и присоединилась к сферам, плавающим вокруг него.

— Ты хорошо заботишься об этом ребенке, — сказала Кармен.

— Он хорошо заботится обо мне.

— Ты не похож на большинство пользователей эссенции, которые берут таких, как я, в качестве фамильяров. Они рады использовать их, но никогда не думают о том, чтобы любить их.

— Отношения, основанные на взаимной выгоде, изматывают. Мне нравится дружба. И доверие.

От сфер Кармен раздался трепещущий звук, и Джейсон понял, что она смеется. Сфера рядом с Гордоном и Джейсоном улетела, чтобы возобновить свою орбиту вокруг Кармен.

— Твой хозяин определенно нашел для тебя интересного человека, Доун. Интересно, не пожалеет ли он об этом, когда все будет закончено.

— У Джейсона и Мировой Феникс нет точек конфликта.

— И у него впереди достаточно проблем, не так ли?

Сфера подлетела к Джейсону.

— Хочешь, я расскажу тебе, что Доун скрывает от тебя, Джейсон Асано?

— Нет.

— Нет?

— Я верю, что она делает это по какой-то причине.

— Есть так много вещей в ней, которых ты не знаешь.

— Я также многого не знаю о самолетах, но прекрасно летаю на них.

— Мистер Асано, вы были в самолете, который взорвался, — заметил Тень.

— И со мной все было в порядке, спасибо, Тень.

Сферы вылетели, чтобы осмотреть других фамильяров Джейсона: Тень и форму кровавого клона Колина.

— Все еще исследуешь, я вижу, Тень.

— Как всегда, мисс Кармен.

— Как всегда? Амбер сказал мне, что он держал тебя в ловушке в каком-то астральном пространстве несколько столетий. Он сказал, что это было для того, чтобы преподать тебе урок о долге.

— Амбер любит играть в игры, когда моя сила ограничена сосудом, думая, что это каким-то образом приносит ему уважение. Он не может уловить нюансы, которые отличают долг, лояльность и послушание. Ему не помешало бы пойти в школу дворецких.

Кармен издала трепещущий смех.

— Твои новые спутники, кажется, поставили все на Асано, но ты все еще не хочешь связывать себя? Трюк Амбера сделал тебя немного застенчивой в плане обязательств?

— Амбер не входит в круг моих размышлений. Колин и Гордон молоды, а молодые принимают важные решения легче, чем следовало бы.

— Да, это так. Тень Жнеца, эхо аннигиляции и пожиратель миров. Ты знаешь, откуда родом твой друг Колин, Джейсон Асано?

— Я не особо занимаюсь проверкой биографических данных, — сказал Джейсон.

— В глубоком астрале нет географии, как ты бы ее понял, но это функциональная метафора. Есть область глубокого астрала, где сходятся влияния двух очень разных астральных существ. Область Всепожирающего Ока — это то место, откуда я и твой друг Гордон, и она граничит с царством Легиона, великого астрального существа, которое управляет космическими правилами, регулирующими саму жизнь. Твой сангвинический ужас родом из этого места, где жизнь и аннигиляция — соседи.

— Это многое объясняет, — сказал Джейсон, подходя к Колину, который выглядел как сам Джейсон, но был сделан из крови. — Впрочем, неважно, откуда он. Он хороший мальчик.

Колин открыл рот, и раздался ужасающий инопланетный визг.

— Нет, это не значит, что ты можешь съесть Шако. Он должен уйти с этой милой леди. К тому же, он, вероятно, немного жестковат для тебя, пока ты не подрастешь. Ты просто сломаешь зубы.

— У тебя властная коллекция фамильяров для такого добродушного человека, Джейсон Асано. Возможно, судьба знала, что они тебе понадобятся.

— Пожалуйста, скажи мне, что судьба — это не еще одно великое астральное существо, с которым мне придется иметь дело.

Кармен снова рассмеялась. — К счастью, нет.

— Вам обязательно забирать Шако сейчас? У меня есть несколько жгучих вопросов к нему, и его босс хотел кое-что мне сообщить.

— То, что произошло со Строителем во время одержимости Шако, потребует некоторого времени для восстановления. Твои вопросы должны подождать, но я полагаю, ты можешь разобраться в общих чертах.

Джейсон нахмурился. — То, что Мировая Феникс сделала с ним, и как. Она хотела рассказать мне об этом, не так ли?

— Это не в моей компетенции.

Сфера подлетела к Шако и превратилась в щит, что также могли делать сферы Гордона. Щит Кармен был бледно-голубым и появился под Шако, подняв его, как платформу.

— Было приятно познакомиться с вами, Джейсон Асано, Колин. Доун, Тень, всегда рада встрече. Гордон, присматривай за Джейсоном. У него впереди тяжелые дни, и он, кажется, очень хорош в том, чтобы попадать в неприятности.

— С кем вы разговаривали? — оскорбленно спросил Джейсон.

Кармен снова рассмеялась.

— Я надеюсь, ты доживешь до того, чтобы повзрослеть, Джейсон Асано. Я с нетерпением жду встречи с тобой в то время. Что касается тебя, Доун, не задерживайся слишком долго. Смириться со своей смертностью важно, но также важно и отпустить ее.

Кармен взмыла в воздух вместе с Шако, и открылся портал в звездную пустоту. Она прошла сквозь него, и он закрылся.

— Что ж, — сказал Джейсон. — Это было весело. Хотите выпить чего-нибудь днем?

ГЛАВА 56: ДОВОЛЬНО С МЕНЯ ТРАНСЦЕНДЕНТНЫХ СУЩНОСТЕЙ

ГЛАВА 56: ДОВОЛЬНО С МЕНЯ ТРАНСЦЕНДЕНТНЫХ СУЩНОСТЕЙ

— Выглядит неплохо, — сказал Джейсон, разглядывая розовую жидкость в изящном хрустальном флаконе. Он стоял на низком столике перед облачным диваном, на котором все еще сидели Джейсон и Доун, снаружи пагоды Джейсона. У самого Джейсона был высокий флакон, в котором жидкость переливалась радужными слоями, магически зачарованная так, чтобы сохранять разделение при наливании в бокал.

— Тебе просто хочется выпить чего-нибудь яркого, — ответила Доун.

— А что в этом плохого?

— Если бы ты выпил мой, ты бы умер.

— Я неплохо справляюсь с ядами.

— У тебя бы не было времени отравиться. Магия в нем заставила бы твое тело взорваться.

— С этим я тоже неплохо справляюсь.

— В прошлый раз, когда ты связался с магией высокого уровня, потребовалось около восьми чудес, чтобы оставить тебя в живых, а теперь ты слишком слаб, чтобы даже подтянуться.

Доун откинулась на спинку облачного дивана и пригубила свой бокал.

— Не уверена, хороши ли для тебя сегодняшние события или плохи, — сказала она. — Теперь к тебе будет приковано много внимания.

— Думаешь, раньше его не было?

— Не такое. Все, кто знает о том, что здесь произошло, будут опасаться нападать на тебя, но те, кто все же решится, придут во всеоружии.

— Я знаю, но что мне оставалось делать? Здесь у нас есть подслушивающие, но я не мог сделать это в своем… Я не мог пригласить их внутрь, как ты прекрасно знаешь.

Зная, что за ними наблюдают, Джейсон воздержался от обсуждения своего домена духа. Он был связан со слишком большим количеством алмазных рангов, чтобы верить, что это все еще секрет, но он не собирался раскрывать дальнейшие детали или привлекать еще больше внимания. Оба этих корабля давно уплыли, затонули, были подняты со дна и проданы на металлолом, но он не собирался усугублять ситуацию. Событий сегодняшнего дня было более чем достаточно.

— Был способ сделать это тихо, — сказала Доун. — Мировой Феникс мог бы выторговать эту власть.

— Я не особо доверял твоему боссу до этого, — сказал ей Джейсон. — А после этого — и подавно. И все в порядке. Или, может, мне стоит сказать, что оно того стоит. Если Строитель выполнит свою часть сделки и действительно уберется, это хорошо для всех, а не только для меня. Это значит, что гораздо больше людей выберутся из этого нашествия монстров, чем могли бы. Это значит, что будет больше времени на подготовку к тому, что делают эти посланники, наряду с остатками Чистоты или Обмана, или что там еще происходит.

— К счастью, — сказала Доун, — тебе в кои-то веки не нужно быть в самом центре событий.

— Разве?

— Нет. Ты сделал свою часть для этого мира и даже больше. Тебе нужно получить информацию от посланников и навести мосты, чтобы твой мир начал восстанавливаться, но я не сомневаюсь, что ты и твоя команда справитесь с этим. Более важная проблема — собственно, угроза со стороны посланников — не твоя забота. Ты, несомненно, будешь вовлечен как искатель приключений, но именно как искатель приключений, после того как будут достигнуты твои собственные цели.

— Просто искатель приключений? Мне нравится, как это звучит. Очень нравится.

— На какое-то время — да. Наслаждайся этими годами, Джейсон. Используй их, чтобы стать сильнее и понять, кто ты такой, когда давление мира не перетирает тебя в порошок. Потому что придет день, когда это давление вернется.

Доун склонила голову.

— Мне не нравится скрывать это от тебя. Но кое-что должно произойти, и тебе нельзя позволить попытаться это остановить. Цена будет слишком высока.

— Ты правда думаешь, что я мог бы сделать что-то, чего ты не хотела бы?

— Более могущественные сущности, чем я, ставили против тебя и проигрывали, Джейсон. Я не настолько глупа, чтобы присоединиться к ним. Поэтому я прошу тебя остановиться. Довериться мне и не пытаться выяснить, что грядет. Все, что я могу предложить тебе взамен, — это шанс сделать что-то после всего случившегося.

— Ты же знаешь, что я уже сделал этот выбор, так же как я знаю, что ты уже работаешь над тем, чтобы дать мне этот шанс.

Джейсон покачал головой, осушил бокал и налил еще.

— Это превращается в грустное пьянство, — сказал он, — а яркие напитки предназначены для веселого пьянства.

— А я счастлива, — произнесла третья персона. — На самом деле, я просто в восторге.

Стул — скорее даже трон — появился напротив дивана. В нем развалился мужчина в тоге и с лавровым венком на голове, с кубком, небрежно зажатым в одной руке. В отличие от прошлого раза, когда Джейсон видел его, бог проецировал облик селестина с латунными глазами и волосами.

— Должен сказать, мистер Асано, сегодняшний день стал для меня настоящим подарком. Приятно, что вы вернулись.

— Правда? — простонал Джейсон. — Ты собираешься еще больше на меня навалить?

— О, ты должен быть благодарен, что это я. Строитель уже выводит свои силы с планеты. Битвы прекращены, воздушные корабли отступают. Целые города-крепости перемещаются в другое измерение. Страж хочет устроить в твою честь парад.

— Да, ну, если кого-то из вас зовут «тонкость», может, попросишь их поговорить с ним?

— Есть такая, но она гораздо ниже рангом, чем Страж. Она также сестра Обмана, и у них целая история с Маскировкой, так что с делом Чистоты все немного сложно.

— У вас что, правда есть семейные отношения?

— Те из нас, кто воплощает смертные концепции, склонны иметь больше смертных черт. Знание, Обман, Месть. Я, очевидно. Я — важная персона.

— Конечно, важная.

Владычество усмехнулся.

— Ты обнаружишь, что Океан или Шторм — не такие собеседники, как я. Они связаны с ветром и волнами, тогда как я связан с людьми. А что может быть более смертным, чем напряженная обстановка, когда семья начинает говорить о политике?

Джейсон подался вперед, опустив голову, словно его сейчас стошнит.

— Доун, есть ли третья версия Земли, на которую ты могла бы меня высадить?

— Боюсь, тебе еще есть с чем разобраться на этой, — сказала Доун с насмешливой улыбкой.

Джейсон снова застонал.

— Разве у тебя нет места, где можно кого-нибудь угнетать? — спросил он Владычество.

— Я не угнетаю, — сказал Владычество. — Я просто сторонник угнетения.

— Послушай, я ценю, что ты сдерживаешь свою ауру, чтобы меня не расплющило, как перезрелый персик, но я пытаюсь расслабиться после тяжелого дня, и на моем газоне уже было достаточно трансцендентных сущностей. Не мог бы ты уйти? Может, скажешь своим друзьям, что я сейчас не особо жду гостей?

— Ты думаешь, что настолько важен, что боги начнут просто так появляться?

Джейсон посмотрел на него безразличным взглядом.

— Аргумент принят, — сказал он без тени смущения. — Это немного грубо, но ладно.

Владычество посмотрел на пагоду Джейсона.

— Мне очень нравится, что ты сделал с этим местом. У тебя неплохо получается, мистер Асано.

Бог исчез, словно его здесь никогда и не было.

— Что дальше? — вслух задался вопросом Джейсон. — Моя мама появится?

Почти сразу же открылся портал.

— Ну вот, стоило сказать, да?

Джейсон только собирался разразиться потоком жалоб, как понял, что узнает портал. Пользователи эссенций с одинаковыми способностями часто имели визуальные различия в своих силах, даже когда эффекты были идентичны. Это было особенно распространено при наличии характерных визуальных элементов, таких как порталы. В большинстве случаев они поначалу выглядели одинаково, но со временем становились более уникальными.

Способность Клайва создавать порталы отличалась светящимися рунами по краям, которые по форме и цвету отличались от других пользователей эссенций с такой же силой. Портал Джейсона также эволюционировал со временем. Он начинался как арка из обсидиана, идентичная тем, что были в астральном пространстве Ордена Жнеца. Это было связано с тем, что сила использовалась там как основа для портальной сети. Теперь арка Джейсона была из дымчатого хрусталя с крапинками света, точно такой же, как пагода, возвышавшаяся над ним в тот момент.

Команда Джейсона продолжала участвовать в отражении нашествия монстров, пока Джейсон выздоравливал, и возвращалась со своего последнего контракта. Когда они вышли из портала, Джейсон увидел, что они покрыты мангровой грязью. Похоже, это было не самое веселое занятие.

— Не понимаю, на что ты жалуешься, — сказала Софи, которая была единственной, кто не был грязным. На самом деле, на ней была новая броня, похожая на белую, эластичную змеиную кожу.

— Конечно, не понимаешь, — сказала Белинда, — но не каждый может двигаться так быстро, когда из него… что бы это ни было за отверстие, стреляет грязью. Я очень надеюсь, что это было не то, на что похоже.

— Кто ж разберет? — спросил Нил. — У него их было три.

— Я до сих пор не понимаю, как мы добыли броню такой белой и чистой из монстра, который был настолько агрессивно грязным и коричневым, — сказал Клайв.

— Я все еще считаю странным, что Софи вышла абсолютно чистой, — сказал Нил. — Твоя мама давала тебе уроки Чистоты?

— О, чувак, не надо об этом, — поморщился Джейсон.

— Хочешь получить пощечину? — спросила Софи Нила.

— Конечно, — сказал Нил. — Предлагаешь?

— Ты такой мерзкий, — сказала ему Софи.

— Я мерзкий? А как там поживает коллекция кристаллов записи?

На лице Софи появилось выражение пойманного с поличным.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — быстро сказала она. — Хамфри, пойдем внутрь, я помогу тебе отмыться.

— Кто-нибудь еще чувствует странные остаточные ауры? — спросил Хамфри. Пока остальные болтали, он оглядывался по сторонам.

— Все, что я чувствую, — это острую необходимость в душе, — сказала Белинда. — Не могу поверить, что никто не взял кристальный гель.

— Джейсон обычно его берет, — сказал Нил. — Ты же знаешь, как он к этому относится.

— Я не настолько плох, — сказал Джейсон, когда вся группа согласно закивала Нилу. — Нет, не плох. Послушайте, вы не знаете, каково это — оказаться в ловушке в другом мире без кристального геля. Доун, ты была там; скажи им.

— О, у меня был кристальный гель, — сказала Доун. Она все еще лежала на диване с бокалом розового напитка.

— Что значит «у тебя был кристальный гель»?

— Ну, я не могла отправить свое тело через пространственную мембрану вашего мира, но могла отправить немного кристального геля. Не собиралась же я обходиться без него.

— Ты хочешь сказать, что все то время, пока мы бегали по Земле, у тебя был тайный запас кристального геля?

— Да.

— И ты мне никогда не говорила?

— Я знаю, как ты к этому относишься.

* * * В гостиной, выходящей на балкон в высокой пагоде, Джейсон и Доун рассказали его команде и другим друзьям, живущим в облачном доме, о событиях дня, и получили нагоняй за то, что провернули все это в отсутствие команды.

— Все в порядке, — заверил их Джейсон. — Не похоже, чтобы кто-то из нас мог противостоять в бою кому-либо из тех, кто появился сегодня.

— Но мы можем стоять рядом с тобой, — сказал Хамфри.

— Рядом и чуть позади, — уточнил Нил. — Нет смысла, чтобы все мы были испепелены молнией какого-нибудь бога.

Белинда хлопнула его по руке, Джейсон усмехнулся и продолжил рассказ.

— И именно тогда появился бог? — спросил Руфус.

— Нет, сначала прибыла… Кармен, — сказал ему Джейсон.

— Кармен?

— Она вроде супер-Гордона, я не знаю. Думаю, она может быть в космической полиции.

— В космической полиции? — спросил Трэвис. — Как Зеленые Фонари? Это круто.

— Я ничего об этом не знаю, — сказал Джейсон. — Доун, вероятно, может вам рассказать.

— Могу, — сказала Доун, — но если никто из вас не превращается в астральную сущность, в этом мало смысла. Спросите Тень.

— Я воздержусь от объяснений. Каждый раз, когда мистер Асано узнает о великой внепространственной силе, ему в голову приходит идея сделать что-то абсурдное и спровоцировать ее.

— Я не делаю! — сказал Джейсон, даже когда остальные согласно закивали.

— Ты тусуешься с богами, — сказал Трэвис. — Магические фракции дома дважды подумали бы, прежде чем всадить тебе нож в спину, если бы знали об этом.

— Нет, — сказал Джейсон. — Они были бы просто осторожнее.

— Печально, но правда, бро, — согласился Тайка. — Кстати, о Земле, тебе нужно навестить тех людей, которых затянуло вместе со мной и Трэвисом. Я почти уверен, что Общество искателей приключений уже притащило бы тебя туда, если бы не нашествие монстров.

— Никто его никуда не потащит, — сказала Доун. — Может, у него и нет той силы, что приходит с высоким рангом, но он вращается в более высоких кругах, чем любой смертный в этом мире. Теперь люди должны быть очень осторожны, оказывая на него давление.

— Но это давление все еще может раздавить меня, — сказал Джейсон. — Я не могу просто ходить и использовать чужой авторитет. Я пытался сделать это в Гринстоуне, и последствия были катастрофическими. Мою душу чуть не разграбили, и если бы я не спрятался под юбкой Эмира, Софи оказалась бы в костюме рабыни Леи.

— Я не знаю, что это значит, — сказала Софи, — и я почти уверена, что ты не хочешь, чтобы я это узнала.

— Почему сегодня? — спросила Фарра. — Ты ведь тот, кто позвал этих людей сюда, верно?

— По сути, — сказал Джейсон. Как только он вывел власть из своего домена духа, трансцендентные сущности смогли почувствовать ее присутствие.

— Когда ты решил, что сегодня тот самый день, чтобы разобраться с великими астральными сущностями?

— Ну, эта власть болталась у меня с тех пор, как меня сбило с ног магической штукой, но это не то, с чем я действительно могу справиться. Я разговаривал с Доун и…

— О, вот оно как, — сказала Фарра.

— Нет, — твердо возразил Джейсон. — Все совсем не так.

— Немного так, — сказала Доун.

— Это не помогает.

ОТТЕНКИ ВЛАСТИ

ОТТЕНКИ ВЛАСТИ

Джейсон и Фарра стояли у балюстрады балкона, глядя на воду, пока небо темнело.

— Знаешь, когда ты покинешь этот облачный дом, тебя будет ждать инквизиция, — сказала она. — Вероятно, самая вежливая инквизиция из всех, что когда-либо проводились, но у очень влиятельных людей возникнет пара очень насущных вопросов.

— Знаю. Доун ушла, чтобы подготовить почву, но они уже стучатся в мою дверь. Я оставил Тень разбираться с ними. Он знает массу очень вежливых способов послать людей куда подальше.

— Ты не сможешь игнорировать их вечно.

— И не говори. Он провожает представителей Общества искателей приключений, Магического общества и еще сотни организаций, о которых я даже не слышал. Все аристократические семьи, с помощью которых Веспер хотела стравить меня с другими, внезапно очень заинтересовались встречей со мной. Ну и королевская семья, конечно. Думаю, Лиара рано или поздно придет лично. Может, и Сорамир, но, по-моему, он опасается сюда соваться.

— И что ты им скажешь?

— Что я был напарником и пусть спрашивают Доун.

— Это ложь. И они будут знать, что это ложь.

— Но они не скажут, что это ложь, потому что знают об этом лишь потому, что все они шпионили за мной. Так работает политика.

— Доун кажется немного... не знаю. Слишком расслабленной, может быть, несмотря на всё происходящее. Чем вы двое занимались, пока остальные из нас были заняты разборками с выбросами монстров?

— Доун скоро нас покинет, — уклонился от ответа Джейсон. — Думаю, она позволяет себе немного расслабиться перед уходом. Развлекается, прежде чем вернуться к скучной космической бухгалтерии или чем она там занимается.

— Космической бухгалтерии?

— Я никогда толком не понимал, чем она занимается. У меня такое впечатление, что это связано с кучей стоических типов, исполненных бессмертного достоинства.

— Ты же знаешь, что там творится безумие. Я была в Магическом обществе с Трэвисом, когда всё пошло наперекосяк. Золотые ранги пытались утащить нас, чтобы мы ответили на вопросы о тебе. Если бы не Тренчант Мур, который пришел, чтобы вытащить нас, всё могло бы закончиться довольно скверно.

— Он отвез вас к Сорамиру?

— Нет, он привез нас прямо сюда. У меня сложилось впечатление, что, что бы ты ни сделал, Сорамир хочет, чтобы ты чувствовал его добрую волю.

— Значит, его наблюдатели были внимательны. Неудивительно.

— Строитель действительно просто собирает вещи, потому что ты дал ему кирпич?

— Скорее, табличку. Полагаю, этими событиями движет политика великих астральных сущностей. Как и в большинстве бессмыслицы, в которой я погряз по уши, дело вовсе не во мне. Я просто оказался тем бедолагой, который впутался в игры этих монстров из парка аттракционов Ктулху. Смертный вроде меня, случайно наткнувшийся на крупицу их силы, — это просто еще один козырь в их игре.

— Но у тебя была эта сила с тех пор, как ты поглотил ту магическую дверь. Почему это стало проблемой только сейчас?

— Из-за природы этой силы. Я некоторое время играл с ней, толком не понимая, что это такое. Но когда у меня в руках оказалась сырая, необработанная субстанция, я гораздо лучше понял, с чем имею дело.

— Эта сила — Власть.

— Да. Власть — это фундаментальная сила космоса, и она бывает двух видов, в двух состояниях, в которых может функционировать. Одно состояние — фиксированное. Сила была направлена на конкретную цель, став определенной и неизменной. Безопасной. Глина, превращенная в чашу. Мои домены духа состоят из этой Власти в фиксированном состоянии. Всё в физической реальности в той или иной степени опирается на Власть. Дверь Строителя позволила мне войти в слой измерений, где я мог получить доступ к этой основе Власти и манипулировать ею. Я не понимал, что делаю в то время, но то же самое было, когда я манипулировал зонами преобразования. Я манипулировал Властью, чтобы залатать дыры во Вселенной. Результатом стали мои домены духа.

— Если твои домены духа состоят из Власти, не значит ли это, что Власть была у тебя в руках с тех пор, как ты их создал?

— Даже дольше. Мои домены духа — это области влияния в физической реальности. Но мое царство духа — мое пространство души — тоже является аспектом Власти. Моей Власти. Когда я принял эту силу и изменился, я стал сущностью, способной использовать Власть — и даже частично состоящей из нее. Вот как я могу манипулировать зоной преобразования. По сути, это были области, где Власть в фиксированном состоянии, лежащая в основе региона, разрушилась.

— Как Дверь Строителя, когда ты наводнил себя магией.

— Очень похоже, да, но в гораздо большем масштабе. Мне нужно было войти туда и вернуть Власть в ее фиксированное состояние. Однако я действовал инстинктивно и понятия не имел, как вернуть всё, как было. Всё, что я мог сделать, — это собрать всё обратно, насколько мог.

— И результатом стал домен духа.

— Именно.

— Но это значит, что причина, по которой у тебя вообще есть Власть, — это та сила, которую дали тебе великие астральные сущности.

— Верно. Я принял эту способность только потому, что она была нужна мне, чтобы найти тебя. Это сборная солянка странных эффектов, совершенно не похожая на другие мои способности иномирянина. Теперь я знаю, откуда берутся все эти способности. Почему она так глубоко изменила мое тело и душу, и почему она помогла мне манипулировать зонами преобразования.

— Тогда почему великие астральные сущности внезапно ополчились на тебя из-за того, что у тебя есть Власть, ведь они сами дали тебе к ней доступ в первую очередь?

— Я с самого начала знал, что эта способность не была предназначена для меня. Она была создана так, чтобы казаться таковой, но всегда была рассчитана на то, чтобы я смог сделать то, что требовалось Мировому Фениксу. Но я должен был обладать только Властью в фиксированном состоянии, первым видом, о котором я упомянул. Другое состояние Власти — это Власть в состоянии потенциала. Если Власть в фиксированном состоянии — это глиняная чаша, то Власть в состоянии потенциала — это необработанная глина. За исключением того, что эта глина — на самом деле обогащенный уран.

— Это нехорошо.

— Верно. Власть в состоянии потенциала — это опасная штука. То самое «владение силой богов». Большая часть моего понимания Власти пришла просто от того, что я держал Власть в состоянии потенциала в своих руках.

— И это то, чего у тебя быть не должно.

— Подумай об этом так: Власть в фиксированном состоянии — это как домик на дереве, а серебряный ранг вроде меня — это ребенок.

— Могу себе представить. Очень легко.

Джейсон бросил на нее невыразительный взгляд, прежде чем продолжить.

— Даже если я, ребенок, строго говоря, не должен иметь домик на дереве, великие астральные сущности готовы оставить всё как есть, потому что я не могу причинить много вреда. В худшем случае я могу пораниться сам.

— Ладно.

— Власть в состоянии потенциала — это как инструменты и материалы, необходимые для постройки домика на дереве. Доски, гвозди, молоток, пила, дрель. То, с чем не стоит играть ребенку, потому что он очень сильно поранится и нанесет много ущерба в процессе.

— И ты не считаешь, что обращаться с тобой как с ребенком — это высокомерие?

— В данном случае — нет, — твердо сказал Джейсон. — Я почувствовал эту силу, и это не то, чем я должен обладать. Насколько мощный магический предмет — Облачная колба?

— Чрезвычайно. Это один из самых сложных и надежных предметов, о которых я когда-либо слышала.

— Я разозлился всего на мгновение и переделал Облачную колбу, просто так. Изменил ее на фундаментальном уровне, и я даже не понимаю как. Когда у человека в руках такая сила, он может совершать ужасные, невероятные вещи. Опьяняет чувство, будто ты бог, но я не бог и не хочу им быть. Я почувствовал, какой ущерб могу нанести, а я уже совершал ошибки раньше. Натворить дел с такой силой... она не должна быть в моих руках. Мне не нравится, что она вообще у кого-то есть, потому что даже великие астральные сущности слишком уж похожи на богов Олимпа, как по мне.

— Богов Олимпа?

— Мелочные, ревнивые, тщеславные. Сила бесконечности, но недостатки смертного.

— Не думаю, что они настолько плохи.

— Им и не нужно быть настолько плохими. Когда их сила так велика, всё, что они делают, усиливается. Плохое становится катастрофическим из-за масштаба. И я уж точно не лучше их. Ты видела мои ошибки и неудачи. Чего они стоили. Я не хочу, чтобы это усиливалось, и у меня не должно быть этой силы. Даже если бы я хотел ее сохранить, я не создан для того, чтобы сдерживать нестабильность Власти в состоянии потенциала. Если бы мое тело и душа не были переделаны специально, чтобы выдерживать эти силы, она убила бы меня за считанные минуты. Я рад, что избавился от нее.

— Эта Власть — основа всего, не так ли? Связь между мирами, зоны преобразования. Всё, за что мы сражались на Земле.

— Да. Изначальный Строитель проводил эксперимент с этой вселенной и той, из которой я родом, сосредоточенный на Земле. Он подстроил всё так, чтобы сформировалась планета, но вместо того, чтобы использовать оригинальные чертежи, он слепил из старых нечто вроде Франкенштейна, чтобы посмотреть, что получится. А потом его вышвырнули за то, что он разбил свои игрушки, заставив Мирового Феникса исправлять всё как можно лучше.

— И мы получили нового Строителя.

— Ага. Затем, тринадцать миллиардов лет спустя, у нас есть Земля и Паллимустус. Одна и та же отправная точка, но один мир в богатой магией вселенной, а другой — в бедной. В Паллимустусе есть боги, и один из них заключает сделку с новым Строителем. Бог вербует иномирянина, родом с Земли, и отправляет его обратно на Землю, чтобы тот внес смуту. Строитель предоставляет дверь, которая позволяет им манипулировать Властью, управляющей Землей, и, что критически важно, связью между Землей и Паллимустусом. Кто-то дал ребенку инструменты для модификации домика на дереве, и он ослабил опоры.

— Паллимустус готовится к вторжению, а на Земле растет магия, которая дестабилизирует ее.

— Ага. Но Строитель знает, что другие великие астральные сущности набросятся на него, если он просто позволит эксперименту своего предшественника взорваться, особенно учитывая, что он вмешался в меры по исправлению, принятые Мировым Фениксом, чтобы сделать это.

— Вот почему он оставил дверь, которая изначально использовалась для создания проблемы. Таким образом, ущерб можно исправить, как только Строитель получит то, что ему нужно от Земли. И тут появляешься ты, неизбежно срывая его планы.

— Не так уж и срывая. Ему всё равно удалось вторгнуться в этот мир.

— Но ты остановил зоны преобразования.

— Да. Это были области Власти в фиксированном состоянии, разрушающиеся до Власти в состоянии потенциала. Купола были способом мира изолировать их, как струпья на ране. Но, как и под струпьями, там может скрываться нечто неприятное. В основном они заживали, оставляя шрамы, но мир продолжал жить. Однако некоторые не заживали, потому что внутри было астральное пространство, которое тоже их тревожило.

— Вот почему Доун назвала их пространственными язвами.

— Да. Именно тогда мне пришлось вмешаться и использовать силу, которую дал мне Мировой Феникс, и Дверь Строителя. Без них я не смог бы ничего сделать. Но благодаря этому я смог вылечить эти язвы. Правда, я не осознавал, что делаю, и в процессе создал домены духа. Я изменил мир и изменил себя.

— Но это была не та Власть, из-за которой у тебя неприятности.

— Нет, мои домены — это Власть в фиксированном состоянии. Безопасная. Превращение Власти из состояния потенциала в фиксированное состояние было всей сутью. Теперь это домик на дереве, в котором мне разрешено играть.

— Но эта Власть может вернуться обратно, верно? Разве не это случилось с Дверью Строителя, когда ты случайно разобрал ее на запчасти?

— Более или менее.

— Не значит ли это, что если бы твои домены духа были разрушены таким же образом, ты получил бы больше этой Власти в состоянии потенциала?

— Да, но я почти уверен, что если бы это случилось с моими доменами, это убило бы меня.

— Что случится с Властью, если ты умрешь?

— Не знаю. Может, меня бы подвергли санкциям, что бы это ни значило. Или, может, я стал бы астральной сущностью, привязанной к своим доменам духа, как призрак.

— А Доун не может сказать?

— Даже те, кто на уровне Доун, имеют ограниченное представление о том, как работает Власть. Шако получил пинок через океан, потому что не знал всех правил. Вот почему она на самом деле нервничает из-за некоторых вещей, которые я делал. Ей совсем не нравилось, что у меня была хоть какая-то Власть в состоянии потенциала.

— Но ты ведь использовал немного этой Власти в состоянии потенциала, верно?

— Только немного, случайно. Я влил ее в свою Облачную колбу, когда разозлился.

— И что это дало?

Джейсон поделился системным окном, чтобы Фарра могла увидеть его через интерфейс группы.

* [Облачная колба] была преобразована в артефакт Власти. * [Облачная колба] — предмет развития. Максимальный потенциальный ранг был повышен до [Трансцендентного]. * [Облачная колба] была связана с вашими постоянными доменами духа. Ваши домены духа могут использовать свойства [Облачной колбы] в пределах своих зон влияния. * Ваша способность влиять на фундаментальные правила реальности в пределах временных доменов духа, созданных с помощью [Облачной колбы], увеличена, что соответствует вашей способности делать это в постоянных доменах духа. * [Незавершенные Врата портала] были перепрофилированы и завершены. * [Облачную колбу] можно использовать для открытия врат из ваших доменов духа в ваше царство духа. Нет никаких ограничений на то, кто может использовать этот портал для доступа к вашему царству духа. * Те, кто находится на пороге вашего царства духа, почувствуют силу, которую вы будете иметь над ними там, прежде чем войти.

— Ограничение по доверию на вход в твое царство духа исчезло, — сказала Фарра.

— Не полностью. Если я открываю портал сам, ограничение всё еще действует. Если я использую Облачную колбу, чтобы создать его, ограничение исчезает. Она зацепилась за то, что мы с Клайвом пытались сделать, используя Облачную колбу для усиления моей способности портала, и использовала это, чтобы создать врата в мое царство духа.

— Тебе всё равно стоит быть осторожным с тем, кого ты впускаешь, — предупредила Фарра. — Это место напугает любого, кто не доверял тебе настолько, чтобы войти раньше. Напуганные люди принимают плохие решения.

— Я знаю это лучше многих.

— А что это за часть про влияние на физическую реальность в пределах твоего домена духа?

— Думаю, это значит, что я могу менять вещи так же, как могу в пространстве души моего царства духа.

— Это подразумевает, что ты мог делать это даже до того, как запихнул туда Власть.

— Да, — сказал Джейсон. — Было много изменений после того, как я чуть не убил себя, переправляя всех из той шахты. Но я никогда не мог их проверить, потому что я до сих пор разбит.

Он поделился еще одним системным окном.

* Вы принудительно сняли печать с ограниченного эффекта титула [Гегемон реальности].

Титул: [Гегемон реальности]

* Максимальный общий размер ваших доменов духа увеличен. * Эффект вашего домена духа на враждебных нарушителей игнорирует разницу в рангах. * Вы можете влиять на состояние физической реальности в пределах влияния вашего домена духа. Вы не соответствуете требованиям по рангу для использования этого эффекта. ЭТОТ ЭФФЕКТ БЫЛ ПРИНУДИТЕЛЬНО РАЗБЛОКИРОВАН. Вы не можете использовать эту способность через границы измерений. Использование этой способности вызовет обратный удар, соразмерный внесенным изменениям.

— В общем, я могу переделать мир в пределах моих доменов духа. Раньше там было сказано, что только моих постоянных доменов духа, но теперь этого нет.

— Переделать как?

— Не знаю. Я не пытался использовать ничего из этого. Даже простое перемещение вызывает у меня обратный удар, не говоря уже о попытках превратить свинец в золото или что-то в этом роде. Даже если бы я не был таким, я сейчас не могу получить доступ к своим доменам духа на Земле.

— Джейсон, если ты можешь менять вещи на уровне базовых правил реальности, и кто-нибудь узнает, что ты можешь это делать...

— Я знаю. Это будет гонка, кто быстрее утащит меня для вскрытия инопланетянина. Но я не думаю, что всё так серьезно. Если бы я мог использовать это для доступа к пространству узлов, как Дверь Строителя, думаю, я бы это почувствовал. Я часто пользовался той дверью, а эта сила, мне кажется, немного более поверхностная. Я, вероятно, могу подправить законы физики, но не изменить их.

— Это хорошо, — сказала Фарра, выглядя облегченной. — Обычная магия может это делать. Делать это легче и на большой площади — не такая уж большая проблема, поскольку это в любом случае должна быть твоя собственная территория.

— Значит, это просто то, из-за чего люди и так собирались охотиться на меня. Ура.

СОЗДАНИЕ МИФОВ БЫЛО ВПОЛНЕ ОЖИДАЕМЫМ

СОЗДАНИЕ МИФОВ БЫЛО ВПОЛНЕ ОЖИДАЕМЫМ

Когда Джейсон проснулся, у него болело всё тело. Доун немного помогла ему восстановиться, но потом он взял и использовал часть власти, которая у него оставалась, прежде чем обменять остальное. Последствия были таковы, что всё его тело словно свело судорогой, а то, что у него было вместо мышц, теперь ощущалось как натянутая резинка.

Джейсон с кряхтением выбрался из своей облачной кровати и попытался походить по комнате, чтобы размяться. Тело воспротивилось, поэтому он пошел на компромисс и заковылял по комнате, пытаясь прийти в себя. Получалось не так хорошо, как хотелось бы, но, по крайней мере, он смог выбраться на кухню, где Тайка жарил яйца и бекон из ящерицы гатчу. На Паллимустусе ящерицы были широко представлены среди домашнего скота, хотя Джейсон подозревал, что визуально они больше похожи на земных ящериц, чем биологически. Мясо ящерицы гатчу было ближайшим местным аналогом свинины.

— А где все остальные? — спросил Джейсон. — Они не хотят завтракать?

— Уже нет, бро. Сейчас середина дня. Ты проспал довольно долго.

— Тогда почему ты готовишь завтрак?

— Тень сказал, что ты проснулся и, вероятно, не в состоянии приготовить его самостоятельно.

— Спасибо. Вчера у меня был тяжелый день.

— Вчера ты спал.

— Что ты имеешь в виду?

— Пожалуй, я преуменьшил, говоря о том, как долго ты отсыпался.

— Я проспал целый день?

— Ты проспал целых три дня. Доун сказала, что нам лучше оставить тебя в покое, потому что тебе будет полезнее оставаться без сознания.

Джейсон сел за кухонный стол, вновь ощутив благодарность к мягкой, но поддерживающей облачной мебели.

— Учитывая, как я себя сейчас чувствую, она, вероятно, была права.

Тайка разложил еду по тарелкам. Казалось, что порция слишком велика только для него и Тайки, но Джейсон чувствовал, что большинства его друзей нет в облачном доме. Он надеялся, что их не притесняют в мире из-за него.

— Какой сегодня день? — спросил он.

— Пятый день. Подожди, Четвертый? Я до сих пор не привык к шестидневной неделе здесь, даже несмотря на то, что названия суперпростые.

— Ну, мы назвали наши дни в честь богов. Здесь боги реальны и, вероятно, неодобрительно относятся к подобным вещам. Не думаю, что Владычество согласился бы на это, если бы большинство дней не были названы в его честь, так что они, вероятно, решили не рисковать.

— Не думаю, что моей маме понравились бы все эти штуки с богами. Она довольно набожная христианка.

Выражение лица Тайки стало печальным, когда он поставил перед Джейсоном тарелку, а также нож и вилку.

— Я верну тебя к ней, Тайка. Может быть, даже раньше, чем я думал.

— Правда?

— Ничего не обещаю, но, возможно, у меня есть зацепка. Посмотрим, как всё сложится.

Тайка взял себе вторую тарелку, а затем отложил третью, которая была в два раза больше остальных и на которой лежала целая гора бекона и яиц. Джейсон посмотрел на неё.

— Ты переоценил мой аппетит? О, подожди…

Вошел Гэри, ухмыляясь и принюхиваясь к воздуху, прежде чем сесть перед большой тарелкой.

— Значит, ты уже на ногах? — спросил он Джейсона.

— Вроде того, — сказал Джейсон. — Отчасти мне хотелось бы продолжать спать.

— Не стану утверждать, что разбираюсь во всей этой высокоуровневой магии, — пробормотал Гэри с набитым беконом ртом. — Дайте мне магический молот и немного магического железа, и на этом мой интерес начинается и заканчивается. Но, может, подождешь, пока не оправишься от того, как в прошлый раз угробил себя, направляя странную супермагию, прежде чем делать это снова.

— Звучит как дельный совет, бро.

— Я приму это к сведению.

* * * Чувствуя беспомощность, Джейсон направился на вершину пагоды. Это было самое высокое здание на острове Арнот — пять этажей — и оно заметно выделялось в сонной прибрежной деревне, в которой находилось. Даже королевский комплекс, где размещалась младшая ветвь королевской семьи, был гораздо менее приметным. Однако сидение на балконе открывало потрясающий вид на бирюзовое море, сверкающее под тропическим солнцем. Он видел довольно далеко и заметил магический шторм, бушующий далеко в море, за башнями, которые отделяли их от острова.

Облачная субстанция из дворца танцевала между руками Джейсона, который держал их перед собой, шевеля пальцами. Облачная фляга была создана так, чтобы адаптироваться, когда внутрь помещали экзотические материалы, но власть, которую Джейсон забрал у Строителя, была чем-то большим, чем просто экзотика. Для любого другого облачная субстанция не казалась другой, но Джейсон был связан со своей облачной флягой. Он чувствовал, что произошли фундаментальные изменения в материале, из которого фляга создавала облачные конструкции.

Джейсон не был уверен, к чему приведут эти изменения на структурном уровне, но подозревал, что облачный дом станет значительно более устойчивым к вторжениям, как физическим, так и посредством пространственных перемещений, например, телепортации. На сегодняшний день никто не пытался прорваться внутрь, и он не был уверен, насколько она устойчива. Эмир говорил ему, что с каждым рангом облачные конструкции будет всё труднее и труднее пробить, относительно ранга фляги.

Модификации, сделанные путем подпитки фляги, будут играть большую роль, и теперь, когда он наполнил её властью и превратил в домен духа, Джейсон был уверен в надежности своего убежища. Он предполагал, что обладатель алмазного ранга мог бы прорваться внутрь, но, вероятно, дом продержался бы достаточно долго, чтобы Джейсон успел сбежать в пространство своей души. Вероятным исключением был кто-то уровня Доун, но если бы кто-то подобный всерьез пришел за ним, он всё равно мало что мог бы сделать.

Хотя он застрял на медленном пути к выздоровлению, Джейсон не чувствовал того тянущего вниз ощущения, которое было у него в последние периоды пребывания на Земле. Тогда он был активен, но чувствовал себя беспомощным, словно плевал в пустоту в надежде, что это убьет бога.

Несмотря на то, что он мог только ждать, Джейсон чувствовал нетерпение и надежду. У него был путь вперед и, что более важно, спутники, чтобы пройти его вместе с ним. Фарра была той нитью, которая удерживала Джейсона, но в конце концов она стала такой же потрепанной, как и он. После зон трансформации и ухода Доун они вдвоем методично обходили места, изменяя связь между мирами, чтобы они могли уйти. Они перестали вмешиваться в дела Земли и её магических фракций, вели себя тихо и сосредоточились на задаче.

К тому времени, как они закончили и были готовы уйти, оба были на грани выгорания. Наконец, они вернулись на Паллимустус, только чтобы обнаружить, что всё ещё изолированы от своих людей, удерживаемые на другом конце мира нашествием монстров. Если бы не присутствие Руфуса, они могли бы сломаться, что, как подозревал Джейсон, и было целью. Знание почувствовало, что они на пределе, и сделало ровно столько, чтобы сохранить им рассудок, чтобы они могли продолжить выполнение задачи.

Как только команда Джейсона прибыла, началось исцеление, но это не было похоже на щелчок выключателя. Джейсон и Фарра проводили много времени с матерью Руфуса. Её опыт в области психического здоровья как члена Церкви Целителя направил их на путь выздоровления. Ни один из них никогда не станет теми людьми, которых отправили на Землю через смерть и воскрешение, но Джейсон не питал иллюзий по поводу возвращения к тому человеку, которым был раньше. Он оплакивал потерю невинности, но больше не мог позволить себе наивность, которая заставляла его совершать ошибки в прошлом.

Джейсон был зол после того, как поранился, сбегая из подводного горнодобывающего комплекса. Это было последнее из череды событий, где он был вынужден преодолевать свои пределы и совершать невозможное. Но пока он выздоравливал, у него было много времени подумать. Он решил, что пора перестать ждать, что его жизнь станет чем-то иным, кроме цепи событий, подталкивающих его к краю. Пришло время перестать позволять космосу ломать его и вместо этого сломать его в ответ.

Джейсон был готов двигаться дальше и впервые за долгое время был взволнован тем, что готовит будущее. Он перестал пытаться бороться с тем, что его втягивает в события, в которые обычные искатели приключений не попадают. Какая бы таинственная опасность его ни ждала, он с ней справится. С самого начала Руфус предупреждал его, что для пришельца из другого мира нет обычного пути, и спустя годы он наконец принял это.

Эта мысль заставила Джейсона вспомнить о пришельце из другого мира, предположительно находящемся в Римаросе, помимо Тайки, Трэвиса, Фарры и его самого. Он никогда не искал их, так как у него было достаточно своих дел, и всегда предполагал, что рано или поздно столкнется с ними. Он задался вопросом, не подходящее ли сейчас время для того, чтобы выйти на связь, пока он выздоравливает. Ему нужно было знать, насколько большой проблемой станет раскрытие недавних событий, прежде чем он поймет, подходящее ли сейчас время.

Не было сомнений, что у Джейсона будет необычная репутация, но что это будет значить — пока неясно. Принесет ли это политическое влияние? Навесит ли на него опасную мишень? Он предполагал, что и то, и другое. Настоящая проблема заключалась в ранге. Если бы он был алмазного ранга, люди смотрели бы на вещи совсем иначе. Это фигуры власти и тайны, так что создание мифов было вполне ожидаемым. Их работа — связываться с богами и странными сущностями извне.

Джейсон с кряхтением поднялся на ноги. Внутри облачного дома он мог бы перемещаться в облачном кресле, если бы захотел, но движение своими силами было полезно для восстановления. Он хотел сделать кое-какие вещи, но ему нужно было подождать. Руфус, Хамфри и Доун — все они имели разный уровень политического влияния, который могли использовать, чтобы оценить обстановку, а Джейсон хотел знать, с чем имеет дело, прежде чем начнет бросаться во всё с головой.

— Может, я расту как личность?

— Это было бы весьма кстати, мистер Асано, — раздался голос Тени из тени Джейсона.

— Ты говоришь так, будто не веришь, что это произошло.

— Мистер Асано, через всю высоту пагоды проходит пожарный шест.

— Я сказал «личностный рост», Тень. Я ничего не говорил о зрелости.

* * * Внутри пагоды была комната без дверей и окон. Она была элегантно обставлена деревом, с мягким светом, исходящим из точек на потолке. Там была невероятно мягкая кровать, кресло, стол для чтения и книжная полка. Это была третья итерация дизайна комнаты, которую Мелоди испытала с тех пор, как её принудительно поместили сюда. Она видела строгий черный камень, мягкую белую облачную субстанцию, а теперь и последний дизайн.

Мелоди читала книгу, когда в одной из стен появился проем, открывая природу комнаты как облачной субстанции, маскирующейся под дерево и ткань. Она положила книгу на стол и наблюдала, как вошла её дочь, неся поднос с фруктовым салатом и двумя мисками.

Пока Мелоди возвращала книгу на полки, Софи поставила поднос на стол, и облачная субстанция поднялась с пола, приняв форму второго кресла. Оно приобрело вид деревянного обеденного стула, который соответствовал декору комнаты, и Софи села. Убрав книгу, Мелоди заняла оставшееся кресло.

— Что ты читала? — спросила Софи.

— Что такое «хитовый телесериал»?

— Понятия не имею, что это значит. Почему ты спрашиваешь?

— На всех этих книгах написано «адаптировано по мотивам хитового телесериала». Должна признать, что твой друг Джейсон — новатор; не часто я сталкиваюсь с формой пытки, о которой не знает даже Орден Жнеца. Мне до сих пор неясно, что такое Спасатели Малибу.

— Кажется, ты неплохо держишься, — сказала Софи.

— Лучше, чем твой друг, по-видимому. Эта комната испытывала некоторые трудности с выбором своей идентичности. Мистер Асано не оправляется от своего испытания?

— Он отлично восстанавливается. Просто он немного разозлился, разговаривая с некоторыми великими астральными сущностями.

— Как весело.

— Могу я что-нибудь для тебя сделать?

— Выход. То, что из этой комнаты невозможно выбраться, немного задело мою гордость.

— Я думала, что осознание того, что бог, которым ты так одержима, — фальшивка, вызовет у тебя больший интерес.

— Прозрачная ложь. Когда ты не болтаешь об этом активно, эта абсурдная концепция полностью вылетает у меня из головы.

— Это не ложь. Владычество сам в этом признался.

— О, он заглянул поболтать, пока Асано разговаривал с великими астральными сущностями, да?

— Это было немного позже, но да.

Брови Мелоди нахмурились, когда она посмотрела на Софи.

— Ты говоришь серьезно.

— Когда дело касается Джейсона, ты обнаружишь, что очень серьезное и очень глупое идут рука об руку.

Софи начала раскладывать кусочки фруктов в две пустые миски на подносе.

— О чем мы будем говорить? — спросила Мелоди.

— О деятельности вашей группы за последние несколько лет.

— Это вряд ли подходящая тема для нашей веселой беседы матери и дочери. Я скорее думала о мальчиках. Ты ведь всё ещё не с тем ребенком Геллера, правда?

УХОД ОТ ТЕМЫ

УХОД ОТ ТЕМЫ

Зрелищный побег Джейсона от смерти, за которым последовали его потусторонние гости, заставил его запереться в своем облачном доме, который сохранял форму зловещей башни. Джейсон, которому нужно было и скрыться от множества глаз, устремленных на его жилище, и оправиться от травм, практически ничего не делал. Из-за использования ядра реальности, чрезмерного напряжения способностей портала и накачки огромным количеством целительной магии, организм Джейсона был перегружен до предела.

Вдобавок ко всему, магия, которую использовал Гордон, была какой-то неизвестной формой, в которой даже Клайв мало что понимал. Джейсон чувствовал, что Гордон не желает обсуждать это, как и Доун, когда он спрашивал. Все, что оставалось Джейсону — это добавить это в длинный список причин, по которым его телу потребуются недели на восстановление, и почему дальнейшая целительная магия принесет больше вреда, чем пользы.

Одним из последствий этого было то, что его команда продолжала выходить наружу, сталкиваясь с вызовами нашествия монстров, оставляя Джейсона позади. Доун составляла ему компанию большую часть дня, но Джейсон жил вечерами, когда вся команда собиралась на ужин. Доун и остальные держали Джейсона в курсе того, что происходит снаружи, пока он прятался в своей неприступной крепости.

— Тот факт, что силы Строителя фактически покинули Королевство Штормов в качестве линии фронта несколько недель назад, уменьшил местный хаос, — сказала Доун.

— За пределами Моря Штормов дела обстоят немного суматошнее, — добавил Хамфри. — Полный и немедленный отход сил Строителя вызывает путаницу и хаос в других местах. Это желанная путаница, но люди не знают, что происходит и почему.

— Общество искателей приключений рассылает сообщения так быстро, как только может открывать водные каналы связи, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие порядка.

— Что нервирует Магическое общество, — добавила Фарра.

Пока Джейсон отсыпался после своей очередной саморазрушительной выходки, его друзья изучали обстановку после событий начала недели. Доун взяла на себя королевскую семью, направившись прямиком к вершине, к Сорамиру. Руфус занялся Обществом искателей приключений, будучи единственным трехзвездочным искателем приключений в группе. Это дало ему доступ к большей информации, чем могли получить остальные.

Фарра была членом Магического общества, поэтому она выбрала этот путь. Она была лишь ассоциированным членом, в отличие от Клайва, который был чиновником среднего звена. Клайв, однако, довольно решительно разорвал связи с обществом, несмотря на несколько попыток с их стороны загладить вину. Фарра теперь была лучшим вариантом. Хамфри отправился в местное отделение семьи Геллер, что было хорошим способом почувствовать, чем занимаются влиятельные люди Римароса.

— Неудивительно, что сейчас ты — объект пристального внимания, — сказал Хамфри Джейсону. — Особенно после того, как они наблюдали за этим местом со времени светового шоу, которое устроили ты и твои фамильяры, когда мы пытались сохранить тебе жизнь.

— Не говоря уже о невозможном портале, который ты открыл и который поставил тебя в такое положение, — добавила Фарра. — Магическое общество очень заинтересовано в том, чтобы узнать об этом больше.

— Может, ты мог бы посетить хоть один город, не проецируя над ним огромную демонстрацию своего личного герба? — предложил Руфус.

— Вообще-то, я посетил два, не делая этого, — сказал Джейсон.

— Суть в том, — сказал Хамфри, — что с тех пор ты находишься под пристальным наблюдением. Твоя встреча с великими астральными сущностями — общеизвестный факт, по крайней мере, в кругах людей, которые знают то, чего не знают остальные.

— То есть богатые придурки с планом действий, — сказал Джейсон.

— Ты сам богатый придурок с планом действий, — заметила Фарра.

— Мой план действий в основном связан с бутербродами. Это не считается.

— Бог, появившийся для беседы после этого, не помог успокоить ситуацию, — добавил Руфус.

— Отсюда и лавина контактов и приглашений, — сказал Джейсон. — Каждый хочет отщипнуть кусок, причитается ему это или нет. Ничего удивительного.

— Эти первые попытки наладить контакт — лишь предвестники, — сказал Руфус. — К этому моменту все эти группы уже изучили тебя и имеют хорошее представление о том, как ты действовал в прошлом. Сейчас они прощупывают почву, надеясь на удачу и на то, что ты сделаешь что-то неожиданное и опрометчивое, чем они смогут воспользоваться.

— Я стал хоть немного лучше в том, чтобы не делать этого, — мрачно сказал Джейсон. — На Земле за мной наблюдало много глаз.

— У тебя все еще была склонность к большим, драматичным поступкам, — сказала Фарра.

— Но я уже отошел от тех дней, когда создавал проблемы просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

— Ты украл ядерное оружие.

— Не ради смеха. Теперь, когда я создаю проблемы, это намеренно, потому что я знаю, чего пытаюсь добиться.

— Что такое ядерное оружие? — спросил Хамфри.

— Убийца городов, — сказал Джейсон. — Это та штука, которую сделал Трэвис, чтобы уничтожить город Строителя.

— А, коробка супер-взрыва.

— Так люди это называют? — спросил Джейсон.

— Думаю, мы немного отклонились от темы, — сказала Доун.

— Прости, — сказал Джейсон. — О чем мы говорили? Помню, я упоминал бутерброды.

— Мы говорили о том, что каждая влиятельная организация в городе, и довольно многие за его пределами, интересуются тем, что они могут получить от тебя. Сейчас они делают лишь робкие шаги, но никто из них не ожидает, что это принесет им что-то существенное. Они выжидают, пока улягутся последствия ухода Строителя, но я могу обещать тебе, что прямо сейчас они ищут твои уязвимые места. Рано или поздно они начнут давить на тебя всерьез.

— Но политически, верно? Они никак не могут пойти на жесткие меры, когда на меня смотрит так много глаз.

— Нет, — сказал Руфус. — Никто не хочет столкнуться с гневом Сорамира Римароса или Доун, не говоря уже о риске вмешательства в какие-то планы Владычества, о которых они не знают. Они будут искать рычаги давления на тебя, Джейсон. Ты — слабое звено, потому что никому нет дела, если ты разозлишься, пока люди вокруг тебя — нет.

— Да, я уже видела этот сценарий, — сказала Фарра. — Думаю, им придется на собственном горьком опыте узнать, почему это ошибка.

— Организации, о которых мы говорим, не дураки, — сказал Руфус. — Они знают, что награды, которые они ищут, приходят только от рыбалки в опасных водах. Они не будут давить слишком сильно, если не будут абсолютно уверены в себе. Джейсон, твоя ситуация, скорее всего, будет раздражающей, но по большей части не опасной. Никто не собирается хватать тебя прямо на улице.

— И не каждой организации не хватает порядочности, — добавил Хамфри.

— Я знаю, что твоя семья — хорошие люди, — сказал Джейсон. — К сожалению, недостатка в не очень хороших людях нет.

— Лучшее решение — убраться из Королевства Штормов, — сказал Руфус. — Чем дольше ты будешь отсиживаться в своей пагоде, тем хуже будет становиться. Общество искателей приключений и так было недовольно тем, что ты продолжаешь удерживать Мелоди. Теперь множество очень влиятельных людей ищут ответы. Осторожно, но жадно.

— Их не волнуют ответы, — сказал Джейсон. — Их волнует власть. Они видят, с какой компанией я вожусь, и думают, что у меня есть что-то особенное. Они хотят знать, что это, и могут ли они получить долю или забрать это себе.

— Да, — согласилась Доун. — Но силы, которые привели тебя к твоему нынешнему положению, едва ли подходят тебе, а возможно, и вовсе не подходят. Им нечего пытаться претендовать на что-либо из этого.

— Да, — сказала Фарра. — Потому что влиятельные люди знамениты тем, что решают, что у них достаточно власти, и не пытаются получить больше. Ты можешь целыми днями говорить им, что это принесет только неприятности, но это лишь убедит их, что это еще ценнее, чем они думали.

— Вопрос в том, что нам делать сейчас? — спросил Джейсон. — Я склонен подождать, по крайней мере, на данный момент. Я знаю, что это дает давлению время усилиться, но я еще не готов двигаться. Быть в пути — менее безопасная позиция, чем та, что у нас есть сейчас. Мне нужно время, чтобы исцелиться, а эти группы — не единственные, кто ждет, пока все уляжется в отсутствие Строителя. Пока что я хотел бы позволить другим сделать свои ходы, чтобы мы могли понять, чего они добиваются и насколько сильно они готовы давить.

— Это не устойчиво, — сказал Руфус, — но я думаю, что это правильный ход в краткосрочной перспективе. Вместо того чтобы высовываться, позволь им сделать это, и посмотрим, что мы сможем узнать.

— Общество искателей приключений не позволит просто так швырять одного из своих членов, как мячик, перед влиятельными людьми, — сказал Хамфри. — Они захотят получить некоторое представление о том, что происходит, но дай им это, и, думаю, ты обнаружишь, что они защитят тебя от большинства заинтересованных сторон.

— Он прав, — согласился Руфус. — Таков договор: искатели приключений защищают людей, а Общество искателей приключений защищает искателей приключений.

— Да, но не каждый вид защиты — это то, что я ищу, — отметил Джейсон. — Запереть меня в хорошей, безопасной комнате — это сохраняет меня в безопасности, и эй, раз уж я там, почему бы не задать мне несколько вопросов?

— Здешнее отделение — не такое, как в Гринстоуне, — заверил его Руфус. — Римарос — один из самых известных городов искателей приключений в мире. Ничто из того, что они могут получить от тебя, не стоит того, чтобы ставить под угрозу свою репутацию.

— Ничто? — спросил Джейсон.

— Ничто, — сказал Руфус. — Даже если бы они могли получить часть той силы вселенной, которую ты вернул Строителю, без преследования великими астральными сущностями, это все равно того не стоит.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Значит, таков примерный план. Мы выжидаем, я исцеляюсь...

— Без поиска какой-нибудь новой и до смешного разрушительной магии, чтобы запихнуть ее в себя, — многозначительно сказала Фарра.

— Да, — сказал Джейсон. — Без того, чтобы снова взорвать себя. Мы смотрим, что люди бросают в нас, и реагируем соответствующим образом.

— Какой у тебя график отъезда? — спросил Руфус. — Слишком ранний переезд может подвергнуть тебя махинациям людей, наблюдающих за тобой, но слишком поздний даст им слишком много времени, чтобы задействовать свои ресурсы.

— Конец нашествия монстров, — сказал Джейсон. — Тогда мы свалим. Будет много искателей приключений в движении, так что мы будем меньше выделяться.

— Мы намерены некоторое время оставаться в движении, — сказал Хамфри Руфусу. — Мы направимся в Сирион, куда прибыли другие люди с Земли, но не будем торопиться.

— Залечь на дно, насколько сможем, — добавил Джейсон. — Если только остров не оживет и не решит, что мне нужно сделать ему кроссовки или еще какую-нибудь странную дрянь, которая придет ко мне следом.

— Это кажется маловероятным, — сказал Руфус. — Что такое кроссовки?

— Тип обуви.

— Зачем разумному острову нужно, чтобы ты делал обувь?

— Я знаю, да? — спросил Джейсон. — Вечно что-то происходит.

* * * Джейсон сделал одно исключение из политики не взаимодействовать с внешними группами и отправил приглашение одному человеку посетить пагоду. Он ждал их прибытия в гостиной, которая, как и многие комнаты пагоды, выходила на балкон, чтобы в полной мере воспользоваться видами. Это была конструктивная особенность, которую Джейсон позаимствовал у Эмира, чей облачный дворец обычно принимал форму пяти башен с множеством террасных комнат.

Доун составляла ему компанию, и они сидели бок о бок перед очень полным столом.

— Нет, ты уже использовала нижнее действие на своей другой карте, — объяснил Джейсон. — Это значит, что ты должна использовать верхнее действие на этой карте.

— Но я хочу использовать нижнее действие.

— Ну, ты не можешь.

— Почему нет?

— Правила.

— С каких пор тебя волнуют правила?

— Меня волнуют правила, когда это важно, — сказал Джейсон. — Это не какая-то ерунда с королями или великими астральными сущностями, которая не важна. Это настольная игра.

— Эти правила не имеют смысла. Почему я могу использовать свой топор только один раз? Топоры так не работают.

— Ты сможешь использовать его снова после того, как сделаешь долгий отдых.

— Насколько тяжел этот топор?

— Вероятно, это магический топор. Возможно, ему нужно перезарядиться.

— Это ужасный дизайн топора.

— Гэри сказал то же самое, — несчастно произнес Джейсон.

Доун покачала головой. — Ты знаешь, что нам все еще нужно поговорить об астральном троне и астральных вратах.

— Мы посреди игры.

— Джейсон…

— Еще нет. Они в моем духовном пространстве. Пока я не смогу открыть дверь к нему, не теряя сознания, я не могу изучить их должным образом. Нет смысла обсуждать это, пока я не смогу взглянуть получше.

— Это то, как ты теперь называешь свою область духа? Духовное пространство?

— Мне постоянно приходится объяснять области духа и домены духа, и я всегда в итоге отвечаю на вопросы о том, какая из них какая, и в чем разница, могу ли я использовать их для контрабанды амфор...

— Что?

— Амфоры. Это множественное число от «амфора».

— Я знаю, что такое амфоры.

— Тогда почему ты спросила? Я очень сбит с толку.

— Ты уходишь от темы. Снова.

— Конечно, ухожу. Такое чувство, что ты собираешься меня отчитать.

— Я собираюсь тебя отчитать.

— Это не моя вина, что у меня есть огромная космическая сила. Твоя начальница и ее друзья продолжают оставлять ее валяться без присмотра. Ты же не оставляешь пистолет там, где безответственный ребенок может до него добраться.

— Безответственный ребенок — это ты.

— Я хотя бы получу очки за самосознание?

— Нет.

— Мистер Асано, — сказал Тень, появляясь из тени. — Священник Килидо скоро прибудет.

— Хорошо, — благодарно сказала Доун. — Тень, не мог бы ты, пожалуйста, убрать игру?

— Мы посреди сценария, — пожаловался Джейсон.

* * * Карлос нервничал, приближаясь к пагоде, которая теперь возвышалась над утесом. Он прибыл на остров на спине летающей манты, управляемой обученным наездником. Здание выделялось издалека при приближении по воздуху.

В последний раз, когда Карлос говорил с Джейсоном, Карлос давил на него, чтобы тот участвовал в будущем конфликте против посланников. Это было больше, чем следовало делать, и Карлос до сих пор чувствовал стыд как целитель за то, что позволил своим собственным планам скомпрометировать заботу о пациенте.

Джейсон разозлился из-за того, что еще один влиятельный человек пытался диктовать ему условия. Учитывая то, что произошло с тех пор, как они виделись в последний раз, Карлос гораздо лучше понимал, о чем говорил Джейсон. Карлос впервые встретил Джейсона после того, как Строитель попытался предъявить права на душу Джейсона. Он никогда не предполагал, что Строитель и железный ранг продолжат взаимодействовать.

Манта пролетела над пагодой, и Карлос спрыгнул, наездник повернул обратно в сторону Ливароса. Карлос легко приземлился, несмотря на падение с высоты в два раза выше здания, и подошел к входу. Его встретил теневой фамильяр Джейсона.

— Священник Килидо. Я знаю, что вы здесь по приглашению мистера Асано, но надеюсь, что вы сможете вести себя с чуть большим приличием, чем было продемонстрировано во время вашего последнего визита. Он, как и тогда, восстанавливается после того, как пропустил через себя энергии, которые не должен был.

— Снова?

— Да.

— Что случилось на этот раз?

— Это лучше оставить мистеру Асано для объяснения. Прошу за мной.

Тень провел Карлоса через большие двойные двери, которые открылись при их приближении, в большой атриум. Несколько мезонинных уровней поднимались в башню, а водопад стекал с самого нижнего из них, питая бассейн. Стены были из темного, дымчатого кристалла, но внутренности кристалла переливались туманными узорами, которые были калейдоскопическим источником света для комнаты.

Растения росли повсюду, свисая с мезонинных уровней, будучи посаженными в стены и стоящими в горшках. Это были лиственные, тропические разновидности с цветами, которые, казалось, меняли цвет под странным светом. Бассейн находился в углубленном пространстве пола, окруженный садом с кольцевой дорожкой и несколькими скамейками.

— Это сильно отличается от предыдущего дизайна, — заметил он вслух.

— Этот дизайн — то, что мистер Асано использует на своих заявленных территориях, — объяснил Тень, ведя Карлоса в сторону комнаты.

— Что именно означает «заявленные территории»?

— На что это место похоже, священник Килидо?

— Как храм бога, которого не существует.

— Это то, что я имею в виду под заявленными территориями. Если бы ваш бог хотел, чтобы вы знали больше, вы бы знали.

Там были две подъемные платформы сбоку комнаты, к которым Тень подвел Карлоса, под мезонинами. Между платформами был шест, который поднимался через отверстие в потолке.

— Какова цель шеста? — спросил Карлос, когда они ступили на подъемную платформу, и она начала подниматься.

— Тушение пожаров.

— Я не понимаю.

— Я не несу ответственности за то, что вы понимаете, а что нет, священник Килидо, — сказал Тень, когда подъемная платформа остановилась. — Сюда, пожалуйста.

МОЩЬ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО МЕСТА В ЭТОМ МИРЕ

МОЩЬ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО МЕСТА В ЭТОМ МИРЕ

Карлос нервничал, передвигаясь по облачной пагоде. Фамильяр Джейсона был явно враждебен, даже когда указывал ему путь, и Карлос опасался, что всё здание будет вести себя так же. Он чувствовал его мощь, пока что дремлющую, но уже успел ощутить вкус силы, которую оно могло призвать. То было лишь малое, рефлекторное проявление; у него не было ни малейшего желания оказаться на принимающей стороне целенаправленной враждебности.

В последний раз, когда Карлос видел его, у Джейсона едва хватало сил поднять голову. И всё же он сумел подключиться к мощи здания, сделав её своей, и швырнул Карлоса, золотого ранга, через всю комнату, словно игрушку. Более того, он сделал это с помощью грубой манипуляции аурой. Хотя существовали пользователи эссенции, чьи способности ауры давали телекинетическую мощь, к Джейсону это не относилось. Этого не было в его наборе способностей.

Ауры были духовной силой, выражением души, и воздействовать ими на других можно было лишь на духовном уровне. Конечно, как и в большинстве случаев с магией, были исключения. Способность ауры, обычная для силового слияния, как известно, позволяла аурам физически перемещать предметы. Однако Джейсон не был таким исключением. Ни одна из его способностей не позволяла его ауре совершать подобное.

Способность серебряного ранга к левитации была не лишена связи с аурой, но в гораздо большей степени являлась выражением других аспектов врождённой силы пользователя эссенции. Тот факт, что обладатели золотого ранга могли не только левитировать, а также как и почему это было возможно — всё это по большей части скрывалось от низкоранговых пользователей. Подобные концепции обычно раскрывались лишь элитным членам Общества искателей приключений по мере их приближения к золотому рангу, а также членам Магического общества, занятым в определённых областях исследований.

Это было частью более обширного массива ограниченных знаний, хранимых в тайне Обществом искателей приключений и Магическим обществом. Другие организации с могущественными высокоранговыми членами, от церквей до правительств, уважали это ограничение и также не распространяли данную информацию.

Разные знания имели разную степень ограничения, и обеспечение их соблюдения сильно варьировалось в зависимости от самой информации. Информация о внутренних изменениях, через которые проходят высокоранговые пользователи, распространялась довольно свободно. Хотя формально ею делились только с элитой, любой обладатель золотого ранга мог многое понять, просто обладая соответствующей силой. Даже не имея формального представления об изменениях, через которые они проходили, они испытывали их на себе. Метод проб и ошибок мог многому их научить, и большинство обнаруживало, что Общество искателей приключений хлопает их по плечу, вежливо наставляя не делиться подобными открытиями с низкоранговыми пользователями.

Общие знания о душе также относились к менее строгой категории ограниченной информации. Сюда входило, например, восстановление после душевных травм, позволяющее некоторым людям развить необычную силу и способности своих аур. Это было относительно общеизвестным фактом, но его распространение не поощрялось из-за экспериментов, которые незаконно проводились для изучения этой концепции.

Ни Общество искателей приключений, ни Магическое общество не хотели, чтобы пользователей эссенции забирали группами и подвергали душевным травмам ради формализации процесса надёжного укрепления аур. Не раз за свою историю обе организации были вынуждены вмешиваться, когда кто-то занимался именно этим. В подобных программах были некоторые успехи, когда невольные жертвы в итоге развивали силу, схожую с силой Джейсона. Однако на каждый успех приходилось гораздо больше пользователей эссенции, оставшихся безвозвратно сломленными.

Причина, по которой большая часть ограниченной информации скрывалась, была неизменной: какой-нибудь аморальный исследователь брал эту информацию и калечил множество, множество людей, пытаясь её изучить. Карлос видел это с самого начала своей карьеры в качестве целителя, специализирующегося на душевных травмах. Его работа часто была сосредоточена на тех, кто стал жертвой запрещённых исследований, поэтому возникла необходимость официально посвятить его в такие тайны ещё на раннем этапе.

Хотя некоторые концепции из списка ограниченной информации были относительно распространены, например, почему некоторые эссенции были ограничены, другая информация хранилась гораздо строже. Несмотря на то, что она была довольно широко распространена среди высокоранговых пользователей, любого, кто делился ею с низкоранговыми, сурово наказывали. Отдел по обеспечению соблюдения ограничений Общества искателей приключений отправлялся в путь, если соответствующая информация просачивалась ненадлежащим образом.

Эта информация включала подробности о вторичной эволюции расовых даров — то, что и Общество искателей приключений, и Магическое общество активно отрицали как возможное. Это объяснялось тем, что такие эволюции были очень редкими и непропорционально часто затрагивали элиту Общества искателей приключений. Организации хотели защитить таких людей, поскольку они были идеальными кандидатами для сомнительных исследований. Когда многообещающий член престижной гильдии, аристократической семьи или подающий надежды авантюрист-самоучка пропадал без вести, это поднимало массу проблем.

Подобная информация была ограничена элитой золотого ранга. Это означало самых доверенных членов двух крупных обществ, высокопоставленных служителей храмов или высокопоставленных правительственных чиновников. В Обществе искателей приключений, например, многих членов не посвящали в различные тайны, пока они не достигали двухзвёздочного рейтинга. Даже на золотом ранге некоторым не рассказывали всего.

Золотой ранг был порогом для ключевой информации, выбранным потому, что это был единственный ранг, где становился возможным даже ограниченный контроль над информацией. Достичь золотого ранга было трудно, и любому, кто действовал вне влияния Общества искателей приключений, было гораздо сложнее достичь золотого ранга в принципе. Умудриться сделать это так, чтобы общество не обнаружило их существования, было почти невозможно, и за такими людьми следили насколько это было возможно.

Более легитимные обладатели золотого ранга, будь то авантюристы или нет, имели большую свободу от вмешательства Общества искателей приключений в свою деятельность. Однако их действия регулярно отслеживались, особенно тех, кто работал на окраинах. Обладатели золотого ранга должны были быть осторожны, продвигая свои интересы за границы, которые Общество искателей приключений было готово терпеть. Хотя эти границы были очень широкими, наказания за их пересечение были беспощадными.

Обладатели золотого ранга, желающие проводить незаконные исследования, часто использовали серебряных рангов в качестве посредников. Даже если за кулисами не стоял золотой ранг, именно серебряные ранги обычно проводили не самые приятные операции. Сочетание относительной свободы от внимания Общества искателей приключений при наличии силы и ресурсов делало их «той самой золотой серединой».

Серебряные ранги, проводившие эти исследования, обычно находились полностью вне поля зрения Магического общества и Общества искателей приключений. Таким образом, ограничение доступа к информации для серебряных рангов означало, что подобные исследования проводились — и их приходилось пресекать — реже. Информация была слишком широко распространена, чтобы её можно было сохранить в полной тайне, но это, по крайней мере, уменьшало проблему, когда большинство серебряных рангов даже не подозревали, что такие исследования возможны.

В большинстве случаев оказывалось, что золотой ранг тайно поддерживал серебряного, проводившего исследование, и оба сурово наказывались, когда их обнаруживали. В большинстве случаев необходимость ограничить информацию, которую они уже доказали свою неспособность должным образом хранить, означала, что ответом была казнь.

Как целитель, специализирующийся на работе с душевными травмами, Карлос был одним из немногих, кого официально посвятили в такие тайны на низком ранге. Вся его карьера прошла в помощи жертвам тех, кто переступил границы приличия в своих магических исследованиях. За всё это время он никогда не встречал никого, похожего на Джейсона Асано, который умудрялся натыкаться на одну великую тайну за другой, словно они были выложены перед ним на дорожке.

От иномирянина до душевных травм и вторичных эволюций — Джейсон продолжал слепо натыкаться на концепции, варьирующиеся от редко соблюдаемых ограничений до тех, что были под строжайшим замком. Он точно знал, что на высших уровнях не раз проходили обсуждения того, что с этим делать, но поскольку Джейсон был окружён могущественными людьми, которые говорили ему, что следует, а что не следует распространять, его оставили в покое. В конце концов, он не искал активно ничего из того, с чем столкнулся, и зачастую сам страдал от этого. В конце концов, именно поэтому Джейсон и Карлос встретились.

Если не считать его неудач как целителя, с момента их последней встречи разум Карлоса был занят последним, во что Джейсон вляпался с головой. Способность оказывать физическое воздействие с помощью духовной силы своей ауры была очень далека от обычного, хотя и не уникальна. Сам Карлос встречал других с врождённой силой использовать свои ауры подобным образом, но они не были пользователями эссенции.

— Проходите сюда, жрец Килидо, — сказал Тень, стоя рядом с дверью, которая открылась сама по себе.

Прервав ход своих мыслей, Карлос прошёл в дверь. Частью его беспокойства от пребывания в облачной пагоде было то, что его магические чувства золотого ранга, обычно такие мощные, не могли распространяться дальше, чем он мог видеть. Даже через комнату его способность чувствовать ауры и невидимую магию становилась нечёткой.

Комната представляла собой гостиную, открытую на балкон вместо задней стены. Два занятых кресла стояли спинками к панорамному виду на океан, а единственным другим предметом в комнате был третий стул, стоящий напротив них. Джейсон, как и ожидалось, сидел в одном из кресел. Другая обитательница вызывала тревогу, поскольку они никогда не встречались, но Карлос узнал её по описанию.

Местные селестины были разных этнических групп, но никто из них не сочетал алебастровую кожу с рубиновыми глазами и волосами. Это не означало, что в Римаросе не было никого другого, подходящего под это описание, но даже с притуплёнными чувствами Карлос был полностью захвачен женщиной, чьё присутствие доминировало в комнате.

Не было сомнений, что она обнажала свою полную ауру перед ним, даже несмотря на то, что его чувства были сильно притуплены. Если бы это было не так, у него, вероятно, уже разболелась бы голова. Если бы она расхаживала так всё время, то люди вокруг неё просто истекли бы кровью из глаз и умерли. Обычные люди, возможно, даже низкоранговые пользователи эссенции тоже. Она демонстрировала свою полную мощь здесь, чтобы подчеркнуть свою позицию, и тот факт, что Джейсон сидел рядом с ней, невозмутимый, лишь подтверждал, насколько он сам был странным.

Карлос встречал немало обладателей алмазного ранга, но даже по сравнению с ними женщина перед ним была на другом уровне. Он скептически относился к некоторым вещам, которые слышал о ней, но теперь полностью поверил в них. Её мощь была той, которой не было места в мире, в котором он жил.

То, что Карлос слышал о Доун, было столь же пугающим, сколь и расплывчатым. Мысль о встрече с Сорамиром Римаросом, основателем одной из самых престижных наций в мире, была пугающей перспективой. Услышать о ком-то, разгуливающем вокруг, кого он боялся, было ужасающей перспективой. Что касается конкретики, он слышал мало, в основном недостоверную информацию о её отношениях с Сорамиром, Обществом искателей приключений, королевской семьёй и, совсем недавно, с Джейсоном.

То, что должно было быть самой достоверной информацией, которую ему дали, было также тем, во что ему было труднее всего поверить. Каким-то образом она в одиночку уничтожила один из городов-крепостей Строителя вместе со всеми угрозами алмазного ранга, которые там находились. Подробности вокруг этого были менее определёнными, но он слышал одно: её мощь была настолько огромна, что силы высшего космоса постановили, что ей разрешено действовать лишь однажды; её сила была слишком велика, чтобы позволить ей свободно бродить по их миру. Когда он услышал это, это показалось совершенно абсурдным, но теперь, когда он стоял лицом к лицу, это казалось гораздо более правдоподобным.

— Думаю, ты его пугаешь, — сказал Джейсон с лёгкой улыбкой. — Возможно, будет лучше, если ты оставишь нас с Карлосом одних.

Доун окинула Карлоса взглядом, её лицо было нечитаемым. Её аура отступила, и Карлос выдохнул, хотя ему это было не нужно, и он даже не осознавал, что задерживал дыхание. Одно её присутствие было таково, что он рефлекторно переключился на физиологические реакции, которые его магическое тело оставило позади десятилетия назад.

Доун встала и подошла к креслу Джейсона.

— Всё ещё обедаешь с Софи, Белиндой и Фаррой? — спросил её Джейсон.

— И с Тайкой.

— С Тайкой? Я думал, это будут только девушки.

— Он очень любит посплетничать.

— А кто-то из остальных?

— Белинда сказала, что именно поэтому он нам нужен.

— Понятно, — сказал Джейсон, явно лгая. — Им пойдёт на пользу отдохнуть между контрактами. Римарос — такое приятное место, но они не могут позволить себе свободно гулять, потому что погрязли в моей чепухе. Снова. Присмотри за ними, ладно?

— Конечно.

Несмотря на то, что его сбивал с толку контраст между тем, как он купался в мощи Доун, и тем, как она вела обычный разговор, Карлос заметил, как её пальцы едва заметно коснулись предплечья Джейсона, когда она уходила. Она направилась к балкону, где за её спиной появились пылающие крылья, и она улетела. Пока Карлос смотрел на место, откуда она взлетела, её кресло растворилось в полу, а кресло Джейсона переместилось, чтобы расположить его прямо напротив оставшегося пустого места.

— Присаживайся, Карлос.

Глава 61: Джентльмены не болтают

Глава 61: Джентльмены не болтают

Карлос перевел взгляд на Джейсона, сидевшего напротив. С момента прихода он лишь мельком взглянул на него, будучи поглощенным Доун. Даже с притупленными чувствами он видел, что Джейсон выглядит неважно. Кожа приобрела нездоровый оттенок, он все еще был истощен, как и в их последнюю встречу. Карлос ожидал увидеть больше признаков восстановления, а это означало, что слухи о том, что Джейсон нанес себе новые увечья, оказались правдой.

Несмотря на плохое состояние, инопланетные глаза Джейсона были полны жизни. Карлоса вновь поразило, насколько Джейсону было плевать на разницу в рангах: обладатель серебряного ранга смотрел на него бесстрастно. Его стальной взгляд смягчился лишь тогда, когда он болтал с Доун. Их взаимодействие оставило у Карлоса вопрос, который, как он знал, задавать не следовало, но нежная близость жеста, который он заметил, застала его врасплох.

— Вы с ней… вместе?

— Это немного грубо, — сказал Джейсон. — Но раз мне все еще нужна твоя помощь в восстановлении, я запишу это в категорию сбора медицинского анамнеза.

Голос Джейсона звучал хрипло, словно перемалываемый гравий.

— Значит, ты все еще готов позволить мне помочь тебе?

— Карлос, ты лучший специалист по травмам души на этой планете?

— Сомневаюсь.

— Что не является отказом. Как ты, несомненно, догадался, сейчас я изрядно потрепан. А поскольку мое тело и моя душа — одно и то же, мне нужна любая помощь, которую я могу получить.

— Джейсон, ты уникальный случай.

— Часто это слышу. Раньше я думал, что это круто.

— Я к тому, что, хотя я сделаю все возможное, мое лечение будет лишь догадками. И эти догадки в основном сведутся к «отдыхай, потому что все остальное может только ухудшить ситуацию». Не уверен, что смогу сделать для тебя много.

— Кто-нибудь другой может справиться лучше?

— Возможно.

— Намного лучше?

— Возможно, нет. По крайней мере, на этой планете.

— Буду честен, Карлос. Мои воспоминания о том, как закончилась наша встреча, немного туманны. Насколько я понимаю, я сорвался.

— Да.

— Я приношу извинения за это. Но я не буду извиняться за гнев, который привел меня к этому. То, о чем ты меня просил, недостойно тебя как мужчины, целителя и друга.

Карлос кивнул. Он настаивал, чтобы Джейсон позволил ему изучить процесс восстановления, надеясь понять, как сражаться с теми, чьи тела подобны его — воплощенные души: физическое и духовное как единое целое. Посланники, последовавшие за Строителем в попытке вторгнуться в этот мир, обладали такими телами, и Карлос подталкивал Джейсона раскрыть собственные слабости в надежде, что они будут присущи и посланникам.

— Ты прав, — сказал Карлос. — Я приношу безоговорочные извинения. Я испытываю лишь раскаяние за свое поведение и не буду искать оправданий, но ты заслуживаешь хотя бы объяснения.

— Объяснение очевидно, — сказал Джейсон. — Ты уже сталкивался с посланниками и терял людей. Людей, которые много значили для тебя, и это оставило тебя с чувством беспомощности. Мне не нужны подробности; ты хочешь найти способ причинить боль тем, кто причинил боль тебе.

Карлос кивнул.

— Я не буду винить тебя за эти чувства, — сказал ему Джейсон. — Пока меня не было, обладатель золотого ранга убил моего брата, мою возлюбленную и друга. Я знаю, что такое жажда мести и к чему она может тебя подтолкнуть.

— Ты отомстил?

— Не своими руками. Как и ты, я понял, что личные действия не приведут меня далеко, и выбрал окольный путь. Я организовал его кончину. Моя погибшая девушка просила меня отпустить это, и я бы так и сделал, если бы он снова не пришел за мной. Или, может, и не сделал бы. В конце я мог позволить ему жить, но решил, что он должен умереть.

Голос Джейсона звучал особенно жестко, когда он говорил об организации смерти человека. Однако Карлоса это не тронуло.

— Значит, ты все-таки не знаешь, каково это, — сказал он. — Ждать годы. Десятилетия. Дольше, чем ты живешь. Я не смогу найти тех конкретных посланников, если они вообще вернулись в этот мир. Я бы не узнал их спустя столько лет, даже если бы они вернулись. Моя память на железном ранге была не такой, как сейчас, когда я достиг золотого.

— Полагаю, я не знаю этого разочарования. Но я знаю, каково это — быть беспомощным, когда люди умирают от рук сил, которым я никогда не смогу противостоять. Я вдоволь насмотрелся в бездну и накричался в пустоту. Пустота все еще там, как и всегда. Это я изменился из-за нее.

— Ты хочешь сказать, что я должен отпустить это.

— Нет. Я говорю, что понимаю, когда ты используешь свой шанс, и знаю, чего это стоит. Ты чувствуешь себя хуже из-за того, о чем просил меня, не так ли?

— Да, — признал Карлос.

— Ты старше меня, Карлос. Намного. Но за последние несколько лет я многое пережил и совершил много поступков, которыми не горжусь, хотя повторил бы их, если бы пришлось. Я стал хуже из-за них, но могу себе это позволить. Моя работа — решать проблемы, обычно заставляя их страдать и умирать. Твоя работа — делать людей лучше. К добру или к худу, ты не можешь позволить себе стать хуже.

Джейсон вздохнул.

— Полагаю, я все же говорю, что тебе стоит отпустить это. Это отстой, но иногда приходится просто двигаться дальше, не получив ответов, которые хотел.

— И как это получается у тебя? — многозначительно спросил Карлос.

— Паршиво, — с самоиронией рассмеялся Джейсон. — Но думаю, я начинаю справляться.

* * * Карлос потратил немало времени, осматривая Джейсона с помощью множества инструментов, которые он доставал один за другим. Джейсон терпеливо переносил это, зная, что не может продолжать делать со своим телом то, что делал, без последствий.

— Я знаком с понятием Власти, — сказал Карлос, продолжая очередной осмотр. Он заключался в том, что Джейсон вытянул ногу, а Карлос водил обручем вверх-вниз по ее длине, стараясь не касаться кожи Джейсона.

— Ты уже видел ее раньше?

— Нет, — ответил Карлос. — Я слышал о ней. Мысль о том, что смертный может навредить себе, используя ее, совершенно абсурдна. Очевидно, мне следовало больше узнать обо всех безумных вещах, которые человек не должен был бы с собой делать, в ожидании, что мне придется лечить тебя после всего этого.

Джейсон усмехнулся.

— Джейсон, есть кое-что, о чем я хотел бы поговорить. Это неловко, потому что речь о посланниках, а в прошлый раз, когда мы их обсуждали, все закончилось плохо.

— Ты снова попытаешься убедить меня подвергнуть себя экспериментам, чтобы узнать, как лучше меня убить?

— Нет. Надеюсь, я больше никогда не потеряю себя настолько.

— Тогда просто говори.

Карлос кивнул и закончил осмотр. Он убрал диагностическое устройство в пространственную сумку и вернулся на свой стул.

— Ты сказал, что твои воспоминания о нашей стычке были туманными, — произнес Карлос.

— Ага, — ответил Джейсон. — У меня смутные воспоминания о том, как я разозлился и подключился к облачному дому. После этого все как в тумане.

— Ты швырнул меня через всю комнату.

— Прости за это. Ты ведь не пострадал? Не думаю, что я активировал какие-либо истинные защиты здания.

— Я не пострадал, но важно не то, что случилось со мной. Важно то, как ты это сделал.

— Я был изрядно потрепан. Полагаю, я черпал силу из дома. Именно это я и пытался сделать.

— Меня беспокоит то, что ты сделал с этой силой. Когда ты швырнул меня, ты использовал свою ауру, и только свою ауру.

— Моя способность ауры не может такого.

— Я знаю, — согласился Карлос.

Джейсон на мгновение замолчал, рассеянно постукивая пальцем по губам, с задумчивым выражением лица.

— Речь о том, что моя душа существует физически, верно? Ты сказал, что это связано с посланниками, а они — физико-духовные гештальты, как и я. Они могут делать то же, что и я?

— Да, — сказал Карлос. — Они могут использовать свои ауры для манипуляции физическим миром. Похоже, ты можешь делать то же самое, но вопрос в том, можешь ли ты делать это самостоятельно или тебе нужна поддержка того, что делает для тебя твой облачный дом.

— Мне стоит попробовать?

— Определенно нет, — отрезал Карлос. — Пока ты полностью не восстановишься, давай оставим эксперименты с неизвестными силами на потом. Но я хотел бы узнать о твоем облачном доме. Как ты можешь догадаться, все твои тесты показали крайне аномальные результаты. Мне нужна вся информация, которую я могу получить, чтобы лучше помочь твоему восстановлению.

— Облачный дом — это табу, — сказал Джейсон. — Некоторые секреты я обязан хранить. Думаю, возможно, твои боги могут помочь тебе с правильным подходом, так что… помолись об этом? Не уверен, как это работает на самом деле. Боги обычно сами приходят ко мне поболтать, так что я не очень знаком с… Карлос, ты в порядке?

Карлос закрыл рот, который оставался открытым от изумления.

— Приятель, казалось, твои глаза сейчас вылезут из орбит, а кожа сползет с черепа. В чем дело?

— Боги обычно приходят к тебе?

— Не всегда. Однажды я зашел в храм Знания. В тот день я узнал, что боги реальны. Она была немного раздосадована тем, что я увидел одну из них на площади поклонения, и она была не первой.

Карлос провел руками по лицу.

— Джейсон, ты, без малейшей конкуренции, самый сложный пациент, который у меня когда-либо был. А я десятилетиями имел дело с людьми, чьи души были выкованы, как железо в кузнице. Я посмотрю, есть ли у моего бога какое-то понимание того, как подходить к твоему лечению, но я хотел бы знать все, что ты готов рассказать о различных силах, которые ты пропускал через свое тело. Проведенные мной тесты предполагают, что ты прошел через нечто, что помогло тебе восстановиться, прежде чем что-то другое сделало тебе хуже. Я предполагаю, что Власть, которую ты использовал, снова навредила тебе, но мне любопытно насчет восстановления.

— Я стараюсь быть джентльменом в таких вещах, — сказал Джейсон, — но раз это касается медицины, полагаю, могу тебе рассказать. Ты же знаешь, что высокоранговые обычно не вступают в близость по старинке?

— Я в курсе, — сказал Карлос. — Нет особого смысла удовлетворять физические потребности, которые ты уже перерос. Обладатели золотого ранга не чувствуют нужды в обычной физической близости. Полагаю, ты во многом такой же, а твое тело иномирца ускоряет переход к состоянию полной магической сущности.

— О, я давно прошел эту стадию. Так вот, Доун показала мне кое-что, что высокоранговые делают со своими аурами.

— И ты смог это сделать?

— Да, это было… ну, этот аспект не имеет медицинского значения. Но да.

— Это не то, что люди обычно могут делать до золотого ранга, но на данном этапе потребуется нечто большее, чтобы меня удивить.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но Карлос остановил его поднятой рукой.

— Это не было вызовом, Джейсон.

Плечи Джейсона опустились.

— Ладно.

— Я знаком с процессом обмена энергией, будучи сам обладателем золотого ранга. Мне нужно знать, как это повлияло на твое восстановление, чтобы я мог включить это в программу лечения. Любая информация, которую ты можешь дать, поможет.

— Без проблем. Знаешь, я так и не узнал, как это называют здесь. В моем мире это иногда называют парной культивацией, хотя вокруг этого существует несколько очень сомнительных идей…

* * * На оставшееся время нашествия монстров Карлос начал с ежедневных визитов, разрабатывая наиболее эффективные лечебные ритуалы и алхимические добавки для ускорения восстановления Джейсона. По мере того как они сужали круг наиболее эффективных решений, его визиты постепенно становились реже, оставляя Карлосу время для других занятий.

Помимо Джейсона, его главным проектом было изучение заключенных, захваченных при обнаружении и разгроме тайной базы Ордена Искупительного Света. Он изучал последствия ритуала очищения, через который они прошли, и можно ли это обратить вспять. Его открытие, что орден не тот, чем кажется, как и бог, стоящий за ним, открыло ящик Пандоры, который он, к счастью, переложил на плечи более высоких инстанций.

Как только правда вышла наружу, божество Маскировка оставило притворство, что оно — Чистота, ввергнув и без того хаотичный мир в еще больший хаос. В то время как Вселенский Совет церквей, Общество искателей приключений и правительства по всему миру изучали последствия того, что Чистота не является Чистотой, Карлос пытался отменить то, что сделал ритуал очищения.

— Это было вовсе не очищение, — объяснял Карлос Джейсону, пока тот лежал в ритуальном кругу внутри своей облачной пагоды. — Вместо того чтобы вычищать что-то из людей, это внедряло какой-то чужеродный элемент.

Над Джейсоном находилась сложная магическая конструкция из света, постоянно меняющаяся, пока светящиеся усики тянулись вниз, чтобы коснуться тела Джейсона. Они обсуждали эту тему во время процедур Джейсона уже несколько недель.

— Ты уверен, что должен рассказывать мне такие вещи? Я почти уверен, что они не позволяют искателям приключений с одной звездой получать доступ к важной информации.

— Где сегодня Доун?

— Она разговаривает с Сорамиром о… о, я понял, к чему ты клонишь.

— Джейсон, искатели приключений с тремя звездами должны выполнять самые политически чувствительные миссии. Учитывая, что любая миссия с тремя звездами сейчас имеет хорошие шансы начаться со слов «выясни, что затевает Джейсон Асано», есть ли смысл присваивать тебе звездный рейтинг? Я разговаривал со многими высокопоставленными лицами Общества искателей приключений. Уверен, если бы им дали выбор, они бы заменили звезды на твоем значке Общества, выгравировав слова: «Асано, ты ублюдок».

— Это немного обидно. Что я сделал?

— Ты заставил многих влиятельных людей терпеть над собой еще более влиятельных людей. Они это ненавидят.

— Так они просто решили, что мне можно знать все что угодно?

— Никто этого не говорил, но ты, вероятно, мог бы просто спросить Сорамира Римароса, принцессу Лиару или Доун, волшебную космическую принцессу.

— Волшебную космическую принцессу?

— Так ее назвал твой друг Трэвис, и это кажется довольно точным. Рядом с тобой ничто не имеет смысла; ты понимаешь это?

— Рядом со мной все имеет смысл. Я очень здравомыслящий человек.

— Конечно. Но да: никто не будет нас наказывать за то, что я рассказал тебе о заключенных и ритуале очищения.

— Ты уже объяснял это раньше, верно? — спросил Джейсон. — Ты сказал, что это какая-то модифицированная вампирская проклятие.

— Да. Я не был уверен, сколько из того разговора ты запомнил.

— Начало достаточно хорошо. Насколько я помню, вопрос был в том, можно ли снять скверну, не убив тех, кто ею заражен.

— Именно, — сказал Карлос. — Как только проклятие низшего вампира достигает завершенной стадии, его больше нельзя очистить обычными средствами, даже такой сильной очищающей силой, как твоя. Все попытки сделать это заканчивались смертью субъекта, и это то, что моя церковь хотела преодолеть очень долгое время.

— Мать Софи, — сказал Джейсон, и в его голосе послышалась тревога.

— Ты все еще держишь ее взаперти?

— Я не отдам ее Обществу искателей приключений. Она не расскажет им ничего из того, что они хотят, в ее нынешнем состоянии, и я не позволю им рисковать ее жизнью, пытаясь вытравить то, что в ней сидит.

— Она все еще придерживается идеи, что Чистота — ее бог?

— Да. Заключенные все еще делают то же самое?

— Да, есть что-то в том, что с ними сделали, что заставляет их игнорировать факты, противоречащие их убеждениям, какими бы очевидными они ни были.

— В моем мире тоже много такого. Мы тоже называем это верой, как ни забавно.

— Джейсон, для некоторых из нас наша религия очень важна. Так что, может, ты воздержишься от того, чтобы быть таким огромным придурком по этому поводу?

— Прости. Твой босс кажется вполне приличным парнем.

— Я оптимистичен в том, что мое текущее исследование откроет способ удалить эту скверну из этих людей. Возможно, есть надежда для матери мисс Векслер. Я надеюсь, что если я преуспею, это может привести к методу снятия вампирских проклятий и подобных трансформаций.

— Это было бы потрясающе. На какие сроки мы рассчитываем?

— Понятия не имею. Долго. Вероятно, это будет делом всей моей жизни, и делом всей жизни многих других священников-целителей. Мой совет: держи мать мисс Векслер под надежной защитой, пока у меня не появится надежный способ лечения, чего бы ни хотели Общество искателей приключений и Каллум Морс.

— Он ведь не разговаривал с тобой, верно?

— Джейсон, я единственный человек не из твоего близкого круга, который регулярно входит и выходит из этой пагоды. Все разговаривали со мной.

— О. Прости за это.

— Не нужно извиняться. Несмотря на все нелепые вещи, в которые ты ввязываешься и которые усложняют мне жизнь, я полностью уважаю то, что каждая из них представляет собой опасную жертву, ради которой ты рисковал жизнью. Ну, кроме тех случаев, когда ты заигрывал с…

— Довольно об этом, — упрекнул Джейсон. — Джентльмены не болтают, и его врач тоже не должен.

ПЕРЕКАЛИБРОВКА ИХ ОЖИДАНИЙ

ПЕРЕКАЛИБРОВКА ИХ ОЖИДАНИЙ

— Я хочу попробовать открыть несколько порталов, — сказал Джейсон, когда Карлос уже собирался уходить после своего последнего сеанса лечения. Они стояли в просторном атриуме, у больших двустворчатых дверей, служивших главным входом.

— Я настоятельно не рекомендую этого делать, — ответил ему Карлос. — Ты по большей части восстановился, но если будешь слишком усердствовать, возможен откат. Продолжай выполнять упражнения по циркуляции маны и используй свои немерные способности. Всё, что связано с астралом, скорее всего, усугубит оставшиеся повреждения и осложнит восстановление.

— Но все мои немерные способности очень уж «убийственные». Ты предлагаешь мне пойти и кого-нибудь прикончить?

— Ты же знаешь, что нет. Послушай, используй свои теневые руки и научись жонглировать или что-то в этом роде.

— Жонглировать? Ты хочешь, чтобы я еще и на одноколесном велосипеде поехал?

— Не знаю, что это такое, но пока это не связано с пространственными силами — дерзай.

Карлос усмехнулся, глядя на ошарашенное выражение лица Джейсона, открыл одну из створок двери и вышел. Снаружи по лужайке к ним приближалась красивая женщина с синими волосами.

— Принцесса Лиара, — поприветствовал её Карлос, когда они проходили мимо друг друга.

— Жрец Килидо.

Внутри Джейсон посмотрел на Лиару, которая остановилась прямо за порогом входа в пагоду.

— Это официальный визит? — спросил Джейсон.

— Да.

— Как ваш муж?

— Хорошо, благодаря вам. Он просил передать вам свою благодарность.

— У меня нет интереса к официальному визиту. А вот светская беседа — это совсем другое дело. Пусть ваш муж передаст свою благодарность лично.

Дверь сама собой закрылась, отрезав их друг от друга.

* * * Принцесса Лиара и её муж, Базеф, путешествовали из Ливароса в Арнот на летучем экипаже. У них был политический брак, но спустя несколько десятилетий и троих детей между ними установилась близость, с которой мало что могло сравниться. С годами они стали друзьями и время от времени любовниками, но в последнее время стали ещё ближе.

Большую часть своей карьеры Лиара провела, выслеживая тех, кто нарушал список запрещенных видов деятельности Общества искателей приключений. В процессе этой работы она неоднократно встречалась с Карлосом, поскольку его задачей была помощь жертвам тех, за кем охотились Лиара и её команда. Именно знакомство с ним стало причиной, по которой она последовала совету Джейсона привлечь Карлоса к работе с заключенными из Ордена Искупительного Света.

Когда несколько лет назад её перевели в группу реагирования Строителя в Римаросе, Лиара обосновалась в своем доме на более долгий срок, чем с тех пор, как её дети были маленькими. Больше времени с мужем, на этот раз без троицы маленьких принцев и принцесс под ногами, сблизило их.

Их последнее время вместе подошло к концу, когда Базеф согласился взять на себя роль администратора подводного горнодобывающего комплекса. Это оказалось мучительным выбором, так как комплекс подвергся нападению религиозных фанатиков; Базефа и немалое число его сотрудников пришлось эвакуировать нетрадиционными методами.

Джейсон Асано сделал именно это, ценой значительных усилий для самого себя. Впечатляющее шоу света и ауры, последовавшее сразу за этим, было побочным продуктом усилий по поддержанию его жизни после случившегося. Карлос отказывался обсуждать своего пациента, но тот факт, что он регулярно навещал Асано, красноречиво говорил о том, насколько глубоко был поврежден Джейсон.

Из-за того, как был спасен её муж, Лиара знала, что осталась Джейсону должна немалый долг. Ситуация осложнялась её отношениями с Асано, которые, по её меркам, были странными. Учитывая, с кем, по слухам, проводил время Джейсон, с его точки зрения всё это, вероятно, было вполне обыденным.

Теперь Лиаре снова было поручено быть связной королевской семьи с Асано. После эвакуации подводного комплекса вокруг Асано начали происходить странные события. Его необычное, меняющееся здание превратилось в крепость, и после тщательного анализа было решено, что навязывать Асано внешнюю волю — плохая идея. Было сильное подозрение, что его здание, теперь ставшее пагодой, обладает странными и мощными защитными свойствами.

Этот анализ отчасти основывался на собственном опыте Лиары. Она была внутри облачного дома и чувствовала его силу — дремлющую, но глубокую, словно озеро, на дне которого спит чудовище. Но защита была не единственной причиной, по которой она решительно выступала против того, чтобы силой забирать Асано.

Лиара была обязана Асано и не относилась к этому долгу легкомысленно. Он и его команда сыграли решающую роль в спасении подводного комплекса, вызволив её мужа и даже раскрыв местоположение Ордена Искупительного Света. Они пошли на риск, и Джейсон едва не погиб; мысль о том, чтобы отплатить за это тем, что в лучшем случае можно было счесть грубым давлением, была ей глубоко противна.

И это даже без учета сил, с которыми был связан Джейсон, включая бога Владычество, который заглянул к нему на то, что в отчетах наблюдателей называлось «непринужденной беседой». Даже игнорируя это, Лиара знала, к чему приводит попытка прижать Джейсона Асано к ногтю. Она очень тщательно изучила его досье в Обществе искателей приключений, включая секретные части.

На протяжении всей своей карьеры, и даже до неё, Джейсон имел дело с могущественными и опасными людьми. Раз за разом, хотя Асано часто приходилось платить свою цену, именно другая сторона в итоге оставалась в проигрыше. От кровавых культистов и криминальных авторитетов до директора Магического общества и великих астральных сущностей — смотреть свысока на Джейсона Асано из-за его ранга было заведомо плохой идеей.

Хотя она понимала почему, Лиаре не нравилось, что именно её назначили заниматься им от имени королевской семьи. Это означало, что она была вынуждена встретиться с ним с определенной целью, а не с благодарностью, которая должна была быть единственным, с чем она пришла к его порогу.

— Мне это не нравится, — сказала она, сидя в экипаже рядом с мужем.

Напротив них сидели трое их детей, все серебряного ранга, как и их отец. Дара была старшей и, как и средний ребенок, Зарин, пошла по стопам матери в искатели приключений. Младшим был единственный сын, Джозеф, который, подобно отцу, был административным чиновником, занимающимся бизнес-интересами семьи Амуз.

— Всё в порядке, — сказал Базеф, ободряюще сжав руку Лиары.

— Мне не нравится, что он попросил меня привести вас, прежде чем согласится говорить со мной, — сказала Лиара. — Как будто ему нужен заложник.

— Конечно, нужен, — сказала Зарин. — Это игра на силу, и он поступает умно. Он в серебряном ранге меньше времени, чем я, а посмотри, во что он ввязался. Люди, которые сейчас смотрят на него, привыкли просто брать то, что хотят, у серебряных рангов. Ему нужно перекалибровать их ожидания, чтобы они подходили к нему с позиции переговоров, а не выдвигали требования. Готова поспорить, уже велись дискуссии о том, чтобы ворваться в это его здание и вытащить его оттуда.

Зарин была физически меньше двух своих сестер, не унаследовав высокого роста матери, но у неё были культовые сапфировые волосы и глаза королевской семьи. Она гораздо больше интересовалась политикой, чем её мать, и была близка с политически подкованной Веспер до её смерти. Это принесло Зарин трехзвездочный рейтинг в Обществе искателей приключений как человеку, способному браться за самые деликатные миссии.

— Ненавижу это, — пожаловалась Лиара. — Я охотник, а не политик.

— Если не хочешь выведывать у этого парня информацию, то и не делай этого, — сказала Дара. — Скажи семье, что не будешь делать то, чего они хотят.

Дара была однозвездочным искателем приключений и была счастлива этим. Это означало, что она подходила только для простых миссий по охоте на монстров, что ей очень нравилось. Она еще меньше интересовалась политикой, чем мать, у неё был рост Лиары, но темно-медные волосы и глаза Базефа. Она была мускулистой и весьма способным бойцом первой линии, в отличие от своей хитрой сестры и скрытной матери.

— Конечно, Дара, — сказала Зарин. — Ей стоит пойти к королю и его августейшему величеству Сорамиру и сказать им, что она не хочет этого делать.

— Я бы пошла.

— Мы знаем, — сказала Зарин.

— Отказ делать то, чего хочет семья, приведет лишь к тому, что они пришлют кого-то, кто не знает Асано, — сказала Лиара. — Человек, к которому мы едем, с тех пор как стал искателем приключений, постоянно находится под прицелом таких, как я. Я читала его досье и видела, чем это заканчивается, когда такие, как я, давят на него. Это плохая идея.

— Похоже, у него всё получается, — сказала Дара.

— Ты думаешь, это и есть «всё получается»? — спросила Зарин. — Он сидит в своей раковине, как черепаха, прячась от множества сил, которые хотят откусить от него кусочек.

— Да, но он на большой сцене, не так ли? Мы принцессы, и только протокольные слуги знают, кто мы такие.

— Мы довольно пограничные принцессы, Дара. И прятаться — это не единственное, с чем этому парню пришлось иметь дело.

— Нет, не единственное, — сказала Лиара. — Я не хочу, чтобы кто-то из вас прошел через то, через что прошел он, поэтому…

Она бросила гневный взгляд на мужа.

— …я была против того, чтобы кто-то из вас ехал и ввязывался в это.

— Мы хотим встретиться с человеком, который спас нашего отца, — сказал Джозеф.

— Я хочу встретиться с человеком, который последние два месяца просидел в своем доме, посылая самых влиятельных людей города куда подальше, — сказала Дара. — Я хочу быть такой же.

— Я бы не стала так это описывать, — сказала Лиара. — И я не хочу, чтобы вы разделили опыт Асано. Если Карлос Килидо тратит месяцы на то, чтобы что-то вылечить, то это то, чего вам очень хочется избежать.

— Мне больше интересен сам человек, — сказала Зарин. — Правда ли, что его аура такая же сильная, как у золотого ранга?

— Да, — сказал Базеф. — Если честно, это немного тревожит. Я чувствовал, как она исходит из этого его дома в день спасения.

— Все на острове чувствовали, — сказала Лиара. — Я чувствовала её из Ливароса.

— Она очень властная, — сказал Базеф. — Понимаю, почему он нравится Владычеству.

— Королевская семья подумывала о том, чтобы выдать за него замуж, не так ли? — спросила Зарин.

— Нет, — отрезала Лиара, погрозив Зарин пальцем. — Даже не думай об этом.

* * * — В моем тихом городке стало гораздо меньше тишины с тех пор, как ты приехал, — сказала Пелли Джейсону, когда они сидели на балконе его пагоды, делясь кувшином тропического сока и алкоголем с магическими добавками, что было не совсем уместно для позднего утра. Она была мэром Палисароса, некогда сонного маленького пляжного городка на лагуне, где обосновался Джейсон. Она была членом королевской семьи, но также держалась от них особняком, хотя Джейсон не знал всех обстоятельств.

Джейсона навещали Пелли и Эстелла Уорнок. Троица подружилась, когда работала вместе, защищая Арнот от диких монстров во время атаки Строителя на Римарос. Пока искатели приключений были заняты войной, им троим пришлось вмешаться, поскольку нашествие монстров не заботилось о том, чем заняты люди, и продолжало порождать чудовищ.

Вопреки тому, что мог подумать Карлос, именно эта пара, а не он, были самыми частыми гостьями Джейсона во время его выздоровления. Эстелла Уорнок переехала в дом своего деда, недалеко от дома Джейсона, и не была обязана ни одной организации. Благодаря тому, что Пелли выступала для неё щитом, ей удавалось сохранять независимость, даже несмотря на то, что теперь люди пристально следили за ней, когда она входила в пагоду и выходила из неё.

— Я искренне сожалею о том, что здесь произошло, — сказал Джейсон Пелли. — Я искал приятного, спокойного времени. Я всегда подозревал, что всё может стать для меня немного шумным, но никогда не ожидал, что настолько и так быстро.

— Это пошло на пользу местному бизнесу, — признала Пелли. — Все арендуемые дома были забронированы людьми, приехавшими сюда, чтобы следить за тобой от той или иной организации. Открылись два новых кафе.

— И ты та, кто следит за мной от имени королевской семьи?

— Я не просто так ушла от всей этой ерунды, — сказала Пелли. — Я не хочу в итоге оказаться в ситуации, когда какой-нибудь выскочка спасет моего мужа только для того, чтобы потом угрожать ему.

— Я не угрожаю ничьему мужу — которого, кстати, у тебя нет. Я просто использую Лиару, чтобы задать тон для будущих взаимодействий. Мне нужно показать, что мне нельзя диктовать условия.

— Ты же знаешь, что умным ходом было бы позволить им диктовать, а потом просто игнорировать их. Меньше конфронтации.

— Я никогда не был сторонником «умных» ходов. Не думаю, что мне нравится то, что это говорит обо мне.

Пелли усмехнулась, а затем посмотрела на балкон.

— Я почти уверена, что чувствую их экипаж, направляющийся сюда, так что я откланяюсь.

Она встала, и Эстелла сделала то же самое.

— Я тоже пойду, — сказала Эстелла, а затем забрала кувшин с маленького столика, на котором стояли напитки. — И это я тоже заберу.

— Без проблем, — сказал Джейсон с усмешкой.

Джейсон поднялся на ноги, пока Пелли ловко перемахнула через перила, не утруждая себя выходом через дверь.

— Асано, со мной связывались люди, — сказала Эстелла. — Пелли защищала меня от незнакомцев, но это человек, которого я знаю.

— И?

— Нам стоит поговорить об этом. Но я сказала им, что ничего не буду делать, пока ты не поправишься, так что расскажу тебе об этом потом.

— Звучит неплохо.

ЛЕГЕНДАРНЫЕ ДЕЯНИЯ

ЛЕГЕНДАРНЫЕ ДЕЯНИЯ

Семья Лиары сидела вокруг обеденного стола, уставленного едой, в облачном доме Джейсона. Лиара нахмурилась, когда Базеф взял ее за руку под столом, а его глаза искрились весельем.

— …я и не подозревал, что твоя мать слила информацию о моем маршруте, чтобы использовать меня как приманку и попытаться поймать культистов Строителя, — продолжал свой рассказ Джейсон.

— Она этого не делала! — со смехом сказала Зарин.

— О, еще как делала. Только в засаду меня поймали не культисты Строителя, а фанатики Чистоты.

— Почему фанатики Чистоты охотились за тобой?

— Ну, по идее, они делали это в рамках сделки со Строителем. У меня припасено несколько тузов в рукаве на случай разборок с приспешниками Строителя, поэтому он предложил Ордену Искупительного Света… — Джейсон сделал паузу.

Лиара многозначительно кашлянула.

— …неразглашаемый актив в обмен на то, что они займутся мной, — закончил Джейсон. — Они просто выполняли часть сделки со Строителем. Всё это очень запутанно.

— Ты же понимаешь, — сказала Лиара Джейсону, — что всё это, строго говоря, информация с ограниченным доступом.

— Выпишите мне штраф или что-то в этом роде, — ответил Джейсон. — В любом случае, они не собирались меня убивать — по крайней мере, пока. Как оказалось, моя подруга — давно потерянная дочь лидера этого ордена фанатиков Чистоты, ну, по крайней мере, местного отделения, — и они хотят использовать меня как приманку, чтобы добраться до нее, а уж потом разобраться со мной ради Строителя.

— Ты шутишь, — сказала Зарин.

— Всё чистая правда, — сказал Джейсон. — Любой, кто выдумал бы такое, был бы настоящим халтурщиком. Итак, на меня нападают эти чокнутые из Чистоты, а Строитель явно болтал лишнего о моих силах, потому что они были готовы противостоять моим способностям.

— И именно тогда вмешалась мама, чтобы спасти тебя? — спросил Джозеф.

— О, ты бы так подумал, не правда ли? — спросил Джейсон.

— Значит, ты отбился от них? — спросила Дара. — Сколько их было?

— Я попытался, но нет, — сказал Джейсон. — Их было трое, и мне изрядно досталось. Они преследовали меня через джунгли, пока наконец не загнали в угол. К тому времени я уже понял, что твоя мать или кто-то, работающий на нее, скорее всего, наблюдает. Я знал, что она считает меня расходным материалом, а эти люди были слишком хорошо подготовлены. Однако я не мог быть уверен, что она действительно там, поэтому сражался, пока у меня не осталось других вариантов. И вот я стою на коленях в джунглях, весь в грязи. Единственный вариант, который у меня остался, — это указать на твою мать, в присутствии которой я был относительно уверен.

— Почему ты не показалась раньше? — спросил Джозеф Лиару.

— Да, принцесса, — спросил Джейсон, и в его тоне послышалось радостное ехидство. — Почему вы не показались?

— Она хотела посмотреть, как хорошо он дерется, — предположила Дара. — Если собираешься завести союзника, нужно понимать его возможности и ограничения.

— Нет, — сказала Зарин. — Держу пари, мама хотела, чтобы мистера Асано захватили, чтобы она могла проследить за приверженцами Чистоты до остальных. Что мистер Асано понял и намеренно сорвал, обнаружив ее присутствие, потому что он не был заинтересован в плане с пленением. Даже если бы мама не обнаружила себя в тот момент, или если бы он ошибся и ее там не было, это заставило бы их гораздо осторожнее возвращаться туда, где они базировались. Это дало бы мистеру Асано больше шансов избежать плена.

— Я же просил называть меня Джейсоном.

Джейсон продолжал развлекать брата и сестер анекдотами, пока Лиара смотрела на это с неодобрением, а Базеф — с весельем. Когда Тень убирал тарелки после десерта, Джейсон посмотрел на пол, а затем повернулся к Базефу.

— Похоже, моя команда возвращается с задания, — сказал он.

Базеф был опытным супругом политически важной персоны и не упустил сигнал.

— Отлично, я смогу поблагодарить их снова. Идемте, дети.

— Пап, мне тридцать семь, — сказала Дара.

— Конечно, милая.

Тень увел их, оставив Лиару и Джейсона наедине. Джейсон встал, и из стены показалась облачная материя, которая затем затвердела, превратившись в деревянный шкафчик для напитков. Он открыл его и начал смешивать коктейли.

— У тебя чудесная семья, — сказал он, работая. Его голос звучал искренне, без той нотки веселья, которая обычно проскальзывала в его тоне.

— Тебе обязательно было втягивать их в это?

— Я бы предпочел чисто светскую встречу, это правда. Но для нас обоих это не вариант, не так ли, принцесса?

— Нет, — сказала Лиара. — Нет, это не так.

Джейсон вернулся к столу, поставил один бокал перед Лиарой и, сделав глоток из другого, снова сел. — Они велели тебе попытаться выведать у меня что-то конкретное или просто что получится?

— Они хотят, чтобы ты пришел в Общество искателей приключений для брифинга.

— Еще бы они не хотели.

— Ты же знаешь, что не сможешь вечно здесь прятаться.

— Знаю. Но уверен, ты заметила, что моя жизнь может стать очень сложной очень быстро. Пока я полностью не восстановлюсь, я не заинтересован в том, чтобы подвергать себя следующему неожиданному событию или позволять кому-то принимать решения за меня ради общего блага.

— Я с радостью передам им это. Честно говоря, тебе стоит убраться из Королевства Штормов. Ты заслужил здесь много доброй воли, но многие видят в тебе скорее актив, чем человека.

Джейсон усмехнулся.

— Я уже привык к тому, что местные власти занимают именно такую позицию. Знаешь, если кто-то из твоих коллег «золотых рангов» решит лично сделать мне твердое приглашение, не отговаривай их слишком сильно. Прошло много времени с тех пор, как «золотые ранги» появлялись в поисках неприятностей, а я с тех пор сделал несколько улучшений. Мне было бы интересно посмотреть, как это сработает.

— Я никогда не могу понять, говоришь ли ты серьезно.

— Забавная штука. Раньше я никогда не был серьезным, а теперь всегда серьезен, хотя всё это время оставался одинаково нелепым. Когда твоя жизнь возмутительна, нужно быть возмутительным, чтобы жить ее.

Джейсон нахмурился.

— Я начинаю звучать как книга о поиске себя в Тоскане. Возможно, я скоро встречу приятного мужчину. К тому же, думаю, вампиры могли испортить Тоскану.

Лиара покачала головой.

— С тобой становится всё сложнее иметь дело, Джейсон.

Он усмехнулся.

— Что тебе нужно, чтобы вернуться к своим с победой, Лиара?

— Ты мог бы выдать Мелоди Джейн.

— Этого не будет.

— Никто не знает, что ты задумал, Джейсон, и удержание этой женщины — сигнал того, что ты действуешь по какой-то своей собственной повестке.

— Все действуют по своей собственной повестке, принцесса.

— Не у всех это имеет такие последствия, мистер Асано. Последнее, что нам нужно, — это еще одна межпространственная угроза, пока ты проводишь встречи с великими астральными сущностями.

— Справедливо, — признал Джейсон.

— Я уже получила от тебя довольно много. Я знаю, что те крупицы информации, которые ты подбрасывал, развлекая моих детей, попали туда не случайно.

— Понятия не имею, о чем ты, — невинно сказал Джейсон. — Если тебе удалось что-то почерпнуть из нашей искрометной беседы за обедом, то это заслуга твоего политического мастерства.

— Мы не знали, что они хотели оставить тебя в живых из-за Софи Уэкслер.

— Ее мать поделилась этим маленьким самородком.

— Ты заставил ее говорить?

— Ее дочь. Не то чтобы это можно было назвать допросом, но кое-что нам удалось выяснить.

— Я бы с удовольствием послушала эти разговоры.

— Тень, — сказал Джейсон.

Джейсон всё еще не использовал свои собственные пространственные способности, поэтому он использовал пространственное хранилище Тени как древний кошелек из-за пределов реальности. Он достал папку и пододвинул ее по столу к Лиаре.

— Тебе придется довольствоваться расшифровками, — сказал Джейсон. Лиара потянулась, чтобы открыть папку, но Джейсон положил на нее руку, чтобы остановить ее. — Светское мероприятие, принцесса. Можешь взглянуть, как будешь по пути домой.

Лиара посмотрела на Джейсона немигающим взглядом, но убрала папку в пространственный мешочек на поясе.

— Ты же знаешь, этого будет недостаточно, — сказала Лиара. — Ты наделал много шума, когда боги и великие астральные сущности приходили поболтать на твоей лужайке.

— Ладно, несколько моментов. Во-первых, бог был только один, и его никто не приглашал. Ты же знаешь, какие они, боги.

— Нет, Джейсон. Я не знаю, какие они, боги.

— И кроме того, результатом той встречи стало то, что Строитель ушел. Что мне нужно сделать, чтобы люди встали на мою сторону?

— А чего ты ожидал? Ты заставил Строителя уйти. Какой «серебряный ранг» может такое сделать?

— Ты же знаешь, что у этих событий есть контекст.

— Да, потому что именно так рождаются легенды. Глубокое погружение в исторический контекст.

— Думаю, «легенда» — это преувеличение.

— Нет, Джейсон; это не так. Какой-то парень сказал Строителю уйти, и он ушел. Люди будут рассказывать эту историю еще долго, и они не будут вдаваться в контекстуальные нюансы. Она будет становиться только грандиознее с каждым пересказом.

Джейсон издал усталый, болезненный смешок. — Знаешь, именно это я и представлял себе, когда стал искателем приключений. Легендарные деяния.

— А теперь?

— Они гораздо веселее, когда происходят где-то далеко. — Джейсон осушил свой бокал. — Сильные мира сего ищут гарантий, что я не являюсь вестником следующей большой угрозы, так?

— Есть и те, кто хочет знать, как ты оказался в таком положении, чтобы использовать это в своих интересах, но мы стараемся не давать им слишком много говорить на собраниях.

Джейсон рассмеялся.

— Что говорит Сорамир? Он будет задавать тон.

— Да, будет.

— И?

— Он говорит, что когда-нибудь ты станешь «алмазным рангом» и будешь помнить, как с тобой обращались, когда ты был «серебряным».

— Я думал, «алмазные ранги» должны быть выше мелкой мести за прошлое.

— Они выше, — сказала Лиара. — Потому что они избавляются от всей своей мелкой мести заранее.

Она улыбнулась, когда Джейсон снова рассмеялся.

— Ты кажешься менее обремененным, — сказала она ему. — Ты был довольно напряженным, когда впервые приехал в Римарос. Как алхимическая бомба, которая могла взорваться, если ее слишком сильно тряхнуть.

— Я многое пережил в том мире, и у меня не было с собой моей команды. Теперь большинство моих дел улажено, и больше всего на свете я хочу провести время, будучи настолько обычным искателем приключений, насколько смогу. Со своими друзьями. Что сейчас означает — убраться из Римароса.

— Не уверена, что «обычность» — это путь, по которому тебе когда-нибудь удастся пройти, Джейсон.

— Да, ну, если у кого-то в твоем кругу есть идеи, как сделать это проще, дай знать. Серьезно. Думаю, все были бы счастливее, если бы я меньше выделялся.

— Я предложу это Обществу искателей приключений.

— Спасибо, я ценю…

— Что такое? — спросила Лиара после того, как Джейсон замолчал.

— Похоже, твой старший ребенок проникся симпатией к моему парню Хамфри.

— О боже.

— Ага, — сказал Джейсон, поднимаясь. — У его девушки не так много способов разрешения конфликтов, так что нам, наверное, стоит спуститься туда.

— Ты можешь видеть, что происходит в любой части здания? — спросила Лиара, тоже поднимаясь на ноги.

— В этом месте от меня ничего не скрыто. Идем; можем воспользоваться пожарным шестом.

— Чем?

* * * Дара потерла висок.

— Я бы ее достала, если бы она хоть на секунду перестала двигаться, черт возьми.

— Полагаю, именно поэтому она этого и не делала, милая, — сказал ей Базеф. — А теперь садись в карету.

Он вывел ее через двойные двери. В атриуме собрались Джейсон и его команда, за исключением Хамфри и Софи, а также Лиара и двое других ее детей.

— Было приятно познакомиться, — сказал Джейсон Зарин и Джозефу. — И хотя мне очень лестно, я не ищу тех сложностей, которые принес бы политический брак.

— Мам, что ты ему сказала? — спросила Зарин.

— О, вам нужно следить за тем, что вы говорите в этом здании, — сказала Белинда. — Джейсон всё видит и всё слышит. Я до сих пор убеждена, что он наблюдает за Хамфри и Софи…

— Линди! — одернул ее Клайв.

— Что? — спросила Белинда. — Ты ведь тоже так думаешь.

— Да, но мы не обсуждаем такие вещи в присутствии посторонних.

— О, прости.

— Вы двое, пожалуйста, прекратите, — попросил их Джейсон. — Вы заставляете меня выглядеть плохо перед королевскими особами.

— С каких это пор тебя это волнует? — спросил Нил. — Помню, ты говорил, что все королевские особы — кучка…

— Так мило с вашей стороны заглянуть, Лиара, — сказал Джейсон. — Пожалуйста, передавай наилучшие пожелания королю или кому там еще.

* * * Джейсон вышел на балкон из своей спальни, потягиваясь в утренних лучах солнца. Тень появился из тени, чтобы встать рядом с ним.

— Уверен, я полностью восстановился, — сказал он. — Чувствую себя прекрасно. Лучше, чем прекрасно. Ты же знаешь, я всегда выхожу из таких передряг сильнее, чем был до них.

— Вы обещали жрецу Килидо, что не начнете использовать свои пространственные способности, пока он не проведет финальные тесты, — сказал Тень.

— Мне казалось, он тебе не нравится.

— Понятия не имею, о чем вы говорите. И даже если бы это было так, это не имеет никакого отношения к его способностям как врача.

— Ладно. Когда он придет?

— Он прислал свои извинения, так как его задержали исследования. Он будет вечером, а не днем.

Джейсон простонал.

— Есть и другие способы занять свое время, мистер Асано. Принцесса Зара Римарос пригласила вас посетить мемориал, воздвигнутый в честь мисс Веспер.

— Они были близки, не так ли? Веспер была сопровождающей Зары в Гринстоун.

— Так мне ответить согласием?

— Нет, это пахнет ловушкой.

— Не думаю, что она бы так поступила, мистер Асано, хотя, возможно, другие могли бы воспользоваться этой возможностью. Я передам ваши сожаления.

— Спасибо. Что-нибудь еще?

— Общество искателей приключений, похоже, восприняло визит принцессы Лиары как положительный знак и попросило вас встретиться с представителем.

— Лиара — чиновник Общества искателей приключений. Причем высокопоставленный. Кого они посылают в моем направлении?

— Рикарда Геллера.

— Они посылают Рика? Я думал, он вернулся на север.

— Похоже, что нет.

— Я знаю, что он хотел; он чувствует, что не справляется. Офицер протокола во дворце перепутал его имя. При короле. Он ведь даже не чиновник Общества искателей приключений, верно? Я думал, он просто искатель приключений.

— Полагаю, они хотели послать дружелюбное лицо, но вы можете спросить его лично. Полагаю, вы разрешите его визит.

— Я уж точно не собираюсь его прогонять.

— Мисс Уорнок просила меня выделить время, чтобы она могла поговорить с вами.

— Она упоминала, что есть кое-что, что она хотела обсудить. Давай, найди свободный момент.

— Очень хорошо, мистер Асано. Есть еще довольно много других светских предложений, но ничего, заслуживающего вашего внимания. Отмечу, что Каллум Морс уже некоторое время ежедневно просит о встрече с вами. Он даже пытался подходить к членам вашей команды, когда они были на задании, но миссис Ремор положила этому конец.

— А что насчет других? Я знаю, что команда не рассказывает мне всего, потому что не хочет, чтобы я расстраивался, но на них ведь давят, когда они выходят в город, верно?

— Юный мастер Геллер дал ясно понять, что это не то, с чем они не могли бы справиться.

— И ты будешь слушать его, а не меня?

— Из вас двоих, мистер Асано, чьему суждению вы бы доверились?

Джейсон долго смотрел на Тень.

— Да, справедливо.

КОРОЛЮ НУЖЕН ТРОН

КОРОЛЮ НУЖЕН ТРОН

Руфус привил Джейсону понимание основ тренировок. С тех самых первых дней в Гринстоуне жизнь Джейсона превратилась в череду бурных событий, за которыми следовали периоды вынужденного затишья. Будь то ожидание начала испытаний Жнеца или пребывание с семьей в мире, где, по идее, не было ни магии, ни монстров, — бывали периоды, когда Джейсон не был постоянно вовлечен в борьбу.

Именно в такие моменты Джейсон всерьез возвращался к основам тренировок. Во время восстановления тело Джейсона приходило в норму быстрее, чем возвращалась способность эффективно использовать магические навыки, поэтому он вновь воспользовался этой передышкой. Он начал с медитации, поскольку даже с изможденным телом это было то, что он мог легко делать. Это даже, казалось, немного ускоряло восстановление, до такой степени, что Карлос заметил разницу и настоятельно порекомендовал ему продолжать.

Когда его физическое состояние начало улучшаться, Джейсон снова обратился за советом к Руфусу. Поскольку нашествие монстров шло на спад, Руфус перестал брать контракты один за другим и начал снова работать с Джейсоном. Фокус их тренировок сместился на то, что стало одним из важнейших приобретений Джейсона за время его отсутствия, помимо роста силы, обусловленного его рангом и способностями эссенций. Это было то, что выросло из фундамента, заложенного Руфусом во время первоначальных тренировок Джейсона, и из тяжелых испытаний, через которые Джейсон прошел на Земле.

Изолированный в зоне трансформации, сражаясь в том, что казалось бесконечными битвами, Джейсон вошел в состояние, известное как боевой транс. С тех пор ему удавалось время от времени возвращаться в него, когда все его возможности были доведены до предела его сил и навыков. На плоской крыше пагоды Руфус и Джейсон стояли друг напротив друга, пока Руфус давал Джейсону инструкции.

— Боевой транс — состояние, в которое трудно войти. Это два противоположных состояния разума, слитых воедино. Это одновременно и состояние пустого разума при медитации, и состояние сознательного разума, способного мыслить тактически и стратегически.

Джейсон кивнул.

— Я чувствовал это противоречие, — сказал он. — Поэтому мне до сих пор трудно войти в это состояние.

— Но ты делал это, и далеко не один раз.

— Да.

— Расскажи мне об этих моментах, — сказал Руфус. — Что у них общего?

— Это всегда были напряженные ситуации, когда я был в значительном меньшинстве и доведен до предела. Иногда я сам выбирал обстоятельства, потому что знал, что это подтолкнет меня к пределу. Иногда обстоятельства выбирали меня.

Руфус кивнул.

— То, что ты описываешь, очень типично. Техники медитации, которым я тебя учил, особенно «Танец Мечного Фея», разработаны так, чтобы подготовить тебя к этому. Но это лишь подготовка, а самое важное — то, что следует дальше. Ты должен проделать работу. Ты должен заставить себя. Только когда ты доведешь себя до предела своего потенциала, ты сможешь сделать этот дополнительный шаг.

— И вот здесь вступает давление.

— Да. Ты должен достичь положения, когда тебе больше нечего отдать, а затем оказаться в ситуации, где тебе все равно нужно дать больше. Где единственный путь вперед — это когда твой разум отбрасывает все ненужное и полностью фокусируется на том, что необходимо. Бессознательно действовать сознательным образом. Инстинктивное обдумывание.

— У нас в мире есть такая концепция, — сказал Джейсон. — Мы называем это «непринужденным действием», и, как известно, этого очень трудно достичь. Я могу вспомнить только одного человека, который действительно этого добился, и он — легендарная фигура, а не историческая. Мне говорили, что это почти невозможно, пока твое тело не начнет отходить от мозга как от центра разума, а это как минимум бронзовый ранг.

— Это общепринятая мудрость, — сказал Руфус.

— Когда ты впервые достиг боевого транса?

— Когда мне было восемнадцать.

— Разве ты не получил эссенции в девятнадцать?

— Не хочу об этом говорить. Расскажи мне об этой своей легендарной фигуре.

— Без проблем. Есть такое место, называется Стоакровый лес...

* * * Небо было окрашено в великолепные закатные цвета, когда Карлос вошел в пагоду и остановился, прищурившись.

— Сегодня здесь все ощущается иначе. Спокойнее.

— Мистер Асано провел большую часть дня в медитации, — сказал Тень, направляя Карлоса через атриум. — Он добивается лучших результатов по мере восстановления.

— Его настроение влияет на все здание? Это действительно продолжение его души, не так ли? И усиливает ли эффект то, что его душа является физическим проявлением?

— Я надеюсь, что вы просто любопытствуете, а не собираете информацию, жрец Килидо. У вас больше проницательности, чем у большинства, относительно того, на что способна душа мистера Асано, а это значит, что вы можете представлять для него опасность. А также вы понимаете, какую опасность он может представлять для вас.

— Я не угроза для него, Тень. Я союзник.

— Вы будете не первым союзником, который пришел к нему, жрец Килидо. Они тоже всегда думали, что быть более высокого ранга достаточно.

— Вы очень его оберегаете, — сказал Карлос, пока их платформа поднималась. — Если добавить к этому его склонность возвращаться с того света, не нашел ли Джейсон благосклонности Жнеца?

— Мистер Асано не ищет благосклонности. Он верен самому себе, к добру или — чаще, чем мне бы хотелось, — к худу.

Платформа доставила их прямо на крышу, которую выровняли по сравнению с предыдущим днем. Джейсон стоял у края, глядя не на море, а вглубь острова. На нем не было его обычной одежды — ни элегантно сшитых костюмов для тропической погоды, ни кричащих гавайских рубашек и шорт. Он был в простой и свободной белой одежде; тренировочная форма, предположил Карлос, учитывая два деревянных меча, лежащих на крыше рядом с ним.

Джейсон не обернулся, когда они подошли. Тень исчез в тени Джейсона, когда Карлос встал рядом с ним. Он смотрел на остров, усеянный маленькими деревушками. Пагода была самым высоким жилым строением, но самым большим был обширный королевский комплекс, который казался размытым, словно под маревом от жары. Карлос знал, что это не какая-то метеорологическая странность, а фильтр наблюдения, часть защиты комплекса.

— Римарос в том мире называют островами ABC, — сказал Джейсон, не отрывая взгляда от панорамы. — Этот остров там называется Аруба. Я никогда не был в версии того мира, но подозреваю, что она сильно отличается, судя по тому, что я о ней знаю.

— Ты сказал «в том мире», — заметил Карлос. — Ты не сказал, что это твой мир.

— Дом — это не то место, откуда ты родом, Карлос; это то место, куда ты возвращаешься.

— Полагаю, так и есть.

— У тебя было время ознакомиться с результатами моих анализов. Я полностью восстановился?

Карлос улыбнулся.

— Вчера ты спрашивал меня. Сегодня звучит так, будто ты уже знаешь.

Джейсон кивнул.

— Спасибо, Карлос. Я знаю, что между нами все было немного непросто, но я рад, что мы оставили это в прошлом.

— Твой фамильяр, кажется, менее отходчив.

— Тень — самостоятельная личность. И легче простить того, кто обидел тебя, чем того, кто обидел людей, которыми ты дорожишь. По крайней мере, по моему опыту.

Тени танцевали вокруг Джейсона, окутывая его, но это было не так, как его плащ выглядел в прошлом. Он стал глубже, словно отверстие в бездонную пропасть. Все изменилось, когда внутри появились звезды и туманности, не как элементы плаща, а словно видимые с огромного расстояния. Казалось, будто Джейсон окутал себя порталом в какое-то далекое, звездное царство. Карлос обошел Джейсона, и его перспектива изменилась, словно плащ Джейсона действительно был окном в другое место.

— Раньше твой плащ так не выглядел.

— Нет, — сказал Джейсон. — Но выглядит довольно неплохо, правда?

— На него... неприятно смотреть. Жутко, словно ты носишь на себе дыру в реальности.

— Ты же знаешь, что способности могут менять внешний вид в зависимости от их владельцев.

— Да, но эти изменения многое говорят о людях, которые ими обладают, — сказал Карлос. — Тебя не беспокоит, что это говорит о тебе?

Плащ растворился, и Джейсон сделал шаг ближе к Карлосу.

— И что же это говорит обо мне, Карлос?

— Что, возможно, все те влиятельные люди, которые беспокоятся о том, что ты затеваешь, правы.

Улыбка Джейсона была улыбкой змеи, нашедшей гнездо черепашьих яиц.

* * * Джейсон отослал взволнованного Карлоса, и пока они спускались с крыши на подъемной платформе, наклонная крыша пагоды восстановилась. Проводив Карлоса, Джейсон впервые за несколько месяцев открыл портал из атриума в свои личные апартаменты на верхнем этаже.

* Точка отправления и точка назначения для вашей способности портала находятся в пределах вашей территории. [Астральные врата] сбросили время восстановления вашей способности портала.

— Хм.

Джейсон шагнул в портал, чувствуя знакомое покалывание, когда он коснулся пространственных границ реальности.

— Никакой разницы.

Джейсон открыл еще один портал, не похожий ни на один из тех, что у него были раньше. Облачная субстанция поднялась с пола, приняв форму арки, а затем превратилась из облачного вещества в молочно-белый кристалл, внутри которого синий и оранжевый свет закручивался, словно жидкость в лавовой лампе. Занавесь трансцендентного света золотого, серебряного и синего цветов мерцала в арке.

Обычные порталы Джейсона были способностью эссенции и позволяли ему быстро перемещаться между локациями. Он также получил способность открывать портал в свое пространство души, в которое поначалу могли войти только он и его фамильяры. Но после того, как его душа приобрела физические свойства, другие смогли входить туда, но со значительным ограничением. Власть, которую он имел над любым, кто входил в его пространство души, была огромной, и их собственные души противились входу. Поэтому войти могли только те, кто глубоко доверял его добрым намерениям.

Портал, который только что открыл Джейсон, был другим. Что-то в том, как он направлял власть через себя, вливая ее в облачный дом, или, вероятно, и то, и другое, привело к фундаментальным изменениям. Он знал, что эта новая арка пропустит любого. Он не знал почему, или что изменилось, чтобы позволить это, но он чувствовал это своей душой. Были ли люди внутри его пространства души как-то защищены от него, что делало его безопасным для них? Почему изменение его способности привело к тому, что, казалось бы, сделало ее слабее?

Джейсон размышлял о портале, когда Доун опустилась на его балкон; ее огненные крылья исчезли, когда она вошла внутрь.

— Твоя способность не стала слабее, — сказала она ему.

— Ты читаешь мои мысли?

— Твое духовное царство изменилось.

— Я называю это пространство души.

— Неважно, как ты это называешь. Важно, что это такое.

— И что же это?

— Ты знаешь, что у тебя есть кое-что общее с посланниками.

— Знаю.

— Ты когда-нибудь задумывался, чьи они посланники?

— Теперь задумываюсь. Есть какой-то суперпосланник, который собирается вторгнуться?

— Они не будут вторгаться. Не лично. Для этого и нужны посланники.

— И в чем сообщение?

— «Преклоните колени».

— О, это потрясающе. Итак, кто эти люди?

— Астральные короли.

— Кажется, я понимаю, к чему все идет. Королю нужен трон.

— Да, нужен, — сказала Доун. — Вот почему я беспокоилась, когда один из них попал к тебе. А потом ты взял и использовал эту власть. Ты либо направил ее в свое пространство души, и она просочилась в твою облачную флягу, либо наоборот. Ты хоть знаешь, как это было?

— Думаю, началось с фляги, но я не уверен. Я не пытался ничего сделать; я просто был зол. Я до сих пор не уверен, что произошло.

— Теперь это неважно. Между астральным троном и властью ты создал астральный домен, который, полагаю, сейчас очень мал. Ты — астральный король с очень крошечным королевством.

— Ты хочешь сказать, что я купил недвижимость в астрале?

— Я говорю, что ты есть недвижимость в астрале. Ты и есть свой домен, Джейсон.

— Мне не совсем понятно, как это работает. Во-первых, я думаю, мы достигаем пределов использования географии как метафоры того, как работает территория в астрале. В смысле, это внутри меня, и это реальное пространство, но оно также в астрале и не является реальным пространством. И чем это отличается от того, как было раньше? Люди уже могли входить.

— Твое пространство души было все еще больше душой, чем пространством. Астральный домен — это место. Место, которое ты можешь формировать и контролировать, но оно так же реально, как мир, в котором ты родился.

— Если это настоящее место, может ли теперь кто-то вломиться?

— Нет. Это твоя душа.

— Могут ли они навредить мне, если я их впущу?

— Нет. Теперь ты правишь этим местом больше, чем когда-либо. Теперь туда безопасно входить даже чрезвычайно могущественным существам. Во всяком случае, безопасно для тебя. Не так безопасно для них.

— Но больше нет контроля доступа через доверие?

— Ты подавал подсознательный сигнал другим душам, что входить опасно. Вот почему требованием для входа было их доверие к тебе, а не твое к ним.

— А теперь предупреждения нет?

— Ты теперь действуешь в другом масштабе. Вулканы не предупреждают тебя, чтобы ты не входил в них. Ожидается, что ты сам до этого догадаешься.

— Я бы сказал, что затянутое дымом и пеплом небо — это довольно большое предупреждение.

— Как и затянутое небо проекцией твоей души.

— Я был без сознания, помнишь. Неужели это было так масштабно?

— Джейсон, есть причина, по которой каждый влиятельный человек в этом королевстве сейчас обращает на тебя пристальное внимание. То, что ты делал, как в публичных проявлениях, так и с самим собой, — это не вещи этого мира. Это вещи, которые принадлежат космосу, и алмазные ранги, которые путешествовали по нему, узнают это.

— Поэтому Сорамир всегда был так мил со мной?

— Он ходил по космическим путям. Он с самого начала почувствовал в тебе эти вещи и на каком-то уровне признал, что ты не младший, а равный.

— Это хорошо или плохо?

— Это, возможно, необходимо, учитывая события, в которые ты неизбежно втянут.

Джейсон вздохнул. — Есть еще кое-что, что мне нужно знать, не так ли? Опять моя душа делает вещи, которых я не понимаю. В смысле, я знаю это; это моя душа. Я просто не понимаю. Это как зазубрить учебник по науке, не понимая, что это значит.

— Я помогу тебе, насколько смогу. Но теперь ты восстановился, и я не могу больше откладывать свой отъезд. Это займет еще несколько дней, самое большее.

Джейсон посмотрел на арку.

— Ты никогда раньше не могла войти, верно?

— Нет. Это было бы опасно для нас обоих.

— Но ты сказала, что чрезвычайно могущественные существа могут войти сейчас.

— Сказала.

Он протянул руку, чтобы она ее взяла.

— Пойдем?

Глава 65: Что делает свет

Глава 65: Что делает свет

Глава 65: Что делает свет --- # ЧТО ДЕЛАЕТ СВЕТ

— Снова изменилось, — сказал Джейсон, оглядывая свое пространство души. — Не то чтобы я этого не ожидал. Оно меняется регулярно, а тут еще потеря моста и двери, плюс обретение трона и…

Он почувствовал странные энергии, сосредоточенные на Доун. Она отпустила его руку и пошатнулась, пытаясь устоять на ногах. Джейсон почувствовал что-то внутри неё, словно выдернутый кабель, пытающийся подсоединиться к энергии их окружения, состоящего из его души.

Власть Джейсона над пространством его души была больше, чем когда-либо, и он магически изолировал Доун от остальной части пространства души. Она выпрямилась, её пораженное выражение лица смягчилось.

— Спасибо, — сказала она. — Не знала, чего ожидать, но это было неприятно.

— Что это было? — спросил Джейсон.

— Я была связана с Мировым Фениксом через свое звездное семя с тех пор, как решила поступить к нему на службу, — объяснила Доун. — Даже когда я не могу общаться с Мировым Фениксом, например, когда нахожусь в твоем духовном домене, связь сохраняется. Здесь же связь потеряна. Мое звездное семя попыталось подключиться к чему-то другому.

— Ко мне.

— Да.

— Уверен, это меня бы убило. Я не великое астральное существо.

— Возможно, ты прав. Если бы мы были связаны таким образом, я бы выпила тебя, как энергетический вампир алмазного ранга. Если бы ты не смог вытянуть достаточно силы из астрала, это бы тебя убило.

Джейсон уже давно понемногу вытягивал энергию из астрала через пространство своей души, чтобы поддерживать себя. Одно дело — избавиться от необходимости регулярного потребления духовных монет, но совсем другое — занять место великого астрального существа в симбиотической связи души с существом алмазного ранга пикового уровня.

— Я не хочу проверять это на практике, — сказал Джейсон. — К тому же, я почти уверен, что если бы я пережил этот процесс, я бы не пережил того, как твой босс об этом узнает.

— Верно, — с улыбкой сказала Доун.

— А ты говорила, что это безопасно.

— Я сказала, что это безопасно для тебя.

— У тебя не будет проблем с восстановлением связи, когда ты уйдешь?

— Не знаю. Сомневаюсь, ведь звездное семя все еще цело. Довольно странно больше не чувствовать этой связи.

— Ты в порядке?

— Да, просто… Мировой Феникс был со мной с тех пор, как я была ненамного старше, чем ты сейчас. Я забыла, каково это — быть по-настоящему одинокой. Это немного дезориентирует.

— Одинокой, говоришь. Постараюсь не слишком обижаться на это.

— Перестань дразниться; ты знаешь, что я имею в виду.

Он ослепительно улыбнулся ей.

— Может, выберемся отсюда? — спросил он. — Наладим связь снова?

— Это напрягает — держать меня в изоляции вот так?

— Вовсе нет.

— Тогда давай не будем торопиться. Звездное семя довольно прочное, и у меня есть целая вечность, чтобы быть связанной с Мировым Фениксом.

Джейсон снова принялся осматривать свое вновь изменившееся пространство души. Портальная арка, через которую они прошли, все еще стояла, но энергия внутри нее исчезла, закрыв ее, пока Джейсон не откроет снова. Она находилась на краю того, что могло бы стать большой общественной площадью, если бы было общество, чтобы ее населять. В центре площади стояла знакомая пагода, хотя эта была больше тех, что находились в духовных доменах Джейсона. Она была заметно шире и имела десять этажей вместо обычных пяти.

Джейсон взмыл в воздух, не используя плащ как крылья, а просто применяя свою власть над окружением. Он поднял Доун вместе с собой, чтобы они могли осмотреть все пространство. Небо над ними было таким же ясным и голубым, как в мире снаружи, солнце освещало то, что оказалось островом. Он выглядел примерно тридцать на пятнадцать километров, с сильно различающимися высотами. Там была небольшая гора, песчаные пляжи и то, что выглядело как область, опущенная ниже уровня моря.

На противоположном от горы конце острова находилась лагуна, вдоль берега которой тянулся небольшой городок. Более крупный населенный пункт, за вычетом населения, располагался в центре острова. Именно здесь находилась площадь с пагодой. Остальная часть острова была покрыта разнообразным ландшафтом, большую часть которого Джейсон узнал по предыдущей итерации своего пространства души. Преобладала растительность: от тщательно ухоженных садов до густых джунглей, хотя открытые тропинки вились даже через самые дикие области. Джейсон также чувствовал сеть туннелей и пещер, проходящих под островом, наполненных светящимся грибком.

Повсюду были водные пути: от ручьев, бегущих через джунгли, до подземных рек, садовых водоемов и каналов в большом городе и вокруг него. Джейсон знал, что это физические воплощения магии, текущей из астрала и обратно, снабжающей энергией это пространство, наряду с его духовными доменами, облачным домом и его собственным телом. Он чувствовал, как магия движется, словно кровь по кровеносной системе.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила его Доун.

— Как… не хочу этого говорить.

— Как бог.

Джейсон кивнул.

— Это звучит неправильно, если произнести вслух, — тихо сказал он.

— Правда в том, Джейсон, что здесь ты больше, чем бог. Боги принадлежат своему миру, но они не воплощают его. Им приходится делиться, и они расходный материал. Посмотри на Чистоту. Но ты не принадлежишь этому миру; ты и есть этот мир.

— Не уверен, что мне нравится обладать такой силой. Не думаю, что могу доверять себе с ней.

— Тогда оставь это место пустым и не имей власти ни над кем. Твоя сила не распространяется за его пределы, так что, как бы всемогущ ты ни был здесь, снаружи ты остаешься практически неизменным.

— Практически?

— Есть несколько вещей, о которых нам стоит поговорить. О, и ты почти наверняка перестал стареть.

— Погоди, что? Ты хочешь сказать, что я никогда не умру?

— Конечно, ты умрешь. Вероятно, много раз; ты, кажется, не можешь удержаться от этого. Просто не от старости.

— Хм. Думаю, мне придется посидеть с этой мыслью некоторое время, прежде чем она уложится.

— Правда в том, что ты, вероятно, стал бессмертным с тех пор, как принял благословение Мирового Феникса и изменил свое тело. По крайней мере, это увеличило бы твой жизненный цикл на порядки.

— Ты никогда не чувствовала необходимости сказать мне?

— Джейсон, я видела достаточно людей, достигших алмазного ранга, чтобы знать, как выглядит тот, кто, вероятно, его достигнет. Сорамир увидел то же самое, когда впервые встретил тебя. У авантюристов, которые добьются успеха, есть нечто особенное; в твоем мире это называют «фактором Икс». У тебя он есть, у Софи он есть. У Руфуса он есть, даже со всеми этими сомнениями в себе. Эмир Бахадир увидел это в тебе. Даже сам Руфус. Он много говорит о том, что пришел из школы, но он видел много авантюристов, хороших и плохих. Он знал, что у тебя это есть с самого начала.

— А как насчет моих других друзей?

— У тебя отличная команда. У всех них есть потенциал, хотя у некоторых в разных направлениях. Гэри и Трэвису придется пойти путем ремесленника. Они оба теперь используют ядра монстров.

— Разве можно достичь алмазного ранга, используя ядра? — спросил Джейсон.

— В прогрессе высокого ранга есть нечто большее, чем просто убийство монстров или поглощение ядер. Во многом те, кто посвятил себя ремеслу, имеют преимущество в этом отношении. Но это вещи, которыми с тобой поделятся, когда ты приблизишься к золотому рангу.

— Разве не помогло бы узнать их сейчас?

— Не отвлекайся. Серебряный ранг — это последний раз, когда пользователи эссенции могут продвигаться, просто очертя голову бросаясь в приключения. Наслаждайся этим временем. И у тебя достаточно дел, Джейсон.

— Это точно. Эй, а как насчет моих духовных доменов?

— А что с ними?

— Ты сказала, что моя сила не распространяется за пределы этого царства, но у меня есть мои духовные домены.

— Есть предел тому, что ты можешь с ними сделать. Особенно сейчас.

— Почему у меня такое чувство, что ты знаешь намного больше о том, куда все это идет, чем я?

— Я знаю намного больше обо всем, чем ты.

Он посмотрел на нее, приподняв брови.

— Обо всем, что имеет значение, — поправила она. — Телевидение восьмидесятых не считается.

Джейсон посмотрел на горизонт, где его чувства стали нечеткими.

— Правила астрального пространства? — спросил он.

— Да. На границах пространства все станет странным, поскольку грань между тем, что реально, а что нет, станет неопределенной.

— Пространство здесь фиксировано, — заметил Джейсон. — В предыдущем состоянии регион был изменчив. Он менялся не только по моим указаниям, но и сам по себе. Я все еще могу менять его, но теперь он кажется гораздо более установленным.

— Это более стабильная реальность. Со временем ты поймешь, что твоя способность контролировать ее гораздо сложнее, чем ты сейчас понимаешь. Исследуем ее немного?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я слишком долго ждал, чтобы узнать об астральном троне и астральных вратах. Пойдем взглянем на них.

* * * — Каково это? — спросила Доун, когда они спускались с небес. — На каком-то уровне ты знаешь это место до мельчайшей частицы, не так ли? Это все в твоем разуме одновременно?

— Даже близко нет. Это звучит как какое-то мышление божественного уровня — думать обо всем сразу. Это скорее похоже на знание математики. Ты не думаешь об этом сознательно, но когда тебе нужно подсчитать очки в конце настольной игры, ты помнишь, как работает сложение, не задумываясь об этом.

— Или умножение.

— Я до сих пор не понимаю, почему это твоя проблема с Bunny Kingdom. Это не сложно, а у тебя разум древнего и могущественного существа алмазного ранга.

— Моя проблема не в умножении.

— Тогда в чем проблема?

— Почему ты так зациклился на этом? Мне позволено не любить некоторые вещи.

Джейсон проворчал, когда они приземлились обратно на площадь, перед большими двойными дверями пагоды. Здание было сделано из уже знакомого темного кристалла, внутри дымчатой непрозрачности которого смещались искры света. Другие здания в пространстве души были в основном сделаны из белого облачного материала с отделкой цвета заката. Это включало и те, что окружали массивную открытую площадь.

— Мне не нравится, что это напоминает мне площади для поклонения, которые есть в Паллимустусе, — сказал Джейсон.

— Это место полностью происходит от тебя, — напомнила ему Доун.

— У каждого есть вещи, которые ему не нравятся в себе.

Он посмотрел на возвышающуюся башню.

— Астральный трон. Держу пари, там есть тронный зал.

— Ты не знаешь?

— Есть, — устало сказал он. — Я знал это в тот момент, когда задался вопросом.

Они направились к дверям, которые открылись сами по себе, и вошли в увеличенную версию атриума, составляющего первый этаж всех пагод Джейсона. Этот был более сложным, в комплекте с теми же мезонинными уровнями, с которых водопад низвергался в пруд. Обычно открытое пространство пола было разделено на зоны стенами из зелени и водными объектами, через которые перекинуты маленькие мостики. Там были арки, покрытые цветущими лианами, и отдельно стоящие лиственные растения, посаженные прямо в пол. Самое большое открытое пространство находилось сразу за дверями, на противоположной стороне которого стоял стол, за которым находилась теневая фигура.

Это был не Тень, хотя теневая сущность была очень похожа на ранние воплощения Тени в виде фигуры в капюшоне, до того, как он приобрел свой фетиш дворецкого. Разница была в том, что внутри капюшона этой фигуры был тот же туманный глаз, что был у Джейсона и Гордона, хотя этот был размером с лицо.

— У тебя есть стойка регистрации, — сказала Доун.

— Это сложное здание, — сказал Джейсон. — Я до сих пор не уверен, что думать об этих аватарах. Они часть этого дела с астральным троном, не так ли?

— Окольным путем. Они у тебя есть, потому что ты астральный король. Ты астральный король, потому что у тебя есть астральное королевство. Именно так посланники называют такие пространства, как это. У тебя есть астральное королевство, потому что ты обладаешь астральным троном и астральными вратами.

— Значит, «да» — это то, что ты говоришь.

— Если хочешь быть редукционистом.

— У меня сейчас много всего происходит, Доун; я прямо-таки жажду быть редукционистом.

— Что всегда отличная идея, когда имеешь дело с массивными межпространственными силами, управляющими состояниями реальности. Я собиралась объяснить третий элемент, который тебе в конечном итоге понадобится, чтобы завершить это пространство, но это может подождать. На самом деле, лучше подождать. Это не то, что даже существа алмазного ранга используют легкомысленно.

— Есть третья вещь? У меня есть астральный трон и астральные врата. Это астральное окно? Астральная лестница? Астральная будка? Не думаю, что мне повезет найти астральный гриль для барбекю.

— Нет. Это называется кузница душ, и она предназначена для инженерии душ. Однажды ты нашел меч, окутанный душой, превращенной в барьер. Это был результат инженерии мечей.

— Я собирался задать кучу вопросов, но услышав о том, что души используются как крафтовые материалы, у меня сразу отпало желание. Думаю, я последую твоему совету и пока держусь подальше от этих вещей. Пойдем проверим астральный трон. Подъемные платформы здесь.

Когда они пересекали атриум, Джейсон огляделся. Он театрально раскинул руки, и стены стали прозрачными, заменив рассеянный окружающий свет естественным светом снаружи. Он остановился и осмотрел пространство, не совсем довольный. Он поднял себя и Доун на несколько метров в воздух.

— Мне нравится естественный свет, — сказал он, — но он не наполняет комнату так, как мне хотелось бы. Слишком много теневых областей со всеми этими стоячими растениями и тому подобным.

— Ты думаешь об этом как смертный, — сказала Доун.

— Что ты имеешь в виду?

— Если тебе не нравится, что делает свет, заставь его делать что-то другое.

— Что? Нельзя просто изменить то, что делает свет.

— Нет. Но в этом месте ты можешь.

— Я не знаю, как это сделать. Как работает свет?

— Как ты захочешь.

Он посмотрел на нее скептически, и она указала вверх.

— Это твое солнце в небе, Джейсон. Просто попробуй.

Джейсон посмотрел на нее с неуверенностью, но сосредоточился. Через мгновение то, как освещалась комната, прошло через последовательность изменений. На разных этапах свет падал по-разному, мерцал, становился синим и, на короткое мгновение, исчез полностью, превратившись в аромат океана.

— У тебя не очень хорошо получается, — отметила Доун, когда они плыли в темноте.

Свет вернулся.

— Не так давно я продавал степлеры оптом, — сказал Джейсон, когда свет вернулся. — А теперь я пытаюсь изобрести гибкий свет, когда все, что у меня есть для справки, — это УФ-гранаты из второго фильма Блейд, и они были полной чушью. Меня не совсем воспитывали в среде, которая подготовила бы меня к тому, чтобы быть межпространственным повелителем пусть и небольшого, но пустого феода. Не все мы имели родителей-иномирян.

— Имеем, — сказала Доун. — Мои родители все еще живы.

— Тогда почему твой босс отправил тебя ко мне, а не к ним, когда тебе понадобилось заземление в смертных чувствах?

— Мы давно не виделись. К тому же, они не лучшие для того, чтобы держать кого-то на земле.

— Нет?

— У них много дел.

— Например?

— Детали не имеют значения.

— Действительно кажется, что детали будут иметь значение.

— Они… часто заняты работой.

— Их работа заключается в?

— Администрировании.

— Администрировании?

— Да.

— Администрировании чего?

Доун отказалась смотреть ему в глаза.

— Доун…

— Они могут править небольшой… межгалактической империей.

Джейсон расхохотался.

— Трэвис был прав! Ты волшебная космическая принцесса!

Доун сверкнула на него глазами, пока он продолжал громко смеяться.

— Тебе стоит остерегаться толстых слизней, которые хотят посадить тебя в бикини.

Доун продолжала сверкать глазами, пока Джейсон пытался подавить смех и с треском провалился.

— Ты понимаешь, что тебе нужно закончить исправлять свет, верно? — спросила она его.

Джейсон покачал головой, продолжая смеяться.

— Я просто указываю на это, потому что ты поджег пруд.

— Что? О черт.

ПОЧЕМУ КТО-ТО ВООБЩЕ ВЫБРАЛ ТЕБЯ

ПОЧЕМУ КТО-ТО ВООБЩЕ ВЫБРАЛ ТЕБЯ

Подъемная платформа остановилась на верхнем этаже пагоды, высадив Джейсона и Доун в одном конце длинного тронного зала. Она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Знаю, — сказал он, сникая от стыда.

Они посмотрели в дальний конец зала, и оба удивленно замерли, увидев сам трон. Окружающее пространство было вычурным и идеально подходило для помпезных церемоний: декоративные стойки для оружия, гобелены, изображающие Джейсона, который — если говорить строго — справлялся в некоторых битвах куда лучше, чем в реальности. В конце зала лестница вела на платформу, над которой висел астральный трон.

— Кресло-гамак? — спросила Доун.

— Теперь я чувствую себя гораздо лучше по поводу всего этого, — сказал Джейсон. — Хотя всю остальную чепуху придется убрать.

Широким жестом он стер всё вокруг: обстановка растворилась и закружилась, словно разноцветные блестки, подхваченные хаотичным ветром.

— Тебе не обязательно махать руками, как фокуснику, каждый раз, когда ты что-то меняешь, — заметила Доун.

— Обязательно.

— Нет, Джейсон. Не обязательно.

— А ты что, астральный король?

Единственным ответом Доун был усталый стон.

— Вот именно, — сказал Джейсон. — Кто-то из нас знает, о чем говорит.

— Ты сейчас серьезно пытаешься морочить мне голову из-за своей тяги к образу фокусника?

Одежда Джейсона растворилась, как и остальное убранство зала, и превратилась в смокинг и цилиндр. Он поиграл бровями, глядя на Доун.

— Абракадабра.

Доун покачала головой.

Зал преобразился, на этот раз приняв форму длинного холла. Появился ряд столов с углубленными, покрытыми сукном поверхностями — как столы для снукера, только без луз. Также здесь стояли удобные диваны, шкафы со стеклянными дверцами и холодильники, забитые напитками и закусками. Стены больше не были увешаны гобеленами и декоративным оружием; теперь их занимали квадратные стеллажи, за исключением мест, занятых шкафами, холодильниками и секцией в дальнем конце, похожей на винные полки.

— Это стеллажи «Каллакс»? — спросила Доун, разглядывая квадратные ячейки.

— Ага.

— У тебя есть сила переделывать этот мир вплоть до законов физики, а ты установил стеллажи из ИКЕА.

— Грег бы это одобрил. Думаю, можно проверить. Тень?

— Мистер Асано, — голос Тени раздался из тени Джейсона. — Я не собираюсь пытаться связаться со Жнецом, чтобы он спросил вашего покойного друга, как именно он хотел бы хранить настольные игры, которые он вам оставил, в царстве, над которым вы обладаете божественной властью.

— Ну пожалуйста?

— Нет.

На полках появились настольные игры, укладываясь стопками и проносясь вдоль стены, словно волна.

— Это место по-прежнему служит хранилищем для моего инвентаря, — сказал Джейсон. — Раньше оно всегда хранило предметы в своего рода стазисе. Теперь же вещи, которые я здесь храню, существуют в потенциальном состоянии, и я могу воспроизвести их в том виде, в котором они попали сюда. Я что, репликатор из «Звездного пути»?

Доун улыбнулась.

— Интересно было, когда мы дойдем до этой части, — сказала она. — Если уж мы собираемся обсуждать детали, нам стоит получше рассмотреть астральный трон.

Они пошли по длинному залу, пока полки продолжали заполняться.

— Сколько игр было у Грега? — спросила Доун. — Я и не подозревала, что их так много.

— Это потому, что ты видела только ту часть коллекции, которую я оставляю в игровой комнате облачного дома, — сказал Джейсон. — А это дополнительные, которые я хранил в инвентаре.

— Их ведь не хватит, чтобы заполнить весь этот зал, правда?

— Конечно, нет. Видишь в конце ту секцию, похожую на винные полки? Это хранилище для игровых ковриков.

— Понятия не имею, почему кто-то вообще выбрал тебя для спасения целой планеты.

— Думаешь, я немного более легкомыслен, чем ты ожидала от агента своего босса?

— Ты бываешь довольно зловещим, когда находит настроение, но, кажется, никогда не можешь найти золотую середину. Мелодрама, похоже, твое базовое состояние. Я привыкла иметь дело с людьми, которые немного более... предсказуемы в своих методах.

— Ты считаешь меня непоследовательным.

— Честно говоря, да. Но, к моему большому удивлению, мне гораздо больше нравится твоя веселая сторона, чем опасная. Впрочем, я не уверена, почему Мировой Феникс выбрал именно тебя. Ты не самый предсказуемый оперативник.

— Твой босс тоже предпочитает мою веселую сторону. Или, по крайней мере, считает ее необходимостью.

— Не уверена, что понимаю.

Джейсон развел руками, указывая на стены вокруг них.

— Вот почему, — сказал он. — Потому что я превратил тронный зал в игровую комнату. Готов поспорить, что, несмотря на все мои попытки сделать что-то неожиданное, всё укладывается в расчеты твоего босса. Бесконечный опыт означает способность просчитать бесконечное количество непредвиденных обстоятельств. Мировой Феникс понимал, что тот, кого он использует в качестве «кошачьей лапы», получит власть, которую, возможно, не должен был получать. Например, станет астральным королем на три ранга раньше срока.

Доун кивнула своим мыслям.

— Сила исполнять наши сокровенные желания показывает, что это за желания, — задумчиво произнесла она, а затем с улыбкой посмотрела на Джейсона. — А у тебя желания идиота.

— Ага, — гордо согласился он.

Они дошли до конца зала и небольшой лестницы, ведущей на платформу, где с высокого потолка на веревке свисало плетеное кресло-гамак, устланное мягкими подушками. Они поднялись по лестнице и остановились перед ним.

— Астральный трон — это не то же самое, что дверь, которую ты поглотил у Строителя, — сказала ему Доун.

— Знаю, — кивнул Джейсон. — Я чувствую разницу. Это часть меня. Системное сообщение не говорило, что я поглотил астральный трон; оно сказало, что я его создал. Я вырвал из двери нечто под названием «фундаментальное ядро» и поглотил его.

— Та дверь была создана для переделки реальности на фундаментальном уровне. Ты каким-то образом забрал из нее основной механизм, и твоя душа расшифровала способ сделать это, по крайней мере, в пределах твоего царства души.

— Моя душа, кажется, очень адаптивна. В зонах трансформации она, по сути, научилась переделывать реальность. Это что-то, что Мировой Феникс сделал со мной?

— Нет. Каждая душа так адаптивна. Представь душу как бесконечную массу бесформенного потенциала. У нее есть сила делать практически всё, но, поскольку она бесформенна, она ничего не может сделать. Но покажи ей, как принять форму, и она сможет вылепить себя в эту форму. Некоторые формы относительно просты и ограничены, как большинство расовых даров, поэтому они быстро достигают большей части своего потенциала и почти не развиваются. Другие становятся сильнее по мере того, как душа лучше понимает, как принять эту сложную форму.

— Как когда я осваивал силу домена духа. Или способности эссенций.

— Именно. И вот почему благословение великого астрального существа не может оказать никакого негативного влияния; всё, что делает благословение, — это показывает душе паттерн, который она может принять для себя. Благословение на самом деле ничего не дает.

— И именно это произошло с астральным троном, — сказал Джейсон. — Моя душа поглотила фундаментальное ядро и использовала его как чертеж для астрального трона.

— Точно. Функция астрального трона — позволить тебе переписывать реальность. Внутри твоей души эта сила безгранична. Снаружи у тебя будет некоторая способность делать это в пределах твоего домена духа, но влияние твоей души также будет сталкиваться с целой реальностью.

— Делая результаты гораздо более ограниченными.

— Да.

— Та власть, которую я использовал, — сказал Джейсон, хмурясь, пока его разум выстраивал связи. — Она исходила от двери Строителя и имела аспекты строительства и измерения. Думаю, когда я использовал ее на облачной фляге, моя душа поняла, как влиять на эти аспекты через мои домены духа. Она узнала форму того, как это делать. Или, может быть, она уже знала. У меня была запечатанная способность, которая открылась, когда я использовал эту власть. Думаю, моя душа запечатала эту силу, потому что я был не готов к ней, а власть взломала эту печать.

— Понимание механизмов важно, — сказала ему Доун, — но скорее для будущего, чем для сегодняшнего дня. Я просто хотела, чтобы ты понял основы, прежде чем мы перейдем к практическим аспектам того, чего может достичь трон.

— Например, как вещи теперь здесь хранятся, — сказал Джейсон.

— Да. У тебя есть полный контроль над этим пространством, материей и энергией. Мы обсуждали, как душа принимает формы. Это место существует внутри твоей души, поэтому ты можешь придавать ему любую форму. И поскольку твоя душа — это также физическая вещь, то и это физическое пространство. Ты можешь приносить сюда вещи и переделывать их.

— Но есть ограничения, верно? Не на меня, а на вещи, отличные от меня, которые попадают в это пространство.

— Твое интуитивное понимание хорошо, — сказала Доун. — Ты можешь менять вещи, которые принес сюда снаружи, но эти изменения сохранятся, когда объект покинет это место, только если они соответствуют природе этих объектов.

— Если я испеку здесь яблочный пирог из обычных ингредиентов, он останется яблочным пирогом, когда вернется наружу, — сказал Джейсон.

— Да. Но если ты превратишь эти яблоки в абрикосы и испечешь из них пирог, он распадется, как только его вынесут из этого пространства.

— И я не смогу менять души.

— Нет. Точно так же, как Строитель не мог вторгнуться в твою, ты не можешь вторгнуться в чужую. Если только они не пригласят тебя.

— Что Строитель и пытался заставить меня сделать своими мучениями, — сказал Джейсон.

Джейсон и Доун обменялись взглядами, но никто не озвучил, что Джейсон мог бы сделать то же самое с кем-то, запертым в его царстве души.

— А как насчет вещей, которые я создаю здесь? — спросил Джейсон. — Могу я делать монеты духа?

— Не знаю. Можешь?

Джейсон протянул руку, и появились шесть монет, по одной каждого вида, от низшей монеты духа до алмазной.

— Они не совсем такие, — сказал он. — Я чувствую это. Дай попробовать еще раз.

Монеты исчезли, и появился другой набор.

— Я подключился к магическим венам, проходящим через это место, чтобы наполнить их магией, — объяснил он. — Я подумал о том, что ты сказала насчет того, что внешние силы должны меняться в рамках своих естественных параметров. Монеты духа — это, по сути, просто застывшая магия, поэтому я взял немного той, что моя душа втянула снаружи, и превратил ее в монеты.

— Они ничем не отличаются от первого набора.

— Отличаются, я чувствую, — сказал Джейсон. — Всё, что до серебряной монеты, должно нормально выдержать вынос наружу. А вот золотые и алмазные, думаю, не удержатся.

— Ограничено рангом, который твоя душа научилась использовать?

— Ага. Я могу лутать монеты более высокого ранга с монстров более высокого ранга, потому что они служат шаблоном ранга для моей способности лута, но сама по себе моя душа с этой задачей не справляется.

Доун задумчиво посмотрела на Джейсона.

— Что?

— Знаешь, есть кое-что, что я давно хотел сделать, и сейчас, возможно, самое подходящее время.

— О?

Кулак Доун врезался в лицо Джейсона со всей ее силой и скоростью алмазного ранга. Она отшатнулась, схватившись за кулак, в то время как Джейсон попятился, ошеломленный, но невредимый.

— Что это было?

— Из чего ты сделан? — спросила она, все еще потирая руку, которую ушибла, безуспешно ударив Джейсона.

— Не уверен. Из бесконечности? Разве можно быть сделанным из такого?

— Почему это было больно?

— Мой дом — мои правила. Тебе стоило подождать, пока я достигну алмазного ранга, как ты и планировала. И, может быть, не стоит делать это там, где я — альфа и омега.

Джейсон заставил боль в руке Доун исчезнуть, качая головой, когда он снова переключил внимание на монеты в своей руке.

— Даже без золотых и алмазных монет я могу, по сути, делать бесконечное количество денег таким образом. Лучше мне, знаешь ли, этого не делать. Я не хочу обрушивать экономики или злить каких-нибудь торговых богов.

— Очень разумно, — сказала Доун. — Они не будут возражать, если ты будешь вбрасывать немного лишних денег в экономику тут и там, пока ты сдерживаешь себя. Ты далеко не единственный человек, получивший такую причудливую силу, которая позволяет производить практически бесконечные деньги. Их наказывают только если они злоупотребляют этим, поскольку боги не любят отказывать людям в использовании их способностей. За некоторыми примечательными исключениями.

— Не то чтобы я изначально нуждался в деньгах.

— Нам следует вернуться к обсуждению потенциала твоего астрального трона.

— Хорошо, потому что у меня куча вопросов. Что будет, если я скормлю кому-нибудь сомнительные монеты духа, в которые я неправильно закачал магию? Они будут поддерживать их тело, пока они здесь, но что произойдет, когда они уйдут, а магия, которая их поддерживала, окажется фальшивой?

— Это было бы нормально, потому что изменения, которые они претерпели в твоем пространстве души, соответствовали их природе.

— А если я изменю им цвет глаз?

— Ты не сможешь сделать это изменение на уровне души. Их тело и душа будут в конфликте. Человек обычного ранга смог бы это выдержать, потому что их тела менее тесно связаны с душами. Именно так что-то вроде болезни Альцгеймера, поражающей твою бабушку, может поразить человека обычного ранга, не убив его. Однако тело пользователя эссенций становится гораздо более проекцией его души по мере повышения ранга, поэтому конфликт вызовет большие проблемы.

— Как только они окажутся вне моего пространства души, где я всё контролирую.

— Именно.

— Окей, а что если человек обычного ранга съест магическое яблоко? Питательные вещества, которые они усвоили, исчезнут?

— Сколько еще из этих вопросов будет о еде?

— Думаю, процентов семьдесят-восемьдесят. А что если я принесу настоящую муку, но наколдую все остальные ингредиенты и испеку торт?

Доун провела руками по лицу.

— Это будет долгая ночь.

АСТРАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТОР

АСТРАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТОР

Астральный трон Джейсона был креслом-гамаком. Он сделал разводящий жест, и тот превратился в подвесное кресло, рассчитанное на двоих.

— Присоединишься ко мне, Космическая принцесса?

Доун покачала головой, когда они уселись вместе. Кресло развернулось к стене позади них — это была задняя стена длинного зала. Стена ушла в пол, открывая вид на остров в астральном пространстве души Джейсона. Повеяло приятным ветерком.

— Эй, — задумчиво произнес Джейсон. — Я не могу проникнуть в душу, даже здесь, но как насчет того, чтобы соскрести какую-нибудь дрянь, которой ее выкрасили сверху?

— Ты говоришь о людях из Ордена Искупляющего Света.

— О них, о вампирах, о ком угодно. О любом, чью душу полили какой-то мерзкой жижей. Было бы здорово, если бы я мог отменить то, что сделали с мамой Софи.

— Ты думаешь, Карлос может помочь?

— Возможно, — ответила Доун. — Если он поможет тебе понять процесс перевода кого-либо из живого оскверненного состояния в живое неоскверненное, ты, возможно, сможешь пропустить промежуточный этап.

— Тот самый, где они ужасно умирают?

— Именно. В обычных условиях фаза перехода смертельна, но здесь этого можно избежать. Если ты сможешь проследить сам процесс, это может стать возможным.

— Звучит не как простое решение, на которое я надеялся.

— А разве бывает иначе?

— Судя по твоему описанию, мне придется довольно досконально изучить, как все это работает.

— Да, но не на уровне эксперта. Пока у тебя есть достойное понимание происходящего, ты должен добиться успеха.

— На это все равно уйдет много времени.

— Но время, потраченное с пользой, не находишь?

— Не уверен, что у меня будет это время, если я уеду из Римароса.

— Возможно.

Джейсон прищурился, подозрительно глядя на нее.

— Ты что, плела интриги и заговоры, пока я выздоравливал?

— Увидишь. Куда ты поместил астральные врата?

— Большинство астральных королей размещают их рядом со своим астральным троном?

— Да, обычно они находятся в тронном зале.

— Значит, у других астральных королей тоже есть тронные залы? А ты меня осуждала.

— Что я такого сказала, что было осуждением?

— Я чувствовал, как ты меня осуждаешь. От тебя исходили такие флюиды.

— Флюиды?

— Да, флюиды. Ты отрицаешь наличие осуждающих флюидов?

— Нет, — признала Доун. — Но в свое оправдание замечу: на тебе цилиндр.

— И я выгляжу очень щегольски.

Джейсон все еще был в костюме фокусника, в который переоделся.

— Эй, у меня в кармане есть разноцветный платок. Вытащишь его для меня?

— Нет.

Джейсон разочарованно хмыкнул, снял цилиндр, перевернул его и заглянул внутрь.

— Прости, дружище, она не оценила. Будет кролик в рагу. Да, я тоже думал, что девушкам нравятся фокусы. Нет, она точно не позволит распилить себя пополам.

— Джейсон, пожалуйста, перестань.

Кролик высунул голову из шляпы, опираясь передними лапками на поля.

— Послушай, леди, — сказал он. — Если тебе не нравится магия, это твое дело, но мы тут беседуем. Так что, если ты не хочешь вытянуть карту или что-то в этом роде, может, пойдешь прогуляешься?

— Эй, — сказал ему Джейсон. — Не груби.

— Только не начинай, — ответил кролик. — Это не я веду беседу с кроликом, которого сам же и придумал.

Доун встала с кресла.

— Я пойду поищу астральные врата, — сказала она ему и направилась к подъемной платформе.

— Смотри, что ты наделал, — сказал кролик Джейсону, наблюдая, как она уходит. — Ты совершенно не умеешь обращаться с женщинами.

— Это говорит тот, кто должен был быть моим напарником.

— Я воображаемый кролик!

* * * На подъемной платформе вместе с Джейсоном Доун не раз бросала настороженные взгляды на цилиндр, который снова красовался у него на голове.

— Я понимаю разницу между богом и великим астральным существом, — сказал Джейсон, пока платформа везла их вниз через здание. — А куда вписываются астральные короли?

— Где-то посередине, — ответила Доун. — Великие астральные существа отвечают за космос и обитают в глубоком астрале. Боги — это что-то вроде региональных менеджеров полноценных вселенных. Астральные короли — это, по сути, разумные миниатюрные вселенные.

— Я — мини-вселенная?

— Джейсон, мы внутри твоей души. В лифте.

— Справедливо. Странный сегодня день. Впрочем, странными были последние несколько лет, но узнать, что я — мини-вселенная, — это что-то особенное. Определенно, входит в восьмерку самых странных дней.

— В восьмерку?

— Список не обязательно должен быть из десяти пунктов.

— А какие остальные семь?

— Однажды я нашел маринованный огурец, похожий на Брайана Крэнстона. На Брайана Крэнстона из «Во все тяжкие», а не на Брайана Крэнстона из «Малкольм в центре внимания».

— День, когда ты нашел огурец, стоит в одном ряду с открытием, что ты — миниатюрная вселенная?

— Ты не дала мне закончить. Потом я нашел еще один огурец — заметь, в тот же самый день, — который был похож на Брайана Крэнстона из «Малкольм в центре внимания».

Она посмотрела на него безэмоциональным взглядом.

— Он упал в чьи-то волосы, — объяснил он. — Было немного противно его поднимать, но как можно было удержаться?

— Очень легко, подозреваю. Что ты делал, что постоянно находил огурцы?

— Катался на водных лыжах.

— Ты нашел несколько огурцов, катаясь на водных лыжах?

— Я же говорил, что день был странный.

Подъемная платформа достигла атриума первого этажа и продолжила спуск на нижние уровни. В отличие от верхних этажей, где открытая платформа позволяла пассажирам осматриваться, подземные уровни были заключены в цилиндр.

— Я думал, это будет больше похоже на обычный лифт, — сказал Джейсон, — но это больше напоминает уровень с лифтом из сайд-скроллерного beat ‘em up.

— Это видеоигра?

— Ага. Там всегда есть уровень с лифтом, куда постоянно запрыгивают болванчики, чтобы подраться.

Джейсон посмотрел вверх на туннель, по которому они спускались, как раз в тот момент, когда начали спрыгивать ниндзя, приземляясь в боевые стойки.

— Джейсон…

— Ладно, — надулся Джейсон, и ниндзя исчезли от его пренебрежительного жеста. — С тобой никакой радости.

Она посмотрела на него, приподняв брови.

— Ладно, немного радости есть.

— Почему у тебя возникло столько проблем с изменением освещения, а ниндзя и говорящий кролик — не проблема?

— Все дело в понимании, как ты и сказала. Я ничего не знаю о преломлении света, но зато много знаю о ниндзя.

— Правда?

— Конечно. Как те ниндзя только что. Я знал, что они не представляют угрозы, потому что их было слишком много.

— Как большое количество делает их не опасными?

— Закон сохранения ниндзюцу.

— Я пожалею, что спросила, но закон чего?

— Сохранения ниндзюцу. Ниндзюцу — это ограниченный ресурс. Один ниндзя опасен, потому что у него есть все ниндзюцу, но куча их в одном месте слишком сильно его разбавляет, и они превращаются в болванчиков.

— Я была права: я жалею, что спросила. Думаю, мне нужно вытащить тебя отсюда. Такое чувство, что ты пытаешься воссоздать «Алису в Стране чудес», но с трагическими отсылками к восьмидесятым.

— Я ничего подобного не делаю. И что ты имеешь в виду под «трагическими»?

— Как будто ты пытаешься сделать «Рыцаря дорог» в интерпретации Льюиса Кэрролла.

— Это уже низко.

Подъемная платформа остановилась, и они вышли в туннель с мозаичным полом в бирюзовых тонах. Однако внимание привлекало то, что стены и потолок были стеклянными, а по ту сторону находилась вода, кишащая морскими обитателями. Освещения не было, но вся морская живность светилась.

— Мне это нравится, — сказала Доун.

Их ждала небольшая дрезина, похожая на гольф-кар на рельсах; она тронулась, как только они сели.

— Я мог бы просто мгновенно переместить нас к месту назначения, — заметил Джейсон.

— Джейсон, ты мог бы оставить нас там, где мы были, и сдвинуть всю реальность так, чтобы место назначения само пришло к нам.

— Э-э, конечно, — сказал Джейсон. — Но иногда жизнь — это путь. Разве не об этом твоя начальница хотела, чтобы я напомнил тебе, когда прислала тебя ко мне?

— Полагаю, в каком-то смысле так и было.

— Но здесь внизу не только красиво, — сказал Джейсон. — Астральные врата — это центр всей магии, поступающей из астрала. Вся вода в домене — магические артерии — берет начало в том месте, куда мы направляемся. Это настоящее сердце этого места.

— Что ты чувствуешь от астральных врат? — спросила Доун.

— Я чувствую, что это врата в глубокий астрал, и я могу вытягивать через них изрядную порцию магии. Наверное, я мог бы использовать их для быстрой подзарядки маны, хотя подозреваю, что процесс будет не самым гладким. Уверен, фильтрация сырой магии через мое пространство души для очистки ее в ману будет колоть, как черт знает что. Но, помимо использования в качестве батареи для моих духовных доменов, я немного опасаюсь их использовать.

— Хорошо, — сказала Доун, когда они приблизились к концу туннеля. — Астральный трон — это то, с чем ты уже должен справиться, потому что он управляет внутренними функциями твоего пространства души. Астральные врата — это взаимодействие с пространственными силами за пределами твоих доменов.

— Высовываю нос в космос.

— Да. С чем тебе стоит повременить довольно долгое время.

— У меня сложилось такое же впечатление, — сказал он, указывая на массивные двери в конце туннеля. Они были из тяжелой промышленной стали, с большой белой табличкой с простыми красными буквами.

ОЧЕНЬ ОПАСНАЯ МАГИЧЕСКАЯ ХРЕНЬ — НЕ ВХОДИТЬ.

Джейсон небрежно махнул рукой, и двери открылись с неохотным визгом металла. За ними был еще один комплект дверей и еще одна табличка.

КЛАЙВ, ЧТО Я ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛ?

Джейсон открыл и эти двери, обнаружив третий комплект.

СЕРЬЕЗНО, КЛАЙВ, ПОВОРАЧИВАЙ НАЗАД. СЛЕДУЮЩАЯ ТАБЛИЧКА — ЭТО ПРОСТО АНИМИРОВАННОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ТВОИХ РОДИТЕЛЕЙ, КОТОРЫ ЗАНИМАЮТСЯ ЭТИМ В АКВАРИУМЕ С УГРЯМИ. СО ЗВУКОМ И ВСЕМ ОСТАЛЬНЫМ. ЭТО ОЧЕНЬ ПРОТИВНО.

— Сколько здесь таких дверей? — спросила Доун.

— Еще восемь или девять. После шестой они становятся довольно откровенными, так что я просто удалю их до самого конца.

— Более откровенными, чем родители Клайва в аквариуме с угрями?

— О да. На восьмой двери анимированные щупальца с… сколько аниме ты смотрела, пока была на Земле?

— Немного.

— Тогда просто скажу, что это плохо. Ты, наверное, можешь себе представить.

Джейсон снова махнул рукой, и туннель внезапно опустел, вплоть до последнего комплекта дверей где-то дальше. Они пошли, перешагивая через один мокрый участок пола и другой, который был липким.

— Что это было? — спросила Доун.

— Ты действительно хочешь знать?

— Нет, раз уж ты спрашиваешь.

— Просто убедись, что помоешь обувь. На самом деле…

Джейсон подошел к стеклу, отделявшему их от биолюминесцентных морских обитателей, и наколдовал себе в руку небольшой флакон. Затем он постучал по стеклу, и появился маленький краник, как у бочонка. Он наполнил флакон, закрыл кран, и тот слился обратно со стеклянной стеной.

— Держи, — сказал он, протягивая флакон Доун. Она поднесла его к лицу, всматриваясь в него, а затем — на внешнюю сторону стеклянного туннеля.

— Джейсон, ты сделал подземный резервуар с кристальной водой и заселил его светящимися рыбами?

— Категорически нет. Чистота этих рыб — чистое совпадение. Давай проверим ту последнюю дверь, а?

Доун покачала головой, пока Джейсон двигался дальше. Она полила липкую обувь кристальной водой, прежде чем последовать за ним. На последней двери тоже была табличка.

ЛАДНО, КЛАЙВ, Я ЗНАЮ, ЧТО ТЕБЕ ПОМОГЛИ ДОБРАТЬСЯ ДОСЮДА. БЕЛИНДА, ТЕБЕ ДОЛЖНО БЫТЬ СТЫДНО. НАДЕЮСЬ, ТЫ ХОТЯ БЫ ДАЛА КЛАЙВУ ЧИСТЫЕ ШТАНЫ ПОСЛЕ ДЕВЯТОЙ ДВЕРИ.

— Клайв довольно настойчивый парень, когда дело касается новой астральной магии, — сказал Джейсон.

— О, я знаю, — сказала Доун. — Он был очень упорен в просьбах о наставничестве с тех пор, как я стала проводить больше времени в твоем облачном здании. Он даже однажды принес мне цветы.

— О, это мило.

Последние двери были концом туннеля, где он упирался в каменную стену. Двери разошлись от жеста Джейсона, открывая путь в огромный грот морской пещеры. Он был примерно круглой формы, с металлическим мостиком, вьющимся по периметру и привинченным к камню. Вода внизу светилась голубым светом, который был единственным источником освещения в помещении. В центре воды постоянно бил фонтан, делая воздух влажным от тумана.

— В этих каплях много чистой магии, — заметила Доун. — Если бы я не была алмазного ранга или если бы ты не был неприкосновенным в этом месте, здесь было бы очень опасно.

— Я поставил, типа, дюжину огромных запертых дверей с предупреждающими табличками. Что еще тебе нужно? Электрический забор?

— Ты мог бы запечатать его полностью.

— Нет. Магия должна течь отсюда, а я не хочу, чтобы Клайв пытался проплыть по туннелю сырой магии, чтобы ткнуть в источник палкой.

Доун облокотилась на перила и посмотрела на гейзер. Как и вся вода, он светился голубым светом.

— Ты знаешь, что Строитель собирает свой собственный мир из частей, которые он крадет, разграбляя астральные пространства планет ради запчастей.

— Да, это его фишка.

— Он пытается стать не просто богом, а астрально-королевской версией бога. Воплотить мир, который он создал, в масштабе, невиданном ранее.

— Типа астрального императора.

— Если хочешь. Никто не знает, зачем он это делает.

— Думаю, твоя начальница знает. Готов поспорить на деньги, что она как-то замешана в его мотивации собирать эту штуку. То, как она переключила его тумблер, очень подозрительно.

Доун нахмурилась.

— Прости; я знаю, тебе не нравится, что я наезжаю на Мирового Феникса.

— Дело не в этом, — сказала Доун. — На самом деле, почти наоборот.

— Что ты имеешь в виду?

— Каждый раз, когда мы обсуждали то, что Мировий Феникс сделал со Строителем, мой инстинкт подсказывал мне отмахнуться от этого и идти дальше. Теперь я обнаруживаю, что этот порыв отсутствует. Похоже, Мировой Феникс обладает тонким влиянием, о котором даже я не подозревала.

Их мысли обратились к звездному семени внутри Доун, которое было деактивировано духовным доменом Джейсона.

— Знаешь, Карлос знает процесс безопасного извлечения звездного семени. Я мог бы сходить за ним и вытащить эту штуку из тебя в два счета.

— Нет, спасибо, Джейсон. Тебе не обязательно соглашаться со всем, что делает твой работодатель, чтобы работать на него.

— Да, но это не этично выращенный кофе в комнате отдыха, Доун. Ты, наверное, бегаешь вокруг, спасая вселенные и все такое. Мы говорим о сквиллионах жизней.

— Сквиллионах?

— Мне нужно было как-то это назвать, а у таких огромных чисел нет названий. Я почти уверен, что в этот момент они перестают быть числами.

— О чем ты? Числа не перестают быть числами.

— Я слышал, что если взять достаточно большие числа, они ведут себя странно. Как реальность на краю астрального пространства. Это что-то из математики, да?

— Нет, — сказала Доун. — Математика работает не так. Совсем.

— Значит, никакого извлечения звездного семени?

— Нет. И, возможно, пора закругляться. Кажется, ты освоился с троном и вратами. С троном можно безопасно играть, а врата ты используешь с пользой, не играя с силами, с которыми не стоит. Единственное, что тебе нужно знать: ты можешь обнаружить, что способен использовать силы врат и трона для усиления некоторых своих способностей. На твоем ранге делать это нужно осторожно и нечасто. Откат будет ничем по сравнению с тем, через что ты только что прошел, но он, вероятно, выведет тебя из любой битвы, в которой ты будешь участвовать. Особенно астральные врата.

— Ну что ж, — задумчиво произнес Джейсон. — Чем же нам заняться остаток вечера?

ПРОЩАНИЯ

ПРОЩАНИЯ

Джейсон и Доун стояли перед аркой, которая должна была перенести их из пространства его души обратно в обычную реальность.

— Волнуешься, что лишишься божественной силы? — спросила Доун.

— Как ни странно, нет. Мне кажется, отсутствие ограничений не лучшим образом сказывается на моем рассудке. Похоже, я начинаю понимать, почему Мировой Феникс хотел, чтобы ты оставалась приземленной, как смертная.

На лице Доун отразилась печаль, в ее жестах промелькнула неуверенность. Это удивило Джейсона: хотя это было едва заметно, раньше он такого за ней не замечал.

— Тебе пора, да? — спросил он.

Она кивнула.

— Я задержалась дольше, чем следовало. Хочу попрощаться здесь. Сейчас на меня не влияет мое звездное семя, но дело не только в этом. В последнее время я позволила себе измениться. Побаловала себя простыми радостями. Но как только я пройду через эти врата, придет время отбросить все это и смотреть в будущее.

Они повернулись друг к другу, Джейсон взял ее за руки.

— У этого всегда был срок, — сказал он. — Мы знали это с самого начала. Не думаю, что кто-то из нас стал бы ввязываться, если бы не это. Когда я снова тебя увижу?

— Чем меньше ты об этом знаешь, тем лучше. А после того, как увидишь, тебе придется нелегко. Есть вещи, с которыми я не в силах бороться.

Она улыбнулась.

— Но ты ведь тот самый парень, который все равно с ними борется. Я сделала все, что могла, чтобы помочь тебе, но совершить невозможное — твоя задача. Снова. В ближайшие годы наслаждайся жизнью, но и становись сильнее. Как можно сильнее и как можно быстрее. Когда придет время, тебе понадобится вся мощь, которую ты сможешь собрать.

— Разве я когда-то поступал иначе?

* * * Джейсон и Доун вышли из портала. Цилиндр и смокинг Джейсона тут же истлели, оставив его голым как раз в тот момент, когда из-за угла показался Хамфри.

— Я слышал звук открывающегося портала? Наконец-то. Как долго ты собирался... — Хамфри уставился на голого Джейсона. — ЗАСАДА! Я думал, мы уже прошли этот этап...

— Вообще-то, я настоящий, — сказал Джейсон, доставая из инвентаря шляпу, чтобы прикрыть наготу. Позади Хамфри пронесся голый, усатый Джейсон.

— У-У-У!

* * * Джейсон чувствовал легкую тревогу, наблюдая, как Доун изменилась после того, как покинула его пространство души. Ее звездное семя воссоединилось, но, как и говорила Доун, дело было не только в этом. Казалось, она надела маску: расслабленная Доун последних недель исчезла под личиной Иерофанта Мирового Феникса. В некотором смысле Доун ушла в тот самый момент, как вышла из портала, даже если физически она еще не отправилась в путь.

Джейсон уловил странные вибрации между Доун и остальными через их ауры, но что-то в ауре Доун ощущалось как предупреждение. Оно было едва уловимым, почти незаметным — достаточно, чтобы почувствовал только он. Оно вспыхнуло предупреждением об опасности, и он не стал углубляться в эту мысль.

Последнее прощание Доун состоялось на балконе личных апартаментов Джейсона: только он, Доун и Фарра. Время, которое эта троица провела вместе на Земле, было недолгим, но казалось, что они втроем противостояли всему космосу. Хотя она попрощалась с остальными, у них не было такой связи, несмотря на то, что предполагало недовольство Клайва.

Джейсон наблюдал, как Доун и Фарра обмениваются последними словами, но Фарра, как и Джейсон, поняла, что та Доун, которая была их подругой, уже ушла. На спине Доун вспыхнули огненные крылья, и она взмыла в воздух. Она поднималась с ослепительной скоростью, пока даже их глаза серебряного ранга не перестали видеть что-либо, кроме сияния, уходящего в небо.

— Почти как сигнальная ракета, возвещающая конец нашествия монстров и наших проблем со Строителем, — заметила Фарра.

— Нашествия, возможно. Но я не могу отделаться от мысли, что мы снова столкнемся со Строителем и его приспешниками.

— Только не я, — сказала Фарра. — Если ты хочешь отправиться в безумные космические приключения — это твое дело. Посмотри, с кем я говорю: конечно, ты отправишься.

— Думаю, я готов к более приземленным приключениям. Даже Доун сказала, что у меня будет шанс, по крайней мере, на какое-то время. Если только я смогу отвлечь от себя все это внимание. Ты готова к спокойным, чистым приключениям?

— На самом деле, нет, — ответила Фарра.

Он отвернулся от того места, где наблюдал, как свет Доун исчезает в небе, и посмотрел на нее, сдерживая желание заглянуть в ее эмоции через ауру.

— Руфус и Гэри нашли себе призвание вне приключений, — сказала Фарра.

— Ты могла бы присоединиться к нашей команде, — предложил Джейсон. — Мы бы все были рады видеть тебя.

— Я знаю. Но пока ты занимался всеми этими безумствами, мы с Трэвисом работали кое над чем.

— О?

Два стула и стол сформировались из облачного материала, и аватар принес поднос с печеньем и чаем, когда они сели.

— Ты знаешь, что Трэвис проводит много времени в Храме Знания?

— У меня было смутное представление. Честно говоря, я не следил за тем, чем занимаются Трэвис и Тайка, так внимательно, как следовало бы. Он ударился в религию?

— Не совсем, хотя Знание определенно его привлекает. Нет, он вел дискуссии с церковью о магических технологиях с Земли.

— Это его специализация.

— Знание не любит, когда люди, не разбирающиеся в предмете, привносят новую информацию в мировой банк знаний, — сказала Фарра. — Трэвис договаривался о том, какую часть своих знаний ему разрешат начать внедрять здесь. Что он понимает достаточно хорошо, чтобы это не вызвало проблем, когда он начнет преподавать. Богиня не позволит кому-то распространять концепции, которые в корне неверны. Если сделать это в совершенно новой области исследований, можно привнести заблуждения, которые будут сохраняться столетиями последующих исследований, прежде чем их опровергнут.

— Похоже, это намек на меня, но ладно.

— Почему это намек на тебя?

— Я однажды пытался рассказать Клайву о гравитации. Богиня немного взбесилась. Или, может, это была Габриэль. Не думаю, что я ей нравлюсь.

— Когда это было?

— В тот день, когда Эмир прибыл в Гринстоун. Ну, официально прибыл; я-то с ним уже встречался. Это было как раз перед тем, как ты умерла.

— И Эмир пришел пораньше, чтобы встретиться с тобой?

— Думаю, Руфус меня расхваливал. Я что, никогда тебе об этом не рассказывал?

— Ты всегда был немного скрытен насчет времени вокруг моей смерти. Да и записывал ты тогда не так много.

— Верно. В любом случае, при чем здесь ты и эта история с Трэвисом и Знанием?

— Помнишь, как меня впечатлила сетка на Земле?

— Конечно.

— В моем мире есть похожие системы оповещения, но они гораздо менее изящны. Они требуют гораздо большего обслуживания и более высокого уровня магии. В зонах с низким уровнем магии, таких как Гринстоун, они вообще не работают.

— Но на Земле уровень магии гораздо ниже, чем в Гринстоуне.

— Именно. А поскольку магические формации — моя специализация, я смогла узнать очень многое за время пребывания на Земле. Недостаточно, чтобы воспроизвести сетку, но я усвоила множество концепций, которые могут революционизировать широкомасштабные магические соединения в этом мире.

— Значит, ты собираешься обновить системы сигнализации этого мира?

— Это лишь часть. На самом деле, небольшая. Главное, что я собираюсь сделать — это открыть бизнес с Трэвисом.

— Бизнес?

— Телекоммуникации. Мы возьмем все, что знаю я, и все, что знает он, и наколдуем что-то вроде сети мобильной связи. Меньше технологий, больше магии, но, по сути, телефонная сеть. Мы начнем со статических точек подключения, как стационарные телефоны, но передача будет идти через ретрансляционные вышки. Это оставит связь через водные каналы далеко позади.

— Система водных каналов действительно кажется довольно ограниченной.

— Не говоря уже о том, что она дорогая и неудобная. Теперь, когда нашествие монстров идет на спад, мы планируем пилотную программу здесь, в Море Штормов, в качестве проверки концепции. Мы установим вышки в городах-крепостях, чтобы их не снесли бродячие монстры.

— Наличие надежной связи в городах-крепостях спасло бы много жизней во время нашествия.

— Именно поэтому правительство Моря Штормов поддерживает проект.

— Королевская семья?

— Нет, сама правительственная администрация. Знаешь, Джейсон, то, как ты живешь, дает тебе довольно искаженное видение мира.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что ты все чаще мыслишь как золотой ранг. Может, даже как алмазный.

— В каком смысле?

— Если бы ты хотел получить помощь в чем-то, связанном с организацией правительства, к кому бы ты обратился?

— Не знаю. К Лиаре, может быть? К Сорамиру, если это было бы важно.

— Джейсон, до этого нашествия монстров Сорамир был почти мифической фигурой. А Лиара — и принцесса королевства, и один из самых высокопоставленных чиновников Общества искателей приключений в стране. Ты вообще знаешь кого-то ниже ее рангом?

— Конечно, знаю.

— По имени?

— Конечно, э-э, да, Видал. Видал Ладив. Он приходил на наш корабль, чтобы познакомить нас с протоколами нашествия. А потом он появился прямо перед тем делом с подводным комплексом? Забыл, зачем.

— Чтобы провести дебрифинг Софи. Она попала в засаду во время выполнения контракта.

— Они присылают людей поговорить об этом? Когда я попадал в засаду, дебрифинг со мной не проводили.

— Они пытались, но ты посылал их в красочной форме?

— Похоже на правду. Но это они подставили меня под засаду, к тому же они видели все происходящее, так что я не чувствую себя виноватым. Но суть в том, что Видал — совсем не высокого ранга.

— На самом деле, его повысили как раз перед спасательной операцией в подводном комплексе, а потом еще раз — после.

— Конечно, но когда мы встретились, он был просто администратором, рассказывающим людям о протоколах нашествия монстров. Но его повысили? Рад за него.

— Видимо, он проявил лидерские качества и очень помог, когда началось наводнение. Кстати, мне было интересно. У тебя ведь был пояс, который помогал справляться с подводной средой, верно?

— Был.

— Тогда как получилось, что тебя смыло от команды?

— Я не успел его надеть.

— Почему он не был на тебе уже надет? Или почему его не было в одном из твоих комплектов экипировки, которые есть в инвентаре?

— Я знаю, что задним умом понимаю, что должен был, конечно.

— Значит, теперь он у тебя в одном из комплектов?

— Наверное.

— Наверное?

— У меня руки не дошли.

— Угу.

— Я сделаю.

— Это потому, что пояс оранжевый, да?

— Понятия не имею, о чем ты.

— Ярко-оранжевый, и ты не хочешь, чтобы он конфликтовал с твоей драматичной цветовой гаммой.

— Дело не в том, что он оранжевый.

— Помню, когда мы готовились к подводной операции, лавочнику пришлось доставать этот пояс из подсобки. Твое лицо, когда он вышел с ним, было просто в ужасе.

— Я не был в ужасе.

— Если дело не в цвете, может, тебе стоит носить его постоянно? В Море Штормов много воды.

— Я не буду носить оранж... Я не буду носить лишний пояс везде.

Она злорадно усмехнулась.

— Можно, пожалуйста, прекратить об этом говорить?

— Ты в одиночку ввязался в драку с мамой Софи, потому что не хотел надевать оранжевый пояс.

— Можно вернуться к разговору о том, как вы с Трэвисом строите телефонную сеть? Если все получится, весь мир захочет к этому подключиться. Магическое общество вцепится в вас, пытаясь либо захватить контроль, либо помешать вам наживаться на их прибыли от водных каналов. И это будет огромная работа. В Паллимустусе нет промышленных центров и стандартизации производства, как на Земле. Потребуются десятилетия, чтобы распространить это по всему миру.

— Я серебряного ранга; у меня есть десятилетия. Есть много людей, которые не спешат к золотому рангу, Джейсон. Я доберусь туда однажды, но только маньяки самосовершенствования делают это за десять лет. Мать Хамфри только недавно достигла золота, а ей что? Пятьдесят? Шестьдесят? И она знаменитый активный искатель приключений. Жизнь умеет находить тебе занятия.

— То, что она находит для меня, обычно требует, чтобы я был настолько силен, насколько могу, и этого все равно никогда не бывает достаточно, — сказал Джейсон. — Похоже, мне придется стать одним из таких маньяков.

— Ты уже такой. С тех пор как достиг бронзы, ты двигался быстро. Скорость, с которой ты достиг серебра, а затем серебряная стена — это не рекордное время, но быстрее, чем у большинства. С большим отрывом.

— Нам пришлось со многим столкнуться.

— Да, — сказала Фарра. — Джейсон, я знаю, что у тебя много обязанностей. Но теперь есть другие люди, с которыми ты можешь их разделить. Я тебе не нужна. Но если ты хочешь, чтобы я осталась с тобой, тебе нужно только попросить.

— Нет, — твердо сказал Джейсон, качая головой. — То, что ты была рядом со мной на Земле, — больше, чем я мог просить; я бы не справился с тем временем в одиночку. Я не буду счастлив, что тебя больше нет рядом, но я вижу, как ты воодушевлена этим.

— И все же, кажется, что я бросаю тебя в беде. Я долго думала, прежде чем заговорить об этом.

— Это логично. Гэри теперь кузнец на полную ставку, а Руфус — учитель. Ваша команда находит другие пути, вне приключений.

— Я уговорила Руфуса остаться с твоей командой, пока ты не вернешься в Гринстоун, — сказала Фарра. — Он поможет тебе отточить мастерство владения мечом и как следует разобраться с боевыми трансами.

— Я в конце концов вернусь в Гринстоун, — сказал Джейсон. — Но мы планируем идти очень долгим путем. У меня еще много мира осталось увидеть.

— Хорошо. Думаю, работа учителем пойдет ему на пользу. Ты знаешь, как много он говорит о том, что его семья управляет школой. Но у него слишком большой потенциал, чтобы просто быть учителем. Я хочу, чтобы ты подстегнул его, пока он с тобой. Напомни ему, что такого замечательного в том, чтобы быть искателем приключений. Видеть мир и помогать людям. Если он не будет главным, может, он расслабится и не будет так обременен ответственностью.

— Знаешь, я никогда на самом деле не видел его в деле, — сказал Джейсон. — Не по-настоящему.

— В некотором смысле он очень похож на тебя. Множество разных элементов в его наборе сил должны сойтись воедино, чтобы это сработало. Нужны навыки и суждение. Адаптация их к различным ситуациям и подготовка мощных добивающих приемов. Вы оба используете свои наборы сил максимально полно. Вы оба, ранг к рангу, одни из самых сильных боевых искателей приключений, которых я видела.

— Ну, он ведь меня учил.

— И ты научился. Спроси у учителей, как часто этого не происходит.

* * *

ГЛАВА 1: НЕ ПРИХОДИ НА СВЕТСКУЮ ВЕЧЕРИНКУ В ШОРТАХ

ГЛАВА 1: НЕ ПРИХОДИ НА СВЕТСКУЮ ВЕЧЕРИНКУ В ШОРТАХ

Восстановление после ранений — это не то, с чем часто приходилось сталкиваться людям, у которых были деньги на целительную магию. Джейсон Асано был богат, даже по меркам авантюриста его ранга, но тем не менее переживал долгое восстановление. Некоторые раны были слишком глубокими, а у Джейсона была привычка слишком сильно себя нагружать.

У магических сил были пределы, и не только потому, что для их освоения требовалась практика, но и потому, что тело могло выдержать лишь определенную нагрузку. Требовались годы, чтобы приучить организм к тем видам энергии, которые пропускала через себя магия высокого ранга. Джейсон же был человеком, для которого события не желали ждать, пока он наберется необходимой силы.

Во время спасательной операции в полузатопленном горнодобывающем комплексе, глубоко на дне моря, Джейсона и его команду отправили спасать мирных жителей. Комплекс был захвачен фанатичными религиозными изуверами, некоторые из которых обладали исключительной силой. Когда они оказались заперты в комнате без выхода, Джейсон, как это было ему свойственно, совершил невозможное.

Внутри Джейсона таилась сила, к использованию которой он был не готов. Обратившись к ней, он открыл портал, который не должен был суметь открыть, спасая свою команду и большую группу мирных жителей, но напряжение было настолько велико, что он едва не погиб. Только совместные усилия его команды и фамильяров позволили удержать его на грани жизни и смерти. Процесс был настолько впечатляющим, что его почувствовали все в городе Римарос. Аура Джейсона пронеслась по всему городу, а изображение его личного герба заполнило небо.

Восстановление Джейсона тоже не обошлось без происшествий. Последствия того, что он сотворил с самим собой, привели к встрече с одними из самых могущественных сущностей в космосе. Поскольку эта встреча проходила открыто, люди, уже наблюдавшие за Джейсоном, заинтересовались им еще больше.

Римарос, Город Островов, состоял из трех главных островов, а также ряда искусственных островов, парящих в небе на столбах поднимающейся воды. Последним дополнением к городу стал остров, который раньше был летающим городом-крепостью, пока его не сбросили в океан в ходе масштабной и дорогостоящей битвы.

Джейсон жил на одном из трех главных островов, Арноте. На острове со сонными пляжными городками его облачный дом по-прежнему возвышался на вершине утеса среди более обычных построек. Выходя окнами на нетронутую лагуну, он был приятным местом для проведения восстановительного периода.

В данный момент облачный дом принял форму пагоды. Связанный с душой Джейсона, он претерпел некоторые изменения, когда тот был при смерти, включая принятие облика зловещего храмоподобного сооружения. Попытки Джейсона изменить его, находясь в хрупком состоянии, привели к появлению пугающей гибридной конструкции, но по мере выздоровления он смог вернуть ему более разумный вид.

После долгого затворничества Джейсон наконец был готов встретиться с некоторыми из тех, кто требовал его внимания. Их было немало после серии его показных выступлений, варьировавшихся от оппортунистов до обеспокоенных, хотя эта обеспокоенность была направлена не столько за Джейсона, сколько из-за него.

Среди тех, кто искал внимания Джейсона, более осведомленные использовали людей, с которыми Джейсон уже был готов встретиться. Началось это с Эстеллы Уорнок, с которой Джейсон обедал на балконе пагоды, выходящем на лагуну. Одним из преимуществ невозможности заниматься приключениями было то, что у Джейсона появилось время поэкспериментировать с местными ингредиентами, создавая вариации известных ему блюд. В тот день они с Эстеллой делили один из его лучших результатов: вариацию шакшуки. У него не было куриных яиц или помидоров, что делало яйца, приготовленные в томатном соусе, сложной задачей, но местные аналоги оказались вполне удачными.

Хотя Эстелла была пользователем эссенций, она не была авантюристом и не имела желания им становиться. Когда она служила разведчиком, помогая Джейсону и другим авантюристам защищать остров от монстров во время атаки Строителя на Римарос, это было сделано не из чувства гражданского долга. Это было по приказу ее деда, бывшего авантюриста, который обладал тем чувством долга, которого не разделяла его внучка.

Уорвик Уорнок был одним из соседей Джейсона, пока не погиб, штурмуя один из городов-крепостей Строителя в то самое время, когда Джейсон и Эстелла защищали остров. Эстелла унаследовала его дом и после его смерти оказалась в некотором замешательстве, только что оставив свою профессию шпиона по найму с низкими ставками. Она была одной из немногих, кого Джейсон допускал к себе во время восстановления, сопереживая общему чувству бесцельности.

— Хави Эстос хочет встретиться, — сказала она ему.

— Многие хотят со мной встретиться. Я не думал, что ты с ним разговариваешь.

Хави Эстос был крупным посредником в полулегальных делах, с которым Джейсона познакомили в первые дни его пребывания в Римаросе. Чтобы узнать больше о Джейсоне, он нанял Эстеллу для наблюдения за ним, не ожидая, что ее мощные, но скрытные способности восприятия будут замечены. Именно эта работа побудила Эстеллу бросить дело, так как это была не первая работа, где она получила больше, чем рассчитывала. Эстелла очень нервничала из-за новой встречи с Джейсоном, пока ее дед не уладил все вопросы.

— Он сам меня нашел, — сказала Эстелла. — Он знает, что я знакома с тобой, и хочет загладить вину.

— Передо мной или перед тобой?

— Джейсон, весь город говорит о тебе, и теперь он очень беспокоится из-за того, что отправил меня шпионить за тобой, и о том, что ты можешь с этим сделать. Никто не пытается загладить вину передо мной.

— А стоило бы. Умные, квалифицированные, скрытные люди ценны, а я в лучшем случае один из этих трех.

— Я больше не буду работать на Эстоса или кого-то вроде него. Они используют таких, как я, чтобы ловить неприятности, которых хотят избежать.

— Я бы не стал использовать тебя так.

Она долго смотрела на него.

— Ты предлагаешь мне работу?

— Ты знаешь имя Эмир Бахадир?

Она задумалась на мгновение, прежде чем ответить.

— Это тот парень, который пытался ограбить королевскую семью несколько лет назад?

— Он сделал больше, чем просто пытался, поэтому ему запрещен въезд в Королевство Штормов.

— О, думаю, они бы позволили ему приехать.

Джейсон рассмеялся.

— Да, полагаю, позволили бы. В любом случае, именно он дал мне облачную флягу, из которой появилась постройка, в которой мы сидим. Когда он это сделал, он сказал мне, что стоит подумать о расширении моей деятельности. Нанять персонал, как он сделал для своих операций по поиску сокровищ.

— Ты хочешь быть охотником за сокровищами?

— Нет, но ты когда-нибудь слышала о вспомогательных авантюристах? Они присоединяются к командам авантюристов в качестве небоевых членов, предоставляя различные специализированные услуги. Моя группа скоро будет много путешествовать, и иметь кого-то вне команды, кто мог бы быстро освоиться на местности, было бы для нас ценно.

— Ты хочешь, чтобы я таскалась по миру с тобой и твоим мешком безумцев, которые бегают с алмазными рангами, богами и бог знает кем еще?

— Да, в общем-то. Хотя я думаю, что на некоторое время все успокоится.

— Придется. Думаю, ты уже прошел ту точку, где все может обостриться без уничтожения всего мира.

— Плавали, знаем, — сказал Джейсон. — Я не помогаю своему делу, верно?

* * * Рик Геллер и его команда были в Гринстоуне в то же время, когда Джейсон впервые тренировался как авантюрист, сами проходя обучение в комплексе Геллеров. Один из членов его команды, Иона, был среди первых, кому насильно имплантировали звездное семя, во время той же катастрофической экспедиции, где погибла Фарра. Попытка извлечь звездное семя была ужасающим и смертельным провалом. Это место в команде впоследствии занял Дастин Кеттеринг.

Дастин когда-то был частью команды из трех человек вместе с Нилом и Тадвиком Мерсером. Имплантация звездного семени Тадвику привела к расколу той группы: Нил ушел в команду Джейсона, а Дастин — к Рику. Судьба Тадвика была гораздо более трагичной — он стал каким-то энергетическим вампиром, который все еще разгуливал где-то в мире.

Хотя теперь он был серебряного ранга, Рик выглядел таким же неловким, как и всегда в присутствии высокоранговых, будучи хорошим и послушным молодым человеком. Джейсон ухмыльнулся, глядя на неуверенное выражение лица Рика, когда тот выходил из летающей кареты вместе с принцессой Лиарой, ступая на лужайку перед его пагодой.

Джейсон перемахнул через перила балкона, чтобы приземлиться прямо перед большим главным входом в пагоду. При падении он наколдовал свой плащ, чтобы замедлить спуск, что было не нужно для предотвращения повреждений, но чтобы избежать вмятин на лужайке от «супергеройского приземления». Новый вид плаща Джейсона привлек внимание Лиары и Рика, которые оба были знакомы с его предыдущей итерацией.

— Выглядит жутко, — сказал Рик. — Мои глаза не хотят на это смотреть. Это неправильно, как-то. Как будто ты носишь на себе дыру в мире.

— На это действительно неприятно смотреть, — согласилась Лиара. — Впрочем, я не совсем шокирована тем, что твоя способность к скрытности так притягивает внимание.

— Почему все продолжают это говорить? — пожаловался Джейсон, убирая плащ.

— По крайней мере, ты окутываешь себя странной магией, а не странно большим количеством женщин, — заметил Рик, вызвав странный взгляд у Лиары. — Когда красивая принцесса прицепилась к моей встрече, я подумал, что все повторится снова. Что у тебя с этими принцессами Римароса?

Лиара вопросительно посмотрела на Джейсона.

— Рик был рядом, когда я впервые встретил Зару, но я не всегда окружен женщинами… несмотря на то, что сейчас произойдет.

Двери за спиной Джейсона открылись, явив группу женщин, включая розововолосую Эстеллу, Фарру, Софи, Белинду и Отем Лил. Отем была авантюристкой, с которой Джейсон познакомился до прибытия его команды в Римарос. У нее была экзотическая магическая лягушка по имени Нил, которая погибла при защите Римароса от летающего города-крепости Строителя. Это было то, что Джейсон обнаружил в процессе проверки людей после битвы, полной жертв, но он по большей части оставил ее в покое.

Отем некоторое время скорбела по своему связанному спутнику, но теперь, впервые, Джейсон почувствовал от ее ауры хотя бы крупицу надежды, наряду с твердым чувством решимости. Однако сейчас было не время это исследовать, и он удовлетворил себя тем, что она выглядела лучше, чем в прошлом.

Рик не замечал этого; все, что он видел, — это Джейсон, к которому присоединились пять женщин.

— И вот оно, — сказал он.

Джейсон открыл портал в Римарос, и пять женщин прошли сквозь него. Джейсон не закрыл его после этого, а вместо этого позвал через все еще открытые двери.

— Вы идете или как?

— Уже иду, — раздался голос изнутри, за которым вскоре последовал суетливый Тайка. Он огляделся, увидев, что пять женщин уже ушли, затем его взгляд остановился на Лиаре. — О, привет, принцесса-бро. — Затем он прошел через портал, и Джейсон снова закрыл его.

Лиара покачала головой.

— Бронзовый ранг, — пробормотала она. — Что случилось с уважением к рангу?

— Это Джейсон, — сказал ей Рик. — Он плохо влияет.

Затем Рик вспомнил, что разговаривает с принцессой золотого ранга, и его голова опустилась, словно дернутая за веревочку.

Джейсон усмехнулся. — Вам лучше войти внутрь, — сказал он им.

* * * — Садитесь куда хотите, — сказал Джейсон, когда они вошли в неформальную гостиную внутри облачной структуры. — Я не особо любитель конференц-столов.

Гостиная, как и большая часть пагоды, была спроектирована таким образом, что комната имела выход на открытый балкон-террасу. Эта конкретная комната была сделана из нескрытой облачной субстанции, а не замаскирована под более обычный материал. Раскидистая планировка плюшевых диванов и кресел выходила за рамки этикета встреч, к которому привыкли Рик и Лиара, поэтому, пока они оглядывались в поисках наиболее подходящего места, чтобы сесть, Джейсон переместился за барную стойку.

Достав набор фруктов и две волшебные палочки, Джейсон начал размахивать ими, как слегка сбитый с толку дирижер оркестра, и фрукты поднялись в воздух. Поколебавшись на месте мгновение, фрукты очистились, нарезались, превратились в пюре и выжали сок в кувшин. Лиара и Рик на время оставили попытки найти подходящие места, чтобы понаблюдать.

— Я мог бы делать это лучше, я знаю, — извинился он. — Это то, что я подобрал, пока восстанавливался, чтобы практиковать контроль маны. Я знаю парня, который делает это намного лучше меня, но он, вероятно, не был бы хорош в спасении мира. У всех нас есть свои области.

Он замолчал, нахмурившись.

— Ого, это было действительно хвастливо. Я хвастун? Когда я начал хвастаться вещами, которые действительно сделал, вместо того чтобы выдумывать сумасшедшие вещи? О да; моя жизнь догнала самые нелепые вещи, которые я мог придумать. Черт, я великолепен.

Джейсон одарил гостей ухмылкой, возобновляя движения палочками. Он закончил кувшин со смесью фруктового напитка пучком кубиков льда, которые приплыли сами по себе, а затем вышел из-за барной стойки, глядя на Рика и Лиару, стоящих вокруг.

— Не смогли найти место?

Взмахом руки Джейсона вся мебель за пределами барной зоны опустилась в пол. Затем из пола появились три стула, расставленные на равном расстоянии вокруг низкого круглого стола. Джейсон плюхнулся в один из них, а остальные сели после.

— Кажется, ты забыл напитки, — отметил Рик.

— Черт, спасибо.

Джейсон потянулся своей аурой, схватил кувшин с соком и три стакана, перенеся их по воздуху через комнату на стол. Лиара смогла почувствовать ауру, которую он проецировал для этого, и посмотрела на него широко открытыми глазами.

— Я бы не беспокоился об этом, — сказал ей Джейсон. — Почти всегда так и бывает. Я почти умираю, выхожу из этого с какой-то странной новой силой, и появляется бог или какая-то другая нелепая вещь. Порядок меняется, но это довольно надежный шаблон.

Он наполнил стаканы из кувшина.

— Никаких захватывающих ингредиентов, просто фрукты. Немного рановато для этого времени дня, да?

Джейсон откинулся на спинку стула и отпил из своего напитка, ожидая, пока другие заговорят. Рик ждал, пока Лиара заговорит первой, но она оглядывала комнату.

— Твое облачное здание изменилось, — сказала она. — Я не имею в виду форму; это нормально для облачного дома. Я имею в виду то, что под поверхностью. Оно ощущается иначе. Сфокусированным, каким-то образом. Твердым.

— Я внес некоторые изменения, — признал Джейсон.

— Насколько плохо это было бы? Если бы кто-то пришел за тобой сюда?

— Для меня? Не так плохо. Для них? Зависит от того, кто это был.

Взгляд Джейсона обратился к Рику.

— Я должен извиниться, — сказал он. — Я не знал, что ты все еще в городе. Я думал, ты вернулся на север после того, как Строитель покинул Море Штормов.

— Я собирался уехать, — сказал ему Рик. — Ты помнишь мою сестру Фиби, да? Она в моей команде, но ей пришлось остаться дома, чтобы разобраться с семейными делами. Мне не нравится, когда команда разделена, и я хотел вернуться домой, но нам приказали остаться. Разве Нил тебе не сказал? Они с Дастином с тех пор проводят много времени вместе.

— Нет, не сказал.

Джейсон посмотрел на Лиару, затем снова на Рика.

— Дай угадаю: Общество искателей приключений затянуло вас, чтобы я действительно согласился на встречу, а потом эта Принцесса-Искательница появилась как раз тогда, когда вы собирались отправиться в путь. Королевская семья «убедила» Общество искателей приключений позволить своему местному представителю присоединиться, учитывая, что я был готов встретиться с ней раньше.

Рик бросил на Лиару панический взгляд при словах «Принцесса-Искательница», его глаза отчаянно пытались передать, что он не несет ответственности за Джейсона.

— Я очень хорошо знакома с манерой поведения мистера Асано, — заверила его Лиара. — И да, мистер Асано; это более или менее точное описание.

Она потянулась вперед, взяла стакан и отпила, одобрительно кивнув.

— Неплохо. Но мы должны поговорить об этом, — сказала она, жестикулируя стаканом.

— Мы должны поговорить о соке?

— Скорее о том, что этот сок олицетворяет, — сказала Лиара. — Это суть того, что вас отправили предложить, не так ли, мистер Геллер?

— Э-э, да, — подтвердил Рик. — В общем, Джейсон, все были бы спокойнее, если бы твой уровень известности снизился в ближайшем будущем.

— Резко снизился, — добавила Лиара.

Джейсон посмотрел на сок, который держала Лиара, его разум обдумывал то, что она имела в виду. Затем широкая ухмылка расплылась по его лицу.

— Я в деле, — сказал он.

— Мы даже не сказали тебе, что предлагает Общество искателей приключений, — сказал Рик.

— Это секретная личность, не так ли? Джейсон Асано, пугающий собеседник богов, покидает свою команду и отправляется в неизвестные края. Затем случайный любитель сока, Брюс Уэйн, присоединяется к команде в качестве вспомогательного члена, отвечающего за готовку.

— Что-то вроде того, — сказала Лиара. — Будет много деталей, которые нужно уладить, но да. Общество искателей приключений предлагает создание более скрытной юридической личности, которую ты будешь занимать. Тебе нужно будет быть осторожнее при работе со своей командой, но это должно быть управляемо. Обычно за тобой не будут наблюдать, когда ты в поле, сражаешься с монстрами. Было бы очень полезно, если бы твоя команда оставалась в движении, беря обычные контракты.

— Вы знаете, что это не выдержит почти никакой проверки со стороны того, кто знает достаточно, — отметил Джейсон.

— Этого и не предполагается, — сказал Рик. — Невозможно скрыть тебя от кого-либо, обладающего реальным влиянием. Идея просто в том, чтобы ты был намного тише в течение некоторого времени. Желательно до тех пор, пока ты не повысишь ранг, потому что чем выше твой ранг, тем более приемлемыми становятся сумасшедшие вещи, в которые ты попадаешь.

— Я не буду повышать ранг еще долгое время.

— Общество искателей приключений очень даже за то, чтобы ты провел следующие десять или пять лет, будучи милым и тихим, — сказал Рик.

— Справедливо, — сказал Джейсон с усмешкой. — Итак, Джейсон-барбекю бродит вокруг с бывшей командой Джейсона-мелодрамы. Где этот парень-драма, пока все это происходит?

— Он уезжает с Его Державным Предком, — сказала Лиара. — Со всем, что у него происходит, пришло время ему отправиться посмотреть на космос.

— В ученики к Сорамиру Римаросу, — сказал Джейсон. — Престижно.

— Очевидно, это сработает намного лучше, если твоя новая личность не будет единственным вспомогательным членом, присоединяющимся к твоей команде, — сказала Лиара. — Прежде чем она ушла, твоя подруга Доун договорилась о некоторых вещах, но мы можем обсудить детали, когда перейдем к подробностям.

— Общество искателей приключений хочет, чтобы ты сыграл роль пугающего авантюриста перед отъездом, — сказал Рик. — Светское мероприятие, где тебе нужно будет быть во всех отношениях впечатляющим авантюристом, а не… тем другим.

— Ты должен быть тем, кого люди представляют, когда думают о человеке, который говорит с богами и великими астральными сущностями, — сказала Лиара. — А не тем человеком, которым ты являешься на самом деле, когда говоришь с богами и великими астральными сущностями.

— Значит, у вас есть стенограмма от шпионов, которые крутятся вокруг? — спросил Джейсон. — Справедливости ради, с Доминионом нужно разговаривать именно так, иначе он не уделит тебе ни минуты времени. Если только ты не король или что-то в этом роде, полагаю. Теперь, когда я думаю об этом, может, мне стоит подлизаться к нему. Может, тогда он оставит меня в покое. Надо не забыть попробовать.

Рик смотрел на Джейсона с тем широко открытым выражением, которое Джейсон начал считать «стандартным выражением Рика».

— В любом случае, — продолжил Джейсон. — Не приходи на светскую вечеринку в шортах и сандалиях, вот что вы говорите.

— Этот твой плащ должен отлично справиться с задачей, — сказала Лиара.

— Вы хотите, чтобы я надел плащ на светское мероприятие? — спросил Джейсон. — Общество искателей приключений хочет, чтобы я пошел в полный «чуни», я вижу. Я могу это сделать.

— Я не знаю, что значит «чуни», — сказал Рик.

— Думаю, мы можем понять это из контекста, — сказала Лиара. — Мистер Геллер, раз уж мистер Асано уже согласился — если ваше предыдущее согласие не было просто шуткой, мистер Асано?

— Я все еще в деле; мне нравится эта идея. И в конце концов, я сам просил вас придумать, как снизить мой профиль.

— Тогда давайте примем «да» за ответ и пойдем, мистер Геллер. Мистер Асано, мы обсудим детали в другой раз.

— Без проблем, — сказал Джейсон.

— Я была бы признательна, если бы любые публичные проявления, которые вы будете делать с этого момента, были больше в духе драматичного Джейсона и меньше — Джейсона с соседского барбекю, если можно, — сказала Лиара.

— О, я бы не беспокоился об этом. Мелодрама — это своего рода моя фишка.

— Да, мистер Асано. Мы заметили.

ГЛАВА 2: НА ЧТО ОНА БЫЛА ГОТОВА

ГЛАВА 2: НА ЧТО ОНА БЫЛА ГОТОВА

— Теперь, когда Доун смылась, — сказал Джейсон, — у меня есть полмысли сделать то же самое. Заколотить пагоду, портануться и слинять. Никто бы не заметил, верно?

Он и его друзья сидели вокруг длинного стола на балконе пагоды, обедая.

— Конечно, кто-нибудь бы заметил, — сказал Руфус. — Прямо сейчас за зданием наблюдают двенадцать человек.

— Семнадцать, — одновременно поправили Джейсон и Эстелла, прежде чем мельком взглянуть друг на друга.

— Суть в том, — продолжил Руфус, — что если ты начнешь делать неожиданные ходы, люди начнут волноваться.

— Он всегда делает неожиданные ходы, — сказала Фарра. — И они всегда волнуются.

— Я не настолько плох.

— Бро, ты прошел через детское отделение и заставил всех думать, что ты ангел.

— Это было один раз.

— У тебя была перестрелка на ходу с бандой мотоциклистов, накачанных вампирской кровью, — сказал Тайка. — По телевизору. А я был за рулем. Я не мастер уворачиваться от пуль, бро. Я слишком большой.

— У нас есть некоторые обязанности здесь, прежде чем мы сможем уйти, — отметил Хамфри. — Я не чувствую себя плохо из-за пропуска этой встречи с бывшим работодателем Эстеллы, но мы согласились помочь мисс Лил получить нового фамильяра.

Как человек, у которого был свой связанный фамильяр, Хамфри особенно сочувствовал положению Отем Лил. Связанные фамильяры были настоящими магическими существами, которые могли умереть, в отличие от призванных фамильяров Джейсона. Если Тень, Колин или Гордон будут уничтожены, их духи просто вернутся в астрал, и Джейсон сможет призвать их снова. Когда Отем потеряла своего фамильяра, Хамфри не мог не думать о потере Сташа и о том, как он был бы опустошен.

— Я бы мог пропустить праздничный бал, — сказала Софи. — Зачем остальным из нас идти?

После месяцев монстров и межпространственных вторжений пространственная мембрана, которая обычно удерживала такие проблемы вдали, наконец восстановилась, положив конец нашествию монстров и вторжению Строителя. Магическое общество сделало публичные заявления, и Римарос, как и остальной мир, праздновал.

Проходил затяжной фестиваль, несмотря на разрушения и потери, которые принесло нашествие. Хотя бы на короткое время людям нужно было выпустить пар после монстров, смертей и мобильных городов, атакующих с суши, моря и воздуха. Это нашествие монстров было самым долгим и разрушительным в истории, принеся с собой не одно, а два межпространственных вторжения, из которых только с одним удалось справиться.

Сельскому населению нужно было покинуть города и города-крепости, возвращаясь в часто разоренные монстрами городки и деревни вокруг Королевства Штормов. Инфраструктуру нужно было восстанавливать, а промышленность — отстраивать. Больше, чем просто нашествие монстров, состояние готовности, в котором мир находился добрых пять лет до нашествия, ударило по экономике, закрыло предприятия и превратило процветающие города в города-призраки.

Последствия, вероятно, будут ощущаться еще к моменту следующего нашествия, но сейчас заселение, восстановление и посланники, которые прятались, могли подождать. Мир возьмет неделю на столь необходимый праздничный катарсис.

— Фестивали на улицах — это настоящий праздник, — сказал Руфус. — Этот бал для аристократии — просто шоу. Первый раунд в следующем цикле политических игр. Когда все висит в воздухе, на кону стоит много власти.

— Так почему Джейсон должен подставляться под это? — спросила Софи. — Любой, у кого есть реальная власть, либо будет знать, что Джейсон не собирается по-настоящему покидать команду, либо сможет легко это выяснить. Так зачем утруждать себя шоу?

— Дело не в том, чтобы убедить их, что я куда-то уезжаю, — сказал Джейсон. — Дело в том, чтобы дать им чувство контроля. Это люди, привыкшие обладать властью, и произошло много такого, чего они не понимают и на что не имеют влияния. Большая часть этого сосредоточена на этой пагоде и мне, сидящем в ней. Обычно их реакция на что-то подобное — захватить это или, если не получится, уничтожить. Прыгая через некоторые обручи для них сейчас, я становлюсь более понятной величиной и демонстрирую, что, по крайней мере, кто-то может поставить меня на место.

— За исключением того, что это полная чушь, и ты впадаешь в ярость, когда люди пытаются тебя контролировать, — сказала Софи.

— Да, но мы не будем говорить людям об этом. Я же сказал: это шоу. Я не хочу тратить следующие несколько лет на то, чтобы отбиваться от людей, которые думают, что я какая-то угроза-отступник.

— Ты и есть какая-то угроза-отступник, — сказала Софи.

— Опять же, пожалуйста, не говорите этого людям на вечеринке.

— Надеюсь, ты не думаешь, что одна вечеринка остановит людей от мысли, что они могут или должны охотиться на тебя, — сказал Нил.

— Конечно нет, — сказал Джейсон. — Всегда найдется кто-то с чрезмерными амбициями, чрезмерной глупостью или и тем, и другим. Но большинство людей на этом балу просто обеспокоены тем, что бесконтрольная сила бегает вокруг в и без того неопределенные времена. Общество искателей приключений и королевская семья могут выставлять меня напоказ, показывая всем, какой я хороший мальчик. Тогда я больше не буду неизвестной угрозой для чьих-то амбиций или просто общего благополучия королевства.

— Ты думаешь, хоть кого-то из дворян заботит благополучие населения? — спросила Белинда. — Удачи в поисках такого.

— Недостатка в эгоистичных дворянах нет, — признал Джейсон. — Но некоторые, я полагаю, хорошие люди.

— Нет, — сказала Софи. — Они все отстой.

— Основываясь на твоей долгой истории их ограбления? — многозначительно спросил Руфус.

— Да, — сказала Софи.

— Ты понимаешь, что мы с Хамфри оба из аристократических семей, верно? — спросил Нил.

— Да, но он красивый, а ты целитель. Я видела вещи, которые они прячут. В основном, пока крала их. Кстати, у твоей тети Клариссы отвратительная коллекция кукол, Нил. Понятия не имею, зачем она запирает ее, потому что никто не станет красть это, поверь мне.

— Ты вломилась в мой дом?

— Нет смысла вламываться в дома бедных людей, — сказала Белинда. — У них нет денег. Полагаю, если ты отстой в том, чтобы вламываться в места.

— Суть в том, — сказала Софи, — что я видела вещи, которые они прячут. Чем они хуже, тем усерднее работают, чтобы казаться хорошими. Хамфри и его мама, может, и милые и чистые, но даже Хамфри скажет тебе, что не все в его семье такие, как они.

— У всех нас есть секреты, которые мы скрываем, — сказал Хамфри. — Вещи, которых мы стыдимся.

Все перестали есть и повернулись, чтобы посмотреть на Хамфри.

— Что? — спросил он.

— Чего тебе стыдиться? — спросил Нил.

— Мой весь посыл был в том, что мы не рассказываем людям об этих вещах, — сказал Хамфри. — Вот почему они секреты.

— Ты постоянно говоришь «мы», но я не думаю, что у тебя есть что-то, чего ты стыдишься, — сказала Белинда.

— Конечно, есть, — сказал Джейсон. — Готов поспорить, это тот самый случай, когда мальчишкой он тайком стащил немного сгущенки из кладовки.

— Нет, — сказал Гэри. — Готов поспорить, он разок прогулял тренировку, чтобы почитать книгу о том, как сохранять смиренный вид, когда люди не могут перестать смотреть в твои чувственные глаза, похожие на расплавленные миски темного шоколада.

— Софи, — сказала Белинда. — Какой глубокий, темный секрет у Хамфри?

Софи закончила жевать полный рот салата, пока все смотрели на нее.

— Он случайно убил младенца, — сказала она небрежно. — Эта заправка для салата фантастическая. Можно мне немного такой на сэндвич?

Пока она запихивала в рот еще одну вилку салата, Хамфри выглядел все больше как закипающий чайник, пока наконец не вскипел.

— Я НЕ УБИВАЛ СЛУЧАЙНО НИКАКОГО МЛАДЕНЦА!

— Ты же сам сказал, что не признаваться в этом — и была вся суть, — заметил Джейсон.

— Да, он определенно убил того младенца, — сказал Нил.

— Я не убивал младенца!

— Это беспомощный маленький младенец, бро. Я знаю, что это якобы было случайно, но как ты мог?

— Конечно, он должен был сказать, что это было случайно, — отметил Гэри. — К тому же, это его слово против слова мертвого младенца, так что, вероятно, именно так он и выкрутился.

Эстелла, наблюдая за тем, как группа продолжает «прожаривать» Хамфри, наклонилась к Клайву, который тоже оставался в стороне.

— У вас всегда так?

— Более или менее.

— Разве вы все не должны быть какой-то группой элитных авантюристов?

— Я бы счел наши возможности адекватными.

— Я ожидала большего… не знаю. Достоинства, полагаю.

— Признаться, с Джейсоном рядом это больше похоже на такое, — сказал ей Клайв. — У него есть манера задавать тон. Но это хорошо. Достоинство — для аутсайдеров; лицо, которое мы надеваем по мере необходимости. Мы позволяем Хамфри брать на себя инициативу в этом. Но мы видели серьезные вещи. Много смертей, разрушенных жизней. Авантюристы часто встречают людей в худшие дни их жизни. Возможность немного повеселиться помогает нам сохранять рассудок.

— Джейсон знает это лучше многих, — сказала Фарра, сидя рядом с Клайвом. — Мы с ним были заперты в другом мире несколько лет, и видели серьезные дела. Иногда тебе нужны люди, которые понимают и принимают тебя, и если у тебя этого нет, все может стать крайне мрачно.

— Он предложил мне работать на него.

— Как вспомогательному, я знаю, — сказал Клайв. — Мы стараемся избегать того, чтобы Джейсон принимал важные решения для команды, не обсудив их сначала. К сожалению, они постоянно возникают, пока мы заняты попытками не умереть. Это хорошая жизнь, но даже если ты не сражаешься за нас, шпионаж для нас будет далеко не безопасным.

Эстелла посмотрела на шумных людей, громко поглощающих свой обед. Быть осторожной в отношении риска всегда было для нее важно. Слишком большой риск — это именно то, что привело к ее разрыву с предыдущим работодателем. Наблюдая за группой, видя их заботу друг о друге, веселье вместе, она стала свидетельницей чего-то, чего у нее никогда не было.

Родители Эстеллы были авантюристами и погибли, когда она была маленькой. Ее воспитал дед, который никогда не подталкивал ее к авантюризму, не желая потерять ее так же, как потерял сына. Эстелла всегда была одиночкой по натуре, но потеря деда что-то изменила. Отсутствие единственной настоящей связи, которая у нее была с другим человеком, оставило ее с чувством неприкаянности. Возможно, пришло время начать переоценивать то, чего она хочет и на что она готова пойти, чтобы это получить.

* * * — Мне не нравится, что ты идешь к нему, — сказала Софи. — Пахнет ловушкой.

— Для тебя все пахнет ловушкой, — сказал Нил.

— Это потому, что все, с чем мы сталкиваемся там, скорее всего, будет ловушкой.

Джейсон и его команда, плюс Руфус, Гэри и Фарра, снаряжались для боя. Хотя большую часть снаряжения они хранили в пространственных карманах, Джейсон оборудовал комнату готовности, полную излишков снаряжения, которое могло понадобиться для любой миссии. Их снаряжение хранилось на втором сверху уровне пагоды, в чем-то вроде раздевалки.

Он также установил больше пожарных шестов, но они были спрятаны за приметным книжным шкафом, который открывался скрытым выключателем в столь же приметном бюсте на маленьком столике. Шесты шли из комнаты готовности вниз по секретной шахте к другой скрытой двери в атриуме. Каждый шест был помечен именем члена команды, за исключением одного — шест Нила был помечен как «Робин».

— Возможность ловушки — вот почему я выбрал место, — сказал Джейсон. — О котором Эстелла не будет сообщать Эстосу, пока не придет время ему направляться туда.

— Тебе следовало выбрать здесь, — сказала Софи.

— Единственная причина, по которой я согласился на эту встречу, — это имя, которое обронил Хави Эстос, а у человека, принадлежащего этому имени, много глаз и ушей. Он уже в бегах, и если он услышит, что Эстос наносит мне визит, он может исчезнуть совсем. Снова.

— И кто этот таинственный человек, чье имя ты отказывался нам называть? — спросила Софи. Она наблюдала, как Джейсон взглянул на Белинду, которая пожала плечами.

— Это Киллиан Лоран, — сказал он.

— Кто такой Килли… подожди, разве это не тот парень, который всадил в тебя звездное семя, а потом исчез?

— С немалой долей денег и ресурсов преступной семьи Сильва, не меньше, — сказал Клайв. — Было некоторое беспокойство, что ты можешь стать немного, э-э, воодушевленной, как только узнаешь.

— Почему вы так подумали? — спросила Софи.

— Потому что ты разнесла половину Старого города, когда Джейсон пропал, — сказала Белинда.

— Ну, теперь я могу разорвать его на части, если мы его нашли.

Похищение Джейсона и имплантация звездного семени были организованы криминальным боссом Коулом Сильвой и местным директором Магического общества Люцианом Лампри в Гринстоуне. Это были враги, которых он нажил, защищая от них Софи, что не понравилось ей. После целой жизни, когда все пытались использовать ее, единственный человек, который помог изменить ее жизнь просто потому, что ей это было нужно, заплатил цену за это. Несмотря на все ее неистовые поиски, она ничего не нашла и не смогла внести вклад в спасение Джейсона. Сильва и Лампри были пойманы и наказаны, но человек, который выполнял их грязную работу, сбежал.

Как оказалось, приспешник Сильвы, Киллиан Лоран, работал за кулисами над своим собственным планом. Для него Джейсон был удобно мощным отвлечением для Коула Сильвы, позволяя Лорану осуществить хорошо продуманные планы по разграблению преступной семьи Сильва и побегу из города.

— Ты уверен, что мы можем доверять Эстелле?

— Она может скрыть свои эмоции от моего восприятия, только если я не давлю, — сказал Джейсон. — Я надавил.

— Это не гарантия, — отметил Клайв. — Есть вероятность, что на ее ауру была магически наложена фальшивая. Признаться, любой, кто может сделать это достаточно хорошо, чтобы обмануть тебя, Джейсон, вероятно, большая проблема, с которой мы все равно не справимся. Кто-то вроде него мог бы обрушиться на нас, как молот, в тот момент, когда мы окажемся вне безопасности пагоды.

Джейсон подошел к бюсту на столе, изображающему Бэтмена Адама Уэста. Он откинул голову, чтобы открыть выключатель, который сдвинул книжный шкаф, открыв шесты. Джейсон с глубоким удовлетворением наблюдал, как книжный шкаф отодвигается.

— Джейсон.

— Да, Хамфри?

— Мы порталимся отсюда.

— Мы можем порталиться из атриума.

— Мы можем порталиться и отсюда.

— Эта комната надежно защищена от порталов, — сказал Джейсон. — Нам нужно выйти, чтобы мы могли порталиться. Скажи ему, Клайв.

— Он врет, — отрезал Клайв. — Он может порталить нас отсюда без проблем.

— Блок, с чего бы тебе так со мной поступать?

— Как насчет того, что у тебя система безопасности, которая включает иллюзию, изображающую моих родителей, делающих… вещи… в гигантской ванне с угрями?

— Эй, там была четко вывешенная табличка, говорящая тебе не входить туда. И почему. Ты же не входил, правда?

— Нет, я не входил! Какой идиот будет проверять тебя на блеф?

Остальная часть группы согласно закивала.

— Я не могу не задаться вопросом, насколько активным ты должен был быть в создании той сцены, Джейсон, — вслух удивился Нил. — Ты сел и расписал, как все будет происходить? Насколько детально это было? Сколько времени заняло создание иллюзии родителей Клайва и нескольких угрей, подправляя и корректируя по ходу?

— Я могу говорить за всех нас, что мы не хотим слышать ответ на это, — сказал Хамфри. — Джейсон, пожалуйста, просто порталь нас отсюда.

— На самом деле, — сказала Белинда, — я бы хотела услышать…

— Я могу говорить за всех нас, — повторил Хамфри, — что мы не хотим этого слышать. Портал, Джейсон.

Джейсон ухмыльнулся, собираясь открыть портал, затем остановился.

* [Астральные врата] обнаружили магию отслеживания порталов. Духовный домен предотвращает отслеживание внутри домена, но внешние пункты назначения остаются подвержены эффектам отслеживания. * Отдача от использования [Астральных врат] для перенастройки портала во избежание отслеживания: низкая.

* Хотите перенастроить портал, чтобы избежать отслеживания?

— Хм, — сказал он.

— Что такое? — спросил Руфус.

— Кто-то отслеживает использование порталов в этом районе. Не особо сюрприз.

— Все использование порталов на Ливаросе отслеживается, — сказала Фарра. — Магическое общество делает это совместно с Обществом искателей приключений. Частично мера защиты, частично мера контроля.

— Это требует много инфраструктуры, однако, — отметил Клайв. — Инфраструктуры, которой здесь, на Арноте, нет. Установка одеяла отслеживания без нее — это довольно высокоуровневая ритуальная магия.

— Не новость, что именно верхушка города обращает на нас внимание здесь, — сказала Белинда.

— Мы не хотим, чтобы нас отслеживали там, куда мы направляемся, — сказал Хамфри. — Мы должны отменить это.

— Все нормально, — сказал Джейсон. — Я могу подправить портал, чтобы избежать отслеживания.

— Как? — спросил Клайв. — Если бы это было так просто, зачем кому-то использовать магию отслеживания?

— Не у всех есть то, что я держу за дверями с угриным порно.

Джейсон открыл портал, который выглядел нормально, но его синие и оранжевые глаза начали ярко светиться, и он крякнул, когда боль пронзила его голову. Небольшая стена из облачной субстанции поднялась с земли, и он тяжело откинулся на нее.

— Ай.

— Ты в порядке? — спросила Фарра.

— Да. Просто небольшая отдача за превышение моего ранга. Дайте мне минуту.

Спутники Джейсона смотрели с беспокойством, и хотя Джейсон был оптимистичен, прошло всего несколько минут, прежде чем боль прошла.

— Окей, — сказал он. — Погнали.

ГЛАВА 3: БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПРОСТО ИМЯ

ГЛАВА 3: БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПРОСТО ИМЯ

Улицы Ливароса были запружены людьми, так как центральные районы были захвачены масштабным уличным фестивалем. Рыночный район был сердцем празднеств после нашествия, но они распространились на квартал бутиков и даже на кампус Общества искателей приключений. Были вынесены столы, повсюду стояли продуктовые лавки, а Магическое общество выпустило тысячи меняющих цвет бумажных фонариков, которые дрейфовали над улицами, освещая все мириадами красок.

Джейсон стоял на крыше, его плащ был приглушен и сливался с тенями позднего вечера. Софи стояла рядом с ним, значительно более заметная. Остальные их спутники были в других местах, либо ожидая на месте встречи, либо на позициях для других задач, все связанные через голосовой чат.

— Оо, запахи еды доносятся сюда, — сказал Джейсон с тоской. — Я мог бы спуститься туда и схватить нам что-нибудь по-быстрому.

— Нет, — отчитал его Хамфри. Он, как и остальная команда, был расположен в другом месте. — Мы говорили об этом, Джейсон. Ты согласился играть зловещего предвестника, а это значит, никаких «спуститься проверить продуктовые лавки».

— Не похоже, что кто-то узнал бы меня; я был бы полностью анонимен.

— Это ложь, и ты это знаешь, — сказала Фарра. — Готова поспорить, что большинство этих продуктовых лавок держат те же люди, что держат те же лавки на рынке. Даже не пытайся убедить нас, что они тебя не узнают.

— Не говоря уже о том, что у тебя очень плохая репутация в плане сохранения анонимности, — добавил Клайв.

— Софи могла бы спуститься, — сказал Джейсон. — Никто не ищет ее.

— К счастью, — добавила Софи. — С меня хватит этого в моей жизни, спасибо.

— Ты хочешь, чтобы Софи спустилась туда, — сказал Хамфри. — Самая красивая женщина в городе, одетая с ног до головы в белое снаряжение авантюриста. Очень тонко.

— Ты такой подлиза, — надулся Джейсон.

— Думаю, это мило, — сказала Белинда. — Но да, она довольно сильно притягивает взгляд.

Софи выделялась в своей новой броне белого цвета с серебряными украшениями. Облегающая, но совершенно гибкая, как и сама Софи, она была сосредоточена на мобильности, а не на защите. Она приобрела эту броню, пока Джейсон еще восстанавливался, с помощью силы мародерства Нила, у необычного монстра типа слизи. Она не получила удовольствия от сражения с серебряно-звездным желе, но была очень довольна добычей.

— Там много авантюристов, — пожаловался Джейсон, и Софи положила руку ему на плечо.

— Я попросила Белинду походить и похватать все, что выглядит хорошо, — сказала она. — Оно выйдет из ее хранилища свежим. Я знаю, это не то же самое, что быть там внизу, но это что-то.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на Софи, откинув капюшон с головы.

— Спасибо, — сказал он, его улыбка была нехарактерной, без усмешки. — Это очень мило с твоей стороны.

После целой жизни недоверия Софи все еще училась товариществу, и ее редкое выражение застенчивости заставило Джейсона улыбнуться шире.

— Белинда должна была перехватить цель, — сказал Хамфри.

— Я могу делать и то, и другое, — сказала Белинда. — Джейсон все равно почувствует его задолго до того, как я смогу его увидеть.

— Как у нас с этим дела? — спросил Хамфри.

— Мы покинули его защищенный комплекс в складском районе с парой телохранителей, — сказала Эстелла через голосовой чат. — Мы ехали в карете, пока не наткнулись на толпы фестиваля, а затем начали двигаться пешком.

Эстелла также была включена в голосовой чат, направляя Хави Эстоса к месту встречи.

— У него нет разрешения на перемещение по воздуху? — спросил Нил.

— Временно приостановлено на время фестиваля, — объяснила Эстелла. — И он этому тоже не рад.

— Большинство из них были приостановлены, — добавил Руфус.

— И гильдии не в восторге, судя по тому, что я подслушиваю, — сказала Белинда. — Можно узнать авантюриста гильдии здесь скорее по их жалобам, чем по снаряжению, хотя любой, кто полностью экипирован для борьбы с монстрами на фестивале, вероятно, сам по себе полный инструмент.

* * * — Мне это не нравится, — сказал Хави Эстос, пробираясь сквозь толпу. — Это идеальный шанс для совершения убийств. На этой неделе их, вероятно, будет больше, чем за весь остальной год вместе взятый.

— Вы беспокоитесь о том, что вас убьют, — сказала ему Эстелла. — Не могу понять, вы слишком высокого или слишком низкого мнения о себе.

— Быть убитым — это не вопрос характера, — сказал Хави. — Это вопрос того, чтобы быть препятствием для кого-то без принципов.

— Тогда, может быть, вам не стоит окружать себя людьми без принципов. Смотрите, никто не собирается… о, вау; этот парень определенно собирается вас убить.

— Что? Какой парень?

Два телохранителя перешли в состояние готовности. У них были короткие мечи, так как крупное оружие, как правило, было менее эффективным в городе, а также привлекало больше внимания.

— Тот парень, — сказала Эстелла, указывая. — Он довольно хорошо скрывает свою ауру, но я, знаете ли, это я.

Мужчина, о котором шла речь, побежал.

— Не преследовать, — приказал Хави своим телохранителям. — Он может пытаться заманить вас в ловушку.

Они продолжили путь в спешке, телохранители часто грубо прокладывали себе путь через толпу. Только Эстелла заметила Белинду, следующую за ними, время от времени меняющую лицо.

* * * Подобно щупальцам осьминога, руки, сделанные из тьмы, появлялись из разных теней, чтобы утащить людей из виду.

— Это уже четвертая группа, которая искала возможности убить этого парня, — сказал Джейсон, сбрасывая последнего бессознательного человека на кучу на крыше. — За ним охотится больше людей, чем за мной. Может, ему стоит подделать свою личность и свалить из города.

— Люди, которые охотятся за ним, немного ниже по шкале угрозы, — отметил Руфус.

— И все же, четыре попытки убийства за одну прогулку через город?

— Не говоря уже о двух других, которые мы остановили против посторонних людей, — сказал Хамфри. — И я точно знаю, что Общество искателей приключений тоже тихо патрулирует, так что кто знает, сколько всего происходит.

— Хотел бы я, чтобы ты сказал мне это раньше, — сказал Джейсон. — Я почти попытался вырубить одного из них, пока не понял по его ауре, что он следит за угрозами, а не является одной из них. Это было бы неловко.

— Особенно если бы тебе надрали задницу, — добавил Нил.

— Да, — согласился Джейсон со смехом.

— Эстос был прав насчет того, что это отличный шанс для убийств, — сказала Эстелла.

— Не говоря уже о грабежах, — добавила Белинда. — Я заметила, не знаю сколько карманников. Они знают свое дело в этом городе тоже. Ловкость, с которой они развеивают антикражные чары, впечатляет. Может, пойду найду, кто их учил, обменяюсь советами.

— Ты больше не воровка, Линди, — отметил Хамфри.

— Э-э, да, — согласилась Белинда. — Определенно нет.

— Белинда…

— Мы приближаемся к месту назначения, — уведомила их Эстелла.

— Объект безопасен, — сказал Руфус.

— Я поставила дополнительную магию против наблюдения, — сказала Фарра, — но то, что уже было на месте, на удивление тщательно.

* * * Хави Эстос, Эстелла и два телохранителя достигли квартала бутиков, где фестиваль все еще продолжался, но был немного более сдержанным. Именно здесь фестивальные гуляки, как правило, были немного выше в социальной иерархии, и слишком сильное расслабление могло иметь политические последствия. Это все еще был праздник, просто по тону больше похожий на корпоративное барбекю, чем на весенние каникулы.

— Честно говоря, я не думал, что мы дойдем так далеко и увидим только одного нападавшего, — сказал Хави Эстос. — Возможно, я переоценил опасность.

— Именно, — согласилась Эстелла, которая не делилась с ним ничем из своего интерфейса связи группы.

Они прибыли к простой витрине кремового цвета без вывески. Была только витрина с манекеном, задрапированным в льняной костюм и увенчанным панамой. Дверь открылась при их приближении, открыв сурового Руфуса. Хави посмотрел на высокого, худощаво-мускулистого авантюриста перед ним с кожей цвета полуночи и поразительно красивыми чертами лица. Свет красочных фонариков наверху так хорошо отражался от лысой головы мужчины, что Хави рассеянно задался вопросом, не использует ли он какой-то восковой полироль.

— Хави Эстос? — спросил Руфус голосом, который заставил Хави пожалеть, что он не может просто убежать, вместо того чтобы отвечать. Вся эта ночь была причиной, по которой он любил вести дела из своего очень безопасного дома, но он чувствовал, что у него мало выбора. Он знал достаточно об Асано и его соратниках, чтобы узнать человека, стоящего перед ним, и кем был дед этого человека.

Хави был очень хорошо связанным человеком, поэтому он стал осознавать, что Джейсон Асано теперь является значимой персоной. Возможно, Асано не волновало, что Хави однажды отправил Эстеллу шпионить за ним — он, безусловно, казалось, уладил дела с Эстеллой Уорнок. Однако у Хави не было уважаемого деда, чтобы наладить отношения. Что у него было, так это информация.

Как и многие в Римаросе, Хави выслеживал каждую крупицу информации о Джейсоне Асано. У него была более широкая база сбора информации, чем у большинства, простирающаяся от высшей знати до низших преступников. Он был уверен, что никто другой еще не осознал связи между Асано и местным преступным авторитетом Киллианом Лораном, но это, вероятно, был лишь вопрос времени. Таким образом, Хави должен был использовать это знание, пока оно не потеряло для него ценность.

— Да, я Хави Эстос. Мистер Асано внутри?

— Джейсон Асано был с вами некоторое время, — сказал Руфус.

Хави и его телохранитель огляделись и обнаружили Джейсона, стоящего рядом с Эстеллой. Хави наклонил голову, чувствуя диссонанс в своем разуме. Он внезапно осознал, что Асано шел с ними последние пару улиц, но по какой-то причине Хави игнорировал его присутствие.

Телохранители двинули руками к своим мечам, но их ауры серебряного ранга были внезапно уничтожены, и они застыли, охваченные страхом. Присутствие Асано было сверхъестественным, почти частью тьмы, так как его плащ и сумерки, казалось, сливались воедино, делая неясным, что было тенью, а что человеком. Как он делал это, стоя на открытом месте, Хави был не уверен. Это было похоже на оптическую иллюзию, его глаза соскальзывали, когда он пытался разобрать, что реально, а что нет. Не помогало и то, что Асано вообще не регистрировался чувствами ауры Хави. Как будто он смотрел на картинку, а не на самого человека.

— Джейсон, — сказал Хави. — Вы предпочитаете, чтобы вас называли Джейсон, верно?

— Мои друзья называют меня Джейсон, мистер Эстос.

Голос Асано имел ледяную твердость зимнего гранита, совершенно не похожую на их предыдущую встречу. Хави обнаружил, что очень скучает по прежнему дружелюбному поведению этого человека.

— Входите, мистер Эстос, — приказал Руфус. — Ваши сотрудники могут уйти.

Хави посмотрел на телохранителей, которые внезапно почувствовали себя крайне неадекватными для его нужд.

— Мне нужно безопасно добраться домой после этой встречи, — сказал он.

— Если вы вернетесь домой, — сказал Джейсон, — вас доставят безопасно.

Хави побледнел от использования Джейсоном слова «если» вместо «когда». Тем не менее, он послушно последовал за Руфусом внутрь. Их ждала группа людей, которых Эстос узнал по сбору информации об Асано. Одного взгляда на людей вокруг него было достаточно, чтобы понять, что Асано — не тот, кого стоит недооценивать. От видных членов семей Геллер и Ремор до Клайва Стэндиша, чьи отношения с Магическим обществом были бы целым другим расследованием. Если бы они были в Витессе, а не на другом конце света, никто в здравом уме не стал бы сбрасывать эту группу со счетов.

Другим присутствующим был Алехандро Альбериччи, владелец ателье, в котором они стояли. У Альбериччи были свои грозные связи в обществе Римароса, и он не был тем, с кем Хави когда-либо хотел бы оказаться в плохих отношениях.

— Спасибо за использование вашей собственности, мистер Альбериччи, — сказал Руфус.

— Считайте это моим извинением за то, что меня использовали в политических целях, когда вы впервые почтили своим присутствием мое заведение. Я уйду сейчас, но будьте уверены, ни один звук не вырвется за эти стены. И, как может подтвердить мисс Хурин, потребовались бы огромные усилия, чтобы наблюдать за интерьером магически.

Алехандро удалился через заднюю дверь, оставив Хави в окружении. Белинда и Софи подошли, чтобы встать рядом с Джейсоном, а Белинда закрыла за собой дверь. Хави собрался с духом, чтобы заговорить.

— Джей… мистер Асано. Я хотел бы…

— Киллиан Лоран, — сказал Джейсон, перебивая его. — Это имя — единственная причина, по которой кто-либо из нас здесь. Я очень надеюсь, что у вас есть больше, чем просто имя.

— Он был здесь, в Королевстве Штормов. После того, как он разграбил богатства семьи Сильва в Гринстоуне, он приехал сюда и обосновался в Джайтари.

Три острова, составляющие город Римарос, не были самыми густонаселенными регионами Королевства Штормов. Самые большие концентрации людей были на массиве суши в центре Моря Штормов. Состоящий из того, что в мире Джейсона было Кубой, Гаити и Доминиканской Республикой, был один остров, самый большой в Море Штормов, безусловно. Джайтари был самым большим и густонаселенным городом на острове и в Королевстве Штормов в целом.

— Почему здесь? — спросил Джейсон. — Из всех мест в мире, почему то, которое как раз оказалось тем, куда я прибыл?

— Он был здесь задолго до того, как вы прибыли, — сказал Хави. — Я понятия не имею, как вы прибыли сюда или почему. Я слышал слухи, что Сорамир Римарос знает, но даже моя способность собирать информацию имеет пределы. Но Лоран приехал сюда, потому что у него есть семья. Кто-то в Ордене Искупительного Света. Священник. Общество искателей приключений сейчас держит его под стражей. Может, он сможет рассказать вам больше.

— Вы думаете, священник может выдать нам Киллиана Лорана?

— Я могу выдать вам Киллиана Лорана. Когда ваше имя начало распространяться, мистер Асано, Лоран услышал об этом и решил убраться. Но это была плохая идея во время нашествия монстров, особенно этого. Слишком много людей отслеживают слишком много вещей. Ликвидация его активов и уход из региона, не привлекая внимания людей, охотящихся за культистами Строителя или членами Ордена Искупительного Света, означали полагаться на некоторых крайне сомнительных людей. Тех людей, которые не будут разговаривать с правительством или Обществом искателей приключений, но будут разговаривать со мной.

— Вы знаете, где он сейчас? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Хави. — По замыслу. Если бы я начал копать, весть могла бы дойти до него рано или поздно. Я не единственный брокер информации, а он крайне осторожный человек. Но я уверен, что смогу найти его в довольно короткие сроки. Тогда вам придется двигаться достаточно быстро, чтобы схватить его, прежде чем он снова двинется.

Джейсон долго не отвечал, оставляя Хави смотреть на инопланетные глаза, которые были всем, что можно было увидеть из непроницаемой тьмы капюшона Джейсона.

— Есть кое-что еще, — сказал Хави. Он не собирался делиться этим. Он планировал вместо этого использовать это, чтобы создать свою собственную базу влияния, но безмолвный взгляд Джейсона нервировал его. — Лоран был тем, кто нанял авантюриста, который телепортировал людей Ордена Искупительного Света с того острова. Того нового, который раньше был летающим городом Строителя. Он сделал это, потому что попросил его брат. Тот священник, о котором я говорил.

Наступило еще больше тишины. Линия темного пламени двигалась по земле, из которой бесшумно появилась портальная арка из темного кристалла. Темное пламя поднялось, чтобы заполнить арку, став активным порталом.

— Возвращайтесь домой, мистер Эстос, — сказал Джейсон.

— Вы хотите, чтобы я начал сужать круг поиска местонахождения Лорана?

— Скоро. Мы свяжемся.

Хави не был уверен в мудрости прохождения через портал, которому он не до конца доверял, но идея ему нравилась гораздо больше, чем отказ сделать это и остаться в окружении этих людей. Он прошел сквозь него и оказался в собственном доме. В доме, за который он заплатил хорошие деньги, чтобы он был защищен от телепортации и порталов. Он обернулся, чтобы посмотреть на портал, через который только что прошел, и наблюдал, как он опускается обратно в пол, оставляя линию темного пламени, которая исчезла в свою очередь.

* * * Хамфри поймал Джейсона, когда тот рухнул в тот момент, когда Хави исчез.

— Да, это было хуже, — прохрипел он. — Я должен перестать использовать эти астральные врата.

— Если бы ты просто позволил мне изучить их, — сказал Клайв, — может, мы могли бы облегчить проблемы.

— Если Доун сказала ждать более высокого ранга, — сказала ему Фарра, — то лучше подождать.

— Я телепортирую Джейсона обратно в пагоду, — сказал Хамфри. — Руфус, пожалуйста, поблагодари мистера Альбериччи еще раз и дай ему знать, что мы закончили.

ГЛАВА 4: СТАНОВЛЕНИЕ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА

ГЛАВА 4: СТАНОВЛЕНИЕ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА

Хави Эстос не привык чувствовать себя незначительным. Его связи простирались от самой верхушки общества до самого низа, и он был достаточно ценен для обоих, чтобы обеспечить свое положение как искусного посредника. Он также был успешным бывшим авантюристом серебряного ранга. Возможно, не из топовой гильдии, но определенно из уважаемой, и любой авантюрист, который мог постоять за себя в Римаросе, был достоин внимания.

После выхода из портала Асано Хави принял ледяной душ, а затем обнаружил, что смотрит в зеркало в своей ванной. Он был крупным мужчиной с кожей цвета оникса и золотыми глазами, которые сочетались с его длинными волосами. Он посмотрел на свое выражение лица и мог сам увидеть, насколько потрясенным он выглядел.

Он встречался с Асано только один раз, когда доставлял посылку от Морданта Керра, старого друга Хави по приключениям. Керр был ответственным за город-крепость во время нашествия и отправил Асано с посылкой, содержащей запись того, как Асано уничтожает волну монстров, угрожавшую тому городу. Хави не придал значения обычно выглядящему человеку, пока не посмотрел запись после того, как он ушел.

Керр хотел связать Хави и Асано, признавая, что Асано мог бы использовать контакты Хави, а Хави было бы неплохо наладить хорошие отношения до того, как Асано станет известным. Диссонанс между дружелюбным человеком, которого он встретил, и машиной для убийства на записи вызвал у Хави чувство осторожности, и он начал расследование. То, что Асано неожиданно пронюхал об этом, стоило Хави ценных услуг Эстеллы Уорнок, чей дед был еще одним из современников Хави по приключениям.

Имя Асано всплывало в ходе общей практики Хави знать вещи, которые большинство людей не знают, все более тревожными способами. Связи Асано достигали верхушки общества Римароса, каким-то образом спускаясь сверху от неуловимого высшего эшелона, перед которым, казалось, склонялась даже королевская семья. Это оставалось загадкой, пока не стало известно об активном присутствии Сорамира Римароса, самого основателя Королевства Штормов.

Чем больше имя Асано привлекало его внимание, тем больше Хави начинал беспокоиться. Другие приходили к нему как к брокеру информации за подробностями об Асано, которые Хави продолжал собирать, хотя и гораздо осторожнее, чем раньше. Он видел, как выглядели враги Асано, что стало с ними, и беспокоился, что Асано может счесть пренебрежение Хави, отправившего кого-то прощупать его ауру, антагонистичным.

Список врагов Асано был грозным относительно его ранга, а тайны, окружающие его, были весьма наводящими. Что стало с теми врагами, не сулило ничего хорошего никому, кто попал под гнев Асано. Что нужно было, чтобы стать личным врагом пространственной сущности, ведущей войну с целым миром?

Хави опасался приближаться к Асано, даже несмотря на то, что было возможно, что Асано не уделил Хави ни секунды внимания. Привлечение внимания Асано к себе могло быть покупкой реальных неприятностей, чтобы избежать воображаемой опасности, но это было не то, чем он был готов рискнуть. Он не хотел быть в списке врагов Асано, видя других врагов Асано. Но его запросы о прошлом Асано выявили одного врага, который выделялся среди остальных тем, что ушел от него.

Киллиан Лоран был уже известен Хави, но только по репутации. Хави мог работать с некоторыми не самыми добропорядочными фигурами, но Лоран был известен тем, что не было дна, до которого он не опустился бы. Не было линий, которые он не перешел бы, не было злодея, с которым он не работал бы, и не было низости, которую он не использовал бы.

Чем больше он вникал в это, тем больше казалось, что нацеливание на Лорана — это способ исправить ситуацию с Асано. Он упустил возможность наладить связь с авантюристом с таинственным влиянием в коридорах власти, чье восхождение к известности казалось неизбежным. Доставка Киллиана Лорана на блюдечке могла исправить эту ошибку в значительной степени.

Хави все еще делал приготовления, когда предсказанный прыжок Асано в более широкое внимание произошел и раньше, и более показным образом, чем самые дикие прогнозы Хави. Демонстрация Асано своей ауры, покрывающей небо, и его трансформирующийся дом были чем-то, о чем узнали все. Однако то, что последовало дальше, не просто привлекло внимание могущественных и хорошо информированных; это напугало их. Асано, говорящий Строителю собрать вещи и убираться домой, было одно. То, что Строитель действительно сделал это, — совсем другое.

Многим наблюдателям было ясно, что Асано не просто имеет дело с богами и великими астральными сущностями, но что он занимался этим уже некоторое время. Куда он уходил в тот таинственный период, когда его считали погибшим? Что он делал и почему вернулся? У Хави были ответы только на некоторые из этих вопросов, и то ненадежные.

Попадание на хорошую сторону Асано очень сильно переместилось на вершину списка приоритетов Хави, и он ускорил свои приготовления, чтобы преподнести Лорана. Он не давил так сильно, чтобы спугнуть Лорана, или так он думал. Выйдя из ванной в мягком халате, Хави обнаружил, что совершил две критические недооценки. Одной была способность Лорана понять, что за ним наблюдают, а другой — способность Лорана обойти магию защиты на его доме.

* * * — Вау, это было быстро, — сказала Белинда, наблюдая, как пять мужчин выносят бессознательного Хави из его дома в карету. Она тронулась вниз по улице, в сторону доков. На улицах было полно пьяных гуляк, но складской район был довольно чист, а доки не были фестивальной зоной. Транспортное средство сможет проехать, не будучи заблокированным толпами.

Голосовой чат Джейсона не имел радиуса действия, чтобы распространяться от Ливароса, где была Белинда, до Джейсона дома. Он был в пагоде, в которую его телепортировал Хамфри, чтобы он мог восстановиться после перенапряжения своей способности портала снова. Она передала информацию через Тень, спрятанную в ее тени.

— Уже? — пожаловался Джейсон, когда Тень сообщила информацию. Он едва прилег отдохнуть. — Да ладно, я все еще разбит после портала Эстоса через его чертовы домашние защиты. Пройдет пара часов, прежде чем я снова буду готов к бою.

— Я говорил тебе, что это был неверный ход, — сказал Нил. — Как командный целитель, я настоятельно советую не вредить себе только ради того, чтобы показать способность, которую лучше было бы вообще держать в секрете.

— Согласен, — сказал Хамфри. — Тень, Эстос еще жив?

Большая часть группы была в гостиной, собравшись вокруг лежащего Джейсона, либо портанутые обратно Клайвом, либо телепортированные Хамфри. Только Софи и Белинда остались наблюдать за домом Хави Эстоса по предчувствию Белинды.

— Он жив, — сказала Тень. — Мисс Белинда также хотела бы, чтобы я повторил, что она была, действительно, права.

Пока они болтали в магазине Алехандро после ухода Хави, Белинда высказала мнение, что Хави недооценивает свою уязвимость перед Лораном.

— Мы уже знаем, что он сдавал цели, за которыми наблюдал в прошлом, — сказала она. — Я предполагаю, что Лоран может перевернуть ситуацию, может, устроить ловушку для Джейсона. Я говорю, давайте последим за парнем и посмотрим, сделает ли Лоран ход после того, как Эстос встретился с нами.

— Это означало бы, что Лоран должен знать о встрече Эстоса с нами, — отметил Хамфри.

— Ага, — согласилась Белинда.

Результатом стало то, что специалисты команды по незаконной деятельности следили за домом Хави. Они едва прибыли, когда пять мужчин вынесли бессознательного Хави из его дома в ожидающий транспорт.

— Скажи Белинде следить за каретой, — сказал Хамфри. — Надеюсь, она приведет нас к Лорану, и мы сможем напрыгнуть на него, прежде чем он устроит ловушку для нас.

— Если только это не ловушка для нас, — отметил Джейсон. — Знаете, я думаю, мы можем подходить к этому не с той стороны.

— Как так? — спросил Хамфри.

— Я не думаю, что Лоран будет большим фанатом игры по правилам, так почему мы должны?

* * * Хави был без сознания, прикованный к толстому металлическому столбу тяжелыми цепями. Даже с ошейником подавления, грубая сила серебряного ранга была не пустяком; как столбы, так и цепи были сильно усилены магией. Киллиан Лоран вытащил пробку из маленького алхимического флакона и помахал им под носом Хави.

Он проснулся от вздрагивания.

— Украсть немного грибов! — закричал он в бреду.

— Что? — спросил Киллиан.

— Что? — спросил в ответ заспанный Хави, его голова покачивалась, пока он моргал, его чувства медленно возвращались. Он огляделся, увидев, что находится в безликой комнате, где стены, пол и потолок были все металлическими. В ней не было окон, но была пара больших дверей, предполагающих, что это может быть какой-то склад.

У него было мутное воспоминание о том, как его будили подобным образом и угрожали неприятно специфическими формами насилия, если он не пройдет через портал. Когда его чувства немного прояснились, он посмотрел на изможденного и болезненно бледного белого мужчину, стоящего перед ним. Он никогда не видел Киллиана Лорана, но мужчина идеально подходил под характерное описание Лорана.

— О, черт.

— Действительно, — согласился Киллиан. — Ты хотел использовать меня как ресурс? Скормить меня Джейсону Асано? Тебе следовало придерживаться торговли информацией, мистер Эстос, потому что сбор информации — не твоя область.

— Тебе не сойдет с рук похищение меня прямо из города.

— О, я знаю. Джейсон Асано создал довольно замечательную команду с тех пор, как я в последний раз встречал его. Я не знаю точно, как они выследят нас. Может, бывшая воровка тайно наложила магию отслеживания на тебя во время вашей встречи. Возможно, специалист по астральной магии проследит портал, использованный, чтобы доставить тебя сюда. Мои люди убедились, что они покинули зону отслеживания города перед порталом с лодки в море, но я не думаю, что это их остановит. Они довольно находчивая группа. Мощная тоже, вот почему я потратил время, чтобы все устроить довольно тщательно. Единственная причина, по которой я держу тебя в живых, — это на случай, если на тебе есть какая-то магия отслеживания, которую я не могу почувствовать, и которая будет аннулирована при твоей смерти.

Киллиан подошел близко к Хави. Он был ниже почти на целую голову, но злобно ухмыльнулся, откинув голову назад, чтобы встретиться взглядом с бывшим авантюристом.

— Как только я понял, что ты копаешь под меня, я начал расставлять вещи по местам. Я мог бы сбежать, но это был не удобный подход, учитывая всю эту неприятность с нашествием монстров. Вместо этого я сделал так, чтобы выглядело, будто я бегу, для любого, кто удосужился бы расследовать. Мне нужно, чтобы это выглядело так, будто я был небрежен. Я подумал, что лучше всего дать тебе небольшое чувство срочности, чтобы ты был тем, кто стал небрежным. Что ты и сделал. Ты хороший посредник, Эстос, но твой опыт заключается в помощи добропорядочным гражданам связываться с не совсем добропорядочными гражданами, не будучи замеченным с отребьем. Эта вещь «паук в сердце информационной паутины», в которую ты пытаешься расшириться, не сработает.

— Лоран, — сказал Хави. — Я знаю, что ты злой. Тебе не нужно произносить большую речь, объясняющую твой план, чтобы доказать это.

Киллиан усмехнулся, поворачиваясь, чтобы увеличить расстояние между Хави и собой.

— Бравада. Мне нравится. У меня есть клиент, который любит ломать крепких орешков, так что ты будешь довольно прибыльным для меня. Как только Асано и его команда будут разобраны, что не является пустяком. Ты не почувствуешь их с этим ошейником подавления, но здесь есть когорта наемников золотого ранга, ожидающая прибытия Асано и его команды. Я знаю лучше, чем вступать с ними в бой напрямую чем-то, кроме массивно подавляющей силы.

Киллиан покачал головой.

— Это непостижимо дорого — нанимать скрытных золоторанговых, которые будут работать вне обычных каналов, знаешь ли. К счастью, нашествие монстров было очень прибыльным для меня.

— Трагедия часто бывает таковой для ублюдков без принципов, — сказал Хави, выплевывая слова, как проклятие. — Ты будешь работать с кем угодно. Культ Строителя, Красный стол, те безумцы Чистоты.

— Да, — согласился Киллиан со смехом. — Это все довольно мило работает для меня. Но если бы я знал, что он в конечном итоге будет стоить мне так много денег и внимания, я бы никогда не оставил Асано в живых. В то время это казалось стоящим отвлечением, так как я не хотел, чтобы его друзья искали меня в гневе. Не уверен, знаешь ли ты, кто такая Даниэль Геллер, но она не та, кого ты хочешь мотивировать охотиться на тебя, поверь мне.

— Как и Асано, — сказал Хави.

— Это, безусловно, правда сейчас, вот почему я иду на все эти усилия. Кто бы мог подумать, что он отбился от звездного семени, даже если ритуал, питающий его, был оставлен без присмотра? Знаешь, я скорее думаю, что я был создателем этого человека. Я никогда не мог предвидеть, что запущу цепную реакцию, которая заставит моего дорогого брата помогать Строителю устроить его прибытие сюда из другого мира. Асано живет неудобно возмутительной жизнью, которой я теперь должен положить конец. К счастью, ты не единственный с некоторыми впечатляющими связями, и определенные люди также жаждут увидеть кончину Асано. В противном случае, я, возможно, не смог бы организовать всех этих золоторанговых, сколько бы денег я ни разбрасывал.

— Босс, — сказал один из бандитских приспешников Киллиана. Он следил за магической проекцией, парящей над ритуалом на полу позади того места, где Хави был прикован, вне его поля зрения. Проекция отображала запутанную сеть массивов тревоги, размещенных вокруг их местоположения.

— Ах, — сказал Киллиан. — Похоже, гости прибыли. Полагаю, Асано привел свою полную команду, плюс мальчика Ремор и его команду тоже.

— Босс, я не уверен, что это Асано. Сигнализация засекает целую кучу золоторанговых.

— Что?

ГЛАВА 5: УРОК МИНУВШИХ ДНЕЙ

ГЛАВА 5: УРОК МИНУВШИХ ДНЕЙ

После боя небольшая армия золото- и серебряноранговых прочесала район в поисках туннелей для побега, ловушек и всех, кому удалось спрятаться. Авантюристы были объединенной силой гильдии Сапфировая Корона, которая служила королевской семье, и членов семьи Амуз. Семья Амуз вызвалась в количестве, которое удивило даже Лиару, чей муж был рожден в ней.

Киллиан Лоран занял место Хави Эстоса, будучи прикованным к толстому металлическому столбу с ошейником подавления на шее. Было добавлено еще больше мер предосторожности в виде многослойного ритуального массива, настолько достаточно сложного, что Клайв, Белинда и Фарра с энтузиазмом изучали его. Ритуалист золотого ранга, который установил его, выглядел измотанным, пока они засыпали его вопросами.

Звук не мог пройти через край ритуального круга, который в данный момент был пуст, за исключением Киллиана. Прямо за ним Лиара и Джейсон стояли вместе, тихо разговаривая, наблюдая за Киллианом, который смотрел в ответ.

— Я была одержима поиском пользователя портала, который помог Ордену Искупительного Света, некоторое время, — сказала Лиара. — Сами члены ордена все еще не хотят говорить, а некоторые из них у нас уже месяцами. Их бог даже не был их богом, а они все еще фанатики.

— Карлос говорит, что мы должны перестать думать о них как об идеологах и начать думать о них как о жертвах, — сказал Джейсон. — Точно так же, как люди, превращенные в вампиров.

— Я прекрасно знаю, что думает Карлос, — сказала Лиара. — Общество искателей приключений передало всех моих заключенных Церкви Целителя. Ты думаешь, этот человек будет более разговорчивым?

— Он практичен. Себе на уме. Он будет готов заключить какую-то сделку.

— И ты в порядке с этим? Я знаю, что он сделал с тобой.

— Вот кое-что, чего не будет в досье Общества искателей приключений на меня, — сказал ей Джейсон. — Пока я был в другом мире, один из очень немногих золоторанговых там убил моего брата, моего любовника и моего друга. Когда пришло время, и он был в моей власти, я отдал его кому-то другому для их собственной мести. Я горел так сильно жаждой мести в начале, но я пришел к осознанию, что это просто пустота.

— У тебя был золоторанговый в твоей власти?

— Обстоятельства, — сказал он. — Вся моя жизнь — это использование обстоятельств, чтобы остаться в живых, когда, по всем разумным меркам, я должен умереть. Или остаться мертвым; это варьируется.

— Ты сделал правильный выбор, позвав нас. Не только из-за того, что ждало тебя здесь, но это играет на руку истории, которую мы пытаемся продать о твоей готовности подчиняться Обществу искателей приключений. Отказ от личной мести ради общего блага хорошо воспримется людьми, которые знают, что твой уход с Сорамиром — просто шарада. Некоторые из них беспокоятся, что твое блуждание в секрете хуже, чем позволение тебе делать это открыто.

— Позволение, — повторил Джейсон, недовольство в его голосе, когда он сосредоточился на выборе ею слова.

— Да, Джейсон. Позволение. Суть в том, чтобы продемонстрировать, что ты не сумасшедший на свободе с неизвестными силами, не отвечающий ни перед кем.

— Командный игрок, это я, — проворчал он.

— Если ты собираешься оставить Киллиана нам, хочешь поговорить с ним сначала или уйти совсем?

— Я, может, и готов отказаться от мести, — сказал Джейсон, — но я не откажусь от злодейской болтовни. У меня нет этого в себе.

Она посмотрела на него ровным взглядом.

— Да, я знаю, — пожаловался он. — Джейсон «никакого веселья, суровый авантюрист».

* * * Кассин Амуз не участвовал в самом рейде, но был движущей силой вклада семьи Амуз в операцию. Он прибыл после, проведенный на склад некоторыми из своих собственных людей. Он заметил Лиару, разговаривающую с мужчиной, завернутым в то, что выглядело как портал; это должен был быть Джейсон Асано. Кассин зашагал к Лиаре, когда Асано шагнул внутрь ритуального круга и приблизился к заключенному.

— Принцесса Лиара, — поприветствовал он.

— Лорд Амуз. Еще раз спасибо за вашу поддержку этой операции.

— Считайте меня мотивированным искоренить всех людей, которые предали наше королевство и наш мир. Это болезненное существо, которое у вас приковано, знает предателя, который помог забрать моего сына?

Лиара кивнула, пока Кассин оглядывался.

— А другая вещь? — спросил он. — Она здесь?

Лиара кивнула туда, где Клайв, Фарра и Белинда все еще донимали ритуалиста вопросами.

— С более темной кожей, — сказала она, чтобы отличить светлокожую Фарру от смуглой Белинды.

Кассин подошел к ним. — Белинда Каллахан?

— Я не брала это, — сказала Белинда, указывая на Клайва. — Я видела, как он что-то делал; я почти уверена, что это был он.

— Что был он? — спросил Кассин. Клайв закатил глаза и вернулся к изучению ритуальной диаграммы на земле.

— Ничего, — сказала Белинда. — Понятия не имею, о чем вы говорите.

Фарра вздохнула, бросив на Белинду взгляд, который она обычно приберегала для Джейсона.

— Я Фарра Хурин, — сказала она. — И да, это Белинда Каллахан. Вы лорд Кассин Амуз, не так ли?

— Я. Я хотел воспользоваться шансом поблагодарить вас, мисс Каллахан. Смелый риск, на который вы пошли, проникнув в твердыню Ордена Искупительного Света, — причина, по которой моего сына привезли домой до того, как они закончили заражать его своей гнусной магией. У вас вечная благодарность семьи Амуз, и моя, его отца, больше всех. Если вам когда-нибудь понадобится что-либо вообще…

— Оо, бесплатные вещи!

Фарра резко толкнула Белинду локтем.

— Я имею в виду, вы очень даже добро пожаловать, — поправилась Белинда.

— Как молодой мастер Гибсон? — спросила Фарра.

— Да, — сказала Белинда, ее тон внезапно стал менее игривым. — Он был не в лучшем состоянии, когда я видела его в последний раз. Я не успела помочь ему.

— Да, успели, — сказал Кассин. — Специалист из Церкви Целителя оптимистичен. Осторожно оптимистичен, как он неоднократно уточняет, но это надежда.

Он твердо остановил свой взгляд на Белинде.

— Надежда, которую вы дали мне, — сказал он ей. — И я имел в виду, когда сказал, если вам когда-нибудь понадобится что-либо. Все бесплатные вещи, которые вы можете унести.

— Вам, возможно, стоит передумать насчет этого предложения, лорд Амуз, — сказала Фарра. — У нее сила хранилища и много воображения.

Белинда не сказала ничего бойкого, сбитая с толку искренностью благодарности Кассина. Это было не то, к чему она привыкла, и она внезапно почувствовала себя неловко. Он распознал это и кивнул.

— У меня много дел по организации здесь, так что я оставлю вас сейчас. Но дверь семьи Амуз всегда открыта для вас, мисс Каллахан.

Когда Кассин ушел, Фарра толкнула Белинду в плечо.

— Приятно, правда? Искренне помогать кому-то. Вот почему тебе лучше быть авантюристом, чем вором.

— Ты права, — сказала Белинда, поднимая карманные часы. — Тебе, вероятно, стоит вернуть это.

Фарра нахмурилась, взяв их из руки Белинды.

— Как ты вообще получила это?

* * * Окутанный звездной пустотой, Джейсон выглядел скорее как парящий, чем идущий, когда он двигался, но он отменил плащ, когда достиг Киллиана. Он стоял перед бледным эльфом, прикованным к толстому металлическому столбу. Киллиан имел узкую, костлявую раму и бледную кожу, что было непохоже на обычно здоровый вид, который имели даже эльфы, не являющиеся пользователями эссенций. Джейсон достал маленькое устройство из кармана и постучал по нему. Экран приватности проявился невидимо вокруг них, предотвращая подслушивание их разговора кем-либо еще.

— Ты определенно выглядишь более впечатляюще, чем в прошлый раз, когда я видел тебя, Асано.

— Ты выглядишь примерно так же. Мне говорят, что каждый раз, когда мы повышаем ранг, мы становимся ближе к тому, как мы представлены в наших душах. Это делает твою душу довольно чертовски уродливой.

— А твою утомительно тщеславной. Ты намного красивее на серебряном ранге, Асано.

— Я выгляжу больше похожим на своего брата, чем раньше. Раньше это раздражало меня.

Киллиан сузил глаза.

— Он умер, не так ли? Твоя вина?

— Не моя вина. Это был другой эгоистичный придурок, как ты.

— Ах, — сказал Киллиан. — Моя ошибка была в том, что я предположил, что ты будешь искать меня в отместку за то, что я сделал с тобой. Мне никогда на самом деле не приходило в голову, что ты будешь готов привлечь аутсайдеров и позволить им забрать это у тебя. Но кажется, ты попробовал месть и нашел ее не по вкусу.

— Ты кажешься довольно спокойным, учитывая обстоятельства.

— О, у меня много секретов, много ресурсов и контактов; знаний и идей, которые очень ценны. Особенно для групп, которые не могут делать то, что делал я, но жаждут того, что я получил от их выполнения. Организации склонны заключать сделки с людьми, столь же полезными, как я, вместо того чтобы убивать нас за наши многочисленные проступки.

— Что, я уверен, и произойдет здесь. Пока их адекватно кормят, я полагаю, ты проживешь достаточно долго, чтобы снова выкрутиться на свободу, рано или поздно. Мы живем очень долгие жизни.

— И ты можешь принять все это? Я думал, ты идеалист.

— Я был. Все еще надеюсь, что да. Но я пришел к осознанию, что принятие лучшего, чем вещи могут быть, лучше, чем сетование на то, как они должны быть.

— Человек компромисса теперь?

— Может быть. Иногда кажется, что я единственный, кто готов сделать то, что нужно, чтобы превратить то, что должно быть, в то, что может.

— Ты звучишь уставшим, Асано.

— На самом деле, я лучше, чем был долгое время. Я просто устал идти на компромисс с людьми вроде тебя. Вот почему Общество искателей приключений может забрать тебя. Заключить сделку, убить тебя, отпустить тебя; я умываю руки. Я был покончил с тобой давным-давно.

— И все же ты не смог удержаться от разговора со мной.

— Это правда. Я проверяю себя, я думаю. Могу ли я отпустить то, что ты сделал, и оставить тебя властям и любой слабине, которую они могут дать тебе?

— И как проходит проверка?

— Невпечатляюще. Я немного удивлен, если честно. Пока я не услышал твое имя снова, я не думал о тебе долгое время. Оказывается, это потому, что мне было все равно.

— То же самое верно для твоей ручной воровки с красивыми серебряными волосами? Она бросала на меня взгляд, который говорит, что она хочет убить меня.

— Это потому, что она действительно хочет убить тебя. Но она тоже не уделяла тебе ни мысли, пока твое имя не всплыло. Ты — цель возможности, и это все. В конце дня ты просто не имеешь значения. Ты — урок минувших дней.

— Послушать тебя. Ты довольно важная шишка теперь, но я видел тебя голым и беспомощным. Не просто без твоей одежды, но без той нелепой маски, которую ты используешь, чтобы скрыть злобу внутри себя.

— Я не скрываю ее, Лоран. Больше нет. Я использую ее по мере необходимости, а затем убираю до тех пор, пока не появится следующий придурок вроде тебя. Но знаешь, если бы я попросил этих людей позволить мне забрать тебя, они бы сделали это.

— Я полагаю, так.

— Но я не собираюсь этого делать. Ты ответственен за достаточно пятен на моей душе уже; ты не стоишь еще одного. Я полагаю, это та часть, где я рассказываю тебе все ужасные вещи, которые я мог бы сделать с тобой — и они очень ужасные, — но я просто не могу утруждать себя.

— Я верю тебе, Асано. Я знаю немного о силах, в которые, кажется, ты вовлечен, и они очень пугающие. Почему ты думаешь, я хотел убить тебя? Если мы встретимся снова, я довольно уверен, что эта цель будет вне моей досягаемости. На самом деле, ты, вероятно, сможешь убить меня с ходу.

— Возможно, ты прав. Был бы ты заинтересован в получении небольшой доброй воли на тот день, когда это случится?

— Ты хочешь чего-то от меня.

— Ты обеспечил услугу пользователя портала для своего брата. Друг мой очень хотел бы знать, кто это был.

— И если ты выйдешь из этого ритуального круга с этим, это выставит тебя в хорошем свете перед всеми этими модными людьми, которые так напуганы тобой прямо сейчас. Помогает купить тебе время, чтобы вырасти достаточно сильным, чтобы тебе не приходилось заботиться о том, что они думают.

— В значительной степени. Но это также сигнализирует им, что ты готов работать с ними. Учитывая сдержанность твоего брата и его друзей, это ценный сигнал для отправки.

Киллиан и Джейсон смотрели друг на друга в тишине долгое время.

— Несмотря на все мои усилия, я недооценил, насколько ты опасен, не так ли?

— Да.

Киллиан дернул головой, указывая на всех людей вокруг них на складе.

— Они еще не знают, что сделали то же самое, не так ли?

— Нет.

— И тебе нужно стать сильнее, прежде чем они осознают. Ты не боишься, что я скажу им?

— Ты не знаешь достаточно, чтобы сделать больше, чем беспочвенные предсказания. Они знают, что я достаточно опасен сейчас, чтобы они не рискнули давить. Не по твоему слову.

— Есть некоторые, кто рискнул бы.

— Всегда есть.

Киллиан усмехнулся.

— Да, есть. Эстебан Гало — имя, которое вы ищете, мистер Асано.

— Спасибо, мистер Лоран. Ты простишь меня, если я надеюсь, что мы никогда больше не увидимся.

— Мистер Асано, вы обнаружите, что моя надежда по этому пункту имеет значительно больше рвения, чем ваша.

ДОРОГОЙ ДЖОН

ДОРОГОЙ ДЖОН

Джейсон швырнул список имен на стол перед собой.

— Вот чем занималась Доун, — сказал он, потирая виски. — Она могла бы мне сказать. Не то чтобы я делал что-то большее, чем просто бездельничал, восстанавливаясь.

Он поднялся и вышел на балкон пагоды, облокотившись на перила и глядя на море. Вдалеке вспыхнул свет: магический шторм поглощался накопителем маны, похожим на ветряную мельницу.

Фарра подошла и встала рядом с ним.

— Она знала, что ей придется уговаривать тебя.

— Значит, она ушла, зная, что я соглашусь, потому что её здесь нет, чтобы спорить, а я сентиментален.

— Смертный порок, как она это назвала.

— Тогда, полагаю, я не такой уж смертный. Мы не берем Зару Римарос в качестве вспомогательного члена команды. В конце концов, она полноценный искатель приключений. Вспомогательных членов берут ради их специальных навыков, а её специализация — подрывать кучу монстров с помощью сил тайфуна.

Фарра достала из кармана записывающий кристалл и протянула его ему. Джейсон застонал.

— Она оставила тебе записывающий кристалл и снова сбежала? — спросил он. — Это начинает походить на письма с разрывом отношений.

— Что такое «письмо с разрывом отношений»?

— Неважно, — ответил Джейсон.

— Я дам тебе немного уединения, чтобы ты мог его посмотреть. Только помни, что сегодня днем мы отправляемся помогать Отем найти фамильяра.

— Да.

Фарра направилась к подъемной платформе и оставила Джейсона одного в его люксе. Он вошел внутрь, и из облачной материи сформировался кристаллический проектор. Это был небольшой постамент, увенчанный пирамидой, на вершине которой находился слот для записывающего кристалла. Джейсон вставил кристалл, который дала ему Фарра, а затем растянулся на диване. Крупное изображение лица Доун замерцало над проектором, заставив Джейсона почувствовать себя так, словно он смотрит на голограмму императора Палпатина.

— Прости за вид галактического императора, — сказала проекция. — Я надеялась, что это сделает его менее похожим на письмо с разрывом отношений.

— Мы могли бы просто поговорить, — пробормотал Джейсон.

— Я знаю, что мы могли бы просто поговорить, — сказала запись Доун, — но разговоры с тобой всегда отклоняются от того, что намеревался сказать другой человек.

— Не всегда.

— Да, всегда.

Джейсон оскорбленно посмотрел на проекцию. Доун рассмеялась.

— Хотела бы я видеть твое лицо прямо сейчас. Ты не такой непредсказуемый, как думаешь, Джейсон.

Рот Джейсона сжался в тонкую линию, когда он в расстройстве крепко стиснул губы.

— Да, — сказала Доун, — я знаю, что ты злишься, потому что не можешь ответить, но в этом-то и суть. Это не дискуссия. Ты будешь сидеть и слушать, злиться из-за этого, а потом примешь то, что я сделала, потому что меня здесь нет, чтобы спорить, и тебе кажется неправильным отказывать мне, когда меня нет рядом, чтобы поспорить.

— Я начинаю ненавидеть эту запись.

— Я обсуждала с Обществом искателей приключений эту фальшивую личность. Поскольку ты будешь подписываться со своей собственной командой в качестве вспомогательного лица, будет менее очевидно, если твоя команда возьмет сразу несколько вспомогательных членов.

— Я знаю. Я видел список.

— Ты все еще пассивно-агрессивно ведешь разговор с записью, не так ли?

Джейсон свирепо посмотрел на изображение.

— Но вот хорошие новости, — сказала Доун. — Список фальшивый.

— Что?

— Я знала, что ты начнешь ворчать, поэтому составила список имен, которые тебя раздражают, чтобы ты был менее зол на настоящий список.

— Мне не пришлось бы ворчать, если бы ты не дала мне фальшивый список, полный людей, которых я бы никогда не взял. Готов поспорить, ты сделала это ради смеха.

— Кроме того, я подумала, что это будет забавно.

— Я так и знал! Ты знала, что просто… а я все еще разговариваю с записью.

Выражение лица Доун смягчилось, и изображение уменьшилось, показав, что она сидит на траве на склоне холма где-то в белом летнем платье. Оно было украшено изображениями цветка, известного как крыло феникса.

— Это будет новое начало для тебя, Джейсон. Ты рассказывал мне о том, как впервые попал в этот мир, и обо всех перспективах, которые он открывал. Это твой шанс получить ту карьеру искателя приключений, о которой ты мечтал тогда. Может, не совсем так, как ты себе представлял, но подозреваю, что ты не будешь слишком расстроен наличием тайной личности.

Изображение Доун выглядело сожалеющим, как и Джейсон, наблюдавший за ним.

— Полагаю, мне следует дать тебе настоящий список имен, — сказала она. — Руфус, очевидно. Он будет с тобой сражаться, но, строго говоря, он будет числиться тренером. Тебе еще многому предстоит у него научиться, и твоему другу Тайке тоже не помешают его знания. Гэри — еще одно легкое включение. Как только он узнает, что ты можешь наколдовать все редкие материалы, о которых он только мог просить для практики в кузнечном деле, я уверена, он ухватится за эту возможность, даже если не сможет вынести результаты из твоего пространства души. Только убедись, что он делает какую-то работу, результаты которой могут использовать и другие люди. Я полагаю, что его наставник алмазного ранга будет регулярно появляться, чтобы держать его на верном пути.

Джейсон не мог поспорить с этим выбором.

— Тебе также стоит рассмотреть Эстеллу Уорнок. Думаю, у тебя получится лучше, чем у меня, подойти к ней, но она будет хорошо работать с Белиндой, и кажется немного потерянной. Кроме того, я знаю, что ты любишь её розовые волосы, так что, может быть, постарайся хотя бы немного скрыть свой фетиш на селестинов.

— У меня нет… я снова ни с кем не спорю. К тому же, я лгу.

— Да, у тебя есть фетиш, — сказала Доун. — Перестань лгать самому себе.

Джейсон проворчал что-то в адрес проекции.

— Это были легкие варианты, — сказала Доун. — Далее идут люди, с которыми ты не так хорошо знаком. Есть человек по имени Амос Пенсината. Он золотого ранга, о котором ты, вероятно, слышал. Как и у тебя, у него был опыт душевной травмы, который оставил его с более способной аурой, чем у большинства. Я убедила его путешествовать с тобой некоторое время и научить тебя некоторым вещам, которые он узнал о манипуляции душой. Часть этого придет из его собственного опыта, а другие вещи — это то, что ты обычно узнал бы на золотом ранге или незадолго до него. К счастью, мистер Пенсината придерживается взгляда «учись по мере необходимости».

Джейсон был знаком с Пенсинатой по репутации. Это был человек, который победил те самые силы, которые заставили Джейсона чуть не убить себя, спасаясь бегством в подводном комплексе.

— У Пенсинаты есть одно условие для путешествия с тобой: он берет с собой племянника. У молодого человека есть проблема, общая для искателей приключений в зонах с высокой магией: он был под опекой на железном и бронзовом рангах и ему не хватает самостоятельного опыта. Пенсината хочет, чтобы его племянник получил некоторую закалку, вдали от своих чрезмерно опекающих родителей.

— Он ведь не собирается похищать своего племянника, правда?

— Карлос Килидо может рассказать тебе больше об Амосе, так как они давно знакомы.

— Это не было «нет».

— Кстати говоря, Килидо тоже в списке. Твое пространство души станет мощным инструментом в исследовании того, что было сделано с членами Ордена Искупительного Света. А это означает, что нужно взять с собой захваченных членов Ордена Искупительного Света.

— Как ты думаешь, сколько людей я могу поместить в конструкцию транспортного средства облачной фляги? — спросил Джейсон проекцию.

— Я знаю, что это означает много людей, но тебе, вероятно, все равно следует держать заключенных в своем пространстве души.

— Можешь засунуть эту идею куда подальше. Я не превращаю свою душу в чертову лечебницу Аркхэм.

— Я предполагаю, — сказала запись Доун, — что ты только что разразился какой-то красочной тирадой, потому что, по-видимому, слово «нет» для тебя слишком эффективно.

— Ему не хватает выразительности! — крикнул Джейсон проекции.

— Если ты действительно не можешь принять эту идею, я уже обсудила некоторые альтернативы — менее безопасные альтернативы — со священником Килидо.

— Еще бы. Карлос может купить тюремный автобус или что-то в этом роде.

— Есть еще один человек, который должен поехать, и это тот, кто тебе не понравится. Общество искателей приключений хочет прикрепить к твоей команде представителя. Что-то вроде личного связного с тобой.

— Ты имеешь в виду шпиона.

— Да, в сущности, шпиона.

— Перестань предсказывать, что я собираюсь сказать!

— Нет.

— Аргх!

Джейсон наблюдал за смеющейся фигурой Доун, понимая, что быть там, дразнить свое будущее «я», возможно, было последним кусочком чистого веселья, которое у нее было перед тем, как отправиться в космос по Очень Серьезным Делам.

— Я не знаю, кого они выберут для тебя, — сказала она, — но думаю, они достаточно умны, чтобы не делать глупого выбора. Они знают, что ты наотрез откажешься, если они не найдут кого-то приемлемого, и что давление на тебя не сработает. Я позаботилась о том, чтобы они хотя бы это поняли.

— Хорошо, — сказал Джейсон.

Изображение Доун приобрело грустную улыбку.

— Мы попрощались в твоем пространстве души, так что я не буду возвращаться к этому, — сказала она. — Надеюсь, когда я увижу тебя снова, ты не будешь слишком плохо обо мне думать.

Она сделала жест, и запись закончилась.

* * * Джейсон все еще не выходил из своего люкса с тех пор, как Фарра дала ему запись, когда Лиара прибыла в облачный дом. Тень проводил Лиару в один из мезонинных залов, наполненный лиственными растениями и выходящий на атриум. Хотя снаружи атриум был непрозрачным, стена, поднимающаяся до середины башни, была прозрачной изнутри и пропускала много естественного света. Фарра ждала ее за столом, попивая высокий стакан холодного чая. Она налила еще один для Лиары из кувшина, жестом приглашая принцессу присоединиться к ней.

— Что привело тебя сюда? — спросила Фарра, когда Лиара села. — У нас скоро мероприятие, и мы ограничены во времени.

— Помощь мисс Лил с ритуалом фамильяра, да. Довольно мелкомасштабное мероприятие, учитывая окружающие события.

— Мы ищем малого, принцесса. И мы ценим дружбу.

Лиара кивнула. — Мистер Асано знает о связном от Общества искателей приключений?

— Я передала ему сообщение, которое оставила Доун, но с тех пор он не выходил. Я не знаю, какой будет его реакция. Доун пыталась управлять им, как могла, но с Джейсоном можно сделать лишь ограниченное количество «управления». И мы готовы сделать лишь ограниченное количество. Возможно, время от времени ему нужно немного обтесать острые углы, но мы на его стороне в первую очередь. Не на стороне Общества искателей приключений и уж точно не на стороне твоей семьи.

— У меня нет претензий к лояльности, мисс Хурин. Лояльные люди надежны, и за десятилетия своей карьеры я обнаружила, что последовательность ценнее, чем способности. Если находишь кого-то с тем и другим, дорожишь ими.

— Общество нашло связного, которого, по их мнению, Джейсон примет?

— У меня есть имя, но примет ли он его — все еще под вопросом. Но я здесь по другой причине. На самом деле, связанной с вашим предстоящим мероприятием.

— О?

— Вокруг Джейсона ходит много разговоров, но количество точной информации сильно варьируется в разных кругах.

— И?

— И когда информации мало, у людей есть привычка брать то, что они знают — или то, что им сказали, правда это или нет, — и добавлять свои собственные предположения, чтобы заполнить пробелы.

— А потом эти предположения превращаются в факты в их сознании.

— Именно так, мисс Хурин.

— И кто-то сделал несколько предположений о Джейсоне?

— Есть определенные сектора сообщества искателей приключений — гильдии нижнего уровня и другие, менее формализованные группы, — где информация о Джейсоне приобрела определенный тон. Были сделаны довольно радикальные предположения, и они грозят развиться в не самом идеальном направлении.

— Каким образом?

— Информация о реальных боевых способностях Джейсона распространилась далеко не так широко, как его имя.

— Я вижу, к чему это идет, — сказала Фарра. — Кто-то убедил себя, что Джейсон — это только репутация и никакой силы, и думает, что устранение его — это их путь к славе и престижу.

— Более или менее.

— И они знают, что мы собираемся делать сегодня.

— Да.

— Ты слила информацию, чтобы эти идиоты пошли за нами и сорвали попытку Отем найти нового фамильяра?

— Конечно, нет.

— Ты знаешь, что она потеряла своего фамильяра, защищая Римарос.

— Знаю.

— Это было достаточно травмирующе для нее, без того, чтобы пришли какие-то идиоты и испортили то, что и так достаточно сложно.

— Я знаю.

— Правда ли, принцесса?

— Мисс Хурин, я была в недрах этого летающего города. У меня были друзья и семья, которые убедили меня позволить им пожертвовать собой. Я бы никогда не сделала того, что вы предполагаете, тому, кто принес жертвы ради моего города и моего королевства.

— Но я говорю не о том, что ты используешь ее как приманку. Я говорю о том, что ты используешь Джейсона как приманку, что ты уже делала раньше. Отем была бы просто сопутствующим ущербом.

— Я этого не делала, мисс Хурин. Это исходило из какого-то источника в Магическом обществе. Никакого заговора, просто какой-то администратор, который увидел, что мисс Лил зарегистрировалась, что собирается пойти и провести ритуал привязки, со списком тех, кто будет стоять на страже для нее. Оппортунист продал немного информации, мы услышали об этом, и я пришла предупредить вас.

Открылся портал, и Джейсон вышел из него.

— Вы собираетесь сделать больше, чем просто предупредить нас, принцесса.

ЭТО НЕ КАЖЕТСЯ СЛАВНЫМ

ЭТО НЕ КАЖЕТСЯ СЛАВНЫМ

На южном материке, далеко за пределами границы территории Королевства Штормов, был скалистый выступ. Возвышаясь над джунглями, он выходил на широкую реку и был отличным ориентиром для портала. Портал открылся, когда кто-то сделал именно это, и появились искатели приключений. Первыми вышли гильдейские искатели приключений серебряного ранга, за ними последовала принцесса Лиара и, наконец, заметно нервничающая Отем Лил.

Отем оглядела команду гильдии, назначенную присматривать за ее ритуалом фамильяра. Они были из гильдии Сапфировая Корона, чьи представители бронзового ранга не удостоили бы ее и вторым взглядом на улице, даже с ее серебряным рангом. Они были бы вежливы, если бы когда-нибудь заговорили с ней, конечно, но зачем им это? И все это было помимо золоторанговой принцессы.

Лиара направила их начать спуск с выступа.

— Не думай о них, — сказала Лиара Отем успокаивающим голосом. — Насколько я понимаю, если ты не хочешь привлечь определенные виды плотоядных, спокойный ум лучше всего подходит для ритуалов фамильяров.

— Я не понимаю, что происходит, — сказала Отем. — В смысле, я понимаю, почему я здесь, но почему здесь вы?

— Мистер Асано был недоволен тем, что люди, преследующие его, собираются сорвать твой ритуал фамильяра, поэтому он сказал мне отвезти тебя на другое место, пока он объясняется с людьми, о которых идет речь.

— Он может говорить вам, что делать?

— Нет, но, похоже, это его не останавливает.

Она не стала указывать на то, что он также говорил Строителю, что делать, что, собственно, и привело их в нынешние обстоятельства.

— Аура мистера Асано довольно сильна, — продолжила Лиара. — Достаточно сильна, чтобы даже я не могла прочитать его эмоции. Поэтому, когда просочилось достаточно гнева, чтобы я это заметила, стоило обратить на это внимание. Это означало, что он, вероятно, собирается сделать что-то радикальное, и, зная, что его не остановить, я подумала, что лучше всего направить его, как смогу. К счастью, для этого есть процедуры.

— Для чего именно?

— После каждого всплеска монстров происходит много наборов в гильдии, поскольку качественные искатели приключений, которых гильдии ранее упускали из виду, демонстрируют свои способности. Многие великие искатели приключений приходят из-за пределов гильдий и аристократических семей, и всплеск — это то, где многих из них замечают. К сожалению, каждый всплеск также приносит искателей приключений, которые не смогли отличиться, но не желают с этим смириться. Они выбирают кого-то, кто отличился, и пытаются сделать из них пример. Слежка за этим самым делом — это то, как мы узнали о том, что происходит с тобой, и вмешались. Асано, в конце концов, такая очевидная цель.

— Но даже если мы перенесли мой ритуал, разве они все равно не пойдут за Джейсоном?

— Да. Стандартная процедура — предупредить того, на кого они нацелились, а затем позволить им. Мы обнаружили, что позволить людям сломать зубы о камень — самый эффективный наглядный урок.

Отем кивнула.

— Я знаю, что вы помогаете мне только из-за Джейсона, но я все еще не уверена, как я здесь оказалась. Как я перешла от того, чтобы стоять рядом с ним в очереди на черную работу по доставке, ко всему этому?

Она указала на других искателей приключений и на саму Лиару.

— Это был выбор Асано, — объяснила Лиара. — Я изучала историю Асано так же тщательно, как кто-либо другой, подозреваю. У него есть привычка заходить очень далеко ради относительных незнакомцев, особенно если он чувствует, что с ними поступили несправедливо из-за его действий. Ты встречала членов его команды, Векслера и Каллахан?

— Софи и Белинду? Да.

— Они были ворами, когда встретили Асано. Он и Клайв Стэндиш поймали их на контракте, только чтобы обнаружить, что их собираются передать судьбе гораздо худшей, чем заслуживало воровство. Это было довольно политично, очень коррумпировано и крайне неприятно. Асано предпринял действия, которые я могу описать только как характерно радикальные, и две воровки перешли от катастрофической судьбы к элитным искателям приключений. Асано нажил довольно значительных врагов в процессе и в конечном итоге заплатил высокую цену. Я не верю, что он жалеет об этом, даже когда этой ценой было очищение его души.

— Собирается ли он заплатить цену за помощь мне?

— Нет, если только, как я сказала, он не переоценил себя. Ты встретила Асано на доставке в город-крепость?

— Да, но было ясно, что все ненормально. На борту был золоторанговый, и не просто обычный. Он сказал, что это из-за пиратов, но вы не посылаете Осадный Меч охранять поставки от пиратов, которые могут быть где угодно. Он был там, чтобы проверить Джейсона.

— Да, это было так, — согласилась Лиара. — Боюсь, что в конечном итоге я являюсь причиной вашего знакомства с Асано. Я посадила его на тот дирижабль, хотя именно Его Державный Предок назначил Тренчанта Мура. Я использовала Асано как приманку, чтобы поймать культистов Строителя.

— Его Державный Предок, в смысле…

— Сорамир Римарос, да.

Лиара посмотрела на Отем.

— Я не помогаю тебе успокоиться, верно, мисс Лил?

— Не особо, нет. Вы поймали культистов Строителя?

— Вместо них мы получили фанатиков Чистоты. Нет недостатка в людях, желающих пойти против Асано, что и привело нас к этому затруднительному положению. Есть лишь горстка регионов, идеально подходящих для поиска магических лягушек, подходящих для фамильяров, поэтому нам пришлось переправить тебя порталом в более отдаленный. Тот, который ты была зарегистрирована посетить, в настоящее время кишит оппортунистами, которые вот-вот обнаружат, что их возможность с нетерпением ждет их.

* * * Одиннадцать человек передвигались по джунглям на западном материке Королевства Штормов. Они находились в регионе, где обитала основная популяция магических лягушек, примерно в дюжине километров от одной из главных дорог, по которой Джейсон когда-то путешествовал по контракту на доставку. Это было место, куда Отем Лил была зарегистрирована как направляющаяся для выполнения своего ритуала связи с фамильяром. Это было также место, куда Рангел и Теллез привели свои команды.

— А ты еще говорил, что этот шлем не стоит своих денег, Теллез.

— Он не стоил своих денег, Рангел.

— Мы здесь не одни ищем Асано. Этот шлем выследит его.

— При условии, что у него нет способа заблокировать магию слежения. Есть множество предметов и способностей, которые могут это сделать.

— Артефактор, который продал его мне, сказал, что он проникнет сквозь такие виды защиты.

— Люди говорят всякие вещи, Рангел. Моя жена сказала, что никогда не бросит меня.

— Разве она не ушла от того алхимика к тебе?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я говорю, что есть закономерность в поведении.

— Какая закономерность в том, что она ушла от меня к парню, который продает зонтики?

— Элла ушла от тебя к продавцу зонтиков?

— Во время всплеска монстров, не меньше. И они даже не магические зонтики. Они обычные зонтики!

Рангел и Теллез передвигались по джунглям со своими членами команды на буксире. Они охотились на Джейсона Асано и, зная, что у него будет своя команда, объединились. Они узнали, что у нелепо названной Команды Бисквит Асано было шесть человек, что давало им почти два к одному. Однако не все были согласны с планом, и единственная женщина в группе подала голос.

— Теллез, мы все еще можем отступить от этого, — сказала она своему лидеру команды.

— Эскамилья, ты была переголосована.

— В команде Асано есть Геллер.

— Не один из местных; я никогда о нем не слышал. И не каждый Геллер такой потрясающий. Их репутация раздута.

— Не знаю, правда ли это, — сказала Эскамилья. — И Геллеры обычно не берут в свою команду кого попало.

— Я не слышал ни о ком в команде этого парня, — внес свою лепту Рангел. — Кроме Асано.

— О котором ты раньше не слышал, — отметила Эскамилья. — То, что их не знают на местном уровне, не делает их слабыми.

— Ты просто ищешь причины, чтобы не делать этого, — сказал ей Теллез.

— Ты прав. Мы бродим по джунглям, прерывая ритуал фамильяра какой-то бедной женщины, чтобы избить коллегу-искателя приключений просто ради славы. Это не кажется славным, Теллез.

— Хватит ныть. Мы согласились на это как команда.

— Я кое-что проверила, Теллез. Эта женщина потеряла своего фамильяра, защищая Римарос от атаки Строителя.

— Мы все защищали город от атаки Строителя, — сказал Рангел.

— Наши команды были в резерве на Прово, — сказала Эскамилья. — Мы не то чтобы отбивались от культа.

— Вот почему мы здесь, — сказал Рангел. — Чтобы получить престиж, в котором нам отказали, когда нас отправили подальше от битвы.

— Не думаю, что нам отказали в престиже, — сказала Эскамилья. — Думаю, это были потери. В тот день погибло много людей. Люди сильнее нас.

— Вот что ты думаешь, да? — спросил Теллез. — Что команда Асано сильнее нас?

— Я не знаю, — сказала она. — В этом-то и смысл: мы не знаем, во что ввязываемся. Я говорила тебе, что кое-что проверила, и я разговаривала с Командой Рабочая Пила.

— Команда Рабочая Пила ничего не стоит, — сказал Рангел.

— Они гильдейская команда, — сказала Эскамилья.

— Да, худшая гильдейская команда в Римаросе, — сказал Рангел. — Мы могли бы легко их взять.

— Не думаю, что нам стоит недооценивать любую гильдейскую команду, — сказал Теллез. — Что ты узнала от них, Милла?

— Они работали с командой Асано. Сказали, что они странная группа, но серьезное дело.

— Что они сказали о самом Асано?

— Обычные вещи. Не связывайтесь со специалистом по наложениям. Сказали, что он был довольно странным, правда. Он…

— Это неважно, — сказал Рангел. — Специалисты по наложениям — ничто. Ты просто пробиваешь их защиту и быстро укладываешь их.

— И скольких именно специалистов по наложениям ты «быстро уложил»? — спросила Эскамилья.

— Всегда есть первый раз.

В соседней тени Джейсон начал задаваться вопросом, не является ли весь этот разговор какой-то уловкой, чтобы заманить его в ложное чувство безопасности.

— Вот что делает это таким хорошим планом, — сказал Теллез, указывая на записывающий кристалл, парящий над его головой. У Рангела был точно такой же. — Нам не нужно сражаться с командой Асано. Не совсем. У нас есть численное преимущество, чтобы связать их достаточно надолго, чтобы дать Асано взбучку. Он серебряного ранга, так что он выдержит. А потом мы отступаем и уходим. Они ищут монстров и магических зверей, прерывающих ритуал, а не внезапную атаку двух команд элитных искателей приключений. Мы налетаем, бьем и сваливаем.

— Да, потому что именно это делают элитные искатели приключений, — сказала Эскамилья. — Они записывают себя, нападая на коллегу-искателя приключений без какой-либо иной причины, кроме как для создания своей репутации. Ты думаешь, не будет никаких последствий от этого?

— Мы хотим последствий от этого, — сказал Теллез. — С кадрами того, как мы выбиваем дурь из парня, о котором все говорят в высших кругах города, люди будут говорить о нас. Репрессии со стороны Общества искателей приключений только помогут поднять наш профиль. У него есть целитель, Милла. Никто не будет страдать от того, что нельзя исправить за несколько минут и несколько заклинаний. Это будет не так уж плохо. Мы получим свои шишки и станем притчей во языцех.

— Даже если предположить, что все пойдет так, как ты думаешь, — сказала Эскамилья, — я не уверена, что хочу быть предметом таких разговоров. И не думай, что все пойдет как по маслу. Когда на контракте все шло как по маслу, не говоря уже об этом бардаке? Если мы хотим оказаться в высших эшелонах искателей приключений, Теллез, мы не можем застрять на базовых охотах на монстров, а это значит звездные рейтинги в Обществе искателей приключений. Каждая известная команда полна двухзвездочных, и у большинства есть хотя бы один член с тремя. У нас есть один член с двумя звездами. Я. Но когда то, что мы делаем здесь, выйдет наружу — как бы это ни прошло — моя вторая звезда исчезнет. Ты не боишься получить понижение, потому что у тебя уже одна звезда, но я та, кому есть что терять.

Теллез перестал идти и повернулся к Эскамилье.

— И вот оно, — сказал он. — Краткосрочное мышление — это одно, но настоящая проблема в том, что все дело в тебе, не так ли? Нежелание жертвовать ради команды. Эгоизм.

Эскамилья не отступила, приближаясь к лицу мужчины, несмотря на то, что была на голову ниже.

— Не говори мне об эгоизме, Теллез. Весь этот план — воплощение эгоизма. Скольким людям ты готов причинить боль, чтобы продвинуться? Этой женщине, которая просто пытается получить фамильяра? Команде искателей приключений, на которую мы нападаем? Они не знают о твоем плане, Теллез, так что они не будут играть ради забавы. Когда мы ударим по ним, они ответят. Сильно. И не только сегодня. Мы наживаем здесь врагов, которых нам не нужно наживать.

Рангел и Теллез возвышались над маленькой женщиной.

— Тебе не нравится, Эскамилья, — сказал Рангел, — тогда как насчет того, чтобы развернуться и пойти домой? Мы можем обойтись без еще одного бойца. Если ты хотела, чтобы люди терпели твое нытье, тебе следовало выбрать способности охраны или исцеления.

Эскамилья посмотрела на Теллеза, ожидая, но он ничего не сказал.

— Серьезно? — спросила она после долгого, напряженного молчания. — Ты позволишь аутсайдеру сказать члену твоей команды уйти и не скажешь ни слова в их защиту?

У Теллеза было неловкое выражение лица, но затем он укрепил его решимостью.

— Ты согласилась следовать решению команды, Милла.

— Я никогда не думала, что команда будет настолько безумна!

— Тогда зачем вообще пошла?

— Потому что вы моя команда! И я думала, что, может быть, только может быть, я смогу убедить вас отказаться от этого идиотского плана, Теллез.

— На самом деле, это был мой план, — сказал Рангел. — Ну, это был план Мальдонадо, но я тот, кто его украл. И если мы собираемся найти Асано раньше, чем он, нам нужно перестать стоять и кричать друг на друга и вернуться к поискам. Если Асано и его команда где-то рядом, они слышали, как мы приближаемся.

Эскамилья свирепо посмотрела на него, но не ответила, прежде чем снова перевести взгляд на Теллеза.

— Если мы хотим сделать себе имя, — спросила она, — как насчет того, чтобы сделать это достижениями, а не трюками?

— У нас недостаточно достижений, Милла! Гильдии будут набирать людей теперь, когда всплеск закончился, но мы не сделали ничего, что выделялось бы. Мы не можем попасть в топовую гильдию, если никто не знает, кто мы такие.

— Посмотри, что мы делаем, Теллез! Ты думаешь, это — это — то, что делают великие искатели приключений?

— Асано не такой уж великий, а его имя сейчас у всех на устах. Вот что делает его идеальной целью.

— Мы не знаем, что такое Асано, — сказала она ему. — Но чего он не делает, так это не рыщет по джунглям, нападая на других искателей приключений, чтобы доказать какую-то точку зрения.

В соседней тени Джейсон поморщился, неловко почесав голову.

— Все, что это сделало, — это показало нам, кто мы есть на самом деле, — сказала Эскамилья. — Каждая другая группа, с которой мы соревнуемся в поисках Асано, такая же, как мы; они либо в средних гильдиях, либо вообще ни в каких. Может быть, причина, по которой мы не привлекли внимание большой гильдии, Теллез, в том, что нам не суждено быть в одной из них. Может быть, то, что весь этот провал действительно говорит нам, — это то, что это все, на что мы способны.

Эскамилья почувствовала, как изменилась атмосфера. Она знала, что совершила ошибку, когда ауры вокруг нее стали враждебными. Впервые с тех пор, как она получила силу эссенций, она остро осознала, что она женщина. Она была единственной в обеих командах, что оставляло ее посреди джунглей, окруженной мужчинами. Она стояла, напряженная, беспокойство прокрадывалось в ее разум, когда раздались крики, и один из членов команды Рангела был утащен в кроны деревьев.

ДЕМОН, ДЕЛАЮЩИЙ ТРОФЕИ ИЗ ЛЮДЕЙ

ДЕМОН, ДЕЛАЮЩИЙ ТРОФЕИ ИЗ ЛЮДЕЙ

Команды искателей приключений под предводительством Рангела и Теллеза находились в густых джунглях. С одиннадцатью членами в объединенной группе было необходимо прорубать путь, но магия более чем справлялась с этой задачей. Один из членов команды Рангела, Баррера, делал это с помощью вызванного клинка-кнута, который быстро расправлялся со всем, от густого кустарника до целых деревьев.

Солнечный свет пробивался сквозь кроны деревьев наверху, оставляя две команды в ложных сумерках, пока они остановились, чтобы поспорить о своем нынешнем начинании. Обе команды набросились на члена группы Теллеза, Эскамилью, когда Баррера внезапно был затащен в кроны деревьев с криком. Он удерживался на месте роем теневых рук, но они были скорее многочисленными, чем сильными. Баррера вырвался, несмотря на то, что появлялось все больше рук, чтобы схватить его.

Панические крики Барреры превратились в нечто вроде прерывистого вопля, пока он наконец не вырвался и не упал на землю. Остальные увидели, что у него на спине были раны от оружия, прорезанные в более слабой ткани вокруг более жестких панелей его доспехов. Порезы были неглубокими, до такой степени, что естественное восстановление искателя приключений серебряного ранга должно было закрыть их, но они свободно кровоточили слишком темной кровью.

— Яд, — горько сказал Рангел. — Карило, очисти его.

Когда ответа не последовало, он огляделся.

— Карило?

* * * Магия тишины, которая была на метательном дротике, поразившем Карило, не была особенно сложной. Она не помешала бы работе заклинаний, которые заключались в установлении мышления у заклинателя, а не в издавании звуков, запускающих магию. Любой должным образом обученный искатель приключений мог произносить свои заклинания, находясь под водой или будучи иным образом приглушенным, даже если это обучение не было в большой семье или модной гильдии.

Однако произнесение заклинания, когда тебя тащат за лицо, — это другое дело. Сразу после очень локализованной тишины, жесткие ремни обернулись вокруг его головы, влажные от медного зловония крови. Карило не запаниковал, пытаясь вырваться с помощью своих чувств ауры, только чтобы обнаружить, что что-то давит в ответ.

Он даже не заметил другую ауру, пока она не начала подавлять его, что было пугающим уровнем контроля. Сила ее была не менее тревожной, учитывая, что он мог сказать, что она была серебряного ранга, но обладала силой скорее золотого. Она быстро и безжалостно раздавила ауру Карило, полностью подавив его.

Карило почувствовал, как его быстро тащат в густой кустарник, растения хлестали его, пока его волокли по грубой земле джунглей. Паника уже начинала охватывать его, но Карило укрепил свою решимость и потянулся вверх, чтобы поддеть ремни, связывающие его голову. Он не смог снять их с головы полностью, но по крайней мере сумел отодрать их от глаз, восстановив зрение. Он ухватился за дерево, остановив свое невольное движение по земле. Он был посреди густых зарослей джунглей, кроны были достаточно густыми, чтобы превратить дневной свет в почти тьму.

Действуя быстро, Карило активировал свою способность щита. Это был обычный силовой барьер, который останавливал снаряды, магические или иные, наряду с силами, которые напрямую воздействовали на цель. Такие прямые силы были обычны среди специалистов по наложениям, и если это был Асано, кто напал, это должно было стать сильным противодействием его способностям.

Чего он не останавливал, так это медленно движущиеся физические объекты, наряду со всем, что уже было на месте, например, ремнями вокруг головы Карило. Он обвил ногами дерево, за которое ухватился, упираясь против ремней, все еще дергающих его. Затем он предпринял согласованную попытку сорвать ремни. Они поддались, но не оттянулись. Сила, дергающая за них, остановилась, и они забились, как щупальца.

Ремни выглядели как кожа, пропитанная кровью, которая начала дождем стекать с бьющихся щупалец толстыми каплями. Кровь брызнула на богатую почву, пышный кустарник джунглей и на самого Карило. Каждая из капель быстро превратилась в пиявок с ужасными зубами миноги. Они ползали по Карило, пока он карабкался на ноги, отскакивая назад от ремней. Однако это было не так просто, оказавшись в густом кустарнике, и многие пиявки уже вгрызались в его руки, ноги и туловище. Его способность восприятия целителя каталогизировала яды, которые каждый укус вкачивал в него, многие из которых он сопротивлял, но меньше, чем должен был. Он подозревал, что аура, удерживающая его собственную запертой, также имела какие-то средства подавления сопротивления.

Карило не привыкать было произносить заклинания в суровых обстоятельствах. Хотя быть пожираемым плотоядными пиявками было суровее, чем большинство, он не позволил этому отвлечь его, когда начал произносить заклинание, которое отправило бы обжигающий свет, вырывающийся из его тела.

— Яркое сердце углей, взорвись для—

Поскольку дело было в мышлении, меч, проходящий через заднюю часть его шеи и выходящий через горло, не должен был, строго говоря, нарушать заклинание. Однако это был довольно хороший способ отвлечь ум, и заклинание провалилось. Магия, собравшаяся внутри Карило, готовая вырваться, вместо этого взбесилась у него в груди. Однако он не был каким-то слабым железноранговым, поэтому урон был относительно незначительным.

Требовалось больше, чем перерезанный позвоночник и неудачное заклинание, чтобы замедлить искателя приключений серебряного ранга; Карило не позволил себе отвлечься более чем на критический момент. Он проигнорировал меч в своей шее, чтобы двинуться вперед и нанести удар ногой назад, всего через мгновение после того, как меч скользнул в него. Он почувствовал, как удар достиг цели, вызвав удивленное ворчание позади него, но, развернувшись, чтобы встретить своего нападавшего, они уже исчезли. Тревожно, что удар, который он нанес, доставил какой-то ответный проклятие, которое делало яд пиявок хуже.

Он знал, что его нападавший спрятался, а не сбежал, так как аура Карило все еще была нервирующе подавлена. Имея момент, чтобы оглядеться, у него было время подумать об ауре самой по себе. Она была ошеломляюще мощной и властной; быть подавленным ею было похоже на пребывание в темной комнате, где он мог различить только зловещие фигуры, движущиеся в тенях. Он потянулся вверх, чтобы вытолкнуть меч из своей шеи, но тот выскользнул сам по себе. Карило развернулся, чтобы посмотреть, куда он делся, даже когда он наложил на себя исцеляющее заклинание. Даже для серебряного ранга прорыв через перерезанный позвоночник на чистой силе воли работал бы только до поры до времени.

Попытка проследить за мечом до его владельца оказалась ловушкой, так как Карило снова атаковали сзади. Эта новая атака была двумя быстрыми ударами кинжала, которые пробили слабые места его легкой брони. Порезы были легкими и в некритических местах, но Карило знал, что яду не нужно, чтобы они были такими. Его сопротивление различным наложениям было довольно высоким, но его способность восприятия показала ему, что этим наложениям было все равно, так как ужасающий их список вгрызался с каждой атакой.

Развернувшись, все, что увидел Карило, была темная фигура, отступающая в тени. Он не пытался произнести очищение, зная, что при длине песнопения оно будет прервано без его команды, чтобы прикрыть его. То же самое должно было быть верно и для специалиста по наложениям, но Асано это, казалось, не волновало. И именно его, как предположил Карило, он встретил, будучи быстро покрытым наложениями. До того момента он считал, что это мог быть какой-то другой враг, так как он все еще не получил четкого взгляда на них.

Карило знал, что у происходящего есть ограничение по времени; его команда уже будет искать его, и эффект тишины не продлится долго. Вместо того чтобы произносить заклинание, он потянулся за зельем со своего пояса, флаконы которого отлично перенесли волочение по земле джунглей. Ремни, которые магически защищали зелья от случайного повреждения, были среди самого фундаментального снаряжения искателя приключений.

Когда Карило поднес флакон к своему рту, темная рука высунулась из теней, окружающих его, и схватила его за руку. Еще много теневых рук выстрелило из темноты, чтобы обернуть его, как паутина. Хотя он смог вырваться, флакон был выбит из его руки.

Когда Карило вырвался, над ним появилась инопланетная фигура, парящая под кронами джунглей. Это была сине-оранжевая туманность в форме глаза внутри пустого парящего плаща. Вокруг него плавали сферы, содержащие меньшие версии той же туманности, каждая из которых стреляла синими лучами, которые блокировались щитом Карило.

Шесть лучей терзали его щит, который высасывал ману Карило, чтобы поддерживать себя. Он понял, что лучи были уроном разрушительной силы, проклятием магических барьеров. Затем он почувствовал, как еще больше его маны высасывается, утекая в тени вокруг него, которые были неотличимы друг от друга в темноте.

Карило позволил своему щиту упасть, зная, что если он позволит своей мане полностью истощиться, с ним покончено. К его удивлению, инопланетная сущность, парящая над ним, перестала атаковать в тот момент, когда щит упал. Она превратилась в облако синего и оранжевого света, которое умчалось прочь, исчезнув в джунглях.

Вслед за ее уходом Карило наконец получил хороший взгляд на своего врага. Появившись из теней, фигура, которую он принял за Асано, выглядела лишь отдаленно как человек. Он был окутан звездным порталом, с глазами, которые выглядели как туманности в далекой пустоте, идентичными тем, что были у ушедшей сущности. Асано казался незатронутым густым кустарником, как будто само пространство искажалось вокруг него, чтобы позволить легкий проход.

Карило заподозрил, что фигура, которую он принял за Асано, произнесла заклинание, неслышное в тишине, так как он почувствовал, как закрепились новые наложения. Он повернулся, чтобы бежать, зная, что его команда — его единственный шанс, но снова обнаружил своего врага прямо перед собой. Затем он почувствовал, как меч, который улетел, вернулся, вонзившись прямо в ту же рану, которую он оставил. Тишина закончилась.

— Накорми меня своими грехами.

Способность восприятия Карило почувствовала, как все наложения покинули его тело, только для того, чтобы другие заняли их место. Чувствуя их природу и зная наложения лучше, чем большинство, как целитель, он нашел эти новые ужасающими. Святые наложения были известны тем, что не поддавались многим очищающим способностям. Те способности, которые работали, часто были медленнее или менее эффективны. Карило хорошо знал это, так как целитель сам обладал такой способностью.

Карило не мог заставить себя позвать на помощь, слишком потрясенный, когда паника, которая угрожала овладеть им, наконец вонзила свои когти. У него также был меч в горле. Затем, к его ошеломляющему удивлению, святые наложения были вытянуты в меч. Его способность восприятия кратко почувствовала какое-то наложение подавления силы, прежде чем эта способность была отрезана, вместе со всеми остальными.

Истощенный, он посмотрел на странного человека перед собой, когда рука Асано схватила его за лицо.

* * * Эскамилья была забыта на данный момент, пока Рангел и Теллез выкрикивали приказы своим командам. Пока целитель из команды Теллеза очищал и исцелял Барреру, остальные перешли от настороженности к боевой готовности, подготавливая предметы, вынимая оружие и инициируя различные защитные способности и баффы. Они не бросились в джунгли в поисках своего пропавшего члена команды, прекрасно зная, что это легко может быть ловушкой. Они были осторожны и методичны в своем подходе.

Они все были искателями приключений Королевства Штормов и очень хорошо знали местность вокруг Моря Штормов. Это знакомство не было необходимо, чтобы найти метательный дротик, который не принадлежал никому из них, но оно помогло найти след. Следы крови и потревоженный участок кустарника указывали путь, хотя было немного тревожно, что никто из них не слышал, как Карило утащили.

К сожалению, прорубание прохода через джунгли, как они делали раньше, затруднило бы следование по следу. Они были вынуждены пробираться через кустарник с более осторожной скоростью, вместо того чтобы позволить Баррере прокладывать путь. Даже так, джунгли могли лишь до определенной степени замедлить физическую силу серебряного ранга, и вскоре они нашли признаки насилия. Похоже, это было довольно локализовано, но не было недостатка в крови, и были признаки физического и магического боя среди густого кустарника.

— Как мы могли этого не услышать? — спросил Рангел. — Теллез, ты думаешь, это была магия тишины?

Когда ответа не последовало, он огляделся.

— Теллез?

ПЕРИОДИЧЕСКИ ПЛОТОЯДНЫЕ

ПЕРИОДИЧЕСКИ ПЛОТОЯДНЫЕ

Искатель приключений с ошейником подавления плелся по джунглям, но остановился на поляне. Он настороженно огляделся, не видя ничего, кроме пышных джунглей и темных теней. Его выражение лица на мгновение было противоречивым, затем он повернулся, чтобы пойти в другом направлении.

— Это не туда, — сказал холодный голос, пробирая его до костей, несмотря на удушающие джунгли. Он снова огляделся, все еще не видя никого, кроме себя. Он снова повернулся, возобновляя свое первоначальное направление.

* * * Джейсон открыл глаза, перестав делиться чувствами с Тенью, спрятанным в тени последнего заключенного. Он был глубоко в джунглях, но двигался с осторожностью.

— Спасибо, Тень. Этому потребовалось больше времени, чем остальным, чтобы подумать о том, чтобы попытаться найти свою команду.

— Полагаю, вы их запугали, мистер Асано. Это четвертый человек, которого вы выдернули прямо у них из-под носа.

— Да, теперь они будут следить за всеми моими тихими трюками, и они были слишком осторожны, защищая своего другого целителя. Может, нам стоит совершить набег на ту другую пару команд.

— Возможно, вам стоит оставить их пока, мистер Асано. Они уже были на периферии потенциальных мест для проведения ритуала мисс Лил, и они только удаляются.

— Они пошли в неправильном направлении?

— Это густые джунгли, мистер Асано.

— И густые искатели приключений, судя по всему.

— В таком случае, возможно, лучше позволить им отвлечь себя.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Перемещать их порталами было бы намного проще, но один из заключенных мог бы раскусить мой блеф и отказаться идти, даже если я пригрожу убить их. А еще есть это.

Он присел и посмотрел на нить, настолько тонкую, что она была почти невидима даже для зрения серебряного ранга. Если бы он не почувствовал гул ауры, соединяющий ее с сетью нитей, разбросанных по всем джунглям, он бы никогда не узнал, что она там. Масштаб этого означал, что она была установлена в течение нескольких дней, может быть, целой недели, в рамках подготовки к конфликтам, происходящим в этой части джунглей.

Сеть работала путем плетения крошечных нитей на обширной территории, наделяя их крошечным количеством ауры, чтобы соединить их с пользователем. Монстры, животные и пользователи эссенции могли пройти прямо сквозь нить, даже не заметив этого, разорванная нить соединялась сама по себе, даже когда пользователь получал детали о невольном страннике.

Логистически, установка сети была огромной головной болью, но у трудоемких требований были свои преимущества. Хотя магия слежения по обширной территории была намного проще, ее также было легко обмануть. Сеть срабатывала при контакте, обходя эффекты, которые обманывали обычную магию слежения. В нее также была вплетена магия слежения, но она была разработана для отслеживания порталов, а не людей. У Джейсона могла быть способность, защищающая его от слежения, но у его порталов — нет.

— Это могло бы подставить меня, если бы я не видел этого раньше, — размышлял Джейсон. Мистер Север, враг Джейсона с Земли, чьей истинной формой был рунный паук, использовал похожую способность со значительно большим мастерством. Способности эссенции паутины также были в репертуаре Доун, что Джейсон видел, когда использовал ее аватар серебряного ранга на Земле. Когда дело доходило до мастерства в исполнении их сил, Джейсон никогда не видел никого, кто приблизился бы к Доун. Острые чувства ауры Джейсона позволяли ему перемещаться, не задевая сеть нитей, если только это не служило его целям.

— Команда под предводительством Мальдонадо лучше других в подготовке и способностях, — заметил Тень. — Я осторожен с основной группой, поэтому не всегда достаточно близко, чтобы подслушивать, но, судя по их активности, я подозреваю, что они намеренно заманили другие команды в это начинание.

— Они все еще не клюнули на приманку и не пошли за одним из моих заключенных, бродящих вокруг?

— Нет. Возможно, если вы появитесь в их сети в месте, где вы их собираете, они поверят, что это ваша база операций, и нанесут удар.

— Может быть. Они могут подумать, что это ловушка. Я бы подумал, что это ловушка. Они все еще собраны в базовом лагере вместо того, чтобы передвигаться?

— По большей части. Основная часть их группы имеет транспортные средства, готовые к быстрому развертыванию, в то время как их разведчики следят за другими группами. Возможно, есть еще один разведчик, движущийся, чтобы осмотреть сбор заключенных, но либо они еще не добрались туда, либо они лучше прячутся, чем я нахожу.

— Они, вероятно, ждут подтверждения моего присутствия. Если мои действия против команд Рангела и Теллеза собираются стать более явными, мне придется сначала устранить разведчика из команды Мальдонадо, наблюдающего за ними. Она почти почуяла меня, когда я схватил того последнего.

— Мистер Асано, вы похищаете и увозите членов их команд. Если это не является явным для вас, то что является?

— Заставить Гордона устроить взрыв сферы посреди них и схватить кого-то в хаосе.

— Понимаю. Возможно, вам все же стоит двинуться на группу, идущую не туда, — предложил Тень. — Смена вашего шаблона затруднит засаду на вас.

— Согласен, — сказал Джейсон. — В любом случае, мне придется разобраться с ними всеми. — Джейсон посмотрел вверх на участок крон джунглей. — Что думаешь?

Воздух замерцал, открыв селестина, парящего в воздухе с записывающим кристаллом, дрейфующим над его головой. Ее волосы и глаза были бледно-небесно-голубыми по сравнению с насыщенным сапфировым королевской семьи. Ее кожа также была очень бледной, еще один контраст с типичным карамельным цветом королевской семьи.

— О, это ты, — сказал Джейсон.

Яна Кости была специалистом по скрытности золотого ранга из команды принцессы Лиары. Он не видел ее месяцами, с тех пор как до атаки летающего города Строителя. Ее брат пожертвовал собой в той битве, чтобы взорвать конструкцию, которая обрушила город.

— Мне жаль из-за Ледева, — сказал он. — Он был придурком, но все, кому они ставят статуи, такие, и он определенно заслуживает статуи.

— Спасибо… полагаю. Как ты почувствовал меня?

— Я не почувствовал; ты спряталась от меня идеально. Ты была не так совершенна в маскировке записывающего кристалла, правда. Близко, но это считается только в подковах и ручных гранатах. Ни того, ни другого у тебя нет в этом мире, теперь, когда я думаю об этом. Хайдельские подковы и алхимические бомбы? Это звучит не так.

— Значит, ты все тот же.

— Ну, я сражаюсь с людьми в одиночку в джунглях, пока ты тайно следуешь за мной; мы уже были здесь раньше, не так ли? Не думаю, что ты хочешь провести небольшую разведку для меня?

— Твой фамильяр, кажется, отлично справляется на этом фронте.

— Он довольно великолепен.

* * * В одном из слепых пятен сети слежения была пещера. Чтобы дополнительно защитить ее от любопытных глаз или их магического эквивалента, Клайв и Белинда установили несколько магических оберегов. Они не продержатся долго, но им и не нужно было. Этот вид магии был специализацией Белинды, восходящей к ее дням установки операционных точек, когда она и Софи были воровками.

Команда Джейсона, за вычетом Хамфри и Джейсона, сидела на мебели для пикника, наколдованной Белиндой, поедая сэндвичи с подноса, установленного на столе. Вместе с подносом были два кувшина холодного чая и один с соком.

— Только два вида холодного чая, — пожаловался Нил. — Ненавижу жить в спартанских условиях на контрактах.

— После трех лет на монетах духа ты довольно быстро адаптировался к тому, что Джейсон вернулся в команду, — отметила Софи.

— Знаешь, — сказал Нил, — мне очень нравится идея, что Джейсон — вспомогательный член. Больше сэндвичей, меньше проблем.

— Поверю, когда увижу, — сказал Клайв.

Хамфри вошел с выглядящим растерянным искателем приключений с ошейником подавления. Он всматривался в пол, удивленный отсутствием необходимости следить за тем, куда ступает. Недалеко от входа в пещеру он нашел место, где Клайв и Белинда использовали несколько простых ритуалов, чтобы превратить грубый камень в гладкий пол. Это сделало прохождение пещеры гораздо менее сложным, так как светящиеся камни были установлены только достаточно глубоко, чтобы их нельзя было заметить снаружи.

— Еще один? — спросил Нил, затем ткнул большим пальцем в угол. — К остальным.

Хамфри толкнул заключенного к ритуальному кругу, в котором сидели еще три человека. Ритуальный круг вызывал только тишину и не ограничивал обитателей в том, чтобы покинуть его. То, что произошло, когда они попытались сбежать, сделало это. Остальные подождали, пока он войдет в зону тишины, прежде чем снова заговорить.

— Должен ли Джейсон быть таким откровенным с использованием ошейников подавления? — задался вопросом Клайв, наблюдая за заключенными. — Я знаю, что многие искатели приключений держат их под рукой, но они, строго говоря, являются ограниченными инструментами.

— Не похоже, чтобы это когда-либо соблюдалось, если только Общество искателей приключений не ищет способ притеснить члена с плохой репутацией, — отметил Нил.

— Цель политическая, — сказал Хамфри, подходя к столу и беря сэндвич. — Показать, что у Джейсона достаточно поддержки от Общества искателей приключений, или просто достаточно влияния, чтобы он мог пренебрегать правилами. Даже если все уже пренебрегают этим правилом, ему даже не нужно делать вид, что он скрывает это.

— Эй, — сказал Нил. — Ты только что взял сэндвич с ивовым крессом и кусками кабана в остром соусе?

Хамфри посмотрел на сэндвич в своей руке.

— Да. У тебя осталось еще полсэндвича.

— Я собирался съесть этот следующим, — пожаловался Нил.

— Ты понимаешь, что снова растолстеешь, — сказала ему Белинда.

— Я никогда не был толстым!

* * * Эрик Мальдонадо расхаживал взад-вперед по месту готовности, которое было установлено несколько дней назад. Это был расчищенный участок джунглей с периметром ритуальной магии, чтобы остановить джунгли от зарастания. В зонах с высокой магией рост растений мог быть внезапным, непредсказуемым и иногда плотоядным.

Мальдонадо вложил непомерные суммы в эту операцию, от сжигания одолжений до большей части денег, которые он заработал во время всплеска, но он изо всех сил пытался увидеть ценность. Специалист-следопыт, которого было так дорого нанять, полностью провалился в отслеживании Асано, несмотря на ее заверения, что ее сеть будет работать в обход контрмер магии слежения.

Все, что она нашла, — это люди, которых Асано забрал из их команд и отправил бродить по джунглям в одиночку. У Мальдонадо даже был разведчик, чтобы проверять их, пока они передвигались по джунглям, и они, по сути, были одни. Что касается их пункта назначения, где уже собрались другие заключенные, он еще не отправил туда разведчика, потому что это воняло ловушкой. По крайней мере, следопыт обнаружил портал некоторое время назад, что сделало его вероятной точкой входа Асано в этот район.

Сам Асано был пользователем скрытности, согласно исследованию Мальдонадо, но остальная часть его команды — нет. Мальдонадо предположил, что остальная часть команды находится в том месте, охраняя заключенных Асано и готовя засаду.

Становилось все более очевидным, что Асано не только знал, что на него охотятся, но и отменил ритуал фамильяра и сам охотился на них. Только невозвратные затраты операции остановили Мальдонадо от ее прекращения.

Одной из причин, по которой Мальдонадо был готов продолжать, было то, что самым дорогим специалистом под рукой был специалист по коммуникациям. Это был чиновник Общества искателей приключений, и заставить его участвовать в такой сомнительной операции было чрезвычайно дорого. То, что его разведчик мог предоставлять ему информацию в реальном времени, сделало Мальдонадо более уверенным в поддержании уровня контроля. Но чем дольше они действовали, не поймав хвост Асано, тем больше эта уверенность таяла.

Асано удалось забрать четырех человек из группы Рангела. Он сделал это не только под носом у остальной группы, но и под носом у разведчика Мальдонадо, наблюдающего за ними. Несмотря на свои заверения, что он больше не позволит себе отвлекаться, Мальдонадо не был уверен.

— Мистер Мальдонадо.

Специалист по коммуникациям, Константин, подошел к нему.

— Я полагаю, что Асано решил изменить свой шаблон и нанести удар по другой группе.

— Это имеет смысл. Его атаки на группу Рангела становились все более неприемлемыми. Что вы имеете в виду под «вы полагаете»? Что доложила Пьера?

Пьера была разведчиком, наблюдающим за второй группой.

— Пьера была удалена из моей коммуникационной группы, — сказал Константин. — То, что она сделала это, не сообщив об этом, предполагает, что первой целью атаки была она.

Мальдонадо провел рукой по лицу.

— Как давно?

— Мгновения назад.

— Вы говорите, что серебряноранговый был выведен из строя до того, как смог даже сообщить о нападении?

— Маловероятно. Более вероятно, что коммуникация была прервана.

— Как?

— Есть заклинания и обереги, которые могут это сделать. Многие эффекты рассеивания могут отрезать человека от коммуникационной связи. Также такие способности работают как ауры и магические чувства, в том смысле, что они являются выражением души. Внезапная атака на душу могла бы объяснить это. Вы сказали, что это способность Асано.

— Неподтвержденная способность. Низкая вероятность того, что это правда, согласно моему источнику.

Мальдонадо сердито покачал головой.

— Если бы Хави Эстос не ушел в тень, я бы не был вынужден использовать непроверенного информационного брокера.

— Возможно, это был знак того, что вам вообще не следовало предпринимать это, — предположил Константин.

— Вы были достаточно счастливы взять деньги, — сказал Мальдонадо горько.

— Это были большие деньги, — ответил Константин спокойно.

Мальдонадо вздохнул и провел пальцами по волосам.

— Хорошо, — объявил он громко. — Все собирайтесь вокруг.

Остальная часть его команды подошла ближе, и он объяснил ситуацию.

— Я знаю, что это не то, чего кто-либо из нас хотел, — сказал он. — Но реальность такова, что Асано — не мягкая цель, как мы думали. Мы знали, что он не будет таковым, чего бы ни ожидал этот идиот Рангел, но это больше, чем мы думали. Намного. Он знал, что мы идем, и информация, которую мы имели о том, как он сражается, была прискорбно неадекватной. Вплоть до того, что она могла быть даже подброшена нам таким образом.

— Вы думаете, нас подставили?

— Ясно, что он знал, что мы идем, так что это возможность. Может быть, его связи не все на дорогом конце города.

— А как насчет Пьеры? — спросила Рейес, один из членов его команды. — Мы просто позволим ему оставить ее себе?

— Либо она мертва, либо нет, — сказал Мальдонадо.

— Она не мертва, — сказал наемный специалист-следопыт. — Я только что засек ее, идущую в том же направлении, что и другие, которых Асано вывел из строя.

Мальдонадо кивнул.

— Отступаем, — проинструктировал он. — Я останусь один и подойду туда, где собираются заключенные.

— На чертово место засады? — спросила Рейес. — Босс, вы не должны идти против Асано в одиночку, не говоря уже о всей его команде, где они сидят в засаде.

— Это будет не для боя. Если Пьера и остальные живы, это чтобы доказать точку зрения.

— Я знала, что нам следовало нанять золоторангового, — сказала Нуньес, другой член команды.

— Весь смысл был в том, чтобы показать, что мы можем справиться с Асано, — сказал Мальдонадо.

— Да, за исключением того, что вы заманили кучу других команд и наняли наемных специалистов.

— Специалистов серебряного ранга, — сказал Мальдонадо. — Все это дело о восприятии, а не о фактах, и то, что волнует людей, — это ранг. За исключением аберраций вроде Асано — вот почему мы нацелились на него в первую очередь — люди не играют вне своего ранга. Пока мы используем только активы серебряного ранга, нас будут рассматривать как находчивых. Получение золоторангового сделало бы нас неадекватными.

Мальдонадо опустил голову.

— Вы все уходите, — сказал он. — Я пойду к Асано и буду договариваться о возвращении Пьеры.

— Босс, — сказала Рейес. — Это даст Асано все козыри.

— У него они уже есть, — сказал Мальдонадо устало. — Мы поставили много и проиграли. Пришло время принять это с достоинством и заплатить. Не заблуждайтесь: мы неправы. Мы поставили на кон наши деньги и наши репутации, и мы не выиграли. Я не уверен, что у нас когда-либо был шанс. Сложенная колода — вот что подтолкнуло нас к этому в первую очередь, и я не уверен, что у нас когда-либо действительно был шанс. То, что будет дальше, будет плохо. Насколько плохо — зависит от Асано.

— Это будет не так уж плохо, — сказал Джейсон, выходя из джунглей. — Я уважаю того, кто знает, когда отступить.

ЕСЛИ УЖ СОБИРАЕШЬСЯ КОГО-ТО НАКАЗЫВАТЬ

ЕСЛИ УЖ СОБИРАЕШЬСЯ КОГО-ТО НАКАЗЫВАТЬ

Команда Мальдонадо развернулась на неожиданный голос. Мужчина выходил из джунглей и переступал через ритуальную линию на краю базового лагеря. Он был одет в темно-красные боевые мантии, не объемные, как мантия ученого, но все же свободно драпирующиеся. Он был невысоким, но обладал худощавой атлетичностью искателя приключений. Его черты лица были острыми, с заостренным подбородком под аккуратно подстриженной бородой. Его темные волосы были глянцевыми, сияющими на солнце.

Его присутствие было тревожным по двум причинам. Одной из них были его глаза, с черной склерой и радужками, которые не были радужками. Они состояли из синей и оранжевой энергии, которая была похожа на радужку, но не совсем. Результатом была инопланетность в духе «зловещей долины», что-то нечеловеческое, носящее человеческую кожу.

Странные глаза были далеко не неслыханными среди искателей приключений, однако. Что по-настоящему смущало их, так это то, что они не могли почувствовать его ауру. Вообще. Смотреть на кого-то и не чувствовать ничего — это то, что почти все искатели приключений испытывали в тот или иной момент. Это то, что происходило, когда кто-то более высокого ранга собирался доказать свою точку зрения. Они знали, что Асано не более высокого ранга, чем они; просто чувствовалось, что это так.

— Он один, — нервно сказал Нуньес. Он был одним из членов команды Мальдонадо.

— Заткнись, Нуньес, — отчитал его Мальдонадо. — Ты не выходишь перед таким количеством людей, не зная чего-то, чего не знают они.

Хищная улыбка тронула уголки рта Джейсона. Портальная арка поднялась позади него, и остальная часть его команды появилась, выстроившись в ряд позади него. Мальдонадо вышел из своей команды, чтобы встретить Джейсона, и они остановились друг перед другом. Мальдонадо был выше на полголовы, с загорелой кожей и ястребиными чертами лица. Селестин, его волосы и глаза были угольно-черными.

— Ты — это он, — сказал Мальдонадо.

— Я — это он.

— Это никогда бы не сработало, верно?

— Всегда найдется кто-то вроде тебя. Кто-то, кто не смог сделать себе имя во время всплеска, а затем пытается сделать его на спине более успешного искателя приключений. Они следят за такими вещами.

Мальдонадо сузил глаза. — Но они не останавливают это, — понял он. — Они позволяют успешному искателю приключений продемонстрировать, откуда взялся его успех.

— Если это жизнеспособно. Ты справился намного лучше, чем большинство, как мне сказали. Ты ведь намеренно слил свой план Рангелу и другой группе, верно?

— Да. Идея была в том, чтобы размягчить тебя. Выманить на открытое место и нанести удар.

— Ты сделал много приготовлений. Ты не похож на того, кому нужно использовать такой подход. Я бы подумал, что ты отлично справился бы, играя честно как искатель приключений. Зачем рисковать этим?

— Семья, — сказал Мальдонадо. — Дворянин женился на нашей семье и…

— Похоже на долгую историю, — сказал Джейсон, перебивая его. — Мне не так уж интересно. В конце концов, важно то, что вы сделали, что сделал я, и куда мы идем отсюда.

— И куда же?

Джейсон отошел от Мальдонадо, оглядывая их базовый лагерь, пока он медленно бродил. Там были скиммеры, предназначенные для парения над кронами джунглей, ящики, полные ресурсов, и команда Мальдонадо.

— Вы действительно пошли ва-банк, — заметил он. — Были люди, которые предлагали, чтобы власти разобрались с этим, вместо того чтобы оставлять это между искателями приключений. Что вы привлекли слишком много людей и использовали слишком много ресурсов, чтобы я мог справиться. Можете угадать, почему я настоял на том, чтобы сделать это сам?

— Чтобы доказать, что можешь?

— Нет, — сказал Джейсон, достаточно тихо, чтобы его могли услышать только чувствительные уши серебряного ранга. — Это то, чего хочет Общество искателей приключений. Чего хочет королевская семья. Чего хотят все люди, имеющие личный интерес в том, чтобы я не срывался и не делал что-то радикальное. Но я прошел тот момент в своей жизни, когда меня заботит доказательство чего-то. Это ничего не меняет, и это не останавливает таких людей, как вы, или Строителя, или богов от вмешательства в мою жизнь, хотя они и терпят неудачу. Каждый чертов раз.

Джейсон сделал паузу. Несмотря на то, что ему не нужно было дышать, он сделал медленный, успокаивающий вдох. Он повернулся, чтобы посмотреть на Мальдонадо.

— Причина, по которой я пришел сюда сам — почему я начал укладывать людей своими собственными руками — заключается в том, что вы принесли неприятности моему другу, чтобы добраться до меня. Это разозлило меня. Я хотел наказать вас, никаких точек зрения, чтобы доказать, или репутации, чтобы построить. Просто висцеральное самодовольство. Моим первым инстинктом было убедиться, что единственная часть вас, которая покинула эти джунгли, — это та часть, которую я смыл со своих рук после.

Лицо Джейсона приняло искреннюю, дружелюбную улыбку, когда Мальдонадо наконец смог воспринять ауру Джейсона. Для чувств Мальдонадо аура Джейсона казалась такой же аутентичной и дружелюбной, как и его выражение лица. Это вызвало мурашки у него на спине.

— Я уже бывал в такой ситуации, — сказал Джейсон. — Я провел много времени в эмоционально темном месте из-за таких людей, как вы. Людей, которые думали, что могут получить что-то от меня, и не заботились о том, кому они причиняют боль в процессе. Я не жалею, строго говоря, обо всех убийствах, но я жалею, что мне пришлось это делать.

Джейсон издал короткий смешок.

— Послушайте меня, — сказал он приветливо, как будто каждый человек на поляне не был полностью сосредоточен на нем. — Я звучу как домашний тиран. Как я сказал: в эмоционально темном месте.

Его улыбка стала грустной, его аура излучала сожаление, но также и надежду.

— Но сейчас я лучше. Думаю. Я стараюсь быть, поэтому я больше не делаю таких вещей. Это просто трудно, понимаете? Избегать вредных шаблонов прошлого. Возьмем вас, например. Вы увидели путь к тому, что хотели, и не заботились о том, чтобы пройтись по людям вокруг меня, чтобы получить это. Это, что, в моем мире, называют триггером. Что-то, что может заставить меня вернуться к старым, разрушительным привычкам. К регрессу.

Джейсон вошел в личное пространство Мальдонадо. Достаточно близко, чтобы почувствовать запах его страха, если бы он не был очевиден в его ауре.

— Вы же не хотите, чтобы я регрессировал, мистер Мальдонадо?

Мальдонадо покачал головой.

— Отлично, — сказал Джейсон, сияя яркой улыбкой, отступая назад. — Вы увидели внимание, которое я получал, и подумали, что именно люди, наблюдающие за мной, сделали меня важным. Что если вы унизите меня, они будут наблюдать за вами вместо этого, делая вас важным. Вы верили, что я уязвим. Мягкий.

— А он не мягкий, — позвала Белинда. — Он тверже, чем пятнадцатилетний мальчик, получающий массаж сисек.

Каждый человек на поляне повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Что? — спросила она. — Я помогаю.

— Помнишь дискуссию, которую мы вели о задании тона? — сказал ей Хамфри.

— Белинда, — позвал ее Джейсон, потирая переносицу. — Пожалуйста, воздержись от использования слова «сиськи», пока я пытаюсь моноложить.

— Я же говорила тебе, что серьезный Джейсон никогда не сработает, — пробормотал Нил, заработав взгляд от Хамфри.

— Ну, это испорчено, — сказал Джейсон. — У меня была целая речь о последствиях и выборе между безжалостностью и милосердием. Хамфри, мне просто смириться с потерями и убить их всех? Это не совсем та точка зрения, которую я собирался донести, но сойдет.

Команда Мальдонадо уже была на грани, и случайный комментарий Джейсона заставил их потянуться за оружием.

— Всем стоять, — крикнул Мальдонадо. — Он не собирается нас убивать.

— Попытаться убить нас, ты имеешь в виду, — сказала Рейес, член команды Мальдонадо.

— Вы слышали, как он говорил о властях, — сказал Мальдонадо. — Они не позволят ему просто устроить резню группы искателей приключений. Он оставил заключенных в живых, помните? Что бы ни случилось, он не может убить нас.

Джейсон долго смотрел на Мальдонадо, пока обе команды наблюдали, готовые броситься в действие.

— Это здравое рассуждение, — сказал Джейсон наконец. — Что думаешь, Яна?

Золоторанговый раскрыла себя мерцанием.

— Что я думаю, — сказала она, — так это то, что смысл был в том, чтобы доказать, что ты можешь справиться с ними, не вызывая золоторангового. Это делает это несколько контрпродуктивным.

— Мне не нужно, чтобы ты разбиралась с ними. Мне нужно, чтобы ты сказала им, что произойдет, если я убью их всех.

— Ну, принцесса Лиара будет кричать на тебя.

Джейсон посмотрел на нее плоским взглядом.

— Ладно, — признала Яна. — Она будет кричать на меня. И Общество искателей приключений не будет счастливо. Или Его Державный Предок. На самом деле, я не знаю о нем; он позволяет тебе сходить с рук все. Ты определенно будешь не приглашен на праздничный бал. Ну, почти определенно. Есть вещи, которые нужно… ладно, тебя, вероятно, все равно пригласят, но ты получишь несколько умеренно неодобрительных взглядов.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Ты пытаешься бросить убийство искателей приключений, помнишь?

— Ладно, — неохотно уступил Джейсон. — Я не просто так это оставлю, однако. Эти люди должны заплатить.

— Это был я, — сказал Мальдонадо. — Это была полностью моя идея. Моя команда, мой план. Я подтолкнул их к этому. Если уж собираешься кого-то наказывать, наказывай меня. Я тот, кто стоит за этим.

— Это благородно, — сказал Джейсон, оглядывая команду Мальдонадо. — Но они все здесь, и они знали, за чем пришли. Они сделали этот выбор. И ты пришел не только за мной, верно? Или ты забыл, что единственная причина, по которой я должен был быть здесь, — это помочь моему другу?

Мальдонадо поморщился, взглянув на свою команду.

— Что ты будешь делать? — спросил он.

Все ждали в тишине, пока Джейсон смотрел на Мальдонадо с задумчивым выражением лица.

— Правильный выбор, — сказал он, — это умыть руки от вас и оставить вашу судьбу Обществу искателей приключений. Если бы это зависело от меня, я бы аннулировал все ваши членства в обществе. Вероятно, это произошло бы в другие времена, но пока всплеск закончился, потребность в искателях приключений — нет. Но я устал от того, что паршивые поступки людей игнорируются, потому что они будут нужны.

— Ты неправ, — сказала ему Яна. — Обществу искателей приключений нужны люди, но они повернулись против своих собственных. Общество может простить много грехов, но не искателей приключений, поворачивающихся друг против друга. Как ты думал, тебе сошло с рук убийство тех искателей приключений в Гринстоуне? Они бросили приключения и пошли против искателя приключений с хорошей репутацией. Если бы ты не разобрался с ними, общество сделало бы это.

Джейсон повернулся к ней. — Правда?

— О, да, — сказала она, указывая на команду Мальдонадо. — Эти люди были обречены в тот момент, когда они даже попытались осуществить этот план. Я полагаю, общество наберет умных в качестве функционеров, однако. Очень внимательно наблюдаемых, и с дерьмом, сыплющимся на них с очень большой высоты. Если они смогут выдержать это и держать свои носы чистыми достаточно долго, они получат путь обратно к тому, чтобы быть искателями приключений. До тех пор они будут суетиться за настоящими искателями приключений, убирая беспорядок, как кто-то с новым щенком. Остальным придется искать свой собственный путь в жизни. Где, по-твоему, дворянские дома берут высокопоставленных домашних охранников? Отбросы, которых выгнали из Общества искателей приключений, обычно.

После того как Джейсон нагнетал напряжение, появление золоторангового разрядило обстановку. В отличие от Джейсона, подавляющее большинство искателей приключений очень уважали ранг, и появление фигуры власти дало им уверенность в том, что все будет улажено, если не хорошо, то по крайней мере ненасильственно.

Команда Джейсона отошла от того места, где они выстроились перед порталом, чтобы присоединиться к нему.

— Пора отпустить это, Джейсон, — заверил его Клайв, положив руку ему на плечо. — Они получат по заслугам, и они не стоят нашего времени.

— Ладно, — сказал Джейсон и направился к порталу. — Яна на удивление хороша в монологах.

— Эй! — крикнул Мальдонадо. — У вас один из членов моей команды.

Джейсон остановился и обернулся.

— И что?

Мальдонадо посмотрел на Яну.

— Не жди, что я помогу тебе, — сказала она ему. — Ты послал людей за ним. В каком состоянии ты получишь их обратно — не мое дело.

Яна затем исчезла в мерцании.

— Я готов договориться о ее освобождении без дальнейшего вреда, — сказал Мальдонадо Джейсону, который развернулся и ушел.

— У тебя нет ничего, что мне нужно.

* * * — Ты не идешь на вечеринку, — сказала Лиара Белинде.

— О, да ладно. Ты заставишь меня пропустить большую модную вечеринку?

— Джейсон, вопреки всему, на самом деле делал то, что ему говорили, в кои-то веки, и играл роль — признаться, мелодраматичного — серьезного искателя приключений.

В облачной пагоде злая Лиара, с нервным Риком Геллером рядом с ней, была в процессе отчитывания Команды Бисквит за то, что они вышли из образа. Вместе с ними сидела Яна, обмениваясь морщащимися взглядами с Джейсоном.

— Даже не заставляй меня начинать с тебя, — сказала Лиара ей. — Тебя вообще не должны были видеть, не говоря уже о том, чтобы играть в дуэте с Асано.

— Не похоже, что ты никогда раньше не была на большой модной вечеринке, — утешила Белинда Софи.

— Да, но в этот раз я была приглашена. Я вряд ли собиралась что-то красть.

— Что? — сказала Лиара, разворачиваясь к ней.

— Я имею в виду, я не собираюсь ничего красть. Пожалуйста, позволь мне пойти на вечеринку.

— Тебе, вероятно, стоит позволить ей, — посоветовал Клайв. — Если не позволишь, она просто попытается пробраться тайком.

— Это в королевском дворце, — сказала Лиара. — Я уверена, она прекрасная воровка — она, безусловно, энтузиастка — но нет способа, чтобы ее не поймали.

— И сделает ли ее поимка вещи лучше или хуже? — спросил Джейсон. — Твой лучший вариант — впустить ее в дверь.

Лиара закрыла глаза и застонала.

— Моим предпочтением было бы, чтобы вы пропустили этот бал и ушли прямо сейчас, — пробормотала она сквозь стиснутые зубы.

— Сделано, мы сваливаем, — сказал Джейсон, вскакивая на ноги. — Все из здания; мне нужно превратить это место в волшебный школьный автобус.

— Стоп! — скомандовала Лиара. — Сядь, мистер Асано.

— Бу, — насмешливо сказал он, снова опускаясь на свое место.

— Я всем говорил, что это не сработает, — сказал Нил.

— Послушайте, — сказала Лиара. — Есть много людей, делающих много вещей, чтобы этот сценарий двойной личности сработал. Я видела много последующих планов, если он не сработает, но это не те подходы, которые вам понравятся. Это не те подходы, которые я люблю, если не по другой причине, то потому, что вы будете не согласны с ними, и я видела, как это работает. Просто оставайтесь в пагоде, не создавайте проблем, и мы позаботимся о том, чтобы никто другой не создавал проблем для вас.

— Отем получила своего фамильяра-лягушку?

Выражение лица Лиары стало уклончивым.

— Что случилось? — спросил Джейсон, сузив глаза.

— У нее есть ее новый фамильяр, — заверила его Лиара. — Она все еще там, в собственной среде обитания своего фамильяра, пока она узнает его. Она укрепляет их связь, прежде чем привезет его обратно в цивилизацию.

— Есть проблема? — спросил Хамфри.

— Ну, я полагаю, вы знаете, что если кто-то получает способность эссенции для фамильяра-лягушки, как мисс Лил со своей эссенцией лягушки, эта способность охватывает широкий спектр существ. Любой вид магической лягушки или магического зверя, похожего на лягушку.

— У меня складывается впечатление, что новый фамильяр Отем больше похож на лягушку, чем на настоящую лягушку, — сказал Клайв.

— Ее первоначальный фамильяр был из региона, где вы все только что действовали, — сказала Лиара. — Там также были магические звери типа лягушек, где мы взяли ее, но это был другой регион, с другими существами. Она закончила с фамильяром, не совсем похожим на ее первоначального.

— Насколько не совсем похожим на ее первоначального? — спросил Джейсон.

— Это длинноязыкая прыгающая гидра, — сказал Рик. — Она примерно размером с двухэтажный дом.

— Коттедж, — поправила Лиара. — Она размером с двухэтажный коттедж.

ЕЩЕ ОДНА ВЕРНОСТЬ ДЛЯ РАВНОВЕСИЯ

ЕЩЕ ОДНА ВЕРНОСТЬ ДЛЯ РАВНОВЕСИЯ

Джейсон и Лиара находились в пагоде, попивая чай в гостиной и обсуждая кандидатуру связного от Общества искателей приключений для его команды.

— Видал Ладив, — сказал Джейсон. — Выбор довольно удачный. Это человек, который мне нравится и которого я уважаю — когда это не так, я даю понять это очень быстро. Но он не тот, с кем я близок, кто будет предвзято относиться ко мне. Это умный выбор.

Видал Ладив был чиновником Общества искателей приключений, который очень хорошо проявил себя во время всплеска монстров, достигнув серебряного ранга и получив несколько повышений. Джейсон встречался с Видалом всего пару раз, но был впечатлен его острым наблюдательным навыком и той осторожностью, которую сам Джейсон никак не мог в себе воспитать.

— Значит, он приемлем?

— Я хочу встретиться с ним еще раз и обсудить это с командой. Но предварительно — да.

— Хорошо, — сказала Лиара, затем поставила пустую чашку и поднялась. — Тогда я пойду, пока не случилось чего-нибудь нелепого.

— О, тебе не стоило этого говорить.

— Это был не вызов, Асано.

— Я просто к тому, что так испытывать судьбу — значит навлекать на себя неприятности, которых можно было избежать бесплатно. Воспользуйся шестом, если хочешь выбраться быстрее.

— Подъемная платформа вполне подойдет, спасибо.

Она спустилась в атриум и направилась к открытым дверям. Снаружи, со стороны реки, доносились громкие всплески, смех и крики. Выйдя из пагоды, она заметила двух гигантских гидр, резвящихся в воде на радость наблюдавшим за ними детям.

Одним из существ была длинноязыкая прыгающая гидра, с которой связала себя Отем Лил, а вторая была почти идентичной. Они были огромны и поднимали массу брызг, лишь наполовину погрузившись в воду даже в самой глубокой части реки. Вместо чешуи, как у обычной гидры, их кожа напоминала лягушачью, с узором в оттенках зеленого, синего, бирюзового и желтого. Лиара присмотрелась к отличиям второй гидры, медленно моргнула, а затем посмотрела снова, убеждаясь, что ей это не кажется. У второй гидры на каждой из пяти голов были самые настоящие — и крайне неуместные — усы.

На берегу стояли двое взрослых, один из которых кричал:

— Нет! Вы не получите больше печенья только потому, что у вас больше голов. И вы не получите печенье побольше только потому, что сами стали больше. Мы уже обсуждали это, так что если хотите, чтобы печенье казалось больше, превращайтесь в кого-нибудь поменьше.

— Ему не повредит, если мы потакаем ему хоть разок, — сказала Отем Хамфри.

— О, это не «хоть разок», — ответил Хамфри. — С ним никогда не бывает «разок». Он бандит, охочий до печенья.

— Ну, делай как знаешь, — сказала Отем. — Я даю Брайану по одному печенью на голову.

— Прошу прощения, принцесса, — раздался голос за спиной Лиары. Она обернулась и увидела Рика Геллера, приближающегося к тому месту, где она стояла в дверях. Он катил тачку, полную печенья размером с обеденную тарелку.

— Рик, где родители этих детей?

— О, они привыкли. Фамильяр Хамфри, по-видимому, постоянно превращается в гигантских монстров. Оказывается, дети обожают монстров, которые не пытаются их съесть. Если вы не против, миледи, можно я проеду?

Она отошла в сторону, и он вывез свой груз наружу.

— Рик, — отчитал его Хамфри, увидев тачку. — Что я говорил?

— Что вы хотите тачку, полную гигантского печенья? Это то, что Джейсон сказал мне, что вы…

Рик понурил голову от стыда.

— Теперь я вижу, в чем ошибся, — сказал он.

— Не похоже, что он растолстеет, — заметила Отем.

— Я не позволю ему стать жадным. С драконами это проблема, и я обещал его маме.

Лиара покачала головой, оглядываясь в поисках своей летающей кареты, которую она оставила на лужайке.

— Где мое транспортное средство?

— Понятия не имею, — сказала усатая гидра. — Оно точно не на дне реки.

* * * Поскольку ее арендованная карета превратилась в игрушку для гидры, Лиаре пришлось отправиться в комплекс ветви королевской семьи, живущей на Арноте, и одолжить одну там. Затем она вернулась на небесный остров, где находился королевский дворец, а также резиденции для большинства членов королевской семьи и некоторых наиболее видных дипломатов.

Вход на небесный остров осуществлялся через столб воды, который поднимался из моря, подобно стволу дерева. Ее летающая карета, предоставленная королевской семьей, была спроектирована так, чтобы создавать пузырьковый щит, который поднимался по столбу, пока не проходил сквозь нижнюю часть острова и не оказывался на небольшом озере. Озеро находилось посреди небесного острова, а вокруг него был построен королевский дворец.

Оставив карету там, где с ней разберутся дворцовые слуги, она прошла через обязательные проверки безопасности, которым даже Король Штормов должен был подвергаться при возвращении во дворец. Наконец, ей разрешили пройти через самую публичную и наименее защищенную часть дворца.

Покинув обширный дворец и войдя в жилые окраины, она наконец получила возможность передвигаться без сопровождения. Из-за продолжающегося фестиваля охрана во дворце была усилена. Окончание всплеска монстров означало неофициальный конец моратория на политические интриги, и с таким количеством перемен некоторые могли поддаться искушению сделать что-то смелое и глупое. Джейсон Асано был не единственным, кто привлекал к себе такое внимание, а когда благородные семьи начинали противостояние друг с другом, ставки всегда были высоки.

Принцесса быстро двигалась по широким, обсаженным деревьями бульварам, не заботясь о приличиях, используя свою скорость золотого ранга, чтобы мелькать по улицам. Она могла бы спрятаться, используя свои выдающиеся способности к скрытности, но на королевском небесном острове это вызвало бы срабатывание сигнализации, а не помогло бы избежать внимания.

Лиара замедлила шаг, достигнув парка, к которому примыкало множество таунхаусов, включая ее собственный. Она прошла по дорожке прямо к своей задней двери, от которой, как только она ее открыла, повеяло восхитительными ароматами. Она вошла внутрь, и напряжение покинуло ее плечи, когда она расслабилась так, как это возможно только по возвращении домой. Было приятно снова иметь полный дом: муж дома, дочери все еще живут с ними. Только сын не жил с родителями, имея собственный дом на самом густонаселенном из трех островов Римарос — Прово.

Лиара принадлежала к королевской семье, как и ее дети, но их ветвь была второстепенной в Королевском Доме Римарос. По сравнению с Веспер или Зарой, которые происходили из главной ветви, Лиару едва ли можно было назвать королевской особой. Хотя формально она была принцессой, к ней даже не следовало обращаться «Ваше Королевское Высочество». Однако вне официальных мероприятий ее никогда не упрекали за то, что она не исправляла эту распространенную ошибку протокола.

Близость Лиары к делам собственно королевской семьи объяснялась одним незначительным фактором и одним значительным. Незначительный заключался в том, что ее волосы и глаза были того самого насыщенного, яркого сапфирового цвета, который был визитной карточкой королевской семьи. У многих членов боковых ветвей его не было, поэтому это заставляло других инстинктивно связывать ее с главной королевской линией.

Значительным фактором, способствующим важности Лиары в государственных делах, были ее достижения. У нее была долгая и успешная карьера, как в качестве искателя приключений, так и в качестве чиновника Общества искателей приключений. Она была известна как женщина, которая добивается своего, а ее достижения и значимость в Обществе искателей приключений делали ее полезным активом для королевской семьи. Ее способность балансировать между различными обязательствами, не нарушая границ лояльности, также высоко ценилась. Когда занимаешь места в нескольких лагерях, честность из желательного качества превращается в необходимое.

Внутри задней двери ее таунхауса была прихожая, где Лиара сняла обувь и поставила ее на полку. Там стояла корзина для белья, куда она бросила верхнюю одежду, оставшись в узких брюках и простой рубашке, прежде чем пройти в дом. Готовили ее муж и старшая дочь, а не слуга-автомат. Базеф настаивал, что еда вкуснее, когда они готовят ее сами, и хотя Лиара никогда не чувствовала разницы, она не стала указывать на это.

У Лиары и Базефа был брак по договоренности в молодости, что было нормальным для их общества, и никто из них не был этим недоволен. Они достаточно хорошо ладили друг с другом и любили своих детей, и их отношения переросли в комфортный союз друзей с привилегиями.

Затем пришла смерть Веспер Римарос, которая была лишь дальней родственницей, но близким другом, и члена ее команды, Ледева Кости. Они погибли вместе в самом сердце парящего города Строителя, их тела так и не были найдены, прежде чем они превратились в радужный дым и исчезли. Потребовалась Церковь Смерти, чтобы подтвердить, что никто из них не совершил чудесного побега в последнюю минуту.

После этого последовало испытание Базефа, когда подводный комплекс, которым он управлял, был атакован Орденом Искупительного Света. Когда угрозы золотого ранга буквально стучались в дверь, только еще одна из невозможных абсурдностей Джейсона Асано позволила ему спастись. Асано заплатил за это цену, не только едва не погибнув, но и привлекая внимание к своим многочисленным секретам, на которые теперь засматривались сильные и амбициозные мира сего. Лиара всегда будет благодарна за эту жертву, хотя она дала ей еще одну верность, которую нужно было уравновешивать.

Результатом этих испытаний стало то, что после них брак Лиары и Базефа стал гораздо более любящим после десятилетий случайных отношений. Потери и опасности, с которыми они столкнулись, заставили их осознать, как много они стали значить друг для друга за эти годы.

Лиара вошла на кухню, стащила ломтик овоща и отправила его в рот, прежде чем поцеловать мужа в щеку. Он держал руки, мокрые и липкие от смешивания ингредиентов, подальше от нее.

— Эти руки были вымыты? — спросил он ее. — Кстати, в крови нечестивцев не считается.

— Твой отец думает, что он шутник, — сказала Лиара Даре, своей старшей дочери.

— Ты думаешь, я шучу. — Базеф вернулся к смешиванию начинки в миске. — Руки прочь от моей разделочной доски, пока эти руки не будут вымыты, жена.

— Джозеф и Зарин присоединятся к нам за ужином? — спросила Лиара, садясь за кухонный стол. Базеф и Дара обменялись взглядами, и Лиара сузила глаза, глядя на них, сопротивляясь желанию заглянуть в их эмоции через их ауры.

— Джо уже в пути, — сказала Дара, нарезая овощи. — Зарин не была уверена, вернется ли она вовремя или нет.

— Вернется откуда? — спросила Лиара. Зарин была близка с Веспер, переняв у своей родственницы вкус к политике, которую Лиара презирала, но от которой, казалось, никогда не могла сбежать.

— Она пошла повидаться с кое-кем, — сказал Базеф. — Уверен, она скоро вернется.

— С кое-кем, — повторила Лиара, зацепившись за это слово. Как следователь с десятилетним стажем, она могла распознать, когда слово скрывает множество грехов. — Пожалуйста, скажи мне, что это не имеет никакого отношения к Джейсону Асано и тому хаосу размером с королевство, который следует за ним по пятам, как гидра с пятью усами.

— Я бы не сказал… — начал Базеф, но осекся. — Погоди, что ты только что сказала?

— Я расскажу тебе об этом позже, — пообещала Лиара. — Где Зарин?

— Гидра с усами? — задумчиво произнесла Дара. — Может, мне стоит проводить больше времени с Асано.

— Даже не шути об этом, — сказала Лиара. — Я не хочу, чтобы ты связывалась с Асано и его ерундой. Помнишь, как ты встречала Рика Геллера?

— Тот, что с севера, — сказала Дара. — У него в команде эльфийские близнецы, которые постоянно его дразнят?

— Не знаю насчет второй части, но да, — сказала Лиара. — Я видела его сегодня с тачкой, полной гигантского печенья.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Базеф.

— Я имею в виду, что видела, как он катил тачку, полную огромной выпечки, — сказала Лиара, подняв руки, чтобы показать размер.

— Зачем? — спросила Дара. — Что-то связанное с той гидрой?

— На самом деле это была не гидра, это был дракон, — сказала Лиара. — Но об этом я тоже расскажу позже. Где Зарин?

— Просто чтобы ты знала, Ли, — сказал Базеф, — у тебя очень плохо получается не делать визит в пагоду Асано чем-то захватывающим.

— Базеф. Где. Наша. Дочь?

— Она пошла повидаться с кое-кем. Я же сказал. Просто поговорить.

— И мы вернулись к этому. Кто этот «кое-кто»?

— Послушай, — сказал Базеф. — Зарин пришла ко мне с тем, о чем хотела поговорить, и она знала, что тебе это не понравится.

— О чем она хотела поговорить?

— Об одной идее, которая у нее появилась.

— Которая мне бы не понравилась.

— Думаю, можно смело сказать, что да.

— Это было что-то политическое?

— Я бы сказал, да.

— И ты сказал ей отказаться от этой идеи, твердо и всесторонне отговорив ее?

— Конечно, — неубедительно ответил Базеф.

Лиара посмотрела на него, приподняв брови.

— Возможно, я сформулировал это неудачно, — признался он.

— Насколько неудачно?

— Он сказал ей, что если она хочет этим заняться, — вставила Дара, — ей следует пойти к Тренчанту Муру.

Лиара бросила на мужа тяжелый взгляд.

— Тренчант Мур — не политический деятель, — сказала она.

— Видишь? — сказал Базеф. — Все не так плохо.

— За единственным исключением, — продолжила Лиара, — что он является контактным лицом для Его Державного Предка.

— О, правда? — спросил Базеф голосом, который мог бы звучать невинно, если бы не был на октаву выше обычного.

— Думаю, тебе лучше рассказать мне все об этой идее нашей дочери, муж мой, — сказала Лиара.

— Оу, теперь ты попал, — сказала Дара. — Это ее голос «я поймала тебя на продаже эссенций смерти на черном рынке».

ТОТ МАЛЬЧИШКА В ПАЛАТКЕ

ТОТ МАЛЬЧИШКА В ПАЛАТКЕ

Джейсон прошел через атриум пагоды и с нахмуренным видом посмотрел на двери, ведущие наружу.

— Почему они распахиваются? — вслух размышлял он.

Двери и участок стены вокруг них растворились в облачной субстанции, открыв Зару Римарос, стоявшую снаружи.

— Я буду с тобой через секунду, — сказал Джейсон. — Я тут занимаюсь небольшим ремонтом дома.

Облачная субстанция вновь затвердела, превратившись в раздвижные двери из темного кристалла, внутри которых переливался сине-оранжевый свет. Они разъехались, снова открыв Зару, но на этот раз с ироничным выражением лица и приподнятыми бровями.

— Не можешь поднять только одну бровь? — спросил Джейсон.

— У вас очень политический склад ума, не так ли, мистер Асано?

— Понятия не имею, о чем вы, — невинно ответил Джейсон.

— Веспер тоже так делала. Провоцировала людей социально, потому что их реакции говорили ей что-то о них, независимо от того, какими были эти реакции.

— Со мной она так никогда не делала. Думаю, я ей просто не нравился.

— Вы ей нравились, мистер Асано. Вы ее раздражали. Думаю, она видела в вас больше себя, чем ей хотелось бы. Не помогало и то, что вы были гораздо наглее в этом плане. Она не могла быть такой наглой, потому что не была так свободна. Имя Римарос имеет большой вес, и хотя им бывает полезно помахать, мы все равно должны его нести.

— Можете называть меня Джейсон. Я говорил вам это еще в той палатке, где мы встретились.

— Мы обе проделали долгий путь с тех пор, как были в той палатке.

— Полагаю, что так.

— Вы не такой… изменчивый, как в нашу последнюю встречу. Тогда вы казались опасным.

— Это потому, что опаснее всего я был для самого себя. Я все еще опасен для всех остальных. На самом деле, даже больше, чем когда-либо.

— Я помню вашу привычку стойко переносить невзгоды и становиться от этого сильнее. Мы встретились, когда вы направлялись к богам, помните? Они давили на вас, и вы страдали, но они знали, что как только вы оправитесь, это сделает вас сильнее. В следующий раз, когда я вас увидела, ваша аура была почти как у другого человека. Теперь я понимаю, что то, что я видела тогда, было только началом.

— Они не знали, что я оправлюсь. Это было испытание, такое же, как и дар. Если бы я сломался, они бы двинулись дальше, не уделив мне ни одной лишней мысли.

— Нам не дано подвергать сомнению богов.

— Может, вам и не дано, а мне — да.

— Вы легкомысленно относитесь к богохульству.

— Ага. Вы собираетесь войти, принцесса, или мы продолжим разговаривать там, где все глаза и уши, наблюдающие за моим домом, могут подслушать?

— Ваш дом немного пугает.

— Только снаружи.

Зара кивнула и прошла сквозь двери, которые закрылись за ней. По сравнению с тем пустым пространством, каким оно казалось ее чувствам снаружи, внутри все было с точностью до наоборот: аура Джейсона наполняла помещение такой силой, которую даже Джейсон на полной мощности не мог проецировать сам. Только тот факт, что она была совсем не враждебна к ней, удержал ее от бегства к выходу. Внешний вид здания был буквально нависающей башней, в то время как внутри оно было метафорической.

Джейсон активно убавил то, насколько аура пагоды давила на Зару. Она не была золотого ранга, чтобы так же легко отмахнуться от ее влияния, как Лиара или Карлос. Отсутствие враждебности у Зары означало, что аура места не атаковала ее, но она также не была одним из друзей Джейсона, от которых аура всегда отступала, превращаясь в доброжелательное фоновое присутствие.

— Вы сказали, что это пугает только снаружи.

— Я сказал, что это немного пугает только снаружи, — поправил он.

Зара оглядела открытый атриум, от водопада, низвергающегося с мезонина, до пышных растений, разделяющих зону на секции. Внешняя стена была полупрозрачной изнутри, позволяя свету проникать внутрь. У входа стояла стойка регистрации с инопланетным администратором: закутанная в плащ теневая фигура с одним большим глазом из энергии вместо лица.

— Что это за место?

— Это облачный дом. Технически, при таком размере — это облачный дворец. Довольно вертикальный, но дворец. Я бы не справился с такой большой башней на бронзовом ранге.

— Джейсон, я принцесса одного из самых видных королевств в мире. Я видела облачные дворцы, и это не то, что это такое.

— Да, принцесса, это он. Просто это не все, чем он является.

Она посмотрела на Джейсона.

— Вы когда-нибудь жалели, что не можете вернуться к тому человеку, которым были в той палатке, где мы впервые встретились?

Веселье исчезло с лица Джейсона.

— Я долгое время жалел об этом. Достаточно долго, чтобы желание вернуться превратилось в яд, уводящий меня еще дальше от того, кем я был тогда. Вы видели результат этого.

— Я помню.

В последний раз, когда Зара видела Джейсона, он был как оголенный нерв. Злой, жестокий и недоверчивый, использующий свои таинственные силы, чтобы набрасываться на мир.

— Мне пришлось научиться принимать того, кем я стал, — сказал Джейсон. — И того, кем я становлюсь. Тот мальчишка в палатке умер, потому что был не готов к пути, который лежал перед ним.

— А что насчет пути, который лежит перед вами сейчас?

Джейсон долго, созерцательно оглядывал атриум, прежде чем ответить.

— Посмотрим.

Он направился через атриум по дорожке, обозначенной растениями, высаженными прямо в пол. Изменение дверей Джейсоном было лишь последним из тех, что он вносил, ремонтируя место по своему вкусу. Атриум стал гораздо больше похож на сад, чем был в начале, с дорожками, ведущими к тому, что теперь представляло собой массив подъемных платформ, а также шест пожарного. Одна дорожка вела к стене, за которой был спрятан массив шестов для его команды.

Следуя за Джейсоном, Зара с любопытством посмотрела на медный шест. Он уходил вверх, к потолку, где проходил через отверстие, закрытое спиральной диафрагмой.

— Для чего это?

Джейсон шел впереди нее и не мог проследить за ее взглядом, но ему это было и не нужно. Он чувствовал, куда направлено ее внимание, через ее ауру.

— Спускаться с верхних уровней.

— У вас проблемы с подъемными платформами?

— Может, я и не тот мальчишка, которым был при нашей встрече, принцесса, но я не совсем потерял чувство веселья.

— Можете называть меня Зара.

Они встали на подъемную платформу, которая поднялась на уровень мезонина над головой. На каждом этаже отверстие, через которое проходила платформа, было запечатано туманом, который позволял проход снизу, служа при этом твердым полом сверху. Эта динамически твердо-газообразная облачная субстанция была чем-то, что Зара видела в других облачных конструкциях, а не только у Джейсона. Странными казались именно твердые спиральные двери, закрывающие отверстия для пожарного шеста, которые должны были открываться и закрываться. Облачный дворец Джейсона обладал странными чертами и казался исключительным, поэтому менее элегантный выбор для шеста должен был быть преднамеренным. Как и сам шест, это говорило о причудливом выборе, который имел для Джейсона больше значения, чем практичность.

Несмотря на гнетущую ауру, пронизывающую пространство вокруг нее, видя такое потакание своим прихотям со стороны Джейсона, Зара почувствовала себя гораздо увереннее. Его гневная, жестокая интенсивность во время их короткой совместной экспедиции была тревожной. Он оставил группу позади, не просто уничтожая силы Строителя, но каким-то образом заставляя их обернуться друг против друга. Он был едва ли менее враждебен к своим товарищам-искателям приключений, чем к врагу.

Прибытие его команды смягчило его, но с тех пор Зара не поддерживала с ним связи. Планы Веспер по ее переориентации в отношении семьи Ириос были перечеркнуты войной со Строителем и смертью Веспер. Это заставило ее нервничать по поводу решения встретиться с ним, особенно после того, как он отклонил ее приглашение посетить мемориал Веспер.

— Прошу прощения, что не присоединился к вам, чтобы почтить память Веспер, — сказал Джейсон. — На мне было слишком много внимания для этого, но я хотел бы сделать это перед отъездом. Я был бы рад, если бы вы присоединились ко мне, если вы открыты для спонтанного планирования.

Она задавалась вопросом, как много он считывает из ее ауры. Между Джейсоном и пагодой явно существовала глубокая связь, учитывая, что она излучала его ауру, словно храм, посвященный ему.

Они прибыли на верхний уровень мезонина, который представлял собой зону отдыха, продолжающую тему пагоды с обилием растительности. Омываемый солнечным светом, проходящим сквозь огромные полупрозрачные стены, Джейсон сел на диван и указал Заре на кресло.

— Уверен, вы пришли сюда не для того, чтобы отложить частную поминальную службу, — сказал он. — Что привело вас к моей двери, Зара?

Зара посмотрела на Джейсона, прежде чем заговорить.

— Общество искателей приключений назначает вам связного, — сказала она.

— Если под «назначает» вы имеете в виду поиск кого-то, кого мы не выбросим в океан через неделю, то да.

— Появилась идея, — сказала она, — о еще одной такой должности. Ваша группа растет, и королевская семья хотела бы иметь в ней своего представителя. Никаких полномочий, просто кто-то, кто может быть настоящим помощником, предлагая специфические навыки, которые могут быть вам полезны.

Джейсон сузил глаза, глядя на Зару.

— То, что мы…

Он поднял руку, чтобы прервать ее.

— Позвольте мне подумать, — сказал он ей.

— Я знаю, что вы видите мои эмоции. Это не уловка.

— Я и не думал, что это уловка. Но я также не читаю ваши эмоции. Я мог бы, вы правы, но мое манипулирование аурой не такое небрежное, как раньше. У меня было время поработать над этим, пока я выздоравливал.

— Вы не можете удержаться от чтения эмоций других, когда их ауры пересекаются с вашей. Не если они не умеют их правильно маскировать.

Улыбка расползлась по лицу Джейсона.

— Вы говорите мне, чего я не могу делать, принцесса? Исторически сложилось так, что люди не делали этого точно, и после этого у них все складывалось не лучшим образом. Сила моей ауры означает, что я уже некоторое время пассивно вторгаюсь в частную жизнь окружающих меня людей. Это усложняло жизнь человеку, близкому мне, и мешало нам сойтись. Это помешало нам провести больше времени вместе, чем мы в итоге провели.

Было несложно понять, что здесь кроется печальная история; Зара не стала расспрашивать дальше.

— Устранение нескрытых эмоций других выходит за рамки обычного манипулирования аурой, — сказала она. — Вам фактически пришлось бы разделить часть своего разума, чтобы оценивать поступающую информацию и решать, обрабатывать ее в сознании или игнорировать. Это искусное ментальное самоманипулирование и манипулирование аурой.

— Есть аспекты наших атрибутов серебряного ранга, которые, как мне кажется, остаются без внимания. Ловкость атрибута скорости используется далеко не так активно, как сила атрибута мощи. Еще меньше используется то, чего может достичь разум с духом серебряного ранга. Это то, во что я углубляюсь, исследуя боевые трансы, но мне показалось, что есть и дальнейшие применения. Каждый серебряный ранг может неплохо работать в режиме многозадачности, но сколько из нас работают над этими аспектами? К счастью, у меня есть друг, чья семья обучает искателей приключений. Он, по крайней мере, смог дать мне базовые техники обучения.

— Я смутно знакома. Ментальные головоломки и наблюдательные задачи, требующие нескольких потоков внимания, да?

— Да, но иногда важна и концентрация, иначе мы упускаем детали. Например, я попросил минутку подумать, что вы, по-видимому, полностью пропустили, начав другой разговор.

Зара улыбнулась в неловком смущении. — Извините.

Джейсон встал, подошел к краю мезонина и оперся на перила руками, глядя сквозь прозрачную стену. Зара осталась на месте, не желая снова прерывать его мысли.

— Зачем вы здесь? — спросил Джейсон, не оборачиваясь.

— Я хотела поговорить о размещении кого-то из королевской семьи в…

— Я знаю, какова ваша цель. Почему вы здесь? Почему не Лиара? Ваша семья поступила мудро, позволив ей быть их лицом в этом. Она тот, кого я знаю, и затянувшееся присутствие Веспер вызывает мои симпатии. Полагаю, то же самое верно и для вас, но все сложнее.

Он обернулся.

— Лиара не хотела этого делать, — понял он. — Она отказалась быть частью этого. Почему?

Зара открыла рот, но Джейсон опередил ее жестом.

— Я на самом деле не спрашиваю, — сказал он. — Я просто размышляю вслух. Если Лиара против, это означает либо то, что ваша семья пытается сделать что-то глупое и она знает лучше, либо она не против этого, но ей не нравится что-то в том, как это делается. Сорамир остановил бы что-то слишком идиотское, так что…

Он усмехнулся.

— Зарин, — сказал он. — Лиара ни за что не пошла бы с нами, а кого еще мы бы потерпели? Они не поставили бы ее старшую дочь на эту должность, потому что она чистый искатель приключений. У нее нет политического чутья для этого или какого-либо интереса к его развитию. Но другая дочь была более заинтригована, когда они приходили к нам. И она была близка с Веспер, я припоминаю. Снова игра на этих симпатиях. Единственным другим реальным вариантом были бы вы, Зара, и это, очевидно, никогда не произойдет. Слишком много сложностей…

Он замолчал с неловкой гримасой.

— О, — сказал он, возвращаясь, чтобы сесть напротив нее, на край дивана. Он подался вперед, чтобы посмотреть ей в глаза. — Вы действительно хотели, чтобы это были вы.

— Я думала, вы не читаете мои эмоции.

— Я не читал. Теперь читаю. Мне жаль, принцесса, но вы не получите место в этом автобусе. Зачем вам вообще это нужно? Разве вы не пытаетесь стать следующей королевой в каком-то соревновании, которое у них здесь проводится?

— Этот шанс умер в тот момент, когда я попыталась осуществить свой идиотский план с Каспером Ириосом. Веспер пыталась спасти мою репутацию, чтобы меня не оттеснили полностью, но теперь ее нет, и отношения с семьей Ириос, которые она использовала в качестве предлога, означают, что ее план никогда не осуществится. Я уже снялась с конкурса, а вместе с ним и с титула Принцессы Ураганов.

— Разве этот конкурс не будет идти годами? Есть время для возвращения.

— Возвращений не бывает. Монарх — это человек, который превзошел ожидания, не совершая ошибок.

— Ошибки — это то, как мы растем.

— И люди, которые их совершили, станут прекрасными советниками для монарха, который их не совершил.

— А.

— В любом случае, это больше не мой путь.

— Мне жаль это слышать, принцесса. Но я не ваш новый путь. Вы сделали несколько выборов, которые доставили мне неприятности, в которых я совершенно не нуждался.

— Я думала, ошибки — это то, как мы растем.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но ничего не вышло. Он закрыл рот, выглядя сбитым с толку.

— Я вынужден признать вашу правоту.

Зара встала.

— Зарин была бы сильным дополнением к вашей группе, — сказала она. — Она уже планировала перейти от приключений к службе в Обществе искателей приключений, как это сделала ее мать много лет назад. Похоже, она хочет сменить курс. Все это было ее идеей.

— А Лиара знает мое прошлое лучше многих. Она хочет, чтобы ее дочь была как можно дальше от меня, и я не могу сказать, что не сочувствую ей.

— Я не собираюсь пытаться продать вам это больше, чем уже сделала, — сказала Зара. — Выберете ли вы Зарин, себя, кого-то другого или вообще никого, я оставлю это на ваше усмотрение. Теперь, если вы не против, я хотела бы попробовать тот шест.

Джейсон моргнул от удивления, затем ухмыльнулся.

— Не думаю, что ваш отец этого захотел бы.

— Мой отец не такой опекающий родитель, как Лиара.

— Вы так говорите, но большинство отцов очень стараются удержать своих дочерей подальше от шеста.

— Почему? Что с ним не так?

ТРУДНЫЙ РЕБЕНОК

ТРУДНЫЙ РЕБЕНОК

Портной, Алехандро Альбериччи, пришел в пагоду, чтобы внести последние коррективы в парадную одежду спутников Джейсона в преддверии праздничного бала. Они расположились в гостиной среднего размера с прозрачной стеной, пропускающей естественный свет. Алехандро также был вполне способным портным и подобрал платья для женской части группы — некоторые из которых были более открыты к этому опыту, чем другие. Софи хмурилась, пока Алехандро проверял платье Белинды.

— Зачем кому-то это носить? — спросила Софи.

— Потому что, может быть, я хочу повеселиться и чувствовать себя красивой хоть иногда? — сказала Белинда. — Тебя бы не убило, если бы ты позволила себе быть хоть немного женственной время от времени, Соф.

— Это может меня убить. Вещи пытаются убить меня довольно часто.

— Ты можешь хоть раз в своей чертовой жизни расслабиться? Вместо того чтобы жаловаться, как насчет того, чтобы просто сказать, что я хорошо выгляжу?

Выражение лица Софи было угрюмым, но извиняющимся. Она оглядела платье Белинды лососевого цвета.

— Ты выглядишь очень мило, Линди.

— Спасибо. Это даже весело — готовиться к балу, а не к его ограблению. Как ни странно, времени и затрат уходит примерно столько же.

Это вызвало странный взгляд у Алехандро, который сидел на корточках, проверяя подол. Он встал перед Белиндой, твердо кивнув ей.

— Мисс Каллахан, вы безупречны.

— Видишь? — сказала Белинда, наклоняясь, чтобы обратиться к Софи мимо Алехандро. — Люди любят тебя гораздо больше, когда не приходится вытягивать из них комплименты клещами.

— Это был не комплимент, — сказал Алехандро. — Просто констатация факта.

Белинда ткнула пальцем ему в лицо.

— Можешь забрать свои сексуальные волосы и отвалить, — предупредила она его. — Я занята.

Алехандро поднял руки в знак капитуляции, одарив ее очаровательной улыбкой.

— Моя потеря, — сказал он. — А теперь, для мисс Векслер.

Алехандро открыл длинный чехол для одежды, где он оставил его висеть на вешалке, которую принес с собой. Софи приготовилась, когда он снял чехол с ее наряда. Она была удивлена, увидев парадный брючный костюм, а не платье.

— Мистер Геллер ясно дал понять, — сказал Алехандро, — что все, в чем вы не можете комфортно убивать людей, неприемлемо. Поскольку я горжусь тем, что выполняю потребности своих клиентов со стилем, вот мы и здесь. Магические улучшения сосредоточены на защитных свойствах, с более надежной системой самоочистки, чем обычно. Это означает, что после любого волнения вы можете вернуться на вечеринку, не объясняясь по поводу неловких пятен от внутренностей.

— Видишь? — сказала Белинда. — А теперь надевай свою чертову одежду, чтобы мы могли пойти привести волосы в порядок.

— Что не так с моими волосами?

* * * — Мистер Уильямс, — сказал Алехандро. — Между нами говоря, я ценю ваш заказ.

— Без проблем, приятель, — сказал Тайка, пока Алехандро телекинетически поправлял шов. — Мне просто нравится находить кого-то, кто работает с моим размером. Достать хорошую одежду дома бывает непросто.

— Это, — сказал Алехандро, — именно тот момент, который я хотел подчеркнуть. Я работал со многими леонидами, но их склонности в моде заставляли меня задуматься не раз. Никаких обид, мистер Ксандье.

— Нет, я с вами согласен, — сказал Гэри. Двух самых крупных членов группы Джейсона подгоняли одновременно.

— У ваших ребят проблемы с одеждой? — спросил Тайка. — Это из-за меха?

— Ага, — сказал Гэри. — Большинство леонидов носят одежду, которая немногим больше пары ремней, стратегически расположенных для минимальных требований скромности. Я даже видел изолированные поселения, где живут одни леониды, и они вообще не заморачиваются с одеждой.

— Города нудистов? — спросил Тайка. — Не уверен, что был бы к этому готов.

— И не должны, — сказал Алехандро. — Как поставщик изысканной одежды, я протестую против наготы самыми решительными словами.

— Мне нравится приятное, свободное покрытие, — сказал Гэри. Он привык к местной моде в Гринстоуне, которая была свободной и красочной, с обилием декоративных кисточек. Его нынешний наряд был очень свободным, почти в стиле боевой мантии, который предпочитал Джейсон, но цвета и крой были аккуратными и строгими. Цвета были светлыми, как и местная мода: Тайка был в белом, а Гэри смешивал кремовый с серым, что выглядело эффектно.

Дверь в мужскую раздевалку отъехала в сторону, и вошел Джейсон.

— Парикмахер зовет вас, — сказал он.

— Бро, Шейд — парикмахер, и у него около тридцати тел.

— Он в основном охотится за Гэри, — сказал Джейсон.

— Почему за мной? — спросил Гэри.

— Бро, ты человек-лев. У тебя грива.

* * * Среди карет с магическим приводом класс гранд-карет был больше похож на автобус, варьируясь от меньших, с местами на десять-двенадцать человек, до размеров двухэтажных туристических автобусов, спроектированных как дома на колесах для целых групп людей. Та, что прибыла на лужайку перед пагодой, была размером со школьный автобус, с украшениями, указывающими на ее принадлежность к королевской семье. Джейсон уже ждал, когда появилась Лиара в вечернем платье.

— Пойдем внутрь, — сказала она ему. — Здесь все еще слишком много ушей.

Двери атриума разъехались, пропуская их, и закрылись за ними.

— Твои люди готовы? — спросила Лиара.

— Почти. У меня такое чувство, что ты хочешь поговорить сначала о Зарин.

Лиара нахмурилась, но не на Джейсона.

— Она взрослая женщина, и я не могу делать выбор за нее, — сказала Лиара. — Но в данном случае ты можешь.

— Ты просишь меня сказать «нет» Зарин в качестве связного от королевской семьи?

— Ты думаешь о том, чтобы сказать «да»?

— Я еще не решил принять кого-либо, не говоря уже о том, чтобы рассматривать, кто это будет. Представителя Общества искателей приключений я понимаю. Они лезут из кожи вон, создавая для меня фальшивую личность искателя приключений, и хотят следить за тем, как это пойдет. И за мной, конечно. Но какая у меня причина позволять королевской семье вмешиваться в мои дела? Снова. Не знаю, помнишь ли ты, но мое участие в делах королевской семьи никогда не было тем, чего я искал.

— Я была бы совершенно счастлива, если бы ты никого не взял. Семья видит, как Его Державный Предок относится к тебе, и думает, что отношения сейчас принесут плоды в будущем. Когда ты станешь золотого, даже алмазного ранга.

— Я не уверен в этом, — сказал Джейсон. — Наличие королевской особы Римарос могло бы открыть нам несколько полезных дверей. Но это также могло бы привлечь нежелательное внимание, особенно если это кто-то вроде Зары. Но это решение не только мое. Это решение всей команды, и когда у меня нет реальной склонности к такому вопросу, я склонен уступать им. Может, тебе стоит воспользоваться шансом на этой вечеринке, чтобы изложить свои доводы им по отдельности.

— Возможно, я так и сделаю, — сказала Лиара. — Есть некоторые вещи, которые тебе нужно знать до начала бала.

— Это политическая часть?

— Это политическая часть, — подтвердила Лиара. — Этот бал — по сути, стартовый флаг для возобновления политического маневрирования. Всплеск закончился, и на кону много власти, влияния и денег. Никто точно не знает, когда начнется конфликт с посланниками и мы снова перейдем на военное положение, поэтому благородные дома стремятся захватить все, что могут, пока есть возможность.

— О, отлично. Ты же знаешь, как я люблю, когда ко мне относятся как к инструменту для чьих-то амбиций.

— Тогда не позволяй.

Джейсон с подозрением посмотрел на Лиару. — Что ты имеешь в виду?

— Твоя недавняя затея с теми искателями приключений продемонстрировала это вполне наглядно. Ты не стал терпеть их игры, или наши.

— Что ты имеешь в виду, ваши?

— Я знаю, что вовлечение Яны в твою маленькую игру было импровизацией.

— Она справилась очень хорошо.

— Но то, как мисс Каллахан импульсивно кричала о… ну, ты знаешь о чем. Это было не так гладко, как ты мог надеяться, и даже если бы это было так, ты ожидаешь, что я поверю, что она сделала это спонтанно?

— Да? — оптимистично сказал Джейсон, заслужив ироничный хмурый взгляд Лиары.

— Ты хотел показать, что, хотя ты, возможно, и готов играть в эту игру, — сказала она, — ты всегда будешь играть по-своему. И это нормально. Пытаться помешать тебе быть собой — это упражнение в тщетности. Мы были бы признательны, если бы ты приносил правильную версию себя в правильные ситуации, однако.

— Ты говоришь не просто в общем, — сказал Джейсон. — Ты хочешь, чтобы я что-то сделал на этом балу.

— Фракции на фракциях, — сказала Лиара. — Мы очень внимательно изучали, что различные группы будут пытаться сделать сегодня вечером. Мы довольно уверены, что кто-то вызовет тебя на дуэль.

— Ты шутишь. Из-за чего?

— Они найдут предлог. Это будет кто-то молодой. Серебряного ранга, как ты. Из одного из меньших домов, который больший дом использует как маску.

— На что надеется кто-либо из участников, получив это?

— Меньший дом получает расположение большего, и если их отпрыск сможет показать хотя бы достойный результат против тебя в миражной камере, это принесет ему ключевую известность. Что касается большего дома, они, вероятно, хотят посмотреть, кто выступит в твою поддержку, может быть, даже раздуть ситуацию, чтобы выманить их.

— Эхолокация политического ландшафта.

— Эхолокация?

— То, что люди на Земле делают, чтобы картографировать определенные среды.

— Земля. Это название твоего мира?

— Другого мира. Ты не так много знаешь о моем времени там, не так ли?

— Не намного больше того, что ты мне рассказал. В любое время, когда ты захочешь рассказать мне больше, я буду открыта для этого.

— В другой день, может быть. Сегодня мне нужно знать, что ты ожидаешь от меня в связи с этой дуэлью. Поскольку ты не предприняла шагов, чтобы остановить ее, я полагаю, ты оставляешь это мне.

— Я усвоила, что ожидать чего-то от тебя — неразумный подход, Асано. Просто разберись с этим так, как считаешь нужным.

— Серьезно?

— Просто помни, что я сказала о правильной версии себя в правильной ситуации. Мы обсуждали веселого Джейсона и другого Джейсона в прошлом. Ты продолжаешь называть этот бал вечеринкой, но это не так. Мы не хотим видеть веселого Джейсона. Мы хотим другого Джейсона.

— Ты даешь мне полную свободу действий?

— Если я правильно угадываю значение этого из контекста, то да. Пытаться говорить тебе, что делать, никогда не работает, Асано, будь то из-за тебя или какого-то безумия, в которое ты втянут. Я пришла к осознанию, что лучший подход — это принять это и работать с этим соответствующим образом.

— Хм, — сказал Джейсон, его выражение лица было озадаченным. — Теперь, когда ты это сказала, я чувствую себя немного как трудный ребенок.

— Правда? — легко спросила Лиара. — Это сравнение мне никогда не приходило в голову.

* * * Джейсон и его команда были далеко не одни в своей поездке на бал. Гранд-карета сделала несколько остановок, чтобы подобрать людей по пути во дворец. Семья Лиары уже была внутри, когда она прибыла к пагоде, что явно было сделано ради приличий. Это было далеко не практично, учитывая близость их дома к дворцу, лететь весь путь до Арнота только для того, чтобы лететь обратно.

У пагоды она забрала Джейсона и его команду, Руфуса и его, а также Тайку и Трэвиса. В Ливаросе они остановились у Храма Целителя, чтобы подобрать Арабель и Карлоса, а из Храма Знания они забрали Габриэль.

Джейсон едва видел Габриэль с момента своего первого прибытия в Римарос. Между ними были разногласия, не говоря уже о том, что она была бывшей возлюбленной Хамфри. Джейсон был удивлен, обнаружив, что Софи не проявляет интереса к этой женщине, а вот Трэвис — да. Джейсон знал, что Трэвис активно встречался с Церковью Знания, чтобы определить, что он может и чего не может принести в этот мир из магических технологий Земли, но только сейчас обнаружил, что представителем Знания была Габриэль.

Арабель сидела с Джейсоном и своим сыном, Руфусом, чтобы они могли спокойно поговорить во время поездки.

— Нам нужно поговорить о Каллуме, — сказала Арабель. — Он стал все более взволнованным из-за твоей пленницы, особенно после того, как узнал, что ты уезжаешь. До такой степени, что я наконец смогла добиться от него настоящей причины, почему он так настаивает на том, чтобы добраться до нее.

— О? — спросил Джейсон.

— Не здесь, — сказала Арабель. — Я найду тебя завтра.

Их карета была одной из многих, вошедших в столб воды, поднимающийся на королевский небесный остров. Она пришвартовалась у края озера, и их довольно большой контингент был направлен во дворец стюардами.

Был длительный процесс их объявления, во время которого они стояли и ждали, осматривая бальный зал размером со спортивный овал. Над ними крыша была купольной, хрустальной, демонстрирующей вечернее небо, со светом, исходящим от левитирующих люстр.

Джейсон, Трэвис и Тайка стояли вместе, глядя на зал, где большинство людей были высокопоставленными селестинами. Это было море красивых людей с ярко окрашенными волосами и скульптурными, атлетичными телами. Трое из них обменялись взглядами.

— Кто-нибудь еще чувствует, что… — сказал Трэвис.

— …мы только что вошли в аниме, — закончил Джейсон.

— Бро, у меня такое чувство, что я собираюсь сделать что-то не очень разумное сегодня вечером.

Остальные двое кивнули в знак согласия.

ОДИН ЗВОН, А МУЗЫКИ НЕТ

ОДИН ЗВОН, А МУЗЫКИ НЕТ

Бальный зал, похожий на арену, был разделен на различные зоны, каждая из которых часто повторялась в разных местах комнаты. Наряду с длинными столами со шведским столом, стюарды бродили с подносами еды и напитков. Были обеденные столы и небольшие зоны отдыха, каждая со своим высококлассным экраном приватности. Танцпол был обширным и в основном заполнен молодыми представителями общества, играющими в тонкую игру ухаживаний. Экраны приватности не давали звуку выйти наружу, но не мешали ему проникнуть внутрь, и не было недостатка в людях, использующих их для политики. Этикет ауры был очень строгим, ауры были приглушены.

Король Штормов и Сорамир Римарос находились в одной из таких частных зон отдыха, но их зона была приподнята, позволяя всем видеть их, а им — всех. Они сидели с другими ключевыми членами королевской семьи, тихо беседуя. По языку тела было ясно, что присутствие Сорамира, основателя королевства, которым они правили, не помогало его потомкам расслабиться.

Лиара проинструктировала группу Джейсона не бродить гигантской стаей, как искатели приключений, выслеживающие монстра. Ей не стоило беспокоиться, так как они не только не обратили внимания на нее, но и немедленно разделились. Клайв направился в сторону группы, одетой в формальные версии ученых мантий. Гэри, Фарра и Нил осматривали столы с едой, в то время как Софи и Белинда куда-то ушли вместе, выглядя подозрительно так, будто они осматривают помещение. Гэри не стал ждать дворцовый персонал с их крошечными подносами, освободив большой сервировочный поднос откуда-то. Он был у столов со шведским столом, нагружая его, как гигантскую тарелку.

Хамфри и Руфус, два светских льва среди друзей Джейсона, сопровождали дочерей Лиары, чтобы общаться с гостями. Муж и сын Лиары, Базеф и Джозеф, направились в сторону семьи Амуз. Базеф происходил из этой семьи до того, как женился в королевский дом, и оба мужчины были высокопоставленными администраторами в деловых интересах семьи.

Мать Руфуса, Арабель, выступала в роли гида для Карлоса, жреца Целителя, которому было некомфортно на светских мероприятиях, одновременно присматривая за Трэвисом и Тайкой. Что касается Джейсона, Лиара вела его общаться, представляя его цепочке престижных граждан в быстрой последовательности. Большинство были дворянами, но некоторые, как семья Ремор, обладали престижем и влиянием, не имея титулов.

— Джейсон Асано, — сказала Лиара, — представляю вам леди Илеану Ириос. Леди Илеана, Джейсон Асано.

Бал до сих пор был довольно утомительной последовательностью того, как Лиара представляла Джейсона людям, а Джейсон не говорил много, стараясь выглядеть пассивным и загадочным. Его обычный вид общего веселья от мира не был заметен на его лице или в голосе, оба из которых были пустыми и холодными, когда он встречал человека за человеком.

— Когда у нас была наша маленькая проблема с репутацией с юным Каспером, — сказала Илеана, — вы предложили встречу с нашей семьей. Возможно, мы могли бы провести эту встречу в ближайшем будущем?

Хотя Джейсон все еще был втянут в последствия того, что Зара использовала его имя, когда думала, что он мертв, он столкнулся с Каспером Ириосом. Встреча была организована Веспер по политическим причинам, и Джейсон сделал предложение семье Ириос, которое они не приняли.

— Боюсь, мое ближайшее будущее занято, — извинился он. — Хотя у меня было время до того, как я стал таким заметным, вы, к сожалению, так и не нашли возможности найти меня. Мое окно доступности теперь закрыто, так что мне придется принять это как упущенную возможность.

После дипломатической отповеди Джейсона Лиара быстро увела его, переместившись за экран приватности пустого стоячего стола.

— Если бы ты мог воздержаться от личных выпадов в адрес союзника, с которым королевская семья только что сумела подтвердить свои связи, это было бы оценено, — сказала она ему.

— Я знаю, что ты относишься ко мне как к таковому с момента моего прибытия в город, принцесса, но я не актив, которым королевская семья может играть, как им вздумается.

— Я знаю, что все это шоу, Асано. Тебе нужно только играть сурового Джейсона с другими.

— Ты говоришь о «веселом Джейсоне» и «суровом Джейсоне», как будто они оба — персоны, и ни один из них на самом деле не я. Что тебе нужно понять, принцесса, так это то, что они оба очень реальны. У меня нет множественных личностей; как и любой другой, я веду себя по-разному в разной компании. Я использую определенные части себя, чтобы держать под контролем другие части, где, возможно, мне не следует поддаваться своим побуждениям. Тебе следует быть очень осторожной, прося о чем-то, кроме веселого Джейсона, принцесса. Он — крышка.

— Джейсон, королевская семья — твой союзник.

— Да. Но я не очень люблю союзников, если честно. Я считаю тебя другом, Лиара, поэтому я не считаю услуги. Но Дом Римарос — это союзник, а союз — это просто мера относительных выгод. Это холодные отношения, и все имеет свою цену. Да, я здесь, потому что выглядеть так, будто я буду отвечать перед королевской семьей, даже если это ложь, имеет ценность для каждой стороны.

— Тебе не нравится, когда тебя выставляют напоказ, как скот на сельскохозяйственной ярмарке.

— Неважно, нравится ли мне это, потому что я согласился на это. Но если ты хочешь, чтобы я выполнял трюки, принцесса, тебе нужно дать мне угощение.

— Какого рода угощение?

— Это тебе решать. Я не собираюсь выполнять трюки.

* * * Две дворянки отошли с настороженным выражением лиц.

— Бро, хватит говорить о матросских костюмах.

— Это просто вырвалось, — всхлипнул Трэвис. — Я не умею общаться с женщинами.

— Не шути. Ты так плох с женщинами, что теперь я плох с женщинами. Это новый опыт для меня; я вкусная шоколадная капля.

В этот момент Арабель нашла их снова.

— Ты размером с дом, — сказала Арабель Тайке. — Как тебе удается постоянно ускользать?

— Я как лесной кот; гибкий и скрытный.

— Я думала, ты вкусная шоколадная капля, — сказал Трэвис.

— Я могу быть и тем, и другим. У меня есть глубина.

* * * После их обсуждения Лиара оставила Джейсона наедине с собой на некоторое время. Он заметил Рика Геллера и направился к нему, чтобы поговорить. Они нашли пару тихих мест с экраном приватности и сели.

— Ты действительно ведешь себя иначе, — сказал Рик.

— В каком смысле? — спросил Джейсон.

— Ты не окружен красивыми женщинами.

— Рик, это вечеринка, где обслуживающий персонал — это серебряные ранги с ядрами. Все вокруг нас красивы.

— Да, но у тебя нет личного баррикады из них, — сказал Рик. — Или твоего сверкающего плаща, если уж на то пошло. Я думал, ты будешь использовать его как аксессуар.

— Это была твоя идея, — сказал Джейсон. — Это было бы немного не в духе приличий, и Алехандро был бы разочарован, если бы я закрыл его отличную парадную одежду.

— Нет недостатка в людях, использующих свои более яркие силы, чтобы добавить немного блеска. То, что, как я помню, тебе было не чуждо.

— В Гринстоуне, может быть. Не здесь.

— Разве ты не раскрасил небо своим личным гербом и не пропустил свою ауру через весь город? Насколько я помню, ты делал это здесь и в Гринстоуне.

Выражение лица Джейсона приняло предупреждающий вид, который Рик не пропустил.

— В Гринстоуне, Ричард, меня проверяли, чтобы убедиться, что я не раб Строителя после того, как меня похитили и имплантировали звездное семя. А здесь я был без сознания, когда это случилось, и мои друзья отчаянно пытались спасти мне жизнь. Надеюсь, ты не рассказывал людям, что это было какое-то представление, призванное привлечь внимание.

Рик покачал головой. Аура Джейсона оставалась запечатанной за вежливым фасадом, но Рик все равно чувствовал давление от внезапной интенсивности, исходящей от Джейсона. Джейсон увидел эффект, который он производил, и расслабил язык тела.

— Рик, людям, у которых есть сила, не нужно ее выставлять напоказ. Посмотри на людей здесь, которые хвастаются. Они молоды, пытаются выделиться. В Гринстоуне я был точно таким же — один звон, а музыки нет. Отчаянным. Всегда устраивал из себя зрелище; надувался, как рыба-фугу. Это работало в Гринстоуне, потому что это целый город, полный пустого бахвальства. Но теперь мы на противоположном конце света, буквально и фигурально. В этой комнате находятся одни из самых могущественных людей на планете, и они знают, что чем больше у тебя есть, тем меньше тебе нужно показывать.

— Значит, никакого большого трюка от тебя сегодня вечером?

— Я этого не говорил. Посмотрим, куда нас заведет вечер.

* * * — Зарин, — сказал Джейсон. Он сидел один с тарелкой еды, периодически отвергая социальные поползновения, когда к нему подошла дочь Лиары. Он пригласил ее присесть.

— Мистер Асано, такое чувство, что моя мать уводила меня от вас с тех пор, как мы прибыли.

— У твоей матери есть другие проблемы на уме, я уверен. И называй меня Джейсон.

— Нет, их нет. По крайней мере, не на первом месте. Она ненавидит этот аспект королевской жизни, но она унаследовала интерес Дома Римарос к вам от Веспер. Было ощущение, что не так много людей, которых вы бы потерпели, и что вы были бы недвусмысленны в том, чтобы дать это понять.

— Что аккуратно подводит нас к теме, о которой вы действительно хотите поговорить, — сказал Джейсон.

— Я могу быть активом для вашей команды. Я не так заметна, как Зара, но могу предложить почти столько же преимуществ. Даже больше, без тех частей ее репутации, которые не самые лучшие.

— Я не сомневаюсь, — сказал Джейсон. — Но мне не нравится, как вы маневрировали мной, принцесса.

— Я не маневрировала вами.

— Нет? Вы поставили меня в положение человека, который должен сказать «нет» либо вам, либо вашей матери. Таким образом, окончательное решение было за мной, а не конфликтом между вами двумя. Кто бы из вас ни остался разочарованным, внешнее обстоятельство является сутью этого, что облегчает примирение между вами.

— Вы можете извлечь выгоду из такого мышления.

— Я пытался играть в политику раньше, — сказал Джейсон. — У меня хороший глаз на выявление политических проблем вовремя, чтобы среагировать, но каждый раз, когда я пытаюсь активно участвовать, все идет не так.

— Это не обязательно должно быть так.

— Все идет не так, — повторил Джейсон, — и люди страдают. Люди, которые этого не заслуживают. У политики есть такая особенность. Например, я теперь втянут в семейную политику между вами и вашей матерью. Мне не нравится быть в таком положении, Зарин. Вы сделали смелый ход вместо того, чтобы поговорить об этом с матерью, потому что знали, что она будет против. Я бы сделал так же, когда-то давно. Теперь — нет.

— Вы не возьмете меня.

— Сделайте то, что должны были сделать в первую очередь: убедите свою мать. Исключите меня из вашей семейной политики, и мы сможем обсудить это снова.

— Вы возьмете Зару вместо этого?

— Не знаю. Прямо сейчас у меня мало убедительных причин брать ее, вас или кого-либо еще, кого королевская семья могла или не могла предложить.

— Семья предлагала другие имена? Кто?

— Я никогда не говорил, что они предлагали какие-либо имена. Идите поговорите с матерью, Зарин, потому что мы с вами закончили это обсуждать.

Зарин нахмурилась, но знала, когда пора сворачиваться. Она встала и покинула зону приватности.

— Королевская семья не предлагала никаких альтернативных имен, — заметил Шейд из тени Джейсона.

— Я никогда не говорил, что предлагала.

— Но мисс Зарин явно убеждена в обратном из-за того, что вы сказали.

— Разве? — невинно спросил Джейсон.

— Вы можете быть довольно злым иногда, мистер Асано.

* * * — Вы те воровки, которые таскаются за Асано, верно?

Софи и Белинда повернулись к дерзкому молодому дворянину, которого сопровождали трое его товарищей. Их ауры были чисты от ядер, и Софи могла сказать по тому, как они стояли, что они обучены сражаться, и обучены хорошо. Она оглядела парня с ног до головы, прежде чем снова отвернуться, не потрудившись ответить.

— Эй, я с вами разговаривал.

— Как думаешь, кто-то подговорил его на это, чтобы спровоцировать нас? — спросила Белинда Софи. — Не могу представить, чтобы они впустили сюда кого-то настолько глупого, чтобы специально устраивать сцену, к которой они, похоже, стремятся.

— Посмотрите на вас, такие утонченные, — сказал парень. — Неплохо для тех, кто выполз из сточной канавы.

— Я знаю, — сказала Белинда. — Мы начинали с нуля, а вот я здесь, на том же месте, в том же ранге, что и ты, без всех денег, времени и усилий, которые они потратили на тебя. Это значит, что мы потрясающие, или что ты просто своего рода отброс?

— Не утруждайся, — сказала ей Софи. — Парень, если ты хочешь создать проблемы, тебе не нужен предлог. Я буду рада выбить твои зубы через затылок.

— Пойдем, Соф. Ты знаешь, что Джейсон — тот, кого собирались спровоцировать на дуэль. Эти идиоты явно были посланы, чтобы создать проблемы, так что не подыгрывай.

— Почему Джейсон единственный, кому позволено выбивать кровь из кого-то? — пожаловалась Софи. — У меня есть лечебные зелья, чтобы вернуть кровь обратно, после.

— Это вызов? — спросил парень.

— Я…

— Нет, — твердо перебила Софи Белинда. — Это светское мероприятие, и мы не заинтересованы в общении с вами. Оставьте нас в покое.

Белинда увела Софи, и парни последовали за ними, пока женщины не встретились с Лиарой, идущей навстречу, и не свернули в сторону.

— Спасибо, — сказала Лиара после того, как три женщины вошли за экран приватности.

— Было очевидно, что они — конец чьей-то палки, когда они сделали этот подход вне экранов, — сказала Белинда. — Им нужна была аудитория.

— Похоже, что тот, кто хочет спровоцировать Асано, понял, что лучший способ сделать это — начать с его спутников, — заметила Лиара. — Вы не единственные, к кому подходят не слишком вежливые личности, но вы все, кажется, справляетесь с этим хорошо. Я видела какого-то молодого дурака, который выглядел так, будто собирается заплакать, ускользая от Арабель Ремор.

— Не уверена, что это сработает для всех, — сказала Белинда. — Может, нам стоит пойти найти…

Раздался звук, похожий на гонг. Все глаза в комнате устремились на Гэри, державшего помятый сервировочный поднос, пока он стоял над человеком на полу.

— И я ждал так долго только для того, чтобы доесть еду на нем, — громко сказал Гэри. — Ты стоишь того, чтобы ударить тебя куском металла по голове, но ты не стоишь того, чтобы тратить хорошие крабовые профитроли. Плохие крабовые профитроли, может быть, но кейтеринг здесь отличный.

— Думаю, это началось, — сказала Лиара и направилась к своей дочери, Зарин.

ЗДОРОВЕННЫЕ ОРЕШКИ

ЗДОРОВЕННЫЕ ОРЕШКИ

Неудивительно, что шум в центре бального зала дворца привлек внимание со всей комнаты. Бросив взгляд на Гэри, стоящего над каким-то дворянином, которого он сбил с ног сервировочным подносом, Джейсон перевел внимание на всех остальных. Он наблюдал за языком тела и искал всплески ауры, насколько мог, не выпячивая свои чувства слишком сильно. Большинство очевидных прочтений исходило от молодых представителей знати, так как более опытные и высокопоставленные посетители бала имели хорошо обученный самоконтроль.

Увидев, что Руфус направился прямо к Гэри, Джейсон вместо этого двинулся, чтобы присоединиться к принцессе Лиаре и ее дочери Зарин за экраном приватности. Он спросил о нескольких людях, которых он выделил как потенциально причастных по тому, как они наблюдали за сценой. Некоторых они исключили немедленно, так как для них не было политической выгоды подталкивать вещи из-за кулис. Других они быстро представили ему, не более чем имя, дом и известные политические фракции.

Джейсон заметил, что Гэри и человек, которого он ударил, стоят поодаль, в то время как Руфус и другой мужчина разговаривают.

— Почему не разговаривают те, кто вовлечен?

— Этикет в вопросах личного оскорбления заключается в том, чтобы другие выступали за тебя в дискуссии, — объяснила Лиара. — Идея состоит в том, чтобы сохранять хладнокровие и позволить дипломатии управлять страстью.

— Это работает?

— Не совсем. Настоящая причина — использовать такую провокацию как политический инструмент, как это делается здесь. Тот, кто выступает за «пострадавшего», настаивает на дуэли и выступает за человека в этом тоже.

— У нас в мире есть что-то похожее, — сказал Джейсон. — Или, по крайней мере, было. Когда у нас еще были дуэли. Был секундант, который вмешивался, если у одного из участников не хватало духу выступить.

— Это значит, когда они пугались и не являлись на дуэль? — спросила Зарин.

— Именно, — сказал Джейсон. — Итак, кто это выступает за парня, которого Гэри приложил? — спросил Джейсон.

— Не уверена, — сказала Лиара. — Он носит символ Дома де Варко.

— Это Ланцет де Варко, — сказала Зарин. — Он турнирный дуэлянт; хорошо известен, если следить за миражными аренами, но они не работали месяцами. Он также временами искатель приключений. Его гильдия использует его для публичного признания, а взамен они помогают ему повышать ранг с помощью контролируемых столкновений с монстрами, как это делают аристократические семьи со своими отпрысками. Он один из редких бойцов арены, не использующих ядра.

— Ты знаешь, где он был, когда атаковали города Строителя? — спросил Джейсон.

— Большинство членов его гильдии сражались с городом, атакующим Ливарос, — сказала Зарин. — Все их «особые» члены были назначены на наблюдение за монстрами на Прово.

— Это не так уж плохо, — сказал Джейсон. — Я тоже это делал.

— Да, но пока ты в одиночку сражался с монстрами золотого ранга, он охранял бордель изнутри.

— Это был всего один монстр, — поправил Джейсон. — Я не сумасшедший.

Зарин и ее мать обменялись взглядами.

Одним из людей, стоявших рядом, был золотой ранг, Квинт де Варко, в тех же темно-бордовых цветах дома, что и Ланцет. Он был среди людей, о которых Джейсон спрашивал Лиару и Зарин. Он выделялся тем, что носил те же цвета дома, что и человек, разговаривающий с Руфусом, наряду с языком тела, который Джейсон прочитал как предвкушающее нетерпение, а не любопытство, проявляемое большинством наблюдателей.

— Думаю, мне лучше вмешаться, — сказал Джейсон.

Он не использовал свой обычный трюк с манипулированием аурой, чтобы плавно проскользнуть мимо людей; это была не та толпа, на которую это сработало бы. Поэтому ему потребовалось время и немного грубости, чтобы пробраться мимо собравшихся зевак. Он прибыл и обнаружил, что ситуация обостряется.

Гэри все еще держал сервировочный поднос с почти карикатурной вмятиной. Голова, ответственная за эту вмятину, принадлежала угрюмому молодому дворянину, теперь снова стоявшему на ногах. Разделяли их, пока они противостояли друг другу, Руфус и Ланцет де Варко, чей темно-бордовый наряд имел символы его дома и его гильдии, вышитые золотом. Это было очень эффектно, сочетаясь с золотом волос и глаз селестина.

Искатель приключений, стоящий перед Руфусом, говорил:

— Судя по виду вашего друга, мистер Ремор, я был бы вполне уверен в предположении, что извинений не последует.

— Дай угадаю, — сказал Руфус. — Вы не хотите оставить это неразрешенным.

— Ваш друг унизил моего. Если не предложено никакой реституции, то боюсь, ее придется взять силой.

— Дуэль, — сказал Руфус с бесстрастным лицом. — Полагаю, вы намерены выступить за своего друга.

— Я выступаю. Будете ли вы выступать за своего?

— Нет, — сказал Джейсон, выходя из толпы зевак. — Он не будет.

Ланцет повернулся к Джейсону.

— Легендарный Джейсон Асано.

— Ага. Не знаю, кто вы, извините.

— Тогда позвольте представиться. Я Ланцет де Ва…

— Мне все равно, — сказал Джейсон. — Кто-то посадил вас на конец палки и ткнул в сторону моего друга. Буду честен, Ланцет: я знаю, что обо мне много говорили, и я здесь только для того, чтобы прекрасные верхи Римарос могли наконец взглянуть на меня. Получить представление о том, кто я такой. Что, подозреваю, вы сейчас и сделаете из первых рук. Не знаю, поставили ли вас здесь, чтобы дать мне этот шанс, или потому что у них есть какая-то повестка дня, но это был правильный ход. Когда вы идете против меня через моих друзей, вы получаете возможность увидеть, кто я такой на самом деле.

Ланцет рассмеялся.

— Вы приперлись сюда, потому что каким-то образом подумали, что это касается вас?

— Я так и сделал.

— Вы довольно высокомерны, не так ли?

— Это своего рода моя фишка. Итак, как бы мне ни хотелось посмотреть, как вы узнаете, что произойдет, когда вы бросите вызов Руфусу Ремору, вы получаете меня.

— Да будет так, — сказал Ланцет. — Мы можем договориться после окончания бала.

— Нет нужды, — сказал Джейсон. — Это хороший большой зал.

Ланцет нахмурился в замешательстве.

— Большой зал?

— Для дуэли, — сказал Джейсон. — Мы быстро с этим покончим и позволим этим прекрасным людям вернуться к своему празднованию.

— Вы говорите о том, чтобы драться прямо здесь? Мы будем дуэлироваться в миражной камере, дикарь.

Настала очередь Джейсона смеяться.

— О, нет. Вы просили дуэль, а не танец. Ненавижу вас расстраивать, приятель, но тот, кто подговорил вас на это, сделал вас острым концом палки. Это тот конец, на котором остается кровь. Дуэль — это о том, чтобы поставить себя на кон ради своих принципов.

— Поставить свою репутацию на кон.

— И вы думаете, что притворная драка — это то, откуда придет ваша репутация?

— Я опытный дуэлянт арены, головорез. Могу заверить вас, что это очень далеко от притворства, и там есть много репутации, которую можно получить.

Джейсон ухмыльнулся, увидев, как золотой ранг из Дома де Варко поморщился. Хотя не было сомнений, что многие знали о прошлом Ланцета, это было совсем не то же самое, что делать на этом акцент самому.

— «Опытный дуэлянт арены» оказался здесь, вызывая кого-то на дуэль в миражной арене? — указал Джейсон голосом, полным скептицизма. — Почти как будто кто-то это спланировал.

Ланцет побледнел, осознав, что нарушил главное правило политической постановки, сделав ее прозрачной. Все продолжали бы подыгрывать, но это было небольшое унижение для Дома де Варко. Джейсон не собирался оставлять нож просто так лежать и провернул его.

— Миражные камеры — для тренировок. Дуэли на арене — это спорт. Уверен, это требует большого мастерства, но это светское мероприятие празднует людей, которые ставили себя на кон в джунглях и крепостных городах. Кто уходил в глубины сражаться с подводными монстрами и стоял на своем против культистов Строителя и лоялистов Чистоты. Репутация приходит от того, что вы делаете, а не от того, что вы притворяетесь, что делаете в магическом кукольном домике. Как вы сражаетесь за свои принципы, когда бой не настоящий? Если вы хотите дуэль, вы ставите кровь на кон. Если у вас нет мужества своих убеждений, вы просто трус, играющий в притворство. Итак, что будет, Ланцет? Мужество или трусость?

— Ваши слова — просто звуки зверя, воющего о крови, потому что это все, что понимает его грубый разум.

— Значит, трусость.

— Отказ участвовать в отсталом кровавом ритуале не делает меня трусом!

— Нет, — сказал Руфус, подходя рядом с Джейсоном. — Вызов на бой, а затем отступление, когда вам действительно нужно чем-то рискнуть — вот что делает вас трусом.

— Вы ожидаете, что я буду по-настоящему драться со специалистом по афликциям?

— Какое значение имеет его специализация? — спросил Руфус. — Я думал, это вопрос принципа. О, вы беспокоитесь, что специалист по афликциям не может противостоять вам без команды поддержки? Это заботливо, но излишне. Он скирмишер-афликтор, а не традиционный специалист. Он удержит свои позиции против вас, не волнуйтесь.

— Прошу прощения, — сказал Джейсон. — Я принял вашу заботу о моем благополучии за трусость. Теперь, когда все улажено, мы можем начать дуэль. Похоже, танцпол расчищен. Этого места вам достаточно?

Самодовольное выражение Ланцета теперь было чистой желчью.

— Римарос — сердце цивилизации, а не какой-то пограничный городок. Мы улаживаем наши дела как джентльмены, а не как пьяницы, дерущиеся в переулке.

— Вы тот, кто начал эту драку, — сказал Руфус. — Вы можете отказаться драться и уползти, если хотите, позволив всем этим людям узнать, кто вы на самом деле. Это преимущество нахождения в сердце цивилизации. Люди в том переулке, о котором вы говорили? У них нет такого выбора. Они побеждают или умирают; они не свободны быть трусами.

— Перестаньте называть меня трусом! — огрызнулся Ланцет.

— Или что? — спросил Джейсон. — Вы вызовете меня на дуэль в хорошей, безопасной миражной камере?

Джейсон чувствовал ощущение Ланцета, что его загнали в угол, когда молодой дворянин направил свой страх в гнев. Джейсон знал, что если он может это почувствовать, то могут и многие другие в комнате, что само по себе решило судьбу Ланцета. Вся встреча была о том, чтобы устроить шоу, и они увидели, что такое Ланцет. Как тот, кто потерял контроль над своей аурой, позволив эмоциям выплеснуться наружу, Ланцет знал это тоже.

— Думаю, вы были правы, — сказал ему Джейсон. — Вы действительно ставите репутацию на кон. Ваша ошибка была в том, что вы притворялись тем, кем не являетесь. Если вы не готовы идти до конца, вы всегда будете проигрывать тому, кто готов.

— Вы просто грубиян, — бросил Ланцет. — Все здесь это знают.

— Я не отрицаю, — сказал Джейсон. — Что оставляет вам выбор между тем, чтобы сразиться с грубияном, или бежать от него.

— Отказ проливать кровь посреди королевского бала — это не бегство.

— Справедливо. Уверен, мы можем найти тренировочный зал где-нибудь. Наверное, так будет лучше.

— Нам не нужно искать тренировочный зал, безумец. Для этого есть миражные камеры!

— Миражные камеры нужны для того, чтобы вы могли делать вещи, не сталкиваясь с последствиями, — сказал Руфус. — Дуэли — это все о последствиях, что означает, что, по определению, вы не можете провести дуэль в одной из них. Все, что вы можете — это спарринговаться.

— Итак, что будет? — спросил Джейсон. — У нас здесь все эти люди смотрят.

— Возможно, — вмешался новый голос, — все могут сделать шаг назад.

Толпа расступилась, как Красное море, чтобы позволить пройти Королю Штормов. Высокий мужчина с широкими плечами и ярко-сапфировыми волосами, спадающими волнами, под стать его глазам-драгоценным камням. Он двигался с абсолютной уверенностью, видение власти, как политической, так и личной. В отличие от многих королевских семей, Дом Римарос закалял своих отпрысков в огне, и ни капли энергии монстроядер не было обнаружено в его ауре. Он излучал авторитет даже среди элиты общества, которая суетилась, чтобы уступить ему дорогу.

— Юный мастер де Варко, — сказал король, — здесь представляет могущественный дом и могущественную гильдию. Интересно, в духе празднования и примирения, был бы он готов отозвать свой запрос на дуэль. И что вы, мистер Асано, мистер Ремор и мистер Ксандье, были бы готовы принять это без вины или взаимных претензий. Никаких победителей, никаких трусов и никаких обид.

— Я был бы готов, — сказал Ланцет, хватаясь за спасательный круг.

Король посмотрел на Джейсона и его спутников.

— Примете ли вы отзыв вызова без предубеждений? — спросил он их.

— Мы были бы готовы сделать это, — сказал Джейсон, сделав короткий поклон. — В качестве одолжения вам, Ваше Величество.

Все они почувствовали волну шепота, прошедшую среди зевак; одолжение монарха — не пустяк, и король не будет тем, кто останется в долгу. Это будут Ланцет и силы, стоящие за ним — которых король решил упомянуть конкретно.

— Тогда я буду считать это одолжением, мистер Асано. И как человек, который видел записи того, что вы делаете с людьми, я бы оценил ваше воздержание от дальнейших попыток делать это в моем бальном зале. Мы хорошо платим нашим стюардам, но некоторые вещи я все равно чувствовал бы себя плохо, заставляя их убирать.

— Я сделаю все возможное, Ваше Величество. Но иногда люди не позволяют закончить это с чистыми руками.

Король издал смешок, как родитель непослушного ребенка.

— Думаю, можно смело сказать, мистер Асано, что после этого представления любой, кто придет к вам в поисках неприятностей, получит именно то, о чем просил.

Король Штормов повернулся, чтобы уйти, но остановился, когда его взгляд упал на Трэвиса. Долговязый, нервный землянин стал известен благодаря созданию магического ядерного устройства, которое имело решающее значение в прекращении атаки Строителя на Римарос.

— Трэвис Ноубл, — сказал он. — Дом Римарос хотел бы снова выразить нашу благодарность за разработку оружия, которое сбило парящий город Строителя и спасло Римарос, возможно, все Королевство Штормов.

— Э-э, пожалуйста, — сказал Трэвис, не зная, кивнуть или поклониться. Он попытался сделать и то, и другое, потерпел неудачу и чуть не упал, вызвав у короля довольную улыбку.

— Наши двери всегда будут открыты для вас, молодой человек. Дом Римарос помнит долги, которые он должен.

Он обвел взглядом комнату.

— Так же как и долги, которые должны ему.

Как только король вернулся на платформу для сидения королевской семьи, Ланцет направился в сторону членов своего дома.

— Просто неловко стоять здесь после этого, — сказал Джейсон.

— Мы могли бы пойти поесть, — предложил Гэри.

* * * Джейсон и его команда получили широкое пространство после инцидента. Хотя он произвел очень отчетливое впечатление в обществе Римарос, это было не то же самое, что хорошее. Он сидел за столом с Лиарой и Зарин, делясь большой тарелкой еды, которую Гэри оставил, когда пошел за тарелкой побольше.

— Могло быть и хуже, — сказал Джейсон. — Могло быть и лучше, но в целом, я бы сказал, что доволен. Назову это твердой победой.

— Ты так считаешь? — спросила Лиара. — Теперь все думают, что ты опасно изменчив.

— Что совпадает с тем, что они предполагали, основываясь на всех слухах, ходящих обо мне. Я никогда не пытался втереться в доверие к знати. Я пытался закрепить себя как непредсказуемый фактор с расположением королевского дома. Между королем и людьми, видящими нас здесь, делящими закуски, все идет неплохо. Никто не хочет вмешиваться в мои дела, пока не узнает больше, но я также продемонстрировал, что меня можно обуздать. Я утвердил себя как фактор, которого лучше избегать, но которым можно управлять.

— Ты планировал, что король вмешается? — спросила Зарин.

— Это не было частью какого-либо плана, о котором мне говорили, — сказала Лиара.

— Я не планировал это, — сказал Джейсон. — Это был один из нескольких сценариев, которые я проигрывал, однако. Королевское вмешательство, появление людей за спиной Ланцета. Я был удивлен, что они не прислали кого-то более способного. Я видел, что он — пустышка, и воспользовался этим.

— Он далеко не пустышка, — сказала Зарин. — Быть успешным бойцом арены в Римарос означает, что его навыки реальны.

— Да, — сказал Джейсон, — но его позвоночник воображаемый. Ему никогда не приходилось бороться за свою жизнь, когда только его собственные навыки и упорство отделяли жизнь от смерти. От него так пахло зеленью, как будто кто-то только что подстриг газон.

Лиара вспомнила время, когда она наблюдала, как Джейсон сражается против трио лоялистов Чистоты. Их послали за ним с силами и предметами, специально чтобы противостоять ему. Даже так, он боролся гораздо дольше, чем она ожидала, прежде чем они наконец прижали его. Даже тогда он никогда не сдавался, в конечном итоге втянув ее в это. Это был такой же отчаянный бой, как и те, что она видела, но он относился к этому почти как к любому другому дню.

— Не думаю, что они ожидали, что ты попросишь кровавую дуэль во время королевского бала, когда выбирали его. Что бы ты сделал, если бы он принял дуэль на твоих условиях?

— Выпил бы жизнь из него, пока кто-то не заставил бы меня остановиться.

Они обернулись, чтобы посмотреть на мужчину, марширующего в их сторону. Он был одет в тот же наряд, что и Ланцет де Варко, но Джейсон мог сразу заметить, что это был другой тип человека. Он не оттачивал свои способности в безопасности миражной камеры. Он подошел прямо к столу, твердо поставив ноги, стоя перед ними. Он начал с поклона Лиаре.

— Ваше Высочество.

— Строго говоря, правильная форма обращения — «миледи», — сказала ему Лиара.

— Извините, миледи, — сказал он, затем повернулся к Джейсону. — Меня зовут Гектор де Варко, и я вызываю вас на дуэль. Прямо здесь — подойдет.

— Хм, — сказал Джейсон. — Ты понимаешь, что король только что остановил меня от этого, верно? Приятель, тебе, может быть, стоит надеть штаны посвободнее, если собираешься таскать с собой такие здоровенные орешки.

СЛЕДОВАТЬ СВОИМ УБЕЖДЕНИЯМ ДО САМОЙ СМЕРТИ

СЛЕДОВАТЬ СВОИМ УБЕЖДЕНИЯМ ДО САМОЙ СМЕРТИ

Джейсон, Лиара и Зарин сидели за столом, а перед ними стоял Гектор де Варко. Противостояние уже привлекало внимание, даже несмотря на то, что люди не могли ничего услышать сквозь невидимый экран приватности. Гектор был крупнее своего родственника Лансета и менее лощеным. Его волосы были коротко подстрижены, а не уложены в скульптурную прическу, у него были широкие плечи и наряд, который, хоть и был сшит на заказ, не отличался такой же подчеркивающей достоинства тщательностью подгонки. У Гектора также не было золотистых волос Лансета; вместо этого его глаза и волосы отливали глубоким, сияющим медным цветом.

Джейсон и принцессы обменялись взглядами.

— Юный мастер де Варко, — произнесла Лиара. — Король лично и особо просил мистера Асано воздержаться от дуэлей в его бальном зале.

— Тогда мы можем провести ее в другом месте, миледи. Я с радостью позволю мистеру Асано выбрать место.

— Это лишь начало наших опасений, — сказала ему Лиара.

— Верно, — согласился Джейсон. — Я как раз говорил принцессам, что вполне доволен тем, как все обернулось. Я не собираюсь принимать вызов на дуэль только потому, что вы недовольны тем, в каком свете выставила себя ваша семья, когда они пришли искать меня.

— Вы ничего не сделали, мистер Асано, — сказал Гектор. — Лансет — тот, кто навредил репутации нашего дома. Я хочу показать вам и всем людям, видевшим его позорное выступление, что семья де Варко умеет держать удар, будь то в победе или в поражении.

Джейсон прищурился.

— Вы не рассчитываете победить.

— Я уверен в своих способностях, — сказал Гектор. — Но я не боюсь поражения. Неудача, которую ты пережил, — это лишь ступенька к следующему успеху.

— Ваши мотивы не имеют значения, — сказала Лиара. — Это невозможно...

— У меня есть условия, — сказал Джейсон.

— Нет, их нет, — отрезала Лиара.

— Принцесса, — произнес Джейсон, — хотя я всегда ценю ваш совет, вызов был брошен мне. Решение за мной.

В авторитетном тоне Джейсона послышался легкий резонанс его ауры, придавший словам такой вес, который не могла игнорировать даже принцесса золотого ранга.

— Во-первых, — сказал Джейсон Гектору, — это должно произойти сегодня вечером. У меня нет времени бегать за каждым дворянским домом, который хочет втянуть меня в драку. У меня и так в очереди стоят боги и великие астральные сущности. Во-вторых, вам нужно одобрение короля. Я уже устроил один переполох и не намерен заставлять его снова брать ситуацию в свои руки. Я знаю, что искателям приключений неэлитного происхождения делают поблажки в этикете, но я не настолько лишен вежливости. В-третьих, мне нужен стимул. То, что вы предлагаете, — это игра в одни ворота. Пока вы принимаете удары, не намочив штаны, вы получаете то самое достойное представление своего дома, к которому стремитесь, независимо от победы или поражения. Я же, напротив, не получаю ничего, выиграю я или проиграю. Мне не нужно ничего доказывать здешним людям. Единственная причина, по которой я здесь появился, — показать, что я не какой-то сумасшедший, собирающийся снова начать межпространственное вторжение.

— Снова? — спросила Зарин.

— Сделай вид, что не слышала этого, — сказал ей Джейсон, а затем повернулся к Гектору. — Короче, приятель, что мне с этого? И не говори про гордость или честь, потому что меня не интересует ни то, ни другое.

Гектор на мгновение нахмурился, размышляя, прежде чем его взгляд встретился с глазами Джейсона.

— Мистер Асано, насколько вы знакомы с домом де Варко?

— Если бы я считал минуты с тех пор, как услышал о вас, у меня бы не хватило пальцев на руках и ногах, но ненамного. Принцесса Лиара сказала, что вы торговцы.

— Рискуя противоречить принцессе, мистер Асано, скажу: хотя мы занимаемся торговлей, это лишь следствие нашей основной деятельности — строительства транспортных средств. Всего, от повозок до кораблей и дирижаблей; даже экзотических летающих судов для частных покупателей.

— У меня уже есть транспорт, приятель.

— Да, — сказал Гектор. — У вас есть облачная фляга. Но, как я уже сказал, моя семья создает все виды транспорта.

— Вы предлагаете мне еще одну облачную флягу?

— Нет. Хотя создание такого транспортного средства — это амбиция, к которой стремится моя семья, мы еще не достигли этого. Нам удалось создать несколько более ограниченных облачных конструктов, хотя настоящая облачная фляга остается в области мечтаний. Но наш прогресс привел к побочному продукту, который может вас заинтересовать.

— О? — подбодрил его Джейсон.

— Облачная фляга может принимать форму транспортного средства, — сказал Гектор. — Но эти формы примитивны. Это нормально для статического конструкта, вроде облачного дома, но транспортные средства более динамичны. Свойство облачной фляги заключается в том, чтобы поглощать материалы для расширения своих возможностей. Изучая облачные фляги, моя семья разработала способ использовать этот эффект. При наличии правильных материалов и матрицы дизайна облачная фляга может воспроизвести лучшие суда, которые производит моя семья. А они, мистер Асано, являются одними из лучших судов в мире.

Джейсон посмотрел на Лиару, которая утвердительно кивнула. Затем он повернулся к Гектору и подался вперед.

— Признаю, это звучит интересно.

— Я точно знаю, что у нас есть несколько таких матриц дизайна, оставшихся в результате наших постоянных экспериментов с облачными конструктами. Если вы согласитесь на эту дуэль, я предложу вам дизайн и материалы для наземного судна. Если вы выиграете, я предложу вам то же самое для воздушного судна.

— О каком количестве материалов идет речь? — спросил Джейсон.

— Я говорю о сырье для постройки целого дирижабля с нуля, мистер Асано. Небольшого. Насколько я понимаю, вы не сможете производить те массивные небесные корабли, которыми славятся облачные фляги, пока не достигнете золотого ранга.

Джейсон вспомнил свой первый взгляд на облачный корабль Эмира, размером с огромный океанский лайнер.

— Это приемлемо, — сказал он, — но у меня есть еще одно условие: участвовать должны не только вы. Вы должны привести трех компаньонов.

— Вы хотите сразиться с четырьмя из нас в одиночку?

— Нет, я приведу своих компаньонов. Если я упущу второй шанс набить кому-нибудь морду и не приглашу свою подругу Софи, она сама набьет морду мне.

* * * — Мисс Хурин, — сказал Тренчант Мур, приближаясь к ней у шведского стола.

Фарра посмотрела на высокого, худощавого, бледного мужчину с темными волосами, угловатыми чертами лица и ярко-голубыми глазами. Слишком голубыми, на самом деле. Она предположила, что, как и у Джейсона, его глаза изменились по сравнению с их первоначальным состоянием.

— Мистер Мур, — сказала Фарра. — Могу я чем-то вам помочь?

— Я слышал, что вы останетесь с нами в Римаросе после того, как ваш друг и его команда уедут.

— На какое-то время.

— Я… это хорошо.

— Ого, — сказала Фарра. — Вы действительно мастер подката. Идем, Дылда. Не думаю, что Джейсон собирается кого-то убить на танцполе, так что мы, вероятно, можем немного потанцевать.

Она схватила его за руку и потащила в ту сторону, а он поплелся следом.

— Дылда?

* * * Джейсон и Гектор подошли к платформе, на которой располагалась зона отдыха для ключевых членов королевской семьи. Впрочем, особого отдыха там не наблюдалось; присутствие Сорамира явно снижало способность семьи расслабиться. Гектор нервничал еще сильнее по мере приближения, и только четыре человека выглядели невозмутимыми. Двое были алмазного ранга: Сорамир и Зила Римарос. Третьим был Джейсон, который со своей легкой походкой выглядел бы вполне уместно, прогуливаясь по рынку. Король Штормов не был ни расслаблен, ни напуган, отыгрывая роль сурового, но доброжелательного монарха, а не расслабляясь в кругу семьи.

На платформе не было охраны. Любой, кто устроил бы там неприятности, либо был бы ровней Доун, либо был бы быстро соскоблен с полированного пола дворцовыми стюардами. Даже самый случайный наблюдатель заметил, что никто не приближался к платформе без очень четкой цели. Джейсон размышлял о контрасте между этим и людьми, подходившими к нему ранее на мероприятии, прежде чем он начал говорить о кровавых дуэлях посреди светского бала.

Джейсон не колебался, входя в экран приватности платформы, который начинался у коротких ступеней, ведущих к ней. Гектор был довольно смел ранее, но высшие члены королевской семьи пугали его так, как не пугала даже принцесса золотого ранга Лиара.

— Давай, приятель, — подбодрил его Джейсон, поднимаясь по ступеням и переключая внимание на Сорамира и Короля Штормов, чьего имени он до сих пор не знал. Он знал только, что тот — отец Зары.

— Доброго дня снова, Ваше Величество, — сказал Джейсон, а затем кивнул Сорамиру. — Доброго дня, Сорамир; прошла целая вечность.

Гектор, который уже опустился на одно колено, выглядел как человек, пытающийся сообразить, как очень быстро отползти на коленях подальше от безумца рядом с ним.

— Я ожидал, — сказал Король Штормов, — что наш последний разговор положит конец вашим переполохам на этом мероприятии, мистер Асано.

— Тогда в следующий раз вам, возможно, стоит пропустить меня в списке приглашенных, — сказал Джейсон. — Чем больше я пытаюсь приятно и спокойно провести время, тем больше все превращается в одно за другим. Я пытался устроить простое барбекю, чтобы познакомиться с соседями, когда переехал в город, а эти двое явились. Причем без приглашения.

Джейсон указал пальцем на Зилу и Сорамира. Джейсон давно не видел Сорамира с тех пор, как тот был ранен, выбираясь из подводного комплекса. Было очевидно, что многие члены королевской семьи, наблюдавшие за этим, не в восторге от беззаботности Джейсона, но они не собирались высказываться, пока король и алмазные ранги готовы были это терпеть, даже если они не понимали почему.

— Тебе бы повредило проявить немного почтения, Джейсон? — мягко спросил Сорамир.

— А тебе повредило бы предложить парню присесть? — парировал Джейсон. — Решение вопроса о почтении потребовало бы углубления в мои мысли об относительных достоинствах различных форм правления. Не думаю, что сейчас и здесь подходящее время для этих дебатов.

— Хотя я бы искренне нашел это увлекательным, — сказал Король Штормов, — вы правы, что это не то место. Что наводит на вопрос, почему вы подошли ко мне вместе с этим гораздо более почтительным молодым человеком из дома де Варко. Учитывая наш последний разговор, вы составляете неожиданную пару.

Джейсон подтолкнул ногой все еще стоящего на коленях Гектора.

— Это твое шоу, приятель. Может, встанешь и расскажешь доброму королю, что ты хочешь на Рождество?

Гектор был серебряного ранга и не потел, но чувствовал, что его тело вот-вот научится этому от чистого нервного напряжения. Пока Джейсон беседовал с королевскими особами, Гектор понял, что его предположения о человеке, которому он бросил вызов, были совершенно неверны. Мало того, что тот разговаривал с Его Величеством и Его Державным Предком так, что Гектор назвал бы это самоубийством, так ему это еще и сходило с рук.

Как Асано не увядал под вниманием всей этой мощи? Одни только пассивные взаимодействия аур от того, что два алмазных ранга обратили на него мимолетное внимание, заставляли волосы на его руках вставать дыбом, а ведь они еще сдерживались. Встревоженный, под сфокусированным вниманием короля и королевской семьи, Гектор поднялся на ноги. Он собрался с духом, твердо поставив ноги и подняв глаза на короля.

— Ваше Величество, после того как мой дом не смог вести себя подобающим образом, отражающим его место в вашем королевстве, я взял на себя ответственность исправить обстоятельства.

— И как же вы намеревались выполнить эту задачу?

— Я вызвал Джейсона Асано на дуэль, Ваше Высочество. Однако мистер Асано отказался, ссылаясь на свое уважение к вам и ваше желание, чтобы это собрание оставалось мирным. Он сказал, что не примет вызов, если он не будет сделан с вашего одобрения.

— И с чего бы мне давать такое одобрение? Вы хотите устроить кровавую драку посреди моего бального зала, посреди моего бала?

— Возможно, вы могли бы предложить альтернативное место, Ваше Величество, — предложил Джейсон. — Где-нибудь попросторнее, раз уж это будет целых четыре дуэли. Если вы одобрите.

— Четыре дуэли? — спросил король.

— Я подумал, что если уж мы собираемся это делать, почему бы не устроить шоу? Так что, если у вас есть где-нибудь большой зал, от которого вам не жалко отломать пару кусков, мы могли бы просто тихонько слинять и оставить ваших гостей наслаждаться прекрасным вечером.

— И кто еще будет участвовать в этой серии дуэлей? — спросил Сорамир.

— Парень, который лучше меня владеет мечами, женщина, которая лучше меня работает кулаками, и парень, который лучше меня умеет разговаривать с такими людьми, как вы.

— Первые двое — это Руфус Ремор и Софи Уэкслер, — сказал Сорамир. — Не хочу показаться придирчивым, мистер Асано, но последнее описание мало что проясняет.

Джейсон легко рассмеялся и указал пальцем. Вокруг было полно людей, наблюдающих за ними, несмотря на то что они ничего не слышали, увидев, как Джейсон и Гектор подошли к королю.

— Это тот высокий, широкоплечий парень, который внезапно очень встревожен тем, что я указываю на него вам.

— Возможно, — сказал Сорамир королю, — мы сможем превратить это в развлечение. На старой дуэльной арене есть места для зрителей.

— Погодите, у вас есть дуэльная арена? — спросил Джейсон. — Вам стоило упомянуть об этом, когда тот другой парень плакался о миражных камерах, это сэкономило бы нам кучу проблем.

— Она не использовалась много лет, — сказал король.

— Ее установили всего через столетие или около того после основания королевства, — объяснил Сорамир. — Когда я еще правил Королевством Штормов, миражные камеры еще не были изобретены.

— В то время дуэли были в упадке, — продолжил король, — но безопасность, которую они предлагали, привела к своего рода возрождению.

— Я согласен с мистером Асано в том, что в миражных камерах дуэлей не бывает, — сказал Сорамир. — Это просто представления для людей, притворяющихся, что у них есть мужество.

— Представления, которые позволяют горячим молодым членам домов играть в свои маленькие игры, не развязывая кровную месть, — парировал король. — Не все должно сводиться к следованию своим убеждениям до самой смерти.

— Поскольку мистер Асано сделал именно это несколько раз, — сказал Сорамир, — не думаю, что вам удастся убедить его легче, чем меня. Так что вы могли бы открыть арену и позволить посетителям бала насладиться спортом.

— Объясните мне, — сказал король, — как то, что я не смог убедить вас и мистера Асано в чем-либо, означает, что я должен разрешить проведение дуэлей.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но замолчал, нахмурившись.

— Что за...

— Есть проблема, мистер Асано? — спросил Сорамир.

— Я думал, кто-нибудь попытается вломиться в мой дом, пока все на вечеринке, но это должно было случиться именно тогда, когда я разговариваю с королем, да? Простите, Ваше Величество; мне лучше взглянуть на это.

— Ваше Величество? — Гектор не смог удержаться от ошарашенного вопроса.

Джейсон засунул руку за пазуху и вытащил ожерелье. На нем было два амулета: его Амулет Темного Защитника и уменьшенная облачная фляга. Облачная субстанция выплеснулась из крошечной фляги и образовала вертикальное кольцо размером с портал. Однако то, что замерцало, было не энергией портала, а изображением пагоды Джейсона. Четверо людей, одетых в черное, находились на одном из балконов нижнего этажа, где они положили доску и рисовали на ней ритуал.

— Мистер Асано? — спросил король.

— Да? — рассеянно ответил Джейсон, наблюдая за изображением.

— Как вы поддерживаете связь со своим облачным зданием через столь значительную защиту вокруг этого небесного острова?

Джейсон замер, а затем повернул голову, чтобы посмотреть на короля с дружелюбной улыбкой.

— Э-э... никак.

— Тогда что это, черт возьми, такое? — спросил король, указывая на парящее кольцо.

— Искусство?

БОГ В ЭТОМ СЦЕНАРИИ

БОГ В ЭТОМ СЦЕНАРИИ

— Не могу поверить, что Его Величество согласился на это, — пробормотала Лиара, поднимаясь на платформе в недра небесного острова.

— Ужин и представление, — сказал Джейсон. — Разве это не здорово?

Огромное количество инфраструктуры находилось в подземных частях летающего острова, на котором располагались королевский дворец и жилые сектора для королевской семьи и иностранных дипломатов. Значительную часть этого составляли подводные доки, куда транспортные средства могли прибывать в шлюз, из которого откачивалась вода, позволяя пассажирам высадиться. Именно сюда прибывала большая часть трафика королевского дворца: поставки провизии, дворцовый персонал и правительственные чиновники.

Озеро в сердце королевского дворца на поверхности выглядело более естественным, но внизу оно представляло собой идеальное кольцо. Секции, не занятые доками, предлагали стены из магически усиленного стекла, что создавало интересные офисные помещения и другие комнаты, примыкающие к озеру под поверхностью.

Одной из таких комнат была старая дуэльная арена, которая, как и бальный зал, который они только что покинули, была пространством стадионного масштаба, как по горизонтали, так и по вертикали. Люди стекались из бального зала в надежде посмотреть предстоящие дуэли, но большинство направлялось к зрительским местам. Те, кто направлялся в главную зону, были королевской семьей, различными ключевыми сопровождающими, самими дуэлянтами и несколькими слугами.

— Дуэльная арена годами использовалась гильдией Сапфировая Корона как тренировочный зал, — объяснил Тренчант Мур. Он был на подъемной платформе с Джейсоном и Лиарой, а также с Софи, Хамфри, Зарин, Руфусом и матерью Руфуса.

— Ты уверена, что за людьми, взломавшими мою пагоду, не стоит Каллум? — спросил Джейсон Арабель.

— Я была с ним очень откровенна по этому поводу, — сказала Арабель. — К тому же, в прошлый раз, когда он пытался, он получил весьма впечатляющий урок.

— Это не значит, что он не послал кого-то другого, — сказал ей Джейсон. — Люди постоянно делают глупости, которые не имеют никакого смысла. Я сам, в том числе, очень даже.

— Джейсон, моя работа — помогать людям с их психическими проблемами. Ты думаешь, я не знаю, какие люди бывают?

— Ты помогаешь людям, потому что им это нужно, и они приходят к тебе, — сказал Джейсон. — Ко мне попадают те, кому не хватает самосознания. Вместо того чтобы идти к тебе, они пытаются меня убить. Или похитить. Честно говоря, если не считать монстров, я вижу больше попыток похищения, чем убийства. Делает ли это меня популярным?

— Ты уверен, что тебе не стоит пойти и разобраться с людьми, которые вламываются в твой дом? — спросила Лиара.

— Я серебряного ранга, — сказал Джейсон. — Что я сделаю кучке золотых рангов?

— Ты уверен, что они золотого ранга? — спросила Арабель.

— Уверен, — сказал Джейсон.

— Как? — спросила Арабель.

— Они все еще живы. Ладно, это я просто драматизирую; я чувствую их.

— Ты не должен быть в состоянии это делать, — сказала Лиара. — Защита вокруг этого небесного острова так же мощна, как любая другая в мире. Она должна блокировать всё.

— Препятствует ли она богам общаться со своими слугами? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказала Лиара.

— Значит, она блокирует не всё, — отметил Джейсон.

— Между тобой и облачным домом, кто из вас бог в этом сценарии?

— Я отказываюсь отвечать на основании того, что могу себя оговорить. И они не то чтобы хорошие золотые ранги. Они все пользователи ядер.

— Все они? — спросила Зарин. — На золотом ранге пользователи ядер встречаются реже, чем люди, которые тренировались должным образом. Они что, кучка ремесленников или что-то в этом роде?

— Я спрошу их, когда вернусь домой, — сказал Джейсон. — У меня есть кое-что поважнее... о, похоже, они решили минимизировать потери и убраться. Они начали проламывать стены.

— Тогда ты не будешь с ними разговаривать, когда вернешься домой, — сказала Лиара.

— Может быть, а может и нет. Они еще не поняли, что я постоянно перемещаю комнату, в которой они находятся, в центр здания.

* * * Четверо мужчин с силой проломили стену, оказавшись в очередной серии пустых квадратных комнат.

— Что я вам говорил? — спросил Джедрин, когда стена, которую они только что проломили, восстановилась позади них. — Никто не платит четырем золотым рангам за то, чтобы они проехали четверть планеты, чтобы ограбить дом какого-то серебряного ранга.

— Заткнись, Джедрин.

Все они были встревожены. Их чувства не могли пробиться сквозь стены, и они перестали находить меблированные комнаты. Каждая стена, которую они проламывали, вела их из одной пустой коробки в другую. Возникло стойкое ощущение, что они нарушают границы, и за этим, казалось, стояла грозная сила. Впрочем, они даже не могли быть уверены, что эта сила реальна. Их чувства едва касались ее, и это было не то, что принадлежит конструкту серебряного ранга. Это легко могло быть плодом их воображения, если бы не тот факт, что каждый из них это почувствовал.

Они быстро занервничали, и стало только хуже. Вломившись в дом, они прошли через ряд обычных комнат, пока не оказались в помещении, которое было просто пустой коробкой. Окон не было, и даже дверь исчезла, запечатав их внутри. В этот момент они решили завязать и начали проламывать стены, чтобы выбраться, но каждая новая комната оказывалась новой пустой коробкой.

— Иди к черту, Кирк, — сказал Джедрин. — Мне следовало сказать тебе заткнуться, когда ты захотел взяться за эту работу. Мы ведь не какие-то эксперты по проникновению. Единственная причина, по которой они пошли на такие расходы ради нас, — это то, что нужно зайти так далеко, чтобы найти кого-то, кто не понимает, насколько это глупая идея.

— Я сказал заткнись.

— А я спросил, зачем кому-то заходить так далеко и платить столько за нас? И теперь мы знаем: потому что те, кто присматривался к этой работе, ясно изучили ее и сказали «нет».

— Как насчет того, чтобы вы оба заткнулись, — сказал Уильям.

— Точно, — сказал Рэй. — Споры нас отсюда не выведут.

— Как и проламывание стен, — сказал Джедрин. — Мы прошли расстояние больше ширины всего здания, но вот мы здесь. Либо комнаты движутся, либо здесь происходит пространственная манипуляция.

— Чего мы не можем определить, потому что наши чувства не пробиваются сквозь чертовы стены, — сказал Уильям.

— Если у вас есть идея получше, давайте, — сказал Рэй.

— У меня есть идея получше, — сказал Джедрин. — Помните, я говорил, что телепортироваться прямо перед работой — плохая идея, потому что это не дало нам шанса провести исследование цели?

— Это не идея получше, — сказал Кирк. — Это ты пассивно-агрессивно хвастаешься — снова — тем, что не хотел делать то, что сделал вместе со всеми нами. Снова.

— Может, дадите мне закончить? — спросил Джедрин. — Мой смысл в том, что я все-таки провел небольшое исследование.

— Нам сказали этого не делать, специально чтобы не предупредить цель, — сказал Кирк. — И теперь мы застряли в ловушке. Отличная работа.

— Вы серьезно думаете, что того, что я провел небольшое исследование на другом континенте, было достаточно, чтобы все это было подстроено специально для нас? — спросил Джедрин.

— Он прав, Кирк, — сказал Уильям. — Я почти уверен, что они просто не хотели, чтобы мы узнали, почему никто другой не взялся за эту работу.

— Они просто не хотели использовать местных, чтобы это не вышло им боком, — возразил Кирк.

— Если вы перестанете перебивать, — вмешался Джедрин, — я смогу перейти к тому, что выяснило мое исследование.

— Тогда перестань хлопать ртом и переходи к делу, — сказал Кирк.

— Что ты нашел? — спросил Уильям.

— Немного, — сказал Джедрин. — Уведомление было коротким, и я хотел быть осторожным. Что я выяснил, так это то, что парень, которому принадлежит это место, выиграл облачную флягу у Эмира Бахадира в каком-то конкурсе посреди глуши. Это было большое событие, куда дворяне прислали кучу своей молодежи соревноваться.

— Эмир Бахадир, охотник за сокровищами? — спросил Уильям.

— Тот самый, — сказал Джедрин. — Суть в том, что я выяснил, что дом, который нас наняли ограбить, был облачным конструктом.

— О, это очень полезно, — ехидно сказал Кирк. — Не хочу тебя расстраивать, Джедрин, но мы и так это знали.

— Теперь, когда мы здесь, конечно, — сказал Джедрин. — Но я знал заранее. Достаточно заранее, чтобы знать, что мы будем вламываться в облачный дом, и поэтому у меня было время подготовить план на случай непредвиденных обстоятельств.

— Какой план на случай непредвиденных обстоятельств? — спросил Рэй.

Джедрин полез в пространственную сумку на бедре и достал коробку размером с небольшой чемодан, с ручкой. Она была сделана из бледно-серой керамики с темным металлом, покрывающим углы. Сложный набор сигилов был выгравирован на поверхности керамики, на каждой стороне коробки.

— Что это? — спросил Кирк.

— Это устройство для подавления таумического сцепления, — сказал Джедрин.

— Чего? — спросил Рэй, пока Уильям отступал от нее.

— Какого черта вы делаете с этой штукой? — спросил Уильям. — Они очень, очень незаконны.

— Мы вламываемся в чей-то дом, Уильям, — сказал Кирк. — Мы уже совершаем преступление.

— Мы совершаем преступление такого рода, за которое наши семьи должны платить штраф, если нас поймают, — прошипел Уильям. — Джедрин только что превратил это в преступление такого рода, за которое Общество искателей приключений залезет нам в задницы и построит там деревенский коттедж.

Рэй посмотрел на Уильяма, затем на устройство.

— Думаю, тебе нужно прямо сейчас объяснить, что это за штука.

— Это... — начал Джедрин, но Рэй немедленно перебил его.

— Не ты, — сказал Рэй, указывая на Джедрина, прежде чем перевести палец на Уильяма. — Ты.

— Это устройство для разрушения вещей, сделанных из магии. Не вещей, которые являются магическими, а вещей, буквально сделанных из проявленной магии. Зачарованные предметы, духовные монеты.

— Это идеальная вещь для уничтожения облачного конструкта, — сказал Джедрин. — Что, как вы все знаете, нам сейчас очень пригодится. Это моя идея получше; пожалуйста.

— Знаете, что еще сделано из магии? — спросил Уильям. — Мы. Мы золотые ранги, поэтому наши тела сделаны из магии. Именно поэтому мы не умираем, когда нам протыкают голову.

— Если это повлияет на нас, — сказал Рэй, — то я думаю, что стоит услышать подробности о том, что именно ты имеешь в виду под «разрушением».

— Это значит, — сказал Уильям, — превращение проявленной магии — магии, принявшей твердую форму, — обратно в непроявленную магию. Как когда монстр умирает и превращается в радужный дым.

Рэй отступил вместе с Уильямом.

— Я не заинтересован в том, чтобы сегодня превратиться в радужный дым.

— Я не принес то, что нас убьет, идиоты.

— Уверен, что нет, — сказал Уильям. — Именно поэтому они невероятно незаконны. Как ты вообще достал одно?

— Я знаю одного парня, — сказал Джедрин.

— Какого парня? — спросил Кирк.

— Сака.

— Сака? — воскликнул Рэй. — Этот парень точно нас сдал.

— Кому? — спросил Джедрин.

— Кому угодно, — сказал Уильям. — Это же Сак. Почему ты вообще решил покупать что-то настолько незаконное у него? И где он вообще это взял?

— Он тоже знает одного парня.

— Какого парня? — спросил Рэй.

— Не знаю, — сказал Джедрин, становясь все более оборонительным. — У него была шляпа.

— Шляпа? — спросил Кирк.

— Да, шляпа. Большая шляпа.

— О, — сказал Уильям, его тон внезапно стал убежденным. — Тебе следовало сказать, что у него была большая шляпа. Это делает покупку ОЧЕНЬ НЕЗАКОННЫХ МАГИЧЕСКИХ УСТРОЙСТВ У СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМОГО ЧЕЛОВЕКА, РЕКОМЕНДОВАННОГО САМЫМ НЕНАДЕЖНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ ВО ВСЕЙ СТРАНЕ, совершенно нормальным делом!

— Просто чтобы я правильно понял, — сказал Рэй, — ты купил массово незаконное устройство, которое расплавит нас, при условии, что случайный человек с большой шляпой, у которого ты его купил, не наврал о том, что это такое. Человек, к которому ты обратился по совету того, кто больше всего известен тем, что сдает людей, с которыми работает.

— Это звучит плохо, когда ты говоришь это так, — сказал Джедрин. — И оно нас не расплавит. Эти штуки оптимизированы для разрушения аморфных веществ, имитирующих жесткие структуры. Тяжелая зачарованная броня и облачные дома. Будет ли нам немного покалывать? Да. Но прямо сейчас мы застряли не на том континенте из-за работы, за которую никогда не должны были браться, в доме из бесконечных коробок. Доме, который, я почти уверен, нас ненавидит. Так что мы можем остаться здесь, ожидая, пока кто-то найдет нас с этим невероятно незаконным устройством, или мы можем активировать его, чтобы выбраться отсюда и заодно уничтожить улики.

Четверо мужчин посмотрели друг на друга и на коробку, в которой они оказались в ловушке. После долгих споров они наконец согласились активировать устройство, но не в той комнате, где находились. Они настроили его на активацию и прорыв в другую комнату, поставив стену между собой и устройством.

Их предосторожности мало что значили, когда устройство сдетонировало. Комната вокруг них была дезинтегрирована, и многое другое тоже, стены растворились в радужной миазме. Внезапно в центре пагоды образовалась массивная сферическая пустота, все в этом пространстве было полностью уничтожено. Частично разрушенные комнаты обнажились, отправляя мебель кувыркаться через уровни. Магический резонанс пронесся по воздуху, заставив их дрожать и дезориентироваться там, где они приземлились, на несколько этажей ниже их первоначального положения. Появилась едкая вонь, которая давила на них, исходя из радужной дымки, сквозь которую они едва могли видеть.

— Я чувствую покалывание, — сказал Кирк.

Все четверо мужчин закрыли глаза, морщась, как будто им натерли кожу наждачной бумагой. Они упали, когда комната, в которой они находились, была разрушена, и открыли глаза, чтобы увидеть разрушения. Дыра, которую устройство прорвало в здании, сбросила их на мезонинный уровень с выходом в большой открытый атриум со стеной, позволявшей видеть улицу. Воздух был наполнен дымкой, которая была рассеянными остатками того, что раньше было стенами, полами и потолками.

— Ладно, мы можем выбраться, — сказал Джедрин. — Я же говорил, что... Кирк, где твоя одежда?

— Я ношу зачарованную одежду, — сказал Кирк. — Просто от магического предмета, ничего особенного. Проще, чем владеть кучей разных вещей.

— У тебя есть этот предмет при себе? — спросил Джедрин.

— Да.

— Тогда как насчет того, чтобы надеть чертовы штаны, прежде чем мы рванем отсюда?

— Думаю, для этого уже немного поздновато, — сказал Уильям.

Остальные присоединились к нему, оглядываясь по сторонам. Темные фигуры, каждая с большим инопланетным глазом вместо лица, роились из комнат, которые были разорваны.

— Они серебряного ранга, — сказал Джедрин. — Мы можем пробиться.

Дымка внезапно сконденсировалась в центре пространства, образуя гигантский сине-оранжевый глаз. Затем плоть четверых мужчин начала гнить.

ЕДИНСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ СЧИТАЕТ ЭТО ОЧЕВИДНЫМ

ЕДИНСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ СЧИТАЕТ ЭТО ОЧЕВИДНЫМ

С одной стороны дуэльной арены вся стена была сделана из усиленного стекла, за которым находилось озеро в самом сердце небесного острова, Римарос. Специально выращенные водные существа, невозмутимые из-за регулярного водного трафика, плавали вокруг. Это был впечатляющий фон для любого, кто смотрел с мест, составлявших другую сторону арены, также за усиленным стеклом.

Были VIP-ложи, в которые дворцовые стюарды умело направляли более престижных посетителей, разбираясь с протоколами этикета на ходу. Также были зоны готовности на каждом конце, за массивными дверями. В той, что была отведена для Джейсона, Руфуса, Софи и Хамфри, их сопровождали друзья и несколько других лиц. Тренчант Мур, Зарин и Лиара — все присутствовали.

Джейсон смотрел в пространство перед собой, его выражение лица было пустым.

— Мистер Мур, — сказал он. — Я собираюсь пойти к юному мастеру де Варко насчет последних деталей. Если вы будете так любезны, проводите мою подругу в ту ложу, о которой вы упоминали.

— Конечно, мистер Асано. А принцесса Лиара, Его Величество спрашивал о вас.

— А как насчет людей в твоей пагоде? — спросила Зарин Джейсона.

— Они под контролем, — сказал он, его тон был будничным.

— Что это значит? — спросила Лиара. — Нам нужно будет поговорить с ними. Я знаю, что твоя пагода пугает, но это все еще конструкт серебряного ранга. Четверо золотых рангов смогут выбраться, если будут достаточно решительны.

— Я откалибровал дом так, чтобы он разъедал их плоть примерно с той же скоростью, с которой их атрибуты восстановления золотого ранга будут ее исцелять, — сказал Джейсон. — Это будет держать их в изнеможении, пока я сам ими не займусь.

— Джейсон... — сказал Руфус обеспокоенным голосом.

— Руфус, ты помнишь ту шутку в Гринстоуне, верно? — спросил Джейсон. Его голос звучал с причудливостью человека, уверенного, что полиция не успеет найти место, где была похоронена семья. — Оказывается, я и есть тот человек со злыми силами. Я уже научил этому один мир.

Когда Джейсон вышел из комнаты, Хамфри последовал за ним, чтобы поговорить, но Арабель жестом остановила его. Она посмотрела на Фарру, которая ушла следом за Джейсоном.

— Я что-то упускаю? — спросила Зарин. — Или он дистанционно пытает группу золотых рангов? Отсюда.

— Твоя мать однажды обращалась ко мне по поводу пробела в записях Общества искателей приключений о Джейсоне во время его отсутствия, — сказала ей Арабель. — Я отказалась делиться тем, что знала, но я выступала против участия Джейсона в политических играх. Я сказала ей, что его следует отправить прочь вместе с его командой, с чем, я полагаю, она согласилась, к ее чести. Выбор был сделан на более высоких уровнях как в Обществе искателей приключений, так и в королевской семье, если я не ошибаюсь.

— Вы не ошибаетесь, — подтвердила Лиара.

— Возможно, ваше желание узнать о времени отсутствия Джейсона все-таки исполнится, миледи, — сказала Арабель. — Если вы втянете Джейсона в политическую неразбериху, попытаетесь использовать его, а затем будете делать ходы за его спиной...

— Мы этого не делали, — сказала Лиара.

— Кто-то сделал, — сказала Арабель. — И это то, что произошло в то пропавшее время. Это случалось часто, и теперь вы видите, что делает Джейсон, когда это происходит. Поставьте его в такой настрой, и его инстинкты — никому не доверять и убивать всех. Отбросить свои принципы, чего бы это ему ни стоило, потому что это то, что требуется, когда мир против тебя, а все, кто идет за тобой, обладают большей силой.

— Это не так, — сказал Хамфри. — Это другой мир. И у него есть мы.

— Что я настоятельно советую вам напомнить ему перед его дуэлью, — сказала Арабель. — Особенно если вы заинтересованы в том, чтобы де Варко все еще хотел быть искателем приключений после этого.

* * * Фарра последовала за Джейсоном в коридор, который был простым кирпичным туннелем. Для тех, кто не знал, насколько дорогими были эти кирпичи, он не отличался роскошью королевского дворца. Для тех, кто знал, это была практически сокровищница. Войдя в туннель, Фарра была готова броситься, чтобы догнать Джейсона, но обнаружила, что он прислонился лбом к стене.

— Я думал, что стал лучше, — сказал он.

— Ты и есть лучше.

— Я сидел в тропиках, думая, что я уже не тот. Но когда дошло до дела, понадобился один день. Один день, и я вернулся к тому же дикому, реакционному насилию, которое творил на Земле.

— Ты стал лучше, Джейсон, даже если сам этого не видишь.

— Я пытаю кучку незнакомцев прямо сейчас.

— Тогда прекрати, — легко сказала Фарра.

Джейсон оттолкнулся от стены и повернулся, чтобы посмотреть на нее, его выражение лица было холодным.

— Нет.

Она одарила его улыбкой.

— Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь? Тебя, в Гринстоуне. Когда ты набрал несколько убийств и задавался вопросом, что с тобой становится.

— И теперь мы знаем, что со мной стало. Я бы не был готов сделать то, что делаю сейчас, тогда.

— Нет, не был бы. Но на Земле ты бы не корил себя за это. На Земле ты убивал, не задумываясь ни на секунду, правильно ли это, потому что у тебя не было такой роскоши. У тебя не было времени на «правильно» или «неправильно», только на то, что необходимо.

— Я зашел слишком далеко, Фарра. Ты — это то, что ты делаешь, а я отбросил свои принципы.

— Но теперь ты снова обдумываешь их, и это хорошо. Продолжай сомневаться. Но та жестокая часть тебя, та часть, которая может делать то, что необходимо, — она именно такая: необходимая. В некоторые дни она тебе понадобится. Но ты также можешь убрать ее обратно в коробку, и в этом разница. На Земле ты был алмазным ножом, острым, но хрупким. Ты никогда не был мягким, и каждый раз, когда становился немного острее, ты также становился немного ближе к тому, чтобы сломаться.

Он склонил голову.

— Ты удержала меня от того, чтобы сломаться.

— Едва-едва. Но теперь у тебя больше людей, и ты другой, Джейсон. Я вижу это, даже если ты нет. Ты не такой мягкий, каким был в начале, но и не такой жесткий, каким стал. Прямо сейчас у тебя есть баланс; ты можешь делать тяжелые вещи, не теряя себя в процессе. Я знаю, что ты все еще учишься поддерживать его, но мы здесь, чтобы помочь тебе. Тебе просто нужно позволить нам.

— Черт. Я тот самый хрупкий, требующий особого ухода, да?

Фарра рассмеялась.

— Ты только сейчас это понял? Послушай, если ты будешь отрицать то, что узнал о себе на Земле, это сожрет тебя изнутри. Но ты не можешь позволить этому доминировать над собой. Разделяй. Держи это в коробке, где этому место, и доставай, когда нужно. Я не говорю тебе ничего, чего бы ты не знал.

— Ты звучишь совсем как Арабель.

— Мы много говорили о тебе. Она хотела узнать о твоем мире и нашем времени там от кого-то другого, кроме тебя, чтобы лучше помочь тебе. И она помогла, даже если ты, может быть, сейчас этого не видишь. Но я вижу, так что тебе просто придется мне довериться.

Джейсон улыбнулся.

— Я могу это сделать. Ты уверена, что не поедешь с нами, когда мы покинем Римарос?

— У тебя есть сила портала, а я изобретаю магический телефон. Не похоже, что ты возвращаешься на Землю, а я не увижу тебя десятилетие. А значит, ты получишь еще много советов от меня, начиная с этого: не заставь этого парня Гектора бросить быть искателем приключений из-за психической травмы. Он не тот, кто вламывался в твой дом.

— Они взорвали там какую-то бомбу, — сказал Джейсон. — Пробили гигантскую дыру посередине.

— Они золотые ранги. Даже если они паршивые золотые ранги, они все равно могут швырнуть мусоровоз, как баскетбольный мяч.

— Ты смотрела много спорта на Земле?

— Нет, Джейсон. Там бегала куча гигантских, атлетичных мужчин в обтягивающих костюмах, и я подумала про себя: «это не для меня». Конечно, я смотрела много спорта. Пагода цела?

— Не совсем. Мне придется вернуть ее во флягу и воспроизвести заново.

— Не надо, — сказала Фарра. — Собирайся и уезжай сегодня вечером. Исчезни к рассвету. Давно пора тебе отправиться в путь и совершить те приключения, которые мы обещали тебе еще в Гринстоуне.

— Еще есть дела. Люди, которых нужно собрать. Я даже не решил, позволю ли королевской семье...

— Не позволишь. А что касается людей, которые едут с тобой, я дам им знать, чтобы они готовились. Если не захотят — езжай без них; они либо догонят, либо нет. Ты тот самый, требующий особого ухода, помнишь? Пусть они подстраиваются под тебя.

* * * Арена была огромным пустым помещением с полупрозрачными стенами, защищающими ряды стадионных мест. Частные ложи находились наверху, глядя вниз на действие. Внутри арены Софи начинала первую дуэль. Она метнулась в лес мечей, которые танцевали в воздухе сами по себе, стремясь поразить ее. Некоторые промахивались, другие отклонялись в сторону толчком плашмя по лезвиям рукой, ногой, предплечьем, коленом или голенью. Пространство искажалось в тонких, но важных колебаниях, заставляя удары, которые должны были достичь цели, безвредно проскальзывать мимо Софи.

Соперницей Софи была эльфийка с эссенциями меча, щита, мириад и арсенала. Ее боевой стиль сочетал мобильность с зачарованными мечами и щитами, которые летали вокруг нее, чтобы сражаться с врагом самостоятельно. Использование быстрых способностей для создания оружия давало ей время для произнесения более мощных заклинаний.

Множество щитов, создаваемых снова и снова, перемещались на путь Софи, когда она пыталась проскользнуть сквозь них со своей скоростью. В то же время Софи была обстреляна мечами, которые ей нужно было сбивать из воздуха. Они продолжали охотиться за ней, становясь все сложнее и сложнее по мере того, как создавалось все больше мечей.

К счастью для Софи, ее силы Сияющего кулака и Бессмертного кулака давали ей урон разрушительной силы и резонирующей силы соответственно, идеально подходящие для сокрушения жестких, зачарованных инструментов. Тем не менее, они накапливались быстрее, чем она успевала их разрушать.

Раннее преимущество было у эльфийки. Софи поначалу несколько раз уклонялась сквозь зачарованных защитников, чтобы атаковать ее, но удары Софи просто не наносили достаточного урона, и она была вынуждена неоднократно отступать от контратак. Эльфийка была скорее бойцом дальнего, чем ближнего боя, но никто с эссенцией меча не был слабаком в ближнем бою. С летающими мечами и щитами, изматывающими ее, Софи не могла долго продолжать атаку.

Количество мечей и щитов медленно росло, затрудняя Софи доступ к эльфийке с помощью чистой скорости, но у Софи были и свои козыри. Ее сила Облачного шага позволяла ей бегать по воздуху, как по твердой земле, и на короткие мгновения принимать туманную форму, делавшую ее почти неуязвимой для большинства видов урона. Ее сила Призрачного шага позволяла ей совершать короткие, мгновенные телепортации, оставляя после себя остаточные изображения, которые посылали атаки пространственными клинками, чтобы ослабить давление.

Софи также использовала силу искажения пространства. Она могла манипулировать пространством, чтобы уклоняться от казалось бы неизбежных атак, но там, где Джейсон также использовал свою силу, чтобы скрывать и обманывать, Софи вплетала искажения в свое вечно текучее движение. Добавление резких сдвигов к ее феноменальной скорости делало ее еще труднее предсказать и перехватить, при этом она парадоксальным образом никогда не казалась беспорядочной или разрозненной.

Джейсон присоединился к Королю Штормов, Сорамиру, Тренчанту Муру и Лиаре в ложе, по просьбе Сорамира. Король уже задал несколько острых вопросов о том, как Джейсон общается со своим облачным домом через магию защиты дворца, но, к удивлению Джейсона, Сорамир его осадил.

— Эта способность искажения пространства, которую она использует, — сказал Сорамир, наблюдая за Софи. — Это «Между каплями дождя»?

— Хороший глаз, — сказал Джейсон.

— Ее мастерство в этом внушает уважение. На самом деле, весь ее набор сил опасно ориентирован на навыки, но она делает это так, будто это легко. Ты нашел эту девушку ворующей в каком-то провинциальном городе-государстве?

— Был открытый контракт на ее поимку, — сказал Джейсон. — Как ни странно, мы встречались раньше, мельком. Друг друга. Как только стало очевидно, что здесь замешана какая-то грязная политика, превращение ее в искателя приключений показалось очевидным способом уладить это.

Лиара издала фыркающий смешок, несмотря на августейшую компанию.

— Ты единственный человек, который считает очевидным вытащить воровку, которую сам же поймал, из изолятора Общества искателей приключений, спрятать ее у Эмира Бахадира, из всех людей, а затем превратить ее в искателя приключений.

— Бахадира? — спросил король с нахмуренным видом.

— Он друг, — сказал Джейсон. — Я знаю, что он не суперпопулярен здесь.

— Она — отличная находка, — сказал Сорамир. — Я начинаю понимать, почему Роланд всегда был так увлечен стипендиями.

— Вы говорите о Роланде Реморе? — спросил Джейсон, имея в виду деда Руфуса алмазного ранга.

— Да. Его семья управляет школой. Он не перестает говорить об этом.

— Попробуйте превратить это в игру с выпивкой, — предложил Джейсон. — Его это не остановит, но так гораздо веселее.

Пока они разговаривали, дуэль внизу обострялась. Софи размылась, когда сила Вечного мига ускорила ее личный поток времени. Она использовала короткий момент субъективно застывшего времени, чтобы создать шторм из ветряных клинков, которые изверглись, когда время возобновилось. Каждый клинок взрывался при ударе, разбивая многие из зачарованных оружий. Это дало ей драгоценную передышку после того, как они угрожали подавить ее.

— Этот матч обещает быть весьма интересным, — сказал Сорамир. — Мисс Уэкслер становится сильнее по ходу дела, и я полагаю, что она наносит эскалирующий возмездный урон. Это что-то из ее эссенции баланса?

— Верно, — сказал Джейсон. — Она использовала камень пробуждения кармы, чтобы получить эту конкретную силу. Легендарный камень, но он не разочаровал. Ее противница, однако, интересна. Похоже, на нее все больше давят, но, похоже, она использует все эти зачарованные мечи и щиты, чтобы подготовить боевой ритуал. Что-то, чтобы перевернуть матч в один момент, я подозреваю.

— Ты заметил это? — спросил Сорамир с легким удивлением в голосе.

— Один из членов его команды довольно активно использует боевые ритуалы, Державный Предок, — объяснила Лиара. — Вполне вероятно, что мисс Уэкслер также распознала эту тактику.

— И все же она не начала идти на больший риск, чтобы попытаться закончить бой досрочно, — заметил Сорамир. — Ей следовало бы спешить закончить битву, прежде чем ее противница завершит ритуал, даже рискуя получить больший урон. Но она поддерживает свой медленно нарастающий темп.

— При всей своей скорости, — сказал Джейсон, — Софи делает все в своем собственном темпе.

— Это означает, что она либо не знает о ритуале, либо у нее самой есть что-то наготове, — заметил Сорамир.

— Софи использовала пару камней пробуждения момента, — сказал Джейсон. — Один из них дал ей ту силу самоускорения, которую она использовала, чтобы создать все эти ветряные клинки сразу. Другой дал ей силу, которую она еще не показывала.

Сорамир задумчиво постучал пальцем по губам, обдумывая силы, которые такой камень мог произвести из эссенций Софи. Это был длинный список, даже навскидку, но обстоятельства дали ему подсказки о том, что это могло быть. Его глаза заблестели, когда он сделал догадку.

— Миг единства?

— Вы знаете свои способности эссенций, — сказал Джейсон.

— Потребуется мужество и расчет времени, чтобы это провернуть, — заметил Сорамир.

— Я не волнуюсь, — сказал Джейсон. — Мужество и расчет времени — это ее конек.

Боевой ритуал внезапно сработал, и арена мгновенно наполнилась таким количеством зачарованных мечей, что невозможно было увидеть бойцов невооруженным глазом.

— Туман мечей, — сказал Сорамир. — Специализированные способности боевого ритуала эссенции чрезвычайно редки.

— Прокачивать эту штуку, должно быть, сущая головная боль, — сказал Джейсон. — Но усилия видны; она выбрала удачный момент. Сила ускорения времени Софи, возможно, позволила бы ей уклониться от всего этого, но ее враг позаботился о том, чтобы она была на перезарядке.

Мечи устремились вниз, слишком густые и слишком многочисленные для любого количества пространственного искажения, чтобы позволить Софи избежать их. Бесчисленные мечи врезались в нее, каждый взрывался при ударе. Они двигались с ослепительной скоростью, разработанной специально для того, чтобы поймать даже кого-то такого быстрого, как Софи. Вслед за силовыми взрывами, исказившими воздух, Софи осталась стоять невредимой, не удосужившись уклониться. Глаза ее противницы расширились, когда Софи моргнула, оказавшись прямо позади нее. Кулак Софи был размытым пятном, когда он достиг затылка эльфийки, только чтобы остановиться намертво, будучи пойманным рукой. От удара их одежда и волосы взметнулись, словно попав в шторм.

В ложе Джейсон посмотрел вниз на Сорамира, блокирующего удар Софи, а затем на теперь пустое место алмазного ранга.

— Мисс Уэкслер, — сказал Сорамир. — Если юная госпожа Драглунд не возражает, я объявлю вас победительницей.

Эльфийка была потрясена, как внезапным появлением Сорамира Римароса, так и взрывом, который произошел прямо у нее за головой.

— Никаких возражений, Державный Предок.

— Отлично, — сказал Сорамир. — Это был действительно прекрасный матч. Могу честно сказать, что вы — такая же превосходная пара воинов, какую можно найти на вашем ранге.

Эльфийка поклонилась.

— Спасибо за ваши добрые слова, Державный Предок. Это честь всей моей жизни.

— Вы — честь для своего дома, госпожа Драглунд. Вы когда-нибудь задумывались о переходе в гильдию Сапфировая Корона?

— Я очень довольна тем, где я есть, Державный Предок.

— Ну, нельзя винить старика за попытку, — сказал он, а затем повернулся к Софи.

— Я не буду пытаться завербовать вас, — сказал он ей. — Представляю, что вы, по крайней мере, не меньше проблем, чем ваш друг Асано.

— Я стараюсь.

— Судя по тому, что я только что видел, — сказал ей Сорамир, — вы стараетесь очень хорошо.

НЕХАРАКТЕРНАЯ ИСКРЕННОСТЬ

НЕХАРАКТЕРНАЯ ИСКРЕННОСТЬ

Мать Софи, Мелоди Джейн, подверглась воздействию искажающих разум эффектов Ордена Искупления. Она возглавляла местную фракцию ордена, пока ее не захватили и не заперли в облачном дворце, пока они искали способ отменить модификацию ее поведения. Ее месяцы скуки подошли к взрывному концу, когда комната, в которой она была заперта, яростно распалась.

Она проснулась в небольшом пруду, ее голова гудела. Она открыла глаза и увидела огромное количество разрушений над собой. Она все еще была в помещении, но что-то опустошило внутренности облачного здания Асано. Это уничтожило комнату, в которой ее держали, и сбросило ее вниз, в почти нетронутый атриум.

Она оказалась в водопадном пруду, который был центральным элементом атриума, но из-за повреждений вода больше не падала в него с верхнего уровня. Когда она поднялась на ноги, промокшая насквозь, она увидела, что вода сейчас вытекает из дыры на самом нижнем мезонинном уровне.

Мелоди была в атриуме лишь мельком до этого, сопровождая свою дочь, когда они разговаривали в местах более приятных, чем ее камера. Ее условия были далеко не некомфортными, но было что-то в открытом пространстве и естественном свете, что не могли компенсировать даже самые роскошные кровати. Она огляделась, ее глаза задержались на прозрачной стене, которая показывала широкий простор неба. Затем ее взгляд опустился вниз, к дверям.

— Это было бы не самым идеальным решением, мисс Джейн, — произнес строгий голос. Теневой фамильяр Асано появился из ее тени.

— Похоже, у твоего нанимателя тяжелый день, — сказала она Тени.

— Это вряд ли тяжелый день для мистера Асано, — сказала ей Тень. — День, когда вы встретили его, был тяжелым днем. Не в его топ-пять, но, возможно, топ-десять.

— Он чуть не умер в тот день.

— Да, — сказала Тень. — Почти. А теперь, если вы последуете за мной, пожалуйста?

— Что здесь происходит? — спросила она, следуя за теневым человеком.

— Какие-то золотые ранги вломились и взорвали какое-то устройство.

— Где они сейчас?

Ей ответили болезненные крики, доносившиеся сверху.

* * * — О боже, — сказал Сорамир, когда противник Руфуса вошел на арену из больших дверей в конце.

— Что такое? — спросил Король Штормов.

— Если я не ошибаюсь, этот молодой человек использует классическую комбинацию мастера меча: меч, быстрота, мастерство и адепт.

— А, — сказал король.

Джейсон заметил, что Лиара выглядит сбитой с толку.

— Это комбинация, используемая, возможно, величайшим фехтовальщиком в мире, — объяснил Джейсон.

— В чем проблема? — спросила Лиара.

— Этот парень собирается на дуэль с внуком того самого фехтовальщика.

— О боже.

* * * Различные магические способности приводили к разным телосложениям среди искателей приключений, хотя они проявлялись по-разному. Существовал своего рода стандарт — худощавая атлетичность чемпиона по легкой атлетике. Вариации приходили с силами, которые давали пользователям эссенций физическую доблесть выше их базовых атрибутов, и они не всегда проявлялись одинаково.

Гэри, Фарра и Нил имели сопоставимые уровни силы, но каждый выглядел по-своему. Гэри был сложен как пушистый пауэрлифтер, в то время как Нил был больше похож на бодибилдера, который не умеет правильно одеваться. Телосложение Фарры было более развитым, чем у среднего пользователя эссенций, оставаясь при этом достаточно стройным, чтобы она могла скрыть это под правильной одеждой. У нее не было и близко такого телосложения бодибилдера, каким щеголял Нил.

Пользователи эссенций, больше сосредоточенные на скорости, сохраняли здоровую атлетичность, но стремились к более гладким и гибким формам. Гибкое тело Софи было чем-то средним между нимфой и ножом, и у фехтовальщика, противостоящего Руфусу, было похожее ощущение. Его одежда и телосложение были легкими, и хотя меч на его поясе был саблей, его тело казалось таким же острым и заостренным, как рапира.

У Руфуса было стандартное телосложение для пользователя эссенций, из-за чего он все равно выглядел как олимпийский десятиборец. Как и его противник, он носил легкую броню, но с более жесткими панелями в зонах, которые могли позволить себе меньшую гибкость. Магические материалы все еще обеспечивали мобильность для полного использования его скорости и атрибутов серебряного ранга, но отказывались от абсолютной свободы движений, которую требовали более акробатические наборы сил.

Бледно-серые тона брони Руфуса контрастировали с его кожей цвета полночи и мечом, который он наколдовал в руке. Это был золотой ятаган с изящным красным свитком, выгравированным на лезвии. Он держал его опущенным у бедра, где воздух вокруг него воспламенялся золотым пламенем, которое вспыхивало на мгновение, прежде чем успокоиться, окутывая лезвие.

* * * — Интересно, поджигал ли он когда-нибудь свои штаны, делая это? — задался вопросом Джейсон, наблюдая за дуэлью из королевской ложи. Это было очень похоже на ложу владельца на спортивном стадионе, со смесью стоячих мест, сидячих мест и накрытым шведским столом. — Готов поспорить, поджигал. Как зовут этого другого парня?

— Глен 20, — сказала Лиара.

— Глен 20? — переспросил Джейсон. — Там, откуда я родом, это средство, которое распыляют после того, как сходят по-большому.

Все окружавшие его члены королевской семьи посмотрели в его сторону.

— Что? — спросил Джейсон. — Там, откуда я родом, меньше пользователей эссенций, так что туалеты — это гораздо более важное дело. В отличие от вас, даже богатым людям нужно знать об инфраструктуре, связанной с туалетами.

— Джейсон, — прошипела Лиара. — Перестань говорить «по-большому» перед королем.

— Почему? У него какой-то странный фетиш или что? Ваше Величество, я просто предполагаю, что у вас хороший поставщик кристаллов для очистки.

— Возможно, мистер Асано, — сказал Сорамир, — вы могли бы сосредоточиться на дуэли перед нами.

— Они все еще просто пялятся друг на друга, как персонажи аниме.

— Тогда как насчет того, чтобы прекратить говорить о туалетах, закрыть свой чертов рот и проявить хоть каплю уважения, пока вы тихо ждете? — сказала Лиара мягко, но сквозь стиснутые зубы. Это привлекло к ней все взгляды, но Джейсон тихо переместился к передней части ложи, встав рядом с Лиарой, когда он выглянул наружу. Он активировал небольшой экран приватности, чтобы включить в него только их двоих.

— Так лучше? — спросил он легко.

— Ты не помогаешь моему положению в королевской семье, Асано. Ты плохо влияешь.

— И все же, вот ты здесь, рядом с королем и его пра-пра-каким-то там дедом.

— Строгий Джейсон, помнишь?

— Да, я завязал с этим. Строгий Джейсон нужен для убийства людей, так что тебе действительно не стоит просить о нем. К тому же, он своего рода придурок, хотя обычный Джейсон говорит в третьем лице, так что, полагаю, есть свои плюсы и минусы.

— Почему ты всегда такой?

— Почему люди, участвующие в репрессивных системах управления, всегда ведут себя так, будто излишняя непринужденность — это какое-то тяжкое преступление?

— О, просто заткнись.

— Есть, госпожа.

Лиара сверкнула на него глазами.

— Ты и Базеф, — спросил он. — Это что-то вроде открытых отношений?

— Асано, я была следователем Общества искателей приключений дольше, чем ты живешь, поэтому, когда я говорю тебе, что спрячу твой труп там, где магия его не найдет, тебе очень стоит мне поверить.

* * * Как и Руфус, его противник был человеком. Гленн подался вперед, почти как спринтер на стартовых колодках. Он и Руфус смотрели друг на друга в тишине, которая длилась целую минуту, затем вторую и третью, ни один из них не шелохнулся даже на дрожь. Затем голос разнесся по арене.

— ...просто коснуться этого кристалла, верно? — прогремел голос Джейсона.

— Отойди от этого, — последовал голос Лиары.

— Они просто стоят! Давай уже, Руфус, ты дурень! У меня нет всего...

Голос Джейсона оборвался, но зрители и противник Руфуса смотрели в сторону королевской ложи. Стюарды выпроваживали Джейсона, а следом шла сердитая принцесса.

— Это тот человек, о котором все говорят? — спросил Гленн Руфуса.

— Ага, — сказал Руфус с ухмылкой. — Хорошо, что он вернулся.

* * * — ...победил весь смысл упражнения и испортил мою репутацию, пока ты этим занимался, — ругалась Лиара, ведя Джейсона в ложу, где были его компаньоны.

— Я же говорил, что это не сработает, — сказал Нил, поворачиваясь при их появлении вместе с остальными друзьями Джейсона. — Я постоянно это говорил, но кто-нибудь меня слушал? Нет, не слушали. Нам следовало просто улизнуть ночью.

— Он не ошибается, — сказала Фарра.

— Не ошибается? — спросил Нил. — Ты не можешь просто сказать, что я прав?

— Кажется, это создаст плохой прецедент, — сказала ей Фарра.

— Они еще не начали драться? — спросил Джейсон, глядя в стеклянную стену.

— Нет, — сказала Фарра. — И что ты делал с Лиарой?

— То, как он обращается со мной, вторично по сравнению с тем, как он продолжает проявлять неуважение к королевской семье.

— Я не чувствую, что это позитивные отношения с их стороны, — сказал Джейсон.

— У тебя вообще нет уважения к концепции королевской власти? — спросила Лиара.

— Нет.

— У него нет.

— Даже немного.

— Я республиканец, бро.

— Ты республиканец? — недоверчиво спросил Трэвис у Тайки.

— Австралийский республиканец, — пояснил Тайка. — Это значит, что я хочу перестать использовать чужую королеву как заемную.

— То, что они сказали, — согласился Джейсон. — Ты что, не читала мое досье от корки до корки? Это должно было быть там.

— Там упоминались проблемы с авторитетами, — сказала Лиара. — А не какой-то антимонархический настрой.

— Это такое же значительное преуменьшение, как я когда-либо слышал, — сказала Фарра.

— Боги и великие астральные сущности делают его своим личным врагом, — отметил Хамфри. — Что ему еще сделать, нанять глашатая?

— Я уважаю людей по одному за раз, Лиара, — сказал Джейсон. — Я уважаю тебя. Но если бы твоя семья оставила меня в покое, я был бы сейчас в своем доме, который не был взорван, и не думал бы о твоей семье ни секунды.

— Асано, это не просто какая-то игра.

— Да, Лиара, — сказал он, и веселье в его голосе сменилось усталостью. — Это так.

— Мы говорим об одном из самых выдающихся королевств в мире, — сказала она.

— Да, — согласилась Фарра. — И пока ваша аристократия боролась за крохи влияния, Джейсон сражался, чтобы спасти свой мир и отразить захватчика, идущего за этим. Что для него одно королевство?

Лиара вздохнула, ее плечи опустились.

— Асано, неужели тебе действительно повредило бы держать язык за зубами и делать то, что тебе говорят, хотя бы одну чертову ночь?

— Да, — сказала Арабель, поворачиваясь оттуда, где она тихо сидела, наблюдая за своим сыном на арене внизу. — Да, повредило бы. Расскажи доброй принцессе почему, Гарет.

— С того момента, как его затянуло в этот мир, — сказал Гэри, — Джейсону говорили склониться перед властью. Если бы он когда-нибудь это сделал, он был бы мертв, я был бы мертв, и большинство людей, которых я люблю, были бы мертвы. Если вы когда-нибудь увидите, как Джейсон склоняется, принцесса, вам стоит начать бежать, потому что он, вероятно, собирается убить всех. И я думаю, мы все уже знаем, что одного того, что он серебряного ранга, его не остановит.

— Я видела, как он это делает, — добавил Тайка. — Часть про «убить всех», а не про склонение. Он сделал это по телевизору.

— Это как записывающий кристалл, который может смотреть весь мир, — объяснила Фарра. — И все смотрели.

— Он суперзвезда в моем мире, — сказал Тайка. — Спорная, конечно, но звезда.

— Вы просили определенную версию Джейсона, — сказала Арабель, — как будто он другой человек. Но это не так. Та часть его, которая держит тех людей в его облачном доме прямо сейчас, — это часть его, так же как Лиара Римарос и принцесса Лиара — части вас: разные, но части целого. Вот почему принцесса Лиара недовольна тем, как все идет, в то время как Лиара Римарос признает, что Джейсону было бы гораздо лучше, если бы вы и ваша семья оставили его в покое. Возможно, вам стоит сделать это сейчас и позволить возобладать здравому смыслу, чтобы мы могли обсудить это позже.

— Это... здравый совет, — признала Лиара. — Я найду тебя у твоей пагоды после того, как все закончится, Асано. Я хочу посмотреть, кто эти люди, которые охотятся за тобой.

Джейсон кивнул в знак подтверждения, и она ушла.

— Спасибо, — сказал Джейсон, его голос немного дрогнул. — Я почти забыл, каково это — когда люди заступаются за тебя.

— Чтобы было ясно, я — нет, — сказал Нил со шведского стола. — Я думаю, тебе следовало помолчать и согласиться хоть раз.

— Разве не ты был тем парнем, который все время говорил, что это не сработает? — спросил его Трэвис.

— Кто-то в этой команде должен быть разумным. Вот почему я дал всем понять, что я буду прав — что я и был — а затем принял реальность и взял максимум от этого шведского стола.

— Удивлен, что они так быстро все организовали, — сказал Джейсон. — Эти дворцовые стюарды не бездельничают.

— Они очень достойны восхищения, — согласилась Тень из тени Джейсона.

— Полагаю, из-за спешки здесь не так много еды, по сравнению со столами в бальном зале.

— О, там было полно, — сказала Фарра, глядя на Гэри.

Джейсон вздохнул. — Если позволите мне момент нехарактерной искренности, я хотел бы поблагодарить вас. На Земле это были мы с Фаррой против всего мира, чаще всего, и я едва выбрался целым. Я до сих пор не совсем уверен, что выбрался. Мы оба были на грани.

— Ты больше, чем я, — уточнила Фарра, и Джейсон рассмеялся.

— Да, я больше, чем ты. Я забыл, каково это — иметь целую семью, которая заступится за тебя перед кем угодно, при любых обстоятельствах. Думаю, я пытаюсь поблагодарить вас всех за то, что напомнили мне об этом сегодня вечером.

Гэри отошел от стола с едой, чтобы заключить Джейсона в медвежьи объятия.

— О, эй, — сказал Клайв. — Руфус наконец начал драться.

— О, дуэль, — сказал Тайка. — Я совсем забыл, зачем мы здесь.

ЕДИНСТВЕННАЯ РАНА, КОТОРУЮ МОЖНО ПО-НАСТОЯЩЕМУ ПОЛУЧИТЬ

ЕДИНСТВЕННАЯ РАНА, КОТОРУЮ МОЖНО ПО-НАСТОЯЩЕМУ ПОЛУЧИТЬ

Захват Джейсоном системы оповещения арены разрушил напряжение между Руфусом и его противником, Гленном Твенхеем. Однако после того, как они увидели, как Джейсона выпроваживают, они вернулись к тому, чтобы пялиться друг на друга. Это было больше, чем просто оценка другого по телосложению, одежде и языку тела. Их ауры столкнулись, как у фехтовальщиков. Каждый искал брешь, которая дала бы преимущество в начале боя, или даже раскрыла бы немного дополнительной информации, которая могла бы стать разницей между победой и поражением.

— Мне следовало двигаться, когда твой друг отвлек внимание, — сказал Гленн.

— Не помогло бы, — сказал Руфус. — И мне жаль того, что сейчас произойдет. Но ты же знал, кто мой дед, когда выбирал меня в качестве противника, не так ли?

— Знал. Гектор пытался отговорить меня, но я настоял.

Руфус кивнул. — Я знаю это чувство. Потребность доказать себе что-то, только чтобы быть разобранным противником, которого ты недооценил.

— Кто сказал, что я недооцениваю тебя?

Вместо ответа Руфус использовал свою силу ускорения скорости. Все, казалось, замерло, когда его субъективный поток времени опередил окружающий мир. Он использовал это время, чтобы сократить дистанцию между ними, оставляя за собой след света. Время оттаяло, и он врезал Гленну ударом головы, даже не подняв свой золотой меч. Гленн понял, что Руфус сжег силу с долгой перезарядкой, чтобы просто похвастаться, так как удар головой был ничем для серебряного ранга. Простая неожиданность этого ошеломила его больше, чем урон.

Гленн активировал свою собственную силу ускорения времени, но ему не нужно было использовать ее, чтобы сократить разрыв, так как Руфус сделал это за него. Руфус, казалось, замер, стоя со своим серебряным мечом у бедра, и Гленн использовал трюк, как у Софи. Атаки, совершенные во время ускоренного потока времени, были бы почти безвредны, поэтому он создал большое количество снарядов в виде волн клинков, которые были готовы к запуску, как только возобновится нормальное время. Только когда ускорение подходило к концу, он заметил проблему.

— Погоди, серебряный меч?

У Руфуса была эссенция слияния затмения. Она определяла то, как он сражался как с помощью специфических сил, таких как золотые и серебряные мечи, которые он мог наколдовать, так и с помощью общей темы его боевого стиля. Он переключался между тремя боевыми режимами, основанными на солнце, луне и затмении. Солнечное состояние было построено вокруг скорости и наступательных способностей, в то время как лунное — вокруг неуловимости и скрытности. Состояние затмения предлагало мощные, но кратковременные баффы или мощные добивающие приемы.

Каждое состояние было комбинацией того, как он сражался, как двигался и какие силы использовал, некоторые из которых предлагали разные преимущества в зависимости от того, в каком состоянии он находился.

Его способность Свет солнца, тень луны была одной из нескольких, которые предлагали разные эффекты в зависимости от его текущего состояния. В лунном состоянии она могла сделать его неосязаемым на короткий момент. Когда масса волн клинков Гленна выстрелила в Руфуса, они прошли прямо сквозь него. Неосязаемость длилась всего несколько секунд, но Руфус активировал ее как раз перед тем, как Гленн замедлил время, гарантируя, что она будет активна, когда способность Гленна закончится и его атака будет запущена.

* * * — Это было сделано красиво, — заметил Король Штормов. — Удача?

— Вряд ли, — сказал Сорамир. — Эссенция быстроты — фаворит среди ориентированных на навыки искателей приключений ближнего боя. Силы ускорения личного времени очень распространены, даже если не охотиться за ними с помощью специфических камней пробуждения. Даже магические мастера меча, которые выбирают другие эссенции, получают их. Мальчик Ремор получает свою от эссенции солнца.

— А я получаю свою от молнии, — сказал король. — Вы хотите сказать, что Ремор предсказал как то, что у его врага будет эта способность, так и то, что он использует ее в этот момент.

— Да.

— Тогда это была удача. Он мог легко ошибиться.

— Да, но его шансы были не так плохи, как кажется. Это битва за репутацию. Сжигая одну из своих самых мощных способностей, чтобы совершить атаку, которая была не более чем заявлением, Ремор выманивал своего противника. Все началось, когда они говорили перед боем. Затем Ремор проигнорировал Твенхея своим первым ходом. Он, по сути, говорил своему противнику, что может выбросить ключевые способности и все равно победить.

— Понимаю, — сказал король с кивком. — Твенхей хотел показать Ремора, используя ту же способность, чтобы показать ему — и всем нам — что он заслуживает того, чтобы его воспринимали всерьез. Особенно внуком человека, который стоит на вершине комбинации эссенций Твенхея.

— Именно, — сказал Сорамир. — Вместо этого его снова переиграли, что, по-видимому, задало тон.

* * * Гленн был человеком, и его способности эссенций отражали это. Его набор сил был очень силен в нападении, особенно в специальных атаках. Это очень хорошо вписывалось в этос искателей приключений Римароса об ультраспециализации, так как он был чистым ударником. Наличие такого количества агрессивных вариантов в его распоряжении означало, что он мог адаптировать подход своего нападения к врагу, с которым сталкивался. Если один подход не работал, он мог переключиться на другой. С чем он никогда раньше не сталкивался, так это с ситуацией, когда ни один из его подходов не работал.

Преимущество использования одной из самых распространенных и хорошо изученных комбинаций эссенций на планете заключалось в том, что ее было легко оптимизировать. Стратегии по развитию более специфических наборов сил и синергий были более доступны. Адаптация набора сил никогда не была идеально надежным начинанием, но с общей комбинацией, состоящей из эссенций обычной редкости, это было надежнее, чем большинство других.

Недостаток этого подхода заключался в том, что у него были слабости его сильных сторон. Противник, знакомый с этими стратегиями и техниками, имел бы, даже не видя, твердое представление о том, по крайней мере, общих подходах, которые использовал бы такой пользователь эссенций.

Руфус много говорил о том, как его семья управляет школой, но Джейсон никогда не понимал всей полноты того, что это значит, или почему это было таким источником гордости. Академия Ремор изучала методологию искателей приключений по всему миру. Это помогало им обучать студентов, которые приезжали со всего мира, а также готовить своих студентов к тому, с чем они столкнутся в своих путешествиях.

Студенты Академии Ремор были отпрысками международных торговых гильдий, знаменитых семей искателей приключений, аристократами и даже королевскими особами. Академия гордилась тем, что готовила этих студентов ко всему, с чем они могли столкнуться. Это могла быть сложная дипломатическая ситуация во дворце, мрачная попытка покушения на отдаленной дороге или ожесточенная битва против небесных пиратов.

Руфус был больше, чем просто бенефициаром учений академии своей семьи. Он видел все виды искателей приключений с тех пор, как был достаточно взрослым, чтобы его носил на руках отец. Самым важным для его текущей ситуации было то, что Руфуса обучал фехтованию лично величайший фехтовальщик в мире.

Гленн был исключительно умел. Его мастерство заключалось не только в технике владения мечом и способностях эссенций, но и в использовании их в сочетании для результатов, больших, чем каждое из них достигло бы по отдельности. Его эффективность была жесткой, а тактика строилась на веках совершенствования, переданных мастерами истории. Этого было недостаточно. Каждая тактика, которую использовал Гленн, каждая способность, которую он доставал, была не только чем-то, что Руфус видел, но и против чего много практиковался. Руфус знал методы мастеров меча и знал, как им противостоять.

Гленн был очень хорош и заслуживал своего места в престижной гильдии, но чем больше они сталкивались, тем меньше Руфус видел в нем противника. Гленн, в глазах Руфуса, все больше становился набором недостатков, нуждающихся в исправлении. Поскольку его семья управляла школой, Руфус сделал то, что умел: он провел урок.

Используя свое солнечное состояние, Руфус оказывал давление на Гленна, выманивая техники и провоцируя контратаки, которые он разбирал одну за другой. Когда Гленн стрелял волнами клинков, которые отслеживали их цель, Руфус переключался в лунное состояние, где его нельзя было отследить. Клинки стреляли вперед вслепую, попадая в стены или пол. Когда Гленн включал специальные атаки в свое фехтование, Руфус замечал индикаторы и уклонялся, блокировал или контратаковал по мере необходимости.

Гленн становился все более разочарованным, так как его тактика разбиралась на глазах у высшего общества Римароса. Мастера гильдий и главы дворянских домов наблюдали, как Руфус разбирает его способности, как часовщик, разбирающий неисправные часы. Он был на самой большой сцене в своей жизни, только для того, чтобы каждый аспект его мастерства как искателя приключений был вытащен наружу и признан недостаточным.

В качестве последней, отчаянной стратегии, Гленн отступил от Руфуса и сделал паузу.

— Ты был бы готов попробовать что-то немного другое? — спросил Гленн.

— Я ждал чего-то немного другого всю эту битву, — сказал ему Руфус.

Гленн вложил меч в ножны, развязал пространственный мешочек, привязанный к поясу с зельями, чтобы он не болтался, и вытащил два ошейника. Они были с мягкой подкладкой, но все равно явно были ошейниками подавления.

— Чистое фехтование, — сказал Гленн. — Никаких сил. Насколько хорош ты против того, насколько хорош я.

Руфус моргнул от удивления.

— Скажу так, — сказал он. — Это первый раз с тех пор, как мы вышли сюда, когда ты сделал что-то, чего я действительно не ожидал.

Руфус протянул руку, и Гленн бросил ему ошейник. Руфус открыл свой пространственный мешочек и достал меч, так как не мог использовать свои зачарованные. Это был ятаган, но простой по сравнению с теми, которые он мог создавать с помощью магии.

— Если хочешь что-то получше, я могу одолжить тебе, — предложил Твенхей.

— Этот меч был создан специально для меня моим лучшим другом в мире. У тебя нет ничего лучше.

— Дружба — это хорошо, мистер Ремор, но не позволяй ей ослепить тебя перед тем фактом, что твой друг — никчемный кузнец.

Руфус улыбнулся.

— Мой дед давал мне всевозможные хорошие советы на протяжении всей моей жизни, — сказал он. — Например, однажды он сказал мне, что если кто-то провоцирует тебя, то позволь ему. Но вместо того, чтобы злиться и позволять этому затуманить твое суждение, позволь этому забрать твое милосердие, когда ты спокойно разберешь их на части. Я собирался зайти только так далеко, юный мастер Твенхей, но внезапно обнаружил, что у меня дефицит милосердия.

Гленн улыбнулся в ответ, надевая ошейник подавления, и Руфус сделал то же самое.

— Просто чтобы ты знал, мистер Ремор, мой инструктор по фехтованию учился в вашей академии. Его тренировал лично ваш дед, и он потратил десятилетия на разработку контрприемов к его боевому стилю.

— Это Аер Уик, о котором ты говоришь? — спросил Руфус, вызывая удивленное выражение у Гленна.

— Ты знаешь о нем?

— Это была догадка. Многие люди разрабатывают контрприемы к стилю моего деда, и Уик как раз подходит по возрасту и месту. Моему деду довольно нравится, что они это делают, так как трудно совершенствовать его стиль, пока проходят столетия. Он показал мне контрприемы, которые разработал твой инструктор по фехтованию. Они были... ну, лучше не быть грубым. Я заметил, что ты пытался использовать их в наших ранних столкновениях, поэтому я был так удивлен, что ты выбрал этот путь.

— Это было с примесью сил, — сказал Гленн. — Посмотрим, как ты справишься, когда у тебя есть только техника.

— Да, — согласился Руфус, его глаза скользнули по аудитории. — Я собираюсь сделать на этом акцент.

Он поднял свой ятаган.

— С этим мечом.

* * * Джейсон стал очень, очень хорош с мечом. Руфус помог ему взять книги навыков, содержащие Путь Жнеца, и сделать технику своей собственной. После невероятного количества сражений, через которые прошел Джейсон, диких, отчаянных и странных, опыт действительно позволил ему стать мастером меча.

Техника против техники, Гленн победил бы Джейсона. Было только ограниченное время на практику, и боевые техники не были такими центральными для его способностей, как для Софи или Руфуса. Боевой стиль Джейсона замысловато вплетал его магические силы в его боевые искусства, наряду с мобильностью и тактикой перестрелок. Он был ниндзя-чернокнижником, а не фехтовальщиком. Стратегия Гленна по исключению сил из уравнения принесла бы ему победу над Джейсоном без вопросов.

Руфус был не Джейсоном, и была причина, по которой Руфуса считали будущим семьи Ремор. Они знали талант и взрастили его, с тренировками и возможностями, которые они тщательно проектировали, чтобы он видел как успех, так и неудачу. Когда он пошел своим путем, у Руфуса были неудачи.

Хотя они не навязывали ему свои ожидания, Руфус знал, что его семья ожидает великих вещей. Ответственность давила на него, и потеря Фарры и Джейсона несколько выбила его из колеи. Но жизнь искателя приключений была долгой, а его семья была терпеливой. Они не вмешивались, когда он переключился с приключений на преподавание. Только его мать вмешалась, и даже у нее была легкая рука.

Возвращение Джейсона и Фарры принесло с собой медленные перемены в Руфусе. Он не был уверен, что ждет его в будущем, будь то преподавание или приключения, и то и другое или ничего из этого, но он знал одно: он больше не подведет своих друзей. За время своего пребывания в Римаросе Руфус взял основы тренировок, которым учил Джейсона, и следовал им с неумолимой решимостью. Он оттачивал свои навыки, нагружал свое тело и брал контракт за контрактом, которых в изобилии предлагал всплеск монстров.

Тяжесть того, через что прошел Руфус, отличалась от того, что сделал Гленн. Он был не похож на то, кем стал бы Руфус, если бы никогда не покинул Витесс, никогда не чувствовал настоящего отчаяния и никогда не чувствовал последствий полного провала. Гордость и амбиции, которые двигали им, были легким бризом перед яростным штормом решимости Руфуса.

* * * — Что он делает? — спросил Клайв. — Почему он не заканчивает?

— Не знаю, как вы называете это здесь, если у вас вообще есть такая практика в какой-либо культуре этого мира, — сказал Джейсон. — Там, откуда я родом, это обычно называют «считать ку». Ты касаешься врага, не причиняя ему вреда, чтобы доказать, что мог бы победить его. Это способ собрать престиж или унизить врага, заставив его признать поражение. Руфус уже показывал, насколько он лучше этого парня, но думаю, что оскорбление твоего меча переполнило чашу терпения, Гэри.

— Хорошо, — сказал Гэри. — Нет ничего плохого в простом, надежном оружии. Не обязательно делать его вычурным.

Джейсон взглянул на ножны на своем бедре.

— Это твоя вина, — сказал Гэри, проследив за взглядом Джейсона. — Твоя связь душ заставила его стать странным.

— Делать вещи странными — это по моей части, — сказал Джейсон, вызвав согласные кивки со всех сторон.

* * * — Я сдаюсь, — сказал павший духом Гленн. Он стоял перед Руфусом, плечи опущены, а стойка испорчена истощением, пока его меч свисал из руки. Руфус стоял небрежно, его меч был направлен в землю.

— Я даже не коснулся тебя краем своего лезвия, — сказал Руфус. — Ты собираешься уйти без единой царапины на себе?

— Тебе не нужно было делать это таким образом, — сказал ему Гленн.

— Ты не собираешься продолжать сражаться? А как же гордость твоей гильдии? Твоего инструктора по фехтованию? Твоего дома? Ты собираешься бросить все это на землю?

— Почему ты это делаешь? — спросил Гленн, его голос звучал умоляюще.

— Мы не просили об этом, — холодно отрезал Руфус. — Я не приводил нас сюда. Вызов Гектора де Варко превратил нас в точильный камень для его дома и гильдии, чтобы отточить их репутацию. Победа над тобой не причинит тебе вреда. Унижение — единственная рана, которую можно по-настоящему получить. А теперь, если позволите, мне нужно отнести свой меч в ремонт.

Руфус поднял свой клинок, вглядываясь, проверяя его на наличие зазубрин и вмятин.

— О. Похоже, мне не нужно.

* * * Джейсон и его компаньоны ждали, спокойно сидя, когда Руфус вернулся в ложу.

— Это было потрясающе, — сказал Трэвис. — Я знаю, что мы знакомы не так давно, но ты полностью просветил этого парня. И Джейсон говорил мне, что вся твоя семья дерется так? Тебе стоит открыть школу.

Руфус нахмурился в замешательстве.

— Моя семья действительно управляет школой, — сказал он. — Я думал, я говорил тебе эт...

Он замолчал, когда Трэвис достал стопку из пространственного мешочка на поясе. Все остальные в комнате, кроме самого Руфуса, сделали то же самое и осушили свои стопки. Руфус принял обиженное выражение лица, его глаза остановились на Арабель и пустой стопке в ее руке.

— Мам, ты тоже?

ЛЮБИМЧИК МАТЕРИ

ЛЮБИМЧИК МАТЕРИ

— Хамфри меньше всего из вас четверых подходит для дуэлей, — оценил Нил, наблюдая, как Хамфри выходит на арену.

За пять лет, прошедших с момента его первого прибытия на Паллимустус, Джейсон получил массу тренировок и опыта, что позволило ему овладеть собственным набором сил. Но когда дело доходило до групповой тактики, Джейсон не мог сравниться с тем образованием, которое всю жизнь получали такие люди, как Нил, Хамфри и Руфус. Понимание общей картины требовало исчерпывающих инструкций по способностям эссенции, ролям, тактике и стратегии, которые нельзя было заменить книгами навыков или боевым опытом. Это требовало активного руководства и наставничества, на которые у Джейсона никогда не было ни времени, ни возможности. Его тренировки с Руфусом, Фаррой и Гэри были отчаянной попыткой впихнуть в него основы жизни искателя приключений.

Нил, с другой стороны, был одним из немногих искателей приключений в Гринстоуне, кто прошел через подобное обучение. Семьи Дэвон и Мерсер вступили в сговор, чтобы объединить его с Тадвиком Мерсером в раннем возрасте, предоставив Нилу те же возможности, что были у Тадвика и его сестры Кассандры. Нил, в отличие от Тадвика, который растратил их впустую, использовал эти возможности по максимуму, как и Кассандра.

Как целитель, Нил всегда присматривал за командой более целостно, чем любой другой ее участник. Это делало его понимание стратегий и тактики команды столь же всесторонним, как и у Хамфри, который был главной движущей силой их разработки. Поэтому он был полностью квалифицирован, чтобы оценивать шансы членов своей команды в различных обстоятельствах.

— Хамфри настроил себя на то, чтобы быть очень ориентированным на команду, — объяснил Нил людям в смотровой ложе, которые не входили в их команду. — Он развил свой боевой стиль, свою тактику и свое снаряжение вокруг работы с группой. Сокращение времени восстановления у Белинды, мои усиления, восполнение маны Клайвом; многие наши основные тактики сосредоточены на поддержке Хамфри, в то время как он все больше фокусируется на том, чтобы извлечь максимум из этих преимуществ. Нельзя сказать, что он не силен в одиночку, но он пожертвовал частью своей индивидуальной силы, чтобы стать надежным якорем нашей команды.

— Он — черный лев, — сказал Джейсон.

— Черный лев? — переспросил Нил. Он и остальная часть команды были сбиты с толку и проигнорировали бы Джейсона, как обычно, если бы не Тайка и Трэвис, кивнувшие в знак согласия.

— Это имеет смысл, бро.

— Ты хочешь сказать, что он силен сам по себе, — произнес Трэвис, — но он не Вольтрон.

— Вот именно, — сказал Нил. — Никаких людей с Земли, иначе это превратится в катастрофу.

— Думаю, проблема в том, — сказала Белинда, — что Хамфри недостаточно эгоистичен. Он не гонится за славой, в отличие от некоторых других членов команды, участвующих в этих дуэлях.

— Эй, — возмутился Джейсон.

— О, пожалуйста, — сказала Фарра. — Твоей первой идеей о том, как исследовать магию в твоем мире, было притвориться ангелом и исцелять верой в детской больнице. Даже не пытайся притвориться, что ты не большой, выпендрежный любитель внимания.

— А я помню, какой ты была во времена боев в клетках, — сказала Белинда, обращаясь к Софи.

— Театральность — часть аренных боев, — ответила Софи. — Никто не любит скучного гладиатора. Но я бы не стала недооценивать Хамфри только потому, что он не заботится о том, чтобы устраивать шоу.

— Она права, — сказал Руфус. — Джейсон, твои навыки совершили скачок за те несколько лет, что мы знакомы, но ты не понимаешь, насколько глубоко заходит обучение семьи Геллер. Хамфри тренировался дольше, чем может помнить. Он искатель приключений до мозга костей, и глубина этого проявляется только тогда, когда начинаешь снимать слой за слоем. Когда семья Геллер тренирует своих людей справляться с необычными ситуациями, они так же прилежны, как и в тренировках для повседневной деятельности. Возможно, даже больше. Они знают, что именно крайние случаи могут стоить тебе жизни.

— Не говоря уже о том, что вся наша команда построена на том, чтобы справляться с этими крайними случаями, — отметил Клайв.

— Это не совпадение, — сказал Руфус. — Вся ваша команда разит методологией семьи Геллер, и это далеко не уникально. Есть причина, по которой люди стремятся попасть в команду с Геллером, прошедшим их программу обучения в Гринстоуне. Если бы Рик Геллер объявил на этом балу, что набирает нового члена команды, его бы завалили заявками от лучших семей Римароса.

— И не забывайте, что семья Геллер безумно богата, — добавил Гэри. — У него есть целые комплекты снаряжения для перекалибровки своих стратегий. Не так много, как у Линди, но много. Я сам сделал часть этого снаряжения.

* * * Хамфри стоял в своих призванных доспехах, которые все больше напоминали естественную форму Сташа, по сравнению с версией силы более низкого ранга. Чешуйчатая броня была великолепна, с переливающейся радужной чешуей, словно лоскутное одеяло из опалов. Пять синих кристаллов парили вокруг него, светясь внутренним светом, пока они восполняли его ману. Он еще не призвал ни одного из мечей, которые мог создать.

— Хамфри Геллер, — представился он.

Его противник был одет в странную одежду с многочисленными складками, в которой, казалось, было неудобно сражаться.

— Они называют меня Охотником на дым.

— Окей, — сказал Хамфри, невозмутимо. От мелодраматичности алхимика у него возникло ощущение, будто он снова встретил Джейсона в начале их знакомства. — Ты охотишься на дым? Я не знал, что его так трудно найти.

— Это не то, что это значит.

— Некоторые люди используют дым как сигналы. Из-за того, что его легко увидеть издалека. На самом деле, большинство людей избегают использовать дым, когда на них охотятся, именно потому, что это облегчает их поиск.

Хамфри не любил пустую болтовню. Ему нравилось сражаться с монстрами, а не с людьми, но мать все равно вбила ему в голову преимущества того, чтобы вывести противника из себя. Поэтому, оказавшись на дуэли, он изо всех сил старался подражать Джейсону.

— Посмотрим, что ты скажешь о моем дыме, когда будешь задыхаться в нем!

Охотник на дым выхватил из воздуха шприц и вонзил его себе в ногу. Его тело немедленно изменилось, и Хамфри понял, с чем столкнулся. Его тело росло, и предназначение его необычной одежды стало понятно, когда она расширилась, чтобы приспособиться к его росту. Складки расправились, ремешки проскользнули через пряжки, и свободный, скомканный наряд превратился в облегающую легкую броню. Он стал в два раза выше и в полтора раза шире, чем был мгновение назад.

Противник Хамфри был алхимиком, хотя и сильно отличался от парня Белинды, Джори. Это был полноценный боевой мастер, который стремился победить Хамфри в его же игре — нанесении взрывного урона в стиле «высокий урон, низкая выносливость».

Боевые алхимики встречались редко, особенно не вспомогательные варианты, которые вступали в прямой бой, поэтому было необычно видеть такого на дуэли. Хамфри, напротив, был самым ортодоксальным членом своей команды, и только Нил был хоть сколько-нибудь близок к нему. Это означало, что набор сил Хамфри, как и у противника Руфуса, не содержал множества сюрпризов в его арсенале. Однако у него было несколько козырей, и ему нужно было использовать их грамотно. В противном случае предсказуемость стала бы определяющим фактором в этой дуэли, как и в предыдущей.

Пропорции алхимика стали менее человеческими и более сгорбленными. Его руки стали больше, а конечности длиннее. Кожа стала кожистой, приобретя комковатый зеленый цвет крокодиловой шкуры. Усиленные заплатки на его броне выглядели поразительно похоже на его новую кожу. Однако он не выглядел неуклюжим из-за трансформации. Хамфри оценил, что он все еще был гибок для своих размеров, как животное, готовое к прыжку.

Трансформация с помощью алхимии была редкой специализацией, но также и знаменитой. Она выделялась среди всех вариантов воинов, магов и убийц и делала персонажей популярными злодеями в историях. Она была сосредоточена на силах, требующих алхимических катализаторов для производства экстремальных трансформаций, где природа и сила катализатора определяли результат. Хамфри не сомневался, что его противник пошел на максимальную мощь ценой максимальных побочных эффектов в последствии.

Алхимик поставил все на кратковременный всплеск силы, что было чистой ультраспециализацией в стиле Римароса. Это был фантастический выбор для дуэли или в качестве козыря для команды, достаточно большой, чтобы не заметить их отсутствие во время простоя.

В противовес подходу Римароса выступал Хамфри, который был преданным и практичным искателем приключений. Его обучение в стиле Витесса было сосредоточено на том, чтобы прикрыть все тылы, чтобы не быть застигнутым врасплох. Это работало гораздо лучше в универсальной тактике, которую предпочитала его команда, чем в командах Римароса, которые любили строиться вокруг поддержки одного специалиста.

Хотя команда Хамфри могла использовать похожий подход, обычно сосредоточенный на самом Хамфри, они никогда не сравнялись бы со стандартом Римароса в этом отношении. В этом смысле они были похожи на Джори по сравнению с этим алхимиком — это было то, что они могли делать, но не так хорошо, как те, кто действительно на этом специализировался. Дуэль Хамфри была микрокосмом стилей приключений Римароса против Витесса, и его противник имел преимущество.

Подход Хамфри хорошо служил ему в повседневных приключениях, что его и заботило. Однако в искусственных обстоятельствах дуэли это ставило его в невыгодное положение. Ему не нужно было думать о второстепенных врагах, которые могли скрываться поблизости. Ему не нужно было беспокоиться о том, чтобы присматривать за своей командой или приберечь что-то для будущих боев. Все время и ресурсы, которые он потратил на тренировки и оснащение себя для этих вещей, были здесь бесполезны.

Боевые мутагены, особенно мощные, были известны двумя вещами: своей огромной силой и огромным откатом, когда их действие заканчивалось. Стратегия борьбы с ними заключалась в том, чтобы отступить, когда алхимик был на пике силы, переждать действие мутагена и нанести удар снова, когда он был наиболее уязвим. Но на дуэли отступления не было. На арене негде было спрятаться, и не было никаких дополнительных врагов или будущих боев, для которых алхимику нужно было бы беречь силы. Он мог вложить все, что у него было, в один вызов, зная, что его противник должен его принять.

Хамфри осознавал, что усиленное тело его противника будет обладать огромной силой, устойчивостью и регенеративными свойствами. Он не настраивал себя на максимизацию наступательной мощи, и теперь был благодарен за это. Это было больше специализацией Фарры, и хотя у нее, возможно, хватило бы удара, чтобы победить мутагенное чудовище, несмотря на все эти усиления, у него — нет, даже с его самым агрессивным снаряжением. Хотя его атаки были мощными, они не были мощными, как лавовая пушка.

Вместо этого Хамфри решил отказаться от усиления своей атаки. Его атаки были довольно сильными сами по себе, поэтому он сосредоточился на защите и выносливости. Скрытые под его призванными доспехами были амулеты, которые усиливали устойчивость его призванных объектов, будь то мечи, доспехи или крылья. Зачарованные наручи, кольца, браслеты на лодыжки и другие предметы предлагали простые и пассивные, но эффективные бонусы к восстановлению маны, выносливости и определенным способностям эссенции.

Видя, как его противник превращается в громилу прямо перед ним, Хамфри понял, что сделал правильный выбор. Его путь к победе заключался в том, чтобы продержаться достаточно долго, пока сила его противника не иссякнет. Как только мутагенный коктейль, который принял алхимик, потеряет свою эффективность, откат оставит Хамфри победителем — при условии, что он сможет продержаться так долго.

Хамфри не терял времени, пока его противник трансформировался. Он мог бы использовать этот момент, чтобы начать атаку и попытаться закончить бой до того, как переход алхимика будет полностью завершен. Однако это был риск «все или ничего», и он знал, что проиграет. Любой искатель приключений, достигший уровня этого Охотника на дым, подготовил бы ловушки для любого, кто попытался бы использовать такую очевидную слабость.

В тот момент, когда алхимик ввел себе препарат и Хамфри понял, с чем столкнулся, он сам перешел к действиям. Он достал из своего хранилища тыкву и с натренированной скоростью рассыпал из нее костяной пепел по кругу. Затем он бросил пару двенадцатигранных костей в этот круг, и из их верхних граней проецировались иллюзии, когда они остановились. Над одной костью было изображение рыбы, а другая показывала очень бледный синий вихрь.

Хамфри не стал задерживаться, чтобы посмотреть на результаты, так как алхимическая туша его трансформированного противника уже бросилась на него. Он метнулся в сторону, кости подпрыгнули в воздухе, возвращаясь к нему. На ходу он запихнул их в свое хранилище, огибая круг и своего противника.

Первоначальная оценка Хамфри способностей Охотника на дым под воздействием мутагена оказалась точной. Алхимик не замедлился из-за своего огромного тела, не давая Хамфри никакого преимущества в скорости. Однако вся эта скорость серебряного ранга имела за собой большую массу, что отлично подходило для тарана врага, но не для быстрой смены направления. Это было то, что Хамфри хорошо понимал, потратив годы на размахивание гигантским мечом, где ключом был баланс массы и рычага. С каждым рангом Хамфри становился все сильнее и сильнее, а его меч — все тяжелее, поэтому его понимание веса и инерции было вбито в его самые фундаментальные боевые инстинкты.

Это врожденное знание было тем, к чему Хамфри прибегнул не для того, чтобы сражаться, а чтобы уклоняться, увлекая алхимика в веселую погоню по арене. Алхимику не потребовалось много времени, чтобы понять, что Хамфри тянет время, а Хамфри все еще не вытащил оружие. Он остановился посреди арены, и Хамфри замер, осторожно оставаясь вне досягаемости.

— Трус, — выплюнул монстр рычащим, нечеловеческим голосом.

— Сражаться так, как ты хочешь, означало бы быть дураком, а не трусом.

Если его противник готов тратить время, Хамфри примет этот дар с благодарностью. Он не разделял любви Джейсона к боевым перепалкам, но его мать прорычала бы на него, если бы он не использовал каждый доступный инструмент. В демонстрации внушения Геллеров, с которым Руфус не был знаком, Хамфри даже в голову не приходило, что его мать может не знать, что он делает в любой конкретный момент.

К сожалению, алхимик оставил разговоры, когда его провокация не удалась, и вытащил из пространственного хранилища две сферы, каждая достаточно большая, чтобы заполнить его гигантские ладони. Одну он бросил по пологой траектории, высоко над головой Хамфри. Хамфри не знал, что задумал алхимик, и увернулся так, чтобы она не пролетела прямо над ним. Другая сфера была брошена через плечо алхимика.

Каждая сфера была шаром, в котором кружился туман, и обе они разбились о большие двери на каждом конце арены. Силы чудовищного алхимика было достаточно, чтобы даже случайный бросок позволил им преодолеть расстояние. Густой дым начал заполнять арену из каждой разбитой сферы, медленно распространяясь к бойцам в центре.

— Что ты будешь делать, когда у тебя не останется места для бегства? — насмехался алхимик.

— Ну, — сказал Хамфри, — первое, что я сделаю, это пойму, что у твоей трансформации есть недостатки наряду с преимуществами. Она тяжелая, и, по-видимому, твои чувства ауры не очень хороши. Я не уверен, влияет ли это также на твой интеллект или ты просто туповат от природы, но в любом случае, ты не понял, что я водил тебя кругами специально для того, чтобы ты не оглянулся на круг, который я оставил позади.

Алхимик обернулся и увидел, что круг из костяного порошка превратился в бледный круг света, из которого теперь один за другим появлялись странные существа. Беззвучно поднимаясь в воздух, они напоминали воздушных элементалей, сделанных из сгущенного воздуха, который было трудно заметить, но который создавал видимое искажение. Легче было разглядеть скелеты внутри них, которые были похожи на скелеты акул, за исключением того, что они имели несколько драконью форму, в основном в черепе. Ветряные драконьи акулы также были одеты в эфирные доспехи, которые было легче заметить, чем их воздушные тела, но все же не так очевидно, как их парящие скелеты.

Способность Хамфри к призыву, Спарты, вызывала воинов из костей дракона, но его кости призывателя заменяли обычных солдат на более экзотические формы. Одна кость меняла их форму, в то время как другая наполняла их элементальными или даже более экзотическими энергиями. Результаты были довольно случайными, но добавляли столь необходимую непредсказуемость к ортодоксальному боевому стилю Хамфри. Призывы затем дополнительно усиливались способностью Хамфри оснащать их призванным магическим снаряжением.

Дюжина ветряных драконьих акул уже беззвучно парила в воздухе, собираясь над и позади Охотника на дым, пока он был сосредоточен на погоне за Хамфри. Зная, что более экстремальные мутагенные сдвиги почти всегда жертвуют чем-то ради большей силы, а чувствительность к ауре была распространенной жертвой, Хамфри пытался отвлечь своего противника, пока появлялись его призывы. К его большому удовлетворению, это сработало, отыграв хотя бы немного преимущества алхимика.

С сердитым рычанием алхимик возобновил погоню, переводя дуэль во вторую фазу. На этот раз у Хамфри было гораздо меньше места для маневра, так как болезненно-зеленый дым заполнял все больше арены. Однако у него появились новые преимущества, так как в конечном итоге двадцать ветряных акул начали изматывать его противника. Они не представляли опасности для Охотника на дым, но были раздражающей помехой. Летающие существа вцеплялись в его конечности, заставляя его сбивать их или врезаться в стены, чтобы раздавить их, сокращая их число.

К сожалению для акул, их эфирная броня предлагала мало защиты против атак грубой силой. К сожалению для алхимика, уничтожение этой брони накладывало недуг, из-за которого хаотичные ветры цеплялись за него и били по его телу. Недуг был слишком слаб, чтобы поначалу препятствовать его чудовищной силе, но эффект усиливался с каждой уничтоженной ветряной акулой, нарушая его движение, координацию и равновесие. Даже так, алхимик продолжал уничтожать их, так как его силе было легче пробиться сквозь ветер, чем иметь дело с акулами, висящими на его руках и ногах.

Хотя он быстро уничтожал акул, алхимик понимал, что слишком много времени утекает. Он решил не полностью посвящать себя устранению призывов. Вместо этого он продолжал бросаться в погоню за Хамфри, а акулы все еще плавали в воздухе, досаждая ему.

Хамфри пытался оставаться неуловимым и растянуть битву еще больше, но свободного пространства становилось все меньше. Наконец он вытащил свой массивный меч дракона, который окутался огнем, добавляя защитные удары к его уклонениям.

Хотя сила была одной из определяющих черт набора способностей Хамфри, защита от более крупного и сильного противника не была для него чем-то новым. Хотя обычно он был искателем приключений с самой большой дубиной, большинство монстров серебряного ранга возвышались над ним. Охотник на дым в тот момент был больше монстром, чем искателем приключений, и Хамфри сражался соответственно.

Сила Хамфри, возможно, не равнялась абсурдным уровням, которыми в данный момент обладал алхимик, но она все еще была значительно выше базового уровня серебряного ранга. Добавьте к этому его арсенал специальных атак, и Охотник на дым был поражен силой, стоявшей за ними, став более осторожным. Длинные руки и огромные ладони, тянущиеся к Хамфри, были отбиты мечом Хамфри, даже когда Хамфри продолжал уклоняться. Один удар отсек три пальца алхимика, вызвав вой, даже если они быстро отросли обратно.

Несмотря на помехи от акул, Хамфри становилось все труднее оставаться вне досягаемости алхимика, так как зеленый дым все больше загонял его в угол. Однако это не означало, что его маленький ящик с трюками был опустошен. Когда его вот-вот должны были прижать к стене, он телепортировался за спину противника, и масса паутины врезалась в спину алхимика, пригвоздив его к стене. Огромный паук, который выплюнул ее, затем превратился в крошечную птичку и упорхнул, исчезнув среди оставшихся акул.

Хамфри не стал атаковать запутанного алхимика. Он держал массивный меч, но его настоящим оружием было время, и освобождение алхимика своими руками было бы контрпродуктивным. Тем не менее, Охотник на дым относительно быстро справился с паутиной, даже будучи прижатым лицом к стене. Он вырвал свои конечности и использовал их как рычаг против стены, стальная паутина поддалась чудовищной силе. Алхимик, теперь весь в паутине и с несколькими оставшимися акулами, сердито повернулся к своему противнику. Хамфри открыл рот, но вместо слов из него вырвалось пламя.

* * * В смотровой комнате Арабелла посмотрела на остатки ветряных акул, оборотня-дракона, врага, покрытого горящей паутиной, и задала вопрос.

— Разве ты не говорил, что он самый ортодоксальный член вашей команды?

* * * Форма паука, которую принял Сташ, называлась высшим огненным пауком. Он был известен тем, что производил липкую, воспламеняющуюся паутину, которая цеплялась за свои цели, даже когда они горели. Остатки паутины, все еще покрывавшие Охотника на дым, делали именно это под воздействием способности Хамфри «Огненное дыхание», которая сама по себе оставляла горящие остатки. Хамфри не питал иллюзий, что это выведет алхимика из строя, но быть покрытым чем-то, что по сути является магическим напалмом, мешало сосредоточиться.

Когда бой возобновился, Сташ начал участвовать активнее после своей первоначальной засады. Ни одна из его форм монстров серебряного ранга не могла сравниться с накачанным алхимиком. Вместо этого он использовал атаки «ударил-убежал», чтобы изматывать врага. Он переходил из одной формы в другую слишком быстро, чтобы его можно было прижать, если только алхимик не переключал свое внимание с Хамфри. Этого Охотник на дым не мог себе позволить, так как, хотя даже сожженная кожа могла отрасти, каждое мгновение было раной другого рода. Каждая секунда приближала дуэль к победе Хамфри, а погоня за его фамильяром была бы лишь очередным отвлечением.

Хамфри продолжал использовать каждый трюк и тактику, чтобы избежать захвата. Он призвал свои крылья, чтобы защититься от атак, и де-призывал их, чтобы спастись, когда алхимик хватал их. Но в конце концов он оказался в тупике. Почти не имея места, чтобы избежать зеленого дыма, он уже был вынужден окунуться в клубящуюся стену, чтобы избежать алхимика, и почувствовал, как яд просачивается сквозь его кожу. Помимо того, что он разъедал его плоть, он немного замедлил его, но этого «немного» было достаточно.

С криком торжества огромные руки алхимика обхватили Хамфри, прижав его руки к бокам. Он нанес Хамфри пару ударов головой, прежде чем неоднократно впечатать его в пол. Это продолжалось до тех пор, пока время восстановления телепортации Хамфри не позволило ему исчезнуть, но алхимик был готов.

У Хамфри оставалось мало места для телепортации, и Охотник на дым предсказал место назначения Хамфри. Он подпрыгнул, даже когда Хамфри появился над ним и призвал свои крылья, чтобы остаться в воздухе. Алхимик выхватил его из воздуха. Даже не опускаясь на пол, Охотник на дым швырнул Хамфри глубоко в ядовитый зеленый газ, который теперь почти заполнял арену.

Алхимик ухмыльнулся своей победе. Даже если Хамфри выберется прямо сейчас, дым сделал достаточно, чтобы результат был предрешен. Если Хамфри был настолько глуп, чтобы попытаться переждать его трансформацию в облаке, яд прикончит его. Прежде чем это произойдет, один из могущественных присутствующих, несомненно, следящий за состоянием Хамфри, вмешается, как это сделал Сорамир в бою Софи.

Алхимик ждал, наслаждаясь своим триумфом. И ждал. И ждал. Почему никто не вмешивается? Он выследил последнюю из акул, оглядываясь в поисках неуловимого фамильяра Хамфри, но ничего не увидел. Он должен был быть где-то рядом, и, может быть, он мог превратиться в монстра с невидимостью. Или, осознал он, когда его глаза расширились, он мог превратиться в нечто, невосприимчивое к яду его дыма.

Алхимик зарычал, вытаскивая сферу из своего хранилища, и немедленно бросил ее в дым. Противоядие рассеяло ядовитый газ почти так же быстро, как шторм, открыв не Хамфри, а гигантскую лягушку с ярко-красной и зеленой кожей.

Лягушка открыла рот, и Хамфри выбрался наружу, явно получив сильную дозу дыма, прежде чем спрятаться внутри лягушки. Он также был весь в вязкой слюне лягушки, спотыкаясь от слабости. Его кожа была отмечена токсином, пятнистая от зеленых и черных следов.

— Сдавайся, — прорычал алхимик.

— Я принимаю твою сдачу, — прохрипел Хамфри.

— Что? Нет, ты сдавайся! Ты сейчас упадешь замертво!

Хамфри ухмыльнулся. — Хочешь увидеть мою самую любимую из всех моих способностей?

У алхимика возникло плохое предчувствие, и он бросился на Хамфри, но лягушка прыгнула на его пути. Несмотря на большую массу, лягушка была отброшена, а алхимик лишь остановился, но этого времени было достаточно для Хамфри. В одном из предыдущих боев на Земле Джек Геллер расстроил Джейсона способностью «Бессмертие», которая безусловно очищала все недуги, игнорируя любые эффекты, которые обычно препятствовали или предотвращали очищение. Это была также одна из самых мощных целительных способностей в существовании. Когда он активировал ее, Хамфри засиял золотым светом. Его тело в одно мгновение было восстановлено почти до полного здоровья, с мощным продолжающимся эффектом восстановления в придачу. Время восстановления способности составляло целые сутки, но это была очередь Хамфри воспользоваться тем, что их бой был дуэлью.

Алхимик посмотрел на восстановленного Хамфри и на все пространство, которое у того теперь было для уклонения, так как половина арены была очищена от дыма. Он уже чувствовал, как его сила угасает, и знал, что скоро начнется откат. Это сделало бы его практически беспомощным против полностью восстановившегося противника.

— Я сдаюсь.

* * * Дворцовые стюарды вошли и очистили стены с помощью магии, удалив остатки яда, оставленные алхимическим дымом. Они также использовали некоторые ритуалы, чтобы восстановить поврежденные участки кирпичного пола, хотя он удивительно хорошо выдержал суровые испытания битвы. Смотровое стекло было не повреждено, хотя и нуждалось в чистке. Как только стюарды очистили зону, двери на каждом конце открылись, чтобы впустить Гектора с одной стороны и Джейсона с другой. Массивные двери тяжело закрылись за ними.

Гектор сменил свою официальную одежду на облегающий легкий наряд. Материал был узнаваем: тканая черная и синяя ткань. Мимиткань была известна своей способностью выдерживать различные методы изменения формы и материи ее владельцем. В случае с Гектором, Джейсон уже был предупрежден о его способности превращаться в живой камень.

Джейсон уже был в своих призванных мантиях, меч на бедре. Гектор был несколько озадачен странным, похожим на портал видом плаща, наброшенного на него. С его уверенной походкой и плащом, скрывающим ноги, Джейсон почти казался парящим, когда шел к центру арены. Он и Гектор остановились, когда между ними было около десяти метров.

— Чувствую, что будет правильно предупредить тебя, — сказал Гектор, — что эта арена дает мне сильное преимущество. Один из моих эволюционировавших расовых даров позволяет мне изменять мои способности земли свойствами любого близлежащего магического камня. Эта арена построена из решетчатого гранита ядра, который устойчив и легко ремонтируется правильными ритуалами. Эти свойства сделают мои способности камня намного труднее пробить и дадут мне некоторые способности, которые будут почти как исцеление для меня.

Джейсон ничего не сказал. Его аура была невидима для Гектора, как и его лицо в темном капюшоне. Только его инопланетные глаза были видны противнику.

— Что ж, — сказал Гектор, — если тебе нечего сказать, я начну.

Гектор упал, изо рта пошла пена, его тело забилось в конвульсиях, пока аура Сорамира не оттолкнула ауру Джейсона, прервав атаку на душу. Появился Сорамир, пристально глядя на Джейсона.

— Этого вполне достаточно, мистер Асано.

Джейсон развернулся и пошел обратно к дверям, которые медленно открылись, чтобы впустить его.

ХОРОШИЙ ДРУГ

ХОРОШИЙ ДРУГ

Эстелла Уорнок по-прежнему считала его домом своего деда, хотя его уже не было в живых. После смерти родителей Уорвик Уорнок отошел от приключений, чтобы вырастить Эстеллу, никогда не подталкивая ее к приключениям так, как он подталкивал ее отца. Уорвик усвоил этот урок ценой жизни своего сына и был полон решимости избежать той же ошибки с внучкой.

Уорвик лишь подталкивал Эстеллу к тому, чтобы она нашла свое призвание, чем бы оно ни было. Если бы это оказались приключения, он бы поддержал ее, но, к его облегчению, этого не случилось. Смерть отца задушила в колыбели любое желание следовать по этому пути.

Уорвик не был в восторге от пути, который в конечном итоге выбрала Эстелла — шпионаж по найму для сомнительных людей в городе, — но он никогда не пытался отговорить ее от этого. Что он делал время от времени, так это подталкивал ее к использованию своих навыков для чего-то более ответственного. Именно так она в итоге занялась разведкой монстров, за которыми отправляли Джейсона Асано или других искателей приключений во время атаки Строителя.

В то же время, когда она выполняла редкий гражданский долг, ее дед отправился сражаться с одним из городов-крепостей, атакующих королевство, но так и не вернулся домой. Ей сказали, что он погиб как герой. То же самое говорили и о ее отце.

Все это произошло в то время, когда она осознала, что выбранная ею профессия не приносит результатов. Ей нравился вызов, но ее сомнительные клиенты всегда хотели большего вызова, чем она. Для них она была дешевым вариантом для шпионажа за теми, за кем в противном случае потребовался бы дорогой и проблемный высокоранговый специалист.

Она уволилась с работы после нескольких часов игры в кошки-мышки с проклятым теневым фамильяром Асано. Она не была уверена, возвращаться ли к этой работе и какие изменения внести. Потеря деда лишила ее вдохновения возвращаться вообще, и она томилась в бесцельности после переезда обратно в его пустой дом.

Из всех людей Асано стал своего рода утешением. Он был дружелюбным соседом, и было освежающе, что он ничего от нее не хотел, по крайней мере, до тех пор, пока не захотел. Его предложение о работе звучало подозрительно похоже на приключения по доверенности. С другой стороны, было бы неплохо работать на кого-то, кто хотя бы частично заинтересован в ее благополучии, по сравнению с Хави Эстосом и ему подобными. Для них важен был только обмен выгодами, в то время как ее взаимодействия с Асано и его спутниками показали, что они искренне заботятся друг о друге.

Такого рода искреннего товарищества у нее никогда не было. Ее родители умерли до того, как она по-настоящему оценила доверие, и только ее дед заслужил его. Была особая привлекательность в том, чтобы стать частью группы, где это доверие было не просто фактором, а нормой. Несмотря на то, что они регулярно подкалывали друг друга, Асано и его друзья вдыхали товарищество, как воздух.

Она обдумывала предложение Асано некоторое время, но оставалась в нерешительности. Это был путь вперед в то время, когда она чувствовала себя без направления, но стоит ли бросаться на первое попавшееся предложение? Инстинкты подсказывали ей, что именно этого хотел бы ее дед. Несмотря на его намеки о том, как она должна использовать свои навыки, его единственной прямой жалобой было то, насколько одинока ее жизнь.

Поздно вечером она обдумывала этот вопрос, проверяя, не поможет ли что-нибудь из дорогой коллекции спиртного ее деда разрешить ее нерешительность. Это не помогло ни в один из других раз, когда она пробовала, но она гордилась своим профессионализмом. Она должна была быть тщательной в проверке.

Она повернула голову, глядя на стену, когда ее магические чувства вышли за ее пределы. Приближалось что-то почти необнаружимое: один из теневых фамильяров Асано. Она регулярно чувствовала, как многие тела теневого существа бродят в пределах досягаемости ее выдающихся чувств с тех пор, как переехала поближе к дому Асано, и начала подозревать, что фамильяр использует ее для практики.

В этот раз Тень направился к ее входной двери. Он знал, что она знает о его присутствии, и не постучал, а вместо этого подождал снаружи. Она встала, подошла к двери и открыла ее.

— Могу я что-то сделать для твоего босса? — спросила она теневого человека на своем пороге. — Разве он не на какой-то модной вечеринке?

— Он там, мисс Уорнок. Я пришел обсудить предложение о работе, которое он вам сделал.

— Я раздумываю.

— У вас, по моим подсчетам, есть один час и сорок минут, чтобы завершить свои раздумья, иначе предложение будет отозвано.

Она нахмурилась.

— Передай своему боссу, что я не люблю, когда на меня давят.

— Он не давит, мисс Уорнок; он уезжает. Наша полная свита уедет в течение следующих двух часов.

— Что-то случилось на вечеринке?

— Мистер Асано присутствовал, — сказал Тень. — Так что да, но, насколько я понимаю, это было в лучшем случае косвенно связано. Он сообщил мне, что решение уехать сегодня вечером было сосредоточено на друге, который помог ему вспомнить, что важно, а что нет.

— Звучит как хороший друг.

— Совершенно верно, мисс Уорнок. Если вы позволите дать непрошеный совет, я бы отметил, что вам, возможно, стоит подумать о переходе на позицию, где вы сможете завести собственных друзей.

* * * Зоны подготовки на арене были, по сути, большими раздевалками с проекторами на одной из стен, чтобы любой находящийся внутри мог смотреть дуэли. Лиара была одна в комнате подготовки Джейсона, только что посмотрев, как он не столько выиграл дуэль, сколько сурово посмотрел на нее, пока та не уползла в стыде. Она знала о нем достаточно, чтобы понять, что он использовал атаку на душу, но даже ее чувства золотого ранга не смогли уловить всплеск ауры, который он использовал для этого. Сама мощь и точность этого, на его ранге, были почти такими же пугающими, как и сама атака.

Столь же пугающей была готовность Асано проводить атаки на душу не просто публично, а перед престижной и внимательной аудиторией. Атаки на душу были крайне редки и почти никогда не исходили от способностей эссенции. Они были наиболее печально известны в связи с тем типом злодеев, на которых Лиара потратила большую часть своей карьеры искателя приключений.

Она просила Джейсона быть серьезным и продемонстрировать, что власть может его обуздать. Он сказал ей, что это плохая идея, и теперь она наконец поверила ему. Она никогда не могла себе представить, что он выполнит ее просьбу, атаковав кого-то с такой внезапной, нарушающей все границы жестокостью, что Сорамиру Римаросу пришлось вмешаться и остановить его.

Двери арены открылись, впуская Джейсона, все еще в его зловещих кровавых мантиях и сверхъестественном плаще. Двери закрылись за ним, когда Джейсон направился к ней.

— То, как ты двигаешься, используя плащ, необычно, — заметила она. — Как будто ты скользишь.

— Когда я был железного ранга, я потратил немало времени на развитие техник передвижения, которые включали различные незначительные аспекты моих сил, методологии, взятые из Ордена Жнеца. Это помогало мне быстро передвигаться по дельте Гринстоуна пешком, перемещаясь по сложной местности и максимизируя свою выносливость. Со временем это вошло в привычку, когда я носил свой плащ.

Темный туман окутал Джейсона, рассеявшись всего через мгновение. Когда это произошло, его мантии и плащ были заменены на его прежнюю официальную одежду. Отсутствие его зловещего облачения искателя приключений не облегчило тяжелый воздух вокруг него. Он не проецировал ту вежливую, сдержанную ауру, которой требовал этикет. Его аура была едва уловима, и это для золотого ранга, стоящего прямо перед ним.

— Мисс Хурин сказала мне, что вы уезжаете сегодня вечером.

— Да.

— Вы должны были уехать вместе с Его Державным Предком. Устроить шоу того, как вы вместе отправляетесь в космос.

— Он может прийти в облачный дом и устроить шоу, если хочет.

— Сорамир Римарос не ходит к тебе, Джейсон. Это ты ходишь к нему.

— У меня не было такого опыта.

Как бы ей этого ни хотелось, Лиара не могла поспорить с этим доводом. Ее воспитали в почитании отсутствующей фигуры основателя Королевства Штормов, но встреча с ним в реальности перевернула ее ожидания. Он был гораздо более непринужденным и расслабленным, чем фигура, описанная в учебниках истории, что, как она полагала, было чем-то, что можно позволить себе, когда ты никому не подчиняешься. Тот факт, что Сорамир и Джейсон были довольно похожи в этом отношении, не ускользнул от нее.

— Я делала все возможное, чтобы организовать ваш отъезд, — сказала она ему. — Видал Ладив доставляет нам здесь все, что вам нужно от Общества искателей приключений. Амос Пенсината и его племянник были уведомлены и направляются к вашему зданию. Карлос Килидо также делает поспешные приготовления, с немалым количеством жалоб на короткий срок уведомления. Я не была уверена, решили ли вы взять кого-то из семьи Римарос с собой, будь то Зара или... моя дочь.

— Я не беру никого; у нас и так достаточно осложнений. Почти с самого первого момента, как я прибыл сюда, Дом Римарос навязывал себя в мои дела или втягивал меня в свои. Теперь, когда я покидаю королевство вашей семьи, вы обнаружите, что мое терпение к такого рода вторжениям резко снизилось.

Несмотря на тяжесть момента, Лиара не смогла удержаться. — Это было твое терпение?

Джейсон рассмеялся, разрядив напряжение. — Хочешь верь, хочешь нет, но да. Тебе, вероятно, будет лучше без меня.

— Нет, — сказала Лиара. — Ты — неприятности в четко обозначенной коробке, Асано, но ты можешь стоить этих неприятностей. Без тебя мой муж был бы мертв. Если бы твоя подруга Белинда все еще была в Витессе, Орден Искупительного Света все еще был бы угрозой. Если бы не твои друзья Трэвис и Доун, битва с городами-крепостями Строителя прошла бы совсем иначе. Если бы ты каким-то образом не заставил Строителя собраться и уйти, вторжение продолжалось бы еще пять или шесть недель.

— Принцесса, так уж у меня все складывается. Причина, по которой я уезжаю, — в слабой надежде, что, может быть, этого не будет, хотя бы на некоторое время. Мне действительно нужно снова спасти свою родную планету, но я надеюсь, что смогу сделать это по-тихому.

Дверь, ведущая в коридоры вокруг арены, открылась, и вошел Видал Ладив.

— Добрый вечер, миледи. Прошу прощения, мистер Асано; я не хотел прерывать вашу подготовку к дуэли. Мне сказали, что она вот-вот начнется, поэтому я думал, что она уже идет. Я не хотел входить, пока дуэль не началась, и я не чувствовал никого, кроме вас, принцесса.

Видеть кого-то, кто был физически перед ними, но отсутствовал в их магических чувствах, было нервирующим для большинства пользователей эссенции, и это была большая часть мистики, которой обладали высокоранговые пользователи. Видал не выказал никаких признаков беспокойства на лице, хотя и Лиара, и Джейсон могли почувствовать это в его ауре.

— Все в порядке, мистер Ладив, — сказала Лиара. — Дуэль уже закончилась.

На этот раз удивление отразилось на его лице.

— Я ожидал, что это займет больше времени, — сказал он. — Гектор де Варко может превращать себя в камень, изолировать недуги в небольшие части своего тела и отрывать их, заменяя камнем из окружающей среды. Это довольно необычная форма регенерации, которая очень хорошо работает против специалистов по недугам. Или должна работать.

— Мистер Асано решил отказаться от недугов в пользу другого подхода, — сказала Лиара. — Вы можете спросить его об этом позже, если у вас хватит смелости. Прямо сейчас ему нужна документация от Общества искателей приключений. Вы привели все в порядок?

— Да, миледи. Родни очень помог.

— Вы знаете моего помощника?

— Да, миледи. Очень хорошо, на самом деле.

— Он никогда не упоминал, — сказала Лиара.

— Вы принцесса, — сказал Джейсон. — Он не думал, что вам будет интересно.

Лиара посмотрела на Джейсона, затем снова на Видала, чье лицо дало неохотное подтверждение. Она недовольно нахмурилась.

— Мистер Ладив, — сказал Джейсон человеку, который все больше нуждался в спасении. — Что у вас для меня?

— Дайте ему то, что ему нужно, мистер Ладив, — сказала Лиара. — Я собираюсь помочь вытащить спутников мистера Асано, чтобы они не попали в дальнейшие политические неприятности после дуэлей.

Видал кивнул, направляясь к Джейсону и доставая папку из пространственного мешочка, пока Лиара уходила.

— Это документация, касающаяся вашего членства в Обществе искателей приключений, — сказал Видал и передал папку. — Бумаги на вашу настоящую личность и вашу новую личность, с выбранным вами псевдонимом, все здесь. К тому времени, как взойдет солнце, все это будет обновлено в центральном реестре Общества искателей приключений.

Затем Видал достал небольшую коробку.

— Это ваши новые значки, с обновленным рангом для вашей настоящей личности и ложной личности.

Видал открыл футляр, чтобы показать два значка Общества искателей приключений серебряного ранга, лежащих на мягкой подкладке коробки. Значок справа имел одну звезду, в то время как значок слева — три. В обоих случаях, однако, они отличались от сплошных пятиконечных звезд, к которым привык Джейсон. Одна звезда на правом значке была обведена кругом, в то время как три звезды на левом значке были не сплошными звездами, а пентаграммами.

— Что здесь происходит? — спросил Джейсон, указывая на них.

— Это, — сказал Видал, указывая на одну звезду, — стандартный маркер для вспомогательного искателя приключений. Это означает, что они не могут брать одиночные миссии; они должны быть прикреплены к команде. Это для вспомогательных лиц, которые могут постоять за себя в бою, если необходимо, и означает, что они имеют право на долю контрактных наград, если участвуют в бою или, чаще, в других опасных видах деятельности. Эксперту по проникновению может потребоваться присоединиться к команде, если они, например, вламываются в какое-то укрепленное логово. Они могут не сражаться с тем, что там находится, но они все равно идут в опасное место, чтобы открыть замки и обойти ловушки.

— Значит, это для тех случаев, когда повар тайно супербоец, а в торте спит голая женщина.

— Боюсь, я вас не понял, сэр.

— Не называй меня сэр. Называй меня Джейсон, или Асано, если тебе так удобнее. Называй меня Х.Р. Пуфнстаф, если хочешь, но не сэр. Я не командую тобой.

— Нет, вы определенно командуете мной, сэр.

— Ты независимый связной от Общества искателей приключений.

— Сэр, я буду с вашей командой и вашими друзьями в вашем облачном сооружении. Хотя я уверен, что большинство, если не все слухи, которые я слышал об этом здании, неверны, есть люди, которых я очень боюсь, которые боятся его. Добавьте к этому то, что вы подозрительны ко мне как к аутсайдеру, и я не совсем уверен, что вы не убьете и не избавитесь от меня, если я наткнусь на не тот секрет. Вы командуете мной, хотя бы с точки зрения того, чтобы я не был идиотом.

— Это справедливо, — признал Джейсон. — Хорошо, расскажи мне о другом значке.

— Ну, — сказал Видал тоном человека, знакомого с выражением «стрелять в гонца», — вы определенно трехзвездочный искатель приключений. Три звезды означают работу с контрактами, связанными с политикой высокого уровня. Если Сорамир Римарос спрашивает о вашем звездном рейтинге, это практически отвечает на вопрос прямо там. Но Общество искателей приключений также знает, что вы иногда чувствуете себя обязанным действовать против своих собственных интересов, когда затронуты ваши принципы. Хотя это, безусловно, достойно восхищения, общество хотело отбить у вас охоту щеголять трехзвездочным значком, который официально находится в другом измерении.

— Тебе сказали сказать это практически слово в слово, не так ли?

— Да, сэр, именно так.

— Итак, что означают эти измененные звезды?

— Они, строго говоря, ничего не значат. Этот дизайн звезды был сделан для вас и только для вас.

— О, — сказал Джейсон. — Это довольно умно. Если я попытаюсь использовать авторитет трех звезд как кратчайший путь для своей команды, идиосинкразический значок будет означать, что отделение Общества искателей приключений будет копать глубже, открывая всю банку с червями, где я должен быть в другом измерении. По сути, они гарантировали, что каждый раз, когда я использую свой значок, это будет сплошной беспорядок, уменьшая мое искушение использовать его. Если это будет достаточной болью, я сначала буду искать более тонкие методы.

— Очень проницательно, сэр, что, как я полагаю, и помогло вам получить эти три звезды в первую очередь.

— Не покровительствуй мне, Ладив, или я выброшу тебя за борт, пока мы будем посреди океана.

— У меня есть эссенция воды, сэр, так что я буду вполне в порядке в этом сценарии.

— Конечно, будешь; я не собираюсь убивать тебя за покровительство мне. Я просто заставлю тебя бежать рядом с транспортным средством час или два.

ОТЛОЖИТЕ НЕОБЫЧНОЕ В СТОРОНУ

ОТЛОЖИТЕ НЕОБЫЧНОЕ В СТОРОНУ

Большой летающий экипаж приземлился на лужайке перед пагодой Джейсона. Джейсон и его спутники вышли вместе с Лиарой. Джейсон немедленно подошел к дверям пагоды, которые открылись при его приближении. Как только они это сделали, на траву хлынула вода. Это было далеко не наводнение, но достаточно, чтобы показать, что массивный пол атриума был затоплен как минимум на пару сантиметров.

Как и ночь снаружи, внутри было темно. Это не мешало зрению Джейсона, но он все равно призвал свой плащ, из которого вырвался рой крошечных звездных огней. Они взмыли вверх в здание, становясь ярче по мере подъема. Массивные разрушения, произошедшие внутри здания, стали видны всем. Было ясно, что какая-то сила, не взрывная, а аннигилирующая, по сути, удалила сферу почти такой же ширины, как само здание. Несколько этажей почти отсутствовали, в то время как другие были повреждены в разной степени, включая мезонинные уровни. Водопад теперь лился через дыру, а не через край в бассейн, который был источником неглубокого затопления.

— Черт, — сказал Гэри. — Ты собираешься разобраться с парнями, которые это сделали?

Высоко наверху одна из неповрежденных секций пола открылась, и небольшая группа черно-гнилых мясных комков выпала, пролетев семь этажей и влажно шлепнувшись на пол.

— Нет, — сказал Джейсон. — Эти люди были идиотами, которых использовал кто-то другой. Лиара, ты лучше оснащена для расследования того, кто стоит за кулисами, чем я, а серия мести — это немного публично для того, кто должен быть в другом измерении.

— Теперь ты передаешь пленных, — сказала Лиара. — Я не думаю, что ты хочешь добавить Мелоди Джейн? Если предположить, что она не воспользовалась возможностью сбежать.

— Определенно нет, — раздался голос сверху. Мелоди спрыгнула с высокого этажа, отказавшись от способностей медленного падения, чтобы совершить супергеройскую посадку, прежде чем встать и указать на то, что осталось от золотых рангов на полу. То, что осталось, не включало конечности.

— Асано сделал это с людьми, находясь на вечеринке, на расстоянии портала, за тем, что должно быть грозной магией, ограничивающей связь. Я решила тогда и там, что не только не собираюсь сбегать без большой уверенности в своем плане, но и что Асано, вероятно, был не в лучшем настроении, судя по тому, что он все равно сделал с этими беднягами.

— Это был хороший выбор, — сказала Софи своей матери. — Он атаковал душу парня перед королем, пока Сорамир Римарос не вмешался, чтобы остановить его.

— И что сделал король по этому поводу? — спросила Мелоди.

— Не уверена, — сказала Софи. — Выпил еще?

Мелоди посмотрела на Джейсона, все еще окутанного своим плащом.

— Ты просто продолжаешь становиться все страшнее, не так ли? Это намеренно или просто так получается?

Джейсон откинул капюшон, чтобы показать свое лицо, из-за чего казалось, что его голова торчит из портала.

— Это жутко, бро. Мне нравится.

— Всем собираться, — сказал Джейсон. — Я перенастраиваю дом в транспортное средство, так что места для игр будет меньше.

* * * Лиара направила персонал Общества искателей приключений поместить измученных золотых рангов в защищенный транспортный экипаж. Как только они оказались вдали от облачного дома, его защита перестала терзать их. Мощная восстановительная сила их атрибутов восстановления золотого ранга превратила их обратно в узнаваемых людей к тому времени, когда магический летающий «автозак» прибыл, чтобы забрать их. На всех них были надеты ошейники, когда их помещали внутрь, они были совершенно послушны. Никто из них не проявлял агрессии и вообще не разговаривал, что было примечательно для любой группы золотых рангов. Они просто выглядели облегченными, даже жаждущими, чтобы их забрали из пагоды.

Внезапно рядом с ней оказался Сорамир Римарос. Если бы она была серебряного ранга, а не золотого, его скорость алмазного ранга была бы неотличима от телепортации. Он включил свой грозный экран приватности, отрезав различных наблюдателей, все еще смотрящих на пагоду.

— Он все еще проблема, — сказал Сорамир.

— Если позволите спросить, Державный Предок, почему вы позволяете ему так бесчинствовать? Я знаю, что король не потерпел бы его выходок без вашего указания.

Сорамир на мгновение задумался.

— Целитель из команды Асано, Нил Дэвон, — сказал он. — Он способный искатель приключений среднего ранга из незначительного дворянского дома в каком-то городе-государстве, о котором никто никогда не слышал, если бы не семья Геллер. При нормальных обстоятельствах, знал бы я вообще имя человека, которого только что описал?

— Вряд ли, Державный Предок.

— Там, в космосе, это я. Нет причин, по которым я когда-либо привлек бы внимание Первой Сестры Мирового Феникса. Это та, кем является подруга Джейсона Доун. Или была. Она перешла на какой-то более туманный ранг. В космических мирах я просто лицо в толпе, а она — пылающее солнце. Но так же, как я знаю, кто такой Молодой Мастер Дэвон из-за Джейсона, она знает, кто я, тоже из-за Джейсона.

— Вы говорите, что он действует в престижных кругах. Мы знали это по великим астральным существам и богам, посещающим его. Почти там, где мы стоим, на самом деле.

— Я не уверен, что вы понимаете, насколько престижных. Он уже на том уровне, где ему нужно иметь дело со мной, а не с королем для своих реальных целей, потому что короля недостаточно. Единственная причина, по которой он имеет дело с кем-то из нашей семьи, заключается в том, что мы втянули его в нашу политику. И мы все еще не смогли выдать за него никого из наших; я знал, что нам следовало сосредоточиться на этом сильнее. На самом деле, теперь, когда я говорю это, я слышал, что ваша дочь...

— Нет.

— Нет?

— Нет, Державный Предок.

— Вы знаете, что я имел в виду вашу младшую дочь, Зарин?

— И вы знаете, что я имела в виду, что, хотя вы можете приказывать членам моей семьи как части Дома Римарос, вы также признавали, что не можете отдавать приказы, которые вмешиваются в динамику моей семьи. Державный Предок.

Сорамир усмехнулся.

— Асано хорошо на вас влияет. Вы важная часть семьи, со своей позицией в Обществе искателей приключений, но вы позволяете своему периферийному положению в королевской семье делать вас робкой. Вам нужно будет все больше и больше отстаивать свою позицию, Лиара. Я ожидаю увидеть больше этого в будущем.

— Я сделаю все возможное, Державный Предок.

— Моя мысль, — сказал Сорамир, — в том, что проблемы королевской семьи значительно ниже уровня, на котором действует Асано. Есть вещи, которые я вам не скажу, секреты, принадлежащие Асано, которые вызвали бы у него немалое беспокойство, если бы они вышли наружу. Что я скажу, так это то, что Асано на самом деле не серебряного ранга. Он очень опасный алмазный ранг, который еще не догнал свой естественный ранг. Я уверен, что он будет моложе, чем вы сейчас, когда достигнет алмазного ранга, если доживет до этого.

— Мне нужно идти, Державный Предок, — сказала Лиара, указывая на охранный экипаж, который собирался взлететь.

— Конечно. Пожалуйста, займитесь своими обязанностями.

Когда Лиара ушла, Джейсон вышел из здания, войдя в экран приватности Сорамира.

— Вы знаете, что вам не нужна эта штука, — сказал ему Джейсон. — Вы могли бы просто зайти внутрь.

— Я откажусь, спасибо. И вам следует быть осторожным с тем, кого вы впускаете туда, учитывая то, кем вы стали.

— Я задавался вопросом, осознали ли вы это, учитывая ваш опыт в широком космосе.

— Подавляющее большинство астральных королей — это посланники, мистер Асано. С войной против посланников на горизонте, это не сделает вас популярной фигурой, если люди узнают.

— Я полагаю, нет. Но план — держаться в тени, так что я сделаю все возможное, чтобы не выделяться.

— И насколько хорош ваш «лучший» в этом отношении?

— Вероятно, лучше вам не спрашивать, — сказал Джейсон.

— Как только вы отправите своих друзей в путь, мистер Асано, приходите во дворец. Официально мы будем в уединении, пока не будет объявлен наш отъезд. В реальности я отправлю вас порталом к ним.

— Вместо этого, — сказал Джейсон, — вы можете взять одно из тел моего фамильяра с собой. Он может носить мой призванный плащ и иногда появляться во дворце после того, как я уйду.

— Это сработает?

— Он может имитировать мою скрытую ауру достаточно хорошо, чтобы любой, кто может видеть сквозь нее, должен был быть либо грубо сфокусирован своими чувствами, либо кем-то вроде вас или Амоса Пенсината.

— Этого должно быть достаточно.

— Что делает это последней нашей встречей на некоторое время. Я надеюсь, что наша следующая встреча будет как равных, а не мой статус будет поддерживаться ассоциацией с людьми вокруг меня.

— И теми, кто не люди.

— Боги и великие астральные существа — это люди, Сорамир, — твердо сказал Джейсон. — Они просто странные и могущественные.

Сорамир рассмеялся.

— Я сказал что-то смешное? — спросил Джейсон.

— О, да, мистер Асано. Думаю, я только что лучше понял, как вы оказались там, где вы есть. Одно дело сказать, что эти огромные сущности фундаментально такие же, как мы, когда вы никогда не чувствовали их силу, давящую на вас. Я знаю по опыту, что как только вы почувствуете, эту перспективу труднее поддерживать.

— Почти все, с кем я имею дело, затмевают меня силой, — сказал Джейсон. — Посмотрите на вас и меня. К этому привыкаешь.

— Если я не ошибаюсь, никто из нас больше не стареет. Мне любопытно, как изменится ваша точка зрения, когда мы встретимся в следующий раз.

— Если я достигну этой точки, я назову это победой. Кажется, я перехожу от одной отчаянной попытки уцепиться за жизнь к другой.

— В чем и заключается смысл наших текущих усилий, не так ли? Отложить необычное в сторону на некоторое время и жить настолько обычной жизнью, насколько вы можете, учитывая секретные личности и секретные планы?

— Это так. Но у меня уже были такие надежды раньше.

Сорамир кивнул. — То, с чем вы столкнулись, произошло на два ранга раньше времени.

— И не говорите, — сказал Джейсон, затем посмотрел на приближающийся летающий экипаж, массивно негабаритный и покрытый металлическими пластинами.

— Подготовка продолжается без остановок, Державный Предок; нам пора идти, а это значит, пришло время убрать экран приватности.

Сорамир кивнул. Как только снова стало возможно подслушивать, Джейсон начал шоу.

— Моя облачная фляга недостаточно развита, чтобы быть полезной там, куда мы направляемся, — сказал он. — Я оставлю ее здесь с одним из моих теневых фамильяров, потому что он может ее использовать. Он, по сути, будет еще одним вспомогательным лицом, отвечающим за транспорт и размещение.

Джейсон вытащил уменьшенную форму облачной фляги из своего ожерелья, и она выросла до нормального размера. Тело Тени появилось из пагоды, и Джейсон передал ее.

— Никому не принесет пользы ее украсть, — сказал Джейсон Тени, — но какой-нибудь идиот, вероятно, все равно попытается, так что не позволяй им.

— Конечно, мистер Асано.

— Я оставил материалы, чтобы починить ее после повреждений внутри, так что используй их, прежде чем разберешь пагоду.

— Да, мистер Асано.

После нескольких других инструкций Джейсон полностью завернулся в свой плащ, так что никто не заметил, как он прыгнул в тень и оставил тело Тени на своем месте.

— Вы попрощались? — спросил Сорамир.

— Я сделал это вдали от любопытных глаз, — голос Джейсона донесся из замаскированной Тени.

— Тогда мы закончили здесь, — сказал Сорамир.

* * * Карлос наблюдал за их отъездом, высадившись из сильно модифицированного транспортного средства, которое приземлилось во время разговора Джейсона и Сорамира. Оно выглядело как смесь двухэтажного негабаритного туристического автобуса и тюремного транспорта. После того, как Джейсон отказался разместить Орден Искупительного Света в своем пространстве души, Карлос был вынужден сделать индивидуальные приготовления. Транспортное средство было частично мобильной тюрьмой, частично больницей и частично жильем для Карлоса и его научных ассистентов.

Тень, принявшая облачную флягу, повела Карлоса в пагоду.

— Я все еще не понимаю, почему Джейсон просто не разместил людей Ордена Искупительного Света сам, — пожаловался Карлос. — Он уже держит Мелоди Джейн.

— Мисс Джейн — особый случай, — проинформировала его Тень, когда они подошли к дверям. — Удержание враждебных лиц в собственном доме может иметь...

Тень замолчал, когда двери открылись и они вошли внутрь.

— ...последствия.

Карлос вытянул шею, чтобы посмотреть на разрушения внутри пагоды. Огни плаща Джейсона были заменены набором парящих светящихся камней, чтобы никто не упал с выступов.

— Что это сделало?

— Враждебные лица в доме мистера Асано, — сказала Тень. — Проходите, священник Килидо.

ШАНС НА ОТНОСИТЕЛЬНУЮ ТИШИНУ

ШАНС НА ОТНОСИТЕЛЬНУЮ ТИШИНУ

В атриуме своей пагоды Джейсон поставил облачную флягу на пол и вставил воронку в горлышко. У него была большая коробка драгоценных камней квинтэссенции, которые он высыпал в воронку.

* Вы добавили [Воздушную Квинтэссенцию] серебряного ранга в облачную флягу. Оставшиеся материалы, необходимые для восполнения фундамента облачного сооружения:

* 274 [Воздушной Квинтэссенции] серебряного ранга. * 311 [Водной Квинтэссенции] серебряного ранга. * 2648 [Облачной Квинтэссенции] серебряного ранга.

После разрушений, учиненных в его пагоде, Джейсону нужно было пополнить базовый материал, который облачная фляга использовала для создания конструктов. К счастью, типы квинтэссенции, необходимые для этого, были чрезвычайно распространены в Море Штормов. Его текущая известность необычным образом оказалась скорее помощью, чем помехой, когда он связался с брокером торгового зала и менее чем за час получил ящики с квинтэссенцией, ожидающие его, когда он переместился порталом в кампус Общества искателей приключений.

Это было одно из последних дел Джейсона перед тем, как притвориться, что он уезжает с Сорамиром. Теперь он действовал под своей вымышленной личностью и больше не выйдет из облачного дома до отъезда из Римароса. Прибыл Амос Пенсината вместе со своим племянником Орином. Появилась Эстелла Уорнок, ни на секунду не поверившая, что фигура, уезжающая с Сорамиром, была на самом деле Джейсоном.

Джейсон находился в своем пространстве души, пока Тень возвращала пагоду в облачную флягу и заменяла ее транспортным конструктом. Эстелла по прибытии настояла на встрече с Джейсоном и, после некоторых раздумий, прошла через белую арку в пространство души Джейсона.

Эстелла сразу насторожилась в странном царстве. Любой, кто входил сюда, мог почувствовать его сверхъестественную природу, но ее чувства были намного сильнее и развитее, чем у большинства. Она оглядела красивый, но тревожный ландшафт, не зная не только того, где она находится, но и того, в какую реальность она попала.

— Странно, не так ли? — спросил Джейсон, внезапно стоя рядом с ней.

Она чувствовала, что это не тот Джейсон, которого она знала, так как он был частью этого места. Или, может быть, это было частью его.

— Твои чувства дадут тебе больше понимания этого места, чем большинству, — сказал он. — Я бы счел за любезность, если бы ты оставила любые такие озарения при себе. Может быть, расскажи Клайву. Ему бы это понравилось.

— Я хотела поговорить с тобой. Прежде чем я окончательно приняла твое предложение.

— Надеюсь, вход сюда тебя не отпугнул.

— Что это за место?

— Это пространство, которое принадлежит мне. К сожалению, оно не переводится в силу вне его, за исключением нескольких специфических способов.

— Например, заставить специалиста по защите упасть, как срубленное дерево, в одно мгновение?

— Ты слышала об этом? Но нет, это было не из-за этого места. Полагаю, можно назвать их плодами одного дерева.

— Я хочу гарантий, прежде чем подпишусь.

— Нет, — сказал Джейсон.

— Нет?

— Нет. Все, что я предлагаю тебе, — это дружба и доверие. Куда мы пойдем отсюда — это то, что мы должны проработать вместе.

— Дружба и доверие идут с зарплатой?

Джейсон разразился смехом.

— Официально мы оба будем вспомогательными лицами, — сказал он. — Поскольку я просто повар, тебе будут платить больше, чем мне.

* * * Пагода растворилась в облачной субстанции, которая в течение нескольких минут втягивалась во флягу, словно джинн, медленно возвращающийся в свою лампу. Затем Тень извлекла из фляги новый конструкт, на этот раз транспортное средство. Оно отличалось от того, что команда уже называла «Криминальным фургоном Карлоса», который был массивным автобусом в простых оттенках хаки и серого, доминируемым тяжелыми прикрученными пластинами.

Пока он не достигнет золотого ранга, облачная фляга не сможет создать судно размером с океанский лайнер, как мог Эмир, но все же могла справиться с чем-то размером с суперяхту. По дизайну оно было похоже на большое прогулочное судно, но вместо того, чтобы сужаться к гладкому корпусу для разрезания воды, оно расширялось, как массивный судно на воздушной подушке.

Будучи сделанным из магических облаков, оно не требовало инженерных и складских помещений яхты с Земли. Наряду с магическим движителем, не требующим машинного отделения, Джейсон вложил достаточно низкоранговой пространственной квинтэссенции в облачную флягу, чтобы она могла сделать скромные пространственные шкафы для хранения. Это означало гораздо больше внутреннего пространства для размещения и отдыха, и меньше для груза и съедающих пространство платяных шкафов в каютах.

Там все еще был мостик, с которого Тень управлял транспортным средством. Он находился на верхней крытой палубе, вместе с каютой владельца, с открытой палубой на крыше. Открытые зоны также располагались в передней и задней частях двух главных палуб, оборудованные для отдыха или спуска меньших транспортных средств. И у Клайва, и у Белинды были скиммеры, которые были припаркованы в пространственных отсеках у нижней палубы правого борта.

Большинство кают находились под палубой, в то время как две главные палубы определялись своим назначением. Нижняя главная палуба была занята просторным обеденным баром-лаунжем, который был главным местом сбора на борту. Она также содержала вместительный камбуз. Верхняя главная палуба была больше для бизнеса приключений, в основном занята просторной тренировочной комнатой, но также с конференц-залами и комнатами для брифингов. Это был небольшой командный центр для двух команд искателей приключений, которые будут на борту.

Незадолго до отплытия облачной яхты прибыли Арабелла и Каллум Морс, чье видимое волнение было далеко от его привычного стоицизма. Как и Карлос, они были сосланы на свой собственный транспорт, с более скромным средством передвижения. Это был скиммер, предназначенный как для суши, так и для спокойных вод, с сиденьями для двоих и несколькими компактными койками. Джейсон не собирался пускать Каллума на облачную яхту, даже если Арабелла настаивала, чтобы Джейсон выслушал человека рано или поздно. Джейсон выбрал «поздно», оставив пару плестись позади.

Арабелла в любом случае собиралась стать частью команды Карлоса, но она не доверяла Каллуму, оставленному на произвол судьбы. По этой причине она осталась с ним в их собственном транспортном средстве, вместо того чтобы присоединиться к Джейсону на яхте или Карлосу в криминальном фургоне. Не то чтобы она и Каллум не делили тесные помещения раньше, в свои дни в одной команде искателей приключений.

Последними прибыли остальные члены команды Орина Пенсината. Джейсон поначалу неохотно принял их присутствие, как и дядя Орина, Амос. Однако Орин проявил непреклонность в этом вопросе, и Джейсон сочувствовал тому, кто не хотел быть разлученным со своей командой. Используя тело Тени, которое он оставил Лиаре для связи, он заставил ее навести справки о команде, прежде чем принять их присутствие. Он работал с командой раньше и знал, что, хотя их опыт был ограничен, их обучение и дисциплина — по крайней мере, во время работы — были достойными. Они были элитой гильдии, и он видел их силу и командную работу из первых рук.

Наконец, незадолго до того, как должно было взойти солнце, процессия транспортных средств отправилась в путь. Они покинули Арнот и направились на юг, двигаясь по спокойному морю к материку. Транспортные средства Джейсона и Карлоса могли летать в зоне высокой магии, но ни одно из них этого не делало. Криминальный фургон и фургон-скиммер Каллума парили в нескольких метрах над водой, что потребляло монеты духа, которые они использовали в качестве топлива, с гораздо более экономичной скоростью.

У Джейсона было преимущество подпитки облачной яхты магией из своего пространства души, но он не был заинтересован в спешке. Он сыграл в достаточное количество игр с открытым миром, чтобы знать, что как только вы разблокируете полет, чудо исследования значительно уменьшается. Поэтому он позволил облачной яхте покоиться на поверхности воды, как судну на воздушной подушке, лишь поднимаясь, чтобы оставаться ровно перед лицом больших волн.

Когда транспортные средства удалились от Римароса, Джейсон сидел на верхней задней палубе, под навесом, в то время как большая часть группы была на палубе крыши. Он сидел на диване, наблюдая в заднее окно, как остров уменьшается из виду. Фарра присоединилась к нему.

— Не беспокоишься, что кто-то увидит тебя? — спросила она. — На нас все еще смотрят много глаз.

— Вокруг яхты есть невидимые экраны, которые включаются только по мере необходимости. Они пропускают приятный ветерок, например, но не пропускают дождь. Это также то, как люди могут вести частные разговоры, поскольку они действуют и как экраны приватности. Я добавил эту функцию в облачную флягу после того, как увидел их повсеместность в Римаросе. Снаружи любой, кто попытается увидеть нас, увидит только размытие, пока экран приватности активен. И поскольку это часть моего домена духа, даже боги не могут видеть сквозь него, так что любой, кто может заметить меня, заслуживает этого.

— Справедливо.

Фарра присоединится к поездке только до пределов дальности его портала. Как только они достигнут этого расстояния, он и она переместятся обратно, где он сможет забрать обещанные награды от Дома де Варко за победу в дуэлях. Пока Джейсон и его спутники отправляются в путь, Лиара соберет награды, чтобы передать их Джейсону.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Фарра.

Они наблюдали, как остров уменьшается в их кильватере. Они оба думали о своем прибытии в Римарос полгода назад. Сейчас они были в начале сезона дождей в тропиках, и когда начался муссонный дождь, способности Джейсона видеть в темноте уже не хватало, чтобы следить за островом позади них. Дождь стекал по невидимому экрану, но по одной мысли Джейсон пропустил дождь. Он забарабанил по палубе и навесу, который превратился из облачной субстанции в имитацию холста. Холст начал гудеть, когда дождь забарабанил по нему.

— Мне всегда нравился этот звук, — сказал он. — Когда я был ребенком, мы однажды поехали в отпуск, где каждый день шел дождь. Я провел все время, живя на закусках и читая, пока дождь падал на палатку.

— Это помогает? Я знаю, что ты отправился в много путешествий, которые были не такими, какими ты хотел бы их видеть.

— Это приятно, но я в полном порядке, — сказал Джейсон. — У меня есть роскошная магическая лодка, хорошие друзья и, может быть, даже шанс на относительную тишину, по крайней мере на некоторое время. Кроме того, если я смогу избегать того, чтобы меня убивали слишком часто, я, возможно, буду жить вечно. Это неплохо.

* * * Большинство обитателей облачной яхты находились на открытой палубе крыши, пока не начался дождь. Он стекал с невидимого купола над палубой, который все еще каким-то образом пропускал ветер, но большинство людей спустились по лестнице на нижние палубы. Орин Пенсината и его команда этого не сделали, оставаясь снаружи.

Лидером команды Орина и Калифа была Коринна Пескос. Они впервые столкнулись с Джейсоном в экспедиции смешанных сил. Это была странная группа, сосредоточенная вокруг их команды элиты гильдии, но также включала не-членов гильдии и пару принцесс. Калиф подталкивал не-членов гильдии, чтобы увидеть, есть ли у них хоть какой-то стержень. Это включало Джейсона после того, как Калиф заметил, что принцессы, кажется, по крайней мере узнают его.

— Во что ты нас втянул, Орин? — спросил Калиф. Его краткая история с Джейсоном Асано заставляла его чувствовать себя некомфортно. Калиф впервые застал Джейсона в плохой момент. Это было на пике волатильности Джейсона из-за продолжающегося отсутствия его команды, даже когда Строитель, силы Чистоты и местная политика пытались его преследовать. Его ответом на провокацию Калифа было резкое демонстрирование их разницы в силе души.

Калиф и его команда работали с Асано дважды. Была экспедиция, где они встретились, во время которой Асано ушел один и взял под контроль разум кучу конструктов Строителя с помощью средств, до сих пор неизвестных. Асано был диким, одиноким персонажем в то время, едва разговаривал и убегал один, без чувства командной работы.

В следующий раз, когда они работали вместе, все было совсем иначе. Лидер команды Калифа, Коринна, отвечала за координацию спасения подводного комплекса. Асано был критически важен для перемещения людей порталом и был со своей командой на том этапе. Хотя они едва взаимодействовали, Асано был заметно другим. Он был больше похож на обычного искателя приключений, когда рядом была его команда.

Тот день, после рейда на подводный комплекс, был началом публичной известности Асано. Слухи изобиловали, варьируясь от необычных до откровенно безумных. Найти способ перемещаться порталом мимо магических барьеров — это одно, но кто поверит, что бог посетит Асано для случайного разговора, как старый друг?

Для многих бал предыдущего вечера был первым разом, когда они увидели Асано, пока принцесса Лиара выставляла его напоказ как ценного питомца. Это развеяло многие слухи о человеке, пока люди не начали создавать неприятности. Кульминацией этого стало то, что Асано сбросил Гектора де Варко, известного своей оборонительной доблестью, как будто он выбраковывал беспомощное животное. Калиф не мог не думать о том времени, когда он спровоцировал Асано и был остановлен на месте техникой ауры. В тот момент он понял, как легко Асано отпустил его.

С того момента Калиф не хотел иметь ничего общего с Асано и был рад услышать, что мужчина покинет Римарос. Затем он обнаружил, что их команда поедет с ним. Орин просто посмотрел на Калифа, который повторил свой вопрос.

— Я не шучу, Орин. Во что ты нас втянул?

— Достаточно, Калиф, — отрезала Коринна. — Ты знаешь, что это не Орин. Это его дядя. Нашим выбором было либо бросить члена нашей команды, либо поехать вместе. Ты предлагаешь нам позволить ему уйти одному?

— Конечно, нет, — сказал Калиф. — Конечно, мы едем. Это не значит, что мы едем вслепую, и ты знаешь, что у нас с Асано плохая кровь.

— Тогда почему бы нам не очистить ее? — сказал новый голос.

Команда обернулась, чтобы увидеть Джейсона, поднимающегося по лестнице. Он встал перед Калифом и посмотрел на более высокого мужчину.

— Мы начали не с лучшей ноги, не так ли? — спросил Джейсон. — Я был в плохом месте, и ни один из нас не был в лучшей форме в тот день.

Он протянул руку в качестве мирного предложения.

— Как насчет того, чтобы начать все сначала и оставить то, что было раньше, позади?

Калиф на мгновение посмотрел на руку Джейсона, прежде чем пожать ее.

— Хорошо.

Джейсон ослепительно улыбнулся ему и отошел к перилам. Дождь был густым, перекрывая видимость, но он все равно смотрел наружу. Калиф и его команда наблюдали за ним с опаской.

— Мне понравился Римарос, — сказал он мечтательно. — Я хотел бы вернуться в более спокойные времена. Я даже не встретил всех братьев Ал.

ИЗЛИШЕК ДЛЯ ТРЕБОВАНИЙ

ИЗЛИШЕК ДЛЯ ТРЕБОВАНИЙ

Джейсон и его команда, плюс Руфус, сидели вокруг стола для совещаний на облачной яхте, глядя на проекцию карты.

— Мы сейчас более свободны принимать собственные решения, чем были в последнее время, — сказал Хамфри. — Это означает буквально прокладывать свой собственный путь. У нас есть общий план движения на юг, вниз по этому континенту, прежде чем пересечь его к Великому Южному Континенту. Мы пройдем через него, затем снова пересечем на север, чтобы добраться до Хорниса на нашем пути к Гринстоуну. Оттуда мы продолжим путь до Витесса, а затем до Сириона, где находятся другие пришельцы с Земли.

Пока он говорил, Хамфри указывал пальцем, и на карте появилась линия. Земной эквивалент пути, который он нарисовал, был бы путешествием от Карибского бассейна через Южную Америку к Антарктиде, а затем обратно вверх к Африке, прежде чем добраться до Европы. Версия Антарктиды на Паллимустусе, по-видимому, была гораздо более гостеприимной, чем земная версия, в то время как местная версия Австралии была как раз наоборот. Будучи самой печально известной зоной высокой магии в мире, она была в основном убежищем для монстров алмазного ранга и любого дурака, достаточно глупого, чтобы охотиться на них.

— Это не очень эффективный маршрут, — отметил Руфус.

— Эффективность противоречит нашей цели, — сказал Хамфри. — Пришло время этой команде начать видеть мир.

— Даже если это означает блуждать по большей его части, как пьяница, который не может идти по прямой линии, — добавил Нил, подняв кулак в воздух. — Я в деле. Команда Пьяниц!

Глаза Хамфри расширились, и он издал громкий стон. — Я забыл сменить название команды после того, как административные ограничения были введены после всплеска!

— Думаю, жребий брошен, мой друг, — сказал Джейсон. — Думаю, мы все довольно довольны названием команды.

— Да! — подбодрила усатая мышь, тащащая печенье размером со все свое тело с тарелки на столе.

— Боюсь, эта битва проиграна, — утешил Хамфри Руфус. — Возможно, нам стоит просто перейти к деталям нашего путешествия.

Хамфри смиренно кивнул, прежде чем возобновить обсуждение.

— Первый этап нашей поездки — движение на юг. Существует отличная дорожная сеть, соединяющая населенные пункты, куда бы мы ни пошли, и наши общие варианты — восточное побережье, западное побережье или центральные регионы.

— В чем различия? — спросил Джейсон.

— Восточное побережье — это то, что можно назвать стандартным маршрутом. Оно наиболее густонаселенное, наиболее развитое и наиболее стабильное, магически говоря. Магическая сила там в среднем диапазоне, что означает в основном монстров серебряного ранга, с некоторыми большими стаями бронзовых и случайными золотыми. Это очень хороший стартовый диапазон для того, где мы сейчас находимся, стремясь повысить ранг в долгосрочной перспективе.

— Проблема этого пути, — сказал Руфус, — в том, что всплеск только что закончился. На дороге будет много искателей приключений, прямо как мы, и это будет дорога, которую выберет большинство из них. Это означает больше конкуренции за лучшие контракты в каждом отделении, в которое мы заглянем. Кроме того, местные жители в каждом отделении могут начать возмущаться всеми аутсайдерами, приезжающими, чтобы перехватить самые прибыльные работы.

— Следующий вариант, — сказал Хамфри, — это центральный регион. Этого, я думаю, нам следует избегать. Там больше дикой природы и меньше развитых областей, что само по себе не плохо, но уровни магии — да. Центральный регион печально известен непоследовательными уровнями магии, поэтому в один день вы сражаетесь с монстрами железного ранга, а на следующий — золотого ранга.

— А западное побережье? — спросил Джейсон.

— Оно варьируется между низким и средним уровнями окружающей магии. Не Гринстоун низкий, по большей части, но иногда бывает. Есть пара областей, которые, как и Гринстоун, являются основными местами для ферм монет духа низкого ранга. В основном, однако, уровень монстров около бронзового или серебряного.

— Это немного слишком низко для нас, — сказала Софи.

— Согласен, — сказал Хамфри. — С другой стороны, будет меньше конкуренции за лучшие контракты.

— Думаю, восток, — сказал Джейсон. — Нам не нужны самые прибыльные контракты. Я знаю, что единственный реальный опыт стандартных приключений у меня был в Гринстоуне, но то, что я видел там, было то, что люди, которым нужна была помощь больше всего, часто оставались без внимания. Они не могли подсластить контрактные награды сверх стандартных ставок Общества искателей приключений, поэтому их контракты имели тенденцию томиться, пока общество не назначало их как штрафные контракты.

— Ты хочешь брать худшие контракты? — спросил Нил.

— Худшие по какой метрике? — ответил Джейсон. — Непопулярные контракты, как правило, те, которые отклоняются от стандарта. Для меня это звучит веселее.

— Конечно, звучит, — сказал Нил.

— Нам также следует посмотреть на наши более широкие цели, — сказал Клайв. — Это тур искателей приключений. Если мы собираемся увидеть мир, давайте увидим его. Новые города, новые люди. Встреча с другими искателями приключений — это не только конкуренция за контракты. Если мы хотим провести все время, продираясь через незаселенные области, мы могли бы так же хорошо пролететь над ними.

— Мне действительно нравится, как это звучит, — сказал Джейсон. — Прибрежные дороги и продовольственные рынки. Да, я согласен.

Хамфри оглядел стол.

— Если возражений нет, тогда на восток.

* * * Дверь в каюту Джейсона открылась, когда подошла Коринна Пескос. Это была единственная каюта не под палубой, делящая верхнюю палубу с мостиком. Каюта была просторной и окруженной окнами, за исключением стены, которую она делила с мостиком. Джейсон сидел на диване, обращенном к правому борту, чтобы насладиться панорамным видом, наблюдая, как кильватер транспортного средства разрезает волны.

— Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне, мисс Пескос, — сказал он, не вставая и не оборачиваясь. Она медленно двигалась по просторной каюте, которая была больше похожа на открытый лаунж. Там даже не было кровати, но она видела, как он манипулировал структурой корабля, меняя облачную субстанцию, из которой он был сделан, поэтому знала, что он может сделать ее при необходимости.

Коринна обошла длинный диван и села, невозможная мягкость которого слегка смягчила жесткий край отношения, с которым она вошла. Она задалась вопросом, было ли это случайностью или чем-то, что Асано делал намеренно, чтобы спроектировать свои взаимодействия. Ее предупреждали, что его кажущаяся легкомысленность часто скрывает обманчиво преднамеренную манипуляцию.

— Чем я могу вам помочь, мисс Пескос? — спросил Джейсон. — Прохладительные напитки?

— Нет, спасибо. Монеты духа — достаточная еда для меня. Простота помогает мне оставаться острой. Это способствует эффективному уму.

— Я не могу спорить с результатами, — сказал Джейсон. — Я видел вас в действии. Мне некоторое время рассказывали о силе элиты гильдии, но именно ваша команда по-настоящему показала мне, что это значит, когда мы отправились в ту экспедицию вместе. Это было глубоко впечатляюще. Если честно, даже с моей полной командой вокруг меня, мы не могли сравниться с подавляюще всесторонней скоростью и силой, с которыми вы разорвали ту стаю монстров. Это была большая стая, но вы были чисты и контролировали ситуацию все время. Преимущества эффективного ума, я полагаю.

— Вы не считаете свой собственный ум эффективным?

— О, я не думаю, что кто-то считает, так что я могу позволить себе предаться этому.

Жестом перед ним сформировался низкий столик из облачной субстанции, и он достал предметы из своего хранилища, чтобы поместить их на него: поднос с ассорти выпечки и кувшин с холодным чаем. Он достал две тарелки и два стакана, но наполнил только один, из которого с удовольствием отпил. Затем он взял тарелку и положил себе один из красочных ломтиков выпечки с подноса. Коринна молча наблюдала, как он совершал медленные и преднамеренные движения, расставляя закуски. Наконец, Джейсон откусил кусочек с довольным стоном.

— Я так рад, что в этом мире есть кокосы, — сказал он. — Я надеюсь, вы не будете завидовать мне, что я предаюсь этому.

— Все в порядке.

— Итак, что привело вас в мою каюту?

— Вы искренне не знаете? — спросила она. — Моя команда предупредила меня, что вы знаете все, что происходит на этом корабле.

— Я не бог, который может уделять внимание каждому последователю сразу, мисс Пескос. Я могу осознать, что ваша команда что-то обсуждает, но если я не уделяю этому прямого внимания, я не знаю, что вы обсуждаете. Думайте об этом как о взгляде сверху с башни. Я могу видеть, что люди внизу делают в целом, но без более пристального внимания я не могу видеть детали. Моя команда также говорила вам, что они начали использовать экраны приватности в своих каютах для частных моментов?

— Говорили, но также и то, что они не могли быть уверены, блокируют ли экраны на самом деле вашу силу наблюдать. Блокируют?

— У меня нет ответа, который может удовлетворить вас, мисс Пескос. Будь то да или нет, у меня есть причины лгать в любом случае, что означает, что вы не можете доверять тому, что я говорю.

Она кивнула, признавая этот момент.

— Все это было в самый последний момент, мистер Асано. Если честно, я бы предпочла, чтобы у моей команды был свой собственный, отдельный транспорт.

— Это между вами и Амосом Пенсината. Насколько я понимаю, вы здесь потому, что здесь его племянник, а присутствие Орина было условием присутствия его дяди.

— И почему именно Амос Пенсината присоединяется к вам?

— Мой друг попросил его научить меня некоторым вещам. Он согласился в обмен на помощь в придании его племяннику некоторого опыта как искателю приключений.

— И что делает вашу команду квалифицированной для обучения моей? — спросила Коринна. — По вашему собственному признанию, мы — элита гильдии, которая может превзойти вашу команду.

Джейсон улыбнулся с раздражающим самопотаканием, но не ответил сразу. Он откусил еще кусочек кокосового ломтика, затем запил его глотком холодного чая.

— Вы уверены, что я не могу соблазнить вас, мисс Пескос? Эти прохладительные напитки довольно, ну, освежающие в этой влажности.

— Ваша лодка отлично справляется с тем, чтобы держать влажность снаружи, мистер Асано.

Он кивнул в знак признания этого момента, что не остановило его продолжающееся потакание.

— Ваш вопрос был в том, чему моя команда может вас научить, — сказал он, наконец возвращаясь к сути. — Как ваш тон так ясно подразумевал, нам нечему учить. Что я хотел бы исправить, так это ваше утверждение, что я признал неполноценность своей команды. Я сказал, что мы не могли сравниться со скоростью и силой, которые вы продемонстрировали при уничтожении большой стаи монстров, атаковавших нашу экспедицию. Это не одно и то же.

Коринна издала фырканье. — Вы собираетесь говорить о приключениях в стиле Римароса против стиля Витесса, не так ли? Специализация против генерализации.

— Из этих двух городов я был только в Римаросе. Как только мы доберемся до Витесса, это будет мой первый визит, так что я не буду говорить о том, как они делают вещи там. Для этого вам следует поискать Руфуса Ремора. Он тренировал меня и пропитан подходом Витесса. Вы знаете, что его семья управляет там школой?

— Он упоминал.

Он ухмыльнулся, хотя она не была уверена, чему.

— То, чего Амос Пенсината хочет для вас, — это не обучение, а опыт. Будь то в Римаросе или Витессе, проблема с обучением искателей приключений низкого ранга заключается в том, что их опыт должен быть сильно курируемым, иначе местные монстры убьют их. Простите, если я ошибаюсь, но я понимаю, что вы и ваша команда были довольно ортодоксальны в этом отношении.

— Мы провели большую часть наших железных и бронзовых рангов под наблюдением золотого ранга, — признала Коринна. — Но мы теперь серебряного ранга. Мы действовали в одиночку большую часть всплеска.

— И это то, чего лорд Пенсината хочет больше. Опыт, вдали от безопасности вашей гильдии. Столкновение с последствиями вашего выбора без иного выбора, кроме вас самих. Он будет рядом, если вы действительно будете нуждаться в спасении, но он не будет ходить за вами по пятам и вряд ли успеет вовремя, если вы окажетесь в действительно отчаянном положении.

— Мы едва ли свободны от наблюдения золотого ранга, мистер Асано. В этом крошечном конвое их четверо.

— Да, но единственный, о ком вам нужно беспокоиться, — это лорд Пенсината. Карлос никогда не был искателем приключений, и хотя Арабелла Ремор, безусловно, была, она поможет только моей команде, и даже это под вопросом. Я думаю, вы обнаружите, что и она, и Пенсината дают нам всем достаточно места, чтобы жить со своими ошибками. У них есть решимость для этого; спросите сына Арабеллы.

— Даже принимая то, что мы предоставлены сами себе, или достаточно близки к этому, как именно пребывание с вашей командой приносит нам пользу? Почему лорд Пенсината видит ценность в том, чтобы взять Орина в это путешествие?

— Это вопрос опыта.

— И почему нам нужен ваш опыт? Вы уже сказали, что не собираетесь нас учить.

— И мы не будем. Не смотрите на меня и мою команду как на инструкторов.

— Вам не нужно беспокоиться на этот счет, — сказала она, вызвав добродушный смех Джейсона.

— Мы равны, — сказал ей Джейсон. — Пользуйтесь нами как таковыми и ожидайте, что мы сделаем то же самое. Советы от тех, у кого уже есть опыт, всегда ценны, когда вы сами отправляетесь получать этот опыт. Я встретил Руфуса Ремора, потому что он и его друзья поняли, что им нужен опыт, который они не могли получить в Витессе. В итоге он основал спутниковую школу в зоне низкой магии, основываясь именно на этом принципе.

Коринна долго не отвечала, переваривая то, что сказал Джейсон. Со своей стороны, Джейсон ел выпечку и смотрел на дождь, льющий снаружи, достаточно сильный, чтобы он едва мог видеть другие транспортные средства.

— Я слышала вещи о вас, — сказала она наконец. — Достоверность того, что я слышала, кажется сомнительной в лучшем случае.

— Попробуйте пережить их, — сказал он, качая головой. — Я не могу говорить о том, что вы слышали, и рассказывать свою собственную историю не кажется полезным. Слова легки, в конце концов. Все, что я скажу, это то, что моя команда и я сталкивались с ситуациями, где у нас не было никого, кроме самих себя, даже когда ставки были высоки.

— Это то, на что намекал Орин.

— Намекал?

— Он не большой любитель поговорить. Но он сказал, что однажды заглянул в вашу ауру, без фильтров. Он сказал, что она рассказала историю, в которую он поверил.

— Верно, — сказал Джейсон. Его первая встреча с Орином была, когда Веспер Римарос организовала «случайную встречу» с Каспером Ириосом. Это было частью ее политических махинаций, которые, как и сама Веспер, умерли, когда конфликт Строителя достиг Римароса. Орин был другом того человека, и Джейсон выделил его как самого разумного из группы, показав ему проблеск своей настоящей ауры, чтобы они тихо отступили.

— На самом деле, — сказал Джейсон, — я не показал ему все. Но если хотите увидеть, я могу показать вам.

— Вы искусный манипулятор ауры, — сказала она. — Это я слышала и верю. Вы могли бы выставить фасад, чтобы впечатлить меня.

— Мне не нужно впечатлять вас, мисс Пескос. Не вдаваясь в подробности, но присутствие вашей команды — это услуга за услугу за услугу. Излишек для требований. Официально я уезжаю с Сорамиром Римаросом, но вы и ваши люди не можете быть здесь, не зная, что это ложь, поэтому вы были введены в этот круг.

Он поморщился.

— Я не хотел вас здесь, мисс Пескос, но чтобы получить Амоса, нам нужен был Орин, а чтобы получить Орина, нам нужны были вы. По-видимому. Кто-то, кто много значит для меня, покинул этот мир недавно. Буквально покинул; не метафора смерти, но я не увижу ее снова некоторое время. Она была той, кто хотел соединить лорда Пенсината и меня. В противном случае я бы сократил свои потери и не взял бы никого из вас. Мне не так уж нужно то, чему Пенсината может научить.

— Тогда зачем терпеть нас? Почему бы не спрятать нас на дне корабля в наших каютах, вместо того чтобы позволять мне быть здесь, чтобы допрашивать вас вот так?

— Потому что вы на моей лодке, что делает вас моими гостями. Если вам удобнее купить собственное транспортное средство, как только мы доберемся до места, которое его продаст, вы можете это сделать. Я мог бы порекомендовать это, на самом деле.

Он откинулся на мягкий диван, положив руки на его спинку и позволяя им утонуть.

— От облачной мебели бывает трудно отказаться, — сказал он ей с ухмылкой. — И если ваша команда будет есть монеты духа, наблюдение за тем, чем наслаждаются остальные из нас, будет плохо для морального духа.

Коринна задумчиво посмотрела на него, затем выбрала ломтик выпечки, положила его на другую тарелку и откусила. Она на мгновение обдумала вкус.

— Вы правы, — сказала она. — Я не хочу, чтобы моя команда привыкала к этому.

ПЛОХИЕ ПРЕСТУПНИКИ

ПЛОХИЕ ПРЕСТУПНИКИ

Небольшой конвой, перевозивший Джейсона и его друзей, как только достиг побережья, повернул на восток, паря вдоль широкой и ухоженной сети дорог. Этот немедленный поворот на восток разочаровал Белинду; она была заинтересована в том, чтобы двигаться дальше на юг. Тот путь вел к печально известному сомнительными делами государству Гирлано и ко всем возможностям, которые оно предлагало предприимчивой и открытой молодой леди.

— Я официально отзываю свою поддержку тебе и Хампи, — сказала она Софи. — Вся эта тема с «становлением лучшим человеком» высосала из тебя всю радость жизни.

Пара сидела на открытой передней палубе облачной яхты. Видеть было особо нечего, так как стена дождя все еще стекала по невидимому облачному экрану.

— И под радостью ты подразумеваешь изощренные схемы краж? — спросила Софи.

— Схемы? Теперь ты звучишь как Джейсон. Вся эта команда на тебя плохо влияет.

— В том смысле, что они против грабежей?

— Именно.

— Линди, мы больше не уличные крысы. Мы встречались с королем одного из самых могущественных государств в мире.

— Но я так и не подобралась достаточно близко, чтобы стянуть его часы, верно? — спросила Белинда, доставая карманные часы и вертя их в руках.

— Что это?

— Это часы.

— Чьи часы?

— Помнишь того парня, который пытался спровоцировать нас на балу, незадолго до того, как Гэри разбил поднос о голову какого-то другого парня?

— Вроде бы. Он не особо запомнился. Погоди, это его часы?

— Ага.

— Ну, это нормально. К черту этого придурка.

— Именно. Я стянула его часы, пока он был занят тем, что вел себя как дерьмо.

— Ты к нему не прикасалась. Ты даже не приближалась.

— Я знаю, правда?

— Черт, Линди. Это отличная кража.

* * * — Этот дождь когда-нибудь закончится? — спросил Джейсон, глядя в окно барного зала.

— Закончится, — ответил ему Хамфри.

— Не похоже. Сколько времени это займет?

— Около четырех месяцев.

— Чертова муссонная погода.

— Одна из причин, по которой Римарос расположен на этих конкретных островах, а не на более крупных, заключается в том, что там выпадает меньше всего осадков в Море Штормов.

— Я думал, эти штуки, похожие на ветряные мельницы, должны останавливать всю эту ерунду.

— Штормовые аккумуляторы влияют только на штормы с повышенным уровнем окружающего магического фона. Обычная погода остается без изменений. Посмотри на это с другой стороны, Джейсон: мы выбрали отличное время, чтобы выбраться из тропиков.

— Вот за что я тебя люблю, Хамфри. Ты ищешь лучшее в каждом, даже в этом чертовом дожде.

— Моя родина — это сухая как кость пустыня, помнишь? — сказал Хамфри. — Если бы не магическая река, создающая дельту, у нас вообще не было бы дождей, поэтому богине Дождя всегда рады. Ей активно поклоняются в дельте.

Белинда рассмеялась над словами Хамфри, когда они с Софи вошли внутрь.

— Помнишь тот раз, когда Софи не знала, что такое дождь? — сказала она.

— В городе не бывает дождей! — сказала Софи.

— Я знала, что такое дождь.

— Ты мне не сказала.

— Ну, может, если бы ты действительно разговаривала с людьми, а не избивала или трахала их, ты бы могла услышать о разных вещах.

— Я разговаривала с тобой.

— С чего бы мне рассказывать тебе что-то? Это же уморительно, когда ты не знаешь вещей, которые знают дети. Помнишь всю эту историю с шерстяным свитером?

— Мы выросли в очень жарком месте! С чего бы мне знать о таких вещах?

— Опять же, знала бы, если бы разговаривала с людьми.

— Я разговаривала с тобой!

— Ты это уже говорила.

— Ты плохой друг.

Джейсон и Хамфри наблюдали, как пара спустилась на нижнюю палубу, продолжая препираться.

— Ты хорошо справился, — сказал Джейсон.

— Я волновался, — сказал Хамфри. — Когда мы услышали, что ты возвращаешься, было столько нерешенных…

— Теперь они решены, — перебил его Джейсон. — Она привязалась ко мне, потому что я был первым парнем, который не был для нее куском дерьма.

— Кроме Джори.

— Да, ну, тот парень с самого начала был безнадежно влюблен в Линди. Но Софи нужно было не просто «хорошее», приятель; ей нужно было стабильное. Меня называли по-разному, Хамфри. Однажды меня назвали «маленькой баночкой желе из костного мозга», но я не припомню, чтобы меня когда-либо называли стабильным. Ты — якорь этой команды. Тебе следовало получить набор способностей Целителя.

— Моя мать говорила то же самое. Про набор способностей, чтобы было ясно; а не про баночку с тем, что ты там сказал. Но она заключила хорошую сделку по поводу тех двух эссенций крыльев, и идея о том, что мы с Генри получим слияния феникса и дракона, пришлась ей по душе.

— Как там Генриетта?

— Она была в порядке, когда я в последний раз видел ее в Витессе. Она получила серебряный ранг, но так и не попала в постоянную команду. Некоторое время она бегала с Касандрой Мерсер.

Хамфри нахмурился.

— Не уверен, чем это закончилось, теперь, когда я думаю об этом. Генри всегда была немного влюблена в Касандру.

— Я слышал о ее брате, — сказал Джейсон. — После того как Строитель вселился в Тадвика, он превратился в какого-то странного вампира?

— Мы почти уверены, что он поглотил ту свободную душу вокруг меча, который мы нашли. Никто в Магическом обществе так и не смог понять, что происходит со всей этой историей с мечом и душой, поскольку Тадвик сбежал и с мечом тоже. Мало что осталось для изучения, хотя Клайв говорил что-то о редкой магии, которая привела их в неистовство. Родители Руфуса некоторое время преследовали Тадвика, но след простыл.

— Полагаю, он где-нибудь объявится. Вероятно, создавая нам проблемы. Тадвик всегда был зациклен на мне. Думаю, у него мог быть комплекс сестры.

— Я не знаю, что это, и уверен, что не хочу, чтобы ты мне рассказывал.

— Справедливо, — сказал Джейсон с усмешкой.

— Мистер Асано, — раздался голос Тени из тени Джейсона. — Мы приблизимся к Раджорасу примерно через пять минут.

— Спасибо, Тень.

Тень, помимо управления облачной яхтой, использовала формы транспортных средств, чтобы разведывать путь впереди на предмет неприятностей, которые могли быть скрыты дождем. Раджорас был одним из крупнейших городов на южном побережье материка, что делало его одним из самых южных центров на территории Королевства Штормов.

После нашествия монстров Раджорас стал крупным центром активности. Людям нужно было вернуться домой после слишком долгого заточения в городах-крепостях, и часто их там ждало разрушение. Каждый город и деревня нуждались в ремонте, а некоторые приходилось отстраивать заново. Это было верно и для обычного нашествия, которое длилось в пять раз меньше, чем это. Люди и материалы уже текли через Раджорас, как река, и дорога становилась все более оживленной по мере приближения команды, несмотря на погоду.

Массивное транспортное средство, которым была облачная яхта, не подходило для практического передвижения по городу, поэтому три транспортных средства в конвое остановились за пределами Раджораса. Им нужно было посетить город, так как их внезапный отъезд из Римароса оставил их несколько недостаточно обеспеченными, а команда гильдии надеялась найти собственное транспортное средство. Конвой съехал с дороги, а Тень подняла облачную яхту над джунглями, чтобы не загораживать проезд гигантским судном.

Команда Джейсона и команда Римароса собрались на нижней палубе по правому борту, дождь отскакивал от невидимого купола над головой. Эта открытая палуба была местом, где судно причаливало, когда использовалось как лодка, и одновременно служила стартовой площадкой для двух скиммеров, хранившихся в пространственном хранилище. Клайв и Белинда вытащили скиммеры, каждое транспортное средство было оборудовано для передвижения по суше и воде, с магическими защитными экранами, которые справлялись с дождем. Каждый скиммер был приличного размера, способный вместить восемь человек.

— Я знаю, что мы с Белиндой назначенные водители, — сказал Клайв, — но нам обоим нужно поехать с командой Римароса. Простите, я не расслышал название вашей команды.

— Команда Штормовой Измельчитель, — сказал Калиф.

— Это звучит намного лучше, чем наше, — пробормотал Хамфри, на что его товарищи по команде покачали головами в знак несогласия.

— Любой может управлять этими скиммерами, если мы не находимся в зоне с низким уровнем магии, — сказал Клайв. — Они работают на духовных монетах, так что вам просто нужно немного их иметь. И местное водительское удостоверение, очевидно.

— Что? — спросила Белинда.

— Лицензию, которую я просил тебя получить, — сказал Клайв, поворачиваясь к ней с хмурым видом. — Ты ведь получила эту лицензию, верно?

— Э-э, ага.

— Могу я взглянуть?

— У меня ее сейчас нет с собой.

— У тебя ее нет с собой?

— Нет.

— У тебя есть пространственное хранилище, где ты держишь все свое имущество.

— Не все. И у меня есть каюта. Некоторые вещи распакованы там.

— Тогда, возможно, тебе стоит сходить и забрать ее, — сказал Клайв. — Возможно, их будут проверять у городских ворот. Так скоро после нашествия они, вероятно, будут проводить усиленный контроль.

— Да? — спросила Белинда, ее голос был лишь немного выше обычного. — Я приму это к сведению. Кстати, никто не знает, как местные чиновники низкого звена реагируют на взятки?

— Почему вам двоим нужно ехать с командой Штормовой Измельчитель? — спросил Джейсон.

— Это Штормовой Измельчитель, — поправила Коринн.

— Штормовой Резак был уже занят? — спросил Джейсон.

— Ага, — сказал Калиф, заработав острый взгляд от Коринн.

— В любом случае, Клайв, почему вам с Линди нужно ехать с ними?

— Мы все направляемся в одну и ту же часть города по делам с транспортом, — сказал Клайв. — Они хотят купить нормальный транспорт, а поскольку мы пробудем здесь несколько дней, нам с Линди нужен сухой док, чтобы разобрать…

Белинда хлопнула его по руке.

— …нам нужно купить несколько скиммеров, — перестроился Клайв. — И это все.

Все члены команды Клайва уставились на него.

— У нас уже есть скиммеры, — отметила Софи, указывая на два транспортных средства, стоящих на палубе. — Эти скиммеры.

— Нам нужны другие, — сказал Клайв.

— Ты такой плохой преступник, — пробормотала Белинда.

— Мы не должны быть хорошими преступниками! — прошипел на нее Клайв.

— Говори за себя, — прошипела в ответ Белинда.

— Что случилось с той подводной лодкой, которую украла Белинда? — спросил Нил.

Клайв открыл рот, и Белинда снова хлопнула его по руке.

— Какая подводная лодка? — неубедительно спросил Клайв.

— Та, которую вы взяли, когда сбежали из скрытой базы Ордена Искупительного Света, — сказал Нил.

— Она утонула, — сказала Белинда. — Или я ее потеряла. Или и то, и другое. Думаю, и то, и другое. Да, я же говорила вам, что она утонула, и я не помню где, верно?

Калиф наклонился ближе к Орину.

— Это твоя вина, что мы путешествуем с этими людьми?

Орин ничего не ответил.

* * * Команда Коринн была с Клайвом и Белиндой в скиммере, в очереди на прохождение через контрольно-пропускной пункт городских ворот. Городские стены высились впереди, все еще неся шрамы от атак монстров во время нашествия. Клайв был на водительском сиденье, а Белинда рядом с ним спереди.

— Можно вас спросить? — сказал Калиф, подавшись вперед. — Вас не нервирует, что аура Асано повсюду в этом транспортном средстве? Я имею в виду, повсюду. Такое чувство, будто он следит за твоими мыслями.

— Разные ауры ощущаются по-разному разными людьми, — сказал Клайв. — Для меня она доброжелательная. Властная, да, но доброжелательная, что очень похоже на Джейсона. Хотя это обнадеживает, после того как мы думали, что потеряли его для Жнеца.

— К этому привыкаешь, — сказала Белинда. — В его присутствии есть уверенность. Как у сторожевого пса. Ты чувствуешь, как далеко он зайдет, если кто-то придет за нами, и мы знаем, что это чувство реально. Мы видели это.

— Вот как это ощущается для нас, — сказал Калиф. — За исключением того, что это мы те, за кем наблюдает сторожевой пес. Это тревожит. Трудно расслабиться.

— Не знаю, — сказала Роза Лизелос, разведчица из команды Коринн. — Не думаю, что это так уж плохо. Я определенно могу с этим жить, если это означает облачные кровати и гигантские застолья. Тот обед выглядел потрясающе. Как часто вы все так едите?

— Это просто обычный обед, когда мы не в полевых условиях, — сказала Белинда. — Джейсон всегда был своего рода вспомогательным членом команды, отвечающим за еду. Почему вы все не присоединились?

— Коринн, — сказал Орин, без дальнейших объяснений.

Все пять товарищей Коринн повернулись, чтобы посмотреть на нее, на что она не отреагировала.

— Дисциплина, — ответила Коринн Белинде. — Потакание притупляет ум. Острый, эффективный ум — вот что нам нужно.

— Ну, а мне нужны сэндвичи размером с мое предплечье, — сказала Белинда. — Но, полагаю, каждому свое.

* * * Джейсон в итоге остался позади, когда его команда отправилась в город. Хамфри, Софи и Нил отправились на поиски припасов, но Джейсон дал им список продуктов вместо того, чтобы идти самому. Из-за дел и погоды это было не лучшее время для осмотра достопримечательностей, а они были достаточно близко к Римаросу, чтобы это не предложило какой-то захватывающей новой культуры для взаимодействия. Это также означало, что Джейсон достаточно знал о местной еде, чтобы большая часть, если не весь его список, была доступна.

Арабель поднялась на борт облачной яхты, все еще парящей над пологом джунглей рядом с дорогой. Она застала его за завариванием чая, и они сели у окна, наблюдая за движением транспорта внизу, который тащился по дороге сквозь ливень.

— Пора нам поговорить о Каллуме, — сказала она ему. — Я хотела сделать это еще в Римаросе, но вы решили уехать очень внезапно.

— Где Каллум?

— Он взял наше транспортное средство и отправился в город. Оно не самое маленькое, но не намного больше большого скиммера. Ничего общего с этой махиной.

— Я вполне доволен этой махиной, большое спасибо.

Он отпил чаю, затем поставил его на приставной столик.

— Ты упоминала некоторое время назад, — сказал он, — что поняла истинную причину, по которой Каллум был так одержим матерью Софи.

— Да.

— И?

— Он влюблен в нее.

— Прости, что?

ГЛАВА 27: ЗЛОЙ БОГ НА ЕЁ ПЛЕЧЕ

ГЛАВА 27: ЗЛОЙ БОГ НА ЕЁ ПЛЕЧЕ

— Полное объяснение довольно сложное, — сказала Арабель.

— Ещё бы, — ответил Джейсон. — Если существует простое объяснение того, как твой сокомандник оказался в ситуации, когда он бегает за злой, промытой мозгами мамой моего сокомандника только потому, что влюблен в неё, то многие люди были очень, очень невнимательны.

Они сидели на облачной яхте, зависшей над джунглями рядом с дорогой, ведущей в город Раджорас. Они пили чай и наблюдали за потоком машин в проливной муссонный дождь.

— Я расскажу тебе, что произошло, насколько я это понимаю, — сказала Арабель. — Но учти, что всё, на что я опираюсь, — это рассказ Каллума.

— А Каллум сейчас не самый надежный свидетель.

— Именно так, — согласилась Арабель. — Видеть его таким — сбивает с толку. Он никогда не умел ладить с людьми, но всегда был стоическим и надежным. А теперь он тревожный, ненадежный и бегает за женщиной. Видеть его таким, совсем не похожим на того, с кем мы когда-то работали, просто поразительно.

— Ты не думала показать его Карлосу? Убедиться, что на Кэла не влияет ничего, кроме стресса?

— Это было первое, что я сделала, как только поняла, насколько Кэл отклонился от нормы. Я проверила его на признаки ритуала «очищения» Ордена Искупительного Света, а затем на всё остальное, что мог найти Карлос. Это не было внешним воздействием, которое он мог бы выявить, а значит, почти наверняка никакого внешнего воздействия нет. Поиск и устранение влияния на душу — его специализация; он лучший в своей области. От астральных семян до вампиризма и обычной душевной травмы — он лучший из всех.

— Полагаю, именно поэтому он так одержим помощью членам Ордена Искупительного Света?

— Да. И именно поэтому власти дают ему свободу действий, чтобы разобраться с этим. Мало кому позволили бы поместить группу важных заключенных в стазис и возить их с собой в автобусе.

— Если это не по части Карлоса, — сказал Джейсон, — значит, это по твоей. Старые добрые проблемы с психическим здоровьем.

— Да, — сказала Арабель. — Строго говоря — с этической точки зрения — я не должна его лечить, потому что он слишком близок мне. Церковь Целителя дала мне особое разрешение, потому что он отказывался говорить с кем-либо еще, и они посчитали, что он откроется старому товарищу по команде.

— И он открылся.

— Конечно. Мне потребовалось время, но я вытянула из него всю историю. По крайней мере, историю так, как она выглядит в его сознании. Мне было бы интересно услышать версию событий матери Софи, но если они встретятся сейчас, это будет катастрофой, учитывая состояние обоих.

— Мелоди кажется довольно собранной, — заметил Джейсон. — Хотя её аура не соответствует языку тела. Она скрывает много страха и замешательства.

— Именно, — сказала Арабель. — Слишком много неизвестных факторов, чтобы сводить их сейчас, даже если это ответило бы на многие вопросы. В конце концов, цель — помочь им обоим поправиться, а не удовлетворить наше любопытство.

Джейсон кивнул. — Давай начнем с того, как всё выглядело с точки зрения Кэла, хорошо?

Арабель кивнула. — Начнем с контекста. Каллум — часть Культа Жнеца. Когда мы были командой, это никак не влияло на его повседневную жизнь, поэтому это никогда не имело значения.

— Как Клайв, — сказал Джейсон. — Не думаю, что он официально состоит в какой-либо организации, существующей в этом мире, но он почитает великое астральное существо, называемое Небесной Книгой.

— Членство Кэла в Культе Жнеца теперь играет очень важную роль. В то же время Мелоди Джейн была частью Ордена Жнеца. Ты понимаешь разницу между этими организациями?

— Культ — это те, кто следует принципам Жнеца. Орден — это ответвление культа, которое превратилось в орден убийц, заинтересованных в развитии закулисной политической власти. Они отделились от культа, поскольку всё больше отходили от его основных принципов.

— Да, — сказала Арабель. — История начинается с Мелоди Джейн, около четверти века назад, в городе Курданск. Эта часть основана на том, что, по словам Каллума, рассказала ему сама Мелоди, еще до того, как Мелоди и Каллум узнали друг друга. Они оба были членами своих организаций, каждая из которых действовала тайно. Орден Жнеца находился в процессе воплощения в жизнь планов, вынашиваемых веками, и они очень придирчиво относились к тому, кого принимали в свои ряды. Мелоди была весьма способной и происходила из одной из семей старого ордена, поэтому ей были полностью рады. Однако мужчина, которого она выбрала для себя, — нет.

— Мы ведь говорим не о Каллуме, верно?

— Нет. Мы говорим об отце Софи Уэкслер, хотя тогда его фамилия была не Уэкслер. Мелоди скрывала его от ордена, как и тот факт, что у них был ребенок. Но когда ребенок был еще маленьким, их обнаружили. Орден Жнеца специализируется на незаметном внедрении людей в организации. В религиях это практически невозможно подделать, но во многих религиях есть административный персонал низшего звена для их нужд, от которого не требуется глубокой веры. Кто-то, работающий в Церкви Плодородия в отделе учета, обнаружил детали того, как церковь помогла Мелоди завести ребенка, не поставив в известность её кураторов из ордена.

— Каковы были последствия?

— По словам Каллума, Мелоди была уверена, что орден убьет её тайного мужа и ребенка. Особенно если они узнают, что Мелоди годами учила его методам боя ордена.

— Методу, который он в итоге передал Софи.

— Да. Мелоди предупредила о том, что орден обнаружил её семью, женщина по имени Марта Фрис, её соратница и лучшая подруга. Мелоди заставила Марту тайно вывезти мужа и дочь; даже сама Мелоди не знала, куда они отправились. Она не хотела, чтобы её схватили и заставили выдать местонахождение семьи, чтобы орден мог устранить лишних свидетелей. Даже Марта Фрис не была уверена, снабдив тайного мужа лишь достаточным количеством информации и ресурсов, чтобы он мог исчезнуть самостоятельно.

— Таким образом, Софи и её отец оказались в Гринстоуне. У Софи почти не осталось связных воспоминаний до того, как авантюристы нашли её в том кораблекрушении.

— Она была маленькой. Даже не знала, что её настоящее имя не Уэкслер, а Джейн. Возможно, её отец как-то спутал ей воспоминания. Алхимия может быть эффективна на таких маленьких детях. Существуют зелья, помогающие детям пережить травмирующие события, хотя я стараюсь избегать их использования. При лечении детей некоторые ужасы лучше оставить в стороне, но последствия отсутствия воспоминаний могут сохраняться, и с ними труднее справиться из-за их отсутствия.

— Интересно, сколько из этого и в какой версии Мелоди рассказала Софи, — задумался Джейсон. — Они разговаривают неделями, и я полагаю, это должно было всплыть.

— Ты не спрашивал её?

— Если Софи посчитает, что есть что-то, что мне следует знать, — сказал Джейсон, — она мне расскажет.

— Всё это происходило внутри твоего облачного дома. Ты не мог подслушать?

— Мог бы, но не стал. Я знаю, что они разговаривают, но переключаю внимание на что-то другое.

— Не уверена, что смогла бы устоять перед таким искушением.

— Это несложно. Нужно просто решить, хочешь ли ты быть человеком, который вторгся в самые интимные моменты близкого друга.

— Ах, — сказала Арабель. — Позволить осознанию того, что ты станешь ужасным человеком, подавить любопытство.

— Теперь ты рассказала мне о том, как Софи оказалась в Гринстоуне, но не о том, где здесь место Каллума.

— После того как она вывезла свою семью, — объяснила Арабель, — Мелоди знала, что Орден Жнеца не оставит это просто так. Они были одержимы тем, чтобы не оставлять нитей, которые могли бы создать им проблемы в будущем, особенно с учетом их планов, до реализации которых оставались десятилетия.

— И из всех мест, где могли оказаться Софи и её отец, они отправились в Гринстоун? Место, где должна была разыграться часть плана Ордена Жнеца?

— Каллум не знал, почему они туда отправились. Возможно, это была попытка спрятаться там, где орден не будет искать. Возможно, это совпадение. В конце концов, орден начинал свое возрождение в местах по всему миру.

— Значит, вывезя семью, она сбежала?

— Да. И именно здесь наконец появляется Каллум.

— Она отправилась в Культ Жнеца.

— Да. Но культ не собирался просто так принимать её. В конце концов, орден был известен своим кропотливым внедрением в другие организации на протяжении последних нескольких столетий. Они инсценировали гибель всего своего ордена как часть плана, который готовился более полутысячелетия.

— Но этот секрет теперь не так уж хорошо скрыт.

— Нет. Их план всегда состоял в том, чтобы вернуться к своему первоначальному статусу «открытого секрета», быть инструментом для тех, кто у власти, одновременно самим дергая за рычаги власти. В первый раз они действовали слишком грубо и были раздавлены. В этот раз они проявляют больше терпения и планируют всё с самого начала. Всего за те несколько лет, что тебя не было, они добились огромных успехов в этом отношении. И они пытаются утвердиться, делая себя незаменимыми. Они нанесли критические удары по Церкви Чистоты, Культу Строителя и другим непосредственным угрозам.

— Это значит, что когда остальной мир метался в поисках этих врагов, которые застали большинство из нас врасплох, Орден Жнеца уже внедрился в них и знал, что они задумали. Но вместо того чтобы предупредить людей, они позволили этим группам стать угрозой, чтобы выглядеть хорошо, нанося удары по этим угрозам.

— Да.

— Но люди наверняка раскусили это?

— Конечно. Но факт остается фактом: это была впечатляющая демонстрация силы. Кто знает, сколько у ордена внедренных агентов в каких организациях? Любой, кто выступит против них, может легко обнаружить, что кто-то, кому он доверял, внезапно вонзает нож в спину. Мы также полагаем, что они знали о посланниках и собираются предпринять шаги против них, чтобы еще больше укрепить свои позиции.

Джейсон покачал головой, наполняя их чашки из чайника.

— Всё это звучит как неприятности.

— Да. И Культ Жнеца был одним из первых, кто понял, что их бывший отколовшийся орден снова в движении, хотя их самих было трудно внедрить. Как и в религиозных орденах, в астральных культах требуется подлинное почитание великого астрального существа. Это не так надежно, как вера в бога, но в долгосрочной перспективе это невозможно обойти. Слишком легко не повезти.

— Но орден всё равно пытался внедриться в культ, верно? А потом появляется Мелоди с, казалось бы, удобным предложением о переходе на их сторону. Но культ ей не доверял.

— Не доверял. Именно в этот момент она встретила Каллума. Наша команда перестала активно заниматься приключениями. Эмир стал охотником за сокровищами, а Габриэль и я перешли к менее активным ролям, пока растили сына. Я переквалифицировалась из полевого целителя в специалиста по психическому здоровью, а Габриэль начал преподавать в академии. Каллум, как мы думали, охотился на монстров в стремлении достичь алмазного ранга. Это не обычный путь, но для него это имело смысл.

— Охота на монстров — это не способ повышения до золотого ранга?

— Это часть, но не всё. Ты узнаешь больше, когда приблизишься к золотому рангу. Пока что такие вопросы — это отвлечение внимания. Суть в том, что, хотя Каллум действительно охотился на опасную добычу, это занимало далеко не так много времени, как мы думали.

— Он стал активнее в Культе Жнеца?

— Да, как оказалось, и его сделали куратором Мелоди. Они работали вместе годами, исследуя орден, из которого она пришла, и используя навыки, которым они её обучили, в целях культа. Однако культ никогда по-настоящему не принимал её, всегда опасаясь терпения и долгосрочного планирования ордена. Они держали её на расстоянии, и Каллум был её единственной настоящей связью. Она бы ушла, если бы не то, что к тому моменту за ней охотились бы и Орден Жнеца, и Культ Жнеца.

— И именно тогда они с Каллумом сошлись?

— Нет, — сказала Арабель. — По словам Кэла, это было одностороннее чувство. Сама Мелоди хотела найти мужа и дочь, но не могла, находясь под каблуком культа. Поэтому Каллум согласился помочь ей, несмотря на свои чувства. Он наладил связь между Эмиром и алмазным рангом, дружественным культу. Историком, который раскапывал детали об Ордене Жнеца, не подозревая, что они всё еще активны. Покровительство этого человека — причина, по которой Эмир годами искал остатки Ордена Жнеца, помимо своей деятельности по поиску сокровищ. Вот почему он в основном использует внешние силы, например, нанимая авантюристов. Это позволяет ему использовать своих людей для других проектов.

— Авантюристов вроде Фарры, Руфуса и Гэри, — сказал Джейсон.

— Да. Он знал, что они ищут некоторой независимости, а низкий уровень магии в Гринстоуне казался идеальным.

— Это хорошо, но как всё это помогло бы Каллуму и Мелоди?

— Потому что Эмир и его покровитель искали следы ордена, включая их боевые техники, Путь Жнеца.

— Ага, он собирал книги навыков. Я думал, он просто хотел их для своей внучки.

— Всё было сложнее. Книги навыков — это методология Ордена Жнеца, о которой мы знаем больше всего. Члены ордена используют книги навыков, чтобы привить себе обширный набор техник, а затем тренируются, чтобы довести эту информацию до автоматизма.

— Именно то, что я сделал с помощью Руфуса.

— Да. Это была лишь часть того, что они делали, но именно этого на самом деле хотели Каллум и Мелоди. Кэл знал, что между алмазным рангом и Эмиром у них будут люди, прочесывающие мир в поисках следов Пути Жнеца. Книги навыков — это одно, но у Мелоди никогда не было возможности обучить мужа таким образом. Если бы нашли какого-то случайного парня, не связанного с орденом, использующего их техники, это было бы заметно. Каллум регулярно поддерживал связь со своим старым товарищем по команде, чтобы узнавать всё о том, чем занимается Эмир.

— Это ужасный метод поиска, — сказал Джейсон. — Это как знать, что где-то в мире есть стог сена с иголкой, и заставить кого-то проверять стога сена на наличие чего-то другого, в надежде, что они случайно наткнутся на иголку.

— Да, — согласилась Арабель. — Это был ужасный план, но такой, который они могли осуществить, не давая ни культу, ни Эмиру понять, что происходит.

— Кэл не доверял Эмиру?

— Мелоди не доверяла. Поэтому они делали всё, что могли, прекрасно понимая, что могут никогда их не найти, и даже если найдут, на это уйдут годы. Даже с теми огромными поисковыми ресурсами, которые Эмир и его покровитель алмазного ранга смогли задействовать.

— О, — сказал Джейсон с внезапным осознанием. — У Мелоди было не так много вариантов, кроме того, что она могла заставить сделать Кэла. А Кэл был влюблен в неё, поэтому он не был сильно заинтересован в поиске её давно потерянного мужа.

— Нет. Кэл сказал, что он искренне пытался найти этого человека, но не имел реальных ожиданий его найти.

— Тогда Софи, должно быть, стала шоком.

— Да, но Каллум не понимал, что нашел Эмир, пока Эмир не начал использовать её в качестве приманки для ордена. Софи и Эмиру удалось найти Марту Фрис, подругу Мелоди, которая помогла ей и её семье ускользнуть из лап ордена. Именно тогда он вмешался, чтобы удержать Софи и Хамфри подальше от неё. Нынешняя жена Эмира, Констанция, тренировалась с Кэлом, чтобы достичь золотого ранга, и её беспокойство по поводу того, что Эмир использует Софи как приманку, послужило хорошим прикрытием для собственных намерений Кэла. Он сам выследил Фрис после того, как она сбежала от Хамфри и Софи, появившихся на её пороге.

— Но Мелоди к тому времени уже была в Ордене Искупительного Света, не так ли? Она годами была в Море Штормов, а до этого в других местах.

— Да, — сказала Арабель. — Возвращаясь к тому времени, когда Каллум впервые задумал этот план, использование одного из контактов алмазного ранга Культа Жнеца привлекло внимание культа. Они решили, что пришло время Мелоди сделать достаточно значимый жест, чтобы культ захотел принять её и наконец позволил ей перейти из Ордена Жнеца в Культ Жнеца.

— Внедрение в церковь Чистоты?

— Да. Каллум был против того, чтобы использовать её для внедрения в Орден Искупительного Света, но этого требовал культ. Культ некоторое время изучал Орден Искупительного Света и подозревал, что, несмотря на служение Чистоте, они используют некромантию для поднятия нежити. Часть мандата Ордена Искупительного Света — перепрофилировать инструменты нечистых для служения Чистоте.

— Звучит как полная чушь. Вся эта штука с искупительным светом появилась только после того, как настоящую Чистоту выставили за дверь, верно?

— Мы так и понимаем, но культу всё равно, кто за этим стоит, важно лишь то, что используется нежить. Культ часто работает с Церковью Смерти в этом отношении, поскольку они тесно связаны. Церковь занимается более публичными делами для культа, в то время как культ может быть скрытым кинжалом церкви.

— Значит, Орден Искупительного Света был известен тем, что принимал людей, не являющихся верующими Чистоты.

— На самом деле, они делали это исключительно. Это казалось редким шансом получить доступ к Чистоте.

— За исключением того, что Мелоди подверглась этому «очищающему огню» или как они там это называли. Она стала искусственным фанатиком.

— Да. Каллум потерял её след, когда она перестала выходить на связь, и с тех пор пытается найти её. Софи и Эмир, приведшие его к подруге Мелоди, Марте Фрис, были первой настоящей зацепкой, которая у него была. Фрис делала то же самое, что и он, пытаясь найти след Мелоди, стараясь при этом избежать подозрений Ордена Жнеца в свой адрес. С момента перехода Мелоди она находилась под наблюдением. Вместе, объединив информацию и ресурсы, они смогли выследить Мелоди до Моря Штормов. А потом прибыл ты, и теперь мы в курсе событий.

Джейсон откинулся на спинку стула.

— Что ж, — сказал он. — Ты предупреждала меня, что всё будет сложно.

— И это только сторона Каллума. Мне будет интересно услышать версию Мелоди. Однако признаюсь, я не уверена, как действовать, учитывая благополучие обоих. Мелоди не способна принимать осознанные решения, пока всё еще находится под влиянием того, что с ней сделали. Возможно, мы не сможем двигаться дальше, пока не увидим, сможет ли Карлос понять, как распутать этот беспорядок.

— На Земле, — сказал Джейсон, — когда ты не в состоянии принимать собственные осознанные решения по какой-либо причине, эта власть обычно переходит к ближайшему члену семьи.

— Здесь всё работает примерно так же, хотя с дворянством часто вступают в игру внутрисемейные политические интриги. Ты предлагаешь привлечь Софи, чтобы узнать, что она думает.

— Это её мать. Кажется правильным, чтобы она принимала решения, пока Мелоди не сможет принимать свои собственные, без злого бога на своем плече.

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В ТОЙ ЖЕ МЕРЕ, ЧТО И ПРИВИЛЕГИЯ

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В ТОЙ ЖЕ МЕРЕ, ЧТО И ПРИВИЛЕГИЯ

Джейсон и Арабель продолжали беседовать, пока снаружи обрушивались муссонные дожди. Джейсон достал сконы к чаю.

— Есть один вариант, — сказал Джейсон. — То, что я уже обсуждал с Карлосом. Существует место, где то, что обычно невозможно, становится возможным. Место, где я могу отключить то, что сделали с Мелоди, пока она там находится. Удаление этого убьет ее, как только она покинет то место, но подавление должно быть достаточно безопасным.

— Ты говоришь о своем пространстве души, — сказала Арабель.

— Да.

— Я знаю, что произошли изменения. И я знаю, что мы почти не говорили о них.

— О некоторых вещах я даже не знаю, как говорить. Я видел проблески высшего общества, которое существует в широком космосе. Сорамир Римарос и, по-видимому, другие обладатели алмазного ранга видели его. Доун — важная фигура там. Она рассказывала мне отрывки, истории о великом городе с посетителями из миллиона вселенных. Этот широкий космос дотянулся до миров, в которых я существую, меняя меня по-разному. Ментально, физически, магически. Меня уничтожали и воссоздавали много раз. Моя душа неузнаваема по сравнению с тем, что было раньше.

— Ты описываешь изменения, — сказала Арабель, — но насколько сильно ты чувствуешь себя изменившимся? Считаешь ли ты себя принципиально другим человеком по сравнению с тем временем, когда был человеком?

— Я изменился, но все меняются. Со временем мы все становимся другими людьми.

— Тогда вопрос в том, ты ли изменился или тебя изменили внешние силы.

— Это не вопрос. Ответ — и то, и другое, и это по-прежнему верно для всех остальных. Я просто думаю, что мое соотношение могло немного склониться в пользу внешних сил. Но чем ближе я подхожу к этим силам, тем больше понимаю, что едва уловил проблеск сферы, к которой все больше принадлежу. Есть аспекты меня, которые принадлежат этому великому космическому обществу. Одной ногой я уже ступил в космос, совершенно не представляя, во что ввязываюсь.

— А с уходом Доун исчезло то, что было ближе всего к роли твоего проводника.

— Да. Следующий по близости — Сорамир Римарос, а я ему не доверяю. Я не то чтобы не доверяю ему, но он не Доун. Или Фарра, или ты, или кто-либо еще, кому я по-настоящему доверяю и на кого полагаюсь.

— Как много знает Сорамир?

— Не уверен. Достаточно, чтобы навредить мне, хотя мне кажется, что он настроен доброжелательно. Трудно хранить секреты от обладателей алмазного ранга.

— Почему ты заговорил об этом? — спросила Арабель. — Ты беспокоишься, что можешь во что-то вляпаться, используя эти свои космические аспекты? Под которыми, как я полагаю, ты подразумеваешь изменения в своем пространстве души.

— Да. Я не знаю, обоснованы ли мои опасения или я просто пугаюсь собственной тени.

— Ты подумываешь о том, чтобы оставить свое пространство души в покое, пока не узнаешь больше?

— Нет. В одном я уверен совершенно точно: мне нужно использовать каждое преимущество, которое я могу получить, даже если иногда это сопряжено с ценой. Прямо сейчас это означает использование моего пространства души, чтобы попытаться помочь Карлосу.

— Ты думаешь, что сможешь помочь ему исцелить мать Софи и остальных?

— Надеюсь. Если он сможет достичь определенного уровня понимания их состояния, я, возможно, смогу помочь разработать лечение.

— Но ты думаешь, что можешь помочь Мелоди сейчас, пусть даже временно.

— Я верю, что смогу помочь настоящей Мелоди проявиться, если только смогу провести ее через портал в мое пространство души.

— Я думала, ограничения на этот портал сняты?

— Да, ограничения по доверию сняты, но это все еще портал. Нельзя заставить кого-то пройти через него без согласия.

— Итак, согласится ли Мелоди пройти через какой-то странный портал?

— Посмотрим, если Софи вообще этого захочет.

— Я бы посоветовала тебе обдумать это более тщательно, прежде чем действовать, особенно прежде чем предлагать эту идею Софи. Если ты вселишь в нее надежды, превышающие то, что ты можешь дать, это может причинить настоящий вред.

— Я не собираюсь никуда спешить.

— Хорошо, — Арабель одобрительно кивнула. — Даже если ты можешь это сделать, это не значит, что ты должен. Ты не можешь ожидать, что подавишь злонамеренную магию, воздействующую на Мелоди, и она после этого просто будет в порядке, — предупредила она. — Ты знаешь лучше многих, что после того, как травма души залечена, ментальная травма остается. Тем более что она будет знать: покинуть твое пространство души — значит вернуться в свое болезненное состояние.

Джейсон поморщился. — Ужасная мысль. Знать, что тебя вот-вот захватит что-то другое.

— Поэтому я советую проявлять осторожность.

— Я собирался обсудить эту идею с Софи. Поможешь мне понять, как это сделать? Может, даже сделаешь это вместе со мной?

— Помогу.

— Нам не нужно спешить, — сказал Джейсон. — Мы можем потратить время на то, чтобы сделать обдуманный выбор, даже если нам останется только надеяться, что он верный.

Арабель прищурилась, глядя на Джейсона.

— Ты принял идею двигаться медленно, не так ли?

— Разве я не должен был?

— Ты абсолютно должен был. Но ты достаточно долго бегал из одного кризиса в другой, и я думала, что потребуется больше времени на адаптацию.

Джейсон усмехнулся.

— Замедление — это то, о чем я мечтал уже некоторое время. Я был так готов к этому.

— Ладно, — сказала Арабель, вставая. — Постарайся сохранить этот настрой; ты ведь больше не стареешь. Никогда.

* * * Гигантский автобус, который Карлос использовал для поездки, был не таким большим, как парящая яхта Джейсона, но все равно оставался неудобно громоздким. Тем не менее, места внутри было мало. Несмотря на то, что большинство членов Ордена Искупительного Света были помещены в стазис и аккуратно уложены на стеллажи, пространство все равно требовалось Карлосу и его трем помощникам, также из Церкви Целителя, чтобы жить и проводить свои исследования.

Большую часть полезной площади занимал Гибсон Амуз, чей отец предоставил транспортное средство, чтобы способствовать выздоровлению сына. Гибсон находился внутри большого специализированного контейнера, плавая без сознания. Карлосу удалось предотвратить деградацию Гибсона после полузавершенного ритуала «очищения», который провел Орден Искупительного Света. Он надеялся, что Гибсон — ключ к помощи остальным и, в идеальном мире, многим другим. Гибсон Амуз потенциально был ключом к разгадке таких, казалось бы, необратимых проклятий, как малый вампиризм, если Карлос сможет раскусить природу его недуга.

Карлос сидел за столом, заваленным сложными записями. Он провел руками по своему изможденному лицу, встал и, направляясь к двери, схватил зонт. Он открыл его, увидев проливной дождь, о котором весь день слушал, как он бьет по жестким панелям транспортного средства. Единственные окна были у водителя спереди, так что он впервые увидел эту стену падающей воды.

В отличие от яхты Джейсона, его транспорт не мог летать, используя энергию, извлекаемую из астрала, поэтому он был припаркован между дорогой и джунглями. Карлос решил не идти пешком, а вместо этого выплыл над грязью. Левитация была достаточно простой, пока его не беспокоили, и для обладателя золотого ранга она была легче, чем для серебряного. Его зонт создавал водоотталкивающее поле и парил сам по себе, как тот, что когда-то был у Джейсона, прежде чем он оставил свой племяннице на Земле.

Воздух снаружи был влажным и тяжелым от проливного дождя, а не свежим, как хотелось Карлосу. Он все равно сделал ненужный вдох, пытаясь прояснить разум, поглощенный своим проектом. Ему нужно было распутать свои мысли, прежде чем продолжать, а голова казалась забитой трубой. Важность текущего проекта создавала дополнительное давление.

Амос Пенсината спустился с облачной яхты, по-видимому, не заботясь о том, что промок под дождем. Он приземлился рядом с Карлосом, его тяжелые ботинки погрузились в грязь, которой Карлос избегал. Они стояли бок о бок, наблюдая за пробкой у городских ворот, которая становилась только хуже по мере того, как день подходил к концу.

Карлос рассеянно задался вопросом, каким был этот невозмутимый человек до того, как Карлос встретил его много лет назад, в темнице безумца. Вероятно, таким же, если судить по его столь же невозмутимому племяннику. Теперь, когда они были вдали от Римароса, Амос больше не проецировал вежливо сдержанную ауру, а вместо этого полностью скрывал ее. Подруга Асано, Доун, хорошо поработала, завербовав Амоса, поскольку Карлос знал немногих других, кто вообще мог бы научить Джейсона манипуляции аурой. Были люди с более сильными аурами на высоком уровне золотого ранга и выше. Однако сила — это не то же самое, что мастерство, и, как и Джейсон, Амос был чем-то большим, чем просто грубая мощь.

— Ты уже начал работать с Асано? — спросил Карлос.

Амос покачал головой.

— Думаешь, сможешь показать ему кое-что?

Амос кивнул.

— Нам с тобой стоит сесть и обсудить кое-что насчет Асано и его ауры. Есть некоторые особенности, о которых тебе нужно знать. Его тело и душа — единое целое, как у вестника. Это означает, что у него есть потенциал делать то же самое, что и они.

Кивок.

— Ты сражался с вестниками?

Амос кивнул, задумчиво посмотрел, а затем повернулся к Карлосу.

— У меня нет времени на дневную пьянку, — сказал Карлос. — Я просто проветриваю голову. Мне нужно как можно скорее завершить этот первый этап моего исследования. Если мы сможем начать разбираться, как лечить парня Амуза, это откроет целый мир возможностей.

Карлос выглянул из-под зонта на дождь, барабанящий по дороге, по проезжающим по ней транспортным средствам и по Амосу.

— Этот сезон дождей нагрянул совершенно неожиданно, — сказал Карлос. — Такое чувство, что он никогда не закончится.

Амос пожал плечами, побуждая Карлоса наклониться к краю зонта и посмотреть вверх.

— Сегодня днем? Не похоже.

Амос сделал неопределенный жест рукой.

— Было бы неплохо, даже если бы это была небольшая передышка, — сказал Карлос. — Этот дождь кажется гнетущим. Из-за него такой перерыв не кажется освежающим.

Амос пожал плечами.

— Выпивка не поможет, как ты прекрасно знаешь.

Улыбка тронула уголки рта Амоса.

— Ладно, выпивка мне не поможет. Если хочешь наклюкаться посреди дня — это твое дело. Полагаю, ты сейчас живешь немного ленивой жизнью. В любое время, когда ты не учишь Асано или не присматриваешь за своим племянником, у тебя нет ничего, кроме свободного времени, на роскошной лодке из облаков. Чем собираешься заняться?

— Работа найдется всегда, — сказал Амос своим гравийным, невнятным голосом.

— Какую работу ты будешь делать на роскошной яхте?

— Читать. Тренироваться. Пить.

— В таком порядке? — спросил Карлос с ухмылкой.

Дружелюбный смешок Амоса звучал как звук, который люди слышат в темных переулках своих кошмаров.

— Собираешься вернуться к тренировочному режиму? Снова гоняться за откровением сущности?

Амос кивнул.

— Полагаю, у тебя есть время сосредоточиться на медитации. Не думаю, что я когда-нибудь буду стремиться к алмазному рангу. Это слишком сложно, когда ты поднялся, используя Ядра; мне повезло, что я добрался до золотого.

Амос посмотрел на него.

— Не надо на меня так смотреть, — пожаловался Карлос. — Я знаю, что все, чего ты не пытаешься достичь, невозможно, но я здесь пытаюсь вылечить вампиризм. Может, позволишь мне пытаться совершить одно невозможное дело за раз.

* * * Город Раджорас раскинулся в глубине страны от побережья, построенный вокруг устья широкой реки Раджо. Это был крупный производственный центр водного и воздушного транспорта, а также резиденция Дома де Варко. Это делало его идеальным местом для Коринн и ее команды, чтобы найти собственное транспортное средство для времени в пути. Им нужно было что-то, что могло бы служить настоящим средством для путешествий по миру, готовым к суровым условиям межконтинентальных поездок, а также быть надежным домом для искателей приключений.

Команда Коринн собралась на складе транспортных средств размером со спортивный стадион, заполненном различными автобусоподобными машинами. Они осматривали разные транспортные средства, которые по той или иной причине привели в восторг различных членов команды. Коринн еще не нашла то, что ее удовлетворило бы, вторя молчаливому выражению лица Орина.

Нашел ли Орин что-то захватывающее, оставалось загадкой для его команды. Возможно, у него не было усиленной силы ауры Джейсона или его дяди, но Амос лично тренировал его навыки манипуляции аурой. Если только кто-то более высокого ранга не начинал копаться в его ауре, она не выдавала никаких эмоций, кроме его бесстрастного лица.

Сотрудник, сопровождавший команду, не выказал недовольства отсутствием единства в том, чего команда хочет от транспортного средства.

— Когда ищешь судно, которое будет не просто транспортом, а домом, — сказал он, — важно не торопиться и сделать правильный выбор. Рассматривали ли вы что-то побольше, с вместимостью, способной удовлетворить все ваши потребности? Есть много отличных вариантов, которые вполне укладываются в ваш заявленный бюджет.

— Нет, — сказала Коринн. — Мягкая среда порождает мягкую волю. Мы путешествуем, чтобы тренироваться как искатели приключений, оттачивая себя до остроты ножа. Нам нужны ножны, а не подушка. Это не увеселительная прогулка.

— Разве это не может быть и тем, и другим? — спросила Роза, разведчица команды.

— Нет, — сказала Коринн. — Орин, что ты скажешь по этому поводу?

— Мой дядя — суровый человек, — сказал Орин.

— Именно, — сказала Коринн, прежде чем медлительный Орин успел продолжить. — Амос Пенсината — исключительный образец для подражания. Суровому искателю приключений нужна суровая обстановка. Кремни и сталь. О, а как насчет этого?

Транспортное средство, на которое она указывала, было размером и формой с хлебный фургон.

— А, — сказал продавец. — Модель «War Band» от Дома де Варко. Она была разработана как бюджетный транспорт для перевозки войск, но у нее есть опция конфигурации для длительных путешествий, с функциями размещения и улучшенными возможностями для дальних поездок, такими как более эффективный полет. Это отличный выбор для одного или двух искателей приключений, но, строго говоря, может быть настроен для восьми человек. Это достигается заменой двух конфигураций «кровать-и-шкаф», которые есть в этой модели, на стеллажи из того, что является не столько койками, сколько полками. Это осуществимо, если вы серебряного ранга и можете вплыть на верхние ярусы. Вы просто не сможете стоять в количестве более трех человек плюс двое сидящих на месте водителя.

— Что значит «не сможете стоять»? — спросил Калиф.

— Вам придется убрать сидячие места и хранилище, чтобы установить стеллажи для коек, — объяснил продавец. — Мы устанавливаем стойку для подвешивания пространственных сумок. Или установим; на самом деле мы еще не продали ни одной такой конфигурации. Но, как я сказал, два человека могут сидеть на водительском месте спереди.

— О, тогда это нормально, — сказал Калиф. — Нас всего шестеро, и двое даже могут сидеть с комфортом.

— Я не говорил «с комфортом», — поспешно поправил продавец. — Не придирайтесь к моим словам.

— Я хочу посмотреть внутри, — сказала Коринн.

— А я нет, — сказала Роза.

— Ты шутишь? — спросил Калиф.

— Посмотреть ничего не стоит, — сказал продавец. — Позвольте мне просто открыть его. Текущая конфигурация рассчитана на двоих, и, вероятно, лучше избегать нахождения внутри более двух или трех человек одновременно. Там немного тесновато.

— Я думаю, это идеально, — сказала Коринн, оказавшись внутри. — Все по делу, никаких поблажек.

— Я не выше того, чтобы позволить себе немного поблажек, — сказала Роза, втиснувшись вместе с Коринн и продавцом. — Где-нибудь присесть, например. Где-нибудь поесть.

— Потакание слабостям делает тебя слабой, — сказала ей Коринн. — Если у тебя есть время сидеть и есть, у тебя есть время потратить духовную монету, пока ты тренируешься.

— Ты ведь понимаешь, что нашествие монстров закончилось, верно? — сказал Калиф, просунув голову снаружи. — Мы показали себя довольно неплохо.

— Довольно неплохо, — сказала Коринн. — Ты думаешь, вестники позволят тебе жить, потому что ты оказал довольно неплохое сопротивление?

— Коринн, — сказал Калиф, — ты стала чрезвычайно воинственной с тех пор, как Строитель атаковал Римарос. Хотя я согласен, что усердные тренировки и дисциплина полезны для нас, полезно и время от времени расслабляться. Если веревку постоянно держать натянутой, она начнет перетираться.

— Я согласна, — сказала Роза. — Я знаю, что ты лидер команды, Коринн, и мы следовали твоему примеру, но Калиф прав. Нашествие монстров закончилось, так что пора расслабиться и насладиться тем, что мы заработали. Даже если совсем немного.

— Искательство приключений — это ответственность в той же мере, что и привилегия, — сказала ей Коринн.

— Именно, — сказала Роза. — У нас было почти полгода ответственности, и пришло время насладиться небольшой привилегией. Горячая еда время от времени не превратит нас в ленивых дегенератов.

— Настоящая еда, — с тоской сказал Калиф.

— Наличие места, где можно присесть, не превратит нас в неудачливых искателей приключений, Коринн, — продолжила Роза, жестикулируя в сторону транспортного средства вокруг них, насколько это позволяло пространство. — Это банка для хранения еды, а не искателей приключений.

— Орин, — сказал Калиф. — Твой дядя остался бы в крошечной металлической коробке Коринн?

— Мой дядя — суровый человек, — снова сказал Орин, — но он любит мягкие кровати.

* * * Клайв и Белинда наблюдали, как команда профессиональных корабелов разбирает подводную лодку в сухом доке.

— Мы же не собираемся скармливать компоненты облачной фляге здесь, верно? — спросил Клайв.

— Нет, — раздался голос Джейсона из тени Клайва, благодаря Тени, спрятавшейся внутри. Именно тело Тени привело украденную подводную лодку вверх по реке и в док.

— Тогда нам нужно убедиться, что ни одна отдельная часть не превышает лимит нашего пространства для хранения, — сказал Клайв. — Тебе придется взять на себя более крупные части, Белинда.

Сила каждого пространства для хранения различалась по размеру и допустимому весу для любого заданного объекта. Сила Клайва имела наименьшую вместимость в команде, но также и самые сильные другие функции. Ее эффект бронзового ранга заключался в открытии порталов, в то время как на серебряном она могла подпитывать ритуалы в областях, где магии для них обычно было слишком мало. Хранилище Белинды было самым большим, и хотя другие ее способности были полезны, они не были полезны для порталов.

— Тень, — спросил Клайв. — Как фамильяру удалось провести подводную лодку, украденную у Ордена Искупительного Света, через речной контрольно-пропускной пункт так, чтобы Магическое общество или Общество искателей приключений не подняли шум? И где ты взял документы, чтобы эта работа была одобрена?

— Мисс Белинда все устроила.

Клайв повернулся к Белинде.

— Что? — спросила она.

— Как тебе это удалось?

— Помнишь, я спрашивала, насколько легко подкупить людей здесь?

— Да.

— Это был спектакль. Я уже знала.

— Но мы же даже еще не прибыли сюда?

— Ты прав, — согласилась Белинда. — Мы — нет.

БОРЬБА С ВЛАСТЬЮ

БОРЬБА С ВЛАСТЬЮ

Коринн нахмурилась, жалуясь: — Это какая-то ящериная хре...

— Мы проголосовали, — отрезала Роза, прерывая её очередную жалобу. — Ты лидер команды, Коринн, а не королева.

— Я не чувствую себя лидером, когда вы все устраиваете такой бунт.

— Мы не устраивали бунт, Коринн. Мы просто купили транспорт, в котором действительно хотим жить.

Они выезжали из города на «Аванпостном вездеходе», разработанном Домом де Варко. Эту модель очень довольный продавец описал как лучший выбор для команды искателей приключений, желающей путешествовать с просторным комфортом. На самом деле он имел в виду выбор для команды, которая может себе это позволить.

Хотя вездеход был, несомненно, комфортабелен для шестерых, это была не прогулочная баржа, о чем Роза и Калиф постоянно напоминали Коринн. В нём были мощные средства защиты, чтобы выдерживать атаки монстров, функции, предназначенные для облегчения тренировок, и даже тюремная камера, которую можно было расширить снаружи автомобиля, чтобы удерживать относительно крупного монстра вплоть до серебряного ранга.

Из-за внушительных размеров машины, сопоставимых с «Криминальным фургоном Карлоса», они последовали совету продавца и получили необходимые временные разрешения, чтобы вывезти её из города. Это потребовало дополнительных и немалых расходов, но оно того стоило, чтобы не пробираться на огромной машине по улицам, не говоря уже о забитом движении вокруг городских ворот.

Всё это предприятие было крайне дорогим, но это была команда элиты гильдии серебряного ранга, только что пережившая нашествие монстров. Они были далеко не единственными искателями приключений, делавшими крупные инвестиции в своё будущее. Успешные команды часто использовали свой успех во время нашествия монстров, чтобы обеспечить себе следующее десятилетие приключений до начала следующего.

Система бонусов Общества искателей приключений вознаграждала тех, кто проявил себя во время нашествия, и команда Коринн сделала это в полной мере. Поскольку нашествие монстров длилось в пять-шесть раз дольше обычного, награды для активных искателей приключений достигли невиданных высот. К счастью, огромное количество монстров означало больше добычи, чем когда-либо прежде, из которой можно было распределить эти награды. Команды по сбору добычи Общества искателей приключений всегда развертывались как часть групп зачистки, убирая всё за искателями, у которых не было собственных способностей к сбору лута.

Команда Джейсона неплохо справилась с бонусами, хотя сам Джейсон был немного странным персонажем. Несмотря на некоторые выдающиеся вклады, у него были длительные периоды затишья, когда он не делал ничего, кроме восстановления. В конце концов, он получил специальную оценку, которую использовал, чтобы получить немного полезной квинтэссенции для подпитки облачной фляги.

Конвой оставался в Раджорасе несколько дней, пока новый автомобиль дорабатывали, а некую подводную лодку незаметно разобрали на части и принесли Джейсону, который скормил их облачной фляге. Джейсон сам в город не ходил, хотя и подумывал об этом во время перерывов в дожде. Вряд ли бы его узнали, но это всё ещё была игровая площадка Дома де Варко, поэтому он решил оставаться на яхте, пока они не отплывут подальше от Римароса.

Конвой из трёх машин превратился в четыре, так как команда Коринн отказалась от яхты в пользу собственного транспорта. Они покинули Раджорас не по дороге, а вверх по реке, влившись в водный поток на пути к следующему пункту назначения. Краткосрочный план состоял в том, чтобы следовать по реке, изгибающейся через долину недалеко от восточного побережья, покидая территорию Королевства Штормов. В конце концов, они должны были свернуть с реки и направиться прямо к побережью.

Джейсон и его спутники собрались в брифинг-руме на яхте вместе с Карлосом, Арабель и большей частью команды Коринн. Только Калиф остался позади, чтобы управлять их новым транспортным средством. Он начал осваиваться и за весь день столкнулся лишь с несколькими другими машинами на реке.

Хамфри просматривал ближайшие планы конвоя, а позади него висела карта с указанием их речного маршрута и намеченного пути на восток. Коринн стояла рядом с ним. Хамфри тонкой указкой отметил точку их высадки с реки.

— Мы высадимся здесь, — сказал он. — До нашествия монстров здесь располагался речной город Картис. К сожалению, культ Строителя сумел захватить близлежащее астральное пространство, что вызвало масштабные разрушения, когда астральное пространство отделилось от нашего мира. Когда вскоре после этого проявился монстр алмазного ранга, город был уничтожен.

— Большая часть населения была эвакуирована в крупные города поблизости и вдоль реки, — подхватила Коринн. — Но Картис был главным центром в этом районе для торговли и путешествий. Его отсутствие увеличивает логистическую нагрузку на окружающие центры, поскольку они начинают восстанавливаться после нашествия.

— Особенно сейчас, когда у них проблемы с перенаселением из-за беженцев из Картиса, — добавил Хамфри.

— Короче говоря, — сказала Коринн, — мы хотим сказать, что работы для искателей приключений предостаточно. Нашествие может быть закончено, но это не значит, что наша работа выполнена. Хотя количество монстров будет не таким высоким, проблемы будут всё больше связаны с логистикой. Обеспечение путей снабжения, сопровождение специалистов, восстанавливающих инфраструктуру. Вспомогательные способности будут всё больше цениться, причём способности к хранению и порталам будут пользоваться большим спросом. Возможно, это не самая гламурная работа, но она необходима. Людям нужна наша помощь сейчас так же сильно, как и месяц назад; просто дело уже не в постоянном убийстве монстров.

— Мы из одной из лучших гильдий в мире, — пожаловался Поликс из команды Коринн. — Ты хочешь, чтобы мы занимались доставкой и эскортом ремесленников? Это работа для мусорных искателей.

— Мусорные искатели, — сказала Коринн, — определяются своим отношением, а не боевыми способностями. Наш долг как искателей — делать то, что нужно людям, а не то, что хотим мы.

— Именно, — согласилась Роза. — Не будь занудой, Поликс.

Джейсон почувствовал себя старым, наблюдая, как команда Коринн препирается между собой. Как и Хамфри с Нилом, они были примерно того же возраста, что и он, когда впервые прибыл в Паллимустус, но он задавался вопросом, был ли он сам когда-то таким молодым засранцем. Он на мгновение задумался, а затем покачал головой. Он был хуже.

— Мы вышли из магически насыщенного Моря Штормов, поэтому искатели золотого ранга будут встречаться гораздо реже, — сказал Хамфри, продолжая брифинг. — Как искателям серебряного ранга, нам предстоит проявить себя и не просто выполнить свой долг, но и подать пример. Своим поведением.

Команда Коринн выглядела пристыженной. Каждый из них был выходцем из крупных семей искателей приключений в Римаросе, и всю жизнь им читали лекции о стандартах, которым они должны соответствовать. Но большая часть их карьеры проходила под строгим надзором, где от них никогда не ожидали, что они будут представлять искателей приключений в целом перед общественностью. Теперь они направлялись именно к тому опыту, для которого и был задуман этот самостоятельный тур.

После брифинга Хамфри нашел Джейсона, и они направились в сторону каюты Джейсона, продолжая разговор.

— Спасибо, что расширил каюты, — сказал Хамфри.

— Ну, с командой «Шторморез»...

— «Штормовой измельчитель», — поправил Хамфри.

— ...с командой «Штормовой измельчитель», переезжающей в свой новый транспорт, появилось место для расширения.

— Как бы тебе понравилось, если бы люди намеренно коверкали название нашей команды? — спросил Хамфри.

— Меня это устраивает. Хотя, как бы они его назвали? Команда «Скоун»? О, неплохо. Может, нам официально сменить название на команду «Скоун»?

— Мы не будем менять его на команду «Скоун»!

— Видишь, я знал, что ты полюбишь «Команду Бисквит».

— Нам следует сменить его на что-то разумное.

— Ты имеешь в виду что-то вроде команды «Влажный болтун»?

— «Штормовой измельчитель».

— Что бы мы выбрали, используя это название в качестве модели?

— Я не собираюсь копировать их название.

— Команда «Влажная щель»? Кажется, немного рискованно.

— Я понял, — сдался Хамфри. — Мы остаемся «Командой Бисквит».

— Эй, Тень, — сказал Джейсон. — Скажи остальным, что Хамфри снова говорит о смене названия команды.

— Пожалуйста, не надо.

— Скажи им, что он хочет назваться командой «Влажная щель».

— Тень, — сказал Хамфри, — пожалуйста, не делай этого.

— Мистер Геллер, боюсь, я всего лишь скромный фамильяр, связанный приказами своего призывателя.

— Тебе стоит сказать это Сташу, — проворчал Хамфри.

— Эй, раз уж я меняю каюты, — сказал Джейсон Хамфри, — ты хочешь, чтобы я объединил твою и Софи вместо смежных кают с соединительной дверью?

— Нет, Софи ценит наличие собственного пространства и время, чтобы побыть одной. К тому же, если они с Белиндой не будут проводить достаточно времени наедине, Линди начнет бросать на меня взгляды, которые меня очень беспокоят. Фарра тоже начала к ним присоединяться. Я начинаю подозревать, что они там говорят обо мне.

— Начинаешь подозревать? Друг, они точно говорят о тебе.

— Ты подслушивал?

Джейсон положил успокаивающую руку на плечо Хамфри, когда они подошли к его каюте.

— Мне не нужно, друг. Они просто говорят.

Облачная дверь исчезла, впуская их внутрь. Хамфри сел в кресло, а Джейсон направился к охлаждающему контейнеру.

— Могу я уговорить тебя на освежающий фруктовый напиток? — спросил он.

— Пожалуйста, — ответил Хамфри. — Этот бесконечный дождь и тяжелый воздух хуже, чем дома.

— Дельта — это географическая странность из-за астрального пространства, извергающего воду, — сказал Джейсон. — Здесь жарко и влажно, но слишком далеко на юге для сезона муссонов.

— Ты много знаешь о мире природы, — сказал Хамфри, пока Джейсон начал готовить фрукты для сока. — Ты вообще много знаешь.

— Оба этих утверждения ложны, — сказал Джейсон. — Особенно здесь, где магия меняет правила. На Земле, кстати, теперь тоже есть магия.

— Думаю, это вопрос перспективы, — сказал Хамфри. — Подозреваю, что ваша система образования гораздо лучше нашей. Церковь Знания делает что может, но встречает большое сопротивление. Рискуя поддержать твои мысли об аристократии как системе, скажу, что многие дворяне сопротивляются широкому образованию, выходящему за рамки программ чтения и письма, которые церковь смогла сделать стандартными.

— Честно говоря, моя родная культура не лучше. Мое образование было хорошим, потому что у нас были деньги.

— Погоди, после всех твоих жалоб на дворянство туда-сюда, твой путь ничем не лучше?

— Да, ну... ты пришел сюда не для того, чтобы обсуждать непропорциональное финансирование частных школ.

Джейсон использовал пару магических палочек, чтобы выжать сок из фруктов и перелить его в кувшин, прежде чем отнести его Хамфри на подносе вместе с высокими стаканами, наполненными кубиками льда. Они сели в кресла друг напротив друга, а напитки стояли на столике между ними.

— Речь о том, о чем мы говорили на брифинге, — сказал Хамфри. — Подача примера. А также перспектива.

— О? — подтолкнул Джейсон, разливая напитки.

— Джейсон, твоя перспектива сильно искажена. В Гринстоуне ты был искателем железного ранга, регулярно имевшим дело с серебряными и даже золотыми рангами. Это ненормально. Затем ты отправился на Землю, где всё было ещё более непропорционально, если судить по моим разговорам с Фаррой.

— Ты разговаривал с Фаррой о моем времени на Земле?

— С Тайкой и Трэвисом тоже. Мы все поняли, что обсуждать это с тобой — не лучшая идея, — сказал Хамфри. — Мы оставили это Арабель. Когда мы впервые прибыли в Римарос, ты был открытой раной, Джейсон.

— Ты не ошибаешься, — признал Джейсон. — И да, я был не совсем обычным лицом в толпе.

— Затем ты прибываешь в Море Штормов, и внезапно повсюду принцессы, искатели алмазного ранга и всё, чем является Доун.

— Она алмазного ранга. Технически. Я до сих пор не совсем понимаю, что означает «полутрансцендентный».

— Тебе и не нужно, — сказал Хамфри. — Моя мать уже достаточно раз намекала, что есть вещи о золотом ранге, которых я не знаю, не говоря уже об алмазном. Искатели алмазного ранга — это скорее легенда, чем реальность в зонах с низким уровнем магии, таких как Гринстоун.

— К чему ты клонишь? — спросил Джейсон.

— Джейсон, ты был обучен взаимодействовать с миром определенным образом. Ты привык к тому, что окружающие тебя люди гораздо сильнее, и тебе приходилось быть более чем возмутительным, чтобы они обратили на тебя внимание. Тебе всегда приходилось делать смелые шаги, чтобы тебя не отмахнулись сразу.

— Но?

— Но теперь ты будешь встречать гораздо больше людей, для которых ты сам — сильный. Если ты будешь бегать и делать возмутительные вещи, когда ты сам обладаешь всей властью, это уже не смелость; это безумие. Это не те люди, с которыми тебе нужно выкладываться на полную. Если ты будешь обращаться с ними так же, как с Элспет Арелла или Веспер Римарос, ты перевернёшь их миры вверх дном. Для обычных людей безумный искатель серебряного ранга гораздо хуже, чем монстр серебряного ранга.

— Безумный?

— Джейсон, большинство людей в этом мире — просто обычные люди, живущие своей жизнью. Искатели серебряного ранга, которые приходят и ведут себя дико, обладают всей мощью и разрушительностью урагана. В тех местах, куда мы будем направляться отныне, ты больше не будешь бороться с властью. Ты и есть власть.

— Ты же знаешь, что я всегда умел ладить с обычными людьми в Гринстоуне.

— А ты тот же человек, которым был тогда?

Джейсон мрачно кивнул, признавая этот факт. Он выглядел задумчивым, потягивая напиток.

— Полагаю, нет, — сказал он. — С тех пор это была череда всё более могущественных людей, пытающихся дернуть меня в ту или иную сторону, и я становился всё более экстремальным, чтобы противостоять этому. Теперь, когда ты говоришь об этом, я не уверен, что знаю, как быть кем-то другим. Но теперь я сильный, поэтому я стал тем, против чего всегда боролся. Возможно, ты прав, что я не знаю, как с этим справиться.

— Да. Трудно увидеть, что с тобой происходит, когда имеешь дело с Сорамиром Римаросом или являешься самым известным пользователем эссенций в мире. Но ты, вероятно, сильнее любого, кто был в Гринстоуне тогда. За исключением Талии Мерсер и моей матери, но они на самом деле не были жителями Гринстоуна. Они просто вернулись из-за нашествия монстров, которое всё никак не начиналось. По крайней мере, теперь мы знаем почему.

Джейсон нахмурился и сделал ещё один глоток напитка.

— Я не уверен, что с этим делать. Как иметь дело с обычными людьми. Я никогда не хотел быть тем парнем, настолько оторванным от обычных людей, что он теряет связь с обычной жизнью.

— Может, стоит рассматривать это как шанс восстановить связь. Я просто предупреждаю тебя, чтобы ты помнил о силе, которой обладаешь, и о том, что многие люди ею не обладают.

Джейсон кивнул. — Спасибо, Хамфри. Я ценю, что ты присматриваешь за мной.

— Конечно.

— Нет, я серьезно. Ты помог мне преодолеть огромный барьер в моем мышлении.

— Пожалуйста, не надо.

— Просто хорошо знать, что я могу положиться на команду, вместо того чтобы в одиночку горбатиться над этой проблемой.

— Просто прекрати.

— То же самое касается и тебя. Тебе не нужно в одиночку горбатиться под грузом заботы обо мне.

— Ты мой самый нелюбимый член команды.

СДЕЛАЕМ ДЖЕЙСОНА ВЕЛИКИМ СНОВА

СДЕЛАЕМ ДЖЕЙСОНА ВЕЛИКИМ СНОВА

— Эта долина была бы великолепной, если бы мы могли действительно видеть ее сквозь дождь, — пожаловался Джейсон, глядя в окно. Конвой плыл по или чуть над довольно оживленной рекой, с водным движением, направляющимся в каждую сторону. Заслоняющий обзор ливень замедлял прогресс, так как лодки, скиммеры и ховер-транспорт осторожно маневрировали по воде и мимо друг друга.

Берега были опасны для любого транспортного средства с осадкой, так как река была переполнена свежими дождями. Это делало внешние пределы реки опасной и мутной ловушкой для неосторожных лодок, но освобождало место для парящих транспортных средств.

Муссонные дожди продолжались, с перерывами в погоде, длящимися максимум час. Как будто дождь, подобно людям, на которых он падал, выжидал нашествие монстров, которое длилось слишком долго. К тому времени, как речное путешествие перешло на второй день, Хамфри подтолкнул команду к тренировкам.

Тренировочная комната делала больше, чем просто предоставляла магически усиленные веса, благодаря различным материалам и квинтэссенции, которыми Джейсон подпитывал свою облачную флягу. В дополнение к весам, в тренировочной комнате можно было усилить гравитацию, либо во всей комнате, либо в определенных секциях. Команда акклиматизировалась к этому, когда к Джейсону подошел Амос Пенсината.

— Время начинать? — спросил Джейсон.

Амос кивнул, затем немедленно ушел.

— Полагаю, это тренировка ауры для меня, — сказал Джейсон остальным.

Он последовал за Амосом из тренировочной комнаты.

— Что именно дала тебе Доун, что ты готов делать это? — спросил Джейсон. — Если ты не против, что я лезу не в свое дело.

— Проницательность, — пророкотал Амос.

Джейсон подождал, но дальнейших объяснений не последовало.

— Просветляюще, — сказал он.

— Да, — согласился Амос.

Амос повел Джейсона к лестнице, ведущей на крышу, и остановился.

— Я видел, как ты использовал свою ауру, чтобы отклонять дождь.

— Это казалось хорошим способом попрактиковаться.

— Лениво.

— Э-э, ладно. Что ты хочешь, чтобы я делал?

— Ты знаешь ритуальную магию, да?

— Да.

— Используй свою ауру, чтобы нарисовать ритуальный круг дождем. Сделай это правильно. Точно.

— Ты знаешь, что я не смогу выполнить ритуал, делая это так, верно?

— Тебе не нужен ритуал. Просто нужна сложность.

* * * Джейсон парил чуть выше крыши в позе для медитации, полностью промокший, пока дождь барабанил по нему. Он был ментально истощен после часов кропотливой концентрации, что было чем-то, чего он не испытывал уже давно. Его атрибут духа серебряного ранга усиливал ментальность различными способами, включая фокус, концентрацию и многозадачность. Все они были доведены до предела этим упражнением.

Перед тем как взяться за задачу от Амоса, Джейсон был убежден, что его навыки манипуляции аурой были доведены до предела. Он подозревал, что ключевой целью упражнения было избавление его от этого представления, что оно и сделало весьма основательно. Использование ауры для манипуляции физическими объектами было все еще чем-то, к чему он привыкал. Защита области от дождя была не слишком обременительной, но притягивание небольшого количества воды и придание ей формы массива линий и символов — очень даже. Даже попытка выполнить простейший ритуальный круг, который он знал, была похожа на попытку одновременно внимательно наблюдать за каждой пчелой в улье.

Его ранние попытки включали более простой метод создания невидимых силовых форм с помощью ауры, в которых вода могла бы осесть, но он отказался от этого. Казалось, что он не только получает большую точность, манипулируя водой напрямую, но это было лучше для развития контроля. В конце концов, целью упражнения была тренировка. Целью было улучшить его мастерство, а не научиться проводить ритуалы, используя дождь. По крайней мере, вода была ужасной платформой для ритуальной магии без специализированных способностей для ее поддержки.

Джейсон снова и снова перенапрягал свою концентрацию, из-за чего даже базовый щит от дождя рушился, вот так он и заканчивал промокшим до нитки. Но после каждой неудачи он находил момент, чтобы перенастроиться, а затем начинал заново.

* * * Амос жестом подозвал Руфуса, который тренировался с командой Джейсона в большой тренировочной комнате. Руфус выполнял упражнение на гибкость, которое включало раскачивание через комнату, свисая с колец, выполняя сальто в воздухе, когда он запускал себя от одного набора колец к другому. Спрыгнув на пол, Руфус подошел, чтобы поговорить с ним.

— Могу я чем-то помочь вам, Лорд Пенсината?

— Ты тренировал Асано.

— Когда он впервые прибыл в наш мир, да. Я дал ему старт в тренировках авантюриста, прежде всего в боевых техниках. Я также помогал ему с боевыми трансами с тех пор, как он вернулся. Мои спутники обучали его в других областях, однако. Если вы хотите обсудить его ранние тренировки ауры, вам стоит поговорить с Фаррой. Она взяла на себя ту часть его тренировок и сильнее меня в этой области, но она свободно признает, что Джейсон превзошел нас обоих в этом отношении.

— Речь не о его предыдущих тренировках. Как сильно я могу давить на него, прежде чем он начнет упираться?

— В смысле, как много тренировок ты можешь впихнуть в него, прежде чем он бросит?

Амос кивнул.

— Честно говоря, не знаю, — сказал Руфус. — Это часть того, что заставило меня понять рано, что он станет великим. У него ненасытный аппетит к тренировкам. Как бы сильно я ни давил на него, он всегда был благодарен. Он никогда не задавал вопросов, почему ему нужно тренироваться так усердно; он продолжал давить, чтобы стать сильнее, как будто любая слабость внутри него — это яд. Пока он верит, что у тебя есть способ подтолкнуть его вперед, он примет все давление, которое у тебя есть.

* * * Амос и Клайв прибыли на крышу и обнаружили Джейсона, сидящего под сферой, вокруг которой изгибался барабанящий дождь. Внутри нее он сидел, скрестив ноги, паря чуть над палубой. Вокруг него был парящий ритуальный круг, состоящий полностью из воды. Джейсон открыл глаза при прибытии новоприбывших, которые стояли сухими под навесом.

— Я должен поблагодарить вас за это, Лорд Пенсината. Я давно не чувствовал, чтобы что-то давило на меня так сильно. Во всяком случае, в тренировках.

Амос посмотрел на Клайва, который вглядывался в поддельный ритуальный круг Джейсона.

— Это довольно близко, — сказал Клайв.

— Покажи мне, — пророкотал Амос.

Клайв указал пальцем и начал рисовать ритуальный круг светящимся светом, накладываясь на собственную диаграмму Джейсона, сделанную из воды. Когда он закончил, стало очевидно, где в круге Джейсона были мелкие несовершенства.

— Дай угадаю, — сказал Джейсон. — Я должен продолжать, пока не сделаю правильно.

— Нет, — сказал Амос. — Когда сделаешь правильно, выберешь ритуал посложнее.

Джейсон ухмыльнулся, и его водный круг упал на палубу серией крошечных брызг. Капли просочились в сферу вместо того, чтобы обтекать ее, и начали формировать новый ритуальный круг, когда Джейсон закрыл глаза.

* * * Клайв зевнул, выбираясь на крышу. Дождь наконец сделал нормальный перерыв, пока они продолжали двигаться на юг, и темное небо было освещено звездами. На палубе все еще оставалось много воды, чтобы Джейсон мог парить в сложных ритуальных формах. Он перешел ко второму, немного более сложному ритуалу после освоения первого.

— Джейсон, середина ночи.

— Проверь меня.

Клайв наложил свой ритуальный круг на круг Джейсона линиями светящегося света, подсвечивая множество несоответствий.

— Ладно, — сказал Джейсон, оглядываясь и мысленно отмечая проблемные места.

— Это в последний раз, Джейсон. Я иду спать.

— Доброй ночи.

— Тебе тоже стоит идти спать.

— Мы прибываем в Картис завтра, — сказал Джейсон. — Может, даже ночью. Мне нужно провести тренировку, пока есть возможность.

— Джейсон, разве ты не говорил, что почти уверен, что перестал стареть? У тебя есть время?

— Пока никто меня не убьет, конечно. И хотя у меня может быть вечность, у меня нет Лорда Пенсината вечно. Отличная вещь в надежном инструкторе — это то, что ты знаешь: пока ты работаешь, ты получишь результаты. Никакой удачи, никаких привилегий. Только работа ради награды. В этой надежности есть комфорт.

— Есть также комфорт в комфорте, Джейсон. Я иду спать.

* * * Темнота не мешала зрению Джейсона, когда яхта приблизилась к руинам, которые, до недавнего времени, были городом Картис. Он выглянул с крыши и вспомнил старые фотографии Лондона после Блица. Ничто не было неповрежденным, и целые кварталы зданий были превращены в куски щебня не больше кулака.

Старые доки были разрушены, а остатки были выловлены, чтобы предотвратить препятствия. Джейсон мог видеть обломки, которые не были спасены для новых доков, сваленные дальше вдоль берега. Новые доки обслуживали лагерь Общества искателей приключений, который был создан для управления операциями в павшем городе и вокруг него.

Поскольку остальная часть группы спала, Джейсону пришлось идти встречать докмейстера и обеспечивать причал. Появилась Тень и вытащила документацию команды из своего пространственного хранилища, а Джейсон перенес ее в свое. Затем он с разбегу прыгнул с крыши, пролетая над доками и приземляясь на корточки на берегу, рядом с каменным коттеджем. Он не стал смягчать свое падение, так как это потребовало бы вызова его отличительного плаща.

Способ прибытия Джейсона не смутил седого мужчину, который вышел из каменного коттеджа. Он был докмейстером лагеря, который был исключительно пристанищем для авантюристов и полевых агентов Магического общества, поэтому он счел подход Джейсона совершенно ручным. Его коттедж был простым и квадратным, целиком из одного куска. Он имел простую, грубую текстуру детского глиняного арт-проекта, отличительные признаки здания, поспешно вылепленного из камня из земли с помощью магии. Джейсон подошел к мужчине и передал документацию команды, и докмейстер просмотрел ее.

— Две команды серебряного ранга и ассортимент золотых рангов, — пробормотал докмейстер. — Мы определенно можем это использовать.

— Я говорю только за одну из команд, Команду Бисквит, — сказал Джейсон. — С остальными вам придется договариваться отдельно.

— Ты хочешь сказать, что они приехали сюда, где нет ничего, кроме работы, и не заинтересованы в работе?

— Вовсе нет. Я просто говорю, что не могу говорить за них, — сказал Джейсон. — Я просто вспомогательный член команды. Вы не застанете меня бегающим вокруг и отдающим приказы золотым рангам.

В тени Джейсона Тень была благодарна за свою неспособность задохнуться, так как это выдало бы ее присутствие.

— Ты вспомогательный член, — сказал докмейстер, листая документы. — Джон Миллер, это ты?

— Это я.

— Ваша команда чувствует необходимость возить с собой повара серебряного ранга?

— Только между нами, у меня есть несколько других вспомогательных трюков в рукаве. Мы просто держим это в тайне, чтобы избежать попыток переманивания.

— Ты не открыт к тому, что кто-то сделает лучшее предложение?

— Я доверяю людям, с которыми работаю. Кто может сделать лучшее предложение, чем это?

— Это хорошее отношение, — сказал докмейстер. — Это четыре транспортных средства?

— Да, размеры указаны там.

— Это хорошо. Дай мне момент скопировать эти документы, и я найду тебе место, куда их поставить.

* * * — Джон Миллер, — сказала Фарра, делая паузу с вилкой, полной блинов. Джейсон и его спутники сидели за столом для завтрака. — Мы днями гадали, какое сумасшедшее имя ты выбрал для себя, и ты выбрал Джон Миллер.

— Смысл был в том, чтобы не выделяться, — сказал Джейсон. — Это довольно обычное имя, даже в этом мире, верно? Видал, ты сказал, что оно нормальное.

— Я сказал, да, — сказал Видал Ладив. Связной Общества искателей приключений все еще немного нервничал рядом с группой, редко высказываясь, если к нему не обращались напрямую.

— Мы доставали этого парня с тех пор, как мы отправились в путь, чтобы он сказал нам имя, — пожаловалась Белинда, — и все, что он говорит, это то, что ты сказал ему не говорить нам.

— Я полагал, вы все повеселитесь с этим. Полагаю, вы все делали догадки.

— Капитан Красивый Лодочник, — сказал Нил.

— Бак Стоун, Охотник за головами, — предположила Белинда.

— Боец Экшн, — добавил Трэвис. — Или, может быть, что-то неуместно экзотическое, вроде Энрико де ла Фуэнте.

— Это совсем не подходит, — сказала Софи. — Я могу представить, как он идет на это.

— А как насчет Карла Маркса? — предложил Хамфри.

— Откуда ты знаешь о Карле Марксе? — спросил его Трэвис.

— Мы с Джейсоном часто обсуждали аристократию. Это было до того, как мы сформировали команду. Я не уверен, кто он такой, но Джейсон казался очень увлеченным.

Трэвис повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона. — Ты не кажешься большим социалистом, имея массивный завтрак «шведский стол» на своей магической суперяхте.

— У каждого есть вещи, в которых он хорош и плох, — сказал Джейсон в оправдание. — Я социалист, я просто… не очень хорош в этом.

— Не очень хорош? — спросила Фарра. — Ты можешь создавать бесконечное количество денег.

— Что? — спросил Видал.

— Не беспокойся об этом, — сказала Фарра. — Я гадала на какое-то имя с Земли. Брюс Баннер. Брюс Уэйн. Брюс Макэвэни.

— Ты кажешься одержимой именем Брюс, — сказал Джейсон. — Я настоящий австралиец, а не австралиец из Монти Пайтон. Я не думал, что тебе понравится Монти Пайтон.

— Какой маньяк не любит Монти Пайтон? — спросила Фарра.

— Люди, которых угнетали британцы, — сказал Джейсон. — Есть женщина, которую я знаю, которая раньше работала на моего отца, и ее отец не позволял ей смотреть никакое британское телевидение, когда она росла. Она пропустила Монти Пайтон, Добряков, Фолти Тауэрс.

— Даже я видела Фолти Тауэрс, — сказала Фарра. — А я из другой вселенной.

— Сколько культуры Земли ты впитала? — спросил он ее.

— Ты постоянно уходил в зоны трансформации и оставлял меня крутить большие пальцы.

— Я спасал мир.

— А я смотрела интернет-видео. Имя не обязательно должно быть Брюс; есть много других вариантов. Кларк Кент, Ахмет Заппа, Мэн-И-Фейсес, Карлос Опасность, Артист, Ранее Известный Как Ринго Старр. Пол Пот.

— Пол Пот? — воскликнул Джейсон. — Ты серьезно думаешь, что я бы выбрал Пол Пота?

Фарра продолжала выпаливать догадки.

— Максимилиан Робеспьер, Рольф Харрис, Мать Тереза, Иосиф Сталин.

— Теперь ты просто перечисляешь ужасных людей, — пожаловался Джейсон.

— Гонк, — сказал Гэри.

Все за столом повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Что? — спросил он.

— Гонк? — спросил Руфус.

— Как имя, — сказал Гэри. — Я подумал, Джейсон мог бы выбрать мононим.

— И ты подумал, что если я выберу только одно имя, — сказал Джейсон, — то имя, которое я выберу, — это Гонк?

— Почему нет? — спросил Гэри. — Неизвестно, что ты собираешься сделать.

Это вызвало общие кивки согласия за столом, что в свою очередь привело к оскорбленному выражению лица Джейсона.

— Я надеялся на Мэнни МакМэнфейс, — сказал Тайка, — но я думал, ты выберешь Майкл Лонг.

— Я думал, ты угадал с этим, на самом деле, — сказала Фарра Тайке. — Я была уверена, что он попытается выбрать какой-то малоизвестный псевдоним, который кто-то на Земле использовал, где никто не поймет отсылку.

— На самом деле, — поправил Тайка, — Майкл Найт был псевдонимом, а Майкл Лонг — его настоящим именем.

Фарра протянула руку — и вверх — чтобы положить ее на стеллаж, который был плечом Тайки.

— Тайка, — сказала она ему. — Я не уверена, что могу полностью выразить степень, в которой мне все равно.

— Не все твои многочисленные ужасные догадки были псевдонимами, — сказал Джейсон Фарре. — И Джон Миллер это псевдоним, большое спасибо. И никто из вас не понял отсылку.

— Псевдоним кого? — спросила Фарра.

— О, — сказал Трэвис. — Я только что понял.

БОЛТЛИВОСТЬ НИЛА

БОЛТЛИВОСТЬ НИЛА

Джейсон наблюдал с палубы, как Руфус, Фарра и Гэри направлялись вверх по реке на глиссерах, которые они хранили на яхте. С ними была Эстелла Уорнок, которую они сопровождали из лагеря Общества искателей приключений в настоящий населенный пункт. Эстелла должна была выполнять свою роль — разведывать такие места на предмет возможностей и опасностей. Сопровождение ей было не нужно, но для Руфуса, Гэри и Фарры это был шанс снова поработать вместе как одна команда.

Вздохнув, Джейсон не мог не заметить, что как раз в тот момент, когда его собственная команда сплачивалась, их команда распадалась. Вскоре после того, как Хамфри, Джейсон и Клайв впервые выполнили совместное задание, Фарра погибла, что глубоко потрясло Руфуса и Гэри. И хотя Фарра теперь вернулась, ни у кого из них больше не было желания заниматься приключениями на постоянной основе.

Руфус все больше интересовался обучением искателей приключений, а не самой работой, в то время как Гэри и Фарра сосредоточились на своих совершенно разных ремеслах. Гэри стремился овладеть старыми методами, гоняясь за совершенством в ковке оружия и доспехов. Фарра, напротив, стремилась в будущее, толкая магию в новые области.

Эта поездка была возможностью пережить старые добрые времена, когда у них были только амбиции и они сами. Это был также шанс попрощаться с теми днями и в полной мере осознать, что их будущее пошло путями, которых они не предвидели. Даже когда должны были, потому что они прожужжали все уши о том, что их семья управляет школой.

Джейсон усмехнулся этой мысли и оттолкнулся от перил. У него была своя команда и свои приключения, даже если он играл роль тайно потрясающего повара. Он снова задался вопросом, не стоило ли ему взять имя в честь похожего персонажа из фильма со Стивеном Сигалом.

«Нет, — пробормотал он про себя. — Даже у моей розовой ностальгии есть пределы. Человек должен иметь стандарты».

«Мистер Асано, вы снова думаете о Стивене Сигале?» — спросила Тень.

«Нет».

* * * Команде Джейсона было поручено отправиться в Картис, чтобы очистить руины города от монстров. Они были одной из нескольких команд, получивших такое задание, и их вела по назначенному маршруту Вестин, функционер Общества искателей приключений. Сам Джейсон не был с ними, потому что зачем брать с собой повара?

«Не хочу показаться неблагодарным, — сказал Нил, — но зачем нам проводник?»

«Возникли некоторые проблемы, — ответила Вестин. — Команды проявляют чрезмерный энтузиазм, забредают на территорию других команд, и внезапно вместо монстров они начинают устраивать дуэли. У нас нет на это времени».

«Значит, вы направляете команды, чтобы они не совершали глупостей», — сказала Белинда.

«Не думаю, что это необходимо», — сказал Клайв.

«Тогда тебе стоит быть внимательнее», — сказал ему Нил.

«Полностью согласна, — сказала Белинда. — Это должно быть правилом для всех команд».

«Ты хочешь, чтобы кто-то все время торчал рядом и наблюдал за тем, что ты делаешь?» — спросил ее Нил, и выражение лица Белинды стало жестким.

«Я официально отзываю свое предложение».

«Мы предпочитаем думать об этом как о помощи командам в сохранении концентрации», — сказала Вестин.

«Держу пари, это потому, что они уже пытаются от вас избавиться и натворить дел, — сказала Белинда. — Вы прямо говорите им, что вы — няньки, и они закатят истерику».

На лице Вестин, несмотря на все ее усилия, появилась улыбка, но она не ответила.

Пока они пешком пробирались через руины, команда быстро продвигалась вперед. Однажды они провели месяцы в городе, который был не просто разрушен, а захвачен джунглями, поэтому местность не была для них препятствием. Они пересекли город, настороженные, но расслабленные; Софи лишь изредка появлялась в поле зрения, когда разведывала обстановку вокруг них. Команда воспользовалась возможностью узнать больше об условиях в этом районе, расспросив своего проводника.

«Просто чтобы я правильно понял, — сказал Нил, — что-то привлекает монстров в город, и мы не должны это останавливать?»

«Все верно, — ответила Вестин. — Когда здесь, в городе, погиб монстр алмазного ранга, он оставил после себя очаги магического резонанса, которые сохраняются до сих пор и будут сохраняться еще несколько недель. Монстры обычно боятся своих современников алмазного ранга, но этот резонанс, похоже, притягивает их с расстояния в сотню километров и более».

«Тогда почему бы не избавиться от него? — спросил Клайв. — Устранение магического резонанса — не такая уж сложная задача. Даже от монстра алмазного ранга, это должно быть довольно просто. Нужно просто совместить ритуал очищения с ритуалом усиления и с…»

«Сколько всего ритуалов для этого потребуется?»

«Четыре, может быть, пять, — сказал Клайв, а затем пожал плечами. — Алмазный ранг, так что давайте скажем пять. Шесть — это самый максимум».

«И все они должны идти по порядку?» — спросила Вестин.

«Да, именно так», — сказал Клайв.

«А вы только что сказали, что это будет просто».

«Да?» — переспросил Клайв, и на его лице отразилось замешательство.

«Думаю, леди имеет в виду, — сказала Белинда Клайву, — что не все считают выполнение полудюжины ритуалов в единой последовательности простым делом».

«Правда?» — спросил Клайв.

«Да, правда», — сказал ему Нил.

«О», — сказал Клайв, и его тон говорил о том, что он не совсем убежден.

«Я полагаю, — сказал Хамфри, — что первоначальный вопрос Клайва заключался в том, почему бы не устранить этот резонанс. Если отбросить сложность или легкость этого процесса, я полагаю, причина в том, что Общество искателей приключений хочет, чтобы монстры были здесь».

«Именно, — сказала Вестин, все еще странно поглядывая на Клайва. — Всплеск закончился, но в дикой природе все еще осталось много монстров, с которыми не разобрались, потому что они не представляли непосредственной угрозы. Этот город — пустые руины, а окружающие его города и деревни — нет. Лучше привлечь монстров сюда, чем позволить им атаковать перенаселенные и испытывающие нехватку ресурсов места, которые переполнены беженцами».

«Значит, восстановление города не является приоритетом?» — спросил Нил.

«Это невозможно, — сказала Вестин. — Всплеск монстров опоздал на пять лет. Пять лет экономика была напряжена из-за того, что все находились в состоянии готовности к всплеску, который все не наступал. Затем сам всплеск длился в шесть раз дольше, чем должен был, и это даже без учета вторжения Строителя. Теперь еще конфликт с посланниками, и кто знает, какие неприятности это принесет».

«Это многовато», — признал Нил. — «Полагаю, приходится делать то, что можешь, а не то, что хочешь».

«Мне знакома эта история», — сказала Белинда.

Команда услышала пронзительный визг монстров вдалеке и бросилась в ту сторону. Они почувствовали ауры, когда приблизились, но ауры одна за другой погасли, и к тому времени, как они прибыли, монстры исчезли. Были следы боя, следы когтей на камне, но ни трупов, ни крови.

«Снова», — пробормотала Вестин.

«Снова?» — спросил Хамфри.

«Функционеры Общества искателей приключений, сопровождающие команды, поддерживают связь с помощью силы коммуникации, — объяснила Вестин, присев, чтобы осмотреть след от когтей. — Этот след от скачущего потрошителя, что совпадает с услышанными нами звуками. Это хищники-засадники, обычный монстр в этом регионе. Это уже третий случай за последние пару часов, когда стаи монстров исчезают до того, как искатели приключений успевают добраться до них».

«Почти как будто кто-то бегает вокруг, убивая и грабя их», — невинно сказал Нил, за что получил пощечину по руке от Белинды.

«Возможно, — сказала Вестин. — Если так, я бы хотела, чтобы они доложили в лагерь Общества искателей приключений. Кто-то, действующий в одиночку, означает, что нам придется тратить время и людей, которые отчаянно нужны в другом месте, на ложную угрозу. Но мы подозреваем, что это другой монстр».

«О?» — спросил Хамфри.

«Одна из команд сообщила, что видела странных бабочек рядом с тем местом, где исчезла одна из стай монстров. Сами бабочки улетели, прежде чем кто-либо смог рассмотреть их поближе. По сообщениям, они были чрезвычайно быстрыми».

Хамфри встретился взглядом с Клайвом.

«Вестин, прошу нас извинить на минуту, — сказал Хамфри. — Мне нужно посоветоваться с членом моей команды».

Хамфри и Клайв отошли немного в сторону, и Хамфри активировал экран конфиденциальности. Клайв достал синий мраморный планшет, гравировки на котором начали меняться, когда он провел по ним пальцами.

«Тень, — сказал Хамфри. — Это Джейсон?»

«Нет, мистер Геллер», — ответила Тень из тени Хамфри.

«Ты уверен?»

«Совершенно уверен, мистер Геллер. Мистер Асано обнаружил, насколько отчаянно Общество искателей приключений в этом регионе нуждается в ресурсах, и решил вызвался в качестве вспомогательного персонала. Он собирает останки монстров, принесенные другими командами, ради материалов и мяса, которые он готовит способами, подходящими для длительного хранения. Он очень занят».

«О, — сказал Хамфри. — Я думал, он отправился мародерствовать тайком».

«Бабочки Джейсона не такие быстрые, как описал наш проводник, — сказал Клайв, а затем поднял магический альманах монстров Общества, который держал в руках. — Думаю, я знаю, что это за монстр».

«Ты только что посмотрел это? В этих альманахах трудно разобраться. Мать заставляла меня просматривать их для практики».

«Может, я больше и не состою в Магическом обществе, но моя способность эффективно искать в их системе записей осталась прежней».

«Значит, ты думаешь, что это монстр-бабочка?»

«Да, но давайте вернемся к группе, чтобы мне не пришлось объяснять это дважды».

Хамфри кивнул и отключил экран конфиденциальности. Они вернулись к остальным, и Клайв объяснил, кого он подозревает в качестве виновника.

«Существует вид монстра-бабочки, называемый славным жнецом, — сказал он группе. — Он редкий и обычно появляется довольно далеко к югу отсюда, но есть несколько записей о том, что они появлялись почти так же далеко на севере, как Раджорас. Это роящийся монстр с несколькими характерными чертами. Одна из них — их внешний вид: зеленый, синий и желтый цвет с золотым свечением. Другая — то, что они являются одними из редких монстров, которые охотятся на других монстров и в основном избегают всех остальных. Они производят пыль, которая вызывает быстрое разложение тел монстров. Это разложение продолжается после смерти, растворяя их, как это сделала бы сила мародерства. Славные жнецы затем поглощают магию, когда она возвращается в сырое состояние. Я, по сути, говорю, что они едят радужный дым».

«Значит, это действительно монстр?» — спросил Нил. — «Я был уверен, что это окажется…»

Белинда снова хлопнула его по руке.

«Окажется кем?» — спросила Вестин.

«Ты так плох в этом, — сказала Белинда Нилу, качая головой. — И я имею в виду Клайва плохо».

«Эй!» — воскликнули Нил и Клайв одновременно, а затем сердито посмотрели друг на друга.

«Эта пыль, которую производит монстр-бабочка, — сказала Белинда, отвлекая внимание от длинного языка Нила. — Она растворяет тела монстров, верно?»

«Да», — подтвердил Клайв.

«У высокоранговых, и даже у хорошо обученных среднеранговых, тела в основном такие же, как у монстров, — сказала Белинда. — Разве это не сделает нас уязвимыми для этой пыли?»

«Нет, — сказал Клайв, качая головой. — Ну, не настолько. В альманахе было отмечено, что это не влияет на пользователей эссенции таким же образом, поэтому славные жнецы — одни из редких монстров, которые охотятся на других монстров. Я не уверен, почему это менее эффективно против пользователей эссенции; в альманахе об этом не говорилось».

«Есть причина, по которой мы говорим, что наши тела "в основном" такие же, — сказал Нил. Как целитель, он лучше всех в группе понимал, как работают их магические тела. — Есть ключевые различия между очень похожим строением пользователя эссенции и тела монстра. Главное — это то, что, если не вмешивается способность эссенции, тела монстров намного более устойчивы. Это потому, что тела монстров не должны содержать настоящую душу, как у пользователя эссенции, или настоящее духовное существо, как у призванного фамильяра. Поскольку их тела не нуждаются в таком духовном подкреплении, они могут сосредоточиться на физическом подкреплении».

«Тогда звучит так, будто эта пыль нацелена именно на то, что делает тела монстров прочнее наших, — сказал Клайв. — Она повлияет на нас в некоторой степени, но не в той же мере. Это не будет так серьезно, как… чьи-то еще недуги».

Белинда покачала головой.

«Так плох в этом, — пробормотала она. — Клайв, он отправился в космос с алмазным рангом, а не в мистическую страну, где произнесение его имени наложит проклятие. Ты можешь произнести его имя».

«А, да, верно, — сказал Клайв. — Он отправился с алмазным рангом».

Белинда застонала.

«Да, очень убедительно, Клайв, — пожаловалась она. — Беру свои слова назад. Тебе не разрешено говорить о нем».

«О ком мы говорим?» — спросила Вестин.

«Это неважно, — сказал Хамфри. — Нам следует двигаться дальше, если мы хотим завершить наш обход на…»

Софи спрыгнула на землю рядом с группой.

«Я нашла какого-то странного монстра-бабочку, — сказала она. — Он был более желтым и зеленым, чем у Джейсона».

«Кто такой Джейсон?» — спросила Вестин.

«Какой-то парень, с которым мы раньше работали, — сказала Софи. — Он ушел с алмазным рангом, потому что он особенный мальчик или еще какая-то чушь».

«Бессердечно бросил нас», — подтвердила Белинда.

«Ты видела, куда полетели бабочки?» — спросила Вестин.

«Они никуда не полетели, — сказала Софи. — Они были не очень быстрыми, так что я просто разобралась с ними».

«Подожди, — сказала Вестин. — Ты хочешь сказать, что они были медленными?»

«Ага, — подтвердила Софи. — Не медленными, как вы, люди, но медленными».

«Тебе, наверное, не стоит летать вокруг, — предупредила Вестин. — Монстры могут увидеть тебя и в итоге последовать за тобой прямо к нам».

«Именно, — сказала Софи. — Вы, люди, медленные, поэтому я собрала некоторых из них. Вы должны почувствовать первую группу с минуты на минуту».

«Софи!» — отчитал ее Хамфри. — «Что я тебе говорил?»

На лице Софи появилось выражение преувеличенной неуверенности.

«Что тебе нравится, когда я щекочу твой…»

«Я сказал: перестань собирать монстров, потому что ты думаешь, что мы слишком медленные!»

«О, это имеет больше смысла, — признала она. — А насчет того, другого — это личное».

ЯРОСТЬ, ВЛАСТЬ И ПОТУСТОРОННЯЯ МОЩЬ

ЯРОСТЬ, ВЛАСТЬ И ПОТУСТОРОННЯЯ МОЩЬ

Джейсон двигался по ночному городу, мелькая невидимым из тени в тень. Под светом двух лун их было предостаточно, что позволяло ему развивать ошеломляющую скорость. Благодаря покрывалу из звезд город был относительно светлым, учитывая ранний час, превращаясь в теневое царство, идеально подходящее для Джейсона.

Он не расширял свои чувства слишком далеко, так как его магические чувства были выражением его ауры. Если бы он толкнул их слишком далеко, это выдало бы его местоположение любому существу, чувствительному к ауре, в широком радиусе. Он не беспокоился о ночных монстрах, а вот об искателях приключений, патрулирующих город в любое время суток и охотящихся на них — да. Он не хотел ни объяснять свое присутствие, ни быть принятым за одного из монстров, на которых охотились.

Даже будучи втянутыми, чувства Джейсона оставались превосходными на коротких дистанциях, что позволяло ему избегать любых команд, с которыми он сталкивался. В отличие от него, они транслировали свои чувства наружу, чтобы обнаруживать монстров и привлекать агрессивных. Это позволяло легко избегать их, отступая в тот момент, когда его чувства сталкивались с их; их восприятие было слабее всего на границах их диапазона. Тем не менее, он был осторожен. Мало того, что расслабленность была плохой привычкой, существовал также шанс, что элитный разведчик заметит его, несмотря на всю его осторожность.

Целью Джейсона была внутренняя сторона города, противоположная той, где был пришвартован его корабль. Его день, проведенный в качестве вспомогательного работника, оказался плодотворным с точки зрения сбора информации по той простой причине, что если ты появляешься, берешься за работу и не ведешь себя как идиот, люди будут с тобой разговаривать. Он провел день в окружении функционеров Общества искателей приключений и Магического общества, а также нескольких других помощников. Это дало Джейсону массу возможностей узнать о ситуации в лагере.

Работа Эстеллы Уорнок заключалась в разведке гражданских объектов для команды, но она плохо подходила для рабочего лагеря в разрушенном городе. Вместо этого она отправилась вперед, к следующему пункту назначения команды. Сам Джейсон гораздо лучше подходил для конкретных обстоятельств, так как всегда умел ладить с людьми, у которых не было власти использовать или угнетать его.

Джейсону потребовалось совсем немного времени, чтобы влиться в коллектив преимущественно низкоранговых рабочих, занимающихся организацией ресурсов, логистики и продовольствия. Из-за жестких условий пользователи эссенции в основном перебивались монетами духа. Еда, которую производили Джейсон и его новые коллеги, отправлялась в окрестные районы. Его способность мародерства была полезна для получения свежего мяса из туш монстров, наряду с другими материалами. Его магия кулинарии брала это свежее мясо и превращала его в консервированное.

На месте уже были ресурсы, которые позволяли Джейсону быстро выполнять большой объем работы, с коптильнями и сараями для засолки, предназначенными для использования с магией кулинарии, что значительно ускоряло процесс. Хотя мастерство Джейсона в такой магии было получено из книг навыков и было довольно базовым, оно идеально подходило для существующих условий. Кривая обучения была низкой, и к тому времени, когда он начал выдавать консервированное мясо, окружающие его люди стали разговорчивыми. Большая часть того, что узнал Джейсон, не была невероятно полезной для команды, хотя и могла им помочь. Знание того, к кому обращаться, а кого избегать в руководстве лагеря, всегда было ценным.

Самая важная информация касалась не базового лагеря, а города, для управления которым этот лагерь был создан. Одной из бедствий, приведших город в упадок, стало масштабное разрушение после того, как местное астральное пространство было оторвано от реальности. Такие разрушительные события были конечной целью Строителя; когда ячейке культистов удавалось выполнить эту задачу, они обычно эвакуировали свои базы в этом районе.

Обычно эвакуация культистов проводилась быстро и тихо, так как местные искатели приключений к тому времени, как правило, уже были на тропе войны. В результате в этом районе часто скрывались логова культа Строителя, содержащие крупных и опасных существ-конструктов, которые культ был вынужден бросить.

Судя по тому, что удалось узнать Джейсону, где-то за внутренней границей города, вероятно, находилась нераскрытая база Строителя. Поздно ночью Джейсон отправился на разведку втайне, чтобы сохранить свою секретную личность. Джейсон Асано больше не должен был находиться на Паллимустусе, и повар не должен был уметь находить то, что не смогли обнаружить команды искателей приключений.

Добравшись до того, что должно было быть правильной общей зоной, Джейсон направил свои чувства вниз, стараясь не дать своей ауре распространиться в каком-либо другом направлении. Помимо того, что его превосходная сила ауры подпитывала его чувства, Джейсон также был чувствителен к энергии, связанной со Строителем. С тех пор как он потерял магическую дверь Строителя, он больше не мог манипулировать этой энергией. Однако его способность чувствовать прикосновение Строителя появилась за некоторое время до того, как Джейсон получил дверь. Он был чувствителен к ней с тех пор, как Строитель попытался украсть его душу с помощью звездного семени.

Джейсон превратил себя в магический радар для просвечивания земли, сканируя местность. Он переместился из внешней части города в то, что когда-то было сельскохозяйственными угодьями, а теперь представляло собой смесь засохших остатков урожая и голой почвы. Земля несла на себе следы разрушительной ударной волны, которая пронеслась по ней после удаления астрального пространства. Сила вытолкнула все наружу и прочь от эпицентра в мощном взрыве, который разбросал валуны, сровнял с землей части города и вырвал деревья с корнем. И это была только зона ударной волны, а не зона взрыва.

Пространственный шрам был тем, что Джейсон мог ясно ощущать. Еще более интимным, чем его чувствительность к Строителю, было его восприятие пространственных сил. Чем ближе он подходил к бывшему месту апертуры астрального пространства, тем больше его ужасала зияющая рана в реальности, оставшаяся после этого.

«Это оставило шрам на теле реальности, — сказал Джейсон. — Он уже начинает искажать окружающую магию, просачивающуюся через пространственную мембрану. Не думаю, что этот город будет пригоден для жизни в течение долгого времени».

«Его придется перестраивать с нуля, — согласилась Тень. — Ремонтировать почти нечего».

Магия приходила в мир через пространственную мембрану, которая отделяла их физическую реальность от астральной. Всплеск монстров был результатом временного повреждения этой мембраны, но повреждение всегда — в конечном итоге — восстанавливалось само собой. Это уже произошло, положив конец всплеску монстров, но, по восприятию Джейсона, остался уродливый шрам.

«Это будет влиять на магию в этой области еще некоторое время», — оценил Джейсон.

«Вы считаете, что эффект сохранится?» — спросила его Тень.

«Без вмешательства, да, — трезво сказал Джейсон. — Я подозреваю, что это повлияет на монстров здесь, а также на людей, использующих магию. Это будет происходить медленно, со временем, как яд в грунтовых водах, который постепенно накапливается в людях, использующих землю».

Джейсон обладал уникальным пониманием этого. Его связь с пространственными силами позволяла ему распознавать рану так, как другие не могли, а его растущее мастерство в астральной магии позволяло ему хотя бы частично ее понять.

«Вы предупредите местных?» — спросила Тень. — «Они могут не осознавать опасность».

«Здесь есть представители Магического общества, — сказал Джейсон. — Они, вероятно, знают, что произошло и чего ожидать. Но я попрошу Клайва перепроверить это с ними».

Клайв был не в лучших отношениях с Магическим обществом, но он был специалистом по астральной магии, чья компетенция превосходила компетенцию Джейсона, несмотря на озарения Джейсона в отношении пространственных сил и обучение у самой Доун. Джейсон уже делился своими уникальными озарениями с Клайвом и видел, как Клайв совершает скачки, которые сам Джейсон даже не осознавал. Без своих преимуществ Джейсон и близко не подошел бы к уровню Клайва в изучении астральной магии.

Джейсон напряг свои чувства настолько, насколько был готов рискнуть, но один час превратился в два, а затем в три безрезультатно. Небо начало светлеть, когда он наконец почувствовал покалывание. Под ним было что-то, что мешало ему получить правильное представление о том, что это такое, из-за какой-то магической защиты. Только сила его восприятия и чувствительность к Строителю позволили ему вообще что-то обнаружить.

«Хорошо», — сказал Амос, чье внезапное появление позади заставило Джейсона вздрогнуть. Очень немногие люди могли подобраться к нему так близко незамеченными.

«Что ты здесь делаешь? — спросил Джейсон. — Тебе понравилось, как я сумел найти это место?»

«Нет, — сказал Амос. — Хорошо, что ты так тщательно продемонстрировал свои недостатки. Будут новые упражнения, как только ты отдохнешь».

С этими словами Амос ушел.

«Знаешь, — сказал Джейсон, проводив Амоса взглядом. — Он мог бы хотя бы помочь нам найти вход. Тень, рассредоточься и осмотрись, пожалуйста».

Тела Тени вырвались из тени Джейсона, чтобы обыскать местность. Тот факт, что логово еще не было найдено кем-то другим, наводил на мысль, что вход был окончательно обрушен. Только имея узкую область для поиска, стоило проводить сеточный поиск, даже с когортой тел Тени. В конце концов, проем оказался под грудой тяжелых камней, которые выглядели так, будто их навалило ударной волной. На самом деле они были размещены так, чтобы скрыть шахту, которая была намеренно завалена.

Хотя он знал, что правильным решением было бы привести команду, Джейсон чувствовал искушение действовать самостоятельно. Он хотел отправить Тень вниз, чтобы самому прыгнуть в тень базы, оставив всех конструктов Строителя себе. Он мог бы не торопиться, будучи погребенным и скрытым под землей. Разбирать каждого конструкта своими собственными руками, разбирая их на части, одну за другой. Выбивая из них каждый последний след силы Строителя.

«Мистер Асано, — сказала Тень. — Напоминаю, что сейчас время для осмотрительности, а не для ярости».

Джейсон не заметил ауру, пульсирующую из него, или растущее свечение его инопланетных глаз, когда он смотрел в землю, сжав кулаки по бокам. Он отозвал свою ауру, нахмурившись в самоосуждении из-за потери контроля. Он сосредоточил свои чувства и почувствовал, как одна из патрульных команд движется в его направлении.

«Пора уходить», — сказал он.

«Могу ли я предложить, мистер Асано, чтобы вы разыскали миссис Ремор завтра, в дополнение к лорду Пенсината?»

«Да, — сказал Джейсон. Свирепость, затуманившая его разум, прошла. — Я начинаю думать, что у меня могут быть некоторые нерешенные проблемы».

«Возможно, я сам заметил нечто подобное, мистер Асано».

* * * Патрульная команда добралась до места, где они почувствовали странную ауру. Лучница, мечница и специалист-защитник наблюдали за темнотой вокруг, пока их разведчица охотилась за аурой. Она расширила свои чувства, ища хоть какой-то след. Их проводник из Общества искателей приключений также следил за окружением.

«Я ничего не чувствую, — сказала разведчица. — Как будто она вспыхнула и исчезла».

«Что это было?» — спросил ритуалист команды, осматривая землю вокруг них. — «Я никогда не чувствовал такого монстра, но и на человека это тоже не было похоже».

«Может, жрец, — сказал защитник, наблюдая за залитой лунным светом местностью. Относительно светлая ночь и выровненная местность делали наблюдение за неприятностями более легкой задачей, чем могло бы быть. — Они иногда используют божественную силу, которая ощущается странно».

«В этом есть смысл, — сказал проводник. — Я однажды видел жреца Гнева в бою, и он ощущался примерно так же, как то, что мы почувствовали. Ярость, власть и потусторонняя мощь».

«Здесь что-то есть», — сказал ритуалист, присев над участком земли. Он указал на разбросанные вокруг камни. — «Эти камни были сдвинуты, и совсем недавно. Думаю, они были навалены поверх этого».

Защитник и один из бойцов остались на страже, пока остальные собрались вокруг.

«Какой-то засыпанный туннель, — сказала разведчица. — Вы не думаете…?»

«Логово культа Строителя, — сказал ритуалист. — Думаю, то, чему принадлежала эта аура, искало это, почувствовало, что мы приближаемся, и поспешило убраться».

«Хорошо, — сказал защитник. — Я никогда не чувствовал такой сильной ауры серебряного ранга».

«Вероятно, это просто какая-то способность отпугивать других монстров, — сказала мечница. — Какая-то вспышка ауры, больше для вида, чем для силы».

«Боится нас больше, чем мы ее», — предположила лучница.

«Я не так уверена, — сказала разведчица. — Эта аура не чувствовала страха».

«Разве не в этом весь смысл? — спросила мечница. — Какая сила, чтобы отпугивать людей, позволила бы тебе узнать, что это она испугалась?»

«Она поймала тебя на слове», — сказал защитник.

«Не думаю, что предполагать, будто она боится — правильный ход, — сказала разведчица. — Что, если идея в том, чтобы заставить нас думать, что она ушла, чтобы она могла преследовать и устраивать нам засады?»

«Ну, разве это не жизнерадостная мысль», — сказал ритуалист.

«Нам следует уходить, — сказал проводник. — Мы доложим об этом, поставим кого-нибудь наблюдать за местом и посмотрим, действительно ли это логово культа, как только взойдет солнце».

«Разве нам не стоит проверить это сейчас?» — спросила лучница.

«Оно здесь уже довольно давно, — сказал ритуалист. — Не думаю, что нам стоит беспокоиться о том, что конструкты вырвутся наружу, если только мы не начнем копать вниз. Если бы мы не пришли, то, что мы почувствовали, могло бы это сделать и вызвать боги знают какие неприятности».

«Меня беспокоит, что это была за штука, — сказала разведчица. — Она все еще где-то там».

АКТИВ

АКТИВ

Вернувшись перед рассветом, Джейсон вышел из своей каюты, когда уже почти пришло время обеда.

«О, слава богам, ты вышел», — сказал Нил, подбегая к нему.

Джейсон прищурился, собираясь прощупать его ауру, чтобы подтвердить личность, пока Нил продолжал.

«Клайв приготовил… полагаю, это стоит назвать завтраком, — посетовал Нил. — Тайка выбросил его в реку».

«Тайка всего лишь бронзового ранга», — сказал Джейсон со смехом.

«Он силен, — сказал Нил. — Всплеск монстров довел его довольно близко к серебряному. У него также был элемент неожиданности, а Клайв был очень удивлен».

«Нам, наверное, не стоит тратить еду впустую, когда люди прикладывают столько усилий, чтобы прокормить население в этом регионе».

Джейсон вспомнил нормирование еды на Земле во время волн монстров, когда беженцы были забиты в крупнейшие городские центры ради безопасности. Производство и распределение продуктов питания развалились, так как даже небольшие города были заброшены из-за нехватки людей для их защиты, не говоря уже о сельских районах. Джейсон почти два года не ел ничего, кроме монет духа.

«Это было довольно просто, в первую очередь, — сказал Нил. — Только хлопья и хлеб».

«Он испортил хлопья и хлеб?»

«Оказывается, все, что умеет готовить Клайв, — это угорь, — объяснил Нил. — Могу заверить тебя, что адаптация этих рецептов к простому завтраку не работает».

Джейсон поморщился. Он чувствовал Тайку на яхте, его аура была сильной и устойчивой. Прото-пространства, а затем волны монстров на Земле, плюс тренировки Фарры, позволили ему стремительно проскочить ранги, особенно с учетом того, что он был человеком, что служило ускоряющим фактором. Между этим и всплеском монстров после смены миров, Тайка редко видел менее беспокойные условия, с которыми сталкивались большинство искателей приключений. Его прогресс был быстрее, чем у Джейсона, чей прогресс на низких рангах сопровождался длительными задержками.

Человеческие способности Тайки были заменены на способности иномирца, но Джейсон никогда не садился и не присматривался к ним внимательно. Он поделился своим интерфейсом группы и позволил Руфусу и Фарре управлять его обучением и продвижением, так как они оба были лучшими учителями, чем Джейсон. Набор сил Тайки был очень похож на набор Хамфри, от его роли бойца с высокой мобильностью до сочетания мощных и разнообразных вариантов атаки и защиты. Они даже разделяли эссенции могущества и крыльев, что привело к слиянию, основанному на мифическом существе.

В случае Тайки это была гаруда, а не слияние дракона, как у Хамфри, что заставило Джейсона задуматься. Была ли гаруда реальным существом на Паллимустусе? Если да, то на какой из различных мифов, легенд и летающих монстров из ролевых игр она была больше всего похожа?

«Нил, — спросил Джейсон. — Ты когда-нибудь слышал о гаруде?»

«Конечно, — сказал Нил. — Большие летающие существа. Много вариантов, как грифоны и драконы, распределенных по рангам. Они не настоящие гаруды, однако, так же как дрейки не настоящие драконы. Настоящие гаруды — это нечто серьезное. Большинство меньших вариантов попадают в серебряно-золотой диапазон, я почти уверен, но я никогда не видел ни одной. Никогда не был в нужной части мира. Думаю, в Пранае они могут быть».

Пранай был городом, который Джейсон и его команда посетили после своей первой поездки в астральное пространство Ордена Жнеца. Они не покидали пределы огромного городского центра, поэтому единственными магическими зверями, которых они видели, были фамильяры.

«Ты думаешь о способностях Тайки?» — спросил Нил.

«Да. Я никогда по-настоящему не видел его в полевых условиях с тех пор, как он был железного ранга».

«У него есть впечатляющие силы. Похожие на Хамфри, но он лучше как инициатор, в то время как Хамфри имеет преимущество как атакующий на длительной дистанции. Знаешь, с еще одним быстрым и жестким фронтлайнером, и если бы мы привлекли Руфуса, у нас была бы чудовищная команда здесь».

«Разве не сложно тренироваться в команде из восьми человек? Разве вам не нужно брать контракты более крупного масштаба, что означает экспедиции, что означает другие команды, что означает больше ограничений?»

«Это не обязательно должно быть так. Наша команда построена на различных синергиях. Помнишь, когда сестра Хамфри тренировала нас? Мы взяли тот дорожный контракт, и она постоянно толкала нас в разные комбинации малых групп».

«Это интересная идея, — задумчиво сказал Джейсон. — Смешивание — это всегда хорошо в качестве тренировочного упражнения. Ты же знаешь, что Руфус и Тайка с нами только временно. Руфус в конце концов отправится в Гринстоун, а Тайка может оказаться с другими людьми с Земли. Мне нужно будет, чтобы кто-то присматривал за этими придурками».

«С чего ты взял, что они придурки?»

«Они с Земли».

«Не много любви к своему собственному миру, значит».

«Моему старому миру. Это мой мир теперь».

«Ну, мы рады, что ты с нами, — сказал Нил, хлопая Джейсона по спине. — При условии, что ты приготовишь обед. Нам скоро нужно идти на послеобеденный патруль, а Белинда сказала, что Клайв снова поглядывал на хлеб».

«О черт, — сказал Джейсон. — Тогда мне лучше заняться этим».

* * * Базовый лагерь для деятельности Общества искателей приключений и Магического общества в этом районе был тщательно разбит на секции, нечто среднее между школьным кампусом и военной базой, но все здания были магическими палатками. Палатки были укреплены от непогоды и включали дренаж, водопровод и другие удобства. Многие были размером с полноценные здания, а некоторые даже достигали четырех этажей в высоту. По большей части все они были квадратными или продолговатыми, с жесткими каркасами, видимыми под драпировкой ткани.

Команда Джейсона перемещалась по открытой площадке сбора, хотя место Джейсона в группе заняли Руфус и Фарра. Вела их Вестин, их назначенный функционер Общества искателей приключений. Они двигались к палатке размером с небольшой ангар для самолетов. Это был главный парк транспортных средств лагеря, управляемый Магическим обществом, но в основном используемый Обществом искателей приключений.

Площадка сбора представляла собой смесь команд искателей приключений и групп из двух обществ, отвечающих за лагерь. Некоторые приходили и уходили пешком, в то время как другие использовали глиссеры, что делало огромный размер площадки необходимостью для обработки всей этой активности.

«Сегодня днем мы направляемся на другую сторону города, — сказала им Вестин, когда они приблизились. — Дальняя сторона города — самая опасная зона в этом районе. Именно там пал монстр алмазного ранга, что делает его самым концентрированным источником остаточной силы, которая притягивает монстров. У нас еще не появлялось золотого ранга, но мы видели, как серебряные приходят очень большими волнами, так что будьте готовы отступить и перегруппироваться с другими командами в любое время».

«Вчера вы сказали нам, что нас не направят на дальнюю сторону города», — отметила Софи.

«Ситуация изменилась за ночь, — сказала им Вестин. — Было найдено логово культа Строителя, и несколько команд, которые обычно патрулируют дальнюю сторону города, в настоящее время участвуют в операции по подавлению остаточных конструктов Строителя. Нам пришлось прокладывать путь вниз, используя ритуалы, чтобы получить доступ к логову, так как шахта доступа была полностью запечатана. Там было так много камней, что их не стоило расчищать, поэтому мы прокопали прямо через землю».

«Я помню этот ритуал, — сказал Хамфри. — Ты могла бы предупредить меня, что он будет разбрызгивать грязь повсюду, Клайв».

«Это был ритуал копания на болоте, — сказал Клайв. — Ты хочешь, чтобы я предупреждал тебя, что пельмени есть в пельменной?»

Хамфри покачал головой.

«Мы знали о логове культа», — сказал он Вестин.

«Слухи по такому лагерю распространяются очень быстро, — сказала Вестин, ее тон был неодобрительным. — В связи с этим, знайте, что в этом районе есть неизвестная, потенциально враждебная сущность, но у нас мало информации о ней. Мы даже не можем быть уверены, монстр ли это, магический зверь или пользователь эссенции. Возможно, это жрец одного из темных богов, так что будьте осторожны. Его аура очень характерна: серебряный ранг, чрезвычайно мощная и чрезвычайно зловещая».

«Не думаю, что эта сущность случайно оказалась там, где в итоге оказалось логово культа?» — спросила Белинда.

Вестин перестала идти по площадке сбора и повернулась, чтобы посмотреть на Белинду.

«Ты знаешь что-то, о чем должна доложить?»

«Я никогда не знала ничего, о чем должна была доложить, — сказала Белинда. — Вот как они тебя ловят».

«Ваш патруль почувствовал определенный актив, к которому у нашей команды есть доступ, — сказал Хамфри. — Он сообщил об обнаружении логова Строителя, но ушел, когда почувствовал приближение патруля. Поскольку патруль нашел логово, мы сами не стали сообщать об открытии».

«Вы утверждаете, что этот актив нашел логово. Вы пытаетесь приписать себе заслуги?»

«Нас не волнуют заслуги, — сказал Хамфри. — Я говорю вам это только для того, чтобы патрульные команды не шарахались от теней».

«И что это за актив у вас такой? Почему это секрет?»

«Строго говоря, это не секрет, — сказала она. — У нашей команды есть доступ к определенному особому активу, который люди часто находят вызывающим, зловещим или откровенно злым. Это не так. Но этот актив известен Обществу искателей приключений, и отделение в Римаросе решило оставить наш актив в основном вне учета. Если кто-то начнет копать, свяжется с отделением Общества искателей приключений и проигнорирует их вежливые предложения оставить это в покое, вы найдете ответы, которые ищете. Вы можете проверить все это сами, конечно. Я заметил временную камеру водной связи, которая была установлена для связи, хотя я знаю, что эти устройства чрезвычайно ресурсоемкие. Вы, вероятно, используете ее только тогда, когда это строго необходимо, а это значит, что вы можете либо поверить мне на слово, либо нет».

«Водная связь, которая у нас есть, дорога в эксплуатации, — признала Вестин. — Мы используем ее только тогда, когда это действительно необходимо. Не имея прямого доступа к администрации Общества искателей приключений в Римаросе, лучшее решение — это если вы введете меня в курс дела, а я определю, сколько нужно сообщить официальным лицам здесь».

«Нет», — сказал Хамфри.

«А если я отправлю несколько команд на этот ваш корабль, чтобы выяснить все самой?»

«Тогда это было бы прискорбно, — сказал Хамфри. — Всегда грустно, когда плохие вещи случаются с хорошими людьми».

«Вы угрожаете мне, мистер Геллер?»

«Нет, мисс Кэлхун, я этого не делаю. Представьте себе таинственную яму с монстрами. Представьте, что любого, кто сумеет прыгнуть в яму и выжить, накажет Общество искателей приключений, в маловероятном случае их выживания. Это не угроза — предупредить кого-то об опасностях ямы, мисс Кэлхун. Это благонамеренный совет, который, признаю, можно легко истолковать как попытку запугать официальное лицо Общества искателей приключений. Но я напомню вам, мисс Кэлхун, что вся информация, касающаяся вас в этой ситуации, поступила из одного источника: от меня. Я мог бы промолчать, но оказал вам любезность, предупредив в надежде, что вы не будете тратить время и ресурсы».

Вестин долго смотрела на Хамфри.

«Ждите здесь, — сказала она наконец. — Я собираюсь посоветоваться с главным чиновником лагеря».

Команда наблюдала, как она развернулась и зашагала прочь.

«Насколько большой проблемой это будет?» — задался вопросом Нил.

«Не очень, — сказал Руфус. — У Общества искателей приключений много секретов. Она спросит кого-то из руководства лагеря, что делать, и ей скажут вести себя тихо и подыграть. Если нет неминуемой угрозы, то любой, кто достаточно умен, чтобы управлять этим местом с минимальным надзором, знает, что лучше не наживать неприятности, которых можно избежать бесплатно».

«А если она решит давить?» — спросил Клайв.

«Тогда они используют водную связь, независимо от стоимости, — сказала Фарра. — В этот момент им строго проинструктируют оставить свою линию расследования. Они предположат вмешательство семьи Геллер и оставят нас в покое».

«И вы в порядке с тем, что люди думают, будто ваша семья погрязла в коррупции?» — спросил Клайв Хамфри.

«В политике, — сказал Руфус, — нужна небольшая коррупция. Совсем немного, иначе никто другой не будет вам доверять».

«Ну, это просто абсурд, — сказал Клайв. — Я действительно начинаю ненавидеть политику».

«Есть и плюсы, — сказала Софи, толкнув Хамфри бедром. — Мне нравится, когда ты становишься таким официальным и строгим». Ее голос затем перешел на низкий шепот. — «Хочешь выбраться отсюда?»

«Нет!» — сказал Хамфри, отстраняясь от нее. — «Сейчас не время. И не место. И не обстоятельства».

Выражение лица Софи стало уязвимым и обиженным.

«Значит, — сказала она дрожащим шепотом, — я тебе не очень нравлюсь?»

«Что?» — спросил Хамфри, застигнутый врасплох. — «Конечно, нравишься».

«Это не звучит так, будто нравлюсь».

«Дело не в этом! Я просто…»

Напряжение в его сжатых плечах ослабло, когда он бросил на нее прямой, предостерегающий взгляд.

«…понял, что ты дразнишь меня. Нам снова нужно провести разговор о профессионализме? Есть профессиональное пространство и личное пространство, и ты не должна приносить личное пространство на работу».

«Есть много вещей, которые вы не должны делать на работе, — вмешалась Белинда. — Вы не должны красть часы вашего проводника из Общества искателей приключений».

«Линди, — спросил Хамфри сквозь зубы, — ты только что украла ее часы?»

«Нет, — сказала Белинда, сама невинность. — Я не только что украла ее часы».

ТО, ЧТО ТРЕНИРУЕШЬ ЧАЩЕ ВСЕГО

ТО, ЧТО ТРЕНИРУЕШЬ ЧАЩЕ ВСЕГО

Снова шел дождь, когда наземный глиссер двигался по обломкам того, что когда-то было городом. Он парил всего в метре над землей, но этого было достаточно, чтобы проплыть почти над каждой частью внутренних районов города. Несколько зданий, когда-то магически укрепленных крепостей, оставили после себя лишь фрагменты в виде одной или двух стен.

«Эта часть города была там, где ударная волна ударила после того, как астральное пространство было забрано», — сказала Вестин. Она управляла глиссером, но большую часть поездки из лагеря молчала. У многих искателей приключений были секреты, но когда она натыкалась на них, ей не нравилось, когда ей говорили отступить. А ей это очень даже говорили.

«Этот пруд кажется странным, — сказал Руфус, указывая на большой водоем. — У него странная форма, и он не вписывается в окружающую обстановку».

Они не проезжали через парк, в котором можно было бы ожидать такой пруд. Несмотря на уничтожение города, исходное расположение дорог можно было определить по относительному отсутствию обломков, и пруд пересекал несколько из них.

«Это след, оставленный монстром алмазного ранга, — объяснила Вестин, перенаправляя глиссер вдоль берега. — Монстр буйствовал в этой части города, но большая часть ущерба была скрыта. Ударная волна превратила поврежденный город в сровненный с землей. Это углубление было одним из немногих оставшихся признаков, и оно заполнилось дождями».

«Значит, это место, где пал монстр? — спросил Нил. — Он был достаточно большим, чтобы оставить такой кратер, когда умер?»

«Монстр не умер здесь, — сказала ему Вестин. — Это след ноги».

* * * Амос и Джейсон парировали чуть выше палубы, скрестив ноги в медитативных позах. Они были на тренировочной палубе, так как снаружи шел сильный дождь.

«То, что я собираюсь показать тебе, — это метод расширения твоих чувств без того, чтобы твоя аура предупреждала чувства других», — сказал Амос в одном из самых длинных предложений, которые Джейсон слышал от него. Амос был молчалив по натуре, но Джейсон узнавал, что он не фетишизирует тишину, не колеблясь говорить, когда это было необходимо.

«Ты уже знаком с втягиванием своей ауры, — сказал Амос, — но это втягивает и твои чувства тоже. Тебе нужно научиться маскировать присутствие своей ауры, не отзывая ее. У тебя есть техники скрытности ауры?»

«У меня есть одна, которую я разработал, — сказал Джейсон. — Отчасти это втягивание ауры, но у меня есть и более тонкие методы. Один, которым я горжусь, позволяет мне сливаться с толпой, адаптируя свою ауру к аурам окружающих людей и включая тонкое подавление ауры, чтобы восприятие других проходило мимо меня. По сути, я могу заставить людей игнорировать меня, если вокруг есть другие люди».

Амос кивнул и распрямил ноги, опустив их на пол, над которым он парил.

«Мы пойдем в лагерь, — сказал Амос. — Ты можешь показать мне».

* * * Пока Джейсон тренировал ауру, его команда двигалась за пределы руин города. Стена, которая когда-то сдерживала монстров, теперь была просто разделительной линией между городом и джунглями, не выше лежачего полицейского. Сами джунгли были в не лучшем состоянии, чем город: деревья были вырваны с корнем и разбросаны, как цветы одуванчика. Несмотря на сплющенные джунгли, это не была зона, обозначенная как зона разрушения.

Они прибыли в официальную зону разрушения, где была апертура астрального пространства; стало ясно, почему это место заслужило такое название. Это был кратер, но не вогнутость в земле. Он больше походил на то, что кто-то попытался воспроизвести Гранд-Каньон с помощью гигантской формы для выпечки, создав круглое отверстие, которое простиралось на километры в ширину и сотни метров в глубину.

Глиссер остановился, и команда высадилась, выстроившись вдоль края кратера. Это была аккуратная и круглая дыра с темно-зеленой, стеклянной поверхностью. Закругленная стена и плоский пол были гладкими, как полированный мрамор, но усеяны обломками. Камни, деревья и огромные комья земли лежали на полу, вместе с тем, что осталось от животных и магических зверей, пожираемых монстрами. Он был настолько большим, что, несмотря на дождь, вода, собравшаяся внутри, не была достаточно глубокой, чтобы считать его затопленным, а просто влажной.

«Это большая дыра, — сказал Нил. — Что это считается? Каньон? Кратер?»

«Подумать только, что это лишь малая часть того размера, который был бы вне всплеска монстров, — сказал Клайв, качая головой в изумлении. — Если бы не поврежденная пространственная мембрана, это могло бы покрыть в десять раз большую площадь».

«Это заставляет меня вспомнить астральное пространство, которое вы помешали Строителю забрать возле Гринстоуна, — сказал Руфус. — Если бы вы этого не сделали, я был бы мертв, вместе со всеми остальными в Гринстоуне и каждой пустынной деревней и дельтовым городом вокруг него. Это место показывает, насколько велик был подвиг, который вы все совершили в тот день».

«Ну, на меня бы это не повлияло, — сказала Фарра. — Я уже была мертва».

«Ты была мертва?» — спросила Вестин, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее.

«Около года», — сказала ей Фарра.

«Тогда как ты жива сейчас?»

«Я знаю одного парня».

«Что это значит?»

«Мы знаем парня, который рассматривает смерть не как конец, а как хобби, — сказала ей Фарра. — Мы, правда, не должны об этом говорить».

«Как тот ваш актив».

«Именно, — сказала Фарра. — Актив — это то, что он оставил после себя».

«Ужасно думать, что это произошло по всему миру», — сказал Хамфри.

«Большинство попыток культа Строителя украсть астральные пространства были остановлены, — сказала Вестин. — Но большинство — это не все. Нам повезло здесь, в том, что нам удалось эвакуировать большую часть населения. Взрыв стер город и сровнял с землей несколько деревень, но их жители ушли в крепостные города задолго до этого, к счастью. Есть места, где людям пришлось гораздо хуже». Она агрессивно плюнула через край. — «Вы все направляетесь на юг из Римароса, верно?»

«Верно», — сказала Софи.

«Неужели какой-то парень действительно убедил Строителя уйти раньше?»

«Так мы слышали», — сказала Белинда.

«Ну, почему он так долго возился?» — сердито спросила Вестин. — «Мы потеряли здесь все. Наши дома. Нашу гордость. Мы, может, и спасли большинство людей, но все равно потеряли много жизней».

«Вы жили здесь?» — спросил Хамфри Вестин, которая кивнула.

«Я не просто была здесь расквартирована, — сказала она. — Я здесь выросла. Это был мой город. А теперь они говорят, что, возможно, даже не будут его восстанавливать».

«Я даже представить себе не могу, — сказал Хамфри. — Я даже не буду пытаться. Я никогда не проходил через то, через что прошли вы. Потерять не просто дом, а дом всех, кого я знаю. Целые общины. Все, что я могу сказать, это то, что мне жаль».

Вестин развернулась и зашагала к глиссеру.

«Теперь вы это видели, — сказала она с горечью. — Нам нужно вернуться к патрулированию».

* * * «Ты уверен в этом?» — спросил Джейсон Амоса, когда они стояли на причале на краю оживленного базового лагеря. — «Здесь много серебряных рангов, и если они заметят повара, бродящего вокруг под сложной техникой скрытности, это привлечет внимание, которое нам не нужно».

«Тебе не хватает уверенности в своих способностях?»

«Нет, я вполне горжусь этой способностью. Вероятно, это самая сложная в исполнении из тех, что у меня есть, и она была разработана самостоятельно. Но она предназначена для того, чтобы помочь мне оставаться незамеченным в толпах людей более низкого ранга, а не для того, чтобы одурачить людей моего собственного ранга. Я довел ее до того, что она может, если они не обращают внимания, но если они обращают, техника привлечет внимание, а не отвлечет его. Дело не в уверенности; дело в правильном инструменте для правильной работы».

«Хорошо», — сказал Амос.

«Хорошо?»

«Твои навыки манипуляции аурой едва ли адекватны, но, по крайней мере, ты понимаешь ценность культивирования широкого спектра нюансированных техник, даже если ты еще этого не сделал».

«Едва ли адекватны?»

«Чем выше потенциал, тем выше должны быть ожидания по реализации этого потенциала».

«Думаю, я понял, — сказал Джейсон, все еще хмурясь из-за "едва ли адекватны". — Мои навыки значительно выше стандарта серебряного ранга, но каждый ранг масштабируется, не только в силе, но и в мастерстве тех, кого считают лучшими. Тех, кто реализует свой потенциал. Ты говоришь, что если я хочу быть великим, а не просто хорошим, когда достигну золотого ранга, мне нужно раздвинуть границы своих возможностей».

«Хорошим, а не адекватным, — поправил Амос. — Освой основы, прежде чем начинать претендовать на величие».

«Целься низко, понял, — сказал Джейсон. — Вот почему Доун пришла именно к тебе, не так ли? Она знала, что ты сможешь подготовить меня к будущему, по крайней мере в этом отношении».

«Да. Теперь покажи мне свою технику».

«Но что, если какой-нибудь серебряный ранг придерется ко мне?»

«Тогда используй то, что тренируешь чаще всего».

«Что это?»

«Свой рот».

«Не могу понять, это оскорбление или комплимент. Наверное, немного того и другого, теперь, когда я думаю об этом. На самом деле, изучая это дальше, я все больше впечатляюсь нюансами, которые тебе удалось включить в простое утверждение, и тем, как ты одновременно наслоил смысл и побудил к более глубокому исследованию последствий твоего…»

Амос щелкнул Джейсона по лбу.

«Ай!»

«Техника ауры, а не техника рта».

«Ты только что сказал…»

Амос щелкнул его снова, его рефлексы золотого ранга были слишком быстры для Джейсона, даже несмотря на то, что он следил за этим.

«Ты тренируешь пользователя эссенции, а не собаку», — отметил Джейсон, потирая лоб.

Амос ответил лишь холодным взглядом.

«Ладно, — проворчал Джейсон, отправляясь в лагерь и инициируя свою технику ауры. — Гав, черт возьми, гав».

* * * Как и обещала Вестин, внутренняя сторона города была более активной в плане активности монстров. Хамфри и остальные вскоре обнаружили, что работают вместе с Коринн и ее командой, а также еще одной группой, уничтожая огромную стаю монстров серебряного ранга.

Дуговые ящерицы были одними из самых слабых монстров серебряного ранга, по отдельности. В одиночку они были слабее монстров верхнего уровня бронзового ранга, что делало их популярным выбором, когда высокоранговые кураторы подбирали битвы для своих стажеров бронзового ранга. Таким образом, местные искатели приключений имели опыт борьбы с ними в небольших количествах.

Дуговая ящерица выглядела как кобальтово-синяя игуана с грубым, молочно-белым кристаллом, выступающим из спины. Их единственной реальной формой атаки была электрическая дуга, которую они могли выпустить из кристалла, но она не была опасна для серебряного ранга. Даже бронзовым рангам не нужно было слишком беспокоиться, если они были подготовлены и осторожны или обладали солидными защитными способностями.

Проблема борьбы с дуговыми ящерицами заключалась в том, что они никогда не проявлялись поодиночке и становились экспоненциально опаснее в количестве. Их электрические дуги могли перескакивать от одной к другой, возрастая в силе с каждым звеном в цепи, даже разделяясь, как только они становились достаточно мощными. Слишком много дуговых ящериц, собранных в одном месте, становились действительно очень опасными.

Дуговые ящерицы были монстрами, которые обычно появлялись в этой части мира и обычно были пренебрежимо малой угрозой. Однако во время всплеска монстров они появлялись в большем количестве, чем обычно — часто намного большем. Это означало, что дуговые ящерицы превращались из незначительной угрозы в серьезную проблему, и хотя всплеск монстров закончился, некоторые монстры появлялись в диких районах и все еще находили путь к населенным пунктам. В отличие от недолговечных монстров железного ранга, монстры серебряного ранга могли легко просуществовать до следующего всплеска, если с ними не разобраться в промежутке.

Поскольку несколько стай дуговых ящериц собирались вместе, они представляли серьезную угрозу для трех команд, отправленных на их устранение. Ключом было бить сильно, бить быстро и наносить окончательный урон. Самые ранние части битвы были самыми опасными, когда ящерицы были в своей самой сильной форме. Целители в каждой команде проявили себя перед лицом многочисленных и мощных атак, хотя команды были подготовлены.

Зная, с чем им предстоит столкнуться, их проводники из Общества искателей приключений подготовили зелья сопротивления электричеству для каждой из команд. Тем не менее, зелья помогали лишь до определенной степени перед лицом многочисленных мощных атак, которые подавляли магические щиты и прожигали доспехи, обжигая плоть. Только по мере того, как их численность сокращалась, атаки ящериц уменьшались в силе, что облегчало ситуацию после мучительного начала битвы.

Команда Коринн была бесспорной звездой шоу, расчищая врагов быстрее, чем любая из других команд. Их специализация была построена вокруг пары высокоуронных членов, а остальная часть команды была собрана вокруг максимизации их эффективности. Это делало их своего рода отражением самих ящериц, поскольку они сосредоточили все свои усилия на высвобождении мощных атак. Они даже использовали ту же цепную молнию, с Калифом, стреляющим электрическими стрелами, которые разделялись и разделялись, усиливая свою мощь с каждым пораженным врагом.

* * * «Можно подумать, что электрические стрелы были бы плохим выбором против электрических монстров», — сказала Софи, когда команды отдыхали после битвы.

«Серебряный ранг — это то место, где наборы сил начинают покрывать свои собственные слабости, — объяснила Фарра. — Возьми мой, например. У меня есть способность под названием "Дитя огня", которая помогает мне пробивать сопротивление к жару и огню, и даже воздействовать на то, что имеет иммунитет. Мне нужно будет быть более высокого ранга, прежде чем я начну сжигать огненных элементалей до смерти, но я доберусь до этого».

«То же самое касается меня, — сказал Хамфри. — Я не использую огонь так часто, как Фарра, но моя аура Драконьего могущества превращает мой обычный огонь в драконий огонь, который гораздо эффективнее».

«То же самое для всего, — сказала Фарра. — Молния Коринн такая же, я полагаю, но посмотри на Джейсона: он теперь может заставить голема кровоточить».

«Это часть того, что делает пользователей эссенции сильнее тех, у кого есть врожденная магия, — сказал Руфус. — С таким количеством сил наши способности имеют широту и синергию, но они также растут, чтобы покрывать наши слабости. Очень немногие из тех, у кого есть врожденная магия, могут сравниться с высокоранговым пользователем эссенции. Из тех, кто приближается, обычно требуются годы тренировок и практики».

«Как магия крови интеллектуальных племен троллей, — сказал Клайв. — Даже тогда они в основном работают с вариантной ритуальной магией. Это трудно использовать практически в бою; поверьте боевому ритуалисту».

* * * Команда Коринн вела свою собственную дискуссию о контексте битвы.

«Я не вижу, что такого особенного в их команде, что нам нужно следовать за ними и чему-то учиться, — сказал Поликс. — Мы сегодня показали их».

«Это не та битва, в которой нам нужно учиться у них, — сказала Коринн. — Эта битва была именно тем видом боя, который нам нужен. Простой, хотя и мощный враг в условиях большой группы. Надеюсь, вы заметили, как другие команды увидели, что мы являемся краеугольным камнем группы, и изменили свои стратегии, чтобы позволить нам работать без перерывов. Они уводили ящериц от нас, чтобы мы могли поддерживать наше наступление, не нуждаясь в отбивании контратак».

«Это то, о чем я говорю, — сказал Поликс. — Именно они увидели, что мы — более сильная команда».

«Поликс, — сказала Коринн, — тебе нужно слушать все, что я говорю, а не только те части, с которыми ты согласен. Мы были сильны сегодня, потому что это был наш тип боя. Что есть у команды Геллера, так это опыт того, когда все идет не так, и работа именно как команды, а не как части групповой экспедиции».

«Разница между подходами к приключениям в Римаросе и Витессе», — сказала Роза.

Поликс застонал. «Я устал слушать споры о том, что один лучше другого, — пожаловался он. — Это очевидно».

«Я сама так думала, — сказала Коринн. — Меня учили, что путь Римароса — это тоже превосходный вариант, но я обсуждала это с дядей Орина с тех пор, как мы отправились в это путешествие. Он подтолкнул меня посмотреть за пределы моих собственных предубеждений».

«Ты разговаривала с лордом Амосом? — спросил Калиф. — Он использовал слова? Своим ртом?»

«Он не немой, Калиф, — сказала Коринн. — Он просто не верит в разговоры, когда это не нужно. Слишком редкая добродетель».

«Что он сказал о разнице между приключениями в Римаросе и Витессе?» — спросила Роза.

«Он сказал мне, что это разница в более широкой доктрине, — объяснила Коринн. — Море Штормов и его окрестности имеют огромные участки неразвитых джунглей и глубокой воды. Огромные левиафаны и целые колонии монстров могут исчезать на десятилетия, часто находя друг друга и собираясь вместе, прежде чем они когда-либо двинутся на населенный район. Из-за этого угрозы, встречающиеся в этом регионе, огромны, как эта стая дуговых ящериц. Таким образом, доктрина приключений в этой части мира учитывает природу этих угроз, делая большой упор на многокомандные экспедиции. И когда люди работают вместе, но в нескольких командах, имеет смысл, что каждая команда имеет специализацию».

«Ты хочешь сказать, что это подход Витесса, но масштабированный? — спросил Калиф. — Вместо команды, где отдельные члены делают свое дело, у нас есть экспедиции, где каждая команда делает свое дело?»

«Именно, — сказала Коринн. — Витесс — гораздо более развитый регион, что означает, что охват обнаружения монстров более всеобъемлющий. Угрозы, накапливающиеся в дикой природе до того, как их обнаружат, редки, поэтому команды гораздо чаще действуют независимо, и есть даже люди, которые работают в одиночку. У них нет других команд, чтобы прикрывать их, пока они сосредотачиваются только на одной вещи. Они должны полагаться на себя, а это значит, что им нужна способность адаптироваться. Работа с другой командой, которая покрывает их слабость, не является вариантом. Они должны быть в состоянии покрыть свою собственную, даже если это происходит ценой фокуса».

«Я не вижу смысла, — сказал Поликс. — Если угроза меньше, то наши команды могут просто убить ее, прежде чем она сделает что-то хитрое, с нашей подавляющей силой. Никакой универсальности не требуется».

«И это отношение, — сказала Коринн, — именно та причина, по которой нам нужно следовать за ними и чему-то учиться».

ПРОСТО ЧТОБЫ ДОКАЗАТЬ, ЧТО МОЖЕШЬ

ПРОСТО ЧТОБЫ ДОКАЗАТЬ, ЧТО МОЖЕШЬ

«Нет», — сказал Гэри, когда Белинда подошла к нему в обеденном зале и лаундже яхты. Он развалился в кресле, читая книгу с кружкой на столе рядом с собой, от которой поднимался пар от горячего содержимого. Его позиция позволяла ему смотреть наружу, пока ховер-яхта двигалась вниз по реке к следующему пункту назначения.

«Ты даже не знаешь, о чем я собираюсь спросить», — пожаловалась Белинда.

«Я не буду делать тебе еще один набор отмычек».

«Ладно, — признала она, — ты, по-видимому, знаешь, о чем я собиралась спросить».

«Ну, не беспокойся, — сказал Гэри, не отрываясь от книги. — Ответ — нет».

«Почему нет?»

«Потому что я знаю, кто их сломал и при каких обстоятельствах».

«Я могу объяснить».

«Ты пыталась украсть часы Амоса Пенсината, — сказал ей Гэри. — Единственное, что тебе нужно объяснить, это то, что творилось у тебя в голове, что заставило это показаться хорошей идеей».

«Я хотела бросить вызов».

«И ты получила вызов, — сказала Софи, входя. — А потом ты получила последствия».

«О чем это вы?» — спросил Хамфри, вошедший вместе с Софи.

«Линди пыталась украсть часы лорда Пенсината», — сказал Гэри.

«Это было немного весело, — пожаловалась Белинда. — А его реакция была несоразмерной. Я собиралась вернуть их, а не разбивать».

«Как он вообще умудрился сломать твои отмычки, когда ты пыталась украсть карманные часы?» — спросил Хамфри.

«У большинства дорогой магической одежды есть защита от этого, — сказала Линди. — Их нетрудно нейтрализовать в большинстве случаев, но некоторые производители одежды другие и знают, что делают».

«Ты учишься узнавать одежду дизайнеров, которые обслуживают в основном искателей приключений, — сказала Софи. — И аристократов, которые любят носить наряды от дизайнеров, обслуживающих искателей приключений».

«Если твоя цель носит костюм от Алехандро Альбериччи в Римаросе или костюм от Гилберта Бертинелли в Гринстоуне, — сказала Белинда, — пора доставать набор инструментов».

«Разве тебе не стоит просто выбрать цель полегче?» — спросил Гэри.

«Или вообще не выбирать цель?» — предложил Хамфри.

«Да, — сказала Софи. — Линди, эта твоя новая привычка доставит тебе неприятности».

«Она уже доставила, — сказал Джейсон, прибыв вместе с остальной частью команды, плюс большинством обитателей яхты. Трэвис, Тайка, Руфус и Фарра, плюс Эстелла и Видал Ладив, были все здесь, хотя Амоса не было. Коринн, Карлос и Арабель также присоединились со своих соответствующих транспортных средств. Обеденный лаундж занимал большую часть самой большой палубы яхты, с достаточным пространством, чтобы разместить их всех с комфортом. Там было достаточно мягких сидений и диванов для всех, даже без того, чтобы Джейсон переконфигурировал пространство, убирая обеденную и барную зоны.

«Что ты имеешь в виду, говоря, что она уже доставила мне неприятности?» — настороженно спросила Белинда у Джейсона. — «Не думаю, что ты говоришь о том, что мои отмычки были сломаны. Которые он, кстати, должен был искать у меня».

«Я не контролирую твои действия вне этой лодки, — сказал ей Джейсон. — Это дело лидера команды».

«Перестань воровать вещи», — добавил Хамфри, без тени веселья в своем рычании.

«Но пока ты живешь на этой лодке, — продолжил Джейсон, — есть правила. Я не слежу активно за всеми вами, чтобы проверить, не нарушаете ли вы их, но Тень следит».

«Никто не говорил мне о правилах», — сказал Нил.

«Это потому, что он придумывает их на ходу», — сказала Софи.

«Я предпочитаю описывать это как активное изучение границ вместе, — сказал Джейсон. — Но да, я придумываю их на ходу. И теперь у нас есть первое жесткое правило: никто на этой лодке не ворует ни у кого другого на этой лодке».

«Это было больше похоже на игру», — возразила Белинда.

«У меня много игр, Линди, — сказал Джейсон. — Они были оставлены мне моим другом. Ни одна из них не предполагает непроизвольного и неосознанного участия. По правде говоря, у некоторых есть механика "бросай и двигайся", что, возможно, еще хуже».

«Постарайся придерживаться темы», — предложила Фарра.

«Извини, да, — сказал Джейсон. — Итак, Белинда, за нарушение правил корабля…»

«О которых я не знала», — вставила Белинда.

«Линди, "не воруй" — это всегда правило, — сказал Клайв. — Ты не можешь оправдываться незнанием в этом случае».

«За нарушение правил корабля, — продолжил Джейсон, — в твоей каюте будут установлены зимние климатические настройки на неделю».

«Что такое зимние климатические настройки?» — спросила Белинда.

«Полная изоляция, — сказал Джейсон. — Втягивание как можно большего количества тепла снаружи и невыпуск ни капли наружу».

«Ты шутишь? — спросила Белинда. — Мы плывем по тропической реке в джунглях летом».

«Ты серебряного ранга; с тобой все будет в порядке, — сказала ей Софи. — Ты уже забыла некоторые места, где мы жили? Места, где мы прятались? Ты больше не хочешь мириться ни с чем, кроме роскоши?»

«Крайне не хочу!»

«Также, Белинда, — добавил Джейсон, — твой душ будет работать только четыре минуты в день».

«О, да ладно».

«И ты не можешь получить доступ к запасу кристаллической воды корабля».

«Теперь ты просто ведешь себя мстительно».

«И вся мебель будет имитировать простое дерево».

Секция дивана Белинды превратилась в жесткую, деревянную скамью с прямой спинкой. Софи рядом с ней все еще сидела на мягком облачном материале.

«Что дальше? — спросила Белинда. — Ты собираешься отрезать меня от еды и заставить есть монеты духа неделю?»

«Еще нет, — сказал Джейсон. — Я приберегаю определенные варианты для повторных правонарушителей».

«Ты, Джейсон Асано, тиран», — сказала Белинда, как будто она уже не планировала запасать еду на всякий случай.

«Так мне постоянно говорит Доминион, — пожаловался Джейсон, качая головой. — Ненавижу этого парня».

Видал, их связной из Общества искателей приключений, сузил глаза и задал Джейсону нерешительный вопрос. — «Ты разговариваешь с ним достаточно часто, чтобы это часто всплывало?»

«Нет, но каждый раз, когда я вижу его или одного из его жрецов, они всегда самодовольно намекают, что он доволен моим прогрессом на пути к железнокулачному автократу».

«Потому что ты такой и есть», — сказала Белинда.

«Как насчет того, чтобы переключить тему на наш следующий пункт назначения? — сказал Хамфри. — Мисс Уорнок, что вы узнали в ходе расследования города?»

«Что нам, вероятно, следует ускорить наш прогресс и не беспокоиться о городах и деревнях в этом регионе».

«О?» — сказал Хамфри. — «Им нечего нам предложить?»

«Нет, — подтвердила Эстелла. — Что еще важнее, нам нечего предложить им. Из того, что я узнала, они все находятся в более или менее одинаковом состоянии, а именно: слишком много людей и недостаточно ресурсов. Многие места, которые обычно видели минимальный ущерб во время всплеска монстров, были стерты с лица земли полностью. Между продолжительностью и тяжестью всплеска многие люди вернулись и обнаружили целые города, которые были сровнены с землей. Они были вынуждены развернуться и вернуться в крепостные города, которые только что покинули, или в другие города, которые не так сильно пострадали. Добавьте к этому беженцев из Картиса, которые бежали из города до его разрушения, и каждое место, которое все еще стоит, переполнено людьми».

«Но им нужна защита от монстров, верно?» — спросил Тайка.

«Чего у них нет в недостатке, так это искателей приключений, — сказал Руфус. — В Картисе было много искателей приключений, которые теперь защищают крепостные города».

«Думаю, мы все видели, что то же самое верно, даже в Картисе, — сказал Хамфри. — Общество искателей приключений предоставило немало искателей приключений, так что, хотя они были рады использовать нас, они не отчаянно нуждались в наших услугах. Думаю, они были более признательны за усилия Джейсона и Видала, честно говоря».

Пока Джейсон играл в мясника и/или повара, Видал предоставил свой административный опыт логистическим усилиям по распределению еды и ресурсов по региону.

«Обстоятельства схожи по всему этому региону, судя по всему, что я слышала, — сказала Эстелла. — Этим местам нужно больше того, что делали Джейсон и мистер Ладив; люди, которые могут помочь с ресурсами и логистикой, а не боевые специалисты».

«У нас есть немного этого, между нами, — сказал Хамфри. — Может быть, недостаточно, чтобы стоило хлопот, однако. Мы бы мешали так же сильно, как и помогали».

«Стелла права, — сказала Фарра. — То, что мы можем делать, этим людям не нужно. Нам следует просто отправиться в путь и оставаться там, пока мы не найдем людей, которым действительно нужна лодка, полная искателей приключений».

«Было бы неплохо убраться достаточно далеко от Римароса, чтобы мне не приходилось быть таким осторожным, — сказал Джейсон. — Даже с тем малым, что я сделал здесь, не потребовалось бы много копания, чтобы собрать кусочки вместе. Самое большое преимущество в том, что никому нет до этого дела».

«Люди здесь просто хотят, чтобы все уладилось с как можно меньшими дополнительными проблемами», — сказал Хамфри.

«У меня есть один хитрый план, если меня поймают и мне нужно будет убедить кого-то, что я — это не я», — сказал Джейсон.

«Могу пожалеть, что спрашиваю это, — сказал Нил, — но…»

«Тогда не спрашивай, — сказал ему Хамфри. — Пожалуйста, не спрашивай».

«Ладно, теперь ты обязан спросить», — сказал Гэри.

«Я так это ненавижу», — проворчал Хамфри, подавшись вперед и глядя в пол, качая головой.

«Джейсон, — сказал Нил, — что именно это за твой хитрый план?»

«Я могу просто сказать людям, что я свой собственный злой близнец».

«Что?» — спросил Руфус, выражая замешательство, которое отразилось на лицах группы. Вошел еще один Джейсон, этот с усами. Он встал рядом с оригинальным Джейсоном, который достал густые накладные усы и прикрепил их к верхней губе. Затем оба Джейсона вскинули руки, как будто только что закончили выступление и ждали аплодисментов.

«Я не понимаю, — сказал Карлос. — Это ваш фамильяр-оборотень, не так ли, мастер Геллер? Ваш фамильяр должен быть злым?»

«Он не имел в виду буквально злого близнеца, — сказал Трэвис. — Это сюжетный троп из нашего мира, который, вероятно, следовало объяснить для контекста».

«О, он сделал "Джейсона", — сказал Клайв. — Я с вами теперь».

«Что ты имеешь в виду под "Джейсоном"?» — спросил Джейсон.

«"Джейсон", — объяснил Нил, — это когда кто-то говорит какую-то чушь без ожидания, что кто-то поймет ее, потому что людям, с которыми они разговаривают, не хватает культурного контекста, чтобы быть в состоянии. Это ораторская мастурбация».

«Мастурбация — это своего рода моя т…»

Джейсон положил руку на рот Сташа, чтобы приглушить его, затем протянул ему печенье. Сташ превратился в усатую африканскую ласточку и унес его, вылетев в окно, которое на мгновение превратилось в туман, когда он пролетал сквозь него.

«Посмотри, что ты наделал, — отчитал Джейсон Нила. — Сташ — чистый и драгоценный мальчик, а ты осквернил его разум грязью».

«Леди Пескос, — тихо сказал Хамфри Коринн, наклонившись ближе к своему коллеге-лидеру команды. — Ваша команда, случайно, не принимает заявки на вступление?»

«Так работает ваша команда?» — спросила его Коринн.

«Ага, примерно так», — сказал Нил.

«Я бы назвал это стандартным командным собранием», — согласился Клайв.

«Как вы вообще что-то делаете?» — спросила Коринн.

«Дерзкие геройства?» — предложил Джейсон.

«Как насчет того, чтобы отложить Джейсона и любую идею, которая у него когда-либо была, на мгновение, — сказал Хамфри, — и вернуться к нашей реальной повестке дня определения нашего следующего шага. Мисс Уорнок, вы указали, чего нам следует избегать, но есть ли у вас какое-то предложение, что нам следует делать?»

«На самом деле, да, — сказала Эстелла. — Я поговорила с несколькими официальными лицами Общества искателей приключений, и кажется, что, хотя их ресурсы по понятным причинам направляются в регионы, наиболее пострадавшие от всплеска монстров, это оставило небольшой дефицит искателей приключений в районах, где ущерб был менее серьезным. Эти районы все еще должны разбираться с монстрами, оставшимися после всплеска, однако, так что прибытие некоторой временной помощи было бы очень кстати».

«Вы предлагаете нам быстро проскочить районы в этом регионе и направиться прямо к менее пострадавшим?» — спросил Хамфри.

«Это не отклонение от нашего пути, — сказала Эстелла. — Это просто означает проехать мимо нескольких городов, вместо того чтобы останавливаться».

«Они в любом случае не лучшие места для пополнения запасов, — сказал Руфус. — В этих городах не будет ничего лишнего, если мы не начнем подкупать людей, а тогда мы просто причиним вред тем, кто получил бы то, что мы забираем».

«Этот план не только позволяет избежать хаотичных и перенаселенных беспорядков, которыми, как сообщается, являются все местные города, — сказала Эстелла, — но мы найдем места, где ваша команда будет желанным прибытием».

«Мне нравится, — сказал Джейсон. — Давайте наметим новые пункты назначения, и я передам их Тени».

«Джейсон».

«Да, Хамфри?»

«Сними накладные усы».

* * * «Белинда, — сказал Хамфри, застав ее одну на боковой палубе снаружи ее теперь душной каюты. Он поставил экран конфиденциальности, чтобы никто не подслушал. Он присоединился к ней, опираясь на перила, глядя на реку. Там все еще было полно другого движения, перевозящего припасы между сильно пострадавшими городами.

«Это та часть, где ты читаешь мне серьезную лекцию о том, чтобы не воровать вещи? — устало спросила Белинда. — Вместо того чтобы Джейсон превращал это в комедийное шоу?»

«Ага, — сказал Хамфри. — Это та самая часть. Ему всегда достается роль весельчака».

«Полагаю, у тебя есть речь о том, как это вредит мне больше, чем команде?»

«Нет, это определенно навредит команде больше, — сказал Хамфри. — Я понимаю, что ты наслаждаешься свободой, о которой никогда не думала, что сможешь иметь до того, как стала искателем приключений. Но когда вы с Софи согласились присоединиться к нам, это пришло с оговоркой. А именно, что последствия ваших действий теперь ложатся на всех нас, а не только на вас самих».

«Не думаю, что Софи когда-либо действительно хотела быть такой, как я, — сказала Белинда. — Она всегда выделялась. Я имею в виду, она всегда выглядела так, как выглядит, но она была далеко не единственной красивой девушкой на тех улицах. Именно ее отношение заставляло таких мерзавцев, как Коул Сильва и Люциан Лампри, быть одержимыми ею. У нее всегда было это… благородство, даже под всем преступлением и насилием. Они хотели приручить ее, как призовое животное. Раздавить это неповиновение в ней, чтобы доказать, что они могут».

Хамфри склонил голову, ничего не сказав.

«Думаю, она всегда была предназначена для кого-то вроде тебя, — продолжила Белинда. — Мне трудно представить кого-то еще, достойного ее. Чего ты не делаешь, кстати. Ты просто лучший, кого мы могли найти».

Хамфри повернулся, чтобы посмотреть на Белинду суженными глазами.

«Линди, ты…»

«Неважно, что я такое, — сказала она, перебивая его. — Все так, как есть».

Хамфри вздохнул, и они долго стояли вместе, наблюдая за проплывающей водой.

«У тебя есть еще речь, — сказала наконец Белинда. — Я знаю, что есть».

Хамфри кивнул.

«Ты воровала вещи, просто чтобы доказать, что можешь, — сказал он, Белинда вздрогнула, когда ее собственные слова были использованы против нее. — Если ты продолжишь делать такие вещи, это повредит нашей репутации и приведет к тому, что нас всех понизят в ранге. Я не позволю этому случиться. Но даже если бы мне удалось исключить тебя из команды, это безвозвратно сломало бы ее. Мы оба знаем, что Софи уйдет вместе с тобой, вместо того чтобы остаться со мной, даже если она не согласна с тем, что ты делала».

«Все не так плохо».

«Еще нет, — мягко сказал Хамфри. — Но если ты продолжишь создавать трещины в этой команде, они будут расширяться, пока однажды она не сломается. Клайв уйдет с Джейсоном, к любому его следующему спуску в пространственную абсурдность. Я тоже. Мы могли бы попытаться привлечь Руфуса и Фарру. Нам нужно было бы найти нового целителя. У Нила уже распадалась команда, и я подозреваю, что если это случится во второй раз, он бросит приключения. У хорошего целителя серебряного ранга будет много возможностей, особенно с поддержкой Церкви Целителя».

«Черт, — сказала Белинда. — Перестань говорить о распаде команды, как будто это решенное дело».

«Я не беспокоюсь о распаде команды. Я беспокоюсь о том, что она сломается. Я лидер команды, Линди. Это значит больше, чем просто неспособность удержать Джейсона в рамках темы в групповых дискуссиях. Это значит, что я должен смотреть в будущее, на опасности, с которыми мы не можем сражаться мечами и магией. Твое поведение угрожает стать самой экзистенциальной опасностью для нашей команды. Может быть, не сейчас, но где-то в будущем».

«Ты преувеличиваешь».

«Правда? Что произойдет, когда ты сыграешь не в ту игру не в то время с не тем человеком? Команда получит отдачу в то время, когда нам нужно быть осторожными, или тем, что сходит за это в нашей команде. Что произойдет, когда мы позволим тому, что ты делаешь, остаться безнаказанным, и острые ощущения исчезнут? Ты собираешься пойти на эскалацию? Более крупные дела, более сложные цели? Ты можешь добиться того, что все наши членства в обществе будут аннулированы».

«Они никогда не аннулируют твое или Джейсона членство».

Рука Хамфри опустилась на перила достаточно сильно, чтобы сломать их, превратившись в туман, прежде чем снова сформироваться в свою первоначальную форму.

«Белинда, послушай себя. Ты говоришь о том, что Общество искателей приключений отказывается аннулировать треть членств команды. Это то, к чему ты хочешь прийти?»

«Эй, ты сам поднял все это. А как насчет Джейсона? Он занимается безумными вещами с незапамятных времен».

«У нас с Джейсоном были дискуссии, подобные этой, когда мы впервые встретились, и никто из нас не знал, насколько хрупкими были наши принципы перед ветрами практической реальности. Но с тех пор, как мы сформировали эту команду, Джейсон всегда держал команду в уме. Да, у него могут быть дикие идеи, но он научился отступать, когда мы говорим ему, что он должен. Он доверяет нам в этом, и это все, о чем я прошу здесь, Белинда. Доверяй нам».

«Я не знаю, что ты ожидаешь, что я скажу, — сказала Белинда. — Я должна сломаться и признать свои ошибки перед лицом твоей мудрости? Это так не работает».

«Я знаю, — сказал Хамфри. — Мне просто нужно, чтобы ты подумала о вещах. О своей команде и о том, какое место в ней ты хочешь занимать. Может быть, поговори с Арабель. Она умеет слушать, не имея личной заинтересованности в нашей команде».

Белинда бросила на Хамфри боковой взгляд, прежде чем вернуть глаза к реке.

«Я подумаю об этом», — сказала она.

ГЛАВА 36: ВОПРОС ЖЕЛАНИЙ

ГЛАВА 36: ВОПРОС ЖЕЛАНИЙ

Конвой покинул реку, проходя мимо нескольких городов по пути к побережью. Оттуда они по большей части следовали по прибрежным дорогам, но им всё чаще приходилось искать альтернативные пути. По сравнению с превосходной дорожной сетью, поддерживаемой Королевством Штормов, эти дороги были не такими широкими и ухоженными, как те, что на севере. Иногда массивной парящей яхте приходилось плыть над пологом тропического леса. В другое время они ехали вдоль пляжа, скользили над бухтой или выходили в воду, двигаясь под береговыми скалами.

Джейсону такое разнообразие было по душе. Их продвижение не было быстрым, но если бы им это было нужно, они могли бы просто лететь. Джейсон наслаждался днями путешествия, поскольку команда перемежала тренировки с простыми радостями роскошной поездки. Они проводили много времени на верхней палубе, занимаясь и тем, и другим, особенно когда оставили позади муссонные дожди, продолжая свой путь на юг. Джунгли и тропические леса по-прежнему доминировали в ландшафте, но они избежали самой худшей, гнетущей влажности.

Они делали остановки для однодневных вылазок. Если замечали интересную гору, то часто останавливались, чтобы подняться на неё. Они исследовали городские рынки и туманные ущелья; даже Белинда, привыкшая к городской жизни и угрюмая из-за своего наказания, не могла удержаться от того, чтобы не получить удовольствие. Только Коринн удавалось сохранять хмурое выражение лица во время неспешных экспедиций, бормоча про «предателей» и «мятеж». Остальные члены её команды были полностью покорены расслабленным подходом «Команды Бисквит».

Города и деревни начали приветствовать их прибытие. Менее обделенные ресурсами, их главной проблемой было справляться с остатками монстров Разлома, бродящих за пределами дикой природы. Перегруженные работой местные искатели приключений были благодарны за помощь, которую принесли две элитные команды. После нескольких приветственных приемов Джейсон и Хамфри стояли на верхней палубе, наблюдая, как очередной город, казалось, уменьшается по мере того, как конвой отъезжал.

— Мы справляемся неплохо, — сказал Хамфри, — но поток монстров из Разлома начинает иссякать. Мы сталкиваемся с причиной, по которой у большинства искателей приключений замедляется прогресс после достижения серебряного ранга. Сложнее находить регулярные испытания, что делает другие интересы еще более заманчивыми.

Команды под руководством Хамфри и Коринн не испытывали никаких проблем со стаями монстров, с которыми сталкивались, поскольку обе команды были элитными. Только самые могущественные монстры серебряного ранга представляли реальную угрозу, поэтому обе группы начали использовать лишь часть своих составов для отдельных столкновений.

— Хочешь что-то изменить? — спросил Джейсон. Он тоже чувствовал потребность развивать свои способности, и не только потому, что Доун велела ему это сделать. Его прогресс застоялся еще задолго до возвращения с Земли, и всплеск монстров помог лишь отчасти. Большую часть этого времени он провел в восстановлении.

Джейсон, однако, был в замешательстве, так как ему очень нравился их нынешний темп. Путешествовать в роскоши, помогая людям, которые в этом очень нуждались. Это была та жизнь искателя приключений, которую обещал ему Руфус еще в Гринстоуне, и она не разочаровала. Хамфри прекрасно осознавал эти чувства Джейсона, что заставляло его колебаться, предлагая перемены.

— Я не хочу давить на тебя, — сказал Хамфри. — Но думаю, мы оба знаем, что нам нужно сделать, чтобы найти более серьезный вызов. Я знаю, что ты давно ждал этого путешествия, и я не хочу снова втягивать тебя в крупные неприятности.

— Я ценю это, — ответил Джейсон, — но я также готов вывести свои силы на новые высоты. Эти контракты на монстров серебряного ранга — не то. Лишь немногие из них представляли хоть какой-то реальный вызов; этого недостаточно, если мы хотим, чтобы команда стала сильнее, не говоря уже о другой команде. Но мы также не готовы охотиться на монстров золотого ранга. Не если это не будет выгодное для нас противостояние, а Общество искателей приключений не позволит группе серебряного ранга выбирать контракты на золото.

Они оба понимали, что, вероятно, могли бы выбить особое отношение, используя имя Геллера и необычный статус Джейсона в Обществе искателей приключений, но никто из них этого не предложил. Они оба хотели отойти от политики и заняться честной, настоящей работой искателей приключений.

— Ты же знаешь, что даже если мы попытаемся вести себя как любая другая команда искателей приключений, скорее всего, ничего не выйдет, — сказал Хамфри. — С тобой так не бывает. Как только мы начнем брать контракты, связанные с Посланниками, всё может обостриться.

— Если обострится, значит, так тому и быть, — сказал Джейсон. — Нам в любом случае рано или поздно пришлось бы охотиться на Посланников. Скорее рано; мне нужно кое-что от них получить. Теперь, когда Разлом закончился, у меня есть работа, и она стала сложнее, поскольку у меня больше нет магических инструментов от Строителя и Мирового Феникса. Мне нужна продвинутая астральная магия Посланников, чтобы закончить строительство моста между мирами.

— Клайв будет счастлив, — сказал Хамфри. — Я поднимаю этот вопрос сейчас, потому что в последнем отчете Эстеллы кое-что есть. Она только сегодня утром вернулась.

Эстелла серьезно относилась к своей работе. Она проводила много времени вдали от конвоя, рыская впереди, чтобы исследовать их будущие пункты назначения. Она выслеживала потенциальные угрозы, разведывала возможности и давала общую оценку ценности любой остановки. Эстелла представила предварительный отчет Хамфри и Коринн, прежде чем сделать более широкую презентацию для всех команд.

— Активность Посланников?

— Есть сообщения, — сказал Хамфри. — Возможно, в двух днях пути от нас, при нашем нынешнем спокойном темпе. Немного в глубине материка, в магической зоне высокого серебряного уровня. Даже не считая Посланников, там должны быть более сильные монстры серебряного ранга. Встречаются и золотые, хотя я бы не ожидал, что мы перехватим эти контракты. Местные получат приоритет.

— Какого рода активность?

— Эстелла не получила много информации, так как работала с данными из третьих рук. Но в этом районе есть небольшая священная армия. Богиня Знания.

— Стоит узнать побольше, как минимум, — сказал Джейсон. — Как насчет того, чтобы я оповестил команды о брифинге Эстеллы, и мы обсудим, стоит ли делать крюк?

— Очень хорошо, — согласился Хамфри. — Давай поохотимся на Посланников.

* * * После презентации Эстеллы команда Коринн вернулась в свой транспорт, а команда Хамфри отправилась заниматься своими делами в другой части яхты. Коринн осталась в комнате для брифингов, чтобы поговорить с Хамфри.

— Ты возражаешь против курса, который приведет нас к конфликту с Посланниками? — спросил Хамфри.

— Нет. Если бы был выбор, я уверена, что мы приняли бы то же решение, что и вы. Моя единственная проблема в том, что выбора нам не дали. Меньше всего мне нравится в этой договоренности то, что нашей команде не хватает самоопределения. Мы застряли, следуя за вами.

— Я понимаю, — сказал ей Хамфри. — Но хотя я готов выслушать тебя по любому вопросу, я не уступлю ни капли власти тебе и твоей команде. В конечном счете, вы — пассажиры. Пассажиры, которым мы будем помогать по мере возможности, но в помощи которым откажем, когда не сможем.

— Или не захотим.

— Или не захотим, — признал Хамфри.

* * * Фарра нашла белую арку, ведущую в пространство души Джейсона, на мостике яхты, рядом с дверью, соединяющей мостик с каютой Джейсона. Она шагнула внутрь и почувствовала, как аура Джейсона омывает её. На яхте было то же самое, но здесь это не ощущалось как внешняя сила. Это было скорее частью ткани мира вокруг неё, таким же неотъемлемым, как гравитация, удерживающая её на земле. Арка вывела её на открытую площадь, среди усадебных построек, сгруппированных вокруг возвышающейся пагоды.

— Ты в последнее время проводишь здесь много времени, — сказала она, несмотря на то, что была одна.

— Только когда занимаюсь медитативными тренировками, — сказал Джейсон, внезапно появившись рядом с ней. — Впрочем, когда не выполняю специфические упражнения из-за Амоса. Я всё еще пытаюсь освоиться с этим местом и тем, что могу здесь делать, и в данный момент я гонюсь за кое-чем конкретным.

— О?

Он сделал жест, она кивнула, и они пошли. Они покинули площадь и вошли в раскидистые сады пространства души Джейсона.

— Я едва коснулся того, на что способны астральный трон и астральные врата, — сказал он ей. — Мне нужно больше силы, прежде чем я смогу по-настоящему использовать их, особенно астральные врата.

— Разве Доун не говорила тебе пока оставить астральные врата в покое?

— И я оставлял. По большей части. Сейчас я сосредоточен на астральном троне. Я понял, что мне нужно столько же времени, сколько и силы. Нужно так много узнать о природе этих предметов и о том, что я могу с ними делать.

— Они влияют на что-то за пределами этого пространства души?

— Да, — сказал Джейсон. — Мои домены духа — регионы на Земле и всё, что я создаю с помощью облачной яхты — напрямую зависят не только от моей силы здесь, но и от моего понимания. Доменами на Земле я управлял подсознательно. Я мог активно менять вещи, но это были лишь поверхностные изменения.

— Я не уверена, что понимаю, о чем ты.

— Это значит, что я мог изменить дом, а не законы термодинамики.

— Это вариант?

— Думаю, да. В конечном итоге. Когда я медитирую здесь, кажется, что медитирует всё это место, потому что так оно и есть.

— Потому что это ты.

— Именно. Но это место — своя собственная физическая реальность. Вроде того. Когда я медитирую здесь, мои чувства расширяются таким образом, что это отражается.

— В смысле?

— В том, что я начинаю понимать физическую реальность на внутреннем уровне. Я распознал это только благодаря тому времени, которое провел в пространстве, открытом дверью Строителя. Это было введение в то, как работают строительные блоки реальности, и я чувствую это, иногда, когда медитирую здесь. Не знаю, потому ли это, что я использовал власть, которая когда-то была в двери, и повлиял на это место, но астральный трон определенно является частью этого. В конце концов, он предназначен для управления физической реальностью, по сравнению с астральными вратами, которые управляют силами измерений.

— Не то чтобы это был дикий сюрприз, что ты можешь чувствовать пространство, к которому получил доступ через дверь Строителя, верно? — спросила Фарра. — Ты получил астральный трон, когда дверь сломалась, так ведь?

— Ага.

— Думаешь, ты сможешь когда-нибудь снова получить доступ к этому фундаментальному физическому царству?

— Вне этого мира — нет. Я могу мельком увидеть его, но оно больше не принадлежит мне, чтобы его менять. Я чувствую это. Сейчас я ищу более осознанную способность менять вещи на этом уровне здесь. Прямо сейчас у меня есть контроль, но не хватает понимания. Если представить это место как машину, то я знаю, как водить машину. Мне нужно научиться её строить.

— И как успехи на данный момент?

— Предварительные. Недостаточно, чтобы я был уверен в успешной помощи Карлосу или матери Софи. Я бы сказал, что самое большое изменение — в моей способности контролировать конструкции из облачной колбы. Они реагируют на меня по замыслу, и этот контроль стал намного более утонченным. Я углубил связь души с моей облачной колбой, наполнил её властью и превратил материал, который она производит, в продолжения моих доменов духа. Колба претерпела фундаментальные изменения, причем в большей степени, чем это очевидно.

— О?

— Позволь мне сменить тему на мгновение, прежде чем я вернусь к этому, — сказал Джейсон. — Хотя я был сосредоточен на астральном троне, астральные врата преподнесли свои сюрпризы.

— Я думала, тебе пока не стоит с этим возиться. Доун велела тебе оставить их в покое.

— Советы Доун ценны, но она не астральный король. Есть дороги, по которым она не может меня провести, но это не значит, что я не должен по ним ходить. При этом я не возился с астральными вратами. Просто их сила позволила мне заметить кое-что. Связи.

— Связи?

— Магические связи. Теперь я чувствую связи между собой и моими связанными предметами. Я чувствую связи, уходящие в астрал, которые соединяют меня с моими доменами духа на Земле, даже если я слишком слаб, чтобы почувствовать другой конец. Но это намеренные связи. Они сильные, твердые и не разрываются. Я заметил и другие связи, которые, как я подозреваю, сформировались случайно.

— Например?

— Например, между тобой и мной. Фарра, мы с тобой сформировали особую связь.

— Мне плевать, насколько ты здесь могущественен, — сказала ему Фарра. — Я не собираюсь спать с тобой.

— Что? Нет. Я не об этом. Я бы скорее переспал с Хамфри, чем с тобой.

— Всегда казалось, что между вами что-то есть, — сказала Фарра.

— Правда же? — спросил Джейсон. — Он — правильный, благовоспитанный парень, а я — дерзкая девчонка, которая восстанавливает классические автомобили. Его уговаривает одолжить машину из коллекции отца один из его друзей-шалопаев, и он попадает в аварию. А я соглашаюсь починить её, чтобы отец не узнал.

— Ты много думал об этом.

— Нет.

— И как называется эта маленькая история, которую ты придумал?

— У неё нет названия. Это не то, о чем я думаю.

Фарра посмотрела на него немигающим взглядом.

— «Большой двигатель Хамфри», — пробормотал он смущенно.

Фарра расхохоталась, и Джейсон присоединился к ней. Тропа, по которой они шли, вела в пещеру, идущую вдоль подземной реки. Их путь освещали люминесцентные грибы и цветы, растущие из расщелин или на лианах.

— Думаю, связь между нами — это остаток того времени, когда ты вернулась к жизни, — объяснил он. — Жнец каким-то образом привязал твою душу к моей, но я не думаю, что эта связь была рассчитана на то, чтобы длиться долго, как веревка вокруг посылки. Когда наши души вошли на Землю, эта связь разорвалась, по замыслу. Вот почему мы не прибыли в одно и то же место. Но остатки этой связи есть даже сейчас, хотя соединение прерывистое. Теперь, когда я могу чувствовать её, я ощущаю, как она связывает нас иногда, а в другое время исчезает.

— Что делает эта связь?

— Немного, насколько я могу судить. Я использовал силу астральных врат, чтобы изучить её, но я разбираюсь в этом еще меньше, чем в астральном троне. Всё, что мне удалось выяснить на данный момент, это то, что я могу использовать связь, чтобы обращаться с тобой, с точки зрения моих способностей, похожим образом, как с моими фамильярами.

— Ты хочешь сказать, что я твой фамильяр?

— Нет, — сказал Джейсон. — Но это значит, что я могу обращаться с тобой как с таковым в определенных отношениях, пока связь активна. Например, позволять тебе использовать мои порталы, не расходуя дополнительной энергии, сверх того, что требуется мне для прохода. Думаю, это происходит с самой Земли, но я только сейчас понял, что это происходит, и почему. А что еще может делать эта связь — это то, что нам придется исследовать. Думаю, потенциально мы могли бы использовать её для эффективной бесконечной дальности моей способности группового чата. Единственными ограничениями были бы пространственные барьеры, хотя результаты, подозреваю, варьировались бы в зависимости от обстоятельств. Точно так же, как Тень иногда может соединяться со своими другими телами через границу астрального пространства, а иногда нет, в зависимости от конкретной природы астрального пространства.

Они остановились в подземном гроте, сидя на скамейке с видом на подземный пруд.

— Ты можешь манипулировать этой связью?

— Думаю, я могу восстановить связь до полной силы, — сказал Джейсон. — Сделать её постоянной. Я также могу полностью её устранить. Это вопрос того, чего хочешь ты.

Фарра рассеянно кивнула.

— Ты знаешь, зачем я здесь, — сказала она.

— Если мы собираемся охотиться на Посланников, это значит, что я берусь за дело, — сказал он. — А это значит, что тебе и Трэвису пора возвращаться в Римарос и заниматься своими делами.

— Я волнуюсь за тебя, Джейсон. Мы были постоянными спутниками с тех пор, как ты закончил свою прогулку по Земле.

— «Прогулку»

— Неважно. Ты справишься без меня?

Он усмехнулся.

— Я бы не зашел так далеко без тебя. Даже близко. Вот почему они послали тебя ко мне, и, если ничего другого, я всегда буду благодарен Жнецу и Мировому Фениксу за это. Но думаю, я буду в порядке. Теперь это не просто мы против всего мира, и давно пора перестать вести себя так, будто это так.

— О, я в порядке, — сказала она. — Это ты шаткий. Мы здесь, в твоем магическом божественном царстве, а ты всё еще тревожишься.

— Я не тревожусь.

— Конечно, нет.

— Я не тревожусь!

— Угу.

ГЛАВА 37: ГДЕ НАШ КОНЕЦ

ГЛАВА 37: ГДЕ НАШ КОНЕЦ

Фарра и Джейсон выбрались из его пространства души через арку, расположенную на мостике.

— Я вроде как чувствую связь, если ищу её, — сказала Фарра. — Хотя она гораздо тоньше, чем моя способность связи силы. Честно говоря, я ожидала большего.

— Знакомая история, — грустно сказал Трэвис из дверного проема. — Женщины говорят мне это постоянно.

— О, чувак… — посочувствовал Джейсон. — Тебе нужно поработать над своей уверенностью в себе.

— Это никогда на мне не работало, — сказал Трэвис. — Ты, возможно, помнишь пистолет, который я пытался использовать, когда мы встретились, назывался «Компенсатор». Вот что он компенсировал: отсутствие уверенности в себе. А не, знаешь… то самое.

— Тебе не стоит об этом беспокоиться, — сказала ему Фарра, ткнув большим пальцем в сторону Джейсона. — У всех есть проблемы с мышлением. Моей главной работой последние несколько лет было следить за тем, чтобы этот парень не переубивал всех — или не отказался убивать кого-либо — потому что он был грустным мальчиком.

— Эй… — заныл Джейсон.

— Я искал тебя, Джейсон, — сказал Трэвис, странно посмотрев на Фарру. — Раз уж ты намерен всерьез начать охоту на Посланников, у меня есть кое-что, над чем я работал, чтобы дать тебе.

— О? — спросил Джейсон. — Ладно, заходи в мою каюту.

Они перешли в каюту Джейсона, облачная мебель переконфигурировалась, когда они вошли. Облачный материал перетек и изменил форму, убрав кровать и отодвинув зону отдыха в пользу круглого стола и стульев.

— Холодный чай? — предложил Джейсон, и остальные кивнули. Он достал поднос и три стакана из шкафчика, затем кувшин из холодильника, который выдвинулся из стены.

— Что у тебя есть? — спросил Джейсон, ставя поднос и приглашая остальных сесть.

— Ну, — начал Трэвис, — я знаю, что когда ты перенесешь нас порталом обратно в Римарос, ты будешь забирать чертежи и материалы из Дома де Варко, чтобы улучшить формы транспортных средств, которые может создавать твоя облачная колба.

— Таков план, — сказал Джейсон. — Не уверен, насколько они будут полезны, но хуже не будет.

— Я думал о том, чтобы дополнить эти чертежи, — сказал Трэвис. — Как ты знаешь, моя специализация — магитех-оружие. Я могу работать с любым видом оружия или крупной артиллерии, но большие пушки — это мой конек.

— Ты говоришь о том, чтобы поставить пушки на мою яхту? — спросил Джейсон.

— Я знаю, что твой облачный дом может использовать магию для воспроизведения сложных технологий, таких как экраны телевизоров, — сказал Трэвис. — Я также знаю, что у тебя есть внутренние системы защиты, но подумал, что тебе не помешало бы что-то более ориентированное на внешнюю угрозу. Разве ты не задавался вопросом, почему я задавал все те вопросы о том, как работает твоя облачная колба?

— Ты имеешь в виду те ноль-ноль-три процента от количества вопросов, которые задает Клайв? После него следователь Магического общества показался бы просто естественно любопытным.

— У Магического общества есть следователи? — спросил Трэвис.

— Всё сложно, — сказала Фарра. — Следователи — это специалисты, которые являются частью Магического общества, но существуют правила, запрещающие Магическому обществу их использовать. Они работают на Общество искателей приключений и гражданские власти, а не на само Магическое общество.

— Лиара использовала их, чтобы попытаться заставить заговорить пленных Ордена Искупительного Света, — сказал Джейсон. — Однако их души, покрытые вампирской гадостью, перепрофилированной для хардкорного фанатизма, сделали их крепкими орешками.

— Да, мне не очень интересны все эти вещи с промытыми мозгами фанатиков, — сказал Трэвис. — Я лучше придержусь гигантских пушек и попыток изобрести магический телефон, спасибо большое.

— Как ты собираешься это сделать? — спросил Джейсон. — В этом мире уже есть несколько разных форм дистанционной связи, верно?

— Да, — сказала Фарра. — Есть система водной связи, но она сложная, дорогая и требует доступа к водоему, соединенному со всеми остальными. Внутренние озера, которые нигде не впадают в океан или реку, не могут поддерживать станцию водной связи, например. Затем есть системы записей, которые Общество искателей приключений и Магическое общество используют для обновления своих записей в филиалах. Но эта система слишком медленная для связи в реальном времени.

— Она также не может передавать достаточно информации, — сказал Трэвис. — Я изучил это, и хотя она используется для связи, это похоже на неэффективную систему телеграмм. Доходит до того, что большая часть общения, которая не является регулярным обновлением записей, происходит через водную связь.

— Наш план, — сказала Фарра, — использовать костяк этой магии и усилить его, используя понимание Трэвисом магитехнологий. Мы черпаем вдохновение из магической сети обнаружения Земли, чтобы установить ретрансляторы для увеличения дальности.

— Магические вышки сотовой связи, — сказал Трэвис. — Может быть, даже спутники.

Трэвис принял выражение лица, которое Джейсон знал и боялся по общению с Клайвом.

— Ты знал, что у каждой из лун этого мира совершенно разные уровни магии? — с энтузиазмом спросил Трэвис.

— Смутно припоминаю, — сказал Джейсон. — Магическая называется Мистическая Луна, верно?

— Ага, — сказал Трэвис. — Я изучаю это с тех пор, как начал думать о спутниках. Она оказывает странное регулирующее воздействие на приливы этой планеты.

— Знаешь, я всё время задаюсь этим вопросом, — сказал Джейсон.

— Правда же? — сказал Трэвис. — Приливы здесь немного сложнее, чем на Земле, но даже близко не того уровня, какими они должны быть с двумя лунами…

Как только Джейсон и Трэвис начали с энтузиазмом обсуждать приливные силы, Фарра подошла к шкафчику с напитками и нашла что-то, чтобы приправить свой холодный чай. Джейсон наблюдал, как она доливает в свой стакан из бутылки со спиртным и перемешивает его палочкой.

— Не думаешь, что рановато? — спросил он.

— Эй, не я же отправляюсь сражаться со злом, — сказала она, совершенно не раскаиваясь. — Если не хочешь видеть дневное пьянство, может, не стоит делать своей штаб-квартирой прогулочную яхту?

— Справедливое замечание, полагаю, — сказал Джейсон, когда Фарра экспериментально пригубила свой напиток и тут же долила еще выпивки.

* * * Фарра и Трэвис попрощались на верхней палубе.

— Похоже, ты нашел здесь свое место, бро, — сказал Тайка Трэвису, заключая его в огромные объятия.

— На Земле меня мало что ждет, — сказал Трэвис. — Моя семья никогда полностью не примирилась с выбором, который я сделал, и с тем, что это значило для них. Думаю, может быть, лучше для всех нас, если я просто исчезну.

— Если ты чувствуешь, что так лучше, — сказал ему Тайка. — Но Земля для меня всё еще дом.

— Надеюсь, ты вернешься. Друг.

— Не используй новозеландский сленг. С американским акцентом это всегда звучит неправильно.

— Разве это не австралийский сленг?

— Хочешь получить пощечину, бро?

После более общих прощаний Фарра, Гэри и Руфус собрались вместе на одном конце палубы.

— Итак, вот где мы заканчиваемся, — сказал Руфус, выглядя и звуча неуверенно. — Мы встретились в городе, наводненном зомби, с огнем, освещающим тьму, воздух был наполнен пеплом и дымом. Теперь мы подошли к концу, на магической сухопутной лодке в солнечный день.

— Лучше так, чем сталь и кровь, — трезво сказал Гэри. Их мысли вернулись к смерти Фарры в астральном пространстве годы назад, когда Руфус и Гэри были бессильны её остановить.

— Так, — продолжил Гэри, и его голос стал веселее, — мы всё еще можем собираться вместе и рассказывать истории, выпивать по паре стаканчиков. И еще по паре. Теперь я задаюсь вопросом, почему я вообще думал, что мне нужно быть искателем приключений, чтобы иметь возможность делать это. Всё, что это добавило — это необходимость убивать и шанс умереть.

— Еще путешествия, — сказала Фарра. — Можно делать это и без приключений, конечно, но не думаю, что я когда-либо увидела бы другой мир без них. Цена была высока, но вот мы здесь, более-менее целы.

— Это далеко от того, что мы ожидали, когда Эмир попросил нас отправиться в Гринстоун, — сказал Руфус. — Не уверен, что кто-то из нас ожидал оказаться на тех путях, по которым мы идем отсюда.

— Не знаю, — сказала Фарра. — Гэри всегда должен был стать мастером, а я всегда хотела заняться настоящим изучением магии между взрывами. Единственный настоящий сюрприз — это ты, Ру.

— Ты же знаешь, я не люблю, когда ты меня так называешь, — сказал Руфус. — И что ты имеешь в виду, что я — сюрприз?

— Мы никогда не представляли тебя управляющим тренировочным центром для искателей приключений, — сказала она, и Гэри согласно кивнул.

— Почему это вас удивляет? — спросил Руфус. — Моя семья управляет… о, боги, черт возьми.

Фарра и Гэри оба достали стопки из своих пространственных мешочков и залпом осушили их содержимое.

— Вы когда-нибудь оставите это в покое? — пожаловался Руфус.

— Я бы сказала, не до дня моей смерти, — сказала Фарра, — но даже это меня не остановило.

— Не волнуйся, — сказал Гэри. — Через пару столетий, когда ты умрешь от старости, а на твоей мемориальной табличке будет написано «его семья управляет школой», мы будем там, выпивая.

— Почему это я первый умираю от старости?

— У нас просто более здоровое питание, — сказал Гэри.

— Ты постоянно ешь свой собственный вес в чем угодно теплом и мертвом, — пожаловался Руфус. — Твое представление о заправке для салата — это всё, что не хуже, чем слегка ядовитое.

— Именно, — сказал Гэри. — Я крепкий.

— Ты не можешь поспорить с тем, что это не так, — сказала Фарра Руфусу, который покачал головой.

* * * Римарос в целом имел отличную оборону, наряду с системами отслеживания любой телепортации или подобных средств передвижения. Это было еще более верно для острова Ливарос, а сам кампус Общества искателей приключений имел защиту, уступающую только королевскому небесному острову. Они были не такими очевидными, но не менее грозными.

Одним из самых магически сложных массивов в Римаросе была комната глубоко в кампусе Общества искателей приключений. Создать место, где вся защита и обнаружение перемещений между измерениями не действовали, было сложнее, чем сама защита. Комната также была одной из самых безопасных в Королевстве Штормов, с уровнями физической и магической защиты. В чрезвычайных ситуациях могли быть задействованы различные предохранительные механизмы, от обрушения комнаты до воздействия на неё всей защитой и отслеживания, которого она избегала.

Просто переместиться порталом в комнату было непросто, требовались как магические устройства, так и специфические ритуалы. Джейсон был снабжен и тем, и другим, что позволило его портальной арке появиться в комнате. Комната прибытия была пустым кубом, без дверей и окон, только плоские, сплошные поверхности. Выйдя из арки, Джейсон узнал темный металл, из которого была построена комната. Он защищал различные подземные части кампуса Общества искателей приключений от вторжения магического восприятия. Как и в первый раз, когда он столкнулся с этим чувством замкнутости, у него возникло искушение расширить свои чувства и проверить, насколько сильным было подавление чувств, но он подозревал, что последствия не будут стоить удовлетворения его любопытства.

Кубическая комната была совершенно пустой, без какого-либо освещения. Это не беспокоило Джейсона или Фарру, которая последовала за ним с глазами, светящимися, как угли. Трэвис достал светящийся камень и подбросил его в воздух, но вместо того, чтобы парить и светиться, он упал на пол, как обычная галька.

Любопытствуя, Джейсон расширил не свои чувства ауры, а свои магические чувства, уделяя больше внимания подавляющим эффектам, пронизывающим комнату. Ему пришло в голову, что стоит попросить Амоса обучить их и этому. Их сила была в порядке, но их активное использование было гораздо менее развито, чем его чувства ауры.

Джейсон использовал свою ауру как платформу, чтобы дотянуться до инертного светящегося камня. Он подозревал, что это не было обычным проявлением проекции ауры, так как это было больше похоже на использование ауры для создания физической силы. Адаптировав метод, который он использовал для отключения ошейников подавления, он надавил на подавляющий эффект камня, и тот загорелся, взлетев в воздух.

В тот же момент в стенах появились проемы. Части твердого металла превратились в жидкость и стекли через образовавшиеся щели. Это оставило дверные проемы, через которые влилась небольшая армия серебряного ранга, чтобы окружить трио, возглавляемая золотым рангом. Каждый был одет в практичное черное, с вышитой золотом эмблемой Общества искателей приключений в виде скрещенных меча и жезла.

Джейсон поднял руки.

— Мы сдаемся? — небрежно сказал он, как раз перед тем, как вошла Лиара.

— Пожалуйста, не тыкай в защиту общества ради забавы, мистер Асано, — устало сказала она ему.

— Эй, я пытался починить сломанный светящийся камень, — сказал Джейсон. — Если Общество искателей приключений так боится маленького света, освещающего тьму, вам, возможно, стоит задуматься, что это говорит о нем как о метафоре.

— А я хотела проверить, скучала ли я хоть немного по твоему присутствию, — сказала Лиара. — Как ни странно, ответ — решительное «нет».

— Это немного обидно, — сказал Джейсон.

Лиара вздохнула, затем сделала резкий командный жест. Охранники безмолвно начали выходить из комнаты.

— Пойдемте, мистер Асано, — сказала она чопорно. — Давайте закончим с этим, чтобы вы могли быть свободны.

— Как семья? — спросил Джейсон.

— Хорошо, — отрывисто сказала Лиара.

— Такая суровая, — сказал Джейсон. — Пытаешься вести себя профессионально перед коллегами?

Лиара огляделась, когда охранники закончили выходить, и все двери, кроме одной, были запечатаны. Её рот недовольно скривился.

— Базеф и дети просили передать привет, — сказала она, как заложница в видео с требованием выкупа.

Джейсон рассмеялся.

ГЛАВА 38: ЛЮДИ, КОТОРЫХ ТЫ НЕ РАЗОЗЛИЛ

ГЛАВА 38: ЛЮДИ, КОТОРЫХ ТЫ НЕ РАЗОЗЛИЛ

Обширный, многоуровневый, подземный комплекс простирался под всей территорией кампуса Общества искателей приключений. Большая его часть была закрыта, с мощной защитой, включая ту, через которую Лиара провела Джейсона, Фарру и Трэвиса.

— У тебя в повестке дня два дела, прежде чем ты уйдешь, — сказала Лиара Джейсону. — Одно — получение выигрыша с дуэлей, вместе с дополнительными материалами из списка мистера Нобла.

Пока Джейсона не было, Лиара продолжала держать одно из тел Тени скрытым в своей тени, что позволяло ей общаться с Джейсоном. Он использовал эту связь, чтобы отправить ей список материалов, которые хотел получить, в основном связанных с чертежами оружия Трэвиса для облачной колбы.

— Я ценю, что ты приложила усилия, чтобы собрать эти вещи, так как я не могу отправиться за покупками, — сказал он ей.

— С чего ты взял, что я делала это лично? — спросила она, затем подозрительно посмотрела на свою тень.

— Тень не рассказывает мне, чем занимаются мои союзники, пока находится в их тенях, — сказал ей Джейсон. — Ни на моей лодке, ни в моем доме, ни в разъездах.

— Это было одно из первых правил, установленных мистером Асано, — сказала Тень. — Он сказал, что хочет быть более этичным.

— Я почти уверен, что сказал больше, чем это, — сказал Джейсон.

— Это была та часть, которую я счел достойной восхищения, — уточнила Тень.

— А что было остальное? — вслух задался вопросом Джейсон. — Тень, ты помнишь?

— Моя память иногда до невыгодности тщательна в каталогизации моего опыта.

— Что было остальное из того, что я сказал?

— Полагаю, избирательность в том, что я решил включить и опустить, представит вас в лучшем свете, чем не сокращенная версия, мистер Асано.

— Быть не в лучшем свете — это своего рода моя фишка, — сказал Джейсон.

— Это касалось Богини Знания, уважения к частной жизни, банки Желе Единения и мешка изюма, — сказала Тень. — На личном уровне я предпочел бы не вдаваться в подробности.

— Ладно, — согласился Джейсон. — Но ты знаешь, что чрезмерные и странные описания вещей — часть моего обаяния.

— У тебя есть обаяние? — спросила Фарра.

— Ты шутишь? — спросил Трэвис. — На Земле он секс-символ.

Джейсон и Фарра оба остановились как вкопанные. Они повернулись, чтобы посмотреть на Трэвиса, застигнутые врасплох своей остановкой.

— Что? — спросил Трэвис.

— Секс-символ? — скептически спросил Джейсон.

— Да.

— Я?

— Он? — спросила Фарра, побуждая Джейсона повернуться к ней.

— Знаешь, я уже выразил недоверие, — сказал он ей.

— Нет, такое количество недоверия — работа для двоих.

— Это немного обидно. Людей привлекает сила.

— Я стреляю лавой!

— Ты тоже секс-символ, — заверил её Трэвис. — Не такой большой, как Джейсон, но это просто вопрос популярности. Вас часто ставят в пару, особенно если сделать поиск изображений с отключенным безопасным поиском…

— НЕТ, — прогремел Джейсон, перебивая его.

— Ты уверена, что он больше, чем я? — спросила Фарра.

— Зависит от деталей, — сказал Трэвис. — Я знаю, что его подушки для обнимания продаются намного лучше.

— Подушки для обнимания? — спросил Джейсон. — Ты подозрительно хорошо осведомлен в этой теме.

— Если вы не возражаете, — вмешалась Лиара, — мы ограничены во времени.

— Мы? — спросил Джейсон.

— Я сказала тебе, что в повестке дня два пункта, — сказала Лиара. — Один — материалы, предоставленные нами и Домом де Варко. Другой — запланированный звонок по водной связи.

— С кем? — спросил Джейсон.

* * * Несмотря на свои призывы к группе продолжать движение, Лиара повела их забирать материалы перед запланированной удаленной встречей. Она привела их в безопасный центр хранения на первом подвальном уровне, прямо под землей. По пути они никого не встретили, что было неудивительно на нижних уровнях, исходя из предыдущих визитов Джейсона. Как только они достигли первого подвального уровня, отсутствие людей стало более заметным, а отсутствие подавления чувств позволило Джейсону обнаружить других на обширной территории. Исходя из расположения людей, он был уверен, что Лиара расчистила им путь.

Лиара, идущая рядом с Джейсоном, окинула его оценивающим взглядом.

— Что? — спросил он.

— Твои чувства. Ты проецируешь их очень чисто.

— Я работал над этим, но это всё еще первые дни. Пройдут годы, прежде чем я приближусь к версии Амоса Пенсинаты серебряного ранга.

— Ты понимаешь, что большинство людей сочли бы идею о том, что кто-то сравнивает себя со способностями ауры Амоса Пенсинаты, довольно смехотворной.

— Если бы я беспокоился о том, что люди считали возможным, а что нет, мой мир был бы уничтожен. По сравнению с этим, что такое тренировка ауры?

Мысли Лиары унеслись к её мужу, запертому в подводном комплексе с врагами золотого ранга, колотящими в дверь. Если бы Джейсон не нашел способ переместиться порталом из места, где порталы были невозможны, она была бы вдовой.

— Спасибо, Джейсон, — тихо сказала она.

— Не за что, — сказал он с улыбкой. Ему не нужно было спрашивать, за что она благодарит.

Когда они приблизились к месту назначения, Джейсон почувствовал присутствие, которое узнал, и остановился.

— Гектор де Варко? — спросил он Лиару.

— Тебя предупреждали, что любая семья с достаточной властью и влиянием узнает, чем ты занимаешься на самом деле, если будет искать достаточно усердно. Ты думал, что семья де Варко не будет пристально следить за тобой после того, что случилось?

— Полагаю, нет, — сказал Джейсон.

Они вошли на склад в подвале, где были навалены ящики, мешки и бочки. Там было два человека: Гектор де Варко и женщина золотого ранга. У неё был вид, присущий многим золотым рангам; на вид ей было около тридцати лет, но с пугающей безвозрастностью, особенно в глазах. Она была одета в практичную одежду искателя приключений, с мечом на бедре. Она напомнила Джейсону Софи своими завязанными назад волосами и готовностью к смертоносным действиям.

Женщина двинулась навстречу группе, в то время как Гектор остался на месте, выглядя слегка пришибленным. Джейсон чувствовал настороженность Гектора по отношению к нему и женщине.

— Итак, это Джейсон Асано, — сказала женщина.

— А это какая-то случайная леди, — парировал Джейсон. — Наконец-то мы встретились.

— Ты думаешь, что твои детские выходки кого-то впечатляют? — спросила она его.

— Нет, это просто ради забавы, — сказал Джейсон. — Меня не очень волнует, что случайные люди думают обо мне.

— Вы здесь не для того, чтобы выплескивать свое разочарование, леди Астазия, — сказала Лиара. — Вы здесь, чтобы выполнить пари.

— Сначала нужно кое-что уладить, — сказала Астазия. — Этот мальчик, может, и выиграл свою дуэль, но с помощью некромантов и манипуляторов душ. Кто знает, какие грязные трюки он знает и где он им научился?

— Я знаю, — сказала Лиара. — Этого должно быть достаточно, чтобы развеять любые ваши опасения, если не успокоить, то хотя бы заставить замолчать.

— Мы никогда не видели, на что он способен вне своих незаконных сил, — сказала Астазия. — Какая у меня гарантия его истинной силы? Если его победит какой-нибудь никчемный дурак, что это скажет о моем сыне, который проиграл ему? Таково восприятие, даже если дуэль едва ли была законной.

— Я не искал вас или вашу семью, — сказал Джейсон. — Ваш сын пришел искать неприятностей, так что у вас нет оснований винить меня за его способность их находить.

— Ты не обязан был вести бой так, как ты это сделал, — сказала Астазия.

— Нет, — согласился Джейсон. — Но ваш сын пришел ко мне, потому что хотел доказать свою точку зрения. Оказалось, что у меня тоже была точка зрения. Я доказал свою лучше.

Ауры Джейсона и Астазии столкнулись, когда они уставились друг на друга.

— Я проверю тебя, — сказала Астазия, её рука потянулась к мечу на бедре. — Посмотрим, стоит ли оставлять тебя свободно разгуливать с потенциалом навредить репутации моего сына.

Джейсон знал, что, несмотря на всю силу его ауры, он равен лишь самым никчемным представителям золотого ранга. Он всё еще не дотягивал до истинной элиты, что он сразу понял, почувствовав, как аура Лиары высвободилась в полную силу впервые. Холодная и острая, она заставила конфликт между его аурой и аурой Астазии выглядеть как детская ссора.

— Леди Астазия, — сказала Лиара, её голос нес то же предупреждение, как и её аура. — Это не ваш дом. Это Королевство Штормов, и это Общество искателей приключений, а значит, это мой дом. Вам позволили прийти сюда из вежливости, и моя вежливость теперь исчерпана. Вы дадите мистеру Асано то, что должны, а мистер Асано будет держать рот на замке и больше не будет провоцировать вас или вашу семью. Разве не так, мистер Асано?

— Да, мэм.

Астазия долго смотрела на Лиару, прежде чем наконец заговорить.

— Люди начали говорить, что ты стала мягкой, Лиара.

Лиара подошла к Астазии вплотную, почти касаясь её.

— Ты думаешь, я мягкая, Аста? — сказала Лиара едва слышным шепотом.

— Нет.

— Тогда оставь то, что принесла, и покинь эту комнату. И передай привет Грегору от меня.

Астазия фыркнула от удивленного смеха.

— Нам стоит как-нибудь поужинать, Лиара. Прошло слишком много времени.

— Позвони моему помощнику, Родни. Он всё устроит.

Астазия отступила, повернулась и кивнула Гектору. Он подошел и протянул Джейсону пространственную сумку. Джейсон протянул руку, чтобы другой мужчина её пожал. Гектор долго смотрел на руку Джейсона, прежде чем нерешительно пожал её.

— Ты не проиграл, — сказал ему Джейсон. — Ты оказался втянут в нечто большее, чем ты сам, и получил по заслугам. Это случается со всеми нами.

Гектор слегка кивнул Джейсону, прежде чем отступить, не сказав ни слова, и последовал за своей матерью.

— Ну, это было весело, — сказал Джейсон, когда они ушли. — Полагаю, ты знала, что она так отреагирует.

— Астазия была движущей силой вклада Дома де Варко в распределение ресурсов во время Разлома, который был немалым. Она хороший человек, который искренне внес свою лепту во время Разлома, и подтолкнула свой дом сделать то же самое. Но она очень защищает своих детей, а ты ударил одного из них в душу.

— Так ты впустила её сюда, чтобы она выпустила пар? — спросил Джейсон, затем покачал головой. — Нет, может быть, немного, но этого недостаточно. Ты впустила её сюда, чтобы остановить её, когда она выпустит пар на мне.

— Моя репутация нуждается в некотором восстановлении, — сказала Лиара. — Семья хочет, чтобы я взяла на себя некоторые старые обязанности Веспера, что означает больше публичности.

— И люди думают, что ты стала мягкой со времен охоты на некромантов. Ты, кажется, изменила мнение. Она хочет оказаться на твоей хорошей стороне, прежде чем все остальные поймут, что это хорошее место.

— Люди думают, что какой-то серебряный ранг, которым я должна была руководить, выставил меня посмешищем перед королем и Его Державным Предком. Твое поведение в королевской ложе очень плохо отразилось на мне.

— Да, я там облажался, — мрачно сказал Джейсон. — Вмешательство в политику Римароса так много значило для меня. Усилия, которые я приложил, чтобы вклиниться в дела королевской семьи, всё впустую. О чем я думал? Это я хотел вмешаться в…

— Хорошо, — сказала Лиара. — Твоя точка зрения понятна. Тебе следует забрать всё это до запланированного звонка.

— Это всё для меня? — сказал Джейсон, оглядывая ящики, мешки и бочки. — Тогда что в этой пространственной сумке?

Он порылся и вытащил несколько сфер, вручив по одной Фарре и Трэвису.

— Это интересно, — сказал Трэвис, доставая устройство, чтобы изучить сферу.

— Это трикодер? — спросил его Джейсон.

— Нет, — неубедительно сказал Трэвис, прежде чем сменить тему. — Эта сфера — своего рода матрица дизайна. Самой большой проблемой при проектировании пушек для твоей облачной колбы было убедиться, что она сможет выводить чертежи из материалов, подаваемых в неё. Эти штуки позволяют получать значительно более сложные результаты, которые, полагаю, тебе нужны. Переделка всей лодки — это сложнее, чем просто запуск пушек.

— Тебе стоит поговорить с Домом де Варко, если тебе интересно, — сказала Фарра. — Готова поспорить, они будут лезть из кожи вон, чтобы узнать несколько магитех-трюков.

— Похоже, вы двое будете здесь весело проводить время в Римаросе, — сказал Джейсон.

— Думаю, самой большой проблемой, — сказала ему Фарра, — будет найти кого-то, кто захочет с нами работать. Нам нужно найти людей, которых ты не разозлил.

— О чем ты говоришь? — спросил Джейсон. — Люди меня любят.

— Можно мы просто пойдем? — спросила Лиара.

— Лиара, — сказал Джейсон. — Люди меня любят, верно?

— Ну, — сказала Лиара, — я всесторонне изучила твою деятельность, и ты сделал много впечатляющих вещей для многих, многих людей. Тем не менее, все доказательства указывают на то, что все хотят убить тебя, заказать твое убийство, похитить тебя, изгнать тебя, передать тебя Строителю, чтобы твою душу захватили…

— Ты могла бы просто сказать «нет», — угрюмо сказал Джейсон, затем поднял руку ладонью вверх. Кровь просочилась из его кожи, свернувшись в форму пиявки с ужасающими кольцами зубов миноги.

— Ты же любишь меня, Колин?

Пиявка издала ужасный визг, похожий на вешалку для одежды, засунутую в перегруженный мусоропровод.

— Это значит «да», — сказал Джейсон.

* * * Хотя Магическое общество управляло инфраструктурой водной связи и большинством камер водной связи, у крупных семей были свои собственные камеры. Общество искателей приключений также поддерживало несколько камер с дополнительными мерами безопасности для предотвращения прослушивания. Магическое общество регулярно заверяло Общество искателей приключений, что у них нет способа подключиться к этим звонкам.

Джейсон вошел в одну из камер Общества искателей приключений, которая представляла собой большую кабинку с плиткой. Пол был разделен пополам: одна сторона — сухой пол, другая — бассейн с водой. На сухой стороне была низкая круглая платформа, на которую ступил Джейсон. Он подождал около минуты, пока вода в бассейне не поднялась, приняв человеческую форму. Как только это произошло, вода начала наполняться цветом, как будто в неё пролили чернила. Цвета закружились и стали сложнее, пока Джейсон не оказался перед водным клоном Эмира Бахадира.

— Джейсон, — сказал клон с ухмылкой. — Я слышал, ты занимаешься ремонтом той облачной колбы, которую я тебе дал.

ГЛАВА 39: НЕ ТЫ

ГЛАВА 39: НЕ ТЫ

— Это первое, о чем ты спрашиваешь? — сказал Джейсон. — О моей облачной колбе? После того, как я отправляюсь в твое астральное пространство и умираю?

— Ты собираешься говорить со мной о создании проблем? — спросил Эмир. — Около сотни пришельцев из других миров прибыли вслед за твоим возвращением, и ты просто оставил их на другом конце света, пока играешь со своими великими друзьями-астральными сущностями. Поскольку ты постоянно не появляешься, как думаешь, кого люди достают по этому поводу? Любого в округе, кто тебя знает, вот кого. Витесс даже не так близко.

— Великие астральные сущности — не мои друзья. Они… деловые знакомые.

— Я слышал кое-что об алмазном ранге, с которым ты бегаешь. Разве она не работает на одну из них?

— Ты имеешь в виду Сорамира? Нет, он на них не работает.

— Ты прекрасно знаешь, что я не имею в виду Сорамира. Ты помнишь, что Арабель — одна из моих самых близких подруг в мире, верно?

— Я также знаю, что Каллум — один из твоих самых близких друзей, и этот парень — сплошная проблема. А у Арабель строгие правила конфиденциальности, так что не пытайся подбить меня выболтать всё таким образом.

— Значит, есть что выбалтывать?

Джейсон рассмеялся. — Зачем ты связался?

— Кое-что лучше обсудить лично, — сказал Эмир. — Слишком много ушей в этих камерах водной связи, что бы они тебе ни говорили. Есть город под названием Исарт, в который ты должен прибыть во время своего шествия на юг.

— Да, хотя мы собираемся сделать крюк, так что не будем спешить туда.

— Крюк?

— Активность Посланников, — сказал Джейсон. — Мы собираемся взглянуть, с чем имеем дело.

— Только будь осторожен. Я встречу тебя в Исарте, когда закончишь, и мы сможем поговорить о работе.

— У меня нет для тебя работы, — сказал Джейсон Эмиру. — Тем не менее, я оставлю твою заявку в архиве, и если что-то появится…

— Вижу, повышение на пару рангов не смогло внушить почтение к высшим рангам. Полагаю, это было неизбежно, учитывая истории, ходящие о тебе.

Эмир улыбнулся, но в его глазах была мрачность.

— Сделай мне одолжение и не затягивай с прибытием в Исарт, — сказал он Джейсону.

— О, черт возьми, — пожаловался Джейсон. — У меня снова это чувство судьбы мира. Неужели это действительно должен быть я?

— Ничего настолько радикального, — сказал Эмир. — Но там есть что-то, что вызовет серьезный сдвиг в некоторых фундаментальных элементах общества. Нам нужно найти это раньше, чем кто-то, кто не должен, и они уже опережают нас в поисках.

— Эмир, это звучит в точности как то, чего я пытаюсь избежать. Я просто хочу хороших, честных приключений.

— Это именно то, что это такое. Дело не в тебе, Джейсон. Это старая добрая гонка за магическим сокровищем. Ты и твоя команда просто оказались лучшими людьми для этой работы.

Джейсон оживился. — Ладно, теперь я больше заинтересован.

— Тогда встретимся в Исарте. Я прибуду туда примерно через две недели. Кроме того, со мной будет человек, который создал наши облачные колбы. Она очень заинтересована в том, что мы слышали о том, что ты сделал со своей. Думаю.

— Ты думаешь, она очень заинтересована?

— Нет, я уверен в интересе; я просто не уверен, что она — «она». Она постоянно меняет это для меня.

— Гендерно-флюидный алмазный ранг? Это интересно. У тебя проблемы с местоимениями, Эмир?

Водный клон Эмира выглядел удивленным.

— Я думал, что собью тебя с толку этим.

Джейсон рассмеялся.

— Ты понятия не имеешь, сколько людей там, откуда я родом, оценили бы наличие магии, помогающей им совершить переход, — сказал он, затем нахмурился. — На самом деле, это, вероятно, становится всё более возможным сейчас, что станет гигантским политическим пожаром. Готов поспорить, они найдут способ обвинить меня.

* * * Лиара вернула Джейсона в комнату в кампусе Общества искателей приключений, из которой он мог выйти через портал.

— Есть новости об этих идиотах, которые вломились в мой облачный дом? — спросил Джейсон Лиару.

— Да, — сказала она, кивнув. — Насколько мы можем судить, это кучка избалованных богатых деток из чрезвычайно состоятельных семей. Слишком важные, чтобы их не растить, поэтому доводя их до золотого ранга на ядрах, но слишком некомпетентные, чтобы давать хоть какую-то реальную ответственность. Похоже, им в голову взбрело доказать свою состоятельность, и они начали брать работу по найму, как группа.

— И, несмотря на свою идиотию, они золотого ранга, — размышлял Джейсон. — Люди будут закрывать глаза на многое, если это позволит им нанять команду золотого ранга по дешевке.

— Да, но мы не думаем, что человек, который послал их за тобой, был обеспокоен их способностями. Мы еще не определили, кто это был, но мотивация, похоже, связана с их местной политикой, а не с тобой. Ты был выбран потому, что находился достаточно далеко, чтобы дураки не знали, что прыгают в пасть акуле, будучи при этом достаточно важными, чтобы это стало позором для их семей.

Джейсон застонал, проводя руками по лицу.

— Это будет еще одна вещь, в которую я втянут?

— На самом деле, — сказала Лиара, — если ты готов отпустить это, ты обнаружишь, что некоторые влиятельные семьи будут тебе должны, если когда-нибудь окажешься в той части мира.

— Отпустить это, значит уйти и больше не иметь с этим ничего общего?

— Если ты готов отказаться от мести, да.

— Да, давай так и сделаем, — поспешно сказал Джейсон. — Только предупреди меня, прежде чем какой-либо удар от этого дойдет до меня, хорошо?

— Насколько я смогу, — сказала Лиара. — Я передала это политическим специалистам королевской семьи, как только мы узнали, что твое участие было периферийным. Они продолжат изучать ситуацию.

— Ты много говоришь о королевской семье, как будто ты не была её частью.

— Периферийная ветвь. И мне нужно разделять свои взгляды, учитывая, что я делаю гораздо больше в своей роли руководителя Общества искателей приключений, чем как член королевской семьи.

Джейсон начертил ритуальный круг, необходимый для обхода защиты и открытия портальной арки. Он не прошел сразу, а повернулся к Трэвису и Фарре. Он пожал руку Трэвису и обнялся с Фаррой.

— Только не вздумай уйти и умереть в ту же секунду, как я перестану присматривать за тобой, — сказала она. — У тебя продолжительность жизни друга Джессики Флетчер, который приехал из другого города.

Джейсон усмехнулся, проходя через арку, которая затем исчезла в земле.

— Кто такая Джессика Флетчер? — спросил Трэвис.

— Из Она написала убийство, — сказала Фарра. — Как ты можешь не знать это шоу?

— Когда оно шло?

— С 1984 по 1996 год. Они сняли двенадцать сезонов. Это культурный ориентир.

— До того, как я родился, может быть. Эта твоя способность связи, которая позволяет тебе вытаскивать информацию из голов людей; не уверена, что тебе стоило когда-либо использовать её на Джейсоне.

* * * Джейсон вышел из портальной арки в своей каюте на облачной яхте, и она закрылась за ним. Он мог бы поговорить с Фаррой, их новая связь позволяла ему открыть голосовой чат на больших расстояниях, но он подавил это желание. Связь была там, если он искал её, но в остальном была незаметна. Он вздохнул.

— Вы в порядке, мистер Асано? — спросила Тень, появляясь из тени Джейсона.

— Да. Просто чувствую… не знаю. Как будто был сделан чистый разрез. Мы с Фаррой долгое время бегали вместе. Думаю, земля просто не кажется такой стабильной без неё здесь. Даже со связью её отсутствие кажется ощутимым. Я знаю, что у меня всегда есть ты, но, без обид, ты дух тьмы и смерти, старше человеческой расы. По крайней мере, на Земле. Твоя перспектива — это не то, с чем такая мерцающая свеча, как я, всегда может соотнестись. Даже если я в итоге проживу тысячелетия, прямо сейчас мне даже тридцати нет.

— Я понимаю, мистер Асано. Я обнаружил, что существует странная дихотомия между существованием эпохами, но жизнью момент за моментом, как и у всех остальных. Моя перспектива, как древней сущности, отделяет меня от большинства существ. Подозреваю, именно это заставило меня стать фамильяром. Чтобы вставить себя в жизни недолговечных и погрузиться в их культуры и интересы. Вы обнаружите, мистер Асано, что даже когда вы можете выжить тысячелетия, вам приходится жить день за днем, как и всем остальным.

— Знаешь что, Тень? Я беру свои слова назад. Ты понятный. Спасибо, что остаешься со мной во всей этой ерунде.

— Бессмертие иногда бывает трудным, мистер Асано. Надеюсь, вы проживете достаточно долго, чтобы я мог помочь вам пройти через это. Это становится изолирующим, когда вы обнаруживаете, что всё дальше и дальше отдаляетесь от забот смертности. Мисс Доун понимала это. Вы поставили её в начало пути, который я начал очень давно.

— Тень, я когда-нибудь говорил тебе, что ты удивительный?

— Много раз, мистер Асано.

— Хорошо. Потому что ты такой.

* * * Одной из причин, по которой Королевство Штормов выделялось на мировой арене, было то, что существовало очень мало регионов с большинством селестинов, и это был самый большой из них, безусловно. Переместившись к югу оттуда, конвой обнаружил, что всё чаще оказывается на территориях, удерживаемых эльфами. Это взволновало Джейсона меньше из-за самих эльфов, которых он знал многих, и из-за различий в культуре, которые пришли с встречей с ними на их родной земле. Вместо того чтобы иметь свои анклавы в местах, где они были меньшинством, это были эльфы в своей стихии, и Джейсон не был разочарован.

Меньшие города и деревни мало чем отличались от того, что он видел в других местах, но когда конвой приблизился к небольшому городу, Джейсон с изумлением наблюдал с верхней палубы. Глазам Джейсона архитектура, торчащая из тропического леса, представляла собой смесь древней цивилизации и абсолютной современности, с зиккуратами, построенными из блестящего стекла небоскребов, и готическими башнями из блестящего металла.

В материалах города, казалось, доминировали металл и стекло на расстоянии, хотя над тропическим лесом можно было увидеть только самые верхние части зданий. Большая часть имела зеленый оттенок, напоминая Джейсону Гринстоун. Здесь оттенки были намного темнее, чем фирменный камень того города, но яркий солнечный свет выявлял великолепные цвета.

Судя по тому, что видел Джейсон, город не был исключающим тропический лес, который был впущен в город и включен в городское планирование. Он предположил, что это было в тщательно контролируемой манере, и с нетерпением ждал возможности войти и осмотреться самому. Однако перед этим у него была задача.

Конвой разделился на окраине города. Арабель продолжила путь со своим относительно скромным транспортным средством, в то время как Карлос и Коринн оставили свои транспортные средства позади. Карлос подсел к команде Коринн на более управляемом скиммере, пришвартованном на крыше их нового транспортного средства.

Пассажиры облачной яхты Джейсона вышли, включая Мелоди под бдительным оком Софи.

Джейсон вытащил крошечную облачную колбу со своего ожерелья и поставил её на землю, когда она выросла до своего обычного размера большой химической колбы. Парящая яхта растворилась в призрачном облаке, которое влилось в колбу. Все стояли вокруг, наблюдая за процессом, который должен был занять около десяти минут. В это время ожидания Джейсон начал вытаскивать из своего инвентаря ящики, мешки и бочки, которые приобрел в Римаросе. Мелоди подошла к нему, пока он это делал.

— Моя дочь говорит мне, что это была твоя идея — добавить окна в мою каюту, — сказала она.

— Твоя дочь сказала, что ты становишься немного беспокойной.

— Ты ожидаешь, что я буду благодарна? Что удобства и маленькие роскоши, которые ты предоставил, завоюют меня? Ты думаешь, я не вижу, что это простой способ создать чувство благодарности, которое составляет один из многих шагов к тому, чтобы ты заставил меня открыться и дать тебе то, что ты хочешь?

— Я ничего не хочу от вас, миссис Джейн. Что я хочу, так это расслабляющие дни, проведенные в посещении интересных мест, без хлопот. Вы — хлопоты. Я был бы рад бросить вас в ящик и забыть о вас, или передать вас любому из многих людей, которые хотят добраться до вас. Прямо сейчас мой фамильяр разведывает местность на случай, если кто-то следит за нами, ожидая шанса наброситься и забрать вас. Вы получили эти окна, потому что это делает вашу дочь счастливой. Мне на вас наплевать. Я проверил.

— Вы практикуете эти маленькие речи на случай, если представится подходящая ситуация, или это всё экспромт? — спросила Мелоди. — Не уверена, что из этого хуже. Оба требуют глубоко напыщенного мышления.

Джейсон рассмеялся. — Я не буду спорить с этим, миссис Джейн. А теперь, если позволите, мне нужно положить очень большое количество вещей в очень маленькую бутылку.

Как только колба была наполнена, Джейсон начал открывать контейнеры, полные материалов. Листы металла, мешки с порошком, магически созданные кристаллы и бочки с алхимическими жидкостями были высыпаны в колбу. Некоторые попадали внутрь через воронку, как порошок и вода. Для твердых предметов Джейсон тыкал ими в колбу, и они медленно растворялись в туман, который колба затем всасывала в себя.

Это продолжалось несколько часов, пока Джейсон вытаскивал из своего инвентаря множество контейнеров, которые подготовила Лиара. Белинда и Клайв также достали все разобранные части подводной лодки, которые у них были. Как только все материалы были наконец поглощены, Джейсон был почти готов испытать новый потенциал своих облачных конструктов. Прежде чем он начал, он обернулся, почувствовав, как команда Коринн возвращается из города.

По прибытии команда Коринн обнаружила Джейсона, ожидающего с хмурым видом. Они высадились со скиммера, в котором были заняты все восемь мест. Там были шесть членов команды Коринн, плюс Карлос и еще один человек.

— Хочешь объясниться? — потребовал Джейсон от Коринн, не глядя на новичка.

— Мы нашли нового члена команды, — сказала Коринн.

— Напомню, леди Пескос, что пока вы действуете как часть этого конвоя, вы находитесь под определенными ограничениями, которых у вас не было бы, если бы вы действовали в одиночку.

— Я прекрасно осознаю необходимость секретности, — сказала Коринн. — Но она уже знает твои секреты, так что проблемы нет.

— Объяснение полной неточности того, что ты только что сказала, займет немало времени, — сказал Джейсон. — Пока что возвращайтесь в свое транспортное средство, и мы обсудим это позже.

— Этот конвой может быть построен вокруг тебя, мистер Асано, но ты не указываешь моей команде, что…

Коринн перестала говорить, почувствовав давление ауры, которую, как она думала, Джейсон мог создать только с помощью своей массивной облачной конструкции. Она несла холодный гнев ледяного ада и заставила команду Коринн потянуться за оружием, пока она не отступила через короткий момент.

— Возвращайтесь в свое транспортное средство, леди Пескос, — повторил Джейсон мягко.

Коринн и её команда посмотрели на Амоса Пенсинату за поддержкой, но не увидели ничего, кроме его обычного стоицизма. Орин первым последовал указанию Джейсона, но остальные вскоре последовали за ним. Коринн была последней, кто двинулся, ни капли страха в её ауре не отражалось в её выражении лица или языке тела. Новичок двинулся следом.

— Не ты, — сказал Джейсон, переводя на неё взгляд.

Он окинул её взглядом, его выражение было свирепым. Её снаряжение искателя приключений было простым и практичным, в основном покрывающим её гладкую, карамельную кожу. Её молочно-бирюзовые волосы рассыпались по плечам, и её соответствующие глаза смотрели на Джейсона. Несмотря на себя, Джейсон не мог не отметить, что молодая женщина перед ним была красивее той девятнадцатилетней девушки, которой она была, когда они встретились в палатке пять лет назад. Она могла изменить свои характерные сапфировые волосы и глаза, но не было никакой возможности скрыть изысканную красоту Зары Римарос.

ГЛАВА 40: ВЫДУМЫВАЯ МУЖЧИНУ В СВОЕЙ ГОЛОВЕ

ГЛАВА 40: ВЫДУМЫВАЯ МУЖЧИНУ В СВОЕЙ ГОЛОВЕ

Тропический лес подступал к обеим сторонам широкой дороги, уходящей вдаль к эльфийскому городу. Стеклянные зиккураты и полированные башни из темного металла торчали над пологом; Джейсон с нетерпением ждал возможности исследовать такой большой город, построенный в окружающей среде, а не над ней.

Он остановился за пределами города первым, найдя редкую поляну на обочине дороги. Пока другие члены конвоя двигались вперед, он загрузил свою облачную колбу материалами, привезенными из Римароса. Он собирался проверить результаты, когда некоторые члены конвоя вернулись из города раньше, приобретя нового члена.

Зара Римарос была той, с кем у Джейсона была сложная история. Они встретились в начале своей карьеры искателей приключений, до травм, которые стали определять Джейсона. Она использовала его имя, считая его мертвым, в политических целях, что усложнило всё для них обоих, когда он оказался жив. Это втянуло его в махинации, в которых он не был заинтересован, в то время, когда ему отчаянно нужно было, чтобы его оставили в покое, в конечном итоге доведя его до грани срыва.

Для неё воскрешение Джейсона завершило падение с небес, которое началось, когда она использовала имя Джейсона в неудачной попытке помочь другу. Как дочь короля, она была в лучшем положении, чтобы бороться за корону Королевства Штормов, одного из самых могущественных государств в мире. Теперь этому не суждено было сбыться. Вместо того чтобы остаться в Римаросе, она отправилась на юг одна. Теперь она снова оказалась перед Джейсоном Асано, вопреки его выраженному желанию покончить с королевской семьей.

Джейсон окинул Зару взглядом, его взгляд задержался на её волосах и глазах. Как селестин, её волосы и глаза совпадали, но фирменный сапфировый цвет королевской семьи, который она когда-то носила, стал молочно-бирюзовым. Пока Джейсон осматривал её новый облик, люди вокруг наблюдали, как они смотрят друг на друга. Возвращение принцессы произошло, когда большая часть конвоя ждала Джейсона, чтобы переделать их мобильное жилье с помощью облачной колбы. Не было секретом, что Зара просила места среди них, или что Джейсон отказал, оставив её в Римаросе.

Люди, наблюдавшие за этим, знали, что Джейсон всё еще нестабилен, несмотря на продолжающееся ментальное восстановление, и напряжение было густым, пока они и Зара ждали его реакции. Они чувствовали силу и ярость в ауре, которую Джейсон использовал, чтобы отправить команду, к которой она примкнула в качестве предлога. Пока момент затягивался во всё более тяжелой тишине, Зара наконец заговорила сама, пускаясь в объяснения.

— Тебе нужно знать, что… — начала она.

— Медь, — сказал он, перебивая её.

— Медь?

— Твои волосы и глаза. Это будет выделяться меньше, чем бирюзовый.

— Я принята в семью моей матери. Это их окрас.

— Мне плевать. Измени это.

Портальная арка из белого камня поднялась из земли, наполняясь радужным светом.

— Джейсон, я…

— Мои друзья называют меня Джейсон, принцесса.

— Я больше не принцесса. Я теперь Зара Нарин.

— Тогда называй меня мистер Асано, мисс Нарин. Еще лучше, вообще не называй меня никак.

Джейсон шагнул через портал в свое пространство души, и радужный свет погас, оставив арку стоять пустой. Близлежащая облачная колба начала извергать облачную материю, когда начала процесс формирования нового транспортного средства.

* * * После ухода Джейсона воцарилась неловкая атмосфера. Зара чувствовала себя изолированной и под пристальным вниманием, пока собравшиеся люди переключали внимание между ней и облачным судном, принимающим форму неподалеку. Внимание было тем, к чему она привыкла как бывшая принцесса Королевства Штормов, но она чувствовала отсутствие обычной поддержки, которую предлагала эта роль. Она двинулась к команде Джейсона, которые смотрели на неё не с добрыми выражениями лиц.

— Продолжай идти, леди, — сказал один из них.

Зара знала из своих расследований о команде Асано, что говорящей была Белинда Каллахан, воровка, ставшая искателем приключений. Зара перевела взгляд на Хамфри Геллера, лидера команды. Она встречала его еще в Гринстоуне и знала, что у него были манеры высшего общества.

— Ты слышала её, — холодно сказал Хамфри. — Тебе лучше присоединиться к своей новой команде, мисс Нарин.

Зара двинулась к транспортному средству, в которое вошла её новая команда. Это было большое транспортное средство, предназначенное как для наземных путешествий, так и для полетов, с достаточным местом для уединения. Её впустила Коринн Пескос, которая отвела её на кухню с обеденной кабиной. Зара села по приглашающему жесту Коринн, которая начала заваривать чай.

— Думаю, нам нужно провести тот более долгий разговор сейчас, Ваше Высочество.

— Это больше не «Ваше Высочество», леди Пескос. Это леди Нарин или, предпочтительно, Зара.

— Думаю, ты могла преуменьшить то, какой будет реакция Асано, Зара. Я всегда знала, что между тобой и ним есть история, но никогда не придавала значения слухам. Я видела, как вы двое взаимодействовали, когда мы все были в той экспедиции вместе. Для меня это выглядело как шоу, политическая игра, которую придумала твоя тетя.

— Так и было.

— Тогда пришло время рассказать мне правду, если ты действительно хочешь быть частью этой команды. Я приветствую твое присутствие, как и остальные. Твоя специализация на уроне по площади — хорошее дополнение для нашей команды, и, принцесса ты или нет, твое наличие в списке откроет много дверей, когда мы вернемся в Римарос. Предполагая, что ты хочешь остаться с нами на этом этапе.

Зара вспомнила команду Асано снаружи. Единый фронт, который они демонстрировали, защищая своего друга и товарища по команде, отозвался в ней. Её политическое воспитание всегда поддерживало идею компромисса как с союзниками, так и с врагами, которые могли легко переключаться с одного дня на другой. Идея искренней приверженности казалась запретной и заманчивой.

— Я ищу место, где я буду своей, — сказала она Коринн, подумав об этом достаточно долго, чтобы Коринн принесла чай и поставила его на стол, прежде чем сесть напротив Зары в кабине.

— Ты уверена, что мы не перевалочный пункт, пока ты не сможешь уговорить Асано? — спросила Коринн, наливая чай. — Я не говорю, что это неприемлемо, но мне нужно знать, где ты стоишь по отношению к моей команде.

Зара кивнула, держа чашку и ожидая, пока она остынет. Хотя снаружи было жарко, температура и влажность внутри транспортного средства были установлены на низком уровне.

— Честно говоря, — призналась она, — я не знаю. Если мой поспешный подход и не самый лучший прием здесь не дали этого понять, я немного в замешательстве. Мне нужно найти что-то новое. Новый способ прожить свою жизнь.

— И ты думаешь, Асано — ответ? Ты влюблена в него?

— Нет, — сказала Зара, качая головой. — Я встречала его всего несколько раз, что может быть частью проблемы. Признаюсь в определенном увлечении, и тайны, окружающие его, — большая часть этого. Возможно, если бы я знала его лучше, я не была бы так вынуждена.

— Тебя тянет к неприятностям.

— Нет. Да. Я не знаю, вероятно. Ты когда-нибудь чувствовала себя совершенно потерянной, леди Пескос?

— Коринн. Если ты собираешься быть в нашей команде, тебе следует называть меня Коринн. Но нет, прости. Не думаю, что могу сопереживать. Я всегда знала свое направление, с тех пор как была девочкой. Даже через такие крюки, как этот, это не сбивает меня с пути.

— Я помню это чувство, — сказала Зара с завистливой улыбкой. — Эта утешительная уверенность в том, куда упадет каждый шаг вперед. Я много задавалась вопросом, где я потеряла это, хотя знала ответ всё это время.

— О? — подтолкнула Коринн.

— Это был мой первый раз далеко от Королевства Штормов. На другой стороне мира. Моя тетя Веспер была сопровождающей, но на самом деле это была я и другие ранги желе из гильдии Сапфировая Корона. Королевские гвардейцы, которых назначил мой отец в качестве команды, но не такие, как твои. Там не было товарищества. Они были слугами, но также надзирателями. Они даже не были компаньонами, не говоря уже о друзьях. У меня никогда на самом деле не было команды.

— Значит, это правда? Ты встретила Асано на другой стороне мира и…

— Нет, — сказала Зара. — Я встретила его, да, но всего пару раз. Мы, конечно, никогда…

Зара улыбнулась.

— Я была девочкой. Не думаю, что когда-либо чувствовала себя ею раньше. Я всегда была принцессой. И искателем приключений. Будущим лидером. Затем этот мужчина ворвался в мою палатку, весь в самоуверенности и разбойничьем обаянии. Именно тот тип мужчины, которого мой отец никогда не подпустил бы к своим драгоценным дочерям.

— Твои гвардейцы не потерпели бы этого, конечно?

— Они не потерпели, но он был невозмутим, а я велела им остановиться. Он понятия не имел, кто я такая. Это был первый раз, когда со мной обращались как с кем-то, кроме принцессы. Он был этим диким, сумасшедшим мужчиной, на несколько лет старше. Он дал мне тарелку печеных ломтиков. Мои гвардейцы уничтожили половину из них, проверяя на токсины. Признаюсь, моя голова закружилась. Затем я услышала, что он столкнулся со мной по пути на встречу с целой группой богов, которые просили именно его.

— Почему?

— Это неважно. Это просто кажется кругами, в которых он вращается.

— Это абсурдная вещь, чтобы сказать.

— Он абсурдный мужчина. Я видела его снова, на вечеринке, но ничего не вышло. Меня всю жизнь учили справляться с политикой и отношениями, поэтому я знала, что движет моими чувствами. Я держалась на расстоянии и вернулась в Римарос. Затем я услышала, что он умер. После этого он занимал странное место в моем разуме. Или версия его, во всяком случае; та, которая была по крайней мере настолько же моим изобретением, насколько и верна мужчине.

— Легко идеализировать мертвых. Живые никогда не смогут конкурировать с историей в твоей голове.

— Нет, не могут. Когда я придумала свой ужасный план, чтобы вытащить Каспера Ириоса из нашего договорного брака, я использовала имя Асано, что было идиотской вещью. Он просто так хорошо подходил. О нем было так мало информации, и он умер на дальней стороне мира, достаточно героическим образом, чтобы впечатлить. У него также были впечатляющие связи, но не было семьи. Он был именно тем, кто мне был нужен в качестве мертвого жениха.

— И ты придумала этот план, и он случайно подошел, или ты придумала план, потому что он подошел? И какой Асано это был? Настоящий или тот, что в твоей голове?

Зара издала самоироничный смешок.

— Думаю, ты знаешь ответы, хотя я бы отрицала это наотрез в то время. Даже себе. Конечно, это был огромный беспорядок.

— Я помню. Королевские скандалы распространяются, хотя сколько из этого правда — совсем другой вопрос.

— Это всё почти утихло, и мой фальшивый период траура должен был закончиться, — сказала Зара. — Вот тогда он вернулся, но вернулся другим. Не таким, каким он был в моей голове, конечно, но и не таким, каким я его знала. Первый раз, когда я увидела его снова, был день, когда ты впервые увидела его тоже.

— Экспедиция.

— Когда я встретила его, он был игривым. Разбойничьим. Он также был обычным в своей силе. Но ты видела, каким он был в тот день. Злым, могущественным.

— Он не был могущественным, когда ты его знала?

— Не больше, чем любой способный искатель приключений. Но ты чувствовала, какой он сейчас. Что он может делать со своей аурой. И я слышала другие вещи. Вещи, о которых я не могу говорить. И он определенно не был игривым. Его гнев на меня был искренним, какое бы политическое шоу мы ни устраивали.

— Почему он вообще согласился на это?

— Из-за ущерба, который нанесла бы моя ошибка, если бы он этого не сделал. Какими бы ни были его недостатки, он хороший человек.

— Так ты говоришь.

— Да, я так говорю. Я изучила всё, что могла найти о нем, с тех пор как он вернулся. И я могла найти больше, чем большинство, как ты можешь себе представить. У него есть острые края, но он хороший человек. Готовый к самопожертвованию.

— Ты уверена, что снова не выдумываешь мужчину в своей голове?

— Нет, — признала Зара. — Я знаю, что прийти сюда было глупо. Попытки восстановить мою репутацию были перекрыты событиями. Последняя надежда, которая у меня была, — это присоединиться к Асано в качестве королевского связного. Он всегда в центре чего-то, и если бы я могла быть частью этого…

Она покачала головой.

— Когда мне отказали, я знала, что пора двигаться дальше. Я была последним человеком, который принял, что я давно вне конкуренции за то, чтобы стать следующей королевой, но как только я это сделала, это было странно освобождающе. Сложение с себя ответственности размером с королевство открыло мир возможностей. Я принялась в дом моей матери, чтобы сигнализировать о своем выходе из борьбы за корону.

— Если у тебя есть целый мир возможностей, что ты делаешь здесь?

— Ты совершенно права, — сказала Зара, кивая. — Это был ужасный выбор. Мне следовало бежать далеко от Римароса и далеко от Асано, чтобы найти… что бы это ни было, что я ищу. Новый способ прожить жизнь, полагаю. У меня в голове идея, что Асано находится в центре событий таким образом, что это может позволить мне найти это.

Коринн покачала головой. — Я не вижу привлекательности в этом человеке.

— Это не то, чем это является.

Коринн сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, затем встала.

— Временный член или нет, принцесса, ты будешь ценна для нашей команды. Но ты отчаянно нуждаешься в том, чтобы привести голову в порядок, и это опасно. В этом конвое есть целитель, который специализируется на разуме. Найди её. Пока она не скажет мне, что ты готова, ты можешь путешествовать с нашей командой, но я не позволю тебе сражаться с ней.

ДЕЛАЯ ТО, ЧЕГО ДЕЛАТЬ НЕ СТОИТ

ДЕЛАЯ ТО, ЧЕГО ДЕЛАТЬ НЕ СТОИТ

Астральный план, в который превратилось пространство души Джейсона, представлял собой поместье из облачных зданий, раскинувшееся среди странных и разнообразных садов. Все это было сосредоточено вокруг темной хрустальной башни в стиле пагоды, возвышавшейся над всем остальным. Завершал образ темного властелина гигантский сине-оранжевый глаз, парящий над башней и регулярно вызывающий нежелательные сравнения с Сауроном.

В саду, похожем на английский сельский пруд, Джейсон создал свой аватар. Аватар парил, скрестив ноги, над прудом, в то время как сам Джейсон сидел на деревянной скамейке на берегу. Он поочередно прощупывал и бомбардировал аватар ауральными атаками и зондами. Это упражнение было разработано Амосом в рамках его тренировок и служило нескольким целям. Оно помогало развивать защиту ауры и методы маскировки, но в этих областях Джейсон был уже силен.

Метод тренировки, показанный Амосом, также был разработан для того, чтобы научить его совершать радикально разные действия с помощью ауры в быстрой последовательности или даже одновременно. Джейсон считал себя довольно искусным в манипулировании аурой, что Амос быстро исправил, показав, сколько еще ему предстоит узнать. Вместо того чтобы пасть духом, Джейсон был воодушевлен всеми новыми возможностями, открывшимися перед ним.

Чтобы метод тренировки был эффективным, Джейсону поначалу требовался более могущественный Амос, который переключался бы между зондированием и бомбардировкой, чтобы создать достаточное давление. Но внутри своего пространства души Джейсон обладал гораздо большей силой, чем снаружи. Как только он понял, как точно воспроизвести свои внешние уровни силы с помощью аватара, он смог использовать этот метод для самообучения, атакуя собственный аватар. Поскольку аватар все еще был частью его самого, все, чему он учился, усваивал и сам Джейсон.

Тренировки, которые давал ему Амос, включая этот метод, всесторонне развивали навыки манипуляции аурой Джейсона, и результаты уже были заметны. Когда Джейсон впервые прибыл в Римарос, он попытался создать маску личности, манипулируя своей аурой. Только сейчас он осознал, сколько причин было у его небрежной попытки вызвать подозрения даже у кого-то более низкого ранга, чем он сам, и съежился от воспоминаний о своей грубой, ранней попытке.

Джейсон почувствовал присутствие Арабель, стоявшей перед его порталом, и открыл его, чтобы впустить её. Он создал арку рядом с собой, чтобы она появилась прямо подле него. Она огляделась, прежде чем сесть рядом с ним на деревянную скамейку, присоединившись к наблюдению за аватаром.

— Меня это тревожит, приходить сюда, — сказала она ему. — Целитель — один из тех богов, что не особо вмешиваются в дела смертных, но я все равно привыкла к его присутствию на задворках своего сознания.

— А я-то думал, что именно присутствие кого-то внутри твоего разума должно быть тревожным.

— В вере есть утешение, Джейсон. Для некоторых. Конечно, не для тех, кому покровительствует Владычество. Ему нравятся те, кто отказывается преклонить колени.

— Фу, не говори об этом парне. И кто сказал, что я не преклоню колени? Я предпочту сбитые колени перерезанному горлу.

— Это ложь или избирательная память?

— Тогда я был моложе.

— Как давно Шако убил тебя за твою дерзость?

— Около года назад. И я бы не назвал это дерзостью. Если какой-то придурок говорит тебе, что делать, только потому, что у него есть на это власть, ему нужно дать отпор.

Арабель повернулась, чтобы посмотреть на него, приподняв брови.

— Я осознаю иронию, — сказал он, не поворачиваясь, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Ты велел ей изменить прическу и цвет глаз? Тебе не следует пытаться лишать людей телесной автономии, Джейсон. Особенно в качестве карательной меры.

— Я знаю. Я был зол. Поэтому я и ушел.

Она кивнула.

— Твои друзья обеспокоены тем, что ты здесь хандришь. Ты закрываешься от них, буквально и фигурально. Я была немного удивлена, что ты впустил меня, но это хороший знак.

Джейсон вздохнул.

— Я знаю. Раньше, в Гринстоуне, я бы ушел и начал выполнять задания с доски объявлений, пока не разобрался бы со своими проблемами. Занимал бы себя чем-то стоящим, пока приводил мысли в порядок. Но сейчас я не могу просто оставить всех. Поэтому я просто трачу время на тренировки.

Арабель перевела взгляд обратно на аватар.

— Одно из тренировочных упражнений Лорда Пенсинаты? — спросила она.

— Да.

Она одобрительно кивнула. — Отстраняться, чтобы разобраться в своих эмоциях в удобное для себя время, всегда было одним из твоих более здоровых защитных механизмов. Только убедись, что не отрезаешь себя от своей системы поддержки. Слишком сильная изоляция уже однажды стала для тебя ядовитой, как ты хорошо знаешь. Не создавай для себя тех же условий, что были на Земле.

— Я знаю.

— Знать что-то и использовать это знание для самосовершенствования — это совсем разные вещи, Джейсон.

— Я и это знаю.

— Не уверена, что та девушка это понимает. У неё явно какая-то фиксация на тебе.

— Ты хочешь сказать, что я должен быть счастлив, что у меня есть симпатичная сталкерша?

— Ты знаешь, что нет. Мне интересно, что ты решил отметить, что она симпатичная.

— Любой, у кого есть глаза, это видит.

— Ты избегаешь ответа на мое наблюдение. Мы уже говорили об этом.

Джейсон проворчал.

— Ты интересуешься этой женщиной?

— Я её не знаю.

— Я не это спрашивала. Очевидно, что там есть какая-то принудительная связь. Она не красивее мисс Векслер, но Зара Римарос задевает тебя за живое так, как Софи никогда не задевала.

— Это больше не Римарос. Это Нарин.

Арабель снова повернулась к Джейсону, на этот раз сузив глаза от подозрения.

— Джейсон.

— Да?

— Ты шпионишь за другой командой?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты наблюдал за тем, что происходит внутри их нового транспортного средства?

— Я заявляю, что этот разговор проходит в рамках конфиденциальности консультации с целителем. Ты не можешь никому рассказывать о том, что я тебе говорю.

— Это между тобой, мной и моим богом.

— Они не в счет, игнорирование конфиденциальности… это не имеет значения. Я просто хочу знать, что ты не расскажешь людям то, что я тебе говорю.

— Не расскажу. Даже если я думаю, что ты скрываешь секреты и делаешь то, чего делать не стоит.

— Я попросил Фарру и Белинду взглянуть на защиту транспортного средства другой команды, когда оно впервые присоединилось к конвою. Я заставил девушек проделать дыру в защите, чтобы Тень мог проскальзывать внутрь и наружу для наблюдения за ними.

— Ты шпионил за ними.

— Тень действует в рамках определенных ограничений, ты это знаешь. Он ничего мне не скажет, если нет угрозы безопасности или чего-то еще, что мне нужно знать.

— Или если ты его не попросишь.

— Да.

— И ты просил?

Джейсон долго не отвечал. Арабель ждала.

— Я подслушал разговор между Зарой и Коринн.

— Это крайне неуместное использование власти, которую ты имеешь над людьми в этом конвое. Это нарушение.

— Я знаю, — тихо сказал он. — У меня есть дурная привычка становиться тем, что я ненавижу, как только появляется возможность.

— Твои действия по отношению к этой женщине создают дисбаланс сил, Джейсон. Тот самый дисбаланс, который ты описывал между собой и Асей.

Аватар над прудом растворился в ничто.

— У меня нет отношений с Зарой Римарос.

— Ты долгое время не был в отношениях с Асей, судя по тому, что ты мне рассказывал. Она была молодой женщиной, бегавшей за тобой, находясь в положении, где вся власть была у тебя. Это звучит знакомо?

— Она не бегала за мной. Я никогда такого не говорил.

— Фарра говорила. Я узнала о твоем времени на Земле от неё больше, чем от тебя, Джейсон. Даже спустя столько времени ты более скрытен, чем следовало бы.

— Тебе не следует разговаривать с другими людьми обо мне.

— Я не разговаривала. Я слушала.

— То, что здесь происходит, совсем не похоже на то, что было с Асей.

— Пока что.

Джейсон встал и зашагал взад-вперед. Он, казалось, не заметил, как его резкие шаги вывели его на поверхность воды, которая держала его, как твердая земля. Внезапно он остановился, повернувшись спиной к Арабель.

— Мои страхи всегда были нарциссическими, — сказал он, не оборачиваясь. — Я не раз сталкивался с ними магическим образом, и они всегда касались меня самого. Страх того, кем я стану. Страх того, как я потерплю неудачу, и чего будут стоить мои действия. Честно говоря, все они были очень обоснованными. А теперь у меня появился новый страх.

— И какой же?

Джейсон повернулся, разведя руки, чтобы указать на пространство вокруг них. — Ты понимаешь, что это за место?

— Не совсем. Какой-то астральный план, созданный твоей душой.

— Это не место, которое я создал. Это место есть я. Я настолько же география, насколько и личность.

— А-а.

Арабель кивнула, поняв проблему Джейсона.

— Ты наконец вернулся к своим друзьям, но боишься, что твой путь снова уведет тебя от них.

— Они пользователи эссенции. Это определяет их силу и их путь вперед. Даже если им удастся пройти этот путь до конца, это сделает их похожими на Сорамира. Мой путь ведет не туда. Многие секреты золотого и алмазного рангов все еще скрыты от меня, но я — астральный король. Я до сих пор не уверен, что именно это значит, но я знаю, что это ставит меня на другой путь, отличный от пути всех, кто мне дорог. Даже Доун.

Арабель снова кивнула.

— Садись, Джейсон.

Он сделал, как было велено.

— Твои страхи не так эгоцентричны, как тебе кажется.

— Кошмарные ведьмы, которых я встречал, говорят обратное.

— И ты думаешь, что какой-то монстр, которого ты встретил, понимает тебя лучше, чем я? Такие существа цепляются за страхи, наиболее близкие к твоему самоощущению. Конечно, то, что они выкапывают, касается тебя.

— Мне говорили не так.

— И когда это ты, из всех людей, начал верить всему, что тебе говорят? Сколько раз мы обсуждали то, что случилось с твоим братом, твоим другом и твоей возлюбленной за последние несколько месяцев? О твоем страхе потерять других близких тебе людей?

— Много раз, — неохотно признал он.

— Ты, кажется, вбил себе в голову, что потеря их неизбежна, и мысленно готовишься к этому разрыву, эмоционально дистанцируясь от них.

— Это не то, что я...

— Да, это так. Ты убежден, что станешь настолько чуждым, что они перестанут тебя волновать.

— А что, если так оно и будет? Что, если это неизбежно?

— То, что тебе нужно сделать, очевидно: ты выбираешь, чтобы этого не произошло.

— Я просто выбираю?

— С каких это пор «невозможно» или «неизбежно» останавливало тебя от чего-либо? Собираешься ли ты, из всех людей, сказать мне, что силы уровня великого астрального существа — это слишком много, чтобы с ними бороться?

Джейсон моргнул.

— Хм.

— Да.

Они долго сидели бок о бок, пока Джейсон приводил свои мысли в порядок. Арабель почувствовала, как изменился язык его тела, когда он кивнул сам себе.

— Что ты собираешься делать со своей хорошенькой юной сталкершей? — спросила она. — Ясно, что она находится в очень неопределенном состоянии относительно собственной идентичности. Ты потенциально можешь нанести там реальный вред.

Джейсон согласно кивнул. — Похоже, она зациклилась на идее, что я каким-то образом могу показать ей, что ждет её дальше.

— И что ты будешь с этим делать?

— Я не готов быть чьей-то целью или даже показывать им их собственную. Думаю, только Тень понимает лучше тебя, в каком я сейчас беспорядке.

— Это не меняет вопроса. Что ты будешь делать с ней?

— Она вбила себе в голову, что я могу что-то для неё сделать, но человек, который ей нужен, — это ты. Мне отправить её прочь, чтобы убрать себя из уравнения? Направить её к кому-то из твоих коллег? Или позволить ей остаться и противостоять тому, что заставило её зациклиться на мне? Это, кстати, не риторический вопрос. Я искренне спрашиваю тебя как специалиста по психическому здоровью.

— Тебе не следует быть тем, кто занимается её ситуацией, если она останется.

— О, я полностью согласен. Думаю, регулярные сеансы с тобой должны быть условием того, чтобы позволить ей присоединиться к конвою. Я буду держаться от этого подальше.

— Я удивлена, что ты вообще готов терпеть её присутствие.

— Я сочувствую её личному сорту травм, даже если мы пришли к ним с противоположных сторон. Я понимаю, почему совершаются безрассудные поступки, потому что это кажется единственным путем вперед, но я позволил ей остаться ради команды Коринн. Им досталась довольно тяжелая доля в плане определения собственной судьбы. Они не просили, чтобы им пришлось иметь дело с тем, что я возвышаюсь над ними.

— Тогда, возможно, тебе стоит дать им больше автономии.

— Нет. Но наличие Зары в их команде будет для них благом, когда всё это закончится и мы разойдемся. Это я могу им дать.

* * * Когда Джейсон и Арабель вышли из его пространства души, вокруг никого не было, за исключением транспорта, двигавшегося по дороге, рядом с которой они были припаркованы. Джейсон обнаружил, что его новое облачное судно завершило формирование, и его спутники уже поднялись на борт, чтобы исследовать свой новый дом.

Результат дизайна, созданного по заказу Дома де Варко, стал больше похож на земные конструкции, чем раньше, напоминая изящную белую прогулочную яхту, стоящую на гигантском судне на воздушной подушке. Джейсон чувствовал изменения через свою связь с ним, так как судно было создано с помощью связанной с душой облачной фляги.

Что касается скорости и маневренности, были внесены лишь незначительные улучшения. Большие различия заключались в защитных свойствах внешней оболочки и целостности конструкции. Материалы, добавленные в облачную флягу, были выбраны так, чтобы позволить судну создавать специализированную защиту, которая оптимизировала как защитные свойства этих материалов, так и способность облачного транспортного средства растворять и восстанавливать свою структуру. В результате оно стало одновременно устойчивым к атакам и способным к саморемонту в режиме реального времени во время боя.

Другой новой особенностью, также ориентированной на бой, было специализированное оружие, разработанное Трэвисом. Крупнокалиберное вооружение было его специализацией, и он разработал целый арсенал оружия, которое усилило бы облачное судно Джейсона, если бы им пришлось вступить в бой. Поскольку они направлялись в сторону потенциально крупного конфликта с вестниками, Джейсон был рад иметь мощное новое оружие в своем арсенале.

Некоторые элементы дизайна в обновленном судне были похожи на те, что были в транспортном средстве, недавно приобретенном Коринн и её командой. Как и модификации облачного судна, его дизайн исходил от Дома де Варко, хотя конечные результаты были очень разными. Облачное судно было больше и визуально представляло собой гибридный транспорт. Другое же было полностью сделано из обычных материалов и было ровно такого размера, какого Коринн удалось убедить свою команду купить. Даже тогда она согласилась только потому, что все члены команды внесли средства в равной доле.

Дверь в транспортное средство, которое команда Коринн теперь называла домом, открылась. Верхняя часть двери выдвинулась и опустилась, образуя пандус. Появилась Зара; её волосы и глаза теперь напоминали полированную медь. Волосы были распущены, разделены посередине и спадали на плечи, обрамляя карамельную кожу её лица. Джейсон подавил свою ауру, но бросил косой взгляд на Арабель, зная, что она заметила его реакцию на темную красоту Зары.

— Это Арабелла Ремор, — холодно представил он. — Она задаст вам несколько вопросов и решит, можете ли вы остаться частью этого конвоя. Если вы солжете ей, вы выбываете. Если будете уклоняться или откажетесь отвечать на её вопросы, вы выбываете.

Джейсон развернулся и зашагал вверх по пандусу, ведущему в его собственное транспортное средство.

— Мистер Асано, — сказал Тень, как только они оказались внутри судна. Еще одним нововведением в дизайне де Варко был автоматизированный экран конфиденциальности в коридорах и каютах для звукоизоляции. Это делало входной вестибюль, в котором они находились, защищенным от любопытных ушей.

— Да, Тень?

— У вас, кажется, чрезмерная реакция на леди Нарин.

— Я и сам это заметил.

— Возможно, вам стоит провериться на предмет внешнего влияния.

— Если бы на меня что-то воздействовало, я бы знал.

— Возможно. С другой стороны, вы и ваши способности достаточно хорошо известны, чтобы враг мог разработать тонкую атаку со свойствами, позволяющими избежать обнаружения, что позволило бы ей обойти вашу способность системного уведомления.

Джейсон нахмурился, обдумывая эту идею.

— Думаю, если бы что-то было, я бы понял это в своем пространстве души.

— Возможно, это связано с вашим пространством души, и не обязательно является злонамеренным. Остаточные эффекты такого состояния бытия все еще могут влиять на вас. Или связь с аватаром, который вы создали, потенциально могла сделать вас более открытым для измененных эмоциональных состояний.

Джейсон нахмурился.

— Звучит удручающе правдоподобно.

— Возможно, вам стоит найти мистера Стендиша и мистера Дэвона, чтобы узнать, смогут ли они что-то обнаружить.

— Мне не нравится эта идея.

— Специалист по астральной магии и целитель были бы подходящими людьми для консультации, мистер Асано.

— Да, но я не хочу идти к Клайву и Нилу, чтобы спросить, не заставляет ли меня моё личное божественное царство возбуждаться.

ТИХИЙ ПРОФЕССИОНАЛИЗМ

ТИХИЙ ПРОФЕССИОНАЛИЗМ

Оригинальный дизайн облачных конструкций Джейсона допускал два режима. Один был явно сделан из облачной субстанции, в то время как другой выглядел традиционно сконструированным, имитируя обычные материалы. Это мог быть ложный фасад или подлинная имитация свойств, при условии, что материалы были поданы в флягу.

Со временем бинарная природа конструкций стала более текучей, поскольку Джейсон внес множество изменений в облачную флягу, которая их производила. Между углублением связи с ней, наполнением её мириадами новых материалов и изменением с использованием власти, украденной у Строителя, облачная фляга претерпела экстремальные изменения.

Кульминацией этого стала третья форма облачной конструкции, которая использовала гибрид реплицированных материалов и облачной субстанции в равной мере. Включение дизайнерских модификаций Дома де Варко сделало это возможным, позволив судам использовать лучшее из обоих миров. Оно могло не только наслаждаться исключительными свойствами любых материалов, которые воспроизводило, но и изменчивыми и самовосстанавливающимися свойствами облачной субстанции.

Белинда поднималась по лестнице, которая представляла собой жесткие платформы, казавшиеся белым мрамором как на вид, так и на ощупь. Они плавали на облачной материи, которая давала лишь крошечную отдачу, балансируя между комфортом и поддержкой. Эта поддержка модулировалась автоматически, независимо от того, был ли человек, идущий по ней, таким тяжелым, как Гэри, или таким легким, как Белинда. Однако «легкий» — понятие относительное, поскольку высокоранговые весят больше, чем обычные люди идентичного телосложения. Небольшая фигура Белинды выглядела очень легкой, в то время как её фактический вес был больше, чем был у Тайки до получения эссенции.

Белинда поднялась по лестнице на верхнюю палубу, где при её приближении открылась дверь каюты. Мастер-каюта Джейсона выглядела иначе каждый раз, когда она входила внутрь, так как он часто перестраивал её, и на этот раз она была пуста, если не считать самого Джейсона. Он стоял перед окном, спиной к каюте, глядя на город вдалеке. Темные конструкции из стекла и металла пробивались сквозь полог тропического леса вдали, поблескивая в лучах жаркого летнего солнца.

— Они у меня, — сказала Белинда, входя в каюту. — Они перестанут работать, если ты используешь свои более явные магические способности, но для тебя это не должно быть проблемой. Хамфри пришлось бы больше беспокоиться в этом отношении.

— А как насчет использования моей ауры? — спросил Джейсон, не оборачиваясь. — Она немного более мощная, чем обычно.

— Я никогда не тестировала устройства такого рода с аурой, подобной твоей. Я бы держала её приглушенной, просто на всякий случай. Это не должно быть проблемой, если ты затаишься, верно?

Джейсон обернулся, одарив её улыбкой.

— Совершенно верно, — согласился он, когда она протянула ему пару синих монет. — Мне просто нужно вставить их на место?

— Мне нравится, когда подобные устройства просты. Важно иметь возможность быстро и легко менять внешность, когда ты избегаешь преследования.

— Я не собираюсь ничего красть, — сказал он ей с ноткой добродушного упрека в голосе.

— Я просто говорю, что тебе стоит держать варианты открытыми.

— Это то, что использует принцесса, чтобы изменить свою внешность?

— Я почти уверена, что она использует какую-то ритуальную магию, разработанную специально для селестинов. Не так удобно, и требует регулярного повторного применения, но это выдержит стресс, в отличие от них. Но пока ты избегаешь своих мощных завершающих заклинаний или любых своих способностей широкого действия, они должны подойти.

— Я не ищу драк, — сказал Джейсон.

— Ты никогда их не ищешь, — сказала Белинда.

— Ты не видела меня на Земле, — сказал он, а затем приложил синие монеты к глазам. Монеты немедленно исчезли, открыв не инопланетные глаза Джейсона, а обычные темно-карие, какими они были, когда он был человеком. — Я не был таким мягким, как здесь.

— Ты уверен, что не хочешь, чтобы твои глаза были пронзительно-ледяными или что-то в этом роде? — предложила Белинда. — Я могу очень легко их подправить.

— Нет, спасибо, — сказал Джейсон, ощупывая глаза. Монеты действительно исчезли, а не просто стали невидимыми.

— Они появятся снова, если ты используешь слишком много магии, — сказала Белинда. — Просто направь ману в глаза, если хочешь их снять.

Использование большинства магических предметов было довольно инстинктивным процессом подпитки их маной для формирования магической связи. Джейсон сделал именно это со своими глазами, и они вернулись в нормальное состояние, когда монеты снова появились.

— Это подойдет, — сказал он. — Спасибо, Белинда.

* * * Город Яреш был относительно небольшим по численности населения, насчитывая всего несколько десятков тысяч человек. Однако дизайн, глубоко учитывающий природную среду, привел к низкой плотности населения. Географически Яреш имел размеры гораздо более крупного центра.

Хамфри, Клайв и Нил отправились вперед в отделение Общества искателей приключений Яреша, чтобы собрать информацию. Информация, которую они принесли, говорила о ситуации более сложной, чем предполагалось изначально, и они собрали всех вместе, чтобы объяснить это.

Почти каждый член конвоя присутствовал в брифинг-руме облачного судна, даже золотые ранги, включая не самого стабильного Каллума Морса. Отсутствовали только заключенные Ордена Искупительного Света, все находились в магическом стазисе, за исключением Мелоди, запертой в своей каюте в облачном доме. Карлос присутствовал, но его помощников не было, так что остались только два последних отсутствующих.

Хамфри, Клайв и Нил стояли в передней части брифинг-рума, остальные сидели рядами, наблюдая за ними.

— Где Асано? — спросила Коринн из первого ряда, лидер команды сидела рядом с золотыми рангами.

— Джейсон и Эстелла Уорнок, — сказал ей Хамфри, — направились в город, где они останутся на срок, который мы оцениваем в две недели. В течение этого времени наши команды будут работать в тесном сотрудничестве с другими командами в этом районе. Это означает избегать вопросов о том, почему повар убивает так много монстров, или почему таинственная фигура продолжает уничтожать стаи монстров до нашего прибытия. Пока мы не сможем действовать более независимо, Джейсон будет работать в городе.

— Уорнок я понимаю, — сказала Коринн. — Разведка городских районов — её работа. Асано не кажется мне шпионом.

— Джейсон удивит вас, когда дело дойдет до того, чтобы смешаться с обычными людьми, — сказал Гэри. — Когда ему не нужно связываться с королями, богами и высокоранговыми искателями приключений, он может вполне нормально слиться с толпой. Особенно для кого-то из другого мира. Он не бегает вокруг, делая странные вещи на глазах у обычных людей, потому что ему это не нужно.

— По большей части не делает, — уточнил Руфус. — В зависимости от вашего определения «странных вещей».

— Он гораздо более нормален среди обычных людей, — сказал Гэри. — Помните ту деревню, сразу после того, как мы его встретили. Он просто знакомился с людьми и общался. Собирая информацию, напомню. Совершенно разумно.

— Ты говоришь о той деревне, где его смыло с горы неисправным водопадом, прежде чем он спас деревню от кучи шабов? — спросил его Руфус.

— Это не его вина, что водопад работал неправильно.

— Стоять перед ним, когда он не работал, — была его вина.

— Джейсон не идет в город, чтобы шпионить, — подала голос Арабель, прервав их. — Он представил новую идею по совершенствованию контроля своей ауры Лорду Пенсинате, который одобрил его исследование этой концепции.

— Какой концепции? — спросила Коринн.

— Интеграция взаимосвязи эхо-ауры с межличностной магией, — объяснил Клайв.

— Что это значит? — спросил Калиф, член команды Коринн. — Межличностная магия?

Клайв принял неловкое выражение лица.

— Межличностная магия известна под множеством разговорных терминов, — сказал он. — Один из которых — плотская магия.

— Погодите, — сказал Калиф. — Мы будем работать следующие две недели, пока Асано будет где-то там кувыркаться с милой розоволосой женщиной?

— Мисс Уорнок и Джейсон будут действовать отдельно, — сказал Хамфри. — Мисс Уорнок выполнит свою роль шпиона, в то время как Джейсон займется своим собственным делом.

— К тому же, Стелла любит девушек, — добавила Софи.

— Ну вот и всё, Поликс, — сказал Калиф другому члену своей команды, у которого было разочарованное выражение лица. — Подождите, если Асано никого с собой не берет, как он собирается использовать магию «кувырканий»?

— Во-первых, — сказал Клайв, — пожалуйста, не называй это так. А во-вторых, я полагаю, он будет искать добровольцев.

— То есть ему придется самому подцеплять женщин? — спросил Калиф. — Кто на такого клюнет? Если бы он мог разыграть свою репутацию Римароса, он мог бы получить жалостливый перепихон, но сейчас он играет повара, верно? Он проведет следующие две недели, возвращаясь домой в одиночестве.

— Полностью согласна, — сказала Белинда. — Какая женщина клюнет на парня с непринужденным обаянием, абсолютной уверенностью, таинственной темной стороной и скрытыми секретами? К тому же, он умеет готовить и танцевать, что, как известно, отталкивает женщин.

— Готова поспорить, он не ходит на эти чопорные светские танцы, — прокомментировала Роза, разведчица из команды Калифа.

Это заслужило взгляд, полный раздражения, от Калифа.

— Я имею в виду, кого это волнует? — неуклюже оправдалась Роза.

— Думаю, о Джейсоне достаточно, — сказал Хамфри. — Нам нужно сосредоточиться на нашей собственной деятельности в ближайшие недели, а возможно, и месяцы. Конфликт с вестниками в этом регионе оказался значительно сложнее, чем ожидалось.

— Общество искателей приключений более или менее сказало нам заткнуться и выполнять контракты, которые нам велят, — сказал Нил. — Они на военном положении и ищут солдат, которые будут подчиняться, а не искателей приключений, создающих проблемы.

— К счастью, — сказал Хамфри, — с нами связался жрец Церкви Знания. Он дал нам гораздо более тщательную оценку ситуации и предысторию того, как она дошла до этой точки. Он также сказал нам, если сможем, не поднимать шума и следовать приказам Общества искателей приключений в течение пары недель, после чего Церковь Знания реквизирует нас для основного конфликта. Они уже знают о Джейсоне, поэтому они назначат нам миссии, где он сможет работать с нами почти открыто. Они регулярно реквизируют команды, так что это не будет выглядеть слишком неуместно, если мы докажем свою надежность.

— Почему это будет выглядеть странно, если они просто вызовут нас сейчас?

— Потому что есть много команд, которые уже проявили себя и хотят занять место в большой битве, — сказал Нил. — Если мы появимся из ниоткуда и займем слот, люди начнут присматриваться к нам ближе, чем нам хотелось бы.

— Церковь Знания связалась с нами из-за отношений Джейсона с богиней, — сказал Клайв. — Но Джейсон также является причиной, по которой мы не хотим, чтобы на нас было направлено слишком много глаз.

— Отношения с богиней, — повторила Белинда. — И этот парень думает, что у него будут проблемы с тем, чтобы подцепить женщин.

— Это не те отношения, Белинда, — сказал Клайв. — Кроме того, я почти уверен, что намекать на это считается богохульством.

— И что? — парировала она. — Боги и их церкви никогда не делали для меня ни черта.

— Ты же знаешь, что я жрец Целителя, верно? — спросил Нил.

— У тебя есть воображаемый друг; мы все очень гордимся, — сказала ему Белинда. — Продолжай.

— Целитель не воображаемый! И это ты была той, кто перебил в первую очередь.

— Белинда, — урезонил её Хамфри, его тон давал понять, что он не намерен терпеть дальнейшую чепуху. — Если молчание — это всё, на что хватает твоего профессионализма, то делай так. Клайв, пожалуйста, объясни, что происходит.

Клайв кивнул, пока Белинда ухмыльнулась Нилу, но прикусила язык.

— Часть того, что мы собираемся вам рассказать, — это информация, которую мы уже собрали из различных источников, — сказал Клайв. — Часть исходит от жреца Знания, которого мы только что встретили. Как вы все должны знать, Церковь Знания собирает силы в определенных районах по всему миру.

— Чего большинство из вас не знает, — продолжил Хамфри, — так это масштаба и сферы деятельности церкви, и как долго всё это продолжается.

— Основа для деятельности церкви, — подхватил Клайв, — оказывается, закладывалась десятилетиями. Большие отряды создавались по частям, чтобы не привлекать внимания. Ядра монстров использовались для создания обширных сил пользователей эссенции под командованием более традиционно обученных искателей приключений. Каждый из них предан Церкви Знания. Только бог Войны знал о масштабах планов Знания и хранил молчание по причинам, неизвестным, по крайней мере, нам.

— Несколько лет назад, — сказал Хамфри, — они начали мобилизоваться и собираться в местах по всему миру, выбранных способами, которые никто не мог определить. Потребовалось время, чтобы понять, что происходит и в каком масштабе, но если проследить активность до того момента, когда силы, созданные Знанием, начали движение, всё это произошло в один день. День, после которого Церковь Знания, по-видимому, перестала заботиться о том, чтобы оставаться незамеченной.

— Учитывая, что вы сделали на этом такой акцент, — сказала Коринн, — я полагаю, в этом дне есть что-то значительное.

— Это был тот же день, когда Джейсон Асано впервые прибыл в этот мир, — сказал Клайв. — Знание знает больше, чем даже другие боги. Она знала, что вестники придут, и знала, что Джейсон будет тем, кто откроет окно, через которое они придут.

— Вы хотите сказать, что Асано несет ответственность за вторжение вестников?

— Нет, — сказал Хамфри. — Джейсон и Фарра были теми, кто спровоцировал всплеск монстров.

— Всплеск монстров, который искусственно сдерживался годами, — добавил Клайв. — Чем дольше он сдерживался, тем сильнее был бы всплеск, который пришел бы вместе с ним, когда его наконец высвободили бы. И тем дольше Строитель мог бы грабить наш мир. Джейсон и Фарра положили конец этой задержке и предотвратили её ухудшение, но некоторого ущерба было не избежать. Это был план, который вступил в силу за годы до того, как Джейсон вообще столкнулся с магией.

— И то же самое окно, использованное Строителем, — сказал Хамфри, — позволило тому, что мы считали Церковью Чистоты, помочь вестникам прийти в наш мир. И именно здесь все узнали, к чему готовилось Знание.

— Там, где собиралось Знание, в ответ собирались другие силы, — объяснил Нил. — И в каждом регионе, где это происходило, призывались вестники. Знание готовилась защищать этот мир десятилетиями, создавая силу, которая нам понадобится, но на создание которой у нас не будет времени, как только угроза будет раскрыта.

— Это подводит нас к тому, что сказал нам жрец в Яреше, — сказал Хамфри. — В нескольких часах езды от города военные силы Знания разбили лагерь. Бог Войны сделал то же самое, а потом пришли вестники. Правительство в Яреше, а также Общество искателей приключений были обеспокоены каждым из этих событий, а затем стало ещё хуже.

— Существует чрезвычайно редкое естественное магическое событие, которое может произойти, — сказал Клайв. — Оно называется естественный массив. Чрезмерно упрощая, это означает, что со временем эссенции, камни пробуждения и квинтэссенция проявлялись, не будучи потревоженными, в очень специфическом узоре. Конвергентные магические энергии внутри этого узора объединяются, создавая нетрадиционные эффекты. Природа этих эффектов определяется размером и характером узора, а также элементами, которые его составляют.

— Может кто-нибудь упростить это ещё больше? — спросил Калиф.

— Это означает, что иногда случаются магические штуки, — сказал Клайв, раздраженно. — Если вы не можете понять больше этого, то я рекомендую сидеть тихо и спросить своего лидера команды после брифинга.

— Я не идиот, — угрюмо сказал Калиф.

— Тогда сделай умную вещь и будь тих, — сказал Клайв, — иначе мы будем здесь весь день.

— Мне не нравится, как вы разговариваете с членом моей команды, — предупреждающе сказала Коринн.

— А мне стало всё равно, что вам нравится, в тот момент, когда прибыл ваш новый член команды, — парировал Клайв. — Заткнитесь и слушайте или уходите.

Хамфри положил руку на плечо Клайва.

— Клайв...

— Нет, — сказал Клайв, стряхивая его руку, и повернулся к Амосу Пенсинате. — Вас наняли, чтобы помочь Джейсону, а не чтобы усугублять ситуацию. Но ваш багаж…

Он махнул рукой в сторону команды Коринн.

— …только всё испортил. Так что исправьте это или убирайтесь с этого корабля и забирайте их с собой.

С этими словами Клайв вылетел из комнаты, Хамфри поморщился, наблюдая, как он уходит.

— А как же брифинг? — спросил Нил. — Клайв должен был осветить магические вещи.

— Мы отложим, — сказал Хамфри. — Мы обсудили то, что нам нужно на ближайшие пару недель, а именно то, что нам дадут контракты, которые мы должны выполнять с тем типом тихого профессионализма, который мы не смогли продемонстрировать сегодня. Мы сможем возобновить брифинг, как только будем в городе и все остынут.

В задней части брифинг-рума Зара съежилась в своем кресле, пытаясь стать такой же маленькой, какой она себя чувствовала.

ЧЕЛОВЕК МНОГИХ ТАЛАНТОВ

ЧЕЛОВЕК МНОГИХ ТАЛАНТОВ

После затянувшихся задержек конвой наконец готовился отправиться в путь по последнему участку дороги, ведущему в город Яреш. Часть задержки ушла на то, чтобы убедиться, что у них есть место, где можно припарковать свои крупные транспортные средства на время визита. Они остановились на довольно бюджетном кемпинге, так как места сейчас были в дефиците. Многие путешествующие искатели приключений уже прибыли в Яреш, стремясь присоединиться к конфликту с вестниками. Команды Хамфри и Коринн были далеко не единственными, кто путешествовал в том, что по сути являлось передвижными домами.

Перед отъездом Хамфри подошел к транспортному средству, используемому другой командой, остановившись у подножия пандуса, ведущего внутрь. Он подождал, зная, что магическая защита уже предупредила обитателей о его присутствии. Он простоял несколько минут, прежде чем Коринн появилась на вершине пандуса.

— Чем могу помочь, мастер Геллер?

— После провального брифинга я подумал, что было бы неплохо обсудить трения между нашими командами. Можно войти?

Вскоре после этого Коринн сидела напротив Хамфри в кабинке. В отличие от того случая, когда она была там с Зарой, она не стала заваривать чай.

— Думаю, ясно, что у наших команд есть проблемы с совместной работой, — сказал Хамфри. — Как лидеры, я подумал, что мы должны вместе выяснить, можем ли мы это исправить, или, по крайней мере, смягчить, или же различия непримиримы.

— Члены твоей команды, кажется, винят нас в том, что Асано сбежал, чтобы намочить свой «прибор», вместо того чтобы работать со своей командой.

— Это не ваша вина, и они это знают. Но ваше решение принять Зару Римарос их разозлило.

— Ты предлагаешь мне выгнать её?

— Нет. Джейсон решил, что она остается. Он знает, что вы и ваша команда находитесь не в идеальных обстоятельствах, и что ваше участие с принцессой послужит своего рода компенсацией.

— Он так сказал, да?

— Да. Я не вкладываю ему в уста слова, чтобы заставить тебя думать, что он менее сложный, чем есть на самом деле.

— Почему это вообще его решение? Кто из вас лидер команды?

— В нашей команде — нашей команде, а не моей — мы каждый берем на себя те роли, которые нужно взять.

— Это хороший способ погибнуть, мечась, когда каждый пытается взять контроль в пылу битвы. Структуры командования существуют не просто так.

— И мы нашли то, что работает для нас. Я не буду утверждать, что это сработает для вашей команды так же, как ваша сработает для моей.

— Почему мы вообще об этом говорим? Разве Асано не оставил решение о принцессе леди Ремор?

— Это миссис Ремор, — поправил Хамфри. — И ты обнаружишь, что Джейсон делает вещи для достижения желаемого результата, а не для того, чтобы говорить то, что думает, или говорить правду.

— Ты хочешь сказать, что он двуличен.

— У каждого из нас свои роли. Я уже говорил тебе это.

— Хорошо. Но как мы должны доверять тому, кто нам лжет?

— Нам не нужно ваше доверие, леди Пескос. Нам нужно ваше сотрудничество или, если не получится, чтобы вы не путались у нас под ногами. Зара Римарос использовала имя Джейсона бесчестно, и это втянуло его в те самые неприятности, которых он хотел избежать, в то время, когда ему это было нужнее всего. Вот почему её присутствие в вашей команде настроило мою команду против вас. Мы чувствительны к потере Джейсона, потому что уже проходили через это. Он может быть хрупким в определенных отношениях, и если что-то случится из-за вашей принцессы, вы обнаружите, что мы — плохие враги.

— Тогда зачем вообще позволять ей оставаться в конвое?

— Потому что Джейсон велел нам, а она создает проблемы именно ему. Ты хотела знать, почему Джейсон может выбирать? Вот почему.

Коринн вздохнула. — Моя команда обижена на вашу. Такое чувство, что мы второстепенные. Прицеп.

— Так и есть, — сказал Хамфри. — Делай с этим что хочешь.

Коринн начала расхаживать взад-вперед, погруженная в раздумья, с хмурым выражением лица.

— Истинная вражда только потянет нас обоих на дно, — сказала Коринн. — Но соперничество может стать толчком, который двинет нас всех вперед.

Улыбка, расплывшаяся по лицу Хамфри, заставила Коринн заподозрить, что он ждал этого предложения всё это время.

— Не могу не согласиться, — сказал он. — А отсутствие Джейсона, возможно, как раз даст нам передышку, чтобы найти баланс, который будет полезен нам всем.

* * * Городские стены Яреша представляли собой ряд массивных деревьев со стенами из глянцевого черного камня, заполняющими промежутки между ними. Туннели проходили прямо сквозь стволы, позволяя переходить из одной секции стены в другую. Черный наземный скиммер подъехал к стене, где у ворот выстроилась очередь из транспортных средств, ожидающих досмотра. На водительском сиденье был Джейсон, а рядом с ним — Эстелла Уорнок.

Большинство транспортных средств перевозили грузы на магически приводимых в движение повозках, некоторые из которых были почти размером с полуприцеп. Массовые наземные грузоперевозки были неэффективны по сравнению с альтернативами, которые предлагала магия, но были дешевыми и, судя по выстроившимся у ворот транспортным средствам, казались здесь обычным делом.

— Это много наземного транспорта, — отметил Джейсон.

— Я думала о том же, — согласилась Эстелла. — Может быть, дело в местных магических условиях, которые делают другие методы менее жизнеспособными. Хотя магия здесь достаточно высока, чтобы поддерживать дирижабли, так что не знаю. Я изучу это и посмотрю, происходит ли что-то, о чем нам нужно беспокоиться.

— Должен сказать, мисс Уорнок, я все больше доволен выбором взять вас на борт.

— Не радуйся слишком сильно, — сказала Эстелла. — Я застолбила за собой твою принцессу.

— Что?

— Ты слышал меня.

— Ты говоришь о Заре?

— Ага. Падение в жизни, низкая самооценка. Это моя зона.

— Это довольно презренно.

— У тебя были свои шансы.

— Я не о том, чтобы застолбить. Я о том, чтобы охотиться на кого-то, когда он на самом дне.

— О, да, она действительно страдает, со всеми своими деньгами и связями. Не все мы можем просто усыновить себя в одну из самых престижных семей в королевстве, потому что быть принцессой нас напрягало.

— Не похоже, что ты хочешь бегать за ней.

— Признаю, я не сильна в преследовании отношений.

— Ты не думала о том, чтобы попробовать обаяние? Узнать их по-настоящему? Базовая порядочность?

— Ничто из этого не является моей сильной стороной.

— Тогда, может быть, выясни, в чем твои сильные стороны, и найди кого-то, кто находит их привлекательными.

— Как оказалось, меня не особо интересуют люди, которым нравятся мои сильные стороны. У меня слишком высокие стандарты, чтобы включать в них кого-то, кто согласился бы на меня.

— Ты не шутила насчет того, что низкая самооценка — это твоя зона, да? Осторожнее с приземлением.

Скиммер превратился в облако кружащейся тьмы, которое втянулось в тень Джейсона. Джейсон перешел из положения сидя в положение стоя с натренированной легкостью, в то время как Эстелла упала на зад, прежде чем подняться и стряхнуть дорожную пыль со своих брюк.

— Я же сказал, осторожнее с приземлением, — сказал он ей.

— Я не знала, что это значит, что транспорт исчезнет из-под меня.

Было две очереди для людей, желающих войти в город. Вместо того чтобы присоединяться к очереди транспортных средств, они переместились в более короткую очередь для тех, у кого были другие средства передвижения, обычно искатели приключений среднего и высокого ранга. Это были люди, которые летали за счет собственных сил, ездили на фамильярах, как Джейсон, или перемещались порталами в близлежащую открытую зону, предназначенную для этой цели.

Джейсон и Эстелла предъявили свои значки Общества искателей приключений и документы, удостоверяющие личность. Как и в случае с текущей личностью Джейсона, Эстелла была зарегистрирована как вспомогательный персонал, который не обязан мобилизоваться, несмотря на то, что искатели приключений города были на военном положении. Им сказали, что команда, к которой они приписаны, должна будет отчитаться перед Обществом искателей приключений до конца дня после их прибытия. После этого уведомления паре разрешили пройти через туннель, который привел его в сам город.

— О, да, — сказал Джейсон, выйдя из туннеля и оглядевшись. — Трэвис не будет рад пропустить настоящий эльфийский город.

Они находились в складском районе, сосредоточенном вокруг городских ворот. Четырехполосный бульвар тянулся от ворот в город, но не следовал прямой, как стрела, линии, типичной для городских районов. Вместо этого он был разделен на пару двухполосных улиц, каждая из которых следовала по одной стороне почти прямого ручья. Стороны улицы были обсажены деревьями, а пространство вокруг зданий было заполнено травой.

Здания были построены из кирпича различных оттенков черного, желтого, серого, красного и коричневого, что предполагало большое разнообразие местного камня. Лианы ползли по стенам каждого здания, а крыши были полого наклонены и покрыты живой травой, кустарниками и другими мелкими и средними растениями. Воздух был густым от запахов тропического леса, влажным и землистым. Глядя вдоль бульвара и дальше в город, они видели гораздо более высокие здания вдали, где камень уступал место стеклу и металлу.

Окинув взглядом окрестности, Джейсон увидел очень мало обработанного дерева. То дерево, которое он видел, выглядело либо естественным, с городом, приспосабливающимся к его росту, либо было сформировано в очень специфические формы по мере роста. Здания были расположены на расстоянии друг от друга, а между ними буйно разрастались тропические леса.

Улица была оживленной из-за транспортных средств, въезжающих через городские ворота рядом с туннелем, из которого они только что вышли. Присмотревшись, Джейсон заметил, что многие транспортные средства были сделаны из большего количества специально выращенного дерева. Металлические колесные экипажи имели деревянные рамы, которые не только выглядели так, будто были выращены таким образом, но и имели слабый ореол живых растений. Рамы были заполнены металлом и драпированной тканью. Другие транспортные средства имели похожий дизайн, от трехколесных одноместных до автобусоподобных конструкций, у которых вместо колес было дюжина массивных деревянных ног.

Другие транспортные средства, с которыми Джейсон был более знаком, также были в наличии. Наземные скиммеры, более обычные кареты и персональные диски для парения — всё это было представлено. Однако их было немного, и ими никогда не управляли эльфы, составлявшие основную часть населения. Местная эльфийская этническая группа имела оттенки кожи от миндального до молочного шоколада, в то время как их волосы варьировались от медового до насыщенного коричневого цвета. Прямые волосы были либо не в моде, либо не естественны, со стилями от каскадных волн до локонов и взрывов вьющихся волн.

Джейсон и Эстелла отошли с дороги других людей, выходящих из туннеля, и Джейсон закрыл глаза. Он сделал глубокий вдох, медленно выдыхая с широкой ухмылкой.

— У тебя все еще есть легкие? — спросила его Эстелла.

— Нет.

— Тогда как ты так дышишь?

— Просто делаю. Разве твое тело не делает само те вещи, которые ты хочешь, чтобы оно делало?

— Нет. Мой дед показал мне несколько техник манипуляции телом, но если бы я хотела дышать, мне пришлось бы сосредоточиться, чтобы заставить это работать.

— Тебе стоит попрактиковаться в этих техниках еще немного. Приятно иметь возможность иногда вздыхать. Исследования показали, что вздохи — важный компонент личного благополучия, помогающий снять стресс и перекалибровать настроение.

— Я пойду. Увидимся через две недели.

— Не забудь, что Тень рядом, если тебе понадобится сигнал о помощи.

— Ты думал, я забуду человека, которого ты оставил прятаться в моей тени?

— Ты могла бы.

— Он наблюдает, как я сплю.

— Да, он упоминал, что ты храпишь.

— Что?

— Мистер Асано, — сказал Тень из тени Джейсона. — Я буду благодарен вам за то, что вы не порочите мой характер. Мисс Уорнок, я могу заверить вас, что я ничего не говорил мистеру Асано о вашем храпе.

— Я не храплю.

— Я признаю, что вы это утверждаете, мисс Уорнок.

— Вы двое стоите друг друга, — сказала Эстелла. Она ушла, оставив Джейсона стоять на обочине улицы.

— Она правда храпит? — спросил Джейсон.

— Мистер Асано, именно вы сказали мне не разглашать личные детали, если они не имеют отношения к безопасности. Даже если эти детали звучат как кто-то, распиливающий бревна в туннеле.

* * * Джейсон провел день, гуляя по городу, осматриваясь. Помимо нетрадиционной архитектуры, складской район мало что мог предложить, и он не стал задерживаться. Соседний развлекательный район оказался гораздо интереснее, даже в начале дня, с барами, кафе и местами, предлагающими удовольствия от целомудренных до откровенно пикантных. Джейсон искал место, где можно попробовать местную кухню, когда заметил эльфийку, стирающую меню с доски на внешней стене небольшого паба.

— Еды нет? — спросил он.

— Большая часть кухонной команды ввязалась в драку, играя в три-бол, — сказала она, не оборачиваясь. — Городская милиция бросила обе команды в камеры до завтра. Шеф-повар на месте, но если вы не знаете четырех хотя бы сносно готовящих поваров, которые будут работать за дешево в короткие сроки, рук на обслуживание не хватит.

Все еще стоя к нему спиной, она не видела широкую ухмылку, охватившую лицо Джейсона.

* * * Беллори была настроена скептически по отношению к странному человеку, но стояла завороженная, наблюдая за суетой в кухне. По мере того как шеф-повар отдавал указания, лес теневых рук высовывался из-под полок, из шкафов или из любого другого места, где можно было найти тень. Они также тянулись от её нового временного сотрудника, нарезая ингредиенты, работая на гриле и жаря на сковородках или раскладывая еду по тарелкам.

— Ты уверена, что этим штукам можно прикасаться к еде? — спросила она шеф-повара, Келланса. Он был её кузеном.

— Призванные руки очень гигиеничны, — сказал Джейсон.

— К тому же, у меня активен ритуал санитарной обработки, — сказал Келланс. — Больше сариантов, пожалуйста, мистер Миллер.

— Зовите меня Джон, — сказал ему Джейсон. — Какие из них сарианты? А, те, что похожи на лук-шалот, без проблем. Они вкусные.

— Вы пробовали ингредиенты, мистер Миллер?

— Э-э… нет.

* * * Город, пронизанный тропическим лесом, предлагал мало светового загрязнения, что позволяло легко видеть сияние звезд, как только небо темнело. После того как вечерний наплыв посетителей стих, Джейсон и Келланс удалились на крышу паба, в шезлонги с натурально выращенными рамами, обтянутыми легкой, удобной тканью. Между ними стоял приставной столик с бутылкой и двумя стаканами. Как только паб закрылся на ночь, Келланс ушел домой, и его место на крыше заняла Беллори. Бутылка была опустошена, за ней последовали ещё две.

— Я не знал, что эльфы могут выпить так много спиртного, — сказал Джейсон. — У меня есть сопротивление ядам, а эта штука всё равно дает в голову.

— Ты знаешь много эльфов?

— Я не часто пил с ними, это правда, — сказал Джейсон. — Хотя я только сейчас понимаю, что, возможно, пил, но не помню этого, потому что они перепили меня под стол. Но я завел несколько эльфийских друзей, когда жил в портовом городе несколько лет назад.

— И теперь ты ходишь за искателями приключений?

— Строго говоря, они ходят за мной. Они даже ещё не прибыли. Или, может, прибыли; я был здесь весь день. И думаю, я только что пропил всю свою зарплату.

Беллори рассмеялась, издав звук, похожий на звон воды.

— Ты не против быть просто вспомогательным персоналом? — спросила она. — Ждать в лагере, пока остальные отправляются сражаться?

— Ну, во-первых, — пробормотал Джейсон, подняв слегка шатающийся палец, — ты когда-нибудь видела, как искатели приключений сражаются с монстрами? Поверь мне, лучше держаться от этого подальше. А во-вторых, я выполняю важную функцию.

— Ты кажешься важным человеком, — неубедительно сказала Беллори.

— Ты знаешь, что такое булврат?

— Нет.

— Это болотный монстр. Любит устраивать засады на путешественников на дорогах, проходящих через болота и мангровые заросли. Очень хорош в маскировке, очень осторожен. Хорошо отличает повозку, полную сочных жертв, от повозки, полной искателей приключений, пришедших его убить. Требуются дни, чтобы их выследить, и это когда знаешь, что делаешь.

— И какое это имеет отношение к готовке? Они вкусные?

— Я не проверял. Они строят гнезда из собственных экскрементов.

— Не думаю, что я бы стала проверять.

— Я к тому, что после охоты на булврата команда искателей приключений тратит дни на блуждания по грязному болоту, живя на духовные монеты, ради шанса убить монстра, пробираясь через грязь по пояс. Когда они возвращаются после этого, как думаешь, они предпочтут смыть с себя грязь мыльным зельем, съесть духовную монету и лечь спать, или принять приятный душ с кристальной очисткой, а затем съесть вкусную горячую еду?

— Ты предоставляешь душ так же, как и готовишь?

— Я человек многих талантов. Я готовлю, танцую, предоставляю удобства и я...

Он нахмурился.

— ...я человек трех талантов.

Беллори снова рассмеялась, допивая последнюю бутылку и разлив остатки по их стаканам.

— Так ты вернешься к своим удобствам?

— Я, строго говоря, не знаю, где они сейчас, — сказал он, не совсем солгав. Знание точного направления и расстояния — это не то же самое, что знание того, что это за место. — Уверен, они куда-то прибыли. Мой друг Хамп говорил что-то о кемпинге.

— У тебя есть друг по имени Хамп?

— Он бы тебе не понравился. Он определенно не супер-красавчик. Уверен, я смогу найти дорогу обратно к ним.

— Знаешь, — сказала она, её голос стал хриплым. — Ужасно поздно идти искать своих друзей, особенно в твоем состоянии.

— Я в порядке, — сказал Джейсон, его нараспев голос не способствовал правдоподобности. — Я в порядке, чтобы бродить по улицам ночью, так же верно, как я стою здесь.

— Ты сидишь.

— Тогда, возможно, ты права. Ты приглашаешь меня остаться?

— Может быть.

— Тогда мне лучше снять это, — сказал он, потянувшись под воротник рубашки, чтобы отстегнуть небольшой ошейник подавления.

* Сопротивление к нескольким видам ядов увеличилось. Длительность всех соответствующих недугов будет сокращена в соответствии с новыми уровнями сопротивления.

* Яд [алкоголь (серебряный ранг)] закончился. * Яд [алкоголь (серебряный ранг)] закончился. * Яд [алкоголь (серебряный ранг)] закончился. * Яд [алкоголь (серебряный ранг)] закончился.

Джейсон потряс головой, чтобы прояснить её, затем повернулся к Беллори, которая смотрела на ошейник подавления с безразличным видом.

— Я же говорил, что у меня есть сопротивление ядам, — сказал он. — Это значит, что я больше не приглашен?

— Нет, — сказала она, вылезая из своего кресла и забираясь на него в его, отчего рама скрипнула. — Это значит, что тебе лучше вспомнить, что это за четвертый талант.

ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО ГОВОРИТЬ ПРАВДУ

ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО ГОВОРИТЬ ПРАВДУ

Джейсон готовил завтрак на кухне паба, когда шеф-повар Келланс вошел через дверь, ведущую прямо на кухню из переулка. В Яреше переулки были гораздо приятнее обычных, обычно имея больше общего с садом. В данном случае гравийная дорожка петляла через высокую траву и вокруг пары деревьев с длинными листьями сочной зелени.

Джейсон узнал накануне, что эльфийский шеф-повар был кузеном Беллори, владелицы паба.

— Утречка, приятель, — сказал Джейсон, когда тот вошел, лишь мельком взглянув со сковороды перед собой.

— Джон, ты все ещё здесь, — сказал Келланс. — У меня было предчувствие, что ты можешь быть здесь.

— О?

— Белл нравятся мужчины, о которых она точно знает, что они не задержатся дольше, чем нужно фруктам, чтобы испортиться. Её муж, сбежавший и оставивший её с этим местом и кучей долгов, нанес ей ущерб. Она боится открываться снова, понимаешь?

— Могу себе представить. Она вскользь упомянула об этом прошлой ночью, но у меня сложилось впечатление, что там была рана. Надеюсь, ты не против, что я разграбил кухню, чтобы приготовить завтрак.

— Это зависит от того, хватит ли на троих.

— На самом деле, хватило. Если хочешь взять немного...

Джейсон замолчал, нахмурившись, когда посмотрел на стену.

— Что такое? — спросил Келланс.

— Трое мужчин идут сюда, и не думаю, что ради завтрака.

Паб, как и большинство зданий в этом районе, был сделан из темно-серого камня. Дверь в переулок была прямоугольником из дерева, которое, казалось, выросло в такую форму, с каким-то светлым керамическим заполнением. В верхней половине было окно, в которое Келланс выглянул, выругавшись себе под нос.

Почти сразу после этого три эльфа вышли перед дверью. У них был типичный для местных вид, и они были одеты в опрятные повседневные костюмы, которые Джейсон узнал как соответствующие местной моде. Они выглядели как нечто вроде деловых костюмов, но носились свободно, с длинными, сужающимися рукавами и фалдами. Он видел, как более состоятельная клиентура паба носила подобные наряды накануне вечером, хотя большинство из того, что он видел, было в светлых тонах. Эти трое были одеты в значительно более темные оттенки. Тот, что был впереди, явно был лидером, в сопровождении остальных. Он ухмыльнулся Келлансу через окно, прежде чем толкнуть дверь.

— Привет, Келл, — сказал он, его голос был насмешливым. — Чем-то вкусно пахнет.

Джейсону было ясно, что только что прибывшие эльфы — местные головорезы, которые наслаждались мелкой властью, которой обладали. Если их языка тела было недостаточно, их ауры разили неуверенностью и ликованием от обладания властью над кем угодно. Джейсон постучал по кристаллу, который выключил тепловой камень плиты, и переставил сковороду на деревянную доску.

— И кто это у нас здесь? — сказал главный эльф, глядя на Джейсона.

— Временный повар, — сказала Беллори, спускаясь по лестнице. Джейсон заметил, что владелица паба быстро накинула ту же одежду, что была на ней прошлой ночью.

— А вот и оно, — сказал главный головорез. — Белл и Келл. Зачем тебе новый кухонный персонал, Белл?

— Остальные ввязались в ту драку в три-бол вчера.

— О, я слышал об этом. Это как раз причина, по которой мой отец прислал меня. Хотел собрать долг пораньше, убедиться, что вы не окажетесь в минусе после того, как пришлось отменить обслуживание едой.

Джейсон задавался вопросом, как спортивная драка привела к арестам, когда Паллимустус обычно был так открыт к насилию. Он списал это на местные законы или культуру, но теперь понял, что было вмешательство извне. Он догадался, что отец головореза — какой-то местный босс, трясущий паб Беллори и другие местные предприятия. По какой-то причине он хотел оказать дополнительное давление на Беллори.

— У меня есть ваш возврат кредита, Эмреш, — сказала Беллори головорезу. — Дай мне минуту собрать всё вместе.

— Не торопись, Белл, — сказал Эмреш, подходя к Джейсону. — Это даст мне шанс познакомиться с твоим новым сотрудником.

— Он просто бродяга, проездом, Эмреш, — сказал Келланс, когда Беллори ушла в другую часть паба.

Эмреш подошел вплотную к лицу Джейсона, обнюхивая его, как животное. Как и у головореза и его приспешников, аура Джейсона была серебряного ранга с тяжелой отметиной использования ядер монстров. Он много практиковался в маскировке ауры, и Амос Пенсината особенно помог ему усовершенствовать её.

— Серебряный ранг, неплохо, — сказал Эмреш. — Это правда, кухонный мальчик? Ты просто проездом?

— Я вспомогательный искатель приключений, — сказал ему Джейсон. — Я буду здесь только до тех пор, пока моя команда.

— Ну, посмотрите сюда, парни. У нас тут большой искатель приключений. Ты сражался с монстрами, искатель?

— Я повар.

— И как твоя готовка? — спросил Эмреш. — Достаточно хороша, чтобы твоя команда пришла искать мести, когда мы сделаем из тебя пример?

— Если хочешь попробовать мою готовку, она прямо там, — сказал Джейсон, кивнув на сковороду на столе.

Эмреш рассмеялся.

— Мне нравится этот.

Он выудил пальцами кусочек жареного овоща со сковороды и сунул его в рот. Его брови поползли вверх, и он рассмеялся, обернувшись, чтобы посмотреть на своих прихвостней.

— Знаете что? Он довольно хорош. Жаль, правда.

Эмреш повернулся обратно к Джейсону, неискренняя дружелюбность исчезла с его лица.

— Ты думаешь, мой отец боится каких-то бродячих искателей приключений?

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Я с ним не встречался.

— О, ты забавный, — сказал Эмреш.

— У меня бывают моменты.

Эмреш ударил Джейсона кулаком в живот, и тот согнулся пополам. Он наклонился, чтобы прошептать Джейсону на ухо.

— Это один из твоих моментов, искатель?

— Прости, что ты сказал? — прохрипел Джейсон. — Я не расслышал из-за звука того, насколько мал твой член.

Один из прихвостней хмыкнул от смеха, заслужив взгляд Эмреша.

— Тебе не следовало этого делать, — сказал другой прихвостень.

Эмреш ударил кулаком по затылку Джейсона, сбив его на пол. Затем он последовал за этим жестоким ударом ботинком в живот. Джейсон издал рвотный звук, но заставил себя подняться на ноги.

— Тебе следовало оставаться внизу, — сказал Эмреш.

— Ты бы всё равно выбил из меня дерьмо, — сказал Джейсон.

— Большинство людей убежали бы, если бы догадались об этом.

— Ты бы только сильнее избил меня, если бы сначала пришлось гоняться за мной.

Эмреш снова издал свой насмешливый смешок.

— Это правда, — сказал он. — Но знаешь, что я ненавижу больше, чем того, кто заставляет меня гоняться за ним перед избиением?

Джейсон театрально принюхался. — Я скажу: мыло.

Эмреш одарил его злобной улыбкой.

— Кого-то слишком умного для своего же блага.

— Я понимаю, как ты можешь злиться на умных людей.

Когда Беллори вернулась с мешком духовных монет, Эмреш и его прихвостни неоднократно пинали Джейсона, который свернулся калачиком на полу.

— У меня есть деньги, — крикнула она. — Что вы делаете?

— Назови это наглядным уроком, — сказал Эмреш, не прекращая нападения. — Если мой отец решил, что твоя кухня закрыта, значит, твоя кухня закрыта.

Беллори проглотила свой ответ. Не было смысла спрашивать, как она должна была выплачивать кредит — ответ был в том, что никак. Она хотела вмешаться, но попытка была бы такой же бессмысленной, как и суровыми последствия. Наконец устав от своей игры, головорезы полюбовались своей работой, оставив Джейсона тихо стонать на земле. Его лицо покраснело от избиения, а кожа была ссажена от их ботинок; ущерб на закрытых частях тела, вероятно, был гораздо хуже.

— Серебряные ранги, — сказал Эмреш. — Они могут выдержать гораздо больше избиений, так что приходится прикладывать больше усилий. Тем не менее, они не умирают случайно, так что хоть это хорошо.

Он ткнул пальцем в лицо Беллори, выхватил мешок с деньгами из её рук и грубо открыл дверь, прежде чем выйти, щеголяя походкой. Беллори посмотрела на всё ещё стонущего Джейсона, но была удивлена, увидев, что он смотрит на неё, поигрывая бровями. Он приложил палец к губам, чтобы она молчала, даже когда продолжал издавать тихие стоны.

Беллори и Келланс наблюдали за ним, видя, как травмы на его лице быстро заживают. Он перестал стонать и вскочил на ноги.

— Проклятый слух серебряного ранга, — весело сказал он. — Пришлось убедиться, что они вне пределов слышимости.

— Джон, ты в порядке? — спросил Келланс.

— Бывало и хуже, поверь мне, — заверил его Джейсон. — Это был практически массаж.

Беллори приложила ладонь к его лицу, где были самые заметные повреждения, теперь полностью безупречному.

— Зачем ты спровоцировал его так?

— Он пришел сюда, чтобы доказать свою точку зрения, так или иначе. Лучше, если это будет на ком-то, кто может принять удары.

Джейсон перевел взгляд на дверь.

— Я полагаю, что он сын того, кто держит твой кредит? Кто-то, кто не прочь вмешаться, чтобы использовать этот кредит, чтобы вырвать всё это место из-под тебя?

Беллори кивнула, опустив голову от стыда, положив нежную руку на руку Джейсона.

— Я втянула тебя в свои неприятности, — сказала она, её голос был полон самобичевания.

— Я втягивал себя в худшее, поверь мне. Это вроде как моё хобби. Но ты должна сказать мне, кто отец этого парня.

Она резко подняла взгляд. — Не проси своих друзей-искателей приключений идти против него.

— Я не ищу мести. Я знаю, что это просто навлечет беду на тебя.

— Ты мог бы разделать этих парней, не так ли? — спросил Келланс, окинув Джейсона оценивающим взглядом.

— Это не имеет значения, — сказал Джейсон. — Я только проездом. За всё, что я сделал сегодня, ты расплатишься завтра. Но мне нужно знать, с кем я имею дело, чтобы я мог хотя бы держаться от них подальше, пока не уйду.

— Спасибо, — сказал Келланс. — Это Эмреш Воль. Его отец, Урман Воль, — важная фигура в развлекательном районе.

— Криминальный авторитет?

— Не совсем, — сказал Келланс. — Городская администрация не позволяет криминальным боссам стать слишком сильными, не прихлопнув их. Воль легален в своих реальных деловых интересах, даже если способ, которым он их ведет, преступен. Пока он не наступает на интересы тех, кто может соответствовать или превзойти его влияние, он может вести свои законные дела не совсем законным путем.

— Это почти то, что я и предполагал, — сказал Джейсон, затем вздохнул, глядя на остывающую еду на сковороде. — На этом с завтраком покончено. Мне пора.

— Мне неловко просто отпускать тебя после этого, — сказала Беллори. — Но ты, вероятно, прав.

— Ты уверен, что в порядке после такого ущерба? — спросил Келланс.

Беллори снова потянулась к лицу Джейсона, проведя нежным большим пальцем по шраму на его подбородке. Её мысли вернулись к другим его шрамам, открывшимся ей прошлой ночью.

— Он в порядке, — сказала она. — Он не просто повар.

— Да, — сказал Келланс. — У меня складывается такое впечатление.

Он посмотрел на кровь Джейсона на полу.

— Пойду возьму швабру.

Джейсон улыбнулся после того, как Келланс ушел.

— Скажи ему, чтобы держал швабру снаружи час или около того, — сказал Джейсон. — Моя кровь растворится и оставит после себя худшую вонь, которую вы когда-либо чувствовали.

— У нас тут много алоголовых жуков.

— Жуков?

— Я убиваю мелких монстров своей метлой пару раз в месяц. Я знаю, что нужно проветривать, пока не рассеется радужный дым. Твое тело настолько магическое?

— Тебе виднее, — сказал он с хитрой ухмылкой. — Ты проверила довольно тщательно.

Она не смогла остановить свой фырк презрения от превращения в смех, убирая руку с его лица.

— Джон, — сказала она, — если я загляну под ту татуировку у тебя на спине, я узнаю, кто ты?

— Да, — тихо сказал он. — Я не скрываю ничего, что ты не сможешь выяснить, если попытаешься. Надеюсь, ты не будешь, однако. Мне нравится идея жить в твоей памяти как таинственный незнакомец, который однажды прошел мимо.

— О, ты думаешь, что стоишь того, чтобы тебя помнить? — поддразнила она.

— Не думаю, что ты забудешь того, кто может призвать столько магических рук.

Она одарила его сияющей улыбкой, но с оттенком грусти в глазах.

— Сколько лжи ты мне сказал? — спросила она.

— Две. Но не говорить лжи — это не то же самое, что говорить правду. То, что я не сказал, скрывало многое.

— Мне не нужна история твоей жизни. Твое имя было одной из двух лож, не так ли?

Он кивнул.

— А вторая была о том, что у тебя только четыре таланта.

— У меня есть только четыре, которые мне нравятся.

Он наклонился для долгого поцелуя, который был похож на прощание.

* * * Джейсон бродил по улице, позволяя своим ногам вести его, пока он исследовал город.

— Тень, — сказал он. — Эстелла будет изучать местных влиятельных людей в рамках своей работы, верно?

— Она уже изучает, мистер Асано.

— Сделай мне одолжение и попроси её присмотреться к Урману Волю, хорошо? Как можно подробнее, не предупреждая их о её интересе.

— Я дам ей знать, мистер Асано.

— Как думаешь, она храпит, если у неё не полностью отработаны техники контроля тела? Что-то связанное с полувыученной методологией?

— Я никогда не говорил вам, что она храпит, мистер Асано. Это было бы вторжением в частную жизнь.

— Может, у неё есть секретный фамильяр, и он храпит.

— Не думаю, что у неё есть секретный фамильяр.

— Типа песчанки. Песчанки, которая храпит как лесоруб, подавившийся персиковой косточкой.

— Какое отношение профессия человека имела бы к звуку, который он издает, когда давится?

— Не знаю, — сказал Джейсон, задумчиво потирая подбородок. — Такое чувство, что лесоруб храпел бы хуже, чем балетный танцор, хотя. Я подсознательно следую гендерным нормам или просто думаю о разнице в диете? Диета ведь влияет на храп, да?

— Не знаю, мистер Асано.

— Можешь выяснить?

— Да, мистер Асано.

Джейсон остановился и обвиняюще уставился на свою тень.

— Будешь выяснять?

— Нет, мистер Асано.

СМЫСЛ ЖЕРТВЫ

СМЫСЛ ЖЕРТВЫ

На Земле в клане Асано был дефицит серебряных рангов. Тайка был среди первых, обученных методам Фарры, которые не использовали ядра монстров, что поместило его в первую волну пользователей эссенции без ядер. Волны монстров и прото-пространства были выдающимися местами для наработки опыта, работая вместе с Сетью, до того как фракции раздробились и его связь с Джейсоном стала проблемой.

Как только магия вышла в открытую, Тайка перевез свою семью, сначала в деревню Асано, а затем в духовное царство Джейсона во Франции. К тому времени он уже ворвался в бронзовый ранг и продолжал продвигаться к серебряному. Откровение о том, что США и Китай давно взломали обучение без ядер и скрывали свои элиты от остального мира, только подтолкнуло его сильнее, особенно с отъездом Джейсона.

Продвижение замедлилось, как только Джейсон стабилизировал пространственный барьер Земли и ушел. Это положило конец как прото-пространствам, так и волнам монстров, и вместо этого вызвало обычные магические проявления. Монстры могли случайно появиться где угодно, наряду с эссенциями, камнями пробуждения и квинтэссенцией. Однако они не обладали концентрированным количеством волны монстров или прото-пространства и были значительно слабее в большинстве зон. Только в нескольких местах магия была достаточно высокой, чтобы создавать подлинные угрозы.

Возможности использовать бой для продвижения стали более редкими. Всё изменилось, когда Тайка был затянут через аномалию в Паллимустус, но не самым приятным образом. Внезапно уровень всех вокруг него, кроме его собратьев-беженцев с Земли, стал выше, чем когда-либо прежде. После воссоединения с Джейсоном его тренировки усилились, направляемые снова Фаррой, а также Руфусом. Хамфри также стал полезным наставником.

Набор сил Тайки подпадал под ту же широкую категорию, что и у Хамфри. Они оба были высокомобильными бойцами, даже разделяя схожие комбинации эссенций. У них обоих были не только эссенции мощи и крыльев, но и эссенции слияния магических летающих существ. У Тайки это была гаруда, у Хамфри — дракон. У них даже были способности, которые были похожи, такие как создание крыльев, и оба обладали мощной способностью выживания под названием Бессмертие.

Самой большой проблемой Тайки был поиск подходящих испытаний. Со всеми его друзьями и союзниками на серебряном ранге, он застрял в Римаросе, беря те контракты бронзового ранга, которые мог. Учитывая командный и мультикомандный подход, принятый в Королевстве Штормов, как бронзовый ранг без команды, Тайка регулярно оказывался в стороне и застревал в качестве охранника или наблюдателя.

Только в конце всплеска монстров всё начало меняться. По мере того как Джейсон рос в известности, Тайка внезапно обнаружил, что получает контракт за контрактом, которые казались созданными специально для того, чтобы дать его продвижению необходимый толчок. В сочетании с тренировками от Руфуса и Фарры, Тайка продвинулся болезненно близко к серебру, пока Джейсон был то без сознания, то исцелялся после своего последнего безумного подвига.

К тому времени, как всплеск монстров закончился, Тайка был на самом пороге серебра, но так и не достиг его. Пока конвой двигался на юг, Тайка был в поиске возможностей пересечь эту черту, наконец став активом, который команда Джейсона могла использовать.

Во время первой ночи конвоя в городе Яреш Тайка оказался один на палубе крыши, лежа в шезлонге. В дешевых кемпингах на окраине города было мало на что смотреть, кроме окружающего тропического леса и других крупных транспортных средств, многие из которых принадлежали другим командам искателей приключений. Это оставляло звезды наверху единственным заметным видом.

Руфус поднялся по лестнице, заняв шезлонг рядом с Тайкой, но не откинувшись назад. Вместо этого он сел на край, глядя на Тайку.

— Хамфри — довольно хороший искатель приключений, — размышлял Руфус, как будто эта мысль только что пришла ему в голову. — Он предан делу. Как и я, у него есть то человеческое преимущество, что его эссенциальные способности развиваются немного быстрее, чем у большинства. Не очень полезно на низких рангах, но это действительно начинает сиять на серебре. Но он достиг серебряного ранга вовремя.

— Окей, — сказал Тайка, не уверенный, к чему клонит Руфус, но зная, что к чему-то.

— Джейсон и Хамфри достигли бронзового ранга достаточно одновременно, чтобы это не имело значения, — продолжил Руфус. — И, как я сказал, Хамфри достиг серебра вовремя. Джейсон обогнал его примерно на год и быстро ударился в стену. С тех пор он сидит там, ожидая, пока остальные из нас догонят, что большинство из нас и сделали, более или менее. Нелепая продолжительность всплеска монстров помогла, особенно учитывая, сколько времени из него Джейсон провел, лежа и исцеляясь.

— Джейсон много сражался на Земле, — сказал Тайка. — Прото-пространство или волна монстров — это как концентрат всплеска монстров. Это даже без армии гулей, сотен тысяч зомби или чего угодно странного, через что он прошел в тех зонах трансформации.

— Так мне сказала Фарра. Подробно. Искатели приключений управляют своим риском, но для него это не было вариантом, насколько я могу судить.

Тайка сел, повернувшись так, что он тоже сидел боком к своему шезлонгу, теперь лицом к лицу с Руфусом.

— Я знаю всё это, бро. В чем твой смысл?

— К этому моменту Джейсон, вероятно, столкнулся с более экзотическими и смертоносными боевыми ситуациями, чем кто-либо его ранга, о ком я когда-либо слышал. Не думаю, что кто-то с опытом менее полудюжины лет так много раз приближался к смерти, не сорвавшись. Даже сам Джейсон.

— Я все ещё жду этого смысла.

— Мы все гонимся за ним сейчас, и дело не только в ранге. Он прошел через испытания и вышел из них раненым. Он с нами сейчас, но не полностью, потому что мы не видели того, что видел он. Никто из нас, кроме Фарры.

— Она кажется довольно сильной.

— Она кажется такой, да. Но её здесь нет, верно? Джейсон драматичен, и то, как он справляется с повреждениями, тоже. Фарра молчит о своих ранах, но они глубоки и хорошо скрыты. Ей нужно время, но лишь ограниченное руководство, по крайней мере, по словам моей матери. Как ты сказал, она сильна. Но Джейсон нуждается в няньке, иначе он может сломаться. Ты заметил, как он замкнулся? Как он проводит всё больше и больше времени с высокоранговыми?

— Теми, кто был достаточно долго, чтобы увидеть экстремальные ситуации, подобные тем, что видел он, — осознал Тайка.

— Именно. Так что мы все гонимся за Джейсоном, не только в силах, но и в опыте. Я знаю, было тяжело быть бронзой, когда все вокруг тебя серебро. Это чувство — причина, по которой Фарра, Гэри и я покинули Витесс. Но ты почти готов пересечь этот порог в серебро, и я хочу, чтобы ты был готов к переменам.

— К переменам?

— Ты сможешь сражаться с нами, но это чувство попытки догнать не уйдет. Разница в силе не будет такой большой, и ты ударишься в стену продвижения до того, как кто-либо из нас нанесет ей хоть какой-то урон. Вместо этого ты будешь гнаться за чем-то более эфемерным: чувством, что ты так же готов столкнуться с тем, что там снаружи, как и люди вокруг тебя.

Руфус улыбнулся, но его глаза смотрели в пол, не видя ничего конкретного.

— Погоня никогда не заканчивается, — продолжил он, — даже когда вещь, за которой мы гонимся, воображаемая. Ты гонишься за нами, а мы гонимся за Джейсоном. Я даже не могу представить, за чем гонится Джейсон. Но мы никогда не чувствуем себя готовыми, не по-настоящему. Не до тех пор, пока мы не готовы перестать двигаться вперед.

— А что, если я хочу остановиться? — спросил Тайка. — Я никогда не хотел приходить сюда, и я хочу вернуться к своей семье.

Руфус кивнул.

— Возможно, ты ближе к тому, чтобы догнать Джейсона, чем остальные из нас, — сказал он. — Он тоже никогда не просил приходить сюда и обнаружил, что борется за силу, чтобы выжить. У него есть талант, как и у тебя, но именно отчаяние и вызов позволили ему стать таким сильным так быстро.

— Не думаю, что я могу вернуться из мертвых, бро.

— Ты иномирец, — сказал Руфус. — Ты сделал это однажды. Но не беспокойся об этом. Продолжай делать шаг за шагом, и ты в конце концов попадешь туда, куда идешь. Следующий шаг — серебряный ранг, вот почему я хотел поговорить.

— Ты думаешь, я перейду черту здесь, в Яреше?

— Думаю. Магия здесь ниже, и пути Королевства Штормов здесь не так распространены. Монстры высокого бронзового и низкого серебряного рангов — это хлеб с маслом контрактов здесь. Это идеально подходит для того, кто хочет пересечь черту. Выкладывайся по полной, пока мы здесь. Мы хотим, чтобы ты стоял рядом с нами, когда мы будем сражаться с вестниками.

— Я не... ты сказал, что я могу быть ближе к Джейсону, чем остальные из вас, но я не хочу быть следующим Джейсоном. Мне он нравится, бро, правда, но он поврежден. Даже когда я впервые встретил его, в нем было что-то такое. Я видел, как он выпустил это однажды, вскоре после того, как мы встретились. Я видел, как он запугал комнату, полную самых жестких, самых жестоких людей, которых я когда-либо встречал, просто не скрывая того, что было внутри. Он не показал мне, однако, и иногда я задаюсь вопросом, жалею ли я, что он этого не сделал.

Тайка покачал головой.

— Я видел, как его семья смотрит на него и боится, — продолжил он, — и я не уверен, что они были неправы. Я не хочу власти или быть важным. Не если это приведет к тому, что моя семья будет смотреть на меня так. Да, они были опечалены, когда он исчез, но он исчез. Легче быть опечаленным, когда их нет прямо перед тобой.

Тайка вздохнул.

— Я буду стоять рядом с Джейсоном до конца, — сказал он. — Он более чем заслужил это. Но я не хочу приносить те жертвы, которые принес он.

Руфус ухмыльнулся.

— Это хорошо, — сказал он. — Смысл жертвы в том, что другим не нужно её приносить. Ты, кажется, понял, что тебе не обязательно идти по пути, который готовит тебе жизнь. Мне потребовалось много неудач и потерь, чтобы понять это. Думаю, ты мудрее меня.

— Так что теперь? — спросил Тайка.

— Ну, ты можешь сойти с пути, но нужно найти правильное место. Иначе ты окажешься в сорняках, а некоторые из этих сорняков колючие.

— Бро, если я услышу ещё одну метафору, я пырну тебя в глаз.

Руфус усмехнулся.

— Я говорю: доберись до серебра. Мы найдем путь домой, но ты должен прожить достаточно долго, чтобы увидеть его.

* * * Открытие обширного подземелья под городом было заманчивой приманкой для Джейсона. Он стоял плечом к плечу с молодыми эльфами, одетыми в кричащие цвета, какой-то панк-тренд, пока они шаркали по туннелям, где дешевая штукатурка запечатывала стены и потолок между корнями деревьев наверху. Пол был из плотно утрамбованной земли, спрессованной почти до каменной твердости бесчисленными ногами. Дешевые светящиеся камни были встроены в стены, некоторые мерцали, другие угасали, а некоторые отсутствовали вовсе, вокруг углублений остались следы от рычагов.

Туннель резко уходил вниз, и пьяные молодые люди регулярно поскальзывались, провоцируя конфликт, когда они врезались в людей впереди. В конце концов, туннель вывел в большую подземную камеру, которая, казалось, была одной из нескольких соединенных между собой. Стены и крыша были сделаны из более прочной кирпичной кладки, хотя участки штукатурки с пробивающимися корнями всё ещё присутствовали. Кирпичные колонны поддерживали потолок, расположенные по всей камере.

Четыре колонны отмечали квадрат в середине камеры, стороны квадрата были стенами из металлических клеток. Люди толпились вокруг стен, подбадривая и насмехаясь над людьми, сражающимися внутри. Среди толпы Джейсону было легче наблюдать за боем своими магическими чувствами, чем глазами, и он быстро оценил обстановку. Бойцы были бронзового ранга, но носили ошейники подавления, сражаясь только с помощью своих усиленных атрибутов.

Джейсон использовал толпу, чтобы практиковаться в расширении своих чувств без соразмерного расширения своей ауры, чему он только начинал учиться. Таким образом, он мог лишь едва почувствовать подобные зрелища в других камерах, в каждой из которых, казалось, были бойцы бронзового или серебряного ранга.

Казалось, в происходящем был какой-то порядок, который знали местные, в то время как не-эльфы, подобные ему, казались потерянными и сбитыми с толку. Джейсон не торопился; он использовал свои чувства ауры вместе со своими ушами, чтобы разобраться в безумии. Первым делом он нашел бар, где обнаружил, что дешевая эльфийская выпивка имеет приторно-сладкий характер, который ему полностью пришелся по душе.

Оттуда он получил представление о боях, о том, как на них делают ставки и как они организованы. В конце концов, он понял, что случайных посторонних регулярно вербуют в бои, полагаясь на браваду и пьянство, чтобы заманить игроков. Бойцы были любителями, по большей части, судя по их навыкам и аурам, которые он чувствовал, когда бои заканчивались и ошейники снимались. Именно в более глубоких камерах он нашел настоящих бойцов.

Более глубокие камеры были менее многолюдными, благодаря необходимости платить за вход. Они также были лучше организованы, с аудиторией, которая была и старше, и более консервативно одета. Охрана могла бы сойти за бойцов в других камерах, где стандарты были ниже, но не здесь. Джейсон мог сказать, что люди в этих клетках были обучены, опытны или и то, и другое, и он догадался, что многие из них были искателями приключений. Были даже назначенные места, в то время как в других зонах были только стоячие места. Джейсон обнаружил, что большинство аудитории здесь не приходило с толпой, как Джейсон, и имело какой-то эксклюзивный вход.

Джейсон замер, вздрогнув, когда почувствовал что-то крайне необычное: ауру, принадлежащую виду под названием валаш, которые не были коренными жителями Паллимустуса. Джейсон видел их только тогда, когда людей превращали в них зоны трансформации на Земле. Ему нужен был Тень, чтобы дать им имя.

Это был комично выглядящий вид для человеческого восприятия, с худыми телами и головами, похожими на чихуахуа. Джейсон почувствовал, как валаш пробирается сквозь толпу в его направлении, задаваясь вопросом, не увидел ли он каким-то образом сквозь маску ауры Джейсона. Что действительно поразило Джейсона в валаше, так это не его вид, а что-то, что имело смысл, учитывая, что его не должно было быть в этом мире. Валаш был иномирцем.

ТО, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ, ВМЕСТО ТОГО, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО

ТО, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ, ВМЕСТО ТОГО, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО

Джейсон получил доступ в закрытую секцию бойцовских притонов, заплатив сумму, которая казалась заоблачной для бунтующих подростков, набившихся плечом к плечу в основной зоне, но была сущим пустяком для любого мало-мальски успешного авантюриста. Закрытая зона представляла собой самую большую из подземных камер, где вокруг четырех клеток стояли стулья. Здесь было не так людно, как в открытых зонах, из-за эксклюзивности, хотя всё равно довольно тесно.

Судя по одежде, аурам и общему виду присутствующих головорезов, клиентура не принадлежала к городской элите. Джейсон заподозрил, что именно здесь собираются представители местного преступного мира среднего и высокого уровня. Джейсон продвигался медленно и осторожно, даже используя некоторые свои трюки с аурой для перемещения в толпе, хотя и с ними он был осмотрителен. Он не заметил никого, кто мог бы почувствовать его манипуляции, но это не значило, что таких людей здесь не было. Они могли скрываться лучше, чем он.

Внимание Джейсона привлек валаш — худощавый разумный вид, не являющийся коренным для Паллимустуса. Этот самец был не просто поджарым, а откровенно тощим, даже ниже Джейсона, с головой, напоминающей чихуахуа. На нем был безупречно белый костюм, не местного покроя, а более приталенный. По сравнению с летящими, сужающимися линиями местной эльфийской моды, этот наряд смотрелся бы уместнее в ночном клубе Майами восьмидесятых годов.

Валаш проскользнул сквозь толпу с натренированной легкостью. Было очевидно, что он хорошо знаком с этой обстановкой и максимально использует свой маленький рост. Несмотря на миниатюрность, его никто не толкал, не пихал и не проявлял к нему неуважения. Его аура серебряного ранга значила больше, чем плечи шириной с парковую скамейку, особенно учитывая, что в ней не было признаков использования ядра. Подойдя к Джейсону, он оглядел его с ног до головы.

— Здорово, новичок? Здоровяки на входе рассказали тебе правила или просто забрали деньги и пропустили внутрь?

Джейсон удивился, услышав плавный, глубокий голос, доносившийся из крошечного тела, и внезапно представил его и Тайку в фильме про обмен телами.

— Они не сказали мне ничего, кроме цены за вход, — ответил Джейсон. — Что заставляет меня гадать: проявили ли они халатность или ты пытаешься заманить меня в игру, которая ненастоящая.

— Как бы я ни был разочарован тем, что ты не являешься тем самым вечно приятным сгустком денег и глупости, боюсь, у тебя действительно есть проблемы, с которыми придется поработать.

— У меня уже есть специалист по психическому здоровью для этого.

— Не такие проблемы. — Валаш протянул руку, чтобы Джейсон мог ее пожать. — Я Золит. Золит Крин.

— Джон Миллер, — сказал Джейсон, пожимая руку мужчины. — Как ты понял, что я здесь впервые?

— Здесь не так много аур серебряного ранга, — объяснил Золит, — а всех остальных я знаю. К тому же, они не входят через общественный вход, особенно без свиты.

— У меня должны быть люди?

— Я же говорил тебе про правила, верно? Первое правило гласит: если ты новичок, то либо выставляешь бойца, либо дерешься сам.

Золит снова оглядел его.

— Человек, пользователь ядра, но язык тела говорит мне, что ты не какой-то там вялый листок. Ты знаешь, куда прилетит сапог, если до этого дойдет. Вспомогательный авантюрист?

Джейсон кивнул.

— Острый глаз. Я повар команды, проезжающей через город. Они хотят участвовать в бою посланников.

— Они и любая другая команда в этом городе. Знаешь, к чему ведет слава? К славной смерти.

— Я знаю это лучше многих, — с полной искренностью ответил ему Джейсон.

— Значит, повар, да? — спросил Золит.

— Ага, — подтвердил Джейсон. — Готовка, покупка продуктов. Навыки владения ножом.

Золит ухмыльнулся; Джейсон удивился тому, как легко было читать выражения лица этого маленького человечка, несмотря на его необычную внешность. Он заподозрил, что Золит очень умело показывает именно то, что намеревается, особенно учитывая, как крепко он держит свою ауру под контролем. Джейсон не смог бы прочитать эмоции этого человека, не надавив достаточно сильно, чтобы кто-то это заметил.

— С тобой никого нет, верно, Повар? Это значит, что тебе нужно либо быстро убираться, либо лезть в клетку. Для этого тебе понадобится организатор боев.

— И ты, случайно, им являешься?

— Одно из забавных совпадений жизни, — ответил Золит с очередной ухмылкой.

— А если я скажу «нет»?

— Так или иначе, ты будешь драться. Думаешь, сможешь пробиться сквозь всех здесь присутствующих с помощью тех навыков владения ножом, о которых упоминал?

— Нет, — солгал Джейсон.

— Тогда тебе нужно занять место в списке бойцов. Выбывание после одного раунда, подбор по рангу, на всех ошейники, чтобы никто не погиб.

— Мне заплатят, если я выиграю?

— Получишь долю от ставок, так что тебе стоит устроить хорошее шоу. «Серебряные» могут выдержать много наказаний, и никто не хочет смотреть, как двое из них целый час бессмысленно шлепают друг друга. Но что-то мне подсказывает, что внутри тебя есть нечто свирепое, даже без твоих ножей. Чтобы было ясно: ножи брать нельзя, и не беспокойся так сильно о победе. Здесь дерутся настоящие авантюристы; в основном местные, но приходят и приезжие, желающие подзаработать. Если сможешь достойно показать себя против одного из них, то неплохо заработаешь, даже если проиграешь.

— Итак, как это работает?

— Шестнадцать бойцов, четыре раунда, выбывание после одного поражения. Дерешься, пока не проиграешь. Идем со мной, я всё устрою.

* * * Джейсон находился в камере под клетками. Это была раздевалка с душем, выложенным частично плиткой поверх кирпича. Она также служила комнатой ожидания для боев наверху, с лестницей, ведущей к раздвижной панели, которая выходила прямо в клетку. Единственным другим выходом была тяжелая сдвижная дверь, тоже кирпичная, открывающаяся и закрывающаяся с помощью сенсорного кристалла на стене.

Вместе с Джейсоном и Золитом была эльфийка, работавшая на него. Она была пользователем ядра серебряного ранга, одетая в простую темно-коричневую одежду, с большой спортивной сумкой.

— Это Бенни, — представил ее Золит.

— Бенелла, — поправила она с раздраженным покачиванием головы.

— Бенни поможет тебе подобрать образ, раз уж ты не хочешь драться в своей обычной одежде, — сказал Золит. — Если, конечно, не хочешь закончить вечер в окровавленных лохмотьях, хотя, может, именно к этому ты и стремишься. Дикий зверь, живущий только ради битвы, — неплохой имидж, особенно для такого новичка, как ты. Хотя не уверен, что у тебя хватит габаритов, чтобы это продать.

— Давайте попробуем что-нибудь другое, — сказал Джейсон.

— Хорошо, — согласился Золит. — Бенни?

Джейсону предложили множество вариантов, извлеченных из сумки Бенеллы. Ее ассортимент варьировался от нарядов в стиле ги до одежды, близкой к обычной спортивной, а также боевых мантий и кричащих костюмов в стиле луча-либре, в комплекте с масками. Одежды было гораздо больше, чем могло поместиться в немагическую сумку, что заставило Джейсона задуматься, почему она такая большая. Он предположил, что сделать ее такой большой было дешевле, в отличие от экстравагантного пространственного плаща, который был у Эмира.

Джейсон выбрал шорты и топ из облегающей, гладкой ткани, которую трудно ухватить. В результате он стал похож на профессионального велосипедиста. Пока он переодевался, он не упустил из виду взгляды, которыми обменялись Бенелла и Золит, увидев его шрамы, но он держал герб души на спине вне их поля зрения.

— Окей, — сказал Золит, когда он переоделся. — Мы вернемся наверх и посмотрим, как ты справишься. Просто подожди, пока откроется панель, и проходи. Дальше разберешься.

— Какие правила боя? — спросил Джейсон.

— Тебя остановят, прежде чем кто-то умрет, — ответил Золит.

— Толпа обычно не любит тех, кто выдавливает глаза, если только дело не доходит до отчаяния, — добавила Бенелла. — Но они не против небольшой жестокости. Они хотят видеть драку.

— Или большой жестокости, — сказал Золит. — Как только бой закончится, панель снова откроется, и ты сможешь спуститься обратно. Или тебя принесут, в зависимости от того, как всё пройдет. Кстати, фамильяров наверху держать нельзя; магия в клетке их почувствует. Если они у тебя есть, оставь их здесь, пока не вернешься.

Золит и Бенелла направились к большой каменной двери, которая открывалась и закрывалась с помощью сенсорного кристалла в стене.

— Золит, — окликнул его Джейсон.

— Да?

— Мне не нравится, когда люди бегают вокруг и задают вопросы, которые задавать не следует.

— Вот как? — легко спросил Золит.

— Это располагает человека самого начать задавать вопросы.

Золит рассмеялся, коснувшись своего лица.

— Ты будешь не первым, кто задается вопросом, что я такое, Повар.

— Я знаю, кто такой валаш, Золит. Мои вопросы будут значительно более острыми.

Лицо Золита стало пустым, а Бенелла с любопытством переводила взгляд с одного мужчины на другого. Золит ушел, а Бенелла последовала за ним, и дверь закрылась.

— Повар, в задницу мне палец, — пробормотал он.

* * * Для Джейсона было освежающе практиковать свои техники рукопашного боя против кого-то, кроме Софи, которая регулярно разбирала его на части без колебаний и жалости. Его первый противник явно был ветераном боев в клетке, судя по его театрально агрессивной тактике и использованию пространства. Стены клетки, как оказалось, были из колючей сетки-рабицы. Когда другой боец впечатал Джейсона в нее, его плоть была располосована, когда противник протащил его вдоль сетки.

Скользкая, гибкая одежда Джейсона не порвалась, ее поверхность с низким коэффициентом трения помогла ему, когда он скользил по лезвиям. Порезаны были только открытые руки и ноги. Со своей стороны, Джейсон вначале притворился слабым, прощупывая врага. Он максимально использовал свою устойчивость серебряного ранга, чтобы выявить слабости противника, которые быстро стали очевидны.

Судя по тому, как дрался мужчина, Джейсон предположил, что у него больше опыта боев в клетке, чем натренированной техники. Из двух вариантов опыт был лучше, но у него также были слабости, которыми Джейсон смог воспользоваться. Потратив время на то, чтобы прочувствовать противника и позволить ставкам вырасти против него, Джейсон начал контратаку.

Критическая сила боевого стиля Джейсона, Пути Жнеца, заключалась в универсальности, позволявшей адаптировать его к различным обстоятельствам и подходам. Софи использовала его во властной манере, безжалостно обрушиваясь на слабое место врага. Джейсон выбрал совершенно другой подход, используя обман и провоцируя противников подставляться под контратаку.

Впитывая урон, Джейсон готовил контратаки в стиле «канатоходца», нанося повреждения, которые искалечили бы железный ранг и обессилили бронзовый. Выманив врага на слишком широкий выпад, Джейсон сильно ударил ногой по боковой части его колена. Если он собирался победить «серебряного», то потребовалось бы повторять атаки такого уровня снова и снова, что он и принялся делать.

До противника Джейсона постепенно дошло, что его удары достигают цели всё реже и реже, а когда достигают — не такие сильные. Джейсон больше не позволял впечатывать себя в клетку, а агрессивные выпады открывали возможности для Джейсона контратаковать жестокими ударами по коленям, локтям или оглушающими ударами в голову.

Зрители наблюдали, как изначально агрессивный боец клетки становился всё осторожнее, словно сражался с големом-ловушкой, а не с человеком. Он не осознавал, что инстинктивно отступает, пока Джейсон медленно шел через клетку, пока не услышал насмешки толпы.

Зная, что ему нужно вернуть инициативу в свою пользу, боец возобновил агрессивные атаки, но к этому моменту Джейсон уже раскусил его. Опыт многое дал этому человеку, но диапазон его атак был ограничен, и Джейсон прочитал их все. Это не значит, что всё было полностью в одни ворота; мужчина определенно наносил удары, но они не были достаточно сильными или частыми, чтобы свалить «серебряного». Контратаки Джейсона, напротив, включали выгибание запястий, коленей и локтей в направлениях, для которых они не были предназначены, и удары по другим суставам, чтобы замедлить противника.

Джейсон не мог не восхититься упорством мужчины, продолжавшего атаковать, но к кульминации боя это было похоже на то, как кто-то снова и снова бросается в промышленную молотилку, каждый раз выходя всё более сломленным и окровавленным. Наконец, это превратилось в одностороннее избиение человека, сломленного телом, но не духом, отказывающегося сдаваться. Разнося мужчину, с кровью, окрашивающей предплечья, Джейсон рассеянно вспомнил время, когда его действия наполнили бы его ужасом.

— Сдавайся, — холодно сказал Джейсон, получив в ответ лишь рычание.

Он повторил предложение, прежде чем сломал каждую конечность, после чего бой был засчитан в пользу Джейсона. Панель пола открылась, и он бросил взгляд на три другие клетки, прежде чем спуститься. Он игнорировал присутствие фамильяра в одной из них, даже несмотря на то, что это означало отсутствие шансов на общую победу. Грация, скорость, красота и мастерство Соловья затмевали каждого бойца.

Джейсон покачал головой и спустился туда, где его ждали фамильяры. Он остановился перед Тенью, с рук которого капала кровь.

— Я сломлен? — спросил он, скорее с любопытством, чем со страхом.

— Все сломлены, мистер Асано, и каждый в этой клетке выбрал быть там. Жизнь заключается в том, чтобы обходить повреждения. У вас нет роскоши проявлять милосердие к тем, кто выбирает гордость вместо благополучия.

— Но я хочу быть парнем, который это делает. Мне нравится милосердие.

— Есть причина, по которой я назвал это роскошью, мистер Асано. Если вы делаете то, что хотите, вместо того, что вам нужно, всё идет не так.

РЕШЕНИЕ РАЗНОГЛАСИЙ ПРИЯТНОЙ БЕСЕДОЙ

РЕШЕНИЕ РАЗНОГЛАСИЙ ПРИЯТНОЙ БЕСЕДОЙ

Кирпичная раздевалка под бойцовскими клетками была маленькой, так как на каждую из четырех клеток приходилось по две. По размеру и планировке они мало чем отличались от домашних ванных комнат. Джейсон вышел из душа, смыв кровь — как свою, так и противника. Его регенеративные способности уже залечили травмы, причем главным фактором был Колин.

Облегающий костюм Джейсона в стиле велосипедиста оказался удивительно прочным и не порвался, поэтому, ополоснув его в душе, он снова натянул его, игнорируя влажность. Он не стал заморачиваться с кристальной стиркой ни для себя, ни для одежды, так как они вскоре снова будут в крови. Как раз когда он неловко натягивал влажный топ резкими рывками, дверь открылась, впуская пришельца с головой чихуахуа — Золита.

— Неплохо, Повар, — сказал ему Золит, входя внутрь. — Букмекеры позволяют людям продолжать делать ставки в начале боя, потому что всегда находятся те простаки, которые думают, что могут прочитать ход событий по первым движениям.

— Это значит, что я получу кусок побольше? — спросил Джейсон, не утруждая себя взглядом на худощавого мужчину в белом костюме.

— Конечно. Разумеется, так как это твой первый бой, сумма не такая уж большая.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на маленького человечка.

— Эй, я не отвечаю за ставки, а настоящие деньги крутятся в последних раундах. Все внимание приковано к этой девчонке-Соловью, и все деньги уходят туда. Даже если не брать в расчет то, как она выглядит, что просто... вау, она действительно хороша. Я имею в виду, без обид к твоим достойным навыкам, но она просто лучше тебя. Сюда приходит много путешествующих авантюристов, пробующих свои силы в клетках, и большинство выступает не очень хорошо. В коробке, без сил, это совсем другой бой. Но эта девчонка знает, как вести себя в клетке.

— Я прекрасно осведомлен о ее компетенциях.

— Ты ее знаешь?

— Я повар команды авантюристов. Она в этой команде.

— Да ладно. Думаешь, она будет поддаваться, если вы встретитесь?

— Не думаю.

— Хорошо, что вы не встретились до финального раунда. В следующий раз ты выходишь против какого-то авантюриста, но люди видели, как вы оба деретесь, и шансы примерно равны. Может, пропустишь несколько ударов в начале, чтобы букмекеры могли накрутить простаков? Продолжай устраивать бои с переворотом, если хочешь увеличить свою долю пирога. Я знаю, что это значит получить лишнюю порцию побоев, и даже принес тебе зелье, чтобы запустить исцеление. Впрочем, кажется, у тебя нет проблем в этом плане.

— Не пора ли тебе уйти, чтобы я мог настроиться на нужный лад?

— Ладно, я уйду. Думаю, этот следующий бой ты возьмешь, но постарайся, чтобы это выглядело как борьба. Это поможет изменить коэффициенты ставок для следующего боя, а именно там ты и заработаешь свои деньги.

Джейсон не ответил, и Золит ушел. Маленький человечек беспокоил Джейсона тем, что его аура не показывала ничего, кроме того, чего Джейсон ожидал от промоутера боев преступного мира среднего звена. Поскольку он был пришельцем, как и Джейсон, для него было страннее быть обычным, чем нет, особенно учитывая его необычную внешность. Евразийские черты Джейсона не соответствовали ни одной из человеческих этнических групп, которые он встречал на Паллимустусе, но вариаций было достаточно, чтобы он не особо выделялся. Маленькому человеку с лицом чихуахуа было бы гораздо труднее слиться с толпой.

Предстоящий бой не занимал мысли Джейсона. Выиграет он или проиграет — для него это был просто опыт. Более насущным был вопрос, что делать с Золитом. Хотя не было правила, что пришельцы должны вмешиваться в исключительные события, он понимал, что почти всегда так и происходит.

В Римаросе был еще один пришелец, когда Джейсон прибыл, но они так и не встретились. Судя по тому, что он узнал, она оказалась втянута в конфликт между какими-то низшими элементальными богами и покинула город в начале нашествия монстров, пытаясь договориться о мире. Нашествие монстров было достаточно плохим и без священной войны с участием могущественных элементальных сил.

Она, по-видимому, добилась результатов, так как некоторые из упомянутых жрецов были на месте, помогая защитить прибрежные общины от последствий падения летающего города Строителя в море, вызвавшего цунами. Сама пришелица не вернулась, и Джейсон надеялся встретить ее в будущем.

По сравнению с этим, Золит был более любопытным предложением. С одной стороны, Джейсон хотел раскрыть свою полную личность и узнать всё об опыте этого человека. С другой стороны, он казался относительно обычным и не вызывающим особого доверия человеком. Инстинкты подсказывали ему не раскрываться, какой бы хлипкой ни была его фальшивая личность. Была большая разница между таинственным незнакомцем, который быстро двигался дальше, и вывешиванием своих секретов на всеобщее обозрение.

Джейсон выбросил маленького человечка из головы, переключив концентрацию на предстоящий бой. Золит мог подождать, хотя Джейсон задавался вопросом, не позволяет ли он другому человеку сделать выбор за него. Эмоции, которые он читал в ауре мужчины, содержали непропорционально больше любопытства, чем осторожности.

* * * Золит вернулся на свое зарезервированное место, слегка раздраженный его расположением. Четыре клетки были расставлены квадратом, с местами вокруг и между ними. Он находился на противоположной стороне от боя, за которым все хотели наблюдать, ожидая, что Соловей снова заставит абсолютную жестокость выглядеть грациозно. Вместо этого он застрял, наблюдая за поваром со странными шрамами и аурой таинственности.

Плюхнувшись рядом с Бенеллой, Золит сидел с угрюмым выражением лица, пока панели в полу клетки открывались, впуская бойцов. Всё пошло так, как предсказывал Золит: неопытность авантюриста, действующего без своих сил, проявилась в его сбивчивом ритме.

Повар дрался немного иначе, к легкому удивлению Золита, хотя начало было очень похоже. Противник был агрессивен, но ему не хватало того же мастерства владения клеткой, которое было у предыдущего противника повара. У этого нового бойца было больше навыков, но он не смог использовать замкнутое пространство и острые границы клетки.

Вместо того чтобы раскрыть контрстратегию, которая медленно усиливала осторожность противника, поворот в бою произошел внезапно. Прощупав противника некоторое время, повар агрессивно набрасывался на каждую ошибку, которую совершал оппонент. Эти проблемы с темпом стали вопиющими слабостями, так как повар использовал каждую из них, чтобы начать не просто атаки, а целые серии атак. Застигнутый врасплох, противник был неоднократно избит; это был тот тип молотьбы, который требовался, чтобы справиться с «серебряным».

Золит наблюдал, как стиль повара претерпевал тонкие изменения на протяжении всего боя, меняя подход, чтобы держать противника в неуравновешенном состоянии каждый раз, когда авантюрист начинал адаптироваться к повару. Он задавался вопросом, не притворялся ли повар слабым задолго до того, как Золит предложил это.

Пока бой продолжался, к Золиту присоединился неожиданный гость. Место рядом с ним занял престижный деятель подпольной бойцовской сцены, жрец Воина по имени Крайш. Жрец был эльфом, а они по своей природе стройны. Однако, в отличие от Нила и Люциана Лампри, Крайш был необычно крупным для своего вида. Он был высок, но не возвышался над остальными, широкоплеч, но не массивен. Его свободная одежда, стандартный неформальный наряд его церкви, выглядела похоже на тренировочное снаряжение для боевых искусств.

— Что привело вас сюда, достопочтенный жрец? — спросил Золит, выпрямляясь.

— Мой бог очень доволен этим местом, мистер Крин. Битва редко бывает честной, поэтому такие места, которые максимально близки к честности, насколько это возможно, находятся под его покровительством.

— Мы благословлены, — сказал Золит, его тон звучал почти как вопрос, пока он пытался понять, чего хочет жрец.

— Находиться под покровительством моего бога означает, что ему не нравится, когда что-то нарушает его.

— Прошу прощения, достопочтенный жрец, но я не человек с политическим складом ума. Не уверен, к чему вы клоните.

Крайш вздохнул.

— Есть определенный тип историй, — сказал он. — Уверен, вы слышали разные вариации. Это история о человеке, чьим истинным навыком в жизни является убийство, поэтому он убивает, и убивает, и убивает, пока всё, что он есть, — это убийца. Пока всё, что у него есть, — это убийство. Поэтому он бросает это в поисках чего-то другого. Чего угодно другого. Он становится непримечательным человеком, выполняющим непримечательную работу.

Жрец одарил Золита улыбкой, которая не дошла до его глаз.

— Конечно, — сказал Крайш, — он на самом деле не непримечательный человек, и его замечают. Кто-то замечает что-то и начинает копать глубже. И, как это бывает в историях, человека втягивают в то, во что не следовало бы, и заставляют возобновить все убийства, которые он пытался оставить позади. Вы знакомы с таким типом историй?

— Знаком, жрец Крайш.

— И вы умный человек или мудрый человек, мистер Крин?

— Я стремлюсь к обоим, достопочтенный жрец, но боюсь, что не дотягиваю ни до одного.

— Тогда, возможно, вы были бы открыты для духовного наставления.

— Конечно.

— Когда якобы непримечательный человек с непримечательной работой — скажем, повар, например — говорит вам, что не любит вопросы, у вас есть умный путь и мудрый путь. Умный путь — игнорировать его и узнать всё, что можно, так как вокруг скрываются опасные секреты. Мудрый путь — отпустить свое любопытство и оставить всё как есть.

— Церковь Воина интересуется поваром?

Крайш склонил голову, опечаленный. — Значит, любопытство. — Он встал как раз в тот момент, когда противник повара упал, слишком избитый и истощенный, чтобы продолжать.

Золит тоже встал. — Жрец Крайш, я бы не хотел делать ничего, что могло бы расстроить ваше божество.

— Я уже говорил вам о чувствах моего бога. Но раз уж вы уже задали вопрос, то нет. Единственный интерес Церкви Воина к вашему бойцу заключается в том, чтобы не связываться с ним. Вера не всегда должна быть умной, мистер Крин, но она должна быть мудрой, когда это возможно.

Жрец ушел, оставив озадаченного Золита позади. Доселе молчаливая Бенелла, помощница Золита, заговорила только тогда, когда он ушел.

— Вы верите ему? Что церковь не связана с вашим поваром, дерущимся в клетке?

— Думаю, скорее всего, он говорит правду, хотя бы потому, что я недостаточно важен, чтобы мне лгать. Но дело не только в этом. Думаю, он пришел ко мне так, потому что церковь не вовлечена и не хочет быть вовлеченной.

— Вы думаете, повар — какой-то секретный супервоин? Что он скрывает свои настоящие навыки?

— Нет. Думаю, опасность в том, если он начнет использовать свои силы.

— Вы думаете, он начнет использовать свои силы и устроит здесь буйство?

— Откуда мне знать? Я встретил этого парня, что, час назад? И я уже начинаю ненавидеть этого парня. Если хочешь, чтобы люди думали, что ты повар, может, не стоит участвовать в бойцовском турнире и сверкать своими шрамами, ты, глупый...

Золит издал тихое рычание, и Бенелла успешно скрыла свою реакцию на миловидность крошечной собачки в этом звуке.

— Что вы собираетесь делать? — спросила она. — Этот боец начинает звучать как неприятность.

— Начинает? Церковь, полная боевых фанатиков, не хочет, чтобы он устроил беспорядок в зоне подпольных боев. Это не то, как начинаются неприятности, Бенни. Это то, как неприятности заканчиваются.

— Тогда я спрошу снова: что вы будете делать?

— Ты заметила, что сказал Крайш о том, что повар не любит вопросы? Это было то, что он сказал в подготовительной комнате, где есть экран конфиденциальности. Хороший такой.

— В смысле?

— Его бог благословил всё это место. Воин, вероятно, направил своего жреца прийти сюда и поговорить со мной. Я не хочу, чтобы боги обращали на меня внимание, по ряду причин. У меня уже плохое предчувствие, что повар умеет читать меня лучше, чем должен. И если этот парень настолько важная шишка, что боги приходят в движение, я ухожу с дороги. Я собираюсь последовать совету моего любезного местного священнослужителя и не задавать никаких вопросов. Я собираюсь заплатить повару то, что он заработал, и отправить его восвояси, в надежде, что он возьмет деньги и уйдет. Если кто-то другой хочет создать неприятности, это их проблема; я просто хочу избежать того, чтобы кто-то винил меня в этом, будь то главные организаторы боев или Воин, бог нерешения разногласий приятной беседой.

ШТУКА С МАГИЕЙ СЕКСА

ШТУКА С МАГИЕЙ СЕКСА

Второй противник Джейсона в подпольных боях в клетке был достаточно способным, но страдал от критического изъяна в своих боевых техниках. Это было связано с отсутствием способностей эссенции, к которым он обычно имел доступ, и Джейсон полностью сочувствовал ему. Боевые стили взаимодействовали со способностями эссенции в спектре, где на одном конце боевой стиль был скелетом, а способности эссенции нарастали поверх него. Это был конец шкалы Софи, и когда их лишали сил, такие авантюристы справлялись лучше всего.

На другом конце шкалы был Джейсон, чьи способности эссенции были точкой опоры его боевого стиля. Он разработал свои боевые искусства специально для того, чтобы работать вокруг своих сил, а не чтобы силы работали вокруг них. Когда его лишали способностей эссенции, как в боях в клетке, которые он проводил, он был вынужден сильно адаптировать свой обычный стиль.

Джейсону повезло иметь Руфуса в качестве учителя и Софи в качестве спарринг-партнера, что означало, что у него была практика адаптации своего стиля. Руфус, как магический фехтовальщик, находился в середине спектра, где нужно было овладеть и навыками, и силами, чтобы преуспеть.

Руфус был непреклонен в подготовке к худшим сценариям, таким как вынужденная драка при подавленных силах. Учитывая, что Джейсон встретил Руфуса именно в такой ситуации, он понимал, почему Руфус был так категоричен в этом вопросе.

Его второй противник явно находился на стороне Джейсона в спектре, но без преимущества тренировок под руководством Руфуса Ремора. Ему также не хватало времени спаррингов с Софи, которая наслаждалась тем, что долбила в каждую брешь в техниках Джейсона, вызванную отсутствием его сил. Прощупав противника, Джейсон отплатил той же монетой. Когда он закончил, он посмотрел туда, где Софи уже закончила со своим противником и наблюдала за ним из своей клетки.

— Долго же ты, — крикнула она ему.

— Я любовник, а не боец, — крикнул он в ответ.

— И как успехи?

— Ну, я дерусь, так что... не очень.

Софи издала смешок, который поразил Джейсона своей свободой. Хотя она снова использовала имя Соловей, как делала это в бойцовских ямах Гринстоуна, она была на световые годы далека от колючего существа, которое он помнил. Он одарил ее ухмылкой, а затем спустился по лестнице, открывшейся благодаря панели в полу, в раздевалку внизу.

* * * — Ты ведь действительно знаешь Соловья, не так ли? — спросил Золит.

— Я уже говорил тебе об этом, — сказал Джейсон, выходя из душа с полотенцем на бедрах и используя второе полотенце, чтобы вытереть волосы. Золит проигнорировал его наготу, но его помощница — нет, ее глаза блуждали по шрамированному торсу Джейсона. Поджарые, скульптурные мышцы были обычным делом для «серебряного», но постоянные отметины на его плоти — нет.

— Мои глаза здесь, леди, — сказал ей Джейсон.

— Я смотрю не на твои глаза.

— Бенни, — резко прошипел Золит, и она угрюмо удалилась.

— Ты кажешься обеспокоенным, Золит, — сказал Джейсон. Больше, чем в языке тела, в ауре Золита произошли изменения с их последней встречи. Кто-то или что-то сильно напугало этого маленького человечка.

— Я просто нервничаю из-за твоего следующего матча, — солгал Золит. — Двух раундов достаточно, чтобы убедиться, что никто не остался стоять благодаря удаче.

Способность Джейсона читать сложные эмоции людей через их ауры быстро росла с годами. Особенно на Земле, где у большинства людей было мало или совсем не было сил, чтобы скрыть ее, он научился копаться в нюансах того, что раскрывали их ауры. У Джейсона было чувство, что Золит либо догадывается о настоящей личности Джейсона, либо осознал, насколько опасным может быть ее изучение.

Однако под этой поверхностной озабоченностью скрывалось более глубокое беспокойство. Он хорошо его подавлял, не давая Джейсону понять, в чем дело, но был страх, что любые неприятности, исходящие от Джейсона, выведут это на свет. Скорее всего, Золита нервировала просто какая-то преступная деятельность; бои в клетках были буквально подпольными, но не против закона. Если там велся какой-то более темный побочный бизнес, это объясняло осторожность маленького человечка.

Золит ушел, и фамильяры Джейсона снова появились. Его взгляд задержался на двери, закрывшейся за промоутером боев.

— Думаешь, мистер Крин связан с нашей настоящей целью здесь? — спросила Тень.

— Стоит проверить, но вряд ли.

— Пришелец может быть более осведомлен о том, насколько опасными могут быть посланники, чем люди, коренные жители этого мира, — предположила Тень. — Такое знание могло бы сделать их более склонными стать агентами посланников, если бы те пришли с призывом.

— Этого достаточно для меня. Пусть Стелла присмотрится к нему, но пусть сосредоточится на помощнице, а не на нем. Что ты думаешь о ее ауре?

— Она казалась довольно простой для чтения, — сказала Тень. — Ты заметил что-то подозрительное?

— Жаждущие флюиды, которые она мне посылала, казались немного наигранными. Я не уделял этому особого внимания, будучи сосредоточенным на Золите, но, возможно, в этом и смысл.

— Думаешь, она маскирует свою ауру и использует Золита как отвлекающий маневр, чтобы никто не присматривался слишком пристально к обычному эльфу, стоящему за ним?

— Любой, у кого есть хоть сколько-нибудь приличное чувство ауры, пометит его как пришельца, а это привлекает внимание. Меня это точно привлекло. Но я думаю, что то, что напугало Золита, могло немного обеспокоить и ее, и она перестаралась. Я не говорю, что это значит, что она та, кого мы ищем, но она кажется лучшим кандидатом, чем Золит. Думаю, этот парень действительно просто пришелец, который нашел свое призвание в качестве мелкого жулика.

— Хочешь, чтобы я проследил за ней?

— Давай пока с этим повременим. Если она маскирует свою ауру, то делает это очень хорошо. А если она так хороша со своей аурой, она может заметить тебя. Дадим Эстелле время заняться профессиональной слежкой, прежде чем мы предпримем еще какие-то шаги.

— Ты намекаешь, что я дилетант, мистер Асано?

— Я говорю, что я дилетант, а ты застрял со мной.

— Очень проницательно, мистер Асано. Самоосознание — путь к просветлению.

— Ты ужасен в комплиментах, знаешь это?

— Я работаю с тем, что имею.

Над ними панель в верхней части лестницы сдвинулась.

— Ладно, — сказал Джейсон, глядя вверх. — Пора идти бить девчонку.

* * * Джейсон застонал, пытаясь подняться, но нога на его торсе толкнула его обратно на пол.

— Знаешь, — прохрипел он, — я мог бы, наверное, продолжать в том же духе еще какое-то время. Мне очень больно, это правда, но боль — это своего рода моя фишка.

— Ты мазохист, что ли? — спросила женщина, нависшая над ним. Она была необычайно высокой эльфийкой, мускулистой, как Нил, но она несла это гораздо лучше, по крайней мере, по мнению Джейсона. Пропорционально она была похожа на других эльфов, которых он видел, но на пятнадцать процентов крупнее, как будто смотришь на нее через зум-объектив.

— Я предпочитаю думать о себе как об открытом для новых впечатлений, но, оглядываясь назад, я вижу, как...

Джейсон дернул за ногу, давящую на него, в то время как его рука толкнула ее под колено. Его тело закрутилось, как волчок, и отлетело от нее в демонстрации акробатики, доступной только «серебряным» или людям, укушенным радиоактивными пауками. Его противница уже двигалась, нога поймала его в живот, когда он приземлился на ноги.

Джейсон позволил инерции нести его, смягчая удар, когда начал сальто назад одной рукой, но затем подбросил себя в воздух. Она предсказала сальто назад своим последующим выпадным ударом ногой, который не попал ни во что, кроме воздуха. Она выбросила кулак, когда Джейсон развернулся в воздухе, извернувшись, чтобы поймать ее в грудь ударом ноги. Это не нанесло урона, будучи запущенным из воздуха без рычага, но оттолкнуло ее достаточно долго, чтобы он приземлился.

Джейсон поднял руки.

— Может, просто сделаем паузу на мгновение, чтобы оценить, насколько крут этот бой?

Он не смог заблокировать ее прямой удар в лицо и пошатнулся.

— Нет, — сказала она и продолжила наступать.

Уровень подготовки и опыта, которыми обладала его противница, был полностью запечатлен в Джейсоне по мере продолжения боя, который длился гораздо дольше матча Софи. В большинстве случаев затянувшийся матч не нравился толпе, но этот бой полностью захватил аудиторию. Неумолимые, эффективные атаки эльфийки сталкивались со сменяющимися стилями Джейсона и хитрыми контратаками. Были дикая акробатика и неистовые обмены ударами, перемежающиеся паузами, когда они прощупывали друг друга. Джейсон пытался отвлекать болтовней в такие моменты, обычно за чем следовало получение резкого удара по голове.

Джейсон тренировался адаптировать свои навыки для случаев, когда у него не было сил, но результаты не были безупречными. Медленно, но верно эльфийка разбирала его на части, так же, как Джейсон делал это со своим предыдущим противником. Это было просто гораздо более долгое и равное дело, где Джейсон нанес не один, а несколько собственных жестоких ударов.

Оба бойца были сильно избиты, но выносливость Джейсона иссякла первой. Даже так, он отчаянно цеплялся, привыкший драться на грани. Ему даже удалось удивить свою противницу, которая до этого разбивала каждый трюк и тактику, которые Джейсон выбрасывал и на которые ее выманивал.

Прижатый к стене и головокружительный от безжалостной молотьбы, не совсем ясный разум Джейсона перевел его в режим «бей или беги», и он обратился к старому опыту. В боях в клетке не было особых правил, но он всё равно относился к этому как к спорту, пусть и жестокому. Свирепость, возникшая из-за того, что Джейсон вошел в режим выживания, поразила эльфийку.

Застигнутая врасплох, удар кулаком в ее лицо включал костяшку пальца в глаз. Джейсон дернул ее руку прямо и выкрутил ее, прежде чем опустить свой локоть на ее. Джейсон почти переломил ход боя за счет чистой агрессии, прежде чем она контратаковала. Его натиск был порочным, но также небрежным, как из-за бездумного подхода, так и из-за его всё еще истощенного тела. Даже так, он не останавливался, пока она не избила его тело настолько сильно, что оно больше не могло двигаться. Она стояла над ним, шатаясь, кровь капала с ее рта и кулаков.

* * * Дверь в раздевалку открылась, впуская не Золита, а Софи. Джейсон уже исцелился, в значительной степени благодаря восстановительным силам, предоставленным Колином. Однако он всё еще был выкрашен в красный цвет, так как еще не успел принять душ.

— Не могу поверить, что ты болела за другого человека, — простонал он.

— Понятия не имею, о чем ты, — невинно сказала она.

— Я слышал, как ты кричала: «пни его по яйцам, случайная леди!»

— Это мог быть кто угодно.

— Угу.

— Она была довольно неплоха, признаю. Мне потребовалось гораздо меньше времени, чтобы справиться с ней, чем ей, чтобы справиться с тобой, но всё же, неплохо.

— О, вот как?

— Ты даже не смог выйти в финальный раунд.

— О, хочешь пойти найти камеру миражей и посмотреть, как это пойдет?

— Абсолютно.

— Уф, я забыл, что разговариваю с кем-то, кто пнул меня по лицу, как только мы встретились.

— Я могла бы пнуть тебя по лицу снова сегодня, если бы ты не проиграл девчонке.

— Ты девчонка.

— Я женщина.

— Она тоже, поверь мне.

Софи сузила глаза.

— Как продвигается штука с магией секса?

— В основном это было то, что меня избивали до полусмерти.

— Это был не первый раз?

— Нет.

— Как насчет другого дела? Наткнулся на что-нибудь?

— Возможно, у меня что-то есть. Помощница моего промоутера задела мое паучье чутье.

— Твое что?

— Неважно. Эстелла займется этим.

— Тогда ты свободен прийти утопить свое горе. Все большие шишки арены устраивают вечеринку для бойцов, которым удалось избежать позора.

— И это включает меня?

— Нет. Ты постоянно получал по лицу в середине жалкой попытки болтовни. Но я могу провести тебя на вечеринку.

— Что ты имеешь в виду под жалким?

МОЩЬ И КОНТРОЛЬ

МОЩЬ И КОНТРОЛЬ

Джейсон еще не входил ни в одно из возвышающихся стеклянных и металлических сооружений, которые он видел издалека, приближаясь к городу. Это вскоре изменится, когда клиентура подпольной арены разойдется, и Джейсон среди них. Как он и предполагал, найдя VIP-зону, существовал отдельный вход, помимо туннелей, через которые он сам пробирался, плечом к плечу с толпой. Вместо просто менее людной лестницы, частный выход был станцией подземного трамвая.

Две линии соединяли камеры арены с подземной трамвайной сетью города. Пока Джейсон позволял Золиту вести себя, промоутер боев отвечал на вопросы Джейсона о трамвайных путях. Джейсон внимательно слушал, стараясь не уделять его помощнице, Бенелле, излишнего внимания. Развлекательный район был самой отдаленной частью трамвайной сети, которая в основном обслуживала богатые внутренние районы. Линии, ведущие в развлекательный район, были ограничены по крайней мере полуэлитой, поэтому им не приходилось смешиваться с чернью. Значка авантюриста серебряного ранга Джейсона, даже вспомогательного, было достаточно, чтобы попасть на борт.

Поездка заставила Джейсона вспомнить о затопленном метро в Гринстоуне, которое было более впечатляющим, чем темные туннели трамвайной сети. Используя свойства уникального магического камня региона, основатели города Гринстоун создали захватывающий поезд, состоящий из подводных лодок. Рассеянно он задавался вопросом, как скоро он снова его увидит.

Джейсон скучал по тем ранним дням, когда он испытывал подавленный страх и панику, но также и удивление перед миром, полным магии и возможностей. На нем теперь лежало так много обязанностей, но он также жаждал путешествовать по миру и найти все те вещи, которые нарисовало его воображение. Он надеялся, что это лишь один из многих опытов, которые ждут его впереди.

Станция, на которую они в конце концов прибыли, была разочаровывающе похожа на станцию метро на Земле, даже с простой белой плиткой, покрывающей стены. Главное отличие заключалось в том, что эта станция была чище, чем он ожидал бы на Земле.

— Частная станция для здания над нами, — объяснил Золит Джейсону. — Это самый большой отель в регионе; много торговых речных баронов.

Они ступили на подъемную платформу, набившись вместе с другими мелкими звездами подпольной бойцовской сцены. Софи нигде не было видно; ее увезли на одном из более ранних трамваев, которые были менее людными. Помощница Золита отпросилась на ночь, оставив его и Джейсона ехать на платформе вдвоем. Она быстро поднялась через здание, пока не прибыла на этаж, который выглядел как частный клуб.

Здесь было не так шумно, как в ночном клубе, но более оживленно, чем в загородном клубе. Был небольшой участок, где танцевала куча привлекательных молодых людей. Они были в основном низкого ранга и в одежде, которая была модной, но не дорогой, похожей на то, что он видел в развлекательном районе. Люди, наблюдавшие с мезонина этажом выше, были одеты в более дорогую и консервативную одежду, и то, как они смотрели на танцоров, напомнило Джейсону людей, присматривающихся к шведскому столу.

Маскируя отвращение в своей ауре, Джейсон медленно обвел взглядом комнату, впитывая всё. Рядом с подъемными платформами в центре комнаты находилась двухширинная винтовая лестница. Музыка, которая была странной смесью классики и старой школы электроники для ушей Джейсона, доносилась из огромных записывающих кристаллов, парящих в воздухе. Они выполняли двойную функцию, также излучая свет, который освещал комнату. Свет был ярким над баром, тусклым над зонами отдыха, с меняющимися цветами над танцполом.

Колонны, кабинки и столы делали комнату полосой препятствий, которую посетители преодолевали, чтобы добраться до четырех баров, каждый из которых был расположен у одной из четырех стен. Комната была идеальным квадратом, со стенами, полностью сделанными из стекла. Танцпол был таким же квадратным, в центре комнаты. Четыре бара были расположены так, что стены за барменом предлагали панорамные виды из высокого здания, скрытые различными красочными бутылками. Джейсон намеревался исследовать их в ближайшее время.

Перед этим он направился к южной стене, чтобы полюбоваться видом, а Золит плелся позади. Это был первый настоящий взгляд Джейсона на сердце города, так как он видел темные металлические башни и стеклянные зиккураты только издалека. Оказалось, что клуб находился в одном из зиккуратов, а этаж Джейсона был самым нижним уровнем куба, сидящего на вершине здания.

Прямо к югу от здания широкая река текла на запад. Речные доки были освещены, работая всю ночь, но у реки были и более декоративные участки. Многие участки имели деревья вдоль берегов, с разноцветными огнями, раскрашивающими их радугами. Джейсон не мог не задаться вопросом о ценности недвижимости на набережной, оставленной неразвитой ради эстетики, но не мог отрицать свою признательность за это. Внешние районы города, видимые с высоты здания, в котором он находился, показывали лишь спорадическое освещение. Внутренние районы, однако, были освещены как мегаполис Земли.

— Должен сказать, Золит, ты нашел довольно приятное место, чтобы назвать его домом.

— Ага. — Золит подошел, чтобы встать рядом с Джейсоном, когда они оба смотрели на город. — Мы пережили нашествие монстров лучше, чем большинство, но этот беспорядок вверх по реке...

— Посланники, — сказал Джейсон.

— Прямо сейчас только авантюристы взвинчены, — сказал Золит. — Общество искателей приключений говорит о войне, но это еще не затронуло остальную часть города. Если что, люди дерутся за выгодные контракты на поставки для конфликта.

— Люди игнорируют катастрофу перед лицом прибыли, — сказал Джейсон. — Я видел это на своей родине.

Золит открыл рот, чтобы спросить, где это, а затем сдержался.

— Думаю, правительство и Общество искателей приключений пытаются защитить население, — сказал он вместо этого. — Люди не готовы к еще одному конфликту, когда они еще не закончили восстанавливаться после последнего.

— Вот для чего нужно Общество искателей приключений, верно? — спросил Джейсон. — Защищать людей?

— Так они говорят, — фыркнул Золит. — Ты знаешь, что общество контролирует все ошейники подавления, которые мы используем на арене?

— Это регулируемая магия, — отметил Джейсон.

— Регулируемая моей костлявой задницей, — сказал Золит. — Я мог бы найти кого-то, кто продаст тебе незарегистрированный ошейник подавления, не покидая этой комнаты.

Джейсон не стал спорить. Человеком, которого нашел Золит, мог быть даже сам Джейсон, накопивший свою собственную заметную коллекцию ошейников подавления за эти годы.

— Общество искателей приключений устраивает большое шоу, приводя аудиторов, чтобы убедиться, что ни один из ошейников не пропал, как будто арена была местом, откуда они все утекают. Чего они действительно хотят, так это напомнить всем, у кого есть мощь и контроль.

— Я думал, мощь и контроль принадлежат Церкви Владычества, э-э... владычеству.

— Я не вижу, чтобы они высказывались. Общество искателей приключений говорит всем, что делать, уже несколько лет. Готовность к нашествию, потом нашествие, потом Строитель, а теперь эти парни с крыльями? Всегда находится новая причина, по которой им позволено говорить всем, что делать. Общество всё больше и больше посягает, а я даже никогда не встречал жреца Владычества.

— Тебе же лучше, — сказал Джейсон. — Их босс раздражает.

— Босс? — спросил Золит, прежде чем остановиться.

Джейсон мог почувствовать в ауре маленького человечка, как тот насильно подавляет свое любопытство. Золит, однако, не мог полностью сдержаться, несмотря на то, что толку от этого было мало. Пронизывающий взгляд, который он бросил на Джейсона, был испорчен его большими глазами чихуахуа.

— Если бы человек искал способ избежать неприятностей, он бы двигался красиво и быстро, — сказал Золит. — Если он остается в таком месте, может быть, человек просто говорит себе, что хочет избежать неприятностей, когда на самом деле он хочет их найти. Сколько бы ущерба это ни нанесло.

Джейсон взглянул на Золита и усмехнулся.

— Кто-то сильно напугал тебя, верно, приятель? У меня нет проблем с тобой, Золит. Но я не та опасность, за которой тебе стоит следить.

— И за чем мне стоит следить?

— Лучше тебе вообще не следить, чтобы не привлечь его внимание. Если ты тот, кем кажешься, то самый безопасный ход для тебя — придерживаться своей обычной рутины. Просто избегай любой неопределенности, насколько сможешь.

— Избегать неопределенности — моя обычная рутина. Но норма в наши дни в дефиците.

— Разве нет? — согласился Джейсон с усмешкой. Затем он перевел взгляд с окна на бар. — Думаю, я мог бы взять себе выпить.

— Придерживайся бара здесь или этажом выше, — сказал Золит. — Выше этого — для больших шишек, а не для таких, как мы. Может, твоя подруга-Соловей сможет поднять тебя туда. Они любят победителей, и они обожают авантюристов высшего класса, а она и то, и другое. Сейчас она будет наслаждаться тошнотворным количеством обожания. Верхний конец этого клуба — всё еще нижний конец высшего общества, а важные авантюристы знамениты тем, что открывают двери.

Джейсон мог почувствовать разочарование Золита, которое заставляло его подталкивать Джейсона, даже зная, что всё, что он узнает, — это неприятности. Джейсон милосердно оставил мужчину позади и направился к бару, одарив эльфийку-бармена улыбкой.

— Что будете? — спросила она.

— Я не очень хорошо знаю местные напитки. Что-нибудь красочное и сладкое?

— Какой ранг и насколько изысканно вы хотите?

— Серебряный, — сказал он, — и настолько изысканно, насколько это возможно.

— Вам стоит подняться на этаж выше, — сказала она. — Там они держат то, что люди здесь не могут себе позволить.

— Хорошо знать, спасибо. — Он слез со стула, снова улыбнувшись. — Жаль, правда. То, что я видел здесь, кажется весьма заманчивым.

Джейсон направился к лестнице, следуя по ней на другой уровень. Единственным явным отличием от этажа ниже были дополнительные вышибалы перед лестницей, ведущей дальше вверх, а также у подъемных платформ. Ни один из вышибал не был эльфом, вместо этого они были в основном внушительными леонидами, плюс один из редко встречающихся дракониан.

Джейсон направился к одному из баров, и его глаза остановились на бармене, которая выглядела идентично той, что была внизу. Присмотревшись ближе с помощью ауры, он почувствовал, что это определенно разные люди, но с тонкой связью между ними.

— О нет, — пробормотал он, подходя ближе.

Бармен подошла, чтобы обслужить его.

— У вас знакомое лицо, — сказал он ей.

— Вы встречали мою сестру внизу? Она Изабель, а я Мирель. Но все зовут меня Элль.

— Вас там не восемь, нет?

— Только близнецы, извините. Вы амбициозный.

Джейсон рассмеялся.

— Наоборот; у меня были проблемы с тем, чтобы угнаться.

— Я не совсем уверена, что это значит, — сказала она, сузив глаза, когда она оглядела его с ног до головы. Он заметил, что ее взгляд задержался на шрамах на его лице, а также на большем у основания его горла.

— Авантюрист?

— Вроде того.

— Вроде того?

— Я готовлю для авантюристов. Там всё еще есть колющие удары, но это безопаснее.

— Вы не похожи на того, кто избегает опасности. Вы вошли с толпой арены клеток?

— Вошел.

— Вы боец?

— Никто не сказал мне правило о необходимости иметь лакея, чтобы драться за тебя. Я дрался, но не уверен, что это делает меня бойцом. Боец закончил бы с больными кулаками вместо больной головы.

— Вылетели в первом раунде?

— В третьем.

— На серебряном ранге? Это подозрительно хорошо для того, кто был затолкан в клетку за незнание первого правила.

— У меня было из надежного источника, что первое правило — не говорить о бойцовском клубе. Не думаю, что у вас есть что-то от больной головы?

— Не проблема, — сказала она. — Всё, что у меня есть здесь, даст вам больную голову, если вы выпьете достаточно.

Он фыркнул от смеха. — У меня будет тяжелое утро. Ладно, приготовьте мне что-нибудь красочное, сладкое и дорогое.

— Это не такое заведение, боец, — сказала она с дерзкой улыбкой.

Он одарил ее ухмылкой. — Я просто ищу выпить; я сам устрою свои дела для другого.

— Хорошо знать, — сказал красивый мужчина с иссиня-черной кожей и разноцветными бусинами, вплетенными в волосы. Он скользнул на стул рядом с Джейсоном. — Вы собираетесь монополизировать эту прекрасную молодую женщину на всю ночь?

— Это зависит от нее, — сказал Джейсон, протягивая руку, чтобы другой мужчина пожал ее. — Джон Миллер, приятно познакомиться.

— Эмир Бахадир.

— Думаю, кто-то вроде вас принадлежит к верхним этажам, мистер Бахадир.

— Я искал своего друга Джейсона. Мы должны были встретиться через пару недель, но потом я услышал, что он убежал охотиться на вид опасных и агрессивных птиц.

— У меня есть из надежного источника, что он не будет доступен до конца следующей недели. Может, вам стоит использовать это время, чтобы навестить других старых друзей.

Эмир встал, положив золотую душевную монету на бар, которая просуществовала лишь мгновение, прежде чем исчезнуть в руках бармена.

— Я уверен, что Джон здесь может более чем оплатить свои напитки, — сказал он ей, — но всегда приятно сделать подарок, когда заводишь новых друзей. Увидимся снова, Джон.

Джейсон покачал головой.

— Вы знаете, кто это был, верно? — спросила Мирель, когда Эмир ушел.

— Он только что сказал мне свое имя. Эмиль что-то там?

— Это Эмир Бахадир. Охотник за сокровищами. Вы ведь знаете его, не так ли? Не прикидывайтесь дурачком.

— О, я не прикидываюсь. Мы могли пересечься в другой жизни. Раз уж он уже заплатил вам, давайте продолжим и наберем напитков.

Мирель снова оценивающе посмотрела на него.

— Красочное, сладкое и дорогое, так? — спросила она.

— Именно так. Я доверюсь вашему суждению.

— О, вам, наверное, не стоит этого делать, — сказала она с хитрой ухмылкой. Она повернулась, чтобы достать одну красочную бутылку за другой с полок позади нее.

— Знаете, многим приезжим нравится эта ужасная, обжигающая горло дрянь, — сказала она. — Я люблю янтарь не меньше, чем любая другая девушка, но кому нужны сто разновидностей горлового огня?

— Я всегда наслаждался эльфийским ликером, с тех пор как впервые открыл его для себя, — сказал Джейсон. — Сладкую радугу опьянения для меня, пожалуйста.

— Я могу это устроить. Многие бойцы любят перещеголять друг друга самыми мерзкими напитками, которые кто-либо им продаст.

— Мне пришлось выпить достаточно горечи в свое время.

Джейсон наблюдал, как она разливала ряд дорогих напитков. Тип специализированных ингредиентов, которые входили в ликер высокого ранга, по крайней мере, во всё, что было больше напитком, чем полиролью для лодок, стоил тех денег, которые обычные люди использовали для ремонта своих домов. Душевные монеты высокого класса не использовались для обычных транзакций. Они использовались для покупки таких вещей, как здания и небесные корабли, или тех видов потаканий, которыми наслаждались могущественные авантюристы.

— Я делаю то, что мы называем радужной волной, — сказала ему Мирель. — Есть бесчисленные вариации, основанные на цене и доступности, но идея в том, чтобы каждый напиток усиливался тем, что был до него. Хорошая радужная волна — это то, как вы отличаете настоящего бармена от того, кто просто дает вам напитки за деньги.

— Ну, вы уж точно не такая, — пробормотал голос с нескольких сидений вдоль бара, и Джейсон взглянул на пьяного леонида. — Я ждал, пока вы обслужите меня, но вы продолжаете разговаривать с богатыми придурками.

— Я не единственный бармен, — сказала Мирель, жестикулируя в сторону другого персонала. — На самом деле, я видела, как вы отмахнулись от одного из них. К тому же, кажется, вы уже достаточно выпили.

— Я хочу, чтобы меня обслужили вы. Мне нравятся красивые эльфийки.

— Ну, если вы хотите, чтобы они вам ответили взаимностью, — сказала она ему, — я предлагаю тратить меньше на напитки и больше на мыло.

Мужчина обнажил зубы в рычании, пока массивная рука, покрытая темно-зеленой чешуей, не опустилась на его плечо. Она принадлежала вышибале, который был тем более пугающим, что был драконианом. Джейсон видел лишь немногих из них раньше, но они были размером с леонидов, если не больше, с отведенными назад лицами и крошечной чешуей вместо кожи.

— В этом клубе есть три типа людей, — сказал дракониан глубоким шипящим голосом. — Те, кто достаточно важен, чтобы быть неприятными, и те, кто нет. Ты идешь со мной.

— Третий тип — это те, кто вообще не неприятные? — спросил Джейсон.

— Именно, — сказала Мирель.

— Ну, это не я. Думаю, я выпью эти напитки, а потом меня вышвырнут. Вы замолвите за меня словечко?

— Выпивайте, и посмотрим, — сказала она, направляясь обслуживать другого посетителя.

Когда Мирель отошла, высокий эльф занял барный стул слева от Джейсона. Джейсон посмотрел в сторону, а затем вверх на женщину, которая победила его в третьем раунде. В отличие от Нила, чья массивность смещала его пропорции от эльфийской нормы, эта женщина выглядела как обычный эльф, но увеличенная в масштабе.

— Это твое? — спросила она, кивнув на еще нетронутый ряд напитков.

— Мое, — сказал Джейсон. — Любишь радужную волну?

— Боги, нет, — сказала она, затем кивнула Мирель, которая возвращалась. — Дай мне коготь хурскета.

Джейсон наблюдал, как Мирель смешивает напиток, который пах авиационным топливом.

— Я Авале, — сказала крупная эльфийка.

— Джон Миллер.

— Ты хорошо дерешься, Джон Миллер.

— Ты дерешься лучше.

— Вот почему я пришла и нашла тебя, — сказала она. — Мне нравится пить с хорошими бойцами, но мне также нравится быть лучшей.

— Тогда это может быть не твой вечер, — сказал Джейсон, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть мимо нее. — Привет, Софи.

Авале обернулась, чтобы посмотреть, как Софи садится на барный стул слева от нее.

— Черт возьми.

ДАЛЕКАЯ МОЩЬ

ДАЛЕКАЯ МОЩЬ

В пределах относительно ограниченной территории города быстрое перемещение было простым делом для Джейсона. Возможность совершать прыжки в тени на приличные расстояния через тела Тени означала, что Джейсон мог развернуть своего фамильяра по всему городу и прыгать в эти места, оставаясь невидимым. Из-за этой способности Джейсон никогда не ходил длинным путем к местам стоянки прямо внутри городской стены, где торговцы, команды авантюристов и другие путешественники оставляли свои внушительные транспортные средства. В своих кратких визитах к своей команде он проскальзывал внутрь и наружу, используя тело Тени.

На кухне облачной яхты Джейсона он вышел из тела Тени и обнаружил Тайку и Гэри, собирающих холмик из ломтиков и выпечки.

— Это не основа для здорового завтрака, — отчитал он их.

— Бро, так надо. Руфус пригрозил снова готовить, а ты ушел кутить с близнецами. Поздравляю с этим, кстати.

Джейсон нахмурился и выбросил руку в гневном жесте. Пол открылся, и Софи прошла вверх через него на движущейся секции пола. У нее было озадаченное выражение лица и магически усиленная гантель в одной руке.

— Во-первых, — сказал Джейсон, — это были не близнецы. Это была одна женщина, у которой есть близнец. Ее близнец не был вовлечен.

— Извини, бро. Должно быть, ты разочарован.

— Что я не заманил сестер в сексуальную связь друг с другом? — спросил Джейсон. — Это ненормально.

— О, — сказал Тайка, его лоб наморщился в раздумьях. — Это как-то жутко, если подумать об этом так.

— Это чрезвычайно жутко, если подумать об этом так, — сказал Джейсон, прежде чем развернуться к Софи. — Что ты рассказываешь людям?

— С чего ты взял, что это была я?

— Потому что ты была там.

— Эмир тоже был.

— У всех нас есть свои недостатки, — сказал Джейсон. — Я представляю, что список Эмира — это увлекательный перечень, который не включает отсутствие джентльменского приличия.

— Что он вообще делает в Яреше? — спросил Нил, входя с гантелью в руке. — И почему Софи только что прошла через мою каюту?

— Почему ты был без рубашки? — спросила его Софи.

— Потому что я был в своей каюте. Ты уронила это, кстати.

Он слегка подбросил гантель в воздухе, и Софи пошатнулась, поймав ее. Необычно для целителя, одна из эльфийских способностей Нила развилась, чтобы дать ему силу, подобную силе Гэри.

— Думаю, если мы собираемся обсуждать присутствие Эмира, нам следует включить его в разговор, — предложил Хамфри, также входя на кухню. Будучи кухней Джейсона, в ней было достаточно места, чтобы вместить растущее население. — Также, Джейсон, что я слышу о том, что ты заставляешь сестер делать неуместные вещи друг с другом?

Джейсон перевел плоский взгляд на Софи.

* * * Кемпинг, где была припаркована облачная яхта Джейсона, имел множество других транспортных средств, занимающих место. Магические транспортные средства сильно различались по размеру, дизайну и цвету, в результате чего всё это выглядело как трущобы волшебников.

Джейсон не переконфигурировал облачную яхту в форму облачного дворца, несмотря на стационарный характер текущей деятельности команды. В этой форме она имела гораздо большую площадь, и он чувствовал, что было бы наглостью занимать еще больше места, уже переполненного транспортными средствами. Они и так выделялись с гибридным облачным транспортным средством, хотя это было далеко не единственное экзотическое средство передвижения на виду. Джейсон особенно восхищался искусственным жуком, даже большим, чем его собственное транспортное средство.

Эмир не разделял опасений Джейсона по поводу явного хвастовства. Его массивный облачный дворец требовал достаточно большого пространства, так что ему пришлось прижаться вплотную к городской стене, в некотором отдалении от транспортного средства Джейсона.

В то время как облачная яхта Джейсона претерпела экстремальные изменения со времен Гринстоуна, дворец Эмира был почти точно таким, каким его помнил Джейсон. Единственными отличиями были незначительные, в основном вокруг основания, где он покоился на земле, а не на море. Дворец Эмира был больше, чем у Джейсона, даже когда он был в полном обличии.

Предпочтительным дизайном Эмира был замок с пятью грандиозными башнями, увенчанными мерцающими куполами и соединенными мостами. Он не пытался скрыть свою природу, и облачный материал, из которого он был сделан, щеголял яркими закатными цветами.

— Думаю, мне не нужно спрашивать, где он припарковался, — сказал Джейсон, когда они с Хамфри спускались по рампе с яхты Джейсона. Дворец Эмира возвышался над всем остальным на площадке, даже закрывая стену позади себя. Они посмотрели на лабиринт транспортных средств между ними и дворцом Эмира, а затем вверх.

— Полетим? — предложил Хамфри.

— Полетим, — согласился Джейсон.

Хамфри наколдовал свои драконьи крылья, воздух забурлил, когда они запустили его в небо.

— Мне не стоит доставать плащ, — сказал Джейсон. — Давай просто сделаем летный костюм.

— Вы уверены, мистер Асано? — спросила Тень из тени Джейсона, ее голос был окрашен беспокойством. С тех пор как они оставили Землю позади, Тень не принимал ни одной формы, основанной на транспортных средствах оттуда, даже когда это было удобнее. Джейсон никогда не просил его об этом.

— Всё в порядке, — сказал Джейсон, не совсем убедительно, но тьма закружилась из его тени, чтобы окружить его в ховер-костюме. Джейсон немедленно вспомнил свою племянницу, летающую над водой, хихикающую как дурочка.

— Мистер Асано?

— Всё в порядке, — повторил Джейсон и поднялся в воздух, быстро догоняя медленное продвижение Хамфри. Они были не единственными, кто избегал наземного передвижения по площадке, и все двигались с уважительными скоростями.

— Что это за штука? — спросил Хамфри.

— Это что-то, что они делают на Земле, чтобы позволить людям летать без магии.

— Это работает без магии?

— Тень делает магическую версию, — сказал Джейсон. — Это гораздо удобнее и гораздо менее шумно.

Они пролетели над площадкой, прежде чем прибыть к массивным двойным дверям передней башни Эмира, их летные средства исчезли, когда они приземлились. Двери открылись, открыв Эмира, стоящего за ними в пещеристом атриуме.

— Привет, мальчики, — сказал он с ухмылкой. — Заходите.

* * * — Арабель говорила с тобой о Каллуме? — спросил Джейсон Эмира, когда они поднимались на подъемной платформе.

— Она держала меня в курсе, — сказал Эмир. — Я никогда не осознавал, что он уже был глубоко вовлечен, когда я пригласил его присоединиться ко мне в Гринстоуне. Он всегда так много скрывал, даже когда мы были ближе всего. Ты всё еще решаешь, дать ли ему доступ к матери мисс Векслер?

— Да, хотя это зависит от того, чего хочет Софи и что считает лучшим Арабель. Решать им, а не мне.

Эмир кивнул.

— Я знаю эту историю. Ты получаешь облачную флягу и начинаешь накапливать людей, но ты должен осознать, что твоя крыша не всегда означает твои правила.

— Ему нужна была помощь, чтобы наконец это понять, — сказал мелодичный голос, когда платформа прибыла на вершину башни. Под полупрозрачным куполом находился просторный офис Эмира с изменяемой облачной мебелью, тонко сформированной, чтобы привлечь взгляд к массивному столу в глубине. За ним сидела глава аппарата Эмира и теперь жена, Констанция.

Эмир и Констанция ходили вокруг друг друга годами, но дисбаланс сил стоял между ними, как стена. Эмир был не только ее работодателем, но и золотого ранга, а она — серебряного. За эти годы она стала всё более незаменимой для операций Эмира, скорее партнером, чем сотрудником. Ее возвышение до золотого ранга ознаменовало падение последней границы между ними, и они поженились во время пребывания Джейсона на Земле. Она встала и подошла, чтобы встретить их, выглядя виноватой перед Хамфри.

— Я в долгу перед вами и Софи извинениями, мастер Геллер. Я искренне верила, что Каллум пытался защитить вас, а не действовать по собственной повестке дня.

Констанция тренировалась с Каллумом, чтобы наконец достичь золотого ранга, вернувшись как раз тогда, когда Софи и Хамфри обнаружили, что мать Софи всё еще жива. Каллум позволил их лучшей зацепке уйти, якобы чтобы защитить их от опасностей, с которыми они были слишком низкого ранга, чтобы столкнуться.

— Да, — торжественно сказал ей Джейсон. — Надеюсь, вы усвоили урок, что подростки всегда правы и вам следует позволять им делать всё, что они хотят.

Эмир фыркнул от смеха, когда Констанция покачала головой. Хамфри одарил Джейсона плоским взглядом.

— Софи твоего возраста, — отметил он.

Джейсон нахмурился, оглядывая Хамфри с ног до головы.

— Это хороший момент, — сказал Джейсон. — Она немного похитительница колыбелей, не так ли?

Констанция одарила Хамфри насмешливой улыбкой.

— Если вам от этого станет легче, — сказала она, — разница между Эмиром и мной больше, чем полный возраст любого из вас.

Джейсон и Хамфри оба повернулись, чтобы одарить Эмира неодобрительными взглядами.

— О, да ладно, — сказал он. — Я знал ее двенадцать лет, прежде чем что-то произошло.

— Хамфри, — сказал Джейсон.

— Да, Джейсон?

— Твой мир признает и осуждает концепцию груминга?

— Да, признает, — сказал Хамфри.

— Ну, это нечестно, — сказал Эмир, тыча в них пальцем. — Она была взрослой, когда мы встретились.

— Угу, — сказал Джейсон.

— Я уверен, что всё было полностью законно, — неубедительно добавил Хамфри.

Констанция усмехнулась хмурому взгляду Эмира. Он выбросил гневный жест, и вся облачная мебель офиса растворилась. Она восстановилась вокруг них как серия удобных кресел со столом посередине. В столе открылось отверстие, и поднос с напитками поднялся через него, подобно тому, как Софи сделала ранее в облачной яхте Джейсона. Они сели вокруг стола, и Эмир налил себе стакан янтарной жидкости, в то время как остальные смотрели на него.

— Не уверен, что это то, что я бы выбрал так рано утром, — сказал Джейсон.

— Величайшая радость власти, — сказал ему Эмир, — это не необходимость соответствовать тому, чего кто-то другой хочет от тебя.

— Убери это, — сказала ему Констанция.

— Да, дорогая, — сказал Эмир, не сбиваясь с ритма.

Поднос с напитками, в комплекте с налитым напитком Эмира, опустился обратно в облачный стол, который сформировался поверх него.

— Думаю, нам следует отложить вопрос о Каллуме на данный момент, — сказал Джейсон. — Как я сказал ранее, это решение людей, которых сейчас нет с нами.

— Что оставляет вопрос о том, что привело тебя сюда, — сказал Хамфри. — Я не думал, что ты будешь в регионе еще полторы недели.

— Как только мы услышали, что вы охотитесь за посланниками, — сказал Эмир, — мы почувствовали, что лучше всего увидеть вас немедленно.

— Это о той таинственной работе, которая у тебя есть для нас? — спросил Джейсон. — Это связано с Орденом Жнеца?

— Нет, — сказал Эмир. — Это приняло некоторые сложные и политические элементы, в которые я очень опасаюсь ввязываться. Особенно пока я не выясню, сколько неприятностей вызвало вмешательство Каллума. По этой причине я хотел бы получить доступ как к нему, так и к вашей пленнице, Мелоди Джейн.

— Опять же, это зависит от Софи и Арабель, — сказал Джейсон. — Я не буду помогать или мешать вам в этом отношении. Но Софи помнит, что ты дал ей убежище, когда она нуждалась в этом больше всего. По крайней мере, она будет готова выслушать тебя.

— Я не могу просить о большем, — сказал Эмир, что вызвало кашель у Констанции.

— Ну, я не буду просить о большем, — поправился он. — О чем я попрошу вас, так это о помощи с чем-то новым. Вы можете помнить, что коса, которую ты, Джейсон, в конечном итоге принес мне, была кульминацией многолетних поисков, которые включали десятки команд, нанятых для поиска в отдаленных уголках и павших руинах по всему миру.

— Помню.

— У меня есть нечто подобное в работе. Охота за сокровищами за чем-то еще более неуловимым и ценным, без понятия, где в мире это находится.

— Или существует ли это вообще, — добавила Констанция.

— Не имеет значения, существует ли это или нет, — сказал Эмир. — Имеет значение, заплатят ли нам за то, чтобы мы искали это.

— Это звучит этично, — сказал Джейсон.

— Если серьезно, — сказала Констанция, — если эта вещь реальна, то она может изменить ход истории.

Джейсон замер.

— Нет, — сказал он, его голос был ледяным.

— Джейсон, — сказал Эмир. — Ты даже не...

— Я сказал нет.

Джейсон подался вперед в своем кресле, потирая лицо руками, а затем глядя на свои ноги. Его аура втянулась, пока даже Эмир едва мог почувствовать ее. Констанция, которая была золотого ранга всего пару лет, вообще не могла обнаружить его ауру.

— Джейсон, — снова сказал Эмир. Его голос отражал, что он осознал, что наступил на мину. — Арабель дала мне некоторое представление о том, через что ты прошел. Она не дала мне подробностей, но проинструктировала, что я ни при каких обстоятельствах не должен ставить тебя в центр важных событий. И я не ставлю. Это важно, да, но я намерен поставить тебя только на периферию. Ты и твоя команда будете просто одним набором авантюристов среди многих. Это то, как я работаю. Я нанимаю команды авантюристов и отправляю их. Это обычная работа.

Джейсон посмотрел на Эмира, его глаза больше не были замаскированы магическими монетами, которые дала ему Белинда. Это был первый раз, когда Эмир видел их истинное состояние, и хотя его чувства не уловили ничего странного в них, кроме их внешнего вида, его инстинкты заставили его вздрогнуть. Выражение лица Джейсона было холодным, а его туманные глаза с черной склерой ощущались как милосердно далекая мощь в непостижимой бездне. Когда он заговорил, его голос был гравием, сыплющимся на зимнюю могилу.

— Обычная работа?

— Да, — сказал Эмир.

— Расскажи мне.

КТО ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ

КТО ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ

Эмир знал Джейсона еще до того, как его перекроили испытания, изменившие его до самой глубины души. Боги, отметившие его душу — так, как это посчитали бы наградой властные божества. Строитель, использовавший звездное семя, чтобы попытаться принудить Джейсона к рабству. Долгое, медленное восстановление после этого и его борьба с могущественными политическими силами.

Сам Эмир был ответственен за то, что ставил Джейсона в ситуации, в которых тот не должен был оказываться. Именно поиски Эмиром Ордена Жнеца в конечном итоге отправили Джейсона в астральное пространство, где он погиб. Теперь Джейсон вернулся — не просто из другого мира, а с того света. Несмотря на то, что Эмир видел, через что прошел Джейсон, его поразило, насколько тот изменился.

На первый взгляд, Джейсон остался прежним; когда они общались по водной связи, это мало чем отличалось от прошлого. Но водная связь не передавала ауры, и короткий разговор не выявлял того ущерба, что таился прямо под поверхностью. Именно их короткая встреча в клубе изменила взгляд Эмира.

Эмир намеревался немного позабавиться с Джейсоном, который явно был ужасен в поддержании прикрытия. Демонстрация шрамов и доказательство своих навыков в боях в клетке — это полная противоположность тому, как нужно выдавать себя за неприметного повара. Однако, встретившись с Джейсоном, он был поражен. Сила и жесткий контроль ауры Джейсона означали, что даже Эмир, ветеран золотого ранга, не мог видеть его насквозь.

Тем не менее, Эмир не осознавал, до какой степени он перестал понимать того маниакального, дерзкого пришельца из другого мира, которого когда-то знал. Джейсон всегда умел делать вид, что его не заботят могущественные люди вокруг. Однако Эмир, будучи золотым рангом, всегда знал, что чувства Джейсона были поглощены беспокойством из-за этого дисбаланса сил. Джейсон всегда находился в маниакальной суете, пытаясь хоть как-то уравнять шансы, будь то через бессмысленное поведение или смелые, неожиданные ходы.

По тому, как он шагал по внушительному облачному дворцу Эмира, и по его полному пренебрежению к золотым рангам, Эмир мог сказать, что никакой фасад больше не играл роли; Джейсон был искренне бесстрашен. Именно сидя напротив Джейсона, глядя в глаза, говорившие о силе, ожидающей в пустоте, Эмир по-настоящему осознал, что больше не знает человека перед собой. Аура Джейсона была вежливо сдержана, но зловещее предчувствие дразнило чувства Эмира. Это было похоже на знание того, что где-то в кустах спрятался хищник, ожидающий момента уязвимости, чтобы нанести удар.

— Скажи мне, — произнес Джейсон голосом, подобным камню, закрывающему гробницу. — Расскажи мне о Посланниках, Эмир. Скажи мне, чего ты хочешь.

Эмир внезапно почувствовал, что рассказывать Джейсону что-либо — ужасная идея. Арабель предупреждала его, но реакция Джейсона была намного хуже, чем он представлял. Он взглянул на Хамфри, чье лицо ничего не выражало. Он потянулся своими чувствами, чтобы исследовать эмоции Хамфри, но на его пути возникла твердая стена.

Лицо Джейсона не изменилось от того, что он заблокировал Эмира, который подозревал, что Хамфри даже не заметил столкновения аур высокого уровня. Эмир был поражен тем, что Джейсон вообще был способен на такой подвиг. Блокировать чувства других подобным образом обычно обучали только золотых рангов. Это не было особенно сложной техникой для кого-то такого ранга, если у них была правильная база навыков, но сила, уверенность и точность, с которыми Джейсон исполнил это, были пугающими.

— Я явно подошел к этому совершенно не так, — сказал Эмир. — Мы можем сделать это в другой...

— Я сказал: расскажи мне, — скомандовал Джейсон. Его голос был мягким, но в его основе чувствовалась неумолимая сила.

Эмир подавил свой гнев из-за того, что ему указывают, что делать в его собственном доме, зная, что это не принесет пользы. Он не привык быть ответственным, это была работа Констанции, но он был старше и выше рангом. Он взглянул на свою жену, которая кивнула в знак одобрения. Затем Эмир повернулся обратно к Джейсону, который наблюдал за ним этими тревожными глазами.

— Ты знаешь о проблемах, окружающих Церковь Чистоты, — сказал ему Эмир. — Люди по всему миру пытаются выяснить, когда и почему оригинальный Бог Чистоты был санкционирован другими богами. Церкви либо не были проинформированы своими богами, либо говорят нам, что не были. Я знаю, что сообщество алмазного ранга занимается этим вопросом.

— Существует сообщество алмазного ранга? — спросил Хамфри.

— Обладатели алмазного ранга могущественны, — сказал Эмир. — Их число ограничено, и такие проблемы, как расстояние и деньги, почти не имеют значения. Они поддерживают связь друг с другом, большинство из них, и торгуют услугами и редкостями, а не деньгами. У меня больше контактов с ними, чем у большинства, но я видел лишь проблески и не знаю точно, как они действуют. Что я знаю, так это то, что они копают в том, что случилось с Чистотой, и я знаю, что они нашли.

Джейсон не отреагировал, продолжая наблюдать за Эмиром молчаливым, немигающим взглядом. Эмир подождал лишь мгновение реакции, прежде чем сдаться и продолжить.

— Они попросили меня использовать сети, которые я использую для охоты за сокровищами, чтобы что-то найти. Я не единственный человек, которого они задействовали, далеко не единственный, но они хотят забросить как можно более широкую сеть, не вызывая шума. По этой причине такие люди, как я, не говорят авантюристам, которых мы нанимаем, что именно они ищут. Когда мы получаем зацепку, мы даем им детали, которые у нас есть, и отправляем их, даже не зная, что они на самом деле ищут и зачем.

— Это кажется нечестным, — сказал Хамфри. — Не говоря уже о неэффективности. Авантюристы заслуживают того, чтобы вступать в любой контракт, зная все, что могут.

— Это верно при охоте на монстров, — сказал Эмир. — Охота за сокровищами — это другая игра, и то, что я только что описал, — это стандарт. Спроси любые команды, специализирующиеся на охоте за сокровищами, и они скажут тебе то же самое.

— Как они узнают, что искать? — спросил Хамфри.

— Они не знают, — сказал ему Эмир. — Даже я не знаю, что искать. Я просто посредник, передающий те улики, которые мне дали.

— Это не звучит надежно, — сказал Хамфри.

— Я не лишен этого факта, — сказал Эмир с усмешкой. — Все, что мы можем сделать, — это бросить на это как можно больше надежных авантюристов. Я просто прошу, чтобы ваша команда была среди них, причем зная больше остальных. Мы даже не говорим об отправке вас куда-то. Просто если вы случайно окажетесь в точке интереса, я могу попросить вас сделать небольшой крюк, чтобы кое-что проверить. Время от времени.

— И сейчас как раз один из таких моментов, — сказал Джейсон, наконец заговорив. — Потому что это связано с Посланниками, не так ли?

— Да, — признал Эмир. — Как я и сказал, я никому не говорю, что мы ищем. Но я получил разрешение рассказать вам.

— От кого? — спросил Хамфри.

— От алмазных рангов, — ответил Джейсон, опережая Эмира. — Кто-то сказал Эмиру здесь, что у меня есть кое-какие дела с Посланниками. Он хочет, чтобы я посмотрел, что смогу найти по поводу его таинственной цели, пока я этим занимаюсь.

— Да, — сказал Эмир.

Джейсон продолжал смотреть на него с бесстрастным лицом, но, по крайней мере, с Хамфри Эмир видел, что его слова возымели действие. Джейсон больше походил на другого золотого ранга, причем враждебно настроенного.

— Даже у сообщества алмазного ранга нет ответа на то, что именно случилось с Богом Чистоты, — сказал Эмир. — По крайней мере, они мне не говорят. Но есть убеждение, что это было связано с чем-то. Устройство, вещество, процесс; мы не знаем его природы. Но что бы это ни было, оно может достичь цели, столь же древней, как магия эссенции: очищение эффекта ядер монстров.

Хамфри откинулся на спинку стула, широко открыв глаза. Джейсон не шелохнулся.

— Вы думаете, это то, зачем здесь Посланники, — сказал Джейсон, скорее утверждая, чем спрашивая.

— Да, — сказал Эмир.

— Почему? — спросил Хамфри. — Разве Посланники не смотрят свысока на пользователей эссенции как на представителей низших видов?

— Мощь, — сказал Джейсон. — Мощь и контроль. Если у тебя есть монополия на превращение пользователей ядер в обычных пользователей эссенции, ты держишь в руках весь мир, использующий эссенцию.

— Ты мог бы сделать так, чтобы все люди, сожалеющие об использовании ядер, снова могли тренироваться как авантюристы, — сказал Хамфри приглушенным тоном.

— Это только начало, — сказал Эмир. — С объективной точки зрения, разница между пользователями ядер и без них ничтожна. Но идея о том, что эта разница реальна, является краеугольным камнем высших слоев общества. Что-то подобное могло бы привести рычаги власти в замешательство, и это при условии, что тот, кто контролирует эту очищающую силу, доброжелателен. Если эта сила реальна, мир изменится, так или иначе. Природа этого изменения будет зависеть от того, откуда берется эта сила, что это такое и как она работает. И, самое главное...

— Кто ее контролирует, — закончил Джейсон.

— Именно, — сказал Эмир.

— Джейсон, — сказала Констанция, впервые заговорив с начала обсуждения. — Мы просто ищем авантюристов. Множество авантюристов, из которых ваша команда будет лишь одной из многих. Это то, что имел в виду Эмир, когда сказал, что вы будете на периферии. Решение этого — не ваша ответственность. Мы просто ищем людей, которым можем доверять.

— Это могу быть не я, — сказал Джейсон. — Мое суждение может быть скомпрометировано, когда дело касается распространения силы. Если я найду что-то подобное, я не буду просто послушно передавать это тому, кто меня нанял. Я сделаю с этим то, что сочту лучшим, и я не всегда был прав в этом.

— Вот почему это будешь не ты, кто сделает этот выбор, — сказал ему Хамфри. — Это будем мы.

Джейсон повернулся к Хамфри, его выражение лица наконец смягчилось.

— Ты принимаешь решение, лидер команды?

— Я.

Джейсон кивнул.

— Хорошо тогда.

Джейсон поднялся на ноги, Хамфри последовал его примеру.

— Всегда рад, — сказал Джейсон Констанции и Эмиру, но это прозвучало неубедительно, так как его тон все еще звучал как угроза. — Увидимся снова в конце следующей недели.

— Я вас провожу, — сказала Констанция.

— Все в порядке, — сказал Джейсон. — Я перемещусь порталом напрямую.

— Ты не сможешь переместиться порталом из дворца, — сказал Эмир.

Джейсон вытащил из-под рубашки ожерелье, на котором висели два его амулета. Одним был его Амулет Темного Защитника, а другим — его уменьшенная облачная фляга. Облачная субстанция выплеснулась наружу и образовала портал, наполненный тьмой, через который шагнул Джейсон. Эмир наблюдал, как тьма исчезает, а облачная субстанция рассеивается, его брови пытались уползти с макушки.

— Какого хр...

* * * Неудивительно, что в городе Яреш не было недостатка в парках. Они отличались просторами густой, мягкой травы, усеянными пышными растениями и яркими цветами. Раздраженный Эмиром, а затем злясь на самого себя за то, что позволил себе разозлиться и обращаться со своим другом как с дерьмом, Джейсон нашел парк и начал медитировать, чтобы успокоиться. Это также дало ему шанс отдохнуть после того, как он подключился к своим астральным вратам, чтобы пробить портал сквозь защиту облачного дома Эмира. Хотя его облачная фляга поглотила большую часть удара от подключения к этой энергии, даже оставшейся малой части хватило, чтобы его потрясти.

Джейсон потерял счет времени, позволяя своему разуму погрузиться в пустой покой. Он изучил множество техник медитации, но на данный момент проигнорировал их, стремясь лишь к чистой безмятежности. Когда он открыл глаза, небо было великолепного закатного оранжевого цвета. В экваториальном Римаросе закат был подобен выключению выключателя. Теперь они были достаточно далеко на юге, так что это все еще происходило быстро, но предлагало мимолетные моменты славы в конце дня.

Вместо того чтобы уйти в поисках жилья, когда город погрузился в ночь, Джейсон снова закрыл глаза, возвращаясь к медитации. На этот раз он практиковал технику, которой его научил Амос, расширяя свои чувства так, чтобы это не проецировало его ауру легко обнаружимым способом. Это была самая сложная форма манипуляции аурой, которую он изучил, представляющая собой более продвинутую технику, чем все остальное, что он знал.

Изучение этой техники включало одновременную концентрацию внимания и медитативное расслабление разума, из-за чего он чувствовал, что ему нужны две головы. Атрибут духа улучшал разум в определенных отношениях, включая улучшенную многозадачность, но это доводило его способности серебряного ранга до предела.

Многое из того, чему Амос учил Джейсона в плане манипуляции аурой, обычно было зарезервировано для золотого ранга. Когда эти техники сильно полагались на грубую силу, Джейсон легко их осваивал. Когда же дело касалось навыков, и он не мог полагаться на свою силу, это было гораздо сложнее. Даже если он не мог овладеть техниками из-за ограничения в ранге или просто из-за своих способностей, освоение основ стало бы огромным подспорьем, как только он повысит ранг.

Джейсон медленно и осторожно расширял свои чувства, следя за тем, чтобы его аура была необнаружимой для всех, кроме самых чувствительных. Почти в любом сценарии приключений двигаться так медленно было бы довольно бесполезно, но Джейсон продолжал действовать с терпением. Даже если он не будет использовать то, что практиковал в полевых условиях, в течение десятилетия, после того как он повысит ранг, он знал, что закладывает фундамент чего-то удивительного.

Одной из вещей, которой его научил Амос, было уделять больше внимания различению своих различных чувств. Большинство авантюристов, включая Джейсона, сваливали свои чувства в две коробки: естественные и магические. Ни то, ни другое не было строго правильным, поскольку даже «естественные» чувства зрения, слуха, вкуса и осязания были мощно усилены магией.

Физические чувства также все больше совершенствовались с каждым рангом, поскольку Джейсон мог расширять их до спектров, недоступных обычным людям. В основном, однако, он использовал это уточнение для фильтрации входных данных. Его разум не воспринимал активно вещи на границах визуального и звукового спектров, если они не выделялись по какой-то причине, и он не обрабатывал основную массу вкусов и ароматов, витающих в воздухе. Это спасало его от тошнотворных переживаний, от которых обычные люди были милостиво избавлены.

Магическое восприятие состояло из двух чувств: способности чувствовать магию и способности чувствовать ауры. Все пользователи эссенции понимали, что между ними есть разница с абсолютной точки зрения, но относились к ним как к одному целому с практической точки зрения. Это было так же верно для Джейсона, как и для большинства, хотя у него было преимущество в их различении, так как его чувство ауры было намного сильнее его чувства магии.

Тем не менее, Джейсон редко использовал их по отдельности, пока Амос не подтолкнул его к этому. Это был первый шаг к увеличению того, что Джейсон считал и без того высокоразвитыми чувствами. По мере того как он становился все более искусным в их раздельном использовании, он обнаружил, что это делает их намного чувствительнее. Это был ключ к расширению своих чувств без того, что он теперь считал грубым проталкиванием их своей аурой. Впереди его ждало много практики, но даже его ранние результаты приводили его в восторг.

Снова Джейсон потерял счет времени. Он погрузился в медитативный цикл, когда его чувства расширялись по сантиметру, двигаясь медленно, как ледник. Его восприятие ледниково расширилось, охватив парк, и он мог чувствовать немногих людей в нем, уже глубокой ночью.

Это был тот момент, когда он понял, что уже раннее утро, так как все, кто остался в парке, занимались поведением, в которое он предпочел бы не вмешиваться, будь то подозрительное или любовное по своей природе. Однако он почувствовал знакомую ауру, и от этого его глаза распахнулись.

— Мистер Асано? — спросила Тень.

— Это помощница пришельца, Бенелла. С ней другие серебряные ранги.

— Вы думаете, она здесь из-за вас?

— Ага.

— Я несколько обеспокоен тем, что она смогла найти вас.

— Может, я и практикуюсь в скрытии своей ауры по мере расширения своих чувств, но мои усилия все еще небрежны и грубы. Для кого-то с достаточно чувствительным восприятием я был ближе к маяку, чем к скрытому объекту.

— Как вы собираетесь реагировать?

— Ну, — сказал Джейсон, — я вижу у нас три варианта. Первый: свалить, пока они не подошли ближе. Второй: попытаться перевернуть ситуацию и скрытно последовать за ними. Третий: сражаться.

— Второй вариант предлагает наибольшие выгоды, — отметила Тень. — Мы могли бы узнать, кто эта женщина на самом деле. Но достаточно чувствительное восприятие, о котором вы только что упомянули, было бы угрозой.

— Согласен.

— Из оставшихся вариантов, мистер Асано, побег — более разумный подход. Сражение ничего вам не даст, кроме того, что покажет этой женщине, кто вы на самом деле.

— Не буду лгать, — сказал Джейсон. — Это звучит довольно заманчиво.

— Но это влечет за собой только последствия без каких-либо плюсов, мистер Асано.

Джейсон проворчал, но кивнул. — Ладно, но мы официально начинаем охоту на эту женщину.

Тень вышла из тени Джейсона, и Джейсон шагнул в нее, исчезая.

НАСТОЯЩИЙ ОРИГИНАЛ

НАСТОЯЩИЙ ОРИГИНАЛ

Бенелла нервничала, осторожно проезжая на скутере через тропический лес. До ее места назначения не было дорог, и она не рискнула бы быть замеченной, летя над пологом леса, поэтому она взяла небольшой скутер и осторожно пробиралась по звериным тропам. К счастью, среди местной фауны было достаточно крупных магических зверей, так что тропы были довольно широкими, хотя и извилистыми. Ранний утренний свет лишь частично пробивался сквозь полог леса, заливая все вокруг прекрасными сумерками, которые она была не в состоянии оценить, так как ее разум был занят тем, что должно было произойти дальше.

Она добралась до места назначения — небольшой поляны с ручьем, журчащим мимо скалистого выступа. Она припарковала скутер в тени скалы и сама прислонилась к ней. Ожидая, она нервно проверяла часы снова и снова, удивляясь, как время, казалось, тянется так медленно.

Наконец, в воздухе появилось мерцание, и стало видимым великолепное существо. Медленно спускаясь, он выглядел как селестин с алебастровой кожей и длинными волосами из пряденого золота. Они рассыпались по спине его безрукого, безволосого торса и блестели на солнце. Его глаза были сплошными золотыми сферами. Однако он был слишком высок, чтобы быть селестином, достигая восьми футов в высоту, а также имел пару крыльев, расправленных за спиной. Его ноги были покрыты свободными бирюзовыми штанами с золотой отделкой.

Он спустился, остановившись, чтобы зависнуть на месте прямо перед тем, как его босые ноги коснулись земли.

Его крылья были безупречно белыми, за исключением желтых и оранжевых перьев вдоль нижней части.

Они явно не отвечали за его полет, по крайней мере, не удерживая его физически в воздухе. Поскольку он магически парил в воздухе, крылья были раскрыты позади него, мягко колыхаясь.

Когда он заговорил, его голос был глубоким и резонирующим, вплоть до того, что имел почти неестественный отзвук.

— Я чувствую твой страх, эльфийка. Почему ты здесь одна?

— Хареш отказался прийти.

— Какая неудача делает его нежелающим предстать передо мной?

— В городе есть человек. Я подозреваю, что он заметил маску, наложенную на мою ауру.

— Золотой ранг?

— Только серебряный.

— Этого не может быть.

— Я не была уверена. Но есть и другие показатели того, что этот человек необычен. Безусловно, больше, чем он утверждает. Он привязан к группе авантюристов, и не к самым незначительным, как я обнаружила, сделав несколько осторожных запросов. Но Хареш настаивал на устранении угрозы, а именно ему вы дали окончательные полномочия.

— ТЫ СТАВИШЬ ПОД СОМНЕНИЕ МОЕ СУЖДЕНИЕ?

Голос Посланника прогремел, как бомба, сотрясая деревья и растения вокруг поляны и заставляя рыхлые камни скатываться с выступа. Бенелла попятилась, наступила ногой в ручей и споткнулась, упав на спину. На мгновение она была дезориентирована, а когда подняла глаза, Посланник парил над ней, как лезвие гильотины.

— Я бы никогда, лорд Фал. Я лишь пыталась прояснить, полагая, что мое объяснение было ошибочным. Я признаю свою вину.

Фал нахмурился, отлетая назад.

— Расскажи мне, что произошло.

— Хареш настаивал, чтобы мы устранили угрозу, но этого человека оказалось трудно найти. Он устойчив к магии слежения и, похоже, имеет какие-то средства телепортации. Нам просто повезло, что мы вообще нашли его, потому что он практиковал какую-то технику ауры в общественном парке ночью. Его аура почти полностью отличалась от маски, которую я видела, когда впервые столкнулась с ним.

— Тогда как ты узнала, что это он?

— Маска ауры, которую вы мне дали. Она реагировала на его ауру одинаково оба раза.

— Реагировала как?

Все еще лежа, наполовину в ручье и слишком напуганная, чтобы пошевелиться, Бенелла поморщилась, отводя взгляд.

— Отвечай! — потребовал Фал, его голос резонировал, как команда с небес, проецируемая на поляну через какой-то магический канал.

— Не так, как другие служебные расы, — сказала она, выдавливая слова из себя. Ее голова все еще была отвернута от Фала, глаза зажмурены, как у ребенка, ожидающего порки.

— Я не спрашивал, на что это не похоже, слуга. Я спросил, на что...

Он замолчал, его глаза сузились, когда они сфокусировались не на Бенелле, а на ее тени. Он двинулся молниеносно, потянувшись в ее тень и вытащив что-то.

— Отродье Жнеца, — сказал он, когда Тень болталась в массивном кулаке. Бенелла отползла в сторону. — Кому ты служишь, фамильяр?

— Ты скоро узнаешь, — спокойно сказала Тень. — У него есть дела с твоим видом.

— Он наблюдает, не так ли?

— Да.

Затем Фал сделал то, что ни Тень, ни Джейсон не считали возможным, начав атаку души на Джейсона через его связь с Тенью. Затем настала очередь Фала удивляться, когда Джейсон не только легко отразил ее, но и нанес ответный удар, оттолкнув ауру Посланника от Тени.

Посланник отбросил Тень в сторону.

— Тебе следует держаться подальше от наших дел, тень. Жнец не управляет моим видом; мы не стареем и не умираем, как низшие расы.

— Вы можете не стареть, но вы умираете, — сказала ему Тень. — Вы претендуете на звание высших существ, но все вы, кажется, в конечном итоге встречаете кого-то сильнее и находите путь к моему прародителю.

— Строитель был из моего вида, тень. Ты думаешь, он тоже умрет?

— Ты когда-нибудь задумывался, почему он был так одержим созданием своего собственного мира? То, что было сделано однажды, может быть сделано снова или полностью отменено, и он не единственный, кто создает вселенную. У Строителя есть враги, и один из них прямо здесь. Ты веришь, что такие, как ты, могут противостоять тому, кого Строитель признает личным врагом? Я предлагаю тебе бежать отсюда, чтобы твое время встретиться с моим прародителем не пришло слишком скоро.

Фал двинулся размытым пятном и снова схватил Тень, на этот раз сильно сжимая. Тень ответила высасыванием маны; алебастровая кожа высокомагического Посланника потускнела, начиная с руки и медленно ползя по запястью и вверх по предплечью.

— Я из величайшего народа в космосе, — прорычал Фал. — Мы не имеем равных, не говоря уже о превосходящих нас. Твои слова — просто хвастовство беспомощного.

Сила хлынула по руке Фала, и хотя почернение от высасывания маны ускорилось, это не остановило разрушение тела Тени.

* * * Джейсон сидел в офисе отделения Общества искателей приключений Яреша, высоко в башне из темного, блестящего металла. Большая часть кампуса Общества искателей приключений в Яреше на самом деле была зарыта под землю, с одной башней для операций, ориентированных на общественность. С Джейсоном были Хамфри, Эстелла и высокопоставленный чиновник Общества искателей приключений по имени Фиора Лут. Как и Джейсон с Хамфри, она была серебряного ранга, хотя достигла этого полностью благодаря ядрам.

Фиора была администратором всю свою жизнь, редко видя бой вне всплеска монстров, и даже тогда это обычно было косвенно. Она была офицером по логистике во время последнего всплеска, риски которого заключались не в столкновении с монстрами, а в доставке припасов через зараженные монстрами районы. Ожидая прибытия Бенеллы к месту назначения, она и Джейсон поделились своим опытом снабжения во время всплеска.

Как только Джейсон увидел взаимодействие через восприятие Тени, он подтвердил, что присутствует Посланник, и в комнате воцарилась тишина. Он уже видел ложных Посланников, созданных зоной трансформации или способностью призыва. Он должен был признать, что они меркли по сравнению с настоящим оригиналом, даже если это был всего лишь серебряный ранг. Хотя это был самый низкий ранг, на котором можно было найти взрослых Посланников, он все равно производил большое впечатление.

Как только Джейсон подтвердил наличие Посланника, Фиора отправила сигнал. Команды авантюристов двинулись по сети сообщников, которую Эстелле удалось раскопать с момента начала расследования в отношении Бенеллы по наущению Джейсона. С тех пор прошло чуть больше полутора дней, но Эстелла быстро составила карту ее ключевых сообщников. Тот факт, что Бенелла собрала их вместе сразу после того, как рассталась с Джейсоном и Золитом, был подспорьем.

Джейсон открыл глаза после того, как его связь с телом Тени была прервана его саморазрушением.

— Все кончено? — спросил Хамфри.

— Он нашел Тень, — сказал Джейсон. — Мы ожидали этого. Это был риск — посылать его в тени Бенеллы.

— Это был правильный ход, — сказала Фиора. — Посланники теперь знают, что мы знаем, что у них есть агенты в городе, но им придется быть более осмотрительными. Надеюсь, мы сможем выкорчевать их, пока они затаились, следуя по следу этой женщины Бенеллы.

— Это было быстрое мышление — заставить тело Тени в твоей тени прыгнуть к Бенелле, когда ты увидел, что она покидает город, — сказала Эстелла.

— Я не был уверен, правильный ли это ход, — сказала она.

— Я согласился с ним, — сказал Джейсон.

— Как и я, — согласилась Тень из тени Джейсона. — Консультация с мистером Миллером была правильным инстинктом.

— И за те дни, что вы провели на больших общественных собраниях, — сказала Фиора Джейсону, — вы не видели никого другого, кого подозреваете?

— Нет, — сказал Джейсон, — но я мог легко пропустить кого-то. Маска ауры, которую она носила, была невероятно хороша. Потребовалось несколько прямых взаимодействий, прежде чем я вообще заметил ее, и даже тогда я не был уверен. Самая тревожная часть, однако, заключается в том, что это была даже не ее маска ауры. Я всегда подозревал, что Посланники превзойдут нас, когда дело дойдет до аур, но не до такой степени. Будь то предмет или техника, их магия, связанная с аурой, легко побеждает нас.

— Почему вы подозревали, что у них превосходные ауры? — спросила Фиора.

— Из-за их природы, — сказал Джейсон. — Большинство сущностей — это живые существа с душами внутри. Для Посланников их тела и души — это одно целое, а не два. Поскольку ауры — это проекции души, их гештальт-природа дает им доступ к способностям, которых нет у тех, у кого есть двойственность тела и души.

— Есть ли какие-нибудь уязвимости в этой природе? — спросила Фиора.

— Только если вы сможете убедить их быть саморазрушительными, — сказал Джейсон.

— Конечно, нам следует изучить это подробнее, — сказала она.

— Насколько я понимаю, эта тема уже изучается, — сказал Джейсон. — В нашем конвое есть целитель золотого ранга, Карлос Килидо. Он знает об этой теме больше, чем я.

Хамфри настороженно наблюдал за Джейсоном. Реакция Джейсона на просьбу Карлоса стать подопытным для того, как навредить гештальтам тела-души, закончилась насильственно. Никаких признаков беспокойства не появилось в выражении лица, языке тела или ауре Джейсона, но Хамфри внимательно следил за ним.

Джейсон не только заметил, что Хамфри делает это, но и увидел, что Фиора заметила эту динамику. Она не спросила, несмотря на любопытство, которое Джейсон чувствовал от нее. Джейсон почувствовал самообладание Фиоры, когда она отбросила свое любопытство, чтобы перефокусировать свое внимание.

— Признаюсь, я была скептична, когда директор предположил, что вы, возможно, сможете выкопать некоторых агентов, работающих на Посланников в городе, — сказала она.

— Мне повезло, — сказал Джейсон. — Она совершила ошибку и привлекла мое внимание. Шансы найти другого, просто случайно посещая места с большим количеством людей, в лучшем случае невелики. Погоня за людьми, общающимися с Бенеллой, приведет к гораздо лучшим зацепкам.

— Какова была ее цель? — задался вопросом Хамфри. — Работа помощником у какого-то промоутера боев среднего звена, кажется, не имеет особых преимуществ для Посланников.

— Я полагаю, что многие из их агентов — это люди низкого уровня, помещенные в роли, где вокруг них находятся более могущественные люди, — сказала Фиора. — Помощники, домработницы, мелкие бюрократы. Те, на кого могущественные люди обращают не больше внимания, чем на лампу или стул.

— Это может быть человек, чьим помощником она является, — сказал Джейсон. — Он кажется безобидным, но он пришелец из другого мира. Это не то, что можно игнорировать, имея дело с большим пространственным беспорядком. Куча Посланников, появляющихся, например.

— Я знала, что в городе есть пришелец, — сказала Фиора. — Общество отслеживает таких людей. Я просмотрела отчеты о нем, но единственное, что бросилось в глаза, это то, что для пришельца он был необычайно спокоен. Какая-то мелкая преступная деятельность, которую мы пропустили. Мы предпочли бы, чтобы он придерживался этого, чем искал что-то более захватывающее. Мои следователи сейчас присматриваются ближе, конечно, и у меня есть аналитики, прочесывающие эти отчеты на предмет любых менее очевидных признаков того, что он что-то замышлял.

Фиора откинулась на спинку стула.

— Нам повезло, что Посланники сражаются на нескольких фронтах, — сказала она. — Вы знаете о природном массиве?

— Знаем, — сказал Хамфри. — Наш магический исследователь просто жаждет увидеть его. Он был немного раздражен с тех пор, как его запланированная лекция об этом для моей команды и другой группы с нами была сорвана.

— Мы в настоящее время вкладываемся в то, чтобы удерживать бои в центре оплотов Посланников и подальше от города. Они удерживают нас от единственного доступа к массиву, глубоко под землей. Люди здесь, за стенами, не понимают, насколько плохи бои. Однако, если Посланники смогут перерезать линии снабжения, выходящие из города, нашим силам придется отступить. Тогда бои будут у наших стен, а не у их.

Джейсон почувствовал, как она подавила свои эмоции, и она встала. Хамфри и Джейсон сделали то же самое, и она пожала руки обоим.

— Признаюсь, вы оставили меня весьма заинтригованной, мистер Миллер. Директор сказал, что если я копну глубже в вашу личность, я ее найду, поэтому он попросил меня не делать этого. Обычно я бы не позволила этому остановить меня, но вы оказали нам услугу, так что я буду уважать это.

— Я ценю это, — сказал Джейсон. — Но это Общество искателей приключений, миссис Лут. Услуга — это суть.

ИСТОРИИ О ГРИБКЕ

ИСТОРИИ О ГРИБКЕ

Урман Воль уже потянулся, чтобы швырнуть папку с бумагами через всю комнату, когда остановил себя, закрыл глаза и положил папку обратно на стол. Его сыновья, Валк и Эмреш, тревожно стояли посреди кабинета.

— Еще один, — прорычал Урман. — Это уже второй за то время, пока брокер добирается сюда. Вы уверены, что он придет, не так ли, Валк?

— Да, отец, — сказал старший брат.

Офис Урмана находился на полпути вверх по одной из башен в центре города, престижно, но не чрезмерно. Понимание того, где разместить штаб-квартиру, было важной частью поддержания репутации в Яреше. Это демонстрировало самооценку, которая могла повредить интересам, если бы они переоценили или недооценили свое положение в обществе.

Стук в дверь сопровождался тем, что некоторые из менее головорезистых людей Урмана проводили маленького эльфа в хорошо сшитом, но не показном костюме. Как и офис Урмана, его одежда была тщательно подобрана в соответствии с его социальным положением. Несмотря на то, что он находился в офисе Урмана и был окружен его людьми, эльф выглядел невозмутимым. Он был пользователем ядер серебряного ранга, но его аура была жестко контролируема, не выдавая никаких эмоций.

— Мистер Воль, — сказал маленький эльф. — То, что ваши люди привели меня сюда, довольно сильно давит на границы приличия.

— Джасич Товилл, — сказал Урман с мрачным видом. — Ты собираешься стоять здесь и говорить о нарушении границ, когда ты вмешиваешься в мой бизнес?

— Я не имею никакого отношения к вашему бизнесу, мистер Воль.

— За последние три дня не менее девятнадцати моих должников погасили свои кредиты полностью, сразу после получения кредитов от вас.

— Вы ошибаетесь в двух отношениях, мистер Воль. Во-первых, кредиты, выданные при моем содействии, не имеют никакого отношения к вашим кредитам, просто потому, что в нескольких случаях они достались одним и тем же людям. Если вы не согласны, вы обнаружите, что мои юридические адвокаты будут весьма рады объяснить разницу перед гражданским магистратом. Во-вторых, это не мои кредиты. Кредиты были оформлены через меня, но именно мой клиент выдает их, а не я.

— И кто ваш клиент?

— Не ваше дело, мистер Воль.

— Отец, — гневно сказал Эмреш. — Позволь мне...

— Тихо, — пренебрежительно скомандовал Урман.

— Да, — согласился Джасич. — Вы уже нанесли своему отцу достаточно ущерба.

— Что это значит? — спросил Урман.

— Прошу прощения, — сказал Джасич. — Я сказал лишнее.

— Мой отец спросил тебя...

— Закрой рот! — рявкнул Урман на Эмреша, а затем перевел взгляд на Джасича.

— У меня нет терпения для твоих игр, брокер. Скажи мне, кто твой клиент, или ты обнаружишь, что с твоими интересами случаются досадные совпадения.

Джасич вздохнул.

— Так уж вышло, — сказал он, — что мой клиент предвидел сценарий, подобный этому, и дал соответствующие указания. Мне было дано разрешение, если я окажусь под давлением, раскрыть, что мой клиент является членом семьи Нарин из Римароса.

— Королевство Штормов? — спросил Урман. — Что им нужно от горстки предприятий в развлекательном районе Яреша?

— Мой клиент, так уж вышло, также является посредником. У нее нет интереса к развлекательному району или вовлеченному бизнесу.

— Она делает это для кого-то другого?

— Да.

— Почему?

— Она вмешалась только для того, чтобы защитить кого-то.

— Защитить кого? — спросил Урман. — Моих должников? Эту таинственную личность за ней?

— Нет, мистер Воль. Она делает это, чтобы защитить вас.

— Меня? От кого и от чего, по-вашему, мне нужна защита?

— Кто-то внутри вашей организации оскорбил человека, которого они очень не должны были оскорблять.

Вспоминая более раннее заявление брокера, сделанное, казалось бы, невзначай, Урман посмотрел на своего младшего сына, прежде чем снова повернуться к Джасичу, когда тот продолжил свое объяснение.

— Мистер Воль, оскорбленная сторона знает, что если они примут ответные меры против этого члена вашей организации, события перерастут в точку, где им придется убить вас и всех вокруг, прежде чем не останется людей, которые придут искать мести.

— Даже если этот человек мог бы это сделать, — сказал Урман, — городские власти не стали бы просто сидеть сложа руки перед лицом такого количества убийств.

— Я не знаю личности этого человека, — сказал Джасич, — но меня заверили, что он не беспокоится о каких-либо властях. Это кажется диковинным заявлением, но, учитывая личность моего клиента, я не могу полностью его отбросить. Однако, делать все это противоречило бы текущему желанию этого человека оставаться анонимным. Поэтому он решил, что удовлетворит свою потребность в мести, вмешиваясь в ваши интересы, а не расплавляя вашу плоть и не таская вас вокруг в ведре. Это прямая цитата, кстати, и та, которую, как меня заверили, можно воспринимать буквально, если не считать потенциальной необходимости в нескольких ведрах или, возможно, бочке. Мой клиент пытается предотвратить то, что этот человек решит, что вы стоите того, чтобы ради этого отбросить свою анонимность. Она знает, что идти через меня — это то, что вы были бы готовы сделать, но идти через нее — нет.

Урман откинулся на спинку стула, обдумывая слова брокера. Джасич стоял на месте, терпеливый и невозмутимый, в то время как Эмреш был взволнован, не в силах держать руки и ноги в покое, не ерзая. Его старший брат, Валк, был более сдержан, но все еще проявлял признаки неуверенности в своем выражении лица. Во время долгого молчания Эмреш выглядел так, будто собирался заговорить несколько раз, прежде чем остановиться или быть остановленным резким взглядом брата. Наконец, Урман заговорил.

— Брокер. Продай мне кредиты, которые ты выдал.

— Как я уже объяснил, мистер Воль, это не мои кредиты. Я просто управлял ими.

— Вы умный человек, мистер Товилл. Я уверен, вы можете что-нибудь придумать.

— Что я придумал, мистер Воль, так это то, что если вы продолжите давить, вашим лучшим результатом будет унизительный провал.

— Вы думаете, провал — это лучшее, что я могу сделать?

— Если вы что-то предпримете, мистер Воль, я единственный человек в этой комнате, который останется в живых к концу недели.

Урман поморщился, но воздержался от очередной вспышки.

— Отвезите мистера Товилла домой, — сказал он своим приспешникам. Они увели Джасича, оставив Урмана и его сыновей. — Эмреш, что ты натворил?

— Ничего.

— Не лги мне, мальчик.

— Правда, ничего. Это была обычная неделя.

— Ты никого не обидел? — спросил Валк. — Заставил кого-то злиться?

— Конечно, я обижал людей, — сказал Эмреш. — Я просто сказал, что это была обычная неделя.

— Кто были эти люди, которых ты обидел? — спросил Урман.

— Я не составлял список.

— Эмреш, — сказал Валк. — Ты единственный из нас, кто проводит время в развлекательном районе. Ты знаешь людей там, да?

— Конечно, знаю.

— Из людей, которых ты обидел, кто были незнакомцами? — спросил Валк.

— Что заставляет вас думать, что это был кто-то, кого я обидел? — спросил Эмреш. — Брокер сказал «оскорбленный», и как бы я мог обидеть какого-то смертоносного дикаря, который мог бы уничтожить нас всех?

— Вероятно, это был какой-то ребенок из влиятельной семьи, вышедший повеселиться, — размышлял Урман. — Слишком гордый, чтобы назвать свое имя, возможно, или не желающий втягивать это имя в мелкую ссору.

Он посмотрел на Эмреша.

— Некоторые люди знают, что лучше не оставлять свои ошибки на порогах своих семей.

— Это мог быть кто угодно, с кем он столкнулся, — сказал Валк. — Лучший ход на данный момент — узнать больше о клиенте брокера.

Урман кивнул.

— Валк, разузнай о любых членах Дома Нарин в городе.

— Что мне делать? — спросил Эмреш.

— Иди домой, — сказал Урман. — В мой таунхаус, а не в твое место в развлекательном районе. Оставайся там, пока я не скажу иначе. Я прикажу своим людям проследить, чтобы ты ушел, и скажи матери, что тебе нельзя выходить.

— Ты пожалуешься на меня маме?

* * * Команда Джейсона была в скутере Клайва, двигаясь на юг над пологом леса. На этот раз Джейсон сам присоединился к ним.

— Хотя хорошо, что мы действуем в одиночку, так что ты можешь пойти с нами, — сказал ему Хамфри, — это не контракт с низкими ставками, чтобы медленно привыкнуть к совместной работе. Мы одна из семи команд, четыре из которых имеют прикрепленных золотых рангов. Мы все разведываем регион к югу от города. Никто ничего не слышал ни от кого в том направлении уже несколько дней, включая первые две команды, отправленные проверить это.

— Зачем разделять все команды? — спросила Белинда. — Разве это не напрашиваться на то, чтобы нас перебили поодиночке?

— Потому что область, которую мы покрываем, такая большая, — сказал ей Хамфри. — Насколько кто-либо может определить, весь южный подход отрезан. Общество искателей приключений хочет, чтобы с этим разобрались, прежде чем начнется паника.

— Должна ли начинаться паника? — спросил Нил.

— Это то, что мы пытаемся выяснить, — сказал Хамфри. — Местные команды проверяют основные магистрали на юге. Нас назначили прыгать между меньшими и более изолированными общинами, вместе с командой Коринн и другой группой приезжих.

— Значит, мы получаем задачи с низким приоритетом, — проворчал Нил.

— Будь благодарен, — сказал Хамфри. — Команды с золотыми рангами идут по основным маршрутам, где, скорее всего, будут самые опасные угрозы. В противном случае более крупные города дали бы знать о себе, прежде чем замолчать.

— Мы можем справиться с опасным, — сказала Софи. — Если только это не что-то золотого ранга.

— Ранг — не единственный источник опасности, — предупредил Клайв. — Да, мы могли бы справиться с большинством монстров серебряного ранга, но альманах монстров Магического общества полон экзотических угроз. Не все можно решить ударами.

— Это зависит от того, насколько хорош ты в ударах, — сказала ему Софи.

* * * В своем собственном скутере команда Коринн также двигалась над тропическим лесом, деревья были прямо под ними.

— Почему мы не могли просто поехать по дорогам? — вслух задался вопросом Поликс. — Это заняло бы больше времени, да, но мы могли бы просто выехать раньше.

— Общество искателей приключений хотело, чтобы мы избежали неприятностей на пути к населенным пунктам, — сказала Коринн. — Исчерпывающая полнота, с которой южный регион замолчал, предполагает, что дороги скомпрометированы.

— Но запуск этих скутеров в режиме полета потребляет много монет духа, — сказал Поликс. — Общество искателей приключений возмещает нам расходы, верно?

— Конечно, возмещает, — сказала Роза. — Разве не так, Коринн?

— Так, — сказала Коринн. — Они полностью возместят нам расходы.

— Почему ты не звучишь убедительно? — спросил Поликс.

— Они возместят нам расходы, — сказала Коринн. — Более или менее.

— Более или менее? — спросил Калиф. — Мы заправляем эту штуку из партийных средств. Что значит «более или менее»?

— Это значит, что общество в настоящее время направляет припасы на конфликт с Посланниками, — сказала Коринн. — Они все еще выплачивают контракты, но несрочные возмещения выплачиваются кредитными облигациями.

— Что такое кредитные облигации? — спросил Калиф.

— Это токен, который вы можете использовать, чтобы вернуть причитающуюся сумму в более поздний срок.

— Насколько позже? — спросил Поликс.

— Год.

— Год? Нас не будет через год!

— Вы можете востребовать их в других отделениях, — сказала Коринн.

— Нам все еще придется ждать год, если мы это сделаем? — спросил Поликс.

— Только если вы хотите полные восемьдесят пять процентов, — сказала Коринн.

— Что ты имеешь в виду, восемьдесят пять процентов? — спросил Поликс.

— Существует небольшая комиссия за востребование токена в отделении, отличном от того, которое его выпустило, — сказала Коринн.

— Нам не следовало брать этот контракт, — пожаловался Поликс. — Самофинансирование поездки в какую-то смутно определенную область, где люди продолжают исчезать? Включая авантюристов?

— Может быть, весь регион переполнен чем-то, — предположила Роза. — Я слышала истории о грибке, который может захватить целые города за одну ночь.

— Однажды я видела плотоядную лозу размером с большой город, — сказала Зара. — Это было в астральном пространстве, часть массовой экспедиции, которую Эмир Бахадир организовал пять лет назад. Только железный ранг, с многообещающими молодыми командами со всего мира. Это был хороший шанс встретиться с другими представителями знати.

— Вы убили монстра-лозу? — спросил Калиф.

— Это был не монстр, — объяснила Зара. — Это было какое-то алхимически модифицированное растение-существо, которое оставили расти в диком виде на протяжении веков. Оно зарылось под землю, но имело лозы на поверхности, среди обычных зарослей. Оно нападало на любого, кто входил на его территорию. Десятки авантюристов объединились, чтобы разобраться с ним.

— Один гигантский организм? — спросил Поликс.

— Да, — подтвердила Зара.

— Специалист по наложениям, — сказал Поликс. — Даже куча авантюристов не справится с этим. Тебе нужен кто-то, кто может бесконечно масштабировать урон, чтобы справиться с чем-то таким большим.

— За исключением того, что это было не так просто, — сказала Зара. — Мы были железного ранга, и вы знаете, каковы специалисты по наложениям на этом ранге.

— Дерьмовые специалисты по площади, — сказал Калиф. — Ни один монстр железного ранга не является достаточно жестким, чтобы сделать наложения стоящими, и ни один специалист по наложениям бронзового ранга не выживет против монстра бронзового ранга. Не без большой поддержки. Быстрее и проще просто бегать вокруг, убивая вещи обычным способом.

— Да, — сказала Зара. — Вот почему лишь немногие команды привели их. И все они специализировались на наложениях по площади, которые не имеют эскалирующих эффектов до более высокого ранга. К счастью, был один сфокусированный специалист по наложениям, часть местной команды.

— Сфокусированный специалист по наложениям? — спросила Коринн. — Они даже слабее специалистов по наложениям по площади на низком ранге. А что касается высоких рангов, они просто бесполезны против чего-либо, кроме одного гигантского существа.

— Если они действительно специалисты по наложениям, да, — согласилась Зара. — Человек, о котором идет речь, стал скирмишером по наложениям.

Все, кроме Поликса, который вел скутер, повернулись, чтобы посмотреть на Зару.

— Да, — сказала она с маленьким, усталым вздохом. — Я говорила о нем. Это был первый раз, когда я увидела его, хотя мы никогда на самом деле не встречались до позже.

— Тебе нужно забыть этого парня, — сказала Роза. — Я не думаю, что он особенно увлечен тобой, принцесса.

— Это больше не принцесса, — сказала Зара.

— Во что я верю так же сильно, как в то, что ты не одержима парнем, из-за которого присоединилась к нашей команде, — сказала ей Роза. — Может быть, попробуй избегать испускания маленького вздоха, когда говоришь о нем, и это может показаться более правдоподобным.

— Вы понимаете, что он, вероятно, слушает все это, — сказал Калиф. — Этот его теневой фамильяр хитрый.

— Я продолжаю чувствовать, как он шныряет вокруг, — сказала Роза. Как разведчик команды, она имела лучшее восприятие среди них. — Я уверена, что его становится труднее заметить, хотя.

— Я ценю, что вы так говорите, мисс Лиселос, — сказала Тень из ее тени. — Мне нужно совершенствовать свои навыки снова с каждым призывателем, фамильяром которого я являюсь, и вы были очень хорошей практикой.

ВАМПИРЫ-МОНСТРЫ-РАБЫ

ВАМПИРЫ-МОНСТРЫ-РАБЫ

Команда Коринн приостановила свое продвижение над тропическим лесом, чтобы отбиться от большой группы паукообразных обезьян. Это были не те паукообразные обезьяны, что на Земле, так как у них было четыре дополнительные руки, они стреляли паутиной из своих рук и ядовитыми жалами из кончиков своих хвостов. Они также были более агрессивно всеядными, все еще с энтузиазмом относясь к фруктам, в то же время подмешивая любого, кого могли поймать, в свой рацион.

Полог тропического леса был средой, которая была смешанной сумкой для команды. Все они могли обойтись ловкостью серебряного ранга, но некоторые справлялись лучше других на деревьях.

Вместо того чтобы перебить всех обезьян, команда отогнала их демонстрацией силы, при этом погибло лишь несколько существ. Они не были монстрами, а были местными магическими зверями, и полог тропического леса был их естественной средой обитания; они были угрозой только для любого, кто бродил по верхушкам деревьев, кто, как правило, мог справиться с собой.

Команда возвращалась к скутеру, зависшему над пологом, пробираясь вверх сквозь тенистый полог, когда Роза, разведчик, замерла. Она повернулась, чтобы вглядеться в тени, когда остальная часть команды приготовилась. Они заняли тактические позиции, паря в воздухе или усевшись на ветвях. Только Зара была не в такт, не имея лет тренировок и совместной работы, которые держали остальных в идеальной синхронности.

В темноте появились две сине-оранжевые туманности в форме глаз. Осознание того, что это Джейсон, не сильно расслабило команду, и они оставались в состоянии готовности.

— Как ты подобрался так близко? — спросила Роза. — Раньше ты не был так хорош.

— Вся причина, по которой мы все вместе вот так, заключается в том, что лорд Пенсината может тренировать мое использование ауры, — сказал ей Джейсон. — Было бы немного странно, если бы я не совершенствовался.

— Но так быстро?

— Подожди, пока не увидишь Посланника, — сказал Джейсон. — Ты поймешь, что это недостаточно быстро.

— Что ты здесь делаешь, Асано? — спросила Коринн. — Ты должен быть со своей собственной командой.

— Я просто хотел поговорить с вашим новым членом команды.

— Насколько я слышала, ты не хотел иметь с ней ничего общего.

— Да, ну, — признал Джейсон, его голос звучал смущенно. — У меня есть такая штука, когда я делаю грандиозные заявления о принципах и намерениях, только чтобы немедленно осознать, что мне приходится отступать от них по практическим причинам. Леди Нарин взялась за задачу по моему приказу, и я хотел обсудить это.

— Я не думаю, что сейчас лучшее время, — сказала Коринн.

— Да, — признал Джейсон, — но мы отправляемся сражаться со злом, и я узнал, что лучше всего ловить момент. Я довольно часто умираю.

— Все в порядке, — сказала Зара. — Я догоню.

Команда обменялась недовольными взглядами, но направилась к скутеру, пока Зара активировала экран конфиденциальности. Она стояла на маленьком парящем облаке, которое бурлило, как шторм. Джейсон появился из теней, небрежно сидя на ветке, откинув капюшон с головы.

— Здесь много удобно расположенных сильных и горизонтальных веток, — заметил он. — Это нормально? Я не много знаю о деревьях, кроме их использования в ландшафтном дизайне, и я в основном забыл все это. Это то, чем мой отец зарабатывал на жизнь.

— Зарабатывал, прошедшее время? Твой отец умер? — спросила Зара.

— Что? Нет, был апокалипсис монстров, и он чинит одно из моих мест. Куча золотых рангов выкопала его в поисках сокровищ, придурки. Я не уверен, что платил ему, теперь, когда я думаю об этом. Вероятно, должен был. У него набежит зарплата к тому времени, как я вернусь.

— Ты просто пришел сюда, чтобы нести чепуху? — спросила Зара.

— Это, как правило, безопасная ставка, — сказал Джейсон с обезоруживающе уязвимой улыбкой. — Но на этот раз я пришел поблагодарить тебя за помощь с тем бандитом-застройщиком.

— Ты предоставил деньги, — сказала Зара. — Все, что мне потребовалось, — это пара часов и мое имя.

Джейсон кивнул. — И ты увидела, какой я лицемер. Я был против того, чтобы ты присоединилась к конвою, потому что твое происхождение принесет неприятности. А потом я попросил тебя щегольнуть своим именем при первой же возможности.

— Это не то, почему ты не хотел, чтобы я присоединилась, — тихо сказала Зара. — Ты думал не о неприятностях, которые я принесу, а о тех, что у меня уже были. О том, что вся моя семья принесла тебе, но ты никогда бы не связался с нами, если бы не я.

Джейсон знал, что это не так, поскольку Сорамир наблюдал за ним с того момента, как он и Фарра вернулись на Паллимустус. Он сомневался, что Зара притворялась невежественной, что означало, что Сорамир не сказал ей, что привело к большему самобичеванию, чем было полностью оправдано. Он знал себя достаточно хорошо, чтобы понять, что не сказать ей об этом было мелочно, но он мог жить с тем, чтобы быть немного мелочным.

— Вероятно, — согласился Джейсон.

Зара села в свое парящее облако, Джейсон рассмеялся, когда ее ноги свесились снизу.

— Ты знаешь, что я могу делать вещи для тебя, не привлекая слишком много внимания, — сказала она. — Например, мне не нужно было разбрасываться своей личностью. Имени Дома Нарин было достаточно, чтобы уладить вопрос.

— Он не улажен, — сказал ей Джейсон. — Воль копает под тебя.

— Люди, особенно амбициозные, не едят убытки так охотно, — пренебрежительно сказала Зара. — Это под контролем. Я еще не закончила с мистером Волем.

— Ты уверена?

— Да.

— Твой план не включает в себя женитьбу на каких-нибудь мертвых людях, не так ли?

— Я усвоила этот урок, — сказала она, бросив на него прямой взгляд. — Я думаю, нам обоим пора вернуться к своим командам. Не знаю насчет твоей, но моя ждет.

— О, моя даже не знает, что я ушел, — сказал Джейсон. — Но искренне, спасибо за то, что разобралась с делом с Волем.

— Это не такая уж большая забота, — сказала она. — Это не похоже на то, что если бы я этого не сделала, то ты бы действительно пошел вперед и перебил их всех.

— Нет, — сказал Джейсон, его аура не показывала ничего, кроме искренности. — Конечно, я бы не стал.

* * * Джейсон появился из одного из тел Тени, вернувшись на все еще движущийся скутер своей команды.

— Где ты был? — спросил Хамфри своим лучшим голосом разочарованной матери.

— Я никуда не уходил, — сказал Джейсон. — Я был здесь все это время.

Хамфри перевел взгляд на сиденье Джейсона. На нем сидело то, что выглядело как мумия из старого фильма, сделанная из бинтов, туго обмотанных вокруг примерно человекоподобного скопления пиявок. К ее лбу была приколота записка со словом ДЖЕЙСОН, написанным на ней.

— В свою защиту, — сказал Джейсон, — я думал, он примет форму кровавого клона.

— Ты думал, что ты, но красный и немой, будет убедительным? — спросил Хамфри.

— Красный, я мог бы поверить, — сказала Софи. — Немой? Нет.

— Давай, Колин, — сказал Джейсон, жестикулируя на своего фамильяра. — Кот выскочил из мешка.

Колин внезапно вскочил на ноги с приливом энтузиазма.

— Нет, — сказал Джейсон. — У меня нет настоящего кота в мешке, чтобы ты съел.

Плечи мумии поникли, побуждая Джейсона задаться вопросом, почему связанный рой пиявок имеет коллективный язык тела.

— У меня может быть свежая паукообразная обезьяна, — сказал ему Джейсон.

— Он не будет есть это в скутере, — крикнул Клайв с водительского сиденья. — Не если ты не поставляешь кристальную промывку, чтобы очистить это.

* * * Когда Джейсон и его команда подошли ближе к месту назначения, они замедлились до остановки. Клайв осторожно спустил скутер под полог, но остановился высоко над лесным полом, вне солнца, чтобы спрятаться среди деревьев. Джейсон перемахнул через борт, исчезая в тенях, когда тела Тени вылились из его плаща, чтобы сделать то же самое.

Пол тропического леса был мегаполисом теней и препятствий; именно такое место, где было бы глупо сражаться с кем-то вроде Джейсона. Его команда ждала, пока Джейсон и Тень разведают путь вперед, мерцая из тени в тень в полумраке. Их целью был небольшой город, в дюжине километров впереди, о котором не было слышно уже несколько дней. Это было необычно, так как это было маленькое и относительно изолированное место, но поскольку регион все больше погружался во тьму, команда Джейсона была отправлена проверить. Каждое место, которое они должны были проверить, было таким же.

Джейсон не прошел весь путь, прыгая по теням, так как даже его мана пострадала бы без источника пополнения. Он использовал свои старые техники для навигации по дельте Гринстоуна пешком, адаптированные по мере повышения ранга, но никогда не практиковавшиеся так, как в его ранние дни в качестве авантюриста. С горячим, влажным воздухом почти казалось, что он вернулся туда.

Одной из третичных сил Тени была способность быть локусом не боевых способностей Джейсона. Поскольку это включало его способность карты, отправка тел Тени была отличным способом нанести на карту область. Именно Тень первой столкнулась с городом, после чего его другие тела пронеслись вокруг него.

Город был окружен полями сельскохозяйственных культур, разделенными линиями деревьев, а не заборами. Рисовые поля были широко представлены, со многими теневыми домами, выстроенными рядами для культур, которые не были так привязаны к палящему солнцу. На полях работали люди, хотя большая часть труда выполнялась конструктами-существами, созданными для этой цели и направляемыми эльфами-надзирателями.

На первый взгляд все выглядело нормально, но что-то щекотало инстинкты Джейсона. Он держал себя скрытым, а свои магические чувства сдержанными. Он пробирался вперед, используя линии деревьев, которые разделяли поля, а также теневые дома. Он нашел место близко к городу, внутри кустарника в конце одной из линий деревьев.

Город был ничем не примечательным, с простыми деревянными зданиями, часто с открытыми сторонами. Поток воздуха и минимальное препятствие, казалось, были ключом к принципам дизайна, и все здания были выкрашены в один и тот же темно-зеленый цвет. Казалось, что весь город тоже недавно перекрасили. Джейсон мог видеть насквозь многие здания, особенно дома. Они были обставлены по тем же минималистским принципам, по которым были построены. Внутренние пространства были открытыми, со стеллажами вместо шкафов, гамаками вместо кроватей и открытыми сторонами вместо стен.

Опять же, население города казалось нормальным, но инстинкт Джейсона, что что-то не так, рос, даже если он не мог понять, что именно вызывает у него тревогу. Прежде чем рискнуть расширить свои сверхъестественные чувства, Джейсон усилил свои физические. Он начал с того, что перевел свое зрение в тепловой диапазон. Немедленной деталью, которая выделялась, был тот факт, что каждое здание имело тепловое цветение, излучающее от новой покраски. Оно противодействовало дизайну зданий, затрудняя их охлаждение потоком воздуха.

Затем Джейсон обратил свое усиленное зрение на людей. Эльфы были очень похожи на людей под тепловым зрением, за исключением связанных с эссенцией исключений. У всех горожан была нестабильная температура, с точками по всему телу, впитывающими тепло, как будто они питались им.

Когда он сосредоточился на людях, до Джейсона наконец дошло, что именно его инстинкты выделяли как неправильное. Каждый человек двигался одинаково, от языка тела до простых жестов и походки. Они приветствовали друг друга одинаково, ходили по улице одинаково и выбирали товары на маленьком рынке одинаково. Это было так, как будто весь город был одним и тем же человеком со множеством разных тел.

— Кровавые эльфы-Степфорды, — пробормотал он.

— Мистер Асано? — спросила Тень.

— Я думаю, у нас ситуация с «похитителями тел», — сказал Джейсон.

— Будете ли вы использовать технику, которой лорд Пенсината научил вас расширять свои чувства, не предупреждая людей о своем присутствии?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я все еще слишком непоследователен с ней. Я обсужу это с командой, прежде чем предпринимать какие-либо шаги, которые могли бы потенциально спровоцировать их.

* * * — Нам определенно нужно взглянуть поближе, — сказал Джейсон после того, как объяснил команде на скутере то, что увидел. — У меня есть идея в голове, однако, и если я прав, эти люди могут чувствовать меня. Помощница пришельца, Бенелла, почти наверняка носила какую-то маску ауры, которая была применена извне, вместо того чтобы быть созданной ею.

— Это вообще возможно? — спросила Белинда.

— Не используя магию, которую мы знаем, — сказал Клайв. — Но последние несколько лет наш мир был наводнен внешней магией. Только логично, что у Посланников есть и своя.

— Эти эльфы могут использовать маски ауры тоже, — сказал Джейсон. — Они даже не должны быть такими хорошими, как та, что есть у Бенеллы. Им нужно было бы только продержаться достаточно долго, чтобы заманить ничего не подозревающих людей в засаду. Чтобы жертвы забрели в город и были устранены или захвачены тем, что держит этих эльфов.

— Зачем Посланникам город, который время от времени похищает проходящих мимо людей? — спросила Софи.

— Чтобы держать все в тишине, пока они создают секретную армию. Это предотвращает возвращение кого-либо домой с историями о каких-то странных вещах, которые они видели в городе, плюс само население является целью, так что несколько дополнительных новобранцев были бы кстати.

— Если они делают это по всему южному региону, — сказал Хамфри, — тогда массивная армия сформировалась на границах Яреша, и город этого не заметил. И если достаточно большая часть южного региона была затронута, чтобы город наконец заметил, тогда эта армия практически на месте. Если кто-то спровоцирует их, они могут стать открытыми и двинуться на город.

— Кто-то вроде любой из семи команд, бродящих прямо сейчас, ищущих медведей, которых можно потыкать, — сказал Джейсон. — Теперь, когда город заметил, что что-то происходит, мы должны предположить, что эти скрытые враги будут действовать скорее рано, чем поздно.

— Что оставляет вопрос о том, что мы делаем сейчас, — сказал Хамфри. — Взгляд поближе может спровоцировать их, но нам нужно знать, с чем мы имеем дело.

— Исходя из того, что описал Джейсон, — сказал Клайв, — я бы предположил какой-то способ контроля тела.

— Как тот паук в астральном пространстве Ордена Жнеца? — спросила Софи. — Тот, который превратил всех тех монстров в армию вампиров-монстров-рабов?

— О, отлично, — сказал Нил. — Не могу дождаться, чтобы пережить ужасающую генеральную битву, где мы почти умерли после сражения часами против неумолимой орды.

— Возможно, стоит поинтересоваться у Карлоса, — предложил Клайв. — Наблюдения Джейсона предполагают теплопоглощающего паразита, который захватывает тело. Поскольку Карлос специализируется на вещах, которые захватывают тело, у него может быть какое-то понимание того, с чем мы имеем дело.

ЛИК НЕПРЕОДОЛИМОЙ МОЩИ

ЛИК НЕПРЕОДОЛИМОЙ МОЩИ

Архитектура Посланников была одержима кругами. Их здания были круглыми, как и узор, в котором они были расположены. Стена вокруг каждого из их оплотов также была кругом. Стена была всего десять футов высотой, что едва ли замедлило бы авантюриста серебряного ранга, но сама стена не была препятствием. Это была платформа для мощного защитного экрана, который использовал комбинацию проекции ауры и ритуальной магии, используемой Посланниками.

Бенеллу нервировала ритуальная магия, используемая Посланниками. На Паллимустусе были ритуалы и магические устройства, которые создавали искусственные ауры, такие как маяки ауры, используемые для сигнализации. Однако по сравнению с тем, что могли делать Посланники, Магическое общество было детьми, играющими в грязи. Их ритуальная магия была способна не только производить искусственные ауры, но даже принимать и воспроизводить реальные ауры, а также использовать их более сложными способами.

Посланники могли активно усиливать защитные массивы своими аурами. Это улучшало как наступательные, так и оборонительные возможности и было ключом к их успеху в отражении регулярных нападений Общества искателей приключений. В дополнение к стенам вокруг оплота, круглые здания могли каждое служить прочным фортом или бункером, в зависимости от их размера.

Здания, построенные Посланниками, имели тенденцию быть большими, с большим количеством открытого пространства. Колонны поднимались с вершин круглых стен, создавая зазор между вершинами стен и коническими крышами. Летающие существа часто использовали этот зазор для входа и выхода, хотя были также арочные двойные двери. Помимо этого, меньшие двери использовались слугами того, что Посланники называли «низшими расами».

У Посланников было пять оплотов, разбросанных к западу и югу от Яреша, каждый из которых подвергался нападениям несколько раз. Каждый оплот состоял из круглых зданий, окруженных аккуратно круглой стеной. В одном из таких оплотов Бенелла ждала в большом, круглом и почти пустом здании.

Внутри здания было три стула, которые лучше всего было бы описать как троны, которым отдавали предпочтение Посланники. Спинки тронов изгибались в форме песочных часов, чтобы приспособиться к их крыльям. Бенелла знала, что Посланники могут поглощать свои крылья в свои тела, видя это сама. Однако они почти всегда этого не делали, хотя она не была уверена почему.

Среди не-Посланников, таких как Бенелла, которые решили служить им, лучшим предположением было то, что Посланники не хотели так сильно напоминать селестинов. Шанс этого был невелик, даже если не считать крылья, так как Посланники были примерно в полтора раза выше селестина. Тем не менее, слуги были осторожны, чтобы избежать даже намека. Если Посланник думал, что их сравнивают с их «низшими», любой слуга, который это делал, был бы уничтожен, независимо от их ценности.

В сообществе слуг быстро распространялись слухи и домыслы. Это происходило потому, что Посланники не чувствовали необходимости объясняться перед теми, кого они считали низшими, а это были все. Их врожденное превосходство было ключевой частью их квазирелигиозной философии. Бенелла и другие слуги старались изо всех сил изучить такую философию, несмотря на то, что Посланники не проявляли интереса к ее преподаванию.

Бенелла обнаружила, что отказ Посланников объясняться в любом случае и по любой теме доходил до непрактичности. Все слуги совершали ошибки из-за недостатка информации, которую Посланник мог легко предоставить. Наказание за эти неудачи всегда было жестоким, часто смертельным, несмотря на отсутствие справедливости.

Бенелла видела, что уровень опасности различался от Посланника к Посланнику. С момента присоединения к оплоту на полную ставку она поняла, что Посланник, которому она в основном служила, Фал Вин Гарат, был одним из самых неуравновешенных. Он был более склонен к насилию, и то, что именно могло его спровоцировать, было менее предсказуемым — большинство слуг принимали «все» как предположение по умолчанию.

Потребность найти новое место для себя была причиной, по которой она ждала в большом здании с тремя тронами, которые выглядели крошечными в высоком, открытом пространстве. Единственной другой вещью в здании, кроме самой Бенеллы, был кристальный проектор записей на небольшом постаменте.

Она больше не могла вернуться в Яреш, будучи разоблаченной Джоном Миллером или, как она теперь осознала, Джейсоном Асано. Она все еще поддерживала контакт с определенными людьми в городе, и хотя они теперь затаились, ей удалось получить результаты запросов, которые она уже сделала в отношении Джона Миллера. Потребовалось очень мало усилий, чтобы обнаружить истинную личность Миллера; он почти щеголял ею. Между шрамами, навыками и командой, к которой он был привязан, почти любое расследование быстро раскрыло бы правду. Осознавал ли он это сам или нет, Бенелла знала, что Асано жаждал вырваться на свободу.

Полезность Бенеллы для Посланников как одного из их агентов внутри города исчезла. Сбор информации из подслушанных разговоров на арене боев в клетке в любом случае завел ее лишь настолько далеко. Ей удалось выудить несколько полезных крупиц от посетителей, общающихся и заключающих сделки на боях, но ничего дико важного или разоблачительного.

Ее главная ценность была в управлении Золитом. Он становился все более нестабильным без нее, чтобы подкреплять правильное поведение и вводить дозы, теперь, когда она больше не могла вернуться в город. Эта проблема больше не была ее, однако, и Посланники решат ее, как сочтут нужным. Они, конечно, не станут утруждать себя рассказом ей о том, что происходит.

Презентация, которую Бенелла ждала, чтобы дать, была ее шансом сохранить актуальность для своих крылатых хозяев. У них не было чувства лояльности к тем, кого они считали низшими, поэтому любые достижения в прошлом почти ничего ей не принесли. В лучшем случае это демонстрировало, что она все еще потенциально полезна в будущем. Если она сможет показать Посланникам свою ценность, она будет назначена на новую роль. Если она не сможет, ее лучшим случаем будет стать обычным слугой оплота. Они могли легко решить, что она знает слишком много, и устранить ее как потенциальную обузу.

Последние результаты Бенеллы были крайне неровными. Все пошло не так с момента ее встречи с Асано, и ключом к ее будущему было доказательство того, что он является значительной угрозой. Если она сможет убедить Посланников, что Асано — это угроза, с которой им нужно разобраться самим, она будет освобождена от вины. Преимущество превосходства, с которым Посланники смотрели на себя, заключалось в том, что их ожидания от других были низкими. Если от них требовалось решить проблему, то логически следовало, что слуга был недостаточен для задачи. Одно, в чем Посланники никогда не винили своих слуг, — это не быть их равными.

Ключевым человеком, которого Бенелле нужно было впечатлить, была ритуалист Посланников, которая была относительно новой в оплоте, Джес Фин Кааль. Она была отправлена руководством Посланников и называлась другими Посланниками как Голос Кааль. Насколько Бенелла могла судить, она была чем-то средним между генералом и жрицей. Как это работало с религиозной философией Посланников, она не была уверена, так как единственное, чему Посланники, казалось, поклонялись, были они сами. Что Бенелла знала, так это то, что если она сможет получить расположение Кааль, она могла бы избежать капризного внимания своего нынешнего хозяина, Фала.

Перед лицом непреодолимой мощи единственным выбором было сдаться ей или быть раздавленным ею. Наблюдение за тем, как ее команда авантюристов была уничтожена один за другим, выгравировало это на душе Бенеллы. Вслед за этим она предала свой собственный вид и свой собственный мир, чтобы войти в опасное служение, предлагаемое Посланниками.

Бенелла была абсолютно убеждена, что завоевание ее мира неизбежно. Если она хотела хоть какого-то места в нем, то служение новым правителям было ключом, и чем раньше, тем лучше. Только одна вещь когда-либо вызывала у нее беспокойство в этом убеждении, и он был тем, что привело ее к ее нынешнему положению. Она пришла к убеждению, что Посланники правы насчет своего превосходства, но Джейсон Асано вызывал у нее почти такое же чувство, как они. Это оставляло ее неуверенной в своем выборе, задаваясь вопросом, предала ли она все и всех, только чтобы оказаться неправой.

Как и Бенелла, Посланники также видели сдвиг в своих обстоятельствах. Прибытие Голоса Кааль привело к предположениям среди слуг, что Посланники готовы к эскалации конфликтов, в которых они участвовали. Бенелла не знала многого, но знала, что по крайней мере некоторые из оплотов сражались с врагами, которые выходили за рамки авантюристов города.

Три Посланника влетели в здание через зазор в крыше: два мужских Посланника серебряного ранга, фланкирующие третьего, который был ниже и не имел ауры, которую Бенелла могла бы обнаружить. Посланником слева был лорд Фал, в то время как того, что справа, она видела в оплоте, но не знала имени. Посланники редко удостаивали представлением себя служебным расам.

По сравнению со светлокожим, золотоволосым Фалом, Посланник справа был темнокожим, с серебряными волосами и сплошными серебряными сферами вместо глаз. Его крылья были черными, с белыми перьями вдоль нижнего края. Его волосы ниспадали на спину прядями тугих кос.

Оба мужчины были с голыми торсами, демонстрируя сухожильную мускулатуру, но странное отсутствие сосков. Их нижние части тела были покрыты свободными, струящимися штанами темно-бирюзового цвета с золотой отделкой. Их ноги были босыми, но не касались земли, что было типично. Посланники часто парили в воздухе, а не ступали на землю. Их крылья не работали как у птиц, и они левитировали вокруг, используя свои ауры.

Пользователи эссенции серебряного ранга могли левитировать, используя свои ауры, а золотые могли парить вокруг в медленном полете. По сравнению с тем, что могли сделать Посланники, однако, это было бледное подражание. Мало того, что Посланники могли двигаться быстрее и с большим контролем, но они не были легко нарушены почти любым вмешательством.

Бенелла предположила, что Посланник посередине — это Джес Фин Кааль. Она была меньше других, едва выше семи футов, и ей не хватало властного присутствия двух других. Бенелла вообще не могла магически обнаружить ее присутствие, несмотря на то, что Кааль была золотого ранга. Все, что она чувствовала, — это серебряные ранги рядом с ней.

Одежда Кааль также была другой, представляя собой свободную мантию глубокого красного цвета с белой отделкой, которая соответствовала ее безупречно белым крыльям. Лишь несколько прядей черных волос выбивались из капюшона, который затенял ее бледные, тонкие черты лица. По сравнению со сплошными золотыми и серебряными сферами, которые другие Посланники имели вместо глаз, у Кааль были более человеческие глаза, хотя и сверхъестественно синие. Они выделялись в тенистом капюшоне еще больше, чем ее ярко-красные губы.

Несмотря на ауры, исходящие от двух Посланников рядом с ней, Бенелла не могла оторвать глаз от женщины посередине. Ее убедительное присутствие, казалось, не было связано с аурой, хотя, возможно, это был какой-то тонкий эффект, выходящий за рамки способности Бенеллы распознать. Ее мысли вернулись к Асано, чье присутствие было столь же загадочным.

Три трона поднялись в воздух, чтобы Посланники могли сесть на них. После того, как они сели, Фал властно посмотрел на Бенеллу, что было почти утешительно нормально.

— Ты просила представить нам информацию об определенной угрозе, — сказал ей Фал. — Ты говоришь о человеке, чей фамильяр последовал за тобой на нашу встречу.

— Да, — сказала Бенелла, укрепляя свои нервы. — Я уже определила, что этот человек подозрителен, и предложила расследование. Было принято решение перейти непосредственно к устранению, но он обнаружил наш подход и сбежал. Я уже начала расследование в отношении него по своей собственной инициативе к тому моменту, поэтому я смогла собрать хорошее количество информации. Затем я связалась с лордом Фалом и совершила серьезную ошибку, позволив человеку последовать за мной, используя теневого фамильяра.

— Мы ожидаем, что наши слуги будут служить в меру своих способностей, не больше и не меньше, — сказал темнокожий Посланник. — Нет необходимости в увещевании за неудачу заметить дитя Жнеца.

Облегчение нахлынуло на Бенеллу, но она не была настолько глупа, чтобы благодарить Посланника. Подразумевание того, что ее мнение будет иметь значение для него, привело бы к тому, что ее наказали бы и, возможно, убили на месте.

— После сопоставления информации об этом человеке из моих различных источников, — продолжила она, — стало очевидно, что он представляет потенциальную угрозу. Я считаю, что дальнейшее расследование оправдано, но после моей неудачи я не в состоянии сделать это. Из-за того, что Общество искателей приключений узнало, что я служу вам, я не могу вернуться в город, а мои сообщники либо уходят в подполье, бегут из города, либо уже были схвачены.

— А что насчет этих контактов? — спросил темнокожий Посланник. — Какова была бы ваша рекомендация?

— Оставьте их в покое, — сказала Бенелла. — Если бы я была офицером Общества искателей приключений, расследующим это, я бы расставляла ловушки для тех случаев, когда агенты придут, чтобы завязать свободные концы, компрометируя нас еще больше. Есть причина, по которой агентам в городе не дают критическую информацию.

Бенелла не питала иллюзий, что они ищут реальный совет. Вопрос был проверкой, что было хорошо. Это означало, что они искренне рассматривали Бенеллу на позицию реальной актуальности. У нее все еще был шанс выйти из здания живой, если она сможет убедить их, что Джейсон Асано — это реальная угроза.

ДАЖЕ ЕСЛИ ТЫ БОИШЬСЯ

ДАЖЕ ЕСЛИ ТЫ БОИШЬСЯ

Круглое здание напоминало силосную башню: широкое, высокое, без внутренних перегородок. Стоя посреди него, рядом с небольшим кристаллическим проектором записей, Бенелла чувствовала себя крошечной. Три могущественных существа, возвышавшиеся над ней и парящие в воздухе на тронах, не добавляли ей уверенности.

У Бенеллы был один шанс доказать посланникам, что она всё ещё представляет ценность. Она решила представить Джейсона Асано как потенциальную угрозу планам посланников, что было рискованным шагом. Её первоначальное расследование в отношении него началось со случайной встречи, когда он был в явно поддельном обличье, и инстинктивного ощущения, что он опасен. Однако чем больше она копала, тем сильнее росло её убеждение, что он — большая проблема. Насколько ей было известно, посланники о нём не знали. Она сумела сохранить самообладание, объясняя всё, что обнаружила, и настаивая на дальнейшем расследовании в отношении этого человека. Закончив, она могла лишь ждать, словно заключённая, ожидающая приговора.

До сих пор говорили только двое посланников серебряного ранга. Фал Вин Гарат был хозяином Бенеллы; он был жесток, но не выходил за рамки дозволенного в глазах других посланников. Он был волен обращаться со служебными расами как ему угодно, пока это не ущемляло интересы других посланников.

Второго посланника она не знала, хотя видела, как он передвигался по крепости. Он казался равным Фалу по статусу, будучи при этом его полной противоположностью как физически, так и по темпераменту. Темнокожий, с серебристыми волосами, в отличие от светлокожего и золотоволосого Фала, он вёл себя сдержанно и вежливо. Это касалось даже слуг, хотя не было сомнений, что он требовал абсолютного повиновения. Но хотя в его тоне при разговоре со слугами всегда звучало скрытое предупреждение, Бенелла предпочитала его открытым угрозам Фала.

Третий посланник, доминирующий среди троицы, ещё не проронил ни слова. Джес Фин Кааль до сих пор позволяла другим задавать вопросы, хотя Фал сказал мало полезного. Именно другой посланник, казалось, был её основным представителем. Фал уже собирался заговорить, когда Кааль сделала жест, призывающий к тишине. Затем, впервые с момента её прибытия, она заговорила.

— Я знаю, что ваша основная цель, с которой вы принесли нам эту информацию, — доказать свою ценность из корыстных побуждений, — сказала она, и её голос звучал как зловещая мелодия. — Это приемлемо, поскольку ваша цель — доказать, что вы достойный слуга. Но из всех способов, которыми вы могли бы к нам обратиться, почему вы выбрали именно этот? Вы могли бы принести нам множество других проблем. Почему именно эта должна показать, что вы — актив, который стоит ценить, а не обуза, которую нужно устранить?

Бенелла даже не подумала отрицать свои мотивы.

— Я…

Она нахмурилась, колеблясь. Она знала, что её следующие слова будут вопросом жизни или смерти.

— В своём невежестве, — произнесла она, — я не знаю, как к вам обращаться.

Стандартным обращением к посланникам было «лорд», будь то мужчина, женщина или бесполое существо. Бенелла знала, что Кааль входит в избранную группу посланников, и боялась оскорбить её.

— Я — Голос Кааль, и можешь обращаться ко мне именно так.

Бенелла не стала ни извиняться, ни благодарить, не будучи достойной ни того, ни другого. Опасаясь, что подсознательно тянет время, что Кааль непременно заметит, она снова собралась с духом.

— Это то, что имеет значение, — сказала Бенелла, её голос окреп. — Да, было много способов показать свою ценность. Много проблем, которые я могла бы довести до вашего сведения, но они не требовали такого подхода. Руководства служебных рас было бы достаточно, чтобы решить их, и обращение к вам было бы пустой тратой вашего времени. Но этот человек — тот, кто, как я подозреваю, окажется не под силу служебным расам.

— Вы докладывали об этом руководству слуг?

— Да.

— Они согласились с вашей оценкой?

— Они согласились, что я должна представить этот вопрос вам лично, Голос Кааль.

Бенелле потребовалось немало настойчивости, чтобы добиться возможности доложить о потенциальной угрозе Асано. У руководства было много дел, поскольку события в крепости накалялись. Они не только отказались заниматься одним вспомогательным авантюристом серебряного ранга, но даже не стали слушать, чтобы узнать почему. Бенелла понимала: она была далеко не единственной слугой, желающей продвинуться за счёт «важных вопросов для посланников». В конце концов ей удалось убедить кого-то позволить ей представить своё дело. Таким образом, именно её убьют за пустую трату времени посланников, и она будет не первой и не последней, кто так закончит.

Бенелла не понимала, почему Кааль так заинтересована в ходе её мыслей, приведших к такому решению. Кресло Кааль опустилось ближе к полу, и она подалась вперёд, изучая Бенеллу. Бенелла чувствовала, как посланница силой прощупывает её эмоции своей аурой. Может ли Голос даже читать её мысли? Она слышала слухи от других слуг, хотя ничего достоверного.

— Почему? — снова спросила Кааль. — Что-то очень конкретное убедило вас, что этого человека следует довести до нашего сведения. Я чувствую, как это впивается в вас изнутри, словно колючка. Что это? Почему вы боитесь этого? Это не то, что вы нашли, когда изучали его, верно? Это то, что заставило вас копать глубже в первую очередь. Несмотря на всё, что вы нашли в подтверждение своего инстинкта, именно что-то в самом начале убедило вас. Это заставило вас прийти к нам, даже несмотря на то, что вы боитесь того, что это будет значить для вас.

Холод пробежал по телу Бенеллы, когда посланница сделала её прозрачной, видя насквозь её мысли и мотивы. Она склонила голову, зная, что должна ответить на вопрос, который, как она горячо надеялась, не будет задан. Было логично, что тот, кто может видеть её насквозь, как окно, вытащит это наружу. Расправив плечи, она продолжила.

— Я сказала лорду Фалу, что впервые привлекла внимание этого человека, когда заметила кое-что в нём. Что маска ауры, которую он мне дал, отреагировала необычно.

— Но дело не только в этом, — заключила Кааль, её голос звучал уверенно.

Бенелла кивнула, всё ещё не встречаясь с ней взглядом.

— Я почувствовала что-то от этого человека. Что-то, чего я никогда не чувствовала ни от одной из служебных рас. Я чувствовала это только от…

Бенелла приготовилась, крепко зажмурившись.

— …от вашего рода. От посланников.

Бенелла почувствовала, как воздух обдал её, но больше ничего не произошло. Она открыла глаза и увидела перед собой спину темнокожего посланника, чьи крылья были расправлены, чтобы защитить её. За ним она увидела лорда Фала, застывшего на полупрыжке с рукой на груди, удерживающей его. Фал всё ещё держал кулак поднятым, готовый обрушить его на Бенеллу.

— Вернись на своё место.

— Это создание только что сравнила одну из низших рас с нами, — прорычал Фал.

— Ей задали вопрос, и она ответила честно, — сказала Кааль. — Если бы она солгала, ты бы убил её за это?

— Разумеется.

— И я уверена, что эта женщина знала, что ты так сделаешь. Что она пришла сюда, зная, что ей, скорее всего, зададут этот вопрос, где оба ответа несут смертный приговор. И всё же она пришла. Я не позволю тебе убить того, кто может оказаться выдающимся слугой. Пока что.

— Как ты можешь терпеть её дерзость? — выкрикнул Фал.

— Как сочту нужным. Вернись на своё место, Фал Вин Гарат. Я не повторю в третий раз.

Фал открыто сверкнул глазами на Кааль, но подчинился, вернувшись на своё место. Второй посланник сделал то же самое.

— Спасибо, Хесс Джор Насала, — сказала ему Кааль.

Бенелла застыла, пока двое посланников возвращались в свои кресла. Она была рада хотя бы тому, что узнала имя третьего посланника, хотя всё ещё не выразила благодарности. Возможно, он спас ей жизнь, но всё, что он оберегал, — это её потенциальная ценность. Её благодарность ничего для него не значила.

Кааль поднялась со своего места, проплыв мимо другого, пока они возвращались к своим. Она остановилась, когда поравнялась с Бенеллой, возвышаясь над ней. Бенелла не подняла глаз, чтобы встретить её взгляд.

— Ты азартный игрок, эльфийка. Ты поставила свою жизнь на подозрение, что этот человек, о котором ты нам рассказала, обладает достаточной ценностью, чтобы мы исследовали его, если не вмешались сами. То, что ты не выбрала более безопасный путь, чтобы занять место на нашей службе, меня интригует. Что в этом человеке так потрясло тебя?

— Я знаю, что моя способность оценивать недостаточна, — сказала Бенелла. — Я знаю, что он не ровня золотым рангам, выставленным против вас. Но из всех авантюристов, которых я когда-либо встречала, этот человек — единственный, о ком мои инстинкты сказали мне, что он подобен вам. Посланникам.

— Подобен нам? — взревел Фал, вскакивая со своего места. — Ты смеешь сравнивать…

— Тихо, — сказала Кааль, её голос был мягким, но за ним чувствовалась почти физическая сила.

Фал мгновенно подчинился, снова сев, хотя продолжал злобно смотреть.

— Объясняй, — приказала Кааль Бенелле. — Как он подобен нам?

— Я не уверена, как именно это объяснить, — сказала она. — В нём есть некая потусторонность. Больше всего, что я чувствовала даже от Золита. О, Золит — это…

— Я знакома с проектом «Золит», — прервала её Кааль. — Продолжай.

— Я не совсем уверена, как это сказать.

— Да, уверена, — сказала ей Кааль. — Ты просто боишься того, что произойдёт, когда ты это сделаешь.

Бенелла кивнула, признавая это.

— Этот человек ощущается на уровне вашего рода, который выходит за рамки ранга, — сказала она. — Я говорила о потусторонности, но это не то, что я чувствовала от других посланников. Как будто у него есть то же самое, что делает вас особенными, но…

Её голос дрогнул, зная, что она вполне может сейчас умереть.

— …даже больше.

— Она думает, что какое-то низшее существо…

Он был прерван, когда Кааль повернулась к нему, и его рот запечатался, словно заживающая рана.

— Я лишила тебя дара речи, — сказала ему Голос Кааль. — Я оставила тебе способность думать и действовать. В будущем используй их именно в таком порядке. Если я убежусь, что твой рот может произвести что-то стоящее, я верну его тебе. А пока предлагаю изучить ценность молчания.

Тот факт, что её жестокий хозяин был одернут и наказан, не принёс Бенелле облегчения. У Фала больше не было рта, но ярость в его глазах говорила громче слов. Он был недоволен тем, что его отчитали из-за одного из представителей низших рас, да ещё и в её присутствии. Мысль о том, что его опозорили перед лицом низшего существа, изливалась из его глаз яростью, хотя он не был настолько глуп, чтобы подавлять её своей аурой. На данный момент присутствие Кааль обеспечивало Бенелле безопасность, но она знала: если она снова окажется в его власти, она умрёт. Ему даже не понадобится предлог, учитывая её статус. Если посланник хотел её смерти, это было его право — убить её.

Это возлагало все надежды Бенеллы на Кааль. Она была не только выше рангом, чем другие посланники в комнате, но и могла управлять самой природой их тел. Именно она стёрла рот с лица Фала. Если Бенелла станет собственностью Кааль, Фал не сможет тронуть её без причины.

Покончив с Фалом, Кааль повернулась к перепуганной Бенелле и присела, словно приближаясь к пугливому животному. Даже в этом случае её мантия, достаточно длинная, чтобы скрыть ноги, так и не коснулась пола.

— Ты сказала, что этот человек подобен нам, но больше? — мягко спросила Кааль.

Бенелла кивнула.

— Ты веришь, что этот человек — угроза для нас.

— Потенциально. Я не осмелюсь равняться с вашим суждением и лишь хочу указать, что он существует.

— И ты увидела в нём то же самое, что видишь в нас?

— Не совсем, — сказала Бенелла. — Но что-то там есть. Мои инстинкты кричали мне, что он…

Бенелла замолчала, осознав, что собиралась сказать, прежде чем остановила себя.

— Что он? — потребовала Кааль.

— …что он на том же уровне, что и вы. Я имею в виду ваш народ, а не конкретно вас.

Бенелла ждала смертельного удара, но он не последовал. Затем она впервые почувствовала присутствие Кааль своими магическими чувствами. Они были мягко развёрнуты, и она поняла, что это ради её блага. Несмотря на эту мягкость, в них чувствовалась непоколебимая властность. В её ауре было и что-то иное по сравнению с другими посланниками: нить силы, источник которой казался далёким и бесконечным.

— Что ты чувствуешь? — спросила Кааль.

— Это ближе к тому, что я чувствовала от Асано, — сказала Бенелла. — Хотя не то же самое. Такое ощущение, что сила внутри вас закреплена где-то в другом месте, в то время как его… [[[МНОГОТОЧИЕ]]] Как будто вы обладаете силой, но он есть сила.

Глаза Кааль расширились на миг. Бенелла пропустила бы это, если бы Кааль не сидела перед ней на корточках. Посланница вернулась на свой трон и села между Фалом и Хессом.

— Ты привлекла наше внимание к этому человеку, стремясь подняться в нашей иерархии слуг.

— Да, Голос Кааль, — сказала она.

— Тебе лучше ухаживать за своим садом с осторожностью, дитя. Один неверный шаг — и всё, что ты вырастила, может быть вырвано с корнем и сожжено дотла.

Бенелла молча кивнула, принимая наставление Кааль. Она старалась не поддаваться волнению, осознавая, что достигла своей цели. Она знала, что посланники почувствуют её облегчение и радость, и на мгновение ей показалось, что она увидела, как крошечная улыбка тронула уголки губ Кааль, но тут же сказала себе, что ей это привиделось.

— Расскажи нам об этом человеке, — приказала она Бенелле.

Бенелла судорожно кивнула, всё её тело дрожало.

— Он путешествует под именем Джон Миллер, — сказала она. — Он якобы повар в команде странствующих авантюристов. Это очевидная ложь, так как даже того короткого времени, что у меня было на расследование, хватило, чтобы раскрыть его истинную личность. Его настоящее имя — Джейсон Асано, авантюрист, принадлежащий к той самой команде, в которой он якобы является вспомогательным персонажем. Цель фальшивой личности, учитывая её прозрачность, по-видимому, состоит в том, чтобы привлекать меньше внимания после событий в Римаросе, связанных с ним. Это не сложная личность, созданная для внедрения.

Она попыталась успокоиться, заняв руки, и сосредоточилась на кристалле-проекторе.

— Было трудно получить изображения Асано, особенно в спешке. Мне удалось получить одну запись с его внешностью, которая совпадает с человеком, которого я встретила. Это всё, что я смогла достать, так как у него есть предмет или способность, которые мешают записям, если он не разрешает их.

Она закончила калибровку проектора и достала кристалл.

— То, что у меня здесь, — это то, что он разрешил записать, со встречи, которая, как полагают, проводилась на открытом воздухе именно для того, чтобы за ней наблюдали. Он встречается с двумя людьми, оба из которых, как считается, являются алмазными рангами извне этого мира. Один прибыл и позже был увезён третьей сущностью. Другая провела некоторое время в Римаросе и, как полагают, близка к Асано. Я не знаю её личности, но слышала донесения, что Сорамир Римарос был почтителен по отношению к ней. Сорамир Римарос — алмазный ранг, и официально он вывез Асано в космос. Именно тогда я убедилась, что правильно будет довести Асано до вашего сведения.

— Когда я спросила тебя, почему ты принесла это мне, — сказала Кааль, — разве это не было бы достаточной причиной, чтобы предложить мне, вместо того чтобы рисковать вызвать наш гнев?

Бенелла сжала руку в решительный кулак, прежде чем отвернуться от проектора, который настраивала, чтобы посмотреть на Кааль.

— Вы не просили причину, по которой я решила принести это вам, Голос Кааль. Вы просили ту самую причину. Если бы я сказала вам, что это она, это была бы ложь.

Кааль слегка кивнула, что Бенелла истолковала бы как одобрение, если бы не знала лучше. Бенелла вставила кристалл в проектор, и появилось изображение.

— Стоп! — немедленно скомандовала Кааль.

Встрепенувшаяся Бенелла застыла лишь на мгновение, прежде чем поставила запись на паузу. Кааль сошла со своего кресла, чтобы внимательно рассмотреть застывшую проекцию.

— Ты была совершенно права, что это требует дальнейшего изучения, — сказала Кааль. — Ты хорошо поработала.

— Что это? — спросил Хесс.

Он также покинул свой трон и подошёл ближе, чтобы рассмотреть остановленную проекцию. На ней были изображены Джейсон, Доун и Шако, сидящие в креслах на лужайке перед облачным домом Джейсона в Римаросе.

— Кто эти люди? — спросил он.

— Это будет Асано, — сказала Кааль, указывая на Джейсона. — Остальные — ныне бывшие главные сосуды для Мирового Феникса и Зитис Кэрроу Вайель.

Двое других посланников зашевелились.

— Почему они оказались в этом мире? — спросил Хесс. — Они вмешиваются в наши дела?

— Сомневаюсь, что они стали бы делать это напрямую, — сказала Кааль. — Великие астральные существа больше озабочены друг другом, чем нами, хотя мы не можем быть уверены, когда замешана Вайель.

— Мы не можем основывать нашу деятельность на сомнениях и предположениях, — сказал Хесс. — Нам следует расследовать это дело дальше.

— Согласна, — сказала Кааль, — но время выбрано неудачно. Мы слишком близки к следующему этапу. Как только начнётся штурм Яреша, мы сможем искать этого человека Асано более активно.

НАСМЕШКА

НАСМЕШКА

Каюта стазиса в Криминальном фургоне Карлоса представляла собой переоборудованное спальное помещение, заполненное стазис-капсулами. В каждой капсуле находился член Ордена Искупительного Света, и Карлос регулярно обслуживал их, чтобы убедиться, что они работают должным образом. Поскольку места было мало, каюта была узкой, что делало работу по обслуживанию довольно неудобной.

Карлос ворчал себе под нос, работая. Он готовился к следующему важному этапу своего исследования, в котором Джейсон играл решающую роль. И именно в этот момент Джейсон решил уйти бродить и испытывать свои техники ауры на любой женщине, попадавшейся на глаза. Теперь же он отправился со своей командой на какое-то невнятное задание, чтобы найти, возможно, ничего.

Закончив, Карлос покинул каюту, направившись в небольшую уборную, и вытирал гель с рук, когда в дверях появился один из его помощников.

— Босс, тот странный парень в тени у двери.

— Впусти его, — сказал Карлос помощнику.

— Он сказал, что вы должны выйти.

Карлос проворчал, направляясь к выходу из транспортного средства, через люк и вниз по металлической лестнице.

— В чём дело, Тень? — раздражённо спросил Карлос.

— У мистера Асано и его команды есть вопрос к вам, жрец Килидо.

— Это вопрос «почему мы отправились на какую-то бессмысленную миссию, когда могли бы участвовать в меняющих мир исследованиях»?

— Нет, — ответила Тень. — Это не он.

— Карлос, — сказал Джейсон, проецируя свой голос через тело Тени. — Позволь мне рассказать тебе о том, что я видел.

Джейсон объяснил, что он видел в городе, который разведал: от тепловыделяющей краски до однообразных манер и странных тепловых сигнатур жителей.

— То, что ты описываешь, звучит как теплопоглощающий паразит с роевым коллективным разумом, — сказал Карлос. — У меня много исследований о существах и объектах, которые захватывают людей различными способами, так что, возможно, я смогу найти что-то более конкретное.

— Сколько времени это займёт?

— Несколько часов. Тем временем любая информация, которую ты сможешь получить от аур этих людей, поможет.

— Хорошо, я обсужу это с командой.

* * * Пока скиммер парил в пологе тропического леса, Джейсон и его команда сидели и обсуждали свой следующий шаг. Пока они перебирали различные подходы, Джейсон сопротивлялся идее пойти и провести разведку своей аурой.

— Ты кажешься нехарактерно нервным по поводу использования своей ауры, — сказал ему Клайв.

— Ага, — сказал Джейсон, рассеянно кивая. — Я привык, что моя аура — это абсолютное преимущество. То, на что я всегда могу положиться, будучи лучшим. Теперь я остро осознаю, что это не так, и это заставляет меня чувствовать себя неловко. Я лишь мельком увидел посланника через Тень, и это всё равно потрясло меня. Даже пассивное ощущение чистоты его ауры через чувства Тени напугало меня.

— Ты не можешь позволить тревоге из-за того, что кто-то в чём-то лучше тебя, остановить тебя, — сказал ему Хамфри.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Но я также понял, насколько мои способности ауры были костылём. Мне нужно доказать, что во мне есть нечто большее, чем это. Использовать каждый инструмент в ящике, прежде чем я забуду, как это делается.

— Хорошо, — сказал Руфус. — Именно этому я тебя и учил.

— Но есть ещё кое-что, — продолжил Джейсон. — Прошло много времени, и мы почти не работали вместе в поле.

Как и Зара в команде Коринн, Руфус был поздним и временным дополнением к Команде Бисквит. Ему не хватало опыта работы с командой, и в конечном итоге он должен был вернуться в свой тренировочный центр в Гринстоуне.

У Джейсона была схожая проблема с командной работой, так как он отсутствовал слишком долго. По сравнению с Руфусом, однако, у него были месяцы в астральном пространстве Жнеца с остальными. Это время сплотило команду в единое целое. Им всё ещё нужно было стряхнуть ржавчину и изучить все изменения в силах друг друга, но эти укоренившиеся паттерны всё ещё были там.

Команда провела значительную часть времени, пока Джейсон выздоравливал, пересматривая свои силы и формулируя новые стратегии и тактики вокруг них. Теперь им нужно было выйти в поле и применить их.

— Кое-кто получил по первое число и был вынужден пропустить большинство контрактов, — заметил Нил.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я нервничаю из-за того, что могу всё испортить. Сделать так, чтобы всё пошло не так. А что, если всё будет не так, как раньше? А что, если…

— Я не большая поклонница богов, — перебила его Софи. — Но ради любви к богам, пожалуйста, заткнись.

— Что? — спросил Джейсон.

— Мы поняли, — сказала она. — Ты в контакте со своими чувствами, и это здорово, но ты проводишь слишком много времени с матерью Руфуса.

— Вот я о том же и говорю, — сказал Руфус.

— По разным причинам, — сказала ему Белинда. — Тихо, ты.

— Джейсон, было слишком много разговоров и слишком много раздумий. Это всегда было твоей проблемой, но сейчас она достигает точки, когда ты сам себе мешаешь. Итак, вот что произойдёт. Мы отправимся в этот город, и ты посмотришь на ауры всех этих жутких людей. Затем что-то пойдёт не так, они все нападут на нас, и мы выбьем из всех них внутренности. Все согласны с этим планом.

— Мы? — спросил Нил, за что получил мягкий тычок локтем от Белинды.

— Я не уверен, что это… — начал Клайв.

— Я сказала, — перебила его Софи, — все согласны с этим планом.

Группа повернулась к Хамфри, который был одновременно лидером команды и возлюбленным Софи. Он посмотрел на Софи и на остальную часть команды.

— Не смотрите на меня, — сказал он. — Я услышал, что все согласны с планом.

— Знаешь, — сказал Нил, — мать Хамфри почти всегда права.

— Какое она имеет ко всему этому отношение? — спросил Хамфри.

— Я просто подумал, — сказал Нил. — Софи, может, и не всегда права, но она будет бить людей, пока они не признают, что она права. Она вроде как жестокая версия матери Хамфри.

Лицо Хамфри исказилось от широкоглазого ужаса.

* * * Джейсон был единственным, кто приблизился к городу, снова используя тенистые дома и лесополосы на сельскохозяйственных равнинах вокруг него. Остальные ждали на краю тропического леса, пока Джейсон исследует город своими чувствами ауры.

— Я немного беспокоюсь за Джейсона, — сказал Клайв. — На него не похоже быть таким нерешительным.

— Он с самого начала был встревожен и напуган, — сказал Руфус. — Гэри и я не видели этого поначалу, но Фарра видела его насквозь. У него всегда был талант использовать маски ауры, даже до того, как он знал, что это такое. Как будто он обманывает себя, становясь этим странным человеком. Кем-то, кто может выжить в безумии, в котором он, кажется, всегда оказывается.

— Эта персона — это то, как он вообще туда попадает, — сказал Нил.

— Да, — сказал Руфус. — Но я благодарен за это. Готовность Джейсона ввязываться в ситуацию, из которой он мог бы уйти, спасла мне жизнь.

— Это спасло меня от худшего, — добавила Софи.

— Мы были низкого ранга, — сказал Руфус. — Наши чувства ауры не были такими острыми, как сейчас, и мы не видели его насквозь. Но Фарра тренировала его ауру, и она видела, как сильно он на самом деле напуган. Какой он хрупкий. Но после того, как он вернулся с Земли, всё иначе. Он не может — или, может быть, не хочет — скрывать свои чувства. Он набрасывается, как загнанный в угол зверь.

— Ему становится лучше, — сказал Хамфри. — Но эта рана всё ещё там. Я думаю, он напугал Эмира.

— Моя мама любит говорить, что мы никогда не сможем вернуться к тому, кем были, — сказал Руфус. — Лучшее, что мы можем сделать, — это решить, кем мы станем дальше.

— Разговоры с твоей мамой — вот почему всё занимает так чертовски много времени, — сказала Софи. — Сколько времени нужно, чтобы просканировать аурой один маленький городок? Это едва ли больше деревни. Думаю, Джейсон, возможно, упустил ключевой элемент плана.

— Который заключается в том, чтобы ты забежала и начала бить людей? — спросил Нил.

— Именно, — сказала она. — Простое — лучшее, когда дело доходит до планов. Я научилась этому у Хамфри. Его мама заставляла его читать кучу книг о стратегии, написанных людьми, которые потом погибли в бою. Не много говорит о ценности их книг, если спросите меня.

— Они не все погибли в бою.

— На самом деле, женщины-писатели, по большей части, кажется, выжили, — задумчиво сказала Софи.

— Готова поспорить, это вопрос гордости, — сказала Белинда.

— Это не вопрос гордости, — утвердил Хамфри. — Они были воинами. Логично, что они погибли в бою.

— Я с Линди, — сказал Клайв. — Я никогда не понимал всей этой мужской гордости. Кажется, хороший способ быть убитым по глупым причинам.

— Ага, — согласилась Белинда, когда она и Софи кивнули.

— Говоря о плане, — сказал Руфус, — я думаю, нам стоит внести некоторые уточнения. В частности, касательно выбивания внутренностей у людей. Люди в этом городе, скорее всего, жертвы, а не преступники.

— Если они полны теплопоглощающих паразитов, — сказала Белинда, — их, вероятно, уже не спасти.

— Скорее всего, так оно и есть, — печально согласился Клайв.

— Мы узнаем больше, когда Джейсон закончит, — сказал Хамфри.

— Если он вообще когда-нибудь закончит, — пожаловалась Софи.

— Дай ему время, — сказал Хамфри. — Он сказал, что эта техника требует много времени для правильного использования. Я знаю, Джейсон может быть немного легкомысленным, но вы слышали его ранее. Я уверен, что он полностью сосредоточен на поставленной задаче.

* * * — Это был хороший сэндвич, — пробормотал Джейсон, слизывая соус с пальцев. — Мне нужно узнать, что было в этом соусе.

— Мистер Асано, — сказала Тень.

— Должен сказать, мне нравится, как эльфы здесь готовят еду. Сладкие напитки и острая еда.

— Мистер Асано.

— Интересно, что они используют для приготовления хлеба. Это не пшеница, и это не то, что использовали в Римаросе.

— Мистер Асано, мисс Векслер стремительно переходит от нетерпеливой к яростно нетерпеливой.

— Эта техника требует времени, — сказал он. — Я должен медленно и осторожно расширять свои чувства, если не хочу, чтобы люди немедленно заметили мою ауру. Даже тогда я всё ещё учусь. Я уверен, что именно так Бенелла и её наёмные прихвостни нашли меня в парке.

— Наёмные прихвостни?

— Я могу только предположить, что это были они.

— Почему это должно быть единственным возможным предположением?

— Нет другого разумного объяснения тому, как она оказалась с подпевалами.

— Мы шпионили за людьми, которые подтвердили, что они работают вместе.

— Подобные вещи легко истолковать неверно.

— Я не могу представить, почему ваша команда беспокоится, что вы не уделяете этой задаче своё внимание.

— Потому что я съел один сэндвич? Мне не нужны мои руки или мой рот, чтобы расширить мою ауру.

— Но вам нужна концентрация, мистер Асано.

— А сэндвич помогает мне войти в сбалансированное состояние ума. Нытьё, кстати, не помогает.

Несмотря на свои подколки в адрес Тени, Джейсон действительно медленно и осторожно расширял свои чувства в город из своего укрытия в кустарнике на окраине. Он делал это даже медленнее, чем во время тренировок, в надежде остаться незамеченным. Этот подход принёс плоды, когда Джейсон распространил свои чувства ауры на ближайших горожан, когда они проходили мимо. Они никак не отреагировали на его ауру, но, несмотря на то, что он остался незамеченным, выражение лица Джейсона наполнилось печалью и яростью.

— Я получше разглядел одного из эльфов, — сказал Джейсон команде через голосовой чат. — Не думаю, что их можно спасти. У них аура смерти с каким-то роевым паразитом внутри. Я почти уверен, что это ходячие трупы, наполненные паразитами.

— Можешь получить больше деталей? — спросил Клайв. — Всё, что ты сможешь подобрать, поможет Карлосу определить, с чем мы имеем дело. Может быть, даже найти слабость, которую мы сможем использовать, или, по крайней мере, понять, может ли это быть настолько распространённым, чтобы охватить южный регион.

— Я смотрю, — сказал Джейсон. — Но медленно и осторожно, так что дайте мне ещё немного времени.

Даже Софи не жаловалась на это после откровения, что все в городе мертвы.

Джейсон продолжал расширять свои чувства, исследуя ауры других заражённых жителей. Сравнивая их, он почувствовал от них знакомое ощущение, но лишь мимолётно. Оно дразнило его разум, пока он наконец не понял, что это: у всех этих людей внутри жили существа.

В отличие от симбиотических отношений Джейсона с Колином, это были паразиты. Они забирали и ничего не отдавали взамен. В сознании Джейсона Колин дал ему гораздо больше, чем Джейсон когда-либо вернул. Колин раз за разом спасал его жизнь, не просто предотвращая смерть, а исцеляя его достаточно, чтобы продолжать сражаться, когда он уже должен был пасть.

Когда звёздное семя Строителя попыталось захватить тело Джейсона, Тень и Гордон были изгнаны обратно в астрал, их сосуды были уничтожены. Именно Колин замедлил звёздное семя, когда оно завладевало телом Джейсона, помогая ему продержаться. Именно Колин, притаившись внутри души Джейсона, предлагал поддержку в его самые тёмные моменты. Без Колина Джейсон был бы мёртв или стал бы рабом, совсем как жители этой деревни.

Существа, которые захватили людей города, одновременно убив и поработив их, были насмешкой над тем, что разделяли Колин и Джейсон. Это наполнило его жгучим желанием устроить буйство, выкапывая паразитов из горожан и уничтожая каждого до последнего. Он не сделал этого, но его ярость выплеснулась через его ауру.

Его частично освоенная техника скрытия ауры была нарушена, и город был встревожен. Как один, каждый эльф в нём запрокинул голову и издал нечеловеческий визг.

УМЕРЕТЬ НЕМЕДЛЕННО БЕЗ ПОДСКАЗКИ

УМЕРЕТЬ НЕМЕДЛЕННО БЕЗ ПОДСКАЗКИ

Команда Джейсона вырвалась из тропического леса, когда из города впереди донёсся нечеловеческий визг. Софи была не более чем мерцающим пятном, в то время как остальные грохотали по рисовым полям, местность едва ли замедляла сверхчеловеческий темп серебряных рангов. Вслед за ними из тропического леса вышли двадцать драконьих костяных пауков в магической броне, которых Хамфри призвал, пока они ждали. Позади них был неуклюжий голем-кокон Нила, монолит из кристалла, который тяжело погружался в грязь, быстро оставаясь позади.

Они почувствовали, как аура Джейсона хлынула наружу, наполненная слепой яростью.

— Это нехорошо, — сказал Нил, пока они неслись.

Затем они почувствовали, как ярость исчезла.

— Ладно, это действительно нехорошо, — сказал Нил.

* * * Джейсон тщательно скрывал свою ауру, расширяя свои чувства над городом. Именно откровения о том, что случилось с людьми в нём, заставили его потерять контроль. Он мог скрыть даже сильные эмоции от проявления в своей ауре при нормальных обстоятельствах, но его новая сенсорная техника была в процессе разработки. При использовании её для скрытного расширения своих чувств ему не хватало такого же жёсткого контроля.

Когда его чувства показали, что горожане на самом деле — мёртвые люди, которыми управляет какой-то паразит, этот контроль ускользнул. Его скрытая аура была раскрыта, когда она наполнилась яростью, обнаружив его присутствие.

Горожане отбросили свою слишком идеальную нормальность, почувствовав ярость Джейсона, и издали хор инопланетных визгов. Они начали бросаться к местоположению Джейсона быстрее, чем позволяли их ранги. При этом их тела двигались неловким и неприятным образом, как будто снятые в грубой покадровой анимации. Это повреждало их тела, некоторые даже ломали кости и падали, перенапрягая себя.

Они полностью превратились из приятных фасадов, которые демонстрировали, в диких и извращённых берсерков. Их вид в стиле «зловещей долины» ясно давал понять, что эльфы больше не люди. Что-то более странное и коварное было внутри них, нося их как костюмы.

Хотя это привело Джейсона в ярость, ему удалось обуздать свой гнев, вместо того чтобы позволить ему управлять им. Как ни странно, его более ранний взрыв на Эмира помог ему восстановить контроль, вместо того чтобы позволить ярости разгуляться. После той встречи он размышлял о гневе, затаившемся прямо под кожей, готовом вспыхнуть при любой провокации. Это не было откровением, но это был тревожный звонок, что он не так ментально восстановился, как полагал ранее.

Джейсон слишком долго позволял своему гневу управлять собой, и пришло время привести его в порядок. Несмотря на то, что ярость казалась сильной, он знал, что это ловушка. Она сужала его видение, ослепляла его суждение и вела к выбору, о котором он впоследствии пожалел бы. Она также блокировала его от мощной техники боевого транса, которой он мог достичь только с помощью спокойного и сбалансированного ума.

Теперь появился враг, более чем заслуживающий его гнева, но он отказался позволить себе предаться этой эмоции. Он сосредоточился на всех тренировках, которые получил от Руфуса и Фарры о сражении с холодной головой. Даже когда враг мчался на него, он закрыл глаза и сделал долгий, медленный вдох. Дыхание было необязательным, но служило хорошим медитативным инструментом, помогая ему достичь потока спокойствия. Он выдохнул, а вместе с ним и свой гнев, позволяя ему улетучиться.

Софи прибыла к его стороне, переместившись через все поля вокруг города быстрее, чем заражённые эльфы могли добраться до Джейсона. Она заглянула в его капюшон, когда не смогла увидеть его светящиеся глаза.

— Что ты делаешь? — спросила она.

В ответ он вытащил свой меч.

— Эти люди мертвы, — сказал он ей. — Я готовлюсь освободить их.

Наступающий враг не дал ему больше времени на объяснения, бросившись на Джейсона и Софи. Не было никакой закономерности в атаках, просто десятки заражённых эльфов. Они бросались в воздух, как только оказывались достаточно близко, буквально прыгая на них в диких, безыскусных атаках. Эльфы неслись по улицам и выбегали из зданий, быстро формируя толпу.

Какая бы разумность ни направляла их имитировать роль приятного населения, она сменилась бездумным безумием, словно кто-то переключил выключатель. Их единственной тактикой было атаковать Джейсона и Софи стеной тел.

Прежде чем толпа успела сформироваться в слишком плотную стаю, Джейсон и Софи переместились от лесополосы в город, начав рукопашную схватку посреди улицы.

Зная, что что-то захватило горожан, вся команда знала, что нужно быть осторожными. Неизвестный паразит мог потенциально заразить их, поэтому, пока они не были уверены, что это такое, осторожность была главным приоритетом. Хамфри не позволил остальной части команды броситься вслепую вслед за Софи. Поля, которые они пересекали, были полны эльфов, которые двигались к ним в безумии. В то время как Софи миновала их до того, как они вообще начали шевелиться, остальная часть команды — нет.

Хамфри повёл команду вперёд более осторожно, доверяя Джейсону и Софи самим справиться. Их наборы способностей оба хорошо подходили для этого раннего этапа конфликта, прежде чем собралось слишком много эльфов.

Софи всегда была неуловима перед лицом врага, обладая способностями, которые защищали бы её от ответных эффектов. Так что, пока она была той, кто наносит удары, а не получает их, она знала, что с ней всё должно быть в порядке. Однако она не рисковала, независимо от того, насколько незначительным был риск. Вместо того чтобы наносить удары, она решила промахиваться мимо каждой цели с небольшим запасом.

Клинок ветра был одной из двух специальных атак, которыми обладала Софи, и единственной, чьё использование было безусловным. Это позволяло ей делать рубящие жесты любой частью своего тела, которые запускали лезвия из острого как бритва ветра. Большие жесты создавали длинные, медленно движущиеся лезвия, в то время как короткие, резкие жесты выпускали маленькие, но быстрые снаряды.

То, что Софи заставляла свои атаки промахиваться мимо каждого врага, означало, что она могла вместо этого использовать движения, чтобы выпускать ветряные клинки с близкого расстояния, а это означало, что даже медленные клинки достигали цели. Она вскоре начала увеличивать свою дальность, когда это было возможно, учитывая неквалифицированную массу тел, бросаемых на них.

Ветряные клинки не заканчивали свою эффективность, разрезая врагов. Эффект серебряного ранга способности вызывал кольцо режущей силы от каждой поражённой цели. Софи долго и упорно тренировалась, чтобы овладеть нюансами этой способности, активно нейтрализуя клинки и кольца, прежде чем они поражали её саму или кого-то из союзников. Она могла даже устранить только часть клинка или кольца, позволяя двум сторонам клинка пройти мимо союзника.

Джейсон знал это, но всё равно был строг в проверке на дружественный огонь. Хамфри и Клайв сражались бок о бок с Софи последние несколько лет, но Джейсон всё ещё входил в ритмы команды. Он пока не доверял себе в точной координации.

Как и у Софи, стиль Джейсона был по своей сути уклоняющимся, но в другой манере. Были сходства, такие как опора на мастерство и сверхъестественное уклонение с помощью способностей пространственного смещения. Но подход Софи был доминирующей смесью чистой скорости и непревзойдённого мастерства, бросающей вызов любому врагу, чтобы тот поразил её. Джейсон был совсем другим, полагаясь на запутывание, нарушение и беспорядочную непредсказуемость, нервируя своих противников на протяжении всей битвы.

Тактика Джейсона началась с отправки стада тел Тени, чтобы смешаться с эльфами. С солнцем высоко в небе и полем битвы в виде широкой улицы из сухой земли, было мало естественных теней, поэтому Тень служила вместо них.

Тень и Джейсон работали над тактикой, чтобы сделать Тень менее уязвимой, когда фамильяр служил платформой для прыжка по теням. Чем выше становился ранг Джейсона, тем больше врагов могли воздействовать на бестелесную форму Тени, делая её менее надёжной защитой, чем в прошлом.

Одним из способов, которым Тень делала это, было перемещение своих тел в тени и из них. Хотя тень могла быть слишком мала для Джейсона, чтобы прыгнуть через неё, у Тени не было таких ограничений. Однако для эльфов быстро стало очевидно, что у них нет способа навредить фамильяру, что дало Джейсону шанс использовать другую тактику.

Джейсон наколдовал копии своего плаща на множестве тел Тени, которые танцевали сквозь и вокруг эльфов. Даже дикий, казалось бы, бездумный враг был сбит с толку, когда Тень то раздувала плащ, чтобы заблокировать их обзор, то посылала ослепляющие звёздные частицы, вспыхивающие в их глазах, то смещала само пространство.

Пространственное смещение имело минимальный эффект, как раз достаточный, чтобы превратить атаку на Джейсона из почти промаха в полный промах. Однако, когда два десятка плащей использовали это одновременно, это заставляло толпу эльфов спотыкаться друг о друга, так как то, что должно было быть верными ударами, промахивалось полностью, выводя их из равновесия. Это не имело никакого эффекта на бестелесную Тень и его нематериальные плащи, оставляя эльфов разбросанными по земле. Это предлагало критически важную передышку для подходов с высокой мобильностью Джейсона и Софи, которые чувствовали себя гораздо хуже против толпы, стоящей плечом к плечу.

Что касается самого Джейсона, его плащ танцевал вокруг него, как туманное облако тьмы и звёзд. Наряду со скрытием движений Джейсона, он переключался между материальным и нематериальным. В один момент он хватал или блокировал врагов, а в следующий — отпускал, заставляя их терять равновесие, когда они пытались вырваться или дёрнуть за плащ, только чтобы обнаружить, что сопротивление исчезло. Это был тот момент, когда Джейсон наносил удар, его меч был невидим, пока не проходил сквозь плащ.

Когда выходок Тени было недостаточно, чтобы остановить постоянно растущую толпу от скучивания, Джейсон и Софи оба сбегали, выигрывая время и пространство для нового подхода. Джейсон использовал тела Тени, чтобы прыгать по теням, в то время как Софи применяла свою способность Призрачный шаг.

Призрачный шаг не был настоящей способностью телепортации, а был силой манипуляции временем, включающей почти мгновенное движение. Подобно Вечному мигу, главной силе Софи для ускорения её личного потока времени, эффект Призрачного шага казался остановленным временем. Она продвигалась сквозь время настолько быстрее, чем мир вокруг неё, что всё остальное казалось застывшим.

Призрачный шаг был даже более ограничен, чем Вечный миг, в том, что смещение времени между ней и миром вокруг неё затрудняло взаимодействие с ним. Всё, что Софи могла делать, пока Призрачный шаг был активен, — это двигаться, но у него были другие преимущества, особенно после повышения ранга силы. Эти преимущества были сосредоточены на остаточном изображении, оставленном после того, как она использовала силу, и в честь которого способность была названа. Остаточное изображение посылало клинки пространственной силы, похожие на ветряные клинки Софи. Оно также дезориентировало любого, кто атаковал изображение, с помощью недолговечных ментальных иллюзий.

Эльфы, которые атаковали остаточное изображение, вызывали необычную реакцию. Обычно вокруг головы врага был виден цветной свет, указывающий на то, что они попали под действие иллюзий. Однако у эльфов огни появлялись по всему телу. Дезориентирующий эффект также был необычно мощным, заставляя эльфов рушиться в корчащиеся кучи. Софи немедленно воспользовалась этим и использовала свою силу Волна ветра, чтобы собрать их всех в кучу.

Волна ветра была универсальной способностью, которую она могла использовать для личной мобильности, для отражения магических снарядов или сгона врагов, как она делала сейчас. С эльфами, собранными в кучу, она использовала своё личное ускорение времени, Вечный миг, чтобы создать шторм из ветряных клинков и запустить их всех одновременно. Клинки врезались в кучу, как разгневанный рой бензопил, разрезая сначала клинками, затем вторичными режущими кольцами. Результатом была уродливая мясорубка, зловоние смерти разносилось по порывистому воздуху, который пришёл вслед за взрывающимися ветряными клинками.

Софи не была специалистом по нападению, и её идеально выполненная синергия атак была недостаточной, чтобы уничтожить большинство заражённых паразитами тел эльфов. Что она действительно получила, собрав их в кучу и перебив по крайней мере значительное количество, — это один из самых ценных ресурсов в любой битве: время. Джейсон развернул своих бабочек, распространяющих недуг, которые размножались на измученных эльфах.

Ещё одним преимуществом от всей резни, которую устроила Софи, было то, что она и Джейсон смогли взглянуть на паразитов, которые выползали из разрубленных тел. Многие из них были немедленно разрезаны на куски, но их было более чем достаточно, чтобы рассмотреть, с десятками червей, выливающихся из каждого расчленённого эльфа.

Паразиты были коричневыми червями, выглядящими очень похоже на садовых червей, но длиной около предплечья. Их самой примечательной чертой был кончик каждого червя: треугольный хитиновый колпачок, почти как сверло. Когда черви стали поражаться бабочками, Джейсон узнал зловещее название этих существ.

* Вы наложили [Кровь из камня] на [Заражённый эльф (хозяин)]. * Вы наложили [Неотвратимый рок] на [Червь-миропожиратель].

Первоначальная группа эльфов была обработана Джейсоном и Софи, но это была лишь часть того, что Джейсон чувствовал, приближающегося к ним. С его чувствами, теперь открыто развёрнутыми над городом, он почувствовал большее население, чем должно было быть в городе. Это подтвердило, что одной из причин, по которой город замолчал, было то, что черви-миропожиратели забирали всех, кто проходил через него.

Джейсон отступил, когда прибыла его команда, возглавляемая Хамфри и сопровождаемая призывами Хамфри. Усилия Софи собрать и перерезать эльфов дали им краткий момент, чтобы перегруппироваться.

— Я почувствовал что-то в городе, — сказал Джейсон Хамфри. — Я не уверен, что именно; кажется, это защищено от магического восприятия, и я едва заметил это вообще. Теперь, когда вы здесь, я хотел бы взять Клайва и проверить это.

— Это может быть важно для борьбы с этими вещами, — согласился Хамфри. — Если не для этой битвы, то для более крупной, если есть другие города, подобные этому. Есть какие-нибудь зацепки, что это за вещи?

— Что-то под названием «червь-миропожиратель», — сказал ему Джейсон.

— Это не то название, которое я хотел услышать, — сказал Нил. — Думаю, «червь, который умирает немедленно без подсказки» было слишком много надеяться.

— Клайв может сражаться с нами, пока ты проводишь расследование, — сказал Хамфри Джейсону. — Ты лучше двигаешься в одиночку. Просто открой портал, когда найдёшь что-то, на что ему стоит посмотреть.

— Вы справитесь без меня? — спросил Джейсон.

Хамфри посмотрел на магических бабочек, уже движущихся, чтобы перехватить приближающихся эльфов.

— Твоё присутствие будет чувствоваться.

СТАРЫЙ РИТМ

СТАРЫЙ РИТМ

У команды была лишь краткая передышка от эльфов-хозяев червей, которые наводняли их, бросаясь с каждой улицы и здания в городе, чтобы выследить их. Пока Хамфри и Джейсон быстро обсуждали уход Джейсона, Клайв начертил ритуальный круг. Золотые линии оставались от края его посоха, когда он использовал его для рисования, словно царапая на песке палкой из коряги. Ритуал, как и сам золотой свет, был аспектом самой фундаментальной способности Клайва.

Способность: [Проведение ритуала] (Руна)

* Специальная способность. * Стоимость: варьируется. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (12%).

* Эффект (железо): Проявление линий магии для вычерчивания ритуальных диаграмм. Материалы, необходимые для ритуала, могут быть использованы непосредственно из пространства пространственного хранения вместо того, чтобы размещаться внутри диаграммы.

* Эффект (бронза): Создание простых ритуальных диаграмм для изменения параметров магических предметов.

* Эффект (серебро): Создание мана-ламп с повышенной эффективностью и скоростью накопления. Очищенная мана из лампы может быть использована для усиления ритуальной магии.

Ритуал был разработан для того, чтобы Клайв и Белинда могли стоять на нём, изменяя параметры своего магического оружия. Белинда использовала свою способность Мнимый чародей, чтобы взять на себя роль заклинателя, избегая слишком близкого приближения к своим врагам.

Способность: [Мнимый чародей] (Шарлатан)

* Специальная способность. * Стоимость: Очень высокая мана. * Перезарядка: 6 часов.

* Текущий ранг: Серебро 4 (09%).

* Эффект (железо): Получение значительного увеличения атрибута [Дух] и способности использовать магические инструменты. Ваш максимальный запас маны увеличивается, и вы получаете эффект постоянного восстановления маны.

* Эффект (бронза): Получение способности произносить ряд базовых заклинаний.

* Эффект (серебро): Получение способности произносить дополнительные заклинания, основанные на экипированном снаряжении.

С мантией, плюс жезлом в одной руке и посохом в другой, она была экипирована почти так же, как Клайв. Она снабдила себя предметами достойного качества, хотя и не равными оружию и доспехам, которые Гэри создал для использования с её силой Поддельный боец. Они, безусловно, не шли ни в какое сравнение с посохом и жезлом Клайва, которые были легендарным набором предметов роста, который он подобрал на железном ранге, ещё до того, как Белинда присоединилась к команде.

И на оружие Белинды, и на оружие Клайва повлияет ритуал Клайва. Вместо обычных болтов и лучей силы для Клайва и огня для Белинды, их посохи и жезлы будут производить холодные атаки. Они мало что знали о паразитах, заразивших горожан, но те, казалось, питались теплом. Это сделало холод лучшим предположением Клайва относительно того, что будет наиболее вредным для них.

Клайв завершил свои приготовления, используя другую способность, чтобы прикрепить ритуальные круги непосредственно к их оружию, парящие магические диаграммы, несколько похожие на системные окна Джейсона. Не теряя времени, Клайв и Белинда уже были в атаке к тому времени, как Джейсон исчез в тенях, обстреливая набегающих эльфов болтами и лучами магии.

Команда расположилась так, что Софи, Руфус и Хамфри двигались по кругу, чтобы защитить Нила, Клайва и Белинду от атак с каждой стороны. Сташ и фамильяры Белинды также были внутри круга, в то время как драконьи костяные пауки Хамфри бродили снаружи, чтобы создавать помехи.

С тем количеством, с которым они сталкивались, эффективность как по времени, так и по мане была важна. В затяжных боях, особенно против такого количества противников, им нужно было максимально использовать свои крупные способности и даже своих средних тяжеловесов. Правильные способности должны были быть готовы, с достаточным количеством маны для их использования, когда возникали оптимальные моменты.

Управление этим для команды стало работой Белинды. Их время в разлуке означало, что команде пришлось учиться всем новым способам работы вместе. Мало того, что их командная работа была не в практике, так ещё и их старые стратегии бронзового ранга были уже недостаточны. Они и их наборы сил прошли через массовые изменения, и требовалось время, чтобы найти старый ритм.

Одним из наиболее определяющих изменений в том, как они работали вместе, было то, что Белинда взяла на себя роль тактического директора. Хотя Хамфри обычно объявлял план, именно Белинда помогала команде выполнять детали. Она всегда отслеживала, кто может сделать что и когда, благодаря интерфейсу Джейсона, и эффективность команды в результате резко возросла.

Белинда взяла на себя эту роль по нескольким причинам, начиная с её набора сил. Её силы ставили её в положение, позволяющее помогать остальной части команды различными способами, и повышение ранга только усилило этот фактор. Она могла уменьшить или полностью сбросить перезарядки, а также дублировать ключевые способности.

Даже магическая татуировка Белинды могла сбросить некоторые из её перезарядок, будучи серебряной версией той, что была у неё на железном ранге. Она была осторожна, чтобы получить её после того, что случилось на бронзе. После ночи пьянки с Софи она проснулась с магической татуировкой, которая производила острый соус.

Суждение было ключом к набору сил Белинды, так как почти каждая сила, которую она использовала для помощи команде, зависела от тайминга. Единственным исключением была её аура.

Способность: [Мастерство] (Адепт)

* Аура (восстановление). * Базовая стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (11%).

* Эффект (железо): Способности союзников внутри ауры перезаряжаются быстрее.

* Эффект (бронза): Стоимость маны и выносливости для способностей сущности союзников немного снижена. Имеет больший эффект на способности с постоянными затратами, чем с мгновенными затратами.

* Эффект (серебро): Бонусы, влияющие на союзников, имеют немного увеличенный эффект.

Надёжные, но обобщённые бонусы были хороши, но не были чем-то, что могло перевернуть битву с ног на голову. Именно активные силы Белинды могли привести к решающим ходам, где козырь союзника превращался в горсть козырей и обеспечивал победу.

Способность Белинды управлять не только своими способностями, но и способностями команды была ключевой, но лишь началом того, почему она теперь была тактическим центром. Разум каждого пользователя сущности был усилен его атрибутом духа, но были различия в том, как это применялось конкретно. Клайв всегда был самым умным парнем в комнате, когда дело доходило до расшифровки сложностей утончённой и экзотической магии. Повышение ранга только усилило его способность понимать самые утончённые нюансы магии. Ментальные достижения Джейсона были перцептивными, позволяя ему лучше обрабатывать сенсорные данные, чем другим его ранга. В случае Белинды это была непревзойдённая способность к многозадачности. Возвращение Джейсона и его интерфейса группы сделало эту черту не просто ценной, а центральным элементом её новой роли в команде.

Интерфейс группы Джейсона был одним из самых значимых вкладов, который он принёс в команду, теперь, когда они были серебряного ранга. Он предоставлял так много информации, что, когда вся команда была в группе, было слишком много визуального шума, чтобы хоть что-то увидеть. От индикаторов состояния тела до полосок маны и выносливости и перезарядок для каждой активной способности, каждый член команды должен был настроить интерфейс под свои нужды.

У Хамфри, Софи и самого Джейсона были самые упрощённые интерфейсы. Им всем нужно было двигаться быстро и глубоко погружаться в действие, поэтому минимальное препятствие было целью. Будучи целителем, Нил поддерживал более надёжный интерфейс, чтобы он мог следить за командой, но это не шло ни в какое сравнение с Белиндой. Она отслеживала каждую активную перезарядку каждого члена команды в реальном времени, наряду с маной, которую они имели для использования своих сил.

Это был беспорядок, но такой, который дал Белинде непревзойдённый инструмент для повышения её эффективности. Только она была способна разобрать все эти данные, не говоря уже о том, чтобы делать это, активно участвуя в бою. Она была той, кто видел пробелы и заполнял их, либо направляя товарища по команде, либо используя свой собственный универсальный набор сил.

Новая власть Белинды в команде пришла с трудностями роста. Интерфейс Джейсона дал Белинде метрики, чтобы выкопать неэффективность команды и сосредоточиться на их неэффективных привычках. Это было хорошо в долгосрочной перспективе, но никому не нравилось, когда им указывали на их недостатки.

— Нил, используй больше заклинаний, — проинструктировала она. — Твоя мана слишком близка к полному. Используй Вердантную клетку по перезарядке, чтобы замедлить входящих эльфов, насколько сможешь. Сосредоточься на полях, где существующие растения усилят силу. Затем используй Барабаны удачи, чтобы сбросить ману; моя сила готова помочь тебе с перезарядкой, чтобы ты мог использовать её трижды.

Способность: [Благословение готовности] (Адепт)

* Специальная способность (восстановление). * Базовая стоимость: Умеренная мана. * Перезарядка: Варьируется.

* Текущий ранг: Серебро 4 (10%).

* Эффект (железо): Это заклинание может влиять только на союзника, а не на вас самих. Перезарядка следующей способности, используемой целью, сокращается на срок до одной минуты. Перезарядка этой способности равна времени, взятому из перезарядки способности цели.

* Эффект (бронза): Перезарядка затронутой способности может быть сокращена на срок до десяти минут.

* Эффект (серебро): Это заклинание может быть использовано один дополнительный раз во время перезарядки. Перезарядка, понесённая вторым использованием, добавляется к исходной, и заклинание не может быть использовано снова, пока полная перезарядка не завершена.

Шероховатости не были сюрпризом после того, как команда провела годы в разлуке. Это было больше, чем отсутствие Джейсона; остальная часть команды разошлась после его потери. Нил и Белинда работали вместе, защищая Джори, пока он бродил по миру в опасные времена. Что касается Софи, Хамфри и Клайва, они преследовали свою вендетту против последователей Чистоты и Строителя. Клайв играл роль третьего лишнего почти два года, наблюдая, как двое других неловко кружили друг вокруг друга, призрак Джейсона между ними. Ещё хуже были регулярные дебрифинги о прогрессе их отношений, требуемые от Клайва Белиндой каждый раз, когда они встречались.

— Я думал, твоя работа — делать нас эффективными, — пожаловался Нил Белинде. — Объясни мне, как наличие почти полной маны — это проблема эффективности, а не просто эффективность.

— Твоя аура питает нас гораздо большим количеством маны, чем обычно, от всех этих умирающих червей, — сказала она. — Ты позволяешь мане пропадать зря, потому что не можешь удерживать больше.

Способность: [Трофеи победы] (Процветание)

* Аура (восстановление, призыв, бонус, истощение). * Базовая стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (02%).

* Эффект (железо): Эффект (Железо): Союзники внутри вашей ауры восстанавливают ману и выносливость за каждого врага, который умирает внутри вашей ауры, также получая незначительный эффект исцеления. Вы можете собирать трофеи с врагов, которые умирают внутри вашей ауры.

* Эффект (бронза): Ваш атрибут [Дух] временно увеличивается каждый раз, когда враг умирает внутри вашей ауры.

* Эффект (серебро): Враги, которые умирают внутри вашей ауры, оставляют после себя сферы здоровья и маны, которые могут быть собраны союзниками для получения эффектов исцеления и восстановления.

— Кстати, спасибо за сферы, — вставил Хамфри. Как самый требовательный к мане член команды, а также будучи очень мобильным, нахождение бонусов маны, разбросанных по полю боя, было огромным подспорьем. Ни исцеление, ни прирост маны не были исключительными, но, особенно против роевого монстра, такого как черви, они складывались.

— Твоя аура также должна была максимизировать твой бафф духа, — сказала Белинда Нилу. — Использовать эту силу только на щиты и исцеление — это пустая трата.

Остальная часть команды также выкладывалась по полной, авантюристы и фамильяры. Астральный фонарь-фамильяр Белинды стрелял своими собственными болтами силы, фокусируясь на любых червях, пытающихся подкрасться к команде, пока они были отвлечены. Черви, которые избежали как ветряных клинков Софи, так и недугов Джейсона, уже ползали по земле, ища команду в моменты невнимательности.

Хамфри был наиболее уязвим перед роем, так как он был бойцом ближнего боя. Софи и Руфус тоже были, но её грация и скорость, плюс его элегантная неуловимость, делали их неприкасаемыми. Они двигались как танцоры на ускоренной перемотке, напоминая всем, что никто другой в команде не мог сравниться с ними по чистому мастерству.

Хамфри также был высококвалифицированным, но так много из того, как он сражался, было связано с применением силы, что не было полезно против врагов, которые были слабыми и многочисленными. Также не помогало то, что его мощные атаки заставляли червей разлетаться из эльфов, которых он разрубал. Без увертливости Софи и Руфуса он обнаруживал, что черви брызгают на него.

Чтобы минимизировать своё воздействие, Хамфри модифицировал свой обычный боевой стиль. Его обычная быстротемповая агрессия не была идеальной для защиты, а его тяжёлые атаки были избыточны против заражённых червями эльфов. Он сосредоточился больше на боковом движении, чем на агрессии с зарядом вперёд, и на мастерстве, а не на подавляющей силе. Не то чтобы у Хамфри не было мастерства — его мать никогда бы этого не потерпела, — но это не была его самая сильная сторона. Ключом к тому, чтобы заставить его адаптированный стиль работать, был его меч. Из двух своих наколдованных видов оружия он обычно предпочитал большее. Однако для его текущей ситуации меньший меч был правильным выбором.

Способность: [Меч-крыло] (Крыло)

* Специальная способность (призыв). * Стоимость: Высокая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (11%).

* Эффект (железо): Наколдовывает меч в форме крыла. Силы движения усиливаются при владении им. Неэффективен при использовании со специальными атаками, наиболее подходящими для большого или тяжёлого оружия.

* Эффект: (бронза): Перья из меча-крыла могут быть использованы в качестве снарядов.

* Эффект: (серебро): Перья из меча-крыла могут быть анимированы для перехвата физических снарядов.

Меч-крыло был стилизован под ангельское крыло из белого и золота, с глянцевыми металлическими перьями. Он мог стрелять острыми перьями из лезвия, что Хамфри использовал по максимуму, чтобы подбирать свободных червей. С серебряного ранга он также производил перья, которые парили вокруг него, чтобы перехватывать снаряды. Поскольку это включало червей, бросающихся на него, Хамфри мог сражаться в относительной безопасности.

Хамфри всё ещё был эффективен, несмотря на изменение своего стиля, но он не сражался с полной эффективностью. Он был вынужден быть осторожным вместо того, чтобы быть смелым, пассивным вместо того, чтобы нести бой врагу. Он должен был быть постоянно бдительным, даже со своими защитными мерами. Это было особенно верно, когда ему приходилось стоять на своём между заражёнными эльфами и членами его команды.

Нил брал на себя часть нагрузки в те моменты, накладывая характерно своевременный щит на Хамфри. Это было тогда, когда Хамфри развернул то, что было его самой полезной силой, учитывая обстоятельства. Его сила Огненное дыхание распылялась, как огнемёт, сжигая волны эльфов и вызывая визги, подобные тем, что вызвала аура Джейсона. Это было чрезвычайно эффективно, несмотря на то, что черви питались теплом, потому что это не был обычный огонь.

Способность: [Драконье могущество] (Дракон)

* Аура (восстановление). * Базовая стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (13%).

* Эффект (железо): Союзники имеют увеличенные [Мощь] и [Дух].

* Эффект (бронза): Огонь, созданный вашими способностями сущности, становится драконьим огнём.

* Эффект (серебро): Союзники имеют увеличенное сопротивление эффектам, которые снижают атрибуты [Мощь] и [Дух].

Аура Хамфри превращала любой огонь, произведённый его способностями, в драконий огонь, с которым было значительно сложнее справиться. Это, безусловно, было за пределами силы червей-паразитов питаться им.

Самой большой проблемой с Огненным дыханием, и причиной, по которой Хамфри обычно не полагался на него как на основной элемент, было то, что оно было чрезвычайно манозатратным. К счастью, у команды было много методов пополнения маны. Аура Клайва и астральный фонарь-фамильяр Белинды оба делали это, как и кристаллы, парящие вокруг Хамфри от его собственной способности Кристаллизация маны. Сферы Нила были бонусом, и снаряжение Хамфри также сильно склонялось к удержанию или пополнению маны. Конечным результатом было то, что Хамфри обладал необычайным количеством выносливости для кого-то с его набором сил.

Величайшим преимуществом Хамфри, однако, были не его силы, его тренировки или его снаряжение; это было смирение признать, что он не был критической фигурой в этом бою. Он не делал никаких смелых рывков и не использовал никаких предполагаемых возможностей. Он выполнял работу, придерживался курса и доверял своей команде.

ЖУТКАЯ РУТИНА

ЖУТКАЯ РУТИНА

Хотя Хамфри был лишь адекватным как личный участник в битве против заражённых эльфов, его вклад всё равно был велик. Это пришло через другие активы, которые он привнёс в бой, начиная с его когорты призывов.

Драконьи костяные солдаты Хамфри, спартои, были модифицированы его мощными, если не сказать непредсказуемыми, костями призывателя. В этом случае солдаты были вызваны в форме пауков с огненными силами. Это было не идеально для борьбы с их текущим врагом, но случайность была ценой такого мощного предмета. По крайней мере, им удалось пробраться через поля, в отличие от голема Нила. Тот остался позади после того, как наполовину утонул в рисовом поле.

Хамфри направил солдат сформировать кордон, перехватывая эльфов, приближающихся со всех сторон. Только двадцати призывов было недостаточно, чтобы заблокировать их всех, но они, по крайней мере, помогли предотвратить переполнение команды. К сожалению, Хамфри пришлось приказать им перестать плеваться горящей паутиной в эльфов.

Пламя, которое могли создавать его призывы, было слишком отдалённым, чтобы считаться собственным огнём Хамфри. Таким образом, аура Хамфри не превращала его в драконий огонь, и теплолюбивые черви поглощали его. Затронутые эльфы получали ожоги плоти, но, будучи мёртвыми, оставались незатронутыми, если только они не были достаточно низкого ранга, чтобы это сжигало их полностью.

Как и другие формы преобразования, которые они видели, становление трупом-хозяином для червей, казалось, повышало ранг тела. Большинство эльфов, которых перебивали, были обычными людьми, повышенными до железа. Их главная угроза исходила от червей, которые выстреливали, когда тела разрубали на части. Хотя те, что были выше рангом, сжигались пламенем призывов Хамфри, червям внутри было всё равно. Они пожирали тепло, что давало их опалённым хозяевам всплеск силы и скорости. Став свидетелем этого всего пару раз, Хамфри приказал своим спартои перестать использовать огонь.

Хотя призывы имели численность, самым мощным членом когорты Хамфри, естественно, был Сташ. Миражный дракон принял форму монстра под названием сприклиша, который был, по сути, массивным морским ежом на трёх жирафьих ногах. Его основное тело было размером с эконом-хэтчбек, и он атаковал, стреляя иглами, которые не были особенно опасными, по крайней мере для авантюриста соответствующего ранга. У него также было много слабостей. Длинные ноги были медленными и тонкими, что делало лёгким опрокидывание существа. Ещё лучше, оставление тела на его высоких ногах делало его лёгкой добычей для дальнобойных сил. У него была способность быстро исцеляться, но не достаточно быстро, чтобы преодолеть атаки дальнобойного авантюриста.

Что делало форму сприклиши ценной, так это то, что он мог стрелять иглами очень быстро и с точечной точностью. Против многочисленных, но хрупких червей, это оставляло их пришпиленными к грунтовой дороге иглами. Быстрая регенерация игл означала, что выносливость также не была проблемой.

Сташ оказался настолько эффективным в устранении растущего моря свободных червей, что Белинда отправила своего фамильяра эхо-духа подражать ему. Появилась вторая сприклиша, выглядящая как дешёвая голографическая копия. Иглы, которыми она стреляла, были магической силой, а не физическими иглами, но они работали так же хорошо.

У Клайва также был свой фамильяр, Онслоу, но он держал его в резерве. Он хотел, чтобы черепаха была полностью заряжена, чтобы он мог прикрыть Клайва, как только тот присоединится к Джейсону. Однако была ещё одна поддержка, которая прибыла поздно в бой.

Голем-кокон Нила был медленным и неуклюжим. Слишком медленным, чтобы поспевать за командой, когда они пересекали рисовые поля, его в последний раз видели тонущим в поле, брошенным на милость заражённых эльфов. Он, по крайней мере, отвлёк некоторых эльфов, которые перешли от фермерства к безумию, преследуя команду, пока они пробирались в город.

Единственной силой голема было окутывание себя внутри кокона, который был почти неразрушимым, по крайней мере для атакующих его собственного ранга. Он претерпевал трансфигурацию внутри, прежде чем появиться в новой форме, адаптированной к битве под рукой. Прохождение процесса не было быстрым, и голем был плохо приспособлен для коротких битв. Чаще всего они заканчивались до того, как призыв успевал пройти свою трансформацию.

Как это было обычно для силы с таким количеством недостатков, она была грозной, если появлялись правильные обстоятельства. На серебряном ранге голем был гораздо лучше в адаптации к врагам и окружению по сравнению с грубыми реакциями атаки, которые формировали его трансформации более низкого ранга. Когда трансформированный голем наконец появился над полем битвы, его кристаллическое тело ярко мерцало на солнце.

Новой формой голема была гигантская кристаллическая оса размером с фургон для хлеба. У неё было шестнадцать длинных, многосуставчатых рук, каждая заканчивалась кистью из узких, зазубренных пальцев. Оса прожужжала над деревьями и зависла над битвой ненадолго, прежде чем спуститься в гущу событий.

Совершенно не похожая на свою неуклюжую первоначальную форму, гигантское насекомое носилось вокруг, как стрекоза, крылья жужжали, хлопая в быстром размытии. Его руки тянулись и погружались в одного эльфа за другим, тыкая туда-сюда. Каждый раз, когда рука появлялась, мёртвые черви свисали с зазубрин на его пальцах.

Трансформированный голем Нила ознаменовал поворотный момент в битве. Сконфигурировав себя для уничтожения хозяев и вырывания паразитов внутри, он облегчил давление на команду. Им всё ещё приходилось сражаться и быть осторожными в этом, но они меньше беспокоились о том, чтобы попасть в отчаянные моменты.

Однако из города продолжало появляться всё больше и больше эльфов. С населением в несколько тысяч не было недостатка в телах. Команде даже пришлось двигаться, не имея интереса использовать сложенные трупы в качестве оплота. Они пересекли поле трупов к пустому участку широкой дороги и затем продолжили создавать свежий склеп из эльфийских тел.

Команда осознавала, что эльфийские трупы, которые они укладывали, были не монстрами, а жертвами. Они были авантюристами, привыкшими смеяться в лицо смерти, но только Руфус был свидетелем такой сцены раньше. Годами ранее он встретил Гэри и Фарру в городе примерно того же размера, где население также было превращено в ходячие трупы.

С ослаблением натиска врага из-за прибытия разрушительного голема Нила, в битве появились затишья, которые были не совсем желанными. Команда шутила, как будто они не были окружены смертью, пытаясь отвлечься от ужаса, в котором они участвовали. Горожане были мертвы до прибытия команды, но они всё ещё осознавали, что они рубят матерей и братьев. Они все отводили глаза от реальности того, сколько тел принадлежало детям.

— Тот, кто сделал это, будет гореть, — прорычала Софи.

Даже Хамфри не был не согласен с чувством мести Софи, но момент вскоре закончился, так как больше эльфов бежало на бойню.

— Такое чувство, что они никогда не перестанут приходить, — мрачно высказал мнение Нил.

— Перестанут, — сказал Хамфри, но он был неспособен собрать ничего, кроме усталости в своём тоне.

Битва превратилась из опасного сражения в жуткую рутину, так как команда устраняла одного хозяина паразита за другим. Бабочки Джейсона всё ещё летали вокруг, но многим червям удавалось уползти. Если бы им в конечном итоге пришлось охотиться на них всех, это была бы утомительная задача.

Черви-паразиты, по-видимому, стали бездумными, когда были спровоцированы, несмотря на то, что были способны имитировать горожан достаточно, чтобы заманить посетителей на их гибель. Это привело команду к ложному чувству безопасности, и самый опасный момент битвы наступил, когда они подумали, что она достигает стадии зачистки. Какой бы разум ни управлял червями, он удерживал большое количество хозяев, посылая лишь достаточно, чтобы держать команду активной. Затем они бросились, чтобы захлестнуть команду чистым численным преимуществом.

Несмотря на то, что их застали врасплох, команда отреагировала с профессионализмом, их готовность никогда по-настоящему не ослабевала. Вместо того чтобы сильно оттеснять, Хамфри проинструктировал команду и своих костяных пауков перестать отгонять эльфов и позволить им скучиться. Софи даже помогла, собирая их своей силой Волна ветра. Как только они были хорошо собраны, пришла очередь Нила вмешаться.

Из всех в команде именно Нилу было труднее всего повышать ранг. Больше, чем у любого другого члена, его набор сил имел способности, которые были с долгой перезарядкой, косвенными или и тем, и другим, что делало их трудными для использования на регулярной основе. Даже его призыв было трудно поднять, с битвами, часто заканчивающимися до того, как призыв мог войти в свой кокон, не говоря уже о том, чтобы выйти из него. Что касается его сил исцеления и поддержки, превосходство его команды на самом деле вредило ему. В большем количестве боёв, чем нет, было мало нужды в способностях Нила.

Нил был лучше всего применим в критических боях, но постоянная погоня за краем привела бы команду к гибели, рано или поздно. Остальная часть команды имела разнообразие атакующих сил, которые они могли использовать. Самыми большими проблемами были Хамфри, Белинда, Клайв и Руфус, все из которых продвигались на шаг быстрее, потому что они были людьми.

На низких рангах человеческое преимущество в скорости роста способностей мало значило, но теперь они были у стены. Когда повышение ранга способностей занимало экспоненциально больше времени, даже незначительное преимущество складывалось со временем.

Как и многие целители, Нил использовал много своего времени простоя, чтобы повышать свои силы исцеления медленно, но надёжно на гражданских лицах. Это также было полезно — помогать людям в нужде, напоминая Нилу, почему он присоединился к Церкви Целителя в первую очередь.

Даже так, многие силы Нила могли быть развёрнуты только в действии. Без попадания команды в тяжёлое положение, многие силы Нила оставались неиспользованными. От его подавляющего баффа на одну цель до исцелений по широкой области и очищений, все крупные заклинания Нила имели влияние, но только когда обстоятельства были правильными. Хотя такие способности по своей сути росли быстрее, чем другие, это всё равно делало их неудобными в использовании.

Способность: [Оплот Жнеца] (Щит)

* Специальная способность (измерение, болезнь, нечестивость). * Стоимость: Экстремальная мана. * Перезарядка: 6 часов.

* Текущий ранг: Серебро 3 (98%).

* Эффект (железо): Перемещение союзников в пространственное пространство ненадолго при затоплении области энергией смерти, нанесение урона разрушительной силой, некротического урона и наложение [Ползучая смерть] на всё в области.

* Эффект: (бронза): Союзники проходят экстремальное пополнение маны, находясь в пространственном пространстве.

* Эффект: (серебро): Враги поражаются [Хватка смерти].

* [Ползучая смерть] (урон-со-временем, болезнь, суммирование): Наносит постоянный некротический урон, пока болезнь не будет очищена. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Хватка смерти] (нечестивость): Эффекты исцеления снижены. Этот эффект изначально слаб, но усиливается любым некротическим уроном, понесённым жертвой.

Как целитель, Нил имел мало разрушительной силы, но та единственная способность, которая у него была, была разрушительной. Хотя всё больше и больше эльфов продолжали бросаться на них, его сила предоставила команде перезагрузку. Когда они вышли из пространственного пространства, которое создал Нил, черви и их эльфийские хозяева в широкой области сгнили и умерли. То же самое было верно для растений, деревьев и даже деревянных зданий, ближайшие из которых обрушились.

— Я только что почувствовал, как наш целитель накрыл область смертью и убил всех и вся? — спросил Джейсон через голосовой чат.

Это было легко и весело, как будто они не были окружены смертью, даже несмотря на то, что он упомянул это конкретно. Они каждый знали от Фарры, что Джейсон однажды столкнулся с тем, через что они все прошли, в гораздо большем масштабе. Они поняли, что он не был легкомысленным по поводу смерти, а говорил им сделать то, что они могли, чтобы выбросить это из головы, пока работа не была сделана.

— Мне пришлось это сделать, — сказал Нил. — Кто-то убежал один и оставил нас делать всю борьбу.

— Эй, у меня важная роль, — защищался Джейсон. — В качестве несвязанного замечания, звуки жевания не проходят через мой голосовой чат, верно?

— Не время, — отчитал Хамфри.

Неспособный отбросить все смерти, даже на момент, его лицо было наполнено яростью, которой некуда было деться. Он мог убивать жертв-горожан и устраивать резню червей весь день, но это не дало бы ему человека, стоящего за всем этим. Надежда была на то, что Джейсон найдёт их, хотя это было не то, почему он вышел на связь.

— Я только что поговорил с Карлосом, — сообщил Джейсон. — Я обновил его о том, что мы видели.

— И? — спросил Хамфри.

— Он сказал, что черви-миропожиратели — это плохо.

— О, они плохие, — сказал Нил. — Я рад, что мы выяснили это. Чрезвычайно полезно.

— Полезнее, чем сарказм, — пробормотала Белинда.

НИЗШИЙ

НИЗШИЙ

Нервозность не была обычным чувством для Посланника. Когда прибыли искатели приключений, Пей Вас Карта, как обычно, находилась в своем скрытом подземном логове, управляя процессом имплантации червей. Она была уверена, что они не почувствуют ее присутствия, поскольку любое восприятие, не принадлежащее Посланнику, будет надежно, но незаметно заблокировано. Искусные ритуалы ауральной магии были начертаны на стенах этого объекта кем-то гораздо более сильным, чем сама Пей.

Это была не первая группа искателей приключений, прибывшая сюда. Пей оставалась на месте, пока не ощутила, как город наводнила абсурдная аура. Она была гневной и пугающе мощной, но не это встревожило ее. Аура не принадлежала Посланнику, однако неоспоримо обладала свойствами, присущими Посланникам.

В этой ауре было несколько элементов, которые Пей нашла обескураживающими. Во-первых, она не привыкла к тому, чтобы кто-то ее ранга обладал более сильной аурой, чем она сама. Она знала, что не-Посланники могут иметь ауры сильнее обычных, но увидеть это своими глазами было тревожно. А затем была сама природа этой ауры. Она не только несла в себе нечто похожее на ауру Посланника, но и была настолько гнетущей, что отбрасывала мрачную тень на ее душу.

Она поймала себя на том, что втянула голову в плечи, а затем выпрямилась, сердито восстанавливая свою осанку. Она не собиралась склоняться перед какой-то случайной аурой. Та хотела, чтобы она почувствовала себя маленькой и недостойной, словно ее судили и признали несовершенной. Словно она совершила Грех. Тот факт, что человек, которому принадлежала эта аура, даже не смог бы ее почувствовать, делал это еще более оскорбительным.

Затем она вспомнила о странном оттенке силы, похожей на силу Посланника, в этой ауре. Она задалась вопросом, насколько хорошо она на самом деле скрыта, и в момент парализующего стыда поймала себя на мысли, что благодарна за то, что защищена даже от таких мощных чувств.

Слово «низший» проскользнуло в ее разум, словно один из червей, которых она имплантировала эльфам. Она зарычала, подпитывая свои слабые эмоции пламенем ярости. И все же она не потеряла контроль и не сорвалась. Она расширила свои чувства за пределы защиты своего логова, стараясь не выдать свою ауру. Ей нужно было лучше понимать, что происходит наверху.

Она почувствовала, как искатели приключений сражаются с носителем червей, и поняла, что они сильнее предыдущих. Они яростно уничтожали столько работы Пей, перебивая носителей, но она не бросилась на помощь. Хотя она и обладала гордостью превосходства Посланника, она не была настолько глупа, чтобы противостоять такой мощной команде, по крайней мере, пока они полны сил. Она подождет, пока битва не измотает их, прежде чем искать возможности перебить их поодиночке.

* * * Эльфийское население города было захвачено паразитическими червями, которые использовали горожан в качестве тел-носителей, притворяясь, что все по-прежнему нормально. Прибытие команды Джейсона изменило это. Горожане превратились в бешеных берсерков, бросаясь на команду со всех сторон.

Джейсон и Софи отбивали первую волну, пока не подоспела остальная часть команды. Как только они прибыли, Джейсон отправился на поиски чего-то, что зацепило его чувства. Это было настолько слабо, что поначалу он не был уверен, не воображает ли он это. Он методично искал, используя свои способности скрытности, чтобы избегать врагов, атакующих его команду.

Пока он двигался, Джейсон передавал Карлосу, который все еще находился в городе Яреш, то, что команда узнала о червях через Тень. У Карлоса было приличное количество записей о миропожирающих червях, и, как только он получил название, он смог откопать некоторые исследовательские записи. Это было связано именно с его исследованиями различных способов захвата тел невинных людей; миропожирающие черви были одним из примеров. Он собирал заметки других исследователей в рамках своих собственных изысканий.

— Я знал, что они у меня есть, — передал Карлос обратно Джейсону. — Интересно, что эта конкретная порода червей имеет цветовые градации, которые указывают на…

— Я больше заинтересован в практических фактах, которые помогут мне прямо сейчас, — перебил его Джейсон. — В основном, как они собираются нас убить? И еще — это самое главное — как нам сделать так, чтобы они этого не делали?

Пока Карлос излагал ему основные моменты, Джейсон продолжал свои поиски. Примерно в то время, когда он нашел то, что, как он подозревал, искал, Карлос перешел от более практических деталей к «интересным примечаниям». Джейсон связался с командой, чтобы поделиться тем, что узнал, в то время как Карлос направился в Общество искателей приключений. Поскольку семь команд искали в одном и том же регионе, было критически важно распространить информацию.

— Черви поддерживают функции тела носителя, — объяснил Джейсон команде через голосовой чат. — Достаточно, чтобы создать сносную имитацию жизни. Вот почему они не выглядят как зомби, хотя они мертвы.

— И именно так они выдают себя за людей, — сказал Руфус. — По крайней мере, достаточно долго, чтобы подобраться к людям достаточно близко и заразить их тоже.

— Я полагаю, так и есть, — согласился Джейсон. — Вы хотите избежать того, чтобы черви вгрызлись в вас. Вы не можете исцелить их, потому что они просто поглотят магию жизни и размножатся. Вам нужно физически вырезать их из тела, а затем исцелить рану после того, как вы извлечете всех червей.

— Очаровательно, — сказала Белинда. — Есть хорошие новости?

— На самом деле, да, — сказал Джейсон. — Они любят нацеливаться на жизненно важные органы, такие как мозг и сердце.

— Как это может быть хорошей новостью? — спросила Софи.

— У нас их нет, — сказал Нил. — Мы все, по сути, мешки с магией, кровью и мясом. Нет жизненно важных органов, которые они могли бы сожрать, чтобы убить нас мгновенно.

— Однако это проблема, если слишком много из них попадет внутрь вас, — сказал Джейсон. — Сложнее захватить пользователей эссенции нашего ранга, но это не невозможно. Если их попадет внутрь достаточно много, они могут взломать магическую матрицу, которая заставляет ваш мешок с кровью и мясом работать. Это означает взять контроль над вами.

— Знаешь, моя мама хотела, чтобы я был торговцем, — горько сказал Нил. — Путешествия, деньги. А не быть съеденным изнутри червями.

— Я же говорил, что они плохие, — сказал Джейсон. — Карлос сказал, что они классифицируются как звери апокалипсиса.

— Это предполагает, что именно эти черви ответственны за то, что весь регион замолчал, — сказал Клайв. — Что подводит к вопросу о том, является ли это просто следующей катастрофой в очереди, или же Посланники принесли их сюда.

— Я надеюсь, что вы поможете мне это выяснить, — сказал Джейсон. — Я собираюсь открыть портал, так что проходите.

Темный портал открылся рядом с Клайвом, но тот не шагнул в него сразу. Магический свет просочился сквозь переднюю часть его мантии и быстро собрался в форму черепахи. Фамильяр Клайва, Онслоу, был татуировкой на торсе Клайва, когда не проявлялся. Когда он появлялся, он был летающей черепахой, которая могла менять свой размер и владеть мощной атакующей магией. Каждый сегмент на его панцире нес светящуюся руну, представляющую одну элементальную силу, которую он мог использовать. Клайв ласково похлопал Онслоу по шее.

— Мне нужно, чтобы ты прикрыл меня, приятель.

Одна из рун на спине Онслоу перестала светиться, когда вырвалась молния, цепью проходящая между врагами.

— Вот так, — сказал Клайв и шагнул в портал. Он вышел с другого конца портала в каком-то подземном пространстве. Свет просачивался сквозь щели в деревянном полу наверху, пылинки танцевали в лучах. Пол и три стены были из плотно утрамбованной земли, а старая лестница вела вверх к открытому люку.

Последняя стена в комнате сильно отличалась, будучи сделанной из полированных сланцевых кирпичей. В нее была встроена пара двойных дверей из резного дерева.

В отличие от досок наверху, дерево двери было чрезвычайно хорошо сделано и подогнано, без щелей, в которые можно было бы заглянуть. Она также не была покрашена в ту же теплоизлучающую зеленую краску, что и городские здания, а вместо этого была покрыта сложными магическими символами. Они светились очень слабо и смещались под его взглядом, линии извивались, словно змеи. Он взглянул на Джейсона, который стоял перед дверями.

— Что думаешь? — спросил Джейсон, когда Клайв подошел осмотреть двери, и восторг озарил его выражение лица.

— Понятия не имею, — взволнованно сказал Клайв, открывая свое хранилище.

Сила хранения Клайва, Рунные Врата, была немного менее удобной, чем у Джейсона, Белинды и Хамфри. В то время как они могли просто выхватывать предметы из воздуха, Клайву нужно было открыть миниатюрный портал, окруженный парящими рунами, в который он мог залезть и достать вещи. Тем не менее, у Клайва была, пожалуй, самая полезная способность хранения, так как ее также можно было использовать как обычную силу портала или для усиления мощи его ритуальной магии.

Вытаскивая странные устройства одно за другим, Клайв использовал их, чтобы осмотреть дверь, прежде чем запихнуть их обратно в хранилище. Одно выглядело как песочные часы, а другое — как увеличительное стекло. Там был непрозрачный шар, который мигал разными цветами, и набор больших кристаллов, нанизанных на нить. Клайв бросал на дверь различные порошки из мешочков, от растертых ядер низших монстров до мелового порошка, смешанного с солью и наполненного магией. Все это время Клайв записывал заметки в книгу, которую оставил на маленьком левитирующем столике.

— Ты же понимаешь, что это не академическое упражнение, верно? — спросил его Джейсон. — Наши друзья сражаются там наверху.

— Все в порядке, — рассеянно сказал Клайв, не отрываясь от работы. — Большинство этих эльфов были обычными людьми. Черви могут быть серебряного и бронзового ранга, но искусственно повышенные в ранге тела намного слабее, чем настоящие. Ты сражался с достаточным количеством Преобразованных, чтобы знать это.

— Да, — сказал Джейсон. — Ты знаешь, что я сражался с новым видом Преобразованных на Земле, верно? Не основанными на заводных Ядрах Строителя, хотя те, что были выше рангом, использовали модифицированные Ядра, чтобы стабилизировать свой собственный процесс преобразования.

— Ты упоминал, — сказал Клайв.

— Не уверен, что упоминал, что парень, который управлял организацией, откуда они пришли, оставил мне хранилище, полное секретов. Включая все исследования по их проекту преобразования.

— Ты хочешь сказать, что можешь создавать Преобразованных?

— Нет. Ну, может быть. Но я думаю, он надеялся, что я смогу усовершенствовать процесс.

— Почему ты? Это не твоя область знаний.

— Думаю, его выбор был больше связан с доверием ко мне, чтобы я использовал это должным образом. Я почти уверен, что он хотел, чтобы я нашел способ дать обычным людям силы, без необходимости в куче эссенций. Они бы не сравнились с пользователем эссенции, конечно, но иногда количество важнее качества.

— Зачем ему это?

— Не уверен. И он, и Доун дали понять, что где-то в будущем меня ждет еще одна битва. Что это будет, я не знаю, но все, что делал этот псих, было подготовкой к ней. Он хотел, чтобы я занял его место после того, как он умрет.

— Ты убил его?

— Он убил себя, потому что знал, что я не позволю ему жить.

Это наконец заставило Клайва остановиться, и он повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Фарра никогда нам этого не говорила.

— Фарры не было там, когда все происходило. Как там дверь?

Клайв снова переключил свое внимание на дверь.

— Это парадигма ритуальной магии, не похожая ни на что, что я когда-либо видел. Это потусторонняя ритуальная магия, похожая на астральную магию, которую использовал культ Строителя.

— Значит, не похожа на местную?

— Даже больше, чем то, что использовал культ. У нас есть магия, которая взаимодействует с аурами, но она простая и грубая.

— Как ауральные маяки, используемые для сигнализации на большие расстояния.

— Именно. Система водной связи — это самое сложное, что есть, и есть причина, по которой Фарра и Трэвис хотят заменить ее. Эффективность и практичность оставляют желать лучшего.

— И эта магия делает это лучше? — спросил Джейсон.

— Логично, что ритуальная магия Посланников взаимодействует с аурами гораздо более сложными способами, чем любая из наших, учитывая то, что мы о них знаем. Хотя это превосходит мои ожидания.

— Ты вообще понимаешь, что делает эта магия?

— О, это довольно просто. На двери просто есть простая запирающая магия. Самое интересное — это магия анти-обнаружения, которая скрывает то, что находится за ней. Честно говоря, я удивлен, что ты заметил, что она здесь.

— Ты можешь ее открыть?

— О, это не проблема, — сказал Клайв. — Это, по сути, та же магия, которую мы используем в этом мире. Проблема в том, что сигнализация является частью магии анти-обнаружения. Я недостаточно понимаю, как она работает, чтобы остановить срабатывание сигнализации. Она включает в себя внутренние свойства аур Посланников, которые я не могу воспроизвести. По крайней мере, это, кажется, подтверждает, что что бы здесь ни происходило, за этим стоят Посланники.

— Смог бы я воспроизвести ауру Посланника?

— Я задавался тем же вопросом, — сказал Клайв. — Но это потребует времени и изучения. Это не то, что мы можем быстро состряпать в грязном подвале. Я не вижу способа открыть эту дверь, не вызвав сигнализацию.

— Ладно, — сказал Джейсон.

— Тогда как нам открыть дверь? — задумался Клайв.

— Ударом ноги?

— Ты хочешь выбить ее ногой?

— Если там кто-то есть, я почти уверен, что они знают, что мы здесь.

— Разве нам не стоит подождать команду?

— А что, если кто-то бежит по побеговому туннелю или готовит что-то, что позволит червям переполнить команду?

— А что, если там двадцать человек ждут, когда дверь откроется, чтобы выбить из тебя дурь?

— Тогда я убегу.

— Ты гораздо лучше меня умеешь убегать.

— Там есть портал. На самом деле, подожди секунду.

Джейсон прошел через портал туда, где его команда все еще сражалась с эльфами-носителями червей, но количество врагов уменьшилось, поскольку население города было почти истощено. Стоя рядом с Нилом и Белиндой, Джейсон поднял руки над головой и пропел заклинание.

— Как ваши жизни были моими, чтобы пожинать, так и ваши смерти — мои, чтобы собрать.

Красные огни, остаточная жизненная сила бесчисленных мертвых червей, засияли над полем битвы, превратившимся в склеп. Затем они начали струиться в воздух, все сходясь к Джейсону, который поглотил их все.

* Вы использовали [Кровавую жатву] на нескольких [Миропожирающих червях]. * Ваше здоровье, мана и выносливость были восполнены. * Вы получили несколько экземпляров [Кровавого Безумия] от [Кровавой жатвы]. * Достигнуто максимальное количество экземпляров [Кровавого Безумия]. Дополнительные экземпляры будут преобразованы в [Кровь Бессмертного]. * Вы получили несколько экземпляров [Крови Бессмертного] от [Кровавой жатвы].

* Максимальное здоровье, мана и выносливость были превышены. Способность [Пожиратель грехов] временно повысила ваш максимум здоровья, маны и выносливости, чтобы вместить их. Эти максимумы со временем уменьшатся.

— Джейсон? — спросил Хамфри. — Что ты делаешь, что почувствовал необходимость вернуться и получить огромное количество временной жизненной силы?

— Клайв заставляет меня выбить ногой магическую дверь.

— Я ничего подобного не делаю, — опроверг Клайв через голосовой чат.

— Он также сказал, что собирается убежать, если там внутри что-то страшное, — добавил Джейсон.

— Можно нам, пожалуйста, приберечь остроумные подколы для тех моментов, когда мы не сражаемся со злом? — спросил Руфус.

— Ты никогда не смотрел боевики? — сказал Джейсон.

— Нет! — крикнул Руфус. — Нет, не смотрел!

— Для парня, который якобы против этого, — сказал Джейсон Руфусу, — твои остроумные подколы очень точны.

— Джейсон… — прорычал Хамфри.

— Ладно, — сказал Джейсон, возвращаясь через портал. — Клайв, открой эту дверь, чтобы я мог ударить ее ногой.

Клайв проворчал, но убрал инструменты, которые использовал для осмотра двери. Затем он достал прозрачный кристаллический стержень и указал на дверь. Стержень начал светиться смесью вихревых, стробирующих цветов, которые со временем замедляли свое стробирование. Цвета исчезали один за другим, пока стержень не засветился сплошным синим цветом. Затем свет вовсе погас, снова оставив прозрачный кристалл.

— Не думал, что ты одобряешь такие короткие пути, как отпирающие стержни, — сказал Джейсон.

— Выбирать легкий путь — неправильное решение, когда сложный может чему-то научить, — сказал Клайв, отступая подальше, готовый прыгнуть в портал. — Мне нечему учиться у простой магии замков, так зачем тратить время? Ты помнишь, что остальная команда все еще сражается, верно? Теперь, если ты настаиваешь на том, чтобы выбить дверь ногой, бей.

— Теперь, когда я думаю об этом, — задумчиво произнес Джейсон, — что сделает эта магическая сигнализация? Будет ли она привязана к ловушке?

— Вероятно, — сказал Клайв. — Кроме того, мы здесь разговариваем уже некоторое время. Если кто-то внутри не знал, что мы здесь, то теперь знает.

— Хороший аргумент. Есть предложения, как нам стоит подойти к этому?

— Да, — сказал Клайв, глядя на открытый люк над ними, вытаскивая свою палочку. — Ты идешь первым.

Джейсон усмехнулся, шагая к двойному дверному проему. Он поднял ногу, собираясь выбить ее, когда двери распахнулись сами по себе. Стена из червей хлынула наружу, как вода через шлюз переполненной плотины. Это было настолько быстро, что Джейсона затопило, он был опрокинут и полностью погребен. Клайва спасли рефлексы и ловкость серебряного ранга, а также его дополнительное расстояние от двери. У него был крошечный момент, чтобы среагировать, и он использовал его, выпрыгнув через люк в потолке.

В здании наверху Клайв немедленно присел, чтобы посмотреть вниз через люк. Волна червей выравнивалась, но Джейсона все еще не было видно, он был погребен под ними.

— Думаю, у нас может быть проблема, — сказал Клайв через голосовой чат. — Джейсон, ты там?

— Какова ситуация? — спросил Хамфри.

— Джейсон только что был погребен в червях.

— Насколько погребен? — спросила Белинда. — Мы говорим просто о большом количестве червей или о полной ванне?

— Скорее как плавательный бассейн, — сказал Клайв. — Джейсон?

Ответа все еще не было.

— Мы не можем спуститься, — сказал Хамфри. — Если кто-то еще из нас оторвется, нас переполнят.

— Я посмотрю поближе и увижу, что смогу выяснить, — сказал Клайв, наклоняясь, чтобы получить лучший угол обзора через дверной проем внизу. Судя по тому, что он мог видеть, это был туннель, сделанный из тех же сланцевых кирпичей, что и стена, в которую была встроена дверь.

Фигура подошла к теперь уже открытой двери, черви расступались перед ней, как Красное море. Существа поддерживали круг свободного пространства, не вокруг человека, а вокруг сферы, которую она держала перед собой.

Когда фигура полностью показалась, Клайв заметил крылья, сложенные у нее на спине. Это был Посланник с орехово-коричневой кожей и темными волосами. Ее крылья также были коричневыми, с желтоватыми крапинками. Ее одежда состояла из короткого, свободно драпированного топа и свободных, струящихся брюк, оба оленьего цвета. Ее босые ноги парили прямо над полом.

Объект, который она держала, выглядел как шар из переплетенных кожаных ремней, примерно в два раза больше кулака. Черви не приближались к нему, и Клайв смог увидеть неподвижного Джейсона, когда Посланник подошла ближе. Черви соскользнули с его тела и за пределы круга вокруг сферы.

Сотворенный плащ Джейсона исчез, но его сотворенной мантии — нет. Несмотря на то, что происходило, аналитический ум Клайва не мог не рассеянно предположить, что, хотя Джейсон сам создал плащ, мантии были созданы одним из его фамильяров. Хотя мантии оставались на месте, они были покрыты дырами. Кожа, видимая под каждой дырой, имела небольшой след от раны.

Все еще держа сферу в одной руке, Посланник создала копье в другой. Клайв поднял свою палочку и выстрелил, но крыло переместилось, чтобы заблокировать луч. Она опустила копье. Однако она была не единственной с защитой. Туманный глаз проявился перед Джейсоном, затем расширился в щит, который заблокировал атаку. Гордон проявился за щитом с пятью дополнительными глазами, каждое из которых стреляло лучами в атакующего Джейсона. Она заблокировала их, обернув свои крылья перед собой, что ей едва удалось сделать в замкнутом пространстве дверного проема. Затем она поплыла назад, из поля зрения Клайва.

Клайв увидел, что черви потекли обратно от краев комнаты, где они были отогнаны, но теперь они избегали Джейсона, точно так же, как они делали это с шаром. Затем черви начали выползать из тела Джейсона, прокладывая себе путь наружу из его плоти. Многие прорыли себе путь через раны, через которые они, по-видимому, вошли, в то время как другие протыкали новые дыры в его коже и мантии своими головами-бурами. Десятки из них появились по всему Джейсону, и Клайв вздрогнул, когда один пробился из его глазницы, протискиваясь вокруг глазного яблока, как ужасающая, мясистая слеза.

Затем черви, которые отказывались приближаться к Джейсону, начали дергаться и биться, как в крысиной яме после того, как туда бросили змею. Они давили на стены, как будто пытаясь взобраться по ним, или начали зарываться в землю. Черви, выползающие из Джейсона, наполовину появившиеся, бились, когда их затягивало обратно в его тело, словно выдернутых за хвост.

Клайв заметил одного червя, которому удалось сбежать и начать уползать, но полоска красной кожи вытянулась из мантии Джейсона, обернулась вокруг червя и потянула его обратно. Пиявка с кольцами свирепых зубов миноги появилась из той же раны, из которой сбежал червь, и когда червя затащили обратно, пиявка жестоко сожрала его.

АПОКАЛИПСИС

АПОКАЛИПСИС

Погребенная под городом, население которого было захвачено паразитическими червями, находилась скрытая камера. Посланник, Пей Вас Карта, действовала там месяцами, заманивая городских старейшин в то, что они считали прибыльной, но обычной изменой. Они помогли ей магически выкопать под зданием, глубокой ночью, установив объект.

Скрытые камеры были увенчаны обычным зданием, с необычными дверями, установленными в кирпичной стене подвала, в остальном сделанного из плотно утрамбованной земли. Двери вели в туннель, а затем к лестнице, ведущей вниз к главному объекту. Там Пей вывела больше червей из первоначального запаса, который ей дали, готовясь захватить город. Она начала с одного чана для разведения в скрытой комнате, чтобы не спугнуть своих сообщников, но когда старейшины стали осторожными, они стали первыми носителями червей.

После этого чан был вынесен в главную камеру, и операции Пей расширились. Были добавлены новые чаны, наряду с камерами имплантации, чтобы заражать местных эльфов партиями. Фактическая имплантация города была осуществлена всего за несколько дней, время, потраченное на разведение запаса червей, окупилось сполна. Как только достаточная часть города стала носителями, они смогли следить за остальными и заманивать любых посетителей.

Сама Пей не была невосприимчива к червям, но чаны, камеры и трубки позволяли перемещать их, не выпуская на волю. В качестве меры предосторожности у нее был шар, созданный Посланником, который дал ей первоначальную партию червей. Подобное устройство было у каждого Посланника, проникающего в города и деревни вдоль южных пределов Яреша.

После месяцев, когда все шло точно по плану, настоящие неприятности давно назрели. Даже искатели приключений, которые прибыли, были успешно захвачены. Настоящая угроза началась с опасной ауры, которая омыла город наверху, теперь полностью преобразованный в носителей червей.

Человек, которому принадлежала эта аура, каким-то образом нашел ее скрытый объект и собирался выбить двери ногой. К тому времени, однако, Пей уже давно установила червей в чанах у двери, привязанных к магической сигнализации. Мужчина был погребен в червях, но она решила все равно покончить с ним. Его аура была ни на что не похожа из того, что она когда-либо испытывала, и ей нужно было, чтобы он умер, хотя бы для того, чтобы подавить коварные сомнения, которыми он заразил ее.

Хотя мужчина был без сознания, а черви рылись в его теле, даже его пассивная аура была невероятно трудна для чтения. То, что она могла почерпнуть из нее, только еще больше обескуражило ее. Она двинулась в атаку, создавая свое копье. Она чувствовала другого искателя приключений в здании наверху, но отмахнулась от него. Его аура отмечала его как способного, но обычного искателя приключений. Именно аномалия на земле перед ней нуждалась в искоренении.

То, что последовало дальше, только укрепило ее уверенность в том, что мужчина должен умереть. Она небрежно отразила луч палочки сверху и опустила свое копье, только для того, чтобы оно было заблокировано. У бессознательного мужчины был аватар рока в качестве фамильяра, что само по себе было достаточно шокирующим, чтобы оправдать сообщение об этом человеке руководству Посланников.

Было очень мало сил, которых Посланники активно избегали. Даже агенты большинства великих астральных сущностей были противниками, которых следовало опасаться, но от которых не стоило отступать. Среди тех немногих сил, которых Посланники старались избегать, принадлежали Око Аннигиляции и Расколотый трон. Это были единственные две силы, известные тем, что регулярно нанимали убийц реальности, аватаров рока. Хотя не было неслыханным видеть их в других местах, это было достаточно редко, чтобы оправдать очень пристальное внимание. И теперь один из них парил перед ней, защищая человека, которого скоро захватят черви.

Аватар был всего лишь фамильяром, ограниченным собственным серебряным рангом Пей. В противном случае она была бы уничтожена в одно мгновение. Лучи, которыми он стрелял в нее, были резонирующей силой, неприятно проникающей, но не тем трансцендентным уроном, которым обладали аватары на алмазном ранге. Они вгрызались в магический металл, в который она превращала свои крылья в качестве щитов, но не пробивали их немедленно.

Посланник отступила в туннель, не желая сталкиваться с аватаром и другим искателем приключений, который стрелял лучами через люк. Она ответила тем, что выпустила рой перьев из своих крыльев, которые танцевали вокруг, атакуя со всех сторон. Это заставило аватара переключить свои сферы с лучей на барьеры, и он, казалось, был удовлетворен тем, что оставался в обороне, защищая своего призывателя. Она знала, что это ошибка с его стороны, так как черви внутри мужчины скоро захватят его.

Даже зная это, мужчина на земле потряс Пей, несмотря на то, что должна была быть его неизбежная гибель. Знал ли аватар что-то, чего не знала она? Этот уменьшенный в ранге аватар не был ей ровней, и она держала свои чувства направленными на мужчину, которого он защищал. Другой искатель приключений оставался наверху, вероятно, опасаясь червей, но черви вели себя не так, как должны были.

Ее отступление должно было заставить червей снова нахлынуть на мужчину, который больше не был защищен шаром, который она несла. Но, если что, они начали избегать его даже больше, чем шар. Отдельные черви были бездумными существами, направляемыми разумной матерью выводка в камерах внизу. Тем не менее, она чувствовала, что они боятся его, когда страх вообще не должен был быть возможен.

Вот тогда все стало хуже. Не только черви вокруг мужчины, но и черви внутри него излучали страх, и она чувствовала, как они пытаются сбежать. Они начали выбираться из его тела, десятки из них, но их дергали обратно, как будто что-то внутри пожирало их. Затем одному удалось сбежать, и что-то вышло через рану, чтобы схватить его. Когда она увидела большую пиявку с кольцевыми рядами зубов миноги, холод пробежал по ее телу.

Посланники были вершиной существ космоса, доминирующими в небе бесчисленных миров. Теперь Посланник Пей Вас Карта оказалась в дыре в земле, пораженная… страхом? Хотя она чувствовала страх в других, она никогда не чувствовала его сама, поэтому не могла быть уверена.

Она была окружена опасными существами. Одним из них был рой зверей апокалипсиса, которые завоевывали миры изнутри их популяций и выпотрошили бы ее, как любое низшее существо, если бы у них был шанс. Существа были навалены вокруг стен, удерживаемые только магическим шаром в ее руке. Но при всем том, что такие существа завоевывали миры, их одних было недостаточно, чтобы она их боялась. Они могли быть кошмаром целых цивилизаций, но для Посланников они были просто еще одним оружием.

Именно существо перед ней заставило ее испугаться впервые, даже несмотря на то, что он лежал без сознания на земле. Он был утоплен в червях апокалипсиса и должен был быть совершенно мертв. Тем не менее, существа боялись его даже больше, чем шара, который она держала, взбираясь по стенам и зарываясь в землю, чтобы сбежать от него.

Черви зарылись в мужчину, как это было в их природе, но они нашли внутри него нечто еще более ужасающее, чем они сами. Пей Вас Карта сразу поняла, когда увидела это. Это был не первый раз, когда она видела кровавый ужас.

Хотя она была низшей кастой Посланников, никогда не превосходя серебряный ранг, Пей видела много миров. Она участвовала в многочисленных завоеваниях, выполняя второстепенные, но ценные роли, такие как заводчик червей. По своему опыту она сталкивалась с мирами, разоренными зверями апокалипсиса разных типов. Грибковые стервятники, которые пожирали атмосферу, удушая обитателей. Первобытные змеи, которые зарывались в ядро планет, вызывая вулканический апокалипсис, который душил пеплом, отрезая солнце.

Посланники знали этих зверей апокалипсиса. Многих они даже использовали сами, развертывая их как оружие массового поражения. Так было и с миропожирающими червями. Но некоторые звери апокалипсиса никогда не использовались. Слишком неконтролируемые и слишком трудные для остановки, если они вырывались на свободу, опасность не стоила награды. Когда Пей увидела, как кровавый ужас выползает из мужчины перед ней и пожирает миропожирающего червя, она была потрясена. Сначала аватар рока, а теперь это?

Только однажды Пей видела мир, где был выпущен кровавый ужас. Завоеванное Посланниками, местное население призвало кровавый ужас из того кошмарного царства, где Безграничный Легион встречался с Последним Доменом. Местные жители верили, что смогут контролировать роевого монстра и использовать его, чтобы изгнать Посланников со своей планеты. Они были наполовину правы. Кровавый ужас был воплощением голода, и как только он достигал своей полной силы, единственным способом остановить его было заморить его голодом. Он размножался слишком быстро, пожирая жизнь, чтобы полностью восполнить себя даже от одной единственной пиявки.

Выжившие Посланники, включая Пей, покинули планету. Они не взяли никого из местных в рабство, потому что никого не осталось. Она была потрясена до глубины души этим опытом, и не только ужасами, свидетелем которых она стала. Это был первый раз, когда она видела, как Посланники бегут.

Дело было не в том, что они не могли сражаться с кровавым ужасом. Пей сама перебила бесчисленное количество пиявок-миног, не говоря уже о том, сколько перебили Посланники высшей касты золотого и алмазного ранга. Но сколько бы они ни убивали, зверь апокалипсиса не останавливался. Они проносились через город, пожирая все живое. Людей, животных, растения. Они выкапывали корни в земле и потребляли водоросли, растущие в колодцах. Все, что они потребляли, было топливом для увеличения массы пиявок.

Посланники начали сжигать целые города на пути роя, как противопожарную полосу перед пожаром. Они пытались изолировать рой от источника пищи, чтобы они могли отрезать его способность к размножению. Они были частично эффективны, уменьшая размер роя, но были неспособны полностью подавить его. В то время как Посланники боролись за то, чтобы сдержать и искоренить остатки, они не знали, что их усилия были тщетны. Слишком поздно они поняли, что рой кровавого ужаса, покрывающий землю, был лишь фрагментом того, что занимало планету. В самых низких глубинах океанов рой пожирал все живое, от рыб до кораллов и левиафанов глубин.

Только когда рой очистил самые дальние глубины и двинулся ближе к поверхности, Посланники почувствовали его присутствие. Из-за повсеместности роя пиявок под океанами было трудно почувствовать, пока они не приблизились. Даже Посланники алмазного ранга не смогли распознать истинную угрозу, пока не стало слишком поздно. Как только рой вырос и достиг более мелких частей океана, они наконец поняли, что попытки остановить его были тщетны.

Возможно, было бы возможно остановить рой до того, как он превратил планету в безжизненную оболочку, но то, что осталось бы после, не стоило бы сохранять. Гордость за свое превосходство над любым другим живым существом в космосе стоила Посланникам жизней, но они не были настолько ослеплены ею, чтобы сражаться до смерти за никчемный камень. Они сдались и оставили то, что осталось от планеты, ужасу.

Кровавые ужасы не захватывали носителей так, как миропожирающие черви. Каким-то образом этот мужчина заявил права, как фамильяр, на единственную вещь, перед которой, как видела Пей, Посланники сдались. Это была не единственная причина, по которой она впервые открыла для себя страх. Как только она начала исследовать бессознательного мужчину своими магическими чувствами, она поняла, что кровавый ужас был лишь одной из нескольких странных вещей в нем.

Во-первых, его аура. Даже в состоянии покоя, пока мужчина был без сознания, ее было невероятно трудно прочитать. Чем больше она почерпнула из нее, тем больше была поражена. Во-первых, он был не двойной сущностью, состоящей из тела и души, а гештальт-физическим и духовным существом. Он не был Посланником, но разделял эту черту с ними.

Поскольку их особая природа была одним из краеугольных камней их превосходства, тот факт, что этот бессознательный искатель приключений разделял эту природу, потряс не только разум Пей, но и ее веру. Снова она почувствовала, как в ее разум прокрадывается богохульная идея, несмотря на отчаянные попытки закрыться от нее. Идея о том, что, возможно, она, как Посланник, ниже кого-то, кто им не является.

Другие вещи, которые она почувствовала в его ауре, только ухудшили ситуацию. Шрамы от битв, в которых он не должен был выжить. Прикосновение трансцендентных существ. Сила, которую даже она не узнала. Больше всего, однако, ее напугала сила, которую она узнала. То, чем не должен обладать никто серебряного ранга. Это была сила, дарованная Голосам Воли, за исключением того, что это была не удаленная, дарованная сила, предоставленная голосам, которых она встречала. Это был другой конец этой силы, не получатель, а источник. Сила, которую она почувствовала в нем, принадлежала не слугам астральных королей, а самим астральным королям.

Это не должно было быть возможным. При всем том, что аура этого человека отражала возвышенно мощную душу, он определенно был только серебряного ранга. Как мог существовать астральный король серебряного ранга? Но по мере того, как ее чувства исследовали его поразительных фамильяров, она становилась все более уверенной. Дарованная сила, которая должна принадлежать только голосам, обитала внутри них.

Астральные короли Посланников исключительно брали других Посланников в качестве своих голосов. Мало того, что этот человек стал астральным королем по крайней мере еще на серебряном ранге, но и заявил права на зверя апокалипсиса и убийцу реальности в качестве своих голосов. Это было более чем немного тревожно, так как голос был ртом астрального короля для мира. Что за астральный король имел в качестве своих голосов существ, которые по-разному пожирали всю жизнь и уничтожали то, что должно было быть бессмертным? Глядя на аватара рока, все еще защищающего мужчину от ее шторма перьев, она была не склонна спрашивать.

Пей все еще обдумывала эти вопросы, когда глаза мужчины резко открылись.

ВЫСШИЙ

ВЫСШИЙ

Пока она осыпала его фамильяра металлическими перьями, Пей Вас Карта наблюдала, как обескураживающий мужчина открыл глаза. Он поднялся на ноги, не отталкиваясь, а наклонившись, словно на невидимой плите. Она чувствовала, как он двигался со своей аурой, и это не была грубая неэффективность пользователя эссенции. Он использовал ее в чистой, плавной манере Посланника. Его взгляд перемещался вверх и вниз по ее телу, его глаза были подобны туманностям в пустоте. От ее внимания не ускользнуло, что они были зеркалами туманного глаза, парящего в теле аватара рока, а также каждой из его сфер.

Пей на мгновение отвела свой шторм из перьев, и аватар исчез. Она почувствовала, как аура мужчины поглотила его и стала еще сильнее в процессе. Две сферы остались позади, вращаясь вокруг мужчины, как они делали это вокруг аватара. Поскольку мужчина пока не делал попыток атаковать, она позволила своим крыльям восстановиться после атак аватара.

Он посмотрел мимо нее на туннель, спускающийся к главным рабочим комнатам, а затем на ниши по обе стороны дверного проема, в котором он стоял. Чаны, в которых когда-то содержались черви в этих нишах, были разбиты, черви разлились по полу, как ковер. Только два круга на полу были пусты от червей, там, где стояла Пей со своим шаром, и мужчина со своим голодным фамильяром.

Видя, что Пей парит прямо над полом, используя свою ауру, мужчина сделал то же самое. В глубине души она цеплялась за некоторую надежду, что ее чувства были обмануты. Видя, как он двигается, как Посланник, и смотрит на нее космическими глазами, эта надежда умерла. Она знала тогда, что скоро умрет вместе с ней, в дыре в земле. От рук высшего существа.

Пей, однако, не собиралась сдаваться без боя. Еще раз она выпустила свои металлические перья крыльев, но на этот раз они не танцевали вокруг, ища возможность. Они летели прямо и быстро, ее крылья мерцали со скоростью, с которой ее перья должны были отрастать, чтобы поддерживать это.

То, что выглядело как портал пустоты, проявилось вокруг мужчины, окутывая его, словно плащ. Ее шторм из перьев упал в него так же безобидно, как дождь, падающий в пруд. Он не ответил, а продолжал парить на месте. Единственная разница заключалась в том, что плащ был обернут вокруг него, скрывая его тело, за исключением глаз, которые оставались прикованными к ней. Плащ развевался на каком-то несуществующем ветру, словно тронутый астральными, а не смертными ветрами.

Она отказалась от атаки и вместо этого заговорила с ним, ярость в ее голосе по большей части скрывала дрожь.

— Что ты такое? — спросила она, несмотря на то, что знала ответ. Она была неспособна заставить свой сознательный разум поверить в это, даже когда ее нутро кричало, что это правда.

Вместо ответа мужчина задал свой собственный вопрос каменным голосом. В его тоне не было страха, не было злобы и не было гнева. Он был твердым, неизменным и безразличным, как гора.

— Есть ли еще такие, как ты? — спросил он. — Еще города, еще миропожирающие черви?

— Почему я должна тебе что-то рассказывать?

— Потому что ты Посланник. Вся ваша философия заключается в том, что низшее существо служит, не так ли?

Она бросила свое копье в туннель, и оно умножилось на девять, а девять — на восемьдесят один, заполняя пространство. Она подкрепила каждое из них физической силой, облекая их своей аурой. Она почувствовала, как его аура двинулась, словно прилив, сдирая ее собственную. Копья замедлились под физической силой, создаваемой его аурой, но не остановились. Две сферы, парящие вокруг него, стали щитами, чтобы перехватить их.

Копья обрушились на щиты, и даже без ее аурального вливания их было слишком много, чтобы щиты могли выдержать. Это была способность, которой она намеревалась уничтожить аватара, но сделать это с его призывателем было еще лучше. Без аурального усиления щиты не сломались, пока большинство копий не разбились о них, но около четверти превратили мужчину в подушечку для иголок.

Он был пронзен много раз, даже через голову, прямо под левым глазом. Даже так, его взгляд не покидал ее. Он даже не пошевелился, когда копья взорвались, разрывая его мантии и его плоть. Его плащ мог поглощать атаки фрагментацией, но не тогда, когда они исходили изнутри его тела.

Даже так, его глаза оставались на ее глазах, когда она создала новое копье, а те, что она уже бросила, исчезли. Она рванулась вперед, вонзая свое копье ему в лицо, но каким-то образом промахнулась.

Она держала дистанцию, нанося удары копьем. Он использовал пространственное смещение для защиты, но у каждой техники были слабости. Достаточно атак, и некоторые попадут. Она ожидала, что он вытащит меч на своем боку, но вместо этого остановил ее копье простым методом, позволив ему ударить себя. Он схватил его, не давая ей выдернуть его.

Они оставались запертыми друг перед другом на мгновение. Она уже видела, как его раны закрываются, а мантии восстанавливаются. Она вспомнила силу астрального короля и у нее возникла ужасающая мысль. Бессмертен ли он? Было ли это каким-то воплощением? Это объяснило бы серебряный ранг.

Она выдернула свое копье и отплыла назад. Помимо установки щитов и захвата ее копья, он даже не сражался, как будто бой с ней был ниже его достоинства.

— Ты не выше Посланников! — сказала она, вызывающе выплевывая слова.

— Твой рот говорит, но именно твоя аура говорит правду. Я чувствую, как твоя вера дрожит, словно голый ребенок в бурю. По моим подсчетам, ты права; я не выше Посланников. Но в твоей философии я выше. Хорошо для нас обоих, что я ее не разделяю. Если бы разделял, мне пришлось бы признать вампиров выше людей, которыми они питаются.

— О чем ты говоришь? — спросила Пей, даже когда она боялась ответа.

— Ты первая из своего рода, кого я встретил лично, — сказал он. — Я видел фамильяров, копии и сталкивался с одним через среду удаленного просмотра, но ты первая Посланник, которую мне когда-либо преподносили как обед.

— Я не твоя еда.

— Нет? — спросил он, откидывая капюшон, чтобы обнажить хищную ухмылку. Дыра в его лице от ее копья уже закрылась, и красный след, который она оставила, исчезал. — Теперь, когда я увидел тебя своими собственными глазами и попробовал тебя своими собственными чувствами, я пришел к осознанию чего-то. Мне говорили, что Посланники считали себя фундаментальным видом космоса. Я всегда предполагал, что они заблуждаются, но к моему великому удивлению, это вполне может быть правдой. Я, по крайней мере, теперь верю, что это возможно.

— Почему?

— Ты знаешь, что такое ядро реальности?

— Нет.

— Это один из фундаментальных элементов каждой физической вселенной. Источник силы реальности. Ты очень похожа на одно из этих ядер реальности. Не совсем то же самое, но близко. И дело в том, что оказывается, я могу пожирать жизненную силу, которая была наполнена энергией ядра реальности. Я обнаружил это после того, как некоторые вампиры заполучили эти ядра, о которых я говорю. Они начали вливать их силу в кровь, которую потребляли. И когда я поглотил вампиров, эта сила стала моей.

— Ты ел вампиров?

— Мясо не вызывало аппетита. Суть вампира — это жизненная сила, поэтому именно ее я и пожирал. Теперь я задаюсь вопросом, что произойдет, когда я сделаю то же самое с твоей. Ты не узнаешь, так как к тому времени будешь мертва. Сам факт того, что я могу это сделать, — причина, по которой претензии Посланников на превосходство не выдерживают критики, согласно твоим собственным стандартам. Я не придерживаюсь этой чепухи о господствующей расе, будь то от твоего вида или любого другого. Но как вы можете быть господствующей расой, если вы не на вершине пищевой цепочки?

— Ты странный, — ответила она. — Твоя природа, как бы ты ни пришел к такому состоянию, мощна. Но я подозреваю, что она также уникальна, а я всего лишь низшая каста Посланника. Ты — аномалия, и даже тогда твоя сила далеко ниже других моего вида.

Мужчина издал смех палача.

— Ты насвистываешь, проходя мимо кладбища, Посланник. Я чувствую твой страх. Я чувствую, как ты пытаешься сжечь его как топливо для своей ненависти, и отчаяние, которое не дает тебе этого сделать. Истинное превосходство не имеет оговорок, и ты это знаешь. Ты содрогаешься внутри, зная, что все, во что ты верила — сами основы твоей идентичности — неверны. Ложь. Если бы ты все еще была гордым Посланником, имеющим дело с низшим, остановилась бы ты на таком символическом сопротивлении? Где в тебе боевой дух? Его нигде нет, потому что ты знаешь, что это было бы тщетно. Вечная жизнь превосходства выгравировала в твоей душе то, что значит быть низшим. Теперь, когда это ты, ты даже не можешь заставить себя сражаться.

Он поплыл к ней ползком, едва двигаясь в своем зловещем приближении.

— Если у тебя все еще есть вера в то, что ты выше, — бросил он вызов, — тогда покажи мне.

Он взглянул на созданное копье в ее руке.

— Возьми свое оружие и порази меня всей своей ненавистью.

Когда Пей пыталась казнить мужчину, используя копье, аватар заблокировал его. У нее были различные способы усиления копья, а также другие дополнительные силы, но мужчина был прав; внутри она уже признала свое поражение. Созданное оружие со стуком упало на пол из сланцевых кирпичей, а затем растворилось в ничто.

— Почему ты делаешь это? — спросила она, почти умоляя.

— Потому что это не первый раз, когда я вижу, как целые популяции уничтожаются теми, кому было наплевать на жизни, которые они забирали. Поэтому я собираюсь убить тебя, съесть тебя и отправить то, что осталось, Жнецу. И прежде чем я это сделаю, я собираюсь убедиться, что ты понимаешь, что вся твоя жизнь, ведущая к этому моменту, была бессмысленной ложью. Что каждая жизнь, которую ты забрала, каждый раз, когда ты стояла над кем-то и провозглашала их ниже себя, это ничего не значило. Твоя жизнь была пустой тратой, твое существование ничего не значит, и теперь оно закончится. Ты будешь равна всем тем, кого ты убила. Я не знаю, что Жнец приготовил для тебя, но я собираюсь передать тебя в грубом виде.

Пей укрепила свою ауру, бросив ее на мужчину в последней отчаянной попытке сражаться не только за свою жизнь, но и за свою веру и свою душу. Она врезалась в железную стену, и мужчина жестоко рассмеялся. Она почувствовала, как его аура обернулась вокруг ее, словно рука, и медленно начала сжиматься.

— Аура Посланника, — насмехался он. — Такая особенная. Такая уникальная. Такая мощная. Я бы спросил, каково это — иметь воплощение того, что делает тебя высшей, разложенным до ничего, но я чувствую это. Я чувствую, как умирает твоя вера, и ты скоро последуешь за ней. Причем в ненамного лучшем состоянии.

Пей собрала свои силы, вкладывая все, что у нее было, в свою ауру, но мужчина был прав. Он не мог повредить ее душу напрямую, но ее вера была разрушена, что ранило глубже, чем любая рана. Как источник ее ауры, она больше не могла собрать силу, которую имела когда-то. Даже так, ее аура не рухнула полностью. Затем, в последний момент сокрушительного отчаяния, она поняла, что вовсе не сдерживает его. Он заканчивал с ней медленно, просто потому, что мог.

Последней каплей стало то, когда из темноты появился еще один возмутительный фамильяр, тень Жнеца. Ее защиты рухнули, и она упала на пол, опустившись не просто на ноги, а на колени.

— Вы можете увлечься, мистер Асано, — предупредила тень, наконец дав ей узнать имя ее убийцы.

— Твой отец получит свое, Тень.

Пей поняла, что это была не просто какая-то тень Жнеца, а знаменитое странствующее дитя астральной сущности. Кем был этот Асано, чтобы иметь такую свиту?

— Я не беспокоюсь о своем прародителе, мистер Асано. Я беспокоюсь о том, как далеко вы заходите.

— И я тоже, — раздался другой голос позади Асано. Это был другой искатель приключений, все еще заглядывающий через люк. — Джейсон, ты помнишь, что вся эта штука с «парнем со злыми силами» была шуткой, верно?

Мужчина по имени Асано отвернулся от нее, чтобы посмотреть на новичка.

— Опусти ее, Джейсон, — сказал искатель приключений. — Быстро и чисто. Тебе не обязательно вырывать ее душу, пока ты этим занимаешься.

— Она и есть ее душа, и я не могу уничтожить ее, — сказал Асано. — Все, что я могу сделать, это поглотить ее остаточную жизненную силу, когда она переходит из физико-духовного гештальта в чисто духовную сущность. Это будет неприятно, но я ни у кого не высасываю душу.

— Джейсон, то, о чем ты говорил, очень похоже на энергетического вампира. Как то, во что превратился Тадвик. Ты этого хочешь?

Асано не ответил, но его плащ исчез, открыв ей спину его кроваво-красных мантий. Мантии стали скользкими и мокрыми, когда густой слой крови просочился из них.

— Кормись, — приказал Асано. — Женщину и червей.

На планете, которую Посланники оставили на растерзание кровавому ужасу, она никогда не была в реальной опасности. Она всегда была защищена, потому что не была достаточно мощной для тяжелых боев. По этой причине она никогда не боялась, даже когда наблюдала, как пожирают миллионы местных жителей, и даже некоторых из ее собственного вида, которые попались. Она смотрела, как они кричали, когда их пожирали, размышляя об их отсутствии невозмутимости, когда они страдали от цены своей неудачи. Той же неудачи, которая теперь была ее.

Когда пиявки хлынули из скользких красных мантий, Пей Вас Карта закричала в первый и последний раз.

ЗНАЧИТЕЛЬНО МОЩНЕЕ

ЗНАЧИТЕЛЬНО МОЩНЕЕ

Клайв поморщился от жуткого звука чавканья, наполнившего туннель. Черви весело пожирались зубастыми пиявками, количество которых росло по мере того, как они ели. Звук плотского потребления сопровождался приглушенным криком, который доносился из самой большой кучи пиявок, под которой была погребена Посланник. Куча волновалась от беспомощных конвульсий Посланника.

Ауры, смешавшиеся в туннеле, были тревожными. Самой сильной была аура Джейсона, которая возвышалась, словно тюремная башня. Хотя она не была направлена на Клайва, она наполнила его беспокойством, словно авторитарный монумент. Следующей была аура кровавого ужаса.

Клайв знал, что этот фамильяр — зверь апокалипсиса. Он помнил, как слышал об этом в начале и был встревожен, но каким-то образом это стало для него нормальным. У Джейсона был способ скрывать тревожные вещи, например, давая существу безобидное имя. Но когда Клайв почувствовал полностью высвобожденный голод этого существа, потребность потреблять без конца, он вспомнил ужас, который охватил его, когда он впервые узнал о Колине.

В этом смысле призыватель и фамильяр были похожи: легко забыть, что скрывается под улыбками и шутками. Джейсон наблюдал за тем, как его фамильяр кормится, капюшон его плаща был откинут, открывая его каменное выражение лица. Бесстрастная манера, с которой он наблюдал за грудами кровавых монстров, пережевывающих плоть, была почти такой же шокирующей для Клайва, как и сама сцена. Он искал в выражении лица Джейсона того смеющегося человека, которого встретил в Гринстоуне, но ему было трудно его найти.

Клайв подумал о записи из миража в Гринстоуне, где Джейсон сражался с командой Рика Геллера. Джейсон стеснялся этого и того, как он разыгрывал свое чудовищное поведение. Этого акта было достаточно, чтобы запугать неопытных подростков, по крайней мере, на некоторое время. Но то, что Клайв только что увидел в туннеле, не было актом. В Джейсоне сейчас было что-то такое, что ему приходилось имитировать тогда. Что-то слишком легкое, чтобы выпустить наружу. Клайв надеялся, что будет так же просто убрать это обратно.

— Я в порядке, Клайв, — заверил его Джейсон, хотя его твердый, как гранит, голос был неубедителен. Это не была холодная злоба, с которой он сломил волю Посланника, но отголоски той жестокости остались. Взгляд Джейсона не дрогнул от кровавой кучи существ, под которой умирала Посланник.

— Невежливо читать мои эмоции, Джейсон.

— Как я мог не читать их, когда твоя аура почти кричит о них? Думаю, пришло время для дополнительных командных упражнений по контролю ауры.

Другие ауры в туннеле, помимо ауры Клайва, принадлежали червям и Посланнику. Черви также были роем зверей апокалипсиса, но они казались не более чем кормом перед кровавым ужасом. Черви излучали животный ужас, тщетно пытаясь сбежать от всепожирающего фамильяра.

Что касается Посланника, Клайв пытался закрыть свою ауру от ее чувств. Он видел много сражений и смертей, даже для серебряного ранга, но он никогда не чувствовал смерти. Ее аура казалась сломленной, разбитой беспомощностью и отчаянием, которые затмевали даже боль от того, что тебя пожирают заживо.

— Джейсон, пожалуйста, просто закончи это.

— Они связаны, — ответил Джейсон.

— Что?

— Посланники. Я не знаю точно, как это работает, но это связано с астральным королем.

— Как ты.

— Значительно мощнее меня.

— Ты думаешь, один из них здесь? В этом мире?

— Нет. Это какой-то слуга. Он связан с астральным королем, так же как Колин и Гордон связаны со мной, но глубже. Поскольку их король сильнее, сильнее и сила, которую он может дать своим слугам. И одна из этих сил — влияние на тех, кто подчиняет себя этому астральному королю. Включая эту Посланницу.

— Значит, этот слуга знает, что здесь происходит?

— Не думаю, не полностью. Только то, что происходит с этой. Он может чувствовать ее боль, ее отчаяние.

— Значит, это то, что ты делаешь? Посылаешь сообщение Посланникам?

— Да.

— Думаю, они, вероятно, получили его, Джейсон. Так что положи этому конец.

— Клайв, они убили, кто знает сколько людей, превратив их в не что иное, как места для хранения этих червей.

— Да, Джейсон. Они бессердечны и злы. Ты сражаешься с ними, потому что мы лучше, чем они, или чтобы доказать, что ты можешь быть хуже?

Джейсон наконец отвернулся от кучи пиявок, под которой была погребена Посланник, чтобы посмотреть на Клайва.

— Не знаю, — сказал он едва слышным шепотом.

Он повернулся обратно к куче.

— Мой — суд, и суд — это смерть.

Синий, серебряный и золотой свет полился с потолка в кучу пиявок. Пиявки остались невредимы, за исключением того, что куча сдулась, когда трансцендентный урон уничтожил Посланника.

Способность: [Вердикт] (Рок)

* Заклинание (казнь). * Стоимость: Умеренная мана. * Время восстановления: 30 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (87%).

* Эффект (бронза): Масштабирование урона увеличивается за счет экземпляров [Покаяния] на цели.

* Эффект (серебро): Накладывает или обновляет [Санкцию] на цели.

* [Санкция] (недуг, святой): Эффекты исцеления, восстановления и регенерации имеют уменьшенную эффективность. Базовая сила этого эффекта очень незначительна, но масштабируется экспоненциально в зависимости от уровня травм врага. Масштабирование зависит от [Наследия Греха] таким же образом, как и урон от казни. Не может быть очищено, пока присутствуют любые экземпляры [Покаяния].

После того, как свет заклинания погас, из пиявок просочился дым. Однако это был не радужный дым монстра, а сродни трансцендентному свету заклинания Джейсона. Сам дым был синим, с золотым и серебряным светом, сверкающим внутри него. Клайв предположил, что магия, из которой было создано тело Посланника, была более утонченной, чем магия монстра. Он слышал о подобных явлениях вокруг смертей пользователей эссенции очень высокого ранга.

В дыме также была примешана красная дымка, влажная и тяжелая, как воздух перед штормом. Дымка медленно исчезала, превращаясь в еще больше сверкающего света. Клайв чувствовал остаточную ауру Посланника внутри нее. Джейсон протянул руку и пропел другое заклинание.

— Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так и твоя смерть — моя, чтобы собрать.

Красная дымка двинулась к руке Джейсона, но боролась, как собака, тянущаяся против поводка. Клайв почувствовал, как аура Джейсона вырвалась наружу, высвобождая атаку душой против ауры. Поводок был перерезан, и жизненная сила была вытянута из ауры и в Джейсона. Клайв наблюдал, как туманные глаза Джейсона ярко светились, а его плащ звездного света вспыхнул, превращаясь в теневое облако. Он принял форму силуэта птицы, звезды внутри него ярко светились, прежде чем птица снова сжалась в плащ.

* Вы вытянули жизненную силу, используя [Кровавую жатву]. * Здоровье, мана и выносливость были восполнены. * Вы получили несколько экземпляров [Кровавого Безумия].

* Вы поглотили физическую материю с присущими ей духовными свойствами. * Ваша готовность войти в состояние звездного феникса увеличилась.

* Текущая готовность состояния звездного феникса: 0.3%

Джейсон посмотрел на свои светящиеся руки, его тело было наэлектризовано, словно он принял дозу молнии. Клайв смотрел с беспокойством, когда хищная ухмылка пересекла лицо Джейсона. Состояние звездного феникса было тем, во что Джейсон превращался, а не умирал, когда его тело было убито. Оно должно было быть недоступно ему снова, пока он не достигнет золотого ранга, но теперь у него был новый путь вперед. То, что он проходил прямо через середину Посланников, его нисколько не беспокоило. Если они собирались бегать, уничтожая целые города, чтобы использовать людей как оружие, у него не было никаких угрызений совести по поводу их пожирания.

Тень, которая молча наблюдала, наконец заговорила.

— Мистер Асано, хотя я признаю, что вы просто ускоряете ее переход из физико-духовного гештальта в чисто духовное состояние, процесс чрезвычайно травматичен для души.

— Я знаю, — тихо сказал Джейсон. — Я чувствую это.

— Мистер Асано, я предупреждал вас в прошлом о том, что есть вещи, из которых вы не возвращаетесь полностью.

— Я не возвращаюсь. На Земле люди приходили за мной снова и снова, потому что не уважали меня как угрозу. Вы думаете, Джек Герлинг был бы так легкомыслен насчет убийства Кайто, Грега и Аси, если бы думал, что я выверну его душу, как виноград, в ответ?

— Эскалация — не лучший способ справиться с ситуацией, мистер Асано.

— Я знаю. Мне нужно будет, чтобы вы остановили меня от захода слишком далеко, как когда вы остановили меня от вырывания души того парня.

— Что? — спросил Клайв, но Джейсон проигнорировал вопрос.

— Но я должен быть готов зайти достаточно далеко, — продолжил Джейсон.

— Это тот человек, которым вы хотите быть? — спросила Тень.

Джейсон одарил Тень грустной улыбкой.

— Вы знаете, сколько времени я провел, размышляя о том, во что я превращусь, — сказал он. — Это время прошло. Теперь вопрос в том, чтобы жить с тем, чем я стал.

На этот раз улыбка, которую он подарил Клайву и Тени, была искренней.

— Иногда мне придется делать вещи, которые не очень приятны, и я закончил бороться с частями себя, которые позволяют мне их делать. Я всегда боялся того, как легко выпустить эти части, когда они мне нужны. Но принятие их — единственный способ, которым я смогу убрать их обратно, когда закончу.

Джейсон огляделся на пиявок, количество которых росло по мере того, как количество червей уменьшалось. Некоторые из червей бежали дальше в туннель и вниз по лестнице, ведущей глубже. Куча Колина потекла следом, также проливаясь вниз по лестнице в области, которые ни Джейсон, ни Клайв еще не видели. Другие черви зарылись в плотно утрамбованную землю, выкапывая аккуратные, тонкие норы. Пиявки последовали за ними, выкапывая грубые, уродливые норы. Даже с уходом многих пиявок, недостатка в оставшихся не было.

* Фамильяр [Колин] достиг максимального потенциала биомассы для своего текущего ранга.

В отличие от всепожирающего ужаса, которым мог стать кровавый ужас, Колин был ограничен силой сосуда, который создал для него Джейсон. Однако он также был наполнен силой Джейсона как астрального короля, и Джейсон решил проверить, чего он может достичь с этим. Он открыл врата в пространство своей души и заставил лишнего Колина заползти внутрь.

Джейсон последовал за ним, прибыв в экстрамерное царство внутри своей души, где он обладал богоподобной силой. Они были в одном из многих облачных зданий, это было круглым и пустым, с прозрачной крышей. Колин собрался из кучи пиявок в кровавый клон Джейсона, глядя на своего призывателя.

— Ты доверяешь мне попробовать кое-что? — спросил Джейсон.

Колин немедленно кивнул.

— Просто чтобы было ясно, я не знаю точно, что делаю, — предупредил он его. — Возможно, я немного импровизирую.

Колин открыл рот, чтобы издать визг, похожий на скрежет ногтей по доске.

— Эй, — пожаловался Джейсон. — Я прекрасно знаю, что делаю, большую часть времени. Некоторое время, определенно. Я составляю планы.

Еще один визг.

— Мои планы просто отличные, спасибо.

Визг.

— К твоему сведению, я не умирал больше года.

Рычащий визг.

— Ладно, да, тот случай был довольно близким. Но я выжил. Признаю, что время восстановления было дольше, чем мне бы хотелось.

Джейсон нахмурился на кровавого клона.

— Не смотри на меня так. Я просто собираюсь начать, ладно?

Джейсон не стал тянуться своими чувствами, так как в царстве его души его чувства уже были повсюду. Вместо этого он сосредоточился на той части Колина, которая была в царстве с ним. Он исследовал природу фамильяра, от ядра астральной сущности до сосуда, содержащего его, и двух связей, которые привязывали его к Джейсону.

Одной была связь фамильяра, которая была сильной, но договорной и непостоянной. Другая была более призрачной и грубо выкованной, но постоянной. Джейсон исследовал эту связь дальше, когда подключился к астральному трону и астральным вратам. Эти два элемента его души были ядром того, что превратило его душу в физический домен.

Грубая связь была чем-то, что Колин инициировал сам, пока Джейсон был без сознания, борясь за выживание после того, как превысил свои пределы. То, что Джейсон сделал, чтобы поставить себя в такое положение, разрушило два чрезвычайно мощных предмета внутри его души. Один из этих предметов был дан великой астральной сущностью, а другой взят у одной Джейсоном. Каждый предмет предназначался для использования определенными способами, с определенными ограничениями, но когда Джейсону удалось повредить саму свою душу, предметы были повреждены вместе с ней.

Это привело к тому, что сила, движущая предметами, была высвобождена, когда сами предметы разрушились. Душа Джейсона поглотила большие количества от обоих, а остальное активировало силу добычи Джейсона, которая спасла оставшуюся силу от его убийства. Джейсон обменял эту оставшуюся силу, но то, что он поглотил, изменило его на фундаментальном уровне. Это было ответственно за астральный трон и астральные врата, которые теперь обитали в его душе, перековывая ее в физическое царство. И он был астральным королем этого царства.

Джейсон был все еще на самой ранней стадии обучения тому, что это значит. Однако еще до того, как он проснулся, двое его фамильяров воспользовались этим. Как Джейсон только что узнал, астральные короли могли даровать силы через связь. Его существующие связи фамильяров служили приглашением, позволяя Колину и Гордону принять эту связь, пока Джейсон оставался без сознания.

Джейсон никогда активно не пытался манипулировать этой связью, но теперь сделал это впервые. Работая инстинктивно и двигаясь с осторожностью, Джейсон подключился к астральному трону и астральным вратам. Он все еще был неопытен в использовании их силы, которую Доун предостерегала его не трогать, особенно астральные врата. Естественно, это было то, что Джейсон использовал больше всего.

Астральный трон управлял материей и физическими силами, и Джейсон использовал его, чтобы усовершенствовать физический сосуд Колина. Астральные врата влияли на духовные и размерные силы, которые он использовал, чтобы изменить природу связей между Колином, Джейсоном и физическим сосудом, который населял Колин.

* Вы попытались отключить часть сосуда фамильяра [Колин] в вашем астральном королевстве от основного носителя. * Если отключена, часть сосуда может быть востребована основным носителем путем входа в астральное королевство, до предела биомассы для своего ранга. * Отключенные части сосуда не будут учитываться в пределе биомассы основного носителя. * Уничтожение сосуда основного носителя приведет к возвращению основного носителя в астральное королевство и востребованию отключенной части сосуда, до предела биомассы для своего ранга.

Кровавый клон плюхнулся вниз, превращаясь в кровь, сознание Колина больше не содержалось в этой его части. Джейсон использовал свою способность управлять физикой, чтобы избежать попадания чего-либо на себя. Затем он манипулировал большим, круглым зданием вокруг себя. Стены превратились из облачного материала в черный кирпич с темно-красным блеском. Прозрачный потолок превратился в темное стекло теплицы, а пол — в густую, богатую почву. В центре комнаты образовалась яма, и кровь немедленно потекла в нее, едва покрывая пол на дне. Воздух стал влажным и туманным, когда из почвы выросли растения, темно-зеленые, пышные и лиственные.

Конечный результат был похож на темную теплицу в джунглях, построенную вокруг почти пустой ямы крови. Джейсон был уверен, что Колину это понравится. Эксперимент Джейсона прошел довольно хорошо, так как его намерением было создать склад биомассы для Колина. Фамильяр-пиявка часто терял большую ее часть в бою, и пополнение занимало время.

Наличие склада означало, что Колин мог быть готов вернуться в бой гораздо быстрее. Однако это основывалось на том, чтобы найти время заполнить яму. Колин будет работать над этим прямо сейчас, питаясь червями снаружи царства души Джейсона.

Или это было астральное королевство? Джейсон несколько раз менял название размерного пространства внутри себя. Это было частично по мере того, как оно развивалось и менялось, а частично по мере того, как названия для всех межпространственных активов Джейсона сливались в запутанную неразбериху. Было ли «астральное королевство» тем, как правильно назывались царства астральных королей? Было ли это тем, как называли его Посланники? Интерфейс Джейсона много раз показывал способность правильно маркировать вещи, когда даже Джейсон не знал названия.

Гордон проявился, паря над лужей крови. Глаза-сферы вокруг него быстро мерцали в сложных узорах.

— Да, я посмотрю, что могу сделать для тебя тоже, — сказал ему Джейсон. — Не сейчас, однако. Нам нужно идти сражаться с большим количеством зла.

Больше мерцания.

— Да, я знаю, что потратил время на Колина, но у него есть все эти черви, чтобы есть, и он уже достиг своей максимальной биомассы. Это было идеальное время, чтобы попробовать.

Мерцание, с длинными, яркими паузами.

— Нет, я не собираюсь делать Тень первым. Во-первых, он не связан со мной так, как ты. И я могу обещать тебе, он не хочет способности превращаться в Херби, любовь мою. Он даже однажды угрожал сделать это.

Мерцание.

— Да, это, вероятно, было бы в оттенках черного и темно-серого.

ЛОГОВО ЗЛА

ЛОГОВО ЗЛА

Джейсон вышел из пространства своей души, плащ и капюшон снова на месте. В туннеле под городом Клайв смотрел на пустое место, где умерла Посланник. После заклинания казни Джейсона не осталось видимых следов, даже капли крови. Вместо этого была куча грязной одежды и шар, который она использовала, чтобы избегать червей. Клайв искал в ее одежде что-то еще, оставленное позади, но встал по возвращении Джейсона.

— Ты справился с этим с неожиданной легкостью, — сказал Клайв. — Я ожидал большего от Посланников.

— Это не казалось таким легким. Я был пронзен много раз. В моей голове было копье, и оно взорвалось.

— Теперь, когда наши тела — это обобщенная магическая плоть, твоя способность наполнять свою дополнительной жизненной силой более полезна. Ты можешь отмахнуться от грозной травмы.

— Именно. Это было бы тяжело, если бы я не подзаправился перед тем, как спуститься сюда. Кроме того, я думаю, она была настолько слабой Посланницей, насколько мы можем ожидать встретить, — сказал Джейсон. — Та, за которой шпионили Тень и я, была сильнее, даже в пределах того же ранга. И она проиграла не из-за недостатка силы. Она проиграла из-за слабой ментальности.

— Ты сыграл на фиксации Посланников на превосходстве, — сказал Клайв. — Использовал различные причуды, которыми обладаешь, чтобы потрясти ее.

— Это сработает только на слабоумных, — сказал Джейсон. — Я почувствовал уязвимость в ее эмоциях и воспользовался ею. Она была низшей среди своего вида, поэтому у нее уже был подсознательный комплекс неполноценности. Большинство не сломается так легко, и у меня не часто будет шанс попробовать.

— Значит, ты увидел слабость и воспользовался ею, — сказал Клайв. — Как много из того, что ты сказал ей, ты имел в виду?

— Я сгустил краски для мелодрамы, но все это откуда-то взялось. Я, возможно, приукрасил, но не лгал.

— Джейсон, ты в порядке?

— Я в порядке.

— Ты не звучал как в порядке. Ты звучал готовым свернуть головы щенкам и выпить их внутренности.

— Я только что рассказал тебе о мелодраме. Я в порядке, Клайв, правда. Я убрал злую шляпу на данный момент, и мои фамильяры помогли мне оставаться сбалансированным. Я настолько хорош, насколько можно просить, учитывая ужасы, которые произошли в этом городе. Я больше беспокоюсь о тебе.

— Обо мне?

— Клайв, все население этого города было убито и превращено в мясных марионеток для инопланетных червей. Это будет не единственный такой город. Я не знаю, как много ты почувствовал о том, что происходило наверху, пока мы были здесь внизу, но команда зачистила всех носителей. Я представляю, что со всем, что происходит здесь внизу, ты подсознательно подавил свое чувство обоняния.

Клайв сосредоточился на своих обонятельных чувствах, понимая, что Джейсон прав. Его нос был немедленно забит удушливым зловонием смерти, дрейфующим сверху. Его язык был покрыт медным привкусом крови, и его чуть не вырвало. Это была не физиологическая реакция, а ментальная, движимая отвращением. Его сверхъестественные чувства расширились, информируя его о поле убийства, которое когда-то было городом.

Как бы потрясен ни был Клайв, он видел только ранние стадии боя. Он чувствовал нестабильные эмоции команды, варьирующиеся от онемевшего ужаса через мрачную решимость до жгучей ярости. Внезапно, то, что Джейсон сломил волю ответственной Посланницы перед тем, как убить ее, не казалось такой уж чрезмерной реакцией.

— Посланник не испарилась в радужном дыму, — сказал Джейсон.

Клайв знал, что его друг только пытается отвлечь его, но приветствовал это.

— Утонченная магия в их телах, — объяснил Клайв. — Меня больше интересует красная дымка, которая была в их дыме смерти.

— Остаточная жизненная сила, — сказал Джейсон. — Обычно трансцендентный урон стер бы это, когда тело полностью уничтожено, но жизнь Посланников — это не просто физическое. Она цепкая, поэтому мне пришлось бороться с ее душой, чтобы забрать ее. Магия воскрешения не работает на Посланниках. Или на ком-то, похожем на них.

— Как ты?

— Да. Но у меня есть свое собственное дело.

— Это то, что приняла форма птицы твоего плаща? Это выглядело как звездный феникс.

— Ты знаешь звездных фениксов?

— Это символ, обычно ассоциируемый с Небесной Книгой.

— Я забыл, что ты был в сумке для великой астральной сущности. Не совсем знал, что это значит, когда ты сказал мне. Ты не в культе или ордене или чем-то подобном, не так ли?

— Нет. Те из нас, кто почитает Небесную Книгу, поддерживают свободную сеть, со связями с Магическим обществом и Церковью Знания. Я не поддерживал связь очень часто с тех пор, как Магическое общество и я расстались. Они были бы очень заинтересованы в тебе.

— Слишком много этого происходит, — сказал Джейсон. — Отсюда и фальшивая личность.

— Ты не очень хорошо скрываешь свою настоящую.

— Если фальшивая история развалится, то ладно, — сказал Джейсон. — Это могут быть единственные настоящие годы приключений, которые у меня есть. Я не собираюсь тратить их, притворяясь.

— Что ты имеешь в виду, единственные настоящие годы приключений?

— Я не знаю, что Доун сказала тебе о том, что грядет, — сказал Джейсон. — Она не хотела, чтобы я спрашивал, поэтому я не спрашивал. Но что-то ждет меня в будущем, Клайв, и это не хорошо.

— Я не должен говорить об этом, — сказал Клайв. — Но Доун исключила меня, когда говорила с остальными. Не знаю почему.

— Потому что она знала, что ты выяснишь что-то, чего не должен. Не должен пока, по крайней мере.

— На тебя не похоже принимать секреты, удерживаемые над твоей судьбой, Джейсон.

— Я доверяю Доун. Не ее боссу, но ей.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть вниз по туннелю, но вместо того, чтобы направиться внутрь, связался с Хамфри через голосовой чат.

— Вам нужно, чтобы мы поднялись?

— Значит, ты жив, — сказал Руфус. — Мы чувствовали бой там внизу.

— Я говорил вам, что с ним все будет в порядке, — сказал Нил. — Вероятно, получил еще одну глупую силу из этого.

— Скорее новый способ использовать старую, — сказал Джейсон.

— Подожди, ты правда? — воскликнул Нил. — Это куча хайдельского д...

— Что насчет Посланника? — спросил Хамфри, перебивая Нила. — Это ее смерть мы чувствовали?

— Да, — сказал Джейсон.

— Почувствовалось, что она ушла тяжело, — сказала Софи. — Хорошо.

— Мы здесь заканчиваем, — сказал Руфус. — Мы определенно не закончили, но наконец похоже, что в городе заканчиваются носители. Не думаю, что нам нужна помощь.

— Мы не можем никого выделить, но не думаю, что нам нужна помощь, — сказал Хамфри. — Исследуйте скрытую область и посмотрите, есть ли что-то еще, с чем нам нужно разобраться.

Джейсон и Клайв обменялись мрачными взглядами. Хотя они оба надеялись найти мало что внизу, они боялись столкнуться со свежими ужасами.

— Пойдем, — сказал Джейсон. — У меня плохое предчувствие, что другие команды искателей приключений находят примерно то же самое прямо сейчас, по всему региону.

— Будет ли это нормально только с нами двумя? По крайней мере, много червей сбежало туда вниз.

— Любые, которые еще не были съедены, будут слишком напуганы Колином, чтобы идти за мной, — заверил его Джейсон. — А что касается тебя…

Джейсон посмотрел на одежду Посланника, сложенную у ног Клайва с шаром сверху. Используя свою ауру, Джейсон поднял ее перед Клайвом.

…это должно обеспечить твою безопасность.

Клайв протянул руку и взял шар.

— Ты беспокоишься о том, насколько ты похож на них? — спросил он.

— Я не могу это изменить, поэтому нет смысла беспокоиться об этом, — сказал Джейсон. — Я пытаюсь сделать это своей новой личной философией. Посмотреть, не смогу ли я сократить раздумья.

Джейсон одарил Клайва улыбкой, но она была не совсем правильной. Они оба все еще могли чувствовать запах крови и смерти в воздухе. Клайв кивнул ему, и они отправились вниз по кирпичному туннелю.

— Если быть похожим на Посланников дает мне что-то, что я могу использовать, — сказал Джейсон, — я буду это использовать. Пока я не закончу тем, что причиняю людям боль так, как они.

— Не думаю, что дело в их силах, — сказал Клайв, когда они достигли вершины лестницы и заглянули вниз. — Думаю, у них просто культура быть отвратительной дрянью.

Большие сланцевые кирпичи, из которых был построен скрытый подвал, продолжались вниз по лестнице и в широкую камеру, освещенную светящимися камнями в потолке, который стоял на два этажа в высоту, с мостками, бродящими по верхнему уровню. Арочные дверные проемы вели в боковые камеры, но в самой главной камере было на что посмотреть. Клайв знал магическую мастерскую, когда видел ее, с верстаками, отдельно стоящими магическими инструментами и магически управляемыми вентиляционными отверстиями в потолке и стенах. Наиболее заметными были массивные чаны, некоторые пустые, а некоторые кишащие червями, плавающими в болезненно-желтой жидкости.

Даже на первый взгляд было ясно, что это центр, в котором разводили червей, и не только из-за червей, ползающих вокруг, на которых охотился и пожирал Колин. Лестница была скользкой от ихора, откуда черви уже встретили свой конец.

Спускаясь, они заметили четыре стеклянных цилиндра, которые были скрыты чанами от их первоначальной точки обзора. Они были как раз подходящего размера, чтобы вместить людей, и в трех из чанов были эльфы внутри. Джейсон и Клайв расширили свои чувства, быстро осознав, что обитатели мертвы.

Они двинулись к центру камеры, где было открытое рабочее пространство с длинными, чистыми столами. Черви извивались по комнате с пиявками в погоне, но они избегали Джейсона и шара в руке Клайва.

— Что думаешь? — спросил Джейсон, стоя посреди камеры. — Мои магические исследования были все астральной магией, а не тем, что сойдет за биологические науки. Но я знаю логово зла, когда вижу его. Мостки над чанами для разведения монстров — это своего рода подсказка.

Клайв посмотрел на мостки, к которым не было лестниц или ступеней, чтобы добраться до них. Он предположил, что Посланник, которая могла летать повсюду, использовала их только для того, чтобы класть предметы во время работы. Это было подкреплено ящиками на них, которые, как он предположил, были заполнены тем, что служило питательной средой для чанов. Он отчаянно надеялся, что это не куски людей.

— Я воображаю это, — спросил Джейсон, — или у Посланников гораздо лучшая магия защиты ауры, чем у нас? Мои чувства не могут выбраться отсюда больше, чем могли попасть внутрь.

— Интерфейс группы все еще активен, — заметил Клайв. — Это не может быть полная печать. Но если ты не можешь расширить свои чувства за пределы этих стен, вероятно, так оно и есть. Обеспечение безопасности области от восприятия требует много инфраструктуры и специальных материалов, по крайней мере, по любой магии, которую мы знаем. Я предполагаю, что в этом месте просто стоят ритуальные круги за этими стенами из сланцевой плитки.

Чувства Клайва были не такими сильными, как у Джейсона, но его сила восприятия преуспевала в распознавании и анализе магических эффектов на месте, таких как ритуалы. Это позволяло ему замечать вещи, которые упускало даже восприятие Джейсона.

— Что-то происходит с той секцией стены, — сказал он, указывая. — Также, в полу, посреди комнаты. Хочешь взять пол, пока я посмотрю на стену?

— Белинда будет полезнее тебе, чем я, — сказал Джейсон. — Я поменяюсь с ней.

Он снова открыл голосовой чат для остальной части команды. — Как там наверху?

— Думаю, у нас почти закончились горожане, — сказал Хамфри призрачным голосом. — Это… это плохо здесь наверху.

— Я знаю, — мягко сказал Джейсон. — Мне жаль, что вам пришлось пройти через это.

Его собственный голос был преследуем тысячами мертвых, которых он не смог спасти в Брокен-Хилле и Макассаре на Земле. Точно так же, как ему приходилось сражаться с жертвами после того, как их возвращали к жизни, Хамфри и команда перебили всех горожан, уже сведенных к носителям для червей.

— Мы заставим Посланников ответить за это, — прорычала Софи. — Они думают, что могут просто использовать людей, как хотят.

— Заставлять Посланников отвечать не имеет значения, — сказал Хамфри. — Важно остановить их от повторения этого. Но если это означает убить их всех, тогда с этим ничего не поделать.

Джейсон не мог придумать ничего, что отмечало бы серьезность того, через что прошла команда, больше, чем кровожадный Хамфри. Даже при нынешних обстоятельствах это стало шоком.

— Я поднимусь и поменяюсь с Линди, — сказал Джейсон. — Мы нашли какую-то магическую мастерскую, так что она будет полезнее, чем я здесь внизу.

Он расширил свои чувства по комнате, определяя, что мало червей осталось. Колин, с другой стороны, снова приближался к своей максимальной потенциальной биомассе.

— Колин, оставь достаточно, чтобы зачистить последних червей, а остальные пусть следуют за мной. Соберись вместе, чтобы мы могли выйти наружу.

По всей комнате пиявки растаяли в лужи крови. Влажные полоски рваных бинтов выстрелили из них, переплетаясь вместе у подножия лестницы. Кровавые лужи быстро потекли вдоль бинтов, быстро сворачиваясь в форму кровавого клона Колина. Он последовал за Джейсоном вверх по лестнице.

НЕСОВЕРШЕННЫЕ ОТВЕТЫ

НЕСОВЕРШЕННЫЕ ОТВЕТЫ

Посланница Джес Фин Кааль зависла прямо над плоской крышей круглой башни в цитадели посланников. Она задумчиво смотрела на тропический лес, когда через круглое отверстие в центре крыши выплыл другой посланник. Это был темнокожий сереброволосый Хесс Джор Насала, подчиненный Кааль. Кааль была не только золотого ранга, в отличие от его серебряного, но и являлась Голосом Воли.

— Наши агенты в городе вышли на связь, — доложил он. — Расследование в отношении них временно приостановлено, поскольку Общество искателей приключений переключилось на борьбу с червями-покорителями. Как вы и предсказывали, обнаружив угрозу, они бросили значительные силы на ее искоренение. Они действуют даже быстрее, чем ожидалось.

— Повлияет ли это на готовность наших сил? — спросила Кааль, не отрывая взгляда от панорамы.

— Никак нет, Голос. Командиры крыльев готовы выступить на город по вашему приказу.

Кааль кивнула.

— Сообщите командиру крыла, что он может действовать по своему усмотрению, — приказала она. — Но сначала я хочу кое-что обсудить с вами.

— Для меня это будет честью, Голос Каал.

— С момента моего прибытия сюда я нахожу ваши советы здравыми. Я столкнулась с проблемой и хотела бы узнать ваше мнение.

— Разумеется.

— Пей Вас Карта мертва.

Хесс нахмурился, пытаясь вспомнить это имя.

— Одна из заводчиц червей? Насколько я понимаю, мы назначили на эти должности наименее ценных из нас именно из-за риска.

— Действительно, так и было, — сказала Кааль. — Однако этот выбор поставил нас перед непредвиденной проблемой.

— С гибелью Пей Вас Карта возникли сложности?

— Да. У нас появился враг, который — намеренно или случайно — сумел доставить нам неприятности.

— Каким образом?

— Я почувствовала смерть Пей Вас Карта. Это было отвратительно, но само по себе это не является поводом для беспокойства. Проблема в том, что перед смертью ее воля была сломлена. Она пришла к осознанию того, что нечто стоит выше посланников, превосходя их.

— Тогда она заслужила смерть. Теперь я понимаю, почему отправка наименее ценных из нас была ошибкой. А что с остальными?

— Большинство сбежало. Несколько человек погибли, но никто из них не умер в позоре, как Пей Вас Карта. Я полагаю, что случившееся с ней не отражает новую тактику вражеских сил, а является делом рук одного конкретного человека в их рядах.

— Вы считаете, что это тот человек, Асано?

— Считаю это вероятным. У меня есть опасные подозрения на его счет.

— Опасные?

— Как вы думаете, возможно ли существование астрального короля серебряного ранга? Да еще и не из числа нашего народа?

— По моему опыту, Голос, лучше не считать что-либо абсолютно невозможным.

— Мудро, — кивнула она. — Какую главную проблему вы видите в поиске подхода к Асано?

Хесс не ответил сразу, обдумывая вопрос.

— Двусмысленность, — сказал он, поразмыслив. — Любое наше действие может негативно отразиться на нашем народе. Если он действительно астральный король, должны ли мы почитать его или уничтожить? Если мы будем почитать того, кто не является посланником, это подорвет основные принципы гордости и самовосприятия нашего народа. Если мы устраним его, это подорвет абсолютный авторитет астральных королей.

— Да, — согласилась Кааль. — Но есть аспект, который превращает вопрос о том, стоит ли его убивать, в отсутствие такового.

— Что если он действительно астральный король, он заслуживает почитания.

— Именно. Если нет — это упрощает дело. Если да — реагировать на него как на угрозу становится сложнее.

— Нужно ли нам вообще реагировать? — спросил Хесс.

— Да, — ответила Кааль. — Смерть Пей Вас Карта — это начало, а не конец. Если мы позволим ему сеять хаос, он будет это делать.

Хесс нахмурился.

— Если мы собираемся нанести удар, знание о том, что он сделал с Пей Вас Карта, может заставить наших менее стойких духом соплеменников колебаться. Если один из нас готов признать этого человека превосходящим, что, если он и вправду таков? Позволить семенам сомнения прорасти в почве нашей веры опасно.

— Но если мы сохраним его поступок в тайне, все будет хорошо, пока это остается тайной. Если же нет, нас сочтут молчаливо признающими его превосходство, стремящимися уничтожить его, прежде чем правда распространится.

— Неужели наш народ настолько слабохарактерен, что его так легко поколебать?

— Мы народ, построенный на вере, которую стремятся оспорить все, кого мы угнетаем. Сомнение — это всего лишь укол булавкой для верующего, но укол, несущий яд. Достаточно яда, чтобы повалить даже самого могучего зверя. И даже в наших рядах есть те, кто поставит под сомнение наши ценности.

— Инакомыслие, — произнес Хесс с обеспокоенным выражением лица.

— Этот человек, убивший Пей Вас Карта, будь то Асано или кто-то другой, предлагает нам лишь несовершенные ответы на свой поступок. Что бы мы ни сделали, включая бездействие, это повлечет за собой осложнения. Больше всего я опасаюсь, что именно это и было их целью. Это указывает на врага, которого нельзя недооценивать.

Хесс промолчал, зная, что не стоит говорить ради того, чтобы просто говорить. Вместо этого он обдумывал проблему, глядя вдаль с вершины башни. Поразмыслив некоторое время, он заговорил:

— Возможно, нам нужно переосмыслить то, как мы его воспринимаем. Хотя силы астральных королей могут вступать в конфликты, мы не привыкли рассматривать астрального короля как внешнего врага. Если мы сможем примирить его статус врага со статусом астрального короля, возможно, удастся превратить его из проблемы в решение.

— Продолжай, — велела Кааль.

— Общество искателей приключений и правители эльфийского города знают о природном массиве и угрозе, которую он представляет не только для нас, но и для них. Они даже не раз отправляли дипломатических посланников. Командир крыла, конечно, казнил их. Хотя помощь была бы полезна, нас не должны видеть сотрудничающими с расами слуг. Но нам нужны пользователи эссенции, чтобы справиться с массивом, поэтому мы и порабощали их.

— Я видела этих слуг, — сказала Кааль. — Те, кто преклоняет перед нами колени, слишком слабовольны, чтобы противостоять эффектам массива.

— Но если бы астральный король стал представителем местных жителей, это был бы приемлемый союз. Мы можем заставить их прислать тех, у кого есть необходимая сила воли.

Кааль наконец повернулась к Хессу.

— Интересная мысль. Астральный король — приемлемый союзник, но мы должны быть уверены, что имеем дело именно с астральным королем. Его нужно испытать.

— Используйте Фал Вин Гарата. Ему не хватает лидерских и стратегических способностей, но каждый посланник по-своему превосходен. Даже если он погибнет от рук Асано, он умрет в бою, а не на коленях.

Кааль кивнула.

— Прикажите командиру крыла выделить группу во время атаки на город, чтобы нацелиться именно на Асано. Если его трудно отследить, как предполагали наши агенты, цельтесь в его команду.

— А если Асано спрячется во время атаки?

— Тогда это само по себе будет ответом.

* * * Город превратился в поле смерти, устланное трупами. Эльфы были врагами, но, по сути, они были жертвами. Черви не просто убили их, они заставили их тела атаковать команду. В итоге люди, которых Джейсон и его спутники прибыли спасать, лежали грудами трупов по всему городу.

Силы пользователей эссенции были жестоки в своем проявлении. Тела были свалены в кучи; мужчины, женщины и дети остались в состояниях, на которые было жутко смотреть. Плоть обуглена или сгнила до черноты. Оторванные конечности, разрубленные туловища и расколотые головы.

Теперь, когда битва была в основном закончена, у команды появилось время увидеть, что они сотворили с тем, что по прибытии казалось обычным счастливым городком. Осознание того, что паразитические черви предрешили судьбу города задолго до их прихода, было слабым утешением, пока они пробирались сквозь тысячи мертвецов, устилавших улицы.

В какой-то момент разум, управлявший ими, решил забрать оставшихся носителей и сбежать. Это оставило команде мрачную задачу выслеживать их, что ощущалось неприятно похоже на завершение бойни мирных жителей путем устранения сбежавших свидетелей. Джейсон вернулся к команде, которая рыхлой группой передвигалась по городу.

— У нас нет проблем с поимкой эльфов, служащих носителями червей, — сказал Хамфри Джейсону. — Эльфы не могут обогнать меня, не говоря уже о Софи. Проблема в червях, которые расползлись сами по себе. Они ушли в деревья, дома, рисовые поля; мы почти уверены, что некоторые из них просто начали зарываться в землю. С твоими чувствами и телами Тени для мобильности ты можешь найти и разобраться с ними быстрее, чем все мы вместе взятые.

Софи вернулась, мелькнув, и остановилась перед Джейсоном. Она заглянула в его темный капюшон.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Я заметила это раньше, — сказала она, — но я вижу твою голову.

— Я тоже вижу твою голову, — ответил он ей.

— Ты видишь его голову? — спросил Хамфри, пока остальные протискивались рядом с Софи, чтобы заглянуть в капюшон Джейсона.

— Что, черт возьми, происходит? — спросил Джейсон, делая вид, что недоволен. Он знал, что команда пытается отвлечься от ужасов вокруг и своей роли в этом. Если игнорирование этого с помощью небольшой принужденной шутки помогало им справиться хоть немного лучше, он был рад подыграть. Он помнил свой собственный подобный опыт на Земле и хотел, чтобы команда справилась с этим лучше, чем он в похожих обстоятельствах.

— Твой капюшон раньше полностью скрывал твою голову, — сказал Хамфри. — Там была просто тьма. Потом ты вернулся, и мы могли видеть только твои глаза, и больше ничего. Теперь мы видим твою голову. Ну, типа того. Силуэт твоей головы.

— Особенно подбородок, — добавила Софи. — С твоими повышениями ранга и бородой он кажется гораздо менее острым, чем раньше. Но когда видишь, как он торчит из темноты, действительно вспоминаешь, что этой штукой можно выколоть кому-нибудь глаз.

— Он не торчит, — настаивал Джейсон. — Если бы торчал, вы бы заметили это давным-давно. Внешний вид моего плаща изменился еще в Римаросе, а вы только сейчас заметили разницу?

— Справедливости ради, — сказал Руфус, подходя к группе, — твой плащ теперь выглядит так, будто ты носишь портал. Нельзя винить нас за то, что мы упустили относительно незначительную деталь.

— Не уверен, что «незначительная» — подходящее слово, — сказала Белинда.

— Линди, иди помоги Клайву, — сказал Джейсон. — Он нашел какие-то магические двери.

— Тогда я пойду, — покладисто ответила она. — Если мне нужно будет взломать замок, я позову, и ты принесешь свой подбородок.

* * * Пока большая часть команды продолжала собирать эльфов, Джейсон отправился на охоту за червями, покинувшими своих носителей. Он просканировал город своими чувствами, чтобы найти их, и использовал тела Тени как цели для прыжков сквозь тени. Что касается борьбы с червями, это была вотчина Колина, иногда с помощью Гордона. Большинство червей пробирались через рисовые поля, где Джейсон разбрасывал несколько пиявок и двигался дальше. Будь то спрятавшиеся в воде или зарывшиеся в грязь, Колин находил и пожирал меньшего зверя апокалипсиса.

Некоторые черви залезли на деревья, прячась в верхних ветвях. Гордон использовал свой луч, чтобы отсекать ветки или даже свалить дерево целиком, давая Колину легкий доступ к ним. Похожая ситуация была в зданиях, где черви прятались под половицами или между стеновыми панелями. Гордон вскрывал их, и Колин с радостью принимался за свою жуткую работу.

Они хотели быть тщательными в искоренении червей, так как существовала неопределенность относительно того, как они размножаются. Они не соответствовали Колину, который мог есть, чтобы размножаться, но у них были хоть какие-то способы самовоспроизведения. Черви могли впитывать жизненную энергию из исцеляющей магии, используемой на их носителях, чтобы размножаться, хотя, возможно, этому были пределы. Иначе в чем был смысл подземного центра разведения?

Карлос дал им некоторую информацию о существах, но его знания были далеко не исчерпывающими. Черви не были местным видом для Паллимустуса, что было удачей, но затрудняло получение информации. Охота на заблудших червей могла быть критически важной или бесполезной; они просто не знали. Скорее всего, было много городов в похожих ситуациях.

Джейсон сделал несколько широких проходов над городом и вокруг него, чтобы убедиться, что он собрал их всех. Затем он воссоединился с командой в подземном центре разведения червей. Колин закончил с последними червями там, а пиявки, оставленные Джейсоном, зачистили тех, кто сбежал вниз по лестнице. Затем Колин переключился на тех, что плавали в чанах, пробираясь сквозь непривлекательную желтую жидкость.

Клайв и Белинда потратили это время на оценку места. Две аномалии, которые заметил Клайв, были местами, где скрытые двери открывались путем сдвига секций стены или пола. Белинда отследила двери и механизмы открывания, но еще не активировала их. Она хотела тщательно проверить их на наличие ловушек и других предохранителей, прежде чем предпринимать какие-либо действия.

— Зачем секретные двери? — удивился Нил. — Это место и так секретное, верно?

— Может быть, это осталось с тех пор, как они только обустраивались, — предположил Клайв. — Невозможно, чтобы все это было установлено без того, чтобы люди не заметили странностей, даже используя магию. Им нужны были сообщники с властью, такие как мэр или влиятельные местные старейшины. То, что находится за этими дверями, возможно, было тем, из-за чего посланники беспокоились, что сообщники могут передумать.

— Как только ты помогаешь кому-то превратить всех в твоем городе в труп, инкубирующий червей, — сказал Нил, — я думаю, ты уже прошел точку, где можно передумать.

— Возможно, в этом и был смысл, — предположила Белинда. — Эти чаны сейчас все на виду, но есть признаки того, что их перемещали. Посланники могли убедить сообщников, что это более обычная атака. Складирование оружия или что-то в этом роде, старая добрая измена. Тем временем первая партия червей выращивалась в скрытых комнатах. Как только сообщники перестают иметь значение, оказываются слишком глубоко втянуты или сами оказываются заражены, операция расширяется, и чаны выставляются наружу.

— Но стали бы они действительно работать с эльфами? Разве мы, не-посланники, не слишком недостойны, чтобы работать бок о бок?

— Учитывая, что любые сообщники, несомненно, сейчас являются наполненными червями трупами, я сомневаюсь, что посланники думали об этом так. Они хотели, чтобы это было секретом, поэтому использовали жителей этого города по мере необходимости. Сомневаюсь, что они даже думали о предательстве, когда решили избавиться от них.

— Неважно, что произошло или почему, — сказала Софи. — Общество искателей приключений скоро будет ползать по этому месту. Пусть они разбираются. Я просто хочу найти тех, кто думает, что может делать такое с людьми, и забить свой кулак им в головы.

— У нас будут ответы, как только мы откроем эти двери, — сказала Белинда. — Может быть, это поможет нам найти голову, в которую ты сможешь забить кулак.

Она сидела на корточках перед секретной дверью, встроенной в одну из стен. Она начертила вокруг нее множество символов и оставила лежать странного вида магические инструменты.

— Я недостаточно знаю об их магии ауры, чтобы предотвратить срабатывание ловушки на этой двери, когда мы ее откроем, — объяснила Белинда. — Я полностью отключаю ловушку, так что мы должны быть в состоянии активировать ее, и ничего не произойдет.

— Должны быть в состоянии? — переспросил Нил.

— Если ты не думаешь, что у меня получится, — сказала ему Белинда, — можешь сам отключить ловушку. Хочешь взять на себя?

Он поднял руки в знак капитуляции.

— То-то же, — сказала она, возвращаясь к работе. — Эта ловушка, однако, немного забавная.

— Забавная в каком смысле? — спросил Хамфри.

— Ловушка направлена не наружу.

— Не наружу? — переспросил Хамфри. — Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что эта дверь была устроена так, что если ты ее откроешь, ты убьешь того, кто внутри, а не того, кто снаружи.

— Это подразумевает наличие заключенных, — сказал Руфус. — Думаю, нам лучше открыть эту дверь как можно быстрее и безопаснее.

— А я как раз собиралась сделать перерыв на сэндвич, — сказала Белинда.

— Это не обязательно заключенные, — сказал Хамфри. — Посланники с радостью используют зверя апокалипсиса в качестве оружия. Это может быть какое-то другое опасное существо.

— Использовать зверя апокалипсиса, — укоризненно пробормотал Джейсон, качая головой. — Маньяки.

Вся команда повернулась, чтобы посмотреть на него с невозмутимым видом.

— Что? — невинно спросил он.

СОРТИРОВКА

СОРТИРОВКА

В мастерской по разведению червей, спрятанной под городом, Джейсон и его команда собрались вокруг, пока Белинда готовилась открыть скрытую дверь. Внутри могло быть что угодно: от пустой комнаты до невероятно опасной сущности, поэтому они были готовы действовать. Когда она наконец активировала дверь, целая секция стены из сланцевого кирпича сдвинулась назад и в сторону, открывая большой проем.

Комната внутри была темной, освещалась лишь парящими огнями из главного зала за дверью. Это не остановило Джейсона, когда он осматривал помещение: его навык «Полуночные глаза» легко пронзал тьму. Камера была большой, по крайней мере, в половину размера центрального пространства объекта. Клетки были расставлены рядами, переполненные жалкими, несчастными эльфами.

Частицы звездного света поднялись с плаща Джейсона и вплыли в комнату, наполняя ее мягким серебристым светом. Это не только позволило остальным членам команды видеть, но и вызвало волнение среди заключенных. Однако лишь немногие их ауры мерцали надеждой, и звуки были в основном испуганным скулежом.

Эльфы были грязными от жизни в собственных нечистотах; мужчины, женщины и дети — все были сжаты так, что едва хватало места, чтобы сидеть, подтянув колени к груди. Их ауры кричали об их страданиях и муках, но также о том, что они живы и не являются носителями червей. Там были десятки выживших, все набитые в клетки.

Джейсон отметил, что если бы не было клеток, они были бы не менее заперты, но условия были бы гораздо более гуманными. У них было бы место, чтобы лечь для сна, насколько это было возможно на холодном сланцевом полу. Они могли бы справлять нужду в одной стороне комнаты, а оставаться в другой, вместо того чтобы быть вынужденными делать это там, где сидят.

Джейсон почувствовал, как его ярость эхом отозвалась в аурах его спутников, но никто из них не позволил ей вырваться наружу. Они не собирались пугать заключенных, которые уже пережили более чем достаточно. Вместо этого они радовались тому факту, что кто-то выжил, даже если это была лишь часть населения города.

Команда немедленно приступила к работе, Нил взял на себя руководство как целитель команды. Хамфри и Нил использовали свою превосходящую силу, чтобы раздвинуть клетки. Софи сильно излучала свою ауру, в то время как остальные отозвали свои. Из всех в команде аура Софи была самой обнадеживающей и успокаивающей.

Способность: [Очищающий бриз] (Ветер)

* Аура (восстановление). * Базовая стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (12%).

* Эффект (железо): Союзники в пределах ауры имеют повышенное сопротивление проклятиям, болезням, магическим недугам, ядам и нечестивым воздействиям. Способности очищения, используемые на союзниках в пределах ауры, имеют повышенный эффект. Токсины удаляются из воздуха в пределах ауры.

* Эффект (бронза): Союзники в пределах ауры постоянно очищаются от проклятий, болезней, магических недугов, ядов и нечестивых воздействий. Эффекты восстановления маны и выносливости на союзниках имеют больший эффект.

* Эффект (серебро): Когда эта способность очищает недуг у союзника, он получает экземпляр [Целостности].

* [Целостность] (исцеление с течением времени, мана с течением времени, выносливость с течением времени, святость): Периодически восстанавливает небольшое количество здоровья, выносливости и маны. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Несмотря на название, аура Софи не создавала буквального бриза. Вместо этого освежающая духовная волна проходила над заключенными в клетках, очищая токсины и болезни, которые накопились, пока они все были сжаты вместе. Это была несоответствующая способность в наборе Софи, который в основном был сосредоточен на скорости и насилии.

Аура была самым прямым выражением ее души, но также была сформирована инструментами, использованными для разблокировки ее силы ауры. Эссенция и камень пробуждения были важными факторами, но даже так, способности ауры считались наиболее подверженными влиянию природы человека, пробуждающего силу. Для Софи большая часть ее набора сил отражала лицо, которое она показывала миру: быстрая и недосягаемая. И все же сила, которая должна была представлять ее больше всего, была заботливой и защитной.

Неловкое выражение промелькнуло на лице Софи, когда она излучала свою ауру, словно обнажая уязвимость. Белинда быстро и ободряюще обняла ее сзади, а Хамфри одарил ее сияющей улыбкой.

Остальные также использовали силу своих аур, стараясь не быть навязчивыми. Аура Софи превращала болезни и токсины, от которых страдали эльфы в своей нищете, в целительные блага, а аура Белинды усиливала эти блага. Аура Хамфри давала им столь необходимый прирост силы и выносливости. Казалось, их кормили и поили, но ровно столько, чтобы большинство из них оставалось в живых. Команда обнаружила среди них и мертвых — двух пожилых людей и маленького ребенка.

Аур команды было далеко не достаточно, чтобы успокоить заключенных после всего, через что они прошли. Несмотря на то, что команда явно не была посланниками, заключенные заволновались из-за новых вторгшихся в их ад. Аура Софи, по крайней мере, сумела предотвратить эскалацию; паническая давка могла легко привести к смертям. Большинство людей в клетках были обычными горожанами, без телосложения, способного долго выдерживать такие условия.

То, как команда была построена с самого начала, еще в Гринстоуне, означало, что лидерство не всегда доставалось Хамфри. Команда следовала указаниям Нила, когда он начал процесс сортировки. Его способности, вместе с аурой Софи, помогли бы в первоначальном управлении заключенными, когда они извлекали их из тесных клеток.

Нил специально попросил Джейсона не помогать, несмотря на полезность его очищающей силы. Природа сил Джейсона принесла бы больше вреда, чем пользы при работе с этими людьми, уже балансирующими на грани. Последнее, что им было нужно, — это зловещий человек, питающийся их грехами.

Джейсон присоединился к остальным, помогая освободить место в главной комнате. Джейсон, Руфус и Хамфри сдвигали столы и оборудование под руководством Клайва, так как только он и Белинда могли указать, какие вещи опасно перемещать. Белинда начала с того, что наколдовала брезент, который она набросила на чаны с червями, теперь пустые благодаря Колину. Они все еще содержали болезненную желтую жидкость, испещренную красным.

Они освободили место сбоку комнаты рядом с лестницей, где Белинда наколдовала двухъярусные кровати и лечебный стол для использования Нилом. Команда не была готова вести людей вверх по лестнице по двум основным причинам. Одна заключалась в том, что многие или большинство заключенных были не в состоянии подняться. Другая — в том, что пространство наверху было заполнено мертвецами, что было плохо как для психики, так и для гигиены.

Несмотря на ужасающие условия и, несомненно, ужасающие обстоятельства, которые к ним привели, заключенные были счастливчиками. Люди наверху, которым уже были имплантированы черви, никогда не получат шанса на восстановление.

Большинство людей, которых знали заключенные, были разбросаны по городу наверху, не просто мертвые, а жестоко разорванные на части во время сражения с командой. Джейсон и остальные не собирались позволить им увидеть это, и жуткое варево из жалости, гнева и стыда тяжело лежало у них в животах.

Помимо одной особой группы, которую Нил быстро оценил как находящуюся вне опасности, они начали перемещать пациентов в зону лечения и восстановления, которую подготовила команда. Нил всерьез принялся за работу, направляя остальную часть команды управлять пациентами. Первым шагом была беглая оценка Нилом, за которой следовал быстрый душ. Простой душ из цистерны был примерно такой сложности, какую Белинда могла наколдовать, но этого было достаточно. Джейсон достал бочку с кристальной водой, чтобы наполнить его, делая душ прохладным, но эффективным. Приоритет отдавался следующему человеку в списке сортировки Нила для целенаправленного лечения, за которым следовали все остальные, прошедшие его первоначальную оценку. Некоторых он определил как слишком слабых для душа, поэтому Белинда наколдовала ванну. Пока она управляла душем, Джейсон мыл более деликатных людей, его телекинетическая аура была мягче. Это не беспокоило тех, кого мыли, потому что они были теми, кто был слишком истощен, чтобы заметить, что с ними происходит. Это было скрыто от наблюдателей глубокой ванной.

Кровати для восстановления были двухъярусными по необходимости пространства. Нижние ярусы доставались самым деликатным пациентам, обычно после того, как Нил заканчивал с ними. Другие были признаны Нилом не требующими лечения. Несколько человек смогли подняться по лестницам кроватей, но большинство были осторожно уложены на верхние ярусы Хамфри и Руфусом.

Клайв был направлен Нилом на прогрев холодной комнаты с помощью ритуальной магии. Авантюристы не беспокоились о холодной камере, но заключенные были в основном обычными людьми, покрытыми грязными лохмотьями. Клайв начертил ритуал в воздухе над зоной лечения. Золотой свет ритуального рисунка превратился в теплое свечение, когда Клайв пропел финальный элемент ритуала.

— Это ритуал Очага Целителя? — спросил его Нил, не отрывая ни рук, ни глаз от пациента на своем столе.

— Да, — подтвердил Клайв. — Вместо того чтобы излучать тепло, он будет мягко передавать его прямо в их тела.

— Хорошая работа.

Как только они обработали основную массу заключенных, Хамфри отвел Руфуса и Джейсона в сторону, чтобы обсудить их следующий шаг. Хамфри активировал экран приватности, чтобы заключенные не подслушали их.

— Что нам делать с этими людьми? — спросил Хамфри. — Эти кровати подойдут на данный момент, но мы не можем оставить их здесь. Мы не можем взять их наверх, однако. Стоит ли нам оставить их здесь, пока не прибудет поддержка из города?

— Согласен, мы не можем взять их в город, — сказал Руфус. — Если они увидят, что случилось с их городом, их друзьями и их семьями, они будут страдать еще больше.

— Их реакция на это была бы непредсказуемой, — согласился Джейсон. — Нам нужно держать их настолько спокойными, насколько мы можем, в сложившихся обстоятельствах. Нам повезло, что способность ауры Софи оказалась такой нехарактерной для нее.

— Это не нехарактерно, — сказал Хамфри. — Это то, кто она есть за всеми шипами и стенами. Она всегда хотела быть хорошей, но мир никогда не давал ей такого шанса.

Он посмотрел на Джейсона.

— Ты дал ей это. Я хотел бы, чтобы это был я.

— Тебе не стоит, — сказал ему Джейсон. — Это создает неравный баланс сил. Если бы ты был тем, кто вытащил ее из ее старой жизни, это висело бы над вами всю вашу жизнь.

— Он прав, — сказал Руфус. — Это создает дисбаланс, который, как я видел, отравляет отношения, но сейчас не время для этого разговора; оставайтесь на задаче.

Хамфри кивнул.

— Нам нужно вскрыть пол на случай, если там больше заключенных, — сказал он. — Но мы не можем сделать это, пока заключенные, которых мы уже освободили, все еще здесь. Там внизу может быть что угодно, и если что-то выйдет наружу, ища драки, мы не можем гарантировать их безопасность. Мы также должны разобраться с любыми осложнениями от заключенных, которых мы оставили в другой комнате.

— Отправка их в Яреш с помощью вашего командного нелепого количества порталов и телепортационных способностей должна быть верным путем, — сказал Руфус.

— Порталировать их — очевидное решение, — согласился Джейсон. — Если предположить, что они смогут выдержать поездку.

Хамфри запросил Нила через голосовой чат, убедившись, что отвлечение не будет вредным.

— Они должны быть в состоянии выдержать это, как только я закончу, — сказал Нил. — Мы можем распределить самых деликатных и убедиться, что я жду на другой стороне.

Они оставили Нила за работой, возобновив свой частный разговор.

— Нам нужно место, куда их порталировать, — сказал Хамфри. — Место, которое мы все знаем достаточно хорошо, чтобы установить как пункт назначения.

— Это практически означает кемпинг, где припаркованы транспортные средства, — сказал Джейсон.

— Это неплохой выбор, — сказал Руфус. — Открытое пространство, вдали от центра города. Нам просто нужно, чтобы они освободили немного места и разбили лагерь. Церковь Целителя — те люди, к которым стоит обратиться за этим.

— Это сработает, — сказал Джейсон. — Мне уже приходилось порталировать выживших из уничтоженного города, и именно так мы это делали. Тень, ты знаешь, что нам нужно. Можешь заставить маму Руфуса разжечь огонь под Церковью Целителя?

— Я уже это сделал, мистер Асано.

— Хороший человек.

БЕССПОРНО АВТОРИТАРНЫЙ

БЕССПОРНО АВТОРИТАРНЫЙ

Нил проверял пациентов с низким приоритетом на своей станции сортировки. Более критические случаи уже были размещены на двухъярусных кроватях для восстановления, а остальные были теми, кто был комфортно самомобилен. Это были люди, которые выдержали лучше всех и получили максимум от того, что предлагали способности ауры Софи и Хамфри. В большинстве случаев это была горстка железных рангов, которые жили в городе. Не авантюристы, а специалисты по сельскому хозяйству с эссенциями вроде земли и растений.

Софи продолжала помогать Нилу, пока остальная часть команды вернулась в комнату с клетками и к последним из заключенных там, где одна клетка все еще содержала людей. В отличие от горожан, которые все были эльфами, в этой группе из пяти человек было только два эльфа, плюс человек, целестин и смоулдер. Они были не просто заперты, а без сознания и прикованы цепями, с магическими печатями на кандалах вокруг запястий, лодыжек и шей, приковывающими их к клетке. Сама клетка также была самой прочной в комнате.

Кандалы подавляли их ауры, что позволило им оставаться незамеченными, пока команда не нашла их, перемещая заключенных. Они были раздеты и грязны, но атлетическое телосложение и привлекательные черты пользователей эссенции просвечивали сквозь это. Они напоминали Джейсону о том, когда он впервые встретил раздражающе красивого Руфуса, который выглядел хорошо даже после того, как выбрался из клетки каннибала.

— Команда авантюристов? — предположил Хамфри.

— Нам нужно снять эти кандалы, чтобы проверить их ранг, — сказал Клайв. — Линди, думаешь, сможешь их щелкнуть?

— Подождите, — сказал Джейсон и направил свои чувства наружу.

Он пропустил свою ауру сквозь подавляющие эффекты кандалов, чтобы коснуться их душ напрямую.

— Бронзовый ранг, — сказал он.

Остальные повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Что? — спросил он.

— Возможно, мне придется попросить Лорда Пенсината, могу ли я присоединиться к этой тренировке ауры, — сказал Руфус.

Белинда вошла в клетку; дверь уже была вырвана Хамфри. Она осмотрела сначала не кандалы, а людей.

— Наркотики, я думаю, — сказала она. — Эти кандалы, кажется, предотвращают очищение аурой Софи того, чем их накачали.

Затем она перешла к самим связкам.

— Обычная ситуация с кандалами подавления, — сказала она. — Принудительное удаление убьет владельца. Но замки простые. Универсальные ключи должны справиться.

Белинда достала набор магических ключей, похожих на те, что Джейсон иногда создавал в прошлом. В дополнение к тому, что ключи Белинды были более высокого ранга, мастерство было намного выше грубых усилий Джейсона. Она использовала ключи на кандалах, освобождая вероятных авантюристов. Хамфри взял одеяла из своего инвентаря, чтобы прикрыть их наготу, когда они начали приходить в себя. Аура Софи теперь воздействовала на них, устраняя токсины, удерживающие их в отключке.

— Давайте оставим их дружелюбному парню, — сказал Руфус. — Проснуться от того, что над ними нависает куча серебряных рангов, вероятно, не поможет.

— Кто дружелюбный парень? — спросил Хамфри, побуждая остальных повернуться и посмотреть на него. — Это я?

— Да, Хамфри, это ты, — сказал Джейсон. — Ты милый и красивый таким образом, что заставляет других чувствовать себя утешенными. Что намного лучше, чем кто-то настолько красивый, что ты просто смотришь на них и чувствуешь себя плохо из-за себя как личности.

— Это самый ужасный комплимент, который я когда-либо получал, — сказал Руфус.

— И с чего ты взял, что я говорил о тебе, мистер Тщеславие?

Руфус поднял бровь на Джейсона.

— Ладно, я говорил о тебе.

— Они просыпаются, — сказал Хамфри. — Уходите.

Джейсон издал насмешливое фырканье, поворачиваясь, чтобы уйти.

— Грубо. Столько к разговорам о том, чтобы быть милым.

* * * Команде оставалось мало что делать, кроме как ждать, стараясь не позволять своим мыслям задерживаться на мертвых, разбросанных кучами по всему городу. Хамфри получил историю от авантюристов, чей рассказ был ожидаемым. Группа прибыла в город и быстро почувствовала что-то неладное в жителях. Исследуя, они попали в засаду серебряного ранга посланника и были подчинены, чтобы ждать имплантации.

Единственной новой информацией было то, что их готовили к размещению червей, которые не были такими, как другие. Поскольку команда еще не сталкивалась с какими-либо червями вне нормы, они подозревали, что те находятся на нижнем уровне подвальной мастерской, через скрытую дверь в полу.

Хамфри направил авантюристов к Нилу для получения тщательного осмотра. К тому времени, как он закончил, Тень уведомила Джейсона, что Церковь Целителя прибыла в кемпинги Яреша и начала расчищать место для лагеря беженцев. Он предназначался для размещения не только людей, спасенных командой, но и всеми разведывательными группами, отправленными исследовать города и деревни южного региона. Отчеты уже поступали, подтверждая, что заражение червями не было изолированным инцидентом.

Джейсон порталировался, чтобы помочь с установкой. Кемпинги, где иностранные авантюристы оставляли свои магические мобильные дома, имели достаточно открытого пространства для лагеря, как только транспортные средства были убраны. Церковь начала выгонять людей, чтобы реквизировать землю, и Джейсон вернул наземную яхту в облачную флягу.

Представители церкви изначально не были заинтересованы в использовании облачного дворца Джейсона, так как сам Джейсон был неизвестной величиной. Все изменилось, когда золотые ранги церкви, Арабель и Карлос, оба выступили вперед, ручаясь за него. Затем Джейсон создал облачный дворец, специально предназначенный для приема людей в лагерь, который организовывался.

Представители церкви не были в восторге от облачного дворца после того, как почувствовали ауру Джейсона, пронизывающую его. Однако они были быстро вынуждены признать, что удобства дворца были чрезвычайно полезны. Также, хотя аура Джейсона была бесспорно авторитарной, доброжелательная защищенность ее оказалась утешительной для людей, отчаянно нуждающихся в чувстве безопасности.

Джейсон и Клайв начали порталировать людей, хотя Хамфри не использовал свою телепортацию. Массовая телепортация была менее удобной, чем порталы, будучи лучше подходящей для стратегических, чем для утилитарных целей. Поскольку большинство людей были обычными, двух порталов было более чем достаточно.

Как только бывшие заключенные были все переведены, команда вернулась в мастерскую и к скрытому проему в полу. Исключением был Нил, который остался со своими коллегами-членами церкви Целителя. Он не только начал налаживать контакт с заключенными, но и понимал удобства, которые предлагал облачный дворец. Даже так, портал был оставлен открытым, чтобы он мог воссоединиться с командой при необходимости. Команда ожидала больше чанов с какими-то специализированными червями, но если бы вместо этого выскочило что-то гадкое, они хотели, чтобы их целитель мог быстро прийти им на помощь.

В мастерской остальная часть команды стояла вокруг, пока Белинда работала над безопасным открытием скрытой панели пола.

— Мне любопытно насчет этих специальных червей, о которых упоминали те авантюристы, — сказал Клайв.

— Я просто хочу раздавить их под ногами, — сказала Софи.

— Предполагая, что они поместятся под твоими ногами, — сказал Джейсон. — Откуда тебе знать, у нас там внизу не ситуация «червей Арракиса».

— Это монстр из твоего мира? — спросил Хамфри.

— Не из моего мира. Это тот, от которого хочешь держаться подальше. Черви достаточно плохи, но то, на что действительно нужно обращать внимание, — это маслянистое Жало.

— Ты имеешь в виду монстра с маслянистым жалом? — спросил Хамфри.

— Нет, — сказал ему Джейсон. — Нет, я не имею в виду это.

* * * Проем в полу мастерской по разведению червей был подъемной платформой, которая спускалась по длинной шахте. Она заканчивалась в нише, встроенной в стену другой камеры, еще одной простой комнаты с тем же сланцевым кирпичом. Светящиеся камни были встроены в потолок, открывая чаны с червями, которые они ожидали. Центральный чан был слишком большим, чтобы поместиться на подъемной платформе, а стеклянные стороны были наполнены мутной желтой жидкостью. Это затрудняло разглядеть, что было внутри. Другие пять чанов были меньше, каждый в своей нише вокруг стен.

Команда быстро осмотрела камеру, не заметив немедленных угроз, когда они прочесали область. Затем они переключили свое внимание на чаны, начав с большого в центре.

— Этот чан слишком большой для платформы, — заметил Клайв. — Моя догадка была бы, что этот большой червь — какая-то маточная королева, принесенная сюда, когда была меньше. Чан был бы либо построен здесь, либо принесен в пространственном хранилище.

Они заметили что-то движущееся внутри жидкости; вскоре они увидели, с чем имеют дело. Это был массивный червь, вынужденный из-за своего размера свернуться, даже в чане в несколько метров шириной. Отсутствие места часто заставляло его давить на стекло, именно так команда могла видеть его сквозь жуткую желтую жидкость.

Этот червь был совсем не похож на тех, с которыми они имели дело до сих пор, но размер был далеко не единственным отличием. В то время как другие были тонкими, этот был раздут до ожирения, с трупно-бледной кожей. Ему также не хватало головы-бура его меньших собратьев. Вместо этого у него была плоская, мясистая голова с наморщенным сфинктером. Команда также заметила несколько нормальных червей, плавающих в слизи, и они наблюдали, как один выполз из сфинктера большого червя.

— Это его лицо или его… другой конец? — спросила Белинда.

— Похоже, это какая-то маточная королева, — оценил Клайв. — Не говоря уже о самом уродливом черве, с которым мы сталкивались, хотя жидкость, в которой он находится, не помогает. Похоже, это более концентрированная версия того, что мы видели в чанах выше.

Затем он повернулся к другим чанам, которые были меньшими цилиндрами, также со стеклянными сторонами. Джейсон поймал себя на зловещей мысли, что они идеального размера, чтобы вместить детей, но не озвучил эту макабрическую мысль. Внутри каждого чана был один червь, гораздо ближе к нормальным червям, чем луковицеобразная королева. Лишь немного больше нормальных, они сохранили головы-буры. Самым заметным отличием было то, что каждый из них был яркого цвета: синий, зеленый, красный и желтый.

— Я больше обеспокоен этими красочными червями, чем куском в середине, — сказал Джейсон.

— Почему? — спросил Клайв.

— Моим первым беспокойством было оказаться втянутым в суровый перезапуск Могучих рейнджеров, но потом я вспомнил кое-что гораздо более ужасное. Один из самых известных и смертоносных монстров в моем мире называется Далек. Некоторое время назад куча вариантов Далеков в ярких цветах, как эти, появилась, и это было… не хорошо. Как и эти черви, они были созданы теми, кто был охвачен гордыней, желающими причинить ужасный ущерб в погоне за своими собственными безумными идеями. Всего один взгляд на эти вещи, и ты сразу понимал, что кто-то совершил поистине ужасающий акт творения.

— Что случилось? — спросил Хамфри.

— Нам удалось продолжать жить, и в конце концов люди, стоящие за этим, были отстранены от власти. Но как это часто бывает с такими вещами, кто-то другой занял их место. Кто-то, кто продолжил делать худшие вещи, чем мы могли себе представить.

Джейсон отвернулся, глядя в никуда с одержимым выражением лица.

— Джейсон?

— Да, Клайв?

— Ты опять несешь какую-то чушь?

— Да, Клайв, — сказал Джейсон серьезно. — Да, несу.

Клайв покачал головой и переключил свое внимание обратно на чаны.

— Это, очевидно, специализированные черви, которых посланник разводил для авантюристов, — сказал он. — Похоже, что посланники культивируют разных червей для разных целей, и мне интересно, насколько обширна эта программа. У них есть только эти для имплантации в носителей более высокого ранга, или это больше? Есть ли специализированные черви-инфильтраторы, которые могут лучше справляться с притворством людьми? Яреш уже сталкивается с заражением?

— Мрачная мысль, но для Общества искателей приключений, чтобы исследовать, — сказал Хамфри. — Я просто рад, что мы не столкнулись с авантюристами с усиленными червями внутри них, пока мы зачищали это место.

— Насколько мощными, по-твоему, они были бы? — задался вопросом Джейсон. — Согласно Карлосу, большинство процессов конверсии повышают ранг того, что они конвертируют, но они относительно слабы для своего ранга. По крайней мере, по сравнению с пользователями эссенции.

— Хорошо обученными пользователями эссенции, — поправил Руфус. — Эти черви-покорители миров пронеслись бы через Гринстоун, как серп через траву.

— Я должен представить, что эти специализированные черви сильнее тех, с которыми мы сталкивались до сих пор, — сказал Хамфри. — Те были немногим больше трупов, брошенных в нас. Скорее всего, эти были бы ближе к вампирам или заводным творениям Строителя.

— Что сделало бы борьбу через носителей червей более уродливым делом, — сказал Руфус. — Если бы нам пришлось иметь дело с чем-то, что представляло индивидуальную угрозу, нас могли бы легко переполнить.

— Это было бы уродливее для соответствующих авантюристов, — отметила Белинда. — Они не в лучшей форме, но эти черви выглядят полностью выросшими или близкими к этому. Возможно, до имплантации оставалось недолго.

— Может быть, — сказал Клайв. — Мы не можем быть уверены, насколько они велики, когда полностью выросли.

— Карлос сказал, что носители, которых они занимают, предназначены для вторичного цикла инкубации, — сказал Джейсон. — Это не имело отношения к битве, поэтому я не поднимал этот вопрос, но они находятся внутри людей, пытающихся превратиться во что-то другое. Он не знал во что, однако. Везде, где это обнаруживается, обычно искореняется.

— Возможно, что-то связанное с тем, как черви саморазмножаются, — предположил Клайв. — Что-то, что позволит им распространяться без необходимости в центрах разведения, подобных этому.

— Или, может быть, они просто превращаются в толстяков, как этот, — сказала Белинда, постукивая по стеклу резервуара. Она приложила ладонь к стеклу. — Он теплый. Ощущается противно.

— Мы знаем, что черви могут потреблять тепло, — сказал Клайв, также переведя взгляд на центральный чан. — Это может быть частью репродуктивного цикла.

— Это имело бы смысл, — сказал Джейсон. — Вы заметили, как все здания были магически настроены на излучение тепла? Готов поспорить, это часть цикла инкубации.

— Интересно, исходили ли аспекты интеллекта, которые мы видели, от большего червя, — сказал Клайв. — У Колина децентрализованный коллективный разум, но я подозреваю, что черви-покорители миров действуют иначе. Моя догадка была бы, что любая умственная способность высшего порядка исходит от этой червя-королевы, и она направляет червей, как генерал.

— Но мы не видели много интеллекта от червей, — отметила Белинда. — Они сделали один стратегический ход за все время, и он был очень простым.

— Может быть, ей нужны эти, — предположил Руфус, постукивая по одному из меньших чанов. — Может быть, они служат офицерами под началом генерала.

— Релейные узлы, способные выступать посредниками между безмозглыми червями и высшим разумом королевы, — сказал Клайв. — Это имело бы смысл. Но все это спекуляции. Является ли королева действительно разумной или просто обладает некоторым уровнем животной хитрости, я могу только гадать. С изучением...

— Никакого изучения, — сказала Софи. — Мы убьем каждого из этих существ, которых сможем найти.

ГОЛОС ВОЛИ

ГОЛОС ВОЛИ

Софи твердо стояла на том, что червей нужно уничтожать на месте, а не изучать.

— Хочешь, чтобы какой-нибудь безумный исследователь попытался сделать то же, что и посланники, и использовал их как оружие?

— Резонное замечание, — согласилась Белинда. — Представь, что мог бы натворить Злой Клайв, если бы эти штуки попали к нему в руки.

— Злой Клайв? — переспросил Клайв.

— Линди, я думал, это ты — Злой Клайв, — сказал Джейсон.

— О, это так мило с твоей стороны, — радостно ответила Белинда, на мгновение коснувшись его плеча.

— Софи права, — сказал Хамфри. — Достаточно какого-нибудь герцога, который хочет превратить свой город-государство в королевство и обладает большими амбициями, чем моралью или здравым смыслом. Они запустят свою программу разведения где-нибудь, где никто не найдет. Все выйдет из-под контроля, черви вырвутся наружу, и к тому времени, как кто-то осознает опасность, будет уже слишком поздно. Черви-пожиратели миров обладают слишком большой инерцией и полностью оправдывают свое название. Даже если их можно остановить, цена жизнями будет высока. Я не говорю, что одних наших действий будет достаточно, чтобы избежать такого исхода, но я не хочу делать ничего, что повысит его вероятность.

— Ты репетируешь многозначительные монологи перед зеркалом на случай подобных ситуаций? — спросил Джейсон. — Потому что, серьезно, это было в точку. Я пытался практиковать зловещие фразочки, которые мог бы использовать позже, но мне пришлось завязать, потому что я слишком мелодраматичен. Это должно быть просто и лаконично, вроде «Я — Бэтмен», но я всегда скатываюсь в «Я — ужас, летящий на крыльях ночи». Так что теперь я импровизирую, чтобы не заходить слишком далеко.

— Ты все равно заходишь слишком далеко, — сказала Белинда.

— Правда?

— Немного.

— Немного — это мягко сказано, — заметил Клайв. — Хочешь, я включу речь, которую ты толкнул тому посланнику?

— Включишь?

Клайв указал на кристаллы маны, парящие над его головой благодаря навыку «Кристаллизация маны».

Навык: [Кристаллизация маны] (Магия)

* Конъюнкция (восстановление). * Базовая стоимость: Низкая. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (04%).

* Эффект (железо): Создает кристалл, который парит вокруг вас, ускоряя восстановление маны. Кристалл неуязвим для урона, но уязвим для эффектов развеивания. Если кристалл развеян, он дает мгновенный всплеск маны. Вы можете иметь только один кристалл маны одновременно.

* Эффект (бронза): Кристаллы могут перехватывать магические снаряды, нейтрализуя их эффект. В течение некоторого времени после нейтрализации снаряда кристалл становится неактивным, неспособным производить ману или перехватывать другие снаряды. Максимальное количество кристаллов увеличено до трех, при этом каждый активный кристалл кумулятивно увеличивает восстановление маны.

* Эффект (серебро): Каждый кристалл может поглотить один снаряд, нейтрализуя его эффект. Кристалл с поглощенным снарядом использует энергию снаряда для увеличения производства маны. Поглощенные снаряды могут быть перенаправлены во врагов, при этом эффекты ослабляются в зависимости от количества энергии снаряда, преобразованной в ману. Максимальное количество кристаллов увеличено до пяти.

У Хамфри был такой же навык; он и Нил оба владели этой очень распространенной способностью, как и Клайв. Но если над головой Хамфри парило пять кристаллов, то у Клайва их было шесть. Когда он указал на это, все поняли, что это записывающий кристалл.

— Хочешь, чтобы я показал остальным? — спросил Клайв.

— Все было не так уж плохо, — настаивал Джейсон.

— Почему бы нам тогда не дать остальным посмотреть?

— Потому что это неловко, и они знают, насколько драматичным я могу быть. К тому же нам нужно разобраться с этими червями, что подводит нас к важному вопросу: мне сначала скормить Колину цветных или того большого?

— Колина хватит на всех, — сказала Белинда. — Почему бы не обоих?

Джейсон пожал плечами и начал переходить от чана к чану. У каждого из них на металлической крышке было герметичное отверстие, которое, как предположил Джейсон, предназначалось для извлечения червей и подачи питательных веществ. Он использовал его, чтобы засыпать пиявок, большинство из которых отправилось в центральный чан. Когда он открыл заслонки, из чанов повеяло зловонием.

— Оу, это жестко, — сказал Джейсон. Затем он отступил на шаг, когда тучный червь в центральном чане ударился о внутреннюю сторону стекла.

— Мы уверены, что это безопасно? — спросил Клайв. — Вещи, нарушающие герметичность в магических лабораториях, исторически приводили к не самым лучшим результатам.

— Я открыт для предложений, — сказал Хамфри.

— Вариант «сбежать» рассматривается? — спросила Белинда. — Мне совсем не понравился запах из этих баков. Не могли бы мы просто вернуться к шахте лифта и сбросить что-нибудь сверху, чтобы убить червей?

— Я не собираюсь убегать от того, что по сути является гигантской сосиской, — сказала Софи. — Сосиской, которую, к тому же, с энтузиазмом пожирают.

Как и сказала Софи, пиявки в чане агрессивно вгрызались в червя. Красная кровь окрашивала болезненно-желтую жидкость, делая содержимое чана все более мутным с каждой минутой. Зияющие раны было легко заметить, когда червь бился о стекло чана, иногда при этом раздавливая пиявок. Количество жизненной силы, которую поглощал Колин, позволяло ему размножаться быстрее, чем он терял пиявок.

— В этом черве полно жизненной силы, — заметил Джейсон. — Не думаю, что когда-либо чувствовал Колина таким воодушевленным. Покажи им, кто здесь лучший зверь апокалипсиса, Колин! И, пожалуйста, не ешь никакие планеты.

Остальные повернулись к нему.

— Что? — спросил Джейсон. — Я сказал: не ешь никакие планеты.

— Мы все уверены, что это не мы здесь злодеи? — спросила Белинда. — Я — Злой Клайв?

Червь снова ударился своим разорванным и кровоточащим телом о чан, из-за чего по стеклу пошли трещины, похожие на паутину.

— Это нехорошо, — сказал Джейсон, когда трещины начали быстро расползаться.

Вся команда поднялась в воздух, отлетая от трескающейся части чана.

Любой хорошо обученный серебряный ранг мог медленно перемещаться, просто без скорости, силы и контроля Джейсона или посланника. Им также приходилось сохранять осторожную концентрацию, иначе они бы упали.

Когда червь снова ударился о стенку, чан разбился, выплеснув желтую жидкость на пол. Она была густой, почти как слизь, и сильно перемешанной с красным. Червь выбрался лишь наполовину, зацепившись за разбитое стекло и распоров себя. В тот момент, когда чан разбился, распространился отвратительный запах, но когда червь получил глубокие рваные раны, он стал невыносимо едким. Это была единственная вонь, с которой кто-либо из них сталкивался, хуже которой был только радужный дым. Как только стена зловония ударила их, все они отключили обоняние.

— Ладно, Линди, — прохрипела Софи. — Я была неправа. Нам следовало убежать.

— У меня нет опыта в магических исследованиях или в поедании червей, — сказал Руфус. — Я оставлю это Джейсону и Клайву.

С этими словами он поднялся через шахту подъемной платформы в потолке, а Софи, Белинда и Хамфри последовали за ним. Джейсон посмотрел на Клайва, чье выражение лица было противоречивым. Возможно, он мог бы чему-то научиться, если бы остался, а может, это были просто пиявки, поедающие червей, что он мог с удовольствием представить на свежем воздухе.

— Думаю, что бы ни было в этих чанах, оно заставляет мои глаза слезиться, — сказал Клайв, принимая решение. — Скажи мне, если произойдет что-то интересное.

Джейсон покачал головой с усмешкой, пока Клайв совершал свой побег. Пиявки в боковых чанах закончили свою трапезу, и он выпустил их, но не стал поглощать немедленно.

— Если вы думаете, что я позволю вам забраться внутрь меня, пока вы покрыты этой дрянью, — сказал он, держа пиявку большим и указательным пальцами, — то вы глубоко заблуждаетесь.

Поскольку подъемная платформа все еще была внизу, шахта была открыта, и Джейсон смог пропустить через нее свою ауру. Он использовал ее, чтобы подхватить бочку с кристаллическим раствором, оставшуюся после очистки заключенных, и спустить ее по шахте. Немного раствора хватало надолго, так что бочка была почти полна. Пока Джейсон перемещал бочку, Колин закончил с большим червем.

* Фамильяр [Колин] поглотил [Червя-пожирателя миров (Матриарха)]. * [Колин] может использовать поглощенную силу [Червя-пожирателя миров (Матриарха)], чтобы пробудиться в качестве Голоса Воли. Это потребует длительной спячки в астральном королевстве, с которым он связан. В это время будут доступны только пассивные, непроявленные способности, а проявление будет невозможно.

* Фамильяр [Колин] должен полностью вернуться в Астральное Королевство, чтобы инициировать пробуждение.

— Голос Воли? Я продолжаю пополнять список вещей, о которых мне нужно спросить посланников. Придется оставить одного в живых. В конце концов. Если смогу найти того, кто не занят совершением военных преступлений. И все же, грех жаловаться на повышение силы. Идите сюда, отмойтесь, приятели.

Джейсон поднял отдельных пиявок в воздух своей аурой, пока они не окружили его, словно рой пчел.

— Эй, Колин, кажется, мы только что нашли отличную новую тактику. Это напугает людей до чертиков.

Удерживая пиявок в воздухе, Джейсон использовал ауру, чтобы поднять капли кристаллического раствора из бочки и очистить их.

— Знаешь что? Это довольно хорошая тренировка манипуляции аурой. Ты такой полезный, Колин. Хороший мальчик.

* * * Джейсон выбрался из шахты в мастерскую. Белинда и Клайв изучали работу посланника, а Софи, Хамфри и Руфус стояли рядом. Подземная мастерская была не самым приятным местом, но это было лучше, чем ждать Общество искателей приключений в городе, полном трупов. Как только Джейсон добрался до верха шахты, через портал, который Джейсон оставил открытым, появился Нил.

— Линди, — сказал он. — Нам не помешала бы логистическая помощь. Общество искателей приключений расширяет лагерь беженцев на территории кемпинга, принимая людей, эвакуированных из других городов и деревень. Облачный дворец используется для оценки состояния и лечения, но нам не помешало бы жилье.

Белинда кивнула и последовала за Нилом обратно через портал. Нил позвал Белинду из-за ее способности создавать простые предметы. Это варьировалось от инструментов, таких как меч, кирка или стена, до мягких вещей, вроде занавесок или постельных принадлежностей. С серебряным рангом Белинда могла создать огромное количество простых предметов, которые просуществовали бы значительное время. Возведение чего-то вроде серии сборных общежитий было вполне в ее силах, что освободило бы время и ресурсы, которые местные власти могли бы потратить на долгосрочные решения.

В то же время другие отряды искателей приключений направлялись в города, подобные тому, который зачистила команда Джейсона. Вслед за ними шли группы поддержки из Общества искателей приключений, Магического общества, различных церквей и гражданских властей Яреша. Отчеты поступали быстро, от Карлоса и других, связанных с альтернативными разведывательными группами. Как только масштаб происходящего был раскрыт, ресурсы и персонал были развернуты в гораздо больших количествах, чем первоначальные разведывательные группы. Нужно было проверить больше городов, некоторым командам требовалась поддержка, а везде требовалось управление в последствиях случившегося.

— Что будут делать посланники теперь, когда их планы раскрыты? — задумчиво спросил Хамфри.

— Не знаю, — сказал Руфус. — Однако, учитывая масштаб этой операции, они должны были знать, что разоблачение неизбежно. Вопрос в том, что они планировали делать, когда это произойдет. Впрочем, Общество искателей приключений наверняка это предусмотрело. Они будут укреплять места проведения операций для зачистки на случай, если вся идея заключалась в том, чтобы выманить группы, которые можно уничтожить поодиночке силами ударных отрядов посланников.

— Но разве это не оттягивает много сил из города? — спросил Джейсон. — Что, если в этом и заключается весь смысл?

— Не похоже, что город опустеет, — сказал Руфус. — Гарантирую, что силы с менее критических операций отзывают прямо сейчас. К тому же, оборонительная инфраструктура города — это огромное препятствие даже для концентрированной атаки посланников.

— У кого-нибудь еще возникло ощущение, что диверсанты посланников прямо сейчас разрушают эту инфраструктуру? — спросил Джейсон.

— Теперь, когда ты сказал, да, — ответила Софи. — Хорошая работа, Руфус.

Руфус посмотрел на Джейсона безэмоциональным взглядом.

— Где ты вообще узнал все это про городскую инфраструктуру, протоколы обороны и тому подобное? — спросил Джейсон.

— Моя семья управляет… иди к черту, Джейсон.

Остальные рассмеялись, пока Джейсон направлялся к лестнице. Как человек с самыми сильными чувствами, он первым заметит подкрепление. Мастерская мешала его восприятию, поэтому ему нужно было выйти наружу.

— Не помешало бы и выпить, — пробормотал он.

САМ ОН НЕ СТАНОВИТСЯ МОНСТРОМ

САМ ОН НЕ СТАНОВИТСЯ МОНСТРОМ

Джейсон не стал долго задерживаться внизу с остальными. У него не было никакого желания сталкиваться с городом, заполненным мертвецами, но он не хотел, чтобы его аура была ограничена подземным сооружением. Его аура могла отчасти преодолеть магию подавления мастерской, когда двери были открыты, но это все равно сильно мешало его чувствам. Он поднялся по лестнице, прошел через туннель в земляной подвал, а затем по лестнице к люку.

Это вернуло его в здание, которое служило секретным входом в подземный комплекс. Это было одно из немногих зданий в городе, у которого не было открытых стен, и оно использовалось как склад. Судя по слою грязи, покрывающему пустые бочки и сломанные сельскохозяйственные инструменты, им пользовались редко.

Джейсон вышел наружу, снова окунувшись в вызывающую тошноту сцену с телами, разбросанными по городу. Хотя он знал, что они были носителями червей и погибли еще до прибытия команды, смотреть на это было тяжело. Это был не первый раз, когда он видел горы трупов — к сожалению, далеко не первый. Он отчаянно надеялся, что никогда не привыкнет к такому зрелищу.

Он предпочел бы остаться внизу. Он мог бы присоединиться к остальным, отвлекаясь от мрачной реальности легкой болтовней, отгоняя темные мысли, пока работа не будет сделана. Будет достаточно времени, чтобы посидеть с этим ужасом в бессонные ночи, о которых предупреждал Руфус. Это была самая первая ночь Джейсона в его новом мире, и казалось, что это было миллион лет назад.

Джейсон вспомнил ту ночь и больше не узнавал того человека, которым был тогда. Праздно размышляя о сделанном выборе, он задавался вопросом, как все могло сложиться иначе. Он совершил много ошибок и видел много смертей, некоторые из которых были на его совести.

Но важные вещи прошли достаточно хорошо. Лучше, чем можно было ожидать в большинстве случаев. Земле больше не грозила острая опасность. Дни, когда прото-пространства угрожали извергнуть опасные волны монстров, прошли. Теперь монстры проявлялись напрямую, и в основном гораздо более слабыми. Их больше не будут сдерживать в прото-пространствах, но этого было достаточно.

Паллимустус пережил нашествие монстров и вторжение Строителя. Джейсону даже удалось заставить Строителя уйти немного раньше. Он никогда не узнает, сколько жизней спасли даже несколько недель без сражений, и хотя это не искупало мертвецов, разбросанных перед ним сейчас, это было хоть каким-то утешением для его души.

Джейсону и его друзьям пришлось смириться с тем, что они перебили жителей города, и хотя те уже были трупами, чувствовалось это иначе. Даже принимая это, они оскверняли останки невинных незнакомцев, людей, которых они не смогли защитить. К сожалению, для Джейсона и Руфуса это было не в новинку, но остальным еще предстояло с этим смириться.

Джейсон знал, что его команда выстоит. Он сам справился. Не сказать, что хорошо, но справился. Он надеялся, что сможет помочь им справиться немного лучше. Больше всего он сочувствовал жителям города. Те немногие десятки, что выжили, не будут чувствовать себя так, будто они выжили. Их мир был только что разрушен. Почти все, кого они знали, лежали перед Джейсоном, изрубленные на куски, сожженные дотла или разорванные на части.

Это были люди из маленького городка, и их городу пришел конец. Как они могли когда-нибудь вернуться в это кошмарное место после случившегося? Даже если бы они вернулись, их осталось слишком мало, чтобы возродить его. Теперь это город-призрак, и воспоминания будут преследовать их. Кровь и тела можно убрать, но их присутствие останется. С городом было покончено.

Выживших ждало мрачное будущее. Многие из них, возможно, даже никогда не покидали город раньше, а теперь их жизни изменятся навсегда. По сравнению с ними, у Джейсона и его команды были места, куда можно пойти, и дома, куда можно вернуться. Даже когда они несли потери, у них была сила минимизировать их и проложить путь вперед. Выжившие горожане были пешками судьбы, застрявшими в мире магии, которой у них не было, и монстров, с которыми они не могли сражаться. Каким бы ни было их будущее, не им было его выбирать.

Несмотря на то, что Джейсон сталкивался с тяжелыми временами с момента прибытия в этот мир, он, по крайней мере, делал свой собственный выбор на этом пути. У него была возможность вершить свою судьбу, даже когда против него выступали силы, выходящие за рамки понимания. Решимость и гораздо больше удачи, чем он имел право ожидать, вели его вперед. У выживших жителей города не было такой возможности. Их жизни не принадлежали им, и они никогда не будут прежними.

Это было квинтэссенцией того, о чем Руфус предупреждал Джейсона в ту первую ночь, и поэтому Джейсон сейчас размышлял об этом. О том, что впереди мрачные дни, но если он уступит контроль другим, у него не останется никакого выбора. Ему останется только ждать и смотреть, что с ним будет, не имея сил ничего изменить. Именно так Руфус убедил Джейсона стать искателем приключений.

Стоя и глядя на мертвых, Джейсон думал о том, сколько жизней и смертей прошло через его руки. Он вспомнил деревню у водопада, где впервые сделал выбор встать между невинными людьми и насилием, которое шло за ними. Сделав это снова в той же самой деревне, он получил свой первый и самый большой шрам.

По мере роста его сил росли и испытания. Защита Гринстоуна от Строителя. Брокен-Хилл, Макассар. Вся Земля, которой грозил разрыв от действия пространственных сил. Опасности обострялись быстрее, чем его силы, и ему приходилось становиться все менее человечным, чтобы противостоять им. Не раз это стоило ему жизни. Но, по крайней мере, он возвращался, когда многие другие — нет. Этот город, название которого он даже не знал, был лишь последним из тех, где лежали груды мертвецов, которых он не смог спасти.

Джейсон ничего не мог сделать для людей перед ним, но как насчет мертвых, что лежали позади него? Люди, погибшие в Брокен-Хилле? Макассаре? Его брат, его возлюбленная и его друг? Как те, кого он спас, уравновешивают тех, кого он не смог? Потеря каждого из них подстегивала Джейсона, вызывая всплески его силы, которые он использовал в дальнейшем. Стоили ли эти потери того, чего достиг Джейсон? Были ли все эти люди жертвами или просто беспомощными пострадавшими?

— Мрачное уравнение, — размышлял он.

Тень появилась из тени Джейсона, чтобы встать рядом с ним.

— Вы можете пересчитывать мертвых, мистер Асано, — сказала Тень, зная мысли Джейсона, — но это ничего не дает. Все, что вы можете сделать, — это двигаться вперед, делая все возможное с тем, что у вас есть. Я слышал, как вы говорили это много раз, и из всех ваших…

Пауза Тени была наполнена неодобрением.

…коронных фраз, эта — та, которую я предпочитаю. Та, в которой есть мудрость.

— Ты считаешь меня мудрым?

— Нет, мистер Асано. Нет. Боже упаси, нет. Вот почему вам следует всегда помнить те блестящие моменты, когда вам удается достичь этого.

Джейсон тихо усмехнулся, но этого было недостаточно, чтобы стереть печаль с его лица.

— Вы в порядке, мистер Асано?

— Знаешь что, Тень? — спросил Джейсон, глядя на мертвых. — К моему собственному удивлению, возможно, я действительно в порядке. Я никогда не хочу привыкать к таким сценам, но и не позволю им сломить меня; я собираюсь использовать их. Пусть они напоминают мне, почему я должен продолжать двигаться вперед, почему я должен становиться сильнее. О том, с кем и с чем мне предстоит столкнуться, и на что они готовы пойти.

Он склонил голову.

— У меня внутри есть голос, который говорит мне, что если я стану хуже, чем те, с кем я сражаюсь, они будут слишком напуганы, чтобы делать то, что произошло в этом городе. Я так долго злился, что даже не помню, когда начал слушать этот голос. Но он ошибается. Это никогда так не работает, правда?

— Нет, мистер Асано. Не работает.

— Я уже некоторое время двигался по определенному пути, но он не ведет туда, куда я хочу. Пришло время сменить направление. Может быть, найти немного той наивности, которую я отбросил по пути.

— Ваше обращение с той посланницей…

— Это была черта. Это то, как далеко я могу зайти, не теряя себя. Я позволил себе подойти к ней вплотную. Но я думаю, это нормально. Я долгое время говорил себе, что черта не там. Что я хороший человек, который делает эти вещи только потому, что должен, и когда мир перестанет сваливать на меня свои беды, я остановлюсь. Но мир никогда не перестает сваливать их, не так ли?

— Нет, мистер Асано. Не перестает.

— Пришло время принять, что моя черта находится там, где она есть. Перестать обманывать себя насчет того, кто я есть, и хандрить из-за того, как все плохо. Жителям этого города, живым и мертвым, пришлось гораздо хуже, чем мне, и я обязан им тем, что должен предотвратить подобное в другом месте. У меня так много силы. Так много хороших людей вокруг. Так много вещей, за которые стоит быть благодарным. Так много того, что я могу сделать.

— Если то, что вы сделали с посланницей, было чертой, мистер Асано, означает ли это, что вы отступите от нее?

Джейсон кивнул. — Как только я приму, где на самом деле находится моя черта, вместо того чтобы говорить себе, где она должна быть, мне кажется, будет легче избегать приближения к ней. Если только мне не придется.

— Вы жалеете, что сломили ее волю, прежде чем убили?

— Не знаю. Нет, думаю, нет. Наверное, должен был бы. Именно гнев двигал мной, а гнев всегда жаждет большего. Но я готов зайти так далеко после того, что она сделала. У нее были тяжелые времена, но я просто демонстрировал свою силу. Немного. Навык сущности, который я использовал на ней, — это стервятник, обгладывающий кости дочиста; он не может повредить душу. Это может быть немного грубовато для такой гештальт-сущности, как посланник, но она найдет свой путь к вашему отцу в целости и сохранности. Это не то же самое, когда вы остановили меня от использования звездного семени того парня, чтобы содрать тело с его души. Это было бы за гранью.

— Да, мистер Асано. Это было бы больше, чем я мог бы позволить.

— Впрочем, я еще не закончил доставлять неприятности посланникам. У них есть много вещей, которые мне нужны. Продвинутая астральная магия. Понимание того, что такое астральный король. Знание того, что ищет Эмир.

— Возможно, вам придется оставить некоторых из них в живых ради этого.

— Верно. Но у них также есть сила внутри, которую я могу использовать. Если мне придется вскрывать их, как яйца, чтобы получить ее, пусть будет так. Они пришли в этот мир в поисках неприятностей. Увидев, как далеко они готовы зайти, чтобы найти их, я с радостью им помогу.

— Вы посвятите себя охоте на них, значит?

— Мне не нужно. Они пришли сюда в большом количестве и пришли, чтобы остаться. Условия, которые они использовали, чтобы попасть сюда, закончились с нашествием монстров, поэтому, хотя я уверен, что у них есть средства уйти, сомневаюсь, что они могут сделать это легко или массово. Даже просто живя жизнью искателя приключений, я буду охотиться на них еще долгое-долгое время.

— А если они начнут охотиться на вас?

Ухмылка Джейсона подошла бы для обложки комикса, а не для лица героя.

ЯЙЦО НАЧИНАЕТ ВЫЛУПЛЯТЬСЯ

ЯЙЦО НАЧИНАЕТ ВЫЛУПЛЯТЬСЯ

Стоя в городе, заполненном павшими эльфами и уничтоженными паразитическими червями, Джейсон посмотрел вдаль. Что-то задело его ауральное восприятие где-то в тропическом лесу, и он отозвал свое магическое чутье. Это был искатель приключений золотого ранга, и Джейсон не был уверен, заметили ли его в ответ, но этот человек направлялся прямо к городу.

— Пора мне исчезать, — сказал он.

Тем временем в мастерской под соседним зданием команда Джейсона вела дискуссию.

— Он вообще собирается поддерживать свою скрытую личность? — спросил Клайв. — Здесь всем плевать на то, что случилось в Римаросе.

— Он вышвырнул Строителя с планеты, — сказала Софи. — Думаю, их может волновать, что парень, который это сделал, разгуливает на свободе.

— Даже если так, — сказал Клайв, — у местных есть куда более насущные заботы. Посланники и эти черви — вот настоящие проблемы сейчас, в то время как вторжение Строителя — уже история.

— Крайне недавняя история, — заметил Руфус. — По всему миру до сих пор разбросаны ячейки культистов Строителя. Даже здесь, вы же знаете.

— Нам нужно закончить инструктаж команды Коринн, — сказал Хамфри. — Они должны знать о сложности ситуации, когда мы отправимся за Посланниками.

— Мы даже не знаем, отправят ли нас за ними, — отметил Клайв. — Эти черви перечеркнут любые планы, которые были у Общества искателей приключений. Не думаю, что у Джейсона будет роскошь долго оставаться в тени. Да и не сказать, что он отлично справляется с ролью неприметного повара. Он ужасен в любой роли, кроме безумца или монстра.

Остальные согласно закивали.

— Линди всегда жаловалась на меня, когда я была на задании, — сказала Софи. — Я часто играла роль светской львицы, когда мы готовились ограбить какое-нибудь место, и она всегда говорила, что я недостаточно вживаюсь в роль. Но, по крайней мере, я не участвовала в турнирах по боям в клетках.

— Не участвовала? — спросил Хамфри.

— Ну, однажды участвовала, и она мне потом все уши прожужжала. Задание прошло не очень хорошо.

— Джейсон не на задании по внедрению, — сказал Руфус. — Дело не в том, чтобы он поддерживал какую-то жесткую легенду. У большинства искателей приключений есть секреты; сам Джейсон — наш секрет. Когда люди видят повара, который явно не тот, кем кажется, — это не повод для беспокойства. Они решат, что он кто-то вроде принцессы, скрывающейся в команде Коринн, какой-нибудь избалованный аристократ, желающий избежать неприятностей, которые приходят вместе с их именем. Джейсону просто нужно не привлекать к себе слишком много внимания влиятельных людей. Если бы искатели приключений лезли в дела каждого человека с очевидными секретами, у них бы не осталось времени на реальные приключения.

— Именно, — сказал Джейсон, спускаясь по лестнице. — Быть подозрительным — это нормально, пока мы не наступаем на пятки тем, кто может создать нам проблемы. Там, откуда я родом, мы называем это правдоподобным отрицанием.

— А когда людей, которых мы спасли, допросят? — спросил Клайв. — Что будет, когда они упомянут парня в плаще звездного света, который не подходит ни одному члену нашей команды? Несложно догадаться, что кто-то начнет наводить справки о членах нашей команды, нынешних и бывших.

— Клайв, — сказал Руфус. — Ты сам указывал на то, как много дел будет у местных. Сомневаюсь, что у них будет время копаться в прошлом Джейсона, учитывая все происходящее. Даже если они это сделают, досье Джейсона засекречено. Полностью, а не частично, как это было в прошлом. И уровень доступа к этим ограничениям достаточно высок, так что кому-то очень важному придется сильно постараться, прежде чем Общество искателей приключений хоть что-то им выдаст.

— К тому же, местные нас не знают, — сказал Хамфри. — Любая сила, которую опишут пленники, будет приписана любому из нас.

— Почему вы так настаиваете на том, чтобы я отказался от своей личности? — спросил Джейсон Клайва.

— Я просто думаю, что было бы лучше, если бы ты нормально вернулся в команду.

— С этим не поспоришь, — согласился Джейсон.

— К тому же, — сказал Клайв, — Колин мог бы быть полезен для зачистки червей в других местах. Полагаю, искоренение червей станет большим приоритетом. Если бы ты не прятался, ты мог бы использовать его чаще.

— Колин не может размножаться достаточно быстро, чтобы быть эффективным в таких масштабах, — сказал Джейсон. — В лучшем случае он может удвоить свою стандартную массу, которую он может поддерживать только при активном кормлении. К тому же, он отсыпается после рождественского ужина.

— Что это значит? — спросила Софи.

— Вы никогда не были в «индейковой коме»? — спросил Джейсон.

— Что такое индейка? — спросил Клайв.

Джейсон посмотрел вверх на лестницу. — Мы можем обсудить это позже, — сказал он. — К вам скоро придут гости, так что пора мне и моему порталу исчезать.

У Джейсона и Клайва все еще были активны порталы, через которые они переправили пленников, вместе с Белиндой и Нилом. Джейсон шагнул в свой портал, и тот исчез за его спиной.

* * * Джейсон уже бывал в Яреше раньше, как раз достаточно, чтобы перенастроить свою конструкцию облака из «сухопутной яхты» в дворец. У него был больший контроль над деталями дизайна, чем когда он впервые получил облачную флягу, и он смог обустроить его как больницу. Дворец также принял облик больницы: белое квадратное здание, состоящее из трех соединенных крыльев. Интерьеры были такими же белыми, с узором из квадратной плитки.

Дизайн был призван наилучшим образом удовлетворить потребности лагеря, будучи настроенным на сортировку, лечение и управление эвакуированными из зараженных червями городов и деревень. Способность облачного дворца использовать различные удобства, а также очищать все внутри него, стала бы подспорьем для медицинской работы.

Дворец был расположен на одном конце пространства, расчищенного для лагеря, а другой конец находился рядом с облачным дворцом Эмира у стены. Два передних крыла обозначали границу будущего лагеря, а одно заднее крыло было обращено в сторону от него. Заднее и одно из передних крыльев имели по три этажа; оставшееся переднее крыло — четыре.

В заднем крыле располагались жилые помещения для Джейсона и его спутников. Включая Мелоди, которая оставалась под присмотром Джейсона, пока формировалась ее новая безопасная комната. Частное крыло для Джейсона и его друзей было единственной частью дворца, которая продолжала служить духовным доменом Джейсона, где его влияние было достаточно сильным, чтобы воздействовать на естественные законы внутри него.

Джейсон отозвал свое полное влияние из передних крыльев, заставив их функционировать скорее как обычная облачная конструкция. Это было критически важно для того, чтобы впустить жрецов из Церкви Целителя, так как в духовном домене они были бы отрезаны от влияния своего бога.

К этому Арабелла и Нил уже привыкли, но у них не было сил, дарованных непосредственно через божественные сущности или камни пробуждения. Они также знали Джейсона. Объяснять группе духовенства, почему их бог не приветствуется, пока они заняты обустройством лагеря для эвакуированных, было неэффективной тратой времени. А если бы у них к тому же были божественно дарованные силы, было бы еще хуже.

Джейсон знал, что выход из зоны влияния бога не мешает работать способностям сущности божественного происхождения. Он видел это в астральных пространствах, куда влияние богов не дотягивалось. Скорее, это могло означать, что богам сложнее отозвать эти силы, хотя Джейсон не мог быть уверен. Еще одной вещью, в которой он не был уверен, была степень, в которой он мог вмешиваться в эти силы, если бы они использовались в области, над которой он имел владычество. Он подозревал, что мог бы оказать влияние, но также подозревал, что проводить тесты — плохая идея.

Передние крылья все еще сохраняли ауру Джейсона, но он приглушил ее до минимума. Карлос, Арабелла и Нил, все члены Церкви Целителя, уже были за работой и давали ему предложения по объектам, которые стоит включить. Одно крыло было спроектировано для приема, с процедурными кабинетами и пространствами для организации людей, разделенными тем, что подозрительно напоминало загоны для скота. Там также были безопасные комнаты для проверки людей на наличие червей и камеры для содержания тех, у кого они были обнаружены.

Другое переднее крыло было спроектировано вокруг вспомогательных служб, таких как кафетерии и душевые, которые людям в лагере нужно было посещать один или несколько раз в день, пока лагерь был развернут. Это было крыло с дополнительным этажом, где располагались административные помещения. Людям, управляющим лагерем, нужно было место, куда можно было отступить и организовать дела, чтобы выбраться из хаоса, в котором мог оказаться лагерь.

Однако во дворце было не так много места, особенно учитывая, что дворец Джейсона был меньше дворца Эмира. Частично это было связано с разницей в рангах: его дворец в настоящее время был серебряного ранга по сравнению с золотым рангом Эмира. Он подозревал, что уникальная природа его дворца также имела значение. Учитывая дополнительные энергии, поступающие в облачную флягу из сферы души Джейсона, он предположил, что для ее удержания требовалось больше ресурсов фляги.

Из-за ограничения по размеру Джейсон полностью отказался от спальных мест, чтобы сосредоточиться на объектах, которые могли бы выиграть от удобств, предлагаемых его облачным дворцом. Места для проживания и сна эвакуированных обустраивали церкви, гражданские власти и Общество искателей приключений, все из которых участвовали в организации лагеря. Магическое общество также присутствовало, но им не грозило стать главными. Никто не верил, что они заботятся о благополучии эвакуированных больше, чем об изучении червей, которых те принесли с собой.

Джейсону не было дела до их борьбы за влияние, и он оставил их разбираться самим, вернувшись к своей команде. Теперь, когда он вернулся в лагерь, он пошел проверить результаты. Он должен был признать, что тот, кто был главным, работал быстро, так как лагерь разросся за то короткое время, пока его не было. Территория вокруг дворца была расчищена от других транспортных средств, чтобы освободить место для развертывания обширного лагеря эвакуированных. Это пространство уже было заполнено смесью палаток и сборных зданий, наколдованных Белиндой и другими с похожими способностями. Наколдованные предметы в основном имели матовый пластиковый вид различных цветов, и Джейсон узнал темно-зеленый цвет, принадлежавший Белинде.

Деятельность кипела как внутри дворца, так и снаружи в лагере. Люди носились повсюду, Джейсон улавливал ауры, варьирующиеся от обычных до золотых. Он идентифицировал знакомые, включая Амоса Пенсинату и Тайку, который медитировал в частной секции дворца. Джейсон был поражен, осознав, что аура Тайки была так близка к прорыву на серебряный ранг, что это было похоже на яйцо, начинающее вылупляться. Джейсон тихо отозвал свою ауру и оставил его в покое.

Поскольку так много людей спешили повсюду, Джейсону было легко подправить свою ауру так, чтобы другие не замечали его, пока он бродил вокруг. Это было особенно верно внутри облачного дворца, где он мог слиться с окружающей аурой. Он также отправил тела Тени наружу, чтобы оценить обстановку в лагере. Если кто-то пытался воспользоваться хаосом, чтобы действовать против лагеря, города или Джейсона, он хотел получить как можно больше предупреждений.

После прогулки по лагерю Джейсон направился в административную зону на четвертом этаже, в личный кабинет, который он выделил для собственного использования. Комната была пуста, и он подошел к передней стене, представлявшей собой одно гигантское окно с видом на лагерь. Тень появился и поплыл рядом с ним.

— Как организаторы используют удобства дворца? — спросил Джейсон.

— Миссис Ремор была назначена координатором объектов, чтобы помочь максимально эффективно использовать имеющиеся ресурсы. Я, естественно, помогал ей, и она следит за тем, чтобы дворец использовался эффективно. Некоторые активы, конечно, недоступны вне духовного домена, например, ваши аватары.

— Не думаю, что куча одноглазых теневых монстров помогла бы ситуации, даже если они практичны. Я почти уверен, что они просто вызвали бы панику.

— Согласен, мистер Асано.

— Есть ли что-то, что выиграло бы от моего личного вмешательства? На кухнях, может быть?

— Закупкой, приготовлением и распределением еды занимаются городские власти. У них все хорошо с кафетериями, и за них отвечают их собственные сотрудники. Попытка взять управление на себя принесла бы больше вреда, чем пользы.

— Мне не обязательно управлять всем; я мог бы быть дополнительной парой рук.

— Это потребовало бы выполнения приказов, мистер Асано.

— Я могу выполнять приказы.

Вместо ответа Тень повернул голову к Джейсону.

— Да, ладно, — неохотно уступил Джейсон. — Просто продолжай разведывать лагерь за пределами дворца и дай мне знать, если что-то всплывет. На самом деле, размести несколько тел по городу, и, может быть, несколько для патрулирования за городскими стенами.

— Вы обеспокоены тем, что Посланники нападут?

— Руфус так не думает, но я не могу избавиться от этой мысли.

— Почему нет?

— Потому что я бы сделал именно так.

— Что бы вы сделали с инфраструктурой обороны города?

— Не уверен. Полагаю, уровень готовности сделал бы саботаж ненадежным. Может быть, устроить что-то внутри города, чтобы отвлечь защитников от стен, а затем сильно ударить по одной точке. Я не стратегический гений, так что, может быть, я ошибаюсь. Мои подозрения не настолько конкретны, чтобы я мог их проверить.

— Миссис Ремор работает с лидером лагеря, чтобы помочь максимально эффективно использовать возможности дворца, — сказал Тень. — Стоит ли мне упомянуть ей, что если что-то случится, она должна быть готова эвакуировать дворец, чтобы его можно было переконфигурировать?

— Это хорошая идея, Тень. Скорее всего, ничего не будет. Я надеюсь, что ничего не будет, и не только потому, что я не хочу видеть, как город атакуют. Я не хочу обнаружить, что думаю как Посланник.

— Полагаю, мистер Асано, что они были бы более встревожены, обнаружив, что думают как вы.

— Это был комплимент или оскорбление?

— Да, мистер Асано. Именно так.

ТО, ЧТО ПРИШЕЛ ИСЦЕЛИТЬ РОЙ

ТО, ЧТО ПРИШЕЛ ИСЦЕЛИТЬ РОЙ

Джейсон стоял в пустой комнате, глядя через стеклянную стену вниз на лагерь эвакуированных. Это было гораздо больше, чем просто несколько десятков человек из города, куда отправились Джейсон и его команда, поскольку города по всему южному региону также исследовали искатели приключений. Экспедиция началась с семи команд и расширилась, как только была раскрыта правда.

Через подслушивание Тени Джейсон держал ухо востро, чтобы знать, как идут дела. Джейсон и его команда столкнулись с одним из самых пострадавших городов, практически полностью захваченным. Другие города, к счастью, находились лишь на ранних стадиях и были спасены искателями приключений, которые прогнали или убили находившихся там Посланников. К сожалению, новости были не только хорошими.

— Из семи первоначально развернутых команд две потеряли членов в процессе убийства или изгнания Посланников, которых они обнаружили, — доложил Тень. — В обоих случаях это были более крупные города, чем тот, куда отправили нас, где присутствовало несколько Посланников, а у команд не было с собой никого золотого ранга. Кроме того, одна команда была полностью потеряна. Их смерти были подтверждены с помощью их отслеживающих камней.

Каждое отделение Общества искателей приключений поддерживало отслеживающие камни, связанные с искателями приключений, работающими в этом районе. Одной из первых вещей, которые сделал Хамфри по прибытии команды в Яреш, было посещение Общества искателей приключений и уведомление их о том, что команда будет работать в этом районе, чтобы можно было изготовить местные отслеживающие камни. Это основывалось на отпечатках души, взятых Магическим обществом.

Поскольку души со временем меняются, отпечатки требовали обновления, особенно после повышения ранга. Вот почему у Фарры возникли дополнительные проблемы с идентификацией себя по возвращении из смерти. Кроме того, другие изменения в душе могли сделать отпечаток недействительным, что было как раз случаем Джейсона. Решением было получение личного герба, что было возможно только на железном ранге. Это было распространено среди знати и обеспечивало фиксированный маркер для снятия отпечатков души. Общество искателей приключений просто скопировало отпечаток Джейсона при создании одного для его псевдонима Джон Миллер.

— Если кто-то смог уничтожить целую команду искателей приключений, — сказал Джейсон, — думают ли они, что это место является центральным узлом для производства червей?

— Были предположения, но у меня нет доступа к полной информации, — сказал Тень. — Я исхожу только из того, что обсуждали чиновники Общества искателей приключений здесь, в лагере. Я знаю, что упомянутое место было одним из более крупных городов.

— Значит, там мог быть целый контингент Посланников. Там определенно должен был быть Посланник золотого ранга.

— Согласно ранним отчетам, мистер Асано, существует особая тактика Посланников, которой команде нужно остерегаться.

— О?

— Способности Посланников сильно различаются, но многие, по-видимому, способны изолировать себя и врага так, чтобы никто из них не мог уйти, пока другой не будет мертв.

— Позволяя им устранять критически важных врагов, — сказал Джейсон. — Целителей, «стеклянные пушки» и тому подобное. Есть ли какие-то ограничения, или они могут просто войти и выдернуть людей из нашего строя?

— Похоже, это требует определенного уровня физической изоляции. Пока вы держите основных членов вместе, вероятно, они будут вынуждены нацеливаться на ваших более мобильных участников.

— Это приемлемо, — сказал Джейсон. — Руфус, Хамфри, Софи и я — все мы можем справиться один на один. Линди — в крайнем случае, хотя лучше, если мы сможем этого избежать. Если мы будем держать ее, Клайва и Нила вместе, мы должны быть в порядке.

— Насколько я могу судить, это категория способностей, которыми обладают Посланники, а не конкретная сила. Каждый Посланник, обладающий такой силой, будет иметь свой собственный вариант, поэтому невозможно предсказать, как именно эта сила будет работать. Думаю, неизбежно, что вы столкнетесь с такой силой, мистер Асано, но невозможно сказать, какими будут точные эффекты.

— Ты узнал все это, услышав всего о нескольких столкновениях?

— Эти силы ответственны за две смерти в командах, которые потеряли участников, но не были уничтожены, — объяснил Тень. — Это было темой некоторых дискуссий, и это далеко не первый раз, когда местные сталкиваются с Посланниками.

— Понятно.

Джейсон продолжал наблюдать за деятельностью лагеря. Была зона прибытия, куда порталы или летающие транспортные средства доставляли выживших из городов и деревень. Их доставляли в облачный дворец, где Джейсон обустроил комнаты для сортировки и лечения. Джейсон не мог видеть этот процесс через окно, но мог наблюдать за всем, что происходит в облачном дворце, если пожелает.

Комнаты для сортировки были мерой предосторожности, так как достаточно пристальное наблюдение должно позволить выявлять носителей червей по их аурам. Джейсон полностью согласился с этой мерой в любом случае из-за особых червей. Их еще не успели имплантировать пленникам-искателям приключений, которых нашла команда Джейсона, но никто не знал, какими были бы результаты. Исчезновение нескольких команд искателей приключений послужило первоначальным толчком к масштабному расследованию в городах, что оставило других потенциально зараженными особыми червями.

Предосторожность оказалась ценной, когда группу освобожденных искателей приключений доставили в облачный дворец. Джейсон обнаружил маску ауры, наложенную на них, настолько тонкую, что он мог бы даже не заметить ее лично. Однако в своем облачном дворце от него мало что ускользало. Когда они вошли, Джейсон почувствовал маску ауры, похожую на ту, что использовала Бенелла, эльфийка, которая была шпионом Посланников.

По ментальной команде Джейсона на окне перед ним появилось изображение коридора. Это была группа освобожденных искателей приключений, которых сопровождали женщина в одеждах Церкви Целителя и мужчина с эмблемой Общества искателей приключений. Все они были бронзового ранга, судя по их аурам, и направлялись в комнаты для сортировки.

Вторая ментальная команда вызвала второе живое изображение изнутри дворца. На нем была Арабелла Ремор в одном из административных кабинетов дворца. Она стояла над столом с хмурым выражением лица, разбирая списки закупок.

— Арабелла, — сказал он.

Она подняла глаза, оглядываясь. — Джейсон?

— Ты работаешь с человеком, который управляет операцией по эвакуации, верно?

— Да, — подтвердила она, полустоном. — Я отвечаю за то, чтобы максимально эффективно использовать твою магическую облачную больницу. Прямо сейчас припасы завозят так быстро, как только люди могут их достать, что не является основой для эффективной системы. Я пытаюсь убедиться, что вещи попадают туда, где они нужны, без того, чтобы слишком много терялось в суматохе.

— К сожалению, мне нужно добавить тебе работы. Прости.

— Это может подождать?

— Думаю, в здании есть группа зараженных червями искателей приключений.

— Значит, «нет» — это то, что ты имеешь в виду.

— Вроде того. Только что прибыла группа спасенных искателей приключений, но на всех них надеты маски ауры. Те самые сложные, которые, как я видел, используют Посланники.

— И ты думаешь, что они заражены.

— Это может быть что-то другое. Они могут быть магически замаскированными Посланниками, насколько я знаю. Пока я не ткну их достаточно сильно, чтобы они заметили, я не могу сказать, что они скрывают.

Арабелла вышла из комнаты, изображение на окне переместилось, чтобы отследить ее быстрый шаг.

— У нас есть команда силовиков Общества искателей приключений в режиме ожидания по этой причине, — сказала она. — Они размещены у комнат для сортировки.

— Я знаю, но они не будут действовать по моему слову.

— Я заставлю их двигаться; если что-то должно случиться, это будет в комнатах для сортировки или по пути. Кем бы или чем бы мы ни имели дело, они станут агрессивными, как только поймут, что их маскировка не сработает. Можешь использовать здание, чтобы помочь?

— Конечно. Я просто не хотел сдерживать их из ниоткуда и пугать людей, работающих здесь.

— Я почти уверена, что они все равно будут напуганы.

— Но, по крайней мере, по правильному поводу. Я хочу, чтобы люди беспокоились о злоумышленниках, а не о том, что здание случайным образом поедает спасенных искателей приключений.

— Это не моя ответственность. Как только мы нейтрализуем этих искателей приключений, я хочу, чтобы ты встретился с Ханой Шавар, женщиной, которая всем руководит. У меня нет времени быть твоим рупором весь день.

— Слушаюсь, мэм.

* * * Пять элитных носителей червей двигались по коридору в здании с белыми стенами, которые выглядели как гладкая плитка, но на самом деле были абсорбирующим облачным веществом. Носители общались молча, подобно голосовому чату Джейсона, опасаясь своей ситуации. Объект, в который доставляли всех спасенных, превосходил ожидания, не позволяя их магическим чувствам выйти за пределы того, что они могли видеть.

В отличие от червей-рабов, элитным червям требовался только один червь на носителя, и каждый обладал независимым разумом. Хотя они были способны командовать червями-рабами и общаться с матриархом, они могли действовать независимо, без контроля. Они были независимыми разумами внутри роя.

Они поняли, что Посланники никогда не собирались оставлять этот мир червям, как только нападающие начали спускаться на первоначальные места размножения. Когда матриархи начали умирать, при минимальной реакции со стороны Посланников, черви поняли, что их повестка дня больше не совпадает с повесткой их крылатых союзников.

У элитных червей не было другого выбора, кроме как подчиниться, выискивая возможность. По крайней мере, у них все еще оставались маски ауры, оставленные на телах носителей Посланниками; они могли искать шанс ускользнуть. Если бы они смогли воссоединиться с другими элитными червями в городе, они могли бы начать работать над исправлением ситуации, которая стала ужасной. У них еще не было шанса тихо сбежать, так как на них было устремлено так много глаз.

Теперь они были в этом странном здании, со стенами, которые могли блокировать их чувства, и мягкими полами, приглушающими звук — за любым углом могли оказаться люди. По крайней мере, сейчас с ними двигались только двое. Еще лучше, они были того же бронзового ранга, что и маски ауры, вписанные в тела носителей. С телами носителей, усиленными до серебряного ранга, они могли быстро расправиться со своими эскортами и двигаться дальше.

Из того, что собрали черви, один из их эскортов был своего рода целителем, Глория. Другой, Ломиус, имел роль, которая была чужда червям. Казалось, ему дали задание помогать другим своего рода организовывать друг друга, что было тем видом неэффективности, который исходит только от существ с изолированными разумами. Без роя, направляющего их как колонию, их раздробленная психика быстро впала бы в замешательство и беспорядок. Им даже приходилось давать друг другу имена, просто чтобы они могли эффективно взаимодействовать. Память роя видела это снова и снова, с бесчисленными мирами и бесчисленными видами. Это то, что пришел исцелить рой.

Если черви собирались действовать до того, как достигнут пункта назначения, время было настолько подходящим, насколько это было возможно. Двое слабаков с ними создали бы минимальное препятствие.

— Куда вы нас ведете? — спросил один из элитных червей.

— Просто проверка, чтобы перепроверить, нет ли в вас каких-либо из тех мерзких червей, — сказал Ломиус. — Честно говоря, я думаю, что это излишняя трата времени, но кто-нибудь меня слушает? Нет, и теперь вы, бедняги, застряли, прыгая через кольца вместо того, чтобы привести себя в порядок и поесть. Вы и так уже через многое прошли, без всяких лишних тыканий и проверок.

Элитный червь заставил носителя дружелюбно улыбнуться. — Не думаю, что вы могли бы пропустить это, а? Мы и так уже через многое прошли.

Ломиус посмотрел на целителя. — Что скажешь, Глория?

— Нет.

— Да ладно.

— Нет.

— Ты же знаешь, что они на самом деле не ожидают ничего найти. Иначе у них было бы больше, чем просто мы, сопровождающие их.

— Ломиус, если бы у нас были люди, мы бы так и сделали.

Глория твердо покачала головой.

— Мой коллега из Общества искателей приключений может думать, что этот шаг излишен, — сказала она носителям червей, а затем ее выражение смягчилось. — Мне действительно жаль затягивать все для вас, но когда цена ошибки так высока, избыточность в мерах безопасности — это именно то, что нужно.

— О, да ладно, Глория, — сказал Ломиус. — Они выглядят для тебя как трупы, которыми управляют черви?

— Нет, Ломиус, не выглядят. Вот почему у нас есть процесс сортировки, а не то, чтобы ты и я оценивали это на глаз.

Ломиус пожал плечами, обращаясь к червям. — Извините, но вы слышали леди. Правила есть правила.

Без предупреждения улыбающийся червь пришел в движение. Рука была выброшена в сторону Ломиуса, из пальцев, как когти, появились шипы, похожие на сверла. Стена из облачного вещества сомкнулась между носителем и эльфом, но этого было недостаточно, чтобы остановить атаку. По крайней мере, она замедлила ее; только шипы на пальцах вонзились в голову Ломиуса. Сила носителя серебряного ранга в противном случае погрузила бы всю руку в голову бронзового ранга, оставив его очень мертвым, а не просто раненым.

Другой носитель червя набросился на Глорию, но еще один облачный барьер дал ей время поставить магический щит. Одного удара было достаточно, чтобы сломать его, но продолжения не последовало. Воздух вокруг носителей червей быстро стал непрозрачным, сгустившись в плотное облачное вещество. Похожее на смесь зефира и бетона, оно оставило носителей червей застрявшими, видимыми были только две руки, которые совершили атаки. Они комично торчали из облачного вещества, беспомощно дергаясь.

Глория лишь на мгновение уставилась, прежде чем повернуться к Ломиусу на земле. Она применила быстрое исцеляющее заклинание и оценила его травмы. Он был в сознании, но бессвязен, так как несколько трехдюймовых шипов пронзили его голову. У бронзовых рангов обычно мозг все еще оставался массивной физической уязвимостью, особенно у тех, кто не был искателем приключений.

Еще один взгляд на теперь заблокированный коридор подсказал Глории, что искатели приключений вряд ли освободятся. Она осмотрела Ломиуса и поняла, что у него опасные колотые раны мозга, которые ее быстрое исцеление не смогло исправить. Она оценила, что немедленное лечение важнее, чем эвакуация его из опасности и потенциальное усугубление ран, поэтому она приступила к работе над более мощной, ритуально-вспомогательной целительной способностью.

Глория все еще работала над ритуалом, когда прибыли силовики Общества искателей приключений, всего через несколько мгновений после атаки. Лидер команды направила своих людей защищать Глорию, но не была уверена, что делать с белой стеной, из которой торчали две руки. У них из кончиков пальцев торчали шипы-когти, и они беспомощно дергались.

— Что нам с этим делать?

ВЗГЛЯД СМЕРТНОГО

ВЗГЛЯД СМЕРТНОГО

Из своей комнаты с видом на лагерь Джейсон наблюдал, как сочетание силовиков Общества искателей приключений и функционеров Магического общества уносят пять цилиндров на парящей платформе. Каждый цилиндр был стазис-капсулой, содержащей носителя червя, которого можно было смутно разглядеть сквозь синюю жидкость в капсуле.

Кто-то появился в комнате и присоединился к Джейсону, глядя в окно. Он был в коричневых одеждах и с аккуратной седой бородой, выглядя как красивый мужчина средних лет. Джейсон знал, что это ни средний возраст, ни мужчина, и не отреагировал на его появление. Он смог появиться там только потому, что Джейсон отозвал свой духовный домен из большей части своей облачной конструкции.

— Только потому, что я случайно оставил дверь открытой, — сказал Джейсон, — это не значит, что я хочу, чтобы кто попало сюда забредал.

— Спасибо, что предоставили моим людям доступ к этим объектам. Это дало нам самый ценный ресурс, когда дело касается исцеления: время.

— Вам не нужно благодарить меня за элементарную порядочность. Если можешь помочь — помогай. Это очевидно. К тому же, я лучше сооружу быструю больницу и помогу людям, чем буду кромсать тех, кого не успел спасти.

— У тебя был мрачный день.

— У многих людей был, но это приключения. Мы встречаем много людей в худшие дни их жизни и надеемся сделать их немного менее ужасными. Сегодня вышло не очень хорошо.

— Не каждый искатель приключений видит свою роль в таком свете.

— Достаточно многие. Я знаю, что многих из нас меняют деньги, власть, влияние. Меня определенно изменили; просто спроси своего парня Владычество. Но когда приходит время действовать, большинство искателей приключений отбрасывают все это в сторону. Есть ли в этом много амбиций? Конечно. Но они отвечают на зов; всплеск монстров это доказал. Там можно найти много надежды.

Целитель улыбнулся. — Я рад, что ты можешь найти оптимизм в такие дни, как эти. Я задавался вопросом, осталось ли в тебе хоть что-то, когда ты впервые вернулся в этот мир.

— Это то, зачем ты здесь? Чтобы подбодрить меня? Не думаю, что предоставление нескольких удобств для лагеря здесь заслуживает личной благодарности.

— Ты в странном положении, Джейсон. Могу я называть тебя Джейсон?

— С каких это пор ваша братия спрашивает разрешения на что-либо?

Его смех был теплым и утешающим, как ревущий огонь в снежном шале.

— Полагаю, нет. Не со смертными, но ты не вписываешься аккуратно в эту коробку. Ты определенно и с большим энтузиазмом смертный, но у тебя есть нога, твердо стоящая в нашем царстве.

Он искоса взглянул на Джейсона.

— Спасибо, что открыл свое пространство для моих людей. Домены — штука сложная, и я легко могу понять, почему ты мог бы неохотно отзывать его.

— Заставлять ваших людей приходить и иметь дело с присутствием духовного домена только создало бы проблемы. Это способствовало бы недоверию и отнимало бы ценное время, пока я убеждал бы ваших людей использовать здание. Кажется очевидным сделать шаг назад.

— Даже так, нелегко отказаться от контроля, даже на короткое время. Мой парень Владычество не одобряет.

— Я тоже его не одобряю, так что мы квиты. Но если ты действительно благодарен, не думаю, что ты был бы открыт для нескольких вопросов?

— Я могу дать тебе некоторые ответы, но области, о которых я могу говорить, ограничены моей ролью. Я не Знание. К тому же, будешь ли ты доверять всему, что говорит бог?

— Ты, может, и не парень, и, может, у тебя нет сердца, но ты кажешься парнем с сердцем на правильном месте. А что касается темы, наверняка бог может говорить о божественных вещах.

— Да, но мой совет — сосредоточиться на делах смертных. Остальное придет к тебе естественно, по мере того как несоответствие в силе между твоими аспектами себя будет уменьшаться.

— О, я был бы более чем счастлив подождать, пока я естественным образом дойду до космических дел, но ты, возможно, заметил, что они меня не ждут. У меня есть великое астральное существо с личной обидой. У меня есть боги, которые обращают слишком пристальное внимание — без обид — и мне пришлось начать переписывать реальность, чтобы спасти мир. Дважды. И я не могу преуменьшить степень того, насколько я не знаю, что делаю с этим, и у меня все еще есть пространственный мост, который нужно закончить. Для чего мне нужно пошарить вокруг вторжения Посланников, что довольно скучно по сравнению с этим. И да, Посланники — не моя забота, но потом есть вся эта история о том, что я астральный король. Даже если я готов отложить это в сторону, не думаю, что они будут.

— Тогда используй это; они будут уважать этот статус. Это не остановит их от попыток убить тебя, но могут быть преимущества в том, чтобы быть уважаемым врагом.

— Что случилось с фокусировкой на делах смертных?

— Посланники смертны. Более или менее. Но я не могу дать тебе больше советов по этому поводу, чем дал. Я не хочу, чтобы Война жаловалась мне на посягательство.

— Как это работает, точно? Что случилось с Чистотой? Почему ваша братия никому не сказала?

— Не нам раскрывать обманы бога Обмана или разоблачать маскировки бога Маскировки.

— Скажи это поколениям людей, которые поклонялись не тому богу.

— Мы сказали. Богам ограничения смертных кажутся странными. Они кажутся нам ничем, часто бессмысленными или даже противоречивыми. Мы, в свою очередь, имеем ограничения, которые не имеют смысла для смертных, но для нас они так же обязательны, как неизбежность смерти для них.

— Возможно, ты говоришь не с тем парнем о неизбежности смерти.

— Как я уже сказал, Джейсон, ты в странном положении. Твоя природа лиминальна, что затрудняет понимание того, как с тобой обращаться.

— Разве нет бога Истины, который мог бы рассказать всем о Чистоте?

— Все далеко не так просто. Огонь и вода могут показаться противоположными силами на первый взгляд, но в реальности их взаимодействия сложны и не всегда очевидны. Точно так же Истина и Обман — не простые антагонисты. И даже если бы они были таковыми, хотел бы ты, из всех людей, чтобы они разыгрывали свой конфликт в мире смертных?

— Разве не именно это сделала Маскировка, захватив церковь Чистоты? Это много смертных, с которыми играют как с фигурами в игре.

— И если бы боги постоянно вели прокси-войну в физическом мире, то все смертные были бы лишь пешками, движущимися туда-сюда. Мы, боги, выбираем свои моменты и делаем свои ходы, по нашей собственной мере.

— И Истине не дали хода за все то время, что прошло с тех пор, как остальные из вас прикончили Чистоту?

— Мы ничего не делали с Чистотой. Большинство смертных верят, что мы сделали, но нет. Он санкционировал сам себя.

— И что такое санкционирование, точно? Я задавался этим вопросом некоторое время.

— Санкционирование — это экстремальное изменение природы трансцендентного существа через всеобъемлющий сдвиг в его авторитете.

— Просто чтобы прояснить, когда ты говоришь «авторитет», ты говоришь о силе фундаментально переконфигурировать реальность и нереальность, создавая или воссоздавая элементы космоса, будь то часть физической вселенной или глубокий астрал, верно? Или это больше похоже на авторитет «разрешения на проведение благотворительного сосисочного гриля»?

— Первое.

— Я так и думал, но посчитал, что стоит убедиться. Я чувствовал бы себя идиотом, если бы мне в голову пришло, что старый Строитель был изгнан в глубины астрала, когда он был вне хозяйственного магазина, собирая средства для местной девичьей команды по крикету.

Целитель повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона, который посмотрел в ответ.

— Что? — спросил Джейсон.

— Ты странный человек.

— Я не такой уж странный. Тебе просто нужно больше общаться со смертными.

— Это не так просто. Прямое внимание божества может быть трудно выдержать. Мы однажды дали тебе это внимание, чтобы закалить твою душу для грядущих испытаний. Есть причина, по которой наши появления на площадях поклонения кратки и сосредоточены на толпах. Если смертный не находится внутри моего духовного домена или не является частью моего духовенства и не приучен к моему вниманию, даже разговор с такой проекцией слишком долго вреден.

— Мне стоит беспокоиться? Мы здесь уже некоторое время. Я чувствую себя нормально, но не устраиваешь ли ты мне духовную «тихую, но смертоносную» атаку?

— Как я уже говорил ранее, ты необычен. Не у многих смертных внутри есть зарождающаяся вселенная.

— Мама всегда говорила мне, что я особенный. Это неправда. Она говорила, что мой брат особенный. Эй, ты сменил тему? Мы говорили о санкционировании, и внезапно ты заговорил о моей маме.

Целитель приподнял бровь, но Джейсон бесстыдно проигнорировал его.

— Ты говорил что-то о том, что санкционирование — это сдвиг в авторитете.

— Да. Трансцендентная сущность по своей природе либо в значительной степени, либо полностью состоит из авторитета. Однако очень мало этого авторитета безгранично, и большая часть его имеет специфические аффинитеты. Именно так боги приходят к тому, чтобы иметь области влияния.

— Значит, ты, по сути, разумный пучок авторитета с аффинитетом к исцелению?

— Выражаться так довольно грубо, но да. В той степени, в которой смертный разум может постичь нюансы, это отчасти верно.

— И санкционирование — это изменение аффинитета чьего-то авторитета?

— Да. Как подразумевает название «санкционирование», это обычно карательный акт, налагаемый другими трансцендентными сущностями. Ты знаешь о новом Строителе. Предыдущий Строитель имел свой авторитет насильственно трансмутированным, пока он больше не мог служить Строителем.

— Значит, старый Строитель где-то там.

— Да, хотя я не буду говорить об этом больше. Не мне рассказывать, а тебе слышать. Пока. Секреты высшего порядка придут к тебе по мере того, как ты будешь прогрессировать как астральный король.

— И ты сказал, что ты и другие боги не делали этого с Чистотой?

— Нет. Боги могут изменять свою собственную природу, но это трудно сделать, не посягая на других богов. Чистота сделал это не путем изменения аффинитета своего авторитета, а путем его расходования.

— Он израсходовал всю свою силу?

— Да.

— Зачем?

— Я не знаю его причин. Как бог, я доволен, но я знаю, что другие недовольны своей долей. Чистота взял всю свою силу, трансмутировал все, чем он был, и направил это в акт творения.

— Творения? Ты хочешь сказать, что Бог Чистоты создал что-то настолько хардкорное, что ему пришлось покончить с собой, чтобы это сделать?

— Да.

— Что может потребовать от бога самоубийства, чтобы это создать?

— Что-то, что вдохновило бы Посланников вторгнуться в мир.

Глаза Джейсона широко раскрылись.

— Кто-то сказал мне, что Посланники здесь искали что-то. Что-то, что может очистить эффекты монструозного ядра из души человека. Ты хочешь сказать, что это какой-то артефакт, который бог покончил с собой, чтобы создать?

— Это не совсем точно, но в целом верно, да.

— Итак, подытожим: Бог Чистоты впал в хандру и совершил самоубийство ради Макгаффина.

— Это не то, как я бы это описал, но я могу понять, как это может выглядеть именно так. С очень специфической точки зрения.

— Знаешь, я задавался вопросом, не преувеличивал ли мой друг, насколько важно это очищение монструозного ядра.

— Он не преувеличивал.

— Да, я начинаю это понимать.

— В чьи руки попадет этот объект — важно, да.

— Ты просишь меня отправиться на поиски этой штуки? Это то, зачем ты здесь?

— Нет. У тебя нет места среди сил, которые столкнутся из-за этого.

— Алмазные ранги.

— Да. Ты можешь участвовать в поисках, если пожелаешь, но как только это будет найдено, беги далеко и быстро. Я бы посоветовал вообще держаться подальше от погони.

— Ты знаешь, где эта божественная реликвия?

— Да.

— Ты собираешься кому-то сказать?

— Нет. Неохотно согласившись с Обманом и Маскировкой, боги в одностороннем порядке постановили, что никто из нас не должен вмешиваться в поиски артефакта, который оставил после себя Чистота, или в борьбу, которая развернется из-за него. Мы оставим его судьбу смертным, чтобы они решили ее сами.

— Даже несмотря на то, что это какая-то божественная реликвия?

— Если восстанет новый Чистота, они могут вмешаться. Однако маловероятно, что это произойдет до того, как вопрос будет решен.

— Если ты здесь не для того, чтобы втянуть меня в это, зачем ты здесь?

— Чтобы выразить свою благодарность, как я и сказал. У меня также есть кое-что для тебя. Считай это и благодарностью за твои удобства для моих людей сегодня, а также приветственным подарком за твой первый шаг в бессмертное царство, каким бы робким этот шаг ни был.

Он протянул сферу размером с кулак, прозрачную, но наполненную искрами синего, серебряного и золотого. В тот момент, когда Джейсон взял ее, бога не стало.

Предмет: [Команда Генезиса: Жизнь] (трансцендентный ранг, легендарный)

Авторитет создавать жизнь. (расходный материал, магическое ядро).

* Эффект: Даровать истинную жизнь астральной конструкции, созданной из пространственного измерения. Конструкция становится истинной астральной сущностью, привязанной к пространственному измерению.

* Использований осталось: 1/1

— Охренеть, парень, — пробормотал Джейсон. — Думаю, ты переплачиваешь просто за аренду места.

МИСТЕР АСАНО ПРИМЕТ ВАС СЕЙЧАС

МИСТЕР АСАНО ПРИМЕТ ВАС СЕЙЧАС

Джейсон посмотрел на сферу в своей руке, которую ему дал Целитель. Он не был уверен, что именно она сделает, но с силой своего пространства души он был уверен, что сможет разобраться. У него возникло искушение сделать это немедленно, но вместо этого он положил ее в свой инвентарь. Время еще будет, и он не мог отделаться от ощущения, что с Посланниками еще не все кончено.

Руфус предположил, что Посланники могут ударить по командам, исследующим зараженные червями города. Джейсон хотел иметь возможность переместиться порталом и воссоединиться с командой в одно мгновение, если это случится, но инстинкты подсказывали ему, что этого не будет. Может, это было просто его воображение, но он чувствовал неприятную близость к Посланникам и не мог отделаться от мысли, что они придут за городом.

Если и когда Посланники предпримут ход против города, Джейсон мало что сможет сделать. По сравнению с инфраструктурой обороны города, один облачный дворец не окажет большого влияния. Он, конечно, не мог сравниться с высокоранговыми защитниками, но был готов максимально использовать то, что мог предложить. Тела Тени уже были размещены по всему городу и вокруг него.

На данный момент он оставался там, где был, глядя на лагерь эвакуированных. Он чувствовал, как Арабелла движется по административной зоне облачной больницы вместе с другим золотым рангом. Это был не тот, кого Джейсон знал, но он чувствовал, как тот бродит по больнице. Они направлялись к местоположению Джейсона и скоро должны были прибыть. Джейсон на мгновение взвесил свои варианты между вежливостью и ненужной драматичностью, прежде чем решил остаться верным себе.

— Тень?

— Да, мистер Асано? — спросил Тень, появляясь из тени Джейсона.

— Пожалуйста, проводи дам, когда они придут.

У силуэта Тени не было лица, чтобы посмотреть на Джейсона с безразличием, но каким-то образом его пауза сумела передать это чувство.

— Обязательно, мистер Асано?

— Что? — невинно спросил Джейсон.

— Я знаю этот тон, мистер Асано, и знаю, чего вы хотите.

— Это экономит время.

— Я бы предпочел этого не делать.

— Это вроде как твоя работа.

— Мистер Асано, это ужасный фильм.

— Я знаю, что это ужасный фильм.

— И книга еще хуже.

— Да, книга намного хуже.

— Я не буду этого делать. Если вы хотели это сделать, вам следовало выбрать Кристиана Грея в качестве своего псевдонима.

— Тень, ты понимал суть работы, когда стал моим фамильяром.

— Мистер Асано, я сейчас не понимаю суть работы.

— Просто иди туда; они скоро прибудут.

Тень не ворчал и не вздыхал. И все же, глядя в другую сторону, Джейсон почувствовал их тяжелый подтекст.

— Верховная жрица будет встречаться с мистером Асано или мистером Миллером? И во что он будет одет?

— Хороший вопрос, — сказал Джейсон и убрал монеты, которые маскировали его глаза. — Асано, думаю. Не думаю, что ложь поможет сгладить мои отношения с леди.

Джейсон на мгновение окутался темным туманом, и когда он рассеялся, его одежда была заменена на строгий серый костюм из его коллекции Алехандро Альбериччи. Затем он повернулся обратно к окну и посмотрел вдаль.

— Так лучше?

— Намного. Вы понимаете, что этот мир едва начал записывать театральные постановки для публичного просмотра. Они не поймут отсылку к постеру фильма из другой вселенной.

— Они никогда не понимают, Тень.

— Тогда зачем вы настаиваете на этом?

— Потому что это весело.

— Это вполне уместно сегодня, мистер Асано? Не так давно мы стояли в городе, полном мертвецов.

— Это неуместно, но я все равно это сделаю. Ты знаешь, что я пытался предаваться раздумьям о темных днях, и ты знаешь, к чему это привело.

— Знаю.

— Это не заставило меня чувствовать себя лучше; я просто скатился вниз. Ты знаешь это лучше всех. Поэтому я собираюсь напомнить себе, что, хотя жизнь иногда может быть мешком дерьма, смерти и страданий, я не обязан позволять этим временам определять мою жизнь. Я пробовал это, и это было отстойно.

— Что ж, — согласился Тень. — Я одобряю ваш настрой, мистер Асано, хотя должен подчеркнуть обратное по поводу средств, которыми вы решили его выразить.

Его голос был настолько пропитан неодобрением, несмотря на свою формальность, что Джейсон был склонен запретить Тени смотреть британское телевидение.

— Когда мы вернемся на Землю, надеюсь, вашей племяннице понадобится фамильяр, — пробормотал Тень, исчезая в тени Джейсона.

— Что это было? — спросил Джейсон.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, мистер Асано.

* * * Хана Шавар была Верховной жрицей Церкви Целителя в городе Яреш. Когда люди начали прибывать после спасения из городов и деревень по всему южному региону, она лично взяла на себя руководство. Поиск ресурсов был затруднен, так как их отправляли так быстро, как только могли, чтобы обеспечить борьбу с Посланниками.

Использование местных ресурсов искателей приключений было типичным подходом в таких обстоятельствах, хотя здание, из которого управлялся лагерь эвакуированных, вызывало у нее беспокойство. На поверхности все было идеально, с множеством удобств, которые были благом для ее работы, но она не могла отделаться от смутного подозрения по поводу него.

Что-то в здании щекотало чувства Ханы. То, что там была аура, сильно приглушенная, было нормально для предмета, связанного с душой, такого как облачная фляга. Сама аура даже ощущалась защитной и доброжелательной, но что-то подсказывало ей, что внутри дремлет что-то еще, как спящий дракон.

Арабелла Ремор была полезным активом, как в том, чтобы максимально эффективно использовать здание, так и в успокоении беспокойства Ханы. Как последователь Целителя, специализация Ремор в области психического здоровья была не так сразу полезна, как другие могли бы быть, но станет критически важной в грядущие дни.

Целительная магия быстро приведет выживших из городов и деревень к полному физическому здоровью, но то, через что они прошли, потребует гораздо более длительного восстановления. Не существует исцеляющего заклинания от воспоминания о том, как всех, кого ты знаешь, убили, а их тела выставляли напоказ в насмешку над жизнью.

Даже так, Ремор не полностью развеяла опасения Ханы. Хотя она никогда не была прямо уклончива в ответах на вопросы Ханы о здании и его владельце, Хана чувствовала, что о важных вещах умалчивается. По этой причине Хана хотела встретиться с владельцем здания, поэтому, когда Ремор спросила, хочет ли она этого, она немедленно согласилась. Хотя она была занята, шанс развеять свои опасения стоил немного времени.

Хана разбиралась с несколькими последними проблемами вокруг зараженных искателей приключений, которые были пойманы, когда почувствовала присутствие своего бога. Где, она не могла быть уверена, но он определенно проецировал себя где-то в здании. Учитывая всю работу, которую им предстояло сделать, это было приятно, хотя она не могла не чувствовать разочарования, что он не явился перед ней.

Одним из удобств здания была система связи, которая позволяла Хане видеть и говорить со своими ключевыми подчиненными в здании, но, проверив все вокруг, она не могла найти, где бог проявил себя. Именно тогда она обнаружила, что другие не чувствовали его присутствия, только сама Хана.

Ремор отвела Хану на верхний этаж здания, где было больше всего неиспользуемого пространства. Оно было помечено для того вида долгосрочного лечения, которое Ремор и другие, подобные ей, должны будут проводить, как только дела замедлятся настолько, чтобы сделать это возможным. Они подошли к двери, у которой стояло теневое существо. Большинство теневых сущностей размывались в окружающем их мраке, но эта была аккуратной и четко определенной, выглядя почти официально, несмотря на то, что была немногим больше, чем силуэт.

— Верховная жрица Шавар, миссис Ремор, — поприветствовал он их мужским голосом с формальной интонацией. — Добро пожаловать. Я Тень.

— Тень, — сказала Ремор. — Почему ты играешь роль швейцара? Что-то случилось?

— Да, миссис Ремор, — сказало существо, парадоксально звуча одновременно крайне вежливо и крайне недовольно.

— Что случилось? — спросила Ремор.

— Как обычно, — сказало существо.

— А. Поняла бы я вообще, если бы спросила?

— Нет, миссис Ремор. Я бы извинился за мистера Асано, но не желаю брать на себя ответственность, а у него нет намерения раскаиваться.

Хана видела только профессионализм со стороны Арабеллы Ремор, поэтому была удивлена, увидев, как та испустила многострадальный вздох.

— Ладно, — сказала Арабелла. — Давайте покончим с этим.

— Очень хорошо, — сказал Тень.

Теневое существо было нелегко прочитать, но у Ханы возникло ощущение, что он собирается с духом, застыв в жесткой паузе. Между Ремор и тенью было общее товарищество, которое Хана узнала у воинов, вместе противостоящих тяжелым испытаниям, что было более чем необычно для того, что должно было быть обыденной встречей.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Очень надеюсь, что нет, жрица Шавар. Мистер Асано примет вас сейчас.

Хана не могла быть уверена, что ей не показалась легкая дрожь, которая, казалось, прошла по теневому существу, когда он заговорил и дверь открылась. Первое, что она заметила, было затянувшееся присутствие ее бога; это была комната, в которой он появлялся.

Внутри комната была пуста, если не считать человека, стоящего спиной к двери, руки в карманах, пока он смотрел в окно-стену. Само окно было тонировано, оставляя лагерь снаружи и небо за ним бледными и лишенными цвета. Через мгновение мужчина повернулся, одарив ее тем же оценивающим взглядом, который она бросила на него.

Поразительно, но его аура была закрытой книгой, несмотря на то, что он был всего лишь серебряного ранга. Чувства Ханы были острыми, даже для золотого ранга, но все, что она получила от него, была та же приглушенная аура, которую она чувствовала от самого здания. Если и была какая-то разница, то в том, что ее чувство чего-то дремлющего и опасного, лежащего внутри этой ауры, только усилилось. Если она хотела чего-то большего, ей пришлось бы навязать свои чувства ему, прорвавшись сквозь границы вежливости.

Это оставило его внешность, по которой можно было судить о нем. Выражение лица Асано было выражением легкого веселья, как будто он думал о шутке, которую понимал только он. Из обмена репликами с теневым существом она представила, что так оно и есть, хотя была ли шутка за ее счет, она не могла сказать. По реакции Арабеллы она догадалась, что это самолюбование самого мужчины.

Резкие черты лица были смягчены аккуратно подстриженной бородой, а блестящие черные волосы были отличительной чертой. У него была обычная отполированная симметрия серебряного ранга, но он не был выдающимся красавцем. Она предположила, что его лицо было немного более угловатым до полирующих эффектов повышения ранга. Его костюм был в стиле «небрежный шик» Римароса, дорогой без необходимости выставлять это напоказ, что означало очень дорогой. Он носил его достаточно хорошо, но было ощущение, что это костюм. Что-то в его выражении сказало ей, что он любит костюмы, и чем они ярче, тем лучше.

Глаза Асано были вызывающе магическими, но что привлекло ее внимание, так это его шрамы. Маленькие отметины выделялись, рассекая одну бровь и оставляя тонкий безволосый след в бороде. Более существенный шрам был на горле, отчетливо видимый при расстегнутом воротнике рубашки.

Наконец, она перевела взгляд на глаза, синие и оранжевые с темной склерой. Они давали ощущение далекой силы, где-то в пустоте, и Хана немедленно пришла к выводу, что это самое честное в его внешности.

Глядя в его глаза, что-то наконец щелкнуло насчет здания. Это было трудно заметить, едва регистрируясь на ее магических чувствах, но что-то подпитывало здание силой откуда-то. Если бы она не была близко знакома с процессом, как канал для божественной силы, она бы вообще ничего не распознала.

На этот раз она действительно подтолкнула свои чувства за пределы приличий, исследуя связь между мужчиной и зданием. Она проследила связь до какой-то силы внутри него, которую она не узнала, ее аура отпрянула при прикосновении к ней. Он проявил веселье, а не обиду.

— Грубо, — сказал он, уголки его рта изогнулись в легкой улыбке. — Ваша аура сильна для вашего ранга.

Несмотря на то, что она превосходила его по рангу, его слова показались снисходительными после того, что она только что почувствовала. Даже без силы, которая отбросила ее восприятие, аура, через которую она пробивалась, чтобы найти ее, была невозможно мощной для серебряного ранга.

— Кто вы? — прямо спросила она. После того, что она только что сделала со своей аурой, не было смысла притворяться вежливой.

— Джейсон Асано.

Она нахмурилась.

— Что вы такое?

— Командный повар.

— Лжец.

— Часто. Выпьете?

Шкаф для напитков, сделанный из облаков, поднялся из пола. Из него выдвинулась скамья с тремя стаканами, и Асано начал смешивать напитки, не дожидаясь ответа.

— У меня есть опасения по поводу этого здания, — сказала Хана. — И по поводу вас.

— А у меня есть опасения по поводу вас, — сказал он, не отрываясь от своего занятия. — Арабелла, манеры твоей подруги оставляют желать лучшего.

— Вы правы, — признала Хана. — Но пока вы стоите здесь, играя в игры, сюда привозят людей с сильной травмой. Мне нужно знать, что вы искренне пытаетесь помочь, а не подставляете нас под что-то, что только ухудшит ситуацию.

— Я видел, что внутри них, жрица, — сказал Джейсон. — Не уверен, что для этих людей может быть намного хуже. Если у меня есть какая-то политическая повестка, какая им разница? И если бы я был в сговоре с Посланниками, осуществляя какую-то дико запутанную схему, вы думаете, какая-то леди, допрашивающая меня в моем собственном доме, все это разрушит?

В его последних словах был холодный упрек, но когда он поднял взгляд от напитков, на его лице по-прежнему не было ничего, кроме легкого веселья, в то время как его аура оставалась такой же нечитаемой, как всегда. Напитки перед ним были в широких, низких стаканах, прозрачных, чтобы показать красочные слои ликера. Он взял один из стаканов со скамьи, а остальные два уплыли, когда шкаф опустился в пол. Хана поняла, что он левитирует стаканы своей аурой. Как Посланник.

— У меня слишком много вопросов, чтобы я могла вам доверять, — сказала она, оставив стакан парить перед собой.

— О, вы понятия не имеете, сколько есть причин не доверять мне, жрица.

Арабелла схватила свой напиток и сделала большой глоток, качая головой на них обоих.

— Мистер Асано, вы должны серьезно относиться к вещам в такой день, как сегодня.

— Не согласен, — сказал Джейсон. — Я видел много таких дней, как сегодня, и относился к ним очень серьезно. Я не собираюсь бродить мимо выживших, насвистывая бодрую мелодию, но я не буду носить темную тучу над головой, как будто это каким-то образом сделает вещи лучше. Что касается доверия, это зависит от вас.

— Вы только что сказали мне не доверять вам.

— Нет, я сказал, что есть много причин не доверять мне, а не то, что вы не должны.

Хана сузила глаза, снова оценивающе оглядывая этого невыносимого мужчину.

— Я понимаю, что вы видели много смертей сегодня, мистер Асано.

— Это верно.

— Вы кажетесь очень легкомысленным для человека, сталкивающегося с таким.

— Кажусь, не так ли?

— Вы думаете, что эти смерти ничего не значат?

— Это сделало бы меня монстром.

— Что именно поэтому я и спросила.

— Смерти имеют значение. Все они имеют значение.

— Тогда как так получается, что вы кажетесь таким незатронутым?

— Практика.

— Как вы можете использовать свою ауру как Посланник?

— Тоже практика.

— Почему мой бог был здесь? — спросила Хана, что вызвало выражение поднятых бровей у Арабеллы. — Я чувствую его затянувшееся присутствие в этой комнате.

— Советы по моде, — сказал Асано. — Он хочет сменить церковные одежды с коричневых на бледно-голубые. Я пытаюсь уговорить его на цветочный принт, но он проявляет нежелание.

— Вы склоняетесь в сторону богохульства.

— Я Джейсон Асано, приятно познакомиться. Кстати, это уже второй раз, когда я представляюсь, а вы до сих пор этого не сделали. Если ваш бог оставил здесь что-то, что вы можете почувствовать, не могу представить, что он сделал это случайно. Возможно, вам стоит потратить время на размышления, почему.

Хана нахмурилась.

— Я Хана Шавар. Верховная жрица Церкви Целителя, Яреш.

Вместо легких, довольно самодовольных улыбок, которые он показывал до сих пор, его внезапная и кажущаяся искренней улыбка озарила его лицо.

— Выпейте, жрица. Это может быть ваш лагерь, но это мой дом, и вы гостья. Грубая, как мы уже установили.

Облачная мебель поднялась из пола, кресло позади Джейсона и диван позади Ханы и Арабеллы. Джейсон и Арабелла сели, затем Хана взяла все еще парящий стакан и тоже села, сверля Джейсона взглядом.

Она посмотрела на стакан в своей руке. Был ли в нем какой-то невыявляемый яд, чьи пары влияли на нее? Она едва узнавала свое собственное поведение, осознавая, что этот человек и его странное здание беспокоят ее гораздо больше, чем она изначально осознавала. Была ли это странная сила внутри него, или какая-то детская ревность из-за того, что ее бог появился перед ним, не дав ей знать зачем? Было ли это так просто, как столкновение характеров? В этом человеке было просто что-то такое, что заставляло ее хотеть ударить его по его самодовольному лицу, но она была гораздо лучше этого. Отругав себя, она обуздала свои эмоции.

— Прошу прощения, мистер Асано. Вы были щедры, а я была невежлива.

— День тяжелый, жрица; я не буду винить вас за небольшой стресс. И называйте меня Джейсон.

— Несмотря на мое поведение, я несу ответственность за этот город и людей, которым мы пытаемся здесь помочь. Я не могу допустить никаких потенциальных опасностей, и это здание беспокоит меня. Его владелец беспокоит меня еще больше. Я видела облачные дворцы раньше — поблизости есть один для прямого сравнения — но этот другой. Я не знаю, какую силу вы используете, чтобы подпитывать его, или как, но это достаточно близко к божественной связи, что я продолжаю возвращаться к своим первоначальным вопросам: кто и что вы такое?

Асано скрестил ноги и откинулся на спинку стула, расслабившись. Он сделал глоток своего напитка.

— Подытоживая, жрица, вы хотите, чтобы я рассказал вам все свои секреты, прежде чем я получу право одолжить вам то, что, как я уверен, вы уже обнаружили, является исключительно полезным зданием.

— Да. Мистер Асано, каковы ваши мысли о таинственных силах, которые вы не понимаете, с мотивами, которые вы не знаете?

— Я против них, как правило, но так как они пытаются убить меня на регулярной основе, я несколько предвзят. Однако, как человек, который сталкивается с ними на регулярной основе, я узнал, что иногда нужно смириться и делать работу, которая перед тобой.

— И как это сработало для вас?

— Очень по-разному, — сказал он, разочарование пробилось сквозь его фасад, когда он повернулся к Арабелле. — Я такой же? Врываюсь в места, чтобы делать грубые и возмутительные требования?

— Да, — рассеянно сказала Арабелла, вглядываясь в свой стакан со скептическим выражением. — Почему это такое сладкое? Как сироп.

— Думаю, я начинаю понимать, почему я людям не нравлюсь, — сказал Джейсон, затем снова переключил свое внимание на Хану.

— Если вы не доверяете этому зданию, — сказал он ей, — не используйте его.

— Это сделало бы деятельность лагеря гораздо менее эффективной, — сказала она. — Особенно учитывая, что мы уже используем его довольно интенсивно.

— Тогда у вас есть выбор. Отказаться от него и сделать все хуже, или продолжать использовать его и жить с тайной. Я оставлю решение за вами.

Джейсон и его стул оба опустились в пол, исчезнув. Арабелла немедленно повернулась к Хане.

— Если позволите спросить, Верховная жрица, вы в порядке? Я наблюдала, как вы весь день действовали с достоинством, в самых суматошных обстоятельствах. Джейсон был таким, как я ожидала, и я знаю, что с ним может быть трудно иметь дело, но если позволите немного прямолинейной честности, именно ваше поведение меня удивило.

Хана посмотрела в стакан в своих руках, все еще нетронутый. Ее выражение лица отражало ее мысли, неуверенные и обеспокоенные.

— Прошу прощения, жрица Ремор. Я не уверена, что именно на меня нашло. Думаю, это накопление вещей. К тому же, не думаю, что кто-то когда-либо приводил меня в ярость так быстро. Его высокомерие и самодовольство. То, что мы здесь делаем, важно, а он относится к этому как к шутке. Это не оправдание моему поведению, я знаю. Как вы думаете, он отзовет использование этого облачного здания?

— О, не беспокойтесь о том, чтобы раздражать Джейсона. Грубость, скорее, поможет вам попасть в его хорошие книги быстрее, чем вежливость. Я больше беспокоюсь о том, что происходит с вами. Когда вы в последний раз спали?

— Не знаю. Три, четыре дня? Мы штурмовали цитадели Посланников по очереди. Хотели застать их врасплох на случай, если проблемы на юге были частью какого-то их плана. Я едва вернулась в город, когда пришел призыв для лагеря. Но опять же, это причина, а не оправдание.

— Вам нужно отдохнуть.

— Слишком много работы.

— И есть люди, чтобы ее сделать, по крайней мере, достаточно долго, чтобы вы поспали. Я не прошу, Верховная жрица. Это приказ от вашего специалиста по психическому здоровью.

Хана кивнула, все еще глядя в красочную жидкость в своем стакане. Она закрыла глаза, когда поднесла его к губам, чтобы сделать глоток. Когда густая сладость ликера растеклась по ее языку, ее глаза широко открылись.

— Это потрясающе!

ГОРЯЧИЙ ШОКОЛАД

ГОРЯЧИЙ ШОКОЛАД

Джес Фин Кааль не была склонна к нервозности. Как Посланник, уверенность была у нее в крови. Более того, она была Голосом Воли, представителем самых могущественных существ своего народа. Но как бы она ни пыталась похоронить это воспоминание, она помнила чувство неполноценности, которое определило последние моменты жизни Пей Вас Карты, когда та погибла от рук Джейсона Асано.

Хотя быть Голосом Воли было бесспорно могущественной позицией, невозможно было избежать того факта, что это было состояние постоянного подчинения. Даже если это было подчинение астральному королю, служение кому-либо не было естественным для Посланников. Хотя обычные Посланники могли подчиняться ей сейчас, каждый из них с нетерпением ждал дня, когда они превзойдут ее, достигнув вершины своего вида. То, что лишь ничтожное меньшинство когда-либо достигнет этих высот, мало что значило, пока потенциал все еще был там. При всей власти, которой обладал голос, у них не было этого потенциала. Их сила в конечном итоге исходила от другого.

Посланники никогда не могли определить, что устанавливает пределы их индивидуальной силы. Они даже не узнавали об этих пределах, пока не достигали их. Для тех, кто обнаруживал, что не способен превзойти серебряный ранг, было только два варианта. Один — принять свой статус низших среди своего вида и жить с тем, что они превосходят все, что не является Посланником. Другой — найти астрального короля, который принял бы их, позволяя им искусственно превзойти свои пределы.

Хотя другие Посланники могли служить астральному королю и быть подвластными его силе, они всегда могли избежать этого, если сами становились достаточно могущественными. Для Голоса Воли пути назад не было. Посланники серебряного и даже золотого ранга могли проявлять почтение к Голосу Воли; те, кто достигал алмазного, смотрели на них с презрением. Алмазный был жестким пределом для голосов, в то время как Посланники, достигшие этой точки самостоятельно, имели потенциал стать астральными королями, как бы маловероятно это ни было. По этой причине Посланники алмазного ранга смотрели свысока даже на голоса, достигшие того же ранга.

Джес Фин Кааль была голосом золотого ранга, и хотя она заявила о командовании силами Посланников в регионе, среди них был алмазный ранг, который мог забрать это право у нее, когда захочет. То, что он решил этого не делать, было типично для Посланников алмазного ранга. Хотя они могли быть вынуждены подчиниться повестке дня астральных королей, их одержимостью было превзойти смертность, чтобы самим стать ими.

Неудивительно, что алмазный ранг, Ма Го Шаат, объявил самое большое и высокое здание в цитадели своим собственным. Джес подлетела и зависла вокруг купольного пика. Она ждала, когда ее признают, одна минута превращалась в десять, а минуты становились часом. Каждый в цитадели мог поднять голову и увидеть, как ее оставили снаружи, ожидающей аудиенции.

Джес не возражала; это была одновременно детская игра власти и шанс дать отдохнуть своему разуму в медитации. Между атаками на цитадели Посланников, организацией предстоящей атаки и реакцией на искателей приключений, бьющих по гнездам червей, она могла бы использовать отдых. Что касается идеи быть пристыженной перед всей цитаделью, ей было все равно, что думают о ней люди внизу или тот, кого она ждала. Ей не нужна была ни их похвала, ни их презрение.

Наконец, панель в куполе сдвинулась, чтобы позволить ей войти. Внутри была библиотека с книжными полками и столами, заваленными томами. На отдельно стоящих магических досках для письма были нацарапаны заметки и приколоты бумаги, показывающие обрывки карт или магические диаграммы.

Там был только один стул. Это был массивный трон из темной кожи в стиле Посланников, со спинкой в форме песочных часов, чтобы позволить крыльям разместиться. Ма Го Шаат сидел в нем, его коричневые крылья с темно-желтыми крапинками были расправлены позади него. Он был массивной фигурой, даже для Посланника, будучи почти таким же высоким сидя, как Джес, когда она парила вертикально, чуть выше пола.

Стул был обращен к двери, но он не поднял глаз, когда Джес вошла. Его взгляд был прикован к многогранному кристаллу, который он держал в одной руке. Она терпеливо ждала, точно так же, как ждала снаружи. Наконец, глаза Ма переключились с кристалла на нее.

— Почему ты прерываешь мое созерцание, Голос?

— Приближается время атаки на город. Мы начинаем нашу атаку в часы перед рассветом.

— Ты осмелишься заставить меня двигаться по твоему слову?

— Я всего лишь голос. Слово — за астральным королем.

— Правда? Это твой план, Джес Фин Кааль.

— Если ты хочешь претендовать на мою позицию, у тебя есть сила. Я могу дать знать астральному королю, что ты будешь воплощать ее повестку вместо меня.

Ма нахмурился, и Джес не позволила своему презрению проявиться на лице. Ма был типичным, бездумным головорезом, который верил, что быть Посланником и быть могущественным — это все, что нужно, чтобы воплощать их высшие идеалы. Джес знала, что превосходство — это не просто право по рождению, и что их действия необходимы для его поддержания.

Джес знала, что глупо провоцировать Ма, но не могла устоять перед искушением. Чем могущественнее становился Посланник, особенно такой, как он, тем больше они раздражались всякий раз, когда были вынуждены признавать любую волю, кроме своей собственной. Будучи голосом и больше не являясь инструментом своей собственной воли, Джес получила то, что, по ее мнению, было более объективной перспективой. Близорукая одержимость властью слишком многих Посланников оставляла их без чувства того, что действительно делает их вид великим. У них была вера, такая же слепая, как у глупцов, которые поклонялись богам.

Ма не только не хватало склонности управлять цитаделями Посланников, но и способности, и он это знал. Как и Фал Вин Гарат, которого Джес собиралась отправить испытать Асано, Ма был грубияном, который не видел ценности ни в чем, кроме силы. Только осознав, что одна лишь боевая мощь не позволит им превзойти бессмертие, они начали смотреть дальше. Джес видела не одного алмазного ранга, который внезапно погружался в изучение после достижения барьера, который лежал между алмазным рангом и трансцендентностью.

— Очень хорошо, — наконец сказал Ма сквозь стиснутые зубы.

— Если позволите, — сказала Джес с почтением, зная, когда нужно отступить, — я хотела бы предложить роль в атаке на ваше одобрение.

— Говори, — приказал Ма.

— Оружие, которое мы разместили в городе годы назад, больше не находится под сдерживанием, — сказала Джес. — Я собиралась поместить кого-то нового, чтобы сдерживать изменения, но так как время было подходящим, я решила усугубить их вместо этого. Как только оружие проснется, город развернет свои силы против него, так как оно уже находится внутри защиты. Вот тогда мы атакуем слабые места в городской инфраструктуре, которые мы определили. Моя надежда в том, что ты, как верховная сила в этом конфликте, займешь алмазных защитников города. Если ты сможешь убить их, тем лучше, но сдерживания их достаточно, чтобы позволить нашим силам буйствовать.

— Это будет два против одного, на их территории. Я сильнее любого из них, но не обоих вместе.

— Вот почему мы позволим им утомить себя, сражаясь с оружием. Ты придешь и приберешь их.

— Какова твоя цель?

— Город был точкой питания для сил, которые преследовали нас. Мы стремимся разрушить и посеять хаос, чтобы принести войну, которую они навязали нам, к их порогу. Они нянчатся со своими слабыми массами, которые потребуют, чтобы их сила использовалась как щит, за которым они могут сжаться, больше не отправляясь в атаку. Мы сможем тогда обратить наше внимание на остаточные силы Строителя, Пепельных и оскверненных.

— Тогда какое решение ты нашла для естественного массива? Ты наконец приняла его как горнило, которым он является?

— Я все еще против массовой атаки. Неизвестно, сколько еще наших людей пострадает от осквернения.

— Что является способом отсеять слабых и неполноценных. Те, кто поддается осквернению — как ты, несомненно, поддалась бы без силы астрального короля, — не достойны считаться Посланниками.

— Мы позволим пользователям сущности разобраться с массивом.

— Ты позволишь им уничтожить его? А как же планы твоего астрального короля?

— Враг выполнит их за нас.

— Заставлять врага действовать, когда тебе не хватает сил. Жалко.

— Есть много видов силы.

Ма фыркнул от презрения.

— Как ты вообще собираешься этим управлять?

— Какая разница, пока это работает?

Губа Ма скривилась в насмешке, но он не стал настаивать.

— Иди тогда. Пошли весть, когда придет время, и я, возможно, соизволю присоединиться к твоей атаке.

Джес отвесила ему короткий поклон. — Моя благодарность за твою благосклонность, Ма Го Шаат.

* * * Заднее крыло облачной больницы, созданной Джейсоном, было частной резиденцией и предоставляло удобства для Джейсона и его команды, все еще полностью находясь в его духовном домене. Джейсон ждал, прислонившись к стене с двумя фруктовыми напитками в больших кружках, один из которых он потягивал через металлическую трубочку. На противоположной стене открылся дверной проем, когда облачная дверь растворилась в ничто, открыв выглядящего изможденным Тайку.

Крупный мужчина был раздет до пояса, его темный, татуированный торс был почти достаточно большим, чтобы снова запечатать дверной проем. Исчезла та округлость, которая была у него, когда они впервые встретились, его тело теперь демонстрировало скульптурные мышцы профессионального рестлера.

Джейсон протянул запасной напиток, Тайка жадно взял его.

— Спасибо, бро, — сказал Тайка, вытащив трубочку из своей кружки, а затем залпом выпил половину напитка. Он выдохнул, ухмыляясь и вытирая подбородок тыльной стороной руки. — Вот это то, что надо.

— Для парня, который медитировал, — сказал Джейсон, — ты выглядишь как кто-то, кто только что закончил сессию в спортзале.

— Медитация — это не совсем то же самое для пользователя сущности, как для леди, которая покупает много кристаллов в магазине «нью-эйдж», — сказал Тайка. — Ты это знаешь. Я видел, как ты делаешь ту технику «Танец Мечного Фея», которой тебя учил Руфус.

— Да, — согласился Джейсон.

Доступность более эффективных техник медитации для искателей приключений была одним из фундаментальных различий между пользователями сущности Земли и Паллимустуса. Как один из столпов продвижения вне ядра, такие техники были также наименее интуитивными для разработки. Паллимустус совершенствовал их тысячелетиями, тогда как на Земле почти ничего не было.

Даже у Сети США было всего несколько базовых техник, но это все равно поставило их в доминирующее положение среди магических фракций. Эти техники пришли от основателя Сети, когда его фамильяр — который позже станет мистером Севером — предал его.

По мере того как пользователи сущности повышали ранги, их умы менялись, становясь способными на большее. Техники медитации должны были меняться соответственно, включая элементы манипуляции внутренней маной, ката боевых искусств и просто физические нагрузки, в зависимости от природы и цели упражнения. Джейсон сильно полагался на различные версии медитации танца меча, о которой упомянул Тайка.

— Хамфри показал тебе что-то новое? — спросил Джейсон.

Поскольку у Хамфри и Тайки были похожие роли, Хамфри снабдил Тайку более подходящими техниками, чем Джейсон или Фарра могли предложить ему обратно на Земле. Не имея ничего специализированного для себя, он использовал те же общие техники, которым Фарра учила всех своих стажеров Сети.

— На самом деле, — сказал Тайка, — я встретил этого парня, когда возвращался в город с одиночного задания.

Пока Джейсон занимался тренировкой сексуальной ауры на прошлой неделе, Тайка брал одиночные контракты, заставляя себя наконец пересечь черту до серебряного ранга. В результате его аура почти дрожала от того, насколько он был готов сделать последний шаг.

— Мы разговорились, — продолжил Тайка, — и он в итоге показал мне эту технику медитации, которая идеально сочетается с моей сущностью гаруды. Она называется «Золотые Крылья, Превосходящие Небеса». Звучит довольно мило, да?

— Звучит. И похоже, что работает тоже довольно мило, если судить по твоей ауре.

— Черт возьми, да, бро. Ты готов принять меня в команду?

— В этом я не так уверен, — сказал Джейсон.

Тайка нахмурился. — Ты хочешь сказать, что я недостаточно хорош?

— Нет, я говорю, что между тобой и присоединившимся Руфусом стало слишком много сексуальных смуглых парней. Я беспокоюсь, что Белинда переименует команду в «Горячий шоколад».

* * * Силы Посланников готовились покинуть свои цитадели. Атаки из города были препятствием, но не критическим, и Посланники жаждали отплатить тем, кого они считали расами-слугами, той же монетой.

Недалеко от одного из плацдармов Джес посмотрела на Фал Вин Гарата, у которого все еще не было рта после того, как она забрала его у него. Она была несколько удивлена, что ему удалось вытерпеть, не думая, что грубиян долго будет терпеть то, что она с ним сделала. Ее способность воздействовать на него таким образом была напрямую связана с принятием Фалом авторитета астрального короля, которому она служила. В тот момент, когда он отверг этот авторитет, его рот вернулся бы. Она бы впоследствии убила его, но он умер бы с вернувшимся ртом.

Это было испытанием само по себе, так как даже момента нелояльности было бы достаточно. И все же он оставался верен, несмотря на присущие человеку амбиции и продемонстрированное высокомерие. Хотя Фал был ее наименее любимым типом людей, Джес была вынуждена признать по крайней мере толику неохотного уважения.

— Мы собираемся атаковать город, — сказала она ему. — Тебе уже дали твое задание. Выследи Асано и убей его. Если сможешь, все хорошо. Если нет, сделай все возможное, чтобы отступить и перегруппироваться с нашими регулярными силами. Ты понимаешь?

Пустое нижнее лицо Фала превратилось обратно в рот, однако он молча кивнул.

— Хорошо, — сказала она ему. — Теперь, когда у тебя снова есть рот, у тебя есть вопросы?

— Если этот человек действительно каким-то образом является астральным королем серебряного ранга, ты уверена, что хочешь, чтобы я убил его?

— Если он тот, кого ты можешь убить, Фал Вин Гарат, он не стоит того, чтобы его использовать.

Она почувствовала, как гнев наполнил его ауру.

— Тебе это не нравится, — сказала она. — Тебе не нравится, что этот человек уже на пути, который является целью каждого Посланника. Тебе не нравится, что я использую тебя как инструмент, как будто он важнее тебя. Мне любопытно, позволишь ли ты этому гневу управлять тобой. Если позволишь, ты умрешь. Это может быть потому, что ты будешь сражаться с Асано до смерти, или, возможно, ты набросишься на меня и будешь сражен.

Она ухмыльнулась.

— Докажи, что я неправа, — сказала она ему. — Покажи мне, что ты больше, чем бездумный головорез, и ты обнаружишь, что я могу быть ценным союзником в твоем стремлении к продвижению. Мы начали не с лучшей ноги, Фал Вин Гарат, но сделай здесь все хорошо, и это может очень хорошо закончиться для тебя.

КАША ПЕЧАЛИ

КАША ПЕЧАЛИ

Хана Шавар издала довольный стон, ворочаясь в полудреме, прежде чем её сознание прояснилось и она окончательно проснулась. Несмотря на усталость, она не удержалась и потянулась, наслаждаясь облачной кроватью, которая казалась слишком легкой, чтобы выдержать её вес, но при этом делала это идеально, принимая форму её тела.

Опершись на локти, она огляделась. Комната была небольшой, одной из нескольких на верхнем этаже больницы, отведенных для отдыха людей, управляющих лагерем. Арабелла Ремор отправила её сюда после того, как Хана, пошатываясь, пришла после дневной встречи с Асано. Она едва успела сорвать с себя одежду, прежде чем рухнуть в облачную постель, почти не заметив обволакивающей мягкости, прежде чем сон сморил её. Осмотревшись по-настоящему, она заметила, что, хотя комната была маленькой и почти пустой, она была уютной, с мягким светом, который медленно становился ярче, позволяя её сонным глазам привыкнуть.

Комната сильно отличалась от чистого и клинического декора, составлявшего остальную часть больницы. Хотя здесь были только кровать и прикроватная тумбочка, природа здания, созданного из облаков, была видна во всей красе. Несмотря на то, что преобладал белый цвет, мягкие оттенки синего и оранжевого плавно переходили друг в друга, разбавляя монохромность.

Она взглянула на прикроватную тумбочку, где одежда, которую она грубо сбросила перед сном, была почищена и аккуратно сложена. Она схватила карманные часы, лежавшие поверх одежды, и нахмурилась, проверяя время. После встречи с Асано днем она поговорила с Арабеллой, дала несколько указаний на время своего отдыха и уснула в течение получаса. Одним из этих указаний было разбудить её вечером, но ей позволили отдыхать еще много часов после полуночи.

Выбираться из облачной кровати было немного странно, словно выбираешься из самого пушистого зефира. Её ноги утонули по щиколотку в пышной, воздушной мягкости пола, который был почти таким же роскошным, как кровать. Желание позволить себе упасть обратно и вернуться в сон было настолько сильным, что она проверила свою ауру на предмет нежелательного внешнего воздействия, прежде чем отчитать себя за лень.

Она сердито посмотрела на свою одежду на тумбочке. Она валилась с ног от усталости, но отчетливо помнила, как бросила вещи скомканной кучей на пол. Даже в глубине изнуряющего сна любой, кто приблизился бы к ней, должен был разбудить её. Кто сумел войти, забрать одежду, постирать, а затем вернуть её, и всё это без того, чтобы она почувствовала это своей аурой? Очевидным кандидатом был Асано, несмотря на его серебряный ранг. Сочетание его выдающейся ауры и господства над облачным домом могло сделать это возможным. В конце концов, одной из особенностей комнаты, в которой она находилась, было то, что её чувства не могли проникнуть сквозь стены.

Она просканировала одежду своей магией и чувствами ауры, ища следы вмешательства. Не найдя ничего, она надела её, игнорируя укол сожаления, когда натягивала обувь, отделяя ноги от пола, на котором с радостью спала бы каждую ночь до конца своей жизни.

Ей нужно было выбраться из комнаты и проветрить голову, прежде чем она снова снимет одежду и заберется обратно в постель. Она посмотрела на дверь, очерченную синим и оранжевым цветами зимнего заката. У двери не было ручки, только панель на стене рядом с ней, которая излучала мягкое свечение. Она прижала к ней руку, и дверной проем растворился в тумане, открыв Джейсона Асано, прислонившегося к противоположной стене. Он протянул тарелку, на которой лежал слегка дымящийся жареный сэндвич.

— Доброе утро, солнышко.

* * * Джейсон наблюдал, как дверь растворилась, открыв верховную жрицу. Её одежда была опрятной и чистой, но сама она выглядела сонной, веки тяжело опускались на ярко-зеленые глаза. Её светло-каштановые волосы были лишь слегка растрепаны, несмотря на то, что опускались гораздо ниже плеч, и каким-то образом выглядели более чувственно, чем небрежно. Он рассеянно задался вопросом, было ли это свойством золотого ранга или она просто была одним из тех людей, вроде Руфуса, которые выглядели великолепно при любых обстоятельствах.

Если бы Джейсон выглядел хотя бы отдаленно так же потрясающе сразу после пробуждения, ему не нужно было бы так хорошо готовить завтраки. Но он это делал, что внушало ему уверенность в жареном сэндвиче с овощами и яйцом с острым соусом, который он протянул ей.

— Доброе утро, солнышко.

— Это ты забрал мою одежду? — потребовала она ответа.

Он окинул её взглядом.

— Ты в своей одежде.

— В моей чистой, выглаженной одежде. Кто-то зашел в мою комнату и сделал это.

— Это была Тень, мой фамильяр-тень. У меня нет никакого интереса к тому, что происходит в твоей комнате.

— Тогда откуда ты узнал, что я просыпаюсь, чтобы быть здесь с горячим сэндвичем?

— Это мой дом, жрица. Я вижу всё.

— Я только что проснулась в нижнем белье, — заметила она.

— Э-э… ну, когда я говорю «вижу», это скорее метафора. Я знал, что ты проснулась и одеваешься, но на самом деле я не смотрел.

— Но ты мог бы посмотреть, если бы захотел? Без моего ведома?

— Мог бы.

— И мне просто нужно верить, что ты этого не делал?

— Придется. Но не льсти себе, жрица.

Её брови взлетели вверх, и он одарил её ухмылкой.

— Это ты не дал меня разбудить, мистер Аса… мистер Миллер?

— Это был твой назначенный специалист по психическому здоровью, — сказал ей Джейсон. — Который, как я вижу, объяснил ситуацию с моей личностью.

— Зачем ты вообще сказал мне своё настоящее имя?

— Мне нравится быть честным с самого начала, — сказал он. — Со мной вы получаете то, что видите.

— Я понятия не имею, что вижу, когда смотрю на тебя.

— Что в точности соответствует тому, чего стоит ожидать в будущем, как мне говорят. Ты собираешься взять этот сэндвич или мне съесть его самому?

— Я прекрасно могу питаться монетами духа.

— Только не в этом доме.

У Джейсона не было времени, которое он хотел бы уделить магической кулинарии. Эксперты могли создавать умеренные, но долгосрочные бонусы с помощью своей еды, но Джейсон сосредоточился на другом. Отказавшись от самой сложной части кулинарной магии, он смог использовать высокоранговые ингредиенты для самых фундаментальных аспектов приготовления пищи: вкуса и питательности. Таким образом, сэндвич на тарелке, которую он держал, мог заменить золотую монету или десять серебряных, которые требовались золотому рангу.

Такая еда также стоила заметно меньше, чем монеты, которые она заменяла, с дополнительным преимуществом — она была похожа на еду, а не на автомобильный аккумулятор. Это была одна из ключевых причин, по которой обладатели золотого ранга предпочитали зоны с высокой магией, даже если они не занимались активными приключениями. Там, где производство высокоранговых пищевых ингредиентов было возможно, стоимость жизни золотого ранга снижалась, а качество жизни повышалось.

Джейсон размышлял об этом, наблюдая, как она с подозрением разглядывает сэндвич, даже несмотря на то, что её ноздри раздувались от восхитительного запаха. Она взяла тарелку из его рук.

— Спасибо, я буду есть его на ходу, — сказала она и немедленно направилась по коридору.

— Э-э, жрица?

Она остановилась и оглянулась.

— Да?

— Платформа-лифт в другой стороне.

— Я уверена, что она была в этом направлении.

— Была, да. Когда ты ложилась спать.

— Она переместилась?

— Да. Как и комната, в которой ты спала. Облачные материалы делают ремонт довольно простым делом.

— Я не думала, что можно вносить серьезные структурные изменения в облачную конструкцию такого масштаба, не разобрав её сначала.

— Моя немного более гибкая, чем большинство, хотя жесткие ограничения всё же есть.

— Зачем тебе менять всё местами?

— Некоторые команды находили города, где людям в процессе имплантировали червей. Мой друг Карлос придумал, как извлекать червей, не убивая носителя, если обнаружить процесс достаточно рано и иметь подходящее оборудование, поэтому мне пришлось освободить место. Административная зона теперь немного переполнена, очереди в душ стали немного длиннее, и не так много места для замороженных продуктов. Кроме того, мне пришлось отказаться от своего большого пустого кабинета, из которого я наблюдал за лагерем.

— Твой друг Карлос? Ты имеешь в виду жреца Килидо?

— Это тот самый парень.

— Ты дружишь со многими могущественными и престижными целителями.

— Мне доводилось получать удары в своё время.

Он почувствовал, как её взгляд задержался на его шрамах.

— Почему мой бог посетил тебя? — тихо спросила она.

Он почти дал легкомысленный ответ, но остановил себя.

— Я не собираюсь говорить тебе это, — мягко сказал он. — Тебе нужно узнать меня получше, прежде чем я буду говорить о чем-то подобном, а ты даже не хочешь есть мой сэндвич.

— Почему ты так беспокоишься об этом сэндвиче?

— Потому что ты переводишь сэндвич зря. Тарелка зачарована, чтобы сохранять его теплым, но это жареная еда. Она довольно легкая, но ты всё равно увидишь, как она застывает, если просто оставишь её лежать.

— Почему ты всегда пытаешься заставить меня есть и пить?

— Кормить людей — это своего рода моё призвание. Я приготовил это сам, просто чтобы ты знала. Сэндвич, не тарелку. Это намного лучше, чем еда, которую они получают в столовой.

— То, что они получают в столовой, содержит питательные вещества, энергию и даже обладает легкими целебными свойствами. Оно было разработано специально для людей обычного ранга, переживших травму, и это то, что нужно их телам.

— Их телам, конечно, но похлебка — это не то, что нужно их душам.

— Неважно, как это выглядит или на вкус.

— Это стало очень ясно, когда я попробовал немного. Пока ты спала, я работал с твоим руководителем по распределению еды, чтобы исправить рецепт.

— Это может быть твой дом, Асано, но это мой лагерь. Кто дал тебе разрешение это делать?

— Арабелла. Она разделяет моё мнение, что люди будут выздоравливать быстрее, если их еда не будет на вкус как из гулага.

— Что такое гулаг?

— Лагерь принудительного труда. Эти люди пережили достаточно, чтобы еще и кормить их кашей печали.

— Просто укажи мне, где находится административная зона.

— Сначала мы должны поговорить.

— О чем?

— Арабелла говорит мне, что ты участвовала в борьбе против посланников?

— Да.

— Посланники не нападали на команды, работающие в городах на юге, где были найдены места разведения червей. О чем это тебе говорит?

— Атаки на их цитадели, возможно, заставили их перейти к обороне. Возможно, они не были готовы к тому, что мы ударим по городам, где они заражали людей червями-пожирателями миров. Или, возможно, всё это входило в их планы, и они стремятся ударить по городу, пока так много искателей приключений зачищают те города.

— А если они намерены атаковать город?

— Тогда лучшее время будет перед рассветом.

Она снова проверила часы.

— Скорее всего, в ближайшие несколько часов, — добавила она.

— Городская администрация перевела город на повышенный уровень тревоги, на всякий случай. Подготовка к тому, чтобы переместить население в бункеры для защиты от монстров, как только начнется атака, началась вчера. Общество искателей приключений организует группы боевого реагирования, а Магическое общество пристально следит за оборонной инфраструктурой.

— Мне нужно организовать работу лагеря эвакуированных.

— Это уже делается. У тебя эффективные подчиненные, что является признаком хорошего лидера.

— Почему ты рассказываешь мне всё это, а не один из этих подчиненных?

— Потому что план, если будет атака, состоит в том, чтобы переоборудовать два облачных дворца в защитные бункеры для людей в лагере. И есть вещи, которые тебе нужно будет знать об этом до того, как это произойдет.

— Например?

— Если я превращу это место в бункер, твой бог не сможет добраться до тебя внутри. Это касается каждого жреца и каждого бога, но твой — тот, у кого больше всего людей в лагере.

Джейсон видел, как она воздвигла стены в языке своего тела.

— О чем ты говоришь? — спросила она.

— Ровно о том, что я сказал. Твои силы должны работать нормально, но ты не сможешь слышать голос своего бога.

— Я уже испытывала это раньше, когда входила в астральные пространства, чтобы противостоять культу Строителя. У твоего облачного дома есть сила создавать размерное пространство вне мира?

— Нет. Это больше похоже на… ты когда-нибудь входила в основные зоны храма другого бога?

Она сузила глаза, глядя на него. — Это не размерный эффект. Это бог, которого не пускают, потому что у него нет разрешения действовать в пространстве, полностью посвященном другому божеству.

— Ты столкнешься с тем же самым. Я просто предупреждаю тебя, чтобы твои люди не запаниковали в самый неподходящий момент. Я не собираюсь ждать середины атаки посланников, чтобы ты объявила меня мерзостью перед Нагганом. Ты можешь забрать своих людей в облачное здание Эмира Бахадира, если хочешь. Он тоже будет делать бункер, и он будет золотого ранга. Мой — только серебряного.

— Я сильно подозреваю, что нет никакого «только», когда дело касается этого здания, мистер Миллер. То, что ты только что сказал мне, вызывает много вопросов.

— Еще бы, — со смехом согласился Джейсон. — И ты, вероятно, будешь раздражена тем, что я не собираюсь отвечать ни на один из них.

— Почему нет?

— Потому что я не обязан. Я не обязан делать ничего из этого. Я мог бы держаться в стороне и не вмешиваться. Но я этого не сделал. Я взял на себя ответственность, потому что людям нужна была помощь, даже если это означало, что мои секреты вылезут из теней. Тебе придется простить меня, если получение подозрений вместо благодарности за мои хлопоты начинает делать меня раздражительным.

Он подошел к ней и потянулся за тарелкой, но она отодвинула её за пределы его досягаемости.

— Я съем его, — сказала она. Верная своему слову, она взяла одну из треугольных половинок и откусила уголок, её глаза загорелись. — Это вкусно!

— Тебе не обязательно звучать настолько удивленной, — проворчал он.

ЛУЧШИЙ ИСКАТЕЛЬ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

ЛУЧШИЙ ИСКАТЕЛЬ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

Одно здание на территории кампуса Общества искателей приключений в Яреше было старше всех остальных. В первые дни существования города оно было штаб-квартирой Общества искателей приключений, и оборонительные меры, встроенные в него, были внушительными. По мере роста Яреша и расширения его филиала из одного здания в полноценный кампус, здание и его защита были перепрофилированы. Теперь оно служило комплексом охраняемых резиденций для тех, кого нужно было держать в безопасности, а также для тех, кого нужно было держать под стражей, но тюремная башня кампуса не подходила. Это был случай Золита Крина.

Золит был не просто пришельцем из другого мира, но и тем, кто изначально был валашем: видом, который изначально не появлялся в Паллимустусе и выглядел как гуманоидная чихуахуа. Обе эти вещи делали его привлекающим внимание, и он потратил годы, очень усердно работая, чтобы исправить этот ущерб. Золит был заурядным искателем приключений по собственному намерению, медленно, но верно повышая свой ранг до серебряного, оставаясь при этом настолько незаметным, насколько мог. Он выполнял свою часть работы во время нашествий монстров, стараясь при этом не выделяться.

Получив богатство и увеличенную продолжительность жизни, которые пришли вместе с серебряным рангом, он ушел на покой и нашел удобную нишу в качестве промоутера боев. Это была среда, где все были немного странными, ища какую-то особенность, чтобы его странности не выделялись так сильно. У каждого была своя фишка, и быть пришельцем-валашем было его.

Всё пошло не так в тот момент, когда он увидел другого пришельца. Он стал самодовольным, забыв о важности быть обычным. В следующий момент силовики Общества искателей приключений вытащили его из постели посреди ночи и заперли в пусть и роскошном люксе, который, тем не менее, был тюрьмой. Они спрашивали его о пришельце и, по какой-то причине, о его помощнице, Бенелле. Они несли чепуху о посланниках, и у Золита не было ответов.

Что было хуже, так это то, что он начал чувствовать себя плохо, а у него больше не было его лекарства. Одной из проблем того, что он не был уроженцем этого мира, была несовместимость между ним и магией Паллимустуса. Это было то, к чему он относился чувствительно, так как всегда опасался, что Общество искателей приключений схватит его и передаст Магическому обществу для экспериментов. Он решил обратиться по этому поводу к другому пришельцу, но не получил шанса. Бенелла исчезла, а его схватило Общество искателей приключений.

Исчезновение Бенеллы было самой большой проблемой, так как именно она годами доставала ему лекарство. Он не знал, каким алхимиком она пользовалась и что именно было в лекарстве; это была одна из бесчисленных вещей, в которых он полагался на неё в первые дни. Его воспоминания о том времени были в лучшем случае туманными, а воспоминания из его старого мира исчезли вовсе. Это был еще один побочный эффект магической несовместимости для пришельцев, согласно эксперту, которого нашла Бенелла.

Золит застонал, расхаживая по охраняемому, но роскошному люксу, едва одетый. Сколько он себя помнил, Бенелла управляла его жизнью. Без её помощи в начале, когда его магическая несовместимость постоянно приводила к отключкам, он никогда бы не справился.

Теперь она исчезла, и она какой-то предатель? Она была главной темой, о которой спрашивали следователи Общества искателей приключений. Они не называли себя следователями, но именно ими они и были. И Золит боялся говорить о своем лекарстве, чтобы они не переключили своё внимание на него, а не на неё. Или, что еще хуже, не передали его Магическому обществу. Они могли утверждать, что не проводят неэтичных исследований на невинных людях, но он знал, что одержимые исследователи делают за закрытыми дверями. Это было одно из главных вещей, о которых Бенелла предупреждала его в первые дни.

Ему нужно было, чтобы они отпустили его, чтобы он мог сам найти лекарство. Он чувствовал себя всё хуже и хуже с каждым часом, его мысли становились всё более разрозненными. Он не мог усидеть на месте, а его тело выделяло липкий пот. Он вообще не должен был потеть, будучи серебряным рангом, не говоря уже об этой странной, липкой субстанции. Три душа с перерывом чуть больше часа, смывая остатки с тела. Ему следовало бы попросить немного кристаллического средства для мытья, но он не хотел привлекать внимание к своему состоянию.

Сон не шел, разум метался и был рассеян. Он тоже был голоден, всё больше и больше по мере того, как ночь переходила в ранние утренние часы. По крайней мере, его нормально кормили, и он только что попросил еще еды.

* * * Функционер Общества искателей приключений, Аргрейв Мерикулато, катил тележку с едой по коридору здания охраняемых резиденций. Его маска ауры скрывала кипящий гнев, который всегда был внутри него из-за того, что его низвели до таких низменных задач, в то время как он сохранял выражение лица легким и дружелюбным. Он никогда раньше не подавлял свои эмоции, но это было то, чему ему пришлось научиться. К счастью, никто не обращал особого внимания на слуг, коим он, по сути, являлся, несмотря на свой серебряный ранг.

Он не был предателем. Любой разумный человек увидел бы, что предатели — это Общество искателей приключений, именно они повернулись против него. Им было плевать, что он сам был прославленным искателем приключений; в тот момент, когда его отец погиб в Однодневной войне, все отвернулись от него. Они относились к нему так, будто ценность имел только его отец, игнорируя его собственные достижения.

Его команда просто взяла и ушла. Это не его вина, что правильным тактическим решением в тот момент было совершить стратегическое отступление без них. Он был самым важным членом команды, поэтому, очевидно, они должны были стать отвлекающим маневром, который позволил бы ему уйти в безопасность. Там была летающая атакующая крепость, сражались золотые и алмазные ранги, а устройство размерного кармана, которое дал ему отец, имело место только для одного. Его отец погиб в той битве, поэтому переждать её в безопасности было ответственным шагом ради семьи. Не то чтобы его сестра видела это так.

Команда даже не искала его после случившегося. Они покинули Римарос почти сразу, задержавшись лишь настолько, чтобы внести его в список пропавших без вести, предположительно погибших. Устройство карманного измерения сбило его поисковый камень, и они даже не пришли искать, чтобы подтвердить. Вместо этого они официально вычеркнули его из списка своей команды. К тому времени, когда он прошел через огромное количество бумажной волокиты, чтобы снова числиться живым, у них был новый член команды. Они отклонили каждый запрос на связь и отправили ему письмо, в котором было написано: «Извините: команда укомплектована».

Четыре года вместе, и они закончили всё тремя словами. Годы обращения с ним как с принцем, только чтобы показать свои истинные лица в тот момент, когда они услышали о его отце. Найти другую команду должно было быть легко, и в первый раз так и было. Как только они услышали имя его ныне покойного отца. Откуда Аргрейву было знать, что эти некомпетентные люди будут требовать слишком многого, а затем винить в своих неудачах его?

После этого команды стало найти сложнее, даже с учетом того, что многие искали, кем заполнить места после нашествия монстров. Это не вина Аргрейва, что эти жалкие искатели приключений не понимали, как правильно поддерживать то, что должно было стать новым ядром их команды. Четыре команды, ни одна из них не стоила ни черта.

Общество искателей приключений было хуже, чем никакой помощи. Снова и снова Аргрейв приходил к ним с совершенно разумным требованием быть помещенным в команду, которая была достойна его. И каждый раз общество оказывалось одураченным, одураченным лживыми командами, которые стремились лишь скрыть свою собственную некомпетентность. С каждой новой командой, которая делала его козлом отпущения, красноречивые аргументы Аргрейва падали на всё более глухие уши, пока он не был вынужден двигаться дальше, ища филиал Общества искателей приключений, который не был полон идиотов.

К сожалению, идиоты слетались вместе. Он двинулся на юг, из одного филиала в другой, не встречая ничего, кроме дураков, некомпетентных людей и тех, кто подрывал его из зависти. Они зашли так далеко, что очернили его имя, так что каждый филиал уже знал о командах, в которых он был, вместе с ложью, которую они наговорили. Но слушали ли они, что произошло на самом деле? Конечно, нет. Простодушные дураки верили первому, что слышали, и были слишком глупы, чтобы распознать правду, когда слышали её.

Именно в Яреше Аргрейв понял, что дураком был он сам. Он должен был с самого начала понять, что дело не в нескольких паршивых овцах. Всё Общество искателей приключений состояло из мелких идиотов, вешавших на него одну жалкую команду за другой, потому что они завидовали его таланту. Они знали, что никогда не достигнут его потенциала, не оставив ему иного выбора, кроме как бродить из одного филиала в другой в поисках честных людей.

Наконец, он был вынужден признать, что в Обществе искателей приключений нет хороших людей. Если бы у них была хоть капля потенциала Аргрейва, они сами были бы искателями приключений, а не бюрократами, использующими свою мелкую власть, чтобы уничтожить тех, кто выше их. Но даже в плохих командах свет Аргрейва был слишком ярким, чтобы его скрыть. В конце концов, им пришлось лишить его статуса искателя приключений, лишив его шанса блистать.

В довершение ко всему, у них хватило наглости предложить ему роль мелкого функционера, которую он принял только из-за своих финансовых потребностей. Путешествовать так, как он заслуживал, было недешево, а его жалкая сестра отрезала его от денег еще до того, как тело их отца превратилось в радужный дым. Его бы не удивило, если бы бюрократы знали об этом и бесстыдно воспользовались этим.

Аргрейв не предавал Общество искателей приключений, потому что это было невозможно. Общество искателей приключений предало его первым. Каждый пренебрежительный жест, каждый член команды, который не понимал, как правильно поддерживать героя, которым была одарена их команда. Он приходил в эти группы, которые потеряли члена в нашествии, и неудивительно, что они его потеряли. И когда он говорил им об этом, у них хватало наглости злиться на него.

Посланники понимали его ценность. Он встречал только одного мельком, когда была применена его маска ауры, и внушающее страх существо было резким, это правда. Но они были из-за пределов границ мира и излучали славу; они узнают, что Аргрейв тоже славен. Это был лишь вопрос времени, когда они поймут, и Аргрейв встанет среди них. Их философия превосходства находила отклик в нём, и, наконец, найдется кто-то, кто признает, что некоторые люди просто лучше других.

Конечно, будучи из другого мира, им нужно будет увидеть его превосходство в действии. Он ухватился за шанс использовать низменную задачу, которую дало ему Общество искателей приключений, так как то, что должно было стать унижением, станет инструментом, с помощью которого он докажет своё величие. Они пытались сделать его слугой, но сливки всегда всплывают наверх, и они ничего не могли с этим поделать.

Глупый охранник был одним из силовиков Общества искателей приключений, который явно не тянул на настоящего искателя приключений. Его чувства грубо прошлись по Аргрейву, но не проникли сквозь маску ауры. Это было еще одним доказательством того, кто из них лучший искатель приключений, не то чтобы требовались еще доказательства. Охранник осмотрел Аргрейва, жестом приказал ему остановить тележку и проверил каждый из накрытых подносов.

— Он снова возбужден, — сказал охранник. — Он вообще не спал, и я думаю, что он может быть болен. Мы ждем целителя, но приоритет — какой-то лагерь эвакуированных. Посланники что-то сделали с городами к югу от города. Я бы посоветовал оставить тележку и быстро убираться.

Аргрейв проглотил ответ о том, чтобы охранник следил за собой, и вместо этого улыбнулся ему.

— Спасибо за предупреждение, — ответил он.

Охранник открыл дверь, чтобы позволить ему ввезти тележку, а затем закрыл её за ним.

За дверью была хорошо обставленная комната, содержащая существо, которое Аргрейв находил отвратительным, но он нацепил улыбку. Крошечный человечек с головой истощенной собаки был неприятен на вид, но Аргрейв не позволил своему отвращению проявиться. К счастью, маска ауры означала, что ему нужно было только контролировать своё выражение лица.

— Снова привет, Золит, — поздоровался он.

Взволнованный человечек выглядел явно нездоровым. Он расхаживал по комнате в шортах и халате, оставленном распахнутым. Его кожа блестела, и он выглядел липким, хотя было ли это естественным для того, чем бы он ни был, или каким-то странным состоянием, Аргрейв не знал. Его это особенно и не волновало.

Золит проигнорировал его, направляясь к тележке и поднимая крышки с подносов, которые он неуклюже схватил все вместе, прежде чем перенести их на стол, проливая кусочки еды по пути. Аргрейв покачал головой, наблюдая, как Золит садится, повернувшись в другую сторону. Идиот мог бы заставить его переместить тележку к столу и аккуратно переставить подносы, но для собственных планов Аргрейва это сработало хорошо. Он открыл узкую панель, спрятанную на одной из ножек тележки, и вытащил длинную иглу.

Золит не обернулся, когда Аргрейв подошел. Человечек запихивал еду в рот в возбужденном неистовстве, лишь издав приглушенный крик, когда рука Аргрейва скользнула ему на рот. Аргрейв вонзил иглу в позвоночник Золита, через планки спинки обеденного стула.

К полному изумлению Аргрейва, Золит сжался до размера мраморного шарика за то время, которое потребовалось бы, чтобы щелкнуть пальцами, с влажным чавкающим звуком. Шарик упал на стул и покатился на пол.

Аргрейв повернулся, чтобы посмотреть на дверь, но охранник снаружи не появился. Толстые стены и тяжелые двери здания имели давние чары, предотвращающие подслушивание. Подождав лишний момент, на всякий случай, он подошел к тому месту, где крошечная сфера остановилась на ковре, и наклонился, чтобы разглядеть её.

Ему сказали, что устройство, которое ему дали, позволит забрать Золита, выведя его из тюрьмы. Он ожидал, что оно вырубит человечка и сделает его невидимым, позволяя Аргрейву вывезти его на тележке. То, что человек превратился в крошечный коричневый шарик, было, безусловно, удобнее, хотя он оценил бы предупреждение.

Он потянулся вниз, чтобы поднять шарик, и обнаружил, что он поразительно тяжелый. Не слишком тяжело для его силы серебряного ранга, чтобы поднять, но объект размером с мраморный шарик весил как тяжелый человек. Ему придется держать его в руке, так как он оттянет любой карман настолько, что это будет бросаться в глаза, а приносить размерную сумку ему не разрешили.

Аргрейв поднял сферу перед лицом, пристально всматриваясь. Она была теплой и кожистой на ощупь, выглядя так, будто была сделана из крошечных кожаных полосок, обернутых друг вокруг друга. Джейсон узнал бы в ней крошечную версию сферы, которую посланник использовал, чтобы отгонять червей-пожирателей миров.

Дверь открылась, и охранник вошел внутрь.

— Тебе действительно не стоит задерживаться… где Крин?

— Э-э, в душе. Он был весь липкий от чего-то и хотел смыть это.

— Да, я говорил тебе, что он болен. Он принимает душ каждые несколько часов. Что это за штука у тебя в руках?

Аргрейв изо всех сил старался небрежно переместить руку, держащую крошечную сферу, к боку, но он пристально всматривался в неё, когда открылась дверь, поэтому охранник увидел её отчетливо.

— Просто личная вещь на память, — сказал ему Аргрейв, но увидел, что доверчивость охранника имеет досадный предел. Охранник положил руку на рукоять меча и принял настороженную стойку.

— Отойди назад в центр комнаты, Мерикулато.

— Я не думаю…

Охранник вытащил меч.

— Отойди назад в центр комнаты. Я не буду просить дважды.

Аргрейв сделал, как было сказано, переместившись в зону отдыха, пока его разум лихорадочно искал подходящий ответ. Ему нужно было тихо убрать охранника и выбраться из кампуса, прежде чем кто-то поймет. Пока он думал, охранник переместился в комнату и проверил единственную другую дверь, которая вела в ванную. Он увидел, что она пуста, и направил свой меч на Аргрейва, одновременно коснувшись другой рукой броши на груди.

— Где Крин? — потребовал охранник. — И что это была за штука, которую ты рассматривал?

— О, это? — спросил Аргрейв.

Он поднял сферу между большим и указательным пальцами. Он был осторожен, чтобы охранник не увидел, насколько она тяжелая, затем бросил её в него. Охранник попытался перехватить её мечом, но сфера остановилась намертво, зависнув в воздухе между ними.

— Что это…

— Какого…

Сфера начала расти и пульсировать. Выглядело так, будто крошечное существо быстро росло внутри кожистого яйца, пытаясь выбраться наружу. Насколько знал любой из них, именно это и происходило. Охранник опустил меч на сферу, и она соскользнула, даже не сдвинувшись с места, где зависла в воздухе. Растущая сфера начала излучать ауру, серебряную и слабую, но быстро становящуюся сильнее.

— Я думаю, нам, возможно, стоит убраться отсюда, — сказал Аргрейв.

— Что это?

— Не знаю, но я не хочу оставаться и выяснять.

— Ты никуда не пойдешь.

Сфера выросла до размера баскетбольного мяча и слабо светилась золотым светом, когда аура перешла из серебряной в золотую. Её поверхность, всё еще покрытая кожистыми прядями, извивалась и волновалась.

— Я действительно думаю, что нам нужно…

Аргрейв замолчал, когда что-то начало проталкиваться наружу из сферы. С противоположных сторон, каждая лицом к одному из двух мужчин в комнате, что-то чешуйчатое проталкивалось сквозь кожистые пряди. Аргрейв пробормотал быстрое заклинание, когда охранник снова взмахнул мечом. С обеих сторон сферы выстрелили змеи. Удар меча и огненный шар Аргрейва безвредно отскочили. Змеи вонзили свои клыки в двух мужчин.

ХРАБРЫЙ, ПОТОМУ ЧТО МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ

ХРАБРЫЙ, ПОТОМУ ЧТО МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ

По мере того как ночь приближалась к рассвету, наиболее вероятное время для атаки посланников становилось неизбежным. Джейсон парил, скрестив ноги и закрыв глаза, над крышей облачной больницы, проецируя свои чувства через тела Тени, разбросанные по городу. Его глаза широко открылись, когда он заметил нечто, приближающееся к облачному дому. Он встревожился, потому что всё, что он почувствовал, было маленьким мертвым пятном в его восприятии, достаточно тонким, что он почти пропустил его полностью.

Джейсон распрямил ноги, опустил их на крышу с того места, где парил над ней, и бросился к краю. То, что он заметил внизу, был Тайка, стоящий с другим мужчиной на краю лагеря, оба смотрели вверх на него. Джейсон сосредоточил свои чувства, услышав, как другой мужчина рассмеялся.

— Ты прав, — сказал мужчина Тайке. — У него острые чувства.

Поразительно, но мужчина был на голову выше даже массивного Тайки. Его волосы были золотой гривой с длинными бакенбардами, а глаза — зелеными и острыми. У него были грубые черты лица и ястребиный нос, без какой-либо отполированной безупречности, типичной для высокоранговых. Ничего из его массивного телосложения не было жиром, но он был глыбой человека, скорее пауэрлифтер, чем бодибилдер.

Мужчина был с голым торсом и босиком, в свободных, грубых штанах, удерживаемых куском веревки, использованной в качестве ремня. С пояса свисала тыква, а через плечо был перекинут закрытый зонт.

Джейсон спрыгнул с крыши, используя свою ауру, чтобы замедлиться при приближении к земле, и легко приземлился перед двумя мужчинами. Джейсон прибавил несколько лишних сантиметров после повышения ранга, но перед Тайкой и незнакомцем он выглядел как модель в масштабе 50%.

— Доброго дня, я Джейсон.

Никто вокруг не обращал внимания на Джейсона, даже после того, как он спрыгнул с крыши. Работники лагеря были заняты, а у эвакуированных было больше забот, чем какой-то искатель приключений. Что касается его отсутствия скрытности перед спутником Тайки, Джейсон был полностью уверен, что лгать бессмысленно. Не было особого смысла пытаться быть менее заметным, когда инстинкты Джейсона кричали, что этот человек — абсолютная электростанция.

— Халиастур, — представился мужчина рокочущим голосом. — У тебя здесь довольно странный друг, Тайка.

— А я как раз собирался сказать то же самое, — сказал Джейсон.

Мужчина перед ним вообще не регистрировался на магических чувствах Джейсона, до такой степени, что он подозревал, что мужчина вообще раскрыл себя только в качестве теста. Даже так, в нём было присутствие, которое выходило за рамки аур и магии. Для большинства это было бы чем-то, что не регистрировалось сознательно, но Джейсон узнал это ощущение.

Джейсон сталкивался с алмазными рангами, богами и великими астральными сущностями достаточно часто, чтобы иметь приличное представление о том, с чем он имеет дело при встрече с сущностями, значительно превосходящими его собственный уровень силы. Это было верно даже тогда, когда их ауры были далеко за пределами его способности прочитать; в их присутствии было что-то, что они не могли полностью скрыть. Сознательное распознавание этого требовало такого рода регулярного воздействия, которое было у очень немногих людей ниже алмазного ранга. Большинство приняло бы это за врожденную харизму или какой-то вид тонкой манипуляции аурой, если бы вообще заметили.

Джейсон пришел к мысли о нем как о трансцендентном присутствии, но это не означало, что оно принадлежало только трансцендентным существам, таким как боги и великие астральные сущности. И Шако, и Доун демонстрировали его, и Джейсон подозревал, что у него самого была самая малая крупица из-за его природы астрального короля. Но ни у Зилы, ни у Сорамира Римароса его не было, что наводило на мысль, что ключ — прикоснуться к трансцендентному. Это было то, что большинство пользователей эссенций сделали бы только на пике алмазного ранга.

У этого человека оно тоже было, и Джейсон оценил его примерно на уровне силы Доун, хотя это, по общему признанию, было догадкой. Его мера трансцендентного присутствия была всё еще грубой и работала с чрезвычайно низкой точки обзора. Еще одна догадка, которая была у Джейсона о мужчине, заключалась в том, что он не был пользователем эссенций.

Джейсон был уверен, что Халиастур видел его насквозь, в то время как он видел очень мало. Мужчина подтвердил это немедленно.

— Благословение Жнеца. Благословение Мирового Феникса. Астральный король, это странно. Ты тот самый, кто строит тот полусобранный размерный мост между этим миром и каким-то другим. Прыгаешь на спину связи, из-за которой тот идиот Строитель получил санкции. И ты тот, к кому сейчас привязана Тень.

Тень появилась из тени Джейсона.

— Добрый день, Халиастур.

— Тень. Я думал, ты можешь смутиться, показавшись после того, как был связан с каким-то астральным пространством на несколько столетий.

— Ты разговаривал с Амбером. Стыд — это то, что испытываешь за свой выбор, тогда как я не испытываю никакого смущения по поводу своего, даже когда результаты были не такими, как я надеялся.

— Здоровое отношение.

— Значит, вы двое встречались, — сказал Джейсон.

— Встречались, — сказал Халиастур. — Космос большой, но самые могущественные в любом данном регионе относительно немногочисленны и бессмертны, так что мы все в конечном итоге встречаемся. Как только ты достигнешь алмазного ранга, Тень сможет проводить тебя в Интерстиций. Я познакомлю тебя с другими.

— Интерстиций. Это космический город-вселенная, верно?

— Да.

— И что привело тебя в этот мир? — спросил Джейсон. — Это как-то связано с бывшей Первой Сестрой Мирового Феникса? Она уже ушла.

Халиастур поднял брови.

— Маленькая Доуни была здесь? Зачем?

— Из-за него, — сказал Тайка, кивнув на Джейсона.

— Я просто еще одна пешка, которую Мировой Феникс расставил на место, — сказал Джейсон.

— Полагаю, ты не привык к тому, что люди видят твою ложь насквозь, — сказал Халиастур, его голос не проявлял признаков обиды. — Откуда серебряный ранг знает Доун?

— Он больше чем знает её, — вмешался Тайка. — Он…

Шоколадная кожа Тайки стала молочно-шоколадной, когда он побледнел под пристальным взглядом Джейсона.

— …знает её довольно хорошо, — закончил он вяло.

Халиастур взглянул на Тайку с еще одним смешком.

— Как вы с Тайкой встретились? — спросил Джейсон.

— Как вы с Доун встретились? — парировал Халиастур.

— Мировой Феникс послала её, чтобы заставить меня спасти мир. Не этот. Тот, что на другом конце этой связи.

— И ты спас?

— Дважды. Работаю над третьим разом, который должен стать последним.

— Мост.

— Ага.

— Это незавершенный беспорядок.

— И не говори. Не полагаю, что ты знаешь, как его закончить?

— Извини, я меньше инженер измерений, чем непобедимый парагон скорости и силы.

— И скромности, — добавил Джейсон. — Полагаю, возвращаемся к плану выбивания астральной магии из посланников.

Халиастур запрокинул голову и издал смех, который ощущался как землетрясение.

— Ты мне нравишься, Джейсон Асано. У тебя здесь забавный друг, Тайка.

— А как вы встретились?

— Я искал кое-что пару десятилетий и получил известие, что это в этом городе. Кто-то заманил меня сюда в рамках какой-то игры, но это не имеет значения, пока моя цель достигнута. Я наткнулся на Тайку и увидел, как он использует свои силы, и так как у меня случайно были некоторые инсайты, я представился. Оказывается, мы довольно хорошо ладим.

— Эта вещь, которую ты ищешь, — сказал Джейсон. — Это угроза?

— О, да, — сказал Халиастур, затем указал на лагерь. — Ты видел, что посланники любят использовать зверей апокалипсиса в качестве неизбирательного оружия.

— К сожалению, — сказал Джейсон.

— Ты обнаружишь, что то, что они сделали здесь, не уникально. Такие катастрофы запускаются по всему этому миру. Они вряд ли действительно вызовут апокалипсис, так как посланники знают, что лучше не использовать то, что они не могут контролировать.

— У меня складывается впечатление, что они не любят отсутствие контроля.

— Очень верно. Но они причинят значительный ущерб, и посланники не всегда справляются правильно. Я помню сангвинический ужас, который вышел из-под контроля и опустошил планету всего несколько десятилетий назад. Но ты бы ничего не знал об этом, не так ли?

— Я не был жив несколько десятилетий назад.

Халиастур фыркнул, но не стал настаивать.

— Я преследовал одного из этих зверей апокалипсиса уже некоторое время, — сказал он. — Ты когда-нибудь слышал о яйце генезиса нагов?

— Нет, — сказал Джейсон. — Тень?

— Я знаю о нём по репутации, — сказала Тень. — Насколько я понимаю, оно поглощает плоть и преобразует её в расу змей, называемую нагами. Оно может уничтожить целый мир, заменив его змеелюдьми.

— У нас в мире есть мифы о них, — сказал Джейсон. — Не о яйце, насколько я знаю, а о змеелюдях. Если нам предстоит иметь дело с армией нагов, что нам действительно нужно, так это…

Джейсон посмотрел на Тайку, думая о его эссенции слияния. Как Халиастур, который, как был убежден Джейсон, не был пользователем эссенций, смог бы помочь Тайке, который им был? Он посмотрел на Халиастура, тыкву на его поясе и зонт, перекинутый через плечо. Халиастур, который десятилетиями охотился за яйцом нагов.

— Не полагаю, что в этой тыкве есть амрита? — спросил Джейсон.

Халиастур издал еще один смешок.

— Амрита? — спросил Тайка. — У меня есть способность эссенции с таким названием.

— Твой друг здесь раскусил меня, — сказал ему Халиастур.

— Ты собираешься помочь нам? — спросил Джейсон.

— Я здесь ради яйца нагов, которое не такая уж малая вещь, как черви-пожиратели миров. Я не знаю, как они держали его в спячке или скрывали от моих чувств, но если оно станет активным, его устранение будет достаточной помощью, поверь мне.

— Верю, — сказал Джейсон. — Если дойдет до…

Джейсон и Халиастур оба повернулись к центру города с суровыми выражениями лиц.

— Что это? — спросил Тайка. Он был еще не совсем серебряным, и даже если бы был, он не сравнился бы с чувствами ауры любого из других.

— Какой-то всплеск ауры, — сказал Халиастур. — Он начался на серебряном ранге и очень быстро вырос до золотого. Я полагаю, это яйцо.

— Я знаю эту ауру, — сказал Джейсон. — Или знал, до того как она исказилась и стала золотой. Она принадлежала другому пришельцу. Он раньше был валашем.

Глаза Халиастура расширились.

— Так вот как они это сделали.

— В смысле? — спросил Джейсон.

— Я думаю, что посланники взяли душу, модифицировали её, обернули вокруг яйца и запихнули яйцо в этот мир. Искусственно создав пришельца, чья душа служила барьером, чтобы сдержать яйцо.

— Они могут сделать такое с душой?

— Сложно. Но возможно, если ты готов заниматься инженерией души. Астральный король, который правит местными силами посланников, Веста Кармис Зелл, является известным практиком, поэтому я полагаю, у нас есть ответ. Она настоящий астральный король, а не младенец, как ты, Джейсон Асано.

— Где они берут душу? Это должен быть доброволец, иначе они не могли бы прикоснуться к ней, верно?

— Да, но можно пытать чью-то душу, пока они не станут добровольцем.

— Я знаком с процессом, — сказал Джейсон с мрачным видом.

Халиастур снова окинул Джейсона взглядом.

— Так я вижу.

— Я однажды видел бестелесную душу, использованную как магический барьер, — сказал ему Джейсон.

Халиастур кивнул. — Инженерия души. Она может быть использована для различных целей. Где ты наткнулся на что-то подобное?

— Астральное пространство, которое раньше было астральным сосудом Строителя, пока люди Жнеца не украли его.

— Что с ним случилось?

— Строитель пытался забрать его обратно и запустить некоторых из тех големов-инженеров миров, которых он использует, поэтому мои друзья и я сломали это место и закрыли его. Он воспринял это не очень хорошо.

Халиастур рассмеялся.

— Ты живешь интересной жизнью, Джейсон Асано.

— Что-то подсказывает мне, что скука — не проблема и для тебя. Почему ты не спешишь туда, где был тот всплеск ауры?

— Яйцо пробуждается. Если оно почувствует моё присутствие, пока оно всё еще принимает свою начальную форму, оно запаникует и немедленно израсходует всю свою накопленную силу. Это отрежет его потенциал для захвата этого мира, но затопит город змеями. Люди этого города умрут, прежде чем я смогу остановить их всех.

— Значит, ты позволяешь ему вырасти в монстра, достаточно храброго, чтобы сразиться с тобой, а потом убиваешь его?

— Такова идея.

— Э-э, а что, если оно храброе, потому что может победить? — спросил Тайка.

— Не может, — сказали Джейсон и Халиастур одновременно.

Халиастур ухмыльнулся.

— Этого должно быть достаточно, — сказал он. — Яйца генезиса испытывают взрывной рост. Я постараюсь минимизировать ущерб городу, но вам лучше держаться подальше.

— О, это всё ты, парень. Если эта штука начинает, атака посланников, вероятно, не за горами.

Халиастур взмыл в воздух, превращаясь в золотую птицу.

— Что это за хрень, парень? — спросил Тайка. — И почему ты был так уверен, что он может победить?

— Он гаруда. Или тот самый гаруда; я не знаю, чем настоящий отличается от мифов. Но гаруда — это пожиратель змей. Нагов в частности, вот как я догадался, кто он такой.

— Гаруда — это моя эссенция слияния.

— Ага. Вот почему твоя новая техника медитации работает так хорошо.

— Это довольно круто, бро. У меня есть один вопрос, однако.

— Какой? — спросил Джейсон.

— Что такое гаруда?

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Серьезно? У тебя слияние гаруды, и ты не знаешь, что такое гаруда?

— Я получил от неё способность под названием Пожиратель Змей, поэтому я думал, что это что-то вроде поварской специальности.

— Поварская штука? Почему ты так подумал?

— У твоей сестры есть поварские силы.

— Моя сестра — повар. Какие еще силы ты получил от этого слияния?

— Амрита. Она призывает кувшин с чем-то, чтобы пить.

— Окей, это справедливо. Что еще?

— Одна называется Брат Рассвета. Непреклонный — та, которую я получил, когда впервые поглотил эссенцию.

— Они не звучат очень кулинарно. А как насчет последней?

— Она называется Кулак, Поражающий Бога.

— Кулак, Поражающий Бога?

— Ага.

— И ты думал, что это какой-то вид кулинарного слияния?

— Никогда не знаешь с камнями пробуждения. Я думал, это может быть что-то вроде Железного повара.

— Какой камень пробуждения ты использовал, чтобы получить это?

— Непокорность.

— Ты думал, что камень пробуждения непокорности дал тебе способность от эссенции поварского типа под названием Кулак, Поражающий Бога?

— Некоторые из этих поваров довольно грубые. А как насчет того парня, который постоянно ругается?

— Тайка?

— Да, бро?

— Случайно, не дошло ли до того, что прошло достаточно времени с тех пор, как ты получил свои эссенции, что тебе было слишком неловко спрашивать, о чем твоё слияние?

Тайка склонил голову. — Да, бро.

Джейсон добродушно усмехнулся, потянулся, чтобы похлопать его по плечу, сдался и похлопал его по бицепсу.

— В этом нет ничего постыдного, приятель. Ты понятия не имеешь, сколько раз я в итоге выглядел как идиот.

— Конечно, имею. Я довольно хорошо знаю твою сестру.

Джейсон застонал.

— Мистер Асано, — сказала Тень.

— Да, что такое, Тень?

— Посланники только что были замечены городскими разведывательными патрулями. Городские сигналы тревоги будут активированы очень скоро, так что пора сворачивать облачную больницу и создавать бункер.

— Верно, — сказал Джейсон. — Дай знать верховной жрице, что пора эвакуировать больницу, чтобы я мог её свернуть. Я просто надеюсь, что…

Вдалеке раздался взрыв, и все головы повернулись, чтобы посмотреть в сторону центра города. Десятки гигантских змей поднялись над городом, как головы гидры, возвышаясь так же высоко, как башни города. Свет от башен освещал змей зловещим силуэтом, делая их облик еще более угрожающим.

— …что-то подобное не произойдет.

Пока они смотрели, еще одна чудовищная форма выросла до размера здания. Она была примерно гуманоидной, но с головой орла, четырьмя руками и золотыми крыльями, раскинувшимися за спиной. Она была облачена в золотые одежды, а её кожа была изумрудно-зеленой. Одна рука держала зонт, а другая — тыкву.

— Бро, я могу превратиться в нечто подобное. Я не могу стать таким большим, однако. Ты думаешь, я смогу после того, как повышу ранг?

Несмотря на зрелище вдалеке, Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на Тайку.

— Ты думал, что это поварская эссенция?

— Эта сила от эссенции крыльев, бро. Успокойся.

— Тайка?

— Да, бро?

— Ты всё это время издевался надо мной?

— Ага.

— Серьезно?

— Ты правда думал, что я поверил, что гаруда — это эссенция Гордона Рамзи? Насколько глупым ты меня считаешь? Это немного обидно, бро.

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ БУДЕТ ВНУШАТЬ МУЖЕСТВО

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ БУДЕТ ВНУШАТЬ МУЖЕСТВО

Грохот ломающегося дерева и превращающегося в пыль камня наполнил воздух шумом, пылью и щепками, когда Джейсон пронесся сквозь него. Он уклонялся от падающих частей потолка и прыгал через дыры в некогда целых стенах, его плащ отражал большую часть обломков, наполнявших воздух.

— «Постараешься избежать повреждения города», — проворчал он, его голос потерялся в шуме.

За пределами центральной части города большая часть архитектуры в Яреше была построена с использованием живых деревьев в качестве основы, сформованных в сложные формы и дополненных кирпичной кладкой. Деревья обычно были магического сорта, за исключением более бедных районов, и очень хорошо выдерживали удары. Это было важно, когда некоторые из них вырывали из земли, использовали как грубые дубины и швыряли вокруг.

Гаруда размером со здание, Халиастур, терзал то, что выглядело как еще большая гидра, чьим основным телом был шар размером с арену, а количество голов исчислялось десятками. Цепкие шеи хватали целые древесные здания и запускали их в гаруду, который отклонял их в сторону. Они врезались в другие здания, куски отскакивали, нанося еще больший ущерб, когда они разваливались.

Результатом было то, что эвакуация людей в этом районе шла не очень хорошо; число жертв росло. Искатели приключений бросались внутрь, чтобы спасти людей живыми, но сами искатели приключений сталкивались с потерями. Чем ближе кто-то подходил к битве между алмазными рангами, тем больше разница между жизнью и смертью становилась удачей. Расширяющаяся зона бедствия в самом сердце города была достаточной демонстрацией этого.

Нетрадиционная структура древесных зданий выдерживала лучше, чем традиционные конструкции, по крайней мере, сначала. Однако, как только их целостность была окончательно нарушена, они рушились гораздо быстрее. Джейсон промчался через здание, которое рушилось под весом большей части другого здания, отслеживая гражданских лиц своими чувствами ауры. Он нашел их сгрудившимися под столом, когда ворвался в комнату, наблюдая, как рушится потолок.

Напрягая свою скорость серебряного ранга до предела, он бросился через комнату. Он отшвырнул стол, который не защитил бы женщину и двух мальчиков от тонн камня и дерева. Встав над ними и широко раскинув свой плащ, он надавил на падающий потолок своей аурой, которая была недостаточно сильна.

Его аура замедлила падение лишь немного, но этого было как раз достаточно, чтобы Джейсон смог встать между потолком и людьми, когда он рухнул ему на спину. Его ноги почти подогнулись, но сумели едва удержаться, дрожа от веса. Он сформировал укрытие для людей, над которыми склонился, его плащ был накинут вокруг него. Облачный материал появился из бутылки, висящей у него на шее, затыкая щели между его плащом и полом, отфильтровывая каменную пыль и щепки.

— ХАМФРИ! — взревел Джейсон, его голос, подхваченный его аурой, прогремел по всему зданию, заглушая даже звуки разрушения. Мгновения спустя вес, угрожавший придавить Джейсона, стал легче, когда огромные куски кирпичной кладки и сломанного ствола дерева были отброшены в сторону.

Хамфри боролся со временем, так как пол под Джейсоном и гражданскими угрожал провалиться, точно так же, как потолок над ними. Поскольку ему приходилось быть осторожным, чтобы не обрушить еще больше потолка, это была гонка, которую Хамфри проиграл. Дети издали испуганные крики, когда пол ушел из-под них, и их подхватила сеть из теневых рук, болтающихся над дырой, которая теперь была под ними. Наконец, Хамфри расчистил достаточно места, чтобы Джейсон мог передать ему детей.

Хамфри забрал детей, а Джейсон — мать, когда они выпрыгнули из здания, которое продолжало рушиться, как печенье, позади них. Это был высокий жилой дом на дереве, вот как он поймал обломки от битвы алмазного ранга, происходящей вдалеке. У Хамфри под каждой рукой был ребенок, он улетал прочь со своими призванными крыльями дракона. Джейсон держал мать, используя теневые руки, в то время как его плащ расправился в крылья тьмы, усеянные звездами.

Они влетели в зону, где искатели приключений организовали перевалочный пункт на открытом рынке. Это оставляло их несколько уязвимыми для обломков, отброшенных битвой алмазного ранга вдалеке, но там не было зданий, достаточно высоких, чтобы рухнуть на него.

Перевалочная зона была накрыта куполом из мерцающей бледно-голубой энергии, установленным Клайвом. Внутри был портал Клайва, через который гражданских лиц отправляли в ближайший бункер для защиты от монстров. У купола не было шансов остановить более крупные куски обломков и рушащееся здание, но он мог не пропускать удушающую пыль и, по крайней мере, некоторые из более мелких обломков.

— Если бы у меня был портал вместо телепорта, я мог бы сделать больше, — пожаловался Хамфри.

— Скажи это, когда здание вот-вот рухнет на кучу людей, а ты телепортируешь их всех наружу. Порталы недостаточно быстры, чтобы сделать это.

У них не было времени останавливаться для шуток, и оба ушли после этого быстрого обмена фразами. Джейсон прыгнул через тень, используя тело Тени, а Хамфри отпрыгнул, словно выстреленный из пушки.

Был еще один портальный узел, защищенный ритуалами Клайва, этот — с порталом Джейсона. Это позволяло команде рассредоточиться, давая им два варианта, куда доставить людей, которых они нашли или спасли. Пока посланники не атаковали и не прорвались в город, команда рассредоточивалась, работая в одиночку, но с другими достаточно близко, чтобы предложить поддержку в случае необходимости.

У каждого члена команды были свои специальности, и они использовали голосовой чат, чтобы вызвать нужного человека для любой работы. Сила Хамфри и способность летать были, очевидно, полезны, и он мог легче всего выкапывать застрявших людей. Способность телепортироваться в пространства, которые он видел, но не мог получить доступ, также была бонусом. У Нила была сила, но не полет, но его способность защищать и исцелять делала его, возможно, самым важным членом команды.

Софи, Руфус и Джейсон использовали свою отличную мобильность для быстрого реагирования. Скорость Софи означала, что она могла добраться до людей, которые больше всего нуждались в помощи, в то время как Руфус мог использовать свои два телепорта на короткие дистанции, Лунный шаг и Мерцающий шаг, чтобы перемещаться по рушащимся зданиям. Самым большим преимуществом Джейсона было то, что его чувства ауры могли вычленить людей, которых другие могли упустить. Во всем хаосе было легко не заметить людей обычного ранга, чьи слабые ауры были на грани угасания. Но Джейсон мог выследить их и дать им зелье, доставить к Нилу или и то, и другое.

Клайв отвечал за наблюдение за общей картиной и сосредоточился на поддержании зон эвакуации вокруг своего портала и портала Джейсона. Он установил столько ритуалов, сколько мог втиснуть в зону, чтобы они не мешали друг другу. В основном они были разработаны, чтобы защитить людей от более мелких вещей, которые были безвредны для серебряного ранга, но могли всё еще навредить обычным людям.

Роль Белинды заключалась в оценке и извлечении людей из самых сложных ситуаций. Её универсальный набор навыков и выбор сил означали, что у неё был лучший инструментарий для самой сложной работы. Многие гражданские лица были заперты под обломками, из-под которых их было трудно извлечь. Некоторые были в опасности обрушения на них, в то время как другие были ранены, и почти любое движение могло убить их. Белинда оценивала их потребности и либо извлекала их сама, либо вызывала нужного члена команды на помощь.

Тем, кого Белинда вызывала чаще всего, был Гордон, чьи точечные лучи были идеальны для разрезания обломков. Все фамильяры доказывали свою ценность, либо будучи поглощенными своим призывателем, либо активно принимая участие. Астральный фонарь-фамильяр Белинды был внутри неё, позволяя ей использовать глазные лучи, подобные лучам Гордона. Они не могли разрезать обломки так быстро, как полдюжины мощных лучей Гордона, но для деликатной работы они были идеальны.

Сташ, как и Белинда, был невероятно универсален. Для расчистки тяжелых обломков он использовал форму пятнадцатифутовой гориллы с лицом на груди и третьей рукой там, где должна была быть голова. Чтобы пробираться через узкие пространства, чтобы добраться до людей, он мог принять форму мыши или, действительно, змеи. Оттуда он мог принять форму подземельного жука, чтобы извлечь их.

Подземельные жуки были хищными существами с очень твердым и по большей части полым панцирем. Они были известны тем, что забирали свою добычу, запирали их в своем панцире, а затем зарывались глубоко под землю, позволяя своим пленникам медленно умирать от жажды, прежде чем поглотить их. Как бы мрачно это ни было, полое, но очень прочное тело и способность зарываться были идеальны для выкапывания людей.

Онслоу, летающая черепаха Клайва, летал вокруг зон, наиболее удаленных от точек эвакуации. Именно там можно было найти Руфуса, Джейсона и особенно Софи, и они могли передать гражданских лиц Онслоу, чтобы тот доставил их в безопасность. Онслоу мог сбрасывать свой панцирь, который становился большим и прочным летающим транспортом. Без панциря остальная часть его становилась крошечным и очаровательным зеленокожим черепахочеловеком, что было идеально для успокоения испуганных детей.

С большими кусками падающих обломков, тяжело отскакивающими от его панциря, сохранение спокойствия людей было важным. Онслоу использовал свои элементальные силы, как мог, выбрасывая водяные барьеры и взрывая куски камня молниями, но его неизбирательные силы были не лучшими для этой ситуации. Именно доставка людей в безопасность была его самой ценной ролью.

Колин всё еще находился в спячке в астральном царстве Джейсона, без признаков пробуждения. Тень, с другой стороны, была характерно ценной. Она могла разведывать пространства, в которые не мог протиснуться даже Сташ, и позволяла Джейсону легкую мобильность вокруг зоны.

Джейсон нашел еще одну группу гражданских лиц, запертых на дне ямы. Она была как раз достаточно широкой, чтобы вытащить людей, но слишком узкой, чтобы спуститься вниз и достать их. Это была проблема, которую простое опускание веревки не могло решить, потому что края ямы были острыми и зазубренными. Любому, кто выбирался бы, потребовалось бы деликатное извлечение, чтобы избежать рваных ран до смерти по пути.

Джейсон вызвал эхо-духа-фамильяра Белинды, Джемини, который мог имитировать способности команды. Они оба использовали способность Джейсона вызывать теневые руки, по сути создавая туннель из темных рук, который мог поднять людей, защищая их от краев ямы.

— Мистер Асано, — сказала Тень.

— Что тебе нужно?

— Оба облачных дворца завершили преобразование в бункеры, и верховная жрица Шавар готова начать перемещение эвакуированных в них.

— Хорошо. Я буду, как только мы вытащим этих людей.

* * * Снова Тайка почувствовал разочарование от того, что всё еще был бронзового ранга. Он был так близок, и если бы ему удалось пересечь эту черту, то он был бы в городе, а не играл роль распорядителя для эвакуированных, направляя людей в два облачных здания, пока лагерь организовывался. Линии людей, сгруппированных вместе, змеились через лагерь и вели к бункерам.

Облачный бункер Эмира Бахадира был большим из двух с солидным отрывом. Пятикамерная конфигурация дворца всё еще повторялась в бункере, который был гладким куполом с пятью шпилями, выступающими вверх и наружу под углами, как наклонные башни. Равномерно расположенные вокруг купола, шпили имели массивную ритуальную диаграмму, парящую между ними: сложная пентаграмма, использующая шпили в качестве опорных точек. Светясь меняющимися цветами, её яркость окрашивала область в радужные оттенки.

Бункер Джейсона был пирамидой, покрытой переплетающимися шестиугольниками матово-черного цвета, с синим и оранжевым светом, мерцающим в линиях между панелями шестиугольников. Вершина пирамиды не достигала точки, а вместо этого образовывала чашу, над которой зловеще парила гигантская версия одного из глаз Джейсона. Примечательно, что радужный свет из дворца Эмира останавливался намертво, когда приближался к дворцу Джейсона, останавливаясь, когда ударялся о невидимую стену, которая слабо мерцала, когда радужный свет ударял в неё.

Тайка издал вздох, глядя на силу, которую демонстрировали два здания. Он не был человеком с жаждой власти, но когда людям нужна была помощь, он не мог не чувствовать себя неадекватным, сталкиваясь с такими демонстрациями.

— Твоё разочарование понятно, — сказала ему Хана.

Он почувствовал её приближение, так как, подобно ему, она активно использовала свою ауру, чтобы успокоить толпу. Эти люди были всего в нескольких часах от того, чтобы их города были стерты с лица земли инопланетными ужасами, и их нервы были оголены.

— Хотя эта задача не такая захватывающая или опасная, как бег по периферии битвы алмазного ранга, — сказала Хана, — это не делает её неважной. Паника может легко начаться, и это будет катастрофой. При всей силе, которой я обладаю, людей затопчут и они умрут, прежде чем я смогу восстановить порядок. Я благодарна за твоё надежное присутствие, не только за твою ауру, но и за тебя.

Способность: [Непреклонный] (Гаруда)

* Аура (Бонус). * Базовая стоимость: Нет. * Время восстановления: Нет.

* Текущий ранг: Серебряный 0 (0%).

* Эффект (железо): Вы и союзники в пределах вашей ауры имеете повышенный атрибут [Мощь] и сопротивления.

* Эффект (бронза): Вы и союзники в пределах вашей ауры получаете один или несколько экземпляров [Мужества] при совершении актов мужества в пределах вашей ауры.

* Эффект (серебро): Нивелируйте эффекты недугов, которые наказывают атрибуты или уменьшают наносимый урон. Недуги остаются на месте, но не вступают в силу на вас или любого союзника в пределах ауры.

* [Мужество] (бонус, святой, суммирующийся): Нивелируйте следующий случай значительного урона, который вы могли бы получить, или следующий недуг, который был бы применен к вам. Если одна атака или эффект вызывает и то, и другое и/или несколько недугов одновременно, весь эффект нивелируется. Незначительные случаи урона и менее значимые недуги не вызовут этого, если только одновременно не будет применено достаточное количество таких недугов, чтобы иметь кумулятивно значимое воздействие. Дополнительные экземпляры этого бонуса могут быть накоплены.

Верховная жрица была высокой женщиной, хотя Тайка всё еще возвышался над ней. Она положила успокаивающую руку на его предплечье.

— Помни, что силы, которые мы получаем, — это не только эссенции и камни пробуждения, но и то, кто мы есть. Это верно для наших способностей ауры больше всего. Твоя аура вдохновляет, и это не просто сила, которая у тебя есть. Это отражение чего-то внутри тебя. Я всегда придерживалась мнения, что по мере того, как мы получаем силу, она не меняет нас, а концентрирует. Она берет то, кто мы есть, сбривает пух по краям и оставляет после себя дистилляцию наших основных природ. Ты — человек, который будет внушать мужество. Поднимать людей. Это очень прекрасная вещь. Не каждое отражение столь вдохновляющее.

Она перевела взгляд на зловещий глаз, возвышающийся над лагерем. Аура Джейсона не выходила за пределы пирамиды, чтобы навязываться лагерю, но пользователи эссенций с чувствами ауры могли легко обнаружить её. Даже больше, чем аура Джейсона лично, здание было предзнаменованием, доброжелательным, но также осуждающим. Оно излучало ощущение, что войти в него — значит соблюдать его правила, что нарушители заплатят цену своих грехов.

— Я понимаю, почему Асано предупреждал меня, — сказала Хана. — Я не уверена, что хочу отправлять кого-то туда в конце концов.

— Я не уверен, что ты хочешь идти туда сама, — сказал Тайка. — У Джейсона есть… взгляды на богов.

— Моему богу, кажется, он нравится. Что странно, учитывая то, что я знаю об Асано. Безусловно, учитывая ту ауру.

— Как много ты знаешь о прошлом Джейсона?

— Немного. Я могу сказать, что он пришелец. Как и ты.

— Мы из одного мира. У Джейсона были обязанности там, те, которые не должны были быть его, чтобы нести их. Чему наш мир научил его, так это тому, что он не мог позволить никому стоять у него на пути, когда вещи абсолютно нужно было делать, даже если это означало стать тираном. Джейсон всегда первый, кто встает между людьми и плохими вещами, идущими за ними, что, я думаю, почему твой бог любит его. Но он привык к тому, что люди стоят у него на пути, даже когда он убивал себя, чтобы спасти их.

— И кто держит его в узде, если он не слушает никого?

— Никто, — сказала ему Арабелла, приближаясь к паре. — И в этом проблема. Он никогда не доверял власти в первую очередь. Тот мир научил его, когда ставки были на самом высоком уровне, что он должен стать властью. Той, которой никто не может командовать. Поэтому теперь он бросает вызов всем. Королям, алмазным рангам. Богам, великим астральным сущностям.

— Это звучит как путь к быстрой смерти.

— Так и есть, — сказал Тайка. — Он не позволяет смерти командовать им тоже.

— Всё готово с бункером Эмира, — сказала Арабелла. — Мы должны начать перемещать людей в бункеры.

— Мы ждем Асано, чтобы он снова открыл своё здание, — сказала Хана. — Он хотел показать мне его лично. Он думал, что возникнет проблема с нашими жрецами.

— Он прав, — сказала Арабелла. — Ты сама увидишь, что значит бросать вызов даже богам там внутри. Это тревожно, быть отрезанным от утешительного присутствия своего бога, когда ты так к этому привыкла. Возможно, ты захочешь поместить жрецов в другой бункер.

— Нам нужны люди в обоих, поэтому я сама возглавлю тех, кто в бункере Асано. Как только он откроет его.

Тень появилась из тени Арабеллы, и Джейсон вышел из теневой формы фамильяра.

— Извините, что опоздал. Геройства; вы знаете, как это бывает. В любом случае, пойдем?

УДАЧА НАСТОЛЬКО ХОРОША

УДАЧА НАСТОЛЬКО ХОРОША

Небо звенело от шума, несмотря на то, что битва в центре Яреша была в дюжине километров. Даже с окраин, едва внутри внешних стен, можно было увидеть титанические фигуры, возвышающиеся над башнями в самом сердце города. Гаруда с головой орла был запутан змеями, обвивающими его тело, словно на него опрокинули корзину с ними. Также была группа змей невероятной огромности, как будто морские чудовища поднялись из глубин и слились в гидру-левиафана.

Воздух гремел, когда колоссальные противники разрушали здания из металла и камня, словно они были из картона. Обломки летели над городом, куски кладки свистели, как бомбы, когда они падали с неба. Гаруда был алмазного ранга, и его противник был таким же, быстро пройдя через серебряный и золотой ранги по мере своего роста.

На окраине города, прямо внутри внешних стен, находился лагерь беженцев для людей, которые были перемещены из городов на юге. Лагерь был полон активности, люди шаркали в два облачных дворца, которые были переоборудованы в бункеры. Больший бункер, принадлежащий Эмиру Бахадиру, был куполом, из которого вверх и наружу выступали пять наклонных башен. Другой был пирамидой, состоящей из матово-черных шестиугольников с синим и оранжевым светом, светящимся между панелями. Пирамида не поднималась к вершине, вместо этого имея чашеобразный верх. Над ней парил гигантский глаз, состоящий из туманного синего и оранжевого света.

Хана Шавар смотрела вверх на зловещий глаз, пока её люди направляли гражданских лиц в широкие двери у основания пирамиды. Она была верховной жрицей Целителя для города-государства Яреш, но она отправила большинство своих людей в бункер золотого ранга, принадлежащий Бахадиру.

Была причина, по которой она направляла всё духовенство, как из своей церкви, так и из других, прочь от бункера, принадлежащего Джейсону Асано. Когда он принимал форму больницы, она находила здание имеющим нервирующее качество, которое она не могла точно определить. Теперь он был в полном защитном режиме, сила, скрытая внутри, больше не была скрыта. Каким-то образом здание Асано могло поместить барьер между жрецами и их богами, отрезая голоса божеств.

Постоянное присутствие силы её бога всегда было утешением для Ханы, присматривая за ней в её величайшие моменты и самые темные часы. Только в редкие моменты она была отрезана от него, в потустороннем царстве или в сердце священной земли другого бога. Те времена были худшими для любого жреца.

Для тех, кто чувствовал прямое прикосновение своего божества, каждое чувство и инстинкт говорили им, что это сила без предела. Всевидящая, всемогущая сила, за пределами мелких забот смертных, которые служили им. Когда это присутствие отрезалось, тот факт, что даже у богов были пределы, был суровой реальностью, с которой приходилось сталкиваться. Земля, которая должна была быть твердой под ногами, внезапно качнулась, став нестабильной.

Хана испытывала это достаточное количество раз, что, хотя это было неприятно, она привыкла к этому. Борьба со знанием того, что её инстинкты и реальность противоречат друг другу, бросила вызов её вере, но в конечном итоге укрепила её. Она поняла, что её бог, не будучи всемогущим, означал, что он не был просто всемогущей, доброжелательной силой, дарующей благодать маленьким смертным. У него были пределы, хотя и экстремальные.

Откровение, которое укрепило её веру, заключалось в том, что у её бога были пределы, её вера не была просто какой-то игрой, в которую он играл; её положение как жрицы не было бессмысленным перед лицом абсолютной силы. Он мог не нуждаться в ней так сильно, как она нуждалась в нём, но он нуждался в ней. Она не просто брала от этого великого существа, но и имела что дать. Её цель, её жизненная работа, была истинной и доброй.

Это то, что давало ей утешение в те моменты, когда она была где-то за пределами силы своего бога. Она могла быть его руками, когда он не мог дотянуться, его глазами, когда он не мог видеть, и его голосом, когда он не мог говорить. Она была жрицей. Представителем своего бога, и это никогда не было более важным, чем когда она была отрезана от него.

Однако не каждый жрец пришел к этому выводу, так как откровение заняло у Ханы годы, чтобы не просто достичь, но по-настоящему усвоить. Это было не то, что она могла предложить своим коллегам-жрецам посреди эвакуации беженцев, поэтому она направила всех жрецов в бункер Бахадира, где просто вход внутрь не угрожал кризисом веры.

Не было недостатка в светском персонале, чтобы направлять людей в зловещее логово Асано, хотя сам Асано больше не присутствовал. Он появился достаточно надолго, чтобы переоборудовать здание из больницы в угрожающий бункер-пирамиду, которым оно было сейчас, но он немедленно вернулся к спасению людей, попавших в битву колоссов.

На его месте был фамильяр Джейсона, Тень, хотя большинство множественных тел теневого существа, по-видимому, были заняты. Тень направляла большую группу теневых сущностей, присутствие которых ни Тень, ни Асано не объяснили, кроме как называя их аватарами. Это были темные силуэты, которые выглядели как люди в капюшонах, с большим единственным глазом вместо лица. Было трудно не заметить, что эти глаза были отражениями как гигантского шара, парящего над бункером, так и собственных глаз Асано.

Хана проверила бункер, прежде чем позволить кому-либо войти, и теперь Тень вела её обратно в здание. Они прошли мимо очередей людей, направляющихся внутрь через большую дверь, направляемых темными аватарами Асано.

Стены, полы и потолки были холодными, твердыми и пустыми. Они были сделаны из темного кристалла, испещренного синим, серебряным и золотым. Не было никакого декора и никаких лиственных зеленых растений, которые были найдены повсюду в больничном варианте здания. Увидев внутри секции общежитий, она знала, что они, по крайней мере, обставлены плюшевой облачной мебелью.

— Спальные места, отведенные для беженцев, могут не предлагать много места, — заверила её Тень, — но они более комфортны, чем предполагают коридоры.

Хана взглянула на теневого фамильяра, не в первый раз задаваясь вопросом, может ли он читать мысли.

— Я ценю это, — сказала она ему, — но безопасность — это приоритет, а не комфорт.

— Не беспокойтесь на этот счет, жрица Шавар. Я бы сказал, боги помогают тем, кто приходит сюда в поисках неприятностей, но им понадобится больше, чем боги в домене мистера Асано.

В вежливом тоне фамильяра была скрытая зловещая радость, которая была достаточно тонкой, что она вполне могла себе это воображать. Она могла бы поверить, что его слова были ложной бравадой, если бы не зияющая дыра в её разуме, где обычно располагалось присутствие её бога.

Различные проходы и комнаты были перекрыты стеной тумана. Эти стены были такими же непроницаемыми для чувств Ханы, как и остальная часть пирамиды, что было еще одной причиной, по которой это нервировало её. Магические чувства, которые могли охватить город одним взглядом, останавливались стенами так же уверенно, как и её зрение. Это оставляло её чувствующей себя такой же изолированной от мира, как она была от своего бога.

— Стены служат для обеспечения безопасности гражданских лиц в общежитиях, — объяснила Тень, снова предвосхищая её опасения. — Хотя внешние стены прочны, достаточно целеустремленная атака прорвет их, особенно если замешаны золотые ранги. Общежития — самые укрепленные внутренние пространства, делая пустые коридоры более привлекательным путем для врагов, пересекающих внутренности. Это даст защите время, чтобы разобраться с ними.

— Может ли защита справиться с золотыми рангами, которые могут пробить себе путь внутрь?

— Я тихо уверен, жрица Шавар.

— Я подозреваю, Тень, что ты тихо всё.

— Это очень любезно с вашей стороны, жрица.

Они прибыли к платформе-лифту в центре пирамиды, которая также была окутана туманом. Они прошли сквозь туман, и лифт поднялся выше в здание.

— Помимо меня и аватаров, только вы имеете доступ к этой центральной шахте, — объяснила Тень, когда платформа проходила сквозь больше туманных барьеров на каждом этаже. Их было всего четыре, с платформой, останавливающейся в комнате без потолка. Над их головами была открытая чаша с туманным глазом, парящим над ней, и высоко над этим — защитный купол города. Из открытого потолка стены комнаты наклонялись вниз, являясь внешними стенами пирамиды.

— Эта комната кажется приглашением для взлома, — сказала Хана, глядя вверх на зловещий парящий глаз.

— Кажется, не так ли? — сказала Тень. — Будем надеяться, что посланники достаточно вежливы, чтобы принять его.

Изображения появились в воздухе вокруг них. Большинство показывало сцены изнутри или вокруг зданий, в основном людей, шаркающих в бункеры в очередях или устраивающихся в общежитиях. Одно показывало мужчину, спорящего с одним из сотрудников лагеря, и как только она сфокусировалась на нём, начал играть звук. Мужчина жаловался на ограниченное пространство, по-видимому, убежденный, что некоторым людям дают отдельные комнаты.

— Всегда есть несколько таких, — пробормотала Хана, звук затих, когда её внимание переместилось.

Её взгляд упал на приближенную перспективу далекой битвы. Гигант с головой орла терзал головы гидры и змей, ползающих по ней, часто пожирая их целиком. Даже так, они, казалось, бесконечно восполняли себя, больше змей появлялось, когда головы гидры быстро заживали или вырастали заново целиком. Она снова взглянула вверх.

— Это видение исходит от большого глаза?

— Да. Эта комната может показать что угодно изнутри здания или то, что глаз может видеть. Вы можете следить за бункерами и окружающими условиями отсюда. Если вы будете сражаться здесь, у вас будет преимущество окружающей среды, хотя я советую вам отступить, если и когда нападающие прорвутся внутрь. Платформа-лифт безопасно эвакуирует вас.

— Предполагая, что посланники действительно атакуют город.

— Они уже собираются. Мистер Асано договорился, чтобы вы расширили свои чувства за пределы этой комнаты, если вы пропустите их через глаз.

Хане потребовался момент, чтобы понять как, но прохождение её ауры и магических чувств через глаз перед их расширением над городом было довольно интуитивным. Она быстро почувствовала битву титанов алмазного ранга, затмевающую всё остальное. Она чувствовала искателей приключений по всему городу, суетящихся, чтобы спасти граждан или подготовиться к атаке. Её чувства проходили через активную магию барьера города гораздо легче, чем должны были, и она чувствовала посланников, собирающихся вокруг города со всех сторон.

Приняв участие в атаках на цитадели посланников, Хана понимала их стратегии. Каждый посланник был по крайней мере немного отличен от других, но они подпадали под несколько широких ролей. Одной из самых важных, по крайней мере для крупномасштабных операций, были призыватели.

Призыватели среди посланников имели много преимуществ перед своими коллегами-пользователями эссенций. Мало того, что их силы были удобнее для активации, не требуя кругов призыва, но они также призывали существ в большем количестве. Их существа могли быть менее индивидуально мощными, но это была приемлемая цена, когда это позволяло им раздувать относительно небольшое количество посланников.

Хана могла чувствовать, как они наращивают свои силы, недалеко от городских стен. Это было достаточно близко, чтобы быть реальной угрозой, но не настолько близко, чтобы быть атакованными без того, чтобы люди покинули защиту города. Только несколько специалистов по стычкам были снаружи, создавая неприятности среди врага, в то время как остальные ждали атаки. Количество защитников было, к сожалению, низким, со многими искателями приключений, всё еще находящимися в городах на юге.

— Это нехорошо, — сказала Хана, используя гигантский глаз, чтобы панорамировать свои чувства над силами посланников. — Не похоже, что им удалось проникнуть в узлы инфраструктуры щита, чтобы саботировать их, но они явно понимают, как работает барьер города.

— Есть ли уязвимость в защите города? — спросила Тень.

— Не уязвимость, но есть только так много способов защитить целый город, и ни одно решение не является идеальным. Каждая система имеет слабости, и знание того, как они работают, означает, что эти слабости могут быть использованы. В этом городе защитный экран адаптивен, что означает, что он фокусирует энергию щита на любых областях, находящихся под атакой в любой данный момент. Он превосходен против атак монстров, которые спорадичны по своей природе. Вот почему этот тип барьера так распространен в городах и крепостных поселениях. Но если у вас есть численность, чтобы атаковать весь щит сразу, вместо того чтобы устраивать спорадические атаки, как это делают монстры, вы выявляете слабость.

— Я полагаю, я понимаю, — сказала Тень. — Если вы берете щит, предназначенный для фокусировки своей силы на местах, где он атакован, а затем атакуете везде, щит становится тонким повсюду. Он тогда становится уязвимым для больших, мгновенных атак.

— Именно. Щит не рухнет, если вы проделаете в нем дыру, но потребуется время, чтобы самовосстановить брешь. Достаточно долго, чтобы вы могли пропустить хорошее количество людей всех сразу. И мы знаем как факт, что у посланников есть по крайней мере один алмазный ранг. Я полагаю, они собираются распространить атаки всех своих призванных существ, чтобы истончить щит. Затем они прорвутся через различные места с одновременными атаками от своего алмазного ранга и более сильных золотых рангов. Открытия будут лишь временными, но достаточными для того, чтобы их сильнейшие силы прошли, вместе с достаточным количеством призывов, чтобы служить пушечным мясом.

— Я полагаю, люди, командующие защитой города, хорошо осведомлены об этом, — сказала Тень.

— Конечно; они будут следить за этим гораздо ближе, чем мы. Они бы уже послали людей наружу, чтобы сорвать врага, если бы у нас были люди, которых можно послать. Всё больше и больше похоже на то, что зараженные червями города на юге никогда не предназначались для того, чтобы быть настоящей силой вторжения.

— Или они были, и эта атака — непредвиденное обстоятельство на случай, если они были обнаружены до того, как были готовы.

Хана покачала головой. — Многоэтапные планы с интегрированными непредвиденными обстоятельствами. Я не люблю умных врагов.

— Для умного врага стратегия, которую вы предположили, кажется предложением «всё или ничего». Если ударные силы, которые прорываются в город, не смогут завоевать его, они будут отрезаны, как только барьер восстановит дыры.

— Они здесь не для того, чтобы завоевать, — сказал Джейсон, когда он вышел из тела Тени, как будто теневое существо было дверным проемом. — Они здесь, чтобы посеять террор. У нас может не быть людей, чтобы принять бой с ними, но мы можем, по крайней мере, увидеть, где они устанавливают своих сильнейших атакующих.

Джейсон небрежно жестикулировал рукой, когда он стянул капюшон назад с головы, чтобы открыть своё лицо. Изображения, парящие вокруг комнаты, все сдвинулись, их оригинальные изображения были заменены. Новые показывали различные места за пределами города, как видно через легкое мерцание защитного барьера. Это был купол, который поднимался от городской стены, и теперь он был окружен врагами.

Посланники составляли лишь меньшинство сил и обычно зависали где-то рядом с верхом городской стены. Их призывы, все из которых могли летать, окружали купольный барьер со всех сторон, включая прямо сверху. Призванные монстры были странными для глаза Джейсона, отклоняющимися от нормального паттерна. Большинство монстров выглядели так, как будто они могли появиться в среде, в которой они порождались, до тех пор, пока было достаточно магии. Водные гибриды акулы-краба на побережье. Болотные монстры с пропитанной кожей, похожей на кору. Даже более причудливые, которые были в основном ртами и щупальцами, появлялись в магически испорченных землях, темных пещерах или глубинах океана, где такие сущности были нежелательны, но не неожиданны.

Призывы посланников были другими. Они не были похожи ни на что, что было бы естественно произведено в любой среде, не созданной М. К. Эшером. Одним был набор концентрических металлических лент, парящих в воздухе. Они вращались друг вокруг друга, их края были покрыты глазами, которые метались взглядами повсюду. Другой выглядел как единственное закрытое веко с крыльями, торчащими по обе стороны, но когда веко открывалось, оно открывало не глаз, а рот с рядами кинжальных зубов. Они все были одинаково инопланетными, хотя глаза и крылья фигурировали сильно. Некоторые были геометрическими, выглядя как парящие сигилы. Джейсон заметил гигантскую бестелесную руку с ртом на ладони и глазами на кончиках пальцев.

Хана поняла, что изображения в комнате просмотра пирамиды не выбирали случайных странных монстров, а вместо этого то, что, скорее всего, было ударными командами. Она могла чувствовать их силу, с золотыми рангами посланников, собранными в кластеры вокруг города.

— Видишь, где они расположены? — спросил Джейсон Хану. — Ты видишь, что общего у этих мест?

Хана снова расширила свои чувства, фокусируясь на этих областях. В каждой из них она чувствовала линии гражданских лиц, устремляющихся в этих направлениях, вместе с мощной магией постоянных бункеров, предназначенных для нашествий монстров на город.

— Они идут за бункерами, — сказала она в ужасном шепоте.

— Ага, — сказал Джейсон. — Я думаю, они хотят прорваться через барьер защиты, нанести как можно больше жертв среди гражданского населения и убраться, прежде чем барьер стабилизируется. Я не знаю, был ли это всегда план или это резервный вариант, как только они увидели нашего нового друга-птицечеловека, сражающегося с их монстром-змеей. В любом случае, я думаю, это то, что они задумали сейчас.

— Ты знаешь, где находятся алмазные ранги города? — спросила Хана.

— Помогают гаруде, насколько я видел, — сказал Джейсон. — К счастью, гаруда делает тяжелую работу. Если бы нашим алмазным рангам пришлось иметь дело с этим и посланниками, с этим городом было бы покончено.

— Тогда нам невероятно повезло, что он здесь, — сказала Хана.

Джейсон нахмурился.

— Да, — сказал он несчастно. — Мы были бы полностью в заднице, если бы его здесь не было. Я не доверяю удаче, которая настолько хороша.

МИЛО И С ПЫХТЕНИЕМ

МИЛО И С ПЫХТЕНИЕМ

Яреш был осажден посланниками и призванными ими монстрами. Джейсон впервые участвовал в полномасштабной обороне города, причем города с высоким уровнем магии. Во время обороны Римароса он занимался зачисткой монстров на другом острове.

Если бы не опасность, угрожавшая жителям Яреша, ему бы даже понравилось быть неприметным винтиком в огромном механизме, одним из многих авантюристов серебряного ранга, набранных для этой задачи. Поскольку посланники и их призывы были как минимум серебряного ранга, авантюристы бронзового ранга в бою были бы лишь обузой, несмотря на свою численность. Их перевели на вспомогательные роли, что хорошо подходило для целителей, но превращало боевых авантюристов в прославленных швейцаров, провожающих гражданских в бункеры.

Серебряный ранг считался порогом для становления настоящим авантюристом в зонах с высоким уровнем магии. Скачок в силе от бронзы к серебру был гораздо значительнее всего, что было до этого, поскольку авантюристы бронзового ранга были слишком легкими мишенями. Серебряный ранг представлял собой ту стадию, на которой хорошо обученный пользователь эссенции делал свой первый серьезный шаг прочь от хрупкой смертности, превращая свое тело из мешка со слабыми местами в мешок с запасом здоровья.

Серебро также было той стадией, которой мог достичь любой авантюрист при наличии достаточных ресурсов. За пределами магически пустынных зон, таких как Гринстоун, активный авантюрист мог пройти путь от бронзы до серебра за пять-десять лет. Для элиты гильдии нормой были три года, а многие справлялись и быстрее. Всегда находились обстоятельства, предоставлявшие возможности для смелых, и затяжной всплеск активности монстров, через который прошел Паллимустус, был экстремальным примером. Сейчас новоиспеченных авантюристов серебряного ранга было больше, чем в любой другой период в истории.

Даже число авантюристов золотого ранга выросло, хотя и в гораздо меньшей степени. Авантюристы золотого ранга в Яреше были истинной силой в обороне города, и спутники Джейсона золотого ранга уже присоединились к ним. Эмир, Арабель и Каллум Морс составляли три четверти их старой команды, а место отсутствующего мужа Арабель заняла жена Эмира, Констанция. Они выступили вместе с Амосом Пенсината, который был знаменит своей мощью даже по меркам золотого ранга.

Карлос Килидо был целителем, а не боевым магом, как Арабель. Его направили помогать справляться с множеством раненых в результате битвы, развернувшейся в центре города. Гаруда размером со здание все еще сражался с апокалиптическим змеем, даже когда посланники собирались за пределами города.

Местные авантюристы золотого ранга Яреша отвечали за оборону города. Заместитель директора Общества искателей приключений обладал способностью связи, не похожей на способность Джейсона, но более мощной в силу ранга. Он использовал ее, чтобы связать каждого лидера команды в городе серебряного ранга и выше, координируя защитников города.

Джейсон сделал короткую паузу в спасательных работах, чтобы проверить, правильно ли его облачный дворец сформировал защитный бункер, так как он никогда толком не тестировал его оборону. Он находился в комнате наблюдения на вершине пирамидального здания вместе с Ханой Шавар и Тенью, закрыв глаза и исследуя здание своими магическими чувствами. Все структуры выглядели хорошо, системы вооружения были готовы и ждали. Они были вкладом Трэвиса Ноубла, специалиста по магическому вооружению с Земли. Джейсон думал, что результаты будут больше похожи на огнестрельное оружие, но вместо этого они были явно сформированы под влиянием собственных склонностей Джейсона.

Он также мог чувствовать людей в бункерах. Гражданские заполняли общежития, и он чувствовал Эстеллу Уорнок и Тайку в небольших помещениях, которые он выделил для них. Эстелла нервно расхаживала, а Тайка медитировал. Джейсон предположил, что Тайка надеется прорваться к серебряному рангу вовремя, чтобы присоединиться к битве, и, учитывая, как он был близок, он мог даже успеть. Джейсон не считал, что прыгать прямо в бой сразу после повышения ранга — хорошая идея, но он был не в том положении, чтобы критиковать безрассудные броски в бой.

Хамфри связался с ним через способность Джейсона к командному чату. Как лидер команды, он был тем, кто получал директивы от командования обороны города и передавал их группе.

— Джейсон, эвакуация гражданских в бункеры обороны города идет полным ходом. Они направляют всех готовиться к вторжению, назначая команды на бункеры, которые, как ожидается, будут атакованы.

— Нас назначили в лагерь беженцев? — спросил Джейсон.

— Нет, лагерь беженцев окружен транспортными средствами авантюристов, плюс двумя облачными дворцами. В развлекательном квартале есть бункеры, которые являются одними из самых больших, но при этом самых слабых в городе, поэтому нас отправляют туда вместе со многими другими командами. Мы уже направляемся туда, так что можешь встретить нас по пути?

— Без проблем, приятель.

* * * Джейсон вышел из одного из тел Тени, которые он разместил на крыше. Большинство тел Тени оставались с Джейсоном для боевых целей, но несколько были размещены в облачном дворце или в стратегических местах по всему городу. Это позволяло Джейсону быстро перемещаться к любому из них с помощью прыжка по теням, перемещаясь по городу, не ставя свой портал на перезарядку.

Было нетрудно сориентироваться после появления на крыше; битву алмазного ранга между гарудой и бесконечно порождаемым змеиным существом было невозможно пропустить. Гуманоид с головой орла был выше возвышающихся зданий центра города, и каждый раз, когда он наносил удар по гидраподобным головам змея, с которыми сражался, по городу рокотал гром. Даже на расстоянии десяти километров воздух, который должен был быть неподвижным под куполом барьера города, вздрагивал от ударных волн битвы.

Бросив быстрый взгляд на битву, Джейсон подбежал к краю здания и спрыгнул. Его плащ из тьмы и звезд принял форму широких крыльев, которые волнообразно двигались, толкая его сквозь воздух.

Он осмотрел город со своей высокой точки обзора. Большая часть Яреша была построена вокруг живых деревьев, магически сформированных, а затем заполненных камнем. Сердце города контрастировало с этим, поскольку живые здания уступали место полированному металлу и сияющим стеклянным башням. Многие из них были повреждены или полностью разрушены гарудой и его змеиным противником, сражавшимися среди них.

Город был залит синим оттенком, так как солнечный свет проходил сквозь купол защитного барьера города. Обычно видимый лишь как легкое марево от жары, теперь он светился синим, отражая атаки по всей своей поверхности. Посланники начали свой штурм, и их призывы роились вокруг него, как рой рассерженных пчел.

Джейсон был далеко не единственным путешественником в воздухе, так как небо было заполнено авантюристами, летящими в одиночку или командами. Большинство передвигались на личных транспортных средствах различных типов, от летающих скиммеров, как у персонажа «Звездных войн», до парящих облаков, как у Сунь Укуна. Другие ехали на фамильярах, имели магические крылья, как Джейсон, или просто летали вокруг, как супергерои. Софи была одной из них, догнав Джейсона, так как она легко обгоняла его в воздухе. Остальная часть команды следовала позади в расширенной раковине Онслоу.

Фамильяр Клайва, Онслоу, мог расширять свою раковину в открытый летающий аппарат, а сама черепаха без панциря принимала форму маленького зеленого гуманоида. Одетый в детскую одежду, предоставленную Клайвом, он выглядел как очаровательный талисман команды. Однако он все еще был более чем способен направлять смертоносные стихийные атаки из светящихся рун на вершине своей раковины.

Джейсон и Софи замедлились, чтобы присоединиться к остальным в раковине. Клайв купил немного мебели для путешествий внутри раковины Онслоу, но, поскольку они направлялись в бой, он оставил большую ее часть в своем хранилище. Он постелил только плюшевый коврик, на котором сидела команда, пока Хамфри проводил инструктаж. Софи и Джейсон влетели и сели с остальными, а Сташ в форме щенка забрался на колени к Софи, чтобы она почесала его за ушком.

— У посланников есть несколько аспектов, в целом общих с пользователями эссенции, — объяснил Хамфри.

Он не собирался рассказывать ничего слишком уж откровеного, но был твердым сторонником повторения информации до тех пор, пока она не усвоится. Как главный стратег команды, он изучал своих будущих врагов больше, чем кто-либо другой в команде.

— У всех посланников уникальные наборы сил, — продолжил он. — Не такие многочисленные или разнообразные, как у пользователей эссенции, но не стоит недооценивать их универсальность. Также, как и у нас, их наборы сил, как правило, делятся на роли, поэтому следите за тем, что они делают, и реагируйте соответствующим образом. Страйкеры наносят большой урон, но не так устойчивы, поэтому отдавайте приоритет им.

Он кивнул Софи.

— Защитники представляют меньшую опасность, но их трудно убить. Они также хороши в том, чтобы занимать нескольких атакующих, поэтому они не будут преследовать остальных. Софи и я будем в основном отвечать за то, чтобы отвлекать их, чтобы остальные могли переключиться на более мягкие цели, но будьте готовы сосредоточить огонь на защитниках, если это будет правильным решением. Белинда возьмет на себя роль полевого тактика, как обычно, поэтому она будет искать возможности, которыми мы сможем воспользоваться.

— Целители — главный приоритет, верно? — спросил Руфус.

— Как всегда, — кивнул Хамфри. — Целители редки среди посланников, но если мы заметим одного, он сразу попадает в начало списка. Имейте в виду, что они будут наиболее сильно защищены, поэтому мы идем на целителей только командой и по плану. Или мы отправляем Джейсона в одиночку.

— Ты просто собираешься бросить меня туда?

— Да, — сказал Хамфри. — И ты не точечный убийца, поэтому я ожидаю, что ты убьешь не только целителей, пока будешь там. Следующие на очереди — призыватели, которые являются самыми слабыми из архетипов посланников по отдельности, но критически важны для их сил. Убийство их не избавит от призывов, но снизит сплоченность их призванных монстров. Низкий приоритет, но используйте шанс, если он представится.

Он посмотрел на Нила и Клайва.

— Ключевой момент, за которым нужно следить, — это то, что многие посланники обладают силой изолировать отдельных лиц, принуждая к конфронтации один на один. Нил и Клайв, вы наши самые слабые одиночные бойцы, поэтому держитесь вместе с Белиндой в раковине Онслоу. Клайв, я хочу, чтобы ты сосредоточился на подготовке мощных ударов по любым посланникам, на которых сможешь выйти через стену призванных монстров. Линди и Нил, усиливайте его, когда не заняты лечением или защитой группы. Линди, я хочу, чтобы ты приберегла свои трюки для тех моментов, когда мы сможем максимально эффективно преподнести посланникам сюрприз-другой. Сташ, я хочу, чтобы ты держался рядом с ними и обеспечивал их безопасность.

Сташ издал утвердительный тявкающий звук.

— Если они не смогут застать вас в одиночку, — продолжил Хамфри, — они не смогут использовать эти изолирующие силы на вас. Просто следите за атаками по площади, так как вы будете сгруппированы. Ты знаешь, что делать, Нил.

Нил кивнул.

— Я не могу позволить себе просто стоять на месте, — сказала Софи. — Я бесполезна в таком случае, и могла бы так же хорошо остаться в облачном доме.

— Ты права, — согласился Хамфри. — Все, кто не держится рядом с Онслоу, будут в движении, действуя с некоторой степенью независимости. Ты и я будем держаться относительно близко, прикрывая остальных. Я буду зачищать призывы, которые приблизятся к Онслоу, а я хочу, чтобы ты лезла в лицо любым посланникам, Софи.

— Я беру на себя больших, а ты — маленьких, — сказала ему Софи.

— По сути, да, — подтвердил он. — У посланников хватает интеллекта, чтобы делать стратегические и тактические выборы, на которые не способны их призывы. Я хочу, чтобы ты лезла им в лицо, нарушая все, что они пытаются сделать, и подготавливая их для мощных ударов Клайва.

— Ты не хочешь, чтобы я их убивала?

— Сосредоточься на дезорганизации, по крайней мере, в начале. У тебя будет достаточно боя, чтобы набрать силу, и ты будешь мило пыхтеть на поздних стадиях.

— О, значит, пыхтеть буду я, да? — спросила она, и лицо Хамфри покраснело.

— Время и место, — сказал он ей сквозь зубы.

— А как насчет сил один на один, которые есть у посланников для изоляции? — спросил Руфус.

— Пока группа держится вместе, вся информация, что у нас есть, говорит о том, что они будут в порядке. Тем из нас, кто действует в одиночку, придется исходить из того, что некоторые или все мы в конечном итоге попадем под их удар. Скорее всего, после того, как посланники поймут, что не могут отсечь Нила или Клайва для атаки.

— А они вообще пойдут на нас? — спросила Софи. — Они должны предполагать, что мы знаем об их силах, так что любой, кто идет в одиночку, может справиться с собой в дуэли.

— Не стоит недооценивать высокомерие посланников, — сказал Джейсон. — Наша сторона может оценивать посланников как чуть ниже боевого авантюриста в сравнении один на один, но я готов поспорить, что они делают наоборот. И я, честно говоря, не знаю, какая сторона права. Обещаю вам, что их ауры будут критическим фактором.

— Мы не можем просто забиться в угол из страха перед одиночными боями, — сказал Хамфри. — Как сказала Софи, если мы не будем сражаться по-своему, мы могли бы и не приходить. Эти враги слишком сильны, чтобы приносить что-то, кроме нашего максимума. Мы просто должны верить, что сможем справиться с ними в одиночку и вернуться в бой.

— Что означает, что некоторые из нас будут относительно одни, — сказал Руфус.

— Да, — согласился Хамфри. — Особенно ты и Джейсон, Руфус. У вас нет собственной способности к полету, поэтому я хочу, чтобы вы были на земле. Призывы посланников — все летуны, но они будут пытаться прорваться в подземные бункеры.

— Я могу зачищать призывы, одновременно подготавливая свои мощные атаки для посланников, — сказал Руфус. — Может быть, застать врасплох некоторых из этих защитников мощными ударами.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Я знаю, ты не любишь говорить о Земле, но, судя по тому, что мне рассказывала Фарра, ты должен отлично справиться в самой гуще врагов. Это то, с чем ты можешь справиться?

— Без проблем. Быть одному посреди тысяч монстров — это в некотором роде мое призвание.

— Только не умирай снова, — сказал ему Нил.

— Никаких обещаний.

— Джейсон, у тебя закончились воскрешения, — отметил Хамфри.

— Ненавижу тебя расстраивать, дружище, но и у всех остальных тоже. Даже твоя способность «Бессмертие» не поднимет тебя до золотого ранга.

— Он не ошибается, — сказал Нил. — Магия воскрешения стала сложнее уже несколько лет как. Даже на золотом ранге у тебя есть в лучшем случае минуты, и только самая сложная и трудная целительная магия может это сделать.

— Прости за это, — сказал ему Джейсон.

— Это было то, что боги исцеления и смерти сделали с тем, как работает магия, — сказал Нил. — Это была не твоя вина.

Выражение лица Джейсона сменилось извиняющейся гримасой.

— Это была не не моя вина. Я думал, я рассказывал вам это. Вся та история с Жнецом, который заключил сделку, чтобы Мировой Феникс не продолжал возвращать меня из мертвых.

— Я думал, это шутка.

— С чего бы это было шуткой?

— Потому что это безумие.

Нил вздохнул.

— Посмотри, с кем я разговариваю. Тень, пожалуйста, скажи мне, что Жнец не заставлял богов менять работу магии из-за Джейсона.

— Жнец не заставлял богов менять работу магии из-за мистера Асано.

— Спасибо, — сказал Нил с облегчением в голосе.

— Мистер Асано был скорее побуждающим инцидентом, который подтолкнул Жнеца к действиям по поводу того, что его беспокоило уже довольно долгое время.

Нил бросил на Тень безразличный взгляд.

— Еще не поздно мне пойти найти энергетического вампира Тадвика и снова присоединиться к его команде?

ПРОРЫВ

ПРОРЫВ

Джейсон и его команда ехали внутри расширенной раковины Онслоу в сторону развлекательного квартала. Погребенный под тавернами, клубами, театрами и ночными клубами находился массивный подземный бункер, один из наименее защищенных в городе. Он был большим и магически укрепленным, но в основном полагался на прочную крышу, не имея активной защиты, которая могла бы удержать атакующих от постепенного прорывания внутрь.

Обычно это было нормально, если монстр появлялся в городе или некоторым удавалось прорваться во время всплеска активности монстров, но посланники были более разумными врагами. Они не только потрудились бы добраться до людей в бункере, но и осознали бы его относительную уязвимость. Команда Джейсона и другие подобные ей были призваны сдерживать посланников, как только те проберутся в город. В конечном итоге они будут вынуждены либо отступить через прорывы, которые они создали в куполе барьера, либо оказаться в ловушке внутри, когда те закроются.

Джейсон стоял на краю раковины Онслоу, глядя на купол, охватывающий город. Барьер уже сменил цвет с прозрачного на синий, так как призванные монстры атаковали всю его поверхность. По мере того как он испытывал все большее напряжение, он начал гудеть, как влажные линии электропередач, даже источая похожий запах озона. Большинство людей не заметили бы этого, но обоняние Джейсона серебряного ранга могло учуять этот привкус даже с большой глубины.

Хамфри наклонил голову, прислушиваясь к голосу в своей голове. В данный момент он находился под воздействием двух способностей связи: способности Джейсона, связывающей его с командой, и способности авантюриста золотого ранга, координирующего оборону города.

— Они ожидают прорывов в любой момент, — предупредил он. — Мы будем на месте всего через минуту или две, но возможно, мы прибудем к уже начавшемуся бою.

* * * Гэри пробирался по улице, расположенной гораздо ближе к центру города, чем Джейсон и его команда. Это была часть Яреша, где здания были сделаны из полированного металла и камня, а не из живого дерева. Здания здесь были также выше, по крайней мере те, у которых было больше, чем просто разбитое основание, торчащее вверх, как рукоять сломанного меча.

Улица была в руинах, целые секции зданий обрушились на дорогу. Передвижение по ним попеременно означало карабканье, обход или даже прохождение сквозь них, входя через разбитую секцию стены и выходя через дверь или окно, которые каким-то образом остались целыми.

Гэри путешествовал с другими пользователями эссенции, специализирующимися на различных ремеслах, продвигаясь ближе к великой битве в центре города, чем большинство авантюристов. У ремесленников почти не было боевого опыта, кроме Гэри, но это едва ли имело значение. Любой, кто ниже алмазного ранга, кто ввязался бы в бой между гарудой и змеиным монстром, погиб бы беспомощно, будь он ветераном боев или нет.

Взобравшись на поваленную башню, Гэри остановился, чтобы посмотреть вверх. С неба дождем сыпались обломки, так как титанические существа крушили здания. Некоторые из обломков были самими зданиями, приземляясь на другие здания или широкие бульвары, как бомбы. Пыль забивала воздух, едкая в легких любого низкорангового, попавшего в нее.

Воздух был наполнен пронзительными криками змеев и громоподобными грохотами, когда битва разрушала еще больше города. За этими нерегулярными звуками слышался гул, становящийся все громче по мере того, как барьер выдерживал атаки извне. Свет, просачивающийся сквозь купол, стал более глубокого синего цвета, придавая городу вокруг Гэри ощущение подводных руин. Он на мгновение вспомнил деревню под озером, которую они с Фаррой и Руфусом обнаружили недалеко от Гринстоуна, незадолго до того, как впервые встретили Джейсона.

Он покачал головой, его грива танцевала вокруг головы. Он посмотрел вниз, туда, где остальные пробирались через препятствие. Они, возможно, не были бойцами, но у них все еще была сила, выносливость и ловкость серебряного ранга, так что помощь им не требовалась. Группа поддержки из авантюристов бронзового ранга с ними были настоящими авантюристами и также были способны на многое.

Единственным членом группы, у которого возникли трудности с преодолением местности, был призыв Гэри. Десятифутовый кузнечный голем был гуманоидным конструктом из грязно-черного промышленного металла. Свечение расплавленного металла исходило из суставов, между металлическими панелями и из глазниц, которые были единственными чертами на в остальном пустом лице. Он был не лучшим альпинистом, но силы Гэри, почти золотого ранга, было достаточно, чтобы тащить шеститонного голема без всяких проблем. Во многих случаях голем проходил сквозь препятствия, а не через них.

Гэри и другие ремесленники были добровольцами, желающими помочь с эвакуацией. Их силы были более эффективны, чем у обычного авантюриста, для борьбы с масштабными разрушениями. Они могли сплавлять камень, укреплять здания, находящиеся под угрозой обрушения, и использовать другие методы, чтобы извлечь любых выживших, оказавшихся в ловушке. Группа поддержки из авантюристов бронзового ранга с ними была назначена Обществом искателей приключений, так как у них были способности, хорошо подходящие для того, чтобы доставить спасенных гражданских в безопасное место, как только они освобождались от всего, что их удерживало. У большинства были способности к транспорту или скорости, но Общество искателей приключений даже умудрилось выделить пользователя портала и целителя.

Целитель был особенно полезен при густой пыли, которая сжимала легкие обычных людей, которых они находили. Дети были особенно уязвимы, часто теряя сознание до тех пор, пока их не подвергали лечению или способности очищения. К счастью, низкоранговые не были обременительны для запасов маны целителя бронзового ранга.

У группы было мало времени. Как только посланники и их армия призванных монстров прорвутся, безопасной эвакуации гражданских через улицы не будет. Пережидать остаток атаки, закопавшись там, где они были, было не лучшим вариантом, особенно для тех, у кого были травмы, но передвижение по открытым улицам было бы небезопасно.

Это уже оказывалось опасным еще до того, как купол был прорван. Дважды группа Гэри сталкивалась с нагами — людьми с верхней частью тела эльфа и нижней частью тела змеи. Это были низшие существа, созданные апокалиптическим змеем, с которым сражался гаруда с головой орла. К счастью, свежесозданные существа были дезориентированы своим появлением на свет. Он предположил, что именно поэтому они бродили вокруг. Один был бронзового ранга, другой — серебряного, которых Гэри легко устранил, но он боялся встречи с золотым.

К этому моменту улицы были в основном свободны от гражданских, не нуждающихся в спасении, так как они уже эвакуировались в бункеры. Бункеры были спроектированы так, чтобы выдерживать атаки монстров, и гражданских тренировали быстро направляться к ним, когда что-то угрожало прорваться за стены. Обычно это означало монстров, появляющихся внутри города, но вскоре после всплеска активности монстров эти тренировки были свежи в памяти каждого. С магической помощью в организации всего процесса эвакуация населения в бункеры прошла гладко в большинстве районов города.

Местом, где это было не так, был центр города. Группы, подобные группе Гэри, рисковали крайней опасностью, чтобы спасти людей, запертых в рухнувших зданиях или отрезанных на заблокированных улицах. То, что должно было быть легкой местностью, стало суровым и с каждым мгновением становилось все хуже, так как с неба сыпались обломки. Все, от рыхлого щебня до большей части целых зданий, оставляло огромные кратеры или перекрывало целые улицы.

Не раз Гэри приходилось подставлять себя, чтобы защитить другого ремесленника, получая за свои старания удары, вбивающие его в землю. После каждого такого случая ему требовалось лечебное зелье и создание нового щита. По мере движения они видели многих людей, которые были сбиты с ног при попытке к бегству.

Гэри и его группа достигли следующего здания, где они почувствовали ауры запертых выживших, и принялись за работу. У Гэри были эссенции молота, железа, огня и кузни. Его силы были лучше приспособлены для ковки оружия, чем для укрепления зданий, но, к счастью, у него был опыт, на который можно было опереться. В годы, предшествовавшие всплеску монстров, Гэри проводил время, перемещаясь между изолированными городами, помогая им подготовиться. Он не только снабжал их оружием, но и работал над укреплением стен и другой оборонительной инфраструктуры.

Ремесленники формировали камень, укрепляли конструкции и прокладывали пути, чтобы выкопать запертых людей. Это были люди либо слишком низкого ранга, чтобы выбраться самостоятельно, либо люди, запертые вместе с низкоранговыми. Серебряный ранг, пробивающий себе путь наружу, мог легко вызвать сдвиг обломков, который убил бы людей вместе с ним. К сожалению, Гэри уже сталкивался с теми, кто совершил эту ошибку.

Каждая ситуация требовала своей адаптации к конкретным условиям, проверяя креативность ремесленников. Переходя от спасения к спасению, они обнаруживали, какие подходы лучше всего работают в большинстве обстоятельств, совершенствуя их использование каждый раз. Обычной тактикой было создание туннеля в упавшее здание с помощью формирования камня. Двухсекционная нагрудная пластина кузнечного голема Гэри затем открывалась, чтобы распылить слой расплавленного металла по поверхности удивительно хорошо контролируемой струей. Пользователь воды затем охлаждал расплавленный металл, чтобы укрепить туннель.

Созданный серебряным рангом металл был тонким, но прочным, и хотя со временем он исчез вместе с големом, его было более чем достаточно, чтобы эвакуировать любого, кто находился в конце нового туннеля. Грубая и готовая конструкция была делом дня на каждом объекте, так как импровизированные балки и железные стены должны были продержаться лишь достаточно долго, чтобы вытащить запертых гражданских.

Группа поняла, что их время вышло, по гулу купола барьера. Постоянный гул за грохотом обломков и громоподобными звуками сражающихся алмазного ранга постоянно повышался в тоне. Как только гул начал пульсировать, они поняли, что прорыв вот-вот произойдет. Гэри посмотрел вверх, но не смог увидеть ничего, кроме туманной синевы сквозь пыль.

— Самим пора в бункеры, — заявил он, его тон не допускал возражений.

Группой они направились к ближайшему бункеру. Он был недалеко, так как в центре города их было несколько. В нормальных условиях авантюрист серебряного ранга пешком мог добраться до него за минуты, если не секунды, но условия были далеки от нормальных. Местность — это одно, но вскоре они услышали звуки в воздухе, которые были чем-то средним между электрическими разрядами и разбивающимся стеклом. Они не могли этого видеть, но знали, что барьер, защищающий город, был прорван.

* * * Джейсон и его команда успели добраться до неба над развлекательным кварталом как раз вовремя, чтобы увидеть, как произошел прорыв. Прорывы были сосредоточены над бункерами, поэтому у команды был четкий обзор, когда купол барьера пошел рябью, как вода. Рябящая магическая энергия сменилась с синей на прозрачную, когда монстры надавили на нее, но затем внезапно отступили.

Призванные существа переместились с другой стороны купола, и посланник собрал энергию над головой, подняв руки. Она сформировалась в оранжевый, красный и желтый шар, светящийся, как солнце, цвета которого были отчетливо видны сквозь теперь прозрачную секцию барьера. Другие посланники питали его потоками силы, и он медленно увеличивался в размерах.

Джейсон и его команда наблюдали и ждали; они были далеко не единственными, кто это делал. Воздух не был так заполнен авантюристами, как другая сторона барьера была заполнена монстрами, но он был далеко не пуст. Многие команды зависли в воздухе, в транспортных средствах и на личных летательных аппаратах. Больше авантюристов было на крышах далеко внизу, ожидая защиты бункера под землей.

Наступил момент тишины по обе стороны купола барьера. Не было тихо, с далеким громом битвы алмазного ранга, но воздух был густым от напряжения. Огненный шар стал больше, чем создавший его посланник, пока наконец не был выпущен.

Пылающая сфера не бросилась вперед, медленно двигаясь к куполу барьера. Она ударила в прозрачную, рябящую секцию барьера, которая стала твердой, как стекло. Затем она разбилась, хотя это не звучало совсем как стекло с резким электрическим треском. В барьере появилась зазубренная дыра, но он поглотил всю силу огненного шара перед тем, как сломаться. Фрагменты хрупкой магии, временно ставшие твердыми, упали на небольшое расстояние, прежде чем раствориться в ничто.

Монстры хлынули через прорыв, как вода под давлением через внезапную утечку. Призванные существа были все причудливыми летающими сущностями, перемещающимися по воздуху и стреляющими снарядами или пикирующими в атаку. Одноглазый грифон с четырьмя крыльями, которые пугающе напоминали человеческие руки, нырнул в атаку с львиноподобными передними конечностями и задними ногами с орлиными когтями. Огромный необработанный кристалл, фиолетовый и парящий в воздухе, был окружен магическими символами, вырезанными из того, что выглядело как рубины и сапфиры. Символы вызывали кольца пламени и острые как бритва круги льда, которые выстреливались в авантюристов.

Как и все остальные, команда Джейсона двинулась вперед, чтобы встретить их. Хамфри и Софи вылетели из раковины Онслоу, в то время как Руфус шагнул наружу и спрыгнул вниз. Джейсон шагнул в Тень и исчез. Как только они исчезли, мерцающая стена воздуха закружилась вокруг раковины. Онслоу мог использовать различные стихийные силы, активируя светящиеся руны на сегментах своей раковины, и как серебряный ранг, Клайв мог усиливать их. Он использовал ритуальную магию, чтобы усилить ветряной щит, в то время как Белинда, одетая в мантию и остроконечную шляпу, стреляла магическими залпами из своего посоха и палочки. Нил оценивал поле битвы, формирующееся в небе, сохраняя свою ману для того момента, когда его команде она понадобится.

Наряду с Онслоу, фамильяры Белинды и Хамфри были наготове. Сташ в данный момент сохранял свою форму щенка, так как это позволяло ему не мешаться под ногами. Его задачей было охранять раковину и ее обитателей, и он должен был менять форму по мере необходимости. Астральный фонарь Белинды, Мерцание, накачивал ману команде. Учитывая, что битва будет долгой, это будет окупаться все больше и больше, чем дольше будет продолжаться конфликт. Ее другой фамильяр, Джемини, был размытой копией Клайва. Он лучше копировал способности, чем раньше, теперь, когда он был серебряного ранга, и разделял склонность Белинды делать больше того, что у кого-то другого получалось лучше всего.

Команда была по-разному готова и ждала, или уже была в движении. Битва за Яреш началась.

ГЭРИ БЕРЕТСЯ ЗА ДЕЛО

ГЭРИ БЕРЕТСЯ ЗА ДЕЛО

Прорывы в барьере происходили по всему городу, но один из них был не похож на все остальные. Увиденный и услышанный по всему городу, единственный посланник алмазного ранга опустился через вершину купола, как наковальня сквозь стекло. Проникновение сквозь купол высвободило звук, который достиг внешних стен, и силу, которая разбила окна на километры вокруг. Авантюристы избегали центральной части города из-за продолжающейся битвы с гарудой, но даже на расстоянии многих летунов сбило с неба.

Для большинства авантюристов города конфликты самого высокого уровня были больше похожи на шоу фейерверков, чем на битву, в которой они участвовали. Далекие взрывы создавали захватывающее зрелище, но приближение слишком близко не сулило ничего, кроме опасности. Джейсон и его команда почти не обращали внимания, доверяя алмазным защитникам города перехватить их. Все, что они могли сделать, — это надеяться, что город не будет сровнен с землей в процессе.

Бои высокого уровня были, к счастью, вне досягаемости команды Джейсона в развлекательном квартале, и у них было более чем достаточно своих дел. Враги хлынули через местный прорыв, как вода через трещины в плотине, в основном монстры, но с солидным контингентом посланников. Авантюристов было больше, чем посланников, но монстры были бесчисленным роем.

Никто на поле не был ниже серебряного ранга. Хотя обе стороны имели авантюристов золотого ранга, Джейсон с облегчением увидел, что у авантюристов было небольшое преимущество в этом отношении. Ни один из монстров не был золотого ранга, только посланники. Его чувства ауры подсказали ему, однако, что самый мощный комбатант был на другой стороне. Ауры были далеко не идеальным мерилом силы, но инстинкты Джейсона предупреждали его об одном из посланников.

Это был человек, который создал огненный шар, пробивший барьер. Его кожа была светло-коричневой, а волосы темными. Он носил легкую кожаную броню, но любая защита вообще была редкостью среди посланников, как будто признать необходимость — значит показать слабость. Крылья мужчины были оттенков коричневого и серого, больше похожие на птичьи, чем на ангельские.

Обе стороны возглавлялись своими авантюристами золотого ранга, хотя приказов отдавалось очень мало. Призванные монстры роились вниз к авантюристам, обороняющимся на земле, в то время как те, кто был в воздухе, прореживали их, как могли. Посланники стремились помешать авантюристам, насколько могли, при этом бои золотого ранга особенно перешли в состояние разрядки.

Авантюристы золотого ранга одной стороны могли быстро уничтожить другую, если бы не были вынуждены нейтрализовать друг друга. Это был напряженный конфликт, к которому ни один умный серебряный ранг не приближался, в основном происходящий в верхних эшелонах битвы. На низком уровне преимущество полета, которое имели призывы против многих наземных защитников, нивелировалось их целью. Если монстры не могли прокопаться к бункеру, они терпели неудачу, поэтому были вынуждены идти к защитникам. Результат был резней, хотя и не без потерь среди авантюристов. Однако, сколько бы монстров ни падало, всегда появлялись новые, хлынувшие вниз.

Команда Джейсона приступила к работе, придерживаясь стратегии, намеченной Хамфри. Белинда и Клайв использовали ритуалы, которые Клайв установил внутри раковины Онслоу, усиливавшие лучи и залпы, исходящие из их магических посохов и палочек. Массивы вложенных ритуальных диаграмм было трудно интегрировать без их взаимного вмешательства, но Клайв потратил большую часть последних нескольких лет на совершенствование необычной практики боевых ритуалов.

Клайв прекрасно понимал, что, будучи полезным активом для команды, он был наименее полезным членом, когда дело касалось боя. У него было несколько способностей поддержки и одно очень мощное атакующее заклинание, но он часто чувствовал себя скорее вспомогательным членом, чем полноценным. Поэтому большую часть времени, пока Джейсон отсутствовал, он работал над улучшением своей боевой эффективности.

Он никогда не сравнится с Хамфри, Софи и Джейсоном, которые были основными боевыми единицами. Универсальность Белинды означала, что она всегда заполняла пробел, выводя из строя врагов или делая члена команды еще лучше, чем они были. Что касается Нила, его ценность как целителя была очевидна. Клайв не мог изменить свои силы и никогда не станет звездой одиночного боя, поэтому вместо того, чтобы пытаться расширить свои способности, он сузил их.

Клайв давно использовал боевые ритуалы для повышения своей эффективности, во многом вдохновленный приобретением очень мощных посохов и палочек. Боевые ритуалы в значительной степени презирались как авантюристами, так и магическими исследователями, но Клайв был полон решимости довести их до предела. Результатом стала коллекция ритуалов, которые можно было вкладывать в плотные массивы, превращая в основном игнорируемую лучевую атаку из его посоха в атаку, соперничающую со способностью эссенции.

Результатом усилий Клайва стало то, что он и его фамильяр превратились в турельный бункер, извергающий атаки, которые опустошали призванных монстров. В то же время это было достаточно эффективно, чтобы залп можно было поддерживать часами. У Клайва было достаточно маны, чтобы он мог подпитывать Онслоу, сбрасывая и усиливая магические силы фамильяра. Что касается любых монстров, которые пытались атаковать их, стихийные силы Онслоу могли отразить любые, кроме самых концентрированных атак. Хотя это требовало некоторого времени на подготовку, Клайв наконец почувствовал, что может внести вклад в битву, не нуждаясь абсолютно в поддержке команды.

* * * Группа ремесленников и низкоранговых авантюристов Гэри передвигалась по городу, который выглядел так, будто переживал апокалипсис. Гром гремел не от штормов, а от битвы бегемотов, лишь смутно видимых сквозь удушающую пыль. Камни, размер которых варьировался от кулака до дома, падали с неба случайным образом; за небом нужно было следить постоянно.

Самой большой проблемой, с которой столкнулась группа, было то, что их пункт назначения, бункер, был тем же местом, на которое нацелились посланники. Ремесленники и их группа поддержки из авантюристов спешили через город, подбирая отставших гражданских по пути. К счастью, это не сильно замедляло их, так как все авантюристы были выбраны за их способность ускорять других. У одного была аура, повышающая скорость передвижения, в то время как у другого была стая ездовых фамильяров-ящеров. Один авантюрист подбирал гражданских и переносил их телекинетически.

Прошло немного времени после того, как они услышали, как барьер был взломан, прежде чем монстры нашли их. Гэри знал, что он не сможет защитить гражданских и бронзовых рангов от призванных существ. Все они были серебряного ранга, а он был единственным настоящим комбатантом, поэтому ему нужно было перенести бой на монстров. Другие ремесленники были хоть какой-то помощью, создавая ледяные барьеры и водяные щиты или воздвигая стены земли. Им даже удавалось отбиваться — стреляя обсидиановыми копьями и другими снарядами — но они не были бойцами.

Под руководством Гэри они стремились продолжать движение, а не добиваться убийств. Любого монстра, который хотел ускользнуть обратно в небо, Гэри был рад отпустить. Группа понесла потери и потеряла пару гражданских из-за монстра, который стрелял звуковыми залпами. Тот остался бороться, пытаясь улететь обратно в небо, после того как его утяжелили покрытием из расплавленного металла.

Чувства Гэри подсказали ему, что весь город стал зоной боевых действий, где столкнулись авантюристы, посланники и монстры. Сильно пострадавшие улицы стали еще хуже, так как силы летели во всех направлениях, разрывая тротуары и круша здания. Разбросанные гражданские, слишком медленные или упрямые, чтобы добраться до укрытия, были избиты шальной магией или обрушивающимися зданиями.

Несмотря на потерю пары гражданских, группа была в основном оптимистична, приближаясь к бункеру. Ремесленники проделали удивительно хорошую работу, сдерживая монстров, даже если они в основном спасались бегством. Гэри собирался предупредить группу быть осторожными, когда они завернули за следующий угол, как вдруг из толпы монстров появилась аура, которая выделялась среди остальных.

Посланник облетел здание и спустился, чтобы зависнуть прямо над землей перед ними. Гэри мог почувствовать, что он был типа призывателя, по тому, как его аура взаимодействовала с монстрами в этом районе. Он был немного выше даже роста Гэри. Красивый, с золотыми волосами и бледной кожей, его скульптурное тело было деликатно задрапировано в свободную одежду белого и золотого цветов. Его босые ноги парили прямо над мостовой, чистейшие белые крылья, расправленные позади него, мягко колыхались. Пыль, которая цеплялась за шерсть Гэри и за его броню, не касалась посланника, как будто боясь запачкать его.

Гэри знал, что то, что посланник был всего лишь серебряного ранга, не означало, что численное преимущество авантюристов было преимуществом. Он был уверен, что призыватель мог призывать монстров с быстротой, и, вероятно, даже усиливать их силу. Даже если бы он мог захватить инициативу до того, как призывы будут введены в игру, посланники были не шуткой в бою один на один.

— Я почувствовал, как вы отгоняете моих существ, — сказал им посланник, его голос был мелодией небес. — На этом все закончится.

В голосе посланника была почти жалость; шерсть на загривке Гэри встала дыбом, когда красивый мужчина посмотрел на них свысока. Посланник посмотрел на него и улыбнулся, затем надавил своей аурой. Несмотря на то, что он был один, он подавил ремесленников серебряного ранга, которые никогда не тренировали свои ауры для боя. Аура посланника была не похожа ни на что, с чем они сталкивались, жестокая и почти физическая сила. По сравнению с нежным внешним видом посланника, его аура была аурой дикого бандита.

Только аура Гэри устояла, благодаря преимуществам тренировок с Джейсоном. Аура Джейсона была даже более жестокой, чем у этого человека, со многими теми же чертами, но еще более подавляющей. Джейсон был безжалостен в тренировке своих спутников сопротивляться подавлению ауры, и никто из них не отлынивал. Все они знали, насколько опасными могут быть ауры.

Остальные в группе Гэри справились не так хорошо. Гражданские рухнули сразу, один из них начал биться в конвульсиях, но у Гэри не было ни времени, ни сил помочь им. Бронзовые ранги и ремесленники справились примерно так же, авантюристы были лучше обучены, в то время как ремесленники были сильнее. Все они побледнели, когда их ауры сжались, как мыши под взглядом ястреба.

Аура Гэри не была подавлена, но он был явно превзойден, даже когда посланник одновременно подавлял остальных. Его аура колебалась, но держалась, дрожа под напряжением. Многие из остальных опустились на одно или оба колена под давлением, которое было духовным, а не физическим. Гэри выпрямился, упершись ногами. Его правая рука держала молот, голова которого светилась красно-желтым от жара. Его броня и щит делали то же самое, светясь между пластинами темного металла. Его голова была обнажена; он не призвал свой шлем, чтобы не ограничивать обзор неба.

Посланник посмотрел на Гэри с удивлением, как будто на питомца, который продемонстрировал неожиданный трюк. Он проплыл вперед, остановившись прямо перед Гэри.

— Встань на колени, дикарь, и ты будешь жить. Служи мне, и я даже пощажу этих… людей… из уважения к твоей ценности как раба.

Гэри оскалился в вызове львиными зубами. То, что он слышал о высокомерии посланников, оказалось правдой, как и тот факт, что это могло привести их к совершению тактически неверных решений.

— Ты хочешь дикаря? — прорычал он.

Рык Гэри ударил посланника, как пушка, чистая звуковая сила которого отбросила посланника назад быстрее, чем бронзовые ранги могли даже отследить. Посланник пробил стену здания, за которое только что завернул, в то время как само здание покрылось трещинами, как паутина.

— Вытаскивай его, — прорычал Гэри.

Кузнечный голем в хвосте группы открыл свою грудную полость. Светящиеся горячие цепи выстрелили из голема в дыру, сделанную посланником, входящим в здание. Они остановились на мгновение, а затем начали быстро втягиваться обратно.

Единственным светом, который они могли видеть сквозь дыру, было свечение цепей, обернутых вокруг чего-то в темноте. Они вытащили его с промышленной неизбежностью, когда цепи вернулись в грудную полость голема. Посланник стал виден, когда он достиг дыры, выглядя гораздо менее неприкасаемым. Он был покрыт пылью и грязью, следы ожогов чернели на белых крыльях там, где их связывали цепи.

Посланник не позволил просто тащить себя, игнорируя шипение от своих рук, когда он схватился за цепи. Он извернулся, когда его тащили, уперевшись ногами в край дыры и потянув назад против голема. На мгновение его движение было остановлено, когда он боролся за контроль.

Гэри стоял рядом с цепями, которые тянулись от голема позади него. Он небрежно подбросил молот в воздух, схватил одну из цепей и дернул, отправив посланника лететь в его сторону. Даже будучи связанным, крылья посланника сумели превратить его кувырок в воздухе в планирование, но это закончилось бесцеремонно, прежде чем он успел остановить свой импульс. Гэри выхватил молот из воздуха и опустил его, вбивая посланника в землю.

Лицо крылатого человека ударилось достаточно сильно, чтобы треснуть мостовую, но Гэри был еще далек от завершения. Он схватил крыло и перевернул посланника, как стейк. Он почувствовал, как аура измученного человека тянется к монстрам поблизости, и отвлек его ударом молота по лицу. Щит упал с руки Гэри, пригвоздив грудь и руки посланника, когда Гэри поставил на него ногу. Его голова была видна, посланник смотрел на Гэри, пытаясь столкнуть его, но леонид был непоколебим, как гора.

Гэри оглянулся на людей позади себя, находящихся под его защитой. В его сознании всплыла смерть Фарры, когда он не мог ничего сделать, кроме как беспомощно смотреть, как пространственные захватчики убивают ее на его глазах. Он посмотрел вниз на посланника, сжал молот обеими руками и принялся за работу.

ЛЕДИ, СТРЕЛЯЮЩАЯ УРАГАНАМИ В ЛЮДЕЙ

ЛЕДИ, СТРЕЛЯЮЩАЯ УРАГАНАМИ В ЛЮДЕЙ

Белинда подражала Клайву, паля по призванным монстрам из своего посоха и жезла, но выглядела лишь бледной копией оригинала. Она также могла использовать ритуалы Клайва, усиливая свое оружие, чтобы наносить больше урона и цеплять атаки от врага к врагу. Проблема заключалась в том, что её оружие не могло использовать ритуалы так же эффективно, как оружие Клайва. И её посох, и жезл были качественными предметами, но если бы она позволила ритуалам перегружать их так же сильно, как Клайв перегружал свои, они бы быстро сломались.

Клайв обнаружил свои легендарные предметы эволюции в астральном пространстве, и ничто из доступного на рынке не могло с ними сравниться. Они могли выдержать гораздо больше нагрузки, чем обычное оружие, и были основой его боевой эффективности. Белинда не завидовала ему из-за такого ключевого инструмента, но чувствовала себя немного бесполезной в роли второсортной имитации.

Наблюдая за тем, как двигались монстры, она искала новые варианты. Её набор сил был универсальным, но плохо подходил для прямого боя без времени на подготовку. Если у неё было время изучить местность, подготовить ловушки или хотя бы заманить врагов в благоприятную среду, её эссенции шарлатана и ловушек становились невероятными активами. Однако, когда бой начинался внезапно и на открытой местности, её эффективность падала. Чтобы добиться реального результата, ей приходилось действовать оппортунистически, находя подходящие моменты для неожиданных ходов.

Монстры хлынули через брешь в барьерном куполе, сотнями метров выше. Они немедленно устремились к своей цели — бункеру, зарытому глубоко под землей. Авантюристы в небе делали всё возможное, чтобы проредить их ряды для тех, кто находился на земле, в то время как Посланники пытались отвлечь их, позволяя монстрам беспрепятственно проходить дальше.

Учитывая обстоятельства, атаки по площади были самым ценным активом для авантюристов. Это не было сильной стороной её команды, но у них было несколько способностей, которые приобрели эффекты площади по мере повышения ранга. Самыми зрелищными были лезвия ветра Софи, которые обычно были слишком медленными для атак по площади. Будучи бойцом ближнего боя, она предпочитала использовать их в упор, но иногда ей выпадал шанс по-настоящему дать волю силе. Поскольку монстры сбивались в такие плотные группы, это было всё равно что стрелять по мишеням в тире.

Белинда наблюдала, как Софи периодически выпускала свои лезвия ветра в поток существ, спускающихся с неба. Её лезвия расширялись по мере полета, и при попадании в каждого врага они вызывали вторичное кольцо режущей силы. В обычных обстоятельствах большинство монстров серебряного ранга обладали рефлексами, позволяющими уклониться, но когда с неба падает целая завеса из монстров, промахнуться было сложнее, чем попасть.

Результаты были невероятно разрушительными, но использование любой отдельной силы было похоже на попытку перегородить реку ведром. Только если бы больше людей с большим количеством ведер взялись за дело, это принесло бы результат, и другие команды авантюристов справлялись с массовым уничтожением лучше. Команда Штормовой Измельчитель сражалась неподалеку, демонстрируя это и оправдывая свое название. Их основная стратегия строилась на наложении баффов на мощные атаки; в данном случае — электрические стрелы, перескакивающие с монстра на монстра. Результат действительно выглядел как гроза, разрывающая монстров на куски.

Их и без того впечатляющие атаки по площади получили мощное и тематическое усиление благодаря включению в состав Зары Римарос. Возможно, её усыновили в другую семью с другим именем, но она соответствовала своему прежнему титулу Принцессы Ураганов, обрушивая локальные штормы из ураганного ветра и воды. Монстры оставались избитыми, дезориентированными и промокшими до нитки, становясь легкой добычей для электрического удара.

Тем не менее, монстры не переставали литься через брешь, как пиво из бочонка. Чтобы по-настоящему очистить путь от монстров, потребовались бы медленные, но экстремальные атаки по площади специалистов по Ослаблению. Это были люди, вокруг которых строились целые команды, обеспечивающие их безопасность, пока их Ослабления росли в охвате и силе.

У Джейсона и Руфуса были способности к Ослаблению медленного действия, но Руфус использовал их скорее как платформу для подготовки добивающих приемов по отдельным целям. Его Ослабления использовались для зарядки мощных атак, способных уничтожить даже врагов серебряного ранга, если было достаточно слабых противников, чтобы «зарядиться» от них. Убить с одного удара противника серебряного ранга — это то, с чем мало кто мог справиться, даже специалисты по убийствам и золотые ранги. Поскольку Руфус не был специалистом по убийствам, требовалась долгая подготовка и целая армия врагов, на которых можно было наложить Ослабление, чтобы накопить силу. Даже если он выполнял эти требования, ему приходилось бродить среди этих врагов, что всегда было опасным занятием.

Белинда знала, что Руфус сейчас далеко внизу, работая именно над этим. Джейсон был где-то в гуще врагов, запуская разрушительную цепную реакцию бабочек, которая, если её раскрутить, могла соперничать с некоторыми из полноценных специалистов по Ослаблению. Если бабочек не остановить в самом начале распространения, они в конечном итоге выйдут за пределы способности кого-либо их подавить.

Однако на это требовалось время, а времени было мало, так как монстры спускались к земле и бункеру под ней. Немедленные атаки по площади — вот что могло дать специалистам по Ослаблению время. Силы Белинды были рассчитаны на использование в правильном контексте; когда она снова посмотрела на спускающихся монстров, это могло быть именно тем, что ей нужно. Всё, что ей оставалось — это убедить кого-то сделать кое-что очень глупое.

— Хамп, — обратилась она через командный чат. — Я вижу отличную возможность нанести урон.

— Полагаю, тут есть какая-то загвоздка, — сказал Хамфри. Он звучал совершенно спокойно, хотя Белинда видела, как он разрубил монстра пополам, пока говорил. — Догадываюсь, ты хочешь, чтобы я сделал что-то очень глупое. И, кстати, не называй меня Хамп.

— У тебя ведь остались те парящие диски, что я тебе дала? — спросила она его.

— Остались, — ответил Хамфри, и в его голосе послышалась настороженность. — Не вижу, как они могут принести много пользы, если не забросить их прямо в гущу монстров.

— Очень проницательно, — похвалила Белинда.

— Джейсон лучше подходит для того, чтобы нырять в гущу монстров, — заметил Хамфри.

— Немного занят, — отозвался Джейсон, чей голос звучал напряженно даже через голосовой чат.

— Я могу это сделать, — сказала Софи, оттолкнувшись от спины Посланника, чтобы пролететь по воздуху. Посланник развернулся и выпустил толстый луч энергии из рук, попав точно в Софи. Но он ударил лишь по остаточному изображению: луч прошел сквозь него и пробил дыру в призванном монстре, а Софи появилась позади Посланника и пнула его в голову.

— Тебе нужно не дать никому сосредоточиться на Онслоу, — сказал ей Хамфри. — Я возьму на себя безумный забег Белинды, но мне понадобится дополнительное внимание, Нил.

— Не волнуйся, — заверил его Нил. — Я буду поддерживать твою жизнь.

— Я бы предпочел, чтобы ты сказал, что обеспечишь мою безопасность, — ответил ему Хамфри.

— Я не говорил «безопасность», — ответил Нил. — Ты не можешь требовать этого от меня.

— Видишь? — сказала Белинда. — Ты будешь в порядке, наверное.

Некоторое время ответа не было.

— Ты только что проворчал что-то, а потом понял, что не знаешь, как отправить это через голосовой чат? — спросила Софи.

— Нет, — неубедительно ответил Хамфри.

— О, берегись, — сказала Софи. — Посланники, высоко справа.

Внимание группы переключилось на тройку Посланников, которые заметили летающую оболочку, из которой авантюристы безопасно выплевывали атаки.

— Как это вообще справедливо? — пожаловался Клайв. — Почему они не нападают на леди, которая стреляет в людей ураганами?

— Думаю, ты обнаружишь, что некоторые из них уже нападали на неё некоторое время назад, — сказала Белинда, указывая пальцем.

Клайв посмотрел туда, где команда Зары отбивалась от полудюжины Посланников. — О. Полагаю, это справедливо.

Хамфри рванул через воздух, чтобы вступить в бой с тремя Посланниками, приближающимися к оболочке Онслоу. Однако, даже будучи ускоренным специальной атакой, предназначенной для быстрых воздушных ударов, он прибыл позже Софи. Её первые два удара ногой пришлись им по головам еще до того, как они осознали её присутствие — идеально рассчитанное отвлечение для прибытия Хамфри. Его атака «Пикирующий бомбардировщик» была комбинированной способностью, позволявшей связать её с навыком «Неудержимая сила» и нанести разрушительный удар. В сочетании с его способностью жертвовать жизненной силой для усиления мощи, его массивный меч врезался во всех троих, словно взрыв, отбросив их прочь.

Несмотря на то, что инициатива была перехвачена, Посланники не пали духом. Один из них наколдовал чешуйчатую броню, стилизованную под перья, которая покрыла его с головы до ног. Только магия, придающая жесткой броне гибкость, делала возможным движение, так как обычная броня с таким дизайном лишила бы владельца возможности двигаться.

Остальные Посланники отступили за своего бронированного спутника, один из них наколдовал лук, стилизованный под крыло. У другого перья вылетели из настоящих крыльев, превратились в металл и соединились, образовав меч. Хамфри и Софи проигнорировали защитника, оба телепортировались за спины троицы, чтобы вступить в бой с атакующими. Хамфри опустил свой тяжелый меч и наколдовал более легкий, на что Посланница-мечница перед ним нахмурилась. Навык Хамфри «Меч бритвенного крыла» создавал меч, который был очень похож на крыло Посланника, выполненное из металла.

Софи и Хамфри исполнили танец в воздухе с Посланниками, маневрируя для выбора позиции, в то время как защитник пытался перестроиться, чтобы прикрыть остальных. Хамфри, с его наколдованными драконьими крыльями, был самым неуклюжим в группе. Он быстро обнаружил бронированного Посланника, вставшего между ним и остальными. Софи была его полной противоположностью, «листом на ветру» со своей способностью полета «Лист на ветру». Она изматывала двух атакующих одновременно, особенно лучника.

— У тебя есть сила и мастерство, — сказал бронированный Посланник Хамфри, — но этого не хватит в этот день. Отступи, пережди битву, и ты доживешь до завтрашнего дня.

Они зависли в воздухе, глядя друг на друга. У обоих были расправлены крылья, но в воздухе их удерживала магия, а не аэродинамика.

— Но если я это сделаю, — сказал ему Хамфри, — кто будет отвлекать вас троих?

— Что?

Софи и Хамфри телепортировались прочь как раз в тот момент, когда призматический луч накрыл Посланников.

* * * Клайв перестал стрелять из своего оружия и начал собирать ману в тот момент, когда Софи предупредила их о Посланниках.

— Подготовьте их к мощному удару, если можно.

— Дайте знать, когда убираться с дороги, — сказала Софи через голосовой чат, уже нанося удары ногами по их головам.

Командный чат Джейсона был полезен для поддержания связи во время шумных сражений и на больших расстояниях, но он также был мощным инструментом для беззвучного обсуждения тактики. Хамфри и Софи удерживали внимание Посланников, пока Клайв заряжал свою самую сильную наступательную способность.

* Вы готовитесь применить [Гнев Магистра]. Выберите вариант, который хотите применить. * Вариант один: [Призматическое ослабление]. * Вариант два: [Призматический пустотный удар]. * Вариант три: [Ритуал усиления заклинаний и оружия]. Этот вариант уже активен. Множественные эффекты не суммируются, но дополнительные применения могут быть использованы для охвата дополнительных областей.

— Джейсон, — сказал Клайв в командный чат, глядя на системное окно, — я так рад, что ты вернулся.

— Всё еще занят, — ответил Джейсон. — Надеюсь, эти ребята раньше не видели моих сил, иначе они изучили меня лично.

— Ты в порядке? — спросил его Клайв.

— Да, не волнуйся. Мне просто нужно...

— Джейсон?

— Не могу сейчас говорить. Зашейся, ты, пернатый ублюдок...

Джейсон прервал свой канал связи на полуслове.

Клайв переключил внимание обратно на заклинание, для которого собирал ману. Это была самая медленная способность в его арсенале, но отдача была соразмерно впечатляющей. Это была одна из нетрадиционных сил, обычно принадлежащих заклинателям, которая предлагала варианты способностей на выбор при каждом использовании. На более низких рангах пустотный вариант был затратным по мане козырем, который мог убить любого на бронзовом ранге, если тот стоял достаточно долго, чтобы зарядить заклинание. Теперь, когда враги были серебряного ранга, Клайв находил больше ценности в изнуряющих эффектах варианта Ослабления.

* Вы выбрали вариант [Призматическое ослабление] для [Гнев Магистра]. Выберите любой или все из следующих цветовых эффектов, каждый цвет требует дополнительных затрат маны:

* [Красный] (высокая стоимость маны): Температура цели значительно повышается (высокий урон от обморожения, если сочетается с синим). * [Желтый] (высокая стоимость маны): Увеличивается стоимость способностей цели. * [Розовый] (умеренная стоимость маны): Сопротивляемость цели снижается. * [Зеленый] (умеренная стоимость маны): Кровь цели становится ядовитой для неё самой. * [Фиолетовый] (очень высокая стоимость маны): Расход маны наносит вред цели. * [Оранжевый] (очень высокая стоимость маны): Цель получает увеличенный урон из всех источников. * [Синий] (высокая стоимость маны): Температура цели значительно понижается (высокий урон от обморожения, если сочетается с красным).

Хотя это был лишь начальный этап битвы, Клайв не стал сдерживаться.

* Вы выбрали все цвета. Общая стоимость маны превысила экстремальный уровень.

У Клайва был больший запас маны, чем обычно, благодаря благословению великого астрального существа. Это вызвало человеческую эволюцию дара, превратив обычную человеческую склонность к специальным атакам в склонность к заклинаниям. В сочетании с его способностью ускорять восстановление маны и сжигать здоровье ради маны, Клайв был создан для больших, дорогих заклинаний.

Клайв предупредил Софи и Хамфри в последний момент и не стал ждать их, прежде чем выпустить заклинание. У бойцов серебряного ранга были молниеносные рефлексы, и он не хотел промахнуться, доверяя своим товарищам по команде, что они успеют убраться с дороги.

Оттуда, где он стоял на краю оболочки Онслоу, призматический луч шириной с саму оболочку вырвался из вытянутых рук Клайва, пронесясь над Посланниками и за их пределы. Клайв намеренно целился так, чтобы избежать попадания по авантюристам, но луч прошел сквозь толпу призванных монстров позади них.

Хамфри и Софи нырнули обратно, набросившись на теперь уже сильно ослабленных Посланников, а Белинда и Клайв прикрывали их атаками с дистанции.

* * * Два атакующих пали, в основном от атак Хамфри. Он сжигал жизненную силу, чтобы наносить мощные всплески урона, а Нил восстанавливал её с помощью целительной магии. Для Софи было слишком рано в битве, чтобы убивать быстро, так как она еще не накопила свои магические баффы, поэтому она сосредоточилась на том, чтобы предотвратить отступление, которое пытались совершить израненные Посланники. Тем не менее, защитнику удалось сбежать в толпу призванных монстров. Софи начала преследовать их, но Хамфри отозвал её.

— Мы сбросили двоих из них, — сказал он ей. — Сохрани победу, вместо того чтобы гнаться за поражением. Ничего хорошего не выйдет из того, что мы нырнем во всю эту толпу призванных монстров.

— Кстати об этом, — сказала ему Белинда, — можем ли мы вернуться к нашему разговору о том, как ты ныряешь во всю эту толпу призванных монстров?

НОВАЯ НОРМА ХАМФРИ

НОВАЯ НОРМА ХАМФРИ

Клайв смотрел на брешь, продолжая палить по монстрам из посоха и жезла.

— Должно быть, снаружи у них размещены призыватели, которые отправляют новых монстров по мере того, как мы убиваем этих.

— Я бы сказала, очень много призывателей, — согласилась Белинда. — Я знаю, что их призыватели могут вызвать больше монстров, чем даже Хамфри, но эти цифры превосходят всё, что, как нам говорили, стоит ожидать. А это значит, что нам бы очень пригодился кто-то, нырнувший туда, чтобы помочь мне эффективно использовать мою силу.

— Да, я иду, — проворчал Хамфри через голосовой чат.

— Ты взял диски? — спросила она его.

— Да, диски у меня.

— Ты взял с собой обед?

Меч Хамфри забрал последнюю голову монстра, который выглядел как сросшаяся тройня, высеченная из мрамора, с тремя крыльями, расположенными на равном расстоянии вокруг тела. Он не выглядел так, будто мог функционировать, не говоря уже о том, чтобы сражаться, но был умнее большинства монстров и даже мог применять несколько заклинаний. Хамфри бросился на него сквозь дождь снарядов, его кристаллы маны поглощали некоторые из них, а остальные били по его броне стихийными атаками огня, льда и молнии. Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки, бой был недолгим.

— Если ты готова, я просто пойду, — сказал Хамфри Белинде. — Ты в порядке с этим, Нил?

— Я готов, — подтвердил Нил.

Хамфри погрузился в поток монстров, хлынувших через брешь и падающих, словно водопад, к земле. Он расчищал путь, как мог, своим огненным дыханием и сметал врагов массивным мечом с драконьими крыльями. Щиты Нила вставали на место каждый раз, когда заканчивалась их перезарядка, но атаки всё равно градом сыпались на драконью броню Хамфри.

Нил был искусным авантюристом, но совсем не так, как Софи. У него были два щита быстрого применения, которые были его наиболее часто используемыми способностями. Они были недолговечными, но исключительно эффективными при правильном расчете времени. Мастерство Нила проявлялось не в боевой или акробатической доблести, а в ситуационной осведомленности, суждении и тайминге. Знание того, когда использовать способность, а когда придержать её на несколько секунд. Чтение боя, чтобы предсказать, с чем столкнутся его товарищи по команде. Понимание того, что именно могут и чего не могут вынести его спутники.

Оба щита быстрого применения Нила имели время перезарядки двадцать секунд, при этом один был более тактическим, а другой — полностью сфокусированным на защите. Тактическая способность, «Взрывной щит», отбрасывала врагов, атаковавших барьер. Её можно было использовать, чтобы дать получателю передышку от атаки, пространство для маневра или возможность для контратаки. Этот щит был полезен, когда Хамфри был окружен врагами, но защитный щит был более критичен.

Навык: [Поглощающий щит] (Щит)

* Специальная способность (восстановление, возмездие, истощение). * Стоимость: Высокая мана. * Перезарядка: 20 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (07%).

* Эффект (железо): Создает недолговечный щит, который нейтрализует входящую атаку и генерирует ману со временем, сила которой масштабируется в зависимости от количества нейтрализованного урона. Атаки с высоким уроном золотого ранга или выше могут быть нейтрализованы не полностью.

* Эффект (бронза): Атаки, совершенные по щиту, истощают здоровье и ману атакующего и передают их получателю щита.

* Эффект (серебро): Получатель получает [Приоритетный оберег].

* [Приоритетный оберег] (благо, магия, суммирование): Когда [Поглощающий щит] используется на цели с этим благом, время перезарядки сокращается на одну секунду за каждый экземпляр [Приоритетного оберега]. Дополнительные экземпляры этого блага могут накапливаться.

«Поглощающий щит» не только защищал, но даже обладал некоторыми эффектами исцеления и восстановления. Самое главное, повторное использование означало, что недолговечный щит можно было применять через всё более короткие промежутки времени. Противовесом этому была высокая стоимость маны, которая могла быстро накапливаться при последовательном использовании.

Ауры Белинды и Клайва снижали стоимость способностей команды, а Клайв одновременно восполнял ману. Тем не менее, Нил быстро сжигал ману, применяя «Поглощающий щит» снова и снова.

— Клайв, — сказал Нил, снова накладывая поглощающий щит на Хамфри. Он едва видел Хамфри сквозь толпу монстров, чтобы поставить щит. — Хамфри там получает по полной, и я трачу много маны, чтобы поддерживать его. Мне понадобится прилив.

— Если я использую «Прилив маны» сейчас, это всё для боя, если только Белинда не использует свой сброс на него.

— Если я не получу больше маны, — сказал ему Нил, — это всё для Хамфри.

— Хорошо, — согласился Клайв, прервав свои атаки, чтобы применить заклинание.

— Пусть астральные приливы даруют свою щедрость избранным.

Навык: [Прилив маны] (Баланс)

* Специальная способность (восстановление). * Стоимость: низкая мана. * Перезарядка: 4 часа.

* Текущий ранг: Серебро 4 (02%).

* Эффект (железо): Черпает ману из астрала для восполнения союзников. Восстановление маны начинается медленно и усиливается со временем. Локальные пространственные условия могут влиять на скорость восстановления.

* Эффект (бронза): Союзники, затронутые этой способностью, увеличивают восстановление маны, расходуя ману. Чем больше маны потрачено, тем больше увеличение восстановления. Аномальные локальные пространственные условия могут вызывать положительные или отрицательные побочные эффекты.

* Эффект (серебро): Когда союзники, затронутые этой способностью, используют способности, требующие маны, эффект этих способностей усиливается. Усиленные способности будут подвержены влиянию факторов окружающей среды.

Мана начала просачиваться в команду, охватывая достаточно широкую область, так что даже Джейсон и Руфус оказались под её воздействием. Ручеек быстро превратился в поток, так как пространственная мембрана между вселенной и астралом всё еще была тонкой и неоднородной после всплеска монстров.

Нил продолжал накладывать «Поглощающие щиты» на Хамфри, обнаружив, что они держатся дольше, чем должны. «Прилив маны» заставлял способности зависеть от окружающей среды, например, ледяные заклинания становились сильнее на холоде, а огненные — в пустыне. К восторгу Нила, городской барьер, выбрасывающий свободную энергию из места, где он был пробит, по-видимому, усиливал его щиты.

Остальные команды открыли огонь своими самыми сильными способностями, чтобы не тратить лишнюю ману. Белинда ждала своей возможности, которая представилась, когда Хамфри выбрался из гущи монстров, выполнив задание. Он совершил аварийную посадку внутри оболочки, окровавленный и потрепанный, несмотря на все усилия Нила. Его жесткая броня из драконьей чешуи была разорвана и висела на нем, как лохмотья. Было ясно, что он был бы приманкой в воде для такого количества монстров без неуловимости Софи, Руфуса или Джейсона.

То, что Хамфри делал среди монстров, заключалось в размещении маленьких дисков, пролетая сквозь орду и оставляя их позади, словно хлебные крошки. Объекты размером с ладонь были непримечательными, с едва достаточным количеством магии, чтобы парить на месте. Хамфри оставил за собой след из них, и хотя горстка была уничтожена монстрами, большинство было проигнорировано. Приказы их призывателей добраться до земли и прокопаться к бункеру были важнее, чем несколько маленьких, не угрожающих устройств.

Пока Нил исцелял Хамфри, который наколдовывал новый комплект брони, внимание Белинды было приковано к дискам. Она создала их лично с помощью дешевой и простой магии, ища что-то непримечательное и недорогое, так как возвращать их она не собиралась.

Гораздо дороже было зеркало, которое позволяло ей шпионить за своими дисками с умеренного расстояния и, что более важно, позволяло ей использовать на них свои способности. Это было простое устройство, радиус действия был довольно коротким и работало только на двух её способностях. Тем не менее, цена за устройства, которые преодолевали ограничение прямой видимости, которое было у большинства способностей, всегда была дорогостоящим предложением, и во многих смыслах. Такие предметы требовали внутренней связи с пользователем, что означало, что если кто-то враждебный завладеет ими, он получит опасную уязвимость.

Зеркало на самом деле было не стеклом, а обручем из лунного серебра, переплетенным солнечным золотом. Изображение, которое появилось, когда она активировала его, было иллюзией, создаваемой им, ближайшего диска. Протянув свою силу через обруч, Белинда использовала способность «Молниевая привязь». Из диска поднялся стержень, и дуга электричества перескочила на ближайшего монстра. Дуга оставалась на месте, пока другая дуга перескакивала с этого монстра на другого, повторяясь в цепи, пока семь монстров не оказались связаны.

Природа этой силы заключалась в том, чтобы наносить очень мало урона рядом со стержнем, немногим больше статического разряда. Однако чем дальше цели отходили от стержня, тем больше становился урон от молниевых дуг, соединяющих их. Более того, дуги выпускали электричество в других ближайших врагов. Учитывая, что монстры неслись к земле на бешеной скорости, урон быстро становился огромным. Поскольку мириады дуг электричества трещали и жгли монстров, со стороны это выглядело как водопад молний.

Такое зрелище быстро привлекло внимание. Монстры избегали молний и стержня, к которому они были привязаны, хотя они были так плотно упакованы, что уйти было некуда. Посланники не избегали его, признавая в этом угрозу. Один из них решил остановить это, выстрелив острым как бритва пером с безопасного расстояния. Пролетев сквозь монстров, перо ударило в молниеотвод, который немедленно сдетонировал во взрыве электричества и силы. Даже несмотря на то, что стержень был на расстоянии, радиус был достаточно велик, чтобы многие монстры получили сильные ожоги. Смертельных исходов не было, но некоторые потеряли способность летать — будь то из-за опаленных крыльев или электрического паралича.

Белинда переключила свое зеркало на другой диск и вызвала еще один стержень.

* * * Белинда активировала все диски, оставленные Хамфри, которые не были уничтожены монстрами до того, как она добралась до них. К тому времени, как она закончила, команда снова привлекла внимание Посланников. Их оставили в покое на некоторое время после того, как они убили двоих и прогнали третьего, но после молниевых водопадов Белинды интерес к ним возобновился. К счастью, они по большей части всё еще были сосредоточены на крупных атакующих по площади, таких как Зара и некоторые местные гильдейские команды. Максимум, что они сделали на данный момент, — это перенаправили больше монстров на атаку команды. Это была лишь крошечная часть от тех чисел, что продолжали спускаться с треснувшего купола наверху, но этого было достаточно, чтобы поставить команду под реальное давление.

Хамфри полностью восстановился, пока Белинда творила свою магию. С помощью нескольких лечебных заклинаний, свежесозданной брони и быстрого «кристаллического омовения» он снова выглядел как внушительный лидер команды. После того как его пошвыряли монстры, когда он пошел к ним, он теперь стремился отыграться, раз уж они сами шли к нему. Он собирался показать им, на что действительно способен, заставить больше Посланников появиться самим, а затем убить и их тоже.

Хамфри летал на своих наколдованных крыльях, расход маны на что был снижен одним из многих дорогих предметов, которыми он владел. Одним из преимуществ происхождения из богатой и влиятельной семьи авантюристов была возможность находить идеальные предметы, что делало его лучше всех экипированным членом команды. Он использовал свои связи, чтобы помогать остальным, но ничто не могло сравниться с усилиями, которые Даниэль Геллер тратила на экипировку своих детей.

Хамфри с трудом достиг серебряного ранга. На железном и бронзовом рангах сила его атак была подавляющей, уничтожая всех, кроме самых стойких монстров, за несколько ударов. Его самые сильные атаки могли уничтожить несколько целей одновременно. Серебряный ранг был порогом, на котором устойчивость тел, особенно монстров, превосходила даже самые сильные атаки. Убийства с одного удара ушли в прошлое, и Хамфри нужно было исправить некоторые плохие привычки.

Это была целая жизнь тренировок, плюс его преданность делу и опыт, которые помогли ему преодолеть первоначальные проблемы и найти свою новую норму на серебряном ранге. Он сделал это, применив подход, противоположный остальной части своей команды, которая в целом специализировалась на борьбе с наименее распространенными и самыми экзотическими врагами. Хамфри удвоил усилия в своей роли якоря команды, привнеся традиционный подход скорости и силы, который стал фундаментом для многих стратегий команды.

Приключения на серебряном ранге — это совсем другое дело, чем то, что было раньше. Многие авантюристы в зонах с высокой магией никогда не видели неконтролируемых контрактов до серебряного ранга. Большинство столкновений с монстрами делились на три категории: рои более слабых монстров, стаи сбалансированных монстров и самые мощные монстры, появляющиеся поодиночке или парами.

На более низких рангах мощные монстры были самыми опасными, причем сильнейшие монстры бронзового ранга превосходили многих более слабых серебряных. Разница действительно имела значение только для авантюристов бронзового ранга, которые должны были опасаться бонусов к снижению урона и сопротивляемости, которые приходили с разницей в рангах.

На серебряном ранге одиночные монстры перестали быть главной угрозой. Поскольку даже слабые монстры были поразительно устойчивыми, стандарт сместился от некогда непобедимых атак, которые вычищали монстров, как подметание грязного пола. Хорошая команда могла эффективно использовать свое численное преимущество, чтобы навалиться на одну или две цели, или использовать превосходящую силу, чтобы уничтожить более слабых монстров, даже если они были крепче, чем раньше. Хотя состав их команды был довольно необычным, Хамфри и его команда не были настолько странными, чтобы избежать этой динамики.

Самыми опасными монстрами, следовательно, были те, которых было слишком много, чтобы навалиться на них, но которые были слишком крепкими, чтобы справиться с ними быстро. Это была та динамика, к которой Хамфри себя подготовил. Возможно, он больше не убивал каждого монстра одним взмахом меча, но он всё еще бил сильнее большинства авантюристов и мог быстро перемещаться, делая это. С мощными, непрекращающимися атаками, дополненными умеренным количеством урона по площади, он был квадратным колышком в квадратном отверстии, когда дело доходило до самых распространенных и опасных монстров.

Хамфри идеально подходил для уровня силы, демонстрируемого монстрами, призванными Посланниками. Посланники использовали исключительно монстров среднего уровня, но каким-то образом умудрились собрать их в огромных количествах, что сделало это худшим из всех миров. Поскольку теперь дополнительные монстры были сосредоточены на оболочке Онслоу как на основной платформе команды, Хамфри принялся за дело.

НЕДОСТАТОЧНО МОНСТРОВ ДЛЯ БИТВЫ

НЕДОСТАТОЧНО МОНСТРОВ ДЛЯ БИТВЫ

Для Хамфри и его команды битва достигла нового пика интенсивности. После масштабных разрушений, учиненных Белиндой с помощью её «Молниевой привязи», посланники обрушили на мини-крепость из панциря Онслоу шторм из призванных монстров. Однако вместо того чтобы перейти к обороне, они сами перешли в наступление. Заклинание Клайва «Прилив маны» позволило команде действовать на уровне, значительно превышающем их обычные возможности, давая им ману, чтобы обрушить на врага всё, что у них было.

Хамфри выглядел впечатляюще: он бросался на монстров, изрыгая «Огненное дыхание». Он проносился по воздуху, нанося удар за ударом своим огромным мечом из крыла дракона, вращаясь, как волчок, пока его атака «Неудержимая сила» прорезала траншеи в телах монстров, которые ныряли, пытаясь окружить его.

Когда-то бывшая его основной атакой, «Неудержимая сила» больше не могла убивать монстров с одного удара, как это было на низких рангах, но она всё ещё отлично работала, когда в пределах досягаемости оказывалось много врагов. Она не только испускала ударную волну при каждом попадании, увеличивая радиус атаки, но и сокращала время восстановления за каждого пораженного врага. Окруженный монстрами, он мог тратить ману и выносливость, применяя её снова и снова.

Монстры быстро поняли, что находиться слишком близко к Хамфри — верный способ лишиться лица, или того, что у этих причудливых существ было вместо лица. Их чрезмерное рвение окружить его угасло, и они отступили, чтобы вести дистанционный бой, вынуждая его сражаться лишь с парой противников одновременно.

Хамфри это не смутило. Люди были мастерами специальных атак, и у Хамфри был целый арсенал на любой случай. На первый план вышла атака, которая была в значительной степени упущена из виду, когда его ранг был ниже, а монстры — слабее. «Неустанный натиск» не имел времени восстановления и увеличивал урон при каждом быстром последовательном применении. Это позволяло Хамфри рубить монстров, словно лесоруб, валящий дерево, прежде чем использовать рывок или телепортацию, чтобы продолжить серию на следующем монстре.

В воздухе было так много монстров, что у Хамфри не было проблем с поддержанием серии атак. По мере того как специальная атака достигала определенных порогов, она добавляла резонирующую и разрушительную силу к его ударам, разбивая доспехи и магические щиты соответственно. Поскольку странные призывы посланников часто имели и то, и другое, это делало Хамфри ещё более эффективным.

Его «Неустанный натиск» наращивал мощь, превосходя всё, что он видел раньше, по мере того как он проходил сквозь монстра за монстром. Удары обрушивались с взрывной силой, уничтожая призванных существ всего за несколько попаданий. Однако была и соразмерная цена: способность требовала затрат выносливости, а не маны. Чем больше он её использовал, тем быстрее Хамфри истощал себя. Именно здесь в игру вступил один из человеческих даров Хамфри.

Способность: [Магический воин]

* Преобразовано из способности [Человек]: [Дар эссенции].

* Вы можете расходовать выносливость вместо маны и ману вместо выносливости.

Люди были уникальны среди видов, использующих эссенции, тем, что ни одна из их врожденных способностей не работала без эссенций. В то время как каждый леонид был силен, а каждый эльф — грациозен, люди не получали ничего, пока не поглощали эссенцию. Самыми показательными силами людей были четыре пустых дара, называемых дарами эссенций, которые развивались автоматически, один за другим, по мере получения эссенций.

То, что Хамфри, поглотив эссенцию магии, получил силу, позволяющую ему вкладывать всё, что у него есть, в свои начинания, прежде чем упасть от истощения, никого не удивило. Способность взаимозаменяемо использовать ману и выносливость означала, что он мог продолжать использовать силы, когда мана или выносливость для их подпитки заканчивались, пока у него не оставалось абсолютно ничего.

«Неустанный натиск» становился всё дороже с каждым ударом, затраты выносливости росли и росли. Но пока длился «Прилив маны» Клайва, длился и Хамфри.

* * * Марек Ниор Варгас был посланником, возглавлявшим прорыв через то, что жители Яреша называли развлекательным районом. Неудивительно, что низший вид тратил так много времени и ресурсов на бессмысленное легкомыслие. Он был вполне рад стать тем, кто преподаст урок этим ничтожным существам, дрожащим под землей, словно грызуны, даже если его не заботила операция в целом.

В нападении на город было мало проку, что бы ни говорила Голос Воли, Джес Фин Кааль, о моральном духе. Он снова и снова видел, что, если прижать к стенке даже самый примитивный из разумных видов, он даст отпор. Только длительное, многопоколенческое угнетение могло по-настоящему сломить народ, что Марек видел своими глазами неоднократно. Кааль тоже это видела, поэтому он знал, что её утверждения — ложь.

Марек не гнушался участвовать в политике, хотя бы ради самозащиты. Он презирал амбиции, которые вели к политическим играм. Они, в свою очередь, приводили к междоусобным склокам, которые лишь ослабляли посланников в целом. Как реалист, Марек понимал, что большинство посланников лишь на словах заботятся о благе своего вида. Они были одержимы тем, чтобы стоять на вершине как личности, а не держаться вместе как народ. Это было верно как для самого низкого серебряного ранга, так и для астральных королей.

Трудно было их винить. Каждая доктрина, которой придерживались посланники, гласила, что они превосходят других просто по факту своего существования, так что им оставалось только преодолевать друг друга? Однако Марек не был настолько глуп, чтобы принять эту индоктринацию. Он видел многое: от посланников, охваченных страхом, до представителей служебных рас, столь же могущественных, как любой посланник. Этот человек Асано был лишь ещё одним примером, где бы он ни находился.

Марек был высоко над городом, прямо под куполом барьера. Он и его собратья золотого ранга столкнулись со своими коллегами-авантюристами, достигнув временного тупика. Марека устраивало такое положение дел, поскольку его приоритетом не был успех их задачи. Он не собирался саботировать полученные директивы, но и не собирался идти на неоправданный риск ради их выполнения. Завершение рейда с минимальными потерями среди посланников было важнее, чем убийство нескольких голов скота в норе.

Его собратья золотого ранга были достаточно умны, чтобы понимать, что город не стоит их жизней, и действовали с должной осторожностью. Серебряные ранги, напротив, нуждались в сдерживании. В погоне за славой и охваченные идеями о собственной неуязвимости, некоторые из них уже пали. Несмотря на его директивы не рисковать, многие переусердствовали, когда их отправляли мешать авантюристам, слишком эффективно прореживающим монстров.

Внимание Марека привлекла одна конкретная группа. Они были далеко не самыми эффективными в убийстве монстров, хотя этот трюк с молниевыми привязями заслужил одобрение Марека. Он ценил силу, используемую умело, больше, чем ту, что была бездумно мощной, и, в отличие от многих посланников, мог уважать способного врага. Они уже убили пару посланников, которые охотились за ними, чем и привлекли внимание Марека. Выживший в той стычке неистовствовал, когда ему запретили собирать больше посланников и атаковать снова.

Марек счел, что эта группа представляет большую угрозу для отдельных посланников, чем орда монстров. Даже после трюка с молниями он не сделал ничего, кроме как послал дополнительных монстров, чтобы измотать их. Очевидно, у них был навык, но без способности производить регулярные атаки в масштабах молний их угроза операции была ограничена. Девушка, разбрасывающая миниатюрные ураганы, была куда большей проблемой, поэтому он отправил одну из своих более надежных команд измотать её. Неважно, если они не смогут совершить убийство, главное, чтобы она не крушила их призванные силы.

Ещё одной заботой был тот, кого даже Мареку было трудно выследить. Действуя среди монстров, некто, кого он считал авантюристом, передвигался сквозь их силы, казалось бы, безнаказанно. Ауру этого авантюриста было трудно почувствовать даже Мареку, но те проблески, что он уловил, подтверждали, что это серебряный ранг, и весьма необычный для пользователя эссенций. Он подозревал, что это тот самый человек Асано, который интересовал Джес Фин Кааль, но Мареку было всё равно. Пока это не подтвердится и его не заставят действовать приказом, он не будет предпринимать действий лично.

Вместо этого он послал нескольких посланников сдержать этого человека. Тот каким-то образом обрел тревожную способность создавать Предвестников рока — катастрофических бабочек, которых не должно быть в таком мире, как этот. Тот факт, что космическое оружие использовалось не только в изолированной вселенной, но и на таком низком ранге, было ещё одним доказательством того, что этот человек — Асано.

Марек не собирался проверять это, если только не будет вынужден. Он развернул нескольких посланников, чтобы держать ситуацию под контролем, так как бабочки не опасны, если их поймать на ранней стадии. Однако он снова послал некоторых из своих более надежных людей; если позволить бабочкам размножаться, это будет означать крах операции. Он знал по опыту, что если их не остановить быстро и основательно, они в конечном итоге распространятся быстрее, чем призыватели смогут воспроизводить монстров, которых уничтожают бабочки.

Он перевел взгляд на область, заметив опасное распространение недугов, но ничего такого, что нельзя было бы поглотить. Пока бабочки сдерживались, ему не нужно было обращать на это больше внимания на данный момент. Он вернул внимание к группе, сосредоточенной на летающем панцире черепахи, размышляя, стоят ли они большего внимания. Он чувствовал, как некая способность вытягивает магию через мембрану измерений, подпитывая эскалацию их битвы, которая подавляла дополнительных монстров, которых он послал. Из любопытства он направил ещё больше монстров в их сторону, чтобы посмотреть, как они справятся.

* * * Будучи самым прямолинейным членом команды, Хамфри был тем, кого легко упустить из виду. Джейсон, Клайв, Белинда и Софи — все они были в разной степени нетрадиционны, в то время как Хамфри был хрестоматийным бойцом. Но когда новая волна монстров отделилась от основных сил, чтобы атаковать панцирь Онслоу, он вышел на первый план. Монстров было много, но он больше не был одинок среди орды. Он также больше не полагался только на собственную силу.

При поддержке команды Хамфри превратился в машину по уничтожению монстров. Усиления превратили его специальные атаки из оружия в артиллерию. Щиты Нила, сами по себе усиленные заклинанием Клайва «Прилив маны», означали, что броня Хамфри не находилась под постоянным обстрелом. У него также был плащ из светящихся рун, любезно предоставленный Клайвом, но самые важные усиления исходили от наложенных способностей ауры.

Собственная аура Хамфри повышала его характеристики мощи и духа. Белинда и Клайв увеличивали восстановление маны, снижали стоимость способностей и сокращали время восстановления. Аура Нила заставляла врагов ронять парящие сферы жизненной силы и маны, которые мог поглотить любой член команды, а сила Софи усиливала другие формы восстановления маны и выносливости, дополняя то, что предлагали остальные. Ко всему этому добавлялся «Прилив маны» Клайва, увеличивающий восстановление маны с каждой минутой.

Предметы Хамфри дополнительно снижали стоимость его сил; его способности стоили гораздо меньше базовых, в то время как ресурсы для их использования переполняли его. У Хамфри появился шанс сделать то, чего он никогда раньше не мог: пуститься во все тяжкие. Никакого управления временем восстановления, никакого управления маной; он использовал специальные атаки так быстро, как только мог взмахивать мечом.

Способность «Неустанный натиск» оправдывала своё название всё больше и больше. Он обрушивал свою силу «Огненное дыхание» без пауз, его меч продолжал вращаться, пока пламя извергалось из его рта. Он использовал другие специальные атаки, такие как «Летящий прыжок» и «Пикирующая бомба», чтобы перемещаться между монстрами, но это были комбинированные атаки. Он мог связывать их со своим «Неустанным натиском», и серия никогда не прерывалась.

Остальная часть команды также открыла краны на полную, максимально используя поток маны. У Софи было меньше всего преимуществ — у неё уже была достаточная эффективность маны, чтобы она не могла опустошить свой запас маны, даже если бы попыталась. Однако она попыталась, и её стало почти невозможно увидеть, когда она мелькала в небе, словно дух ветра. Она становилась сильнее по мере того, как битва затягивалась, но на данный момент была сосредоточена на том, чтобы монстры не переполняли Хамфри или панцирь Онслоу. Клайв и Белинда сосредоточились на добивании монстров, оставшихся в следе Хамфри, чтобы спасти его от необходимости замедляться для зачистки.

Клайв перегрузил свои боевые ритуалы, раздвигая границы того, с чем могли справиться даже его исключительные инструменты. Он сбивал отставших, пока Белинда уничтожала тех, кто добирался до панциря Онслоу в боеспособном состоянии. Она отлично использовала свои способности «Силовая привязь» и «Молниевая привязь», одновременно стреляя из своего посоха и жезла, перемежая эти атаки атаками, которые она крала у призванных существ с помощью способности «Вор силы».

Клайв выпустил свое призматическое заклинание «Гнев Магистра», которое Белинда скопировала с помощью способности «Зеркальная магия». На серебряном ранге она могла даже использовать скопированное заклинание дважды, а затем сбросить время восстановления Клайва с помощью «Благословения готовности». Он применил его снова, когда она использовала свою магическую татуировку, чтобы сбросить «Зеркальную магию». Они снова применили свои заклинания, превратив то, что должно было быть одиночным заклинанием с экстремальной силой, но долгим временем восстановления, в шесть гейзеров радужного уничтожения. С таким количеством монстров это в очередной раз доказало, что команда может выдавать периодический урон по площади, причем на гораздо более высоких уровнях мощности, чем обычные широкомасштабные атаки.

Последним элементом их боевого пазла была одна из способностей Нила. У неброского целителя была одна очень яркая способность под названием «Барабаны удачи». Интенсивно потребляющая ману, она вызывала набор нематериальных игровых барабанов, которые вращались каждый раз, когда он подпитывал их достаточным количеством маны, с случайными результатами. На серебряном ранге был второй набор барабанов, и результаты могли быть потенциально намного сильнее, хотя шанс на неудачные броски оставался.

Имея больше маны, чем он мог обычно потратить, Нил вливал её в барабаны снова и снова. Некоторые броски были просто потраченной впустую маной без эффекта, в то время как другие варьировались от умеренных командных усилений до цепной молнии, которая проносилась сквозь монстров, поражая их насмерть каждым ударом. Затем Нил наконец выбил джекпот.

Барабаны удачи: Джекпот

* Выберите способность с одной целью, чтобы воздействовать на всех врагов и/или союзников в области, как это применимо к выбранной способности.

* Длительность будет продлена, или эффект мгновенных сил будет усилен. Это не потребует маны и не вызовет время восстановления.

* Любые негативные аспекты для союзников, обычно создаваемые способностью, не вступят в силу.

Нил на мгновение уставился на системное окно, даже когда его инстинктивное понимание заклинания подтвердило написанное. Это был результат, который он ещё не видел от барабанов, один из новых результатов, возможных на серебряном ранге. Что касается заклинания для выбора, он не рассматривал ничего, кроме одного. Он сделал свой выбор, даже не нуждаясь в произнесении заклинания. У всей команды всплыли системные окна.

* Вы попали под действие [Момента героя]. Все преимущества этой способности действуют мультипликативно с существующими бонусами.

* Все характеристики увеличены. * Все сопротивления увеличены. * Снижение урона увеличено. * Максимальная мана увеличена. * Максимальная выносливость увеличена. * Восстановление маны и выносливости увеличено. * Время восстановления всех способностей эссенций сокращено. * Эффекты всех способностей эссенций усилены.

* Обычная длительность этой способности продлена. * Ослабление, возникающее после окончания этой способности, не произойдет.

Монстров для битвы оказалось недостаточно, чтобы воспользоваться этим поворотом событий. Волны, направленные в их сторону, были полностью уничтожены, причем многие атаки команды уничтожали части основной орды в качестве сопутствующего ущерба. Хамфри не стал ждать прибытия новых, бросившись в поток монстров, всё ещё струящийся через пролом. Остальная часть команды, сосредоточенная на панцире Онслоу или внутри него, последовала за ним.

РАЗНИЦА В УБЕЖДЕНИЯХ

РАЗНИЦА В УБЕЖДЕНИЯХ

Второй набег Хамфри в основные силы призванных существ заметно отличался от первого. Его атака «Неустанный натиск» достигла такого уровня мощности, что его меч серебряного ранга разваливался каждые десять или около того ударов, так как проходящие через него силы были слишком велики, чтобы он мог выдержать. Это не остановило Хамфри; он не сбился с ритма, каждый раз создавая меч заново и продолжая свой натиск. Каждый взмах его клинка оставлял монстра искалеченным или мертвым, а самые крепкие из них обнаруживали, что половина их тела превратилась в разбросанные куски. Более слабые были превращены в мелкий туман, дрейфующий в воздухе.

Хотя Хамфри наслаждался уровнем силы, который он никогда не мог себе представить, он полностью осознавал, что это мимолетный момент, который пройдет раньше, чем позже. «Прилив маны» Клайва достиг пика производительности, так как длительность заклинания подходила к концу, в то время как усиление Нила не было долгосрочным, даже с продленной длительностью. Больше всего Хамфри поддерживал свой «Неустанный натиск» до такой степени, что даже при наличии нескольких значительных источников маны и расширенного запаса маны, поддерживать его становилось слишком дорого.

С каждым взмахом заметная часть его запаса маны опустошалась. Это было похоже на то, чего Хамфри никогда раньше не испытывал, и он чувствовал напряжение. Что-то более глубокое, чем истощение его выносливости и маны: меридианы, которые были путями магии в его теле, становились напряженными. У Джейсона был недуг, который повторял это, делая способности более дорогими в использовании, но это была не атака. Хамфри просто перенапряг магическую матрицу, лежащую в основе каркаса, который был ядром его тела. Всё, что ему нужно было, — это хороший отдых, но он ещё не был готов отдыхать.

Было ещё кое-что, другой эффект, о котором Хамфри слышал, но никогда не видел. На него навалилось столько силы, от мощных благословений до постоянного притока щитов и исцеления. Больше всего это была атака Хамфри. Накопленная сила, к счастью, была сосредоточена на мече, который Хамфри постоянно менял, потому что, как и его мечи, Хамфри был серебряного ранга. Даже его слабая связь с магией атаки, достаточная лишь для того, чтобы направлять её, оставляла его дрожащим. Если бы он, а не оружие, был главным проводником, такая мощь сломала бы его. И в отличие от его меча, его тело нельзя было просто создать заново. Это было больше по части Джейсона.

Накопленная сила специальной атаки Хамфри начала казаться нестабильной до такой степени, что другие замечали больше эффектов, чем просто то, сколько силы она накопила.

— Хамфри, — предупредил Клайв через голосовой чат, хотя сигнал был прерывистым из-за такого количества магии вокруг них. — Если магия приблизится к тому, чтобы вызвать обратный удар, просто отпусти её. Магия серебряного ранга становится чрезвычайно нестабильной, если достигает золотого ранга, и может сделать что-то.

— Что-то? — спросила Софи.

— Это магия, — сказал ей Клайв. — Она по своей сути непредсказуема. Такие люди, как я, очень усердно работают, чтобы взять её малые части и сделать их предсказуемыми.

— Скажи это ауре Джейсона, — сказал Нил. — Хамфри сейчас как аура Джейсона, бьющая людей.

— Ты подтверждаешь мою мысль, — сказал Клайв. — Посмотри, в каком состоянии Джейсон всегда оказывается после одного из своих трюков. Ты хочешь валяться три месяца? Ты хочешь умереть? Потому что это его фишка, и не все из нас возвращаются с того света ради развлечения.

— Это не хобби, — пожаловался Джейсон через голосовой чат. — Это просто то, что я говорю людям.

— Я думала, ты занят, — сказала ему Белинда.

— Я занят, но у меня всё ещё есть время защитить свою… черт; нет, не есть.

Он начал кричать через голосовой чат.

— Перестань стрелять глазами по моим бабочкам, ты, посланник чертов! Я оторву тебе голову, засуну её в другое место и буду смотреть, как ты стреляешь глазами по своим собственным внутренностям! Потом я потащу тебя к тому монстру с одним рогом, торчащим из лба, и… погоди, это рог? Это не может быть… о, это неправильно. Это совсем неправильно. Кто это призвал? Тут могут быть дети, смотрящие эту битву, вы, развратные уроды! Хамфри, у этого монстра большой, многозубый…

Хамфри отключил канал чата мыслью, продолжая сражаться.

Софи, как и Хамфри, была глубоко внутри потока монстров. После длительных боев, которые они провели, она наконец накопила достаточно силы, чтобы стать реальной угрозой, будучи при этом ещё более неуловимой и трудной для убийства, чем когда-либо. Она не могла сравниться с силой Хамфри, но на том этапе не было равных силе Хамфри на серебряном ранге.

Она металась между посланниками, пытаясь помешать им контролировать призванных существ. Если бы она могла достаточно сильно нарушить их концентрацию, это дало бы защитникам столь необходимое время, чтобы проредить монстров.

Нил, Белинда и Клайв всё ещё находились в панцире Онслоу, паря вокруг внешнего края орды. Белинда создала массивную плоскую металлическую пластину, прицепленную к нижней стороне панциря Онслоу. Затем она применила на ней свою способность «Яма Жнеца», направленную вниз. Способность создавала яму, которая была не дырой, а пространством измерений, которое можно было разместить на чем угодно, что было примерно ровным, даже на поверхности стоячей воды. Специально созданная Белиндой пластина была поверхностью, созданной для этой цели, подходящего размера. Теневые щупальца тянулись из ямы, как у кошмарного кракена, хватая всех и вся, кто подходил слишком близко к панцирю Онслоу и не был частью команды. Монстры быстро поняли, что «слишком близко» — это значительный радиус, так как многих из них затянуло в темноту ямы. Несмотря на то, что она была перевернута вверх дном, ничто затянутое не выпадало обратно, только щупальца появлялись снова в поисках свежего мяса.

Остальная часть команды была далеко не бездеятельна. Нил сосредоточился на Хамфри, который, как опасался Клайв, взорвется, несмотря на то, что был таким могущественным; его всё ещё колотили монстры. Он бросал щиты и исцеление так быстро, как только мог, вливая ману в свои «Барабаны удачи» так быстро, как они могли принять, стараясь не тратить ману, поступающую от заклинания Клайва. Он знал, что как только «Прилив маны» закончится, он будет скучать по почти бесконечному потоку, которым он стал.

Яма с щупальцами Белинды выхватывала монстров из неба и затягивала их в пустоту, где они получали огромный некротический урон. Каждый раз, когда действие заканчивалось, яма выплевывала то, что осталось от монстров, которые были затянуты внутрь. Около двух третей выживали, по крайней мере до тех пор, пока она не применяла заклинание снова, и их затягивало обратно.

Даже с фальшивым кракеном смерти, выхватывающим монстров из неба, огромная плотность монстров означала, что панцирь Онслоу находился под постоянным обстрелом. Клайв использовал ритуальную магию, чтобы усилить ветровой барьер, окружающий панцирь, и силы, запущенные со светящихся рун, начертанных на нем. Каждая из них запускала огонь, молнию, град или другую элементальную силу, руны исчезали по мере того, как каждая расходовалась для создания атаки. Клайв постоянно восстанавливал их своей собственной переполняющей маной, позволяя Онслоу поддерживать обстрел.

Белинда не просто использовала свое заклинание «Яма Жнеца», за которым ей не нужно было следить. Она также использовала свои две способности привязи на вершине панциря Онслоу, оставляя врага в неприятной ситуации. «Силовая привязь» тянула врагов к себе, нанося урон любому, кто сопротивлялся. Те, кому удавалось преодолеть её силу, получали урон от этого, вместе с нездоровой дозой электричества от «Молниевой привязи». Любой, кто всё же сбегал, получал всё более серьезные электрические ожоги, чем дальше он отходил от стержней привязи, установленных на панцире.

Оставаться на панцире тоже не было подходящим вариантом, так как это оставляло их сидячими утками для темных щупалец, ищущих, кого затащить в яму. Монстры пытались уничтожить стержни, закрепляющие привязи, которые затем взрывались с поразительной силой. Этого было достаточно, чтобы нанести огромный вред, и Белинда немедленно создавала свежие привязи.

Что касается фамильяров Белинды, её фонарь вернулся к её глазам, позволяя Белинде стрелять лучами из глаз по случайным монстрам между копированием «Гнева Магистра» Клайва, восстановлением её взорванных стержней привязи или обновлением «Ямы Жнеца». Любые промежутки она заполняла, одновременно стреляя болтами силы из своего жезла и лучами из своего посоха и глаз.

Её эхо-дух также имитировал «Гнев Магистра» Клайва. В отличие от копии Белинды, однако, версия фамильяра была больше иллюзией, чем реальностью. Она наносила приличное количество урона силой, но ничто по сравнению с настоящим заклинанием с его массивным уроном и ослабляющими эффектами. Однако выглядело это достаточно реально даже для магических чувств. Это заставляло монстров и посланников разбегаться с его пути.

Сташ также вступил в действие, делая всё возможное, чтобы изобразить Софи. Это означало имитацию её скорости путем превращения в флиттер-дракона, который выглядел как нечто среднее между ящерицей и колибри. Он каким-то образом вобрал в себя худшие эстетические элементы каждого, превратившись в гротеск, который выглядел одновременно слишком маленьким и слишком большим. Это не прибавило Сташу симпатии Софи, когда он впервые использовал эту форму, объяснив, что это способ, которым он может быть больше всего похож на неё.

Уродливую форму было трудно разглядеть, однако, так как Сташ действительно двигался по полю битвы размытым пятном. Он целенаправленно охотился за монстрами, которым удавалось избежать защитных мер Белинды, пока они продолжали изматывать панцирь Онслоу атаками.

* * * Посланник, Марек Ниор Варгас, рассеянно заблокировал снаряд, выпущенный авантюристом золотого ранга, своим крылом, сосредоточив внимание на авантюристе, который во второй раз нырнул глубоко в орду монстров. Он привлек интерес Марека в первый раз, потому что этот ход не имел видимого смысла. Человек сбежал, достойный подвиг, хотя попытка, как и ожидалось, оставила его избитым и окровавленным, казалось бы, без результата. Замешательство Марека длилось до тех пор, пока линии молний не начали дождем падать в орду, исходя из точек вдоль пути, по которому прошел человек.

Марек не боялся дурака, который переоценил себя и получил жестокий урок. Но человек с убежденностью принять такое избиение, потому что он знал, что оно стоит риска, был совсем другим делом. Убежденность доводить дело до конца и мудрость, чтобы убедиться, что делаемые вещи правильны, было тем, чего Марек боялся.

У него не было интереса к нападению на город и любым схемам, которые Голос Воли использовала для его осуществления. Люди, защищающие город, напротив, не могли заботиться больше; отступить означало бросить свои дома и свои семьи. Марек снова и снова видел пламя, которое зажигалось внутри людей, и как это пламя становилось кузницей, производящей героев и мучеников. Разница в убеждениях могла легко стать решающим фактором в битве.

Марек был уверен в своем превосходстве над служебными расами здесь, но он знал, что страсть и приверженность могут закрыть этот разрыв перед лицом незаинтересованности Марека. Если защитники Яреша начнут бросаться на врага с поистине безрассудной самоотдачей, характер битвы изменится. Те, кто готов принять потери ради победы, имели мрачное, но мощное преимущество, даже если любая победа, которую они одерживали, становилась пирровой.

Вид того, как человек снова бросается в спускающийся поток монстров, обеспокоил Марека. Стратегические решения — это хорошо, но если враг готов идти на меры, на которые он не готов, то его часть рейда может быть сорвана. Марек, может, и не заботился об успехе своей части миссии, но и не собирался игнорировать угрозу. Марек сосредоточил свое внимание более непосредственно на человеке и сразу понял, что угроза — это именно то, кем и чем он был.

Огромное количество и мощь магических эффектов на человеке превзошли уровни силы серебряного ранга, дойдя до грани откровенной нестабильности. Такая эскалация силы была редкостью, но Марек видел её несколько раз. Результат мог пойти по одному из двух путей.

Если магия выйдет из-под контроля, результаты уничтожат значительную часть орды призванных существ, учитывая местоположение человека внутри неё. Конечно, сам человек умрет вместе с ними, но, возможно, в этом и была его цель. Но если он удержится, любой серебряный ранг, владеющий такой силой, будет чем-то, на что стоит посмотреть.

Марек с изумлением наблюдал, как он прорывается сквозь призванных существ, словно лесной пожар сквозь сухую траву. То, что его собратья-посланники могли видеть это зрелище и оставаться убежденными в своем врожденном превосходстве, поражало его. Стоять выше всех остальных требовало работы. Никто просто так не натыкался задом наперед на ту силу, которая позволяла им стоять на вершине космоса.

В другом месте на поле битвы Джейсон чихнул.

ЧТО-ТО, ЧТОБЫ ПЕРЕЛОМИТЬ ХОД СОБЫТИЙ

ЧТО-ТО, ЧТОБЫ ПЕРЕЛОМИТЬ ХОД СОБЫТИЙ

Джейсон чихнул.

Он стоял на трупе монстра, пока тот падал с неба, используя теневые руки, чтобы удержаться на месте. Тень и Гордон летели рядом с ним, пока он ехал на монстре вниз, подальше от посланника с копьем, летящего сверху.

— Мистер Асано, вы только что чихнули? — спросила Тень.

— Чихнул. Это странно, да?

— Учитывая, что у вас нет пазух, я бы сказал, да.

— Может, кто-то говорит обо мне.

— Я не вижу связи.

— Иногда ты чихаешь, когда кто-то говорит о тебе.

— Это не звучит правдоподобно.

— Это такая вещь.

— Я не верю, что это вещь.

— Это абсолютно вещ…

Джейсон прыгнул в тень, используя свой плащ, оставив его позади, когда копье, сделанное из сросшихся зубов, пронзило его, брошенное посланником. Она неслась вниз головой вперед, крылья были отведены назад и плотно прижаты, чтобы избежать сопротивления, другое копье появилось в её руке, когда она создала свежее.

Тело Тени появилось из маленькой тени, отбрасываемой на её тело рукой. Джейсон выпрыгнул из тела Тени, создавая вокруг себя новый плащ. Теневые руки выстрелили из него, чтобы схватить посланника и потянуть Джейсона вниз, чтобы ударить его ногами ей в спину. Он сильно надавил ногами, схватил её за крылья и потянул назад, выгибая её тело в дугу.

Посланник перешла от контролируемого пикирования к неконтролируемому падению. Джейсон обнаружил, что это особенность посланников: повреждение или ограничение крыльев посланника препятствует их способности летать. Это удивило его, так как он всегда предполагал, что их крылья не связаны с полетом. Он мало знал об аэродинамике, но знал, что восьмифутовая женщина с птичьими крыльями не будет летать без большого количества магии. Однако их магия полета, по-видимому, была сосредоточена в их крыльях, и он был признателен за эту слабость.

С ограничением способности посланника летать, они быстро неслись к земле. Джейсон продолжал тянуть её за крылья, толкая ногами в спину, удерживая её на месте. Она потянулась назад и схватила его за лодыжки, но ей не хватило рычага, чтобы сбросить его. Костяные шипы выстрелили из её кончиков пальцев и вонзились в его ноги, но он проигнорировал их.

Многочисленные теневые руки, исходящие от Джейсона, помогли ему сохранить позицию, оседлав её спину, как небесный серфер. Одна рука держала его созданный кинжал, делая быстрые, неглубокие удары, как швейная машина. Пока кинжал нагружал её специальными атаками, Джейсон пропел заклинание.

— Неси на себе клеймо своих преступлений.

Небольшое количество трансцендентного урона выжгло клеймо на её лице, заставив её кричать ещё громче. Джейсон применил другое заклинание.

— Твоя судьба — страдать.

— СЛЕЗАЙ С МЕНЯ, ТЫ, ГРЯЗЬ!

— Если бы ты предупредила меня, что атакуешь город, — крикнул Джейсон сквозь шум воздуха, пока они падали, — у меня было бы время на ванну. Это твоя вина.

Она бросила созданное зубное копье, чтобы схватиться за его ноги, так как длинное оружие не имело хорошего угла. Когда удары по его ногам ничего не дали, она отпустила их и создала новое оружие. Это был гигантский клинок из зазубренной желтеющей кости. Это был огромный серп с глубоко изогнутым крюком; кончик был покрыт острыми неровными зазубринами. Посланник держала его так, что острие было направлено на неё саму. Он был как раз подходящего размера, чтобы размахнуться по её спине и человеку, сидящему на ней.

— Леди, вам когда-нибудь говорили, что ваши силы кажутся какими-то злыми?

— УМРИ!

Она замахнулась серпом назад над головой, чтобы ударить Джейсона с точной точностью. Порочно зазубренный кончик, казалось, прошел сквозь Джейсона, как будто он был призраком. На самом деле, сочетание тонкого отклонения назад и изгиба пространства его плащом означало, что он прошел сквозь воздух перед ним, вонзившись в собственную спину посланника. Она закричала, больше от ярости, чем от боли, и оружие исчезло.

— Ты понимаешь, что это был ужасный план, верно?

Джейсон почувствовал, как внутри посланника накапливается масса силы, но он не успел сбежать до того, как костяные шипы вырвались из каждой части её тела. Они прорвались сквозь её плоть и тонкую практичную одежду, чтобы вонзиться во всех направлениях. Джейсон был пронзен десятками тонких костяных шипов, которые сломались внутри него, когда он двигался, фрагменты ползали по его телу, как черви.

— У меня уже есть черви для этого, ведьма, — сказал Джейсон сквозь стиснутые зубы.

Посланник не ответила, обмякнув. Её аура также значительно уменьшилась, и Джейсон понял, что атака забрала большие объемы её резервов. После безумной погони за Джейсоном по всей битве, её тело не выдержало затрат, когда оно уже было опустошено недугами Джейсона. Он подозревал, что главным виновником был его недуг «Оскверненные меридианы», который принудительно повышал затраты маны. Это заставило массивную атаку потреблять ещё больше маны, чем осознавала посланник, и она потеряла сознание от истощения маны.

Джейсон с силой оттолкнулся от шипов, при этом сломалось ещё больше. Он использовал свой плащ, чтобы парить, позволяя бессознательному посланнику упасть. Он знал, что она, вероятно, проснется до того, как ударится о землю, даже если остался лишь короткий путь. Посланники восстанавливались даже быстрее, чем авантюристы, так что она…

Джейсон наблюдал, как она врезалась в землю, конечности в той неловкой позе существа, которое больше не было живым.

— Хм.

* * * Валк Воль был далек от того, чтобы быть добропорядочным гражданином Яреша, но была разница между преступником и тем, кто не встает, когда ангелы и их странные домашние монстры вторгаются. Не тогда, когда он мог сражаться. Он не был авантюристом, но он внес свою лепту во время наплыва монстров и делал это снова сейчас. Он стоял спина к спине с каким-то авантюристом, чье имя он забыл, управляя тем, что выглядело как гигантская фигурка из палочек, сделанная из мечей, когда она размахивала руками по монстрам.

Этого было недостаточно. Монстры продолжали сыпаться с неба, сколько бы их ни убивали жители Яреша, и они были близки к тому, чтобы быть подавленными. Он и авантюрист оба были с низким уровнем маны, их доспехи разорваны, а кожа влажная от крови.

Когда один из посланников шлепнулся на разбитые плиты дороги, костяные шипы торчали наружу, а конечности неловко раскинулись, он был поражен лишь на мгновение. Она, возможно, он, не собиралась вставать, чтобы убить его, поэтому он перевел внимание обратно на то, что собиралось. Затем он увидел фигуру, появившуюся из тени полуразрушенного борделя.

В этом человеке было что-то, что встревожило его, и он понял, что не может почувствовать присутствие человека, даже глядя прямо на него.

— Золотой ранг, — сказал он, слова привлекли внимание другого авантюриста.

— Где? — спросил он, оглядываясь.

Валк наблюдал за человеком, вышедшим из теней, идущим к мертвому посланнику. Он был спокоен в хаосе, одетый в мантию цвета засохшей крови. Его глаза были нечеловеческими, светящимися синим и оранжевым. Его черты лица были немного слишком острыми для по-настоящему классической красоты высокого ранга, аккуратная борода не могла полностью скрыть длинный подбородок.

— Нам бы не помешала помощь! — позвал авантюрист с Валком, и человек повернул свой взгляд на них. Затем его взгляд переместился вверх, на монстров над ними. Именно тогда Валк и его спутник почувствовали ауру человека. Она выкатилась, словно физический объект, заставляя воздух вокруг них казаться тяжелым. Они поняли, что он не золотой ранг, но он не чувствовал себя и пользователем эссенций. Его аура была тиранической, как будто всё принадлежало ему в силу его существования. Валк на мгновение испугался, что он какой-то бескрылый посланник, пока не увидел, как отреагировали монстры.

Они бежали.

Существа улетели, врезаясь в своих собратьев, всё ещё спускающихся в безумной панике, чтобы бежать от того, чем был человек, стоящий над мертвым посланником. Валк смотрел, как они уходят, затем почувствовал, как его взгляд притянулся к человеку, словно магнитом. Он наблюдал, как человек держал руку над посланником и пропел заклинание, его голос был холодным, как зима.

— Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так твоя смерть — моя, чтобы собрать.

Трансцендентный свет синего, серебряного и золотого был вытянут из трупа в руку человека, когда тело растворилось в радужном дыме. Когда человек вытянул энергию посланника, Валк подумал, что услышал крик, но он каким-то образом был уловлен его чувствами ауры, а не ушами. Над человеком сформировался образ, образ теневой птицы, усыпанной серебряными звездами. Человек закончил забирать энергию посланника, и образ исчез.

— Кто ты? — спросил его Валк.

— Я лишь на мгновение отогнал монстров, — сказал человек, его голос был твердым, но лишенным злобы, с которой он пропел заклинание. — Отдохните, сколько сможете, и будьте готовы к их возвращению.

— Ты останешься и поможешь?

— Больше посланников идут за мной. Я не буду навлекать их на вас.

Тени поднялись, чтобы окутать его тело, становясь теневой мантией. Темная фигура поднялась из собственной тени Валка, и человек шагнул в неё, исчезая. Теневая фигура затем отступила в тень Валка, также исчезая. Он настороженно уставился на свою тень, гадая, что ещё там есть.

* * * Джейсон вышел из тела Тени на крыше, глядя вверх. Он чувствовал Руфуса недалеко, и армию монстров, светящихся серебряным и золотым пламенем Руфуса. Скоро Руфус использует свою силу зоны, «Затмение», и поглотит эти недуги, надеясь сбить нескольких посланников с неба.

Джейсон хотел бы, чтобы он был так же эффективен. Он уничтожил одного из посланников, преследовавших его, но они выиграли, а он проиграл. Было почти наверняка слишком поздно для того, чтобы его бабочки распространились должным образом, даже если бы ему удалось заставить их работать сейчас. Посланники пресекли каждую попытку запустить их, убивая бабочек и даже уничтожая своих собственных монстров, которых Джейсон поражал, чтобы произвести их. Он бессмысленно бегал всю битву, ничего не добившись.

Джейсон не чувствовал себя неадекватным в своем наборе сил годами, с тех пор как он был зеленым железным рангом, у которого половина набора сил ещё не пробудилась. Но он мог чувствовать места вокруг города, и даже эту битву над развлекательным районом, где специалисты по недугам преуспевали там, где он потерпел неудачу. Это был первый раз, когда он чувствовал себя хуже из-за того, что был скирмишером недугов.

Несмотря на то, что они были вынуждены строить целые команды, чтобы прятаться за ними, именно здесь, в открытой войне, такие авантюристы показывали свою истинную ценность. Оставшись одни, они быстро умрут, там, где Джейсон процветал бы. Но там, где у него были силы скрытности, у них были недуги. Там, где у него были силы полезности, у них были недуги. И там, где у него был недуг, у них были недуги.

Джейсон должен был найти способы заставить свои силы работать в любой ситуации, где они просто выбирали подходящие из своего выбора. Они не были ограничены сложными системами доставки на основе бабочек, которые могли быть отключены врагом, знающим, что они делают. Если враг останавливал один подход, они могли просто использовать другой.

Джейсон уже давно отказался от уничтожения огромных волн монстров своими бабочками. Это не сработало бы, и для этого были другие недуги. Вместо этого он решил сосредоточиться на уничтожении команды посланников, которая была отправлена за ним. Монстры в конечном итоге были расходным материалом, но если бы достаточно посланников пало, враг отступил бы.

Его усилия остановить команду посланников прошли не так хорошо, как он надеялся поначалу. Они были весьма способны, работая вместе хорошо и изматывая его без каких-либо эксплуатируемых перенапряжений. У них даже был один из редких целителей посланников, что означало, что откусывать от них было бессмысленно.

Группа посланников была командой, и их отработанное сотрудничество проявилось, когда они быстро уничтожали любых бабочек, вместе с любыми монстрами, которые их порождали. В ответ Джейсон распределил свои попытки вызвать цепную реакцию бабочек.

Самым большим преимуществом Джейсона над ними было то, что они абсолютно должны были уничтожить бабочек и всё, что производило больше их — в идеале, включая Джейсона. Это означало, что он мог использовать свою мобильность, чтобы заставить их разделиться.

В конце концов, он позволил их самому агрессивному члену получить то, что казалось чистым выстрелом в спину Джейсона. Она перенапряглась, немного слишком далеко от того места, где остальные уничтожали бабочек, позволив Джейсону контратаковать. Теперь она была мертва и поглощена, её остаточная жизненная сила приблизила его немного ближе к ещё одному шансу на воскрешение.

Он посмотрел на кишащих монстров, чувствуя посланников среди них. Они будут держаться вместе теперь, когда он убрал одну из них; они должны были знать так же хорошо, как и он, что уже слишком поздно для бабочек, чтобы иметь массовое влияние. Они, скорее всего, останутся группой, уничтожая бабочек, как могли, но позволяя некоторым из них уйти, вместо того чтобы снова ставить под угрозу свою безопасность.

Тень стояла рядом с Джейсоном, пока он смотрел на небо.

— Размышляя об этом, мистер Асано, я мог ошибаться.

— О чем?

— О чихании. Мы знаем, что ваши силы часто интерпретируют себя таким образом, который имеет значение для вас, и мы знаем, что у вас есть какая-то мощная сенсорная способность, которую вы не можете сознательно использовать. Возможно, ваше чихание — это проявление той таинственной сенсорной силы, показывающее, что кто-то действительно говорил о вас.

— У меня есть дополнительное чувство, о котором я не знаю?

— Возможности, продемонстрированные вашей оригинальной силой под названием «Система квестов», доказывают это. Это была ваша способность, однако она знала вещи, которых не знало ваше сознание.

— Ты прав, — размышлял Джейсон. — Как думаешь, я смогу использовать чувство, которое заставило эту силу работать, когда буду выше рангом?

— Возможно. Или, возможно, эта сенсорная сила давно исчезла, и это действительно было просто чихание. Эта сила могла подпитываться остаточной астральной энергией с тех пор, как вы впервые стали иномирянином. Способность могла эволюционировать по той простой причине, что топливо закончилось, и вы больше не могли её использовать.

— Ты едва подписался как мой фамильяр, когда я потерял эту способность, верно?

— Это верно, мистер Асано.

— Как ты вообще додумался до этой способности, чтобы сделать такой вывод? Ты едва видел её в действии.

— Это не вывод, мистер Асано, а постулат. Что касается того, почему я подумал о способности, это, возможно, самая поразительная в вашем репертуаре. Сенсорная способность такой мощности, даже когда вы были обычного ранга? Очевидно, она не была привязана к вашей ауре или магическим чувствам, так как у вас не было ни того, ни другого. Я очень стар, мистер Асано, и есть очень мало вещей, о которых я не могу хотя бы постулировать. Какое бы чувство ни подпитывало вашу способность «Система квестов», оно вне даже моего опыта.

— Значит, ты понятия не имеешь?

— В лучшем случае, я мог бы догадаться о чем-то, в чем я не могу быть уверен, что это вообще реально. Если кто-то, это касалось бы вас, но я колеблюсь говорить об этом. Это больше миф, чем что-либо ещё, и меньше миф типа «героев и богов», чем миф типа «человека в трейлере с шапочкой из фольги». Хотя обычно это действительно включает героев и богов.

— Тебе придется рассказать мне об этом как-нибудь, когда мы не будем в центре вторжения в город.

— Я задавался вопросом, почему вы просто стоите здесь. Вы пытаетесь противостоять остальной части команды посланников?

— Нет, они убьют меня. Но я хочу, чтобы они были достаточно близко, чтобы по-настоящему увидеть, против чего они решили выступить.

— Я думал, вы приберегаете это для того, когда они…

— Они будут. Скоро. Возможно, меня и отключили, но многих других — нет. Мой самый большой вклад заключался в том, чтобы связать кучу посланников, чтобы они не могли изматывать других авантюристов. Авантюристы здесь, на земле, чувствуют себя подавленными, но они держатся. Такие люди, как Зара и специалисты по недугам, делают работу, и командиру посланников понадобится что-то, чтобы переломить ход событий.

САМАЯ СИЛЬНАЯ СТРЕЛА В ЕГО КОЛЧАНЕ

САМАЯ СИЛЬНАЯ СТРЕЛА В ЕГО КОЛЧАНЕ

Марек мысленно отдал честь человеку, бесчинствующему в орде монстров. Ему удалось подслушать, как один из спутников человека назвал его Хамфри, и Марек надеялся, что он выживет, чтобы в конечном итоге достичь золотого ранга. Он хотел бы встретиться с ним в битве, возможно, найдя ключ в этом противостоянии, чтобы подтолкнуть свое собственное продвижение вперед. Он сетовал на то, что, хотя на этом поле битвы было много исключительных врагов серебряного ранга, золотые были лишь сносными. Казалось, что защитники города мало заботились о гражданских лицах развлекательного района.

Поскольку золотые ранги были адекватными, но не исключительными, Марек хотел бы, чтобы его выбрали для других полей битвы. Он чувствовал более впечатляющих пользователей эссенций в других частях города, включая того, чья аура была ровней большинству посланников.

Он перевел внимание на серебряный ранг, который он подозревал в том, что это Асано. Два человека с такими необычными аурами подразумевали, что они связаны, возможно, с золотым рангом, инструктирующим серебряный. Если он лично вмешается, двинется ли золотой ранг на помощь, давая ему шанс на более захватывающую битву?

Марек покачал головой, ругая себя. Компрометация стратегической ситуации ради личных целей была тем поведением, которое он презирал в определенной породе посланников, на которых он смотрел свысока. То, что большинство его собратьев-посланников попадали в эту группу, было несчастьем, о котором он регулярно сетовал.

Марек нахмурился, почувствовав, что команда, которую он послал изматывать Асано, потеряла одного из своих. Он был впечатлен; он послал не безрассудных и не слабых людей, чтобы сдержать человека. Тем не менее, бабочки-предвестники всё ещё не закреплялись, поэтому ситуация не требовала дальнейшего вмешательства. Марек не хотел терять людей, но некоторые потери были неизбежны.

Человек Хамфри также не требовал вмешательства Марека. Несмотря на то, что он впечатляюще прорубал путь сквозь орду монстров, время положит конец бесчинству более эффективно, чем дорогостоящее противостояние. Нестабильная сила, движущая им, скоро подойдет к концу, так или иначе. Хамфри, безусловно, был разрушителен, но всё же не смог повлиять на битву так сильно, как специалисты по атаке по широкой площади среди авантюристов. Посланники Марека были более полезны, сдерживая их, чем охотясь за Хамфри. Он мог легко убивать посланников в своем нынешнем состоянии, но Марек мог позволить себе потерять столько призванных монстров, сколько он уничтожил.

Монстры, однако, не были бесконечными, несмотря на все расходы, которые они использовали, чтобы заставить защитников думать иначе. Голос Воли, Джес Фин Кааль, привезла артефакты, которые увеличивали количество монстров, которых призыватели могли вызвать одновременно. Приобретение было сделано вопреки совету Марека и других золотых рангов, но она пересилила их. Тем не менее, она никогда не объясняла, что сделало их стоящими ресурсов и одолжений, потраченных на их получение, значительных даже для посланников.

По крайней мере, дорогие артефакты находились за пределами барьера. Если авантюристы смогут добраться до них и перекрыть кран монстров, рейд быстро закончится, а затраты сойдут на нет. Он задавался вопросом, увидит ли Джес Фин Кааль это так, поскольку успех рейда на город явно не был её истинной целью. Какую бы политическую игру она ни вела, она, к сожалению, имела одобрение астрального короля или, по крайней мере, его незаинтересованность. В противном случае он бы уже остановил её.

Снова Марек сказал себе не зацикливаться на этом. Всё, что ему нужно было сделать, — это адекватная работа и вывести как можно больше своих людей живыми, насколько это возможно. Если он начнет копаться в том, какие заговоры голос осуществляет через вторжение в город, это только будет стоить ему и ничего не даст. Он был уверен, что она плетет интриги против кого-то из посланников, но в равной степени уверен, что это не он. Он был осторожно аполитичен в качестве защитного механизма.

Это было частью того, почему он был так сдержан в руководстве своей частью рейда, даже когда те, кто находился под его командованием, раздражались из-за его консервативной стратегии. Золотые ранги были в порядке, будучи закаленными воинами, но Марек чувствовал голод в серебряных рангах под своим командованием. Они напрягались, как необученный зверь на поводке, жаждущие покрыть себя славой и кровью авантюристов.

Они будут разочарованы. Марек никогда не позволит самому безрассудному элементу своих сил делать то, что они хотят, и, если авантюристам удастся спровоцировать прямой конфликт с посланниками, он подаст сигнал к отступлению. Он не собирался жертвовать никем, кем не обязан, на алтаре схем Джес Фин Кааль, даже если она была голосом воли астрального короля.

Он чувствовал, что на других полях битвы некоторые командиры принимали другие решения, гоняясь за той же славой, что и их подчиненные серебряного ранга. Этого было далеко недостаточно, чтобы убедить его отпустить своих посланников. Это привело к прямо противоположному: потери, которые он чувствовал под более активными командирами, были именно тем, чего он хотел избежать.

Однако пришло время сделать перемены. Авантюристы начинали давить, их специалисты по недугам закреплялись, несмотря на то, что посланники работали над их подавлением. В отличие от человека, работающего в одиночку за линией фронта, это были люди с разочаровывающим разнообразием недугов и систем доставки, а также целыми командами, посвященными тому, чтобы убедиться, что они используются.

Пришло время выпустить самую сильную стрелу в его колчане. Это была та, которую большинство других командиров уже выпустили, с тем, что Марек считал недостаточным эффектом. Хотя Марек был вынужден признать, что превосходство ауры имеет свои преимущества в моменты установления конфликта, он видел использование её немедленно как пустую трату. Пользователи эссенций снова и снова доказывали, что при наличии времени на адаптацию они могут сражаться почти на полную мощность при подавлении ауры.

По сравнению с этим, внезапная и хорошо рассчитанная волна ауры могла добить врага, уже находящегося под давлением, или обратить невыгодную тенденцию. Это было то, с чем Марек столкнулся на своем собственном поле битвы, поэтому пришло время переломить ход событий.

Большая волна разрушительной магии направлялась к Мареку, его противник золотого ранга применил большое заклинание, пока Марек обдумывал свои варианты. Он взглянул на сферу золотого пламени размером с дом, несущуюся на него, сжигая монстров по пути. Марек влил ману в свои крылья и взмахнул ими один раз в направлении огненного шара. Он был отброшен обратно туда, откуда пришел, заставляя авантюристов золотого ранга в спешке убираться с пути.

Марек вздохнул от скуки, жалея, что единственные способные авантюристы в его битве не были серебряного ранга. Он достал свой камень связи и отдал директиву каждому посланнику под своим командованием.

— Высвободите свои ауры.

* * * На ранних стадиях битвы над развлекательным районом команды специалистов по области начали сильно. Они вырезали большие куски из монстров, что заслужило им пристальное внимание посланников, подавляя их эффективность. Затем, медленно, но верно, они начали оттеснять посланников, снова прореживая монстров, стремящихся спуститься и прокопаться к гражданскому бункеру.

Авантюристы становились настолько эффективными, что больше монстров прибывало на землю мертвыми, чем живыми. Как один из авантюристов, работающих на уровне земли, Руфус должен был остерегаться монстров, падающих как дождь. Несмотря на работу на уровне земли, однако, Руфус проводил мало времени на земле. Он перемещался по воздуху с комбинацией акробатики серебряного ранга и сил телепортации на короткие дистанции. Многие авантюристы не могли полностью использовать свои новые физические пределы после повышения ранга, но Руфус был слишком хорошо обучен для этого. Он использовал самих монстров как платформы, прыгая между ними, как лягушка, перемещающаяся между кувшинками.

Руфус не часто использовал здания, несмотря на частое удобство крыши. Развлекательный район выглядел как место бомбежки, ни одно здание не избежало повреждений. Он не доверял ни одному из них, чтобы они не рухнули под ним.

Монстры часто не реагировали, когда Руфус приземлялся на них, рассекал их своими золотыми и серебряными мечами, прежде чем двигаться дальше, и оставлял золотое и серебряное пламя на своем пути. Призванные существа были под принуждением копать вниз к бункеру, в основном зависая в воздухе и ведя дистанционные атаки по земле. Многие даже не давали отпор авантюристам, просто буря вниз так глубоко, как могли, прежде чем их уничтожали.

Недуги Руфуса были полезны для подготовки больших атак, которые, надеюсь, сбили бы посланников, но неэффективны для очистки монстров. Недостатком эклектичного набора сил Руфуса было то, что любой отдельный элемент был несколько слаб, требуя навыка, чтобы вытянуть мощные синергии.

Основную работу по обращению с монстрами делал специалист по недугам. Руфус не знал эту женщину, но она была явно эффективна, что обе стороны признали. Дюжина посланников была развернута, чтобы подавить её, но три полные команды авантюристов переместились, чтобы противостоять.

Посланники были хорошо подобраны, все были защитного типа, которые, казалось, имели здоровое количество защиты, сопротивления недугам и даже самоисцеления и очищения. Это было то, что специалист по недугам мог преодолеть, при наличии времени и защиты, но чем больше она фокусировалась на посланниках, тем меньше времени она тратила на очистку монстров.

В результате авантюристы на земле всё больше чувствовали давление. Монстры копали вниз, сквозь слои улицы, камня и зарытых магических защит, медленно раскрывая и ломая. Руфус выбрал здание, которое выглядело достаточно целым, чтобы приземлиться, и остановился достаточно долго, чтобы осмотреть ситуацию. Он открыл голосовой канал.

— Джейсон, ты занят?

— Нет, на самом деле. Ситуация поворачивается в нашу сторону, так что ты можешь ожидать, что посланники скоро опустят молот ауры. Я готовлюсь к тому, когда это произойдет.

— Готов как?

— Как обычно.

— Что-то глупое, саморазрушительное и абсурдно привлекающее внимание?

— Вроде того.

— У тебя есть несколько мгновений, прежде чем это произойдет?

— Я могу уделить немного времени. Мне, вероятно, стоит убраться, прежде чем посланники, охотящиеся за мной, доберутся сюда в любом случае. Что тебе нужно?

— У меня есть специалист по недугам, разбирающийся со своим собственным набором посланников. Она пройдет сквозь них, но они довольно хорошо защищены, так что это занимает больше времени, чем нам нужно. Есть шанс, что ты сможешь прийти и скрасить день посланников?

Джейсон вышел из тени разбитой части стены.

— Я могу это сделать, — сказал он.

— Это за…

— Я чувствую это, — сказал Джейсон, прежде чем Руфус успел указать.

Руфус едва мог что-то почувствовать среди беспорядка аур, который был магическим полем битвы, но Джейсон повернул свой взгляд в нужную сторону немедленно. Он переместился обратно в тень, из которой появился, и исчез в ней.

* * * Элсет Кули была разочарована. Команды, защищающие её, делали отличную работу, но она не делала свою часть так быстро, как ей нужно было. У некоторых посланников была гибкая, но всесторонняя броня на всё тело, через которую нужно было пробиться, прежде чем она могла поразить их недугами напрямую. У других были классические пузырьковые щиты, в то время как более раздражающие имели и то, и другое. Некоторые отталкивали недуги на прокси, такие как та, которая создавала клонов себя, и та, которая собирала недуги в свои перья, стреляя ими обратно в защитников Элсет.

У неё были ответы на всё это, от резонирующих или разрушительных силовых недугов до заклинаний, которые заменяли недуги на цели в момент, когда они были устранены. Но с посланниками, также очищающими, рассеивающими и очищающимися, а также заменяющими растворенные щиты и дезинтегрированную броню, это занимало слишком много времени. С каждым мгновением ей всё отчаяннее нужно было перефокусироваться на убийстве монстров.

Внезапно кто-то оказался рядом с ней, поразив её отсутствием ауры. Сначала она подумала, что это монстр, окутанный тем, что было явно магическими тенями. Он взглянул на неё инопланетными глазами из-под темного капюшона.

— Я собираюсь съесть ваши недуги, — сказал человек. Его тон был холодным с оттенком извинения, но ясное намерение было сделать так, как он сказал, что бы она ни хотела. Его тень поднялась, как живое существо, и он шагнул в неё, исчезая. Затем он был среди посланников, громко распевая заклинание.

— Напитай меня своими грехами.

Трансцендентный свет жизненной силы посланника сиял изнутри посланников, оскверненный недугами Элсет. Она была знакома с заклинанием, которое он использовал. Это было редкое заклинание, которое обычно пробуждалось теми, у кого были светлые намерения, но темные силы. Она не была удивлена, тогда, когда её недуги были поглощены, а трансцендентный урон был оставлен на их месте.

Трансцендентный урон игнорировал любые защиты и вонзался прямо в посланников, которые немедленно отступили. Элсет была уверена, что они отправились на поиски исцеления и очищения, которые им понадобятся, чтобы выжить. Со всеми недугами, которые она сбросила на них, превращенными в трансцендентные, это займет много времени.

Когда посланники бежали вверх, теневой человек поплыл вниз. Её защитники пропустили его, когда они посмотрели на неё за новым направлением.

— Нам нужно вернуться к очистке монстров, — заявила она. Это было очевидное утверждение, но первая часть команды была в том, чтобы быть уверенной и решительной. Знание того, что она делает, также было полезно, но ниже приоритетом.

Человек мягко приземлился рядом с ней и сдвинул капюшон с головы. У него были более острые черты лица, чем предпочитали люди, но его человеческое лицо имело экзотическую привлекательность для эльфийской чувствительности.

— Подготовьте своих людей к штурму ауры, — предупредил её человек. — То, что вы вернете контроль над уровнем земли, вероятно, станет последней каплей, которая спровоцирует…

Он замолчал, когда аура упала, как молот. Посланники на поле битвы все высвободили свои ауры одновременно, серебряные и золотые ранги гармонировали в симфонии силы. Ауры посланников были фундаментально отличны от аур пользователей эссенций, как будто они были не просто духовными, а физическими. В их подавляющей силе был вес, и Элсет почувствовала, как её аура подавлена, словно титаническая рука бога тянулась вниз, чтобы накрыть её.

Именно тогда она наконец почувствовала ауру человека перед ней. Она пронеслась, как колониальная держава, заявляя права на территорию, когда вытесняла то, что было там раньше. Он создал пузырь, который ощущался больше как посланники, чем его собратья-пользователи эссенций, и хотя аура Элсет была освобождена, она всё ещё не чувствовала себя комфортно. Было подавляющее чувство доминирования, её духовные чувства говорили ей, что она в безопасности только благодаря благосклонности силы, контролирующей область вокруг неё. Силы, которая требовала повиновения.

Элсет и другие авантюристы смотрели на человека с беспокойством, когда он наклонил голову, чтобы посмотреть вверх. Странный монстр, который выглядел как пустой плащ, окруженный парящими сферами, появился. Она почувствовала, как некоторые из других напряглись, но они быстро почувствовали связь между человеком и его фамильяром.

— Гордон, — сказал человек. — Давай приступим к работе.

ВЫИГРАТЬ БОЙ

ВЫИГРАТЬ БОЙ

Фал Вин Гарат не проводил хороший день. Он презирал быть вынужденным действовать по велению Голоса Воли, Джес Фин Кааль, и эта миссия была именно причиной. Она послала его убить Джейсона Асано, но она явно ожидала, что он не вернется. Он наслаждался бы выражением её лица, когда он бросит голову Асано к её ногам.

Фал не мог открыто бросить вызов голосу. Как и все посланники, он должен был быть присягнувшим астральному королю, иначе он увянет и умрет. Это был один из самых сильных стимулов стать астральным королем, так как только тогда они могли по-настоящему стоять без кого-либо и чего-либо выше них. До тех пор астральный король имел влияние не только на его действия, но и на само его существование. И как голос воли астрального короля, Джес Фин Кааль делила это влияние.

Иметь свой рот запечатанным было унижением, особенно когда это даже не исходило от самого короля, а от одного из её голосов. Фал был в начале своего пути, всё ещё серебряный ранг, но у него уже был длинный список. Когда он будет стоять на вершине, каждый в этом списке заплатит.

На данный момент, однако, Фал застрял, подчиняясь голосу астрального короля, которому он присягнул. Он был неспособен бросить вызов её голосу, но это не означало, что он не мог подорвать Джес Фин Кааль. У неё были планы на иномирянина, и она видела в Фале мясо, которое она могла скормить ему. Но Фал будет тем, кто будет кормить, и намерения Кааль относительно Асано умрут вместе с ним.

Первым шагом был поиск человека внутри города. Он был довольно неуловим, и город был в хаосе, делая индивидуальную ауру почти невозможной для выделения. Если только он не проявит свою ауру в большом масштабе, что было бы безумием в этих обстоятельствах, Фал должен был выследить его.

Это означало начать с наиболее вероятного места, чтобы найти его, а затем пытками выбивать ответы из людей там. Либо Асано будет привлечен, либо он получит информацию, которая приблизит его. Лучшая информация, которую имели посланники, заключалась в том, что Асано и его команда базировались из большого авантюрного транспортного средства, расположенного рядом с другими иностранными авантюристами.

Фал прошел через пролом, ближайший к области. Там была большая зона эклектичных транспортных средств, многие из которых были размером со здания. Это составляло городской район, состоящий из мобильных фортов, сосредоточенных вокруг разросшегося лагеря беженцев. Лагерь был опустошен, никого не оставив позади, и не было защитников на открытом воздухе. Он мог чувствовать авантюристов внутри транспортных средств, большинство из которых были неспособны заблокировать его чувства ауры. Либо район имел минимальных защитников, либо они были собраны в транспортных средствах, которые могли заблокировать его восприятие.

Лидер контингента, к которому был прикреплен Фал, отдал приказы, как только они прошли через барьер.

— Остерегайтесь контрмер от транспортных средств авантюристов. Устраните любые, которые влияют на монстров, но остерегайтесь засад. У них может быть большее количество, чем мы можем почувствовать.

Монстры хлынули через пролом раньше любых посланников, чтобы поглотить любые засады и раскрыть установленные защиты. Это оказалось мудрым, так как защитники оставались в своих мобильных фортах, позволяя оружию транспортных средств делать работу. С большими транспортными средствами особенно, они могли похвастаться тяжелым оружием, которое могло уничтожить монстра серебряного ранга с хорошо нацеленным выстрелом и заставить золотой ранг обратить внимание.

Оружие транспортных средств не было предназначено для уничтожения людей или меньших монстров, однако, поэтому авантюристы использовали транспортные средства только при охоте на крупных монстров. Только тот факт, что монстры были неизбежной завесой, делал сидение в транспортных средствах жизнеспособной стратегией. Посланники, как только они появились, имели мало проблем с избеганием оружия транспортных средств, по крайней мере, по большей части. Несколько транспортных средств имели более точное оружие, особенно те два, которые не были, в настоящее время, транспортными средствами.

Хотя они оба полностью блокировали магическое восприятие, два здания были просто облачными конструкциями, в настоящее время сконфигурированными как здания. И эти здания были сконфигурированы для войны. Посланники были соответственно осторожны с двумя зданиями, так как облачные колбы были инструментами самых обеспеченных ресурсами авантюристов. Не было возможности сказать, каким образом оружие и защиты были ими оснащены.

Одно из зданий было золотого ранга, а другое — серебряного. Золотое здание было куполом с пятью сильно наклоненными башнями, выступающими наружу. Сами башни были увенчаны куполами, которые извергали различные атаки. Были взрывные огненные шары и бронебойные баллистические болты, которые были созданы уже в полете. Самой распространенной атакой была цепная молния, которая перепрыгивала между монстрами, уничтожая одного с каждым прыжком. Атаки золотого ранга гигантской магической крепости были слишком сильны для монстров серебряного ранга.

Различные атаки также имели точность, чтобы наносить удары по посланникам, особенно молниевые вспышки. В отличие от призванных монстров, однако, посланники имели экзотические силы и интеллект. Они использовали магические барьеры, созданную броню и использовали призванных существ как живые щиты, что означало, что, хотя посланники, безусловно, получали удары, они не были уничтожены, как их призванные существа.

Другое здание было пирамидой с чашей вместо пика. Над чашей парил массивный, зловещий глаз. Стороны пирамиды были покрыты матово-черными шестиугольными панелями, установленными в облачное вещество под ними. Облачное вещество светилось синим и оранжевым в швах между темными шестигранными панелями.

Как и облачное здание золотого ранга, пирамида имела не просто атаки, а те, которые могли эффективно нацеливаться на посланников. Некоторые из шестигранников отступали, погружаясь в облачное вещество позади них. Поднимаясь на их месте, были сложные расположения металла, установленные в поверхность облачного материала, как мозаики в форме глаз. Глаза содержали компоненты синего, оранжевого и черного металла, но каждый был доминирован одним цветом. Был один глаз каждого цвета, установленный на каждой стороне пирамиды, стреляющий лучами разной цветной энергии.

Фал признал, что дизайн глазного оружия не был родным для этого мира, но использовал элементы техно-магии, которые он ещё не развил. Луч, выпущенный каждым глазным оружием, соответствовал основному цвету этого глаза. Они стреляли в быстрой последовательности, эффективное время простоя было результатом объединения магии и технологии для создания чего-то лучшего, чем любое из них могло сделать в одиночку.

Одно это делало очевидным, что пирамида принадлежала иномирянину, Асано, хотя это было едва ли необходимо. В то время как другая облачная конструкция имела обнаруживаемую ауру от того, что была связана душой с пользователем эссенций, пирамида использовала свою ауру как оружие. Она покрывала весь городской район, усиленная достаточно сильно, чтобы попытки золотых рангов подавить её не удались. Они, возможно, могли бы справиться с этим, если бы это было всё, что они делали, но им нужно было сражаться.

Что делала аура, так это заставляла любого монстра или посланника, который атаковал, страдать от ответного недуга. Этот недуг ничего не делал сам по себе, но, несмотря на его редкость, Фал знал о нем и опасности, которую он представлял. Недуг назывался Грех, и он эскалировал любой полученный некротический урон. Это был редкий недуг, известный тем, что его активно использовал Джейсон Асано.

Один из трех цветов луча, черный, напрямую доставлял некротический урон, чтобы воспользоваться преимуществом недуга. Это было менее эффективно против тех, у кого была мощная броня или магические барьеры, но именно здесь вступали в игру другие лучи. Оранжевые были резонирующей силой, быстро разрушающей физическую броню, в то время как синие лучи разрушительной силы имели аналогичный эффект против магических барьеров.

Все лучи игнорировали монстров, чтобы нацелиться на посланников, хотя они в основном попадали в монстров в любом случае. Их было просто слишком много, и посланники быстро научились ставить сплошную стену из монстров между собой и пирамидой. По этой причине дополнительная мощь и непредсказуемые дуги молний делали здание золотого ранга большей угрозой.

В то время как лучи атаковали посланников, гигантский глаз над пирамидой был самым эффективным оружием для уничтожения монстров в районе. Его взгляд принимал форму массивного луча, который становился шире, чем дальше он проецировался. Сам луч был едва виден, тепловое марево, слегка подкрашенное синим. Результаты были столь же тонкими, без немедленного воздействия. Он даровал недуги, то, что Фал подозревал, были теми, что были в собственном репертуаре Асано.

Посланники могли легко избежать взгляда глаза, но он воздействовал на монстров в огромных количествах. После того как взгляд глаза перемещался, монстры, оставленные позади, вскоре таяли в небе, куски влажной плоти гнили, чтобы падать как капли дождя. Даже с отсутствием эмпатии, свойственным посланникам, это было ужасающее зрелище. Информация, которую они имели об Асано, предполагала глупый героический комплекс, но это не была сила героя. Это не была даже сила злодея. Когда мертвая плоть дождем падала по всему городскому району, это ощущалось как наказание мстительного бога.

Фал усмехнулся своей собственной мысли. Посланники не боялись богов, и Асано не был им в любом случае, даже если его пирамида ощущалась как храм. Несмотря на свою причудливую силу, он знал, что здание не могло проецировать ауру Асано без присутствия Асано, что означало, что он нашел свою цель. Предмет, связанный душой, не имел достаточно сильной связи с душой, чтобы быть источником истинной ауры, проецируемой зданием. Асано должен был быть внутри, используя здание, чтобы усилить свою силу.

Посланники продолжали бросать своих призванных существ на транспортные средства внизу, пушечное мясо, которое они были рады позволить умереть. Хотя защитники ещё не были вынуждены выйти, их оружие доказывало свою успешность, ситуация могла поддерживаться только так долго. Большинство оружия на транспортных средствах авантюристов было разработано, чтобы отбиваться от случайной атаки монстров и совершать случайную охоту. Они не были построены для войны или устойчивого огня, который они в настоящее время выдавали. Будь то запасы энергии, которые заканчивались, или оружие, которое было перегружено и отключено, они продержались бы только так долго.

Фал предположил, что будет несколько исключений, почти наверняка включая два облачных здания. Но, неизбежно, большинство транспортных средств перестанут стрелять, прежде чем призванные монстры перестанут приходить. Тогда защитники покажут себя, и всё пойдет плохо для них. Эта конкретная атакующая сила включала более высокую пропорцию золотых рангов, чем обычно, поэтому они могли надежно прорваться в транспортные средства, как только они будут раскрыты.

У Фала была своя собственная миссия, которая требовала только вскрыть одно из транспортных средств. Он искал командира золотого ранга сил посланников.

— Нам нужно вторгнуться в пирамиду, — сказал Фал ему. — Иномирянин, Джейсон Асано, находится там. Голос Воли хочет…

— Я согласен, — сказал командир, перебивая его.

Фал ожидал больше споров.

— Голос дал понять, что Асано является приоритетом в этой зоне, — продолжил командир. — Мои приказы — способствовать противостоянию между вами и Асано, где вы можете использовать свою силу изоляции, чтобы вызвать его на дуэль. Даже если это не было приказом, эта пирамида — проблема. Она не такая большая угроза для нас, как облачное здание золотого ранга, но она убивает призванных существ слишком быстро. Я хочу, чтобы с ней разобрались, прежде чем авантюристы будут вынуждены выйти и встретиться с нами, чтобы у нас было как можно больше корма.

— Вы соберете золотые ранги для атаки, тогда? — спросил Фал. Более высокий процент золотых рангов отражал приоритеты Джес Фин Кааль.

— Моя информация в том, что Асано высокомерен и любит делать публичные демонстрации. Вы можете выманить его из здания на дуэль. Если вы убьете его, его здание будет значительно ослаблено, возможно, даже полностью перейдет в спящий режим. Если он убьет вас, мы поймаем его снаружи здания, если сможем, и погоним его внутрь него, если не сможем.

Командир испытывал его нервы. Было достаточно ясно, что человек был одним из прихвостней голоса, что было позорно для золотого ранга. Его работа заключалась в том, чтобы убедиться, что Фал делает, как проинструктировано. Фалу было всё равно, так как он должен был сделать только одну вещь, чтобы насолить командиру и мерзкой женщине, которой он служил: выиграть бой.

КОРОЛЬ НЕБЕС

КОРОЛЬ НЕБЕС

Фал Вин Гарат усмехнулся и направился в сторону пирамиды. Хотя этого никто не видел, усмешка предназначалась его командиру, «Голосу Воли» его астрального короля и Асано, который вскоре должен был умереть. Крылья Фала расправились, когда он прокладывал путь сквозь поле битвы, воплощая собой грацию и элегантность, пока скользил через хаос. Он казался неуязвимым, и при этом в его движениях среди монстров не было суетливости; атаки с боевых машин внизу проходили мимо. Он танцевал в небе. В один миг он пикировал вниз или менял угол наклона, спускаясь по изящной дуге. В другие моменты он прижимал крылья к телу и камнем падал вниз, вращаясь в перевернутом пируэте, в то время как энергетические лучи и взрывы гремели вокруг него, словно избегая его траектории.

Фал был крупным, даже для Посланника, но он не был громилой; его внушительные размеры противоречили его стремительным и грациозным способностям. Любой дурак мог бы вслепую выпустить шквал острых, как бритва, перьев и добиться результата. Но требовалось истинное превосходство, даже среди Посланников, чтобы взять простые усиления ловкости и пространственного восприятия и стать эффективной силой на поле боя.

Боевой стиль Фала был отражением его полета: открытый, грациозный и мобильный. Если бы ему пришлось сражаться с Асано внутри здания, рассчитанного на людей, его собственное тело стало бы его врагом, так как он оказался бы зажат в тесных комнатах и узких коридорах. Хотя в сражении на условиях врага и победе над ним была своя слава, Фал знал, что Асано — не тот противник, ради которого стоит искать лишние почести. Джес Фин Кааль знала, на что способен Фал, и хотя бы отчасти знала, на что способен Асано. Даже если она недооценивала Фала, ее уверенность в том, что Асано победит его, означала, что с этим пришельцем из другого мира нельзя шутить.

По мере приближения к пирамиде лучи со здания Асано все чаще фокусировались на нем. Они отдавали приоритет целям-Посланникам, поэтому большинство остальных обходили это место стороной, позволяя монстрам принимать удары на себя. Несмотря на повышенное внимание лучей, Фал легко уклонялся от них.

Он не выкрикивал свой вызов Асано. Любое животное может реветь. У Фала была цель: показать, что Посланники — иные. Не просто сильнее, а по своей сути лучше. Когда Фал воззвал к Асано, он сделал это так, как не могли повторить служебные расы. Проецируя свою ауру, он наполнил ее физической силой — отличительной чертой аур Посланников. Он создал в воздухе вибрации, которые проявились как слова, громко рокочущие над полем битвы. В результате Фал выковал слова, подобные грому, внушительно обрушивающиеся на защитников, скрывающихся в своих крепостях.

— ДЖЕЙСОН АСАНО. ВЫХОДИ И СРАЗИСЬ СО МНОЙ!

Лучи перестали целиться в Фала, переключившись на других Посланников, находившихся дальше. Это позволило Фалу зависнуть на месте, его глаза метали вызов.

* * * В развлекательном квартале Джейсон болтал с Руфусом, наблюдая, как Гордон вычерчивает массивную магическую модель Солнечной системы.

— Поставленный в экстремальные обстоятельства, с уровнями силы, значительно превышающими твои собственные, — сказал ему Руфус, — ты делаешь что-то настолько невероятно странное, чего, вероятно, делать не должен.

— Вот именно, — ответил Джейсон. — Ты сам только что сказал, что я не должен этого делать.

— И ты собираешься это сделать?

— Конечно, я собираюсь… прости, дай мне секунду. У меня тут дело.

Джейсон посмотрел куда-то вдаль.

* * * С каждой стороны пирамиды открылась шестиугольная панель, и выдвинулся металлический объект. Это были простые металлические манипуляторы с небольшой пирамидкой из прозрачного кристалла на конце. Четыре пирамиды засветились мягким светом, и в небе, над гигантским глазом, появилось массивное изображение. Это была фигура в плаще, которая, казалось, стояла на глазу, хотя ее полупрозрачность указывала на то, что это лишь проекция. Капюшон плаща был откинут назад, открывая лицо Асано. Его глаза, отражения изображения сферы, на которой стояла его проекция, уставились на Фала Вин Гарата, парящего на некотором расстоянии от пирамиды.

Раздался голос, но он исходил не от изображения Джейсона. Та же техника, которую использовал Фал, была воспроизведена, но в гораздо большем масштабе. Аура, исходящая от пирамиды, накрыла весь городской квартал, настолько сильная, что золотые ранги не смогли ее подавить.

Все поле битвы содрогнулось от физической силы, когда Джейсон формировал свои слова, стены прочных крепостных машин затряслись. Сам воздух дрожал, призванные монстры впали в панику, а Посланники замерли в воздухе, обескураженные. Они чувствовали что-то в этой ауре, что-то, что резонировало внутри них и приказывало подчиниться. Они немедленно отбросили это чувство, но оно оставило их в смятении.

Когда слова прозвучали, они не исходили из какого-то одного места. Они вообще не были произнесены. Они просто возникли, как акт творения.

ЕСЛИ ХОЧЕШЬ СРАЗИТЬСЯ СО МНОЙ, ТО ЗАХОДИ СЮДА И ЗАБЕРИ МЕНЯ.

Слова были неотвратимы, но при этом они распространялись ровно настолько, насколько позволяла аура, и не дальше. Они накрыли поле битвы, но вместо того, чтобы грохотать по всему городу, звук обрывался за пределами области, выбранной Джейсоном.

* * * Фал впервые почувствовал колебание. Он знал, что это тактика запугивания, так как сам только что ее использовал, но сравнение было унизительным. Посланники плохо переносили унижение. Фал знал, что провернул этот трюк, лишь используя пирамиду для усиления своей ауры, но это не имело значения. Когда вовлечено достаточно людей, имидж становится правдой, именно поэтому Фал изначально бросил такой публичный вызов.

Для защитников слова Асано стали боевым кличем. Для призванных монстров это было замешательство, голос хозяина, отчитывающего их в гневе. Призыватели быстро восстановили контроль, но нельзя было отрицать влияние, которое имел Асано. Это было верно даже для Посланников. Вся причина, по которой Фала отправили за ним, заключалась в том, что он каким-то образом был астральным королем.

Фал осознал, что на каком-то уровне он отрицал то, кем является Асано. Хотя ему об этом говорили, сама мысль казалась абсурдной. Но теперь он почувствовал правду, содрогнувшую его тело, и не было в нем части, которая могла бы отрицать это дальше. И он знал, что каждый Посланник на поле битвы испытывает то же самое.

Когда гигантская проекция Асано исчезла, Фал обдумывал способы обесценить его. У него возникло искушение насмехаться над ним, попытаться выманить его наружу, где они могли бы сразиться на условиях Фала, но он знал, что это не сработает. После демонстрации Асано выкрикивать насмешки в адрес пирамиды было бы все равно что пьянице кричать на храм — поведение никчемного шута.

Даже призрачный шанс на успех исчез, как только отряд золотых рангов двинулся, чтобы присоединиться к Фалу. Не было никаких шансов, что он выйдет, чтобы столкнуться с этим. Фал не сомневался, что внезапная демонстрация поддержки была рассчитана именно на то, чтобы Асано не появился. У «Голоса Воли» были планы на Асано, а Фал был жертвенным агнцем, который должен был доказать свою ценность другим Посланникам.

То, что Асано докажет свою состоятельность в бою с Посланником, было бессмысленным упражнением в показухе. Многие Посланники погибли от рук авантюристов; это происходило прямо сейчас, по всему городу. Любой дурак раскусил бы это, но такова политика. Пока она могла продать эту видимость, Джес Фин Кааль получала то, что хотела. А это означало, что теперь Фалу предстояло войти в пирамиду и сразиться с Асано в наихудших возможных условиях.

— Ну? — спросил командир. — Ты не собираешься входить? Мы все слышали это впечатляющее приглашение.

Голос командира был ровным, но Фал знал, что внутри у него все кипит. Фал знал, как обидно, что существует астральный король его собственного ранга. Астральные короли были вершиной, к которой стремился каждый Посланник, и все же вот он — кто-то, кто достиг этого, не будучи Посланником, да еще и более низкого ранга.

Фал повернулся, чтобы посмотреть в лицо командиру, не в силах удержаться от колкости.

— Я не слышал своего имени, — сказал он. — Он не звучал так, будто беспокоится о вас больше, чем обо мне. Или демонстрация Асано заставила могучего командира всех этих золотых рангов испугаться?

— Тебе было бы мудрее следить за своими словами, Фал Вин Гарат.

— Или что? Вы заставите «Голос Воли» отправить меня на самоубийственную миссию? Вы всего лишь слуга. Вы могли бы быть одним из низших рас, жмущихся в своих машинах.

Командир улыбнулся вместо ответа, что вывело Фала из равновесия в то короткое мгновение, прежде чем он понял почему. Рефлексы золотого ранга могли бы отразить гарпун, вылетевший из пирамиды, прежде чем он пронзил Фала, но он даже не предупредил его, не говоря уже о том, чтобы двинуться.

Гарпун дернулся назад с ослепительной скоростью, увлекая Фала за собой. Цепь, к которой он был прикреплен, вела в облачную субстанцию пирамиды, где отсутствовала шестиугольная панель. В то мгновение, пока гарпун втягивался обратно, Фал тщетно боролся с огромными зазубринами, удерживающими его. Он мог бы освободиться, будь у него еще несколько мгновений, но их у него не было. Он исчез, затянутый в пирамиду, и шестиугольная панель снова закрыла место, через которое он вошел.

* * * Фал провалился сквозь туманную стену, которая немедленно стала твердой позади него. Гарпун исчез где-то во время его прохождения сквозь облачную субстанцию, из которой состояло здание, сама по себе становясь эфемерной.

Протыкание было незначительной раной для Посланника, повреждение заживало к тому времени, как Фал поднялся с пола в более достойное положение. Пол уже был скользким от его серебристо-золотой крови, сияющей, как металл, со слабым голубоватым отливом. Она испачкала его одежду — свободную и белую, с золотыми украшениями, которые подчеркивали его золотые волосы.

Фал прижал руку к стене, сквозь которую только что прошел, обнаружив, что теперь она прохладная и твердая на ощупь. Это был какой-то гладкотесаный камень или кристалл, или, возможно, некая субстанция между ними. Он огляделся: коридор был бы просторным для людей. Для Фала же он был тесным, его внушительный рост почти задевал потолок, а крылья невозможно было расправить.

Он посмотрел в обе стороны коридора; один путь вел к повороту, другой — в тупик. Он удивился странному дизайнерскому решению, думая о том, что это было бы худшее место для боя. Это сразу вызвало осознание, которое пришло слишком поздно, когда что-то ударило его сзади, как метеор. Его впечатало в стену в тупике коридора, от удара по камню пошли трещины, похожие на паутину. Это был тяжелый удар, даже для серебряного ранга, и Фал снова сполз на пол. Он мгновенно собрался, подняв взгляд, чтобы увидеть, что его ударило.

Это выглядело как человек, только крупнее. Темнокожий мужчина был не таким высоким, как сам Фал, но Фал был гигантом даже по меркам своего вида. Этот человек мог быть на целую голову ниже, но с его рельефными мышцами и величественными размерами пара крыльев позволила бы ему сойти за Посланника.

Фал снова поднялся, не опираясь на ноги, как животное, а паря с помощью своей ауры. Это было трудно, так как аура, пронизывающая здание, была враждебной и гнетущей. Ее не хватало, чтобы полностью подавить его, но использование ауры стало борьбой. Тем не менее, он использовал ее, чтобы встать во весь рост, ноги парили прямо над полом. Он посмотрел вниз на человека, который, по-видимому, не спешил продолжать атаку.

Тело мужчины, может, и не сравнилось бы с Фалом в росте, но он был таким же широким, если не шире, с плечами географических масштабов. На нем были свободные штаны, но ни рубашки, ни обуви, хотя на плечах было наброшено полотенце. Сложные татуировки покрывали его шоколадную кожу; хотя Фал не узнал узоры маори, он правильно догадался, что они имеют племенное происхождение. Коротко стриженные волосы мужчины были влажными. От него исходил пустой запах того, кто только что использовал кристальное мыло, хотя его естественный запах начинал проявляться. Это была весенняя свежесть, которая отличала пришельца из другого мира, и взгляд на ауру мужчины подтвердил это.

Пока Фал изучал его, он в свою очередь изучал Фала. Хотя Фал сомневался, что этому огромному мужчине часто приходится смотреть на людей снизу вверх, он не выказал никакого беспокойства, делая это с Фалом. Его выражение лица говорило о том, что он не видит ничего интересного, и его взгляд переключился на собственное тело. Он нахмурился с неудовольствием, глядя на кровь Фала от раны, которая попала ему на руку и грудь во время их столкновения.

— Бро, я только что принял душ, — пожаловался мужчина.

Фал знал, что если мужчина готов к разговору, он вполне может привести его к Асано.

— Ты принял душ посреди битвы? — спросил Фал.

— Я был покрыт слизью после повышения ранга. Ты нюхал эту дрянь? Это химическое оружие, бро.

— Ты только что повысил ранг до серебряного?

Чувства ауры Фала были сильно подавлены в этом здании, едва позволяя уловить самую базовую информацию о человеке. Он надавил чуть сильнее и увидел явные признаки очень недавнего получения ранга. Несмотря на то, что мужчина выглядел невозмутимым, его тело, должно быть, изнывало от потребности в отдыхе.

— Кто ты? Где Джейсон Асано?

— Я Тайка Уильямс, а Джейсона нет. Та гигантская битва, о которой ты только что упомянул, помнишь? Если ищешь его, просто подожди. Рано или поздно он сделает что-то, что привлечет внимание. Это в его стиле.

— Ты лжешь.

— Нет, это правда в его стиле. И я даже не считаю ту большую проекцию, которую он только что сделал. Как он провернул это через весь город, понятия не имею.

— Я имею в виду, что ты лжешь о том, что его здесь нет. Он никак не может проецировать свою ауру на расстоянии. Не если только эта пирамида — нечто большее, чем облачное здание.

Даже произнося это, Фал понял, что почти наверняка так оно и есть. Здесь присутствовала гнетущая сила, чувство владычества, которое он обычно связывал с землей, освященной божеством.

— Я говорю тебе правду, — сказал Тайка. — Ты довольно грубый, птицечеловек.

— Я не птицечеловек, — сказал Фал, с нажимом произнося каждое слово. Несмотря на все конфликты со своим видом, Фал все еще оставался Посланником, с гордостью Посланника.

— Я — одно из высших существ каждой реальности, которой посчастливилось быть удостоенной нашего присутствия.

— У тебя гигантские птичьи крылья, бро. Это не критика; я просто говорю, что тебе нужно принять себя, чтобы полюбить себя.

— Эти крылья — символ моей славы как Посланника.

— Это птичьи крылья, бро. Просто большие и на человеке, так что… птицечеловек.

Фал наколдовал изогнутый меч и взмахнул им в сторону шеи Тайки. Тайка поднял руку, чтобы заблокировать его, и меч отскочил. Кожа осталась невредимой, хотя область вокруг точки удара стала нефритово-зеленой. Она быстро вернулась к обычному шоколадному цвету Тайки. Тайка не стал отвечать.

Фал нахмурился.

— Это сила «Изумрудной кожи»? — спросил он.

— Ты разбираешься в способностях сущности, бро. А вот в своем оружии — нет. Этот изогнутый клинок предназначен для резки, а ты пошел на рубку. Можешь наколдовать мачете? Возможно, оно сработает лучше; я подожду.

Фал проигнорировал слова Тайки, сосредоточившись на собственной ауре. Он вытолкнул ее, чтобы она накрыла другого мужчину, сквозь помехи здания вокруг них. Его аура отпрянула, как только он попытался хоть немного подавить Тайку, инстинкты кричали ему преклонить колени перед королем небес.

Как он и опасался, этот человек обладал силами гаруды.

ДОВОЛЬНО ЖУТКИЙ ТИП

ДОВОЛЬНО ЖУТКИЙ ТИП

Тайка уперся обеими руками в стену душа, пока вода смывала ихор с его дрожащего тела. Ничто, кроме кристального мыла, не могло смыть гнусную, липкую дрянь, которую производило тело во время повышения ранга, но это было нормально. В душах облачного дворца вода была насыщена кристальным мылом. Джейсон был на удивление щедр с этим средством, учитывая, что в Римаросе был его дефицит.

— О, — сказал Тайка сам себе, внезапно осознав причину.

Он оттер гнусный черно-зеленый налет тряпкой, которую собирался выбросить, кристальное мыло или нет. Он знал, что не должен сразу идти сражаться, но все равно собирался это сделать, как только перестанет выглядеть как болотный монстр. Его тело все еще было напряжено после повышения ранга, и ему был нужен сон. Но этому не суждено было случиться, пока снаружи бушевала война.

Джейсон тоже знал, что Тайка не должен сражаться. Он сказал ему об этом, но также знал, что его друга это не остановит. Или так он думал. Его тело почти перестало дрожать к тому времени, как он вышел из душа и обнаружил вместо своей свежей одежды Шейда.

— Вы забыли сменную одежду, мистер Уильямс.

— Я не забывал сменную одежду.

— Полагаю, мистер Асано забыл ее для вас, — сказал Шейд, его тон был пропитан неодобрением. — Это здание имеет тенденцию поглощать вещи, которые он хочет заставить исчезнуть. Однако он предоставил вам то, что объявил подходящим нарядом.

Тайка посмотрел на фиолетовые обтягивающие штаны, которые Шейд протянул ему.

— Серьезно?

— Могу заверить вас в своем решительном протесте, мистер Уильямс. Но вы знаете, каким он бывает.

Тайка усмехнулся, взял штаны, натянул их и завязал шнурок на поясе.

— Да, я знаю. Спасибо, что присмотрел, бро.

— Теперь, когда вы полностью одеты, — неточно сказал Шейд, — у мистера Асано есть кое-что, с чем он хотел бы, чтобы вы разобрались, мистер Уильямс.

— Он не хочет, чтобы я сражался.

— Не хочет.

— Я успел повысить ранг, и меня не получится отшить. Если только то, что он для меня приготовил — это не драка, мне не интересно.

— Что он и предвидел. Это задание, действительно, является дракой.

— Какого рода драка?

— Я упоминал, что это здание имеет тенденцию поглощать вещи, которые мистеру Асано не нравятся. Вокруг летает один Посланник, который соответствует этому описанию.

— Он хочет, чтобы мой первый бой после повышения ранга был с Посланником?

— Да. Добавлю, что мне этот конкретный Посланник тоже не нравится.

* * * День Фала Вин Гарата становился только хуже. Он был заперт внутри пирамиды Джейсона Асано, загнанный в угол тупика человеком с силами гаруды. Если дойдет до драки, быстрый и мобильный стиль Фала будет практически бесполезен. Его единственным преимуществом было то, что человек перед ним только что повысил ранг. Даже в этом случае драка была бы плохим выбором, пока он не найдет поле битвы получше.

Силы гаруды были проблемой. Гаруды были прирожденными королями небес, и будь то гаруда лично или авантюрист, использующий их силу, они были одними из худших врагов, с которыми могли столкнуться Посланники.

Сражение с авантюристом, обладающим способностями гаруды, принесло бы Фалу престиж. Он мог бы добавить это в список причин, по которым победа в боях в текущих обстоятельствах принесла бы ему славу. Это был также список вещей, которых он отчаянно пытался избежать сегодня, но, похоже, у него не было особого выбора.

С худшим из возможных противников в худшем из возможных мест, разговор был лучшей стратегией. Это была не сильная сторона Фала, как и большинства других Посланников. Посланники не вели переговоры со служебными расами. Это было ниже их достоинства. Если служебные расы и удостаивались присутствия Посланника, все, что от них требовалось — это честь подчиняться любым директивам, которые им выдавали. Реальность, однако, не всегда была добра. Фалу, учитывая его текущие обстоятельства, нужно было уговорить этого человека, Тайку. Он изо всех сил старался не показывать своего раздражения от необходимости узнавать имя этого человека.

— Твоя сила ауры исходит от сущности гаруды, — сказал Фал.

— Ага, — подтвердил Тайка.

— И ты пришелец из другого мира. Гаруда принес тебя сюда? Или он сам пришел сюда в поисках тебя и случайно наткнулся на яйцо?

— Я едва знаю этого парня. Он пришел сюда за тем злым яйцом, которое вы, ребята, спрятали. Но я встречал его. Он увидел, как я использую силу гаруды, и дал мне несколько советов.

Фал не позволил гримасе исказить свое лицо. Мало того, что у этого человека были силы гаруды, так еще и наставления, пусть и краткие, от настоящего гаруды. Это если предположить, что мужчина говорит правду. Фал не развил в себе дар читать людей по языку тела, так как очень немногие могли скрыть свои эмоции от его чувств. Однако в этом месте его магические чувства были затруднены, наряду с аурой.

— Нам не обязательно сражаться, — сказал Фал. — Я здесь ради Асано, и даже не для того, чтобы убить его. Мне поручили испытать его. Дуэлью. Никаких трюков, только честный бой. Достойный бой. Мне дали понять, что он на это пойдет.

— Я бы не пытался предсказывать Джейсона, если только ты не предсказываешь, что он сделает что-то безумное, а потом приготовит сэндвич. Не думаю, что он пойдет на твою достойную дуэль, бро; он не очень-то любит честный бой. Он больше по бесстыдному жульничеству. Ударам в спину. Ядам. Заманиванию людей в свою злую магическую пирамиду.

— Гарпунить кого-то через грудь — довольно прямолинейная приманка.

— Ты думаешь, это плохо? Посмотри на его цветочные рубашки, тогда узнаешь, что такое прямолинейность.

— Нам не обязательно сражаться. Что ты с этого получишь?

— Кардио? Но ты прав, нам не обязательно драться. Ты можешь сдаться. Джейсон хочет, чтобы мы брали любых Посланников, с которыми сражаемся, живыми, если сможем. С учетом сказанного, возможно, тебе стоит сразиться насмерть.

— Почему? Зачем мы ему нужны?

— Не буду врать. Я перестал слушать довольно рано, когда он объяснял нам это. У него всегда «астральное то» и «духовное се». Думаю, у вас, Посланников, есть какая-то энергия, которую он может… ну, он не использовал слово поглотить, но определенно казалось, что он ходит вокруг да около этого.

— Поглотить?

— Да, правда? Джейсон может быть довольно жутким типом. Я имею в виду, он, вероятно, не будет поглощать тебя в прямом смысле, но он большой любитель высасывать жизненную силу из людей. На чем он настаивает, что это не то же самое, что пить кровь или есть людей, но я не знаю, бро. Есть предел тому, сколько раз парень может сказать тебе, что не ест людей, прежде чем ты начнешь думать, что он определенно ест людей.

— Поедание — отвратительная практика, что бы ты ни ел. Мы, Посланники, поддерживаем себя силой космоса.

— Джейсон тоже. Немного странно, насколько вы, ребята, похожи на его копию.

— Мы ничья копия. Мой народ древний, в то время как ему меньше трех десятилетий. Это он — наша копия.

— Если ты так говоришь, бро, — скептически сказал Тайка.

— Почему бы тебе не отвести меня к Асано? Мы с ним сможем уладить дела между собой.

— Я же сказал, его здесь нет.

— Но он где-то есть.

— Конечно, но он не хочет, чтобы ты был там. Он хочет, чтобы ты был здесь. Ты думаешь, он не может убить тебя этим зданием? Единственная причина, по которой ты сейчас не лужица жидкого мясного супа — это то, что он не хочет, чтобы ты ею был. Он ждет, когда твои друзья золотого ранга тоже войдут сюда. А что касается тебя, он скормил тебя мне.

— Ты хочешь сказать, что тоже ешь людей?

— Что? Нет, фу. Это устрашающая метафора, бро. Было страшно? Это мой первый раз, когда я перебрасываюсь шутками со суперзлодеем. Отстой, что ты, по сути, злой Ангел, правда. Он худший из Людей Икс. Люди могут сказать тебе, что это тот парень, чья единственная сила — взорваться один раз, но хотя бы это интересно. У Ангела просто крылья. Ему стоит открыть курьерскую службу или что-то в этом роде, а не бороться со злом. Почему ты смотришь на меня так, будто понятия не имеешь, о чем я говорю?

— Потому что я понятия не имею, о чем ты говоришь. Мы с тобой вполне можем сразиться насмерть, а ты несешь чушь.

— Нельзя воспринимать себя слишком серьезно, бро. Я видел, как Джейсон делал это, и это его немного подкосило. Так что да, это немного висельный юмор, но я справлюсь. Пока на виселице раскачиваешься ты.

— Еще раз, нам не нужно сражаться.

— Бро, ты и твои дружки только что прорвались в этот город. Прямо сейчас вы, придурки, пытаетесь взломать места, где прячутся невинные люди, чтобы убить их просто ради принципа.

Фал увидел потенциальный путь вперед в словах Тайки. Это можно было счесть предательством, но ему никогда не приказывали не озвучивать выводы, к которым он пришел сам. А поскольку «Голос Воли» бросил его на растерзание волкам, у него не было к ней никакой лояльности.

— На самом деле все не так, — сказал он Тайке. — Женщину, которая спланировала эту атаку, даже не волнует, что произойдет. Она просто использует меня, как и тебя. Она ничего мне не говорит, но ее планы выходят за рамки этой атаки, и я знаю, чего она хочет на самом деле. Это все внутренняя политика Посланников и ее собственные амбиции.

Впервые за их встречу Тайка выглядел нерешительным.

— Тогда о чем это на самом деле? — спросил он.

— Я знаю, почему ей нужен Асано. Отведи меня к нему, и мы сможем поговорить об этом. Разработать что-то, что продвинет все наши повестки, а не тех людей, что послали меня сюда.

— Лучшее, что я могу сделать — это запереть тебя, пока он не придет к тебе. В смысле, ты уже заперт, если честно. Джейсон мог бы просто запечатать коридор и оставить тебя там. Или заставить твое тело сгнить, хотя надеюсь, он этого не сделает. Не ради тебя, просто я только что принял душ. Смывать эту кровь будет достаточно неприятно, но я не хочу, чтобы на мне был тающий Посланник. Хотя должно быть нормально. Он решил позволить мне испытать мой новый уровень силы на тебе, где он может держать меня в безопасности. Это немного снисходительно, но он желает добра. В отличие от тебя.

— Мы можем быть на разных сторонах, но у нас, по крайней мере, есть общие интересы.

— Друг, я слышу слова, но говоришь ты не ртом. Ты говоришь о каком-то что? Альянсе против твоих боссов? Ты думаешь, мной так легко манипулировать? Что ты можешь заманить меня в такое доверие? Ты даже не назвал мне своего имени. Тебе даже в голову не пришло, что было бы неплохо, когда пытаешься подкупить какого-то парня, оказать ему элементарную любезность — представиться.

— Я Фал Вин Гарат.

— Мне плевать, как тебя зовут. Ты упустил свой шанс выставить себя кем-то иным, кроме куска дерьма, который знает, каковы его шансы. Джейсон поместил меня сюда, чтобы выбить из тебя дерьмо, и именно это я и сделаю. Ты — тренировочные колеса, парень.

— Я могу быть для тебя гораздо ценнее. Я должен служить Посланникам выше меня, но они послали меня сюда умирать. Мы можем что-то придумать. Ты, я и Асано. Атака на город не имеет значения.

Фал сразу понял, что совершил ошибку, когда выражение лица Тайки сменилось с дружелюбного на грозовое.

— Не имеет значения? — прорычал он, его обычно высокий голос приобрел более глубокий тембр ярости. — Люди умирают. Невинные люди. Не было ни единой секунды, когда бы ты подумал об их смерти как о чем-то плохом, верно? Ты не думаешь, что их жизни значат больше, чем я значу достаточно, чтобы назвать мне свое имя.

— Да, мы подходим к этому с очень разных точек зрения. Но, возможно, мы сможем найти путь к финалу, который хотим мы оба. Если ты отведешь меня к Асано…

— Ты не получишь Джейсона, — сказал Тайка, его голос был зловеще тихим.

Даже Фал, нечувствительный к социальным сигналам, мог почувствовать скрытое насилие. Он не стал ждать, нанеся первый удар сам.

Он наколдовал второй меч в другую руку и взмахнул обоими в сторону шеи Тайки. Каждый был заблокирован огромным предплечьем, но на этот раз Фал не остановился на одном ударе, перейдя в комбинацию сверкающих движений, вверх и вниз по телу Тайки.

К удивлению Фала, Тайка не стал продолжать блокировать. Там, где клинок ударял без активного блока, его плоть все равно становилась изумрудно-зеленой и сопротивлялась урону, но была не такой устойчивой. Клинки Фала нанесли лишь неглубокие порезы, но успешно оставили следы на плоти Тайки.

Фалу потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что делает Тайка, когда и без того крупный мужчина вырос, сравнявшись с ростом Фала. Его голова стала головой орла, красные и золотые перья спускались к плечам, как грива. Его тело сохранило шоколадный оттенок и татуировки, но стало стройнее, гладким, но мощным. Тайка превратился из бодибилдера в боксера, его телосложение было оптимизировано для быстрой, взрывной силы. Его пальцы и ступни стали больше похожи на когти, а на спине появились крылья. Они были оперены в красный и золотой, но, как и у Фала, ему приходилось держать их сложенными.

Изменение заняло меньше секунды, но рефлексы Фала были быстрыми даже для серебряного ранга. Он попытался использовать момент, чтобы проскользнуть мимо Тайки и выбраться из тупика, но это была сложная задача. Тайка, как оказалось, тоже обладал превосходными рефлексами и превосходной силой в придачу. Он схватил Фала за лицо и впечатал его обратно в стену, его ноги больше не парили, а болтались там, где Тайка удерживал его.

Фал выронил мечи, схватил руку Тайки и использовал одну из своих сил. Спиральный клинок силы пронесся вверх по руке Тайки, которая немедленно стала зеленой и твердой. Тем не менее, штопор энергии проложил путь вверх по его рукам, разбрызгивая кровь, когда он прорезал глубокую, тонкую, как бритва, рану в каменной зеленой плоти.

Хватка Тайки ослабла, когда его рука дернулась. Фал выскользнул и снова попытался сбежать мимо Тайки. Тайка ухватился за крыло, но другая сила Фала сделала его почти лишенным трения, словно смазанным. Оно проскользнуло сквозь пальцы Тайки, и Фалу удалось проскользнуть вокруг него, его крылья задели стену. Открытый коридор все еще был ограничивающим, но, по крайней мере, он не был зажат в тупике. Он наколдовал новые мечи, когда Тайка повернулся к нему, сверкая орлиными глазами.

Гаруды были образцами скорости, силы и стойкости. Фал считал себя их ровней в темпе и мобильности, но и он, и Тайка были ограничены в скорости окружающей средой. Это оставляло Тайке силу и стойкость, а Фалу — огромное преимущество. Его лучшей ставкой было надеяться, что Тайка чувствует давление из-за ограниченности пространства.

— Я сражусь с тобой в честном бою, — заявил Фал. — Но этот туннель недостоин нашей дуэли. Неужели в этом месте нет хотя бы одной комнаты, достаточно большой, чтобы мы могли сразиться?

Тайка не усмехнулся, не отказался и не насмехался. Он ничего не сказал. Его кулак преодолел звуковой барьер, ударная волна ударила Фала, как сжатый ураган.

Способность: [Кулак, Поражающий Бога] (Гаруда)

* Специальная атака (измерение, святая). * Стоимость: Экстремальная выносливость, экстремальная мана. * Перезарядка: Шестьсот шестьдесят шесть минут.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Нанести твердый, быстрый удар. Манипуляция временем и пространством не будет функционировать в окрестностях, пока наносится удар.

* Эффект (бронза): Перезарядка сокращается в зависимости от состояния врага после атаки. Более устойчивые враги приводят к более короткому времени перезарядки. Количество выносливости и маны возвращается в зависимости от состояния врага. Достаточно устойчивый враг может вызвать возврат выносливости и маны, превышающий начальную стоимость.

* Эффект (серебро): Нанесенный урон является трансцендентным.

Сам воздух загремел от прохождения кулака Тайки, когда он преодолел звуковой барьер. Фал, поразительно, был достаточно быстр, чтобы начать уклоняться, но недостаточно, чтобы полностью избежать удара. Он отскочил от стены и потолка, прежде чем врезаться в другой конец коридора, как бомба.

Тайка прошептал вполголоса с настойчивостью. — Пожалуйста, не вставай, пожалуйста, не вставай.

Несмотря на всю мощь удара Тайки, Посланник поднялся с пола в третий раз с тех пор, как был затащен в пирамиду Джейсона.

— Это отстой, бро, — сказал ему Тайка. — Если бы ты остался лежать, я мог бы полностью стать Ванпанчменом.

УПУЩЕНИЕ В БЕЗОПАСНОСТИ

УПУЩЕНИЕ В БЕЗОПАСНОСТИ

Тайка посмотрел вниз по коридору на Посланника, парящего в его конце. После того, как его пронзили и несколько раз впечатали в стены, некогда величественное существо теперь выглядело как птица, которая не могла перестать врезаться в окна. Что касается самого Тайки, он находился в странном состоянии, когда был одновременно истощен недавним повышением ранга и одновременно покалывал от энергии благодаря своей способности менять форму.

Способность: [Король небес] (Крыло)

* Специальная способность (смена формы). * Стоимость: Высокая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Принять форму гаруды. Атрибуты [Мощь] и [Спид] увеличены. Крылья позволяют планировать, но не летать без дополнительной способности. Способности, которые призывают крылья, вместо этого используют крылья этой формы и имеют значительно увеличенную скорость полета и маневренность.

* Эффект (бронза): Подавление ауры и сопротивление подавлению против любого существа с крыльями или того, кто в данный момент летит, значительно увеличено.

* Эффект (серебро): Некоторые другие способности имеют усиленные эффекты. Затронутые способности: Изумрудная кожа, Благодать Гаруды, Золотые крылья, Затмить солнце, Пожиратель Змей, Амрита, Брат Рассвета.

Тайка вспомнил время до того, как узнал, что магия реальна, отгоняя депривацию сна достаточным количеством кофе, чтобы оживить мертвецов. Его сопротивляемость ядам теперь свела бы на нет любой эффект, который кофеин когда-то оказывал на него, но он обнаружил, что испытывает то же странное ощущение. Его тело было тяжелым, но по нему пробегал электрический заряд.

Он начал думать, что Джейсон, возможно, был прав, предупреждая его не выходить наружу в текущем состоянии. Тем не менее, ему все еще нужно было разобраться с оборванным птицечеловеком, прежде чем он отправится искать драгоценный сон.

Фал уставился на Тайку, снова наколдовав новые мечи. Затем он бросил взгляд вниз по проходу, где коридор поворачивал, ведя в другие части здания. Тайка увидел, что он смотрит, и разразился смехом.

— Ты собираешься свалить? На твоем месте я бы точно смылся, но я не Посланник. Где гордость, бро? Если ты побежишь, это выставит меня превосходящим, а я однажды раздавил свои бубенцы, пытаясь сесть на стул, как парень из Звездного пути. Ты его не знаешь.

Фал повернулся к Тайке, его примирительный фасад полностью исчез. Хотя окровавленный и избитый, его глаза смотрели властно, его гордость и презрение больше не были скрыты. Его руки превратились в размытое пятно, выпуская лезвия ветра, которые неизбежно устремились по коридору в Тайку.

Тайка не пытался уклониться или даже стоять на своем и терпеть. Он рванулся по коридору, не бегом, даже не совсем полетом. Он выстрелил, как пуля.

Способность: [Стремительный натиск] (Спид)

* Специальная атака (движение, комбинация). * Стоимость: Высокая мана и выносливость. * Перезарядка: Четыре минуты.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Атака с разгона. Быстро набирать [Импульс] во время разгона. Может завершиться специальной атакой, не являющейся комбинацией.

* Эффект (бронза): Может покрывать экстремальные расстояния и двигаться по воздуху. Скорость разгона увеличивается в течение времени действия разгона.

* Эффект (серебро): Урон от [Импульса] усиливается вашей скоростью в момент приземления атаки.

* [Импульс] (благо, магия, накопление): При совершении атаки все экземпляры поглощаются, чтобы нанести урон резонирующей силой. Можно накопить несколько экземпляров, и экземпляры быстро теряются, пока вы не двигаетесь.

Ветряные лезвия Фала взорвались на Тайке в быстрой последовательности, но не смогли пробить его кожу, так как она снова стала зеленой, чтобы сопротивляться урону. С ударами, приходящимися по всему телу, Тайка стал почти полностью изумрудным, его татуировки выделялись на резком контрасте. Однако урон не был основной целью ветряных лезвий, которые взрывались с силой, противодействующей движению Тайки вперед. Тайка увидел удивление на лице Фала, когда он совсем не замедлился.

Способность: [Неудержимый удар] (Спид)

* Специальная атака (движение). * Стоимость: Умеренная мана и выносливость. * Перезарядка: Одна минута.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Атака ближнего боя. Если при атаке срабатывают какие-либо экземпляры [Импульса], они наносят урон разрушительной силой, равный урону резонирующей силой.

* Эффект (бронза): При сочетании со специальной атакой комбинации движения, физический импульс этой атаки крайне трудно остановить. Физические барьеры и ограничения поражаются уроном резонирующей силой. Магические барьеры и ограничения поражаются уроном разрушительной силой. Сопротивление любому эффекту, препятствующему движению, значительно увеличивается на время действия комбинационной атаки.

* Эффект (серебро): Перезарядка этой способности сбрасывается при использовании специальной атаки комбинации движения, позволяя сочетать эту способность с этой атакой.

Фал сумел просунуть крылья между собой и Тайкой, обернув их вокруг своего тела из того места, где они были спрятаны за спиной. Они поглотили урон, но его все равно хватило, чтобы кровь окрасила места, куда пришелся тупой удар. Фал отскочил от стены позади себя, как мяч, когда Тайка отшвырнул защитные крылья. Клюв его орлиной головы опустился, как кирка, копающая руду.

Череп Фала был твердым, и клюв скользнул по нему вниз по лицу Посланника. Результатом стала массивная рана, которая забрала с собой один из его глаз. Тайка не терял времени, немедленно последовав за этим быстрыми ударами. Несмотря на рану, Фал был так же быстр, его короткие мечи сталкивались с кулаками Тайки. Даже будучи зажатыми в коридоре, оба мужчины демонстрировали ослепительную скорость, их движения были размыты, когда они сталкивались.

Способность: [Благодать Гаруды] (Крыло)

* Специальная способность (движение). * Стоимость: Нет. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Атрибут [Спид], рефлексы, скорость движения и скорость восприятия увеличены.

* Эффект (бронза): Стоимость маны и выносливости способностей движения снижена. Получать экземпляры [Импульса] при движении на высокой скорости.

* Эффект (серебро): Экземпляры [Импульса], полученные от других способностей, дольше сохраняются, когда вы не двигаетесь. Когда [Импульс] срабатывает, вместо того чтобы все экземпляры немедленно поглощались, они начинают быстро исчезать по одному. Это продолжается, пока все экземпляры не исчезнут или не будут получены дополнительные экземпляры.

Разница между бойцами быстро стала очевидной. Хотя у Фала было небольшое преимущество в скорости, у него не было места для уклонения, которое было отличительной чертой его неуловимого боевого стиля. Они обменивались ударами с ошеломляющей скоростью, и Фал оказывался в худшем положении. Вынужденный блокировать гораздо более сильного противника, он постоянно подвергался ударам кулаков, которые приземлялись, как разрушительные шары. Когда ему удавалось просунуть клинок мимо блокирующих рук Тайки, напротив, они наносили не более чем неглубокие порезы на нефритовой плоти. Если Тайка подставлял руку, они не делали ничего вовсе. Единственный реальный урон, который Фалу удавалось нанести, исходил от магических атак, его спиральная режущая магия оказалась наиболее эффективной.

Истекая кровью от спиральных порезов, Тайка сумел прижать Фала к стене. Затем он наколдовал амфору, чтобы попить, удерживая Посланника прижатым. Как только он выпил, его раны зажили быстрее.

Способность: [Амрита] (Гаруда)

* Специальная способность (призыв, восстановление). * Стоимость: Варьируется. * Перезарядка: Варьируется.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Призвать сосуд, содержащий от одной до пяти доз восстанавливающего эликсира, который дарует постоянный эффект восстановления здоровья и маны. Эликсир можно разделить, и он не взаимодействует токсично с другими зельями. Перезарядка зависит от того, сколько доз призвано, от одной минуты для одной дозы до пятнадцати минут для пяти доз. Стоимость маны низкая, умеренная, высокая, очень высокая или экстремальная, в зависимости от количества призванных доз.

* Эффект (бронза): На время действия эффекта восстановления эликсира способности, обеспечивающие снижение урона, усиливаются.

* Эффект (серебро): Длительность эффекта постоянного восстановления эликсира увеличена. Эликсир можно преобразовать в эликсир жизни за экстремальную стоимость маны за дозу. Эликсир жизни не оказывает эффекта при употреблении, но не исчезает после извлечения из амфоры и может быть использован как материал в ритуалах и крафте.

Тело Фала стало скользким, пока Тайка пил из амфоры. Он выскользнул из пространства между Тайкой и стеной, бросившись по коридору, которым Тайка ранее подстрекал его не пользоваться. Тайка уронил амфору, которая исчезла, не успев коснуться пола, но он не бросился в погоню за Фалом.

— Пить клювом тяжело, — заметил он про себя, затем посмотрел вниз по коридору.

Фал был стремителен; он уже исчез за поворотом. Тайка взглянул на след крови, оставленный позади.

— Не знаю, куда ты думаешь, что идешь, бро. Выхода нет, и ты оставляешь за собой след, как Гензель и Гретель.

— Я чувствую себя обязанным заметить, мистер Уильямс, — голос Шейда раздался из тени Тайки, — что «Гензель и Гретель» — это не глагол. И не слово.

— Бро, ты был там все это время?

— У мистера Асано есть строгие инструкции не объяснять, где и когда я могу находиться в любой момент. Ему нравится, чтобы люди понимали, что я всегда могу наблюдать.

— Эффект паноптикума, я понял. Это грубо по отношению к друзьям, бро.

— Действительно, — согласился Шейд. — У мистера Асано есть некоторые авторитарные наклонности. Но ваше внимание должно быть сосредоточено на кровавом следе, мистер Уильямс.

Тайка посмотрел на кровавый след и увидел, как пол превращается из твердого камня в мягкий облачный материал и впитывает кровь. Взгляд на стену, в которую он впечатал Фала, показал, что она также автоматически очищается и восстанавливается.

— О, черт возьми, — пробормотал Тайка и бросился прочь, следуя за быстро исчезающим следом крови.

* * * Фал вскоре понял, что пирамида не только состоит из коридоров без дверей, но и меняется по мере того, как он движется по ней. Тупики заставляли его возвращаться в места, которые были не такими, как когда он проходил мимо них мгновениями ранее. Он вспомнил, что сказал Тайка о том, что Асано ждет вторжения золотых рангов. Он не знал, достаточно ли сильна пирамида, чтобы сдержать их, но знал, что рано или поздно они испытают ее. Ему не выбраться. Они решат, что он погиб, и придут следом, чтобы устранить пирамиду как угрозу.

Фал быстро восстанавливался. Его лопнувший глаз отрос заново, но зрение все еще было размытым. Даже если бы он полностью восстановился, это не имело значения. Не было двери, которую он мог бы выломать в поисках заложников или лучшего места для боя. Его самые мощные атаки отскакивали от стен в его попытках пробить их. Тайка оставил серьезные вмятины, в основном головой Фала, но самому Фалу не хватало силы. Мощные атаки не были его сильной стороной. В этих коридорах от Тайки не сбежать, и Фал принял, что в этих коридорах ему не победить. Оставалось только выбрать наиболее достойный способ проиграть.

* * * Тайка следовал за кровавым следом, который быстро пожирали пассивные функции очистки облачного дворца.

— Предлагаю поторопиться, мистер Уильямс. Золотые ранги решили вторгнуться в здание. Проем наверху, по-видимому, был слишком заманчив, чтобы устоять.

— Как успехи?

— Они ворвались глубоко, прежде чем поняли, что стены закрываются позади них. Недуги только начинают пробивать их сопротивления, и они спорят, ломать ли стены, чтобы идти глубже, или ломать стены, чтобы выбраться.

— Что ты хочешь, чтобы они сделали?

— Не имеет значения. Они не понимают, что мистер Асано может переориентировать камеру, в которой они находятся, включая гравитацию. Какую бы стену они ни проломили, он выберет, куда она ведет. Им нужно будет быстро проламывать стены по прямой линии, если они хотят выбраться. Мистер Асано позволит это, пока они не направятся в сторону одного из общежитий, где находятся люди.

— Как он все это делает? Разве у него нет своих дел в другом месте?

— Необычная природа мистера Асано включает определенный уровень многозадачности. Это похоже на то, как боги наблюдают за всеми своими последователями и священными землями. В гораздо более ограниченном масштабе, очевидно.

Тайка завернул за угол и обнаружил Фала, ожидающего его. Посланник выглядел гораздо более восстановленным, но его былое величие оставалось погребенным под слоем крови, выбитой из него кулаками Тайки. Его мечи были в руках, которые безвольно свисали по бокам.

— Я не сдамся, — сказал он с нотками смирения в голосе. — Нет позора в провале невыполнимой задачи, только в том, чтобы бросить ее.

— Крутая история, бро.

* * * Тайка оставлял свежий след серебристо-золотой крови, волоча Фала по коридорам за волосы. Вместе с густой линией на полу, следы пунктиром отмечали стены, где Тайка время от времени впечатывал голову Посланника. Быстро исцеляющийся Посланник продолжал вяло приходить в себя. Шейд появился из тени Тайки, чтобы двигаться рядом с ним.

— Вы справились очень хорошо, мистер Уильямс.

— Это довольно контролируемые условия, — сказал Тайка. — Не думаю, что кому-то нужно было, чтобы я разбирался с этим парнем.

— Тогда вы выйдете присоединиться к битве?

— Не, бро. Я выплеснул это из себя. Я едва держусь на ногах. Рад, что ты удержал меня от выхода, так что спасибо. Было бы довольно грубо.

Фал бессвязно застонал, угрожая снова прийти в себя. Тайка собирался снова впечатать голову Посланника в стену, когда аура Джейсона резко усилилась. Это была не фоновая аура, которая всегда наполняла облачный дворец, а что-то, исходящее издалека. Это была более глубокая, более насыщенная проекция ауры, чем все, что Тайка испытывал до сих пор.

— Это сам Джейсон? — спросил Тайка.

— Усиленный, но да, — сказал Шейд. — Полагаю, его преследователи смогут найти его теперь.

Посланник забился, как рыба на крючке, его волосы все еще были зажаты в руке Тайки. Тайка не был уверен, было ли это какое-то безумие или у Фала случился припадок, но это прекратилось, когда голова Посланника ударилась о стену достаточно сильно, чтобы треснул темный камень. Камень на мгновение превратился в туман, впитав кровь и вернув стену в чистое, неповрежденное состояние.

— Как думаешь, я мог бы установить такое у мамы дома?

— Возможно, не именно это, мистер Уильямс, но я полагаю, что-то похожее. Вам стоит поговорить с мисс Фаррой или мистером Стэндишем, как только мы вернемся на Землю.

— Бро, почему ты всегда используешь только женские имена? Я слышал, как ты называешь Эми, Эрику и Фарру по именам, но ты даже используешь фамилию Джейсона, а ведь ты его фамильяр.

— Я не использую все женские имена, — заметил Шейд. — Только те, которые мне нравятся больше всего. К тому же, это упрощало дело, когда всех звали Асано.

Тайка бросил косой взгляд на Шейда.

— Джейсон все еще не позволяет тебе шпионить за людьми в ванных, верно?

— Это наблюдение, мистер Уильямс, а не шпионаж. Но нет; это упущение в безопасности остается.

МНЕ ПОРА СРАЖАТЬСЯ СО ЗЛОМ

МНЕ ПОРА СРАЖАТЬСЯ СО ЗЛОМ

Командиром сил авантюристов, защищающих развлекательный квартал, был Эйлаф Хайель, эльфийский авантюрист золотого ранга и уроженец Яреша. Он был ветераном борьбы с Посланниками, штурмовавшим их крепости более десятка раз. Он был крайне хорошо знаком с тактикой подавления ауры, которую они применяли, и тем, как она влияла на моральный дух авантюристов. Тот факт, что они не использовали ее с первых моментов битвы, был не облегчением, а поводом для беспокойства.

Чувства Эйлафа золотого ранга позволяли ему отслеживать ауры по всему городу. На большинстве полей битвы Посланники развернули свои ауры немедленно. Это помогло им закрепиться, когда они прошли через брешь, но Эйлаф видел на своем поле битвы, что непрекращающийся поток монстров не нуждался в помощи.

То, что командир, против которого он выступал, держал свои ауры в резерве, предполагало, что он не недооценивает авантюристов, что было прискорбно. Одной из слабостей, общих для Посланников в столкновениях Эйлафа с ними, была подавляющая высокомерность, которая заставляла их недооценивать противников. Он надеялся, что Посланник, который не обесценивает своих оппонентов, был настолько слаб, что ему приходилось действовать с осторожностью.

Эта надежда была тщетной. Командир Посланников был не просто силен, но был самым сильным Посланником, которого Эйлаф когда-либо видел. Большинство Посланников были незначительно слабее хорошо обученного авантюриста, и хотя, безусловно, были исключения, он никогда не видел ничего подобного.

Командир игнорировал самые мощные атаки, которые Эйлаф и его товарищи золотого ранга могли обрушить на него, а иногда и возвращал их обратно. К счастью, Посланник был больше заинтересован в командовании своими силами, чем в давлении на авантюристов путем личной атаки. Он также направлял свои силы консервативно, ситуация, которую Эйлаф хотел продолжать как можно дольше.

Битва за Яреш, не только в развлекательном квартале, но и по всему городу, была по сути гонкой. Посланники пытались прорваться и перебить как можно больше мирных жителей, прежде чем городской барьер восстановится, заперев их внутри. Эйлаф не знал, почему его противник не стремится к скорости, но поскольку это была единственная ошибка, которую, казалось, совершал этот человек, Эйлаф хотел извлечь из нее выгоду.

Эйлаф заставил своих золотых рангов давить на других Посланников золотого ранга, отдавая им приоритет перед командиром. Осознавая, что консервативная стратегия может быть ловушкой, чтобы заманить их, Эйлаф не позволял своим людям давить слишком сильно и перенапрягаться. Консервативная игра обеих сторон была на руку авантюристам, поэтому он позволял этому продолжаться столько, сколько мог.

Этот ход оказался верным. Эйлаф начал подозревать, что вражеский командир не в восторге от своего задания и больше заинтересован в том, чтобы тянуть время, чем в достижении успеха. Если человек предпочитает сохранить своих людей живыми и уйти ни с чем, чем жертвовать ими ради победы, Эйлаф был последним человеком, который встал бы у него на пути. Он просто следил за тем, чтобы командир был занят сохранением жизни своих золотых рангов, а не вмешательством в дела серебряных рангов.

Дела в Яреше продолжали идти хорошо, так как среди авантюристов серебряного ранга были настоящие жемчужины. Однако чем больше битва склонялась в пользу авантюристов, тем больше Эйлаф ожидал падения ауры. Всех авантюристов предупреждали об аурах Посланников, и многие были ветеранами, которые уже сталкивались с ними. Тем не менее, Эйлаф хотел бы предупредить их всех еще раз. Это было непрактично в бою, но он мог хотя бы подготовить своих золотых рангов.

Эйлаф не удивился, когда их враги наконец высвободили ауры, которые ударили по авантюристам. Это было похоже на физическую силу, в некоторой степени, хотя и недостаточно, чтобы причинить какой-либо вред. Настоящее воздействие было духовным, с достаточной кинетической силой, чтобы показать пользователям сущности, что ауры Посланников фундаментально отличаются.

Это была тонкая, но эффективная тактика запугивания, что, в конечном счете, и было целью волны ауры. Подавление аур авантюристов имело тактическое воздействие, так как способности сущности ауры отключались, но это не было главной целью. То, что их ауры были подавлены, заставляло авантюристов чувствовать себя слабыми и беспомощными, как запуганные дети.

Эта реакция не была универсальной среди авантюристов, многие продолжали сражаться, не обращая внимания. Это были в основном ветераны, которые осаждали крепости Посланников и пробовали их ауры в прошлом. Однако для большинства подавленная аура оставляла их уязвимыми и незащищенными. Такая тактика была ключевым средством, с помощью которого Посланники распространяли свое чувство превосходства.

Авантюристы не рухнули под натиском, но это определенно остановило их продвижение вперед. Эйлаф и его золотые ранги имели преимущество как в численности, так и — если не считать вражеского командира — в индивидуальной силе. Боевая мощь стала менее актуальной, поскольку золотые ранги с обеих сторон перешли к чисто духовному конфликту, зависнув на месте, словно пытаясь переглядеть друг друга. Если бы не преимущество в численности, авантюристы были бы подавлены преимуществом Посланников в духовной силе.

Серебряные ранги также сталкивались аура-к-ауре, и авантюристы боролись. Они не прекращали физический конфликт, как это сделали золотые ранги, но их духовная битва отражалась в физическом бою. Предыдущее наступление авантюристов остановилось, в то время как Посланники перешли от сдерживания к наступлению, перенося бой на врага.

Элитные авантюристы были хорошо обучены использованию ауры, но у Посланников просто была более высокая база. Мало того, что их ауры были сильнее, даже самый малый Посланник обладал утонченным пониманием того, как использовать ее, с чем мало кто мог сравниться. Авантюристы привыкли значительно превосходить любого отдельного врага и часто оказывались застигнуты врасплох тем, насколько близко Посланники подходили к тому, чтобы сравниться с ними. В результате первые столкновения с Посланниками были наиболее вероятными для неудачного исхода.

Эйлаф раз за разом видел, как зеленые авантюристы борются с Посланниками. Он чувствовал беспокойство в аурах авантюристов, а сомнение могло быть чумой в боевом отряде, а паника — лесным пожаром. Моральный дух был ключом к любой битве, и та сторона, которая теряла его, была той стороной, которая ломалась, независимо от относительной силы. Поток монстров отвоевывал позиции у авантюристов, внезапно охваченных нерешительностью. К сожалению, все, что мог сделать Эйлаф, — это надеяться, что у его авантюристов хватит стали, чтобы продержаться.

* * * Элсет Кули наконец-то вернулась к зачистке монстров после того, как Посланники сбежали в поисках исцеления. Ее задача стала более срочной, поскольку авантюристы на земле стали менее эффективны под подавлением ауры, накрывающим поле битвы. Элсет и команды, защищающие ее, находились в пузыре, который сдерживал подавление, сосредоточенном на человеке, который в данный момент смотрел вверх.

Аура Асано была не похожа на ауру Посланников, если не была еще более властной, но она быстро перестала беспокоиться об этом и сосредоточилась на убийстве большего количества монстров. Сам Асано не двигался, наблюдая, как его инопланетный фамильяр рисует в небе линии и символы, которые светились синим и желтым. Существо, которое Асано называл Гордоном, было окружено шестью синими и оранжевыми туманными сферами в форме глаз. Каждая сфера стреляла лучами синей или оранжевой энергии, оставляя в небе светящиеся фигуры, похожие на фейерверки, которые не переставали мерцать.

Все шесть глаз рисовали замысловато пересекающиеся линии, лучи неправдоподобно умудрялись никогда не пересекаться. Фамильяр рисовал массивный ритуальный круг, не просто на плоской плоскости, а в сфере. Линии, руны и сигилы были сплетены вместе в парящую световую скульптуру.

Призванные монстры не мешали ему или кому-либо внутри ауры Асано, заметно убегая от нее. Это оставило других авантюристов, защищенных аурой, свободными для того, чтобы обрушивать атаки. Элсет наверстывала упущенное время, как могла, не думая о своих истощающихся запасах маны, пока ее заклинания выплескивали массовые недуги, которые уже распространялись среди монстров.

Она лишь сделала паузу, чтобы вытащить свое самое дорогое зелье маны и выпить его, воспользовавшись случаем, чтобы посмотреть на то, что делает Гордон. Он завершил свою сферу и начал создавать меньшие вокруг нее, соединенные линиями. Меньшие сферы дрейфовали вокруг центральной сферы сами по себе.

— Оррери? — сказала она, не осознавая, что вслух.

Завершенная магическая скульптура сформировала замысловатую и поразительно красивую модель Солнечной системы, меньшие сферы двигались вокруг большей центральной. Это было массивное творение, размером с богатый таунхаус, и, глядя на него, она поняла, что скульптура была ритуальной магической диаграммой, но не похожей ни на одну из тех, что она видела раньше.

Как и многие авантюристы, Элсет имела приличную базу в ритуальной магии. Тем не менее, она не смогла уловить даже самых базовых принципов того, что создал фамильяр. Она подозревала, что он работает на магической парадигме, полностью выходящей за рамки ее опыта.

— Гордон оказался своего рода магическим художником, — сказал кто-то.

Она оглянулась, не узнав голос. Это был Асано, с гордостью наблюдающий за своим фамильяром. Она не поняла, что это он, потому что его ледяной голос оттаял, говоря тепло о Гордоне. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Тебе, вероятно, стоит вернуться к недугам, — предложил он, его голос все еще был мягким. Дружелюбная улыбка была полностью перечеркнута аурой, исходящей от него, гнетущей и территориальной. Она была одновременно рада и поражена тем, что она сдерживала коллективную ауру Посланников, но также хотела уйти от нее как можно скорее.

* * * Пока Гордон продолжал рисовать самый возмутительный и сложный ритуал, который Джейсон когда-либо видел, он сосредоточился на поддержании своей ауры против Посланников. Им каким-то образом удалось смешать свои ауры в единую силу, технику, о которой Джейсон позже спросит Амоса Пенсинату. Аура Посланников была распространена не только по всему развлекательному кварталу, но и по полю битвы, заполняющему небо над ним. Это разбавление силы означало, что Джейсон был способен оттеснить ее на умеренной площади, что было возможно только потому, что золотые ранги с каждой стороны нивелировали друг друга. Ему удалось обеспечить достаточный радиус, чтобы защитить специалиста по недугам и авантюристов, поддерживающих ее, с местом для других авантюристов, которые нашли их, чтобы укрыться. Она вернулась к насыланию недугов на монстров, в то время как остальные наносили удары дистанционными атаками или уходили, чтобы привести других авантюристов в безопасность ауры Джейсона.

Было очень мало случаев, когда Джейсон по-настоящему раскрывал свою ауру, проецируя ее с такой силой, какую только мог собрать. Она достигла точки, когда стала слишком мощной, опасность, о которой Фарра предупреждала его в тот день, когда познакомила его с аурами. Его аура также покрывала слишком много земли, пробиваясь сквозь все, кроме самых экстремальных мер по ее сдерживанию. Если бы не подавляющая сила целого контингента Посланников, она распространилась бы по всему городу, вероятно, навредив любым обычным рангам, которые еще не добрались до бункера.

Хотя он сожалел, что будут сопутствующие потери, как только Гордон закончит, решимость Джейсона не дрогнула. Он чувствовал, как Посланники давят на авантюристов, позволяя все большему количеству монстров безопасно спускаться. Они уже начали прорываться сквозь землю ускоренными темпами, приближаясь к прорыву обороны бункера. Если у него был хоть шанс остановить преимущество ауры Посланников, он воспользуется этим шансом.

Руфус появился рядом с ним во вспышке света, напугав авантюристов, чьи защитные периметры он обошел.

— Ты ведь что-то делаешь с этим, верно?

— Ты ожидаешь, что я остановлю коллективную ауру неизвестно какого количества Посланников, в одиночку?

— Да.

— У тебя довольно странные ожидания, приятель.

— Да. Не хочу тебя расстраивать, Джон, — сказал Руфус, используя фальшивое имя Джейсона из-за близлежащих авантюристов. — Но ты сам установил эти ожидания. Поставленный в экстремальные обстоятельства, с уровнями силы, значительно превышающими твои собственные…

Он раскинул руки, указывая на более широкую битву.

— …ты делаешь что-то невероятно странное…

Он указал на гигантское светящееся оррери над их головами, затем посмотрел прямо на Джейсона.

— …чего, вероятно, делать не должен.

— Вот именно, — сказал ему Джейсон. — Ты сам только что сказал, что я не должен этого делать.

— И ты собираешься это сделать?

— Конечно, я собираюсь… прости, дай мне секунду. У меня тут дело.

Джейсон посмотрел куда-то вдаль, уставившись в никуда.

— Если хочешь сразиться со мной, то заходи сюда и забери меня, — заявил он в пустоту, затем повернулся к Руфусу.

— Прости за это. В любом случае, не должен ли ты сейчас уничтожать некоторых Посланников?

— Вот почему я здесь, — сказал ему Руфус. — Я хочу рассчитать время так, чтобы это было сразу после того, как ты сделаешь то, что собираешься сделать. Надеюсь уничтожить нескольких одиночными выстрелами.

— Сколько недугов ты оставил там, чтобы поглотить? — спросил Джейсон.

— Много, — сказал Руфус. — Так что приступай.

— Я жду, пока Гордон закончит. Он проделывает потрясающую работу, верно?

— На это удивительно смотреть, — согласился Руфус. — Что это за магия?

— У меня есть подозрения. Я почти уверен, что Шейд знает и не говорит мне.

— Это к лучшему, мистер Миллер, — заявил Шейд, появившись из тени Джейсона.

— Так ты говоришь.

— Раз уж мы ждем, — сказал Руфус, — у тебя есть сэндвичи?

— С кем ты разговариваешь? — спросил Джейсон, вытаскивая сэндвич, завернутый в бумагу, и передавая чуть большую половину Руфусу. Они оба посмотрели на заполненное монстрами небо.

— Ты когда-нибудь видел столько монстров сразу? — спросил Руфус, затем откусил сэндвич.

— Ага, — сказал Джейсон. — Но не все летуны, как эти. Был рой воргеров, который подошел довольно близко.

— В том астральном пространстве?

— В том, которое Строитель пытался вернуть? Нет, это была зона трансформации. Я рассказывал тебе о них, верно?

— Когда ты объяснял их, они просто звучали как астральные пространства.

— Блок, — отчитал его Джейсон. — Я начинаю понимать, почему Клайв становится раздражительным, когда люди не понимают астральную магию. Зона трансформации — это защитный механизм реальности, когда в размерной мембране происходит локализованный катастрофический сбой.

— Но это все еще размерное пространство, в которое можно войти, верно? Разве это не делает его своего рода астральным пространством?

— Ты можешь войти в ванну, и ты можешь войти в океан, Руфус. Да, ты можешь медленно намылить свое упругое черное тело и лысую голову губкой и там, и там, но это не делает твою ванну океаном.

— Мне не совсем комфортно с этой аналогией.

— Суть в том, что они разные. Но если ты получишь оба в одном пространстве, у тебя есть около месяца, прежде чем это проделает дыру в стороне реальности, достаточно большую, чтобы засосать планету в астрал. Где она перестанет существовать, потому что в астрале нет физической реальности.

— Да, Джейсон, я знаю, что ты спас мир. Ты упоминаешь об этом довольно часто.

— Ты чертовски прав, упоминаю. Знаешь, насколько это потрясающе? Я действительно хотел бы перестать спасать его от этой размерной чепухи все время. Я хочу сразиться с парнем с погодной машиной.

— Ты в опасности дойти до сути? — спросил Руфус.

— О чем?

— Ты рассказывал мне о том, когда видел массивный рой воргеров.

— О, точно. Итак, я был в зоне трансформации, латал дыру в стороне вселенной. Я почти закончил, когда прорвалась куча воргеров. Там была еще и кошмарная ведьма.

— Еще одна? Что она показала тебе в тот раз?

— Это было довольно неловко, поэтому я не хочу говорить.

— Все нормально. Я спрошу Фарру.

— Я не говорил Фарре.

Руфус посмотрел на него ровным взглядом.

— Пожалуйста, не спрашивай Фарру.

Они поняли, что кто-то смотрит на них, и повернулись, чтобы посмотреть на специалиста по недугам.

— Что? — спросили они одновременно.

— Кто вы такие?

— Это Руфус, а я Дж… Джон. Это не фальшивое имя.

Руфус покачал головой. — Могу я узнать ваше имя?

— Элсет Кули.

— Очень приятно познакомиться, — сказал ей Руфус. — Я заметил, что вы — главная причина, по которой монстры еще не взломали бункер, так что спасибо.

— Кто вы такие? — спросила она его.

— Он учитель, а я повар, — сказал ей Джейсон.

— Вы только что говорили о спасении мира, — сказала она.

— Я очень хорошо оплачиваемый повар. К тому же, это был не этот мир, так что вам не о чем беспокоиться. Вероятно.

Джейсон посмотрел направо, когда Гордон подплыл рядом с ним, его работа была завершена. Они посмотрели на конечный результат, светящееся оррери, похожее на солнечную систему из фейерверков, которые отказывались гаснуть. Каждая сфера состояла из сложного, вложенного массива линий, рун и сигилов.

— Клайв пожалеет, что пропустил это, — сказал Джейсон, когда его плащ взметнулся вокруг него, и он поднялся в воздух.

— Ты мог бы использовать записывающий кристалл, — предложил Руфус, крикнув ему вслед.

— Нет времени, — крикнул Джейсон в ответ. — Мне пора сражаться со злом.

— У некоторых моих людей есть записывающие кристаллы, — предложила Элсет. — Многие команды записывают битву для анализа и потомков.

— Возможно, я воспользуюсь этим, — сказал Руфус. — Спасибо.

— Твой друг сможет разобраться в этой штуке? Это ритуальная диаграмма, верно?

— Верно, — сказал Руфус. — И нет, он не будет знать, как она работает. Ему она понравится.

СЛУЧАЙНАЯ МЫСЛЬ

СЛУЧАЙНАЯ МЫСЛЬ

Джейсон поднялся, его плащ принял форму мягко бьющихся крыльев, когда они несли его в ритуальную диаграмму Гордона. Его глаза охватили сложное магическое оррери, тело покалывало, когда он проходил сквозь светящиеся линии. Он переместился в центр большой, центральной сферы. У него было тревожное впечатление, что он находится внутри сложной машины, работу которой он не до конца понимает. Но у него было базовое представление о том, как она работает, достаточное для того, чтобы он мог занять свое место в качестве последнего компонента ритуала.

Ритуальная магия Гордона фундаментально отличалась от той, которой учили Джейсона. То же самое было верно для каждого ритуалиста на Паллимустусе и Земле. Ни Доун, ни Шейд не желали объяснять ему это, оба прозрачно притворяясь невежественными. Он, в свою очередь, отказался рассказывать им то, чего ни один из них, казалось, не осознал: способность Гордона использовать эту ритуальную магию была каким-то образом связана с Джейсоном.

Гордон стал еще более связан с Джейсоном, чем обычный фамильяр. Именно тогда, когда он это сделал, Гордон открыл способность использовать странную ритуальную магию. Их связь дала Джейсону некоторое инстинктивное понимание того, как она работает, но далеко не достаточное, чтобы попытаться использовать ее самому. Это было не знание, а инстинктивное чувство, похожее на то, что у него было к астральным силам.

Джейсон, однако, был не совсем без знаний. Он провел год, бродя по Земле, используя магическую дверь Строителя, чтобы получить доступ к фундаментальным основам реальности. Он грубо восстанавливал связь между мирами, работая методом проб и ошибок, без какой-либо теоретической базы. За это время он медленно и неуклюже получил некоторое понимание фундаментальных механизмов реальности. В магии Гордона он узнал структуру, которой ему не хватало. По его собственному признанию, его понимание было на уровне обезьяны, пытающейся заниматься математикой, но, по крайней мере, он мог предпринять попытку. К тому же, он любил бананы.

Потребовались бы годы изучения, к которым Джейсон даже не был уверен, как подступиться, прежде чем он получил бы реальное понимание инопланетной ритуальной магии. Но все, что ему нужно было сегодня — это средство для запуска ритуала Гордона, и для этого он знал достаточно. Почти. Он был почти уверен. В худшем случае он мог попросить у Гордона подсказку.

Это был только второй раз, когда Гордон использовал этот вид ритуальной магии. Первый был, когда Джейсон наводнил себя энергией ядра реальности, которую нужно было слить. Гордон использовал ритуал проекции ауры, который выкачал силу из самого бессознательного Джейсона, чтобы подпитать себя, выплеснув его ауру по всему Римаросу. Тот ритуал был неэффективным по дизайну, чтобы слить избыточную силу, убивающую Джейсона.

Этот новый ритуал был той же базовой концепцией, значительно более сложным усовершенствованием оригинала. Помимо того, что он был на порядки эффективнее, он не воспроизводил ту же проекцию ауры, которую могла выполнить обычная ритуальная магия. Он был разработан, чтобы вытянуть и спроецировать ауру Джейсона гораздо более полно. Больше, чем просто усиление ауры, он выкопал бы каждый элемент души Джейсона и выставил бы его на показ, запечатлев именно то, кем и чем он является, на всех, кто находится в пределах досягаемости. И этот радиус был бы огромным.

На этот раз Джейсон был активным участником. Паря в воздухе, он нервно сжимал и разжимал кулаки. Он вспомнил свои ранние дни на Паллимустусе, отчаянно пытаясь скрыть уязвимость, которую чувствовал. Уверенность была тем, к чему он подошел с жестким подходом «притворяйся, пока не получится». Он скрывал свой страх и замешательство, заставляя всех остальных чувствовать страх и замешательство, маниакально мечась между имитациями киномонстров и лепетом чепухи.

Где-то по пути версия его самого, выкрученная на одиннадцать, перестала быть маской. Готовясь стать более уязвимым, чем когда-либо, пришло время узнать, есть ли у него решимость; действительно ли он наконец стал тем, кем хотел, или, в глубине души, он все еще просто притворяется. Это, в буквальном смысле, объявит его миру. Никаких пряток за плохими манерами, маниакальным поведением или тридцатилетними телевизионными отсылками. Его душа будет выставлена на всеобщее обозрение, как для союзников, так и для врагов.

Когда Гордон предложил это, Джейсон осознал ценность. Особенно после его полного провала с запуском бабочек Гордона, это был единственный способ для Джейсона оказать существенное влияние на более широкую битву. Несмотря на его самоуверения, что он счастлив быть просто еще одним авантюристом, ему никогда не приходило в голову не сделать что-то возмутительное и глупое, чтобы помочь склонить чашу весов битвы в более широком масштабе.

Хотя новая ритуальная магия Гордона была несомненно мощной, Джейсон уже видел причины, по которым она никогда не заменит ритуальную магию, которую он уже знал. Во-первых, сложность была абсурдной. Вместо относительно простых диаграмм, которые можно было нарисовать на плоской поверхности, эти ритуалы были трехмерными структурами. Без такой силы, как у Клайва, чтобы рисовать их в воздухе, любому, кто их использует, нужно было бы собирать настоящие скульптуры.

Настоящая проблема, однако, заключалась в том, как ритуалы питались. Обычные ритуалы черпали из окружающей магии, что означало, что большинству ритуалов нужно было просто не находиться в магической мертвой зоне. Ритуалы Гордона требовали другого источника. Это была энергия ядра реальности внутри Джейсона для первого ритуала Гордона, но он определенно не собирался пробовать это снова. Ему все равно не нужен был такой уровень силы, так как этот новый ритуал был гораздо эффективнее. На этот раз он собирался сделать то, что Доун прямо запретила ему: подключиться к своим астральным вратам.

Астральные врата внутри его души были, наряду с астральным троном, одними из вещей, которые фундаментально изменили природу Джейсона. Они были инструментами астральных королей, которые выковывали свои собственные души в физические вселенные, создавая домены, где их сила была неоспоримой и почти безграничной.

Доун сказала ему, что он должен экспериментировать с астральным троном, который управлял физическими аспектами, оставив астральные врата в покое. Они подключались к глубокому астралу, бесконечной плоскости чистой магии и размерных сил, с которыми Джейсон был далек от того, чтобы справиться. После того, как его первый опыт подключения к ним оставил его на месяцы в состоянии выздоровления, она посоветовала ему оставить их в покое, пока он не повысит ранг. Желательно, до самого алмазного. То, что прошло несколько месяцев после ее ухода, прежде чем он полностью проигнорировал ее предупреждение, было своего рода личным триумфом.

Она не ошибалась, и он знал это. Астральное пространство было морем, по которому плыла каждая вселенная в космосе. Что сделает открытие врат к этой бесконечной силе?

— Взорвет меня, как переполненный водяной шарик, вероятно.

— Мистер Асано, вы снова разговариваете сами с собой, — сказал Шейд, появившись из плаща Джейсона, чтобы парить рядом с ним.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я немного отвлекся, пытаясь использовать гигантский инопланетный магический ритуал. Который выглядит потрясающе, спасибо, Гордон.

— Внешний вид — не главное, мистер Асано, — сказал Шейд.

Джейсон перевел взгляд со светящейся ритуальной сферы на Шейда из-под приподнятых бровей. Несмотря на то, что он был безликой тенью с достаточным количеством мягко светящегося белого, чтобы намекать на смокинг дворецкого, Шейду удалось выглядеть смущенным.

— Прошу прощения, мистер Асано; я не совсем уверен, что на меня нашло.

— Это важный день, — сказал ему Джейсон. — Просто не позволяй этому повториться.

Джейсон ослабил часть своего накопившегося напряжения от перепалки с Шейдом, но напряжение и беспокойство все еще отражались на его выражении лица. Вокруг них оррери требовало силы, как настойчивый питомец во время еды. Это был его последний шанс отступить.

— Что думаешь, Шейд? Подключиться к астральным вратам и рискнуть быть полностью уничтоженным?

— Вы знаете цену тому, что собираетесь сделать, мистер Асано. Вы платили ее раньше. Направление большего количества силы, чем вы можете выдержать, причиняло вам боль в прошлом, но я не говорю вам ничего, чего вы не знаете. Это не первый раз, когда вы делаете этот выбор. Вы просто тратите время сейчас, когда мы оба знаем, что это на самом деле не выбор для вас.

— Вроде как выбор.

— У нас нет времени, чтобы вы лгали мне, мистер Асано, не говоря уже о себе. Я видел, как вы раз за разом выбирали между безопасностью других и своей собственной безопасностью. Хватит колебаться и приступайте к работе.

— Строгая нянька, — сказал Джейсон со смешком.

Он вздохнул, кивнул и закрыл глаза, когда направил свои чувства в оррери. Это был не простой ритуал усиления, который пассивно влиял бы на его ауру, и ему нужно было подать свою ауру в него, как заряжать пушку. Это был достаточно простой процесс, использующий те же фундаментальные техники контроля ауры, которым Фарра учила его годы назад.

Джейсон соединялся с ритуалом, который был гораздо более реактивным, чем обычный. Он заряжал его своей аурой, но это было пушечное ядро, а ему нужен был порох. Оррери было голодным, и окружающая мана была не тем, что ему нужно. Джейсон потянулся в свою душу, посылая свою волю через свое духовное царство туда, где покоились его астральные врата. Он понимал их функции лишь немногим лучше, чем ритуальную магию Гордона, но ему и не нужно было. Сегодня все, что ему нужно было сделать — это открыть их.

Духовное царство Джейсона подключалось к бесконечной силе глубокого астрала с тех пор, как оно стало местом, куда могли войти другие. Это началось как струйка силы, заменяя его потребность питать себя духовными монетами или магически богатой едой. Помимо этого мягкого, пассивного потока, использование астрала для получения большей силы, чем эта, не было вариантом. Затем появились астральные врата. Дыра в стене, через которую просачивалась сила, теперь стала краном. А кран можно открыть.

Он потянулся своей волей, чтобы открыть астральные врата на самую малость. Это был самый крошечный зазор, который он мог создать, и все же поток чистой магии гейзером хлынул в его душу. Как питье из пожарного шланга, его чувства были перегружены, так как все, что он мог чувствовать — это брызги, ударяющие его, как оружие. Хотя удар был духовным, он чуть не упал с неба от дезориентации. Это выбросило бы его из оррери и разрушило бы ритуал.

Он закалил свою решимость, сосредоточившись на том, чтобы сформировать из себя проводник, питая силой прожорливое оррери Гордона. Он немедленно понял, что если бы у него не было этого выхода, магия растерзала бы его. Попытка использовать тот же метод для подпитки своих способностей сущности или обычных ритуалов, вероятно, убила бы его, так как ни то, ни другое не было рассчитано на такую силу.

Даже с выходом оррери Джейсон изо всех сил пытался оставаться в сознании. Сила пробивала себе путь через его душу, и поскольку его душа была также его телом, он чувствовал это как физический удар. Он дрожал, как старая труба с избыточным давлением воды, его глаза светились ярко, как маяки.

Оррери также светилось все ярче и ярче. Сигилы и линии центральной сферы размылись, сливаясь вместе и скрывая присутствие Джейсона, превращаясь в безжалостное оранжевое солнце, окрашенное зловещими завихрениями темно-синего цвета. Сферы, вращающиеся вокруг него, также стали твердыми и приняли знакомую туманную форму глаз сфер Гордона.

Аура Джейсона не вырвалась немедленно, оррери накапливало силу, как заряжающийся аккумулятор. Как источник этого заряда, Джейсон парил внутри солнца, теперь залитый синим и оранжевым светом. Он сжал кулаки, держась, пока магия продолжала взрываться сквозь него. Он сохранял шаткую хватку на ясности, используя медитативные техники, чтобы поддерживать связь с реальностью. Тем не менее, его разум был рассеян, странные мысли всплывали и исчезали. Он рассеянно сравнивал ощущения, которые испытывал, с колоноскопией от урагана и начал придумывать бизнес-названия для этой услуги.

Джейсон едва цеплялся за рассудок к тому времени, когда оррери было полностью заряжено. Он закрыл астральные врата скорее инстинктивно, чем по сознательной команде, поникнув в воздухе, так как чувствовал себя как сердцевина яблока. Затем оррери вспыхнуло жизнью, и Джейсон вернулся к бдительности. Он чувствовал, как его душа пульсирует, как сердцебиение, раздуваясь с каждым ударом.

Ритуалы проекции ауры, которые Джейсон испытывал раньше, были именно этим: проекциями. Они создавали образ, по сравнению с тем, как сейчас Джейсон чувствовал, что он действительно расширяется, распространяясь по городу. Это напомнило ему о том, как он формировал свои духовные домены, захватывая зоны трансформации и переделывая их по своему образу.

Это была декларация. Душа Джейсона показывала всем, кем и чем она является. Его аура затопила город, даже те области, где господствовали золотые и алмазные ранги. Он не захватывал территорию, а просто объявлял о себе. Это не было формированием нового духовного домена — пока, добавил его разум, и он отчитал себя за эту мысль. Он надеялся, что Знание не расскажет Владычеству об этой случайной мысли.

На мгновение по всему городу воцарилась тишина, когда битва прекратилась. Это было мимолетное мгновение, меньше секунды, а затем авантюристы, Посланники и монстры вернулись к тому, чтобы колотить друг друга. Но в это мгновение что-то изменилось. Призванные монстры стали хаотичными, их призыватели боролись, чтобы удержать их под контролем. Что касается Посланников, некоторые стали нерешительными, но многие другие пришли в ярость, впав в берсеркерское безумие от того, что только что почувствовали. Некоторые атаковали своих противников с новой силой, в то время как другие покинули свои собственные битвы, чтобы выследить источник ауры.

В любом случае, Джейсон преуспел в своей цели. Будь то запуганные или разгоряченные, гармоничное переплетение аур Посланников было нарушено, не только в развлекательном квартале, но и по всему городу. Командиры авантюристов не упустили возможность, перейдя в наступление. Ауры Посланников не исчезли, но они больше не были единым фронтом. Что касается самих Посланников, они не мыслили тактически, чем лучшие авантюристы воспользовались по максимуму.

К несчастью для авантюристов, их лидеры сохранили самообладание. Золотые ранги были просто слишком сильны, чтобы попасть под влияние Джейсона, и кричали приказы, доминируя над своими серебряными сородичами, выстраивая их в линию, прежде чем они отдали слишком много преимуществ.

В развлекательном квартале оррери исчезло, растворившись в воздухе, когда Джейсон опустился обратно на землю. Джейсон приземлился, дезориентированный, глядя на свои руки, вытянутые перед собой, пальцы сгибались и разгибались.

— Как вы себя чувствуете? — спросил его Шейд.

Джейсон повернулся с растерянным выражением лица, прежде чем его глаза сфокусировались. Он посмотрел обратно на свои руки.

— Я в порядке, — сказал он. — Я имею в виду, едва стою на ногах, но я почти уверен, что все, что мне нужно — это хороший отдых. Думаю, я наконец-то так сильно избил свою собственную душу, что она привыкла к злоупотреблениям.

Его выражение лица исказилось в гримасе.

— Это не делает меня лучше.

ЕРЕТИК

ЕРЕТИК

Среди сил посланников был лишь один авантюрист алмазного ранга — Ма Го Шаат. Его не интересовали цели астрального короля, и он жаждал того дня, когда ему больше не придется выполнять указания этой женщины. Он уже был достаточно силен, чтобы она могла требовать от него лишь ограниченный спектр действий, и он не давал больше, чем было строго необходимо. Однако он все еще был связан службой ей, пока наконец не найдет путь к становлению астральным королем самостоятельно. А пока он застрял, выполняя ее планы, передаваемые через ее Голос Воли, Джес Фин Кааль.

У него не было обязательств заниматься какими-либо проблемами ниже алмазного ранга. В его текущем развертывании это означало противодействие местным авантюристам алмазного ранга, когда те участвовали в рейдах на цитадели посланников. Теперь, когда посланники сами перешли в наступление, он должен был стать его частью. Авантюристы алмазного ранга, несомненно, будут участвовать в защите своего города, а значит, Шаат был обязан присоединиться к атаке.

У местных было два авантюриста алмазного ранга. Они были слабы для этого ранга, но Шаат не был дураком. Он знал, что даже самый слабый авантюрист алмазного ранга — одна из самых смертоносных сущностей в любом мире, даже если они не были посланниками. У него не было намерения недооценивать их, и если бы план атаки не предполагал их ослабление с помощью зверя апокалипсиса, он бы вообще не участвовал. Его обязательства перед астральным королем не включали самоубийственные миссии, а это означало, что Джес Фин Кааль тщательно скрыла тот факт, что эта миссия была именно такой.

Шаат не осознавал двуличности Голоса, пока не прорвал барьер сверху и его чувства не распространились по всему городу. Его не волновала операция или то, как она служит целям астрального короля. Помимо того, что требовал от него астральный король, Шаата вообще ничего не заботило. И все же использование четырех врат кузницы жизни для атаки на этот неважный город казалось ему расточительством. Он задавался вопросом, что такого Голос нашла в этом месте, что стоило таких затрат, но не настолько, чтобы взаимодействовать со своими подчиненными и спросить. Только после того, как он прорвал барьер сверху, он понял, что следовало это сделать.

Поскольку барьер был окрашен в синий цвет и покрыт монстрами, как пчелами на сотах, он не мог видеть, что происходит внутри. Его внушительные магические чувства также не могли пробиться сквозь барьер — такова была сила столь грозного укрепления. Присутствие гаруды было скрыто от него.

То, что гаруда оказался здесь сейчас, как раз в момент активации яйца генезиса, было слишком поразительным совпадением. Кто-то, знавший о яйце, должно быть, слил эту информацию как раз вовремя, чтобы она совпала с атакой. В результате авантюристы алмазного ранга были избавлены от необходимости вступать в эту хаотичную схватку.

Оставался вопрос, что кто-либо получил от разглашения этой информации. Ответ, по мнению Шаата, был очевиден: это привело его сюда. Теперь он был внутри барьера, и ему предстояло иметь дело с двумя авантюристами алмазного ранга. Что касается того, кто это подстроил, то это было столь же очевидно.

Хотя управление местными операциями астрального короля ложилось на плечи Джес Фин Кааль, в конечном счете она была авантюристом золотого ранга, Голос Воли или нет. У нее не было ни силы, ни права отменять решения Шаата почти по любому вопросу, если он проявлял интерес. Она также не могла принимать важные решения, не согласовав их с ним. Он был готов закрыть глаза на дорогостоящие врата кузницы жизни, потому что ему нравилось, что она не беспокоила его по пустякам. Но теперь он понял, что ему следовало быть внимательнее.

Шаат ожидал, что местные авантюристы алмазного ранга потратят значительные ресурсы на борьбу с яйцом генезиса наг, что сделает их легкой добычей для него. Вместо этого он обнаружил проклятого богами гаруду, пожирающего яйцо, словно это был завтрак, а останки бесчисленных змей свидетельствовали об эпической битве, которую он вел с порождениями яйца, чтобы добраться до этой точки. Даже сейчас гигантские змеи атаковали гаруду, в то время как более мелкие устремлялись в город. Гаруда на данный момент позволял это, заканчивая с яйцом, отрывая куски своим клювом, что отсекало змей у источника.

Весь рейд был ловушкой. Это была попытка убийства, замаскированная под вторжение в город, чтобы Шаат погиб и Джес Фин Кааль больше не была под его каблуком.

Это раздражало, но не удивляло, что астральный король допустил подобное. Голос Воли никогда не пошла бы против авантюриста алмазного ранга без ее одобрения, как бы отрицаем ни был этот план. Шаат полностью избегал политики, поэтому понятия не имел, какие интриги плели Кааль и астральный король. Он был сосредоточен на том, чтобы самому стать астральным королем, но, очевидно, он пренебрег этим в своей узкой сосредоточенности. Пока он был занят изучением, она, очевидно, заключала закулисные сделки, которые предотвратили бы любую негативную реакцию со стороны посланников высшего эшелона на попытку его устранения. Организация смерти авантюриста алмазного ранга — не пустяк, даже если маловероятно, что это сработает окончательно.

Первой мыслью Шаата было отказаться от рейда. Пролом в барьере был прямо там, он только что его сделал. Но это само по себе было ловушкой. Он был обязан участвовать в атаке из-за авантюристов алмазного ранга, и присутствие гаруды этого не меняло. Кааль будет отрицать организацию событий, а теперь, когда Шаат вступил в схватку, бегство будет расценено как трусость. Кааль могла заявить, что он бежал в страхе, и аккуратно отстранить его от власти, что также давало ей желаемое. Если уж на то пошло, это был идеальный исход для нее, так как позволял избежать любого шанса на негативную реакцию из-за его гибели.

Только если бы Шаат смог доказать, что она все подстроила, у него были бы основания защитить свою репутацию, и это не полностью стерло бы горечь от бегства. К тому же Кааль не была настолько небрежна, чтобы оставлять ниточки, за которые он мог бы потянуть после случившегося. Если дело дошло до такой стадии, он был уверен, что она уже замела следы.

Это оставило Шаата перед незавидным выбором. Если он уйдет, он будет в безопасности, но опозорен. Хотя ему не нравились его обязанности, власть, которая с ними приходила, была необходима для его усилий стать астральным королем. Если его заклеймят трусом, его статус авантюриста алмазного ранга будет иметь меньший вес, оставляя его еще более зависимым от контроля астрального короля.

Единственным оставшимся вариантом была борьба. К счастью, гаруда не будет участвовать. Он был здесь ради змей, и ни один гаруда не станет сражаться на стороне Кааль. Шаат предположил, что гаруда раскусил манипуляции Кааль и подыграл им лишь настолько, чтобы получить желаемое. Кааль больше ничего от него не добьется, в этом Шаат был уверен.

Это все еще оставляло двух авантюристов алмазного ранга. Шаат сталкивался с обоими в прошлом и был уверен, что справится с каждым из них по отдельности, но не с обоими сразу. Они также знали о его силе, и, работая в паре на своей территории, они могли бы сражаться с ним до ничьей. Для них удержать его от буйства среди их авантюристов золотого ранга было достаточно.

Это была не та ситуация, где Шаат мог быстро убить одного и перейти к другому, прежде чем первый возродится. Даже если у того, кого он убьет, не было силы ускорить свое воскрешение, не было способа быстро убить авантюриста алмазного ранга. Именно поэтому эффекты высокого ранга у способностей к убийству сместились с урона на предотвращение побега и подавление воскрешения.

Убийство авантюристов алмазного ранга требовало планирования. То, что они оставались мертвыми, часто было результатом десятилетий, если не столетий, тщательных интриг. Шаат был уверен, что даже если он умрет здесь, максимум, что могла организовать Кааль, — это задержку его воскрешения, а не полное его отключение. Это было бы слишком легко отследить, а ей нужно было лишь, чтобы он исчез на достаточно долгий срок для осуществления ее планов, какими бы они ни были. Будет ли он заперт в смерти на некоторое время или опозорен до полной неактуальности — она получит то, что хотела.

Он не собирался этого допустить.

У Шаата все еще были определенные преимущества. Даже если он только сейчас наткнулся на интриги Кааль, анализируя их, он сможет распознать ее сильные и слабые стороны. Некоторые из них было достаточно легко вывести уже сейчас. Она не смогла бы заставить гаруду или авантюристов алмазного ранга активно участвовать в ее планах, так как это было бы слишком легко отследить до нее. Вместо этого ей пришлось бы согласовать их повестки со своей, что могло зайти лишь до определенного предела.

Шаат обдумал действующих лиц. Гаруда знал, что не стоит слишком сильно вмешиваться во вселенную, которую Мировой Феникс изолировал от более широкого космического сообщества. Хотя они были известны своим индивидуализмом, они не стали бы идти наперекор планам великой астральной сущности так, как это сделали бы посланники.

Мировой Феникс не возражал бы против того, чтобы он охотился на яйцо генезиса наг, так как это входило в их компетенцию. Он даже позволил бы некоторую умеренную подталкивающую активность местных жителей в том или ином направлении, но развязывание войны с посланниками было уже перебором. Посланники заплатили цену за неповиновение Мировому Фениксу и вторжение в этот мир, которую гаруда платить не собирался. Что касается авантюристов алмазного ранга, они будут удовлетворены, если Шаат покинет их город, не имея нужды видеть его мертвым.

Путь к срыву планов Джес Фин Кааль, таким образом, заключался в затягивании времени. Он не мог игнорировать авантюристов алмазного ранга, иначе Голос справедливо заявила бы о невыполнении обязанностей. Но ему не нужно было убивать их или даже причинять им реальный вред. Все, что ему нужно было сделать, — это занять их, отвлекая от посланников золотого ранга. Пока он это делал, он мог игнорировать все остальное, а затем отступить вместе с остальными силами посланников в конце рейда.

Он не добьется большего, чем самый минимум в содействии рейду, убедившись, что авантюристы алмазного ранга заняты, и не более того. Он не был заинтересован в операции еще до того, как она оказалась предлогом для его убийства. Если он выйдет из этого невредимым, а Голос заявит, что он сделал недостаточно, он может просто заявить, что авантюристы были слишком сложными противниками. Нет, зачем жертвовать своей гордостью из-за этого? Он заявит, что план Голоса был ошибочным. Если уж на то пошло, чем больше посланников погибнет, тем хуже будет выглядеть Джес Фин Кааль. Пока эти смерти не будут повешены на него, это станет первым шагом к тому, чтобы перевернуть ситуацию против Кааль и добиться ее отстранения.

Ему не позволят убить ее напрямую, так как она принадлежала астральному королю. Но это было началом пути, на котором он мог раскрыть ее махинации и двуличность, вынудив астрального короля лишить ее защиты. Это означало испачкать руки в политике, но после этого он сделает именно это. Он сможет отмыть их в ее крови, когда она будет опозорена, а он наконец станет свободен, чтобы убить ее.

Шаат вступил в бой с авантюристами алмазного ранга, как и требовалось. Он был подчеркнуто осторожен, и его противники быстро поняли, что он тянет время. Сначала они с подозрением отнеслись к подкреплению алмазного ранга, но в конце концов поняли правду: он хотел покинуть город так же сильно, как они хотели, чтобы он ушел.

Обе стороны все еще сталкивались. Шаат должен был соблюдать приличия, а авантюристы не оставляли его в покое на случай, если его незаинтересованность — лишь уловка. Они не шли на неосторожный риск, полностью ожидая ничьей, как только рейд закончится. Если они смогут избежать буйства авантюриста алмазного ранга по городу, они это сделают. Гаруда был ближе к тому, чтобы сражаться за них, чем нет, и все же нанес больше урона, чем все посланники и их призванные монстры вместе взятые.

Периодические стычки, в которых ни одна из сторон не выкладывалась полностью, оставляли Шаату свободное внимание, чтобы наблюдать за городом своими магическими чувствами. Некоторые из более могущественных авантюристов золотого ранга — с любой из сторон — могли поддаться искушению Голоса вмешаться, несмотря на опасность. Достижение алмазного ранга было не так сложно, как превосхождение его, но это все еще был порог, который большинство не могло перешагнуть. Прозрение, которое мог предложить слуга астрального короля, почерпнутое у своей госпожи, склонило бы сердца многих.

Однако признаков дальнейшей двуличности не было, и Шаат не ожидал их появления. Искушение продолжать усложнять план — вот как он разваливается, и Шаат признал, что Кааль не была настолько глупа. Но авантюристы золотого ранга, казалось, уделяли своим соотечественникам алмазного ранга очень мало внимания, сосредоточившись на защите своего города. Что касается посланников, они наслаждались тем, что отыгрываются на служебных расах. Шаат мог только согласиться с тем, что служебным расам нужно показать их место после того, как они осмелились атаковать цитадели посланников.

Марек Ниор Варгас привлек его внимание; командир золотого ранга, казалось, имел так же мало интереса к успеху атаки, как и сам Шаат. Шаат видел в этом человеке потенциального соперника, если тот когда-нибудь достигнет алмазного ранга. Он был умен, прямолинеен и по большей части избегал политики. Он также ненавидел Джес Фин Кааль, что означало, что из всех командиров он меньше всего был склонен к участию в ее заговоре. Впрочем, Шаат не полностью отбрасывал такую возможность, так как на поле боя командира происходили странные вещи.

Хотя Шаат оставался слегка настороженным по отношению к Мареку, он отбросил странную активность, так как она происходила только среди авантюристов серебряного ранга. Хотя какой-нибудь авантюрист золотого ранга потенциально мог представлять угрозу, пусть и незначительную, ничто из двух рангов ниже не могло быть опасным. Ничто из двух рангов ниже не могло даже удивить его, или так он думал, пока не почувствовал что-то в зоне Марека. Это было близко к земле, какая-то ритуальная магия, но не того вида, который должен существовать в этом мире.

Это был вид магии, с которым он сталкивался только в своих исследованиях трансцендентной мощи, в своем стремлении к статусу астрального короля. Что еще более поразительно — он бы сказал «невозможно», если бы не чувствовал это в тот самый момент — это был серебряный ранг. Как кто-то в этом мире, даже авантюристы алмазного ранга, использует магию внутреннего мандата?

— Кааль, что ты натворила? — пробормотал он с усмешкой. Неважно, что она замышляла сейчас, потому что это был шаг слишком далеко.

— Нет, — поправил он себя, понимая, что Кааль здесь ни при чем. Не было никакой возможности, чтобы она рискнула попасться, балуясь магией внутреннего мандата, будучи Голосом Воли. Даже если бы она была осторожна и использовала врагов посланников в качестве прокси, это было слишком опасно. Если бы астральный король, которому она служит, обнаружил, что она вмешивается в другую силу высшего порядка, ее привилегированное положение и все, что с ним связано, были бы мгновенно аннулированы.

Это делало того, кто или что использовало эту магию, любопытным объектом. Не угрозой, так как это все еще был серебряный ранг, но, возможно, предупреждением о грядущих больших угрозах. Он задался вопросом, не гаруда ли стоит за этим. Это не имело бы особого смысла, но посланники, гаруда и яйцо генезиса наг были единственными силами космического уровня в игре. Если это действительно исходило от какого-то местного авантюриста серебряного ранга, это представляло собой нечто, выходящее за рамки знаний, опыта или исследований Шаата.

Шаат ждал, когда магия сработает, надеясь, что результат даст ему больше подсказок. Если он подойдет к этому с умом, то потенциально сможет использовать это, чтобы отомстить Джес Фин Кааль. Он рассеянно задавался вопросом, как они вообще подпитывают ее необходимой энергией. Исследуя ее своими чувствами, он обнаружил, что это какой-то ритуал проекции ауры, и тут же задался вопросом, зачем. Она смогла бы повлиять только на ауру серебряного ранга, и какая аура серебряного ранга стоила такой магии?

Ответ взорвался по всему городу, накрыв каждое поле боя внутри барьера. Это была самая всеобъемлющая проекция ауры, с которой когда-либо сталкивался Шаат, полностью раскрывающая каждый нюанс проецируемой ауры. И сама аура была поразительной, от силы, относительной к своему рангу, до шрамов, которые ее отмечали. Они говорили о духовных битвах, с которыми не должен был сталкиваться ни один авантюрист серебряного ранга, не говоря уже о том, чтобы пережить их. Каждая из них рассказывала историю о преодоленных испытаниях. Боги и великие астральные сущности; невыполнимые битвы и сотрясающая мир решимость.

Было в ней и нечто большее. Базовая природа ауры была сборной солянкой космических сил. Гештальт-природа посланников и зарождающаяся сфера астрального короля. Духовные домены божественной территории и внутренний мандат великих астральных сущностей.

Шаат был ошеломлен тем, что почувствовал. Это был эмбрион чего-то большего, чем монструозное. Это была сила, пересекающая космические границы, миф времен до раскола. Он сомневался, что кто-то еще на поле боя вообще осознавал, что они чувствуют.

В городе было пять существ алмазного ранга, считая гаруду и остатки яйца. Обычно любая аура рангом ниже их собственной съеживалась бы, как увядающее растение. Аура серебряного ранга должна была быть смыта, как слова на песке, когда набегает прилив, но этого не произошло. Она, конечно, не могла оттеснить такие ауры, но делила пространство, которое они занимали, оставаясь совершенно непоколебимой.

Шаат знал, что посланники по всему городу будут потрясены. Они не поймут всего, что содержала в себе аура, но того, что они могли понять, было достаточно. То, что она обладала их гештальтной физико-духовной природой, означало, что она разделяла их врожденное превосходство. Некоторые могли даже подумать, что это была одна из них.

Однако это осознание было ничем по сравнению с безошибочной природой астрального короля. Смертные могли не распознать ее, но ни один посланник не мог ее пропустить, даже если астральная сфера за ней была неполной. Это был астральный король, серебряного ранга, идущий наперекор всему, что знали посланники. Это высмеивало их амбиции, все, к чему они стремились. Только те, кто знал происхождение своего вида, осознали бы, что это за владелец ауры. Но поскольку сам Шаат раскрыл этот секрет только в своих исследованиях трансцендентной мощи, он, вероятно, был единственным посланником на поле боя, кто это понял.

По всему городу посланники замирали на месте. Даже некоторые авантюристы золотого ранга были затронуты. Это не было каким-либо магическим принуждением, и уж точно не могло подавить их взаимосвязанные ауры. Это был просто шок. Само существование того, что стояло за этой аурой, было вызовом всему, во что посланники верили о себе, своих амбициях и превосходстве, которое их определяло.

Шаат давно перерос слепую индоктринацию своей юности. Он знал происхождение своего вида и ложь, которая управляла их обществом. Он знал, что посланники в целом не были врожденно превосходящими. Превосходство было уделом индивидуумов, таких как он. Но для тех, кто был ослеплен самовозвеличиванием, столкнуться с кем-то, кто, казалось, разделял их природу, но при этом был астральным королем серебряного ранга, вопреки этому? Он знал, что для тех, у кого нет воли к адаптации, это будет почти религиозным опытом, и отнюдь не позитивным.

Посланники не поклонялись богам и не почитали великих астральных сущностей. Они подчинялись астральным королям, но не молились им. Посланники поклонялись самим себе, и их вера была возвышающейся. Но для посланников по всему городу эта башня только что пошатнулась в основании.

Хотя это ощущалось как вечность, странная тишина, распространившаяся по городу, длилась лишь мимолетное мгновение. Едва прошла секунда, как посланники снова пришли в движение, большинство из них теперь были охвачены яростью. Авантюристы золотого ранга держались, но многие из серебряного ранга вели себя странно.

Несколько разрозненных групп были апатичны, не возобновляя бой. Около половины авантюристов серебряного ранга делали обратное и впадали в неистовство. Некоторые покидали свои поля боя, чтобы найти источник ауры. Другие были слишком увлечены сражениями и бросались на своих врагов с пенящимся рвением.

Посланники, у которых не было религии, нашли своего первого еретика.

ЧРЕЗВЫЧАЙНО РАЗДРАЖАЮЩИЙ КАТАЛИЗАТОР

ЧРЕЗВЫЧАЙНО РАЗДРАЖАЮЩИЙ КАТАЛИЗАТОР

Софи и Хамфри вернулись в относительную безопасность пустотелой летающей оболочки Онслоу. То, что Джейсон совершит какой-то безумный поступок, было неизбежно, и как только он это сделал, монстры сошли с ума. Некоторые продолжали двигаться к земле, контроль призывателей удавалось удерживать. Другие сорвались с поводка и бросились обратно тем же путем, что и пришли, или летали хаотично в замешательстве и неистовстве.

— У меня такое чувство, что нам следует добраться до Джейсона, — объявил Хамфри. — Я подозреваю, что скоро он станет центром крайне неприятного внимания.

— Мы едва можем сказать, где верх, — сказал Клайв, как раз когда оболочку тряхнуло от удара.

— Я уверена, что мы поймем, где низ, если ничего не предпримем, — сказала Белинда, выглядывая в сторону.

— В нас только что врезался монстр? — спросила Софи.

— Да, — сказал Нил, также наклоняясь, чтобы посмотреть наружу и вверх. — Особенно крупный призванный монстр врезался в ветряной барьер, защищающий оболочку, и его лицо было разорвано в клочья за такие усилия.

— По крайней мере, у него было лицо, — сказала Белинда. — Как держится барьер?

— Онслоу может поддерживать его, пока я продолжаю подпитывать его маной, — сказал Клайв. — Ритуал, усиливающий его способность, находится внутри оболочки, так что нам не нужно об этом беспокоиться, если только монстры не используют какую-то чрезвычайно мощную магию развеивания. Я понятия не имею, могут ли призывы посланников это делать.

— Эти призывы посланников странные, — сказала Белинда. — Ты видел тех, что представляют собой просто кучу металлических колец, вращающихся друг вокруг друга? Как они вообще сражаются?

— Они медленно заряжают редкие, но чрезвычайно мощные атаки лучами силы, — сказал Хамфри. — Я отдавал приоритет тем, что целились в Онслоу, и видел, как Софи отражала остальные, до которых я не успел добраться.

Еще один тяжелый удар сотряс оболочку.

— Онслоу не неразрушим, — отметила Софи. — Нам нужно двигаться.

Клайв ободряюще сжал плечо Онслоу. Его фамильяр, когда был отделен от своей оболочки, был гуманоидной черепахой размером с ребенка. В этой форме Онслоу дополнял свои обычные элементальные атаки вооруженной очаровательностью. Сташ, который в данный момент выглядел идентично, за исключением густых усов, протянул Онслоу половину сэндвича с салатом.

— Где ты это взял? — спросил Нил у Сташа.

— Дядя Джейсон.

— Ты только что назвал его дядей Джейсоном? — спросил Нил.

— Нет, — сказал Сташ с полной, но небрежно пренебрежительной убежденностью закоренелого лжеца.

— Не самый подходящий момент для разговоров, — сказал Хамфри Нилу.

— Я знаю. Но где он хранил сэндвич?

— Онслоу, — сказал Хамфри, — пожалуйста, спусти нас вниз, к Джейсону и Руфусу на земле.

— У Сташа нет пространственного кармана, — сказал Нил.

— Мы уже некоторое время движемся вниз, — сказал Клайв Хамфри. — Просто трудно понять это среди всех этих призывов.

— Или пространственной сумки, — продолжал Нил.

— Кто-нибудь еще чувствует эти ауры посланников среди монстров? — спросила Софи.

— Даже обычной сумки.

— Мы все чувствуем ауры посланников, — сказала Белинда. — Мы могли это делать с тех пор, как они начали подавлять всех авантюристов, и стало еще хуже теперь, когда половина из них сошла с ума.

— Может, незаметный кошель? Сташ, у тебя есть кошель?

— Нил, может, ты отпустишь это, хотя бы сейчас? — попросил Хамфри.

— Ты ведь знаешь, да? — обвинил Нил Хамфри. — Он хранит свои сэндвичи где-то в отвратительном месте?

— Это может быть особенность оборотня, — предположила Белинда. — Может быть, он отращивает скрытое отверстие каждый раз, когда меняет форму. Секретная мясная щель.

— Фу, — сказала Софи. — Пожалуйста, никогда больше не говори «мясная щель». Это отвратительно.

Белинда посмотрела на Софи с недоверием.

— Что? — спросила ее Софи.

— Однажды я видела, как ты превратила голову человека в кашу, используя голову другого человека, — сказала Белинда.

— И что?

— Так что быть в отвращении от термина «мясная щель» кажется немного странным после того, что ты делала.

— Я просто попросила тебя больше этого не говорить.

— ЭЙ! — рявкнул Хамфри. — Могу я напомнить, что битва все еще продолжается?

— О, да, — сказала Белинда. — Софи, ты что-то говорила о посланниках… Нил, что ты делаешь?

Нил и его усатый двойник виновато подняли глаза, перестав подозрительно разглядывать тела друг друга.

— Что? — спросили они одновременно.

— Посланники, — сказала Софи. — Они сдерживались до маленького представления Джейсона. Теперь куча из них падает камнем прямо к нему. Их легко заметить, потому что их ауры пропитаны яростью.

Все они переключили свое внимание на ауры посланников, светящиеся, как угли среди призванных монстров. Как и отметила Софи, значительное их число зажгли свои ауры и начали пикировать к земле.

— Нам нужно двигаться быстрее, — сказал Хамфри. — Онслоу, можешь ускориться?

— Он черепаха, — сказал Клайв. — Медлительность, осмелюсь сказать, это его фишка.

— Он также летает и стреляет молниями, Клайв, — указал Хамфри. — Я могу с уверенностью заявить, что Онслоу превосходит обычную черепаху.

— Я спрошу, — скептически сказал Клайв и повернулся к Онслоу. — Что скажешь, маленький приятель? Можешь спустить нас быстрее?

Миниатюрный фамильяр вскинул руки и издал звук, средний между чириканьем и ликованием. Затем команда ударилась о потолок в непристойной манере, когда оболочка упала, словно ракета. Только Онслоу и Софи были исключением: Онслоу остался прилипшим к полу, словно приклеенный. Что касается Софи, то в момент ускорения ее рефлексы и ловкость позволили ей перевернуться и приземлиться на потолок в приседе.

* * * Марек Ниор Варгас был недоволен. Больше нельзя было отрицать, что человек, которого он подозревал в том, что он Джейсон Асано, действительно им был. Он также, подобно чрезвычайно раздражающему катализатору, был причиной других проблем Марека. Эффектное появление Асано означало, что у Голоса Воли возникнут неприятные вопросы о том, как Марек не заметил Асано до того, как тот взорвал свое присутствие по всему городу.

Марек сетовал, что он не авантюрист алмазного ранга, который мог бы приложить абсолютный минимум усилий, как он чувствовал, что делает Ма Го Шаат. Ему нужно было пойти и расследовать дело Асано, как было приказано, несмотря на то, что его совершенно не заботил этот человек или планы Джес Фин Кааль относительно него. Если ему повезет, Голос сама развернет кого-нибудь, прежде чем у него появится шанс.

Как командир части сил посланников, Марек собирался привести своих авантюристов серебряного ранга в порядок. Строго говоря, Асано был приоритетом, но у Марека было право изменять приоритеты на поле боя, если события становились достаточно экстремальными. Поскольку целая треть его подчиненных-посланников сошла с ума или была близка к кататонии, он считал, что это соответствует порогу достаточности.

Он с гордостью отметил, что никто из его лично обученных войск не потерял рассудок, за исключением Мари Га Ранд, а она всегда была несколько уникальной. Он сильно подозревал, что с ней все в порядке, она просто симулировала ярость берсерка, чтобы броситься вниз к Асано, потому что это показалось ей интересным. Если бы она не была лучшим бойцом, который у него был, Марек давно бы выгнал ее из своего личного отряда.

Марек приказал посланникам, сохранившим самообладание, действовать, отправив их собрать остальных. Он не винил обезумевших посланников за их ярость, так как полностью понимал ее. Те, кто сломался, либо доведенные до бешенства, либо оставшиеся потрясенными и неподвижными, были теми, чей мир только что был потрясен до основания. Астральные короли очень любили индоктринировать свежих посланников, сохраняя их послушными с помощью обещаний и цели.

Как только они покидали убежище астральных королевств, чувство превосходства, теперь внушаемое посланникам, заставляло их отвергать все, что противоречило тому, чему их учили. Марек знал по опыту, что без хорошего лидера, помогающего разрушить эти опасные идеи, посланник остается с той самой ментальной хрупкостью, которую только что использовал Асано.

Вопреки самому себе, Марек обнаружил, что уважает эту тактику. Асано продемонстрировал понимание как природы посланников, так и эксплуатируемой природы слепой веры, что было удивительно, позволяя ему превратить это понимание в оружие. Марек не был некритичным верующим в стандартную доктрину посланников, но даже он был потрясен тем, что показал этот человек.

То, что продемонстрировал Асано, дико противоречило тому, чему учили свежесозданных посланников. Мареку посчастливилось оказаться под началом лидера, который показал ему, что индоктринация была избирательна в правде, но он никогда не представлял себе ту реальность, которую видел сейчас. Хотя он принял то, что правда была искажена, он, по крайней мере, верил в путь силы, проложенный перед ними. Асано был живой невозможностью, показывая то, что вполне могло быть альтернативным путем не только для него самого, но и для любого посланника, который смог бы заполучить эти секреты.

Марек почувствовал искушение самому погнаться за Асано и быстро понял, что он не единственный, кому пришла в голову эта мысль. По всему городу он чувствовал, как посланники золотого ранга покидают свои посты и направляются в сторону Асано, а их противники-авантюристы либо бросались в погоню, либо использовали их отсутствие. Однако ничто из этого не шло в сравнение с Ма Го Шаатом, авантюристом алмазного ранга, который двигался так быстро, что почти исчез из чувств Марека. Это была скорость, которая для большинства практических целей была вторым лучшим вариантом после телепортации.

* * * Ма Го Шаат был уверен, что мысли, проходящие через его разум, повторялись у большинства, если не у всех посланников золотого ранга в городе. Они все знали, что Голос Воли придала Асано высочайший приоритет, и становилось очевидно почему. Даже если они не понимали, что он такое, как это понимал Шаат, они видели, что он представлял собой: путь к силе, который был похож, но также отличался от того, что было известно посланникам. В отличии было знание, и это знание могло помочь им раскрыть секреты, которые привели бы их к становлению астральными королями.

Джес Фин Кааль не рассказывала Шаату об Асано, но мало что ускользало от внимания его чувств алмазного ранга. Как только произошла проекция ауры, он услышал это имя на устах авантюристов золотого ранга, получивших инструкции захватить человека. Многие из них уже двигались, но он подозревал, что они могут быть не так уж рады делить Асано с Кааль, теперь, когда его потенциал был раскрыт.

То, что авантюристы золотого ранга опередили его, для Шаата ничего не значило. Оживленный город будет препятствовать им, как бы мало это ни было, но это была проблема, которую он не разделял. Ни один авантюрист золотого ранга не был ровней его скорости, и он мог пробиваться сквозь любые препятствия, как будто они были паром.

Шаат начал движение, и мир вокруг него замедлился. Этот эффект был не силой, а пассивным эффектом его скорости алмазного ранга. Его восприятие ускорилось, чтобы соответствовать его темпу, чтобы он просто не врезался в землю. Он пролетел сквозь лес монстров, посланников и авантюристов, два авантюриста алмазного ранга двигались в погоне. Он не останавливался ни перед какими препятствиями; любые монстры, посланники или авантюристы, которых он задевал, превращались в кровавый туман, даже не сбивая его с курса. Он прошел сквозь здание, оставив за собой лишь наполненный пылью туннель.

Он нашел Асано стоящим на земле, остаточная энергия его ритуала внутреннего мандата висела в воздухе над ним. Когда он остановился, мир должен был вернуться к обычному темпу, так как его восприятие нормализовалось до практической скорости. Вместо этого все, что двигалось, замедлилось еще больше, мир вокруг него остановился.

— Ма Го Шаат, — раздался голос позади него.

Он ничего не почувствовал, что было ужасающе для авантюриста алмазного ранга. Он обернулся, сосредоточив внимание на женщине, стоявшей там. Имея на чем сосредоточиться, его магические чувства смогли уловить ее, хотя и едва. Насколько он мог судить, она была полутрансцендентной, достигнув максимальной стадии алмазного ранга. Это ставило Шаата в крайне необычное положение, когда он оказался вторым по силе.

Он огляделся на мир, который полностью замер, по крайней мере, для его субъективных чувств. Эта женщина ускорила их временные потоки настолько, что они действовали вне обычного времени. Его взгляд скользил вверх и вниз по ее телу, которое было телом эльфийки в простых коричневых брюках и бледно-зеленой блузке. Ее волосы были светлее коричневого цвета ее кожи и испещрены зеленым. Ее глаза были янтарными, яркими до такой степени, что почти казались светящимися.

Он нахмурился, когда его медленный осмотр закончился, а временной поток не вернулся в норму. Она, казалось, была довольна тем, что ждет.

— Твоя способность манипулировать временем хороша, — сказал он. — Слишком хороша. Ты служишь Песку.

— Служу, — сказала она. Ее голос был мягким и мелодичным. Шаат не мог не чувствовать, что она подавляет естественную игривость в своем тоне.

— Чего ты хочешь? — спросил он.

— Одолжения.

— Какого одолжения ты хочешь от меня?

— Одолжение не от тебя, Ма Го Шаат, и сейчас не время его просить. Оставь Асано в покое. Разворачивайся и уходи из этого города.

— За ним приду не только я.

— С остальными он справится.

— Ты уверена? Это много людей, которые намного могущественнее его.

— Так бывает всегда, и он всегда справляется.

— Кто ты и что тебе от него нужно?

— Я Рейт, и я сказала тебе столько о своих намерениях, сколько тебе нужно знать. Уходи или умри.

— Меня не так легко убить, даже кому-то вроде тебя.

— Это ничего, — сказала она ему. — У меня есть время.

* * * Джейсон и Руфус смотрели в небо вместе со специалистом по проклятиям, эльфийкой Элсет Кули. Вокруг них были разбросаны другие авантюристы, укрывшиеся от аур посланников в защитном пузыре духовного эгиды Джейсона. Монстры все еще спускались, хотя и в гораздо меньших количествах, и, казалось, фокусировались на любой области, кроме той, где был Джейсон.

Элсет быстро направила авантюристов рассредоточиться и сражаться. Те, кто не был защищен Джейсоном, все еще были одурманены аурами посланников, и это мешало их боевой эффективности. Сама Элсет уже посылала заклинания, наполненные проклятиями.

— Посланники вернут их под контроль рано или поздно, — сказал Руфус. — Нам нужно быть готовыми к новому натиску.

— Я до сих пор не понимаю, что только что произошло, — сказала Элсет между заклинаниями.

— Помнишь, я говорил, что я повар? — спросил ее Джейсон. — Это была, по сути, пятничная ночная жарка, только это была война. Я схватил то, что было под рукой, свалил все в кучу и сделал все, что мог.

— Это было ужасно, — сказал ему Руфус. — Эта аналогия вообще не работает.

— Я знаю, — сказал Джейсон с гримасой. — Я понял это, пока говорил, но подумал, что смогу выкрутиться. Быть крутым с недосказанной загадочностью, понимаешь?

— Не все из них могут быть удачными, — сказал Руфус. — Думаю, атаки монстров будут интенсивнее, чем когда-либо, как только призывы вернутся под контроль посланников. И если я чувствую посланников, которые приближаются, я знаю, что ты тоже можешь.

— Я не знаю, справлюсь ли я с ними, — признался Джейсон. — У меня так и не получилось заставить работать штуку с бабочками.

— Есть одна вещь, которую ты мог бы попробовать, — сказал Руфус.

— Какая?

— Перестань тратить всю битву, пытаясь заставить одну силу от одного из твоих фамильяров делать всю работу за тебя, и сделай это сам.

— Ты выставляешь меня бездельником.

— Сражаться умнее, а не тяжелее — это хорошо, Джейсон, но не позволяй себе зацикливаться на какой-то конкретной тактике. Ты теряешь общую картину и начинаешь упускать хорошие возможности. Перестань возиться с тем, что не работает, и вспомни, как ты делал вещи до того, как твой внепространственный друг начал стрелять бабочками в людей.

— Вы двое чрезвычайно странные, — сказала им Элсет.

— Нет, я нормальный, — сказал Руфус.

— Если бы ты был нормальным, Руфус, ты бы зачаровал такие узкие штаны, чтобы они были гибкими в бою. Который у тебя вот-вот начнется, кстати. Идет много чего, и не только с нашего поля боя. Посланники золотого ранга и авантюристы несутся на нас, а посланник алмазного ранга только что исчез.

Как только он это сказал, труп посланника появился у их ног, все еще излучая силу алмазного ранга. Руфус и Элсет немедленно отшатнулись, аура была мощной даже в смерти. Джейсон поднял брови, затем ухмыльнулся.

— Ну, это самый большой подарок, который я получил со времен жетона Мирового Феникса.

— Как думаешь, что случилось? — спросил Руфус.

— Думаю, нас только что спасли богом из машины, но я приму победу, а как и почему оставлю на потом.

Он протянул руку над трупом и пропел заклинание.

— Как твоя жизнь была моей, чтобы пожинать, так твоя смерть — моя, чтобы собрать.

Руфус наблюдал, как трансцендентная энергия вытекает из тела и переходит в Джейсона, пока труп растворялся в радужном дыму. Темный образ птицы, испещренный звездным светом, появился над Джейсоном, становясь сильнее по мере того, как он высасывал больше поразительной остаточной жизненной силы трупа.

— Не думаю, что его жизнь была на самом деле твоей, чтобы пожинать, Джейсон.

— Это заклинание, Руфус. Я просто должен его произнести; оно не обязано быть правдой.

— Это отношение, которое ты полностью принял близко к сердцу, не так ли?

УРОК

УРОК

Посланники и авантюристы бросились к Джейсону. Для высокоранговых людей пересечение города не было долгим занятием, и авантюристы алмазного ранга, преследовавшие Ма Го Шаата, прибыли первыми.

Оба авантюриста алмазного ранга были эльфами, мужчина и женщина. Ее звали Аллайет, а его — Харист. Они нашли труп Шаата, растворяющийся в радужном дыму. Авантюрист серебряного ранга с резкими чертами лица извлекал и пожирал остаточную жизненную силу. По мере того как он высасывал силу авантюриста алмазного ранга, темная фигура, нависшая над ним, становилась все более отчетливой. Она быстро становилась черной, как пустота, испещренной звездами.

— Звездный феникс, — прошептала Аллайет. Она слышала о них, но не видела ни разу; это были существа из более широкого космоса, а не уроженцы Паллимустуса.

— Что здесь происходит? — потребовал Харист.

— Я только что получил доставку еды, — сказал авантюрист серебряного ранга. — Вы же знаете, как это бывает. Сражаешься в битве, проголодался, а времени готовить нет.

Он указал на заполненное монстрами небо над ними.

— Из-за битвы, очевидно, — продолжил он. — Должен сказать, я сомневался насчет сырого посланника, но это стоило того, чтобы достичь алмазного ранга. В ингредиентах высшего качества действительно есть удовлетворение.

— Ты шутишь? — недоверчиво спросил Харист.

— К этому привыкаешь, — отозвался другой авантюрист серебряного ранга. — Извините его.

Вторым говорящим был темнокожий и чрезвычайно красивый человек. Он и третий авантюрист серебряного ранга отступили из-за интенсивности ауры мертвого авантюриста алмазного ранга. Человек, пожирающий жизненную энергию трупа, казался невозмутимым. Взгляд на его ауру показал, что это была та самая аура, которая была спроецирована над городом, ввергнув посланников и их призванных монстров в неистовство.

Первый человек обернулся, чтобы крикнуть ему в ответ, продолжая высасывать огромную жизненную силу посланника.

— Не извиняйся за меня!

— Тогда не будь грубым, — крикнул в ответ красивый мужчина. — Это занятые люди, у которых сейчас много дел. Вероятно, они гнались за тем, кем бы ни был этот посланник, которого ты ешь.

— Я не ем его! Смотри, жизненная сила входит через мою руку.

— Если хочешь избежать необходимости так часто объяснять, что ты не ешь людей, может, не стоит шутить про доставку еды.

— Ладно, это справедливо, — признал первый мужчина.

Два авантюриста алмазного ранга обменялись растерянными взглядами. Они привыкли к молчаливому обожанию авантюристов серебряного ранга, которые были польщены просто тем, что находились в их присутствии. Именно такую реакцию они получали от третьего авантюриста серебряного ранга, эльфийки. Она выглядела одновременно благоговеющей перед ними и в ужасе от двух других. Авантюристы алмазного ранга повернулись к ней.

— Как твое имя, авантюрист? — спросила ее Аллайет.

— Элсет Кули, леди Аллайет.

— Местная девушка, — сказал Харист. — Твой отец мне знаком. Передай ему мое почтение.

— Для него и для меня будет честью, лорд Харист, — сказала Элсет, нервно кивая.

— Что здесь происходит? — спросила Аллайет.

— Этого человека зовут Миллер, хотя я не думаю, что это его настоящее имя. Он и его фамильяр провели ритуал, используя какую-то магию, которую я никогда раньше не видела. Затем прибыл посланник, мертвый, за мгновение до вас. Миллер принялся высасывать его жизненную силу.

— Я признателен, что вы появились, — весело сказал Миллер. Он все еще высасывал жизненную силу серебряно-золотого ранга, резервы посланника казались безграничными, даже в смерти.

— Нам стоит остановить его? — спросил Харист свою спутницу.

— Нет, — ответила Аллайет.

— Маловероятно, что авантюрист серебряного ранга сможет удержать посланника мертвым, — сказал Харист, — но, вероятно, пройдет некоторое время, прежде чем посланник восстановится, если его жизненная сила будет выпита полностью.

— Сможет ли авантюрист серебряного ранга удержать всю эту силу?

— Он не должен был бы вместить то, что уже взял, но он кажется невозмутимым. Я полагаю, одна из его способностей сущности позволяет его резервам жизненной силы расширяться, когда он высасывает излишки.

— Ага, — объявил человек, называющий себя Миллером. — Думаю, я для вас совсем не загадка.

Они смотрели, как он высасывает силу авантюриста алмазного ранга, чья, казалось бы, мгновенная смерть у его ног оставалась совершенно необъяснимой. Человек был одет в плащ, который соответствовал звездному пустотному образу звездного феникса, формирующемуся над его головой.

— Если посланник мертв, — сказал Харист, — то мы свободны преследовать их авантюристов золотого ранга.

— Многие из их авантюристов золотого ранга направляются сюда, — отметила Аллайет. — Наше присутствие — единственная причина, по которой они еще не прибыли.

— Итак, что будем делать? — спросил их Миллер. — Вы собираетесь использовать меня как приманку и зачистить авантюристов золотого ранга, которые придут за мной? Я уже был приманкой, это круто. Вам, наверное, стоит побегать вокруг, вмешиваясь там, где битва идет не слишком хорошо для нашей стороны. Если сделаете это, я был бы признателен, если бы вы оставили нам несколько авантюристов золотого ранга, чтобы отбиться от их сил.

Аллайет задумчиво посмотрела на Миллера, но обратилась к Харисту.

— У него есть резон. Я была склонна, как он сказал, использовать его как приманку, но убийство авантюристов золотого ранга — не то, ради чего мы здесь. Приоритет — защита города. Даже с их мертвым авантюристом алмазного ранга они все еще могут прорваться в бункеры.

— Очень хорошо. Миллер, или как тебя там зовут, тебе придется ответить на несколько вопросов, когда все закончится. Я перенаправлю достаточно авантюристов золотого ранга сюда, чтобы достичь паритета с прибывающими силами посланников, но не более того. Это большой город, и это далеко не единственное поле боя.

— И не говорите. У меня пирамида с кучей посланников золотого ранга в одной комнате и кучей гражданских в другой. Я — один причудливый сосед и двадцать три минуты плюс реклама до хитового семейного ситкома. О, кажется, этот парень наконец-то иссякает.

Авантюристы алмазного ранга наблюдали, как остатки трупа Ма Го Шаата растворились в радужном дыму. Миллер закончил высасывать энергию, образ над ним теперь казался полностью твердым. Он уменьшился, погрузившись в тело Миллера.

* * * Джейсон выпил много жизненной силы за последние несколько лет, включая силы посланников. Ничто из этого не подготовило его к тому, что вышло из авантюриста алмазного ранга.

— Ты в порядке? — спросил Руфус. Он смог подойти ближе теперь, когда остатки посланника и двух авантюристов алмазного ранга исчезли. Часть ауры посланника осталась, эхо его грозной силы, но она быстро угасала.

— Я в порядке, — сказал Джейсон, его выражение лица было маниакально широкоглазым.

— Просто ты выглядишь немного напряженным. Как будто ты под чем-то, под чем, возможно, не должен быть.

— Да, это похоже на правду, — сказал ему Джейсон. — Жизненная сила того парня была как внутривенное введение дистиллированной молнии. В хорошем смысле.

* Вы выпили жизненную силу, используя [Кровавая жатва]. * Здоровье, мана и выносливость были восполнены.

* Вы превысили максимальные уровни жизненной силы, выносливости и маны. * Способность [Пожиратель грехов] временно увеличила ваши максимальные уровни жизненной силы, выносливости и маны. Эти максимумы будут снижаться со временем.

* Вы получили несколько экземпляров [Кровавое Безумие]. * Достигнуто максимальное количество экземпляров [Кровавое Безумие]. Дополнительные экземпляры будут преобразованы в [Кровь Бессмертного]. * Вы получили несколько экземпляров [Кровь Бессмертного] от [Кровавая жатва].

* Вы поглотили физическую материю с присущими ей духовными свойствами. * Вы накопили достаточно духовно активной материи, чтобы войти в состояние звездного феникса.

* Текущая доступность состояния звездного феникса: 1. * Готовность следующего состояния звездного феникса: 14.8%

— Что это была за птичья штука? — спросил Руфус.

— Визуальное представление моей способности к самовоскрешению, — сказал Джейсон. — У меня сейчас есть еще одно воскрешение в запасе. Просто надеюсь, что меня не раздавит насмерть куском падающего здания и мне не придется использовать его прямо сейчас.

Джейсон и Руфус посмотрели друг на друга, затем оба медленно перевели взгляды вверх.

— Все в порядке, — сказал Руфус с облегчением. — Все еще просто куча монстров. Но там наверху что-то происходит. Трудно сказать сквозь все ауры монстров.

— Это авантюристы золотого ранга, — сказал Джейсон. — Они все уже сталкиваются в небе. Команда спускается сквозь это, так что надеюсь, они в порядке.

* * * — Там становится грубо, — сказал Хамфри. — Линди, время достать один из твоих трюков.

— Я попробую расчистить путь, конечно, — сказала Белинда. — Перебирайся к краю.

Хамфри переместился к открытой стороне оболочки Онслоу, и Белинда наколдовала массивную, тяжелую плиту ему в руки. Она была такой же большой, как оболочка Онслоу, и Хамфри пришлось упереться ногами, чтобы вес не вытолкнул его наружу. Белинда использовала свою способность Яма Жнеца на ней, и Хамфри швырнул ее вниз со всей своей немалой силой. Если бы он этого не сделал, она не смогла бы обогнать падающую оболочку.

Плита падала вертикально, ее поверхность содержала отверстие в темную пространственную яму. Щупальца метались туда-сюда, хватая все, до чего могли дотянуться, и затягивая в пустоту. Монстры, посланники и авантюристы чувствовали ее приближение и убирались с пути, расчищая оболочку Онслоу для беспрепятственного спуска.

Эта тактика работала хорошо, пока они не приблизились к земле, и посланник не направил монстров роиться вокруг оболочки, цепляясь за нее. Они игнорировали ветряной барьер, который скреб их, как будто они втискивались в молотилку. Онслоу был вынужден остановиться, и монстров навалилось еще больше. Именно тогда Нил использовал свою силу Оплот Жнеца. Вся команда была затянута в безопасное пространственное пространство, когда энергия смерти затопила огромную область, центрированную на их первоначальной позиции.

Оболочка Онслоу и ее обитатели появились в расчищенном воздушном пространстве, выжившие после способности Нила разлетелись. Многие не успели, уже будучи пораженными Грехом от ауры Джейсона, что делало их уязвимыми к некротическому урону. Оболочка спустилась еще раз, обнаружив, что битва на земле была такой же неистовой, как и в воздухе, если не больше.

Монстры, которые все еще выполняли задачу, продолжали копать землю развлекательного района, который стал неузнаваемым. Теперь это было не более чем руины и вырытые ямы, монстры копали, пока авантюристы сражались не только с ними, но и с посланниками.

Большинство авантюристов серебряного ранга посланников, которые прибыли, действовали на уровне земли или около него, сражаясь с диким неистовством. Проведя большую часть битвы сдерживаясь, они были безумны от рвения, когда искали Джейсона и сражались со всеми, кто мешал их поиску.

* * * Джейсон телепортировался по полю боя, чтобы рассредоточить преследующих его посланников. Он вел их вокруг руин развлекательного района и на путь разрозненных авантюристов. Авантюристы золотого ранга обеих сторон оставались в воздухе, противодействуя друг другу, как и на протяжении большей части битвы. Это оставило основную битву авантюристам серебряного ранга, но золотых нельзя было игнорировать. Время от времени кто-то из золотых с одной или другой стороны выпускал мощную атаку или даже вырывался, атакуя некоторых серебряных, прежде чем вернуться к битве наверху.

Джейсон не просто бежал, прыгая по теням туда-сюда. Он часто возвращался к посланникам, которых уже привел к авантюристам. Между их отвлечением и его внезапными атаками он мог быстро оставить список проклятий, прежде чем большинство успевало среагировать. Усиленный Кровавым Безумием, скорость Джейсона превосходила большинство авантюристов серебряного ранга.

* [Кровавое Безумие](благо, нечестивое, суммирующееся): Бонус к [Спид] и [Восстановление]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, до максимального порога.

Даже с его увеличенной скоростью Джейсон все еще получал удары. Это было отчасти потому, что он шел напролом, игнорируя раны и входящие атаки в погоне за тем, чтобы наложить как можно больше проклятий. Авантюристы золотого ранга тоже не были полностью вне битвы, один из них выпустил дальнобойную способность к убийству, от которой голова Джейсона взорвалась. Он пошатнулся, но не остановился, продолжая размахивать мечом в течение короткого момента, пока его голова отрастала заново. Жизненная сила, наполняющая его тело, делала его, на данный момент, почти неубиваемым. Он был не только полон жизненной силы от высасывания Ма Го Шаата, но и получал больше по ходу дела.

* [Кровь Бессмертного](благо, исцеление, нечестивое, суммирующееся): При получении урона экземпляр поглощается, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект исцеления со временем. Дополнительные экземпляры могут накапливаться, но не имеют кумулятивного эффекта.

Хотя ему удалось размахивать мечом без головы, точность значительно отсутствовала. Еще более разочаровывающим для Джейсона было ожидание, пока его рот отрастет заново. Он выкрикнул боевой клич в тот момент, когда он восстановился.

— «Это всего лишь царапина!»

— Может, привлекай к себе меньше внимания, — предложил Руфус через голосовой чат.

— Понятия не имею, о чем ты, — ответил Джейсон невинно.

— Кто-то только что взорвал твою голову!

— Нет, не взорвал.

— Я только что видел, как это произошло.

— Это была просто царапина.

— Да. Царапина всей твоей головы.

— Бывало и хуже.

Посланники преследовали Джейсона по полю боя, пока монстры продолжали свою директиву копать путь вниз. Авантюристы, такие как Элсет Кули, работали, чтобы остановить их, но присутствие посланников предъявляло критические требования к их времени. Чаще, чем им хотелось бы, они были вынуждены противостоять посланникам вместо того, чтобы расчищать монстров от их штурма подземного бункера.

Медленно, но верно посланники загоняли Джейсона в угол. Если бы их умы не были затуманены рвением, они могли бы задаться вопросом, как им удается загонять того, кто может так свободно телепортироваться. Когда Джейсон решил, что достаточно из них находится в радиусе действия, он использовал свою способность Пир отпущения грехов.

По всему полю боя жизненная сила посланников загорелась, когда Джейсон отозвал все проклятия, накопившиеся на них. Даже те, с кем он никогда не сталкивался, получили проклятия за каждую атаку, которую они совершили против авантюриста. Яд, болезнь и нечестивая сила были вытянуты из всех них, цвета синяков, болезненно-зеленые, фиолетовые и уродливо-желтые. Проклятия текли по воздуху потоками серебряно-золотого цвета, соответствуя жизненной силе посланников. Сверху Джейсон выглядел как потусторонний паук, высасывающий своих жертв через свои тайные паутины.

На месте удаленных проклятий, внутри врагов Джейсона, он оставил синее, серебряное и золотое свечение трансцендентной силы. Оно поедало их изнутри, неотвратимое и почти неудержимое.

Джейсон был не единственным авантюристом, показавшим хороший результат. Руфус был в ярости, наконец активировав свою магию зоны, которая превратила небо над полем боя в темное, осветив его ложной луной. Содержа всю силу, которую Руфус накапливал с начала битвы, она выпустила лучи огромной силы, калеча или убивая посланников. Он успел сделать лишь несколько выстрелов, прежде чем сила иссякла, но его демонстрация подняла боевой дух авантюристов. Видя уверенную победу, авантюристы воодушевились дать отпор фанатичным посланникам.

Видя, что их силы подавляются, посланники золотого ранга издали директиву. Разъяренные фанатики не особо слушали, но этот приказ вполне устраивал их текущее состояние. С начала битвы авантюристы опасались изолирующих дуэльных сил, которыми обладали посланники. Внезапно каждый из посланников, у которых они были, а это большинство, использовал их все одновременно.

Прямо перед тем, как они это сделали, посланник золотого ранга заметил оболочку Онслоу. Половина команды Джейсона использовала ее как бункер, даже пригласив несколько авантюристов-стеклянных пушек присоединиться к ним. Посланник вырвался из своего противника и упал на оболочку, как молот. Она развалилась, заставив авантюристов разлететься как раз в тот момент, когда посланники серебряного ранга запускали свои дуэльные силы.

Только те, кто стоял в одиночку, могли стать целью, иначе силы изоляции не срабатывали. Хамфри и Джейсон были поражены, в то время как Софи увернулась и нашла Белинду, заставив посланника, целящегося в нее, потратить свою силу. Нил был схвачен Сташем в форме прыгающего насекомого, который вытащил его с пути посланника.

Клайв тяжело приземлился после того, как оболочка Онслоу разлетелась. Его руки обвили гуманоидную форму Онслоу, он всхлипывал из-за того, что его оболочка была разбита. Посланник серебряного ранга нашел его в таком состоянии и активировал свою силу вызова, затянув их в пространственное пространство. Это была явно искусственная область, состоящая из плоского белого круга, парящего в пустоте.

Клайв поднял глаза, ошеломленный, как раз когда копье опустилось и пронзило Онслоу через голову.

— Сразись со мной, человек.

Клайв поднялся на ноги со своим посохом, его жезл был потерян где-то при разрушении оболочки Онслоу. Он посмотрел вниз на своего мертвого фамильяра; уязвимая гуманоидная форма не могла противостоять копью посланника.

— Никакого фамильяра, — усмехнулся посланник. — Одного взгляда достаточно, чтобы увидеть, что ты слабый заклинатель. Ты никогда не покинешь это место.

Клайв посмотрел на посланника с пустым лицом, затем снова вниз на Онслоу.

— Сентиментально, — насмешливо сказал посланник, затем бросился вперед с копьем.

Посох Клайва сместился, и копье скользнуло вдоль него, заставив посланника слегка потерять равновесие. Конец посоха проскользнул между ног посланника, и Клайв придал ему небольшое рычажное движение, которое превратило парящий выпад в уродливое падение.

Клайв не стал продолжать, пока посланник поднимался на ноги, больше уязвленный унижением, чем приземлением на землю. Клайв посмотрел на него с пустым лицом, достал записывающий кристалл и подбросил его в воздух.

— Мне нужно записать это, — сказал он посланнику, его голос был ровным и безэмоциональным. — Это будет урок.

ЖЕСТКИЕ НЕДОСТАТКИ

ЖЕСТКИЕ НЕДОСТАТКИ

Клайв был заперт в пространственном пространстве дуэльной силой посланника. Пока один из них не был мертв, никто не мог уйти. Пространство было пустой пустотой, единственным объектом был массивный плоский диск, на котором стоял Клайв. Остатки его драгоценного фамильяра, Онслоу, лежали у его ног.

Противостоял Клайву посланник с копьем, чья усмешка превратилась в оскал. Он бросился на Клайва, только чтобы обнаружить, что авантюрист может использовать свой посох не только для выпуска силовых болтов.

Предмет: [Магистерское заклинательное копье] (серебряный ранг [рост], легендарный)

* Требования: Сила владения магическими инструментами. * Базовая атака: Взрывной болт разрушительной силы. Накладывает [Заклинательный импульс]. * Базовая атака: Луч разрушительной силы. Потребляет ману. Поддержание луча на цели периодически накладывает [Заклинательный импульс]. * Эффект: Увеличение потребления маны при произнесении заклинания для усиления эффекта. Эффект дополнительно усиливается при владении как [Магистерское заклинательное копье], так и [Магистерская десятина]. * Эффект: Может быть использован как фокус для уникального ритуала [Магистерская баллиста]. Этот ритуал невозможен без посоха. * Эффект: При использовании для удара врага в ближнем бою получить экземпляр [Мощь Боевого Мага]. * [Заклинательный импульс] (проклятие, магия, суммирующееся): Все сопротивления снижены. Когда получатель страдает от наступательного заклинания от того, кто владеет [Магистерское заклинательное копье], все экземпляры [Заклинательный импульс] поглощаются для усиления эффекта заклинания. * [Мощь Боевого Мага] (магия, суммирующееся): Получить облегающий тело барьер, который сопротивляется урону. Когда из посоха выпускается силовой болт, все экземпляры поглощаются для увеличения урона.

У Клайва не было подходящего жезла, Магистерской десятины, которая выпала из его рук, когда посланник золотого ранга разбил оболочку Онслоу. Посланник серебряного ранга, с которым он теперь столкнулся, запер Клайва, прежде чем тот успел ее подобрать. Посланник продолжал оскаливаться на него, взвешивая свое копье. Появилось системное окно, мерцающее на грани краха.

* Лидер группы [Джейсон Асано] лишен всех способностей. * Группа расформирована. * Способность [Групповой интерфейс] завершена.

Окно мигнуло и исчезло.

* * * Хамфри стоял, прижимая каждой ногой крыло, пока вонзал острие своего меча в горло посланника. Острие его меча в форме стилизованного крыла дракона было по сути тупым, поэтому ему приходилось вонзать его снова и снова, совершая обезглавливание тупым предметом.

* * * Большую часть времени, которое Джейсон провел на Земле, Клайв приключался в трио с Софи и Хамфри. Его силы не были приспособлены для фронтального боя, но без полной команды, чтобы защитить его, столкновение лицом к лицу с опасностью было неизбежно. Предпочтительным решением Клайва было предотвращение таких ситуаций с помощью всестороннего планирования, но даже он признавал, что невозможно быть готовым ко всему.

Даже если бы он был готов игнорировать эту истину, Софи и Хамфри — нет. Они тренировали его сражаться вблизи и лично, где он был наименее комфортен. Он никогда не выбрал бы перенести бой в ближний бой, но он мог держаться гораздо лучше, чем ожидал посланник, с которым он столкнулся.

Они двигались вокруг друг друга в танце, копье посланника попеременно тыкало, выпадало и вращалось. Клайв двигался через паттерны, которым его тренировали Софи и Хамфри, кончики его посоха оставляли за собой следы золотого света. Они задерживались в воздухе, пока пара сталкивалась, и вскоре воздух был усеян золотыми полосами.

Силы Клайва были далеки от идеальных для такого рода боя, но у него было несколько, которые были поразительно эффективны. Его способность Магический щит позволяла ему, как следует из названия, поглощать урон, высасывая ману из его, к счастью, огромного запаса. Это был дорогостоящий расход при постоянных атаках, но эффект серебряного ранга, по крайней мере, включал поле высасывания маны, которое вытягивало ее из его врагов. Однако с одним противником на руках его эффективность в дуэли была не лучшей.

Его основным источником восполнения был эффект серебряного ранга способности Магия Крови. Базовый эффект заключался в обмене здоровья на ману, что было противоположностью его текущим требованиям. Однако, начиная с его последнего повышения ранга, он мог превращать здоровье других людей в ману с помощью дистанционной атаки высасывания. Каждый раз, когда его противник был достаточно глуп, чтобы дать ему дистанцию, Клайв высасывал его ману ярким синим потоком.

Посланник быстро научился не давать Клайву никакой дистанции. Наряду с высасыванием маны, Клайв использовал каждую передышку от ближнего боя, чтобы подкрепить себя дополнительными заклинаниями. Несколько способностей из эссенций баланса и кармы оставили Клайва почти более проблемным, чем стоило того, чтобы атаковать.

Руническая мантия накладывала случайные ответные эффекты, от взрывного урона отбрасывания до проклятий, ослабляющих силу. Мантия возмездия была более простой и прямой, применяя урон возмездия в ответ на каждую атаку. Это были не только защитные силы, так как любая возможность произнести заклинание была возможностью для заклинания Мгновенная карма. Это было атакующее заклинание, которое наносило урон цели, основанный на том, сколько урона они недавно нанесли сами.

На ранних стадиях боя атаковать Клайва казалось бессмысленным, так как он поглощал весь урон и наносил больше в ответ. Даже специальные атаки, которые пробивали Магический щит Клайва, возвращались вдвойне, каждая мощнее оригинала.

Способность: [Зеркало Возмездия] (Карма)

* Специальная атака. * Стоимость: Варьируется. * Перезарядка: Варьируется. * Текущий ранг: Серебро 4 (01%). * Эффект (железо): Повторяет последнее заклинание или специальную атаку, использованную против вас или союзника врагом в последние несколько мгновений. Стоимость и перезарядка такие же, как у повторяемой атаки. Вы все еще можете использовать эту способность, если триггерный эффект был аннулирован. Повторяемая способность функционирует на вашем ранге, а не на ранге врага, который изначально ее использовал. * Эффект (бронза): Вы можете использовать повторяемую способность второй раз. * Эффект (серебро): Повторяемая способность имеет усиленные эффекты, если используется против индивидуума, у которого она была скопирована.

Однако техники ближнего боя Клайва не были созданы для длительного использования. Они были разработаны, чтобы вывести его из опасности или продержаться до прибытия помощи, ни одно из которых здесь не произойдет. Посланник просто принимал удары Клайва и прорывался сквозь ответные эффекты.

Силы посланника склонялись к приличной устойчивости и быстрому исцелению, позволяя ему поглощать наказание и продолжать двигаться. Клайв, с другой стороны, был сильно зависим от своего запаса маны. Хотя он был намного больше, чем у обычного авантюриста, он мог продержаться лишь до тех пор, пока его Магический щит находился под постоянным обстрелом.

Главным фактором, склоняющим бой не в пользу Клайва, однако, было то, что посланник начинал читать паттерны Клайва. Клайв, возможно, был сильно натренирован Софи и Хамфри, но даже высокоэффективные паттерны не шли ни в какое сравнение с опытом, и многие паттерны Клайва были неэффективными, нерациональными и, казалось, имели мало смысла.

Посланник был избит, но быстро исцелялся, в то время как Клайв все больше был просто избит. Все больше атак пробивало его барьер по мере того, как его мана убывала, делая его щит слабее. Посланник осознал, что его враг больше не может позволить себе копировать его атаки, и вернулся к использованию мощных специальных атак, его копье светилось и вибрировало от силы. Чувствуя свою неизбежную победу, посланник начал злорадствовать.

— Ты хорошо сражаешься для заклинателя, человек, но твои навыки поверхностны. Ты не можешь вечно прятаться за своей магической оболочкой.

Клайв оставался молчаливым, точно так же, как с тех пор, как выбросил записывающий кристалл. Если посланник хотел злорадствовать, это было нормально. Тем больше гордости сорвать, и лучше это, чем задаваться вопросом, почему у боевой техники Клайва так много фиксированных паттернов и жестких недостатков. Двое продолжали танцевать в воздухе, теперь густом от золотых линий, все еще оставляемых посохом Клайва.

Посланник понял, что парящие, светящиеся линии были безвредны и что Клайв пытался использовать их, чтобы заманить его на Рунические ловушки. Посланник был слишком внимателен, однако, и игнорировал золотые огни, внимательно следя за ловушками. Он даже запомнил, где были ловушки после того, как они исчезли, не активировав ни одной из них.

* * * Чувствуя, что истощение заклинателя подводит битву к кульминации, посланник двинулся, чтобы закончить ее одним славным ударом. Мощный взмах крыльев подбросил его высоко в воздух. Заклинатель воспользовался шансом выстрелить силовым взрывом из своего впечатляющего посоха, усиленным поглощением зарядов, которые он накопил от каждого удара ближнего боя, нанесенного на протяжении дуэли. Посланник быстро сложил крылья перед собой, поглощая большую часть урона, но тяжелый удар все равно отправил его кувыркаться назад, перья разлетались от избитых крыльев.

Этого было недостаточно. Все, чего он добился, — это сделал посланника еще более решительным закончить заклинателя своей ультимативной атакой. Он оскалился на человека, который переместился в центр светящихся линий, отмечавших ход битвы. Светящиеся линии, как понял посланник, выглядели очень иначе, если смотреть сверху.

На уровне земли линии были не более чем случайными фигурами, оставленными посохом Клайва при движении. Сверху, рассматриваемые как плоская плоскость, а не в трех измерениях, они подозрительно напоминали ритуальный круг. Внезапно он вспомнил все моменты странного, непрактичного движения, через которые прошел заклинатель в битве. Он списал это на неопытность и слишком близкое следование фиксированным формам, и он подозревал, что это действительно было так.

Каким-то образом заклинателю удалось сделать еще кое-что.

Ему нужно было запомнить каждый необходимый нюанс, добавляя к ритуальной диаграмме оппортунистически, насколько позволял бой. Ум, способный удержать все это вместе, был ошеломляющим, и посланник надеялся, что заклинатель допустил ошибку в процессе. Он почти наверняка допустил. Сделать это идеально должно быть почти невозможно, но посланник был уверен, глубоко внутри, что ошибок не было.

Посланник встретился взглядом с человеком. Выражение лица заклинателя было пустым на протяжении всей битвы, но теперь это было не так. Кровь посланника похолодела при виде ликующей злобы на лице заклинателя, когда он поднял свой посох и пропел ритуальный триггер.

— Дай волю вознесению гнева: Магистерская баллиста.

Посланник инициировал свою ультимативную атаку. У нее, строго говоря, не было названия, но он думал о ней как о Нисхождении Короля. Он никому не рассказывал об этом названии. Сила запустила его к земле, но удивление стоило ему дорого. Заклинатель начал свое короткое пение, когда посланник был поражен откровением ритуала, нерешительность стоила ему критического момента. Его пикирующая атака набирала то, что он считал неудержимым импульсом, когда силовое копье выстрелило вверх и остановило его.

Копье выстрелило из конца посоха заклинателя, и оно не просто остановило посланника, а отправило его кувыркаться вверх в другом направлении. Импульс его атаки был легко подавлен, и копье было далеко не закончено. Оно развернулось, а затем снова вонзилось в посланника. Снова и снова оно попадало, никогда не давая посланнику шанса восстановиться, пока оно становилось все слабее и слабее. Он был окровавлен и избит атакой за атакой, беспомощно жонглируемый в воздухе. Копье пронзило крыло при одном проходе и наполовину ослепило его при другом. Он был слишком дезориентирован, чтобы видеть человека на земле, направляющего копье, машущего рукой, как дирижер.

* * * Клайв не останавливал копье от жонглирования посланником, пока магия ритуала не была исчерпана, хотя он был уверен, что посланник давно мертв. Что он сделал, так это позволил записывающему кристаллу приблизить, когда посланник превратился из славного воина в дорожную падаль. Клайв почувствовал, как пространственное пространство растворяется вокруг него, и он высвободил магию сосуда Онслоу. Обычно это вернуло бы фамильяра в состояние татуировки на груди Клайва, но мертвый сосуд был пуст теперь. Дух Онслоу не вернется, пока Клайв не призовет свежий сосуд, старый растворился в радужном дыму. Клайв даже не убрался от вони этого.

— Я верну тебя к себе, маленький приятель, — прошептал он.

* * * Многие другие авантюристы были пойманы волной атак изоляции посланников, некоторые вышли победителями, а некоторые — мертвыми. Хамфри сбежал довольно быстро, разобрав своего посланника. Он и остальная часть команды продолжали сражаться с посланниками и монстрами, пока ждали побега Джейсона и Клайва.

Изоляция Джейсона была типом, который другие могли видеть, но не могли вмешаться, те, кто пытался, обнаруживали, что они повреждены и отброшены барьером, окружающим каждого комбатанта. Они могли видеть Джейсона и его противника, однако, и не были особенно обеспокоены. Смесь негодования и разочарования на лице его противника говорила им, что Джейсон делает то, что делает Джейсон.

Тот, о ком они беспокоились, был Клайв. Он был не только одним из их более слабых индивидуальных комбатантов, но они не могли видеть, что происходит. Он исчез в пространственном пространстве, и они боялись увидеть посланника, появляющегося с его трупом. Вместо этого Белинда была поражена, когда Клайв появился прямо перед ней, избитый, но живой. Также один.

— Неплохо, — сказала она, кивая. — Что случилось с посланником? У тебя нет силы мародерства; разве не должен быть труп?

Клайв толкнул ее назад, и влажная масса плоти и перьев упала сверху, разбрызгивая серебряно-золотую кровь, когда она с сочным шлепком рухнула между ними.

СОМНЕНИЕ, СТРАХ И НЕРЕШИТЕЛЬНОСТЬ

СОМНЕНИЕ, СТРАХ И НЕРЕШИТЕЛЬНОСТЬ

Посланник врезался в Джейсона, и они оба покатились по земле. Подобные атаки поразили Хамфри, Клайва и других авантюристов вокруг поля боя. Джейсон и посланник откатились друг от друга, и он почувствовал, как на него опустилась какая-то сила. Его магические баффы исчезли. Его наколдованные предметы, плащ и мантия, рассыпались в пыль. Его аура была полностью ограничена, но не совсем подавлена. Это ощущалось больше как невидимое облако, окружающее все его тело, не позволяющее ему проецировать какую-либо ауру сквозь него. Это облако ощущалось знакомым, как граница души, что означало, что оно, скорее всего, было неприступным.

Появилось системное окно, мерцающее, как телевизор с плохим сигналом.

* Все магические эффекты были аннулированы. Это не вызывает никаких вторичных эффектов. * Все наколдованные предметы были устранены. Это не вызывает никаких вторичных эффектов. * Все магические предметы были подавлены в своих способностях. Это не вызывает никаких вторичных эффектов. * Ни один из ваших фамильяров не может проявиться. Все существующие фамильяры были дематериализованы, а пассивные способности фамильяров отключены. * Все магические способности были подавлены. Это не вызывает никаких вторичных эффектов.

Джейсон едва успел прочитать это, прежде чем окно зашипело и исчезло полностью. Он поднялся на ноги, наблюдая, как посланник делает то же самое. Это было то, чего он никогда раньше не видел, так как посланники всегда поднимались на ноги, используя свои ауры. Тем не менее, здесь была та, кто поднялся с помощью рук и встал ногами на землю, вместо того чтобы парить над ней.

Джейсон отметил, что ее внешность также отличалась от стандарта многих посланников. Они часто предпочитали прозрачные материалы с небольшой практической или защитной ценностью, больше заботясь о своем образе существ силы и славы. Этот посланник выглядел больше как авантюрист, с практичной кожаной броней и парой топоров с длинными рукоятями. Ее кожаные перчатки до локтей имели усиленные костяшки и зазубренные лезвия, идущие по внешней стороне предплечий. Это соответствовало лезвиям ее топоров, края которых также были зазубрены. Они очень походили на то, что намерением было максимизировать не урон, а страх и боль, делая неглубокие разрывы в плоти, а не глубокие порезы.

Ее снаряжение не соответствовало чертам ее лица. Она была красива, как и все посланники, но это не была острая красота меча. Ее лицо было милым, сладким и мягким, ее темные волосы подстрижены в короткую и практичную стрижку пикси. То, что она была ростом более семи футов, странным образом мало меняло впечатление. Она выглядела, на взгляд Джейсона, лет на шестнадцать или семнадцать, хотя он знал, что она, вероятно, намного старше.

— Сколько тебе лет? — спросил он.

— По исчислению этого мира, идет мой восемнадцатый год. Я буду молода, чтобы обладать такой славой, которая придет ко мне сегодня.

Джейсон вздохнул.

— От этого будет плохо, — пробормотал он про себя.

В этот момент Софи и Руфус атаковали ее с обеих сторон в клещевой атаке. Оба были заблокированы энергетическим барьером, который заморозил их на месте на мгновение, прежде чем отбросить обоих.

Посланник посмотрела на них с насмешливым смехом, прежде чем повернуться обратно к Джейсону.

— Я Тера Джун Каста, — объявила она гордо, — и тебе выпало несчастье встретить меня. Я не была той, кого выбрали испытать тебя, Джейсон Асано, но я буду той, кто убьет тебя. Именно я сотру пятно твоей ереси и пожну славу, которая придет от получения твоей головы.

— Ладно, — сказал Джейсон с покорностью офисного работника, которому вручают новую стопку бумаг. — Удачи с этим.

Теперь он был одет в боксеры, ботинки и пояс для зелий, с которого свисали ножны. Его меч болтался в руке, а ожерелье с магическим амулетом и уменьшенной флягой облака висело на шее.

— Ты можешь быть высокомерным сейчас, Асано, но…

— Если быть совсем честным, — прервал он ее, — я был довольно высокомерен и до этого. Моя фамилия Асано, а личное имя Джейсон, и у меня есть небольшой изъян в характере.

— Ты не будешь таким бойким, как только осознаешь ситуацию, в которой находишься! — заявила она поспешным полукриком, как будто чтобы предотвратить его вмешательство снова.

— Ты явно не осознаешь, с кем имеешь дело, — сказал он ей. — Бойкость — это своего рода моя фишка. И я прекрасно понимаю ситуацию.

— Это так? Тебя ждет грубый сюрприз, Асано.

— Я люблю сюрпризы. И грубость, если уж на то пошло. Что у тебя есть для меня?

Она нахмурилась. — Ты, несомненно, сбит с толку тем, что случилось с твоими силами.

— Нет. Ты использовала способность, которая заключила каждого из нас в какой-то барьер, который, кажется, облегает наши тела. Моя догадка, что барьер сделан из твоей души, что означает, что ничто не может повлиять на нас, кроме нас самих. Мы, вероятно, были бы хорошими таранами, если судить по тому, что случилось с моими друзьями. Мы неуязвимы для внешнего вреда, если только они не похоронят нас заживо или что-то в этом роде. Я полагаю, что оба наших набора сил полностью подавлены и что мы останемся запечатанными, пока один из нас не умрет. Может быть, есть вторичный механизм высвобождения, где через определенное время либо мы оба будем освобождены, либо оба убиты.

Глаза посланника расширились.

— Как ты можешь это знать?

— Это называется контекстные подсказки. Думаю, тебе нужно выбраться и немного посмотреть на космос. Есть ли у межпространственного завоевания программа «gap-year»? Ты когда-нибудь слышала о Румспринге?

— Я не понимаю твоего глупого лепета. Говори прямо.

— Вы, посланники, путешествуете между вселенными, верно?

— Это в нашей власти.

— Тебе стоит найти тихую и попробовать немного самопознания. Ты читала Ешь, молись, люби? Ты могла бы получить степень по гуманитарным наукам. Я говорю, что тебе нужно расширять свои горизонты.

— Я вижу, что ты делаешь. Лепечешь, чтобы скрыть свой страх.

— На самом деле, я тяну время, пока проверяю, могу ли я что-то сделать с этим барьером с помощью своей ауры. К сожалению, без удачи; твоя душа заперла нас наглухо.

— Ты будешь свободен, когда я оторву твою голову от твоего тела.

— Постарайся, чтобы позвоночник пошел вместе с ней, если сможешь. Подними ее и дай ей повисеть мгновение. Если уж мне суждено уйти, есть способы и похуже, чем классический фаталити. Не думаю, что у тебя случайно есть ледяные силы?

* * * Элсет Кули, эльфийский специалист по проклятиям, делала все возможное, чтобы замедлить свежую волну монстров, копающих бункер под разрушенным развлекательным районом. Поскольку посланники отказались от своей безопасной, но консервативной стратегии, они несли больше потерь, но их призванные миньоны были более свободны в выполнении своей задачи.

Руфус и Софи взяли на себя роль защиты Элсет, пока она работала, ее предыдущие стражи были рассеяны или заняты сражением с посланниками. Между заклинаниями Элсет смотрела туда, где Джон Миллер и посланник были окутаны силой, которая отклонила попытки как Софи, так и Руфуса вмешаться.

— Большинство посланников и авантюристов начали сражаться сразу же, — отметила Элсет. — Как думаешь, о чем они говорят? И почему он в трусах?

— Ответ почти на любой вопрос, который у тебя есть о Джейсоне, — сказал ей Руфус, — заключается в том, что лучше тебе не знать.

— Он, вероятно, говорит ей, что что-то является своего рода его фишкой, — добавила Софи, сканируя глазами небо над ними на предмет угроз.

— Что является его фишкой? — спросила Элсет.

— Мелодрама, — сказал Руфус. — И я слышал, что посланники такие же плохие. Их битва может свестись к тому, кто лучше сможет запечатлеть чувство скорбной тоски, глядя вдаль.

— Да, как будто ты никогда не предавался раздумьям, — сказала ему Софи.

* * * Тера Джун Каста устала от слов Джейсона и бросилась в атаку. Он немедленно распознал, что она, казалось, чувствует себя комфортно, сражаясь с подавленными способностями, что вряд ли было сюрпризом, учитывая природу ее дуэльной силы. Ее стиль был практикованным, но ортодоксальным, по большей части. Она не пыталась сделать ничего сложного, просто пытаясь заставить свои зазубренные топоры встретиться с плотью как можно эффективнее.

Дикой картой были ее крылья, которые она использовала, чтобы дополнить свою чистую, эффективную работу топорами. Ее перья были темно-красно-коричневыми, как и ее волосы, с жесткой, кожистой текстурой. Крылья хорошо выдерживали удары меча Джейсона, так как она щедро их использовала. Будь то оружие, чтобы ударить его, препятствие, чтобы направить его, или щит, чтобы заблокировать его, она максимально использовала преимущества, которые они предлагали.

Хотя она эффективно использовала крылья, это не была тактика, которую Джейсон нашел ошеломляющей. Он сражался с причудливыми существами тысячами за шесть лет приключений, и прошло много времени с тех пор, как он считал гуманоида, даже высокого с крыльями, экзотическим.

Без своих сил Джейсон был вынужден стать более агрессивным. Именно здесь спарринг с Софи, Руфусом и Хамфри окупился, так как все они были агрессивны по-разному. Его моделью для этого была Софи, так как, хотя их стили со временем разошлись, они сохранили один и тот же корень в Пути Жнеца.

Руфус всегда был безжалостен к тому, чтобы Джейсон тренировался для худших сценариев, но у него были проблемы с тем, чтобы заставить его быть более прямолинейным. Джейсон всегда увлекался хитрыми стратегиями и окольными тактиками, которые он привносил в каждый боевой сценарий.

У Джейсона был полный доступ к техникам Пути Жнеца, благодаря самым большим книгам навыков, которые он когда-либо видел. Реальность, однако, заключалась в том, что было лишь несколько техник, которые Джейсон освоил. Хотя он сделал техники, которые использовал чаще всего, своими, большинство он мог использовать, но с пониманием зазубривания, на которое любой по-настоящему квалифицированный человек смотрел бы свысока.

Джейсон часто менял свой стиль, чтобы держать посланника в напряжении, не зная, как он встретит ее в следующий раз. В один момент он сражался на пределе ее досягаемости, а в следующий — бросался мимо длинных древков ее топоров. Удар ногой в подбородок в сальто назад переходил в более акробатический стиль, ведя ее в веселом танце через разрушенные здания развлекательного района.

Сначала это работало. Импульсивность молодости быстро заставила ее разочароваться и совершать ошибки, хотя Джейсон не смог воспользоваться этим. Слабость его чрезмерно сложного подхода заключалась в том, что он не наносил тяжелых, повторяющихся ударов, необходимых для того, чтобы свалить авантюриста серебряного ранга. Они были чрезвычайно жесткими и быстро исцелялись, что делало победу без сил для усиления урона труднодостижимой.

Неспособность Джейсона нанести значительный урон повернула баланс боя против него. Хотя Тера была молода, она сражалась всю свою жизнь, давая ей втрое больше боевого опыта Джейсона, по крайней мере в годах. Как только ее разум успокоился, она осознала его недостатки и то, что она их не разделяет. Ее порочное оружие и прямолинейный стиль были построены вокруг победы в такого рода бою.

Джейсон осознал, что ему нужно перестать увлекаться фантазиями о том, как сражаться. Снова и снова Руфус говорил ему, что бывают времена, когда все трюки в мире не имеют значения. Иногда дело в готовности быть жестоким и решимости выдержать жестокость. Некоторые бои нельзя обойти или подорвать. Иногда нужно встать, принять удары и ударить в ответ сильнее.

Когда он наконец принял это, характер боя изменился. Джейсон столкнулся с Терой внутри того, что, как он догадывался, когда-то было таверной. Казалось, что это было открытое пространство, но слишком мало осталось, чтобы сказать наверняка. То, что осталось от стен, было даже не таким высоким, как он, за исключением дымохода, который грозил рухнуть в любой момент. Снаружи то, что когда-то было улицей, теперь было ямой, вырытой монстрами, пытающимися пробуриться в бункер внизу.

Джейсон и Тера начали осыпать друг друга ударами своим оружием. Зазубренные топоры и лезвия перчаток Теры были жестокими и разрывающими плоть, в то время как меч Джейсона был изысканным и элегантным. У меча были подавлены силы, оставляя руны, бегущие по черному лезвию, в их базовом белом цвете. Тем не менее, он оставался мастерским оружием с почти безграничным потенциалом, выкованным Гэри с помощью его наставника алмазного ранга. Это был меч, чья конструкция направлялась силой души Джейсона, текущей сквозь него, создавая идеальное слияние владельца и оружия.

Дуэль стала простой и дикой, окрашивая обоих комбатантов в их собственную и кровь друг друга. Двойные топоры Теры подходили для такого рода боя и нанесли рваные раны на плоти Джейсона. В их жестоком стоячем бою она получила раннее преимущество из-за своего оружия, но она почувствовала, как это начало меняться. Ее топоры получили побои от меча Джейсона, с тяжелыми зазубринами и даже потерей некоторых зубцов лезвий.

Поскольку бой был марафоном, а не спринтом, она была вынуждена быть менее агрессивной со своим оружием. Меч Джейсона, с другой стороны, был испорчен только кровью. Будь то столкновение лезвие к лезвию, разрезание ее прочной брони или промах и удар по стене, ничто не оставило даже царапины на лезвии. Это позволило Джейсону продолжать быть настолько агрессивным, насколько он хотел.

Несмотря на то, что ей приходилось быть внимательной к своему оружию, Тера продолжала обмен безжалостными атаками. Она и Джейсон оба становились все более дикими, стремясь нанести урон быстрее, чем естественное исцеление серебряного ранга могло его исправить. Как лесорубы, распиливающие дерево вручную, они впали в ритм атаки и контратаки, пока оба не стали рваными и измотанными.

Броня Теры была почти в клочьях, кожа под ней не намного лучше. Джейсон был, если уж на то пошло, хуже из-за отсутствия брони в первую очередь. Сердечки на его боксерах теперь были невидимы, белая ткань пропиталась красным насквозь.

Между парой возникло молчаливое соглашение: тот, у кого хватит воли продолжать стоять и принимать это дольше всех, будет тем, кто выживет. Это было осознанием только для Джейсона, так как Тера всегда знала, что к этому все придет. Джейсон мог видеть маниакальное ликование в выражении лица своего противника, когда дуэль достигла этой стадии. В конце концов, это была ее сила, которая привела их сюда, и это был тот вид боя, который она знала.

Со своей стороны, Тера была удивлена, что Джейсон продержался так долго. Его глупая ранняя стратегия была тем, что она видела раньше, и каждый раз ее враг рушился, осознав, что она полностью провалится. Каждому трикстеру, с которым она сражалась, не хватало решимости для такого рода боя. Но этот авантюрист не только полностью участвовал в уродливой потасовке, но и ухмылялся, как змея после того, как яйцо закатилось в ее логово.

Тера начала чувствовать нехарактерное ощущение, которое она осознала, спустя мгновение, было беспокойством. Это было лишь крошечное количество; это был ее вид боя, и он разворачивался именно так, как должен был. Хитрый бой Асано был раздражающим, но он наконец осознал, что без способа закончить работу, все его причудливые танцы ничего не значили. Единственный способ победить — стоять там и принимать больше наказания, чем враг.

Тера любила свою силу изоляции. Она срывала все трюки и всю магию, оставляя бой в его чистейшей форме. Победа была не в оружии или навыках, если только один человек не превосходил другого массово. Дело было в решимости. Способности принимать удары непоколебимо, не позволяя этому повлиять на ответные удары по врагу.

Вот почему Тера выбирала не то оружие, которое наносило больше всего вреда, а то, которое внушало больше всего страха. В каждой дуэли, которую Тера инициировала своей силой, бой сводился к грубому избиению друг друга, пока ее враг не терял нервы. По мере того как урон накапливался, они осознавали, что продолжать сражаться будет только хуже и хуже. Именно тогда прокрадывался страх. Затем была боль. Разум мог блокировать боль, она узнала, но рваные раны, оставленные ее зазубренными топорами, были уродливыми. Они выглядели болезненно, что помогало навязать идею боли разуму.

Как только страх и боль прокрадывались внутрь, бой был почти закончен. Они колебались, совсем немного, даже не осознавая, что делают это поначалу. Но этого было достаточно, чтобы истощить их силы и заставить их отступить, как раз настолько, чтобы изменить ситуацию. Именно тогда она доминировала. Каждый момент делал все хуже, пока они наконец не рушились, часто буквально. Немало противников опускались на колени и ждали, пока она заберет их головы, дух сломлен.

Но прошло слишком много времени. Ни одного из признаков не было. Асано теперь больше походил на мясной шампур с рыночного прилавка, но он продолжал наступать на нее сильнее, чем когда-либо. Его глаза сверкали нечеловеческим светом из лица, покрытого кровью. Не было страха смерти, не было гримас от боли.

Тера сражалась со страхом, болью и смертью всю свою жизнь, но теперь она столкнулась с человеком, который шел рядом с ними, пока они не стали закадычными друзьями. Глядя в его глаза, Тера осознала, что призванные существа, которых привел с собой ее вид, не были монстрами. Это был монстр.

С этим откровением сомнение, страх и нерешительность наконец прибыли. Но к ее ужасу, они пришли изнутри нее, а не из него, ее разум и тело предали ее. Они видели то, что она вызвала в этом человеке, и знали, что он никогда не остановится. Она была каким-то образом уверена, вопреки всякому смыслу и разуму, что даже убийство его не поможет. Она с таким же успехом могла бы дуэлировать с небом, чтобы ее топоры могли срубить его.

Тера отказалась позволить страху управлять ею. После использования своей силы так много раз, она теперь нашла противника, который не упадет в том виде боя, который она спроектировала. Вместо этого ей пришлось изменить его. Ей пришлось рискнуть на решительный ход, прежде чем ее растущий страх оставил ее парализованной.

Позади ее противника лежала глубокая яма там, где когда-то была дорога. Монстры вырыли ее, пока они стремились прорвать подземный бункер, и, вероятно, были там внизу, продолжая копать. Это было бы тесное пространство, где длинное оружие было бы бесполезно, а ее шипы на перчатках были бы оружием выбора. Бросив свои топоры, она бросилась в таранный захват.

Ее крыльям не хватало магии для полета, но одного тяжелого взмаха ими было достаточно, чтобы бросить ее вперед, как таран. Меч Джейсона вылетел из его руки, когда они перевалились через край ямы, чтобы рухнуть вниз. Когда они достигли дна, они тяжело врезались в призванного монстра.

Монстр был кубом с рукой, выходящей с каждой стороны, и глазом на ладони каждой руки. Лучи из этих глаз бурили металлическую пластину, которую он выкопал, когда Тера и Асано тяжело приземлились на него. К удивлению Теры, удар и их общий вес закончили работу, прорвав бункер и сбросив их всех внутрь.

НЕТ

НЕТ

Бункер под развлекательным кварталом был устроен как серия общежитий, перемежающихся различными служебными помещениями. Поскольку обитатели в основном не были пользователями эссенций, возникла необходимость в приготовлении пищи и туалетах для тысяч людей. Эти объекты, в свою очередь, требовали логистики и коммунальной инфраструктуры для их обслуживания.

Джейсон, Тера Джун Каста и озадаченный призванный монстр проломили потолок и рухнули на склад, заставленный массивными ящиками и бочками. При падении они с силой врезались в стеллаж, отчего несколько ящиков посыпались на пол. Ящики разбились, и из них высыпались спрессованные пайки — их было больше, чем могли вместить ящики такого размера. Для увеличения места для хранения использовалась дешевая, но посредственная пространственная магия, но эта магия разрушилась вместе с ящиками, вывалив содержимое на пол.

Джейсон и Тера были в крови, так как наконец-то сражались достаточно яростно, чтобы преодолеть врожденную стойкость и быструю регенерацию друг друга. Меч Джейсона остался снаружи; он выронил его, когда Тера впечатала их обоих в яму. Она уже успела бросить свои топоры и потеряла одну из перчаток во время падения. У второй перчатки отломилось одно из зазубренных лезвий, но теперь это было единственное оружие, которое у них осталось.

На их вторжение взвыли сигнализации, и, как только они поднялись на ноги, через складские двери ворвалась пара искателей приключений серебряного ранга, а за ними — отряд бронзового ранга. Один из серебряных рангов бросился на Теру и был отброшен в стену с такой силой, что оставил на ней трещины. Другой выпустил в Джейсона поток ледяного ветра, начиненный сосульками. Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на человека, когда луч остановился прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки.

— Я знаю, что в плохом состоянии, — негромко сказал Джейсон, — но из трех нарушителей один с крыльями, а другой — монстр. Ты не можешь понять, кто из них искатель приключений?

Тера посмотрела на Джейсона, затем на дверь, сделала выбор и рванула к ней, мимо искателя приключений, который поднимался с пола. Бронзовые ранги рассыпались, как кегли, когда она пронеслась сквозь них, отскакивая от барьера, который защищал ее от всего, кроме Джейсона.

— Разберись с монстром, затем запечатай и забаррикадируй комнату, — скомандовал Джейсон серебряному рангу. — Я займусь ею.

У Джейсона не было ауры, чтобы подкрепить свои слова, но человек, который только что атаковал его, обнаружил, что подчиняется. В голосе Джейсона было что-то такое, что бросало ему вызов, и он не решился этот вызов проигнорировать. Он не был опытным бойцом, именно поэтому его назначили в бункер. Его не будут искать в битве наверху, а если бункер будет прорван, вряд ли будет иметь значение, насколько сильны защитники станции.

Джейсон быстро преследовал Теру, следуя по следу из серебристо-золотой крови. Он прошел через короткую серию технических коридоров, пока не обнаружил, что она толкает пару двустворчатых дверей. Они выглядели тяжелыми и, несомненно, были усилены магией, но люди за ними не успели их закрыть. Она распахнула незапертые двери, раскидав людей по другую сторону, прежде чем влететь внутрь.

Джейсон последовал за ней в огромное общежитие, где находились сотни людей. В дальнем конце стояли ряды коек, а ближе к двери, за кафетерийными столами, сидели люди. Тера оглянулась на Джейсона, и он увидел, что огонь в ее глазах погас. Она больше не хотела сражаться с ним, даже несмотря на то, что у нее было единственное оружие.

Он позволил бы ей жить, если бы мог, но она лишила его этой возможности. Он не знал, развеется ли ее сила или убьет их, если истечет срок ее действия раньше, чем один из них убьет другого. Он не собирался верить ей на слово и не хотел ждать, когда монстры вскоре хлынут в убежище через пролом.

Он наблюдал, как Тера переводит взгляд с него на людей, которые суетились, пытаясь убраться подальше, перелезая через столы и друг через друга, чтобы добраться до спальной части огромного помещения. Он понял, что она видит не людей, спасающихся бегством; она видит заложников. Они были ее способом уравнять шансы, компенсировать утраченную уверенность.

Она сможет добраться до ближайших людей раньше, чем он до нее, и они оба это знали. Даже если он доберется до нее первым, битва приведет к сопутствующему ущербу, и, скорее всего, немалому. Гражданские лица нормального ранга, скорее всего, погибнут просто от столкновения с барьерами вокруг нее и Джейсона. Если она вынудит его сражаться среди них, они оба перебьют тех людей, которых он пришел защищать. Комната была полна заложников.

Когда она двинулась в их сторону, Джейсон понял, что преследовать ее нет особого смысла. Все, что он мог сделать, — это попытаться уговорить ее, но мысль о жертвах среди гражданского населения, которых он был не в силах остановить, затуманила его разум. Воспоминания о людях, погибающих в Брокен-Хилле и Макассаре из-за того, что он был недостаточно силен, пронеслись в его голове.

— Не. Смей. СМЕЙ.

Он даже не произнес последнее слово. Оно завибрировало в воздухе на волне ауры, и Тера замерла, вздрогнув от шока. Она уставилась на Джейсона, который был не менее удивлен. То, что он только что сделал, не должно было быть возможным, учитывая, что его сила была запечатана духовным барьером, все еще окружавшим его.

Они уставились друг на друга, пока разум Джейсона лихорадочно искал возможные объяснения, отвергая все, кроме одного. Его астральное царство было не просто местом, куда он мог отправиться, местом, которое принадлежало ему. Оно было им; это была его душа. И так же, как посланник, его душа была его телом. Ее сила вызова могла подавлять его способности к эссенциям и даже его ауру, но она не могла подавить все его астральное царство. Эта сила была слишком велика, и в своей ярости он прикоснулся к ней, на мгновение сбросив подавление со своей ауры. Теперь, когда он знал, что это возможно, ситуация изменилась. Ему нужно было только понять, что он сделал и как повторить это снова.

Джейсон проанализировал ощущения, пронзающие его, но было трудно выделить что-то необычное среди всей этой боли. Ему удалось уловить странную дрожь, его тело слегка содрогалось в ответ на силу, которая только что пронеслась через него. Это было похоже на перегрузку его способности портала энергией из его астральных врат.

— Как? — спросила Тера в бездыханном недоумении, все еще потрясенная тем, как Джейсон использовал свою ауру.

Впервые Джейсон не ответил колкой фразой. Он сосредоточился на том, как активно подключиться к этой силе, повторяя то, что его ярость сделала бессознательно. Он знал, что не может вызвать портал в свое астральное царство, чтобы черпать через него силу. Он пытался сделать это, потягивая время болтовней в начале боя. Но он и был своим астральным царством. Нужен ли ему вообще проводник? Может ли он быть порталом? Не для путешествий, а для доступа к полному резерву своей силы.

Он увидел, как шок сходит с лица Теры, и она снова уставилась на гражданских. Им удалось отбежать дальше по комнате, пока Джейсон и Тера смотрели друг на друга, но это не помешало бы им попасть под раздачу, если бы бой продолжился. У него не было времени на осторожные эксперименты, чтобы проверить, сможет ли он сделать то, что пришло ему в голову, не причинив себе вреда. В этом не было ничего нового. Сосредоточившись на чувстве, которое он испытал, когда в гневе выкрикнул слова, он потянулся внутрь, чтобы высвободить силу так, как никогда раньше не пытался.

* * * Внимание Теры снова было приковано к нему, когда она почувствовала, как аура Джейсона коснулась ее — слабая, но безошибочная. Она твердила себе, что это невозможно, несмотря на то, что это было очевидно. Она почувствовала, как его аура снова нахлынула, точно так же, как когда она затопила город. Его сила и ярость возвышались над ней, уменьшая все, чем она была, и принижая ее амбиции. Так же, как и в первый раз, когда она почувствовала его ауру, внутри нее поднялась ярость, чтобы дать отпор.

С того дня, как она была создана и началось ее обучение, Тере говорили, что она — вершина творения: живое воплощение воли космоса. Что ничто, кроме ее собственного вида, не является ей равным. Она была силой и славой во плоти, в начале пути, который приведет ее к вершине, даже среди посланников. Стать астральным королем. Путь был известен, но он был жестким и трудным. Только посланник мог пройти его.

За восемнадцать лет не было ни дня, чтобы она хоть на мгновение усомнилась в своем пути. Она встречала каждый вызов и совершала каждый подвиг, который ей предлагали. Она достигнет золотого, затем алмазного ранга, а потом станет вершиной своего вида, который, в свою очередь, был вершиной всех видов.

А потом появился Асано. Он не был посланником, но все, что делало ее особенной, она чувствовала в нем. Гештальт тела и духа. Аура, способная схватить физическую реальность, даже сильнее ее собственной. Больше всего то, что он не боролся, чтобы взобраться на башню к астральной монархии; он был внутри нее, не спеша поднимаясь по лестнице. Он был незавершенным, но, несомненно, астральным королем.

Это было извращение. Ересь. Единственным путем к астральному королю должен быть посланник, превзошедший алмазный ранг. Этот человек превратил в ложь все, что она знала. Все, что ей говорили каждый божий день ее жизни. Больше всего это заставляло ее чувствовать себя маленькой. Низшей. Как она могла быть вершиной творения с этим отродьем, бродящим по космосу и высмеивающим то, кем и чем она была? И это был не просто астральный король. Она не узнала точно другие элементы его ауры, но, по крайней мере, она почувствовала отголосок божественности. Был ли он на пути, который выходил даже за пределы астрального короля? Если такой человек мог существовать, превосходство, которого она никогда не могла достичь, то она не только не была выше, но и никогда не могла быть. Если так, то какой смысл был в ее собственном существовании?

Страх и сомнения, которые мучили ее, исчезли. Ей не нужны были заложники или оружие. Все, что ей было нужно, — это разрушенный труп Асано под ее ногами, растворяющийся в радужном дыму. Его существованию должен был прийти конец. Она уже была готова броситься на него, когда вся ее вселенная превратилась в боль.

* * * Джейсон с самого начала знал, что этот бой будет плохим. По сути, его втянули в смертельную схватку с подростком, рожденным и выросшим в культе. Как и у любого культа, доктрина казалась совершенно глупой со стороны, идеология рушилась при первом же признаке критического мышления. Их одержимость превосходством была явно бессмысленной, разваливаясь при сопоставлении с любой информацией, не полученной из их собственного замкнутого сообщества.

Но для тех, кто родился и вырос в культе или нашел в нем что-то, что удовлетворяло глубокую потребность, несоответствия не имели значения. С самого начала их приучали игнорировать ложь аутсайдеров, какой бы убедительной она ни казалась. Но когда их заставляли столкнуться с этими проблемами, они не принимали рационально то, что аутсайдеры считали логичными, самоочевидными выводами. Они злились и становились жестокими.

Сила Теры превратила бой в схватку не на жизнь, а на смерть. Один из них должен был умереть; здесь не было места милосердию. Но, как и любой человек, Джейсон не любил, когда его загоняют в угол, где каждый выбор плох. Он так устал, постоянно терпя неудачи на Земле, застряв между плохими и худшими решениями. Он сталкивался с одним трудным выбором за другим, в то время как люди, которые должны были помогать, стояли у него на пути.

Сеть предавала его снова и снова, но он продолжал работать с ними, потому что это было необходимо. Он подвел живых, когда жертвы в Макассаре росли, а затем ему пришлось уничтожать то, что осталось, когда тела превратились в неживых чудовищ. Ему приходилось заключать сделки с теми самыми врагами, которые стояли за этими событиями, все время планируя обернуться против них. Поступая так, он стал тем, что ненавидел больше всего: предателем доверия.

Он стал лучше, чем был в то время. Не восстановился, не полностью; не было пути назад к тому, кем он был раньше, но он снова мог жить с самим собой. Исцелился достаточно, чтобы оставить трудные выборы прошлого позади, даже если они всегда будут с ним. Но теперь, снова, он столкнулся с мрачным предложением: убить женщину — девушку, которую он считал жертвой. Это даже не было выбором, так как альтернативой была смерть.

Нет.

Этот отказ был заявлением не только самому себе, но и вселенной. Он не позволит этому случиться. Да, эта девушка — враг. Да, она, вероятно, убила бесчисленное количество невинных людей. Да, многие были более достойны спасения, чем она. Но здесь и сейчас с него хватит. Мир гнул его до тех пор, пока он не был готов сломаться, и теперь пытался согнуть еще сильнее. Он хотел, чтобы он убил эту девушку, но он собирался проявить к ней милосердие.

На этот раз мир прогнется.

Джейсон вспоминал свою духовную битву со Строителем не разумом, а душой. Его тело не принадлежало ему, и в любом случае это была духовная война. Та, которую разум, сидящий в физической материи мозга, по своей сути был неспособен понять. Но Джейсон уже не был тем человеком, который воевал со Строителем за свою душу на железном ранге. У него даже мозга больше не было, и его душа не была просто духовной сущностью, скрывающейся за его телом. Его душа и его тело были едины.

Джейсон все еще не помнил многого из того, что произошло, словно слышал эхо с другого конца длинного туннеля. Воспоминания были скорее эмоциями, чем чем-то еще; страх, решимость. Казалось бы, безграничная воля, которая кричала ему сдаться с силой тайфуна. Колин, присоединившийся к нему в последней битве за его душу. Непокорность.

Единственное, что он полностью вспомнил, было ощущение. Строитель не мог навредить его душе, но он мог причинить боль, которая превосходила все, что могло испытать физическое тело. Собственная духовная атака Джейсона была жалким эхом того, чему он научился благодаря этому мучительному ощущению, едва сохранившемуся в памяти.

Строитель терзал душу Джейсона, пытаясь заставить его открыть ее и принять своего угнетателя. Джейсон этого не сделал. И теперь он полностью вспомнил ту боль, точно то, что Строитель сделал с ним, и как. Он решил никогда не использовать это. Это не то, что можно причинить даже врагу. До сих пор он проводил черту, используя гораздо менее жестокие атаки на душу, даже если иногда ему нужен был друг, чтобы помочь не переступить эту черту.

Но этого было недостаточно для того, что ему нужно было сделать сейчас. Он должен был стать как Строитель и причинить страдания, которые обещал себе никогда не причинять. Он задавался вопросом, что сказал бы Тень, но в тот момент он был один. Его собственное суждение, которое подвело его в прошлом. Джейсон чувствовал своих фамильяров внутри, запертых и неспособных дать совет, пока он пересекал черту, которую поклялся не переходить.

Он мог лишь сказать себе, что, хотя он и повторяет действия Строителя, он делает это не с намерениями Строителя. Что это единственный путь к милосердию. Было ли это оправданием? Он знал, что, что бы он ни говорил себе, у него есть жажда власти и контроля. Бог Владычество видел это с самого начала.

В конце концов, все, что он мог сделать, — это сделать все возможное с тем, что у него было. А у него была девушка, чья душа связала их обоих и не отпустит, пока один из них не умрет. Он был уверен, что если бы у нее была сила покончить с этим, она бы это сделала. Поэтому он должен был проникнуть в ее душу и покончить с этим за нее. Но сначала она должна была впустить его.

Единственный способ, которым он мог отключить ее силу, — это силой прорваться в ее душу и сделать это самому. Он не мог взломать ее, не больше, чем Строитель мог взломать его. Она должна была позволить ему, а она ни за что не доверяла ему настолько, чтобы позволить это, при любых обстоятельствах. Иногда, даже когда разум говорит «да», душа говорит «нет».

Ему придется сделать то, что Строитель сделал с ним. Заставить ее страдать, как он, пока она не капитулирует. Если она капитулирует. И даже тогда он не мог быть уверен, что это сработает. Он никогда не копался в чужой душе.

Он мог просто убить ее. Он знал, что собирается сделать, и что перед лицом таких жалких страданий убийство само по себе могло рассматриваться как милосердие. Но Джейсон не допустит этого. Судьба поставила эту девушку на его пути и постановила, что один из них умрет. Судьба может идти к черту.

Трансцендентный свет синего, серебряного и золотого цветов просвечивал сквозь кожу Джейсона, когда он засиял, словно маяк. Он черпал силу из своего астрального царства, его тело дрожало, когда он превращал себя в нечто вроде портала, через который могла пройти только его сила. Она столкнулась с душой Теры, тем самым, что связывало его. Это означало, что ему не нужно было пробиваться сквозь подавление, чтобы атаковать ее; она была прямо там, ожидая его.

Тера упала, но не ударилась о землю, а вместо этого поплыла вверх. Ее позвоночник выгнулся, а крылья, голова и конечности были дернуты в сторону земли, как будто что-то удерживало их, жестоко надавливая на спину. Ее рот открылся в подобии крика, но сначала не издал ни звука. Затем раздался звучный гул, нарастающий с каждой секундой, медленно повышающийся в тоне по мере того, как он становился громче.

* * * Эмреш Воль забился в угол вместе с гражданскими, несмотря на свой серебряный ранг. Искатели приключений пытались завербовать его на случай, если что-то прорвется в бункер, но он отказал им, вызвав их насмешки. Но он не был искателем приключений, получив ранг на ядрах. Он никогда не сражался ни с чем опаснее конюха на ранг ниже него.

Его выбор был оправдан, когда оборванный ангел ворвался в комнату, избитый и окровавленный. Бронзовые ранги, пытавшиеся закрыть перед ней дверь, были отброшены назад, когда она распахнула ее и ворвалась внутрь, капая серебристо-золотой кровью.

Он знал, что она — одна из тех посланников, о которых говорили люди, а не ангел из старых эльфийских историй, которые рассказывала ему мать в детстве. Но даже будучи раненой, она все еще выглядела как одна из них. Было что-то величественное в ней, даже под кровью, ранами и рваными доспехами.

Человек, который следовал за ней, был совсем не таким. Он был почти голым, кровь, покрывавшая его тело, прикрывала его больше, чем окровавленные красные трусы. Он был в еще худшем состоянии, его тело было покрыто дикими рваными ранами.

Эмреш не тратил время на то, чтобы использовать свою физическую форму серебряного ранга, чтобы прорваться мимо других, не заботясь о том, что несколько детей или стариков были сбиты с ног. Но он не сводил глаз с двух фигур, и ему не нравилось, как посланник смотрела на них. Он много раз видел такой взгляд у своего отца; это был взгляд человека, который видел активы, а не людей. Это не было мировоззрением, с которым у него когда-либо были проблемы, пока он сам не стал активом.

Двое нарушителей обменялись парой слов, он предупредил ее голосом, который прозвенел, как гонг. Она посмотрела на него в шоке, и он выглядел не менее удивленным. Долгое время они просто смотрели друг на друга. Затем он начал светиться, и она была утянута в воздух невидимой силой, ее руки, ноги и крылья тянуло вниз, как будто что-то пыталось затащить ее обратно.

В комнате было жутко тихо, гражданские и искатели приключений бронзового ранга одинаково сжались в тишине, наблюдая за происходящим. Затем раздался низкий гул, медленно становясь громче и выше, пока люди не начали стонать, а Эмреш не почувствовал покалывание в ушах и глазах. Ребенок заплакал, когда от нарастающего тона гула из ее уха потекла кровь, к ней присоединились другие, когда кровь начала сочиться из глаз, носов и ушей молодых и пожилых. Затем аура омыла их, властная, но защищающая, авторитет доброжелательного диктатора.

Звук перестал воздействовать на гражданских, которые смотрели на страдающего ангела и светящегося человека, который также парил в воздухе. На его теле появилась темно-красная кожа, облачая его в мантию. Она впитала кровь, оставшуюся на его обнаженных руках и лице. Когда его лицо очистилось, кровь Эмреша застыла.

У серебряных рангов была отличная память. Эмреш знал это лицо, даже если темно-карие глаза теперь были инопланетного сине-оранжевого цвета. В последний раз он видел его на полу таверны, защищенным руками этого человека, когда Эмреш и его парни пинали его снова и снова.

Все начало вставать на свои места. Таинственный человек, который серьезно повредил бизнес-интересы его отца из-за какого-то неизвестного пустяка. То, как этот человек насмехался над Эмрешем, почти напрашиваясь на избиение. Эмреш пошел в таверну, чтобы избить кого-то, и теперь он понял, что человек сам предложил себя, потому что мог это выдержать.

Он наблюдал, как лицо человека исчезло в темном капюшоне, когда плащ, который был не тканью, а живой пустотой, проявился вокруг него. Он мог лишь разглядеть силуэт острого подбородка человека под светящимися глазами.

Пользователи эссенций редко проявляли базовые физиологические функции нормального тела. Они почти никогда не краснели, почти никогда не плакали и никогда не ходили в туалет. Особенно к серебряному рангу только крайние эмоции могли заставить их магические тела воспроизвести базовую природу, которую они оставили позади. Это оставило Эмреша в замешательстве от теплой струйки, которую он почувствовал в своих штанах.

* * * Самая ничтожная часть силы, которую мог приложить Строитель, все равно была бы достаточной, чтобы уничтожить вселенную. Джейсон не мог постичь силу такого масштаба, не говоря уже о том, чтобы сравниться с ней. И все же, даже на его уровне силы, его подобие нападения Строителя на его душу было ужасающей вещью, которую можно сделать с человеком. Джейсон сам знал это лучше, чем кто-либо другой, и, терзая душу Теры, он чувствовал сильное отвращение, которое должен был преодолеть, чтобы продолжать.

Это был единственный потенциальный путь выхода, который он видел, ведущий куда угодно, кроме ее смерти, но он снова задался вопросом, не является ли смерть большим милосердием. Он знал, что сделает с ней лечение, которое он ей оказывает. Ему самому потребовались месяцы и помощь одних из лучших экспертов в мире, чтобы восстановиться. Он сомневался, что посланники окажут ей такой же уход, какой получил он.

Он продолжал усиливать боль, желая, чтобы она сдалась. Чем быстрее она впустит его, тем быстрее закончится боль, а если она вообще не сдастся, ему все равно придется ее убить. Тогда вместо милосердия он перенес ее от смерти к мучительно жалкой смерти. Он должен был снова и снова закалять свою решимость, чтобы продолжать, удваивая усилия, пока его воля сжимала ее душу, как мяч в кулаке.

У Джейсона не было звездного семени, но он не собирался захватывать ее, как только его впустят в ее душу. Все, что ему нужно было, — это связь, и в процессе пыток он понял, что она уже существует. Он чувствовал связь, не между Джейсоном Асано и Терой Джун Каста, а между астральным королем и посланником. Он сразу понял, что она всегда была там, ожидая. Это было странно и заставляло его чувствовать себя некомфортно. Это было почти так, как будто посланники были созданы для того, чтобы ими управляли.

Джейсон вложил свою волю в эту связь, каждая унция душевной силы, которую он мог собрать, обрушилась на нее заново. Наконец, он почувствовал первую, крошечную дрожь в ее воле к сопротивлению. Чем бы ни была эта связь, она оставляла ее жестко запрограммированной на подчинение, если только он мог активировать ее. То, что она была способна сопротивляться врожденному побуждению сдаться, которое приходило через нее, глубоко впечатлило Джейсона, даже если он хотел, чтобы она этого не делала. Он отчаянно хотел остановиться, хотя, как он знал, не так сильно, как она.

Он должен был закончить это. Он должен был прорваться и заставить ее сдаться. Он подплыл к ней, его плащ свободно развевался вокруг него. Он оттолкнул силу ее души достаточно, чтобы использовать хотя бы некоторые из своих способностей. Он протянул руку, ладонью вниз, в пространство, где выгибался ее торс.

Уступи. Свою. Душу.

Ее тело задрожало, затем содрогнулось. Затем она упала на землю.

БИТВА ДО БОЛИ

БИТВА ДО БОЛИ

За пределами купола барьера, окружающего Яреш, в воздухе парил командный совет, стратегическое командование сил налета посланников. Информация от полевых командиров внутри города передавалась им через переговорные камни, магическое устройство, которого не было в этом мире. Коммуникация была одним из нескольких странных пунктов невежества в этом в остальном магически развитом мире, наряду с их нехваткой пространственной магии.

Один из командиров покинул группу, чтобы направиться в сторону Голоса Воли, Джес Фин Кааль. Хотя она и отвечала за все силы посланников в регионе — бесспорно, после смерти Ма Го Шаата — она оставляла руководство налетом золотым рангам, которые составляли стратегическое командование. Они были одновременно удивлены и благодарны, так как знали своих людей и то, как ими руководить, гораздо лучше, чем аутсайдер, даже тот, кого прислал астральный король.

Голос была удовлетворена постановкой целей, а затем оставляла командирам решение о том, как лучше их выполнить. Она сделала лишь несколько условий, хотя они варьировали от малых до фундаментальных по своему влиянию на стратегический подход к налету. Прикомандирование одного посланника к отряду, который с наибольшей вероятностью встретит одного конкретного искателя приключений, было запутанной, но легко выполнимой директивой. Использование великих врат призыва, с другой стороны, определяло способ проведения атаки.

Командир подошел к Джес Фин Кааль и доложил о статусе. Кааль слушала, не глядя на мужчину, ее глаза были прикованы к городскому барьеру, несмотря на то, что сквозь его поверхность она видела не более чем синее размытие.

— ...оттесняются по всему городу, — доложил командир. — Мы полагали, что боги в значительной степени останутся в стороне от конфликта, но церкви не только мобилизовали обширные силы, но эти силы оказались подозрительно сильными и хорошо информированными.

— Богиня Знание, — сказала Кааль, ее голос был безразличен. — Мы давно знали, что она готовилась к нашему прибытию в этот мир. Она расширила границы того, какую информацию она могла распространять, но наше сотрудничество с Церковью Чистоты дало ей свободу действий.

— Командный совет советует отступить, Голос, — сказал командир. — Проломы в барьере быстро восстанавливаются, и защитники берут верх, поскольку врата призыва достигают своих пределов. Они близки к разрушению, и мы не можем заменять призываемых существ так быстро, как раньше. Падение Ма Го Шаата также освободило местных искателей приключений алмазного ранга, и мы начали терять золотые ранги. Потери уже смещаются от призванного пушечного мяса к нашим настоящим силам.

— Вы подтвердили, что событие с аурой — это Джейсон Асано?

— Да, Голос. Также...

Кааль наконец повернулась, чтобы посмотреть на командира.

— Что? — потребовала она.

— Мы не смогли определить, как погиб Ма Го Шаат. Насколько мы можем судить, он мчался к Асано вслед за событиями с аурой. В следующий момент он был мертв. У ног Асано.

Голос моргнула в замешательстве.

— Просто так?

— Да, Голос. А потом... Асано поглотил жизненную силу, оставшуюся в его трупе.

Брови Кааль взлетели вверх, а затем, к удивлению и легкому ужасу командира, она расхохоталась.

— Голос, мы потеряли алмазный ранг.

Кааль дружески похлопала его по плечу.

— И мы, скорее всего, не увидим его снова в течение некоторого времени. Какая жалость. Какова текущая диспозиция Асано?

— Один из наших серебряных рангов поймал его на дуэльной силе. Мы не смогли установить его статус с того момента.

— Он был втянут в пространственное пространство?

— Нет, Голос. Это был тип силы, который окутывает каждого дуэлянта оболочкой души, позволяя им сражаться друг с другом, но любой другой, вступающий в контакт, насильственно отбрасывается.

— Тогда почему мы не знаем его статус?

— Их дуэль переместилась в прорванный бункер. Вероятно, их бой привел к массовым жертвам среди тех, кто укрывался внутри. Эти оболочки души могут ранить серебряный ранг; они убьют хрупких гражданских слуг.

— Бункеры не имеют значения. Что насчет Асано?

— Простите меня, Голос, но разве бункеры не были главной целью атаки на город? Чтобы посеять террор?

— Что? О, да, конечно, они были. Что вы делаете, чтобы получить глаза в этом бункере?

— Командир этого района — Марек Ниор Варгас. Он обеспечил вход своими личными силами, а не теми, что были назначены ему. Но он отказывает во входе нашим силам, вместе с защитниками города.

Лицо Кааль приняло задумчивое выражение.

— Интересно, — пробормотала она. — Я знала, что многие из наших золотых рангов будут бороться за Асано, как только поймут, что он такое, но то, что Марек Ниор Варгас один из них, — это сюрприз.

— Его действия можно расценить как предательские.

— Можно. Но, равно как, он может просто проявлять осторожность, обеспечивая Асано. Он всегда был осторожным, и я подозреваю, что не все наши люди действуют, имея долг превыше всего в своих умах. Он не действует без должного рассмотрения, и он знает, что я позволю только серебряным рангам шанс убить Асано.

— Из нашей текущей оценки его, я не уверен, что кто-либо из наших серебряных рангов может убить Асано.

— Именно.

— Тогда почему вы специально направили их попробовать?

— Потому что наши люди медленно учатся, когда дело доходит до уважения к тем, кто приходит извне наших рядов. Неудачный побочный эффект обучающих программ. Но теперь они будут уважать угрозу, которую он представляет, и, что более важно, его потенциал, когда он направлен на наши цели.

— У вас есть свои намерения насчет него, значит?

— У меня есть всякого рода намерения, Командир, как те, кто шепчется за моей спиной, слишком готовы указать. Помните, что мы здесь не в этом регионе, чтобы уничтожить город слуг. Вот почему мы совершаем налет, а не стираем его с лица земли. Наши цели больше, вот почему золотым рангам было дано указание, чтобы Асано был либо захвачен, либо оставлен в живых, и Марек Ниор Варгас знает это.

— Но если он предатель, он может попытаться убить Асано или захватить его для своих целей.

— Он осторожный человек и вряд ли сделает внезапный, смелый ход сейчас.

— А если сделает?

— Тогда это будет неожиданный, но не неприемлемый исход. Марек Ниор Варгас не убьет Асано, потому что это ему ничего не даст. И у него нет информации, которой он может поделиться с Асано, которая помешает повестке дня астрального короля. Он может даже упростить переход к следующей фазе.

— Следующей фазе, Голос?

Она снова сфокусировалась на командире.

— Командный совет будет проинформирован по мере необходимости. А пока рекомендация совета имеет мое одобрение. Сигнализируйте о полном отступлении.

— Спасибо, Голос.

* * * Джейсон спроецировал свою волю в душу посланника, и результат был дезориентирующим. Его магические чувства и чувства ауры показывали внутренности души Теры Джун Касты, в то время как его обычные чувства все еще показывали внутренности бункера. Он едва мог понять то, что воспринимали его духовные чувства. Это было более обширно и сложно, чем мог разобрать его разум, лишь с проблесками частичного понимания.

Нахождение внутри ее души показало ему достаточно, чтобы опровергнуть гипотезу, которую он сформировал, когда атаковал ее снаружи. Он начал подозревать, что посланники — это какой-то искусственный вид, созданный астральными королями или какими-то другими существами за кулисами. То, что он обнаружил внутри ее души, разубедило его в этой мысли. Она казалась беспорядочной и органичной; все находилось в постоянном состоянии потока, но все работало в гармонии. Это было похоже на прослушивание сотни песен, которые казались диссонирующими, но при воспроизведении друг поверх друга создавали небесный хор.

Элементы ее души варьировались от совершенно непостижимых до почти совершенно непостижимых. Исключениями были три вещи, которые резко контрастировали по той простой причине, что Джейсон имел твердое и немедленное понимание их. Во всех трех случаях это была связь с вещами вне ее души, которая помогла Джейсону как найти, так и понять их.

Первый элемент, по-видимому, был самим ядром существования посланника: узловым центром для гештальта тела и души, который составлял ее самое существо. На этот центральный узел кто-то поместил метку. Из того, что он видел, Джейсон предположил, что метка была помещена, пока душа еще формировалась, как клеймение новорожденного теленка. Она была помещена до того, как душа стала неприступным целым, предоставляя тому, кто поместил метку, постоянный доступ.

Глядя на метку и на то, как она воздействует на душу, было ясно, что она делает больше, чем просто предоставляет доступ. К тому времени, как она закончила формироваться, она стала неотъемлемой частью души, как внутренний орган. Теперь, если метку удалить, результатом будет духовная рана, которая в конечном итоге станет фатальной.

Следующим аспектом, который выделялся, было то, что он идентифицировал как ее потенциал. Это было место, где ее сила медленно накапливалась, не так, как там, где росли силы эссенций Джейсона. Однако она не была астральным королем, поэтому вместо сада внутри души Джейсона у нее был калейдоскопический водоворот. Этот водоворот, однако, не рос. На него была наложена печать, полностью высасывающая силу из ее души. Опять же, Джейсон узнал силу астрального короля в действии; один взгляд на нее показал ему, как он может использовать то же самое.

Печать, вытягивающая силу, означала, что Тера была вечно заперта на серебряном ранге, сила, которая накапливалась бы и вызывала ее продвижение, отводилась в сторону. Астральный король забирал силу, которая должна была медленно позволить ей вырасти до золотого ранга и выше, присваивая ее себе. Джейсон понял, что это должно быть стандартной практикой; каждый посланник, неспособный продвинуться выше определенного ранга, не сдерживался каким-то врожденным ограничением. Они были невольными батарейками силы для астральных королей, которым служили.

Разум Джейсона прошел через то, что он знал о посланниках. Голоса Воли решили служить астральным королям в обмен на шанс продвинуться дальше своих естественных пределов. Но теперь Джейсон понял, что эти пределы вовсе не были естественными. Великий дар повышения потенциала посланника был не чем иным, как регулировкой печати, чтобы позволить большему количеству силы накапливаться перед тем, как ее выкачать.

Хотя и удивленный, Джейсон переключил свое внимание на третий аспект ее души, который он узнал. Это было достаточно легко, потому что это был механизм, который управлял дуэльной силой Теры. Поскольку Джейсон в данный момент отражал эту силу с помощью усиленного подавления сопротивления, он смог проследить силу прямо до источника и немедленно потянулся своей волей, чтобы отключить ее. Она не сдвинулась с места, оставив его не более способным отключить ее, чем сам посланник.

Джейсон вернулся к первому элементу, который он узнал, отмеченному ядру ее существа. Он мог чувствовать контроль, который этот клеймо имело над ней, и понял, что если у него будет этот контроль, это должно позволить ему положить конец дуэльной силе. Это был шаг, который наполнил его отвращением, но он был необходим. Теперь, когда он увидел лежащий в основе механизм силы, он мог сказать, что если ни один из них не умрет первым, это убьет их обоих в течение нескольких минут.

Он изучил метку, увидев, что она похожа на письмо, которое он видел раньше. Существовал древний и таинственный идеографический язык, примеры которого Джейсон видел и раньше. У его меча имя было написано на лезвии этими идеограммами, и когда он клеймил врагов своей силой Метки Греха, это клеймо также использовало тот же язык. Точное значение символа было многослойным, но примерно переводилось как «формирователь душ».

Надеясь, что его собственное будет звучать хотя бы немного менее злодейски, он поискал в своей собственной душе похожее клеймо и нашел его немедленно, оно появилось в тот момент, когда он пожелал этого. Он вздохнул про себя, когда увидел, что оно переводится как «гегемон». Потому что, конечно, так оно и было.

Замена клейма другого астрального короля на свое собственное оказалась пугающе легкой, оригинал сдвинулся в новую форму при малейшем проявлении его воли. Когда он сделал это, вся ее душа затряслась, как лачуга в ураган, но он проигнорировал это и немедленно отключил теперь уже послушную дуэльную силу.

Он собирался выйти из ее души, но остановил себя. Он снова посмотрел на клеймо, теперь уже свое собственное, на ядре ее существа. Он знал, что не может удалить его; теперь должно было быть клеймо, иначе это медленно разрушило бы ее, как духовная рана в кишках, которая не могла зажить.

Он направил свои чувства наружу, пытаясь увидеть, сможет ли он найти ее собственную метку где-нибудь в ее душе. Это было гораздо труднее, чем найти свою собственную, и не только потому, что это была не его душа, но и потому, что она не была астральным королем. У нее даже не было потенциала стать им, с этой печатью на месте, ограничивающей ее потенциал.

Самое большее, что он смог найти, — это остатки того, что когда-то было началом метки, но и клеймо — теперь его — и печать подавляли ее. Джейсон пожелал своему клейму перестать делать это, и оно сделало. Затем он переключил свое внимание на печать и обнаружил, что, в отличие от клейма, ее было легко удалить. Он чувствовал, как ее душа уже пытается сбросить ее, и все, что ему нужно было сделать, — это немного помочь ей. Он направил часть своей собственной силы в Теру, и печать пульсировала, как сердце, прежде чем взорваться.

* * * Веста Кармис Зелл была астральным королем, комфортно проживающим в своем астральном королевстве. Она наблюдала, как армии слуг сражаются насмерть, воскрешая их и наделяя их различными способностями, чтобы поддерживать интерес.

Когда она почувствовала, что одна из ее печатей исчезла, она замерла.

Это была печать серебряного ранга, одна из бесчисленных, но был только один способ ее удалить: позволить астральному королю войти в душу, чтобы удалить ее.

— ХАЛЛАС! — взревела она, сотрясая все свое царство с такой силой, что все расы слуг погибли. Она оживила их снова, когда прибыл ее слуга, Халлас. Халлас был одним из ее более удовлетворительных экспериментов в области душевной инженерии: живая душа, заключенная в голема. Голем был семи футов ростом и гуманоидным, выкованным из белых и золотых материалов, которые ценились бы даже в космическом городе Интерстиций.

— Халлас, — скомандовала она. — Свяжись с остальными. Я созываю Совет Королей.

* * * С исчезновением печати Джейсон снова направил свои чувства через душу Теры Джун Касты, ища метку, которая представляла саму Теру. Зарождающиеся аспекты, которые он почувствовал, уже двигались, собираясь вместе и уточняя себя. Он ждал, но хотя метка быстро приняла начальную форму, она была далека от завершения. Она не развилась до той степени, до которой развились метки Джейсона или другого астрального короля, потому что Тера не была астральным королем.

Этого было недостаточно для Джейсона, чтобы использовать. Подключившись к своей собственной силе, он взял часть своего собственного присутствия и излучил ее через ее душу, делая все возможное, чтобы дать ей понимание природы астрального короля. Он сосредоточил ее на ее зарождающейся метке, и она откликнулась, ее душа инстинктивно использовала его как чертеж для дальнейшего развития. В тот момент, когда он почувствовал, что она не просто ссылается на него, а копирует его напрямую, он отрезал силу и отозвал свое присутствие. Он пытался помочь ей, а не переделывать ее по своему образу и подобию.

Ее метка осталась незавершенной, но он был уверен, что этого достаточно, чтобы работать, учитывая, что это была ее собственная душа. Он потянулся к ее клейму, его воля снова направляла ее бессознательные инстинкты заменить его метку на ее.

Снова вся ее душа содрогнулась. Джейсон почувствовал немедленное чувство отторжения от ее души и полностью отозвал свое присутствие из ее души.

* * * В бункере-общежитии царила почти тишина. Звук нескольких плачущих детей был единственным шумом, и они казались маленькими в огромной камере. Звук падения посланника на пол был пунктуационным знаком в ее конфликте с Джейсоном, и после этого все затихло.

Люди там не видели большей части конфликта между Джейсоном и Терой, и хотя они видели конец, они не знали, что о нем думать. С точки зрения тех, кто сжался в бункере, Тера ворвалась, за ней последовал Джейсон. Он отчитал ее голосом, который прозвенел в их душах, как команда бога, начал светиться, а затем, насколько кто-либо мог судить, сломал ее своим разумом.

Джейсон медленно спустился с воздуха, когда свет, сиявший изнутри его тела, потускнел. Он исчез полностью к тому времени, как он остановился, паря, едва касаясь пола ногами. Он подплыл к бессознательному посланнику и опустился на пол на колени. Это было отчасти для того, чтобы осмотреть ее, а отчасти потому, что он не был уверен, что сможет стоять на своих двоих. Сила, которую он только что закончил направлять, не искалечила его, но оставила его истощенным и пустым, как оливка без косточки.

Тень проявилась из тени Джейсона.

— Добрый день, приятель, — сказал Джейсон, его голос напрягался, чтобы сохранить свою фирменную непринужденную расслабленность.

— Как вы себя чувствуете, мистер Асано?

— Между нами, и с учетом того, что сжавшиеся в кучу массы гадают, не убью ли я их следующим? Довольно вымотанным.

— События развивались в ваше отсутствие. Я рекомендую вам оценить обстановку, мистер Асано.

Джейсон полностью расширил свои чувства впервые с тех пор, как был пойман в ее дуэльную силу. Он хмыкнул, то, что обычно было без усилий, вызвало у него немедленную головную боль. Его чувства не распространялись за пределы защитной магии бункера, даже несмотря на то, что она была прорвана в том месте, где вошли он и Тера. Но то, что он почувствовал внутри бункера, было достаточно тревожным.

Джейсон неуверенно поднялся на ноги.

— Тень, ты случайно не подобрал мой меч одним из своих тел?

— Конечно, мистер Асано. — Тень извлекла меч Джейсона из своего пространственного пространства, и Джейсон взял его. Немедленно его рука опустилась, кончик меча заскреб по твердому плиточному полу, когда его рука повисла.

Джейсон и Тень оба повернулись к все еще открытым дверям. Через мгновение золотой ранг посланника проплыл через них, держа по серебряному рангу искателя приключений в каждой руке. Это была та пара, с которой Джейсон столкнулся при входе в бункер. Его чувства подсказали ему, что они без сознания, а не мертвы.

Джейсон узнал командира сил посланников в развлекательном квартале. Как и Тера, этот мужчина одевался больше как искатель приключений, чем типичный посланник, избегая непрактичных драпировок в пользу простой, практичной брони. Он был очень смуглым, от светлой кожи до темных волос и серо-коричневых перьев крыльев.

Его аура была устрашающей. Как и его внешний вид, она была внушительной, но не броской. Джейсон не пытался двигаться, когда посланник подплыл к нему шагом, а за ним через двери проплывали другие посланники. Он был окружен еще двумя золотыми рангами, а серебряные выстроились тактическим клином. Вся эта мощь была направлена на одного очень уставшего Джейсона и его теневого фамильяра.

— Меня зовут Марек Ниор Варгас, — сказал ему командир. — Убери свой меч, Джейсон Асано; у тебя едва хватает сил держаться на ногах, не говоря уже о том, чтобы поднять его. Ты не смог бы сразиться с одним из моих серебряных, не говоря уже обо всех нас.

Джейсон медленно поднял руку, чтобы откинуть капюшон своего плаща, открывая лицо.

— С другой стороны, — сказал Джейсон командиру, — возможно, у меня все-таки есть силы.

Он взлетел в воздух, чтобы сравняться с Мареком, и поднял свой меч, держа его ровно и устойчиво, указывая на посланника, когда он выдвинул требование стальным голосом.

— Брось. Свой. Меч.

— У меня... нет меча, — сказал ему безоружный Марек.

ОТ ОДНОГО НЕЛЕПОГО СТОЛКНОВЕНИЯ К ДРУГОМУ

ОТ ОДНОГО НЕЛЕПОГО СТОЛКНОВЕНИЯ К ДРУГОМУ

Джейсон опустился обратно на пол, приземлившись в геройское приседание, а затем завалился на бок.

— Ага, — хмыкнул он, растянувшись на земле. — Я практически выложился. Эй, командир штаны-ангела, что ты здесь делаешь? Ты же знаешь, что алмазные ранги не позволят тебе долго разгуливать в бункере, верно? Ты как бы загнал себя в угол.

Один из других золотых рангов посланников пододвинулся ближе к Мареку и прошептал, хотя слух серебряного ранга означал, что Джейсон слышал это идеально.

— Вы уверены, что мы должны рисковать всем, делая ставку на этого... человека?

— Нам нужно что-то другое, Паян, — сказал ему Марек. — Он другой.

— Я не уверен, что это тот вид «другого», который нам нужен.

— Это тот вид «другого», который у нас есть.

Марек подплыл к Джейсону, глядя на него сверху вниз. — Мы делаем большую ставку на того, кто защитит нас от них.

— Пожалуйста, скажи мне, что этот «кто-то» — не я.

— Это ты.

— Тогда тебе может не повезти, если только у обоих этих алмазных рангов нет смертельной уязвимости к храпу. Похоже, пора вздремнуть.

Марек опустился, пока его ноги не коснулись земли, затем потянулся вниз, чтобы предложить Джейсону руку. Джейсон застонал, принял ее и позволил посланнику подтянуть себя на ноги. Посланник был добрых два фута выше, заставляя Джейсона запрокидывать голову, чтобы смотреть на него.

— Я почти понял, — сказал Джейсон. — Ты недоволен своим текущим обслуживанием у астрального короля и ищешь переключение на нового провайдера.

— Твоя формулировка необычна, но ты с точностью вывел ситуацию.

— Тогда тебе понадобится чертовски хороший питч, приятель. Я не фанат сделки с нацистским ученым.

— Я бы хотел ничего больше, чем сесть и обсудить многие вещи с тобой подробно. К сожалению, время против нас. Это был не тот ход, который я ожидал сделать, и лишь вопрос времени, когда мои собратья-посланники поймут, что мы делаем.

Джейсон выпрямился, его усталая сутулость исчезла, а выражение его лица стало жестким. Он вложил меч в ножны, прежде чем ответить посланнику.

— То, что ты спешишь, не меняет того факта, что ты пришел сюда убить людей, сжавшихся в конце этой комнаты. Это не меняет того факта, что хорошие люди погибли, останавливая тебя. Ты видел, что осталось от этого квартала после того, как монстры, которых ты послал, закончили с ним. Даже те, кто выбрался живыми, лишились своих домов и средств к существованию. Ты пришел сюда без какой-либо другой цели, кроме как разрушать. Сеять страх и оставлять шрамы по всему городу, которые напоминали бы людям здесь, что значит сражаться с посланниками.

— Я был сдержан в своих действиях. Думаю, ты знаешь это.

— Не из-за какого-либо сочувствия к людям, которых ты атаковал. Ты думаешь, что резня и разрушения, совершенные с безразличием вместо энтузиазма, означают, что ты не несешь ответственности за жизни, которые ты отнял?

— Сколько жизней отнял ты?

— Множество, и это чертовски сильно меня испортило. Я не думаю, что ты теряешь много сна из-за этого, однако.

— Нет, — признал Марек. — Я не буду притворяться, что я не тот, кто я есть, но...

Марек замолчал, когда раздался звон от каждого из присутствующих посланников, включая бессознательную Теру. Марек достал камень из маленького мешочка на поясе. Он мигал красным.

— И наше время почти вышло, — сказал Марек Джейсону. — Это сигнал к общему отступлению. Атака на ваш город окончена.

— Ты думаешь, защитники этого города позволят вам просто так уйти? Вы не можете приходить и уходить, когда вам вздумается, убивая всех, кто попадется вам на глаза. Ты думаешь, я позволю вам уйти?

Золотой ранг посланника, Паян, подплыл к ним.

— Ты едва можешь стоять, и ты думаешь, что можешь что-то сделать нам? Любой из нас может убить тебя в мгновение ока.

— Давай, вперед; меня убивали много раз. Строитель убил меня. Его главный сосуд убил меня. Я полагаю, ты слышал о Шако. Каждый раз, когда Строитель хочет одного, а я — другого, мне становится больно или я умираю. Но я получаю то, что хочу, а он — нет. Ты думаешь, я боюсь нескольких посланников? Почему? Потому что вы все стоите треугольником?

Посланники, парящие в клиновидном строю, ощетинились, но замерли, когда Марек поднял руку.

— У нас нет времени, Джейсон Асано, — сказал Марек. — Мне не нравится делать это таким образом, но я дам тебе простой выбор. В твоем мире есть концепция политического убежища. Я хочу претендовать на него. Я хочу дезертировать.

— Оставляя в стороне то, сколько ты знаешь о моем мире, — сказал Джейсон, — ты ведь не говоришь о том, чтобы просить убежища у города, верно? Ты просишь меня.

— Только другой астральный король может укрыть нас.

— Да. Как оказалось, я только что узнал почему.

Джейсон повернулся, чтобы взглянуть на Теру Джун Касту, все еще распростертую без сознания на земле. Марек проследил за его взглядом, а затем сузил глаза, вглядываясь в нее.

— Что ты с ней сделал?

Марек переместился к ее стороне в размытом движении, опускаясь на колени, чтобы положить руку ей на лоб.

— Ты знаешь ее? — спросил его Джейсон.

— Она была под моим командованием, но нет. Ты изменил астрального короля, которому она принадлежит.

Марек встал, повернулся и посмотрел на Джейсона свежим оценивающим взглядом.

— Какому астральному королю она принадлежит? Это не ты; я мог бы сказать, когда вы оба были передо мной. Но она больше не принадлежит и Весте Кармис Зелл. Я бы почувствовал это, та же связь, что есть у меня. И как вы оба вообще живы? Она использовала дуэльную силу.

— Я думал, у тебя нет времени на вопросы.

Марек встал, нахмурился, а затем кивнул.

— Ты прав; у меня его нет. Мне нужно убежище, для себя и своих людей. Я могу пообещать тебе, что есть выгоды, которые можно получить, сделав это.

— Я не ищу взятку.

— И я не предлагаю ее. Это выгоды, которые ты захочешь не для себя, а для всех сил, выстроенных против моего вида.

— Значит, твой питч в том, что ты сделаешь что-то супер впечатляющее, если я приму вас, но у тебя нет времени объяснить это прямо сейчас.

— Отступление было объявлено. Если ты не примешь нас, нам придется уйти до того, как закроется городской барьер. Это будет плохо для нас обоих.

Джейсон вздохнул.

— Тень, мысли?

— Он утверждает, что ему нужно время, мистер Асано. Вы могли бы предложить ему это, если готовы противостоять алмазным рангам, которые потребуют, чтобы вы передали их. Думаю, мы оба знаем, что это не будет проблемой для вас.

Джейсон снова вздохнул, затем повернулся обратно к Мареку.

— Дай мне одну причину, — сказал он. — Не расплывчатые обещания. Дай мне одну вескую, твердую причину, по которой я должен хотя бы рассматривать идею помощи вам.

Марек долго молчал, его выражение было задумчивым. Наконец, его взгляд остановился на Тере Джун Касте, лежащей на полу. Он закрыл глаза на мгновение, открыл их, а затем повернулся к Джейсону.

— Потому что ты выбрал милосердие, — сказал он.

Джейсон долго смотрел Мареку в глаза, для чего ему пришлось запрокинуть голову. Затем он повернулся, точно так же, как Марек ранее, чтобы созерцать распростертую форму Теры.

— Черт возьми, — пробормотал он недовольно.

Портальная арка поднялась с пола, наполненная золотым, серебряным и синим светом. Она началась размером с человека, но выросла, чтобы вместить посланников по жесту Джейсона.

— Ты знаешь, куда это ведет, верно? — спросил Джейсон.

— Твое астральное королевство.

— Загоняй своих людей внутрь. Это убережет всех от вас, пока мы не сможем провести тот долгий разговор, о котором ты упоминал.

Марек приказал своим людям войти, посланники выглядели решительно неуверенными, но делали, как им было велено. Еще больше посланников прошли через двери, когда Марек позвал их своим переговорным камнем. Это были те, кто блокировал дыру в потолке бункера от других нарушителей, и команда Джейсона была у них на хвосте. Они обнаружили Джейсона, стоящего с Мареком, когда посланники выстраивались в очередь через то, что команда узнала как портал в астральное царство Джейсона. Команда знала Джейсона в разгар его очередного безумия, когда видела его, и поскольку посланники не нападали на гражданских или Джейсона, они настороженно наблюдали из двери.

Когда Марек остался единственным, он повернулся к Джейсону.

— Не оставляй нас надолго. Наш текущий астральный король, скорее всего, отзовет свое покровительство, и это убьет нас.

— Я в курсе, — сказал ему Джейсон, затем указал на Теру. — Забери ее с собой.

— Она без сознания. Если она подсознательно не согласится пройти через портал, я не могу.

— Тогда попробуй. Или ты предпочел бы оставить ее на милость моей стороны, после того, что только что сделала твоя сторона?

Марек подплыл к Тере, осторожно опустился на колени и поднял ее. Он направился обратно к порталу, и они оба исчезли в нем.

* * * — Ты могла бы хотя бы позволить мне сразиться, — сказала Мелоди Софи, когда она и Эмир вели ее из облачного дворца Эмира в дворец Джейсона. — Я могла бы сражаться с посланниками.

— Я бы не доверила тебе использовать рот, когда ты ешь сэндвич, — сказала ей Софи. — Нет никакого способа, которым мы позволили бы тебе вырваться на свободу в битве городского масштаба. Сколько раз я объясняла это за последние несколько недель?

— Так почему потребовалось так много времени, чтобы вернуть меня в облачный дворец Асано? Дворец этого человека утомителен.

— У меня есть обширная библиотека.

— У Асано есть телевидение. Я изучала язык его мира, просматривая истории о человеке с усами и гладкой красной карете. Дворцу золотого ранга не хватает инновационных удобств.

— Которые он позволяет тебе видеть, — сказал Эмир. — И у золотого ранга есть имя.

— И если бы у него также была личность вместо цветных бусин в волосах, кого-то это могло бы волновать, — сказала ему Мелоди.

Эмир поднял руки к своим украшенным бусинами волосам с обиженным выражением лица.

— Мне нравятся мои бусины в волосах.

— Будь добра, — упрекнула Софи Мелоди.

— Конечно, тебе нравится скучный парень, — сказала Мелоди со стоном. — Ты все еще встречаешься с тем парнем по прозвищу «Ком»?

— Это Хамп... это Хамфри, — сказала Софи.

— Я не скучный, — настаивал Эмир. — На самом деле, ты обнаружишь, что самое горячее желание многих людей — чтобы я был более скучным.

Они подошли к облачному дворцу Джейсона, который снова был обустроен для обслуживания беженцев. Вместо того чтобы принимать только города с юга, большая часть населения Яреша теперь была бездомной, что делало их беженцами в своем собственном городе.

За недели, последовавшие за битвой при Яреше, бесчисленные тонны щебня и пепла были собраны и перепрофилированы в строительные проекты, которые восстанавливали город с поразительной скоростью. Несмотря на это, палаточные городки все еще доминировали, как внутри, так и снаружи городских стен. Софи, Эмир и Мелоди шли через то, что составляло палаточный район, который вырос вокруг всех припаркованных транспортных средств искателей приключений, включая транспорт Эмира и Джейсона.

— Ты собираешься увидеть Джейсона? — спросила Софи Эмира, когда они подошли к входу. Они не останавливались в самом дверном проеме, так как поток людей входил и выходил.

— Если он отказывается покидать свое пространство души, или как он там называет это сейчас, тогда мне придется пойти увидеть его.

— Ты не собираешься пытаться заставить его встретиться с алмазными рангами, верно? — спросила Софи. — Они причина, по которой он не выходит.

— Не с алмазными рангами Яреша, нет, — сказал Эмир. — Есть еще один, который пришел сюда, чтобы увидеть его.

— Только не создавай ему никаких проблем, — предупредила Софи. — Твоя жена все еще чувствует вину за то, что пошла на поводу у...

Она взглянула на свою мать.

— ...твоего старого товарища по команде. Она была бы более чем счастлива оказать мне услугу.

Эмир поднял руку в знак капитуляции.

— Никаких проблем для Джейсона, — пообещал он.

Софи повела свою мать внутрь, а Эмир направился к неприметной женщине, которая делила свое внимание между облачным дворцом и кубическим устройством в своих руках. Она выглядела как хорошо сохранившаяся сорокалетняя женщина, хотя Эмир знал, что она во много раз старше этого. Он ухмыльнулся, увидев разочарованное выражение на ее лице.

— Вижу, ты все еще женщина, — сказал он в качестве приветствия.

— Что? О, да, — сказала она рассеянно. — Пару лет уже. Я думала, что пора снова переключиться. Не мужчина, однако. Где-то посередине, я думаю. Молодой.

Эмир посмотрел на устройство. — Нет удачи?

— Оно работает на твоем.

— О, я в курсе, — сказал он. — Я был в ванне, когда ты решила вернуть мой дворец в облачную колбу, чтобы убедиться, что твое переопределение все еще работает.

— Я спроектировала эту чертову штуку; конечно, я должна быть в состоянии контролировать ее. Что этот твой мальчик сделал со своим? Я знаю, что проектировала их адаптивными, но это выходит за все параметры, которые я установила.

— Я как раз собирался войти и спросить, поговорит ли он с тобой. Он уклоняется от местных алмазных рангов, поэтому он неохотно выходит.

— Они алмазные ранги. Почему они просто не взломают, если они так решительны?

— Они сделали это, после первой недели. Он отступил в пространственное пространство.

— Можно насильственно открыть пространственные пространства.

— Не это. Строитель пытался, однажды, и даже он не смог справиться с этим.

— Кто этот мальчик?

— Тот, у кого есть привычка оказываться нужным человеком в очень неправильном месте.

— Правда? Он начал как обычный человек и ввязался во что-то мощное? По-настоящему мощное, я имею в виду, а не просто какой-то алмазный ранг?

— На самом деле, да.

Она издала звук легкого удивления.

— Чувство судьбы, вероятно. Это объяснило бы странные, разрозненные силы, которые я считываю из этой облачной конструкции. Тебе пришлось бы пройти от одного нелепого столкновения к другому.

— Это определенно описывает Джейсона, — сказал Эмир. — Что такое чувство судьбы?

* * * — Одно только знание того, что можно выжить без покровительства астрального короля, будет откровением, — сказал Марек. — Именно тот факт, что короли искусственно ограничивают наше развитие, станет спичкой, которая превратит Неортодоксию из сухостоя в бушующее пламя.

— Неортодоксия, — сказал Джейсон. — Это то восстание посланников против астральных королей, о котором ты говорил?

Он и посланник сидели на длинной парковой скамейке в диком саду с ярко-красными цветущими растениями.

— Это далеко не восстание, — сказал Марек. — Ты не можешь восстать против тех, без кого ты умрешь. Но то, что ты сделал для нас, показывает, что мы можем жить без астральных королей.

— До тех пор, пока у вас есть астральный король, чтобы поставить свое собственное клеймо, — отметил Джейсон. — Я не собираюсь быть вашим универсальным магазином по ремонту посланников, если ты это думаешь. Мы оба знаем, что это не сработало бы.

Когда Джейсон менял клейма на душах Марека и его людей, это был не гладкий процесс. Открытие их душ Джейсону было трудным для них, их бессознательное нежелание пересиливало их сознательный разум. В конце концов, только один не смог заставить себя открыть свою душу Джейсону, и он умер через несколько дней после того, как астральный король, которому он ранее служил, удалил его собственную метку.

Даже в конце, перед лицом смерти, посланник не открыл свою душу. Марек спрашивал Джейсона, как он сделал это с Терой, и предлагал ему сделать то же самое, но Джейсон наотрез отказался. С Терой ему нужно было спасти их обоих, и даже тогда он все еще чувствовал отвращение к этому акту. Не раз в последующие недели он вскакивал от кошмаров-флешбэков. Поскольку она все еще не проснулась, невозможно было сказать, какую травму она пережила.

— Я не прошу тебя освобождать больше душ, — сказал Марек. — Первый шаг должен состоять в том, чтобы показать моему виду, что это возможно. Тогда мы сможем работать над подчинением астральных королей. Те, кто не входит в Совет Королей, не будут бросать вызов совету в текущих условиях. Если посланники в целом узнают, что делали короли, это изменится. Я уверен, что некоторые будут готовы пойти на это, хотя бы для того, чтобы использовать восстание для создания базы власти, которую совет не сможет подорвать.

— Это ваше дело; я не хочу иметь к этому никакого отношения.

— Я удивлен, что ты поставил наши собственные метки, чтобы освободить нас, когда мог бы заклеймить нас своими. Мы были не в том положении, чтобы спорить. Это было: позволить тебе войти в наши души или умереть.

— Я не беру никого в рабство, что бы они ни сделали. Я убью их, если последствия оставления их в живых будут хуже, но я не буду никого порабощать. Опять же. Это был строго разовый случай.

— Тогда ты позволишь нам уйти?

— Рабство — не вариант. К тюремному заключению я более открыт. Быть тайными повстанцами или кем-то еще не освобождает вас от вещей, которые вы натворили. Тебе может быть все равно, но мне — нет.

— Тогда что потребуется, чтобы ты отпустил нас?

— Я не знаю, — признался Джейсон. — Я не большой любитель тюремного заключения, если честно.

— Отпустить нас — это только хорошо для твоей стороны. Мы будем подрывать структуры власти посланников.

— Так ты мне сказал. Неоднократно и подробно. Я продолжу рассматривать твои аргументы.

Прежде чем Марек успел ответить, Джейсон исчез.

ГЛУПЫЙ ВЫБОР

ГЛУПЫЙ ВЫБОР

Внутри астрального царства Джейсона Марек Ниор Варгас прогуливался со своим другом и спутником, Паяном Ниор Роэлем. Расцветшие в одном районе одного и того же садового мира, они знали друг друга почти с первых дней своей жизни. Они служили под началом одного и того же командира, который помог сломить их идеологическую обработку. Они доверяли друг другу свои сомнения и вместе тайно искали Неортодоксию.

— Нам нужно убираться из этого места, — сказал Паян, далеко не в первый раз.

— И я прошу тебя подождать, — терпеливо сказал Марек. — Снова. И я просил его отпустить нас, но на самом деле я закладываю фундамент для отношений. Ему потребуется время, чтобы увидеть в нас что-то иное, кроме одержимых превосходством фанатиков.

— Мы свободны от астральных королей, за исключением того, что мы заперты в астральном королевстве этого. Ты не осознаешь, что будет означать откровение о том, что для выживания не нужны астральные короли? Не говоря уже о том, что астральные короли навязывали нам ограничения, утверждая, что они естественны.

— Я осознаю, что это значит, — сказал Марек. — Это значит, что наша смерть наступит чрезвычайно быстро, если мы не будем чрезвычайно осторожны. И хотя мы можем продемонстрировать нашу свободу просто своим существованием, у нас нет доказательств того, что короли ограничивают нас. Астральные короли назовут нас лжецами и аберрациями.

— Но это неправда. Наши люди увидят это.

— Люди выберут то, что они хотят считать правдой, вместо того, что есть на самом деле, получив даже самый слабый предлог.

— Расы слуг — да, но мы говорим о посланниках.

— Тебе не следует называть их расами слуг, Паян. Мало того, что нашему хозяину это не понравится — а здесь нет места, где мы могли бы спрятаться от него, — но подумай об откровениях, которые мы только что узнали. Реальность такова, Паян, что мы — настоящая раса слуг.

— Вот почему нам нужно выйти туда и начать менять вещи.

— Что мы и сделаем, но я думаю, ты не осознал, что самый важный дар, который дает нам наша свобода, — это время. Время спрятаться. Время планировать, готовиться и собирать ресурсы. Никакого Голоса Воли, перед которым нужно отчитываться. Никакого астрального короля, шпионящего за нашими душами. Это значит, что мы наконец можем спрятаться. У нас никогда раньше этого не было.

— И ты бы спрятался в тюрьме?

— Да, я бы. Не растрать этот шанс, Паян. Это астральное королевство крошечное и незавершенное; это скорее астральное поместье. Когда у тебя еще будет шанс увидеть астральное королевство как работу в процессе? Тебе следует впитать все это, узнать как можно больше и быть благодарным за время, которое ты получаешь здесь. Это время окупится тысячекратно, когда мы будем стремиться построить свои собственные астральные королевства. Подумай о Ма Го Шаате, запертом в своем кабинете. Сколько веков он потратил, гоняясь за слухами, которые дали бы ему фрагмент того, что есть вокруг нас?

— Но чего хочет от нас Асано, пока мы здесь? Какова его повестка дня?

— Ты уже оказал Асано свое доверие, Паян. Ты впустил его в свою душу.

— Против каждого инстинкта, кричащего мне не делать этого. Если бы альтернативой было что угодно, кроме смерти, я не знаю, смог бы я. Пиос Валь Хаат не смогла, даже тогда, и это убило ее.

— И все же, все, что он сделал, — это освободил нас, когда мог сделать нас рабами. Он даже не оставил себе пути обратно в наши души, что он мог бы сделать в равной степени. У него не было нужды в схемах, потому что мы были совершенно уязвимы, а у него была вся власть. Что он мог бы сделать, что показало бы отсутствие злых намерений яснее, чем это? Я на самом деле спрашиваю, потому что не могу придумать ничего.

— Но в этом-то и проблема, не так ли? Он ясно дал понять, что видит в нас врагов. Ты думаешь, он хочет разыграть нас против астральных королей?

— Я думаю, он хочет этого сейчас, после того как я вложил эту идею ему в голову.

— Тогда почему он помог нам?

— Я не знаю. Когда я пытался убедить его, просьба о милосердии казалась... неправильной. Я не отбросил доктрину превосходства так тщательно, как люблю говорить себе. Но я видел Теру Джун Касту, которая, по всем правилам, должна была быть мертва. И я видел Асано, измотанного попытками обойти дуэльную силу, что не должно быть возможным. Он должен был убить ее. Мог убить ее. У него была сила, и она была врагом. Почему он сделал этот выбор, я не знаю. Но кажется важным, чтобы я выяснил.

— Тогда, возможно, — сказал Паян, — тебе стоит спросить его.

* * * — Я ненавижу эту тень, — сказал Харист.

Он и его коллега-искатель приключений алмазного ранга, Аллайет, только что вышли из облачного дворца Асано. Снова. Фамильяр Асано вежливо сказал им, что сообщит Асано об их «запросе», как только сможет. Они вернулись в главное здание Общества искателей приключений, одно из немногих, которое было по существу нетронутым после налета, и пили чай в частной гостиной.

— Я говорила тебе, что нам не следовало вламываться в облачный дворец, — сказала Аллайет. — Его там не было, и это только ухудшило ситуацию. Верховная жрица Целителя подала несколько официальных жалоб в Общество искателей приключений.

— Мы алмазные ранги; какое нам дело?

— Мы решили остаться здесь на некоторое время, Харист. Люди этого города любят Хану Шавар, как и Целитель. Создание ей проблем — это проблемы для нас. Если только ты не собираешься править железным кулаком, мы не можем просто раздавить городские власти.

Лицо Хариста приняло задумчивое выражение. Аллайет увидела это и застонала.

— Нет, — сказала она ему. — Мы не собираемся править железным кулаком.

— Ты сама это упомянула.

Она посмотрела на него ровным взглядом.

— Хорошо, — неохотно согласился он. — Но я не позволю этому Асано помыкать нами так, как мне, по-видимому, не разрешено делать с драгоценными представителями власти города.

— Он вызывает беспокойство. Ты читал показания людей из этого бункера?

— Ты имеешь в виду, где он говорит посланнику отдать свою душу, и похоже, что она это делает? Очевидно, Асано — тот, кого нужно приструнить.

— Нет, — сказала Аллайет. — Я снова говорила с Сорамиром Римаросом сегодня утром. Он сказал, что сила — это очень плохая идея.

— Ну, мы не в Королевстве Штормов. У нас здесь нет мест, названных в честь Сорамира Римароса.

— На самом деле, есть торговый город прямо вверх по реке под названием Римарино, который...

— Ты шутишь?

Из-за двери раздался импульс ауры, и Аллайет ответила тем же. Вошел функционер Общества искателей приключений.

— Время пришло? — спросила Аллайет.

— Они должны переместиться через шесть минут, — сказал функционер.

— Не могу поверить, что до этого дошло, — пробормотал Харист, поднимаясь со стула.

— Если это сработало в Римаросе, это должно сработать здесь, — сказала ему Аллайет.

* * * В городе далеко к северу от Королевства Штормов Рик Геллар наряжался.

— Они относятся ко мне как к переводчику, который говорит на Асано, — жаловался он. — Это дымящаяся куча хейдельского дер...

— Дипломатия, Рикард, — сказала его товарищ по команде и девушка Ханна, поправляя ему воротник. — Мы собираемся встретиться с алмазными рангами.

— О, так теперь это Рикард. Я знаю, что ты была той, кто сказал протокольному офицеру в королевском дворце в Римаросе, что меня зовут Ричард.

— И я знаю, что ты не перестанешь говорить о том, как Асано всегда окружен красивыми женщинами, всякий раз, когда ты приближаешься к нему.

— Сказано как человеком, у которого не было своей маленькой влюбленности в него.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказала она беззаботно.

Они вышли из своей спальни в поместье семьи Геллер и направились к зоне телепортации, где защита поместья не будет мешать порталу. С немалым оплотом посланников неподалеку поместье всегда находилось в состоянии низкой готовности. Пространственные помехи обычно были слишком дорогими, чтобы оставлять их включенными, но поместье использовало особенности местной магии, чтобы заставить это работать.

Остальная часть команды Рика присоединилась к нему и Ханне по пути. Фиби Геллер была сестрой Рика, теперь вернувшейся в его команду, а Клэр была близнецом Ханны. Последним членом команды был Дастин Кеттеринг, единственный не местный. Они подобрали его в Гринстоуне после того, как их первоначальный пятый, Джона Геллер, был убит во время неудачного извлечения звездного семени. Дастин был в команде с Нилом Дэвоном и Тадвиком Мерсером, которые распустили команду, также находясь под влиянием звездного семени.

— Мы едва вернулись из Римароса, а теперь снова едем на юг, — пожаловалась Клэр.

— Я не смогла поехать в прошлый раз, — сказала Фиби, — так что я с нетерпением жду этого. Будет приятно увидеть, как продвигается Софи.

— Я с нетерпением жду встречи с Нилом снова, — сказал Дастин. — Также, быть где-то менее пыльном. Никто из вас не предупреждал меня, что этот регион называют пылевым бассейном. Легко получить магию, которая стряхивает влажность, но от пыли у вас постоянно дует эта раздражающая воздушная магия.

— Вот почему я говорила тебе не покупать дешевый браслет от пыли, — сказала ему Клэр.

— Я не собираюсь платить столько денег за браслет от пыли. Это как те браслеты от влажности в Гринстоуне, все повторяется. По крайней мере, там мое имя не было Дастин в месте, полном пыли. Люди постоянно пытаются дать мне ужасные прозвища.

— Рабочие лица на место, — прервал Рик, ведя их через дверь во двор, из которого они будут перемещаться. Золотой ранг, его тетя, подмигнула ему, открывая портал. Это включало появление желеобразной массы, которая быстро расширилась в форму кольца, парящего в воздухе. Пространство в середине кольца заполнилось зеленой светящейся энергией.

* * * Внутри астрального царства Джейсона Марек объяснял то, что он знал о намерениях Джес Фин Кааль, Джейсону и его команде. Они были на травянистой площадке, развалившись в шезлонгах. Двумя исключениями были Марек, парящий чуть над землей впереди, и Гэри, готовящий сзади. Запах жарящегося мяса доносился до команды.

— Астральный король охотится за чем-то, зарытым глубоко под землей, — объяснил Марек. — Она знала об этом десятилетиями, поэтому она распорядилась разместить здесь яйцо генезиса нагов. Я подозреваю, что астральный король не будет доволен тем, что голос тратит так много ресурсов на налет на Яреш, но я мог бы так же легко ошибаться. Астральные короли известны огромными расходами, когда они чего-то хотят.

— И чего именно они хотят? — спросил Хамфри.

— Я не знаю, — сказал Марек. — Но я думаю, ваша Богиня Знание знает. Она наращивала силы здесь годами, что является единственной причиной, по которой мы не стерли Яреш при нашем прибытии.

— Это что-то связанное с естественным массивом, не так ли? — спросил Клайв.

— Я полагаю, что так, — сказал Марек.

— Кто-нибудь может объяснить, что это еще раз? — спросила Софи. — В прошлый раз, когда мы должны были пройти брифинг, Клайв устроил истерику и ушел.

— Это не была истерика, — сказал Клайв. — Но игнорируя это, естественный массив — это магический массив — постоянно установленный ритуал — за исключением того, что он возникает естественным образом, а не создается с помощью ритуальной магии. Элементы, которые его составляют, — это эссенции, камни пробуждения и квинтэссенция, которые проявлялись нормально в течение десятилетий или даже столетий. Они просто случайно проявились в точно правильной близости и расположении, что их магическая энергия взаимодействует, чтобы произвести ритуально-подобный эффект.

— Это не может быть обычным явлением, — сказала Софи.

— Это ошеломляюще редко, — согласился Клайв. — Исследователи Магического общества убивали друг друга за шанс изучить такой. Мало того, что каждый элемент должен быть расположен с мучительной точностью, но он должен делать это, не подвергаясь вмешательству в течение многих лет, которые требуются естественному массиву для формирования.

— И будучи сделанным из ценных материалов, — сказала Белинда, — любой, кто найдет его, разграбит его.

— Он избежал этого здесь тем, что все части появились глубоко под землей? — спросил Нил.

— Именно, — сказал Клайв. — Эссенции, камни и квинтэссенция, которые составляют массив, будут такими, какими вы ожидаете от проявлений так глубоко под землей. Земля, огонь и железо составят подавляющее большинство, я полагаю.

— Астральный король знал о его существовании, — сказал Марек. — Я не знаю как, когда даже город эльфов почти на вершине его был в неведении. Первоначальным намерением было провести горнодобывающую операцию и раскопать вниз, активировав яйцо генезиса нагов в городе, если бы они обнаружили операцию. Но возникли препятствия, и все стало значительно сложнее.

— Сложнее как? — спросил Хамфри.

— Мы ожидали массив, зарытый в твердую землю, делающий то, что он делал. Вместо этого мы обнаружили подземный город, сосредоточенный вокруг него, с населением, которое было там веками. Более того, там внизу есть астральное пространство, которое культ Строителя каким-то образом умудрился найти и занять. Они сражаются с местными жителями с тех пор. Когда прибыли наши силы, мы не только наткнулись на то, что теперь было трехсторонней войной, но армия Знания ждала, чтобы ударить сзади. Хуже того, эффекты массива воздействовали на наши силы. Мы были вынуждены отступить с немалыми потерями.

— Я слышал, ранние стадии конфликта прошли плохо для посланников, — сказал Хамфри.

— Да. Астральный король прислал значительные подкрепления. Это было, когда я прибыл со своими людьми. Мы создали оплоты, но помимо различных фракций в конфликте, было еще одно серьезное препятствие. Природа массива, по-видимому, наделяет людей элементальной магией.

— И что делает наделение людей магией? — спросила Белинда.

— Те, кто жил там внизу, были тлеющими, — сказал Марек. — Это имеет смысл, так как у них сильные сродства к земле и огню. Они — народ, использующий эссенции, но те, кто живет там сейчас, — нет. Столетия воздействия превратили их в более магический подвид. Они больше не могут использовать эссенции, но их врожденные силы значительно выросли.

— Есть и другие случаи, подобные этому, — сказал Клайв. — Эльфы Лунной Охоты. Леониды Короля Грома.

— Подземные жители хорошо адаптировались, — продолжил Марек. — Те, у кого уже есть высокий уровень врожденной магии, менее положительно затронуты. Посланники, посланные вниз, быстро начали мутировать в элементальные варианты.

— Держу пари, это отлично зашло команде «мы — высшая раса», — сказал Нил.

— Нет, — согласился Марек. — Особенно потому, что изменения заставляют интеллект быстро и стремительно деградировать. Большая часть первоначальных сил серебряных рангов была потеряна, и даже некоторые золотые не успели сбежать, прежде чем были затронуты.

— И именно тогда вы начали подчинять пользователей эссенций, — сказал Джейсон.

— Да, — подтвердил Марек. — Мы обнаружили, что пользователи эссенций и преобразованные Строителем одинаково устойчивы к эффектам. Не иммунны, но с нашей стороны не было беспокойства о потерях среди...

— Скажи это, — сказал ему Джейсон.

— ...рас слуг, — продолжил Марек. — Однако было несколько проблем. Одной из них было то, что наши усилия по вербовке и подчинению пользователей эссенций не приводили к тем цифрам, которые нам требовались. Другой было то, что основным компонентом успешного сопротивления эффектам массива, по крайней мере среди пользователей эссенций, была сила воли. Это, как оказалось, то, чего не хватает тем, кто готов служить нам.

— Неудивительно, — сказал Тайка. — Тот приятель, которого вы все послали за Джейсоном, пытался склонить меня на свою сторону. Его аргументы были отстойными, бро.

— Это было, когда установился тупик с местными силами. У нас были наши крепости, с армией Знания и военными лагерями Общества искателей приключений, давящими на них. Нам также приходилось периодически иметь дело с вторжениями снизу, через те самые шахты доступа, которые мы вырыли.

— Которые вы вырыли? — спросил Джейсон многозначительно.

— Которые вырыли наши рабы, — поправил Марек. — Чтобы положить конец тупику, астральный король послала Джес Фин Кааль. Она — Голос Воли, одна из личных слуг астрального короля, наделенная частью ее силы. Она пришла не сражаться, однако, а планировать. Она принесла червей-пожирателей миров, и зараженные оказались устойчивы к эффектам массива.

— Они не должны были быть силами вторжения? — спросил Руфус.

— Важно понимать о Джес Фин Кааль то, что она никогда не делает ничего только по одной причине. У каждого ресурса есть альтернативное использование. У каждого плана есть непредвиденные обстоятельства и синергии; у каждой цели есть альтернативы. Когда что-то идет не так, она адаптируется, превращая невзгоды в возможности. Ты, Асано, идеальный пример. Она хочет использовать тебя, и она держит свои варианты открытыми относительно того, как.

— Должно быть, она была удивлена, когда ты продался вместо того, чтобы захватить его, тогда, — сказал Нил.

— Нет, — сказал Марек. — Ее приказы серебряным рангам были убить его, чтобы доказать его ценность для рядовых посланников. Его действия во время налета более чем выполнили это. Золотые ранги были под приказом захватить Асано, если возможно, и оставить его в живых и свободным, если нет. Ей не нужно, чтобы ты был захвачен, Асано. Она верит, что может получить то, что хочет от тебя, не принуждая тебя к этому.

— Как? — спросил Джейсон. — И чего она хочет от меня?

— Она попытается использовать тебя, чтобы вернуть то, что она хочет, из подземного города. Я подозреваю, что она сделает заманчивое предложение, чтобы обеспечить твое участие. С тобой, якобы командующим силами пользователей эссенций, она может заставить это работать. У нее, конечно, будут планы, зависящие от твоего отказа, а также от твоего согласия.

— Почему я? Астральный король?

— Да. Идеологическая обработка моего вида преуспевает в прививании послушания, но у нее есть свои недостатки с точки зрения контроля. Мой вид не желает работать с тем, что они видят как своих низших. Любая попытка сотрудничества неизбежно перерастает в злоупотребление ради развлечения. Если они собираются работать с пользователями эссенций, должен быть пользователь эссенций, которого они признают. Она собиралась заставить тебя доказать себя в дуэли, что, надеюсь, продемонстрировало бы твою природу астрального короля. Твои демонстрации ауры во время налета послужили ее цели гораздо лучше, чем она могла надеяться.

— Она собирается послать кого-то, чтобы сделать предложение, — сказал Джейсон.

— Да. Скорее всего, она обратится к самому городу, а не к тебе напрямую. Использовать их влияние, чтобы надавить на тебя к действию.

— Это идиотски, — сказала Софи. — Город уже давит на него, и это ни к чему не приводит.

— Это потому, что то, чего они хотят прямо сейчас, — это контроль, — сказал Джейсон. — Они хотят посланников, которые у меня есть, и знать все, что они думают, я знаю, чего не знают они. От этого легко отказаться. Но что, если они хотят чего-то, что поможет городу? Людям? Гражданская власть имеет минимальное влияние на меня. Моральный авторитет труднее сопротивлять.

— Джес Фин Кааль должна удовлетворять потребности астрального короля, — сказал Марек. — Это единственный раз, когда ты можешь увидеть ее действующей по одной цели, потому что у нее нет выбора. Это единственное условие, при котором она становится предсказуемой. Я обещаю тебе, что что бы она ни предложила городу, тебе будет трудно отказаться.

— И астральный король хочет естественный массив? — спросил Клайв.

— Там внизу есть что-то еще, чего она хочет, — сказал Марек. — Я знаю, что это не массив, ни элементы, которые его составляют. Что бы это ни было, астральный король хочет этого очень сильно.

— Посланники здесь ради наследия Чистоты, — сказал Джейсон. — Это там внизу? Это было бы отличным местом для укрытия.

— Нет, — сказал Марек. — Это что-то, что астральный король хочет для себя, до такой степени, что позволяет другим королям соперничать из-за реликвии Чистоты. Я не знаю что, но все остальное вторично по отношению к ней.

— Тогда все, что нужно сделать Джейсону, — это сказать «нет», — сказала Софи. — План остановлен.

— План изменен, — поправил Джейсон. — Я не думаю, что эта Джес Фин Кааль будет двигаться вперед с абсолютной точкой провала в своем плане, особенно такой предсказуемой.

— Тогда мы пойдем вместе с ней? — спросил Хамфри. — Кажется, что если мы хотим иметь возможность влиять на события, нам нужно быть их частью.

— Чтобы высказать идею, которую никто, кажется, не рассматривал, — сказал Руфус, — что если мы действительно пойдем вместе с алмазными рангами? Рассказав им то, что мы знаем, и дав им то, что у нас есть? Они на нашей стороне.

Темные тучи собрались в небе над ними.

— Я уже пытался работать с организациями на моей стороне раньше, — сказал Джейсон, его голос рокотал эхом грома.

— Это «нет», значит, — сказал Руфус. — Я просто подумал, что спрошу.

* * * Марек и Джейсон были на балконе на башне пагоды в самом сердце астрального царства Джейсона, глядя на сады и здания. Джейсон небрежно опирался на перила, в то время как Марек был в вертикальном положении, паря чуть над полом. Территория перед ними сдвигалась и менялась в постоянном состоянии потока. Здания становились больше или меньше, исчезали или новые внезапно появлялись там. Цветы в садах меняли цвета, а дорожки и ручьи меняли местоположение.

Марек никогда не замечал, как это происходит. Он просто осознавал разницу, не видя, как она меняется. Он смотрел прямо на это и все же не воспринимал это, его чувства лгали ему, что так было всегда.

— Почему ты помогаешь нам? — спросил Марек. — Почему просьба о милосердии была тем, что убедило тебя, когда разумным выбором было использовать нас? Передать нас правителям Яреша?

— Я все еще могу сделать это.

— Я не думаю, что ты сделаешь это, но я не понимаю, почему нет. И я чувствую, что это почему-то важно, что я должен.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на Марека. Он долго не говорил, глядя на посланника. Наконец, он перевел взгляд обратно на территорию.

— Когда я впервые начал осознавать, что я более могущественен, чем морален, — сказал Джейсон, — я попросил совета у своего отца.

— Твой отец могущественный человек?

— Нет. Что он сказал мне, так это то, что когда у меня есть кто-то в моей власти, и я сталкиваюсь с выбором между тем, чтобы покончить с ними или нет, это шанс решить, кто я есть.

— Мудрое решение — убить своих врагов, если только они не нужны тебе для чего-то. Убей корень, и растение не вырастет снова.

— Мудрое решение, говоришь. Я думаю, это зависит от того, о какой мудрости ты говоришь. Но я сделал твой мудрый выбор. Или, скорее, я просто убил и даже не думал об этом как о выборе. Я не знаю, почему с той девушкой-посланником было иначе. Она не была другой, не совсем. Немного молода, но определенно не невинна. Но по какой-то причине это был тот самый момент. Я думал о том, что сказал мне отец в последнее время, и это был момент, когда я решил послушать.

Джейсон провел рукой по лицу, глубоко вздохнул и выдохнул медленным вздохом.

— Может быть, это просто потому, что я по натуре противоречив, — продолжил он. — Милосердие было трудным путем, и я больше не знаю, как выбрать легкий. Все указывало на то, чтобы убить ее, и по какой-то причине я решил, что не буду. Это не значит, что я хороший человек; этот корабль отплыл слишком много трупов назад.

— У каждого из нас свои ценности, — сказал Марек. — Твои и мои довольно разные, но мы оба, я думаю, оплакиваем наши неудачи соответствовать им.

Джейсон кивнул.

— Я даже не знаю, было ли то, что я сделал с ней, милосердием. Я могу не знать даже после того, как она проснется. Я, возможно, разрушил ее более ужасно, чем могла бы смерть, но это может не проявиться месяцами или даже годами. Невозможно полностью предсказать повреждение разума. Но я надеюсь, что поступил правильно. Я больше не могу сказать, и я не уверен, что был прав, когда думал, что могу.

— Тогда зачем пытаться? — спросил Марек. — Зачем делать глупый выбор, в котором ты не можешь быть уверен, вместо умного выбора, который ты можешь подтвердить?

— Потому что я прошел то, что ты называешь умным выбором, и я имею в виду прошел. Становится только темнее, чем дольше ты идешь по нему. Делать вещи хуже и получать то, что хочешь от этого, — легко. Делать вещи лучше — трудно и часто неопределенно. И да, это означает делать глупый выбор. Это труднее, и ты можешь ошибиться. Но если никто не осмелится быть дураком, тогда все, что останется, — это тьма. Я сыт по горло тьмой, и мне нравится быть дураком, так что это то, чем я собираюсь быть.

— Ты не думаешь ни о чем, как мой народ.

— Твоему народу не помешало бы думать больше как я, время от времени.

— Я думаю, ты прав. Я вижу теперь, я думаю. Это вдохновляюще, да? Ты хочешь сделать глупый выбор правильным, даже если это всегда означает идти по более трудному пути. У меня тоже есть трудный путь, если я хочу спасти свой народ. Искупить их.

— Тогда я желаю тебе успеха. Но ты должен знать, что это будет даже хуже, чем ты думаешь. Иногда мир будет пытаться сломать тебя. Либо ты должен прогнуться, либо ты заставляешь мир прогнуться.

— Прогнуть мир? Если это твоя цель, тебе понадобится почти невообразимая сила.

Джейсон улыбнулся, и взгляд Марека переместился с серебряного ранга на его астральное королевство, разложенное перед ними.

— Я, возможно, только начал понимать тебя, Джейсон Асано.

* * *

ПОСЛЕДСТВИЯ

ПОСЛЕДСТВИЯ

Посланники не видели снов. Они понимали саму концепцию, но сами с этим не сталкивались. Сновидения были чертой низших существ. Слабых. Именно это всю жизнь внушали посланнице Тере Джун Касте, поэтому она была в замешательстве, когда очнулась от собственных снов. Она не помнила их, так как они ускользали, словно ночные призраки, но ей казалось, что она проживала их невероятно долго.

Она открыла глаза и увидела незнакомый потолок. Он был из темного кристалла, внутри которого кружились золотые, серебряные и синие искры, словно наполненный вязкой жидкостью и дорогими блестками. Она лежала на кровати из пушистого белого облачного материала, что было удобно для ее крыльев. Ее доспехи, которые в последний раз, когда она их видела, были разорваны в клочья, теперь были целы.

На самом деле, не было никаких следов той битвы, которая была последним, что она помнила. Доспехи были починены, травмы исчезли, как и кровь, которой ее вымазали. Осталось лишь горькое чувство поражения. Ее беспокоило не то, что она проиграла Асано, а то, что она смирилась с поражением еще до того, как бой закончился. В отчаянии ее мысли обратились к тому, чтобы использовать людей в бункере в качестве заложников. Барьеры души вокруг нее и Асано убили бы любого человека обычного ранга, к которому прикоснулись.

Мысли о силе, которую она применила к Асано, усилили ее замешательство. После применения один из них или оба должны были умереть; выжить обоим было невозможно. И все же она здесь, и факт выживания Асано был очевиден. Она чувствовала его единственную волю, доминирующую в окружении, ощущала ауру, пронизывающую каждый клочок материи. Она была в астральном королевстве; в его астральном королевстве. Она была в таком месте лишь во второй раз; спутать его или понять, кому оно принадлежит, было невозможно.

Джейсон Асано. Ее инстинкты выкрикивали его имя, уверенность выходила за рамки простого узнавания ауры. Она помнила, как сдалась — не просто в бою, а отдала саму свою душу; бесконечное и вечное поражение. Она чувствовала пугающе интимную близость с ним, которую не могла объяснить. Милосердие, стыд, негодование и ярость — все это бушевало внутри нее, хаос, на разбор которого потребуется время.

Она понятия не имела, чем закончился бой. У нее были вспышки воспоминаний, которые не имели смысла, такие же мимолетные, как остатки ее новообретенных снов. Ей нужно было больше информации, и она села, спустив ноги с кровати. Облако, на котором она лежала, подстроилось под нее, превратившись в кресло в ответ на ее желание. Она осталась сидеть и огляделась.

Комната, в которой она находилась, была большой, скорее роскошный люкс, чем камера, которой она ожидала. Мебель представляла собой эклектичную смесь из элегантного дерева, камня, кристалла и плюшевого облачного материала. У стены стоял низкий комод, на котором, судя по всему, был разложен ассортимент выпечки на тарелках под стеклянными куполами. В окнах виднелись сады, солнечный свет падал на кроваво-красные цветы на колючих зеленых стеблях.

Было два выхода: проемы без дверей, только с завесами из тумана. Один находился в стене прямо перед ней, а другой — в виде круга на потолке, в стиле архитектуры посланников. Было странно видеть такое в царстве своего врага.

Комната совсем не была похожа на место, предназначенное для ее содержания, но она поняла, что в этом нет необходимости. Из астрального королевства невозможно сбежать; ты остаешься здесь, пока король не позволит тебе уйти. Возможно, была некоторая свобода действий, учитывая, что Асано был всего лишь серебряного ранга, но она сомневалась в этом. Даже рыба золотого ранга не могущественнее океана серебряного ранга, в котором она плавает.

Как она оказалась в астральном королевстве, не давая согласия на проход через портал, она не знала. У нее было тревожное чувство, что это связано с тем, что она отдала свою душу Асано. Она чувствовала себя иначе, не зная, как долго была без сознания. Она собиралась оценить свое состояние с помощью магических чувств, когда сверху, через проем в потолке, раздался голос.

— Тера Джун Каста, — позвал мужской голос. — Мне сказали, что ты очнулась.

Это был не голос Асано, но она подумала, что узнала его. Ее чувства не смогли пробиться сквозь стены, чтобы узнать больше.

— Кто вы? — крикнула она.

— Марек Ниор Варгас.

Командор. Тера была лишь случайным дополнением к силам, которыми командовал Марек во время рейда на Яреш, и не тем, кто мог бы привлечь внимание командора. Посланников, не способных продвинуться дальше серебряного ранга, следовало жалеть, ведь все в космосе, кроме посланников, было еще ниже.

Тера поняла, что погрузилась в свои мысли и не ответила.

— Командор, — сказала она, глядя на туманный потолок. Сквозь него она видела лишь крылатый силуэт. — Я не знаю, как впустить вас. Или могу ли я выйти.

— У меня есть разрешение войти? — спросил он, заставив ее вздрогнуть.

— Вам не нужно спрашивать, Командор.

Он медленно спустился сквозь завесу, а она встала, зависнув над полом. Она заметила, что он не остался парить, его ноги коснулись пола. Он был в легких доспехах, как и она, и был немного ниже ростом, особенно учитывая, что она парила в воздухе. Его крылья со сдержанным оперением плотно прижались к спине, когда он посмотрел на нее глазами, такими же острыми, как и его красивые черты лица.

Она знала его только по репутации и тому, что видела в бою сама. В обоих случаях его самой известной чертой была забота о подчиненных, за которой следовали осторожная тактика и консервативные стратегии, контрастирующие с моментами смелых действий. Многие считали его идеальным посланником, в то время как другие считали его боязливым и слабым. Возможно, даже сочувствующим Неортодоксии.

Во время рейда Тера сама видела, как Марек уделял первостепенное внимание безопасности не только своего отряда, но и всех посланников под своим командованием. Она почувствовала укол стыда, вспомнив, как отбросила его усилия и в безрассудном пылу бросилась за Асано. Если он здесь, с ней, скорее всего, он подверг себя опасности, чтобы защитить многих, кто, как и она, ослушался его приказов.

— Вас тоже захватили, — грустно сказала она. К ее удивлению, на его лице появилась неловкая улыбка, которая разрушила образ сурового командора, показав скрывающегося за ним человека.

— Все сложно, — сказал он. — Многое произошло, и я полагаю, что твои воспоминания о конце битвы в лучшем случае разрознены.

Тера кивнула.

— У меня много вопросов, Командор, но вам не нужно…

— Пробуждение в этом месте должно дезориентировать, и есть многое, что тебе еще предстоит понять. Даже о самой себе, я вижу. Полетели со мной, Тера Джун Каста.

Не дожидаясь ответа, он взлетел вверх сквозь туманную дверь. Когда она вложила больше силы в свою ауру, чтобы подняться, она поняла, что ее аура претерпела необратимые изменения. Вздрогнув, она опустилась обратно на пол.

— Не торопись, — раздался голос Марека снаружи. — Ты только что очнулась от долгого сна и обнаружила, что все изменилось. Все. У нас предостаточно времени, так что возьми столько, сколько тебе нужно.

— Я не могу заставлять вас ждать, Командор.

— Да, можешь. Загляни внутрь, прежде чем смотреть наружу, Тера Джун Каста. Это приказ. Я буду здесь, чтобы ответить на твои вопросы, когда закончишь.

* * * — Джейсон, — сказал Хамфри, — чем дольше ты отказываешься встречаться с обладателями алмазного ранга и Обществом искателей приключений, тем хуже они будут делать тебе, когда ты наконец покинешь свое царство души.

Они находились в садах царства души Джейсона, наблюдая, как Руфус и Софи спаррингуют с полудюжиной копий Джейсона. Другие копии Джейсона дуэлировали друг с другом, парили в медитации со скрещенными ногами, читали или выполняли танцевальные формы боя с оружием.

Джейсон мог бы легко наколдовать роскошные облачные кресла, но они использовали дешевые складные походные стулья в земном стиле. Это было странное сочетание с хорошо сшитым нарядом Хамфри, но идеально подходило к кричащей рубашке и бежевым шортам Джейсона. На столе между ними стояли напитки — красочные смеси сока и алкоголя в высоких стаканах.

— Хамфри, обладатели алмазного ранга ворвались в мой облачный дворец. Наш дом. Они рылись в поисках того, что хотели, и ушли. Возможно, они забрали только плененного Тайкой посланника, но если бы кто-то из нас был там, а не здесь, они забрали бы и нас. Скорее всего, и мать Софи тоже, если бы до этого дошло. А облачный дворец сейчас — это больница. Они вели себя крайне разрушительно.

— Я не отрицаю, что они были неправы, Джейсон, — сказал ему Хамфри. — Я говорю о том, что у них есть сила. Они — обладатели алмазного ранга.

— Ты же знаешь, что я сталкивался с вещами похуже. И ты был рядом со мной в некоторых из них.

— Я знаю. Они никогда не должны были врываться в облачный дворец, и я знаю, как ты реагируешь, когда авторитетные фигуры заставляют тебя что-то делать. Но я прошу тебя вспомнить, к чему такой подход привел тебя за эти годы, и к чему он приведет нас в будущем. Да, настанет время, когда мы станем достаточно сильными, чтобы заставить Общество искателей приключений оставить нас в покое, но я не хочу, чтобы до тех пор они создавали нам проблемы каждый день. Они могут быть раздражающими союзниками, но они были бы ужасными врагами. В этом они похожи на тебя.

Джейсон кивнул.

— Я все еще позволяю своей гордости брать верх, не так ли? — спросил он. — Но сегодня я возвращаюсь. Похоже, Общество искателей приключений здесь выбрало тот же подход, что и филиал в Римаросе, к моему уединению. Они нашли посла.

— В Римаросе они использовали Рика, — сказал Хамфри. — Кого они посылают поговорить с тобой здесь?

Глаза Джейсона блеснули.

— Снова Рика. Похоже, местным не хватает воображения.

— Рик ушел на север после нашествия монстров.

— А я почувствовал, как они переместили его порталом меньше часа назад.

Хамфри вздохнул.

* * * Марек ждал в тени массивного купола, содержащего кокон, который возвышался над большинством зданий в астральном королевстве Асано. За те недели, что он здесь находился, здание с коконом, как и большая часть территории, претерпело значительные изменения. Иногда он замечал их, а иногда не воспринимал вовсе, словно время пропускало кадры, и внезапно здание исчезало. Царство Асано находилось в постоянном движении, и лишь несколько мест оставались статичными. Пагода в центре была одним из них, как и кузница, где леонид Гэри практиковался в создании оружия.

Марек держался от львочеловека на почтительном расстоянии, так как тот не был дружелюбен к посланникам. Он убил немало сородичей Марека во время рейда и видел, как они, в свою очередь, убивали мирных жителей. Один из людей Марека позволил гордости взять верх и оскорбил леонида; он выжил только потому, что Асано практически заново собрал тело посланника с нуля.

Самой неуправляемой подчиненной Марека была Мари Га Ранд, и Марек пытался найти ее, прежде чем она отправится за леонидом ради забавы. Асано, неизбежно, находил ее первым, доставляя Мареку на попечение. Несколько дней спустя Асано вернул ей рот, руки, ноги и крылья.

Асано, казалось, обладал инстинктивным пониманием астрального короля того, как устроены посланники. Наказание, которое он вынес, было именно тем, чего Марек ожидал бы от любого астрального короля. Асано мог переделывать их тела, несмотря на то, что не был одним из них или даже полноценным астральным королем. Ему не хватало третьей части трифекты: астрального трона, астральных врат и кузницы душ, отсутствие которой заставило Марека задуматься.

Астральным королем, которому Марек служил до недавнего времени, была Веста Кармис Зелл. Марек не знал ее точных планов, но мог делать определенные предположения. Зелл была известна своей страстью к инженерии душ. Это была редкая практика, так как инструменты было почти невозможно найти, а сырье — тем более. Она и ее главный агент, Джес Фин Кааль, охотились за чем-то глубоко под землей, и кузница душ объяснила бы абсурдные ресурсы, затраченные на ее получение. Марек сам не был инженером душ, но знал, что вторая кузница была предметом вожделения астральных королей, увлекающихся инженерией душ.

Марек покачал головой, отбрасывая свои последние догадки. Не имея возможности чем-либо заняться неделями, его разум перебирал одну возможность за другой. Не имея возможности уйти, он не имел и не мог получить доказательств, чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения. Ему было лучше планировать, что он и его люди будут делать, когда Асано отпустит их. Если отпустит. Теперь он был уверен, что Асано не просто передаст их Обществу искателей приключений, хотя это не то же самое, что освобождение.

Марек наблюдал, как купол с коконом поднялся с земли, превращаясь в гигантскую сферу, которая уплыла в небо. Он задавался вопросом, насколько изменчивая природа этого пространства обусловлена склонностями Асано, а насколько — нестабильностью из-за отсутствия у него кузницы душ.

Он все еще наблюдал за ним, когда Тера поднялась через туманную дверь, ее выражение лица было смесью беспокойства, замешательства и ярости.

* * * Рик и его команда были потрясены последствиями битвы за Яреш, пролетая над городом. Они ехали в открытой летающей карете, а под ними проплывала почерневшая равнина. Магия могла восстанавливать разрушенную инфраструктуру с поразительной скоростью, поэтому то, что город спустя две полные недели после битвы представлял собой не более чем руины, рассказывало мрачную историю. По всему городу были разбросаны лишь крошечные островки реконструкции — зачатки того, что будет дальше. Учитывая, что Яреш был городом, где большинство зданий было создано путем формирования живых деревьев, процесс восстановления будет долгим. Несколько деревьев уже начали расти на мрачном ландшафте, но впереди был такой долгий путь.

В большинстве мест восстановление означало расчистку достаточного места для целых районов временного жилья, будь то палатки или грубые постройки, сформированные с помощью поспешной магии. Это было просто выживание в пустоши, которая когда-то была их домами. Мысль о восстановлении все еще оставалась далекой мечтой.

— Большая часть населения все еще живет в бункерах, — объяснил Видал Ладив. Он был официальным представителем Общества искателей приключений при Команде Бисквит, команде Джейсона, хотя, казалось, его всегда удобно забывали. Прикомандированный к команде в Римаросе, он был «случайно» оставлен позади не менее чем в трех городах по пути в Яреш.

Во время рейда Видал сражался не с Джейсоном и остальными, а занимался эвакуацией людей из прибрежных районов. Его водная эссенция и опыт в администрировании и логистике сделали его там ценным активом, хотя он не мог отделаться от чувства, что его снова оттеснили.

Местное Общество искателей приключений было недовольно неспособностью Видала заставить Джейсона подчиниться, хотя письмо, которое он показал директору местного филиала, помогло. Подписанное как директором филиала в Римаросе, так и самим Сорамиром Римаросом, оно подробно описывало некоторые трудности в общении с Джейсоном Асано и содержало рекомендации не провоцировать его.

Видал не был полностью удивлен, когда обладатели алмазного ранга проигнорировали это и ворвались в облачный дворец Асано, выйдя оттуда лишь с одним посланником и кучей жалоб. Поскольку Церковь Плодородия и другие организации использовали здание в качестве больницы в то время, это неизбежно привело к официальным протестам в Общество искателей приключений по поводу хаоса, создаваемого обладателями алмазного ранга.

Рик и его команда молча летели по воздуху, с тревогой глядя по сторонам. Территория, которая когда-то была гигантской парковкой для транспорта искателей приключений, была одной из наиболее сохранившихся зон в городе, уступая лишь ключевой инфраструктуре, имевшей вторичные системы защиты. Благодаря этим дополнительным защитам кампусы Общества искателей приключений и Магического общества, наряду с герцогским дворцом, оставались по сути нетронутыми.

В районе с транспортом искателей приключений была одна разбомбленная зона, где раньше находился лагерь беженцев. Люди, эвакуированные из городов на юге, захваченных червями-пожирателями миров, оставались там до нападения на город, после чего укрылись в облачных дворцах Джейсона и Эмира. Теперь эта территория снова была покрыта палатками. Что касается самих транспортных средств, многие из них имели шрамы от рейдов посланников, но район устоял, отбившись от них.

* * * — Мы уверены, что обладатели алмазного ранга больше не будут врываться в облачный дворец, как только ты покинешь свое царство души? — спросил Нил Джейсона.

Они стояли во внутреннем дворе рядом с центральной пагодой царства души Джейсона. Вместе с Хамфри и Софи они вчетвером были приветственной группой для Рика и его команды.

— Не будут, — сказал Хамфри. — Даже если обладателям алмазного ранга не нужно заботиться о том, что о них думают люди, они все равно заботятся. Они работают в этом городе, и хотя они могут вынести плохую репутацию, это усложнило бы им жизнь. Мало того, что преследование человека серебряного ранга во второй раз — это грубый шаг, это говорит людям, что в первый раз они не получили того, что хотели. Они не могут позволить людям думать, что я оказался хитрее их.

— Им действительно важно, что думают люди?

— Они предпочитают быть более публичными фигурами, чем большинство обладателей алмазного ранга, поэтому им приходится. Повторный визит выставляет их одновременно тираничными и слабыми.

Джейсон открыл портал в мир снаружи, и они шагнули сквозь него.

* * * Облачный дворец Джейсона гудел от активности, когда карета приземлилась на крыше. Сама крыша была свободна, но, глядя через край, они видели людей, входящих и выходящих из здания. Как только группа воспользовалась подъемной платформой внутри, они обнаружили шумный хаос. Его едва удавалось поддерживать в порядке благодаря множеству духовенства и жутковатым одноглазым аватарам Асано, которые выглядели как инопланетные существа, закутанные в плащи из пустоты.

— Облачный дворец Асано использовался как больница после нападения и до сих пор используется, — объяснил Видал группе Рика, пока они пробирались через переполненный коридор. — Но теперь он служит скорее центром обработки. Мы следим за тем, чтобы каждый принял горячий душ и получил горячую еду перед тем, как отправиться в назначенное жилье, которое обычно представляет собой просто палатку, здание из камня или что-то подобное. Мы также следим за тем, чтобы внутри людей не осталось неприятных сюрпризов. Мы были в процессе борьбы с паразитами, управляющими телом, когда началась атака.

Видал привел их в комнату отдыха, которая была мала для их группы, но они видели, насколько ценно пространство в здании. Вскоре после их прибытия в углу открылся портал, чтобы впустить Джейсона, Хамфри, Софи и Нила.

Все обменялись приветствиями. Нил и Дастин из команды Рика были друзьями детства. Фиби сыграла важную роль в начальном обучении Софи в Гринстоуне, обе они были кулачными бойцами. Она не видела Джейсона со времен Гринстоуна, так как была занята, когда команда Рика отправилась в Римарос. Что касается самого Рика, он оглядывался по сторонам, как будто чего-то не хватало.

— Что не так? — спросил его Джейсон.

— Где маленькая армия красивых женщин?

— О чем ты говоришь? — спросил Джейсон, когда член команды Рика и его девушка Ханна хлопнула его по бицепсу.

— Немного странно не видеть тебя в окружении великолепных женщин.

— Ну, здесь есть Софи, Фиби и прекрасные близнецы Адиа, — сказал Джейсон. — Этого тебе недостаточно?

— Да, Рикард, — спросила девушка Рика, Ханна Адиа. — Этого недостаточно?

— Я просто говорю, что обычно, когда я вижу тебя, рядом толпа женщин, которых я никогда раньше не видел.

Джейсон покачал головой.

— Рик, тебе нужно с этим завязать. Я не всегда…

Джейсон замолчал, нахмурившись на дверь.

— Да, мне нужно быстро отлучиться, — сказал он, когда Шейд поднялся из его тени, чтобы Джейсон мог шагнуть в нее и исчезнуть.

— Снова обладатели алмазного ранга? — предположил Хамфри.

— Нет, — сказал Нил, подходя к двери. — Если бы это было так, он бы вернулся в свое царство души.

В дверь постучали, и Нил открыл ее. На другой стороне стояла жрица в полном облачении Церкви Плодородия, а за ней — группа молодых послушниц.

— Извините, — сказала она. — Мой бог сказал мне, что Джейсон Асано здесь.

СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ НУЖНО

СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ НУЖНО

— Он сказал «нет», — твердо ответил Тайка жрице Плодородия.

— Мистер Асано представляет собой необычное стечение факторов, которые потенциально можно использовать для создания мощных сил, способных противостоять посланникам и подобным угрозам.

— Я почти уверен, что вам не стоит пытаться разводить армии суперсолдат. Звучит как какая-то жуткая евгеника.

Жрица смерила оценивающим взглядом массивную фигуру Тайки.

— Ты ведь тоже пришелец из другого мира, не так ли?

— Мне пора, — сказал Тайка и исчез за дверью из тумана, оставив жрицу наедине с послушниками.

— Э-э, жрица Хеннит?

— Да, послушник Фенник?

— Я думал, мы здесь только для того, чтобы доставить еду.

— Сейчас трудные и напряженные времена, послушник. Стоит пользоваться любой возможностью, какая выпадает.

— Неужели включение этого человека, Асано, в программу разведения — это действительно возможность, за которую стоит бороться?

— Хотя богине и нужны образцы, это не имеет большого значения, нет. Но богине нужно расположение этого человека, которого мы, по-видимому, добились, прибыв именно тогда и туда, куда нужно. Понятия не имею, как это работает, но именно поэтому у нас есть вера, дорогой Фенник.

— Зачем богине нужно расположение какого-то смертного? — спросил другой послушник. — И даже если так, почему бы просто не оказать ему хотя бы малейшую милость? Какой смертный не счел бы это за честь?

— Думаю, нам стоит почаще выпускать тебя из храма, послушник Касса.

* * * Вид Марека и Теры, сидящих на крыше здания, не соответствовал стандартам, которых обычно придерживались посланники. Посланники считали себя высшими существами, и их склонность парить над землей, а не ходить по ней, была сигналом того, что обитатели земли стоят ниже их как в буквальном, так и в переносном смысле.

Посланники также предпочитали полупрозрачные одежды, придающие им неземной вид, в то время как Марек и Тера были одеты в нечто, похожее на простые кожаные доспехи. На самом деле это был магический синтетический материал, обладающий физической прочностью, достаточной, чтобы выдержать большинство сражений этого ранга. Только после затяжного боя с Джейсоном доспехи Теры превратились в лохмотья, хотя, проснувшись, она обнаружила, что они починены. Асано легко мог сделать это здесь, а её облачная постель сохраняла её в чистоте в течение того, что, как она теперь знала, было неделями сна.

Чувства Теры всё еще исследовали её тело и душу, пытаясь осмыслить произошедшие изменения. Асано проник в её душу и изменил всё, причем сделал это не слишком искусно. Самым вопиющим его поступком было удаление клейма её господина, астрального короля Весты Кармис Зелла. Марек Ниор Варгас мог называть это свободой, но Асано буквально вырвал веру из её души.

Марек, сидевший рядом с ней, смотрел на неё с беспокойством, не зная, что сказать. Свобода от астральных королей была тем, на что он всегда надеялся, но во что никогда не верил. Он потратил гораздо больше времени, чем длилась вся жизнь Теры, чтобы освободиться от обусловленности, через которую проходил каждый посланник. Он рискнул всем ради шанса на то, что Асано сможет дать ему эту свободу.

Он знал, что Тера смотрит на это совсем иначе. Как минимум, Асано навязал ей это актом духовного насилия, который Марек с трудом мог себе представить. Индоктринация, через которую проходили новые посланники, не только всё еще владела Терой, но и была основой её личности. Она всегда жила с пониманием того, что никогда не сможет претендовать на большее, чем серебряный ранг, с которым родилась. В лучшем случае она могла надеяться найти астрального короля, который позволил бы ей стать Голосом Воли, превратившись в марионетку в обмен на силу.

Теперь этот предел исчез. Душевная метка астрального короля, удерживавшая её верность, тоже исчезла. Для Марека это отсутствие было всем, чего он когда-либо хотел, не только для себя, но и для своего народа. Но то, что он видел как свободу, для неё было отнятием всего, что она знала и чем была. Вдобавок к затянувшейся травме от того, как Асано заставил её открыть свою душу, она была беспомощно потеряна.

Марек намеревался принести ту же свободу всем посланникам, но Тера показала ему, что всё даже сложнее, чем он предполагал. Он надеялся, что со временем и при должном внимании она поймет, насколько редка и драгоценна свобода для их вида. Но он понимал, что индоктринация сильна. Предоставленные самим себе, многие посланники, получившие свободу, немедленно отказались бы от неё.

Путь, который предстоял Мареку, был не из легких, даже если предположить, что Асано отпустит их. Он хорошо изучил этого человека, прожив внутри его души несколько недель, но то, что он узнал, заставило его сомневаться. Хотя Асано явно пытался вернуться к свету, в его астральном королевстве оставалось много темных углов. Его мысли прервались, когда Тера наконец заговорила.

— Что...

Её голос был нерешительным после того, как она так долго сидела в тишине.

— Что мне делать? — спросила она, обращаясь скорее к космосу, чем к Мареку. — Кто я теперь такая?

— Это решать тебе, — сказал ей Марек. — Я знаю, это будет трудно, когда ты всю свою жизнь позволяла другим говорить тебе, кто ты и что ты.

Она повернулась к нему, её глаза были пустыми и потерянными.

— Он сделал с тобой то же, что и со мной, верно?

— Да.

— Почему ты не так потерян, как я?

— Потому что я давно начал желать того, что дал нам Асано. Я просто не знал, что это возможно. Тебя принудили к этому, а я сам искал этого.

Её глаза сузились, почтительность сменилась подозрением.

— Ты часть Неортодоксии, не так ли?

— Да, — признал он.

— Предатель, — обвинила она.

— Да, — свободно признал он. — И на тебе будет то же клеймо, если астральные короли узнают, кто мы такие.

— И кто же мы?

— Свободные. Свободные от их влияния и от их ограничений. Они не могут допустить даже самой мысли об этом, иначе всё наше общество рухнет. Тебя не ограничивали серебряным рангом из-за какого-то врожденного дефекта, Тера Джун Каста. Веста Кармис Зелл использовала тебя как источник энергии, высасывая твой потенциал.

— Думаешь, меня не предупреждали о лжи Неортодоксии?

— Я уверен, что предупреждали, но тебе не обязательно верить мне на слово. Истина внутри твоей собственной души, и всё, что тебе нужно сделать, — это заглянуть туда. Как бы ты ни отрицала это, ты сама — доказательство.

— Асано заставил меня впустить его в свою душу.

— Да.

— Он отравил меня. Само его существование — ересь.

— Взгляни на свой выбор слов, Тера Джун Каста. Это слово богов, и мы оба знаем, чему тебя учили о них. И всё же наш народ говорит о вере в наших астральных королей. Одно из многих противоречий, которые привели меня на путь, по которому, хочешь ты того или нет, мы теперь идем вместе.

Тера взмыла с крыши, зависнув в воздухе и глядя сверху вниз на Марека.

— Можешь использовать любые словесные уловки, предатель. Как только я найду выход отсюда, я вернусь к астральному королю и раскрою твое предательство.

Выхода не было, и они оба это знали. Марек вздохнул, когда Тера улетела в небо.

* * * Команды Рика и Джейсона столпились в комнате отдыха.

— Общество искателей приключений снова поручило мне запросить ваше сотрудничество, — сказал Рик Джейсону.

— Именно этим мы и занимаемся, — ответил Хамфри вместо Джейсона. — Однако, помимо предоставления некоторых помещений, мы мало чем можем помочь. Мы могли бы брать обычные контракты. Монстры не перестают появляться только потому, что мы начали войну с посланниками. Но там есть алмазные ранги, которые охотятся за Джейсоном. Как лидер команды, я не могу с чистой совестью призывать его подвергать себя такой опасности.

— Общество заверило меня, что это больше не повторится.

— Общество не может контролировать алмазные ранги так же, как не может контролировать меня, — сказал Джейсон. — Если кто-то настолько могущественный чего-то хочет, кто может его остановить?

— Судя по всему, ты, — сказала ему Фиби. — Они очень хотят знать, куда ты отправил тех посланников.

— И именно здесь они начнут давить на тебя, — добавил Рик. — У них есть бесчисленные свидетели того, что произошло в бункере в конце битвы, Джейсон. Они видели, как ты, похоже, отправил порталом кучу посланников, включая нескольких золотых рангов, в безопасное место.

— И как они объясняют мою способность отправить порталом одного золотого ранга, не говоря уже о нескольких?

— Никак, — сказал Рик. — И им не нужно. Им достаточно обвинить тебя в пособничестве врагу в битве, и они смогут вытащить тебя за волосы. Твоя связь с Сорамиром Римаросом — единственная причина, по которой они этого еще не сделали.

— Нет, — сказал Джейсон. — Причина в том, что они не могут попасть туда, где я их прячу.

— Это то место, где ты прячешь посланников? — спросил Рик. — Потому что со стороны кажется, что ты их прячешь.

— Я не прячу их, — сказал Джейсон. — Я удерживаю их.

— Для чего?

Джейсон вздохнул.

— Я не обязан говорить тебе это, Рик. Я не подотчетен тебе.

— Да, Джейсон, обязан. Я представляю Общество искателей приключений и делаю всё возможное, чтобы они не аннулировали твое членство и не притащили тебя как предателя.

Джейсон устало провел руками по лицу.

— Я знал, что это будет проблемой. Ладно, Рик, передай кому следует: если им нужны посланники, я открою тот портал, о котором ты говорил, и пропущу их. Посланники там.

— Они сказали, что хотят знать местоположение, куда ведет этот портал.

— Это вопрос со сложным ответом. Достаточно сказать, что другого входа нет, только портал.

— Они тебе не поверят.

— Постараюсь не плакать по этому поводу перед сном.

— Джейсон, ты серебряный ранг, и тебе нужно это принять. Почему ты делаешь всё сложнее, чем нужно?

Атмосфера в комнате стала тяжелой. Джейсона и здание вокруг них стало трудно различить, они слились в единую, подавляющую силу.

— Потому что легкий путь предполагает отказ от всех моих секретов и всего моего контроля, Рик. Если бы эти люди поняли, кто я и что я такое, они попытались бы схватить меня и контролировать, а этого я не позволю.

Джейсон закончил фразу не словами, а пропустив их через свою ауру. Комната физически и духовно задрожала, воздух завибрировал от силы. В последовавшей долгой тишине Рик и его команда с дискомфортом смотрели на Джейсона. Джейсон не был крупным мужчиной, но в тот момент его присутствие душило комнату.

— Мне жаль, что тебя втянули в это, Рик, — мягко сказал Джейсон. — Ты оказался в неловком положении. Ты думаешь обо мне как о серебряном ранге, и это справедливо, потому что я им являюсь. Но это не всё, что я есть, и они это знают. Они пытаются заставить меня думать о себе только как о серебряном ранге, чтобы я подчинился их требованиям, позволил им контролировать мои действия и копаться в моих секретах. Они хотят знать, почему боги и великие астральные существа прислушиваются к тому, что я говорю. Они хотят забрать мои знания и вырезать меня, заняв мое место. Ты думаешь, они желают того, что принадлежит мне, чтобы использовать это в альтруистических целях?

— А твои причины альтруистичны, Джейсон? — спросил Рик. К его удивлению, это вызвало широкую улыбку у Джейсона.

— Хороший вопрос, не так ли? Есть вещи, которые я должен делать, но альтруизм ли это или просто ответственность? Выживание? Я надеюсь, что разницы нет, и, когда всё будет сказано и сделано, я выйду с другой стороны цельным человеком.

Джейсон вздохнул и встал.

— Суть вот в чем, Рик: если кто-то из Общества искателей приключений или алмазных рангов хочет увидеть посланников, они могут это сделать. Им просто нужно пройти через тот же портал.

— А посланники не могут выйти?

— Только когда я позволю.

— Так позволь.

— Нет. Мне жаль, Рик, но я больше не считаю себя просто серебряным рангом, что бы там ни хотело Общество искателей приключений. Мой ранг — это не то, кто я и что я такое; это недостаток, который мне нужно исправить, прежде чем я смогу справиться со всеми остальными делами. Высокомерно, я знаю, но можно спасти мир лишь ограниченное число раз, прежде чем признаться себе, что ты действительно особенный.

Рик тоже встал.

— Им не понравится то, что ты говоришь, — сказал он Джейсону. — И я не думаю, что они будут слишком довольны мной как вестником, но, может быть, теперь они перестанут звонить мне каждый раз, когда ты их игнорируешь. Я не хочу, чтобы моя карьера искателя приключений определялась как «парень, которого посылают за Джейсоном каждый раз, когда он ведет себя как заноза в заднице».

Джейсон усмехнулся и пожал руку Рику.

— Можешь забирать их, Видал, — сказал Джейсон представителю Общества искателей приключений, стоявшему в углу. Вскоре Рик и его команда ушли, оставив Джейсона и его команду позади.

Джейсон снова устало вздохнул.

— Рик хорошо держался, — сказал Джейсон. — Молодец, даже если обстоятельства не очень. Как и все вы, он был втянут в беспорядок из-за меня. Мне жаль, что я сделал это с вами. Снова.

— Тебе не нужно извиняться за это, — сказала ему Софи. — Не знаю, где бы я была, если бы ты не совал голову туда, куда ни один здравомыслящий человек не сунулся бы, но это было бы очень плохое место.

— Эй, — сказал Нил. — Если ради того, чтобы спать на облачной постели и просыпаться с качественным завтраком каждый день, нужно время от времени попадать в неприятности с алмазными рангами, то пусть эти алмазные ранги идут к черту.

— Мы все с тобой, Джейсон, — сказал Хамфри. — Никаких сожалений. Но нам нужно иметь хоть какое-то представление о том, к чему всё это идет.

— Пока что я тяну время, — сказал ему Джейсон. — Думаю, женщина, отвечающая за местных посланников, собирается сделать ход, и нам нужно увидеть, что это будет, прежде чем мы сможем решить, каким будет наш следующий шаг.

ЛЮБОЙ НАВЫК ТРЕБУЕТ ПРАКТИКИ

ЛЮБОЙ НАВЫК ТРЕБУЕТ ПРАКТИКИ

— Нет, — отрезал Амос, глядя на портал в обитель души Джейсона, расположенный на крыше облачного дворца.

— Нет? — легкомысленно переспросил Джейсон.

— Нет, — подтвердил его учитель ауры. — Я туда не пойду.

Амос Пенсината был золоторанговиком из Римароса, путешествующим вместе с Джейсоном и обучающим его искусству владения аурой. В этом отношении Амос обладал необычной квалификацией: в начале своей карьеры искателя приключений он пережил тяжелейшую духовную травму, схожую с той, что была у Джейсона. В результате оба они обладали силой и чувствительностью ауры, значительно превышающими средние показатели. Амос мог наставлять Джейсона в том, как использовать этот потенциал, применяя техники манипуляции аурой, наработанные за долгие годы.

Однако Амос не мог обучить Джейсона всем способам манипуляции аурой. Необычная природа Джейсона, приближавшая его скорее к посланнику, чем к обычному пользователю эссенций, позволяла ему управлять аурой так, как это обычно делали только посланники. Что примечательно, Джейсон мог использовать свою ауру не только как духовную, но и как физическую силу, что выходило за рамки возможностей даже Амоса. В этом аспекте Джейсону приходилось учиться всему, чему он мог, наблюдая за посланниками.

Как первопроходец в области использования ауры, Амос интересовался потенциалом Джейсона. Он уже изучал посланников, чьи навыки манипуляции аурой превосходили навыки искателей приключений. Хотя многие аспекты оставались для него недоступными, он всё же мог использовать полученные знания для совершенствования собственных техник. Джейсон представлял собой не только способ продвинуться в изучении манипуляций аурой, но и возможность противостоять преимуществу в ауре, которым посланники обладали перед искателями приключений.

Посланники владели своими аурами гораздо искуснее, чем искатели приключений Паллимустуса. Лишь исключения вроде Амоса и Джейсона могли подавить своих визави из числа посланников, да и то зачастую за счет грубой силы, а не умелого подавления аурой. Чтобы полностью реализовать свой потенциал, Джейсону необходимо было освоить техники ауры посланников.

Когда Джейсон сообщил Амосу, что у него есть зацепка, как это сделать, тот проявил закономерный интерес. Теперь уже всем было известно, что Джейсон держит в плену посланников и отказывается передавать их Обществу искателей приключений. Амос подозревал, что Джейсону удалось выпытать у них какие-то секреты.

* * * В недели, прошедшие после битвы за Яреш, у Джейсона было мало дел. Скрываясь в своей обители души от бриллиантовых рангов, он в основном выходил наружу, чтобы проверить облачный дворец, который в настоящее время служил госпиталем. В частности, он следил за тем, чтобы жрица Целителя, управлявшая этим местом, не подавала в столовой несъедобную бурду.

Большая часть времени Джейсона распределялась между тренировками и достижением соглашений со своими пленными посланниками. На протяжении недель, прошедших после рейда, Джейсон ежедневно вел долгие беседы с лидером посланников золотого ранга, Мареком.

Марек был для Джейсона тем самым окном в мир посланников и их знаний, в котором он так нуждался. У Марека не было тех познаний в области измерений, которые требовались Джейсону, но он был авторитетом в боевом применении ауры посланников. Именно это привело Амоса и Джейсона на крышу облачного дворца. У Марека были идеи, которые приветствовали бы оба искателя приключений, но Джейсон хотел проверить еще кое-что. Он хотел знать, войдет ли Амос в его обитель души — и надеялся, что тот откажется.

— Я не чувствую, что находится по ту сторону этого портала, — сказал Амос. — Но я чувствую, что это представляет для меня опасность, если тот, кто им управляет, того пожелает.

— Ага, — радостно подтвердил Джейсон, и Амос нахмурился. Джейсон отметил про себя, что знакомство с Амосом — это, по сути, изучение различных вариантов того, как можно хмуриться.

— Ты доволен моим отказом? — спросил Амос.

— Я был почти уверен, что ты почувствуешь, что там, за порталом, но хотел перепроверить.

— Зачем?

— Бриллиантовые ранги. Я предложил впустить их, но если они действительно примут мое предложение, есть весомый шанс, что они убьют меня в тот же миг, как я выпущу их обратно.

— Это может представлять угрозу даже для них?

— Да.

— Тогда ты, скорее всего, прав. Какие бы обязательства они ни чувствовали перед этим городом и искателями приключений в целом, серебряный ранг, способный представлять для них реальную угрозу — это то, с чем они не смогут смириться. Я бы поостерегся впускать внутрь даже тех золоторанговиков, которым ты не доверяешь безоговочно. А что еще важнее, это должны быть люди, которые безоговорочно доверяют тебе.

Джейсон прислушался — не только потому, что ценил мнение своего наставника, но и потому, что тот говорил об этом так долго. Амос Пенсината не использовал два слова там, где хватило бы одного, и не произносил ни слова, если мог позволить себе просто проигнорировать собеседника. Учитывая его силу и престиж, он мог позволить себе игнорировать большинство людей.

Предупреждение Амоса заинтересовало Джейсона еще и из-за самой природы его обители души. До того как он обрел астральный трон, на сам портал накладывалось ограничение: войти могли только те, кто полностью доверял Джейсону. Он часто размышлял об этом ограничении, особенно после того, как оно было снято. Теперь он подозревал, что это был защитный механизм, не подпускавший к его душе тех, кто обладал силой причинить ему вред. Тот факт, что подобное ограничение больше не требовалось, заставил Джейсона задуматься о последствиях.

Амос сурово смотрел на Джейсона, пока тот стоял в раздумьях, уставившись расфокусированным взглядом в пустоту. Перед ними город Яреш демонстрировал лишь слабые признаки восстановления.

— Зачем бриллиантовым рангам заходить в твой портал? — спросил женский голос: по лестнице поднялась эльфийка и присоединилась к ним на крыше.

— Политика, — недовольно проворчал Амос.

— Хм? — отозвался Джейсон, взглянув на пришедшую. — Ах да. Лорд Пенсината прав. Политика. В которой, как мне всегда кажется, я должен разбираться лучше, чем получается на деле, к сожалению. И всё же, любой навык требует практики.

Эльфийкой была Хана Шавар, верховная жрица Целителя и человек, ответственный за операции, базой для которых служил облачный дворец Джейсона. Эти операции постепенно превратили облачный дворец из сортировочного госпиталя, развернутого сразу после атаки посланников, в центр обработки данных и поддержки. Сейчас его деятельность была в основном направлена на воссоединение разлученных семей, организацию временного жилья и обеспечение регулярного доступа к пище и чистой воде.

В то же время проводилась фильтрация населения на предмет попыток протащить какие-нибудь неприятные сюрпризы, вроде червей-мироедов. С этими паразитными зверями апокалипсиса всё еще разбирались на юге, и их появление в Яреше в его нынешнем состоянии стало бы катастрофой.

— Чем могу быть полезен, жрица Шавар? — спросил Джейсон.

— Прежде чем мы перейдем к делу, — сказала жрица, — я хочу услышать об этих бриллиантовых рангах. Я полагаю, речь идет о тех самых, что бесцеремонно топтались в моем госпитале?

— О них, — ответил ей Джейсон.

— В таком случае, мне стоит ожидать дальнейших помех?

— Надеюсь, что нет, — сказал Джейсон. — Я занял жесткую позицию в разговоре с представителями Общества искателей приключений, так что теперь мне нужно показать, что я способен на уступки. Я предложил впустить бриллиантовых рангов туда, где содержу посланников, но поскольку я не хочу делать реальных уступок, я надеюсь, что они откажутся, когда им будет сделано это предложение.

— Надеешься?

— В начале своей карьеры искателя я был очень уверен в своих политических прогнозах, и другие люди поплатились за мою глупость. В наши дни я стараюсь оставлять варианты открытыми, даже если некоторые из них далеки от идеала. Есть приемлемые исходы, даже если бриллиантовые ранги решат пройти через этот портал.

Хана на мгновение сосредоточила внимание на портале.

— Не думаю, что они войдут, — сказала она. — Полагаю, это вызовет у них беспокойство, и они выместят это беспокойство на тебе.

— Очень на это надеюсь, — сказал Джейсон. — Будет неловко, если они решат, что не в силах держать меня в узде.

— Они могут держать тебя в узде, — с уверенностью произнес Амос.

— Конечно, могут, — согласился Джейсон.

— Ты хочешь, чтобы тебя приструнили, — поняла жрица.

— Ага. Я привык производить больше шума, чем положено моему рангу, и у меня не всегда есть понимающие вышестоящие лица, готовые меня выручить. Если я смогу хотя бы разыграть спектакль с уступкой бриллиантовым рангам, они с большей вероятностью предоставят Обществу искателей приключений возможность приструнить меня.

— Что сведется к тому, что на тебя навесят самые нежелательные контракты, какие только смогут найти, — сказала Хана. — Но вы ведете опасную игру, Асано. Каждый искатель приключений, обученный гильдией или семьей искателей, слышал истории о том, как бриллиантовые ранги принимали скверные решения, сталкиваясь с силой, которую они не могут ни понять, ни превзойти.

— Ваша привилегированность дает о себе знать, жрица. Я обучался там, где бриллиантовые ранги — фигуры практически мифические.

— Тогда это ваше упущение, мистер Асано. Тот факт, что бриллиантовые ранги силой проложили себе путь в облачный дворец, доказывает правдивость историй, о которых я упомянула. Простая истина заключается в том, что бриллиантовые ранги привыкают делать всё, что им заблагорассудится. Отказ им в этом заканчивается плохо.

— Должен признать, в этом есть смысл, — сказал Джейсон. — И они разгромили дворец, когда подумали, что я отказываюсь признавать их власть надо мной. Мне страшно подумать, что они сделают, когда поймут, какой властью я обладаю на самом деле.

— И какой именно властью? — спросила Хана. — Я видела, как посланники золотого ранга, вторгшиеся в это здание во время рейда, отчаянно пытались пробиться наружу, так ничего и не добившись.

Джейсон кивнул на портал.

— Шагни внутрь и узнаешь.

— Нет, спасибо. Будь осторожен, провоцируя этих бриллиантовых рангов, Асано. Они не захотят прослыть теми, кто издевается над серебряным рангом, но нераскаявшийся и дерзкий выскочка — совсем другое дело. Их репутации не повредит, если они проучат идиота, который не знает, когда нужно отступить.

— Отсюда и уступка — позволить им посмотреть, где я держу посланников, — сказал Джейсон. — Если они откажутся, это их дело. Вряд ли они станут ходить и объяснять людям, что бить серебряный ранг — это нормально, потому что у него есть пугающий портал. Так они будут выглядеть еще слабее.

— Если только они не войдут в этот портал и не поймут, какой властью ты там над ними обладаешь, — заметил Амос. — Они могут просто убить тебя на месте, что бы это ни сделало с их репутацией.

— Да, — со вздохом признал Джейсон. — Надеюсь, до этого не дойдет, но если дойдет — я разберусь.

— Разберешься со своей смертью? — спросила Хана.

— Это вроде как моя фишка, — ответил ей Джейсон. — Спроси у своего босса.

— Я верховная жрица. У меня нет босса.

— Вы — верховная жрица, — сказал ей Джейсон. — Вся ваша работа заключается в том, чтобы иметь босса.

— Вы имеете в виду?.. Вам не следует так небрежно говорить о богах, Асано.

— Мне постоянно это говорят. Вы женщина занятая, жрица; что вообще привело вас сюда?

— Я бы хотела, чтобы вы переоборудовали четвертую комнату общежития во вторую столовую и расширили кухню.

— Сейчас?

— Ближе к вечеру, во время пересменки и до начала ужина.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Что-нибудь еще?

— Предупреждение, если кто-то из бриллиантовых рангов решит устроить погром.

— Я сделаю всё, что смогу. Без обещаний.

Хана окинула Джейсона взглядом с ног до головы, выражая своим видом недовольство, и направилась обратно вниз по лестнице.

— А теперь, — сказал Амос. — Зачем я здесь, если ты и не ожидал, что я войду в портал?

— Секунду, — сказал Джейсон, и облачная субстанция поднялась с крыши, быстро заключив их в купол. Лестничный пролет также был запечатан. Прямые солнечные лучи были преграждены облачным барьером и вместо этого рассеянно фильтровались сквозь купол. Аура Джейсона затопила пространство внутри, превращая его в часть его духовного домена.

Духовные домены Джейсона были местами, где он обладал исключительным контролем над духовными силами внутри и даже определенной властью над физической реальностью. Наряду со своими постоянными доменами на Земле, он мог включать в свой домен любые или все свои облачные конструкции, хотя до этого момента он старался не распространять свое влияние на госпиталь. Амос нахмурился, когда его чувства оказались отрезаны и больше не распространялись за пределы новой крыши.

— Нельзя позволять кому попало подглядывать, — извиняющимся тоном сказал ему Джейсон, а затем небрежно указал на портал. Из него вышел посланник золотого ранга.

СТАТЬЯ О ВОЕННОЙ ВИНЕ

СТАТЬЯ О ВОЕННОЙ ВИНЕ

Марек Ниор Варгас стоял перед порталом, ведущим из астрального королевства Асано. За те недели, что прошли с момента его первого появления здесь, его жизнь и будущее полностью изменились, но, глядя на выход, он не мог избавиться от нервозности. Мир снаружи теперь таил в себе огромный потенциал. В нем теплилась надежда, которую Марек никогда прежде не испытывал, но вместе с надеждой пришел и риск того, что она будет растоптана. Учитывая амбиции Марека, такой исход казался наиболее вероятным.

— Я не позволяю тебе разгуливать на свободе, — повторил Асано. — Я просто хочу, чтобы ты, я и один человек, которого я знаю, поговорили об аурах.

Джейсон Асано, стоявший рядом с Мареком, был лишь одной из бесчисленных копий, младших аватаров, снующих по астральному королевству Асано. У него не будет главного аватара, пока он не станет полноценным астральным королем. Тем не менее, он без труда поддерживал беседу с Мареком, в то время как его истинное тело разговаривало с тем, кто находился по ту сторону портала.

— Я понимаю, — сказал Марек. — Я не сбегу.

Мало того, что у Асано все еще оставались все люди Марека, так еще и невозможно было предугадать, кто или что ждет его по ту сторону портала. Насколько знал Марек, Асано мог передать его Обществу искателей приключений или какому-нибудь беспринципному исследователю, жаждущему препарировать могущественного Посланника.

Он не верил, что так оно и будет. Марек неделями жил внутри души Асано, что дало ему необычайно близкий взгляд на этого человека, хотя само по себе это могло быть обманчиво. Снова и снова Марек видел, как люди действовали вопреки собственным интересам и убеждениям по причинам, которые он едва мог постичь.

Он много говорил с Асано, в основном о Посланниках. У Марека было чувство, что Асано ищет причины не убивать их, а, возможно, даже отпустить. Для Марека это не имело особого смысла, поскольку Посланники не проявляли милосердия. Он не мог не задаться вопросом, не было ли это частью его идеологической обработки, которую ему еще предстояло выкорчевать и изучить. Возможно, его заточение в астральном королевстве Асано было шансом сделать это. Это было то, что стоило обсудить с Пайяном, который был ему ближе всех, почти как брат.

— Есть небольшая задержка, — сказал Асано. — Я разговариваю с верховной жрицей. Не думаю, что выводить тебя, пока она там, будет хорошим ходом.

— Не уверен, что выводить меня, пока там кто-либо есть, — мудрое решение.

— Да, но человек, с которым я хочу тебя познакомить, недостаточно глуп, чтобы прийти сюда и встретиться с тобой.

— Он тебе не доверяет?

— Не настолько. Ты пришел сюда и открыл свою душу, но сделал бы ты это только ради спасения своей жизни?

— Нет. Я хотел астрального короля, который не был бы похож на других. Если бы я знал, что ты освободишь нас, я бы примчался сюда сломя голову.

— Тера бы не примчалась, — сказал Джейсон. — Ты добился с ней какого-нибудь прогресса?

— В этом месте нет ничего, чего бы ты не видел и не слышал, — заметил Марек. — Ты был посвящен в каждое наше взаимодействие.

— Я знаю, что говорили ты и она, да, но не знаю, как вы мыслите. Приписывание моих чувств менталитету Посланников приведет меня лишь к ложным выводам.

— Она все еще сломлена. Ты дал ей и мне одно и то же, но способ, которым ты это сделал, был очень разным. Для меня это шанс на будущее для всего моего народа. У нее же ты отнял все. Кто она, что она. Ее сущность как Посланника. Ты отравил ее в глазах других Посланников, отняв даже право предлагать верность. Она ненавидит тебя из глубины души и ко мне относится не намного лучше. Все, что она презирает, я вижу как дар, который я никогда не смогу сполна вернуть.

— При условии, что я дам тебе шанс выйти и сделать что-то с этим даром.

— Я верю, что ты это сделаешь, рано или поздно. Я до сих пор не понимаю, что ты получаешь от милосердия, но верю, что ты что-то получаешь.

Асано долго и оценивающе смотрел на Марека, прежде чем заговорить.

— Величайшего мастера боевых искусств, которого когда-либо породил мой мир, один из его учеников спросил, почему он проявил милосердие к врагу. Он ответил, что для человека, в чьем сердце нет прощения, жизнь — худшее наказание, чем смерть.

— Милосердие — это оставление корней проблемы, чтобы они выросли сильнее.

— Милосердие может казаться глупостью, и, возможно, так оно и есть. Но это также надежда на завтрашний день. Безжалостность никогда не превратит врага в друга. Она оставляет лишь выжженную землю — в мире и в твоей душе. Я видел это за полдюжины лет обладания силой, так что ты должен был видеть это снова и снова.

— Видел, — подтвердил Марек. — Выжженные миры и выжженные души — вот как действуют Посланники.

— Ну, если ты все равно собираешься устроить революцию, может, подумаешь о пересмотре этой политики? В моем мире есть термин: «Карфагенский мир». Это значит установить такие условия мира после военной победы, которые калечат побежденных, чтобы они не могли оправиться и восстановиться. Взять тех, кто был повержен, и не давать им подняться.

— Разумная политика, хотя я полагаю, ты собираешься утверждать обратное.

— В моем мире была война. Великая война. Запутанный клубок политических союзов превратил один инцидент в глобальный конфликт. Война, призванная положить конец всем войнам, как ее называли.

— Войнам никогда не бывает конца.

— Нет, — согласился Асано. — Нет, не бывает. Когда Великая война закончилась, был подписан мирный договор, в который победители включили то, что стало известно как статья о военной вине. Она возложила всю вину на плечи побежденных. Она лишила их власти, достоинства. Возможности восстановиться перед лицом самого масштабного конфликта, который когда-либо видел мой мир.

— Зерно новой войны? — спросил Марек. Он видел много миров, и история Асано была ему знакома.

— Да. Из пепла павшей нации восстал монстр. Он поднял эту страну из пепла, используя гордость и ненависть, питаясь горечью людей, на которых плевали и втаптывали в грязь. Следующая война была хуже, хуже, чем кто-либо мог себе представить. Мало случаев, когда в войне действительно есть правые и виноватые стороны, но по миру распространялось зло. Даже тогда те, кто должен был быть на правильной стороне, использовали оружие, уничтожавшее целые города. Почти так же, как пытался сделать твой народ в Яреше. Как ни странно, твой народ не может сравниться с моим в извращении силы созидания ради немыслимых целей. Наше оружие массового поражения оказалось эффективнее вашего зверя апокалипсиса.

— Что стало с гарудой, который остановил генезис-яйцо нагов?

— Если кто и знает, то мне не сказали. Он исчез, пока мы с тобой были под землей. Но битва, которую мы вели в Яреше, — ничто по сравнению с той войной, о которой я говорю. Из стран, которые были главными зачинщиками, одна была на востоке, а другая — на западе. На востоке это была страна под названием Япония. Одной из многих стран, противостоявших им, была Австралия. Моя страна, хотя я родился лишь полвека спустя.

Асано улыбнулся и указал на свое лицо.

— Народ моей матери родом из Австралии, а отца — из Японии. Какой бы уродливой и жестокой ни стала та война, сколько бы миллионов ни страдали и ни погибли, и несмотря на все злодеяния, совершенные обеими сторонами, настал день, когда эти нации стали не врагами, а союзниками. Эти перемены произошли на твоем веку; вероятно, лишь малая их часть. Будущее есть всегда, Марек. Можно сказать, я живое воплощение этого. Ты снова и снова говорил мне, что хочешь построить новое будущее для своего народа. Милосердие — единственный способ построить будущее, ради которого стоит стараться.

— Идеалы — это хорошо, но я сталкиваюсь с врагом, подобного которому твой мир никогда не видел. С уровнем контроля, которого он никогда не знал.

— Да, — согласился Джейсон. — Но ты должен учесть, что ты уже признал милосердие и увидел, что иногда это единственный путь вперед.

— Каким образом?

— Если бы ты не думал, что я проявлю к тебе милосердие, и не знал, к чему это может привести, привел бы ты свой народ ко мне и сдался бы?

— Я знал, что ты используешь нас.

— Защищать вас от моих людей — больше хлопот, чем вы того стоите, и ты слишком умен, чтобы этого не знать. Подумай об этом, Марек. Кажется, тебе трудно признаться в этом самому себе, но ты знаешь цену милосердия. При этом я воспользуюсь вами, раз уж вы здесь. Пора выходить, шеф.

* * * Джейсон настороженно следил за Амосом и Мареком, когда последний вышел из портала. Оба напряглись при виде друг друга, их ауры были остры, как оружие, но никто не начал враждебных действий. Они находились внутри купола на крыше облачного дворца Джейсона. Присутствие Джейсона наполнило пространство, которое он сделал частью своего духовного домена. Его домен не обладал ни силой, ни влиянием его царства души, через все еще активный портал, но все же позволял ему командовать значительной мощью.

— Будьте цивилизованными, — сказал им Джейсон. — Это разговор, а не война.

— Он и его сородичи принесли войну в этот город, — отметил Амос. Интенсивность его взгляда была почти способна прожечь дыру в голове Посланника.

— Я просто выполнял приказ, — сказал Марек.

— Ладно, — сказал Джейсон, указывая пальцем на лицо Марека. — Я понимаю, что ты был рабом, но нам с тобой предстоит долгий разговор об оправдании «я просто выполнял приказы». А пока — никакой войны. Ни от кого из вас.

Взгляд Джейсона переместился с Марека на Амоса.

— Марек здесь, — сказал Джейсон Амосу, — согласился выдать все секреты о том, как Посланники используют свои ауры. Взамен я сказал ему, что ты не превратишь его череп в кашу голыми руками, хорошо?

Марек и Джейсон посмотрели на руки Амоса. Они оставались по бокам, но его пальцы сжимались, словно им не терпелось сделать именно то, что только что описал Джейсон.

— Почему ты предал своих? — спросил Амос Марека.

— Я не предаю, — ответил ему Марек. — Я предаю астральных королей, которые поработили своих же сородичей задолго до того, как я появился из древа рождения.

— Древа рождения? — спросил Амос.

— Посланники рождаются из деревьев, — сказал Джейсон. — Думаю, это означает, что технически они растения, но не будем отвлекаться. Мы здесь для того, чтобы Марек рассказал нам об аурах Посланников.

— Я спрашиваю снова, — сказал Амос, не сводя яростного взгляда с лица Марека. — Почему он это делает?

— Я давно хотел подорвать власть астральных королей, — сказал Марек. — Не ради вашего народа, а ради своего. Мы — рабы, которым внушили, что наше рабство — это слава, а наше подчинение — превосходство. Освободив меня от этих оков, Джейсон Асано сделал то, что я считал невозможным: оставил меня свободным действовать. Если он когда-нибудь отпустит меня, чтобы я мог это сделать.

— Это не ответ на вопрос, — прорычал Амос.

— Разве? — спросил Джейсон. — Ты не узнаешь благодарность, когда слышишь ее?

— От Посланника?

— Я удивлен не меньше тебя, — сказал Марек Амосу, который повернулся обратно к Посланнику.

— Ты хочешь сказать, что теперь служишь Асано?

— Нет. Он мог бы сделать меня и моих людей своими рабами. Вместо этого он дал мне свободу не служить никому и ничему, кроме моих собственных идеалов.

Марек взглянул на Джейсона, затем снова на Амоса.

— Он проявил ко мне милосердие.

— А я не проявлю, — сказал Амос. — Если ты служишь своим идеалам Посланника, я должен уничтожить тебя, пока ты не получил шанс распространить их.

— Довольно, — резко сказал Джейсон, призывая силу своего духовного домена. Несмотря на то, что он был на фут ниже Амоса и на два ниже Марека, его присутствие нависло над ними обоими. И Марек, и Амос обладали превосходным чувством ауры, но им не нужно было использовать его, чтобы точно знать, кто владеет землей, на которой они стоят.

— Я знаю, что предложение Марека звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказал Джейсон Амосу. — Все техники, которые Посланники используют для боя аурами, предлагаются свободно. Почти свободно. Вроде как свободно. В смысле, да, он мой пленник, и я сказал ему, что это условие того, что я когда-нибудь выпущу его. Одно из многих условий. Так что совсем не свободно. Но все же, предлагается.

Джейсон сдержал улыбку, когда Амос и Марек посмотрели на него с одинаковой смесью раздражения, настороженности и недоверия.

— Трудно поверить, я знаю, — сказал Джейсон Амосу. — Я вывожу командира Посланников, который утверждает, что я сделал что-то загадочное, и теперь он хочет уйти и сражаться с астральными королями, вместо того чтобы продолжать вторжение в этот мир.

— Мне потребуются десятилетия, если не столетия, прежде чем я смогу бросить вызов астральным королям, — сказал Марек. — Я ищу шанс посадить семя. Семя, которое со временем может вырасти в древо революции.

— Ты понимаешь, что растения не устраивают революции, верно? — спросил его Джейсон. — Ты просто большой любитель растительных метафор? Знаешь, потому что ты растение?

— Я не растение.

— Парень, ты свалился с дерева, как яблоко. Неужели пространственное воровство фруктов — серьезное препятствие для твоего процесса размножения?

— Пожалуйста, будь серьезен, Джейсон Асано.

Джейсон рассмеялся.

— Друг, ты выбрал не того астрального короля, чтобы прицепиться, если не хочешь шуток. Никаких гарантий насчет качества этих шуток, заметь, и они могут быть просто моими рассуждениями о старых эпизодах «Обезьяньей магии».

Амос и Марек посмотрели на него со смесью неодобрения и замешательства.

— Да, я знаю, — признал Джейсон. — Он просто называется Обезьяна, а не Обезьянья магия, но все называют его Обезьяньей магией. Из-за заглавной песни.

Он начал хлопать себя по карманам своих коричневых шорт.

— У меня, кстати, есть кристалл записи с этой песней. Дай-ка я найду его, и ты увидишь, о чем я говорю…

— Посланник прав, Асано, — перебил его Амос. — Сейчас не время для твоего ребячества.

Веселье мгновенно исчезло с лица Джейсона, словно он только и ждал этого прерывания. Он снова обратился к своему духовному домену, используя пространство вокруг них, чтобы слегка надавить на ауру Амоса.

— Лорд Пенсината, — сказал Джейсон. — Вам нужно поучиться у моей команды и обращать внимание на то, что я делаю, а не на то, что я говорю. Похоже ли это на то, что я не воспринимаю ситуацию всерьез? Мы оба знаем, насколько сильна ваша аура. Попробуйте использовать ее и посмотрите, как далеко вы продвинетесь.

Амос повернул к Джейсону взгляд, от которого большинство искателей приключений Римароса задрожали бы. Джейсон, не дрогнув, посмотрел на мужчину выше себя.

— Я не ваш племянник и не какой-нибудь скулящий член гильдии, лорд Пенсината; не утруждайтесь своим «смертельным взглядом». Я видел вещи куда хуже, чем ваш злой глаз.

— Вам не следует относиться к таким ситуациям легкомысленно, — сказал ему Амос.

— Я пробовал быть мрачным и серьезным, когда становится тяжело. Это не работает. Не знаю, гипертрофированное ли это чувство мелодрамы, но мне не нравится, в кого это меня превращает. Мы с Мареком только что говорили о милосердии, и когда я начинаю скатываться в мрачность, у меня его не остается. Если цена того, что я не убью кучу людей, — это то, что вы будете терпеть случайные отсылки к Команде А — сериалу, а не фильму, — то я предлагаю вам смириться. Вы можете просто игнорировать это, пока мы обсуждаем все остальное как разумные взрослые. Если для вас это слишком, лорд Пенсината, предлагаю вам убежать и наябедничать на меня Обществу искателей приключений.

Амос сильно надавил на ауру Джейсона. Джейсон был поражен ее полной силой, но этого было недостаточно. Они находились в облачном дворце, одном из духовных доменов Джейсона, и сама магия вокруг них подчинялась ему. Джейсон удерживал Амоса в патовой ситуации, пока Марек защищался, не вмешиваясь. Пол под ними и купол над ними начали дрожать от мощи. Глаза Амоса расширились, и он медленно отвел свою ауру. Джейсон последовал его примеру, отступив.

— Сколько у тебя секретов, Асано? — спросил Амос.

— Достаточно, чтобы я начал жалеть, что поделился некоторыми из них с вами, лорд Пенсината. Марек, возвращайся внутрь. Мы не будем обсуждать ауры сегодня.

Когда Посланник исчез, портал закрылся. Арка осталась, но экран света внутри исчез.

— Для существа, которое утверждает, что оно свободно, он довольно охотно делает то, что ты ему говоришь, — сказал Амос.

— На сегодня закончили, лорд Пенсината. Думаю, нам обоим нужно подумать о том, как каждый из нас хочет двигаться дальше.

— Ты подстроил это противостояние, — обвинил Амос. — Ты знал, какой будет моя реакция на то, что ты вывел Посланника золотого ранга, лично ответственного за бесчисленные смерти и разрушения, и ты сделал это в месте, где у тебя есть сила.

— Да, — признал Джейсон. — Именно это я и сделал.

— Ты пытаешься поставить меня на место? Это закончится для тебя очень плохо.

— Я в курсе, но я не пытаюсь поставить вас на место, лорд Пенсината. Я показываю вам, что вы ошибаетесь насчет моего места. Вы, алмазные ранги и Общество искателей приключений — все вы думаете, что знаете, кто я и что я такое. Все, что вы видите, — это способности эссенции, которые едва сдвинулись с места с тех пор, как я вернулся в этот мир. Но не заблуждайтесь, моя сила выросла до уровня, который вы не сможете понять, пока не шагнете через этот портал. Тот, в который вы отказываетесь войти из-за опасности.

Джейсон сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Мое место — не то, что вы думаете, лорд Пенсината, и я устал притворяться выскочкой. Я буду гнуться, когда это лучший выбор, потому что да: я пока что серебряный ранг. Но я не просто серебряный ранг. Посланники понимают это; Сорамир Римарос понимает это. Боги понимают это. Настанет день, лорд Пенсината, когда вам придется отрастить усы как у Тома Селлека или убраться с моего пути.

Амос нахмурился, не от гнева, а от задумчивости. Джейсон ждал, пока мужчина долго молча смотрел на него. Джейсон знал его достаточно хорошо, чтобы на этот раз держать рот на замке, и, наконец, Амос заговорил.

— Если бы ты был кем-то другим, я бы сказал, что ты ребенок, кричащий в пустоту. Но ты сказал Строителю уйти, и он ушел.

— Это было больше похоже на сделку, чем…

— Научись вовремя затыкаться, Асано; я не сомневаюсь, что твой язык доставляет тебе вдвое больше неприятностей, чем помогает из них выбраться. Но я вынужден признать, что твои заявления о силе, превосходящей способности твоей эссенции, не лишены оснований. Если ты говоришь, что можешь противостоять алмазным рангам и подчинять Посланников, то я приму это. До тех пор, пока ты не докажешь, что это не так.

ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ

ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ

Джейсон и Гэри стояли снаружи кузницы, которую Джейсон наколдовал в своем пространстве души, чтобы Гэри мог практиковаться в своем ремесле. В этом пространстве Джейсон мог создавать бесчисленные материалы, включая чрезвычайно редкие, чтобы Гэри мог их использовать. Гэри даже достал образцы материалов, с которыми хотел работать, чтобы Джейсон мог точно воспроизвести их природу и свойства.

Это был уровень ресурсов, который не могли предложить даже огромные ремесленные гильдии. Предпринимались попытки создать специализированные миражные камеры для симулированного крафта, но результаты никогда не стоили затрат.

Кузница Гэри была скромным зданием из светлого камня. Они с Джейсоном прислонились к внешней стене, держа фруктовые напитки, которые наколдовал Джейсон. С магической точки зрения они были идентичны духовным монетам, просто в форме восхитительных тропических напитков в кокосовых скорлупках с разноцветными трубочками и крошечными зонтиками. У Гэри напиток был значительно больше, чем у Джейсона.

— Знаю, ты не рад, что они здесь, — сказал Джейсон, наблюдая за трио Посланников, летящих в воздухе вдалеке. — Большинство членов команды смотрят на меня волком из-за этого. К счастью, мне не пришлось сталкиваться с Карлосом, пока я прячусь здесь. Для целителя этот парень питает поразительное количество ненависти к Посланникам.

— Я не мстительный человек, — сказал Гэри, — но я понимаю его точку зрения. Я видел, что они пришли сделать в этом городе. Я видел, как они это делали; я мог остановить лишь малую часть. Не понимаю, как они заслуживают жизни. Что мы получим от того, что оставим их в живых, кроме новых жестокостей и смертей?

— Я пытаюсь это выяснить. Можешь ли ты смириться с этим, если я прощу их?

— Они не заслуживают прощения.

— Наверное, нет. Но что, если я все равно это сделаю?

Гэри вздохнул, затем сделал долгий, громкий глоток своего напитка. Джейсон не стал торопить его с ответом, ожидая, пока человек-лев будет готов говорить.

— Когда две стороны ненавидят друг друга, — сказал Гэри, — мира никогда не будет, пока кто-то не отпустит эту ненависть. Всегда будут причины держаться за нее — веские причины, — но тогда ничего не изменится. Но это не может быть односторонне, иначе ничего не выйдет. Это может начаться с одной стороны, но другая все равно должна пойти им навстречу. Эти крылатые ублюдки собираются пойти тебе навстречу, Джейсон?

— Эти — вполне могут. Возможно. И если нам очень, очень повезет, они смогут заставить сделать то же самое и других своих сородичей.

— Успеют ли они сделать так, чтобы они покинули мой мир?

— Определенно нет. Это скорее ситуация с посадкой семян. Уф, теперь я использую растительные метафоры. Ты знал, что Посланники — это растения?

— Они не выглядят как растения.

— Знаю, правда? Но они растут на деревьях. Они, по сути, злые фрукты. Как брокколи.

— Брокколи — это не фрукт, — заметил Гэри.

— Именно, — сказал Джейсон. — Представь восхитительные кусочки ананаса, посыпанные корицей и солью, а затем запеченные до карамелизации и нежности, сбрызнутые капелькой лайма. А теперь представь, что вместо этого ты получаешь брокколи. Вот что такое Посланники.

— Пожалуйста, скажи мне, что это ананасовое блюдо — то, что ты готовишь на обед.

— Нет, я готовлю брокколи.

— Что?

— Видишь? Они худшие.

* * * Джейсон потер виски, когда Тень поставил чашку чая на столик для пикника из кованого металла, за которым он сидел. Они находились на небольшой поляне в саду, который выглядел естественно и дико, внутри царства души Джейсона. Чтобы получить немного покоя и тишины, никто другой в царстве души не мог обнаружить это место, до такой степени, что пространство менялось, чтобы увести любого, кто приближался. Доступ был только у Джейсона и его фамильяров, хотя Колин все еще был в коконе, а Гордон был занят с некоторыми аватарами Джейсона в библиотеке его царства души.

— Спасибо, — сказал Джейсон. Это был долгий день, полный в основном мелких разочарований, от настройки облачного дворца до решения политических вопросов. Теперь, когда он решил начать улаживать свои проблемы с Обществом искателей приключений и алмазными рангами, Видал Ладив курсировал между облачным дворцом и кампусом общества с посланиями.

Однако были и светлые моменты. Приобретение магических материалов для личного пользования в Яреше все еще было почти невозможным, так как все реквизировалось для реконструкции. Клайву потребовались недели, чтобы собрать материалы для повторного призыва Онслоу, чье тело было уничтожено во время битвы за Яреш. Джейсон оставил воссоединившуюся пару счастливо делящей салат.

Еще одним позитивным моментом была поддержка, которую директор отделения Общества искателей приключений оказал Джейсону перед лицом алмазных рангов. Джейсон подозревал, что это какая-то местная игра за власть, но не стал бы отказываться от помощи. Видал Ладив настаивал, что мотивом директора была искренняя благодарность за роль Джейсона в том, что Строитель ушел раньше времени. Джейсон находил свою неспособность поверить в простую благодарность немного печальной.

План Джейсона для алмазных рангов работал лучше всего, если их препирательства выходили в виде слухов, а не публичного зрелища, где все могло пойти не так. Его «уступка» алмазным рангам оказалась достаточной, чтобы сохранить лицо и заставить их отстать от него, по крайней мере на данный момент. Если он не сможет получить никакой ценной информации от Посланников, их терпение иссякнет. Но пока что директор отделения позаботится о том, чтобы начали распространяться нужные слухи.

Ярешские алмазные ранги были не единственными, с кем Джейсону приходилось иметь дело. Он чувствовал периодические попытки вмешаться в работу своего облачного дворца и обнаружил третьего алмазного ранга, использующего какое-то устройство. Джейсон быстро понял, что она была той самой женщиной, которая создала его облачную колбу, прибыв в город и теперь живя с Эмиром.

— Я нахожусь в странном состоянии духа, — сказал Джейсон своему фамильяру. — У меня нет проблем с тем, чтобы заполнить свои дни, но в то же время кажется, что я просто чего-то жду. Жду, когда алмазные ранги и/или Голос Воли сделают ход. Жду гениальной идеи о том, как разобраться с Посланниками, которых я припрятал. Жду, когда Колин вылупится красивой, красивой бабочкой.

— Тем не менее, мистер Асано, у вас было по крайней мере некоторое время, чтобы остановиться и обдумать некоторые проблемы, окружающие вас.

— Да. Разрыв между моим духовным развитием и моими способностями эссенции становится все большей проблемой. Мне почти хочется вернуться на Землю и высасывать вампиров, пока я не достигну золотого ранга.

— Возможно, вам стоит это сделать. Полагаю, вампиры к этому времени уже начали войну. Если вы отдадите приоритет краже магии измерений Посланников, вы, скорее всего, сможете использовать связь, чтобы вернуться в свой родной мир.

— Ты думаешь, эта Джес Фин Кааль отдаст мне то, что нужно?

— Полагаю, для нее это менее важно, чем для вас, мистер Асано. Именно такая приманка, чтобы заставить вас участвовать в любой схеме, которую она запланировала.

— Да, ну, нам нужно будет остановить любой этот план, прежде чем мы даже подумаем о Земле.

— Есть одна вещь, которую нам следует обсудить, мистер Асано. Мы кратко говорили об этом, когда все было более хаотично, а теперь у нас есть время обсудить это должным образом.

— О? — спросил Джейсон, доставая из инвентаря остатки жареного ананаса. Он поставил тарелку перед собой, рядом с чашкой чая.

— Помните наш разговор о вашей прежней способности, системе квестов?

— Помню, — сказал Джейсон. — Мы говорили о том, как моя собственная способность умудрялась знать вещи, которых не знал я.

— У меня есть подозрение относительно магического чувства, лежащего в основе этой способности, и того, что могло случиться с этим чувством, когда способность эволюционировала.

Джейсон откинулся на спинку стула.

— Рассказывай.

— Существует редкий феномен, который, насколько мне известно, я сам не наблюдал до встречи с вами. Его легко упустить из виду, так как это нечто, что не проявляется открыто. Большинство о нем не слышали, а многие из тех, кто слышал, не верят, что это реально.

— И что это за загадочный феномен?

— У него много названий. Глаза горнила. Магия судьбы. Чувство судьбы. Путь перекрестков. Как бы его ни называли, эффект один и тот же. По крайней мере, в начале. Он позволяет любому, кто им обладает, подсознательно чувствовать события, имеющие значение. Затем они делают выбор, не осознавая этого: искать эти события или избегать их. Представьте это как звук выстрела, когда инстинкты подсказывают вам бежать навстречу звуку или прочь от него. Впрочем, это редко бывает так явно, и человек часто даже не осознает, что делает выбор.

— Ты говоришь о реакции «бей или беги» для судьбы?

— Не совсем неточное описание.

— Ладно, — сказал Джейсон, хмурясь, пока его разум переваривал то, что только что рассказал Тень. — У меня около миллиона вопросов. Начну с идеи о том, что я все это время бегал вокруг, ведомый своим подсознанием. Если это правда, делал ли я хоть какой-то реальный выбор, или эта штука с самого начала водила меня за нос?

— Нет, мистер Асано. Это не контролирующая сила, а чувство того, где потенциально могут произойти важные события. Для вас это была система квестов. Она могла бы безопасно вывести вас из того лабиринта, в котором вы оказались по прибытии в этот мир. Вместо этого она отправила вас прямо к культисту Строителя и его семье каннибалов. Она также отправила вас к мистеру Ремору, мистеру Ксандьеру и мисс Фарре. Она направила вас на путь, который шаг за шагом привел вас туда, где вы сейчас.

— Но все могло пойти иначе. Уберечь меня от всех неприятностей, в которые я постоянно попадаю, снова и снова.

— Да. Вы не осознавали этого сознательно, но вы выбирали, снова и снова, подвергнуть себя безопасности или горнилу. И я думаю, мы знаем, что вы выбирали каждый раз.

— Почему? — спросил Джейсон. — Для чего это чувство судьбы? Как оно вообще работает механически? В смысле, потенциально важные события испускают волны судьбы или что-то в этом роде? И как я вообще получил эту силу, или чувство, или что это такое?

— Я не знаю, как это работает, — сказал Тень. — Это настолько редкое явление, что я не знаю, чтобы его когда-либо изучали.

— Значит, ты говоришь, не рассказывать Клайву.

— Так будет лучше, — согласился Тень. — Я мог бы только строить догадки о механизме, но я полагаю, что оно каким-то образом измеряет вероятности. Что касается того, как вы стали им обладать, то здесь я могу уверенно строить догадки. Насколько мне известно, условия для развития чувства судьбы специфичны и необычны. Во-первых, требуется душа на почти инертной стадии.

— Почти инертной?

— Обычный или железный ранг. Возможно, бронзовый. Неужели к вашему уровню развития вы не поняли, что ваша душа не становится сильнее по мере повышения ранга, а открывает больше того потенциала, который был всегда? Именно так у вас хватило сил отбиться от Строителя, когда он пришел за вашей душой.

— Поэтому я не пострадал так сильно, как раньше, когда перегрузил свою ауру ритуалом Гордона? Я так часто обращался к своей душе, вне способностей эссенции, что теперь могу выдержать нагрузку? В конце концов, моя душа и мое тело — одно и то же.

— Это такая же обоснованная гипотеза, как и любая другая, которую я могу сформулировать, имея имеющуюся информацию. Но вернемся к теме: первое требование чувства судьбы — почти инертная душа, то есть низкий ранг. Она также должна быть в необычайно податливом состоянии.

— Например, когда ее вырвало через астрал магическим феноменом, уничтожившим тело, к которому она была привязана, и она переделывает себя из человека в иномирянина.

— Именно так, мистер Асано. И третье требование — она должна пережить чрезвычайно близкое столкновение с максимально мощной силой. Богом или великим астральным существом. Определенные астральные феномены, о которых вам не позволено знать, также подошли бы.

— Великим астральным существом, вроде Мирового Феникса. Если бы он, скажем, уделил душе достаточно внимания, чтобы дать ей что-то, что можно унести с собой. Часть силы Мирового Феникса в форме жетона.

— Да. Душа, находясь в состоянии потока и вступая в контакт с таким уровнем силы, может развить чувство судьбы как рефлекторный защитный механизм. В вашем случае это проявилось в виде системы квестов.

— И она запрограммирована подсказывать либо «бей», либо «беги», — понял Джейсон. — В зависимости от того, инстинкты ли у тебя бежать от этой силы или соответствовать ей.

— Да, — сказал Тень.

— И поэтому я всегда отношусь к авторитетным фигурам так, будто они ничего не значат. Это мое чувство судьбы.

— Нет, мистер Асано. Чувство судьбы — это просто чувства. Вы сами несете ответственность за свое поведение. Вы не можете винить чувство судьбы в своем поведении не больше, чем можете винить свой слух или чувство вкуса. Даже когда они, кажется, направляют вас в определенную сторону, именно вы подсознательно выбираете направление. Сами чувства лишь предоставляют вам выбор. Бей или беги, как вы выразились.

— Ладно, — сказал Джейсон, потягивая чай, пока переваривал всю новую информацию. — Значит, это не какая-то врожденная судьба толкает меня. Это просто я выбираю оказываться во всех ситуациях, на которые жаловался последние полдесятилетия.

— До некоторой степени. Я полагаю, что эти чувства все еще направляют вас, но помните, что способность, через которую они проявлялись, система квестов, эволюционировала. Она перестала вас подталкивать.

— Почему она остановилась? — спросил Джейсон.

— Вспомните, когда она эволюционировала, мистер Асано. Когда вы были железного ранга и решили сразиться с монстром серебряного ранга, которого не могли победить, но от которого могли легко сбежать. Вместо этого вы решили сражаться. После этого вы больше не получали ни одного квеста.

— Деревня у водопада, — сказал Джейсон. — Когда мне пришлось задержать элементального тирана, пока жители эвакуировались.

— Вы не были обязаны, мистер Асано, и в этом суть: вы сделали выбор. И получили то, что по сей день является вашим самым большим шрамом души в процессе. Затем, вскоре после этого, вы столкнулись с другим максимально могущественным существом. На этот раз вы бросили ему вызов, и ваша сила эволюционировала. Ваша душа снова была в потоке, но вам больше не нужен был защитный механизм чувства судьбы. Вам нужна была сила уровня Строителя. Которую, конечно, вы не могли собрать на железном ранге.

— Тогда во что превратилось чувство судьбы? Способность, которая заменила награды системы квестов, поощряет погоню за опасностью, но не ведет меня к ней.

— Я полагаю, она в значительной степени дремлет. Возможно, она направляет вас более тонкими путями, но я думаю, она ждала. У вас был Гордон на той стадии, и я подозреваю, что ваше чувство судьбы эволюционировало в другой вид восприятия: способность чувствовать потенциал Гордона для магии, к которой он может прикоснуться. Вы не могли использовать ее немедленно, потому что Гордон все еще не мог ее использовать. Его сосуд был слишком низкого ранга. Но затем он связал себя с вами навсегда, и сделал это после того, как его сосуд стал на два ранга выше. Он все еще не был достаточно высокого ранга, чтобы использовать эту магию нормально, но вы могли чувствовать ее, позволяя ему прикоснуться к своему собственному потенциалу через вас.

— И что это за магия?

— Я не узнал ее поначалу. Он использовал ее только на самом низком уровне, и для него пока не должно быть возможным использовать ее вообще, до такой степени, что такая возможность мне в голову не приходила.

— Почему это превратилось в то, во что превратилось мое чувство судьбы?

— Я подозреваю, что это естественная эволюция чувства судьбы — перейти от направления поведения к предоставлению доступа к силе более высокого порядка, когда появляется возможность. Вы доказали, что не только решились противостоять силе уровня Строителя, но и имели потенциальный доступ по крайней мере к одной силе, которая действует в том же масштабе, что и он: магия внутреннего мандата.

— Так называется магия Гордона?

— Да.

— И она действует в том же масштабе, что и великое астральное существо?

— Это форма магии, которую они используют сами, часто включая расходование авторитета. Ей не хватает универсальности магии, с которой вы знакомы, и она предназначена для формирования физической реальности, а не для использования внутри нее. Это магия, которую Строитель использует для ковки миров. Которую Мировой Феникс использовал для укрепления размерного барьера Земли. Если вы думаете обо всей магии внутреннего мандата как о разных видах оружия, то сила, которую Гордон использовал до сих пор…

— Это водяной пистолет?

— Нет, мистер Асано. Это листок бумаги, на котором написано «бах». Эта магия обычно применяется трансцендентными сущностями, а иногда и их агентами алмазного ранга. Мисс Доун использовала ее, когда уничтожила город-крепость Строителя.

— Она использовала авторитет для этого?

— Нет, мистер Асано. Она использовала свое звездное семя, чтобы прикоснуться к самой скудной струйке силы Мирового Феникса. Если бы она использовала настоящий авторитет, результаты не были бы такими скромными.

— Скромными? Она превратила в стекло область размером со штат.

— Вот почему великие астральные существа не позволили бы вам обладать свободным авторитетом, мистер Асано.

— Да, ну… справедливо. Астральные короли могут использовать эту магию?

— Да, как и их Голоса Воли алмазного ранга, если их короли позволяют. Если вы сможете завершить свою трансформацию в астрального короля, вам может быть легче прикоснуться к магическому потенциалу Гордона, еще до того, как вы превзойдете алмазный ранг.

— Почему у Гордона вообще есть этот потенциал?

— Я не знаю. Возможно, это связь его вида с Расколотым троном или Всепожирающим Оком. Но это темы, о которых я не буду распространяться. Не до тех пор, пока вы не станете сильнее.

— Ты думаешь, я не справлюсь?

— Я думаю, что у широкого космоса есть этикет, и этот этикет существует по причине. Я не буду нарушать его, чтобы познакомить вас с вещами, на которые вы не имеете силы повлиять. Если только вы не прикажете мне это сделать.

— Нет, — сказал Джейсон. — Если ты говоришь, что это для тех времен, когда я стану большим мальчиком, я тебе верю. Я знаю, что если невежество застанет меня врасплох, ты предупредишь меня заранее.

— Спасибо, мистер Асано.

Джейсон снова сделал паузу, поедая ананас и попивая чай, размышляя о последствиях того, что рассказал ему Тень.

— Мировой Феникс, — сказал он. — Она должна была знать, что делает со мной.

— Да, мистер Асано. На самом деле, я полагаю, что наделение вас чувством судьбы было основной целью дарования вам жетона, а не побочным эффектом. Она хотела, чтобы вы были втянуты в события, и если ее контакт с вами оставил бы вас бормочущим безумцем, она всегда могла исследовать другие пути. Доун достаточно ясно дала понять, что вы были просто одним из путей, которые исследовал Мировой Феникс.

— Погоди, — сказал Джейсон. — Что это за дела с бормочущим безумцем?

— Условия, порождающие чувство судьбы, весьма экстремальны, мистер Асано. Я упоминал, как души развивают эти чувства как защитный механизм. Это тот же процесс, который изменяет душу после духовной травмы. И как и в случае с духовной травмой, не все возвращаются сильнее. Некоторые бывают разрушены, их собственные души отравляют их разум, делая их нечувствительными.

— О, это отлично. Напомни мне сказать Мировому Фениксу пойти куда подальше.

— Нет, мистер Асано.

У КАЖДОГО ЕСТЬ СВОЯ ЦЕНА

У КАЖДОГО ЕСТЬ СВОЯ ЦЕНА

— Что бы вы ни думали, мистер Асано, — сказал Видал, — алмазные ранги не проводят свои дни, вынашивая планы, как украсть ваши секреты.

Видал Ладив не получал удовольствия от своей работы. Он всегда представлял людей с реальной властью трезвыми и серьезными, преданными выполнению обязанностей, которые приходили вместе с властью и влиянием, которыми они обладали. К сожалению, оказалось, что они обладают теми же гордыней, предвзятостью и корыстными интересами, что и все остальные.

— Я определенно этого не думал, — неубедительно сказал Джейсон.

— Алмазные ранги в основном занимались мониторингом активности Посланников после нападения на Яреш, — продолжил Видал.

Частью его работы в качестве связного между Обществом искателей приключений и Джейсоном было предоставление Джейсону регулярных отчетов о широкой деятельности Общества. Это было не то, что Видалу было приказано делать, но Джейсон игнорировал бы его, если бы он этого не делал. А если бы это произошло, Общество искателей приключений сочло бы назначение Видала провалом.

Невыполнение одного задания не потопило бы карьеру Видала, но такая важная работа требовала особого внимания. Если бы Общество искателей приключений было довольно его работой, это означало бы не только более важные задания, но и некоторую гибкость в их выборе. Видал очень ждал дипломатической или административной работы, подальше от кого-то настолько нестабильного, как Джейсон Асано.

— Лучшие оценки, которые у нас есть, предполагают, что Посланники потеряли в атаке больше людей, чем планировалось, — продолжил Видал. — Как только их ряды были приведены в бешенство, они стали менее эффективны в использовании своих призванных монстров в качестве щита. Затем, когда наши алмазные ранги освободились, они нанесли Посланникам большие потери, особенно во время отступления. В результате Посланники отказались от одной из своих пяти крепостей, чтобы объединиться в остальных.

— И у них больше нет алмазного ранга, — сказал Джейсон.

— Нет, — сказал Видал. — Но у нас также нет сил для организации контратак. Многие искатели приключений все еще работают над очисткой южных городов и деревень от червей-пожирателей миров. Были разговоры о том, чтобы наши алмазные ранги атаковали крепости Посланников в одиночку, но оборонительная инфраструктура этих крепостей внушительна. Пока наши алмазные ранги запутаны в обороне одной крепости, остальные могут предпринять карательные атаки.

— При том, что Посланники понесли удар, — сказал Джейсон, — мы получили удар посильнее. Не считая алмазного ранга.

— Такова текущая оценка, — сказал Видал.

Он оглядел сад на крыше, в котором они сидели, на вершине облачного дворца Асано. Несколькими днями ранее это была купольная зона, которая привела алмазного ранга, Хариста, в новую ярость. Его неспособность проникнуть в некоторые зоны здания Джейсона с помощью своих магических чувств была тем, что побудило его вторгнуться во дворец в первую очередь. Другой алмазный ранг, Аллайет, в основном сдерживала его, но терпение Хариста иссякло. Его было не остановить, когда он ворвался в облачный дворец Джейсона, и, хотя она не была согласна с этим шагом, Аллайет пошла вместе с ним, чтобы представить единый фронт.

Хотя два ярешских алмазных ранга работали вместе, они были очень разными. Харист принимал силу и авторитет, которые приходили с его рангом, используя их, чтобы пробиваться через любую ситуацию, будь то боевая, дипломатическая или социальная. Аллайет была более тонкой, работая в рамках общественных структур, вместо того чтобы возвышаться над ними, как позволяла ее сила. Если бы не необходимость быть сдерживающей силой для Хариста, люди, возможно, даже не знали бы ее имени.

Причина, по которой Видал имел такое глубокое понимание этой пары, заключалась в маловероятной дружбе, возникшей между ним и Аллайет. Он знал, что она подошла к нему лишь для того, чтобы использовать как рычаг давления на Асано, несомненно, один из многих, которые она культивировала. Тем не менее, Видал искренне наслаждался ее компанией. У нее был талант превращать обычно внушительное присутствие алмазного ранга в нечто притягательное. Он не знал, заботится ли она о нем вообще, но она определенно дала ему доступ к информации, с которой он иначе никогда бы не столкнулся.

Частью этой информации были мысли и планы Аллайет по определенным темам. Одним из примеров было то, что Аллайет уважала Асано за то, что он сделал вид уступки, даже несмотря на то, что это ее расстраивало. Изучив прошлое и связи Асано, она теперь понимала, что давление на него, как того требовал Харист, могло иметь большие последствия, чем они изначально предполагали.

— Думаю, вам стоит сесть за стол переговоров с одним из алмазных рангов, — предложил Видал Джейсону.

— С одним из них? — спросил Джейсон многозначительно. — Это подразумевает, что большая часть трений исходит от более конфронтационной части пары.

— С уважением, мистер Асано, большая часть трений исходит от вас. Вы не уважаете их ранг. Вы берете в плен целую армию Посланников и отказываетесь раскрыть, где они содержатся. Вы неделями прячетесь от попыток Общества искателей приключений провести с вами дебрифинг.

Видал не мог почувствовать ауру Джейсона. Он знал, что даже если бы мог, он не смог бы прочитать его эмоции через нее. Это было излишне, как оказалось, так как гнев Джейсона был ясно виден в его выражении лица.

— У меня есть заботы поважнее, чем одна битва в одном городе, мистер Ладив.

Он использовал фамилию Видала, что было недобрым знаком.

— Заботы поважнее, чем город, почти стертый с лица земли? — спросил Видал.

— Да. Вы знаете, с какими силами я имею дело. Это вся причина, по которой Общество искателей приключений приставило вас ко мне, но я все больше сожалею о своем согласии на это. Причина, по которой мы пришли в этот город, заключалась в борьбе с Посланниками, и мне не нравится тот факт, что моя честность, кажется, постоянно ставится под сомнение.

— Вы скрываете много секретов, мистер Асано.

— Как и любой другой искатель приключений. Но мои секреты — это грех, потому что могущественные люди хотят их знать? Возвращайтесь к своим алмазным рангам, мистер Ладив, и скажите им, чтобы они пришли сюда и рассказали мне свои секреты. Делает ли мое желание знать их предателями, если они откажутся?

— Конечно, нет. Это не имеет никакого смысла.

— Я согласен, мистер Ладив. Тем не менее, вот вы здесь, призываете меня к ответу за то, что я не выдал свои.

Улыбка Джейсона вызвала дрожь по спине Видала. У него был некоторый опыт — безусловно, больше, чем он хотел, — общения с алмазными рангами в последнее время. Они всегда сдерживали свое внушительное присутствие рядом с ним, и он испытывал пугающе похожее чувство от Джейсона. Такой опыт, однако, сделал его очень хорошим в сохранении самообладания.

— Есть еще одна вещь, мистер Асано.

— Продолжайте.

— Меня попросили попросить вас прекратить проецировать свои чувства на весь город. Это не строго запрещено, но считается крайне грубым, и несколько золотых рангов подали жалобы.

— Не мне. Любые золотые ранги, желающие пожаловаться, — продолжил Джейсон, — добро пожаловать сюда, чтобы сделать это лично.

Они оба знали, что шансы на это невелики. У золотых рангов были инстинкты выживания, чтобы не ввязываться в конфликты алмазных рангов, даже если этот конфликт был с серебряным рангом. Возможно, особенно с серебряным рангом, если серебряный ранг в вопросе был кем угодно, кроме как немедленно раздавленным.

— Я передам ваш ответ Обществу искателей приключений, — сказал Видал и встал.

— Это все? — спросил его Джейсон. Его голос звучал небрежно, но имел опасный подтекст, который, Видал был уверен, не проскользнул по ошибке.

— Что еще могло быть, мистер Асано?

— Посланники вчера связались с городскими властями. Вы не собирались делиться этой информацией?

— Мистер Асано, я…

— Если вы думаете о том, чтобы солгать мне, мистер Ладив, я бы предложил вам пересмотреть эту идею.

Ладив почувствовал, как аура Асано сильно давит на него, до такой степени, что он сделал шатающийся шаг.

— Я сделал что-то, чтобы разозлить вас, мистер Асано?

Джейсон нахмурился и покачал головой. Давление ауры исчезло.

— Нет, мистер Ладив. У вас просто неудачная роль быть гонцом. Я очень устал от того, что группы власти говорят мне, что делать, пытаясь забрать то, что у меня есть. Это было то, с чем я часто мирился в своем старом мире, и это поднимает плохие воспоминания. Мне нужно достичь более высокого ранга и перестать вовлекать себя в крупные события, пока я этого не сделаю.

— Полагаю, для этого уже слишком поздно, мистер Асано.

— Да, — устало сказал Джейсон, — но я могу хотя бы попытаться. Возможно, пришло время отказаться от моего членства в Обществе искателей приключений, убрав это как рычаг, за который люди могут дергать. А теперь, мистер Ладив, расскажите мне, что Посланники обсуждали с городскими властями. Настолько, насколько общество позволило вам узнать.

— Что очень мало, мистер Асано. Искренне. Они знают, что вы вытянете из меня ответы, если пожелаете, поэтому они ограничивают информацию, которую дают мне. Посланники отправили одного из своих подчиненных местных жителей в качестве посланника, зная, что Посланника больше не выпустят. Они связались с правительством, а не с Обществом искателей приключений. Посланник подошел к герцогскому поместью, где у меня нет источников информации внутри.

Джейсон поднял брови, его выражение лица давало Видалу шанс исправиться.

— Нет источников информации высокого уровня, — исправился Видал. — Я наладил связи с некоторыми бюрократами низкого уровня, но офис герцога осторожен с этой информацией. Мне повезло, что я вообще узнал, что Посланники вышли на связь. Мне любопытно, как вы вообще об этом услышали.

— Вы только что попросили меня перестать распространять свои чувства по всему городу, мистер Ладив. Я узнаю многое, просто наблюдая и слушая.

— Да, но это не похоже на то, что Посланник прилетел в город, хлопая крыльями. Это был эльф, старавшийся быть незаметным. Вам нужно было бы уделять пристальное и почти постоянное внимание многочисленным местам по всему городу одновременно, чтобы уловить такую информацию.

— Или быть очень удачливым.

— Вы удачливый человек, мистер Асано?

— Я бы сказал, да, в целом. У меня также развилась способность разделять внимание, не снижая фокуса.

— Превосходная многозадачность — это то, что есть у каждого пользователя эссенции, мистер Асано. Это функция атрибута духа. Мониторинг всего этого города, однако, потребовал бы чего-то гораздо более развитого. Ваш теневой фамильяр — не секрет, мистер Асано, и нормально признать наличие шпионов. Они есть у всех нас, и мы все предполагаем, что шпионы всех остальных слушают.

— Справедливо. Мы закончили здесь, мистер Ладив. Узнайте больше о том, чего хотят Посланники.

— Мистер Асано, я согласился давать вам общий обзор новостей Общества искателей приключений, а не становиться вашим следователем. Я просто связной, и вы позволяете себе вольности. Я на вас не работаю.

— Тогда, возможно, пришло время положить конец нашей договоренности.

Джейсон встал и вытащил папку из своего пространственного хранилища, протягивая ее Видалу.

— Все документы, удостоверяющие личность Джона Миллера, — сказал Джейсон. — Если я собираюсь аннулировать свое членство в Обществе искателей приключений, я вряд ли могу бегать с фальшивой личностью, которую они мне предоставили. Я все равно никогда не справлялся с ее поддержанием.

— Вы серьезно рассматриваете возможность отделения от Общества искателей приключений?

— Смысл быть искателем приключений в том, что Общество искателей приключений помогает мне помогать людям. Если все, что они собираются делать, — это выдвигать требования и стоять у меня на пути, то в чем смысл?

— А остальная часть вашей команды?

— Это зависит от них.

* * * Джейсон провел рукой по лицу, пока его чувства отслеживали уход встревоженного Видала Ладива.

— Я сегодня раздражителен, — заметил Джейсон. — Я не хотел быть таким конфронтационным. Однако мне не нравится, когда Общество искателей приключений начинает напоминать мне Сеть.

— Вы ведь не собираетесь всерьез аннулировать свое членство в Обществе искателей приключений, верно? — спросил Тень из тени Джейсона.

— Нет, это обострило бы напряженность. Но я хочу посмотреть, как они отреагируют. Это вариант, хотя я вряд ли им воспользуюсь.

— Думаете, они будут более осторожны, чтобы избежать или заблокировать ваши чувства?

— Нет, они будут следить за тобой, а не за мной. Они знают, что ты — мой настоящий лучший источник информации.

— Я могу узнать лишь определенное количество, — сказал Тень. — Только более слабые золотые ранги не замечают моего присутствия, и только когда они невнимательны. Как и вы, мистер Асано, мне нужно стать сильнее, чтобы справляться с событиями, в которых мы всегда, кажется, оказываемся.

— Но мы не просто оказываемся в них, верно? Это чувство судьбы. Оно означает, что я подсознательно ищу их. Мне нужно убрать себя с доски. Идея вернуться на Землю и охотиться на вампиров, пока я не достигну золотого ранга, была легкомысленной идеей, но она все больше привлекает.

— У вас есть дела здесь.

— Да, — сказал Джейсон, затем тихо вздохнул. — Теперь, когда я подтолкнул ситуацию, будет интересно посмотреть, попытаются ли герцогское правительство и Общество искателей приключений включить меня или исключить из того, за чем охотятся Посланники.

— Чего вы ожидаете?

— У Голоса Воли есть проблема. Ей нужно что-то из подземного массива, и ей нужны пользователи эссенции, чтобы это достать. Но даже если она командует, рядовые не примут помощь тех, кого они считают своими низшими. Идеологическая обработка, контролирующая массы Посланников, работает в обе стороны. Марек, кажется, уверен, что голос использует меня как предлог, чтобы заставить Посланников принять какой-то союз. Я могу быть для них врагом, но после того, что случилось в битве за Яреш, они могут принять меня как равного.

— Равного, которого нужно искоренить.

— Вероятно, это часть того, как голос продает это.

— Будет ли город готов развлекать что-либо, чего хотят Посланники после атаки? Они могут отказаться от любого сотрудничества с порога.

— У каждого есть своя цена, Тень.

— А какая у вас, мистер Асано?

— Очень хорошо замаринованный стручковый перец, нежный и сладкий. Думаю, я пойду сделаю сэндвич.

ДОВЕРИЕ

ДОВЕРИЕ

Джейсон не заметил алмазного ранга, пока она не ступила в его облачный дворец и не смешалась с потоком гражданских лиц, направляющихся в кафетерий. Даже тогда он чуть не упустил ее, так как эта секция не была частью облачного дворца, находящейся в данный момент в его духовном домене. Вместо того чтобы реагировать на ее присутствие, он наблюдал, как она использует свою ауру, чтобы полностью слиться с толпой.

Контроль ауры самого Джейсона был за гранью мастерства для его уровня, но алмазный ранг продемонстрировала, насколько далеко ему еще идти. Шанс понаблюдать за таким в действии нельзя было упустить. Он наблюдал, как она встала в очередь с остальными, подождала, а затем села есть свою еду. Только когда она почти закончила, Джейсон подошел к ней сам.

У Джейсона была своя техника слияния с толпой. Впервые он разработал ее, изучая ауру своего друга-вампира, Крейга, еще на Земле. С тех пор он совершенствовал ее со временем, учась позволять своей ауре просачиваться в ауру мира вокруг него, пока они не становились почти неотличимыми друг от друга. Базовую концепцию он взял у первого алмазного ранга, с которым когда-либо сталкивался, Короля Зеркал.

Аура Короля Зеркал не была подавляющей, вместо этого она казалась сливающейся с миром вокруг. Это было откровением для Джейсона, чья аура и чувства ауры в то время были все еще на самых базовых уровнях. По этой причине было трудно сказать, как алмазный ранг в его кафетерии, Аллайет, сравнивается с ним.

Джейсону было любопытно, сколько времени потребуется Аллайет, чтобы заметить, как он приближается, но его лучшая догадка была в том, что она почувствовала его в тот момент, когда он вышел из части дворца, покрытой его духовным доменом. При всей его впечатляющей силе ауры и утонченной технике, она все еще была алмазным рангом. Каждый ранг представлял собой экспоненциальный скачок в силе, и при всей мощи, которой обладали золотые ранги, алмазные ранги были на совершенно другом уровне. Сравнивать одного с серебряным рангом Джейсона было почти бессмысленно.

— Это впечатляющая техника, — сказала Аллайет, когда он сел напротив нее.

Кафетерий представлял собой серию длинных столов со скамейками перед ними, которые Джейсон определенно не моделировал по образцу большого зала из Хогвартса. Люди сидели близко как к Аллайет, так и к Джейсону с обеих сторон, но тонкий трюк с аурой от Аллайет не давал им обращать внимание на ее слова.

— Впечатляющая для моего ранга, возможно, — сказал Джейсон, имитируя трюк Аллайет. Это было удивительно легко, очень похоже на его собственную технику слияния с толпой.

— Вы разочарованы тем, что ваш ранг не выше, — сказала Аллайет. — Это ставит вас в то же положение, что и любого искателя приключений. Даже я расстраиваюсь, когда сравниваю себя с такими, как Сорамир Римарос. И даже он проигрывает по сравнению с Доун.

— Вы знаете Доун?

— Она путешествовала во многие места, чтобы предупредить их о вторжении Строителя. Я была удивлена, услышав, что вы и она были так… близки.

— Вы знаете, как это бывает. Когда работа занимает все твое время, все, кого ты знаешь, оказываются коллегами.

— Вы работали вместе?

— В моем родном мире нет Общества искателей приключений, а местные аналоги не готовы противостоять космическим угрозам.

— А вы готовы?

Джейсон разразился смехом.

— Нет, — сказал он. — Нет, я не готов.

— Мне трудно в это поверить. Я чувствовала силу по ту сторону этого портала. Я не знаю, что это точно, но я определенно не принимаю ваше предложение пройти через него.

— Это ваш выбор. Предложение все еще в силе.

— Я не могу представить, что вы не понимаете наших опасений, Джейсон. Можно называть вас Джейсон? Я слышала, что вы предпочитали более неформальные формы обращения до того, как вернулись в наш мир.

Джейсон немного откинулся на скамейке, задумчиво глядя на Аллайет. Безупречная красота алмазного ранга эльфийки привлекла бы внимание, если бы она не использовала свою ауру, чтобы отводить это внимание. Ее глаза были мягкого зеленого цвета, кожа — светло-коричневой, как мех олененка, а волосы — волнистыми, древесно-коричневыми. В целом она выглядела как дриада из мифов — тот тип красивого, эфирного существа, которое вело мужчин к гибели в фольклоре.

— Вы немного слишком хорошо информированы для тех действий, которые вы предпринимали до сих пор, — заметил Джейсон. — Неужели Харист настолько труден в обращении, что вы совершили столько ошибок?

Смех Аллайет звучал как весело журчащий ручей.

— Это так, — сказала она. — Вы не представляете, как трудно иметь дело с шумным алмазным рангом.

Джейсон посмотрел на нее из-под приподнятых бровей, и она снова рассмеялась.

— Полагаю, вы представляете, — признала она. — Харист как собака или ребенок. Нужно позволить ему бегать вокруг, иначе он начнет вымещать это на мебели.

— Так вы позволили ему выместить это на моей мебели?

— Да. Если я все равно не могла его остановить, я могла хотя бы посмотреть, как вы отреагируете.

— Я могу это уважать. Мне это не нравится, но я могу это уважать. Он теперь выдохся?

— Он пришел к осознанию, что заставить вас капитулировать не получится. Он согласился отступить и посмотреть, сработает ли мой подход лучше. У него есть завидная способность отпускать вещи, которые он не может изменить, особенно учитывая его энтузиазм по поводу проверки, может ли он изменить их сначала.

— Способность отпускать — это то, что я пытаюсь культивировать в себе.

— И как успехи?

— Смешанные результаты. Зачем вы здесь, Аллайет?

— Я надеялась, что мы с вами сможем начать с чистого листа. Возможно, оба отпустим некоторые вещи.

— Я открыт для этого. Но можете ли вы действительно смириться с тем, что не знаете секретов, которые пытались выведать?

— Нет, — признала она. — Если мы собираемся двигаться дальше, по крайней мере некоторые из наших опасений должны быть развеяны. Я надеюсь, что вы открыты к тому, чтобы обсудить это и посмотреть, сможем ли мы найти место, где всем будет комфортно.

Джейсон медленно выдохнул, с несчастным выражением лица.

— И вот мы здесь, — грустно сказал он и постучал пальцем по столу. — Я был здесь, прямо здесь, чаще, чем мне хотелось бы. Кто-то хочет что-то от меня. Кто-то, или, может быть, какая-то группа, с достаточной силой, чтобы они привыкли добиваться своего. Сначала они наступают на меня жестко. Давление — вот что они считают хорошим способом сделать это. Рассказывают мне, как невозможно им противостоять, может быть, какие-то тонко завуалированные угрозы в адрес людей, которые мне дороги. Иногда они не идут хорошим путем, или им не нравится, что хороший путь не работает. Меня похищали. Люди пытались убить меня. Один парень убил мою возлюбленную, брата и друга одновременно. Меня уговорили позволить ему умереть слишком легко.

Джейсон остановился, посмотрел на людей вокруг и встал.

— Пойдемте со мной, Аллайет. Это ваше имя или фамилия?

— Фамилия. Но я единственная, кто остался, чтобы нести ее. Я тоже знаю, каково это, когда люди преследуют тебя через тех, кого ты любишь.

Они пробирались через переполненный кафетерий, люди инстинктивно уступали им путь. Джейсон привел их к двери, которую никто другой, казалось, не замечал, и через нее в узкий, но пустой коридор.

— После того, как они наступают жестко, — продолжил Джейсон, — и понимают, что это не сработает, вот тогда они начинают говорить о компромиссе. Когда они не могут просто взять то, что хотят, тогда внезапно приходит время обсудить это и посмотреть, сможем ли мы найти место, где всем будет комфортно.

Джейсон бросил на Аллайет взгляд, когда они достигли подъемной платформы.

— Как вы думаете, мне когда-нибудь было комфортно в таких ситуациях? — спросил он ее, когда они ступили на платформу.

— Нет.

— Нет, — согласился Джейсон. — Почему-то комфортно должно быть всегда другим людям. Но я все равно работал с ними, потому что некоторые вещи должны быть сделаны. Даже если приходится зажимать нос, чтобы сделать их. Но я не обязан ничего делать здесь. Этот мир не на кону — не в том смысле, что я могу что-то с этим сделать. Поэтому я не вижу причин, почему я должен идти на компромисс с людьми только потому, что они не смогли взять меня силой.

— Иногда нужно прогибаться под политические реалии, Джейсон.

— Я не уверен, что должен. Вы давили, а я не сдвинулся. Теперь вы говорите мне двигаться, потому что не хотите давить сильнее, угрожая, что сделаете это, если придется.

— Я бы не выразилась так грубо.

— А я бы выразился. Я видел, как это блюдо обглодали до костей. Вы когда-нибудь задумывались, что я, может, и не хочу давать отпор, но сделаю это, если придется?

— Это угроза?

— Да.

— Вы бы выступили против всего Общества искателей приключений? Алмазных рангов и всех остальных?

— Я выступил против Строителя. Не один раз. И каждый раз, когда я это делал, я получал то, что хотел, а он уходил разочарованным. Будете ли вы следующей, кто проверит мою решимость?

Подъемная платформа достигла сада на крыше. Джейсон сел в мягкий стул для пикника из кованого железа, Аллайет сделала то же самое, между ними стоял круглый уличный стол.

— Я не сомневаюсь в вашей решимости, Джейсон. Или в угрозе, которую вы можете представлять. Нет сомнений, что у вас есть опасные секреты и могущественные союзники. Я подозреваю, что если вы и Общество искателей приключений вступите в конфликт, вы можете нанести больше ущерба, чем кто-либо осознает. Но я не думаю, что вы хотите этого делать. Не если вас действительно не припрут к стенке.

— Это говорит человек, который давит. Вы думаете, я сдамся?

— Я думаю, у вас больше силы, чем кто-либо осознает. Но я также думаю, что вы не сможете по-настоящему изменить вещи, пока более ортодоксальные элементы вашей силы значительно не вырастут. Вы понимаете это так же, как и то, что вам нужно выжидать. Именно поэтому вы устроили шоу с уступкой своим предложением позволить нам пойти туда, где вы держите Посланников.

— Просто потому, что я не буду буйствовать, не значит, что я не уйду. У меня здесь нет никаких обязанностей.

— Как и в битве за Яреш. Или при спасении из подводной шахты в Королевстве Штормов. Или когда люди, которые сейчас являются членами вашей команды, были просто ворами на милости могущественных политических сил. У вас есть шаблон, Джейсон Асано, и этот шаблон в том, что вы поставите все на кон, чтобы помочь людям, не имея иной причины, кроме того, что они нуждаются в вас.

— Тогда почему я тот, кто должен доказывать свою добросовестность? Почему вам нужно что-то от меня, кроме моего слова? Я заставил Строителя уйти с этой планеты, и этого недостаточно? Вы ставите под сомнение мою надежность, когда все, что я видел, — это как вы вламываетесь в мой дом.

— Я бы хотела сделать все иначе.

— Но вы этого не сделали. Не приходите в мой дом, чтобы говорить мне, что я должен делать все по-вашему, а потом жаловаться, что вам пришлось делать все по-чужому.

— Я извиняюсь. Но как бы вы ни танцевали вокруг этого, Джейсон, вы должны успокоить умы людей, если хотите действовать без преследований со стороны гражданских властей.

— И как бы я это сделал?

— По крайней мере, дайте нам знать, кто вас поддерживает. Кто бы ни контролировал другую сторону этого портала, он могущественен на уровне, который я не могу измерить, и именно ему вы передали Посланников.

Джейсон выпрямился, на его лице было замешательство.

— В этом проблема? Вы боитесь какого-то могущественного неизвестного игрока, который возится с Посланниками, которых я передал?

— Я думала, это очевидно.

Джейсон рассмеялся, качая головой.

— Джейсон, я готова доверять вам, как и директор Общества искателей приключений. Но по крайней мере, когда Доун стояла за вашей спиной, у нас было некоторое понимание того, кто проявляет интерес к событиям. Я встречала Доун, и то, что находится по ту сторону портала, — это не она.

Джейсон потер виски одной рукой.

— Нет, — сказал он. — Вы давили на меня, и это не сработало, поэтому теперь вы хотите, чтобы я пошел на компромисс. Если вы хотите ответы, которые лежат по ту сторону этого портала, вам нужно шагнуть через него.

Она долго не отвечала. Она откинулась на спинку стула, глядя на него, пока ее разум работал. Джейсон смотрел в ответ, почти видя, как шестеренки крутятся в ее голове. Наконец, она заговорила, ее голос был тихим и мягким.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Я пройду.

— Вы пройдете через портал?

— Это то, что я только что сказала.

— А как же опасность? Вы сказали, что определенно не пройдете. Вы сказали это всего несколько минут назад.

— Возможно, я немного представила себя неверно, чтобы лучше понять вас. Мое расследование в отношении вас, Джейсон Асано, было быстрым, но тщательным. Я снова и снова слышала, что вас трудно понять, но это не так. Вы хороший человек, отчаянно пытающийся выжить в событиях, к которым вы не готовы. И каждый раз, когда вы вынуждены выбирать между тем, чтобы поступить правильно, и тем, чтобы остаться в живых, вы идете на жертву.

— Я не всегда поступаю правильно.

— Вы делаете это, когда это важно. Достаточно, чтобы заслужить доверие таких людей, как я. Итак, я собираюсь довериться вам и пройти через этот портал.

— Э-э…

Она рассмеялась.

— Вы действительно не ожидали, что мы примем ваше предложение, правда?

— Нет, — признал он. — Я немного беспокоюсь о том, как вы отреагируете. И под «немного беспокоюсь» я имею в виду, что боюсь, что вы убьете меня.

Аллайет вздохнула.

— Начинает казаться, что настоящий жест доверия — это не пройти через этот портал, а принять ваше слово, что он не представляет для нас угрозы.

Джейсон сузил глаза.

— О чем вы знали до прихода сюда, — сказал он. — Вы видели меня насквозь, как окно.

— Я хотела бы сделать другое предложение, Джейсон. Я предложу вам две вещи, а взамен мы начнем с чистого листа. Никаких больше уступок, никаких компромиссов. Только сотрудничество. Вы рассказываете нам столько, сколько готовы, о Посланниках и о том, что вы узнали от них, а мы не давим на большее. И мы работаем вместе над тем, что будет дальше, что, я думаю, вы бы сделали в любом случае.

Джейсон продолжал оценивающе смотреть на Аллайет.

— Так вот почему вы здесь, — сказал он. — Джес Фин Кааль не хочет говорить с вами. Она хочет говорить только со мной.

Аллайет улыбнулась вопреки себе.

— Думаю, мы с вами можем делать хорошие вещи вместе, Джейсон.

— Вы сказали, что предложите мне две вещи.

— Сказала. Две вещи, которые вы очень хотите.

— И они?

— Одна — это доверие. Доверие в том, что ваши намерения благие и что вы достаточно способны, чтобы осуществить их, как бы маловероятно это ни казалось. Никаких условий, только принятие.

— А вторая вещь?

Она достала из воздуха тарелку с большим сэндвичем и поставила ее на стол между ними.

— Вкусный сэндвич, — сказала она.

— Вы действительно думаете, что это заставит меня согласиться?

— Да.

— Вы думаете, я такой простой?

— Да.

— Потребуется больше, чем разговор с умной и глупо красивой женщиной, чтобы завоевать меня. И сэндвич.

— Вкусный сэндвич. И нет, не потребуется.

— Это абсурд.

— Да. Но вам ведь нравится абсурд, не так ли?

— Нет. Да.

Он провел рукой по лицу.

— О, черт возьми, — пробормотал он, потянувшись за сэндвичем.

ИСХОДНЫЕ ПАРАМЕТРЫ КОНСТРУКЦИИ

ИСХОДНЫЕ ПАРАМЕТРЫ КОНСТРУКЦИИ

Хотя облачный дворец Джейсона был по большей части занят обслуживанием перемещенного населения Яреша, Джейсон сохранил зону для себя и своих спутников. Часть ее была жилой зоной, с Софи и Белиндой в одной комнате и мальчиками в двухъярусном общежитии для экономии места. Мать Софи, Мелоди, находилась в безопасной комнате рядом с дочерью, в то время как другие члены конвоя были размещены в других местах. Амос Пенсината жил со своей командой племянника в их транспортном средстве, а мать Руфуса, Арабель, жила с Эмиром, членом ее старой команды. Облачный дворец Эмира использовался почти так же, как дворец Джейсона, и у него было даже больше места, которое он мог использовать.

Открытое пространство между двумя облачными дворцами было лагерем беженцев, пока битва не превратила его в грязевую яму, но землеустроители уже возвели новую серию грубых, но функциональных каменных зданий. Одна часть была оставлена свободной, плоская каменная площадка, служившая местом прибытия для порталов. Города на юге все еще очищались от червей-пожирателей миров, а облачные дворцы служили центрами обработки для выживших горожан.

Шел сильный дождь, когда открылся портал, пришедший не из южных городов, а из города на полконтинента севернее. Три человека шагнули через него, и Джейсон, находясь внутри своего облачного дворца, немедленно почувствовал их присутствие. Он шагнул через тело Тени, чтобы совершить теневой прыжок к ним, поднимаясь из тени Трэвиса Ноубла, словно на лифте.

Трэвис отшатнулся, испуганный. Он был иномирянином с Земли, специалистом по магическим технологиям. Его точной специализацией было крупномасштабное вооружение, но, как и Клайв, он был увлеченным исследователем, чья экспертиза перетекала в множество смежных областей.

Фарра рассмеялась, когда появился Джейсон, и дождь перестал падать прямо, огибая их, когда аура Джейсона оттолкнула его в сторону. Джейсон ухмыльнулся, заключая ее в объятия.

— Ты заплатила золотому рангу, чтобы он перенес тебя сюда порталом?

— Церковь Знания заплатила, — проинформировал его третий новоприбывший. Это была Габриэль Пеллин, жрица Церкви Знания и бывшая девушка Хамфри.

Джейсон удостоил Габриэль взглядом, отступив от Фарры. Они с Габриэль не очень ладили, что было фактором в окончании ее отношений с Хамфри. Теперь она была прикреплена к текущему проекту Фарры и Трэвиса по объединению технологий Земли с магией Паллимустуса для создания новой коммуникационной сети.

— Пойдемте внутрь, — сказал Джейсон, кивнув в сторону своего облачного дворца. — Люди все время прибывают порталами, так что нам стоит избегать засорения места прибытия.

Облачный дворец в данный момент был пустой плитой, похожей на постройку в духе советской архитектуры. По сравнению с транспортными средствами искателей приключений вокруг, которые были экзотическими мобильными крепостями, его суровость и размер выделялись. Перед его четырьмя этажами были расположены каменные здания, которые соответствовали мрачности текущего облачного дворца своими коробочными дизайнами и жесткими краями. Широкие дорожки между ними были простыми, просто большие плиты, уложенные в грязь. Ценность этого была очевидна, так как дождь превратил эту грязь в слякоть, избавляя многих людей вокруг от необходимости брести через нее.

Даже несмотря на дождь, вокруг них было немало людей, когда Джейсон повел трио в сторону своего облачного дворца. Некоторые люди игнорировали дождь, в то время как другие спешили быстро пройти сквозь него. У многих были водоотталкивающие зонты, очень похожие на тот, который когда-то был у Джейсона. С дорогих зонтов вода стекала плавно, так же, как аура Джейсона. Дешевые зонты заставляли воду разлетаться в стороны, раздражая любого, кому не хватало собственного водоотталкивающего свойства. Это включало других пользователей дешевых зонтов, которые часто не защищали с боков.

Они наткнулись на пару мужчин с дешевыми зонтами, которые умудрились обрызгать друг друга. На грани того, чтобы вступить в драку, Джейсон использовал свою ауру, чтобы привнести тонкое, но всепроникающее чувство спокойствия. Мужчины обменялись еще парой оскорблений, но не перешли к драке, разойдясь в разные стороны.

— Ты… сделал это? — спросила Фарра, бросив на Джейсона взгляд, когда они двинулись дальше.

— Немного, — признал он.

— Ты теперь напрямую влияешь на людей?

Он усмехнулся.

— Нет, это не влияние на людей как таковое. Это скорее настройка ощущения комнаты. Ты когда-нибудь была рядом с кучей людей, хорошо проводящих время, а потом кто-то входит и объявляет, что случилось что-то плохое?

— Конечно.

— Атмосфера в комнате сразу меняется с веселой на напряженную или несчастную, верно?

— Я чувствовала это, да, — сказал Трэвис.

— То, что я сделал, было чем-то вроде этого, — объяснил Джейсон.

— Я бы даже не знала, как попытаться контролировать ауру таким образом, — сказала Фарра.

— Это трюк Посланников, — сказал Джейсон. — Они используют его, чтобы делать впечатляющие выходы или запугивать своих рабов. Это как фоновая музыка в фильме; люди, вовлеченные в это, не могут ее слышать, но она влияет на настроение.

— Где ты научился использовать свою ауру как Посланник? — спросила Габриэль, ее тон был обвинительным.

— Твой босс не сказал тебе, где я научился этому? — поддразнил ее Джейсон. Он заметил беспокойство в ауре Трэвиса из-за враждебности между ним и Габриэль.

— Моя госпожа радуется, когда ее последователи ищут знания самостоятельно.

— Я могу это уважать, — признал Джейсон. — Я научился этому трюку Посланников у Посланника.

— Ты стал бы торговать с врагом?

— Враг, о котором идет речь, — мой пленник, и у него много свободного времени.

Место прибытия телепорта, где они начали, находилось посередине между облачными дворцами Джейсона и Эмира. Поскольку они были пунктами назначения для большинства людей под дождем, Джейсон и трио новых прибывших были частью потока, направляющегося к дворцу Джейсона. Фарра посмотрела вверх на него, когда они подошли ближе к простому зданию.

— Почему ты сделал его таким безликим? — спросила Фарра. — Один взгляд на него заставляет меня чувствовать себя покинутой.

— Оно действительно похоже на психиатрическую больницу из фильма восьмидесятых, — согласился Трэвис.

— Оно просто таким получилось, — сказал Джейсон. — Возможно, на меня повлияла жрица, которая была за это ответственна.

— Они поставили жрицу бога запустения управлять всеми этими бездомными? — спросила Фарра. — Это не лучший выбор.

— Сейчас делами заправляет жрица Плодородия. Была жрица Целителя, но она перенесла центральные операции во дворец Эмира вчера. Они сосредоточены на отсеивании всех, кто заражен червями, в то время как мое место сейчас в основном занимается едой. Я снес все здание за ночь и перестроил его в многоэтажный фуд-корт. Церковь Плодородия поставляет всю еду, так что их жрица управляет шоу.

Фарра остановилась и снова посмотрела на здание. Остальные остановились вместе с ней.

— Жрица Плодородия, — сказала Фарра.

— Ага, — подтвердил Джейсон.

— Церковь Плодородия, где все их храмы покрыты фресками людей… занимающихся плодородием.

— Это она самая.

Она указала на пустые серые стены здания.

— Как жрица Плодородия вдохновляет на это?

— Думаю, это потому, что я действительно не хочу, чтобы она думала о вещах, связанных с плодородием. Но, честно говоря, жрица Целителя была такой же плохой, но по другим причинам. Я дам вам попробовать то, что она подавала в кафетерии, прежде чем я это исправил, и вы поймете. Кстати о церквях, что делает с вами бывшая фундаменталистка Хамфри?

Габриэль нахмурилась, но не поддалась на провокацию. Вместо этого Трэвис объяснил роль Церкви Знания в его и Фарры проекте. Церковь хотела внести вклад в то, что они — особенно Трэвис — делали, убеждаясь, что любые привнесенные потусторонние знания не будут ложными или вредными. Это не было проблемой; Трэвис действительно знал, о чем говорил, по сравнению с неуклюжими попытками Джейсона объяснить научные концепции. В обмен на разрешение наблюдать, Церковь Знания предоставляла ресурсы и контакты.

— В конце концов, — отметил Трэвис, — значительно улучшенная массовая коммуникация была бы благом для распространения знаний.

— Не могу сказать, что я готов позволить богам макнуть палец в мою кашу, — сказал Джейсон, — но это ваш проект. Если вы счастливы, это то, что имеет значение.

Он взглянул на Габриэль.

— Просто убедитесь, что вы не позволяете им участвовать по неправильным причинам, — добавил он.

Габриэль уже была ошеломляюще красива в семнадцать, когда Джейсон впервые встретил ее. Теперь, когда она вышла из подросткового возраста и достигла серебряного ранга, она была практически Еленой Троянской.

— У меня, к сожалению, была возможность протестировать оружие, которое ты разработал для облачного дворца, — сказал Джейсон, меняя тему. — Честно говоря, я был немного удивлен конечным результатом. Я ожидал чего-то больше похожего на лазеры Гатлинга, чем на техно-лучевые штуки.

— Я не уверен, что «разработал» — это совсем правильное слово, — сказал Трэвис. — Твой облачный дворец обладает такими мощными адаптивными свойствами, что было гораздо эффективнее предоставить ему инструменты, которые он мог использовать для своих собственных целей. Пытаться навязать конкретный результат было бы неэффективно. Не говоря уже о бесплодности, если бы я не знал гораздо больше о том, как работают облачные колбы.

— Это все хорошо, — сказал Джейсон, — и результаты были отличными, не пойми меня неправильно. Но я действительно хотел бы что-то с вращающимися стволами.

— Конечно, хотел бы, — согласился Трэвис. — Вращающиеся стволы — это круто. Я поставил их на последнюю версию Компенсатора.

Джейсон вспомнил неудачно названное личное огнестрельное оружие Трэвиса, дико непрактичный пистолет с ленточным питанием. Трэвис не был ориентированным на бой пользователем эссенции, несмотря на обладание эссенцией пистолета. Компенсатор был разработан, чтобы компенсировать его недостаток мастерства, позволяя ему разряжать излишки боеприпасов. К сожалению, пистолет был столь же плохо продуман по дизайну, сколь и по названию. Он был не только громоздким, даже с силой пользователя эссенции, но все предполагали, что он компенсирует кое-что совсем другое.

— Ты все еще используешь эту штуку? — спросил его Джейсон.

— Ну, не использую, — сказал Трэвис. — Я не был в бою с тех пор, как…

Он обдумал это.

— …с тех пор, как ты ворвался на мое рабочее место, чтобы украсть оружие массового поражения.

— Я бы не стал описывать это как бой, — сказала Фарра. — Единственный человек, который направил на тебя пистолет, был на твоей стороне. Это была та девушка, которая тебе нравилась, что не могло быть отличным моментом для тебя.

— Не мог бы ты, пожалуйста, не надо? — попросил ее Трэвис, его голос почти пискнул.

— Какое оружие массового поражения? — спросила Габриэль. — Оно было похоже на то, что свалило летающую крепость-город Строителя?

— Ага, — весело сказал Джейсон. — Некоторые люди хотели, чтобы я сделал кое-что, и я подумал, почему бы не взорвать все это оружием, которое может сравнять с землей город?

— Ты безрассудный маньяк.

Джейсон посмотрел на Габриэль взглядом, который она не совсем могла прочитать, но который заставил ее вздрогнуть, несмотря на то, что он не усиливал его аурой.

— Как жрица Знания, ты не должна иметь таких сильных мнений о вещах, о которых мало что знаешь, — сказал он ей ровным тоном. Он не подал никакого признака того, что осознал дикое лицемерие в своем заявлении.

— Знаешь, — сказал Джейсон, поворачиваясь обратно к Трэвису, когда веселье вернулось в его голос. — Тут бродит кое-кто, кто знает механику облачных колб, если тебе интересно узнать больше об интеграции оружия в них. Она сделала колбы, которые используем мы с Эмиром, и она живет с Эмиром. Она уже некоторое время копается в моем здании. Думаю, она установила несколько бэкдоров, которые пытается заставить работать.

— И ты просто позволяешь ей пытаться это делать? — спросил Трэвис.

— Она алмазный ранг; что я собираюсь делать? Впрочем, кажется, она никуда не продвигается. Я модифицировал колбу за пределами ее исходных параметров конструкции.

— Ты знаешь, как это делать? — спросил Трэвис.

— Нет, — сказал Джейсон со смехом. — Нет, не знаю.

Они подошли к главным дверям, где люди просачивались под руководством духовенства и другого персонала. Джейсон проигнорировал главные двери и обошел сбоку, оторвав ноги от земли, чтобы плыть, так как каменные дорожки сменились грязью вокруг частей здания, которые не вели к дверям.

— Ты двигаешься как Посланник, — обвинила Габриэль.

— Я пытался ходить как египтянин, — сказал ей Джейсон, — но это было медленнее, забивало мои ботинки грязью и оставляло эти маленькие желоба в грязи для других людей, чтобы навигировать.

— Вижу, ты все еще дурак, — сказала Габриэль.

— На самом деле, я довольно долго баловался в «эджлорда». Это не сработало. Я работал над собой, пытаясь вернуться к состоянию дурака, и я довольно доволен тем, как все идет. А как идет твой проект, Фарра? Полагаю, ты здесь не для светского визита, иначе ты бы не притащила Маленькую Мисс Ворчунью.

— Нам нужно одолжить твое пространство души, — объяснил Трэвис. — Нам нужно провести кучу тестов на куче материалов, все из которых довольно дорогие. Будет намного дешевле, если мы сможем просто воспроизводить их снова и снова. Мы принесли образцы, конечно, чтобы ты мог точно воспроизвести материал.

— Ты понимаешь, что я не просто лаборатория для проведения экспериментов, верно? — спросил Джейсон.

— Где сейчас Гэри? — небрежно спросила Фарра. — И, полагаю, Клайв?

— В моем пространстве души, — проворчал Джейсон. — Проводят эксперименты.

Они достигли задней части дворца, которую Джейсон использовал для себя и своей команды. Руфус вышел, чтобы притянуть Фарру в объятия, а Трэвис протянул руку, чтобы Тайка пожал ее. Тайка проигнорировал руку Трэвиса и притянул худого, встревоженного на вид мужчину в гигантские шоколадные объятия. Кроме Джейсона, они были единственными двумя людьми с Земли в Римаросе, двумя незнакомцами в чужой стране.

Они вошли внутрь, прочь от дождя, пол дворца очищал ботинки, пока люди были еще в них. Габриэль выглядела так, будто укусила лимон, когда духовный домен Джейсона отрезал ее от ее богини.

НЕСТАБИЛЬНОСТЬ

НЕСТАБИЛЬНОСТЬ

Джейсон со своей командой, включая нового участника Тайку, направились во дворец Эмира на встречу. С ними были Фарра, Гэри и Трэвис; Габриэль давно ушла, чтобы найти членов своего духовенства. Она должна была прибыть на встречу вместе с ними.

Использование дворца Эмира в качестве места проведения имело смысл исключительно из соображений пространства, так как во дворце Джейсона не хватало места. Эмир также выделил большую часть своего дома под нужды перемещенного населения Яреша, но его более крупный дворец мог позволить себе выделить место для проведения большого собрания.

Разбирать и перестраивать дворец Джейсона стоило того, когда основной целью стало создание огромного фуд-корта. Но проделывать то же самое с дворцом Эмира посреди дня только ради встречи — нет. У Эмира не было способности Джейсона переделывать целые комнаты на структурном уровне, не возвращая облачную конструкцию во флягу и не перестраивая всё здание целиком. Это означало, что вместо специально отведенного конференц-зала им пришлось довольствоваться тем пространством, которое у него уже было.

— Комната-батут? — спросил Тайка, когда они вошли. — Бро, это просто круто.

Он тут же совершил сверхчеловеческий прыжок в центр комнаты, кувыркаясь в воздухе, словно плоский камень, пущенный по воде. Это вызвало удивленно поднятые брови у людей, которые уже присутствовали там и прислонились к стенам.

— Это была идея Джейсона, — сказал Эмир. Он появился сразу за командой Джейсона, придя из другой части дворца. — Слишком много детей пережили слишком много неприятностей, поэтому приятно подарить им немного глупого веселья на короткое время.

Эмир вошел и заставил облачную мебель подняться из пола. Все стулья и диваны были обращены к одной стороне комнаты, которая оставалась пустой, если не считать Тайку, прыгающего вокруг и игнорирующего неодобрительные взгляды. Стулья и диваны были сделаны из мягкого облачного материала, но ничем не напоминали пружинящий пол. Присутствующие тут же заняли места: Арабель и Руфус заняли диван, как и Эмир с Констанцией, женой Эмира. Хотя это был облачный дворец Эмира, управляла им Констанция. Так было и тогда, когда она была главой аппарата Эмира, и ничего не изменилось после того, как она стала его супругой.

Также присутствовало значительное число духовенства. Целителя представляли Арабель и Нил, а также Карлос Килидо и Хана Шавар, которые заняли другой диван ближе к переднему ряду. Остальные священнослужители были разделены на два контингента серебряного ранга, каждый из которых возглавлял золотой ранг. Одна группа состояла из жрецов и жриц Знания, включая Габриэль, а другая — из Церкви Войны.

Одеяние духовенства Знания выдавало в них воинов-ученых. Это не стало сюрпризом; богиня Знание годами тихо милитаризировала свои силы. Это вызвало тревогу среди других церквей, когда масштаб этого процесса был раскрыт, особенно в Церкви Войны. Они сравнялись с необъяснимым наращиванием сил Церковью Знания, часто в одних и тех же районах. Когда впоследствии Посланники вторглись в эти районы, мотивы Знания стали очевидны, и Церковь Войны оказалась на месте, чтобы дать отпор.

Одеяние жрецов и жриц Войны было гораздо меньше похоже на ученых и гораздо больше — на воинов. Габриэль и её спутники носили мантии, не слишком отличающиеся от тех, что предпочитал Джейсон, хотя и в более светлых тонах, чем использовал он. Они выглядели как джедаи по сравнению с ситхом Джейсоном в нарядах, которые были свободными и не стесняли движений. Духовенство Войны было одето в доспехи, варьирующиеся от гибкой кожи до тяжелых латных комплектов, несмотря на то, что они пришли на встречу. Джейсон задавался вопросом, как им вообще было удобно без облачной мебели, в которую можно было провалиться.

После Джейсона и его друзей прибыли другие люди, начиная с Рика Геллера и его команды. Затем последовала команда под руководством Коринны Пескос, искателей приключений из Римароса, путешествующих с Джейсоном. В неё входила их новый член команды, Зара Нарин, ранее Зара Римарос, Принцесса Ураганов Королевства Штормов. Она была принята в семью своей матери, чтобы иметь возможность бродить повсюду, не неся на себе такого сильного запаха королевской особы. Также в этой команде был Орин Пенсината, чей дядя, Амос, прибыл вместе с ними.

Последними прибыли официальные лица из Общества искателей приключений и Герцогского дворца, правительства города-государства Яреш. Директор местного отделения Общества искателей приключений возглавлял их контингент, а герцогскую делегацию — бюрократ с бесстрастным лицом. Оба мужчины были золотого ранга, их статус был достигнут за счет использования ядер монстров, а не через битвы. Это было стандартом для высокопоставленных бюрократов, так как их приспешники серебряного ранга также обладали аурами, густыми от энергии ядер монстров.

У каждой группы была пара золотых рангов, не искатели приключений, но и не пользователи ядер. Это были личные охранники, бывшие искатели приключений, привлеченные предложениями чуть меньших денег, но значительно меньшего количества сражений с монстрами. Общество искателей приключений содержало отряд таких сотрудников вне своего обычного членства, как и многие высококлассные отделения. У Герцогского дворца было нечто подобное, и даже Герцог Гринстоуна придерживался аналогичной практики.

Видал Ладив был среди контингента Общества искателей приключений, выделяясь отсутствием остатков монстров в своей ауре.

Джейсону показалась увлекательной социальная динамика, когда люди в комнате перемещались в поисках стульев в политической игре, одновременно разыгрываемой во взаимодействиях аур. Джейсон взглянул на Фарру, вспомнив их первый урок по манипуляции аурой. Она рассказывала ему, как искатели приключений и другие могущественные пользователи эссенции используют свои ауры как рукопожатия, что было достаточным объяснением для парня, о котором никто не слышал, учившегося медитировать в парке. В высшем обществе это была тонкая и сложная игра на превосходство.

В то время как серебряные ранги были отодвинуты на задний план, золотые ранги боролись за места, стараясь не выглядеть так, будто они это делают, неловко перемещаясь между мебелью. Также велась игра аур, основанная не на силе, а на нюансах, в которой бюрократы, использующие ядра монстров, были удивительно хороши. Цель состояла в том, чтобы выровняться с более выдающимися людьми в комнате, а именно с известными искателями приключений золотого ранга, а не застрять на задворках с серебряными рангами.

В этой странной социальной динамике были исключения из чистого ранга. Зара Нарин, как дочь Короля Штормов, занимала положение выше своего ранга. Джейсон также занимал странную позицию, с которой большинство золотых рангов не знали, что делать. Довольно грубым образом правительственный бюрократ и его золотые охранники пытались повлиять на Джейсона, но его гладкая защита ауры легко отразила это.

В Паллимустусе личная сила превосходила политическое влияние. Это делало Эмира, Амоса и Арабель, всех известных искателей приключений, островами, вокруг которых дрейфовала остальная часть комнаты. Среди серебряных рангов это также отражалось: официальные лица играли второстепенную роль по сравнению с командами Джейсона, Рика и Коринны. Духовенство находилось где-то посередине, вызывая уважение как слуги богов, но не обладая личными достижениями закаленных в боях искателей приключений.

Всё почти успокоилось, когда прибытие Аллайет алмазного ранга повергло комнату в подтекстовое безумие вежливой борьбы за стулья. Она могла бы приглушить свою ауру, чтобы не нервировать группу, особенно серебряные ранги. Но от алмазного ранга ожидалось внушительное присутствие. Нарушить это, чтобы сделать людей комфортнее, было большим нарушением этикета, чем оставить их в состоянии беспокойства.

Джейсон был единственным серебряным рангом, которого это совершенно не затронуло, хотя Зара, Руфус и Хамфри очень хорошо притворялись. Золотые ранги показали смешанные результаты, пытаясь скрыть дискомфорт от своих аур. Эмир проводил больше времени с алмазными рангами, чем кто-либо в комнате, кто сам не был таковым. Его жена была довольно новым золотым рангом, но сохраняла идеальное спокойствие хозяйки. Амос Пенсината был достаточно смел, чтобы силой отмахнуться от ауры, имея наглость использовать это как тренировку.

Два жреца золотого ранга также проявили завидную решимость, будучи привычными к присутствию своих богов. Даже алмазный ранг уровня Доун не мог затмить это. Именно золотые ранги, прибывшие с различными чиновниками, были наиболее заметно не в своей тарелке, но в этом не было ничего постыдного. Напротив, было бы более грубо не показать эффекты присутствия алмазного ранга. Жрецы были особенно хороши в том, чтобы демонстрировать именно тот уровень воздействия, который требовался.

Большинство серебряных рангов выглядели вспотевшими, как будто Аллайет была коробкой горячих камней в сауне. Команда Джейсона уже достаточно часто сталкивалась с Доун, поэтому они не были слишком выбиты из колеи, но другие команды и чиновники выглядели тошнотворно, занимая свои места в задней части.

Наконец, все расселись: золотые ранги впереди, серебряные — позади. Впереди был Эмир, хозяин, со своей женой рядом, они делили диван. Аллайет, как самая могущественная, была в центре переднего ряда. Джейсон игнорировал взгляды, подкрепленные аурами золотого ранга, когда сел рядом с ней. Если она была рада поболтать с ним, никто не был настолько глуп, чтобы попытаться отправить его на задние ряды к другим серебряным рангам.

— Джейсон, — сказала Аллайет. — Я знаю, что согласилась воздерживаться от расспросов, но не мог бы ты хотя бы поделиться тем, что случилось с алмазным рангом Посланников?

Хотя её тон был небрежным, он привлек внимание всех присутствующих. Одной из величайших загадок Битвы за Яреш было то, что случилось с самым могущественным бойцом на стороне Посланников.

— Честно говоря, понятия не имею, — сказал Джейсон, и только Аллайет могла читать его ауру достаточно хорошо, чтобы знать, что он говорит правду. — Я никогда не слышал об этом парне, пока он не свалился мертвым к моим ногам. Вероятно, это был бог или что-то в этом роде.

— Считаешь ли ты вмешательство бога вероятным? — спросила Аллайет.

— Что-то прихлопнуло алмазный ранг, как муху, а единственные смертные, которых я знаю, способные на такое, либо заняты трансцендентностью, либо в тюрьме.

— В тюрьме?

— В космической тюрьме. Я не вдавался в подробности.

— Знал ли ты, что в этом районе была сильная остаточная магия манипуляции временем? — спросила она.

— Слышал. А еще я слышал, что Общество искателей приключений надеялось сохранить детали расследования в такой тайне, насколько это возможно.

— Ах, — сказала Аллайет, прежде чем посмотреть на директора Общества искателей приключений, стоящего перед всеми стульями. — Мои извинения, директор Хит.

— Благодарю, леди Аллайет.

Директор Общества искателей приключений и жрец Знания золотого ранга были единственными, кто остался стоять, расположившись сбоку комнаты, к которой были обращены все стулья. Как и большинство местных жителей Яреша, оба мужчины были эльфами.

— Спасибо всем, что пришли, — начал директор. — Для тех, с кем я еще не знаком, я Мьюсин Хит, директор отделения Общества искателей приключений в Яреше. Как большинство из вас знает, эта встреча посвящена обсуждению последних действий Посланников и того, каким будет наш ответ. Начну с того, что убежусь, что все присутствующие знают ситуацию в том виде, в каком она есть сейчас.

Иллюзия за его спиной высветилась, показывая карту региона Яреш. Она была сильно уменьшена, четко обозначая город Яреш, города на юге, зараженные червями-пожирателями миров, и предполагаемую область, в которую, как подозревалось, распространились черви. Директор указал на крепости Посланников, включая ту, что была заброшена.

— Крепости Посланников, а теперь и наш город, были фокусом битв между нашими силами и силами Посланников, — объяснил Мьюсин. — Однако ни одно из этих мест не является истинной сутью этого конфликта.

Карта переместилась на некоторое расстояние, где из джунглей поднималась гряда горных плато.

— Истинная цель Посланников находится под этим горным хребтом: природный массив, веками остававшийся незамеченным глубоко под землей под нами. Для тех из вас, кто не знает, природный массив — это место, где магические проявления, происходящие на протяжении веков, постепенно сформировали скопление объектов, создающих непредвиденные магические эффекты. Природный массив — это захватывающий ресурс, но не до такой степени, чтобы оправдать усилия и внимание, которые вторгшиеся Посланники уделили его контролю. Что подводит нас к вопросу о том, чего они на самом деле хотят.

Мьюсин указал на отметку на одном из плато.

— Это место шахты, которую Посланники заставили своих рабов прорыть к природному массиву. Мы не знаем, чего они хотят, но у нас есть информация об их деятельности. Жрец Джиллет, я приглашаю вас поделиться тем, что вам удалось собрать.

Жрец Знания шагнул вперед, когда Мьюсин отступил.

— Меня зовут Эбсон Джиллет. Я жрец Знания и главный сотрудник по информации объединенных святых сил в этом регионе. Прежде чем кто-либо спросит: богиня Знания не может дать нам всю информацию о диспозиции врага. Это не только нарушило бы её сферу влияния, но и посягнуло бы на сферу бога войны.

Он указал на карту.

— Моя богиня направила нас в этот регион, с этого момента стало нашим божественным мандатом узнать, почему. Мы обнаружили, что как только Посланники прибыли, они начали раскопки прямо у нас под носом, используя подневольный труд коренных жителей этого мира. Мы, естественно, искали причину, но она до сих пор ускользает от нас. Даже рабы, предатели и Посланники, которых мы захватили и допросили, давали нам противоречивую информацию. Мы полагаем, что руководство сил Посланников лгало даже своему собственному народу.

— Под руководством вы имеете в виду Джес Фин Кааль, — сказала Аллайет. — Голос Воли.

— Именно, — сказал Джиллет. — Этот Посланник — прямой слуга трансцендентной сущности, называемой астральным королем, чью повестку, как мы полагаем, она выполняет. Мы считаем, что она рассказывает противоречивые истории даже своим людям, чтобы скрыть, в чем заключается истина. Несмотря на это, нам удалось составить базовое представление о событиях. Посланники прибыли в регион и тайно начали программу раскопок далеко от того места, где стояла святая армия. Это было неэффективно, но успешно скрывало их деятельность от нас в течение некоторого времени. Они искали природный массив, о существовании которого мы не знали. Затем они нашли его и больше не могли скрывать свою деятельность. Вместо магического массива, погребенного в твердой земле или заключенного в магме, они нашли нечто совершенно иное: подвид народа тлеющих в подземной цивилизации, существующей веками.

— Что вы имеете в виду под подвидом? — спросил один из правительственных чиновников.

— Типичные тлеющие, — шагнул вперед директор, — это народ, который, подобно эльфам, людям, целестинам или леонидам, обладает достаточно низким уровнем врожденной магии, чтобы поглощать эссенции. Если достаточное население подвергается воздействию достаточного количества магии на протяжении достаточного количества поколений, это население может стать магическим вариантом, как это произошло здесь. Вы, возможно, слышали о леонидах Кровавой Песни или эльфах Пожирателя Неба. Я упрощаю, но, короче говоря, у тлеющих там есть своя собственная врожденная магия вместо эссенций.

— Более того, — продолжил Джиллет, — эти люди воевали с культом Строителя, как и все мы. К всеобщему удивлению на поверхности, культ обнаружил эту скрытую цивилизацию вместе с большим астральным пространством. Мы полагаем, что пространство было создано или изменено природным массивом, и Строитель послал мощные силы, чтобы захватить его. Мало того, что у культа был массив золотых рангов, возглавляющих армию серебряных, так еще и буровые машины, чтобы приблизиться к городу незамеченными нами на поверхности. Они всё еще вели войну с населением тлеющих, пока не прибыли Посланники, превратив это в трехсторонний конфликт. Именно в этот момент мы обнаружили магические эманации этой подземной войны.

Джиллет кивнул в сторону жреца Войны золотого ранга.

— В этот момент мы вступили в битву, но всё еще пытались понять, что происходит. Мы знаем, что Посланники пытались как-то изменить природный массив, и что всё, что они сделали, пошло не так. Астральное пространство было искажено, и Посланники начали испытывать негативное воздействие. Они бежали, оставив культ, тлеющих и то, что кажется большим количеством безмозглых, измененных Посланников, разбираться в своем конфликте под землей.

— Посланники поняли, что святые силы знают о них, и с тех пор сражаются за контроль над доступом к подземным раскопкам. Яреш снабжал святые силы месяцами, наряду с постоянным потоком подкреплений из искателей приключений. Однако у Посланников в это время было собственное массовое подкрепление, как раз в то время, когда Строитель выводил свои силы из нашего мира. Новые Посланники укрепили существующих и основали крепости, которые мы осаждаем с тех пор.

— А как насчет членов культа Строителя под землей? — спросила Арабель. — Были ли они выведены вместе с другими силами Строителя?

— Нет, — ответил Мьюсин. — Группы культа Строителя по всему миру лишились своих ресурсов, а все неместные силы были выведены. Местные жители Паллимустуса, которые подписались на культ, были оставлены, и с тех пор мы зачищаем их. Вы бы не увидели этого в Королевстве Штормов, где Строитель уже вывел свои силы, но отделения Общества искателей приключений по всему миру зачищают их.

— Что мы знаем, — сказал Джиллет, — это то, что члены культа Строителя остаются под землей. Чего мы не знаем, так это являются ли они остатками местных сил, представляющими небольшую угрозу, или мощной армией, лишенной возможности эвакуации из-за теперь нестабильного природного массива.

— Что подводит нас к главной проблеме, — сказал директор. — Что бы ни сделали Посланники, природный массив больше не стабилен. Там внизу накапливается какая-то магия, и нам нужно либо стабилизировать, либо уничтожить источник, прежде чем он выйдет за рамки нашей способности справиться с ним. Предполагая, что это еще не произошло.

— И как нам это сделать? — спросил Эмир.

— Кто-то предложил альянс с целью положить этому конец. Они утверждают, что обладают опытом, но не могут послать своих людей, которые оказались уязвимы к действующим магическим силам. Думаю, большинство из вас в этой комнате достаточно информированы, чтобы понять, что я говорю о Посланниках. Джес Фин Кааль сделала нам предложение.

ТЁМНАЯ СДЕЛКА

ТЁМНАЯ СДЕЛКА

Ауры взорвались возмущением после того, как Мьюсин Хит, директор Общества искателей приключений, объявил о возможном альянсе с лидером Посланников. Золотые ранги сохраняли невозмутимость, но многие серебряные ранги были духовно взбудоражены. Именно здесь директор продемонстрировал свой опыт, распространив свою ауру, чтобы мягко упрекнуть серебряные ранги, силой навязывая спокойствие через искусное подавление ауры. Директор, возможно, не был экспертом в борьбе с монстрами, но этот опытный администратор был Амосом Пенсинатой в деле контроля неуправляемого собрания.

— Да, — сказал директор. — Очевидно, идея альянса с женщиной, ответственной за разрушение города, неприемлема. И не заблуждайтесь: она несет ответственность. Мы знаем, что план атаки на город был её, и у всех нас есть все основания злиться. Большинство из вас не из этого города, и даже вы в ярости. Я из этого города. Это мой дом, и эта женщина растоптала его своим сапогом. Я потерял людей в этой атаке. Каждый мой друг потерял людей в этой атаке. Если я могу собрать решимость смотреть на вещи так, как они есть, а не так, как мне хотелось бы, то и все вы можете.

Он обвел взглядом комнату, пока люди на встрече успокаивались. Эбсон Джиллет, жрец Знания, шагнул вперед.

— Простой факт заключается в том, — заявил он, — что для этого города существует большая угроза, чем Посланники, хотя они в конечном итоге являются источником этой опасности. Мы объяснили нестабильность, которая повлияла на природный массив. Равновесие, которое является самым неотъемлемым свойством такого массива, нарушено. Нарушение этого равновесия обычно приводило бы к рассеиванию магии массива. Что бы ни сделали с ним Посланники, это совсем не то, что произошло. Вместо того чтобы разрушиться, массив начал расти в силе, ценой стабильности.

— Нам потребовалось много времени, чтобы заметить изменения, — сказал Мьюсин, подхватывая повествование. — Массив питается окружающей маной, которая вобрала в себя стихии земли и огня, чистейшие из которых приходят из глубоких недр. По этой причине потребовалось много времени, прежде чем мы заметили, что происходит с поверхности. Только когда массив начал достигать опасных уровней мощности, мы начали расследование. По лучшей оценке Магического общества, сила будет продолжать расти до критической точки, когда массив больше не сможет поддерживать стабильность. Вся эта мощь будет высвобождена катастрофическим образом. По нашим лучшим оценкам, это произойдет где-то в ближайшие три-пять месяцев.

— Насколько катастрофическим? — спросил Эмир.

— Магическое общество использует термин «супервулкан», — сказал Джиллет. — Меня заверили, что это означает чрезвычайно катастрофически.

— Тогда нам, вероятно, следует это остановить, — сказал Эмир.

— К такому же выводу пришли и мы, мистер Бахадир, — сказал Мьюсин. — К сожалению, у Магического общества не хватает решений.

— Нам не хватает базы знаний, — выкрикнул Клайв с задних рядов. — Магическое общество...

— Закрой рот, серебро, — прорычал один из золотых рангов, охранявших правительственный контингент. — Взрослые разговаривают.

Аура серебряного ранга опустилась на комнату. Её сила приближалась к золотому рангу, и в ней были тревожные элементы, которые было трудно прочитать, словно силуэты в тумане. Затем она отступила, и все глаза были прикованы к Джейсону. Он не подал виду, что только что позволил своей ауре накрыть комнату, словно ядовитое облако, и наклонился к Аллайет. Они вели шепотом разговор, как будто их не могли услышать все присутствующие в комнате.

— Мне не нравится, когда так разговаривают с моими друзьями, — упомянул он небрежно. — Хотя я стараюсь быть менее властным. Не думаю, что ты могла бы побыть властной за меня?

— Ты будешь мне должен, — легко сказала Аллайет.

— Я могу с этим жить.

— Я бы не стала делать предположений, Джейсон, — поддразнила она, и он одарил её ухмылкой.

Аллайет залезла в карман, достала семечко размером с мяч для гольфа и бросила его на колени оскорбившегося золотого ранга. Семечко лопнуло, из него быстро выросло растение-щупальце и обвилось вокруг мужчины. Оно поглотило его голову, конечности и туловище, игнорируя его борьбу. Как только оно стало больше него, по сути, массой щупалец-лиан, оно утащило его прочь.

Люди, которые наблюдали за этим, не желая переходить дорогу алмазному рангу, бросились врассыпную с его пути, когда оно выволокло мужчину из комнаты. Они слышали звуки волочения и приглушенные крики, удаляющиеся по коридору.

— Не совсем тонко, — сказал Джейсон. — Немного грязно использовать это внутри чужого облачного дворца.

— Не думаю, что он будет жаловаться, — сказала Аллайет.

— Быть алмазным рангом — это приятно.

— Ты думаешь, что станешь алмазным рангом?

— На какое-то время, конечно, — сказал он рассеянно. — О чем ты говорил, Клайв? Что-то о базе знаний?

В комнате на долгий миг воцарилась тишина и неподвижность, всё внимание было сфокусировано на Джейсоне и Аллайет. Сама алмазный ранг оценивающе смотрела на Джейсона, пока он внимательно наблюдал за Клайвом.

— Э-э... — сказал Клайв.

Джейсон ободряюще кивнул ему. Глаза Клайва метнулись к алмазному рангу, и он продолжил.

— Ну, как я и сказал, — объяснил Клайв, — нам не хватает базы знаний, чтобы что-то сделать с природными массивами. И под «нами» я имею в виду Магическое общество и, как следствие, всё сообщество магических исследований Паллимустуса. Отчасти проблема в том, что природные массивы редки. Главным образом, проблема во внутренней политике Магического общества. Из-за их редкости и прибыльного исследовательского потенциала люди, получающие шанс изучать природные массивы, начали накапливать результаты своих исследований вместо того, чтобы распространять их. Несмотря на то, что распространение исследований — это весь смысл существования Магического общества.

— Зачем им это делать? — спросил Хамфри.

— Потому что в следующий раз, когда появится природный массив, — сказал Клайв, — люди, допущенные к его исследованию, будут теми, кто знает больше всего.

— Что приводит, — сказал жрец Знания Джиллет с неодобрением, — к ситуации, когда слишком мало людей участвует в исследованиях в области знаний. Более того, те, кто в итоге занимается исследованиями, — это те, кто лучше всех разбирается в политике, а не в магическом изучении.

— Именно, — нахмурился Клайв, обмениваясь понимающей гримасой со жрецом Знания.

— Результат, — сказал Джиллет комнате, — заключается в том, что, как сказал мистер Стендиш здесь, нам не хватает понимания того, как работают природные массивы. Магическое общество прикрепило исследователей к силам, оспаривающим вход к подземным раскопкам, как только мы поняли, что там внизу, но у них нет никакого ответа на то, что происходит.

— Справедливости ради, — сказал Мьюсин, — я не знаю, в какой степени помог бы опыт. У них никогда не было прямого доступа к изучению массива, и они пытались анализировать отдаленную ауру с поверхности.

— Единственное, чего бы это достигло, — это устранение легкого оправдания их неспособности, — пробормотал Клайв, и Джиллет кивнул в знак согласия.

— Короче говоря, — сказал Мьюсин, — никто в этом мире не понимает, как остановить массив от уничтожения Яреша и всех городов и деревень вокруг него. Что подводит нас к Посланникам. У них есть магический опыт, которого нет у нас.

— Это не должно быть новостью для всех, кто знаком с новой магией, которая распространялась последние несколько лет, — сказал Джиллет. — Что касается того, распространяется ли этот опыт на решение этой ситуации или они просто лгут, остается открытым вопросом. Какой бы коварный пакт Посланники ни заключили с культом Строителя и тем, что мы считали Церковью Чистоты, он включал обмен магией, недоступной в этом мире. Многое из этого нам удалось захватить и добавить в наш собственный запас магических знаний. Моя церковь сыграла в этом большую роль, как и мистер Стендиш здесь.

Он указал на нервного Клайва.

— Если кто-то из вас наслаждался улучшенной астральной магией, распространявшейся последние несколько лет, вы должны поблагодарить мистера Стендиша.

Клайв покачал головой.

— Вся эта работа была основана на материалах, переданных мне Церковью Знания, — сказал он. — Точнее, они были переданы Джейсону, а я их, своего рода, украл.

Выражение лица Клайва стало неловким.

— Потом он забрал их обратно в другую вселенную, а мне дали мои собственные копии, — признался он, его слова вылетали в спешке.

Джиллет рассмеялся.

— Да, мистер Стендиш. Неужели вы действительно думаете, что получили этот материал случайно? Книга бесполезна, если никто не может прочитать, что внутри. Вы взяли то, что было бесполезными каракулями на странице, и превратили их в знания. Затем — и это важно — вы поделились этими знаниями.

— В конце концов, — проворчал Клайв.

Клайва заманили в исследования астральной магии, используемой культом Строителя, после мнимой кончины Джейсона. Именно тогда восторженный исследователь из небольшого отделения Магического общества обнаружил, насколько пронизан институт корыстной политикой. Он думал, что коррупция его местного директора — это изолированный инцидент, но жадность и отсутствие этики оказались прискорбным стандартом.

Не имея влиятельного прошлого, Клайв был похищен, по сути, и эксплуатировался высокопоставленным чиновником. Только с помощью Белинды и сочувствующего коллеги-исследователя ему удалось совершить побег. Его жалобы, поданные в Общество искателей приключений и Магическое общество, не вызвали практически никаких действий. Он уволился с работы и вышел из Магического общества, публично выпустив всю работу, которую проделал, находясь под пятой общества.

Это был лишь вопрос времени, когда Магическое общество осознает сокровище, которое они потеряли в лице Клайва. Они пытались заманить его обратно с тех пор, но он даже близко не был искушен. Он всё еще преследовал свои исследовательские интересы, используя Церковь Знания для распространения любых плодов, полученных в результате его личных исследований. Духовенство церкви Знания было очень мило с Клайвом.

— Суть в том, — сказал Мьюсин, — что у Посланников есть магия, которой нет у нас. И они утверждают, что могут предотвратить превращение природного массива в катастрофу, которая уничтожит то, что осталось от нашего города.

— Мы не можем им доверять, очевидно, — сказал Эмир. — Лучшее, на что можно надеяться, — это верить, что вы знаете, чего они хотят, и можете предсказать их действия соответствующим образом. Это опасная игра.

— Это так, — согласился Мьюсин. — Но мы в отчаянии, и они это знают. Хотя мы не знаем точно, чего они хотят, мы знаем, что они не могут получить это сами, и мы можем использовать это преимущество. Они нуждаются в нас. Следующий шаг — узнать больше о том, чего они хотят, или, по крайней мере, чего они утверждают, что хотят.

— Если мы поможем им получить то, за чем они охотились всё это время, — сердито выкрикнул Карлос, — то какой смысл был сражаться с ними в первую очередь? И откуда нам знать, что то, за чем они охотятся, не еще хуже, чем взрыв природного массива? Что, если они заставят нас превратить массив в оружие-вулкан, которое они смогут переносить из города в город, уничтожая нашу цивилизацию?

— Это... один из возможных сценариев, полагаю, — сказал Мьюсин. — Не думаю, что кто-то из нас считает, что мы должны позволить Посланникам получить то, что они хотят. Но реальность такова, что у них есть желание, а у нас есть потребность. Если мы не сможем остановить массив от того, чтобы он полностью вышел из-под контроля, Яреш исчезнет, и весь регион станет непригодным для жизни. Даже если мы эвакуируем весь регион, вулкан принесет опустошение, закрыв небо. Так скоро после всплеска монстров это может даже повредить всё еще хрупкую пространственную мембрану, вызывая дополнительные проявления монстров. Элементали огня, пепла и магмы в количествах, почти равных всплеску монстров, бродящие повсюду, чтобы распространить опустошение еще дальше.

— Никто не предлагает нам ничего не делать, — сказал Эмир. — Но мы говорим о порочном и жестоком враге, который пожертвует своими силами, чтобы причинить нашим еще больший вред. Они потеряли алмазный ранг, атакуя этот город, и я не видел никаких признаков того, что её это вообще волнует.

— На самом деле, — сказал Мьюсин, — мы полагаем, что смерть алмазного ранга могла быть одним из намерений Джес Фин Кааль. Учитывая необычный характер его смерти, она могла даже организовать его убийство, используя битву, чтобы скрыть это. Нам нужно было бы знать больше о событии, о котором идет речь, чтобы подтвердить что-либо, но не все вовлеченные стороны оказались готовы поделиться.

Присутствующие в комнате снова обратили свои взоры на Джейсона, который поднял взгляд от напитка, который он смешивал, ингредиенты парили перед ним под воздействием его ауры.

— Что? — спросил он невинно. Директор покачал головой и продолжил.

— У Посланников своя политика, и отсутствие местного алмазного ранга Посланников оставило Голос Воли единственной властью. Возможно, вся атака была просто игрой сил Посланников.

— И вы хотите заключить сделку с тем, кто готов вести войну с городом, полным невинных людей, только ради этого, — сказал Карлос. — У нас есть алмазные ранги, а у них больше нет. Мы должны разграбить их крепости и украсть их магию, прежде чем новый алмазный ранг прибудет, чтобы подкрепить их.

— Подход, который, безусловно, обсуждался, — сказал Мьюсин. — Обсуждался и был отвергнут. Мы могли бы уничтожить оставшиеся крепости Посланников, да, но цена жизнями искателей приключений была бы непомерной. Мы потеряли достаточно, и всегда были веские причины не бросать жизни, необходимые для захвата этих крепостей. Вы вольны попытаться убедить леди Аллайет изменить свое мнение, однако. Она не была бы среди потерь.

Карлос посмотрел на алмазный ранг, склонил голову и откинулся на спинку стула, закончив.

— Если я правильно читаю эту ситуацию, — сказал Эмир Мьюсину, — ваш план состоит в том, чтобы сформировать альянс с Джес Фин Кааль, которая абсолютно точно предаст нас, и предать её лучше и первой.

— Это не хороший план, — признался Мьюсин, — но времена отчаянные. В конце концов, мы должны делать то, что всегда делали: доверять искателям приключений, чтобы они обеспечили нашу безопасность. Люди в этой комнате представляют силу и знания во многих областях. Вы — лучшие, кого мы можем собрать.

— Не могу не заметить, — сказал Джейсон, — что опыт в области природных массивов не является одной из этих многих областей. Это кажется мне странным упущением, как и отсутствие кого-либо из Магического общества. Ближайшие к нам здесь — это искатели приключений с членством в Магическом обществе. Никаких реальных чиновников; никаких исследователей. Даже представителя-функционера. Есть ли проблема с Магическим обществом, директор Хит?

Ответил не Мьюсин, а Джиллет.

— Эксперты по природным массивам, как оказалось, скрывали масштаб проблемы природного массива. Они никому не говорили и продолжали свои исследования, пока город не был атакован. После атаки они наконец предупредили нас об опасности, которую представляет массив. В итоговом отчете, оставленном, когда они тихо покинули город.

— Директор Магического общества заявил, что у него нет полномочий заставить их вернуться, — сказал Мьюсин. — Я запросил новых экспертов по природным массивам, но этот запрос находится на рассмотрении. О чем мне сообщил заместитель директора Магического общества из-за внезапного творческого отпуска директора. Я, короче говоря, не полон уверенности.

— Звучит вполне правдоподобно, — проворчал Клайв.

— Всё сводится к этому, — сказал Мьюсин. — У нас есть варианты: бросить и эвакуировать весь регион или заключить тёмную сделку с Посланниками и надеяться, что мы сможем переиграть их, когда придет время. У нас есть преимущество в их неспособности подойти к массиву.

— А у них есть преимущество в том, что они имеют первое представление о том, что происходит на самом деле, — сказал Эмир. — Я слышу только плохие идеи, основанные на догадках, предположениях и уровне оптимизма, который я могу описать только как необоснованный. У нас есть месяцы до этой катастрофы, да? Яреш уже немногим больше, чем куча пепла, а половина городов региона заражена паразитами, покоряющими миры. Возможно, время и ресурсы, в настоящее время выделенные на реконструкцию, принесли бы больше пользы, готовясь сдержать извержение природного массива. Минимизировать ущерб этому и окружающим регионам.

В комнате стало чрезвычайно напряженно, жители Яреша были полны враждебности к Эмиру. Включая Аллайет, чья аура опустилась на Эмира, как бетонные наплечники.

— Эта встреча, — сказала она голосом настолько холодным, что её дыхание почти затуманилось, — о спасении этого города. Если вы не желаете принять это как абсолютную цель, мистер Бахадир, то мы поблагодарим вас за место проведения и попросим вас покинуть комнату, пока мы продолжаем обсуждать, как спасти наш дом.

Эмир вскинул руки в знак сдачи.

— Хорошо, — сказал он. — Я просто думаю, что любое обсуждение должно выносить на стол каждый вариант, даже если они отвергаются с порога.

— Тогда считайте ваше предложение отвергнутым, мистер Бахадир, — сказал Мьюсин. Затем он взял висевшую на плече пространственную сумку и открыл её, вынимая куб, покрытый светящимися рунами.

— Стол, пожалуйста, мистер Бахадир.

Небольшой облачный стол поднялся перед директором, и он положил куб. Он постучал по рунам в сложной последовательности, которая включала поворот куба на разные стороны. Свечение угасало, руна за руной, пока они все не потускнели. Мьюсин открыл одну сторону куба, вынул чуть меньший, но в остальном идентичный куб и повторил последовательность.

— Констанция, — сказал Джейсон, — если там внутри еще одна матрешка Рубика, я поставлю стол для закусок. Это нормально?

— Почему ты спрашиваешь её, а не меня? — пожаловался Эмир. Констанция и Джейсон оба посмотрели на него, и его выражение лица увяло до обиженного.

Третьего куба не было, но был синий шар, в два раза больше кулака.

— Мы говорили о том, что у Посланников магия более продвинутая, чем у нас, — сказал Мьюсин. — Это коммуникационный камень Посланников, через который мы можем связаться с Джес Фин Кааль. Поскольку мы не можем быть уверены, может ли она шпионить за нами через это устройство, мы держали его под таким ограничением, какое было хоть сколько-нибудь практичным. Но есть еще один элемент, который я не поднимал. Лидер Посланников готова продолжать обсуждение только в том случае, если Джейсон Асано будет вовлечен.

— Это потому, что она тоже хочет стол для закусок? — спросил Джейсон. — Мне нужно узнать о кухне Посланников, хотя я не питаю оптимизма. Я представляю себе много отрубей.

ПРИЛИЧИЯ

ПРИЛИЧИЯ

Большая группа в основном очень серьезных людей проводила встречу в комнате с полом-батутом. Присутствующие смотрели на синий шар, лежащий на столе.

— Это устройство было доставлено нам Посланником, — сказал Мьюсин Хит. — Соответственно, мы ему совсем не доверяем.

Директор Общества искателей приключений был за столом вместе со жрецом Знания, Эбсоном Джиллетом, который постучал по двум коробкам позади шара. В меньшей коробке ранее находился шар, а в большей — первая коробка.

— Если шар взорвется или сделает что-то неожиданное, — сказал Джиллет, — эта коробка поглотит и удержит его. Она может даже втянуть ядовитый газ, взрывную силу или множество других магических угроз.

— Использовать шар очень просто, — объяснил Мьюсин.

— Правда? — спросил Джейсон. — Не думаю, что вы держите его правильной стороной вверх.

Мьюсин покачал шар вперед-назад пальцем.

— Не думаю, что есть способ сказать. Не думаю, что есть правильная сторона вверх.

— Если вы так говорите, — сказал Джейсон, скептически, но не настаивая на этом вопросе. Мьюсин продолжил свое объяснение.

— Поток маны позволит вам управлять им интуитивно, как большинством магических предметов. Как только я пошлю через него сигнал, что мы готовы к общению, это позволит Джес Фин Кааль открыть канал связи. Я бы попросил вас воздержаться от разговоров, пока канал открыт. Исключение составляет мистер Асано, чье участие было требованием продолжающихся переговоров. Она будет говорить только с ним в дальнейшем.

— Потому что они, вероятно, работают вместе, — сказал один из золотых рангов. Он был неизвестен Джейсону, действуя как охрана для правительственных чиновников. — Этот человек Асано такой же подозрительный, как Посланники. Он скрывался от нас и хранил секреты. Довольно очевидно, что он работает с ними, и я не знаю, почему мы еще не вытянули из него секреты, теперь, когда он покинул свою нору. Он только что использовал свою ауру, чтобы сделать напиток, ради богов. Никто из нас не может двигать вещи своими аурами. Только Посланники могут это делать.

Джейсон испустил усталый вздох.

— Как тебя зовут?

— Икола Гет.

— Ты намекаешь, что я Посланник, Икола? — легко спросил Джейсон.

— Почему нет? — спросил Икола. — На мой взгляд, ты иномирец, но в этом городе был и другой иномирец. Он оказался каким-то магическим змеиным яйцом, подброшенным Посланниками десятилетия назад. В руинах города до сих пор прячутся наги, которые вылупились из той штуки.

— Видишь, вот это просто расстраивает, — сказал Джейсон. — Последний парень, который высказался — я полагаю, он твой приятель — был вытащен из комнаты.

Джейсон повернулся к Аллайет.

— Куда ты велела этой штуке его отнести?

— Джейсон, — сказала Аллайет. — Думаю, ты, возможно, отвлекаешься.

— От чего?

— От человека, обвиняющего тебя в том, что тебя подбросили Посланники.

— Что? О, верно. Может, тебе, вероятно, стоит вернуть ему его друга?

— Хорошо, — сказала Аллайет. Она повернулась, чтобы посмотреть на дверь, и все остальные сделали то же самое. Ни у кого не хватило духу заговорить, Джейсон громко прихлебывал свой напиток — единственный звук. Почти минуту спустя они услышали звуки волочения, когда растение-монстр Аллайет принесло обратно свою потрепанную жертву. Затем растение превратилось в облако пыли и хлопьев пепла, покрыв ближайших людей. Человек на полу был покрыт рубцами, видимыми сквозь разорванные остатки его черной одежды. Когда мужчина слабо застонал, Джейсон повернулся обратно к Иколе.

— Теперь, — сказал Джейсон, — я только что говорил, что твои обвинения в мой адрес расстраивают, потому что если я сделаю движение, чтобы запугать тебя до молчания, это просто заставит твои слова казаться правдой. Хотел бы я пройтись шлифовальной машинкой по твоему лицу за то, что ты обвинил меня в том, что я на стороне людей, которые сравняли город с землей и убили, я не знаю, сколько людей? Конечно, хотел бы, это естественно. Но это было бы непродуктивно. Мы все на одной стороне, и нам нужно достичь соглашения, основанного на сотрудничестве, а не на...

Он сделал паузу, когда раненый золотой ранг на полу издал громкий стон боли.

— ...иерархии, основанной на способности совершать насилие.

Джейсон нахмурился, глядя на упавшего человека.

— Чувак, ты как бы подрываешь меня здесь. Возьми себя в руки.

Икола встал со своего стула, и Джейсон сделал то же самое, упавший человек был между ними. Эльф золотого ранга был на полголовы выше и одет во всё черное. Джейсон был в кремовом костюме с розовой рубашкой из коллекции, сшитой для него в Римаросе.

— Для тебя нет ничего серьезного? — спросил Икола.

— Ты обвинил меня в том, что я предатель, — сказал ему Джейсон. — Эта встреча стала бы еще более неловкой, если бы я воспринял это всерьез, а не с юмором.

— Ты думаешь, что ты такой особенный, не так ли? — обвинил золотой ранг.

— Ага. И ты тоже, что, как я подозреваю, является настоящей причиной, почему ты такой раздражительный. Я собираюсь сесть обратно и притвориться, что ты не выдвигал обвинение, из-за которого люди убивают друг друга. Я надеюсь, что ты тоже сядешь, займешься саморефлексией или, по крайней мере, просто посидишь тихо. Я понимаю, что как золотой ранг, ты не привык быть парнем, стоящим на задворках, но ты здесь как охранник. Если ты не заметил, здесь собрались все золотые и алмазные ранги, наблюдая, как мы препираемся, как дети, и это не делает чести ни одному из наших репутаций.

Икола оглянулся влево и вправо, нахмурившись в неприятном осознании того, что Джейсон прав. Он выглядел так, будто готов отступить, но не мог заставить себя отпустить ситуацию.

— Ты ходячий флаг предателя, и тебе позволено атаковать кого-то, но от меня ожидают, что я сяду и буду держать рот на замке?

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но остановил себя, испустив вздох, когда его плечи опустились.

— Ты прав, — сказал он. — Это несправедливо, и я предавался такому высокомерному поведению, которое я не только делал снова и снова, но и критиковал в других. Так что, как насчет того, чтобы я извинился перед парнем на земле за то, что переборщил, когда он наехал на моего друга, а мы оба отступим и позволим этой встрече идти дальше?

— Что аккуратно избегает вопроса о том, являешься ли ты предателем, когда всё указывает на то, что ты им являешься.

Джейсон посмотрел на Иколу мгновение, а затем повернулся к директору Общества искателей приключений.

— Я пытался, — сказал Джейсон. — Деэскалация не дается мне естественно, что, я думаю, все видели довольно ясно. Но я пытался, правда. Не думаю, что мы можем перейти к следующему этапу этой встречи с ним и мной в комнате, а я почти уверен, что я вам нужен.

Директор не выглядел довольным Джейсоном или Иколой, но именно к Иколе он повернулся.

— Мистер Гет, я должен попросить вас сесть и воздержаться от дальнейших прерываний. Если вы чувствуете, что не можете этого сделать, я должен попросить вас удалить себя вместо этого.

Икола выглядел так, будто собирался спорить, но прикусил язык. Он помог избитому золотому рангу с пола до его стула, нахмурившись на рубцы, которые уже должны были зажить, но оставались ярко-красными. Он занял свое собственное место с мрачным взглядом, и Мьюсин переключил свое внимание на Джейсона.

— А вам, мистер Асано, я бы посоветовал быть менее провокационным в том, как вы действуете, а также в том, как вы реагируете на других. Я признаю, что у вас чрезмерный уровень влияния относительно вашего ранга, и вы можете чувствовать необходимость утвердить это влияние, когда те, кто выше рангом, стремятся подавить его. При этом, я думаю, вы обнаружите, что приличия послужат вам лучше, чем поведение самодовольного подростка-аристократа.

Люди в комнате, которые знали Джейсона, все поморщились, за исключением Арабель. Джейсон не ответил директору и, вместо этого, тихо вернулся на свое место.

— Спасибо, мистер Асано, — сказал Мьюсин. — Я попрошу вас встать снова вскоре, как только мы активируем шар. Как я уже говорил, до прерывания, как только я дам сигнал, что мы готовы, Посланники смогут открыть канал для нас, чтобы вести переговоры. Джес Фин Кааль дала понять, что она будет вести переговоры только с мистером Асано, которому, я надеюсь, стоит прислушаться к моему совету.

Большинство присутствующих в комнате бросили взгляд в сторону Джейсона, но он не показал никакой реакции на них или слова Мьюсина.

— Если больше нет прерываний, — сказал Мьюсин, его тон указывал, что это не вопрос, — то мы начнем.

Он протянул руку и коснулся пальцем шара.

— Готово.

Шар лежал неподвижно на столе.

Он продолжал лежать неподвижно на столе.

Эмир украдкой проверил свои карманные часы и получил удар по запястью от своей жены.

Джиллет подошел к Мьюсину и активировал небольшой экран конфиденциальности, за которым они разговаривали, не будучи услышанными другими присутствующими в комнате, но под наблюдением всех. Был незначительный видимый компонент, который размывал область достаточно, чтобы предотвратить чтение по губам, но язык тела всё еще был виден. Мьюсин по-разному кивал, пожимал плечами, качал головой и разводил пустыми руками, пока они с Джиллетом говорили. Наконец, Джиллет деактивировал экран конфиденциальности.

— ...да, я уверен, что он включен, — закончил Мьюсин, теперь слышимый в комнате. Его глаза метались туда-сюда, и он медленно потянулся к шару, как будто это каким-то образом помешало бы всем заметить. Его пальцы коснулись его.

— Он определенно включен, — сказал он никому конкретно. — Я был уверен, что он включен, и он был.

Его спасло от неловкого момента то, что шар излучил мягкое свечение.

— Верно, — сказал Мьюсин. — Не могли бы вы встать перед шаром, пожалуйста, мистер Асано?

Джейсон встал и расположился перед столом с нахмуренным видом.

— Это больше похоже на то, что я стою перед расстрельной командой, чем мне комфортно, — проворчал он.

Мьюсин протянул руку и снова коснулся шара. Голограмма, похожая на изображение чьей-то головы, спроецировалась с передней части сферы, слегка не по центру и наклоненная вниз. Это дало Джейсону вид на макушку головы и одно ухо.

— На что я смотрю? — спросила проекция Джес Фин Кааль. Мьюсин быстро повернул шар так, чтобы проекция поднялась сверху и лицо Посланника стало видимым.

— Не было понятно, какой стороной вверх, — сказал Мьюсин. — Вам следует подумать о том, чтобы пометить их, чтобы люди могли понять.

— Это не имеет значения, — сказала Джес Фин Кааль, её взгляд теперь был прикован к Джейсону. — Итак, ты их король.

— Я ничей не король, леди, и я отказываюсь верить, что вы сказали это по какой-либо причине, кроме как для того, чтобы настроить других людей в этой комнате против меня.

Она улыбнулась.

— Значит, не полный идиот, что я ценю. Это был открытый вопрос, учитывая исследования, которые мы провели по тебе. Признаю, что я ожидала нашей встречи некоторое время.

— Лично я хотел бы, чтобы вы вторглись со следующим всплеском монстров. Как только я стану золотым рангом, я смогу прикончить вас сам, вместо того чтобы смотреть, как это делает кто-то другой.

— Ложное мачизм, чтобы заставить меня думать, что ты достаточно простодушен, чтобы позволить водить себя за нос собственным агрессивным мышлением? Ты можешь лучше, Асано.

— Я действительно не могу. Я на самом деле такой простодушный, поэтому я говорю о фильмах Майкла Дудикоффа, пока люди не отвлекутся. Люди начинают понимать меня, однако: никто даже не спросил меня, что такое шлифовальная машинка.

Джейсон никогда не задавался вопросом, как звучала бы змея, если бы она смеялась, пока не услышал, как это делает Джес Фин Кааль.

— Мне сказали, что ты, вероятно, будешь использовать непочтительность и отсылки к своему родному миру в попытке нарушить ход моих мыслей. Тебе придется постараться лучше, Джейсон Асано.

— Хорошо. Две крепости. Это цена.

— Ты хочешь, чтобы я отказалась от еще двух крепостей в обмен на то, что ты будешь работать с нами?

— Нет, — сказал Джейсон. — Вы напали на нас. Вы заразили людей этими паразитами, что является своего рода ужасом, который даже я с трудом могу представить, а я через многое прошел. Вы убили людей, забрали их дома и всё, что для них важно, а теперь вы здесь, чтобы заключить сделку?

— Не думаю, что ты позволишь гневу руководить тобой. Я уверена, что тебя уже проинформировали, что угроза под твоими ногами больше, чем любая, представленная мной. Мы вам нужны.

— Нет, не нужны. С тем, что вы сделали с этим городом, лучше собрать всех, переселиться и списать весь регион. Дешевле сдержать ущерб и отстроиться в другом месте, чем убирать беспорядок, который вы оставили после себя.

— Очень сомневаюсь, что люди в комнате с тобой согласны, Асано.

— Но вы разговариваете не с ними. Вы дали очень ясно понять, что будете разговаривать только со мной, так что вот ваши варианты: Один, вы оставляете...

— Это переговоры, Асано. Я здесь не для того, чтобы слушать твои ультиматумы.

— Мы еще не ведем переговоры, леди. Я сказал вам, что две крепости — это цена, но я не имел в виду, чтобы мы работали с вами. Это цена за то, чтобы я хотя бы выслушал, чего вы хотите.

— Ты думаешь, этот акт крутого парня сработает на мне?

— Нет. Сомневаюсь, что топор в голову сработал бы на вас тоже, но если у меня появится шанс, лучше поверьте, я проверю. Если вы хотите, чтобы я выслушал что-либо, что вы скажете, освободите еще две свои крепости и уничтожьте их за собой.

— Кажется, мне следовало вести переговоры с городскими чиновниками в конце концов.

— Вероятно, — согласился Джейсон. — Не стесняйтесь делать это. Но если вы придерживаетесь меня, вы знаете цену. Не перезванивайте, пока это не будет сделано.

Джейсон хлопнул рукой по шару, и проекция исчезла. Он повернулся, чтобы посмотреть на комнату, полную испуганных лиц.

— Я думал, что всё прошло довольно хорошо, — сказал он.

ЧЕЛОВЕК ПРИНЦИПОВ

ЧЕЛОВЕК ПРИНЦИПОВ

В комнате, полной шокированных лиц, Арабель встала и подошла к Джейсону, пружинящий пол делал это немного неловким.

— Ты ведешь опасную игру, Джейсон, — сказала она ему. — Но ты справился хорошо.

Выражение лица директора Общества искателей приключений показывало, что он не согласен, но он не был тем, кто взрывается от ярости.

— Миссис Ремор, не в обиду эксперту по изучению разума, но я бы оценил ваши мысли о том, что делает... смелую стратегию переговоров мистера Асано правильным путем.

— Не знаю, насколько вы осведомлены о воспитании Посланников, директор, — сказала она, — но Посланники рождаются полностью взрослыми и сразу проходят через всестороннюю индоктринацию. Даже те, кто избежал поведенческого программирования этой индоктринации, всё равно проявляют определенные поведенческие черты, которые могут быть, отчасти, обусловлены врожденными физиологическими факторами. Естественные инстинкты, если хотите.

— И как это вы так хорошо знакомы с Посланниками? — спросил лидер делегации местного правительства.

Это был бюрократ, который достиг золотого ранга через ядра. Это был его первый раз, когда он заговорил на встрече, хотя отказ обуздать своего охранника, Иколу, был заявлением сам по себе. Арабель повернулась, чтобы посмотреть на него, её выражение лица было якобы пустым, но каким-то образом передавало идею, что она нашла этого человека прилипшим к подошве своей обуви.

— Я не расслышала вашего имени, — сказала она ему.

— Кальцифер Байнс, — сказал бюрократ. — Директор Управления по внешним связям. Вы, кажется, более знакомы с Посланниками, чем остальные из нас, миссис Ремор. Должен признаться в любопытстве, как это произошло, учитывая насильственные реакции, которые Посланники склонны проявлять к любому, кто не является одним из их слуг.

Арабель улыбнулась.

— Ну, мистер Байнс...

— Лорд Байнс, — поправил он. — Директор Байнс приемлемо в определенных контекстах, где я действую в своей роли представителя города, хотя я бы не рекомендовал это. Обращение ко мне как «Лорд Байнс» во все времена спасет от неловкости тех, кому трудно понять тонкости надлежащего этикета.

— Лорд Байнс, — поправила она. — Боюсь, что на некоторые вопросы можно ответить только через демонстрацию. Я была бы рада показать вам точно, как и где у меня была возможность наблюдать за Посланниками, включая примеры того, как они отвергали индоктринацию, так и оставаясь в её тисках.

Джейсон заметил жреца Знания, Джиллет, слушающего с особым интересом. Джейсон открыл портал в свое царство души рядом с Арабель.

— Как люди продолжают открывать порталы здесь? — пожаловался Эмир. — Тот парень, который установил пространственное подавление, был никчемным.

— Ты установил пространственное подавление, — указала Констанция.

— Я отчетливо помню, как впустил парня.

— Да. А потом ты выгнал его.

— Зачем мне это делать?

— Он пригласил меня на ужин.

— О. Это имеет смысл.

Арабель бросила на своего старого товарища по команде ироничный взгляд, прежде чем повернуться обратно к Байнсу и приглашающе указать на портал.

— Вы можете найти ответы на другой стороне этого портала, лорд Байнс. Я могу только предположить, что вы готовы, если не жаждете, шагнуть через него. Неужели человек, столь нетонкий в том, как он разбрасывается намеками, делает это только для того, чтобы иметь возможность исследовать их точность? Вы же не стали бы намекать, что я неумный предатель, только для того, чтобы не просто намекнуть, а прямо доказать себе, что вы и лицемер, и трус, не так ли? Пожалуйста, шагайте через портал.

— Миссис Ремор, — сказала Аллайет. — Боюсь, что лорд... Байнс, кажется? Лорд Байнс не обладает тем уровнем утонченности в своих перцептивных способностях, которого можно было бы ожидать от кого-то его ранга. Вполне естественно, что в своей роли администратора у него нет времени на тот вид подготовки, с которым справились бы даже большинство пользователей ядер. Этого и следовало ожидать, ведь зачем ему тратить время на такие упражнения, когда он никогда не сталкивается с монстрами? Даже во время всплеска монстров его способности как организатора делают его слишком полезным, чтобы быть на передовой. В конце концов, какова ценность еще одного золотого ранга, с поразительным уровнем неподготовленности к встрече с любым монстром, по сравнению с логистом, обладающим, как я полагаю, великими способностями.

Арабель улыбнулась, когда Байнс взял свои эмоции под контроль настолько, что его плотно сжатые губы были единственным признаком его ярости. Какова бы ни была правда утверждений Аллайет о способностях восприятия этого человека, Джейсон признал, что мужчина был искусен в том, чтобы держать свои эмоции вне своей ауры.

— Полагаю, я понимаю, леди Аллайет, — сказала Арабель. — Вы говорите, что лорд Байнс плохо подготовлен к тому, чтобы понять, во что он ввязывается через этот портал, пока не увидит это сам.

— Именно, — сказала Аллайет. — Хотя я уверена, что лорд Байнс обладает ослепительным опытом в выбранной им области администрирования, этот опыт, по понятным причинам, не дотягивает до вопросов, касающихся искателей приключений и их деятельности. Я уверена, что любые намеки, которые он мог непреднамеренно сделать против прославленного искателя приключений, который раз за разом бросал вызов опасности, были чистой случайностью. Как таковое, у меня нет сомнений, что он был бы более чем счастлив вполне явно взять их обратно. Конечно, я могу ошибаться, и лорд Байнс был совершенно намерен в том, как он выбирал свои слова.

Дружелюбная улыбка Аллайет погрузилась в разум Байнса, нашла там самую примитивную реакцию страха и запустила её.

— Если лорд Байнс был намерен в своих намеках, — продолжила Аллайет, — он наверняка был бы счастлив подвергнуть свои принципы испытанию. Он бы определенно шагнул через этот портал, даже не зная, что лежит за ним. Сделать что-то меньшее — значит показать себя трусливым и неискренним политиком, который произносит принципы и использует необоснованные обвинения, не имея ни намерения, ни способности проверить их истинность.

Администратор сидел молча на своем месте, челюсть была сжата. Если бы это была только Арабель, коллега золотого ранга и аутсайдер в Яреше, он смог бы ответить. Женщина опоздала на век, если думала, что она ему ровня в метании грязи.

Алмазный ранг, который к тому же был местным, — это была совсем другая перспектива.

В политике, если алмазный ранг говорил, что небо зеленое, то всё, что вы могли сделать, — это кивнуть и согласиться. Кто знает, они могли превратить его в зеленый, чтобы доказать, что вы неправы, если у вас не хватило ума возразить им. То, что Аллайет разговаривала с ним таким образом, посылало то же самое прямое сообщение, что и то, как его охранника утащило растение-монстр — единственными вариантами были повиновение или унижение. От притворства, что она не помнит его имени, до предъявления неприемлемого ультиматума, она использовала силу алмазного ранга, чтобы загнать его в угол.

В своем уме Байнс лихорадочно искал свежий вариант, но видел только те два, которые предложила ему Аллайет. Один — извиниться перед женщиной Ремор, подрывая свой престиж. В комнате было достаточно людей, чтобы слухи распространились, и его политическое влияние пострадало бы, требуя времени, чтобы отыграться. Это был бы неприятный, но приемлемый вариант, если бы не его отец. Почтенный Горманстон Байнс в последнее время рассуждал о достоинстве аристократии, и Кальцифер не мог позволить себе потерять поддержку отца.

Это оставляло вариант пройти через портал. По какой-то причине никто из них, казалось, не верил, что он будет готов пройти через портал, что заставляло его задаваться вопросом, почему. Они были готовы зайти лишь настолько далеко, и он был почти уверен, что это всё показуха. Серебряный ранг Аллайет и Арабель не были леди Аллайет и не могли позволить себе сравниться с её наглостью. Они верили, что он испугается тайны портала и не сможет раскрыть их блеф.

Портал появился рядом с женщиной Ремор. Он не видел, чтобы кто-то вызывал его, но это было достаточно очевидно, излучая ауру Асано. Насмешки Аллайет о восприятии Кальцифера не были полностью лишены оснований, поэтому было мало что еще он мог определить, изучая его. Единственное другое, что уловили его чувства, — это некоторая сила на другой стороне портала. Она была намного сильнее Асано, но аура Асано наполняла портал, скрывая природу и владельца того, что лежало за ним.

Не было сомнений, что Асано был аномалией, учитывая его ауру на серебряном ранге. Общий консенсус заключался в том, что у него был один или несколько могущественных покровителей, использующих его как марионетку. Были истории о нем из Римароса, но Байнс не был настолько глуп, чтобы принять их. Явно нелепые преувеличения, он больше не мог доверять Хави Эстосу, своему информационному брокеру в Королевстве Штормов.

Байнс встал. Может, он и не хотел сталкиваться с монстрами, но почему он должен? У него не было подготовки или опыта. Его полями битвы были офисы, салоны и бальные залы; его оружием были информация и инсинуации. Просто потому, что он не хотел брать в руки меч, не означало, что он трус. От него явно ожидали, что он отступит, поэтому способ дать отпор — это выбрать вариант, который, как они не думали, он выберет.

Байнс был в курсе политических событий настолько, чтобы знать, что алмазные ранги искали всё, что находилось на другой стороне этого портала. Коллега Аллайет, Харист, ненавидел политику и администрирование. Байнс всегда был рад помочь ему, беря на себя все утомительные задачи и просьбы, которых Харист хотел избежать. Это стоило усилий, так как этот болтливый алмазный ранг был золотой жилой информации.

Байнс понятия не имел, почему Харист и Аллайет не входили в портал Асано, было предметом обсуждения. Ни один серебряный ранг, даже специалист по порталам, не был способен вызвать портал, который могли бы использовать алмазные ранги. Что он знал, так это то, что два алмазных ранга хотели информацию, которая была внутри этого портала. Этот секрет, вероятно, был тем, как Асано стал питомцем леди Аллайет.

Если Байнс сможет доставить то, что Аллайет хотела знать, он сможет подорвать влияние Асано. Или, возможно, было бы лучше дать информацию Харисту. У Байнса были существующие отношения, и, если разыграть их правильно, Харист мог стать щитом против Аллайет в долгосрочной перспективе.

Два алмазных ранга имели долгую историю совместной работы, их разные стили делали подходы взаимодополняющими. Однако под поверхностью Байнс знал, что отношения между могущественными, но очень разными людьми были хрупкими. Если он будет умным и осторожным, он, возможно, сможет стравить их друг с другом, позволяя ему получить прибыль. А с целым городом, который нужно отстроить, можно было получить много прибыли.

— Я человек принципов, — солгал Байнс. — Я хочу сам увидеть, где вы общались с Посланниками, миссис Ремор.

Брови Арабель поднялись от удивления, а у Аллайет была восхищенная ухмылка, из-за которой Байнс старался не волноваться.

— Ты идешь через него, — сказала Аллайет. — Я удивлена, лорд Байнс; у вас мое восхищение. Я чрезвычайно заинтригована тем, что происходит с... тем, что вы увидите там.

Что касается Джейсона Асано, он тер свои виски, как будто у него болела голова.

— Мы должны делать это сейчас? — спросил он. — Я думал, что я плох в срыве встреч, но вы все разбили эту о школу. Для щенков.

— Сожаления, Асано? — спросил Байнс насмешливым тоном.

— Послушайте, — сказал Джейсон. — Я просто говорю, что, может быть, мы вернем эту встречу в нужное русло, а в то, кто достаточно храбр, чтобы пройти через таинственный портал, поиграем позже.

— Нет, — настоял Байнс. — Мой характер был оспорен. Мы должны решить это сейчас.

Джейсон нахмурился в замешательстве.

— Итак, что вы говорите, ваша репутация важнее катаклизма, который грозит уничтожить весь город?

— Конечно, нет.

— Тогда давайте вернемся к встрече.

— И оставить мое доброе имя развевающимся на ветру, как грязный флаг?

— Хорошо, — сказал ему Джейсон. — Не похоже, что то, что я говорю, доходит.

Он поднял руки, как будто сравнивая вес двух невидимых объектов.

— С одной стороны, у нас город, который взрывается, и весь регион, который будет утоплен в огне и пепле. С другой — люди, думающие, что вы немного придурок. Что из этого, по-вашему, нуждается в более срочном решении?

— До катастрофы еще месяцы, а вопрос моей репутации мы можем решить прямо сейчас. Вы бы растянули мою репутацию, чтобы её волочили в грязи, пока город не будет спасен?

— Ого, — сказал Джейсон. — Не ожидал, что вы выберете свою репутацию вместо того, чтобы остановить вулкан от уничтожения сотен тысяч людей.

— Вы кажетесь непреклонным в том, чтобы не пустить меня через этот портал, Асано. Вам есть что скрывать?

— Э-э, нет. Я просто хотел бы, знаете, немного прибраться. Я не ожидал гостей. А еще, — сказал он, разворачиваясь к Арабель и Аллайет, — я никогда на самом деле не вызывался участвовать в этом. Вы двое сказали, что он должен пройти через портал, и вы даже не спросили. Что грубо.

— Ты открыл портал по сигналу, — указала Арабель. — Не жалуйся, что ты не был полностью соучастником того, что случится с лордом Байнсом.

Джейсон испустил стон.

— Хорошо, — сказал он смиренно, указывая на портал. — Действуйте. Если должны. Чего вы не должны.

— Лорд Байнс, — сказал Икола. — Я настоятельно советую не проходить через портал в неизвестный пункт назначения. Он был открыт серебряным рангом и всё еще может вместить вас. Это предполагает силу за ним, которая намного больше, чем у Асано, и о которой мы ничего не знаем.

— Тогда пришло время вытащить покровителя Асано из тени, — сказал Байнс.

Он бросил на Джейсона презрительный взгляд, промаршировал к порталу и прошел через него.

Джейсон повернулся к Арабель и Аллайет.

— Не знаю, почему вы хотели его там, но вы были слишком полны энтузиазма по этому поводу. Он, вероятно, отступил бы, если бы не думал, что я пытаюсь избежать того, чтобы он выкопал мои секреты.

— Собирается ли он выкопать твои секреты? — спросила Аллайет.

— Вероятно. В любом случае, теперь, когда он ушел, нам следует вернуться к встрече, да?

Они оглядели комнату, чьи обитатели были разделены на две группы. Те, кто знал Джейсона, все носили многострадальные выражения лиц. Остальные выглядели так, будто понятия не имели, что происходит, но был алмазный ранг, ведущий себя странно, что было очень веской причиной быть почти где угодно еще.

— Независимо от того, что делает лорд Байнс, — сказал директор Общества искателей приключений, — мистер Асано прав в том, что дело в предстоящей катастрофе. По этой причине я хотел бы вернуться к теме того, почему подход мистера Асано к переговорам с Посланниками был правильным. Он был очень агрессивным.

— Это было необходимо, — сказала Арабель. — До того, как лорд Байнс прервал, я пыталась объяснить, что Посланники, как и все живые существа, имеют естественные инстинкты. Для Посланников их естественный инстинкт — уважать силу и пренебрегать слабостью. Это хищнический инстинкт, который делит всё на угрозу или добычу. Очевидно, у Посланников есть высшие ментальные функции, которые позволяют им выйти за рамки базового инстинкта, но все мы движимы нашими инстинктами гораздо больше, чем осознаем.

— Вы говорите, что более примирительный подход навредил бы нам, — сказал директор.

— Да, — сказала Арабель с твердым кивком. — Если бы Джейсон был чем-то иным, кроме как непреклонным, Джес Фин Кааль потеряла бы всякое уважение к нему. Она могла бы стать гораздо труднее в переговорах или потенциально полностью выйти из них.

— Но это не меняет того факта, что мы ведем переговоры с позиции слабости, — сказал директор. — Мы уже заявили, что не отдадим эту землю. Я понимаю ценность блефа, мистер Асано, но если они вызовут этот блеф, мы сложимся.

— Это не блеф, — сказал Джейсон. — Посланник хочет чего-то. От меня. И я не позволю ей диктовать условия, потому что вы отказываетесь переселяться. Я готов уйти, после чего вы можете вести переговоры с ней сами.

Джейсон и директор долго смотрели друг на друга.

— Это не ваш дом, — сказал директор. — Я не могу просить вас бросаться в логово монстра ради нас. Но переселение и позволение катастрофе произойти — далеко не желательный исход.

— Вам не нужно беспокоиться о Джейсоне, — заверила директора Арабель. — Я работаю с ним годами, теперь, и что никогда не меняется, так это то, что он всегда будет бросаться в логово монстра. Как бы он ни ныл и ни жаловался на это.

— Также, он был не просто агрессивен в тех переговорах, — вставил Эмир. — Я не единственный, кто почувствовал, что это было немного кокетливо, верно?

— О, он всегда такой, — выкрикнул Нил с задних рядов. — Вы бы видели его с женой Клайва.

— О, боги, проклятье, Нил...

Байнс вырвался из портала на полном спринте, проносясь через комнату в безумной панике. Он споткнулся на пружинящем облачном полу, но не остановился, пробираясь через дверь и по коридору в размытом пятне скорости золотого ранга.

ЭКСПЕРИМЕНТ

ЭКСПЕРИМЕНТ

Джейсон подошел к двери комнаты для встреч и выглянул наружу, но лорда Байнса уже не было. Использование ядра монстра не повредило его скорости золотого ранга, и он вылетел, как ракета.

— Он вообще знает выход? — задался вопросом Джейсон вслух. — Там была поднимающаяся платформа. Было бы странно остановиться посреди панического бегства, спокойно проехать на лифте вниз, а затем снова рвануть в безумном порыве.

— Он пропустил поднимающуюся платформу, — сказал Эмир. Как и Джейсон, он мог чувствовать людей в своем облачном доме. — Он вышел через окно.

Джейсон обернулся, чтобы встретиться лицом к лицу с Аллайет и Арабель.

— Послушайте, — сказал он. — Я подыграл, но может кто-нибудь объяснить мне, почему мы только что протащили того парня по углям?

— Что именно ты сделал с ним? — спросила Арабель. — Я видела много видов страха, но то, что исходило от ауры этого человека, было новым для меня.

— Я видела это, — сказала Аллайет. — Я даже чувствовала это, но не так, как лорд Байнс. Я обнаруживаю, что мое любопытство относительно того, что лежит за тем твоим порталом, вновь пробудилось.

— Постарайся контролировать себя, — сказал ей Джейсон. — Тебе не следует позволять своему любопытству пробуждаться перед всеми этими людьми.

— Ты говоришь это, — сказала ему Аллайет, — однако ты продолжаешь пробуждать его снова и снова.

— Я не стараюсь изо всех сил быть возбуждающим.

— Я не уверена, что полностью верю в это, — сказала Аллайет. — Есть предел тому, насколько возбуждающим человек может быть случайно, и учитывая частоту, с которой ты бываешь возбуждающим, я могу только предположить, что это намеренно.

— Мне нужно, чтобы вы оба перестали говорить «возбуждать» и помнили о важности этой встречи, — сказала им Арабель.

— Нам всем, возможно, это нужно, — добавил Клайв, глядя на Нила.

— Особенно пока ты стоишь рядом с моей матерью, Джейсон, — сказал Руфус.

— Спроси Хамфри о Джейсоне и матерях, — пробормотал Нил. — Я же говорил тебе, что он такой.

— Хотел бы я быть таким, — пробормотал Трэвис, взглянув на Габриэль. Она, в свою очередь, сверлила Джейсона взглядом.

— Видите, — сказала она своим коллегам-жрецам и жрицам. — Что я вам говорила? Моральная распущенность.

— Я думал, распущенность — это то, что вы используете для чистки лодок, — сказал Тайка.

— Зависит от лодки, — сказал ему Джейсон. — Признаю, однако, что это в основном делает их грязнее.

Директор Общества искателей приключений смотрел на это в сочетании замешательства и ужаса. Судьба его города зависела от встречи, где серебряные ранги нагло игнорировали этикет рангов, золотые ранги разыгрывали городских чиновников, и даже алмазный ранг сыпала двусмысленностями.

— Думаю, — громко заявил он, — что пора закончить эту встречу. Я обсужу аспекты того, что происходит, с различными заинтересованными сторонами в сессиях меньших групп. Я созову эту встречу снова, когда это будет уместно или когда мы увидим какой-либо ответ от Джес Фин Кааль.

Он надел свое самое суровое выражение лица, обводя им комнату.

— Я надеюсь, — добавил он, — что мы все сможем проявить больше приличий, когда встретимся в следующий раз.

Встреча быстро завершилась. Рик Геллер нахмурился, наблюдая, как Джейсон уходит с Арабель и Аллайет, и получил удар по затылку от своей девушки, Ханны.

— За что это? — спросил Рик, поворачиваясь к ней.

— Не знаю, — сказала Ханна. — Но я почти уверена, что ты заслужил это.

Рик оглянулся на Джейсона, золотой ранг и алмазный ранг исчезли за дверью.

— Да, вероятно, — признал он смиренным голосом.

* * * — Джейсон, — сказала Арабель, когда они шли по залам облачного дворца Эмира. — Что именно ты показал тому человеку?

— Мне тоже любопытно, — согласилась Аллайет.

— Ты сказала, что чувствовала такой страх сама, — сказал Джейсон. — Где ты столкнулась с чем-то подобным?

— Каждый алмазный ранг сталкивался, — сказала Аллайет. — Ты сейчас серебряный ранг, и скоро начнешь понимать, что как только приближаешься к пределам серебряного ранга, ты не можешь просто продвигаться так, как ты делал, тренируясь и подталкивая себя. Пользователи ядер монстров могут пробиться к золоту, но это скорее тупик для них.

— Он еще не готов к этому, — отметила Арабель. — Не совсем.

— Это нормально, — сказала Аллайет. — Мы в любом случае говорим о переходе от золота к алмазному рангу. По мере того как ты приближаешься к вершине золота, ты начинаешь получать инстинктивное чувство чего-то, что лежит за пределами. Не сам алмазный ранг, а то, что лежит за ним.

— Трансцендентность, — сказал Джейсон.

— Да. Ты много знаешь о трансцендентности?

— Я подбирал вещи тут и там. Буквально. Первый магический предмет, который я когда-либо получил, был трансцендентного ранга.

Аллайет повернулась к нему, широко открыв глаза.

— Ты видел предмет трансцендентного ранга?

— Я использовал несколько, — сказал он небрежно, когда они ступили на поднимающуюся платформу. — Я своего рода прохожу через них, теперь, когда я думаю об этом. Это может быть одной из моих фишек.

— Больше одного трансцендентного предмета? — слабо сказала Аллайет. — Что они делали?

— Первый вернул меня из мертвых. Во второй раз, я хочу сказать? Да, во второй раз. Заодно вернул меня в мой мир.

— В другую вселенную.

— Ага. Тот был расходным материалом, так что он был предназначен только для одного раза. У меня была эта магическая дверь для переписывания реальности и...

— Переписывания реальности?

— Я знаю, правда? К счастью, я только что достиг серебряного ранга; у меня было бы ноль шансов переделывать куски планеты на бронзовом ранге. В любом случае, Строитель оставил эту дверь, чтобы какой-нибудь олух пришел — в данном случае, я — и исправил реальность после того, как она была оставлена немного разболтанной последним парнем на его работе. Магическая дверь позволила бы Строителю проложить путь в человека, который её использовал, но Строитель уже пробовал это со мной однажды, и я не собирался этого допускать. Я стер контроль Строителя, сделал себе старую добрую скидку в пять пальцев и ниндзя-угнал дверь для себя. Позже Мировой Феникс дал мне эту штуку — пространственный мост, но я случайно разбил его и дверь Строителя одновременно. Я хранил их в своей душе, но я дал старой душе немного жару. Они оба в итоге разбились и были разобраны на части.

Аллайет посмотрела на Арабель, которая сочувственно покачала головой.

— Джейсон иногда любит раздвигать границы своей силы перевода, — сказала ей Арабель. — Я объясню позже. А пока ты говорила о трансцендентности.

— Э-э, да, — сказала Аллайет, восстанавливая самообладание. — Как я и говорила, те из нас, кто приближается к пику золотого ранга, начинают получать чувство того, что лежит в конце пути. Состояние бытия, которого не может достичь никакое продвижение. Состояние, которое ты можешь начать искать только после того, как каждая капля смертного потенциала была выжата из тебя. Вершина не ведет к следующему путешествию, но дает тебе намек на то, где оно начинается.

— Движение за пределы алмазного ранга, — сказала Арабель. — Это возможно, значит?

— Нет, — сказала Аллайет. — И в этом-то как раз и смысл. Чтобы трансцендировать, ты должен выйти за пределы не только ограничений смертности, но и возможности. Взгляды на более широкий космос, которые ты получаешь, приближаясь к алмазному рангу, сокрушительны для души. Истина о том, насколько ты ничтожен, просачивается в глубины твоей души. Ты постигаешь это в его полной и совершенно суровой полноте, прямо до глубин твоей души.

— И это ломает людей, — сказал Джейсон.

— Может, — согласилась Аллайет. — Для тех, кто считает себя важными — а какой золотой ранг не считает? — это может, действительно, сломать их. Мы — песчинки на пляже, который длится вечно, существующие лишь мгновение, прежде чем улететь на ветру. Сам мир, на котором мы стоим, существует лишь на мимолетный момент в ничтожном уголке бесконечности.

Платформа достигла нижнего этажа, и они продолжили путь через массивный облачный дворец Эмира. Там была суета, люди проходили проверку на червей-пожирателей миров и оформление для распределения жилья и еды. Масса людей инстинктивно двигалась вокруг них, даже не осознавая, что они это делают. Джейсон наблюдал за манипуляцией аурой Аллайет, производящей этот эффект, и делал мысленные заметки.

— Откровение космоса и нашего места в нем — это слишком много для некоторых, — сказала Аллайет. — Как ты сказал, это ломает их. Для других это утешение — быть частью такого величия. Это ставит мелкие распри, с которыми мы все боремся, в перспективу, показывая, что они, в космическом масштабе, бессмысленны.

— Мне всегда это как-то нравилось, — сказал Джейсон. — Это странно?

— Это необычно, но не неслыханно, — сказала Аллайет. — Некоторые встречают откровение космической величины с большим принятием. Есть те, на кого это не действует; вообще никакого эффекта. Они едины с собой, тем, кто они есть, и тем, кем они не являются. Видение своего места во всех вещах не меняет этого. Для тех, кто уже в этом состоянии, переход от золота к алмазу оказывается относительно легким. Для остальных из нас мы должны пытаться достичь этого состояния. Оно не обязательно должно быть навсегда, но нам нужно найти это равновесие хотя бы на время, чтобы двигаться дальше золотого ранга.

— И ты сделала это, — сказала Арабель. — Как ученый разума, я уважаю твою способность достичь такого состояния.

— Я провела годы в изоляции. Иногда блуждая по миру, иногда в необитаемых местах, медитируя неделями или даже месяцами. В конце концов, я нашла покой, благодаря которому смогла превзойти свои предыдущие пределы. Я не уверена, что смогла бы найти это снова, если бы попыталась. Я знаю тот страх, который мы видели в Кальцифере Байнсе; ужас, который достигает твоего ядра. Он берет то, кем ты себя считаешь, и заставляет тебя осознать, что ты бесконечно меньше.

Она посмотрела на Джейсона.

— Что я хочу знать, — спросила она, — это почему я почувствовала тот же страх от лорда Байнса. Он может быть золотым рангом, но он даже близко не к пику. Даже если бы он был, он не почувствовал бы того, что я описала. Пользователь ядер, который делает это, — крайнее исключение, обычно мастера-ремесленники. Байнс очень далек от этого, так как же ты показал ему всю полноту космоса?

Джейсон не ответил сразу, так как они достигли входа в облачный дворец, двигаясь сквозь волны людей. Когда они вышли наружу, аура Джейсона сбросила тяжелый дождь, пока они шли по дорожке из каменных плит, уложенных в грязь.

— Ты знаешь, что твой друг Харист слушает нас, — сказал Джейсон Аллайет. — Я не собираюсь отдавать свои секреты бесплатно. Я хочу информацию взамен.

— Что ты хочешь? — спросила она, её голос был трезвым.

— Ты должна рассказать мне всё о соусе, который был в том сэндвиче.

Арабель хлопнула рукой по лицу, а брови Аллайет поднялись вверх.

— И я имею в виду всё, — сказал Джейсон. — Где ты его взяла, из чего он сделан, каков процесс. Есть ли варианты? Как выращиваются ингредиенты? В каких условиях? Кто его сделал? Они сами выращивали ингредиенты? Как он хранится? Есть ли разница, когда...

— Я серьезно, — сказала Аллайет. — Это не просто о том, чтобы выяснить что-то для политической цели, здесь. Мы говорим о фундаментальной механике продвижения пользователей эссенции...

Аллайет замолчала, когда Джейсон сделал что-то со своей аурой. Воздух вокруг них вздрогнул, и две женщины почувствовали, как что-то встало на место.

— Что это? — спросила Аллайет. — Это не то, что ты можешь сделать с нормальной аурой. Это похоже на технику Посланников.

— В ней есть элементы того, как Посланники используют свои ауры, — сказал Джейсон. — Это то, над чем я работал. По сути, это экран конфиденциальности на основе ауры. Я основывал его на многих элементах. Техники Посланников, безусловно, но также изучение того, как мои и облачные дворцы Эмира скрывают внешние чувства. Плюс, как боги защищают свои святые места. Неприкосновенные места в центре их храмов.

— Как ты вообще мог понять, как боги делают это? — спросила Аллайет.

— Я знаю, что ты чувствовала это, — сказал ей Джейсон. — Ты и твой друг нарушили мой дом, пробиваясь в места, куда ваши чувства не могли проникнуть. Насколько я ценю хороший острый соус — а это много — я не забыл, что вы сделали. Теперь, могут ли ваши чувства проникнуть через этот экран конфиденциальности, чтобы я не заметил? Я знаю, что ты могла бы пробить их через него, но могла бы ты просочиться в них?

Джейсон почувствовал покалывание на своих чувствах ауры.

— Может быть, — сказала она. — Не быстро, по крайней мере, пока я не изучу технику, которую ты используешь, еще немного.

— Тогда я хочу твое слово, что всё, что ты манипулируешь меня выдать, останется при тебе.

— Если я манипулирую этим из тебя, почему ты должен верить моему слову?

— Назови это экспериментом. Я люблю заводить друзей, и мне не нравится иметь союзников. Ты мне нравишься, Аллайет, но мое суждение не всегда лучшее.

Арабель издала кашляющий звук. Джейсон бросил на неё плоский взгляд, но она сохранила невинное выражение лица, ничего не сказав.

— Дружба требует проявления доверия, — продолжил Джейсон. — Я собираюсь проявить немного доверия к тебе, Аллайет, и посмотрим, куда это нас приведет.

— Ты странный человек, Джейсон, — сказала ему Аллайет. — Ты либо танцуешь вокруг точки, пока другой человек не упадет от истощения, либо ныряешь на неё, как акула на несчастного моряка.

Джейсон одарил её улыбкой с тонкими губами.

— Там есть ворота, — сказал он ей. — Через портал. Они соединяют то, что на другой стороне портала, с более широким космосом. Я использовал это, чтобы показать Байнсу то, что, как ты описала, видят пиковые золотые ранги.

— Ты показал ему.

— Да.

— Ты никогда не покидал ту комнату, пока он был внутри того портала. И он был там недолго.

— Обе эти вещи правдивы.

Она сузила глаза, вглядываясь в него.

— У тебя есть, по крайней мере, некоторая мера контроля на дальней стороне того портала.

Он не ответил и даже не посмотрел на неё, пока они шли по дорожке из грязных каменных плит.

— Кто обладает силой, которую я чувствую через тот портал? — спросила Аллайет, скорее вслух самой себе, чем в ожидании ответа. — Это не просто какая-то природная сила, которую ты используешь. За ней стоит воля. Я почти могу почувствовать её, но твоя аура на портале маскирует всё, что я могу идентифицировать. Почему сущность за этой силой дала тебе так много контроля над ней? Почему они доверяют тебе?

— Владелец этой силы не доверяет мне, — сказал Джейсон, вызвав резкий взгляд Арабель, который Аллайет не пропустила. Затем он ухмыльнулся.

— И это всё, что ты получишь. Пора тебе рассказать мне, почему ты точишь зуб на Байнса.

ВЫПОРОТЫЙ

ВЫПОРОТЫЙ

— Горманстон Байнс, — объяснила Аллайет, — один из самых влиятельных членов мощной политической фракции здесь, в Яреше. Именно его сына, Кальцифера, ты заставил в панике бежать, но настоящий источник угрозы — отец.

Она всё ещё шла от облачного дворца Эмира к дворцу Джейсона вместе с ним и Арабеллой Ремор. Они двигались неспешным шагом, в то время как остальные суетились вокруг них под магическими зонтами, обычными зонтами или просто с тоскливым желанием иметь хоть какой-нибудь зонт. Аура Джейсона отталкивала любой дождь, прежде чем тот успевал добраться до него или его спутников.

— Я впервые столкнулась с Байнсом, когда работала в первом лагере беженцев, — сказала Арабелла. — Это было ещё до нападения, когда мы изо всех сил пытались вывезти выживших из городов в столицу, одновременно не пуская туда червей-мироедов. Ты помнишь ту суматоху с доставкой припасов и логистику, которую пришлось выстраивать, чтобы всё работало эффективно.

— Помню, — ответил Джейсон. Его облачное здание было первоначальным центром сортировки, прежде чем его в итоге перенесли к Эмиру.

— Байнс настаивал на сокращении бюджета, выделенного на этот проект. Он подстрекал людей, раздувая угрозу Посланников, утверждая, что финансирование должно идти на подготовку к битве. На подготовку к контратаке.

— Байнс и его фракция крайне сосредоточены на укреплении и расширении власти аристократии, — пояснила Аллайет. — И они совершенно не стесняются в средствах для достижения своих целей.

— Что обычно означает, что они были бы рады засунуть щенков в дробилку, — сказал Джейсон.

— Могу я предположить, что дробилка — это устройство для превращения больших кусков дерева в очень маленькие? — спросила Аллайет.

— Можешь.

— И я полагаю, что помещение маленьких, очаровательных животных в такое устройство лишило бы их значительной доли невинного обаяния.

— Я бы охарактеризовал это как точное описание, да, — сказал Джейсон.

— Главное, — добавила Арабелла, — в том, что они готовы опуститься до низости.

— Например, забирая деньги у тех, кто занимается беженцами, — сказал Джейсон. — Зачем ему делать такой ход? Это вряд ли прибавит ему популярности.

— О, ты удивишься, — сказала Аллайет. — Есть две вещи, которые нужно знать, чтобы понять Горманстона Байнса. Первая — это его политическая фракция, а вторая — повестка этой фракции. Если вкратце, то это клика торговых баронов и аристократов старых кровей. Всё, чего они хотят, — это вечные деньги и власть.

— Что делает их интересными, — сказала Арабелла, — так это то, что, хотя у них есть люди, ориентированные на бой, они в значительной степени избегают традиционной структуры личной силы. Посмотри на Иколу, обученного бывшего авантюриста, который подчиняется Кальциферу Байнсу, пользователю ядер, который в жизни не встречался с монстром. Тот, кому он на самом деле служит, — это отец, а не сын.

— Чтобы объяснить подробнее, позволь мне начать с контекста, — сказала Аллайет. — В любом крупном населенном пункте политическая власть распределена между тремя силами. Первая сила — это гражданское правительство. В королевстве это королевский двор. В большинстве городов-государств — герцогская администрация. Сюда также часто входят гильдии и ассоциации, не относящиеся к Обществу искателей приключений и Магическому обществу, наряду с дворянскими домами и другими влиятельными семьями. Семья Ремор, к которой принадлежит Арабелла, — хороший пример.

— Строго говоря, я вошла в неё через брак, — сказала Арабелла. — Именно так мне удается продержаться пять минут, не рассказывая людям, что моя семья управляет школой.

Джейсон фыркнул от смеха.

— Два общества, искателей приключений и магическое, составляют ещё один из трёх главных столпов любого города или страны, — продолжила Аллайет. — Третья сила — это объединенные церкви.

— Судя по гораздо более длинному объяснению первой силы, — сказал Джейсон, — рискну предположить, что проблема здесь в местном самоуправлении.

— Да, — сказала Аллайет. — Проблема в балансе. Когда три силы находятся в равновесии, всё работает более или менее так, как должно. Порча нарушает этот баланс, вызывая различные побочные эффекты.

— Я уже видел такое, — сказал Джейсон. — В Гринстоуне, где я обучался на авантюриста, было много гнили. Из-за неё погибли хорошие люди, включая мою подругу Фарру.

— Разве твоя подруга Фарра не приехала недавно в Яреш?

— В следующий раз, когда я вернулся с того света, я привез её с собой.

Аллайет, одна из немногих, кто мог читать ауру Джейсона, остановилась и уставилась на него.

— Ты не лжешь.

— Нет. Ты говорила о гражданской администрации в Яреше?

Она покачала головой и продолжила идти, продолжая объяснение.

— В Яреше гражданская администрация значительно слабее церквей и крупных обществ. Это потому, что в гражданском столпе есть одна группа, которая подрывает власть Герцога ради собственных целей.

— Дай угадаю, — сказал Джейсон. — Кучка богатых придурков.

— Да. Собрание состоятельных аристократов вместе с несколькими очень богатыми торговыми баронами. Они известны как Аристократическая фракция. Им принадлежит большая часть земли в регионе, и они предоставляют большинство рабочих мест. Они используют эту власть и влияние, чтобы склонить своих арендаторов и работников к определенным идеологиям. Играя на упрощенных идеалах и общепринятых предрассудках, они создали базу поддержки из шумных и злых людей, которые яростно поддерживают их политику. Ту самую политику, которая держит их в бедности и невежестве.

— Я уже видел такое, — сказал Джейсон. — Многие страны в моем мире страдали от этого, включая мою собственную.

— То, что я только что описала, неприятно, — сказала Аллайет, — но само по себе не является катастрофичным. Проблема в том, что Аристократическая фракция сделала нечто крайне необычное: они сосредоточились на структурах власти, полностью оторванных от личной силы. Никаких авантюристов, никаких магических исследований. Только деньги и политическое влияние.

— Но политическое влияние в Паллимустусе всегда связано с личной силой, — заметил Джейсон. — Королевские семьи напичканы ядрами монстров, чтобы они могли стоять на вершине пищевой цепочки.

— Но это не неизменное правило, — сказала Арабелла. — Посмотри на гильдию Сапфировая Корона в Римаросе. У них больше личной силы, чем у королевской семьи, но им привили идеалы долга. Служить.

— Да, — сказал Джейсон, — но Римарос — исключение. Они заставляют своих людей проходить через тяжелые испытания. Ты думаешь, Зара — какая-то хилая девица, поедающая ядра монстров?

— Не самый удачный пример, — признала Арабелла. — Я уже упоминала Иколу и то, как он подчинялся Кальциферу Байнсу, несмотря на то, что был лично сильнее.

— Это часть отношения, которое продвигает Аристократическая фракция, — сказала Аллайет. — Они пытаются нормализовать свои сильные стороны — деньги и влияние — как нечто более важное, чем личная сила. Проблема в том, что они готовы подорвать структуру, к которой сами принадлежат. Они не видят себя третьим столпом наряду с городскими властями. Они с радостью подставят эти власти, если это принесет им выгоду, а затем обвинят всех остальных в последствиях. А потом они представят себя единственным решением проблем, которые сами же и создали.

— Зачем? — спросил Джейсон. — Какова их конечная цель?

— Бюрократия, — ответила Аллайет. — Каждая из трех групп привносит свои сильные стороны, будь то магия и охота на монстров или общение с богами. Для гражданских администраций это способность управлять городами и странами. Повседневная логистика управления десятками или сотнями тысяч людей ошеломляюще сложна.

— Понимаю, — сказал Джейсон. — Они подстрекают население, используя это для проведения политики и проталкивания назначений, чтобы расставить своих людей в узловых точках бюрократической власти.

— Да, — подтвердила Аллайет. — Всё, от руководителей департаментов, таких как Байнс, до магистратов и капитанов стражи. Теперь, когда город пал, можно было бы ожидать, что они отступят. Позволят вещам восстановиться, прежде чем возобновят свои амбиции по контролю. Вместо этого они используют это как рычаг. Восстанавливают инфраструктуру с нуля, вплетая свою власть прямо в фундамент. Они хотят отстроить такой Яреш, где их контроль будет в самой ткани города.

Они остановились, чтобы пропустить обоз со строительными материалами, ехавший по дороге, которую им нужно было пересечь. У них у всех была сила перепрыгнуть через дорогу, но они предпочли проявить терпение.

— Вот почему Байнс пробился на ту встречу? — спросил Джейсон. — Потому что влияние на то, будет ли Яреш отстроен здесь или в другом месте, критически важно для их планов?

— Больше того, — сказала Арабелла. — Если Яреш будет спасен от новой катастрофы, люди, стоящие за этим спасением, будут обладать влиянием.

— У тебя оно уже есть, Джейсон, — объяснила Аллайет. — Твои действия во время Битвы за Яреш, наряду с твоими конфликтами со мной и Харистом, сделали твое имя у всех на устах. Тайны, окружающие тебя, делают тебя только интереснее. Я теперь убеждена, что Харистом манипулировали, чтобы он давил на тебя, дабы тебя дискредитировать. Аристократическая фракция — сильный сторонник Хариста, несмотря на то, что его идеология полностью сосредоточена вокруг иерархий личной силы.

— Как это работает? — спросила Арабелла.

— Харисту не нравятся многие обязанности, которые приходят с его уровнем силы, — объяснила Аллайет. — Большинство алмазных рангов — странствующие отшельники. Такие, как Харист и я, Король Зеркал или твой тесть, Арабелла, — исключения. Когда мы постоянно селимся в городе, мы берем на себя обязанности просто в силу нашей силы. Само присутствие этой силы имеет волновой эффект, который остается незамеченным широкой публикой, но те, кто у власти, очень хорошо его осознают. Полагаю, у тебя самого есть некоторый опыт в этом, Джейсон.

— К сожалению, — сказал Джейсон.

— Аристократическая фракция отлично справляется с тем, чтобы избавить Хариста от досадных задач, с которыми ему в противном случае пришлось бы иметь дело. Люди, ищущие его расположения ради одолжений или знаний. Он позволяет Аристократической фракции ограждать его от этого.

— Будет ли Харист действовать от их имени? — спросил Джейсон.

— Не напрямую, — сказала Аллайет. — Харист чрезвычайно увлечен иерархиями личной силы. Он видит то, что они делают для него, как естественное почтение к его рангу, и никогда не окажет им ответную услугу, хотя бы чтобы не создавать прецедент. Но благодаря их службе ему, они могут фильтровать информацию, которую он получает. Я пыталась заставить Хариста более активно участвовать в событиях, но с небольшим успехом.

— Значит, то, как эта фракция выставила меня, заставило Хариста увидеть во мне угрозу городу.

— Да, — сказала Аллайет. — Только когда подход Хариста был эффективно отвергнут, он оставил разборки с тобой мне. Аристократическая фракция, однако, не сдалась так легко.

— Байнс пытался выставить меня предателем, и это обернулось против него, — сказала Арабелла. — Приспешник Байнса, Икола, пытался сделать то же самое с тобой, Джейсон. Они были там специально, чтобы посеять сомнения и уменьшить наше влияние.

— То, что мы сделали с Байнсом, сделает его посмешищем, — сказала Аллайет, — но это лишь один удар в долгой и сложной борьбе против Аристократической фракции. Хороший удар, но далеко не решающий. Нам нужно ограничить их власть, а затем сделать что-то с коррупцией в Магическом обществе. Если мы сможем справиться с обоими, у Яреша есть хороший шанс выйти из этого с функционирующей политической системой, которая действительно поможет его восстановить. Но, как показывают Магическое общество и Байнс, времена кризиса — это отличные возможности для тех, кто готов использовать их за счет всех остальных.

— Ты всё время говоришь «мы», — сказал Джейсон. — Надеюсь, ты не имеешь в виду нас троих.

— Нет, я имею в виду тех из нас, кто борется за душу Яреша, — сказала Аллайет, а затем вздохнула. — Это вызов, который кажется всё более непреодолимым.

Джейсон тоже вздохнул.

— Как оказалось, я не очень хорош во вмешательстве в политические ситуации, — сказал он. — Но я довольно неплохо их читаю. И из этого я делаю вывод, что это междоусобное осиное гнездо, которое я могу только ухудшить, сунув в него свою большую глупую голову. Но вы двое как раз это и сделали за меня.

— Ты не обязан был впускать его в тот портал, — сказала Аллайет.

— Не надо мне этого говорить, — сказал Джейсон. — Арабелла знала, что я это сделаю, как только она предложила. И ты тоже это знала.

Аллайет взглянула на Арабеллу.

— С чего ты взяла, что она была так уверена?

— Потому что она знает меня, — сказал он, а затем также перевел взгляд на Арабеллу. — Разве не так, миссис Ремор? Почему бы тебе не рассказать ей, почему я это сделал?

— Потому что я хотела, чтобы ты это сделал, — сказала Арабелла. — Я не должна была. Ты прав, вовлекать тебя в политику низового уровня было ошибкой. Учитывая, кто ты и что ты, и в каких кругах вращаешься, нам следовало бы относиться к тебе скорее как к алмазному рангу. Если только ты не знаешь местную ситуацию так же хорошо, как Аллайет, тебе не стоит в это вмешиваться.

— Честно говоря, — сказал Джейсон, — на самом деле здорово видеть, как ты совершаешь ошибку. Ты всегда была такой мудрой фигурой, наставляющей меня в каждой глупости, которую я совершал. Приятно видеть, что ты тоже можешь облажаться.

— Полагаю, мне тогда не стоит извиняться, — сказала Арабелла.

— Нет, тебе определенно стоит извиниться. Я теперь втянут в эту чепуху с Байнсом. Его люди, вероятно, придут за мной.

— Возможно, и нет, — сказала Аллайет. — Семья Байнс — не из верных. В зависимости от того, насколько сильно его унижение ударит по репутации отца, он может вычеркнуть сына и двигаться дальше. Не из семьи, но можешь ожидать, что Кальцифер станет «обоями общества»; его будут видеть, но не слышать. Думаю, более вероятно, что Аристократическая фракция оставит тебя в покое. Они знают, что ты теперь не мягкая цель, и вокруг тебя слишком много тайн. Один из них только что получил отпор, а умные политические игроки не противопоставляют себя неизвестности, если она представляет хоть какую-то реальную угрозу. Не если только не вынуждены. Они прощупали и получили укус за свои старания. Скорее всего, они оставят тебя в покое, чем рискнут сделать своим врагом.

— Ну, это звучит неплохо, — сказал Джейсон. — Просто я не уверен, что мне так везет, чтобы плохие парни попробовали, получили по заднице, а потом свернули лавочку.

ЛУЧШИЕ АМБИЦИИ

ЛУЧШИЕ АМБИЦИИ

В пустой пустоте умирающей вселенной осталась одна пышная зелено-голубая планета. Защищенная от энтропии магией, более древней, чем сама вселенная, некоторые из самых могущественных агентов Строителя готовились переместить её в свежую, молодую реальность. На межпространственном корабле, парящем достаточно далеко от планеты, чтобы не попасть в её орбиту, наблюдали несколько главных аватаров. Каждый аватар принадлежал разным членам Совета Королей, что было самым близким к центральному руководству, что было у Посланников.

Аватары наблюдали за армией самых мощных инструментов Строителя — массивными големами, называемыми мировыми инженерами, которые вращались вокруг планеты. Аватары видели, как мировые инженеры опутывали планету нитями магии внутреннего мандата, словно паук, оборачивающий пойманную добычу.

Вместе с аватарами в наблюдательном зале межпространственного корабля находился Эриго Фин Деска, новый главный сосуд Строителя. После того как Шако был захвачен Расколотым троном, Строитель наконец выбрал ему замену. Эриго изначально был Посланником и до сих пор выглядел как один из них, но с серьезными модификациями от Строителя. Его крылья были из блестящего серебряного металла, а кожа выглядела и ощущалась как холодный алебастр. Глаза были сферами из янтарного стекла, а волосы полностью отсутствовали. Его одежда, напоминающая тогу, не имела ткани, а была сделана из крошечных, сцепленных между собой осколков металла. С оттенками от медных до сапфирово-синих, они сверкали переливающимися волнами цвета.

Один из аватаров астральных королей не смотрел на планету через прозрачную стену наблюдательной палубы межпространственного корабля. Вместо этого он разглядывал одежду Эриго. Это был аватар астрального короля Джамиса Франа Мускара, и он выделялся среди других аватаров, даже по сравнению с Эриго. Джамис был единственным аватаром, чьи крылья были полностью поглощены телом, из-за чего он выглядел как семифутовый целестин с темно-медными волосами и глазами. Посланники, включая астральных королей, редко прятали свои крылья. Он также был единственным человеком в комнате, стоявшим на полу, а не парящим над ним. Он носил туфли, в то время как остальные были в сандалиях или босиком. Вместо полупрозрачных одежд или драпирующихся тог, он был одет в облегающую одежду сдержанных цветов.

— Как ты предотвращаешь натирание и раздражение? — спросил Джамис у Эриго, продолжая разглядывать его металлическую одежду. — Ты используешь магию или, возможно, какое-то обычное смазочное средство? Так много моих собратьев упускают из виду чувственные удовольствия, став астральными королями, но умасливание себя — это восхитительное баловство. Особенно если кто-то делает это за тебя.

— Есть дела поважнее, чем самопотакание и выбор одежды нового сосуда Строителя, — сказала ему женщина. Это был главный аватар Весты Кармис Зелл, астрального короля, контролирующего Посланников вокруг Яреша. Джамис повернулся, чтобы посмотреть на неё, ничего не ответив. Она выдержала его взгляд лишь мгновение, прежде чем опустить глаза. Джамис слегка улыбнулся, затем перевел внимание на планету снаружи.

— Когда эта задача будет завершена, — сказал Джамис, — цена будет уплачена. Зитис Кэрроу Вайель выполнит свой долг перед нами.

— Его имя — Строитель, — поправил Эриго. — Он больше не один из нас.

— Один из нас? — спросил Джамис. — Ты до сих пор считаешь себя Посланником, Эриго Фин Деска?

— Я больше Посланник, чем ты, Джамис Фран Мускар. Астральные короли больше не Посланники.

Джамис склонил голову, изучая Эриго, словно картину.

— Ты часть Неортодоксии, — предположил Джамис. — Или, возможно, был ею до того, как занял свою нынешнюю должность.

— Был, — признал Эриго. — Я двинулся дальше. Нет особого смысла сражаться с угнетателем, который может превратить тебя в бездумного дрона и отправить сражаться со своими же союзниками.

— Мы должны уничтожить тебя, предатель, — сказал один из других астральных королей.

— О, не беспокойся о нашем маленьком друге, — сказал ему Джамис.

— Он думает, раз он служит Строителю теперь, что он...

— Я сказал, не беспокойся о нашем маленьком друге, — повторил Джамис, перебивая астрального короля. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на него, и поднял бровь, спрашивая, закончил ли астральный король говорить. Тот промолчал и слегка склонил голову, заслужив дружелюбную улыбку Джамиса.

— Видите? — спросил Джамис остальных. — Мы все здесь друзья. Эриго Фин Деска сам сказал нам, что оставил Неортодоксию позади. Возможно, мы даже сможем выторговать у него некоторые секреты Неортодоксии, теперь, когда его лояльность на другой стороне. По крайней мере, не стоит настраивать Строителя против себя, пока он всё ещё в процессе перемещения нашей планеты для нас.

— Мудро, — сказал Эриго. — Вы получили прекрасную награду, хотя всё, что вы сделали, — это предоставили немного ритуальной магии низкого уровня.

— Ты действительно забыл, что ты Посланник, — сказала ему Веста Кармис Зелл. — Адаптация нашей магии, чтобы низшие виды могли её использовать, была задачей совершенно ниже нашего достоинства. То, что наши ритуалисты опустились до этого, стоило им достоинства, которое более ценно, чем может понять Зитис Кэрроу Вайель.

— Я сказал вам его имя, — произнес Эриго. — Я не буду напоминать вам снова.

— Мы извиняемся, — сказал Джамис. — Пожалуйста, извините нас, Эриго Фин Деска. У нас есть внутренние вопросы для обсуждения, и я обещаю больше вежливости, когда мы снова заговорим.

— Я пойду и буду контролировать процесс напрямую, — сказал Эриго. — Следите, чтобы в следующий раз, когда мы заговорим, сохранялась вежливость, иначе эта планета никуда не отправится.

Джамис сделал жест, и прозрачная стена пошла рябью, как поверхность пруда. Эриго проплыл сквозь неё, быстро ускоряясь в направлении планеты. Когда он исчез, Джамис повернулся к Весте.

— Я признаю, что у тебя нет интереса к нашим реальным целям на Паллимустусе, — сказал он ей, — но тебе не помешало бы не настраивать против себя слугу Строителя. Ещё не время делать Строителя нашим врагом, и хотя тебе может быть на это наплевать...

Джамис подошел к Весте.

— ...мне — нет, — закончил Джамис. Он посмотрел на Весту, которая была бы выше его, даже если бы не парила.

— Каждый астральный король в этой комнате, — продолжил Джамис, — кроме тебя, Веста Кармис Зелл, сосредоточен на нашей более масштабной цели, а не на каком-то личном проекте.

— Ты не имеешь права указывать мне, какая у меня повестка или действия, — парировала Веста.

— Это правда, до тех пор, пока ты не берешь что-то безобидное и не превращаешь это в проблему для остальных из нас.

— О чем ты говоришь?

— Твой зарождающийся астральный король?

— Ты имеешь в виду мальчика Асано? Откуда ты о нем знаешь?

Джамис ответил смехом и не дал ответа.

— Он нужен мне на данный момент, — сказала Веста. — Я убью его, когда эта нужда отпадет.

— Я бы не рекомендовал этого делать, — сказал Джамис.

— Он должен умереть. Он превращается в астрального короля. Он уже начал заменять мою метку на душах моих Посланников.

— И что? Хотя этот совет якобы представляет сильнейших из астральных королей, есть много других. Даже несколько могущественных эксцентриков, которые отказались быть частью нашей маленькой группы. Они не проблема для нас, так что какая нам разница, если их число вырастет на одного?

— Но он не Посланник.

Джамис снова рассмеялся.

— Я забываю, как ты молода, Веста Кармис Зелл. Я не боюсь появления ещё одного оригинала.

— Оригинала? Что это значит?

— Не мне учить тебя истории.

— Асано угрожает стать чем-то большим, чем просто астральный король. Он претендует на домены, как бог, и использует магию внутреннего мандата.

— Астральный король с собственными уникальными способностями? — спросил Джамис насмешливым тоном, сцепив руки перед собой. — Такого никогда раньше не случалось. Что же нам делать?

— Ты пренебрежителен, но если оставить его в покое, он может стать могущественным врагом.

Джамис рассмеялся ещё раз.

— Каждый человек здесь — враг всем остальным в этой комнате, но мы всё равно работаем вместе.

— Ты думаешь, Асано будет работать с нами?

— Возможно. Вечность — очень долгий срок, чтобы говорить, что что-то никогда не случится. Но пока что его заботы слишком малы, чтобы мы обращали на них внимание или препятствовали им. За исключением тебя, конечно.

— А если его заботы станут масштабнее?

— Тогда это будет согласовано с его силой. У него может хватить сил стать вызовом для твоей повестки, Веста Кармис Зелл, но именно ты решила преследовать отдельную от остальных цель. Ты можешь оказаться в положении, где он сможет доставить тебе неприятности, но это не относится к остальным членам этого совета. К тому времени, как он станет достаточно силен, чтобы бороться за артефакт очищения, он уже будет найден и востребован. Желательно нами. У него также мало интереса к нему. Как и у тебя, его цели и наши движутся в разных направлениях.

Веста сузила глаза.

— Откуда ты так много знаешь о нем?

— Ты сама сказала: он потенциальная угроза. Только дурак проигнорировал бы это, поэтому я проявил интерес. И, как оказалось, я согласен с тобой. Он угроза, но только потенциальная. Если его интересы и наши столкнутся, когда у него будет достаточно силы, чтобы с ним стоило иметь дело, тогда мы это сделаем. Но если бы мы ходили и уничтожали каждую потенциальную угрозу, наш вид провел бы всю свою жизнь, бродя по космосу и поражая серебряных и бронзовых рангов. Нам пришлось бы начать уничтожать планеты просто ради экономии времени. Это, я уверен, ты согласишься, было бы больше хлопот, чем пользы.

— Асано другой. Он не обычная угроза.

— Он другой, да. Стечение событий, обстоятельств и сил, которые сошлись вместе, чтобы сформировать его, экстраординарно. Но космос гораздо обширнее, чем ты можешь себе представить, Веста Кармис Зелл. В этот самый момент существует больше людей с такими же необычайными историями, чем твой разум способен постичь. Позволь заверить тебя, что лучший способ иметь дело с такими людьми — оставить их в покое.

— Если ты так много знаешь, знаешь ли ты, что случилось с алмазным рангом, которого вы все на меня повесили?

— Да, — сказал Джамис. — И поскольку повестка его убийцы не мешает нашей, я оставлю этот вопрос в покое. Если ты хочешь преследовать его, это твое дело. Но, как и в случае с Асано, я рекомендую тебе последовать моему примеру и оставить этот вопрос.

— Даже если бы я была готова проглотить свою гордость из-за выскочки серебряного ранга, он мне всё ещё нужен.

— Выскочки серебряного ранга? Мгновение назад он был ужасным новым астральным королем, готовым погубить нас всех своими неслыханными силами. Тебе нужно определиться в своем уме, имеешь ли ты дело с реальной угрозой или с незначительной пешкой. Он не может быть и тем, и другим.

— На данный момент он второе, — сказала Веста. — Если оставить его в покое, он станет первым.

— Тогда советую тебе оставить его в покое. Люди вроде Асано, которые оказываются в эпицентре великих событий, имеют привычку выдерживать всё, что в них бросают, и возвращаться сильнее. А те, кто поместил их в горнило, остаются забытыми в пепле истории. Асано не угроза повестке никого в этой комнате, кроме тебя, и только потому, что ты больше заинтересована в своих личных хобби, чем в нашем коллективном интересе. Это твое право, но Асано — проблема, только если ты сделаешь его таковой. Если сделаешь, то лучше пойми, что эта проблема будет твоей. Если ты будешь настолько глупа или некомпетентна, чтобы сделать его моей проблемой, моим первым действием будет скормить тебя ему. Это может решить проблему прямо на месте.

— Ты выберешь его, а не меня?

— Ты та, кто назвала его будущей угрозой, и ты была права. Сегодня ты член этого совета, а он — какой-то пользователь эссенции, которого я могу игнорировать. Через сто лет ты будешь ровно на том же месте, где находишься сейчас, но где будет он?

— Через столетие я не буду на том же месте, — настаивала Веста.

— Верно, твой маленький проект. Ты действительно думаешь, что ещё одна кузница душ сделает такую большую разницу?

Глаза Весты расширились на кратчайшее мгновение, прежде чем она восстановила самообладание.

— О да, — сказал Джамис. — Я полностью осведомлен о том, чего ты добиваешься, Веста Кармис Зелл; мне просто всё равно. Я всё равно дам тебе свой совет, прекрасно зная, что ты его проигнорируешь: найди амбиции получше. Перестань рыскать в поисках силы вне группы и направь свои усилия на поиск артефакта очищения. Стать критически важным игроком в наших более масштабных планах послужит тебе лучше, чем прокладывание собственного пути.

— Конечно, ты так скажешь.

Джамис рассмеялся.

— Я предвзят, это правда, но мой совет остается в силе. Асано выдвинул необоснованное требование к твоему Голосу Воли. Используй это как шанс отступить и пересмотреть стратегию, не теряя лица.

Веста снова сузила глаза.

— Ты очень внимательно следил.

— Нет, Веста Кармис Зелл, я не следил. Моя информация поступает от проявления обычного уровня внимания, которого ты никогда не замечала. Возможно, тебе стоит задуматься о последствиях этого, обдумывая мой совет.

ИНСТИНКТ ПРЕКЛОНЕНИЯ

ИНСТИНКТ ПРЕКЛОНЕНИЯ

Внутри мира души Джейсона он и его команда разбирали всю добычу, которую они собрали во время Битвы за Яреш. С множеством способностей к сбору добычи и пространств для хранения между ними, общая сумма образовала небольшой холмик магических сокровищ, сваленных во дворе.

Это был не первый сеанс разбора кучи, и даже не первая куча. Предметы сортировались на те, что нужны команде сейчас, те, что они сохранят до золотого ранга, когда смогут их использовать, и кучу для пожертвований. Это была самая большая коллекция, с предметами, пожертвованными для использования в восстановительных работах, где это было возможно, или проданными для финансирования, где нет.

— Мне нравится иметь предмет для полета, не поймите меня неправильно, — сказал Нил, похлопывая свой новый пояс. — Но то, что он основан на ветре, меня немного беспокоит.

— Что в этом плохого? — спросила Софи, практикующая способности ветра в команде.

— Другая стихийная магия может помешать ему. Неважно, если твоя огненная палочка перестанет работать, когда ты стоишь на твердой земле, но хочется, чтобы устройство для полета было надежным.

— Это справедливо, — признала Софи.

— Всё равно кажется несправедливым, что Хамфри получил все крутые предметы, — сказала Белинда. — Он даже получил ещё одну кость для набора костей, который модифицирует его призывы. Он даже не использовал их в бою.

— Да, потому что в той битве нужно было ещё больше призывов, — сказал Хамфри. — Мы могли бы раздать листовки всем авантюристам, чтобы объяснить, на каких призывных существ нападать, а на каких нет.

— Многие люди использовали призывы, — отметил Нил.

— Но не целый контингент, — сказал Джейсон. — Сколько ты вызываешь в эти дни, Хамфри?

— Двадцать, — сказал Хамфри. — Хотя некоторые броски на новой кости могут это изменить.

— Я бы хотел заполучить тот амулет, который усиливает призывы, — сказал Джейсон. — Хотя признаю, что доспехи и мечи Хампа важнее, чем мой плащ и теневые руки.

— Можешь забрать мои перчатки, — сказал Хамфри. — Этот амулет намного сильнее, но они делают то же самое.

— Как будто у тебя уже не было глупо сильного амулета, — указала Белинда Джейсону. — Не у всех нас есть удивительные предметы, которые становятся сильнее вместе с нами.

Джейсон, Клайв и Нил нашли в себе силы выглядеть смущенными. У Джейсона был облачный дом и его амулет, в то время как у Нила и Клайва были предметы, полученные во время испытаний Жнеца до того, как Белинда присоединилась к команде.

— Я хочу знать, что Джейсон взял у алмазного ранга Посланника, — сказала Софи.

— Алмазные ранги роняют предметы алмазного ранга, — отметил Джейсон. — Я могу держать их всего несколько секунд, прежде чем у моего тела начнется негативная магическая реакция. Мне пришлось хранить их все в своем мире души.

— Мы в твоем мире души, — отметил Клайв.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Есть кое-какие вещи, которые я подумываю использовать, честно говоря, но всё это отложено на второй план, пока мы разбираемся со всем остальным. Но если вы действительно настаиваете...

— Мистер Асано, — прервала Тень, появляясь из тени у основания стены. Вся команда начала насмехаться.

— Ты подстроил это, чтобы не рассказывать нам, — обвинил Нил.

— Нет, но я учту это на будущее, — сказал Джейсон. — В чем дело, Тень?

— Крепости Посланников, мистер Асано. Похоже, Посланники собираются оставить две из них.

* * * Джес Фин Кааль наблюдала с вершины купольной башни, как силы Посланников вливаются в крепость, объединяя свои силы из двух заброшенных локаций. Ещё один Посланник подлетел, чтобы присоединиться к ней, паря прямо над куполом. Хесс Джор Насала был всего лишь серебряного ранга, но она привыкла полагаться на него как на своего главного помощника и рупора.

— Командиры продолжают высказывать возражения против оставления ещё двух крепостей, — сообщил ей Хесс.

— Я знаю об их опасениях.

— Они просили меня предупредить вас, что это оставит нас в стратегически невыгодном положении, если события под землей пойдут не так, как мы намерены.

— Стратегическое положение не имеет значения. Если мы не получим того, что хотим от природной матрицы, здесь для нас больше ничего нет. Как только дела под землей будут улажены, независимо от исхода, мы уходим.

— Они просили меня отметить, что если расы-слуги примут ваши условия только как уловку для начала атаки, наше положение будет скомпрометировано, так как останутся только две оборонительные позиции.

— Они не сделают этого, — заверила она его. — Я позаботилась о том, чтобы у их посредственных ритуалистов было достаточно информации, чтобы подтвердить угрозу их городу. Единственная причина, по которой они могли бы скомпрометировать свои шансы на его спасение, напав на нас, — это если они намерены эвакуироваться и полностью отказаться от региона. У нас всё ещё достаточно информаторов в городе, чтобы я узнала об их намерениях с более чем достаточным запасом времени, чтобы ответить. Но я полагаю, что опасения командиров выходят за рамки стратегических, не так ли?

— Ваша проницательность точна, Голос. Я полагаю, вопросы стратегии задаются, чтобы избежать выговора за сомнения в вашей идеологической чистоте.

Легкая улыбка Кааль не достигла её глаз.

— Они недовольны сделкой с расами-слугами.

— Да, Голос. Должен признаться, я тоже неспокоен из-за этого предложения.

— И почему же, Хесс Джор Насала?

— Потому что это напрашивается на вопрос: что они могут сделать такого, чего мы не можем сделать сами? Если они низшие, почему мы должны полагаться на них?

— Это не новый вопрос. Ты знаешь ответ. Если наши люди спустятся, они будут осквернены. Дело не в том, что расы-слуги могут вынести это, потому что они превосходят нас, а в том, что они уже осквернены сами. Магия там внизу способна запятнать чистые души Посланников, но расы-слуги уже осквернены. Вот как они выживают. Нет ничего нового в том, чтобы отправлять расы-слуги на задачи, которые ниже нас, в места, куда мы не хотим идти.

— Но это другое, — сказал ей Хесс. — Мы не просто поручаем нашим рабам выполнять нашу работу за нас.

— Нет, — согласилась Кааль. — Мы отправили наших рабов, и им не хватило воли.

— Что означает, что мы не приказываем им делать то, что мы хотим. Мы просим, и именно это оставило так многих из нас, включая меня, неуверенными в этом курсе действий.

— Ты беспокоишься, что мы ставим расы-слуги на один уровень с собой, ведя переговоры.

— Да, Голос. Это наше беспокойство.

— Скажи мне свои мысли о Джейсоне Асано.

— Он... тревожный. Он не один из нас, но в то же время он таковым является, в тех аспектах, которые имеют значение. Так много того, что делает нас превосходящими, разделяется им. И он астральный король, или близок к этому. Я сам почувствовал его ауру и...

— ...и? — подтолкнула Кааль.

— Я почувствовал инстинкт преклонения, — признался Хесс.

Кааль кивнула.

— Он не ниже нас, но он не из нас, — сказала она. — Это означает, что у нас есть три реакции на выбор. Первое: мы можем отрицать и уничтожить его как аберрацию. Второе: мы можем принять, что он на самом деле один из нас. Или третье: мы можем признать, что мы не единственные превосходящие существа.

— Подавляющее большинство считает, что первый вариант — правильный, Голос.

— Я как раз согласна. Но как бы ты это сделал? Ма Го Шаат пытался убить его и упал замертво к его ногам. Ты знаешь как? Можешь ли ты быть уверен, что не разделишь ту же участь? Готов ли ты сразиться с ним, Хесс Джор Насала?

— Нет, — признал Хесс. — Я бы не стал.

— Джейсон Асано умрет. Мы заставим его войти в огонь по собственной воле, служа нашим целям, даже когда он встретит свой конец.

— Но разве манипулирование им вместо доминирования над ним — это не форма признания?

— Да, но по правде говоря, мы признавали его много раз. Ты сам только что сказал, что отказался бы сразиться с ним, и это решение было бы мудрым. Ты видел безумие, в которое он вверг наших людей во время нападения на город. Ты видел оборванных золотых рангов после того, как они отчаянно сбежали из его пирамидальной крепости. Мы признаем других всё время, Хесс Джор Насала. Великих астральных существ. Богов.

— Он ни бог, ни великое астральное существо. Он серебряный ранг.

— И всё же, вопреки всему, что мы понимаем об астральных королях, он один из них. Он враг, признание которого не является позором, и нет большей славы, чем уничтожение достойного врага. Особенно когда это дает тебе именно то, что ты ищешь. Вернись к командирам и скажи им, что если кто-то из них не нуждается в славе, они могут прийти и обсудить это со мной. Если кто-то из них примет это предложение, подготовь список замен для моего утверждения, так как они не вернутся.

* * * Следующая большая встреча, состоявшаяся в облачном дворце Эмира, имела несколько отличий от предыдущей. Пол не пружинил, а в правительственной делегации произошли некоторые кадровые изменения. Кальцифер Байнс отсутствовал, как и его охранники, Икола и тот, чьего имени Джейсон не запомнил, прежде чем Аллайет выбросила человека в портал. На месте Байнса был другой эльф, выглядевший почти так же, но старше.

Подавляющее большинство Аристократической фракции в Яреше получили свои ранги с помощью ядер монстров. Как группа, они ценили деньги и политическое влияние выше личной силы, но нельзя было избежать того факта, что большая часть Паллимустуса с этим не согласна. Это означало, что любая аристократическая семья без знаменосцев, способных владеть традиционными формами силы, придет к неактуальности.

Для семьи Байнс главным знаменосцем был Горманстон Байнс. Отец человека, который покинул предыдущую встречу в такой недостойной суматохе, он был новым главным представителем гражданской администрации Яреша. В отличие от сына, у него не было титула; всё, что ему требовалось для поддержания своего места в обществе, — это его имя.

У Горманстона Байнса не было ни следа ядра монстра в ауре. Он был не так красив, как сын, несмотря на то, что имел тот же золотой ранг. Там, где повышение ранга дало Кальциферу элегантность дворца, его отец обладал грубой, суровой красотой неприступной крепости. Выветренной крепости, с признаками старения, которые проявляются на золотом ранге крайне долго.

Горманстон был выше сына, с широким телосложением, излучающим скорость и силу. В отличие от Нила, чья одежда скрадывала его телосложение, он был эльфом, который демонстрировал физическую форму, редкую для его народа. От его одежды до походки и того, как он сидел в кресле, Горманстон Байнс выглядел как пружина, ожидающая момента, чтобы распрямиться.

— Итак, это папаша, — сказал Джейсон из-за экрана приватности. Ещё одно отличие этой встречи заключалось в том, что различные группы находились под экранами приватности. После того как Посланники приняли условия Джейсона, все заинтересованные стороны стремились служить своим целям. Джейсон надеялся, что большинство этих целей включают спасение города.

— Это он, — сказала Аллайет. Она и Джейсон были своей маленькой группой в передней части комнаты, а остальная команда Джейсона — в задней.

— Он выглядит серьезнее сына, — сказал Джейсон. — Ты уверена, что он не будет ворчать из-за того, что случилось с младшим Байнсом на прошлой встрече?

— Уверена. Из того, что я знаю об этом человеке, он будет благодарен за прополку слабости. У него есть другие дети, и я удивлена, что он пришел лично, а не прислал одну из своих дочерей. Полагаю, что бы он ни вытянул из Кальцифера о том, что находится по ту сторону твоего портала, его заинтриговало.

Джейсон бросил на неё косой взгляд, но она сохранила невинное выражение лица.

— Да, мне тоже любопытно, — признала она.

— Мы можем поговорить об этом после встречи, — сказал Джейсон. — Если я слишком важен, чтобы меня убить, я, может быть, буду открыт для небольшого показа и рассказа.

Они заняли свои места, когда Эмир наполнил комнату облачной мебелью. Директор Общества искателей приключений, Мьюсин Хит, снова был впереди. Он достал коробку, содержащую коммуникационную сферу, сняв печати, которые предотвращали любое шпионаж со стороны Посланников через сферу. Он поставил сферу на стол и украдкой взглянул на Джейсона. Джейсон сделал тонкий жест головой, и Мьюсин повернул сферу назад и в сторону, регулируя, пока Джейсон не кивнул ему.

— Ты понимаешь, что не осталось незамеченным, что только ты, из всех присутствующих в комнате, можешь сказать, где верх у магического устройства Посланников, — сказала ему Аллайет.

— Любой, кто хоть что-то знает, уже в курсе, что, магически говоря, у меня больше общего с Посланниками, чем с кем-либо на нашей стороне.

Каждый экран приватности в комнате разбился одновременно, когда подавляющая аура опустилась на помещение.

— И не только магически говоря, — произнес бесплотный голос.

— Чувак, я на совещании, — сказал Джейсон. — К тому же, теперь мне придется объяснять контекст того, что ты только что сказал, всем здесь, если они хотят это понять, а мы все использовали экраны приватности не просто так.

— Я просто подумал, что могу внести свой вклад, — сказал голос.

— Это ведро конского навоза, и ты это знаешь, — сказал Джейсон. — Не приходи сюда со своими половинчатыми силовыми играми.

— Что такое лошадь?

— Нижняя половина кентавра. А теперь проваливай. Я жду звонка.

— Помогло бы, если бы я был здесь?

— Нет! Я почти уверен, что они ненавидят вашу компанию больше, чем меня.

— Это правда, — сказал голос. — Но если тебе что-то понадобится, просто спроси. Мы все очень хотим вышвырнуть их из нашего мира.

— Да, потому что это именно то, почему ты устраиваешь из себя зрелище.

— Это звучит богато, особенно от тебя.

— Да, ну... заткнись. Смотри, синий шар мигает; я должен ответить.

— Ладно, — сказал Доминион, и его присутствие угасло. Это оставило комнату, полную людей, уставившихся на Джейсона, пока коммуникационная сфера мягко мерцала.

— Он точно знает, что такое лошадь, — пробормотал Джейсон.

ПРИЕМЛЕМЫЕ УСЛОВИЯ

ПРИЕМЛЕМЫЕ УСЛОВИЯ

Джейсон оглядел комнату, затем сосредоточился на мягко мерцающем синем шаре.

— Никто больше не собирается...? — спросил он. — Тогда я просто продолжу. Если злая ангельская колдунья подумает, что мы игнорируем её звонки, она может стать капризной на переговорах.

Джейсон встал и неловко прокрался к коммуникационной сфере на столе. Когда он протянул руку и коснулся её, над ней появилась проекция Джес Фин Кааль.

— Доброго дня, — сказал Джейсон. — Как поживаешь? О, точно, ты переезжала. Это всегда отстой. Вот почему я держу свой дом в бутылке и просто беру его с собой. При этом, его постоянно используют в эти дни для проверки на червей апокалипсиса или кормления бездомных, и всё это твоя вина, так что... Я бы оценил, если бы ты была менее злой, полагаю?

— Ты закончил нести чушь? — спросила она.

— Нет, — сказал Джейсон сквозь смех. — Я правда, правда нет.

— Я выполнила твои требования, Асано. Теперь пришло время тебе выслушать мое предложение.

— Да, это справедливо, — сказал Джейсон, успокаиваясь. — Я сказал, что буду слушать, если ты сделаешь то, что нужно, и ты сделала это. Так что давай, выкладывай.

— Природная матрица глубоко под землей нестабильна. Ты знаешь это так же хорошо, как и мы.

— Я также слышал, что это была твоя вина. Ты возилась с силами, которых не понимаешь.

— Я понимаю их совершенно хорошо, Джейсон Асано.

— О, ты не напортачила и не превратила природную матрицу в очень медленную бомбу замедленного действия, которая сводит всех твоих Посланников с ума? Похоже, вы вообще не нуждаетесь в нас. Мне просто повесить трубку?

— Всегда есть потенциал для непредвиденных осложнений с магией, Джейсон Асано.

— Да, это правда, — признал Джейсон. — Твой послужной список, однако, не внушает мне уверенности, что у тебя есть решение.

— Единственная причина, по которой что-то пошло не так, заключается в том, что мы не смогли завершить нашу задачу, прежде чем были вынуждены бежать от эффектов матрицы. Всё, что нам нужно, — это чтобы кто-то, менее восприимчивый к эффектам матрицы, завершил то, что уже начато.

— Значит, если подытожить: ты напортачила со своим злым планом, последствия которого угрожают уничтожить этот город и значительную часть ландшафта вокруг него. Ты предлагаешь, чтобы мы завершили твой план за тебя, дав тебе всё, что ты хочешь?

— И спасли город.

— То, что от него осталось после очередной твоей злой схемы, да. Ты понимаешь, почему мы не в восторге от выбора между аннигиляцией и тем, чтобы дать тебе всё, ради чего ты сюда пришла.

— Да, — согласилась Кааль. — Но, как ты сказал, один из твоих вариантов — аннигиляция. Это означает, что ты должен действовать по альтернативному, как бы неприятно это ни было.

— Если только я не выберу не упомянутый вариант три, — заметил Джейсон. — Я ухожу.

Джейсон огляделся на людей, которые молча слушали.

— Я знаю, что люди в этой комнате всё равно захотят работать с тобой, — продолжил Джейсон, — но можешь ли ты работать с ними? Смирятся ли с этим все твои индоктринированные маленькие дроны?

— Похоже, Посланники, находящиеся в твоем распоряжении, были разговорчивы. Раз это больше не имеет значения, я спрошу: был ли Марек Ниор Варгас частью Неортодоксии?

— Чего? Неортодоксии? Я думал, у вашего вида нет религий. Если ты готова выложить какую-то информацию об этом, я, возможно, буду готов пойти на дополнительные уступки. На самом деле, у меня есть свои Посланники, как ты отметила. Может, я просто пойду и спрошу их.

— Тогда сделай это, но мы здесь по причине. Ты не хочешь, чтобы город был уничтожен, и не хочешь отдавать мне то, что я хочу. Но суть компромисса в том, что ты идешь на уступки, чтобы получить желаемое, Асано. Топать ногами и требовать получить всё, ничего не отдавая взамен, — это детская истерика, а не позиция для переговоров.

— Там, откуда я родом, это называют бюджетными ассигнованиями. Впрочем, это никогда толком не работает, так что скажи мне, чего ты хочешь от нас.

— Мне нужны твои пользователи эссенции, чтобы они спустились к природной матрице и использовали устройство, которое стабилизирует её. Мне нужно, чтобы ты возглавил это, независимо от состава рангов, потому что, как ты сказал, мои люди не потерпят общения с тем, кто не один из нас.

— Один из вас? Ты пытаешься изолировать меня от моих людей? Я не один из вас, Кааль, и не думаю, что твоим миньонам понравилось бы, что ты говоришь, будто я один из вас. Есть способы, которыми я похож на вас, безусловно, но у вашего вида слишком много недостатков. Вы низшие.

— Ты думаешь, что можешь разозлить меня?

— Я думаю, что ты когда-то была свежепочкованным Посланником, как и все остальные. Я думаю, ты, возможно, преодолела индоктринацию, но в тебе всё ещё остались крючки. Такое обращение никогда не проходит бесследно, не полностью. Оно становится частью тебя.

— У тебя есть несколько украденных обрывков знаний, и ты думаешь, что знаешь нас?

— О, я заглянул глубоко внутрь твоего вида, Джес Фин Кааль. Разве твой астральный король не сказал тебе? Она должна знать, потому что почувствовала это. Она почувствовала, как я проник внутрь её Посланников и переделал то, чем они являются. Если Веста Кармис Зелл не сказала тебе этого, она отправила тебя на эти переговоры вслепую. И если она скрывала от тебя секреты, я думаю, мы оба знаем, что она бросила тебя на произвол судьбы.

— Мой астральный король делится и скрывает то, что хочет; это её право. Если есть секреты, которые она скрывает от меня, не мне их знать. Ты не спровоцируешь меня таким образом.

— Разве? Ты больше не проглатываешь простую ложь, Голос. Ты не можешь, если хочешь выполнять свою функцию хоть с какой-то долей компетентности. Это значит, что ты знаешь вопросы и видишь противоречия. Что-то не так, и ты чувствуешь это, но слишком боишься спросить.

— У меня нет интереса к этой дискуссии, — сказала ей Кааль. — Если ты не можешь придерживаться переговоров, нет смысла продолжать этот разговор.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Ты всё равно не поверишь в правду. Трудно сбросить оковы, когда думаешь, что это спасательный круг, и потребуется больше, чем я, чтобы убедить тебя. Вместо этого давай обсудим детали.

Джейсон и Кааль детально обсудили предлагаемую операцию. Смешанная группа серебряных и золотых рангов должна была спуститься в шахту доступа, от которой Посланники держали жителей поверхности подальше. Затем им нужно было ориентироваться в том состоянии, в котором находились подземные обитатели из-за эффектов нестабильной матрицы, установить устройство, предоставленное Посланниками, и обеспечивать его безопасность столько, сколько потребуется для активации.

— И ты уверена, что все недочеты, из-за которых устройство сработало неправильно в первый раз, были устранены? — спросил Джейсон.

— В устройстве не было «недочетов». Единственной проблемой была наша неспособность остаться и обеспечить его безопасность достаточно долго, чтобы оно подействовало в полной мере.

— Даже если это правда, — сказал Джейсон, — откуда ты знаешь, что старое устройство сработает в новых условиях? Магия там внизу становится довольно густой, по всем отзывам.

— Мы отслеживали магические условия гораздо точнее, чем ваши примитивные ритуалисты. Астральный король создал новое устройство, которое адаптируется к любым отклонениям в магических условиях.

— О, кто-то создал опасную штуку и учел каждую переменную. Это точно не начало тысячи фильмов-катастроф.

— Ты не можешь внести ничего, кроме бесполезных сомнений, — сказала ему Кааль. — У тебя нет ни знаний, ни силы, чтобы понять устройство, не говоря уже о создании альтернативы. Твои вопросы бессмысленны, потому что ты должен принять устройство, которое мы предоставляем, или всё это не имеет значения.

Джейсон вздохнул.

— Я очень устал делать выбор, который мне не нравится, потому что альтернатива — это взрыв города или планета, которую высасывает через край вселенной. Ладно, мы воспользуемся твоим устройством.

— Конечно, воспользуешься; хватит тратить мое время. То, что я бессмертна, не означает, что я готова терпеть твои тщетные попытки запутать или расстроить меня, потакая неактуальным вещам из твоего мира.

Джейсон поморщился.

— Уф, ты раскусила меня. Ладно, думаю, мы покрыли детали работы. Осталась цена.

— Твой город не умрет. Это цена.

— Это не мой город, и мы уже говорили о том, что будет, если я уйду. Будет цена, потому что несколько недель назад ваши люди пришли сюда и разнесли всё, и ты не можешь притворяться, что это приемлемо. Я бы не слишком беспокоился; местные не будут доверять многому из того, что вы им дадите. Я посмотрел на их список требований, и это в основном просто огромная куча духовных монет и магия, которую вы использовали, чтобы так быстро возвести те крепости-твердыни. Ритуалы не должны быть такими сложными. Они уверены, что смогут просканировать их на предмет любых неприятных сюрпризов, которые вы туда подсунете, а им нужно отстраивать город.

— Это звучит как приемлемые условия. Но чего хочешь ты за свою часть, Джейсон Асано?

— Я хочу кабинет Ма Го Шаата. Я наблюдал и знаю, что вам до сих пор не удалось в него прорваться.

— У тебя есть ключ-камень, — поняла Кааль. — Тебе удалось забрать его с тела Ма Го Шаата.

Джейсон почувствовал, как ауры в разных точках комнаты зашевелились от жадности. Люди на встрече, достаточно информированные, чтобы знать имя Ма Го Шаата, также знали, насколько ценными будут его владения.

— У меня есть ключ, — сказал Джейсон.

— И ты поделишься добычей с людьми в той комнате с тобой?

— Это зависит от того, что в нем, — сказал Джейсон. — И от того, насколько вежливо они будут просить.

— Ты уверен, что они остановятся на просьбах?

— Они остановятся или их остановят, — сказал Джейсон. — Я надеюсь на лучшее в людях, но научился готовиться к худшему. Но я собираюсь передать тебя представителям города. Дай им большую часть того, что они хотят, или я выйду из всего этого дела.

Большинство присутствующих в комнате уже отошли от шока присутствия бога и слушали стиль переговоров Джейсона со смесью трепета, ужаса и презрения. Джейсон похлопал директора Общества искателей приключений по плечу.

— Удачи, дружище. Расскажешь, как всё прошло.

Джес Фин Кааль и присутствующие в комнате затем наблюдали, как Джейсон небрежно уходит.

* * * Джейсон вошел в рабочую комнату в своем пространстве души, где у Клайва была оборудована мастерская. Белые стены были покрыты заметками Клайва, стены принимали пометки от пальца Клайва, как белая доска. Столы были завалены записями и измерительными приборами, полученными из Магического общества, показывающими каждое измерение, которое им удалось получить от магических эманаций, поднимающихся глубоко из-под земли.

— Прячешься от людей, желающих поговорить о визите Доминиона к тебе?

— Ага. Как идут исследования?

— У меня очень мало идей, как даже подготовиться к изучению этого устройства, которое дадут нам Посланники. Просто недостаточно информации для работы.

Джейсон огляделся на стены, покрытые от пола до потолка каракулями Клайва, вместе со столами, заваленными папками, блокнотами и кристаллами с записями аур.

— Окей, — сказал он.

— Очевидно, мы не можем доверять устройству, которое дадут нам Посланники, — сказал Клайв.

— Согласен.

— Но у меня нет никакой уверенности в расшифровке того, что оно делает, в какие-либо отдаленно практические сроки.

— Это имеет смысл, — признал Джейсон. — Данные, которые у тебя есть о природной матрице, в лучшем случае из вторых рук, а устройство Посланников будет использовать магию более продвинутую, чем та, что есть в этом мире.

— Оно может быть даже уникально привязано к магии Посланников, — сказал Клайв. — Наша лучшая ставка — принести устройство в твое пространство души. Ты можешь скопировать его идеально здесь, позволяя нам разобрать и изучить его безопасно.

— Ни за что, — сказал Джейсон.

— Почему нет? — спросил Клайв.

— Потому что я думаю, что ты ошибаешься насчет возможности сделать это безопасно. Если бы я был коварным астральным королем...

— Кем ты и являешься.

— Обидно, но продолжу: я бы посмотрел на кого-то вроде меня и на устройство вроде того, с которым мы имеем дело, и увидел бы возможность. Традиционные имплантаты души, вроде звездных семян, на мне не сработают. Но я всего лишь полуготовый астральный король, а Веста Кармис Зелл — настоящая. Она также известна своей инженерией душ.

— Инженерия душ, — сказал Клайв с содроганием. — Некромантия, но хуже. Это почти неслыханно на Паллимустусе. Единственный пример, который я видел, был тот меч с бестелесной душой в качестве контейнера, и это было в астральном пространстве. Это было не на Паллимустусе как таковом.

— Ну, этот астральный король — своего рода эксперт, согласно командиру Посланников, которого я запер здесь. Она вполне может быть способна построить что-то, что может навредить мне, если по своей собственной воле я пронесу это мимо защит моей души.

— Например, загадочное устройство, которое ты хочешь изучить, думая, что ничто не может тебе навредить, — понял Клайв.

— Именно.

— Значит, мы застряли, доверяя этому устройству?

— Нет, — сказал Джейсон. — Мы, возможно, сможем пойти на компромисс. Знаешь, чего не могут делать большинство астральных королей?

— Я предположу: «быть скромными», — сказал Клайв, вызвав смех у Джейсона.

— Это определенно правда, но я говорю о своих доменах духа. Мир внутри моей души — это то, что есть у каждого астрального короля. Мои домены духа — это нечто другое, однако. У меня там нет такой же силы, потому что это заявленный участок обычной реальности, а не самодельная вселенная. Этого может быть достаточно, чтобы вытащить любые неприятные секреты, которые содержит это устройство, не впуская его внутрь моей души. Мне придется снять мой облачный дом с дежурства в столовой достаточно надолго, чтобы превратить его в полноценный домен духа, но нам нужно хорошо рассмотреть это устройство, не подвергая мою душу воздействию.

— Это будет эффективно? — спросил Клайв. — Я искренне понятия не имею, как работают твои странные способности души. Это может быть хорошим шансом обсудить это, на самом деле.

Он начал оглядывать беспорядочную комнату.

— Дай мне взять блокнот, и я начну просматривать некоторые... Джейсон? О, ты исчез, это очень зрело. Вернись сюда. Я внутри твоей души, Джейсон. Я знаю, что ты меня слышишь!

НАСТОЯЩИЕ АВАНТЮРИСТЫ

НАСТОЯЩИЕ АВАНТЮРИСТЫ

Джейсон и Аллайет наблюдали, как облачный дворец распадается на густой туман, который заслонил область и заменил запах пепла и влажной грязи свежим, чистым ароматом. Он медленно втягивался в облачную флягу, словно могучий джинн, возвращающийся в свою бутылку.

— Я удивлен, как быстро город принял использование магии Посланников, — сказал Джейсон. — Даже если это для строительства.

— Я полагаю, что использование её для замены твоего облачного дворца — большая часть этого, — сказала ему Аллайет. — Я считаю, что Общество искателей приключений на твоей стороне.

— Посмотрим.

— Они понимают, что ты сделал и как упорно сражался за город во время Битвы за Яреш.

— Множество людей сражались так же упорно или даже упорнее.

— Но не так громко, — отметила Аллайет. — Ты устроил из себя некое зрелище, и не раз. Но то, как ты это сделал, наряду с различными другими опасениями, заставило не-авантюрную часть городской элиты высказывать различные беспокойства.

— Другие опасения?

— Ты продолжаешь делать вещи так, как их делают Посланники. Твоя аура похожа на их, и ты едва ли был сдержан в демонстрации этого. Во время битвы они бросили тебе вызов довольно необычным способом — то, что люди называют аура-речью. Ты ответил не просто тем же, но так, что это резонировало над полем битвы. Не говоря уже о том, что ты периодически летаешь вокруг так же, как они, ты всё ещё отказываешься передать пленных Посланников, ты не...

— Понял, — признал Джейсон. — Хотя я делал большую часть этого в прямой оппозиции Посланникам. Ты сказала, что городская элита высказывает опасения, а не то, что они искренне их придерживаются.

— Я действительно сказала это, да.

— Значит, они используют меня как легкую боксерскую грушу, чтобы выпустить пар.

— Твой довольно смелый способ поведения имеет определенные нетрадиционные преимущества, Джейсон, но есть очень веские причины, по которым большинство придерживается более приличного подхода. Когда ты маркируешь себя как аутсайдера, ты становишься легкой мишенью для исключающей политической тактики.

— Я знаком с этой тактикой. В моем мире мои политические враги тоже рисовали меня как подозрительную, ненадежную фигуру.

— И как это сработало для них?

— Не знаю. Я перестал обращать внимание, спас мир и убрался оттуда. Я был не в лучшем состоянии тогда. Я говорю «тогда», но прошло не так много времени с тех пор, как я ушел. Я много работал над тем, чтобы отпустить свой гнев и мстительность.

— И как успехи?

— Кальцифер Байнс вышел из моего портала на своих ногах. Год назад он вышел бы в ведре.

— Это имело бы последствия.

— И это всегда было моей проблемой; люди продолжают предупреждать меня о последствиях, не задумываясь о последствиях перехода мне дорогу. Итак, я начал показывать им, но мне не понравилось, куда это меня привело. В моем мире есть поговорка о людях, которые сражаются с монстрами, и об опасностях превращения в монстров самим. Я зашел дальше по этому пути, чем мне нравится, и мне потребовалась большая часть года, чтобы отыграть назад.

— И удалось ли?

— Не до конца. Сомневаюсь, что когда-нибудь удастся. Если ты собираешься сражаться с монстрами, ты должен быть похож на них, хотя бы немного. Искушение — быть похожим на них во многом. У таких, как мы, есть сила, но ловушка — в её использовании. Так легко оправдывать каждый шаг, пока не обнаружишь себя где-то, где не можешь защитить свое пребывание. В этот момент ты должен либо вернуться, либо изменить того, кто ты есть, и именно тогда ты теряешь себя.

— Ему ещё есть куда расти, — сказала Арабелла, появляясь из тумана, который когда-то был больницей. Он разрушался и вливался во флягу, но процесс был долгим.

— Джейсон всё ещё борется с этим, — продолжила Арабелла. — Меньше с насилием, чем со своими темными порывами.

— Темными порывами? — спросила Аллайет.

— О да, — сказала Арабелла. — Ему трудно стоять на месте дольше минуты, не объяснив среднему расстоянию, насколько он темный и мрачный.

Джейсон одарил её тонкой улыбкой.

— Потому что я продолжаю оказываться в обстоятельствах, которые заставляют меня сталкиваться с этими проблемами снова и снова.

— И ты всегда будешь, — сказала ему Арабелла. — Ты можешь ныть об этом всю оставшуюся жизнь или научиться принимать это без почти постоянного потока мрачных монологов.

— Я работаю над этим.

— Я знаю.

— Тебе что-то было нужно, Арабелла?

— Эмир снова спрашивал меня, не согласишься ли ты поговорить с его коллегой.

— Я чувствовал, как она прощупывает облачный дом. Она была не очень вежлива в этом.

— Она алмазный ранг, Джейсон. Ей не обязательно быть вежливой.

Выражение лица Джейсона стало жестким, и он мельком взглянул на Аллайет, затем покачал головой.

— Я так устал быть слабее всего, с чем мне приходится иметь дело, — пробормотал он. — Тень, хватай флягу, когда она закончит.

— Джейсон... — сказала Арабелла. Он проигнорировал её и открыл портальную арку в свой мир души. Когда он прошел, Арабелла попыталась последовать за ним, но была отброшена завесой энергии. Энергия исчезла, и арка растворилась в земле. Арабелла вздохнула, оставшись с Аллайет, пока облачная фляга всасывала бесконечный туман.

— Он обычно хорошо реагирует на легкие подколки, — сказала Арабелла.

— Это была и моя оценка, — сказала Аллайет. — Что-то изменилось?

— Я мало что могу тебе сказать. Джейсон под моей опекой, и я не нарушу доверие. И даже если бы не был, моя первая лояльность — ему, а не тебе.

Аллайет окинула Арабеллу оценивающим взглядом.

— Я обнаружила, что людям вокруг Джейсона не хватает того боязливого почтения, которое большинство испытывает к алмазным рангам. Это его влияние?

— Это, и когда проводишь достаточно времени рядом с Джейсоном, встречаешь больше, чем просто алмазные ранги.

— Например, Доминион, случайно появляющийся на встрече?

— Да.

— Почему бог решил устроить это представление? Я ни на мгновение не верю, что это была простая прихоть.

— У меня есть догадки, но я бы не взялась понимать логику бога. Как и люди, то, как они себя изображают, не является верным показателем их истинной природы или намерений. Посмотри на бога Обмана, принявшего роль Чистоты, и никто не знал. Веками он направлял церковь к более исключающим и нетерпимым аспектам чистоты как концепции.

— Меня всё ещё беспокоит, что другие боги никогда не информировали нас.

— У богов свои правила, так же как у нас.

— Этот факт тоже беспокоит меня, наряду с тем, что оставляет меня в конфликте. Я не уверена, нравится ли мне идея, что существа, направляющие мир, имеют правила, которых я не понимаю. Это заставляет меня задаваться вопросом об их мотивах, что является неудобным положением. Я также задаюсь вопросом, почему существуют правила и как они соблюдаются. В какой степени они могут действовать за пределами своих полномочий?

— Тебе стоит поговорить об этом с Джейсоном.

— У него есть ответы?

— Нет, но ему нравятся вопросы. Как ты видела, он относится к богам так же, как ко всем остальным.

— Почему они это терпят?

— Ты задавалась вопросом, почему Доминион появился перед всеми нами и позволил Джейсону говорить с ним так. Возможно, показать нам, что он бы это сделал, и было целью.

— Я думала, ты не взялась бы понимать логику бога?

— Вот почему я сказала «возможно». Это была догадка.

— Что дает показ того, что он бы потерпел Джейсона таким образом?

— Ты смотришь свысока на Джейсона, леди Аллайет?

— Нет.

— Нет? Нет какой-то части тебя, которая смотрит на него и записывает его в «просто серебряный ранг» в своем уме?

— Не просто серебряный ранг, нет. Но он серебряный ранг.

Арабелла посмотрела на место, где исчез портал Джейсона.

— Я бы не взялась указывать алмазному рангу, что делать, — солгала Арабелла, — но я бы посоветовала не позволять лорду Харисту предпринимать ещё какие-либо репрессивные шаги по отношению к Джейсону.

— Я не его хранитель.

— Разве? Я откланяюсь, леди Аллайет.

Туман значительно уменьшился за время их разговора, но немалое количество ещё должно было вернуться во флягу. Арабелла вошла в него, исчезнув из чувств Аллайет.

* * * Директор Общества искателей приключений, Мьюсин Хит, сидел за столом в своем кабинете, глядя на Видала Ладива.

— Прости, они сделали что? — спросил Мьюсин.

— Они взяли контракт, директор, — повторил Видал.

Мьюсин запустил руки в волосы и издал стон.

— Зачем им это делать?

— Они авантюристы, директор, и нет недостатка в контрактах, как вы знаете. После нападения на город авантюристов слишком мало, а задач слишком много.

— Я прекрасно это знаю, Ладив. Я был тем, кто внедрил кампанию, чтобы неактивные авантюристы, которые выступили на защиту города, оставались активными. Мой посыл в том, что Асано сейчас в центре очень важных событий.

— Я бы отметил, директор, что то, что вы описали, кажется нормальным обстоятельством для Джейсона Асано. Если бы он не брал контракты, будучи вовлеченным в крупные события, я не уверен, что он когда-нибудь бы их брал.

— Я был бы не против этого. — Мьюсин издал усталый вздох. — Какой контракт они взяли?

— Простите, директор, но я оговорился. Это контракты, во множественном числе.

— Несколько контрактов?

— Есть открытая зачистка северных регионов. Они зарегистрировались на неё.

Мьюсин кивнул. — Северные регионы были недостаточно обслужены с тех пор, как мы начали фокусироваться на зараженных городах на юге. Что ещё?

— Они забрали много контрактов высокой сложности с низкой наградой, которых большинство авантюристов избегает. Я говорил с чиновниками зала заданий, и они сказали, что собирались увеличить указанную награду на большинстве из них. Они даже предложили, а команда Асано отказалась.

— Понимаю, — сказал Мьюсин, затем откинулся на спинку кресла. — Они пытаются повысить ранг.

— На это уйдут годы. Им повезет достичь золотого к следующему всплеску монстров.

— А если они не начнут, это займет время до всплеска монстров после того. Можете представить, каково это — быть серебряными рангами под таким пристальным вниманием золотых и даже алмазных рангов?

— Да, директор, — сказал Видал сухо, и Мьюсин фыркнул от смеха.

— Мы сделали вас посыльным в градобитие, не так ли, Ладив?

— Команда Асано также собрала другие контракты, директор. Судя по локациям, это был выбор, чтобы заполнить пробелы в их намеченном маршруте. Похоже, они направятся из города и двинутся на северо-восток. Они сделают большую зигзагообразную петлю, а затем вернутся в город с северо-запада.

— Сколько контрактов они взяли?

— Семьдесят четыре.

— Семьдесят четыре? Сколько времени это у них займет?

— Они сообщили о трех как о завершенных на данный момент, директор.

— Они доставляют отчеты в зал заданий через теневого фамильяра Асано?

— Да, директор. Они оценили от четырех до девяти дней, но любые факторы затрудняют прогнозирование.

— И они уже сделали три. Когда они взяли контракты?

Видал достал свои карманные часы.

— Примерно шесть с половиной часов назад, директор.

— Они полны энтузиазма, это я им признаю. По крайней мере, если они собираются уйти и что-то делать, то это быть настоящими авантюристами. Если бы это было худшее поведение, с которым мне приходилось иметь дело, я был бы самым счастливым директором Общества искателей приключений в мире.

Мьюсин оперся локтем о стол, а лбом — о руку.

— У Асано есть обязательства, — сказал он. — Формируется экспедиция для спуска под землю, с его командой как частью неё. Он также должен присутствовать при передаче вещи, которую он попросил у Посланников.

— Я спрашивал его об этом перед тем, как он ушел, директор. Насчет последнего он сказал, что телепортируется по мере необходимости. Что касается экспедиции, сэр, он дал понять, что хотя ему не нужно её возглавлять, он не будет подчиняться ей.

— Вы сказали ему, что экспедиции Общества искателей приключений работают не так?

— Сказал, директор. Он ответил, что как только Общество искателей приключений публично возместит лорду Харисту за вторжение в его дом, он будет рад обсудить институциональную целостность.

Директор закрыл глаза и потер виски.

— У меня начинается головная боль. Должно ли это быть возможным?

— Похоже, это распространяется, директор.

— И под «распространяется» вы имеете в виду вокруг Асано?

— Да, хотя алмазные ранги склонны вызывать схожие симптомы. С продленным всплеском монстров они действуют гораздо более публично, чем обычно.

— Я так и знал, — сказал Мьюсин. — Я знал, как только получил отчеты из филиала в Римаросе, что Асано будет проблемой алмазного ранга. Понятия не имею, о чем они думали с этим бизнесом фальшивой личности; он очевидно собирался стать очень явным, очень быстро.

— Поэтому вы выразили свою публичную поддержку Асано?

— Вы новичок в Яреше, мистер Ладив. Одна из особенностей нашего — обычно — прекрасного города в том, что здесь на почти постоянной основе находятся два алмазных ранга. Один из результатов этого в том, что любой на моей должности обязан делать всё возможное, чтобы управлять упомянутыми алмазными рангами, что примерно так же легко, как бороться с торнадо, который только что прошел через склад кулинарного масла.

— Не думаю, что это возможно, директор.

— Нет, это не так. И у Асано есть это ощущение. Чем больше я читаю отчеты о том, что он сделал, как он это сделал и с кем он это сделал, тем больше у меня возникало это чувство. С алмазным рангом, мистер Ладив, всё, что можно сделать, — это присоединиться или уйти с дороги. Может быть, только может быть, вы сможете слегка подтолкнуть их в направлении, которое не оставит вас убирать за ними следующий месяц. Как только стало ясно, что лорд Харист не смог надавить на Асано и леди Аллайет возьмет руководство на себя, я решил присоединиться к Асано.

— Вы можете заплатить за это политически, директор.

— Возможно, мистер Ладив, но это всё равно правильный выбор.

— Могу я спросить почему?

— Потому что смысл моей работы не в накоплении политической власти. Общество искателей приключений существует, чтобы защищать население. Иногда это означает мириться с людьми, с которыми трудно иметь дело. Несмотря на всё упрямое бахвальство лорда Хариста, схемы леди Аллайет и наглую абсурдность Джейсона Асано, каждый из них действует во имя того, что считает правильным.

— И нам просто остается надеяться, что то, что они считают правильным, совпадает с нашим?

— Мы можем подталкивать, где можем. Я нашел леди Аллайет довольно разумной в этом отношении. Она в основном игнорирует меня, да, но по крайней мере она сначала слушает. Лорд Харист и Асано не кажутся такими податливыми, но я верю, что они достаточно близки к моим собственным чувствам.

— Тогда вы не будете пытаться ограничить контрактную деятельность Асано и его команды?

— Вы читали дело Асано?

— Оно ограничено, директор. У меня нет полномочий.

— Ну, достаточно сказать, что раз за разом Джейсон Асано и его команда демонстрировали не только то, что они сделают правильную вещь, но и то, что они заметят её раньше большинства остальных. Вы знали, что пока Асано считался мертвым, его команда обнаружила, что Посланники готовятся к вторжению? Тот парень Стэндиш — какой-то магический гений. Магическое общество кинуло его, а теперь они отчаянно пытаются вернуть его в строй.

— И вы хотите избежать этой ошибки с Асано?

— Черт возьми, да, хочу. Он уже угрожал отказаться от членства в Обществе искателей приключений. Думаю, это было больше чтобы подчеркнуть точку, чем его реальное намерение, но нет способа, которым я буду проверять решимость этого человека.

— Из-за того, что вы прочитали в его деле?

— Для начала. Посланники, которые не будут иметь дело ни с кем, будут иметь дело с ним и думать, что он какой-то король. Бог доминиона — бог решения, кто становится королем — появился для беседы, и не в первый раз. Если кто-то достаточно глуп, чтобы относиться к Асано как к серебряному рангу, они заплатят за это.

— Как Кальцифер Байнс.

— Именно.

— Вас беспокоит его отец?

— Пока нет. У Асано явно есть роль, которую нужно сыграть, а Горманстон Байнс — мастер выжимать ценность из своих врагов, прежде чем покончить с ними.

— А после?

— Байнс — часть Аристократической фракции. Больше, чем кто-либо другой, они уважают мощную поддержку. Я надеюсь, он посмотрит на существ, стоящих за Асано, и отступит.

— Это вероятно?

— Не знаю. Асано раскатал его сына, но Горманстон ненавидит слабость, особенно от своих собственных людей. Он также умен, и идти против Асано сейчас было бы неразумно. Если что, я думаю, он попытается использовать его или заключить союз. У Асано может быть этикет взрывного устройства, но он не слаб.

ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ

ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ

Как и Джейсон, Эмир вернул себе свой облачный дворец, поскольку новые здания быстро возводились на их месте. Поскольку город забирал территорию, ранее использовавшуюся для размещения транспорта приезжих авантюристов, расширяя инфраструктуру для беженцев и переселенцев, Эмир присоединился к другим авантюристам, разместив свой транспорт за городскими стенами. Он выбрал место к югу, недалеко от того, где река выходила из города, достаточно далеко от всего остального, чтобы он мог позволить ему раскинуться. Облачный дворец принял свою полную форму и размер, состоящий преимущественно из пяти массивных башен. Они не пытались скрыть свою облачную природу и были окрашены в закатные цвета: оранжевый, желтый и бирюзовый.

На одной из многочисленных террас, украшавших башни дворца, Арабель смотрела на реку. До нападения на город берега реки Яреш были застроены зданиями, обслуживавшими водную торговлю и людей, которые ею занимались: склады, небольшие причалы, таверны и бордели. Оказавшись за пределами городских укреплений, эти здания были полностью уничтожены. То немногое, что осталось, было лишь обломками, застрявшими у берега, а не унесенными вниз по течению, как большая часть другого мусора.

— Ты выглядишь обеспокоенной, — сказал Эмир, присоединяясь к ней и опираясь на перила. — Полагаю, твой разговор с Джейсоном не ускорил его встречу с моей все более нетерпеливой гостьей алмазного ранга.

— Я удивлена, что она не выследила его сама. Он уже некоторое время не прячется в своем особом домене.

— У нее хорошие связи среди алмазных рангов. Подозреваю, она лучше нас понимает, кто и что стоит за Джейсоном. Она ведет себя крайне осторожно, не пытаясь давить на него напрямую, хотя ее терпение на исходе, особенно без его облачного здания, которое можно было бы потыкать.

— Алмазные ранги не привыкли ждать или получать отказы.

— Нет, но раздражительность моей гостьи — это моя проблема. Что тебя беспокоит?

Арабель ответила не сразу. Она позволила себе насладиться тихим моментом со своим старым товарищем по команде, глядя на реку, полную мусора, который все еще вымывало из города.

— Я беспокоюсь о Джейсоне. О своей способности помочь ему. Я должна быть той, у кого есть все ответы, но его опыт выходит за рамки всего, о чем я когда-либо слышала.

— Кажется, ты неплохо справляешься. По сравнению с тем, что я слышал о его первых днях в Римаросе, он кажется не таким уж далеким от того мальчишки, которого я знал в Гринстоуне. Более закаленный, более измученный. Хотя я это видел. Острая сталь внутри него, которая обнажается легче, чем следовало бы.

— Я не буду обсуждать подробности, Эмир, ты же знаешь.

Эмир кивнул. — Знаю. Оставлю тебя.

— Я ценю это. И не пугайся, если на какое-то время потеряешь способность чувствовать эту часть облачного дворца. Я жду кое-кого, с кем могу об этом поговорить.

— Божественное посещение?

— Я жрица, Эмир; это вряд ли можно назвать чем-то необычным. Единственная причина, по которой появление богов перед Джейсоном примечательно, — это то, что их личные визиты редко бывают публичными или предназначены для не-клириков.

— Это довольно веская причина, Белль.

Эмир ушел не так давно, когда рядом с Арабель появился Целитель. Она оттолкнулась от перил, чтобы выпрямиться.

— О, не делай этого ради меня, — сказал Целитель, сам опираясь на перила. После секундного колебания Арабель вернулась в исходное положение рядом с ним.

— Мне это не нравится, — сказал он, глядя на забитую мусором реку. — Земля нуждается в исцелении.

— Дома считаются частью земли?

— Сильно ли дома, построенные людьми, отличаются от плотин, которые строят на реках бобры? Единственная реальная разница — в масштабе.

— Что такое бобры?

— Ты никогда их не видела? Это животные, которые строят плотины из бревен. В мире Джейсона Асано они тоже есть, как мне говорили, но у его бобров только один хвост, и они не стреляют ядовитыми шипами.

— Кто тебе рассказал это о мире Джейсона?

— Габриэль Пеллин задает вопросы, как и подобает жрице Знания, к тому же она невероятно красива. Трэвис Ноубл имеет привычку болтать без умолку, когда нервничает, а красивые девушки заставляют его очень сильно нервничать.

— Это не идеально, когда магия делает всех красивыми.

— Нет, — с усмешкой сказал Целитель. — Страж чуть не отправил одного из своих жрецов спасать парня.

— Почему он этого не сделал?

— Я не совсем уверен. Что-то, что парень сказал о «небольшой опасности».

— Понятия не имею, что это значит.

— Я решил, что лучше не расспрашивать дальше самому. Возможно, ты могла бы спросить того молодого человека со способностями гаруды. Он тоже из мира Асано.

— Я должна спросить его, а не Джейсона?

— Я беспокоюсь, что Джейсон Асано плохо влияет на тебя.

— В чем плохо влияет?

— Ты предположила, что бог явится, чтобы поговорить с тобой.

— Ты ведь явился.

— То, что ты оказалась права, делает ситуацию только хуже.

— Мне нужно с кем-то поговорить. С тем, с кем я могу обсудить секреты Джейсона, не предавая их.

— Ты можешь обратиться к своим собратьям-клирикам. Они все принесли ту же клятву, что и ты.

— Я не уверена, что клятвы целителя достаточно, чтобы незнакомец хранил молчание. Секреты Джейсона могут изменить миры. Они уже это сделали, и сделают снова.

— Ты не доверяешь клятвам, которые приносят мои жрецы? Тем, что принесла ты?

— Ты всегда рассматриваешь принуждение как последнее средство, Лорд Целитель. Твоя клятва мягка, потому что ты хочешь, чтобы люди поступали правильно по собственному выбору, а не из послушания, но это не всегда тот выбор, который они делают. Я была в Гринстоуне. Помимо Нила Дэвона и Джори Тиллмана, ты изгнал жрецов целого города за нарушение клятв. Если ты накажешь людей за распространение секретов Джейсона, которые они услышали от меня, это не остановит задним числом тот факт, что секреты уже были раскрыты. Я твоя жрица, Лорд Целитель. Я следую твоей вере в личную ответственность, но это означает, что я сама несу ответственность.

На лице Целителя сияла широкая улыбка.

— Послушай себя. Услышь эту убежденность. Не сомневайся в себе или в наставлениях, которые ты даешь тем, кто в них нуждается. Даже с таким необычным человеком, как Джейсон Асано.

Бог положил отеческую руку ей на голову.

— Я горжусь тобой, дитя.

Арабель закрыла глаза.

— Я не знаю, достаточно ли моих наставлений, — сказала она. — Как мне вести его, если я не знаю пути?

— Тогда не веди его. Иди рядом с ним, с добрым словом.

— Метафоры — это хорошо, Лорд Целитель, но мне нужно больше. Мне нужны конкретика.

— Тогда будь конкретна в своих потребностях, дитя.

— Ему становится лучше.

— И кто определяет «лучше»? Он другой, но что делает одно состояние лучше другого? Кто это выбирает?

— Он сам. Он становится ближе к тому человеку, которым хочет быть.

Целитель улыбнулся. — Ты боишься, что он откатывается назад.

— Регрессивное поведение — нормальная часть восстановления, — сказала Арабель. — Мое беспокойство в том, что один из его негативных поведенческих триггеров — это принуждение терпеть одни и те же паттерны снова и снова. Или, точнее, выбор терпеть их, потому что он считает это необходимым. Один из таких паттернов — когда его оценивают только по его рангу, в то время как он действует на совершенно ином уровне, и это может быть самым опасным для него.

— О? — нейтрально подтолкнул Целитель.

— Это лежит в основе поведенческой петли, которая привела его к состоянию, из которого он просил меня помочь ему выбраться. Джейсон действует согласно своим принципам, часто независимо от цены. Это был защитный механизм, который он развил, чтобы справиться с прибытием в наш мир, но он узнал, что цена не всегда ложится на него. Он понял, что уступка при отстаивании своих принципов причинит больше вреда, чем предотвратит.

Арабель взглянула на своего бога, который выглядел как дружелюбный пожилой человек, терпеливо слушающий. Никакой божественной ауры, давящей на чувства, никакого удушающего присутствия, блокирующего способность мыслить.

— Время Джейсона на Земле постоянно приводило этот баланс между принципами и компромиссом в конфликт, — продолжила она. — Раз за разом он сталкивался с предательством тех, с кем ему приходилось работать. Он подавлял свои инстинктивные реакции, потому что возмездие поставило бы его мир под угрозу. Он терпел действия, за которые в нашем мире любой авантюрист убил бы. В конце концов, его слишком много раз загоняли в угол, и его принципы прогнулись. Он стал более жестоким и менее сострадательным.

Она вздохнула.

— Что подводит нас к тому, где мы сейчас, — продолжила она. — Снова он сталкивается с тем же паттерном: люди пытаются использовать его, полагая, что могут игнорировать любые последствия из-за его ранга. Я знаю, обстоятельства не те же, но они достаточно близки, чтобы у меня были опасения. Моя вчерашняя встреча с ним предполагает, что он покончил с подавлением своих реакций. Думаю, Владычество знает об этом, и именно поэтому он появился.

— Ты берешься судить о мотивах бога?

— У меня нет права утверждать, каковы они были, но у меня есть полное право догадываться.

— Дурное влияние.

Она не могла не улыбнуться при слабом дуновении отеческого снисхождения, зная, что бог не случайно выпустил этот кусочек своей ауры.

— Я думаю, Джейсон Асано покончил с ролью серебряного ранга, — сказала она. — Я беспокоюсь, что он сведет на нет прогресс, которого добился, и о том, какой ущерб он нанесет в процессе.

— Это все, что тебя беспокоит?

— Это эгоистично, но, возможно, это стало последней гирькой, обрушившей все, что он и я построили вместе в плане его психического здоровья. Я передала последнюю просьбу Эмира от очень могущественного человека, который чего-то от него хочет. Он ушел, и следующее, что я слышу — он отправился в загул по контрактам на охоту на монстров. Это старый паттерн: бросаться в оправданное насилие, когда нужно выплеснуть негативные эмоции.

Целитель усмехнулся.

— Ты считаешь это смешным?

— Я думаю, мне не нравится, что одна из моих самых способных слуг погрязает в неуверенности в себе.

Целитель протянул руку, указывая на пустое место перед ними. Арабель заметила пятно тьмы, возникшее из тени дерева, сломанного пополам, недалеко от дворца. Тень размытым пятном пронеслась по воздуху, пока не зависла перед рукой Целителя. Темная масса приняла форму человека, темные части были выделены белым, напоминая некоторую официальную одежду, которую она видела на Джейсоне.

— Можно мне объяснение этого непристойного поведения, Лорд Целитель? — спросила Тень.

— Мне нужно присмотреть за твоим нанимателем.

— Могу я предложить последовать этому, присмотрев за учителем этикета.

— Что Джейсон Асано делает с людьми, что заставляет их так охотно проявлять неуважение к власти? — спросил Целитель.

— Он смотрит на эту власть, — сказала Тень, — и спрашивает, заслуживает ли ее поведение уважения. Или, если она вместо этого хватает людей и оставляет их болтаться в воздухе, чтобы использовать как инструмент для ясновидения.

— Немаловажный момент, — признал Целитель. — Тем не менее, ущерб нанесен, так что я, пожалуй, пойду.

Тень превратилась обратно в массу тьмы, которая затем приняла форму кольца, похожего на портал. В кольце появилось изображение Джейсона, стоящего у чего-то похожего на уличный прилавок, и трясущего сковородой над открытым огнем.

— Он видит и слышит нас? — спросила Арабель.

— Нет, — сказал Целитель, пока они слушали, как говорит Джейсон.

— ...не удалось найти картофель, — объяснял он горстке эльфов, собравшихся вокруг него. — Картофель — это... ладно, теперь, когда я думаю об этом, неважно, что такое картофель. Суть в том, что порошок ибрилим служит той же цели, что и картофельный крахмал, и я только что понял, что мне вообще не следовало упоминать картофель. В любом случае, порошок загустит соус, но будьте терпеливы и дайте ему время подействовать. Не всыпайте его постоянно, иначе он будет продолжать густеть, и ваш коричневый соус превратится в коричневую грязь. Это то, что вам нужно развивать с опытом, так как количество порошка — это всегда вопрос суждения...

Джейсон замолчал и вгляделся в кольцо, сузив глаза.

— Тень? — спросил он. — Я не знаю, кто возится с моим фамильяром, но вам лучше прекратить, иначе я приду за вами.

— Это я, Джейсон Асано, — сказал Целитель. Люди вокруг Джейсона рухнули на колени, когда аура бога накрыла их.

— Мой аргумент остается в силе, — сказал Джейсон, — и если вы продолжите отвлекать меня, это испортит мой соус. Отпустите моего друга, или я начну навещать ваших жрецов с целями, которые им не понравятся.

Люди вокруг Джейсона перешли от коленопреклонения к бегству.

— Ты бы стал мешать добрым делам, которые делают мои люди? — спросил Целитель.

— Вы помешали моему соусу.

— И этого достаточно, чтобы объявить войну богу?

— Приятель, я убивал жрецов Чистоты еще до того, как это стало круто. Я знаю, что ты в целом нормальный парень, но быть богом не дает тебе пропуска быть засранцем. Ты отпустишь моего парня, и я спущу это на тормозах. В этот раз. Я не знаю, какую точку ты пытаешься доказать этой маленькой демонстрацией провокации, или кому ты пытаешься ее доказать, но отпусти Тень и проваливай, иначе у нас с тобой будут проблемы.

Кольцо исчезло и превратилось обратно в теневую массу. Затем оно взорвалось, как темный фейерверк, когда Тень уничтожил свое тело.

— Ты видела его реакцию? — сказал Целитель.

— Где вы спровоцировали моего друга, а он пригрозил моему богу? Да, я видела, Лорд Целитель.

— Успокойся, дитя, и посмотри глубже. То, что продемонстрировал Джейсон Асано, — это баланс. Странный баланс, да, но он живет жизнью, где иначе нельзя. Он сильнее, чем был раньше. Меньше шансов потерять себя. Ты помогла ему найти место, где он сейчас, но путешествие никогда не заканчивается. Ты это знаешь. Верь в себя и свои способности целителя.

— Он только что пригрозил богу!

— А год назад он бы уже разносил одну из моих церквей. Ты считаешь, что угроза богу — это не в его характере?

— Нет, — неохотно признала Арабель. — Подозреваю, что это в его духе.

НЕ ТАКИЕ, КАК МЫ ЗНАЕМ

НЕ ТАКИЕ, КАК МЫ ЗНАЕМ

В участке тропического леса, характеризующемся высокими, но редкими деревьями, возвышающимися над пологом, облачный дворец Джейсона принял форму домов на деревьях, соединенных веревочными мостами. На балконе самого большого дома на дереве висела вереница гамаков, раскачивающихся над джунглями, и большая часть команды лежала, бездельничая и дремля в утреннем солнце. Отсутствующими членами были Клайв, Руфус, Софи и Хамфри.

— Они вообще собираются выходить? — спросил Тайка, лежа с тарелкой нарезанных фруктов на груди.

— Ага, потому что ты выглядишь так, будто не можешь дождаться, чтобы встать и приняться за работу, — сказал Нил.

— Оставьте их в покое, — сказал Джейсон. — Они, наверное, устали.

— От чего? — спросил Нил. Белинда хихикнула.

— Скажем так, я усилил звукоизоляцию в их доме на дереве прошлой ночью, — сказал Джейсон.

Хамфри и Софи вышли из своего дома на дереве вместе, и все повернулись, чтобы посмотреть на них с широкими улыбками. Хамфри сжал губы, глядя на них, затем схватил Софи за руку. Она выглядела непривычно испуганной, на мгновение застыв, прежде чем сжать его руку, когда они вместе двинулись по веревочному мосту. Когда они прибыли в центральный дом на дереве, Софи обвела взглядом команду, вызывая любого, кто решится пошутить. Все поспешно легли обратно в гамаки, Тайка жаловался, когда Джейсон заставил ломтик фрукта с тарелки Тайки пролететь по воздуху.

— Простите, мы поздно встали, — сказал Хамфри. — Нам, наверное, стоит заняться делом.

— Мы уже занялись, — сказал Джейсон. — Мы прикончили то гнездо лягушко-бегемотов сразу после рассвета. Клайв сейчас разведывает местоположение следующего контракта.

— Ты отправил Клайва? — спросил Хамфри.

— Он отправился сам, — сказала Белинда. — Он хочет расширить свою базу навыков авантюриста.

— А если на него кто-то прыгнет, и он умрет, потому что он один? — спросила Софи. — Он не почувствует приближение монстра золотого ранга.

— С ним Онслоу, — отметил Тайка. — Жаль, что у меня нет фамильяра.

— К тому же, с ним Тень, — сказал Джейсон. — И я присматриваю за его аурой.

— Как далеко он? — спросил Хамфри.

— Около двадцати километров в ту сторону, — сказал Джейсон, указывая. — Приятно быть вне города. Я могу расширить свои чувства, не улавливая тысячи пользователей эссенций. Очень расслабляет. Кстати, Трэвис, Фарра, Гэри и Руфус тоже недалеко от Клайва.

— Они устанавливают какую-то башню для проведения тестов, — сказал Нил. — Что-то насчет того, чтобы не взрывать магию через весь город.

— Они пытаются использовать магический резонанс для связи через ретрансляторы, — уточнила Белинда. — То, что у них есть сейчас, активирует магические чувства всех в округе. Чувства пользователей эссенций слишком острые, особенно на приличном ранге. Они пытаются откалибровать это так, чтобы оно использовало окружающую магию, не нарушая ее. Тогда это будет похоже на фоновую магию любого города, наполненного пользователями эссенций, то, что люди могут просто игнорировать.

— Я почти уверен, что они привлекут монстров, как только включат ее, — сказал Джейсон, затем нахмурился. — Это может быть удобно, теперь, когда я думаю об этом. Мы могли бы выкрутить эту штуку на полную, приманить всех монстров и зачистить их. Это могло бы сделать нашу миссию по зачистке намного проще.

— И со сколькими монстрами ты хочешь столкнуться одновременно? — спросил Хамфри.

— Я вполне привык сражаться со множеством монстров одновременно.

— И сколько из них были золотого ранга? Мы в зоне с высокой магией, Джейсон; шансы привлечь несколько золотых рангов на наши головы будут выше, чем я готов терпеть.

— Справедливо, — признал Джейсон. — И все же, насколько удобно устанавливать эту башню?

— Она около десяти метров в высоту, так что не очень, — сказала ему Белинда.

— Жаль, — задумчиво произнес Джейсон. — Потенциал есть. Может быть, Общество искателей приключений могло бы установить несколько стационарно и просто включать их, когда захотят приманить неразумных и агрессивных монстров. Как только они...

Джейсон замолчал, выплыл из гамака и посмотрел вдаль.

— Думаю, Клайв на что-то наткнулся, — сказал он.

— Опасность? — спросил Хамфри, когда остальные вышли из своих гамаков.

— Не уверен, — сказал Джейсон. — Он нашел элементалей, но с их аурами что-то не так.

В воздухе появился круг светящихся рун, а мгновение спустя в центре них возник портал. Клайв, с головы до ног покрытый грязью, прочавкал сквозь него. Его такой же грязный фамильяр проплыл следом, большие глаза черепахи печально смотрели из лица, покрытого грязью. Команда поспешила собраться вокруг него, издавая сочувственные звуки.

— Что ты сделал с беднягой? — сказала Софи.

— Нам нужно отправить его в душ и отмыть, — сказала Белинда. — Клайв, иди отмойся в том ручье вон там.

— Серьезно? — спросил Клайв, разведя руки в стороны.

— Пожалуйста, не капай в облачном доме, — сказал Джейсон. — Я знаю, что он выглядит как деревянный пол, но это не так.

Чтобы подтвердить свои слова, грязь, капающая с Клайва и Онслоу, впитывалась полом.

— Я знаю, что добавил много кристаллической смывки в облачный дом, но даже несмотря на то, что она разбавлена в душах и чистящей воде, запасы не бесконечны.

— О, разве? — спросил Клайв.

— Нет, — уклончиво ответил Джейсон, его глаза на мгновение метнулись в сторону Белинды, прежде чем его плечи опустились. — Она рассказала тебе, да?

— Что ты разговаривал с Джори по водной связи о создании специализированного алхимического объекта исключительно для кристаллической смывки? Да, рассказала.

— У многих команд есть вспомогательные авантюристы, — сказал Джейсон. — Не странно иметь алхимика на вызове.

— Странно, когда их единственная работа — делать чистящие средства, — сказал Клайв. — Нет никаких алхимиков, которые занимаются этим.

Клайв нахмурился, его выражение лица предполагало, что у него появилась мысль, которая ему не нравится.

— Ладно, — сказал он. — Да, есть некоторые вспомогательные авантюристы, которые являются алхимиками и в основном делают чистящие средства.

— Есть?

— Команды по зачистке, — сказал Хамфри. — Ты не видишь их так часто в маленьких городах и зонах с низкой магией, где авантюристы не специализируются так сильно. В больших городах есть команды, посвященные уборке после проявлений монстров в городских районах. Они буквально убирают беспорядок, зачищают нашествия мелких монстров и охотятся на любых заблудших монстров, призванных во время крупных сражений. В Яреше есть несколько таких команд, ведущих охоту на любых оставшихся наг после яичной штуки, которую съела гаруда.

— Как бы весело ни было говорить о мыле, — сказал Нил, — что заставило тебя так отчаянно нуждаться в нем?

— Вы знаете, как в контракте говорилось о водных и земляных элементалях среднего размера?

— О, они слились, — сказал Хамфри.

— Ах, — сказал Джейсон. — Вот что я почувствовал.

— Да, — подтвердил Клайв. — Теперь у нас есть очень большой грязевой элементаль, с которым нужно разобраться.

* * * — Никогда больше! — заявил Нил, когда команда вернулась в дом на дереве через порталы Джейсона и Клайва.

— Что? — спросил Джейсон. Остальные повернулись, чтобы посмотреть на него с негодованием. Он, Софи и Белинда были чистыми, в то время как остальные были покрыты с головы до ног зловонной грязью и еще более зловонным ихором.

— Джейсон, — сказал Нил сквозь зубы. — Не все из нас могут отражать грязь, когда она разлетается повсюду.

— Почему я проблема? Софи отразила ее своими силами ветра, а у Белинды был этот хардкорный магический зонт.

— Проблема не столько в грязи, — сказал Хамфри. — Это была бы неприятная, но приемлемая часть работы.

— Проблема, — сказал Нил, — в том, что кто-то использовал магию, чтобы грязевой монстр мог кровоточить и гнить. Так что, когда он превратился в грязевое торнадо, это было еще и торнадо из липкой, гниющей плоти.

— О, да ладно, — сказал Джейсон. — Я уже очистил все болезни, которые вы от него подцепили.

Он посмотрел на остальную часть команды.

— Ладно, — сказал он. — Судя по вашим выражениям, я делаю вывод, что вы считаете, что очищение от болезней постфактум — недостаточный ответ. Я отмечаю это для будущего, чтобы в следующий раз, когда я вымажу вас в гниющем трупном мясе, я мог применить другой подход.

— О нет, — сказал Нил. — Нет нужды в «будущем», потому что ты больше не будешь сражаться ни с какими грязевыми элементалями. Никаких водных элементалей и уж точно никаких воздушных элементалей.

— А огненные элементали в порядке?

— Абсолютно нет, — сказала Софи. — Запах горелой, гниющей плоти? Нет, спасибо.

— Ты даже не испачкалась, — пожаловался ей Джейсон. — На самом деле, я видел, как ты сдула ветром кучу грязи с себя на Нила.

— Это была ты? — спросил Нил, поворачиваясь к очень чистой Софи. — Я думал, это Джейсон.

— С чего бы это мне? — спросил Джейсон. — У меня нет способностей ветра.

— Мы этого не знаем, — сказал Нил. — Ты постоянно вытаскиваешь какую-то бессмысленную новую силу души. Это мог быть духовный ветер или что-то в этом роде.

— Призрачные пуки. Ты думаешь, я пускаю призрачные пуки.

— Призрачные пуки, — сказал Клайв, — это то, на чем я ухожу в поисках взрослого разговора. Или душа.

Нечистые члены команды, которых было большинство, издали согласные звуки и зашагали внутрь.

— Эй, не забудьте про тот очень милый ручей снаружи, — подбодрил их вслед Джейсон. — Кристаллическая смывка действительно не продержится, если вы будете продолжать...

Они все почувствовали мощный магический взрыв своими сверхъестественными чувствами, звук последовал как гром после молнии. Они поспешили обратно на балкон и выглянули наружу, когда облако грязи и пыли поднялось высоко над пологом тропического леса. Это было в десятках миль, но грибовидное облако было бы легко заметить даже без зрения серебряного ранга.

— Что это? — спросил Нил.

— С такого расстояния не сказать, — сказал Клайв.

Джейсон взял достаточно флаконов с кристаллической смывкой из своего инвентаря для всех и с помощью ауры отправил их команде.

— У нас еще есть несколько минут на перезарядку порталов, — сказал он. — Приведите себя в порядок, пока Тень превращается во что-то быстрое, и мы полетим туда. Мы подберем остальных по пути.

* * * Черный частный самолет был еще далеко от грибовидного облака пыли, когда самолет растворился в облаке теней. Джейсон и его спутники, теперь включая Фарру, Руфуса и Гэри, упали из него в воздух. Только Трэвис остался позади, доставленный обратно в дом на дереве одним из тел Тени в форме крылатого хайделя.

— Я чувствую, во что ты превратился, — отчитал Джейсон своего фамильяра. — Чем плох обычный Пегас?

— Полагаю, у вас есть более важные вещи, требующие вашего внимания, мистер Асано.

Когда команда падала, Софи активировала свою способность полета, взяв под контроль ветер вокруг них.

Способность: [Листой на ветру] (Ветер)

* Особая способность (движение, измерение). * Стоимость: Умеренная мана в секунду. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (47%).

* Эффект (железо): Скольжение по воздуху; высокоэффективно при езде на ветру. Может уменьшить вес, чтобы замедлить падение с уменьшенной стоимостью маны. Игнорируйте или используйте эффекты сильного ветра, даже когда эта способность не используется активно.

* Эффект (бронза): Умеренный контроль над близлежащим потоком воздуха во время использования. Стоимость скольжения снижена до низкой маны в секунду. Сильные ветры увеличивают скорость восстановления выносливости и маны, даже когда эта способность не используется активно.

* Эффект (серебро): Полет за умеренную ману в секунду; высокоэффективно при езде на ветру. Скольжение больше не стоит маны. Вы можете контролировать поток воздуха вокруг себя, включая использование ветров, чтобы нести других с собой, когда вы летите. Переноска других увеличивает текущую стоимость маны и накладывает штраф к скорости, оба масштабируются с количеством переносимых людей.

Способность Софи к полету на основе ветра могла подхватить других, чтобы позволить им летать, и она использовала ее на Белинде, Клайве, Руфусе и Гэри. Джейсон использовал свой плащ, чтобы парить, в то время как Хамфри, Фарра и Тайка наколдовали крылья. Нил рухнул вниз, копаясь в пряжке своего ремня, кувыркаясь через голову. Наконец, ему удалось активировать способность полета, зачарованную в ремень, и остановить свое падение, ожидая, пока остальные догонят его в своем более спокойном спуске.

— Это уморительно, — сказал Нил Софи.

Его слова были саркастичными, но команда искренне выразила свое согласие.

— Вы хотите исцелиться или нет? — спросил их Нил. Все они отвели взгляд с неубедительными выражениями невинности.

— Кто-нибудь чувствует что-нибудь от этого облака? — спросил Хамфри. — Все, что я получаю, — это какая-то элементальная энергия. Джейсон, у тебя самые острые чувства.

— Там что-то есть, — сказал Джейсон. — Много... существ? Могут быть элементали. Они наполнены элементальной силой, прямо как облако. Я могу выделить их только потому, что она более концентрированная.

— Если там элементали, Джейсон должен уйти, — сказал Нил. — Мы только что говорили об этом.

— Что-нибудь еще? — спросил Хамфри, игнорируя Нила.

— Авантюристы, — сказал Джейсон. — Мы не единственная команда, которая реагирует.

— Едва ли это сюрприз, — сказала Софи. — Ты, наверное, видишь это облако из Яреша.

— Кто-то, кого мы знаем? — спросил Хамфри.

— Команда Коринн, — сказал Джейсон. — Рика тоже; они прошли через портал с золотым рангом. Думаю...

Джейсон замолчал и повернулся, сузив взгляд на шлейфе.

— Я знаю, что там, — сказал он. — Посланники, но не такие, как мы знаем. С ними что-то не так.

— Если они наполнены элементальной силой, — сказал Клайв, — это предполагает, что это искаженные посланники из-под земли, о которых мы слышали. Думаю, они, возможно, больше не под землей.

— Ладно, — сказал Нил. — Джейсону не нужно уходить.

СИТУАЦИЯ В ДУХЕ ДЖУС НЬЮТОН

СИТУАЦИЯ В ДУХЕ ДЖУС НЬЮТОН

Для пользователей эссенций призванные фамильяры занимали части их призывателя, когда не были проявлены. Колин занимал кровь Джейсона, Тень — его тень, а Гордон — его ауру. Фамильяр Клайва, Онслоу, стал магической татуировкой на животе Клайва, к которой он мог подключиться для получения элементальной силы.

Клайв, как и Джейсон, предпочитал практичные боевые мантии, с его предпочтениями в более светлых тонах, что делало его джедаем по сравнению с ситхом Джейсона. Татуировка Онслоу засветилась, видимая сквозь мантии, превращаясь в энергию, которая безвредно проходила сквозь ткань. Энергия собралась вместе, проявившись в форме рунической черепахи — фамильяра Онслоу, его лапы болтались, пока он парил в воздухе.

Панцирь Онслоу расширился, отделившись от самого Онслоу, который стал очаровательной гуманоидной черепахой размером с ребенка. Стороны увеличивающегося панциря были в значительной степени открыты, промежутки заполнены барьером магии ветра. Члены команды, которых Софи удерживала в воздухе своей способностью полета, были перемещены внутрь, две силы ветра мягко перемешивали воздух, когда они соединялись, не мешая друг другу.

Члены команды с самоходным полетом также пробрались внутрь. Они присоединились к остальным, наблюдая за огромным облаком пыли, все еще находящимся на некотором расстоянии. Как и Онслоу, облако было заряжено элементальной энергией, но там, где его силы были в равновесии, облако имело специфические сродства.

Ощущения огня, земли, пепла и магмы давили на восприятие команды, когда они приближались к гигантскому грибовидному облаку. Оно все больше нависало над ними, пыль и пепел забивали воздух. Это щипало глаза и оставляло во рту вкус дыма, горечи и смерти.

Они могли видеть высокие ангельские силуэты, движущиеся сквозь мрак. Некоторые выбирались из облака, двигаясь, чтобы перехватить команды авантюристов, приближающихся по воздуху и по земле. Местность внизу была неровной; тропический лес был выровнен на километры взрывом, который создал облако.

Онслоу приближался к облаку с устойчивой, но осторожной скоростью, пока Клайв использовал свою способность Проведение ритуала, чтобы начертить ритуальные круги из золотого света на полу и потолке. Белинда наблюдала за ним, ее глаза бегали по светящимся диаграммам.

— Это не те обычные защиты, которые ты используешь для защиты Онслоу, — сказала она.

— Нет, — сказал Клайв, не прерывая своей работы. — Это ритуалы для направления элементальной энергии. Они должны быть способны поглотить хотя бы часть любой элементальной силы, которая пойдет в нашу сторону, подпитывая ею Онслоу. Это поможет перезарядить его элементальные силы и уменьшит мою потребность подпитывать его дополнительной маной, при этом предлагая дополнительную защиту. Это не так эффективно против физических атак, но у меня такое чувство, что мы направляемся в огненный шторм.

Фигуры начали появляться сквозь пыль и пепел настолько, что команда могла их различить. Как и ожидалось, это были посланники, но не такие, с которыми они были знакомы. Явно измененные элементальными энергиями, посланники обрушивали элементальные атаки на приближающихся авантюристов. Это еще не включало Джейсона и его спутников, но многие команды бросились вперед с большей скоростью, чем осторожностью. Конусы огня, каменные копья, потоки магмы и облака пепла были направлены на авантюристов.

Элементальное влияние на этих измененных посланников было крайне очевидным. Группа наблюдала четыре подтипа, каждый из которых соответствовал одному из четырех типов силы элементальной атаки, которыми они разбрасывались. Посланники были все нагими, бесполыми и андрогинными, как детские куклы, лишенные одежды.

Два варианта посланников были более визуально впечатляющими, чем другие. Те, кто выбрасывал огонь, также имели пламя, поднимающееся с их голов вместо волос. Перья их крыльев чередовались между блестящим красным металлом и рубиноподобным кристаллом, по ним играл огонь. Их кожа была черной, а огонь окутывал их руки и ноги. У тех, кто выбрасывал магму, кожа была не просто черной, а имела твердый блеск обсидиана. Их крылья были осколками обсидиана, очерченными магмой, соответствующей свечению их глаз.

Фарра посмотрела на магматические варианты, когда они столкнулись с авантюристами.

— Они крадут весь мой мотив, — пожаловалась она.

— Возможно, если бы ты не бросила приключения, чтобы начать бизнес, они были бы более уважительны, — предположил Руфус.

— Это говорит парень, который бросил приключения, чтобы стать учителем, — парировала она.

— Я теперь в команде Джейсона, разве нет? В любом случае, это допустимое отвлечение для меня. Моя семья управляет школой.

Джейсон взял поднос с рюмками ликера из своего инвентаря и отправил их членам группы, используя свою ауру.

— О, да ладно, — пожаловался Руфус. — Не думаю, что это ситуация для игр с выпивкой.

— О, это не просто время для выпивки, — сказал Джейсон после того, как команда опрокинула свои рюмки, и он собрал стаканы. Он убрал поднос и достал куб размером с баскетбольный мяч с концентрическими кольцами, выгравированными на каждой стороне. — Пришло время зажигать.

— Зажигать? — спросил Клайв, вглядываясь в куб. — Это какое-то устройство элемента земли?

— Нет, это устройство для надрания задниц, — сказал Джейсон. Он взял записывающий кристалл из своего инвентаря и вставил его в небольшой слот куба. Он выбросил его из панциря Онслоу, и тот начал медленно подниматься в воздух, извергая шум. Магия, зачарованная в него, проецировала звук по всему полю боя.

— Что это за шум? — крикнул Хамфри.

— Металлика, — сказала Фарра через голосовой чат. — Тяжелее, чем я обычно слушаю, но если ты сражаешься с извергающими пламя ангелами из недр земли, это не совсем ситуация в духе Джус Ньютон.

— Какой еще сок? — спросил Руфус. — Не думаю, что кому-то стоит отправляться на планету Джейсона. От этого они становятся странными.

Джейсон и Фарра обменялись ухмылками и спрыгнули с защитного панциря Онслоу, тени под ними приняли форму черных летающих мотоциклов и унеслись по воздуху. Теневой плащ Джейсона тянулся за ним, а Фарра наколдовала свои огненные крылья, которые делали то же самое.

— Почему вы уезжаете на транспортных средствах? — спросил Нил через голосовой чат. — Вы оба умеете летать.

— Потому что это более металлично, — сказал Джейсон.

— Тень сделал эти транспортные средства из теневой материи, — сказал Нил. — Там нет никакого металла.

— Я думал, что, возможно, нам стоит разработать план, прежде чем бросаться в бой, — предположил Хамфри. Тайка, один из немногих людей, которые возвышались над Хамфри, положил свою мясную ладонь ему на плечо.

— Музыка играет, бро. Время зажигать.

Тайка также спрыгнул с безопасности панциря Онслоу. Он превратился в гигантскую золотую птицу и рванул вслед за Джейсоном и Фаррой, быстро нагоняя их.

— Это музыка? — спросил Хамфри. — Парень только что спросил, злой ли он, а потом сказал, что да!

— Мне нравится, — сказала Софи, затем нежно поцеловала его в щеку. — Увидимся там.

В мгновение ока она тоже исчезла.

— Никто не видит ценности в составлении плана? — спросил Хамфри. Руфус положил руку на плечо Хамфри, точно так же, как Тайка.

— Планы — это здорово, — сказал ему Руфус. — Но иногда происходит гигантский взрыв, и тебе просто нужно выйти и сражаться. Возьми это от парня, который провалился как лидер команды: дело не всегда в наличии хитрого плана. Иногда дело в том, чтобы не стоять у себя на пути и довериться своим удивительным товарищам по команде, чтобы они были удивительными.

Хамфри вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Онслоу, ускорь нас, если можно.

Онслоу ускорил темп своего панциря, продвигая его ближе к облаку пыли.

— Я все еще говорю, что это не музыка, — пробормотал Хамфри.

* * * — Что это за шум? — спросила Коринн. — Это какая-то звуковая атака?

— Думаю, это музыка, — сказала Зара.

— Если кто-то использует ауру эссенции песни, чтобы производить это, — сказала Коринн, — я беспокоюсь о состоянии их разума.

— Полагаю, это Джейсон Асано, — предложил Орин. — Я слышал этот звук, когда встречался со своим дядей в тренировочном зале в транспортном средстве Асано.

— Почему он проецирует это сейчас? — спросила Коринн.

— Не знаю, — сказала Зара, — но думаю, мне это нравится. Это заставляет меня хотеть бить вещи.

— Хорошо, — сказала Коринн. — У нас нет недостатка в вещах, которые можно бить.

* * * Два других варианта элементальных посланников не имели пламени вместо волос или частей тела, светящихся магмой, но они были не меньшим отступлением от посланников, которых группа видела в прошлом. Те, у кого было сродство к пеплу, сохраняли форму обычных посланников, но были полностью бело-серыми, как будто покрытыми мелом. Пепел кружился вокруг них, и они выпускали грубые белые сферы, которые взрывались облаками скрывающего пепла и горящих углей. Последний вариант имел сродство к земле и металлу, выглядя как мозаичные статуи, сделанные из осколков камня и металлов разных цветов.

Джейсон и Фарра были авангардом, когда они направлялись к облаку, теперь достаточно близко, чтобы оно закрывало небо. Однако они не остались в лидерах, так как Тайка и Софи пронеслись мимо них, когда больше посланников выходило из облака, чтобы встретить их. Тайка, в форме гигантского золотого орла, нанес удар первым, врезавшись в одного из металлических и земляных посланников.

Способность: [Стремительный натиск] (Быстрый)

* Особая атака (движение, комбинация). * Стоимость: Высокая мана и выносливость. * Перезарядка: Четыре минуты.

* Текущий ранг: Серебро 0 (01%).

* Эффект (железо): Атака с разбега. Быстро накапливайте [Импульс] во время разбега. Может завершиться особой атакой, не являющейся комбинацией.

* Эффект (бронза): Может преодолевать экстремальные расстояния и двигаться по воздуху. Скорость разбега увеличивается в течение разбега.

* Эффект (серебро): Урон от [Импульса] усиливается вашей скоростью в момент приземления атаки.

Первая битва Тайки в качестве серебряного ранга была неловкой дракой в коридорах облачного дворца Джейсона. Это была ситуация, которая не позволяла Тайке полностью выразить свой набор способностей, который преуспевал в широких открытых пространствах и возможности совершать длинные, атакующие рывки. Его Стремительный натиск накапливал силу с того момента, как он покинул панцирь Онслоу, высвобождая ее, когда он наносил удар. Он не клевал клювом орла и не царапал когтями, вместо этого врезаясь головой в посланника, максимизируя грубое физическое воздействие. Куски камня и фрагменты металла разлетались от него, как от скульптуры, ударенной пушкой.

Способность: [Неудержимый удар] (Быстрый)

* Особая атака (движение). * Стоимость: Умеренная мана и выносливость. * Перезарядка: Одна минута.

* Текущий ранг: Серебро 0 (01%).

* Эффект (железо): Атака ближнего боя. Если атакой активируются какие-либо экземпляры [Импульса], они наносят урон разрушительной силой, равный урону резонирующей силой.

* Эффект (бронза): При комбинировании с особой атакой движения-комбинации, физический импульс этой атаки крайне трудно остановить. Физические барьеры и ограничения поражаются уроном резонирующей силой. Магические барьеры и ограничения поражаются уроном разрушительной силой. Сопротивления к любому эффекту, который препятствует движению, значительно увеличиваются на время действия комбинации атаки.

* Эффект (серебро): Перезарядка этой способности сбрасывается при использовании особой атаки движения-комбинации, позволяя комбинировать эту способность с этой атакой.

Комбинация способностей, использованная в оптимальных условиях, превратила цель Тайки в руины. Даже так, ни одно существо серебряного ранга не было легко убить, и элементальные силы земли и металла укрепляли посланника еще больше.

Тайка не остался, чтобы закончить работу, несмотря на состояние посланника. Хотя он разделял качества силы, мобильности и мощи Хамфри, их роли были схожи, но не одинаковы. Хамфри был драчуном, использующим скорость, силу и стойкость, чтобы усложнить жизнь своим врагам. Его способность не отставать от врагов и поддерживать жестокие уровни атакующей мощи делала его неумолимым противником, который часто обеспечивал убийства для команды. Тайка был инициатором, использующим ошеломляющую скорость и невероятный взрывной урон, чтобы поставить врагов в невыгодное положение. Он был тяжелой кавалерией, только гигантской и птицей.

У Тайки не было устойчивого урона Хамфри, поэтому он с ревом устремился в другую атаку с разбега, когда Хамфри телепортировался, чтобы добить сильно поврежденного посланника. Эта новая атака с разбега не ускорялась со временем до тех пор, пока не сравнялась с темпом Софи, но все же позволяла ему двигаться быстрее, чем кто-либо, кроме нее.

Способность: [Скорость и Мощь] (Быстрый)

* Особая атака (движение, комбинация). * Стоимость: Низкая мана и выносливость. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 0 (02%).

* Эффект (железо): Атака ближнего боя. Получает экземпляр блага [Неумолимая атака].

* Эффект (бронза): Когда экземпляры [Неумолимой атаки] поглощаются, получите столько же экземпляров [Импульса].

* Эффект (серебро): Может использоваться как атака с разбега путем увеличения стоимости маны и выносливости до умеренной, предоставляя дополнительную скорость на время действия атаки. Увеличение скорости усиливает полет больше, чем скорость на земле. При комбинировании с особой атакой, не являющейся комбинацией, немедленно генерируется количество экземпляров [Неумолимой атаки], основанное на нанесенном уроне. Использование этой способности несколько раз подряд постепенно увеличивает стоимость маны и выносливости.

* [Неумолимая атака] (благо, магия, накопление): Поглотите все экземпляры этого блага, чтобы сократить перезарядку особой атаки. Сокращение перезарядки имеет увеличенный эффект на особые атаки движения.

Первая атака Тайки с разбега забросила его среди врагов, так что их было полно вокруг, когда он совершил свою вторую. Это дало ему шанс использовать аспект своей способности изменения формы, пока он летел к следующей цели, собирая воздух вокруг своих крыльев и выстреливая им в виде болтов сжатого воздуха. Урон был далеко не исключительным, но болты взрывались при ударе, разбрасывая посланников. В результате им было трудно сформироваться, чтобы встретить команду, следующую по пятам за Тайкой.

Способность: [Затмить солнце] (Крыло)

* Особая способность (изменение формы). * Стоимость: Высокая мана и выносливость. * Перезарядка: Четыре минуты.

* Текущий ранг: Серебро 0 (00%).

* Эффект (железо): Форма птицы с высокой скоростью.

* Эффект (бронза): Форма гигантской птицы с высокой скоростью.

* Эффект (серебро): Собирайте энергию ветра во время движения. Этот ветер можно использовать для совершения атак сжатым воздухом. Эти атаки не прерывают никакие особые атаки движения в процессе.

Перезарядка способности Неудержимый удар Тайки была сброшена путем комбинирования с его первой способностью разбега, что сделало ее доступной для комбинирования со второй. Тайка ударил следующего посланника земляного типа, как ракета, отбивая куски. Вторая способность разбега также генерировала бафф Неумолимая атака, который Тайка немедленно поглотил, чтобы сбросить первую способность разбега. Поскольку комбинирование Неудержимого удара снова позволило ему сбросить свою собственную перезарядку, Тайка еще раз запустил комбинацию способности разбега и особой атаки по следующей цели.

К этому времени команда вступила в бой с посланниками, которых открывающие ходы Тайки прочно поставили в оборону. Софи была едва видна, мерцая между посланниками в темпе, который заставлял даже Тайку выглядеть медленным. Там, где Хамфри следовал за большими ударами Тайки, она следовала за его воздушными всплесками, не давая посланникам достичь какой-либо групповой сплоченности.

Команда, для сравнения, впадала в легкие синергии. Хамфри добил защитников земляного типа, которых Тайка уже измолотил, обнажив менее прочные типы огня, магмы и пепла. Типы огня и магмы выдавали наибольшее разрушение, в значительной степени парируемое своевременными щитами Нила и перехватом атак Фаррой. Фарра не просто блокировала пламя и магму, но поглощала их, пополняя ману, потраченную на дорогостоящие атаки.

Фарра обрушила свои способности Лавовая пушка и Осколочный шторм обсидиана на посланников типа пепла, которые пытались помешать команде облаками пепла и горящих углей. Они быстро рассеивались ветром Софи, пламенем Фарры и Белиндой, копирующей и блокирующей силы посланника из безопасности панциря Онслоу.

Руфус, несмотря на неспособность летать, изматывал посланников огня и магмы в тылу. Клайв открыл для него портал, и оттуда он использовал самих посланников как платформы, демонстрируя ловкость, которой его обучали с рождения. Его способности телепортации на короткие дистанции, Мерцающий шаг и Вспышка лунного света, позволяли ему перемещаться от врага к врагу, оставляя после себя дикие раны от меча, прежде чем двигаться дальше.

Со своими яркими солнечными силами Руфус был светом для тени Джейсона, оба мужчины перемещались от врага к врагу. Уже бабочки, светящиеся оранжевым и синим, появлялись из нескольких посланников, ища новых жертв, на которых можно распространить недуги.

— Видишь? — спросил Руфус Хамфри через голосовой чат, когда группа доминировала над посланниками. — Иногда нужно просто довериться способностям своей команды.

— Я все еще говорю, что эта «музыка» не нужна, — проворчал Хамфри, когда Гэри пролетел мимо него, обхватив ногами посланника. Огромный леонид, покрытый тяжелой броней, падал сквозь небо, колотя посланника молотом с короткой рукоятью.

— Кто-нибудь говорил Гэри, что он не умеет летать? — спросил Нил, наблюдая из панциря Онслоу. — Думаю, он бьет его в такт.

БОЛЕЕ ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕЛЬ

БОЛЕЕ ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕЛЬ

Грибовидное облако пыли и пепла покрывало огромную территорию, и повсюду вокруг него команды авантюристов сталкивались с посланниками, измененными элементальной силой. Одной из первых вещей, которые сделал Джейсон, вступив в контакт с одним из них, было краткое прикосновение рукой к нему.

Обращенный посланник (пепел, серебряный ранг)

* Способности посланника подавлены. * Способен колдовать пепельные бомбы.

Элементальные посланники были заметно слабее обычных, что наиболее очевидно проявлялось в их отсутствии контроля ауры. Вместо обычной точной и подавляющей силы их ауры хлестали волнами подавляющей мощи, сильной, но непоследовательной. Любой хорошо обученный авантюрист мог справиться с прерывистыми духовными атаками, отбиваясь от того, что обычно было сильнейшим оружием посланника.

Им также не хватало интеллекта; они были сведены к животным инстинктам. Они понимали достаточно, чтобы работать в тандеме, но не смогли выйти за рамки размещения сильных впереди, а разрушительных — сзади. Они не смогли адаптироваться ни к какой стратегии, кроме самой очевидной, позволяя авантюристам взять верх.

На земле Клайв и Фарра стояли на краю круга выжженной земли. Взрыв, создавший грибовидное облако, выровнял огромную территорию тропического леса, и Фарра выжгла поваленные деревья и раздавленный подлесок, чтобы создать пространство для работы Клайва. Он начертил кубическую ритуальную диаграмму из сверкающего золотого света, коробку, состоящую из каркасных линий и плавающих сигилов.

Пока он работал, блуждающий комок магмы размером с мотоцикл рухнул сквозь воздух по направлению к кубу. Поток синего и оранжевого света выстрелил сбоку и превратился в фамильяра Джейсона, Гордона. Одна из сфер, плавающих вокруг Гордона, превратилась в щит и перехватила атаку.

— Спасибо, Гордон, — крикнула Фарра ему вверх. Он ответил сложным стробированием своих сфер, прежде чем превратиться в поток света и умчаться прочь.

— У тебя есть хоть какое-то представление, что означает этот язык вспышек? — спросила Фарра Клайва. — У меня теперь есть способность перевода, и я ничего не получаю.

— У меня тоже есть способность перевода, и я понятия не имею. Думаешь, Джейсон просто притворяется, что понимает его?

— Нет, — сказала Фарра. — Он бы сделал это с нами, но не сделал бы этого с Гордоном.

Завершив диаграмму, Клайв пропел короткое заклинание. Пламя пробежало по линиям коробки на мгновение, прежде чем почти сразу погаснуть. Он и Фарра обошли куб, который был в два раза выше их, осматривая его.

— Кажется, надежно, — сказала Фарра.

— Протестируем? — предложил Клайв.

Фарра применила свое заклинание Огненная стрела, и коробка поглотила его, подобно тому, как она поглощала силы огненных посланников. Пламя рассеялось по линиям и сигилам, прежде чем быть втянутым внутрь и исчезнуть. Фарра указала на секцию, где золотые линии заметно потускнели, когда они втянули огонь.

— Возможно, тебе стоит подправить это, — сказала она.

— Я видел, — согласился Клайв. Он перерисовал секцию и повторил заклинание. Еще один тест показал, что слабая область была исправлена.

— Сделаем сначала правильный полевой тест этого, — спросила Фарра, — или перейдем сразу к остальным трем.

— Давай полевой тест, — сказал Клайв. — Он должен быть способен удержать одного.

Они посмотрели на небо, где посланники и авантюристы все еще сталкивались в воздухе. У обоих было достаточно острое зрение, чтобы различить далекие фигуры, по крайней мере те, что были достаточно близко, чтобы не быть полностью скрытыми пылью. Фарра указала, используя свою ауру, чтобы направить глаза Клайва.

— Вон того.

— Ладно, — сказал Клайв.

Фарра вошла в куб, золотые линии покалывали ее тело, когда они проходили сквозь нее, и стробировали на мгновение, как только они это сделали. Она стояла в центре куба, глядя вверх. Клайв направил одну руку на нее, а другую — в небо, а затем пропел заклинание.

— Обмен судьбами.

Фарра исчезла и была заменена посланником огненного типа, в то время как она появилась на его месте в небе. Теперь, находясь в тылу формирования посланников, она открыла по ним огонь своими сильнейшими атаками. Внизу огненный посланник едва был обеспокоен внезапной транслокацией, почти сразу выстрелив потоком пламени из своих рук.

Клайв поднял бровь, когда огонь ударил в край коробки. Вместо того чтобы пройти через открытое пространство между линиями магической клетки, пламя было удержано невидимым барьером. Огненный посланник бросился вперед, отскочив от того же барьера.

— Адекватно, — оценил Клайв, затем приступил к рисованию второго куба рядом с первым.

* * * — Это много бабочек, — сказал Джейсон, паря в воздухе, глядя на стену из синего и оранжевого. Бабочки были такими густыми, что закрывали посланников позади них. Многие бабочки были уничтожены атаками посланников, взрываясь красочными вспышками энергии разрушительной силы. Прорехи быстро заполнялись, так как больше бабочек порождалось из уже пораженных посланников.

— Есть какой-то лимит на то, сколько бабочек у тебя может быть? — спросил Тайка. Он был снова в своей человеческой форме, но пара золотых крыльев удерживала его в воздухе.

— Не численно, — объяснил Джейсон. — Они не являются настоящими живыми существами; это энергетические конструкции, которые выглядят и ведут себя отчасти как бабочки. Они происходят от недуга, который могут нанести сферы Гордона. Недуг постоянно забирает крошечные кусочки маны у цели и превращает их в бабочек. Бабочки несут все недуги человека, из которого они были созданы, включая тот, который создает больше бабочек. Если бабочки могут найти врага до того, как закончится кусочек маны, из которого они сделаны, они сбрасывают все недуги на свежую жертву. Если нет, они выдыхаются.

— Бро, я не хочу звучать так, будто я в другой команде, но я думаю, звучит лучше, когда ты называешь их врагами, а не жертвами. Иначе звучит так, будто ты собираешь их, чтобы проводить на них эксперименты.

Джейсон демонстративно избегал смотреть вниз туда, где работал Клайв.

— Я буду иметь это в виду, — сказал он, немного слишком небрежно.

— Как бабочки узнают, кто враг? — спросил Тайка.

— Знаешь, у меня есть несколько способностей, которые влияют только на врагов или влияют на них иначе, чем на союзников. Я никогда не понимал к своему удовлетворению, как они отличают. Это почти должно быть какое-то взаимодействие ауры, но это поднимает много вопросов. В качестве теста я пытался заставить себя думать о чем-то как о враге, когда, строго говоря, это было не так.

— О чем-то, а не о ком-то?

— Я подумал, что лучше всего попробовать это на самой презренной, отвратительной вещи, которую я мог вообразить, чтобы было легче думать о ней как о враге, даже если технически это было не так.

— Что ты выбрал?

— Замороженные обеды на одного.

— Тебе, возможно, стоит попробовать это на человеке, бро.

— Это никогда не казалось очень этичным.

— Это хороший момент, вся эта штука с жертвами против врагов. Знаешь, ты мог бы, наверное, уничтожить целый город этими бабочками. Если бы город был полон твоих врагов.

— Нахождение в городе, полном врагов, — это то, чего я обычно стараюсь избегать.

— Ты говоришь это, бро, но мы все знаем, какой ты. Это, вероятно, случится, и это, вероятно, будет твоя вина.

— Ты думаешь, есть город, полный людей, которые ненавидят меня настолько сильно?

— Бро, ты врубил Металлику над полем боя. Готов поспорить, ты многих напугал.

— Это не оправдывает город, полный смертельных врагов.

— Также, я не думаю, что ты выбрал правильную песню для начала. Было неплохо, но я бы начал с «Master of Puppets» или «Trapped Under Ice». Или, может быть, смешал бы это с чем-то из AC/DC. «Thunderstruck» было бы потрясающе иметь саундтрек к битве.

— Я жду, чтобы сразиться с кем-то с силами молнии, чтобы использовать ту.

— Бро, если парень, с которым ты сражаешься, — это тот, у кого силы молнии, не будет ли «Thunderstruck» тем, что ты ставишь саундтрек для другого парня, чтобы он надрал тебе задницу, а не наоборот?

— Хм, — задумчиво произнес Джейсон. — Возможно, ты прав.

— Тебе стоит включить ее сейчас, и мы отправимся искать еще плохих парней.

— Нет, большинство оставшихся посланников остаются в облаке. Они агрессивны, но не совсем неразумны, и они видели, как сильно они проигрывают авантюристам.

— Ты можешь чувствовать вокруг всего облака?

— Да. Разве твое восприятие не начало фильтровать ощущения, чтобы лучше справляться с ситуацией?

— Не, бро. Это звучит как какой-то уровень следующего порядка.

— Ну, ты теперь серебряного ранга; добро пожаловать на следующий уровень. Попрактикуйся в медитации и посмотри, как пойдет.

— Бро, я лечу в воздухе, и мы все еще в битве.

— Думай об этом как о тренировке духовного сопротивления. Я буду твоим страхующим.

Выражение лица Тайки стало задумчивым.

— Как делать жим лежа своей душой.

— Именно, — сказал Джейсон. — Что подводит меня к одному вопросу: ты вообще качаешься, бро?

— Бро, это ледяной холод. Ладно, давай сделаем это.

Они подлетели к панцирю Онслоу, и Тайка сел, скрестив ноги, на его вершине, закрыв глаза. Джейсон стоял, наблюдая за ним мгновение, затем немного облачного материала вылилось из уменьшенной облачной фляги, висящей у него на шее. Он сформировал стул, в который Джейсон устроился, поедая сэндвич и листая книгу, пока наблюдал за Тайкой.

Руфус телепортировался на панцирь во вспышке серебряного лунного света.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Это тренировка медитации, — сказал Джейсон.

Глаза Руфуса остановились на сэндвиче.

— Да, похоже, ты поглощен созерцанием тайн космоса.

Джейсон мягко помахал книгой в руке.

— Это теория астральной магии, так что технически, я этим и занимаюсь. А плохие парни практически закончили; мы просто позволяем фамильярам немного попрактиковаться, прежде чем бабочки закончат со всеми отставшими.

Как и предполагал Джейсон, Гордон плавал вокруг с фонарем-фамильяром Белинды, стреляя лучами и болтами силы в посланников, быстро гниющих под тяжестью недугов Джейсона. Также присутствовал фамильяр Хамфри, любящий печенье и меняющий форму, Сташ принял форму дятла размером с бульдозер. Он завис на месте, крылья жужжали, как у колибри, пока его клюв колотил посланника земляного типа, как отбойный молоток. Однако он быстро отказался от этого подхода, выплевывая комки гнили, вызванные недугами.

— Ты мог бы просто присоединиться к Тайке, — предложил Джейсон Руфусу.

— Кажется, это было бы хорошей тренировкой восприятия, пытаясь протолкнуть свои чувства сквозь все это препятствие, — признал Руфус. Он собирался сесть, когда Джейсон внезапно встал, облачный стул вернулся во флягу, когда он убрал книгу.

— Что такое? — спросил Руфус.

— Битва только что закончилась, — сказал Джейсон.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Руфус, затем повернул голову, когда почувствовал то, что Джейсон уже ощутил: две ауры алмазного ранга, движущиеся по воздуху с ослепительной скоростью.

Чарист и Аллайет прибыли из Яреша, Чарист летел в стиле супергероя, в то время как Аллайет сидела на том, что выглядело как трон, сделанный из сверкающих огней. Они замедлились и разделились, приближаясь к массивному облаку. Чарист набрал высоту и исчез в мраке, в то время как Аллайет спустилась, направляясь к одному из авантюристов золотого ранга для быстрого обсуждения.

— Нам нужно перегруппироваться, — объявил Хамфри через голосовой чат. — Как дела на земле, Клайв?

— Мы здесь более или менее на пределе, — сказал Клайв.

— Очень хорошо, мы сойдемся на вас. Джейсон, возможно, пришло время тебе забрать то...

Он сделал паузу, прежде чем неохотно закончить.

— ...устройство для «музыки».

— Бро, — сказал Тайка, поднимаясь на ноги. — Думаю, Хамфри может понравиться музыка стариков. У тебя есть что-нибудь из Фостера и Аллена?

— Нет, — сказал Джейсон. — У меня есть немного музыки молодых людей, сделанной так давно, что люди, которые ее делали, теперь старые. Думаешь, ему понравились бы Холлис?

— Если нет, — сказала Фарра, — я не уверена, что он в правильной команде.

— Тебе не дано это говорить, — сказал ей Хамфри. — Ты даже не в этой команде.

— Она права насчет Холлис, однако, — сказала Софи.

— Ты вообще знаешь, кто это? — спросил Хамфри.

— Хампи, Джейсон и Фарра привезли музыку целого другого мира. Ты не слушал ничего из нее?

В голосовом чате воцарилась оглушительная тишина, пока, наконец, Гэри не подал голос, его голос был встревоженным.

— Ты только что назвала его Хампи?

— Нет, — сказала Софи, непривычно смутившись.

— Нет! — сказал Хамфри, так же быстро.

Все снова замолчали, каждый человек, подключенный к голосовому чату, почти слышал пот Хамфри, ожидая, пока Джейсон выскажет мнение о новом прозвище Хамфри.

— Ну, я думаю, это мило, что они становятся более комфортными как пара, — сказал Джейсон. — Гэри, где ты?

— Я еду на землю, держась за посланника. Я оставил его крылья в покое, чтобы он мог летать, но я слишком тяжелый в своей броне, и мы неуклонно спускаемся. Я выяснил, что если держать одну ногу и одну руку, можно как-то управлять ими.

— Разве посланник не атакует тебя? — спросил Хамфри, с готовностью прыгая в милосердную смену темы Джейсоном.

— Да, но это один из огненных, — сказал Гэри. — Он не многого добивается. От жары у меня трусы немного влажные.

Пока они болтали, Джейсон, Тайка и Руфус переместились с вершины панциря Онслоу внутрь к Нилу и Белинде, когда он спускался к земле. Звуковой проектор также спустился в панцирь, как было направлено устройством управления, которое достал Джейсон. Он подождал, пока закончится последняя песня, прежде чем вынуть записывающий кристалл и выключить его, однако.

Они достигли земли и высадились из панциря Онслоу, который уменьшился, чтобы заключить фамильяра, который возобновил свою нормальную форму черепахи. Клайв и Фарра стояли у того, что теперь было четырьмя кубическими клетками, расставленными в квадрат. Каждая из них была заполнена около дюжиной посланников, каждый куб содержал другой тип, пойманный и живой.

— Кажется, это прошло хорошо, — сказал Джейсон.

— Не ты был тем, кому приходилось постоянно заходить внутрь, чтобы быть перетелепортированным, — пожаловалась Фарра. — Это стало очень неприятно, когда они заполнились.

Джейсон повернул голову, когда почувствовал, как внимание Аллайет упало на них. Через несколько секунд она прибыла в размытии своего сверкающего трона. Она сошла с него и достала маленькую бутылочку из пространственного мешочка на поясе. Она откупорила ее, и облако огней было втянуто внутрь, после чего она запечатала бутылку и убрала ее.

— Что у вас здесь? — спросила она, осматривая расположение тюремных кубов.

— Это тюремный массив, — объяснила Фарра. — Он циклически использует элементальную энергию заключенных для усиления массива. Сами заключенные подпитывают свое заключение через отток энергии, который не дает им силы вырваться. Это работает только потому, что есть отдельные элементальные силы с однородными подмножествами, которые мы можем использовать для циклической передачи энергии. Нельзя подавить элементальную силу тем же элементом.

— И у вас просто случайно оказался ритуальный массив именно для этого?

— Фарра — специалист по массивам, — сказал Клайв. — Я просто помог подправить детали.

— Подразумевая, что у меня была идея, а Клайв придумал, как заставить ее работать примерно за четыре минуты в одиночку вместо четырех недель с исследовательской командой, — уточнила Фарра.

— Интересно, — сказала Аллайет. — Однако нам следует оставить это обсуждение на потом. Джейсон, я понимаю, у тебя есть какой-то звуковой проектор?

— Ага. Хочешь сделать запрос?

— Тина Тернер, — предложила Фарра. — Ты не знаешь музыкантов из мира Джейсона, так что просто поверь мне.

— Спасибо, — сказала Аллайет, — но у меня была более практичная цель.

Аллайет взяла записывающий кристалл у Джейсона, сделала объявление в него, а затем поместила его в проектор и подбросила в воздух. Ее голос распространился, предупреждая авантюристов отойти от облака.

Вскоре после того, как объявление начало повторяться по кругу, огромная сила элементального ветра появилась для чувств каждого, высоко в небе. Сформировался массивный вихрь, который втягивал облако, засасывая его высоко в небо. Авантюристы, которые отходили от облака, начали двигаться быстрее, но несколько все еще были засосаны вместе с облаком. Аллайет запрокинула голову, вздыхая, глядя на вихрь, едва видимый за хаотично кружащимся облаком.

— Он мог бы подождать немного, — сказала она. — Никакого терпения, этот человек.

— Из любопытства, — спросил Джейсон, — как бы вы предупредили всех, если бы у вас не было моего звукового проектора?

— Я бы не стала.

— Ладно, — сказал Джейсон. — А теперь я знаю вас немного лучше.

— Ты намекаешь, что я бессердечна?

— Определенно нет, — твердо сказал Джейсон.

— Хорошо.

— Потому что я не хочу быть засосанным в ветряной вихрь, как звуковой проектор, который вы одолжили, — пробормотал он.

— Что это было?

— Ничего.

— Это не звучало как ничего.

— О, смотрите: вон там летит авантюрист золотого ранга. Наверное, ему нужно поговорить с вами о чем-то очень важном.

ОТКРОВЕННО ВРАЖДЕБНЫЕ

ОТКРОВЕННО ВРАЖДЕБНЫЕ

Джейсон и его команда были не единственными, кто захватил некоторых элементальных посланников, хотя именно они поймали больше всех. Ритуальные клетки Клайва и Фарры смогли содержать почти пятьдесят из них, хотя конструкции не могли длиться вечно. Общество искателей приключений отправляло транспортные средства для содержания в их направлении, но тем временем за всеми заключенными велось наблюдение.

Облако, которое забивало небо, теперь исчезло. Алмазный ранг, Чарист, создал воздушный вихрь, который засосал не только облако и посланников внутри него, но и изрядное количество авантюристов, сражающихся с этими посланниками. Все они были подброшены в верхние слои атмосферы мощной способностью вихря Чариста.

На земле не было недостатка в авантюристах, включая тех, кого кувыркали, как одежду в стиральной машине. Большинство из них неприятно провели время, будучи подброшенными вихрем, но благодаря способностям медленного падения или полета смогли безопасно вернуться на землю. Посланники провели время менее приятно, так как Чарист убил большинство из них.

Отсутствие облака открыло массивную шахту, спускающуюся в землю, достаточно широкую, чтобы в нее можно было сбросить дом. Отверстие шахты было на дне дыры, сделанной не ударом сверху, а взрывом снизу, что делало ее меньше кратером, чем массивной выходной раной.

Чарист и Аллайет обсуждали, как он подошел к ситуации внутри экрана конфиденциальности, который одновременно запечатывал любой звук и размывал визуальные эффекты настолько, что никто не мог читать по их губам. Их язык тела, однако, оставался очевидным. Чарист выглядел как ребенок, пойманный на чем-то глупом своей матерью, когда Аллайет тыкала пальцем в его направлении с каждым аргументом, который она приводила. После разговора обо всех авантюристах, которых он подбросил, она перешла к посланникам из облака, которых он не убил.

— Что вдохновило тебя думать, что бросить их в космос — хорошая идея? — спросила Аллайет. — Они могут справиться с холодом, им не нужно дышать, и они умеют летать. Они просто вернутся.

— Тогда мы убьем их, когда они вернутся.

— Нет, ты пойдешь и найдешь их сейчас, прежде чем они начнут появляться в маленьких городках и деревнях по всей планете и убивать всех там.

— Найти их? Ты знаешь, насколько велик космос?

— Если только ты не выбросил их на луну, я не вижу... ты выбросил их на луну?

— Только парочку, — пробормотал Чарист. — Ты же знаешь, я выбросил их, потому что я отдавал приоритет спасению авантюристов.

— Спасению их от чего?

— От моего воздушного вихря.

— Ты не мог подождать немного дольше, прежде чем использовать его?

— Как я должен был знать, что ты собираешься предупредить их всех? Это была своего рода срочная ситуация, Эли.

— Не «Эли» мне, Чарист.

— Ладно. Но ты не должна говорить со мной так перед другими авантюристами.

Чарист раскинул руки, жестикулируя на ландшафт вокруг них. Взрыв и последующая битва опустошили ландшафт, оставив лишь несколько поваленных деревьев, разбросанных среди земли и камня, обнаженных в результате очистки поверхности. Повсюду были люди, от авантюристов до исследователей Магического общества и городских чиновников. Больше прибывало из Яреша с каждым моментом, на транспортных средствах или через порталы. Все люди фокусировались на трех вещах: гигантской дыре в земле, заключенных посланниках в клетках и двух алмазных рангах в пузыре конфиденциальности.

— Они ничего не слышат через этот экран конфиденциальности, — сказала Аллайет. — Они даже не могут читать по нашим губам из-за легкого эффекта размытия.

— Они видят, как меня отчитывают.

— Тебя не будут отчитывать, если ты не будешь выбрасывать людей на луну!

— Мы оба знаем, что это неправда. Также, это было скорее в сторону луны, чем на луну. Она выглядит большой, но трудно точно определить с этого расстояния.

— По крайней мере, скажи мне, что ты не выбросил их на Мистическую Луну.

— Нет, это была обычная луна. Что является точкой отсчета, по крайней мере. Ты знаешь, как трудно будет отследить людей, если они будут случайно вращаться вокруг планеты?

— Да, Чарист, я знаю. Это причина, по которой я не выбрасываю людей в космос. Почти.

— Почему ты так взвинчена из-за этого?

— Потому что с тобой всегда одно и то же, Чарист. Ты падаешь как алхимическая бомба, а потом оставляешь меня разгребать беспорядок. Ты настоял на том, чтобы взять на себя инициативу в общении с Джейсоном, и ты все испортил. Мне пришлось вмешаться, и теперь все стало сложнее.

— Ты разгребла мой беспорядок, да? Ты не получила больше ответов от Асано, чем я. Ты вообще видишь, что он делает прямо сейчас?

— Да, Чарист, я вижу.

— И ты назвала его Джейсон.

— Это его имя, Чарист.

— Ты уверена, что ты не немного ближе к Асано, чем должна быть?

— Чарист, ты очень могущественен. Когда это то, что нам нужно, это хорошо, если только ты не начинаешь бросать посланников в луну.

— Мы даже не знаем, попал ли кто-нибудь из них туда. Это требует большой точности.

— А ты — тупой предмет. Ты согласился позволить мне иметь дело с Дж... Асано.

— Нам не должно было приходиться иметь с ним дело. Он серебряного ранга.

— Он больше, чем просто серебряный ранг, Чарист, и я думаю, ты это понимаешь.

Чарист подозрительно посмотрел на Аллайет.

— У тебя все-таки был некоторый успех, не так ли? — обвинил он. — Когда ты собиралась поделиться тем, что узнала, со мной?

— Как только у меня будет что-то, чем стоит поделиться. Асано дал мне намеки, подтексты и мало что еще. Он насторожен, как и следовало ожидать после того, как мы, по сути, разграбили его дом.

— У этого человека слишком много секретов.

— А у тебя нет?

— Нет, Аллайет, нет. Я не ты. Ты уверена, что не скрываешь вещи от меня? Потому что я «тупой инструмент»?

— Чарист, ты не имеешь представления, сколько вещей я скрываю от тебя. А теперь иди преследуй тех посланников, которых ты выбросил. Почему именно ты не убил их вместе с остальными? И не говори мне эту чепуху о спасении авантюристов, потому что большинство спасли себя сами. И ты алмазный ранг; ты можешь убить серебряного так же легко, как выбросить одного.

— Это весело — бросать вещи в космос.

— Это правда, — признала Аллайет. — Но тебе нужно убедиться, что ты бросаешь правильных людей. Тех, кто умрет.

Она указала на небо.

— А теперь иди.

— Я не хочу в космос, — пробормотал он, заработав от Аллайет взгляд с приподнятой бровью.

— Ладно, — проворчал он, а затем выстрелил в воздух с порывом ветра, который поднял пыль, грязь и обломки на более чем сто метров.

— Тебе не обязательно было это делать, — тихо сказала Аллайет после того, как опустила экран конфиденциальности. — Я знаю, что ты все еще слышишь меня, Чарист.

Она двинулась к ритуальным клеткам, их светящийся золотой свет выделялся на фоне коричневого, выжженного ландшафта. В размытии она появилась рядом с Джейсоном, который стоял перед ними с другими авантюристами. Рядом был портал, лист радужного света в арке из молочного кристалла.

— Не думай, что я не наблюдала за тем, что ты замышляешь, — сказала она ему.

— Что? — спросил он невинно. — Здесь много авантюристов, наблюдающих за клетками, не только я или даже моя команда. Скажи ей, Коринн.

Коринн глубоко поклонилась.

— Для меня честь быть в вашем присутствии, Леди Аллайет.

— Ну, это не помогает, — пожаловался Джейсон.

— Джейсон, — сказала Аллайет, указывая на арку портала. — Что это?

— Это портал, — сказал Джейсон невинно.

— Это был бы один из твоих таинственных порталов в места неизвестные.

— Он известен мне. В некотором роде. Я более или менее понимаю... в любом случае, какое это имеет значение? Это совершенно невинный портал.

— Ты не пытался заставить некоторых элементальных посланников пройти через него, тогда?

— Может быть, — сказал он уклончиво. — Что в этом плохого?

— Общество искателей приключений возьмет их под стражу.

— Мы поймали их. Мы уже взяли их под стражу.

— Ты не изолирован под землей в этот раз, Джейсон. Ты окружен авантюристами. Могучими авантюристами.

— Если вы собираетесь угрожать, Леди Аллайет, то я думаю, вам лучше начать называть меня мистер Асано.

— Это не была угроза, Джейсон.

— Не была? Тогда что случится, если мы скажем нет?

Команда Джейсона собралась вокруг него, в то время как другие авантюристы отступили подальше.

— Мне жаль, Джейсон, но ты не можешь сказать нет.

— Оставь это, Джейсон, — сказал Клайв. — Это больше не наши заключенные, так что позволь Обществу искателей приключений забрать их.

Клайв щелкнул пальцами, и клетки исчезли, оставив четыре дюжины посланников посреди авантюристов, все из которых были поражены внезапным освобождением. Группа Джейсона бросилась через арку портала, кроме самого Джейсона. Он наблюдал, как Аллайет наколдовала кнут из лозы в каждой руке, каждый из которых имел девять толстых плетей, заканчивающихся головой венериной мухоловки. Они выглядели похожими на кнут гидры, который Джейсон использовал на бронзовом ранге.

По сравнению со старым кнутом Джейсона, наколдованные Аллайет имели превосходную силу, ожидаемую от алмазного ранга. Головы ныряли снова и снова, как будто ныряли за яблоками. С каждым укусом серебряный ранг посланника умирал. Другие авантюристы внесли не больше, чем удержание посланников, пока кнуты делали свою ужасную работу, хотя некоторые авантюристы золотого ранга эффективно вносили урон.

После наблюдения мгновение, Джейсон последовал за своими спутниками через портал. Авантюрист золотого ранга двинулся, чтобы остановить его, но был напуган поразительно мощным всплеском ауры от Джейсона. Это напугало авантюриста золотого ранга только на мгновение, но Джейсон использовал этот момент, чтобы проскочить мимо него.

* * * Джейсон появился в своем царстве души в одном из дворов, окружающих центральную пагоду. В постоянно меняющемся мире астрального королевства Джейсона дворы в настоящее время имели полы из сланцевой плитки и были разделены шпалерами, покрытыми ярко цветущими лозами. Команда сидела за большим круглым столом на плюшевой облачной мебели.

Джейсон присоединился к ним, подключаясь к сырой магии, которую он мог формировать в духовные монеты, как он это делал. Вместо того чтобы превращать магию в монеты, он заставил ее принять форму подносов, полных угощений, и команда немедленно начала набрасываться.

— Бро, это был тотальный ход босса, — сказал Тайка Клайву.

— Это действительно было приятно, — согласился Нил, — но я не могу не задаться вопросом о последствиях.

— Не могу сказать, что одобряю освобождение всех этих посланников, — сказал Хамфри. — Я знаю, Леди Аллайет разберется с ними, но все равно это не кажется правильным.

— Мне это показалось правильным, — сказал Клайв. — Джейсон не единственный, кто не любит, когда его толкают. Мы разработали эти клетки, мы наполнили их посланниками, а потом они хотят налететь и забрать их? Для чего? Чтобы передать их всех Магическому обществу для изучения? Нет.

— Я единственный здесь, кто уважает авторитет? — пожаловался Хамфри.

Его стул был диванчиком, который он делил с Софи. Она придвинулась к нему, взяв его за руку и переплетя их пальцы.

— Конечно, ты единственный, — сказала она сладко. — Я была воровкой, Линди была воровкой. Она все еще ею является, чаще, чем строго должна. Тайка — какой-то преступник; я не уверена в деталях. Клайв определенно закончил после того, как с ним обошлось Магическое общество, и я, конечно, не должна объяснять Джейсона.

— Не думаю, что ты смогла бы, — сказал Нил.

— У меня нет проблем с авторитетом, — сказал Руфус. — Иерархия важна в управлении институтами.

— Я амбивалентен, — сказал Нил. — Я мог бы пойти в обе стороны, основываясь на обстоятельствах. С чем мы все должны согласиться, это умный подход.

— Ну, у тебя есть Руфус, — сказала Софи, сжимая руку Хамфри. — Это что-то, по крайней мере.

— Мы снова спровоцировали местные власти, — сказал Руфус. — Это оставляет вопрос о том, что делать дальше. Мы собираемся исследовать эту гигантскую дыру с гейзерами элементальных посланников?

— Абсолютно нет, — сказал Хамфри. — По-видимому, эти посланники прорыли свой путь наружу. У нас нет реального представления, что там внизу; вся наша информация исходит из источников, которые ненадежны или откровенно враждебны.

— Согласен, — сказал Клайв. — Я не доверяю некоторым полусырым предположениям Магического общества, основанным на горстке поверхностных чтений ауры.

— Или Голосу Воли, — добавил Джейсон.

— Все, что мы делаем здесь, мы делаем с открытыми глазами, — сказал Хамфри. — Между Клайвом и Джейсоном...

— В основном Джейсоном, — вставил Нил.

— Между Клайвом и Джейсоном, — повторил Хамфри, бросив на Нила острый взгляд, — мы продемонстрировали, что нас не будут толкать. Это значит, что мы не можем вернуться к игре в хороших, послушных авантюристов...

— В чем мы все равно ужасны, — сказала Белинда.

— Люди могут перестать перебивать меня? Мы не можем...

— Да, перестаньте перебивать Хамфри, — сказал Джейсон. — Он пытается монологом проговорить то, что мы... о, я тоже это сделал, не так ли? Прости, Хамп.

Хамфри не возобновил разговор сразу, обводя недовольным взглядом стол. Он увидел, как остальная часть группы пытается не смеяться, и обернулся. Позади его стула его усатый близнец также обводил взглядом группу, но с комично преувеличенной строгостью.

— Да, — сказал Сташ гравийной имитацией голоса Хамфри. — Я очень серьезный человек, который полагается на своих друзей, чтобы обеспечить моего собственного фамильяра печеньем.

— Сташ, мы говорили об этом, — сказал Хамфри. — Печенье — это еда для «иногда».

— Я дракон! Я не собираюсь толстеть!

— Дело не в том, чтобы толстеть. Дело в самодисциплине.

— Ты никогда не позволяешь мне делать ничего, что я хочу! — крикнул Сташ и убежал. Хамфри проводил его взглядом со вздохом.

— Думаю, он направляется в драконий эквивалент подросткового возраста, — объяснил Хамфри. — Ускоренное взросление связанного фамильяра означает, что мы дошли до этого момента рано, но, по крайней мере, это не должно длиться слишком долго.

— Ты уверен? — спросил Руфус.

— Быть связанным фамильяром ускоряет цикл созревания долгоживущих существ-фамильяров, — сказал Хамфри. — Вот почему существа вроде драконов позволяют своим молодым связываться.

— Да, я знаю эту часть, — сказал Руфус. — Но Сташ будет медленно развиваться, пока ты проходишь серебряный ранг, верно? Что должно занять у тебя примерно столько же времени, сколько человек проходит через юношескую стадию. То, что у тебя там, Хамфри, — это нормальный мальчик-подросток. Который умеет менять форму.

Хамфри откинулся на спинку стула, выглядя шокированным откровением Руфуса. Софи утешительно похлопала его по руке.

ПРЫЖОК ВЕРЫ

ПРЫЖОК ВЕРЫ

Джейсон и его спутники сидели за большим круглым столом в саду во внутреннем дворе мира души Джейсона, потягивая прохладительные напитки.

— Нельзя отрицать тот факт, что действия Клайва создадут нам проблемы, — сказал Хамфри. — Тем не менее, мы не обязаны отдавать плоды нашего труда Обществу искателей приключений только потому, что они решили, будто могут их забрать. Но это осложняет наши отношения с ними, ведь мы вскоре должны участвовать в крупной экспедиции. Экспедиции, имеющей серьезные политические последствия.

— А она вообще состоится? — спросил Нил. — Мы работали с Посланниками, потому что они сидят на дыре, ведущей к природной матрице, но, похоже, эти новые, испорченные Посланники просто вырыли для нас дополнительную дыру.

— Если Общество искателей приключений хочет попытаться обойти Посланников, — сказал Клайв, — я настоятельно рекомендую нам держаться от этого подальше. Как бы мне ни было противно работать с этой женщиной, Джес Фин Кааль, она права в том, что наших знаний о природных матрицах недостаточно. Я знаю, что предвзято отношусь к Магическому обществу, но их лучшие исследователи знают о природных матрицах меньше, чем Фарра.

— Ты считаешь, лучше довериться этому устройству, которое предоставляют Посланники? — спросила Белинда.

— Это не лучший выбор, — ответил Клайв, — но да. Мы, по крайней мере, можем изучить это устройство и узнать всё, что сможем, пока оно еще здесь, на поверхности. Это предпочтительнее, чем спускаться под землю и пытаться изобрести теорию природных матриц, по горло увязнув в той странной магии, которую состряпали из самой матрицы и того, что с ней сделали Посланники. И всё это — уклоняясь от оставшихся элементально оскверненных Посланников, местных жителей, того, что с ними случилось, и астрального пространства, полного остатков культистов Строителя.

— У меня есть искушение попробовать, — сказала Фарра. — Я специалист по матрицам и потратила годы на изучение сетки на Земле. Я даже руководила проектом по её восстановлению после того, как несколько идиотов её саботировали. Эта сетка — венец исследований природных матриц. Она использует принципы природных матриц для создания искусственной матрицы по совершенно иной парадигме. Она использует природный ландшафт для создания матрицы настолько огромной, что она может покрыть целую планету, при этом не мешая никаким другим матрицам, установленным на её территории. Уровень её сложности настолько высок, что в итоге возвращается к простоте. Её элегантность не похожа ни на какую другую магию, с которой я сталкивалась.

Она отпила из чашки чая, прежде чем продолжить.

— Эта теория природных матриц, основанная на сетке Земли, — фундамент того, что мы с Трэвисом делаем в плане разработки системы связи. Сейчас мы строим башни и используем грубый магический резонанс. Дайте нам десять или двадцать лет дополнительных исследований, и мы будем использовать горы и океаны, и никто даже не заметит. Максимум тридцать лет.

— Если только Магическое общество не поймет, с чем вы работаете, и не начнет допрашивать вас, чтобы выведать ваши знания, — заметил Клайв.

— Вот почему я молчу об этих делах с природными матрицами, когда нахожусь не в кругу друзей, — сказала Фарра.

— Может, тебе стоит вернуться к приключениям? — предложил Джейсон. — Вернись к этим исследованиям, когда получишь алмазный ранг и тебе не придется об этом беспокоиться.

— Так поступают многие алмазные ранги, — сказал Руфус. — Посмотри на ту леди, которая строит облачные дома и гоняется за Джейсоном.

— Нет, — Клайв покачал головой. — Это разумно, да, но так это не работает. Когда ты находишь что-то, что тебе нужно — и я имею в виду нужно — исследовать, ты не будешь ждать. Не ради достижения алмазного ранга, что само по себе является крайне неопределенной перспективой, или даже золотого. Когда эти знания ждут, буквально на расстоянии вытянутой руки, всё, что ты можешь сделать, — это шагнуть вперед, чтобы схватить их. Ничто другое не имеет значения.

Фарра и Клайв кивнули, достигнув общего понимания.

— Сетка на Земле похожа на астральную магию, которую Посланники разработали для культа Строителя, — объяснила Фарра. — Она намного превосходит любой местный аналог и была привнесена извне. Я подозреваю, что именно Посланники разработали магию, которую использовал тот, кто построил сетку на Земле. Именно поэтому я подозреваю, что Посланники не лгут, когда говорят, что знают, что делают с этой природной матрицей.

— Ты думаешь, что понимаешь эту магию достаточно, чтобы понять, что делать с этой природной матрицей? — спросил Хамфри Фарру. — Достаточно, чтобы ты была готова спуститься туда, не изучив устройство, которое нам обещали Посланники?

— Нет, — ответила Фарра без тени сомнения. — Я сказала, что у меня есть искушение, но это та половина меня, которая подталкивает Джейсона к действиям. Другая половина — это та часть меня, которая говорит ему этого не делать.

— Нам стоит прислушаться к этой половине, — сказал Джейсон. — Поверь мне на слово.

— В любом случае, я, вероятно, узнаю больше из устройства Посланников, чем из испорченной природной матрицы, — сказала Фарра. — Но почему бы сначала не проверить устройство, а затем матрицу? Немного терпения, и мы получим лучшее из обоих миров. Ну, лучшее для моих исследований. Я была в обоих мирах, и магические манипуляции с ними, исторически говоря, были довольно катастрофичными.

— Значит, спускаться в эту новую дыру мы не будем, — сказал Нил. — Хорошо, потому что мало того, что прыгать в большую жуткую дыру — это то, чего я делать не хочу, так это еще и звучит как эвфемизм для чего-то, чего я делать не хочу.

— Тогда продолжаем, как и раньше? — спросил Руфус. — Кажется немного антиклимактично просто вернуться к контрактам, на которых мы были.

— Звучит неплохо, — сказал Джейсон. — Не будет недостатка в авантюристах, желающих стать частью того, чем бы ни был ответ на эту гигантскую дыру. Я предлагаю оставить это им.

* * * Вокруг огромной дыры в земле десятки авантюристов и сотни функционеров Общества искателей приключений строили лагерь, который затмил бы большинство городов. Поваленные деревья и подлесок расчищались и магически перерабатывались в строительные материалы. Мастера камня выравнивали землю и закладывали фундаменты.

Харист ворвался в большую палатку, где Аллает сидела в складном походном кресле, глядя наружу.

— Ты видела, что они там делают? — сердито спросил он.

— Видела, — ответила она. Её взгляд не отрывался от портальной арки, в которую исчезли Джейсон и его команда. Она всё еще стояла рядом с тем местом, где были ритуальные клетки Клайва и Фарры. Она наблюдала за ней через открытый полог палатки все те часы, что Харист охотился за орбитальными Посланниками.

— Они строят здесь аванпост, чтобы лезть под землю. Сколько людей они отвлекли от восстановления города ради этого? Посмотри, как быстро они работают. Это могли бы быть чьи-то дома.

— Могли бы, — согласилась Аллает.

— Ты знаешь, что ответили в руководстве Общества искателей приключений, когда я спросил?

— То же самое, что и мне, полагаю.

— Что, хотя алмазные ранги не подчиняются Обществу, Общество также не подчиняется им.

— Да. Именно это они мне и сказали.

— Что происходит в последнее время? Куда делось уважение, которое люди раньше испытывали к нам?

— Не уверена, что это было уважение, Харист. Это была сила и тайна, а наша известность с начала нашествия монстров лишила нас большей части этой тайны. У нас всё еще есть сила, да, но теперь она для них исчислима. Они видели, как мы достигли своих пределов в битве с Ма Го Шаатом. И с Джейсоном Асано, который оказался пределом для Ма Го Шаата.

— Асано не убивал Посланника алмазного ранга.

— Нет. Но Посланник алмазного ранга пытался убить его, и что произошло? Посланник упал замертво, а Асано поглотил его жизненную силу. Когда дело доходит до репутации, история важнее деталей. Насколько бы точными они ни были, истории вокруг Асано — это легенды.

Харист выразил свое разочарование ворчливым рычанием.

— Я собираюсь сопроводить захваченных Посланников обратно в город для надлежащего содержания в кампусе Общества искателей приключений.

Он зашагал обратно, оставив Аллает всё еще размышлять над портальной аркой. С освобожденными Посланниками разобрались, но их освобождение вызвало раскол между Обществом искателей приключений и командой Джейсона. Обычно раздражение даже видной команды не имело значения для Общества. Всё становилось сложным, когда у этой команды были рычаги давления.

Экспедиция к природной матрице была важна для Общества искателей приключений. Это означало спасение Яреша вместо того, чтобы переселять всё население и начинать всё сначала. Завладение природной матрицей стало бы огромным подспорьем для Магического общества, поэтому обеспечение безопасности со стороны Общества искателей приключений принесло бы им большое влияние в сестринской организации. Однако успех этой экспедиции во многом зависел от Джейсона Асано, который был гораздо менее заинтересован в ней. Это давало ему преимущество перед Обществом искателей приключений, которого не было у большинства авантюристов.

Их выходка с освобождением десятков врагов посреди кучи авантюристов могла быть хуже, только если бы они не оказались среди авантюристов, способных с этим справиться. Аллает всё еще задавалась вопросом, зачем они понадобились Асано, раз он пытался провести их через свой таинственный портал. Если бы освобождение Посланников привело к жертвам, ситуация стала бы неприемлемой. Даже при том, что всё было благополучно локализовано, Общество не было довольно.

Директор, возможно, и был сторонником Джейсона в прошлом, но другие высокопоставленные руководители устали потакать ему. Аллает знала, что они обратились к континентальному совету, чтобы тот вмешался, что она считала неразумным решением. Руководители Общества хотели усилить давление на команду Джейсона, пока те не подчинятся, но она была вполне уверена, что они этого не сделают, какое бы давление ни оказывалось. Это лишь заставит их действовать более независимо, а не приведет к покорности.

Джейсон угрожал отказаться от членства в Обществе искателей приключений, и Аллает задавалась вопросом, не было бы это лучшим выходом. Если они будут использовать Общество только для своих нужд и никогда не будут служить его нуждам, то в чем смысл? Это привилегия алмазных рангов, заработанная службой и силой.

Одной из проблем, с которыми столкнулось Общество искателей приключений при попытке обуздать Джейсона, была его деятельность на благо Общества. Заявленная цель Общества — защита населения от монстров и других угроз, и послужной список Джейсона в плане самопожертвования ради этой цели был безупречен.

Его команду уважали. Даже чествовали. У них был опыт выполнения работы, от которой другие отказывались, будь то в Гринстоуне, Римаросе или теперь в Яреше. Когда они не выполняли черную работу, они занимались ровно противоположным: сражались, когда на кону стояли судьбы тысяч. Их послужной список делал практически невозможным упрекнуть их в том, что они не действуют на благо политических нужд Общества.

Они спасли Гринстоун от вторжения мировых инженеров Строителя. Мало того, что конструкции алмазного ранга уничтожили бы город и всех в нем, так еще и вторжение Строителя произошло бы на три года раньше. В Витессе они обнаружили, что церковь Чистоты призывает Посланников, раскрыв готовящееся вторжение. В Римаросе они были, по крайней мере частично, ответственны за уничтожение двух из трех городов-крепостей Строителя. Они убедили невероятно могущественную Доун уничтожить один, а другой пал от оружия, разработанного их спутником. Затем их команда сыграла решающую роль в разгроме Ордена Искупительного Света.

В Яреше они продолжали удерживать положение, которое было несоразмерно их рангу. Они были на передовой открытия червя-пожирателя миров, и облачный дворец Джейсона позволил им создать пункт обработки для работы с беженцами. В противном случае на организацию логистики ушло бы гораздо больше времени.

Остаточное проявление ауры Джейсона в битве при Яреше привело врага в неистовство, подставив их под дорогостоящую контратаку. Он захватил контингент Посланников, включая важного командира, а вражеский алмазный ранг упал замертво у его ног по причинам, до сих пор неизвестным.

И теперь он был критическим элементом в экспедиции под землю, потому что Посланники отказывались иметь дело с кем-либо еще. В сочетании с все более очевидными тенденциями Джейсона, напоминающими Посланников, от парения на собственной ауре до общего чувства самодовольного превосходства, это заставляло людей нервничать. Но это были люди у власти. По репутации Джейсон Асано был безупречен, и эта репутация распространялась теперь, когда он отказался от своей ложной персоны. Его имя буквально резонировало над полем битвы в битве при Яреше. Посланники нацелились на него лично и заплатили за это высокую цену.

Филиал Общества искателей приключений в Римаросе понял, как трудно с ними иметь дело. Джейсон участвовал в некоторых театральных представлениях, чтобы продемонстрировать, что он подчиняется контролю Общества, но его терпимость к таким играм явно подошла к концу.

В сложившихся обстоятельствах Обществу искателей приключений Джейсон был нужен больше, чем он им. Он не был заинтересован в спасении Яреша, когда были реальные, практические причины просто переселить город. Как один из немногих людей, способных читать его эмоции, Аллает знала, что его позиция по этому вопросу — его истинное мнение. Он предпочел бы переселить весь город, чем работать с Посланниками, но, по крайней мере в этом, он уступил Обществу искателей приключений.

Аллает также знала, что если Общество продолжит давить, он отменит это решение, откажется от членства в Обществе и уйдет, хотя и с неохотой. Контракты и информация, которая с ними приходила, были удобны, но если он и его команда захотят убивать монстров как фрилансеры, они смогут. С двумя способностями к добыче лута в команде они легко могли обойтись без наград по контрактам.

Всё еще глядя на портал, Аллает вздохнула. Она знала, что восстановление натянутых отношений между Джейсоном и Обществом искателей приключений — лучшее для обеих сторон в долгосрочной перспективе. Проблема была в том, что обе стороны всё еще должны были пойти на компромисс, когда каждая из них чувствовала, что уже пошла на него достаточно.

Если Джейсон уйдет, скорее всего, Посланники вообще откажутся работать со «слугами». Природная матрица неизбежно уничтожит то, что осталось от Яреша, и оставит регион опустошенным. Как только у Джейсона больше не будет этого рычага давления на Общество искателей приключений, оно попытается свести с ним счеты, которые ранее отложило в сторону. Это может исходить от гордости золотых рангов или руководителей Общества, или это может быть сделано для защиты репутации Общества, чтобы оно не выглядело так, будто серебряный ранг помыкает им.

Аллает знала, что должна быть взрослой в этой комнате, отвести спорящих детей в сторону и заставить их неохотно пожать друг другу руки. Она должна была стать клеем, который скрепляет их, но не была уверена, как это сделать. Общество искателей приключений поддержит её, потому что она не какой-то серебряный ранг; когда она или Харист относились к ним с тем же пренебрежением, что и Джейсон, это укладывалось в их ожидания. Это привилегия власти.

Было ли решением показать им силу Джейсона? Она была убеждена, что его ранг не является истинным отражением его способностей, но детали оставались загадкой. Кто был тем покровителем, который дал ему ту огромную силу, что лежала за этим порталом? Почему он был убежден, что правда имеет хотя бы шанс заставить её захотеть убить его? Он начинал доверять ей, но еще недостаточно, чтобы открыться. Этот последний инцидент стал еще одной неудачей.

Её взгляд не покидал портал всё то время, что она сидела в палатке. Она встала, глаза всё еще были прикованы к нему.

— Это потребует прыжка веры, — пробормотала она.

Она на мгновение собралась с духом, затем подошла к порталу и шагнула внутрь.

ОБЫКНОВЕННОЕ ВЫСОКОМЕРИЕ

ОБЫКНОВЕННОЕ ВЫСОКОМЕРИЕ

Команда Джейсона готовилась покинуть его мир души, когда Джейсон замер.

— Джейсон? — спросил Гэри, побуждая всех остальных посмотреть на него.

— Что случилось? — спросил Хамфри.

— Аллает всё это время смотрела на портал. Она только что встала и прошла сквозь него.

Группа посмотрела на ближайшую портальную арку.

— Она не выйдет сюда, — объяснил Джейсон. — Я открыл другой портал в садах. Оставайтесь здесь.

— Хорошо ли то, что божественная сила, которой он здесь обладает, не делает его более властным? — спросил Нил. — Или плохо, что он не менее властный, когда находится где-то еще?

* * * У преданных специалистов по порталам были наборы сил, которые синергировали, расширяя ранг и количество людей, которых они могли перемещать с помощью сил транслокации. Они дополняли это специализированными ритуалами и изготовленными на заказ инструментами, чтобы еще больше раздвинуть эти пределы. Но не существовало такой комбинации способностей эссенций или магических предметов, сделанных на заказ, которая растянула бы портал серебряного ранга, чтобы вместить алмазный ранг.

То, что портал смог вместить её, наводило на мысль, что он был создан не способностью эссенции. Это имело смысл, так как он ощущался как нечто отдельное от магии пользователя эссенций. Сколько этой силы принадлежало Джейсону, а сколько исходило от его таинственных покровителей, было одним из ключевых вопросов, на которые она хотела получить ответ.

Она заколебалась, достигнув портала, когда эхо силы с другой стороны ударило по её магическим чувствам. Её пауза длилась лишь кратчайшее мгновение, прежде чем она шагнула сквозь арку.

Портал ощущался немного странно по сравнению с другими, которыми она пользовалась. Переход занял крошечное мгновение дольше, чем следовало бы, что её не обеспокоило. Но вот пространственные силы, которые, как она чувствовала, давили на её душу, когда она проходила сквозь них, — да.

Время, которое она провела, проходя через портал, было долей секунды, но она прибыла потрясенной этим опытом. Те, у кого чувства ниже алмазного ранга, не поняли бы достаточно, чтобы быть встревоженными переходом через портал, но она прибыла дрожащей. То, что уловили эти чувства по прибытии, было хуже.

Физическое пространство едва имело значение, так как духовная среда ощущалась почти как атака. Аура необработанной силы и ужасной воли была повсеместной, как воздух. Она однажды посещала океанские глубины, и давление на её тело тогда было похоже на давление на её душу сейчас. Она зажмурилась и сосредоточилась на том, чтобы собрать свои духовные силы. Она боролась с властной силой, которая требовала контроля, но сражаться с ней было всё равно что пытаться выпить моря.

Ощущение того, что кто-то другой контролирует её судьбу, было тем, что Аллает пыталась преодолеть всю свою карьеру авантюриста. Дрейфуя в море необработанного духовного угнетения, она пошатнулась, когда перед глазами всплыло детское воспоминание, до сих пор выжженное в её памяти.

Она была перекинута через плечо одного из слуг дома, подпрыгивая вверх-вниз, пока женщина бежала. Её руки беспомощно тянулись в сторону тел её родителей, освещенных в ночи огнями их горящего дома. Это был последний раз, когда она чувствовала себя настолько совершенно беспомощной перед миром вокруг неё. Ничто в её карьере авантюриста, от железа до алмаза, никогда не оставляло её с таким чувством, что она находится во власти судьбы.

До сих пор.

* * * Аллает не была уверена, что произошло. Она потеряла сознание или была иным образом лишена чувств, только чтобы очнуться в кресле. Оно обладало несравненным комфортом облачной мебели и находилось в травянистом кругу, окруженном тропическим лесом; небольшая, уединенная роща.

Духовное давление больше не давило на неё, но его присутствие оставалось неизбежной угрозой. Это было похоже на то, как если бы вы находились в пещере, пока снаружи бродит монстр, слишком большой, чтобы войти, но слишком опасный, чтобы пройти мимо.

Она закрыла глаза и сделала медленный, успокаивающий вдох. Ощущение угрозы, которое она испытывала, было необычным для алмазного ранга, но она не всегда была им. Она была авантюристом, и опасность была её жизнью. Она использовала медитацию, чтобы успокоиться, чтобы утихомирить кружащиеся водовороты своей души. Она не спешила, полностью восстанавливая свое самообладание, прежде чем открыть глаза.

Небо было чистым и голубым, за исключением нескольких облаков, таких же белых и пушистых, как её сиденье. Пышная зеленая листва и великолепно яркие цветы тропической лесной рощи были расположены слишком идеально, чтобы быть естественными. Рядом весело журчал ручей, от которого исходила необработанная магия. Она не сомневалась, что если бы она выпила из него, это было бы так же питательно, как духовная монета. Тропинки, ведущие прочь из рощи, были ровными и легкими под ногами. Одна приглашала её пойти по широкой, казалось бы, естественной тропе, ведущей в ложные сумерки, созданные пологом леса. Другая петляла вдоль ручья мимо дразнящих фруктовых деревьев. Эти фрукты, тропические цветы и богатая зелень наполняли воздух ароматом, который был почти музыкальным.

Но под красотой скрывалось чувство предчувствия, которое было таким же предупреждением, как и властная аура, пронизывающая всё. У неё было отчетливое ощущение, что опасность таится в тенях для любого, кто попытается исследовать то, что находится за пределами четко определенных троп. Сад был прекрасен, но также был угрозой — доброжелательной клеткой, которая обещала безопасность, пока она оставалась внутри.

Другим примечательным аспектом её окружения была неустойчивая изменчивость. Это было не то, что она могла увидеть, но её духовные чувства говорили ей, что всё вокруг неё находится на грани изменения, как прилив в зените.

Она задавалась вопросом, где Асано. Знал ли он, что она здесь? Кресло, в котором она сидела, определенно было в его стиле. Рискуя, она закрыла глаза и вытолкнула свои чувства ауры. Как только они достигли пределов её тела, они наткнулись на стену патоки. Мир казался тяжелым, как воздух в летний день, настолько влажный, что трудно дышать.

Она размышляла о странности сравнения, которое подбросил ей разум. Ей не нужно было дышать уже больше века. Она задалась вопросом, почему это пришло на ум, а затем задрожала, осознав, откуда это взялось.

У Аллает не было никаких реальных воспоминаний о детстве, кроме того одного, которое оставалось кристально чистым. Это было слишком давно, задолго до того, как магия обострила её разум. Или, может быть, она не хотела помнить. То, что осталось, было немногим больше, чем коллекция чувств, но её воспоминание сумело что-то выудить.

Она держала отца за руку, слизывая ароматизированный лед в палящий день. Это всё, что у неё было, не когда, где или почему. Слезы выступили у неё на глазах, чего она не делала с тех пор, как была девочкой.

Ей пришлось духовно напрячься, чтобы распространить свои чувства хотя бы немного дальше своего тела. Она снова закрыла глаза, сосредоточившись исключительно на том, чтобы протолкнуть свое восприятие сквозь помехи. Это дало ей гораздо лучшее представление об угнетающей ауре, и, когда она изучила ауру более внимательно, её восстановленное самообладание рухнуло.

За Джейсоном не стояло никакой таинственной силы. У него могли быть космические союзники, такие как Доун, но сила, о которой они гадали, сила за его таинственным порталом, не была кем-то, кто его поддерживает. Это был он. Буквально, это был он; это место было продолжением Джейсона каким-то образом.

Она открыла глаза и обнаружила Джейсона, сидящего напротив неё в идентичном облачном кресле. Он был одет в цветочную рубашку, бежевые шорты и сандалии, а на голове у него была соломенная шляпа с широкими полями. В одной руке он держал надкушенный сэндвич, а в другой — стакан сока с долькой фрукта, насаженной на край. Его глаза были устремлены на неё, любопытные и проницательные.

— Здравствуй, Аллает.

— Это ты, — сказала она дрожащим голосом. — Это не какой-то покровитель, которого мы не можем почувствовать, потому что ты запечатлен на портале. Это просто ты. Всё то, что мы приписывали… это всегда был просто ты.

— Не всегда, — ответил он, его голос был мягким, а выражение лица — нежным. — У меня есть несколько замечательных знакомых. Ты встречала Доун.

— Доун не стоит за этим местом.

— У неё была своя роль. Непреднамеренная и второстепенная, да, но душа просто так такой не становится.

— Как это происходит?

— Поэтапно. Я обещал показать тебе свои секреты, если ты придешь сюда, Аллает, а не объяснять их. Хотя ты могла бы вытянуть из меня кое-что. Если попросишь вежливо.

Он улыбнулся ей так, как она никогда раньше не видела. В его улыбке не было и следа скрытой усмешки, никакого ироничного веселья. Она была просто доброй.

— Ты в порядке? — спросил он. — То воспоминание, которое у тебя было раньше, казалось довольно интенсивным.

Её глаза стали острыми.

— Ты видел это?

— Только эмоции, которые пришли с ним. Ты выплеснула их довольно сильно, но я сдержал твою ауру, чтобы никто другой в этом месте не почувствовал её.

— Это место, — повторила она. — Это ты. Не только сила, но и само физическое пространство. Какое-то измерение, и я не думаю, что оно полностью стабильно. Всё вокруг меня кажется застывшим посреди какой-то иначе постоянной трансформации. Как оно такое мощное? Почему твоя аура пронизывает его, как вода губку?

Её глаза расширились, когда её осенило.

— Мы внутри твоей души?

— Да.

— Как это возможно? Как это вообще работает? Твое тело есть твоя душа, как у Посланников. Если твое тело и душа — одно целое, и мы в твоей душе, где именно мы находимся по отношению к этому? Мы уменьшились и каким-то образом находимся в твоем теле? В какой части твоего тела? Хочу ли я вообще знать?

Джейсон легко рассмеялся.

— Мы не крошечные люди, бегающие внутри моего глазного яблока или что-то в этом роде. Как ты сказала, мое тело и душа — одно целое. Физическое и духовное, ни то, ни другое полностью. Это означает, что духовные элементы вторгаются в физическую сферу, даруя мне определенные способности. Именно поэтому мое духовное выражение — моя аура — может проявляться как физическая сила. Посланники такие же. Там, где мы сейчас, — противоположный конец: физическое вторжение в духовную сферу.

— Астрал.

— Да. Это нечто сродни астральному пространству, но вместо того, чтобы быть привязанным к миру, оно привязано ко мне.

— У всех Посланников есть одно из таких пространств?

— У них есть потенциал для них. Их пространства не проявляются, если их как-то не спровоцировать. Например, став астральным королем.

— И поэтому они говорят, что ты король. Потому что ты можешь делать то, что делают их короли.

— Это часть того.

— Это пространство нестабильно.

— Эмбриональное было бы более точным описанием. Я всё еще новичок в этом, и это пространство росло быстрее, чем моя способность управлять им. У меня нет всех инструментов, чтобы урегулировать его.

— Инструментов?

— Мне нужно то, что называется кузницей души. Возможно, есть способ получить её из природной матрицы или, возможно, превратить её в таковую. Я подозреваю, что это истинная цель Посланников, и, вероятно, то, что сделает устройство, которое они намерены нам дать. Это также главная причина, по которой я вполне уверен, что они намерены, чтобы я умер там внизу. Им нужно, чтобы я достал её, но они не могут позволить мне оставить её себе.

— Я думаю, они намерены, чтобы все умерли там внизу.

— Думаю, ты права.

— Но что заставляет тебя думать, что эта кузница души находится там внизу?

— Что-то, что дал мне Целитель.

— Целитель, как в бог?

— Было бы странно, если бы это был Целитель, продавец амфор, бывший в употреблении.

— Бог дал тебе подарок?

— Не завидуй. Боги и великие астральные сущности не делают подарков, не по-настоящему. Они дают тебе манипуляцию, покрытую сладкой оболочкой из конфет. Ты берешь её, потому что они не возятся, когда раздают товары, но будь готова окунуться по горло в коричневую субстанцию. У них ничто не является просто подарком.

Джейсон достал сферу размером с кулак, которая светилась золотым, серебряным и синим трансцендентным светом. Перед Аллает появилось окно, напугав её.

Предмет: [Команда Генезиса: Жизнь] (трансцендентный ранг, легендарный)

Полномочие создавать жизнь. (расходуемый, магическое ядро).

* Осталось использований: 1/1

* Вы не соответствуете требованиям для активации этого устройства в текущем пространстве. Отсутствующий элемент: кузница души.

— Что это? — спросила Аллает, экран размылся, когда она провела сквозь него рукой.

— Это то, как я вижу мир, — сказал ей Джейсон. — В основном.

— В основном?

— Есть и другие элементы.

Заиграла синтезаторная музыка, и над головой пролетел черно-белый вертолет.

— Извини, — извинился Джейсон, когда музыка резко оборвалась. — Я всё еще учусь правильно контролировать это место, и иногда у меня проскакивает рефлексивный «Воздушный волк».

— Я не знаю, что это значит.

— Это значит, что если увидишь молодого Дэвида Хассельхоффа, бродящего вокруг, просто оставь его в покое.

— Я не знаю, кто это.

— Ты наверстаешь. Ты когда-нибудь слышала о DVD-боксе?

Аллает перестала задавать вопросы, которые приводили только к бессмысленным ответам, и повернулась обратно к окну сообщения, всё еще парящему в воздухе.

— Это описание предмета, который дал тебе Целитель? — спросила она, её глаза переместились на сферу, всё еще лежащую в руке Джейсона.

— Да. Ты увидишь, что в последней строке упоминается, что мне кое-чего не хватает, чтобы использовать его.

— Кузница души.

— Подозрительный человек мог бы посмотреть на что-то, что он получил от бога с критически важным недостающим компонентом, и представить это как подсказку к тому, с чем он может столкнуться в ближайшем будущем.

Аллает нахмурилась, всё еще перегруженная всем этим. Силой этого места. Человеком за этой силой, который получил достаточно даров от богов и великих астральных сущностей, чтобы поделиться преимуществами своего опыта.

— Как ты получил эту силу?

— Какую силу? Тебе придется уточнить.

— Создать это пространство внутри своей души.

— Я сказал, что тебе придется попросить вежливо, если хочешь, чтобы я выложил всё как есть. Это прозвучало немного резко и требовательно.

— Ты собираешься продолжать скрывать от меня вещи на этом этапе? Я внутри твоей души.

— Да, собираюсь. И да, ты внутри. Пойдем со мной.

Он встал и начал ходить. Она сделала то же самое, поравнявшись с ним, пока они бродили по гравийной дорожке, которая следовала вдоль ручья. Он не говорил, и как раз когда она собиралась прижать его новыми вопросами, она заметила Посланника, летящего вдалеке.

— Ты позволяешь Посланникам здесь бродить свободно.

— Здесь никто не свободен.

— Кроме тебя.

— Возможно. Я могу быть самым запертым из всех.

— Это твоя душа.

— Да, но обязательства — это цепи. Метафорические, но это имеет значение в этом месте. Если мое поведение там меняет то, кто я есть, это меняет вещи и здесь. Если твоя душа рушится, Аллает, это метафора. Для меня эта метафора — земля и небо. Если моя душа рушится, что станет с этим местом?

— Ты был прав, опасаясь показывать нам это. Опасаясь, что мы убьем тебя. Если это то, что внутри тебя сейчас, и мы позволим тебе стать сильнее, ты будешь…

— Чудовищным?

— Нет, неудержимым. Что делает это проблемой, если ты решишь стать чудовищным.

— И теперь ты должна решить, готова ли ты рискнуть этим.

— Если бы Харист увидел это место, он бы убил тебя, как только выбрался. Никогда не позволяй ему узнать об этом, пока у тебя не будет сил остановить его. Или они у тебя уже есть? Ты использовал силу этого места, чтобы убить Посланника алмазного ранга?

— Нет. Я искренне понятия не имею, что там произошло. Я могу подключиться к силе этого места, пока я там, но это никогда не бывает легко, и всегда есть цена. Даже попытка убить кого-то твоего уровня убила бы меня первым и провалилась бы с треском.

— Тогда никому не говори.

— Ты, возможно, заметила, леди, но именно это я и делал. Это ты ворвалась сюда.

— По твоему открытому приглашению.

— Ты не должна была его принимать.

— А если Харист сделает то же самое?

— Тогда он останется здесь, пока я не стану достаточно сильным, чтобы он не смог меня убить.

— Ты собираешься выпустить меня?

— Должен ли я?

— Исчезновение алмазного ранга было бы беспорядком, к которому, я не думаю, ты готов.

— Вот почему я был бы признателен, если бы ты удержала Хариста от того, чтобы он заглянул сюда.

— Ты доверяешь мне настолько, чтобы отпустить?

— Я работаю над этим. Мне нравится доверять людям. Раньше я всегда доверял им, пока они не давали мне повода этого не делать. Сейчас цена ошибки слишком высока. На мне так много всего, что я не могу рисковать такой ошибкой только ради шанса завести нового друга. В наши дни я должен быть осторожен.

Аллает кивнула, понимая бремя власти и ответственности. Она отвела от него взгляд, её глаза снова охватили прекрасные сады вокруг них.

— Вот почему ты ведешь себя так, будто ты уже алмазный ранг, не так ли? Ты просто ждешь, когда твой ранг догонит остальное. Сила, которая у тебя здесь, твоя духовная мощь. Круги, в которых ты вращаешься, и вызовы перед тобой. Боги и великие астральные сущности понимают, но мы, смертные, этого не видим. Сколько твоих проблем проистекает из этого разрыва?

— Большинство маленьких. Большие видят меня именно таким, какой я есть.

— Я понимаю, почему ты ведешь себя так сейчас. Думаю, я бы тоже вела.

— Нет, — сказал Джейсон, качая головой. — Я был таким до того, как приобрел всю эту силу. Я веду себя так из-за обыкновенного высокомерия.

КАК ДОСТИЧЬ ЗОЛОТОГО РАНГА ЗА ТРИ ПРОСТЫХ ШАГА

КАК ДОСТИЧЬ ЗОЛОТОГО РАНГА ЗА ТРИ ПРОСТЫХ ШАГА

Джейсон и Аллает продолжали бродить по саду духовного поместья Джейсона.

— Это царство находится в постоянном изменении, — объяснил Джейсон. — Сначала это была метафора. Пейзаж разума, в который я мог входить во время медитации. Я нашел его после своей первой прямой встречи со Строителем — я предполагаю, что ты читала мои записи в Обществе искателей приключений.

— Да, хотя они оставили у меня больше вопросов, чем ответов.

— Возможно, ты получишь на некоторые из них ответы. Когда-нибудь. Как я сказал, это был пейзаж разума, сформированный довольно прямо моими эссенциями. После того, как я умер во второй раз, я смог войти в это пространство, только я и мои фамильяры. Затем… произошли другие вещи. Оттуда оно стало более или менее подлинным пространством, которое ты видишь сейчас. Не таким большим, тогда. Оно также стало менее жестко определяться моими эссенциями. Их влияние не исчезло, оно просто смешалось с другими факторами. Я подозреваю, что это связано с тем, как я их воспринимаю и как это соотносится с моим чувством собственного «я».

— Это так, — сказала Аллает.

— Это был уверенный ответ. У тебя большой опыт работы с пространственными мирами души?

— Нет, но я понимаю, как мы, то есть все пользователи эссенций, относимся к нашим эссенциям. Ты знаком с идеей, что эссенции формируют то, кем мы являемся?

— Знаком. Когда я впервые прибыл в этот мир, я встретил двух людей с разными взглядами на это. Одна думала, что эссенции, которые мы выбираем, формируют нас, поэтому она не была в восторге от моей эссенции греха. Или моей эссенции рока. Ей, по правде говоря, не нравилась ни одна из них. Другой человек, это мой друг Руфус, считал, что наши эссенции — это то, что мы из них делаем.

— Никто не был полностью прав или неправ. На низком ранге наши эссенции — просто инструменты, как сказал твой друг. На более высоких рангах всё усложняется, и попытка взаимодействовать с этими высшими истинами слишком рано может быть пагубной для роста. Именно поэтому Общество искателей приключений и Магическое общество запрещают делиться этой информацией, пока она не становится актуальной на высоком серебре.

— Я слышала части этого, от матери Руфуса и из других источников. Насколько я могу судить, мы говорим об изучении эссенций и о том, как они связаны с тем, кто мы есть на концептуальном уровне.

— Да. Кажется абсурдным не рассказывать тебе. Видя это место, ограничения Общества искателей приключений на информацию кажутся немного смехотворными. Начиная примерно с пика серебра, традиционный метод продвижения перестает быть таким эффективным. Это сбалансированный подход тренировки тела, тренировки духа, а затем доведения их обоих до предела путем борьбы с монстрами. Продвижение замедляется, когда достигаешь этой точки.

— В этой точке? Продвижение кажется довольно медленным сейчас.

— Стена — это только начало. Тебе всё еще нужно тренироваться традиционным способом, пока не достигнешь верхних уровней серебра, что займет больше времени, чем всё, что было до этого вместе взятое. Однако таким образом пика не достичь. Продвижение становится еще медленнее, если не знаешь, что делаешь. Именно здесь те, у кого нет сильных наставников, склонны падать из-за отсутствия руководства. Впрочем, это не всегда так. Харист, например, не имел никого, кто направлял бы его, но он довольно плавно перешел с серебра на золото. Некоторые люди просто точно знают, кто и что они есть. Именно осложнения нас задерживают, поэтому процесс благоприятствует тем, кто…

— Прост?

— Я искала слово получше. Несложен, возможно.

— Это звучит хуже. Это звучит так, будто ты называешь их простыми и считаешь, что они слишком просты, чтобы это понять.

— Возможно, ты права. В любом случае, у них есть преимущество перед теми, кто слишком много думает, в принятии своих эссенций. Дело не в том, что эссенции меняют наши личности, не напрямую. Они находят части наших личностей и цепляются за них. Они питают эти части нас, удобряя и выращивая их, пока они не станут более заметными аспектами наших личностей. Я уверена, ты заметил, что пользователи эссенций, особенно высокого ранга, часто откровенны в своем поведении. Больше, чем жизнь.

— Я немного виноват в этом с тех пор, как был железным рангом.

— Я задавалась этим вопросом, читая твое досье. Это знак того, что твой переход в золотой ранг и прохождение через него будут прямыми.

— Ты называешь меня простым?

— Я определенно не называю тебя несложным.

Он усмехнулся. Они последовали за ручьем из сада тропического леса в сеть шпалер с цветущими растениями, вплетенными в большие арочные туннели.

— Ты собираешься рассказать мне, как достичь золотого ранга за три простых шага? — спросил Джейсон.

— Легко — понятие относительное. Например, переход к золотому рангу — это тот случай, когда быть пользователем ядер лучше, чем продвижение через тренировки.

— О?

— Когда продвигаешься с ядрами монстров, можно просто забросать проблему деньгами, покупая ядра, пока не достигнешь золота.

— Я полагаю, это непомерно дорого.

— О, да. Есть причина, по которой только королевские семьи и самые состоятельные дворянские дома делают это на регулярной основе. На самом деле, это часто последний вздох дома перед его падением.

— Как так?

— Большинство дворянских домов начинаются с какого-то выдающегося авантюриста. Кого-то с навыками, как у тебя, но кто не бегает вокруг, создавая проблемы везде.

Джейсон остановился, и Аллает повернулась, чтобы посмотреть на него, увидев, как его выражение лица стало жестким.

— Я не бегаю вокруг, создавая проблемы, — сказал он, его слова были отрывистыми. — Я бегаю вокруг, решая их, и я довольно устал от того, что люди видят это наоборот.

Аллает медленно привыкала к странному миру Джейсона с его властной, вездесущей аурой. Внезапно она снова почувствовала, насколько мала её сила в царстве Джейсона. Она почти привыкла к этому, успокаивая его игривыми поддразниваниями, но его неожиданный ответ вернул динамику власти на передний план её сознания.

— Прости, — сказала она.

— Я не говорю тебе, как думать, леди Аллает, или не заставляю тебя притворяться, что видишь меня так, как не видишь. Но я получаю достаточно того, что люди говорят мне, кто я есть там, снаружи; у меня нет обязательства позволять этому здесь. Возможно, будет лучше, если ты оставишь свое мнение обо мне при себе.

— Прости, — снова сказала она. — Ты всегда казался довольным своим довольно эксцентричным образом. Ты определенно достаточно подыгрываешь ему.

Его суровое выражение лица превратилось в обеспокоенную гримасу.

— Прости, — извинился он. — Я ненавижу, когда люди используют свою силу, чтобы угнетать меня, но я продолжаю делать это с другими по любому поводу. И ты права. То, как я вел себя как авантюрист, по понятным причинам породило определенные впечатления обо мне. Я просто хочу, чтобы люди смотрели сквозь то, как я делаю вещи, чтобы увидеть вещи, которые я делаю.

— С уважением, Джейсон, это желание, которое разделяет почти каждый человек когда-либо.

Джейсон моргнул, затем рассмеялся, разряжая напряжение.

— Пойдем, — сказал он, возобновляя их прогулку. — Ты рассказывала мне об авантюристах и дворянских домах.

Аллает заняла свое место, идя рядом с ним, пока они перемещались в другой сад. Это была более культивируемая зона, заполненная клумбами роз. Цветы варьировались от ярко-красного до темно-синего, с различными оттенками фиолетового между ними. Все цветы имели острые, заметные шипы, а их аромат был сладким, но с легким медным оттенком.

Она решила, что эта часть царства Джейсона сильно находится под влиянием его эссенции крови. Она позволила своим чувствам попробовать аффинитеты ауры, тяжело висящей вокруг неё. Она была зловещей и голодной, но переполненной жизнью и чем-то еще, что ей было трудно определить. Она изучала её мгновение, прежде чем осознать, что то, что она чувствовала, было бессмертием.

Её исследование Джейсона подтвердило, что он возвращался с того света несколько раз. Оно также обнаружило, что сам Строитель утверждал, что любая сила, которую Джейсон использовал для воскрешения, была исчерпана, по крайней мере, пока он не достигнет золотого ранга. То, что она чувствовала сейчас, заставляло её думать, что либо Строитель лгал, либо Строитель ошибался.

— Я расстроил тебя, — сказал он, видя, что она погрузилась в раздумья.

— Нет, — сказала она ему. — Это место оставляет много пищи для размышлений. О силе и о том, сколько её завязано на эссенциях. О тебе.

Джейсон кивнул.

— Я всё больше склоняюсь к выводу, что эссенции — это просто формы, — сказал он. — Я не думаю, что они обладают силой сами по себе. Душа — это сила. Эссенции — это просто инструменты для формирования этой силы, чтобы позволить нам выразить её. Тот факт, что даже боги и великие астральные сущности беспомощны прорвать решительную душу, показывает нам, что сила была там с самого начала. Я не уверен, что у души есть какие-либо ограничения.

— Тебе следует продвинуться к позднему серебру как можно быстрее, Джейсон. Я подозреваю, что твой переход в золото будет быстрым и плавным.

— Может быть, я смогу побить рекорд, — сказал Джейсон. — Доун сказала, что она тренировала женщину, которая достигла алмазного ранга до сорока лет. Я не думаю, что Строитель считается, потому что он был Посланником.

Аллает остановилась как вкопанная.

— Строитель был Посланником? — спросила она.

— Ты этого не знала? Его зовут Зитис Кэрроу Вайель. Он был шестнадцатилетним алмазным рангом, когда великие астральные сущности завербовали его, чтобы заменить старого Строителя.

— Откуда ты берешь эту информацию?

— Я вращаюсь в высших кругах. Ты знаешь это.

— Я знаю, что боги приходят поговорить с тобой, даже если ты не священник. Я знаю, что ты провел встречу со Строителем и Мировым Фениксом и убедил Строителя прекратить свое вторжение раньше. Я знаю, что было много вопросов о точных отношениях между тобой и Иерофантом Доун.

— И всё же люди не могут перестать вмешиваться в мои дела, — сказал Джейсон. — Они видят людей, с которыми я имею дело, и вместо того, чтобы отступить, они жаждут того, что принадлежит мне. Из-за моего ранга.

— Ты действительно удивлен? Сила — это всё в Паллимустусе, но твоя сила скрыта. Намеки на то, что представляет собой это царство, достаточны, чтобы привести людей в неистовство. Ты знаешь это, иначе бы не сыграл в игру, пригласив Хариста и меня увидеть его.

— Да, ну, ты приняла мой блеф и выиграла эту игру.

— Разве? Ты мог бы уничтожить меня в одно мгновение.

— Но сделаю ли я это?

Она взглянула на Джейсона, прежде чем отвести взгляд. Её чувства ауры говорили ей о нем больше, чем глаза в этом царстве. Она чувствовала недобросовестную силу, дикую волю, возможно, слишком жаждущую противостоять вызовам своей власти. Железный кулак, но тот, который держали открытым, защищая тех, кто был под ним. Это была аура доброжелательного тирана, и она не была уверена, что с ней делать. Было ли это чем-то, что нужно принять, от чего нужно бежать или с чем нужно бороться? Но это была борьба, которой она никогда не хотела. Под всем в этом царстве лежала непоколебимая решимость, как ядро планеты. Это было его ядро, которое стояло твердо перед лицом богов и боролось с силой великой астральной сущности.

— Нет, — сказала она. — Я не думаю, что ты уничтожишь меня. Но я боюсь того, что случится со всеми остальными, если ты передумаешь.

— Я тоже, — мягко признался он. — Что случится, когда ты покинешь это место? Ты собираешься продать меня Харисту?

— Если бы я сказала «нет», мог бы ты сказать, лгу ли я?

— Да. Но честно? Я, вероятно, мог бы заставить тебя и говорить, и говорить правду.

— Ты бы пытал меня?

— Нет. Я бы перестроил твое физиологическое устройство так, чтобы ты была неспособна поступить иначе. Бинарные существа довольно уязвимы в этом отношении, что является чем-то, что исследует Карлос Килидо.

— Бинарные?

— Люди, чьи души и тела связаны, но всё еще являются дискретными сущностями.

— Значит, почти все существующие.

— Да. Изменение физической половины человека несложно, если ты не слишком беспокоишься о конечном результате. Я не буду этого делать, кстати. Я еще не совсем знаю, что делаю, и после того, как я соберу тебя обратно, ты умрешь в тот момент, когда покинешь это место.

— Зачем ты вообще сказал мне, что можешь это сделать? Разве ты не боишься, что это заставит меня убить тебя, как только я выберусь отсюда?

— Я надеюсь, что нет. Это было бы нехорошо для моей убывающей способности доверять.

Аромат цветов наполнил её ноздри, напоминая ей о силе бессмертия, которую они хранили в себе. Она не думала, что это случайность.

— Теперь, — сказал он, — мы продолжаем отвлекаться. Ты рассказывала мне о дворянских домах.

— Верно, — рассеянно сказала она, переориентируя свои мысли. — Дворянские дома. Они обычно формируются, когда выдающемуся авантюристу дают титул за какую-то великую службу местным властям. При жизни этого авантюриста они, как правило, процветают, но наступает время, когда авантюриста больше нет рядом. Когда основатель умирает или достигает алмазного ранга и отходит на второй план, семья должна прокладывать свой собственный путь, как птенец, покидающий гнездо. Они должны лететь сами или сильно удариться о землю.

— Им нужно больше успешных авантюристов, чтобы оставаться актуальными.

— Это или несколько золотых рангов. Некоторые семьи накопили так много богатства, что могут просто платить за то, чтобы содержать кадры золотых рангов через ядра. Авантюристы, однако, лучше. Они производят богатство вместо того, чтобы потреблять его, и их больше уважают. Но когда семья слабеет, их казна почти пуста, а их высшие ранги — серебро, они иногда бросают всё свое оставшееся богатство на то, чтобы иметь хотя бы одного золотого ранга.

— Но один использующий ядра золотой ранг не изменит их состояние.

— Нет, — согласилась Аллает. — И всё же я видела, как многие пытаются это сделать, цепляясь за остатки давно ушедшей славы.

— Как далеко может зайти пользователь ядер? Мы начали говорить об этом, потому что ты сказала, что поглощение ядер монстров — это преимущество для достижения золотого ранга.

— Да, потому что это не требует того сдвига в подходе от слепой борьбы с монстрами к пониманию сложностей самораскрытия. Но, как только они достигают золотого ранга, они останавливаются как вкопанные. Как только ты достигаешь золота, ядра больше не позволят тебе обойти необходимость самоисследования. Возможно, кто-то мог бы продолжать прогрессировать с ядрами и достичь алмаза, но я никогда не слышала, чтобы это случалось. Я не думаю, что на планете достаточно ядер, чтобы довести тебя до алмаза.

— Значит, использование ядер — это в конечном итоге тупик. Вот почему артефакт, который оставила Чистота, так привлекателен. Но будут ли у людей, которые поднялись через ядра, мышление, чтобы подняться?

— Ремесленники — будут. В отличие от авантюристов, они раздвигают свои пределы, раздвигая границы своих профессий вместо борьбы с монстрами. Их чувство саморефлексии часто превосходит таковое у авантюриста из-за их сосредоточенности на своем ремесле. Это самораскрытие позволяет им извлекать жизнеспособные количества продвижения из ядер, давая им путь к алмазу. Если что, я бы предположила, что алмазных рангов-ремесленников больше, чем авантюристов. Если бы они были освобождены от влияния ядер, я подозреваю, что количество алмазных рангов взорвалось бы, а это меняет мир.

— Я знаю одного алмазного ранга-ремесленника, — сказал Джейсон. — Оружейник, который является наставником моего друга Гэри. Он помог ему перековать мой меч.

— Есть также женщина, чье внимание ты отражал последние несколько недель. Я полагаю, она сделала твою облачную флягу.

— Сделала. Я, правда, еще не встречался с ней. Я всё откладываю.

— Не могу представить, что она счастлива из-за этого.

— Мне сказали, нет.

— Она заинтересована в нетрадиционных модификациях, которые ты внес в свою флягу?

— Она пыталась взломать её, вот что она делала.

— Что ты собираешься с этим делать?

— Мало что я могу сделать, или нужно. Она не может войти, потому что я подключил облачную флягу к этому месту.

— Возможно, я могла бы присоединиться к тебе, когда ты наконец встретишься с ней.

— Я был бы признателен. Я всегда находил поддержку алмазного ранга полезной.

Она нахмурилась.

— Я только что стала одной из тех влиятельных людей, которые всегда, кажется, крутятся вокруг тебя?

— Я не думаю о них так, — сказал Джейсон, — что является одной из причин, почему они решают крутиться вокруг.

— Тогда кем ты их считаешь?

— Друзьями.

ПОЧТИ НЕВЫПОЛНИМАЯ ЦЕЛЬ

ПОЧТИ НЕВЫПОЛНИМАЯ ЦЕЛЬ

Пока Джейсон и Аллает продолжали бродить по его садовому поместью, Аллает получила возможность увидеть гораздо больше. В ухоженных садах, которые не возвышались над ними, она могла видеть возвышающуюся пагоду в центре поместья. Сеть небольших ручьев протекала через всё, примечательная тем, что они были наполнены не водой, а чистой маной, взятой из астрала.

— Ты не думал открыть здесь ферму духовных монет? — спросила она.

— У меня есть достоверная информация, что нескольким богам нравится экономика там, где она есть. Я не выше того, чтобы пренебрегать богами, но не просто потому, что могу. Обычно. А вмешательство в экономику всегда заканчивается тем, что вредит людям внизу, в то время как богатые придурки, такие как я, зарабатывают больше денег, чем когда-либо.

— Потребовалось бы значительное вливание монет, чтобы повлиять на целую экономику.

— Знаю, правда?

Они остановились на полпути через массивный веревочный мост, который перекинут через крутое ущелье. Стены ущелья были покрыты густым мхом и лианами. Дно было окутано брызгами от реки, которая выходила из пещеры, неслась по дну ущелья и исчезала в другой пещере.

— Подземные области проистекают из моей эссенции тьмы, — сказал ей Джейсон. — У них есть несколько захватывающих пещер со светящимися грибами.

Они продолжили путь, проходя мимо зданий, которые варьировались от сверкающего стекла и металла до старых особняков, отвоеванных природой до такой степени, что их было трудно заметить среди зарослей. Странно, но она видела Джейсона снова и снова. Медитирующим, спаррингующим с самим собой.

— Аватары?

— Да. Я могу заставить их выглядеть как я только здесь. Те, что в моем облачном дворце, — это жуткие циклопы, которых ты уже видела.

Наряду с дубликатами Джейсона, она видела Посланников. Некоторые летали в небе, в то время как другие бродили вокруг, паря над землей или даже стоя на ней. Одинокие Посланники выглядели интроспективными и противоречивыми, в то время как те, что были в группах, вели тихие конспиративные беседы.

— Что ты с ними делаешь? — спросила Аллает.

— Мешаю тебе делать с ними вещи. Они не заговорят, что бы ты с ними ни делала. Но ты это знаешь, потому что пробовала это с теми, кто был захвачен во время битвы при Яреше.

— И в других конфликтах, да. Но ты мог бы заставить их говорить в этом месте, не так ли?

— Да. Серебряные ранги, я мог бы заставить их говорить где угодно, подозреваю. Но это процесс, за который я отказываюсь браться, если альтернатива не хуже. Пока что это был только один раз.

— Не уверена, что понимаю, что ты имеешь в виду.

Они были в секции сада, которая выглядела как большое сельское поместье, пришедшее в запустение, некогда тщательно ухоженные сады выросли неравномерно. Здания были полуразрушены и в основном заросли. Джейсон кивнул на полуразвалившийся фермерский дом, где Посланник сидела в приседе на крыше, расправив крылья для равновесия. У неё не было глаз для Аллает, она смотрела смертью на Джейсона.

— Это Тера, — сказал Джейсон. — Я ей не очень нравлюсь.

— Она твой пленник.

— Быть пленницей она может принять. Это быть свободной — вот с чем она борется.

— Я не понимаю.

— Тера — истинно верующая в идеалы Посланников. Но она собиралась умереть, и я должен был сделать вещи, чтобы сохранить ей жизнь. А именно, я должен был сломить её дух.

— Она не кажется сломленной. Просто злой.

— Да, — сказал Джейсон с улыбкой. — Всё получилось так хорошо, как я мог надеяться.

— Большинство людей с Посланником, одержимым их смертью, не назвали бы это хорошим исходом.

— Первый Посланник, который был одержим моей смертью, был Строитель, так что любой другой по сравнению с ним немного ручной. Но я попрошу кого-нибудь другого объяснить ситуацию Теры и других Посланников. Ты знаешь, кто такой Марек Ниор Варгас?

— Командир Посланников. Способный. Также тот, кого ты захватил.

Джейсон кивнул.

— Марек, — сказал он. — Подойди к нам, пожалуйста.

Джейсон сел в кресло для пикника, которого, как была уверена Аллает, не было мгновение назад. Не заметить что-то, происходящее так близко к ней, было тревожно, и она была уверена, что это не случайность. Джейсон хвастался. Она проверила позади себя, и там было кресло и для неё, плюс третье, когда она снова посмотрела вперед, садясь.

Посланник спустился с неба, бросив взгляд на ту, которую Джейсон назвал Терой. Она продолжала наблюдать, пока Марек прибыл, его крылья сложились назад, когда он опустился на землю. Аллает узнала Марека, видя его через поле битвы во время осады крепостей Посланников. Он был менее показным в своем внешнем виде, чем большинство Посланников, как в одежде, так и в том, как он держал себя.

Он легко мог бы быть селестином-авантюристом с эссенцией крыла, если бы был на фут ниже. Он не остановился на том, чтобы убрать крылья, а полностью поглотил их в свое тело, что могли делать все Посланники, но редко выбирали. Было также что-то странное в том, как он двигался, и Аллает потребовалось мгновение, чтобы понять, что это такое.

Марек не делал каждое движение так, будто мир вокруг него был его, чтобы командовать. Посланники считали себя по своей природе превосходящими, и это отражалось в их языке тела. Было странно видеть его отсутствие, особенно перед Джейсоном. Это была одна из многих черт, которые Джейсон разделял с большинством Посланников.

— Вы знакомы, — сказал Джейсон, уверенно, но звуча удивленно. Она предположила, что он прочитал это по их аурам, к чему она не привыкла. Прошли годы с тех пор, как кто-то другой мог читать её эмоции, пока их собственные были закрыты от неё.

— Мы встречались на поле битвы, — сказал Марек.

— Марек, если бы ты был так любезен, не рассказал бы ты леди Аллает, как и почему ты оказался здесь?

Марек посмотрел на Джейсона.

— Что мне утаить?

— Ничего.

— Ты уверен?

— Леди Аллает сделала жест доверия, придя в это место. Алмазные ранги не часто отдают себя на милость других. Теперь моя очередь проявить немного доверия к ней.

— Если ты уверен, — сказал Марек, его тон давал понять, что он не уверен.

— Я уверен, — сказал ему Джейсон.

— Очень хорошо, — сказал Марек, затем повернулся, чтобы посмотреть прямо на Аллает. — Путь, который привел меня сюда, начался давно, когда я впервые узнал о фракции внутри Посланников под названием Неортодоксия…

* * * — То, что ты мне говоришь, — сказала Аллает, — это то, что Посланники — это целый народ, состоящий из рабов, которым промыли мозги, заставив думать, что они лорды.

— Да, — подтвердил Марек.

Аллает откинулась на спинку кресла, потирая виски одной рукой, её разум лихорадочно работал.

— Это так логично, — сказала она. — Противоречивое поведение. Диссонанс между отношением и действиями.

Она посмотрела на Марека.

— Я уважаю то, что ты хочешь сделать для своего народа, — сказала она, — но они всё еще вторгаются в наш мир. Всё еще убивают моих людей. Мы будем продолжать убивать их в ответ.

— И я уважаю то, что ты не просила меня об информации о стратегической диспозиции моего народа, — сказал ей Марек. — Моя благодарность за то, что сделал Джейсон Асано, близка к безграничной, но не совсем. Он дал мне шанс освободить мой народ, но я не позволю ценой этого стать облегчение для вас убивать их. Я не продам своих сородичей, даже когда они жертвы, не зная об этом.

— Я понимаю. И когда я сказала, что мало что могу сделать, я имела в виду мало, а не ничего. Вот что я предлагаю: я попытаюсь убедить Общество искателей приключений отдать Джейсону всех пленных Посланников для содержания.

— Я не собираюсь заниматься пытками души каждого Посланника, которого мы встречаем, чтобы попытаться отвратить их от темной стороны, — сказал Джейсон. — Тера была исключением по обстоятельствам, и не думай, что я собираюсь бросать вызов Посланникам, чтобы воспроизвести это обстоятельство.

— Я понимаю это. Но из того, что только что рассказал мне Марек Ниор Варгас, ты не пытал его. Он хотел этого и убедил свой народ пойти на это. Тех, кто всё еще застрял в своей индоктринации, ты можешь безопасно содержать здесь, но могут быть и другие, кому ты можешь помочь.

— Не все из моего народа могли заставить себя открыть свои души Джейсону, — отметил Марек. — Даже добровольно, борьба с инстинктом самосохранения, чтобы сделать себя такими уязвимыми, — это нелегко. Ты обнажаешь самые сокровенные части своего существа, и одна из моих людей умерла, пытаясь и не сумев сделать это. Потому что она не смогла достичь этого, астральный король смог убить её, потому что она всё еще имела контроль над своей душой. Даже здесь она не была в безопасности.

— Я понимаю это, — сказала Аллает, — но им было бы не лучше под стражей Общества искателей приключений. Всякий раз, когда кто-то из наших пленных Посланников проявляет хоть какое-то намерение поговорить с нами, они умирают. А те, кто держится твердо и ничего нам не дает, в конечном итоге казнятся, как только мы убеждаемся, что они нам не нужны. Здесь их можно содержать и, возможно, даже изменить с помощью таких Посланников, как ты. И я полагаю, есть и другие, подобные тебе, выжидающие своего часа и надеющиеся на возможность, которая, как они верят, никогда не наступит.

— Есть, — сказал Марек.

— Если мы сделаем так, как предлагает Аллает, — сказал Джейсон, — кто-то должен остаться здесь, когда я отпущу остальных. Чтобы убедить любых сочувствующих Неортодоксии позволить мне освободить их от контроля астрального короля.

— Предполагая, что ты вообще отпустишь нас, — сказал Марек. — Ты сам выражал постоянные сомнения по этому поводу.

— Я признаю, что ты беспокоишь меня, Марек, — сказал Джейсон. — Я слышал всё, что ты говорил своему народу, пока ты здесь. Ты экстремист.

— Я должен быть экстремальным, если когда-нибудь добьюсь успеха против астральных королей.

— Я согласен. Но то, что это необходимо, не перестает делать тебя опасным. Ты напоминаешь мне меня самого в этом отношении. Проблема с тем, чтобы отпустить тебя, заключается в том, как сделать это, чтобы такие люди, как Аллает здесь, не обиделись. Её чувства достаточно хороши, и она уделяет достаточно внимания, чтобы я не мог просто выпустить тебя из своего мира души. И если я уйду достаточно далеко, чтобы она не могла почувствовать меня, кто-то другой почувствует.

— Он прав, — сказала Аллает. — Многие алмазные ранги, которые не вернулись в уединение после нашествия монстров из-за твоего народа, Марек. Они всегда начеку в отношении твоего вида, и если они почувствуют, что Джейсон открыл портал и выпустил стаю Посланников, они убьют тебя и, вероятно, его. Я, возможно, смогу убедить Общество искателей приключений и правительство Яреша разрешить тебе забрать всех Посланников, Джейсон, но это не точно. Что точно, так это то, что я не могу убедить их принять то, что ты отпускаешь каких-либо Посланников. Нам понадобится союзник, который более убедителен.

— Кто у тебя на уме? — спросил Джейсон.

— Свобода, — сказала ему Аллает.

— Богиня? — спросил Джейсон. — Это отличная идея. Я даже не рассматривал это.

— Это не удивляет меня, — сказала Аллает. — Мое исследование предполагает, что, несмотря на общение с богами больше, чем кто-либо, кто не служит, у тебя есть врожденное недоверие к божествам.

— Это справедливо, — сказал Джейсон. — Я не доверяю религии, я не доверяю власти, и я не доверяю никому, у кого больше власти, чем должен иметь один человек. Огромная космическая сила вполне попадает в этот диапазон.

— У тебя есть огромная космическая сила, — отметила Аллает.

— Да, — согласился Джейсон.

— Ты не доверяешь себе?

— Нет.

— И всё же ты ищешь еще больше силы.

— Да.

— Как ты примиряешь это с отсутствием доверия к себе в том, чтобы использовать её ответственно?

— Я стараюсь быть терпеливым и вдумчивым в своих действиях. Рассматривать свои мотивы при их совершении, чтобы увидеть, не было ли искажено обоснование моих идеалов моей гордостью и тщеславием. В основном, однако, это тот же ответ, который я дал на твой предыдущий вопрос: друзья. Друг поддержит тебя, когда у тебя всё хорошо и всё легко. Хороший друг призовет тебя к ответу, даже когда это трудно.

Его улыбка смешивала печаль и счастье, его глаза хранили взгляд воспоминаний.

— Я сталкивался с этой опасностью не раз за последние несколько лет, — сказал он. — Я заглядывал в бездну и переходил черту за чертой, пока больше не узнавал человека, которого затянуло в магический мир, который он не понимал. Каждый раз мои друзья были рядом, чтобы помочь мне найти себя. Остановить меня, прежде чем я зайду так далеко, что возврата не будет.

Он посмотрел на Марека.

— Твой вид легко ненавидеть, Марек Ниор Варгас. Вы делаете это таким легким — оправдать совершение самых чудовищных действий над вами. Я должен поблагодарить тебя за это, в некотором роде. Это помогло мне, через моих друзей, осознать, что я был на траектории, которую нужно изменить. Что я должен прекратить эскалацию насилия и террора, прежде чем я стану тем самым, с чем я боролся. Я бы взял на себя ответственность за вас вместо того, чтобы отпустить вас, убеждая себя, что это оправдано. Ради высшего блага. Но, как мой друг Хамфри однажды пытался сказать мне, мы не всегда можем позволить нашей морали быть относительной. Мы должны выбирать для себя, какими будут наши абсолюты. Только установив свой собственный объективный якорь, мы можем безопасно позволить себе плыть по течению обстоятельств, зная, что не уплывем слишком далеко.

— Милосердие, — сказал Марек. — Это якорь, который ты установил для себя. Мы обсуждали это раньше.

— Да. Милосердие не всегда будет возможным, но это то, к чему я хочу вернуться после того, как бурные воды утащат меня. Но не забывай и о силе дружбы. Она помогает тебе закрепить этот якорь. И это то, на что тебе следует обратить внимание. Я видел тебя с твоими спутниками здесь, и я знаю, что ты чувствуешь дружбу. Но я также думаю, что ты недооцениваешь её силу. Не надо. Ты хочешь сражаться с астральными королями, а я использовал её, чтобы победить Строителя. Ты поставил перед собой почти невыполнимую цель освобождения своего народа, и сила дружбы — это то, как ты делаешь это. Как ты и спутники, которых ты любишь и которым доверяешь, становитесь семенем, которое вырастает в могучее дерево.

— Я не уверен, как это работает, — сказал Марек, его выражение было неуверенным, и Джейсон разразился смехом.

— Не хочу тебя расстраивать, приятель, но эта неуверенность никуда не денется. Поверь парню, который делал невозможное достаточно раз, чтобы знать, как это происходит; ты всегда будешь неуверен, каждый раз.

Джейсон повернулся обратно к Аллает.

— Твоя идея хороша. Я буду искать богиню Свободу.

— Возможно, тебе стоит позволить мне заняться этим, по крайней мере, изначально, — сказала Аллает. — Я знаю, что она полюбит то, что ты сделал с Мареком и его спутниками, но первый подход не должен быть от кого-то, чья идея молитвы — «ой, бог, спускайся сюда, пока я не стал раздражительным». Они не очень хорошо реагируют на это.

— Я никогда не говорил этого. Не думаю. Вслух.

НАМ, ПОЖАЛУЙ, СТОИТ ТЕБЯ ОТСЮДА ВЫПУСТИТЬ

НАМ, ПОЖАЛУЙ, СТОИТ ТЕБЯ ОТСЮДА ВЫПУСТИТЬ

— Нам нужно поговорить с моей командой, — сказал Джейсон Аллает. Они шли через подземную пещеру, освещенную светящимся грибком, слишком ярким и слишком удобным, чтобы быть естественной фосфоресценцией.

— Они понимают масштаб того, что означает это место? Того, чем ты являешься?

— Их система координат, возможно, ограничена, для некоторых из них. Мой приятель Клайв, может быть, и мои друзья, которые являются священниками, вероятно, понимают масштаб. Не многие люди прижимали свои души к воле бога или великой астральной сущности. Не в реальном конфликте, когда они показывают тебе всё. Обычно они просто тыкают тебя так сильно, как ты можешь выдержать, чтобы доказать свою точку зрения.

— Воля, — сказала Аллает, сосредоточившись на одном слове Джейсона. — Воля как элемент души — это обычно не то, что пользователи эссенций исследуют до золотого ранга.

— Да, я учился у Амоса Пенсинаты контролировать аспекты души в изоляции. Это было очень удобно для расширения моего восприятия, не выстреливая моей аурой, как маяком. Мы никогда не фокусировались на воле, потому что у меня уже был хороший учитель еще на железном ранге.

— Фарра Хурин была твоим учителем ауры на железном ранге. У неё не должно было быть никакого понимания воли тогда.

— Я говорю о ком-то другом. После того, как Фарра умерла.

— Я не видела ничего в твоих записях. Ты говоришь о Карлосе Килидо?

— Нет. Я говорю о Строителе.

Аллает вздрогнула.

— Ты называешь его учителем?

— Его. Он был человеком когда-то. Мальчиком, на самом деле. Я думаю, он всё еще им является, во многих отношениях. Это почти как если бы он…

Джейсон нахмурился, замолчав.

— Как если бы он что?

— Это не имеет значения, — сказал Джейсон, его тон твердо откладывал тему. — Он был в полноте своей силы, когда давил своей волей на мою и пытался заставить меня открыть врата моей души. Он уже заявил права на мое тело, а затем пришел за остальным. Я долго не помнил этого, потому что он уже захватил мой мозг на той стадии. Моя душа помнила, вроде как. Не совсем эмоции, но типа того. Только вещи, которые повлияли на мою волю. Оставили след на моей душе. Я помню его волю, давящую на меня, когда у меня не осталось ничего, кроме моей собственной, чтобы дать отпор. Он обучил меня природе воли самым тщательным образом, каким только возможно.

— Это не обучение.

— Может, и нет, но я всё же научился. Как превратить свою душу в оружие. Он вырезал это на поверхности моей души, пока сдирал её, пытаясь сломить мою волю. После этого атаки души стали приходить так легко. Естественно. Как дыхание, когда я должен был это делать.

— Я могу делать атаки души. Это то, что ты можешь делать после того, как научишься различать свою волю. Это должно происходить на золоте или алмазе, а не на железном ранге. Это тоже не приходит легко. Трудно так остро определить свою волю, и есть инстинктивное отвращение к тому, чтобы делать это с другой душой. Ты должен пробиться сквозь это, чтобы совершить атаку души. Мне сказали, что можно приучить себя к этому, но у меня нет интереса делать это.

— У меня никогда не было этой проблемы, — сказал Джейсон, его голос был низким. — Ни трудности, ни отвращения.

— Прости. Я не хотела поднимать такие темные воспоминания.

— Всё в порядке. Что Карлос Килидо и Арабель Ремор действительно сделали, так это собрали меня обратно после. Они сделали меня сильным.

— Ты полагаешься на людей вокруг себя много.

— Ты нет?

— У меня не так много равных. Харист — непоследовательное утешение.

— Твоя команда?

— Я была единственной, кто достиг алмаза. Остальные умерли или не смогли пройти дальше золота. Мы не были такими замечательными, как твоя. Я вижу, как многие члены твоей команды достигают пика.

— Пика нет.

— Пользователи эссенций не могут выйти за пределы алмазного ранга.

— Не с таким отношением.

Она посмотрела на его дразнящее выражение лица и не могла не рассмеяться.

Она покачала головой, затем переключила свое внимание на их текущее местоположение в мире души Джейсона. Они входили в сенот, карстовую воронку с водой на дне и отверстием, ведущим к открытому небу наверху. Деревянная палуба с перилами шла по окружности с двумя большими грилями и местами для пикника. Свет падал через отверстие под нужным углом, чтобы идеально осветить область.

Аллает смотрела вверх через отверстие, когда стеклянная сфера проплыла над головой. Внутри неё красная влажная масса пульсировала внутренним светом, как массивное, светящееся сердце.

— Что это было? — спросила она.

— Ты знаешь, как Джес Фин Кааль является Голосом Воли?

— Да.

— И ты знаешь, что это делает её продолжением воли её астрального короля?

— Да.

— Ну, я астральный король в процессе. Это мой Голос Воли в процессе. Его кокон был белым раньше, и не таким окровавленным. Я думаю, он почти готов вылупиться.

— Думаю, я бы предпочла сразиться с Голосом Воли Посланников, чем с этой штукой.

— Я подозреваю, что, как только он выйдет поиграть, Посланники тоже.

* * * Джейсон и Аллает воссоединились с командой Джейсона в лаундже во внутреннем дворе, где стены были покрыты зеленью, а лотосы плавали в водном объекте из чистой маны.

— Но, чтобы было ясно, — сказал Хамфри, — леди Аллает — та, кто пойдет и поговорит с богиней Свободой, верно?

— С её верховной жрицей в Яреше, — сказала Аллает. — Нельзя просто пойти и поговорить с богиней.

Спутники Джейсона повернулись, чтобы посмотреть на него, подняв брови.

— Что? — спросил он. — И правда, кто не просто разговаривает с ними? Разве это не то, что такое молитва? Я всё это время неправильно молился?

— Да, — сказал Нил.

— Как тогда должна работать молитва? Она с кейтерингом? Это поэтому люди несут все эти запеканки на церковные мероприятия?

— Он всегда такой? — спросила Аллает. Он был менее эксцентричным, когда они были одни, более уязвимым. Среди своих друзей он был более странным, но также явно получал больше удовольствия.

— Нет, но ты не хочешь видеть его другим, — сказал Нил, и остальная часть группы согласно кивнула.

— Вы знаете, что я прямо здесь? — спросил Джейсон. — Вам следует подождать, пока я уйду, чтобы говорить обо мне за моей спиной.

— Джейсон, — сказал Клайв. — Ты буквально и есть этот внутренний двор, в котором мы сидим. Ты — мебель, на которой мы сидим. Нет никакой «за твоей спиной».

Нил неловко повернулся на своем стуле для пикника, изгибаясь, чтобы посмотреть на него с обеспокоенным выражением.

— Я не всегда обращаю внимание, — сказал Джейсон. — Я уважаю частную жизнь людей.

— Богиня Свободы может быть не очень открыта к тебе, Джейсон, — отметил Руфус.

— Что-то связанное с тем, как ты ходишь, объявляя вещи, а затем заставляя всех принимать их, нравится им это или нет, — добавил Нил, всё еще выглядя неуверенно, стоит ли ему просто встать.

— Владычество, кажется, действительно проникся к тебе симпатией, — сказал Гэри. — Он и Свобода — антагонистические силы.

— Он определенно выбрал бы худший из возможных подходов, — сказала Белинда.

— Как попытка поймать богиню, может быть? — предположила Софи. — Свобода возненавидела бы это.

— Я точно знаю, как бы он это сделал, — сказала Тайка. — Он бы взял коробку и подпер один конец коробки палкой. К палке была бы привязана веревка, чтобы он мог дернуть её и уронить коробку, и веревка вела бы туда, где он прятался внутри фальшивого куста, который он сделал. Приманкой, которую он положил под коробку, был бы сэндвич и маленькая карточка со словом СВОБОДА, написанным на ней.

— Ты думаешь, я бы попытался поймать богиню Свободу в коробку? — спросил Джейсон.

— Ага.

— Это похоже на него.

— Звучит как то, как это могло бы произойти, да.

Джейсон провел рукой по лицу.

— Почему я бы это сделал? — спросил он.

— Без понятия.

— Не похоже, что это имеет значение.

— Мы никогда не знаем.

— На данный момент мы просто наблюдаем и делаем случайные побочные ставки, — сказал Нил. — Кстати, о чем…

Команда начала доставать духовные монеты и передавать их Нилу.

— Вы сделали какую-то ставку на меня? — спросил Джейсон.

— Не-а, — прозрачно солгал Нил, пряча свой выигрыш.

— Возможно, был пул ставок на то, сколько времени тебе потребуется, чтобы найти новое трансцендентное существо, которое превзойдет леди Аллает теперь, когда ты снова имел дело с алмазными рангами, — сказал Хамфри. — Белинда начала это, как только леди Аллает вошла в твое царство, и Нил выбрал «немедленно» как свое время. Что было нечестно, так как мы все…

— Я выкрикнул это первым, — сказал Нил. — Ты знаешь правила.

— Вы делаете ставки так часто, что есть правила? — спросила Аллает.

— Да, — сказала Белинда. — И Хамфри не имеет права жаловаться, потому что он выбрал большую битву в Яреше для следующего раза, когда кто-то намного сильнее Джейсона придет убить его, умрет, а затем что-то абсурдное будет разграблено с его тела.

Аллает несколько раз моргнула, её выражение лица было недоуменным.

— Какая абсурдная вещь? — спросила она.

— Он всё еще не сказал нам, так что он не скажет тебе, — сказала Софи. — Он отказывается, пока не поймет, как это использовать.

— Думаю, мне нужна кузница души, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что есть… слушай, это не имеет значения. Нам нужно сосредоточиться на следующем шаге. У нас будут раздраженные чиновники, ожидающие нас, если мы просто вернемся наружу.

— Прости за это, — виновато сказал Клайв.

— Эй, — сказал Джейсон, положив утешающую руку ему на плечо. — Кто из нас не бросал вызов власти, не совершал кучу преступлений или не переписывал куски реальности размером с город по своему образу и подобию?

— Что? — спросила Аллает.

— Хамфри, очевидно, — продолжил Джейсон. — Но остальные из нас все совершили что-то сомнительное. Может быть, не Нил. Тебе нужно больше выбираться, Нил. Напиться и украсть наземный скиммер или что-то в этом роде.

— Оставь Нила в покое, — сказал Хамфри. — Он уважаемый молодой человек. Теперь, какое решение у тебя есть для проблемы того, что ждет нас снаружи? Я предполагаю, что оно у тебя есть.

— Может, и не решение, — сказал Джейсон. — Но я, вероятно, могу отложить необходимость иметь дело с этим немедленно. Дать Аллает время успокоить ситуацию.

— Я должна оправдывать поведение твоей команды?

— Ага, — сказал Джейсон. — Я почти уверен, что могу использовать арку снаружи как точку привязки, чтобы открыть портал внутри нормального диапазона портала. Это значит, что я, вероятно, могу телепортировать себя обратно в домик на дереве, а затем открыть мир души, и вы все выйдете вальсируя.

Он повернулся к Аллает.

— Лучше, если ты уйдешь первой, — сказал он. — Я не хочу, чтобы моя портальная арка исчезла, и они подумали, что я сбежал с алмазным рангом.

— Это еще кое-что, что нам нужно обсудить, — сказала Софи. — Должны ли мы сбежать с алмазным рангом? Ты уверен, что хочешь отпустить её с тем, что она видела?

— Мы должны кому-то доверять, — сказал Джейсон.

— Должны ли, правда? — спросила Белинда. — Я имею в виду, Общество искателей приключений, кажется, больше мешает, чем помогает нам. Тебе достаточно спросить Клайва, на что похоже Магическое общество, а что касается местного правительства, ты помнишь того парня, которого ты отправил восвояси, Джейсон.

— Что ты показал ему, что заставило его бежать? — спросила Аллает. — Всё это место, безусловно, пугающее, и только больше, чем сильнее твои способности восприятия, подозреваю. Но недостаточно, чтобы потрясти Кальцифера Байнса до такой степени, как это случилось. Ты сказал мне, что это было что-то о вратах.

— Ты помнишь ту большую дверь? — спросил Джейсон. — Ту, что выглядит как хранилище, с длинной вывеской?

— Эту вывеску было довольно трудно забыть, — сказала Аллает. — Центр сдерживания астральных врат и Ретроспектива развлечений для взрослых семьи Стандиш, так ведь? Я предполагаю, что часть про астральные врата — это то, что так встревожило лорда Байнса.

— Я бы не исключала и другую часть прямо сейчас, — сказала Белинда. — То, что родители Клайва делали с этими заливными угрями, само по себе достаточно тревожно.

— Это не настоящие изображения, — настаивал Клайв.

— Ты их даже не видел, — сказала Белинда.

— А ты видела? — в ужасе спросил Клайв.

— Никто не видел, — твердо сказал Хамфри. — Потому что их не существует. Джейсон не собирается создавать поддельные изображения одного из родителей своего друга, делающих непристойные вещи. Ведь нет, Джейсон?

— Нет, — неохотно признал Джейсон. — Я немного воссоздал голос мамы Клайва, но это в основном просто чавкающие звуки поверх нескольких видео из моего мира, которые Фарра записала на кристалл записи.

— Мне нужно вернуть этот кристалл, раз уж ты упомянул, — сказала Фарра. — Девушке нужны потребности. Ты знаешь, каково это — пытаться получить немного действия в Римаросе? Какой-то золотой ранг запал на меня, но ему около восьмидесяти, и он отказывается делать правильный ход, пока мне не исполнится хотя бы половина его возраста. Никто другой не подойдет ко мне, потому что они не хотят обидеть его, хотя, но я не собираюсь ждать четверть века до своего следующего кувырка. Оборудование нужно доставать и запускать время от времени, иначе оно заржавеет в сарае.

— Отложив это в сторону, — сказал Руфус. — Очень, очень далеко в сторону, нам следует вернуться к вопросу Софи о том, должны ли мы удерживать леди Аллает здесь. Отпускаем ли мы её с тем количеством секретов Джейсона, которые ей удалось раскрыть? Со своей стороны, я твердо против того, чтобы брать её в плен. Пленные, взятые в бою, — это одно, но брать союзников, которые знают слишком много? Я не буду участвовать в этом.

— Джейсон сказал всё, что нужно было сказать, — заявил Хамфри. — Мы должны доверять. Мы просто должны. В мире слишком много проблем, чтобы люди в этой комнате могли решить их все. Да, мы встретили свою долю людей, которые отказались от своей честности. Они видят разум Клайва или Джейсона… что бы это ни было с Джейсоном, и они ищут нас. Они оппортунисты, голодные и бесстыдные. Но я обещаю вам, что есть бесчисленное множество людей, делающих правильные вещи просто потому, что это правильно. Вы не видите их, потому что они не ищут славы или власти. Они просто стремятся выполнить свой долг.

Он кивнул самому себе.

— Да, они совершают ошибки. Гнев, гордость, тщеславие, жадность; они заставляют нас делать плохой выбор. Но я не сомневаюсь, что большинство людей в Магическом обществе такие же, как Клайв: пытаются взять магию и сделать мир завтра немного лучше, чем он есть сегодня. Вы думаете, люди, работающие в правительстве Яреша, все стремятся набить свои карманы и повысить свой статус? Некоторые, да, но я обещаю вам, что большинство из них стараются изо всех сил восстановить город и помочь людям, которые в нем живут. И я надеюсь, мне не нужно рассказывать вам об авантюристах. Они, несомненно, более восприимчивы к гордости и тщеславию, о которых я упоминал, но каждый человек в этой комнате видел, как они делают шаг вперед и рискуют всем, потому что это был их долг. И многие из них так и не вернулись.

Хамфри подошел к Белинде и положил руку ей на плечо.

— Я знаю, что у тебя меньше причин доверять, чем у большинства, — сказал он ей. — Но мы должны, даже когда это не срабатывает так, как мы надеялись. Потому что если мы этого не сделаем, то в чем смысл? Я был неохотен, когда Джейсон привел двух воров и сказал, что они собираются стать авантюристами. А теперь посмотрите на вас: вы великолепны. Это не та команда, которую я представлял себе, когда рос, и вы лучше поверьте, что я представлял это много раз. Но теперь моя команда лучше, чем я когда-либо мог себе представить, потому что меня убедили доверять, когда разумным выбором было не делать этого. Так что я собираюсь продолжать делать этот выбор. И если кто-то из вас хочет сделать другой выбор из страха, гнева или горечи, то я буду говорить, говорить и говорить, пока вы все не измените свое мнение. И, как я только что продемонстрировал, я определенно могу это делать…

Софи оттолкнула Белинду, схватила Хамфри за лацканы и потянула его в страстный поцелуй, пока остальные смотрели на это.

— Кто-нибудь еще чувствует, что это подрывает серьезность большой речи Хамфри? — спросил Нил.

— Это был такой хороший монолог, — гордо сказал Джейсон. — Ему не помешало бы больше шуток.

Руфус подошел к Аллает и наклонился близко.

— Нам, пожалуй, стоит тебя отсюда выпустить, — тихо сказал он.

ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ ВЫ ЗАДАЕТЕ, НЕ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЯ

ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ ВЫ ЗАДАЕТЕ, НЕ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЯ

Аллайет прошла через портальную арку, покинув мир души Джейсона. Джейсон и его спутники переглянулись.

— Как думаете, она купилась? — спросила Белинда.

— Купилась на что? — уточнил Хамфри.

Софи похлопала его по руке.

— Не бери в голову, — сказала она.

— На что не брать в голову?

— На нашу «отважную группу искателей приключений, влипшую в безумную историю», — ответил Руфус. — По сути, на то, поверила ли она, что мы — просто чудаковатая компания, вынужденная обстоятельствами участвовать в испытаниях, которые нам не по плечу.

— Это был спектакль? — удивился Хамфри. — Почему никто мне не сказал?

— Потому что твой разум постоянно терзался бы мыслью, что ты что-то изображаешь, — ответил Джейсон. — А мы ничего не изображали. Мы просто немного подсветили наши естественные склонности.

— Это не объясняет, почему вы не сказали мне.

— Хамфри, — произнес Джейсон, — ты такой же лжец, как я — скромный и смиренный прихожанин. Ты из тех людей, которые, когда им говорят вести себя естественно, превращаются в роботов.

— Что такое робот? — спросил Хамфри.

— Слишком сложный голем, — ответила Фарра.

— Разве она не должна была в любом случае читать наши эмоции? — спросил Хамфри.

— Не здесь, — сказал Джейсон. — В этом месте я могу ограничивать её чувства. Но у неё жизненного опыта больше, чем у всех нас вместе взятых. Сомневаюсь, что ей нужны способности восприятия, чтобы читать наш язык тела. Мы просто усилили наши естественные наклонности, чтобы они не выглядели фальшиво. Но, Хамп, попытайся ты вести себя естественно — это стало бы огромным красным флагом.

— То, как она решит отреагировать на то, с чем здесь столкнулась, сыграет важную роль в том, как всё сложится для нас в будущем, — сказал Руфус. — Если она нас поддержит, станет намного проще. Другой обладатель алмазного ранга перестанет давить на Джейсона, а Общество искателей приключений станет более сговорчивым. Если же она решит, что Джейсона нужно остановить, пока он не стал слишком могущественным, всё станет гораздо сложнее.

— Как думаете, это вероятно? — спросил Гэри.

— Я бы так не сказал, — ответил Джейсон. — Хотя возможно, что она меня обманывала, я уловил достаточно её эмоций, чтобы думать, что она нас поддержит.

— Она не казалась враждебной, — заметила Софи. — Скорее, наоборот.

— Думаю, я добился с ней того, чего много раз не мог добиться в прошлом, себе в ущерб, — сказал Джейсон.

— Чего именно? — спросил Руфус.

— Донести масштаб сил и событий, в центре которых он находится, — ответила Фарра. — На Земле различные фракции видели лишь столько, чтобы возжелать этого. Они никогда не понимали, что он делает или какую цену все заплатят, если остановят его.

— Это моя вина, — сказал Джейсон. — Я никогда не объяснял всё как следует. Я всегда был зол или ожесточен. Я никогда не находил времени, чтобы по-настоящему показать людям, что я делаю и зачем. Иногда это было необходимо, чтобы они не пытались меня использовать, но часто я был просто слишком выгоревшим. Честно говоря, я дошел до точки, когда мне казалось, что мир не заслуживает объяснений. Это был мой шанс стать выше, но моя ограниченность только всё усугубила.

Он посмотрел на портальную арку.

— Боюсь, я снова могу это сделать. Думаю, мне стоит сесть за стол переговоров с директором Общества искателей приключений и некоторыми влиятельными лицами из Яреша. Объяснить всё со своей точки зрения. Может, тогда мы сможем работать вместе так, как должны были с самого начала.

Джейсон повернулся к Хамфри.

— Возможно, пора перестать пытаться делать всё самому и проявить немного доверия.

* * * Аллайет вышла из портальной арки Джейсона, и та закрылась за ней, уйдя в землю без следа. Она осмотрела местность и увидела, что аванпост, который строило Общество искателей приключений, развивался с поразительной скоростью в её отсутствие. Она находилась на окраине, используемой в основном для хранения, теперь заполненной массивными деревянными ящиками, укрепленными металлом.

Она левитировала в воздухе, используя свою ауру — трюк, доступный любому серебряному рангу. Она сравнила своё мастерство с тем, на что были способны Джейсон и вестники, и оно значительно уступало. Даже на алмазном ранге она могла воздействовать только на себя, и левитацию было довольно легко нарушить. После увиденного внутри мира души Джейсона это стало подходящей метафорой для её собственного положения.

Она была могущественна. Одно из самых могущественных существ на планете, но многое из того, во что она оказывалась втянута, было не с её планеты. Вторжение Строителя, вторжение вестников. Она якобы находилась в конце своего пути к силе и оказалась плохо подготовлена к тому, чтобы противостоять этому. Джейсон был гораздо слабее, но он был частью той более широкой реальности. Частью космического сообщества, которым она не была.

Те, кто был похож на неё, этого не видели. Она и Харист давным-давно довольствовались тем, что были крупной рыбой в маленьком пруду, оставив Сорамира Римароса и ему подобных исследовать миры за пределами их собственного. Она заключила свой разум в коробку и была неспособна ясно видеть что-либо за её пределами. Общество искателей приключений было похоже на неё в этом отношении, их соображения ограничивались рамками, которые они бессознательно накладывали на себя.

Вид души Джейсона изнутри разбил её коробку. Теперь она могла видеть то, что Сорамир Римарос, Доун и даже боги видели с самого начала: Джейсон Асано принадлежал к более широкому миру. Впервые за долгое время Аллайет столкнулась со своими пределами и осталась ими недовольна. Возможно, для неё тоже существовал более широкий мир.

Алмазный ранг был концом пути. Это была не только аксиома, которой её учили с самого начала, но и сама мысль о его достижении была мечтой, до которой мало кто из искателей приключений мог дотянуться. Когда она достигла его, она была удовлетворена. У неё не было нужды бродить по космосу, ставя себя в основание новой лестницы, на которую она не знала, как взобраться. Она уже достигла каждой цели, которую когда-либо ставила перед собой, и этого было достаточно.

Но теперь космос, который она отказалась исследовать, вторгался в её мир, и в Джейсоне Асано она мельком увидела, как может работать этот подъем. Вот человек, стоящий так далеко под ней, но которому предстоит пройти гораздо больше. Он не собирался замедляться, достигнув её уровня, не говоря уже о том, чтобы остановиться.

Аллайет посмотрела на строящийся аванпост. Рваная дыра, выбитая наружу, уже была покрыта фундаментами, которые уходили внутрь и вниз, словно затонувший театр. В основном это была подготовленная земля; запечатанный фундамент, ожидающий возведения зданий. Впрочем, некоторые здания уже стояли, и Аллайет наблюдала, как за считанные минуты с помощью магии формировались новые.

Она видела, что это не грубое придание формы камню. Экспертное строительство сочетало ритуалы, способности сущности и экспертные знания в дизайне. Харист был прав, злясь, что такой уровень трудолюбия был отвлечен от восстановления города.

Быстро формирующийся аванпост был памятником оппортунизму тех, кто жаждал власти. Им не хватало широты нового взгляда Аллайет, они видели лишь старые распри. Они не осознавали, что власть и баланс сил фундаментально изменились. Вторжение Строителя не было изолированным инцидентом; это было событие, которое привнесло их мир в большую реальность.

Хотя многие из суетящихся людей видели её в небе, они уважали то, что присутствие её ауры было незаметным, принимая намек и держась в стороне. Только у Хариста хватило восприятия, чтобы заметить её ауру, и он отправился в её сторону, как только это сделал. Ему потребовались лишь мгновения, чтобы прибыть, и, когда он это сделал, он завис в воздухе рядом с ней.

— Ты прошла через портал Асано, — сказал он вместо приветствия.

— Да.

— Ты выяснила, как он вообще смог создать портал, которым ты могла воспользоваться?

— Да.

— Ты узнала, какая сила его поддерживает?

— Да.

Харист закатил глаза.

— У тебя есть хоть какое-то желание дать ответ длиннее одного слова?

— Проблема, Харист, в том, что вопросы, которые ты задаешь, не имеют значения.

— Тогда что имеет значение?

— То, хорош ли Джейсон Асано и всё, что с ним связано, для нас или плох.

— И?

— Для вестников это определенно плохо.

— Рассказывай всё.

— Нет.

— Нет?

— Его секреты нам не вредят.

— И ты ожидаешь, что я поверю тебе на слово?

— Я немного обижусь, если нет. Но я понимаю, как некий неизвестный агент неизвестной силы может потенциально скомпрометировать даже обладателя алмазного ранга, так что нам стоит убедиться, что этого не произошло.

— Как? Нет никакой Церкви Чистоты, чтобы проверить, не подверглась ли ты воздействию чего-либо.

— Церковь Свободы. Они могут сказать, была ли скомпрометирована моя свобода воли.

Харист кивнул.

— Согласен, — сказал он. — Давай вернемся в Яреш и направимся прямиком в храм.

* * * Видал Ладив неважно управлялся с летающим глиссером, на котором он приближался к облачному дворцу Джейсона, представлявшему собой серию домиков на деревьях, соединенных веревочными мостами. На открытом балконе Трэвис Ноубл работал над устройством размером с фургон для перевозки грузов. Это была явная смесь магических и технологических элементов, наиболее заметным из которых был выступающий металлический вал. Облако драгоценных камней парило вокруг вала, словно удерживаемое магнитами.

Трэвис поднял глаза на приближающийся глиссер, с любопытством наблюдая, как тот нетвердо приземлился у края балкона. Видал оставил его парить рядом с перилами и неловко спрыгнул с транспортного средства на балкон.

— Не похоже, что ты мастер в этом, — сказал Трэвис. — Без обид.

— Вовсе нет, — ответил Видал. — Ненавижу эту штуку. Там, в Римаросе, моих сил воды было более чем достаточно, чтобы передвигаться. Но здесь, в глубине материка, недостаточно водных путей, чтобы добраться туда, куда мне нужно. А то, что мистер Асано переехал в домик на дереве посреди глуши, точно не помогает.

— Ты уверен, что тебе стоит этим управлять? — спросил Трэвис. — Это летающая машина, а ты управляешься с ней как нервный подросток на уроках вождения. Кажется, должны быть правила или что-то в этом роде против такого. Люди не боятся, что ты врежешься в коляску какой-нибудь дамы и убьешь очаровательных близняшек?

— Это странно конкретно, — сказал Видал, глядя на массивное устройство, над которым работал Трэвис. — Что это?

— Прямо сейчас? Раздражение. Если я смогу решить проблемы циклического выравнивания, это будет роторная лучевая пушка.

— Какое-то оружие? Я думал, ты работаешь над устройством связи.

— Это скорее комплексная коммуникационная сеть. К тому же, это работа. А это скорее хобби.

Видал осмотрел чудовищное и сложное устройство.

— Хобби?

— Ага. Что-то, чем можно заняться ради веселья.

— Ты строишь оружие размером с торговый фургон ради веселья?

— Если нельзя повеселиться с роторной лучевой пушкой, не думаю, что вообще можно веселиться. Что привело тебя сюда, мистер Ладив? Это как-то связано с тем гигантским взрывом сегодня утром? Я видел, как облако засасывало в воздух.

— Косвенно. Мистер Асано уже вернулся?

— Нет. Последний раз, когда я их видел, они все направлялись к облаку. Я даже не знаю, что случилось.

— Из глубоких подземелий вырвались измененные вестники.

— Это был тот взрыв?

— Да.

— Это кажется странным. Они прокопали путь до самой поверхности, а потом устроили большой взрыв в самом конце? Устраивать что-то подобное, находясь под землей, — ужасная идея.

— Вестники были далеко не в своем уме.

— Я не буду винить их за это. Я строю гигантский лазер Гатлинга в домике на дереве в альтернативной вселенной Бразилии. Я не совсем уверен, что я в своем уме. Насколько я знаю, я нахожусь где-то в психушке, глядя вдаль и крича «пиу-пиу-пиу» снова и снова.

— Э-э, ладно. Мне нужно поговорить с Асано.

— Их еще нет.

— Ты, кажется, не беспокоишься об этом.

— Джейсон однажды застрял с кучей своих врагов золотого ранга в пространстве между измерениями, которое было на грани того, чтобы прорвать дыру в боку вселенной и уничтожить нашу планету. Джейсон и один вампир золотого ранга смогли сбежать, а вампир убежал и спрятался, пока Джейсон не покинул вселенную полностью. Что касается того пространственного кармана, Джейсон превратил его в магический город, в котором теперь живет его клан. Он убивает любого, кто пытается приблизиться к нему с дурными намерениями, и это своего рода храм ему самому. И это было до того, как его команда была с ним, так что нет, я не беспокоюсь, что кучка второсортных ангелов с проблемами психического здоровья покончит с ними.

— Не припомню, чтобы видел что-то подобное в досье Асано в Обществе искателей приключений. Должно быть, это было в секретных частях.

— Нет, это было в моей вселенной, так что этого не будет в его местном досье. Теперь, когда я думаю об этом, я не уверен, что должен рассказывать тебе такие вещи.

Трэвис задумчиво посмотрел на Видала, а затем на устройство, над которым работал.

— Можешь встать перед той длинной металлической штукой? — спросил Трэвис.

— Нет, — ответил Видал.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЦЕНА

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЦЕНА

На балконе домика на дереве Джейсона Видал Ладив с опаской смотрел на сферическое устройство на конце шеста, который он держал.

— Что это за штука, в конце концов?

— Не бери в голову, — рассеянно сказал Трэвис, роясь в большой коробке и машинально выбрасывая кристаллы. — Просто не давай ей подобраться к тебе слишком близко. Я почти наверняка решил проблему органического возгорания при приближении, но береженого бог бережет.

— Что?

Прежде чем Видал успел задать больше вопросов, на балконе появилась портальная арка. Появились Джейсон и его спутники, причем Фарра сразу же уставилась на сферическое устройство.

— Как ты решил проблему органического возгорания при приближении? — спросила она Трэвиса.

— Я надел его на конец шеста, — ответил он.

— О, — сказала она, а затем с сочувствием посмотрела на Видала.

— Не позволяй ему подобраться к тебе слишком близко, — посоветовала она.

— Трэвис, — сказал Джейсон, — забери эту штуку у него. Видал, полагаю, ты здесь, потому что Общество искателей приключений решило, как нас наказать за то, что мы не позволили им украсть всех наших пленных.

Трэвис махнул стержнем в сторону открытой двери. Существо-конструктор, похожее на голый манекен из магазина, вышло и, шатаясь, направилось к Видалу. Конструктор выглядел так, будто его собирали в спешке, возможно, в нетрезвом виде, из любых подвернувшихся под руку деталей. Видал был почти уверен, что левое предплечье было коротким куском небрежно покрашенной ветки дерева.

— Для чего это? — спросил Видал, вцепившись в самый конец шеста, чтобы держать устройство как можно дальше от себя.

— Просто отдай ему эту вещь, — сказал Трэвис.

— Ты сказал, что это устройство опасно, а этот конструктор не выглядит стабильным.

— Всё в порядке, — неубедительно сказал Трэвис. — На нем почти не осталось взрывчатки. После того инцидента.

— Какого инцидента?

— Не думаю, что ему разрешено рассказывать тебе, — сказала Фарра. — Я не помню точных условий юридического соглашения, но запрет на разглашение действовал по крайней мере до тех пор, пока целители не выяснили, как остановить… Я не должна больше ничего говорить.

— Не думаю, что он уверен в твоем конструкторе, Трэвис, — сказал Нил. — Не можешь просто забрать его сам?

— Я не подойду к этой штуке, — сказал Трэвис. — И вы должны быть благодарны, что я этого не делаю. Тебе пришлось бы выяснять, как заставить целительную магию работать сквозь помехи.

— Какие помехи? — спросил Нил.

— Магию на моих гениталиях, если случится еще один инцидент с тестикулярным резонансом.

— Еще один ЧТО? — спросил Видал, выбрасывая шест и прикрепленное к нему устройство за балкон.

— Эй! — сказал Трэвис. — Я пошутил; он совершенно безопасен.

Устройство ударилось о землю и взорвалось. Все повернулись к Трэвису.

— Ладно, «совершенно» могло быть небольшим преувеличением, — признал Трэвис.

Хамфри подошел к перилам и посмотрел вниз. — Не думаю, что это вызовет лесной пожар.

— Конечно, нет, — сказал Трэвис. — Здесь слишком влажно для этого. Наверное. Может, я просто спущусь туда и побрызгаю кое-чем, чтобы убедиться.

Он нырнул в дверь, из которой вышел конструктор, и вернулся с красным баллончиком.

— Синий, — сказала Фарра.

Трэвис посмотрел на баллончик, поморщился и вернулся внутрь, появившись уже с синим баллончиком.

— Пронесло, — сказал он и направился к подъемной платформе. Вписываясь в мотив домика на дереве, платформа выглядела так, будто её опускали на веревках.

— Всё в порядке, — крикнул Трэвис снизу. — Всё в порядке. Внизу нет никаких проблем —

Одна из рук конструктора отлетела и улетела за перила с гулом пружины, которая была яростно распрямлена.

— Всё в порядке, — снова крикнул Трэвис. — Кстати, Фарра, не могла бы ты смыть конструктор из зеленого баллончика? Здесь внизу не происходит ничего опасного, но если ты сделаешь это очень-очень быстро, я буду признателен.

Все отошли от конструктора, который теперь раскачивался на ногах.

— Разве это не тот человек, который построил бомбу, свалившую летающий город Строителя? — спросил Видал.

— О, да, — сказала Фарра, заходя в комнату, а затем выходя с третьим баллончиком, на этот раз зеленым. — Он очень хорош в создании вещей, которые взрываются. Или стреляют опасной энергией более или менее по команде. Испускают ядовитый газ, часто намеренно. Разжижают… о, об этом мне тоже нельзя говорить. Знаешь, принцесса Лиара знает множество отличных адвокатов.

Она использовала свою силу Стена Обсидиана, чтобы воздвигнуть стену из темного камня между группой и конструктором, который теперь издавал шипящий звук, криво вращаясь на месте. Скрытые от него, они наблюдали, как Фарра распыляет белую жидкость из баллончика в пространство, которое они не видели за стеной.

— Я не сомневаюсь в его способности сеять разрушение, — сказал Видал. — Мои опасения больше касаются стабильности. Бомбу, которая уничтожила город-крепость, он, предположительно, построил в городе, где я тогда жил. Где жила моя мама и сотни тысяч других людей, верно?

— Это был веселый проект, — крикнул Трэвис снизу. — Было интересно… почему эта штука окрашивает растения в такой цвет?

— Это то, что я должен позволять происходить в моем здании? — спросил Джейсон.

— Всё в порядке, — сказала Фарра, перемещаясь, чтобы поставить стену между собой и конструктором, так как от него поднимался темный густой дым.

— Почему на боку этого баллончика нарисован череп? — спросила Белинда.

— Понятия не имею, — сказала Фарра, когда в стене проело дыру. Она подняла еще одну перед ней.

— Мы могли использовать несколько экспериментальных материалов для конструктора, — призналась она. — Просто пытались найти то, что может удерживать больше магии, чем обычно, без опасного резонанса.

— Некоторые могли бы сказать, что удерживать возрастающую магическую энергию внутри фиксированной матрицы без механизма сброса — это опасно… — крикнул Трэвис снизу.

Все молча ждали, пока он продолжит, пока, наконец, Джейсон не подал голос.

— …но… — подсказал он.

— Но что? — крикнул Трэвис в ответ. — Почему все замолчали?

— Мы как бы ожидали, что ты продолжишь то, что сказал последним, — сказал ему Джейсон.

— Нет, я закончил.

— Нам стоит перебраться в другой домик на дереве? — предложила Софи.

Все они быстро перешли по веревочному мосту к другому дому, построенному вокруг другого дерева. Как и все домики на деревьях, составлявшие замаскированный облачный дворец Джейсона, он имел широкий балкон. Джейсон вызвал набор мебели из облачной субстанции для всех, которая маскировалась под дерево, чтобы соответствовать дому. Несмотря на внешний вид, она сохраняла роскошную мягкость облачного материала. Они заняли свои места, причем Джейсон и его спутники сидели напротив единственного стула, оставленного для Видала.

— Нам стоит подождать Трэвиса? — спросил Хамфри.

— Нет, — крикнул Трэвис. — И еще, Фарра, не могла бы ты принести мне желтый и фиолетовый баллончики.

— Я думала, ты больше не можешь достать желтый после того, что случилось с заводом по розливу, — крикнула Фарра в ответ.

— Он сказал, что я могу забрать оставшийся запас, если пообещаю никогда не возвращаться.

— Просто иди, — сказал ей Джейсон.

Она ушла, и Джейсон повернулся к Видалу.

— Итак, — сказал он. — Что решило Общество искателей приключений делать с нами?

— Ждать, — сказал Видал. — Есть мнения, варьирующиеся от аннулирования вашего членства до понижения всех вас до одной звезды. Директор заступился за вас, но он не мог пересилить весь исполнительный совет. Максимум, что он смог сделать, — это передать дело в Континентальный Совет. Они пришлют офицера по оценке, чтобы вынести окончательное решение.

— Сколько времени это займет? — спросил Руфус.

— Понятия не имею, — сказал Видал. — Моя догадка — долго, так как это попахивает политикой, а Континентальный Совет действительно не любит такое. Честно говоря, подозреваю, что исполнительный совет в Яреше позаботился о том, чтобы это выглядело как политика, чтобы замедлить процесс.

— Зачем им так затягивать? — спросила Софи. — Полагаю, чтобы как-то нас прогнуть.

— Экспедиция, — сказал Джейсон. — Им нужны мы для этого. Но они хотят, чтобы мы ходили по струнке, поэтому дают нам понять, что после этого нас ждет дисциплинарное взыскание. Они надеются, что это заставит нас вести себя как можно лучше и сделает более покладистыми.

— Они явно не были внимательны, — сказала Белинда. — Мы не совсем покладистая команда.

— Никакая команда не является таковой, — сказал Хамфри. — По крайней мере, ни одна из хороших. Искатели приключений должны быть независимыми мыслителями, способными брать на себя ответственность за свой выбор.

— Согласен, — сказал Руфус. — Любое хорошее отделение Общества искателей приключений уважает это. Проблемы начинаются, когда вмешивается политика. Может, я и невысокого мнения о том, как обучают искателей приключений в Римаросе, но их Общество искателей приключений находит правильный баланс между руководством искателями приключений и доверием к ним.

— Ты выглядишь нервным, Видал, — сказал Джейсон. — Несчастным.

— Я чиновник Общества искателей приключений, — сказал он. — Не похоже, что вы намерены облегчить мне жизнь.

— Не забывай, в чем суть искателя приключений, — сказал ему Руфус. — Дело не в обществе и не в нас. Дело в помощи людям. Защите людей.

— Не думаю, что то, что вы все в ссоре с Обществом искателей приключений, поможет многим людям, — отметил Видал.

— А я думаю, что именно такие оправдания позволяют людям, извратившим цели Общества искателей приключений, заставлять хороших искателей приключений потакать дурным намерениям, — парировал Руфус. — Всё, к чему это приводит, — это то, что люди молчат, пока яд распространяется.

— Давайте не будем всё валить на Видала, — сказал Джейсон. — Он просто парень, застрявший посередине, говорящий обеим сторонам вещи, которые они не хотят слышать. Это должно быть паршиво. Он не местный и такой же новичок в политической ситуации здесь, как и мы. К тому же у него нет тех рычагов давления, которые есть у нас, чтобы посылать людей подальше.

— Спасибо, — сказал Видал. — У меня были опасения по поводу того, во что я буду втянут, когда общество назначило меня вашим связным, но это оказалось более утомительным, чем я мог себе представить. Но у меня есть долг, и часть этого долга — дать обществу мою лучшую оценку того, что вы будете делать дальше.

— На данный момент, — сказал Джейсон, — мы продолжим выполнять контракты, на которые подписались.

— Потому что дело в людях, которым нужна помощь, — повторил Руфус. — Им нет дела до политики. Их волнуют только монстры, угрожающие их домам и семьям.

— И мы собираемся им помочь, — сказал Хамфри.

— Из любопытства, — спросил Руфус, — насколько сопротивлялись люди, требующие наших голов, привлечению Континентального Совета?

— Аристократическая фракция — это политический блок, который охватывает все основные институты в Яреше, — объяснил Видал. — У них есть члены в любой области, достаточно престижной, и влияние везде, где это не так. Это вряд ли необычно, так как аристократические семьи крепко держат в руках большинство городов. Есть, конечно, и другие политические фракции, но мой опыт показывает, что в большинстве мест есть только две основные группы с реальным влиянием. Одна — консервативная фракция, обычно возглавляемая аристократами и другими людьми с богатством и властью, чьи интересы начинаются и заканчиваются сохранением преимуществ, которые они накапливали поколениями. Другая группа также обычно состоит из аристократов и людей с властью и деньгами. Эта группа верит в перемены и в то, что нужно делать правильно. Они также верят, что только они знают, что правильно, поэтому следят за тем, чтобы все перемены совершались либо ими, либо теми, кого они контролируют. Кроме того, что правильно, никогда не кажется, что это включает в себя отказ от своих денег и власти, как ни странно.

— Это звучит пугающе знакомо, — пробормотал Джейсон.

— А мы из другой вселенной, бро.

— Эти два блока власти, или какая-то их вариация, — сказал Видал, — существуют в каждом государстве и городе-государстве, с которыми я имел дело как чиновник Общества искателей приключений. Там, где эти политические блоки оказывают значительное влияние на Общество искателей приключений, именно там они начинают терять из виду ту миссию, о которой говорил мистер Ремор.

Руфус кивнул.

— Простите, мистер Ладив, — сказал он Видалу. — Похоже, у вас больше страсти и честности, чем я вам приписывал, и я прошу за это прощения.

— Спасибо, мистер Ремор, — сказал Видал. — Я был гораздо больше вовлечен в работу Общества искателей приключений здесь, чем кто-либо из вас. Могу сказать, что, хотя политического влияния больше, чем мне бы хотелось, отделение в Яреше не так далеко зашло, как вы могли бы опасаться. Директор, насколько я могу судить, хороший человек. Он маневрировал Аристократической фракцией, чтобы та призвала Континентальный Совет, не осознавая, насколько они привыкли к влиянию местных политических сил. Только настоящие искатели приключений в их фракции выступили против этого, зная реальность, но расчет директора был ловким. Так что, отвечая на ваш вопрос, мистер Ремор, единственные люди, «требующие ваших голов», которые сопротивлялись призыву Континентального Совета, были настоящие искатели приключений, которые понимали, что это влечет за собой. Теперь, когда у них есть время объяснить это своим товарищам, они пытаются отменить это решение.

— Смогут ли они это сделать? — спросил Руфус.

— Нет никаких гарантий, — сказал Видал, — но подозреваю, что нет. Директор Общества искателей приключений обманом заставил Аристократическую фракцию потратить слишком много политического капитала. Они слишком сильно давили на исполнительный совет Общества искателей приключений, чтобы тот пошел против директора. Они не заставят их пойти против директора во второй раз, чтобы отменить то, на что они были подбиты в первый раз.

— Члены Аристократической фракции — дворяне, — сказал Хамфри. — Их права принадлежат им по крови и могут быть отняты только за преступления на уровне государственной измены. Любая политическая неудача для них временна.

Хамфри взглянул на Джейсона, прежде чем снова повернуться к группе.

— Бюрократы в Обществе искателей приключений не имеют такой же безопасности в своих должностях, — продолжил он. — Они будут делать то, что хотят их политические хозяева, но только пока это приносит им выгоду. Дворянина можно увидеть занимающим совершенно разные позиции изо дня в день, потому что его фамилия всегда поставит его на верхнюю ступень. Кальцифер Байнс выбежал с нашего большого собрания, чуть не намочив штаны. Он заплатит политическую цену за это публичное унижение, но это не меняет того факта, что он есть и всегда будет человеком богатства, влияния и власти.

— Хороший пример, — сказал Видал. — Кальцифер Байнс является частью исполнительного совета, и хотя он на время уйдет в тень, он никуда не денется. Но основная часть группы — карьерные бюрократы. Они кормились у груди более крупных политических сил, но когда их карьере угрожает опасность, они будут действовать в своих собственных интересах. Вот почему они почти наверняка не отзовут призыв к вмешательству Континентального Совета.

— Это имеет смысл, — сказал Руфус. — Призыв совета, а затем приказ им уйти домой до их прибытия имел бы серьезные политические последствия.

— Чего нам ожидать от этого Континентального Совета? — спросила Белинда.

— В прошлый раз, когда я имел с ними дело, — сказал Джейсон, — они понизили меня в звании. Вместе почти с каждым искателем приключений в городе.

— Ты ведь не просто выпустил отряд врагов атаковать искателей приключений, — с сожалением сказал Клайв. — Думаю, я заслужил для нас всех худшее, чем просто понижение.

Нил подался вперед в своем кресле, чтобы положить утешающую руку на плечо Клайва.

— Не бери в голову, — сказал Нил. — Все здесь согласны с тобой.

— Да, — согласился Хамфри. — Мы только что говорили о вещах, которые негативно влияют на Общество искателей приключений. Способ, которым мы боремся с этим влиянием, — оставаться независимыми. Так, как они должны позволять искателям приключений быть. Если бы мы просто капитулировали, мы бы способствовали проблеме.

— Посмотрите на вас, боретесь с властью, — сказала Белинда Хамфри. — Ты превращаешься в Джейсона.

Хамфри долго смотрел на нее, затем достал тарелку из своего хранилища и протянул ей.

— Сэндвич? — спросил он бесстрастным голосом, и все, кроме Видала, начали смеяться.

— Это очень странная команда, — сказал Видал.

ОБЫЧНЫЕ ПОВСЕДНЕВНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ОБЫЧНЫЕ ПОВСЕДНЕВНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

Команда Джейсона ожидала, что появление вестников, наполненных стихийной энергией, ускорит планы Джес Фин Кааль. Вместо этого они ничего не слышали, продолжая брать и выполнять контракты, а Тень подхватывал новые, пока доставлял их отчеты. Впервые за долгое время команда была в полном сборе для обычных повседневных приключений.

Время Джейсона на Земле, проведенное в сражениях в наполненных монстрами прото-пространствах, а позже в полномасштабных волнах монстров, позволило ему достичь стены, которая была четвертой стадией серебряного ранга, быстрее, чем членам его команды. Однако, как только он достиг её, отсутствие мощных угроз на Земле затормозило его. Через прото-пространства, волны монстров и зоны трансформации Джейсон убил больше монстров и других угроз, чем вся его команда вместе взятая. Тем не менее, его прогресс был ограничен угрозой, которую представляли эти монстры.

Джейсон достиг точки, где немногие монстры серебряного ранга представляли реальную опасность, даже в огромных количествах. Он бросался на целые стада или не использовал различные силы, пытаясь раздвинуть свои границы, но как только он ударялся о стену, на Земле прогресса было мало. Угрозы золотого ранга были слишком редки и слишком опасны, так как Джейсон был готов сражаться только с конкретными монстрами этого ранга. Если матч-ап был плохим для его сил, он не хотел с ними связываться.

Монстры Земли не были величайшими испытаниями, с которыми Джейсон сталкивался на своей родной планете, но те другие опасности не были теми, которые он мог решить только своими способностями сущности. Он был вынужден владеть мощными артефактами, погружаться в пространственные аномалии и развивать духовные силы, которые едва понимал даже сейчас. Его понимание души, реальности и более широкого космоса расширялось, прокладывая путь, который понесет его в далекое будущее. Однако в непосредственной близости его способности сущности оставались неиспользованными, без роста.

Потребность Джейсона полагаться на духовную силу продолжилась с его возвращением в Паллимустус. Хотя его способности сущности возобновили ленивую восходящую траекторию, Джейсон снова был вынужден полагаться на свои странные новые способности, и не без немалых затрат. Пока он восстанавливался после перенапряжения, его спутники продолжали пробиваться через нашествие монстров, медленно, но верно догоняя его у стены продвижения.

Клайв, Хамфри и Белинда имели врожденное преимущество в виде внутренних человеческих даров. Их способности сущности развивались с немного, но заметно более высокой скоростью, чем у других, слишком незначительно, чтобы иметь значение на низких рангах. Теперь они ударились о стену, и каждая мера роста имела значение, это дало им небольшое преимущество. Для Клайва и Белинды это дало время для магических исследований, не отставая от других. Для Хамфри это означало, что он мог быть немного впереди группы, что придавало ему уверенности как лидеру команды.

По мере того как их непрерывные приключения входили в третью неделю, Джейсон первым вывел способность за пределы четвертого уровня серебряного ранга, но лишь на несколько дней. Пока команда прорывалась сквозь бродячих монстров и закрывала контракты, способность восприятия Джейсона наконец пересекла черту всего за два дня до Хамфри.

Гэри, Фарра и Трэвис не принимали участия в шквале контрактной работы. Они были в мире души Джейсона, используя преимущества, которые он предлагал, для развития своих различных профессий. Это оставило команду из восьми человек с полупостоянным дополнением Руфуса и Тайки. Руфус возобновит преподавание, но не спешил, заново открыв свою любовь к приключениям, когда его не обременяла роль лидера. Что касается Тайки, его целью была Земля и люди, которых он оставил там. Его возвращение домой, однако, полностью зависело от способности Джейсона проложить его.

Сменив базу операций в ожидании новых контрактов, команда наблюдала, как облачная фляга Джейсона производит новый облачный дворец. Они делали это с края горного плато, облачная материя сползала вниз по скале, формируя здания, свисающие с её поверхности.

— У тебя гораздо больше контроля над камуфляжной версией твоих облачных зданий по сравнению с Эмиром, — сказал Руфус.

— Эмир никогда не использует свои камуфляжные версии, — сказал Джейсон. — Его всегда большие и кричащие. Но да, моя более глубокая связь с душой дает мне гораздо больше права голоса в структурных деталях. Эй, кто выиграл в ставках?

— Каких ставках? — спросила Белинда.

— Я знаю, что вы делаете ставки на меня, — сказал Джейсон. — Кто поставил на то, что я первым продвину способность за стену?

— Это не совсем то, на что мы делаем ставки, — сказала ему Белинда. — Скорее на то, какая страна объявит тебе войну лично.

— Какому богу ты предложишь сэндвич, — сказал Клайв.

— К какому обладателю алмазного ранга ты начнешь приставать, — добавил Тайка.

— Когда ты закрутишь с мамой Хамфри, — сказал Нил.

— Нил… — прорычал Хамфри.

— Я не мог быть единственным, кто видел эту динамику, — сказал Нил.

— Джейсон такой с каждой могущественной женщиной, которую встречает, — сказал Руфус. — Нам действительно стоит лучше справляться с тем, чтобы держать его подальше от принцесс.

Тень появился из тени Джейсона.

— У тебя есть следующая партия контрактов? — спросил его Джейсон.

— Пока нет, мистер Асано. Я решил отложить их получение, так как события, похоже, наконец приходят в движение.

— Вестники?

— Активности больше, чем мы видели за последние несколько недель, — подтвердил Тень. — Более важно то, что леди Аллайет просила передать сообщение. Она готова встретиться с вами и представителем Церкви Свободы.

— У неё есть время и дата?

— Она назначила место далеко от Яреша или любого другого населенного пункта.

— Не думаю, что она готовит нам засаду, — задалась вопросом Белинда.

— Вот почему я пойду один, — сказал Джейсон. — Если мы неправильно её поняли и это какая-то засада, у меня больше шансов выбраться.

* * * Джейсон использовал Тень как транспортное средство, чтобы лететь всего в нескольких метрах над пологом джунглей. Форма Тени была формой земного транспортного средства, персонального летного устройства, которое представляло собой кресло в каркасе безопасности с серией роторов в стиле дронов для подъема и движения. Оно было, конечно, полностью черным, выглядя более агрессивным и зловещим, чем транспортные средства, на которых оно было основано. Оно также обладало большей скоростью, а время полета было по сути бесконечным.

— Я знаю, что ты делаешь, Тень.

— Я перевожу вас по воздуху, как было указано, мистер Асано.

— Ты все чаще используешь транспорт в земном стиле, по мере того как я примиряюсь со своим временем там.

— Магические транспортные средства, по большей части, менее практичны, чем технологические, — отметил Тень. — Очевидно, что живые ездовые животные и транспортные средства, стилизованные под живых существ, не так практичны, как специально разработанные транспортные средства. Даже более практичные конструкции транспортных средств, такие как глиссеры, демонстрируют уровень неэффективности, который можно увидеть на Земле только тогда, когда хулиганы модифицируют свои собственные автомобили. Использование магии для преодоления технических недостатков обычных немагических транспортных средств предлагает лучшее из обоих миров.

— Это хорошо продумано, — сказал Джейсон. — Но мы оба знаем, что это не основная причина. Ты акклиматизируешь меня обратно к Земле демонстрациями того, что в ней хорошего. По мере того как я становлюсь менее эмоционально подавленным из-за своего времени там, ты вводишь земные элементы, которые знал лучше, чем выставлять напоказ, когда я впервые вернулся в Паллимустус.

Джейсон фыркнул от смеха.

— Я звучу обвинительно, — сказал он. — Прости, Тень; я пытаюсь сказать спасибо. Ты всегда присматриваешь за мной.

— Я рад, что вы можете встретить это с невозмутимостью, мистер Асано.

Джейсон почувствовал присутствие жрицы издалека, характерный запах божественной силы висел в воздухе вокруг нее. Его удивило, что другие люди находят божественную силу почти незаметной, если только не ищут её с помощью навязчивых зондов восприятия. Для его чувств она светилась как маяк.

Место было городом, разрушенным и заброшенным. Джунгли отвоевали его до такой степени, что негде было приземлиться даже маленькому транспортному средству. Летное устройство взорвалось облаком теней, как фокус мага, инерция Джейсона вынесла его из него, чтобы погрузиться в воздух, наклоняя тело. Тени следовали за ним, когда он наколдовал свой Плащ ночи, который расправился, как крылья, превращая его контролируемое падение в планирование.

Огромная ухмылка растянула лицо Джейсона. Несколько недель выполнения обычной работы со своей командой и помощи нуждающимся сделали для его настроения больше, чем все раздумья и самоанализ в мире. Паря в воздухе, он смог оценить, насколько удивительной может быть жизнь, которой он жил.

— Я должен перестать спасать мир, — пробормотал он. Хотя его слова были подхвачены ветром, Тень услышал их идеально.

— Мы оба знаем, что вы не отступите, мистер Асано. Возможно, вам стоит просто насладиться моментом и оставить завтрашний день завтрашнему дню.

— Ты мудрый человек, Тень.

Хотя Джейсон почувствовал только жрицу, двое людей сидели на низких остатках кирпичной стены, когда Джейсон спускался к ней. Аллайет повернулась, чтобы посмотреть в сторону Джейсона, женщина с ней последовала её примеру. Джейсон спикировал, уменьшая свой вес в последний момент, когда приземлился на мягкий на вид участок мха, который все еще мог скрывать неровную почву.

Обе женщины встали, когда Джейсон развеял свой плащ, открыв простой повседневный костюм под ним. Ткань была легкой и дышащей, эффект был тонко усилен магией, чтобы быть комфортным даже в душную жару. Джейсон мысленно поблагодарил Алехандро Альбериччи и его экспертный пошив.

Жрица с Аллайет была не золотого ранга, а серебряного, что означало, что она не была верховной жрицей. Аллайет кивнула на участок дороги, не слишком сильно заросший, и они сошлись в этой точке. Джейсон огляделся, увидев несоответствие в руинах.

— Что случилось с этим городом? — спросил он. — Остатки этого здания выветрились примерно как раз для нашествия монстров, но это выглядит как годы роста.

— Угадай, — сказала ему Аллайет, и он снова огляделся.

— Растительные монстры? — предположил он.

— Что-то вроде того, — сказала ему Аллайет.

— Ты выбрала это место не потому, что это была ближайшая точка, которая была одновременно удобной и незаметной, — сказал он.

— Позже, — сказала она ему. — На данный момент позволь мне представить жрицу Раэлию Касс. Жрица, Джейсон Асано.

— Доброго дня, — сказал Джейсон, пожимая ей руку.

Жрица была человеком, по сравнению с эльфами, гораздо более распространенными в регионе. Ее темные волосы были волнистыми и длинными, хорошо подчеркивая её типично привлекательные черты серебряного ранга. Она выглядела так, будто ей едва исполнился двадцать один год, и Джейсон предположил, что она близка к его собственным двадцати девяти.

— Меня предупреждали о вас, Джейсон Асано, — сказала она, её голос был любопытным, а не враждебным.

Джейсон взглянул на Аллайет, которая покачала головой.

— Не я, — сказала она.

— Моя Леди, — сказала жрица, имея в виду богиню Свободу, — любит пристально следить за любимчиками Владычества.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон. — Не думаю, что вы знаете, как выбраться из этого списка?

— Знаю, — сказала Раэлия. — Боюсь, однако, это выше ваших сил.

— О?

— То, что Владычеству нравится в вас, — это не автократические тенденции, которые вы последовательно демонстрируете, — сказала она. — Это тот факт, что вы редко сожалеете о них.

— Ах, — сказал Джейсон. — Трудно быть раскаявшимся, когда не чувствуешь нужды в покаянии. Боюсь, я никогда не буду в милости у вашей леди.

— Хотя у вас есть определенные тенденции, которые ей не нравятся, мистер Асано, она знает, что свобода — важный принцип для вас, несмотря на ваши наклонности. Что еще более важно, она уважает то, что вы готовы действовать согласно этому принципу.

— Как много вы знаете об этих моих «автократических тенденциях»? — спросил Джейсон.

— Совсем ничего, — сказала она. — Моя богиня только сказала мне, что они у вас есть. Что у вас есть привычка решать, как все должно быть, а затем двигать землю и небо, чтобы сделать это так, что бы кто другой ни думал. Или как они могут быть затронуты.

— Это достаточно верно, — признал Джейсон. — Но вы ведь знаете, чего я хочу, верно?

— Леди Аллайет прояснила ситуацию. У моей богини есть сомнения по поводу участия, так как она не может видеть в астральное пространство, в котором вы их держите. Она всеми руками за освобождение этих людей, так как любая форма заключения неприемлема для нее, но она также не хочет, чтобы захватчики были выпущены на свободу, чтобы воссоединиться с вторжением своего вида. Она хотела бы увидеть лидера ваших пленных сама.

— Это одна из причин, почему мы здесь, значит, — сделал вывод Джейсон. — Чтобы я мог выпустить вестника или двух вне зоны первичного восприятия Хариста.

— Да, — сказала Аллайет.

Джейсон не стал суетиться и немедленно вывел Марека Нуара Варгаса. Вестник ответил на длинный список вопросов, начиная от своих намерений и текущего состояния до истории того, как он попал в свою текущую ситуацию. Было больше вопросов о самом Джейсоне, чем ему было полностью комфортно. Наконец, жрица позволила Мареку вернуться в мир души Джейсона.

— Богиня удовлетворена, — объявила жрица. — Она поможет вам, но важная работа должна быть выполнена вами, мистер Асано.

— Я не боюсь немного тяжелой работы.

— Хорошо. Эти вестники должны быть выпущены в космос, а не просто в этот мир, и выполнение этого ложится на вас. Когда вы достигнете этого, богиня скроет ваши действия. Никто не увидит и не подслушает, даже если они будут в состоянии наблюдать напрямую. Богиня Знание не узнает об этом, даже из вашего разума после того, как задача будет выполнена.

— Вы можете скрыть вещи от Знания? И сохранить это скрытым?

— Боги имеют способность переопределять других богов, когда дело касается их собственной сферы влияния. Освобождение людей из-под вашей опеки, уже освободив их от оков мест души, ставит этот вопрос в значительной степени под власть Свободы.

— Понимаю. Но пока я не придумаю, как выпустить их в космос, она ничего не будет делать.

— Боги существуют, чтобы помогать и направлять наши действия, мистер Асано, а не действовать вместо нас.

— Я очень поддерживаю эту позицию, — сказал Джейсон. — Есть советы, как выпустить этих людей в космос? У меня есть другие интересы в пространственном нарушении, которые могли бы хорошо подойти.

— Нет, — строго сказала жрица. — Совершенно не по теме, она хочет, чтобы я передала, что решение забрать кабинет вестника было очень мудрым выбором.

Личным условием Джейсона для работы с Джес Фин Кааль был запечатанный кабинет мертвого вестника алмазного ранга.

— Хорошо знать, — сказал Джейсон. — Это все от вашей богини? Могу я переключить свое внимание на то, по какой причине леди Аллайет хотела встретиться?

— Можете. И если позволите сказать, мистер Асано, с вами было гораздо менее сложно иметь дело, чем предполагали слухи.

— Я совершенно разумный человек.

— У нас была такая хорошая встреча, мистер Асано. Давайте не будем начинать лгать сейчас.

ПЬЯНАЯ ЛОЖЬ И МИФИЧЕСКИЕ ЛЕГЕНДЫ

ПЬЯНАЯ ЛОЖЬ И МИФИЧЕСКИЕ ЛЕГЕНДЫ

В городе-призраке, в значительной степени отвоеванном джунглями, Джейсон и Аллайет наблюдали, как Раэлия открыла портал и ушла через него.

— Она хорошо держалась, — заметил Джейсон.

— Да, — сказала Аллайет. — Это совсем не отразилось на её языке тела. Как думаешь, она больше боялась меня или тебя?

— Надеюсь, тебя.

Джейсон улыбнулся, но выражение его лица было смиренным.

— Забавно, — сказал он, тон которого предполагал, что это не так. — Я раньше так усердно работал, чтобы быть страшным. Я больше этого не делаю, но теперь люди начинают бояться меня случайно.

— Ты искренне удивлен? Люди не понимают твою силу или твое поведение. Твоя репутация основана на малопонятных событиях, которые находятся где-то между пьяной ложью и мифическими легендами. У тебя самого проблемы с авторитетом, но авторитет — это просто сила навязывать свою волю миру вокруг тебя. Все, кто пытается навязать свою волю тебе, терпят неудачу, включая меня. Когда ты решаешь навязать свою волю, что происходит?

— Ты заставляешь это звучать так, будто я порхаю по жизни, делая то, что хочу.

— Разве нет? Ты получаешь не все, что хочешь, Джейсон, но когда тебе действительно нужно, чтобы что-то произошло, кто-нибудь когда-нибудь останавливал тебя? Боги? Великие астральные существа? Сама Смерть? Где-то в начале списка вопросов, которые у меня остались, есть то, что ходят слухи, будто ты переделываешь куски реальности. Оставим в стороне как, скажи, почему ты это сделал?

— Я должен был. Пространственная мембрана вокруг моей родной планеты была хрупкой и трескалась. Пространственные события пробивали в ней дыры, которые уничтожили бы мой мир, если бы я не залатал эти дыры.

— И когда ты пошел это делать, у тебя уже была сила, чтобы это сделать?

— Я вроде как разобрался по ходу дела.

— Итак, вселенная решила сломаться, а ты решил не позволить ей.

— Это крайне искаженный взгляд на вещи.

— Но есть ли что-то, что ты делаешь, на что нельзя посмотреть с этой стороны? Тебе нужно, чтобы что-то произошло, или не произошло, и ты добиваешься своего, независимо от людей, сущностей или законов природы, противостоящих тебе.

— Я могу понять, как это может казаться, но каждый случай был безумной борьбой использования обстоятельств, других сторон, использующих меня как прокси, и большого мешка, полного удачи.

— И я могу понять, как это может не казаться особенным, когда ты проходил через эти события по одному. Но есть только столько собак, которых ты можешь убить, прежде чем люди начнут называть тебя убийцей собак.

— Убийцей собак?

— Как случайный пример.

— Это не кажется случайным. Ты думаешь, я бегаю вокруг и убиваю собак?

— Нет, Джейсон, я думаю, ты бегаешь вокруг и делаешь невозможные вещи. У тебя есть своя собственная частная вселенная. Ты хранишь храм себе в бутылке, которую носишь на шее.

Джейсон коснулся пальцем миниатюрной облачной фляги, висящей на ожерелье с его магическим амулетом.

— Джейсон, я боюсь тебя. Когда твой ранг догонит все остальное, планета не удержит тебя. Ты будешь как твоя подруга Доун, нуждаясь в ограничении своего поведения на таких планетах, как эта, чтобы не сломать слишком многого. И я не говорю тебе ничего, чего ты не знаешь. Ты знал, что даже фрагмент того, что ты мне показал, встревожит меня до такой степени, что я подумывал убить тебя. Вот почему ты отвадил Хариста и меня.

— Это имело обратный эффект. Это могло отвадить твоего друга, по крайней мере на время, но не остановило тебя.

— Нет. Харист, кстати, не в восторге от того, насколько я была уклончива.

— Он не боится меня?

— Думаю, боится, и в этом проблема. Он пошел пнуть камень со своего пути и ударился пальцем ноги, и теперь он задается вопросом, что под этим камнем.

— Он будет проблемой?

— Не думаю, но это напряжение между твоей командой и Обществом искателей приключений сделало его более агрессивным в получении ответов от меня.

— Что ты ему сказала?

— Что ему нужно перестать думать о тебе как о серебряном ранге и начать видеть в тебе равного.

— И как он это воспринял?

— Он спросил меня, почему я так думаю. Я сказала ему, что, если ничего другого, нет особого смысла убивать тебя. Что я верю, что утверждение Строителя о том, что ты не сможешь воскреснуть снова до золотого ранга, было неверным, устаревшим или ложью.

— Ты уловила это, значит.

— Я почувствовала бессмертие в твоем астральном царстве. Даже если твоя способность воскресать ограничена, ты перестал стареть, не так ли?

— Как и ты, — сказал он в защитной манере, вызвав смех у обладательницы алмазного ранга.

— Послушай, для чего ты привела меня сюда? — спросил он. — Что-то насчет этого города и растительного монстра?

Она вздохнула и оглядела город. Ни одно здание не было целым, а руины были почти погребены под растительностью.

— Что этот город говорит тебе? — спросила она.

— Что что-то прошло, разнесло место и оставило после себя что-то, что массово ускорило рост растений. Эти руины недостаточно старые для того, сколько джунглей ползает по ним. И нет животных. Ни жуков, ни птиц.

Он сосредоточил свои чувства ауры на земле.

— Никаких червей. Что-то зарылось в почву. Корни растений?

— Грибок.

— Какой-то бродячий грибной монстр? Он потребляет что-либо или кого-либо, сделанного из мяса, и превращает их в супер-удобрение?

— Что-то вроде того. К сожалению, не совсем так просто, — сказала она. — Ты когда-нибудь слышал об амалгете?

— Нет, — сказал Джейсон. — Тень?

— Амалгет — это грибной монстр, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — Чрезвычайно опасный, по воспоминаниям. Полагаю, они разумны и способны менять форму.

— Да, — подтвердила Аллайет, — но это только начало. Помимо способности потреблять живые существа и принимать их формы, они могут маскировать свои ауры почти идеально.

— Вот почему я, — сказал Джейсон. — Ты хочешь кого-то с лучшим шансом заметить их в укрытии.

— Да. Я знаю, что ты готовишься к подземной экспедиции, но так как ты отправил своего фамильяра за другой партией контрактов, я надеялась убедить тебя участвовать именно в этом. Твоя команда будет не единственной в нем.

— Экспедиция?

— Похожая на ту, где были обнаружены черви-пожиратели миров. Разные команды расследуют различные города. Команды были выбраны за наличие хотя бы одного члена с мощными или необычными чувствами. Я хотела использовать твоего вспомогательного сотрудника, Эстеллу Уорнок, пока не поняла, чем ты её заставил заниматься.

— Ты ведь не причинила ей никакого вреда, правда?

— Нет. Я была осторожна.

— Спасибо. Почему ты доставляешь то, что по сути является обычным контрактом, лично? Чтобы дать моей команде и Обществу искателей приключений немного пространства перед тем, как появится судья из Континентального Совета?

— Да. По моему предложению.

— Конечно, это было твое предложение. Какой безумец стал бы ходить вокруг и говорить обладателям алмазного ранга, что делать?

Она посмотрела на него из-под приподнятых бровей.

— Расскажи мне об этом контракте, — сказал он, и она закатила глаза на его смену темы.

— Этот город, в котором мы сейчас, был уничтожен в начале нашествия монстров, — сказала она. — Не было обнаружено, что он такой, в течение недель, со всем, что произошло за последние полгода. Люди не путешествуют, и связь не та, что была. Когда обнаружили, что город уничтожен, была развернута команда искателей приключений. Они не нашли ничего живого, что не было бы растением или грибком. Даже летающие насекомые не приближались. Они прочесали регион на случай, если население было утащено или они могли обнаружить, что это сделало, но ничего не нашли. Происходило нашествие монстров, поэтому они составили отчет, пометили его для дальнейшего расследования и двинулись дальше.

— Почему это было обнаружено сейчас? — спросил Джейсон. — Не могу представить, что в Яреше сейчас так мало происходит, что люди пробираются через бэклог отчетов.

— Это была случайность, — сказала Аллайет. — В зале заданий Общества искателей приключений перемещали некоторые записи, чтобы они могли сделать ремонт, и кто-то наткнулся на это. Они случайно узнали признаки амалгета и передали это вверх по линии с приоритетной меткой.

— Ты беспокоишься о том, что будет уничтожено больше городов?

— Да. Большинство монстров не размножаются, но амалгет — да, и его жизненный цикл чрезвычайно хищный. Он проникает в населенный пункт, обычно маленький и изолированный. Он утверждает, что является каким-то путешественником в беде. Единственный выживший после нападения монстра или что-то в этом роде, пытаясь развеять подозрения. Сначала существо ничего не делает. Оно учится вписываться и становится частью сообщества. Затем оно начинает забирать вещи. Сначала медленно. Стадных животных. Питомцев. Человека, если думает, что может сойти с рук, но это обычно приходит позже. Они терпеливы, часто приурочивая свои нападения к активной деятельности монстров, чтобы свалить вину.

— Думаю, я вижу, к чему это идет. Они медленно обостряются, пока горожане наконец не догадываются, что новый человек в городе — плохой парень, после чего амалгет идет вразнос и убивает все живое.

— В конце концов, да. Но проникновение — это процесс, который занимает месяцы или годы, обычно. Они довольно хороши в сокрытии правды, и чем больше они убивают до того, как их обнаружат, тем сильнее они растут. Люди и животные, которых они убивают, становятся запасом изменчивой плоти, которую они могут использовать, чтобы исцелить себя или принять чудовищные формы, когда наконец раскрывают себя.

— Мой фамильяр делает что-то похожее, — сказал Джейсон. — Ты видела его парящим по небу в стеклянном коконе. Я называю его коллекцию органического материала биомассой, что не совсем точно, но видеоигры часто используют этот термин.

— Что такое видеоигры?

— Ладно, это заняло бы слишком много времени, чтобы объяснить. Но он хранит оставшуюся биомассу внутри моего мира души, в большой яме. У меня нет никаких путей, ведущих к ней; это довольно отвратительно. Амалгеты тоже копят свою биомассу?

— Да. Затем, как только они наконец разоблачены, они поглощают её и принимают гибридную плотско-грибную форму. Они отправляются в неистовство, поглощая и убивая каждое живое существо, собирая всю эту… биомассу. Затем они используют её, чтобы сформировать еще одного своего вида, полностью выросшего и со всеми воспоминаниями оригинала. Этот процесс запускает ускоренный рост растений на довольно широкой территории. Затем они оба отправляются на поиски новых городов для проникновения.

— Значит, мы не знаем, сколько их.

— Нет. Я сама проверила несколько городов, обнаружив и убив одного. Но у меня есть обязательство защищать Яреш в его уязвимом состоянии, наряду с другими обязанностями. Вот почему Общество искателей приключений учредило эту экспедицию. У меня есть список локаций и карта, если ты примешь контракт.

— Мне нужно поговорить с остальными, но я представляю, что они скажут да.

* * * Облачный дворец Джейсона представлял собой цепочку зданий, расположенных на склоне скалы, соединенных серией открытых лестниц и подъемных платформ. Сами здания выглядели вырезанными из камня, с внешними стенами каждого здания, сделанными из цельных листов стекла. Внутри самого большого здания, глядя на мили тропического леса и вдаль на море, Джейсон объяснил контракт своей команде.

— Я слышал об амалгетах, — сказал Клайв. — Они всегда начинают на серебряном ранге, но если они размножаются достаточное количество раз, они продвигаются до золотого.

— Мы можем столкнуться с одним из них на золотом ранге? — спросил Хамфри.

— Это зависит от того, на какой стадии их жизненного цикла они находятся, — сказал Клайв. — Если они только что съели город, полный людей, шансов нет. Они могут отказаться от размножения, чтобы использовать всю эту накопленную биомассу для боя. Даже серебряный ранг на этой стадии был бы чрезвычайно сложным для противостояния. Если мы застанем их на стадии, когда они накопили большой запас органической массы, но не поглотили целый город, золотой ранг был бы чрезвычайно рискованным, но серебряный ранг не был бы слишком сложным. Ранняя стадия, когда они только начинают свой цикл, нам пришлось бы быть осторожными, но думаю, мы могли бы справиться с золотым.

— Значит, нам нужно будет разведать амалгета, если мы найдем его, — сказал Хамфри. — Тогда мы сможем оценить, взять ли его на себя или вызвать подкрепление.

— У меня есть подкрепление, которое можно вызвать прямо сейчас, — сказал Джейсон. — Я знаю кое-кого, кто, подозреваю, будет очень полезен, и он как раз заканчивает свой сон.

СТАШ ПРОСЫПАЕТСЯ ОТ СНА

СТАШ ПРОСЫПАЕТСЯ ОТ СНА

Софи и Хамфри пробирались через здание, пристроенное к стороне скалы, прибыв к стене-окну с великолепным видом на тропический лес внизу, простирающийся до далекого побережья. Перед окном была огромная куча одеял. Хамфри сдергивал одеяла одно за другим и отбрасывал их в сторону, пробираясь через кучу. Наконец, он обнаружил дракона с радужными переливающимися чешуйками. Он был размером с большую собаку и спал, обнимая полноразмерную плюшевую копию самого себя.

Хамфри боролся с тем, чтобы сохранить свое суровое выражение лица на мгновение, прежде чем с треском провалиться.

— Ладно, это очаровательно, — признал он.

— Где он взял эту штуку?

— У Джейсона. Как только он сдался с этой штукой про секретную личность —

— Он был так плох в этом.

— Да, был. Но он сказал, что если мы собираемся стать знаменитыми, мы должны извлечь выгоду из возможностей мерчандайзинга.

— В смысле, что он хочет делать игрушки?

— Думаю, да.

— Зачем?

— Деньги, полагаю.

— Разве он не может просто делать бесконечные деньги?

— Он также сказал что-то о брендинге.

— В смысле, выжигание клейма собственности на плоти людей? Это не похоже на него.

— Он сказал, что это другой вид брендинга.

— Значит, он хочет делать игрушечные версии нас?

— Фамильяров, думаю. Тот, что Онслоу, выглядит довольно хорошо. Он также сказал что-то о подушке для обнимания с картинкой Гэри на ней. Кто бы купил это?

— Я бы купила это. Я бы купила это немедленно.

— Он сказал, что не знает, есть ли рынок для этого. Я спросил его о подушке для обнимания с тобой, но он сказал, что это была бы очень плохая идея.

— Была бы.

— Почему?

Она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Серьезно? — спросила она.

— Что?

Она шагнула перед ним и обхватила его лицо руками.

— Мой милый, невинный мальчик, — сказала она, а затем приподнялась на носочках, чтобы нежно поцеловать его. С пола донесся стонущий звук.

— Фу, гадость, — сонно пожаловался Сташ, очень двенадцатилетний человеческий голос доносился от дракона.

— Пора вставать, — сказал ему Хамфри. — Нам нужно охотиться на монстров.

Сташ вцепился зубами в одеяло и натянул его обратно на себя.

— Сонный.

— Это какой-то монстр, меняющий форму, — подбодрил Хамфри. — Это может быть весело.

Сташ неуклюже захлопал по одеялу снизу, чтобы оно также накрыло игрушечного Сташа, затем замер. Хамфри одарил Софи раздраженным взглядом, и она ухмыльнулась.

— Сташ, — сказала она голосом настолько сладким, что Хамфри вздрогнул. — Пора идти к Колину.

Одеяло взорвалось вверх в воздух, когда Сташ вырос до размера лошади, засунул свою игрушку под одну руку и трехлапым драконьим галопом выскочил из комнаты.

— ОНСЛОУ! — проревел его голос из коридора. — МЫ ИДЕМ К КОЛИНУ!

* * * Определенная часть мира души Джейсона ощущалась как старое английское поместье, заброшенное из-за небрежности. Высокие живые изгороди выглядели так, будто когда-то могли быть остатками лабиринта из живой изгороди с участками, отсутствующими или заросшими. То, что когда-то могло быть топиариями, теперь было массивными колючими кустами, удерживающими смутную форму монстров.

Трава под ногами была густой и темно-зеленой. Живые изгороди и кусты были более глубокого зеленого цвета, иногда почти черного вокруг кончиков листьев или колючих выступов. Единственными элементами яркого цвета были кроваво-красные ягоды, которые имели манящую привлекательность ловушки.

Готические здания были видны над высокой листвой, богато украшенный темный камень крошился по краям. Дорожки никогда не вели к ним, выступая над длинными высокими живыми изгородями или через проходы, забитые дюймовыми чертополохами с влажными черными кончиками. Как старые, заброшенные храмы, они имели несколько высоких разбитых окон, где остатки витражей показывали достаточно того, что когда-то было изображено, чтобы указать, что оригинальные изображения не несли позитивных образов.

Джейсон и его спутники шли по широким и извилистым травянистым дорожкам. Высокие живые изгороди и зловещие здания означали, что мало прямого солнечного света достигало их, а то, что достигало, было странно приглушенным. Учитывая чистое небо над головой, было немного слишком мрачно.

С Джейсоном были Хамфри, Софи и Клайв, вместе с рунной черепахой Клайва, Онслоу. Последним членом группы был Сташ, который принял форму ребенка-селестинца. Его волосы и глаза были серебряными с темно-шоколадной кожей и необычным отсутствием усов. Он сидел, скрестив ноги, верхом на панцире Онслоу. Когда они двигались по широким травянистым дорожкам, Хамфри вытянул шею, чтобы осмотреть нависшее окружение.

— Джейсон, — сказал он. — Я знаю, что все в этом месте — часть тебя.

— Это довольно трудно пропустить с его аурой, пропитанной повсюду, — сказал Клайв.

— Да, — согласился Хамфри. — И я заметил, что твоя аура показывает вариации в зависимости от того, в какой части твоего мира души мы находимся.

— Да, я каталогизировал различия, — сказал Клайв. — Дифференциация была довольно заметной поначалу, но зоны стали более разнообразными и сложными со временем.

— Как это поместье вампиров, — сказал Хамфри.

— У вампиров в этом мире тоже есть жуткие готические замки?

— Только в историях, — признал Хамфри. — Если бы они все жили в ветхих поместьях и заброшенных церквях, тогда искателям приключений было бы гораздо легче их находить.

— Думаю, люди, которые спят днем и питаются кровью, склонны вдохновлять определенные нарративы, — рассудил Джейсон. — Думаю, это в основном игра, однако. Мой друг Крейг — вампир, и он просто подыгрывает, чтобы наивные привлекательные женщины позволяли ему пить их кровь.

— И ты принимаешь это? — спросила Софи.

— Я проверил это, — сказал Джейсон. — Он никогда не питается слишком много, и они чрезвычайно в этом заинтересованы. Большинство вампиров из моего мира были такими до того, как проснулись древние и все сошли с ума. У них было больше атмосферы «заманивания людей в свой жуткий особняк».

— Джейсон, твою ауру я никогда бы не описала как дружелюбную, — сказал Хамфри. — Не если ты её не маскируешь. Но она также, кажется, имеет ту атмосферу, о которой ты упомянул. Властная, хищническая. Зловеще хорошо подходящая к этой конкретной среде.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон. — Темная сущность, сущность крови. Я могу понять, почему моя душа выбила такое место, как это. К тому же, это место, где я храню избыточную кучу плоти Колина.

— Избыточная куча плоти, — повторил Хамфри себе под нос, качая головой. Джейсон наблюдал за ним с ухмылкой.

— Ты мог просто назвать это биомассой, как обычно делаешь, — отметил Клайв.

— Да, но где в этом веселье? — спросил Джейсон. — О, и я бы избегал подходить слишком близко к кустам с этого момента. Они могут быть немного голодными.

— Что ты имеешь в виду под голодными? — спросил Хамфри.

— Голодными. Знаешь, желающими есть вещи. А именно нас. Ну, тебя. Колин имеет большое влияние на эту область, и хотя он хороший мальчик, он также жаждет пожирать каждое живое существо на планете.

Остальные все повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Немного, — уточнил Джейсон. — Он жаждет немного. Это как когда у тебя есть хобби, которым ты действительно увлечен. Вязание, например. Иногда жизнь становится занятой, и ты можешь какое-то время не находить времени, чтобы сесть для хорошего вязания. Ты жаждешь повязать. Это как с Колином.

— За исключением того, что вместо желания вязать, — сказал Клайв, — он хочет очистить мир в кошмаре голода, плоти и крови.

— Именно, — сказал Джейсон. — Ты понял. А Фарра говорит, что я плох в объяснении вещей.

— Я очень надеюсь, что ты плох, — сказала Софи.

— Почему ты надеешься на это? — спросил её Джейсон.

— Потому что, Джейсон, — сказал Клайв, — твой тон предполагает, что ты думаешь, что говоришь что-то разумное, объясняя, как ты смотришь на апокалипсис так, как другие люди смотрят на вязание.

— Что не является разумным, — уточнила Софи.

— Все дело в перспективе, полагаю, — сказал Джейсон.

— Да, — согласилась Софи. — Это вопрос перспективы, но позволь мне попытаться объяснить это так, чтобы это могло дойти: одна перспектива — это сэндвич, а другая перспектива — это рот.

— Ты предполагаешь, что я теряю способность видеть точку зрения того, кого собираются съесть?

— Никто из нас не настолько глуп, чтобы претендовать на знание того, что происходит у тебя в голове, Джейсон, — сказал Хамфри. — Но я помню те разговоры, которые мы вели в Гринстоуне. О правильном и неправильном. О долге и ответственности. Я помню, что у тебя есть привычка представлять себя или занимать позицию, которая не отражает твои реальные убеждения, просто чтобы доказать точку.

— Это то, что я делаю? — легко спросил Джейсон.

— Если только пару минут назад ты искренне не перестал заботиться о смертях всех на планете. И мы оба знаем, что это не так, что приводит к вопросу, какую точку ты пытаешься доказать?

— Ну, ты упомянул те разговоры, которые мы вели. Когда ты сводишь их к сути, о чем был каждый из тех разговоров?

— О власти, — сказал Хамфри. — У кого она есть и у кого должна быть. Что с ней делается и что должно быть сделано.

— Именно, — сказал Джейсон, раскинув руки, чтобы указать на мир души. — Каждый день сила, которую я имею вне этого мира, становится немного ближе к той силе, которую я имею внутри него. Мне двадцать девять лет. К тому времени, как мне будет тридцать девять, мы будем обладателями золотого ранга. Сколько мне будет, когда мы достигнем алмазного?

— Ты просто небрежно предполагаешь, что мы все достигнем алмазного, — сказал Клайв.

— Ага, — подтвердил Джейсон. — И как только я достигну этой точки, больше не будет никаких ограничений на естественную силу Колина. У него будет полная сила зверя апокалипсиса. Я, вероятно, буду хуже, но давайте отложим это на данный момент и сосредоточимся только на моем фамильяре. Если я скажу ему уничтожить планету, он скажет нет? Уничтожение планет — это своего рода его фишка.

Джейсон перестал идти и вздохнул. Остальные тоже остановились.

— Никто не должен иметь такую силу, — сказал Джейсон. — Но я буду. Что произойдет, если я решу, что апокалипсис — это не более радикально, чем вязание?

— Тогда мы будем бить тебя по голове, пока твоя голова не станет правильной, — сказала Софи, с раздражением в голосе. — Ты рассказал нам о своем мире. Культура, не основанная на господстве над людьми с помощью личной магии, сделала вещи лучше? Или люди просто выбрали что-то другое, кроме магии, чтобы быть силой, и использовали это, чтобы эксплуатировать людей без неё?

— Второе, — признал Джейсон.

— Тогда завязывай с грустными раздумьями, — сказала Софи. — Я знаю, что это своего рода твоя фишка, но на случай, если ты не заметил, у тебя есть привычка наживать врагов. Таких врагов, где иметь апокалипсис в заднем кармане может быть недостаточно.

— Это хороший момент, — признал Джейсон. — Баланс сил. Баланс террора? Я не должен беспокоиться о себе, когда так много вещей мощнее, чем я, и сосут гораздо больше, чем я.

— Хорошо, — сказала Софи. — Теперь мы можем продолжить будить твоего фамильяра?

— Нам нужно сначала добраться до Клайва, — сказал Джейсон.

— О чем ты говоришь? — спросил Клайв. — Я прямо здесь.

— Что это? — спросил Хамфри, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Клайва. Хамфри заметил лозу, которая подползла близко к ноге Клайва. Лоза, как будто услышав, что её заметили, ожила, обвиваясь вокруг голени Клайва. Она опрокинула его, когда отступила, Клайв взвизгнул, когда его потащили в живую изгородь.

— Я говорил ему не подходить слишком близко, — сказал Джейсон.

* * * — Ты немного покрыт следами от шипов, Клайв, — отметил Джейсон. — Это выглядит как чрезвычайно агрессивная форма ветрянки. Маленькие точки немного кровоточат.

Клайв сидел на траве, используя панцирь Онслоу как спинку, пока смотрел на Джейсона.

— Джейсон, это твоя душа, — сказал Клайв.

— Это так, — согласился Джейсон.

— Тогда, может быть, тебе стоит избегать того, чтобы твоя душа тащила меня в колючие кусты, которые пытаются съесть меня.

— Это всё автоматически, — сказал Джейсон. — Если бы я мог просто менять вещи, потому что хочу, у меня были бы лучи из глаз прямо сейчас.

* * * Наконец, они достигли дорожки к группе зданий, которая не была заблокирована живой изгородью или кустами, поедающими Клайва. Там была большая открытая площадь, сделанная из того же темного кирпича, что и здания. Часовые башни сидели на каждом углу, но циферблаты часов были искривлены. Вместо цифр были символы на старом языке, языке старше планеты, на которой они стояли. Стрелки часов были настоящими руками, двигающимися и хватающими воздух.

— Эти символы вместо цифр, — сказал Клайв. — Думаю, они являются одними из базовых паттернов, которые Гордон использует для той странной ритуальной магии своей.

— Да, — сказал Джейсон. — Тень и я обсуждали, как эта магия связана со мной.

— Нам стоит поговорить об этом, — сказал Клайв, открывая свой рунный портал, чтобы вытащить блокнот и карандаш.

— Не время, Клайв, — сказал Хамфри. — Мы здесь не ради этого.

— Именно, — сказал Джейсон, выхватывая чашку чая из воздуха. — Нам нужно сосредоточиться. Хм, это немного тепловато.

Джейсон выстрелил красными лучами из глаз в чашку, и пар поднялся от неё. Он сделал глоток и кивнул.

— Гораздо лучше, — сказал он с радостным кивком, затем посмотрел на взгляд, который он получил от Клайва.

— Что? — невинно спросил Джейсон, пока Клайв ворчал и убирал свой блокнот. Он продолжал бормотать себе под нос, пока группа двигалась на площадь.

Посреди площади была массивная, круглая металлическая дверь, установленная горизонтально в земле. Когда они подошли, металлическая дверь отъехала в сторону, открывая глубокую шахту около тридцати метров в поперечнике и вдвое глубже.

Они подошли к краю и посмотрели вниз. Вместо продолжения кирпичной кладки площади наверху, стены шахты были грубо отесанным камнем, обсидианово-черным. Вбитые в стену как колышки, каменные ступени вились вниз. На дне было то, что выглядело как бурлящий бассейн крови, светящийся внутренним светом, который окрашивал дно шахты в красный цвет. Сильный запах медной крови поднялся, чтобы встретить их.

— Джейсон, — сказал Клайв. — Это очень похоже на ту камеру, в которую ты привел нас однажды.

— Место, где они пытались принести тебя в жертву, — сказал Хамфри.

— Ага, — подтвердил Джейсон. — Это где они вызвали кровавый ужас, которого мы убили, и я залутал камень пробуждения, который позволил мне вызвать Колина. Теперь это его яма с плотью.

— Я действительно предпочитаю термин «хранилище биомассы», — сказал Клайв.

— Клайв, посмотри на это, — сказала Софи. — Это яма с плотью. Или суп из крови и плоти. Не уверена, звучит ли это лучше или хуже.

Джейсон посмотрел вверх как раз в тот момент, когда массивная стеклянная сфера выплыла в поле зрения над зданиями и живыми изгородями. Внутри была красная масса, которая светилась изнутри, пульсируя, как сердцебиение.

— Пришло время, — сказал Джейсон.

Трещины появились на стекле, как будто яйцо начало вылупляться. Каждый стеклянный фрагмент растворялся в ничто, когда падал, большие и большие осколки отламывались, пока мясная масса внутри не начала высовываться. Плоть выглядела как гигантское сердце — не любовного вида, а мясного. Наконец, вес её прорвался сквозь оставшееся стекло, и она упала в дыру, как обрезки, выброшенные мясником.

Масса упала через шахту, плюхнувшись в бассейн внизу.

С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, КОЛИН

С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, КОЛИН

Огромная плотская масса с плеском рухнула в бурлящий красный бассейн на дне шахты. Джейсон поморщился от звука, который даже через эхо шахты напомнил ему о неудачном прыжке в воду, закончившемся болезненным ударом животом о поверхность.

— Странный звук, — заметила Софи.

— Ага, — согласился Джейсон.

— Звучало точь-в-точь как удар очень толстого мужика очень большой рыбой.

Джейсон, Хамфри и Клайв одновременно повернулись к ней.

— Что? — защищаясь, спросила она. — У меня была жизнь до встречи с вами.

Хамфри открыл рот, чтобы задать множество вопросов, но его прервал ужасающий инопланетный визг. Он отразился от стен шахты с пронзительностью, от которой по коже пробежали мурашки, а звук, казалось, впился в нервы всей группы. Джейсон подошел к краю, чтобы заглянуть вниз, и остальные быстро присоединились к нему.

Внутри шахты было темно, прежнее красное свечение больше не освещало дно. Медный привкус крови стал намного сильнее.

— Мы спускаемся? — спросил Клайв. — Там есть лестница, но я не хочу туда идти.

— Ты боишься дыры только потому, что из нее доносится странный шум? — спросил Джейсон, а затем нахмурился, когда кое-что вспомнил. — Знаешь, я однажды задал твоей жене точно такой же вопрос в совершенно другом контексте.

— О, иди прыгни в дыру, — язвительно бросил Клайв. — Смотри, вот одна прямо здесь.

— Справедливо, — сказал Джейсон и прыгнул в пустоту. Его плащ проявился вокруг него, замедляя спуск в темноту. Вскоре после того, как он прыгнул, из шахты донесся пульсирующий гул, и каждый удар сопровождался кратковременной вспышкой красного света. Подобно сердцебиению какого-то давно погребенного монстра, начинающего пробуждаться, этот звук был наполнен жутким обещанием.

Медленно спускаясь по шахте, Джейсон не мог не вспомнить свой первый день на Паллимустусе. Захваченный культистами, желавшими принести его в жертву, запертый вместе с людьми, которым еще только предстояло стать его дорогими друзьями. Плащ, который он использовал сейчас, и способность восприятия, позволяющая видеть в темноте, были единственными силами, которыми он тогда обладал. Столкнувшись с неофитом кровавого ужаса, он и его новые друзья отчаянно сумели убить его, прежде чем тот успел поглотить достаточно, чтобы стать пожирающим миры зверем.

Душа Джейсона воспроизвела ту жертвенную камеру, когда он призвал внутри нее кровавый ужас. Колин, как фамильяр, был ограничен потенциалом Джейсона по сравнению с тем кровавым ужасом, которого призвал культ. Однако оба, и Джейсон, и Колин, получали выгоду от их связи, особенно теперь, когда узы стали ближе, чем у простого призванного фамильяра. Что касается ограничений, то придет день, когда это перестанет быть проблемой для них обоих.

Когда он приблизился к дну шахты, по телу Джейсона пробежал укол возбуждения в предвкушении. Как и в оригинальной жертвенной камере, дно шахты имело кольцо открытого пола вокруг ямы с кровью. Пол был влажным и красным с тех пор, как мясная масса Колина рухнула сверху, но яма все еще была полна до краев, бурля, как ведьмин котел.

Сама масса была погружена в жидкость, видимая лишь как темная фигура при каждой вспышке света, подобной сердцебиению. Гулкий звук, сопровождавший это, на дне шахты был оглушительным, громоподобным эхом, бьющим по ушам. В сочетании с горьким привкусом крови, заполнявшим воздух, дно шахты стало настоящим испытанием для чувств. Софи и Клайв громко жаловались на это, спускаясь на спине панциря Онслоу вместе с Хамфри и Сташем.

Джейсон не обращал на них внимания, его глаза были прикованы к бассейну с кровью, наполнявшему яму, свежие волны бурлили на поверхности с каждым импульсом света и звука. Все больше и больше переходное состояние Колина ощущалось как сердце какого-то огромного зверя, вырванное из тела, но отказывающееся перестать биться.

Остальные притихли, присоединившись к Джейсону в его бдении. Даже мятежный фамильяр-дракон Хамфри наблюдал в трезвом молчании. Со временем пульсация света замедлилась и прекратилась, то же самое произошло и с глухим сердцебиением. Запах крови не исчез, даже усилился, когда бассейн с кровью перестал бурлить и начал осушаться, словно ванна. Когда он опустел, они увидели, что массы внутри больше нет.

Жидкость продолжала уходить, пока не стало ясно, что на дне нет никакой дыры, через которую она могла бы вытечь. Джейсон подошел к краю теперь уже пустой ямы, заглянув на несколько метров вниз. Там лежала обнаженная гуманоидная фигура. Она выглядела идентично Джейсону по форме, но была полностью кроваво-красной. Это была форма кровавого клона, которую часто принимал Колин.

Пока они наблюдали, фигура начала меняться. Части тела приобретали другие оттенки, смещаясь с монохромного алого. Текстура кожи сменилась с глянца влажной крови, хотя волосы сохранили этот блеск, превратившись в обычный черный цвет, как в рекламе шампуня Джейсона.

Когда кровавый клон завершил трансформацию в идентичную копию Джейсона, Колин открыл глаза, показав, что одно отличие все же осталось. Вместо сине-оранжевых туманностей в форме глаз, которые были у Джейсона вместо глаз, у Колина в пустоте горели красные угли. Он поднялся на ноги, и вокруг его обнаженного тела соткалась ржаво-красная мантия.

* Ваш фамильяр и связанный аватар [Колин] стал вашим [Голосом Воли].

* Как [Голос Воли], призванный сосуд [Колина] был модифицирован. Сосуд может повышать ранг без призыва нового. Стоимость призыва нового сосуда в случае уничтожения значительно увеличена.

Колин легко выпрыгнул из ямы на несколько метров, Джейсон отступил, и его двойник встал перед ним, когда они посмотрели друг на друга.

— Знаешь что? — спросил Джейсон.

— Я очень красивый мужчина? — сказал Колин голосом Джейсона.

— Да, — с ухмылкой ответил Джейсон. — Да, это так.

— Нила здесь нет, — сказала Софи. — Если бы он был, думаю, он бы сказал, что это наконец-то настоящая любовь.

Джейсон и Колин издали идентичные смешки.

— Окей, это жутко, — сказал Клайв.

— По сравнению с подземной ямой плоти, в которой мы стоим? — спросила его Софи.

— Пожалуй, нет, — признал Клайв.

Джейсон и Колин улыбнулись этой перепалке, но быстро вернулись к тому, чтобы оценивающе осматривать друг друга.

* Сосуд вашего [Голоса Воли] теперь обладает четырьмя различными формами: рой, шагающий червь, зверь Апокалипсиса и Голос Воли.

* Текущая форма: Голос Воли.

Форма четыре: [Голос Воли]

* Как сосуд для вашей души, форма Голоса Воли обладает повышенным интеллектом по сравнению с другими формами. В этой форме [Колин] теряет большинство своих собственных способностей, но может полностью использовать большинство ваших. Способности, связанные с вашей природой как зарождающегося астрального гегемона, не могут быть воспроизведены. Эссенциальные способности фамильяра, типы восприятия и ауры не воспроизводятся, а заменяются другими способностями.

* В этой форме [Колин] может оказывать влияние на посланников, которых вы заклеймили, используя свою власть.

* Текущее количество заклейменных посланников: 0.

— Зарождающийся астральный гегемон, — произнес Джейсон, и эта фраза выделилась. — Ты знаешь, что это значит?

— Нет, — сказал Колин. — Я полагаю — как, подозреваю, и ты, — что это связано с твоим прогрессом как варианта астрального короля.

— Здесь сказано, что у тебя повышенный интеллект, пока ты в этой форме.

— Не настолько повышенный, — сказал Колин. — Только до того же уровня, что и у тебя.

— Эй…

— Беру свои слова назад, — сказал Клайв. — Это еще жутче, чем находиться в подземной яме плоти.

— Тебя это беспокоит? — спросил Джейсон Колина. — Твой разум деградирует, когда ты принимаешь другие формы?

— Он не деградирует, — объяснил Колин, — а просто меняется. Мои другие формы — это все варианты роя, требующие разного уровня коллективного разума для функционирования. «Повышенный» интеллект этой формы — это просто перенастройка ментальных способностей, потому что я здесь один.

— Это было очень ясно, — сказал Джейсон. — А люди говорят, что я не умею объяснять вещи.

— Они правы, — сказал ему Колин. — Вот почему тебе нужен Голос.

Джейсон и Колин обменялись ухмылками, а Софи простонала.

— Это становится невыносимо самодовольно, — пожаловалась она. — Это терпимо, когда вы один, но это уже перебор.

Джейсон и Колин оба повернулись к Софи, а затем снова друг к другу.

— Еще одна форма? — спросил Колин.

— Пожалуйста, — сказал Джейсон.

Колин протянул руку, которая снова стала монохромно-красной, и начал извергать пиявок в яму. Они хлынули, как вода из пожарного шланга, наполовину заполнив яму.

— Обычно я не могу поддерживать две отдельные формы, — объяснил Колин, — но в твоем царстве души я могу использовать избыточную биомассу, чтобы продемонстрировать другие состояния, которые могу принять. Объяснения даются легче, когда они не просто визжат слово «голодный» снова и снова на языке, который невозможно полностью выразить одним лишь звуком.

— Конечно, — сказал Джейсон.

Форма один: [Рой]

* Увеличенная вместимость биомассы и радиус сплоченности коллективного разума.

* Поглощайте жизненную силу, чтобы временно увеличить максимальную биомассу. Биомасса должна быть потреблена, отброшена или сохранена в течение определенного периода, иначе она будет потеряна.

— Оригинальное состояние роя, — объяснил гуманоидный Колин, — не имеет никаких причудливых наворотов, просто куча пиявок. Преимущества в том, что я могу использовать больше биомассы, чем в других формах, и мой коллективный разум не начнет терять связь с отдельными пиявками, пока они не окажутся намного дальше. Это позволяет мне распространяться и съедать гораздо больше людей.

— Джейсон… — сказал Хамфри.

— О, да ладно, Хамп, — сказал Джейсон. — Ты собираешься сказать птице не летать?

— Если она улетает, чтобы есть людей, да. Мы с тобой вместе убивали монстров-птиц, чтобы они не улетали и не ели людей.

— Колин — хороший мальчик, — сказал Джейсон. — Он будет есть только плохих людей. Разве не так, Колин?

— Именно так, — сказал Колин. — Людей, которые угнетают других и живут жизнью, полной насилия.

— Вот именно, — сказал Джейсон.

— Но не Джейсона, — продолжил Колин. — Ему можно.

— Эй, — сказал Джейсон, поворачиваясь к Колину. — Ты на чьей стороне?

— Справедливости? — предположил Колин.

— Ладно, давай попробуем еще одну из этих форм. Может, ту, что поменьше болтает.

Колин усмехнулся, и бассейн с пиявками, наполовину заполнявший яму, начал уменьшаться. Когда он достиг размера небольшого холма, из кучи показались кровавые лохмотья, обернувшиеся вокруг него, инкапсулируя пиявок и сжимая их в гуманоидную форму, пока он не стал похож на мумию из старого фильма. Больше лохмотьев грубо сплелись вместе и набросились на фигуру в виде капюшона и плаща. На лице было два маленьких отверстия там, где должны быть глаза, и одно побольше на месте рта. Они обнажали пиявок, спрессованных внутри лохмотьев, извивающихся и сверкающих кольцами зубов. Некоторые выпадали изо рта и глазных отверстий, падая на пол, как жирные, плотоядные слезы.

Форма два: [Шагающий червь]

* Используйте лохмотья, чтобы инкапсулировать червей и запутывать врагов.

— Это еще одна форма, которую я использую уже давно, — сказал Колин. — Здесь нет ничего нового. Меньше пиявок, но больше пользы. Поскольку мне не нужен радиус действия или многозадачность полного роя, я могу мыслить немного более тактически в этом состоянии.

— Разве ты не сменил лохмотья на красные кожаные ремни? — спросила Софи.

— Я могу использовать и то, и другое, — сказал Колин, когда грубая ткань превратилась в аккуратные кожаные ремни, придав ему гораздо менее оборванный вид. — Честно говоря, мне нравятся лохмотья.

— А как насчет последней формы? — спросил Клайв. — Это что-то новое, верно?

— Да, — сказал Колин. — Моя первая, вторая и четвертая формы — это адаптации тех, которые я уже мог принимать. Третья форма — это что-то новое; результат поглощения королевы червей, пожирающих миры.

Кожаные ремни, обернутые вокруг червей, снова превратились в лохмотья и выпятились наружу, когда черви внутри слились в растущую, единую форму. Лохмотья лопнули, обнажив красные конечности из толстых, веревочных мышц, по мере того как гуманоидная форма становилась массивнее.

— Надеюсь, это не будет похоже на Красного Халка, — сказал Джейсон. — Красный Халк — отстой.

По мере того как лопалось все больше лохмотьев, фигура в яме отклонилась от гуманоидной. Руки стали длиннее, и выросла вторая пара. Обернутая в лохмотья голова втянулась в туловище. То, что выглядело как закрытые веки по всей обнаженной плоти, открывалось и закрывалось, оказываясь ртами, покрывающими тело. Пиявки вылезали из наполненных зубами пастей, чтобы ползать по всему телу, и появлялись длинные, цепкие языки, сами заканчивающиеся зубастыми ртами. Когда трансформация завершилась, это была безголовая, четырехрукая чудовищная фигура, покрытая зияющими ртами, стоящая в два раза выше Хамфри, даже в сгорбленном состоянии.

— Ну, — сказал Клайв. — Думаю, мой следующий кошмар обеспечен.

Форма три: [Зверь Апокалипсиса]

* Форма [Зверь Апокалипсиса] обладает большой биомассой с повышенной физической силой.

* Когда форма [Зверь Апокалипсиса] питается врагами, принадлежащие им силы случайным образом запечатываются и становятся доступными для [Колина]. Более слабые способности поглощаются первыми, а дополнительные и более мощные способности поглощаются при длительном кормлении. Использование способностей восстанавливает их использование для врага, у которого они были украдены, при этом срабатывают любые кулдауны для этих способностей.

* Форма [Зверь Апокалипсиса] утомительна. Питание жизненной силой или потребление биомассы необходимо для ее поддержания, иначе она распадется в состояние роя.

— Эта форма физически мощная, — объяснил Колин, — но также более ловкая, чем кажется. Это форма, которая позволит мне принимать некоторые бои в лоб, одновременно принося противнику немного фирменной неприятности Джейсона.

— Что ты имеешь в виду под фирменной неприятностью? — спросил Джейсон.

— Джейсон, — сказала Софи, — твои силы заставляют плоть людей гнить, а кровь вытекать, как пот.

— Полагаю, это относительно неприятно, — признал Джейсон.

Затем кровавый гигант превратился в кровь, которая расплескалась по полу ямы.

— Завершение моей трансфигурации в Голос Воли поглотило большую часть избыточной биомассы, которую я накопил, — сказал Колин. — Форма кровавого гиганта тоже быстро ее поглотит, если не будет чего-то, чем можно питаться. Если вам нужна боевая форма, которая не будет постоянно съедать мои запасы, эта форма Голоса Воли может использовать большинство твоих способностей.

— Все это очень впечатляет, — сказал Хамфри. — А теперь пора выбираться отсюда, чтобы ты мог показать нам свои новые способности в полевых условиях. Нам нужно найти несколько меняющих форму мясных монстров и убить их.

Выражение лица Хамфри стало неловким, когда он посмотрел на Колина.

— Без обид, — сказал Хамфри, вызвав идентичный смех у Джейсона и Колина.

— Как вы думаете, что жутче? — спросил Клайв. — Кровавый огр, покрытый ртами с языками, у которых есть свои собственные рты, или то, что Джейсонов больше одного?

— У меня по всему этому пространству есть аватары, — сказал Джейсон.

— Да, но они — идеальные копии, — сказала Софи. — Это просто ощущается как какая-то магическая сила. Версия тебя в виде Колина более реальна. Он достаточно отличается, чтобы казаться странным, каким-то образом.

— Жутковато, — согласился Клайв.

Колин подошел к Онслоу, где Сташ сидел скрестив ноги, все это время разглядывая Колина с неуверенным выражением лица.

— Что скажешь, Сташ? Ты уже достаточно раз превращался в Джейсона.

— Не знаю, — сказал Сташ. — Ты странный.

Колин выхватил из воздуха большое печенье, взяв его из инвентаря Джейсона. Сташ схватил его и откусил половину за один присест.

— С возвращением, Колин, — пробормотал он счастливо, разбрызгивая крошки.

* * * На Паллимустусском эквиваленте того, что Джейсон знал как Тихий океан, был остров под названием Йорганис. Небольшой остров, почти полностью покрытый грязным городом, он был убежищем для тех, кто действовал вне покровительства Общества искателей приключений, Магического общества или любой формы законного правительства. Городом правили те группы, которые могли захватить и удержать территорию, причем районы регулярно переходили из рук в руки. Единственными постоянными учреждениями были храмы богов, которым не разрешалось обосновываться в цивилизованном обществе, по крайней мере, открыто.

Одной из местных фракций, удерживающих власть в настоящее время, была группа вампиров, в основном обычного вида, но возглавляемая группой энергетических вампиров. Другой группой, в настоящее время сильно давящей на вампиров, была горстка посланников, которые переселились и быстро захватили часть города, несмотря на их небольшое количество.

Один из посланников, золотого ранга, решил положить конец клану вампиров и вторгся в их основную цитадель, которая была старым каменным поместьем. Он прорвался через крышу в гостиную, используемую энергетическими вампирами. Он насмешливо рассмеялся, когда они схватили его и попытались вытянуть его энергию. Он отшвырнул их во все углы комнаты.

— Жалкие, — насмехался он. — Ваши слабые силы не могут поглотить меня. Я гештальт-существо, по своей сути превосходящее. Вы должны преклонить колени и быть польщены, но убить вас всех тоже приемлемо.

Его презрительное выражение сменилось замешательством, когда богато украшенный черно-красный клинок пронзил его грудь, пронзив его сзади. Рука сжала его плечо и вытянула ману.

— Давайте попробуем еще раз, хорошо? — прошептал голос на ухо посланнику, когда тот упал на пол. Остальные вампиры набросились и начали питаться.

— Я не был уверен, что делать с этим мечом, — сказал лидер энергетических вампиров. — Он попал ко мне в руки при довольно необычных обстоятельствах, в то время, когда я переживал некоторые радикальные изменения. Можно даже сказать, что я родился в тот момент, когда поглотил душу, содержащую его, и заявил на него свои права. Я отправился на поиски его происхождения, надеясь найти для себя какую-то идентичность.

Посланник лежал беспомощный и дергающийся, пока вампиры питались.

— Как оказалось, — продолжили вампиры, — он предназначен для убийства вашего вида. Строитель, по-видимому, питая некоторую сентиментальность к вашему виду, запечатал его. Пока нечаянно не передал его мне.

Цвет лица посланника побледнел, его кожа и крылья стали пепельно-серыми. Лидер вампиров вытащил меч и встал, в то время как остальные оставались склонившимися над своей добычей.

— Не убивайте его, — сказал вампир, некогда известный как Тадвик. — Нам нужно выяснить, что он знает о реликвии Чистоты.

ОПТИМИЗМ

ОПТИМИЗМ

Каждое здание в деревне было повреждено, но, по крайней мере, ущерб был незначительным. Они пережили необычную последовательность атак, начавшуюся с сотен мелких монстров, которых местные жители отбивали сами лопатами, вилами и даже случайным оружием. Дни спустя авантюристы бронзового ранга отбили вторую волну существ, на этот раз прыгающих тварей, похожих на ящеричную версию валлаби.

Джейсон и его обширные чувства ауры обнаружили третью волну, приближающуюся за километры, что дало команде время примчаться и перехватить их. Монстры были серебряного ранга, но поразительно слабыми для этого уровня. Монстры появлялись в масштабе от «немного, но сильных» до «много, но слабых», и это было дальше по шкале многочисленности, чем команда когда-либо видела.

Монстры серебряного ранга представляли собой шары меха размером с кулак, которые прыгали по земле, довольно очаровательные, пока их зубы не впивались в плоть. По отдельности монстры имели силу, более соответствующую монстрам железного ранга, что стоило авантюристам бронзового ранга. Все еще находясь в деревне после второй волны, они думали скосить крошечных существ и получить самые легкие убийства серебряного ранга, которые они когда-либо получали.

Это был тяжелый и быстрый урок тирании ранга. Хотя они были слабыми, существа все еще обладали врожденным снижением урона, которым пользовались высокоранговые против тех, кто ниже их. Бронзовые ранги обнаружили, почему бронзовый ранг по сравнению с серебряным считался первым настоящим скачком в силе; всей их команде приходилось наваливаться на каждое из маленьких существ, чтобы победить их. Учитывая, что это оставляло остальную часть роя, чтобы переполнить их, команде Джейсона нужно было быстро их извлечь.

Недавно пробудившийся Колин оказался чемпионом дня. Из его четырех форм оригинальное состояние роя пиявок позволило ему собрать коллекцию пиявок больше, чем когда-либо, пусть и временно, питаясь жизненной силой. Существа не имели ранговой защиты от него, что позволило его численности быстро раздуться по мере того, как он поглощал их. Это привело к тому, что их скудная жизненная сила быстро истощалась голодными пиявками, которые использовали ее, чтобы производить еще больше пиявок.

Бой все еще был раздражающим, так как монстры могли быстро размножаться, превращая это в гонку между монстрами и Колином. Команда помогала, как могла, но их потенциал атаки по площади был ограничен. Джейсон попробовал своих бабочек-мучителей, которые также могли размножаться от монстров, но мучения убивали слабых монстров раньше, чем бабочки успевали размножиться сами. Больше всего работы, помимо Колина, проделал Хамфри своим огненным дыханием.

Когда работа была сделана, большинство пиявок Колина были отправлены в царство души Джейсона. Биомасса, которую Колин накопил там за это время, была полностью поглощена его пробуждением, но это стало солидным началом для наполнения ямы плоти.

Мародерство монстров после этого тоже было мучением, Тень проделал большую часть работы, перемещаясь от тела к телу, слегка касаясь каждого. Как только он закончил, Джейсон активировал свою способность мародерства, и каждый член группы увидел длинное окно с собранными сокровищами. У тех, у кого не было личных хранилищ, предметы появлялись вокруг них, некоторые на земле, а другие сверху, добыча дождем сыпалась им на головы. В основном это были монеты, но Софи ловко увернулась от падающего кинжала, в то время как Клайву кусок мяса, завернутый в промасленную бумагу, шлепнул по лицу.

— Извини, — сказал Джейсон. — Я забыл установить режим добычи на «мастер-мародер».

Пока они все занялись сбором рассыпанных сокровищ, Джейсон взглянул на свой список и нахмурился, глядя на один из предметов.

* [Двуручный меч Макар Вин] был добавлен в ваш инвентарь.

— Кто или что такое Макар Вин? — спросил Джейсон.

— Это орден воинов, — сказал Хамфри. — Думаю, это просто легенда. Не знаю, существовали ли они когда-нибудь на самом деле, и если да, то сомневаюсь, что истории точны.

Джейсон открыл инвентарь и достал меч, двуручную махину, настолько богато украшенную, что она стала непрактичной как оружие.

— Да, это настоящий меч в стиле JRPG, — заметил он. — Он определенно выглядит скорее как оружие из истории, чем как что-то, что кто-то действительно использовал бы.

Он держал его вертикально, кончик упирался в землю. Даже немного погрузившись в грязь, он был выше самого Джейсона. Нил подошел и подержал руки на расстоянии нескольких дюймов друг от друга, примерно размером с монстров, из которых было добыто оружие.

— Силы мародерства странные, — сказал Джейсон, и Нил кивнул.

— Особенно твои, — сказал Нил. — Я знаю, что большинство сил мародерства создают контейнеры для таких вещей, как зелья и куски мяса. Но разве твои не слишком сложные?

Нил поднял зелье, произведенное его силой мародерства: полупрозрачная красная жидкость в маленьком прозрачном флаконе. В другой руке было зелье, которое он подобрал из добычи Джейсона. Флакон был похож, но жидкость внутри бурлила, как будто кипела, и в ней были крапинки того, что выглядело как золотые блестки. На флаконе также была красочная этикетка.

Нил поднял обычное зелье, чтобы группа могла видеть.

— Зелье безумия, — сказал он. — Не то, что я бы использовал, но совершенно обычное зелье.

Затем он поднял зелье Джейсона с жидкостью, которая бурлила во флаконе.

— Согласно интерфейсу группы Джейсона, точно такое же зелье, — сказал Нил. — Тем не менее, на этикетке написано…

Он повернул флакон, чтобы прочитать этикетку вслух.

— …Успокоин, — прочитал Нил. — Почему там просто не написано «зелье безумия»? Они делают одно и то же, за исключением того, что одно выглядит странно и неправильно помечено.

Силы мародерства варьировались как по типу товаров, производимых в основном, так и по состоянию, в котором они производились. Большая часть добычи из монстров была разновидностью очищенной части тела, пропитанной магией. Они были полезны для ритуалов и особенно крафта, от мяса, используемого в кулинарии, до желчных пузырей, содержащих желчь, используемую для обработки металла в кузнечном деле.

И силы мародерства Джейсона, и Нила производили духовные монеты и могли выдавать почти любой вид предмета. Однако каждый из них, как правило, производил больше определенных типов предметов. Сила Нила, «Трофеи победы», чаще производила твердые материалы, такие как хитин и кость, наряду с другими простыми, но ценными товарами и материалами для крафта. Это делало силу Нила постоянным источником богатства, которым славились силы мародерства.

Сила Джейсона была гораздо более нестабильной с точки зрения ценности производимых предметов. Части монстров, которые он добывал, как правило, были мясом, которое было менее ценным, чем другие материалы для крафта. С другой стороны, Джейсон производил больше полностью созданных предметов, чем Нил, с готовым оружием, броней и другими инструментами, которые приносили высокие цены.

Оба мужчины производили больше зелий и мазей, чем другие созданные предметы, обычно лечебного разнообразия. Нил производил в основном зелья по сравнению с Джейсоном, который обычно получал баночки с мазью для наружного применения. Однако даже когда они производили один и тот же предмет, результаты были не одинаковыми.

— Я почти уверен, что моя версия зелья вкуснее, — сказал Джейсон.

— Звучит правдоподобно, — согласилась Софи. — Джейсон обычно добывает эти надоедливые баночки с маслянистым лечебным кремом, но его зелья всегда вкусные. Большинство добытых зелий работают нормально, но на вкус как будто алхимик наполнил флаконы осадком, соскобленным со дна чана, чтобы получить больше денег из партии.

— Это потому, что именно так они и делают, — сказала Белинда. — Джори постоянно жалуется на это. Это не весь осадок, но они определенно бросают его, чтобы увеличить объем последних нескольких флаконов. Вот почему дешевые зелья часто имеют эту густую текстуру.

— Как поживает Джори? — спросил Джейсон.

— Последнее, что я слышала, Церковь Целителя отправляла его в Эстеркост, чтобы прочитать лекцию о его методах разработки зелий, — сказала Белинда. — Магическое общество не открывало камеры водной связи для публики после атаки на Яреш, поэтому я не разговаривала с ним с тех пор.

— Нил, — спросил Джейсон. — Как поживает Джори?

— Не знаю, — сказал Нил. — Почему спрашиваешь меня?

— Вы оба работаете на Целителя.

— Джейсон, молитва — это священная и важная практика. Она не для того, чтобы я небрежно спрашивал, как поживают мои друзья…

Нил умолк, наклонив голову, словно прислушиваясь к далекому звуку, а затем сердито посмотрел на Джейсона.

— Джори в порядке, — проворчал Нил. — Он в Сирионе, читает лекцию кучке жрецов Знания, чтобы они могли начать распространять методы исследования ингредиентов Джори.

Сирион был столицей Эстеркоста, той же страны, где находился город Витесс. Это также была главная резиденция Дома Геллер, несмотря на то, что аристократический титул семьи происходил из Гринстоуна.

— Хамфри, бро, — сказал Тайка. — Разве все те люди с Земли все еще не ждут в поместье твоей семьи в Сирионе, когда Джейсон придет за ними?

— Да, — сказал Хамфри. — Я получаю все менее вежливые сообщения от матери по этому поводу.

— Разве нам не следует пойти и разобраться с этим тогда? — спросил Клайв.

— Нет, — сказал ему Хамфри. — Мать слишком контролирует себя, чтобы быть по-настоящему злой. Не тогда, когда она может просто переписать сообщение перед отправкой. Она просто притворяется, чтобы заставить меня чувствовать давление. К этому времени, я уверен, она нашла способ использовать их в каких-то политических целях. Если бы мы снялись с места и привели Джейсона куда-нибудь поблизости, она, вероятно, нашла бы способ отправить нас в другом направлении.

— Без обид, бро, но твоя мама звучит немного извилисто.

— Да, — сказал Хамфри с усталым вздохом.

— Ага, — сказал Джейсон с мечтательным вздохом, вызвав фырканье Нила и гневный взгляд Хамфри.

* * * Последняя итерация облачного дворца Джейсона представляла собой серию деревянных зданий на сваях, поднимающихся из болота. Деревянные дорожки соединяли здания, почти достаточно, чтобы составить небольшую деревушку. Вместо того чтобы быть мрачным, яркое летнее солнце отражалось от воды и подчеркивало цвета пышной растительности, создавая живописное, хотя и влажное место.

Короткое пребывание команды по открытому контракту затянулось более чем на месяц, так как задержки возникали на всех фронтах. Фарра и Трэвис закончили свои эксперименты в царстве души Джейсона, и Джейсон переправил их порталом обратно в Яреш. Он проверил дела в Обществе искателей приключений перед возвращением, обнаружив многочисленные задержки, начиная с чиновника из континентального совета Общества искателей приключений. Посланники также тянули время с предоставлением доступа к изучению Ма Го Шаата, мертвого посланника алмазного ранга. Это было обещано Джейсону, и он не сомневался, что посланники пытаются взломать его, прежде чем передать.

Команда отдыхала на открытой палубе, наслаждаясь тем, что летающие насекомые избегали здания и его ауры.

— Торговый зал в Яреше вообще работает сейчас? — спросил Нил в отсутствие Джейсона. — Я знаю, что кампус Общества искателей приключений пережил атаку лучше, чем большинство мест, но есть ли инфраструктура для торговли? У нас целая куча добычи, которую нужно продать.

— Я попросил Джейсона проверить дела в Обществе искателей приключений, пока он там, — сказал Хамфри из облачного гамака, который он делил с Софи. — Последнее, что я слышал, торговля открыта, но под очень строгим контролем. Общество искателей приключений забирает все полезное для реконструкции и платит облигациями.

— Ты имеешь в виду те облигации, деньги по которым ты получишь только через год? — спросила Белинда. — К черту это. Мы можем просто все припрятать и продать в следующем городе.

— Мы скоро отправляемся под землю, и понятия не имеем, сколько это займет времени. Мы можем не увидеть новый город некоторое время, — сказал Хамфри. — И хотя это может не принести нам столько пользы, нам не повредит внести свой вклад. Мы не то чтобы нуждаемся в деньгах, и есть город, полный людей, которые потеряли все.

— Ладно, — проворчала Белинда. — Мы можем позволить глупым людям иметь глупые дома.

— Ты же знаешь, что это нормально — хотеть помочь людям, верно? — спросил ее Клайв. — Это не повредит твоей твердой как камень репутации уличной воровки — признать, что ты хочешь помочь людям. Мы не станем думать о тебе хуже за то, что ты добрая или проявляешь некоторое базовое сострадание.

— Хотя мы, вероятно, будем подшучивать над тобой, — признал Нил. — Просто немного.

Хамфри высунулся из гамака, схватил оставшуюся корку от сэндвича и бросил ее в Нила.

— Эй, — пожаловался Нил. — Не трать еду. Это неуважительно.

— Кстати о еде, когда Джейсон вернется? — спросил Руфус.

— Он уже вернулся, бро, — сказал Тайка. — Я видел, как он бродил с тем странным мечом, который он добыл. Он выглядел таким задумчивым; ты же знаешь, каким он становится. Я думаю, мы дадим ему час, чтобы выпустить пар, а потом пнем его под зад.

* * * Джейсон был в одном из деревянных зданий, сидя в качающемся гамаке-кресле. Комната была полна свободно плавающих предметов, пока он практиковал контроль своей ауры. Только один предмет был неподвижен — Двуручный меч Макар Вин, парящий перед ним.

— Макар Вин, — сказал он. — Судя по тому, что описали остальные, они звучат как местный эквивалент Рыцарей Круглого стола или Паладинов Карла Великого.

— Это кажется точным, учитывая мои знания о соответствующих легендах, — согласилась Тень. — Почему это беспокоит вас, мистер Асано?

— Потому что это была моя сила мародерства, но не моя легенда.

— Ах, — сказала Тень. — Идея чувств судьбы все еще тяготит ваш разум.

— Я никогда не слышал об этой легенде. Тот факт, что моя сила мародерства произвела что-то связанное с ней, означает, что эти чувства судьбы все еще переплетены с моей силой интерфейса, верно?

— Это логичный вывод.

— Мне это не нравится. Я не хочу, чтобы у моего подсознания было свое собственное особое чувство, к которому я не могу сознательно получить доступ. Я не доверяю ему.

— И не должны, мистер Асано. Инстинкты важны, и ваши чувства судьбы позволили вам зайти так далеко. Но без критического ума, чтобы оценить их, инстинкты также могут сбить вас с пути. Как вы знаете.

Джейсон кивнул.

— Что мне делать, когда я не знаю, направляют ли меня эти чувства судьбы и когда?

— Мистер Асано, вы приложили довольно экстремальные усилия, чтобы окружить себя людьми, которых вы цените и которым доверяете. Когда вы чувствуете себя потерянным в одиночку, позвольте им быть вашим проводником. Слушайте, когда они говорят вам, что вы неправы. И, возможно, не сидите в своей комнате, предаваясь раздумьям, когда все остальные проводят приятный день вместе.

— Я не предаюсь раздумьям.

— Конечно нет, мистер Асано.

* * * — Бро, — сказал Тайка, когда Джейсон присоединился к остальным. — Я не говорю, что мрачный и задумчивый вид не поможет тебе подцепить дам. Тебе просто стоит подумать о типе дам, на которых это работает.

— Джейсона это не волнует, — сказал Нил. — У него есть мама Хамфри.

Еще одна корка отскочила от головы Нила.

— Ты не доедаешь свою еду? — пожаловался Нил.

— Если позволите вмешаться, — сказала Тень, появляясь из тени. — Похоже, что после долгих задержек посланники готовятся переместить кабинет, принадлежащий Ма Го Шаату.

— Чей кабинет, принадлежащий кому? — спросил Тайка.

— Кабинет, принадлежащий посланнику алмазного ранга, — сказал Джейсон. — Это было мое личное требование за участие в этой экспедиции, во время которой посланники определенно нанесут нам удар в спину. Они говорят, что сообщат, когда все будет готово, но я заставил Тень наблюдать за этим напрямую. Это в большом металлическом шаре на вершине башни в одной из цитаделей посланников, так что легко наблюдать издалека.

— Похоже, они наконец оставили попытки взломать его и готовятся к перемещению, — сказала Тень.

— Это была блестящая уступка, которую стоило попросить, — с энтузиазмом сказал Клайв. — Он содержит все личные исследования посланника алмазного ранга в его попытках стать астральным королем. Неизвестно, что это за клад.

— Разве посланники не выгребут все хорошее? — спросил Нил.

— Насколько мы можем судить, они не могут войти, — сказал Джейсон. — Посланник алмазного ранга не был в той же команде, что и остальные. Общество искателей приключений даже думает, что атака на Яреш была своего рода сложным планом, чтобы его убить, так как она больше ничего не достигла.

— И что заставляет тебя думать, что ты можешь взломать эту штуку, когда посланники не смогли? — спросила Белинда.

— Оптимизм? — ответил ей Джейсон.

МАТЕРИ

МАТЕРИ

И транспортные средства с Земли, и те, что с Паллимустуса, имели свои преимущества. Магические транспортные средства могли достигать того, с чем ничто с Земли не могло сравниться, особенно на высоком уровне. Ни один частный самолет рок-звезды или президентский аэроплан не мог сравниться с тем, что могли делать облачные фляги, подобные флягам Эмира и Джейсона. Был также вопрос топлива; духовные монеты были намного лучше всего, к чему Земля имела постоянный доступ, будь то ископаемое топливо или возобновляемая энергия.

Транспортные средства Земли, напротив, часто превосходили по дизайну, производительности и полезности, особенно в низком и среднем ценовом сегменте. Универсал или внедорожник был практичнее, чем наземный скиммер. Даже дорогой электрический скутер был быстрее, дешевле и легче в управлении, чем личный диск для плавания. Гигантская конструкция в виде полой птицы была гораздо более впечатляющей, чем частный самолет, но также медленнее и гораздо менее эффективна в плане пространства. Кроме того, у нее были магические требования: либо высокий уровень окружающего магического фона, либо кто-то с определенным видом силы для управления.

Земля все больше внедряла магию в технологии. Теоретически это в конечном итоге дало бы им лучшее из обоих миров. До этого было еще далеко, когда Джейсон покинул планету, хотя он видел некоторые магические транспортные средства. Магически усиленный самолет, который взорвался вместе с ним внутри, не внушил ему уверенности, даже если бомба, ответственная за это, не была магической.

Вслед за событиями в зоне трансформации, которым Джейсон положил конец, окружающая магия Земли возросла. Это привело к агрессивным шагам по расширению магической активности к тому времени, когда Джейсон покинул Землю. Фермы духовных монет создавались по всему миру, во многом основанные на проектах, предоставленных Фаррой. Именно дефицит духовных монет ограничивал магико-технические исследования критическими проектами, и увеличение их доступности означало больше повседневной магии.

Джейсон был в завидном положении, уже видя, как выглядит лучшее из обоих миров. Жнец дал Джейсону благословение, которое позволило Тени, Тени Жнеца, принимать форму верхового животного. Верховое животное, как оказалось, простиралось от магической теневой лошади до черно-пустотного частного самолета. Он часто принимал формы, похожие на земные транспортные средства, но с превосходным дизайном. Частично это было магическое влияние, но в основном дизайн происходил из миров, которые Тень видел за свою чрезвычайно долгую жизнь. Если он видел более высокие уровни технологий в действии, он был рад использовать их для Джейсона.

После широкого использования этого на Земле, Тень тщательно избегал транспортных средств, похожих на земные, с момента их возвращения на Паллимустус. Принятие формы сложных конструкций или причудливых монстров было гораздо менее эффективным, чем транспортные средства на основе технологий, но чувства Джейсона по поводу Земли были горькими. Тень взял на себя обязательство не предлагать напоминания о том времени; Джейсон принял этот жест с молчаливой благодарностью.

Время вдали от Земли, воссоединение с друзьями и немалое количество терапии от Арабель очень помогли Джейсону. Как только он начал просить Тень снова использовать более практичные транспортные средства, разница в полезности не ускользнула от команды. Это было продемонстрировано роскошной кабиной внутри формы самолета Тени, когда они летели к цитадели посланников с ослепительной скоростью.

Облачная фляга Джейсона могла произвести то, что можно было назвать летающей яхтой для удовольствий. Она не шла ни в какое сравнение с облачным кораблем Эмира размером с океанский лайнер, так как для этого требовалась фляга золотого ранга, но ни то, ни другое все равно не было идеальным для коротких поездок. Облачные суда предлагали несравненную роскошь и удобства, и они были далеко не медленными. Однако высокотехнологичный частный самолет был быстрее, и Тень мог принять эту форму в одно мгновение.

Хотя, безусловно, говоря о земных дизайнерских чувствах, реактивный черный самолет не был земным дизайном, если только Тень не крал свои чертежи у Бэтмена. Это был аппарат вертикального взлета и посадки, способный к вертикальному взлету и посадке, и выглядел так, будто Lamborghini построила космический корабль.

Джейсон и его друзья отдыхали в пассажирской кабине, перекусывая и глядя в окна на облака внизу. В задней части кабины была Мелоди, мать Софи. Обычно заключенная в облачном дворце, она оставалась под присмотром Софи, пока дворец был спрятан в своей фляге.

Прошли месяцы с момента захвата Мелоди командой Джейсона. Она проводила это время, регулярно общаясь с Софи и Арабель, но оставалась в основном запертой. Она изменилась после времени, проведенного с дочерью, и полудобровольной терапии, став менее враждебной и манипулятивной. Однако это имело некоторые непредвиденные негативные последствия.

Мелоди была магически промыта мозгами Орденом Искупительного Света, который сам по себе был творением бога Маскировки, выдававшего себя за Чистоту. Так называемое Пламя Искупления, используемое для «очищения» людей, было разработано на основе экстремальной модификации низшего вампиризма. Чем больше она могла бороться с промыванием мозгов, которое оно производило, тем сильнее сопротивлялась магическая порча внутри нее. Результатом была растущая психическая нестабильность, поскольку отдельные аспекты ее разума вступали в войну, угрожая расколоться окончательно.

Из задней части кабины Мелоди начала яростно бредить, брызги пены вылетали из ее рта, когда она провозглашала месть, которую Чистота обрушит на них всех. Ее аура была диким беспорядком, и Джейсон протянул свою собственную, подавляя ее и принудительно стабилизируя. Это была техника, которая успокаивала ее разум и заставляла ее безвредно потерять сознание. Софи поймала свою мать, когда та упала, и осторожно усадила ее на сиденье, прежде чем Хамфри встал, подошел и заключил ее в объятия.

Джейсон, Карлос и Амос Пенсината объединили свои знания о манипуляции аурой и состоянии Мелоди, чтобы разработать технику успокоения. Она работала только тогда, когда Мелоди страдала от крайностей ментального конфликта. Карлос и Арабель усердно следили за ней, чтобы проверить на наличие потенциальных долгосрочных повреждений, но обнаружили прямо противоположное. Пока Джейсон не использовал ее слишком часто, не будет никаких остаточных последствий, даже спасая ее от нанесения себе еще большего вреда, когда ее собственная аура пыталась разорвать ее саму.

Аура была проекцией души, использующей тело в качестве среды. Душа Мелоди оставалась незапятнанной, но Пламя Искупления пронизывало ее плоть, как рак. С телом и душой в разладе, результирующая проекция ауры была уродливым беспорядком, что Джейсон и научился отключать.

Способность Джейсона утверждаться против других душ стала намного более утонченной. Все, что он знал сначала, — это как совершать безжалостные атаки душой, чему он научился на горьком опыте у Строителя. После месяцев обучения у Амоса и кражи техник посланников, у Джейсона было гораздо больше того, что он мог вытащить из своего набора инструментов. Техника, которую он использовал, чтобы подавить Мелоди, не причиняя ей вреда, была самым специализированным и сложным выражением того, что он разработал до сих пор. Она не освободила ее разум, но нарушила промывание мозгов. Она всегда вырубала ее, но даже если она была без сознания, у нее была короткая передышка от нежелательного влияния.

Софи и Хамфри двинулись по кабине, его рука защищающе обнимала ее. Они остановились перед Джейсоном, который встал. На лице Софи была обнаженная уязвимость, которую она никогда бы не позволила себе показать, когда они впервые встретились.

— Я готова позволить тебе попробовать, — сказала она, ее голос был едва слышным шепотом. Джейсон кивнул, заключив ее в быстрое объятие.

Некоторое время назад Карлос предложил идею забрать Мелоди в царство души Джейсона, где его сила могла потенциально помочь удалить обусловленность, которой она была подвергнута. Он не смог бы очистить ее и выпустить, не убив ее, но Карлос верил, что с достаточным количеством исследований они могли бы однажды достичь этой точки. Царство души Джейсона уже принимало исследования для коммуникационной сети Фарры и Трэвиса, а также эксперименты Гэри в кузнечном деле и металлургии. Карлос был уверен, что это могло сократить его собственные исследования на годы, возможно, десятилетия.

— Мы сядем с Карлосом и Арабель и обсудим это, когда вернемся в Яреш, — сказал Джейсон.

Софи колебалась, пытаясь затащить Мелоди в царство души Джейсона. Был также вопрос о том, чтобы заставить ее пройти через это по собственной воле, так как никто не мог быть принудительно протащен через портал. Другой вопрос заключался в том, позволить ли ей встретиться с Каллумом Морсом, который был влюблен в нее и охотился за ней годами. Учитывая, что Кэл был почти таким же нестабильным, как Мелоди, Софи категорически отказалась.

— Тень, — сказал Джейсон. — Разворачивай нас обратно к Ярешу. Мы можем разобраться с посланниками в другой раз.

— Нам не обязательно это делать, — сказала Софи, и Джейсон ухмыльнулся.

— Все, кто считает, что мы должны помочь маме Софи вместо того, чтобы идти добывать мне большой магический шар, поднимите руку, — сказал он, не отводя глаз от Софи. Все подняли руки, кроме самой Софи и щенка Сташа, сидевшего на месте Хамфри. Вместо этого он поднял лапу, махая ею Софи.

* * * Высоко в небе над Ярешем форма самолета Тени рассеялась в облако тьмы, сбросив своих пассажиров в открытый воздух. Те, кто не мог летать самостоятельно, были заключены в черные реактивные костюмы, те самые, которые сестра Джейсона не одобряла использовать его юной племяннице. Магия решила некоторые практические проблемы чисто технологических версий, особенно тепло и топливо, сделав их более гладкими и практичными, чем земной оригинал.

Сверху город выглядел как объект продолжительной бомбардировочной кампании. Сияющие башни и зиккураты из металла и стекла в центре города сильно пострадали, многие обрушились или провалились. Даже самые уцелевшие были покрыты шрамами и пятнами от следов магического боя высокого уровня.

Остальная часть города состояла из традиционного эльфийского дизайна, с живыми деревьями в форме растений, сочетающимися с более традиционными строительными материалами. Многие деревья были мертвы, даже вырваны с корнем. Другие уже находились в процессе ремонта, что означало специализированное исцеление, так же как и магию каменной кладки.

Небольшая горстка почти неповрежденных областей резко контрастировала с остальной частью города. Герцогский дворец и кампусы Общества искателей приключений и Магического общества имели более сильную магическую защиту, чем даже бункеры, в которых население пряталось на протяжении всей атаки.

Когда команда спускалась с небес, летающие авантюристы поднимались из города, чтобы бросить вызов их приближению. Команда не винила город в осторожности по отношению к захватчикам с небес и с радостью идентифицировала себя своими значками Общества искателей приключений. Новое место для транспортных средств авантюристов было за пределами города. Облачный дворец Эмира был безошибочным ориентиром, но команда направилась в город. Они целились в то, что когда-то было районом Яреша, где приезжие авантюристы парковали свои большие транспортные средства. Он пережил атаку на город лучше, чем большинство мест, и поврежденные транспортные средства все уехали.

Транспортные средства авантюристов исчезли, на их месте появился огромный логистический центр. Он изо всех сил пытался обеспечить продовольствием, водой, жильем, медицинскими и гигиеническими средствами население, которое было почти полностью перемещено. В отсутствие команды логистический центр вырос в небольшой город сам по себе. Пустые, бесшовные здания рассказывали историю формирования камня для быстрого строительства, проявляя больше заботы, чем быстро возведенные здания сразу после атаки. Несколько из них все еще стояли, их грубые стены выделялись на фоне остальных.

Они приземлились на большой площади, открытое пространство использовалось как удобная магистраль сотнями людей одновременно. Они получили несколько взглядов, когда достигли земли, но несколько странных авантюристов не были большим зрелищем. Они нашли скамейки по краям площади и сели, чтобы обсудить следующий шаг.

Как это обычно бывало с главными городскими площадями, храмы составляли многие здания с первоклассной недвижимостью на фасаде. Однако эти недавно построенные дома поклонения не имели обычной показушности, мало чем отличаясь от зданий вокруг них. Однако это было верно только для глаз, так как божественные ауры, исходящие от освященных земель, были безошибочны.

— Забавно, как эти храмы очень похожи на облачную коробку, в которой ты держал меня взаперти месяцами, — отметила Мелоди. — Я удивлена, что боги терпят тебя, Асано.

Она снова была в сознании и спокойна, хотя Софи стояла над ней, как тюремный охранник. Джейсон одарил ее ухмылкой.

— Так же, как и все остальные, — сказал он ей, и она рассмеялась.

— Ты уверена, что хочешь остаться с этим скучным? — спросила Мелоди свою дочь.

— Хамфри не скучный, — сказала Софи, ее голос был тяжелым от разочарования утомительного повторения.

— Что у тебя за пунктик насчет матерей людей? — спросил Нил Джейсона.

— У меня нет пунктика насчет матерей людей, — сказал Джейсон.

— О, да ладно, — сказал Нил. — Мы все видели тебя и мать Хамфри вместе.

— Нил… — прорычал Хамфри.

Нил остался невозмутимым, частично потому, что знал Хамфри, а частично потому, что суровый облик Хамфри был подорван крошечной красочной птичкой, сидящей у него на голове.

— Когда ты в последний раз видел своего отца? — спросил Нил Хамфри. — Ты полностью уверен, что Джейсон и твоя мама тихо не прикончили его? Кроме того, это подрывает твою устрашаемость с очаровательной птичкой на голове.

Попытка Сташа издать устрашающий чирикающий звук вызвала немедленную похвалу за миловидность, которую он с удовольствием принял. Мгновенно забыв о своей поддержке Хамфри, он перелетел на плечо Нила, чтобы насладиться нежными поглаживаниями пальцев.

— Предатель, — проворчал Хамфри.

ПРИХОТИ ЛЮДЕЙ, ПОДОБНЫХ МНЕ

ПРИХОТИ ЛЮДЕЙ, ПОДОБНЫХ МНЕ

Они сидели на скамейках в углу многолюдной городской площади, море людей текло от здания к зданию и от улицы к улице. Храмы были оживлены, Джейсон узнал ближайшие как церкви Торговца и Целителя. На стенах зданий вместо вывесок были начертаны символы их богов.

— Джейсон, — скомандовал Хамфри своим голосом лидера команды. — Ты работал с администрацией по восстановлению больше, чем остальные из нас, потому что они так часто использовали твой облачный дворец. Узнай текущее положение дел у кого-то, кто не является Обществом искателей приключений.

— Без проблем, — сказал Джейсон, окутанный темным туманом. Мгновение спустя он исчез, открыв его в повседневном костюме, который лучше подошел бы измотанным администраторам, чем его обычное сочетание коричневых шорт и рубашки с цветочным принтом.

— Линди, — продолжил Хамфри. — Установи контакт с Эстеллой и узнай, как продвигается ее проект. Если ей что-то нужно, достань это. Если не можешь —

— Я могу, — перебила она.

— Без воровства, — уточнил Хамфри. — И не подкупай никого, чтобы сделать что-то слишком вопиющее.

— Ладно, — сказала она неохотно.

— Нил, — сказал Хамфри. — Когда мы уходили, Хана Шавар была здесь главной. Она верховная жрица твоей церкви, так что попробуй найти ее и поговорить. Я хочу, чтобы ты сделал то же самое, что и Джейсон, и узнал текущее положение дел, но с ее точки зрения.

— Я начну с храма, — сказал Нил.

— Нет, она в том здании, — сказал Джейсон, указывая на здание рядом с храмом, самое большое, расположенное вокруг площади. — Думаю, это больница, судя по аурам внутри. Ее кабинет на третьем этаже, с противоположной стороны от храма.

Все спутники Джейсона повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Что? — спросил он.

— Как ты чувствуешь ауры в том здании? — спросил Хамфри. — Особенно золотого ранга.

— Э-э, восприятие ауры, — сказал Джейсон. — Мои чувства ауры довольно сильные. Ты забыл?

— Джейсон, — сказал Хамфри, — твоя аура втянута. Ты не должен быть способен накрывать область своими чувствами.

Слова Хамфри были здравым смыслом в городе, где могущественные пользователи эссенции держали свои ауры втянутыми. Помимо предотвращения бомбардировки каждого другого пользователя эссенции в радиусе действия, любые пользователи без эссенции могли потенциально пострадать от особенно сильных аур, особенно если эффекты накладывались друг на друга.

— Да, моя аура втянута, — сказал Джейсон. — Это просто вежливо. Вот почему я просто расширяю свои чувства.

Почти для каждого пользователя эссенции расширение диапазона восприятия означало вытеснение и своей ауры. Амос Пенсината научил Джейсона проецировать только свое восприятие, так что только чрезвычайно чувствительные люди или те, кто намного выше рангом, заметили бы это. Джейсон работал над этим месяцами и теперь был способен эффективно делать это, когда не был отвлечен чем-то другим. Его попытки передать этот навык своим спутникам оказались не очень эффективными, только Фарра добилась реальных успехов.

— Ты так далеко продвинулся, — сказал Клайв. — Твоя аура кажется фундаментально отличной от ауры обычного пользователя эссенции. Я собираюсь одолжить немного испытательного оборудования у Карлоса, чтобы мы могли —

— Нет. — Джейсон ушел, указывая на здание. — Я почти уверен, что это главная администрация, — крикнул он в ответ, не останавливаясь.

— Да ладно тебе, Джейсон, — крикнул Клайв ему вслед. — Это для продвижения магических знаний. Это помогает всем.

* [Джейсон Асано] удалил [Клайва Стэндиша] из группового чата.

— Это не очень зрело! — крикнул Клайв вслед быстро удаляющемуся Джейсону.

* * * Команда провела базовую разведку текущего состояния города. Ничего срочного; это было сделано в такой же степени для практики сбора информации, как и для всего остального. Команда намеревалась путешествовать годами, так что практика пошла бы им на пользу. Это также помогло им следить за событиями в городе, где нет статус-кво, по мере того как продолжались восстановление и реконструкция. Население было беженцами на своей собственной земле, не подозревая о магической гибели, назревающей глубоко под землей.

Ничего из того, что они нашли, не было слишком удивительным. Ожидалось, что чиновник из Континентального совета прибудет в течение следующих дня или двух, и посланники связались, чтобы сказать, что они доставят устройство для предотвращения подземной катастрофы в течение недели. Эстелла почти закончила свою миссию, доведя ее так далеко, как могла, без неприемлемого риска разоблачения.

За стенами рос трущобный городок, который все больше беспокоил городских чиновников. Это были люди, которые отвергли официальную программу восстановления по какой-либо причине, от криминального прошлого до недоверия к городским чиновникам. Трущобный городок находился за пределами городских укреплений, но они расположились между стенами и лагерем авантюристов.

Поскольку не было срочных дел, требующих их времени, группа решила путешествовать пешком. Они не видели разрушений ни с какого другого ракурса, кроме как глядя на них сверху. Хамфри отметил, что, хотя это буквально правда, это также метафора, которую стоит признать.

— Мы с Джейсоном много говорили о динамике власти в Гринстоуне, — сказал Хамфри, когда они шли по усыпанным обломками дорогам, между зданиями, варьирующимися от поврежденных до сгоревших руин.

— Справедливости ради, — сказал Джейсон, — я в основном разглагольствовал перед ним об идеях, о которых только читал и никогда не имел практического опыта. С тех пор я многое узнал о разнице между идеями в концепции и исполнении.

— Это правда, что ты был довольно наивен, — сказал ему Хамфри. — Но это было верно для нас обоих. И ты не всегда был неправ.

— Я никогда не говорил, что я неправ, — отметил Джейсон.

— Идеи Джейсона… — продолжил Хамфри, но его перебил Джейсон.

— Это были не мои идеи, — сказал Джейсон. — Я довольно великолепен, но я не претендую на авторство социализма. По крайней мере, я люблю деньги слишком сильно.

— То, что я пытаюсь сказать, — сказал Хамфри, бросив на Джейсона строгий взгляд, — это то, что, хотя я всегда чувствовал ответственность за людей, которая приходила с тем, что я Геллер, я никогда не задумывался, правильно ли, что мое имя обладает той силой, которую оно имеет. Есть целый мир людей, у которых никогда не было шанса избежать прихотей кого-то вроде меня.

— Но ты один из хороших, — сказала Софи.

— И в этом проблема, — сказал Хамфри. — Вот о чем Джейсон заставил меня задуматься. Есть хорошие, но нет недостатка в плохих. То, как мы решаем, кто получает эту власть, не очень хорошо. Что если бы вместо Тадвика была ты, Линди?

— Тогда я, вероятно, тоже была бы самодовольным сэндвичем с дерьмом.

— Я в это не верю, — сказал Хамфри. — Я думаю, под всеми этими слоями тебе нравится то, что мы делаем. Тебе нравится помогать людям, и все, что для этого потребовалось, — это дать тебе шанс.

Хамфри указал на разрушения вокруг них. Рабочие расчищали улицы и грузили разбитые секции зданий на тележки, увозя их, чтобы магически переработать в свежий строительный материал. Охранники защищали их после нескольких случаев, когда ресурсы для восстановления становились целью насильственного мародерства.

— Мы можем ходить по этому городу безнаказанно, — сказал Хамфри. — По всему этому миру, на самом деле.

Он огляделся на разрушенный город.

— Такая атака… — сказал он. — Да, мы могли бы погибнуть в бою, но, по крайней мере, мы бы погибли, сражаясь. Нам нужно помнить, что даже когда мы ставим на кон свои жизни, мы привилегированы так, как те, кого мы защищаем, — нет. Мы не всегда можем выбирать свою судьбу, но, по крайней мере, мы можем бороться за нее. Сколько людей, у которых никогда не было такого шанса, воспользовались бы им, если бы он у них был? Сколько, если бы у них был выбор, встретили бы тьму лицом к лицу, чтобы защитить тех, кто не может?

— Трое, — сказала Белинда.

Хамфри рассмеялся, покачав головой с забавой.

— Я немного более оптимистичен, — сказал он. — В конце концов, вам с Софи дали шанс, и вот вы здесь. Авантюристы. Даже герои. Помогаете людям. И ты можешь играть в озлобленную бывшую преступницу сколько хочешь, Линди, но я знаю, что тебе нравится то, что мы делаем.

— Ты говоришь ерунду, богатый мальчик, — сказала ему Белинда.

— Да, я богат, — сказал Хамфри. — У Геллеров больше денег, чем у любой другой семьи в Гринстоуне. У тебя есть только больше денег, чем у большинства из них.

Белинда открыла рот, чтобы ответить, прежде чем то, что сказал Хамфри, дошло до нее, и она замерла, все еще с открытым ртом. Остальные перестали идти и посмотрели на нее с забавой.

— Правда? — спросила она.

— Белинда, — сказал Хамфри, его тон был как у школьного учителя. — Ты активный авантюрист серебряного ранга. Все те ядра монстров, которые мы продаем, кто, по-твоему, их покупает? Это люди вроде аристократии Гринстоуна. Их семейные казны уходят на выращивание серебряных рангов, которые никогда никого не защищают. Они бумажные монстры. Подумай обо всех возможностях, которые у тебя есть на твоем ранге. Зачем тебе возвышаться над кучей бронзовых и железных рангов в зоне с низкой магией в изолированном уголке мира? Потому что это единственное место, где ты можешь. Серебряные ранги Гринстоуна — это мелкие люди, которые тратят все свои деньги, чтобы почувствовать себя большими.

— Он не ошибается, — сказал Нил, сам аристократ из Гринстоуна. — Любой, кто хочет чего-то добиться, уезжает. Моя семья — не большое дело в Гринстоуне, потому что все наши талантливые люди уезжают, чтобы добиться чего-то. У нас нет тех, кто задерживается, добывая ядра монстров до серебряного ранга. Семья это не поддерживает. Есть отличные причины жить в Гринстоуне, но когда ты авантюрист, это место, откуда нужно уехать, а не место, где нужно быть. Большие семьи и их серебряные ранги буквально зарабатывают деньги на своих фермах духовных монет, и они вкладывают все это в поддержание видимости. Ядра монстров, импортные товары. Ты хоть представляешь, как дорого стоит доставка вещей в Гринстоун?

— Ты богата, Линди, — сказал Хамфри. — Чрезвычайно богата. Я знаю, что Джейсон наотрез отказался штамповать для тебя духовные монеты, но не думай, что я не в курсе всех дополнительных заработков, которыми ты занимаешься. Мне все равно, если ты достаточно умна, чтобы заработать больше монет, чем остальные из нас, на наших приключениях. Я знаю, что ты тратишь время и усилия, чтобы это произошло. Пока ты действительно занимаешься приключениями, я рад за тебя. Просто не обдирай и не причиняй вреда никому, кто этого не заслуживает.

Белинда стояла молча, глядя на Хамфри, моргая в легком замешательстве.

— Пойдем, — сказала ей Софи, схватив ее за руку и потянув обратно в шаг. — Хамфри, будь мил и приведи мою мать.

— Я могу идти сама, — сказала Мелоди.

— Ты можешь убежать и быть угрозой сама по себе, — сказал Хамфри. — Будь благодарна, что мы не надели на тебя ошейник подавления. Если бы я не любил твою дочь так сильно, я бы это сделал.

Они некоторое время шли в тишине, медленно оценивая, насколько разрушительной была даже отбитая атака посланников. Недели усилий по восстановлению удалили огромное количество обломков и мусора, но впереди было больше работы, чем позади. Многие здания были слишком разрушены для чего-либо, кроме сноса.

Наблюдение за реконструкцией было необычным опытом для Джейсона. Эльфийский город широко использовал живые деревья, сформированные магией и интегрированные с более традиционными строительными материалами. Многие мертвые деревья были вырваны с корнем и удалены, в то время как поврежденные были спасены в процессе, магически более близком к исцелению, чем к ремонту. Новые деревья были посажены на место, их рост магически ускорялся эссенциальными способностями, ритуалами и значительным количеством компоста и удобрений.

Они прибыли в то, что когда-то было развлекательным районом, где они были частью оборонительных сил. Он был не менее разрушен, чем где-либо еще, что заставляло их усилия казаться пустыми, даже зная людей, которые оставались в безопасности в бункере под землей. Это было на волосок от гибели. Монстры прорыли путь через оборону, и если бы дуэль Джейсона не перекинулась внутрь, монстры бы тоже прорвались. К счастью, люди внутри этого бункера выжили.

— Как бы плохо это ни было, — сказал Хамфри, — вдохновляет видеть, как люди объединяются ради общего блага.

— Если бы только не требовалось столько разрушений, чтобы это произошло, — горько сказала Белинда. — Придет время, когда все это забудется, и люди снова начнут ползать друг по другу, чтобы добраться до вершины кучи. А те, кто уже там, начнут пинать их обратно вниз, потому что ты прав, Хамфри: они не все хорошие.

— На этой оптимистичной ноте, — сказал Джейсон. — Я пойду. Я чувствую ауры, которые узнаю, так что я пойду и проверю некоторых людей. Я вас всех догоню.

ЧТО НЕ ТАК С ПРОСТЫМ

ЧТО НЕ ТАК С ПРОСТЫМ

Беллори наблюдала, как пользователь эссенции растений восстанавливал старое дерево, которое когда-то составляло костяк ее таверны. Она могла бы восстановить его, но это было бы уже не то, особенно с указаниями от городских чиновников. Оно будет больше, чем когда-либо, намного больше, распространяясь на несколько деревьев. Большое заведение для множества людей, часть упражнений по поднятию морального духа, для которых был выбран развлекательный район. Крупномасштабная столовая днем и место, где они могли забыть свои беды ночью, хотя бы на короткое время.

Она посмотрела на мужчину, тащившего строительные материалы, которые, казалось, должны были раздавить его под своим весом, его ноги погружались в грязь с каждым шагом. Валк Воль казался довольно приличным человеком, несмотря на вредные сорняки, которыми были его брат и отец. Возможно, он тоже был таким раньше. Она видела немало людей, чья порядочность была выкопана тем, что произошло.

Так долго ее долг семье Воль был нависшим топором, ожидающим падения. Затем ее долг был переведен на более выгодных условиях, рефинансирован как часть конфликта какого-то дворянина с отцом Валка, Урманом. Беллори не заботило это, пока это позволяло ей вырваться из пространства, в которое Урман и Эмреш Воль ее загнали. Ей не нравилось быть игровой фигурой, маленькой и бессильной, но жизнь не всегда предлагает лучший выбор.

Ничего из этого больше не имело значения. Старые проблемы, такие как сомнительные долги, казались теперь такими маленькими. Или, может быть, это все же имело значение. Люди с деньгами и властью не сохраняют их, отпуская людей из порядочности. Что произойдет, когда ее новый кредитор придет за своим? Будет ли правительство вообще считать ее владелицей этой новой таверны? Она владела лишь фрагментом земли, на которой она будет стоять.

Когда она наблюдала за Валком, погруженная в мысли, он чуть не споткнулся, с шоком глядя на что-то позади нее. Она обернулась, проследив за его взглядом, чтобы увидеть знакомое лицо. Однако она не могла почувствовать его ауру, как будто его там не было. Она проглотила ком в горле, не зная, что чувствовать.

— Джон… нет, Джейсон, — сказала она. — Твое настоящее имя — Джейсон Асано.

— Привет, Белл, — сказал он. Его голос был почти шепотом, но он доносился отчетливо. Его улыбка была грустной, глаза намекали на потерю. — Я действительно говорил тебе, что я лжец.

Он был одет в простой костюм, нетронутый, несмотря на пепел и пыль, густые в воздухе. Она увидела, как хлопья пепла упали на его костюм и соскользнули, дорогая магия поддерживала его в чистоте. Это было далеко от рубашки с цветочным принтом и коротких штанов, которые он носил, когда они встретились и он пошел работать на ее кухню. Кухню, чьи остатки были расчищены до начала реконструкции.

— Я видела тебя, — сказала она. — В бункере.

— Я знаю. Я почувствовал твою ауру. В ней было меньше страха, чем в большинстве.

— Я была очень напугана. Я не понимаю, что произошло между тобой и той посланницей там внизу. Но я знаю, что она собиралась напасть на нас. Пока ты не остановил ее.

Джейсон кивнул.

— Я тоже был напуган. У нас вокруг были барьеры. Любой, кого мы коснулись бы, пострадал бы. Был бы убит, для большинства людей. Все, что ей нужно было сделать, это броситься в толпу, и это была бы резня. Вероятно, мне не следовало говорить тебе это постфактум. Не думаю, что это поможет тебе спать по ночам. Мне повезло, что я вообще смог заставить ее остановиться.

— Правда? — спросила Беллори. — Я не просто слышала, как ты сказал ей остановиться. Я почувствовала это. Мы все почувствовали. Это были не просто слова, это был… указ. Как слова бога. Ты жрец?

Он усмехнулся, покачав головой.

— Нет, — сказал он ей. — Я не жрец.

— Тогда кто ты? Я знаю, что это не повар для команды авантюристов.

— На самом деле, я повар, с определенной точки зрения. Просто это не все, чем я являюсь. Это сложно.

— И ты живешь сложной жизнью, держу пари.

— Живу.

— И чем я была для тебя? Что ты делал, играя роль кухонного работника? Простое маленькое развлечение? Кувыркался с девушкой, у которой есть таверна?

Его выражение лица выглядело обиженным.

— Что не так с простым? — спросил он, затем указал на город вокруг них. — Вот что дает тебе сложное. А мне нравится быть кухонным работником. Моя сестра — шеф-повар; она та, кто научил меня готовить.

— Мне жаль, — сказала она. — Это было несправедливо. Я не знаю, куда деть весь этот гнев. Люди вроде меня не получают возможности узнать правду, с которой имеют дело люди вроде тебя.

Джейсон склонил голову, глаза прикованы к его ногам.

— Я хочу поспорить с тобой, — сказал он. — Сказать тебе, что на самом деле я нормальный парень. Думаю, это отчасти то, что привело меня к твоей двери. Шанс притвориться тем, кем я больше не являюсь.

Он поднял глаза, встречая ее взгляд.

— Но я не лучше тебя, — сказал он. — Это не то, что я говорю. И ты заслуживаешь ответов. Все заслуживают, но я не могу предложить это всем, поэтому я предложу это тебе. Я отвечу на твои вопросы, и мне, возможно, придется быть немного расплывчатым, когда дело доходит до опасных секретов, но я сделаю все, что в моих силах.

Беллори кивнула.

— Ладно. Что произошло с той девушкой-посланницей, с которой ты сражался?

— Я рассказал тебе о барьере, который был вокруг нас. Один из нас должен был убить другого, иначе барьер убил бы нас обоих. Я нашел способ спасти нас обоих, но мне пришлось сделать с ней кое-что очень плохое, чтобы это произошло.

— Почему просто не убить ее?

— Много причин. Потому что в драке так легко могли пострадать все те люди, включая тебя. Потому что посланники — рабы, и они даже не знают об этом. Потому что мой отец сказал мне, что если у меня есть выбор между безжалостностью и милосердием, мой выбор должен быть не о человеке под моим мечом, а обо мне.

— А как насчет всех остальных посланников? Ты отправил их через какой-то портал. Почему? Ты помог им сбежать? Ходит так много слухов.

Джейсон кивнул.

— Вот где все становится сложным. Можно сказать, я помог им. Им нужно было сбежать от своих собственных людей больше, чем от моих, поэтому я взял их в плен. Они все еще там, ждут, когда я решу, что с ними делать. Я покажу тебе, если хочешь, но тебе стоит быть осторожной с тем, чтобы слишком глубоко связываться со мной.

— Тогда почему ты здесь?

— Эгоизм, если честно. Думаю, мы с тобой хорошо провели время. Прекрасная, простая ночь, а у меня таких не так уж много.

— Я в опасности?

— Не больше, чем кто-либо другой в этом городе.

— Что это значит? Город в опасности?

— Опасность есть всегда. И есть люди, которые встают между ней и теми, кто просто пытается жить своей жизнью.

Он грустно оглядел строительную площадку и разрушенный город за ее пределами.

— Иногда мы терпим неудачу, и мне жаль это слышать. Есть кое-что. Я не могу рассказать тебе об этом, но будет время добраться до безопасности, если мы потерпим неудачу.

— Если до этого дойдет, будет ли это означать, что ты мертв?

— Вероятно, нет. У меня есть способы обойти смерть.

Она издала недоверчивый смешок.

— У тебя есть способы обойти смерть, — повторила она.

Он кивнул.

— Конечно, почему бы и нет, — сказала она. — У меня есть еще один вопрос.

— Спрашивай.

— Когда ты пришел сражаться с той посланницей, почему ты был только в нижнем белье?

Джейсон разразился смехом.

— Я использую наколдованную одежду, когда сражаюсь. Экономит на дорогих заменах. Если когда-нибудь станешь авантюристом, всегда трать больше всего денег на нижнее белье. Это последняя линия обороны скромности. Тот барьер, о котором я упоминал, помешал мне использовать мое наколдованное снаряжение. Ты видела, как я снова надел его, когда преодолел барьер.

— У тебя много шрамов.

— Да.

— Откуда они на самом деле взялись?

— В основном от сражений со Строителем.

— Многие люди сражались с культом Строителя. Они не оказались покрыты шрамами.

— Я не говорил «культ Строителя». Я сказал «Строитель».

— В смысле, лично?

— Опять же, сложно. Но да.

— Я думала, Строитель — это какой-то странный бог.

— Более или менее.

— Как ты сражаешься с чем-то подобным и остаешься в живых?

— Никак.

— Точно, я забыла. У тебя есть способы обойти смерть.

— Да.

— Ты часто умираешь?

— Не так часто. Больше, чем большинство.

Он выхватил из воздуха кусок картона размером с большой конверт, подошел ближе и протянул его ей, чтобы она взяла. Она осмотрела его. Это был сертификат от Церкви Смерти, подтверждающий четыре смерти для Джейсона Асано, текущий статус: жив.

— У тебя есть сертификат? — спросила она, поднимая взгляд с него на его забавное лицо.

Он был ближе теперь, и она могла чувствовать его запах. Этот манящий аромат свежей весны, странно контрастирующий с землистой, едкой вонью города. Она протянула сертификат, чтобы он забрал его обратно, и он сделал это, их руки на мгновение задержались, когда они коснулись друг друга. Их глаза встретились, а затем отвелись, когда они оба отвели взгляд. Он протолкнул его в воздух, где тот исчез.

— Общество искателей приключений может быть педантичным в таких вещах, — сказал он ей. — Должная осмотрительность, знаешь? Им не нравится, когда их члены оказываются нежитью, поэтому они проверяют.

— Конечно.

Не в силах смотреть прямо на него мгновение, она заметила Валка Воля, нервно приближающегося после того, как он опустил свою ношу. Джейсон проследил за ее взглядом, чтобы посмотреть на мужчину, который воспользовался шансом заговорить.

— Мистер Асано, — сказал он, его голос был нерешительным. — Я хотел поблагодарить вас за спасение моей жизни во время битвы. И за то, что не убили мою семью до битвы.

Джейсон осмотрел Валка с ног до головы.

— Я помню тебя, — сказал Джейсон. — Ты был здесь во время битвы. Сражался, чтобы защитить бункер. Кто твоя семья, которую я должен был убить?

— Меня зовут Валк Воль. Мой отец —

— Урман Воль, — закончил Джейсон, взглянув на Беллори. — Я помню. И я помню твоего брата, пришедшего за таверной Беллори, ищущего неприятностей. А позже съежившегося в бункере, когда у него был ранг, чтобы защитить его.

Джейсон сделал паузу, осматривая Валка с ног до головы.

— Так же, как ты.

На одежде Валка были пятна тяжелой работы, въевшиеся в кожу. Его лицо говорило об истощении, мешки под глазами. Это было состояние, в котором серебряному рангу нелегко оказаться. Не было сомнений, что он работал без устали неделями. Беллори наблюдала, как Джейсон долго, молча изучал внешний вид Валка.

— Ты встал, когда это было важнее всего, — сказал наконец Джейсон. — У всех нас есть шанс стать лучше, чем то, откуда мы пришли. Стать лучше, чем ошибки нашего прошлого. Мне нужно верить в это для себя, так что мне не трудно верить в это для тебя.

Джейсон вздохнул, снова взглянув на Беллори.

— Твой отец собирается простить все долги, которые ему должны, — сказал он Валку.

— Ему это не понравится, — сказал Валк.

— Ему понравится еще меньше, если мне придется сказать ему об этом лично. Спроси своего брата, что происходит, когда кто-то переходит мне дорогу, а я не кухонный работник.

— Я не видел своего брата с тех пор, как бункер был эвакуирован, — сказал Валк. — Мы думаем, он бежал из города.

Джейсон закрыл глаза. Через мгновение он поднял руку и указал.

— Он все еще в городе, — сказал Джейсон и открыл глаза. — В двух километрах отсюда есть лагерь для перемещенных лиц. Он, вероятно, скрывает свою личность, что довольно легко среди всех этих людей.

— От чего бы он скрывался? — спросил Валк. — Посланники ушли.

— От него, — сказала Беллори, кивнув на Джейсона. — Эмреш и его головорезы избили Джо… Джейсона. Потом он увидел, на что он способен, когда не притворяется обычным.

Валк кивнул, вспоминая зрелище того, как Джейсон высасывал жизненную силу из посланника. Крик мертвого посланника, который Валк слышал только через свои чувства ауры, не уверенный, не вообразил ли он его.

— Я скажу отцу.

Джейсон повернулся к Беллори.

— Твои долги тоже будут погашены.

— Мне не нравится быть беспомощной фигурой, которую двигают в игре между могущественными людьми, которым все равно, сбросят меня с доски или нет, — сказала она.

Джейсон кивнул.

— Неспособность бороться за свою собственную судьбу — это суровая реальность, — сказал он. — И сочувствие с моей стороны по этому поводу довольно лицемерно. Борьба за свою судьбу — это все, что я, кажется, делаю, и мне указывали на то, что я не всегда предоставляю другим такую же роскошь. Но помогать лучше, чем не помогать, даже если я веду себя высокомерно по этому поводу. И хотя ты могла бы справедливо обвинить меня во многих вещах, равнодушие — не одна из них. Всегда найдется кто-то, кто скажет тебе, что ты ничего не значишь, но ты значишь. Для меня, да, но также, ты просто значишь. Ты имеешь значение.

— Это, вероятно, все равно не поможет, — сказала Беллори. — Кто-то придет и воспользуется всем этим, как только снова появятся деньги. Заберет нашу землю каким-то образом и заставит нас платить за то, чтобы жить на ней. Если это не будет Урман Воль, это будет кто-то вроде него.

— Я не экономист и точно не политик, — сказал Джейсон. — Но я знаю кое-кого. У нее есть набор навыков, чтобы помочь тебе.

— Ты имеешь в виду принцессу, — сказал Валк. — Ту, из Королевства Штормов.

— Она не принцесса, — поправил Джейсон. — Не сейчас. Технически. Но да. Тень, пожалуйста, попроси Зару присматривать за эксплуатацией земли во время восстановления.

— Конечно, мистер Асано.

Беллори и Валк огляделись в поисках источника голоса, не почувствовав другого присутствия. Джейсон не предложил никаких объяснений.

— Это был ты, — обвинила Беллори. — Ты рефинансировал мой кредит.

— Я не хотел давать тебе подачку, — сказал он. — Просто шанс немного контролировать свою собственную судьбу.

— Это был не только ты, — сказал ей Валк. — Все в развлекательном районе, у кого были долги перед моим отцом, получили такую же сделку.

— Я говорила тебе не идти против Урмана Воля, — сказала она Джейсону.

— Я не ходил, — сказал Джейсон. — Я послал принцессу сделать это.

— Ты послал принцессу.

— Она немного влюблена в меня.

Беллори издала усталый, недоверчивый смешок.

— Ты не шутил насчет сложности, правда?

— Не шутил, — сказал он с теплой улыбкой. — Я пойду сейчас. Мне нужно догнать моих друзей. Я рад видеть, что ты пережила эту атаку, Беллори.

— Спасибо, что убедился в этом, — сказала Беллори. — Если бы монстры вошли в тот бункер вместо тебя, или если бы та посланница…

Беллори покачала головой, не закончив мысль.

— Я авантюрист, — сказал Джейсон. — Защищать людей от плохих вещей — это то, что мы делаем.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Валка.

— Постарайся остановить своего отца от того, чтобы быть одной из этих плохих вещей, мистер Воль.

Валк кивнул, мудро оставаясь молчаливым.

— Я увижу тебя снова? — спросила Беллори.

Джейсон перевел взгляд обратно на нее. — Ты хочешь?

Она не ответила сразу, немного подумав.

— Нет, — сказала она наконец. — Я знаю, что это звучит неблагодарно, но твои сложности могут уничтожить кого-то вроде меня, даже не заметив этого.

Джейсон слегка, грустно кивнул.

— Это не неблагодарно, — сказал он ей. — Это умно. Что делает меня еще более грустным от того, что мы не встретимся снова.

Он повернулся обратно к Валку.

— А тебе, мистер Воль, стоит очень усердно работать, чтобы убедиться, что мы не встретимся снова.

Тень Джейсона поднялась с земли позади него, приобретая глубину и субстанцию, когда она приняла форму человека, сделанного из тьмы. Джейсон удерживал взгляд Беллори, его улыбка была грустной, когда он отступил в тень и исчез. Тень затем скользнула в тень стены и тоже исчезла. Беллори и Валк посмотрели друг на друга, прежде чем Беллори пожала плечами.

— Думаю, вернемся к работе, — сказала она.

ВЕРА — ПОГИБЕЛЬ РАЗУМА

ВЕРА — ПОГИБЕЛЬ РАЗУМА

Джейсон присоединился к своей команде, когда они проходили мимо площади поклонения. Окружавшие её храмы сохранились лучше, чем большинство зданий в городе, но вовсе не из уважения к богам. Посланники не испытывали никаких угрызений совести, оскверняя храмы, но их целью были массовые жертвы, поэтому они прорывались в бункеры, где укрывалось население города. Бункеры не располагались рядом с площадями поклонения, поэтому последние остались относительно целыми, хотя ни одна часть города не уцелела полностью.

На всех храмах были видны следы повреждений, но это не мешало богам являться во всей красе, чтобы предложить утешение и вдохновение. Их поддерживало духовенство, которое помогало в восстановительных работах по всему городу. Площадь была заполнена людьми, и там присутствовало полдюжины богов, чья аура была величественной, но приглушенной, чтобы не причинить вреда.

Из множества случаев повреждения души, с которыми сталкивался Джейсон, первый значительный произошел, когда группа богов навязала ему свое присутствие без подобной осторожности. После того как он оправился, результатом стало укрепление его души и эхо божественности, которое помогло сделать его ауру более устрашающей. Осознание того, что именно это было их намерением, не сделало пережитое приятнее, а ведь он был магическим существом. Обычных ранговых неконтролируемая аура золотого ранга могла убить, не говоря уже об ауре бога.

Когда они прошли мимо площади поклонения, не заходя внутрь, Мелоди, всё еще находившаяся под присмотром Софи, начала бессвязно бормотать себе под нос. Это происходило всё чаще, по мере того как диссонанс между её магически внушенными убеждениями и очевидной ложностью этих убеждений влиял на её психическую стабильность.

Джейсон и его спутники продолжили путь через город, впитывая в себя страдания разрушения и оптимизм единства. Старые соперничества и обиды были отложены в сторону, по крайней мере на данный момент, в почти всеобщем проявлении солидарности. Дойдя до городских стен, группа прошла тщательную проверку безопасности у ворот. Их пленница, Мелоди, вызвала вопросы, но их статус искателей приключений и тот факт, что они покидали город, а не входили в него, быстро сгладили ситуацию. Проверки при их прибытии по воздуху были гораздо более строгими.

За городом они быстро нашли лагерь других искателей приключений. Наряду с искателями приключений, чуждыми Ярешу, многие местные также разбили лагерь. Там был временный аванпост Общества искателей приключений, поскольку в нынешних условиях было гораздо проще развертываться за пределами города.

Огромная территория тропического леса была расчищена и вымощена плиткой с помощью магии, по сути, воссоздав парковку для гигантских передвижных домов, которая теперь служила логистическим центром города. Эта версия была намного лучше, будучи полностью вымощенной плиткой, а не каменными плитами, утопающими в грязи. Остались и участки тропического леса, которые были нетронутыми и даже культивировались, превращая всё это в приятный парк с вымощенными плитками дорожками, петляющими между массивными парковочными местами и тропическими садами. Это заставило Джейсона подумать о парке трейлеров для сверхбогатых, с людьми, владеющими многомиллионными домами на колесах.

Невозможно было не заметить жилище Эмира — его облачный дворец во всей красе. Пять его куполообразных башен возвышались над всеми остальными транспортными средствами в великолепных цветах заката. Группа пробиралась через парк, кивая в знак приветствия многим искателям приключений, мимо которых они проходили.

* * * Софи, Джейсон, Арабель и Карлос сидели в креслах, сделанных из облаков, на террасе, высоко на одной из башен дворца Эмира. Несмотря на прекрасный вид на тропический лес, их выражения лиц были мрачными, когда они обсуждали Мелоди.

— Моё беспокойство заключается в том, что мои попытки вернуть первоначальную личность Мелоди принесли больше вреда, чем пользы, — сказала Арабель. — Мой успех лишь послужил тому, чтобы настроить разум Мелоди против самого себя.

— Никакое количество терапии не сможет сломить магически навязанную индоктринацию, — сказал Джейсон. — Нам нужно разобраться с этим, прежде чем мы сможем двигаться дальше.

— Для постоянного лечения — да, — сказала Арабель. — Но в данный момент нам нужно устранить диссонанс, прежде чем он нанесет непоправимый вред.

— То, с чем мы имеем дело, сложно, — сказал Карлос, — но эта диссоциация между базовой ментальностью и внушенной вполне может быть важным шагом. Я подозреваю, что это будет стандартный этап в окончательной методике лечения.

— Вы думаете, что изоляция внушенной ментальности поможет устранить это влияние? — спросила Арабель.

— Да, — твердо кивнул Карлос. — Особенно учитывая, что наш первоначальный режим лечения почти наверняка будет полагаться на Джейсона как на кратчайший путь. Судя по тому, что описал Джейсон, его сила почти бесконечна внутри его домена души. Но чтобы внести изменения, которые сохранятся за пределами его домена, ему требуется определенный объем знаний для деликатных процессов.

— С неорганикой всё просто, — сказал Джейсон. — Я уже некоторое время штампую металлы, чтобы Гэри мог с ними играть. С живыми существами сложнее. Я проводил эксперименты с горшечными растениями и тому подобным… вышло не очень. С тех пор я много учился, но вы оба — Целители. Вы знаете, сколько труда потребуется, чтобы правильно усвоить даже основы.

— Я дал ему материал для изучения, — сказал Карлос. — Тем временем я работал над изоляцией физических аспектов манипуляции разумом, так же, как вы изолировали ментальные, Арабель. Я верю, что все наши усилия потребуются, чтобы довести это до конца.

— Но пока, — сказал Джейсон, — мы хотим забрать Мелоди в пространство моей души. Я полагаю, что смогу подавить последствия промывки мозгов без вреда, по крайней мере, пока она там.

— Это всё хорошо, — сказала Софи, — но как нам доставить её в пространство твоей души? Старые ограничения на вход в портал, может, и исчезли, но это всё еще портал. Нельзя заставить кого-то пройти через него силой.

— Немаловажное опасение, — согласилась Арабель. — Могу сказать вам сейчас, что Мелоди, скорее всего, будет сопротивляться любой активной попытке преодолеть её…

Она взглянула на Джейсона.

— …мне всё еще не нравится термин «промывка мозгов».

— Он неточен, поскольку у неё её больше нет, — отметил Карлос. — Как и у любого хорошо обученного серебряного ранга, её тело удалило его и взяло на себя его функции более целостно, чтобы устранить критическую слабость.

— Если у вас есть термин получше, валяйте, — сказал Джейсон. — Я просто думаю, что «влияние» — это слишком расплывчато, а «физиологические и ментальные эффекты Пламени Искупления» — слишком длинно.

— Отсюда и моё использование вашего неточного, но наглядного термина, — сказала Арабель. — Как я и говорила, любая попытка Мелоди активно преодолеть свою промывку мозгов вызывает нечто вроде защитной реакции со стороны влияния Пламени Искупления. Это провоцирует эпизоды, свидетелями которых мы все были.

Софи подошла к балюстраде террасы и оперлась на неё обеими руками, глядя вдаль.

— Эпизоды становятся всё чаще, — сказала она.

— Да, — согласилась Арабель. — Я считаю, что любая попытка доставить Мелоди в пространство души Джейсона для лечения вызовет эпизод и её отказ использовать портал. Это оставляет нам два потенциальных подхода, которые я вижу. Первый — просто солгать. Мы уже перемещали Мелоди через порталы, и она шла добровольно. Проблема в том, что она умна, а портал в домен души Джейсона визуально отличается от его порталов Тени. По крайней мере, она задаст вопросы. Если у нас не будет очень убедительных ответов, я думаю, она перейдет в оборону.

— Если что-то пойдет не так, шансы когда-либо провести её через него значительно уменьшатся, — сказал Джейсон.

— Это неприемлемо, — сказал Карлос, подаваясь вперед в своем кресле, сжимая и разжимая руки. — Твой домен души предлагает нам шанс обойти проблемы, которые на века остановили такие исследования, как мои. Количество людей, которым можно было бы помочь…

— Я знаю, Карлос, — перебила его Арабель. — Я хотела предложить этот вариант, но это не тот подход, который я отстаиваю.

— Тогда какой? — спросила Софи.

— Использовать слабость промывки мозгов, — сказала Арабель.

— Которая заключается в чем? — спросил Карлос. — Я изучаю это месяцами и…

— Карлос, — сказал Джейсон. — Может, дашь ей шанс ответить, прежде чем перебивать вопросом, почему она этого не сделала?

Карлос бросил на Джейсона яростный взгляд, прежде чем заметно расслабиться, откинувшись в кресле с кивком.

— Прошу прощения, — сказал он.

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Страсть — это хорошо. Просто убедись, что ты используешь её, а не она тебя, ладно?

Никто не упомянул инцидент, когда Карлос донимал Джейсона, чтобы тот стал подопытным, когда Джейсон едва очнулся от комы. По сравнению с тем, как Джейсон отшвырнул Карлоса через всю комнату своей аурой, отступление Карлоса было значительным прогрессом.

— О какой слабости промывки мозгов вы говорите? — спросила Софи у Арабель.

— Пламя Искупления, магическая субстанция, используемая Орденом Искупительного Света для изменения людей, работает иначе, чем другие сопоставимые процессы, — объяснила Арабель. — Карлос, это ваша область.

Карлос кивнул.

— Хотя Орден Искупительного Света утверждает, что пламя имеет божественное происхождение, это лишь частично верно. Пламя — это экстремальная модификация низшего вампиризма, и я полагаю, что часть этой модификации исходит от Маскировки, бога, который притворялся Чистотой.

— Лучшая информация, которой мы располагаем, заключается в том, что орден был основан внутри Церкви Чистоты только после того, как Маскировка принял мантию Чистоты, — сказала Арабель. — Обеление вампиризма и маскировка его под силу искупления прямо вписывается в методологию Маскировки.

— Пламя Искупления отличается от вампиризма и других подобных проклятий трансформации и эффектов, — сказал Карлос. — Большинство из них вызывают такие фундаментальные трансформации, что любые способности эссенции больше не могут быть использованы. Процесс обращения, который использует культ Строителя, во многом такой же. Они, как правило, компенсируют потерю способностей эссенции повышением ранга, но это всё равно обычно общая потеря силы. Способности эссенции слишком сильны и слишком универсальны.

— У моей матери всё еще есть её способности эссенции, — отметила Софи.

— Именно, — сказал Карлос. — Вот что делает Пламя Искупления другим. Процесс их внедрения — это длительный и сложный ритуал, и конечный результат — одновременно более мягкое воздействие при всестороннем изменении тела. Происходят значительные физиологические изменения — ваша мать теперь человек, вместо своего первоначального происхождения селестины, — но главное изменение — в менталитете. Во многом это тонкое изменение. Оно по сути сажает одну идею, и всё остальное проистекает из неё. Это почти элегантно.

Лицо Софи помрачнело, и Арабель поморщилась.

— Чувак, может, не стоит хвалить мастерство злого бога, который промыл мозги маме Софи.

Карлос тоже поморщился, осознав, что сказал.

— Мои извинения, мисс Векслер. Я просто продолжу свое объяснение. Я упоминал, что у ранговых среднего и высокого уровня нет мозга, и что всё их тело берет на себя функции мозга. Пламя не может проникнуть в душу, чтобы вызвать фундаментальное изменение убеждений изнутри, поэтому разум должен быть изменен путем изменения тела. А поскольку нет четко ограниченного мозга, над которым можно работать, требуется сложная полная трансформация тела. Отсюда и изощренный характер изменения, и сложный процесс его осуществления.

— Я всё еще не вижу слабости, которую мы собираемся использовать, — сказала Софи.

— Кажется, я вижу, — сказал Джейсон. — Фундаментально Пламя Искупления изменяет разум одним способом: оно внушает абсолютную и непоколебимую веру в Чистоту. Мы это видели. То, что Чистота — это не Чистота, теперь общеизвестно, и мы подвергли Мелоди этому факту. Но она всегда отрицает правду, как бы очевидна она ни становилась. Нам даже пришлось прекратить это делать, потому что это постоянно провоцирует её эпизоды.

— Да, — сказала Арабель. — Этот абсолютизм — механизм защиты от того вида лечения, которое я проводила. Это означает, что когда рассуждения жертвы вступают в конфликт с промывкой мозгов, промывка мозгов переходит от тонкой к явной. Стена, которую не может преодолеть никакое критическое мышление. Возникающий диссонанс вызывает вспышки, которые мы все видели. Её вера вынуждена подавлять её нормальную чувствительность, почти до такой степени, что у неё два разума.

— Промывка мозгов в основном использует нормальный разум Мелоди, — сказал Джейсон. — Она просто добавляет этот один незыблемый абсолют: веру в ложного бога. Но, как может сказать любой набожный религиозный последователь, их вера пронизывает каждую часть их жизни, от ценностей до поведения. Терапия Арабель эффективно изолировала два аспекта её разума: ту часть, которая может критически оценивать вещи, и ту, что с слепой верой. Диссонанс между ними, когда вера отключает рациональный разум Мелоди, является причиной эпизодов Мелоди. Это так?

— Да, — сказала Арабель. — Продолжай.

Джейсон попытался не думать о матери Руфуса — своем собственном магическом терапевте — как о строгой, но сексуальной профессоре, и продолжил.

— Это означает, что, надеюсь, промытые части разума Мелоди менее способны полагаться на остальную часть её сознания, когда они вынуждены их блокировать. Нам просто нужно привести её реакцию веры в возбужденное состояние. Если единственное, что крутится у неё в голове — это «Чистота реальна, Чистота реальна» по кругу, это перекроет критическое мышление, которое она в противном случае применила бы к любым манипуляциям с нашей стороны. Мы не пытаемся протащить Мелоди через портал, обманывая промывку мозгов, чтобы она не обратила внимания. Мы заставляем промывку мозгов отправить её через портал, бросая вызов её вере.

— И как мы это сделаем? — спросил Карлос.

— Это всё я, — сказал Джейсон. — Раздражать глубоко верующих — это по моей части.

— Я надеялся на что-то более конкретное, — сказал Карлос.

— Это просто, — заверил его Джейсон. — Нам просто нужно сказать ей, что я могущественнее её бога.

— И ты думаешь, что это достаточно правдоподобно, чтобы она на это купилась? — спросил Карлос.

— Почему нет? — спросил Джейсон. — Это правда. Вроде как. При правильных обстоятельствах. С определенной точки зрения. Ладно, это неправда, но я, вероятно, смогу притвориться достаточно убедительно, чтобы это вызвало у неё потребность продемонстрировать свою веру. И эта потребность…

Он кивнул на Софи.

— …это слабость её промывки мозгов. Сама её природа в том, что одна фундаментальная ценность, вера, перевешивает её интеллект. Вера — погибель разума. Мы используем это.

— Джейсон, боги могут тебя слышать, — сказал Карлос. — Возможно, тебе стоит уточнить, что ты говоришь в этом конкретном контексте.

Джейсон задумался на мгновение.

— Нет, я остаюсь при своем.

— Как это боги до сих пор тебя не поразили? — спросил Карлос.

— Моя рабочая теория заключается в том, что я слишком сексуален.

* * * Софи ушла, чтобы вернуться к Мелоди, а Карлос ушел собирать свои исследовательские заметки, оставив Джейсона и Арабель одних. Джейсон встал со своего кресла и подошел к балюстраде, заняв место, которое освободила Софи. Арабель подошла, чтобы встать рядом с ним.

— Ты выглядишь обеспокоенным, — сказала она. — И это не просто беспокойство о матери Софи.

— Нет, — сказал он. — Я видел кое-что, там, в Римаросе. Кто-то пытался мне что-то сказать, но их остановили. То, как это произошло, сбило меня с толку в то время, но этот разговор заставил меня осознать хотя бы часть того, что они хотели мне сказать. Это не то же самое, но у меня есть предчувствие чего-то.

— Ты ходишь вокруг да около, Джейсон. Я не могу тебе помочь, если ты не впустишь меня.

Он покачал головой.

— Не в этот раз. Я знаю недостаточно, только догадки, на самом деле. Достаточно, чтобы навредить, но не чтобы принести пользу. Доун, возможно, единственный человек, с которым я мог бы об этом поговорить, но она, возможно, уже знает. Я почти уверен, что её босс не позволит ей рассказать мне.

— Это говорит о том, что ты говоришь о чем-то опасного масштаба, Джейсон.

— О, да. Я даже не могу представить последствия, если то, о чем я думаю, правда, но я сильно подозреваю, что по крайней мере какая-то версия этого верна. Это объясняет так много вещей, которые раньше не имели для меня смысла.

— Что ты собираешься с этим делать?

— Ничего. Пока нет. Я даже не уверен, имеет ли это теперь значение, и у меня нет и близко той силы, чтобы продолжать копать в этом. Возможно, я не буду, пока не оставлю позади алмазный ранг.

Арабель издала смешок.

— Знаешь, когда я лечу людей, разговоры о достижении алмазного ранга как о чем-то само собой разумеющемся — это обычно плохой знак.

— Мы называем это манией величия, там, на Земле, — он нахмурился, глядя вниз. — А бред нормальности — это вещь?

Арабель сузила глаза. — Откуда это взялось?

— Ты знаешь, что я бродил под своей фальшивой личностью, когда мы впервые прибыли в Яреш.

— Знаю.

— Я видел сегодня кое-кого, с кем впервые встретился как Джон Миллер. Она увидела Джейсона Асано, прыгающего по измерениям супергероя-чернокнижника-ниндзя. Это то, что я делал кучу раз, но это ощущалось иначе. Как будто я что-то потерял. Раньше это было весело, понимаешь? «Эй, я умирал кучу раз». «Да, повсюду принцессы, и я подрался на ножах с супербогом». Почему это больше не весело?

— Потому что это было весело только тогда, когда ты был обычным человеком, окруженным нелепостями. Теперь ты сам — нелепость. У обычных людей теперь есть сумасшедшие истории о том, как они встретили Джейсона Асано.

Джейсон повернулся и посмотрел на неё, долго не говоря ни слова. В конце концов, он снова перевел взгляд с балкона.

— О, — тихо сказал он.

ПЕРЕЧИСЛЕНИЕ ЖИВОТНЫХ

ПЕРЕЧИСЛЕНИЕ ЖИВОТНЫХ

Софи, Джейсон и Мелоди находились в пустой комнате во дворце Эмира. Карлос, Арабель и Эмир наблюдали через стену, прозрачную только снаружи. Даже зная, что её мать нестабильна как никогда, Софи была поражена тем, как быстро Джейсон довел Мелоди до безумия. Она уже нападала на них однажды, Софи безвредно отразила её удары. Мелоди в конце концов немного успокоилась и перешла к словесным нападкам.

— Это не сработает, — сказал Джейсон Софи, указывая на свой портал. Это был единственный объект в комнате, которая в остальном была пустой и безликой. — Она увидела правду, даже если не может признаться в этом самой себе. Мы ничего не можем с этим поделать.

— Какую правду? — спросила Софи.

— Что её ложный бог не так силен, как я.

Даже зная, что Джейсон разыгрывает спектакль, Софи была поражена наглостью этого человека. Он не только выглядел так, будто сам в это верит, но и его язык тела выражал изумление тем, что это не очевидно.

— Даже для тебя это слишком высокомерно.

— Не если я прав.

Мелоди закипела, когда остальные двое проигнорировали её, и бросилась к Джейсону.

— Твоё богохульство…

— …слишком легко доказать как беспочвенное, — сказал Джейсон, перебивая её.

Мелоди пошатнулась, когда Джейсон высвободил всю мощь своей ауры. Он ничего не скрывал: от прикосновения богов до эха своих битв со Строителем и силы своего домена души, скрытого за порогом. Софи не подверглась основному удару, но всё равно отступила к стене.

Джейсон шагнул вперед, когда Мелоди отступила, мысленно содрогаясь от шквала ауры Джейсона. Вскоре она оказалась прижата спиной к стене, а Джейсон стоял перед ней. Он был слишком низким, чтобы нависать, но ему это было и не нужно. Его присутствие было висцеральным, его аура — почти физической вещью, давящей на Мелоди. Хотя она отступила, Мелоди выглядела совсем не запуганной, рыча, как зверь, и даже лязгая зубами в его сторону.

Софи не узнавала свою мать. Это была не та острая на язык женщина, которую она узнала за последние пару месяцев. Это была не та смелая женщина, которая шла на равных с Джейсоном в физическом и словесном бою. Это была та штука внутри неё, скверна, осквернившая её разум. Теперь она почти полностью подавила этот разум, оставив не более чем жестокий, дикий инстинкт. Это было так называемое Пламя Искупления, их истинная природа, обнаженная.

— Вот правда, Мелоди, — сказал Джейсон, его голос был таким же спокойным, как диким было её лицо. — Я здесь по одной причине: чтобы вырвать веру прямо из тебя. Я собираюсь сделать это, и я не думаю, что у твоего бога хватит сил остановить меня. Не в моем домене. Если ты пройдешь через этот портал, я смогу подавить силу твоего бога, как будто это ничто. Твой бог — мошенник, и ты это знаешь, даже если не признаешься в этом даже самой себе. Но ты знаешь, в глубине души, что он — иллюзия. Маскировка. А за этим порталом он даже не это. Он — пар, смытый даже самым легким ветерком.

— Если ты веришь в это, то ты дурак, — прорычала Мелоди.

Джейсон рассмеялся ей в лицо.

— Да, я дурак, — сказал он. — Я никогда этого не отрицал. А это значит, что твой бог не может противостоять даже дураку. Ты думаешь, твоя вера так велика, но я могу раздавить её так же легко, как разбить яйцо в кулаке. Твой бог — ложь. Очевидный фасад, бездонный и бессильный.

— ТЫ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ!

— Можешь говорить что хочешь, — мягко сказал Джейсон. — Если у тебя не хватает веры, чтобы подвергнуть эту веру испытанию, то всё, что ты делаешь, — это кричишь в темноту, съеживаясь от страха, что ты ошибаешься. Что твой бог на самом деле — пустая оболочка.

Мелоди подняла руки, чтобы ударить Джейсона, но он придал своей ауре физическую силу и пригвоздил её к стене. Он нахмурился, осматривая её, наблюдая, как она борется.

— Ты слишком слаба, — заметил он. — Готов поспорить, это потому, что твоя вера — не настоящая. Кто-то слепил её из переработанного вампиризма и запихнул в тебя. Обычно что-то подобное отнимает у тебя силы, но нельзя отрицать, что ты — монстр, которого кто-то создал, когда твои способности эссенции исчезают. Думаю, даже промывка мозгов может зайти только так далеко. Думаю, когда этот яд внутри тебя берет больший контроль, ограничения исходного материала начинают проявляться. Ты не можешь использовать свою силу так, как обычно. Ты вообще можешь сейчас использовать способность эссенции? Я подожду.

Мелоди ничего не ответила, сверля Джейсона ядовитым взглядом.

— Ого, ты действительно не можешь, — сказал он. — Думаю, это то, что происходит, когда твоя вера такая же фальшивая, как твой бог.

— У моего бога есть сила, выходящая за рамки твоего воображения.

— Неужели? — легко спросил Джейсон.

Его присутствие в комнате усилилось. Софи издала рваный вздох, и облачная субстанция стен задрожала, как поверхность пруда. Он приблизил голову, шепча Мелоди на ухо.

— Я не боюсь твоего пустого бога, потому что мне не нужно, — злорадствовал он. — Ты знаешь, что я прав. Ты чувствуешь мою силу, дребезжащую в твоих костях. Сотрясающую твою душу. И где он? Твой бог слаб, и это только проба. Жалкое эхо того, что я могу сделать, почти такое же пустое, как твое жалкое маленькое божество.

— Ты ничто перед моим богом.

Он отступил и рассмеялся.

— Но я не перед твоим богом, — сказал он. — Ты передо мной, а твой бог подозрительно отсутствует. Видишь ли, теперь все знают правду. Чистота мертва, и уже давно. Кто-то другой разыгрывал «Уикенд у Берни», но теперь игра окончена.

— Плевание чепухой тебе не поможет, Асано.

— Мой послужной список говорит об обратном, но ты права. Здесь, снаружи, наши слова ничего не значат. Единственный способ доказать, настоящая ли твоя вера, — это если ты войдешь в мой дом, мой домен. Там либо у твоего бога есть сила поддерживать твою веру, либо твой бог — ничто. Но ты не пойдешь, не так ли? Потому что ты знаешь, что я прав, и что твой бог — лишь эхо давно умершей силы.

Он повернулся, чтобы посмотреть на портал.

— Это твой прыжок веры. Единственное место, где ты можешь доказать, что я неправ.

Он снова издевательски рассмеялся.

— Я буду ждать, но я возьму книгу, потому что мы обе знаем правду. Если ты последуешь за мной, ты больше не сможешь отрицать это, даже самой себе.

Джейсон прошел через портал, Софи наблюдала за выражением лица матери. На мгновение появилось что-то узнаваемое, искра сомнения. Это немедленно вызвало яростный рык рвения, и Мелоди бросилась через портал вслед за Джейсоном. Спустя короткое время стена исчезла, впустив Эмира, Арабель и Карлоса в комнату.

— Я боялся, что он перегибает палку, — сказал Эмир. — Слишком очевидно.

— Нет, — сказала Арабель. — У фанатиков, как и у любых экстремистов, есть различные слабости. Отрицание обоснованности их веры — одна из самых больших. Они предпочтут стать мучениками, чем позволят растоптать свои убеждения. Это обобщение, конечно, но оно применимо здесь. Джейсон вытянул силу, влияющую на неё, и давил на эту веру, чтобы она продолжала отключать рациональный разум Мелоди. Он сделал то, что мешает нам спасти Мелоди, инструментом, который дает нам шанс.

— И только начало того, кого мы спасем, я надеюсь, — сказал Карлос. — Осознание Джейсона, что Мелоди теряет свою первоначальную силу, если влияние становится слишком контролирующим, интересно. Это может быть средством подтверждения моих идей об изоляции влияния, чтобы идентифицировать и извлечь его. Мы должны войти.

Арабель посмотрела на Софи, всё еще потрясенную. Софи кивнула, её обычное суровое выражение лица вернулось на место. Она направилась к порталу и шагнула внутрь.

* * * Портал открылся на большую травянистую площадку в пространстве души Джейсона, размером со спортивное поле. Джейсон наблюдал за Мелоди, когда она проходила через портал; он видел её лицо, когда она почувствовала природу его пространства души. Она повернулась к нему с яростью в глазах, но когда она открыла рот, слова не вылетели.

— Я сделал так, чтобы звук перестал существовать вокруг тебя, — сказал он ей. — Мой голос, вероятно, звучит странно. Это потому, что ты его не слышишь. Я запускаю способность твоего тела обрабатывать сенсорную информацию, чтобы оно воспринимало мои слова напрямую.

Мелоди попыталась броситься на него, но вместо этого поплыла в воздухе, беспомощно размахивая руками и ногами.

— Я собираюсь подержать тебя там на данный момент, — сказал он ей. — Если хочешь спуститься, я бы попробовал помолиться. Ты ведь поэтому здесь, верно? Чтобы доказать, что твой бог могущественнее меня?

Мелоди продолжала беззвучно ругаться, безрезультатно дергая конечностями.

— Ты должна простить мне, что я воспользовался шансом произнести злодейский монолог, — сказал он ей дружелюбно. — Я давно не впадал в такой «чуни», а ведь именно из мелочей состоит жизнь, понимаешь? Так что, пожалуйста, потерпи меня, пока я объясняю свой злой план. О, подожди. Мне нужно подготовить сцену.

Стены в индустриальном стиле поднялись из земли, которая сама превратилась из травы в бетон. Появились металлические мостики и большие чаны с химикатами. Сверху сформировался высокий потолок, увешанный неровным флуоресцентным освещением, которое оставляло грязный склад полным теневых уголков. Лебедка опустила цепь, которая обернулась вокруг Мелоди, больше не подвешенной левитацией. Джейсон отступил назад, когда под ней открылась яма, наполненная расплавленным металлом. Одного только лучистого тепла хватило бы, чтобы убить железный ранг и нанести бронзовому рангу значительный вред, даже с их сопротивлением немагическому урону. Яма была огромной, и спина лавового крокодила на мгновение показалась, прежде чем снова соскользнуть в жидкость.

На запястье Мелоди появились часы.

— В них есть лазер, — объяснил Джейсон. — О, лазер — это… ну, ты поймешь или не поймешь. В любом случае, злой план. Ты, вероятно, не поняла, что я говорил об обработке сенсорной информации телом, но я изучал медицинские тексты. На самом деле, в рамках подготовки к сегодняшнему дню. Паллимустус обладает удивительно прочным фундаментом знаний, когда дело касается физиологии человека, хотя это всё еще пещерные люди с палками по сравнению с тем, что есть на Земле. Земля — это планета, с которой я родом, кстати. Но то, что я только что сказал, верно только для базовых людей. Это будет неплохо работать для железных рангов, но как только ты доберешься до позднего бронзового и серебряного, правила становятся очень другими. Магия, знаешь ли.

Он задумчиво потер подбородок.

— Теперь, как только в дело вступает магия, база знаний по физиологии на Паллимустусе становится намного лучше. Исцеляющая магия, как оказалось, имеет гораздо больше, чем просто произнесение Лечения легких ран и уход. Это работает для твоих обычных травм, конечно. Ножевые ранения и тому подобное. Но магия может делать с людьми по-настоящему неприятные вещи, и я бы знал. Я чуть не убил твою дочь однажды, и едва коснулся её. Это было на железном ранге. Пытаться исцелить то, что я делаю с людьми сейчас? У меня есть недуги, от которых исцеление убивает тебя.

Джейсон вздохнул и покачал головой.

— Неудивительно, что эти речи всегда прерываются. Один только контекст занимает вечность. В любом случае, я изучал теорию исцеляющей магии, чтобы лучше понять, как работают магические тела. Видишь ли, я могу сделать здесь практически всё, но если я не знаю, что делаю, всё идет наперекосяк, как только ты выносишь это за пределы моего маленького частного домена. Я могу вырвать эту дрянь Пламени Искупления из тебя прямо сейчас, но ты упадешь замертво, как только покинешь это место. Пока я не узнаю, как сделать это правильно, рак остается внутри.

Он пожал плечами.

— Вот почему я занимался книжным обучением. Как только мы выясним детали, мы поможем тебе и таким, как ты. Ты, возможно, даже станешь ключом к излечению таких вещей, как вампиризм, как это было бы хорошо? Мне не нужно быть полным экспертом в исцеляющей магии, к счастью. У меня есть люди для этого. Но мне нужна прочная основа, если мы собираемся заставить вещи работать. Неорганические вещи намного проще, чем люди. Я делал своему другу Гэри всякие металлы, чтобы…

Он замолчал и снова покачал головой.

— Я теряю нить здесь. Мне следовало записать это, но я думаю, что в правильной злодейской речи должна быть определенная доля импровизации, знаешь ли. Определенная грубая аутентичность, которая играет на безумной харизме. Нескромно ли это говорить? Уверен, всё в порядке. В любом случае, суть в том, что я работал с этим парнем Карлосом, чтобы попытаться вытащить эту дрянь из тебя навсегда. К сожалению, сегодня этого не произойдет. Карлос не провел достаточно исследований, а я не провел достаточно изучения, чтобы достичь этой точки.

Он посмотрел на портал, теперь встроенный в одну из стен.

— Сегодня мы просто попытаемся отключить внешнее влияние внутри тебя, не удаляя его. Посмотрим, к чему это нас приведет. Поговорим с настоящей Мелоди, тем, что осталось после многих лет того, как эта искусственная вера крутила ей голову. Думаю, мы уже близки, вот почему всё пошло немного не так. Ты продолжаешь подавлять её, ты, эта дрянь Пламени Искупления. Ты разумна сама по себе? Ты можешь думать сама или ты просто безмозглый паразит? Может, сегодня мы получим ответы.

Джейсон снова посмотрел на портал.

— Всё еще не здесь, — размышлял он. — Ладно, я собираюсь настроить эту цепь, чтобы медленно опустить тебя вниз, а затем уйти, предполагая, что всё пошло по плану… о, вот и они.

Софи, Арабель, Карлос и Эмир прибыли через портал и огляделись по сторонам на жуткий склад злодея.

— Джейсон… — сказала Арабель тоном долготерпеливого увещевания.

— Что? — спросил Джейсон, воплощение мальчишеской невинности.

— Что это?

— Что «что»?

— Это место?

— Понятия не имею. Оно было таким, когда я сюда попал.

— Правда?

— Ага. Думаю, Гэри мог его обустроить. Посмотри на весь этот расплавленный металл. Он, вероятно, пробует себя в промышленной ковке.

— Ты утверждаешь, что это сделал Гэри.

— Да, этот чокнутый леонид. Что он выкинет в следующий раз?

— Значит, в этом расплавленном металле не плавают железные акулы.

— Абсолютно нет.

— Или огненные пираньи.

— Я могу, честно говоря, заверить вас, что здесь нет никаких пираний вообще.

— Лавовые крокодилы.

— Послушайте, мы можем стоять здесь и перечислять животных весь день, но мы здесь по другой причине.

Я ИЗМЕНЮ ЗАКОНЫ РЕАЛЬНОСТИ

Я ИЗМЕНЮ ЗАКОНЫ РЕАЛЬНОСТИ

Как только она вошла в пространство души Джейсона, Софи обдало жаром. Они находились в каком-то промышленном объекте с массивной литейной ямой с расплавленным железом, а её мать болталась над ней на цепи. Гнев Софи возрос, когда она наблюдала, как Арабель и Джейсон перешучиваются. Она наконец взорвалась, когда метнулась к Джейсону, схватила его за рубашку и подняла в воздух.

— Тебе всё нужно превращать в шутку? — прорычала она.

Веселье исчезло с его лица, когда он посмотрел на неё сверху вниз, оттуда, где она держала его в воздухе.

— Я пытался быть серьезным всё время, — сказал он ей. — Это не сработало. Чем больше я…

— ЭТО НЕ О ТЕБЕ! — взревела она и с силой швырнула его на землю.

Джейсон посмотрел на неё, глаза широко раскрыты от шока, прежде чем его выражение лица исказилось от раскаяния. Комната вокруг них растворилась в ничто, заменившись травянистым полем размером с футбольное поле, окруженным деревьями. Цепи, удерживавшие Мелоди, растворились, и она поплыла в кресло, которое появилось под ней, упав в него без сознания. Вокруг кресла появилась стеклянная коробка, не давая ей убежать. Лучистое тепло исчезнувшей литейной ямы рассеялось.

— Прости, Софи, — тихо сказал он.

— Как и я, — добавила Арабель. — Я давно работаю с Джейсоном и иногда потакаю ему больше, чем следовало бы. У него есть привычка влиять на поведение окружающих; у тех из нас, кому следовало бы знать лучше, нет оправдания. Я прошу прощения, мисс Векслер.

Софи взглянула на Арабель, коротко кивнула ей, а затем поняла, что Джейсона больше нет у её ног. Он стоял в нескольких футах от неё, не потревожив её чувства.

— Я чувствую штуку внутри Мелоди, — сказал Джейсон, ни его привычная полуухмылка, ни обычный тон веселья не были заметны. — Тот факт, что влияние на неё не проникло в её душу, делает его довольно легко обнаружимым. Оно ощущается как водонепроницаемый шар, облепленный грязью. Я мог бы вырвать его из неё прямо сейчас, но это разорвало бы её тело. Я знаю недостаточно, чтобы восстановить его.

— Исцеляющая магия использует душу как модель, верно? — спросила Софи. — Разве ты не можешь просто использовать это, чтобы сделать ей тело без этой штуки внутри?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я не могу получить доступ к её душе, чтобы сделать это. Исцеляющая магия по своей сути доброжелательна. Душа распознает это и работает с ней. Я — многое, но по своей сути безвредным и полезным я не являюсь.

— Разве она не может позволить тебе использовать её душу для этого?

— Нет. Сознательному разуму требуются значительные усилия, чтобы преодолеть присущую душе защищенность. Я спас всех посланников здесь, получив доступ к их душам. Был один, который, зная, что это вопрос жизни и смерти, не смог преодолеть свой врожденный инстинкт и предоставить мне доступ. Ценой своей жизни.

— Мелоди годами держала свою душу в осаде, — сказала Арабель. — Нет никакого способа, которым она позволит Джейсону войти, даже если её сознательный разум признает, что она должна.

— Так что сейчас единственный вариант — пытать её душу, пока она не капитулирует, — сказал Джейсон. — От чего я категорически отказываюсь. Строитель сделал это со мной, и я сделал это с одним посланником. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь смыть пятна от обоих событий.

— Я знаю, что то, что Джейсон дает нам кратчайший путь, — единственная причина, по которой всё это возможно, — сказал Карлос. — Но теперь, когда у нас есть путь вперед, мы должны избегать любых других кратчайших путей, которые нам не нужно брать. Двигаться медленно и быть настолько уверенными в каждом шаге, прежде чем мы его сделаем, — вот что нам нужно делать. Мисс Векслер, именно так мы даем вашей матери лучшие долгосрочные перспективы.

— Никуда не деться от того, что травма, в которой она была и через которую проходит прямо сейчас, останется с Мелоди навсегда, — сказала Арабель. — Даже если — когда — мы извлечем эту штуку из неё, физическое восстановление — это только начало. Софи, ты должна осознавать, что последствия того, через что она прошла, будут влиять на её разум всю оставшуюся жизнь. Потребуются годы восстановления и постоянные побочные эффекты.

Софи кивнула.

— Я видела, как вы работаете с Джейсоном годами, — сказала Софи Арабель. — Я знаю, что то, через что проходит моя мать, хуже, но вы помогли Джейсону, и он стал в порядке.

— Спасибо, — радостно сказал Джейсон.

— Даже если он нечувствительный, самовлюбленный, высокомерный и слишком занят тем, чтобы быть тем, что он считает умным, чтобы подумать о том, как его действия ранят людей вокруг него.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, а затем остановил себя. Через мгновение он позволил её словам остаться без ответа и вернулся к предыдущей теме.

— Мне нужно изучить теорию исцеляющей магии, — сказал он. — У меня её нет, но в этом месте я могу иметь всю исцеляющую магию, какую захочу. Проблема в том, что я не получаю инстинктивного понимания того, как работает тип магии, которое приходит от получения его как способности эссенции. Это не огромная проблема, если я хочу разбрасываться магией молний, но мы говорим о том, чтобы собрать людей обратно. Я не хочу видеть, что произойдет, когда они покинут это место, а я сделал исцеление неправильно.

— К счастью, всё, что нужно Джейсону, — это прочный фундамент знаний, — сказал Карлос. — Запутанные детали ложатся на меня.

— И когда будет происходить это изучение? — спросила Софи. — Джейсон, мы были в приключениях неделями. Месяцами, почти. Я видела, как ты готовишь, сражаешься с монстрами, дремлешь. Я не видела, чтобы ты учился.

— Вы все видели мои копии здесь, — сказал Джейсон. — Медитация, тренировка фехтования и т.д. Вы спарринговали с моими копиями. Одно из зданий здесь — довольно впечатляющая библиотека, где у меня есть небольшая армия аватаров, изучающих всё весь день, каждый день. В основном астральную магию, так как это моя специализация, в тщетной попытке догнать опыт Клайва. С тех пор как Карлос впервые предложил то, что мы делаем сейчас, я добавил и исцеляющую магию.

— Ты хочешь сказать, что можешь просто учиться столько, сколько хочешь, имея копии себя, которые все учатся одновременно? — спросил Эмир.

— Я надеялся, что именно это я и смогу сделать, — сказал Джейсон. — Увы, даже у магии есть свои пределы. Атрибут духа серебряного ранга создает разум с мощным удержанием информации и емкостью памяти, но есть предел тому, что я могу усвоить за раз. Я пытался поглотить слишком много сразу, и это оставило меня без сознания на три дня, и с путаницей в голове на недели. Плюс, информация не закрепилась.

— Ты никогда не говорил мне этого, — сказал Карлос.

— Это было, когда отношения между нами были натянутыми после того, как ты хотел провести эксперименты по лучшим способам убить меня, — сказал Джейсон. — Я оправлялся после того, как перенапрягся, телепортируясь из подводного комплекса. У меня было много времени, чтобы делать такие вещи, как учиться.

— Тебе следовало сказать мне. Потенциал для самоповреждения…

— У моей команды есть целитель, Карлос, — перебил его Джейсон. — Он и Арабель тщательно следили за мной в течение того времени. Они знали, что я делаю, прежде чем я это сделал, и ждали, чтобы присмотреть за мной, если что-то пойдет не так. Что и случилось, и они были готовы.

— О, — сказал Карлос, сдувшись.

— Это работает так, что я держу свои копии изолированными от своего разума, пока не поглощу их знания. Я делаю это поэтапно, поглощая знания одного аватара за раз, пока не достигну предела. Это всё равно позволяет мне поглощать огромное количество новой информации и плоды различных тренировок, ничто из которых не занимает у меня времени. Сотни аватаров означают, что на каждый прошедший час происходят сотни часов тренировок и учебы. И всё это время я готовлю, или приключаюсь, или, да, дремлю. Единственный предел — это то, сколько мой разум может принять, прежде чем начнет выгорать.

— Как ограничения на изучение книг навыков, — сказал Эмир. — Ты можешь использовать только определенное количество книг навыков за раз, прежде чем они перестанут работать и ты причинишь себе вред.

— Именно, — сказал Джейсон. — Это почти как переусложненная система книг навыков. Но мы отвлекаемся. То, что мы делаем сегодня, — это — надеюсь — первый шаг в обучении извлечению этой скверны из матери Софи и других, подобных ей.

— Да, — сказал Карлос, снова оживившись. — Джейсон, теперь, когда ты осмотрел её со всей силой, которая у тебя есть здесь, ты думаешь, что сможешь подавить Пламя Искупления, не причинив никакого вреда?

— Да, — сказал Джейсон. — В этом месте я не связан обычными правилами… чего угодно. Не до тех пор, пока мне не нужно оставаться верным за пределами этого домена. Я могу воскрешать мертвых. Поглотить все те знания, о которых мы говорили, в одно мгновение. Я подозреваю, что мог бы даже…

Он остановил себя.

— Нет, не буду об этом говорить. Но я могу делать здесь вещи, которые нарушают законы не только физической реальности, но даже законы магии. Я чувствую влияние, которое оказывает штука внутри Мелоди. Я не понимаю, что она делает или как, но я могу заставить её перестать это делать.

— А что, если ей это нужно? — спросила Софи. — Что, если штука, которую они в неё вставили, огни чего-то-там, — это то, что ей нужно, чтобы выжить сейчас?

— Это не должно быть проблемой, — сказал Джейсон. — Я не собираюсь забирать это или менять. Или менять её.

— Тогда как ты подавишь влияние? — спросил Эмир.

— Я собираюсь изменить законы реальности так, чтобы Пламя Искупления, влияющее на людей, не существовало. Думай об этом как о подбрасывании кого-то в воздух путем изменения вселенной, чтобы поменять местами верх и низ.

Остальные посмотрели на него с недоверием.

— Что? — спросил он. — Послушайте, даже если этот подход создаст непредвиденные проблемы, я могу отменить всё. Я не могу исправить никакие проблемы, с которыми она пришла сюда, если не знаю как, но я могу вернуть её в то состояние, в котором она была, когда прибыла. Она забудет всё, что произошло, хотя её душа сохранит некоторые эмоциональные эхо. Я не могу коснуться этого.

— Можешь ли ты сделать это со всеми нами? — спросил Эмир. — Мог бы ты просто сбросить нас до момента, когда мы вошли, и стереть наши воспоминания о том, что здесь произошло?

— Э-э… нет, — неубедительно сказал Джейсон, а затем быстро перешел к другому. — Что я могу сделать, так это остановить её от смерти, даже когда что-то определенно должно убить её. Я могу просто выключить смерть достаточно надолго, чтобы кто-то, кто знает, что делает, исцелил её тело.

— Что ты имеешь в виду, выключить смерть? — спросила Арабель.

— Я имею в виду выключить её. Как концепцию. Вероятно, это плохая идея, если мне это действительно не нужно. Проще просто вернуть кого-то, вернув их состояние к тому моменту, когда они впервые прибыли сюда, всё еще живыми. Пока душа не уплыла в астрал к тому времени, конечно. Как только Жнец её заберет, это вне моих сил.

— Возможно ли поймать душу здесь? — спросил Карлос. — Предотвратить её уход?

Лицо Джейсона помрачнело.

— Да, Карлос, — сказал он, — но я не могу просто схватить её и держать. Души — это главные нарушители правил, и я не могу напрямую контролировать одну, даже здесь. Боги и великие астральные существа так же бессильны, но есть косвенные методы, которые мы все можем использовать довольно легко. Воргеры, например, превращают тела людей в бессмертные тюрьмы из искаженной плоти. Я мог бы сделать это. Не имело бы значения, если бы тело было мертво, так как я могу просто вернуть его. Или даже создать совершенно новое тело; это не имеет значения. Пока мне нужно только держать их в своем домене, я могу делать всё, что захочу. Но мне не нравится то, что я только что описал, Карлос. Мне это совсем не нравится. То, что воргеры делают с людьми, немыслимо. Моя команда и я потратили полгода на выслеживание и освобождение их жертв. Но мне любопытен твой интерес к ловле душ, Карлос.

— Я просто спрашивал, — сказал Карлос. — Академическое любопытство.

— Есть вещи, которые ты не делаешь, Карлос, какой бы ни была выгода. Я мог бы заманить сюда несколько сотен человек, разобрать их на составные части и покопаться в том, что осталось. Я бы узнал всё, что мне нужно знать о том, как работают тела, за один день, избавив себя от всех этих хлопот с аватарами и библиотекой. Но я этого не делаю. У тебя плохая привычка выбрасывать этику в окно, как только ты думаешь, что это может продвинуть твои исследования, Карлос. Это не лучший вид для жреца Целителя.

— Я знаю, — тихо сказал Карлос. — Это то, о чем мы с моим богом много говорим.

— Мы продолжаем сбиваться с пути, — отчитала Арабель. — Нам нужно перестать следовать за отступлениями.

— Я не согласен, — сказал Эмир. — Медленно и обдуманно — вот к чему мы стремились, верно? Возможности Джейсона здесь критически важны для того, что мы делаем. Я думаю, что допрос того, на что способен Джейсон в этом месте, критически важен. Мы не должны ждать, пока что-то пойдет не так, прежде чем выяснить, что он может, чего не может или чего не будет делать.

Арабель кивнула, признавая этот момент.

Джейсон отвернулся от Карлоса, паря, как посланник.

— Я согласен с Эмиром, — сказал он. — Думаю, мы, возможно, готовы начать, однако.

— Как нам начать? — спросила Софи. — Что нам делать?

— Я подавлю эффекты и посмотрю, будут ли какие-либо побочные реакции, — сказал ей Джейсон. — Если это сработает, я разбужу её. Думаю, будет лучше, если только ты и Арабель будете здесь, когда Мелоди придет в себя. Эмир, Карлос и я удалимся, хотя я спроецирую дубликат Мелоди для Карлоса, чтобы он мог магически осмотреть его. Он будет точно отражать любые изменения, происходящие с настоящей Мелоди.

— Ты можешь дублировать мою мать? — спросила Софи. — Как те твои аватары?

— Только её тело, — объяснил Джейсон. — Я не могу воссоздать её душу, поэтому у тела не будет анимации. Оно ничего не будет делать. Это будет ближе к отражению в зеркале, чем к человеку. Что-то для Карлоса, чтобы он мог оставить твою мать в покое на данный момент. Таким образом, Карлос сможет получить свои данные, а ты сможешь получить столько уединения, сколько я могу предложить.

— Мне понадобится время и место, чтобы установить инструменты и ритуалы для осмотра, — сказал Карлос.

Здание поднялось из земли на краю массивной поляны, и Карлос исчез.

— Эмир и я пройдем туда, пока Карлос устанавливается, — сказал Джейсон. — Есть что-нибудь, что вы хотели бы, прежде чем я уйду?

— Немного мебели, — сказала Арабель. — И немного еды.

Джейсон кивнул, и появилась мебель из облачной материи. Он наколдовал несколько кресел, угловой диван и обеденный стол с тремя сиденьями. Затем он сделал большую деревянную беседку с круглым столом посередине с тремя обеденными стульями. Длинный приставной стол появился в беседке и был заполнен массивным шведским столом.

— Это не просто пустая еда-мираж, — сказал Джейсон. — Я наполнил её сырой маной, так что это на самом деле куча вариантов духовных монет, которые не на вкус как облизывание автомобильного аккумулятора.

— Спасибо, — сказала Арабель.

Джейсон кивнул и ушел, Эмир рядом с ним.

— Не думаю, что ты мог бы достать мне что-нибудь поесть? — спросил Эмир.

— Я уже это сделал, — сказал ему Джейсон.

Эмир поднял руку и обнаружил, что держит сэндвич.

— Я не почувствовал, как ты положил его туда, — сказал он. — Это немного тревожит.

— Ты не обязан его есть.

— Я не говорил, что не собираюсь его есть.

ИМЕННО ТАМ, ГДЕ Я ХОЧУ БЫТЬ

ИМЕННО ТАМ, ГДЕ Я ХОЧУ БЫТЬ

Хотя его тело сидело с Эмиром и Карлосом, внимание Джейсона было сосредоточено на других местах в пространстве его души. Было лишь ограниченное количество уединения, которое Джейсон мог предложить Софи и её матери, но он насильно отвел свое внимание от того места, где она и Арабель присматривали за Мелоди. Из-за того, как работали его разум и восприятие в этом месте, он мог разделять воспоминания, так же, как учились его аватары. Он мог получить к ним доступ позже, если это будет необходимо, — причуда того, как работали его разум и восприятие в этом месте.

Джейсон отвлекся, сосредоточившись на Мареке Ниор Варгасе, лидере пленных посланников Джейсона. Мужчина снова работал над планами своего восстания против астральных королей, его временная шкала измерялась не месяцами и годами, а десятилетиями и столетиями. Тера Джун Каста, посланница, чья душа была насильственно изменена Джейсоном, притворялась, что не слушает, стоя в стороне.

Тера всё еще сетовала на свою судьбу, регулярно выкрикивая желчь в адрес Марека и Джейсона. На Марека она кричала лично, в то время как её дикие тирады против Джейсона обычно выкрикивались в небо. Это становилось всё более театральным, Джейсон был уверен, хотя тяжелый самообман затруднял прочтение правды по её ауре.

Он надеялся, что то, что она подслушивает Марека и других посланников, — знак того, что она обретает какое-то равновесие. Индоктринированная с рождения, она чувствовала, что Джейсон украл её из благодати и поместил среди еретиков. Он надеялся, что она придет к пониманию природы астральных королей и признает рабство, в котором её держали, приняв, что ей нужно двигаться дальше. Его страх заключался в том, что, как только она перестанет цепляться за осколки своей старой жизни, она станет пустой оболочкой, слишком сломленной, чтобы быть наполненной заново.

О Тере Джун Касте было легко думать как о враге, но она прошла через большее, чем кто-либо из них. Её душа заклеймена, воспитана на лжи и эксплуатируема всю жизнь. У неё было так много проблем, потому что само её чувство собственного «я» было построено на механизмах её угнетения. Затем её освобождение пришло в форме худшего нарушения: сам Джейсон пытал её душу, пока она не открыла её ему, чтобы он мог вмешаться в неё. Тот факт, что он использовал этот шанс, чтобы освободить её, был несущественным по сравнению с травмой, которую он нанес в процессе.

Джейсон нахмурился при мысли обо всех травмах вокруг него, от Теры до Мелоди и до него самого. Те, у кого было больше всего власти, были теми, кто наносил больше всего вреда; астральные короли, боги и великие астральные существа — все они были агентами их страданий. Их махинации причиняли боль стольким, и Джейсон знал, что он не освобожден от того, чтобы быть сгруппированным среди них. Сколько пострадало от его решений там, на Земле? Оправдания легко найти, когда нужно спасти мир, но сколько сопутствующего ущерба он мог игнорировать? Сколько людей, которых он спас, погибло, потому что он выбрал один путь вместо другого? Бездумно принял битву, не заботясь о жертвах среди гражданского населения?

Джейсон принял много трудных, необходимых решений, и он примет еще больше в грядущие дни и годы. Он больше не был настолько наивен, чтобы верить, что сможет сделать это без того, чтобы невинные люди не пострадали по пути. Он совершит ошибки. Он потерпит неудачу. Он выберет одну жизнь вместо другой.

Он должен был решить не позволять себе стать черствым. Перестать спешить вперед и позволять другим страдать от последствий. Ему нужно было думать, прежде чем действовать, и прислушиваться к мудрости людей вокруг него. Но он не мог позволить усердию и вдумчивости парализовать себя тоже. Он не позволит своим усилиям минимизировать ущерб помешать ему делать то добро, на которое он способен.

Он решил попросить Марека Ниор Варгаса поговорить с Карлосом и Арабель о том виде контроля на основе души, который астральные короли использовали на посланниках. Он не думал, что будет много пересечений между тем, что происходит с Мелоди, но он догадывался, что целители будут полны энтузиазма в любом случае.

Внимание Джейсона было возвращено к Софи, Мелоди и Арабель, когда Арабель произнесла его имя. Реплика Джейсона, один из его аватаров, был создан рядом с тремя женщинами. Он увидел Мелоди, обмякшую в кресле, смотрящую в пространство, выглядящую менее кататоничной, чем одурманенной. Его всепроникающие чувства осмотрели её тело на предмет чего-либо неправильного, почувствовав, что она в основном здорова, но крайне истощена.

Он собирался спросить, что случилось, но вместо этого подключился к памяти событий, которые игнорировал. Ранее, когда он подавил влияние на Мелоди, она рухнула, пойманная молниеносной скоростью Софи, прежде чем упасть на землю. Мелоди восстановила свои способности через мгновение, казалось бы, в порядке, и именно тогда Джейсон перестал обращать внимание.

Воспоминание началось оттуда. Его разум обработал его в одно мгновение, хотя это казалось дольше, когда оно разыгрывалось в его уме. Он наблюдал, как Софи осторожно помогает матери сесть в кресло, пока Арабель приносит стакан воды. Они начали разговаривать, Мелоди была дезориентирована и сбита с толку. Она жаловалась на усталость после лет бесплодной борьбы с влиянием внутри неё. Арабель, будучи целителем, следила за её состоянием, обнаружив, что она устала, но здорова, так же, как и Джейсон. Мелоди быстро выдохлась, когда разговор прыгал туда-сюда, разрозненный её беспорядочной чувствительностью. Как только она стала невосприимчивой, Арабель позвала Джейсона, догнав его до текущего момента.

— Она просто устала, — заверил Джейсон Софи. — Оценка Арабель была точной, насколько я могу судить. Физически она в отличном состоянии.

— А как насчет её разума? — спросила Софи, без тени своего обычного стоицизма. — Она была рассеянной, сбитой с толку.

— Это может показаться нелогичным, — сказала Арабель, — но её состояние разума, где оно было, — это именно то, что мы хотели увидеть. Если бы она вышла из этого полностью в здравом уме, я бы не доверяла этому. Я бы предположила, что штука внутри неё всё еще имеет контроль. Учитывая то, через что она прошла, и как долго, то, что мы увидели, было чрезвычайно обнадеживающим.

— Физически она справляется так хорошо, как мы могли надеяться, — сказал Джейсон. — Похоже, нет никаких негативных побочных эффектов от подавления контроля над ней.

— Что означает, что мы можем оставить её здесь достаточно долго, чтобы она получила отдых, в котором нуждается, — сказала Арабель. — Несмотря на всю силу, которой Джейсон может владеть здесь, это лучшее, что он может предложить ей: место для отдыха без этой штуки, ползающей в её разуме. И ей понадобится много отдыха. Не ожидай, что она проснется сегодня.

— Сомневаюсь, что многие могли бы представить, через что она прошла, — сказал Джейсон. — Даже я. Мои пытки души закончились за считанные часы, но Амос Пенсината прошел через длительную духовную скорбь, так же, как и Мелоди. Софи, пока твоя мать спит, я бы порекомендовал тебе найти Лорда Пенсината. Он может рассказать тебе хотя бы часть того, чего ожидать. Может быть, даже то, чего твоя мать будет хотеть и в чем будет нуждаться, когда она пройдет через это, теперь, когда она свободна от влияния. Даже если эта свобода только временная.

— Это отличная идея, — сказала Арабель. — Но ты прав, что её передышка только временная; она на самом деле не в процессе выздоровления. Как только она покинет это место, оковы на её разуме вернутся.

— Ей обязательно уходить? — спросила Софи. — Мы просто держали её в запертых комнатах, а что может быть безопаснее этого места? Это всё еще клетка, но она больше и лучше.

— У меня нет с этим проблем, — сказал Джейсон, — но я думаю, нам следует довериться Арабель как её лечащему врачу.

— Её кому? — спросила Софи.

— Прости, — сказал Джейсон. — Лечащему врачу. Это термин из моего мира, который просто означает человека, ответственного за медицинское обслуживание кого-то. Они — первый порт захода, привлекая специалистов, таких как Карлос, по мере необходимости.

— О, — сказала Софи. — Почему не просто сказать «целитель»?

— Джейсон ввел ряд терминов из физического и особенно ментального ухода в своем мире, которые я нашел полезными для принятия. Специфичность имеет значение, когда дело доходит до исцеления. Но что касается твоей идеи, Софи, я думаю, она имеет смысл. Пока мы не увидим никаких пагубных эффектов с течением времени, содержание её в пространстве души Джейсона, пока у нас не будет настоящего лечения, вполне может быть лучшим для неё.

— Я также думаю, что нам нужно избегать спешки с любыми видами тестирования для постоянного удаления того, что внутри неё, — сказал Джейсон. — Карлосу не понравится это слышать, но я думаю, ей не помешало бы хорошее, долгое время, чтобы прийти в себя, прежде чем мы подпустим его к ней.

— Я не могу не согласиться, — сказала Арабель. — Я сообщу ему.

* * * Команда собиралась в атриуме дворца Эмира, когда Джейсон и Софи вышли из его портала. Джейсон снарядился в полное приключенческое снаряжение, чтобы соответствовать своей команде, окутав себя темным туманом. Он растворился мгновение спустя, открыв его в его темных кровавых мантиях.

Связной Общества искателей приключений команды, Видал Ладив, был послан, чтобы забрать их.

— Итак, — спросил его Джейсон. — Посланники наконец появились?

— Скорее посланники посланников, — сказал Видал. — Вместо того чтобы появиться лично, они прислали некоторых людей, которых они поработили.

— Никого они не порабощали, — сказала Аллайет, эльфийка алмазного ранга, шагая через туманную дверь. — Я сражаюсь с посланниками здесь месяцами, и они не берут рабов. Все, кто служит им, присоединяются добровольно.

Джейсон посмотрел на её сердитое выражение лица.

— Я не уверен, что «присоединяйся или умри» — это большой выбор, — сказал Джейсон. — Нет ничего плохого в том, чтобы выжидать время и искать шанс сбежать.

— За исключением того, что это так не работает, — сказала Аллайет. — Это «присоединяйся или умри», да, у них нет выбора. Посланники так же хороши, как и ты, в чтении эмоций, Джейсон. Они ищут людей, которые деморализованы своей силой и принимают, что посланники — высшие существа. Всех остальных они убивают сразу. Именно так они доверяют людям, которых берут для внедрения в город; их воля сломлена. И говоря о слугах посланников, как продвигается проект твоего помощника?

— Линди? — спросил Джейсон.

— Эстелла говорит, что она зашла почти так далеко, как могла, составляя карту сети агентов посланников, всё еще находящихся в городе, — сообщила Белинда. — Она не думает, что есть какие-либо золотые ранги, и это в основном бронзовые ранги на позициях, прилегающих к власти. За любым, у кого есть прямая власть, наблюдают слишком пристально, особенно сейчас, и агенты посланников затаились.

— И она идентифицирует их через маски ауры, которые предоставляют посланники? — спросила Аллайет.

— Да, — подтвердил Джейсон. — Их трудно заметить, но я видел одного на агенте посланников за недели до атаки. Четырехкратные чувства Эстеллы делают её даже лучше меня в их вычислении. Она также опытный шпион, поэтому я уверен, что она проделала тщательную работу по составлению карты их сети. Маловероятно, что мы вычислим их всех, но она поставит вас в хорошее положение, чтобы смести их всех сразу.

— Общество искателей приключений тщательно проверяло команды, чтобы нанести удар, когда всё будет готово, — сказал Видал. — Мы не думаем, что какие-либо команды искателей приключений были скомпрометированы, но мы всё равно проверяем и фокусируемся на использовании внешних искателей приключений, таких как команда твоего друга Рика Геллера. Чем меньше времени они были в Яреше, тем меньше вероятность, что они были как-то подкуплены. Конечно, никто из команд еще не знает, что происходит. Большинство людей, которые знают о плане, находятся в этой комнате.

— Эстелла хотела знать, когда мы будем двигаться дальше, — спросила Белинда. — Она готова представить всё для ударных команд, чтобы они могли действовать.

— Мистер Ладив, — сказала Аллайет. — Как готовность Общества искателей приключений действовать по этому поводу?

— Мы уже завершаем подготовку. Мы почти готовы привести команды для брифинга, непосредственно перед развертыванием. Если мисс Уорнок готова прийти сегодня и представить свои выводы в полном объеме, мы можем быть готовы действовать уже послезавтра.

— Отлично, — сказала Аллайет. — Это день, когда должны прибыть официальные лица Континентального Совета. Нам может повезти, и мы обнаружим, что некоторые шпионы посланников высовывают свои шеи для нарезки.

— Мне пропустить это и пойти найти Эстеллу сейчас? — спросила Белинда.

— Нет, — сказал Хамфри. — Я знаю, что у нас будет поддержка золотого и алмазного ранга, но я хочу, чтобы вся команда была на палубе для этого.

— Вы — команда серебряного ранга, идущая туда, где есть золотые ранги и алмаз, — сказал Видал Хамфри. — И вы думаете, что они — ваша поддержка?

— Да, — сказал ему Хамфри.

— Без обид, мастер Геллер, но я думаю, мистер Асано влияет на то, как вы думаете.

— Мистер Ладив, — сказал Хамфри, — Джейсон сказал Строителю собрать вещи и покинуть эту планету — и он это сделал. Если это то, к чему приводит его тип мышления, то это именно то, где я хочу быть.

НЕВОЗМОЖНЫЙ АКТ ПРОЩЕНИЯ

НЕВОЗМОЖНЫЙ АКТ ПРОЩЕНИЯ

Группа посланников-посланцев расположилась недалеко от того места, где искатели приключений разбили лагерь за пределами города. Среди них не было посланников, они состояли полностью из того, что они называли служебными расами. Они путешествовали по сети дорог, петляющих через тропический лес, остановившись на поляне недалеко от города. Тяжелый грузовой наземный скиммер использовался для перемещения большого металлического шара, содержащего кабинет посланника алмазного ранга, Ма Го Шаата. Это было достаточно близко, чтобы быть видимым с башен дворца Эмира.

Пока кабинет доставляли Джейсону, его команда была лишь частью целого конвоя транспортных средств, отправленных забрать его. Герцог Яреша, Общество искателей приключений и Магическое общество — все были представлены, вереница наземных скиммеров вытекала из города. Джейсон и его команда присоединились к ним за городскими воротами на двух черных скиммерах, любезно предоставленных Тенью. Аллайет присоединилась к Джейсону в его скиммере, вместе с Клайвом, Хамфри и Нилом.

— Почему так много людей? — спросил Нил. — Это то, что Джейсон просто заберет и унесет, верно?

— Есть опасения, что посланники используют эту передачу как какую-то уловку, — сказала Аллайет. — Это заявленная причина.

— Заявленная? — спросил Нил.

— Политика, — сказал Хамфри. — Взаимодействие с посланниками важно для города. Это означает, что властные фракции города должны участвовать, иначе они выглядят неактуальными.

— В данном случае они неактуальны, — сказал Нил.

— Готов поспорить, это не то, чего хочет Магическое общество, — мрачно пробормотал Клайв. — Они попытаются утащить шар у Джейсона. Заявить, что это для общего блага города или какая-то другая прозрачная ложь. Серьезно, готов поспорить на деньги. Есть желающие?

— Нет, спасибо, — сказал Джейсон.

Среди конвоя, идущего из Яреша, не было недостатка в золотых рангах, все из городских фракций. Команда Джейсона включала единственных сторонних искателей приключений. Аллайет была представителем алмазного ранга, в то время как Чарист оставался в городе на случай, если посланники замышляют что-то подозрительное.

Шоссе было немного потрепанным после более чем шести месяцев пренебрежения, начавшегося еще с нашествия монстров. В тропическом лесу растительность наступала быстро, даже на магически запечатанной дороге. Сорняки росли сквозь трещины и ползли по поверхности с края. Деревья начали нависать по бокам, хотя дорога всё еще была достаточно широкой, чтобы позволить проезд скиммеров. Поверхность была еще меньшей проблемой, скиммеры плавали примерно в метре над ней, пока они зависали вдоль земли.

Джейсон огляделся на устрашающую силу, едущую в транспортных средствах вокруг них. Он уловил недовольство, направленное в его сторону, в основном от аур серебряных рангов, но он не винил их за это. Это был их город, их дом, и он был сровнен с землей. Теперь они направлялись на встречу с агентами силы, стоящей за этим разрушением, и они были самоприглашенными попутчиками. Именно Джейсон, аутсайдер, был центральной фигурой во взаимодействии.

Конвой приблизился к месту, где ждали слуги посланников, травянистой поляне рядом с дорогой. Был длинный, прямой участок дороги, ведущий к ним, позволяющий конвою видеть их издалека. Они могли чувствовать их еще дальше, позволяя им определить силу группы.

Конвой замедлился до ползания, совершая медленный и осторожный подход. Это было вопреки тому, что их чувства показывали, что группа из Яреша была массово сильнее по сравнению с посланниками-посланцами. Большинство слуг посланников были бронзового ранга, с лишь несколькими серебряными. Их также было меньше.

Тяжелый грузовой скиммер представлял собой баржу, которая плавала чуть над землей. На задней части был металлический шар размером с небольшой коттедж, закрепленный в деревянных лесах. Было также несколько скиммеров, которые привезли большинство из дюжины или около того слуг посланников, в основном эльфов. Очевидно, это не была сила, способная противостоять тому, что послал Яреш, но этого было достаточно, чтобы справиться с большинством монстров, которые атаковали группу в пути.

Эльфы стояли вокруг, их ауры пульсировали нервной энергией. Они знали, что будут превзойдены по силе, и был каждый шанс, что эта миссия станет их последней. Предатели Яреша, который ужасно пострадал под посланниками, они должны были знать, что их, скорее всего, убьют на месте. Если кто-то из золотых рангов решит, что хочет видеть этих людей мертвыми, их, скорее всего, будут поддерживать, а не упрекать.

Единственным человеком с абсолютной властью остановить это была Аллайет. Услышав её мнение по этому вопросу, однако, Джейсон наполовину ожидал, что она сама совершит убийство. Как один из немногих присутствующих людей, которых Джейсон не мог прочитать даже немного, он был неспособен предсказать, что она сделает.

— Они боятся нас, — сказал Джейсон, прощупывая Аллайет.

— Им следует, — мрачно пробормотала она. — Они предатели.

— Пожалуйста, не казните их.

— Почему мы не должны?

— Потому что нам не нужно. Нам не больно, если они живут. Мы далеко прошли точку, когда они могли пробраться в город как шпионы.

— И что нам дает милосердие?

— Милосердие — это не средство, Аллайет. Это цель. Ты думаешь, что убийство этих людей было бы каким-то видом правосудия?

— Они предали город. Предали мир.

— И они навсегда останутся изгоями за это. Как только мы вышвырнем посланников с этой планеты, эти люди будут париями, куда бы они ни пошли. Можешь ли ты честно сказать мне, что убийство их — это о правосудии? Или даже наказании? Что это не было бы о удовлетворении твоего собственного гнева?

— А что плохого в этом?

— Когда я вернулся в свой мир, я был обнаженным мечом. Мой отец сказал мне кое-что, что я слишком долго усваивал: что когда у меня есть вся власть, и я выбираю между жизнью и смертью, это не человек, которого я убиваю или щажу, имеет значение. Я — то, что имеет значение. Быть безжалостным или милосердным?

— Это не твой город, Джейсон. Тебе легко быть праведником.

— Да, — согласился он. — Это так. Но это не делает меня неправым. Эти люди были слабыми, Аллайет, не злыми. Они столкнулись с силой, выходящей за пределы их способности противостоять, и это сломало их. Они не могли видеть мир, где посланники не завоевали бы его, и они сделали единственное, что имело смысл для них в тот момент: они сдались. Если бы у каждого была сила противостоять невозможным шансам, то каждый был бы искателем приключений. Но они — нет. Некоторым людям нужна защита, а те предатели? Это люди, которых ты и я не смогли защитить. Теперь мы — великая сила перед ними, так же, как посланники когда-то были. И как посланники, мы должны выбрать их судьбу. Будем ли мы безжалостными, как посланники, или милосердными? Может быть, даже покажем маленький проблеск надежды людям, которые служили посланникам, потому что их надежда была мертва.

— Всё это звучит очень красиво, Джейсон, — сказала ему Аллайет. — Но практическая реальность не такая.

— И никогда не будет, если мы не готовы попытаться сделать её такой.

— Что бы ты сделал? — спросила его Аллайет. — Что бы ты попробовал? Ты знаменит своими нелепыми выборами. Каким был бы твой здесь?

— Тебе это не понравится.

— Скажи мне всё равно.

— Я бы простил их.

— И как бы это выглядело с практической точки зрения? — спросила она. — Сказать им, что нам жаль, что они превратились в предателей, и открыть ворота города, чтобы поприветствовать их дома?

— Конечно, нет. Доверяй, но проверяй. Наблюдай за ними, внимательно. Этим людям потребовалось бы огромное количество консультирования, так дайте им его. Некоторым вы смогли бы помочь, а некоторые были бы вне помощи. Вам, вероятно, пришлось бы убрать тех, но не раньше, чем выудить из них информацию. Вы могли бы даже пустить их в дело, позволить им думать, что они обманом проникли в город. Это сделало бы то, что делает Эстелла Уорнок, намного проще. Может быть, некоторые из них вышли бы с другой стороны как люди, которые всё еще могут жить жизнью, даже после всего, что они сделали. Я надеюсь, что мы все заслуживаем искупления, пока мы готовы работать ради него.

— То, что ты только что описал, никогда не произойдет.

— Я знаю, — сказал Джейсон.

— Есть так много способов, которыми это пошло бы не так.

— Да, — согласился Джейсон.

— Тогда почему?

— Потому что почему бы не попытаться сделать вещи лучше, даже если это кажется невозможным? Убийство необходимо иногда, но оно не делает ничего лучше. В лучшем случае, оно останавливает что-то от того, чтобы стать хуже. И если мы будем честны с собой, иногда правосудие — это слово, которое мы используем, чтобы замаскировать потакание нашему гневу. Это не делает ничего лучше; это просто делает нас хуже от того, что мы это сделали.

Аллайет покачала головой.

— Я действительно просила нелепого, — сказала она. — Я не знала, чего ожидать, но ты хочешь помочь людям, которые повернулись к врагам, угрожающим всему миру. Это те, кого они предали, Джейсон: весь мир. Желание помочь им — это безумие.

— Как и драка на ножах со Строителем, или заделывание дыры в стороне реальности путем строительства храма самому себе. Является ли прощение всех этих людей и то, что это сработает хорошо, хоть сколько-нибудь возможным? Вероятно, нет. Но ты никогда не совершишь невозможного, если не готова попробовать, Аллайет, и мне нравится идея невозможного акта прощения. Я знаю, что это лицемерно с моей стороны — говорить всё это, после вещей, которые я сделал. И я знаю, что у тебя гораздо больше жизненного опыта, чем у меня.

Строгий взгляд Аллайет немного треснул, демонстрируя краткий проблеск веселья.

— Ты называешь меня старой?

— Нет! — воскликнул он быстро. — Ну, да, но в хорошем смысле. Но штука с молодостью в том, что она может быть страстной. Идеалистичной. Она может гнаться за невозможными мечтами, и, делая это, быть переменой, которая толкает цивилизацию вперед. Я не знаю об этом мире, но в моем каждое поколение делает общество немного лучше. Проявляя сострадание там, где их родители проявляли вину. Принимая аутсайдеров там, где они когда-то были исключены. И каждое поколение до него оглядывается назад, называя их легкомысленными или эгоистичными, или пойманными в глупые идеи, которые никогда не сработают. Они утверждают, что то, что они хотят, невозможно. Реальность в том, что позитивные перемены ближе к неумолимым. И да, есть некоторые грубые шаги назад тоже. Но по сравнению даже с веком назад, общество трансформировано.

— Думаю, это может быть первый раз, когда я слышу, как ты говоришь что-то хорошее о своем мире, — сказал Нил. — Обычно ты просто говоришь, что он ужасен и что повсюду летают волки.

Джейсон застонал.

— Нет, это не… послушай, Воздушный волк — это…

— Никого не волнует, — перебил его Нил.

Джейсону не хватило времени вернуть разговор в нужное русло, так как вялый темп конвоя наконец приблизил их к слугам посланников. Контингент Магического общества был первым, кто двинулся, спрыгнув со своих скиммеров, прежде чем они полностью остановились. Среди них был один золотой ранг, администратор, использующий ядра монстров; остальные были серебряными. Они были смесью пользователей ядер в брендовых мантиях общества и пользователей без ядер, одетых более практично. Они, скорее всего, были членами как Магического, так и Общества искателей приключений, как когда-то был Клайв. Джейсон мог чувствовать их эмоции, жадную алчность к шару и знаниям, которые он содержал.

— Я говорил тебе, что они попытаются забрать его у тебя, — пробормотал Клайв с горечью. — Точно так же, как они забрали элементальных посланников, которых мы захватили.

— Интересно, что случилось с той дырой, которую элементальные посланники вырыли на поверхность? — размышлял Нил. — Общество искателей приключений строило какой-то защитный аванпост на вершине неё, верно?

— Вместе с Магическим обществом, — сказал Клайв. — Они хранят очень тихо то, что происходит с ней. Труднее эксплуатировать что-то, когда люди наблюдают, как ты это делаешь.

— Аванпост охраняется, и любые посланники, которые выходят из него, захватываются, — сказала Аллайет. — Они немногим больше, чем безмозглые звери. Больше монстров и элементалей выходит, чем посланников, однако. Во всех наших обсуждениях посланники отказывались раскрыть, сколько их вида было внизу в первую очередь. И да, все посланники передаются Магическому обществу.

— Они должны отдавать их Карлосу Килидо, — сказал Клайв. — Он ведущий мировой эксперт по непроизвольной трансформации, и он прямо здесь, в Яреше. Но Магическое общество не будет использовать его, потому что тогда это не общество будет брать больше всего кредита за всё, что они получат от посланников.

— Я рекомендую тебе поднять это с представителями Континентального Совета, — сказала Аллайет Клайву. — Я подозреваю, что они будут восприимчивы к этой линии аргументации.

— Не думаю, что ты можешь заставить их отступить здесь? — спросил Джейсон Аллайет.

— Я могу, но не буду. Я зайду так далеко, как нужно, чтобы разобраться с посланниками, но этот шар — трофей, о котором ты просил, Джейсон. Если ты хочешь сохранить его, тебе придется доказать, что ты можешь, и это политика. Как алмазный ранг, я держусь подальше от таких вещей.

— Твой друг Чарист — нет, — отметил Джейсон.

— Я не отвечаю за честность Чариста, — сказала она ему. — Только за свою собственную.

— Да, — сказал Джейсон, смирившись, но принимая. — Это вполне справедливо.

Хамфри издал несчастный вздох.

— Знаешь, — сказал он, — при всем том, что я сказал, что золотые ранги здесь, чтобы поддержать нас, я не хотел идти, расталкивая людей. Но ты выторговал этот шар для себя, и я знаю почему. Позволить им попытаться забрать его у тебя — это не пойдет.

Он выпрыгнул из скиммера.

— Пойдем раздражать Магическое общество.

Клайв практически выскочил из скиммера с маниакальным смехом, от которого все бросали на него настороженные взгляды. Он проигнорировал их и зашагал вслед за контингентом Магического общества.

О ТОМ, С КЕМ ПРИХОДИТСЯ ИМЕТЬ ДЕЛО

О ТОМ, С КЕМ ПРИХОДИТСЯ ИМЕТЬ ДЕЛО

Команда направилась к слугам-посланникам, где чиновник Магического общества золотого ранга уже раздавал приказы — как своим людям, так и самим слугам.

— Убирайтесь с дороги, предательские сорняки! Заберите у них аурный ключ от грузового скимера и заставьте его двигаться! Я хочу, чтобы эта штука вернулась в кампус.

— Боюсь, она туда не отправится, — сказал ему Хамфри, когда команда подошла сзади. Золотой ранг был примерно одного роста с Джейсоном, поэтому, обернувшись, ему пришлось смотреть снизу вверх на гораздо более высокого Хамфри. Он бросил взгляд на Джейсона, прежде чем снова повернуться к Хамфри.

— Еще как отправится, это не то, что… — начал Клайв. Хамфри прервал его жестом, не сводя глаз с золотого ранга. Тот мельком взглянул на Клайва, его выражение лица было пренебрежительным, когда он снова встретился взглядом с Хамфри.

— Должно быть, ты лидер маленькой команды Асано. Как вы там назывались? Команда Закуска? Команда Бранч?

Хамфри приподнял бровь.

— Серьезно? — спросил он. — Ты думаешь, что насмешки над названием нашей команды спровоцируют меня на действия, которые позволят тебе списать нас со счетов? Ты думаешь, мы не знали, что делаем, когда выбирали это название?

Хамфри проигнорировал неловкий кашель Нила.

— Послушай, — сказал золотой ранг. — Это, конечно, очень мило, что вы так хорошо ладите с посланниками, которые уничтожили наш город. Они работают с вами, вероятно, только потому, что Асано там все еще находится под защитой тех посланников, которых он спас от пленения во время вторжения в Яреш. Но вы — авантюристы серебряного ранга, и вам нельзя доверять. Откуда нам знать, что вы не пытаетесь пронести что-то чрезвычайно опасное внутрь городской обороны, чтобы закончить то, что начали посланники? Только опыт Магического общества может справиться с чем-то подобным.

Позади Хамфри члены команды были раздражены в разной степени, Софи даже издала настоящий рык. Только Джейсон, Хамфри и Руфус сохраняли полное спокойствие, в то время как Клайв разразился громким хохотом.

— …опыт… — выдавил он, задыхаясь. — Ты…

Он не смог выговорить больше ни слова, согнувшись пополам от смеха.

Хамфри одарил Клайва насмешливым взглядом, прежде чем снова повернуться к золотому рангу.

— Похоже, наш собственный магический эксперт невысокого мнения о тебе, но я не совершу той же ошибки. Я уверен, что ты все знаешь об опасностях, которые представляют посланники. Полагаю, ты уничтожил немало посланников во время битвы за Яреш. Будучи золотым рангом, ты, конечно, не прятался в кампусе Магического общества, потому что это была одна из немногих по-настоящему безопасных зон в городе. Но мне ведь не нужно гадать, правда? Общество искателей приключений вело отличные боевые записи на всех золотых рангов в той битве. Я просто смогу навести о тебе справки, когда мы вернемся в город, и узнаю, какой ты храбрый сын Яреша.

Лицо золотого ранга исказилось.

— Как ваше имя, сэр? — спросил его Хамфри.

— Я лорд Уортинг…

— На самом деле, мне все равно, — перебил его Хамфри, улыбка исчезла с его лица, а притворно-дружелюбный тон стал холодным. — Твое имя и бессмысленный шум, исходящий из твоего рта, перестали иметь значение в тот момент, когда ты обвинил меня и моих друзей в предательстве.

— Тебе стоит проявить уважение, мальчишка. В Яреше авантюристы серебряного ранга знают, что не стоит огрызаться на золотых.

— А в Витессе золотые ранги знают, что уважение, которое дает ранг, нужно заслужить, соответствуя этой силе. Что быть золотым рангом и вести себя как мелочный, жадный трус — значит подрывать уважение, которого заслуживает каждый золотой ранг, достойный своего звания.

— Смелые слова, серебряный ранг. Хотя некрасиво наносить удары исподтишка, большинство людей знают, что не стоит бросаться такими провокациями. Я был бы в своем праве потребовать дуэли из-за твоих слов.

Хамфри рассмеялся в голос.

— Пожалуйста, сделай это, лорд Уортингтон-Хэмпстед, — сказал Хамфри, и глаза золотого ранга стали настороженными, когда он понял, что Хамфри уже знает, кто он такой. — Во-первых, я буду более чем счастлив поставить свое доброе имя против твоего. Я с гордостью ношу свои достижения и несу ответственность за свои неудачи. У меня нет никаких трусливых постыдных тайн или жалких, корыстных планов, которые нужно скрывать.

— Чтобы выиграть дуэль, нужно больше, чем репутация, мальчишка. Нужна кровь.

— Да, — согласился Хамфри. — Забавно, что ты это сказал, поскольку я полагаю, что твоя природная склонность к трусости заставляла тебя использовать дуэли как пустую угрозу. Я полагаю, именно поэтому ты, кажется, забыл, что влекут за собой законы дуэли, когда дело касается пересечения рангов, так что позволь мне напомнить. Когда золотой ранг объявляет дуэль серебряному, серебряный может привести всю свою команду. Я буду более чем счастлив выставить своих друзей против любых навыков, которые ты развил, сидя дома и попивая монструозные Ядра.

— Я приму бой с твоей командой, ты, мелкий хорек.

— Серьезно? Потому что, как сторона, которую вызвали, мы можем устанавливать условия. Что ты говорил о дуэлях в миражных камерах, когда мы были в Римаросе, Джейсон?

— Что если хочешь дуэли, то проливаешь кровь, — ответил Джейсон. — Все остальное — это трусость, прикрытая геройством.

— Я не собираюсь проливать кровь, как дикарь. Я магический исследователь. У меня есть дела поважнее, чем бегать вокруг и драться, как бандит.

— О, умоляю, — сказал Клайв. — Ты бы не узнал магическое исследование, даже если бы оно сослалось на тебя в приложении. Я изучал ту плесень, что растет в Магическом обществе и которую они назначили своими чиновниками. Я точно знаю, кто ты и что ты такое. Ты — одна из тех политических слизней, что просачиваются по коридорам Магического общества, используя влияние, чтобы приписать свое имя к чужим исследованиям. Я видел много таких, как ты.

— Ну же, будь вежлив, Клайв, — притворно упрекнул его Хамфри. — То, что ты одновременно престижный авантюрист и знаменитый магический исследователь, не означает, что ты должен принижать других людей за то, что они ни то, ни другое. Прогуляйся немного и успокойся. Белинда, проследи, чтобы он не влип в неприятности.

Белинда подняла брови, узнав, что именно ее выбрали той, кто должен удержать кого-то от неприятностей. Она встретилась взглядом с Хамфри, заметив легкую улыбку, игравшую на его губах.

— Ладно, пойдем, Клайв, — сказала она.

— Но я хочу…

— Нет, — твердо сказала она, увлекая его за руку.

— Прошу прощения за это, — сказал Хамфри Уортингтону-Хэмпстеду. — Нам нужно сохранять цивилизованность.

— Цивилизованность? Ты назвал меня трусом прямо в лицо!

— А ты назвал меня предателем. Что еще важнее, ты назвал мою команду предателями, так что тот факт, что твои внутренности все еще находятся внутри тебя, — это верх сдержанности, уверяю тебя. Ты трус и паразит, но ты поступил мудро, не вызвав нас на ту дуэль. Мы бы увидели тебя мертвым, и это было бы нечисто.

К этому моменту контингент Магического общества перестал пытаться претендовать на сферу и сгруппировался за своим лидером. Две группы выстроились друг напротив друга, позади Хамфри и золотого ранга.

— Ты думаешь, я стерплю подобное оскорбление? — спросил Уортингтон-Хэмпстед.

— Да, — легко ответил Хамфри. — Потому что ты привык, что люди видят твой ранг, твою политическую фракцию и твою должность в Магическом обществе и отступают. Но мы не отступаем. Клайв уничтожил бы все Магическое общество, дай ему только шанс. Думаю, как только он достигнет алмазного ранга, он может даже попробовать.

— Ты думаешь, он достигнет алмазного ранга? — спросил Уортингтон-Хэмпстед с насмешливым смешком.

— Думаю, да, — сказал Хамфри. — Тебе стоит последовать моему примеру и примеру Клайва и узнать, с кем ты имеешь дело. Наведи справки о Клайве Стэндише, когда вернешься в Магическое общество. Ты скоро все узнаешь. А пока тебе нужно решить, собираешься ли ты вызывать нас на ту дуэль. Можешь прислать маленьких миньонов, стоящих позади тебя, если хочешь. Команда против команды. Мы примем их вызов, и прятаться за спинами кучки серебряных рангов определенно докажет, что ты не трус. Если у тебя не хватает смелости даже на это, то убери своих людей от этой сферы.

— Ты думаешь, что сможешь сбить меня с толку ложной дилеммой, мальчишка? Я заберу эту сферу, и я не буду сражаться с вами, как кровожадный варвар. Что ты сделаешь? Нападешь на нас?

— О, в этом не будет необходимости, — сказал Хамфри.

— Что же ты тогда сделаешь? — спросил Уортингтон-Хэмпстед. — Ты много говоришь, но что ты можешь сделать, не прячась за чужими юбками? Заставишь леди Аллайет отобрать ее у меня? Я знаю, что твой паренек Асано — ее маленький питомец.

Хамфри улыбнулся, его ярость исчезла, словно ее никогда и не было.

— Мы оба знаем, что она этого не сделает, — сказал Хамфри. — И нам не нужно, чтобы она это делала. Видишь ли, мы собираемся делать все так, как делаешь ты. Ты говоришь о власти, опираясь на ранг, который купил за деньги. Но ты понимаешь, что в политике главное — найти точку опоры и надавить.

— О, ты возомнил себя хитрым политиком, да?

— Нет, — сказал Хамфри. — У меня просто есть очень надежный рычаг. Ты сказал, что Джейсон здесь — питомец Аллайет. Помнишь почему? Потому что если он не будет участвовать в этой операции по спуску под землю, посланники не будут участвовать. А если посланники не будут участвовать, то ничего не выйдет. А это значит, что вместо восстановления Яреша его придется эвакуировать. Все население станет беженцами, и вам придется строить новый город где-то в другом месте. И все это в то время, как посланники и остатки монстров после всплеска будут бродить вокруг. В то время, как весь регион будет опустошен магической катастрофой такого масштаба, какого никто из нас еще не видел.

— Ты блефуешь. Ты бы не позволил городу быть разрушенным.

— Город уже был разрушен, помнишь? Ты сам это сказал. Если бы люди в нем погибли, то ты был бы прав, что мы бы не ушли. Но, скорее, было бы проще основать новый Яреш где-то в другом месте, чем иметь дело с тем, что осталось от старого, даже со всеми проблемами. Джейсон вообще-то выступал за это с самого начала. Его пришлось уговаривать вообще принять участие. Так что забирай своих людей и убирайся домой, иначе у тебя не будет времени пытаться открыть эту сферу и потерпеть неудачу. Ты будешь слишком занят, объясняя, почему население теперь должно эвакуироваться, потому что ты убедил нас оставить этот город в пыли.

Лицо золотого ранга все больше искажалось в дикой гримасе, пока говорил Хамфри, но он промолчал.

— Ты заплатишь за это, серебряный ранг.

— У каждого действия есть последствия, — сказал ему Хамфри. — Если тебе нужно будет найти меня для этого, меня зовут Хамфри Геллер.

Золотой ранг слегка побледнел.

— Геллер?

— Да.

— В смысле…?

— Да. Как я уже предлагал ранее, если ожидаешь конфронтации, лучше заранее узнать, с каким человеком тебе придется иметь дело.

Выражение лица золотого ранга стало еще неприятнее. Язык его тела кричал о нежелании, но золотой ранг капитулировал, приказав своим людям вернуться к скимерам с потоком гневных криков.

Оставшись в одиночестве, Софи подошла к Хамфри.

— Это было невероятно сексуально, — прошептала она.

— Согласен, — с энтузиазмом сказал Клайв, прогуливаясь обратно к группе с Белиндой.

— Что? — спросил Хамфри с широко открытыми глазами.

* * * Контингент Магического общества возвращался к своим скимерам и взлетал, а Нил оглядывал остальную часть конвоя Яреша. Довольно многие остановились, чтобы посмотреть на зрелище того, как команда противостоит Магическому обществу, но большинство вернулись к работе. Они собрали слуг-посланников и допрашивали их далеко не дружелюбным образом.

— Почему остальные из группы не поддержали нас против этого идиота? — пожаловался Нил. — Столько людей здесь, и они оставляют нас противостоять золотому рангу? Этот дурак может и не знать деталей нашего участия, но некоторые из остальных должны знать. Они были на собрании, где Джейсон сказал, что, по его мнению, им следует эвакуировать город в первую очередь. Они знали, что мы не потерпим такого.

— В том-то и дело, что этот человек был дураком, — сказал Руфус. — Подозреваю, его выбрали тщательно. Дурак, но с достаточным влиянием и властью, чтобы быть раздражителем. Его использовали, чтобы проверить нас. Мы теперь играем на высоком уровне, как в плане власти, так и в политике.

— Разве в Римаросе было не так? — спросил Нил.

— Не совсем, — сказал Руфус. — Мы были связаны с влиятельными политическими фигурами, но не с самими политическими махинациями. Принцесса Лиара и Сорамир Римарос ограждали нас от этого. За исключением той финальной вечеринки, мы всегда были на периферии. Джейсон должен был стать более вовлеченным, но события опередили эти намерения. Тот план фактически умер вместе с Веспер Римарос.

— В этот раз местный алмазный ранг нас не защищает, — сказал Хамфри. — Она позволяет нам самим решать: утонуть или выплыть.

— Хамфри, Нил и я понимаем правила, — сказал Руфус. — Нас воспитывали на них с рождения. Это сложный баланс этикета и власти. Когда использовать этикет, а когда отбросить его в сторону. Кого можно подтолкнуть, а кого нельзя. У остальных из вас нет такого бэкграунда, а у Джейсона каким-то образом все с точностью до наоборот. У него есть талант понимать, когда он слишком важен, чтобы его игнорировать, а затем размахивать, как молотом в стекольной мастерской.

— Я говорил только тогда, когда Хамфри просил меня, — пожаловался Джейсон.

— Да, — сказал ему Руфус. — Должно быть, тебе было трудно. Отлично справился с тем, чтобы проявить упорство.

— Я не просто говорю любую сумасшедшую вещь, которая приходит мне в… это никого не убеждает, да?

Остальные члены команды покачали головами.

— Все это хорошо, — сказал Нил, — но ты думаешь, что того идиота прислали сюда только для того, чтобы посмотреть, как мы с этим справимся?

— Да, — сказал Руфус. — Это событие, к которому чувствительны все политические фракции, но ставки в конечном итоге невелики. Это просто то, что хотел Джейсон, а не устройство, критически важное для спасения города. Это сделало его идеальной возможностью проверить, способны ли мы постоять за себя в политической конфронтации, или же мы бесполезны вне боя.

— Почему Магическое общество согласилось на это? — спросил Нил. — Разве это не выставляет их в плохом свете?

— Если думать о них как о монолитной группе, то да, — сказал Клайв. — Но любая группа — это собрание индивидуумов. Помнишь, что Руфус говорил о том, что дурак — это смесь власти и раздражения? Обещаю тебе, что кто-то, кто разбирается в политике гораздо лучше него, все это организовал. Они набрали политические очки у других фракций, согласившись на то, чтобы это сделало Магическое общество. Затем он выбрал Уортингтона-Хэмпстеда, чья власть исходит из семейных связей с Магическим обществом и Аристократической фракцией политики Яреша.

— Именно, — сказал Руфус. — Либо Уортингтон-Хэмпстед получает по заслугам и отправляется домой, что уменьшает его влияние, либо Магическое общество получает сферу в свои руки. Человек, стоящий за всем этим, пожинает политические очки от других фракций и либо устраняет препятствие в лице Уортингтона-Хэмпстеда, либо получает больше влияния в Магическом обществе за то, что организовал приобретение сферы.

— Значит, за всем этим стоит кто-то, кого мы не видим, — сказал Джейсон. — Кто-то умный, кто посадил идиота на палку и тыкал им в нас.

— Похоже на то, — сказал Руфус. — По-настоящему искусные политики остаются невидимыми, позволяя таким любителям, как мы, быть фигурами на их доске. Нами сыграли, но ради цели, которая работает на нас, так что нет особого смысла делать из этого проблему. Это тоже демонстрация ловкой политики. Заставить фигуры на доске принять свою позицию, даже если они понимают, что они такое.

— Мне не нравится привкус этого, — сказал Джейсон.

— Да, и мы знаем, что происходит, когда ты решаешь перевернуть доску, — сказал Руфус, — но не делай этого только потому, что можешь.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Я видел, как Зара Римарос делала это на большой сцене, и я видел, к чему это приводит.

— Не полагаю, что это означает, что ты исправился? — спросил его Хамфри.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это означает, что я буду осторожнее в выборе моментов.

— Хорошо, — сказала Софи. — Я ненавижу все это. Оставьте меня в стороне, пока не придет время бить вещи.

— Что теперь? — спросил Нил. — Они проверили нас. Что дальше?

— Теперь они знают, что нас не запугать и мы можем играть по правилам, которые они понимают, — сказал Руфус. — Мы можем ожидать соответствующего уровня поддержки, но без обращения с нами как с детьми. И они знают, что мы знаем, что они нас проверяли, потому что можешь поспорить, они все сейчас слушают. Это само по себе является политическим рычагом. Они знают, что теперь они нам должны. Не много, но достаточно, чтобы мы могли этим воспользоваться, если возникнет необходимость.

ПОТОМУ ЧТО ЭТО СЛОЖНО

ПОТОМУ ЧТО ЭТО СЛОЖНО

Джейсон использовал свою облачную флягу, чтобы создать нечто, по сути, являющееся боевым домом на колесах. Размером с большой туристический автобус, он состоял из облачной субстанции, заключенной в панели из различных магических материалов. Синие и зеленые металлические панели были не квадратными, а образовывали стремительные формы, напоминающие ветер. Результат выглядел как гибрид автобуса и быстрой прогулочной яхты.

— Вот это способ путешествовать, бро, — радостно сказал Тайка.

Белинда и Клайв летали вокруг металлической сферы на тяжелом грузовом скимере. Они не могли летать с такой легкостью, как Джейсон или Софи, но любой авантюрист серебряного ранга мог медленно левитировать при концентрации. Пара прикрепляла устройства вокруг поверхности сферы, предназначенные для уменьшения веса этой массивной вещи. Когда они закончили, они спустились, чтобы присоединиться к остальной команде.

— Это была идея Белинды, — сказал Клайв. — Обычно их используют при перевозках.

— Также, иногда для кражи вещей, — добавила Белинда, получив закатывание глаз от Клайва.

— Их используют только для погрузки и разгрузки, — продолжил Клайв. — Они сжигают духовные монеты слишком быстро, чтобы использовать их для целой поездки. Хамфри, Нил и Тайка, вы самые сильные из нас, так что нам понадобится, чтобы вы сдвинули сферу, как только мы активируем устройства.

— Разве ты не говорил, что эти штуки сделают сферу невесомой? — спросил Руфус. — Разве это не должно облегчить ее перемещение?

— Нет, — сказал Клайв. — Она больше не упадет на землю, но у нее все еще есть так называемое эхо веса, что означает, что ее все еще трудно сдвинуть.

— Ты говоришь о разнице между весом и массой? — спросил Джейсон.

Клайв повернулся к нему с любопытным выражением лица, но прежде чем Джейсон успел что-то сказать, проявилась подавляющая аура.

— Нет, — пророкотал женский голос, подобно грому.

— О, да ладно, — пожаловался Джейсон небу. — Я знаю это. Вроде как. Более или менее. Ладно, хорошо. Ты даже ничего не говоришь, а я практически слышу твою поднятую бровь.

Аура исчезла.

— Спроси Трэвиса об этом позже, — сказал Джейсон Клайву. — Он когда-нибудь рассказывал тебе о гравитации?

— Джейсон… — пророкотал голос, аура вернулась.

— Серьезно? — спросил он небо, раскинув руки. — Я просто задал вопрос. Черт возьми, леди, разве у тебя нет вундеркинда, которого нужно вдохновить жаждой знаний? У тебя должны быть дела поважнее, чем это.

Джейсон покачал головой, когда божественная аура снова отступила.

— Боги, ну разве я не прав?

Он огляделся и увидел, что все из обеих групп, конвоя Яреша и слуг-посланников, смотрели на него.

— О, как будто вы никогда раньше не видели богов, — громко сказал Джейсон. — Я знаю, что многие из вас — жрецы; я чувствую божественность в ваших аурах, так что не делайте таких лиц.

Джейсон направился к своему облачному транспортному средству, недовольно бормоча себе под нос.

— Чертовы трансцендентные существа думают, что управляют всем чертовым космосом…

Когда Джейсон исчез в транспортном средстве, все переключили свое внимание на его команду. Руфус потер переносицу, а Хамфри провел рукой по лицу, выражая крайнюю степень раздражения.

— Мы не можем брать этого парня никуда, — пробормотал Нил.

— Не думаю, что моей маме это понравилось бы, — сказал Тайка, неловко помахав всем людям, которые смотрели на них. — Она довольно набожная христианка.

— Это одна из религий из твоего мира? — спросил Клайв.

— Ага. Бог там чем-то похож на Строителя, в том смысле, что он скорее на уровне создания вселенной, чем боги здесь. К тому же, он не любит моллюсков или смешанные ткани. Я так и не понял, почему.

— Твоя мать тебе не сказала? — спросила Софи.

— Ну, есть такая книга со всеми правилами, но она показалась мне немного подозрительной. Мама заставляла меня ее читать, но потом я задавал вопросы, пока она не ударяла меня ложкой.

* * * Массивная металлическая сфера была тяжелой, даже для металлического шара размером с коттедж. Тем не менее, она медленно двигалась, когда Хамфри, Нил и Тайка толкали ее, упираясь в грузовую платформу скимера. У каждого из них сила была увеличена сверх нормы серебряного ранга, что ставило их где-то между силой пикового серебряного ранга и базовым золотым.

Грузовой скимер парил на максимальной высоте, метра четыре над землей, что стоило немалых затрат духовных монет на топливо. Этого было достаточно, чтобы сфера, при толчке в сторону, проплыла над облачным домом на колесах Джейсона, а не врезалась в него. Остальная часть команды наблюдала, как и большинство представителей города Яреш и чиновников Общества искателей приключений. Те, кто не смотрел, были заняты допросом слуг-посланников. Люди из Магического общества уже ушли.

— Жаль, что ты не смог сделать облачное транспортное средство больше похожим на тот грузовой скимер, с большой плоской платформой, — сказал Руфус.

— Нет, мог бы, — сказал Джейсон.

— Тогда почему не сделал?

— Так много причин. Во-первых, видишь, как это выглядит? Это полностью стоило того, что Дом де Варко возился с нами, чтобы получить эти улучшения для облачных транспортных средств.

— Ты не думаешь, что огромная металлическая сфера сверху испортит линии?

— Ну, нельзя же получить все сразу. И это даже не главная причина.

— Какая же?

— У грузовиков с плоской платформой нет зоны отдыха.

— Это веская причина, — сказала Софи.

— Согласна, — добавила Белинда.

— Просто чтобы прояснить, — сказал Руфус, — ты используешь кучу духовных монет, чтобы поднять этот скимер под экстремальной нагрузкой, чтобы ты мог сидеть с большим комфортом те несколько минут, которые потребуются, чтобы вернуться в город?

— Более или менее, — сказал Джейсон.

— Богатство тебя губит.

— Ага, — радостно согласился он. — В любом случае, я не везу ее обратно в город. Слишком много жадных ручонок. Я собираюсь расположиться где-нибудь в более отдаленном месте, как когда мы были на дорожном контракте в прошлом месяце.

— Ты же понимаешь, что мы не будем скрыты, верно? — спросила Белинда. — Таскать с собой гигантский магический шар — это не то, что можно назвать скрытной деятельностью.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — У Магического общества над нами дроны, пока мы говорим.

— Дроны? — спросил Клайв.

Джейсон указал на небо. — Маленькие летающие магические сенсоры.

Остальные запрокинули головы, кроме Клайва, который смотрел на Джейсона.

— Я ничего не вижу, — сказала Софи.

— Ты бы и не увидела, — сказал Клайв. — Они меняют цвет, поэтому их трудно заметить. Они также летают на высоте около трех километров и защищены от магических чувств.

Остальные присоединились к Клайву, уставившись на Джейсона.

— Что? — спросил он, продолжая все это время смотреть на сферу.

Многие люди вне команды, даже слуги-посланники, регулярно бросали взгляды на Джейсона после его взаимодействия с богиней Знание. Почти все они в своей жизни общались с тем или иным богом, некоторые делали это много раз. Однако ни у кого из них не было взаимодействий таких. Боги нужны для поклонения, а не для подшучивания и уж точно не для того, чтобы кричать на них с жалобами. Можно было выразить недовольство жрецами бога, но не самим божеством. Белинда оглядела всех людей, наблюдающих за ними, а затем повернулась к Джейсону.

— Ты знаешь, что здесь куча золотых рангов, верно? — спросила она. — Почему бы не заставить их передвинуть эту штуку?

— Чтобы доказать, что они нам не нужны для этого, — ответил Джейсон, не отрывая взгляда от сферы.

Белинда на мгновение задумалась над его ответом.

— Я могу это уважать, — сказала она.

Некоторые из группы Яреша все еще допрашивали слуг-посланников, но у них было мало ценной информации. Дело было не столько в том, что слуги сопротивлялись, сколько в том, что посланники позаботились о том, чтобы не посылать никого, кто знал бы какую-либо критическую информацию. Дознаватели в основном перешли к требованиям обещанного устройства от посланников. Старший слуга, один из их серебряных рангов, утверждал, что не владеет информацией о планах посланников в этом отношении. Учитывая, как посланники обращались с ними, Джейсон не был удивлен, почувствовав правду в ауре человека.

— Знаешь, — сказал Джейсон, глядя на облачное транспортное средство. — Я очень доволен тем, что Дом де Варко удалось сделать в плане разработки улучшений для облачной фляги. Может, мне наконец стоит поговорить с той подругой Эмира алмазного ранга.

Руфус издал такой несвойственный ему раздраженный стон, что вся остальная команда повернулась, чтобы уставиться на него.

— Пожалуйста, сделай это, — сказал Руфус Джейсону. — Эмир постоянно жалуется мне на то, что просит тебя сделать это, потому что она постоянно жалуется ему. Эмир звонил моему отцу, чтобы он жаловался на меня через водную связь.

— Не твоей матери? — спросила Софи. — Она прямо здесь, где он может ее найти.

— Эмир не настолько глуп, чтобы делать это, — сказал Руфус. — Он прямо здесь, где она может его найти.

Остальные рассмеялись над отсутствующим взглядом Руфуса.

— Почему ты откладывал встречу с алмазным рангом? — спросил Клайв. — Она создала твою облачную флягу, верно? Неужели нет большой выгоды от встречи с ней?

— Да, но она пыталась захватить ее контроль, — сказал Джейсон. — Если бы она не была алмазным рангом и подругой Эмира, я бы уже что-то с этим сделал.

— Что ты имеешь в виду, захватить контроль? — спросил Клайв.

— У нее есть какое-то устройство или метод управления флягой, даже без разрешения владельца. Я чувствовал, как она пыталась использовать его много раз, но у нее никогда не получалось заставить его работать. Она больше не связана со мной просто обычной связью души, ограничивающей доступ. Теперь это настоящее выражение моей души, так что даже алмазный ранг заблокирован от вмешательства в нее.

— Ты мне этого не говорил, — сказал Руфус.

— Я знаю, что вы с Эмиром близки, — сказал Джейсон. — И я знаю, что он донимал тебя по этому поводу. Я не хотел вызывать трения между вами.

— Не думаю, что Эмир продолжал бы донимать меня, если бы знал, что она делает, — сказал Руфус.

— Он знает, — сказал ему Джейсон. — Мышление Эмира все еще зациклено на рангах. Ему не приходит в голову, что алмазный ранг не должен получать все, что хочет, когда хочет. Это мудрый подход. Просто у меня нет роскоши уважать власть так, как предполагает самосохранение. Слишком много людей с слишком большой властью всегда пытаются что-то у меня забрать. Тем не менее, возможно, пришло время встретиться с этой женщиной. Может быть, она сможет предложить какие-то улучшения, которые помогут нам, когда мы отправимся под землю. Мы не знаем, с чем столкнемся там внизу.

Хамфри, Тайка и Нил закончили перемещение сферы над облачным транспортным средством и спустились, когда Белинда и Клайв поднялись. Они осторожно отключили устройства, уменьшающие вес, последовательно, чтобы медленно опустить сферу. Она тяжело опустилась в облачную крышу, когда тонкие усики поднялись, чтобы заключить ее, хотя они казались излишними. Казалось, что бомба с трудом смогла бы ее сдвинуть.

— Думаю, мы готовы, — сказал Джейсон. — Давайте убираться отсюда.

Хамфри, Нил и Тайка выглядели изможденными, плетясь в сторону двери облачного транспортного средства.

— Отличная работа, парни, — сказал Джейсон, хлопая Нила по плечу. — Внутри вас ждет очень вкусный соковый микс.

Нил кивнул в знак признательности, и они поднялись по короткой лестнице к двери. Остальная часть команды последовала за ними. Джейсон собирался войти последним, когда почувствовал всплеск магии. Он обернулся и увидел, как из земли вырываются большие шипы, мгновенно и точно пронзая каждого слугу-посланника. Бронзовые ранги погибли немедленно, как и один из серебряных рангов, чья голова лопнула, как гнилой фрукт, когда толстый, острый шип прошел прямо сквозь нее. Остальные погибли, когда из шипов проросли шипы поменьше, проколов их всех дюжину раз изнутри наружу.

Джейсон посмотрел на Аллайет, чей взгляд был прикован к теперь уже мертвым посланникам. Почувствовав его взгляд на себе, она повернулась, чтобы посмотреть на него, выражение ее лица было нераскаявшимся. С размытым движением она оказалась перед Джейсоном.

— Есть что сказать? — бросила она вызов.

— Нет, — грустно сказал он.

— Ты думаешь, мне не следовало этого делать.

— Да.

— Я не отчитываюсь перед тобой.

— Нет, не отчитываешься, — согласился Джейсон. — Тебе не нужно отвечать никому, кроме самой себя.

Казалось, ее сбила с толку неконфликтность Джейсона.

— Некоторые вещи нельзя простить, — сказала она и исчезла в очередном размытии, не дожидаясь его ответа.

* * * Аллайет не присоединилась к Джейсону и его команде для возвращения в город. Облачный дом Джейсона катился по шоссе с Тенью за рулем, остальная часть команды отдыхала в комфортной жилой зоне. Джейсон сидел на скамейке у окна, глядя наружу, и Руфус подошел, чтобы присоединиться к нему.

— Ты разочарован в Аллайет, — сказал Руфус.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я никогда не ожидал, что моя маленькая морализаторская тирада изменит ее мнение. Я разочарован тем, что не сделал лучшей попытки, и это не то чтобы я был каким-то образцом добродетели.

— Мне показалось интересным, что она подошла к тебе вот так. То, как она сказала, что не должна отчитываться перед тобой, заставило меня почувствовать, что она как раз должна.

— Нет, — сказал Джейсон. — Она знает, что та, перед кем она должна отчитываться, — это она сама. Но я был на ее месте, и думаю, она поняла это после того, как убила их всех. И почему я просил ее простить их вместо этого.

— Ты убивал кучу беспомощных заключенных?

— Не совсем. Однажды, на Земле, некоторые люди пришли за мной, когда моя семья была рядом. Я не знаю, мог ли я справиться с этим лучше, но у них была слабость, и я воспользовался ею. Убил их всех на месте, не пошевелив и пальцем. Это было своего рода последней каплей для моей семьи. Это назревало некоторое время, но после этого они не смотрели на меня так же. Казалось, что это был правильный выбор в то время, но я знаю, что это сделало со мной.

— С этим было тяжело жить?

— Нет, и в этом-то и проблема. Это сделало проще совершение следующего ужасного поступка, и именно поэтому мне нужно быть лучше. Каждый раз, когда я оправдываю какое-то жестокое действие, это облегчает отказ от поиска лучшего пути как слишком сложного. Вот почему я пытаюсь заставить себя находить альтернативы убийству кучи людей, даже когда это нелегко. Что, кажется, никогда не бывает легко с тем, что мы делаем.

— Я уважаю это, — сказал ему Руфус. — Хотя я не знаю, практичный ли это подход к приключениям.

Джейсон рассмеялся.

— Нет, не практичный, — согласился он. — Я прекрасно осознаю, что нас всех ждут тяжелые, мрачные выборы. Но я никогда этого не сделаю, если никогда не попытаюсь.

Руфус кивнул. — Ты не сдаешься в том, чтобы делать что-то правильное, только потому, что это сложно.

— Нет, — согласился Джейсон. — Не сдаешься. Я думал об этих людях, которых посланники запугали и заставили служить им. Должен быть лучший способ достучаться до них, чем пронзать их шипами.

— Если цель — милосердие, то нетрудно улучшить этот способ. У тебя есть что-то на уме?

— Пока нет. Я все еще собираю кусочки воедино. Ключ должен быть в разрушении идей, которые посланники вбили им в головы. Ты чувствовал их ауры? Эти люди сломлены. Лишены надежды. Посланники убедили их, что завоевание этого мира неизбежно, что подавило их волю к борьбе.

— Ну, если кто и собирается опровергнуть миф о превосходстве посланников, так это ты.

— Как бы нескромно это ни звучало, я думал о том же. Мне все еще нужно поработать над тем, как, но, по крайней мере, мне понадобятся живые слуги-посланники, чтобы попробовать на каком-то этапе. Нельзя же позволить Аллайет вырезать их всех на месте. Ты дипломатичен в том, в чем я нет; можешь сходить в Общество искателей приключений? Добиться, чтобы они передали мне следующую партию рабов-посланников, которые попадут к нам в руки?

— Я могу попробовать.

— Спасибо.

Джейсон и Руфус наклонились к окну, вглядываясь в группу людей вокруг пары остановившихся скимеров на обочине дороги.

— Это люди из Магического общества? — спросил Руфус. Команда сгруппировалась вокруг Джейсона и Руфуса, чтобы посмотреть наружу.

Скимеры, содержащие контингент Магического общества, остановились и извергали болезненно-зеленый дым. Люди в них выбрались наружу и по очереди либо их тошнило, либо они срывали с себя одежду и выбрасывали ее.

— Что происходит? — спросил Хамфри.

— Без понятия, — сказал Клайв, слишком быстро. — Но нам стоит ехать дальше. Те зелья с вонючим облаком чрезвычайно липкие.

ВСЕ, ЧЕМ ДОЛЖНЫ БЫТЬ АВАНТЮРИСТЫ

ВСЕ, ЧЕМ ДОЛЖНЫ БЫТЬ АВАНТЮРИСТЫ

Джейсон отвел свое облачное транспортное средство на значительное расстояние от Яреша, подальше от твердынь посланников и в сторону восточного побережья. Он установил облачный дворец на вершине массивного плато-утеса, откуда открывались захватывающие виды, простирающиеся до океана. Они могли видеть несколько крупных городов, усеивающих побережье, здания были выбелены и украшены яркими цветами.

— Почему мы так далеко от города? — спросила Софи Хамфри. Они были на балконе, глядя на океан, она прислонилась к его крупной фигуре.

— Мы все еще в пределах досягаемости портала, — сказал ей Хамфри. — Это не непрактичное место, учитывая, сколько у нас пользователей порталов. Если быть точным, я телепортер, а не пользователь портала, но…

Софи потянулась, чтобы прижать палец к его губам.

— Ты знаешь, как я всегда говорю тебе, что педантичное определение терминов — это сексуально? — спросила она его.

— Э-э, нет.

— Именно. Единственный человек, который когда-либо это говорил, — это жена Клайва, и Джейсон ее выдумал. И я не спрашивала, можем ли мы удобно переместиться порталом обратно в город. Я спросила, почему мы вообще приехали сюда. Не пойми меня неправильно, я рада быть подальше от всех этих приторных политиков, грустных палаточных лагерей и запаха пепла, смешанного с грязью. Хорошо выбраться и просто побыть где-то в тихом и красивом месте вместе. Но почему расположились так далеко от Яреша?

— Чтобы обозначить позицию, — сказал ей Хамфри. — Эта сфера была тем, о чем Джейсон договорился сам для себя. Для ее сбора не потребовалось никого, кроме нас, но каждая крупная фракция в городе посчитала себя вправе напроситься вместе. Желание иметь наблюдателей для любого взаимодействия с посланниками понятно, но они ворвались и взяли все на себя. Все эти люди? Проверка нас тем дураком из Магического общества? Наличие такого количества золотых рангов вокруг было посланием нам, скорее, чем посланникам. Это наш ответ, напоминающий им, что мы не актив, который можно использовать по их усмотрению.

— Переездом в глушь?

— Яреш — это их сфера влияния. Мы поместили себя вне ее.

— Думаю, потребуется больше, чем это, чтобы убедить их не пытаться использовать нас.

— Да, но если мы будем действовать дипломатическим путем перед тем, как действовать по-Джейсоновски, они не смогут сказать, что их не предупреждали.

* * * В своем мире души Джейсон сидел на скамейке в саду. Вокруг него были лиственные зеленые растения с цветами, ароматы которых были такими же сладкими, как и их цвета яркими. Джейсон рассматривал гладкий, плоский камень, переворачивая его в руках снова и снова. Он был вырезан со сложной сетью линий и символов, комплексных и вырезанных с точностью. Пока он продолжал вглядываться в него, Марек Ниор Варгас спустился с неба на темных крыльях, чтобы легко приземлиться на траву.

— Это он? — спросил Марек.

— Он, — сказал Джейсон, бросая камень ему. Марек сделал так же, как Джейсон, переворачивая его в руках, пока рассматривал.

— Определенно аурный ключ, — сказал Марек. — Обычное устройство для обеспечения безопасности наших твердынь, но этот сложнее других, что я видел.

Он шагнул ближе, чтобы вернуть его Джейсону.

— Без ауры Ма Го Шаата, я не думаю, что ты сможешь…

Он замолчал, когда резьба на камне засветилась в руке Джейсона. Джейсон ухмыльнулся, бодро взмахнув камнем.

— Как ты это делаешь? — спросил Марек.

— Мне говорили, что посланники алмазного ранга одержимы идеей стать астральными королями.

— Да. Чем ближе они подходят к пику силы, тем больше их тяготит зависимость от тех, кто стоит выше них.

— Похоже, твой парень Ма попал в этот лагерь. Этот ключ едва настроен на его ауру. Похоже, он взял все, что узнал о силе астрального короля, и вложил это в этот ключ. Это не ужасная идея, так как легче воспроизвести ауру, даже алмазного ранга, чем силу астрального короля. В основном, однако, я подозреваю, что он хотел почувствовать себя большим астральным королем, собрав даже эхо их силы.

— Ты хочешь сказать, что любой астральный король мог бы легко открыть его?

— Я полагаю, большинство астральных королей достаточно могущественны, чтобы им это не потребовалось. Я же бедный родственник в сообществе астральных королей. Но да, активировать его было довольно легко. Мне пришлось воспроизвести элементы ауры Манго-Шота, но я потратил абсурдно много времени, пожирая его жизненную силу. Это оставило у меня довольно твердое понимание ее. Этот парень был едой и еще немного, скажу я тебе.

— Если у тебя есть активный ключ, кабинет Ма Го Шаата должен просто открыться для тебя. И, если ты выпил его жизненную силу так тщательно, как ты предполагаешь, то у тебя должно быть немного времени, прежде чем он придет искать его.

— Придет искать его? Этот парень мертв. Я проверял. Я использовал силу на его теле, которая работает только на мертвых людях. Ты хочешь сказать, что он может вернуться?

— Нет, я говорю, что он вернется. Он алмазного ранга. Их чрезвычайно трудно удержать мертвыми.

— Погоди, ты хочешь сказать, что все алмазные ранги самовоскрешаются?

— Ты этого не знал?

— Это объяснило бы, почему ограничения на мою силу воскрешения снимаются после золотого ранга.

— Думаю, ты обнаружишь, что большинство монстров алмазного ранга, которые появляются во время нашествия монстров, не проявились недавно, а поднимаются из спячки, когда окружающая магия становится достаточно сильной, чтобы разбудить их.

Джейсон застонал.

— Общество искателей приключений и их чертовы секреты, — пожаловался он. — И теперь мне нужно беспокоиться о том, что этот парень вернется?

— Да. Даже если их тело уничтожено, алмазные ранги возвращаются, если не принять меры, чтобы предотвратить это. Как только ты сам станешь алмазного ранга, твоя сила высасывания трупов может оказаться достаточной, я не знаю, что это за конкретная сила. Лучшее, на что ты можешь надеяться на своем нынешнем ранге, — это то, что ты продлил время до его возвращения.

— Отлично, на этом все время тикали секретные часы. А я тут беспокоился, что посланники тянут время, потому что либо пытались взломать кабинет, либо заминировать его для меня. Может, они просто ждали, пока этот парень вернется.

— Маловероятно. Джес Фин Кааль ненавидит Ма Го Шаата, и твое убийство не служит ее повестке. Твое предположение о том, что она пытается получить доступ к кабинету для себя, почти наверняка верно и не вредит интересам ее астрального короля. Джес Фин Кааль отвратительна, но не дура. На данный момент ты ей нужен. Сказав это, не думай ни на секунду, что она не воспользуется шансом установить доминирование, если представится возможность.

— Но никаких ловушек на сфере?

— Я не могу определенно говорить о том, о чем не имею прямых знаний. Я был бы очень удивлен, если бы они были. По крайней мере, любой вид ловушки было бы трудно не заметить, если бы она успешно не получила доступ к кабинету. Тем не менее, тебе следует быть усердным в осмотре экстерьера, прежде чем открывать ее.

— У меня этим занимается мой лучший человек. Не полагаю, что ты или кто-то из твоих людей могли бы помочь с этим?

— Нет, мы солдаты. Астральные короли осторожны в том, кому они позволяют владеть любой силой вне наших врожденных способностей.

Джейсон вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Если Марго Шат ждет там снаружи, как бомба замедленного действия, мне нужно перестать бездельничать и заняться этим. Что-нибудь еще можешь предложить, как мой эксперт по посланникам?

— У меня есть предложение. Тебе следует разжечь восстание среди посланников, чтобы подорвать астральных королей.

— Позволив тебе и твоим людям уйти?

— Мы очень мотивированы.

— Уверен, что мотивированы. Но вы также убили много невинных людей, и вам на это плевать. Ваша единственная забота — ваш конфликт с астральными королями, и если вы сможете продвинуть его, убив еще больше невинных людей, я не сомневаюсь, что вы это сделаете. Что делает трудным позволить вам уйти.

— Высшее благо противопоставления нас астральным королям…

Джейсон встал, когда воздух задрожал и небо потемнело, синий сменился кроваво-красным, когда мир души отреагировал на его гнев. Марек почувствовал, как мир сжимается вокруг него, словно сжимающий кулак.

— Я знаком с аргументом «убить десятерых, чтобы спасти сотню», — сказал Джейсон голосом грома, эхом отдающимся в ледниковом каньоне. — Тебе лучше не использовать его, Марек Ниор Варгас.

Посланник сжал челюсть, встречая взгляд Джейсона. Однако он не мог унять дрожь в своих руках, опущенных по бокам.

— Вижу, это дискуссия для другого дня, — сказал он, его голос был тщательно контролируемым.

— В тот день тебе лучше придумать аргумент получше, — предупредил Джейсон, его тон был холодным, но возвращался к нормальному, когда небо снова стало синим. — Иначе ты можешь обнаружить, что я убежден, что для вас нет спасения. Прощение — это одно, но у милосердия есть пределы. Иногда зверя нужно усыпить, потому что нельзя доверять, что он не причинит вреда людям.

— Возможно, ты сможешь направить меня к аргументу, который ты нашел бы убедительным?

— Начни с того, чтобы убедить меня, что ваш вид вообще способен на сострадание. Если ты не можешь справиться хотя бы с этим, то я не вижу никакой надежды для вас как для вида. Это сделало бы ваш вид не столько народом, сколько колючим, ядовитым сорняком. Избегаемым, где возможно, и выжигаемым до корней, когда необходимо.

* * * Металлическая сфера получила собственное здание, покоясь в колыбели из облачной субстанции. Клайв установил небольшой лес из магических устройств и проводил все тесты, которые мог придумать. А придумать он мог много тестов.

— Она снова изменила цвет, — сказал Клайв, двигаясь вокруг сферы, вглядываясь в нее так близко, что его нос почти касался ее.

— Да? — спросила Белинда скучающим голосом, оторвавшись от блокнота, который она использовала для записи наблюдений Клайва. — Ты уверен?

— Я уверен, — уверенно сказал Клайв. — Она перешла от темно-латунного цвета к чуть более темному латунному.

— Завораживающе, — сказала Белинда агрессивно неубедительным тоном, делая пометку. — Ты не думал нанять научного ассистента теперь, когда у тебя нет Магического общества, чтобы предоставить их?

— Я нанял тебя в качестве научного ассистента.

— Пять лет назад. Мы с тех пор немного продвинулись. Заплати вспомогательному авантюристу, чтобы он это сделал.

— Да, держу пари, Магическое общество было бы радо внедрить шпиона рядом со мной, — сказал Клайв.

— Кого волнует, шпион ли он, если он готов упорядочить твои записи? Я не буду переписывать их в твою справочную систему, просто чтобы ты знал.

Клайв подошел к одному из многих тестовых устройств, которые он установил вокруг сферы, и настраивал его, когда вошел Джейсон.

— Что это за штука? — спросил он, вглядываясь в устройство, с которым возился Клайв. — Выглядит как паровой телескоп наоборот с калейдоскопическими линзами.

— Это исследовательское устройство из твоего мира? — спросил Клайв.

— Нет, это то, что получается, когда косплеер съедает слишком много сахара. Ты что-нибудь нашел?

— Нет, — сказал Клайв. — Во всяком случае, ничего, что указывало бы на то, что посланники установили для нас какие-либо ловушки. Это не значит, что их там нет, просто я не могу их найти. У посланников магическая традиция древнее этой планеты, так что неудивительно, что их магия более продвинута, чем наша. Если дашь мне пару недель, чтобы…

— Нет, — сказал Джейсон, его тон твердо пресек это предложение. — Оказывается, первоначальный владелец, скорее всего, придет искать ее в неопределенное время в будущем.

— Я думал, он умер.

— Я умирал много раз; я не придаю этому большого значения. Как оказалось, в тех слухах о том, что алмазные ранги бессмертны, есть большая доля правды.

— Погоди, что? Откуда ты это взял? Те посланники, которых ты держишь взаперти?

— Ага. Думаю, это в списке ограниченной информации Общества искателей приключений. Прямо рядом со вторичными эволюциями расовых даров и практически всем, что когда-либо случалось со мной.

— Думаю, вы оба упускаете здесь суть, — сказала Белинда. — Что не шок, так как ни один из вас не может закончить разговор, не уйдя в три отступления. Вам нужно открыть эту штуку сейчас, прежде чем большой, плохой алмазный ранг появится в поисках ее. Позволь мне напомнить, что мы далеко от поддержки, если он постучит в нашу дверь.

— Ты права, — сказал Джейсон. — Спасибо, Линди. Тень уже сообщает остальным, и мы расколем это яйцо, как только все соберемся. Клайв, возможно, тебе стоит упаковать свои магические инструменты.

* * * Команда, за исключением Руфуса, который был в Яреше, собралась в однокомнатном здании со сферой. У них была защитная стена между ними и сферой, облачный материал, заключенный в самые прочные материалы, которые Джейсон загрузил в свою облачную флягу. Они были готовы сражаться, если что-то в сфере ждало, чтобы устроить им засаду. Они были готовы сдержать это, если оно взорвется или извергнет ядовитый газ. Они были готовы бежать, если ничего из этого не сработает, три портала уже были на месте, чтобы они могли в них скрыться. Теневой портал Джейсона, портал его мира души и портал рунного круга Клайва были выстроены позади команды в ряд.

— Ты знаешь, что если там угроза алмазного уровня, нам конец, верно? — спросил Нил. — Ничто в этом облачном здании не может остановить ее, и мы не можем двигаться достаточно быстро, чтобы избежать ее.

— Говори за себя, — сказала ему Софи.

— Ну, если ты выживешь, а я умру, — сказал ей Нил, — тебе придется кое-что сделать для меня.

— Что? — спросила она, ее голос был полон подозрений.

— Просто передай кое-кому письмо от меня. Ну, знаешь, всякие прощальные слова.

— Ты хочешь, чтобы я поехала в Гринстоун и нашла твою мать?

— Что? — спросил Нил. — Нет, письмо для жены Клайва.

— О, да ладно! — воскликнул Клайв.

— Тебе не нужно ехать в Гринстоун, — продолжил Нил. — Просто отдай его любому в Магическом обществе. Они будут знать, как ее найти.

— Бро, это ледяной холод, — сказал Тайка.

— Да, это может быть переходом черты, — сказал Джейсон.

— У кого-нибудь есть письменная принадлежность? — спросил Нил. — Я еще не написал его. Линди, ты что-то писала ранее, верно? Я могу просто нацарапать его на обороте этого.

— Ты не будешь писать письмо моей воображаемой жене на обороте моих исследовательских заметок! — сказал ему Клайв.

— Мне включить стихотворение? — спросил Нил. — Что рифмуется с блестящими бедрами?

— Серьезно, думаю, Клайв тебя задушит, — предупредил Джейсон Нила.

— Линди, достань один из моих записывающих кристаллов, — сказала Софи.

— Хорошая идея, — сказала Белинда.

Хамфри вздохнул.

— Знаете, я всегда знал, что буду авантюристом, — сказал он устало. — Я лежал без сна по ночам, гадая, какая у меня будет команда. Парагоны, чемпионы. Все, чем должны быть авантюристы. Героические. Достойные. Люди, которые давали уважение так же легко, как заслуживали его. Что случилось с моей жизнью?

— О-о, — сказал Джейсон. — Думаю, мы наконец сломали Хамфри. Слушайте, я просто открою эту штуку. Все, постарайтесь не умереть.

Он вытащил гравированный аурный ключ.

— Погоди! — воскликнул Клайв. — Ты не можешь просто…

Резьба на ключе засветилась. Панель сбоку сферы выскочила и сдвинулась в сторону. Команда ждала, застыв, чтобы что-то произошло. Чтобы хоть что-то произошло. Не произошло.

— Ну, — сказал Нил. — Кто-нибудь еще чувствует себя разочарованным?

ЧТО ТАКОЕ ОБЩЕСТВО ИСКАТЕЛЕЙ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

ЧТО ТАКОЕ ОБЩЕСТВО ИСКАТЕЛЕЙ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

Руфус появился из теневого портала в облачном дворце Джейсона, перед открытой металлической сферой. Через мгновение Джейсон появился из проема и спустился по рампе.

— Представитель Континентального Совета наконец появился? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Руфус, затем кивнул на сферу. — Разве эта штука раньше не была другого цвета?

Ранее латунный цвет за последние пару дней сменился на глянцевый темно-серый.

— Ага, — сказал Джейсон. — Клайв одержим тем, чтобы выяснить почему, но он также одержим всем остальным внутри.

— Нашел что-нибудь удивительное?

— Зависит от того, кого спросить, — сказал ему Джейсон. — Если у посланника алмазного ранга были какие-то удивительные магические реликвии, инструменты, оружие или что-то еще, он спрятал их где-то в другом месте. Все, что там есть, — это исследования.

— Клайв тогда вдвойне взволнован.

— Клайв шипит, как алхимический эксперимент на грани того, чтобы пойти очень, очень не так.

— Но ты хотел эту штуку не для Клайва, верно?

— Нет. Я слишком долго позволял событиям отодвигать более крупную миссию. Моя надежда была на то, что этот кабинет будет хранить секреты астральной магии, которые мне нужны, чтобы закончить строительство моста между мирами. Поскольку я случайно уничтожил артефакт, который Доун дала мне для этого, теперь мне приходится делать это трудным путем. Чем дольше я оставляю это, тем больше будет разрушаться размерная мембрана Земли.

— Ты бросал себя в довольно ужасные ситуации, Джейсон. Ты когда-нибудь задумывался, что будет с твоей планетой, если ты умрешь?

— Мировой Феникс не положит все свои яйца в мою корзину. Есть план Б. И В, и Г. Доун не сказала мне, что это за планы, но она твердо намекнула, что лучше, если это сделаю я. Мировой Феникс увидит мир спасенным, так или иначе, но все, что его волнует, — это размерная целостность этой части вселенной. Живые существа на планете, которая там находится, не учитываются в его мышлении.

— Ты когда-нибудь задумывался о том, чтобы играть безопасно? Спрятаться, пока работа не будет сделана?

— Нет. Если бы у меня был выбор сегодня? Наверное, я бы так и сделал. Но после того, как я вернулся с Земли, я был так зол. Я чувствовал себя шаром магмы с моей личностью, наклеенной поверх него в оболочке, медленно сгорающей изнутри. Я все еще осознаю, насколько скомпрометированным стало мое суждение, пока я был на Земле.

— Я помню, — сказал Руфус. — После того, как ты вернулся, поначалу ты казался прежним. Затем начали появляться трещины, пока Фарра и я не забеспокоились, что ты сломаешься совсем. Она побежала кричать на алмазный ранг, так она беспокоилась о тебе. На алмазный ранг. Она всегда прокладывала свой собственный путь, но она никогда бы не сделала этого до того, как мы встретили тебя. Ты плохо влияешь, знаешь об этом?

— Пожалуйста.

Руфус усмехнулся, качая головой. Затем он снова посмотрел на сферу.

— Есть ли в ней астральная магия, которая тебе нужна? — спросил он. — Или еще слишком рано говорить?

— Слишком рано, но я чрезвычайно оптимистичен. Изучение материала, который там есть, будет абсолютной занозой, однако, даже с моими преимуществами. Мне повезло, что большинство моих исследований астральной магии были с материалами и учителями извне этого мира. Астральная магия здесь немного отсталая, как будто кто-то намеренно замедлял ее развитие веками.

— Ты думаешь, есть какой-то грандиозный заговор?

— Думаю, да. Мы знаем, что Культ Строителя был здесь намного дольше, чем последние несколько десятилетий. Это просто когда они начали свою кампанию по вербовке и союз с церковью Чистоты, чтобы подготовиться к вторжению Строителя. Я думаю, их первоначальной целью было убедиться, что эта планета не станет слишком размерно активной. Наши вселенные хрупкие, особенно моя. Строитель унаследовал ответственность за то, чтобы они не разрушились, от предыдущего Строителя, который и создал проблему в первую очередь. Насколько я могу судить, Мировой Феникс ездил на нем по этому поводу по крайней мере несколько миллиардов лет.

— Но Строитель не исправил это. Он использовал эту хрупкость, чтобы подготовить Паллимустус к вторжению, верно?

— Ага. Строитель заклеивал пластырем размерную целостность наших миров ровно настолько, чтобы эксплуатировать их для своих собственных целей. Вот почему он оставил ту магическую дверь на Земле, и я думаю, что его культ был здесь, на Паллимустусе, может быть, всегда. Убеждаясь, что астральная магия не продвигается до точки создания проблем. Случайный алмазный ранг, улетающий в космос, — это одно, но я думаю, что настоящая проблема — это Клайв.

— Клайв?

— Клайв, и все люди, подобные ему, которые были до него. Гении, которые продвинули астральную магию за пределы невидимых ограничений, наложенных на нее. Если бы культ Строителя не был занят своим вторжением, я думаю, было бы лишь вопросом времени, когда они нашли бы Клайва и убили его.

— Это предполагает, что Клайв может быть более прав насчет коррупции Магического общества, чем он сам думает.

— Да. И теперь Клайв держит в руках то, что, как я подозреваю, является самым продвинутым кладезем магических знаний на планете. Серьезно, даже взгляд на эти вещи показал, насколько плотен материал. Наш благодетель алмазного ранга не хранил много фундаментального материала; он был весь про продвинутые вещи. Я, может быть — может быть — готов начать изучать то, что там есть, и это с Доун, обучающей меня годами, и врожденным чувством размерных сил.

— Чувство размерных сил?

— Ага. Я провел месяцы в лиминальном пространстве, к которому дала доступ дверь Строителя, настраивая фундаментальные строительные блоки реальности, когда я неуклюже восстанавливал связь между нашими мирами. Затем я был внутри пространства, где я в конечном итоге переработал карман реальности. Я делал это дважды. К концу всего этого я мог чувствовать астрал. Ты видел мой плащ, то, как он развевается, как будто есть другой ветер, отличный от обычного?

— Конечно.

— Я чувствую эти ветры. Поток астрала. Невероятно далеко, но достаточно близко, чтобы коснуться.

Джейсон вытянул руку перед собой.

— Я действительно могу, знаешь. Протянуть руку и коснуться его.

Его рука опустилась по бокам, и его голос вернулся к норме, когда он фыркнул от смеха.

— Это очень плохая идея, — добавил он.

— Я помню это тоже, — сказал Руфус. — Ты чуть не убил себя, усиливая свой портал, чтобы все могли сбежать из подводного комплекса.

Джейсон кивнул.

— В любом случае, — сказал он. — Суть в том, что у меня есть много преимуществ, когда дело доходит до изучения астральной магии. Если ничего другого, у меня есть Клайв для совместных исследований, и при всех моих преимуществах, я никогда не пойму теорию так, как он. Но материалы в этой сфере плотные. Книги и записывающие кристаллы, где знания начинаются где-то с точки, где заканчивается мое нынешнее понимание. Я чрезвычайно уверен, что то, что мне нужно, есть там, но потребуются годы обучения, прежде чем я буду готов использовать что-то из этого.

— А как насчет всех тех аватаров, которые помогают тебе учиться?

— Это уже учитывает их. В этой сфере накоплены столетия исследований. От существа с доступом к одним из самых продвинутых магических знаний в космосе. Затем, предполагая, что я смогу понять все это, мне нужно выяснить, как спроектировать остальную часть полузавершенного размерного моста, созданного артефактом, разработанным Мировым Фениксом, которому пришлось списать заметки у Строителя, чтобы сделать это в первую очередь.

— Значит, не быстро.

— Доун оценила в десять лет. Любая догадка, которую я сделал бы на данный момент, была бы настолько неосведомленной, что была бы бессмысленной, но я не могу рассматривать десять лет иначе как оптимистичный минимум.

— Я думал, это десять лет, пока не случится что-то расплывчатое и угрожающее.

— Ага, но стало довольно очевидно, что завершение этого моста спровоцирует что-то, что мне не нравится. Думаю, она была такой расплывчатой, потому что знает, что я сделал бы что-то радикальное, если бы узнал. Не хочет, чтобы я испортил план ее босса.

— Это звучит именно так, как ты бы сделал. Я просто удивляюсь, почему ты не надавил.

— Доун сделала для меня много. Я знаю, что она всегда работает над повесткой Мирового Феникса, но Доун вышла далеко за рамки любого долга, который у нее был. Я знаю, что она не возложила бы это на меня, если бы не думала, что это к лучшему.

— Это показывает большое доверие.

— Она заслужила его. И даже ее босс несколько раз поступил со мной правильно. Даже если его мотивация не заключалась в том, чтобы принести пользу моему благополучию, они сделали это, и это чего-то стоит.

— Я уважаю это. Клайв сейчас там, начинает исследования?

— Мы еще не на той стадии; пройдет время. Он проводит инвентаризацию того, что там есть, проверяя, нет ли неприятных сюрпризов. Я не хочу брать ничего из этого в свой мир души, пока мы не будем настолько уверены, насколько можем быть, что это не сложная игра посланников, чтобы пронзить мою душу. Мы довольно уверены, что все в порядке, но я не собираюсь ставить свою душу на «довольно уверен».

— Тебе следует отвлечь Клайва от этого на данный момент. Представитель Континентального Совета в Яреше, и он хочет видеть всю команду.

— Какой он?

— Злой.

— На нас?

— В целом, насколько я могу судить. Он уже вогнал топор в чью-то голову. Женщина была золотого ранга, так что она в порядке, но это определенно задало тон.

— А мы тут пытались быть дипломатичными.

* * * Горманстон Байнс оглядел элиту Яреша, собравшуюся в самом большом из залов кампуса Общества искателей приключений. Большинство были серебряными, но каждая представленная фракция имела по крайней мере одного золотого, включая самого Горманстона. Хотя он не был новичком в политических играх, он испытывал презрение ко всем, кроме горстки присутствующих в зале. Его собственные люди не были избавлены от этого, но если бы он не влез в грязь, он никогда бы не вытащил свою семью из нее.

Слишком долго Дом Байнс позволял себе скатываться вниз. Слишком много потворства власти, оставленной им поколениями до них. Слишком мало поддержания основ, на которых покоилась эта власть. Горманстон пытался вести личным примером, но никто не искал примера. Они просто видели в нем еще один источник тени, в которой можно бездельничать.

Вот почему он начал вмешиваться в дела семьи. Аристократическая фракция была такой же, как его семья: слабой, глупой и не подозревающей о собственном пути к саморазрушению. Чтобы претендовать на власть в их нетерпеливых, близоруких и корыстных рядах, требовалось лишь появиться и не распускать язык. Десятилетия спустя он добился не большего, чем вычерпывание воды из корабля, чье затопление было неизбежным. Он пришел к выводу, что корабль нужно поставить в сухой док и сжечь дотла. Только тогда можно было построить новый на его месте.

Вторжение в Яреш и события вокруг него не были тем огнем, который хотел Горманстон, но это был тот, который у него был. Несмотря на все, что произошло, люди все еще препирались из-за репутации и выгоды, в то время как население жило в палатках, в руинах того, что когда-то было их домами. Это была последняя капля. Лидерство — это долг, и элита Яреша забыла об этом полностью.

Сегодня был день, когда фигуры начали вставать на свои места. День, когда люди начали выпадать из них. Он хотел бы вовлечь мальчишку, Асано, и его талант оказываться в центре событий. Он был отличным авантюристом, но слишком непредсказуемым. Было лучше работать вокруг него, чем с ним, позволяя волнам, которые он поднимал, стать рябью, прежде чем пытаться навигировать их.

Эта встреча была идеальным примером. Большинство людей в ней верили, что представитель Континентального Совета Общества искателей приключений приехал, чтобы привести Асано в чувство. Те, у кого не было следов ядра в ауре, знали лучше. Каждый человек в зале был членом Общества искателей приключений, но лишь горстка были настоящими авантюристами. Вне нашествия монстров, когда им нужно было сохранять свои преимущества, никто из них не ступил бы ногой в зал заданий.

Большие двойные двери в зал распахнулись, чтобы впустить массивного мужчину. Горманстон был крупным, одним из эльфов, обладавших необычайно мощным телосложением. Этот мужчина был его леонидским аналогом, злым, ходячим холмом, покрытым белоснежным мехом. Он носил жесткую кожу, которая выглядела достаточно прочной, чтобы защитить его на авантюрном контракте. Если бы Джейсон присутствовал, он бы подумал, что леонид больше похож на байкера.

Позади него, почти невидимый за золотым рангом, чья аура была такой же внушительной, как и его облик, следовал Видал Ладив. Если он и был недоволен тем, что его завербовали в очередную высокоранговую неразбериху, он проделал превосходную работу, скрывая это своим выражением лица и аурой.

— Это все? — проревел мужчина с пробирающим до костей гулом, на который способны только леониды. — Ладно, собирайтесь; это не чертов бал, вы, бессмысленные болваны.

Горманстон послал безмолвное пожелание, которое было исполнено немедленно, когда серебряный ранг шагнул вперед.

— Вы не можете так с нами разговаривать! Вы знаете, кто…

Его прервал леонид, схвативший его за лицо, сократив дистанцию так быстро, что для любого ниже золотого ранга это выглядело бы как телепортация. Леонид вытянул руку прямо, и он был настолько высоким, что серебряный ранг остался болтаться за голову, руки бесполезно скребли по руке леонида в панике. Леонид посмотрел на мужчину так, будто держал предмет грязной одежды, и прочитал быстрое заклинание.

— Негасимое пламя.

Голова мужчины вспыхнула пламенем, которое безобидно лизало руку леонида, поднимаясь между его пальцами. Крики серебряного ранга были приглушены его закрытым ртом. Леонид зашагал обратно к все еще открытым дверям, горящий человек болтался в его хватке, ноги беспорядочно дергались. Леонид небрежно выбросил его наружу, а затем закрыл двери, отрезав теперь уже неприглушенный визг. В тот момент, когда двери запечатались, зал погрузился в тяжелую тишину. Леонид обернулся, его ухмылка была ухмылкой льва, заметившего хромую антилопу.

— Я вогнал топор в чью-то голову, а вы, идиоты, все еще не научились читать обстановку. Любые серебряные ранги, которые хотят огрызаться на золотого, лучше убедитесь, что вы убьете кого-то из нас первыми, иначе вы можете обнаружить, что мы не склонны слушать.

Он зашагал обратно к группе, многие из которых непроизвольно вздрогнули. Он остановился на полпути через зал, занимая половину его никем, кроме себя, и Видалом, тихо стоящим у стены. Все остальные занимали другую половину.

— Меня зовут Маркус Харгрейв Ксенория, — объявил он. — Я авантюрист и человек, которого Общество искателей приключений сочло нужным направить в ваш город, услышав о событиях, которые здесь произошли. Я читал жалобы, поданные авантюристами, как на местный административный персонал Общества искателей приключений, так и на…

Он полез в свой кожаный жилет, чтобы вытащить сложенный, слегка помятый лист бумаги.

— …святые боги, они действительно называются Команда Бисквит? Они позволили одному из своих фамильяров выбрать название?

— На самом деле, да, позволили, — сказал Видал со стороны задней стены. Это был первый раз, когда многие в зале поняли, что он там.

Маркус покачал головой.

— Чертова молодежь.

Он грубо запихнул бумагу в карман брюк и переключил свое внимание обратно на группу.

— Суть в том, что люди, возглавляющие этот город, похоже, забыли, что такое Общество искателей приключений. Мне сказали, что каждый в этом зале является членом, что делает вас одновременно городской элитой и частью Общества искателей приключений. Это делает это неудачей с вашей стороны.

Он зашагал к группе, глядя вниз на одного из серебряных рангов впереди.

— Ты. Ты в Обществе искателей приключений?

Мужчина кивнул.

— Я проигнорирую очень очевидный вопрос о том, как, на данный момент, и вместо этого спрошу тебя вот о чем: что такое Общество искателей приключений?

Серебряный ранг колебался лишь мгновение, прежде чем ответить.

— Собрание людей, которые…

Сила руки Маркуса, ударившей по боку головы серебряного ранга, взъерошила волосы некоторых людей поблизости. Другие были отброшены в сторону, когда мужчина полетел прочь. Маркус повернулся к следующему.

— Ты. Что такое Общество искателей приключений?

Мужчина не ответил немедленно, его глаза метались, когда он искал ответ, который не привел бы к насилию.

— Щит, — сказал он наконец. Он посмотрел вверх на возвышающегося леонида, который сузил глаза.

— Продолжай, — подсказал Маркус.

— Они защищают…

— Они? — прервал Маркус. — Я думал, ты один из нас.

— Прошу прощения, я…

— Заткнись! — рявкнул Маркус, серебряный ранг споткнулся назад в человека позади него. Леонид повернулся и зашагал обратно, качая головой.

— Именно то, что я ожидал, — сказал он. — Ладив, принеси список.

Видал подошел к Маркусу, открывая клапан на сумке, висящей на его плече. Он достал папку и передал ее Маркусу, который вынул единственный лист бумаги, прежде чем выбросить папку. Плечи Видала опустились лишь на мгновение, прежде чем он двинулся, чтобы подобрать ее.

— То, что у меня в руке, — объявил Маркус, — это очень короткий список имен. Мне было твердо поручено дать вам всем шанс проявить себя, прежде чем я окончательно утвержу его, что я только что сделал. Я бы сказал, что разочарован, но это потребовало бы от меня иметь хотя бы одно ожидание от вас. Я сейчас собираюсь прочитать этот список, и если ваше имя в нем есть, вы все еще остаетесь членом Общества искателей приключений, когда покинете этот зал. Если у кого-то есть жалоба по поводу их отсутствия в этом списке…

Ухмылка Маркуса показала, сколько очень больших зубов у леонида.

— …я буду в полном восторге от того, чтобы лично рассмотреть ваши опасения. Есть вопросы?

Тишина, последовавшая за этим, была нарушена только тихим шелестом Видала, возвращающего папку в свою сумку.

ТРАДИЦИИ И ПОРЯДОЧНОСТЬ

ТРАДИЦИИ И ПОРЯДОЧНОСТЬ

Собравшаяся элита смотрела на Маркуса как на сумасшедшего, который каким-то образом вторгся в кампус Общества искателей приключений. Горманстон Байнс скрыл свое презрение к их бормотанию возмущения, тщательно модерируя его, чтобы не навлечь гнев леонида.

Племянница Горманстона, Джунипер, была рядом с ним. В свои двадцать два года она достигла серебряного ранга во время нашествия монстров. Горманстон был не единственным в зале, кто часто приводил с собой молодых членов своих семей, чтобы получить опыт, политический и иной. У него все еще были надежды на Джунипер, если он сможет очистить ее от влияния своего брата-идиота. Грядущие дни определят, можно ли ее спасти.

Со своей стороны, Джунипер оставалась тихой, слушая и учась. Это была привычка, которая больше всего нравилась Горманстону в ней. Выражение лица обеспокоенное, ее взгляд метался между ее дядей и леонидом. Маркус все еще ухмылялся, ожидая, пока шум стихнет или станет достаточно громким, чтобы иметь еще один повод вмешаться, хотя повод ему был не нужен. Наконец, ее беспокойство взяло верх.

— Дядя Горман, — прошептала Джунипер. — Ты собираешься…

— Горманстон Байнс, — радостно проревел Маркус, внимание привлечено тихими словами Джунипер.

Он зашагал в их направлении, как будто предполагал, что люди на его пути бросятся убираться с него. Он был немедленно доказан прав и прибыл в быстро опустевшее пространство перед Горманстоном. Джунипер отступила назад и немного за него, глаза Маркуса последовали за ней. Горманстон шагнул, чтобы заблокировать его линию взгляда, и Маркус перевел взгляд на лицо Горманстона.

Горманстон был крупным для эльфа, но Маркус был крупным для леонида. Горманстон имел необычный опыт запрокидывания головы, чтобы встретить чей-то взгляд, не запуганный возвышающейся фигурой.

— Горманстон Байнс, — прогрохотал Маркус. — Меня предупреждали, что ты можешь доставить мне неприятности.

— Посмотри на мою племянницу так, будто она была бы забавной для того, чтобы снова ее пошлепать, и ты увидишь, как выглядят неприятности, — сказал ему Горманстон.

Маркус разразился смехом.

— Твоей племяннице не о чем беспокоиться, Горманстон. Она даже есть в моем списке людей, которые не теряют членство в обществе. Большая часть списка занята молодыми людьми в этом зале. У них все еще есть шанс избежать ловушек своих старейшин, и общество признает это. Конечно, некоторые уже слишком далеко зашли.

— И кто это решает? — спросил другой золотой ранг. — По какой метрике нас судили?

Мужчину звали Финнеас Гэллоу, пользователь монструозных ядер из собственной аристократической фракции Горманстона. Не настоящий авантюрист, но и не идиот. Он был способной силой в городской политике. Маркус повернулся к нему.

— Хороший вопрос, лорд Гэллоу, — сказал Маркус. — И ответ на который находится в другом вопросе. Я бы назвал его простым вопросом, но в комнате, полной авантюристов, которые не смогли сказать мне, что такое Общество искателей приключений, мой оптимизм притуплен. Что, лорд Гэллоу, делают авантюристы? На самом деле, не отвечай на это.

Маркус развернулся, чтобы посмотреть на Джунипер.

— Лорд Байнс. Уверен, ваша юная племянница справится с задачей ответить на такой простой вопрос. Я даже обещаю воздержаться от любого наказания, если буду недоволен ответом.

Джунипер посмотрела на Горманстона, который кивнул, несмотря на то, что не отводил взгляда от Маркуса. Джунипер вышла из-за спины дяди, выглядя неуверенно, пока собиралась с духом, чтобы ответить.

— Авантюристы… выполняют контракты?

— ДА! — проревел Маркус, указывая на нее пальцем. — Это именно то, что делают авантюристы. И скажи мне, девочка…

Горманстон оттолкнул Маркуса.

— Ее зовут не «девочка», и тебе лучше помнить об этом, — прорычал Горманстон.

Зал замер, так как все в нем ждали ответа леонида.

— Так и есть, — сказал Маркус. — Юная госпожа Байнс, примите мои извинения. Но чтобы закончить мой вопрос, когда в последний раз вы относили выполненный контракт в зал заданий?

Джунипер, увидев, как ее дядя противостоит Маркусу, наконец стала увереннее в расстановке сил. Она ответила смело.

— Сегодня утром, — сказала она леониду. — Моя команда только что вернулась из зачистки от любых сбежавших червей-мироедов в южных районах.

Маркус одарил ее ухмылкой, которая давала ясно понять, что голова Джунипер поместилась бы в его пасти.

— Очень хорошо, юная госпожа Байнс. Похоже, у вас есть победитель, лорд Байнс, хотя тихо убить ее отца было бы хорошей идеей.

Ободренная Джунипер шагнула вокруг дяди, чтобы ответить, но была остановлена мягкой рукой Горманстона на ее плече. Маркус снова ухмыльнулся и повернулся обратно к Финнеасу Гэллоу.

— И вот мы имеем это, лорд Гэллоу: наша метрика для решения, кто попадает в список. Те из вас, кто жил в соответствии с обещанием мисс Джунипер Байнс, обнаружат, что их членство в Обществе искателей приключений не находится под угрозой. Но если единственные контракты, которые вы брали, были для того, чтобы предотвратить отмену вашего членства во время нашествия монстров, то боюсь, вы обнаружите, что вас вычеркнули.

— Это несправедливо, — сказал Гэллоу. — Давняя политика заключалась в том, что те, кто стоит во время нашествия монстров, сохранят свое членство, как только опасные времена закончатся.

— ДА! — прорычал Маркус, но это не был тот радостный рев, который он издавал раньше. Этот звук был диким и злым, заставляя серебряные ранги разбегаться, когда он зашагал к Гэллоу. Гэллоу двинулся отступить, но Маркус схватил его за горло. Гэллоу не паниковал и не сопротивлялся, вместо этого глядя на леонида, даже когда болтался в его руке.

— Скажи мне, лорд Гэллоу, как дела теперь, когда опасные времена закончились? Весело провели несколько недель, да?

— Я прекрасно осознаю, что есть новые угрозы, — сказал ему Гэллоу. Так как физически у него не было трахеи, голос Гэллоу не был затруднен хваткой Маркуса. — Мой семейный дом был сровнен с землей во время вторжения посланников, как и все остальные.

— О, — сказал Маркус, извиняюще опуская Гэллоу. — Я не знал, прошу прощения. Как ваша семья находит жизнь в палаточных лагерях, где размещены перемещенные лица?

Губы Гэллоу на мгновение плотно сжались, прежде чем он ответил.

— Моя семья останавливается в Герцогском дворце.

— О, — сказал Маркус. — Тогда я полагаю, вы все усердно работаете, чтобы заслужить эту привилегию.

— Привилегия — это право по рождению, а не приз за службу.

— А членство в Обществе искателей приключений — это не право по рождению, лорд Гэллоу, как бы некоторые люди ни думали, что это так!

Гневный рев Маркуса потряс люстры.

— Позиция в Обществе искателей приключений зарабатывается. Через службу. Опасные времена, лорд Гэллоу, очень далеки от завершения. Нашествие монстров было не похоже ни на одно из тех, что были раньше, и последствия ощущаются по сей день. Которые включают, позвольте мне напомнить, не одно, а два экстрамерных вторжения. Строитель, возможно, ушел, но он оставил после себя много опасности, и я надеюсь, мне не нужно объяснять угрозу посланников. Теперь политика Общества искателей приключений такова, что в эти экстремальные времена политика нашествия монстров будет продлена на неопределенный срок. Вы работаете, и работаете усердно, или ваше членство аннулировано.

— Это изменение политики никогда не объявлялось, — сказал Гэллоу. — Вы не можете наказывать нас по политике до того, как было объявление, на которое мы могли бы отреагировать.

Леонид снова совершил одно из своих внезапных изменений между ревущим безумцем и спокойным хищником, его голос стал спокойным. Он повернулся и зашагал прочь от Гэллоу, пока говорил.

— Позвольте мне объяснить. Во-первых, я напомню вам всем, что Общество искателей приключений — это организация, построенная на волонтерстве. Если вы не функционер, чиновник или исполнительный директор, непосредственно нанятый обществом, то любой член волен принять или отказаться от любого запроса, который делает общество. Конечно, те, кто отказывается от слишком многих или ключевых запросов, могут обнаружить, что их звездный рейтинг понижен, а их преимущества от общества удержаны, вплоть до их членства включительно.

Маркус повернулся и снова посмотрел на Гэллоу. В остальном в зале была мертвая тишина, люди в нем застыли, слушая монолог леонида.

— Аннулирование членства, — продолжил Маркус, — это предел того, что сделает Общество искателей приключений. Любой член, недовольный своим обращением со стороны общества, может отказаться от своего членства, устраняя любые и все штрафы. С этого момента общество не может и не будет делать ничего против них, если они не начнут поднимать армию зомби или что-то эквивалентно неприятное.

Маркус устремил свой взгляд на Гэллоу.

— Моя точка зрения, лорд Гэллоу, заключается в том, что и общество, и его члены могут уйти друг от друга в любой момент. Если Общество искателей приключений решит, что оно больше не хочет вас, то больше оно не будет. Но я признаю вопросы традиций и порядочности. Это, действительно, традиция — позволять тем, кто действует только во время нашествия монстров, сохранять свое членство. Не традиция, которая мне лично нравится, но традиция тем не менее. В связи с этим мне было поручено сделать объявление относительно этого изменения в политике.

— Никакого объявления не было сделано, ни вами, ни кем-либо еще, — сказал Гэллоу.

— Что, по-вашему, я делаю? — спросил Маркус, его тон был подозрительно разумным. — Мне сказали объявить об этом изменении, найдя самую никчемную коллекцию самовозвеличивающихся, дармоедских отбросов, которых я мог найти, укрепляющих свои вредные репутации, используя нашу организацию, и продемонстрировать без всяких сомнений, что их род больше не приветствуется. Вы скоро услышите, без сомнения, что эта встреча воспроизводится по всей планете. Короче говоря, если вы не готовы встать и сражаться с посланниками или любой другой угрозой, которая поднимет свою уродливую голову, у Общества искателей приключений нет места для вас в своем списке. С этого момента любая попытка манипулировать или использовать Общество искателей приключений, его членов и его ресурсы будет рассматриваться как атака на него и будет встречена соответствующим образом.

— А как насчет порядочности? — спросил Горманстон.

Маркус медленно повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Вы сказали традиции и порядочность, — сказал Горманстон. — Вы объяснили часть про традиции. А как насчет порядочности?

Маркус принял одну из своих хищных ухмылок, затем медленно пошел в направлении Горманстона.

— Порядочность, лорд Байнс, заключается в том, что они не позволили мне запереть каждого никчемного, фальшивого члена Общества искателей приключений в здании и сжечь его. Порядочность заключается в том, что за современниками вашей восхитительной племянницы Джунипер будут наблюдать и судить, вместо того чтобы очистить их с помощью зловонной прудовой воды, из которой они были порождены. Порядочность заключается в том, что все люди, не входящие в мой список, получат шанс вернуться домой и предупредить своих никчемных друзей, чтобы они сдали свои членства в Обществе искателей приключений, прежде чем я приду и заберу их.

Он прибыл обратно перед Горманстоном.

— Это, лорд Байнс, самая большая порядочность, которую я могу собрать. У вас есть с этим проблема?

Горманстон улыбнулся, любезно наклонив голову.

— Я служу по воле Общества искателей приключений, — сказал он.

Настороженная неуверенность на лице леонида была первым разом с момента выбивания дверей, когда Маркус не выглядел полностью контролирующим ситуацию.

— Теперь, — сказал Горманстон. — Я полагаю, у вас был список для зачитывания.

* * * Джейсон и его команда были в комнате ожидания, совсем не похожей на ту, в которой они ее нашли. Теперь там был выбор мебели, наколдованной Белиндой, плюс один облачный стул. Шведский стол был расставлен вдоль одной стены, где каждый человек наполнял тарелку. Гэри работал за грилем, дым поглощался в размерную вытяжку, парящую над ним.

— Почему ты здесь? — спросил Нил Гэри. — Я думал, ты бросил приключения.

— Я бросил приключения. Я не бросил барбекю.

Клайв и Руфус покинули шведский стол с полными тарелками. Тарелка Клайва опасно шаталась в одной руке, пока он восторженно жестикулировал другой, объясняя концепцию Руфусу. Они сели рядом с Белиндой, которая уже весело жевала.

— Аурные ключи, которые мы используем, конечно, и близко не такие сложные, как стандартные, которые используют посланники, — сказал Клайв.

— Это даже не думая о специализированном инструменте, таком как ключ для сферы, — пробормотала Белинда с набитым ртом.

— Именно так, — согласился Клайв. — Но базовый принцип тот же: взять специализированный отпечаток ауры и использовать его как резонансный ключ, чтобы открыть замок.

— Плохая безопасность, — сказала Белинда, затем откусила тираническую ножку фазана.

— Действительно, — сказал Клайв. — Есть многочисленные способы воспроизвести аурный ключ. Белинда здесь эксперт в этом с помощью простых устройств. Эксперт по манипуляции аурой, такой как Джейсон или Амос Пенсината, может просто использовать свои собственные ауры, чтобы сделать это.

Белинда сказала что-то нечленораздельное с набитым ртом, и Клайв покачал головой.

— То, что она, вероятно, пыталась сказать, — это то, что проблема с подделкой аурного ключа в том, что требуется время, чтобы правильно подобрать сигнатуру ауры, и любая хорошая система безопасности обнаружит попытки сделать это и будет иметь вторичную безопасность, обычно сигнализации.

Белинда кивнула, проглатывая еду.

— Можно обойти это, — сказала она. — Просто вопрос времени. Но что ты действительно хочешь сделать, так это заполучить ключ, который тебе нужен. С правильным инструментом ты записываешь сигнатуру ауры с него за несколько мгновений и кладешь ключ обратно, не оставляя никого в неведении. Затем ты можешь уйти и воспроизвести ключ на досуге. Я построила маленькие конструкции-пауки, чтобы пробираться в места и копировать аурные ключи для меня. Их трудно обнаружить, и они могут входить или прятаться в местах, куда я не могу.

— Недостатки этого метода безопасности хорошо известны, — сказал Клайв. — Магическое общество знает все об этом, но бюрократическая инерция означает, что они сопротивляются изменениям, которые потребовали бы масштабных инфраструктурных сдвигов во всех филиалах. Поэтому вместо того, чтобы исправить проблему, они используют временные решения, которые вводят почти столько же уязвимостей, сколько они исправляют. Возьми своего среднего чиновника Магического общества, например. Они носят с собой целое множество аурных ключей от различных хранилищ, складских помещений и исследовательских станций, в зависимости от их уровня власти.

— Тот идиот, которого мы встретили на днях, — сказала Белинда. — У него был бы всякий доступ ко всяким отличным вещам.

— Но Магическое общество не позволит просто такому шуту бродить с этими ключами, — сказал Клайв. — У них есть контрмеры на всем, от одежды до транспортных средств и размерных сумок, чтобы перехватывать трюки, подобные конструкциям-паукам Белинды. Это останавливает людей от эксплуатации членов, которые, возможно, не достигли своего высокого поста через компетентность.

— Это боль, — сказала Белинда. — Если бы ты хотел проникнуть и воспроизвести эти ключи, тебе нужно было бы заставить всех людей из Магического общества в группе выбросить всю свою одежду, инструменты, сумки, все, а затем, возможно, покрыть это все какой-то очень специфически сшитой магией на заказ.

— Какой магией? — спросил Руфус.

— Ну, — сказала Белинда, — что-то, что выше меня. У меня была эта идея для крошечных рунных камней, таких маленьких и легких, что они, по сути, были бы порошком, но это потребовало бы высокоточной ритуальной резьбы с использованием процессов, которые я не знаю. Для этого тебе понадобился бы инновационный магический гений, одержимый эзотерическими формами магии. Если бы тебе удалось сделать это, однако, ты мог бы делать интересные вещи. Например, ты мог бы поместить это в какую-то систему доставки, которая распространилась бы и прилипла ко всему, но таким образом, чтобы люди не задавались вопросом, что это за порошок. Тебе понадобилась бы сама система доставки как отвлечение.

— Как липкое зелье с вонючкой, — предложил Руфус.

— Кто знает, — сказал ему Клайв. — Гипотетически, я полагаю, это осуществимо.

Дверь в комнату открылась, и массивный, покрытый белым мехом леонид вошел внутрь.

— Что здесь происходит? — спросил он.

СУДЬБА

СУДЬБА

Маркус пробирался по территории кампуса Общества искателей приключений после встречи с тщательно отобранными представителями знати. Было забавно включить режим напыщенности и гонять аристократических бездельников, но изображать из себя клоуна — занятие утомительное. К счастью, для следующей встречи больше подходил противоположный подход. Его предупредили, причем в самых недвусмысленных выражениях, никогда не пытаться соревноваться в эпатаже с Джейсоном Асано. А когда Даниэль Геллер дает политический совет, к нему стоит прислушаться.

Было бы неплохо, если бы человек с её способностями консультировал его и по остальным вопросам политической сцены Яреша. В целом он был подготовлен достаточно хорошо, но вот с Горманстоном Байнсом они промахнулись. Маркуса предупреждали, что Байнс с наибольшей вероятностью попытается сорвать его выступление, но Маркус был почти уверен, что этот человек на самом деле ему помогал.

— Ладив, — обратился Маркус к селестину, следовавшему за ним по пятам. — Что ты думаешь о Горманстоне Байнсе после этой встречи?

— Он должен был сражаться с вами, — ответил Видаль. — Подрывать авторитет, требовать уступок, которые минимизировали бы ущерб для его фракции, пока он осваивается в новой политической расстановке сил. Вместо этого его сопротивление было символическим, причем явно. Думаю, он знал, что грядет, и вместо того, чтобы предупредить своих людей, использует ситуацию, чтобы выжечь бесполезный подлесок. Такое чувство, что мы сделали ровно то, чего он от нас хотел.

— У меня было такое же ощущение. Могу ли я ожидать такого же сюрприза от Асано? Тебя ведь одно время приставили к нему, верно?

— Во-первых, от Асано всегда стоит ждать сюрпризов. В любой день. Вы можете столкнуться с глупым шутом, закаленным авантюристом или загадочной фигурой, имеющей дело с космическими силами. Если вам совсем не повезет, вы получите нестабильного психа, который может уничтожить любого или что угодно, попавшееся ему на глаза, и обязательно сделает это. В основном он вымещает это на культистах Строителя или монстрах, но бывали и другие инциденты. Я знаю один случай, когда, будучи железного ранга, он убил нескольких авантюристов в торговом пассаже.

— И что Общество искателей приключений сделало с ним за это?

— Повысило его до трех звезд.

— Ты шутишь.

— Это был обособленный филиал, обычная коррупция. Континентальный Совет в итоге взял филиал под свой контроль на несколько месяцев, чтобы навести порядок.

— Сейчас у него снова три звезды, верно?

— В филиале Римароса шли жаркие споры о том, какой рейтинг ему присвоить. Трехзвездочный рейтинг предназначен для контрактов, связанных с крупными политическими неурядицами. Директор решил, что если короли и несколько алмазных рангов лично наводят справки о его рейтинге, то утверждение, что Асано не занимается политикой высокого уровня, выставит его самого дураком.

— Они показали тебе его нередактированное досье, верно? Каково твое мнение об Асано?

— Сам по себе он скорее обуза, чем актив. Эмоционально нестабилен, непредсказуем. Крайне непоследователен. Плохо работает с другими, если это не его собственная команда. Ненадежен по большинству критериев.

— По большинству?

— У Джейсона Асано есть два спасительных качества. Первое: если он решит, что что-то стоит сделать, он убьется, но сделает это, если потребуется. Он буквально так и делал. Второе: когда он берется за дело, оно доводится до конца. Кажется, неважно, кто или что стоит у него на пути, и даже возможно ли это в принципе.

— Проблемный, но стоит того, чтобы с ним мириться?

— Год назад я бы сказал «нет». Но как только мир начал сходить с ума, появился безумец из другого мира и снова и снова оказывался в самом центре событий. Он пожертвовал собой, чтобы предотвратить преждевременное вторжение Строителя, и чудесным образом вернулся как раз к его началу. Не думаю, что это совпадение. Боги не продолжают навещать его на публике просто от скуки. Они предупреждают нас, что Асано здесь зачем-то нужен, и нам лучше убраться с его пути и позволить ему действовать.

Маркус взглянул на Ладива, пока они продолжали идти по коридорам огромного административного комплекса Общества искателей приключений.

— Мне сказал один человек, знающий Асано, — произнес он, — что с ним легко иметь дело, если посмотреть на него под правильным углом.

— Эту информацию я мог бы использовать довольно давно, — сказал Ладив. — Поделись, пожалуйста.

— Мне сказали, что если думать об Асано как об алмазном ранге, всё становится проще.

— Как об алмазном ранге?

— Да. Этот совет дала мать лидера команды Асано, уважаемый золотой ранг. Она знает Асано с его первых дней в нашем мире. Она сказала мне, что сам Асано этого не осознает, но его менталитет — это менталитет алмазного ранга, и так было всегда. Равнодушие к авторитетам, следование собственным правилам и ценностям, игнорирование последствий. Ввязывание в дела, от которых любой здравомыслящий человек бежал бы с криком. Для алмазного ранга это ожидаемое поведение, но Асано делает это с самого начала.

Ладив нахмурился, погрузившись в молчаливые раздумья, пока они шли дальше по коридорам.

— Есть много людей, похожих на него, — наконец сказал Ладив. — Высокомерные. Глупые. Вселенная дает им по рукам за это. Но Асано продолжает подниматься, не так ли? Даже когда это его убивает. Я сказал, что не думаю, что появление Асано — совпадение, а теперь вы говорите смотреть на него как на алмазный ранг. Внезапно я начинаю видеть закономерность. Чем больше времени проходит, тем яснее становится, что окружающий мир относится к Асано как к алмазному рангу. Он был железного ранга, когда нажил личную вражду со Строителем. То, как Сорамир Римарос относился к нему, всех озадачивало, но если он смотрел на Асано как на равного, тогда всё встает на свои места.

— Совет согласен с вами в том, что Асано оказывается в центре событий не случайно. Как вы думаете, у Асано есть какая-то судьба, запущенная силами за пределами нашей реальности?

— Асано был вырван из другого мира. Я не знаю, потому ли это, что его выбрали, или его выбрали из-за этого, но кажется очевидным, что ему предстоит сделать нечто, чего хотят очень могущественные сущности. Я даже думаю, что он работает над этим прямо сейчас. Пока я путешествовал с его командой, я слышал случайные замечания о каком-то задании, которое он откладывал из-за наплыва монстров. Подразумевалось, что это предприятие немалого масштаба.

— Что за предприятие?

— Я не уверен, но полагаю, оно связано с тем, чтобы отобрать что-то у посланников. Вот почему мы приехали в этот город.

— Отобрать что-то у посланников, — повторил Маркус. — Возможно, что-то, содержащееся в гигантской металлической сфере?

— Думаю, это весьма вероятно.

— Вы делились всем этим с кем-нибудь?

— С директором Общества искателей приключений здесь, в Яреше. Это всё предположения и подслушанные обрывки фраз, так что я не составлял никакого официального отчета.

— Как вы думаете, Асано знает о посланниках больше, чем говорит нам?

— Абсолютно уверен в этом.

— Что заставляет меня задаться вопросом, почему он не делится этой информацией.

— Это проще простого, — ответил Видаль. — Представьте, если бы каждый раз, когда вы сообщали важную информацию, вам не верили, не доверяли и отмахивались от вас.

— Но ведь теперь это изменилось. Все знают, что у Асано есть доступ к источникам информации, о которых Общество искателей приключений и Магическое общество могут только мечтать.

— Да. Но если вы переходите от состояния, когда вас игнорируют, к тому, что люди пытаются отобрать то, что у вас есть, захватить то, что вы делаете, или просто устранить вас, я понимаю, почему вы можете быть не открыты для сотрудничества. И дело не только в Асано. Вы знаете, из-за чего Клайв Стэндиш рассорился с Магическим обществом.

— Знаю.

— Я знаю, что Асано подумывал о том, чтобы вообще отказаться от членства в Обществе искателей приключений. Он угрожал этим леди Аллайет, когда их отношения были еще более конфликтными.

— Сейчас это не так?

— Нет. Думаю, она поняла то же самое, что сказали вам, и начала относиться к нему как к равному. Теперь люди обеспокоены тем, что они стали слишком близки.

— Она убедила его не уходить?

— Думаю, его команда — причина, по которой он не уйдет. Если только общество не будет давить на них сильнее.

— Надеюсь, эта встреча изменит ситуацию, — сказал Маркус.

* * * Маркуса предупреждали, что от Асано и его команды стоит ждать неожиданностей, и именно это он и получил: конференц-зал в самом сердце Общества искателей приключений использовался для обеда-барбекю на свежем воздухе, только внутри помещения. Конференц-стол и официальные стулья были свалены в кучу в одной стороне комнаты, и на них небрежно перекусывали две гигантские черепахи, у одной из которых были усы.

В центре комнаты была расставлена мягкая мебель, по большей части наколдованная, как предположил Маркус, судя по однотонной зеленой окраске и легкому покалыванию, которое почувствовали его магические чувства. Это была работа Белинды Каллахан, одной из двух бывших воров в команде. Единственным предметом мебели, который выделялся, был трон, сформированный из облачного материала.

Человек, сидевший в нем, был, несомненно, Джейсон Асано. Как и обещали, его аура была чем-то невероятным, и Маркус сразу увидел то, о чем ему говорили: она казалась сродни ауре посланника. Но в ней было нечто большее — следы старых битв, отголоски божественного и более странные вещи, которые он не мог идентифицировать. Больше всего в ней поражала глубина, словно Асано содержал в себе какую-то непостижимую пустоту.

Асано и его команда расположились по всей комнате. Леонид у гриля был в фартуке с надписью: «Приключения веселее, когда съедаешь плохиша».

— Что здесь происходит? — спросил Маркус.

— Вы никогда не слышали об обеде? — спросил леонид.

— Не верю, бро, — сказал мужчина такой крупный, что мог бы сойти за побритого для маскировки леонида. — Не может быть, чтобы такой огромный тип не знал, что такое обед.

— Эй, Видаль здесь, — сказал эльф. — Стоять рядом с этим парнем — это практически способность к невидимости.

У эльфа было крупное телосложение, что всегда выделялось на фоне их обычно стройного вида. Он не проецировал силу напористо, как Горманстон Байнс, а его свободная одежда скрывала физические данные. Он выглядел скорее коренастым, чем мускулистым, даже немного плотным. Маркус знал, что это целитель команды, который, наряду с лидером, был, как сообщалось, одним из самых обычных её членов. Однако он явно перенял небрежность Асано в общении с высокоранговыми личностями.

— Почему бы вам, парни, не взять по тарелке и не присесть, — сказал Асано. — Всегда приятно преломить хлеб во время беседы. Если только вы не думаете, что то, зачем вы здесь, испортит нам обед.

Маркус усмехнулся. Его предупреждали, что Асано любит провоцировать людей неагрессивными способами, чтобы прощупать их, и это оказалось правдой. Он взглянул на Видаля.

— Еда будет хорошей, — сказал ему Видаль. — А вот понравится ли им то, что вы скажете, — это вам предстоит их убедить.

— Мы поедим, — решил Маркус и направился в сторону шведского стола. Он взял тарелку и наложил в нее гору жареного мяса, едва уменьшив дымящийся холмик на столе.

— Тиранический фазан? — спросил он.

— Команда наткнулась на огромную волну низших монстров, — сказал другой леонид из-за гриля. — У нас такие запасы, вы не поверите.

Маркус посмотрел на него.

— Вы не часть команды, верно? Вы — Гарет Зандье.

— Я на пенсии. Я не прочь время от времени помахать молотом по монстру, но сейчас я сосредоточен на своем ремесле.

— Вы из клана Зандье с Редвилд Меса?

— Нет, я из семьи Зандье из какого-то маленького городка, о котором вы никогда не слышали.

— О, он слышал о нем, — сказал Асано, наблюдая за обменом репликами со своего облачного трона. — Он знает всё, что нужно знать о каждом в этой комнате. Просто притворяется, что не знает, чтобы не выглядеть слишком жутко. Разве не так, мистер Ксенория?

— Похоже, вы тоже провели исследование, мистер Асано, — сказал Маркус. — И видели, как я приближаюсь.

— У меня нет времени на такие вещи, — сказал Асано. — Мама Хамфри рассказала нам о вас. Вы думали, что сможете расспросить её обо мне, и она не даст нам знать, что кто-то проявляет интерес? Она верна Обществу искателей приключений, но сожжет его дотла, если это понадобится её сыну.

— Будем надеяться, до этого не дойдет, — сказал Маркус.

Он отошел, чтобы сесть напротив Асано, заняв диван, который подошел ему скорее как кресло. Асано посмотрел на груду мяса в соусе на своей тарелке и перевел взгляд на шведский стол. Маркус почувствовал тонкое проявление ауры, и тарелка поднялась со стола, а порции еды начали парить в воздухе, приземляясь на неё. Затем тарелка проплыла по воздуху и зависла рядом с Маркусом.

— Белок важен, мистер Ксенория, но вам действительно не стоит упускать полноценный кулинарный опыт.

— Он не ошибается, — сказал Видаль со стороны шведского стола, где он нагружал тарелку гарнирами.

— Что такое белок? — спросил Маркус.

— То, что есть в мясе и важно для обычных рангов, — объяснил Асано. — Я не буду углубляться, иначе Знание снова начнет на меня ворчать. Мой шурин мог бы объяснить; он врач. Так мы называем экспертов-целителей там, откуда я родом. Я собирался взять его с собой, может быть, продвинуть целительство в двух мирах. Жаль, не вышло.

— Почему не вышло?

— Моя семья стала скрытной после того, как я начал публично казнить людей.

— Вы правитель в своем мире?

— Нет, это было внесудебное решение. Появилась возможность, и я ею воспользовался.

— Значит, у вас нет больше времени на власти в вашем мире, чем у меня в моем.

— Я пытался, мистер Ксенория, честное слово. Я закрывал глаза на одно предательство за другим, на бесчисленные попытки использовать меня, пока я пытался работать с людьми, которые должны были спасать мир. Но они были слишком поглощены краткосрочной борьбой за власть, чтобы выполнять свой долг. В конце концов, мне пришлось сделать это за них. Я и небольшая команда, которую я собрал. Но люди, которые должны были работать со мной, хотели того, что было у меня, и они пришли за нами. Моя возлюбленная, мой брат и мой друг были убиты. Большинство остальных я отправил домой к их семьям. После этого остались только я, моя подруга Фарра и серебряный ранг аватара Доун. Полагаю, вы знаете, о ком я говорю.

— Знаю.

— Общество искателей приключений не так плохо, как организации в моем мире, признаю. Но никуда не деться от политики и амбиций, которые ослепляют людей перед лицом более масштабных проблем. Римарос показался мне очень знакомым в этом плане. Куда бы я ни пошел, люди у власти, кажется, не могут перестать создавать мне одни и те же проблемы. Вы собираетесь стать моей следующей проблемой, мистер Ксенория?

Маркус расхохотался.

— У вас отлично получается тихая угроза, мистер Асано. Но нет, я не хочу быть вашей следующей проблемой. На самом деле, как раз наоборот.

— Я уже слышал это раньше.

— Полагаю, что так. Я здесь потому, что Общество искателей приключений претерпевает серьезные изменения в общей политике. Синекурные членства аннулируются. Фокус и ресурсы перенаправляются на текущие угрозы. Остатки культа Строителя, оставшиеся монстры после беспрецедентного наплыва. И больше всего — угроза посланников.

— Нам не нужно дополнительное внимание со стороны Общества искателей приключений, — сказал ему Джейсон.

— Мы так и предполагали. Мы знаем, что перед вами стоит некая задача. Мы знаем, что силы, превосходящие этот мир, заинтересованы в её выполнении.

— Вы хотите знать, что я делаю.

— Да, но мне было поручено, что если вы не желаете делиться этой информацией, я должен оставить всё как есть.

Джейсон вздохнул.

— Это значит, что вы будете действовать у меня за спиной, чтобы разузнать, неизбежно создавая нам проблемы в самый неподходящий момент.

— У вас большие проблемы с тем, чтобы принять хорошие новости, не так ли, мистер Асано?

— Не знаю, мистер Ксенория. Люди вроде вас никогда их не приносят.

— Тогда позвольте мне прямо заявить о наших намерениях. Мы собираемся убраться с вашего пути. Очевидно, вы прекрасно справлялись без руки Общества искателей приключений на руле. Вам нужно будет стать частью гораздо более крупной группы, когда вы спуститесь в подземелье, так как там есть угрозы золотого ранга. Я рад, что вы не настолько упрямы, чтобы пытаться исключить Общество искателей приключений из этой экспедиции, поскольку у вас достаточно рычагов влияния, чтобы сделать это. Но в остальных ваших делах мы оставим вас в покое, если только вы сами не придете к нам.

— Вам понадобилась встреча, чтобы сказать нам, что вы оставите нас в покое?

— Мы хотим прояснить, что то, что произошло с попыткой отобрать у вас тех элементально заряженных посланников, больше не повторится.

— Это было бы гораздо убедительнее, если бы Магическое общество не пыталось схватить мой огромный магический шар два дня назад.

— Это была политика.

— А разве не всегда?

— Я только что пришел со встречи, где лишил множество авантюристов членства в обществе, так как они использовали его только ради политики.

— Надеюсь, не от моего имени.

— Нет. То же самое происходит по всему миру. Как я уже сказал, произошел сдвиг в общей политике. Мы также будем перераспределять ресурсы. Например, Карлос Килидо проводил исследования, используя комбинацию финансирования от Церкви Целителя и семьи Амуз из Римароса. Мы намерены влить значительное дополнительное финансирование в эти исследования.

— Вам придется обсудить это с Карлосом, — сказал Асано.

— Он путешествует в вашем конвое. И, насколько я понимаю, рассматривает вас как критический элемент в обеспечении жизнеспособности этих исследований.

— Линди? — сказал Асано, не отрывая взгляда от Маркуса.

— А? — пробормотала она с набитым ртом. — Прости, я не слушала. Что-то о том, что ты грустный, потому что все хотят тебя достать? Мы это уже слышали, так что я перестала обращать внимание довольно рано.

Асано усмехнулся, не обидевшись.

— Пусть Эстелла присмотрится к ассистентам Карлоса, — сказал он ей. — Их языки могли немного развязаться.

Она показала ему большой палец вверх, а Маркус одарил его виноватой улыбкой.

— Я пришел и раздражил вас, хотя это было противоположностью моего намерения, — сказал он Асано.

— Почему я должен доверять этой внезапной смене отношения со стороны Общества искателей приключений? — спросил его Асано.

— Полагаю, не должны. Доверие строится со временем, а мы не очень-то преуспели в том, чтобы вызвать его у вас, верно?

— Не то чтобы я не понимал, — сказал Асано. — Зачем вам делать ставку на какого-то неуравновешенного низкорангового типа, который постоянно попадает в неприятности и не уважает всех вокруг? Мне нравится Общество искателей приключений, мистер Ксенория, правда. Но я уже давно действую вне рамок, которые они понимают.

— Вы правы. Цель Общества искателей приключений — противостоять необычным вызовам, с которыми сталкиваются этот мир и его люди. Но последние несколько лет эти вызовы стали более необычными, чем когда-либо. Мы — большая организация, и наши движения соответственно тяжеловесны. Пока мы догоняли, вы сталкивались с вызовами, которые мы не видели или не понимали должным образом. Вы не одиноки в этом. По всему миру люди вроде меня ведут подобные разговоры с людьми вроде вас. Люди, которые видели всё это и действовали самостоятельно, когда мы были слишком слепы и слишком медленны, чтобы реагировать.

Маркус кивнул на долговязого человека, евшего сэндвич.

— Люди вроде мистера Стэндиша, например.

— Я? — пробормотал Клайв.

— Да, мистер Стэндиш. Вы. Мистер Асано, пока вы были в своем родном мире, мистер Стэндиш предупреждал нас. Он раскрыл критическую транспортную и коммуникационную сеть, используемую лоялистами опальной церкви Чистоты. Он возглавил некоторых людей в этой комнате в расследовании, которое выявило вторжение посланников. Ему пришлось пробиваться через менее чем восторженную реакцию с нашей стороны и худшую — со стороны Магического общества. Полагаю, он всё это объяснил.

— Отлично, — сказал Асано. — Все люди, которые в одиночку выполняли тяжелую работу, пока ваши ребята сидели на своих задницах. Теперь, когда они оказались правы, вы внезапно хотите ворваться и взять всё на себя. Или, может быть, просто присвоить заслуги.

Маркус поморщился.

— Честно? Да, это довольно близко к тому, что мы делаем. Но не берем на себя. Просто участвуем. Поддерживаем людей, которые вырвались вперед, таких как вы. Вы сказали, что действовали вне наших рамок. Вы правы, и вы с вашими спутниками — не единственные. Общество искателей приключений хочет расширить наши рамки. Дать вам то, что нужно, даже если это означает убраться с вашего пути и позволить вам делать то, что вы делаете. Я знаю, что сегодня ни в чем вас не убежу. Всё, о чем я прошу, — это сохранять непредвзятость. Не закрывайтесь от нас, и мы не будем пытаться загнать вас в рамки.

— Итак, мы вернулись к тому, что вы организовали эту встречу — прервав то, чем мы были заняты, — чтобы вы могли ни о чем не просить.

— Мы можем помочь вам, если это потребуется. Я знаю, что отношения с Магическим обществом натянуты...

— Мы можем разобраться с Магическим обществом, — перебил Стэндиш.

Асано поднялся на ноги.

— Нам пора возвращаться в облачный дворец, — сказал он. — Это начинает казаться настолько бессмысленным, что, возможно, они пытались выманить нас оттуда.

Маркус тоже встал.

— Мистер Асано, Даниэль Геллер была права в большинстве вещей, когда дело касалось вас, но не во всем. Она думала, что вы предложите мне называть вас Джейсоном.

— Я не видел Даниэль несколько лет. В последний раз, когда мы встречались, я был добрее.

Асано ушел, чтобы растворить блюда со шведского стола в своем личном пространстве. Белинда Каллахан убрала наколдованную мебель, а Асано вернул остальную мебель на место, хотя теперь на ней было несколько следов от зубов. Группа исчезла через пару порталов, оставив Маркуса и Видаля позади. Маркус стоял с опущенными плечами, с тарелкой, полной еды, в каждой руке. У Видаля была только одна, что оставляло руку свободной, чтобы отправлять обед в рот.

— Это прошло не так хорошо, как я надеялся, — сказал Маркус.

— По крайней мере, они оставили нам наши обеды, — сказал Видаль, проглотив кусок. — Он не полностью закрылся от нас.

— В каком смысле? Я чувствую, что закрылся.

— Он оставил нам предлог, чтобы поговорить с ним снова.

— И какой же? — спросил Маркус.

— В какой-то момент нам придется вернуть тарелки.

КОШМАРЫ НИКОГДА НЕ УХОДЯТ ПО-НАСТОЯЩЕМУ

КОШМАРЫ НИКОГДА НЕ УХОДЯТ ПО-НАСТОЯЩЕМУ

В облачном дворце у Джейсона была почти пустая комната, где стенами служили магические доски, сделанные из облачного материала. Он и Клайв потратили большую часть недели, используя это пространство, чтобы попытаться расшифровать основы астральной магии посланников, создавая фундамент для дальнейшего изучения. В результате стены были покрыты сигилами, диаграммами и заметками. Единственным предметом мебели был большой стол, заваленный книгами, записями и свитками, взятыми из кабинета посланника. На нем также лежал набор тонких стержней, которые создавали различные цвета, подобно маркерам для доски.

Пара стояла перед определенным участком стены, когда измотанный Клайв провел пальцем по последовательности сигил, составляющих длинную, линейную диаграмму.

— Я не понимаю, как ты совершил этот скачок, — сказал он.

— Это работает, поверь мне, — сказал Джейсон.

— Я верю тебе. Я просто не вижу, как ты пришел к этому из того положения, в котором мы были.

— Ладно, — сказал Джейсон, указывая на диаграмму прямо перед тем участком, на который указывал Клайв. — Здесь у нас завершаются переходные силы и придают процессу импульс.

— Да, это имеет смысл, — согласился Клайв, затем указал на раздел после диаграммы, с которой у него возникли проблемы. — Но как этот процесс заканчивается здесь?

— Дело в присущей природе астральной энергии, — сказал Джейсон. — Чистая магия, не подверженная влиянию физической реальности. Она не просто движется напрямую, как вода, следующая по самому легкому пути. Она как бы пульсирует.

— Пульсирует?

— Ага. Это как бы...

Джейсон вытянул руки и медленно ими помахал, шевеля пальцами.

— ...вот так.

— Очень полезно, — солгал Клайв. — Слушай, Джейсон, это здорово, что у тебя есть это инстинктивное чувство размерных сил, но мы должны использовать его как руководство, а не как короткий путь.

— Разве использование его как короткого пути — это не то, для чего оно нужно?

— Нет, — сказал Клайв. — Если мы продолжим срезать углы, мы в конце концов дойдем до точки, где не сможем двигаться дальше.

Он снова указал на обсуждаемый раздел.

— Возьми это, — сказал Клайв. — Я верю, что ты прав в том, что это работает именно так. Нам стоит проверить это, но что бы ни было твоим астральным чувством, оно всегда было точным, когда дело касалось поведения размерных сил. Но оно не показывает нам, как и почему. Если мы просто примем, что что-то работает определенным образом, тогда, да, мы сможем двигаться дальше. Но что произойдет, когда нам нужно будет использовать те же принципы, а они будут работать иначе? Каким-то образом, в котором твоя астральная интуиция не сможет нас направить? Мы зайдем в тупик, потому что не понимаем лежащую в основе теорию.

— Значит, это как математика. Если мы подсмотрим ответ в конце учебника, мы не будем знать, как решить задачу, если она попадется снова.

— Да, если я правильно тебя понял, — сказал Клайв. — Полагаю, наше образование было довольно разным. Теперь, когда я думаю об этом, сравнение разных подходов могло бы быть очень поучительным. Позволь мне быстро взять блокнот и...

— Клайв...

— Прости, — сказал Клайв. — Я знаю, к делу. Послушай, твоя интуиция в астральной магии сэкономит нам огромное количество времени. Это значит, что в таких случаях мы будем знать ответ и сможем работать в обратном направлении, чтобы понять, как это работает. Но мы должны это делать, иначе мы достигнем точки, где станет невозможно понять следующий шаг, потому что мы подорвали наши фундаментальные знания.

— Я знаю, — простонал Джейсон. — Вот почему я изначально не хотел учить астральную магию у тебя. От магической альтернативной реальности я хочу приключений и захватывающих новых кулинарных впечатлений, а не усердной учебы.

— Тебе нужно это сделать, Джейсон. Я могу помочь тебе, сейчас и, надеюсь, тогда, но именно ты должен построить мост между мирами. Это ведь должен быть ты, верно?

— Да, — подтвердил Джейсон. — Я уже использовал устройство, которое создал Мировой Феникс, чтобы установить его на той стороне. Теперь устройства нет, и нам приходится делать это трудным путем. Либо это, либо недоделанную работу придется снести, чтобы кто-то другой мог построить новую с нуля. Доун намекнула, что делать это таким образом было бы не очень хорошо для людей, живущих в соответствующих мирах.

— Почему это должен быть ты? Теперь, когда мы вникаем в механику, можешь объяснить, почему кто-то другой не может закончить работу?

— Устройство, которое я использовал, чтобы построить половину моста, было разработано таким образом, что я неразрывно связан с конструкцией. Я связан с мостом, даже наполовину законченным, так же, как со своей облачной флягой или своими размерными мирами на Земле. Любой другой, кто попытается вмешаться, в лучшем случае никуда не продвинется. В худшем? Массивный обратный удар.

— Почему устройство было разработано именно так? Я имею в виду, мы оба годами изучали потустороннюю продвинутую астральную магию, и у меня, по крайней мере, есть базовое представление о том, как этот мост должен работать.

— Правда?

— Да. Это разница между тем, чтобы нарисовать картинку моста, и нарисовать архитектурный план, по которому его можно построить, но у меня есть представление о базовых концепциях. Достаточно, чтобы я не видел никакой необходимости или причины привязывать творение к творцу. Может быть, я упускаю что-то в сложностях, которые нам еще предстоит расшифровать. Боги знают, их там достаточно.

— Я тоже не знаю, — сказал Джейсон. — Я спрашивал Доун, почему устройство работало именно так. Она сказала, что просила Мирового Феникса построить его таким образом, но отказалась объяснить почему.

Клайв издал разочарованный вздох и провел руками по лицу, чувствуя щетину.

— Давай сделаем перерыв, — сказал он. — Душ и бритье, может быть, чашка хорошего чая. В конце концов, ничто не помогает учебе лучше, чем свежий ум.

— Ты не встретишь с моей стороны никаких возражений.

Вскоре после этого они пили чай на балконе облачного дворца. Все еще расположенные на плато на вершине скалы, они наслаждались видом, простирающимся до океана.

— Я не был так уверен насчет того, чтобы расположиться так далеко от Яреша, — сказал Клайв. — Но неделя непрерывного исследования кабинета посланника и его содержимого была крайне кстати.

— Не привыкай к этому, — предупредил его Джейсон. — Подозреваю, скоро мы получим новости.

Мгновение спустя Аллайет приземлилась на летающем устройстве, похожем на облако.

— Обожаю их, — сказал Джейсон, кивнув на облачную конструкцию.

— Твое гораздо более впечатляющее, — сказала Аллайет, обводя взглядом дворец на вершине скалы.

— Неплохо, — признал Джейсон. — Чем обязаны удовольствием?

— Посланники прислали известие, что устройство будет доставлено в город завтра во второй половине дня. Идут последние приготовления к экспедиции, но Общество искателей приключений хочет, чтобы устройство было тщательно изучено до начала операции. И они хотят, чтобы это сделал лучший в регионе эксперт по потусторонней магии.

— Клайв — лучший в регионе эксперт по магии из-за пределов Паллимустуса, — сказал Джейсон.

— Да, — согласилась Аллайет. — Мы были бы признательны, если бы вы отправились в город завтра не позднее раннего послеобеденного времени. Раньше, если хотите присутствовать при передаче устройства.

— Не думаю, что Магическое общество было радо решению дать Клайву право первого осмотра.

— Это не так, — сказала ему Аллайет. — Директор филиала в Яреше приходил протестовать лично и был довольно агрессивен.

— Что случилось? — спросил Джейсон.

— Оказалось, что агрессия — не тот подход, который стоит применять к этому конкретному представителю Континентального Совета. Я не была посвящена в детали встречи, но директор ушел в другой одежде, нежели пришел, а лампа из того кабинета пропала. Магическое общество затем отозвало свой протест против передачи устройства напрямую вам, хотя они также подали жалобу в свой собственный Континентальный Совет.

— Пропала лампа? — спросил Клайв.

— Представитель Ксенория запросил замену после встречи. Это был его кабинет. Он не раскрыл, куда она делась.

— Есть не так много мест, куда она могла деться, — размышлял Клайв. — Директор Магического общества — золотой ранг, так что он мог пережить...

— Лучше не спекулировать, — оборвал его Джейсон.

— Мистер Стэндиш, — сказала Аллайет. — Если простите мне невежливость, позволите ли вы мне поговорить с мистером Асано наедине?

— Конечно, — сказал Клайв. — Джейсон, я пойду еще раз проверю внешнюю оболочку сферы, прежде чем мы передадим её другу Эмира. Убежусь, что мы ничего не упустили.

— Клайв, — сказал Джейсон, — ты выгреб оттуда всё, что можно было найти.

— Мы никогда не можем быть уверены, Джейсон. Скрытые размерные карманы, секретные отсеки для документов, встроенные в саму оболочку. Мы говорим о тайнике знаний посланника алмазного ранга. Мы никогда не можем быть уверены, что получили всё.

— Я убежден, — сказал Джейсон. — Иди развлекайся.

— Речь не о развлечении, Джейсон.

— Угу.

Клайв не стал пытаться оставить последнее слово за собой и оставил Джейсона на балконе, а Аллайет — парящей снаружи.

— Тебе лучше войти, — сказал Джейсон.

Она опустилась на балкон. Её облако рассеялось и было втянуто в пряжку её ремня. Она заняла освободившееся место Клайва, а Джейсон достал дополнительную чашку из своего инвентаря, наполнив её из чайника.

— Если устройство будет доставлено другой группой слуг посланников, Общество искателей приключений согласилось передать их вам, — сказала она без предисловий.

— Хорошо, — сказал он, кивнув.

— Это твоя единственная реакция?

— Полагаю, новый представитель Континентального Совета пока доказывает, что держит свое слово. Если он продолжит в том же духе, я, возможно, даже вспомню, как работает оптимизм.

Она нахмурилась, и он одарил её мягкой улыбкой, не одной из своих привычных полуусмешек.

— Чего ты ожидала? — спросил он.

— Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос.

— Если ты хочешь осуждения за убийство тех людей, ты пришла не по адресу.

— Почему я должна этого хотеть?

— Не знаю. Почему бы ты хотела?

Она нахмурилась и отпила чаю. Её брови поднялись.

— Это превосходно.

— Это один из чаев Мистрана из родного города Клайва. Там есть река, Мистран, которая берет начало из астрального пространства. Вода насыщена магией жизни и воды. Она создает туман, который заполняет долину, по которой течет. Долина великолепна, а чай, который там выращивают... ну, ты сама пробуешь.

Она сделала еще глоток, закрыв глаза и наслаждаясь вкусом.

— Я убила много людей, — сказала она, не открывая глаз. — Не так много по меркам алмазного ранга, так как я всегда фокусировалась на монстрах. Но по любым другим меркам я по локоть в крови.

— Я тоже убил больше, чем хотелось бы, — сказал Джейсон. — Не до такой степени, как ты, полагаю, но достаточно, чтобы увеличение числа уже не имело значения. Не для того, что это делает со мной.

— Именно, — сказала Аллайет, открывая глаза и глядя на Джейсона. — Не должно иметь значения, что я убила тех людей. Я убивала больше и по худшим причинам. Но это продолжает крутиться у меня в голове, и единственная разница — это ты. То, что ты сказал. Ты оказал мне медвежью услугу.

— Я не согласен, но понимаю, почему ты так чувствуешь.

— Ты думаешь, что знаешь лучше меня?

— Нет.

— Убийство тех людей было правильным.

— Я понимаю, почему ты так чувствуешь. Многие согласились бы с тобой. Может быть, даже большинство. Мои мысли по этому вопросу устоялись, и я думаю, ты это знаешь, что оставляет вопрос о том, кого ты пришла сюда убедить. Думаю, ты это тоже знаешь.

— Мне не нравится чувствовать себя не в своей тарелке из-за этого.

— Конечно, не нравится. Но, может быть, тебе стоит быть благодарной за это?

— Благодарной?

Её аура излучала гнев, и Джейсон усилил ауру своего облачного дворца, чтобы сдержать его. Он не хотел, чтобы это повлияло на других людей во дворце или чтобы афишировать минутную потерю контроля Аллайет.

— Прости, — сказала она.

— Я понимаю. Однажды у меня был кошмар, который высвободил темные уголки моей ауры, когда рядом была моя семья. Один из тех уродливых шагов, которые увели их от меня.

Аллайет кивнула.

— Кошмары никогда не уходят по-настоящему, правда?

— Надеюсь, нет. По той же причине, по которой я хочу чувствовать себя не в своей тарелке, когда дело доходит до убийства. Когда я впервые попал в этот мир, я высокомерно провозгласил, что буду морально превосходящим авантюристом. Никаких убийств.

— И как долго это продлилось?

— Совсем недолго. Конечно, я был дураком. Убийство монстров быстро превратилось в убийство людей. И как только я начал, это стало пугающе легко. По сей день я все еще пытаюсь найти баланс. Я все еще чувствую этот порыв. Я вижу людей, которые ведут себя глупо, эгоистично или просто жадно, и при этом причиняют боль другим. Иногда очень сильно. Было бы так легко убрать их из уравнения.

— Иногда это необходимо.

— Конечно. Но когда мы принимаем такое решение, мы делаем себя судьями и палачами. И это заставляет меня задаться вопросом: лучше ли мое суждение, чем у людей, которых я сужу? Раньше я так думал, и я так много раз ошибался в этом. Правда в том, что иногда я сам — жадный, эгоистичный дурак, из-за которого страдают люди. Я слишком эгоцентричен, я знаю это. Я причиняю людям боль, когда не думаю о последствиях или отказываюсь слушать другие точки зрения. Но меняться трудно. Иногда кажется, что любой прогресс, которого я достигаю, вылетает в трубу, как только всё сходит с ума, а у меня всё сходит с ума очень часто.

— С властью моего уровня приходит ответственность. Ты чувствуешь это больше, чем большинство твоего ранга, я думаю, и это будет только хуже по мере роста твоей силы. Большинство алмазных рангов изолируют себя от этой ответственности. Прячутся от мира или оставляют его позади полностью. Думаю, для многих из них это просто трусость.

— Это нелегкий выбор, — сказал Джейсон. — Отказаться от ответственности или принять то, что иногда ты будешь неправ в решениях, которые влияют на так много людей. Целые миры, даже.

Аллайет одарила Джейсона пытливым взглядом, и он почувствовал, что она изучает его ауру более пристально, чем это было строго вежливо.

— Ты ведь не гипотетически рассуждаешь, правда? — спросила она. — Ты действительно один из нас.

— Ты сказала, что чувствовала себя не в своей тарелке, — сказал Джейсон, не отвечая на её вопрос. — Я стараюсь культивировать это в себе сейчас. Я хочу чувствовать дискомфорт, когда убиваю или принимаю столь же радикальные решения за других. Если я смогу найти другой путь, я его найду.

— Это было не тебе навязывать мне свои ценности.

— Нет, не мне. Когда я произносил свой высокомерный монолог, я делился своей точкой зрения. Тебе не обязательно соглашаться или даже слушать, но не так много людей понимают позиции, в которых мы оказываемся. Выбор, который мы должны делать. Я думаю, что мы должны учиться друг у друга, насколько можем. По моему опыту, другие люди помогают осветить путь. Я не могу говорить за тебя, но когда меня оставляют одного, я начинаю ошибаться. Достаточно долго, и они начинают становиться очень неправильными. Я полагаю, ты намного лучше меня в этом отношении. Ты не так молода, как я. У тебя больше опыта. И Чарист, полагаю.

Аллайет издала болезненный смешок.

— Я бы никогда не стала вести подобный разговор с Чаристом. Это человек, полностью довольный собственным суждением. Лучшее, что я могу сделать, — это попытаться смягчить ущерб.

Джейсон наполнил их чашки, и они оба пригубили.

— Что ж, — сказала Аллайет, — следующая партия предателей будет подлежать твоему суждению. Ты получил свое желание, и они будут переданы тебе. Это те, кто доставляет устройство, если посланники делают это таким образом в этот раз. Тех, кого собирают в городе, подвергнут обширному допросу, пока ты будешь в экспедиции. Возможно, они позволят тебе забрать их, когда ты вернешься.

— Это разумно.

— Ты придумал, что будешь с ними делать, если не собираешься казнить их сразу?

— Возможно, до этого дойдет; я никогда этого не отрицал. Однако я немного подумал о том, как их реабилитировать. У меня есть некоторые общие идеи, но могу только попробовать и посмотреть, как пойдет. Когда придет время, хочешь ли ты быть там? Посмотреть, преуспею я или потерплю неудачу?

— Злорадствовать или доказать, что я была неправа? Ни то, ни другое не привлекает.

— Иногда то, что лучше для нас, не является ни приятным, ни легким. Это верно для нас обоих, в какую бы сторону это ни пошло.

— Я все еще не хочу прощать людей, которые предали нас посланникам.

— Я знаю. И я понимаю.

— Ну, прекрати это.

— Прости? Ты хочешь, чтобы я перестал проявлять понимание?

— Да. Я пришла сюда не для того, чтобы ты сочувствовал мне. Ты не согласился со мной, и это засело у меня в голове. Я пришла сюда, чтобы прояснить свои чувства, чтобы перестать зацикливаться на этом. Я не могу спорить, если ты продолжаешь сопереживать моей позиции.

— Я понимаю, как это может быть неприятно.

Она одарила его пристальным взглядом.

— Прости, — сказал он, подавляя озорную ухмылку. — Послушай, Аллайет, я сказал, что не буду судить тебя, и не буду.

Она отпила чаю.

— Я не такая, как ты, Джейсон, — сказала Аллайет. — Моя карьера авантюриста не была особенной. Я не была особенной. Я не была исключительной или знаменитой. Я была в топовой гильдии, но ты бы не выделил меня из этой гильдии среди кого-либо еще. У меня не было возмутительных столкновений и я не наживала врагов из космических сущностей. Я всегда была довольна тем, кто и что я есть. И тем, чем я не являюсь, что, кажется, является трудной частью для людей. Вот почему я думаю, что алмазный ранг дался мне так легко. Так много моих сверстников стремились быть великими, в то время как я никогда не ожидала этого. Я приняла себя такой, какая я есть, и это, я думаю, было ключом. Достижение алмазного ранга, причем относительно молодым, было единственным, что во мне было впечатляющим.

— Возможно, ты знаешь себя не так хорошо, как думаешь, — сказал ей Джейсон. — Ты особенная, и не потому, что ты алмазного ранга; ты алмазного ранга, потому что ты особенная. Я хотел бы быть в таком мире с самим собой. Я всегда обеспокоен тем, в кого превращаюсь, так или иначе. Вот почему я так много думаю об этом. Я завидую твоему устоявшемуся чувству собственного «я».

Они сидели в тишине некоторое время, пока Джейсону не пришлось снова наполнить их чашки.

— Это действительно превосходно, — сказала она. — Сделаешь для меня кое-что?

— Что именно?

— Расскажи мне о своем времени в другом мире. Там ты принимал по-настоящему большие решения, не так ли? Без таких людей, как я, чтобы сдерживать тебя. Я бы хотела услышать об этом.

Он пригубил чаю, собираясь с мыслями.

— Хорошо, — сказал он. — Но я хочу, чтобы ты рассказала мне что-то взамен.

— И что же?

— Ты упомянула о трудности достижения алмазного ранга. Никто еще не рассказал мне, как это работает. Или даже о достижении золотого ранга, если на то пошло. Несмотря на все те необычайные столкновения и космических врагов, о которых ты упоминала, я все еще серебряный ранг. Я знаю, что есть изменения в том, как продвигаться в золотой ранг и через него, но люди даже этого мне еще не рассказали.

Аллайет моргнула от удивления, а затем расхохоталась.

— Ты смеешься надо мной? — спросил Джейсон с оскорбленным видом.

— Прости, — сказала она, выглядя совсем не извиняющейся. — Я не должна смеяться, но видеть, как ты ведешь себя в соответствии со своим реальным рангом, для меня уморительно.

— Алмазный ранг развлекается за счет низшего серебряного ранга, леди Аллайет?

— Не скупись на немного веселья, Джейсон; это привилегия ранга. И называй меня Элли.

НЕПОВТОРИМЫЙ

НЕПОВТОРИМЫЙ

Маркус находился в командной палатке, установленной на Сортировочной площадке Один, самой большой на территории кампуса Общества искателей приключений. Оттуда он организовывал облаву на инфильтраторов-слуг посланников, а также предстоящую экспедицию в подземелье. Он стоял за большим столом, покрытым аккуратно разложенными картами и отчетами. По другую сторону стола был Рик Геллер вместе со своей невестой и членом команды Ханной Адиа.

— Ваша команда отлично справилась во время зачистки, — сказал Маркус. — Я всегда считал работу с командами под руководством Геллера удовольствием.

— Спасибо, сэр, — ответил Рик.

— Можете называть меня Маркус, — сказал он им. — Я надеялся, что вы сможете помочь мне с небольшим делом. Я знаю, что вас привезли в Яреш из-за Джейсона Асано. После того как лорд Чарист настроил его против Общества искателей приключений, вас попросили приехать сюда и помочь сгладить отношения.

— В общих чертах это верно, — сказал Рик. — Слово «попросили» — единственная часть, которую я бы классифицировал как полностью неверную. И, честно говоря, всё это было излишним. Леди Арабель сама справилась с тем, чтобы наладить отношения, и мы планировали вернуться домой, но общество искало сторонних авантюристов. Им нужны были люди, в которых они были уверены, что те не были скомпрометированы посланниками. С тех пор мы выполняем обычные обязанности авантюристов.

— Я знаю, что вас таскали повсюду из-за мистера Асано, поэтому заранее прошу прощения за просьбу, но я надеялся, что вы сможете помочь мне найти его. Я получил известие, что он прибыл в город сегодня утром, но он не отметился. Последнее, что было известно, — он вошел через ворота, ближайшие к лагерю авантюристов за стенами, так что он в городе, если только не переместился порталом. Я надеялся, что у вас есть идея, где он может быть.

— Ну... — начал Рик, но Ханна пнула его по голени.

— Мы не знаем, — сказала Ханна. — Честно, Рик ведет себя как идиот, сэр, он ничего не скрывает.

— Ну, теперь я обязан это услышать, — сказал Маркус. — Иначе любопытство будет сжигать меня весь день.

Ханна издала усталый вздох.

— Если хотите найти Джейсона, — сказал Рик, — ищите большую группу очень привлекательных женщин. Авантюристов и профессионалов, не светских львиц, желательно хотя бы с одной принцессой.

Ханна закатила глаза.

— У меня не сложилось впечатление, что Асано — бабник, — сказал Маркус.

— О, он нет, — сказал Рик. — Просто так это работает.

— Это не так работает, — сказала Ханна.

— Ладно, — сказал Рик, явно не соглашаясь, но не настаивая на своем.

Маркус наблюдал за обменом репликами с приподнятыми бровями.

— Что ж, — сказал он. — Это слишком забавно, чтобы не проверить.

— Разве вы не очень заняты, сэр? — спросила его Ханна.

— Готов поклясться, я просил называть меня Маркус. И какой смысл быть главным, если не делаешь то, что хочешь? — спросил Маркус.

— Э-э, — сказала Ханна, — выполнять свои обязанности и ответственность перед Обществом искателей приключений и его Континентальным Советом?

Маркус нахмурился, затем покачал головой, его массивная белая грива мотнулась вокруг.

— Нет, — сказал он. — Это слишком хороший ответ, чтобы я мог парировать, так что я его проигнорирую. Пойдемте, идем.

Маркус зашагал вокруг стола и вышел наружу, оставив остальных двоих плестись позади.

— Посмотри, что ты наделал, — отчитала Ханна Рика, когда они последовали за Маркусом из палатки. Они нашли его с чиновником Общества искателей приключений, пытающимся объяснить свое расписание. Негодование женщины по поводу ответа Маркуса было вполне очевидным.

— Нет, отложите всё это, — сказал ей Маркус. — Прямо сейчас мне нужно найти большую группу женщин, привлекательных для человеческих чувств, так что эльфийки, селестины. Люди, очевидно.

— Я бы не исключал леонидов, — сказал ему Рик, что заставило Маркуса обернуться.

— Правда? — спросил Маркус, его тон был заинтригован, прежде чем он повернулся обратно к чиновнику. — Также любая королевская особа была бы идеальна.

Чиновник посмотрела на него так, будто он сошел с ума.

— Я понятия не имею, что происходит, — сказала она, — но я уверена, что всё в моем списке важнее этого.

— Это не так плохо, как звучит, — заверил её Маркус, оставив её выглядящей совсем не уверенной. — Можете, пожалуйста, просто сказать мне о любой группе, которая соответствует этим параметрам?

Чиновник одарила его недовольным взглядом, но почесала голову в раздумьях.

— Красивые женщины и принцесса, — размышляла она.

— Авантюристы были бы идеальны, — сказал Маркус. — И принцесса.

Выражение лица чиновника не подразумевало, что это делает ситуацию лучше, но она неохотно ответила.

— Леди Аллайет водит команду Грань Луны, представляя их лидерам команд, которые отправятся с ними в экспедицию, — сказала она. — Полагаю, она должна встретиться с представителями команды Штормовой Измельчитель как раз сейчас. Лидер команды и некая Зара Нарин.

— Полагаю, эта Нарин — красивая женщина, раз вы указываете на неё конкретно? — спросил Маркус.

— Да, — сказал Рик. — Она также бывшая Принцесса Ураганов Королевства Штормов.

Он не заметил взгляда, который Ханна бросила на него из-за скорости и уверенности его ответа.

* * * — Всё очень сложно, как и следовало ожидать, — сказала Зара Джейсону. — Рефинансирование всех этих людей в развлекательном районе было достаточно сложным до того, как город был разрушен. Когда его разрушили, это стало еще хуже, очевидно, но настоящие проблемы начались, когда городская администрация ускорила реконструкцию здесь и начала заниматься микроменеджментом, игнорируя права собственности. Их волнует только создание стимула для поднятия морального духа населения, что является хорошей целью, но распутывание юридической путаницы займет годы.

Джейсон и Зара, вместе с лидером команды Зары, Коринн, наблюдали за строительством здания в развлекательном районе. С ними были Аллайет и команда Грань Луны, команда из шести женщин, лично курируемых и направляемых с начала их карьеры Аллайет. Теперь они все были золотого ранга, Джейсон оценил это как недавнее достижение, основываясь на их аурах. Его чувства также уловили Беллори, но она была внутри своей полупостроенной таверны, в нескольких кварталах и дюжине строительных проектов отсюда.

— Я сама займусь этим вопросом с городом, — сказала Аллайет. — Я не могу ничего обещать, но постараюсь смягчить ущерб. У меня здесь, в Обществе искателей приключений, небольшой штат, так что если вы сможете предоставить все соответствующие детали, я изучу это. Вы собираетесь присоединиться к команде Штормовой Измельчитель для экспедиции в подземелье, принцесса?

— Собираюсь, — сказала Зара, взглянув на Джейсона. — Я пришла в команду не с самыми разумными намерениями, но нашла время, проведенное с ними, весьма полезным. Я буду частью её в обозримом будущем, если они захотят меня видеть. Также, обращение ко мне «принцесса» или «ваше высочество» в неподходящей обстановке может стать небольшим дипломатическим инцидентом. «Леди» подойдет, хотя «Зара» было бы даже лучше.

— Что ж, Зара, позвольте мне представить вам некоторых золотых рангов, которые присоединятся к вам, когда вы спуститесь в подземелье. Я хотела, чтобы команда, состоящая только из женщин, стала примером для подражания для молодых девушек, и не просто красивые лица без навыков. Команда Грань Луны — исключительные авантюристы по любым стандартам. Эссенции — великий уравнитель, но все еще слишком много угнетения женщин среди обычных рангов населения. Учитывая, что обычные ранги — это почти всё население, это проблема. Я не ожидаю...

Джейсон и Аллайет оба повернулись, чтобы посмотреть в небо, золотые ранги сделали то же самое вскоре после этого. Палатка на спине летающего ковра прибыла на бешеной скорости, остановившись почти мгновенно. Она опустилась на землю, и полог палатки открылся, выпустив Маркуса, Рика и недовольную Ханну.

— Леди Аллайет, — поприветствовал Маркус. — Мистер Асано, я ждал вас. Посланники-посланцы скоро достигнут города.

— Я знаю, — сказал ему Джейсон. — Мой фамильяр отслеживает их. Он говорит мне, что так много других делают то же самое, что наблюдающих больше, чем наблюдаемых. Также в этот раз есть настоящий посланник. Что привело вас сюда, Рик?

— Выигрыш пари, — сказал Рик, принимая золотую духовную монету от Ханны и самодовольно опуская её в карман.

— Нет, — сказал Джейсон, медленно и грустно покачав головой. — Ты только что проиграл, приятель, и проиграл крупно.

Рик посмотрел на него с замешательством, затем на Ханну. Выражение её лица внезапно дошло до него, и его глаза расширились. Джейсон подошел, чтобы утешительно похлопать его по плечу.

* * * Джали Коррик Фен была недовольна. Ей было все равно, если несколько десятков слуг будут убиты своими же, но теперь на плаху положили её. Джес Фин Кааль уверяла её, что низшие расы не рискнут убить её без выгоды, но она всегда переоценивала свою дальновидность. Невозможно было предсказать, что сделают глупые дикари, а логический выбор всегда был плохой ставкой.

Устройство было намного меньше кабинета Ма Го Шаата, который Кааль также глупо передала. Неизвестно, какие секреты оставил после себя алмазный ранг, но, что более важно, что будет, когда он вернется за ними? Впервые Джали была рада быть серебряным рангом, слишком неважным, чтобы оказаться между ними — если предположить, что она проживет достаточно долго.

Джали нахмурилась при мысли о старой ране, которой был её ранг. Все посланники появлялись на свет с присущими им ограничениями силы. Они никогда не знали, пока не достигали этого предела, но Джали родилась на своем. Навсегда обреченная быть внизу общества посланников, момент её создания был также пиком её существования, проклятая никогда не стать чем-то большим, чем она была.

Учения гласили, что ей не стоит беспокоиться, что нижайшие из посланников стоят выше величайших из всех остальных. Другие вечные серебряные, казалось, упивались этим. Она не могла заставить себя делать это, и обращение с ней со стороны посланников, не столь неудачливых, определенно не отражало никакого превосходства. Бывали времена, когда с ней обращались немногим лучше, чем с любимыми питомцами из рас слуг. Это определенно было причиной, почему её выбрали для доставки устройства. Уверенность Джес Фин Кааль в том, что низшие расы не убьют Джали, была связана не столько с уверенностью Кааль, сколько с расходностью Джали.

Она подавила свое недовольство, давно отработанное поведение. На её душе была метка астрального короля, и она не была заинтересована в том, чтобы быть убитой за предполагаемые симпатии к Неортодоксии. Ни один астральный король не следил за связанными с ней так пристально, но всплеск недовольства мог очень быстро усилить это внимание. Джали знала других, которые исчезли, и она была осторожна в том, чтобы держать свои эмоции под контролем. Если бы другие посланники узнали, что она начала медитировать, чтобы успокоиться, — то, что она переняла у низших рас, — она могла бы столкнуться с чем угодно, от насмешек до насильственного исключения.

Джали плавно двигалась вдоль дороги, босые ноги висели чуть выше плит шоссе. Месяцы плохого обслуживания оставили их неровными, с растительностью, пробивающейся между ними. Позади неё была пара летающих транспортных средств, которые низшие расы делали с помощью своей примитивной магии. В одном была пара слуг и устройство, которое было размером со среднего человеческого мужчину, когда его сжимали в форму шара. Другое транспортное средство было с большим количеством слуг на случай неприятностей.

Монстры всегда были проблемой, но вряд ли интересовались устройством. Именно раздробленные люди города представляли реальную опасность. Одна из немногих вещей, на которую на них действительно можно было положиться, — это то, что они обратятся друг против друга, и если они пошлют одного из золотых рангов, это будет проблемой. Джали не желала полагаться на врожденное превосходство вида посланников, в котором её так часто уверяли.

Даже это было второстепенной заботой. Она чувствовала множество шпионов, отслеживающих группу в том, что они, вероятно, считали секретом. Неспособность почти любого из низших видов должным образом сдерживать свои ауры была смехотворной. Она задавалась вопросом, не были ли большинство из них посланы, чтобы отвлечь от тех, кто был способен избежать её чувств, так как у них наверняка были специалисты по скрытности, стоящие своего имени. Джали сражалась во время атаки на Яреш и знала, что у низших рас были члены, которые вовсе не были такими уж низшими.

По крайней мере, фамильяр тени астрального короля должен был быть рядом, а она его определенно не чувствовала. Многие насмехались над идеей астрального короля не-посланника серебряного ранга, но Джали знала, что это отрицание. Её коллеги-посланники оказались поразительно хороши в этом, но те, кто был там, знали лучше. Они чувствовали ауру. Порыв преклонить колени. В некотором смысле, незавершенное состояние Джейсона Асано делало это хуже, потому что он был менее непостижимым. Меньше было скрыто, его аура шептала секреты бесконечности.

Так много её сородичей были доведены до ярости самим его существованием. Он был антитезой всему тому, что им говорили не только о том, кто, но и о том, чем они были. Как ни странно, те, у кого был потенциал выше их текущего ранга, были затронуты сильнее всего. Большинство сородичей Джали, навсегда привязанных к серебру, были шокированы, но не подавлены. Центральные догматы идентичности посланников не были добры к ним.

Идея встречи с астральным королем заинтриговала её больше, чем напугала, и она не была уверена, почему. Ма Го Шаат, во всей своей мощи, упал замертво к ногам Джейсона Асано. Марек Ниор Варгас последовал за ним в дыру в земле с целой ротой посланников и так и не вернулся. Ходили опасные шепотки, особенно среди тех, кто навсегда привязан к серебряному рангу. Джали держалась подальше от таких разговоров, и её осторожность оказалась мудрой, когда группа симпатизантов Неортодоксии была подвергнута чистке.

Ходили и другие слухи, те, которым позволяли процветать, вместо того чтобы подавлять. Концепция не-посланника как равного приближалась к революционной мысли ближе, чем Джали думала, что когда-либо будет позволено. Удобно, что эти слухи играли на руку плану Джес Фин Кааль использовать Джейсона Асано не путем подчинения его, а как союзника.

Кааль играла свободно с учениями, которые составляли ядро общества посланников. Джали была уверена, что это связано со всей их целью в регионе, которая не была такой же, как у других групп посланников. Она не была посвящена в то, чего хотел их астральный король, но всё больше казалось, что они навлекают на себя катастрофу, раздор и внутренние распри. Если бы не клеймо на её душе, Джали давно бы убежала далеко и быстро.

Они достигли места, где ей было сказано ждать, на небольшом расстоянии от города. На дороге были большие дыры, окаймленные пятнами крови от последнего посланника, встретившегося здесь с низшими расами. Как раз когда она задавалась вопросом, как долго ей придется ждать, единственная аура вошла в её чувства из непроницаемого барьера города. Она напряглась, почувствовав её, так как она навсегда останется для неё неповторимой.

Джейсон Асано приближался, и он приближался один.

ДЕНЬГИ ИЛИ КОРОБКА

ДЕНЬГИ ИЛИ КОРОБКА

Джейсон пронесся пару метров над шоссе на летающем устройстве, которое было немногим больше сиденья в каркасе безопасности с дроновыми роторами. Это было что-то, что он видел в интернете на Земле, с некоторыми изящными модификациями Тени и, конечно, полностью выполненное в черном цвете. Убедить Общество искателей приключений позволить ему пойти одному было поразительно легко благодаря представителю Континентального Совета, который из кожи вон лез, чтобы расположить его к себе. Это было противоположно тому, с чем Джейсон сталкивался со стороны почти каждой группы власти, с которой он встречался. Он не был полностью комфортен с этим тоже.

— Вы кажетесь обеспокоенным, мистер Асано, — сказала Тень, читая его идеально, как всегда. — У вас проблема с тем, что представитель Ксенория так любезен?

— Я просто не хочу быть одним из тех людей, которые используют привилегии и власть, чтобы получить особое отношение. И да, я знаю, что это делает меня огромным лицемером, потому что это именно то, чего я хочу.

— Думаю, я знаю вас достаточно хорошо, чтобы заявить, что вы хотите особого отношения только в той степени, в какой это оправдано особыми обстоятельствами, мистер Асано. Представитель Ксенория, кажется, намерен чрезмерно компенсировать, что, я полагаю, является источником вашего беспокойства. Поскольку он проделал быструю работу, чтобы продемонстрировать свою искренность действиями, а не только словами, возможно, пришло время ответить взаимностью с небольшой благодарностью и вежливостью. Поговорите с человеком и скажите ему, что вы хотите, чтобы ваши обстоятельства получали особое отношение по мере необходимости, а не чтобы вы получали его по умолчанию.

— Я когда-нибудь упоминал, как сильно ценю твою мудрость, Тень?

— Возможно, вскользь, мистер Асано, но она всегда приветствуется.

Форма транспортного средства Тени быстро справилась с путешествием, и они прибыли к ожидающему посланнику-посланцу. Транспортное средство взорвалось облаком тени, из которого вылетел Джейсон, движимый инерцией. Он приземлился с натренированной грацией перед посланником, темное облако втянулось в его тень и исчезло.

Джейсон чувствовал нервозность слуг не-посланников, стоящих среди пятен крови своих предшественников. Что еще интереснее, сама посланница тоже нервничала. Её внешность была традиционной властностью посланника. Её наряд был странной смесью римского сенатора и римского центуриона, и Джейсон был бы ей только по локоть, если бы она не парила над землей. Она буквально смотрела на него свысока с высоты.

Её аура была резким контрастом к её внешности. Она имела обычную утонченность посланника, не позволяя вырваться ни одной эмоции, но Джейсон без колебаний грубо и напористо прозондировал её, чтобы получить лучшее представление о ней.

* * * Джали почувствовала его приближение и наблюдала, как он прибыл на устройстве, сочетающем магию с технологией, не свойственной этой планете. Ей напомнили, что он космический путешественник, как и она. Транспортное средство исчезло, и он приземлился на землю, одетый в повседневную одежду, а не в боевое снаряжение. Его наряд, одиночное прибытие и расслабленная манера — всё указывало на то, что она была полностью списана со счетов как угроза. Это было не то, к чему она привыкла вне своего собственного вида.

Он навязал ей зондирование ауры, оставив её чувствующей себя уязвимой и обнаженной, хотя она контролировала свое выражение лица и язык тела, чтобы не показать ничего из этого. Её попытки прочитать его, в свою очередь, были похожи на попытку протолкнуть рыбу сквозь кирпичную стену.

— Интересно, — размышлял он, осматривая её. — Почему Джес Фин Кааль послала именно тебя? Она проверяет тебя или меня? Вероятно, обоих. Так эффективнее.

— Намерения Голоса не ваше дело, — сказала ему Джали.

— Они очень даже мое дело, — не согласился он. — Джес Фин Кааль и я очень усердно работаем, чтобы использовать друг друга, будучи использованными как можно меньше. Она не послала посланника по прихоти или тебя конкретно случайно.

— Вы убили последнего посланца. Я расходный материал.

Джейсон нахмурился.

— Низкая самооценка? Не думал, что ваш вид на это способен.

— У нас есть ваше устройство. Забирайте его и убивайте нас.

Джейсон сузил глаза.

— Ты действительно несчастна, не так ли? — спросил он. В его голосе было настоящее сочувствие, которое ударило её глубже, чем ей хотелось бы. В нем также была жалость, которая разозлила её.

— То, что я есть, не имеет значения, Джейсон Асано. Я здесь, чтобы передать кое-что, и это всё.

Он проигнорировал её ответ и начал расхаживать, рассеянно потирая подбородок в раздумьях. Он внезапно остановился и повернул голову, чтобы посмотреть на неё.

— Она хочет знать, попытаюсь ли я переманить тебя в Неортодоксию, — сказал он. — Это интересно. Она хочет знать, сделал бы я это, и смог бы. И она хочет знать, перешла бы ты. Знает ли она, что ты уже сбросила индоктринацию? Должна знать, если хорошо присмотрелась к тебе, но присмотрелась ли? Стала бы? Стоит ли вообще смотреть на посланника, якобы застрявшего на серебряном ранге?

Он вернулся к задумчивому расхаживанию, пока разум Джали лихорадочно работал. Что он имел в виду под якобы?

— Почему она не приказала убить тебя уже? — задавался он вопросом вслух. — Она не знала, что твоя вера ушла? Ты знала? Я чувствую самоконтроль. Он повсюду в твоей ауре, как будто это вся твоя жизнь. Полагаю, так и есть, когда есть астральный король, который заметит момент, когда ты позволишь своему разуму взбунтоваться, даже если ты ничего не предпримешь.

— Откуда вы так много знаете о нас? — не могла не спросить Джали. — Как вы стали астральным королем?

Она чувствовала его природу астрального короля, но едва. В противоположность тому, когда он взорвал свою ауру по всему полю битвы, теперь он держал её сдержанной.

— Так много из того, чему вас учили, неверно, но я думаю, ты это знаешь. Твоя неуверенность и внутренний конфликт отпечатаны на тебе почти так же глубоко, как клеймо астрального короля. У тебя давно были сомнения. Должен предположить, что единственная причина, по которой тебя не подвергли чистке, — это чтобы ты могла привести их к другим, таким как ты. Но ты дисциплинирована, не так ли? Ты никогда не переставала следовать линии. Никогда не переходила в Неортодоксию. Забавно, это означает, что ты не представляешь для них никакой ценности, потому что никого к ним не приводишь.

Он кивнул сам себе.

— Вот почему они отдали тебя мне. Они хотят знать, сколько я получил от Марека Ниор Варгаса и Теры Джун Касты.

Он повернулся, зафиксировав взгляд на ней, чувствуя её реакцию.

— Ты знаешь Теру Джун Касту, — сказал он. — Это имеет смысл. Обе застряли на серебре, внизу пищевой цепочки посланников.

— Как вы вообще слышали о ней? — спросила Джали. — Она едва ли Ма Го Шаат или Джес Фин Кааль.

— Она использовала силу дуэли на мне.

— Тогда, если вы здесь и живы, она мертва.

— Нет. Я сломал силу.

— Это невозможно.

Он усмехнулся.

— Составь список всего, что ты знаешь обо мне. Сколько из этого возможно?

— Слова легки, Джейсон Асано. Если она жива, где она?

— Я астральный король, — сказал он. — Разве это не очевидно?

— Ваше астральное королевство.

— Да. Хочешь увидеть его?

— Что вы делаете? — спросила она. — Чего вы хотите?

— Я хочу знать, что есть надежда для посланников. Что вы стоите того, чтобы вас спасать.

— Вы думаете, что можете спасти нас? Вы думаете, что нам нужно спасение?

— Я не могу спасти посланников. Я знаю парня, который хочет попробовать. Но, может быть, я могу спасти тебя, если ты этого хочешь. У меня такое чувство, что, может быть, ты хочешь.

— У меня нет интереса к вашему суждению или вашим уловкам.

Он осмотрел её с ног до головы.

— Я чувствую это, ты знаешь, — сказал он. — Страх зайти слишком далеко. Того, что твой астральный король разорвет тебя изнутри.

Белая каменная арка поднялась из земли и наполнилась трансцендентным светом. Она могла ясно чувствовать его силу через портал, зная, что его астральное королевство должно быть снаружи.

— У тебя есть выбор, — сказал он ей. — Ты можешь оставить устройство, которое принесла, и вернуться к своим людям. Ты можешь продолжать жить в тихом отчаянии, пока Джес Фин Кааль не решит, что ты больше обуза, чем актив. Или ты оступишься, и твой астральный король протянет руку из-за пределов космоса и покончит с тобой.

— У вас нет ничего, что можно предложить в качестве альтернативы.

— Нет?

Тера Джун Каста вышла из портала.

— Асано, я не знаю, в какую игру ты... Джали?

— Тера, — сказала Джали. Её невозмутимость исчезла, её стоическое выражение уступило место смеси страха и замешательства, за которой она пряталась.

— Почему ты здесь? — спросила Тера.

— Асано заключил сделку с Джес Фин Кааль. Я доставляю кое-что.

Тера посмотрела между ней и мужчиной, спокойно стоящим у портала, позволяя им говорить.

— Я знаю, что твоя вера в наших людей не так сильна, как должна быть, Джали, — сказала Тера. — Я знаю, что мы отдалились из-за этого, но не позволяй этому человеку забрать тебя полностью. Не позволяй ему стереть метку астрального короля. Разблокировка твоего потенциала продвижения не стоит того, чтобы потерять то, кто и что ты есть. Он забрал у меня саму мою идентичность.

Джали моргнула, ошеломленная тем, что только что сказала Тера. Удалить клеймо? Разблокировка продвижения ранга? Сама концепция летела в лицо всему, чему её учили. Тому, чему учили всех их. Одна мысль об этом была электризующей.

— Он может это сделать? — прошептала Джали, как будто произнесение этого слишком громко разбило бы надежду, как стекло. Её эмоции изверглись, годы осторожного самоконтроля прорвались, как прорванная плотина.

— Через портал! — крикнул Асано, когда она почувствовала, как его аура захлопнулась вокруг неё, как клетка. — Я могу защитить тебя там!

Что-то внутри неё дико скрутилось. Астральный король почувствовал эмоции, которые она так долго сдерживала, и убивал её за то, что она их испытывала. Её тело и душа сформировали единый гештальт, и он пытался разорвать себя на куски. Аура Асано подавила её собственную до нуля, его влияние воздействовало на неё с неумолимой необъятностью гравитации. Попытка её тела разорвать себя замедлилась до минимума, но сила, движущая этим, сильно сопротивлялась. Влияние Асано быстро теряло почву и продлилось бы лишь мгновения. Она посмотрела на Теру и увидела свой собственный ужас, отраженный в глазах её соратницы-посланника. Тера могла чувствовать, что происходит, и её лицо исказилось в нежелании, когда она боролась с собой из-за какого-то решения. С гримасой Тера дернула головой в сторону портала.

— Иди, — сказала она Джали, которая стояла в шоке. — ИДИ!

Тера схватила её и потащила к нему, почти заталкивая внутрь. Джали издала содрогающийся вдох и шагнула через портал.

* * * Джейсон издал вздох, наблюдая, как Тера последовала за другим посланником, чье имя, по-видимому, было Джали, через портал. У него не было угрызений совести по поводу того, чтобы позволить посланнику умереть, но именно он был тем, кто встревожил женщину настолько, что она привлекла внимание своего астрального короля. Внутри своего духовного царства Джейсон мог сдерживать влияние астрального короля некоторое время, но не было способа обойти доступ, который астральный король имел к её душе. Не если только Джейсон не войдет в её душу и не удалит клеймо короля сам.

Тем временем, была группа очень сбитых с толку слуг-посланников, стоящих вокруг, не уверенных, что только что произошло. Их было восемь. Это было меньше, чем убила Аллайет, но он решил, что это может быть к лучшему. Лучше попробовать с горсткой, чем возиться с толпой, и он не собирался облегчать задачу. Если дойдет до этого, он уложит их без больших колебаний, чем Аллайет.

— Я вижу ваши эмоции. Я знаю ваш страх. Похоже, вам рассказали, что случилось с теми, кто пришел сюда до вас. Да, эти пятна крови — их. Те, которые не превратились полностью в радужный дым. У вас есть выбор...

Джейсон был прерван, когда золотой ранг размылся перед ним, быстрее, чем он мог среагировать. Золотой ранг положил руку на лицо Джейсона и другую на его торс, затем высвободил силу в оба. Голова и грудь Джейсона взорвались, разжиженная плоть дождем пролилась на шоссе. Верхняя половина его тела исчезла, падая на землю и распадаясь, как сухой торт, когда она превратилась в кучу пиявок.

Внутри своего астрального царства Джейсон открыл глаза, когда его связь с Колином прервалась, так как форма Голоса Воли фамильяра рухнула. Он исчез, появившись через портал перед кучей пиявок и ошеломленным золотым рангом. Мужчина колебался лишь мгновение, прежде чем снова двинуться быстрее, чем Джейсон мог среагировать. Это было не быстрее Аллайет, которая внезапно оказалась там, схватив мужчину за горло. Свирепые колючие лозы росли из её кожи и обвивали золотой ранг, как кокон, подавляя его способности эссенции и раздирая его кожу.

— Говорил же, — сказал Джейсон. — Ты должен мне ужин.

— Я отведу этого к Ксенории, — сказала Аллайет. — Мы втроем собираемся мило, долго поболтать.

Она исчезла с золотым рангом, оставив Джейсона с кучей пиявок и группой слуг-посланников, более сбитых с толку, чем когда-либо. Больше пиявок вылилось из портала, как поток, достаточно, чтобы восстановить Колина в его форме Голоса Воли, идентичной Джейсону.

— Хорошая работа, — сказал ему Джейсон. — Если эта компания выберет плохо, можешь использовать их, чтобы пополнить свои запасы плоти.

Они оба повернулись к слугам-посланникам.

— Как я — своего рода — говорил, — сказал им Джейсон, — у вас всех есть выбор. Вы можете стать следующей партией пятен крови на этой земле, или можете пройти через этот портал.

Один из слуг-посланников набрался смелости задать вопрос.

— Что на другой стороне?

— Серьезно? — спросил Джейсон. — Я думал, между голыми пятнами крови и идеей быть скормленным Колину, здесь, вы все будете прыгать, чтобы пройти через портал. Я не ошибаюсь, думая, что это довольно очевидный выбор, верно?

— Совсем нет, — сказал Колин. — Вариант один — отправиться в неизвестное место, а вариант два — быть медленно пожираемым посреди дороги кучей пиявок с зубами.

— Это не совсем «деньги или коробка», — согласился Джейсон.

— Не думаю, что они понимают, насколько я полон энтузиазма по поводу шанса съесть их. Я собираюсь сделать это с удовольствием, потому что ты редко позволяешь мне есть обычных людей. Монстры — это хорошо, не пойми меня неправильно, но что я действительно хотел бы сделать, так это пожирать всё живое на планете. Они не это, но они начало.

Джейсон издал стон.

— Колин, сколько раз я должен это говорить? Никаких кровавых апокалипсисов.

ЗАДАЧА, С КОТОРОЙ ТЫ, КАЖЕТСЯ, НЕ МОЖЕШЬ СПРАВИТЬСЯ

ЗАДАЧА, С КОТОРОЙ ТЫ, КАЖЕТСЯ, НЕ МОЖЕШЬ СПРАВИТЬСЯ

Было нетрудно выстроить слуг-посланников в ряд, и Джейсон вскоре под конвоем вел их в свое царство души. Это были люди, уже сломленные посланниками, поэтому послушание перед лицом силы давалось легко. То, что Джейсон явно был в позиции силы над посланником, помогло.

Они уже смирились с мыслью, что посланники всемогущи, став предателями перед лицом кажущегося неизбежного. Если они ошибались в этом, то где это их оставляло? Это был вопрос, над которым Джейсон надеялся, что они все поразмыслят, но не в тот момент. К счастью, немного внушительной проекции ауры заставило их следовать приказам, к чему они привыкли от посланников.

Джейсон последовал за ними, прибыв в свое царство души. Он отправил их в другую область, чем двух посланников, Теру и Джали. Слуги прибыли в здание, которое было чем-то средним между отелем, тюрьмой и психиатрической палатой. Арабель ждала, пока встревоженных людей уводили аватары Джейсона. Слуги были еще более потрясены, видя множественные копии его.

— Это те же обои, что были, когда я создал это здание? — спросил Джейсон, оглядываясь.

— Нет, — сказала ему Арабель. — Также лестничные клетки переключились с зигзагообразных на изогнутые.

Джейсон покачал головой.

— Я должен взять под контроль стабилизацию своего царства души. Всё продолжает смещаться, и это когда оно должно быть на месте.

Он упал в кресло, которое появилось, когда он сел.

— Ты в порядке, Джейсон? Ты выглядишь бледным.

Он кивнул, но также одарил её слегка болезненной улыбкой.

— Закрыть астрального короля от чьей-то души непросто. Мне пришлось подключиться к своим астральным вратам и распространить свою духовную власть на неё. Мне также пришлось догадаться, что это возможно, и выяснить, как это сделать, примерно за пять секунд, так что я довольно доволен тем, как это прошло.

— Джейсон, я не знаю, о чем ты говоришь. Я не видела, что произошло там.

— Посланник, которого они послали, была на грани того, чтобы сбросить свою индоктринацию. Думаю, Джес Фин Кааль послала её посмотреть, что произойдет. Она должна быть обеспокоена тем, как я повлияю на её посланников, и справедливо, если есть еще такие, как эта. Астральный король почувствовал, что она не на борту с командой «Космический Ангел Наци», и решил её устранить. Мне удалось удерживать астрального короля достаточно долго, чтобы затащить её в свое царство души, но она долго не продержится, даже здесь. Не если я не удалю эту связь навсегда.

— Копаясь в её душе? Как у других?

— Мне нравится думать, что я делаю это с чуть большим изяществом, чем подразумевает «копание». Признаю, сначала было немного грубо, но не потребовалось много времени, чтобы освоиться. Это было легко. Инстинктивно, как понимание недавно пробужденной способности эссенции. Это вещь астрального короля, я почти уверен. Я могу делать только основы манипуляции душой, и только на посланниках, потому что их души кажутся созданными для определенных видов искусственных изменений. Почти как будто они сами искусственные. Полагаю, что-то большее, чем это, — это то, для чего нужна кузница душ, которой у меня еще нет.

— Еще? Ты уверен, что получишь её?

— Вечность — это долго, — сказал он, затем кивнул головой на последнего из слуг-посланников, когда их уводили. — Я рад, что ты согласилась помочь с ними.

— Я рада, что ты попросил. Не в обиду, но любители, неуклюже пытающиеся лечить людей, переживших психическую травму, — это очень плохая идея.

— Никакой обиды. Совсем. Я поразительно осознаю, что я не специалист по психическому здоровью.

— Я также рада, что ты вообще пытаешься это сделать. Большинство людей списали бы этих людей как предателей.

— Они предатели, — сказал Джейсон. — Но это не должно быть концом. Если мы сможем искупить эту партию, есть надежда для всех нас.

— Я хотела бы начать с работы с ними сама, — сказала Арабель. — Будет время для тебя прийти и опровергнуть превосходство посланников, но не сейчас. Я хотела бы деэскалировать их обстоятельства, а не бросать их из одной крайности в другую. Это только закроет их.

— Я оставлю это на твое усмотрение, — сказал ей Джейсон. Тень вытянулась, чтобы поглотить его, и когда она сжалась обратно, он и его кресло исчезли.

— Да, — сказала Арабель пустой комнате. — Потому что зачем утруждать себя базовой вежливостью прощания, когда есть драматический выход, который можно сделать.

* * * Джали и Тера были в садовом дворе из песчаниковых плиток и цветущих настенных лоз. В ясном голубом небе было высоко солнце. Это было место, куда портал доставил двух посланников после того, как они вбежали в него.

— Ты говоришь мне умереть? — прорычала Джали. — Я чувствую, как она крутит меня изнутри.

— По крайней мере, ты умрешь посланником, — сказала ей Тера. — Не тем, во что превратили меня.

— Как ты можешь быть чем-то, кроме посланника? — спросила Джали. — Того, кто свободен? Того, чья сила не прикована к земле, пока люди вокруг неё поднимаются к новым высотам?

— То, что Асано украл мою цель, — это не свобода, и наполнение меня его силой — не дар. Я была осквернена для какой-то темной цели, которую он замышляет для меня.

— Темная цель? — раздался мужской голос сверху. Они посмотрели вверх и увидели Марека Ниор Варгаса, спускающегося с неба.

— Посланники ходят, где хотят, — продолжил он, опускаясь на выложенную плиткой землю. — Порабощая или уничтожая целые планетарные популяции. Бесчисленные миры по бесчисленным вселенным, неудержимый рой, потребляющий и движущийся дальше, как саранча. Что это, если не темная цель?

— Это слава, — сказала ему Тера. — Это право тех, кто стоит на вершине, смотреть вниз на тех, кто ниже их.

— Так нам говорят, — сказал Марек. — Низший посланник выше высшего из любой другой расы. Затем есть мы, вторая иерархия. Напомни мне, Тера Джун Каста, кто стоит на вершине среди посланников?

— Твоя софистика ни к чему не приведет, Марек Ниор Варгас, — сказала ему Тера. — Асано не посланник, и он не истинный астральный король. Он несовершенен.

— Он незавершен, — поправил Марек. — А не несовершенен.

— О, не принижай меня, Марек, — сказал Джейсон, выходя из тени. — Я могу быть и тем, и другим. У меня есть глубины, которые мы еще не начали исследовать. Также, я ничего не оставил внутри тебя, юная леди. Если бы оставил, твоя темная повестка была бы одержимо просматривать записывающие кристаллы «Величайшего американского героя».

Тера развернулась к Джейсону, открывая рот, чтобы заговорить.

Тера Джун Каста.

Слова Джейсона не были произнесены. Они появились, как создание света на заре времен, акт воли, который определил вселенную. Три посланника внезапно и чрезвычайно осознали, где они находятся. Они были не просто окружены силой Джейсона; его сила была всем. Земля под ними и небо над ними. Воздух, касающийся их кожи, и сладкий аромат полевых цветов. Они были в реальности, где только они были чужими, и их дальнейшее существование было по прихоти Джейсона Асано.

Он одарил их дружелюбной улыбкой.

— Тера, — сказал он мягко. — Мы оба знаем, что ты поманила Джали сюда в мое астральное царство, чтобы она не умерла. Может быть, теперь, вместо того чтобы говорить ей умереть за твои убеждения, тебе стоит уделить некоторое время обдумыванию того действия, которое ты совершила. Изучи, почему ты это сделала. Посмотри, как эти убеждения выдерживают проверку, когда у тебя есть мужество быть непоколебимо честной с самой собой.

Джейсон сделал щелкающий жест, и Тера исчезла, как будто её никогда там не было.

— Марек, — сказал он, — оставь меня поговорить с моей гостьей.

— Асано, я думаю, было бы лучше, если бы...

Джейсон посмотрел на него, и Марек почувствовал это. Его чувство равновесия пошатнулось, как будто голова Джейсона осталась там, где была, а остальная вселенная повернулась, чтобы поместить Марека в его линию зрения.

— Я не просил, Марек Ниор Варгас.

Марек не ответил, взмыв в воздух с ударом крыльев.

— Я... — нерешительно сказала Джали, остановившись, когда Джейсон повернулся к ней, хотя его выражение смягчилось.

— Что ты собиралась сказать? — мягко спросил Джейсон.

— Марек Ниор Варгас — уважаемый военный лидер, даже среди моего вида. Я никогда раньше не видела кого-то вроде него напуганным.

Джейсон кивнул и сел, под ним появилось кресло. Позади Джали появился табурет, без спинки, чтобы вместить её сложенные крылья. Она повернулась и посмотрела на него мгновение, прежде чем сесть. Она нервно перевела взгляд обратно на Джейсона.

— Значит, ты знаешь Марека? — спросил он небрежно.

Она покачала головой.

— Я знаю о нем. Я слишком незначительна, чтобы он знал меня. Он один из командиров, среди сильнейших. Я всегда обращала на него внимание.

— Почему?

— Ходили слухи. Что, возможно, он был как я.

— Сомневающийся в ортодоксии посланников?

— Я не имею ничего общего с Неортодоксией.

— Мне все равно, имеешь или нет. Это битва Марека, не моя.

— Тогда он? Часть Неортодоксии?

— Теперь да. Что касается до этого, я не думаю, что он осмеливался. Я не уверен, что это реальная организация, скорее идея. Как можно иметь движение сопротивления, когда твоя душа порабощена и твой хозяин почувствует бунт внутри тебя? Марек теперь свободен быть бунтарем, но тебе стоит опасаться его. Я полагаю, у него есть ловушка для тебя, хотя сомневаюсь, что он видит это так.

— Ловушка?

— Он собирается предложить тебе ложную дихотомию, но это забота на потом. Есть более насущные вопросы.

Она кивнула, всё её тело выглядело сжавшимся.

— Сколько у меня времени? — прошептала она.

— Несколько дней, без вмешательства.

Она указала вокруг них.

— Разве это место не вмешательство?

— Это прятки. Вмешательство менее нежное, но более постоянное. Могу я узнать твое полное имя?

— Джали Коррик Фен.

— Я бы сказал, что жаль, что мы встретились при лучших обстоятельствах, но это лучшие, о которых мы могли просить, даже если сейчас это не так ощущается.

— Я умираю.

— Да, умираю. Не мертва. Потому что я был там в момент, когда твой астральный король решил, что ты больше не стоишь силы, которую она высасывает из тебя. Я не знаю, сколько людей в космосе одновременно желают и способны помочь кому-то в твоей ситуации, но я подозреваю, что назвать их мучительно трудными для поиска — это глубокое преуменьшение. И все же, вот я, сижу прямо напротив тебя. Если бы я был тобой, я бы посчитал это настолько хорошим обстоятельством для встречи, насколько я мог бы просить.

— То, что сказала Тера... можешь ли ты действительно...

— Да. Истинная свобода от астрального короля, но не без собственной неприятности.

— Я слышала о посланниках, меняющих верность между астральными королями. Будучи проданными, как будто они были из порабощенных рас...

Она замолчала, выглядя испуганной.

— Что не так? — спросил он.

— Вы выглядели сердитым. В этом месте я могла это почувствовать. Как будто воздух становится горячее.

— Мне не нравится, как посланники обращаются с людьми. Я думаю, ты знаешь, что астральные короли обращаются с остальными посланниками так же, как вы все обращаетесь со всеми остальными. Я надеюсь, ты поразмыслишь над этим в грядущие дни и подумаешь, что это значит для того, как ты ведешь себя с другими.

— У меня есть выбор? То, что сказала Тера. Это означает, что ты можешь перезаписать клеймо моего астрального короля на моей душе своим собственным, не так ли?

— Могу. Я никогда этого не делал, и я надеюсь, что никогда не достигну точки, где сделаю этот выбор.

— Тогда как насчет Теры? Марека Ниор Варгаса? Ни один астральный король не позволил бы тебе держать их посланников здесь, особенно Веста Кармис Зелл. Как они не были убиты?

— Потому что я не заменил их клеймо своим. Я заменил его их собственным. Они свободны.

— Тогда почему они должны подчиняться тебе?

— Потому что я могу уничтожить их физические формы, оставив рваные остатки их душ чисто духовными, а затем вышвырнуть их в астрал, чтобы Жнец забрал их. Старая добрая тирания.

— Почему? Почему они здесь? Почему я здесь? Что ты делаешь с нами?

Джейсон подался вперед, посмотрел на свои ноги и вздохнул.

— Я ненавижу это, — сказал он.

— Ты ненавидишь использовать нас?

— Я ненавижу, что у вашего вида так много силы, а концепция сострадания никогда не приходит вам в голову как мотивация.

Он посмотрел на неё, прежде чем продолжить.

— Я надеюсь, это культурное, Джали Коррик Фен. Я искренне надеюсь. Я скорее надеюсь, что ты будешь той, кто докажет это. Ты довольно сильно отличаешься от других посланников, которых я встречал, и это очень хорошо. Но это мои амбиции, и нам следует отложить их на потом. Вопрос в том, чтобы сохранить тебе жизнь и освободить тебя. От Весты Кармис Зелл, чтобы было ясно; ты все еще будешь моей пленницей, пока я не решу иначе.

— Как?

— Ну, шаг первый — это нечто: ты должна впустить меня в свою душу. Это иногда самая трудная часть. У меня был посланник, отчаянно желающий впустить меня, но они не могли заставить себя сделать это. Не могли побороть свои инстинкты, даже чтобы избежать смерти от рук твоего астрального короля.

— Я не могу поверить, что Тера Джун Каста позволила тебе сделать это.

Джейсон снова опустил голову.

— Она не позволила, — прошептал он.

Джейсон почувствовал удивление в её ауре.

— Тебе стыдно, — сказала она. — Ты сделал что-то с ней, и тебе стыдно.

Джейсон заставил себя встретить взгляд Джали и кивнул в знак признания.

— Она использовала силу дуэли на мне. Если бы никто из нас не убил другого, это убило бы нас обоих. Единственный способ спасти нас — это заставить её впустить меня в свою душу и выключить способность.

— Почему просто не убить её? Она пыталась убить тебя.

— Мир должен с кого-то начаться. Иногда это кажется невозможным, но именно тогда усилия могут быть наиболее важными. Был другой путь, и я выбрал его. Сострадание, как я только что сказал. Но я, возможно, ошибся. Как ты сказала, она бы никогда не впустила меня. Не пока я не пытал её душу, пока она не сломалась. По сравнению с этим, просто убить её могло быть милосердием. Она не приняла ничего из этого хорошо. Ни то, что я сделал, ни то, что это значит для неё. Для неё. Я не делал этого раньше и не знаю, какой ущерб я нанес в своем невежестве. Я не знаю, осталось ли что-то от того, кем она была, после того, что я сделал.

— Она не сильно отличается от той, какой я её знала, — сказала Джали. — Я бы сказала, злее, но нет. Мы были друзьями, однажды. Ни одна из нас не приняла ограничение серебряным рангом хорошо, но мы научились справляться с этим очень разными способами. Я сомневалась. Рассуждала. Я должна была быть осторожна, чтобы не зайти слишком далеко, но другие знали о моих сомнениях. Это оставило меня изолированной. Недоверяемой. Тера пошла другим путем. Абсолютное рвение. Непоколебимая преданность долгу, расе посланников. Ты знаешь, что случилось с нами, когда ты обнажил свою ауру во время атаки на город эльфов?

— Ярость. Бешенство. Общее согласие, что убийство меня должно быть на вершине списка дел.

— Ты — оскорбление всему, чему нас учили о самих себе. Особенно нашим стремлениям. Вот почему те, кто, как я, заперт на серебряном ранге, не отреагировали. За исключением тех, кто как Тера.

— Те, кто сохранил веру, даже когда вера не сохранила их.

— Да. То, что ты сделал, — это взял всё, вокруг чего она строила свою жизнь, и разбил вдребезги.

— Такое впечатление у меня сложилось. Я надеюсь, что время изменит вещи для неё. Я надеюсь, что ты изменишь вещи для неё тоже.

Джали смотрела на него, как на какую-то диковинку, выброшенную на берег.

— Ты ведь серьезно, правда? У тебя действительно есть сострадание к ней. К той, кто использовала силу на тебе, которая гарантировала, что один из вас умрет. И ты чувствуешь стыд за то, что тебе пришлось сделать, чтобы выполнить невозможную задачу сохранения её жизни вместо того, чтобы убить её.

— Это так странно?

— Странно? — спросила она со смехом, удивив Джейсона. — Это, без сомнения, самая странная вещь, которую я когда-либо видела. Я никогда не слышала, чтобы кто-то чувствовал сострадание или стыд по отношению к посланнику. Не от моего собственного вида и, конечно, не от любого другого. Нигде, никогда.

— Разве ты не думаешь, что это грустно?

— Все видят нас как врагов. Мы даже сами видим себя так. Когда астральные короли вступают в конфликт, мы воюем друг с другом.

— Признаю, у меня есть некоторые проблемы с тем, чтобы собрать хоть какие-то хорошие чувства к астральным королям, — сказал Джейсон. — Но остальные из вас — рабы, и я подозреваю, большинство из вас даже не знают об этом.

— Я знала, — сказала Джали шепотом.

— Я могу что-то с этим сделать. Если ты позволишь мне...

— Да.

Её ответ был твердым и уверенным.

— Как я сказал, это не так просто. Даже когда ты хочешь этого.

Он встал, и его кресло исчезло.

— Я дам тебе время обработать свои мысли.

— Я бы предпочла, чтобы мы сделали это немедленно.

— Всего несколько минут назад ты была верным посланником. Минуты.

— Если бы я была верной, я бы не была здесь. Ты бы, вероятно, убил меня.

— Возможно, но даже так.

Он указал на арку в стене, которой не было в прошлый раз, когда она взглянула в том направлении. Она вела к садовой дорожке, проходящей между клумбами белых и красных цветов.

— Броди, где хочешь, — сказал он ей. — Куда бы тебя ни впустили, ты вольна идти. Я не всегда внимателен, но если ты заговоришь со мной, я услышу. Если хочешь или нужно что-то, просто попроси. Еду, питье. Поговорить с другими посланниками здесь. Цеппелин в форме твоей собственной головы. Просто имей в виду, что вещи могут стать немного шаткими для тебя. Я все еще осваиваюсь с переделкой реальности с помощью астрального трона, и вещи имеют тенденцию немного смещаться.

Он нахмурился.

— Что внезапно заставляет меня беспокоиться о людях обратно на Земле, которые живут в местах, где я переделал реальность. Ох, ну ладно, уверен, всё в порядке. В любом случае, удели время и позволь своему разуму успокоиться, насколько это возможно. Я знаю, каково это — когда всё, что ты считаешь правдой, оказывается ошеломляюще неверным. Я найду тебя достаточно скоро, и мы поговорим снова. Я объясню всё в деталях о том, что влечет за собой мое вхождение в твою душу и изменение вещей.

— А потом ты сделаешь это?

— Да.

Она повернулась, чтобы посмотреть через арку.

— Я не...

Когда она повернулась обратно, он исчез. Её чувства не зарегистрировали его отсутствие, потому что они говорили ей, что он везде.

* * * Джейсон вышел из тени дерева на вершине утеса. Марек Ниор Варгас стоял на земле, а не парил над ней, глядя на озеро внизу, берег которого время от времени был усеян раскидистыми озерными домами. Был также дом посреди озера, вырезанный из массивного айсберга. Джейсон подошел и присоединился к нему в созерцании вида.

— Ты поговоришь с ней, если и когда она захочет, чтобы ты это сделал, — сказал Джейсон ему.

— У неё должно быть руководство её собственного вида.

— Руководство её собственного вида дало ей жизнь, полную страданий. Оно индоктринировало её так тщательно, что она верила, что самые гнусные акты были праведными. Что ей нужно, так это время и пространство, чтобы подумать, наконец свободная от руководства её собственного вида.

— А твое руководство лучше?

— Комментарии к трейлеру для перезапуска фильма с полностью женским составом лучше, чем всё, что ваш вид может предложить. Но с другой стороны, она может выполнить задачу, с которой ты, кажется, не можешь справиться.

Марек повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Какую задачу?

— Убедить меня, что весь ваш вид стоит чего-то большего, чем убийство при первой встрече.

СТОИТ СПАСЕНИЯ

СТОИТ СПАСЕНИЯ

Посланники редко касались земли. Именно поэтому Марек Ниор Варгас выделялся для Джали; он часто стоял на земле, предпочитая ходить, а не парить. Этот поступок привлек к нему много негативного внимания, заставляя многих, как и её саму, задаваться вопросом, был ли он таким же верным Посланником, каким себя провозглашал.

Джали решила последовать его примеру, позволяя ступням ощущать опору как в буквальном, так и в переносном смысле. Было непривычно чувствовать тяжесть собственного тела, которое удерживало себя само, а не парило благодаря её ауре. Она внезапно осознала, почему так много Посланников теряли самообладание, оказавшись на земле во время боя; это ощущение было слегка тревожным. В разгар сражения, которое и без того оказалось сложнее, чем ожидалось, этого было достаточно, чтобы окончательно выбить их из колеи.

Вместо того чтобы отступить перед этим беспокойством, Джали приняла его, пробираясь через сады. По мере того как сады менялись, менялась и текстура под её ногами: от аккуратной плитки до грунтовых дорожек. Иногда смена садов происходила, когда она переходила из одного в другой. В другие моменты сады менялись сами по себе, и мир содрогался от резкого толчка. Открытые лужайки и топиарии превращались в маленькие хижины и мостики, петляющие среди ярких цветов. Ещё одно изменение — и она уже на узкой грунтовой тропинке, вьющейся сквозь густую зеленую листву. Плотный полог оставил её в ложных сумерках, окруженную тенями. Она быстро обнаружила, что тенистая листва полна острых, скрытых шипов, которые, почувствовав вкус её крови, начали стремительно расти. Вынужденная ускорить шаг, чтобы оставить их позади, она обрадовалась, когда мир снова содрогнулся, оставив её где-то в другом месте.

Один из садов представлял собой сложную сеть водных каналов с дрейфующими кувшинками, на которых цвели яркие орхидеи и лотосы. Ей показалось, что она мельком увидела сад, в котором кролик в цилиндре рисовал акварелью, но сады изменились, как только она его заметила. Он исчез так быстро, что она не могла быть уверена, не было ли это просто плодом её воображения.

Она прошла мимо красных цветов, которые пахли кровью, но при этом были какими-то сладкими и манящими, несмотря на медный привкус. Этот диссонанс, казалось, минул её нос и отозвался прямо в сознании, столь же дезориентирующий, как и всё остальное. Другой сад был разбит под строгими прямыми углами, а клумбы содержали черные и белые цветы, высаженные ровными рядами и колоннами. У цветов не было запаха, но у Джали возникло очень сильное ощущение, что отклонение от тропинки приведет к крайне плохим последствиям.

Джали смотрела на свое отражение в неподвижном пруду, когда мир снова содрогнулся. Она оказалась под землей, где мимо протекала река, отражая радужный свет помещения. Этот свет исходил от фосфоресцирующего грибка, облепившего стены и потолок, сияющего ярким светом, который переливался калейдоскопическими оттенками.

Земля была слишком ровной для естественной пещеры, несмотря на то, что в остальном она казалась именно такой, а слой мягкого прохладного мха смягчал её шаги. Это означало, что ей не нужно было смотреть под ноги, и она могла любоваться красотой пещеры, освещенной грибным сиянием. Она заметила туннель, ведущий вниз по течению, и другой, ведущий вверх. Из туннеля, что вел вниз, донесся сердитый рык.

— Кровавые боги, Джейсон, ты когда-нибудь перестанешь всё менять?

Первым инстинктом Джали было пойти в другую сторону, но поддавшись порыву, она направилась на голос. Она вошла в туннель, откуда доносился лязг металла, который швыряли из стороны в сторону. Жар исходил от того места, куда она направлялась, и вскоре стал настолько сильным, что даже Посланник серебряного ранга почувствовал себя некомфортно. Грибные огни уступили место камням, встроенным в стены, которые также излучали свет. Она узнала в них узлы лавового гранита — камня, который поглощает тепло и превращает его в свет. Она видела, как их использовали для освещения в вулканических кузницах.

По мере того как она продвигалась по туннелю, лязг становился громче, сопровождаемый ворчливым бормотанием, понятным лишь урывками.

— Куда ты дел мою чертову наковальню, ты тощий, нелепый... о, ты, должно быть, шутишь.

Туннель превратился из преимущественно естественной пещеры в грубо вырубленный проход, пол из ровного и мягкого мха стал гладко отполированным. Её босым ногам было горячо, но она не стала взлетать, чтобы облегчить боль. Она увидела впереди проем, освещенный оранжевым светом кузнечного горна. Она добралась до помещения, которое, как и туннель, имело грубо отесанные стены, но гладко отполированный пол.

Большая комната была кузницей, в центре которой пылал массивный горн, излучающий свет и палящий жар. Инфраструктуры хватало на то, чтобы одновременно работали полдюжины кузнецов: от дополнительных горнов, которые сейчас были холодными, до мехов, стоек с инструментами и верстаков. Всё было разбросано и опрокинуто, а инструменты, слитки и куски металлолома валялись как попало. Главным отсутствующим предметом была наковальня, но единственный обитатель комнаты показал, куда она делась.

Леонид в тяжелом кожаном фартуке откинулся назад, уперев руки в бока, и сердито смотрел на потолок. Казалось, жара на него не действовала, несмотря на густую шерсть. Джали проследила за его взглядом и увидела наковальню, прикрепленную к потолку. Леонид перевел взгляд с потолка на неё, ничего не сказав. Он просто смотрел, выражение его лица было нечитаемым.

Джали не могла считать ауру леонида, кроме его серебряного ранга. Королевство Асано, по-видимому, ограничивало восприятие ауры тем, что Асано хотел позволить увидеть, что было одной из многих вещей, делавших это место чуждым. Даже для такой космической путешественницы, как Джали, это было странно, и она задавалась вопросом, все ли астральные королевства такие. Это было единственное, в котором она бывала.

Леонид продолжал смотреть, не говоря ни слова. Джали смотрела в ответ, не зная, что делать. Всё, что ей говорили всю жизнь, гласило: при встрече с не-Посланником единственными вариантами были убийство или подчинение. Она не знала, чего хочет, только то, что не хочет делать ни того, ни другого.

— Ты новенькая, — сказал леонид, его голос звучал как недружелюбный рокот.

— Новенькая? — переспросила Джали.

Леонид отвернулся и вернулся к уборке комнаты, подбирая обрезки металла и бросая их в угол.

— Джейсон начал собирать Посланников, — сказал леонид, не утруждая себя взглядом на неё, пока работал.

— Собирать?

— Он думает, что, возможно, вы стоите того, чтобы вас спасти.

— Ты не согласен, — сказала она, это было наблюдение, а не вопрос.

— Многих людей нужно спасать, — ответил он ей. — Но никто из них не заслуживал этого меньше, чем ты и твои сородичи.

— Ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы быть уверенным, что никто в мире не заслуживает этого меньше?

Леонид перестал делать то, что делал, и повернулся, чтобы посмотреть на неё.

— Ты участвовала в нападении на город? — спросил он.

— Да, — призналась она.

— Тогда это всё, что мне нужно знать. Я тоже сражался в той битве и столкнулся со многими из ваших. Каждый из них начинал одинаково. Такие гордые, такие уверенные. Никакой другой цели, кроме как убить нас, чтобы доказать, что они могут, сея страх и распространяя ужас. И им это нравилось. Они думали, что это спорт. Невинные люди, убитые на улицах. Дома, рушащиеся на головы живущих в них семей. Нужно обладать особым видом зла, чтобы смотреть на улицу, усеянную мертвыми детьми, и смеяться.

Он зарычал, и эхо этого рыка наполнило камеру его присутствием. Она внезапно очень остро осознала, что, хотя она выше его ростом, её зубы — нет.

— Твои сородичи, — продолжил он, почти выплевывая слова. — Они парят над всем этим, красивые и неприкасаемые. Но потом ты показываешь им, что их можно коснуться. Это видно в их глазах — тот момент, когда они осознают, что сейчас произойдет, что они не так непобедимы, как думали. Когда они понимают, что сейчас умрут, грязные и сломленные, хотя думали, что будут жить вечно. Что превосходство, в которое они верили, было ничем. Не так уж сложно спустить таких, как вы, на землю.

Он взглянул вниз, увидев её ступни на полу, а не парящими над ним. Его глаза снова поднялись к её лицу, он снова уставился на неё. Она не знала, как ответить, поэтому промолчала.

— Ты так и будешь стоять? — спросил он наконец. — Или поможешь убрать этот беспорядок?

— Я... ты должен сказать мне, что делать.

Его глаза сузились в оценивающем взгляде.

— Мир души Джейсона решил переместить мою кузницу, — сказал он. — Разбросал всё вокруг, вывалил мои запасы материалов на пол, превратив половину из них в бесполезный лом. Просто хватай любые искривленные куски металла и пока что кидай их в тот угол.

Он указал на угол, где он сам только что это делал; там уже высилась небольшая куча металлолома. Она огляделась и увидела, что металла, который можно добавить к куче, предостаточно. Она уже собиралась потянуться аурой, чтобы переместить ближайший кусок, но остановила себя. Вместо этого она подошла, подняла его и бросила. Леонид мельком взглянул на неё, прежде чем продолжить уборку.

— Я Гэри, — сказал он ей, его тон всё ещё был враждебным, хотя уже не таким злым.

— Джали Коррик Фен.

— Что ж, я буду звать тебя Джали, — проворчал он. — Эта штука, когда вы постоянно используете полные имена людей, чертовски раздражает.

* * * Джейсон наблюдал, оставаясь незамеченным, как Гэри зашагал прочь, чтобы найти путь обратно на поверхность. Джали двинулась следом, пока не почувствовала укол ауры, направленный в её сторону, и обернулась, заметив Джейсона. Она взглянула на Гэри, но Джейсон покачал головой, и она осталась молчать, позволяя ему уйти. Через мгновение его голос донесся из туннеля.

— Чертова станция с напитками? Мне нужна работающая кузница и выход, а не выпивка. В смысле, да, я не откажусь от выпивки, но я не хочу весь день бродить по этим туннелям.

Джейсон усмехнулся и побрел в противоположную сторону, к стене, которая превратилась в туннель с уклоном вверх, как только он приблизился к ней.

— Разве он не твой друг? — спросила Джали, торопливо, совсем не по-посланнически, догоняя его. В туннеле было темно, хотя это не мешало ни одному из них.

— Он мой друг, — сказал Джейсон. — А ещё он получил целую гору редких и дорогих материалов, наколдованных для его металлургических экспериментов. Цена этого — время от времени подвергаться таким вот неприятностям.

— Значит, ты разрушил его кузницу?

— Нет, это мой мир души забарахлил, как я и предупреждал. Я просто не хотел упускать возможность немного повеселиться.

— Думаю, он мог бы убить меня, если бы не ты.

— Вероятно. Мне с трудом удается заставить людей оставить в живых тех, кого вы поработили, не говоря уже о вас самих. Если я не буду держать настоящих Посланников здесь, вас будут пытать ради информации, потом ради висцерального удовлетворения, а затем в конечном итоге убьют. Но я рад, что он не убил тебя. Он по натуре радостный человек, и к тому же симптоматический носитель; его радость заразительна. Я не хочу, чтобы он снова это потерял.

— Снова?

— Люди этого мира многое повидали за последние несколько лет. Вы и ваши сородичи — просто последнее пополнение. Ещё одна группа, которой плевать, кого или что вы уничтожаете в своей жадности ради того, за чем пришли.

Он вздохнул.

— Не хочу говорить об этом. Я знаю, что не ты принимала эти решения, и думаю, что ты ещё очень далека от того, чтобы быть готовой к этому разговору. В некотором смысле вы, Посланники, похожи на детей, выросших в культе; всё, что вы знаете, — это идеологическая обработка. Трудно вести беседу о мире, который видишь только через одну, близорукую линзу. Полагаю, сейчас ты чувствуешь себя очень потерянной, вдали от всего, что тебе знакомо.

Она кивнула. Выше по туннелю она заметила дневной свет, обещающий освобождение от тьмы.

— Я сказал, что тебе стоит дать себе время, чтобы привести мысли в порядок, — сказал ей Джейсон. — Реальность такова, что ты имеешь дело с таким количеством проблем, что сделать это практически невозможно. В таком случае, мы могли бы начать прямо сейчас. Ты всё ещё хочешь, чтобы я проник в твою душу и перерезал поводок?

— Как... что это влечет за собой?

— По сути, я стучусь в дверь твоей души, а ты открываешь её или нет. Если ты впустишь меня, я сотру клеймо, которое астральный король наложил на твою душу.

— Ты говорил что-то о замене его на моё собственное клеймо, а не на твоё. У меня его нет. Я не астральный король.

— Не с таким настроем. Клеймо — это не что-то грандиозное, скорее отпечаток души. Нам просто нужно выяснить, какой он у тебя, и использовать его. Затем мы снимем ограничитель, который сдерживает твой ранг. Ты никогда не была ограничена серебром по своей природе. Твой астральный король питался твоим потенциалом. Вся сила, которая должна была пойти на повышение твоего ранга, уходила Весте Кармис Зелл.

— Значит, все Посланники, которые не могут подняться выше серебра...

— Абсолютно могут. Никакие Посланники не заперты на серебряном или золотом ранге. Это всё лишь астральные короли, питающиеся ими. Это позволяет им выстраивать удобные иерархии и выкачивать огромные количества энергии. Посланники — не просто рабы, сами того не зная. Они ещё и еда.

Джали склонила голову, её походка стала тяжелой, когда она обдумывала слова Джейсона. Она казалась странно маленькой, даже возвышаясь над ним.

— Хорошая новость в том, — сказал ей Джейсон, — что я могу вывести тебя из этого цикла. У меня даже начинает неплохо получаться. Теперь всё совсем иначе, чем когда я неуклюже пытался отрезать Теру Джун Касту от вашего астрального короля. Боюсь, что моя неумелость могла стать причиной её нестабильности, по крайней мере частично. Но у неё и так хватает причин для этого, так что, думаю, я никогда не узнаю наверняка.

Джали посмотрела на Джейсона сверху вниз.

— Зачем прилагать столько усилий, чтобы проявить сострадание к ней? Она пыталась убить тебя. Посланники столько всего натворили. Твой друг Гэри отметил, что есть так много тех, кому нужна помощь, а мы — последние, кто этого заслуживает.

— Милосердие и сострадание — это не про то, кто заслуживает. Или, по крайней мере, не должны быть про это, если ты искренне хочешь сделать мир лучше. Сострадание бывает трудно проявить, и от него так легко отказаться. Я делал это дольше, чем хотел бы признать. Милосердие и сострадание так часто считают бессмысленными, слабостью, или чем-то, что требует больших затрат без отдачи. Однажды я проявил милосердие к человеку, который пытался меня убить, и этот выбор спас мою душу. Когда я был один и в руках моих врагов, тот человек, которому я сохранил жизнь, оказался работающим на этих врагов. Он предал их, чтобы побежать за помощью, ради меня. Они поняли, что он исчез и что он делает, и набросились друг на друга. Их невнимательность дала мне шанс отбиться от звездного семени, которое они имплантировали в меня, прежде чем Строитель смог заставить меня открыть свою душу. А мои друзья пришли и забрали меня после того, как он привел их ко мне.

— Ты отбился от звездного семени?

Джейсон кивнул.

— Это было началом того, чем моя душа стала сейчас.

Они вышли из туннеля в сад, который был диким и необузданным, похожим на джунгли, через которые проходила неуместно аккуратная садовая дорожка.

— Даже сейчас, — сказал Джейсон, — со всем тем, чем стала моя душа, я не уверен, что оно стоило того, через что я прошел. Того, что Строитель сделал с моей душой. И я сделал то же самое с Терой Джун Кастой, только хуже, потому что она не сбежала от меня. Я продолжал, пока она не сломалась. Зная, каково это, я не уверен, что когда-нибудь смогу искупить это.

Он грустно улыбнулся.

— Сострадание не всегда дается легко, и не всегда всё получается правильно. Но представь, если бы мы могли разорвать власть, которую астральные короли имеют над остальными Посланниками. Если бы вместо армии идеологически обработанных рабов вы были просто обычными гражданами космоса, как и все остальные из нас.

— Я не знаю, как бы это было, — сказала Джали. — Я никогда не знала ничего, кроме своего народа таким, какой он есть. Моих задач. Жизни в подчинении. Всего несколько часов назад сама мысль о том, чтобы задаваться подобными вопросами, была опасной.

— Как продемонстрировала та противная дамочка, пытавшаяся разорвать тебя изнутри, — сказал Джейсон и остановился. — Ты готова что-то с этим сделать?

Они находились в роще, мимо которой протекал ручей, а тропинка образовывала небольшой мостик через него. Он повернулся к ней лицом, и она твердо кивнула.

— Думаю, я была готова уже очень, очень давно. Как нам...

Джейсон исчез, и она потеряла сознание прямо на ходу, повалившись в кусты.

ЕЩЕ НЕТ

ЕЩЕ НЕТ

Джейсон стоял в одиночестве на одной из нескольких башен замка. Под ярко-синим небом до самого горизонта простирались холмистая местность, лесные массивы и бескрайние травянистые равнины, окрашенные в цвета ранней осени. Воздух был чистым, а легкий ветерок приятно освежал, снимая излишний жар солнца.

— Ого, — сказал Джейсон сам себе, имея в виду как своё присутствие здесь, так и открывшийся вид. Все Посланники, в чьи внутренние миры он проникал ранее, в той или иной степени сопротивлялись, даже самые добровольные. Джали была настолько открыта, что даже её базовые инстинкты не воздвигли защиты против его вторжения. Он практически споткнулся и провалился в неё.

Он не мог представить, какой была её жизнь под властью тирана, где даже её собственный разум не был убежищем. Существование, в котором попытка позволить себе погрузиться в сомнения, в несправедливость собственной жизни привела бы к тому, что эту жизнь отобрали бы. Он не мог не думать о таких, как Тера Джун Каста, фанатиках, и не представлять, что им было лучше. По крайней мере, они не знали о своих тюрьмах разума, не были вынуждены ходить по канату собственных мыслей. По крайней мере, таких, как Джали, Посланников с сомнениями, было бы легче спасти, если бы представился шанс.

Джейсон взмыл в воздух и отлетел от замка, чтобы лучше его рассмотреть. Это был скорее комплекс зданий, чем единое сооружение, и он не был похож на настоящий замок. Он больше напоминал что-то из сказки или даже видеоигры, с грандиозными арками и башнями, устремленными высоко в небо. Там были парадные ворота с рвом и подъемным мостом, а ров питался из близлежащего озера, которое сверкало в лучах солнца.

Проникновение во внутренний мир Джали было совсем не похоже на то, как он погружался в душу Теры Джун Касты. Тогда всё было поспешно и неосторожно, нехватка опыта и временные ограничения заставили его просто прыгнуть внутрь и начать всё менять, даже не сформировав внутреннего мира для обитания.

Внутренний мир Джали стал возможен только потому, что она, как и сам Джейсон, была существом, чья душа и тело были едины. Только душа с физическим аспектом могла сформировать физическое пространство, которое другие могли физически посетить. У Джейсона был мир души ещё до того, как он стал гештальт-сущностью, но единственными, кто мог присоединиться к нему внутри, были его фамильяры, которые уже были закреплены в его душе.

Формирование физического пространства внутри Посланников как инструмента для их освобождения было тем, что он разработал, работая с Мареком и его подчиненными. Идея заключалась в минимизации вреда, но оттачивание процесса не обошлось без ошибок. Его ранние попытки заключались в принудительном формировании внутренних миров, и Посланники инстинктивно сопротивлялись, словно духовная иммунная система. Это вынуждало его подавлять сопротивление, делая противоположное тому, что он намеревался — минимизировать побочный эффект.

Он понял, что ключ к успеху — побудить Посланников подсознательно формировать свои внутренние миры самостоятельно. Это было не только быстрее и проще, но и происходило настолько естественно и без сопротивления, что ощущалось как запуск врожденной способности.

Джейсон подозревал, что он задействует аспект Посланников, который был частью их способности прогрессировать до астральных королей. Возможно, даже аспект того, что искали Посланники алмазного ранга, такие как Ма Го Шаат. Джейсон беспокоился, что создает целую толпу будущих астральных королей, но это была проблема другого дня.

Миры душ людей Марека не были захватывающими. Это были сплошные бетонные блоки и пустые ландшафты, словно страна советского блока, колонизирующая пустынную планету. Они были пустыми, утилитарными и бездушными. Внутреннее царство Джали было глотком свежего воздуха — красивым, ярким и богатым. Оно говорило о тоске по чему-то большему, чем жизнь, в которой она была заперта.

Это привело его к следующему шагу процесса, который заключался в поиске Джали. Джейсон обладал полным контролем над своим миром души и полным контролем над собой, когда проецировался в чужой. Посланники, которым он помогал, никогда не находились в такой ситуации. В каждом случае они были заперты где-то, связанные ограничениями, установленными их астральным королем.

Паря в воздухе, Джейсон закрыл глаза и расширил чувства, быстро обнаружив местоположение Джали. Она была где-то под замком, глубоко в подвале или темнице. Он мог бы пробиться прямо к ней, но этот замок был центральной конструкцией её души. Он не собирался проламывать путь прямо через его середину.

Большие ворота замка были закрыты, сами ворота заблокированы решеткой. Поскольку он не хотел активировать какие-либо защитные механизмы, он решил выбрать более длинный путь с меньшим сопротивлением. На плоской крыше башни, на которой он находился, была лестница, ведущая вниз, поэтому он вернулся к ней и воспользовался ею.

Он пробирался через замок, не обнаружив никаких признаков присутствия. В отличие от внешнего мира со свежим воздухом и приятным ветерком, внутри было затхло и сыро. Комнаты и залы, коридоры и огромные помещения — всё было заполнено пылью и пусто, даже дверные проемы имели пустые петли. Это также означало отсутствие освещения, но способность Джейсона видеть сквозь тьму работала даже здесь.

Только в одной камере было хоть что-то: тронный зал с троном. На троне сидела размытая, призрачная фигура, слишком нечеткая, чтобы разобрать какие-либо детали, кроме примерного размера и формы. Это был Посланник, с крыльями, и крупнее обычного. Он легко возвышался бы над Джали, которая и без того делала Джейсона похожим на ребенка.

Наблюдая за фигурой, он иногда замечал, как на миг проступают более четкие детали. Темные волосы, оливковая кожа. Он подозревал, что человек, которого он видит, — это Веста Кармис Зелл, астральный король Джали. Это было проявление клейма, которое ему нужно было стереть. Однако он не собирался делать это до того, как найдет Джали, и возобновил поиски.

Джейсон нашел путь к подземным уровням без лишних блужданий по тупикам. Наконец, он вышел к дверному проему, в котором действительно была дверь. Сделанная из тяжелого дерева и усиленная металлическими полосами, он сразу почувствовал, что это не часть мира Джали, а воплощение контроля астрального короля.

Попытавшись открыть дверь, Джейсон не удивился, обнаружив, что она заперта. Он положил на неё руку и начал навязывать свою волю. Она сопротивлялась мгновение, прежде чем раствориться в тумане и исчезнуть, но с несоответствующим звуком разбитого стекла.

Теперь пустой дверной проем открывался в огромную цилиндрическую камеру. Дверной проем располагался высоко на стене, выходя в пустоту. В центре комнаты была узкая колонна, едва достаточная для того, чтобы на ней стоять. Она достигала той же высоты, что и дверь, и Джали неустойчиво балансировала на ней, беспорядочно размахивая руками, борясь за равновесие. За её спиной крылья были связаны тонкой проволокой, настолько туго, что она врезалась в них, оставляя полосы крови. Она заметила его и посмотрела в его сторону испуганными, умоляющими глазами.

Снизу послышался громкий всплеск, и Джейсон взглянул вниз. Дно камеры было затоплено и наполнено вращающимися лезвиями, похожими на огромные вентиляторы. Любой, кто упал бы в них, быстро превратился бы в красное пятно в бурлящей воде.

Он понял, что, как и дверь, вся эта комната не была частью внутреннего мира Джали. Это был ещё один элемент контроля, установленный астральным королем. Джейсон не испытывал никаких угрызений совести, принудительно внося изменения.

Он сосредоточился у своих ног, и мост протянулся от основания двери, быстро достигнув колонны. Джали начала двигаться ещё до того, как он был завершен, прыгнув на него и помчавшись к Джейсону в дверном проеме. Он отошел в сторону, пропуская её в коридор.

— Давай для начала избавимся от этого, — сказал он, и проволока, впивающаяся в её крылья, лопнула и опала, растворившись, прежде чем коснуться пола.

— Спасибо, — сказала Джали, глядя мимо него в странную камеру, из которой он только что спас её. — Что это за место? Только что мы разговаривали, а потом я оказалась в той комнате. Я чувствую себя бессильной. Я не могу летать. Я даже говорить не могла, пока ты не снял эти штуки с моих крыльев.

— Часть этого — у тебя в голове, — сказал ей Джейсон. — Другая часть — совсем нет, и именно это мы здесь, чтобы устранить. Ты здесь чрезвычайно могущественна, если сможешь это осознать. Нам просто нужно вырезать то, что тебя сдерживает. Как та дверь, что была здесь, — и проволока на твоих крыльях. Это всё метафоры.

— Мы внутри моей души?

— Ага. Проскользнул прямо внутрь, даже без символического сопротивления. Это отлично для данной конкретной ситуации, но, вероятно, не очень хорошо в более широком смысле. Не знаю, была ли ты просто чрезвычайно готова к этому или есть проблема с защитой твоей души, но тебе стоит разобраться с этим позже.

— Как мне разобраться с чем-то подобным?

— Понятия не имею. Учитывая, что я, возможно, человек с наибольшим опытом в делах души, который мне известен, это, вероятно, не лучшие новости для тебя.

Он посмотрел на неё, возвышающуюся над ним.

— Извини, — сказал он. — Представляю, что ты предпочла бы услышать что-то более обнадеживающее прямо сейчас.

— Я всё ещё не понимаю, что происходит. Это моя душа? Это пространство души, как твое астральное королевство?

— Да. Ну, как мое до того, как я получил астральный трон. Чем больше я становлюсь единым с астральным троном, тем больше он вмешивается в мой мир души. Как будто он просеивает мою душу, чтобы понять, как полнее поглотить себя во мне. Мой ранг слишком низок, поэтому это вызывает побочные эффекты. Твой мир души должен быть приятным и стабильным.

Джали посмотрела вниз по грязному, неосвещенному коридору, затем обратно на камеру, в которой была заперта.

— Не думаю, что "приятным" — подходящее слово.

— О, ты можешь удивиться. Особенно когда мы немного расчистим пространство. Нам нужно найти вещи, которым не место в твоей душе — за исключением меня самого — и избавиться от них. В первый раз, когда я делал это, с Терой Джун Кастой, я не делал никакой визуализации и вообще не работал с ней. Я просто делал то, что должен был, грубо внося резкие, неквалифицированные изменения. Я был ограничен во времени, и это был мой первый опыт подобного рода.

— Это больше, чем просто визуализация, — сказала Джали. — Это реализация. Настоящее пространство, которое ты выковал из моей души.

— Нет, — поправил Джейсон. — Всё, что я сделал, — это дал тебе подсознательную подсказку, а ты всё это создала сама.

Джали снова огляделась.

— Моя душа — это темная, сырая дыра с огромной комнатой пыток, — сказала она мрачно.

— Опять же, нет, — сказал Джейсон. — Комната пыток здесь — это не ты. Это Веста Кармис Зелл, и она должна исчезнуть.

— Как?

— Я сделаю это, но мне нужно твое руководство, чтобы вырезать что-то настолько большое. Возьми меня за руку.

Он протянул руку, и она взяла её. Они стояли бок о бок перед дверью, Джейсон стараясь не чувствовать себя ребенком, которому помогают перейти дорогу.

— Чувствуй то, что делаю я, — сказал он ей. — Сосредоточься на том, что кажется неправильным, но не пытайся изменить это. Просто позволь этому случиться и доверься своим инстинктам.

Джейсон направил свою волю в большую камеру, надавливая на остаточное влияние астрального короля. Лично астральный король развеял бы волю Джейсона по ветру, но это был старый, заброшенный остаток. Даже проецирование в душу Джали не помогло бы ей, так как астральный король использовал бы отдаленное влияние через сосуд, который Джейсон уже разрушал. Благодаря своей прямой связи с Джали, он был здесь гораздо могущественнее, чем астральный король.

Комната рушилась, кирпичная кладка падала в воду внизу. Сама вода закипела, пока вода и лезвия не скрылись из виду и не затихли. Колонна рухнула и исчезла. За оригинальной кирпичной кладкой оказался природный камень, круглая комната превратилась в неровный сенот, пар исчез, открывая чистую воду внизу. Она плавно текла, часть какой-то подземной реки, которая, как догадался Джейсон, была соединена с озером.

Стены были покрыты мхом и лианами. Из стен выступали балконы, также усыпанные лианами, цветущими яркими цветами. В стенах появились дверные проемы, делая балконы доступными для какой-то сети комнат и проходов за ними. Один из балконов появился прямо перед ними.

Потолок обрушился, открывая вид на небо наверху. Затем купольный каркас наполз на отверстие, пока оно не было завершено, и стекло заполнило промежутки в раме. Последней частью трансформации стал водопад, который переливался через край, с плеском падая в реку внизу.

— Так лучше? — спросил Джейсон, отпуская руку Джали.

Она шагнула через дверной проем на новый балкон перед ними, опираясь на балюстраду, наклонилась, чтобы посмотреть вверх и вниз.

— Лучше, — сказала она с улыбкой, озарившей её лицо. Это было выражение искренней радости и изумления, непохожее ни на что, что Джейсон видел у Посланников раньше.

— Думаешь, готова летать?

Её крылья расправились, прежние признаки травм исчезли — не просто зажили, а отсутствовали, даже кровь, пролившаяся из ран, исчезла. Она поднялась в воздух, массивная панель в куполе сдвинулась, чтобы выпустить её. Как только она пролетела сквозь неё, она устремилась в небо.

— Ты думаешь, что если отнимешь у меня одну незначительную пешку, это что-то даст? — спросил женский голос позади Джейсона. Вместо того чтобы обернуться, он прошел через дверь и положил руки на балюстраду. Она была немного высоковата, чтобы быть по-настоящему удобной, будучи рассчитанной на пропорции Посланников.

— Дело не в тебе, — сказал он, глядя в небо. — По крайней мере, пока нет.

ИНОГДА НАСИЛИЕ — ЭТО ОТВЕТ

ИНОГДА НАСИЛИЕ — ЭТО ОТВЕТ

Джейсон обернулся, чтобы посмотреть на Весту Кармис Зелл. Она была чрезвычайно высокой, даже для Посланника, заполняя дверной проем, который легко вместил Джали. Астральный король не выглядела иначе, чем другие Посланники, если не считать роста. У неё была обычная изысканная красота, оливковая кожа и темные волосы, ниспадающие на плечи. Крылья, расправленные за её спиной, были похожи на крылья ястреба с великолепным и сложным коричнево-белым узором. Её телосложение было скорее атлетическим, чем хрупким, мускулистым, но поджарым и мощным.

— Скольких моих Посланников ты намерен украсть, Джейсон Асано?

— Думаю, мы оба знаем, что единственной, кто действительно был твоим, была Тера Джун Каста. Остальные колебались настолько, что ты рано или поздно убила бы их.

— Это моё право — убивать их. Каков твой план? Подрывать меня, крадя каждого Посланника, который колеблется в своей вере?

— У меня нет и близко столько времени, и я уже сказал, что дело не в тебе. Впрочем, логично, что это концепция, которую тебе трудно уложить в голове. Может, это изъян астрального короля? Друг недавно напомнил мне, что мир не вращается вокруг меня.

— Возможно, твой план — спровоцировать меня на уничтожение всех моих сил, в которых нет предельного рвения, тем самым уменьшив их численность.

— Ты не очень-то умеешь слушать, да?

— Ты высокомерный дурак.

— Ага, — весело согласился он.

— Что ты вообще здесь делаешь, Асано? Играешься в душе какой-то никчемной женщины, которую ты или кто-то из твоих друзей мог бы убить не глядя? У тебя есть задача.

— Именно твой Голос Воли направил её ко мне, и я не думаю, что её выбрали случайно. Она хотела посмотреть, что произойдет, когда я доберусь до одной из твоих заблудших овец. Если у тебя с этим проблемы, разбирайся с Джес Фин Кааль. Что касается работы, которую я должен выполнить, разбирайся с этим тоже со своим Голосом. Она должна была доставить мне это устройство ещё несколько недель назад.

— Оно у тебя теперь.

— И я выполню работу. Я возьму твое загадочное устройство и спущусь туда, что происходит под землей. Там мы найдем ловушку, которую ты расставила, чтобы она сработала и сбросила нас в дерьмо, давая тебе именно то, чего ты хочешь.

— И всё же ты пойдешь, уверенный, что сможешь переиграть меня и получить то, что хочешь.

— Мы же сошлись на том, что я высокомерный дурак. Думаю, это тоже черта астрального короля.

— Знак астрального короля — это гордость. Достоинство. Сила. Ты — шут серебряного ранга. Называть тебя астральным королем технически верно, но ты не представляешь ничего из того, что делает нас теми, кто мы есть.

— Ну, технически — это лучший вид правильности, так что я принимаю это.

Гнев и разочарование отразились на её лице.

— Я хотела сама увидеть, что ты за человек, поэтому спроецировала себя сюда, чтобы посмотреть на этого смертного, который перековал себя в астрального короля. Но ты идиот.

Джейсон разразился смехом.

— Да, — выдавил он, продолжая смеяться. — Да, я такой. И ты застряла, имея дело со мной.

Они оба посмотрели вверх и увидели Джали, спускающуюся по воздуху, открытая панель в стеклянном куполе закрылась за ней. Она замедлилась, узнав Весту, и приземлилась позади Джейсона, её язык тела был нерешительным.

— Жалко, — сказала Веста. — Прячешься за спиной существа низшего ранга? Ты...

Веста исчезла от небрежного, пренебрежительного взмаха руки Джейсона.

— Эта дамочка — дрянь, — сказал он, поворачиваясь к Джали.

— Это была Веста Кармис Зелл, — сказала ему потрясенная Джали.

— Ага. Хорошо полетала?

— Она была здесь.

— Да. Вроде того, но не совсем. В смысле, да, но нет. Но да. Но нет.

— Что?

— Всё, что она может сюда послать, — это эхо, через остатки влияния, которое мы ещё не очистили. Вот почему я могу пнуть её проекцию; у неё нет сил что-либо здесь сделать.

— Клеймо — это то, что осталось. Это основа её власти надо мной. Это то, чем она убивает меня, так что я бы сказала, что у неё здесь значительная сила.

— Да, она не может этого сделать, пока я здесь. Разве я не упоминал об этом?

— Нет!

— Ты уверена?

— Да!

— О. Э-э, извини?

Он рассеянно почесал затылок, а затем из воздуха выхватил пару напитков в кокосовых орехах.

— Возьми один в качестве извинения, — сказал он ей.

— Это серьезно.

— Нет, — сказал Джейсон, качая головой. — С этим покончено, и Леди Макбет в твоем кресле наверху ничего не может с этим поделать. Видишь ли, у меня есть способность стабилизировать любую физическую реальность, внутри которой я нахожусь. Мировой Феникс разработал эту силу, чтобы я мог чинить дыры во вселенной, но оказалось, что она работает и на душах Посланников, потому что у них есть физический аспект. Нужно взять их души и сделать из них физическую реальность...

Он помахал руками в пространстве вокруг них, стараясь не пролить напитки.

...но потом всё будет в порядке. Пока я внутри твоей души, Веста Кармис Зелл не может ничего предпринять. Здесь слишком стабильно, чтобы она могла вмешаться. Ты в безопасности.

— Мировой Феникс разработал способность для тебя?

— Ага. Ты же знаешь, как работают благословения великих астральных существ, верно? Она сделала мне индивидуальный заказ. Знаешь, как это бывает. Несколько великих астральных существ хотят манипулировать тобой, чтобы ты служил их повесткам, в то время как тебе нужно время от времени возвращаться с того света и спасать мир. Это беспроигрышный вариант. Ты была в космосе; полагаю, для тебя это всё пройденный этап. В любом случае, давай закончим работу, ради которой мы сюда пришли.

Джейсон побрел по коридору, попивая один из напитков. Другой он оставил парить в воздухе перед Джали. Она смотрела на него широко открытыми глазами, пока он небрежно удалялся.

— Кто ты такой? — крикнула она ему вслед с недоверием.

Его плащ пустоты проявился и окутал его, словно дыра во вселенной. Из него появились серебряные огни, похожие на далекие звезды, и устремились вперед, освещая темный коридор.

— Я просто такой же парень, как и любой другой, кто периодически спасает мир, — крикнул он в ответ. — Просто я выгляжу лучше, когда делаю это.

Она покачала головой и последовала за ним, затем остановилась, обернулась и схватила напиток, прежде чем продолжить путь.

* * * Частицы света поднялись с плаща Джейсона, освещая тронный зал. Размытая фигура всё ещё сидела на троне, аспекты внешности Весты Кармис Зелл мерцали на мгновения.

— Вот и всё, — сказал Джейсон.

— Это клеймо астрального короля?

— Оно принимало разную форму в пространстве души каждого Посланника, которого я видел, — сказал он ей. — Гравированные пластины, грубая резьба на стене, сложные гобелены. У других Посланников были довольно скучные души, и клеймо было единственной интересной вещью в них. Почти жаль избавляться от них, честно говоря.

Джали обернулась, чтобы сердито посмотреть на Джейсона.

— Да, — признал он. — Я понял, что это было лишнее, как только сказал. Я просто хочу сказать, что ценю твой драматический талант.

— Что мне делать?

— Будь благодарна, — сказала Веста, — что другой астральный король, даже недостойный этого имени, взял тебя в качестве питомца.

Джейсон и Джали посмотрели вверх, на трон, где Веста теперь полностью проявилась. Джали отпрянула, прежде чем собраться с духом, широко расправив крылья и глядя на астрального короля в ответ. Страх отразился на её лице, но также и решимость. Джейсон отступил с ухмылкой.

— Лучше питомец, чем еда, — сказала Джали, выплевывая слова в адрес Весты.

Веста встала с трона, который находился на платформе наверху короткой лестницы. Она медленно спустилась по ней, остановившись перед Джали. Джали была высокой даже по меркам Посланников, но Веста была как здание. То, что она парила, пока Джали стояла, только подчеркивало разницу.

Обе женщины обладали мощным, атлетичным телосложением. Веста была темной, с крыльями ястреба и острой красотой ножа. Черты лица Джали были более округлыми, кожа светлее. Её волосы и крылья были светло-коричневого цвета, как шерсть олененка. Она была мягкой по сравнению с твердостью Весты, добычей по сравнению с хищником. И всё же она стояла на своем, нервничая, но решительно, пока Веста смотрела на неё сверху вниз с превосходным презрением.

— Ты не Посланник, — сказала ей Веста. — Не больше, чем твой новый владелец — настоящий астральный король.

— Астральные короли — это высшая сила, — сказала Джали. — Итак, астральный король, где твоя сила? Почему я жива, если ты хочешь моей смерти?

— Ты веришь, что в безопасности от меня?

— Вовсе нет. Я знаю силу, которой ты повелеваешь. Силы, которые ты можешь послать за мной. Я была наименьшей из твоих сил, запоздалой мыслью, которую ты могла выбросить. Я знаю, на что ты способна, и это ужасает меня. Но теперь я видела, на что ты не способна. Я видела твои пределы, и именно это пугает тебя. Что иллюзия астральных королей как безграничных и неприкосновенных разрушится, и Посланники осознают, кто вы такие и что вы с нами сделали. Ты боишься, что мы будем бороться за свободу.

— Вы никогда не будете свободны.

— Я свободна. Докажи, что я неправа.

— Замена одного хозяина другим — это не свобода, глупое дитя.

— Ты думаешь...

— Довольно, — сказал Джейсон, перебивая Джали. — Она вылила на тебя ведро воды, злая ведьма. Пора собирать своих летучих обезьян и растворяться.

Веста перевела свой гнев на него.

— Ты думаешь, что создание армии из моих отбросов позволит тебе бросить мне вызов? Ты всерьез веришь, что это сработает?

— Думаю, мы увидим, — сказал он ей. — Придет день, когда мы с тобой сведем счеты, но сейчас я тебе нужен, помнишь?

— Ты никогда не наберешь достаточно силы, чтобы представлять для меня хоть малейшую угрозу.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться, — сказал он ей с ухмылкой, а затем отпил из своего напитка.

— Я оставлю этого никчемного Посланника тебе, — сказала Веста. — Можешь забрать её; используй её, как хочешь. Армия таких, как она, для меня ничто.

— Ты говоришь так, будто у тебя есть выбор, — сказала Джали. — Убирайся из моей души.

Джали прошагала сквозь проекцию Весты, которая мерцала, когда она проходила, а затем взлетела по лестнице к трону, пока Джейсон и Веста наблюдали.

— Ты не...

Веста осеклась, когда её проекция исчезла в тот момент, когда Джали заняла свое место. Джейсон оставил свой напиток в воздухе, словно поставив его на невидимую полку, и захлопал в ладоши.

— Отлично сработано, — сказал он ей.

— Пожалуйста, сотри клеймо сейчас.

— Ты только что это сделала.

— Это не должно быть возможным.

— Почему нет? Это твоя душа. Признаю, я помог. Я помешал Весте вмешаться, но именно ты поместила себя на место, которое она занимала всю твою жизнь. Никто из других Посланников этого не сделал. Мне приходилось удалять его за них.

— Даже Марек Ниор Варгас?

— Да. Я знаю, ты думаешь, что ты обычная, Джали. Это не так.

— Веста появлялась, когда ты освобождал других?

— Нет. Думаю, она хотела знать, почему я вожусь с тобой, когда устройство, которое нужно доставить под землю, наконец под рукой. Кстати, извини, что перебивал тебя, пока ты разговаривала с ней. Ты собиралась сказать ей что-то, о чем, как я понял, она не знала, а я не хочу, чтобы она знала.

Лоб Джали сморщился в раздумьях.

— Я собиралась сказать ей, что ты не порабощаешь нас, а освобождаешь.

— Да, — сказал Джейсон. — Я понял, что ей и в голову не придет, что я освобожу вас, вместо того чтобы забрать себе. Идея отказаться от власти во имя сострадания — это то, что она не может постичь.

— Почему это важно?

— Потому что ты была права насчет того, чего боятся астральные короли. Это не я, изгой в их клубе. Даже если я достигну трансцендентного ранга, я буду просто ещё одним из них. К тому же мы все будем бессмертны, так что мы не сможем убить друг друга. Чего они боятся, так это потери контроля над остальными Посланниками. Они построили систему контроля на вере, а нет ничего более ядовитого для веры, чем знание. Неортодоксия — вот что угрожает им, а не я.

— Но если ты освобождаешь Посланников, — осознала Джали, — то ты даешь Неортодоксии то, что ей нужно больше всего: способность увеличивать свою численность вне контроля астральных королей. И внезапно ты становишься гораздо более важной целью для устранения.

— Именно. Прямо сейчас единственный астральный король, которому есть дело до меня, — это Веста Кармис Зелл, и она кровно заинтересована в том, чтобы я оставался в живых. По крайней мере, на данный момент. Если другие астральные короли станут мотивированы видеть меня мертвым, моя жизнь станет очень тяжелой, очень быстро.

Джали встала с трона и спустилась по лестнице, идя, а не паря. Она не сводила глаз с Джейсона всё то время, пока шла к нему.

— Зачем ты это делаешь? — спросила она. — Всё это.

Он улыбнулся, глядя на неё снизу вверх.

— Ты продолжаешь задавать этот вопрос, — сказал он. — Ответ всё тот же: потому что я хочу быть добрым. Я хочу сделать всё лучше. Иногда насилие — это ответ, но лучшее, что оно может сделать, — это устранить то, что иначе сделало бы всё хуже. Насилие не может сделать вещи лучше. Для этого нужны доброта. Прощение. Искупление. Сделать глупый выбор и надеяться, что другие сделают его вместе с тобой.

Он издал самоироничный смешок.

— По крайней мере, я надеюсь, что это работает именно так, иначе я сделал большую ставку не на ту лошадь.

— Думаю, я бы тоже хотела сделать ставку на эту лошадь.

— Отлично, — сказал Джейсон, и её напиток приплыл по воздуху оттуда, где она оставила его у двери при входе в тронный зал. — А теперь допивай свой напиток, и давай выбираться отсюда. У меня сегодня много дел.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА БОРТ

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА БОРТ

Устройство Посланников представляло собой яйцевидный кристалл, подвешенный в прямоугольной металлической раме. Рама была из какого-то магического варианта латуни, судя по цвету и магии, которую Джейсон ощущал от неё. Кристалл был очень темно-синим и идеально гладким. Всё устройство было размером с ванну.

— Нам удалось подтвердить, что центральная часть устройства — это своего рода кристалл, — сказал чиновник Магического общества. Джейсон не удосужился запомнить его имя.

— Вы можете подтвердить, что это кристалл, — повторил Маркус.

— С высокой степенью уверенности, — сказал чиновник, а двое его прихлебателей кивнули в знак подтверждения.

— Вы можете подтвердить, что он синий? — спросил Маркус.

— На данный момент нет. Первоначальная оценка, по-видимому, указывает на это, но пока мы не применим спектральный...

— Это всё? — спросил Маркус почти рыком.

— Мы также относительно уверены, что каркас — это один из вариантов магической латуни.

— У вас были часы, чтобы изучить это, и это всё, что у вас есть?

— Если бы вы позволили нам забрать его в наш кампус...

— Нет, — отрезал его Маркус. — Вон.

Они находились внутри большой палатки на Сортировочном дворе №1 на территории кампуса Общества искателей приключений. Палатка была пуста, если не считать Джейсона, Маркуса, чиновников Магического общества и устройства. Маркус выпроводил чиновников, чья нерешительность сменилась поспешностью, когда они увидели выражение его лица.

— Что ж, — признал Маркус, — твой друг Стэндиш был прав насчет того, что они ничего не найдут. Я не думал, что они будут настолько глупы, чтобы прислать своих самых политически влиятельных исследователей вместо самых компетентных. Там, откуда я родом, чиновники Магического общества знают, как позволить своим квалифицированным исследователям делать работу, а потом эксплуатировать их. Что за идиоты пытаются сделать всё сами?

— Ты чувствовал их ауры, — сказал Джейсон. — Ты никак не мог пропустить такой уровень самообмана.

— Ага, — проворчал Маркус. — Мне просто нужно было пожаловаться вслух. Терпеть не могу некомпетентных людей.

— Тогда тебе действительно не стоило уговаривать Клайва уйти.

У Клайва был час на изучение устройства, прежде чем он согласился позволить Магическому обществу взглянуть на него. Маркус убедил его сделать это, чтобы ослабить политическую напряженность, в обмен на то, что Клайв был официально назначен ответственным за все магические исследования во время экспедиции. Это и так было так, но Маркус теперь убедился, что каждый участник экспедиции понимает последствия игнорирования этой директивы.

— У Стэндиша был всего час с этой штукой. Он продвинулся дальше, чем «это, вероятно, кристалл»?

— Продвинулся, — сказал Клайв, входя в палатку. — Устройство очень сфокусировано на астральной магии, что нам на руку. Единственная продвинутая магия из-за пределов нашего мира, которую я имел возможность всесторонне изучить, — это астральная магия, которая, по совпадению, является моей специализацией.

— Что у нас есть? — спросил Джейсон.

— Всё сложно. Большая часть устройства служит тем, что называется дифференциатором размерностей. Видите ли, слоев реальности гораздо больше, чем осознает большинство людей. Джейсон понимает это лучше, чем кто-либо другой, проведя много времени в самом фундаментальном слое реальности своей родной планеты. Это был нижний слой, самый фундаментальный, где Строитель — или ты, в данном случае, Джейсон — может вмешиваться в основы существования. Верхний слой — это мир, который мы знаем и в котором живем, в то время как всё, что между ними, — это то, откуда берется материал реальности. Если представить нижний слой реальности как кухню, то средние слои — это ингредиенты, а верхний слой — приготовленное блюдо.

— Эта аналогия хоть сколько-нибудь точна? — спросил Маркус.

— Нет, — сказал Клайв. — Но если у вас нет пяти свободных лет на изучение астральной магии, то это всё, что вы получите. Хотя сравнение с приготовленным блюдом работает достаточно хорошо. Видите ли, естественная матрица подключается к этим средним слоям реальности. Однако попытка получить к ним доступ из завершенного слоя реальности — завершенного блюда — это как попытка извлечь яйцо из уже испеченного пирога.

— Это то, чем ты занимаешься? — спросил Джейсон. — Поэтому ты так плохо готовишь всё, кроме угрей?

— Давайте придерживаться темы, хорошо? — сказал Маркус.

— Спасибо, — благодарно сказал Клайв, бросив на Джейсона холодный взгляд. — Вы должны помнить, во что мы направляемся под землей. Во что бы Посланники это ни превратили, начиналось всё как естественная матрица; последовательность проявленных эссенций и алхимических камней, которые по дикому совпадению сформировали естественно возникающий магический узор. Узор, подключающийся к этим средним слоям реальности.

— Ты хочешь сказать, что это устройство предназначено для изоляции слоев размерности, связанных с аспектами естественной матрицы? — спросил Джейсон.

— Именно, — сказал Клайв. — Мы знаем, что эссенции и камни, составляющие матрицу, — это именно то, чего можно ожидать глубоко под землей. Земля, огонь, металл и т.д. Это всё, что нам удалось почувствовать с поверхности, но элементально заряженные Посланники, прибывшие из-под земли, по-видимому, подтверждают это. Естественная матрица подключается к слоям реальности, связанным с этим. Первобытным элементальным измерениям. Устройство предназначено для изоляции этих измерений, тем самым удаляя элементальный аспект естественной матрицы, оставляя только лежащую в основе магическую матрицу.

— Разве это не приведет к коллапсу матрицы? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Клайв, — но...

— Можно получить объяснение для того, кто не является специалистом по астральной магии? — спросил Маркус.

— Это устройство предназначено для извлечения яйца из пирога, — сказал Джейсон.

— Это не помогает, — сказал Маркус. — Я уже не очень слежу за аналогией.

— Тогда стой там, молчи и выгляди как полный крутой засранец, — сказал ему Джейсон. — У тебя это суперски получается.

— Спасибо?

— Пожалуйста, — сказал Джейсон. — Теперь, Клайв. Эта штука изолирует элементальные аспекты естественной матрицы от её основного магического каркаса, оставляя нейтральную матрицу. Полагаю, вторая функция устройства — использовать эту матрицу для чего-то.

— Да, — сказал Клайв. — Только я понятия не имею, для чего. Это выше моего уровня понимания, и я имею в виду — намного выше. Дайте мне десятилетие с материалами из исследований Посланников, и, может быть...

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Думаю, я могу знать, что она создает. Что Посланники пытались создать в первую очередь, и почему Веста Кармис Зелл была готова мириться со всеми потерями и затратами ресурсов, работая здесь.

— Ты знаешь, что она создает? — спросил Маркус.

— Это догадка, но догадка, которая подходит, — сказал Джейсон. — Есть такая вещь, как кузница душ. Я не знаю, что это точно. Физический ли это объект, или свободная магическая матрица, или что-то ещё. Но у каждого астрального короля есть кузница душ. У каждого астрального короля, кроме одного.

— У этой Весты Кармис Зелл её нет? — спросил Маркус.

— Нет, у неё есть, — сказал Джейсон. — Это я тот, у кого её нет. Вот почему она определенно попытается убить меня, прежде чем я смогу заявить на неё свои права. Позволить мне вообще вмешаться — это авантюра, но она связана по рукам и ногам собственной пропагандой. Если бы Посланники передали это устройство кому-то, кроме одного из своих, у неё началось бы религиозное восстание, и ей пришлось бы перебить собственную армию. Я едва ли достаточно близок к тому, чтобы считаться одним из них, будучи астральным королем.

— На чем основан этот вывод? — спросил Маркус.

— Во-первых, на словах командира Посланников, которого я захватил. Он предположил это как возможность, поскольку Веста Кармис Зелл — практик инженерии душ. Это ремесло, связанное с созданием, которое настолько этически сомнительно, как можно представить по названию. Наличие дополнительной кузницы душ, по-видимому, было бы чрезвычайно полезным, хотя он не был уверен, каким именно образом.

— Можно ли доверять Посланнику как источнику? — спросил Маркус.

— До определенной степени, — сказал Джейсон. — В любом случае, он был далеко не уверен. Другая вещь, которая навела меня на мысль, — это дар, который я получил от Целителя. Это предмет, который я смогу использовать только тогда, когда у меня будет кузница душ.

— Это более надежный индикатор, — согласился Маркус. — Боги любят давать намеки, вместо того чтобы просто говорить вам всё прямо. Кроме Знания. Я бы взял её в качестве своего бога-покровителя, если бы вся моя жизнь не была построена на жестоком уничтожении людей и вещей.

— Жалеешь о жизненном выборе? — спросил его Джейсон.

— Абсолютно нет, — сказал Маркус. — Насилие — это лучшее.

Джейсон и Клайв обменялись взглядами.

— Следующий вопрос, — сказал Джейсон, — что произойдет, когда устройство сработает. Теоретически, оно изолирует элементальные аспекты матрицы и создает кузницу душ. Стабилизирует ли это магию внизу, предотвратит ли её достижение критической массы и взрыв Яреша?

— Этого я сказать не могу, — сказал Клайв. — Я не специалист по матрицам, не говоря уже о специалисте по естественным матрицам. А когда наша прибудет, она не сможет ничего понять, пока мы не спустимся туда, чтобы она могла взглянуть на это.

— Значит, у вас всё-таки есть специалист, — сказал Маркус. — Я искал, и Магическое общество сказало, что такого не существует. Что естественные матрицы слишком редки, чтобы быть специализированной областью изучения. Тогда я пошел в Церковь Знания. Они сказали мне оставить это тебе, Асано, и я доверился этому. Я рад, что это подтвердилось.

— Мы знаем кое-кого, — сказал Джейсон. — Когда я упомянул обо всём этом, она сказала мне позволить городу взорваться, и что у неё есть свои дела. Она много сделала для меня за последние несколько лет, поэтому я не стал настаивать. Клайв — тот, кто привлек её.

— Откуда у вас вообще специалист по естественным матрицам? — спросил Маркус. — Да ещё и без ведома Магического общества.

— Она потратила несколько лет на изучение планетарной матрицы, которая работала на принципах, лежащих в основе естественных матриц, — объяснил Джейсон.

— Искатель приключений, которого ты воскресил на своей родной планете, — понял Маркус.

— Жнец воскресил её, не я. Мировой Феникс убедил его, потому что она беспокоилась, что я сойду с ума и позволю всей планете умереть, вместо того чтобы спасти её. Что оказалось правильным решением. Как ты уговорил её подписаться, Клайв?

— Погоди, — сказал Маркус. — Можно вернуться к части про великих астральных существ...

— Нет, — сказал Джейсон. — Клайв, что убедило её согласиться?

— Я попросил её.

— Это сработало бы, да, — сказал Джейсон.

— И всё? — спросил Маркус. — Ты просто попросил?

— Разве у вас там, откуда вы родом, нет друзей, мистер Ксенория? — спросил Клайв.

— Вы считаете странным, что у меня нет друга, который является специалистом в том, в чем никто не является специалистом, и который готов бросить всё и последовать за мной в недра планеты в неизвестную и чрезвычайно опасную ситуацию? Просто потому, что я попросил?

— Да, — сказали Джейсон и Клайв, как будто это была самая очевидная вещь в мире.

— Ого, — сказал Маркус. — Возможно, мне стоит завести друзей получше.

— Уверен, твои в порядке.

— У меня есть друг, который не дает мне забыть о том, как я взял его кусок пирога. Это было три года назад.

— По крайней мере, твои друзья не спали все с твоей воображаемой женой, — проворчал Клайв.

— Что? — спросил Маркус.

— Неважно, — сказал Клайв, выглядя побежденным.

— Э-э, ладно, — сказал Маркус. — Сделайте любые последние приготовления сегодня вечером. На рассвете мы проведем последний брифинг и отправимся. Убедитесь, что этот ваш друг здесь.

* * * Фарра была доставлена порталом золотого ранга из Римароса, организованным Обществом искателей приключений. Общество получило указание от Маркуса принимать любые разумные просьбы Джейсона и большинство неразумных без лишних вопросов. Она прибыла на портальную площадь кампуса Общества искателей приключений, и портал закрылся сразу за ней. Портал Джейсона открылся рядом с ней сразу после этого, и она шагнула сквозь него, прибыв за пределы города перед облачным дворцом Эмира.

Большинство искателей приключений, не являющихся уроженцами Яреша, расположились за пределами города, как и многие местные. У них была своя портальная площадь перед облачным дворцом, который был центральным элементом лагеря искателей приключений, и Джейсон, Руфус и Гэри ждали там. Ночь наступила несколько часов назад, и фонари отгоняли тьму.

— Я думал, ты уже согласилась пойти в эту экспедицию, — сказал ей Гэри. Её ответ был неразборчиво приглушен его шерстью, когда он заключил её в поглощающие объятия.

— Всё было под вопросом, — повторила Фарра, когда её выпустили. — Ты идешь?

— Боги, нет, — сказал Гэри. — Ты, может, и ушла только на полуотставку, но я взял на себя обязательства. Вернусь к борьбе с монстрами в следующую волну монстров.

— Ты не идешь? — спросил его Джейсон.

— Нет, спасибо, — твердо сказал Гэри. — Я собираюсь придерживаться своей кузнечной работы.

— И где твоя кузница? — спросил Джейсон.

— Э-э, ты же знаешь это, очевидно, — сказал Гэри. — Она в...

Джейсон ухмыльнулся, когда его осенило.

— ...твоем пространстве души, — закончил Гэри вяло.

— Добро пожаловать на борт, — сказала Фарра, потянувшись, чтобы хлопнуть его по плечу.

Гэри опустил голову и вздохнул. Затем он оживился и начал смеяться, указывая на небо. Все взгляды проследили за его пальцем и заметили яркий красный свет в небе. Дирижабль, который выглядел как водное судно, только летящее и горящее, двигался по небу, оставляя за собой сверкающий след, как комета. Руфус застонал и в раздражении хлопнул себя рукой по лбу.

— Ты сжигаешь духовные монеты, идиот, — пробормотал он.

— Ты знаешь, кто это? — спросил Джейсон.

— Да, — проворчал Руфус. — Пожалуйста, дай знать моей матери, что мой отец вот-вот прибудет.

* * * Габриэль Ремор рухнул с неба, оставляя за собой шлейф огня, точно так же, как и его дирижабль. Джейсон стоял в стороне, наблюдая, как он воссоединяется с женой и сыном, тихо посмеиваясь, когда Руфус вел себя как угрюмый подросток. Габриэль обменялся приветствиями с Гэри и Фаррой, старой командой своего сына, прежде чем подойти поговорить с Джейсоном.

Габриэль был очень похож на Руфуса — высокий, темный и мускулистый, но с волосами. Он носил их в разноцветных бусинах, но вместо того, чтобы быть плотно прижатыми к голове, как у Эмира, они ниспадали ему на плечи цепями.

— Мне нравятся твои волосы, — сказал Джейсон, когда они пожали друг другу руки.

— Мне нравится твоя нелепая сила и способность возвращаться с того света. Ты хоть представляешь, насколько безумны истории о тебе?

— Честно? Реальность, вероятно, более абсурдна, чем то, что ты слышал.

— Не терпится услышать всё об этом в этой экспедиции.

— Ты идешь с нами?

— Я попросил Маркуса сохранить это в тайне, чтобы я мог удивить Ру.

— Пап, — позвал Руфус. — Я говорил тебе, если ты назовешь меня так, я расскажу маме про ящик-холодильник под палубой на...

— Всё в порядке! — поспешно выдавил Габриэль. — Понял, сынок. Без проблем.

Он наклонился ближе к Джейсону, чтобы прошептать заговорщически.

— Он бывает таким безжалостным. Совсем не заботится о своем старом отце...

— Теперь серебряный ранг, — крикнул Руфус. — Мой слух очень, очень хороший.

Габриэль проворчал что-то себе под нос, положив руку на плечо Джейсона.

— Никогда не заводи детей, — сказал он Джейсону.

— Что это было? — спросила Арабель тоном взводимого курка пистолета.

— Ничего, дорогая. Люблю тебя.

БЫСТРО И ЧИСТО

БЫСТРО И ЧИСТО

Яреш больше не сиял по ночам. Здания-деревья были повалены, фонари больше не свисали с ветвей. Металлические и стеклянные зиккураты больше не сияли в центре города, будучи уничтоженными в битве между гарудой и яйцом генезиса наги.

Лишь несколько участков в городе всё ещё светились в темноте. Самым заметным был кампус Общества искателей приключений, оставшийся в значительной степени нетронутым, несмотря на то, что был отправной точкой битвы с гарудой. Некоторые менее важные хозяйственные постройки, где вспыхнула битва, превратились в руины, но защита основных зон сохранила их в целости, пока битва разливалась через сияющие здания в самом сердце города.

Кампус Магического общества и Герцогский дворец могли похвастаться столь же эффективной защитой и были практически нетронутыми. Единственными другими местами, которые были близки к этому, были подземные бункеры. Многие из них всё ещё использовались для размещения перемещенного населения, наряду с палаточными городками, разбросанными по руинам города. Лампы, освещавшие эти печальные лагеря, не шли ни в какое сравнение с сияющим городом прошлого и составляли большую часть ночного освещения города.

Из-за значительного сокращения светового загрязнения звезды стали более заметными в ночном небе. Это было слабым утешением, но Джейсон всё равно воспользовался этим. Он полулежал в облачном кресле, паря высоко над городом после того, как оставил семью Ремор воссоединяться. Прибытие Габриэля также воссоединило его старую команду с Арабель, Эмиром и Каллумом Морсом.

Джейсон старательно избегал Каллума и его постоянных просьб увидеть Мелоди. Арабель утверждала, что Каллум исправляется теперь, когда всё стало явным и она может работать с ним, но аура этого человека всё ещё казалась Джейсону опасно нестабильной. Возможно, его старая команда поможет уравновесить его; для Джейсона это определенно сработало.

— Мистер Асано, — сказала Тень.

Джейсон вздохнул.

— Знаешь, Тень, мы отправляемся под землю утром. Не могу не задаться вопросом, как долго пройдет, прежде чем я снова увижу небо. Там внизу много чего происходит, а та скудная информация, что у нас есть, устарела на месяцы.

— Это может занять всего несколько дней, — заметила Тень. — Спуститься туда, активировать устройство и уйти.

— Ты правда думаешь, что всё будет так просто?

— Конечно, нет, мистер Асано. Но позитивный настрой с большей вероятностью принесет позитивные результаты. Ожидание негативных результатов может стать самоисполняющимся пророчеством, что, я полагаю, вы понимаете.

— Полагаю, да.

— Даже если Посланники получат то, что хотят, это вряд ли станет концом света. Фраза, которая не является преувеличением, когда речь идет о вашей деятельности, так что будьте благодарны за это. Если астральный король получит свою кузницу душ, а этот регион избежит взрывного разрушения, это, по крайней мере, приемлемый исход. Астральный король заберет свой приз и уйдет, позволив реконструкции города начаться всерьез.

— Не думаю, что Посланники видят это так же. Полагаю, идея о том, что я заберу кузницу душ себе, — это риск, который они осознают, если мы правы и это то, что они пытаются создать. Они будут охотиться за моей головой, независимо от исхода. А что, если я получу кузницу душ? Что произойдет, когда я стану настоящим астральным королем? Я внезапно подскочу до трансцендентного ранга? Я застряну в астрале с почтовым ящиком на голове?

— С каких пор вы боитесь огромной космической силы, мистер Асано?

— Сила раскрывает, кто ты есть. На Земле моя относительная сила была огромной, и мне не нравится то, что она со мной сделала. Я стал лучше сейчас? Чувствую, что да, но что, если я ошибаюсь и стану слишком могущественным, чтобы мои друзья могли меня исправить?

— Вы верите, что будете настолько оторваны от реальности, что им это понадобится?

— Есть шанс. Даже если он невелик, разве ущерб, если это произойдет, не делает риск достойным рассмотрения?

— Не уверен, что вам стоит брать свои моральные императивы из ужасных фильмов о супергероях, сражающихся друг с другом, мистер Асано.

— Ты видела этот фильм?

— Вы приставили одно из моих тел к тени мистера Уильямса.

— Точно, Тайке на самом деле нравится этот фильм. По крайней мере, я знаю одного человека с худшим суждением, чем у меня.

— Мистер Асано, если вы ждете, пока станете идеальным человеком, вы будете ждать вечно. Буквально. Вы бессмертны, и этого никогда не случится.

Джейсон рассмеялся.

— Спасибо, Тень. В очередной раз твоя перспектива предлагает мудрое руководство.

— Пожалуйста, мистер Асано.

— Итак, что случилось?

— Леди Аллайет хотела бы видеть вас.

— Без проблем. Скажи, ты заметила, что у Джали и Аллайет абсолютно одинаковый цвет волос?

— Я не обращаю внимания на большинство цветов. Они кажутся бессмысленными.

— Это многое объясняет. Она хочет видеть меня по поводу того парня, который пытался меня убить?

— Да. Она ожидает вас возле комнаты допросов.

— Я чувствую это. Есть идеи, почему там Хамфри?

— Леди Аллайет попросила его присутствия, чтобы опознать человека.

— Интересно. Спасибо, Тень.

Кресло под Джейсоном рассеялось, облачный материал втянулся в крошечную фляжку, висящую на его ожерелье. Он позволил себе упасть, всё ещё лежа на спине со скрещенными в лодыжках ногами и руками за головой. В конце концов, он перенес вес, чтобы позволить ногам дрейфовать вверх, направляя его к стремительно приближающейся земле. Его плащ проявился вокруг него, а затем раздулся, расправившись, словно крылья, чтобы превратить его падение в головокружительный пике над городом.

Влетев в кампус Общества искателей приключений, он пронесся между немногими зданиями, оставшимися стоять в городе. Наконец, он погрузился в одну из множества ночных теней, исчезнув, словно в дыре в стене. Внутри соседнего здания Тень вышла из тени Хамфри, а Джейсон вышел из Тени.

— Что происходит? — спросил Джейсон.

— Они заставили человека, который напал на вас, заговорить, — сказал Хамфри. — Они привели меня, чтобы подтвердить его личность.

— Ты знаешь этого парня? Я его не узнал.

— Вы бы и не узнали, хотя вы встречались, — сказал Хамфри. — Вы видели его лишь мельком, когда были ещё железного ранга. Ваше восприятие ауры было достаточно слабым, чтобы вы не почувствовали его ауру, чтобы узнать. Не от специалиста по скрытности серебряного ранга.

— Человек, который напал на меня, был золотого.

— Вы не единственный, кто повышает ранг, Джейсон.

— Теперь ты меня заинтриговал. Кто он?

— Бывший член знати Гринстоуна, вот как я его узнал. Лоуренс Спарноу, также известный как Мистер Воробей в определенных неблаговидных кругах. Он исчез из города после того, как похитил вас для Коула Сильвы, и с тех пор о нем ничего не было слышно.

— Это он схватил меня и передал для имплантации звездного семени.

— И, по-видимому, получил за свои услуги неплохую оплату. Используя эти деньги как стартовый капитал, он построил прибыльное преступное предприятие. С таким высоким предложением ядер монстров во время затянувшегося всплеска, ему удалось накопить достаточно ядер, чтобы достичь золотого ранга.

— Что он делает здесь?

— Часть этого мы можем только предполагать, — сказала Аллайет, входя через дверь, чтобы присоединиться к ним в коридоре. — Люди, которые наняли его, были чрезвычайно осторожны, чтобы не раскрыть себя. Насколько мы можем установить, аристократическая фракция, которая не рада тому, как идут дела в политическом плане, хотела опрокинуть тележку с фруктами. Они хотели убить вас, Джейсон, чтобы изменить ситуацию, добившись отмены экспедиции. Заставить население города эвакуироваться и основать его в другом месте.

— Значит, почти то, что я предсказывал.

Она закатила глаза.

— Да, Джейсон. Я помню наше пари.

— Убийство Джейсона вообще остановило бы экспедицию на этой стадии? — спросил Хамфри. — У нас есть устройство и дыра, которую элементальные Посланники прорыли к поверхности. Нам не нужен подземный туннель, на котором сидели обычные Посланники.

— Возможно, возможно, нет, — сказала Аллайет. — Посланники собирались передать устройство, когда на Джейсона напали, но они ещё не сделали этого. Они могли бы забрать его обратно, если бы Джейсон умер. Кроме того, не думаю, что вы и ваша команда были бы готовы участвовать в экспедиции, если бы он погиб. На данный момент Клайв Стэндиш и Фарра Хурин важнее для успеха экспедиции, чем вы, Джейсон.

— Они готовы позволить городу быть уничтоженным? — спросил Хамфри.

— Аристократы сейчас в невыгодном положении, — сказала Аллайет. — Прибытие Маркуса Ксенории и неожиданная поддержка, которую он получил от ключевых фигур среди аристократов, таких как Горманстон Байнс, оставили их власть раздробленной. Но аристократы всё ещё представляют большинство ресурсов и власти в Яреше. Необходимость восстановления вернула бы им значимость и позволила бы восстановить свое влияние, встроив его в самые основы нового города.

— Можете ли вы использовать это против аристократической фракции? — спросил Хамфри. — Мы не хотим больше вмешательств в экспедицию, в которой и так слишком много неопределенностей.

— Сомневаюсь, — сказал Джейсон. — Полагаю, они использовали этого парня именно потому, что он был вне их структуры власти. Они использовали достаточно посредников и слепых встреч, так что не будет никакой связи с ними.

— Именно это и произошло, — подтвердила Аллайет. — Мы попытаемся установить связь, но, несмотря на то, что они посредственны в приключениях, аристократическая фракция преуспевает в интригах. Вот почему нужны непредсказуемые аутсайдеры, такие как Джейсон и Маркус Ксенория, чтобы выбить их из их старых шаблонов и заставить совершить ошибку.

— Мой вопрос, — сказал Джейсон, — что этот парень делал здесь, в Яреше, что они могли найти его, чтобы нанять? И зачем ему брать эту работу? Конечно, он не мог не заметить, сколько внимания сейчас приковано ко мне. Я думал, он будет где угодно, только не здесь.

— Он уже был здесь, чтобы убить вас, прежде чем аристократы нашли его, — сказала Аллайет. — Он услышал, что, пока вы были в Королевстве Штормов, вы догнали человека, который нанял его, чтобы похитить вас.

— Мы догнали, — сказал Джейсон.

— Он беспокоился, что вы придете за ним следующим.

— Я понятия не имел, где он.

— Он вообразил, что человек, которого вы поймали, верит в то же самое. Не уверена, что вы понимаете масштаб историй вокруг вас, Джейсон, и влияние, которое они оказывают на людей, которые слышат их достаточно много.

— Я прекрасно понимаю. Каждый подонок, который слышит их, либо отмахивается от них как от лжи, либо пытается вскрыть меня и вытрясти секреты. Похищение меня, взлом моего облачного дома, соблазнение меня.

— Соблазнение? — спросил Хамфри. — Кто это делал?

— Пока никто, но парень может мечтать. Погоди, кто-то пытался? Я просто забываю? Конечно, кто-то уже пробовал. Я не заметил? Мне стоит уделять больше внимания этим вещам?

Аллайет выглядела озадаченной, пока Хамфри качал головой.

— Тень, — сказал Джейсон. — Кто-нибудь когда-нибудь пытался соблазнить меня ради моих секретов?

— Много раз, мистер Асано, — сказала Тень. — Обычно они уходят в замешательстве, прежде чем вы осознаете.

— Погоди, ты хочешь сказать, что я настолько отталкиваю женщин, что они убегают, прежде чем я даже замечу?

— Я бы не беспокоился, мистер Асано. Они были не в вашем вкусе.

— Правда? Я люблю уверенных, напористых женщин. Вы бы подумали, что это именно то, что нужно в соблазнительнице. Я знаю, что мне нужно.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Думаю, ты обнаружишь, что, возможно, твой вкус несколько изменился.

— Изменился куда? — спросил Джейсон.

— Вверх, — сказал ему Хамфри.

— Летающие женщины? Надеюсь, ты не говоришь о Посланниках, потому что, хотя у них и больше поразительно привлекательных людей, выглядящих на двадцать пять, чем в подростковой драме, они исключены из списка по принципиальным соображениям.

— Нет, Джейсон, — сказал Хамфри. — Я говорю о том, что для тебя сейчас всё это принцессы и алмазные ранги.

— Это не моя вина, что они единственные, кто рядом. Я должен с кем-то флиртовать. Я магическое существо, Хамфри; я живу на чистой магии и остроумии, а астрал снабжает меня только одним из этого.

— Джейсон, ты не живешь на остроумии.

— Может и живу. Ты не знаешь, как работают астральные короли.

— Можно мне, пожалуйста, сказать что-то? — вмешалась Аллайет.

— Конечно, — сказал Джейсон.

— Всегда, леди Аллайет, — сказал Хамфри. — У нас всегда есть время для алмазных рангов, не так ли, Джейсон?

Джейсон бросил на него холодный взгляд.

— К твоему сведению, Хампи, последние две женщины, с которыми я был близок, были барменшей и владелицей таверны.

— И хоть одна из них знала твое настоящее имя? — спросил Хамфри.

— Я не собирался жениться. Мой вкус довольно инклюзивен, когда ты...

— Джентльмены, — снова прервала Аллайет. Она не привыкла, чтобы её игнорировали серебряные ранги, и находила весь этот опыт странным.

— Извини, — сказал Джейсон.

— Приношу извинения, леди Аллайет, — сказал Хамфри.

— Джейсон, — сказала она. — Объясни мне, как ты можешь быть здесь, ведя такой легкомысленный разговор, когда человек, который передал тебя для имплантации звездного семени, находится в соседней комнате? Он ответственен за то, что должно соперничать за звание худшего опыта в твоей жизни.

— Он ни за что не ответственен, — сказал Джейсон. — Молоток забивает гвоздь, но именно человек, держащий его, строит дом. Этот парень для меня ничего не значит.

— Ты уверен? — спросила Аллайет. — Не уверена, что смогла бы быть такой отстраненной по отношению к тому, кто обрек меня на такую судьбу.

— Люди часто пытаются похитить или убить меня. Если бы я принимал всё это на свой счет, я бы всю жизнь охотился за людьми ради кровавых расправ, а это не жизнь. Мне больше интересно, как он оказался здесь, преследуя меня.

— Я говорила тебе, что истории вокруг тебя могут быть довольно экстремальными, — сказала Аллайет. — По его словам, тот факт, что вы сбежали от звездного семени Строителя, которое он вам доставил, всегда беспокоил его. Он боялся того, что сделает тот, кто способен на такое, если вы когда-нибудь догоните его. Затем он услышал, что вы умерли, и эта тревога ушла. Он сосредоточился на построении преступной империи, с некоторым успехом, и достиг золотого ранга во время всплеска монстров, когда избыток ядер снизил цены.

— Они всё равно не могли быть дешевыми, — сказал Хамфри. — Не для такого количества ядер монстров, чтобы достичь золота.

— Но была беспрецедентная доступность, даже если цена всё ещё была недосягаема для большинства, — сказала Аллайет. — Спарноу был очень успешен, управляя преступным предприятием, настолько отвратительным, что я не хочу произносить вслух, чем он занимался.

— Это не новость, — сказал Хамфри. — Его пристрастия всплыли во время суда над людьми, которые похитили Джейсона. Часть его оплаты заключалась в потакании его аппетитам.

— После того как Строитель сбежал, история об участии Джейсона распространилась. Она становится менее известной, чем дальше вы от Римароса, но определенные люди всегда слышат вещи. Спарноу стал достаточно могущественным, чтобы быть таким человеком, и он понял, что Джейсон вернулся с того света.

— Должно быть, ему понравилось это слышать, — сказал Джейсон.

— Спарноу немедленно решил сделать Джейсона снова мертвым, — продолжила Аллайет. — Он знал, что если не убьет вас до того, как вы снова повысите ранг, Джейсон, этого не произойдет. Он направился в Римарос, где услышал о другом человеке. Том, кто нанял его, чтобы похитить вас в первую очередь.

— Киллиан Лоран, — сказал Джейсон. — Он неплохо устроился, попавшись. Представляю, как он сидит в подвале Магического общества, раздавая достаточно золотых самородков, чтобы оставаться в живых, пока не сможет совершить побег.

— Спарноу не имеет той ценности, которую имел этот человек Лоран, и он знает это, — сказала Аллайет. — Ему нечего предложить в обмен на сохранение жизни, кроме имен других, разделяющих его низменные наклонности. Для него плен означал смерть, и он знал это.

— Итак, он пришел в поисках того единственного человека, который, как он думал, будет мотивирован охотиться за ним, — сказал Хамфри. — Только чтобы фактически выследить самого себя.

— Путешествовать было трудно во время всплеска, — сказала Аллайет. — К тому времени, как открылись маршруты для путешествий, и он прибыл в Римарос, ваша команда ушла. Секретная личность сбила его с толку на некоторое время, но когда слуги-Посланники начали задавать вопросы в Римаросе, он выследил вас здесь. Он прибыл в Яреш незадолго до нападения на город, и с тех пор искал шанс убить вас.

— Но Джейсон бродил по дикой местности или проводил время с золотыми и алмазными рангами, — сказал Хамфри.

— Именно, — сказала Аллайет. — Встреча с посланником Посланников в одиночку представляла собой небольшое, но предсказуемое временное окно. Это был риск, но Спарноу — специалист по скрытности. Его набор сил основан на убийстве, поэтому он планировал пробраться, устранить Джейсона и затем сбежать, прежде чем кто-либо отреагирует.

— Я говорил тебе, что аристократическая фракция слишком быстро уступила в том, чтобы позволить мне идти одному, — сказал ей Джейсон.

— Я уже говорила тебе, что помню пари, Джейсон.

— Что дальше? — спросил Хамфри. — Можем ли мы использовать Спарноу, чтобы приманить аристократическую фракцию к совершению ошибки и разоблачению себя? Попытка уничтожить то, что осталось от города, — это прямое предательство.

— У нас нет времени на расследование, которое потребовалось бы, чтобы поймать аристократов за хвост, — сказала Аллайет. — Это происходит, но вряд ли удастся найти доказательства, да и нам сейчас это не поможет. Как только экспедиция уйдет, мы проведем суд над Спарноу, чтобы посмотреть, сможем ли мы напугать аристократическую фракцию и заставить их совершить ошибку. Это маловероятно, но стоит попробовать. Затем Спарноу будет казнен, если только милосердие, к которому вы стремились, не распространяется на этого человека, Джейсон? Как жертва, ваш голос окажет влияние на вынесение приговора. И если вы готовы прощать Посланников и людей, которые предали нас им...

— Он не часть идеологически обработанной расы рабов или пленник, сломленный страхом, — сказал Джейсон. — Он развращенный хищник.

— Вы хотите быть тем, кто сделает это? — спросила Аллайет. — Мы не ожидаем многого от суда, так что если я впущу вас туда прямо сейчас, никто не скажет ни слова.

— Нет, — сказал Джейсон. — У меня нет интереса к мести, и я не собираюсь радоваться чьим-то страданиям, даже таким, как он. Использование моих сил на золотом ранге — это медленный и уродливый способ убить.

— Он заслуживает медленного и уродливого, судя по тому, что я слышала, — сказала Аллайет.

— Дело не в том, чего он заслуживает, или чего хочу я. Единственная причина убить его — это то, что единственное, что он может предложить миру, — это яд. Оставление его в живых принесло бы вред. Как только вы получите всё, что он знает о каждом другом хищнике, которого он знает, покончите с ним. Быстро и чисто.

Аллайет кивнула.

— Я сделаю это, — сказала она и вернулась через дверь.

Джейсон вздохнул и прислонился к стене.

— Ненавижу делать такой выбор, — сказал он. — Я знаю, что я лицемер, со всеми людьми, которых я убил, но когда убийство — лучший вариант, кажется, что я не смог найти лучший путь.

Хамфри прислонился к стене рядом с Джейсоном и толкнул его плечом.

— Не извиняйся за моральный рост, Джейсон.

— Ты уверен, что это рост? Это кажется таким мутным. Правильно ли я поступаю с Посланниками?

— Не знаю, — признал Хамфри. — Я никогда не путался в том, что правильно, а что нет, до встречи с тобой. Теперь я просто делаю всё, что в моих силах. Иногда у меня получается правильно, иногда нет, а потом я делаю всё возможное, чтобы исправить это.

— Когда ты стал таким умным?

— Это значит, что ты думал, что я не такой?

— Э-э...

Хамфри усмехнулся и посмотрел на закрытую дверь.

— Что это было за пари, о котором постоянно упоминала леди Аллайет?

— После того как аристократы не стали бороться со мной по поводу того, чтобы я забрал устройство в одиночку, я поспорил с ней, что они попытаются меня убить.

— Что ты получил за победу?

— Ничего важного. Это не имеет значения.

Хамфри посмотрел на Джейсона из-под приподнятых бровей.

— Ладно, — проворчал Джейсон. — Она должна купить мне ужин.

Хамфри покачал головой.

— А если бы она выиграла? — спросил он.

— Я должен был купить ей ужин.

— Похоже, ты устроил пари, в котором выигрываешь в любом случае.

Джейсон ухмыльнулся, оттолкнулся от стены и хлопнул Хамфри по плечу.

— А твоя мама думала, что ты никогда не разберешься в политике. Увидимся за завтраком.

Хамфри наблюдал, как Джейсон упал в свою тень, словно в дыру в полу, и исчез. Затем он снова посмотрел на дверь, через которую вышла Аллайет.

— Может, Рик прав.

КУДА МЫ ИДЕМ

КУДА МЫ ИДЕМ

Члены экспедиции вместе с Аллайет и Маркусом находились в комнате для брифинга на борту дирижабля, принадлежащего Обществу искателей приключений. В их число входила команда Джейсона, команда Рика и команда Коринны Пескос в качестве боевого контингента серебряного ранга, а также команда от Магического общества. К всеобщему удивлению, Клайв быстро одобрил участие команды исследователей. Оказалось, что чиновники общества не хотели отправляться на невероятно опасную миссию, поэтому они отправили компетентных исследователей, которых держали в подвале, чтобы те выполняли работу, за которую чиновники могли присвоить себе заслуги.

В число участников золотого ранга входила команда «Грань Луны» — полностью женская команда, подготовленная Аллайет. Родители Руфуса, Габриэль и Арабель, воссоздали свою старую команду вместе с Эмиром, за вычетом бывшего товарища Каллума Морса. Поскольку они не доверяли нынешнему ментальному состоянию Каллума для этой миссии, его заменили на жену Эмира, Констанцию. Она знала их всех много лет и тренировалась с Каллумом вплоть до получения золотого ранга, так что, по крайней мере, была знакома с группой.

Остальными участниками золотого ранга были Амос Пенсината, Карлос Килидо и Хана Шавар. Амос присоединился, потому что его племянник был в одной из команд серебряного ранга, а Карлос был самым близким к эксперту по элементальным посланникам, который у них был. Хана была могущественной целительницей, важной для Яреша, но она не позволила никому из своих подчиненных присоединиться к столь критически важной миссии.

В экспедиции не было ни бронзового, ни алмазного ранга. Бронзовый ранг был слишком слаб, а алмазный — слишком силен для масштабных колебаний окружающей магии. Иногда она становилась настолько насыщенной, что создавала аномалии, способные мгновенно убить бронзового ранга. В другие моменты она падала почти до нуля, как на Земле, когда Джейсон впервые вернулся домой. Золотые ранги без готового запаса золотых духовных монет быстро теряли силы, впадали в кому или даже умирали.

Алмазному рангу пришлось бы еще хуже. Даже если бы удалось собрать достаточный запас алмазных духовных монет, чего сделать не удалось, было неясно, хватило бы их вообще. Аллайет утверждала, что при необходимости может спрятаться в пространстве души Джейсона, но в конечном итоге ее убедили в обратном. Если бы пространственные силы каким-то образом заблокировали портал души Джейсона в точке абсолютного минимума магии, она могла бы оказаться искалечена и убита, поскольку изголодавшийся по магии мир вытянул бы из нее всю жизнь.

Брифинг начался с того, что убедились, что никто из членов экспедиции не упустил никаких важных деталей. Основы уже были доведены до сведения, но легко было что-то упустить.

— Подводя итог, — сказал Маркус, стоя впереди, — вы войдете через отверстие, которое мы обезопасили, определите, делает ли устройство то, что утверждают посланники, и если да, то активируете его. Главная угроза — нестабильная элементальная магия, пронизывающая подземную зону. Это та же самая магия, которая медленно накапливается и в конечном итоге уничтожит этот регион, если мы ее не остановим. Мистер Стэндиш, если можно?

Клайв встал и переместился вперед, Маркус отошел в сторону.

— Позвольте повторить, — сказал Маркус, — что мистер Стэндиш командует всеми магическими исследованиями в этой экспедиции. Мне плевать, золотой вы ранг или Магическое общество; когда дело доходит до исследования магии, его слово — первое и последнее.

— Спасибо, представитель Ксенория, — сказал Клайв. — Природа магии, с которой мы столкнемся, остается неизвестной в деталях, но мы знаем некоторые ее общие тенденции. Она носит элементальный характер и, по-видимому, оказывает трансформирующее воздействие на тело и разум. По нашей лучшей информации, статус пользователя эссенции дает значительную, но не полную защиту. Сила воли также, по-видимому, играет значительную роль. Посланники пытались отправить некоторых своих слуг, но посланники убивают всех, чью волю они не могут сломить, и эти люди справились плохо.

— Насколько надежна эта информация? — спросила Констанция.

— Не настолько, насколько нам хотелось бы, — сказал Клайв. — Гораздо больше информации исходит от посланников, чем мы могли обнаружить с поверхности. К счастью, за последний день мы получили доступ к несколько более надежному источнику. Джейсон?

Джейсон встал и присоединился к Клайву.

— Я знаю, было много вопросов о посланниках, которых я взял в плен лично. Что я с ними делал и зачем. Какую информацию я от них получил? Часть из этого я уже передал, в основном общую картину, без чего-то конкретно применимого. Первая группа посланников, которых я захватил, не участвовала в первоначальном подземном набеге посланников, где они в первую очередь создали эту проблему. Я не мог использовать их, чтобы подтвердить или опровергнуть информацию, которую Джес Фин Кааль давала Обществу искателей приключений. Посланник, которого я захватил совсем недавно, — это другое дело. Она более низкого ранга, но она была там лично.

— Как мы можем доверять любой информации, которую они вам дали? — спросила лидер команды «Грань Луны» Мириам Вэнс.

— Это справедливый вопрос, — сказал Джейсон. — Я увел посланников, и вы понятия не имеете, куда я их поместил или что я с ними делаю. Но в этой комнате есть люди, которые знают. Леди Аллайет видела их. Я попросил ее поговорить с ними сегодня, чтобы кто-то, кому вы доверяете, мог максимально развеять ваши страхи.

— Любой желающий может поговорить с леди Аллайет после брифинга, — сказал Маркус. — А пока, мистер Асано, пожалуйста, продолжайте.

— Последний посланник, которого я захватила, была отправлена к нам, отчасти потому, что она не представляла для них особой ценности. На то есть много причин, в которые мне не нужно вдаваться, но достаточно сказать, что она была настолько близка к низкоуровневой прислуге, насколько это возможно для посланников. Она была частью расходной группы, которую посланники используют для таких задач, как наблюдение за гнездами червей-мироедов, где есть хороший шанс быть убитым авантюристами.

— Я думал, они все должны быть высшими существами, — сказал Габриэль.

— Им внушают, что они превосходят нас, но в конечном счете это просто метод контроля. Они рабы и используются как таковые астральными королями. У них есть внутренняя иерархия, где низшим посланникам говорят, что они все равно выше всех остальных.

— Вы заставляете их звучать как жертв, — сказала Мириам.

— Так и есть, — сказал Джейсон. — Невероятно опасные жертвы. Убейте их, если представится возможность; не пытайтесь взять их живыми из сострадания. Теперь, чтобы вернуться к теме, эти расходные посланники составляли большую часть группы, отправленной под землю в первоначальной попытке посланников подчинить природную матрицу. Лишь малая часть из них сбежала, когда все пошло не так.

— И этот посланник была одной из них? — спросила Мириам.

— Да. У нее есть свидетельства из первых рук о том, что там происходит.

— У нас есть подробная информация, которая будет роздана с вашими пакетами в конце этой встречи, — сказал Маркус. — А пока, пожалуйста, краткий обзор, мистер Асано.

— Там подземный город, — сказал Джейсон. — Магический вариант тлеющих существ мирно жил с природной матрицей в течение неизвестного периода времени. Во время всплеска монстров одна из первых прибывших групп посланников каким-то образом нашла этот город и прорыла к нему путь, стремясь завладеть матрицей. Чтобы усложнить ситуацию, группа культистов Строителя последовала за ними, стремясь завладеть астральным пространством, также расположенным там.

— Астральное пространство связано с природной матрицей? — спросил Эмир.

— Мы не знаем, — сказал ему Клайв. — Вся эта операция построена на неполной и ненадежной информации, и я думаю, мы все знаем, к чему это обычно приводит.

— Мистер Стэндиш, — сказала Аллайет. — Вы пытаетесь убедить членов этой экспедиции отступить?

— Нет, — сказал Клайв. — Но если одно лишь объяснение ситуации заставляет звучать так, будто я это делаю, это должно о чем-то нам сказать.

— Решение принято, мистер Стэндиш, — сказал Маркус. — Я не буду никого заставлять лезть в эту дыру, но у вас было достаточно шансов отступить.

Клайв посмотрел на Джейсона, который пожал плечами. Клайв вздохнул, прежде чем продолжить.

— Каждому из вас будут предоставлены предметы с сопротивлением к элементалям, которые, как мы полагаем, помогут предотвратить разлагающее воздействие магии там внизу. Вы также получите зелья, предназначенные для очистки ваших тел от элементальных аффинитетов магии, которые они впитают в процессе естественного восстановления маны.

— Насколько мы уверены, что это сработает? — спросила Арабель.

— Джейсон? — сказал Клайв.

— Очевидно, — сказал Джейсон, — мы не можем доверять Джес Фин Кааль и ее посланникам. Хотя она, насколько мы можем судить, в основном играла честно, она также скрывала от нас некоторые вещи. Согласно посланнику, которого я только что захватил, некоторые посланники были значительно более устойчивы к влиянию элементальной энергии природной матрицы. Эти посланники были теми, кто сами обладают элементальными силами соответствующих типов, в основном огня, земли и металла.

— Если у посланников есть люди, которые могут туда спуститься, — спросил Габриэль, — зачем им мы? Как мне объяснили, они хотят, чтобы мы спустились туда, потому что они не могут.

— У них нет численности, — сказал Джейсон. — Элементальные силы довольно редки среди посланников. В их местных силах от десяти до двадцати посланников, которые подходят под эти критерии, ни один из которых не является золотого ранга. У них нет сил, чтобы спуститься туда и встретиться с тем, что их там ждет.

— А что там? — спросила Мириам. — Поскольку это ждет и нас, с чем мы имеем дело?

Клайв отступил назад, когда Джейсон занял центр сцены в передней части комнаты для брифинга.

— Лучшая информация, которая у нас есть, — сказал Джейсон, — это то, что мы входим в трехстороннюю войну, которая уже идет. Там есть подземный город, и местные тлеющие существа, по состоянию на несколько месяцев назад, были в значительной степени не затронуты нестабильной природной матрицей. Они веками модифицировались силой матрицы. Они могут быть невосприимчивы к накапливающейся силе или просто устойчивы, меняясь медленнее, чем посланники. Насколько мы знаем, это может делать их сильнее, и они будут сопротивляться нашим попыткам отключить матрицу. Надеюсь, нет, так как они — наш лучший шанс на какой-либо союз там внизу.

— Предполагая, что эскалация элементальной энергии не превратила их в бездумных монстров, как это произошло с посланниками, — добавил Клайв.

— Да, — согласился Джейсон. — Что подводит нас ко второй фракции, наполненным элементалями посланникам. Мы не знаем, сколько их еще там, но их число должно быть ограничено. Многие из них прорыли путь наверх и были убиты на поверхности. К счастью, почти все они должны быть серебряного ранга.

Он сделал медленный, усталый вдох.

— Третья фракция — культ Строителя. Многие культисты не смогли вернуться в города-крепости до того, как они совершили пространственный сдвиг, и мы можем с уверенностью предположить, что эти остались позади. Они оказались в ловушке с большим количеством ресурсов и значительно большей численностью, чем посланники, и забаррикадировались в астральном пространстве, запечатав его. Надеюсь, они останутся там, и мы их не увидим, но я не думаю, что нам так повезет.

— Мы также не знаем, защитило ли их астральное пространство от магии природной матрицы, — сказал Клайв.

— Верно, — согласился Джейсон. — Они могут быть забаррикадированы и не затронуты, или к настоящему моменту они могут быть армией элементальных монстров.

— Итак, подытожим, — сказала Фарра. — Мы спускаемся под землю в ситуацию, которую не понимаем, наполненную нестабильной магией, которую не понимаем, чтобы сражаться с врагами, которых не понимаем, чтобы сделать что-то, чего не понимаем, но что, вероятно, даст нашим худшим врагам именно то, что они хотят. Мы, возможно, понимаем, что это, но это догадка. Кроме того, чтобы предвосхитить вопросы, я пытаюсь убедить всех этого не делать. У меня есть свои дела, и если бы мои друзья не отправлялись на эту крайне опрометчивую миссию, я могла бы вернуться к ним.

Маркус опустил голову, издав стон, похожий на звук раскручивающихся двигателей пассажирского лайнера.

— Я остановлю все здесь, прежде чем кто-то действительно убедит вас всех отступить, — сказал он. — Мы ожидаем прибытия к туннелю примерно через час, поэтому я хочу, чтобы вы все потратили это время на изучение дополнительных материалов, которые вам дадут, когда вы выйдете из этой комнаты. Пожалуйста, направляйте любые вопросы мне или леди Аллайет.

* * * Маркус посмотрел через борт дирижабля на город-крепость внизу. Построенный поверх отверстия, пробитого элементальными посланниками, он представлял собой паутину укрепленных мостов со зданиями на них, с кольцом более крупных зданий по периметру.

— Это было построено за несколько недель? — прорычал он. — Люди в Яреше живут в палатках и бункерах, в то время как сюда было перенаправлено столько строительных ресурсов?

— Политика, — сказала Аллайет. — Аристократическая фракция тесно связана с высшими эшелонами Магического общества в Яреше. Это задумывалось как способ для них обоих получить больший контроль в конфликте с посланниками. Мы сопротивлялись, как могли, но если бы Герцог начал войну с Аристократической фракцией, администрация города рухнула бы во внутренней борьбе, и стало бы только хуже.

— Мне дали удивительную свободу действий, чтобы создавать проблемы, — сказал Маркус. — Обычно местное правительство не позволило бы такой власти перейти к Обществу искателей приключений, но теперь я вижу почему.

— Аристократическая фракция не сломлена, но сейчас они в обороне. Вы обнаружите, что многие из этих зданий — пустые оболочки после того, как ресурсы были перенаправлены обратно в город. Теперь там все только начинается, а у нас этот полуготовый бардак.

— Вы были в расщелине?

— Немного спустилась, пока окружающая магия не стала нестабильной.

— Она остается такой же широкой, как апертура, по мере продвижения вниз?

— Да, хотя и не везде одинаково. Некоторые участки похожи на огромную шахту, в то время как другие более извилистые и пещеристые. Есть даже участки, которые испещрены меньшими туннелями вместо одного массивного.

— Как они это сделали? Вытеснить столько земли при копке снизу было бы сложно даже с магией. По всем свидетельствам, элементальные посланники довольно бездумны, поэтому я не думаю, что у них есть инженеры.

— Похоже, они использовали смешанные методы, судя по тому, что я видела. Были следы пространственного смещения, формирования камня, магматических туннелей. Клайв Стэндиш подозревает, что их элементальные силы позволяют им создавать или уничтожать материю, которая по своей сути является элементальной, подключаясь к различным пространственным слоям.

— Только не начинай. Я пытался слушать, как этот человек объясняет слои реальности, и больше не буду. Хотя Асано дал мне кусочек радужного слоеного торта в попытке объяснить это с помощью наглядных пособий. Вкусно, но в конечном итоге бесполезно.

— Вы никогда не изучали магическую теорию?

— Я встречал ученого, который сказал мне, что я эксперт в прикладной кинетике, что бы это ни значило.

— Вы не спросили?

— У меня не было шанса, прежде чем я забил его до смерти тележкой с фруктами.

— Как вы вообще оказались в исполнительном совете Континентального Совета?

— Им нравится иметь разных людей для разных ситуаций. Меня обычно посылают туда, где нужно, чтобы кто-то прорубил путь сквозь политику. Не буквально, конечно. Если только мы не хотим. У нас довольно широкие дискреционные полномочия, и я обнаружил, что топор в чьей-то голове в первый же день помогает задать тон.

ЧТО ЗА АВАНТЮРИСТ

ЧТО ЗА АВАНТЮРИСТ

Экспедиционная группа стояла на платформе, которая нависала над одной стороной отверстия. Сильный ветер дул через город и над апертурой, создавая низкий, зловещий гул. Никто не мог удержаться от того, чтобы подойти к краю и заглянуть вниз, в грубо круговую расщелину шириной в сотни метров. Это была голодная пустота, пожирающая тот солнечный свет, который пробивался мимо мостов и зданий, возвышающихся над ней.

Заглянув за край, группа собралась, чтобы осмотреть транспортные средства, выстроившиеся на платформе в ожидании спуска. Их конструкция была грубой и индустриальной, спроектированной и собранной исключительно с целью функциональности. Каждое выглядело как нечто среднее между крабом и сороконожкой, с полыми спинами, в которых было место для шести человек плюс водитель. Сиденья напоминали Джейсону аттракционы в парке развлечений, с перекладинами и ремнями, предназначенными для удержания людей на месте во время дикой тряски. Над каждой зоной сидений были даже каркасы безопасности.

Аллайет, стоящая посреди платформы с Маркусом, привлекла всеобщее внимание всплеском проекции ауры. Как только все собрались вокруг, она начала говорить.

— Краулеры не будут такими быстрыми, как спуск в полете, — объяснила она, — но магические условия неопределенны. Эти транспортные средства спроектированы для работы с максимальной надежностью и будут продолжать функционировать при очень низких уровнях окружающей магии. Ими могут управлять только те, чьи способности эссенции позволяют использовать специализированные магические инструменты.

Это было стандартное беспокойство для зон с низким уровнем магии, и это было нормой в Гринстоуне. И Белинда, и Клайв обладали соответствующими способностями.

— Если краулеры обнаружат экстремальные магические аномалии или масштабные колебания окружающей магии, — продолжила Аллайет, — они автоматически закрепятся на стенах. Это сделано для того, чтобы предотвратить их падение в случае неисправности, и этот режим нужно будет вручную переопределить, чтобы продолжить движение.

— Последнее напоминание о командной структуре, — сказал Маркус, беря на себя брифинг. Он указал на эльфийского лидера команды, подготовленной Аллайет.

— Мириам — ваш тактический командир. Когда начнется бой или что-то пойдет не так, она главная. Что касается вторичных командиров, те из вас, кто не в командах, уже распределены по временным группам. Если вы не можете запомнить своего назначенного субкомандира, пожалуйста, прыгайте в дыру прямо сейчас и сэкономьте нам всем время.

Аллайет бросила на него острый взгляд; нераскаявшееся пожимание плечами было самым близким, что он мог сделать, чтобы принять ее молчаливую критику.

— Клайв Стэндиш отвечает за магические операции и расследование, — продолжил Маркус. — Когда магия становится странной, а она станет, вы делаете то, что он говорит, когда он это говорит. Если вы этого не сделаете, мне не нужно будет вас наказывать, потому что вы умрете как идиот.

— Мистер Ксенория… — сказала Аллайет сквозь стиснутые зубы.

— И последнее, — продолжил Маркус, — Джейсон Асано — оперативный командир. Вне боя у него последнее слово в том, что вы будете делать и как вы будете это делать. Я знаю, что необычно иметь серебряный ранг во главе команды с контингентом золотого ранга, но это уместно для этой экспедиции, учитывая его уникальную квалификацию. За последние шесть лет он получил больше опыта работы с космическими силами и экзотическими пространственными пространствами, чем остальные из нас за всю свою карьеру. Вероятно, вместе взятые. Этот человек ввязался в драку на ножах со Строителем, когда был железного ранга, ради богов.

— Строго говоря, нож был только у меня, — сказал Джейсон. — Кроме того, все прошло не очень хорошо. Я имею в виду, мы помешали ему активировать его мировых инженеров, но он меня убил.

— Джейсон, — подала голос Арабель. — Помнишь, когда мы говорили о том, чтобы сосредоточиться на профессионализме?

— Извините, — сказал Джейсон. — Послушайте, все, мы все знаем цепочку командования; оргструктура была во всех наших пакетах. Маркус просто сказал, что хочет прокричать это всем, чтобы дошло. Пока вы действительно прочитали это, вы знаете, к кому переходит командование, если я умру или превращусь во вселенную или что-то в этом роде, так что давайте…

— Простите, — перебила Мириам Вэнс. — Вы только что сказали, что можете превратиться во вселенную? Это прозвучало так, будто вы сказали, что можете превратиться во вселенную, но это было бы безумием для человека, потому что люди не превращаются во вселенные. Не могу отделаться от мысли, что мне было бы комфортнее с оперативным командиром, который это понимает.

— Именно поэтому мистер Асано главный, — сказал Маркус. — Я же сказал, что у него уникальная квалификация. Дело в том, что он регулярно действует вне любого сценария, который имеет смысл для остальных из нас. Вы, возможно, слышали о том, как он убедил Строителя покинуть планету. Это упрощение, но не неточное. Я также хотел бы поблагодарить его за решение поделиться некоторыми из своих значительных секретов.

— Например, способностью превратиться во вселенную?

— В маленькую вселенную, — сказал Джейсон. — И, честно говоря, я уже на две трети вселенная. И я буду честен. По большей части. Более или менее. Дело в том, что каждый в этой экспедиции идет на огромный риск, и вы заслуживаете чего-то, приближенного к правде о том, во что мы можем ввязаться. Я уже поделился частью этого с леди Аллайет и представителем Ксенорией на этапе планирования. И, как я сказал, я на пути к тому, чтобы стать живой вселенной. Леди Аллайет видела это сама. Она также пообещала помочь мне прикончить любых придурков из Магического общества, которые попытаются похитить меня и ставить на мне эксперименты. Просто к сведению.

Его взгляд переместился на контингент Магического общества, его рептилия улыбка вызвала у них озноб.

* * * Краулеры спускались по стенам шахты. Как и предполагал их внешний вид, они были построены скорее из практических соображений, чем ради внешнего вида или, как быстро стало очевидно, комфорта. Поначалу Джейсону это показалось забавным, сиденья в стиле парка развлечений оказались показательными для поездки. Через пару часов он подумал, что есть причина, по которой аттракционы в парке длятся всего несколько минут. Висеть на ремнях и перекладинах, удерживающих их на месте, пока краулеры с грохотом спускались вниз, стало очень утомительно очень быстро.

У некоторых пассажиров были средства, чтобы сделать поездку более комфортной. Джейсон был одним из них, вызвав немного облачной материи из миниатюрной фляги на своем ожерелье. Она проскользнула между ним и перекладинами и ремнями его сиденья, смягчая и амортизируя его поездку. С таким количеством элитных золотых и серебряных рангов, у многих других также были предметы и способности, которые предлагали комфорт. Для тех, у кого их не было, некоторые запрашивали через интерфейс группы Джейсона возможность спускаться своим ходом. Это было немедленно отклонено Мириам Вэнс.

Мириам присоединилась к половине команды «Бисквит» в одном из краулеров, чтобы она могла продолжать разговаривать с Джейсоном. Они могли бы использовать интерфейс, но она хотела допросить его лично. Клайв был за рулем, а Хамфри, Софи, Руфус и Сташ были другими пассажирами. Сташ поначалу наслаждался опытом, приняв форму селестиновой версии подростка Хамфри с серебряными глазами и волосами.

Прошло не так много времени, прежде чем Сташ начал жаловаться, чтобы его выпустили, а Хамфри и Софи неоднократно успокаивали его. Признаком его растущей зрелости было то, что он действительно оставался на месте, несмотря на свои жалобы, вместо того чтобы превратиться в птицу и улететь. Однако он изменил свою форму, став значительно пухлым.

— Это для амортизации, — настаивал он.

Дерганая поездка, где все висели вниз головой, не способствовала разговору, даже через голосовой чат. Но как только Джейсон смягчил свою поездку, а Мириам сделала нечто подобное с помощью способности призыва воздуха, она продолжила донимать его вопросами.

— Значит, вы превращаетесь в одного из лидеров посланников, но это не то же самое, что превращение в посланника?

— Нет, — сказал Джейсон. — Астральный король, кажется, является конечным состоянием развития посланника, но быть посланником не является обязательным условием. Посланники способны развивать аспекты, необходимые для того, чтобы стать астральным королем естественным путем, хотя мы не знаем, как это запускается. Посланники алмазного ранга все одержимы этим секретом, по всем свидетельствам.

— Но существуют неестественные способы развития этих аспектов? — спросила Мириам.

— Я предпочел бы использовать термин «искусственные», — сказал Джейсон. — Но да. Элементы, которые делают кого-то астральным королем, могут быть приобретены внешними средствами. Это то, как я это делаю, и оказывается, я не первый. Клайв откопал некоторые записи в кабинете посланника алмазного ранга, которые стары даже по космическим меркам. Эти записи, по-видимому, подразумевают, что сама раса посланников произошла от астральных королей, которые не были посланниками, потому что посланников еще не существовало.

— Это не окончательно, — отозвался Клайв с ворчанием, пилотируя краулер. — Поездка становится лучше? Думаю, я постепенно осваиваюсь с этой штукой.

— Не то чтобы лучше, скорее менее ужасно, — сказала ему Софи. — Но ты справляешься хорошо, Клайв; продолжай в том же духе.

Джейсон улыбнулся про себя, когда Софи непринужденно поддержала своего товарища по команде. Это было далеко от того дикобраза, которым она была, когда они впервые встретились.

— Документы, которые я нашел, противоречат идеологической обработке посланников, которая представляет собой чепуху о том, что они всегда существовали как живая воля вселенной, — продолжил Клайв, его тон был рассеянным, пока он вел краулер. — Там была ссылка на астральных королей-предшественников посланников, которых называли «оригиналами», хотя были ли они фактическим источником первых посланников, я не знаю. Там не было ничего о том, откуда взялись планеты-деревья — КТО ПОЛОЖИЛ ЭТОТ ЧЕРТОВ КАМЕНЬ ТУДА?

Краулер сильно дернулся, ударив Джейсона о сдерживающую перекладину, даже несмотря на его облачную амортизацию.

* * * Краулеры двигались медленнее и гораздо менее комфортно, чем авантюристы спустились бы своими силами. Достигнув наклонного участка шахты, который на длинном отрезке стал почти горизонтальным, они сделали остановку, чтобы отдохнуть. Небольшая армия облегченных авантюристов вышла размять ноги, горстка фамильяров резвилась вокруг них. Джейсон и остальные из его краулера стояли рядом с ним, разминая конечности.

— Ты это чувствуешь? — спросил Джейсон Мириам, которая кивнула.

— Элементали, — сказала она. — Мы ожидали их рано или поздно.

Элементали не были монстрами в строгом смысле этого слова. Они все еще были результатом магического проявления, но вместо того, чтобы формировать тело полностью из магии, они были реальной элементальной материей, наполненной магией. Результатом была анимированная и агрессивная масса элементальной субстанции. Большинство элементалей состояли из земли, воздуха, огня или воды, но существовало много вариантов, основанных на средах, в которых они появлялись.

Ранняя карьера Джейсона в Гринстоуне включала грязевых элементалей в дельте и песчаных элементалей в пустыне. Водный элементаль серебряного ранга, известный как элементальный тиран, оставил первый и до сих пор самый большой из его шрамов после того, как чуть не убил его. Элементаль однажды появился из канализационной системы Гринстоуна во время пребывания Джейсона там, битва, в которой он был благодарен, что не участвовал.

— Я чувствую только серебряные ранги, — сказал Джейсон. — Учитывая, что элементали так же незаметны со своими аурами, как обрушение моста, я не думаю, что пропускаю среди них кого-то золотого ранга.

— Тогда ты должен сразиться с ними в одиночку, — сказал Хамфри.

— Ты не можешь почувствовать, сколько их, — сказала ему Мириам. — Их там по меньшей мере сотня.

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Многие люди в этой экспедиции видят в Джейсоне политическое назначение. Кто-то, кто важен для миссии, но не пользуется их уважением как авантюрист. То, как представитель Ксенория представил его, не помогло в этом.

— Я не думаю, что его гибель поможет в этом, — сказала Мириам.

— Поможет, когда он вернется, — пробормотала Софи. — Он всегда возвращается, обычно с какой-то нелепой новой силой.

— Командир Вэнс, — сказал Хамфри. — Джейсон постоянно оказывается в центре грандиозных событий. Это заставляет людей упускать из виду тот факт, что он, по сути, отличный авантюрист. Эта экспедиция полна гильдейских элит, отобранных для этой миссии. Я бы противопоставил Джейсона любому из них. Грядет бой, который делает решение о том, как с ним столкнуться, вашим. Если вы хотите увидеть, какой он авантюрист, ваш оперативный командир, сейчас самый безопасный шанс, который у вас будет, прежде чем магия станет странной для нас.

— К тому же, он уже ушел, — отметила Софи.

Мириам огляделась и увидела, что Джейсон действительно ускользнул, а ее чувства ауры не зарегистрировали его внезапное отсутствие.

— Как?

Она расширила свои чувства над далекими элементалями, роящимися вверх по туннелю. Она заметила теневых существ, распространяющихся среди них, и почувствовала Асано прямо в центре.

* * * Элементали хлынули вверх по склону вдоль туннеля, покрывая стены, пол и потолок. Все они были конгломератами рыхлого элементального материала, от бесформенных масс до весьма специфических форм. Куча земли скользила по туннелю, а олень, сделанный из крошечных каменных фрагментов, гарцевал рядом с ней. Там было нечто, похожее на грубую попытку ребенка сделать глиняную черепаху, только размером с небольшой дом. Крылатая горилла из магмы бежала, поднимаясь в воздух длинными, планирующими прыжками.

Единственный свет исходил от более огненных элементалей, в основном магматических существ, светящихся в темноте. Тела Тени оставались незамеченными, но когда Джейсон вышел из одного из них, это была другая история. Его плащ звезд ярко сиял, окутывая его до такой степени, что он выглядел поглощенным звездной пустотой.

Джейсон шел, заложив руки за спину. Теневая рука вытащила его меч, Волю Гегемона, который Гэри выковал для него. Он использовал свою способность Клинок Рока, но вместо того, чтобы вызвать кинжал, сила была дарована мечу. Рунические буквы, бегущие вниз по черному клинку, сменились с белых на красные.

* Вы призвали эффекты [Погибель, Клинок Скорби]. Все свойства этого оружия были вложены в [Волю Гегемона]. Некротический урон будет нанесен в дополнение к физическому урону.

В отличие от медленного блуждания Джейсона, теневая рука мерцала вокруг Джейсона в размытом движении, скорость, охват и гибкость превосходили то, чего могли достичь его естественные руки. Клинок делал не больше, чем царапал элементалей с твердыми физическими формами, в то время как те, что состояли из огня или дымного пепла, казалось, вздрагивали от прикосновения клинка. Каждый удар наносил специальные атаки, доставляя одно проклятие за другим, Джейсон распевал заклинания, которые делали то же самое.

— Кровоточи для меня.

— Неси метку своих преступлений.

— Твоя судьба — страдать.

Элементали бросились на Джейсона, только чтобы безвредно пройти сквозь одно из нематериальных тел Тени, Джейсон уже переместился. Он не спешил, всегда ступая в тело Тени с идеальным таймингом, чтобы небрежно избегать атак.

Величайшей слабостью элементалей была их бездумность, без даже умственных способностей простейшего насекомого. В сочетании с относительной медлительностью элементалей в основном земного типа, их неспособность учиться позволяла Джейсону водить их за нос, безнаказанно нанося проклятия. Его мобильность перемещала его из одной области боя в другую, слабоумные элементали всегда играли в догонялки.

* [Бичевание] нанесло [Смертность], [Грех], [Метку Греха] и [Вес Греха]. Вы получили [Маршал Суда]. * [Кровоизлияние] нанесло [Кровь из камня], [Кровотечение], [Жертвенную мишень] и [Некротоксин]. * [Наказание] нанесло [Грех], [Цену отпущения] и [Возмездие за грех]. * [Рука Жнеца] нанесло [Слабость плоти], [Ползучую смерть] и [Трупное окоченение]. * [Воля Гегемона] истощила ману и нанесла некротический урон, [Коррозию], [Уязвимость] и [Дань Гегемона]. * [Укус пиявки] обновил [Кровотечение] и нанес [Токсин пиявки] и [Оскверненные меридианы]. * [Неотвратимый рок] нанесло [Неотвратимый рок], [Неизбежность] и [Преследование].

Гнетущий вес проклятий заставил камень кровоточить, а магму гнить, как недельный труп. Элементали игнорировали свои неестественные страдания, не имея чувства страха, боли или даже инстинкта самосохранения животного. Они продолжали бессмысленно преследовать Джейсона, пока он прогуливался сквозь них, входя и выходя из тел Тени.

Если бы Джейсон проходил сквозь элементалей одного за другим, уничтожение их всех заняло бы слишком много времени. У него была выносливость для этого, способная пополнять силы, питаясь проклятиями, но было лучше отправить свои темные силы распространяться через врага.

Всплеском ауры Гордон появился над головой Джейсона, его массивный, туманный глаз пылал в темноте. Его плавающие глаза-сферы выстрелили, ища проклятых элементалей, чтобы погрузиться в них. Эти элементали немедленно начали порождать бабочек, которые переносили их проклятия на свежих жертв.

Джейсон в последнее время не преуспел в борьбе с большими группами. Бабочки, распространяющие проклятия, были чрезвычайно эффективны, если им позволяли делать свою работу, но это был более сложный процесс, чем ядовитые облака или просто воздействие на огромные толпы. Ему не хватало разнообразия простых и эффективных методов, к которым имели доступ традиционные специалисты по проклятиям, хотя он обнаружил, что не жалеет об их отсутствии. Как застрельщик проклятий, он не застревал позади команды, бездумно разбрасывая заклинания и оставаясь беспомощным, если что-то шло не так.

Он считал свою независимость и универсальность вполне стоящими компромисса за то, чтобы не легко и эффективно покрывать область своими силами. Этот компромисс, однако, был реальным, так как сложность бабочек, распространяющих проклятия, как среды, предлагала ключевую точку отказа для умных врагов, чтобы нацелиться на нее. Бабочки были почти неудержимы после достижения критической массы, но могли быть отключены достаточно быстрыми и усердными действиями. Во время битвы за Яреш посланники быстро устраняли любых бабочек, и даже своих собственных монстров, как только они были затронуты. Это отключило способность Джейсона оказать огромное влияние на тактическую ситуацию.

Чем выше ранг врагов, тем умнее они, как правило, были. Элементали, однако, были противоположностью интеллекта, и бабочки вскоре роились над ними в таком густом облаке, что было трудно что-то разглядеть. Темнота туннеля исчезла, светящиеся бабочки наполнили пространство синим и оранжевым светом. Зрелище было таким же красивым, как и результаты уродливыми, когда камень сочился гниющим гноем, а огонь проливал черную, отравленную кровь, которая немедленно закипала в пар.

Зловоние испорченной, медной крови и прогорклой смерти наполнило воздух. Это задушило бы любого, кому нужно дышать. Дни, когда Джейсон не мог заставить врагов кровоточить только потому, что у них не было крови, или гнить врагов, потому что у них не было плоти, остались позади. Его силы делали невозможное возможным, что, в конце концов, и было целью магии. Проклятые элементали теперь были уязвимы к тому, к чему должны были быть невосприимчивы, отмечая время заканчивать дела. Джейсон протянул руки, и его ладони стали скользкими от крови, которая просачивалась сквозь его кожу. Мгновение спустя пиявки вырвались из его рук, гейзером обрушившись на элементалей.

Обычно Колин не смог бы пировать на существах из камня и земли, но проклятия Джейсона сделали их восприимчивыми к его хищничеству. Только огненные и магматические элементали могли сдерживать его, их жар убивал любых отдельных пиявок, которые подбирались близко. Джейсон игнорировал это, элементали были слишком глупы, чтобы извлечь из этого выгоду. Колин пожирал остальных, выращивая свой рой пиявок быстрее, чем он сгорал.

С теми элементалями, которых Колин не мог пожрать, Джейсон разобрался сам. Он вытянул гнусные проклятия из всех огненных и магматических элементалей сразу, оставив на их месте святые проклятия. Чистый свет трансцендентного урона уничтожил их изнутри, разъедая их еще быстрее, чем кровотечение и гниение. Джейсон использовал свою способность казни, Вердикт, чтобы взорвать эту силу, добивая отдельных элементалей, которые, казалось, держались лучше всех, как гигантская глиняная черепаха.

С этого этапа резня закончилась в короткие сроки. Тень уже двигалась сквозь мертвых к тому времени, как все закончилось, касаясь их, чтобы сделать их доступными для мародерства.

— Это должен быть хороший улов квинтэссенции, — размышлял Джейсон.

— Действительно, мистер Асано, — согласилась Тень. — Мисс Фарра и мистер Стэндиш могут найти им хорошее применение в ритуалах во время нашего пребывания под землей.

Джейсон активировал мародерство, радужный дым поднимался из останков элементалей. В отличие от обычных монстров серебряного ранга, это не уничтожило тела полностью. Помимо тех, что были уничтожены трансцендентным уроном, элементальная субстанция осталась, испачканная и деформированная кровью и некрозом, которые не должны были быть возможны. Остатки окрасили стены и капали с потолка, плащ Джейсона отклонял прогорклые куски, пока он стоял среди останков, рассудительно поливая хрустальной промывкой длину своего испачканного клинка.

СТАРАЯ КОМАНДА ГЭРИ

СТАРАЯ КОМАНДА ГЭРИ

— Ты был оптимистичен, — сказал Джейсон Хамфри. — Если ты убьешь целую пачку монстров перед элитными авантюристами, результатом будет не благоговейная толпа. Это будет кучка дико самоуверенных людей, объясняющих, как они сделали бы это быстрее и выглядели бы лучше, делая это.

— На самом деле, — сказал Клайв с водительского сиденья, — они в основном жаловались на запах. Ты оставил много отвратительной слизи там, и нам пришлось везти краулеры прямо через нее.

Клайв был тем человеком, который вел их краулер через гнусные останки элементалей. Как он и сказал, зловоние было сильным.

— Что-то капнуло мне на голову, пока мы проезжали там, — пожаловался Руфус. — Я смыл это, но я все еще чувствую это, как фантомную конечность. Мне нужна хрустальная промывка, чтобы избавиться от этого.

— В мыле нет ничего плохого, — сказал ему Джейсон.

— Джейсон, я просто хочу, чтобы остальные перестали игнорировать тебя, — сказал Хамфри. — Если кто-то решит, что знает лучше тебя, и решит проигнорировать твои приказы, это может быть катастрофично.

— Я ценю эту мысль, — сказал Джейсон, — но большинство людей в этой экспедиции — наши друзья, помнишь? Общество искателей приключений не доверяло достаточному количеству местных жителей, чтобы не быть скомпрометированными посланниками.

— То, что эта экспедиция полна наших людей, является источником проблемы, — сказал Хамфри. — Люди думают, что тебя поставили во главе из-за важных событий, в которые ты постоянно попадаешь. Они не думают, что ты заслужил свое командование этой экспедицией через приключения.

— И они правы, — сказал ему Джейсон. — Я серебряный ранг, Хамфри. Лучший серебряный ранг в мире не ставится во главе золотых рангов, если нет каких-то крайне смягчающих обстоятельств. И я ушел, чтобы убить тех элементалей в одиночку, потому что ты предложил это, но все это чувствовалось очень показательно. Я не тот же парень, который столкнулся с Риком и его командой в комнате миражей давным-давно. Я авантюрист, чтобы делать работу, а не чтобы выпендриваться.

Товарищи Джейсона по команде обменялись взглядами, даже Клайв отвлекся от вождения, чтобы вытянуть шею.

— Что? — спросил Джейсон.

Из тени Джейсона донесся кашляющий звук.

— Все в порядке, Тень? — спросил Джейсон.

— Конечно, мистер Асано. У меня просто что-то застряло в горле.

— Тень, у тебя нет горла.

* * * Огромное количество, в котором элементали появлялись в первый раз, оказалось нормой, а не исключением. Даже всплеск монстров редко видел монстров, появляющихся в таких концентрациях, напоминая Джейсону больше прото-пространства и волны монстров обратно на Земле. Элементали были не единственными монстрами, которые появлялись, хотя они составляли большинство. Даже когда появлялись другие типы монстров, всегда было по крайней мере несколько элементалей, сопровождающих их.

Первый по-настоящему сложный бой экспедиции произошел в вертикальной секции шахты. Паукообразные кроты золотого ранга прорылись через стороны шахты и начали бить краулеры паутиной, погружая экспедицию в хаос. Потоки густой, вязкой паутины ударяли по медленно движущимся краулерам в быстрой последовательности, поражая даже до того, как пыль осела после того, как паукообразные кроты прорвались сквозь скалу в туннель.

Вместе с паукообразными кротами были алмазнозубые черви, чей ранг был только серебряным. У них была маслянистая, болезненно-серая кожа и пасти, полные кристаллических зубов, испачканных ихором. Как и пауки, черви вырвались из сторон туннеля, пробиваясь сквозь скалу. Однако они не вышли полностью, торча из сторон туннелей, как реснички. Они размахивали своими длинными телами, зубы, в честь которых они были названы, могли разрезать металл краулеров.

Завершала натиск обычная россыпь элементалей, хотя был необычный дефицит земных типов. На этот раз это были газообразные элементали, которые взрывались при воздействии огня перед тем, как восстановиться, вместе с летающими огненными элементалями, чтобы поджечь их.

Мириам Вэнс быстро взяла командование на себя, отдавая приказы через голосовой чат Джейсона. Экспедиция была в беспорядке, разбросана и прижата к стенам вязкой паутиной. Золотые ранги пробивались сквозь паутину с помощью способностей или грубой силы. Они были быстро развернуты, чтобы перехватить паукообразных кротов золотого ранга, прежде чем они смогут посеять хаос среди более слабых авантюристов.

Паукообразные кроты были явной угрозой, так как они были золотого ранга, тогда как черви и элементали были серебряными. Это были массивные пауки с длинными телами, покрытыми длинными, жесткими щетинками. Их головы были приплюснутыми, больше похожими на мопса, чем на крота, несмотря на название. У них также был набор специальных способностей, что было обычным делом для монстров золотого ранга. Наряду с вязкой паутиной, которая поймала краулеры, они могли проецировать альтернативный тип паутины, который был острым как бритва и пропитан ядом. На близком расстоянии они могли стрелять щетинками со всего своего тела, которые были иглами длиной с предплечье, также острыми и ядовитыми.

У каждого паукообразного крота было восемь сильных, но жилистых ног, которые позволяли им бегать по вертикальной поверхности туннеля, несмотря на их массивный размер. Огромные когти вонзались в каменные стены и могли прорываться сквозь броню так же быстро, как сквозь землю и камень. Быстрая засада сквозь стены продемонстрировала, насколько быстро это было.

Другой способностью, способствующей засаде, была сила маскировать ауры не только себя, но и других монстров. Даже Джейсон и золотые ранги не чувствовали их, пока ловушка не захлопнулась. В целом, паукообразные кроты не были особенно мощными по стандартам золотого ранга, но их было много. Что еще важнее, беспорядок, в котором оказалась экспедиция элитных авантюристов, был важным уроком: даже менее мощный монстр может быть чрезвычайно опасным в правильной среде.

С краулерами, прилипшими к стенам, и авантюристами, застрявшими внутри них, монстры легко захватили инициативу. Авантюристы золотого ранга быстро выбрались из паутины и двинулись, чтобы вступить в бой с паукообразными кротами по указанию Мириам. Многие из серебряных рангов также быстро извлекли себя, и Мириам заставила их разделиться на две группы. Одной группе было поручено принять бой с монстрами, отбиваясь от взрывных элементалей и червей, кусающих краулеры. Остальной группе было поручено защищать транспортные средства, извлекая авантюристов, неспособных освободиться от паутины золотого ранга.

Команда Джейсона была частью группы защиты и извлечения. Софи, Хамфри и Тайка перехватывали монстров. Меч Джейсона был способен довольно хорошо корродировать и гноить паутину, в то время как у Руфуса, Фарры и Гэри были способности прожечь ее. Белинда и Клайв работали над освобождением краулеров, а не только людей внутри них, в то время как Нил присматривал за всеми ними. Он накладывал барьеры на свою команду и бросал заклинания Стрела жизни в любых раненых авантюристов, которых команда освобождала.

Их фамильяры также пошли в работу. Лучи разрушительной силы Гордона были высокоэффективны против пылающих и газообразных элементалей. Астральный фамильяр-лампа Белинды, Мерцание, был столь же эффективен со своими скорострельными силовыми болтами. Сташ превратился в летающего огненного осьминога, жгучие щупальца которого были эффективны при срывании паутины с транспортных средств.

Пиявки скользили вверх по стене, не сдерживаемые массивными участками паутины, которые окрашивали стороны шахты. Клей в паутине соскальзывал прямо с гладких тел пиявок Колина, когда они ползали по ней и сквозь нее. Колин был на миссии доказать, что туннель достаточно велик только для одного набора ужасающих зубастых червей.

Онслоу служил бункером, из которого работали Нил, Клайв и Белинда. Это было также место, куда можно было привести освобожденных серебряных рангов, давая им момент собраться и подготовиться перед вступлением в бой.

Мертвые монстры вскоре падали вниз по шахте, будь то разрезанные пополам черви или кристаллический порошок, оставленный элементалями после их смерти, дымно-белый для газа и оранжевый для огня. Тела Тени плавали в воздухе, касаясь их, чтобы Джейсон мог забрать добычу. Он делал это немедленно, монстры оставляли радужный дым, падая вниз по шахте, пока распадались. Не все мертвые монстры падали, многие приземлялись на участки паутины, включая те, что удерживали краулеры на месте. Более чем несколько авантюристов имели тяжелое напыление элементальной силы на своих телах.

— Такая трата, — пробормотал Клайв, когда еще одно облако пыли проплыло мимо панциря Онслоу. — Столько хороших ритуальных материалов, падающих в дыру. Надеюсь, ты получаешь этот элементальный порошок как добычу, Джейсон.

— Не находил времени проверить, — сказал Джейсон.

Продолжая срезать паутину и освобождать авантюристов, Джейсон находил время иногда произносить свое заклинание Кровавая жатва. Захватывая каждый труп врага, оставленный его собственной стороной в значительном радиусе, Джейсон втягивал ярко-красные потоки жизненной силы со всего поля боя.

* Вы получили здоровье, выносливость, ману и [Кровавое Безумие] от [Кровавой жатвы]. * Здоровье, выносливость и мана превысили нормальные значения благодаря способности [Пожиратель грехов].

* [Кровавое Безумие] (благо, нечестивое, суммирующееся): Бонус к [Спиду] и [Восстановлению]. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, до максимального порога].

С преобладанием монстров у Джейсона не было недостатка в телах, из которых можно было вытянуть остаточную жизненную силу. Это в основном означало червей, так как элементалей нельзя было истощить, если только его Кровь из камня не сделала их уязвимыми к магии крови. Поскольку он был занят освобождением авантюристов, у него не было времени, хотя он получил несколько непредвиденных доходов в виде паукообразных кротов, когда золотые ранги начали сокращать их численность.

Даже остаточная жизненная сила всего в нескольких трупах золотого ранга была огромным количеством для Джейсона. К тому времени, как все авантюристы были освобождены, он мощно усилил себя.

* Вы получили здоровье, выносливость, ману и [Кровавое Безумие] от [Кровавой жатвы].

* Ваш [Спид] и [Восстановление] достигли максимальных уровней для вашего текущего ранга. Дальнейшие экземпляры [Кровавого Безумия] будут заменены на [Кровь Бессмертного].

* [Кровь Бессмертного] (благо, исцеляющее, нечестивое, суммирующееся): При получении урона экземпляр расходуется, чтобы дать мощный, но кратковременный эффект исцеления со временем. Дополнительные экземпляры могут быть накоплены, но не имеют кумулятивного эффекта.

К тому времени, как Джейсон и его команда бросились в настоящий бой, Джейсон был полон украденной жизненной силы и молниеносно быстр. Он даже соперничал с Софи в скорости, хотя ей все еще удавалось заставлять его выглядеть медлительным. Ее скорость всегда была активна и поддерживалась годами опыта и множеством дополнительных способностей. По сравнению с грацией, элегантностью и эффективностью, с которыми она парила в пространстве, Джейсон был неуклюжим увальнем. Он был достаточно быстр, чтобы не чувствовать себя в замедленной съемке по сравнению с паукообразными кротами, однако, что было достаточно хорошо для него. Он не собирался охотиться на них, но он не будет застигнут врасплох чистой скоростью.

Команда была по-разному летающей или укрытой в плавающем панцире Онслоу. Поле боя, к которому они присоединились, было дезориентирующим беспорядком визгов, рева и взрывов, магический свет стробировал в темноте. Огни на краулерах были в основном все еще скрыты паутиной, оставляя вспышки и взрывы магии освещать хаос. Снаряды врезались в гигантских червей, и элементали взрывались в пламени. Щупальца тянулись из порталов, чтобы схватить монстров и разорвать их на части, магический свет сиял на их блестящей коже. Это была одна из способностей Амоса Пенсината.

Джейсон спрашивал Мириам о добавлении своих бабочек. Тактический командир сказала «нет», что Джейсон понял. В беспорядочном летающем бою, где союзники и враги были все перемешаны в темноте, преимущества, которые они предлагали, не стоили бы дополнительного хаоса.

Авантюристы, возможно, начали в невыгодном положении, но битва медленно, но неумолимо поворачивалась в их пользу. Паукообразные кроты, безусловно, были умнее элементалей, но животная хитрость не была ровней золотым рангам в скоординированных командах. Хотя у монстров была численность, авантюристы неизбежно одержат победу. Вопрос был в том, сколько будет стоить победа.

Краулеры уже были избиты, но оценка того, насколько сильно, должна была подождать, пока бой не закончится. Более важной угрозой были серебряные ранги, разрушенный краулер не имел значения рядом с мертвым авантюристом. Самой уязвимой группой были магические исследователи, единственная часть экспедиции, не состоящая из элит гильдейского уровня. Они были освобождены из краулера, в котором оказались в ловушке, но не вступили в бой. Они забаррикадировались на крыше своего транспортного средства, надеясь избежать внимания.

Команде Джейсона было поручено забрать их, чтобы они могли быть укрыты внутри Онслоу. Они отправились немедленно, но они были на дальней стороне поля боя, полного хаоса. Магия и монстры летали вокруг, и случайный взрыв паутины золотого ранга мог легко вывести серебряный ранг из боя, даже если это было маловероятно, что убьет их.

Они начали пробивать себе путь через шахту, сражаясь. Гэри был единственным, кто остался позади, чтобы защищать и присматривать за самой большой группой теперь пустых краулеров. Несколько получили тяжелые повреждения, и его кузнечные способности пошли в работу, восстанавливая их. Он также отбивался от врагов, угрожающих повредить их еще больше, в основном кусающихся червей, извивающихся из своих дыр в стене. Их грязные алмазные зубы могли бы разрезать металл рам краулеров, но они ломались о чудовищную голову огромного молота в руке Гэри, настолько большого, что казалось, он должен опрокинуть его от веса. Гэри ухмыльнулся, когда сунул его в пасть другого червя, который хотел откусить от него кусок, наблюдая, как его зубы разбиваются, как стекло. Это вызвало еще одно сообщение из интерфейса группы Джейсона.

* [Средний молот Гэри] отразил [Разрезание металла]. * [Гнев ремесленника] нанес ответный урон разрушительной силой.

Гэри выдернул молот и взмахнул им по широкой дуге. Он врезался в бок червя, впечатав его в стену с влажным хлюпаньем.

Пока он расправлялся с червями, старые товарищи по команде Гэри были с командой Джейсона, пока они продолжали пересекать шахту. Команда Джейсона использовала свой стандартный подход к воздушному бою, с Хамфри, Софи, Джейсоном и Тайкой в полете, вместе с временным членом Фаррой. Она была заключена в обсидиановую броню, которая светилась магматически горячим вокруг пластин. Крылья огня несли ее, несколько тяжеловесно с тяжелой каменной броней. Не тяжеловесным был ее размахивающий цепной меч, осколки обсидиана, нанизанные на толстую прядь лавы.

Меч Фарры был особенно эффективен против червей, все больше и больше которых продолжали вырываться из стен. Их длина была такой, что они могли достичь более чем половины шахты, не покидая своих дыр; ни один летун не был полностью вне досягаемости. Любой, кто протягивался в сторону Фарры, обнаруживал, что ее меч штопором двигался вдоль его тела, осколки обсидиана вонзались в него, а лавовая веревка обжигала его уродливую плоть. Это длилось лишь мгновение, однако, так как Фарра втянула свое оружие обратно в форму обычного двуручного меча. Когда она это сделала, он пережевал червя, как раскаленная мясорубка, оставляя мертвые останки безвольно падать на стену.

Руфус не летал, но было трудно сказать, когда он парил в воздухе. Он использовал самих врагов как платформы, прыгая со стены на голову червя, даже отталкиваясь от волосатого паукообразного крота, чтобы перепрыгнуть через воздух. Когда не было врага, на которого можно было встать, одна из его двух способностей телепортации ближнего действия могла идеально переместить его. Его солнечный меч вырезал куски из червей, в то время как его лунный меч прорезал огненных и газовых элементалей, оставляя их уменьшенными в размере.

Руфус продемонстрировал свою растущую синергию со своей новой командой, когда он двигался по воздуху. Белинда, выполняя свою обычную работу универсальной смешанной поддержки, создавала платформы в воздухе для Руфуса, чтобы использовать их как ступеньки, прежде чем они исчезали.

Джейсон громко рассмеялся, увидев, как Руфус играет в классики на серии падающих платформ, теневым прыжком перемещаясь поблизости, чтобы показать ему два больших пальца вверх.

— Это я, Руфус!

Руфус был застигнут врасплох, когда Джейсон появился прямо перед ним и поскользнулся. Его нога промахнулась мимо платформы, и вместо этого его голова ударилась о нее, отправив его вращаться вниз в темноту шахты. Джейсон поморщился.

— Упс.

— Джейсон! — прорычал Хамфри.

— Извини.

Руфус телепортировался на приближающегося червя и вонзил свой солнечный меч в его тело. Используя его как ручку, чтобы удержаться на месте, он уставился на Джейсона, но лишь на мгновение. Меч вспыхнул достаточно ярко, чтобы свет сиял изнутри червя, и Руфус побежал вдоль тела существа к стене в неправдоподобной демонстрации баланса. Он тащил меч, все еще глубоко в существе и двигаясь, как будто через воздух, а не через плотную плоть гигантского червя серебряного ранга. Руфус достиг стены и начал бежать вдоль нее, оставляя две половины червя болтаться, мертвыми.

Джейсон парил в воздухе, наблюдая в благоговении.

— Святое дерьмо, это выглядело потрясающе.

— Джейсон! — снова отчитал его Хамфри.

— Извини.

ОЧКИ ЗДОРОВЬЯ

ОЧКИ ЗДОРОВЬЯ

Массивная вертикальная шахта была густой от битвы. Авантюристы золотого ранга делали все возможное, чтобы удержать бой с паукообразными кротами подальше от краулеров и авантюристов более низкого ранга. У авантюристов серебряного ранга было еще больше дел, так как по крайней мере численность паукообразных кротов не увеличивалась. Газовые и огненные элементали продолжали вливаться через дыры в стене. Еще более плодовитыми были зубастые черви, постоянно прорывающие себе путь из скалы, чтобы вытянуться из стен, как щупальца.

Червь за червем прорывались и вытягивали свои болезненно-серые тела в поисках того, что можно пожрать. Металл брони или краулеров подошел бы, хотя то, как монстры становились взволнованными от запаха крови, раскрывало их истинное предпочтение. По мере продолжения битвы они продолжали идти, пока шахта не стала вертикальным, плотским лесом. Поскольку черви могли достичь более чем половины шахты, от них не было спасения. С ними можно было только сражаться, что именно и делали Джейсон и его команда. Команда была в процессе прокладывания пути к исследовательской команде Магического общества, чтобы обезопасить их внутри панциря Онслоу.

Джейсон предложил пойти вперед в одиночку и перенести исследователей порталом к Онслоу, но Хамфри отверг эту идею. Хотя то, что Джейсон уходил в одиночку, было едва приемлемо, порталы стали ненадежными по мере приближения экспедиции к природной матрице. Мгновенная телепортация, как у Хамфри и Джейсона, все еще работала, но устойчивые пространственные апертуры — порталы — быстро становились волатильными и взрывались. Это включало пространственные сумки и определенные места хранения, такие как хранилище Клайва на основе порталов, что экспедиция обнаружила ценой некоторых припасов.

Экспедиция вернулась на более безопасный уровень и перенесла самые важные припасы в краулеры в магически усиленных сумках, что сделало любую угрозу краулерам более опасной. Наряду с монетами золотого ранга для поддержания самых мощных членов экспедиции, потребуются существенные ритуальные материалы для активации устройства посланников.

Джейсон утверждал, что, вероятно, мог бы стабилизировать свои собственные порталы, подключившись к своему астральному трону, но Хамфри сказал «нет». Наряду с неопределенностью того, что это сработает, он не хотел, чтобы Джейсон был истощен от слишком частого использования своих сил астрального короля. Джейсон утверждал, что, вероятно, будет в порядке, проиграв дебаты на слове «вероятно».

Таким образом, команда продолжала пробиваться через шахту, сражаясь с элементалями и червями, уклоняясь от случайных взрывов паутины и плохо нацеленных снарядов из боя золотого ранга.

Фарра сосредоточилась на огненных элементалях, ее способность Дитя Огня делала из них посмешище. Даже полностью охваченные пламенем, их огонь не опалил даже ее волосы. Еще более нелепо, ее собственные силы сжигали существ, которые сами были сделаны из огня.

— Как это вообще имеет смысл? — спросил Джейсон.

— Ты заставил камень истечь кровью до смерти, — парировала Фарра.

— Я не буду извиняться за то, что я потрясающий.

— Что это было? — спросила Фарра. — Ты пытался объяснить, как я делаю нелепые вещи, но я не могла это услышать из-за звука того, как ты возвращаешься с того света снова и снова.

— О, как будто ты никогда не возвращалась к жизни.

Нил открыл голосовой канал к Рику Геллеру.

— Рик, я знаю, что у вашей команды уже есть целитель, но были бы вы открыты к найму второго?

— Ты серьезно связываешься со мной, чтобы ОТПУСТИТЬ ЧЕРТОВУ ШУТКУ прямо сейчас? — взревел Рик в ответ.

— Извини, — сказал Нил виновато и закрыл канал.

— Можем ли мы, пожалуйста, продемонстрировать хотя бы немного дисциплины? — прорычал Хамфри.

— Извини, папа, — сказала Белинда кротко.

— Белинда… — упрекнул Хамфри.

— Нам не положено называть тебя папочкой? — спросила она. — Потому что Софи сказала…

— ЛИНДИ! — взревел Хамфри, не через голосовой чат, а вслух, слышно даже среди грохота взрывов и шипящего звука заклинаний.

Хамфри продолжал ворчать, но отпустил это. Отчасти потому, что он знал, что они не остановятся, но в основном потому, что болтовня не замедляла их. Нил бросал свои недолговечные барьеры с точным таймингом. Джейсон мерцал через теневое поле боя, загружая проклятия на червей, еще не вовлеченных авантюристами. Белинда стреляла атаками из жезлов, которые у нее были в каждой руке, дублируя заклинания, используемые Нилом и Клайвом, а также создавая платформы для Руфуса.

Хотя Хамфри говорил себе, что предпочитает стоический профессионализм, он позволял болтовне проскальзывать, пока команда делала свою работу. Даже если другие лидеры команд иногда подшучивали над ним.

— Послушайте, — сказал он голосом смиренного раздражения. — По крайней мере, избегайте попадания членам команды по голове и сбрасывания их вниз по шахте.

— Да, это был мой косяк, — сказал Джейсон.

Сам Хамфри отвечал за обращение с газообразными элементалями, которые были не только взрывоопасными, но и наносили неприятные проклятия на любого, кого они переезжали. Хамфри детонировал их вне зоны досягаемости своих спутников, либо своим огненным дыханием, либо огненным мечом дракона. Они восстанавливались вскоре после этого, но не могли детонировать снова некоторое время. Это было, когда он вступал в бой со своей атакой Духовный жнец.

Способность: [Духовный жнец] (Магия)

* Специальная атака (ближний бой, измерение, истощение). * Базовая стоимость: Низкая мана и выносливость. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 4 (71%).

* Эффект (Железо): Наносит дополнительный урон разрушительной силой и истощает ману. Имеет дополнительный эффект против бестелесных или полубестелесных существ.

* Эффект (бронза): Накладывает [Оглушение] на бестелесные или полубестелесные сущности.

* Эффект (серебро): Накладывает [Сияющее эхо] на бестелесные сущности.

* [Оглушение] (проклятие, магия): Кратковременно быть неспособным двигаться, использовать способности или контролировать уже активные способности. Полностью реактивные способности и эффекты все еще могут быть запущены. Длительность не может быть обновлена путем повторного применения [Оглушения], и воздействие несколько раз подряд имеет убывающую отдачу.

* [Сияющее эхо] (проклятие, урон со временем, магия, суммирующееся): Наносит продолжающийся урон разрушительной силой.

Специальная атака разрывала газообразных элементалей, даже кратковременно оглушая их, пока он расправлялся с ними. Он был не единственным, кто делал это, фамильяры команды поддерживали его и Фарру.

Сташ превратился в монстра-плавающую сферу, по сути, надувной кожаный мяч. Известный как фонтан, он использовал атаки сжатым воздухом, которые издавали комичный шум, в который Сташ был немного слишком влюблен. К счастью, атаки были столь же эффективны при рассеивании элементалей, сколь и при воспроизведении звуков метеоризма.

Лучи разрушительной силы Гордона были высокоэффективны при разрывании нематериальных элементалей. Атаки фамильяра Белинды, Мерцание, были столь же эффективны. Разумная богато украшенная лампа покачивалась в воздухе, излучая серебряный свет и стреляя быстрыми потоками силовых болтов. Другим фамильяром Белинды был дух эха, Джемини. Она превратилась в размытую копию Хамфри и прорвалась сквозь элементалей с силовым мечом.

Джейсон был членом группы, который бродил дальше всех от Онслоу. Теневой прыжок стал для Джейсона таким же естественным, как ходьба к этому моменту, и превосходил даже мобильность Софи в текущих условиях. С темнотой и тенями повсюду, это был не столько теневой прыжок, сколько неограниченная телепортация без перезарядки.

По большей части Джейсон работал над загрузкой червей, которые продолжали выскакивать, проклятиями. Он фокусировался на тех, кто не сражался с авантюристами, которых было нетрудно найти, так как их число росло.

— Вы уверены, что я не должен сбрасывать бабочек? — спросил он Мириам.

— Еще нет, — ответила тактический командир. — Нам нужно закончить с монстрами золотого ранга, извлечь краулеры и совершить тактическое отступление. Тогда будет время высвободить беспорядочный хаос.

— Да, мэм.

Джейсон мог передвигаться по шахте почти безнаказанно, но он не был отличным боевым подкреплением. Он мог прибыть быстро, но любой, кто нуждался в срочной помощи, искал немедленного воздействия. Кто-то, чтобы начать своих врагов на пути к медленной, жалкой кончине, не вытащил бы их из огня. Что Джейсон мог сделать, так это действовать как очищающий жезл.

Одним из более сильных видов оружия, доступных паукообразным кротам, был яд, который препятствовал исцелению. Хотя они не кусали, он пропитывал их щетинистые волосы и острые как бритва варианты паутины. Они также выплевывали его на близком расстоянии.

Яд был тем, с чем целители золотого ранга могли справиться, но когда случайная сеть заставала врасплох серебряный ранг, это была другая проблема. Разрыв в рангах имел много эффектов, один из которых заключался в том, что проклятия были более устойчивы к очищению более низкими рангами.

Когда невесту Рика, Ханну, разорвала бритвенная паутина, ее близнец, Клэр, имела проблемы с очищением этого. Джейсон появился из ниоткуда, вытянул яд своей силой Пир отпущения грехов и исчез снова в течение нескольких мгновений. Рик отправил быстрое спасибо через голосовой чат, прежде чем вернуться к сражению с червями.

Команда Джейсона медленно, но верно прокладывала путь к исследователям, все еще забаррикадировавшимся на крыше своего транспортного средства. То, что должно было быть открытым пространством посреди шахты, ощущалось как прорубание сквозь джунгли, сделанные из плотоядных червей. Команды серебряного ранга пытались избегать вмешательства друг в друга, но большей опасностью был бой золотого ранга.

Авантюристы золотого ранга усердно работали, чтобы держать свой конфликт подальше от серебряных рангов и краулеров. Их сопутствующий ущерб мог слишком легко устранить членов экспедиции или критические припасы. Они довольно хорошо справлялись с этим; хотя у паукообразных кротов была численность, они были слабее авантюристов. Случайному монстру все же удавалось сбежать из боя, пока авантюристы были слишком заняты, чтобы преследовать, однако, и они шли за одной из команд серебряного ранга.

Большинство команд серебряного ранга могли выставить единый фронт против одного монстра золотого ранга. Им не нужно было побеждать, просто сдерживать его, пока золотые ранги не загонят монстра обратно в свой бой. Победа, безусловно, была вариантом, однако, с командой Рика, получающей реванш за опыт Ханны с ядовитой бритвенной паутиной.

Самой уязвимой группой были исследователи Магического общества, единственная команда, не состоящая из элит гильдейского уровня. Они были серебряными рангами, но не боевой командой, и забаррикадировались на своем транспортном средстве с тех пор, как команда «Штормовой Измельчитель» отрезала их. Когда команда Джейсона была только на полпути через шахту на своей миссии забрать их, Мириам отправила предупреждение по командному каналу голосового чата.

— Команда «Бисквит»! Свободный паукообразный крот на исследователях! Можете справиться?

Хамфри не мог видеть исследователей, чтобы телепортироваться к ним, и он посмотрел на Софи, эксперта команды по оборонительному перехвату. Она была занята, помогая команде, которая внезапно была окружена полудюжиной дополнительных червей, как раз когда их специалист по обороне был поражен случайным взрывом паутины золотого ранга. Она не могла бросить их, пока они не освободили своего члена команды.

— Джейсон, — сказал Хамфри.

— Взял на себя.

Поле боя было беспорядком аур и магии. Паукообразные кроты также могли вмешиваться в восприятие ауры, что делало их засаду возможной. Даже Джейсону пришлось сосредоточиться, чтобы пробиться сквозь шум и точно определить исследователей. Он сделал это и затем немедленно исчез.

Паукообразный крот бросился сквозь воздух, запустив себя со стены шахты. Исследователи Магического общества на его пути не просто ждали беспомощно, стреляя снарядами и возводя барьеры. Урон был незначительным для монстра золотого ранга с его врожденным снижением урона против атак более низкого ранга. Барьеры лучше справлялись с замедлением его, но все еще были разбиты в короткие сроки.

Как раз когда паукообразный крот собирался врезаться в исследователей, рой теневых рук выдернул их с пути. Они остались свисать со стены, как куски мяса, но монстр промахнулся мимо них, так что они не были настоящими кусками свисающего мяса. Приплюснутое лицо монстра взревело, но Джейсон появился на его спине, прежде чем оно смогло двинуться на исследователей, которых теперь передавали из рук в руки вдоль стены лесом теневых рук. Он отвлек монстра еще больше, вонзив свой меч ему в спину.

Скорость Джейсона была усилена до такой степени, что его рефлексы не были полностью затмены монстром золотого ранга. Восемь ног, однако, были многими, и только три были заняты удержанием монстра на стене. Остальные хватали Джейсона на его спине, тянулись к нему с гибкостью, превосходящей любого настоящего паука. Нуждаясь в том, чтобы внимание паукообразного крота было сосредоточено исключительно на нем, Джейсон попытался уклониться, а не теневым прыжком исчезнуть, выигрывая время для исследователей, пока золотой ранг не пришел на помощь.

Попытки Джейсона уклониться длились примерно ноль секунд, его ноги были затруднены острыми, ядовитыми волосами монстра, которые пробивали дыры в его ботинках.

* Вы отразили [Яд паукообразного крота]. * Вы получили [Сопротивление] и [Целостность] от способности [Пожиратель грехов].

Каждая из ног монстра заканчивалась цепкими ступнями с тремя длинными когтями. Одна ступня обернулась вокруг туловища Джейсона, а другая вокруг его ног, когти вонзились глубоко в его плоть. Джейсон попытался теневым прыжком выбраться из захвата существа, но это не сработало. Это ожидалось, когда глубоко пронзен частями монстра, но он все равно попытался.

Тело Джейсона сопротивлялось дерганию монстра короткий момент, прежде чем он был разорван пополам. Наводненный жизненной силой от всех врагов, которых он истощил, подпитанный еще больше своими мощными регенеративными способностями, Джейсон накопил несколько раз свой обычный максимум. В результате он был почти неубиваем, пока эта жизненная сила не была прожевана. Часть этого была израсходована, чтобы немедленно отрастить его ноги, новые щелкнули снизу его туловища, как встряхивание коврика.

Жизненная сила была странной вещью, особенно когда дело доходило до магических тел и выхода за пределы обычных максимумов. Это иногда делало тело казалось непроницаемым, в другие разы вызывая почти мгновенное восстановление тела. Джейсон соотносил избыток жизненной силы с тем, что у него были очки здоровья, которые нужно было сбрить, прежде чем он мог получить какой-либо значимый урон. Потребовалось бы больше, чем быть разорванным пополам, чтобы прикончить Джейсона, но монстр, казалось, был полон решимости сделать это.

Он также воссоздал свою броню, не любя свои голые неприкосновенности так близко ко всем этим щетинкам. Его боксерские шорты не были воссозданы и все еще были на его старых ногах. Паукообразный крот отбросил их, и они прилипли к краулеру, покрытому паутиной, внизу.

Монстр переместил Джейсона, чтобы тот беспомощно болтался перед его уродливым лицом. Оно было похоже на лицо крота, но вдавленное прямо внутрь, как будто его сбил поезд, но оно было слишком чертовски упрямым, чтобы умереть.

— Я не предполагаю, что мы могли бы обсудить все?

Оно взвизгнуло Джейсону в лицо, покрыв его мокротой.

Когти монстра сжались, вонзаясь в Джейсона, как пальцы вонзаются в спелый персик. В то же время щетинки вырвались из его тела, стреляя во всех направлениях. Это оставило морщинистую кожу паукообразного крота открытой на мгновение, прежде чем волосы выросли снова, почти так же быстро, как ноги Джейсона. Щетинки истыкали Джейсона, и довольно много из них попали в исследователей, которые все еще были не так далеко. Джейсон немедленно прохрипел заклинание.

— Накорми меня своими грехами.

Пир отпущения грехов вытянул яд не только из пронзенных исследователей, но и из каждого авантюриста, затронутого проклятиями в широкой области. Тропы красного, окрашенного уродливыми фиолетовыми, белыми и желтыми цветами, текли в Джейсона со всех сторон.

* Вы поглотили [Яд паукообразного крота] от нескольких союзников. * Вы поглотили [Дымный токсин] от нескольких союзников. * Вы поглотили [Газовое вздутие] от нескольких союзников. * Вы получили выносливость и ману. * Выносливость и мана превысили нормальные значения благодаря способности [Пожиратель грехов]. * Вы получили несколько экземпляров [Сопротивления] и [Целостности] от способности [Пожиратель грехов].

С Джейсоном, удерживаемым прямо перед лицом монстра, разноцветный свет, струящийся в него, заслонил зрение монстра. Это предотвратило то, что он заметил массу пиявок, сочащихся из отброшенных ног Джейсона внизу.

Паукообразный крот продолжал сжимать, кровь сочилась вокруг его когтей, пропитывая его ноги и тело. У монстра была животная хитрость, но не интеллект, чтобы обратить внимание на эту кровь и на то, какой странно комковатой она была. Паукообразный крот также не заметил, что у этих комков были зубы. Не подозревая, монстр сосредоточился на том, чтобы раздавить Джейсона в своем захвате, удивленный его устойчивостью. Избыток жизненной силы Джейсона быстро расходовался, чтобы поддерживать его жизнь.

Когда заклинание Джейсона закончилось и у монстра больше не было света заклинания в лице, он наконец понял, что происходит внизу. Отсеченные ноги Джейсона в боксерах теперь были полностью погребены под кучей пурпурно-красной плоти, которая слилась вместе из массивной кучи пиявок и теперь прилипла к стене. Куча колыхалась и сдвигалась, Колин все еще находился в процессе принятия новой формы.

Паукообразный крот посмотрел вниз и взвизгнул на нее, только наполовину покрыв Джейсона ядовитой мокротой на этот раз. Видя массу плоти как большую угрозу, он отшвырнул Джейсона с силой золотого ранга. Это было так сильно, что он переместился горизонтально вдоль стены, едва начав дугу вниз к тому времени, как он ударился о каменный выступ, как жук о лобовое стекло.

ИЗЛИШКИ

ИЗЛИШКИ

Джейсон лежал, распластавшись по скале, как глубоко неприятный джем. Колин, в неполной форме апокалиптического зверя, продолжал сражаться с паукообразным кротом золотого ранга. Пиявки ползали по телу монстра, перемещаясь между жесткими, ядовитыми щетинками и вгрызаясь в плоть, истощая здоровье и нанося проклятия.

Монстр метался от удивления и ярости, отвлекаясь от мясной кучи Колина, продолжающей принимать форму внизу него. В куче образовалась щель и открылась, как веко, но вместо глаза она была заполнена рядами зазубренных акульих зубов.

Веревочные щупальца выстрелили из пасти, каждое щупальце с собственным ртом на конце. Они выглядели как меньшие, темно-красные версии стенных червей, и их зубы вонзились в плоть паукообразного крота. Они игнорировали щетинки, на которые насаживались, высасывая кровь, чтобы пополнить то, что вытекало из ран.

Паукообразный крот немедленно начал давать отпор. Все еще закрепленный на стене тремя своими ногами, оставшиеся пять полоснули по щупальцам и мясной куче, из которой они появились. Когти золотого ранга вырезали желоба в плоти серебряного ранга все еще коагулирующей формы Колина.

Колин быстро исцелялся, высасывая здоровье из паукообразного крота, выпуская больше щупалец, чтобы заменить те, что были отсечены когтями монстра. Даже так, Колина разрывали быстрее, чем он мог исцелиться. Его форма апокалиптического зверя не закончила принимать форму, и со всем здоровьем, которое он высасывал, уходящим на регенерацию, трансформация остановилась, неполная. Даже с Колином, наследующим способность Джейсона игнорировать подавляющие эффекты разрыва в рангах, разница в силе между золотым и серебряным рангом была просто слишком велика.

Джейсон был размазан по скале, выступающей из каменной стены. Он пришел в сознание, когда его тело приняло форму, потребляя большую часть его оставшегося излишка жизненной силы.

Остальное уже было выжато из него паукообразным кротом, прежде чем отбросить его в сторону.

Одурманенный быстрой последовательностью разрушения и восстановления тела, он отлепился от крови, окрашивающей скалу, и поплыл в шахту, используя свою ауру. Все еще перегруженный маной так, как он больше не был с жизненной силой, он воссоздал свой Покров ночи. Его одежды технически не были его, чтобы воссоздавать, но свежий комплект окутал его тело и немедленно впитал кровь, покрывающую его. Это Колин создал одежды, роевая сущность все еще частично существовала внутри Джейсона.

Джейсон никогда не позволял Колину полностью проявиться, всегда держа часть его биомассы в резерве. Таким образом, сосуд Колина никогда не мог быть полностью уничтожен. Это небольшое количество дополнительной биомассы было отдельным от стратегического резерва, который Джейсон поддерживал в своем царстве души также. Это был излишек, который Колин не мог сохранить или использовать после переедания.

Джейсон начал требовать этот излишек для себя, накапливая его, чтобы вернуть Колину при необходимости. Они даже нашли время, чтобы создать запас перед экспедицией, зная, что у них, вероятно, будет применение для него. Видя, какой урон получал Колин, это явно будет так.

Джейсон покачал головой, чтобы прояснить ее, и расширил свои чувства, чтобы оценить ситуацию. Колин вел проигрышную битву против паукообразного крота, но казалось, что монстр забыл об исследователях и Джейсоне, сосредоточившись полностью на Колине. Затем Джейсон заметил что-то, что оставило его лицо искаженным от гнева.

— Что ты делаешь? — прорычал он на золотой ранг, парящий в воздухе неподалеку. Густое облако серебряных огней, мерцающих вокруг нижней половины ее тела, напомнило Джейсону мультяшного джинна.

— Значит, ты все еще жив, — сказала золотой ранг, руки скрещены небрежно за спиной, пока она парила в воздухе. — Я так и думала, несмотря на твое состояние, учитывая, что сосуд твоего фамильяра остался нетронутым. Хотя, по-видимому, ненадолго.

Ее звали Валетта, одна из членов команды «Грань Луны». Ее аура была сдержана, чтобы избежать внимания паукообразного крота.

— Почему ты просто паришь там? — спросил Джейсон.

— Я хотела посмотреть, сможешь ли ты победить. Все эти разговоры о могущественном астральном короле; я хотела посмотреть, в чем шум.

— По крайней мере, спаси исследовательскую команду!

Она взглянула на исследователей, свисающих с теневых рук, торчащих из стены. Они были вне досягаемости боя паукообразного крота с Колином, но не настолько далеко, чтобы монстр не мог оказаться на них через мгновения.

— Он перестал беспокоиться о них, — сказала она. — К тому же, спасение их было тем, что тебе приказали сделать, а не мне.

— Я полагаю, тебе приказали помочь мне, однако?

— Да. И если я буду уверена, что тебе это понадобится, я это сделаю. Твой фамильяр держится гораздо лучше, чем я ожидала, даже если он не собирается победить.

Джейсон сдержал рычащий ответ, переключив свое внимание обратно на исследователей. У них не было летающих устройств на себе, но они также не были беспомощны. Джейсон переконфигурировал теневые руки, чтобы дать им то, что составляло лестницу, чтобы дать себе больше расстояния. Следующим приоритетом было не дать пауку прикончить Колина и пойти за ними или за ним.

Паукообразный крот был определенно потрепан, выглядел истощенным от высасывания жизни, которое удерживало Колина в бою. Колин выглядел гораздо хуже; его неполный апокалиптический зверь был полностью растерзан когтями монстра. Первоначальная масса плоти была разорвана в клочья, и он больше не был способен посылать больше щупалец, чтобы высасывать жизнь. Без них он не продержится гораздо дольше.

Долгое время Джейсон инстинктивно жестикулировал при использовании различных сил, но это не было по-настоящему необходимо. Ему не нужно было указывать рукой на вещь, чтобы переместить ее своей аурой или нацелиться на нее заклинанием. Джейсон не двигался, когда он черпал свою силу, паря неподвижно в воздухе. Только его глаза двигались, пылая яростью изнутри темноты его капюшона.

Портал царства души Джейсона открылся в воздухе над Колином и монстром, паря в воздухе как горизонтальное кольцо. Лист энергии внутри кольца мерцал и заикался, элементальные силы в окружающей магии пытались заставить его взорваться. Джейсон поморщился, когда подключился к своим астральным вратам, чтобы усилить пространственную целостность портала. Мерцание прекратилось, и портал твердо встал на место.

Джейсон призвал стратегический резерв биомассы, который он хранил в хранилище, и вывалил его через портал. Он гейзером хлынул вниз в потоке густой и вязкой жидкости; красной, фиолетовой и болезненно-белой, все смешанные вместе. Где-то между кровью и расплавленной плотью, он хлынул на Колина и паукообразного крота, окрашивая их в кровь.

Мясной суп выглядел так, будто он должен был плескаться с них и продолжать падать вниз по шахте, как водопад, но ни одна капля не была потрачена впустую. Вместо этого он изгибался в воздухе или сползал с паукообразного крота, чтобы наводнить Колина, полностью скрывая его в сжиженной плоти.

Несмотря на скрытие Колина, паукообразный крот не прекратил свои атаки, ноги погружались в поток, чтобы слепо полосовать когтями размером с лопату. Он взвизгивал, когда делал это — от страха, боли, ярости или всего вместе, Джейсон не мог сказать. Когда кровь дождем лилась на них обоих, монстр продолжал метаться в безумии.

Когда ливень наконец замедлился, рука в форме ствола дерева появилась из мясного водопада. У нее не было кожи, только веревочные мышцы, блестящие от влаги от густых жидкостей, окрашивающих ее. На конце руки была кисть с восемью пальцами, каждый из которых заканчивался темным тяжелым когтем. Кисть протянулась и схватила каменную стену, пальцы легко вонзились в камень.

Паукообразный крот немедленно набросился на руку, только для того, чтобы другая появилась и перехватила атаку. Третья и четвертая конечности появились в поле зрения, когда ливень сверху замедлился и наконец прекратился. Полная форма Колина была раскрыта, когда он поглотил остатки жидкости.

Тело Колина было неровной сферой, уродливой и комковатой, как опухоль. Больше не прилипший к стене шахты, он удерживался на месте тремя из своих восьми рук, так же, как паук. Его руки торчали из его круглого тела в кажущихся случайными позициях, без чувства верха и низа или левого и правого. Между конечностями рты в форме глаз покрывали большую часть оставшегося тела, окаймленные крючковатыми, зазубренными зубами.

Рты издали инопланетный визг, который скрежетал по душе в ужасающей атаке ауры. Аура души сочетала огромную силу и доминирующий космический авторитет ауры Джейсона с бесконечным инопланетным голодом сангвинического ужаса.

Визг вырывал чувства, оставляя только Джейсона незатронутым. Паукообразный крот метался и визжал в ответ Колину в панике. Исследователи кричали и кувыркались оттуда, где они карабкались по стенам, теневые конечности снова хватали их, прежде чем они падали. Даже золотой ранг, Валетта, была заметно потрясена.

Несмотря на то, что монстр золотого ранга был застигнут врасплох, он не бежал, а набросился с возобновленным неистовством, его ноги были размыты, когда они молотили Колина. Несмотря на теперь полную форму Колина, все еще не было возможности обойти разницу в рангах, и паукообразный крот вырывал большие куски из него. Даже так, Колин был лучше способен дать отпор, восстановившись и переформировавшись, пока монстр был все еще истощен и проклят ранее.

Свежие щупальца выстрелили из ртов Колина, чтобы зажать плоть монстра и возобновить истощение его, поддерживая Колина для боя. Паукообразный крот полосовал их своими когтями, но имел меньший успех, чем ранее. Они были не только толще и жестче, но руки Колина мешали. Этого было недостаточно, чтобы удержать их от отсечения, но это замедлило процесс.

Джейсон закрыл портал в свое царство души, лишь немного измотанный от подключения к астральным вратам, чтобы поддерживать его. Он проплыл мимо Валетты, когда открыл голосовой канал к Мириам ровно настолько, чтобы передать простое сообщение.

— Можешь отозвать своего члена команды, — сказал он. — Она излишек.

Джейсон исчез и появился на спине паукообразного крота, теневые руки тянулись вниз, чтобы закрепить его на брыкающемся монстре. Он вытащил свой меч, все еще погребенный в спине монстра с тех пор, как паукообразный крот схватил его. Монстр, казалось, не заметил, пойманный в битве с Колином. Для массивного тела золотого ранга, уже избитого, иссохшего от высасывания жизни и покрытого гниющими, кровоточащими язвами от проклятий Колина, меч не был особенно значимым.

Джейсон немедленно воспользовался этими проклятиями, произнося заклинание.

— Страдай от стоимости своих преступлений.

Заклинание Возмездие создало немедленный всплеск некротического урона для каждого из темных проклятий на цели. Плоть монстра быстро гнила, становясь темно-желтой и отвратительной. Его колючие волосы, оружие сами по себе, стали хрупкими и рассыпались или выпали полностью. Даже так, стойкость монстра золотого ранга была настолько возмутительной, что урон был все еще далек от достаточного, даже не замедляя его.

Силы Джейсона были чрезвычайно эффективны по мане, и его запас маны, как и его жизненная сила, мог быть расширен значительно дальше его стандартного максимума. Это означало, что у него был большой запас для использования на его одно заклинание сброса маны. Возмездие обычно имело тридцатисекундную перезарядку, но увеличение стоимости маны могло уменьшить это или даже удалить ее полностью. Он оставил первое применение с десятисекундной перезарядкой, давая себе время произнести несколько других быстрых заклинаний и сделать несколько специальных атак.

Ничто из этого не смутило монстра, который продолжал фокусироваться на Колине как на угрозе. Паукообразный крот все еще имел преимущество в силе, но прилив медленно поворачивался, так как монстр слабел под высасыванием крови и проклятиями. Темп был ледниковым, однако, еще одно напоминание об абсурдной стойкости золотых рангов.

С дополнительными проклятиями на месте, заклинание Джейсона вышло из перезарядки, и он использовал его снова и снова, сбрасывая массивные количества маны в удаление перезарядки полностью. Делание этого также дало гораздо более короткое заклинание.

— Страдай.

* * * Мириам Вэнс была вовлечена в последние стадии большего боя с паукообразными кротами, монстры наконец начали падать в численности. Монстры золотого ранга, даже менее угрожающие, просто требовали так много убийства, прежде чем они падут. Даже так, она не могла не заметить странную магию и ауры, которые она чувствовала со стороны магических исследователей. Она получила странное сообщение от Асано, предполагающее, что монстр золотого ранга был обработан, и теперь, когда у нее был свободный момент, она сосредоточила свои чувства в этом направлении.

Глаза Мириам расширились, когда она почувствовала то, что было, возможно, самой ужасающей вещью, с которой она сталкивалась в своей карьере. Одна только аура, исходящая от него, заставила ее чувства вздрогнуть, но внутри нее было также что-то знакомое. Ее лицо побледнело, когда она поняла, что эта вещь была фамильяром Асано. Что касается самого Асано, он ехал на спине монстра, привязанный к нему теневыми руками, пока он распевал заклинание снова и снова.

Наконец, она почувствовала Валетту, безопасно отступающую, сдерживающую свою ауру, чтобы не попасть в бой. Мириам могла также чувствовать исследователей поблизости, свисающих с больших теневых рук, которые должны были быть делом рук Асано. Валетта только наблюдала за боем вместо того, чтобы идти спасать их или помогать Асано.

Выражение Мириам напряглось от ярости.

* * * У многих пользователей эссенции были наборы сил, которые проводили бой через стадии, если он длился достаточно долго. Их битвы могли быть почти повествовательными по структуре, и для Джейсона это повествование было странно религиозным. В начале пришел грех. Мор, яд и нечестивая сила. Затем пришло отпущение грехов.

— Накорми меня своими грехами.

Жизненная сила паукообразного крота сияла изнутри его тела, естественный красный был почти полностью скрыт в уродливых цветах проклятия. Вся эта скверна вытекла из монстра, наполняя воздух болезненно-желтым, фиолетовым и синим светом, настолько густым, что Джейсон был полностью скрыт на мгновение. Когда яды, проклятия, болезни и нечестивые проклятия покинули жизненную силу монстра, они оставили что-то взамен.

После отпущения грехов пришло покаяние. Тело монстра осветилось ярким светом, трансцендентный урон проклятия Покаяние. Неудержимый, неизбежный. Почти неотвратимый. Он принялся за уничтожение монстра изнутри наружу.

Даже через все это монстр золотого ранга выстоял. Но Джейсон не закончил. Его сила Клинок Рока включала вызов оружия, но его связанный с душой клинок, Воля Гегемона, мог поглощать способности тех вызванных мечей вместо того, чтобы позволять им проявляться. Джейсон протянул свой меч, красные руны пульсировали по длине черного клинка. Джейсон использовал свою силу, и руны сменились с красных на чистый, сияющий синий.

* Вы призвали эффекты [Покаяние, Клинок Жертвы]. Все свойства этого оружия были вложены в [Волю Гегемона]. Урон разрушительной силой будет нанесен в дополнение к физическому урону.

Вторая форма Клинка Рока Джейсона была обоюдоострой во многих отношениях, так как проклятие Цена Кровью увеличивало урон, который Джейсон и монстр наносили друг другу. Это всегда было риском использовать, но монстр был занят, отбиваясь от Колина. Несмотря на то, что Джейсон терзал паукообразного крота своими силами, Колин был тем, кто пожирал его.

Каждый удар клинка Джейсона заставлял урон расти. Каждый удар не только обострял Цену Кровью, но и доставлял специальную атаку, Наказание. В начале Наказание было инструментом некроза и греха, но история битвы Джейсона изменилась.

Способность: [Наказание] (Грех)

* Специальная атака (ближний бой, проклятие, святая). * Стоимость: Низкая мана. * Перезарядка: Нет.

* Текущий ранг: Серебро 5 (42%).

* Эффект (железо): Наносит некротический урон и проклятие [Грех].

* Эффект (бронза): Накладывает или обновляет длительность [Цены отпущения].

* Эффект (серебро): Если цель имеет какие-либо экземпляры [Греха], они страдают от экземпляра проклятия [Возмездие за грех]. Если пораженный враг не имеет экземпляров [Греха], но имеет экземпляры [Покаяния], они не страдают от [Греха] или [Возмездия за грех]. Вместо этого они страдают от трансцендентного урона от этой способности вместо некротического урона и страдают от дополнительного экземпляра [Покаяния]. Экземпляры [Покаяния] не спадают в течение короткого периода.

* [Грех] (проклятие, проклятие, суммирующееся): Весь полученный некротический урон увеличен. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Цена отпущения] (проклятие, святая): Страдайте от трансцендентного урона за каждый экземпляр [Греха], очищенный с вас.

* [Возмездие за грех] (проклятие, нечестивое, суммирующееся): Страдайте от некротического урона со временем. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

* [Покаяние] (проклятие, урон-со-временем, суммирующееся): Наносит продолжающийся трансцендентный урон. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект, спадая по мере нанесения урона.

Джейсон использовал святое оружие, чтобы поразить монстра святой атакой. Снова и снова, удар за ударом, урон рос с каждым ударом. Джейсон вошел почти в дзен-подобное состояние, боевой транс. Он ехал на диком метании монстра, его тело шло с потоком. Его чувства расширились, впитывая его окружение. Он рассеянно отметил, что некоторые стенные черви появились поблизости, побуждая Валетту наконец спасти исследователей.

Время слилось в одно. Джейсон не знал, сколько времени прошло, когда монстр показал признаки наконец ослабевания. Казалось бы, неубиваемый монстр начал крошиться, доказывая, что даже у золотых рангов есть свои пределы. Паукообразный крот стал слабее, принимая дополнительную конечность из боя с Колином, чтобы прикрепиться к стене.

Монстр стал медлительным и нестабильным, больше не пытаясь свалить измученного Колина, а отбиваясь от него, отчаянно пытаясь сбежать. Колин не позволил этого, щупальца все еще были погребены в его плоти. Фамильяр все еще не был таким сильным, но разрыв сократился, и руки Колина были вонзены в стену. Это удерживало монстра быстро для Джейсона, чтобы закончить работу.

Для многих пользователей эссенции их силы были отражением того, кем они были. Силы Хамфри были сильными и прямолинейными, в то время как силы Софи были быстрыми, неуловимыми и неприступными. Силы Белинды требовали умного изобретения, в то время как силы Клайва имели сложность, требующую кого-то, погруженного в основные правила магии.

Силы Джейсона были идеалами веры из культуры, в которой он был воспитан, превращенными в ужасающее оружие. Его враги были грешниками, потому что он объявлял их таковыми, затем принуждал их к искуплению мечом. Они были доставлены в страдания и мучения на пути к медленной, ужасной кончине.

Затем пришел конец.

— Мой есть суд, и суд есть смерть.

Сила казни Джейсона называлась Вердикт и выглядела как гнев праведного, неумолимого бога. Великий столп трансцендентного света хлынул вниз, оставляя Джейсона и Колина невредимыми, поскольку он вырезал монстра из реальности, исчезая в шлейфе радужного дыма.

Свет погас, оставляя Джейсона парящим в воздухе. Его меч был опущен у его бока, руны пылали светом сквозь капающий ихор. Его глаза сияли в темноте его капюшона, неумолимая, внушительная фигура. Затем он заметил двух элементалей, собирающихся коснуться и взорваться.

— О черт…

ГОРДОСТЬ

ГОРДОСТЬ

Лес червей внизу шахты больше не был виден. Бабочки, заполнившие пространство, превратили его в озеро, светящееся синим и оранжевым. Экспедиционная группа находилась над всем этим, расположившись в высеченных в камне нишах или на созданных магией платформах.

Джейсон парил над центром шахты с растрепанными волосами и наполовину опаленной бородой. То, что его давили, пронзали и впечатывали в стены, почти не повредило его волосы, но взрыв огня прямо в лицо не прошел бесследно. Джейсон был вполне способен регенерировать обожженную плоть, но для восстановления его лучшей физической черты требовалось алхимическое вмешательство.

Пока он наблюдал за светящимся озером внизу, к нему подлетела Мириам Вэнс, чьи ступни были окутаны небольшим золотистым облаком.

— Все идет хорошо, — сказала она. Разобравшись с монстрами золотого ранга, экспедиция извлекла ползающих тварей и выбралась вверх по шахте, оставив Джейсона за работой.

— Почему я единственный профильный специалист по проклятиям? — спросил он. — Более традиционный боец был бы полезнее против такого количества врагов.

— Мы не ожидали, что их будет столько, — ответила Мириам. — Что еще важнее, сильные и слабые стороны специалистов по проклятиям хорошо известны. Они могущественны, да, но, как известно, плохо справляются в одиночку. Им нужны команды. В таких боях, где из-за неразберихи в засаде нас атакуют со всех сторон, от них было бы столько же толку, сколько от исследовательской группы.

Джейсон не ответил. Вместо этого он бросил взгляд на Коринну Пескос и остальных членов команды «Штормовой Измельчитель», которые находились в нише, где Амос Пенсината проводил для них инструктаж. Это была типичная команда из Римароса, построенная вокруг специалистов по дальнему бою с высоким уроном — изначально их было двое, но теперь стало трое с приходом Зары. Остальные члены команды служили для максимизации их эффективности.

Хаос засады стал суровым уроком ценности индивидуальных способностей: на ранних этапах боя команда была близка к тому, чтобы потерять людей. Серебряные ранги в основном были защищены во время своего прогресса через железный и бронзовый ранги, и это путешествие должно было закалить их в суровых реалиях приключений. Именно это они и получили, и Джейсон был уверен, что они вырастут благодаря этому опыту. Их наставник, Амос Пенсината, следил за тем, чтобы они извлекли правильные уроки.

После долгой паузы Мириам заговорила снова.

— Нам нужно поговорить, командир операций.

— Да, нужно, — согласился Джейсон. Его голос был тихим и серьезным, без обычной веселости.

Мириам вздохнула и активировала экран конфиденциальности. Это было устройство чрезвычайно высокого класса, блокирующее звук и большинство форм магического наблюдения. Оно также размывало изображение внутри для тех, кто смотрел со стороны, предотвращая использование таких техник, как чтение по губам.

— Валетта, — сказала она.

— Да.

— Мне жаль. Она член моей команды, и это была моя ошибка. Она самый сильный человек в команде, поэтому я ее и отправила. Я знала, что она тебя недолюбливает, но никогда не думала, что она поступит с тобой так.

— Неважно, что она сделала со мной. Меня уже столько раз предавали люди, с которыми я работал, что я уже ожидаю этого. Но она не двинулась с места, чтобы спасти исследователей, пока не была абсолютно вынуждена это сделать. Она — один из самых мощных активов в этой экспедиции, а она тратила время на личную неприязнь.

Мириам кивнула.

— Я переоценила ее дисциплину и недооценила ее неприязнь к тебе.

— Откуда это взялось? — спросил Джейсон. — Я понял, что она невысокого обо мне мнения, когда мы проводили нашу встречу знакомств перед экспедицией, но это нормально. Люди склонны либо сильно любить меня, либо сразу ненавидеть, без особой середины. Но то, что она сделала, выходит за рамки неприязни. Если это будет проблемой такой степени, она не может быть частью этой экспедиции.

— Дело в том, как ты ведешь себя рядом с леди Аллайет, — сказала Мириам. — Или, точнее, в том, как леди Аллайет ведет себя рядом с тобой.

— О, — сказал Джейсон. — Ты хочешь сказать, что Валетта...

— Не в этом смысле. Леди Аллайет много значит для всех нас, но она забрала Валетту из...

Мириам вздохнула.

— Подробности не важны, — продолжила она. — Достаточно сказать, что леди Аллайет — это солнце на небосводе Валетты. Она не ревнует тебя. Она просто считает, что ты недостоин леди Аллайет.

— Аллайет и я не...

— Вам и не обязательно быть. Мы знаем ее лучше, чем кто-либо другой. То, как она ведет себя с разными людьми. И мы видели, как она ведет себя с тобой.

— Едва ли. Ты видела нас вместе, что? Дважды?

— Этого достаточно.

Джейсон тяжело вздохнул.

— Если Валетта — обуза, — сказал он, — она не может остаться. Ее можно исправить?

— Думаю, да. Но она член команды и мой друг, так что я предвзята. И я упустила из виду, что она сделает то, что сделала, так что мое суждение в этом вопросе явно не такое, каким должно быть. Что бы ты ни решил сделать, командир операций, я поддержу это.

— Даже если я решу убить ее?

Мириам замерла.

— Ты рассматриваешь такой вариант? — спросила она.

— Нет.

— Тогда зачем ты вообще это предложил?

— Потому что я хотел увидеть твою реакцию. Ты бы убила меня, прежде чем позволить моим друзьям золотого ранга расправиться с ней, не так ли?

— Да. И ты знаешь, что если ты попробуешь, этой экспедиции конец, верно?

— Знаю. Я просто хотел знать, что ты пойдешь до конца ради члена своей команды. Если она стоит того, то, возможно, она не совсем безнадежна.

— Мне не нравится, как ты действуешь, командир операций. Провоцирование людей, чтобы оценить их реакцию, может дать ту реакцию, которую ты ищешь, но они все равно остаются спровоцированными.

— А мне не нравится, кому ты доверяешь, тактический командир. Не тот человек на критически важной роли — и ты можешь погубить нас всех.

Они оба кивнули, признавая правоту друг друга.

— Я поговорю с Валеттой, — сказал Джейсон. — Я хочу понять, в каком она состоянии.

— Мы можем...

— Только я, — сказал Джейсон. — Мне нужно знать, что она может уважать мою власть, а не только твою.

— Насколько я понимаю, уважение к власти — это не то, что хорошо получается у тебя самого.

— Ты права. Вот почему я стараюсь избегать экспедиций. Но мы оказались в той ситуации, в которой оказались.

— Проще, когда ты главный.

— Да. Это не совсем справедливо, но если бы справедливость имела значение, у меня не было бы проблем с властью.

* * * Валетта была изолирована от своей команды, стоя в одиночестве в той самой нише, где ее оставила Мириам. Гнев Мириам был яростным, и только экран конфиденциальности сдерживал громкий выговор, который она ей устроила. Валетта знала, что зашла слишком далеко. Она не понимала, почему все так носятся с Асано. Почему его поставили на один уровень с Мириам? Почему леди Аллайет обращается с ним так?

Она не осознавала, сколько обиды копилось внутри, пока не обнаружила, что наблюдает за тем, как он сражается с тем монстром. Она видела, как его впечатали в скальную стену с силой, которая убила бы большинство серебряных рангов, и на мгновение подумала, что он мертв. Когда он поднялся, она почувствовала облегчение. Если бы ее гордыня кого-то убила, она не была уверена, что смогла бы с этим жить. А если бы этим человеком был лидер экспедиции, это был бы конец ее карьеры, и поделом.

Но большинство этих мыслей пришли потом. В тот момент, даже радуясь, что он жив, ее гордыня не утихла. Ей следовало действовать тогда. Сделать то, что было приказано. Но признать, что она была неправа, было трудно, особенно перед кем-то более низкого ранга, а гордыня всегда легче смирения. Только постфактум она осознала, как плохо со всем справилась. Как близка была к тому, чтобы позволить невинным людям умереть. Асано не заслуживал этого, что бы она о нем ни думала, а исследовательская группа — тем более. Это разрушило бы ее жизнь, сделав ее единственным человеком, который получил бы по заслугам.

После эвакуации Мириам сразу же пришла ее найти. По крайней мере, она отвела Валетту в сторону и поставила экран конфиденциальности, прежде чем начать ее отчитывать. Гнев Мириам ранил Валетту до глубины души, но больше всего она боялась разочарования леди Аллайет. Больше всего на свете она хотела соответствовать потенциалу, который леди видела в ней. Максимально использовать возможности, которые ей были даны. Если леди Аллайет откажется от нее, Валетта знала, что это сломает ее так, что она уже не оправится.

Она почувствовала приближение Асано. Он подлетел, все еще опаленный и грязный от элементалей, взорвавшихся у него в лице. Его волосы были почти полностью выжжены, остались лишь опаленные, комичные клочья, но в громе его глаз не было ничего смешного.

Он активировал поле конфиденциальности, не с помощью устройства, а каким-то образом заставив свою ауру блокировать звук. Она видела, как посланники делали нечто подобное, чтобы блокировать звуковые атаки, но не осознавала, что это возможно для кого-то еще. Он двигался как посланник, используя свою ауру, чтобы перемещаться.

— Я хочу извиниться, — сказала она.

— Мне все равно. Я хочу знать, могу ли я тебе доверять.

— Я больше не сделаю ничего подобного.

— Ты не должна была делать этого в первый раз. Слова легко даются, а твои действия говорят об обратном.

Она кивнула.

— Ты знаешь, что если бы кто-то из исследовательской группы погиб, у нас бы не было этого разговора, — сказал он.

Она снова кивнула.

— Я... я не знаю, что сказать, — ответила она ему. — Это были бы просто слова.

Джейсон кивнул.

— Никто не погиб, — сказал он. — Но эти исследователи потрясены. Сильно. Если бы ты вывела их, они не оказались бы так близко к бою. К атаке на душу, которую совершил мой фамильяр. Ты ведь тоже это почувствовала, верно?

— Да.

— Хотела бы ты принять это на серебряном ранге?

— Нет.

— С этого момента и до тех пор, пока я или тактический командир не скажем обратного, ты отвечаешь за безопасность и благополучие исследовательской группы. Поговори с Арабеллой Ремор и делай все, что она тебе скажет. Все, что тебе нужно делать — это выполнять свою работу. А потом, когда мы вернемся, возможно, я намекну Мириам, что Аллайет не обязательно знать об этом.

Глаза Валетты расширились.

— Почему? — спросила она. — Почему ты сделаешь это для меня?

— Люди пострадали. Получили травмы. Но никто не погиб, а это значит, что ты не облажалась настолько сильно, чтобы нам пришлось от тебя избавляться. Однако это верно только в том случае, если ты сможешь доказать, что являешься активом для этой экспедиции, а не обузой.

Его выражение лица смягчилось, как и тон, когда он продолжил.

— Я знаю, каково это — совершить ошибку из гордыни или самоуверенности. Заставить других пострадать. Мы не заслуживаем того, чтобы нас судили только по худшим поступкам. Не до тех пор, пока мы пытаемся стать лучше. Но, чтобы мы прояснили, второго шанса у тебя не будет. Эта экспедиция слишком важна для этого.

Он убрал экран конфиденциальности и вылетел из ниши, оставив Валетту одну.

* * * Джейсон сидел в своем облачном кресле над платформой, созданной Белиндой. Он издал несчастный вздох, пока Тень втирал мазь для удаления волос в его скальп. Ему нужно было удалить обугленные остатки волос, прежде чем использовать мазь для роста, чтобы вернуть их обратно.

Обычно серебряные ранги обладали физиологическим контролем, чтобы отрастить волосы обратно естественным путем, но элементальная энергия в этом районе мешала. Как только Джейсон пытался отрастить их, новые волосы самопроизвольно воспламенялись, оставляя неприятный запах. Тот же запах пропитал всю экспедицию, поскольку другие оказались в той же ситуации, что и Джейсон.

Большая часть команды сидела вокруг, отдыхая или проверяя снаряжение. Хамфри ушел совещаться с другими лидерами команд, и Джейсон знал, что скоро он понадобится. Сейчас все еще было шоу тактического командира, но он будет участвовать в обсуждении дальнейших действий.

— Почему у меня болит голова? — устало спросил он. — В моей голове нет ничего, что могло бы вызвать головную боль.

— Возможно, это психосоматика, — предположил Тень. — Хочешь, я займусь и твоей бородой?

— Тебе стоит, бро, — сказал Тайка.

— Все так плохо? — спросил Джейсон.

— По сути, у тебя осталась только эспаньолка и полоска вдоль челюсти. Ты выглядишь как старый детский актер, который не получал ролей с девяностых, какое-то время сидел на наркотиках, но завязал лет десять назад, а теперь стал супер-правильным и поет в христианской рок-группе.

— Это звучит очень конкретно, — сказал Джейсон.

— Просто обобщение, бро. Было бы странно, если бы такого человека не существовало.

— Поверю тебе на слово. Как там ползающие твари?

— Многие из них сильно потрепаны, но Гэри думает, что если он пустит на запчасти самую худшую, мы сможем запустить всех остальных.

Джейсон почувствовал некоторую нервозность в ауре Тайки.

— Ты не уверен насчет продолжения пути?

Тайка кивнул.

— Это начинает походить на те фильмы, где экспедиция, отправляющаяся сделать важное дело, начинает терять людей, пока последние, отчаянные выжившие наконец не преуспевают ценой своих жизней. Мы что, крадем планы «Звезды Смерти», бро?

— Не знаю, Тайка. Если хочешь вернуться, я не осужу.

— Не, бро. Я в деле, пока остальные в деле. Я просто говорю: если бы мы спасали город, чтобы все не погибли, я бы понял весь этот риск. Но разве нельзя просто переселить всех и обеспечить им безопасность?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Население можно эвакуировать, но мы столкнемся с таким взрывом, по сравнению с которым большинство ядерных бомб покажутся детскими игрушками. Почерневшее небо и экологическая катастрофа, которой этот мир не увидит, пока не наступит индустриальная эпоха. Но что действительно заставило меня согласиться, так это кузница душ. Я хочу ее. Я не могу отделаться от мысли, что грядет битва с посланниками. Что-то, что выходит за рамки просто этого мира и того, что они здесь хотят. У меня нет причин так думать, но я думаю. Мои инстинкты кричат об этом, а Тень считает, что мои инстинкты — это какая-то странная магия судьбы.

Джейсон тяжело вздохнул.

— Если я прав, и когда наступит этот день, нам нужно быть способными справиться с астральными королями. Или, по крайней мере, иметь шанс.

— Буду честен, бро: не знаю, готов ли я к этому.

— Я знаю, — заверил его Джейсон. — Вернемся на Землю, где ты сможешь позаботиться о своей маме. Не волнуйся, брат; я доставлю тебя туда или умру, пытаясь. Или и то, и другое. Скорее всего, и то, и другое.

ВЕЛИЧАЙШИЙ ИЗ ВРАГОВ

ВЕЛИЧАЙШИЙ ИЗ ВРАГОВ

Подземным городом Кардинас правили из Цитадели Столпов, если слово «правили» вообще здесь уместно. Это было гармоничное место на протяжении веков, прежде чем культисты, а затем и посланники прорыли путь с поверхности. Они заплатили цену за свое вторжение, каждый по-своему, но это было слабым утешением для тех, кто остался жить с последствиями. Или умирать с ними.

Центральная комната верхнего этажа цитадели была залом совета, но теперь стала военным штабом. Совета больше не было, только Лоренн; остальные сражались доблестно и ужасно погибли. Все органическое, до чего добирались элементальные посланники, скармливалось в качестве компоста их извращенному дереву.

Лоренн видела это дерево в той ранней битве, где они были так близки к победе, но в итоге потерпели катастрофическое поражение. Тогда у них были численность и территория, чтобы организовать наступление. Теперь же у элементальных посланников было и то, и другое, а у остатков населения — лишь проигрышная битва за выживание.

Другие города были потеряны, как и большая часть Кардинаса. Менее десяти тысяч «светлосердых» выжило, но эта часть казалась такой огромной, будучи затиснутой в пещеру цитадели, особенно с учетом того, что культисты занимали свое собственное пространство.

Лоренн стояла одна посреди комнаты, за столом в форме хейдельшу, изогнутым вокруг нее. Перед ней была модель города, каждая пещера и туннель. Она подключалась к естественной сети, чтобы поддерживать изображение состояния города в реальном времени, которое становилось все более плачевным с каждым циклом. Большая часть карты была покрыта болезненным зеленым цветом — влиянием элементальных посланников. Это показывало, где корни их гнусного дерева прорыли скалу и где их лозы ползали по каждой поверхности.

Лоренн посмотрела вверх сквозь стеклянный потолок на огонь, пылающий на своде пещеры. Говорили, что цикл вспышек и затуханий отражает нечто под названием «солнце» на поверхности, но это ее совершенно не интересовало. Поверхностный мир дал им культистов и посланников, так что пусть оставляет любые другие ужасы при себе.

Одна из створок двойных дверей распахнулась, впуская Марлу. Марла была аспектом огня, ее отметины на коже, глаза и даже волосы были желто-оранжевыми, как сталь в кузнице. С этим ярким сиянием на темной коже она была необычайно красива. Лоренн всегда завидовала ей, дымчато-серые тона ее собственного аспекта пепла были гораздо менее привлекательными. Марла была физическим воплощением того, что значит быть светлосердой.

— Член совета, — сказала Марла без предисловий. — Я завершила оценку наших запасов продовольствия. С двумя оставшимися камерами роста мы продержимся всего несколько недель. Максимум месяц.

— Даже с новыми уровнями нормирования?

— Да, член совета. Нам нужно...

— Мы уже говорили об этом, Марла. Этот разговор окончен.

— Как и мы, Лоренн! Мы не можем прокормить своих людей, не говоря уже об этих культистах с поверхности.

— Если бы не эти культисты, Марла, кормить было бы уже некого. Ты думаешь, я соблюдаю наше соглашение с ними из чести? Если ты можешь сказать мне, как удержать эту пещеру против элементальных посланников, я сама их вышвырну.

Марла нахмурилась, затем опустила взгляд, не в силах встретиться с глазами Лоренн, когда озвучила свое предложение.

— Мы пытаемся защищать слишком большую территорию, — сказала она. — Вот почему мы вынуждены заключать союз с культистами. Если мы отступим к оставшимся камерам роста, наших собственных сил хватит, чтобы их удержать.

— Там не поместится больше трети нашего оставшегося населения. Меньше, если мы не хотим переполнять камеры и снижать их способность производить пищу.

— Да, — сказала Марла, собираясь с духом, чтобы встретить взгляд Лоренн. — Но это те цифры, которые мы сможем прокормить.

— Ценой того, что большинство наших людей будет обречено на смерть.

— Если мы ничего не сделаем, все наши люди умрут.

Стоическое выражение лица Лоренн дрогнуло, слезы навернулись на глаза.

— Все наши люди все равно умрут, — всхлипнула она. — Я не вижу... я не знаю, что делать!

На мгновение Марла была ошеломлена срывом Лоренн, затем бросилась вперед, чтобы заключить ее в утешительные объятия. Лоренн на мгновение напряглась, а затем прижалась к Марле. Лоренн не знала, как долго они оставались так, молча обнимая друг друга.

— Может быть... — сказала Марла, прежде чем покачать головой и замолчать.

— Что? — спросила Лоренн.

— Дыра, которую элементальные посланники прорыли на поверхность. Возможно, мы могли бы попытаться прорваться через нее и вывести наших людей наверх.

— Нет, — сказала Лоренн. — Испорченная сила естественной сети привела монстров и элементалей в неистовство. Мы не смогли бы пройти через это со всем населением, даже если бы каким-то образом провели их мимо элементальных посланников. Единственный способ сбежать этим путем — это взять только наших бойцов и полностью бросить население.

Марла кивнула. Ни одной из них не нужно было говорить, что они умрут вместе со своим народом, прежде чем бежать в одиночку. Они посмотрели друг на друга, их выражения смягчились, только чтобы снова стать жесткими при приближении знакомой, но нежеланной ауры.

Лоренн взяла себя в руки к тому времени, как прибыл Бофорт. Эльф был главой сил Культа Строителя и их непростым союзником. Золотой ранг отказался от своих способностей эссенций и был своего рода полуискусственным монстром, хотя он раскрывал это только на поле боя. В своем обычном обличье, прекрасного эльфийского мужчины с длинными светлыми волосами, его аура ничего подобного не выдавала.

— Марла убедила вас? — спросил Бофорт.

— В чем? — спросила Лоренн.

— Ну же, Лоренн. Выбор может быть трудным, но расчет прост. Если вы отступите к камерам роста, вы выиграете время и сможете отказаться от нашего непростого союза. Все, что это будет вам стоить — это ваша честь и большинство ваших людей.

— Нет, Бофорт, — сказала Лоренн. — Наш союз в силе.

— Это хорошо, потому что я принес единственный ресурс, который нам нужен больше всего, но которого у нас меньше всего.

— Какой? — спросила Марла, ее голос был тяжелым от подозрений.

— Надежда свыше, — самодовольно сказал Бофорт.

— Ваши союзники с поверхности? — спросила Лоренн, не в силах скрыть враждебность в голосе. Несмотря на их острую нужду, она не могла заставить себя радоваться перспективе появления новых захватчиков с поверхности.

— Не союзники, — сказал Бофорт. — Не мои. Они враги, включая человека, который, возможно, является величайшим врагом моего лорда Строителя на этой планете. Мы называем его Отрицающий.

— Тогда почему вы кажетесь счастливым?

— Потому что он поможет нам. Это в его природе.

— Он поможет вам?

— Он поможет вам. Он может оставить нас в живых, хотя бы в качестве пленников, только потому, что мы помогли вам первыми. Даже если он убьет нас, лучше умереть, сражаясь с врагом лорда Строителя, чем в качестве мульчи для элементальных посланников и их грязного древесного проекта.

— И откуда вы знаете, что этот Отрицающий идет?

— Мы называем его Отрицающим, потому что снова и снова он мешал нашему лорду, самому Строителю, получить то, что он желает. Он даже украл часть силы лорда Строителя. Мы почувствовали его приближение, вероятно, когда он использовал свою ауру в бою.

— Похоже, он вам не враг, — сказала Марла. — Или что вы не его враги. Скорее, он враг вашего странного бога, а вы просто шестерки, через которых он прорубается.

— Строитель — не какой-то простой бог, — сказал Бофорт, его тон был предупреждением. — Я признаю, что вторая часть вашего утверждения не лишена точности. Отрицающий продемонстрировал постоянную способность подавлять вассалов нашего лорда.

— Насколько он силен? — спросила Лоренн.

— Это вопрос со сложным ответом. В некотором отношении он всего лишь серебряный ранг. В другом — он может быть самым могущественным существом на этой планете.

— Как нам тогда сделать так, чтобы он стал вторым? — спросила Марла. — Еще один серебряный ранг нам не поможет.

— Вы можете удивиться, — сказал Бофорт. — Многие недооценивали Отрицающего и платили за это, даже лорд Строитель. Мы покинули астральное пространство, потому что знали, что умрем там, если не найдем выход. Мы надеялись, что союза с вами будет достаточно, но это не так. Мне придется сдерживать своих людей, чтобы они не напали на него при виде, но я возложу свою веру на Отрицающего. Лорд Строитель ненавидит его, но также признает его. Что делать вам — как всегда, решать вам.

Марла и Лоренн посмотрели друг на друга.

— Я оставлю вас решать, как ответить, — сказал Бофорт и грациозно удалился.

Марла закрыла дверь, прежде чем обсуждать это с Лоренн.

— Что думаешь? — спросила она.

— Мы не можем ему доверять, — сказала Лоренн.

— Нет. Но он казался странно уверенным в своем враге.

— Это может быть уловка. Чтобы помешать нам бросить культ и запереться в камерах роста.

— Возможно. Но поскольку это лишь оттягивание неизбежного, есть ли что терять, ожидая этого Отрицающего?

* * * После изнурительной битвы экспедиция отдыхала. Как только ползающие твари будут приведены в приемлемое состояние, они отправятся в путь, но до тех пор они делали заслуженный перерыв. На созданной магией платформе, выступающей из стены, Мириам снова засыпала Джейсона вопросами об астральных королях.

— Значит, твои фамильяры — Голоса Воли, как Джес Фин Кааль?

— Нет, — уточнил Джейсон. — Колин — голос. Тень — нет, но Гордон и Фарра где-то посередине. У них есть связь со мной, но это не полноценная связь голоса. Фарра, можешь позволить Мириам просканировать себя?

Фарра подошла от своего разговора с Клайвом, чтобы пожать руку Мириам.

Фарра Хурин

* Раса: Иномирянин (Человек)

* Эссенции: Огонь, Земля, Потенция, Вулкан

* Голос Воли (Зарождающийся). * Переход к Голосу Воли недоступен.

— Колин смог совершить переход только потому, что получил значительный импульс от поедания королевы червей, пожирающих миры. Это позволило ему преодолеть мои недостатки как астрального короля через метаморфозу.

— Я не стану посланником, если стану твоим Голосом Воли, верно? — спросила Фарра.

— Колин не стал, — отметил Джейсон. — К тому же, процесс добровольный. Я не буду давить на тебя, чтобы ты шла до конца. Я за согласие.

Фарра покачала головой и ушла, бормоча что-то о мальчишеских глупостях. Джейсон собирался возобновить свое объяснение, когда Амос Пенсината появился в размытом пятне скорости.

— Мне нужна команда золотого ранга, нет времени объяснять.

Мириам подняла бровь, глядя на Джейсона, который кивнул в знак подтверждения. Мириам немедленно начала отдавать приказы.

— Арабелла Ремор! Твоя группа за Амосом Пенсината. Прямо сейчас!

Амос снова превратился в размытое пятно, устремившись вниз по шахте. Арабелла, Габриэль, Эмир и Констанция последовали за ним мгновение спустя.

— Нам нужно знать, в чем дело, — сказала Мириам.

— У лорда Пенсината лучшие чувства в этой экспедиции, — сказал Джейсон. — Я попросил его расширить диапазон, чтобы посмотреть, не сможет ли он уловить что-то впереди нас. Похоже, он увидел что-то, требующее срочности.

— Я разверну серебряную команду, чтобы они следовали за ними и передавали информацию.

— Да, — сказал Джейсон, внезапно став мрачным. — Это хорошая идея.

— Что не так? Ты не согласен?

— Нет, просто... ты подняла одну бровь. У меня до сих пор проблемы с тем, чтобы сделать это правильно. Я должен обладать всем этим идеальным физиологическим контролем, но все еще не могу сделать это больше чем в половине случаев. В лучшем случае.

Она наблюдала, как он с мрачной решимостью шевелит бровями.

— Вы очень странный человек, командир операций.

* * * У посланников была магия лучше, чем та, что была доступна на Паллимустусе. Это включало коммуникационную сферу, которую Джес Фин Кааль использовал для связи с силами Яреша во время согласования деталей экспедиции. Еще одна такая сфера использовалась тремя мужчинами золотого ранга, дальше по шахте, за пределами местоположения экспедиции. Один из них держал ее в руке, пока над ней парил образ посланника, отчитывающего их.

— ...недостаточно замедляете их, жрец.

— Это ваши маяки, — сказал человек, держащий сферу. — Если монстры, которых они привлекают, недостаточно хороши, чего вы от нас ждете? Импортировать покрупнее?

— У нас нет численности, чтобы пробиваться вниз силой, — сказал посланник. — Мы должны двигаться вниз с предельной осторожностью и терпением. Даже с задержками, которые спроектировал Джес Фин Кааль, нам будет трудно успеть. Вам нужно замедлить их еще сильнее.

— И что именно вы предлагаете? — спросил жрец. — Знак стрелки вверх, на котором написано «спуск здесь»?

— Не будь со мной дерзок, жрец.

— И не говорите мне делать то, чего вы понятия не имеете, как достичь, только потому, что ваш план не работает должным образом. Или у вас есть что-то получше...

Жрец бросил сферу и на полуслове бросился вниз по шахте. Его двое спутников почувствовали стремительно приближающиеся ауры золотого ранга почти так же быстро и тоже бежали, один из них на ходу схватил брошенную сферу.

ЗАНИМАЯ ПОЛОЖЕНИЕ БОГА

ЗАНИМАЯ ПОЛОЖЕНИЕ БОГА

Экспедиция ждала возвращения Амоса Пенсината и других золотых рангов, которые устремились вниз по шахте. Джейсон и его спутники сидели вокруг пары столов, играя в настольные игры, пока ждали, и обсуждали продвижение к золотому рангу. Светящиеся камни парили над каждым столом, освещая их, а большой экран конфиденциальности делал их разговор приватным. Это также спасало остальную часть экспедиции от громких жалоб Нила, когда игры шли плохо.

— Ты хочешь сказать, что это, по сути, то, о чем мы думали, — сказал Нил. — Речь идет о том, как мы относимся к нашим эссенциям. Мой ход? Я играю за казармы.

Белинда застонала, когда он выложил свою карту.

— Почему ты всегда выбираешь военную стратегию? — пожаловалась она. — Ты же целитель.

— Не в этой игре, — сказал ему Нил. — Мне позволено играть так, как я хочу.

— Да, золотой ранг — это об эссенциях, — подтвердил Джейсон, выкладывая карту. — Я играю за западный торговый пост.

— Думаю, мы ищем конкретику, — сказал Клайв. — Это то, чем Аллайет поделилась с тобой, верно? Я играю за аптекаря.

— Да, — сказал Джейсон. — Все сводится к тому, как эссенции влияют на нас.

— Это не так, — сказал Руфус с другого стола. — Не говори мне, что ты повелся на ту чушь, которую несла Аниса о том, что эссенции оскверняют наши чистые души.

— Она была неправа, — сказал Джейсон, — но она была и не совсем неправа, насколько мне известно, и это совпадает с моим собственным опытом. Эссенции не навязывают себя нашим личностям, когда мы их поглощаем. Они находят аспекты наших личностей, которые уже есть, и с которыми они резонируют. Затем они со временем усиливают эти аспекты, вытягивая эти части нас и делая их более центральными для нашей идентичности.

— Не знаю, верю ли я в это, — сказал Руфус.

— Я верю, — сказал Хамфри. — Пользователи эссенций, особенно искатели приключений, — все сильные личности. Можно даже сказать, что чем сильнее личность, тем сильнее искатель приключений. Думаю, Джейсон говорит о том, что это не столько изменение того, кто мы есть, сколько концентрация элементов, которые делают нас теми, кто мы есть. Вы никогда не замечали, как сильно люди просто подходят своим силам? Силы Линди извилистые и универсальные, силы Клайва сложные и полагаются на магические знания. Силы Нила занижены, но с возможностью время от времени устроить шоу. Его магия защиты странно враждебна, но всегда рядом, когда она нам нужна. Силы Джейсона одновременно неуловимы, ярки, властны и ужасны, но также милосердны и доброжелательны. Но всегда на его условиях, и когда он решает что-то прекратить, это прекращается.

— Это не звучит как комплимент, — сказал Джейсон. — Но думаю, ты прав. Я много размышлял об этом с тех пор, как Аллайет рассказала мне об этих вещах, так что давайте возьмем меня в качестве примера того, как эссенция влияет на человека. Когда я впервые попал в этот мир, я ввязался в драку на ножах с первым встречным. Я случайно убил его и полностью сорвался. Я не был жестоким человеком. Единственные драки, в которых я участвовал, были детскими потасовками. Так что, когда я убил парня, у меня случился нервный срыв.

— Ты говоришь о Ландемире Вейне, — сказал Клайв.

— Ага, — сказал Джейсон. — Если уж мне суждено было кого-то убить, он был отличным кандидатом, но это не имело значения. Я просто сорвался после этого. В общем, в тот день я убил еще людей. Все они были культистами-каннибалами, но у меня не было времени много думать об этом. Все это было в порыве действий, и у меня было сотрясение от множества ударов по голове. Плюс, мне было довольно плохо от чрезмерного использования духовных монет.

— Тебе повезло, что ты был обычного ранга, — сказала Софи со стола Руфуса. — Я использовала монету, когда мы сражались со Строителем и его культом в астральном пространстве. Я была всего лишь бронзового ранга, и меня пришлось нести вверх по той башне. Я передвину своего персонажа сюда.

Она передвинула свою бирюзовую миниатюру Себека.

— Ты не можешь закончить на водном поле, — сказал ей Хамфри.

— Да, могу, потому что это большой человек-крокодил. Я могу закончить на водном поле, и я считаюсь находящейся во всех зонах, которых он касается.

— Это звучит нечестно, — пожаловался Хамфри.

— Нет, она права, Хамфри, — сказал Джейсон. — Итак, к тому времени, как все успокоилось в первый день, я увидел столько безумных вещей. Пересечение реальностей, осознание того, что магия реальна, выживание в злом культе. Получение повреждения мозга, исцеление от повреждения мозга, кухня, полная нарубленных частей тел. И я убил людей. Снова. Хорошую горстку людей. Я был на пути к очередному настоящему срыву. Но первым делом на следующее утро я поглотил остаток моего набора эссенций.

— Ты хочешь сказать, что стал нормально относиться к убийствам, потому что получил кучу злых сил? — спросил Гэри.

— Не совсем, — сказал Джейсон, — но вроде того, полагаю. С тех пор как Аллайет рассказала мне об этом, я пытался исследовать это во время медитации. Она сказала, что я не смогу правильно чувствовать эти связи, пока не приближусь к пику серебряного ранга, но думаю, что уловил их край.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Как дела с золотыми рангами?

— О, да ладно, — пожаловалась Софи. — Ты просто хочешь, чтобы они вернулись, потому что проигрываешь и не хочешь объединяться с Руфусом.

— Ненавижу механику слияния, — пожаловался Руфус. — Нам следовало просто сыграть в Blood Rage.

— Я все еще на полпути к перекрашиванию миниатюр, — сказал Джейсон.

— Я думал, Тень уже покрасил их, — сказал Руфус.

— Да, — сказал Джейсон. — Он покрасил их в черный, а теперь мне приходится красить их настоящими цветами.

— Я все еще утверждаю, что они выглядели отлично, — раздался голос Тени из тени Джейсона.

Джейсон расширил свои чувства, пробиваясь сквозь помехи пропитанной элементалями окружающей магии, чтобы наблюдать за золотыми рангами.

— Они догнали тех троих парней и сейчас сражаются. О, Руфус, у твоей мамы есть несколько неприятных способностей. А люди говорят, что это у меня злые силы.

— У моей матери нет злых сил, — настаивал Руфус.

— Джейсон, мы говорили о твоих злых силах, — отметил Клайв.

— Точно, — сказал Джейсон. — Итак, я был потрясен убийством людей, и довольно морализаторствовал по этому поводу.

— Он хотел, чтобы мы не убивали кучу культистов Красного стола только потому, что они были пленниками, — сказал Гэри, качая головой. — Что еще мы собирались делать? Тратить неделю, таская их через пустыню, давая им бог знает сколько шансов на побег, просто чтобы их казнили в городе?

— Суть в том, — сказал Джейсон, — что мое отношение изменилось. Быстро и радикально, даже без моего ведома. Прошло всего несколько месяцев, когда появился баркас, полный песчаных пиратов, помните? Это была моя первая большая экспедиция, и я убил много людей. Я даже не знаю сколько. Только после этого мне пришло в голову задаться вопросом. Я просто пошел туда и убил людей, потому что мне так сказали.

— Я помню это, — сказала Фарра. — Мы говорили об этом, потому что ты беспокоился, что превращаешься в кровожадного монстра, даже не осознавая этого.

— Кровожадного, — повторил Джейсон. — Это ключевое слово. Я убежден, что это моя эссенция крови нашла те части меня, которые способны на насилие — в конце концов, они есть у всех нас — и вывела их на первый план. Еще кое-что, что сказала мне Аллайет, — это то, что эссенции не просто случайным образом усиливают аспекты наших личностей. Они выявляют то, что нам нужно. И то, что мне было нужно, к лучшему или худшему, — это склонность к насилию, которая никогда не требовалась в моей жизни до того момента. Даже подавлялась. Мне посчастливилось вырасти в культуре, где насилие было ни нужно, ни желательно.

— Здесь это определенно не так, — сказал Нил. — И все же, ты мог бы стать целителем или кем-то в этом роде, верно?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Я мог бы подождать других эссенций. Но я взял те, что были, и они ответили на этот выбор. Думаю, довольно очевидно, что моя эссенция тьмы выявила мои склонности к обману, запутыванию и сбиванию с толку. Моя эссенция греха выявила авторитарные наклонности, которые привлекли внимание Владычества.

— Как это работает? — спросил Тайка. — Разве грех не должен выявлять все твои гадкие стороны? Делая тебя ленивым, похотливым и убийственным?

— Я бы сказал, что тирания — это довольно гадко, — сказал Джейсон. — Помните, что эссенция опирается на мою природу, то есть на мое понимание греха. А грех — это не объективное добро и зло; это трансгрессия против определенной позиции относительно того, что правильно, а что нет. Добро и зло. Вы можете проверить любой религиозный текст для примеров, но в данном случае рассматриваемая позиция — моя.

— Религиозные тексты, — сказал Нил. — Потому что те позиции, о которых ты говоришь, обычно занимают боги. Эссенция греха Джейсона поставила его разум в положение, где он занимает позицию бога, решая, что составляет добро и зло.

— Именно, — согласился Джейсон.

— Подожди, что? — спросил Нил. — Ты соглашаешься со мной?

— Ты не ошибаешься, — сказал ему Джейсон. — Силы, которые мы пробуждаем, — это отражение того, что эссенции представляют для нас. Клайв говорил мне об этом с самого начала. Люди, которые атакуют меня или моих союзников в зоне моего влияния — в пределах моей ауры — буквально обременены грехом.

— Это действительно заполняет много пробелов, — сказал Клайв, задумчиво кивая. — Некоторые вещи обретают гораздо больше смысла, если смотреть на них с этой точки зрения. Особенно в том, как люди пытаются культивировать определенные наборы сил. Некоторые выборы, о которых я задумывался, внезапно обретают смысл, если был золотой ранг, который знает все это и направляет процесс.

— Почему это ограниченная информация? — удивилась Белинда. — Неужели так плохо, если люди будут знать все это?

— Если это правда, то меня учили тому, что было явно неправильно, люди, которые, несомненно, знали лучше, — сказал Руфус. — Не думаю, что мои родители пытались мне помешать. Может быть, знание слишком рано как-то препятствует продвижению на ранних рангах.

— Думаю, это скорее влияет на личностное развитие, чем на развитие силы, — сказал Джейсон. — Хотя все это предполагает, что во многом это одно и то же. Подумай о своей матери, Руфус. Она понимает, как работают люди, лучше, чем большинство. Думаю, она убедилась, что ты думал, что твои эссенции не влияют на твою личность, чтобы ты не зацикливался на этом.

— Ты думаешь, это было бы проблемой? — спросил Руфус.

— Абсолютно, — сказал Джейсон. — Посмотри на меня. Одной из первых вещей, о которых я спросил богиню Знания, было то, меняет ли магия то, как я думаю. Она сказала, что мой разум принадлежит мне, что, полагаю, технически верно, если эссенции используют то, что уже есть. Она сказала мне помнить, что все меняются, все время, независимо от того, магические они или нет. Я почти постоянно думал об изменениях, через которые прошел с тех пор, как стал магическим.

— Он думал, — согласилась Фарра. — Действительно, очень, очень много.

— И в этом проблема, — сказал Джейсон. — Я был одержим своим поведением, своими выборами и изменениями, через которые прохожу. И теперь мой разум крайне запутан. Думаю, они держат это в секрете, потому что здоровее проходить через этот процесс, не постоянно переосмысливая все, что делаешь.

— Но теперь мы серебряного ранга, — сказал Клайв. — Изменения, которые вызвали наши эссенции, в значительной степени устоялись. Высокие ранги вокруг нас уже некоторое время намекают на это, потому что мы готовы начать исследовать это.

— Это объяснило бы некоторые вещи, которые говорила моя мать, когда я разговаривал с ней по водной связи, — сказал Хамфри.

— Твоя мать намекала на странные вещи, а ты не задумывался об этом? — спросил его Нил.

— Она всегда пытается подтолкнуть меня в том или ином направлении, — сказал Хамфри. — Проще просто согласиться с этим.

— Не всегда, — отметила Софи.

— Да, не всегда, — сказал Хамфри, его тон подразумевал, что это часто повторяемый ответ. Джейсон сузил глаза, задумчиво глядя на них мгновение, затем ухмыльнулся.

— Что? — спросила его Белинда.

— Думаю, Даниэль с нетерпением ждет внуков, — сказал Джейсон.

* * * Золотые ранги вернулись к экспедиции, приземлившись на самую большую каменную платформу. Члены экспедиции быстро собрались вокруг них, когда Амос, Габриэль и Эмир каждый сбросил то, что, вероятно, было человеком под всей этой кровью. Арабелла создала иглы размером с дротик, которые пригвоздили пленников к полу, пронзив все их конечности и торсы по несколько раз. Затем она создала прозрачный сосуд над каждым, и красная жизненная сила начала сочиться из игл, наполняя сосуды красной жидкостью.

— Это остановит их от слишком быстрой регенерации, — сказала она.

— Бро, — сказал Тайка Руфусу. — Твоя мама довольно крутая.

Джейсон толкнул Гэри в руку.

— Ты знал, что она может делать такие вещи, верно? — спросил Джейсон.

— Ага, — сказал Гэри.

— Тогда как это я — парень со злыми силами?

— Она красивее тебя.

— Спасибо, Гарет, — сказала Арабелла. — Это очень мило с твоей стороны.

— Гэри, — сказал Руфус сквозь зубы. — Это моя мать.

— Да, — сказал Джейсон, — но неважно, чья она мать, или как красиво ее темно-шоколадные волосы ниспадают на плечи; это классическая злая сила, прямо здесь.

Руфус уставился на Джейсона.

— Темно-шоколадные волосы? — прорычал он. Он собирался продолжить, когда Хамфри положил сочувствующую руку ему на плечо.

— Не надо, — сказал Хамфри полым, дрожащим голосом. — Ввязываться только хуже. Это их не останавливает, это не помогает. Ничто не помогает.

Мириам и остальная часть экспедиции наблюдали, их уровень недоумения был напрямую связан с тем, насколько хорошо они знали Джейсона и его команду.

— Командир операций, — осторожно сказала она. — Я рекомендую перейти к допросу пленников.

— Точно, да, — согласился Джейсон, затем обвел свою команду отчитывающим взглядом. — Вы все ведете себя очень глупо в серьезное время, и вам всем должно быть стыдно.

Нил открыл рот, чтобы возразить, но был остановлен жестом Хамфри.

Джейсон взглянул на Хану Шавар. Верховная жрица целителей была странно тихой, учитывая, что они имели дело со жрецами антагонистической веры. Он задавался вопросом, будет ли она против грубого допроса, но все, что он получил от ее ауры, было тихой решимостью.

От золотых рангов, которые захватили пленника, вышла жена Эмира и начальник штаба, Констанция. Она протянула сферу, которую многие узнали.

— Это коммуникационная сфера посланников, — сказала Мириам. — Эти люди работают с посланниками, или они отобрали ее у одного из элементальных посланников?

— Я бы спросил, — сказал Габриэль, — но даже после того, как их так накачали, нелегко заставить золотой ранг говорить. Мы все можем выдержать много боли.

— Не вся боль одинакова, — прорычал Амос Пенсината, и все почувствовали, как его аура взметнулась.

Джейсон многому научился у Амоса о том, как эффективно владеть своей аурой, но не все обучение было односторонним. У Джейсона была склонность к атакам на душу, чему Амос многому научился. С его еще более мощной аурой результат был грозным. Однако реакция пленников была не такой, как кто-либо ожидал.

Трое окровавленных пленников начали кричать, но только на мгновение. Аура Амоса была отброшена пренебрежительно, обрушившись на экспедицию в искаженной, хаотичной форме. Каждый серебряный ранг, кроме Джейсона, пошатнулся, некоторые даже упали. Исследовательская группа пострадала больше всего, но волна быстро прошла. Новая аура окутала пленников, безошибочная в своей божественности.

Ауры богов были одновременно ошеломляюще мощными и чрезвычайно специфичными. Только самый неофит железного ранга, новичок в использовании чувств ауры, не смог бы определить, с каким богом они столкнулись. Даже для бога, о котором они никогда не слышали, природа божества была видна невооруженным глазом.

Голос бога Разрушения грохотал, как лавина.

— Души моих жрецов принадлежат мне, чтобы играть с ними, а не вам.

Сила божественной воли вырвалась, как волна. Серебряные ранги бросились прочь, покидая платформу ради других, более отдаленных. Золотые ранги отступили, кроме Амоса, и даже он выглядел напряженным. Только Джейсон остался полностью не затронут, к своему невероятному удивлению.

Боги, навязывающие свою волю Джейсону после того, как он освободил многих их последователей во время испытаний Жнеца, были одним из его самых формирующих опытов как молодого искателя приключений. Это оставило его духовно избитым, но в конечном итоге стало первым разом, когда перенесение духовных испытаний привело к тому, что его душа стала сильнее. Боги сделали его сильнее трудным путем, наряду с тем, что отметили его эхом божественного.

Теперь эта сила омывала его, как река, текущая вокруг камня. Джейсон прощупал своей аурой, обнаружив божественную волю столь же непроницаемой для него, как он был для нее. Отпор был меньше похож на реку, обтекающую камень, чем на каплю воды, падающую на гору, чтобы соскользнуть незамеченной. Но обратная связь от его зондирования подтвердила одно: он больше не был подвержен воле богов, не более, чем они были подвержены его. Его лучшая догадка заключалась в том, что его статус как зарождающегося астрального короля каким-то образом исключил его из их власти, по крайней мере, в том виде, в каком они применяли ее к смертным мира, который они курировали.

Он не сомневался, что боги все еще могут прекрасно влиять на него в пределах своей сферы влияния. Знание все равно будет знать все, что знал он, и если Разрушение пожелает уничтожить его, он сможет. Но общее выражение божественной силы больше не было тем, под влиянием чего находился Джейсон.

Джейсон шагнул рядом с Амосом, но Разрушение проигнорировал его, как будто его там вовсе не было, противостоя Амосу и его неповиновению богу.

— Что ваши жрецы делают здесь внизу? — прорычал Амос.

— Что угодно, что я пожелаю, — прогрохотал Разрушение. — Ты и эти жалкие крылатые существа препираетесь, как дети, не осознавая, что это на моей ладони вы исполняете свой мелкий танец. Делайте что хотите, смертные, это не имеет значения. Мои желания неизбежны.

— За каждого вашего слугу, которого я найду здесь внизу, — пригрозил Амос, — я найду один из ваших скрытых храмов. Я сравняю их с землей или похороню в той дыре, в которой они скрыты.

Смех бога был подобен грому.

— Ты угрожаешь богу разрушения разрушением? Нет ничего, что ты можешь сделать со мной, смертный. Уничтожение моих храмов только выполняет их конечную цель. Уничтожение моих поклонников только помогает им в предоставлении их величайшего служения. Всегда есть те, кто жаждет власти, чтобы заменить их, больше, чем мне когда-либо могло понадобиться. Те, кто жаждет власти не для того, чтобы доминировать, а для того, чтобы разрушать. Сражаться со мной — значит проиграть, прежде чем начать.

Присутствие бога исчезло, и жрецы взорвались в висцеральном месиве. Джейсон использовал свою ауру, чтобы защитить себя и Амоса, создав клин чистого пространства позади них, в то время как остальная часть платформы была окрашена в красный цвет.

— Ну, — сказал Габриэль, подходя, когда он достал флакон с кристальной промывкой из своего пояса с зельями, чтобы вылить его себе на голову. — Это могло пройти лучше.

УВЕРЕННЫЕ ДОГАДКИ

УВЕРЕННЫЕ ДОГАДКИ

Золотые ранги экспедиции, плюс Клайв и Джейсон, проводили стратегическое совещание перед возобновлением спуска вниз по шахте.

— К сожалению, — сказала Мириам, — участие Разрушения ничего не меняет.

— К сожалению? — спросил Габриэль.

— Наш план настолько расплывчат, — объяснил Джейсон, — что в нем недостаточно конкретики, чтобы что-то менять. Мы все еще направляемся вниз и пытаемся использовать это устройство, останавливая любые контрпланы, которые есть у кого-либо внизу. «Кто-либо» теперь включает по крайней мере одного бога, культ великого астрального существа, две разновидности посланников, то, что происходит у местных, и всех остальных, кому удалось пробраться туда, пока Магическое общество строило город на вершине дыры. По-видимому, с завязанными глазами, учитывая, что любой может просто прогуляться сюда.

— По крайней мере, мы подтвердили, что обычные посланники не играют с нами честно, — сказал Габриэль.

— Да, — согласился Эмир. — Они перешли от «почти наверняка собираются предать нас» к «активно предают нас». Это есть.

— Это поднимает интересный вопрос, — задумчиво произнес Джейсон. — Какое соглашение посланники заключили с Разрушением?

— Они бы не приняли ничего, что лишает их приза, — сказала Мириам. — Я не вижу, чтобы посланники объединялись с богом разрушения, если только они не очень уверены в получении того, что хотят, хотя Разрушение, казалось, думал, что обвел их вокруг пальца.

— Думаю, скорее всего, либо устройство делает не то, что написано на этикетке, — сказал Джейсон, — либо у Разрушения был какой-то способ спровоцировать катаклизм в любом случае, как только устройство будет использовано.

— Предполагая, что уровень разрушения, который мы уже ожидаем, достаточен для бога разрушения, — сказал Клайв. — Возможно, у него есть какой-то способ усилить эффект с помощью божественной силы.

— О, спасибо за это, — сказал Эмир. — Я как раз думал, что я нигде не был близок к тому, чтобы волноваться достаточно, и вот ты приходишь, чтобы прояснить это. Это потрясающе, Клайв, спасибо.

— Возможно, смесь всех этих сценариев? — предположила Констанция, возвращая разговор к теме, бросая строгий взгляд на мужа. — У Разрушения есть какие-то средства саботировать устройство, но посланники убеждены, что он использует их только после того, как оно даст им то, что они хотят.

Эмир был в основном человеком идей и лицом своей организации по поиску сокровищ. Как жена Эмира и начальник штаба, Констанция была ориентированной на детали половиной пары, что иногда делало ее больше похожей на няньку, чем она хотела бы признать.

— Все это не имеет значения, — сказал Амос. — Асано сказал это: ничего не изменилось. Мы спускаемся и разбираемся на месте.

— Он прав, — сказала Мириам. — У нас недостаточно информации, чтобы спекуляции были полезны. Давайте двигаться.

* * * Команды забрались в оставшихся ползающих тварей, теперь находящихся в разном состоянии неисправности. Три потеряли свои каркасы безопасности, а две были наспех приведены в функциональное состояние Гэри. Одна ползающая тварь была полностью списана, пущена на запчасти. Это оставило несколько членов экспедиции цепляться за оставшиеся каркасы безопасности.

Большинство из этих людей были золотыми рангами, но Джейсон также был среди них. Имея несколько способов полета и доказуемую устойчивость к экзотической магии, он с меньшей вероятностью рухнул бы вниз по шахте, если бы его сбросили. Пока он ждал загрузки своей ползающей твари, еще одна божественная аура проявилась прямо рядом с ним. На этот раз это был не просто аура, а образ книжной женщины в коричневых одеждах.

— Знание, — сказал Джейсон. — Давно не виделись.

— Ты все еще обижен, что я не сказала твоим друзьям, что ты жив?

— Теперь, когда ты спрашиваешь, я немного обижен, да.

— Я не знала наверняка, поэтому было неправильно говорить им. Я богиня знания, Джейсон, а не очень уверенных догадок.

— Да, Габриэль сказала мне примерно то же самое. Кстати, держи ее подальше от Трэвиса; он милый парень, но совершенно безнадежен с женщинами.

— Это между ним и Габриэль. Это не нам с тобой вмешиваться.

— Да, я уверен, что ты остаешься в стороне от отношений между своей жрицей и парнем, который представляет, возможно, крупнейший склад инопланетных знаний, когда-либо прибывавший на эту планету.

— Это обсуждение — не то, зачем я здесь, Джейсон.

— Да, но это весело, верно?

Она фыркнула коротким смешком, к изумлению экспедиции, которая перестала загружаться, чтобы поглазеть на встречу.

— Ты дразнишь меня, мистер Асано?

— Ты та, кто задает вопросы, на которые уже знаешь ответы. Что, полагаю, означает все вопросы. Ты здесь насчет Разрушения?

— Да. Я хотела напомнить тебе о некоторых фактах, начиная с того, что я богиня знания, а не он. Он не видит всего и не знает всего. Особенно того, что произошло на других планетах.

— Какое отношение Земля имеет ко всему этому?

— Я не могу сказать тебе, что планировал Разрушение, не больше, чем я могла раскрыть, что Маскировка притворялся Чистотой. Такие вещи — дела других богов, действующих в пределах своих основных сфер влияния. Что я могу сделать, так это напомнить тебе о вещах, которые ты уже знаешь, таких как средства, с помощью которых ты дважды спас свой мир. Я предлагаю тебе держать методологию на переднем крае своего разума.

— О, косвенный совет по решению проблемы вместо того, чтобы просто сказать мне. По крайней мере, это не двусмысленно сформулированное пророчество, полагаю.

— Я уже...

— Да, сферы влияния, я понял. Не думаю, что есть что-то, что ты можешь просто прямо сказать нам?

Богиня покачала головой с выражением матери, потакающей своему ребенку больше, чем она знала, что должна.

— Намерения Бофорта таковы, как он утверждает, — сказала она. — Тебе не нужно переосмысливать его повестку дня.

— И кто такой Бофорт?

— Тот, чью повестку дня ты бы иначе переосмыслил. У него все еще есть люди в Яреше, особенно в Магическом обществе. Это были наемные агенты, а не истинно верующие, которые ушли с остальными, но они продолжали внимательно следить за твоей деятельностью. Даже здесь, внизу, информация, которую они собрали, передавалась Бофорту. Он понимает твою силу и твою важность для того, что произойдет дальше. Он будет работать с тобой честно.

— У меня неприятное подозрение, о ком ты говоришь. Что означает, что я не захочу работать с ним, верно?

— Не захочешь. Но он знает, что эта экспедиция — единственный шанс, который у него есть на выживание или даже на чистую смерть.

— Я склоняюсь к чистой смерти.

— Это решать вашей группе, но знай, что тебе понадобится сила его войск.

Джейсон застонал. — Это просто фантастика.

— Просто помни мои слова, Джейсон. Как ты спас свой мир. Тебе нужно будет настаивать на этом в этом мире, спровоцировав это самостоятельно. Но у тебя есть сила, я обещаю тебе это, но я не могу обещать, что ты будешь использовать ее эффективно. Это зависит от тебя.

— Ты думаешь, до этого дойдет?

Улыбка поддразнила губы богини.

— Я уже сказала тебе, Джейсон: я не богиня очень уверенных догадок.

Джейсон издал еще один стонущий вздох.

— Конечно, нет. Ничего не остается, кроме как взяться за дело, полагаю. О, и Знание?

— Да?

Он подарил богине искреннюю улыбку, свободную от его фирменной полуухмылки.

— Спасибо, что помогаешь нам.

Улыбка богини была первым светом теплого весеннего утра.

— С тобой трудно работать, Джейсон, но я полна решимости получить от тебя хоть какую-то пользу. Просто старайся не умирать слишком часто.

— Я сделаю все возможное, но ты знаешь, как это бывает.

— Да, — сказала она. — Я знаю.

* * * Мириам и Джейсон снова делили ползающую тварь с половиной команды Джейсона. Джейсон висел на каркасе безопасности, как на гимнастической лестнице, пока ползающая тварь пробиралась вниз по грубой стене шахты. Мириам активировала экран конфиденциальности, вызвав немедленные жалобы от Клайва на водительском сиденье.

— Как я должен управлять этой штукой, когда все размыто? Достаточно плохо водить при свете светящихся камней, когда тени танцуют от каждой неровности в скале.

— Извините, — сказала Мириам, поправляя брошь, которая генерировала экран. Звуковой барьер остался на месте, в то время как визуальное размытие исчезло.

— Спасибо, — сказал Клайв, все еще ворча.

— Командир операций, — сказала Мириам, — я надеялась получить больше информации о том, что сказала тебе богиня. Во-первых, ты дважды спас свой мир?

— Да, — сказал Джейсон. — Это очень длинная история, но короткая версия начинается с понимания того, что размерная мембрана вокруг моего мира чрезвычайно хрупкая. Хрупкая, почти. Разбей достаточно большую дыру, и она может больше не закрыться. Вся моя планета слишком уязвима для уничтожения астральными силами, оставляя гигантскую дыру во вселенной там, где она была раньше. Я знаю, многие люди задавались вопросом, как я связался с великими астральными существами, и это ответ. Им нужен был кто-то, кто мог перемещаться между мирами, достаточно мощный, чтобы изменить вещи, но не настолько мощный, чтобы я сломал их при попытке.

— Все это звучит плохо, — сказала Мириам.

— Полагаться на парня, чьим величайшим навыком является знание телевизионных викторин восьмидесятых годов, чтобы спасти мир, — это не здорово, нет. Но у реальности есть механизмы, помогающие восстановиться, особенно у наших двух миров, по причинам, в которые я определенно не буду вдаваться сейчас.

— И все же у тебя есть время упомянуть свои глупые истории про небесного пса, — отметил Нил.

— Не надо мне этого, Нил, ты прекрасно знаешь, что это Воздушный волк.

— Командир операций, — многозначительно сказала Мириам.

— Простите, — сказал Джейсон. — Итак, реальность пытается восстановиться. Поскольку магия в мире, из которого я пришел, стала нестабильной по причинам, в которые я тоже не буду вдаваться, появились размерные пространства, чтобы исправить повреждения, которые начали случайно появляться в размерной мембране.

— Случайно появляться? — сказала Мириам. — Это тоже звучит очень плохо.

— Ага. Эти размерные пространства были названы зонами трансформации. Они появляются и затыкают дыру, как могут, прежде чем исчезнуть, но область остается измененной.

— Вот почему они называются зонами трансформации?

— Именно. Это влияет и на людей, меняя их вид. Мне было бы интересно, что Карлос Килидо сделал из этого, но это на другой день. Эти изменения остаются как шрамы на реальности, но мир умудряется ковылять дальше. Но если зона трансформации появляется прямо поверх астрального пространства, все идет очень плохо. Просачивающаяся язва в боку вселенной — плохо.

— Он массово упрощает реальность вовлеченных размерных сил до такой степени, что это неточно, — отметил Клайв.

— Она просто ищет общую идею, Клайв, — сказал Джейсон, — а не лекцию по теории размерной мембраны.

— Ты уверен? — спросил Клайв. — Я все еще могу разъяснить основы во время вождения. Думаю, это было бы полезно, чтобы помочь ей понять контекст...

— Чрезвычайно уверен, Клайв, но спасибо, — отрезал его Джейсон. — В общем, следующее, что вам нужно понять во всем этом, — это то, что у меня есть специфическая сила. Мировой Феникс дал мне благословение. Специально разработанное, только для меня. Ты можешь почувствовать, как мое тело и душа слиты, как у посланника?

— Да.

— Это только один аспект. Другой заключается в том, что я оказываю стабилизирующий эффект на физическую реальность вокруг меня, а третий — в том, что мне легче проскальзывать через размерные границы. Я могу, например, пройти прямо через запечатанную апертуру астрального пространства.

— Или в зону трансформации? — догадалась Мириам.

— Именно. Зона трансформации — это, по сути, зона реальности, которая находится в потоке. Мне пришлось войти и исправить ее, и я не знал как. Я почти полностью полагался на инстинкты. Я делал это дважды, прежде чем магия моего мира стабилизировалась и зоны трансформации перестали появляться. В первый раз результаты были приемлемыми, но не идеальными. Во второй раз я справился намного лучше. В процессе воздействия на ту первую зону я тоже немного трансформировался. Формируя зону, я также сформировал себя. Я обрел силу запечатлеваться на реальности, что и позволило мне полностью стабилизировать зону трансформации.

— Запечатлеваться на реальности, — сказала Мириам.

— Да.

— Как бог, создающий священную землю? — спросила она.

— Обожаю работать с людьми, которые быстро схватывают, — сказал Джейсон с ухмылкой. — Без обид, Нил.

— Просто чтобы ты знал, — сказал Нил, — вся эта штука со священной землей означает, что когда он говорит, что исправил зоны, он сделал это, превратив их в храмы самому себе. Самому себе. Думаю, это официально делает его самым самовозвеличивающим человеком в космосе.

— Священная земля, — задумчиво повторила Мириам. — Как твое облачное здание?

— Да, — сказал Джейсон. — Просто больше и зафиксировано на месте, когда я меняю форму зоны трансформации.

— Серьезно? — спросил Нил. — Парень строит храмы самому себе. Почему люди не возмущены этим больше?

— Просто игнорируй его, он жрец, — сказал ей Джейсон. — Они становятся такими обидчивыми, когда ты берешь на себя роль бога, даже если это совсем чуть-чуть. Это не большое дело, Нил.

— У него есть доля правды, — сказала Мириам. — Я не могу отделаться от ощущения, что серебряный ранг, создающий храмы самому себе, должен быть поводом для беспокойства.

— Спасибо. Наконец-то хоть кто-то понял, — сказал Нил.

— Я вполне уверен, что есть люди, которые понимают важность, — сказал Хамфри. Он до сих пор оставался в стороне от разговора, тихо сидя рядом с Софи, их пальцы переплетены, пока они держались за руки.

— Ты понимаешь, что твой бог ничего не сказал об этом, когда приходил ко мне в гости, — сказал Джейсон Нилу.

— Что? — спросил Нил. — Когда это было?

— Прямо перед тем, как посланники вторглись в Яреш. Он даже дал мне подарок.

— Какой подарок? — спросил Нил.

— Не уверен. Не могу использовать его, пока не получу кузницу душ. Что-то о создании астральной сущности.

— Думаю, нам стоит оставаться в рамках темы, — сказала Мириам. — Знание говорила, что тебе нужно будет насильно спровоцировать одну из этих зон трансформации?

— Думаю, она говорила, да. Что является целой историей, позвольте мне сказать.

* * * Команда «Грань Луны» была назначена в экспедицию не только по настоянию Аллайет. Это была местная команда Яреша, наименее вероятно скомпрометированная посланниками, благодаря пристальному надзору Аллайет за ними и их знаменитой личной преданности ей. Вишенкой на торте было то, что в команде было несколько членов с элементальными силами. У одного из них была эссенция железа, у одного — эссенция земли, а у одного — обе, огня и земли.

Двое пользователей эссенции земли были полезны в картографировании шахты далеко впереди их местоположения, только мощные способности маскировки чувств, подобные тем, что были у кротов-пауков, мешали им точно определить географию вокруг них. Это позволило им уведомить Мириам, когда они наконец приблизились к месту назначения. Она призвала экспедицию к остановке, чтобы сделать объявление через голосовой чат.

— Наши пользователи земли обнаружили массивную систему пещер внизу. Они также отметили, что скала в областях, которые они могут чувствовать, по их ощущениям, кажется пронизанной тем, что выглядит как древесные корни. Что это значит, мы не можем быть уверены. Мы будем двигаться вперед с осторожностью, но будьте готовы к тяжелому бою. Он может снова исходить из стен, как в случае с кротами-пауками и червями.

— Я могу использовать свои чувства, чтобы потыкать и посмотреть, смогу ли я получить представление о том, что это за корни, — сказал Джейсон Мириам. — Мое беспокойство было бы в том, если бы плохие парни заметили, что я смотрю, и послали армию элементальных посланников.

— Амос Пенсината мог бы быть лучшим выбором, — сказала она.

— Возможно, — сказал Джейсон. — Но когда я услышал «корни», мои волосы встали дыбом.

— Почему?

— Потому что, учитывая, как глубоко мы под землей, какова вероятность, что мы столкнемся с деревьями?

— Не очень велика.

— Именно. Но что у нас есть, так это посланники и что-то, что посланники пытались превратить в кузницу душ. Я могу стрелять вслепую, но не могу отделаться от мысли о том, что посланники рождаются из деревьев. Мое беспокойство в том, что, может быть, здесь внизу есть какая-то извращенная версия дерева, рождающего посланников. Это объяснило бы, как количество элементальных посланников подозрительно велико. Обычные посланники никогда не говорили нам, сколько они потеряли, но оценки, которые я получил от одного из моих пленных посланников, сделали число, которое вышло из этой шахты, которую они вырыли, немного подозрительным.

— Ты предполагаешь, что элементальные посланники размножаются?

— Это просто догадка, основанная на слишком малом количестве информации, — сказал Джейсон. — Но она щекочет мои инстинкты. У посланников нет детского состояния. Они выходят полностью сформированными, наивными, но с навыками языка. Их проталкивают через идеологическую обработку и отправляют прямо в злую армию. Если они создают больше этих элементальных посланников, которые кажутся какими-то безмозглыми и злыми, они были бы готовы к бою, свежими с лозы.

— Означает, что там внизу могут быть бесчисленные их количества.

— Не думаю, что это полностью верно, — сказал Клайв. — Даже с магией ты не получаешь что-то из ничего. Даже когда материал кажется созданным из воздуха, на самом деле он черпает магию из астрала и формирует ее. Точно так же, как магические проявления превращаются в монстров или эссенции. Но эти элементали — реальные существа, а не призванные монстры. Это предполагает, что им нужен источник материала, который возник в реальности.

— Они элементальные существа, — сказал Нил. — Могут ли они просто использовать скалу в качестве материала?

— Может быть, — сказал Клайв. — Думаю, скорее всего, им нужна живая материя, по крайней мере частично. Скорее всего, местные жители, которые уже здесь внизу. Возможно, все они были превращены в элементальных посланников.

— Это мрачная мысль, — сказал Джейсон. — Но вопрос остается, стоит ли мне попытаться взглянуть на эти корни? Я, возможно, смогу подтвердить или опровергнуть некоторые из этих предположений. В равной степени я могу навлечь кучу элементальных посланников на наши головы. Или под наши ноги, полагаю.

Мириам привлекла некоторых других золотых рангов в голосовой канал, чтобы обсудить это. В конечном итоге они решили, что больше информации стоит риска боя, который в любом случае неизбежен, и по крайней мере они могут подготовиться. Платформы и ниши были высечены из стен, создавая оборонительные позиции для стрелков и членов группы поддержки. Ползающие твари были закреплены выше по шахте.

Пока все это происходило, Клайв использовал специализированное оборудование для проведения серии тестов на окружающую магию. Элементальная энергия была гораздо более проникающей; даже Джейсон больше не был готов пытаться открыть портал. Клайв составил список других потенциальных эффектов на способности эссенций, не все из которых были негативными.

Для пользователей эссенций с правильными эссенциями их силы, вероятно, будут более мощными, но их труднее контролировать. Гэри, с его эссенциями огня и железа, и Фарра с ее эссенциями огня, земли и вулкана, твердо попали в эту группу. Пользователи элементальных эссенций золотого ранга из команды «Грань Луны» будут еще более впечатляющими.

Как только все было готово, Джейсон протянул свои чувства, его команда была вокруг него.

— Эта подготовка могла быть напрасной, — отметила Белинда.

— Э, нет, — сказал Джейсон, его голос был на октаву выше обычного. — Эти корни — какая-то странная штука посланников, это точно. И я почти уверен, что они заметили, что я проверяю.

— Это было быстро, — сказал Тайка.

— Ага, — согласился Джейсон. Он вытащил свой меч, белые руны на лезвии стали красными, когда он выскользнул из ножен. — Просто чтобы вы знали, кажется, их там довольно много.

ТАКИЕ ВЕЩИ НЕ ДЕЛАЮТСЯ ВСЛЕПУЮ

ТАКИЕ ВЕЩИ НЕ ДЕЛАЮТСЯ ВСЛЕПУЮ

Джейсон и Мириам стояли в окружении других на краю платформы. Выглянув вниз, они увидели бурлящую массу элементальных посланников, поднимающихся по шахте.

— Как их может быть так много? — спросила Мириам, ее голос был полым.

Шахта была густо заполнена элементальными посланниками, поднимающимися как облако. В темноте огненные силы вспыхивали и искрились, отбрасывая океан крылатых фигур в зловещем свете и танцующих тенях.

— Это считается «много»? — спросил Джейсон.

Она собиралась бросить ему ответ, но потом вспомнила, что видела, просматривая его досье. Значок Общества искателей приключений Асано вел учет всего, что он убил, от людей до монстров и всего остального. Подавляющее большинство происходило из его времени в его оригинальном мире, и вовлеченные цифры были нелепыми до степени неправдоподобности. Она заставляла Магическое общество проверять цифры несколько раз и все еще подозревала, что перемещение между мирами как-то изменило значок. Согласно записи, он совершил больше убийств, чем она, несмотря на его гораздо более низкий ранг и значительно более короткую карьеру.

Количество монстров, которых он убил на серебряном ранге, привело его к стене в рекордно короткие сроки, но не дальше. Несмотря на отбраковку монстров серебряного ранга с такой скоростью, что монструозный всплеск казался рутиной, его продвижение почти остановилось, и причина была очевидна: то, с чем он сражался, не представляло значительной угрозы. Армии монстров, согласно цифрам, записанным его значком, и другие вещи, помимо этого. Она задавалась вопросом о чем-то под названием «живые аномалии», о которых она только что узнала, что это монстроподобные сущности, существующие в зонах трансформации, о которых он говорил.

Она никогда полностью не верила в реальность его цифр, думая, что каким-то образом значок был подделан или затронут путешествиями между мирами. Но стоя рядом с ним, когда он смотрел вниз на армию элементальных посланников, поднимающихся сквозь тьму, она поняла, что он полностью спокоен.

Даже мощная аура Асано не могла полностью скрыть его эмоции от чувств золотого ранга Мириам, и хотя нервозность рябила по остальной части экспедиции, он был полностью расслаблен. Если что, он был странно сосредоточен, его обычное самоироничное отношение исчезало. Пока все вокруг них готовились к битве, он излучал чувство того, что находится именно там, где должен быть. Когда он бросил на нее боковой взгляд, легкая улыбка играла на его губах, она поняла, что прощупывала его эмоции с чуть большей силой, чем было строго вежливо.

— Не волнуйся, — заверил он ее. — Сражаться с армиями из другого измерения — это своего рода мое дело.

Она была чрезвычайно заинтересована в том, чтобы узнать больше о времени Асано в другом мире, но это был не тот момент. На данный момент она была просто рада иметь кого-то рядом с собой, кто смотрел на самую большую коллекцию врагов, которую она когда-либо видела, как на длинную очередь в магазине сэндвичей. Он одарил ее обнадеживающей ухмылкой, которая исчезла, когда он создал свой плащ, его лицо исчезло в капюшоне.

* * * Самая сильная одиночная атака Хамфри называлась «Неудержимая сила». Она наносила огромное количество двух самых мощных форм урона, за исключением трансцендентного.

Способность: [Неудержимая сила] (Мощь)

* Специальная атака (ближний бой). * Базовая стоимость: Высокая мана, экстремальная выносливость. * Перезарядка: 1 минута.

* Текущий ранг: Серебро 5 (16%).

* Эффект (железо): Атака ближнего боя с огромным импульсом, наносящая большое количество дополнительного урона резонирующей силой и разрушительной силой. Требует тяжелого оружия.

* Эффект (бронза): За каждого пораженного врага перезарядка этой способности и стоимость следующего использования этой способности уменьшаются.

* Эффект (серебро): Атака генерирует взрывную волну урона резонирующей силой и разрушительной силой, исходящую от каждого пораженного врага.

«Неудержимая сила» не была редкой способностью. Одна из самых распространенных сил от одной из самых распространенных эссенций, она была квинтэссенциальным примером того, что редкое не автоматически означает лучшее. Она также была противоположностью сложного, известная как самая простая и культовая из всех специальных атак. Она просто брала обычную атаку и добавляла величину урона, чтобы предотвратить который страны подписывают договоры. Это была идеальная сила, чтобы бездумно обрушить ее на врага и все равно получить потрясающие результаты. Но Хамфри мог сделать лучше.

Расовый дар: [Жертва героя]

* Пожертвуйте своим здоровьем, чтобы усилить мощь ваших специальных атак.

Дважды эволюционировавший человеческий дар Хамфри превращал жизненную силу в мощь. Это был рискованный ход на бронзовом ранге, но на серебряном у него было здоровье, которое можно было сжечь. Еще одной из визитных карточек Хамфри были комбинированные атаки, позволяющие использовать несколько специальных атак в одном ударе.

Способность: [Пикирование] (Крыло)

* Специальная атака (движение, комбинация). * Базовая стоимость: Высокая выносливость. * Перезарядка: 20 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 4 (89%).

* Эффект (железо): Ускорение вниз для атаки цели сверху; может быть объединено с обычными или специальными атаками ближнего боя. Физический урон от этих атак увеличивается. Урон от падения не наносится при использовании этой способности, даже если атака промахивается.

* Эффект (бронза): Ударная волна резонирующей силы создается из точки удара.

* Эффект (серебро): Весь урон от оружия ближнего боя и специальных атак ближнего боя, объединенных с этой способностью, увеличивается, независимо от типа урона. Поражение врагов и препятствий, отличных от назначенной цели, не заканчивает эту способность, если импульс атаки не полностью остановлен.

«Пикирование» было специальной атакой, созданной специально для удара сверху. Обычно Хамфри настраивал ее с помощью своих сил полета и телепортации, но орда врагов, хлынувшая вверх по шахте, представляла собой сценарий мечты. Нацеливаясь на врага глубоко за линией фронта, любой и все, кто попадался ему на пути, страдали от полного эффекта его сил, не потребляя их, пока атака против его цели не была разрешена.

Хамфри сигнализировал о своих намерениях команде.

— Я собираюсь провернуть Поле битвы Земля, — предупредил он их.

— Это какая из них снова? — спросил Тайка через голосовой чат, все еще изучая стратегии команды. — Также, почему ты позволил Джейсону называть тактики?

— Это та, где Хамфри проворачивает ход, который всегда должен был закончиться массивным взрывом, — сказал ему Джейсон.

— Бро, это натяжка.

Хамфри проигнорировал их и активировал свои способности. Объединив «Пикирование», «Жертву героя» и «Неудержимую силу», он выбрал самого дальнего врага, которого мог почувствовать, в качестве цели, глубоко в массе элементальных посланников, слишком густой, чтобы видеть сквозь нее. Вырвавшись из сил экспедиции, он врезался во врага, как метеор. Тараня все между собой и целью, он прокладывал путь, не замедляясь. Каждый удар сопровождался парой ударных волн от «Пикирования» и «Неудержимой силы», когда он пробивался сквозь врагов, разбрасывая их, как кегли.

Не каждый враг был отправлен в полет. Менее чем через пятую часть пути к цели меч-дракон Хамфри пронзил врагов по всей длине лезвия. Дальнейшие враги были поражены кончиком и отброшены или даже разорваны пополам, Хамфри проходя сквозь туманы крови и внутренностей. Снаряды отскакивали от крыльев дракона Хамфри и его брони дракона. Барьеры из металла и камня были созданы на его пути, но он прорывался сквозь них, как будто они были папиросной бумагой. Золотой ранг двинулся, чтобы перехватить его, и отскочил, не сделав ничего, кроме как заставив Хамфри содрогнуться, когда он продолжал путь.

Резонирующая сила была исключительно эффективна против жестких, твердых врагов, таких как посланники сродства камня и металла. Разрушительная сила была эффективна против полуматериальных состояний посланников пепла и огня, их преимущество превращалось в уязвимость, когда Хамфри рассеивал их, как туман перед порывом ветра.

Наконец, Хамфри поразил свою выбранную цель. Посланник золотого ранга был пятнадцати футов ростом, больше, чем даже самые большие из обычных посланников. Его тело было цвета обсидиана, в комплекте с глянцевым блеском, и меч Хамфри вонзился в него, объединенный удар и ударная волна разрывали оставшихся врагов с его лезвия.

Несмотря на всю мощь своей атаки, Хамфри знал, что этого далеко не достаточно, чтобы победить золотой ранг. Даже когда шок от удара по врагу все еще отдавался в его мече, он тянулся к расходному предмету на своем поясе.

У Хамфри был стандартный пояс искателя приключений, зачарованный, чтобы защищать его зелья и другие разрозненные предметы от случайного повреждения. Он коснулся маленького керамического диска, удерживаемого в специальном чехле. Нелепо дорогой, одноразовый расходный материал превратился в порошок.

* Вы использовали [Большой Ловец Людей]. * Ваша следующая телепортация на короткую дистанцию в течение 5 секунд может принести с собой враждебного врага, с которым вы находитесь в физическом контакте. Цель может быть до золотого ранга или на один ранг выше, чем сила телепортации, в зависимости от того, что ниже.

Хамфри использовал свою телепортацию, чтобы вернуть себя к силам экспедиции и принести с собой элементального посланника. Союзники золотого ранга набросились на посланника, когда болты Жизненной силы Нила приземлились на Хамфри, восстанавливая его здоровье.

Удар по стольким врагам немедленно сбросил перезарядку «Неудержимой силы», и Хамфри снова нырнул в гущу событий, на этот раз используя ее более традиционно. В то же время он запросил доступ к командному каналу экспедиции. После того, как ему разрешили присоединиться, он дал краткий отчет о том, что почувствовал, находясь глубоко за линией фронта. Прежде чем снова покинуть канал.

Он присоединился к Тайке в его быстром, сильно бьющем разрушении сил врага. Посланники были слишком бездумно агрессивны для тактики или стратегии, не сумев полностью использовать свое численное преимущество или хорошо адаптироваться к стратегиям своих врагов. Хамфри и Тайка, высокоэффективные искатели приключений команды, смогли поставить их в невыгодное положение и проложить путь для остальных.

— Хорошо, что ты вернулся, бро. Я видел твое смертельное пике. Ты не дурака валяешь.

— Спасибо.

— Ага, — продолжил Тайка. — Ты сражаешься так же, как Джейсон делает жизненные выборы.

— Что?

* * * Мириам приняла запрос на чат от Хамфри Геллера.

— Командир, — раздался его голос. — Я только что почувствовал дальнюю сторону врага. Было трудно быть уверенным с таким количеством аур, но думаю, их атаковали снизу.

— Есть какие-либо дополнительные детали?

— Нет, командир, извините. Это было кратко, и мои чувства не такие, как у Джейсона или лорда Пенсината.

— Спасибо, — сказала Мириам и отключила канал. У нее был постоянно открытый канал с Амосом Пенсината, у которого были самые сильные чувства в экспедиции, безусловно.

— Пенсината, — приказала она. — Что вы можете дать мне по дальней стороне сил врага?

— Мне придется отступить от боя и сосредоточиться, чтобы пробиться сквозь все эти ауры, — сказал он ей. Это был немалый недостаток, учитывая, что он был одним из их самых сильных индивидуальных бойцов, но потеря стоила того.

— Сделайте это, — сказала она ему, затем вернула свое внимание к битве.

* * * Джейсон взял на себя свою обычную роль в таких крупномасштабных конфликтах — нагружать как можно больше врагов проклятиями. Он не был бы немедленно эффективен где-либо, но его общий урон на протяжении всего боя соперничал бы или затмевал большинство золотых рангов. Исключением из этого были искатели приключений с элементальными силами, связанными с землей или огнем. Они, неудивительно, были сияющими звездами битвы. Однако элементальные посланники также были усилены, поэтому искателям приключений нужно было хорошо выбирать свои цели, не используя огонь для атаки огня или землю для атаки земли.

Гэри и особенно Фарра также били значительно выше своего обычного веса. Гэри был непроходимой стеной, перемещаясь вокруг импровизированных укреплений, которые установила экспедиция. Он защищал стрелков, удерживал баррикады под штурмом и блокировал попытки обрушить каменные платформы, атакуя точки, в которых они были прикреплены к стенам шахты.

Фарра была настоящей демоницей, от своего меча-хлыста из лавы и обсидиана до штормов из осколков обсидиана и гнусной лавовой пушки. Как ни странно, одной из ее самых полезных сил была способность восприятия. Она позволяла ей видеть сквозь дым, облака пепла и другие затемняющие факторы на поле боя, которое и так было плохо освещено. Она также выигрывала от аур экспедиции, включая общую, усиленную регенерацию маны, которая была изюминкой команды Джейсона.

К несчастью для экспедиции, горстка ярких звезд не компенсировала преимущество врага. В то время как некоторые искатели приключений были усилены улучшенной элементальной магией, все посланники были. Если бы они не были слишком глупы, чтобы делать что-то, кроме как бросаться вверх по шахте бесформенной ордой, экспедиция была бы переполнена. Командная работа, тактика и стратегия были уравновешивающими факторами, и они работали — по крайней мере, пока искатели приключений были еще свежи.

Численность орды предполагала, что теория Джейсона о рождающем дереве имела под собой основания. Это было дополнительно подтверждено милосердно малым количеством золотых рангов на другой стороне. Если бы орда была порождена рождающим деревом, ни у кого не было бы времени продвинуться. Это означало, что золотые ранги среди них почти наверняка происходили из оригинальной группы посланников. Как следствие, в то время как орда серебряного ранга могла быть быстро наштампована, каждый золотой ранг, которого они теряли, был бы сокрушительным ударом.

По-видимому, осознавая это, самые сильные посланники держались подальше от боя. Хотя все еще животные, элементальные посланники золотого ранга обладали более высоким порядком хитрости и умом, чтобы понять опасность. В результате искатели приключений золотого ранга были свободны действовать в полную силу, формируя твердое ядро обороны искателей приключений.

* * * — Тактический командир, — сказал Амос через свой прямой канал к Мириам. — Есть сила, атакующие элементальных посланников снизу. Это культисты Строителя, и они, кажется, пытаются пробиться прямо к шахте.

— Есть ли признаки того, что они пытаются добраться до нас или просто пытаются использовать шахту, чтобы сбежать из подземелья?

— Не то, что я видел.

— Кажется маловероятным, что это тот момент, который они выбрали бы, чтобы совершить прорыв, — сказал Джейсон.

— Это должен быть частный канал, — сказала Мириам.

— Да, но это моя сила коммуникации.

— Значит, вы слышали все, что кто-либо говорил через эти каналы.

— Вам не нужно беспокоиться, тактический командир, — заверил ее Джейсон. — Я отношусь к конфиденциальности очень серьезно. Хотя я слышал, как вы разговаривали со своим членом команды Элис, но вам не стоит беспокоиться и об этом. Просто сходите к алхимику, и они дадут вам крем для местного применения.

— Сейчас вряд ли время для этого, командир операций, — сказала Мириам.

— Я просто шучу, я не подслушиваю. Я просто почувствовал, как вы разговаривали с лордом Пенсината после того, как он расширил свои чувства так далеко, и я прыгнул в ваш канал, чтобы услышать, что он нашел.

— Я доложил, — сказал Амос. — Я свободен вернуться к битве?

— Да, — сказала Мириам, затем она и Джейсон переключились на командный канал.

— Как вы думаете, этот Бофорт, о котором упоминало Знание, является лидером культа Строителя? — спросила Мириам.

— Думаю, да, — сказал ей Джейсон.

— Думаете, они пытаются добраться до нас?

— Да.

— Значит, у нас есть выбор. Наши люди пока сдерживают посланников, но у нас закончится мана раньше, чем у них закончатся тела, чтобы бросать их в нас. Намного раньше, судя по тому, что мы видим. Мы можем либо отступить и посмотреть, смогут ли ваши бабочки проредить их, либо попытаться пробиться с боем к Строителям, сформировать союз, который, как кажется, Знание считает необходимым, и надеяться, что у них есть какой-то редут, куда мы все сможем сбежать.

— Это и мое прочтение ситуации.

— Вы командир операций, — сказала Мириам. — Ваша работа — решать, что мы делаем. Моя — выяснить как, и сказать вам, если мы не можем. Или не должны.

— Вы за то, чтобы отступить?

— Это то, что говорят мне мои инстинкты. Но я не командир операций без причины. Вся эта ситуация — серия выборов, которые я предпочла бы не делать. Вас поставили во главе, потому что вы тот, кто прошел через безумие, которое большинство из нас не сочло бы возможным, не говоря уже о том, чтобы быть готовым противостоять ему. Вы знаете, как оседлать эту волну.

— Думаю, вы можете переоценивать меня, но я также думаю, что вы правы насчет моих инстинктов, которым здесь стоит следовать. Теперь, когда вовлечено Разрушение, я не думаю, что уход и предположение, что мы можем безопасно эвакуировать город в качестве запасного плана, все еще на столе. Это начинает принимать тот самый полноценный, спасающий день, божественного уровня врага вид. Как Однодневная война в Королевстве Штормов или некоторые вещи на Земле.

— Так что вы говорите?

— Что иногда приходится идти на большой риск. Но такие вещи не делаются вслепую. Я прокрадусь через врага, поговорю с этим парнем Бофортом, и мы посмотрим, как все пойдет оттуда.

ГОТОВ ТЕБЯ УБИТЬ

ГОТОВ ТЕБЯ УБИТЬ

В теле Бофорта было слишком много металла, чтобы оно могло уместиться в его эльфийской оболочке. Когда он не находился в своей боевой форме, большая часть металла хранилась в пространственном кармане, созданном его звездным семенем. Почти всегда это было удобно, к тому же звездное семя защищало пространственный карман от большинства видов вмешательства. Однако «почти всегда» — не значит «всегда», и каждый раз, когда Бофорт открывал внутри себя портал, чтобы извлечь дополнительный материал, он чувствовал, как элементальная энергия пытается просочиться внутрь и исказить его. Разумеется, это ей не удавалось, ведь она шла ни в какое сравнение с силой Строителя, но процесс перехода в боевую форму и обратно был мучительно болезненным.

Если бы у него был выбор, Бофорт предпочел бы оставаться в боевой форме постоянно. Это было невозможно — или, по крайней мере, крайне неразумно — из-за необходимости заниматься дипломатией. Им нужно было сотрудничать со светлосердыми тлеющими, а те вряд ли хорошо отнеслись бы к пятнадцатифутовому металлическому скелету с редкими вкраплениями живой плоти. По причинам, ускользавшим от Бофорта, люди, казалось, были особенно недовольны тем, что металлический скелет не имел формы костей. Истинное тело Бофорта представляло собой индустриальную конструкцию из балок темного железа, скрепленных тяжелыми болтами — сплошная практичность и никаких бессмысленных излишеств. В этом заключалась красота простоты и функциональности.

Для Бофорта его нынешняя форма была гораздо совершеннее прежнего эльфийского тела, которое теперь служило лишь маскировкой. Значительно отличаясь от гуманоидной нормы, он имел две дополнительные руки, каждая из которых была длиннее его ног. Каждая из них была способна владеть разнообразным магически усиленным оружием, и хотя ему было больно менять их через внутренний портал, результат стоил этого дискомфорта. Требовалось немалое терпение, чтобы отвратить истинного слугу Строителя от его пути.

Прокладывая путь сквозь орду элементальных посланников, он демонстрировал великолепие того, во что его превратил Строитель. Посланники не обладали разумом, но у них хватало хитрости, чтобы приберечь своих золотых рангов и тратить расходных серебряных. Это означало, что Бофорт и его товарищи золотого ранга могли глубоко вгрызаться в ряды врага, преодолевая колоссальный численный перевес за счет грубой силы.

Это был критический момент для сил культа Строителя, момент, когда все могло рухнуть. Возможно, было бы разумнее прорваться к поверхности, как только экспедиция Общества искателей приключений и посланники истощат друг друга. Бофорт решил отказаться от этого шага; это была игра ва-банк с крайне низкими шансами на успех. Им пришлось бы пробиваться вверх по шахте, мимо отступившей экспедиции и всего остального, с чем они могли столкнуться по пути. А затем им предстояло бы столкнуться с несомненно грозным оборонительным постом на поверхности.

Элементальные посланники, которые изначально прорыли эту шахту, ушли наверх и больше не вернулись. Именно в тот момент их золотые ранги начали действовать с большей осторожностью, и Бофорт собирался поступить так же. Каким бы ни был его подход, шансы на выживание были невелики, но он собирался максимально улучшить эти шансы. Какие бы унижения ему ни пришлось проглотить и какую бы цену ни пришлось заплатить, пока он жив, оставался шанс когда-нибудь воссоединиться с силами Строителя.

Поскольку попытка прорыва была затеей глупца, не это было целью культа в нападении на элементальных посланников. Они были здесь, чтобы привлечь внимание своего величайшего врага — того, кого они чувствовали сражающимся наверху.

Они ощущали присутствие Асано, когда тот вступил в войну с посланниками. В некотором смысле, для культа это было более внушительно, чем вся армия посланников, и немало его людей были недовольны намерениями Бофорта. Даже сам Бофорт испытывал инстинктивное отвращение к тому, чтобы объединить усилия с Отступником. Когда присутствие Асано приблизилось, среди культистов пробежало волнение.

— Он идет.

* * * Темная битва, освещенная вспышками заклинаний и пылающими крыльями, казалось, была создана специально для боевого стиля Джейсона. Привыкший проводить бой среди врагов, он скользил в тенях и обратно, его меч находился в постоянном движении, пока он выкрикивал заклинания. Его теневая форма была практически невидима как для глаз, так и для чувств ауры. Только Амос Пенсината имел хоть какой-то шанс засечь Джейсона, когда тот перемещался по полю боя, окутанному его аурой. Все, что можно было увидеть — это светящиеся руны его черного клинка, еще одно красное пятно в хаосе магии огня.

Сила ауры Джейсона, Гегемония, заставляла всех, кто атаковал его союзников, страдать от эффекта Греха. Сам по себе Грех имел мало эффекта, так как лишь усиливал редкий тип урона — некроз. Джейсон и Колин были единственными в битве, кто использовал этот тип урона, поэтому все, кто не сражался с ними, могли игнорировать его. По этой причине посланники накапливали его, не утруждая себя очищением, и в итоге оказались пропитаны Грехом.

Специальная атака, Наказание, была крайне слабой, если говорить о боевых способностях. Она накладывала Грех и добавляла небольшое количество некротического урона к удару оружием. Обычно это едва стоило внимания, особенно для серебряного ранга, и требовало от Джейсона эскалации с бесчисленными атаками, прежде чем это становилось стоящим. Эта стратегия была самым первым подходом Джейсона к бою, когда у него была лишь горстка способностей. Это было медленно, неэффективно и давно оставлено в прошлом. Но теперь, когда армия врагов загружала себя Грехом, скромная специальная атака Джейсона внезапно стала грозным оружием.

Джейсон двигался среди врагов безнаказанно: их элементальные силы были плохо приспособлены для того, чтобы поймать или даже почувствовать его проход сквозь тьму. Он был не совсем один — несколько других членов экспедиции пробивались сквозь врага. Ассасины и другие специалисты по скрытности проводили атаки, которые давали Джейсону полезные отвлекающие маневры, а он иногда отвечал тем же.

В отличие от ассасинов, Джейсон не стремился к убийству. Некоторых врагов он оставлял медленно умирать от недугов, так как элементальным посланникам не хватало целительных сил. Тех, кто был по-настоящему обременен Грехом, он калечил одним ударом. Небольшое количество некроза, доставляемое его атакой, усиливалось до такой степени, что малейшее касание его меча рассекало плоть, словно бензопила — давно сгнившее мясо. Он целился в крылья, отсекая их и заставляя посланников кубарем лететь вниз по шахте.

Продолжая спуск через ряды врагов, Джейсон добрался до посланников, не затронутых его эффектом Греха. Находясь слишком далеко от линии фронта, или, вернее, от «линии верха», как это было в вертикальной шахте, они ждали, пока появится место для боя. Бой на крыльях требовал пространства, а посланников было так много, что тем, кто был сзади, нужно было, чтобы их собратья пали и освободили место. Не совершив атак, они остались нетронутыми Грехом, поэтому Джейсон сменил тактику.

Даже чувствам Джейсона было трудно что-либо разобрать сквозь хаос битвы, но он почувствовал близость к золотым рангам посланников. Воздерживаясь от участия в передовой линии боя, они держались позади, в той области, куда теперь добрался Джейсон. Похоже, они его не заметили: элементальные посланники обладали более слабым восприятием, чем их оригинальные собратья.

Мириам не нравилось, что бабочки Джейсона добавляют хаоса там, где сражалась экспедиция, но прореживание задних рядов и отвлечение золотых рангов там, где экспедиция не сражалась, казалось хорошей идеей. Если бабочкам позволят разгуляться, то это было только к лучшему, но он подозревал, что золотые ранги вмешаются. Возможно, они и превратились в маниакальных животных, но их осторожность подсказывала, что золотые ранги не были полными глупцами. Если они будут слишком заняты уничтожением бабочек, чтобы вступить в бой с экспедицией в критический момент, это тоже было хорошо.

Как и ожидалось, золотые ранги были умнее, чем более слабые и, по-видимому, только что рожденные серебряные ранги. Они распознали угрозу бабочек и двинулись на перехват, в то время как Джейсон уже двигался дальше. У золотых рангов не было внимания, чтобы тратить его на него; бабочек было трудно сдержать, как только они начинали действовать, особенно когда потенциальных жертв было так много и они были так плотно сбиты. Золотые ранги были слишком заняты прореживанием своих собственных рядов и уничтожением бабочек, чтобы преследовать его, когда он из осторожности перешел в режим полной скрытности. Плохое восприятие или нет, но они все еще были золотого ранга.

* * * Трезубец выстрелил из руки Бофорта, волоча за собой цепь, и с ослепительной скоростью полетел к посланнику. Он вонзился в тело посланника, и каждый зубец впрыснул в него летучий жидкий металл. Рывком Бофорта посланника швырнуло в группу других посланников, после чего он взорвался, когда летучий металл пришел в возбуждение. Он затвердел от взрыва, вонзившись в других посланников в качестве осколков, прежде чем снова расплавиться, став горячим, как лава, и выжигая их изнутри.

Атака золотого ранга была разрушительной для посланников, убивая одних и оставляя других слишком ранеными, чтобы продолжать бой. К сожалению, некоторые элементальные посланники обладали высокой устойчивостью к металлу, жару или и тому, и другому. На них Бофорт бросался, даже втягивая свою гарпунную цепь. Одна из его других рук создала керамический топор, окутанный синей энергией. Топор был менее эффективен против земляных типов, но легко расправлялся с металлическими, огненными и пепельными разновидностями.

Бофорт огляделся в поисках свежих врагов; это был скорее случай выбора, чем поиска. Сколько бы ни перебил авангард культа Строителя золотого ранга, серебряные посланники продолжали прибывать, бесстрашные и неумолимые. Бофорт собирался выпустить еще один гарпун, когда гниющая туша посланника упала на него сверху, отскочив с влажным хлюпаньем, прежде чем продолжить свой путь вниз.

Дождь из трупов не был чем-то необычным, так как потери в битве наверху падали вниз по шахте. Но все чаще они проявляли признаки массивного некроза. Некоторые падали, оставаясь по большей части целыми, но с крылом, сгнившим, словно от какой-то отвратительной болезни. Другие представляли собой груды гниющей плоти, иногда оставляя за собой след из бабочек, светящихся синим и оранжевым.

Бофорт знал об этих бабочках и знал, что нужно держаться подальше, направляя культ прочь от мест, где они распространялись. Он расширил свои чувства, чтобы найти опасные скопления бабочек, и обнаружил, что самые мощные посланники сплотились в ответ на угрозу. Он оставил их в покое, уводя своих культистов подальше от бабочек и посланников золотого ранга к краю шахты.

— Он близко, — пробормотал Бофорт про себя.

Мгновение спустя он почувствовал, как аура Асано полностью исчезла сверху. Он перестал сражаться, жестом приказав своим товарищам золотого ранга держать его местоположение свободным от врагов.

— Ты уже здесь, не так ли? — спросил он, оглядываясь в темноту.

Тень на стене открыла синие и оранжевые глаза.

— Ты многое потерял, позволив себе превратиться в чудовище, — произнес ледяной голос Асано. — Твои чувства слишком слабы.

— Все в этом мире — компромисс, — сказал Бофорт. — Строитель не смотрит; он созидает.

— Он крадет. Он убивает. Сколько ты убил в этом мире, Бофорт? Что ты построил?

— Я помог построить будущее. Скромный вклад в грандиозный замысел Строителя.

Культисты вокруг Бофорта начали осознавать, кто находится среди них. Золотые ранги сдерживались, хотя их ауры были густыми от едва подавляемой ненависти. Серебряные ранги справились хуже, некоторые даже бросились в сторону Асано. Воля Бофорта распространилась среди культистов, замораживая атакующих на месте. Это не остановило многих от выкриков враждебности, ревущих «ОТСТУПНИК!» снова и снова.

— Отступник? — спросил Асано. — А что случилось с «отвергающим»?

— Ты сделал гораздо больше, чем просто отверг объятия Строителя, Асано. Многие сражались против него, но мало кто бросил ему вызов настолько успешно, чтобы отрицать то, чего он желает.

— Не знаю насчет этого имени, — сказал Асано, его голос смягчился, перестав быть ледяным. — Мне не нравилось «отвергающий», но «отступник» кажется более подходящим для кого-то другого. Хотя жди, что я еще буду гонять твоего босса по всему космосу; я еще не закончил с этим придурком.

Ярость всколыхнула культистов, и Бофорт снова подавил их.

— Мы должны убить его, — сказал один из других золотых рангов. — Это стоило бы наших жизней.

— Но не достигло бы его, — предупредил Бофорт. — Лорд Строитель предупреждал меня, что Асано хорошо приспособлен к борьбе с теми из нас, кто служит великим астральным сущностям. Он не хочет использовать наши собственные звездные семена в качестве оружия против нас, но он может. Есть причина, по которой он послал других убить его.

— Они потерпели неудачу, — прорычал другой золотой ранг.

— Разумеется, — сказал Бофорт. — Если даже нашему Лорду трудно иметь с ним дело, какие шансы у какого-то бога, играющего в притворство? Асано, если ты знаешь мое имя и зашел так далеко, не атакуя, я могу лишь предположить, что ты осознаешь, что мы нужны друг другу.

— Мне говорили.

— Тогда я был бы благодарен, если бы ты не провоцировал моих людей. В конечном итоге это повредит только тебе.

— Да. Я сделал то же самое с Шако, и он убил меня. С другой стороны, вот я, а где он? Мне сказали, что я должен использовать тебя, Бофорт. Что твои намерения честны. Я все равно готов тебя убить.

— Тогда сделай это или перестань хорохориться, — сказал Бофорт. — На случай, если ты не заметил, мои люди сдерживают армию этих мерзостей, чтобы мы могли поболтать.

— Ты этого не видишь, — сказал Джейсон, — но мои брови подскочили прямо вверх от того, что Скелет из конструктора называет кого-то другого мерзостью. Впрочем, ты не ошибаешься. Если мы собираемся работать вместе, нам нужно где-то сесть и все обсудить. У тебя есть какое-нибудь убежище, до которого мои люди могут пробиться?

— Вот почему мы здесь: чтобы привести твоих людей к выжившим местным жителям. Посланники захватили большую часть их территории, и они удерживают последний бастион.

— Это все звучит как слишком много для объяснения здесь и сейчас. Я приведу своих людей, но они не будут легко доверять.

— Легче, чем мои доверяют тебе.

— Но я не могу заставить своих замереть, если они начнут буянить, так что ты не смеешь провоцировать их так, как я подкалывал тебя, понял?

— Тогда я попрошу тебя ответить взаимностью. С этого момента.

— Справедливо.

Синие и оранжевые глаза закрылись, и Бофорт снова почувствовал, как аура Асано взметнулась далеко наверху.

ОГРОМНЫЕ ВОЛОСАТЫЕ ЛАПИЩИ

ОГРОМНЫЕ ВОЛОСАТЫЕ ЛАПИЩИ

Джейсон вышел из тела Тени, стоявшего на главной оборонительной платформе экспедиции. Дальнобойные атакующие выстроились вдоль баррикадированного края или вели огонь через отверстия в самой платформе. Камнеформовщики чинили повреждения, пока платформу атаковали снизу.

— Тактический командир, — сказал Джейсон по командному каналу голосового чата.

— Хорошо, что ты вернулся, — ответила Мириам. — Твой голосовой чат становился все более ненадежным, чем дальше ты уходил. Как все прошло?

— Я потыкал их, чтобы посмотреть, взвизгнут ли они, но этот персонаж по имени Бофорт, похоже, держит их на коротком поводке. Думаю, мы можем действовать вместе с культом, пока мы также держим в узде наших собственных людей. Мне это все равно не нравится, но если бы жизнь была легкой, нам не нужны были бы авантюристы. Если Знание считает, что это правильный путь, я склонен доверять ей в этом.

— Я слышала, ты не склонен доверять богам.

— Конечно, но, с одной стороны, у нас есть самая знающая сущность во вселенной, у которой есть все причины хотеть, чтобы все эти межпространственные захватчики убрались с ее планеты. С другой — у нас есть информация, которую мы почерпнули от обычных посланников. Те, в которых мы только что убедились, готовят нас к внезапному, но неизбежному предательству. В данном случае я выберу сторону, у которой нет явной причины убивать меня лично. О которой я знаю.

— И какой план? У культа Строителя есть место, где мы можем укрыться?

— Они утверждают, что обосновались вместе с остатками местных жителей, которые, надеюсь, еще не все были обращены в команду Строителя. У них есть какая-то безопасная удерживаемая позиция, где мы можем сесть и обсудить, что делать дальше.

— И ты не думаешь, что это ловушка?

— Думаю, именно поэтому Знание и появилась. Если бы она этого не сделала, я бы почти наверняка подумал, что это ловушка. Слишком много нашей информации основано на том, что нам рассказали наши враги.

— Тогда нам лучше получить информацию из первых рук, не находишь?

— Нахожу, — сказал Джейсон. — Я просто не уверен, как нам пробраться через это море элементальных посланников, никого не потеряв.

— Оставь это мне, оперативный командир. Ты сделал свою работу и выяснил, что нам нужно делать. Позволь мне сделать свою и выяснить, как.

* * * Джейсон был знаком с тактикой малых групп по работе со своей командой, но координация, которую Мириам демонстрировала во всей экспедиции, была далеко за пределами его компетенции. Получив новую цель и хорошее представление о препятствиях впереди, Мириам разработала план и привела экспедицию в движение.

Все началось с извлечения припасов из гусеничных машин, которые она теперь решила бросить. Припасы были распределены между различными фамильярами и авантюристами, которые могли нести их с помощью способностей, варьирующихся от телекинетических оболочек до наколдованных грузовых сетей. Самым важным было устройство посланников, которое было перемещено в панцирь Онслоу вместе со многими авантюристами.

Панцирь Онслоу служил миниатюрной летающей крепостью, а пилотом, командиром и очаровательным талисманом команды был гуманоидный черепаха размером с ребенка. Панцирь оказался особенно эффективен против элементальных посланников, поскольку способности рунной черепахи также были элементальной природы. Клайв установил мощный магический массив для поглощения элементальной энергии, что оказалось полезным во многих отношениях.

Массив питал способности Онслоу не только за счет поглощения атак посланников, но и за счет извлечения элементальной энергии из окружающей магии. Это позволяло Онслоу быстро использовать свои способности, не расходуя ману Клайва, а также создавало зону, где элементальная сила была менее распространена в окружающей магии. Это снижало влияние местной магии на способности и устройства, на которые она воздействовала негативно.

Самое главное, поглощение элементальных атак делало панцирь Онслоу безопасной гаванью. Пока и если не прибывали посланники золотого ранга с силой, способной перегрузить массив Клайва, панцирь Онслоу был самым безопасным местом в экспедиции. Мириам не позволила этому пропасть даром, заставив Онслоу вырастить панцирь до максимального размера и загрузив его авантюристами. Это обеспечило защиту и мобильность дальнобойным атакующим и целителям, которые в противном случае были бы привязаны к укреплениям, слишком уязвимые или неподвижные, чтобы добраться до ключевых зон битвы.

Следующим этапом плана Мириам было отсоединить оборонительные платформы от стен и позволить им упасть, пока авантюристы все еще находились на борту. Платформы проложили быстрый путь вниз, погружая экспедицию в самое сердце врага. Элементальные посланники отреагировали быстро, и вскоре платформы были разбиты под ногами авантюристов.

Это послужило сигналом к следующей фазе плана Мириам, использующей их нисходящий импульс с помощью дикого блиц-формирования, которое жертвовало сплоченностью ради жесткого и быстрого штурма, пробивая их глубже сквозь врага. Эта тактика продолжалась лишь короткое время, так как посланники продемонстрировали потери, которые несет несплоченный штурм. Позволив это лишь настолько, чтобы максимально использовать их нисходящий импульс, Мириам направила экспедицию к более регламентированному подходу. Перейдя от темпа «все на штурм» к контролируемому спуску, экспедиция приняла то, что Мириам назвала строем бура.

Формирование было цилиндрическим, как сверло, где авантюристы золотого ранга образовывали наконечник, который вгрызался в силы посланников и позволял им бурить путь вниз. Серебряные ранги, приспособленные для фронта, образовывали витки бура, спиралью окружая более уязвимых авантюристов в центре. Это были исследователи, тыловые целители и менее мобильные дальнобойные атакующие, а также авантюристы и фамильяры, выполнявшие роль носильщиков.

Онслоу был исключением, быстро доказав, что он самый ценный член экспедиции. Помимо транспортировки критически важных припасов, он также был кавалерией из одной черепахи. Почти неуязвимый и загруженный авантюристами, которые иначе не смогли бы добраться до линии фронта, прибытие Онслоу в любую точку оборонительной линии было стабилизирующим фактором. Он также был перевалочным пунктом для авантюристов, нуждающихся в исцелении, отдыхе после истощения маны или спасении после того, как их средства полета были скомпрометированы.

Хотя многоступенчатая стратегия Мириам доказывала свою эффективность, на Паллимустусе, как и на Земле, было верно то, что ни один план не выживает при первом контакте с врагом. Без гусеничных машин каждому члену экспедиции требовалось летать или использовать эквивалентную технику, и некоторые справлялись с этим лучше других. Многие с меньшими способностями к полету или полагающиеся на внешние устройства оказались в шатком положении. Совместный полет, такой как способность Софи «Листой на ветру», был наименее эффективным, так как их часто было легко скомпрометировать, и если тот, кто использовал способность, падал, падал и любой, кого он нес. Использование фамильяров и призывов в качестве ездовых животных было более эффективным, так как они обычно могли выдержать немалую трепку.

Хотя Онслоу был самым очевидным примером, было много других. Авантюристы ехали парами на грифонах и других, менее знакомых летающих существах. Одним из самых странных был Сташ в форме монстра, называемого грипплером. Грипплер был громоздким существом, чье тело размером с фургон было круглым и волосатым, без видимой головы или органов чувств. Шесть невероятно длинных рук, похожих на руки орангутана, но со слишком большим количеством локтей и огромными кистями, были равномерно расположены вокруг тела кольцом. На нижней стороне тела волосы скрывали отверстие, которое с силой выбрасывало крайне неприятный газ вниз, чтобы удерживать его в воздухе.

— Хамфри? — спросил Джейсон по командному каналу команды.

— Да, Джейсон?

— Твой фамильяр превратился в безголового шестиногого орангутана, который летает на силе пуков?

— Что такое орангутан?

Команда Рика Геллера была усыновлена Сташем, более или менее добровольно, и он летал с ними по полю боя в основном в тех направлениях, в которых они хотели. Они не были в восторге от того, что их держат в огромных волосатых лапищах Сташа, как игрушку, но это оказывалось эффективным. Только танк команды, друг Нила Дастин Кеттеринг, продолжал жаловаться после начальных этапов битвы.

Массивная рука Сташа была сжата вокруг ног тяжело бронированного тела Дастина. Его торс, руки и голова были покрыты наколдованными алмазными шипами, местами окровавленными и опаленными до черноты от ударов по элементальным посланникам.

— Я не…

Дастин был прерван, когда Сташ опустил его, как шипастую булаву, на посланника.

— …КРОВАВОЕ ОРУЖИЕ БЛИЖНЕГО БОЯ!

— Просто смирись с этим, — сказала ему сестра Рика, Фиби. — Ты уничтожил их больше, чем кто-либо из нас.

— Тебе легко говорить, — огрызнулся Дастин. — Он не… о нет…

Сташ столкнул Дастина и Рика вместе, как ребенка, играющего с игрушками, несколько посланников оказались зажаты между ними. Вес и шипы Дастина обеспечивали сокрушительную силу, в то время как Рик с другой стороны упер свое копье в руку Сташа и пронзил посланников ударом.

— Хорошая работа, Сташ, — радостно сказал Рик.

— Это куча хейдельского дер…

Дастин снова был прерван, так как его использовали, чтобы забить крепкого посланника металлического типа, как упрямый гвоздь. Быстрые удары доказали, что Дастин более прочный, хотя ему пришлось наколдовать свежие шипы, попутно яростно ругаясь на газ, через который Сташ его пронес.

Фиби была кулачным бойцом, как более ориентированная на урон версия Софи. Она использовала одну из рук Сташа как платформу, фамильяр держал ладонь плоской, чтобы она могла оттолкнуться, поразить нескольких врагов и вернуться. Она не умела летать, но пинбол между врагами был как раз в ее стиле.

— Сташ, милый, — попросила она. — Можешь подбросить меня к Дасти, ненадолго?

Сташ перестал размахивать Дастином и свел руки, держащие их, вместе, чтобы они могли встретиться лицом к лицу. Фиби стояла на открытой ладони, в то время как Дастин был все еще крепко сжат.

— Дасти, неужели все так плохо? — спросила она.

— Да!

— О, ну полно тебе, — сказала она и стянула с него шлем. Она нежно поцеловала его в щеку, прежде чем нахлобучить шлем обратно, когда его лицо покраснело.

— Спасибо, Сташ, дорогой, — сказала она.

— Погоди… — пискнул Дастин, прежде чем возобновить полудобровольное дежурство в качестве булавы.

— Что это было? — крикнул брат Фиби в ее сторону, не утруждая себя голосовым чатом.

— Я подумала, что он заслужил небольшую награду, — сказала ему Фиби. — Он отлично справляется.

— Ты понимаешь, что это сделает с командной сплоченностью? — спросил Рик.

— О, мы не флиртуем между членами команды? — сказала невеста Рика, Ханна. — Надо будет запомнить.

— Что? Нет, это не… она моя сестра… о черт.

Наряду с фамильярами, такими как Онслоу и Сташ, призывы доказывали свою ценность. Не только как ездовые животные и транспорт для припасов, их расходный характер делал их ценными бойцами первой линии. Воздушный характер боя означал, что не все призывы были полезны. Ни магма-элементаль Фарры, ни кузнечный голем Гэри не умели летать, поэтому авантюристы их не призывали.

Призыв, который оказался эффективным, был гигантским насекомым, которое перевозило как людей, так и припасы внутри своего полого панциря, во многом как Онслоу. Он был быстрее рунной черепахи, но не такой устойчивый, лишенный твердого панциря Онслоу и защиты магического массива Клайва. По этой причине он служил для обеспечения безопасности людей в центре формирования, а не для беготни по линии фронта, и припасы, которые он нес, были менее критичными.

Голем-куколка Нила не умел летать, как и призывы Фарры или Гэри, но он призвал его в начале битвы, когда экспедиция еще была на платформе. Он получил несколько странных взглядов от других авантюристов, когда направил его сойти с платформы, где тот немедленно погрузился во врага и исчез из виду.

Способность: [Голем-куколка] (Рост)

* Призыв. * Стоимость: Очень высокая мана. * Перезарядка: 6 часов.

* Текущий ранг: Серебро 4 (78%).

* Эффект (железо): Призывает голема-куколку.

* Эффект (бронза): Стреляет шипами, находясь в состоянии куколки.

* Эффект (серебро): Состояние куколки разрешается быстрее, и полученная форма лучше адаптирована к окружающей среде.

Фундаментальной способностью голема-куколки было вхождение в состояние почти неразрушимой куколки после получения критического урона. Это заняло немного времени, так как посланники колотили по массивной массе, пробивающейся сквозь них.

В состоянии куколки голем представлял собой большой и по большей части инертный кусок кристалла, который игнорировал атаки, продолжая сбивать посланников со своего пути. Его единственной активностью была скорострельная стрельба кристаллическими копьями во всех направлениях, как взрывная ехидна из драгоценных камней. Когда голем выходил из куколки, он принимал новую форму, сформированную в ответ на атаки, которые он выдержал. На серебряном ранге он также стал намного лучше адаптироваться к окружающей среде.

Серебряный ранг также сократил время созревания для состояния после куколки, и результат был гораздо более четко определен, чем грубый гигант, которым он был раньше. Он смутно напоминал элементального посланника, за исключением того, что был сделан из алмазов и был еще больше, около двадцати пяти футов в высоту с массивным размахом крыльев. У него также не было гуманоидных рук и ног, вместо этого он мог похвастаться конечностями, похожими на лезвия богомола. Эти конечности, наряду с острыми как алмаз крыльями, яростно кромсали посланников, часто заставляя их кувыркаться с отсеченными собственными крыльями.

Посланники ответили голему, теперь поднимающемуся к экспедиции, с дикой жестокостью, которая на самом деле мало чего достигла. Проблема их узкого разнообразия форм атаки заключалась в том, что к ним было легче адаптироваться, и голем добавил их технологическую и биологическую уникальность к своей собственной.

Каменные копья и металлические конечности разбивали кристаллическую поверхность голема, разбрасывая осколки, которые не падали, а роились, как рассерженные шершни. Облака острых как бритва кристаллов сметали посланников; металлические и земляные типы по большей части не пострадали, но другие обнаружили, что их крылья и плоть содраны. Отсутствующий кристалл голема быстро отрастал, восстанавливая его целостность.

Голем полностью игнорировал атаки огнем и магмой, так как они безвредно брызгали с него. Единственным эффектом было красное свечение, которое нарастало внутри голема, пока он не начинал сиять ярко-красным. В конце концов, голем отправлял эту энергию выстрелом, поражая скопление более крепких посланников, земляные тела взрывались, а металлические плавились.

Несмотря на то, что голем доминировал, посланники доказали, что сопротивление не совсем бесполезно. Несмотря на то, что голем адаптировался к их атакам, огромный численный перевес был подавляющим, пока он пробивался обратно к экспедиции. Посланники не были умны, но могли отличить атаки, которые работали, от тех, которые нет. Огненные и магматические типы отступили, оставив более эффективные земляные и металлические типы колотить по нему.

Эти посланники были в значительной степени невосприимчивы к роям осколков, и их атаки наносили урон, даже если он быстро восстанавливался. Достаточное количество ударов подряд означало, что урон накапливался быстрее, чем его можно было восстановить. Одна из конечностей голема была потеряна, затем вторая. Урон, накапливающийся на крыльях, замедлял его, пока он не начал изо всех сил пытаться удержаться в воздухе.

Видя, что голем находится на грани падения, посланники бросились в финальную атаку с новой силой. Барьер в форме пузыря защелкнулся на месте и взорвался наружу, отбросив атакующих посланников в их собратьев, все они кувыркались в скоплениях запутанных крыльев и конечностей.

Способность: [Взрывной щит] (Щит)

* Специальная способность (восстановление, возмездие). * Стоимость: Умеренная мана. * Перезарядка: 20 секунд.

* Текущий ранг: Серебро 5 (38%).

* Эффект (железо): Создает недолговечный щит, который нивелирует входящую атаку и взрывается наружу, отбрасывая ближайших врагов и нанося ударный урон. Атаки высокого урона серебряного ранга или выше могут быть нивелированы не полностью.

* Эффект (бронза): Накладывает [Резонирующее эхо] на всех, кого задел взрыв.

* Эффект (серебро): Накладывает [Тугодум] на всех, кого задел взрыв.

* [Резонирующее эхо] (недуг, периодический урон, магия, стакающийся): Наносит постоянный урон резонирующей силой.

* [Тугодум] (недуг, магия, стакающийся): Урон возмездия, который вы получаете, увеличивается. Атака барьера, находясь под действием этого недуга, продлевает длительность барьера и позволяет ему заблокировать дополнительную атаку. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Онслоу дрейфовал низко в строю, пока Нил выпускал свои способности барьера и брони, чтобы защитить голема, едва видимого сквозь толпу посланников. Белинда помогала ему, дублируя и сбрасывая его способности, как это делал сам Нил, используя свою магическую татуировку сброса способностей.

Мириам направила других авантюристов на помощь; она почувствовала эффективность голема, и вскоре недуг «Тугодум» от способности Нила доказал свою ценность. Повторяющиеся атаки на его барьеры продлевали их действие и позволяли им блокировать больше атак, пока сами посланники постоянно поддерживали их, в то время как голем восстанавливал полученный урон. У посланников мог быть интеллект, чтобы понять, какие атаки работают, а какие нет, но анализ эффектов способности сущности был выше понимания свежерожденных серебряных вариантов.

— Обожаю глупых людей, — радостно сказал Нил, когда голем пробился сквозь толпу, чтобы присоединиться к экспедиции.

— Нет, не обожаешь, — заметила Белинда.

— Ты права, — сказал Нил. — Давайте убьем их всех.

ЭХО МЕРТВЫХ

ЭХО МЕРТВЫХ

В то время как многие авантюристы преуспевали, используя фамильяров, призывы и способности полета в качестве платформ для борьбы с посланниками, не всем везло так же. Самыми уязвимыми были те, кто полагался на внешние устройства полета. Некоторые были в порядке, обычно те, у кого были самые сложные и дорогие устройства. Бывшая Принцесса Ураганов Зара ехала на двухголовом Пегасе, сделанном из сапфиров, который не только обеспечивал транспорт, но и добавлял к ее боевой мощи.

Зара специализировалась на широкомасштабных дальнобойных атаках, поэтому наличие у нее ездового конструкта, который разбивал головы копытами и кусал двумя головами, было полезным. Он даже стрелял сапфировыми перьями из своих крыльев, которые пробивали плоть и кость, как рельсотрон, или поражали каменные тела, заставляя паутину трещин распространяться по ним.

Исключительный летающий конструкт Зары был исключением, драгоценным предметом, который она унаследовала от своей тети Веспер. Даже принцессе из одной из самых могущественных наций на планете повезло иметь его; большинство устройств полета были не такими впечатляющими.

Одним из самых популярных инструментов полета в Яреше было облако, на котором человек мог летать. Те, что использовались экспедицией, были основаны на металле и воздухе, а не на воде и воздухе, функционируя примерно как магические нанорои. Версии, полагающиеся на магию воды, не были взяты с собой, исходя из предположения, что они довольно быстро выйдут из строя. Элементальная энергия местной магии все еще просачивалась в них, но их металлический состав был совместим с этой силой.

Сначала все шло хорошо; местная магия даже суперзаряжала производительность облаков из металла и воздуха. Но по мере того, как эта сила накапливалась, она становилась больше, чем устройства могли выдержать. Перегруженные элементальной энергией, устройства начали выходить из строя разными способами. Чаще всего они просто рассеивались, сбрасывая своих пассажиров, когда крошечные фрагменты металла разлетались. Другие облака делали то же самое, но фрагменты сгорали, вспыхивая душем искр. Несколько вели себя крайне странно и собирались вместе в рой, который нырял вниз во врага, атакуя любого посланника, над которым они пролетали. Это не было эффективным, так как они были крошечными кусочками закругленного металла, которые не могли сделать ничего большего, чем попасть посланнику в глаза. Это было далеко не то, ради чего стоило сбрасывать всех этих наездников.

Экспедиция отреагировала быстро, когда авантюрист терял свое средство передвижения. Мириам предвидела это с того момента, как приказала оставить гусеничные машины, и у нее были готовы приготовления. Падающих авантюристов подхватывали различными способностями, от пикирующих фамильяров до любого, кто мог перенести других с помощью телепорта. Тела Тени появлялись из ниоткуда, чтобы превратиться в персональные устройства полета, хотя это была крайняя мера. Формы транспортных средств Тени не были созданы для суровых условий боя, и несколько спасательных операций имели ложные старты, когда летающий мотоцикл или персональный летный костюм уничтожались атакой посланника.

Строй бура Мириам оказался эффективным, но становился все более шатким, по мере того как они спускались сквозь посланников, бесконечно давящих со всех сторон. Каждое устройство полета, которое выходило из строя, каждый авантюрист, у которого уничтожали летающий призыв прямо под ним, — это была новая брешь в обороне.

Потери исцелялись и отправлялись обратно на линию, но происходило неумолимое истощение. Они еще не понесли никаких смертей, но некоторые травмы были слишком серьезными, чтобы быстро исцелить их без способностей сущности, требующих ритуальной магии. У Нила была способность сущности, но у него не было ни времени, ни места, чтобы использовать ее. Панцирь Онслоу обычно был хорошим местом для такой магии, но он был переполнен авантюристами и сотрясался от постоянных атак. Оборона Онслоу держалась, но это была не та среда, которая способствовала тщательному и точному ритуальному кастованию. Была причина, по которой использование Клайвом боевых ритуалов было таким необычным.

Несмотря на истощение, экспедиция доказывала силу элитных авантюристов уровня гильдии. Стратегия, интеллект и подготовка окупились, поскольку они выстояли против армии, которая на поверхности мира пронеслась бы, как гнев мстительного бога. Посланники, хотя и многочисленные и мощные, были также бездумными, безрассудными и неквалифицированными, большинство из них только что появились на свет.

Элементальные посланники просто не были той угрозой, которой были обычные посланники. Помимо того, что золотые ранги были достаточно умны, чтобы держаться подальше, им не хватало каких-либо признаков координации, стратегии, тактики или даже самосохранения. Обученные и опытные авантюристы могли не только действовать лучше, они также могли использовать эти слабости с максимальным эффектом. Врагу не хватало разнообразия сил, которыми обладали обычные посланники, не говоря уже о пользователях сущности.

Универсальность — вот что делало хорошо обученных пользователей сущности самой мощной силой на любом данном ранге. Что касается элементальных посланников, поток огня против конуса огня, или каменное копье против металлического, не создавали сложной смеси атак. Это было настолько предсказуемо, что экспедиция привезла с собой огромный запас зелий и инструментов, специально предназначенных для противодействия и сопротивления именно этим атакам. Именно эта подготовка, больше всего остального, предотвратила любые смерти перед лицом такого количества врагов.

В то время как авантюристы показывали свою ценность, груз численности оставался неизбежным фактом. И хотя экспедиция обладала почти каждым преимуществом, это не делало посланников слабыми. Элементальная энергия суперзарядила их силы, и инструменты и зелья авантюристов не могли держаться вечно. Запасы маны истощались, и подкрадывалось истощение, даже выносливость серебряного ранга длилась лишь определенное время.

— Нам повезло, что они до сих пор не задействовали свои золотые ранги, — сказала Мириам по командному каналу.

— Я чувствую их, — ответил Амос. Мириам подключила его, так как его превосходные чувства делали его лучшей системой раннего предупреждения, которая у них была.

— Они подают признаки движения для атаки? — спросила Мириам.

— Они все еще работают над тем, чтобы сдержать бабочек Асано, — сообщил Амос. — С такими плотно сбитыми врагами их крайне трудно подавить.

— Но они подавляют их?

— Да.

— Возможно, нам все-таки стоило включить специалиста по традиционным недугам, — сказала Мириам. — Но даже наши самые пессимистичные прогнозы никогда не предсказывали таких чисел.

— Их золотые ранги прореживают свои собственные ряды ради нас, — отметил Амос. — Недостаточно, чтобы практически уменьшить целое, но есть области, где их численность сейчас менее плотная. Мы должны стремиться пройти через те области, которые они уже проредили сами.

— Мы не хотим подходить достаточно близко, чтобы соблазнить золотые ранги на атаку, — сказала Мириам.

— Они следуют за распространением бабочек, — сказал Амос. — Я могу направить нас к области, которую они уже покинули.

— Тогда, пожалуйста, сделай это.

* * * И культ Строителя, и экспедиция были избиты и истощены к тому времени, когда они встретились лицом к лицу. Напряжение между ними почти привело к катастрофе, когда они остановились, каждый готовый к конфронтации. Бесконечный поток посланников не заботился о напряжении потенциальных союзников и продолжал свои атаки без ослабления. Оборонительные линии обеих групп грозили рухнуть, прижимая две группы почти спина к спине.

У авантюристов и культистов остались козыри в рукавах, их последние средства, прибереженные для чрезвычайных ситуаций. Силы с долгой перезарядкой, мощные способности, которые истощали большую часть оставшейся у них маны. На пылающий момент посланники оказались теми, кто был подавлен. Этого было достаточно, чтобы экспедиция и культисты перегруппировали свои ряды и достигли неохотного, но функционального совместного формирования.

Последний отрезок пути вниз по шахте заставил культистов и особенно экспедицию выложиться до предела. Это было время, когда должны были блистать бойцы с высокой выносливостью, такие как Джейсон и Софи. После сражений с бесчисленными врагами они стали сильнее, а не слабее. С высоко наложенными бонусами они соперничали с некоторыми золотыми рангами по грубой силе и взяли на себя ключевые оборонительные роли в формировании.

Софи была почти невидима, полоса движения, которая появлялась только для того, чтобы перехватить атаку и нанести ответный удар гораздо сильнее, чем она обычно могла. Она отбивала атаки руками, ногами, голенями и предплечьями.

— Я только что видел, как ты заблокировала огненный шар ударом головы? — спросил Джейсон.

— Заткнись и сражайся!

— Оо, строгая нянька.

— Джейсон!

— Прости, Хамп.

Скорость Джейсона также была ослепительной, хотя его дерганые движения в стиле пинбола были грубыми по сравнению с грациозным потоком Софи. Он также перехватывал атаки, но вместо того, чтобы нивелировать их, он просто принимал удары. Несколько были заблокированы парой щитов, созданных сферами, позаимствованными у Гордона, но многие другие пронзали, рвали, сжигали или даже обезглавливали его. Он сжигал жизненную силу, только чтобы вытянуть еще больше из врагов. Способность Джейсона «Пир крови» истощала всех врагов в широкой области, а посланники заполняли пространство вокруг экспедиции, как кирпичи в стене.

Немало культистов следили за Джейсоном, пока он сражался. Бофорт игнорировал их, пока их боевая эффективность не страдала, хотя даже он иногда был ошеломлен. Когда что-то отскакивало от него, он хватал это, обнаруживая, что это отрубленная голова Джейсона. Он оглядывался, чтобы увидеть, что Джейсон все еще сражается, его капюшон скрывал, есть ли у него запасная голова или он просто продолжал сражаться без нее.

Он наблюдал, как Джейсон высасывает жизнь из целого потока посланников. Ярко-красный цвет их жизненной силы стекался в Джейсона такими потоками, что это выглядело как прилив крови. Посланники оставались иссохшими оболочками и падали из воздуха, а на их место немедленно прибывали новые.

Бофорт отбросил голову в сторону и вернулся к сражению.

Джейсон и Софи были не единственными, кто становился сильнее, а не слабее по ходу битвы. Несмотря на то, что они приближались к производительности золотого ранга по определенным показателям, никто из них не годился в подметки берсеркеру команды «Грань Луны», Элис. Она была так же усилена, как Джейсон и Софи, но на базовом уровне золотого ранга, а не серебряного. Она была в тот момент не столько бойцом, сколько живой зоной аннигиляции в передней части формирования.

Арабель Ремор также была довольно мощной, паря сама по себе, в окружении массивных сосудов. Попеременно наполненные красной жизненной силой и синей маной, она казалась изолированной и уязвимой, что было частью ловушки. Любые посланники, которые приближались, обнаруживали, что их жизненная сила и мана вырываются из них и добавляются в сосуды.

На протяжении всей битвы Арабель накапливала огромное количество жизненной силы и маны. Она тратила их в огромных количествах, осыпая экспедицию массовым исцелением, а врагов — калечащими медицинскими проклятиями. Их серебряные, по большей части элементальные тела должны были быть невосприимчивы к ним, но Арабель не заботилась о невосприимчивости к недугам больше, чем Джейсон.

Как и многие авантюристы, особенно из Витесса, Арабель пробовала себя в разных ролях, сохраняя при этом свою позицию целителя. Она не была специалистом по недугам и имела лишь пару мрачных способностей в качестве козырей. Для того чтобы сделать что-то большее со своими недугами, потребовался бы кто-то другой, и Джейсон был рад помочь. Он высасывал все токсины и болезни, которые даровала Арабель, оставляя на их месте трансцендентный урон.

Пробиваясь вниз по шахте, беспокойные союзники сформировали неохотное принятие друг друга. Это принятие сильно зависело от руководства обеих сторон, у каждой из которых были свои причины желать смерти другой. Каждый авантюрист знал, что культисты были либо захватчиками из другой вселенной, либо, что еще хуже, предателями, которые встали на их сторону. Все они были дисциплинированы, но Мириам все же дала несколько суровых напоминаний о ситуации, в которой они оказались. Что касается культистов, железный контроль Бофорта был единственной причиной, по которой многие из них не визжали от ненависти и страха при виде Джейсона.

Шахта заканчивалась подземной камерой, которая казалась невероятно огромной. Только его способность видеть сквозь тьму позволяла Джейсону видеть на километры ширины и глубины, когда группа спускалась через огромное отверстие в потолке. Его изумление было омрачено всепроникающим зловонием смерти, которое, казалось, заражало даже магию вокруг них.

Элементальные аспекты окружающей магии вокруг них становились все сильнее по мере того, как экспедиция спускалась с поверхности. Она выросла, чтобы окружить их гнетуще, как будто сидишь между двумя борцами сумо на внутреннем рейсе эконом-класса. Но, войдя в эту огромную камеру, все это было отброшено в сторону. Как река, полная трупов, разливающаяся через набережную, смерть смыла все. Ауры и магические чувства были приглушены, подавлены безжизненным ужасом.

Большинство авантюристов серебряного и особенно золотого ранга видели ужасы. Угрозы того типа, которые приводили к массовым жертвам среди гражданского населения, были самыми важными для противостояния авантюристов. Целые города, уничтоженные чумными зомби, вампиры, питающиеся стадами скота и превращающие их в отвратительных гулей. Остаточная энергия смерти в этой камере затмевала все это.

Очень немногие члены группы остались незатронутыми; даже культисты, которые видели это раньше. Джейсон и Фарра смогли перенести это лучше всех после своего опыта на Земле. Город Макассар видел, как сотни тысяч умирали, а затем воскресали с помощью гнусной некромантии. Они провели дни, пробираясь сквозь мертвых, возвращая неживые насмешки к покою. Результат междоусобной борьбы между фракциями Земли, это был критический момент для Джейсона. Его время на Земле уже сделало его жестче, но это было началом его спуска в дикость и на грань безумия.

— Не задерживайтесь у вершины шахты, — предупредил Бофорт, увлекая группу вниз в открытое пространство. — Посланники не последуют в сердце камеры.

Верный своему слову, посланники высыпали из шахты, как рой насекомых, и свернули в направлении ближайшей стены. Они вытекали из шахты, как водопад, который в конце концов заканчивался. Как будто экспедиции больше не существовало, они поспешили прочь. Джейсон наблюдал, как они исчезают в массивной дыре, прорванной в стене камеры, которая в остальном была покрыта зданиями, вырезанными в скале. Массивная дыра была далеко не единственным повреждением, но Джейсон не стал смотреть дальше, так как Бофорт обратился ко всей группе.

— Они не будут медлить здесь, — сказал Бофорт, — и они правы, что не будут. Мы также должны двигаться с поспешностью, но избегать приближения к чему-либо. Мы будем двигаться по воздуху, держась подальше от крыши и стен, пока не достигнем дальней стороны. Больше всего держитесь высоко над землей.

Бофорт повел их в противоположном направлении от того, куда отправились посланники, и к самому дальнему концу камеры. Пока они двигались, Джейсон продолжал изучать их новое окружение. Это был заброшенный город, со зданиями, поднимающимися с пола, свисающими с потолка и вырезанными в стенах. Признаки разрушения были повсюду: настенные здания обрушились, напольные здания рухнули, а потолочные здания упали на землю внизу. Дыры испещряли каждую поверхность, каждая достаточно большая, чтобы проехать через нее на маленькой машине. Земля была покрыта каким-то органическим веществом, безжизненным и инертным.

— Это самая большая камера этого подземного царства, — объяснил Бофорт, ведя группу дальше. — Это был дом для подавляющего большинства светлосердых тлеющих. Теперь здесь нет ничего, кроме эха мертвых. Посланники избегают этого места, даже отзывая корни своего гнусного дерева. Без их осторожности по отношению к этой камере мы бы не продержались так долго, как продержались.

— Я хотел бы услышать больше об этом дереве, — сказал Джейсон. — Я уже подозревал…

Он замолчал и обернулся, чтобы посмотреть позади них.

— Берегитесь позади, — сказал Амос, опередив его.

Вскоре остальные почувствовали спектральные сущности, которые последовали за ними, выйдя из потолочных зданий, ближайших к шахте. Многие нырнули среди посланников, которые разлетелись, как испуганные птицы, что было резким контрастом к их предыдущему непреклонному поведению. Другие направились к экспедиции и их неохотным союзникам-культистам. Мириам быстро развернула тех, у кого были эффективные способности для перехвата, включая Джейсона. Сущности были слабыми, в основном железного и бронзового ранга, с немногими серебряными, и с ними быстро разобрались. Экспедиция продолжила путь.

— Большинство вещей в этой камере обладают малой силой, — объяснил Бофорт, — и лишены физической формы. Однако это не всегда так, и опасность смерти, искаженной ради жалких целей, недооценивается на ваш страх и риск. Я могу вам это обещать.

Бофорт продолжал вести их дальше, держась подальше от зданий наверху и внизу. Джейсон иногда замечал движение, видя различные фигуры, бродящие вокруг. Некоторые выглядели как посланники, спотыкающиеся, как зомби. Другие были медлительными, бесформенными формами, похожими на вялых земляных элементалей. У всех были ауры, окрашенные смертью.

Достигнув дальней стороны, Бофорт повел их к круглым воротам, расположенным на полпути вверх по стороне камеры. Они были встроены в стену, в отличие от рваной дыры, которую использовали посланники. Они были массивными, достаточно большими, чтобы пропустить дирижабль, и заблокированы огромным каменным катком. Более обычного размера двойные двери были установлены в середине катка, каждая из которых была сделана из металла и вытравлена защитными сигилами. Здания вокруг ворот были обрушены, разрушения были слишком тщательными, чтобы быть чем-то иным, кроме как методичными.

— Мы следим, чтобы ничто не подходило слишком близко к воротам, — объяснил Бофорт. — Это постоянное усилие.

— Почему ворота так высоко в стене? — спросила Мириам.

— Это было для летающих транспортных средств и праздничных парадов, как мне сказали, — сказал Бофорт. — Двери новые. Вход на уровне земли в следующую камеру — слишком большой риск.

Полдесятка стражников стояли в нишах по обе стороны от дверей. Ниша с одной стороны содержала культистов, которые выглядели нормально, но чьи ауры разили магией Строителя. С другой стороны были тлеющие, но не такие, как те, что видел Джейсон раньше. Они выглядели довольно нормально для своего вида, коренастые, с темной кожей и ярко светящимися глазами. Их открытая кожа демонстрировала рунические отметины, которые светились немного больше, чем обычно, ближе к тем, что у рунного народа, хотя это не было неслыханным. Тлеющие и рунные были довольно похожи, с их темной кожей и светящимися чертами, точно так же, как люди и целестины были идентичны в большинстве видимых аспектов. Видеть трех тлеющих с такими чертами сразу было немного странно.

Больше, чем их физические черты, именно их ауры отличали этих тлеющих от нормы. У каждого из них была сильная магия, но не магия пользователей сущности. Эти люди были пропитаны элементальной силой, очень похожей на ту, что экспедиция чувствовала всю дорогу вниз по шахте. В этих людях, однако, она была менее хаотичной, более чистой и стабильной.

Бофорт вышел вперед, обменявшись взглядом с одним из стражников-тлеющих.

— Мы гадали, вернетесь ли вы вообще, — сказал стражник. — Враг, о котором вы говорили, среди этих людей?

— Он здесь, — сказал Бофорт.

— Тогда тебе лучше доставить его.

Красные руны на коже стражника на мгновение вспыхнули ярче, и вырезанные сигилы на дверях засветились в то же время. И руны, и сигилы погасли, и двери распахнулись.

ЦИТАДЕЛЬ

ЦИТАДЕЛЬ

Ощущение смерти из предыдущей камеры исчезло в тот момент, когда экспедиция прошла через двойные двери, установленные в гигантских воротах. Всепроникающее элементальное влияние на окружающую магию вернулось на место так резко, что Джейсон усомнился, что это было естественно. Его подозрения усилились лишь от того, что элементальная сила казалась намного стабильнее, чем в шахте. Он связался с Клайвом через голосовой чат с идеей.

— Не могу сказать, — ответил Клайв. — Есть много переменных, которые мне пришлось бы проверить. Определенно не с обычным порталом, но твой портал души… возможно.

Прибытие объединенных сил авантюристов и культа Строителя, что неудивительно, не осталось незамеченным. Оборонительная эскадрилья поднялась, чтобы встретить их, в основном путешествуя на плоских парящих камнях. Пока Бофорт работал над тем, чтобы успокоить явно взволнованного командира обороны, Джейсон и другие члены экспедиции осматривали последний бастион светлосердых тлеющих.

Хотя камера была не такой огромной, как та, которую они только что покинули, она все еще была невероятно большой и, по мнению Джейсона, более впечатляющей. Здания снова были вырезаны в стенах, но не в потолке и полу, за значительным исключением. Массивные колонны поднимались с пола и спускались с потолка, чтобы подвесить массивную цитадель в самом центре камеры.

Сами колонны были одними из самых больших башен, которые когда-либо видел Джейсон, но они не были просто твердыми опорными столбами. Окна и балконы показывали, что колонны были обитаемыми пространствами. Поскольку они не были твердыми, Джейсон сомневался, что они могли удержать вес массивной цитадели без какой-то магии. Это могло быть зачарование, но он подозревал, что вся камера была вырезана из какого-то магического камня высокого ранга. Обычно это вызвало бы пинг его магических чувств, но окружающая элементальная магия покрывала все.

Сама цитадель была запутанной мешаниной различных элементов дизайна. Это выглядело так, как будто кто-то взял скульптуры, фрески и здания в дюжине конфликтующих архитектурных стилей и попытался объединить их с помощью магии. Плохо. Там были готические статуи, изношенные временем зубцы стен и разбросанные фрески без связной темы. Некоторые выглядели как оборонительные меры, которые бесполезно висели в воздухе, в то время как другие части были художественными и без практической цели.

— Ты можешь понять этот дизайн? — спросил Джейсон Мириам. Они стояли в передней части экспедиции на панцире Онслоу, окруженные своими командами.

— Я узнаю элементы архитектурных дизайнов, которые знаю, — сказал Хамфри. — Хотя старые. Исторические здания больше, чем что-либо современное.

— Валетта, ты архитектор, — сказала Мириам. — Что ты думаешь об этом?

— Мастер Геллер прав, — сказала подруга по команде Мириам. — Это амальгама дизайнерских элементов с поверхности, но все они веками вышли из моды. Посмотри на колонны. Они отражают здания, которые мы видели в предыдущей камере, и, вероятно, являются отражением архитектурного стиля людей, которые здесь живут. Архитектурное уродство посередине почти наверняка является результатом катастрофы при измерении сборных конструкций.

— Что это, собственно, такое? — спросила Мириам.

— Пространственная авария, — сказал Клайв. — Я никогда не видел такого здания вживую, но видел записи. Всегда в экстремальных условиях.

— Думаю, можно смело назвать эту массивную подземную камеру, полную элементальной энергии, экстремальными условиями, — сказал Нил.

— Существует техника строительства, — объяснила Валетта, — для создания зданий в экстремальных условиях. Под водой — самая распространенная.

— Как та деревня под озером Небесного Шрама, рядом с Гринстоуном, — сказал Клайв. — Это было скромно по сравнению с этим массивным зданием, но они все равно, вероятно, переносили материалы порталом, а не тащили их вниз через воду.

— Для более сложных построек и более экстремальных условий, — продолжила Валетта, — секции зданий изготавливаются заранее для быстрой сборки. Затем их доставляют на место в пространственных карманах или через порталы.

— Но некоторые экстремальные условия, — сказала Белинда, указывая на пространство вокруг них, — недружелюбны к магии измерений.

— Именно, — сказала Валетта. — Если магия измерений идет не так именно нужным образом, вы получаете что-то вроде этого.

— Скорее всего, то, что принесли с собой первые тлеющие, прибывшие сюда, — сказала Мириам.

Разговор закончился, когда вернулся Бофорт.

— Мы направляемся внутрь, — сказал он. — Большинство членов наших групп будут размещены в одной из зон готовности, используемых для быстрой мобилизации. Я немедленно отведу ваше руководство на встречу с руководством светлосердых тлеющих.

Группа приземлилась на набор из трех кластерных балконов, ни один из которых индивидуально не был достаточно большим для всей группы. Экспедиция направилась к одному, а культ — ко второму. Бофорт и руководство экспедиции, Мириам, Джейсон и Клайв, приземлились на третий. Большие группы были сопровождены в цитадель настороженными стражниками, в то время как лидеров вела только одна, тлеющая по имени Марла.

Джейсон получил возможность вблизи рассмотреть больше светлосердых тлеющих, когда они двигались к верхним уровням цитадели. Обычные тлеющие все были огненного аспекта, их глаза и часто волосы отражали это. Их кожные отметины обычно оставались приглушенными. Все это было склонно меняться с эссенциями и расовыми дарами, и светлосердые все демонстрировали это в той или иной степени.

Кожа светлосердых оставалась традиционно обсидианово-черной, в то время как их другие черты менялись с элементальным сродством. Железо и пепел обычно были оттенками тускло-серого, в то время как огонь и магма ярко светились. Огненные аспекты были наиболее распространенными, хотя они также были наиболее склонны к тому, чтобы их кожные отметины светились.

Марла, казалось, имела менее распространенное сродство, ее аура излучала сильную металлическую энергию, в то время как ее характерные черты светились красно-оранжевым. Это было достаточно поразительно на ее глазах и кожных отметинах, но эффект на ее волосах был ошеломляющим. В мире, где магия делала всех красивыми, она была одной из тех, кто действительно выделялся, как Софи, Руфус и Зара.

Марла повела Джейсона и остальных к верхним пределам цитадели. Их маршрут был далек от прямого, но Джейсон не думал, что их водят кругами. Проблема была в том, что интерьер цитадели был таким же причудливым, как и снаружи, если не больше. Коридоры зигзагами, полы неловко волнистые вместо того, чтобы оставаться плоскими. Лестничные клетки вели вверх и снова вниз без доступа к другим уровням.

Двери были эклектичными по дизайну, некоторые дверные проемы были просто пустыми, открывая то, что было с другой стороны. Большинство комнат были относительно обычными, хотя многие имели слегка искаженные измерения, придавая им нервирующее качество оптической иллюзии. Одна комната была просто наклонной шахтой с рельсом для какого-то транспорта, установленным в стене.

— У вас должно быть полно камнеформовщиков внизу, — сказал Клайв. — Почему вы не исправили это искаженное здание?

— Это подземное царство называется Кардинас, — объяснила Марла, пока они шли. — Эта цитадель была сформирована случайно, когда наши предки впервые спустились к природной матрице. Она была памятником их ранних усилий, служа музеем и школой. Мы также проводим правительство на верхних уровнях, куда мы и направляемся. До этого кризиса она не служила резиденцией веками.

— Какое у вас правительство? — спросил Джейсон.

— У нас был правящий совет из девяти, — сказала Марла. — Трое были избраны из золотых рангов, трое из нормальных рангов и трое из гильдий. Теперь осталась только Лоренн, остальные пожертвовали всем, чтобы сохранить жизнь остальным из нас. Она последняя, и бремя лежит тяжело. Я прошу вас обращаться к ней как к Советнице Лоренн или просто Советнице.

— Мне жаль задавать такой мрачный вопрос, — сказала Мириам, — но сколько ваших людей осталось?

— Меньше десяти тысяч сейчас. Меньше одного из двадцати от того, что у нас было до прихода посланников, но даже этих немногих мы с трудом кормим. Помимо камеры цитадели, у нас осталось только два зала роста. Залы роста — это места, где мы выращиваем пищу и очищаем воздух. Большинство наших оставшихся граждан продвинулись до железного ранга и могут поддерживать себя элементами, отличными от воздуха. Большинство остальных погибли, так как наши оставшиеся залы роста были перегружены, а воздух стал слишком разреженным. Дети и пожилые были первыми, кто…

— Не надо, — сказала Мириам почти всхлипывая. — Мне жаль, что я спросила о таком.

Джейсон побледнел при мысли о том, как тысячи умирают, когда воздух становится слишком разреженным, большинство населения отчаянно хватая ртом воздух в свои последние моменты. Несмотря на все ужасы, через которые прошел Джейсон, он понял, что эти люди переживают худшее. Общество без детей — это общество без надежды.

— Многие из детей все еще живы, — сказала Марла. — Мы перевели их в камеры роста, где воздух самый сильный.

Непригодный для дыхания воздух не был препятствием для членов экспедиции, которые все были серебряного ранга и выше. Воздух под землей убил бы их задолго до того, как они достигли бы дна шахты в противном случае.

— Если бы большинство наших людей не погибло, — продолжила Марла, — мы бы уже умерли с голоду. Мы сильно нормируем, но мы уже видели первые смерти от голода. Мы не можем поддерживать себя монетами духа, как вы, люди поверхности, да и они не могут быть созданы из магии здесь в любом случае. Мы выращиваем мох, грибок и другие растения, которые процветают на тепле магматических жерл. Они принимают элементальные свойства, которые поддерживают нас очень хорошо. Или поддерживали, когда у нас было достаточно залов роста для всех. Но это были места, которые первыми захватило дерево посланников.

У Джейсона было больше вопросов о дереве, но он не мог заставить себя спросить. У всех трех авантюристов были болезненные выражения лиц, плечи напрягались, а кулаки сжимались. Бофорт был в порядке. Это напомнило Джейсону, что у культиста было то же имя, что и у отца Тадвика Мерсера. Бофорт Мерсер не был злодеем, как его тезка или его сын, хотя трио действительно разделяло значительный дефицит эмпатии.

Марла привела их в большую комнату, где конференц-стол в форме подковы изгибался вокруг модели, которая плавала в воздухе. Она, казалось, была сделана из цветного песка, который, как понял Джейсон, должен изображать полное подземное царство. Это была удивительно обширная сеть камер и туннелей, хотя большая часть карты была скрыта зеленым свечением. Самая большая камера, которая показывала шахту, ведущую наружу через верх, была окутана тьмой. Одна маленькая камера выделялась, имея сдвигающееся свечение теплых цветов, красных, оранжевых и желтых. Единственные области карты, не скрытые, были на одном конце. Одна камера имела очень четкое изображение цитадели, в то время как две камеры ответвлялись от нее.

Группу ждал выглядящий утомленным светлосердый с выцветшими отметинами пепельного типа. Приблизившись достаточно, чтобы почувствовать нескольких тлеющих, Джейсон мог отличить их своими магическими чувствами. Различия были во многом такими же, как между элементальными посланниками, хотя сравнение заходило лишь до определенного момента. Элементальные посланники чувствовались испорченными и искаженными, в то время как в светлосердых эта сила чувствовалась естественной и сбалансированной. Женщина встала из-за стола, где она сидела, просматривая списки, разложенные перед ней.

— Я Лоренн, — сказала она, когда она обошла длинный стол, чтобы поприветствовать их. — Вы, как я понимаю, враги Бофорта.

Она сделала паузу, почувствовав что-то, и сузила враждебные глаза на Джейсоне.

— Вы как они, — обвинила она.

— В некотором смысле, — сказал Джейсон, понимая, что она имела в виду, что он разделяет гештальт-природу посланников. — Но, в некотором смысле, так же и вы.

Лоренн долго смотрела на него, их глаза встретились, пока никто ничего не говорил. Наконец, она кивнула.

— Они — насмешка над тем, что мы есть, — сказала она. — Я полагаю, они — насмешка над тем, что вы есть тоже. Я не ожидала, что руководство группы, которую Бофорт так настаивал вернуть, будет иметь больше серебряных рангов, чем золотых. Хотя он уверяет нас, что вы опасны, я надеюсь, вы понимаете, что я надеялась на большее.

— Я не буду утруждать себя попытками убедить вас словами, — сказал ей Джейсон. — Вы скоро увидите наши действия. Меня зовут Джейсон Асано, оперативный командир этой экспедиции. Это мой тактический командир, Мириам Вэнс, и наш магический эксперт, Клайв Стэндиш.

— Не недооценивайте Асано или Стэндиша, — сказал ей Бофорт. — Они могут быть серебряного ранга, но они ставили Строителю синяки под глаза на железном и бронзовом ранге. Посланники поверхности пометили их обоих как личные угрозы тоже.

— Погоди, что? — спросил Клайв. — С каких это пор посланники знают меня по имени?

— Клайв, ты парень по уши в магии посланников с тем трофеем исследований, — отметил Джейсон. — Ты знаешь больше об устройстве посланников, чем им бы хотелось, и мы не очистили всех шпионов, пока не ушли.

— О, отлично, — сказал Клайв.

— Пока вы можете сделать что-то с элементальными посланниками, — сказала Лоренн, — мне все равно, кто вы.

— Разборки с ними — это то, почему мы здесь, — сказала Мириам.

— Нет, — не согласился Клайв. — Это не так. Мы пришли сюда, потому что природная матрица стала нестабильной. Советница Лоренн, я полагаю, вы осознаете, что основной аспект затруднительного положения вашего народа — это нарушение природной матрицы посланниками.

— Да, — сказала она. — Эта камера цитадели — место эхо-матрицы, мощного артефакта, который позволяет нам влиять на матрицу. Мы использовали эхо-матрицу для борьбы с порчей природной матрицы посланниками и их деревом, но мы смогли только замедлить ее, а не остановить.

— Мы мало что знаем, — продолжил Клайв. — Большая часть нашей информации о вашем народе — это просто догадки. Одна из этих догадок заключается в том, что природная матрица является центральной для вашей цивилизации и силой, которая трансформировала ваших предков.

— Это точная оценка, — сказала ему Лоренн.

— Рискуя быть нечувствительным, — сказал ей Клайв, — вы осознаете, что природная матрица, скорее всего, не подлежит спасению?

— Было бы странно оправиться от того, что произошло, — сказала Лоренн. — Мы приняли это нашим разумом, но сделать это сердцем сложнее. Матрица была центром нашего общества с самого начала. Кардинас, наша цивилизация, возможен только благодаря ей. Она ответственна не только за то, кто мы есть, но и за то, что мы есть. Для многих наших людей принятие ее потери будет одним источником отчаяния слишком много. Но правда в том, что она потеряна, принимаем мы это или нет.

— Скорее всего, — сказал Клайв.

— Чтобы быть открытым и честным, — сказал Джейсон, — мы здесь, чтобы нейтрализовать угрозу природной матрицы. Шансы сделать это, восстановив ее до исходного состояния, близки к нулю настолько, что это не имеет значения. Мы выковали некое подобие беспокойного союза с посланниками — обычными на поверхности, а не теми, что у вас здесь. Как и культ Строителя, они наши враги. Мы надеемся, что культисты более честны в своих сделках, хотя мы знаем, что посланники работают против нас ради своих собственных целей.

— Посланники хотят превратить вашу матрицу в нечто, называемое кузницей душ, — сказал Клайв. — Они не могут сделать это в одиночку, так как это место портит их.

— Поэтому они заключили с нами ложную сделку, — сказал Джейсон. — Отправить нас сюда с устройством, которое, как они утверждают, стабилизирует матрицу. Мы считаем, что оно закончит работу, которую посланники начали, когда впервые пришли сюда, и превратит матрицу в кузницу душ.

— Или это намерение, — сказал Клайв. — Они могли сделать эту попытку такой же неправильной, как первую.

— Но если это сработает, они намерены забрать ее как-то, — сказал Джейсон. — Затем убить меня и, вероятно, оставить остальных из вас на произвол судьбы.

— Почему вас? — спросила Лоренн.

— Давайте сядем, — сказал Джейсон. — Мы можем представиться и объяснить все с самого начала. А затем мы хотели бы услышать о вещах с вашей стороны.

Он взглянул на Бофорта.

— С обеих ваших сторон.

НЕВОЗМОЖНОЕ

НЕВОЗМОЖНОЕ

Джейсон, Клайв и Мириам сидели в зале совета с Бофортом и двумя светлосердыми, Лоренн и Марлой. Авантюристы объяснили вторжение Строителя, вторжение посланников и экспедицию. Кое-что из этого Лоренн уже узнала от Бофорта, хотя было ясно, что его объяснение было окрашено по-другому в определенных частях.

Затем Бофорт взял слово, чтобы пересказать историю культа. Она сводилась к вторжению в Кардинас, но без интереса к природной матрице. Вместо этого они пробились в местное астральное пространство, которое было довольно уникальным. Там, где другие эффекты порталов нарушались матрицей, апертура астрального пространства была чрезвычайно твердой. Клайв предположил, что астральное пространство сформировалось вместе с матрицей и может быть ключом к пониманию того, как стабилизировать ее.

— Мне нужно будет изучить это астральное пространство, — сказал он. — Пытаться что-либо сделать, не понимая, как оно относится к матрице, было бы безрассудно. Неспособность сделать это может быть тем, что пошло не так с попытками посланников захватить матрицу в первую очередь.

— Это будет нелегко, — сказала Лоренн. — Апертура астрального пространства не востребована деревом посланников, которое не может выносить его силу, но мы отрезаны от него.

Марла встала и обошла стол-подкову к плавающей модели Кардинаса в середине. Она указала на камеру, которая светилась сдвигающимся красным, желтым и оранжевым светом.

— Это камера астрального пространства. Вы видите, как она отрезана от нас территорией, удерживаемой посланниками, но остается невостребованной. Энергия там как-то отталкивает дерево посланников. Мы не знаем многого другого, так как у нас есть доступ только к этой проекции, созданной эхо-матрицей. Если камера падет, она будет отмечена зеленым, который представляет домен дерева.

Бофорт продолжил свою историю. Культ боролся за доступ к астральному пространству, и прибытие посланников стало их возможностью. Светлосердые пытались отреагировать на второе вторжение, и посланники быстро стали приоритетом. Природная матрица была священной для светлосердых, и хотя культ игнорировал ее, посланники целились прямо в нее. Светлосердые перефокусировали своих защитников на посланников, и культисты смогли пробраться в астральное пространство и запечатать его изнутри.

— Наш план с этого момента был обычным, — объяснил Бофорт. — Использовать нашу астральную магию, чтобы отсечь астральное пространство от этой вселенной, чтобы Строитель мог заявить на него права. Это не сработало. Астральное пространство оказалось слишком уникальным, и наша астральная магия не сработала.

— Разве у вас не было людей, способных адаптировать ее? — спросил Клайв.

— Наши люди могут использовать магию, — сказал Бофорт, — но у наших пользователей магии лишь ограниченный опыт. Большая часть требуемой магии встроена в искусственные компоненты их тел. Они не полностью понимают магию, которую используют.

Клайв издал раздраженный стон.

— Мистер Стэндиш, — сказала Мириам. — Я бы оценила, если бы вы не сетовали на отсутствие компетентности у наших врагов.

— Я просто так устал от этого, — пожаловался Клайв, проводя руками по лицу. — Почему все такие глупые?

— Это немного обидно, — сказал Джейсон.

— Я просто говорю, что если вы собираетесь использовать магию, фундаментальную энергию космоса, которая является самой мощной и поэтому опасной вещью, то, может быть, вам стоит узнать, как она работает, прежде чем совать в нее руку и шевелить ею.

— Мы пытались, — сказал Бофорт защищающимся тоном. — Мы все еще работали над тем, как адаптировать магию, когда вы, Асано, убедили Строителя покинуть этот мир и не брать больше никаких астральных пространств. Мы оказались в ловушке под землей и не могли вернуться в город-крепость на поверхности, поэтому мы остались брошенными.

Лоренн посмотрела на Джейсона. — Вы заставили великую астральную сущность отступить?

— Скорее «убедил», чем «заставил», — сказал Джейсон. — «Договорился», возможно, было бы точнее. У нас со Строителем есть история.

— Так Бофорт сказал мне. И все же все, что вы рассказываете мне, — это истории о заключении союзов с вашими врагами.

— Да, — сказал Джейсон. — Я делал это раньше, и каждый раз это ощущается как проглатывание яда. Но иногда приходится делать что-то уродливое, чтобы предотвратить что-то худшее.

Лоренн кивнула.

— Это я понимаю, — сказала она ему. — Когда дерево посланников захватывало все больше и больше нашего домена, культ Строителя пришел к нам с союзом.

— Мы были близки к тому, чтобы быть отрезанными от всего элементальными посланниками, — сказал Бофорт. — Если мы не собирались заявлять права на астральное пространство, нам нужно было вернуться на поверхность и искать способ воссоединиться со Строителем. Элементальные посланники контролировали туннель, который прорыли посланники, а те обычные посланники ждали наверху. Что касается наших буровых машин, светлосердые давно уничтожили их.

— Последний раз, когда я проверял, вы и обычные посланники были союзниками, — отметил Джейсон.

— Союз, основанный на полезности и силе. Если бы мы сдались посланникам сейчас, когда Строителя нет, у нас не было бы рычагов давления. Посланники приняли бы нас только как рабов, но мы не были бы приемлемыми рабами для них. Они берут только рабов, которые сломлены и приняли превосходство посланников.

— Я знаком с их практиками, — сказал Джейсон. — Они не взяли бы вас из-за вашей лояльности Строителю.

— Да. Среди моих людей нет принудительно обращенных. Мы пожертвовали теми в ранних боях против светлосердых. Все, кто остались, — истинные слуги. Никто не был бы приемлемым рабом, поэтому посланники убили бы нас. Это оставило другой туннель вверх, где ждет Общество искателей приключений. Я знаю, что они, вероятно, убьют нас тоже, но у нас по крайней мере есть шанс на выживание. Я поставил жизни моих людей на милосердие. Ваше милосердие, Джейсон Асано.

Джейсон поморщился.

— Твой босс сказал тебе попробовать это, не так ли?

— Лорд Строитель наблюдает за вами до сих пор, — признался Бофорт. — Он увидел слабость и сказал мне использовать ее.

— Вы открыто признаете это? — спросила Мириам.

— Он знает, что это не имеет значения, — сказал Джейсон, не сводя глаз с Бофорта. — Если мое милосердие было настолько хрупким, что мнение Строителя могло сломать его, оно не стоит того, чтобы полагаться на него. Он также знает, что то, что ждет их на поверхности, нехорошо. Позволить им жить — это не то же самое, что освободить их.

— Культисты отвратительны, — сказала Лоренн. — Это был нелегкий выбор — принять их, но мы не воины. Наши потери против культа, а затем посланников показали нам это. Пока не пришли захватчики и матрица не была нарушена, никакие монстры не атаковали наши камеры. Элементали были спокойны, даже работали с нами в кузнях, строительных дворах и залах роста. Мы не знали ничего, кроме века за веком мира. Нам нужен был культ Строителя, чтобы научить нас войне.

Она повернула холодный взгляд на Бофорта.

— Они научили нас. Сражались за нас. Но мы не забываем, зачем они пришли сюда в первую очередь, или сколько они убили, прежде чем начали защищать нас.

Лоренн и Марла рассказали им историю своего народа, начиная с вторжения Строителя. Большая часть этого была покрыта Бофортом, и она сосредоточилась на посланниках. Они прибыли посреди светлосердых, уже ведущих войну, которой они не ожидали и к которой не были готовы. Посланники пробили себе путь прямо в самое священное пространство в Кардинасе, камеру природной матрицы, и использовали свою ужасную магию.

Результаты пошли ужасно не так. Посланники бежали, многие из них были оставлены позади, так как их собственные неудачные действия исказили и испортили их. Однако ущерб был нанесен, и хуже, чем сами посланники, было дерево, которое они оставили в камере природной матрицы.

— После того, как культ присоединился к нам, мы предприняли одну попытку очистить дерево, когда количество посланников было еще низким. Мы достигли камеры, и это единственный раз, когда мы видели само дерево, искаженную, уродливую вещь. Но мы не смогли отбить камеру обратно. Золотые ранги посланников были слишком сильны. Это было начало настоящих дней ужаса.

Она сделала паузу, с болезненным выражением лица.

— Корни дерева прорыли камень, чтобы вторгнуться в остальную часть нашего домена. Залы роста были первыми. Мы не знали почему, пока не поняли, что оно берет все, что есть или когда-то было живым.

— Органическая материя, — сказал Джейсон. — Используя ее как базовый материал, чтобы сделать больше посланников?

— Да, — подтвердила Марла. — Кажется, оно предпочитает растения, но мясо тоже подойдет. Корни дерева распространились, и количество посланников выросло. Каждая наша потеря была их приобретением. Главная городская камера была местом, где мы сделали нашу стойку. Без нее и прикрепленных к ней залов роста большинство наших людей умерло бы.

— И они умерли, — сказала Лоренн. — Мы, насколько я знаю, — все светлосердые, которые существуют. Почти все мы погибли за три цикла.

— Цикл — это их эквивалент дней, — объяснил Бофорт.

— Мы думали, что все кончено, — сказала Лоренн. — С таким количеством тел посланники были бы бесчисленны. И их количество действительно росло, как вы видели. Но что-то в этой смерти приняло оборот. Тела были заражены и начали подниматься. Появились духовные остатки, эхо ушедших душ, отраженное магией смерти. Корни отступили, и бездна смерти открылась между нами и посланниками. Эта камера и два зала роста, прикрепленные к ней, находятся на дальней стороне от главной камеры от всего остального.

— Корни не могли вырасти вокруг? — спросила Мириам.

— Кажется, нет, — сказала Лоренн. — Мы подозреваем, что увеличенное расстояние слишком велико от природной матрицы.

— Или, может быть, дерево не подумало об этом, — сказал Джейсон. — Деревья не известны своими развитыми навыками решения проблем.

— Посланники делали некоторые попытки пересечь камеру смерти и атаковать нас, — сказала Марла. — Они потерпели неудачу. Мы можем удерживать их у ворот достаточно долго, чтобы они привлекли слишком много мертвых и были вынуждены отступить.

— В конце концов, они, казалось, сдались, — сказал Бофорт. — Это было, когда они начали рыть шахту на поверхность, и вы знаете, что случилось с тех пор. Их первоначальный разведывательный отряд на поверхность не вернулся, и с тех пор они были тихими. Пока не появились вы. Мы верим, что они консолидировались в подготовке к движению вверх в силе, перерабатывая органическую материю, которую они уже взяли, и размножаясь столько, сколько могли. Я знал, что вы придете, потому что Строитель предупредил нас. Когда посланники начали роиться вверх по шахте, мы знали, что вы близко.

— Что бы я хотел сделать, — сказал Джейсон, — это эвакуировать всех. Списать экспедицию, вывести всех светлосердых, а затем сказать «к черту все» и эвакуировать Яреш. Пусть природная матрица взорвется и заберет посланников с собой. Но я не думаю, что это так просто больше.

— Мы довольно уверены, что посланники поверхности отправили людей, отличных от нас, сюда, — сказала Мириам. — Некоторые из их собственного вида, которые уже имели элементальные силы и могут сопротивляться порче. Более важно, что бог разрушения проявил интерес.

— Я не думаю, что цель Разрушения — убедиться, что матрица взорвется, — сказал Джейсон. — Я думаю, его цель — дерево. Я думаю, он хочет, чтобы оно стало своего рода зверем апокалипсиса, который пожирает все живое на этой планете. Даже просто нанесение огромного количества ущерба, прежде чем его остановят, удовлетворило бы его.

— Что мы говорим, так это то, что мы не можем оставить матрицу в покое, — сказала Мириам. — Мы должны разобраться с ней, а затем мы можем все отправиться на поверхность.

— Потеря матрицы — это удар, от которого наш народ может не оправиться, — сказала Лоренн. — Мы уже потеряли так много. Но я приняла, что если мы собираемся выжить как народ, нам нужно оставить наш дом позади.

— И мы заберем вас, — сказал Джейсон, затем наклонил голову в сторону Бофорта. — Мы даже заберем их. Но с матрицей нужно разобраться. Что касается ваших людей, у меня была идея, как мы могли бы, возможно, сделать что-то для них. Я не могу ничего обещать, но мы можем по крайней мере изучить это.

* * * Клайв оставил Мириам и Джейсона заниматься стратегией, пока он работал над изучением того, жизнеспособна ли идея Джейсона. В помощь были привлечены исследовательская группа Магического общества и некоторые эксперты по магии светлосердых. Наряду с ошеломляющим пониманием элементальной магии, они понимали, как манипулировать эхо-матрицей, которая, в свою очередь, могла влиять на природную матрицу. Ему дали большую комнату вместе со всеми магическими припасами, которые экспедиция, светлосердые и даже культ могли собрать.

— Идея, — объяснил Клайв, — создать область, где элементальная энергия, которая пронизывает магию здесь, исключена. Мы проведем несколько тестов на жизнеспособность, но основная предпосылка — использовать устройство посланников, чтобы изолировать элементальные аспекты в небольшой области и поглотить их с помощью отличных ламп элементальной маны, которые предоставили наши новые коллеги-светлосердые.

— Мы пытаемся создать пространство, где мы можем открыть портал? — спросил член группы Магического общества.

— Мы пытаемся, — подтвердил Клайв. — Открытие портала на поверхность, скорее всего, не будет вариантом, однако. Транспортные порталы наиболее восприимчивы к элементальным помехам, и мы не сможем полностью вырезать элементальную энергию. Мы надеемся сделать наше пространственное хранилище пригодным для использования и вытащить все припасы, которые мы были вынуждены спрятать.

Он обвел строгим взглядом группу, задержавшись на светлосердых.

— То, что я скажу вам дальше, останется в этой комнате. Я знаю, что Марла уже объяснила необходимость секретности, поэтому я не буду больше распространяться. Мы собираемся попытаться установить эту зону жизнеспособности портала для эвакуации гражданского населения.

— Это невозможно, — сказал один из светлосердых. — У порталов есть пределы, и открытие и закрытие достаточного их количества для перемещения десяти тысяч человек превратило бы самую тщательно очищенную зону окружающей магии в чистую турбулентность.

— Верно, — сказал Клайв.

— Тогда что вы нам не договариваете? — спросил светлосердый. — Во-первых, куда бы вел портал? Вы только что сами сказали, что транспортные порталы не будут работать, и я не слышал ни о каких других подземных городах поблизости. Вы хотите отправить все население в астральное пространство? Это не та среда, в которой большинство населения выживет надолго.

— Все верно, — согласился Клайв.

— И даже если бы вы заставили порталы работать, достаточно их в быстрой последовательности свело бы на нет любую подготовку, которую мы сделали, чтобы сбалансировать окружающую магию. Это сработало бы, только если бы у вас был один портал, который мог бы оставаться открытым и принимать любое количество людей через него.

— Да, — сказал Клайв.

— Если все, что вы собираетесь делать, — это стоять там и соглашаться, что все, что вы хотите сделать, невозможно, тогда что мы здесь делаем?

— Невозможное, очевидно, — сказал Клайв.

ВСЁ, ЧТО В МОИХ СИЛАХ

ВСЁ, ЧТО В МОИХ СИЛАХ

Несмотря на то, что камера роста находилась глубоко под землёй, она была залита светом. Уровень за уровнем, каменные решётки и переходы заросли люминесцентной флорой, создавая великолепное световое шоу. В царстве души Джейсона тоже были подземные области со светящимися грибами, но это место заставляло их померкнуть. Мхи, лианы и грибковые наросты оплетали всё вокруг, излучая свет всех цветов радуги и сплетаясь в калейдоскопический гобелен.

Миниатюрные акведуки несли воду вниз через камеру по сложной системе желобов и каналов. Было видно, как вода срывается с краёв желобов, с плеском падая в бассейны, которые опорожнялись в другие каналы, при этом разлетаясь мириадами брызг. Этот туман распространялся по камере, покрывая обильную флору патиной росы.

— Я и представить не мог, что здесь, внизу, есть нечто подобное, — сказал Джейсон, и в его голосе звучало изумление. — Как это работает, если магия здесь пропитана стихиями огня и магмы? Откуда здесь берётся вода, так глубоко под землёй? Это магия превращает её в туман, да?

Он шёл по камере роста вместе с Лоренн, предводительницей светлосердых. Трое её помощников следовали на почтительном расстоянии позади.

— Вы знаете, что такое природный массив? — спросила Лоренн.

— Куча эссенций, камней пробуждения и квинтэссенции, которые со временем случайно проявились таким образом, что породили сложные магические взаимодействия.

— Да. Хотя большинство компонентов массива — это огонь, земля, пепел и подобные типы, в самом сердце массива есть три эссенции, создающие баланс. Одна эссенции растений, одна — жизни и одна — воды. Вы, несомненно, задаётесь вопросом, как такие эссенции могли проявиться так глубоко под землёй.

— Именно этим я и задавался, да.

— Наши учёные предполагают, что это были последние элементы массива, которые проявились. Идея в том, что остальная часть массива уже была на месте, компоненты взаимодействовали, и это создало магический дисбаланс. По мере того как проявлялось всё больше магии, этот дисбаланс создал среду, где проявления принимали формы, исправляющие его. Под массивом есть источник воды, который магически возникает там и проходит через естественные туннели в камне, попадая в камеры роста.

— Значит, эти камеры роста сформировались естественным путём, а не были вырыты? — спросил Джейсон.

— Изначально — да, хотя мы все их расширили. Камера цитадели и камеры роста были единственными естественными. Столбы в камере цитадели были там изначально, хотя, когда наши предки их нашли, они были сплошными. После того как цитадель довольно катастрофическим образом возникла посреди них, их выдолбили, укрепили и придали им форму. Именно там жило большинство нашего народа, пока наше население не выросло, и мы в конце концов не создали Великий Зал.

— Как это сработало? — спросил Джейсон. — Куда делась вся эта порода?

— Её использовали, чтобы засыпать туннель, по которому наши предки прибыли сюда в самом начале. Они пришли не прямо сверху, а под большим углом с запада, чтобы избежать людей в поверхностном регионе прямо над нами. Наш народ обнаружил природный массив и хотел построить дом вокруг него. Они боялись, что те, у кого нет элементов в крови, увидят лишь то, что можно эксплуатировать, поэтому мы добрались до этого места, а эльфы наверху даже не догадались.

— Я почти уверен, что это было правильное решение, — сказал Джейсон.

— Открытие Великого Зала стало началом нашего расцвета как цивилизации, — гордо сказала она, а затем склонила голову. Её голос превратился в скорбный шёпот. — Теперь мы называем его камерой смерти.

Джейсон поморщился.

— Я в восторге от того, чего вы здесь достигли, — сказал он. — Висячие сады света, спрятанные невероятно глубоко под землёй. Даже в мире магии это место — чудо. Но мне кажется неправильным радоваться тому, что вы здесь создали, когда ваш народ выживает на самом краю гибели.

— Вы действительно верите, что можете нам помочь? — спросила Лоренн.

— Таков план, — сказал Джейсон, стараясь улыбнуться как можно более обнадеживающе. — Когда спасаешь мир несколько раз, начинаешь задумываться, что дальше. Спасение целых видов имеет смысл.

Лоренн скептически приподняла брови.

— Я знаю, что могу показаться легкомысленным, — извинился Джейсон. — Но хотя моё поведение иногда может создавать иное впечатление, я обещаю, что мои действия предпринимаются с предельной серьёзностью. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вашему народу. А между нами говоря, это немалая сила.

— Вам придётся простить мои сомнения, — сказала Лоренн. — Трудно представить, что серебряный ранг спасёт нас всех. То, что вы описываете, кажется… маловероятным.

— Знаю. Мне тоже потребовалось много времени, чтобы привыкнуть к этому. Что касается ваших сомнений, не хотели бы вы взглянуть на мою ауру, если я полностью открою её для вас? Я не знаю, насколько чувствительны к аурам ваши люди.

— Не так остро, как пользователи эссенций, — сказала Лоренн, — но достаточно. Насколько я понимаю, наша способность чувствовать магию, а не ауры, сильнее, особенно в отношении стихийной магии.

— Это логично. Я собираюсь открыть свою душу, так что, пожалуйста, взгляните. Вам придётся поднапрячь свои чувства, потому что я не хочу подвергать опасности всех остальных здесь, в камере. Это, вероятно, убьёт некоторых детей.

Лоренн снова приподняла брови, и Джейсон одарил её кривой усмешкой.

— Вы увидите.

Он почувствовал, как её чувства совершили исследовательский толчок в его ауру, и открыл заслонку в тех ограничениях, которые каждый пользователь эссенций использовал, чтобы сдерживать свою ауру. Он наблюдал, как глаза Лоренн расширяются, когда она исследовала странные и извилистые глубины той силы, что отражала душу Джейсона. Он улыбался, пока выражение её лица не сменилось с шока на ужас.

— Что ты такое? — прошептала она, отстраняясь.

— Ой. Я в переходном периоде. Но вы почувствовали силу, верно? Я не могу вытащить её и ударить ею людей по лицу, но выглядит она впечатляюще. Ну, полагаю, в некотором роде могу. Моя аура — лишь эхо этой силы, но даже этого достаточно, чтобы использовать её как оружие.

— Это место, куда, как вы сказали, можете забрать мой народ. Вы назвали его царством души.

— Я называл его по-разному. Но да.

— И это царство души принадлежит вам.

— Да.

— Значит, оно сформировано тем, что я только что видела?

— Строго говоря, то, что вы только что видели, сформировано им. Но в целом, да. Советница, я хочу внести ясность в то, что предлагаю, прежде чем мы двинемся дальше. Царство души — это не просто какое-то пространственное измерение, на которое влияет моя душа. Это и есть моя душа. Если ваш народ войдёт в него, они окажутся внутри моей души. А это означает, среди прочего, что они будут полностью в моей власти. Неважно, золотого ли они ранга или какими способностями обладают. В тот момент, когда они прибудут, моя власть над ними станет абсолютной, полной и неизбежной. Я мог бы убить их в мгновение ока или заточить там навечно.

— Вы пытаетесь убедить меня не делать этого?

— Я просто хочу, чтобы вы точно понимали, во что втягиваете свой народ. По сути, я прошу вас вверить судьбу всего вашего народа в руки того, кого вы знаете всего несколько часов. Того, кто мог бы легко уничтожить их, как только вы это сделаете. Я не хочу, чтобы это стало для вас открытием, когда половина вашего народа уже будет в моём царстве души, и начнётся какой-нибудь бунт.

— Но есть ли у нас на самом деле выбор? — спросила Лоренн. — Если мы выбираем между отсутствием шансов на выживание и ставкой на незнакомца, это вовсе не выбор.

— Вы могли бы переждать. Надеяться, что мы сможем победить посланников и вывести вас всех отсюда.

— Но вы думаете, что нас всех затянет в эту зону трансформации, о которой вы говорили.

— Да, — сказал Джейсон. — Я думаю, что весь этот подземный регион будет затянут в фрагментированное пространственное измерение, которое собирается сформироваться, а вместе с ним и все, кто здесь находится. Но если ваш народ будет в моей душе, они будут защищены. Не говоря уже о том, что у них будет воздух для дыхания и еда. Что подводит нас к причине, по которой мы здесь.

Лоренн кивнула, а затем помахала помощникам, следовавшим за ними. Двое были бронзового ранга, а третий — серебряного, который подошёл в ответ на жест Лоренн.

— Вы хотите образцы всех растений, которые у нас есть, — сказала Лоренн Джейсону.

— Да, — сказал он, кивком подтверждая свои слова. — Я могу воспроизвести растения, которые здесь есть. Однако органика гораздо сложнее, чем инертный материал. Мне нужно как можно больше информации, чтобы понять, с чем я имею дело. Насколько я понимаю, вашим людям нужна пища, богатая не просто магией, а магией с высоким стихийным сродством.

— Нам это не строго необходимо, но это гораздо эффективнее. Наши люди обычного и железного рангов могут обходиться обычной пищей. Наши бронзовые ранги тоже, хотя им нужно её много. У нас не хватило бы еды на всех, если бы мы использовали только её. Также могут возникнуть болезни, если пища не будет богата стихиями, особенно учитывая, насколько ослаблено и истощено наше население.

— Я могу с этим работать, — заверил её Джейсон. — Чтобы убедиться, что я смогу производить то, что вам нужно, мне нужны образцы всего, и не только растений. Почвы, камня, воды. Любых удобрений и всего остального, что вы используете. Чем точнее я смогу воспроизвести эту камеру роста, тем лучше смогу производить пищу, которая поддержит ваш народ. Чем дальше я буду от понимания их потребностей, тем дольше займёт выяснение того, как производить что-то, что они смогут потреблять, не усугубляя никаких проблем.

— Это Хильда, — сказала Лоренн, представляя помощницу. — Она проследит, чтобы вы получили всё необходимое.

Хильда была типа магмы, её волосы представляли собой смесь обсидианово-чёрного и светящегося оранжевого. Её глаза и отметины на коже медленно пульсировали, переключаясь между глянцево-чёрным и светящимся оранжевым. На взгляд Джейсона она выглядела молодо, около двадцати или даже меньше, что было весьма впечатляюще для серебряного ранга. Он знал, что ранг и разница в видах могли легко обмануть его, но её аура имела оттенок, который он ассоциировал с юностью.

— Приветствую вас, Лорд Асано, — сказала она.

— О, только не это, — сказал Джейсон. — Я даже не «Властелин танца», хотя могу пошевелить пальцами ног, когда случай того требует. Я Джейсон. Зовите меня так, и мы отлично поладим. Если только вы не ужасный человек или что-то в этом роде, что было бы прискорбно. Уверен, вы замечательная.

— Я пойду, — сказала Лоренн Джейсону. — Я и так слишком долго отсутствовала на своём посту. Хильда, спутники мистера Асано сказали мне, что если он начнёт… чудить, мне следует просто кивать и ждать, пока он закончит, а затем обращать внимание только на то, что действительно имеет смысл. Я передаю этот совет и вам.

— Кто вам это сказал? — спросил Джейсон. — Это был Клайв, верно? Именно он пришёл с нами, чтобы встретиться с вами.

— Прежде чем я уйду, — сказала Лоренн, игнорируя вопросы Джейсона, — у меня есть опасение по поводу кое-чего, что вы мне здесь сказали. Если это царство души действительно находится внутри вашей души, что произойдёт с людьми в нём, когда вы умрёте?

— Умру окончательно? Честно говоря, понятия не имею.

Джейсон отошёл от Хильды и нажал на значок на своей мантии, активируя экран приватности, в который Лоренн переместилась, чтобы присоединиться к нему.

— У меня в запасе пара смертей, прежде чем нам придётся беспокоиться о том, что случится с людьми в моей душе.

— Пара смертей?

— Вы знаете, как работают вампиры? Питаются жизненной силой, которую могут использовать для восстановления даже после того, что должно было стать смертельным ранением?

— Да.

— Ну, я чем-то похож на них, только я пожираю жизненную силу посланников и использую её, чтобы воскресить себя. Нужно много их, чтобы набрать на целое воскрешение, но чего у нас здесь внизу в избытке, так это посланников. Мои опасения — это провал, а не смерть.

— Вы странное существо, Джейсон Асано.

— Так мне и говорят. Кстати, я был бы признателен, если бы вы оставили историю с воскрешением при себе. Обычно я делюсь такими подробностями только с самыми близкими спутниками, но, учитывая доверие, которое вам придётся оказать мне, думаю, вы заслуживаете доверия в ответ. Это единственная гарантия, которую я могу предложить.

— Тогда благодарю вас за это.

Лоренн ушла, оставив Джейсона с Хильдой.

— Какое количество вам понадобится для каждого из ваших образцов? — спросила его Хильда.

— Ну, для растений мне нужно по одному целому растению каждого вида, включая корневые системы и то, в чём оно растёт. Я заметил, что некоторые ваши растения, похоже, растут прямо из камня…

* * * Клайв и его ритуалисты были уверены, что смогут создать зону, где Джейсон сможет открыть свой портал, но не были уверены, как долго смогут её поддерживать. С почти десятью тысячами людей, которых нужно было переместить из трёх камер, доставка их к порталу стала бы огромной логистической проблемой.

Дно камеры цитадели, среди столбов, было выбрано местом для портала. Это было самое удобное место, чтобы направлять людей из камер роста, а тем, кто находился в камере цитадели, нужно было только спуститься, а не карабкаться вверх. Тем не менее, камера цитадели создавала ряд проблем, главной из которых была сама цитадель.

Цитадель была не очень хорошо спроектирована для передвижения одного человека, не говоря уже о тысячах одновременно. Будучи скорее историческим артефактом, чем функциональным зданием, единственным практическим способом перемещения с верхнего столба на нижний была серия подъёмных платформ, которые двигались вокруг внешней стороны здания. Их было даже близко недостаточно, чтобы переместить требуемое количество людей за короткий промежуток времени.

Столбы сталкивались с похожими, но менее срочными проблемами. В них всех были шахты с подъёмными платформами, а также лестничные клетки, но они не были рассчитаны на перемещение всего населения одновременно. Один неудачный инцидент, когда каждый уровень лестницы был забит людьми, мог привести к катастрофе.

Было принято решение потратить время на то, чтобы спустить население на уровень земли, выстроить в очередь и подготовить к отправке до того, как портал будет открыт. Основной риск заключался в том, что произойдёт, если портал не сможет принять всех сразу, и возникнет длительный перерыв, пока стихийная энергия снова очищается. По мере того как всё больше людей прибывало на уровень земли, он всё больше становился похож на спортивную арену без ларьков с едой и общественных туалетов.

Джейсон наблюдал за происходящим с воздуха, сидя в своём облачном кресле. Он вздохнул.

— Куча людей собирается нагадить в моей душе.

УПРАВЛЯТЬ КОТЛОМ

УПРАВЛЯТЬ КОТЛОМ

Джейсон наблюдал, как население светлосердых мигрирует к уровню земли в рамках подготовки к перемещению через его портал. Основание камеры было по большей части не более чем плоским камнем, за исключением дорог, проходящих между столбами и камерами роста. Они, по крайней мере, были вымощены плиткой и обсажены садовыми клумбами, хотя растения давно погибли. За пределами камер роста нехватка свежего воздуха и людей, ухаживающих за ними, привела к тому, что мхи, лианы и грибы засохли и побурели.

Освещение для плотных рядов светлосердых обеспечивали светящиеся камни. Местная разновидность имела жёлтый оттенок, так как это были кристаллы, заряженные энергией огня. Их несли чиновники светлосердых, образуя цепочки, когда они направляли свой народ вниз. Джейсон не мог видеть, что происходит внутри столбов, хотя чувствовал массу людей через их ауры. Он ощущал их страх и замешательство, а также скрытое чувство отчаяния, рождённое избытком страданий и огромным количеством смертей. Надежда была в катастрофическом дефиците.

Не было времени проводить массовые собрания и всё объяснять населению светлосердых. Это оставило большинство из них с смутным пониманием того, почему их перемещают, что привело к неуверенности и беспокойству, которые распространялись, как вирус. Существовали системы для распространения информации, но всё, что выходило за рамки практического минимума, было контрпродуктивно. Слишком много деталей привели бы только к путанице, поскольку большие группы людей плохо справляются с контекстом и сложными идеями. Любая предоставленная информация искажалась бы по мере распространения в игре «испорченного телефона» длиной в тысячи звеньев.

Что заставляло процесс перемещения всех работать, так это доверие, которое светлосердые испытывали к своему руководству. Это привело к минимальному сопротивлению со стороны чиновников, работающих над тем, чтобы все двигались и продолжали движение.

Жителям верхних столбов, которые соединяли цитадель с потолком, приходилось добираться вокруг внешней стороны цитадели в рамках своего спуска. Подъёмные платформы находились в постоянном движении, но они могли переместить лишь малую часть требуемого количества. Вокруг внешней стороны были высечены в камне спиральные пандусы, причём настолько поспешно, что структурная целостность этой наспех сделанной конструкции вызывала опасения. Обрушение не только замедлило бы процесс и привело к гибели людей, но и заставило бы население с опаской относиться к процессу в целом.

Гэри присоединился к светлосердым в создании пандусов. За время пребывания Джейсона на Земле Гэри потратил пару лет, помогая маленьким городкам с их оборонительной инфраструктурой в готовности к нашествию монстров. Это время, проведённое за строительством стен и укреплением конструкций, чтобы выдержать атаки монстров, дало ему опыт, который снова пригодился. Экспертиза в укреплении быстро возведённых конструкций против значительных нагрузок была именно тем, что нужно было светлосердым. У них также были свои эксперты, а также некоторые металлы глубоких слоёв земли, которые привели кузнеца в нём в восторг.

Мириам прилетела с верхних уровней цитадели на летающем мотоцикле, который был в основном чёрным с несколькими украшениями тёмно-серого цвета. Она подъехала к парящему облачному креслу Джейсона, пока он наблюдал за происходящим с высоты.

— Этот тип транспортного средства очень удобен, — прокомментировала она.

— Да, дизайн транспортных средств в Паллимустусе довольно плох, — сказал Джейсон. — Частный самолёт, который является гигантским конструктом-орлом, — это круто, не поймите меня неправильно, но самолёт просто практичнее. При этом большинство мотоциклов не летают. Думаю, у полиции в Дубае они могут быть? Дубай — это город в мире, откуда я родом, который практически является столицей того, чтобы делать странные вещи, потому что у них слишком много денег.

— Я не знаю транспортных средств, которые вы описываете. Кроме птицы. Как всё прошло с Советницей Лоренн?

— Есть причина, по которой я не лидер своей команды, — сказал Джейсон. — Думаю, я справился приемлемо, но моя посредственность, когда дело доходит до поддержания дипломатического тона, хорошо задокументирована. Это не та область, в которой мои инстинкты ведут меня в правильном направлении. Как идёт тактическое планирование?

— Я консультировалась с Марлой и Бофортом. Они местные аналоги моей роли тактического командира. Их знание местной местности, условий и диспозиции врага было ценным при планировании следующего этапа миссии. Стендиш работал с нами, чтобы определить цели, и мы выясняли, как заставить это работать.

— У нас есть план действий?

— Есть. Цель номер один — камера астрального пространства, и мы наметили подход, который, как мы думаем, встретит наименьшее сопротивление. Мы не уверены, нападут ли на нас посланники, как только мы заявим права на камеру, или они так же опасаются её, как и их дерево. В любом случае, у нас есть планы по удержанию камеры, пока ритуалисты изучают всё, что им нужно от неё узнать.

— А затем — камера природного массива и само дерево, — сказал Джейсон. — Полагаю, это будет сложная часть.

— Безопасное предположение. Однако переход к цели номер два требует, чтобы Стендиш был уверен в эффективной активации устройства после того, как он узнает, изучая камеру астрального пространства. У нас есть планы на случай непредвиденных обстоятельств, включающие отступление в камеру цитадели или в астральное пространство, если Стендиш решит, что нам нужно пересмотреть наш подход. Это решать вам и ему на месте.

— Но надежда на то, что мы перейдём к камере природного массива, — сказал Джейсон.

— Да. Нам нужно действовать, исходя из предположения, что посланники не пожалеют сил, защищая дерево. Мы разработали ряд различных сценариев для входа, обеспечения безопасности территории вокруг дерева и проведения ритуала.

— Один из этих сценариев — убить всех посланников?

— Да. Последний сценарий, потому что он наименее жизнеспособен. Даже с добавлением светлосердых и культа к нашим силам, мы, скорее всего, истощим себя и падём раньше, чем их численность иссякнет. Но если предположить, что мы сможем обезопасить объект и активировать устройство, вот где всё становится неопределённым. Мне не нравится неопределённость, Оперативный Командир.

— Мы работаем с тем, что имеем, а не с тем, чего хотим.

— Знаю. Но включить магическое устройство, данное нам нашими врагами, а затем ждать, что те же враги будут саботировать нас, и надеяться, что мы сможем работать в обход них, — это такой же плохой план, в котором я когда-либо участвовала. Это при условии, что вмешиваются только обычные посланники, а не бог разрушения.

— Это очень плохой план, — согласился Джейсон. — Но это можно сделать, поверьте мне. Спасение цивилизаций от разрушительных космических сил — это своего рода моё дело. Мне приходилось иметь дело с врагами трансцендентного уровня, и факт в том, что они невероятно ограничены, когда работают в рамках физической реальности. Если бы у Разрушения была сила стереть нас всех, он бы это сделал. Если бы он был так уверен в себе, как пытался показать, он бы не разговаривал с нами; он бы просто делал то, что хотел. Поверьте тому, кто был по обе стороны уверенного бахвальства, когда на кону стоят мировые ставки: этот парень не так уверен, как кажется.

— А вы так уверены, как кажетесь?

Он усмехнулся.

— Я ввёл вас в курс событий зоны трансформации, что, как считает Знание, является ключом, и я понимаю почему. Чем бы ни закончился саботаж, он будет связан с пространственной магией. Вероятно, попытка вытянуть кузницу душ через бок вселенной, так же, как Строитель крадёт астральные пространства. Учитывая, что само устройство уже играет с пространственной мембраной, мне, возможно, не нужно будет подталкивать зону трансформации к формированию. Посланников не волнует пространственная целостность.

— Но вы можете подтолкнуть её через край, если они этого не сделают? — спросила Мириам. — У вас есть сила сделать это?

— Дело не столько в силе, сколько в правильном инструменте для работы. У меня есть нечто под названием астральные врата, которые позволяют мне манипулировать пространственными силами. Подумайте об этом как о человеке обычного ранга, который не может забить гвоздь в доску, но дайте им молоток, и это будет легко.

— Пока они не попадут по своему пальцу.

— Очень верно, — рассмеялся Джейсон. — Меня предупреждали не использовать астральные врата, пока я не достигну хотя бы алмазного ранга.

— Хотя бы?

— Ага. Я, конечно, почти сразу проигнорировал этот совет и опустил молоток на свой палец довольно сильно. Представляю, вы об этом слышали.

— Инцидент в Римаросе, где вы провели месяцы в восстановлении?

— Именно он. Духовный урон — это настоящая заноза, позвольте вам сказать.

— Хотя бы алмазный ранг? — повторила Мириам.

— Ага.

— С тех пор как я начала работать с вами, Асано, такое чувство, будто я плыву над очень глубокой водой. Я не привыкла к этому как золотой ранг.

Джейсон разразился смехом.

— Попробуйте иметь дело с великими астральными существами на железном или бронзовом ранге.

— Я бы хотела заметить, Оперативный Командир, что мой вопрос был об уверенности. Вы кажетесь мне человеком, который начинает давать контекст, пока не забывает, о чём говорил изначально.

Джейсон снова рассмеялся.

— Вы раскусили меня довольно быстро. Ладно, суть, к которой я медленно подбираюсь, заключается в том, что зона трансформации — это именно то, что нам нужно. Хорошая вещь в зоне трансформации — то, что она всеобъемлющая. Она возьмёт всё, что происходит, и бросит в один большой котёл. Всю эту неопределённость, все эти фракции и любую странную магию, которая бродит вокруг, — всё в котёл. Это означает, что мы больше не имеем дело со всеми этими неизвестными; нам просто нужно контролировать котёл. Если мы сделаем это, мы победим.

— И вы думаете, что мы сможем это сделать?

— Я делал это раньше, и не раз. В этот раз есть различия, признаю. Вы организовали встречу, чтобы я проинструктировал всех о том, как работают зоны трансформации?

— Да.

— Хорошо. Если вкратце, зона трансформации — это куча территорий. Мы заявляем права на достаточное количество территорий, и я могу переделать реальность.

— Это так просто? — скептически спросила Мириам.

— Нет, это так несложно. И начинается всё легко. Захват территории означает устранение аномалий, которые довольно слабы в начале. Однако чем больше территорий заявлено, тем опаснее становятся незанятые. Но наши люди надёжны, поэтому я больше беспокоюсь о вызовах, с которыми мне не приходилось сталкиваться на Земле. Там я был единственным, у кого была сила должным образом заявлять права на территории.

— Из-за вашей способности, которая позволит вам запустить зону?

— Э-э, нет. Это другая сила, один из моих расовых даров иномирянина. Это была несколько связанная сила, которая была принудительно пропущена через вторичную эволюцию дара, когда я впервые был в зоне трансформации.

— Оперативный Командир, разговоры с вами заставляют меня чувствовать, что я прожила скучную жизнь, а ведь я однажды обнаружила подводный купольный город на спине гигантской черепахи.

— Ладно, это потрясающе, и вы обязательно расскажете мне эту историю, но позже, когда будет выпивка. О чём я говорил?

— О вызовах, которых у вас не было на родной планете.

— Точно. Во второй зоне трансформации, в которой я был, другие соревновались за территории. Но они не были настоящими конкурентами. Они понятия не имели, что делают, и не имели способа изменить гигантскую массу реальности в состоянии потока. Я должен предположить, что у саботажников-посланников есть с собой хотя бы один эксперт по астральной магии, а это значит, что они могут догадаться. А ещё есть дерево посланников. У него, может, и нет разума, но держу пари, у него есть воля. Ставлю на то, что оно попытается захватить зону трансформации так же, как захватывало этот подземный домен. Сможет ли оно что-то с этим сделать или нет — неважно. В любом случае это будет катастрофа.

— Какого рода катастрофа? Что произойдёт, если кто-то из них победит нас?

— Какая-нибудь разновидность плохого. Может, они получат то, что хотят, будь то кузница душ, которую можно унести, или база, из которой можно распространять древесную гибель. Или, может, они всё испортят, и всё место взорвётся так, как мы пришли сюда предотвратить в первую очередь. Зона трансформации — это то, что нам нужно, но она не позволит нам просто победить и не решит всех наших проблем. Она решает одну проблему: неопределённость, о которой вы говорили.

— Бросив всё в котёл.

— Именно. Она берёт всё, что идёт на нас, знаем мы об этом или нет, и ставит перед нами, где мы можем с этим сразиться. А драка — это то, с чем, я знаю, вы справитесь.

Мириам кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Это делает вещи более управляемыми. Думаю, вы вселили в меня некоторую уверенность. Спасибо, Оперативный Командир.

— Я бы сказал, что это то, для чего я здесь, но на самом деле я здесь, чтобы обсудить разные способы обманом заставить мистера Т сесть в самолёт, пока вы понятия не имеете, о чём я говорю.

— Тогда поздравляю, потому что я действительно понятия не имею, о чём вы говорите.

— Миссия выполнена.

Мириам вздохнула, разминая плечи, как будто только что сбросила груз.

— Я наконец чувствую, что есть путь вперёд, который я действительно могу разглядеть. Спасибо, Джейсон. Всё должно пройти хорошо, и нам просто нужно надеяться, что ничто неожиданное не помешает зоне трансформации сформироваться.

Челюсть Джейсона отвисла.

— Почему вы так говорите?

* * * Фарра встретила Джейсона за пределами комнаты, в которой находился эхо-массив. У обоих были проводники, помогающие им ориентироваться в цитадели.

— Как успехи? — спросил Джейсон, когда Фарра вышла в коридор, который шёл не совсем прямо.

— Это вопрос от друга или вопрос от Оперативного Командира?

— От Оперативного Командира.

— Что ж. Я буду готова проинструктировать вас и Мириам до того, как по графику вы должны открыть портал.

— Это хорошо. Мне стоило спросить, как у тебя дела, как вопрос от друга?

— Нет, я в порядке, — сказала ему Фарра. — Но ты выглядишь так, будто что-то тебя гнетёт.

— Э-э, да. У нас тут штука, где мы пытаемся остановить два разных набора злых ангелов и бога от совершения каких-то суперзлых дел. И какой-то сумасшедший поставил меня во главе.

— Нет, дело не в этом. Эти вещи для тебя — пройденный этап.

— Пройденный этап? Сколько времени ты провела с моей бабушкой?

— Перестань пытаться пустить разговор под откос, Джейсон. Что происходит?

— Тебе это не понравится.

— Просто скажи.

— Ладно, хорошо, — сказал Джейсон. — Речь о том, чтобы взять всех этих людей в мой портал.

— И?

— И прошло много времени с тех пор, как у меня были люди в моём царстве души в течение длительных периодов. Когда моя семья была там, моё царство духа было больше духом и меньше царством. Но теперь у меня есть астральный трон, и это гораздо больше похоже на физическую реальность.

— Разве это не хорошо?

— По большей части, конечно. Но когда Эми жила там, она была как бы заморожена. В смысле, она могла ходить там или что-то ещё, но она была в своего рода стазисе, биологически. Она не проголодалась, не думаю, что она старела. И она не… ну, ты знаешь. Что, если теперь это не так?

Фарра издала раздражённый стон.

— Опять эта тема с тем, чтобы гадить?

— Да, опять эта тема с тем, чтобы гадить.

— У нас есть заботы поважнее, Джейсон.

— Это говорит женщина, которая не собирается позволить десяти тысячам людей начать гадить внутри своей души.

— Они в основном железного ранга, за исключением детей.

— Они не пользователи эссенций, Фарра. Они не едят духовные монеты, и у них всё ещё есть эти биологические функции.

— Ты уверен?

— О, я очень уверен. Я потратил часы, изучая всё об их камерах роста, чтобы я мог их воспроизвести. Угадай, откуда они берут удобрения?

— Ну, вот и всё тогда, — сказала Фарра.

— Что ты имеешь в виду, «вот и всё тогда»?

— Подумай об этом, — сказала Фарра. — Ты пытаешься эффективно воспроизвести камеры роста в своей душе, верно? А это значит, что тебе понадобятся их удобрения. Тебе нужно, чтобы они гадили в твоей душе. И если они не могут, потому что твоя душа всё ещё останавливает людей от необходимости, то тебе придётся использовать свою силу, чтобы воспроизвести всё это дерьмо самому.

Глаза Джейсона расширились от ужаса.

ЭТО ПРОИСХОДИТ, ПОТОМУ ЧТО Я ТАК ХОЧУ

ЭТО ПРОИСХОДИТ, ПОТОМУ ЧТО Я ТАК ХОЧУ

Комната для совещаний в цитадели была более или менее прямоугольной. Джейсон и Мириам уже ждали, когда пришла Фарра. Она застала двух командиров в разгар спорного разговора, их голоса повышались в громкости, пока они спорили.

— …не могу поверить, что ты это сказала, — сказал Джейсон.

— Ты всё ещё жалуешься на это? Это была справедливая оценка риска.

— Это было искушение судьбы!

— Судьбы не существует.

— Я так думал, пока не получил магию судьбы.

— Что такое магия судьбы?

— Я не совсем уверен!

— Почему ты сердито выкрикиваешь запутанное утверждение, как будто это обвинение?

— Не знаю! Может, чтобы не терять аргументационный импульс!

— Разговор с тобой не имеет смысла.

— Разве это не правда, — сказала Фарра от дверного проёма. — Возможно, вам стоит позволить взять управление в руки старому мастеру, Тактический Командир.

Мириам на мгновение смутилась, прежде чем взяла себя в руки. Джейсон был бесстыдно не смущён и весело помахал Фарре.

— Ты здесь, чтобы проинструктировать нас о своём исследовании эхо-массива? — спросила Мириам.

— Да, — сказала Фарра. — Светлосердые были достаточно любезны, чтобы дать мне доступ к массиву и их ритуалистам.

— Что ты узнала?

— Поверхностным посланникам нужно будет получить доступ к природному массиву, если они хотят саботировать активацию устройства. Мы предполагали, что они попытаются подобраться как можно ближе к массиву, но я больше не думаю, что они пойдут за самим природным массивом. Я думаю, они пойдут за эхо-массивом здесь, в цитадели. Полагаю, он был бы так же хорош для их нужд, если не лучше.

— Мы знаем, что их число вряд ли будет высоким, — сказала Мириам. — Для них имеет смысл избегать природного массива, если они могут. Они также могут смело предположить, что основная часть нашей силы будет отправлена к природному массиву, чтобы пробиться через посланников. У них будут только те, кого они смогут собрать со стихийными силами, если верить вашему пленному посланнику, Оперативный Командир.

— Она также сказала, что любые золотые ранги, которых приведут посланники, будут наёмниками, — добавил Джейсон.

— Наёмниками?

— Люди, привезённые извне. У астрального короля, с которым мы имеем дело, Весты Кармис Зелл, не осталось золотых рангов со стихийными силами. Если кто-то из них появится здесь внизу, это будут те, кого ей пришлось выторговать у других астральных королей.

— Насколько это вероятно? — спросила Фарра.

— Посланники — рабы, знают они об этом или нет, — сказал Джейсон. — Вопрос не в том, могла ли Зелл торговаться за них, а в том, было ли у неё время, чтобы они прибыли из тех частей мира, где находились.

— А посланники продолжали откладывать передачу устройства, — сказала Мириам.

— Именно, — согласился Джейсон. — Думаю, мы можем ожидать увидеть некоторых из них здесь внизу.

— Но у них всё равно не будет численности, чтобы ворваться в битву между нами, культом, светлосердыми и стихийными посланниками, верно? — спросила Мириам.

— Я бы счёл это крайне маловероятным, — сказал Джейсон.

— Тогда небольшая сила, атакующей это место после того, как мы вывели всех бойцов атаковать дерево, имеет больше смысла, — сказала Мириам.

— Это также сильный ход, если вы хотите помешать природному массиву, пока мы пытаемся использовать на нём устройство, — сказала Фарра. — Если у них с собой хорошие специалисты по массивам и астральной магии, они могли бы посеять хаос.

— Можем ли мы уничтожить эхо-массив? — спросила Мириам.

— Нет, — сказала Фарра. — Не если вы не хотите получить чрезвычайно мощную и совершенно непредсказуемую отдачу от природного массива, который мы пытаемся стабилизировать. По моей оценке, это было бы хуже, чем сбежать и позволить посланникам заполучить его. По крайней мере, их саботаж вписывается в наши планы, в отличие от неопределённой магической катастрофы.

— Тогда нам придётся оставить достаточную оборонительную силу, чтобы защитить его, — сказала Мириам.

— Согласен, — сказал Джейсон. — Мы всё равно не могли бы уничтожить его, потому что нам, возможно, придётся позволить им заполучить его, в зависимости от того, как пойдут дела. Если нам в итоге понадобится зона трансформации, нам, вероятно, понадобится саботаж, чтобы помочь ослабить пространственную границу. Я не могу просто наколдовать зону трансформации, когда захочу. Это защитный механизм мира, а не моя способность. Лучшее, что я могу сделать, — это действовать как точка опоры, чтобы убедиться, что это произойдёт, если условия будут подходящими. Даже в этом я уверен только благодаря богине знаний.

— Мы можем поработать над планами на случай непредвиденных обстоятельств, прежде чем проинструктируем команды, — сказала Мириам. — Переходя от эхо-массива как потенциальной уязвимости, узнали ли вы что-нибудь из эхо-массива, что мы можем использовать, мисс Хурин?

— Это хорошая новость, — сказала Фарра. — Полагаю, я получила больше от изучения эхо-массива, чем получила бы от самого природного массива. Это равносильно искусственному расширению природного массива, менее элегантному, но более понятному. Он использует многие принципы, которые мне удалось расшифровать, изучая сетевую сетку на Земле. Полагаю, что смогу дать Клайву гораздо лучшее понимание устройства и, вероятно, помогу создать стабильную зону для портала.

— Это устройство посланников, которое мы принесли с собой, — сказала Мириам. — Оно предназначено для превращения нестабильного массива в кузницу душ, да? То, что поверхностные посланники попытаются украсть.

— Это наша лучшая догадка, — сказал Джейсон. — Вы уже знали это.

— Да, — сказала Мириам, — но вы никогда не объясняли, что такое кузница душ. Не что она делает — это что-то связанное с астральными королями, и мне сейчас всё равно. Я говорю о том, что это такое, как объект. Это размером с буханку хлеба? С повозку? Сколько она весит? Она хрупкая? Сможем ли мы переместить её? Как посланники ожидают забрать её? Особенно если они приблизятся к эхо-массиву вместо самого природного массива.

— У меня нет ответов, — сказал Джейсон. — В лучшем случае, у меня есть догадки. Я даже не уверен, что кузница душ будет иметь физическую форму; возможно, это чисто духовный конструкт, который затягивается прямо в астрал. Или, может, это дерево. Дерево посланников может быть испорченной кузницей душ, которую посланники хотят, чтобы мы очистили, чтобы они могли прилететь и пересадить её. Я не узнаю, пока не столкнусь с этим сам, но я предполагаю, что посланники планируют вырвать всё, что это такое, из вселенной, не приближаясь к природному массиву настолько, чтобы мы могли сразиться с ними. Наличие эхо-массива в качестве прокси только облегчает это.

— Это, по крайней мере, полезная информация, — сказала Мириам. — Я организую оборонительную силу для защиты эхо-массива в наше отсутствие. Если мы сможем остановить намерения поверхностных посланников, возможно, мы сможем преуспеть, не разрывая дыру во вселенной с помощью вашей зоны трансформации, Оперативный Командир.

Мириам вышла, кивнув Фарре, когда проходила мимо.

— Я тоже пойду, — сказала Фарра. — Мне нужно обсудить устройство посланников и эхо-массив с Клайвом.

* * * Каменщики светлосердых установили небольшие барьеры, чтобы направлять тысячи людей, готовых войти в портал, в зигзагообразные очереди, как на стойке регистрации в аэропорту. Джейсон и Лоренн находились в месте, где сходились очереди. Клайв, Белинда и ритуалисты огородили широкую область и выложили большую ритуальную диаграмму. Она была запечатана под стеклом, изготовленным одним из светлосердых, и магически усилена. Тысячи людей, которые собирались пройти по ней, иначе нарушили бы магию.

Клайв прибыл верхом на Онслоу. Высадив Клайва, рунная черепаха превратилась в облако разноцветных огней, которые погрузились в рубашку Клайва, став татуировкой на его торсе.

— Клайв, — сказал Джейсон. — Я всегда задавался вопросом, помогает ли большая татуировка на груди с дамами?

— Нет, — сказал Клайв. — Превращение её в очаровательную черепаху, которую они могут кормить листьями салата, помогает с дамами.

— Вижу, как это могло бы сработать, — сказал Джейсон, выставляя кулак. Клайв извиняюще закатил глаза на Лоренн, но всё же ответил на кулачный удар Джейсона.

— Ты ведь понимаешь, — сказала Белинда Джейсону, — что под «помогает с дамами» Клайв имеет в виду, что женщины продолжали клеиться к нему, пока он кормил Онслоу, и он отгоняет их, как надоедливых мух.

— Всё равно считается, — сказал Джейсон. — Если уж на то пошло, отшивать их считается даже больше. Высокие стандарты, демонстрация класса. Хорош, Клайв.

Клайв подозрительно посмотрел на Джейсона, ожидая упоминания о его несуществующей жене. К его удивлению, этого не последовало, но это оставило его с чувством большей тревоги, чем облегчения.

— Мы готовы начать? — спросила Лоренн.

— Мы уже начали, — сказал Клайв. — Эхо-массив откалиброван, и ритуал работает. Как только он достигнет критического порога, мы должны…

Магический импульс прошёл над искателями приключений и светлосердыми, как волна.

— …почувствовать, когда он будет готов, — закончил Клайв.

Джейсон расширил свои магические чувства. Он чувствовал стихийную силу, сдерживаемую на краю ритуального круга. Некоторая часть всё ещё проникала в область внутри, но она была значительно уменьшена. Он сосредоточился на том, чтобы вызвать свой портал души как можно чище, создавая как можно меньшую рябь в окружающей магии. Он балансировал между стабильностью и необходимостью сделать арку портала больше обычной, чтобы люди проходили быстрее.

Арка поднялась с пола, шириной с большой комплект двойных дверей. В отличие от тёмного кристалла обычных порталов Джейсона, арка царства души была молочно-белым кристаллом с кружащимися внутри него частицами синего, золотого и серебряного света. Лист радужной энергии заполнил арку, когда портал активировался.

Джейсон посмотрел на Лоренн.

— Вы хотели идти первой, — сказал он ей. — Мы ограничены во времени, так что давайте сделаем это.

Он прошёл сквозь арку портала. Лоренн колебалась лишь мгновение, прежде чем последовать за ним.

* * * Лоренн никогда раньше не пользовалась порталом. Она слышала о них в старых историях; некоторые из предков обладали такими силами до того, как их народ стал светлосердыми. Шагнуть через него и внезапно оказаться в другом месте было дезориентирующим.

— Продолжайте двигаться, — сказал ей Асано. — У вас на пятках несколько тысяч друзей.

Это напоминание вернуло её к вниманию, и она огляделась, следуя за ним, уже шагая прочь. Они были в пещере, или, возможно, в большом туннеле, вдоль которого текла подземная река. Стены были из природного камня и покрыты светящимися грибами, не такими, как в её доме, но и не слишком чужеродными.

Что было чужеродным, так это отсутствие стихийной силы, которая окружала её с рождения. Это было так, как если бы звук внезапно перестал существовать, фундаментальная часть реальности внезапно отсутствовала. По крайней мере, окружение имело подземную знакомость. Старые истории говорили об открытом небе на поверхности, что-то, что ей было трудно представить. Если бы её народ вышел под какую-то огромную пустоту, она легко могла представить паническую давку.

В туннеле было тихо, если не считать подземной реки, текущей по своему каменному руслу.

— Это ваша душа? — спросила она. Ей не нужно было подтверждение; вопрос был чем-то, чтобы заполнить тишину, пока она сдерживала свою тревогу. В этом месте знакомый пульс стихийной энергии отсутствовал, заменённый присутствием Асано. Оно пронизывало всё, доброжелательное, но с зловещими подтекстами прямо за пределами её чувств. Это было похоже на ощущение дыхания спящего монстра, которого она не могла видеть в темноте.

Пока они шли, мир вокруг них менялся. Пещера расширялась и формировала массивную круговую камеру. Природные стены становились обработанным камнем, и вокруг было установлено дюжина массивных арок. Река теперь впадала в центр комнаты с серией небольших мостов, пересекающих её. Она достигала центра новой камеры и вливалась в дыру прямо за порталом, выливаясь вниз, в темноту.

Арка портала находилась посреди камеры, и люди уже проходили сквозь неё. Лоренн обнаружила, что парит в воздухе рядом с Асано, пока камера наполнялась под ними. Первыми прошли чиновники Лоренн, которых также подняло в воздух. Лоренн и другие принялись успокаивать людей по мере их прибытия, хотя это, казалось, не было большой проблемой.

— Я использую свою ауру, чтобы создать естественно спокойную среду, — сказал ей Асано, паря рядом. — Это не контроль разума как таковой. Вы знаете, как группы могут начать думать как одно целое, а не как отдельные личности?

— Я предводительница целого народа. Я трагически и близко знакома с этим феноменом.

— Мы называем это стадным чувством там, откуда я родом. Эта техника способствует этому, но она ничего не навязывает. Сильные индивидуалисты останутся незатронутыми, и другие эмоции, которые отклоняются от группы, легко отталкивают её назад. Но для перемещения некоторых людей, которым просто нужен толчок в правильном направлении, это полезно.

Асано заверил их, что сможет создать пространство, чтобы вместить всех их людей, и Лоренн видела, как он делает это в реальном времени. Они разработали планировку, основанную на его заверениях, и это происходило прямо у неё на глазах, хотя были определённые изменения, например, река. Каким-то образом она чувствовала, как комплекс расширяется, туннели и широкие лестницы отходили от арок центрального узла. Некоторые вели к периферийным узлам, другие — к общежитиям и даже камерам роста, которые формировались, с флорой и всем остальным. Всё это освещалось люминесцентными растениями или светящимися камнями в знакомых тёплых или успокаивающе прохладных оттенках.

Над каждой аркой были знаки, указывающие, куда они ведут. У Лоренн была таинственная уверенность, что все разделяют её понимание планировки, однако, делая знаки ненужными. Она почувствовала это, когда набор камер возник, и сразу поняла, что они принадлежат ей. Там была камера для совещаний, офис и небольшая резиденция.

Она видела, как её люди уже уходят, каждый также, по-видимому, имея чувство мест, которые принадлежали им. Дети глубоко дышали, будучи способными делать это впервые за долгое время. Лоренн чувствовала кафетерии, но свежие фрукты и грибы материализовались из ниоткуда в руках людей. Обычно они были бы насторожены к такой вещи, но еды слишком долго не хватало, и они сразу набросились на неё.

— Как? — спросила она.

Она посмотрела на Асано, парящего рядом с ней. Он покачал головой вместо ответа, его глаза были закрыты в концентрации.

— Воспроизвести стихийную силу сложнее, чем я думал, — сказал он сквозь сжатые зубы. — Мне придётся подключиться к некоторым вещам, к которым я не хотел, что может оставить меня ослабленным.

— Вам не обязательно.

— Камеры роста нуждаются в этом, если я собираюсь поддерживать их, а они нужны мне, чтобы я мог правильно воспроизвести вашу еду. Органика всё ещё сложна для меня, чтобы сделать её правильно.

Небольшое облако появилось под ногами Лоренн, твёрдое, но с комфортной податливостью, как плюшевый ковёр. Она видела то же самое у своих так же парящих чиновников и инстинктивно поняла, как перемещать его.

— Чтобы я случайно не уронил вас, — сказал Асано, — я собираюсь присесть. Найдите своё место, направляйте свой народ. Я добавлю несколько залов для совещаний, как только у всех будет место, где остановиться.

— Я не понимаю, что происходит. Как я знаю, что у меня есть место здесь? Как я знаю, где оно?

— Потому что я хочу, чтобы вы знали, — сказал ей Асано. — Так всё здесь работает; это происходит, потому что я так хочу.

Он исчез, и она переключила своё внимание обратно на свой народ, всё ещё вливающийся через портал. Они уходили упорядоченными рядами, спокойные и весело едящие, едва ли с каким-либо руководством от её чиновников. Она наблюдала, несколько в растерянности, пока не почувствовала, как стихийная сила вливается, успокаивая её.

С ВАШИМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ СТОИЛО ПОТОРОПИТЬСЯ

С ВАШИМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ СТОИЛО ПОТОРОПИТЬСЯ

Джейсон и Лоренн были последними, кто вернулся в камеру цитадели через портал царства души. Все, кто остался внутри, оставались там на всё время. Портал закрылся, и Джейсон кивнул Клайву.

— Жаль, что вы не смогли долго побыть в комнатах, которые я подготовил для вас, — сказал Джейсон Лоренн.

— Меня больше интересует воплощение плана в жизнь, чем отдых, хотя вы выглядите так, будто вам он не помешал бы.

— Я становлюсь лучше в использовании своих астральных врат, хотя это всё ещё выматывает меня, даже когда я работаю полностью в своём царстве души. Астральные врата — это то, что я использовал, чтобы вытянуть стихийные аспекты из магии, которую втягивает моё царство. Мне не удалось полностью воспроизвести стихийную магию здесь, снаружи, извините.

— Вы сделали лучше, чем это, — заверила его Лоренн. — То, что вы создали, ближе к тому, каким был природный массив до прихода посланников. Что вам не удалось воспроизвести, так это нестабильность.

— О, э-э… хорошо тогда?

Клайв отключал активный ритуал, который удерживал портал в основном свободным от стихийных помех в течение часов, которые потребовались для эвакуации населения. Он и его ритуалисты, Магическое общество и местные светлосердые, умудрялись поддерживать его всё это время. Они направляли магию через свои тела, чтобы поддерживать портал час за часом, пока люди шаркали в царство души Джейсона, но они были на пределе.

Клайв отключал ритуал поэтапно, а не позволял всей этой стихийной энергии обрушиться обратно. По мере того как ритуалисты выпускали силу, текущую через них, одного за другим, они падали на пол для столь необходимого отдыха, даже не ища мебель.

— Светлосердые, спасибо, — сказал Клайв контингенту местных ритуалистов. — Ваша выносливость пронесла нас через это. Что касается вас, члены Магического общества, вы все — позор для своей организации.

— Эй, — пожаловался один из них. — Мы выложились на полную.

— Да, вы справились замечательно, — согласился Клайв. — Вы все были превосходны; я не мог просить о большем. Никто из вас не принадлежит к Магическому обществу.

— Э-э…

* * * Не имея возможности открыть портал без ещё одного изнуряющего и сложного ритуала, гражданские лица теперь были заперты в царстве души Джейсона. Все, кто оставался снаружи, были комбатантами, либо оставаясь защищать цитадель и эхо-массив, либо отправляясь с основными силами. Лоренн собрала силы светлосердых, самую большую группу, в то время как Бофорт собрал культистов. Мириам организовала искателей приключений, что сводилось к тому, чтобы никто не разбредался. Это было столько контроля, сколько искатели приключений, вероятно, могли бы вытерпеть, особенно высокого ранга.

— Я всё ещё неясен насчёт наших планов на случай непредвиденных обстоятельств, — сказал Гэри Джейсону. — Мы хотим, чтобы посланники саботировали эхо-массив или нет?

— Если мы сможем пробиться к дереву и удержать посланников подальше от эхо-массива, это лучший сценарий, — объяснил Джейсон. — Если мы сможем стабилизировать природный массив, не переписывая кусок реальности, оставив его с пространственным шрамом в форме моей головы, это хорошо. Скорее всего, что-то пойдёт не так, и нам понадобится зона трансформации просто чтобы убедиться, что всё странное, что пошло не так, будет поймано в неё. Таким образом, мы сможем разобраться со всем этим вместе.

— И это когда мы отступим и позволим посланникам думать, что мы оставили место без охраны?

— Почти.

— А если они заметят, что мы это делаем, и зададутся вопросом, почему мы оставляем все двери открытыми? Или не заметят нас и зададутся вопросом, почему мы оставили все двери открытыми?

— Тогда наша защитная команда нападёт на них и сделает саботаж сами. Вот почему Клайв и Фарра заставили Рамону из команды Мириам работать с ними и изучать их записи. Мы не можем обойтись без Клайва или Фарры, но, после Клайва, она лучший эксперт по магии, который у нас есть.

— Но без меня вы можете обойтись, — сказал Гэри. — Я могу быть гораздо эффективнее с защитой на месте здесь, чем как часть атакующей силы. Я попросил Тактического Командира добавить меня в группу, которая остаётся.

— Так вот почему вы спрашиваете о планах на случай непредвиденных обстоятельств.

— Ага. Брифинг рассказал мне, что они из себя представляют, но не почему. Теперь, когда я думаю об этом, он также не упомянул, что произойдёт, когда мы победим.

— Это потому, что мы понятия не имеем. По крайней мере, мы знаем, что произойдёт, если мы проиграем.

— Мы все умрём?

— Ага. А потом я попытаюсь сбежать, посмотрю, смогу ли я вернуться на поверхность, чтобы предупредить их, прежде чем умру ещё два раза.

— Ещё два раза?

— Это всё эти посланники, которых я высасывал. У меня есть два воскрешения в запасе, так что потребуется три убийства, чтобы прикончить меня окончательно.

— Должно быть, это приятно.

— Нет, Гэри. Если до этого дойдёт, остальные из вас уйдут… Думаю, мёртвым было бы лучше.

Джейсон вздохнул.

— Ну, это было мрачно. Кто ещё остаётся защищать с вами?

— Руфус и его родители, плюс некоторые светлосердые и половина исследователей Магического общества. Немного золотых, так как мы, вероятно, всё равно впустим плохих парней.

Джейсон кивнул.

— Я знал, что Клайв разделит исследователей. Они не будут хороши в бою, и Рамоне может понадобиться помощь с эхо-массивом. Но мы должны взять некоторых из них, чтобы помочь Клайву и Фарре.

Джейсон взглянул на Мириам, которая смотрела в его сторону.

— Время идти играть в босса, — сказал он. — На данный момент я почти талисман, а Мириам главная, но я должен хотя бы побродить, выглядя уверенным.

— Вы уверены? — спросил Гэри.

— Относительно того, что происходит? Да. Как для таких ситуаций, эта довольно хороша. Вокруг много золотых рангов, это не новость, но некоторые из них на стороне хороших парней — это да. Есть бог, который хочет вмешаться, но, по крайней мере, это не великое астральное существо. Злая армия — это куча стихийных посланников, а не вампиры и их миньоны-гули, так что, думаю, эта часть — ничья. Могло быть хуже.

— Значит, вы думаете, что мы победим.

— Я думаю, мы победим, да. Если бы нет, я бы вынашивал какой-нибудь безумный план, чтобы вытащить нас отсюда. Моё настоящее беспокойство — сколько людей эта победа нам будет стоить. Пробиваться к дереву будет стоить нам крови.

— Хорошо, что я остаюсь позади, значит. Мило и расслабляюще для меня.

Джейсон усмехнулся.

— Тебе, возможно, не стоит слишком расслабляться, приятель. У этих вещей есть привычка идти наперекосяк.

* * * Основные силы отправились из камеры цитадели через массивные ворота. Ворота представляли собой туннель, проходящий сквозь стену в следующую камеру, стену, достаточно толстую, чтобы в ней были вырыты целые здания. В конце туннеля была массивная каменная плита, которую откатили в сторону, чтобы пропустить группу. Светлосердые составляли около двух третей силы, все серебряные и золотые ранги, но также и самые слабые. Эти люди были новыми воинами, привыкшими к мирной жизни, хотя последние несколько месяцев резко их закалили. Тем не менее, именно группы культа и искателей приключений были более сильными силами.

Полёт осуществлялся с помощью различных устройств. У культа были инструменты для полёта, которые, казалось, не были затронуты стихийной магией, наряду с некоторыми транспортными средствами, которые могли вместить ещё нескольких человек. Опять же, фамильяры и призывы делали большую часть работы, хотя некоторые из них были бы в опасности, если бы бой затронул их. Тень числился среди них, служа транспортным средством для многих светлосердых.

— Хотел бы я использовать свою облачную флягу для этого, — сказал Джейсон Эмиру. — Не думаю, что транспортное средство из воздуха и воды — лучшая идея здесь, внизу, даже сильно улучшенное.

— Мудро, — сказал Эмир.

Лишь немногие светлосердые могли летать самостоятельно. Те, кто мог, обычно были типа пепла, как Лоренн, наряду с некоторыми типами огня. Тем, у кого были сродства к металлу, земле и магме, требовалась внешняя помощь.

Переход через камеру смерти происходил почти полностью в тишине. Когда они достигли другой стороны, не потревоженные, Лоренн жестом пригласила Мириам, Джейсона и Бофорта подойти.

— В чём проблема? — спросила Мириам.

— Во всей камере на нас никто не напал, — сказала Лоренн. — Даже несколько свободных призраков.

— Я так понимаю, это необычно? — спросил Джейсон.

— Это беспрецедентно, — сказал Бофорт. — У меня были переходы, когда некоторые настоящие угрозы преследовали нас, но в основном это что-то довольно слабое. Никогда раньше я не оставался совсем один.

— Особенно с группой такого размера, — добавила Лоренн. — Есть причина, по которой я предупредила всех перед тем, как мы вошли в камеру. Это обычно привлекает неприятности, поэтому это проблема для посланников. Они любят путешествовать ордами.

— Вы думаете, что-то происходит в мёртвой зоне? — спросила Мириам.

— Да, — сказала Лоренн. — Я склонна принимать малые милости, но я не хочу нырять на территорию посланников, только чтобы найти орду нежити у нас за спиной.

— Я не вижу альтернативы движению вперёд, — сказал Джейсон. — Если только вы не хотите, чтобы мы нырнули на дно камеры смерти в поисках неприятностей, что само по себе является контрпродуктивным методом избегания неприятностей.

Они посмотрели на пункт назначения, ещё одни ворота. Они были открыты, края потрескались и крошились, корни торчали в разных местах. Корни были тёмно-коричневыми, почти чёрными, выглядящими больше как камень, чем дерево. За воротами была тьма, хотя Джейсон мог видеть то, что выглядело как пустая камера за ними.

— Нам следует поторопиться, — сказал Бофорт. — Дерево должно было уже почувствовать нас. Посланники уже будут в пути.

* * * Бофорт оказался прав. Посланники прибыли как река вскоре после того, как группа вошла в камеру. Когда объединённые силы пересекли порог ворот, пронизывающее чувство смерти было заменено стихийной силой, но не такой, как в камере цитадели. Эта энергия была турбулентной и волатильной, давящей на разум, как полуслышная музыка от соседа снизу. Этого было достаточно, чтобы раздражать, но не отвлекать, пока силы пробивались с боем.

Пробиваться через бесконечный запас стихийных посланников напоминало спуск через шахту. К счастью, каждая новая партия не смогла усвоить уроки своих предшественников и пала от тех же тактик. Искатели приключений и их союзники учились с каждой новой битвой, в то время как посланники — нет. Им не только не хватало интеллекта, чтобы делиться опытом и стратегиями, но большинство из тех, кто атаковал искателей приключений, погибали, даже не имея шанса поделиться своими знаниями.

Поскольку новые посланники всё ещё производились деревом, эти посланники могли быть возрастом всего в несколько часов. Посланники производились готовыми к битве, только усиливая подозрения Джейсона, что они искусственного происхождения. Поскольку Клайв был убеждён, что Джейсон каким-то образом связан с этим происхождением, он ожидал найти ответы, как только станет астральным королём. Если предположить, что он пройдёт через текущую ситуацию живым.

Экспедиция двигалась с целью. Они пробились через первую камеру, вниз по туннелю, слишком узкому, чтобы позволить посланникам окружить их, затем через вторую, где они снова подверглись атаке со всех сторон. Ещё один туннель привёл их к камере астрального пространства и передышке.

Как и надеялась экспедиция, посланники отказались входить в камеру. Они даже опасались туннеля, ведущего в неё, давая экспедиции некоторую передышку. Корневая система, которая протыкала каждую стену, была всё ещё заметна в зале, но в самой камере её признаков не было. Камера была маленькой по сравнению с другими, которые они видели, хотя всё ещё размером со спортзал. С таким количеством людей в экспедиции, большого количества свободного места не было.

Стены и пол были вырезаны в том же стиле, который Джейсон видел на столбах в комнате цитадели, хотя и более искусно. Камера имела своего рода соборный вид, в комплекте с апертурой астрального пространства вместо алтаря. Клайв и Фарра немедленно потащили исследователей в том направлении, в то время как Мириам организовала оборону входа, проёма в одной стене примерно в два раза выше и шире обычных двойных дверей.

Джейсон двигался по залу в более спокойном темпе, чем Клайв, который чуть ли не щёлкал хлыстом над головами своих ритуалистов. Настенные резные изображения были фресками, изображающими, как он догадался, прибытие предков светлосердых в подземное царство. В отличие от туннелей, резьба не была разрушена бесчисленными корнями, пробивающимися сквозь неё, хотя было некоторое осыпание. Это выглядело так, как будто произошло землетрясение средней силы, и некому было убирать последствия.

Бофорт следовал за Джейсоном, и они прибыли к апертуре, круглому листу красной, оранжевой и жёлтой энергии, который парил в воздухе. Клайв и Фарра уже устанавливали испытательные устройства, когда Джейсон расширил свои чувства к порталу, обнаружив на месте печать, которая блокировала апертуру с другой стороны.

— Вы закрыли ворота за собой, — сказал Джейсон.

— Мы закрыли, — подтвердил Бофорт.

— Клайв, портал запечатан изнутри, — сказал Джейсон. — Это помешает вашим тестам?

Клайв издал стон, глядя на Бофорта.

— Да, — сказал он Джейсону. — Можешь пройти и отключить его?

— Конечно, — сказал Джейсон, пробираясь мимо исследователей Магического общества, пока они распаковывали магические инструменты и припасы. Как некомбатанты, они были задействованы как вьючные мулы.

— Асано, — позвал Бофорт. — Вам, может, стоит подождать, пока я… и он исчез.

Джейсон исчез сквозь портал, игнорируя печать, которая предотвратила бы проход кого-либо ещё. Он появился с другой стороны и был немедленно обстрелян огнём и пронзён несколько раз серией сложных механических ловушек.

— Грубо, — прохрипел он, когда Гордон появился и использовал свои лучи, чтобы срезать мешающие лезвия с механизма, освобождая Джейсона, чтобы выдернуть их из своего тела.

Регенерация Джейсона быстро восстановила его тело, когда он отпихнул повреждённое устройство ловушки и сломал запечатывающий ритуал на земле вокруг апертуры. Сделав это, он быстро огляделся, прежде чем уйти. Смотреть было не на что, просто природный каменный туннель с красным свечением, исходящим из-за поворота.

Стихийная энергия была здесь более сбалансированной, свободной от влияния дерева посланников. Она была даже более спокойной, чем в камере цитадели, ближе к тому, что он создал в своём царстве души. Вероятно, это было отражение первоначального состояния природного массива. Он вернулся через апертуру, чтобы сообщить Клайву и Фарре.

— О, это отлично, — сказала Фарра. — Это даст нам базовые показатели, которых нам не хватало.

— Иди, — сказал Клайв. — Я закончу настройку здесь и присоединюсь к вам.

— Там есть что-нибудь плотоядное? — спросил Джейсон Бофорта.

— Вероятно, — сказал Бофорт. — Там появлялись случайные монстры. Бронзовый и серебряный ранг, в основном. Мы никогда не видели золотого, но я бы не исключал этого. Как вы избежали ловушки?

— Я не избежал, — сказал Джейсон, откидывая капюшон, чтобы показать своё почерневшее и окровавленное лицо и обугленные волосы, прежде чем натянуть его обратно. — Я просто не беспокоюсь ни о чём, что ваш вид может сделать. Сказав это, вы могли бы быть немного более настойчивыми с вашим предупреждением. Адмирал Акбар вас ничему не научил?

— Нет, потому что я не знаю, кто это.

Джейсон пошёл и нашёл Валетту, архитектора золотого ранга, изучающую стены более образованным взглядом, чем у Джейсона.

— Можете войти в апертуру, пожалуйста? Кто-то должен быть на страже на случай, если монстр забредёт на исследователей.

Валетта кивнула и пошла к апертуре.

— О, и Валетта?

Она остановилась и обернулась с вопросительным взглядом.

— Если монстр всё же появится, не просто наблюдайте, как они сражаются с ним, чтобы посмотреть, что получится, хорошо?

Она открыла рот, чтобы выпалить ответ, но остановила себя, ответив кивком вместо этого. Вскоре после того, как она последовала за Фаррой через портал, Джейсон и каждый присутствующий золотой ранг одновременно резко повернули головы, чтобы посмотреть в одном направлении, как будто могли видеть сквозь стены.

— Что это? — спросила Мириам.

— Смерть, — ответил Амос Пенсината. — Очень много смерти.

НЕМНОГО СТРАННЫЙ

НЕМНОГО СТРАННЫЙ

Серебряные ранги в группе немедленно увидели беспокойство на лицах Джейсона и золотых рангов. Джейсон шагнул прямо в личное пространство Клайва, привлекая его внимание.

— Клайв, сколько времени до того, как ты узнаешь достаточно здесь, чтобы мы могли попытаться активировать устройство, не делая это такой авантюрой, что мы могли бы так же хорошо и не пытаться?

— Джейсон, что за…

— Сколько времени? — рявкнул Джейсон, когда его аура выкатилась, как военный парад. Обычно он маскировал авторитарный аспект её, но теперь она сдавила комнату так, что даже золотые ранги были застигнуты врасплох.

Клайв нахмурился, но его разум заработал, глаза метались влево-вправо, расфокусированные, пока он обрабатывал информацию.

— Шесть минут, но мне не нравится…

— Тогда начинай, — сказал Джейсон, уже разворачиваясь к исследователям Магического общества. — Выясните, какие припасы необходимы для активации устройства. Всё остальное оставить.

Джейсон повернулся к Мириам, но она опередила его.

— Мы будем готовы двигаться через шесть минут, — сказала она.

Джейсон уделил одну секунду на благодарную улыбку и резкий кивок, прежде чем направиться к апертуре и пройти сквозь неё. Фарра едва прибыла и всё ещё вытаскивала инструменты из одного из рюкзаков, которые таскали члены Магического общества. Она взглянула на лицо Джейсона и встала.

— Что такое? — спросила она.

— Камера смерти только что стала активной. Как Макассар, вероятно, хуже.

— О. Сколько времени?

— Пять с половиной минут. Столько, сколько сможете получить, что Клайв сможет использовать, а затем наружу. Выбросьте всё, что вам не нужно абсолютно.

Джейсон не стал ждать ответа, прежде чем уйти, и Фарра его не дала. Больше, чем любые другие члены экспедиции, они понимали внезапное появление армий монстров и вошли в свой старый ритм, как это было на Земле. Когда он вышел из портала, Мириам занималась серебряными рангами, культистами и светлосердыми. Мириам отправила одного из членов своей команды, Элис, чтобы обновить его.

— Посланники, которые собирались снаружи этой камеры, отступили, — сказала она ему. — Даже корни, торчащие сквозь стены в туннеле снаружи, отступили. Как будто дерево напугано.

Джейсон кивнул, и они направились к золотым рангам искателей приключений, которые были в сгруппированном обсуждении. Вместе с Эмиром и Констанцией была большая часть команды «Грань Луны», Амос Пенсината и Хана Шавар, верховная жрица Целителя.

— …должно быть, это то, за чем на самом деле охотился Разрушение, — говорил Эмир, когда Джейсон и Элис присоединились к группе.

— Вы думаете, это Разрушение? — спросил Джейсон.

— Разрушение не был слишком обеспокоен тем, что мы уничтожили его жрецов, — объяснил Эмир. — Мы все предполагали, что он охотился за природным массивом, и что он верил, что мы ничего не можем с этим поделать. Либо он получает свой большой взрыв, когда он достигает критической нестабильности, либо дерево превращается в какого-то зверя апокалипсиса, превращая всё живое в стихийных посланников.

— Теперь, — сказала Хана, — мы думаем, что его целью всё это время была камера смерти.

— Жрецы Нежизни, — сказал Амос. — Вы можете почувствовать божественную силу в энергии смерти.

— Ну, некоторые из нас могут, — пробормотал Эмир.

Джейсон прощупал энергию своими чувствами и действительно нашёл прикосновение божественного. Это была совершенно гнусная сила, прогорклая, как жидкости, вытекающие из поражённого чумой трупа.

— Церковь Нежизни — один из немногих надёжных союзников, которые есть у Церкви Разрушения, — объяснила Хана. — После того как Разрушение не показался обеспокоенным потерей своих жрецов, я должна была догадаться, что происходит, в тот момент, когда мы наткнулись на ту камеру, полную мертвецов.

— То, что мы упустили, не имеет значения, — сказала Констанция. — То, что мы делаем сейчас, имеет.

— Асано, — сказал Амос. — Вы однажды сказали мне, что сталкивались со смертью такого масштаба раньше. Это был некромант?

— Ага.

— Это будет хуже.

— Жрецы Нежизни — самые презираемые люди в нашем мире, — объяснила Констанция Джейсону. — Больше, чем жрецы Боли, даже больше, чем посланники.

Она посмотрела на Бофорта, собирающего своих культистов в строй, готовых уйти.

— Культ Строителя может быть единственным, кто приближается к ним, — сказала она, — учитывая, что они оскверняют живые тела вместе с мёртвыми.

— Это больше, чем просто то, насколько они презренны, — сказал Эмир. — Вещи, которые они могут делать с мёртвыми…

Он замолчал с содроганием.

— Мы наткнулись на одну из их операций однажды, когда были на контракте по поиску сокровищ, — объяснила Констанция. — Я никогда не видела таких ужасов.

— Церковь Нежизни действует нечасто, — сказала Хана. — Мы не даём им шанса, и под «мы» я имею в виду всех. Общество искателей приключений и Церковь Смерти особенно. Поэтому они лежат в спячке поколениями, строя планы в темноте. Когда они наконец получают этот шанс, это как если бы их бог копил свои шансы вмешаться в мир. Ожидайте увидеть некоторые тёмные чудеса.

— План не меняется, — сказал Джейсон. — Он ускоряется. Из того, что я могу почувствовать, вся эта энергия смерти претерпела фундаментальное изменение. Предположительно, в энергию нежизни. Она также, кажется, распространяется. Лорд Пенсината?

— Согласен, — сказал Амос. — Кажется, она пожирает стихийную энергию каким-то образом.

— Магия нежизни голодна, когда бог нежизни вмешивается, — сказала Хана.

— Вот почему мы не можем позволить ей заполучить природный массив. Его жрецы могли бы использовать эту силу, чтобы создать мощные и необычные формы нежити. Как есть, мы можем ожидать увидеть могильные и костровые элементали.

— Я не знаю, что это, и у меня нет времени спрашивать, — сказал Джейсон.

— Мы не знаем, насколько посланники отступят, прежде чем дать отпор, — сказал Эмир. — Нет сомнений, что они будут защищать дерево, но у нас может быть короткое окно, чтобы совершить рывок к дереву без слишком большого количества посланников на нашем пути.

— Или мы могли бы попытаться, — сказала Констанция, — и оказаться зажатыми между посланниками и нежитью.

— Мы идём, — сказал Джейсон, его тон не допускал возражений. — С чем бы мы ни столкнулись, мы столкнёмся. Моё беспокойство — люди, которых мы оставили в цитадели. Тень нежизни на местной мане прерывает стихийную энергию, которая раньше наполняла её. Это всё ещё влияет на диапазон моей силы общения, но можете ли вы общаться со своими телами в цитадели, Тень?

— Связь становится сильнее, — сказал Тень, появляясь из тени Джейсона. — Эта гнусная сила — противоположность всему, за что выступает мой прародитель, но нежизнь дрожит перед истинной кончиной. Эта сила антитетична моей природе, но она не препятствует мне. Как только стихийная сила уменьшится ещё больше, я должен быть в состоянии общаться с цитаделью. Однако я настоятельно рекомендовал бы не пытаться прыгнуть туда через тень через меня.

— У нас здесь более чем достаточно дел, — сказал Джейсон. — Если бы другие люди могли это сделать, это было бы более разочаровывающе. Тем не менее, координироваться с ними будет хорошо, учитывая то, что происходит. Надеюсь, они в порядке, находясь прямо рядом с камерой смерти.

— Мы ничего не можем для них сделать отсюда, — сказал Амос. — Я не уверен, что мы можем что-то сделать для себя. Я уже чувствую, как нежить восстаёт, когда жрецы создают её.

— Ранг за рангом, — сказал Эмир, — даже мощная нежить не может сравниться с искателями приключений нашего уровня.

— Не когда численность равная, — сказал Амос. — Я уже чувствую нежить бронзового ранга в десятках тысяч. Серебряного — в тысячах. Меньше сотни золотых, но это число растёт с каждым проходящим моментом.

* * * Арабель и Габриэль Ремор парили к массивным воротам на полпути вверх по стене камеры цитадели. Они были перенесены на облаке пепла, созданном Габриэлем, чьи силы огня были усилены стихийной энергией. Но по мере того как энергия нежизни просачивалась сквозь стену между камерой цитадели и полем смерти снаружи, он чувствовал, что это преимущество ускользает.

— Жрецы Нежизни? — спросил он, зная ответ, но надеясь, что ошибается.

— Да, — подтвердила его жена.

— Даже если бы мы объединились с другой группой, есть ли у нас численность, чтобы справиться с этим?

— Нет.

— План действий?

— Около двухсот тысяч светлосердых погибли в той камере, вместе с бог знает каким количеством посланников. Ничто, кроме переписывания реальности, чтобы изменить ситуацию полностью, не вытащит нас отсюда.

— Хорошо, что это план Асано, тогда.

Они прибыли к короткому туннелю, который вёл через стену к воротам. Массивная каменная плита была возвращена на место после того, как экспедиция отправилась, но магически защищённые двери, установленные в ней, были открыты. Стражники светлосердых, размещённые в нишах снаружи плиты, отступали внутрь, и их лидер срочно жестикулировал приближающимся искателям приключений.

— Мистер и миссис Ремор. Меня зовут Йокас. Нам нужно запечатать двери, чтобы их обереги могли помочь противостоять энергии смерти, но есть кое-что, что вы должны увидеть.

Габриэль подвёл своё облако к двери, и они посмотрели в то, что было тьмой в последний раз, когда они проходили через камеру. Это было уже не так. Камера смерти когда-то была главным домом для населения светлосердых, со зданиями, вырезанными в стенах и свисающими с потолка, наряду с разбросанными по земле. Многие из них разрушились под натиском корневой системы дерева посланников, которая сама покинула это место, когда оно стало залом смерти. Светящиеся камни давно потускнели, и люминесцентная флора погибла, оставив его тёмным, пустым и разрушенным.

Большая часть камеры была неизменной, полуразрушенной и наполовину обвалившейся, но теперь омытой зловещим фиолетовым светом. Источником освещения был кластер зданий на земле, в центре разрушенного города светлосердых. Там здание было дико трансформировано. Башни были искажены, участки камня выпирали, как волдыри, и сияли фиолетовым светом. Свет пульсировал в медленном ритме сердцебиения, в такт, как будто здания были единым организмом.

Другие здания, уже наполовину разрушенные, были грубо собраны заново с участками кладки, удерживаемыми на месте массивными костями, пронзающими каменную кладку, как куски мяса. Результаты выглядели странно, как будто сами здания каким-то образом были превращены в зомби.

Затронутая область продолжала распространяться, пока они наблюдали. Массивные кости, похожие на ноги гигантских пауков, поднимали куски кладки и возвращали их к разрушенным зданиям. Каменные пустулы раздувались, как беременные животы, и начинали сиять фиолетовым светом. Затронутая область города росла со скоростью, которая достигнет их через пару часов, возможно, меньше.

— Я собираюсь сказать, что это плохо, — сказал Габриэль.

— Уровень земли камеры цитадели уже находится в осаде, — сказал Йокас. — Ворота там внизу были полностью запечатаны месяцами; мы заполнили их камнями и сплавили их вместе. Нежить проходит сквозь стену вместо этого. Здания, вырытые в стене, оставили её полой, и хотя мы заполнили и запечатали дыры, как могли, было только так много, что мы могли сделать.

— Зомби-светлосердые?

— Некоторые, да. Те, которые просто анимированные люди, кажется, сохраняют по крайней мере часть своей стихийной силы. Но есть и другие вещи.

— Этого не должно происходить при реанимации, — сказала Арабель. — Жрецы Нежизни должны использовать силу своего бога, чтобы питаться стихийной магией. Используя её, чтобы создавать более мощную нежить.

— Они определённо это делают, — сказал Йокас. — Мы видели вещи там, которые не в порядке. Некоторые из них большие; вы увидите их, бродящими вокруг зданий, если дадите себе момент. Хотя, возможно, лучше не стоит.

— Я беспокоюсь о посланниках с поверхности, — сказала Арабель. — Мы не знаем, как они намеревались попасть в камеру цитадели, но теперь они нужны нам для плана Джейсона. Если они были пойманы в… вы чувствуете это?

— Это немного трудно пропустить, — сказал Габриэль, глядя на город.

Испорченная магическая энергия хлынула откуда-то из расширяющегося мегаполиса нежити.

— Это происходило, — сказал Йокас. — Мы думаем, это случается, когда они делают больших.

— Есть что-то ещё, — сказала Арабель. — Что-то живое. Там.

Она указала на секцию города, прямо за пределами текущего расширения. Несколько фигур поднялись в небо, стреляя к воротам. Это были посланники с поверхности, не стихийно трансформированные, и они бежали, спасая свои жизни. Они взлетели в воздух, держа курс на ворота, из которых искатели приключений наблюдали за ними.

Посланники не были маленькими, в среднем от семи до десяти футов, но то, что преследовало их, было намного больше. Оно имело смутную форму посланника, хлопая огромными крыльями, преследуя настоящее существо. Однако перепутать его с настоящим было невозможно; это была гнусная мерзость.

Помимо размера, примерно в два раза больше обычного посланника, тело было намного массивнее. Это был не какой-то гигантский посланник, воскрешённый из мёртвых, а амальгама других существ, части грубо сшиты вместе мёртвыми корнями деревьев. Плоть была взята у посланников, светлосердых и того, что выглядело как некоторые монстры, их трупы каким-то образом сохранились вместо того, чтобы превратиться в радужный дым.

Тот, кто или что создало мерзость, не нашло способа построить большую голову из частей, которые были доступны. Вместо этого широкие плечи были увенчаны пятью головами посланников, которые, казалось, ничего не делали, свисая, как трупы, которыми они были.

Посланники бежали от него, один золотой и несколько серебряных. Один из серебряных нёс объект размером с ванну, который выглядел очень похоже на устройство, которое посланники предоставили экспедиции. Когда они бежали, головы чудовища проснулись. Их рты широко открылись, и их головы повернулись в унисон, как игра с мячом клоуна на ярмарке, но не так жутко. Мясистые языки выстрелили, единственная часть существа, которая выглядела как живая плоть. Они хлестнули вперёд, танцуя с цепкой ловкостью, чтобы обернуть серебряных. Только золотой ранг был достаточно проворным, чтобы избежать их, и продолжал нестись к воротам.

— Муж, — сказала Арабель. — Апорт.

Габриэль выстрелил, оставляя след пламени на своём пути. Арабель левитировала в воздухе, единственный способ, которым пользователи эссенций могли использовать физическую силу со своими аурами, если гораздо менее эффективно, чем посланник.

— Хотите, чтобы я принял форму ездового животного, миссис Ремор? — спросил Тень из её тени.

— Спасибо, Тень.

Облако тьмы вышло из её тени и приняло форму гигантской вороны со светящимися белыми глазами. Она сидела скрестив ноги поверх неё, катаясь на мягких колебаниях, пока она удерживала себя в воздухе медленным хлопаньем крыльев.

— Я выбрал тёмно-ветровую ворону, — объяснил Тень. — Она не является родной для этого мира, но очень популярна в…

— Я уверена, история увлекательна, Тень, но, возможно, когда события будут немного менее срочными.

— Прошу прощения, миссис Ремор. Я становлюсь довольно не в духе, когда мои тела изолированы друг от друга. Племянница мистера Асано неоднократно уговаривала меня проявлять плохие суждения, пока большинство моих тел были с ним в изолированных астральных пространствах.

След огня вёл от ворот, мимо золотого ранга посланника к тому месту, где серебряные ранги были запутаны в щупальцах-языках, которые теперь отращивали шипы, вонзающиеся в их плоть. Габриэль прибыл в буквальном смысле в пламени славы, его меч был жёлто-белым от расплавленной стали, пламя танцевало вдоль лезвия. Он быстро принялся за работу, не освобождая посланников, а отрезая магическое устройство. Языки обернулись вокруг посланника, несущего его, и устройства, так что Габриэль отрезал их с болезненным шипением плоти.

Как только устройство выпало, Габриэль схватил его и выстрелил прочь. Посланников он оставил на их судьбу, чудовище было довольно тем, что питалось ими, пока он совершал свой успешный побег.

— Есть новости от Джейсона? — спросила Арабель, наблюдая за происходящим.

— Ещё нет, миссис Ремор, но я начинаю чувствовать свои другие тела, так как стихийная энергия уменьшается. Я полагаю, что общение скоро станет возможным.

Золотой ранг посланник волочил облако углей за собой, пока летел. Он прибыл перед Арабель и остановился на месте. Бросив взгляд на стражников, у которых оружие было наготове, он поднял руки.

— Отведите меня к вашему лидеру? — спросил он, затем оглянулся. — Быстро, пожалуйста? Эта новая работа отстой.

Арабель и стражники посмотрели на посланника в ошеломлённом молчании, когда Габриэль прибыл позади него.

— Это только мне, — спросил Габриэль, — или этот посланник немного странный?

СОМНИТЕЛЬНЫЙ СОЮЗ

СОМНИТЕЛЬНЫЙ СОЮЗ

Панцирь Онслоу был до отказа забит искателями приключений и светочами; экспедиция продвигалась по пустому туннелю. Культисты могли перемещаться самостоятельно, но, даже если бы они этого не умели, Клайв всё равно не пустил бы их внутрь. Сам Клайв сидел на вершине панциря вместе с Нилом, Белиндой, Руфусом и другими нелетающими участниками, которым не хватило места внутри. Белинда сотворила плоскую поверхность, на которой они могли сидеть, закрепив её на раме, плотно прилегающей к покатой крышке панциря.

Нил в очередной раз смахнул каменную пыль с волос — уже не в первый раз с тех пор, как они вернулись в туннели. Когда они проходили здесь в прошлый раз, свод был испещрен выступающими корнями, а теперь на их месте зияли пустые дыры. Сверху на головы сыпалось крошево, и медленно оседали облака каменной пыли.

Экспедиция двигалась в настороженной тишине, следуя указаниям Лоренна. Все ожидали, что за каждый шаг придется сражаться не на жизнь, а на смерть, но посланники собрали вещи и ушли. Туннели, которые они отвоевали у светочей в ходе долгого и кровавого конфликта, теперь стояли заброшенными и пустыми.

— Это жутко, — произнес Клайв. — На пути сюда посланники дрались с нами за каждый шаг.

— Мы летим, — заметила Белинда. — Никаких шагов мы не делаем.

Он повернул голову и одарил её тяжелым взглядом.

— Эй, — сказала она. — Не я тут жалуюсь на то, что нам не приходится пробиваться сквозь армию, которая летает и дышит огнем.

— И всё же невольно задумываешься, что ждет нас в конце, — вставил Руфус.

— Вижу, сегодня все просто сочатся оптимизмом, — хмыкнула Белинда.

— Может, я и оптимист, ты же не знаешь, — отозвался Нил. — Вдруг в конце нас ждут закуски.

— Сюда идет армия нежити, — напомнила Белинда. — Закуски — это мы.

— И кто теперь страдает от нехватки оптимизма? — спросил Нил.

— В капле надежды нет ничего плохого, — раздался голос Джейсона. Он приближался по воздуху, и его плащ был расправлен, словно крылья. — Надежда нужна, чтобы отыскать свет во тьме. Сдашься — и пропустишь его.

Он приземлился на платформу, и плащ окутал его фигуру. Со стороны он казался порталом в форме человека с парой светящихся глаз.

— Это звучало бы очень вдохновляюще, — сказал Нил, — если бы не исходило от монстра из пустоты, который явился сюда, чтобы похищать детей по ночам.

— Это было обидно, — ответил Джейсон.

— Нет, ты именно так и выглядишь, — подтвердила Белинда, и остальные согласно закивали. — Посмотри, ты даже светочей пугаешь.

Джейсон перевел взгляд на других пассажиров, сидевших на панцире Онслоу. Некоторые из них невольно отпрянули.

— Твоя аура не помогает, — заметил Руфус. — Ты давишь ею довольно сильно, и она ощущается какой-то... суровой.

— Мне нужно, чтобы все беспрекословно подчинялись приказам, будь то мои или Мириам.

— Да, — согласился Нил, — но твой личный бренд авторитета — это не «повинуйся или умри», а скорее «пойти против моей воли — это грех, который обречет тебя на вечные мучения». Я понимаю, что нам нужна дисциплина, но нельзя же так натягивать струну.

— Ты сейчас использовал «повинуйся или умри» как пример чего-то, что лучше меня? — спросил Джейсон. — Неужели всё так плохо? Руфус?

Руфус задумчиво почесал подбородок, неловко глядя в сторону.

— Ой, да ладно вам.

— Мистер Асано, — произнес Тень, и одно из его тел шагнуло из плаща Джейсона. — Мне удалось восстановить связь со своими телами в зале цитадели.

— Спасибо, — сказал Джейсон, после чего повернулся к своей команде. — Я собираюсь спроецировать свои чувства через Тень. Сделайте одолжение, присмотрите, чтобы я не свалился отсюда, пока буду отвлечен.

— Я присмотрю! — вызвался Нил.

— Кто угодно, только не Нил, — отрезал Джейсон.

Нил застонал: — Я понял, что проявил слишком много энтузиазма, как только эти слова сорвались с языка.

* * * Арабель, Габриэль и Йокас, страж-светочь золотого ранга, конвоировали пленного посланника к цитадели, летя вокруг него строем. Страж серебряного ранга нес устройство, которое Габриэль отобрал у посланников в тот момент, когда их утаскивало чудовище из палаты смерти. Двери в палату смерти теперь были закрыты и запечатаны, их защитная магия работала на полную мощь.

— Вы подозрительны, я это понимаю, — заговорил посланник. — Не думаю, что смогу сказать что-то такое, что заставит вас передумать. Мне нужно поговорить с Джейсоном Асано.

— Его здесь нет, — прорычал Габриэль. — И даже если бы был, у нас нет на это времени.

— Да уж, не шути так. Никому не нравится внезапная армия зомби, особенно Асано. В прошлый раз, когда он сражался с такой, он превратился в бездушную машину для убийства, и так до конца и не оправился.

— Он оправился, — возразила Арабель.

— Не на Земле. После того случая он стал затворником, а когда всё же объявлялся, то лишь для того, чтобы завоевать кусок Европы или убить кучу народа силой мысли. Я видел это по телевизору.

Арабель нахмурилась, разглядывая пленника.

— Сколько времени ты провел в мире Асано?

— Гораздо больше, чем он сам.

— Тебе придется многое объяснить, — сказала она.

— Ага, но, как сказал твой подручный, у нас нет на это времени.

— Подручный? — возмутился Габриэль. — Я её муж!

Посланник перевел взгляд с Арабель на Габриэля и снова на Арабель.

— Ты могла бы найти вариант и получше, — заявил он ей. — Я знаю, что времени в обрез, но мы с тобой могли бы...

— Похоже, тебя не слишком заботит гибель твоих собратьев-посланников, — перебила его она. За годы консультаций она научилась удерживать Джейсона в рамках темы. По сравнению с ним этот посланник был дилетантом в попытках увести разговор в сторону.

— Эти бедолаги работали на Весту Кармис Зелл, — ответил посланник. — Нам всё равно пришлось бы их убить, как только они поняли бы, что я уже настроил устройство в помощь Асано.

— Ты утверждаешь, что не работаешь на Зелл? — спросил Габриэль.

— И да, и нет. Всё сложно. Вы мне не поверите, а Асано — единственный, кто может проверить факты в моей истории.

— Прежде чем ты поговоришь с Джейсоном, — сказала Арабель посланнику, — давай начнем с твоего имени.

— Борис Кетланд. Можете звать меня Борисом.

— Это не имя посланника, — заметила Арабель.

— Ах да, простите. Мое настоящее имя — Борис Кет Лунди. Я не пользовался им о-о-очень давно.

Они приземлились на балконную платформу, где их ждала Марла с парой помощников. Будучи заместителем Лоренна, она отвечала за цитадель. Когда группа приземлилась, Борис окинул её взглядом с ног до головы, оценив сияющие оранжевые волосы и тонкие черты лица.

— Привет, я Борис. Как жизнь, красавица?

— В цепи его, — скомандовала Марла. Один из её помощников, светоч с близостью к металлу золотого ранга, сотворил цепи, которые обвили посланника.

— О, ты мне нравишься, — сказал Борис; его крылья исчезли, он уменьшился до человеческих размеров, и цепи упали к его ногам. Страж дернулся было, чтобы наложить их снова, но Марла остановила его жестом. Она посмотрела на устройство в руках стража.

— Ты знаешь, как этим пользоваться? — спросила она Бориса.

— Конечно. Я также знаю, зачем это нужно Асано, и всё уже настроено. Отведите меня в ваш зал резонансного массива, дайте начертить ритуальный круг, и дело в шляпе. Но, как я уже сказал этой неудовлетворенной женушке, вы мне не поверите. Мне нужно поговорить с Асано, чтобы я мог убедить его, а он — вас.

Из тени Арабель поднялся Тень.

— Убедить меня в чем? — раздался голос Джейсона из уст фамильяра.

* * * Гэри присоединился к группе светочей, укреплявших стену между цитаделью и палатой смерти. Проблема заключалась в том, что столетия назад стена была полой, превращенной в ярусы зданий. Сущности земли, железа и кузни, которыми владел Гэри, наряду с его знаниями об оборонительных сооружениях, дополняли способности светочей. Они придавали форму камню и металлу, укрепляя баррикады, заполнявшие внутренние помещения зданий. Гэри принимался за работу следом, очищая и укрепляя используемые материалы, а также совершенствуя конструкции баррикад, чтобы сделать их более эффективными.

— Здесь располагались наши правительственные административные здания, — рассказывала Коллас Гэри, пока они поднимались по лестнице на следующий уровень. Она была мастером по металлу и возглавляла этот отряд.

— Я думал, ваше правительство заседает на вершине цитадели, — сказал Гэри.

— Зал совета находится там, наверху, а также несколько офисов и помещений для персонала совета. Но реальная работа правительства — это все те люди, которые поддерживают его функционирование, и все они были здесь.

Её лицо помрачнело.

— Моя жена работала в одном из этих зданий. Когда культ Строителя вторгся к нам, она записалась в новые силы обороны. Мы тогда совершенно не умели сражаться. Потери были...

Она тряхнула головой, прогоняя воспоминания, и ускорила шаг.

— А теперь мы сражаемся плечом к плечу с теми же самыми культистами, — продолжила она, выплевывая слова.

Гэри не мог придумать ничего, что прозвучало бы как поддержка, а не банальность, поэтому молча последовал за ней вверх по лестнице.

— Нижние уровни сейчас довольно надежны, — сказала Коллас; в её голосе не осталось и следа мимолетной меланхолии, когда она сменила тему. — Мы их практически полностью заполнили, завалив камнем и сплавив его в монолит. Чем выше, тем меньше внимания уделялось обороне, но ни один участок не был проигнорирован. Теперь нам нужно укрепить некоторые средние и верхние уровни.

Лестничный колодец находился внутри зданий, со стороны цитадели. Находясь внутри стены, Гэри чувствовал нежить по ту сторону. Они скопились внизу, но некоторые уже карабкались по стене.

— Как думаешь, стена выдержит? — нервно спросил один из светочей.

— Я знаю, что нет, — ответила Коллас. — Мы должны сделать всё возможное, чтобы прорывы дались им как можно дороже. Мы работаем над тем, чтобы предотвратить крупные бреши, и будем латать мелкие, которые скоро появятся.

— А как насчет создания слабых мест? — предложил Гэри. — Создать воронки. Зоны обстрела.

— Было бы славно, будь у нас больше людей, которых можно поставить по ту сторону этих воронок. Мы в какой-то мере делаем это, сосредоточив ресурсы на нижних уровнях. По крайней мере, мы заставим их лезть выше к более слабым точкам. В конечном счете, мы не пытаемся победить. Мы пытаемся не сдохнуть, пока твой друг не затащит нас всех в астральное пространство или что он там затеял. Звучит всё это как полнейшее безумие.

— Иногда безумие — это единственный план, который сработает, — сказал Гэри. — Именно в такие моменты и нужен Джейсон.

* * * — Ты утверждаешь, что ты с Земли, — произнес Джейсон через Тень.

— Да, — ответил Борис. — И я знаю, что это порождает около тысячи вопросов, на которые ни у кого из нас нет времени. То, что я скажу дальше, породит еще тысячу.

— И что же это? — спросил Джейсон.

— Я из Неортодоксии.

— Это лишено всякого смысла.

— И не говори.

— Веста Кармис Зелл никогда бы не отправила кого-то сюда без клейма на душе.

— Верно. Кстати, мне понадобится твоя помощь, чтобы избавиться от него. У меня есть еще дней двенадцать, прежде чем она пробьется сквозь штуку, которая мешает ей взять меня под контроль.

— Как это вообще возможно?

— Зелл любит думать, что она лучший инженер душ в космосе. Это не так. Посланники вообще склонны считать себя лучшими в чем угодно.

— Но не ты? — спросил Джейсон.

— Нет, я тоже так считаю, хотя в моем случае это правда. Я лучший любовник в космосе.

— С чего бы мне верить хоть чему-то из этого?

— Можешь попросить Марлу проверить по-быстрому. Ну, не совсем по-быстрому. Я же лучший любовник в космосе.

— Любой подтвердит, что я люблю качественную пикировку не меньше других, — сказал Джейсон. — Но всему есть предел, так что еще одно слово в таком духе, и я прикажу им убить тебя, потому что у меня нет времени тебя терпеть. Почему я должен оказать тебе хоть малейшую крупицу доверия?

— Потому что у тебя нет времени этого не делать, о чем все постоянно твердят. Обещаю, что я с огромным удовольствием всё объясню, как только нам перестанет угрожать армия нежити. Нам нужно активировать зону трансформации.

— Откуда ты о ней знаешь?

— Кабала сумела собрать о тебе уйму информации, и я видел в новостях, как ты используешь зоны трансформации.

— Ты с Кабалой? С той Кабалой, что на Земле?

— Мы основали Кабалу, но сейчас это неважно. Когда Веста Кармис Зелл начала подыскивать среди других астральных королей стихийных посланников, мой настоящий астральный король понял, что здесь произойдет. Планы Зелл не являются секретом для её равных. Как только мы поняли, насколько сильно пострадает здешняя мерность от действий Зелл, мы осознали, как ты на это отреагируешь. Как я уже сказал, я видел, как ты используешь зоны трансформации. Я предложил план своему астральному королю, и меня фиктивно продали Зелл, чтобы я мог гарантировать твой успех. Всё шло гладко, пока не вылезла эта армия нежити, которой никто не ожидал.

— Зачем всё это? Неортодоксии плевать на этот мир.

— Нет, нам не плевать на тебя. Не знаю, много ли ты о нас знаешь, но Неортодоксия разрознена и нуждается в союзниках. Мы прячемся, потому что нам не хватает сил для борьбы, и ничего не меняется. Ты кажешься самым серьезным сдвигом в правилах игры за тысячелетия, но ты бесполезен для нас, если умрешь, пока ты еще смертен. И задобрить тебя сейчас показалось нам хорошей идеей.

— Ты знаешь, как пользоваться устройством, которое у тебя в руках?

— Без проблем. Я никогда не проходил через идеологическую обработку посланников, так что мне никто не говорил, что я могу изучать, а что нет. Я лучший специалист по астральной магии на этой планете.

— Второй после меня, — отрезал Джейсон.

* * * — Джейсон, — позвал Нил, встряхнув его за плечо.

Тот резко открыл глаза.

— Что случилось?

— Тебе лучше пройти вперед.

Джейсон понял, что экспедиция остановилась. Его плащ расправился крыльями, и он полетел вперед, одновременно связываясь с Мириам по голосовому чату.

— Что происходит?

— Мы наткнулись на стихийных посланников.

Он добрался до головы колонны, где искатели золотого ранга выстроились в оборонительную линию. Клайв был позади них, верхом на черной летающей птице с белыми глазами. Они находились почти у самого выхода из туннеля, ведущего в просторный зал. У входа стоял ряд золотых стихийных посланников — зеркальное отражение авангарда экспедиции. Джейсон встал рядом с Клайвом, и Мириам повернулась к нему.

— Они не нападали и даже не проявляли агрессии, — сказала Мириам. — Пытаются общаться жестами.

— Удалось что-нибудь разобрать?

— Моя способность перевода выхватывает обрывки, — ответил Клайв. — Изначально это были посланники с поверхности, так что они владеют языком, но сомневаюсь, что в их язык входит жестовая составляющая. Впрочем, очевидно, чего они хотят.

— И чего же? — спросил Джейсон.

— Союза, — ответила Мириам.

Брови Джейсона взлетели вверх.

— Это... неожиданно.

— Решение за тобой, командующий операцией, — сказала Мириам. — Мы пробиваемся внутрь или пробуем договориться?

Она мельком взглянула на Бофорта, культиста, стоявшего в ряду с другими «золотыми».

— Мы не понимаем, как они мыслят, — добавила она. — Это рискованная затея, даже по сравнению с другим нашим сомнительным союзом.

— По словам Марлы, — произнес Джейсон, — нежить расширяет свою территорию через мертвую зону, пропитывая здания своей оскверненной маной. Они ожидают, что враг достигнет стены меньше чем через два часа, и не думают, что продержатся долго после этого.

— Ты хочешь сказать, что у нас мало времени.

— Именно. Пойду пообщаюсь.

— Ты пойдешь прямо туда? — спросила Мириам.

— Ага.

— К этой толпе золотых посланников, чьи умы искажены нестабильной магией?

— Ага.

— У тебя же есть способность возвращаться из мертвых, верно?

— Ага.

— Ладно, удачи.

Джейсон проплыл сквозь строй «золотых» навстречу посланникам. Один из них вылетел ему навстречу — огненный тип, чье тело, казалось, состояло почти целиком из алмазов и рубинов, сиявших внутренним светом. Единственной органической частью её облика были длинные рыжие волосы, но даже они отливали металлическим блеском целестина.

Посланница сразу же начала общаться размашистыми жестами, смысл которых был ясен. Она указала на своих сородичей, затем на людей Джейсона, после чего сложила руки вместе, переплетя пальцы.

— Ты меня понимаешь? — спросил Джейсон.

Посланница кивнула.

— Вы хотите объединиться с нами против нежити.

Снова кивок.

— Какие у нас гарантии, что вы не перережете нас в тот же миг, как мы войдем на вашу территорию?

Посланница выглядела раздосадованной, её рот то открывался, то закрывался. Наконец, её лицо исказилось от напряжения, и она выдавила одно слово, нечто среднее между рыком и шипением:

— Нужны.

— Мы вам нужны? — уточнил Джейсон.

Кивок.

— Вот лучшее предложение, которое я могу сделать, — сказал Джейсон. — Мертвецов слишком много. Даже вместе мы не сможем перебить их всех. Особенно если вы к ним уязвимы, а я думаю, ваши действия это доказали. Ты понимаешь, о чем я?

Кивок.

— И ты согласна?

На лице посланницы отразилось нежелание, но через мгновение она кивнула.

— Хорошо. Единственный способ одолеть нежить — это заманить их в искаженную реальность, а нас вместе с ними. Весь этот подземный домен, если быть точным. Включая ваше древо.

Посланница открыла рот, издав дикий, шипящий рев, её лицо исказилось от ярости. Джейсон не реагировал, дождавшись, пока она замолкнет, прежде чем продолжить, как будто ничего не произошло.

— Как только мы окажемся внутри пространства искаженной реальности, нам всем придется соревноваться. Нашим людям, вашим людям и нежити. Победители забирают всё, проигравшие теряют всё. Это единственное предложение, которое я могу сделать. Любой другой путь, который я вижу, ведет к тому, что и ваш народ, и мой пополнят ряды мертвецов.

Посланница не была в восторге, но развернулась и поплыла обратно к своим, пока Джейсон оставался на месте. Золотые посланники собрались в круг. Они не разговаривали, и хотя время от времени доносилось ворчание, рык и шипение, Джейсон не верил, что это их способ общения. Он чувствовал сложное взаимодействие стихийной магии, которое, по его мнению, и было их языком; его способность чувствовать это даже слегка задевала дар перевода, словно слова, доносящиеся из-за стены. Наконец она вернулась.

— Вы нас впустите? — спросил Джейсон. — Нам понадобится доступ к природному массиву, чтобы сотворить нашу магию.

На лице посланницы снова отразилось колебание, но она всё же резко кивнула.

НАХЛЫНУТЬ, СЛОВНО ЦУНАМИ

НАХЛЫНУТЬ, СЛОВНО ЦУНАМИ

Экспедиция продвигалась вперед с предельной осторожностью. Элементальные вестники держались впереди, а разведчиков оставили позади следить за приближением нежити. Мириам и Джейсон находились на панцире Онслоу посреди строя.

— Удивлена, что вестники на это согласились, — сказала Мириам. — Это ведь не просто взаимная защита от нежити, а изменение самой реальности, в которой находится их дерево.

— Не уверен, что они действительно поняли хоть что-то из моих объяснений, — ответил ей Джейсон.

— Возможно, ты кое-что упускаешь, — заметил Клайв.

— О? — спросил Джейсон.

— Насколько мы можем судить, вестники здесь не главные. Главное — дерево, которое их создало. Мы думаем, что у дерева есть некая воля, но есть ли у него разум? Неважно, я считаю, что цель дерева — собственное благополучие, а не благополучие созданных им вестников. Понимает оно твое предложение или нет, мы знаем, что оно осознает угрозу со стороны нежити. Возможно, оно поняло, что твое предложение — единственный способ спастись от нее.

По мере того как экспедиция продвигалась по туннелям и залам, светлосердечные среди них все больше злились. Эти места когда-то были их домами, где они жили. Где выращивали пищу, где играли в детстве. Все, что они когда-либо знали, было украдено у них и брошено на произвол судьбы.

Когда они достигли областей, все еще удерживаемых деревом, стало только хуже. Эти места было не узнать: все заросло лианами и мхом, но не теми, к которым они привыкли. Все было залито кроваво-красным светом, исходившим от самих растений; болезненные красные вены пульсировали в лианах и листьях. Больше всего тревожили коконы: одни пустые, другие — с полуразвитыми вестниками, плавающими в мутной жидкости. Они гроздьями свисали со стен и потолков.

Все это было создано из мертвых светлосердечных — десятков тысяч. Материал, переработанный деревом; удобрение, использованное для его роста. Это было осквернение всего их вида, их семей и друзей, перемолотых и использованных заново, словно мешки с навозом.

Лоренн старалась сохранять спокойствие своего народа, хотя Джейсон чувствовал нестабильность в их аурах. Они были на грани того, чтобы взорваться, что в их нынешнем положении стало бы катастрофой. Атака на вестников так глубоко на их территории привела бы к тому, что их окружили бы со всех сторон. Джейсон подумывал о том, чтобы попытаться подавить их своей аурой, но решил, что риск слишком велик. Он доверял Лоренн и знал, что ее народ тоже ей доверяет.

* * * Камень и сталь разлетелись в стороны, когда стена взорвалась, осыпая обломки сквозь расползающееся облако пыли. Желтые светящиеся камни, вмонтированные в стену вокруг пролома, потускнели, когда с другой стороны пробился фиолетовый свет — вторжение энергии нежити истощало их силу.

Гэри тяжело спустился по лестнице сверху, за ним следовал массивный железный Голем, светящийся изнутри от жара. Он призвал своего кузнечного голема после первого прорыва, и теперь они вдвоем составляли основную силу группы реагирования. Остальные были мастерами камня и металла, которые должны были заделать пролом, как только Гэри и его Голем оттеснят нежить.

Этот пролом находился на третьем уровне из двадцати шести, а нижние уровни страдали от самых тяжелых атак. Другие группы реагирования были рассредоточены по стенам, укрепляя их там, где могли, и реагируя по мере необходимости. Большинство атак до сих пор состояли из потоков врагов бронзового ранга, с примесью нескольких серебряных. Однако уровень силы нежити рос с каждым прорывом. Серебряные и даже редкие золотые противники встречались среди нападающих все чаще.

Более слабой нежитью были оживленные светлосердечные и элементальные вестники. Многие сохранили элементальные силы, извергая огонь или метая небольшие валуны. Гэри отбивал снаряды щитом и не обращал внимания на пламя, пробиваясь сквозь толпу и оттесняя орду. Он и его Голем были подобны строительной технике, укрепляющей берега реки против наводнения.

Когда они оттеснили врагов достаточно далеко, Гэри наколдовал барьер, который продержался лишь мгновение, но этого было достаточно. Он и Голем отступили, а мастера стихий заполнили брешь, восстанавливая баррикады. Восстановленные барьеры были не такими прочными, как до прорыва, но на данный момент сойдут. Защитники знали, что они лишь затыкают дыры в плотине, которая в конечном итоге все равно рухнет. Лучшее, что они могли сделать — это выиграть время.

Гэри увидел потрясенные лица своей группы поддержки из светлосердечных и положил руку на плечо Колласа, их лидера.

— Я знаю, тяжело видеть, как твой собственный народ идет на тебя, словно монстры, пытаясь отнять то немногое, что у вас осталось. Просто помните, что не они те, с кем мы сражаемся; они — те, кого мы защищаем. Они не наши враги, а жертвы наших врагов. Приберегите свою ярость для тех, кто превратил их в оружие и направил против вас. Будьте сильными и помните, что вы сражаетесь еще и за тех, кого потеряли, а не только за живых.

* * * Джейсон и Мириам вышли вперед, когда Лоренн подала им знак.

— Мы приближаемся к залу природного массива, — сказала она. — Сейчас вы увидите дерево.

Джейсон ожидал некоторого нежелания со стороны вестников пускать экспедицию в их самое священное место, но ничего подобного не было. Мысли Клайва о первичности воли дерева казались верными: элементальные вестники были немногим больше, чем марионетки. Важно было только дерево.

Ни один из залов и туннелей, с которыми они сталкивались до сих пор, не был запечатан. Любые постройки, которые там находились, от зданий до дверей и ворот, были разрушены, а красножильные растения ползали по немногим разбитым остаткам. Зал массива был другим: корни образовали сплошную сеть над входом в помещение. Когда экспедиция приблизилась, эти корни отступили, сеть распуталась, открывая вид на зал.

Комната была залита красным светом. В центре, словно огромная колонна, росло безлиственное дерево, его ветви впивались в потолок, а корни — в пол. Кора имела грубую, похожую на камень текстуру, а из многочисленных точек сочилась лава, словно сок. В результате дерево выглядело наполовину вулканом.

Столбы из природного камня заполняли остальную часть зала, словно лес. Стены, пол и столбы были покрыты лианами и мхом, на которых в изобилии росли цветы. Эти цветы светились ослепительно ярко, придавая комнате тревожный красный оттенок.

Джейсон чувствовал массив под всем этим: эссенции и камни пробуждения, встроенные в стены, пол, потолок и столбы. Он ощущал их взаимодействие, создающее силу, намного превосходящую сумму ее частей. Он также чувствовал ее нестабильность. Дерево находилось в центре элементальной силы, как черная дыра, искривляя и искажая все вокруг.

Джейсон поплыл вперед в одиночку. Вестники не пытались его остановить, и он жестом остановил Лоренн и Мириам, когда те двинулись следом. Он добрался до дерева, ствол которого раскинулся перед ним, словно стена. Он протянул руку и коснулся его.

Дерево рождения (испорченное)

* Это дерево рождения — результат неудачной попытки создать кузницу душ. Не имея подходящих условий для роста, оно приспособилось к местному источнику энергии, испортив его и будучи испорченным в ответ.

Джейсон почувствовал, как некая воля давит на его собственную. Она была мощной, но юной, испуганной и беспорядочной. Она пыталась проникнуть в него, но он не почувствовал злобы. Расширение было ее природой, и он ощутил, насколько она встревожена тем, что ее заставили отступить с захваченной территории. Джейсон понял, что это не злонамеренная сила. Это было животное, раненое и сбитое с толку, следующее своим инстинктам.

Воля дерева была сильной, но по сравнению с тем, что Джейсон однажды испытал от Строителя, она была словно лист в урагане. Джейсон легко отбил ее, внезапно почувствовав жалость к дереву — искаженному живому существу, которое даже не понимало собственной природы. Он навязал ему свою волю, намереваясь не уничтожить дерево, а исцелить его. В зале послышался шепот, ветерок, которого не должно быть под землей, зашуршал светящимися цветами.

Джейсон кивнул своим мыслям, затем развернулся и поплыл обратно к группе. По прибытии он сразу начал отдавать приказы.

— Клайв и группа ритуалистов, приступайте к работе. Мириам, организуй защитный периметр так, как считаешь нужным. Нам нужно удерживать этот зал достаточно долго, чтобы ритуалисты успели сделать свое дело. Советница Лоренн, вы и ваш народ знаете эти залы, поэтому, пожалуйста, координируйте действия с тактическим командиром. Я, кажется, сносно общаюсь с вестниками, так что постараюсь взять на себя роль связного.

* * * Если бы нежить, атакующие стену зала цитадели, была просто армией оживленных светлосердечных и вестников, стена, преграждающая им путь в зал цитадели, никогда бы не пала. У них были элементальные силы, но они использовали их грубо, не обладая мастерством, чтобы пробить путь с помощью магии камня. Вместо этого они наносили неэффективные удары по стенам, не добиваясь успеха.

Вестники утратили способность к полету при превращении в ходячих мертвецов, даже если их крылья остались целы. Магия, позволявшая им летать, исчезла, хотя некоторые элементальные силы сохранились. Они были крупнее и сильнее светлосердечных, но все еще недостаточно, чтобы разрушить барьеры, блокирующие внутренние секции стены зала цитадели. Авантюристы и светлосердечные хорошо их укрепили.

Наступающая сила нежити в конечном итоге поглотила бы стену, и тогда ее падение стало бы неизбежным. Однако жрецы Нежизни не желали ждать так долго и уже начали развертывать более мощную нежить.

Рядовых бойцов — светлосердечных и вестников — не требовалось создавать при прямом вмешательстве. Жрецы тихо развивали самоподдерживающуюся систему, пока все считали, что зал смерти пуст и тих, за исключением нескольких спонтанно возникших призраков и зомби. Жрецы тщательно дозировали угрозу, чтобы заставить светлосердечных и вестников насторожиться, не вызывая ответной реакции. Это оставляло им свободу для подготовки.

Первую нежить жрецы оживили, чтобы использовать в качестве рабочей силы. Оттуда они создали ямы для спавна, в которых закрепили силу, дарованную Нежизнью. Они были сердцем этого нового домена; они не только оживляли любой брошенный в них труп, но и распространяли влияние энергии нежити.

Чем шире распространялось это влияние, тем более мощной становилась создаваемая нежить. Именно поэтому первые волны состояли из слабых бронзовых рангов, но с каждым мгновением появлялось все больше серебряных. Что касается источника тел, нежить бросала туда труп за трупом. Зараженная энергия смерти в зале сохраняла их, даже высокопоставленные тела не растворялись в радужном дыму.

Сохранение тел было именно той причиной, по которой Нежизнь отправила жрецов так глубоко под землю. Огромный запас трупов, вышедшая из-под контроля магия смерти и хорошо спрятанное место — это был настоящий список желаний для Церкви Нежизни.

Серебряный ранг — это предел того, что ямы могли поднять в нежити, поэтому у жрецов была и своя роль. На них лежала обязанность создавать индивидуальную нежить, способную достичь больших высот, вручную создавая золотую нежить одну за другой.

Гарт Ларосс был жрецом Нежизни и сам был неживым существом. Он был того же роста, что и вестник — около девяти футов (примерно 2,7 метра), его скелетообразное тело было закутано в темно-зеленый плащ. Силуэт показывал, что тело под ним, сформированное из скелетов дюжины монстров, не соответствует гуманоидным нормам. Под капюшоном череп со светящимися красными глазами наблюдал, как нежить выползает из ям для спавна.

Он был лидером десятков жрецов Нежизни, все золотого и серебряного ранга. Они уже отобрали лучшие трупы для своих более сложных творений, а все остальное шло в ямы. Большинство трупов принадлежало светлосердечным и вестникам, но были и монстры. Все, что было относительно целым, в конечном итоге выползало обратно, в то время как оторванные конечности и другие куски потреблялись как топливо для распространения влияния нежити в окружающей магии.

Жрецы иногда получали удовольствие, когда ямы выплевывали какие-нибудь мясные мерзости, сделанные из случайно сросшихся частей. Они не были особенно мощными, но жрецы находили их уморительными: руки, торчащие из лиц, и глаза на задней стороне коленей. Они обычно спотыкались, ничего не добиваясь, а иногда просто взрывались без предупреждения.

Гарт знал, что орды сейчас не имеют значения. Едва управляемые, он оставил их бессильно скрести стену, преграждающую путь к залу цитадели. Слабые массы нужны были для того, чтобы наводнить врага, когда их оборона падет.

Гарт и его жрецы были сосредоточены на создании своей более мощной нежити. Мерзости, сделанные на заказ, прославляющие величие Лорда Нежизни, того, кто захватит мир. К сожалению, никто из них не был достаточно силен, чтобы одолеть сильнейших защитников.

Если бы у них были более мощные существа в качестве базового материала, это была бы другая история. В детстве Гарт видел Дракона-нежить. В тот момент он понял, что будет вечно служить богу нежизни. Концепция такой силы под его командованием была мечтой, которую он никогда не терял.

Это задание глубоко под землей было тем самым шансом. Золотые вестники и авантюристы, которые сейчас противостояли им, станут ядром новой армии. Что касается дерева, даже сама Нежизнь была взволнована этой перспективой. Гарт чувствовал нетерпение бога каждый раз, когда они общались.

Но сначала нужно было захватить это подземное царство. Предоставленный самому себе, Гарт проигнорировал бы зал цитадели, где спрятались последние из светлосердечных. Расширение влияния нежити скоро поглотило бы их. Но лорд явился лично, чтобы приказать ему уничтожить их. Хотя бог не сказал этого прямо, Гарт знал, что там кроется угроза, которую нужно устранить как можно скорее.

Имеющиеся у них золотые мерзости не пробили бы стену быстрее, чем если бы они просто дождались, пока влияние нежити достигнет ее. По этой причине Гарт и его жрецы создали расточительную, но эффективную для этой цели форму нежити. Один из жрецов Гарта, Джефф, настаивал на том, чтобы называть их «бумерами» — идиотское название, которое, к сожалению, прижилось среди остального духовенства.

Бумеры были простыми созданиями. Груда плоти на четырех ногах, переполненная нестабильной элементальной силой. Если они взрывались среди своих же сил, это было обузой, но сил у них было в избытке. Пока они были эффективны для прорыва стены, это не имело значения. Когда они могли хотя бы частично войти в стены, прежде чем взорваться из-за старых построек, это было еще эффективнее.

Поскольку подготовка к захвату зала цитадели продвигалась, Гарт позвал своих жрецов-слуг.

— Стена зала цитадели скоро рухнет, — объявил он. — Пришло время обратить наше внимание на следующую цель и убедиться, что приготовления завершены. Дерево вестников — более важная цель, и хотя нет стены, которая могла бы нас остановить, туннели и залы между нами и им будут заполнены защитниками. Убедитесь, что низшая нежить пока не уходит. Будет пустой тратой, если мы позволим им просачиваться понемногу. Сдерживайте их, пока они не будут готовы нахлынуть в туннели, словно волна. Когда они придут, они придут, словно цунами.

Раздалось подавленное фырканье, и красный свет в глазницах черепа Гарта потускнел от разочарования.

— Клянусь Нежизнью, Джефф, если бы твой дядя не был рунным личом…

СЛОВА ИЛИ ДЕЛО

СЛОВА ИЛИ ДЕЛО

Первый серьезный пролом в стене образовался на пятом этаже. Все началось с небольшой выбоины: стена взорвалась, выбросив облако каменной пыли и обломков. Команда Гэри отреагировала первой; леонид снова двинулся вперед, чтобы перекрыть брешь. Именно тогда он увидел одно из существ, ответственных за взрывы, — нечто вроде светящегося сгустка на четырех ногах. Он метнул молот, пытаясь прикончить тварь до того, как она заберется в дыру, но на пути снаряда что-то возникло. Более могущественная нежить, похожая на иссиня-черного богомола с быстрыми, дергаными движениями и руками, заканчивающимися хитиновыми щитами. Если бы не излучаемая им аура, трудно было бы догадаться, что это нежить.

Молот Гэри вернулся в руку, когда существо-богомол двинулось вперед, защищая того, кто был позади. Гэри пригнулся за собственным щитом и начал отступать, зная, что сейчас произойдет. Он крикнул своей группе поддержки, чтобы те бежали.

Взрыв уничтожил богомола-щитоносца. По иронии судьбы, это также защитило Гэри и его голема от основной мощи удара, хотя их обоих все равно отбросило от стены, и они полетели вниз с высоты пяти этажей. Сама стена такой защиты не имела, к тому же она уже была ослаблена первым взрывом. Этаж выше обрушился, увлекая за собой баррикады того уровня и оставляя двухэтажную дыру, в которую хлынула нежить. Тварям пришлось карабкаться по груде обломков, упавших сверху, но это вряд ли могло их задержать.

Когда Гэри в тяжелых доспехах приземлился на корточки, по земле разбежалась паутина трещин. Он закинул за спину свое массивное, похожее на кувалду оружие — Средний молот Гэри. Магическая перевязь, надетая поверх призванной брони, удобно удерживала его на месте. Затем он сорвал с пояса крошечный молоток, рукоять которого была едва длиннее ладони. Обычно он держал его в пространственном кармане, но те все еще работали нестабильно, а у него было предчувствие, что эта вещь пригодится.

Сила Гэри соперничала с золотым рангом, поэтому он не просто поднялся, а буквально выстрелил собой в воздух, несмотря на вес доспехов. Достигнув уровня пролома, из которого его выбросило, и даже поднявшись чуть выше, он метнул зажатый в руке крошечный молоток — Большой молот Гэри. В полете молот комично увеличился в размерах, рухнул в дыру и превратил лезущую через нее нежить в кашу. Приземлившись, молот не перестал расти; он расширялся, пока не заполнил собой весь проем, даже заставив треснуть окружающую его каменную кладку.

Гэри опустился на летающую каменную платформу, которую под него подвел один из гвардейцев-светлосердечных золотого ранга.

— Впечатляющее оружие, мистер Зандир.

Гэри снял со спины свой средний молот.

— Но чертовски дорогое. Это одноразовая вещь, если только не найдете великана, ищущего себе новый инструмент. Он стоил больше, чем вот этот, — сказал он, жестом указывая на молот в руке.

— Тогда благодарим вас за расходы. Мы не можем позволить себе много таких проломов.

Они оба оглядели стену с воздуха: мелкие бреши возникали повсюду.

— Не знаю, как долго мы продержимся, — произнес Гэри. — Надеюсь, Клайв работает быстро.

* * * Клайв работал быстро. Вокруг дерева были установлены девять платформ, на каждой из которых требовалось начертить индивидуальный ритуальный круг. Каждый круг должен был реагировать не только на окружающую среду, но и на действия остальных.

Как выяснилось, Клайв был одним из величайших умов Паллимустуса в вопросах понимания магической теории. Хотя его специализацией была астральная магия, он хорошо разбирался и в ряде других областей. Однако это не делало его полноценным специалистом в них. Без людей, окружавших его, их затея уже потерпела бы крах.

Как и почти все остальные, Фарра не была ровней Клайву в теории магии. Тем не менее она оставалась признанным экспертом в своей области — магии массивов. Магия массивов не была чем-то броским, и каждый специалист имел о ней хотя бы фундаментальное представление. Но когда дело доходило до более тонких аспектов, наличие настоящего профи становилось критически важным. Фундаментальные знания Клайва в магии массивов были исключительными, но то, что требовалось сейчас, выходило далеко за рамки основ.

Быстро стало очевидно, почему первая попытка вестников трансмутировать природный массив провалилась. Сложность задействованной магии поражала даже воображение Клайва. Мало того что природный массив представлял собой парадигму магии, с которой он был слишком мало знаком, так еще и взаимодействие между массивом и окружающей средой было слишком сложным, чтобы он мог отслеживать его в одиночку, проводя при этом несколько взаимосвязанных ритуалов.

Интерактивность нескольких массивов была аспектом магии массивов, лежащим далеко за пределами основ. Понимание нюансов требовало слишком долгого изучения для любого, кроме узких специалистов, многие из которых фокусировались именно на этой стороне вопроса. Что же касается природных массивов, то изучение сетки на Земле сделало Фарру одним из немногих истинных экспертов на Паллимустусе.

Карлос Килидо оказался на удивление полезным в расшифровке того, как магия природного массива была искажена усилиями вестников. Используя дерево в качестве ориентира, эксперт по магическому осквернению помогал Фарре восстановить картину: что природный массив делает сейчас и что он должен был бы делать, не предприми вестники свою злополучную попытку превратить его в кузню душ.

Клайв руководил всеми теоретиками магии, которые в данный момент спешно тестировали и перепроверяли окружающую магию и закладывали основы ритуальных диаграмм, которые они медленно собирали воедино. Он был прорабом на стройплощадке, надзирая за работами согласно предоставленному ему проекту. Фарра же была архитектором, создавшим этот проект.

Белинда оказывала более непосредственную помощь, чем Клайв. Ее нетрадиционное обучение представляло собой смесь самообразования, помощи Клайву и практического применения в зачастую неблагоприятных и обычно незаконных условиях. Когда дело касалось специальных знаний или исполнения известной магии с точностью и эффективностью, она уступала Фарре и Клайву. Но когда требовались быстрые и грубые решения проблем, возникающих при использовании импровизированной магии, она оставляла их обоих далеко позади.

— Это крайне неэффективный магический проводник, — заметил Клайв, наблюдая, как Белинда дополняет один из ритуальных кругов.

— Проблема не в эффективности, — ответила ему Белинда. — У нас тут магия из всех щелей прет. Проблема в том, чтобы заставить эту магию работать на нас, а не взорваться или превратить всех нас в элементальных рабов разума, как этих вестников.

Фарра подошла поближе, чтобы изучить работу Белинды.

— Она права, — сказала Фарра Клайву. — То, что она делает, позволяет обмениваться магией, не вызывая помех в точках источника или назначения.

Клайв нахмурился, но не от раздражения из-за своей ошибки, а от любопытства.

— Ты не могла бы сделать для меня заметки о том, что ты делаешь, чтобы я посмотрел позже?

— Нет, не могла бы! — отрезала Фарра. — Мы стараемся действовать быстро, помнишь?

Лицо Клайва исказилось в неохотной гримасе.

— Ладно, — согласился он.

— Можешь связаться с Джейсоном и узнать, как у них дела с другим устройством? — спросила его Фарра. При этом напоминании лицо Клайва снова стало деловым.

— Да, — сказал он. — Все это не будет иметь значения, если они не справятся на том конце.

* * * — Разрушение обманул и наземных вестников тоже, — объяснял Борис, ползая по полу и вычерчивая ритуальный круг, в центре которого находилось устройство вестников. Оно располагалось в комнате прямо над залом с эхо-массивом в цитадели. Помогала ему и проверяла его работу Рамона, ритуалистка золотого ранга из команды Грань Луны.

Пока они работали, Борис подробнее рассказывал о своем участии в текущих событиях. Его слушателями были Марла, командующая светлосердечных, и Джейсон через Тень.

— Джес Фин Кааль верила, что Разрушение хочет мощного взрыва после того, как вестники успешно захватят кузню душ, — пояснял Борис. — Такова была сделка. Конечно, все должно было сработать иначе, так как вся разрушительная сила была бы поглощена самой кузней. Кааль думала, что это она играет с богом, но на самом деле играли ею. Она так и не поняла, чьим жрецам она предоставила доступ в туннель, контролируемый вестниками. Я ожидал увидеть жрецов Разрушения, ждущих нас, а не жрецов Нежизни. Мы бежали, и вот тут-то появились Габриэль и его сексуальная женушка.

— Ты и так на тонком льду, — раздался голос Джейсона из тела Тени. — Ты будешь относиться к Арабелле Ремор с уважением, независимо от того, присутствует она здесь или нет.

— Ты и сам не особо славишься уважительным отношением к людям, — заметил Борис.

— Твоя правда. А знаешь, чем еще я славлюсь?

Борис на мгновение замер, прежде чем возобновить работу.

— Исключительное уважение к миссис Ремор, — произнес он. — Кстати, почти закончили.

Борис и Рамона нанесли последние меловые линии, завершая диаграмму, а затем расставили материалы в различных точках внутри нее. Глиняную чашу с порошком, небольшие кучки камней квинтэссенции и несколько стопок духовных монет. Закончив, Борис повернулся к Тени.

— Можем начинать по твоему слову, — сказал он. — Устройство на этом конце готово к активации.

— Спасибо, — ответил Джейсон.

— Асано, — подала голос Марла. — Зал цитадели долго не продержится. Стена пробита уже в дюжине мест, и мы не успеваем затыкать дыры так быстро, как они появляются. Все больше наших сил приходится снимать с обороны проломов, чтобы разбираться с нежитью, которая уже прорвалась внутрь.

— Сколько вы сможете удерживать позиции? — спросил Джейсон.

— Может, час или два. А может, минуту или две. Один-два крупных прорыва — и нас захлестнет. Два часа — это наш предел. После этого наступающая зона Нежизни расширится до самой стены, и нам конец.

— Мы постараемся успеть как можно быстрее, — пообещал ей Джейсон.

В зале природного массива Джейсон открыл глаза. Он поискал взглядом Клайва и заметил, что тот уже направляется к ним, сидя верхом на Онслоу, который сейчас был размером с обеденный стол.

— Как подготовка на той стороне? — спросил Клайв.

— Они готовы. Теперь им нужно, чтобы и мы были готовы, прежде чем их раздавят. Они гораздо ближе к потере эхо-массива, чем мне хотелось бы. Сколько времени нужно нам?

— Как только мы проведем калибровку под невероятно сложную и постоянно меняющуюся элементальную энергию, на которую к тому же давит наступающая энергия Нежизни? Меньше минуты.

— А сама калибровка?

— Надеюсь, еще часа четыре. Точно не меньше трех, а может, и все шесть или семь.

— У нас нет этого времени. Я так понимаю, ты не завышал эти оценки специально, чтобы, когда я попрошу сделать быстрее, ты мог согласиться?

Клайв закрыл глаза и издал стон человека, пытающегося по телефону объяснить своей бабушке, как починить электронную почту.

— Джейсон, — сказал Клайв, — вестники облажались. Снова. Устройство в их калибровке не сработало бы. Они спроектировали эту штуку, не имея доступа к астральному пространству, которое мы исследовали, и не имея доступа к дереву. Их высокомерие заставило их думать, что они справятся и без этого, и они ошиблись. Очень, очень сильно ошиблись. У нас есть Карлос, расшифровывающий скверну в окружающей магии. Фарра, соображающая, как установить массив в этой причудливой магической среде. Если бы не Белинда, мы бы половину времени тратили на поиск обходных путей для сотни мелких проблем и магических несовместимостей. Моя работа — адаптировать все это к устройству, чтобы оно действительно могло делать то, для чего было создано. Это самый сложный импровизированный многоаспектный ритуальный массив, о котором я когда-либо слышал. Если бы хоть одного из нас здесь не было, на то, чтобы собрать все это воедино, ушли бы дни. Если бы вообще получилось.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Я просто говорю, что у цитадели нет того времени, которое тебе нужно. Не «скорее всего, нет». Нет.

— Если цитадели нужно больше часов, ты должен их найти. Если мы попытаемся активировать устройство прямо сейчас, то с тем же успехом можем просто выйти наружу и дать мертвецам нас сожрать. Если сроки невозможны, значит, пришло время тебе сделать что-то невозможное. Это ведь вроде как твоя фишка, верно?

Джейсон издал стонущий вздох.

— Посмотрю, что можно сделать.

Клайв направился обратно к подготавливаемому ритуалу, а Джейсон полетел туда, где Мириам руководила обороной. Нежить теперь вливалась в туннели сплошным потоком, и защитники применяли стратегию размеренного отступления. Авантюристы, культисты и светлосердечные составляли передовую линию, в то время как элементальные вестники наносили дистанционные удары из тыла.

Это раздражало некоторых других защитников, пока один из элементалей не проявил неосторожность и не попал под волну нежити во время отхода передовой. Защитники наблюдали, как сила покинула его в мгновение ока, словно выдернули пробку. Спустя мгновения он уже был на ногах и сражался на стороне врага.

Божественная сила, наполняющая нежить, оказалась серьезной проблемой. Она лишала многие атаки мощи еще до того, как те успевали нанести урон. Особенно это касалось атак элементальной силой, что делало вестников малополезными в бою. Это затрагивало и другие способности, особенно явно магические. Призванные снаряды были эффективны, но энергетические всплески ослаблялись или полностью сводились на нет. Бабочки Гордона не могли зацепиться за цель, тускнели и исчезали, стоило им приблизиться к нежити. Они даже не взрывались, как обычно, при уничтожении.

Джейсон не пытался задействовать Колина. Монстр-пиявка питался жизненной силой, и хотя он мог перемалывать мертвую органику, яды, которые были его главной силой, оказались бы неэффективны. Без Джейсона, который мог бы сначала сделать нежить уязвимой, их мертвая плоть оставалась практически неуязвимой. Учитывая, что он не хотел рисковать появлением армии мертвых червей, идущих на них, Джейсон держал Колина внутри своего тела, усиливая регенерацию. Когда ситуация станет совсем скверной, она ему наверняка понадобится.

Защитники выкашивали бесчисленное множество нежити за каждый дюйм сданной земли, но мертвецы продолжали идти, а пространство для отступления было не бесконечным. До зала с массивом, где им предстояло дать последний бой, оставалось еще какое-то расстояние, но этот момент неумолимо приближался.

— Сколько еще до завершения ритуала? — спросила Мириам у подошедшего Джейсона. — При нынешних темпах они достигнут зала с массивом через пару часов, и я не доверяю этой оценке. Сейчас мы видим лишь отбросы нежити, а мы знаем, что у них есть и более сильные особи.

— Сейчас они делят свои силы между нами и залом цитадели, — ответил Джейсон. — Если падет цитадель, неважно, ускорятся ли события здесь, потому что нам все равно конец. И даже при этом нам нужно больше, чем пара часов.

— Насколько больше?

— Где-то от трех до семи часов. А к тем двум часам, за которые, по твоим прикидкам, нежить доберется до зала, цитадель рассчитывает уже пасть. Может, и гораздо раньше. Их стена уже выглядит ненадежной.

— Командующий операцией, я сделаю все возможное, чтобы выиграть нам как можно больше времени. Даже если не брать в расчет наших не самых идеальных союзников, собравшиеся здесь авантюристы представляют собой невероятную мощь. Я положу наши жизни, если потребуется, и, вероятно, смогу добыть тебе нужные часы здесь. Но я ничего не могу поделать с цитаделью.

— Я знаю.

Мириам нахмурилась, ее командный голос опустился почти до шепота.

— Командующий операцией. Джейсон. Я знаю, ты любишь рассуждать о совершении невозможного. Если это не просто пустая болтовня, то сейчас самое время.

— Почему люди вечно просят меня сделать невозможное?

— Я знаю тебя не так долго, но ты вроде как часто об этом говоришь. Разве не по этой причине тебя поставили во главе?

— Только между нами? На словах это гораздо проще. Полагаю, именно это и называют: слова или дело.

— Значит ли это, что ты выбираешь молчание?

— Ты права: ты и впрямь знаешь меня не так уж долго.

ЧУДО

ЧУДО

Стена между залом цитадели и залом смерти протекала, как решето. Гэри теперь в спешке перемещался от пролома к пролому, как и другие отряды, но из полудюжины брешей в зал всё равно просачивалась нежить. Прорвавшиеся твари устремлялись к колоннам, поддерживающим цитадель, а защитники бросались им наперерез.

Арабелла Ремор блистала особенно ярко, вытягивая магию из нежити. Лишенные силы, которая их оживляла, они падали без движения. Отвратительные чудовища возвращались в состояние жуткой, но в остальном самой обычной падали. Магия, которую забирала Арабелла, собиралась в парящий эфирный сосуд. Он следовал за ней, куда бы она ни направлялась, словно утянок, наполненный гнусной силой нежизни.

Внутри сосуда оскверненная энергия Нежизни очищалась, превращаясь обратно в силу незапятнанной естественной Смерти. Эта энергия Смерти была ядом для нежити, сталкиваясь с искаженной энергией внутри них с взрывными последствиями.

Способность Арабеллы вытягивать энергию из нежити была наиболее эффективна против низкоранговых тварей. Она высасывала орды, хлынувшие через проломы, очищала их энергию, а затем обрушивала её на более опасных врагов, пробиравшихся следом. Это приводило к их детонации, превращая их в оружие против своих же.

Эта более сильная нежить была либо золотого ранга, либо мощными серебряными представителями. Их было легко отличить от обычной нежити — оживленных вестников и светлых сердец, наряду со случайными подземными монстрами. Самой опасной нежитью были созданные на заказ уродливые и разнообразные творения. Некоторые представляли собой амальгаму из монстров, вестников и светлых сердец, чьи разрубленные части были грубо сшиты вместе древесными корнями. Другие выглядели как цельные существа, искаженные плотской магией до состояния кошмара, не существующего в естественном мире.

Грубо сшитые ужасы, вроде пятиголового гигантского вестника, которого видел Габриэль, были самыми физически мощными. Монстры, измененные плотской магией, как правило, были более ловкими и обладали превосходными особыми способностями, как, например, бронированный богомол, который помешал Гэри заблокировать пролом.

Осада зала цитадели медленно, но неумолимо склонялась в пользу нежити. Их силы постоянно росли: от преимущественно бронзовых рангов до почти сплошь серебряных, среди которых были разбросаны чудовища золотого ранга. Потребность в вмешательстве защитников золотого ранга возрастала по мере того, как всё больше трудноубиваемых мерзостей прорывались через бреши. Некоторым из самых крупных даже не требовалась взрывная нежить — они проламывались силой, используя грубую физическую мощь.

Наконец, наступил переломный момент. Золоторанговой нежити стало слишком много, чтобы защитники могли на неё реагировать. Даже при том, что такие авантюристы, как Арабелла, стоили двух и более врагов, золоторанговую нежить было непросто устранить. Новые мерзости прибывали быстрее, чем удавалось уничтожить уже прорвавшихся. Всё больше нежити проникало в зал, беспрепятственно атакуя колонны. На некоторых уже появились опасные трещины, и если их рухнет достаточно много, вместе с ними падет и цитадель.

Гэри сражался бок о бок с Габриэлем в крупном проломе, сдерживая волну мелкой нежити, пока Габриэль разрубал пару золотых. Габриэль разделил свои атаки так, чтобы монстры упали рядом, давая Гэри шанс поразить их останки и серебряных рангов звуковым ревом. Рев прогремел через пролом, выбрасывая врагов наружу, обратно в зал смерти.

Гэри и Габриэль на мгновение передохнули, пока отряд светлых сердец Гэри взялся за ремонт пролома. Гэри мог бы помочь, обладая собственными силами изменять камень и металл, но у него не было лишней маны. Столь масштабные работы требовали много маны, и было эффективнее доработать то, что сделает группа поддержки, когда они закончат. Он приложил руки к баррикаде, едва заметно меняя материал, внося небольшие, но критически важные изменения в структуру.

— Видел, как близко этот фиолетовый свет подбирается к той стороне? — мрачно спросил Габриэль.

— Видел, — ответил Гэри.

— Как только он доберется сюда, эта стена перейдет из нашей территории в их. А когда это случится, времени на выигрыш больше не останется.

— Тогда давай убедимся, что мы продержимся хотя бы до этого момента, — сказал Гэри с яростной ухмылкой, которую Габриэль отразил.

— Ты никогда не сдаешься, да?

— Я однажды попытался сдаться. Ничего хорошего из этого не вышло.

* * * Тела нежити уже были разлагающимися по своей природе. Темная сила, которая их оживляла, также останавливала дальнейшее разложение, предотвращая дряхлость и распад. Некротические силы Джейсона не только нейтрализовали силу, сдерживающую дальнейшее увядание, но и многократно ускоряли его. Его клинок разбивал куски плоти, словно палка, бьющая по водяным шарикам, и разжиженное трупное мясо сползало влажными комьями. Наложенные им проклятия добивали нежить, пока он сам уже переключался на следующую цель.

Для Джейсона это был редкий шанс выступить в роли более традиционного бойца передовой, хотя и в своем собственном стиле. Его струящийся плащ делал его почти невидимым в пятнистом свете светящихся красных цветов и танцующих теней. Он прыгал по теням из одной области в другую: в один момент прорубая путь сквозь рядовых противников, а в другой — обрушивая на мощную нежить некротические проклятия. Меч, который сделал для него Гэри, косил нежить, словно коса жнеца.

Клайва включили в командный канал голосового чата Джейсона, чтобы он держал Джейсона и Мириам в курсе дела. Он хранил молчание, за исключением тех моментов, когда Мириам запрашивала отчеты о прогрессе, балансируя между безопасностью защитников и необходимостью замедлить продвижение нежити.

— Есть прогресс? — снова спросила она.

— Мы начинаем твердо понимать, как нужно откалибровать ритуалы, — доложил Клайв. — Я крайне уверен, что у нас всё получится, причем в нижней границе моих первоначальных сроков. Может, еще часа три. Это хорошие новости.

— А плохие? — спросила Мириам.

— Если нежить прорвется в зал с массивом, всё изменится. Энергия Нежизни повлияет на массив, и тогда нам конец. Нежить должна быть удержана вне этого зала любой ценой. Любой ценой.

— Хорошо. Спасибо, Клайв.

Мириам открыла личный канал связи с Джейсоном.

— Мы не сможем удерживать их вне зала с массивом еще три часа, — прямо сказала она ему. — Просто не сможем. Я могу начать давить сильнее и замедлить их продвижение, но будут потери. Как только они начнут расти, мы окажемся в тех же временных рамках, но с меньшим количеством людей.

— Цитадель в любом случае не продержится еще три часа, — сказал Джейсон.

— Нет, — согласилась Мириам. — Если у тебя припрятаны какие-нибудь чудеса, я бы очень хотела, чтобы ты достал их сейчас.

— Было бы неплохо, — сказал Джейсон. — Но я не…

Джейсон исчез, прыгнув по теням в тыл, чтобы появиться из тени Мириам.

— Что такое? — спросила она.

— На самом деле, у меня в кармане есть пара чудес, — сказал он. — Они не помогут нам здесь, но, может, я смогу ими обменяться.

— С кем?

— С другими людьми, у которых есть чудеса, очевидно. Мне придется сделать то, что мне не нравится.

— Мне плевать, что тебе нравится, Асано. Если ты можешь что-то сделать, делай.

— Да, — согласился Джейсон. — Просто никогда не думал, что буду полагаться на силу молитвы.

* * * Нападение нежити на зал цитадели становилось всё хуже, не только из-за силы самой нежити, но и из-за координации, с которой они действовали. Стало ясно, что Жрецы Несмерти направляют свои силы, как только их более мощные творения вступали в бой.

«Большой Молот» Гэри заткнул первый крупный пролом, но появились новые. Золоторанговые всё больше были заняты их удержанием, многие проломы были слишком запущены, чтобы их можно было запечатать, что связывало защищавшего их золоторангового на всю оставшуюся битву. Кузнечный голем Гэри был уничтожен, принесен в жертву, чтобы устранить золоторанговое чудовище, которое Гэри и его команда ликвидировали без помощи золоторангового авантюриста.

Голем самодетонировал, покрыв чудовище расплавленным металлом прямо внутри пролома. Команда поддержки Гэри затем сформировала копья из металла и камня прямо из стен, пронзив нежить десятки раз, одновременно закрывая пролом.

Гэри наблюдал, как еще один большой пролом взорвался прямо под его текущим местоположением. Опора под ногами затряслась, когда нижняя часть лестницы, на которой он стоял, обрушилась. Он огляделся и понял, что, опять же, не осталось свободных золоторанговых, чтобы отреагировать. Он бросил на свою группу поддержки серьезный взгляд и кивнул вниз.

— Пошли.

— Гэри, это огромный пролом, — сказала Коллас, лидер группы поддержки светлых сердец Гэри. — Мы не сможем удержать его в одиночку.

— Я смогу удержать его, — сказал ей Гэри. — По крайней мере, достаточно долго, чтобы вы успели запечатать пролом за моей спиной.

— Что? Нет! Если мы отрежем тебя там, тебе понадобится чудо, чтобы выжить.

— Тогда сделай мне одолжение и начинай молиться.

— Гэри, я молюсь последние два часа.

Успокаивающая ухмылка Гэри таковой не была: его львиное лицо выглядело так, будто он только что заметил добычу. Он шагнул с разрушенной лестницы, спрыгнув в пролом, и приземлился в облаке каменной пыли, густой, как туман. Нежить уже хлынула внутрь, силуэты в облаке были подсвечены фиолетовым светом. Он издал рев, от которого треснула каменная кладка, отбросив их назад звуком и силой. Каменная пыль яростно завихрилась, освещенная фиолетовым светом.

Только одна нежить устояла после взрыва — золоторанговое существо, похожее на жука, сделанное из сшитой плоти, с сотнями глаз, вшитых в тело. Оно излучало агрессивную ауру, давя на ауру Гэри с мощью золотого ранга. Это была не аура живого существа, а искусственная аура, внушенная этому чудовищу его создателями.

Аура Гэри прогнулась под натиском, но не сломалась. Аура существа искала слабые места, чтобы использовать их, но ничего не нашла. Годы тренировок с Фаррой, а затем с Джейсоном превратили ауру Гэри в крепость. Грубая сила золотого ранга грозила раздавить её целиком, но Гэри держался благодаря чистой решимости. Битва аур была одним из немногих мест, где сила воли могла склонить чашу весов ранга, пусть и немного.

Гэри не позволил духовной битве остановить физическую. Он был облачен в доспехи из темной тяжелой стали, которые раскалялись докрасна между пластинами, и его молот светился так же. Монстр был золотого ранга, но предназначен для духовной атаки. Это не означало, что бой будет легким, но он будет возможным.

Позади него команда поддержки Гэри отчаянно призывала его вернуться. Он крикнул им в ответ, не оборачиваясь и не замедляя шага.

— Было честью работать с вами, — крикнул он в ответ. — Вы знаете, что делать.

Он наколдовал каменную стену, усиленную металлическим каркасом. У него не было времени укрепить её должным образом, и он потратил как можно меньше маны. Это было сделано для обозначения позиции, а не как баррикада. Каменщики и металлоформовщики с другой стороны сделают это.

Мерзость была причудливой: не более чем мясной холм с шестью ногами и лоскутным телом, покрытым глазами. Она не отступила и не двинулась вперед при приближении Гэри, продолжая свой духовный обстрел. Позади неё неслась орда нежити, отброшенная ранее ревом Гэри. Он сменил стойку и поднял молот.

* * * Нежить была объединяющей силой. Светлые сердца, элементальные вестники, культисты и авантюристы — каждый из них считал двух других членов своего альянса заклятыми врагами, но нежить сплотила их всех. Всепоглощающая, экзистенциальная угроза — нежить превратила даже заклятых врагов в союзников.

Мириам осуществляла общее командование, направляя медленное отступление через залы и туннели. Каждая новая волна нежити была вынуждена ползти по останкам предыдущей. Широко открытые залы сдавались относительно быстро, так как их было труднее и дороже защищать. Туннели стали настоящим полем битвы, тесные пространства превратились в зоны смерти. Нежить дорого платила за каждый дюйм, иногда будучи вынужденной прорываться через груды своих же павших, чтобы продвинуться вперед.

Джейсон стоял далеко позади линии фронта в одном из таких туннелей, опустив голову и закрыв глаза. Его плащ звездного света был убран, обнажая лицо, испачканное в боевой грязи.

— Я знаю, что ты внимательно наблюдаешь за этим, — прошептал он. — Я знаю, что ты против нежити даже больше, чем те из нас, кто, скорее всего, от неё погибнет. Ты знаешь, что мне нужно.

— Это, — тихо произнес теплый женский голос, — была очень посредственная молитва. И довольно требовательная в конце.

Джейсон улыбнулся, поднял голову и открыл глаза. Богиня Смерти стояла перед ним в облике коренастой женщины средних лет в ярком платье. От неё исходило тепло, как от заботливой хозяйки таверны.

— Возможно, ты не слышала, — сказал ей Джейсон, — но молитва — это не совсем мое.

— О, я слышала.

— И я слышал, что в этом регионе ты обычно появляешься в облике сурового мужчины.

— Хочешь, чтобы я так выглядела?

— Нет, мне ты нравишься такой, — сказал он, бросив взгляд на продолжающуюся битву. — С той стороны и так достаточно холода и мрака.

— Согласна.

Он огляделся и увидел, что, похоже, только он заметил богиню.

— Чего ты хочешь от меня, Джейсон Асано? Ты знаешь, что люди, которые постоянно воскресают, не в фаворитах у меня.

— Но я нравлюсь тебе больше, чем нежить.

— Да. Но если ты хочешь чудо, тебе нужен один из моих слуг или великая жертва. И, вопреки тому, во что люди никак не перестанут верить, я не заинтересована в жертвоприношении жизней.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — Смерть — это лишь одна часть цикла.

— Знаешь ли? Ты кажешься полным решимости избежать этого цикла.

— Не думаю, что есть побег. Думаю, некоторые циклы просто намного больше других.

— Мне хотелось бы так думать, но моя юрисдикция не простирается за пределы этой планеты, у которой тоже будет свое время.

— У меня есть два воскрешения, — сказал Джейсон. — Можешь забрать их. Я предлагаю это в качестве своей жертвы.

— Я отказываюсь, — сказала ему Смерть. — Этого недостаточно.

СМЕРТЬ УМЕЕТ ЖДАТЬ

СМЕРТЬ УМЕЕТ ЖДАТЬ

— Двух воскрешений недостаточно? — спросил Джейсон у богини Смерти. — Даже в качестве оправдания для того, что вы и так наверняка хотите сделать?

— Цель не делает жертву дешевле, — ответила ему Смерть. — Жертва оценивается тем, от чего отказываются. И что значат воскрешения для тебя, Джейсон Асано? Для тебя, стоящего на пороге истинного бессмертия.

— О, — произнес он, когда до него дошло осознание. — Я понял. Если вы поможете, мы, скорее всего, победим, и я превращусь в астрального короля. Тогда мне не понадобятся эти воскрешения, а значит, они вовсе не будут жертвой.

— Они не являются ничем. Но их недостаточно.

— А чего достаточно? — спросил он.

— Твой путь ведет к Мощи, что выходит за пределы смертности, уводя тебя из-под моей власти. Но если ты обязуешься уважать мою волю даже тогда, когда окажешься вне моей власти, это будет иметь ценность.

Джейсон прищурился, встретившись взглядом с богиней.

— Вам нужна не жертва, — сказал он. — Вы хотите заключить какую-то сделку.

— Пакты — это то, как трансцендентные сущности ведут дела друг с другом.

— Я еще не трансцендентен. Не могли бы вы, пожалуйста, кое-что прояснить, чтобы я понимал, о чем мы вообще говорим? Никто еще не объяснил толком, что значит «полутрансцендентный». Насколько я понимаю, как только ты достигаешь пика бриллиантового ранга, достигая максимальной ступени смертной Мощи, ты становишься полутрансцендентным.

— Это верно.

— Значит, если эта половина — требование к Мощи, то вторая половина — это некий способ переступить черту? Пересечь порог смертности?

— Именно так, — подтвердила она. — Почти все полутрансцендентные существа достигли пика смертной Мощи и ищут способ преодолеть последнее ограничение. Куда реже встречаются такие, как ты, кто обретает вторую половину еще до того, как достигнет порога Мощи.

— Я еще не обрел ни одной из половин. И не обрету без вашей помощи. Если вы не принимаете мою жертву, зачем предлагать пакт мне? Тому, кто возможно имеет шанс потенциально пройти полпути к тому типу личностей, с которыми вы заключаете пакты? Это не звучит как надежная ставка.

— Бессмертие приносит терпение, Джейсон Асано. Смерть умеет ждать. Я могу получить от тебя уступку сейчас, на которую ты никогда не согласишься в будущем. Ценность этого стоит чуда.

— Очевидно, мне любопытно, какой уступки вы ждете, но сначала я должен спросить. Когда вы сказали, что «смерть умеет ждать», вы использовали метафору о концепции смерти или говорили о себе в третьем лице? И, к слову, участие в разговоре, где такой вопрос уместен — это одна из самых крутых вещей, что со мной случались. А я, на минуточку, межпространственный ниндзя-чернокнижник, так что эпичные моменты — это по моей части.

Единственным ответом богини был взгляд из-под приподнятых бровей.

— Ой, да ладно вам, — сказал он. — Я знаю, что ситуация крайне серьезная, и всё происходящее — трагедия для светлосердых, а мы тут пытаемся спасти то немногое, что осталось от их народа. Но иногда нужно остановиться и признать, что твоя жизнь потрясающая. Я веду переговоры о пакте бессмертия с богиней смерти, чтобы сразиться с вон той армией нежити. И делаю я это для того, чтобы мой друг мог применить заклинание волшебника, а я смог подраться за магическое дерево внутри искаженного кармана реальности. Для меня это момент из топ-семь. Наверное. Топ-восемь — совершенно точно. Однажды я нашел тако, который выглядел точь-в-точь как британский актер Брайан Блессид. То есть, мне так кажется; я был изрядно пьян.

— Я изложу уступки, которых жду от тебя, — произнесла она, проигнорировав всё остальное. — Я заберу твои воскрешения. Те, что у тебя есть, те, что ты когда-либо мог бы иметь, и те, что ты мог бы даровать другим. Ты согласишься с тем, что какова бы ни была твоя Мощь, какова бы ни была нужда, ты никогда не вернешь никого из мертвых.

— Я могу это принять.

— С этим легко согласиться, когда тебе меньше тридцати лет. А что будет, когда тебе исполнится тридцать тысяч? Это ограничение может начать тебя тяготить.

— Вы пытаетесь отговорить меня давать вам то, что вы хотите?

— Пакты между бессмертными могут пережить время существования вселенных. Мое существование будет относительно коротким в таком масштабе, но достаточно долгим. Нет никакого смысла в создании вражды, которая продлится миллионы лет, поэтому пакт должен быть справедливым. Здесь не место для сиюминутного мышления.

— Возможно, это и сиюминутное мышление, но я усвоил, что победа и поражение решаются в мгновения. Нужный дар в нужный момент, каким бы малым он ни был, стоит больше всего, что может предложить будущее. Там, откуда я родом, говорят: лучше синица в руках, чем журавль в небе. Я готов рискнуть тем, что мой будущий «я» будет меня попрекать.

— Раз ты идешь на это с полным пониманием, Джейсон Асано, между нами может быть заключено соглашение.

— Если это будет пакт, нам нужно определить условия. Начнем с того, чего хотите вы: никакого воскрешения людей. Я принимаю это, но мне нужно знать, где проходит черта. Где заканчивается радикальное экстренное исцеление и начинается воскрешение? Насколько я понимаю, даже магия в этом вопросе неоднозначна. Многие способности исцеления высокого ранга не делают различий между лечением едва живого и восстановлением мертвого.

— Ты можешь использовать свою Мощь, чтобы остановить состояние того, кто находится на грани смерти, и даже за ней, если сумеешь. Ты можешь удерживать их, пока не найдешь кого-то другого, кто сможет их восстановить, при условии, что не будешь делать этого сам.

— То есть, пока кто-то не ушел слишком далеко и его еще можно вернуть чужой магией воскрешения, я могу засунуть его в свое пространство души, пока не найду того, кто применит эту магию? Если я буду достаточно быстр и душа не успеет сделать ноги, я полагаю.

— Да.

— Приемлемо. Значит, переходим к моим условиям.

— Ты получишь чудо.

— Недостаточно. Вы просите вечность, а предлагаете мгновение.

— Нужный дар в нужный момент. Твои слова. Ты пришел ко мне в поисках чуда.

— Ценой жертвы, от которой вы отказались. А потом предложили совсем другую сделку. Это вы попросили о пакте, чтобы я вечно исполнял вашу волю. Я не против, потому что, к моему удивлению, некоторые вещи действительно стоит оставить богу. Или богам, как выяснилось. Клонирование динозавров, например, никогда не доводит до добра. Не то чтобы я советовал богам ударяться в клонирование динозавров.

Смерть бросила на него резкий взгляд, и взгляд Смерти был поистине пронзительным.

— Я к тому, — продолжил Джейсон, — что я не против ваших условий, но это то, что я буду давать вам вечно. Вечность — это долгий срок, даже для вас. Переживете ли вы эту планету?

— Нет. Всему свое время, включая эту планету, ее богов и вселенную, в которой она находится. Есть конец даже для того, что лежит за пределами реальности, хотя о таких вещах тебе знать еще не положено.

— Тогда, если всё получится, я всё еще буду ошиваться где-то поблизости, соблюдая ваши пожелания насчет воскрешения, спустя долгое время после того, как вы исчезнете. Вы сказали, что пакты должны быть справедливыми. Разве мои выгоды не должны быть столь же вечными, как и ваши?

— В принципе, я не возражаю, но не проси слишком многого, если всё еще хочешь получить свое чудо.

— Мне пришло в голову, что если вы просите меня исполнять волю Смерти, то именно это я и должен делать. Если воскрешение для меня — анафема, то разве нежизнь не должна быть ею тоже?

Смерть улыбнулась.

— Безусловно, — сказала она. — Твои условия приемлемы.

— Нам, наверное, стоит обсудить детали.

— Ты останешься доволен, я даю тебе слово. Готов ли ты поверить моему слову, Джейсон Асано?

Он смотрел на нее долгое мгновение в тишине, прежде чем кивнуть.

— Готов, — сказал он.

— Я хотела бы заметить, что могла бы предложить тебе только то чудо, которое тебе нужно сейчас, и ничего больше. И я могла бы потребовать взамен гораздо больше, чем потребовала, и ты бы согласился.

— Согласился бы, — признал Джейсон. — И это то, что вы делаете?

— Нет. Но я думаю, мои коллеги-божества оценили бы, если бы ты осознал, что такое божественное благоволение.

Джейсон кивнул.

— Я осознаю. Я никогда не отрицал, что я дурак, но я не слепой дурак. Я не могу отрицать всё то, что боги сделали для меня к этому моменту.

— Тогда, возможно, ты наберешься порядочности и проявишь больше уважения в будущем.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Мне хватает самообладания признать, что мои предубеждения влияли на то, как я относился к вам всем. Хотя Владычество всё равно тот еще козел.

Смерть одарила его невыразительным взглядом.

— Точно, уважение. Виноват. Личностный рост — процесс непрерывный. Можем мы теперь перейти к чуду, пожалуйста?

— Я должна предупредить тебя, Джейсон Асано: мое чудо не принесет тебе победу. Оно даст лишь шанс, который ты и твои союзники должны будете вырвать своими руками.

— Нам не нужно, чтобы вы сражались за нас. Нам нужен бог, который помогает тем, кто помогает себе сам.

— Тогда условия нашего пакта определены.

Пакт Смерти: Святость Смерти

* Если вы принимаете пакт смерти, любая способность воскрешать себя или другого будет запечатана. Этот пакт будет сохраняться при любых изменениях вашей природы или Мощи. * Сила нежити будет подавляться вашей аурой. Существующая нежить не будет ослаблена, но новая нежить не сможет ожить, а энергия нежити будет очищена из окружающей магии. * Пакт будет приведен в исполнение богиней смерти Паллимустуса, которая направит вашу душу для внесения изменений в саму себя. Божество не получит доступа к вашей душе. Любая попытка инициировать изменения вне согласованных условий будет отвергнута вашей душой. * В качестве внешнего условия этого пакта богиня смерти Паллимустуса совершит чудо.

Смерть протянула руку, и Джейсон сделал то же самое, прижав свою ладонь к ее ладони. Он почувствовал безмерность ее Мощи — его собственная была каплей воды рядом с океаном, раскинувшимся до бесконечности. Эта Мощь вошла в резонанс с его душой, не как атака, а как проводник, указывающий путь к самотрансформации.

Джейсон был хорошо знаком с наступательными методами взаимодействия с душой. Свой первый и самый суровый урок он получил от Строителя, но позже развивал эти силы сам, а затем вместе с Амосом Пенсинатой. Сейчас происходило то же самое, но в совершенно иной парадигме: не агрессивной, а благожелательной. Джейсон наблюдал своим духовным зрением, как перед ним открывается новая ветвь духовных манипуляций.

Концентрироваться становилось всё труднее, пока душа перестраивалась. Это было относительно небольшое и совершенно безобидное изменение, но всё же это была его душа, меняющая свою форму. Когда процесс подошел к концу, Джейсон почувствовал, как богиня взывает к силе, которую он забрал у всех поглощенных им вестников. Он черпнул эту силу и передал ей, согласно их уговору. Она вытекла из его души в нее, и затем ее Мощь отступила.

* Вы приняли пакт с богиней смерти Паллимустуса. * Вы приняли цикл естественной смерти как неотъемлемый элемент вашей души.

Новый титул: Хранитель Цикла

* Вы не можете воскрешать себя или других. Это изменение, примененное вами к собственной душе, не может быть отменено. Этот эффект сохранится при любой трансформации тела или души. Данное условие является частью соглашения. Если вы обойдете это условие, все остальные аспекты пакта будут аннулированы, и вы испытаете тяжелейший духовный откат. * Вы стали зоной отчуждения для энергии нежити. Энергия нежити не может существовать в окружающей мане вашего царства души, духовных владений или в области действия вашей ауры. Энергия нежити значительно более высокого ранга, чем ваша Мощь, может полностью или частично преодолеть это отчуждение. * Сила, дарованная нежити, например, через божественную мощь, аннулируется. Эффект может быть сильнее или слабее в зависимости от относительной силы вас и рассматриваемой мощи. * Подавление ауры нежити будет препятствовать способностям этой нежити. Нежить, способная частично или полностью сопротивляться подавлению вашей ауры, будет сопротивляться этому эффекту в эквивалентной степени. Оживляющая сила нежити, которая слабее вас, может быть нейтрализована в зависимости от природы магии, оживившей её. * Способности, накладывающие состояния, также накладывают Призрачный огонь. Способности, поглощающие ману, будут разрушать оживляющую силу нежити. Те, кто имеет прямую связь с вашей душой, получат такое же усиление своих способностей, если находятся в относительной близости от вас. * Пока ваша аура активно подавляет нежить, на союзников в радиусе действия вашей ауры воздействует Призрачный огонь.

* [Призрачный огонь] (состояние, периодический урон, магия): Призрачный огонь безвреден для живых, он успокаивает разум и защищает их от воздействия аур нежити и окружающей магии, насыщенной энергией нежити. Призрачный огонь крайне губителен для нежити, он разрушает их оживляющую силу и наносит постоянный трансцендентный урон.

Смерть исчезла, но Джейсон едва заметил это, упав на колени; его душа бурлила. Он изо всех сил пытался сдержать свою нестабильную ауру, ограничить её, как только мог. Внутри всё словно пропустили через блендер. Обладатели золотого ранга заметили возмущение в его ауре, и Мириам вывела Эмира из боя, чтобы тот проверил его состояние.

— Джейсон, что происходит? — спросил Эмир, подбежав к нему.

Джейсон стоял на четвереньках, наклонившись вперед, словно его вот-вот должно было вырвать.

— Поболтал с богиней смерти, — выдавил Джейсон сквозь стиснутые зубы. — Я в порядке.

— Богиней смерти? — переспросил Эмир, оглядываясь по сторонам. — Ты уверен? Смерть был богом, насколько я помню, а не богиней.

— Думаю, боги просто выбирают пол под настроение. По крайней мере, некоторые из них. Ты этого не знал?

— Я никогда не был особо религиозен. Они просто так меняют облик? Я знаю кое-кого похожего. Кстати, они всё еще ждут, когда ты поговоришь с ними о своем облачном доме. Ты заставляешь обладателя бриллиантового ранга изрядно нервничать, а это никогда не бывает хорошей идеей.

— Друг, в списке проблем, с которыми мне приходится иметь дело, ворчливый «бриллиант» сидит за детским столом. Ты-то здесь зачем?

— Меня послали проверить, в порядке ли ты.

Джейсон оторвал взгляд от земли и выразительно посмотрел на Эмира.

— Ну, э-э, ты в порядке?

— Бывало и хуже.

— Я так и думал. Я связался с целителем вашей команды по голосовому чату, пока шел сюда. Нил сказал, что ты, вероятно, выворачиваешься наизнанку, чтобы вытащить какую-нибудь нелепую силу из своей задницы.

— Вроде того. Я так полагаю, ты не заметил, чтобы где-то поблизости случилось чудо?

ИНОГДА ЭТО СЛУЧАЕТСЯ

ИНОГДА ЭТО СЛУЧАЕТСЯ

— Чудо? — спросил Эмир. — Вот почему ты встречался с богиней смерти?

— Думаешь, нам оно не нужно? — спросил Джейсон.

— Нет, оно нам определённо нужно.

— Вот я и решил обратиться напрямую к поставщику.

— Знаешь, я раньше постоянно болтал о своих связях с алмазным рангом. Зная тебя, хвастаться стало очень сложно, Джейсон.

Джейсон издал хриплый смешок, который перешёл в кашель.

— Поможешь мне встать? — спросил он, когда приступ прошёлся.

Эмир помог Джейсону нетвёрдо подняться на ноги.

— Ты правда в порядке?

— Я буду в порядке. К духовному урону привыкнуть сложнее, чем к физическому, но это возможно. Думаю, у меня вырабатывается толерантность.

— Джейсон, возможно, тебе стоит пересмотреть свой подход к жизни, если ты наносишь своей душе такие повреждения, что к ним вырабатывается толерантность.

— Знаю, правда? Кстати, ты мне не ответил.

— Какой был вопрос?

— Ты видел, как происходит чудо?

— Нет, не заметил.

Джейсон кивнул.

— Я сказал Смерти, что хочу бога, который помогает тем, кто помогает себе сам. Лучше мне заняться делом.

— Ты сейчас не в лучшей боевой форме, Джейсон.

— Всё в порядке. Мне просто нужно взять ауру под контроль. Тело подтянется. Давай направимся к линии фронта.

Джейсон сделал нетвёрдый шаг, выравниваясь, прежде чем упасть. Эмир подхватил его и закинул руку Джейсона себе на плечо для поддержки. Это было немного неудобно, так как Эмир был довольно высоким, а Джейсон — нет, но они медленно двинулись вперёд. Они пробирались к линии фронта из защищённой позиции, где Джейсон общался со Смертью.

Каменная кладка под ногами была потрескавшейся и усеянной зловещими растениями с красными прожилками, которые окрашивали всё вокруг в кроваво-красное сияние. Джейсон мог бы пролететь над неровным полом туннеля, но он не использовал свою всё ещё восстанавливающуюся ауру. Вместо этого Эмир помогал ему выбирать путь по неровной местности, пока тот с каждым мгновением становился сильнее и быстрее. Осторожное передвижение также помогало ему сосредоточиться на чём-то другом, кроме головной боли, пронзающей разум, словно шип.

— Я чувствую, как твоя аура начинает успокаиваться, — сказал Эмир. — Она ощущается иначе.

— Правда?

— Ты не чувствуешь?

— Сейчас моя душа ощущается как мясной смузи. Думаю, это «иначе».

— Я не об этом.

— Я только что заключил сделку с богиней смерти. Оказывается, боги не церемонятся, когда заключают сделки. Моя аура теперь вся такая смертоносная? Мрачная и холодная, с безмолвной неизбежностью окончательного конца?

— Нет, — ответил Эмир. — Она ощущается… не знаю, как описать. Естественно, но не от природы. Это не растения и деревья, это скорее…

Эмир замолчал, чтобы обдумать это, прежде чем продолжить.

— Джейсон, твоя аура всегда излучала чувство авторитета. Она осуждающая. Безличная. Гнетущая. Она ощущается как массивная каменная плита, испещрённая заповедями, которая упадёт и раздавит тебя, если ты их нарушишь.

— Не самое лестное описание, что я слышал.

— Что есть, то есть, Джейсон. Это изменение вписывается в ту же картину, это ещё одна часть этой властной натуры. Это ощущение, что связываться с законами жизни и смерти вокруг тебя — очень плохая идея. Но это не ощущается как что-то, навязанное извне. Это не изменило то, кто ты есть, а скорее открыло нечто новое, что всё ещё идеально вписывается в образ.

— Новый грех для людей.

— Да, но не такой суровый, как я это описал. Убийство — это тоже преступление. Жёсткий авторитет, защищающий тебя от этого, может быть суровым, но и утешительным в той безопасности, которую он предлагает. Здесь похоже, но это также ощущается естественным. Тёплым. Скорее, чем безопасность от убийства, это безопасность от…

Он указал на линию фронта и нежить, наступающую на живых.

— …от этого, — продолжил Эмир. — От холодной, разлагающей хватки нежизни. Твоя аура словно превратилась из зала суда в…

— Пожалуйста, не говори «церковь».

— Прости, Джейсон, но именно так это ощущается. Осуждающе, но при этом утешительно. Укрывающе. Авторитет, который не терпит нарушений, но также предлагает убежище.

— Я не хочу, чтобы люди думали о моей ауре как о бродячей церкви. Я не проповедник палаточного возрождения.

— Это хорошее изменение, Джейсон. Твоей ауре нужно было немного смягчиться.

— Твоё описание не делает её мягкой.

— Скажу «менее жёсткой». Свобода — это хорошо, и хотя я знаю, что это принцип, которого ты придерживаешься, никто, похоже, не сказал об этом твоей ауре.

— Моя способность ауры называется Гегемония, Эмир, а не «давайте все хорошо проведём время и поговорим о скрапбукинге».

— Да, но твоя сила — это лишь аспект твоей ауры. Важнее то, кто ты есть в самой сути.

— Значит, это не моя сила — хардкорный религиозный головорез, а я сам?

— Я этого не говорил. И я не говорю, что твоя аура плохая. Она может быть жёсткой, да, но иногда нужно именно это. Нравится тебе или нет, Джейсон, ты здесь наш лидер. Высший авторитет в этой экспедиции. То, что твоя аура такая властная, помогает, когда ты отдаёшь приказы.

— В основном приказы отдаёт Мириам.

— Джейсон, большинство этих авантюристов тренировались всю жизнь. Они понимают разницу между полевым командиром и главнокомандующим. Ты был немного неровен в начале этой экспедиции, это правда. Может быть, ты позволил Мириам взять на себя слишком много инициативы. Такое лидерство для тебя в новинку; полагаться на опытные руки — это нормально. Но когда настал момент, ты ответил. Когда восстали мертвецы, ты взял командование на себя. Ты вышел вперёд и проложил наш курс, когда нам была нужна сильная рука на руле. Лидерство — это не только отдача приказов, Джейсон. Люди должны полагаться на тебя. Аура, которая ощущается как убежище в опасные времена, — это то, за чем люди пойдут.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Ты долгое время руководил крупной и успешной операцией, и я видел, что твои люди любят и уважают тебя. Я восхищаюсь твоими лидерскими способностями, так что для меня много значит слышать это от тебя.

— Спасибо, хотя, если честно, в основном это Констанция. Без неё я был бы безнадёжен. У меня есть идеи, но именно она должна придумать, как заставить их работать. Думаю, она — моя Мириам.

— Тогда мне лучше не учиться всему у тебя. Я не собираюсь тайно сохнуть по Мириам десятилетие, прежде чем наконец наберусь смелости сделать предложение.

— Хочешь, чтобы тебя уронили на землю?

Джейсон усмехнулся.

— На самом деле, да, отпусти меня, — сказал он. — Я восстанавливаюсь довольно быстро, так что давай попробуем ещё раз.

Джейсон начал идти самостоятельно, хотя Эмир держался рядом на случай, если тот споткнётся. Джейсон некоторое время обдумывал слова Эмира, прежде чем заговорить, его голос звучал обеспокоенно.

— Эмир, ты сказал, что люди пойдут за моей аурой.

— Да. Джейсон, я не просто так болтал об этом ради светской беседы. Я пытался выразить, как твоя аура ощущается со стороны, потому что есть кое-что, чего ты, я думаю, не понимаешь.

— Что именно?

— Влияние, которое оказывает твоя аура, когда ты перестаёшь её скрывать. Ты скрываешь её большую часть времени. Не просто сдерживаешь силу, а маскируешь её более необычные аспекты. Когда ты снимаешь эту маску, как делал в этих битвах, люди видят её во всей полноте. Ты не осознаёшь, какое влияние она оказывает на людей.

— Я понимаю, что моя аура сильна и может делать странные вещи, но…

— Дело не в том, насколько она сильна, Джейсон. И не в том, как ты можешь её использовать. Я говорю о самом фундаментальном: как она ощущается. Люди этого мира привыкли к мощным аурам, витающим вокруг. Авантюристы с их хорошо натренированной силой. Аристократы, набитые ядрами монстров до отказа, сдерживающие свои ауры магическими предметами, чтобы не довести какого-нибудь старика до сердечного приступа.

Он обвёл рукой пространство вокруг них.

— Наш мир — это мир личной силы, — сказал он. — Насколько я понимаю, твой — нет.

— Теперь это мой мир.

— Но ты вырос не здесь. Ты не был воспитан в окружении силы, а в этом мире мы — да. Даже обычные ранговые подвергаются воздействию аур, которые они едва могут почувствовать, но которые постоянно омывают их, касаясь их восприятия всю жизнь.

— Не уверен, что уловил твою мысль, — сказал Джейсон.

— Суть в том, что в этом мире мы растём, узнавая, как ощущаются могущественные люди. И как ощущается сила, которая не исходит от людей. Я вырос, посещая площади поклонения и видя богов. Все так делают. И я не говорю, что ты ощущаешься как бог, Джейсон, хотя и не совсем иначе. Я говорю, что твоя сила ощущается как нечто иное, и чем сильнее ты становишься, тем ближе ты к тому, чтобы ощущаться кем-то большим, чем просто человек. Тебе нужно понять, что это не просто я так говорю. Каждый человек, которого ты встречаешь в этом мире и который по-настоящему видит твою ауру, чувствует это.

— Ты хочешь сказать, что я не человек?

— Конечно, ты человек, Джейсон, но твоя сила не ощущается принадлежащей человеку. Сила вроде этой — это то, чему люди этого мира с детства учатся поклоняться. Следовать за ней. Даже молиться ей.

— Ты пытаешься навлечь на меня неприятности с богами?

— Джейсон, ты уже в них. Ты думаешь, любой может вызвать бога, чтобы попросить о чуде?

— Разве не в этом весь смысл молитвы?

— Большинство людей не получают ответов, Джейсон, не говоря уже о личном посещении. Мы видели, как боги появляются перед тобой, словно ты для них священник. Мы видели, как ты разговариваешь с ними, словно они равные, что одно, но то, как они отвечают — совсем другое. Люди не думают, что ты бог, Джейсон, но мы видим, как ты стоишь на той же сцене, что и они. Сияешь силой, которая, возможно, ближе к их, чем к нашей. Всё, что нам говорили о силе с детства, говорит нам, что то, что у тебя есть — это нечто, за чем нужно следовать. И мы будем следовать, поверь мне. Не думаю, что у тебя есть выбор.

Джейсон перестал идти и глубоко вдохнул, прежде чем медленно выдохнуть.

— Я знаю, что нахожусь в центре множества странностей, Эмир. Некоторые я выбрал, некоторые — нет. Но я всё ещё просто человек посреди всего этого.

— Нет, это не так. Ты больше не можешь быть «просто» кем-то. Посмотри, зачем мы здесь. Мы пытаемся переписать реальность и превратить тебя во что? В какого-то бога-посланника? Ты хромаешь, потому что только что вызвал богиню смерти, чтобы заключить сделку.

— Я просто хотел чуда. Сделка была её идеей.

Эмир посмотрел на него безэмоциональным взглядом.

— Я не совсем опровергаю твой довод, верно? — спросил Джейсон.

— Джейсон, у тебя есть сила, которая выходит за рамки простого лидерства. И мы оба знаем, что с годами она будет становиться всё менее нормальной, а не наоборот. Люди чувствуют это и будут следовать за тобой именно из-за этого. В какой-то момент тебе придётся решить, что ты собираешься с этим делать.

— Ты часто произносишь моё имя. Это ощущается агрессивно, как словесный тычок пальцем.

Эмир ткнул Джейсона пальцем в лоб.

— Это потому, что я пытаюсь вдолбить кое-что в эту голову. Где-то в глубине души у тебя есть мысль, что ты всё ещё тот потерянный ребёнок, которого я встретил шесть лет назад. Что ты нормальный человек в необычайных обстоятельствах. Это не так. Ты и есть те самые необычайные обстоятельства, и они случаются с людьми. Рано или поздно нам всем нужно, чтобы ты взял на себя ответственность за это. Вот почему я трачу столько времени, говоря о твоей ауре, о том, как ощущается нахождение рядом с тобой. Вот почему я говорю о лидерстве.

— Я стремлюсь стать астральным королём, Эмир, а не обычным королём.

— Джейсон, послушай себя. Ты пытаешься стать не королём, ты пытаешься стать особым магическим королём. Но неважно, какой ярлык ты на это наклеишь. Как бы ты это ни назвал, речь идёт об ответственности. И ты знаешь, о чём я говорю, даже если не признался в этом самому себе. В Королевстве Штормов ты открыл портал, который не должен был открываться. Ты использовал его, чтобы спасти людей, которых он не должен был выдержать. Это было твоё первое чудо, Джейсон?

— Сделав это, я чуть не погиб. Чудеса не убивают тех, кто их использует.

— Да, Джейсон. Иногда убивают.

Они возобновили свой путь в молчании, пока Джейсон обдумывал слова Эмира. Его хромота превратилась в ходьбу, а ходьба — в шаг, он больше не беспокоился о том, чтобы споткнуться о лианы и неровную землю. Эмир колебался, стоит ли уходить, но линии фронта нуждались в нём. Джейсону не потребовалось много времени, чтобы убедить его вернуться в гущу событий. Джейсон продолжил путь в одиночку, и к тому времени, как он добрался до Мириам, он чувствовал себя по большей части целым. У него всё ещё была пульсирующая головная боль, но его аура успокоилась настолько, что он мог снова её использовать.

Мириам обрушивала мощную магию, одновременно отдавая приказы через голосовой чат. Как и у Аллайет, которая тренировала её, эссенция растений была центральной в наборе сил Мириам. Она демонстрировала явное отвращение к использованию причудливых растений, созданных деревом-посланником, но специалисты по растениям всегда становились сильнее в богатой растениями среде, особенно когда эти растения обладали большим количеством магии.

— Чем ты занимался? — спросила она Джейсона, когда он прибыл. Она стояла на большом камне для обзора, и он использовал свою теперь стабильную ауру, чтобы взлететь рядом с ней.

— Ты просила о чуде, — сказал он. — Я молился.

— И как всё прошло?

Джейсон закрыл глаза и успокоил разум, готовясь сильно надавить своей аурой.

— Думаю, мы вот-вот узнаем.

Они находились в туннеле, широком, но который было легче удерживать, чем открытые залы. Мириам дёшево отдала те залы, но в туннелях нежить должна была платить. Джейсон парил в воздухе, недалеко позади линии, где авантюристы, культисты и светлые сердца сдерживали неживой прилив. Безжизненные враги были пугающе молчаливы, безграничны в числе и не заботились о том, что их косят, как траву. У них не было морального духа, который можно было бы пошатнуть, когда они карабкались по растущим грудам нежити, пришедшей до них.

Джейсон направил свою ауру вниз по туннелю, чтобы омыть мертвецов. Эффект был мгновенным, так как защитники почувствовали, как всепроникающая энергия нежизни смывается. Сила, внедрённая в нежить как в группу, чтобы пожирать магию, брошенную в них, исчезла; атаки, которые мгновения назад приземлялись слабо, теперь врезались с силой.

Больше всего пострадали светлые сердца и посланники. Их стихийные силы были наиболее сильно затруднены, угасая до минимума или исчезая к тому времени, как они поражали нежить. Теперь эти атаки попадали тяжело. Взрывные огненные шары отправляли обугленные и расчленённые останки летать по воздуху. Облака углей и пепла счищали мертвую плоть с сухих костей. Каменные копья, которые раньше соскальзывали с тел нежити, теперь разрывали их на части, создавая частоколы, украшенные беспомощно пронзёнными жертвами.

— Это твоё чудо? — спросила Мириам. — Неплохо. Ты только что превратил большую часть наших сил из почти бесполезных в высокоэффективные.

— Чудо не моё, и это не оно, — сказал ей Джейсон. — Когда оно придёт, прибереги свою благодарность для богини смерти.

— Смерть — это бог.

— Почему никто не знает про гендерную текучесть?

— Что?

Джейсона спасло от объяснений, а Мириам — от их получения, появление чуда Смерти. У каждого члена защищающейся стороны над телами вспыхнуло призрачно-белое пламя, эфирное и чистое. Оно не жгло, но обладало успокаивающим теплом, поддерживая моральный дух и предотвращая любую панику от внезапного возгорания.

* Вы были затронуты чудом Смерти. * Вы были затронуты [Божественным призрачным огнём]. * Вы не можете воскреснуть, находясь под этим эффектом. * Вы невосприимчивы к энергии нежизни. * Любые связанные с нежитью недуги были очищены. * Любая нежить, с которой вы контактируете или на которую воздействуете своими способностями, будет затронута [Божественным призрачным огнём], который чрезвычайно вреден для них.

* [Божественный призрачный огонь] (недуг, периодический урон, магия): Божественный призрачный огонь безвреден для живых, успокаивает разум, защищает их от силы нежизни и очищает от любой магии нежизни, от которой они страдают. Божественный призрачный огонь распространяется при контакте и чрезвычайно вреден для нежити, разрушая их оживляющую силу и нанося постоянный трансцендентный урон.

Мириам сразу увидела проблему. Она открыла голосовой канал для всех защитников.

— Не останавливайтесь и не читайте! — крикнула она им. — Сражайтесь!

СРАЖАЯСЬ В ОДИНОЧКУ

СРАЖАЯСЬ В ОДИНОЧКУ

Джейсон ещё не использовал силу призрачного огня, которую получил, на нежити. Теперь он наблюдал, как божественно усиленная версия поглощает нежить, словно лесной пожар, распространяясь от защитников, будто они были святыми поджигателями. Всякий раз, когда оружие, доспехи или часть тела касались нежити, пламя переползало на них, словно их облили горючим. Огонь переходил от одного к другому, пока всё поле битвы не превратилось в белое, эфирное пекло. Даже горя, нежить не реагировала, продолжая сражаться в жуткой тишине, пока их тела не съедало пламя.

Джейсон ослабил подавление энергии нежизни, что было излишним, когда вся нежить в поле зрения страдала под призрачно-белым пламенем. Всё ещё страдая от похмелья после божественного пакта, он был очень рад возможности дать своей ауре отдохнуть. Мириам также позволила себе немного расслабиться, приказав дальнобойщикам сделать перерыв. Они, как правило, расходовали больше всего маны, так как состояли в основном из заклинателей. У них появился шанс восстановить часть этой маны, пока пламя оттесняло нежить за них.

На поле битвы даже бойцы ближнего боя отдыхали. Чудо Смерти принесло передышку на поле боя, хотя никто не питал иллюзий, что работа закончена. Однако на данный момент воцарился мир, пока груды тел нежити сгорали до пепла и радужного дыма. Трупы, из которых была оживлена нежить, поддерживались магией смерти, не давая им раствориться. Призрачное пламя разрушило эту силу.

— Это твоё чудо, — сказала Мириам.

— Чудо Смерти, — поправил он.

— Чем ты пожертвовал ради этого?

— Почти ничем. Смерть искал предлог, чтобы вмешаться, так что это был просто символический жест, на самом деле.

Мириам склонила голову, тихо вознося благодарственную молитву богу смерти.

— Пожалуйста, Мириам Вэнс, — сказала Смерть, появившись рядом с ней.

Джейсон огляделся и заметил, что Смерть снова ограничил круг тех, кто мог чувствовать его присутствие. Его новый облик был обликом эльфа-мужчины, бледного, с острыми чертами лица и тёмными глазами. Он был одет в аккуратную серую одежду в стиле Яреша, менее кричащую, чем наряды тропического Римароса. Его голос был монотонным, холодным и пустым, как пустая гробница.

Мириам опустилась перед ним на колени на скале, с которой наблюдала за обороной. Как и Джейсон, Смерть парил в воздухе рядом с ней.

— Спасибо, Лорд Смерть, — сказала Мириам, склонив голову.

— Встань, Мириам Вэнс, — сказала ей Смерть. — Ты всё ещё командуешь этой битвой.

— Конечно, Лорд Смерть, — сказала Мириам, вставая и переключая внимание обратно на бой. Однако она не могла не бросать косые взгляды на бога. Она видела богов всю свою жизнь, но это было другое. Это не храм или площадь поклонения. То, что она делала, было достаточно важным, чтобы явился бог. Даже если он был здесь в основном ради Асано, он мог бы скрыться от неё так же, как от всех остальных. Вместо этого он явился перед ней и произнёс её имя.

— Думаю, ты её немного отвлекаешь, — сказал Джейсон Смерти.

— Она адаптируется, — сказала Смерть. — Её воля сильна.

— Она многое вынесла в этой экспедиции, — сказал Джейсон. — Включая моё нубское руководство, большую часть времени. А теперь она несёт твои надежды. Могу пообещать тебе, что они в надёжных руках.

— Я знаю, — сказала Смерть.

Мириам резко, испуганно вдохнула, не отводя глаз от битвы. Она стояла неподвижно между Джейсоном и богом, голова шла кругом от их непринуждённой болтовни. Как и каждого ребёнка, её учили, как вести себя во время посещения богом площади поклонения или храма. Никто никогда не говорил ей, что делать сейчас.

— Кстати, спасибо за чудо, — сказал Джейсон.

— Это был равноценный пакт, Джейсон Асано. Нет нужды в благодарности.

— Я всё равно поблагодарю.

— Тогда я снова поблагодарю тебя за то, что ты вернул моё духовенство те годы назад. Позволить им быть похищенными и запертыми в стазисе, вне моей досягаемости, было тяжким провалом с моей стороны. Вдвойне так, поскольку они не могли ни жить своей жизнью, ни достичь своей смерти. За веру в меня они были возвращены в мир, где почти все, кого они знали, были мертвы столетиями. Места, где они жили, часто были неузнаваемы, если не исчезли вовсе.

— Как они реадаптируются? — спросил Джейсон.

— Некоторые лучше других. Они были рады узнать о твоём возвращении из могилы. Несмотря на мои увещевания по поводу этих сантиментов.

Джейсон заметил лёгкую улыбку, дразнящую уголки рта Смерти, даже когда его голос оставался плоским, как надгробие. Он видел любопытство, грызущее выражение лица Мириам, но она не могла заставить себя спросить в присутствии бога.

— Мы, боги, попросили их оставить тебя в покое, на данный момент, — продолжила Смерть. — Многие смотрят на тебя так, как, мы знаем, тебе пока некомфортно. Я бы посоветовал осторожность, если ты столкнёшься с бывшими жрецами Чистоты, однако. Те, кто не нашёл других верований, пострадали. Многие сбиты с толку и потеряны. Некоторые покончили с собой. Другие злы, и часть этой ярости направлена на тебя, как бы иррационально это ни было.

— Гнев не обязан иметь смысл. И они пришли к этому честно. Разве Чистота не санкционировал себя и не был заменён Маскировкой, пока они были заперты?

— Да.

— Вот почему он отверг всех своих жрецов?

— Ты прав, — сказала Смерть. — Маскировка действовал медленно и осторожно, впервые принимая роль Чистоты. Шло время, духовенство менялось со сменой поколений, и он кропотливо двигал его к экстремальным аспектам полномочий Чистоты.

— Но куча людей, знавших оригинальный рецепт, не согласилась бы на новый, более острый вкус.

— Это был риск, который не стоил того, да.

— Тебе не хоть немного стыдно за то, что ты не сказал всем, что Маскировка притворялся столетиями?

— Джейсон! — прошипела Мириам.

— Не беспокойся, Мириам Вэнс, — сказала ей Смерть. — Я не обижаюсь на вопрос Джейсона Асано. Его задают нам по всему миру, даже наши верующие. Особенно наши верующие. Разве ты сама не задавала себе этот вопрос, Мириам Вэнс? Даже в своих мыслях?

— Я… задавала, — призналась Мириам.

— В сомнениях нет стыда, дитя, — сказала ей Смерть, голос стал теплее, чем был. — Мудрость приходит от знания, а не от невежества. Существуют отношения между богами и смертными, и вы были обмануты. Мы были разочарованы, насколько это возможно для нашего рода, но мы ничего не могли поделать. Скрытые боги действуют иначе, чем те из нас, кто работает открыто. В каждом городке, достаточно большом, чтобы поддерживать более одного коллективного храма, есть место поклонения, посвящённое мне. Моё присутствие существует везде в этом мире, где вещи живут и умирают. Моё влияние имеет дом в каждом городе и деревушке, и я использую его каждый день. У богов вроде Нежити, Разрушения и Маскировки есть только скрытые твердыни, на которые постоянно охотятся. Они копят свою силу, приберегая её для своих попыток совершить грандиозные злодеяния. Маскировка под Чистоту был величайшим триумфом Маскировки, и всё, что мы могли делать — это смотреть и ждать.

— Чего? — спросила Мириам.

— Того, что вы выясните правду.

— Я? — спросила Мириам, широко открыв глаза и повысив голос на октаву, когда повернулась, чтобы уставиться на Смерть.

— Смертные, — уточнила Смерть.

Джейсон подавил смешок, когда Мириам покраснела до корней волос.

— Взгляд на битву, Мириам Вэнс, — мягко напомнила ей Смерть.

Мириам издала скулящий звук, поворачивая взгляд обратно к битве. Язык её тела был языком черепахи, которая обнаружила, что ей некуда спрятаться, несмотря на то, что ей очень хотелось.

Несмотря на нервозность, мысли Мириам неслись вскачь. Она сосредоточилась на меняющемся состоянии битвы и реакциях своих сил. Приказы, которые она отдавала через групповой чат, не показывали никаких признаков её беспокойства из-за присутствия бога, которого мог видеть только Асано.

Она взглянула на Джейсона, который не выказывал ничего, кроме полного спокойствия в языке тела и ауре. Казалось, он искренне невозмутим из-за армии нежити, чуда перед ними или присутствия бога, ответственного за него. Он заметил её взгляд и кивнул, рассеянно почесав ухо. Чем бы он ни пожертвовал, чтобы Смерть переломил ход битвы, она была уверена, что это не было так незначительно, как он утверждал. Если он не хотел говорить, то она не будет настаивать; она ограничилась безмолвной благодарностью, переключив внимание обратно на битву.

Свежие волны нежити двигались, чтобы заменить огромные потери, которые они понесли от пламени. Многие элементальные посланники до сих пор не могли сражаться из-за страха, что их сила будет истощена. Исчезновение силы, пожирающей их магию, и успокаивающая сила божественного призрачного огня придали им смелости. Мириам поняла, насколько, только когда они ринулись в атаку, массово пролетая над линией фронта.

— О, боги, прокляните всё это! — прорычала Мириам. — Мы едва можем общаться с этими существами. Как я должна вернуть их на тактические позиции?

— Хорошо, что они теперь действительно имеют значение, — сказал Джейсон.

— Они не будут иметь значения, если их изолируют и перебьют. Мы не можем вечно полагаться на силу Смерти; это наша битва.

Джейсон улыбнулся при лёгком кивке одобрения Смерти, хотя Мириам пропустила это, направляя линии битвы адаптироваться к посланникам, вышедшим из-под контроля.

— Дерево — это ключ к посланникам, — сказал Джейсон. — Не думаю, что у него есть разум, но у него есть воля. Может, я мог бы попытаться передать ему твои намерения?

— Многоступенчатая линия связи с сущностью, у которой есть инстинкты, но, возможно, нет интеллекта? Никакого способа отдать чёткие инструкции, с которыми оно может согласиться или нет? В битве, Оперативный Командир, работает простота. Иногда. Сложность длится ровно столько, сколько нужно для того, чтобы произошло одно событие, и план летит в окно. Я ценю предложение, но отдавать приказы ненадёжному союзнику через игру в «испорченный телефон» с деревом — это не то, на что у меня есть время.

Действия посланников развеяли нервозность Мириам из-за присутствия их божественного наблюдателя, словно она забыла о его присутствии. Пока она объясняла Джейсону, почему разговор с деревом не поможет, она также отдавала приказы по нескольким голосовым каналам. Она сканировала поле, чтобы оценить новую ситуацию и найти оптимальные ответы, перестраивая свои силы соответствующим образом. По крайней мере, те, кто её слушал.

Джейсон возобновил подавление ауры, используя его на самой могущественной нежити. Золотые аберрации были слишком сильны, чтобы он мог полностью их подавить, но даже частичное уменьшение их силы помогало. С их силами, уменьшенными, и более слабой нежитью, очищенной огнём, защитники обрушились на одну аберрацию за другой.

— Что думаешь? — спросил Джейсон, когда Мириам перестала выкрикивать постоянные приказы через голосовой чат. — Этого достаточно? Мы удержим их подальше от камеры естественного массива?

— Да. Я собираюсь приказать нам продвинуться вперёд и вернуть часть земли, которую мы отдали. Они вернутся, но этого будет недостаточно. Мы удержим.

— Тогда всё дело в камере цитадели.

— Да. Сражаться с нежитью — это одно, а этот фиолетовый свет — другое. Как только он заразит стену, им конец. Ты можешь оттеснить этот свет тем, что делаешь с окружающей магией?

— Нет. Я чувствовал, как он растёт, и это не просто что-то в окружающей магии. Это что-то более глубокое. Бог нежити захватывает территорию, просачивая свою силу в землю. Он делает её своим доменом. Я знаю эту силу лучше большинства, и потребуется больше, чем аура, чтобы остановить её.

— Нечестивая земля? — спросила Мириам.

— Да, — сказал Джейсон. — Думаю, он пытается превратить всё это подземное царство в массивный храм.

— Так и есть, — подтвердила Смерть. — Нежить захватывает территорию.

— Тогда что нам делать со стеной? — спросила Мириам. — Остановит ли этот огонь Нежить от расширения его территории над ней?

— Нет, — сказала Смерть. — Вот почему призрачный огонь — это только половина чуда, которое я обещал.

— А что было другой половиной? — спросил Джейсон.

— Нежить щедро тратит своё влияние в этом месте, — сказала Смерть.

— Разве это не его главная фишка? — спросил Джейсон. — Копить свои жетоны «вмешательства в мир смертных», чтобы использовать их все на главный приз? К тому же, ты не ответил на мой вопрос.

— Физическая реальность — это место ограничений, даже если у нас, богов, их нет, — сказала Смерть.

Джейсон закатил глаза, так как его вопрос остался без ответа.

— Эти ограничения, — продолжила Смерть, — неизбежны, если мы хотим оказывать своё влияние на физический мир. Мы, боги, находимся в равновесии — сложной гармонии, которая работает почти так же, как мир природы. Мы, в конце концов, часть естественного порядка. Даже у богов вроде Порчи, Разрушения и Боли есть своё место. Но Нежить — исключение. Порча существует внутри естественного цикла, но концепция нежизни — это порча самого цикла. Его бог, соответственно, стоит особняком, не понимая баланса, который существует между остальными из нас. Он не может понять его, потому что такова его природа — не понимать. Мы должны, следовательно, время от времени обуздывать его.

— Тогда зачем мы вообще сражаемся с его жуткой армией? — спросил Джейсон. — Иди отчитай его. Это и есть другая часть чуда? Отчитать его?

— Да.

— Погоди, правда?

— Я сбросил территорию, которую он захватил, подавив его домен, но это всё, что я могу сделать. Он уже начал строить её снова, и я не могу вмешаться во второй раз, даже если он продолжает действовать. Баланс влияет на меня, так же как и на него. Он долго копил свою силу, чтобы влиять на мир смертных, и теперь он тратит её. Его домен начал расширяться снова, и его жрецы проводят ужасную работу в темноте. Конфликт между Нежитью и мной — это теперь прокси-война, ведущаяся между его жрецами и твоими авантюристами. Надеюсь, вы справитесь хорошо.

Смерть исчез так же внезапно и бесшумно, как появился, не потревожив даже воздух.

— Смерть только что сделал нас своими генералами в священной войне? — спросила Мириам.

— Ага. Я бы сказал, что это заслуживает сэндвича, но воздух здесь довольно вонючий. Наверное, вкус будет странный.

— Как ты можешь быть таким беспечным по поводу этого?

— Ничего не изменилось, — сказал Джейсон. — Мы в любом случае собирались сражаться. Если ты будешь переживать каждый раз, когда какие-то алмазные ранги, боги или великие астральные существа проявляют к тебе интерес, ты никогда ничего не добьёшься.

— Это не кажется даже отдалённо правильным.

Джейсон усмехнулся.

— Я понимаю, — сказал он. — Бог полагается на тебя, и ты чувствуешь это давление. Но я скажу снова: ничего не изменилось. Выбрось это из головы и делай то, что уже собиралась делать.

Мириам нервно кивнула. Она не позволила бы этой неуверенности проявиться перед кем-либо из своих подчинённых в экспедиции, но Джейсон был её командиром. Он был единственным, к кому она могла обратиться за утешением, и он старался изо всех сил.

— Если мы сможем продержаться достаточно долго, чтобы активировать устройства здесь и в камере цитадели, — сказал он, — тогда мы сможем встретить их в зоне трансформации. Там сила Нежити не сможет до них дотянуться. Нежить также будет разделена на зоны, так что жрецы не смогут влиять на них, пока не покорят эти зоны одну за другой. А это значит, что мы можем победить их. Есть путь к победе, Мириам. Нам просто нужно пройти по нему.

Она кивнула, заверяя себя.

— Нам просто нужно продержаться достаточно долго, чтобы устройства активировались, — сказала она, взглянув вниз по туннелю позади них. Этот путь вёл к Клайву и ритуалистам, готовящимся в камере массива.

— Да, — сказал Джейсон. — Если цитадели не придётся иметь дело с тем, что их стена становится фиолетовой и злой, тогда защитникам там просто нужно продержаться против нежити.

— Ты тот, кто разговаривал с ними, — сказала Мириам. — Как думаешь, они смогут?

— Неважно, что я думаю; я больше ничего не могу с этим поделать отсюда. На данный момент всё, что мы можем сделать — это довериться нашим друзьям.

— У меня там нет друзей, — сказала Мириам. — Я только что встретила большинство этих людей.

— Ну, а у меня там есть друзья, — сказал Джейсон. — И поверь мне, друзья лучше, чем союзники.

— Ты не боишься потерять их?

— О, в ужасе. Я уже терял людей. Но если ты попытаешься оставить их позади ради их собственной защиты, они не скажут тебе спасибо. Я потерял брата, любовницу и друга, потому что они решили сражаться рядом со мной. Я винил себя за то, что позволил им пойти, но в конечном итоге принял, что они сделали свой выбор. Они решили стоять и сражаться за свой мир, и у меня не было права отнимать это у них. Мы не можем этого делать. Я уже был здесь, Мириам. Армии нежити, зоны трансформации, всё на кону. После того, как я потерял тех людей, я взял на себя остальное в одиночку. Это помогло мне понять, что больше всего на свете мне нужно иметь людей, которым я доверяю, за своей спиной. В этот раз они у меня есть, и я предпочту это сражению в одиночку в любой раз.

НЕДОСТАТОЧНЫЙ СОСУД

НЕДОСТАТОЧНЫЙ СОСУД

Сторона стены, обращённая к камере смерти, представляла собой неузнаваемые руины со времён, когда она была вертикальной стопкой зданий. Внешние стены были проломлены наступающей нежитью, обнажая внутренности, которые защитники забаррикадировали. Гэри стоял между нежитью и одной из таких баррикад, сдерживая их, пока люди с другой стороны укрепляли её. Это был большой пролом, внутренние стены были разбиты, и эффективная блокировка занимала время.

Заперев себя на неприятной стороне, Гэри не ожидал, что продержится долго. Его единственным намерением было удерживать нежить, пока его группа поддержки не закончит работу, но затем случилось чудо. Как раз когда его собирались подавить, его тело вспыхнуло пламенем, которое сожгло нежить, навалившуюся на него.

Белый огонь и красное свечение между пластинами его доспехов были единственными источниками света. Наступающее фиолетовое свечение домена Нежити исчезло с появлением пламени, погрузив город в темноту. Теперь единственный свет среди разрушенных зданий исходил от горящей нежити. Когда их сбрасывали со стены, охваченных пламенем, они падали среди своих собратьев, как искры в сухой хворост. Божественный призрачный огонь быстро распространялся с каждой точки, куда они приземлялись.

Сила интерфейса Джейсона дала Гэри сообщение, которое он мельком просмотрел. Заметив слова «Смерть», «богиня» и «чудо», он решил, что это всё, что ему нужно знать. Он закрыл окно и начал размахивать своим молотом, изучая остальное на практике. Было просто хорошо знать, что сила интерфейса Джейсона снова заработала, пробиваясь сквозь магические помехи. Голосовой чат был бы лучше, но либо остаточная стихийная сила, либо энергия нежизни всё ещё блокировали его.

Зомби-посланник навис над Гэри, когда он тяжело двинулся вперёд, подняв руки и опустив их, как двойные молоты. Они приземлились на щит Гэри, который пошатнулся не больше, чем лобовое стекло, в которое ударился жук. Белое пламя побежало вверх по рукам зомби, словно они были облиты бензином, и Гэри отправил его пошатываться назад мощным толчком. Оно упало в нежить, набитую плечом к плечу позади него, и пламя быстро перескочило на них.

Молот Гэри поднимался и опускался в безумной спешке, словно игрок на ксилофоне, принявший слишком много кофеина. Головы разбивались, а конечности отрывались тупой силой, каждый удар доставлял больше призрачного огня. Головка его молота врезалась в твёрдый панцирь нежити-жука размером с компактный автомобиль, чьи внутренности были какой-то жидкостью. Жидкость оказалась чрезвычайно легковоспламеняющейся перед призрачным огнём. Пламя достигло её, и жук немедленно сдетонировал, уничтожив себя и всю нежить вокруг.

Щит Гэри принял на себя основную часть взрыва, который пришёлся на него, но он всё равно ударил его, как неуправляемый поезд. Его отбросило назад, как брошенный камень, он отскочил от баррикады и тяжело приземлился на пол. Он немедленно поднялся, поворачиваясь к открытой стене, чтобы искать нежить. Взрыв очистил её, и пока никто больше не пролезал. Мир не продлится долго, так как нежить всегда была в пути, но это дало ему короткий момент спокойствия.

Он уронил свой молот при взрыве и прижал пустую руку, державшую оружие, к баррикаде, шепча заклинание хриплым голосом.

— Пусть целостность будет ясна в моих глазах.

* Вы использовали [Всевидящее око]. * Вы способны воспринимать структурную целостность жёстких объектов, оценивая слабые и сильные стороны. * Способности, используемые вами для ослабления или укрепления объектов, которые вы осмотрели, усилены. * Немагические способности крафта будут иметь усиленные эффекты при активном использовании в сочетании с этой способностью.

Магия позволила Гэри оценить состояние баррикады. Его группа поддержки по другую сторону от неё хорошо использовала время, которое он им купил, запечатав пролом прочным барьером, но его заклинание показало ему слабые места, оставленные спешкой при выполнении работы. Он хотел использовать свои собственные силы, чтобы исправить их, но у него не было ни времени, ни маны.

Эта мысль заставила его осознать, как тихо позади него. Нежить не кричала и не визжала в битве, но это только делало звук их карабканья по полуразрушенным лестницам и лазанья через сломанные стены легче слышимым. Отсутствие этого звука означало что-то необычное, а у Гэри был не тот день, когда необычное — это хорошо.

Он посмотрел на вход и увидел огромного леонида, стоящего в разбитом проёме внешней стены. Выше Гэри на голову, он был одет в простые доспехи и без оружия. Доспехи были поношенными, но хорошо ухоженными, на тренированный взгляд Гэри, даже несмотря на то, что его заклинание не смогло их оценить. Гэри долго смотрел на леонида, стараясь не выглядеть упавшим духом.

— Лорд Герой, — сказал Гэри. Он не встал на колени, только кивнул богу.

— Хорошая встреча, Гарет.

Голос бога был тихим для леонида, мягким и нежным, словно рука, баюкающая птенца.

Гэри двинулся, чтобы поднять свой упавший молот. Затем он положил его на землю, рукоятью вверх, готовый быстро схватить.

— Если позволите мне сказать, Лорд Герой, встреча не хорошая. Встретить вас в такой день — это мрачнее некуда.

— Я понимаю. Я вижу людей в их самые тёмные дни, когда они сияют ярче всего.

— Должно быть, это приятно для вас. Значит, стена не удержит? Даже с этой фиолетовой грязью, оттеснённой назад?

— Нет. Огонь замедлит мертвецов, но их слишком много. Ты сам видел, что эта стена никогда не предназначалась для того, чтобы быть оборонительной линией.

Гэри кивнул.

— Баррикады, которые мы поставили, прочнее самой стены, — сказал он. — Светлые сердца выдолбили её, оставив ровно столько прочности, чтобы всё это не рухнуло. Чтобы не упасть, и не более того.

— Мне жаль, Гарет.

— Правда? — спросил Гэри, его голос звучал горько. — Разве не ради таких дней вы живёте? Героические последние битвы? Блеск славы, который будет жить в песнях тысячу лет?

— Да, — признал Герой. — Это дни, ради которых я живу.

Гэри опустил голову.

— Я не хотел сюда приходить, знаешь ли, — сказал он едва слышным шёпотом. — Я хотел оставить эту жизнь позади. Быть кузнецом. Освоить своё ремесло и выковать инструменты, которые принесли моим друзьям победу. Было бы легче основать ещё один чёртов город, чем выкапывать то, что осталось от последнего, и восстанавливать его.

— Тем не менее, если бы ты и твои спутники этого не сделали, результаты были бы катастрофой гораздо большего масштаба, чем просто один разрушенный город.

— Мы этого не знали.

— Нет, не знали. У тебя самого был выбор не присоединяться, Гарет.

— Нет, не было, — прорычал Гэри. — Это не просто какая-то охота на монстров, с которой я мог бы весело ждать их возвращения. Каким человеком нужно быть, чтобы позволить друзьям уйти и сделать это без него?

Герой улыбнулся.

— Таким, которого я никогда не встречу.

— Повезло мне. Ты сдерживаешь нежить?

— Они избегают меня. Даже эти бездумные создания знают, что нужно остерегаться бога. Возможно, эхо силы Нежити в них.

— Тогда иди встань в одном из больших проломов и оставь меня в покое.

— Ты знаешь, что это так не работает, Гарет.

— Да, — прорычал Гэри. — Я знаю. Но это всё равно не должно считаться жертвой. Я собираюсь жить. С этим магическим огнём пролом позади меня закрыт, а нежить отступает, я могу пробиться к открытому пролому и вернуться внутрь.

— Ты не знал о чуде Смерти, когда выходил сюда, Гарет. Ты верил, что пришёл сюда умереть. Люди продолжают думать, что то, чего боги хотят в жертву — это их жизни, но это не так. Ты решил выйти сюда, веря, что умрёшь. Твой выбор был жертвой, а не твоя жизнь.

— От этого мне не легче. Тогда, может, покончим с этим. Выкладывай.

Герой кивнул и шагнул вперёд, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки от Гэри. Он протянул одну руку и наколдовал в ней большой кубок. Чаша была сделана из того же тёмного металла, что и доспехи Гэри. Гравировки, вытравленные на ней, светились светом расплавленной стали. Герой взял свою другую руку и подержал один палец над кубком.

Радужная капля росы появилась на кончике пальца, повисев мгновение, прежде чем упасть в чашу. Кубок засветился, когда наполнился жидкостью, переливающейся золотом, серебром и синим, свет сиял сверху, освещая внутренности здания.

— Этот кубок… — начал Герой, прежде чем Гэри вырвал его из его руки.

— Я знаю, что это, — прорычал Гэри. Ни одна капля не выплеснулась из кубка, когда он схватил его, несмотря на грубое обращение.

— Гарет, этот выбор…

— Не выбор, — сказал Гэри, снова перебивая бога. Герой не выказал признаков гнева, его выражение лица было выражением гордого, но печального отца.

— Тот факт, что ты видишь это именно так, — сказал Герой, — это то, что привело нас обоих сюда.

— Как долго? — спросил Гэри, заглядывая в кубок.

— Около семи часов.

Гэри кивнул, поднёс кубок к губам и выпил его залпом. Ни капли жидкости не пролилось по бокам его рта, несмотря на то, что он грубо влил его в себя. Он отбросил кубок в сторону, когда закончил, и поднял свой молот.

— Сколько времени нужно, чтобы…

Гэри пошатнулся, снова уронив молот, когда сила хлынула через него, словно клизма из огня. Серебряный свет наполнил его тело, светясь под кожей и полыхая из глаз и рта, открытого в беззвучном крике. Он упал на колени и обмяк, голова откинулась назад, неподвижная, как у трупа.

* Вы выпили из Чаши Героев. * Вы приняли божественную силу в свою душу. * Вы поглотили божественную силу, принадлежащую богу героев Паллимустуса. Если вы не изолированы от влияния бога, божественная сила будет естественно работать, чтобы покинуть вашу душу и воссоединиться с богом. Ваша душа может сопротивляться этому ещё семь часов и сорок одну минуту, прежде чем сила преодолеет вашу способность сдерживать её.

* Ваше тело — недостаточный сосуд, чтобы поддерживать текущую духовную силу вашей души. * Ваша божественная сила перековывает ваше тело в физический и духовный гештальт, чтобы сдержать вашу духовную силу.

Свет внутри Гэри сиял всё ярче и ярче. Почти для кого угодно он был бы ослепительным, но одинокий божественный свидетель был невозмутим. Он наблюдал сквозь свет, как наколдованные доспехи Гэри и одежда под ними растворялись в ничто. Тело Гэри затем сделало то же самое. Свет исчез, оставив камеру тёмной и пустой, за исключением Героя и молота Гэри, всё ещё лежащего на полу.

Герой чувствовал, как душа Гэри тянет магию из астрала и использует её, чтобы выковать не просто новое тело, а саму себя. Это началось с золотой искры, которая расширилась, как сингулярность при рождении вселенной. Камера была залита более ослепительным светом, чем когда-либо, но на этот раз тёплым золотым вместо холодного серебряного.

Герой наблюдал, как новая форма Гэри сливается, тело и душа объединяются в единое, сплочённое состояние. Он появился, стоя на коленях на полу, голова склонена, словно он заснул во время медитации. Всё ещё пылая светом, новое тело Гэри начало двигаться. Он потряс головой, словно прочищая её после пробуждения. Свет почти полностью угас, пока всё, что осталось — это Гэри, стоящий на коленях обнажённым на полу. Теперь золотой свет сиял только из его глаз.

* Ваша эссенция [Молот] была заменена на эссенцию [Божественный молот]. Ваши способности эссенции [Божественный молот] достигли [Золото 0]. * Ваша эссенция [Огонь] была заменена на эссенцию [Божественный огонь]. Ваши способности эссенции [Божественный огонь] достигли [Золото 0]. * Ваша эссенция [Железо] была заменена на эссенцию [Божественное железо]. Ваши способности эссенции [Божественное железо] достигли [Золото 0]. * Ваша эссенция слияния [Кузня] была заменена на эссенцию [Полубог]. * Способность эссенции [Взгляд мастера] была заменена на [Всевидящее око]. [Всевидящее око] достигло [Золото 0]. * Способность эссенции [Раздуть кузню] была заменена на [Первый сын леонидов]. [Первый сын леонидов] достиг [Золото 0]. * Способность эссенции [Взгляд инспектора] была заменена на [Сосуд предков]. [Сосуд предков] достиг [Золото 0]. * Способность эссенции [Процесс очистки] была заменена на [Божественная кузня]. [Божественная кузня] достигла [Золото 0]. * Способность эссенции [Рука, держащая молот] была заменена на [Герой]. [Герой] достиг [Золото 0].

Гэри нетвёрдо поднялся на ноги. Он выглядел почти так же, но с некоторыми ключевыми отличиями. Он был больше Героя теперь, выше и шире в плечах. Его пропорции, однако, оставались идентичными, как будто он был увеличен в масштабе от оригинала. Другим главным отличием были его глаза, пара золотых сфер, которые освещали камеру.

* Вы достигли [Золотого ранга]. * Способность эссенции может продвинуться выше [Золото 0]. * У вас есть врождённое сопротивление и снижение урона против эффектов серебряного ранга и ниже.

* Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 1]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 2]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 3]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 4]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 5]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 6]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 7]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 8]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла золота [Золото 9]. * Способность эссенции Полубога [Герой] достигла алмаза [Алмаз 0].

Герой сделал жест в сторону Гэри, чья нагота была немедленно прикрыта штанами и гамбезоном из безупречно белого материала. Гэри сделал свой собственный жест, и возник золотой огонь, парящий в воздухе перед ним. Он излучал достаточно тепла, чтобы воздух задрожал.

* Вы использовали [Божественную кузню].

Куски пластинчатых доспехов начали вылетать из огня и прикрепляться к телу Гэри. Пластины были сияющими чёрными и вытравлены золотом. Когда каждая из них укладывалась рядом с другой, свечение расплавленной стали освещалось между ними. Последней деталью был щит в тех же чёрных и золотых тонах, линии расплавленной стали бежали по нему, окружая золотую гравировку. Когда доспехи были завершены, они покрывали Гэри от шеи до пальцев ног, оставляя открытой только голову. Его грива дико свисала позади него, его лицо было видением силы.

* Вы выковали [Божественные доспехи Гэри]. Эти доспехи — божественная реликвия.

Вокруг пояса доспехов были установлены маленькие крючки. Крошечные молоты вышли из огня и поплыли к Гэри, петли на их рукоятях укладывались на крючки.

* Вы выковали [Большой молот Гэри]. * Вы выковали [Большой молот Гэри]. * Вы выковали [Большой молот Гэри]. * Вы выковали [Большой молот Гэри]. * Вы выковали [Большой молот Гэри]. * Вы выковали [Большой молот Гэри].

Гэри опустился на колени, чтобы поднять молот, всё ещё лежащий на полу. Он выпрямился и сунул молот и половину своей руки в пламя, всё ещё горящее в воздухе. Огонь медленно уменьшался, по мере того как поглощался молотом, пока огонь не исчез полностью, оставив перекованный молот в руке Гэри.

* Вы перековали [Средний молот Гэри] в [Последний молот Гэри].

Молот не был вычурным или богато украшенным, как доспехи, которые он теперь носил. Это была простая вещь, сделанная из одного куска того, что выглядело как обычная сталь. Это была кувалда с негабаритной головкой и стальной рукоятью, обёрнутой тканью для захвата. Он был простым и грубым, выглядя скорее как инструмент, чем как оружие.

Гэри опустил руку, молот покоился в его руке так удобно, словно был частью него.

— Ты готов, — сказал Герой. — Битва продолжается, Гарет, и пришло время тебе вернуться в неё.

Гэри кивнул и направился к открытой стене, ведущей в камеру смерти. Он остановился на пороге, наполовину повернув голову. Когда он заговорил, его голос был смиренным, но также решительным.

— Спасибо, Герой. За то, что дал мне силу спасти их.

— Нет, герой, — сказал ему бог. — Спасибо тебе.

ДВОЙНОЕ ПЛАМЯ

ДВОЙНОЕ ПЛАМЯ

Город светлых сердец когда-то был подземным чудом. Поддержание населения в сотни тысяч в замкнутой экологии, вдали от воздуха и света, было чем угодно, но не лёгким делом. Даже с магией каждый выбор сопровождался компромиссом, некоторые были легче других.

Выпотрошить стену между цитаделью и главными камерами города казалось безболезненным выбором. Это предлагало полезный каркас и сотни тонн сырья, оба идеальны для камнеформовщиков. Превращение стены в дома, магазины и администрацию правительства по мере расширения города было элегантным решением. Что значила скомпрометированная целостность стены? Они не доводили её до опасных уровней, и кто принесёт войну в их глубоко зарытый дом?

Теперь, однако, камера города была камерой смерти. Фасады зданий были неузнаваемы, разорваны нежитью, ползающей внутри, как муравьи по трупу. Баррикады, установленные посреди здания, были настоящей оборонительной линией и были почти непроницаемы на нижних уровнях. Эта прочность ослабевала по мере повышения уровней, время и материалы были в ограниченном количестве.

Нежить была как вода, следуя по пути наименьшего сопротивления. Они ползли вверх по открытым лестничным клеткам, их экстерьеры были сорваны. Они карабкались по стенам шахт неактивных подъёмных платформ, сила серебряного ранга вырывала захваты из камня. Они даже карабкались по грудам другой нежити, либо медленнее двигающейся, либо уже инертной после встречи с защитниками.

Пятый этаж был точкой безубыточности, где оборона была достаточно слабой, а уровень достаточно доступным, чтобы нежить предприняла свой самый большой натиск. Гэри шагнул в главный пролом на этаже, выигрывая достаточно времени, чтобы его запечатали, но этого было недостаточно. Он затыкал дыры в лодке, которая вот-вот должна была разломиться пополам.

Это было тогда, когда вмешался Герой. Гэри теперь был видением божественной силы, стоящим выше даже аватара бога. Его доспехи были богато украшены, чёрные и золотые, с жаром, светящимся красным между пластинами. Его молот не был украшен вовсе, немногим больше, чем блок стали на металлической рукояти. Золото стреляло из его глаз, как фары, прорезая тьму.

Он стоял мгновение у разбитой внешней стены, глядя вниз на поток нежити, кишащий через город к стене. Море меньшей нежити, перемежающееся движущимися островами большей. Зажглось призрачное пламя Смерти, окутывая его переделанное тело.

Гэри бросился со стены в город смерти, оставляя за собой кометный хвост золотого и белого пламени. Он врезался в землю, его ноги ломали флагштоки дорог в паутинные трещины. Только ударная волна его приземления уничтожила слабейшую нежить и отправила большинство остальных в полёт. За ним последовало расширяющееся кольцо золотого огня, которое покрыло всё оставшееся пожирающим пламенем.

* * * Меньшая нежить падала инертной, когда Арабель высасывала из них магию. Потоки тёмно-фиолетовой энергии выдавливались из них, змеясь по воздуху, чтобы она могла собрать их. Она делала это в эфирную банку, парящую позади неё, фиолетовые потоки втекали в верхнюю часть. В то же время белые сферы очищенной магии смерти вылетали из банки, проносясь мимо более слабой нежити.

Нежить золотого и серебряного рангов была слишком сильна, чтобы быть быстро устранённой Арабель, высасывающей из них силу. Магия, оживляющая их, была сильнее и больше по количеству, слишком много, чтобы сделать их высасывание практичным. Вместо этого Арабель перерабатывала магию нежизни в силу естественной смерти, порчей которой она была. Она концентрировала эту очищенную силу в сферы, а затем выстреливала ими.

Сферы игнорировали более слабых врагов, ища самый сильный источник магии нежизни. Их сила противодействовала оживляющей силе нежити, редко достаточно, чтобы убить их сразу, но достаточно, чтобы замедлить их. Это работало как яд, подготавливая их для того, чтобы её муж Габриэль разобрался с ними.

Габриэль Ремор был более ортодоксальным магическим фехтовальщиком, чем его сын. Хотя они оба использовали смесь мобильности, быстрых заклинаний и мощных специальных атак, Габриэль отказался от определяющих битву добивающих ударов, которые использовал Руфус, в пользу более обычного подхода. Его последовательная и немедленная доставка урона почти в любой ситуации была более востребована, чем подход его сына. Габриэль всегда был востребованным авантюристом, в то время как Руфус лучше подходил для чудаковатой Команды Бисквит.

Габриэль показывал ценность ортодоксального подхода, занимаясь зачисткой за своей женой. Она делала странные вещи, бросая магию самой нежити обратно в них. Он делал обычную, но важную работу, ударяя вещи, пока они не падали. Она определяла поле битвы, пока он следил, чтобы ничто не проскользнуло сквозь трещины.

Любая из меньшей нежити, которой удавалось избежать намерений Арабель, быстро и эффективно зачищалась Габриэлем, прежде чем они приближались к его жене. Быстрое заклинание огненной стрелы или элегантный взмах пылающего скимитара быстро справлялись с ними. Более могущественную нежить он атаковал и быстро сжигал, ослабленную, как они были, очищенной энергией смерти Арабель.

Габриэль всегда был там, где нужно. Долгий опыт авантюриста и сражения рядом со своей женой сделали их хорошо смазанной машиной, тщательной и эффективной. А эффективность была ключевым моментом, когда всегда был ещё один кризис. Им приходилось тщательно балансировать как время, так и свои запасы маны, чтобы продержаться в битве.

Он владел двойным пламенем своей собственной силы и призрачного огня, пока они танцевали вместе на его элегантном золотом скимитаре. Призрачный огонь был бесценен для Габриэля по той простой причине, что он не стоил маны, позволяя ему поддерживать здоровый запас. Это было не только о выносливости, но и об уверенности в наличии этой силы. Он знал, что если ему нужно пойти на риск в отчаянной защите стены, у него есть сила спасти себя, когда что-то неизбежно пойдёт не так.

Даже после отступления фиолетового света, который отмечал домен Нежити, обрушение стены было неизбежностью, становящейся всё более неминуемой с каждым мгновением. У них не было времени покинуть стену и получить обновление о том, насколько близко ритуал к завершению, и они не могли бы ничем помочь, если бы сделали это. Их роль заключалась в том, чтобы выиграть достаточно времени, и у них обоих было подозрение, что они выигрывают недостаточно.

Защитники стены включали некоторых из самых способных авантюристов на планете, и они уже отдавали всё, что могли. Габриэль и Арабель Ремор, безусловно, входили в это число, но они не могли помочь отчаянию, прокрадывающемуся в углы их разума. Затем они почувствовали всплеск подавляющей силы и поняли, что кто-то отдал всё, что мог, и даже больше.

* Вы вошли в область божественной ауры. * Вы находитесь под воздействием способности ауры [Герой]. * Все атрибуты усилены. * Все кулдауны сокращены. Все способности вышли из кулдауна. Они не будут сброшены снова, если вы выйдете и снова войдёте в ауру. * Вы получили снижение урона. * Вы получили сопротивление всем негативным эффектам. * Недуги будут периодически очищаться с вас. * У вас есть постоянный эффект исцеления. * У вас есть постоянный эффект восполнения маны. * У вас есть постоянный эффект восполнения выносливости. * Вы получили божественную защиту. Враждебная божественная сила будет уменьшена в эффекте против вас.

Арабель нахмурилась. Габриэль замер после того, как свалил нежить, и повернулся, чтобы обменяться взглядом с женой.

— Кто-то пил из Чаши Героев, — сказал он мрачно.

— Давай не будем тратить это впустую, — сказала она ему. — Нам нужно было что-то большее, и теперь у нас это есть. Давай удержим эту стену.

* * * Ударная волна прибытия Гэри на землю уничтожила арену, полную меньшей нежити. Более сильная нежить была поколеблена, но не уничтожена, несмотря на всю пользу, которую это принесло им. Они двинулись на Гэри, даже когда горели, и он бросился им навстречу. Его удары были настолько мощными, что любой наблюдатель усомнился бы в своих чувствах ауры. Серебряные были разбиты на части одним или двумя ударами, как будто они были бронзового ранга. Золотые показали выносливость серебряных рангов вместо почти неразрушимости их истинного ранга.

Гэри был электростанцией, владея силой, которая приближалась к алмазному рангу, и не одним, а двумя видами божественного огня. Один был призрачным огнём Смерти, в то время как другой был его собственным, божественной силой, превращающей его эссенцию огня в оружие богов.

В первые минуты после приземления среди нежити этого пламени и мощи Гэри было достаточно. Меньшая нежить вскоре начала держаться подальше от области по указанию жрицы нежити. Теперь божественные чувства Гэри засекли её, направляющую силу своего бога, чтобы контролировать больше нежити, чем она могла одна. Он чувствовал, как её сила оттягивает меньшую нежить и посылает больше большей в его направлении.

Большая нежить бросилась на него со всех сторон. Некоторые возвращались со стороны стены, от которой он так далеко отпрыгнул, и он дико ухмыльнулся. Каждая главная угроза, которая удерживалась от стены, покупала драгоценные мгновения. Большинство, однако, приходило из глубины города, карабкаясь по разбитым улицам и извергаясь из зданий. Облака пыли сверкали в свете золотого и белого пламени, когда целые секции стены уступали, даже не замедляя нежить, слишком большую для дверей.

Жрица не утруждала себя отправкой даже самых могущественных серебряных. Она собирала золотых рангов, которые были величайшей угрозой для стены, так как Гэри был величайшей угрозой для них. Более дюжины вскоре сходились на Гэри все сразу, чего было достаточно для него, чтобы начать вытаскивать больше сил.

Гэри позволил своему молоту упасть на землю, рукоять вертикально, когда он опирался на квадратную головку кувалды. Он присел и погрузил обе руки в землю, как будто твёрдый камень был ведром воды. Насколько Гэри мог видеть, золотые цепи изверглись из земли, чтобы запутать каждую из нежити серебряного и золотого рангов.

Нежить тянула и беспомощно дёргалась. Цепи были все окутаны призрачным огнём Смерти, вжигаясь в них. Гэри выпрямился, пучок цепей удерживался в каждой массивной руке, когда он вырвал их из земли. Цепи вокруг нежити затянулись, тупо прорываясь сквозь них, оставляя горящие куски плоти, лежащие на земле.

Гэри чувствовал силу Нежити, влияние тёмного бога, распространяющееся изнутри его жрицы. Она коснулась останков могущественной нежити, поддерживая их оживляющую силу, когда куски начали скатываться вместе. Они собирались в неуклюжие репликации своих уже отвратительных форм, лоскутные аберрации плоти теперь более лоскутные, чем когда-либо.

Нежить снова двигалась на Гэри, хотя с меньшим импульсом и ещё большей неуклюжестью. Сила Нежити была сильна, но должна была бороться с силой как его заклятого врага, Смерти, так и Героя, в настоящее время с богатым привкусом Гэри. Гэри был реактивным бульдозером, когда он пахал в ещё горящую нежить, его молот разбивал то, что Нежить сшила обратно вместе.

Гэри вытащил больше божественно усиленных сил, его молот светился золотом, когда он бросил его. Он полетел, чтобы ударить одну нежить, прежде чем отскочить к другой, каждый удар вызывал взрыв силы и двойное пламя Гэри и Смерти. В ожидании, пока он вернётся, он сотворил Божественную огненную стрелу, золотой огненный снаряд улетел, чтобы цепью пройти через врагов, как молот. Когда молот прилетел обратно в его руку, он поднял его высоко. Золотые молоты дождём падали с неба, чтобы врезаться в нежить.

Сила Нежити была велика, но божественно наделённый агент, также владеющий силой чуда второго бога, был слишком многим. Зона, которая минутами ранее была рекой нежити, теперь была тихой и неподвижной. Шипящие заклинания и крошащийся камень были далёкими звуками, доносящимися со стены позади него. Впереди город был тёмным и пугающе тихим, несмотря на то, что внутри таилась чудовищная армия.

Жрица никогда не подходила достаточно близко к битве, чтобы Гэри мог наброситься на неё. Он мог бы погнаться за ней, но он выигрывал время, а не охотился на жрецов. Количество нежити золотого ранга, которую он только что уничтожил, было ударом даже для кажущейся бесконечной орды. Жрица и её бог полностью отвели свои силы от Гэри, жрица отступила в сердце города, пока он всё ещё сражался.

Он огляделся, решая свой следующий ход. Он мог погнаться за жрицей к базе врага, атакуя нежить у источника. Он решил против этого; победа была не в том, сколько они убили, а в том, как долго они выжили. Идти за жрецами и оставлять нежить позади себя, свободную штурмовать стены, было плохой идеей.

Он повернулся, чтобы посмотреть на стену, его новая способность восприятия не была затруднена тьмой или даже твёрдым камнем. Он мог видеть каждую нежить, каждого защитника, каждую команду, работающую над укреплением или заменой баррикад, пока стена становилась всё более шаткой с каждым мгновением. Его следующим ходом будет заткнуть несколько проломов и не дать кораблю утонуть ещё немного дольше. Он оставит подарок для любой другой нежити, которая пойдёт этим путём, однако, задерживая их подкрепления.

Гэри прошёл по большому кругу, линия золотого огня зажглась на земле в его следе. Когда круг был завершён, земля внутри него расплавилась, превращаясь в лаву. Расплавленная порода затем трансмутировала в металл, блестящий, как ртуть. Из расплавленного металла поднялась массивная тёмная фигура, бело-жёлтый жар сиял между пластинами грубого тёмного железа.

Божественный кузнечный голем возвышался более чем в два раза выше собственного усиленного размера Гэри. Расплавленный металл капал с него, как вода, и два отверстия в шлемоподобной голове светились золотым светом изнутри. Металл под его ногами остыл в твёрдый круг, и кольцо огня погасло. Гэри подошёл и дружески похлопал голема по бедру, затем оставил его стоять на страже против следующей волны нежити.

Оглядываясь на стену, Гэри выбрал место, наиболее нуждающееся в помощи, и побежал. Он набрал скорость за несколько шагов и совершил мощный прыжок, золотая комета пронеслась сквозь тьму. Он врезался в нежить, хлынувшую в пролом, как метеор, и немедленно принялся за работу.

ТОЛЬКО ВЕРА

ТОЛЬКО ВЕРА

Хотя божественный призрачный огонь продолжал гореть, он угасал в силе. То, что когда-то уничтожало меньшую нежить, быстро сжигало серебряных и сильно препятствовало золотым, теперь было гораздо менее эффективным. Мириам соответствующим образом скорректировала тактику, выдвинув вперёд авантюристов с атаками по широкой площади, которые использовали шанс восстановить свою ману.

Джейсон наконец смог эффективно развернуть бабочек Гордона, его аура подавляла энергию нежизни в областях, где призрачный огонь был слишком слаб, чтобы делать это дольше. Он оказался рядом с Зарой, бывшей принцессой Королевства Штормов. Её силы ветра и воды были подавлены большую часть битвы, её элементы конфликтовали с естественным массивом. Энергия нежизни подавляла их, но нежить затем начала поглощать её стихийные силы, вместе с силами всех остальных.

Призрачный огонь подавил способность нежити поглощать магию, но трата всей её маны на атаки по площади на той стадии была бы излишней. Только теперь, когда огонь ослабевал, она могла внести стоящий вклад. Нежить собиралась с силами, но их способность пожирать магию всё ещё была подавлена, частично призрачным огнём, а частично аурой Джейсона.

Зара оказалась плечом к плечу с Джейсоном. Он не был глубоко среди врага, как обычно сражался, оставляя это элементальным посланникам, которые бросились в бой, когда, как и её, их силы внезапно стали более эффективными.

Джейсон был сосредоточен на своём обходном подходе к урону по площади. Используя свою ауру, он схватил горсть более слабой нежити, нервируя защитников ближнего боя, когда он пронёс их мимо, несмотря на своё предупреждение заранее. Затем он наложил недуг на одну и позволил ей распространить бабочек на других.

Большинство нежити, которую он схватил, были отброшены назад, глубоко в линии нежити. Бездумная нежить не смогла распознать угрозу и позволила бабочкам разгуляться. Джейсон, тем временем, сохранил одну из нежити. Он притянул больше не поражённых, чтобы бабочки распространились на них, прежде чем снова отбросить большинство из них. Он повторял процесс снова и снова, чтобы максимизировать распределение недуга.

Процесс Зары был менее сложным: она произносила заклинание, и нежить уничтожалась. Пока Джейсон запускал нежить далеко в тыл врага, заклинание Зары создавало шторм ветра и воды гораздо ближе к сражению. Шторм был гораздо меньше настоящего урагана, но в ограниченном туннеле он не ощущался таковым. Клинки воды отсекали конечности и разрезали отвратительные тела нежити, в то время как другие подбрасывались в воздух и разрывались на части, как гнилые фрукты.

Некоторые из элементальных посланников также были захвачены, но Зара мысленно списала их. Их безрассудство перед лицом опасности означало, что она была далеко не единственной, кто осыпал их силами по площади.

— Как ты бросаешь зомби через мой шторм? — спросила Зара Джейсона, крича поверх ветра своего заклинания.

— Ты знаешь, что у нас есть голосовой чат, верно? — крикнул он в ответ.

— О, — сказала она, слишком тихо, чтобы услышать, но её смущённое выражение сказало это достаточно громко.

Джейсон ухмыльнулся и открыл частный канал.

— Как ты проводишь их через мой шторм? — снова спросила она. — Как будто они совершенно не подвержены влиянию ветра.

— Я использую свою ауру, чтобы телекинетически противодействовать силе ветра и воды, которую твоё заклинание бросает в них.

Её голова повернулась на шарнире, чтобы уставиться на него широко открытыми глазами.

— Ты что?

— Твоё заклинание не такое сильное в любой отдельной точке, — объяснил он. — Оно просто большое. Не так сложно почувствовать отдельные силы, применяемые к одному объекту внутри области заклинания, и применить равную и противоположную силу, чтобы нейтрализовать их.

— Своей аурой? — воскликнула она.

— Это на самом деле отличная практика. Нам стоит делать это чаще.

— Не думаю, что у нас будет регулярный доступ к зомби.

Джейсон рассмеялся, отведя глаза от битвы, чтобы бросить на неё косой взгляд. Его взгляд упал на её медные волосы, подстриженные выше плеч, короче, чем когда они были королевскими сапфировыми.

— Я должен извиниться перед тобой, — сказал он.

— За что?

— Твои волосы. У меня не было права заставлять тебя делать это, как бы зол я ни был.

— Это просто причёска.

— Как бы оправдан ни был мой гнев, у меня нет права говорить тебе, что делать со своим телом. Мысль, что это нормально делать, может казаться безобидной, когда это волосы, но как насчёт того, когда это не так? Прости меня за это.

— Я сейчас получу одну из твоих знаменито сомнительных моральных тирад?

— Что ты имеешь в виду, знаменито сомнительных?

Она рассмеялась. Звук, похожий на воду, струящуюся по камням, вошёл в разум Джейсона через голосовой чат, пробуждая спящие реакции, которые, как он думал, давно умерли. Он переключил фокус обратно на бой, безмолвно одёргивая себя.

Джейсон был немедленно привлечён к Заре, когда они встретились на другой стороне мира. Она всё ещё была подростком, а он всё ещё был идиотом. Большим идиотом, признался он себе. Она была единственной женщиной, которую он встречал, чья красота по-настоящему соперничала с красотой Софи, повышения рангов мало что могли улучшить. Пять лет до того, как они встретились снова, ощущались как вдвое больше и изменили их обоих, его особенно. Он думал, что те годы, за которыми последовали события в Римаросе, полностью подавили любую остаточную привязанность.

— У меня вообще есть гормоны на серебряном ранге? — пробормотал он.

— Что? — крикнула она. — Я не слышу тебя без голосового чата.

— Ничего, — сказал он через чат. — Я просто… я не должен был говорить тебе делать это с волосами.

— Тебе не нравится?

— Какой сумасшедший не оценил бы это? Ты выглядишь потрясающе.

Она моргнула, смущённая.

— Я этого не ожидала, — призналась она.

— У нас могут быть разногласия, но у меня есть глаза. Готов поспорить, у тебя был след из людей, следующих за тобой, как утята в Яреше. Осталась какая-нибудь свободная нежить? Думаю, ты сдула их всех.

Джейсон повёл взглядом, ища любую слабую нежить, которую мог бы схватить, но Зара и другие специалисты по площади зачистили их на данный момент.

— Думаю, у тебя почти закончились слабые зомби, — сказала ему Зара. — В Яреше были люди, которые проявляли, возможно, больше интереса, чем я искала. Я была бы признательна, если бы ты мог попытаться умерить энтузиазм шпионки твоей команды.

— Ты имеешь в виду Эстеллу?

— Да. Я не такая открытая, как ей бы хотелось.

— Она действительно забила место.

— Что?

— Ничего.

— Я не согласна с кое-чем, что ты сказал, Джейсон.

— С чем?

— У нас нет разногласий. У тебя есть разногласия со мной, и я понимаю почему. Я совершила несколько ошибок в Римаросе, и они касались тебя в то время, когда тебе нужно было пространство и время, чтобы исцелиться от того, через что ты прошёл в своём собственном мире. Сначала я использовала твоё доброе имя, когда думала, что ты мёртв, потом ты оказался втянут в дела моей семьи. Затем, после того как ты наконец ушёл от меня, я снова бросила себя на твоём пути. После того, как ты довольно прямо сказал мне, что не хочешь, чтобы я шла с тобой. Но я устроила всё так, что выгнать меня было бы больше хлопот, чем оставить. Я поставила тебя в такое положение.

— Это смешанные чувства, — сказал Джейсон. — Ты думала, что я мёртв, в таком случае мне было бы всё равно. А что касается втягивания в королевские дела, оказывается, Сорамир наблюдал за мной с того момента, как я прибыл, так что это было неизбежно. Последняя часть, навязывание себя в экспедицию, была единственной паршивой вещью, которую я могу полностью свалить на твой порог. И если мы будем тратить всё наше время на то, чтобы быть паршивыми друг к другу, мы оба превратимся в худших людей. Я пробую прощение как философию.

— И как это работает?

— Это чертовски сложно. Так много людей — отстой, и они обычно те, кого ты должен простить. Если бы всё было про прощение красивых принцесс, я был бы только за.

— Я ценю это. Как я сказала, хотя у тебя могут быть проблемы со мной, у меня никогда не было их с тобой.

Они оба наклонились в сторону, когда отсечённая конечность нежити была выброшена из шторма, проходя между ними и мокро приземляясь на землю позади них.

— Принцесса, ты флиртуешь со мной посреди войны с зомби?

— Когда ещё я собираюсь это делать? С тобой всегда что-то происходит.

* * * Жрец Нежити Гарт Ларосс был не счастлив. У врага его бога, Смерти, не было слуг в этом подземном царстве, однако он всё равно нашёл предлог вмешаться. Территория, заявленная Нежитью, была оттеснена до нуля, пока призрачный огонь Смерти опустошал их силы. Огонь был по-настоящему решающим только против меньшей нежити, массово производимой из ям, но это освободило защитников, чтобы сосредоточиться на их более могущественных силах.

Это не была абсолютная неудача; вмешательство Смерти могло зайти только так далеко. Территория могла быть возвращена, и Смерти не хватало влияния, чтобы вычистить её дочиста во второй раз. Пламя со временем погаснет, и уже угасало, но это время было критическим фактором. Нежить уже предупредила его, что они должны действовать в спешке, чтобы остановить то, что делали авантюристы, а это означало, что они не могли ждать, пока пламя погаснет полностью.

Нежить не сказала ему, что замышляют защитники, только что им нужны оба массива, чтобы достичь своей цели. Гарт был уверен, что его сторона не сможет захватить камеру естественного массива вовремя теперь, защищённую, как она была, основной частью вражеских сил и призрачным огнём. Ему нужно было перефокусировать свои силы на камеру цитадели.

Стена, удерживающая их от камеры, уже висела на волоске под тяжестью их натиска. Как только прорвут, они смогут обрушить цитадель и эхо-массив вместе с ней, положив конец любой угрозе, которая беспокоила Нежить.

Гарт обдумывал это внутри самого большого здания города. Оно было огромным и треугольным, с массивными кристаллами в потолке, которые когда-то купали всё в жёлтом свете. Стихийная сила, питающая их, была вытеснена, и теперь их свечение было фиолетовым. Земля была покрыта твёрдым мхом, треугольным игровым полем для какой-то игры с мячом. Мох давно засох и умер, и большая часть пространства, которое он занимал, теперь принимала огромную круглую яму.

Это была самая широкая и глубокая из ям, которые он и его собратья-жрецы создали. Ничего нельзя было увидеть сквозь облако фиолетового и зелёного миазмов внутри. Ничего, до сих пор, не вышло из ямы, несмотря на то, что туда шли только лучшие материалы. Самые целые и высокоранговые части трупов, вместе с большей частью силы, дарованной им их богом. Это было не средство для завоевания подземных царств, а причина, по которой они делали это.

Гарт принял решение: отвести свои силы от атаки на естественный массив и добавить их к штурму стены. Это будет стоить им, но он использует чудо Смерти, маршируя телами в огонь, как прилив, если это то, что потребуется. Он собирался направиться к дверям массивного здания, когда они открылись, чтобы впустить единственную жрицу среди его слуг-духовенства.

Длинные ноги Джамилы несли её быстро, когда она шла к нему. Несмотря на всю силу, которую предлагало скелетное тело Гарта, добавление высокой, красивой женщины к его группе оставило его почти грустным из-за того, что он отдал свою плоть. Способная и умная, жаждущая и быстрая в обучении, она была противоположностью другого жреца, которого он был вынужден взять с собой.

Джамила быстро достигла края ямы. Она не носила мантий, как большинство духовенства, а практичную кожу авантюриста. Короткий, резкий поклон, который она сделала Гарту, был не вопросом неуважения, а спешки.

— Верховный жрец, — сказала она в приветствии. — Защитники стены развернули что-то или кого-то нового. Я не уверена, что именно, но это прорвалось сквозь некоторую нашу самую сильную нежить, даже атакуя коллективно. Это золотой ранг, но на уровне силы, подобном которому я никогда не видела. Я отступила от совершения более бесполезных атак и пришла доложить. После того, как наши силы перестали штурмовать его, он вернулся к стене. Он теперь вмешивается в наши самые сильные точки атаки.

Красные огни в глазницах черепа, которые сошли за глаза Гарта, потускнели, когда он сосредоточился на расширении своих чувств ауры. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти то, что он искал. Гнев заставил красные огни вспыхнуть ярче, чем когда-либо.

— Это полубог, — сказал Гарт ей. — Герой вмешался.

— Я никогда не видела никого, кто пил из Чаши Героев, — сказала Джамила. — Оглядываясь назад, это не удивительное развитие событий. Мы толкаем их к краю, что является плодородной почвой для чуда Героя.

— Проблема не в чуде, а в тайминге этого, — сказал Гарт. — Эта стена должна пасть. Я собирался приказать нашим силам, атакующим естественный массив, отступить и подкрепить атаку на стену. Мы можем захватить массив в последствиях, как только угроза будет устранена. Передислоцируйте всё, чтобы снести эту стену. Обрушьте её под чистым весом тел, если это то, что потребуется.

— Наших ресурсов много, Верховный жрец, но не бесконечно. Это сильно истощит нас.

— В этом преимущество служения Нежити, Джамила. Чем тяжелее битва, тем больше у нас есть для работы, когда она закончена. Вот почему все так усердны в подавлении нас. Они знают, что если нас не раздавить подавляюще, каждая битва делает нас сильнее, а их слабее. Чем опаснее наши враги сейчас, тем лучших слуг мы сделаем из них.

Голос наполнил воздух, глубокий, резкий рокот, который эхом отдавался, как гравий, сбрасываемый в силос.

— Этого недостаточно, — произнёс голос Нежити.

Внезапно он стоял перед ними. Гарт и Джамила оба упали на колени, головы вниз. Нежить выглядела как живой человек в простых чёрных мантиях, за исключением глаз. Как и у Гарта, они были пустыми глазницами, содержащими багровую искру.

— Смерть и Герой оба вмешались в этот критический момент, — сказала им Нежить. — Герой не был неожиданным, как вы рассудили, Жрица Джамила. И как вы сказали, Гарт, проблема в тайминге. По отдельности влияние ни одного из богов не было бы непреодолимым, но оба сразу требуют ответа. Смерть, нашедший предлог действовать, был неудачным.

— Я извиняюсь за свой провал, Лорд, — сказал Гарт.

— Ты сделал то, о чём я просил, с ресурсами, которые я дал тебе, — сказала ему Нежить. — Если я накажу тебя за следование моим инструкциям, я закончу только со слугами вроде…

Нежить повернулась к каменной двери, через которую вошла Джамила, когда она открылась снова. Она была тяжёлой, но не непосильной для серебряного ранга, как Жрец Джефф, который вошёл внутрь.

— Эй, босс, думаю, что-то идёт не так здорово здесь…

Глаза Джеффа расширились при виде Нежити.

— О, вы заняты. Я вернусь.

Джефф отступил и закрыл дверь. Нежить ущипнула себя за переносицу.

— Если бы его бабушка не была верховной жрицей Разрушения… Я извиняюсь за его присутствие, Гарт. При общении с другими богами приходится идти на компромиссы, даже мне.

— У меня нет ничего, кроме веры в тебя, Лорд, — сказал Гарт.

— Спасибо, Гарт. Встаньте, оба.

Когда жрец и жрица поднялись на ноги, Нежить подошла к краю ямы, и они последовали за ним.

— К сожалению, — сказала Нежить, — мы вынуждены пойти на ещё один компромисс.

Гарт посмотрел в яму и понял, о чём говорил его бог.

— Лорд, если мы оживим его сейчас, это будет слишком слабый сосуд. Без дерева-посланника в качестве базового материала, он будет держать только часть силы, которую вы намеревались даровать.

— Как вы правильно только что проинструктировали жрицу, Гарт, в результате битвы всегда есть свежий материал. Начинать снова дорого, да, но мы должны ответить на угрозу перед нами сейчас. Если мы не отреагируем на полубога, стена устоит, и авантюристы завершат свою цель.

— Потребуется некоторое время, чтобы подготовить его, — сказал Гарт. — Но если компромисс — это то, что вам требуется, есть короткие пути, которые можно сделать. Продолжительность жизни будет сокращена в свою очередь, но это не беспокойство здесь, если я правильно понимаю.

— Понимаешь. Приступай, Гарт.

Жрец Нежити Нежити повернулся к Джамиле.

— Иди, — сказал он ей. — Прикажи остальным направить всё из камеры массива на стену, затем собери ритуалистов и приведи их сюда.

Джамила поклонилась Нежити, а затем Гарту.

— Лорд. Верховный жрец.

Она ушла и вскоре исчезла.

— Если я могу спросить, Лорд, — сказал Гарт, — в чём именно заключается угроза, которую представляют эти авантюристы?

— Они пытаются переделать реальность в этой области. Если они завершат свой ритуал, вы и все наши силы будут отрезаны от моей силы. Вы сохраните любую, которую имеете до того, как вас затянет, но это всё.

— Переделать реальность? Как такое возможно?

— Космические силы, старше даже меня. События, вовлечённые в само создание этого мира. Как обстоят дела, у нас есть численность, в то время как у наших врагов есть индивидуальная сила. Если мы потерпим неудачу и вас затянет внутрь этой искажённой реальности, ваши численности будут разделены, так как все внутри будут разбросаны случайно. Ваша нежить будет разделена и не направляема; вам нужно будет объединить их, прежде чем они будут уничтожены в изолированных карманах.

— Если мы оживим аватар сейчас, будет ли он взят с нами?

Нежить кивнула.

— Хорошо, что ты видишь, Гарт. Даже несовершенный, он будет хранилищем моей силы, которую вы сможете использовать. Найти его будет вашим первым приоритетом, даже выше возвращения ваших сил. Конечной целью в этой искажённой реальности будет завоевание территорий, на которые она будет разделена. Сделав это, вы сможете собрать свои силы. Но, хотя завоевание территорий — это одно, объединение их, как только вы это сделали — другое. Если вам не хватает необходимых способностей, даже попытка сделать это закончится только катастрофой. Это послужит только Разрушению, который радостно отошёл в сторону, чтобы наблюдать, как разворачиваются события.

— Я не знаю об этой силе сгибать реальность по своей воле, Лорд. Я предполагаю, у другой стороны она есть?

— У врага есть один с этой силой. Его зовут Джейсон Асано; убейте его, если сможете. Я дам эту силу аватару, так что вы должны найти его. Без неё всё остальное бессмысленно.

Нежить посмотрела на дверь.

— Ритуалисты вот-вот прибудут. Будьте быстры, Гарт, и делайте хорошо. Положитесь на меня, и я положусь на вас.

Гарт поклонился.

— Всегда, Лорд Нежить.

* * * — Ещё два часа, — сказал Клайв Джейсону. — Может, час с половиной. Час, если ты сможешь выкопать чудо у богини знаний, которое скажет нам остальное, что нам нужно сделать.

— У нас уже было два чуда, — сказал ему Джейсон. — Думаю, это уже более чем любезно.

— Какое второе? — спросил Клайв.

— Я разговариваю с Марлой, командующей цитаделью, через Тень. Она сказала, что кто-то пил из чего-то под названием Чаша Героев.

Клайв нахмурился.

— Мы знаем, кто? — спросил он.

— Пока нет. Она просто сказала, что они большие, золотые и имеют реальный шанс выиграть время, которое тебе нужно. Что это за магическая чаша такая? Какой-то чудо-усилитель силы?

— Да, — сказал Клайв мрачно. — Сила, которая убивает тебя, когда она заканчивается. Попроси их выяснить, кто использовал её.

— Асано, — сказала Мириам через голосовой чат. — Нам нужно поговорить. Нежить отступает.

МЫСЛИТЬ КАК АВАНТЮРИСТ

МЫСЛИТЬ КАК АВАНТЮРИСТ

Мириам и Джейсон наблюдали, как элементали-вестники преследуют отступающую нежить.

— Почему они отказались от камеры с природным массивом? — задалась вопросом Мириам. — Просто перегруппировывают силы или знают о ритуалах?

— Второе, — ответил Джейсон. — Именно Знание подсказало мне идею с активацией зоны трансформации. Боги существуют в равновесии, так что, полагаю, Нежизнь, предупредившая свои силы, поступила в рамках правил.

— Думаю, нам стоит перенаправить часть наших людей в ответ.

— Согласен, но мы не можем просто бросить эту позицию и помчаться обратно к камере цитадели. Нежить просто зайдет нам в тыл и снова двинется на камеру с массивом.

— Мы можем выбрать тех, кого отправим, исходя из того, кто принесет больше пользы там и меньше всего — здесь.

— Ты тактический командир. Тебе и решать.

— Свяжись с Марлой в камере цитадели. Пойми, что им нужно.

— Хорошо.

Джейсон отошел, пока Мириам оглядывала авантюристов. После отступления врага они пребывали в некотором замешательстве, так как Мириам приказала им не преследовать противника. Элементали-вестники снова проигнорировали её. Джейсон направился к стене туннеля — это было самое близкое, что он мог найти к тихому месту.

— Мистер Асано, — произнесла Тень. — Наши силы в камере цитадели сделали открытие. Марла собирается кое-что вам сообщить, и я надеюсь, вы сможете сохранять спокойствие.

Джейсон подозрительно прищурился, но Тень говорила из его собственной тени, так что ему не на кого было смотреть с вызовом.

— Они выяснили, кто использовал ту штуку, магическую чашу?

— Да.

— Кто?

— Мистер Асано, возможно, будет лучше, если...

— Кто? — снова спросил Джейсон, и его голос прозвучал как ледяное лезвие. — Назови имя.

* * * Руфус сражался бок о бок с Тайкой, Хамфри и Софи, когда нежить отступила, а Мириам приказала им отступить и отдохнуть. «Команда Бисквит» не была приспособлена к стационарным оборонительным позициям или участию в линии обороны. Как только появились огни, они справились лучше, преследуя более сильную нежить, пока пламя выжигало остальных. Золотая нежить не была ровней авантюристу того же ранга, и команда могла справиться с уничтожением одного из них без помощи золотого ранга.

Как и другие авантюристы, команда Джейсона воспользовалась возможностью отдохнуть. Белинда наколдовала для них походные стулья, так что им не пришлось выбирать между каменным полом или оскверненными растениями, иссохшими в черную грязь под воздействием энергии нежити. Они не расслаблялись полностью, оставаясь начеку в ожидании контратаки нежити. К тому же присутствие их союзников — культистов Строителя — вызывало тревогу.

Все защитники вздрогнули, когда резкое чувство опасности заполнило пространство вокруг них. Большинство культистов и «светлых сердец» озирались с напряженными лицами, в то время как авантюристы, обладавшие более острым восприятием ауры, быстро осознали источник.

Руфус посмотрел на Джейсона, чьи широко раскрытые глаза смотрели в пустоту, но с такой яростью, что, казалось, могли расплавить камень. Аура Джейсона отступила, и Мириам двинулась к ним, чтобы успокоить встревоженных союзников. Она бросила взгляд на Джейсона, выражением лица давая понять, что ему чертовски лучше иметь хорошее объяснение.

Глаза Джейсона сфокусировались, когда он повернулся, чтобы встретить взгляд Руфуса, и открыл частный голосовой канал. К нему также подключилась Фарра, всё еще работавшая в камере с природным массивом.

— Что случилось? — резко спросила Фарра. — Я тут довольно занята.

— Ты знаешь, что такое Чаша Героев? — спросил Джейсон, его голос звучал ровно.

— Джейсон, — произнесла Фарра, и в её голосе послышалось предупреждение. — Не пей из кружки Героя.

— Он предложил её не мне. Он предложил её...

Джейсон резко вдохнул и позволил воздуху со свистом выйти сквозь сжатые зубы.

— ...он предложил её Гэри.

Ни Руфус, ни Фарра не ответили сразу; в голосовом канале воцарилось шокированное молчание, пока Руфус не задал нерешительный вопрос:

— Он принял?

— Да, — ответил Джейсон, и в его голосе слышалась подавленность.

— Боги, проклятие, Гэри, — сказала Фарра.

— По-видимому, именно благодаря ему стена камеры цитадели всё еще держится, — сказал Джейсон, плохо справляясь с попыткой звучать позитивно. — Время, которое у нас есть, чтобы вы завершили ритуал, — это время, которое купил нам Гэри. Нежить перестала атаковать вашу камеру, и, вероятно, он же тому причиной. Мы собираемся отправить часть наших людей, чтобы выиграть еще немного времени.

— Руфус, — сказала Фарра. — Насколько плох был Джейсон, когда услышал это?

— Его аура потрясла некоторых людей. Было не так уж плохо, иначе ты бы почувствовала это оттуда.

— Хорошо, — сказала Фарра. — Джейсон, не позволяй этому заставить тебя сорваться и сделать что-то безумное. Ты нужен нам для того, что будет дальше, так что никаких исчезновений и саморазрушения через использование своего царства души ради чего-то нелепого.

— Я знаю.

— Надеюсь. Сколько раз ты оказывался в безвыходной ситуации, и твоим решением было воззвать к какой-то силе, какой бы ни была цена? У тебя не было намерения принимать благословение Мирового Феникса, но когда тебе нужно было прорваться в астральное пространство, чтобы спасти меня, ты позволил своей фундаментальной природе измениться. Когда тебе нужно было телепортировать людей из места, откуда ты не мог, ты использовал ядро реальности, чтобы перегрузить себя до такой степени, что потребовалась магия, о существовании которой мы не знали, чтобы сохранить тебе жизнь. Если Гэри выпил из Чаши Героев, он следует твоему дерьмовому примеру, а из мертвых он не возвращается. Так что, если хочешь снова быть героем — а нам сейчас очень нужны герои, — тогда придумай, как сражаться умнее, вместо того чтобы снова вытаскивать очередную горсть магии из своей задницы.

Джейсон и Руфус смотрели друг на друга, пока Фарра кричала на Джейсона в голосовом чате.

— И можешь не сомневаться, что Гэри получит то же самое...

Фарра осеклась, её второй поток брани прервался всхлипом, не успев начаться.

— Мне нужно вернуться к работе, — сказала она сердито и покинула голосовой канал.

Ярость Джейсона была смыта словами Фарры. Он обменялся взглядом с Руфусом, каждый чувствовал ту же смесь гнева, безнадежности и утраты.

— Это то, что они чувствуют? — спросил Джейсон. — Это то, что они чувствуют каждый раз, когда я...

— Да, — ответил Руфус.

— Прости.

— Должен быть. А теперь следуй примеру Фарры и возвращайся к работе.

Руфус зашагал в сторону Мириам. Джейсон собирался сделать то же самое, как вдруг обнаружил кого-то стоящим перед ним. Он выглядел как человек, одетый в простые доспехи и без оружия. Джейсон огляделся и увидел, что никто не реагирует на божественное присутствие. Даже те, кто наблюдал за ним после всплеска его ауры, внезапно переключили внимание, словно забыли о самом его существовании.

— Ты действительно собираешься показаться сейчас? — спросил Джейсон.

— Мне жаль твоего друга, Джейсон Асано. Но, думаю, ты понимаешь выбор здесь лучше, чем большинство.

— Мой друг только что отчитал меня за понимание.

— Ты думаешь, мне нравится то, что я делаю? Мое имя — Герой, но я никогда им не буду. Я провел всё свое существование, находя величайших людей в их самые темные дни, превращая их вероятные смерти в неизбежные. Я видел славные смерти на великих полях сражений, увековеченные на гобеленах и витражах. Я был единственным свидетелем жертв, которые остались совершенно незамеченными смертными. Бесчисленные жизни, спасенные героями, невоспетыми и забытыми всеми, кроме моих жрецов.

— Крутая история, бро. У меня тут дело, так что если у тебя есть какая-то мысль, к которой ты подводишь, я был бы признателен, если бы ты перешел к ней.

— У каждого бога есть роль, которая определяет наш мандат на влияние на мир, определяя природу и степень нашего влияния.

— То есть, это «нет» на предложение перейти к делу?

— У меня есть мысль, Джейсон Асано, и я не высказываю её легкомысленно. Когда говорит бог, это не без цели.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но тут же с гримасой захлопнул его. Он обещал Смерти, что постарается быть более уважительным, и, как бы он ни был зол, Герой был прав. Он понимал жертвенность лучше, чем большинство.

— Ладно, — сказал он. — Выкладывай.

— Немногие боги имеют так мало влияния, как я, или так ограничены в его использовании. Если героям давать всё, что им нужно, то они не настоящие герои. Даже мои жрецы не получают от меня чудес, не совершив чего-то крайне опрометчивого. Но бывают времена, когда мы можем изменить обычные ограничения. Я могу действовать, чтобы уравновесить других богов, таких как Трус, Владычество или Отчаяние.

— Я понял. У тебя есть только одно чудо и одно условие для его использования.

— Ты трижды встречал условия для моего вмешательства, но я либо не мог, либо не стал вмешиваться по разным причинам. Первый случай был, когда ты столкнулся с монстром серебряного ранга, будучи лишь железного, чтобы дать деревне время на эвакуацию. Если бы тебе нужно было победить этого монстра, а не просто отвлечь его, я бы предложил тебе силу для этого. Но для простого отвлечения я знал, что ты откажешься.

— Еще бы.

— Второй раз был, когда ты решил вступить в личный бой с сосудом Строителя. В этом случае ты находился в астральном пространстве вне зоны моего влияния. Я знаю об этом событии только из рассказов, и я не удивлюсь, узнав, что были и другие из твоего времени в твоем собственном мире. Последний раз, когда ты открыл дверь для моего вмешательства, был, когда ты перегрузил портал и чуть не убил себя в процессе.

— Люди сегодня постоянно это вспоминают.

— Я не вмешался тогда, потому что в этом не было смысла, как только ты сам предоставил силу для открытия портала. Мое чудо превратило бы твою смерть из почти неизбежной в абсолютную.

— Может, тебе стоит расширить репертуар чудес? Добавить что-то нелетальное.

— Я бы очень этого хотел, но есть опасности. Мой вид не меняется с той легкостью, с которой меняются смертные или даже другие виды трансцендентных сущностей. Последствия изменений для нас трудно предсказать, они часто косвенные и редко позитивные. Это особенно верно для такой специфической сущности, как я. Сравни меня с Чистотой, чья природа имела гораздо больше аспектов, чем моя, но чье изменение стало таким фиаско. Масштаб непредвиденных последствий, которые привело в движение его действие, создал так много страданий.

— Почему Чистота превратил себя в артефакт? Чего он надеялся достичь?

— Я не могу быть уверен, только строить догадки. Бог чистоты — это сущность как с очень позитивными, так и с негативными аспектами. Ты понимаешь это, я полагаю. Была война, охватившая континент, когда империя, где доминировали люди, стремилась распространить весьма специфическую концепцию того, что значит быть чистым. Это было время, когда Чистота рисковал быть воспринятым как один из темных богов. Именно в той империи родился Орден Искупительного Света.

— Я думал, орден был основан, когда заправляла фальшивая Чистота.

— Как и большинство, но это не так. То, что Маскировка сделал из ордена — это другое, но семена были уже посеяны. Я считаю, что Чистота намеревался перефокусировать саму концепцию, которую он воплощал, после падения той нации.

— Он выбрал паршивый способ это сделать.

— Действительно. Возможно, теперь ты понимаешь, почему я с опаской отношусь к изменениям собственной природы.

— Полагаю, да. Кажется, ты мог бы попробовать что-то менее радикальное. А теперь, зачем ты здесь? Мне нужно идти помогать моему другу, которого ты убил.

— Я говорил о расширении границ моего влияния. Большая часть того, как мы используем наше влияние, — это вопрос предлога, и ты сделал достаточно, чтобы я мог расширить эти границы. Недостаточно, чтобы создать или изменить чудо, но достаточно, чтобы сделать тебе подарок, как это сделал Целитель.

Герой протянул руку, в которой находилась сфера, наполненная синим, золотым и серебряным светом. У Джейсона была идентичная сфера, подаренная ему Целителем. Он протянул руку и взял вторую.

Предмет: [Команда Генезиса Источник] (трансцендентный ранг, легендарный)

Полномочие связывать силу. (расходуемый, магическое ядро).

* Эффект: Назначить или переназначить источник силы. Требования к использованию варьируются в зависимости от природы источника и места назначения силы.

* Осталось использований: 1/1

— Это лучшее, что я могу сделать, — сказал Герой извиняющимся тоном и исчез.

Взгляды устремились на Джейсона, словно все внезапно вспомнили, что он существует. Он убрал сферу в инвентарь, когда к нему подошла Мириам, качая головой, словно отгоняя сон.

— Ты связался с Марлой? — спросила она.

— Прости, нет, — ответил Джейсон.

— Снова Смерть? — спросила Мириам. — Находясь рядом с тобой, я начинаю узнавать это чувство, когда мое восприятие божественно оттесняется в сторону.

— Боги сделали достаточно, — сказал Джейсон, не отвечая на её вопрос. — Пора Нежизни перестать беспокоиться о Смерти и Герое и начать беспокоиться о нас.

* * * Джейсон, Мириам и Марла обсудили лучший подход к подкреплению авантюристов. То, что Джейсон и Мириам находились в одной зоне, а Марла — в цитадели, делало разговор логистически неудобным. Джейсон мог говорить с Мириам лично или с Марлой через Тень, но две женщины не могли говорить друг с другом напрямую, так как последняя была вне зоны досягаемости. Он решил, что Тень будет выступать в роли переводчика, передавая каждому лидеру те части разговора, о которых они иначе не знали бы.

— Вмешательство твоего друга склонило чашу весов в плане реагирования на прорывы стены, — сказала Марла. — В нынешнем состоянии мы не проиграем из-за дыр в стене. Это значит, что мы сможем устоять, пока стоит сама стена. Это время, которое нам было отчаянно нужно, но оно не будет длиться вечно. Мы ждем известий о том, что ритуал готов с вашей стороны.

— Час, может, два, — сказал ей Джейсон. — Скорее всего, где-то посередине. Стена продержится так долго?

— Прямо сейчас я бы сказала да. Но затухание огня бога означает, что скоро нам снова придется иметь дело с грубой численностью. Вдвойне, если силы, атакующие вас, двинутся на нас. Неважно, что они все слабые; они могут обрушить стену просто за счет огромного веса.

Джейсон подождал, пока Тень закончит повторять слова Марлы, давая Мириам возможность ответить.

— Похоже, вам нужно, чтобы кто-то проредил ряды слабой нежити, — сказала Мириам. — Никто из наших бойцов золотого ранга не подходит для атак по площади, но одна из наших команд серебряного ранга — да.

— Серебряный ранг подойдет, если они справятся с численностью, — сказала Марла после своей задержки. — Как ни странно, мы можем справиться с более мощными угрозами. Их численность достаточно мала, чтобы бойцы золотого ранга и наш воин, усиленный Героем, справлялись с ними. Что нам нужно, так это больше расчистки от той огромной массы нежити, которая, как мы ожидаем, придет за нами в любой момент.

— Я отправлю вам «Команду Штормовой Измельчитель», — сказала Мириам для Тени. — Они из королевства, где авантюристы любят специализироваться, и их специальность — убивать много всего сразу. Подойдет?

— Подойдет, — пришел ответ от Марлы. — Мне нужно вернуться к командованию обороной, но отправьте их как можно скорее.

Тень отступила в тень Мириам, когда та повернулась к Джейсону.

— Ты присоединишься к ним? — спросила она. — У остальных членов твоей команды нет сильных атак по площади, но я могла бы прикрепить тебя к «Команде Штормовой Измельчитель». Твои бабочки могли бы быть ценны, если сможешь заставить их работать.

— Получится ли у меня — это определенно вопрос, — сказал Джейсон. — Мое беспокойство вызывают жрецы Несмерти, которые наверняка будут направлять атаку на стену. У разумных врагов есть привычка отключать моих бабочек до того, как они достигнут критической массы, при которой их уже нельзя остановить.

— Значит, ты останешься здесь? — спросила она его.

— На самом деле, я хотел бы пойти, и я хочу взять с собой Эмира и Констанцию Бахадир. У меня появилась идея, и мне нужны люди, которые смогут безопасно захватить несколько золотых немертвых, не уничтожая их, чтобы это сработало.

Джейсон объяснил свою идею Мириам, и та согласилась.

— Наличие нескольких бойцов золотого ранга поможет тебе пройти через камеру смерти невредимым, — сказала она. — Собери их и немедленно отправляйся.

Джейсон кивнул и начал действовать, отдавая приказы через голосовой чат.

Фарра была права, понял Джейсон. Его способности эссенции застопорились с тех пор, как он уперся в стену серебра еще на Земле, и только начинали медленно двигаться вперед. Именно его духовные силы выросли, и он заплатил за это цену. Столкнувшись с опасными вызовами, он стал слишком полагаться на использование какой-то безумной силы или запугивание своей тиранической аурой. Он должен был сражаться умнее, используя те инструменты, что у него есть, вместо того чтобы разрушать себя безрассудной импровизированной мощью. Пришло время перестать мыслить как астральный король и снова начать мыслить как авантюрист.

УЖАС И СОКРУШИТЕЛЬНОЕ ОТЧАЯНИЕ

УЖАС И СОКРУШИТЕЛЬНОЕ ОТЧАЯНИЕ

Группа подкрепления, состоящая из Джейсона, Эмира, Констанции и «Команды Штормовой Измельчитель», остановилась у массивного входа, ведущего в бывший город «светлых сердец». Туннели и камеры, через которые они прошли, чтобы добраться сюда, были заброшены, нежить полностью оставила эту территорию.

Чего они не оставили, так это город, ставший теперь бастионом нежити. Они были там, в темноте, скрытые от глаз. Далеко на другом конце камеры вспышки света и слабый звук отмечали конфликт, бушующий в нескольких километрах отсюда.

— Нас десятеро, — сказал Калиф, член «Команды Штормовой Измельчитель». — Сколько там нежити?

— Мы не можем быть уверены, — сказал Джейсон. — Изначально было около двухсот тысяч «светлых сердец», большинство из которых погибли, плюс вестники и культисты Строителя, которые тоже умерли. Неизвестно, сколько из них было превращено в нежить или сшито вместе в более крупную нежить. С другой стороны, тысячи из них были уничтожены нами, защитниками цитадели или призрачным огнем Смерти.

— Значит, осталось больше десяти, — сказал Калиф.

— Я бы назвал это довольно безопасным предположением, да, — сказал Джейсон.

— Разве нам не стоило взять больше людей? — спросил Калиф.

— Ты говоришь так, будто никогда раньше не сражался со ста тысячами нежити, — сказал ему Джейсон.

— А ты сражался?

— Ага.

— Когда это было?

— Пару лет назад.

— Коринн, — сказал Калиф своему лидеру команды. — Думаю, нам стоит найти других авантюристов, за которыми можно следовать.

Джейсон усмехнулся про себя. Легкая перепалка не вытеснила из его головы тяжелое положение Гэри полностью, но по крайней мере стала своего рода отвлечением.

Группа отправилась в воздушное пространство камеры смерти, высоко над павшим городом, где скапливалась нежить. Констанция и Эмир стояли вместе на летучем облаке, наколдованном Эмиром, в то время как бойцы серебряного ранга летели на двух воздушных скимерах, созданных Тенью. Это был не самый безопасный способ передвижения в случае атаки, но он был быстрым, удобным и позволял группе двигаться плотным строем. К тому же он был малозаметным для визуального и аурального восприятия по сравнению с чем-то вроде Пегаса Зары, сделанного из сапфиров.

Надежда заключалась в том, что масса мощных сталкивающихся аур на другой стороне камеры отвлечет нежить, позволяя группе пересечь огромную пещеру беспрепятственно. Битва за стену, безусловно, была зрелищем, привлекающим внимание, видимым с противоположного конца камеры, в километрах отсюда. Заклинания ярко вспыхивали в темноте, освещая море нежити короткими вспышками, словно танцоры на рейве. Остатки призрачного огня догорали, забирая с собой нежить, по мере того как чудо Смерти наконец иссякало. Самым притягательным был золотой маяк, взрывающийся вспышками и прыгающий вверх-вниз по стене.

Джейсон расширил свои чувства, чтобы получше рассмотреть ауру Гэри. Это было несложно, так как он никогда не чувствовал ничего, кроме ауры алмазного ранга, что могло бы сравниться с тем, что излучал Гэри. Группа едва начала пересекать камеру, как интерфейс Джейсона выдал им всем сообщение об эффектах ауры Гэри, названной просто «Герой». С десятками перекрывающихся аур Джейсон отключил сообщения об отдельных, но сила Гэри перекрыла это. Будь то из-за её божественной природы или чистой мощи, интерфейс Джейсона решил, что её нельзя игнорировать.

Божественность, струящуюся через Гэри, было невозможно не заметить. Джейсон обнаружил, что его чувства более чувствительны к божественной силе, чем у большинства, но здесь это было вовсе не обязательно. Золотое сияние Гэри делало всё, кроме написания в небе слова «полубог» и рисования гигантской стрелки, указывающей прямо на него. Его друг был, на данный момент, божественностью, проявленной в мире.

Сообщение уведомило Джейсона, когда он вошел в зону связи с защитниками стены. Он подавил желание открыть канал к Гэри, который казался довольно занятым, и вместо этого связался с Марлой. Он настроил командные каналы для Марлы и других лидеров, таких как Арабель, чтобы лучше общаться.

Примерно на полпути через камеру они наконец привлекли внимание некоторой нежити. Они летели по дуге, чтобы избежать центра территории нежити, но некоторые летающие чудовища все же заметили их и поднялись в воздух, чтобы перехватить. Среди них было пять бойцов золотого ранга, каждый — пухлый франкензомби, сшитый из, казалось бы, случайных частей. У них были конечности, ни одна из которых не подходила к другой, прикрепленные примерно в нужных местах. Крылья вестников были приклеены к их спинам, случайные как по расположению, так и по количеству. С их раздутыми телами и слишком маленькими конечностями, эти херувимы размером со слона, порождающие кошмары, были искаженными насмешками не только над жизнью, но и над законами аэродинамики.

Остальные летуны были более обычными — несколько десятков зомби-вестников. Как ни странно, их обычные крылья были удалены и заменены кожей, натянутой на каркасы из сегментированных костей.

В отсутствие Мириам Джейсон назначил Эмира тактическим командиром группы. Он был самым мощным и самым опытным членом группы. Джейсон ждал, когда он отдаст команды, но тот не стал. Вместо этого он наколдовал посох из черного лакированного дерева, украшенный золотыми рунами и окованный золотом на обоих концах. Держа его вертикально, он слегка приподнял его, а затем опустил. Маленькое, неспешное движение резко контрастировало с результатом.

Массивные столбы, каждый дюжиной метров в поперечнике и сотнями метров в длину, с грохотом обрушились сверху. Каждый выглядел идентично посоху Эмира, только на порядки больше. Здания трескались, когда столбы тяжело ударялись, а затем исчезали.

— Нам следует двигаться, а не сражаться, — сказал Эмир. — Эта сила выглядит разрушительной, но в основном она раскидывает вещи и ненадолго оглушает их, после чего нежить довольно быстро приходит в себя. Способность выглядит впечатляюще, но не так мощна, как кажется.

— У каждого набора сил есть тема, — заметила Констанция.

Эмир повернул голову, чтобы одарить жену ровным взглядом, а та сжала губы, чтобы сдержать смех. В то же время облако и скимеры Тени устремились вперед, продолжая свой путь к стене.

* * * Группа подкрепления замедлилась перед тем, как достичь точки, где они могли бы быть втянуты в битву за стену. Это было достаточно близко, чтобы они могли видеть состояние битвы: нежить нагромождалась друг на друга у основания, их было так много, что они образовали пандус, по которому карабкались остальные. Настоящая битва начиналась на вершине склона, на третьем этаже. С третьего по седьмой уровни шли самые интенсивные бои, так как бесконечный поток бессмертных скалолазов отбивался защитниками.

Сейчас в стене было много открытых проломов, но защитники удерживали их. Как бы личное вмешательство Гэри ни помогало на напряженных оборонительных позициях, именно его аура делала больше всего работы. Его другие силы были на базовом уровне золотого ранга, в то время как его аура поднялась вплоть до алмазного. Кроме того, это была совершенно несбалансированная способность, подпитываемая божественной силой и ставшая возможной только благодаря эссенции полубога. Чистая мощь усилений, которые она предлагала, была трансформационной для всех защитников, даже для тех, кто был золотого ранга.

В то время как его аура помогала в битве в целом, его личное присутствие прибыло как спасение бога, когда он двинулся на помощь защитникам. Каждый взмах его молота посылал волны силы и огня, которые опустошали даже самую сильную нежить. Когда он ревел, стена очищалась от врага, хотя ему приходилось быть осторожным, чтобы не снести участки самой стены.

Джейсон наконец не смог удержаться и открыл голосовой канал к Гэри.

— Мне жаль, что до этого дошло, — сказал Джейсон.

— Мы авантюристы, — сказал ему Гэри. — Мы можем пытаться уйти сколько угодно, но в конце концов кто-то должен встать. Если бы это были не мы, мы не были бы теми, кто мы есть. Я знаю это. Руфус знает это. Ты определенно знаешь это; это уже слишком много раз было твоей очередью.

— Это не значит, что мне это должно нравиться.

Гэри рассмеялся.

— Тебе чертовски лучше не нравиться. Не позволяй Руфусу слишком сильно впадать в депрессию, ладно? Я не хочу, чтобы вы с ним устроили тот же тур грустных парней, что и я после потери тебя и Фарры. Её здесь нет, верно?

— Она занята ритуалом.

— Хорошо. Я почти уверен, что она бы надрала мне задницу за это, полубог я или нет.

Джейсон рассмеялся.

— О, я не думаю, что тут можно увернуться, Гэри. Можешь ожидать, что она спустит с тебя шкуру, как только мы все окажемся в зоне трансформации.

— Я с нетерпением жду этого, — сказал Гэри, его голос звучал тяжело. — А теперь, полагаю, ты здесь, чтобы вытащить какую-то безумную силу, чтобы справиться со всей этой нежитью?

— Нет, это твое магическое шоу, Гэри. Я здесь, чтобы играть твою гламурную ассистентку Лорену, носить что-то блестящее и красиво жестикулировать, когда опускается занавес.

— Эта стена кажется такой же хлипкой, как занавес.

— Ты справляешься лучше, чем кто-либо мог подумать. Не сомневайся, что без тебя мы бы уже проиграли. Клайв, Фарра и остальные проделали отличную работу, подготовив ритуал как можно быстрее, так что продолжай удерживать, и мы всё сделаем.

— Спасибо, Джейсон.

— Нет, Гэри, спасибо тебе.

— Герой сказал почти то же самое. Тебе стоит перестать проводить время с богами, Джейсон; они плохо влияют.

Джейсон рассмеялся, закрывая канал. Они приближались к стене, дальние атаки отбивали нежить, пока они направлялись к свежеочищенному пролому, чтобы встретить Арабель и Габриэля.

— Вы будете под прямым командованием Арабель Ремор и общим командованием лидера «светлых сердец», Марлы, — сказал Джейсон «Команде Штормовой Измельчитель». — Вы будете действовать в основном на этой стороне стены, чтобы проредить ряды врага с относительно безопасных верхних уровней. Я возьму Констанцию и Эмира, чтобы спрятаться внутри камеры цитадели, где безопасно.

Лидер «Штормового Измельчителя», Коринн, пресекла любые вопросы от своей команды. Они вошли в пролом, Джейсон, Эмир и Констанция кивнули в знак приветствия Арабель и Габриэлю, прежде чем сразу перейти к делу.

— Мне нужно, чтобы вы пропускали время от времени золотую нежить, — сказал Джейсон. — По мере того как мы будем их использовать, нам понадобятся свежие, хотя я не уверен, что «свежие» — это подходящее слово.

— Нам не нужно будет ничего пропускать, — сказал ему Габриэль. — Мы удерживаем и запечатываем проломы, но они все равно проникают внутрь, так как в стене пробиваются новые дыры. Защитники внутри зачищают их, так что у тебя будет выбор.

— Спасибо, — сказал Джейсон, и они двинулись дальше, не останавливаясь для пустой болтовни. Коринн и её команда уже защищались от новых попыток проникнуть в пролом.

Джейсон повел своих спутников золотого ранга на сторону цитадели стены, всё еще узнаваемую как нечто, что когда-то было зданием. Они были на балконе, выходящем на саму цитадель, массивную круглую конструкцию, удерживаемую в центре камеры одинаково массивными столбами, идущими от пола и потолка.

Напольные столбы были целями нежити, которая прорвалась через проломы. Им не нужно было вторгаться в здание, чтобы остановить ритуал, готовый к проведению в камере эхо-массива, расположенной в цитадели. Если цитадель рухнет полностью, всё внутри будет естественным образом уничтожено.

— Сколько золотой нежити вы можете безопасно удерживать одновременно? — спросил Джейсон.

— Должно быть несколько, — сказал Эмир. — Они слабы для этого ранга, и не у всех есть особые силы. Нам следует отдавать приоритет тем, кто просто большой и крепкий. Им не нужны руки, ноги или что-то еще, верно?

— Нет, — сказал Джейсон. — Нет, не нужны.

* * * Джейсон смотрел на безрукую нежить, удерживаемую на месте наколдованными Эмиром посохами, торчащими из земли, чтобы пронзить её. Чудовище беспомощно боролось, сила и длительность посохов Эмира были усилены силами поддержки Констанции.

— Это сработает, — сказал Джейсон. — А теперь давайте перейдем к...

Все трое повернулись, чтобы посмотреть на стену, хотя их чувства были сосредоточены на чем-то далеко за её пределами. Божественная сила вспыхнула, но это был не Гэри. Это было не славно, а кощунственно, внушая лишь ужас и сокрушительное отчаяние.

— Что это? — спросила Констанция, её голос звучал пусто.

— Работа Гэри, — сказал Джейсон. — Нежизнь делает отчаянный ход.

— Это не нам с этим разбираться, — сказал Эмир. — Чудеса Героя — это величайшие последние рубежи, и Гэри собирается совершить свой. У нас есть своя работа.

— Да, — согласился Джейсон. — Давайте приступим к работе.

АВАТАР И ПОЛУБОГ

АВАТАР И ПОЛУБОГ

Битва за стену велась в устьях различных проломов. Вмешательство Гэри и его силы полубога дало защитникам передышку, чтобы удерживать проломы достаточно долго для возвращения баррикад на место, но они лишь заклеивали дыры скотчем. Рано или поздно не останется ничего, кроме скотча, и стена рухнет.

Глубоко в городе, который теперь был территорией нежити, в темноте прогремел взрыв. Фиолетовый свет ударил, как пушка космического корабля, из теперь отсутствующей крыши самого большого здания в городе. Это было массивное треугольное здание, затмевающее окружающие. Защитники, сражающиеся на стороне камеры смерти у проломов, не могли не смотреть, гадая, какой новый ужас собирается обрушить нежить.

Их отвлечение не стоило им дорого, так как нежить, с которой они сражались, застыла на месте. Аура Нежизни хлынула на город, как цунами, прежде чем врезаться в волнорез божественной силы Гэри. Две ауры столкнулись, достигнув разрядки, которая уменьшила способность Гэри усиливать всё поле битвы, будучи сосредоточенной на подавлении влияния Нежизни.

Стоя на стене рядом с Габриэлем Ремором на одном из верхних уровней, Гэри поморщился, стоя на месте и оттесняя силу бога. Впервые с тех пор, как он выпил из Чаши Героев, что-то стало настоящей борьбой.

Духовное столкновение было диким штормом, но всё остальное было странно неподвижным. Нежить замерла, словно замороженная, а защитники шатались от аурального конфликта, бушующего вокруг них. Движения было мало, и, когда грохот далекого взрыва затих, наступила почти тишина.

Массивный луч света, исходящий из здания, освещал потолок камеры более чем в километре в воздухе. Этот луч был частично заблокирован чем-то, движущимся внутри здания, чем-то, что должно было быть очень большим. Рука гиганта, бледная, болезненная и с отсутствующими кусками плоти, показалась из разрушенной крыши, чтобы схватиться за стену. На запястье висели кандалы с оборванной цепью. Вторая рука потянулась, схватившись за стену, как первая, и огромная фигура подтянулась вверх и на стену.

Было трудно разобрать, освещенная снизу фиолетовым лучом, но это выглядело как зомбированный гигант, больше, чем большинство зданий в городе. Только одно массивное сооружение было достаточно большим, чтобы вместить его. Зомби попытался взобраться на стену, но стена поддалась, рассыпаясь на землю и сбрасывая зомби вместе с ней. Образовавшееся облако каменной пыли поднялось, чтобы быть освещенным фиолетовым светом, как солнечный луч в пыльной комнате.

Массивный зомби поднялся на ноги, стоя среди городских зданий, как кайдзю. Сломанные цепи висели на кандалах вокруг его запястий и лодыжек и начали излучать фиолетовый свет, эхо луча, всё еще сиявшего позади него.

Зомби, поднимающийся на ноги, был словно стартовый пистолет, который снова привел битву в движение. Бесконечная орда неживых возобновила свой натиск на стену, защищающую камеру цитадели, и защитники послали магию, пылающую навстречу им.

С их высокой точки на стене у Габриэля и Гэри было мало времени, прежде чем нежить снова оказалась на них. Глаза Гэри были устремлены на далекого зомби, пока он продолжал сражаться с его аурой. Тот сделал неловкий, спотыкающийся шаг вперед, начиная шаркающую походку в сторону стены.

— Это не выглядит сшитым вместе, — заметил Габриэль. — Здесь был гигант, чтобы они могли его оживить?

Божественные чувства Гэри могли видеть то, чего не мог Габриэль.

— Это не то, что они оживили, — сказал он Габриэлю. — Это аватар их бога, но он неполный. Они отправили его недоделанным, чтобы остановить меня.

— Остановит?

Гэри даже не смотрел на Габриэля, но ухмылка на его львином лице вызвала мурашки по спине Габриэля.

— Нежить скоро снова будет карабкаться сюда, — сказал Гэри вместо ответа. — Ты хочешь заняться ими или тем большим?

Габриэль повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Думаю, я, пожалуй, оставлю большого тебе.

Нежить была на них мгновение спустя, и Габриэль принялся за работу, огонь пылал вдоль края его золотого ятагана. Даже без божественного призрачного огня он быстро расправлялся со всем, что пыталось проникнуть в пролом в стене. Гэри не присоединился к битве, оставаясь сосредоточенным на аватаре-зомби. Прошаркав по разрушенному бульвару, тот остановился и поднял руки, сломанные цепи свободно свисали, когда он потянулся к далекой стене, словно пытаясь схватить её. Цепи удлинились и вонзились в землю, пронзая разбитые плиты, словно твердый камень был рыхлой почвой.

С высоты своего положения Гэри наблюдал за светящимися цепями, вонзающимися в землю, с хмурым видом. Он подозревал, что аватар собирается использовать силу, похожую на одну из его собственных, и ему не нравилось это сравнение.

Гарпуны размером со школьные автобусы вырвались из земли вокруг аватара-зомби, волоча за собой фиолетовые цепи. Дюжина из них пронеслась по воздуху, массивные, зазубренные наконечники вонзились в стену. Затем цепи дернулись назад, натягиваясь, когда зазубрины удержали гарпуны на месте.

* * * Воздух в камере цитадели становился затуманенным пылью, но трудно было не заметить прибытие массивных гарпунов. Джейсон, Эмир и Констанция наблюдали, как гарпуны были оттянуты назад и их массивные зубья вонзились в стену. Камень вокруг гарпунов треснул, когда стена задрожала от напряжения.

— Я почти уверен, что это плохо, — сказал Джейсон.

— Мы мало что можем с этим поделать, кроме как продолжать готовиться, — сказала Констанция.

— Это верно, — сказал Джейсон, глядя на ослабленную нежить золотого ранга перед ним. — С этим почти покончено; можешь выловить мне еще одного?

* * * На своей высокой платформе, с нежитью, удерживаемой Габриэлем подальше от него, Гэри смотрел на цепи, пытающиеся обрушить стену.

— Нет, — сказал он себе и взял один из шести маленьких молотов, висящих на петлях вокруг его пояса. Он загорелся золотым пламенем.

* Вы использовали [Облечение Пламенем]. * Вы наполнили [Большой Молот Гэри] божественным огнем.

Гэри бросил молот в ближайшую цепь, молот вырос до размеров дома, пока летел. Он разбил цепь при контакте и немедленно отклонился к следующей. Он делал то же самое снова и снова, пока каждая цепь не была сломана, а затем улетел в зомби-аватара.

Молот не замедлился при ударе в туловище зомби. Они оба с грохотом врезались в землю, прорывая борозду, пока скользили. Зомби сбросил массивный молот с себя, встал и двинулся в сторону стены. Сначала это было неловко, он двигался с медленным шарканьем зомби, на которого был похож. С каждым шагом, однако, массивный луч света позади него тускнел, а зомби становился более скоординированным. К тому времени, как луч исчез полностью, зомби двигался как живое существо. Он больше не спотыкался о куски разрушенных зданий, а ловко обходил их, приближаясь к стене с шагами, пожирающими расстояние.

С высоты своего положения на стене Гэри перешел на бег, игнорируя нежить, всё еще сражающуюся с Габриэлем, между ним и краем. Они отскакивали от него, как жуки, ударяющиеся о высоковольтный забор, ничуть не замедляя его, когда он достиг края и спрыгнул вниз, паря в воздухе. Его тело стало намного больше, так же как и его молот, и засветилось золотым сиянием, которое тянулось за ним, когда он парил в темноте.

* Вы использовали [Сосуд предков]. * Ваши атрибуты [Мощь], [Дух] и [Спид] усилены. * Ваш размер увеличен. * У вас идет восстановление маны, здоровья и выносливости. * Некоторые из ваших способностей эссенции будут иметь измененные эффекты. * Некоторые из ваших даров леонида будут иметь измененные эффекты.

Теперь такой же большой, как зомби, Гэри пролетел над его головой, чтобы приземлиться с громоподобным грохотом. Непривычный к своему новому размеру и силе, он врезался в здание и оказался лицом вниз, покрытый обломками. Он стряхнул их, поднялся на ноги и подошел к своему гигантскому молоту, всё еще горящему огнем там, где зомби оставил его. Теперь он хорошо подходил для его гигантского размера, и он поднял его, прежде чем повернуться лицом к аватару, вниз по усыпанному обломками бульвару, по которому тот следовал к стене.

Цепи, снова свободно свисающие с рук и ног аватара, обернулись вокруг его тела, как доспехи. Они были особенно тугими вокруг кистей и предплечий, как пара цепных перчаток.

Аватар повернулся лицом к Гэри, и они уставились друг на друга через темный и разрушенный город. Один был гордой фигурой пылающей мощи. Другой был темной фигурой в цепях, которая светилась зловещим светом. Фиолетовые и золотые маяки в холодном некрополе, нежить текла мимо их гигантских ног, как вода вокруг камней в мелком ручье.

Гэри бросил свой молот, и он полетел прямо, как хорошо подвешенная полка, гравитация не проявляла к нему интереса. Аватар приготовился, скрестив предплечья перед собой, как щит. Цепи выстрелили из его тела и вонзились в землю, закрепляя его на месте. Молот ударил, на этот раз не вбивая аватара в землю, а толкая его назад, пока его цепные якоря не натянулись. Молот отскочил и упал на землю, его божественный огонь погас. Руки зомби безвольно болтались, сломанные в разных местах. Они болтались и дергались, когда кости срастались обратно, иногда видимые сквозь участки отсутствующей плоти.

Гэри вытащил свой обычный молот из-за спины, где магия удерживала его на месте, готовый для удобного захвата. Цепи, привязывающие аватара к земле, были выпущены, и гигантский зомби протянул руки. Цепь змеилась из каждой его цепной перчатки и пронзила самых крупных монстров золотого ранга, проходящих мимо по земле. Монстры немного съежились, затем из них вырвалась дюжина светящихся фиолетовых шипов, превращая их в шары на паре цепов с шипами.

Два массивных существа уставились друг на друга, возвышаясь, как кайдзю среди зданий разрушенного города. Гэри бросился на аватара золотым размытым пятном — они столкнулись с достаточным ударом, чтобы вызвать ударные волны, божественная сила против божественной силы. Это была священная война, воплощенная в двух гигантах, настолько заряженных силой, что их тела едва могли сдержать её.

* * * Гарт не позволил жрецам Несмерти собраться в одном месте. Они были рассредоточены, общаясь через оживленных скелетов, связанных магией. Он стоял на вершине здания с хорошим обзором как на стену, так и на битву между божественно усиленными гигантами.

— Э-э, босс? — нервный голос донесся через скелета рядом с Гартом. — Вы уверены, что отправили меня в нужное место?

— Я вполне уверен, — сказал Гарт.

— Просто я чувствую себя здесь немного открытым.

— Просто продолжай смотреть, Джефф.

— Ну, это довольно сложно из-за всей этой пыли. Золотой поднял здание и ударил им фиолетового. Он использовал здание, которое находится рядом с тем, на котором я стою. Или, оно раньше было рядом с ним. Сейчас оно довольно сильно разбросано по округе.

— «Фиолетовый», Джефф, — это аватар нашего лорда, и к нему следует относиться с соответствующим уважением.

— Вы уверены, босс? Просто он выглядит как обычный зомби, но больше. Немного недожаренный, знаете? Магические цепи выглядят неплохо, хотя я не уверен, как это сочетается с темой нежизни.

— Если ты не можешь видеть сквозь пыль, Джефф, у тебя есть мое разрешение подойти ближе.

— Босс, это потому, что я сказал, что у Джамилы хорошенькая...

— Этого достаточно, Джефф.

— Я не знал, что она может меня слышать. И вы должны признать, у неё действительно хорошенькая...

— Она тоже слышит тебя сейчас, — сказал Гарт.

— Она там с вами? Вы двое...? Я просто не думал, что вы можете... вы скелет, вот что я говорю. В смысле, я думаю, вы скелет. Вы всегда завернуты в эту штуку, в робу. Это роба, или больше похоже на тогу? Или просто сложный плащ? Трудно сказать, особенно из-за того, как он драпируется. Просто кажется, что под ним не обычный человек, даже сделанный из костей. Не то чтобы я говорю, что вы не человек.

Гарт несколько раз постучал костяшкой по своему лбу.

— Что это за стук? — спросил Джефф. — В любом случае, э-э, привет, Джейми. Ты знаешь, что мне жаль, верно? Насчет того, что я сказал, что у тебя... и тот раз, когда я пытался... слушай, я был пьян, справедливости ради, и совет: не пытайся ферментировать те странные растения, которые делает дерево вестников. Суть в том, что я мог бы извиниться должным образом, если бы мы встретились и...

Джамила протянула один из своих длинных пальцев, чтобы сжать челюстную кость скелета, отключая магию связи.

— Как думаешь, он умрет? — спросила она с надеждой.

— Нет, — сказал Гарт с печальным покачиванием своей скелетной головой. — Его способность выживать в любой ситуации, в которую я его ставлю, заставляет меня задуматься, не является ли он проверкой веры от нашего лорда.

— Сделал бы он такое с тобой?

— Наш лорд не капризен и не добр, Джамила. Мудро проверять тех, на кого полагаешься. Их понимание и готовность терпеть — это испытание само по себе.

Джамила переключила внимание обратно на титаническое столкновение.

— Должен ли аватар позволять полубогу отвлекать его так? — спросила она. — Цель — обрушить стену, а не убить полубога. Он умрет, со временем, независимо от этого. И станет отличным сырьем, если мы доберемся до них достаточно быстро.

— Полубог был критически важен для сохранения стены в целости, — объяснил Гарт. — Он больше не может лично защищать её, и его аура занята, оттесняя ауру аватара. Он больше не может использовать её, чтобы накрыть всех защитников, только самых близких.

— Значит, когда вы направили наши силы прочь от битвы между ними, это было не только для того, чтобы избежать сопутствующего ущерба, но и чтобы сосредоточиться на более слабых частях обороны стены.

— Именно. Даже если полубог не будет уничтожен, пока он не может защищать стену, преимущество на нашей стороне.

ЧЕГО ОН ХОЧЕТ ДЛЯ СЕБЯ

ЧЕГО ОН ХОЧЕТ ДЛЯ СЕБЯ

Габриэль взмахнул мечом по горизонтальной дуге, и волна пламени омыла нежить. Это привело к тому, что низшая нежить развалилась, так как их плоть превратилась в пепел, а кости — в пыль, но более сильные продолжали наступать. Массивная клешня какого-то роющего монстра, приживленная к руке вестника, была замахнута на его голову. Он исчез, телепортировавшись всего на несколько шагов назад.

Дезориентация от телепортации была легкой из-за короткой дистанции, и он привык к ней после многих лет использования, так что не потерял даже полшага. Тем не менее, его жена опередила его, когда потоки белой магии хлынули в лоскутное чудовище. Мерзкий черный ихор сочился из швов, где грубые стежки соединили плоть, и мерзость рухнула, скатившись с уступа.

— Где ты была? — спросил он, когда Арабель спустилась с более высокого уровня.

— Устанавливала несколько записывающих кристаллов, — сказала она ему.

— Сейчас действительно подходящее время? — спросил он.

В ответ она указала на золотого льва и закованного в цепи зомби, сталкивающихся с такой силой, что ударные волны были видны в том, как они поднимали пыль вокруг них.

— Мы видим легенду, разыгрывающуюся перед нами, — сказала она. — Мы, может, и не сможем спасти Гэри, но можем убедиться, что его запомнят за то, что он спас нас.

Больше низшей нежити выползло на их уровень, и Габриэль расчистил их еще одной волной пламени.

— Я не думаю, что быть запомненным как герой — это то, чего Гэри хочет для себя, — сказал Габриэль своей жене.

— Нет, — согласилась Арабель. — Но что еще мы можем сделать?

— Мы можем помнить его как друга. Вот чего он хочет для себя.

* * * — Мы закончили? — спросил Клайв, удивленный собственным вопросом. Он стоял с Фаррой, осматривая формирующий массив ритуальных кругов, установленных вокруг дерева.

— Да, — сказала Фарра. — Это всё, что мы можем сделать, пока другой ритуал не станет активным, чтобы мы могли провести окончательные калибровки. Нам нужно, чтобы команда цитадели запустила устройство в камере эхо-массива.

— Я скажу им, что они могут начинать, — сказала Тень из тени Фарры.

— И сколько времени после того, как мы запустим это, всё произойдет? — сказала Фарра Клайву.

— Я никогда не видел, чтобы участок вселенной распадался на элементы, основанные на ярлыках, сделанных существом, которое его создало, — сказал Клайв. — Думаю, достаточно времени на сэндвич.

— Было любезно со стороны Джейсона оставить нам стол с закусками.

— Я приберегал тот, что с соусом из огненной вишни, — сказал он, оборачиваясь. — Нет ничего вкуснее хорошей еды после тяжелой работы... где мой сэндвич?

Он посмотрел на тарелку, на которой теперь были только крошки и записка, говорящая никому другому не есть его.

— БЕЛИНДА!

* * * Ветряной шторм Зары очистил низшую нежить с поверхности стены, в то время как молниеносная стрела одного из страйкеров её команды прошила более сильных. Она не могла сосчитать, сколько они уничтожили или хотя бы отправили в полет, заставляя их возвращаться к стене и начинать карабкаться снова. Тем не менее, их число казалось безграничным, а стена — всё более хрупкой. Она взглянула на массивный гарпун, всё еще вонзенный в неё, со сломанной цепью, свисающей сзади.

Как и другие группы в оборонительных силах, им было поручено сосредоточиться на области вокруг одного из дюжины гарпунов. Это были слабые места в стене, и было неизвестно, попытается ли гигантский зомби использовать их снова. Как и в случае с аватаром, связывающим леонида друга Асано, это служило для отвлечения защитников от проломов. Всё чаще странная взрывная нежить проникала внутрь и еще больше ослабляла стену.

* * * Борис-вестник смотрел на теперь активное магическое устройство, когда свет, который оно излучало, снова изменил цвет. Скорость, с которой он смещался, увеличивалась, пока не добавлялся второй цвет за раз. Всё больше цветов приходило с быстро растущими сдвигами, пока комната не наполнилась ослепительным калейдоскопом.

— Ну, вот и всё, — сказал он.

— Что теперь? — спросила Марла.

— Теперь мы надеемся, что люди в камере с природным массивом сделали что-то очень сложное абсолютно правильно.

— Сработает? — спросила она, её суровый фасад треснул, обнажая нервозность.

— Я не Асано, — сказал Борис. — Это мой первый раз, когда я ломаю вселенную. Насколько я знаю, мы все вот-вот умрем. А это значит...

Он повернулся, чтобы посмотреть на Марлу.

— ...мы должны относиться к каждому моменту так, будто он последний. Я знаю, что тихое, но неоспоримое влечение между нами осталось невысказанным...

Марла вышла за дверь, и Борис покачал головой.

— Ледяные цепи, которыми она обернула свое собственное сердце...

— Она лесбиянка, — сказал охранник-светлое сердце у двери.

— О, — сказал Борис. — Так вот как она сопротивлялась моему чистому животному магнетизму.

— Конечно, — сказал охранник. — Вот как.

* * * Это началось с треска. Целая секция стены соскользнула с седьмого уровня, превратившись в лавину, так как уже напряженная опорная конструкция начала сдавать. Результатом стал не просто пролом, а начало медленного, но неудержимого обрушения. Защитники карабкались, чтобы добраться до безопасности, спеша обратно через проломы на сторону цитадели. Некоторые оказались на рушащейся стороне и были вынуждены убираться с пути падающего камня как могли.

Стена падала большими участками, начиная с фасадов, но увлекая за собой достаточно опорной конструкции, чтобы целые секции отваливались. После первых нескольких моментов было трудно сказать, что происходит, так как облака пыли заслоняли всё. Стена, её защитники и нежить, атакующие её, были скрыты, их судьбы были неясны для любого, кто наблюдал.

Гарт и Джамила делали именно это. Они не могли видеть стену, но продолжающиеся звуки обрушения затмевали гром шторма, заполняя воздух более тщательно, чем пыль.

— И последняя линия обороны пала, — сказал Гарт с удовлетворением, разразившись смехом.

* * * — Послушайте этого парня, — пробормотал Джейсон, наблюдая за Гартом через одно из тел Тени. — Нельзя ходить и смеяться как Скелетор, когда ты уже выглядишь как он. И ему нужно усвоить, что парень внутри облака взрыва никогда по-настоящему не мертв. На самом деле, кого я обманываю? Я бы точно выбрал мотив Скелетора.

— О чем ты бормочешь? — спросил Эмир. — Я не слышу тебя из-за всего этого.

Эмир двигался быстро, его посох удлинялся и сокращался, когда он отклонял обломки от рушащейся стены в сторону от живых защитников.

— Не бери в голову, — сказал ему Джейсон через голосовой чат.

* * * Гарт и Джамила продолжали смотреть, но было трудно что-либо разобрать. Даже беспорядочные огни заклинаний авантюристов и сил светлых сердец погасли, оставив двух божественных гигантов единственными источниками света. Они даже не остановились, чтобы посмотреть, как рухнула стена, продолжая бить друг друга оружием или даже частями города, поднятыми и брошенными.

— Теперь они не могут остановить нас, — прокаркал Гарт, слышимый, когда грохочущее обрушение наконец стихло. Оно всё еще отдавалось эхом по камере, но какофонический звук затихал.

— У них едва хватало людей, чтобы удерживать проломы, — продолжал Гарт радостно, — не говоря уже об открытой груде обломков. Они потеряли защитников тоже, оказавшихся в ловушке, если не убитых сразу.

— Сомневаюсь, что они потеряли многих, — сказала Джамила. — Светлые сердца, возможно, но авантюристы — это элита. Они быстры и способны, тогда как у нашей нежити нет чувства самосохранения. Трудно видеть сквозь пыль, но я полагаю, мы потеряли гораздо больше, чем враг.

— Что мы можем позволить себе, в то время как каждая их потеря — это удар.

— Но это будет стоить нам времени, — отметила Джамила. — Если вся нежить, что у нас была у стены, была раздавлена, или столько, сколько имеет значение, то нам понадобятся наши силы, чтобы пополнить ряды, прежде чем они смогут пересечь обломки. Нам всё еще нужно прорваться в камеру и обрушить цитадель.

— Да, — согласился Гарт. — Спасибо, жрица; забегать вперед — неразумно. У защитников может остаться не так много времени, но мы должны забрать у них столько, сколько сможем. Подай сигнал жрецам, командующим нежитью, чтобы они продолжали наступать, даже если стена всё еще в процессе падения. Дай понять, что важен только прогресс; потери не имеют значения.

Пока Джамила использовала скелета, стоящего рядом с ними, чтобы передать команды другим жрецам, Гарт продолжал смотреть на стену. Тьма не мешала его зрению, красные точки света в его глазницах черепа работали не так, как глаза. Однако они не могли видеть сквозь облако пыли, поэтому, когда внутри него начал появляться свет, он не имел представления об источнике.

— Что это?

Джамила отвернулась от скелета, чтобы проследить за взглядом жреца. Синий и оранжевый свет, сияющий внутри облака пыли, было легко заметить в темноте. Он пропитывал облако, становясь ярче и масштабнее с каждым мгновением. Гарт расширил свои чувства, проталкивая их сквозь бурлящую магию и клубящиеся ауры, которые пронизывали камеру. Божественные ауры было труднее всего пробить, окутывая всё своей огромной, сталкивающейся мощью. Гарту удалось почувствовать что-то плавающее в облаке пыли, хрупкое, но летучее и чрезвычайно многочисленное.

Сосредоточившись на своих чувствах, Гарт заметил кое-что еще, что до сих пор ускользало от его внимания, гораздо ближе к нему самому. Даже пытаясь изолировать это, он находил трудным зацепиться за это, словно тени, танцующие в свете костра. Он огляделся, пытаясь поймать это своими чувствами, как ловящего юркого жука.

— Что это? — спросила Джамила.

— Это мой фамильяр, — донесся голос, когда темная фигура вышла из тени разрушенного участка стены. Это была какая-то теневая сущность, сделанная из тьмы, но с прикосновениями белого, которые делали её похожей на опрятно одетого гуманоида. Она производила впечатление призрака безупречно одетого слуги.

— Ты Асано, — сказал Гарт.

— Твой босс рассказал тебе обо мне? Вероятно, чтобы убедиться, что ты убьешь меня, если представится шанс.

— Да, но это не понадобится. Цитадель скоро падет. Твой полубог потерпел неудачу.

— Это так? С моей точки зрения, не только ты потерпел неудачу, но тебе всегда было суждено это сделать.

— Что заставляет тебя так думать?

— Потому что нежить — это уродство, насколько это возможно. Как тебя зовут, парень?

— Я Гарт Ларосс, Верховный жрец Несмерти.

— Я Джейсон Асано, мужской мужчина, дамский угодник, человек города.

— Ты дурак.

— О да.

— Почему то, что нежить уродлива, должно иметь какое-то отношение к победе здесь?

— Потому что дело не в том, что ты делаешь, Гарт; дело в том, как хорошо ты выглядишь, делая это.

— Ты просто хвастаешься.

— Да, но ты привыкнешь. Важная вещь, которую тебе нужно понять, — это то, что, как ты сейчас увидишь сам, я заставляю это выглядеть хорошо.

Теневая фигура повернулась, чтобы посмотреть на облако пыли, теперь до краев наполненное синим и оранжевым светом. Можно было различить крошечные фигуры, порхающие внутри.

— Что это? — снова спросил Гарт.

Как вода из прорвавшейся плотины, поток крошечных светящихся бабочек вырвался из облака пыли. Они выплеснулись в воздух, водопад света, чтобы соперничать с Ниагарой, обрушиваясь на нежить, когда они карабкались по своим собственным павшим и обломкам, которые раньше были стеной.

— Предвестники рока? — сказал Гарт.

— Ты узнаешь их? — спросил Джейсон, не скрывая своего удивления.

— Их будет недостаточно, чтобы остановить всю мою нежить.

— Нет, но посмотри на это световое шоу. Второстепенной важностью к визуальному зрелищу является то, что они замедлят твою жуткую армию, что всё, что нам нужно.

— Посмотрим.

— Мы уже видели, разве ты не чувствуешь? Вселенная начинает разрываться на части? Может, твое жуткое тело нежити не очень хорошо улавливает феномены измерений. Тем не менее, ты круто выглядишь с этой эстетикой Скелетора, так что это стоит того. Как быть чуни, парень.

— Ты говоришь бессмыслицу.

— Как только ты узнаешь меня получше, ты поймешь, что именно так ты понимаешь, что у тебя неприятности.

— Он не блефует, Верховный жрец, — сказала Джамила. — Я чувствую, что что-то происходит вокруг нас. Мир кажется неправильным, каким-то образом. Как будто стоишь на замерзшем озере, когда лед начинает трескаться.

— Да, — сказал Джейсон. — Я только что получил известие, что ритуал пошел полным ходом. Мне нужно идти поговорить с одним парнем, но мы, вероятно, поболтаем снова в зоне трансформации. Это то, как она называется, кстати, несформированная реальность, за которую мы будем сражаться. Увидимся там.

Гарт потянулся, чтобы схватить теневое существо, но оно растворилось в ничто.

— Мы проиграли, — сказала Джамила.

— Победа, возможно, ускользнула от нас на данный момент, — сказал Гарт, — но они не выиграли. Они лишь избежали поражения. Поле битвы смещается, но битва продолжается.

* * * Аватар-зомби отступил, быстро отходя обратно в город. Ни Гэри, ни аватар не смогли нанести друг другу значительного вреда, сила, струящаяся через них, была слишком велика, чтобы её можно было легко погасить. Гэри высвободил способность «Сосуд предков», уменьшаясь обратно до нормального размера. Он беспокоился, что это ускорит прохождение божественной силы из его тела, если он будет поддерживать состояние слишком долго.

Синие и оранжевые бабочки осветили то, что сошло за небо в камере, разыскивая нежить. Ни одна не приблизилась к Гэри, так как нежить избегала его, даже после того, как он уменьшился. Он посмотрел вверх на захватывающее световое шоу.

— Не можешь удержаться от того, чтобы не похвастаться, да?

— Что я могу сказать? — спросил Джейсон, выходя из тени. — Разница в презентации.

— Странно, что я могу чувствовать, как ты приближаешься.

— Да, я пока не могу спрятаться от божественных глаз. Дай мне время, и я разберусь с этим.

— Не думаю, что у меня будет время ждать, извини.

Джейсон положил руку на руку Гэри, не только для утешения, но и чтобы изучить его состояние полубога.

— Ты в беспорядке, парень.

— Боюсь, даже один из твоих нелепых трюков не сможет вытащить меня из этого, Джейсон.

— Я чувствую, как сила пытается вернуться к Герою. Мы вот-вот отправимся куда-то, откуда она не сможет выбраться, однако. Это может купить тебе немного времени.

— Купит, — сказал Гэри. — Но этот долг придется заплатить в конечном итоге.

— Да, но я почти уверен, что Герой хочет, чтобы ты жил.

— Не думаю, что у него есть выбор, Джейсон.

— Не думаю, что есть, нет. Но, может быть, время от времени у него появляется возможность.

— Что ты хочешь сказать?

— Что, может быть, в этот раз тот, у кого есть выбор, — это ты.

* * * История продолжится в одиннадцатой книге.

ПРИЛОЖЕНИЕ I: ЭССЕНЦИИ И СПОСОБНОСТИ ДЖЕЙСОНА

ПРИЛОЖЕНИЕ I: ЭССЕНЦИИ И СПОСОБНОСТИ ДЖЕЙСОНА

Ниже приведен список способностей эссенции Джейсона на серебряном ранге. Список написан для краткости (верьте или нет), а не для точности или исчерпывающего характера.

Эссенция тьмы

***Полуночные глаза* **(особая способность, восприятие)

Железо: Видеть сквозь тьму.

Бронза: Чувствовать магию.

Серебро: Читать ауры.

Рука Жнеца (конъюгация)

Железо: Призвать теневую руку, которая накладывает [Ползучая смерть].

Бронза: Также накладывает [Трупное окоченение]. Можно призвать вторую руку.

Серебро: Также накладывает [Слабость плоти]. Можно призвать многочисленные дополнительные руки, в том числе на расстоянии из теней.

**[Ползучая смерть] **(недуг, болезнь): Продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Трупное окоченение] (недуг, нечестивый): Штраф к атрибутам [Спид] и [Восстановление]. Суммируется. Добавление к стеку наносит некротический урон.

[Слабость плоти] (недуг, магия): Аннулирует иммунитеты к болезням и некротическому урону. Не может быть очищено, пока цель страдает от любой болезни.

Покров ночи (конъюгация)

Железо: Призывает плащ, который манипулирует светом и весом.

Бронза: Плащ перехватывает снаряды.

Серебро: Плащ позволяет полет и незначительное искажение пространства.

Путь теней (особая способность)

Железо: Телепортация через тень в другую видимую тень.

Бронза: Создание порталов на региональные расстояния.

Серебро: Создание порталов на континентальные расстояния.

Тень Жнеца (фамильяр, призыв, ритуал)

Железо: Призыв теневого фамильяра с тремя телами.

Бронза: Количество тел увеличено до семи. Тени могут оказывать незначительное физическое воздействие и хранить предметы в пространственном кармане.

Серебро: Количество тел увеличено до тридцати одного. Призыватель может делиться небоевыми силами.

Эссенция крови

*Кровавая жатва *(заклинание)

Железо: Высасывание здоровья, выносливости и маны из трупа врага. Влияет только на цели с кровью.

Бронза: Влияет на все трупы врагов в широкой области.

Серебро: Получение [Кровавое Безумие] за каждый высушенный труп, до максимального порога, затем получение [Кровь Бессмертного] вместо этого.

**[Кровавое Безумие] **(благо, нечестивое): Бонус к базовым атрибутам Спид и Восстановление. Суммируется до максимального порога.

**[Кровь Бессмертного] **(благо, нечестивое, исцеление): При получении урона потребляется экземпляр, чтобы дать краткий, мощный эффект продолжительного исцеления. Суммируется, но не становится сильнее с большим количеством стеков.

*Укус пиявки *(особая атака, ближний бой)

Железо: Накладывает [Кровотечение]. Высасывает жизнь из кровоточащих целей.

Бронза: Накладывает [Токсин пиявки].

Серебро: Накладывает состояние [Оскверненные меридианы].

[Кровотечение] (недуг, ранение): Продолжительный урон от кровотечения и поглощение исцеления. Не может быть очищено, но удаляется после поглощения достаточного количества исцеления.

[Токсин пиявки] (недуг, яд, суммируется): Когда [Кровотечение] аннулируется, повторно накладывает [Кровотечение]. Суммируется.

[Оскверненные меридианы] (недуг, яд): Стоимость магии в выносливости и мане увеличена. Эффекты кровотечения вызывают потерю маны вместе с потерей крови. Атаки высасывания более эффективны против цели.

Кровоизлияние (заклинание)

Железо: Накладывает [Кровотечение] **и **[Жертвенная мишень].

Бронза: Накладывает состояние [Некротоксин].

Серебро: Накладывает состояние [Кровь из камня].

[Жертвенная мишень] (недуг, нечестивое): Получение больших эффектов от атак высасывания и недугов крови.

**[Некротоксин] **(недуг, яд): Продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Кровь из камня] (недуг, магия): Аннулирует иммунитет к эффектам крови и яда. Не может быть очищено, пока цель страдает от любого недуга крови или яда.

Пир крови (заклинание)

Железо: Высасывание жизни из кровоточащих целей.

Бронза: Высасывает дополнительную жизнь за каждый яд на цели.

Серебро: Получает вариант с дополнительными целями и более длительным временем восстановления.

Кровавый ужас (фамильяр, призыв, ритуал)

Железо: Призыв фамильяра кровавого ужаса.

Бронза: Получает форму «червь-который-ходит».

Серебро: Может призывать мантии для призывателя, которые усиливают атаки высасывания и регенерацию. Может расходовать собственную биомассу для быстрого исцеления призывателя.

Эссенция греха

Наказание (особая атака, ближний бой)

Железо: Наносит некротический урон и накладывает [Грех].

Бронза: Накладывает [Цена отпущения].

Серебро: Накладывает [Возмездие за грех] на тех, у кого есть [Грех]. Не накладывает [Грех], [Возмездие за грех] и не наносит некротический урон тем, у кого есть [Покаяние]. Вместо этого наносит трансцендентный урон и накладывает дополнительное [Покаяние].

[Грех] (недуг, проклятие): Получаемый некротический урон увеличен. Суммируется.

**[Цена отпущения] **(недуг, святое): Получение трансцендентного урона за каждый удаленный [Грех].

**[Возмездие за грех] **(недуг, нечестивое): Наносит продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Покаяние] (недуг, святое): Продолжительный трансцендентный урон. Суммируется. Стеки спадают со временем.

*Бичевание *(заклинание)

Железо: Выжигает болезненное клеймо на цели, накладывает [Грех] и [Метка Греха].

Бронза: Накладывает [Тяжесть Греха] и дарует [Маршал Суда] заклинателю.

Серебро: Накладывает [Смертность].

[Метка Греха] **(недуг, святое): Превращает ауру цели в легко отслеживаемый маяк. Не может быть очищено, пока на цели есть **[Грех] или [Наследие Греха].

[Тяжесть Греха] (недуг, святое): Получение трансцендентного урона при воздействии святого блага, восстановления или эффекта очищения.

[Маршал Суда] (благо, отслеживание, святое): Отслеживание любого с [Метка Греха].

[Смертность] (недуг, святое): Аннулирует иммунитет к проклятиям и снижает сопротивление магическим недугам. Не может быть очищено, пока действует любое проклятие.

Пир отпущения грехов (заклинание)

Железо: Снятие проклятий, болезней, ядов и нечестивых недугов. Нельзя применять к себе.

Бронза: Накладывает [Покаяние] и [Наследие Греха] на врагов за каждый снятый недуг.

Серебро: Вариант на широкую область.

[Наследие Греха] (недуг, святое): Исполнительные способности имеют больший эффект на цель. Суммируется.

Пожиратель грехов (особая способность)

Железо: Повышенное сопротивление недугам. Получение [Сопротивление] за каждый сопротивленный или удаленный недуг.

Бронза: Получение **[Целостность] **за каждый сопротивленный или удаленный недуг.

Серебро: Жизненная сила, выносливость и мана могут превышать базовые максимумы.

[Сопротивление] (благо, святое): Сопротивления увеличены. Суммируется.

[Целостность] (благо): Продолжительное восстановление жизненной силы и маны. Суммируется.

Гегемония (аура)

Железо: Увеличение сопротивлений союзников, снижение сопротивлений врагов.

Бронза: Накладывает [Грех] на врагов, атакующих союзников внутри ауры.

Серебро: Поддержание силы ауры на более широкой области. Входящий трансцендентный урон понижается.

Эссенция рока

Неотвратимый рок (заклинание)

Железо: Периодически применяет больше существующих экземпляров. Не может быть очищено, пока действуют другие недуги.

Бронза: Накладывает/обновляет [Неизбежность].

Серебро: Накладывает/обновляет [Преследование].

[Неизбежность] (недуг, магия): Блокирует телепортацию.

[Преследование] (недуг): Цель получает сопротивление к очищению, а также к положительным или продолжительным исцеляющим благам.

Клинок рока (конъюгация)

Железо: Призывает кинжал, который накладывает [Уязвимость], заставляет эффекты ранения требовать больше исцеления для аннулирования.

Бронза: Кинжал накладывает [Погибель Духа], [Погибель Крови] и [Погибель Плоти].

Серебро: Призывает меч, накладывает [Цена Кровью] как на владельца, так и на цель.

[Уязвимость] (недуг, нечестивое): Сопротивления снижены. Суммируется.

[Погибель Духа] (недуг, проклятие): Продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Погибель Крови] (недуг, яд): Продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Погибель Плоти] (недуг, болезнь): Продолжительный некротический урон. Суммируется.

[Цена Кровью] (недуг, святое): Наносит дополнительный урон другим с этим недугом.

Возмездие (заклинание)

Железо: Наносит некротический урон за каждый недуг на цели.

Бронза: Накладывает [Покаяние].

Серебро: Урон за недуг может быть увеличен путем увеличения стоимости маны до высокой, очень высокой или экстремальной. Это сокращает время восстановления до 20 секунд, 10 секунд или до нуля. Последовательные заклинания экстремальной стоимости имеют усеченные инкантации.

[Покаяние] (недуг, святое): Цели, пораженные [Покаяние], когда недуги очищаются от них.

Вердикт (заклинание, исполнение)

Железо: Наносит трансцендентный урон. Масштабируется с уровнем травмы цели.

Бронза: Наносит дополнительный урон за экземпляры [Покаяние].

Серебро: Накладывает/обновляет [Санкция].

[Санкция] (недуг, святое): Исцеление на цели снижено. Не может быть очищено, пока страдает от [Покаяние].

АватарРока (фамильяр, призыв, ритуал, {исполнение}, {святое})

Железо: Призыв фамильяра Аватар Рока.

Бронза: Сферы Аватара могут быть взорваны парами, но требуют времени для пополнения.

Серебро: Сферы могут быть потреблены, чтобы наложить [Предвестник рока].

[Предвестник рока] (недуг, нечестивое): Цель призывает бабочек, которые распространяют все недуги на цели на других врагов.

Глава 1 ЧТО ДЕЛАЕТ ИХ НАШИМИ ВРАГАМИ

Глава 1 ЧТО ДЕЛАЕТ ИХ НАШИМИ ВРАГАМИ

Джейсон стоял рядом с Гэри, беседуя с удивительным спокойствием, учитывая их присутствие в подземном некрополе. Оба они чувствовали, как по ткани реальности пробегает дрожь, и Джейсон улыбнулся ему.

— Увидимся на той стороне, брат, — сказал он.

— Это будет больно? — спросил Гэри.

— Не знаю, — ответил Джейсон. — Ты первый человек, которого я знаю, кто взял временную подработку богом. Ты склонен к взрывам под воздействием пространственного давления?

— Я не бог, Джейсон, даже временный. Это богохульство.

— Это…

— В твоем духе, я знаю. Я всего лишь полубог, Джейсон, и эта сила не моя.

— Значит, ты скорее стажер?

— Что такое стажер?

Затем Гэри исчез, и мир рухнул. Джейсон все еще чувствовал свое тело, но больше ничего. Отсутствие даже привычного притяжения гравитации оставило его с ощущением полной оторванности. Большинство обычных чувств Джейсона отключились: он ничего не видел, не слышал и не чувствовал запахов. Однако его магическое восприятие, напротив, пострадало от перегрузки, будучи атакованным тем, что раньше показалось бы непостижимым потоком сенсорной информации.

Джейсон многое пережил с момента последней зоны трансформации на Земле. Хотя его способности эссенций почти не изменились, его знания и сила в других аспектах выросли на порядки. Полутрансценденты стояли на вершине алмазного ранга, будь то пользователи эссенций, Посланники или другие магические сущности. Вторая половина трансцендентности была тем, чего многие пытались достичь тысячелетиями, но безуспешно, однако Джейсон уже уверенно шел по этому пути.

Благодаря своему гештальт-телу, астральному трону и вратам, Джейсон остался невредим и невозмутим посреди пространственного водоворота, перековывающего реальность вокруг него. Он отстраненно наблюдал за действующими силами, видя закономерности в кажущемся хаосе. Он понимал лишь малую часть происходящего, но это был ценный урок о природе реальности и астрального плана за ее пределами. Это была перспектива, обычно доступная лишь богам и им подобным.

Это был не первый раз, когда Джейсон чувствовал, как вселенная ломается вокруг него. Это была его третья зона трансформации, и каждый раз опыт был иным. В первый раз он ворвался в уже существующую зону, имея мало сил, чтобы влиять на происходящие процессы. Сама зона трансформировала его, взяв одну из его способностей иномирца и насильно эволюционировав ее в способность «Духовный домен». Это дало ему силу запечатлевать себя в физической реальности, перекраивая ее по своей воле. Это был ранний и критически важный шаг на пути к становлению астральным королем.

Во второй зоне трансформации Джейсон уже обладал силой перекраивать ее с самого начала. Сделав это, он вызвал фундаментальные изменения на Земле. Базовый уровень магии поднялся; магия больше не проявлялась в протоастральных пространствах, прежде чем пролиться в мир. Он начал новую эру магии, где монстры и эссенции проявлялись непосредственно в мире.

В третий раз все должно было быть иначе. Зоны трансформации на Земле были результатом вмешательства Мирового Феникса в прошлые эоны, чтобы предотвратить разрушение Земли под влиянием магии. Паллимустус не нуждался в этом, будучи не таким хрупким. В результате пространственный разрыв, который появился сейчас, требовал другой руки, чтобы запустить зону трансформации. Джейсон был единственным, кто мог это сделать.

Будучи неподвижным камнем в водовороте космической силы, Джейсон чувствовал фундаментальный замысел вселенной. Изначальный Строитель взял отпечатки бесчисленных реальностей, существовавших до этого, и объединил их в чертеж двух связанных вселенных. Этот космический эксперимент по переработке был именно тем действием, за которое первый Строитель был наказан.

Когда Джейсон искал в себе каждую крупицу силы и знаний, он обнаружил тонкую нить силы, о которой едва догадывался. Тень называла это магией судьбы — силой чувствовать самые мощные и фундаментальные аспекты космоса.

Тень предполагала, что Джейсон инстинктивно использовал эту силу с самого первого знакомства с магией, но они также видели, как ее использовали более активно. Гордон был молодым фамильяром, в то время как Тень была древней, но он продемонстрировал связь с той же силой, чего опасались даже великие астральные сущности. Джейсон подозревал, что именно его связь с этой силой стала причиной, по которой фамильяр выбрал его.

Теперь Джейсон воззвал к этой силе, грубо и инстинктивно. Он почувствовал, как Гордон направляет и поддерживает его изнутри его царства души, подталкивая в нужном направлении. Джейсон последовал за этой нитью, чувствуя что-то далекое на другом конце. Это был шепот в урагане силы, бушующем вокруг него, но он отбросил все лишнее, протягивая руку своей душой.

Он едва мог почувствовать то, что было привязано к концу этой нити. Напрягая свои чувства до предела, он ощутил, что это нечто сломлено, но при этом оно было гораздо обширнее, чем он сам. Даже будучи расколотым, оно соперничало с мощью великих астральных сущностей.

Джейсон едва мог коснуться его, оставшись незамеченным, словно водоросль, скользнувшая мимо кита. Тем не менее, даже эхо этого прикосновения помогло Джейсону понять, как укротить бушующий вокруг него шторм силы. Далекая сила была сущностью границ, и именно это ему было нужно. Он не мог контролировать силу, которая была намного больше него, но ему это и не требовалось. Правильный толчок, сделанный нужным образом, заставил бы силу связать саму себя, запустив процессы, которые сформируют зону трансформации.

Джейсон обратился к своему царству души, задействуя астральный трон и врата, а также свою способность создавать духовные домены. Он действовал осторожно, осознавая свое поверхностное понимание действующих сил. Опираясь на знания и интуицию, которые он кропотливо выстраивал относительно космических сил и физической реальности, он делал все возможное, чтобы перекроить реальность, все еще находящуюся в состоянии потока.

Его скудной силы было далеко не достаточно — это было все равно что пытаться перенаправить реку с помощью ведра. Впервые он активно воззвал к своей связи с той далекой космической силой, позволяя ей направлять и усиливать свои усилия. Он стремился стать бабочкой, взмахивающей крыльями и ожидающей урагана.

Джейсон почувствовал, когда шторм пространственных сил сделал первый шаг к превращению в зону трансформации. Это было крошечное изменение, когда узоры внутри хаоса стали чуть более упорядоченными. Сутью зарождающейся зоны трансформации были отпечатки старых вселенных, использованные старым Строителем. Разбитые осколки реальности сливались воедино, принимая форму в соответствии с этими отпечатками, образуя территории, которые составят зону.

Физическая область, содержащая подземное царство светлосердечных, перестала существовать по большинству параметров. Астральное пространство внутри нее разорвалось, и вся область оказалась заключена в пространственную границу. С этого момента зона трансформации начала формироваться всерьез.

Джейсон не был знаком с меньшими зонами трансформации — самым распространенным типом, появлявшимся на Земле. Они разрешались сами собой, оставляя шрам на вселенной, но восстанавливая ущерб без вмешательства. Он вмешивался, когда они становились слишком нестабильными, восстанавливая их изнутри, прежде чем они пробивали дыру в боку вселенной. Эти зоны состояли из территорий, которые внутри были намного больше, чем пространство снаружи. Только объединив эти территории, можно было восстановить зону трансформации.

У Джейсона был богатый опыт захвата и объединения территорий зон трансформации, и, наблюдая, как территории формируются в этой новой зоне, он решил опередить конкурентов. Учитывая его доступ к уже формирующейся зоне, он был уверен, что сможет не просто превентивно заявить права на территорию, но и создать прочный фундамент, с которого можно будет расширяться и объединять всю зону.

Опыт подсказывал Джейсону, что на ранних стадиях захватывать территории легко. Однако чем больше их захвачено, тем сложнее это становится. Базовый уровень также определялся самыми могущественными людьми в зоне. В данном случае это означало золотой ранг или даже нечто более мощное, учитывая присутствие Гэри и аватары Нежизни. Если зона отреагирует на их божественную силу, все станет опаснее, чем что-либо, с чем Джейсон сталкивался раньше.

Эти мысли укрепили его решимость утвердиться быстро и решительно. Он выбрал одну территорию по мере ее формирования — ту, что казалась ему знакомой, чтобы он мог лучше с ней работать. Территория была чем-то близким к земной, что облегчало ему задачу по ее формированию.

Он проявил свою волю, формируя ее структуру и запечатлевая на ней свою печать. Существовали пределы и ограничения, элементы, которые он не до конца понимал, но это было то, с чем он чувствовал себя комфортно, как по масштабу, так и по охвату. Захват территорий зон трансформации был тем, что он делал много раз, и он просто начал рано. Он не мог определить детали, но территория станет отражением его самого, когда его воля запечатлеется на ней.

Дикие силы успокоились, когда зона трансформации развилась. Территории сформировались и соединились, установив географию зоны. Пространство было сильно искажено, как и в других случаях, которые он видел: пространственный барьер, содержащий его, был меньше, чем пространство внутри.

Все в подземном царстве были затянуты внутрь и случайным образом разбросаны по территориям. Джейсон подозревал, что только он и Гэри, наполненный божественной силой, смогли сохранить сознание на протяжении всего процесса. Аватара Нежизни была под вопросом, так как она была прямым проводником силы Нежизни, а бог теперь был отрезан. В идеале, они в конечном итоге найдут аватару, стоящую без дела. Посланники были еще одним вопросом, с их гештальт-телами, но одного этого вряд ли было достаточно, чтобы сохранить чувства.

Джейсон чувствовал присутствие, парящее в пространственном хаосе, но не осмеливался обратиться к ним. Он не только не мог их идентифицировать, но и не хотел рисковать, воздействуя на них неблагоприятно. Пользователи эссенций были очень устойчивы к изменениям, но не все здесь были пользователями эссенций. Какой эффект зона окажет на элементальных Посланников, культистов Строителя и светлосердечных — Джейсон мог только ждать и смотреть.

На Земле многие обычные люди были трансформированы в другие расы в соответствии с зонами трансформации, в которых они оказались. Он видел, как люди становились леонидами, целестинами и другими расами, не являющимися коренными ни для Земли, ни для Паллимустуса. Некоторым удавалось сопротивляться изменениям, но большинство были затронуты, их души принимали трансформацию. Насколько Джейсон понимал, этот процесс был более мягкой версией того, что Строитель пытался сделать с ним, когда пытался имплантировать звездное семя: оказывать давление, пока душа добровольно не примет изменения.

Различные зоны трансформации приняли свою окончательную форму. Джейсон переместился на территорию, которую сформировал для себя. Она приняла форму его родного города, сонного туристического места Касселтон-Бич, с одним важным изменением. За городом была гора, которой не существовало на Земле, и она была высечена в форме головы Джейсона. Он проявился внутри реальности, высоко в воздухе. Его плащ сформировался вокруг него, хотя именно свою ауру он использовал, чтобы держаться в воздухе.

* Эта область локальной физической реальности находилась в состоянии пространственного потока и была изолирована [Зарождающимся ??? Вмешательством]. Влияние разорванного астрального пространства на область предотвратило естественное разрешение зоны трансформации. Эта особая зона трансформации должна быть объединена, чтобы восстановить стабильность, реинтегрировать ее с физической реальностью и восстановить астральное пространство. * Зона трансформации может быть объединена путем захвата всех нецентральных территорий. * Территории могут быть захвачены путем устранения финальной аномалии, которая появится на каждой территории, когда все остальные аномалии будут устранены. Если на территории присутствует несколько человек, когда условия для ее захвата выполнены, она должна быть уступлена одному человеку через конфликт или отказ. * Захват дополнительных территорий после первой объединит их с уже захваченными территориями. * Центральная территория не может быть захвачена, пока все остальные территории не будут объединены. Центральная территория находится в незавершенном состоянии. Окончательное состояние центральной территории будет определено, когда она будет объединена с другими территориями. * Окончательное объединение требует способности перекраивать зону трансформации для реинтеграции ее с физической реальностью. Окончательное воссоединение без этой способности вызовет пространственный разрыв, так как зона трансформации попытается реинтегрироваться с физической реальностью. * Некоторые обитатели пространственного всплеска были затронуты элементами, изолированными в центральной территории, и не могут эффективно функционировать без замены этого влияния. Эти обитатели были помещены в стазис на территориях, на которые они прибыли. Они будут наделены влиянием того, кто захватит территории, на которых они удерживаются. Обитатели в стазисе могут выжить или не выжить в этом процессе, в зависимости от природы влияния. * Влияние [Зарождающегося ??? Вмешательства] на особую зону трансформации установило интерфейс, доступный всем обитателям.

Джейсон прочитал системное сообщение, хотя часть этой информации уже была передана его чувствами. Он чувствовал, как его влияние завершает установление контроля над территорией внизу. Его усилия создали ее без аномалий, тем самым сделав ее своей. Он чувствовал, как последние остатки его влияния все еще закрепляются, и осматривал местность, пока ждал, когда сила стабилизируется.

Под ним был город, небольшая гора за ним — не более чем очень большой холм. Тем не менее, наличие горной крепости в форме его собственной головы вычеркнуло один из важных пунктов из его списка желаний. Он с гордостью смотрел на нее, пока его фамильяры проявлялись вокруг него. Тень вышла из его плаща пустоты, в то время как Гордон просто появился. Кровь пролилась из руки Джейсона, собираясь в сгусток, который стал копией самого Джейсона. Кровавый клон наколдовал звездный плащ, чтобы удерживаться в воздухе.

— Похоже, здесь у тебя гораздо больше контроля, — сказал кровавый клон Колин голосом Джейсона. — Не нужно разблокировать силы, и, похоже, у всех будет твой системный интерфейс.

Тень смотрела на горную крепость.

— Ты не смог удержаться, не так ли, мистер Асано?

— Эй, это просто само собой получилось, — сказал Джейсон. — Я лишь смутно формировал это место, а не задавал все детали. Оно просто таким вышло.

— Конечно, вышло. Мистер Асано.

Джейсон перевел взгляд вдаль, далеко за пределы своей территории. Хотя воздух был затуманен, на горизонте возвышалась форма невероятно огромного дерева.

— Я почти уверен, что дерево Посланников, кузница душ или что это такое, было запечатано на этой центральной территории, — сказал Джейсон. — Теперь победитель получает все.

— Мы знали это, когда шли, — сказал Колин. — Узнать подробности этого не меняет.

— Ты прав, — согласился Джейсон, — и у нас даже есть фора. Думаю, нам стоит использовать ее, чтобы разобраться в ситуации. Ты чувствуешь тех людей в воздухе, высоко над нами?

Тень и Колин посмотрели вверх, в то время как Гордон мигал своими сферами в сине-оранжевых мерцающих узорах, которые он использовал для общения. Он был фамильяром, наиболее тесно связанным с аурой Джейсона, и его восприятие было соответствующим образом усилено, так что он тоже их почувствовал.

— Это Посланники, — сказал Джейсон. — Удерживаются в стазисе, что, по-видимому, означает просто висеть высоко в воздухе. Думаю, это были элементальные Посланники, но с запечатанным деревом они теперь просто обычные Посланники. Но без отпечатка астрального короля, или даже испорченного отпечатка от дерева, который оставил их всех в таком состоянии, они неполноценны.

— Обитатели, которые не могут эффективно функционировать, — сказала Тень. — Те, что упоминались в системном сообщении. Это означает, что когда территория будет захвачена, любые Посланники на ней также будут захвачены.

— Они могут создать проблемы, — сказал Колин. — Мне стоит подняться туда и съесть их, пока они не проснулись.

Остальные повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Это было просто предложение, — сказал он защищающимся тоном.

— Не все Посланники были порождены деревом, — отметил Джейсон. — Некоторые были посланы Джес Фин Кааль и уже имеют астрального короля. Они, вероятно, теперь свободны от влияния дерева и будут конкурентами.

— Их послали создать кузницу душ из естественного массива, — сказала Тень. — У них, вероятно, есть магические знания, чтобы правильно объединить зону трансформации.

— Да, — мрачно согласился Джейсон. — Если они еще не знают как, то, вероятно, смогут догадаться.

— Это все равно не меняет того, что нам нужно делать, — сказал Колин. — Мы сражаемся, мы побеждаем, мы едим то, что осталось. О, не смотри на меня так; здесь нет веганов.

— Думаю, Тень и Гордон технически веганы, — сказал Джейсон. — Они едят только сырую магию. В основном. Я ловил Гордона на том, что он расщеплял конфеты и пытался вдохнуть пары, но только когда мы были в Америке. Думаю, ему нравится кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы.

Джейсон почувствовал сдвиг, когда его влияние закончило пропитывать каждый уголок территории.

* Условия для захвата этой территории выполнены. * В связи с тем, что ваше влияние уже установлено, другие лица на территории не могут оспорить ваши права. * Вы захватили территорию. * Вы можете распространить свое влияние на другую территорию, чтобы захватить ее. * Ваше влияние накладывается на обитателей в стазисе.

Джейсон почувствовал связь с пространством вокруг себя, как будто земля, воздух и море были продолжением его самого. Это было похоже на его духовные домены на Земле. Он мог чувствовать двух человек на земле и сотни Посланников в воздухе. Его сила, вложенная в территорию, уже тянулась, чтобы повлиять на Посланников.

После того как он помог Посланникам в своем пространстве души сбросить влияние их астрального короля, Джейсон не собирался создавать армию ангельских рабов. Используя свой опыт, он изменил влияние своей силы, когда она просачивалась в Посланников. Он направлял силу, пока они пробуждались, побуждая их не нести его клеймо на своих душах, а каждому создать свое собственное, освобождая их. Это заняло несколько мгновений; вскоре Посланники начали спускаться с высоты.

— Полагаю, ты их освободил, — сказала Тень.

— Конечно, — ответил Джейсон.

— Наши враги не сделают того же, — отметил Колин. — Они будут использовать их как оружие.

— Что и делает их нашими врагами, — сказал Джейсон. — К тому же, чем освобождение хуже, чем поедание? Это ведь ты предложил, верно?

— Это помогло бы лучше спланировать действия, — сказал Колин.

— С чего ты это взял? — спросил Джейсон.

— Я лучше соображаю на сытый желудок.

Сферы Гордона мигнули последовательностью, указывающей на то, что Колин принадлежит к виду, который пожирает все живое на целых планетах, предполагая, что он не способен быть сытым.

— Это хороший довод, — сказал Джейсон, пока Колин сердито смотрел на Гордона. — У тебя вообще есть желудок?

— Ты не помнишь, как я съел ту королеву червей-пожирателей миров? — пожаловался Колин. — Мне потребовались недели, чтобы переварить эту трапезу.

— О, ты прав, — признал Джейсон. — Он тебя подловил, Гордон.

Гордон мигнул в ответ еще больше огней, и Колин ткнул пальцем в его сторону.

— Я не выгляжу толстым!

Глава 2 РАЗДЕЛИТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Глава 2 РАЗДЕЛИТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Как в подземном царстве светлосердечных, так и в предыдущих зонах трансформации пространственные силы были коварны. Все еще паря в воздухе со своими фамильярами, Джейсон попытался открыть врата в свое царство души и был приятно удивлен, обнаружив, что это сработало. В воздухе появился круг из молочно-белого камня, который наполнился радужным светом, когда портал открылся.

По крайней мере, на территории, которую он захватил, у Джейсона был доступ к своему царству души и ресурсам внутри него. Что ему было нужно прямо сейчас, так это Посланники, которых он спрятал в конце вторжения Посланников в Яреш. Джали Коррик Фен и Марек Ниор Варгас появились из портала.

Марек был золотого ранга, который привел своих личных последователей к Джейсону в надежде избежать угнетения астральными королями Посланников. Его одержимостью было присоединение к Неортодоксии, движению сопротивления Посланников. Однако прежде чем это могло произойти, ему нужно было убедить Джейсона освободить их.

Джали была всего лишь серебряного ранга. Несмотря на жизнь, полную сомнений в доктрине Посланников, она тщательно избегала связей с Неортодоксией из страха. Используемая как пешка своими хозяевами, она была освобождена Джейсоном.

Посланники были далеки от аэродинамического совершенства, но магия, позволявшая им летать, была сосредоточена в основном в их крыльях. Марек и Джали расправили крылья, чтобы удерживаться в воздухе, расположившись перед Джейсоном и его фамильярами. Они перевели взгляды вверх, чувствуя сотни Посланников, освобожденных из стазиса, очищенных от влияния испорченного древа Посланников. Они перестали спускаться и вели какую-то дискуссию.

— Где мы? — спросил Марек. — Какое-то пространственное измерение? Духовный домен? Я чувствую твою силу повсюду. Кто эти Посланники?

— Все сложно, — сказал Джейсон. — Пока что просто стой за моей спиной и ничего не говори, если я не скажу тебе.

— Я твой пленник, Джейсон Асано, а не твой слуга.

— Тогда возвращайся через портал; слишком много всего, чтобы объяснять прямо сейчас.

Марек посмотрел на Джейсона, затем на небо над ними, а потом на все еще открытый портал.

— Сейчас не время испытывать меня, Марек, — предупредил Джейсон.

— Там мои люди.

— Ты не знаешь, кто они. И я только что понял, что твое присутствие здесь было ошибкой. Возвращайся обратно.

Марек долго смотрел на Джейсона, прежде чем развернуться и исчезнуть через портал.

— Он захочет забрать их для Неортодоксии, — объяснил Джейсон. — Я не могу этого допустить.

— Почему нет? — спросила Джали. — Ты боишься, что другие астральные короли будут активно преследовать тебя, если ты начнешь освобождать Посланников в больших количествах?

— Теперь боюсь, — сказал он, многозначительно посмотрев на нее. — Но моя забота касается кое-чего более важного. Эти Посланники молоды. Никому из них нет и года, и до недавнего момента их разум был испорчен всю их жизнь.

— Я чувствую их замешательство, — сказала Джали. — Их неуверенность. Они беспокоятся о том, чтобы спуститься к нам. Откуда они взялись?

— Они были элементально испорченными Посланниками.

Джали была одной из немногих Посланников, которые видели подземное царство и выбрались оттуда живыми и неиспорченными, поэтому она знала, о чем он говорит.

— Порча была удалена, когда их перенесли в это пространство, но это оставило их в состоянии, в котором, как я подозреваю, находится ваш вид сразу после создания. Они, практически говоря, новорожденные.

— Это означало бы, что их нужно было запечатлеть.

— Поскольку я уже запечатлен на этой территории, она попыталась распространить мой отпечаток на них. Я вмешался и заставил их сформировать свои собственные метки. Как у тебя, но без необходимости доступа к твоей душе.

— Это нормально для новых Посланников, но я никогда не слышала, чтобы Посланники рождались без астрального короля, которому нужно подчиняться. Неудивительно, учитывая, что они, вероятно, уничтожили бы целые коллективы, чтобы скрыть подобное. Откуда они взялись? Там сейчас больше Посланников, чем было испорчено, когда мы спускались туда.

— Испорченное древо рождения.

Джейсон указал, и Джали проследила за его взглядом к массивному дереву на горизонте. У нее отвисла челюсть.

— Это извращение, — сказала Джали. — Древо рождения вне мира рождения? Посланники, которых оно производит, были бы…

— Искаженными чудовищами? — закончил Джейсон. — Да. Но это место, похоже, исправило порчу.

— Это не имеет значения. Нет никакого шанса, что их когда-либо примут. Есть причина, по которой мы работали с церковью Чистоты, чтобы призвать наши силы в этот мир. Наши доктрины совпадают в таких областях, как искоренение оскверненных.

— Сможешь ли ты принять их?

— Не знаю. Всю свою жизнь я заставляла себя следовать линии, даже в своих мыслях. Мне нужно пересмотреть все, во что я верила.

— А Марек?

— Не уверена. Он так абсолютно отвергает астральных королей, но его мышление остается крайне традиционным. Но если он решит, что может использовать их как оружие, он это сделает.

— Так много из того, что я узнал о вашем виде, имеет глубоко тревожные последствия. Необходимость клеймить новорожденных? Я не позволю Мареку забрать этих детей.

— Они не дети, — сказала Джали. — Мы появляемся на свет с наследственными знаниями. Язык; понимание космоса. Пути завоевания и войны.

— Знание — это не мудрость. Это не опыт. Ты, как никто другой, понимаешь вред, который может быть причинен изолированным воспитанием, построенным вокруг одной, экстремальной точки зрения. Я поддерживаю Неортодоксию в принципе, но Марек превратит их в детей-солдат. Я не позволю ему забрать их, так же как не позволил бы астральному королю.

— А если они захотят пойти с Мареком?

— Тогда у них будет шанс сделать этот выбор — как только они будут готовы сделать осознанный.

— И кто решает, когда это произойдет? Ты?

— Мы. Ты и я.

Ее глаза расширились.

— Я не готова брать на себя ответственность за это. Я едва вырвалась из собственного подчинения.

Джейсон рассмеялся в голос.

— Ты думаешь, готовность имеет к этому хоть какое-то отношение? Я бы хотел получить шанс быть готовым к вещам. Это сделало бы последние полдюжины лет намного проще. Прости, но если ты хочешь делать только то, к чему готова, тебе нужно держаться от меня очень далеко. И, если честно, думаю, ты уже опоздала, чтобы это было вариантом.

— Куда бы я вообще пошла? Я не хочу иметь ничего общего ни с астральными королями, ни с Неортодоксией.

— Правда?

— Марек Ниор Варгас страстен, но он также движим до степени жесткости. Служит ли он астральным королям или борется с ними, он полностью определяется своими отношениями с ними. Я хочу понять, кто я такая, помимо всего этого. Люди, которые поработили меня, так же как и те, кто борется с ними. Я не знаю, что делать или куда идти, даже если предположить, что ты позволишь мне куда-то идти. Я даже не знаю, где я сейчас.

— Я знаю это чувство. Потерянность, отсутствие направления. Внезапное осознание того, насколько ты ошибалась во всем. Не показывай этого. Потребуется время, чтобы во всем разобраться, но пока ты этого не сделаешь, не позволяй миру это увидеть.

— Ты так делал?

— Да.

— И как это сработало?

— Смешанные результаты, если честно. Но эти Посланники там наверху? Решают, спуститься ли сюда и встретиться с нами? Они более потеряны, чем мы с тобой когда-либо будем. Мы должны, по крайней мере, дать им иллюзию того, что кто-то знает, что делает.

— Я не знаю, что происходит, — сказала Джали. — Во что ты меня втянул. Но это очевидно сложно и продолжается. Было бы практичнее, если бы ты позволил своему клейму запечатлеться на них и изменил его, когда все успокоится.

— Даже если предположить, что следующий кризис будет достаточно любезен, чтобы подождать, пока пройдет этот, — сказал Джейсон, — это неприемлемо. Да, это было бы практичнее, но суть добра и зла в том, что никто никогда не выбирает зло. Они выбирают эгоизм, предрассудки или легкие ответы вместо суровых истин. Они выбирают путь наименьшего сопротивления, даже если это означает немного испачкать руки, потому что они могут компенсировать это позже, верно? Иногда испачкать руки — это то, что нужно. Цель оправдывает средства.

Джейсон посмотрел на свои руки.

— Я говорил себе эти вещи. Иногда я был прав, а иногда это было просто оправданием. Было бы легче позволить этим детям стать рабами. Притвориться, что они взрослые, потому что они так выглядят, несмотря на то, что по-настоящему осознанны всего несколько минут. Если бы они делали то, что им говорят, по крайней мере сейчас, нам не пришлось бы иметь дело с их замешательством. Вместо обузы они были бы активом, причем очень нужным для того, что ждет впереди. И я всегда мог бы стереть свое клеймо, когда все закончится. Конечно, это означало бы бросить их на произвол судьбы, столкнув со всем, что я отодвинул в сторону, плюс травма, которую они только что пережили. И будет еще одна угроза, для которой они были бы так полезны. Я смогу освободить их, когда будет время остановиться и помочь им должным образом. Я просто оставлю клеймо пока что.

Лицо Джейсона было полно отвращения.

— Нам нравится думать, что мы лучше, чем есть на самом деле, — сказал Джейсон. — Мне пришлось столкнуться с фактом, что я не лучше, но я также увидел, что могу быть лучше. Это требует дисциплины. Усердия. Решимости. Признания того, что, хотя иногда приходится идти на компромисс, в другие моменты — нет. Искушение не приходит с выбором между добром и злом. Оно приходит с выбором между правильным и легким.

Он провел руками по лицу и глубоко вздохнул.

— У меня есть привычка пускаться в морализаторские тирады, — объяснил он. — Это один из способов справиться с моими неуверенностями относительно моей собственной моральной ценности, и мои друзья часто попадают под это влияние. И мои враги, иногда. Мой отец. У меня много семейных проблем, но мне трудно представить жизнь, подобную твоей, где концепция семьи настолько чужда. Мы думаем так по-разному, но я обнаруживаю, что ищу общую почву. Я никогда не находил ее с Мареком.

Джейсон и Джали парили в воздухе. Их головы были на одном уровне, из-за чего ноги гораздо более низкого Джейсона находились где-то на уровне ее бедер. Он посмотрел на нее, его туманные глаза искали что-то внутри ее собственных.

— Хоть что-то из того, что я сказал, имеет для тебя смысл? — спросил он. — Я пытался найти хоть какую-то эмпатию в Мареке уже некоторое время, но ты была права: его главная забота — перенести борьбу на астральных королей. Даже его товарищество — это скорее дух соратничества, чем дружба. Это не плохо само по себе, но это более наемническая чувствительность, чем мне хотелось бы. У меня большие надежды на тебя.

— Почему это вообще важно?

— То, как мы относимся к людям, всегда важно. Если ты хочешь чего-то большего, то я все еще решаю, как взаимодействовать с твоим видом. Я подозреваю, что в грядущие тысячелетия то, как я буду иметь дело с Посланниками, повлияет на многих людей.

— И что? Ты собираешься решать это, основываясь на мне?

— Не только на этом, конечно, и не только сейчас. Но у тебя есть шанс заставить меня увидеть то, чего я не вижу в Мареке или Тере Джун Каста. То, чему мы с тобой научимся друг у друга, может в итоге оказаться очень важным.

— Это слишком большая ответственность.

Джейсон ухмыльнулся. — Я знаю, правда? К этому привыкаешь. При наличии хорошей системы поддержки и достаточного количества терапии.

— Ты шутишь, но это не мелочь, которую ты на меня взваливаешь.

— Да. Шутки помогают, поверь мне. Я пробовал быть суперсерьезным и превратился в злого придурка.

Джали повернулась спиной к Джейсону, вращаясь в воздухе.

— Это слишком много для меня.

— Да, — согласился он. — Но ты человек на месте, и ты сильнее, чем думаешь. Я видел, как ты противостояла своему астральному королю. Реальность такова, что я не знаю, сколько свободных Посланников там, но полагаю, не так много. Это делает тебя важной, а быть важной — отстой. Я надеюсь, что ты сможешь помочь мне найти путь вперед с Посланниками, помимо тех вариантов, которые у меня уже есть. С астральными королями и их нацистской армией ангелов очевидно нельзя работать. У Неортодоксии Марека есть какая-то энергия «победа или смерть», что менее плохо, но определенно не хорошо. У меня начинает появляться вайб «Проекта Разгром», который мне не нравится.

Она повернулась обратно к нему.

— Как много из того, что ты говоришь, люди понимают?

— Ты умная женщина, Джали. Ты хочешь сказать, что не улавливаешь суть из контекстных подсказок?

— Нет. Но зачем тебе разговаривать с людьми так?

Джейсон протянул руку и сжал ее, как будто держал невидимый шар. Магические чувства Джали ощутили, как ткань реальности вокруг нее пугающе изогнулась. Он разжал руку, и ощущение исчезло, как будто его никогда и не было.

— Я должен помнить, кто я, Джали. Я меняюсь, но если я когда-нибудь отпущу того, кем я являюсь без всей этой силы, сила станет тем, кто я есть. Это ни для кого не хорошо. Разве что для бога господства, может быть.

— Ты многим со мной делишься.

— Я надеюсь, это поможет тебе. Ты не на том пути, по которому прошел я, но я думаю, ты увидишь много тех же ориентиров.

— Стоит ли тебе думать о таких вещах, когда у тебя есть более насущные проблемы, с которыми нужно разобраться?

— Да, стоит. У меня всегда была эта идея в голове, что я не выбирал обязанности, которые теперь лежат на мне, но это было неправдой уже долгое время. Я выбирал, много раз. Теперь я должен соответствовать этим обязанностям, потому что они влияют на гораздо большее, чем просто на меня. Ты чувствовала светлосердечных в моем царстве души. Я держал их под землей, вдали от остальных из вас, но ты чувствовала их присутствие.

— Да.

— Они представляют собой то, что осталось от целой цивилизации. Целого вида. Я теперь ответственен за них, потому что выбрал это. Точно так же, как мы с тобой собираемся стать ответственными за этих Посланников над нами. И за многое другое, прежде чем мы закончим. Это лишь одна территория из многих.

Он подплыл ближе и положил руки ей на плечи.

— Если ты не хочешь быть частью этого, я понимаю. Моя просьба к тебе несправедлива, я знаю это. Не тогда, когда есть так много того, о чем я тебе не рассказал, и ты все еще приходишь в себя после масштабных изменений, через которые прошла. Портал прямо там. Если ты пройдешь через него, я больше не попрошу тебя делать ничего подобного. Но я уверен, что мы с тобой, вместе, можем сделать для этих людей больше, чем я один. Я надеюсь, ты решишь разделить эту ответственность со мной.

— Я… ты просишь о многом, к чему я не была готова.

— Да. И я не дал тебе много времени на выбор.

Они оба посмотрели на Посланников, собравшихся в воздухе. Пока Джейсон и Джали разговаривали, они тоже общались.

— Думаю, они выбирают кого-то, кто спустится и поговорит с нами, — сказал Джейсон. Подтверждая его слова, двое Посланников отделились и начали спускаться вниз.

— Ладно, команда, — сказал Джейсон. — Давайте не будем пугать, надеюсь, милых ангелочков.

Тень исчезла в пустоте плаща Джейсона, Колин растворился в кровавом тумане, который Джейсон поглотил, а Гордон просто исчез, аура Джейсона пульсировала, когда он это делал. Джейсон посмотрел на Джали.

— Я останусь, — сказала она ему.

— Хорошо. А теперь просто постарайся выглядеть так, будто знаешь, что делаешь.

— Я не знаю, что делаю.

— Вот тогда-то выглядеть так, будто знаешь, — важнее всего.

Джали подплыла к правой руке Джейсона, и они зависли бок о бок, чтобы встретить пару спускающихся Посланников. Джейсон откинул капюшон, чтобы показать свое лицо.

Посланники зависли перед ними, крылья расправлены, как у Джали. Плащ Джейсона расплылся по бокам, словно небесные крылья звездного феникса. Пара Посланников не проявляла никаких следов элементальной порчи и была одета в прозрачные одежды, по-видимому, наколдованные зоной трансформации. Одной была женщина с длинными темными волосами, а другим — мужчина с песочными волосами. Оба обладали статуарными пропорциями и изысканными чертами, обычными для Посланников. Они взглянули на Джали, прежде чем зафиксировать свои взгляды на Джейсоне.

— Ты правитель этого места, — сказала женщина-Посланник.

— Я. Мое имя Джейсон Асано.

— У меня… у меня должно быть имя, — сказала женщина-Посланник, ее выражение лица сменилось замешательством и страхом. — Я чувствую, что у меня должно быть имя, но что-то не так.

— Есть много того, чего вы не знаете, — сказал Джейсон. — Да, что-то пошло не так, и я знаю, что у вас много вопросов. У нас есть ответы, которые вам нужны.

Двое Посланников посмотрели на него со смесью настороженности и надежды.

— Ты права, что у тебя должно быть имя, — сказала Джали.

— Тогда почему у нас их нет? — спросил мужчина-Посланник.

— Мы пройдем через все, — сказал им Джейсон. — Что-то из этого будет тяжело услышать, но мы можем ответить на ваши вопросы, и мы ответим. Но я думаю, нам стоит рассказать всем вам вместе.

Он взглянул вверх, затем обратно на основную группу Посланников, далеко над ними, а затем снова на двоих перед ним. Они отпрянули, их нервозность была почти поразительной для Посланников.

— Если бы вы были враждебны, — сказала женщина-Посланник, — есть ли место, где мы могли бы спрятаться от вас?

— Возможно, — сказал Джейсон. — В этом царстве много территорий, и пока что я владею только этой.

— Мы должны были принадлежать ей, — сказала она. — Тебе. Мы чувствовали, как твое влияние запечатлевается на нас, но потом оно прекратилось.

— Я извиняюсь за этот опыт, — сказал Джейсон. — Это неудачное взаимодействие между природой этого места, природой вашего вида и обстоятельствами, которые привели ко всему этому. Я все объясню. Пока просто знайте, что я вмешался, потому что я не владею людьми. Я убедился, что у меня нет никакой внутренней власти над вами.

— Он помог мне подобным образом, — сказала Джали. — Я была рабой другого, и он освободил меня, как освободил вас.

— И все же ты служишь ему? — спросил мужчина.

— Я… стою рядом с ним, — сказала Джали, вызвав косой взгляд Джейсона. — Это мой выбор.

Женщина продолжала смотреть на Джейсона.

— Ты не нашего вида, — сказала она ему. — И все же я чувствую что-то от тебя. Когда мы проснулись, возник инстинкт преклонить колени. Признать себя ниже тебя. Но то, что ты сделал, то, что ты изменил, изменило и этот инстинкт. Я чувствую твою силу, но меня больше не тянет подчиняться ей.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Как я уже сказал вам, я не владею людьми. Это личная политика, которая доставила мне больше проблем, чем следовало бы.

Он указал на Джали.

— Это Джали Коррик Фен. Я надеюсь, вы соберете своих людей и подождете с ней, пока я пойду разберусь с некоторыми другими, кто делит с нами это пространство. Тогда мы сможем приятно и долго поговорить.

Глава 3 РАСКАЯНИЕ, РОЖДЕННОЕ НА ОСТРИЕ МЕЧА

Глава 3 РАСКАЯНИЕ, РОЖДЕННОЕ НА ОСТРИЕ МЕЧА

Рик Геллер был недоволен. У него не было сомнений, когда дело касалось того, чтобы поставить свою жизнь на кон ради защиты людей; он был искателем приключений, и это была его работа. Он знал это, когда подписывался, и жил этой жизнью с тех пор. Но каждый раз, когда он оказывался в одном городе с Джейсоном Асано, эта работа выходила из-под контроля самым экстравагантным образом.

Он знал, что Джейсон не был причиной этих вещей или даже не всегда был в них замешан. Джейсон не участвовал в катастрофической экспедиции из Гринстоуна или битвах за город-крепость в Королевстве Штормов. Но нельзя было отрицать, что когда Рик и его команда находились далеко от Джейсона, они жили обычной жизнью искателей приключений. Неспешно бродили с места на место, защищая обычных людей от обычных монстров.

Однако, как только они оказывались где-то рядом с Джейсоном, нашествие монстров казалось отдыхом по сравнению с этим. Внезапно появлялись короли и принцессы, алмазные ранги, армии тайных культистов и межпространственные вторжения. Единственное время, когда они могли жить нормальной жизнью, было, когда он сам погибал, отправлялся в другую вселенную или и то, и другое.

Рику становилось все труднее не злиться на Джейсона, несмотря на то, что это было по большей части незаслуженно. Казалось, каждый раз, когда у Общества искателей приключений возникала проблема с Джейсоном, они привлекали Рика в качестве неохотного посла к своему самому проблемному члену серебряного ранга. Чаще всего он прибывал и обнаруживал, что проблема уже решилась сама собой, оставляя Рика и его команду без дела. А раз они все равно ничего не делали, почему бы не взять их с собой в очередное безумие?

В данном случае это была подземная экспедиция, закончившаяся неожиданной армией нежити и затягиванием в какую-то странную нереальность, которую, конечно, понимал только Джейсон. Теперь Рик был отделен от своей команды в незнакомой обстановке, пропитанной аурой Джейсона, как печенье, обмакнутое в чай. Если этого было недостаточно, над городом возвышалась гора, высеченная в форме головы Джейсона.

Он прочитал длинное сообщение, которое показал ему интерфейс Джейсона, но в лучшем случае лишь частично понял, что в нем говорится. Что-то о борьбе с чем-то и захвате территории. Это соответствовало более ранним предупреждениям Джейсона о том, как все будет работать, но Рику было все равно. Ничто из этого не помогало ему найти свою команду, а вытащить их живыми — это все, что имело значение. Остальное было делом Джейсона, и пусть он сам с этим разбирается.

Первым шагом было сориентироваться и найти кого-нибудь поблизости. Он был в городе, на улице, вымощенной каким-то бесшовным черным камнем. Это был не единственный материал, который он не узнавал в зданиях, прижатых друг к другу, многие из которых имели стеклянные фасады. Он подозревал, что это торговый район, но не мог прочитать язык на вывесках. Письмена были повсюду, как будто их не беспокоило, что большинство людей не умеют читать.

Его чувства ауры были приглушены, был ли это естественный эффект зоны трансформации или влияние ауры Джейсона, он не был уверен. Это означало, что он оказался пугающе близко к другому человеку, когда почувствовал его. Это была аура пользователя эссенций, не культиста Строителя, светлосердечного или Посланника. Он не узнал ауру, а это означало, что это не член экспедиции. Это означало, что один из жрецов Несмерти, что вполне устраивало Рика. Он был очень настроен кого-нибудь убить.

Тот, кем бы он ни был, явно почувствовал его тоже. Он начал двигаться в другом направлении на скорости, а скорость серебряного ранга была очень высокой. Рик наколдовал копье и использовал способность прыжка, проносясь по воздуху — лучшее, что было после полета. Он приземлился на другую черную улицу и сразу же прыгнул снова, быстро сокращая разрыв. Третий прыжок позволил ему увидеть человека, который остановился и стоял перед порталом.

Рик приземлился на улице, на некотором расстоянии позади человека, за которым гнался. Тот отступал от портала, его язык тела выражал страх. Рик присмотрелся к порталу, осознав, что это вовсе не портал, а Джейсон, завернутый в плащ пустоты, который выглядел как дыра во вселенной.

Это действительно выглядело меньше как предмет одежды, чем как окно в какую-то глубокую, далекую пустоту, где сверкали звезды и сияли красочные туманности на невообразимых расстояниях. То, что Джейсон не регистрировался чувствами Рика, несмотря на то, что его аура пронизывала все остальное, добавляло жуткое ощущение, что его друг — не человек, а пространственный феномен.

Идя вперед размеренным шагом, все еще держа копье в руке, Рик наблюдал за Джейсоном и другим мужчиной. Незнакомец был серебряного ранга в серых мантий ученого, более объемных, чем изящные боевые мантии, используемые некоторыми искателями приключений. Джейсон демонстрировал такие мантии, цвета сухой крови, когда откинул плащ, завернутый вокруг него. Это также открыло меч на его бедре, который он неторопливо вытащил. Незнакомец упал на колени и начал умолять.

— Тебе не нужно этого делать.

— Ты принадлежишь Нежизни, — сказал Джейсон, его тон был холодным, как иней на замерзшем трупе.

— Я никогда не хотел всего этого, — умолял мужчина. — У меня не было выбора! Вся моя семья поклоняется темным богам.

— Ты думаешь, это поможет твоему делу? — спросил Джейсон.

— Меня зовут Джеффри Коллинг-Сеттон. Моя семья служит темным церквям на протяжении поколений. Если бы я когда-нибудь пошел против них, когда-нибудь попытался сбежать, они бы убили меня. И ты знаешь, что это не было бы концом моих мучений, не с тем, что они делают. Ты можешь помочь мне! А я могу помочь тебе! Ты можешь спасти меня от них, а я могу рассказать тебе об их планах! Мы можем…

Мужчина замолчал, когда Джейсон поднял кончик меча к лицу мужчины.

— Я стараюсь быть милосердным, когда могу, — сказал Джейсон, его голос все еще был холодным, но также слегка извиняющимся. — К сожалению, это не те обстоятельства, где у меня есть роскошь дать тебе шанс. Слишком мало времени и слишком многое поставлено на карту. Раскаянию, рожденному на острие меча, нельзя доверять.

Мужчина бросился бежать, спринтуя прочь от Джейсона, чтобы обнаружить Рика на своем пути. Рик не терял времени, бросившись вперед с заряженной специальной атакой, чтобы пронзить мужчину. Другая способность затем выстрелила шипами из копья, еще глубже вонзаясь в мужчину изнутри. Джейсон последовал за ним, и они быстро с ним покончили; он был не очень хорошим бойцом.

Джейсон сбросил плащ. Кровь, брызнувшая на него, упала на землю и исчезла. Он достал флакон с кристальным раствором и молча протянул его Рику. Способности Рика с шипастым копьем были грязными, оставляя его покрытым кровью, поэтому он вылил содержимое флакона себе на голову. Жидкость потекла по нему, растекаясь, чтобы покрыть все его тело и смыть всю грязь.

— Джейсон, я буду честен и скажу тебе, что мне плевать, какой ерундой ты занимаешься на этот раз. Я просто хочу убедиться, что моя команда выберется из этого живой.

Джейсон кивнул.

— Я могу это уважать. Есть большая вероятность, что большинство людей в этой зоне трансформации все еще без сознания, разбросаны по территориям, — объяснил он. — Ты и этот парень, вероятно, прошли в сознании, потому что я изменил эту территорию, когда мы вошли в нее. Она стабильнее, чем незахваченные. Мне нужно расширять ее методично, захватывая по одной территории за раз. Ты более свободен покинуть эту территорию и искать, чем я. Ты можешь отправиться на поиски других наших союзников, включая твою команду.

— Я обеими руками за это, но снаружи есть угрозы золотого ранга. Если я пойду один, без плана и без предосторожностей, я убью себя, прежде чем найду кого-нибудь.

— Согласен, — сказал Джейсон. — У меня может быть решение для этого, но тебе оно не понравится.

— Не хочу показаться грубым, Джейсон, но я привык к тому, что мне не нравится то, что происходит, когда я рядом с тобой.

Рик посмотрел на останки Джеффри.

— Думаю, он говорил правду о своей семье, — сказал он. — Может, не о желании уйти, но я слышал о линии Коллинг-Сеттонов. Они всплывают в каждой запрещенной группе силы, о которой только можно подумать. Темные храмы, ковены некромантов, Красный стол, программы экспериментов с эссенциями из ограниченного списка. Во многом они — злой двойник моей семьи, и мы сталкиваемся веками.

— Нам стоило оставить его в живых для допроса?

— Нет, мы не могли доверять ничему, что он сказал. Итак, что это за план, который мне не понравится?

— Ну, ты знаешь тех Посланников, которые у меня в плену?

— Тех, которых Общество искателей приключений хочет, чтобы ты передал? Тех, которых они хотят, чтобы я убедил тебя передать?

Выражение лица Джейсона стало неловким.

— Это те самые, да. Среди них есть люди золотого ранга. Я хочу поставить их под твое командование, чтобы они бродили по территориям, собирали всех на нашей стороне и приводили обратно.

— Ты прав; мне это не нравится. Ты хочешь отправить меня с Посланниками — включая Посланников золотого ранга — в предположении, что они не обернутся против меня, как только освободятся от любого контроля, который у тебя есть над ними?

— Я действительно предполагаю это, да. Им недостаточно дела до тебя, чтобы убить, потому что мы не их враги. Астральные короли, которым они служили, — да. К тому же они знают, что я хороший союзник и плохой враг, особенно здесь. У меня в пространстве души уже есть аватара, объясняющая им все, так что они понимают, что делать меня врагом до того, как они освободятся от зоны трансформации, — это самоубийство.

— Джейсон, твое слово — это все хорошо и прекрасно, но что, если ты ошибаешься? Или только частично прав? Они могут не убить меня, но могут легко перестать слушать. Таскать меня повсюду, делая все, что им вздумается, или оставить меня позади вовсе.

— Если ты не хочешь этого делать, я не буду тебя заставлять, но хотя бы позволь мне обсудить это с тобой. Лидера Посланников, о которых мы говорим, зовут Марек Ниор Варгас. При всех его недостатках, он заботится о своих людях, точно так же, как ты заботишься о своих. Это будет важно.

— Это не похоже на Посланника.

— Не на Посланников, которых ты знаешь. Просто посиди со мной и с ним. Мы можем все обсудить, а потом ты сможешь принять решение.

— Ладно, — сказал Рик. — Не то чтобы я горел желанием идти туда один.

Горная крепость в форме головы Джейсона была не менее злодейской внутри, чем снаружи. Величественные каменные дорожки выходили на массивные залы, где магма текла по узким, застекленным каналам вдоль пола. Больше магмы текло по стеклянным трубам, которые торчали из темного камня стен и потолка, обеспечивая объект зловещим освещением. Воздух во всей крепости был горячим и тяжелым.

В массивном конференц-зале Джейсон собрался с Риком и целым сонмом Посланников. Он сидел во главе стола с окном-стеной позади него, через которое можно было видеть водопад лавы, проливающийся мимо. Рик сидел на первом месте справа от него, а Джали — слева. Тера Джун Каста сидела рядом с Джали, а Марек Ниор Варгас сидел рядом с Риком, что вызывало у искателя приключений дискомфорт.

То, что последовало дальше, было долгим разговором. Объяснения того, что происходит и почему. Большая часть времени была потрачена на то, чтобы дать новорожденным Посланникам понимание их собственного вида и нетрадиционных обстоятельств того, как они появились на свет. Они представили их фракциям Посланников и мотивациям Марека Ниор Варгаса и его людей.

Процесс обсуждения был чрезвычайно долгим, растянувшись на третий, четвертый и пятый час, но оказался гораздо более цивилизованным, чем ожидал Джейсон. Рик принял подход «рот закрыт, уши открыты», который Джейсон никогда не мог полностью освоить. Или даже приблизиться к этому, если быть честным с самим собой.

Марек вел себя прилично после предупреждения от Джейсона о том, чтобы не пытаться завербовать новых Посланников в Неортодоксию. Устный выговор Джейсона был мягким, но точечный всплеск ауры, который он послал в сторону Марека, был гораздо более острым сообщением.

Самым большим беспокойством Джейсона была Тера Джун Каста, которая продолжала ненавидеть его со всей страстью. Она была единственным присутствующим членом, который все еще почитал традиционную власть Посланников, даже если эта власть убила бы ее на месте при встрече. Как и Рик, она сидела и слушала, не внося ни вопросов, ни ответов в обсуждение. Джейсон втайне надеялся, что все, что она услышала, поможет открыть ее узкий разум, даже если всего лишь на щель.

Все обсуждение в конечном итоге привело к следующему шагу для каждого человека за столом. Тера Джун Каста будет возвращена в царство души Джейсона и оставлена там. У нее не было интереса вносить вклад, и ей нельзя было доверять, если бы она это сделала. Большинство людей Марека отправятся с ней. Марек согласился помочь Рику со своими людьми золотого ранга и некоторыми из серебряного ранга. Рик неохотно согласился, потому что большая часть группы Марека останется с Джейсоном, который хотел бы, чтобы Рик не использовал слово «заложники», но принял победу.

Новые Посланники, на данный момент, будут проживать в горной крепости Джейсона. Они были наиболее потерянными, и он не сомневался, что они проведут еще много часов, обсуждая между собой все, что услышали. Он сделал Джали своим связным с ними и мог сделать немного больше, чем надеяться, что они не основали новую империю Посланников или что-то столь же неудачное.

Когда обсуждение наконец закончилось, различные участники разошлись. Рик ушел с Мареком и его людьми, в то время как все еще безымянные Посланники остались в конференц-зале, чтобы поговорить между собой. Тера и остальные люди Марека вернулись в царство души Джейсона. Джейсон вышел наружу, сев на вершине своей массивной каменной головы, и вскоре обнаружил, что Джали присоединилась к нему.

— В какой-то момент они захотят имена, — сказала она и села рядом с ним. Ее крылья исчезли, когда она уменьшилась до человеческого размера.

— Есть идеи, как это пройдет?

— Нет. Обычно они появляются на свет с именем. Думаю, отсутствие должного и расположенного древа рождения остановило это.

— Значит, им придется называть себя самим?

— Возможно. Или, возможно, их имена придут после того, как ты решишь, что делать с этим. — Она указала на огромное дерево, возвышающееся над горизонтом.

— Даже если все это пойдет хорошо, я не знаю, смогу ли я выбирать. Может быть, что бы ни случилось, оно случится, и у меня не будет права голоса.

— В любом случае, мы сможем решить тогда.

— А что до тех пор? Они просто будут называть друг друга по номерам?

— Посланники общаются через ауры так же, как другие люди через язык тела. Они будут различать себя через это.

— Это мне не поможет, так что, возможно, мне придется пронумеровать их. Я мог бы сделать им всем футболки.

— Ты справишься. Ты уже общаешься со своей аурой, как и мы. Это одна из многих причин, почему ты смущаешь нас.

— Погоди, я это делаю?

— Ты не заметил? Разве ты не видел, как экстремально люди склонны реагировать на тебя? Это твоя аура в действии.

Джейсон наклонил голову в раздумье.

— Полагаю, делаю, — сказал он. — Должно быть, я делал это бессознательно. Годами, может быть. Думаю, это началось, когда я начал изучать трюки с аурой, чтобы влиять на других более тонко, от одного вампира, которого я знаю. Хм.

— Это определенно помогло тебе контролировать ту встречу, которую мы только что провели, — сказала она ему. — Я никогда раньше не видела, чтобы Посланники взаимодействовали так.

— Мне это показалось довольно нормальным, — сказал Джейсон. — Что сделало это странным для тебя?

— То, что мы говорили как равные. По большей части. Твой выговор Мареку был единственным взаимодействием, которое я видела, которое казалось знакомым. Посланники вступают в дискуссию только потому, что лидер хочет вариантов или настраивает своих подчиненных друг против друга. Всегда есть иерархия.

— Я не люблю иерархии.

— Что странно, исходя от одного человека, который стоял выше всех остальных в той комнате.

Джейсон хотел было отрицать это, но остановился, признавшись себе, что это была бы ложь.

— Я умственно истощен после этого, — сказал он вместо этого. — Я поднялся сюда, чтобы прояснить голову, но у меня нет времени. Мне нужно привести вещи в движение. Начать расширяться. Как только я это сделаю, аномалии хлынут с территории, в которую я вторгаюсь, и нам придется иметь с ними дело.

— Я видела, как Посланники доводят людей, которых они порабощают, до предела и за его пределы. Большинство моего вида больше заботятся о том, чтобы обладать властью, чем о том, чтобы делать это эффективно. Если ты спешишь, потому что думаешь, что должен — или кто-то другой думает, что ты должен — тогда ты будешь не только работать медленно, но и работать плохо. Если ты отдохнешь, ты будешь работать лучше и совершать меньше ошибок.

— Да, — сказал он, бросив на нее улыбающийся боковой взгляд. — Я знаю, но мне всегда, кажется, нужен кто-то, чтобы напомнить мне об этом в нужный момент.

На краю территории Рик стоял перед теневой стеной, которая отмечала границу между доменом Джейсона и незахваченным за ним. Прежде чем пройти сквозь нее, он обернулся и посмотрел назад, его зрение серебряного ранга выделило Джейсона на вершине его крепости. Он сидел рядом с девушкой-Посланником, с которой бегал вокруг, Джали. Без крыльев и уменьшившаяся, она была неотличима от светлокожего, кареглазого человека.

— Даже с Посланниками? — пробормотал он.

— Что это было? — спросил Марек.

— Ничего, — сказал Рик. — Пошли.

Глава 4 ПЕРЕОЦЕНКА ДЛИНЫ

Глава 4 ПЕРЕОЦЕНКА ДЛИНЫ

Главный вход в горную крепость был ртом гигантской каменной головы Джейсона. Внутри находился центральный транспортный узел, где три шахты с подъемными платформами были расположены треугольником, обеспечивая доступ к верхним и нижним уровням комплекса. Арочные проходы были встроены в стены повсюду, в одном из которых находился активный портал. Наполненный синим, серебряным и золотым светом, он вел в царство души Джейсона и был оставлен открытым постоянно.

Джейсон появился из портала с сэндвичем и зевком. Он нахмурился, расширяя свои чувства над своей захваченной территорией. Он запихнул сэндвич в свой инвентарь и направился к открытому входу, быстро переходя на бег. Достигнув входа, он выпрыгнул с силой серебряного ранга, которая пронесла его по воздуху. Он использовал свою ауру, чтобы вносить коррективы в свою траекторию, но осторожно, чтобы не потерять импульс. Наконец он приземлился на улице в копии своего родного города.

Джали почувствовала его движение и последовала за ним, паря на орлиных крыльях коричневого и белого цвета. Когда она приземлилась рядом с Джейсоном, она обнаружила, что он склонился над трупом жреца Нежизни, с любопытством разглядывая его.

— Что он все еще здесь делает? — спросила она.

— Я только что задавался тем же вопросом, — сказал он. — Он должен был превратиться в радужный дым давным-давно, но он просто высох. Похоже, он мертв уже больше, чем несколько часов.

— Этот человек был жрецом бога Нежизни, да? Возможно, он собирается реанимироваться.

— Что заставляет меня задаться вопросом, почему он еще этого не сделал. Может, это просто заклинание, чтобы предотвратить разложение его тела, чтобы его друзья могли реанимировать его, когда найдут? Некроманты любят переработку органики.

— В любом случае, нам следует уничтожить тело.

— Согласен.

— А как насчет другой нежити? — спросила Джали. — Ты сказал, что их остались десятки тысяч и они будут разбросаны по территориям. Почему этот парень был здесь, а его нежити нет?

— Это еще один хороший вопрос. Вероятно, потому что моя аура — анафема для нежити, а эта территория пропитана ею. Любая нежить, помещенная сюда, могла быть выброшена или уничтожена на месте. Этому парню повезло, потому что он был жив.

Джейсон ткнул тело ботинком. Он отскочил назад, когда труп задергался на земле.

— Возможно, ты попала в точку насчет реанимации, — сказал Джейсон. — Ты чувствуешь от него ощущение истощения?

— Нет, должна? Нам нужно уйти от него?

— Думаю, мы в порядке. Он не охотится за жизненной силой или маной. Такое ощущение, что он пытается вытянуть то, чего там нет. Думаю, поэтому он не встает.

Тело продолжало дергаться на земле, как будто у него был припадок. Через некоторое время оно растворилось в радужном дыме, сначала медленно, но ускоряясь, пока от него не остался только пустой комплект одежд.

— Это не показалось опасным, — сказала Джали.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я мог бы строить догадки о том, что только что произошло, но это было бы только догадками. Надеюсь, мы скоро найдем Клайва.

Битва со жрецами Нежизни была чрезвычайно короткой. С одной стороны было трио жрецов серебряного ранга, командующих около тысячей разнообразной нежити. С другой стороны были три искателя приключений золотого ранга — Эмир, Констанция и верховная жрица Целителя, Хана Шавар. Были также два не-искателя приключений золотого ранга: командующий культом Строителя, Бофорт, и командующий светлосердечных, Марла. Они командовали большой группой серебряного ранга, включая Калифа из команды «Штормовой измельчитель», наряду со светлосердечными и культистами Строителя. Клайв также присутствовал, но попытки командовать им не работали. Он постоянно исследовал их новую среду, и он становился раздражительным, когда люди беспокоили его во время работы.

Окружающая среда доставила значительные проблемы светлосердечным, которые никогда раньше не видели неба. Их реакции варьировались от восторга и благоговения до экзистенциального кризиса. Пространство вокруг них было заполнено густыми, возвышающимися деревьями, в которых был построен большой город, состоящий из домов на деревьях и веревочных мостов. Были отдельные здания, построенные вокруг и внутри стволов, а также обширные комплексы, удерживаемые высоко над землей несколькими массивными деревьями.

Группа находилась на земле под тем местом, где они разобрались с нежитью и жрецами. Лесная подстилка была опустошена битвой, и несколько поваленных деревьев оставили повреждения и в городке наверху, обрушив мосты и здания.

Лесное спокойствие, последовавшее за битвой с нежитью, дало группе шанс отдохнуть, а светлосердечным — акклиматизироваться к такой чуждой среде. Пауза, однако, не продлилась долго, так как аномалии, порожденные зоной трансформации, перешли в атаку.

Гуманоиды с головами, похожими на чихуахуа, хлынули из подлеска и спрыгнули с высоты. Они регистрировались как золотой ранг по чувствам ауры, но их физическая доблесть была больше похожа на серебряный ранг высокого уровня, и у них не было никаких особых способностей. Они представляли собой вызов для серебряного ранга, а золотые ранги не спешили защищать. Бофорт и Марла собирались было, но искатели приключений остановили их, давая низшим рангам шанс для роста.

Клайв не участвовал в битве. Он мог чувствовать необычную природу атакующих и понимал, что это аномалии, о которых предупреждал Джейсон. Он подчеркивал их ценность в повышении ранга в начале зоны трансформации, но их будет еще много. Другие возможности имели приоритет.

Один из мертвых жрецов Нежизни лежал там, где упал, среди травы по колено на лесной подстилке. Двое других были менее пригодны для исследования. Один был разорван на куски, разбросанные по километру леса, в то время как другой начал биться в конвульсиях, когда его коснулись, а затем растворился в радужном дыме.

У Клайва было подозрение относительно причины припадка и последующего распада трупа. Это произошло благодаря верховной жрице Целителя, Хане Шавар. Она сообщила о странном ощущении от дергающейся нежити, прежде чем та растворилась, как будто она пыталась вытянуть что-то, когда вытягивать было нечего.

Хана стояла в стороне, наблюдая, как Клайв вытаскивает множество предметов, осторожно расставляя их вокруг трупа, не касаясь его. Она время от времени бросала случайный заряд исцеляющей энергии в серебряных рангов, сражающихся с аномалиями, но большая часть ее внимания была сосредоточена на работе Клайва. Большинство его устройств были инструментами магического анализа, варьирующимися от кристаллических линз до более сложных устройств с элементами, которые охватывали или плавали отдельно, медленно меняя цвета.

Крик привлек ее внимание к битве, и она заметила тяжело раненого искателя приключений. Клайв взглянул, прежде чем вернуться к своей работе.

— Его зовут Калиф, — сказал Клайв. — Он один из ключевых наносящих урон в одной из тех специализированных команд Римароса. Он не умеет следить за своей спиной без выделенной команды для защиты. Иди спаси его, и, может быть, скажи ему стоять сзади.

— Я золотого ранга, а ты серебряного. Я должна быть той, кто отдает приказы.

— Обычно это так и работает, да.

— Если я прикажу тебе что-то сделать, ты сделаешь?

— Вероятно, нет. Я занят этим.

— Вся твоя команда такая?

— Нет, у нас есть один парень, который делает то, что ему говорят. Его мать.

Хана издала ворчливый вздох.

— Я пойду исцелю того человека.

— Что это? — спросила Хана, глядя на дрожащий стержень, который Клайв вытащил сразу по ее возвращении.

— Возьми его, пожалуйста, — сказал он. — Я не могу оставить его просто валяться в траве.

— Тогда, возможно, тебе не следовало его доставать.

— Мне нужно, чтобы он был готов, когда я буду его использовать. Так что, не могла бы ты просто взять его для меня?

Она нахмурилась, но обхватила пальцами пульсирующий стержень Клайва.

— Мне не нравится это ощущение, — сказала она.

— Ты привыкнешь, — заверил ее Клайв. — Я обнаружил, что большинству людей начинает нравиться, как это ощущается. Думаю, это толщина, которая поначалу их отпугивает.

— Я могу справиться с толщиной. Мне просто некомфортно, что он пульсирует у меня в руке вот так.

— Даже так, тебе стоит просто использовать руку, пока не поймешь, что делаешь. Используй обе руки, если хочешь.

— Думаю, ты переоцениваешь длину. Что это вообще такое?

— Это пороговый резонатор. Я не могу держать его слишком близко к другим устройствам, пока не буду готов, иначе это испортит их калибровку.

Последнее, что Клайв извлек из своего инвентаря, было не очередное устройство для магических измерений, а небольшой горшочек с крышкой. Он был сделан из лакированной керамики, с символом церкви Чистоты, начертанным на нем.

— Это реликвия божьей благодати? — спросила Хана.

— Да, — сказал Клайв, небрежно бросив его в мягкую траву, не проявляя никакой заботы, как к остальному оборудованию. Он внес небольшие коррективы в расположение своих устройств и подбросил записывающий кристалл в воздух.

— Как ты его получил? — спросила Хана.

— Это записывающий кристалл. Я купил его в магазине.

— Нет, реликвию.

— Пока мы думали, что Джейсон мертв — я не знаю, насколько ты знакома с Джейсоном, но он часто умирает. Было несколько лет, когда мы думали, что он мертв, но он был просто в своем родном мире. Я потратил много времени, составляя карту сети пространственных путешествий, которую использовали церковь Чистоты и культ Строителя. Это было после того, как Вселенский Совет объявил Чистоту павшим богом. Мы с парой друзей потратили много времени, преследуя это, пока наконец не собрали нашу полную команду для большой операции. О, но Джейсон все еще был мертв, так что у нас был парень-утка вместо него.

— Парень-утка?

— Да, ну знаешь. Кря-кря, пруды, чувство комфорта под дождем. Утки.

— Я знаю, что такое утки.

— Тогда странно, что ты попросила уточнения. В любом случае, эта операция привела к тому, что мы наткнулись прямо на один из их больших планов призыва и случайно запустили его раньше времени. Это был один из массовых призывов Посланников, который в итоге произошел повсюду.

— Ты говоришь о первом? Тот, что был около Сириона?

— Да.

— Это был ты?

— Да. В любом случае, за то время, преследуя лоялистов Чистоты, я подобрал кое-какие святые реликвии тут и там. Это был хороший шанс пошарить вокруг и посмотреть, как они работают.

— Реликвии?

— Типа того. Богов, точнее.

— Это богохульство.

— Разве? Я никогда не понимал разницы между богохульством и ересью. Люди, которые кричат такие вещи на меня, всегда оказываются ужасными, так что это никогда не казалось стоящим того, чтобы выяснять. И это о чем-то говорит, потому что я люблю выяснять вещи.

— А если боги возьмут это на заметку и пошлют своих слуг за тобой?

— Ты говоришь так, будто я никогда раньше не убивал жреца. Первый жрец, которого я когда-либо убил, был архиепископом местной церкви Чистоты в моем родном городе. Это было до того, как Вселенский Совет объявил Чистоту павшим богом, но он это заслужил. К тому же мы только что уронили на него здание, так что это в любом случае была бы драка.

— Вы уронили на него здание?

— Да, но у него была мощная способность щита. Трудно убить, особенно будучи серебряного ранга против наших бронзовых. Мы получили хорошую трепку, но Хамфри тоже трудно убить. Джейсон не очень, но фокус с ним в том, чтобы смерть прилипла. Это было через год или около того, когда я начал собирать реликвии, пытаясь понять, как работает божественная сила.

— Я все еще говорю, что это богохульство.

— Давай. После пребывания в моей команде я мог бы прочитать цикл лекций о практике богохульства. Или ереси, что бы это ни было. Мне пришлось бы поискать это перед первой лекцией.

— Твоя команда не может быть полностью еретической. Твой целитель — жрец в моей церкви.

— Он не богохульствует, — признал Клайв, затем наклонил голову в раздумье. — Что странно, теперь, когда я думаю об этом. Нил кажется таким типом. К тому же Джейсон тусуется с богами, и я почти уверен, что он убедил Смерть использовать чудо. Я не уверен, что он еретик, скорее грубый знакомый.

Клайв поднял маленький горшочек, который уронил ранее.

— Они забавные, — сказал он. — Я никогда не продвинулся далеко в правилах божественного влияния на магию, но эти маленькие горшочки хранят крошечную частичку святой силы. Скорее эхо ее, на самом деле, но даже из третьих рук божественную силу нельзя сбрасывать со счетов.

— И все же ты отбрасываешь опасность разгневать богов.

— Мой друг Руфус однажды дал жрецу Знания пощечину прямо по лицу. Теперь, то, как работают эти маленькие горшочки — это…

— Я знаю, как работают реликвии божьей благодати, мистер Стендиш. Даже если Чистота пала, мне не нравится то, как вы обращаетесь с такими объектами.

— Вы собираетесь что-то с этим сделать?

— Не сейчас.

— Тогда мне все равно. Теперь, великая вещь в святой силе Чистоты — это то, что она делает всевозможные интересные вещи, когда ты оскверняешь ее. Я понятия не имел, почему это работает, а не рассеивает силу чистоты, пока не оказалось, что Чистота все это время был богом маскировки. Таким образом, имеет больше смысла, что святая сила адаптируется при изменении, а не рассеивается…

— Есть ли мысль, которую вы пытаетесь донести, мистер Стендиш?

— Нет. Я пытался работать, пока жрица, наблюдающая за мной, продолжала задавать вопросы в осуждающем тоне.

— Для чего вы используете святую реликвию?

— Я подозреваю, что в жрецов Нежизни были встроены заклинания. Возможно, выгравированы на их костях.

— Это используется для наказания преступников путем… подождите.

Она вытянула руку и пропела заклинание.

— Срасти плоть и исцели рану.

Волна исцеляющей магии вырвалась из нее и направилась к продолжающемуся бою. Другие золотые ранги все еще позволяли серебряным рангам разбираться с этим, и травмы накапливались.

— Как я и говорила, — продолжила Хана. — Гравировка скелетных заклинаний предназначена для постоянного подавления сил преступников.

— У этой практики гораздо больше потенциала, чем это, — сказал Клайв. — Просто невероятно неправильно использовать ее. Процесс мучителен и очень рискован. Вы знали, что один из четырех преступников, приговоренных к этому, не выживает? Я даже не думаю, что это должно использоваться на преступниках. Если вы собираетесь кого-то убить, делайте это чисто и быстро. Если только весь ваш набор сил не заключается в медленном гниении плоти людей. Но вы ожидаете, что церковь Нежизни разделит мои опасения?

— Нет, — сказала Хана. — Не ожидаю.

— Именно. Я думаю, жрецы Нежизни были зачарованы, чтобы восстать в какой-то форме нежити, если их убьют. Может быть, просто обычные зомби для слабых, но, вероятно, ревенанты для серебряных и золотых, бегающих здесь.

— Но они не восстали как нежить. Тот труп, который мы потревожили…

Они поморщились, когда радужный дым поднялся отовсюду.

— …сделал это, — закончила Хана.

— Кто-то, должно быть, наступил на палец или что-то в этом роде у того третьего жреца, — сказал Клайв. — Я удивлен, что это заняло так много времени. И да, трупы жрецов Нежизни распадаются, когда их тревожат, но то, что вы сказали, натолкнуло меня на мысль.

— То, что я сказала?

— Что они пытались вытянуть какую-то силу, которую могли почувствовать только вы. Я думаю, что им нужна божественная сила. Энергия бога Нежизни требуется, чтобы анимировать их, что обычно не является проблемой. Но если это так, и эта сила недоступна, они распадаются вместо этого. Эти территории пространственно заблокированы; мы можем физически проходить через границы, но магия — нет. Даже магия богов.

— Ничто из этого не объясняет, что вы делаете с этой реликвией.

— Я смотрю, смогу ли я заставить этот труп отреагировать на божественную силу. Как я сказал, это просто эхо настоящего, но это хорошо. Я не хочу случайно анимировать этого жреца.

— Эта реликвия от Чистоты. У вас не тот бог, чтобы пытаться анимировать мертвых.

— Да, но я немного подправлю ее.

— Подправишь?

— Я сказал вам, что не продвинулся далеко в том, как работает божественная магия. Я никогда не говорил вам, что не продвинулся совсем.

— Это…

— Да, богохульство, я знаю. Я начинаю понимать, откуда исходит Джейсон.

Клайв закончил расставлять свои устройства вокруг трупа, лежащего в траве, и взял горшочек. Он протянул руку Хане.

— Пороговый резонатор, пожалуйста.

Она протянула ему стержень. Затем он подержал горшочек над трупом и дважды помахал стержнем вокруг него, прежде чем отпустить горшочек. Он завис в воздухе над трупом сам по себе. Клайв протянул руку и снял крышку. Белый свет засиял изнутри маленького горшочка, и труп сел, идентичный белый свет сиял из его глаз. Затем его голова загорелась, и он быстро растворился в радужном дыме.

— Да, я почти уверен, что им нужна сила их бога для реанимации. В противном случае они будут лежать в спячке, пока что-то не потревожит их, и они не попытаются насильственно анимироваться. Вот тогда они распадаются.

— Нам нужно убедиться, что мы уничтожаем тела, когда убиваем жрецов Нежизни, — сказала Хана. — Если живой жрец найдет их, они могут быть анимированы во что-то мощное.

— Нет, — сказал Клайв. — Мы не уничтожаем тела. Мы даже не убиваем их. Нам нужно начать брать их живыми.

Глава 5 ХОРОШИЕ ДРУЗЬЯ

Глава 5 ХОРОШИЕ ДРУЗЬЯ

Джейсон медленно брел по пустой улице: слева тянулись магазины, справа — пляж. Город-призрак не был точной копией его родного города, скорее ностальгической версией из его юности. Там был магазин атрибутики австралийского футбола — таких открылось несколько, но все они прогорели и закрылись, пока он рос. Он остановился перед закусочной миссис Ким, его любимым местом, прежде чем она продала бизнес и переехала в Кофс-Харбор.

Он уставился на стеклянную витрину, обклеенную привычными наклейками с рекламой мороженого и газировки. Войдя внутрь, он услышал звон дверного колокольчика. Людей не было, зато мармит был полон вредных для артерий вкусностей, а пар дразняще поднимался со дна стеклянной витрины. Джейсон открыл откидную стойку, прошел за нее и сдвинул стеклянную дверцу. Наружу вырвался запах фритюра — аромат его детских лет. Он грустно улыбнулся.

— Жаль, что территория приняла именно такой вид, — сказал он.

— Почему? — спросила Тень, появляясь из тени Джейсона.

— Потому что пришло время расширять мою территорию. Как только граница истончится, хлынут живые аномалии. Даже если они не разнесут всё в щепки, я завалю этот город их трупами. Не хочу этого видеть. У меня осталось не так много воспоминаний о Земле, которые не были бы чем-то запятнаны.

Джейсон схватил металлическую лопатку и бумажный пакет, наполовину наполнив его горячей картошкой фри. Он щедро посыпал ее куриной солью из шейкера, затем досыпал пакет доверху и повторил процедуру. Он пару раз слегка ударил пакетом о прилавок, чтобы соль осела.

— Похоже, ты делал это раньше, — заметила Тень.

— Я подрабатывал здесь летом, когда мне было шестнадцать. В последнее лето перед тем, как миссис Ким продала это место. Новый владелец был не так хорош, но ему и не нужно было стараться. Если продаешь картошку так близко к пляжу в этом городе, можно заработать достаточно за лето, чтобы безбедно существовать остаток года.

Джейсон вытащил картофелину из пакета и откусил половину.

— Такая же вкусная, как я помню, — сказал он. — Что, вероятно, значит, что она была даже лучше, чем на самом деле. Память — забавная штука. По крайней мере, для меня. Полагаю, твоя память гораздо лучше моей, ты ведь бессмертная и всё такое.

— Да, мистер Асано, но это не всегда означает «лучше». Мне никогда не испытать той ностальгии, которую вы чувствуете сейчас. Становление фамильяром позволяет астральным сущностям, таким как я, постепенно накапливать авторитет, но это никогда не было моей мотивацией. Я хочу познавать космос способами, которые были бы мне недоступны как теневому существу астрала.

Джейсон посмотрел на Тень с задумчивым выражением лица.

— Знаешь, Тень, я постоянно пользуюсь твоими чувствами. Вижу и слышу то, что видишь ты.

— Да, мистер Асано.

— Как думаешь, мы могли бы сделать наоборот?

— Мы не можем, мистер Асано.

— Что ж, будет над чем поработать, когда я призову твой следующий сосуд.

Джейсон с облегчением вздохнул и отправил в рот вторую половину картофелины. Он вышел наружу и с помощью ауры поднялся в воздух; Тень поднялась рядом с ним. Он оглядел город, доедая картошку.

— Хватит откладывать, — сказал он.

Он закрыл глаза, распространяя чувства по своей территории. Каждая зона трансформации, в которой бывал Джейсон, немного отличалась от других. Особенность этой заключалась в том, что расширение происходило не во все стороны сразу, а требовало выбора соседней территории для экспансии. Информации о соседних территориях у него не было, поэтому он выбрал ту, что находилась на противоположной стороне горы от города. Он хотел поберечь ее как можно дольше.

Джейсон наколдовал плащ и облетел гору. Он пронесся над зелеными зарослями кустарника, которые подступали к теневой завесе, отмечавшей границу территории. Когда он расширит свою силу, чтобы попытаться захватить территорию, завеса истончится, и хлынут живые аномалии. Кустарник был хорошей местностью для него: здесь сложно было сбиться в большие группы, и повсюду было полно теней.

Джейсон закрыл глаза, позволяя чувствам слиться с пространством вокруг. Он чувствовал землю, деревья и воздух; людей внутри крепости и даже «дим-симов» в мармите миссис Ким. Он надавил, и граница территории на мгновение воспротивилась, а затем начала мерцать.

* Вы решили расширить территорию своего установленного духовного домена на прилегающее пространство генезиса. Расширение духовного домена на территорию нестабильного пространства генезиса определит и стабилизирует ее, но спровоцирует аномальные реакции со стороны территории, на которую осуществляется расширение.

Он почувствовал, как живые аномалии просачиваются сквозь завесу, и позволил себе упасть с небес. Он пролетел сквозь полог леса внизу, позволив кустарнику поглотить себя.

Территория, в которой находился Рик, выглядела как город, где архитектор и алхимик — одна и та же профессия, выполняемая с крайним энтузиазмом. Это был гибрид грязного промышленного центра и алхимического набора великана: стеклянные чаны торчали из стен, а массивные трубы тянулись под стальными мостками, проложенными между зданиями.

Рик вонзил копье в мощеную улицу вертикально, словно ударил церемониальным посохом. Десятки копий вырвались из земли вокруг него, каждое пронзило студенистое существо. Копья тут же пустили шипы, которые изрешетили тела тварей, видимые сквозь их полупрозрачную плоть.

Существа были отдаленно гуманоидными — в том смысле, в каком показывают по новостям, когда кого-то краном вытаскивают из дома. Их тела выглядели так, будто кто-то засунул в форму для желе то, что туда класть не следовало, причем сама форма уже была сомнительной. Они были голыми и полностью, хотя и не щедро, анатомически оснащенными. У них не было ни рта, ни носа, зато в желейных головах плавали большие глазные яблоки.

Еще неприятнее, чем вид существ, был их запах. Ситуация значительно ухудшилась, когда они начали отрываться от шипастых копий Рика, разрывая при этом свои тела. Это превратило их в разбрызганную по земле массу, медленно ползущую в его сторону. Марек спустился с небес, приземлился рядом с Риком и тут же поморщился от вони.

— Мне не нравится твой подход к бою с этими конкретными противниками, — сказал ему Марек. — С тактической точки зрения, это верный путь к победе. С обонятельной — это похоже на поражение.

— Мы здесь не для того, чтобы побеждать, — ответил Рик. — Мы здесь, чтобы разведать территорию, найти союзников и двигаться дальше.

— Тогда двинемся, — сказал Марек, его голос сдавленно звучал, так как он старался не дышать носом. — Завидую твоей способности отключать обоняние.

— Я думал, завидовать «низшим расам» против твоей религии.

— Это идеология, а не религия, как бы Джейсон Асано ни не желал признавать разницу. Но если бы это была религия, мои спутники и я были бы вероотступниками. Как тебе уже подробно объясняли.

— Пару месяцев назад ты рубил искателей приключений ради людей, которых теперь якобы ненавидишь.

— Наши действия не могли быть иными. Я не буду лгать и утверждать, что чувствую огромное раскаяние за то, что совершил, будучи рабом астральных королей, но знай: альтернативой для нас была смерть.

— Некоторые вещи стоят того, чтобы за них умереть. Например, не убивать целый город невинных людей.

— Я не ожидаю, что ты поймешь, Рик Геллер. Надеюсь, ты никогда этого не поймешь. Иметь порабощенную душу — не то, чего я пожелал бы другому. Но мы воспользовались шансом избежать этой участи. Мы не повернулись против наших старых хозяев на острие меча Джейсона Асано; мы сами искали его. Выступить против него сейчас означало бы обесценить всё, что мы сделали, и испортить отношения, которые, как я ожидаю, принесут нам пользу на столетия вперед. Более того, попытка сбежать от него сейчас была бы самоубийством. Как и попытка сбежать позже, когда он объединит зону трансформации. Всё это означает, что ты поставил нас в неловкое положение. Могу лишь надеяться, что ты видишь, как наши интересы совпадают.

Слякотные, вонючие комки существ подползали ближе, и пара удалилась: Рик запрыгнул на крышу трехэтажного здания, а Марек полетел следом.

— Мои люди нашли на этой территории только нежить и этих живых аномалий, — сказал Марек. — Ни союзников, ни разумных врагов, так что нам стоит направиться к следующей.

— Согласен, — ответил Рик.

Марек разослал импульсы ауры, которые служили простыми командами для его разрозненных союзников. У них был доступ к интерфейсу Джейсона, но только в части, касающейся территорий. Они не могли использовать такие функции, как групповой чат. Он и Рик стояли, ожидая, пока те перегруппируются, прежде чем отправиться в путь.

— Что ты имел в виду, говоря, что я поставил вас в неловкое положение? — спросил Рик.

— Если с тобой что-то случится, независимо от того, мог я это предотвратить или нет, Джейсон Асано возложит ответственность на меня. Это делает твою жизнь ценнее моей или жизни любого из моих людей в отдельности. Асано не случайно создал такую динамику. Ты для него ценнее, чем любой из нас.

— Это не меняет того факта, что ты и твоя банда ангелов-убийц можете прикончить меня в любой момент, когда захотите. Заявления о том, что вы обещаете этого не делать, когда еще совсем недавно мы сражались друг с другом, не внушают мне уверенности.

— Доверие строится со временем, и это начало того времени. У нас общие интересы.

— О, общие интересы, отлично. Я начинаю понимать подход Джейсона: заводить друзей, а не союзников.

— Подозреваю, что из нас не вышло бы хороших друзей, Рикард Геллер.

Живые аномалии, хлынувшие на территорию Джейсона, приняли форму Костеедов. В его ранние дни в Римаросе ему довелось доставлять припасы в крепость, осажденную этим типом монстров, хотя версия «живой аномалии» была не совсем такой же.

Внешне они совпадали: истощенные фиолетовые гуманоиды с гигантскими ртами вместо лиц. Они обладали силой выращивать и изменять кости, создавая клинки, снаряды и доспехи, которыми владели с удивительным для обезумевших монстров мастерством. Это, наряду с впечатляющей ловкостью, компенсировало недостаток грубой силы. Это были монстры, которые могли легко наказать неискушенных искателей приключений.

Обычная версия была серебряного ранга и относительно слабой, проявляясь в огромных количествах. Во время нашествия монстров Джейсон сражался с целой армией таких существ, чтобы снять осаду с города. Он быстро обнаружил, что эти реплики живых аномалий отличаются, благодаря своему более высокому рангу.

Хотя аномальные Костееды формально были золотого ранга, их уровень силы таковым не являлся. На поздних стадиях зоны трансформации, когда захватывались последние территории, аномалии могли сравниться с большинством монстров своего ранга. На этой ранней стадии они были довольно жалкими. Это означало, что Джейсон мог справиться с ними, хотя и нелегко. У них всё еще было снижение урона золотого ранга и сопротивляемость против низших рангов, но многие элитные искатели приключений могли игнорировать разницу в рангах, включая Джейсона. Способные искатели серебряного ранга могли справиться с аномалиями на этой стадии, до такой степени, что это было хорошей тренировкой.

Хотя аномальные Костееды были даже слабее для своего ранга, чем настоящие, «слабые для золотого ранга» всё равно означало значительный скачок силы по сравнению со «слабыми для серебряного». Их сила и скорость были ближе к высокоуровневому монстру серебряного ранга, а их костяные способности также были усилены. Они не могли делать с ними ничего нового, но прочность и рост их костей были намного выше.

Аномальные Костееды также выращивали кости с более изысканной формой, чем могли настоящие монстры. Это позволяло создавать оружие, которое было острее и прочнее, а доспехи — менее стесняющими движения. Это означало превосходную защиту при меньшем ущербе для их ловкости.

Разница между этими Костеедами и теми, которых знал Джейсон, означала, что ему нужно было максимально использовать свои преимущества. Его самым важным активом была среда, в которой они сражались. Его битва с настоящими Костеедами проходила в широком открытом ущелье с бесчисленными врагами и негде было спрятаться. Сражение с аномальными Костеедами в таких же условиях заставило бы его в лучшем случае быстро бежать, а в худшем — быстро умереть.

В этой реплике австралийского буша всё было иначе. Это не был густой тропический лес крайнего севера, но Костееды всё равно были вынуждены разделяться, чтобы перемещаться по местности. Джейсон, с другой стороны, мог передвигаться незамеченным и нетронутым, призрак во тьме. Он был наиболее уязвим в начале боя, когда еще не успел собрать жизненную силу побежденных. Даже двое или трое Костеедов были опасны в начале, будучи быстрее и сильнее его. Их ловкость также позволяла им сражаться относительно хорошо, несмотря на неровную почву, смешанные поверхности и заполненную препятствиями среду.

Но этого было недостаточно, чтобы компенсировать тактику «ударил-отбежал» Джейсона, когда он мерцал сквозь тени, как стаккато-призрак, нанося удары и исчезая. Однако они максимально использовали моменты его уязвимости, нанося удары наручными клинками или костяными дротиками. Это заставило его регенеративные способности работать на износ.

Доспехи Костеедов затрудняли Джейсону нанесение ранних ударов. Их броня не только имела лучшее покрытие, чем у обычных Костеедов, но и блокировала многие виды магических атак. Недуги Джейсона были по большей части неэффективны, а пиявки Колина не могли найти щели, чтобы пробраться внутрь, прежде чем их соскребали или раздавливали между сегментами брони.

У Джейсона было решение этой проблемы, еще одно преимущество, которого ему не хватало при сражении с настоящими Костеедами. Его меч, Воля Гегемона, мог не только поглощать силу наколдованного Джейсоном кинжала, но и добавлял эффект коррозии при этом. Это оказалось эффективным не только для проплавления дыр в броне, но и для предотвращения ее отрастания.

Это давало Джейсону слабые места для атаки и наложения недугов, хотя весь процесс был трудоемким. Он пытался использовать бабочек Гордона, чтобы быстрее распространять недуги, но это оказалось бесполезно. Атаки снарядами и невероятные рефлексы Костеедов означали, что бабочек уничтожали прежде, чем они успевали распространиться. Те немногие, что проскальзывали, оказывались неспособны пробиться сквозь костяную броню для поглощения и быстро соскребались. Джейсон отбросил эту стратегию и решил закончить всё трудным путем, что, в конечном счете, его не смущало. Подобные бои подтолкнут его медлительные способности к эссенции к более быстрому развитию.

По мере того как долгий и изнурительный бой затягивался, Джейсон наконец начал добиваться успеха. Костееды падали под воздействием его недугов, и он прилежно высасывал их остаточную жизненную силу. Это увеличивало его скорость, пока она не превзошла скорость врагов, позволяя ему сражаться безопаснее, даже когда он действовал смелее. И всё же впереди его ждал долгий бой. Он знал, что кропотливое истребление Костеедов будет долгим процессом, если что-то не изменится.

Это изменение пришло с двумя аурами серебряного ранга, которые вырвались из-за границы территории на скоростях, достойных золотого ранга. Сразу после их прибытия колонна лавы обрушилась вниз, словно спутниковое оружие, испепеляя кустарник и Костеедов. Колонна металась из стороны в сторону, вырезая огненную полосу разрушения.

Джейсон поднялся сквозь полог леса туда, где мог видеть Фарру в обсидиановых доспехах, поддерживаемую огненными крыльями. Она палила вниз из своей лавовой пушки, поджигая кустарник. Софи, парящая рядом с ней, переместилась к Джейсону в размытом движении, за которым он едва мог уследить.

— Мы решили помочь, — сказала ему Софи. — Судя по тому, что я чувствую внизу, ты какой-то медленный. Ну, не то чтобы какой-то медленный, а просто медленный. Очень, очень медленный.

— Думаешь, ты была бы быстрее?

— Чем ты? Да. Чем Фарра? Ну, у нее довольно быстро закончится мана, если она будет так продолжать.

— Она устраивает огромный лесной пожар на моей территории.

— Она использует огонь, чтобы восполнить свою ману.

— А я использую свою территорию, чтобы не сгореть дотла!

Софи медленно развернулась в воздухе, оглядывая территорию Джейсона.

— Почему эта гора выглядит как затылок твоей головы?

Глава 6 ЛАКЕИ

Глава 6 ЛАКЕИ

Фарра была в обсидиановых доспехах, закрывающих всё, кроме головы. Она слетела вниз, чтобы присоединиться к Джейсону и Софи прямо над пологом кустарника, потирая виски. Вокруг них полыхал кустарник.

— Их там еще полно, — сказала Фарра. — Я повторю, как только восстановлю немного маны. Лавовая пушка — это весело, но не особо точно, а эти монстры кажутся довольно прыткими. Не помню, чтобы Костееды были такими быстрыми на ногах, будучи в броне.

— Они не совсем монстры, — объяснил Джейсон. — Они подделки. К тому же, может, попробуем другой подход, а не массированную лавовую пушку, от которой большинство из них просто уворачивается? Такой, который не предполагает сжигание моей территории дотла.

— В чем проблема? — спросила Фарра. — Держу пари, в этой горе есть то, что сойдет за центральную базу. Огонь туда не доберется. Ты вырезал ее в форме собственной головы?

— Проблема, — сказал Джейсон, — в том, что по другую сторону этой горы находится реплика Касселтон-Бич, через которую пронесется лесной пожар. Включая магазин мороженого.

— Что? — взвизгнула Фарра. — Ладно, погоди. Там пожар, и нам нужно его остановить. Всё в порядке, всё будет хорошо. Точно, я могу поглощать огонь, чтобы восстановить ману. Мне просто нужно поглотить весь огонь, и всё будет в порядке. Вы двое можете разобраться с монстрами.

Она рванула к ближайшему очагу пламени.

Джейсон покачал головой и повернулся к Софи.

— Пойдем? — спросил он, указывая вниз, на кустарник и аномалии внутри.

— Пойдем, — сказала она и позволила себе упасть.

Коринна Пескос отчаянно карабкалась между массивными скалами на дне обширного пустынного каньона. Она остановилась, прижавшись спиной к камню, раскаленному нещадным солнцем. Она взглянула на массивный кристалл, торчащий из скалы, за которой пряталась. Мощная инопланетная аура, которую он излучал, маскировала ее присутствие от преследователя золотого ранга.

Кристалл был одним из многих, покрывающих каньон шириной в километры и длиной в десятки километров. Конфликтующие ауры, которые они создавали, вызывали у нее раскалывающую головную боль, но она всё равно была им благодарна. Жрец Несмерти, охотившийся за ней, не мог почувствовать ее так же, как и она его, а вокруг было полно скал, оврагов и выступов, чтобы спрятаться.

Вначале она была так счастлива. Из всех мест, куда ее могли забросить в зоне трансформации, она почти сразу наткнулась на двух членов своей команды. Затем они встретили жреца, и теперь ожившие тела Джетты и Поликса преследовали ее по каньону. Они пытались выгнать ее, как охотничьи псы, а ей приходилось бежать, даже оплакивая их.

Жрец не спешил, громко и радостно издеваясь над ней. У него была сила, и он превратил это в игру. Он мог бы выследить ее и быстро расправиться, если бы захотел, но вместо этого дразнил, как кошка мышь. Коринна знала: лишь вопрос времени, когда ему станет скучно или она совершит фатальную ошибку. Она чувствовала, как отчаяние впивается в нее, словно зверь, крадущийся среди разбитых остатков ее надежды.

Внезапно она почувствовала всплеск силы, который каким-то образом прорезал всепроникающую ауру кристаллов. Почти в тот же момент раздался оглушительный грохот, который отозвался в ушах и сотряс землю. Пыль хлынула в каньон, словно приливная волна, пронеслась мимо нее и лишила видимости.

Она выбралась из своего укрытия, осторожно пробираясь с вытянутыми вперед руками. Всё, что она видела — это пыль и редкие золотые вспышки вдалеке. Звонкий звук ударов металла разносился эхом, словно кузнец работал с куском железа.

Коринна отпрянула, когда чуть не споткнулась о Джетту. Ее подруга, теперь труп с отвисшей челюстью, никак не реагировала на Коринну и стояла неподвижно, как манекен. Она продолжила путь на звук, едва заботясь о том, враг или союзник поднял этот шум. Наконец она наткнулась на две фигуры, идущие сквозь облако пыли, их размытые очертания превратились в людей, которых она узнала.

Одним из них был леонид, Гарет Зандье, но крупнее, чем она помнила, фута на два. Его глаза пылали золотым светом, и она могла почувствовать его ауру, когда концентрировалась на ней, даже сквозь помехи кристаллов. Он был золотого ранга, хотя еще несколько часов назад, когда она его видела, был серебряным. Человек, идущий рядом с ним, был Руфус Ремор, выглядевший неизменным. Коринна быстро подошла к ним, глядя на леонида.

— Жрец? — спросила она. Пыль забилась ей в рот, оставляя его сухим и меловым.

— Разобрались, — сказал Гэри.

— Что с тобой случилось?

— Чаша Героев.

— О. О, мне жаль. Сколько у тебя времени?

— В этом месте? Пока мы здесь. Возможно, еще часа три после того, как мы уйдем.

— Ты сможешь сохранить силу так долго? — спросила она.

— Боги не могут добраться до нас здесь. Силе некуда возвращаться, поэтому она не пытается.

Руфус, который хранил молчание, прошел мимо нее, чтобы взглянуть на неподвижное тело Джетты. Пыль начала оседать, увеличивая дальность видимости. Выражение лица Руфуса помрачнело, когда он задал Коринне вопрос.

— Разве это не…

— Мой член команды, да, — сказала Коринна. — Там где-то есть еще один. Полагаю, пыль должна осесть, прежде чем мы его найдем.

— Хочешь, чтобы я упокоил их? — спросил Руфус.

— Нет, — сказала Коринна. — Я не смогла их спасти, но, по крайней мере, могу сделать это.

Слезы проложили дорожки сквозь пыль, покрывающую ее лицо, когда она мрачно зашагала к Джетте. Руфус взглянул на Гэри, но ничего не сказал.

На территории, заполненной джунглями, далеко от Джейсона, тамошние Посланники пребывали в замешательстве. Их последние ясные воспоминания были о начале ритуала, который должен был превратить естественную матрицу в кузницу душ. После этого последовала бессвязная мешанина образов и ощущений, которую лишь с большой натяжкой можно было назвать воспоминаниями.

Теперь, когда внешнее влияние испорченного дерева Посланников было устранено, Посланники пытались собрать воедино кусочки произошедшего. Им нужно было знать, где они, каковы их обстоятельства и что с этим делать. У них была некоторая информация из системного сообщения: сила Джейсона запечатлела элементы его системного интерфейса на всей зоне. Однако Посланникам не хватало критически важных элементов контекста.

Было двое Посланников золотого ранга и, как они полагали, пятеро серебряного. Пятой была замаскированная Белинда. Она не была уверена, сколько Посланников были захвачены элементальным деревом, а не порождены им, но предположила, что это значительный процент выживших. Посланники золотого ранга казались хорошо разбирающимися в магической теории, что имело смысл. Именно их отправили превращать естественную матрицу в кузницу душ. Учитывая, что они с треском провалились, их компетентность в применении этой теории была под вопросом.

Посланники собрались на вершине руин каменного зиккурата, одного из многих, торчащих из полога раскидистых джунглей. Белинда не была уверена насчет размера большинства территорий в зоне трансформации, но эта была огромной. В одном направлении, километрах в ста, виднелись платообразные горы. В противоположном направлении земля была по большей части плоской до самого горизонта, покрытая пышными зелеными джунглями. Воздух был жарким и влажным, солнце палило в ясном небе. Насекомые жужжали вокруг, но не были настолько глупы, чтобы приближаться к таким мощным аурам.

Их всех выбросило в зону трансформации по отдельности, и они уничтожали нежить и живых аномалий, пока не нашли друг друга. Аномалии принимали форму зверей джунглей, от ящериц и кошек до облаков насекомых и болотных монстров. Белинде повезло вдвойне: сначала она нашла изолированного Посланника серебряного ранга. Остальные были слишком далеко, чтобы почувствовать, как Белинда убивает ее и топит на дне болота. Ритуал сокрытия и сохранения не давал трупу слишком быстро превратиться в радужный дым и затруднял его обнаружение. Потребовался бы Посланник золотого ранга, ведущий целенаправленные поиски с относительно близкого расстояния, чтобы найти его.

Второй удачей Белинды было то, что Посланники были изолированы от своего астрального короля. Это означало, что они не могли полагаться на эту связь, чтобы идентифицировать чужака в своих рядах. Она не была уверена в этом моменте, пока уже не внедрилась в группу, но их разговор быстро подтвердил это.

Внедрение в группу Посланников было рискованным шагом, но несколько ключевых моментов сыграли ей на руку. Изоляция от астрального короля — один из них, а их замешательство — другой. Она понятия не имела о личности Посланника, которого заменила, но «типичный высокомерный придурок» казалось безопасной ставкой. Поскольку все Посланники были не в своей тарелке после пережитого, то, что она была немного не в характере, позволило ей легко вписаться.

Посланники золотого ранга сумели собрать достаточно материалов для базового ритуала, чтобы оценить свое окружение. Тела Посланников были высокомагическими, и их перья могли заменить различные материалы. Их кровь также была хорошим материалом для прочерчивания линий и сигилов. Естественно, один из серебряных рангов был «добровольцем» для поставки крови, так как золотые ранги не желали ощипывать собственные перья.

Белинде повезло, что не выбрали ее; ее сила изменения формы не наделила бы ее тело внутренней магией Посланников. Просто поддерживать ауру, похожую на ауру Посланника, было достаточно сложно; сила и природа ее ауры легко могли бы треснуть под пристальным взглядом.

Они рассредоточились, чтобы собрать материалы из окружающих джунглей, в дополнение к частям тела Посланника. Растения и камни с высокой концентрацией магии было нетрудно найти, и они собрали необходимый материал за несколько часов. Знания Белинды позволили бы ей сделать это быстрее, но она быстро поняла, что серебряные ранги не должны обладать большими магическими знаниями. Это было для золотых рангов, в то время как остальные были просто лакеями.

Белинда еще не выяснила имя своей личности. Если только кто-то другой не использует его, ей, возможно, придется рискнуть, чтобы узнать. Если кто-то использует его, а она не ответит, не осознав, что обращаются к ней, это может стать концом. Это было опасное противоречие, которое могло помочь или погубить ее, в зависимости от того, как всё пойдет. Лучшим вариантом было попытаться заставить кого-то использовать его, но это таило в себе риски.

Посланники золотого ранга доказали, что они довольно хороши не только в использовании магии, но и в интерпретации результатов, несмотря на их провал с естественной матрицей. Как энтузиаст импровизированной магии, Белинда многому научилась в процессе того, как Посланники собирали свой ритуал. Она надеялась, что изучение Посланников и их магии даст ей критический шанс в будущем.

Сам ритуал не представлял собой ничего особенного: просто золотые ранги парили в воздухе над ритуальным кругом. После они обсуждали то, что показал ритуал, наряду с их физическим исследованием зоны и разрозненными воспоминаниями из времени под контролем дерева Посланников.

Высокомерие Посланников помогло Белинде; они вообще не беспокоились о серебряных рангах во время этого процесса. Золотые ранги решили, что ценны только их идеи и воспоминания, избавив Белинду от необходимости выдумывать свои.

Посланники продемонстрировали впечатляющее дедуктивное мышление, ухватив основные моменты своих обстоятельств. У них не было всего, но они собрали больше, чем она ожидала, по сравнению с тем, что Джейсон рассказал ей и другим членам экспедиции.

Галис Джей Вахал был одним из золотых рангов, другой — Кол Келис Вел.

— Короче говоря, — сказал Галис, — нам нужно захватить и объединить эти территории раньше, чем кто-либо другой здесь. Если это означает устранение любого сопротивления, с которым мы столкнемся, то тем лучше. Мы еще не всё знаем, так что можем вытянуть ответы из них, прежде чем позволим им умереть.

— Стоит ли? — спросил один из серебряных рангов. — Разве мы не были осквернены тем, что с нами случилось? Удалены от чистого идеала Посланников? Возможно, нам стоит уничтожить себя, а не возвращаться к Весте Кармис Зелл испорченными.

— Не будь идиотом, — огрызнулась Белинда, надеясь, что это ее момент. — Если бы золотые ранги так думали, они бы уже уничтожили нас. Нам нужно слушать их слова и подчиняться их командам. Думать своей головой тебя ни к чему не приведет. Очевидно.

Галис посмотрел на Белинду с одобрением, затем на другого Посланника.

— Релия Вин Вала права, — сказал он. — Не смей полагать, что твое понимание чего-либо выше нашего, Кас Вин Барал. Ты должен поблагодарить Релию Вин Вала, так как ее мудрость спасла тебя от более жестокого обучения из моих рук.

Взгляд, который Кас Вин Барал бросил на Белинду, не был благодарным. Она нажила врага, но узнать свое имя и втереться в доверие к золотым рангам того стоило. Это было хорошее начало.

Ранние дни Нила в качестве искателя приключений были неоднозначными. Назначенный лакеем к Тадвику Мерсеру по семейным обязательствам, он пережил жалкий опыт общения с дураком, чье высокомерие и некомпетентность со временем только росли. Однако, помимо самого Тадвика, дела шли неплохо.

Семья Мерсеров, казалось, понимала, что именно они взвалили на Нила, и делала всё возможное, чтобы компенсировать это. С того дня, как началось его обучение, за годы до поглощения эссенций, семья Мерсеров давала ему подготовку, возможности и ресурсы, с которыми могли сравниться только Геллеры.

Было ли всё это из чувства вины или желания дать Тадвику лучших компаньонов, Нил до сих пор не знал. Если бы дело зависело от матери Тадвика, он бы поверил в ее добрые намерения. Но семья Мерсеров была большой, и Тадвика воспитывал в основном отец. В добрые намерения этого человека Нил не верил вовсе.

Другие аспекты ранних лет Нила делали жизнь с Тадвиком сносной. Он был еще одним лицом в толпе поклонников сестры Тадвика, Кассандры, но имел больше близости, чем большинство. Его ранняя враждебность к Джейсону исходила не из лояльности к Тадвику, а из возмущения тем, что Кассандра выбрала Джейсона, из всех людей. В конце концов — и неохотно — он признал, что Джейсон не лишен достоинств, но остался убежден, что Джейсон бессовестно соблазнил ее с помощью потусторонних кулинарных изысков.

Больше всего того, что помогло Нилу работать с Тадвиком, был третий член их команды, Дастин Кеттеринг. Дастин был в том же положении, что и Нил, вынужденный тренироваться и работать с Тадвиком из-за обязательств своей семьи перед Мерсерами. Нил и Дастин, два человека в одинаковых обстоятельствах, с одинаковыми проблемами, предсказуемо сблизились.

Дастин присоединился к команде Рика вскоре после того, как Нил присоединился к Джейсону и Хамфри. Как и Нил с Дастином, группа Рика боролась с последствиями катастрофической экспедиции из Гринстоуна. Тадвик и член группы Рика, Джонас, были захвачены культом Строителя и имплантированы звездными семенами, что привело к неприятным концам для обоих. Дастин, может, и не питал симпатии к Тадвику, но было понимание, которое позволило ему найти место с Риком и его товарищами.

И Нил, и Дастин оказались потерянными после того, как Тадвик окончательно слетел с катушек. Нила заманили в команду Джейсона, в основном благодаря заверениям матери Хамфри. Он всё еще мог бы отказаться из-за самого Джейсона, если бы Джейсон не нанес Нилу визит. Честный подход Джейсона заставил Нила понять, что Джейсон будет раздражать, но с этим можно жить. Уважение пришло гораздо позже и после большого количества сэндвичей, подтвердив подозрения Нила насчет Джейсона и Кассандры.

Когда Нил и Дастин обнаружили, что их забросило на одну территорию, это стало долгожданным воссоединением. Это также дало им комбинацию защитника и целителя. Они обсуждали это, идя вдоль канала в городе с нависающей готической архитектурой.

— Нам нужны те, кто наносит урон, — сказал Дастин.

— Конечно, но это может быть кто угодно, — пренебрежительно сказал Нил. — Те, кто наносит урон, получают всю славу, но именно такие люди, как ты и я, определяют победу и поражение. Нам просто нужно завербовать первого попавшегося идиота, который может метнуть огненный шар или выстрелить из лука. Я бы даже согласился на специалиста по недугам, лишь бы он приносил закуски.

Глава 7 ЖЕЛТАЯ КОЛОКОЛЬЧИК

Глава 7 ЖЕЛТАЯ КОЛОКОЛЬЧИК

Трехголовую собаку было нетрудно одолеть с помощью золотых рангов, которые были в группе Клайва. Существо почти мгновенно растворилось в радужном дыме, оставив после себя хрустальную сферу размером с баскетбольный мяч. Внутри, сквозь чернильную тьму, кружились пятнышки синего и оранжевого света. Клайв взял ее, чтобы осмотреть.

Предмет: [Стабильное ядро генезиса] (без ранга, обычный)

Очищенный сосуд трансформационной потенциальной энергии (расходуемый, магическое ядро).

* Эффект: Используйте для создания или расширения духовных доменов. * У вас отсутствует способность создавать духовный домен. Вы можете использовать это ядро для создания или расширения территории в пространстве генезиса, но для создания духовного домена должны быть выполнены дополнительные требования.

— На что мы смотрим? — спросила Констанция.

— Говорит, можно создать духовный домен, — сказал Клайв. — Как освященная земля внутри храма. Есть какое-то требование, которому я не соответствую, но я всё равно могу использовать эту штуку, чтобы заявить права на территорию. Вы уверены, что это должен делать не золотой ранг?

— Джейсон в вашей команде, — сказал Эмир. — Поскольку все территории в конечном итоге должны быть переданы ему, лучше всего, если их заявит человек, наиболее преданный ему. Не думаю, что возникнут проблемы, но нам всё равно стоит постараться их избежать.

— Полагаю, я просто использую его? — сказал Клайв, его голос не скрывал неуверенности.

— Если не собираешься использовать, отдай мне, — сказал Бофорт.

— Э-э, нет, — сказал Клайв лидеру культа Строителя. — Я использую.

Два Посланника золотого ранга закончили подготовку ритуала, который позволил бы им не просто заявить права на территорию, но и создать основу для духовного домена. Сфера, которую они забрали у последней аномалии, лежала в центре ритуального круга, начерченного кровью Посланников. Вместо того чтобы распределить обязанность по поставке крови и перьев, они использовали Кас Вин Барала для всего этого, из-за его «жалоб в манере, неподобающей самому развитому виду в космосе».

Причина, по которой они еще не провели ритуал, заключалась в безответном вопросе о том, кто будет использовать сферу. Двое золотых рангов должны были решить между собой, и дискуссия шла не лучшим образом.

— Я старший, — сказал Галис Джей Вахал.

— Возраст — нерелевантный фактор, — парировал Кол Келис Вел. — Я был непосредственным подчиненным лидера экспедиции, так что я должен быть лидером в ее отсутствие.

Белинда стояла с Посланниками серебряного ранга, всё еще замаскированная под одного из них. Они наблюдали в тишине, все зная, что лучше не вмешиваться. Она, конечно, не собиралась упоминать ничего из того, что невзначай говорила отдельным золотым рангам наедине. Как оказалось, подстегивать амбиции высокопоставленных Посланников было поразительно легко.

Джейсон, Фарра и Софи ели мороженое, наблюдая, как Посланники летают в воздухе над горной крепостью.

— Думаю, ты слишком легко ей доверяешь, — сказала Фарра, уже не в первый раз.

— Я буквально прошелся по ее душе, — сказал Джейсон. — Она и близко не такая подозрительная, как моя.

— Она Посланник, — отметила Фарра. — Независимо от того, бродил ты по ее душе или нет, это риск.

— Иногда просто идешь на риск ради кого-то, — сказала Софи, взглянув на Джейсона. — Даже если они не облегчают тебе задачу. Никогда не знаешь, к чему может привести помощь кому-то просто потому, что они в ней нуждаются.

— Но иногда у тебя нет на это времени, — сказала Фарра. — Ты усложняешь себе жизнь больше, чем нужно, Джейсон.

— Ага, — согласился Джейсон. — Не знаю, заметила ли ты, но усложнять себе жизнь больше, чем нужно — это в моем стиле. Софи права. Помогать людям — это не про получение выгоды, но, похоже, в этом есть много плюсов. Я понятия не имел, что мне понадобится помощь Джали, чтобы успокоить кучу сбитых с толку Посланников после того, как я их освободил, но вот мы здесь.

Джейсон доел мороженое, с удовольствием хрустя вафельным рожком. Затем он достал из инвентаря светящуюся сферу.

— Каждая зона трансформации немного отличается, — сказал он. — Пора посмотреть, как выглядит консолидация территории на этот раз.

— Когда ты собираешься начать? — спросил Эмир.

— Я уже начал, — сказал Клайв, кивнув на сферу в своих руках. — Смотри.

Сфера растворилась, сначала медленно, но быстро ускорилась. Темная энергия, испещренная синим и оранжевым, просочилась в тело Клайва. Остальные огляделись в поисках каких-либо изменений, но не увидели ничего необычного.

— И это всё? — спросила Марла, командир светлосердечных золотого ранга.

* Вы заявили права на территорию. * Вы можете инициировать территориальный конфликт, чтобы аннексировать враждебную территорию. * Другой владелец территории может аннексировать вашу территорию, если вы уступите ее им или если вы будете убиты во время территориального конфликта. * Вы можете добровольно позволить другому владельцу территории аннексировать вашу территорию без конфликта. * Вы имеете право наложить отпечаток на обитателей этой территории, находящихся в стазисе. У вас отсутствует какая-либо врожденная сила, которая позволила бы вам наложить отпечаток на обитателей, находящихся в стазисе. Они будут выведены из стазиса, но останутся в коматозном состоянии до тех пор, пока на них не будет наложен отпечаток, или пока они не умрут. Пребывание в этом состоянии в конечном итоге приведет к их смерти.

Золотые ранги посмотрели в небо.

— Эти Посланники стали гораздо легче ощущаться, — сказал Эмир. — Они вышли из стазиса. Что происходит?

— Нам нужно их поймать, — сказал Клайв. — Они все в коме.

— В коме? — спросил Эмир. — Мы могли бы позволить им упасть на землю, а потом убедиться, что они мертвы.

— Ты тот, кто сказал, что я должен заявить права на это место, — сказал ему Клайв. — Я говорю, что мы должны оставить их в живых.

— Я на стороне Бахадира, — сказала Марла. — Единственный Посланник, которому я могла бы хоть немного доверять, — это тот, в ком я уверена, что он мертв.

— У Джейсона уже есть коллекция Посланников, — сказал Эмир. — Ему больше не нужно.

— Не думаю, что он бы так на это посмотрел, — сказал Клайв.

— Почему нас волнует, что думает тот, кого здесь нет? — спросила Марла.

— Потому что, — сказал Клайв, — все эти территории в конечном итоге должны быть переданы ему, после чего он займется переписыванием реальности. Джейсон может быть довольно экстремальным, когда чувствует, что что-то пошло не так, как должно, а этот процесс и так будет ненадежным. Думаю, лучше не подталкивать его к тому, чтобы он сделал что-то еще более странное, чем необходимо.

— Не уверена, что это звучит как кто-то, кому мы хотим доверить переписывание реальности, — сказала Марла.

— Тогда вам не следовало позволять мне заявлять права на эту территорию, — сказал Клайв. — Я доверяю ему больше, чем любому человеку здесь.

— Клайв прав, доверяя Джейсону, — сказал Эмир. — У него есть опыт того, что здесь происходит, которого нет ни у кого из нас. Я не должен был предлагать убивать Посланников. Падение вряд ли убьет серебряные ранги, но нам стоит убедиться.

— Нет нужды, — сухо сказал Клайв. — Я разберусь, но, пожалуйста, воздержитесь от вмешательства.

Клайв указал вверх и начал рисовать пальцем. В нескольких метрах над ним, там, куда он указывал, появились золотые линии, когда он начертил массивный ритуальный круг. Закончив рисовать линии и сигилы ритуального круга, он открыл свое хранилище — небольшой круг рун, опоясывающий портал.

Он вытаскивал предметы из портала один за другим, подбрасывая их в воздух. Вместо того чтобы упасть обратно, они взлетали к разным областям ритуальной диаграммы. Там было несколько горстей духовных монет, перья разных цветов и комок бледно-голубой слизи в стеклянной банке. Как только каждый предмет достигал своего назначенного положения, он зависал на месте.

Клайв работал быстро и уверенно, весь процесс занял меньше полуминуты. Несмотря на это, Посланники почти достигли конца своего монументального падения с высоты более чем в дюжину километров.

Когда бессознательные Посланники достигли последних полукилометра, они слегка замедлились, их траектории искривились по направлению к ритуальному кругу. Первый Посланник всё еще падал, когда оказался всего в нескольких метрах от ритуального круга и ударился о лист магии, который стал видимым при ударе.

Лист отреагировал на удар, как батут, сделанный из липкой ленты. Магический лист прогнулся вниз, когда Посланник врезался в него, прежде чем отпружинить обратно, но Посланник не отскочил. Она прилипла к листу, как клей, когда он затрясся взад-вперед несколько раз. Второй Посланник ударился о лист, и первый внезапно освободился, медленно дрейфуя вниз. Она прошла сквозь ритуальную диаграмму, не задев ее, и опустилась в высокую траву.

Другие Посланники падали, как дождь, хотя никто не врезался друг в друга на магическом листе. Пока это происходило, Клайв достал блокнот и начал что-то быстро записывать карандашом.

— Ты не доставал никаких записей перед тем, как нарисовать магическую диаграмму, — заметил Эмир.

— Нет, — подтвердил Клайв.

— Довольно узкоспециализированный ритуал, чтобы держать его в памяти.

— Я не держал его в памяти, — сказал ему Клайв. — Я просто придумал его на ходу.

— Ты только что изобрел сложный ритуал большой площади, просто так, из головы?

Клайв фыркнул от смеха.

— Конечно, сложный.

— Клайв, я бы попытался снова переманить тебя в свою операцию по поиску сокровищ. Просто не уверен, что смогу заплатить тебе столько, сколько ты стоишь.

Теневая завеса между территорией Джейсона и той, на которую он распространил свое влияние, была едва видна после разборок с живыми аномалиями. После того как с Костеедами было покончено, через нее проломилось массивное чудовище. У него были некоторые физиологические сходства с Костеедами — костяной экзоскелет поверх кожистой плоти, — но на этом всё заканчивалось. Там, где те были размером с человека, финальная аномалия была размером с коттедж и выглядела как помесь жука и богомола, ходящая на шести ногах, но с двумя руками, вооруженными зазубренными костяными клинками.

С боссом-аномалией было относительно легко справиться, так как он был слишком большим, чтобы обладать ловкостью Костеедов. Джейсон нагрузил его недугами и позволил ему топать по обгоревшим остаткам кустарника, пока тот не упал. Он знал, что это будет самый легкий бой, который он когда-либо переживал в зоне трансформации.

Сквозь то, что теперь было почти прозрачной завесой в следующую зону, они могли видеть массивное ущелье, проходящее через горный хребет. Туман окутывал пространство внизу, не давая понять, насколько глубоко это было, хотя на территории Джейсона это было бы глубоко под землей. Граница между территориями была одновременно экстремальной и резкой.

Природные каменные шпили торчали вдоль всего ущелья, перемежаясь с островами, которые парили в воздухе благодаря какому-то магическому эффекту. Горы, обрамляющие ущелье, представляли собой смесь отвесных каменных скал и террас, достаточно больших для роста деревьев и травы. Там даже встречались отдельные деревянные постройки в стиле, который Джейсон нашел напоминающим традиционный японский. Парящие острова и пара шпилей с плоскими вершинами имели такую же растительность.

Они могли видеть несколько водопадов, в основном из гор сбоку. Один вытекал с вершины природного шпиля, в то время как другой лился с края парящего острова, несмотря на отсутствие видимого источника.

Через ущелье проходила извилистая тропа. Она состояла из веревочных мостов между шпилями, островами и склонами гор, петляя больше, чем продвигаясь вперед. Некоторые части пути проходили мимо зелени и зданий. Другие участки поднимались или спускались по лестницам, вырубленным в горах, или огибали шпили по периметру. Природные тропы перемежались с рукотворными, все они были ненадежными.

Джейсон, Фарра и Софи смотрели сквозь завесу. Глаза Джейсона метались вверх и вниз, верхние и нижние пределы территории простирались гораздо дальше его собственной.

— Это живописно, — сказал Джейсон.

— Вот такими и должны быть приключения, — сказала Фарра.

— Правда, похоже, что мы будем часто падать с уступов, — сказал Джейсон.

— Мы все умеем летать, — отметила Софи.

— О, точно, — сказал Джейсон. — Почему я не видел эти горы раньше? Они определенно выше завесы, и я вижу магическое дерево, которое гораздо дальше.

— Мы начали с другой стороны и не видели твою гору в форме гигантской головы, — сказала Софи. — Завеса, должно быть, блокирует всё зрение, кроме большого дерева посередине.

— По крайней мере, до тех пор, пока ты не протолкнешь свое влияние сквозь завесу и не уничтожишь всех аномалий, которые выходят возразить, — сказал Джейсон.

Он держал сферу перед собой.

* Вы расширили свое влияние на прилегающую территорию и уничтожили всех аномалий. Вы можете использовать [Стабильное ядро генезиса], чтобы завершить расширение и объединить две территории в одну. * Потребляете ли вы [Стабильное ядро генезиса]?

— Всё это кажется слишком простым, — сказал Джейсон. — Ядро генезиса уже стабильно, и похоже, что нам нужно всего одно на территорию, из дропа босса. Четко определенные территории означают, что расширение идет только по одному фронту. Мы знаем, откуда придут аномалии, вместо того чтобы они хлынули со всех сторон.

— Ты жалуешься, потому что всё хорошо? — спросила Софи. — Ты идиот?

— Я надеюсь, что всё это потому, что я смог придать форму этой зоне трансформации, когда она формировалась, — объяснил Джейсон. — Со времени моей последней зоны трансформации я обзавелся астральным троном и астральными вратами, а также большим опытом работы с квазиреальными пространственными пространствами. К тому же я выработал устойчивость к пространственным силам.

— Ну вот, — сказала Фарра. — Ты только что опроверг свое собственное беспокойство.

— Но что, если я ошибаюсь? Что, если всё пойдет к…

— Что, если ты ошибаешься? — перебила она его. — Тогда мы делаем то, что делаем всегда, и разбираемся. Ты придумаешь какую-нибудь безумную идею и спасешь чертов день. Это, вероятно, будет раздражать Нила и будет настолько нелепо, что Руфус попытается отговорить тебя. Может, ты убедишь Клайва превратить Гэри в гигантскую волосатую стрелу или что-то в этом роде, не знаю. Потом ты получишь странную силу и разозлишь короля или кого-то еще в процессе. Ты знаешь, как это бывает, и всё же, после всего, через что мы прошли, ты не только ноешь об этом, но делаешь это потому, что всё слишком просто?

Она в отчаянии провела пальцами по волосам, прежде чем продолжить свою тираду.

— Я долгое время мирилась с этим «грустным мальчиком, смотрящим в пустоту», потому что, да, случились паршивые вещи. Но теперь пора надеть штаны побольше, сразиться с плохим парнем и спасти день. Там даже есть принцесса, которую нужно спасти, так что вставай со своей задницы, сделай какую-нибудь отсылку, которую мы не понимаем, и двигайся.

— Эм… ? — нерешительно произнес Джейсон.

— Что? — прорычала Фарра.

— Я не на заднице?

Глаза Фарры безумно расширились, и Джейсон вздрогнул.

— Ладно, э-э, малоизвестная поп-культурная отсылка. Ты когда-нибудь видела «Феррис Бьюллер берет выходной»?

— Видела, — нетерпеливо сказала Фарра. — И Феррис Бьюллер был маленьким придурком. Ты не можешь лучше?

— Э-э… «Everybody Wang Chung tonight»?

— Сойдет, — сказала Фарра. — А теперь заткнись и иди сражайся со злом.

Глава 8 СКАЛОЛАЗАНИЕ

Глава 8 СКАЛОЛАЗАНИЕ

Фарра сердито сверкнула глазами, потянувшись за следующим выступом на ледяном склоне скалы. Пар, исходящий от льда, подхваченный мощными ветрами, бьющими в нее, тут же уносился теми же ветрами.

— О да, давайте все просто прыгнем с этого утеса, — горько сказала она в голосовом чате. — Мы все умеем летать.

— Откуда я должен был знать? — спросила Софи с вершины утеса. Ее сила полета была связана с манипуляцией ветром, и, хотя она не работала как обычно, по крайней мере позволила ей вернуться на вершину утеса, а не быть разбитой о него, как Джейсон и Фарра.

* Вы вошли в зону ветра, насыщенного аномальной магией. * Силы полета затруднены или отключены, в зависимости от их природы.

Силы полета теневого плаща Джейсона и огненных крыльев Фарры были полностью нейтрализованы, превратив их попытку летать в стремительное падение. Оба они врезались в скалу под порывами ветра, кувыркаясь вниз, пока им не удалось ухватиться за выступы на камне. После того как Софи вернулась на вершину, Джейсон прыгнул в тень, используя тело Тени, спрятанное в ее тени, оставив Фарру карабкаться в одиночку. Скалолазание, даже в экстремальных условиях, не было проблемой для кого-то с силой и координацией серебряного ранга. Этот факт не улучшил настроение Фарры.

— Я виню тебя, — сказала Софи Джейсону, пока они ждали бок о бок. Край утеса был узким выступом прямо за завесой, за которой лежала территория Джейсона.

— Как это моя вина?

— Ты тот, кто хотел исследовать новую территорию, прежде чем объединять ее с той, что у тебя уже есть. Если бы ты сначала использовал магический шар, ты, возможно, смог бы контролировать эти ветры.

— Должен был, — сказал Джейсон. — Но разве у тебя нет духа приключений? Разве ты не хочешь пересечь шаткие веревочные мосты над бездонными пропастями? Пройти по продуваемым ветрами горным тропам, пока перед тобой простирается необъятная панорама?

— Это привлекает, — сказала Софи. — Приятно, когда приключения означают что-то иное, кроме как идти куда-то только ради того, чтобы убивать. Не знаю, насколько Фарра будет к этому открыта.

Они оба посмотрели на край, когда рука поднялась, как у зомби, вырывающегося из могилы. Фарра вскарабкалась, не потрудившись встать. Она перекатилась на выступ и просто лежала там.

— Ты не ошибаешься, — сказала она им. — Мы обещали тебе веселые приключения в свое время, и это именно то, о чем мы говорили. Мы не думали, что это будет в какой-то фрагментированной реальности, но так уж бывает. Или большую часть времени, когда ты рядом, Джейсон.

— Так ты готова следовать по этой тропе через ущелье? — спросил Джейсон.

— Я бы была, — сказала Фарра, — но мы уже потратили достаточно времени, и ты это знаешь. Мы не можем тратить дни, пробираясь неэффективным путем через целый горный хребет, пока жрецы Несмерти там захватывают территории.

Плечи Джейсона поникли.

— Да, — неохотно признал он. — Я пойду заберу Джали, чтобы она могла установить первый контакт с Посланниками, когда они выйдут из стазиса.

Лидером жрецов Несмерти был Гарт. Драпировка мантии на его скелетообразном теле показывала, что оно не имеет формы человека, скрывая, какой именно облик оно приняло. Большинство из тех, кто знал, были убиты и превращены в марионеток нежити Гарта или новые элементы тела, за секреты которого они умерли.

Захватив территорию — странную землю стеклянных зданий и стальных автоматов, — Посланники, теперь свободные от стазиса, спускались с небес. Они выглядели почти идентично друг другу: трупно-белая кожа, серые волосы и светящиеся фиолетовые глаза. В идеальном унисоне они опустились на землю и упали на одно колено в мольбе, склонив головы.

— Это, — сказал Гарт, — подойдет очень хорошо.

Нил и Дастин обнаружили, что захватить их первую территорию было довольно легко, их комбинация защитника и целителя была очень трудной для устранения. Единственной проблемой было то, что потребовалось слишком много времени, чтобы очистить территорию от нежити и живых аномалий без специализированных дамагеров. Финальный босс-монстр был особенно изнурительным процессом. После его победы пара спорила о его природе.

— Я говорю тебе, это редис, — сказал Дастин.

— Репа, — сказал Нил. — Посмотри на розовую и белую кожу. У редиса такой нет.

— А репа не бывает десяти метров в поперечнике, с шестью ногами и ртом, полным зубов длиной с мою руку.

— Ты хочешь сказать, что редис такой?

— Может быть, — неубедительно сказал Дастин. — Редис бывает очень разным.

— Это был бы весьма экзотический сорт.

Он использовал свою способность на лут с босса, так что вместе с ядром генезиса, которое выпало бы в любом случае, там была куча духовных монет и большая корзина, полная овощей.

— Эй, зацени, — сказал Нил. Они проигнорировали магическую сферу, чтобы осмотреть корзину.

— Здесь есть и редис, и репа, — пожаловался Дастин. — Это ничего не решает.

Нил в конце концов поглотил сферу, заявив права на территорию. Как только он это сделал, его чувства расширились на всё пространство, и он посмотрел вверх.

— О-оу.

— Что такое? — спросил Дастин.

* Вы заявили права на территорию. * Вы можете инициировать территориальный конфликт, чтобы аннексировать враждебную территорию. * Другой владелец территории может аннексировать вашу территорию, если вы уступите ее им или если вы будете убиты во время территориального конфликта. * Вы можете добровольно позволить другому владельцу территории аннексировать вашу территорию без конфликта. * Вы имеете право наложить отпечаток на обитателей этой территории, находящихся в стазисе. * Вы в настоящее время отделены от своего божества, и ни одна из ваших личных сил не была получена от вашего бога, чтобы предоставить шаблон для отпечатка. * У вас отсутствует какая-либо врожденная сила, которая позволила бы вам наложить отпечаток на обитателей, находящихся в стазисе. Они будут выведены из стазиса, но останутся в коматозном состоянии до тех пор, пока на них не будет наложен отпечаток, или пока они не умрут. Пребывание в этом состоянии в конечном итоге приведет к их смерти.

— Серебряные ранги могут пережить падение почти с любой высоты, верно? — спросил Нил.

— Да, — настороженно сказал Дастин. — Почему ты спрашиваешь?

Нил вытащил последнего коматозного Посланника из углубления, которое тот сделал при приземлении, и отнес туда, где они с Дастином сложили остальных. Они были расставлены рядами вдоль пологого склона холма с короткой травой и достаточным количеством деревьев, чтобы солнечный свет пробивался сквозь редкий полог. Новая территория Нила была пасторальным регионом, и Дастин выбрал приятное место. Пара с удовлетворением смотрела на свою работу.

— Из всех мест, где можно очнуться в замешательстве и неведении о том, кто ты и что происходит, — сказал Дастин, — это, вероятно, то, которое я бы выбрал.

— При условии, что они не очнутся в режиме убийства, — сказал Нил. — Мы не знаем, в каком состоянии они будут. Это Посланники, созданные деревом. Они провели всю свою жизнь в состоянии безумной ярости. Кто знает, какими они будут, когда это влияние будет удалено.

— Может, они будут милыми, — предположил Дастин.

— Это было бы здорово, но я буду счастлив, если они останутся без сознания, и мы никогда этого не узнаем.

Нил протолкнул свое влияние на соседнюю территорию, ожидая потока живых аномалий. Вместо этого был скорее легкий моросящий дождь. После их уничтожения он и Дастин переместились к завесе между территориями, заглядывая внутрь. Завеса была почти полностью прозрачной по сравнению с теневой границей с другими соседними территориями.

* Каждая [Живая аномалия] на этой территории была уничтожена. * Несколько владельцев территорий распространили свое влияние на эту территорию. * Все другие владельцы территорий должны покинуть или уступить эту территорию, или умереть, прежде чем на нее можно будет заявить права. * Тело финальной [Живой аномалии] в настоящее время запечатано. Оно не произведет [Стабильное ядро генезиса], пока на территории не останется единственный претендент.

Новая территория была затемнена черными облаками, задыхающими небо. Дождь лил как из ведра, а тьма каждые несколько секунд освещалась вспышкой молнии. Большинство разрядов были довольно далекими, но несколько ударяли близко каждую минуту, выбрасывая грязь и слякоть.

Ландшафт состоял из черной земли и пыли, которую проливной дождь превратил в грязевую кашицу. Влажный, тяжелый воздух пах озоном и углем. Местность была усеяна мезами, потрескавшимися и почерневшими от молний. Вспышки ослепительно сияли на черном камне, ставшем глянцевым и скользким от смывающего его дождя. Не было видно никакой растительности, даже обугленных остатков в этом негостеприимном ландшафте.

Вместо деревьев из земли, скал и даже вершин мез торчал лес из грубых железных столбов. Высотой от пяти до десяти метров, столбы заземляли любой близкий удар молнии, потрескивая энергией, когда они отводили электричество.

Оба мужчины достали из своих пространственных сумок предметы, защищающие от дождя, прежде чем пройти сквозь завесу. Устройства представляли собой броши, которые окутывали их магическими полями, заставляющими воду просто скатываться. Обычно они были удобнее, чем парящий зонтик, который Джейсон оставил на Земле, но не тогда, когда дождь игнорировал магию. Вода проходила прямо сквозь них, мгновенно пропитывая одежду, и они повернулись друг к другу.

— Защитник от дождя железного ранга? — спросил Нил, перекрикивая шум дождя. Дастин кивнул со смехом.

Громоотводы не останавливали электрические разряды от вспышек магии, которые не просто ослепляли, но бомбардировали их магические и ауральные чувства. Подобно постоянной цепи светошумовых гранат, гром и молния атаковали их духовные чувства так же яростно, как и физические. Пробираясь сквозь дождь, промокшие до костей за секунды, Нил и Дастин вскоре почувствовали пульсирующую головную боль.

Пара продвигалась вперед, перебегая от столба к столбу между ударами молний. Они подходили достаточно близко, чтобы быть защищенными от ударов, но не настолько, чтобы энергия, направляемая пораженным стержнем, дугой перекинулась на них. К счастью, хотя столбы не останавливали сенсорную бомбардировку, они делали ее менее подавляющей. Этого было достаточно, чтобы Нил и Дастин могли разговаривать между раскатами грома, хотя они не болтали, пробираясь через зону.

Скорость серебряного ранга позволяла им покрывать большие расстояния, но по мере того, как один час перетекал в два, территория казалась бесконечной и пустой. Найдя скалистый выступ для передышки, пара обсудила свою ситуацию.

— В системном сообщении говорилось, что несколько человек заявляют права на эту территорию, — сказал Дастин. — Где они?

Нил осмотрел пространство вокруг них. Выступ покоился над небольшим склоном, и земля под ними была влажной грязью, а не грязью по щиколотку. Оба они капали на нее, прислонившись к каменной стене.

— Лучшая догадка? — сказал Нил. — Жмутся под скалистыми выступами.

— Мы тратим здесь время? — спросил Дастин. — Мы уже потратили пару часов на это и ничего не нашли. Такое чувство, что это может продолжаться бесконечно. Мы могли пройти мимо кого-то и даже не заметить.

— Ты предлагаешь альтернативу?

— Мы могли бы вернуться и попробовать другую территорию. Там было больше граничащих с твоей, верно? Мы выбрали эту наугад.

— Это вариант, — сказал Нил. — Я чувствую направление своей территории, так что не беспокоюсь о том, чтобы найти ее. Но я хотел бы продолжить, по крайней мере, пока. Поскольку несколько человек хотят заявить права на эту территорию, высока вероятность, что один из них — союзник.

— Вроде культа Строителя, — проворчал Дастин.

— Это был бы не идеальный выбор, но нам не хватает вариантов урона, если мы собираемся прогрессировать хоть в каком-то темпе. Не говоря уже о том, что нам нужно найти золотой ранг с нашей стороны, прежде чем мы найдем его с другой. Они, вероятно, почти так же слепы, как и мы здесь, так что это дает нам лучший шанс на побег, если нам не повезет.

— Ладно, — согласился Дастин. — Но как долго мы будем продолжать?

— Прошло около двух часов, — сказал Нил. — Если следующие два будут такими же, мы сократим наши потери.

Джейсон наблюдал, как Джали улетает с новой партией Посланников к крепости.

— Сэндвич? — предложил он.

— Было бы неплохо, — сказала Фарра.

Джейсон открыл свой инвентарь и нахмурился, глядя в окно.

— Что такое? — спросила Фарра.

— Я только что заметил, что кое-что, что дал мне Целитель, больше не в моем инвентаре. Как это могло быть изъято из моей души?

— Мог ли Целитель забрать это обратно?

— Я почти уверен, что он не мог. Куда оно делось?

Более чем через час после их остановки на отдых Нил и Дастин наконец наткнулись на признаки других людей. Вспышки магии, не просто белые молнии, но тлеющий красный цвет огненной элементальной магии, освещали вдаль. Они остановились, прижавшись к громоотводу.

— Должно быть, это знатная битва, — крикнул Дастин поверх шума дождя. — Столько вспышек.

Нил указал на вершину высокой мезы, ближе к битве, чем они. Дастин проследил за его взглядом, увидев, как молния ударила в вершину. Она ударила не просто в один громоотвод, а в целое кольцо из них, танцуя вокруг, прежде чем рассеяться.

— Мы могли бы действительно что-то увидеть оттуда, — крикнул Нил.

— Похоже, там может быть что-то особенное, — прокричал Дастин в ответ. — Стоит проверить?

Нил кивнул, и они двинулись в том направлении, обнаружив, что меза состоит из гладкого влажного камня. Несмотря на то, что царство существовало всего несколько часов, казалось, что дождь полировал скалу веками. Несмотря на это, восхождение прошло без происшествий. И Нил, и Дастин были сильными, даже для своего ранга, и могли вонзать пальцы в скалу, как питоны.

Добравшись до вершины, они обнаружили первые признаки цивилизации, помимо громоотводов. Сами стержни были намного выше обычных, некоторые двадцать метров в высоту. Молния, которая ударяла в них, не заземлялась, вместо этого играя вокруг круга стержней, уменьшаясь с каждым прыжком.

Под стержнями, на высоте около трех метров, находилась серия стеклянных панелей, похожих на наклонные крыши, спускающиеся в воронки для направления потока воды. Дождь собирался в трубы, которые уходили в каменную вершину мезы, которая сама по себе была искусственно выровнена. Этот сухой камень был красным, а не обугленным черным, как всё остальное на территории. Последней особенностью была подъемная платформа в центре вершины мезы.

Под прикрытием стеклянной крыши постоянный грохот грома был приглушен почти до нуля. Даже с дождем на пути вспышки молний были менее ослепительными, как будто их видели через дымчатое стекло. Оба мужчины с облегчением вздохнули.

— У тебя в голове тоже есть крошечный человечек с зубилом? — спросил Дастин, поморщившись. Он ухмыльнулся тому, что не нужно кричать.

— Ага, — прохрипел Нил, ухмыляясь в ответ. — Никогда не думал, что плоский камень будет выглядеть так роскошно. А ведь я однажды провел шесть месяцев в астральном пространстве, которое было разрушенным городом, заросшим джунглями.

— Как думаешь, что это? — спросил Дастин, махнув рукой на подъемную платформу. — Как думаешь, она работает? Если нет, мы могли бы, наверное, ее поддеть. Это место должно быть хотя бы частично полым, верно?

— Похоже на то, — сказал Нил. — Нам, вероятно, стоит проверить битву, прежде чем мы взглянем. У меня такое чувство, что это не будет быстрый взгляд, когда мы это сделаем.

— Ага, — сказал Дастин. — Но просто подкидываю идею, как насчет того, чтобы сначала немного вздремнуть? Достать спальные мешки и поспать… не так долго. Два или три дня, максимум.

Нил усмехнулся и начал снимать промокшую одежду, прилипшую к телу.

— Это может быть перебор, — сказал Нил, — но я сначала переоденусь. Напомни мне купить лучший водный щит, когда мы выберемся отсюда. Вот что бывает, когда покупаешь защитник от дождя в пустыне, полагаю. У меня этот с самого Гринстоуна.

— Аналогично, — сказал Дастин. — Эта погода тяжелее всего, что на нас обрушивалось в дельте.

Они разделись, поделились флаконом с кристальной промывкой и надели сухую одежду. Только тогда они подошли ближе к краю и посмотрели на битву. Несмотря на улучшенный обзор, они не могли видеть гораздо больше, чем вспышки магии сквозь тьму и дождь.

— Ну, это не очень помогает, — сказал Нил.

— А чего ты ожидал, глядя так далеко сквозь проливной дождь? — раздался голос позади них. Они оба обернулись и увидели необычную, но не угрожающую фигуру.

— Что, никогда раньше не видели четырехфутового гуманоидного кролика в цилиндре и смокинге? [Пип]ские невежды. Погодите, что это за [пип]? [Пип]. [Пип]. Что за [пип]? Это какой-то первосортный [пип].

— У тебя нет четырех футов, — отметил Дастин. — У тебя есть руки.

— Это единица измерения, — сказал Нил. — Я слышал, как Джейсон использует ее, но он злится на себя, когда делает это. Он всегда винит подземелья по какой-то причине. И еще драконов, почему-то.

— Какое отношение драконы имеют к единицам измерения? — спросил Дастин.

— Не знаю, кто ваш друг, — сказал кролик, — но это не настоящий дракон, вы, олухи. Это [пип]ская игра. Ах, [пип] эту [пип] за мешок [пип]ов. Какой [пип]ский [пип]ец установил во мне [пип]скую пищалку?

Глава 9 ВОРЧАНИЕ И ШИПЯЩИЕ ЗВУКИ

Глава 9 ВОРЧАНИЕ И ШИПЯЩИЕ ЗВУКИ

Нил и Дастин обменялись взглядами, когда антропоморфный кролик расхаживал взад-вперед по подъемной платформе, его тихое бормотание перемежалось регулярными звуками «пип».

— Это странно, да? — спросил Дастин. — Я знаю, что мы искатели приключений, бродящие по странной нереальности после битвы с армией нежити глубоко под землей, чтобы выиграть дерево путем слома вселенной, но…

Дастин замолчал, и Нил посмотрел на него с любопытством.

— Но что? — спросил Нил.

— Всё нормально, — сказал ему Дастин. — Когда я произношу это вслух, внезапно кролик-человек, который издает странные звуки, когда ругается, и гигантский плотоядный редис не кажутся такими уж странными.

— Это была репа.

— Слушай, я люблю тебя, чувак, но мне нужно вернуться к своей команде. Вокруг тебя всё становится странным. И это определенно был редис.

— Это не я, это чертов Джейсон! — громко пожаловался Нил.

— О, так ты можешь [пип]ски хорошо говорить [пип], — крикнул кролик в их сторону. — Это даже не нормальное ругательство. [Пип] тебя, Нил!

— Откуда он знает твое имя? — спросил Дастин.

— Я — «он», а не «оно», Кеттеринг, ты [пип]. Я идентифицирую себя как парень, который выбьет из тебя [пип], если ты не проявишь ко мне хоть немного [пип]ского уважения. Что сделает тебя парнем, которого до смерти забил очаровательный [пип]ский кролик.

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы не ругаться? — спросил Дастин. — Кажется, это заставляет тебя сильно злиться.

— [Пип] тебя.

— Ты знаешь, кто мы? — спросил его Дастин. — И еще, как тебя зовут?

— Откуда мне знать, кто вы? — спросил кролик. — Я существую всего около дня, и первыми людьми, которых мне «посчастливилось» встретить, были вы двое олухов. И нет, у меня нет имени.

— Он очень враждебен, — сказал Нил. — Думаю, я знаю этого кролика.

— Он только что сказал, что никогда никого не встречал.

— Но он знает нас. Думаю, я видел этого кролика, копающегося внутри души Джейсона.

— Ты понимаешь, что только что произнес эти слова с абсолютно серьезным лицом, верно?

— Это была не шутка. Я правда видел…

— В этом-то и весь мой смысл. Я начинаю понимать, почему Рик всегда хочет домой.

— Мы можем вернуться к теме?

— Ты имеешь в виду вопрос о том, появился ли сердитый кролик-человек на свет с кучей знаний или у него просто кроличья амнезия?

— Кроличья амнезия отличается от обычной?

— Не знаю, Нил. Это мой первый говорящий кролик.

— Я не знаю, что происходит, — сказал Нил. — Вероятно, это потеря памяти из-за перехода из того, чем он был, в то, чем он является сейчас. Думаю, он был какой-то духовной конструкцией, которая не могла покинуть царство души Джейсона, что теперь явно не так.

Дастин взглянул на гуманоидного кролика. Тот перестал расхаживать и смотрел с края мезы, рассеянно жуя сэндвич, которого у него раньше не было.

— Но ты веришь, что это тот же кролик?

— Думаю, да, — сказал Нил. — Хотя есть способ проверить. Эй, кролик. «Воздушный волк» — ужасен.

— Да, никакого [пип], — сказал кролик, не оборачиваясь. — Если бы ты поместил Яна Майкла Винсента в магическую комнату, из которой можно было сбежать только с помощью демонстрации тонкого актерского мастерства, он бы там с голоду умер.

— Да, это кролик Джейсона, — сказал Нил. — Кролик, почему ты помнишь такие вещи, как наши имена, когда тебе меньше дня от роду?

Ожидая очередной тирады, они вместо этого увидели, как кролик обернулся. В его выражении лица было беспокойство, странно легко узнаваемое, несмотря на его кроличьи черты лица. Он снял цилиндр, пропуская поля между пальцами, глядя в землю.

— Не знаю, — сказал он, его голос был приглушенным по сравнению с предыдущим агрессивным напором. — Я не знаю, откуда я взялся, или кто этот Джейсон, о котором вы говорите. Я знаю вещи, которые не должен знать. Твое имя, Дастин, или то, что у Нила проблемы с засыпанием без его чучела поросенка. Я не помню вещи из того времени, до того как я оказался здесь, но это как будто у меня есть память о том, что у меня были воспоминания, если это имеет хоть какой-то смысл.

— Мы поможем тебе, — сказал Дастин. — Мы думаем, что знаем, откуда ты.

— Да, я это понял, — сказал кролик, глядя вверх, чтобы сверкнуть на них глазами. — У меня гигантские [пип]ские уши, помните?

Выражение лица кролика стало угрюмым от самобичевания, и его голова опустилась, не встречаясь с их взглядами.

— Простите, — сказал он, его голос снова стал мягким. — И спасибо. Я тут наверху немного растерялся. Совсем один, понятия не имею, где я или…

Он преувеличенно по-мужски откашлялся, нахлобучивая шляпу обратно на голову.

— Что вы двое [пип]ов вообще делаете здесь наверху? — спросил он, его голос вернулся к норме. — Пытаетесь взглянуть на ту битву вон там?

— Пытаемся, — подтвердил Нил.

— Тогда вам лучше пойти со мной.

Кролик зашагал к подъемной платформе. Это был обычный экземпляр такого типа, трехметровый металлический круг, встроенный в пол. Как и большинство магических предметов, он управлялся простым потягиванием маны, контроль был инстинктивным. Кролик отправил ее вниз в мезу через шахту из гладкого красного камня.

Дастин повернулся к Нилу, пока платформа везла их вниз. — Я хотел бы услышать больше о чучеле поросенка.

— Нет, не хотел бы, — сказал Нил.

— Я бы сказал, что ты скучный, но я слышал о твоем чучеле поросенка.

— Нет никакого чучела поросенка.

— Ты обвиняешь это милое, невинное существо во лжи? — спросил Дастин.

— Учитывая, что он ни милый, ни невинный, и зная, откуда он взялся, то да. Я говорю, что он лжец.

Кролик держал шляпу перед собой, дрожа, когда смотрел на Нила со своего четырехфутового роста большими кроличьими глазами.

— Выглядеть очаровательно не дает тебе пропуск, кролик, — сказал Нил, хотя он перевел взгляд на стену, вместо того чтобы встретиться с глазами кролика.

Платформа прибыла в более широкую комнату и остановилась, достигнув пола.

— Внизу есть еще комнаты, — сказал кролик, — но эта — та, которая вам нужна.

Комната была круглой и большой, хотя заметно меньше самой мезы. Это оставляло много поддерживающего камня, чтобы предотвратить обрушение верхних ярусов, и несколько опорных колонн вокруг комнаты были украшены магическими сигилами усиления. По краям комнаты было несколько станций, состоящих из сиденья перед металлическим ящиком, встроенным в стену и пол. Каждый ящик был прочным и высотой с письменный стол, с многочисленными светящимися рунами сверху и выдвижными ящиками сбоку. В стену за каждой станцией была встроена темная хрустальная панель.

— Они выглядят как панели управления для миражных камер, — сказал Дастин.

— Ага, — согласился Нил, осматривая их. Похоже, было несколько разных раскладок панелей, каждая из которых повторялась как минимум один раз. Всего было одиннадцать станций, одна из которых выделялась среди остальных. Эта панель была шире, но имела меньше рун управления. Экран, встроенный в стену, также был больше остальных, размером с большое окно.

Большая панель была единственной активной, показывая живые изображения битвы, для которой Нил и Дастин искали точку обзора. Экран показывал гораздо более близкую перспективу, чем вид с края мезы, предлагая ясный обзор того, что происходит. Однако звука к этому не было, движущееся изображение проигрывалось в тишине.

— Это то, что вы искали, верно? — спросил кролик.

— Да, спасибо, — сказал Нил, когда он и Дастин подошли ближе к экрану.

— Я могу включить звук, если хотите, — предложил кролик. — Правда, я бы не стал. Там в основном ворчание и шипящие звуки, как в порнофильме, действие которого происходит в стейк-хаусе.

— Что такое… —

— Не надо, — сказал Нил, обрывая Дастина. Он стоял перед станцией, обводя глазами происходящую битву.

— Откуда идет изображение? — спросил он. — Какое-то устройство для наблюдения на мезе?

— Нет, это серия маленьких дронов, — сказал кролик. — По сути, просто перераздутые записывающие кристаллы.

— Моя команда использует такие, — сказал Дастин. — Они дорогие. Стелс-магия, точное управление, увеличенный радиус действия. Полагаю, эти еще более впечатляющие, учитывая модные панели управления. И молнии. Даже маленькие, они рано или поздно попали бы под удар.

— На самом деле они питаются от молний, — сказал кролик. — Это впечатляющая установка.

— Откуда ты всё это знаешь? — спросил Нил.

— Не знаю, — сказал кролик, пожав плечами. — Я просто проснулся внизу, зная, как работает большинство из этого. Я играл с этим весь день.

Пока они разговаривали, они наблюдали за битвой, разворачивающейся на экране перед ними. Поле битвы из тысяч человек охватывало тот же самый избитый молниями ландшафт, через который они сами пробирались часами. Масштаб конфликта означал, что не было осторожного использования стержней для защиты комбатантов, и молнии регулярно били прямо в них.

Грубые железные столбы были разбросаны по полю битвы, как и везде, но в гуще сражения люди подходили слишком близко. Не раз трио наблюдателей видело, как молния ударяла в стержень, только чтобы дугой перекинуться с столба и ударить кого-то поблизости. В отличие от немагических молний, эта, казалось, была больше заинтересована в том, чтобы поражать людей, чем подчиняться законам физики.

Молния не была смертельной, если попадала в здорового серебряного ранга, но была достаточно изнуряющей, чтобы повлиять на него. Между тяжелыми повреждениями и параличом, который она вызывала, любой пораженный вскоре погибал от мстительных врагов или был затоптан союзниками, либо равнодушными, либо не заботящимися.

Большинство комбатантов были Посланниками, тысяча или более на каждую из трех фракций. Среди них были также сотни нежити. Они сталкивались на земле, ноги взбивали грязь. Любой, кто поднимался в воздух, вскоре обнаруживал, что молния больше заинтересована в них, чем в железных столбах.

Каждая из трех фракций Посланников была визуально отличимой. Самая большая группа выглядела ближе всего к обычным Посланникам, но казалась выцветшей, их кожа была бледной, а волосы — вымытого серого цвета. Их светящиеся фиолетовые глаза были единственным ярким пятном; даже их скучная одежда была серой и пустой. Эту фракцию возглавляло трио жрецов Несмерти, которые также контролировали нежить.

Другая фракция состояла из элементальных Посланников, очень похожих на тех, с которыми экспедиция сражалась, пробиваясь к подземному царству. В них было меньше маниакального безумия, и ими командовали светлосердечные. Последняя и самая маленькая группа возглавлялась культистами Строителя, и их Посланники были причудливо модифицированы металлическими дополнениями к телам.

— Те бледные — нежить или просто очень нездоровые? — спросил Нил.

— Давайте проверим, — сказал кролик. Он подошел к одной из других станций, запрыгнув на стул, чтобы получить доступ к панели управления со своим низким ростом. Он провел своими очаровательными лапками по элементам управления, и панель на стене для этой станции загорелась. Она показала пример каждого из трех Посланников со строками текста под ними, которые ни Нил, ни Дастин не могли прочитать. Двое мужчин подошли посмотреть.

— Я не знаю этого языка, — сказал Нил.

— Я тоже, — добавил Дастин.

Кролик покачал головой с неодобрением, спрыгнул со стула и переместился вокруг металлической обшивки панели управления. Он открыл ящик, достал стержень с кристаллом на конце и направил его на двух мужчин. Свет исходил из кристалла, омывая двух мужчин меньше секунды.

— Что это? — подозрительно спросил Нил.

Кролик проигнорировал его, запрыгнув обратно на стул и вставив стержень в отверстие на панели управления. Текст на экране размылся и сформировался заново, на этот раз на торговом языке, общем для торговцев и искателей приключений по всему миру. В портовых городах, таких как Гринстоун и Римарос, он был так же распространен среди населения, как и местные наречия.

Текст давал факты о каждом из трех типов Посланников, детали были написаны в том же стиле, что и окна интерфейса Джейсона. Нил взглянул на первый.

* Сущность: Посланник-раб. * Аффинити: Несмерть. * Восстанавливаемость: Да. Энергия Несмерти не создала состояние настоящей нежити. Удаление этого аффинити выживаемо, но, вероятно, будет иметь ментальные и физические побочные эффекты.

Элементальные Посланники имели похожую запись.

* Сущность: Посланник-раб. * Аффинити: Элементальное. * Восстанавливаемость: Да. Ассоциация со светлосердечными вызвала стабильное элементальное аффинити. Это аффинити может быть оставлено нетронутым или иссечено с минимальными побочными эффектами.

Финальный пример был другим. В то время как первые два типа Посланников могли сойти за обычных Посланников в очень хорошем косплее, последний тип — нет. Их тела были сегментированы и соединены металлическими распорками и суставами, создавая макабрические фигуры, которые двигались неестественно и возвышались над другими Посланниками.

* Сущность: Посланник-раб. * Аффинити: Конвертированный (Строитель). * Восстанавливаемость: Нет. Экстремальная модификация тела зависит от механизмов Строителя для поддержания жизни. Удаление контроля Строителя вызовет автоматический ответ отключения функций жизнеобеспечения.

— Вот почему мои Посланники остались в коме, — сказал Нил. — У меня нет ничего, что могло бы наложить на них отпечаток, как у культа Строителя или жрецов Несмерти. Не пока я отрезан от Целителя.

— Тебе следовало взять один или два камня божественного пробуждения, — сказал ему Дастин.

— Мне они не были нужны. У моей семьи денег больше, чем у большинства, так что лучше оставить их тем, кто не может позволить себе обычные камни пробуждения.

— Я не знал, что у богов ограниченный запас, — сказал Дастин.

— Это скорее похоже на квоту, которую им разрешено использовать. Как и всё, что связано с богами, ограничение не в том, сколько у них силы, а в том, сколько они могут использовать. Использование слишком большого количества нарушает баланс между ними, и всё становится опасным. Я счастлив оставить священные войны в далеком прошлом.

— Армия нежити, возглавляемая жрецами Несмерти, не считается священной войной? — спросил Дастин.

— Не по сравнению с падшей эпохой, — сказал Нил. — Исторические записи того периода так скудны, потому что целые цивилизации были стерты с лица земли. Мир больше никогда не видел такого масштаба глобального конфликта. Ну, по крайней мере, до вторжений Строителя и Посланников.

— Этого бы никогда не случилось, — сказал кролик. — Религия совершенно безвредна. Она никогда не приводит ни к чему плохому, когда современные ценности сталкиваются с ценностями архаичных систем верований, за которые люди цепляются, не изучая их по-настоящему.

— Определенно кролик Джейсона, — пробормотал Нил.

— Если мы собираемся вести религиозную войну, — сказал Дастин, — нам следует свалить культ Строителя в одну кучу с нежитью. — Он указал на изображение магического киборга-Посланника в стиле боди-хоррор на экране. — Я ненавижу то, что мы объединились с этими монстрами.

— Думаю, все вовлеченные согласны, — сказал Нил. — Даже культисты. Но иногда каждый выбор плох. Светлосердечным пришлось объединиться с ними, иначе они бы не продержались так долго, как продержались.

— Я знаю, — сказал Дастин со вздохом. — Мы не можем убить их, чтобы почувствовать себя лучше, если это означает дыры во вселенной или какой-то катаклизм нежити. Не уверен, что кто-то сказал это этой толпе, однако. Они не могут насытиться убийством друг друга.

Они вернулись к большому экрану, где бушевала битва, оставаясь трехсторонним конфликтом. Очевидный союз между светлосердечными и культом Строителя не демонстрировался, их рабы-Посланники сражались друг с другом так же сильно, как и с рабами жрецов Несмерти.

На поле были не только Посланники, хотя они составляли подавляющее большинство. У каждой фракции были культисты Строителя, жрецы Несмерти или светлосердечные, возглавлявшие их, отдающие приказы и участвующие в битве.

— Это много Посланников, — сказал Дастин. — Как думаешь, сколько?

Кролик запрыгнул на стул и коснулся пары рун на панели управления. Они сменили цвет с темного на светящийся зеленый. На большой панели каждая из фигур была обведена контуром, в основном серебряным. Некоторые из нежити были отмечены бронзовым, их слабость давала понять, что контуры были индикацией ранга.

— Это полезно, — сказал Дастин. — Насколько это точно?

— Не знаю, — сказал кролик.

— Ни одного золотого ранга ни с одной стороны, — отметил Нил. — Нам не повезло или не не повезло.

— Мы оказались здесь вместо того, чтобы быть в центре этой драки, — сказал Дастин. — Думаю, нам очень повезло.

Вместе с контурами в нижней части экрана появился текст.

* Общее количество комбатантов: 5065. * Фракция Несмерти: 2461 (3 жреца, 1828 рабов-Посланников, 630 нежити) * Фракция светлосердечных: 1487 (19 светлосердечных, 1468 рабов-Посланников) * Фракция Строителя: 1117 (9 культистов, 1108 рабов-Посланников)

У нежити было численное преимущество, и хотя у них было только три жреца, каждый из них был мощным пользователем эссенции. Их индивидуальное влияние на битву превосходило любого из их светлосердечных или культистских коллег, и хотя их Посланники оказывались наименее мощными из трех типов, они также были самыми многочисленными.

Нежить была самыми слабыми комбатантами на поле, особенно бронзовые ранги, которых часто выкашивали попутно. Однако они были далеко не бесполезны, пусть даже только как щиты или отвлекающие маневры. Важнее было их отношение к трем жрецам, чьи способности были связаны с нежитью. Они усиливали слабую нежить, делая ее более мощной, превращали ее в амбулаторные бомбы или жертвовали ею ради силы.

Несмотря на то, что обе стороны проигрывали битву, светлосердечные и культисты Строителя сражались друг с другом так же сильно, как и с нежитью.

— О чем они думают? — пробормотал Дастин. — Я понимаю, что они ненавидят друг друга, но даже если бы они не были союзниками, им явно нужно ими быть.

— Они не думают, — сказал Нил. — Не ясно. Мы с тобой были обучены всему, от личного боя до стратегии командования, с самого детства. Светлосердечные жили в мире и изоляции поколениями, прежде чем прибыл культ Строителя. У них никогда не было обучения крупномасштабному конфликту. Их не знакомили с тщательно выбранными битвами, как нас, объективность в бою не вбивалась в нас. Это люди, которые видели, как большая часть их населения была убита и превращена в удобрение или насмешки нежити. У них также, похоже, нет с собой ключевых лидеров. Несложно представить, как они натыкаются на такую драку, где небо темное и пытается убить их так же сильно, как и их враги. Кто бы не начал огрызаться в слепой ярости?

— Мы не можем оставить это так, — сказал Дастин. — Если нежить победит, мы не только должны будем иметь дело с ними сами, но и потеряем много потенциальных союзников.

Они смотрели на цифры на экране, которые уменьшались по мере того, как падали комбатанты.

— Я просто не вижу как, — продолжил Дастин. — Мы просто пара серебряных рангов. Хороши или лучше, чем кто-либо внизу, конечно, но мы вдвоем не можем переломить ход битвы тысячи человек.

— Мы должны убедить культистов и светлосердечных прекратить сражаться друг с другом, — сказал Нил.

— В середине ожесточенной битвы, где они вырезали и продолжают вырезать друг друга? — спросил Дастин.

— Это будет нелегко, — признал Нил. — Если у тебя есть идея получше, я открыт для нее.

— Может, здесь есть что-то, что мы можем использовать, — сказал Дастин.

Они повернулись, чтобы посмотреть на кролика.

— Есть? — спросил Нил.

— Конечно, — сказал кролик. — Я разве не упоминал, что мы можем управлять молниями отсюда?

Глава 10 ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ КОМАНДУЕТ МОЛНИЯМИ

Глава 10 ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ КОМАНДУЕТ МОЛНИЯМИ

Дождь барабанил с темного неба, свет был перекрыт черными облаками, превратившими день в ночь. Хаотичные вспышки освещения были нежеланными, исходящими от смертоносных ударов молний. Каждый удар молнии проходил, оставляя свежие жертвы и гром, рокочущий в темноте. Вспышки означали, что никто не адаптировался к условиям освещения.

В этой битве силы, которыми обладали комбатанты, не были теми, что обычно ценились в открытом бою. В ожесточенной битве идеальной была способность парить над полем боя и наносить атаки по большой площади. В данном случае ключевыми были скромные способности восприятия. Любой, способный понять, что происходит сквозь тьму, грязь и хаос, был драгоценным сокровищем.

Боясь молний, никто не поднимался в воздух. Грязная земля была превращена в кашицу тысячами ног, ударяющих с силой, способной дробить камни. Врагов было трудно отличить от союзников, особенно когда союзы были неохотными. Грация и сила серебряных рангов деградировали до изнурительной грязной драки. Промокшая одежда прилипала к телам, покрытым грязью. Ледяной холод дождя пробирался под доспехи и в каждую рану и щель тела.

Самая большая из трех сторон битвы принадлежала трио жрецов Несмерти. Жрецы были элитными пользователями эссенции, что делало их самыми сильными личностями на поле. Их бледные Посланники и нежить, которой они командовали, были слабее противоборствующих сил, но компенсировали это численностью. Двое из каждых трех комбатантов принадлежали к их стороне.

Вторая по величине фракция принадлежала светлосердечным. У них было более двадцати светлосердечных до потерь, но только двое заявили права на территории и наложили отпечатки на Посланников. Одним из них был Лорус, светлосердечный с аспектом огня, чьи Посланники также обладали силами пламени. Каждый был окутан паром, когда они испаряли дождь вокруг себя и метали потоки, болты и взрывающиеся огненные шары.

Защищали огненных Посланников Посланники с аффинити земли. Они унаследовали стойкость массивного светлосердечного Дуррума, который вел их с фронта. Лорус наступал агрессивно, несмотря на потери, в то время как Дуррум был более консервативен. Он чувствовал численность врага через землю и знал, что победа означает, что каждая жизнь на их стороне должна быть обменена на три или более вражеских. У него не было интереса быть последним выжившим на поле смерти.

И Лорус, и Дуррум прибыли на территорию после захвата другой и в поисках расширения. Хотя их противостояние так и не переросло в драку, оно длилось так долго, что выбор был сделан за них. Жрецы Несмерти и культ Строителя появились почти одновременно, каждый заявляя свои права.

Светлосердечные, естественно, объединились, чтобы сражаться с интервентами, но Лорус удивил Дуррума, также атаковав культ Строителя. Дуррум ненавидел культ Строителя так же сильно, как и любой другой светлосердечный, но был готов соблюдать их союз. Численное преимущество фракции Несмерти показало именно то, почему он был необходим.

Культисты Строителя, по-видимому, думали так же и были удивлены атакой огненных Посланников. Это быстро переросло в трехстороннюю битву, всё к выгоде нежити, чьи враги сражались друг с другом.

Дуррум пытался примирить культ Строителя и светлосердечных, но безуспешно. Культ был настороже после внезапной атаки, и Лорус не собирался прекращать свое наступление, даже без земляных Посланников. Дуррум приказал своим силам, последователям-светлосердечным и Посланникам, делать не что иное, как защищаться и отступать от культистов. К сожалению для его усилий, концепция приказов была оптимистичной перед лицом проливного дождя, грохочущего грома и жестокой, хаотичной битвы.

Дуррум был полон решимости объединить культистов и светлосердечных. Он знал, что попытка почти наверняка обречена, но «почти наверняка» не означало «абсолютно наверняка». Если всё останется как есть, он не сомневался, что они все погибнут, поэтому он решил сделать последнюю попытку заставить Лоруса прекратить атаковать культ. Если это не удастся, он отведет свои силы в надежде, что оставление поля побудит Лоруса и культ сделать то же самое. Они проиграют битву, но, по крайней мере, некоторые выживут. Не все станут мясом для некромантии жрецов.

Дуррум пробился близко к Лорусу. Его земные силы оставляли его незатрудненным грязью и достаточно сильным, чтобы отшвырнуть любое препятствие, будь то вражеские Посланники или нежить, которые вставали у него на пути. Он отбрасывал их в тыл или прямо вверх, где молнии сбивали их с воздуха своей массивной силой.

Он подошел близко к тому месту, где Лорус был окружен своими последователями. Светлосердечные, кроме Дуррума и Лоруса, разделились на три группы, следуя за одним, другим или ни за кем из владельцев территорий. Лорус был окружен своими последователями, в то время как у Дуррума был только один рядом, остальные всё еще удерживали фронт.

— ЛОРУС! — взревел Дуррум. — Ты нас предаешь?

— Не я пытаюсь подружиться с грязью культа Строителя! — крикнул в ответ Лорус. — Думаешь, я не вижу, как ты отступаешь от каждой битвы?

— Они наши союзники! Мы нужны им, и они нужны нам, иначе нежить убьет всех. Даже с ними это будет тяжелая битва. Без них мы все умрем!

— Помоги мне убить культистов, а потом мы сможем сосредоточиться на нежити.

— Это не сработает, Лорус. Каждая секунда, которую мы тратим на споры или борьбу с культистами, приближает нас к поражению. Ты нас убиваешь.

— Я выжгу культистов, и я выжгу нежить.

— Ты считать не умеешь? У нас нет численности. Даже если мы объединимся прямо сейчас, нас всё равно могут переехать.

— Нам не нужна численность, когда у нас есть сила!

— Какая сила? Не знаю, о чем ты говоришь, но у нас ее нет!

— Конечно, ты так не думаешь, ты земляной сгусток. Те из нас, кто несет огонь, знают лучше.

— Ты просто говоришь об огненных силах? — недоверчиво спросил Дуррум. — Тогда посмотри, как твои огненные Посланники справятся без моих земляных Посланников, прикрывающих их. Я отступаю и спасаю всех, кого могу. Предлагаю тебе сделать то же самое.

— Предатель!

— Предатель? Ты атаковал наших союзников! Я не предатель, Лорус. У меня просто открыты глаза, чтобы видеть совершенно богом проклятое очевидное.

— Дуррум, — сказал спутник земного светлосердечного, хватая большого мужчину за плечо. — Что-то происходит.

Кто-то говорил то же самое Лорусу, и все они повернулись, чтобы посмотреть на фронт битвы, насколько он был в хаосе. Молнии, которые терзали поле битвы, больше не били по всем, а только по фракции Несмерти. Мало того, что молния внезапно начала выбирать цели, она также вела себя ненормально.

После удара по одной цели разряды перекидывались на другую, прыгая от одной цели к другой, как звенья в цепи. Каждая дуга была слабее предыдущей, уменьшаясь, пока сила не иссякала. Даже меньший урон всё еще был впечатляющим, а разряды обрушивались густо и быстро. Некоторые дуги даже встречались, взрываясь разрядом, который был довольно слабым, но охватывал широкую область. Каждая дуга приносила свежий раскат грома, атакуя воздух постоянным, яростным грохотом.

— Что происходит? — пробормотал Дуррум, неразборчиво из-за стаккато рокота.

Лорус оказался более сфокусированным и оппортунистичным. Пока Дуррум был отвлечен, он приказал своим Посланникам подняться в воздух и нанести сокрушительный удар по культу Строителя. Поняв, что происходит в последний момент, Дуррум упал на колени и погрузил руки в грязь по локоть, в землю под собой. Огненные Посланники, поднявшись в воздух, обрушили шквал огненных сил, от болтов и копий пламени до взрывных огненных шаров и горящих колес, вращающихся в воздухе, как фейерверки.

Дуррум вывалил почти каждый клочок маны, который у него был, сохранив лишь достаточно, чтобы оставаться в сознании. Стена камня изверглась из земли перед собранными силами культа Строителя, исчезая в облаке пыли, когда огненные атаки приземлились на нее. Из пыли донеслись взрывы и шипение, внутри вспыхнул оранжевый, желтый и белый свет.

Дуррум знал, что даже расходование всей его силы было недостаточно, чтобы остановить такой шквал в одиночку. И всё же он знал, что культистов нелегко убить, и надеялся, что они отступят. Если они живы, у него, по крайней мере, есть шанс наладить отношения позже.

Наблюдатели недолго ждали результатов, дождь осадил пыль в считанные секунды. За этим последовало облако пара, которое задержалось немного дольше, прежде чем тоже рассеяться.

Каменная стена почти исчезла, остались лишь несколько разбитых остатков. Некоторые секции были взорваны атакующей магией, в то время как другие проплавились, оставляя лужи лавы, выбрасывающие больше пара, когда дождь охлаждал ее. Источником большего облака пара была вторая стена позади первой, эта была сделана из льда.

Ледяная стена была в лучшем состоянии, чем каменная, но ненамного. Большая ее часть растаяла, образовавшаяся вода исчезла в дожде и грязи. Большие куски льда были разбросаны вокруг, но некоторые тонкие секции стены остались стоять. Они были отколоты и треснуты, часто с осколками камня, вбитыми в них.

Мало кто обратил внимание, как изможденный Дастин высунул голову из-за одной из них. Большинство глаз были устремлены на испуганных культистов Строителя, которые были защищены двойными стенами. Даже с этой защитой немалое их число выглядело измотанным огненной магией, но опасных для жизни травм не было. Посланники-культисты, части тел которых удерживались вместе металлическими суставами и балками, были самыми мощными из рабов-Посланников. Сами культисты выглядели настороженными, наблюдая за атаками со всех сторон. Только они обращали реальное внимание на Дастина, который был так же истощен, как и Дуррум.

— ЭТОГО ДОСТАТОЧНО! — проревел голос сверху. Он пронесся сквозь дождь и даже прорезал гром, явно с помощью магического усиления. Нил спустился по воздуху в персональном летном устройстве в форме клетки с изогнутым железным верхом и низом, соединенными вертикальными прутьями. Электричество дугами металось вокруг него, по крышке, вниз по прутьям к основанию и снова вверх. Огненные Посланники двинулись, чтобы окружить его, и Нил посмотрел на Лоруса.

— Опустите свои силы, — приказал он ему. Он говорил мягко, но его голос разносился.

— Ты не в том положении, чтобы выдвигать требования, чужак, — крикнул Лорус.

Молния ударила в клетку Нила, окутав ее штормом электричества, прежде чем она утихла до прежнего уровня.

— Я не буду просить снова, — сказал Нил, его голос был наполнен спокойным обещанием.

Воздух успокоился вместе с ним, молнии утихли. Последние раскаты грома закончили рокотать, оставив только звук дождя. Даже битва остановилась, так как все глаза были устремлены на Нила.

— Не будь еще большим дураком, Лорус, — сказал Дуррум. — Он ищет кого-то, на ком можно сделать демонстрацию. Не давай ему причины сделать это тобой.

Лорус сверкнул глазами на Нила, но сделал сердитый жест вниз, и Посланники опустились на землю. Нил отвернулся от Лоруса, чтобы обратиться к далеким жрецам Несмерти, его голос лился из клетки.

— Жрецы. Я командую молниями, и вы попробовали, что это значит. У вас достаточно численности, чтобы, если вы будете сражаться до смерти, это стоило нам, но смерть будет вашей. Если вы откажетесь от своих претензий на эту территорию и уйдете, мы не будем преследовать. Вы сможете жить, чтобы сражаться в другой день, в другом месте. Там, где само небо не против вас.

Один из светлосердечных вокруг Лоруса крикнул Нилу, что они никогда не отпустят нежить. Нил не посмотрел, только небрежно указал. Разряд молнии не убил человека, и Нил произнес заклинание, всё еще не глядя. «Стрела жизни» была целительным заклинанием, более быстрым, чем мощным, но оно поддерживало жизнь человека. Нил повернулся, чтобы посмотреть на Лоруса, который злобно смотрел в ответ, но хранил молчание. Маленькая улыбка пересекла лицо Нила, и он перевел взгляд обратно через поле битвы, чтобы посмотреть на далеких жрецов.

— Ну? — потребовал он, но ответ уже получил. Нежить и бледные Посланники уже отступали. Никто не преследовал; никто не был настолько глуп, чтобы перечить человеку, который командует молниями.

Глава 11 СТИЛЬ ВАЖНЕЕ СУТИ

Глава 11 СТИЛЬ ВАЖНЕЕ СУТИ

Светлосердые и культисты собрались под огромной каменной аркой недалеко от поля боя. Это было лучшее укрытие, которое они нашли, бродя по территории перед сражением. Места для всех Посланников, оставленных разбросанными у различных громоотводов, не хватило.

Пространства было достаточно, чтобы с комфортом разместить всех культистов и светлосердых. Комфорт в полях молний — понятие относительное, но твердая земля вместо грязи по колено была приятной переменой. Укрытие было достаточно надежным: камень над головой и почва под ногами были красными, а не выжженными дочерна. Впрочем, от раскатов грома это не спасало — молнии возобновили свое обычное поведение.

Нил покинул клетку, дипломатично поставив себя на один уровень с другими лидерами фракций. Или даже ниже, учитывая отсутствие у него рабов-Посланников. Он не упустил из виду алчные взгляды, которые лидеры светлосердых и культистов, Лорус и Хиггинс, бросали на клетку. Другой лидер светлосердых, Дуррум, не проявил особого интереса. Нил надеялся, что это продиктовано благородными намерениями, а не тем, что массивный светлосердый просто слишком велик, чтобы поместиться внутри.

Две фракции светлосердых и культ выстроились в спорный треугольник, а лидеры, Нил и Дастин, оказались в центре. Угрозы Нила и защитная стена, использованная Дуррумом и Дастином, по крайней мере удержали культистов от нападения на светлосердых при первой же встрече, и все стороны согласились обсудить ситуацию.

Вопрос заключался в том, что делать не только с территорией, на которой они находились, но и с уже захваченными землями. Объединить их в одно целое или оставить как отдельные сущности? Поняв, что у Нила есть территория, но нет Посланников, и увидев его вне клетки, Лорус начал громко красоваться.

— С чего ты взял, что можешь прийти сюда и начать отдавать приказы? — потребовал Лорус. — Твое вмешательство было желанным, конечно, но это не…

Грянул гром, заглушив его слова и заставив повторить сказанное.

— …это не дает тебе права претендовать на территорию. Если ты не можешь создать армию Посланников, то не соответствуешь требованиям, чтобы вести нас через то, что ждет впереди.

Это нашло отклик у остальных, и не только у группы Лоруса. Последователи Дуррума были менее театральны, но явно соглашались с этим доводом.

— Нам не нужна армия рабов, — сказал Нил.

— Говори за себя, — ответил Лорус. — Мне определенно нужна армия рабов, и я не вижу, чтобы ты убедил кого-то еще отказаться от своих. Мы не только можем использовать наших врагов как оружие, но без Посланников у нас не было бы сил победить жрецов Несмерти.

— Строго говоря, это были жрецы Нежизни, а не жрецы Несмерти, — сказала одна из светлосердых позади Дуррума. — Они были живы.

Все взгляды обратились к ней, и ее темно-коричневая кожа любезно скрыла румянец.

— Что не настолько важно, чтобы стоило прерывания, — добавила она. — Теперь я это вижу.

Лидеры снова перевели взгляды друг на друга, и Дастин подал голос.

— Вы, кажется, забыли, что ваших Посланников не хватило, чтобы победить жрецов Нежизни. Вы проигрывали в той битве, пока мы не появились, а у нас их вообще не было.

— Вы нашли способ управлять молниями, — отметил культист Хиггинс.

— Да, — сказал Дастин. — Мы передвигались небольшой группой. В этом месте нас было практически невозможно обнаружить. Передвигаться так быстрее, чем армией, особенно той, что бредет по грязи и уворачивается от молний. Сколько времени у вас ушло на то, чтобы перенаправлять всех ваших Посланников от громоотвода к громоотводу? Тем временем мы не ввязались в битву, а вместо этого исследовали то, что ее выиграло.

Нил точно знал, сколько в описании Дастина было слепой удачи, но ничего не сказал.

— Если бы вы не таскали за собой армию Посланников, — продолжил Дастин, — вам не понадобилась бы битва. Вы хоть представляете, как трудно заметить кого-то там? Небольшая группа могла бы использовать окружение, чтобы нанести удар из укрытия и уничтожить жрецов одним махом. Вместо этого вы ввязались в проигрышный бой.

— Битву, в которой вы не только были слабее, но и усугубили положение, сражаясь друг с другом, — указал Нил.

— Мы подошли с добрыми намерениями, а попали в засаду, — сказал культист Хиггинс.

— Это правда? — спросил Нил, глядя на Дуррума, но ответил Лорус.

— Мы никогда не должны были… — начал Лорус, но Нил прервал его тираду, прежде чем она разошлась.

— Тогда ясно, что здесь произошло, — сказал Нил. — И кто несет ответственность.

Он повернулся к Хиггинсу.

— Мы никогда не поладим, — сказал он культисту. — Ни вы с нами, ни вы со светлосердыми. Но я верю, что мы можем поладить достаточно, чтобы выбраться отсюда живыми. Мы все знаем, что исход здесь ни для кого не будет хорошим, а для некоторых — хуже, чем для других. Но выбраться живыми лучше, чем умереть в заднице реальности. Я прошу вас, всех вас, отбросить то, что только что произошло, и смотреть вперед.

— Мы можем, — сказал Хиггинс. — При условии, что огненный светлосердый отдаст свою территорию кому-то другому. Мы не можем работать с ним, пока он командует Посланниками. Он не отдаст ее нам, я знаю, но мы бы приняли, если бы он отдал ее вам или даже другому светлосердому. Земляному.

— Я не буду передавать свою власть по их указке, — сказал Лорус. — Эти культистские мерзости вторглись в наш город. Они стали началом конца для всего нашего народа!

— Да, — спокойно согласился Нил.

— Поверьте, мы не питаем любви к их виду, — добавил Дастин. — Учитывая то, что они натворили, я бы с удовольствием казнил их на месте. Но мы объединились с ними по причине, как бы противно это ни было им и нам. Есть картина покрупнее.

— Хорошо, — сказал Лорус. — Если они хотят работать с нами, они могут уступить эту территорию и сдать нам свою существующую. А поскольку я представляю большую часть сил светлосердых…

— Потому что ты спрятал своих за моими и позволил им умирать, — перебил Дуррум.

Два лидера светлосердых начали спорить, перекрикивая друг друга, пока не раздался голос Нила.

— СТОП!

Светлосердые замолчали не столько из-за голоса Нила, сколько из-за двух ударов молнии, которые ударили в землю по обе стороны от арки, вызвав гром, пронесшийся подобно звуковому оружию.

— Нет, — сказал Нил после этого, его спокойный голос контрастировал с яростью двух светлосердых. — Ты не получишь территорию, Лорус, и ты это знаешь. Ты просто пытаешься создать переговорную позицию, с которой сможешь торговаться, чтобы сохранить свою собственную территорию. Но мы видели твое руководство, и оно похоронит нас всех.

— У тебя нет Посланников, — сказал Лорус. — Ты не можешь ими управлять, верно?

— Я не могу накладывать на них отпечаток, — признал Нил, — и не думаю, что должен. Я не хочу армию рабов.

— У нас нет выбора, — сказал Дуррум. Он успокоился, но голос земляного светлосердого все еще звучал глубоким, останавливающим рокотом. — Мне не нравится использовать эти штуки, но наши враги будут. Мы должны соответствовать им.

— Вы уже пробовали, и к чему это привело? — спросил Дастин. — Два светлосердых и культист, все с Посланниками, и вы все равно погибли бы без людей, у которых их не было.

— Потому что вы нашли способ управлять молниями, — отметил Дуррум. — Если вы сможете принести эту силу на каждую новую территорию, я соглашусь на ваше руководство. Если бы мы могли расширять эту территорию отсюда во все стороны и использовать молнии для уничтожения аномалий, это было бы одно. Но почти все пограничные территории здесь уже заняты. Вами, мной, Лорусом и Хиггинсом. А также жрецами Нежизни, и они не вернутся. Они заставят нас прийти к ним.

— Он прав, — сказал Хиггинс. — Вероятно, есть еще одна или две территории, граничащие с этой, но этого недостаточно, чтобы оправдать передачу всех наших территорий и их Посланников вам. Я думаю, земляной светлосердый будет лучшим лидером, чем любой из вас, искателей приключений. В конце концов, кто скажет, выживут ли Посланники, перейдя под ваш контроль?

— Ваши — нет, — отрезал Нил. — Вне контроля культа Строителей ваши Посланники умрут, будь то под моим командованием или Дуррума. Элементальные Посланники — нет, но это не имеет значения. Мы вообще не должны их использовать.

— Если бы было время предаваться идеалам, — сказал Хиггинс. — Вы бы все сражались со мной, как хочет огненный.

— Дело не только в идеалах, — сказал Нил. — Мы не можем играть в игру чисел со жрецами Нежизни. С каждой территорией, которую они захватывают, их число растет быстрее, чем наше. Они не только собирают нежить, с которой нам приходится сражаться, но и когда мы выигрываем бой, наши ряды редеют. Они превращают павших в слуг-нежить, союзников и врагов. Вот что делает церковь Нежизни такой опасной. Вот почему их так тщательно искореняют везде, где бы их ни находили.

— Если бы мы проиграли, — сказал Дастин, — все здесь присоединились бы к их армии. Мы не можем сражаться с ними на их условиях, потому что проиграем. Это неоспоримый вес чисел, и каждый здесь только что это почувствовал. Вы все говорите так, будто Посланники — единственный путь, но вы только что видели, к чему это приведет. Мы должны сражаться с ними на наших условиях, а не на их. Найти другие способы. В этом месте молния была ключом. На других территориях будут другие особенности, которые мы сможем использовать. Это может быть так же просто, как территория, хорошо подходящая для партизанских атак, или какая-то странная магия, вроде молний.

— Нам нужно действовать как компактная, эффективная, элитная сила, — сказал Нил. — Пока они таскают за собой свою громоздкую армию, мы сражаемся умнее, а не тяжелее. По-приключенчески.

— Это все просто попытки сделать так, чтобы Посланники не имели значения, — сказал Лорус. — Если нам нужны Посланники, то вы не подходите на роль того, кто объединит территории.

— Неважно, кто объединит их, — сказал Нил, — лишь бы они не повели остальных из нас в небытие. В конце концов, все территории достанутся Джейсону Асано. Это единственный способ выбраться из этого места, а не умереть вместе со всеми и всем, что ты когда-либо знал, Лорус.

— Тогда отдайте территории мне, — сказал Лорус. — Как только все начнут подчиняться, я сделаю нас сильнее по мере продвижения. Я покажу вам, что мы можем сражаться с нежитью. Наши Посланники сильнее их.

— А наши сильнее ваших, — сказал Хиггинс. — По этому стандарту, я должен быть тем, кто объединит территории. Если вы заберете наших, самые сильные Посланники, что у нас есть, умрут. Искатели приключений это признали.

— Откуда они вообще знают? — спросил Лорус.

— Так же, как я управляю молниями, — солгал Нил. Это кролик, наблюдающий через скрытные дроны, управлял молниями с плато. Нил ценил драматический талант, с которым кролик использовал их, хотя никогда бы в этом не признался. Позиция Джейсона о том, что стиль важнее сути, была не тем, что Нил позволил бы распространять, даже если приключения иногда зависят от того, как круто ты выглядишь, делая их.

— Как вы управляете молниями? — спросил Дуррум. — Я думаю, этим стоит поделиться.

— И я поделюсь, — сказал Нил. — С тем, кто в итоге объединит территории. Все до единой. Хиггинс, ты знаешь, мы не позволим, чтобы это был ты. Как и Лорус.

— Не думай, что можешь говорить за всех, аутсайдер, — сказал Лорус. — Да, культистские Посланники сильны, но мы не позволим культу вести нас. Земляные Посланники выносливы, но вы правы насчет численности нежити. Вы не упомянули, что эти числа слабы по отдельности. Их Посланники слабы, а их нежить еще слабее. Мои огненные Посланники обладают наступательной мощью, чтобы быстро уничтожить их и сделать эти числа неактуальными. Отдать территории мне — единственный ответственный выбор. Вы рисуете меня честолюбивым, но правда в том, что я единственный, кто может привести нас к успеху. Я хочу лишь власти, чтобы вывести нас всех отсюда.

— Так ты говоришь, — сказал ему Нил, — но болтать легко. Действия рассказывают настоящую историю, и что твои действия сказали нам о твоих намерениях, Лорус? Что они говорят о твоей причине желать всей власти? Если бы благо всех было твоей целью, как ты утверждаешь, ты бы отбросил свою неприязнь и объединился с культом Строителей. Я не думаю, что твои действия говорят о том, что ты ведешь всех к безопасности.

— Ты… — Лоруса перебил Дуррум.

— Ты сказал свое слово, Лорус, — пророкотал земляной светлосердый. — Дай закончить пришельцу из верхнего мира.

— Спасибо, — сказал Нил, кивнув Дурруму. Он повернулся обратно к Лорусу и продолжил.

— Твои действия, Лорус, говорят нам, что тебе нравится власть. Командование всеми этими Посланниками. Твои лидеры не здесь, чтобы говорить тебе, что делать, и ты упиваешься властью. Потакаешь тому, чего, кажется, давно хотел. Даже если бы мы отдали тебе все территории здесь и позволили вести нас, это продлилось бы недолго. Рано или поздно тебе пришлось бы передать власть, которую ты построил. Которую заслужил. Будь то одному из твоих золотых рангов или Джейсону Асано.

— Конечно, — сказал Лорус.

— Ты действительно готов это сделать? — спросил Нил. — Или у тебя в голове есть идея накопить столько власти для себя, что ты сможешь решать, чем это закончится? Уничтожить Строителей, делать что хочешь? Заставить Джейсона показать тебе, как объединить территорию самому, и выйти из этого правителем светлосердых? Ты понимаешь, что вы все должны капитулировать перед ним, верно? Твоему виду не остается ничего, кроме как подчиниться ему. Он может быть чужаком в вашем мире, но теперь это его мир для правления.

Нил рисковал, полагая, что понимает Лоруса, несмотря на то, что только что встретил его. Он был уверен, что огненный светлосердый — это гремучая смесь амбиций, нетерпения и гордыни с незаслуженным чувством собственной важности. Он и Дастин понимали этот тип лучше других. Он помнил, как легко Джейсон провоцировал Тадвика на тех ранних встречах, подначивая его, пока тот не взрывался. Огненный светлосердый сделал то же самое, когда Нил продолжал его подкалывать.

— ЭТО НЕ МЕСТО ДЛЯ АУТСАЙДЕРА, ЧТОБЫ ЗАБИРАТЬ ЕГО! — взревел Лорус. — Вы пришли сюда и разорвали наш дом, но это все еще наша земля! Наша земля, за которую нужно сражаться, и наша земля, которой нужно править!

— И ты тот, кто будет править ею? — спокойно спросил Нил. — С армией промытых мозгов рабов? Как долго ваш народ сражается с элементальными Посланниками? И теперь ты собираешься использовать их, чтобы захватить власть?

— Эти Посланники подчиняются. И все остальные тоже будут, пока они у меня!

Лорус понял, что зашел слишком далеко, и оглянулся на лица своих собратьев-светлосердых.

— У нас есть лидеры, — сказал Дуррум, его голос был настолько мягким, насколько может быть звук перемалываемого гравия. — Они мудрые лидеры, которые провели нас через большие трагедии, чем кто-либо из нас мог вынести. Они заслужили наше доверие жертвенностью и мудрым руководством. Оглянись, Лорус. Никто здесь не пойдет за тобой и твоими амбициями. Больше нет.

Лорус снова огляделся, увидев, что Дуррум прав. Даже его собственные последователи не встречались с ним взглядами, их лица выражали отвращение, презрение или разочарование.

— Лорус не может вести, — объявил Дуррум группе. — Но культист был прав, что мы не должны отказываться от силы Посланников. Идеалы хороши, но они не помогут вам, если вы мертвы. Жрецы Нежизни не стесняются брать контроль над Посланниками, и мы тоже не должны. Эти Посланники были выращены в капсулах, используя наших людей как удобрение. Мы будем использовать их в ответ и, когда закончим, уничтожим их как извращенные создания, которыми они являются.

— Тогда вы проиграете, — сказал Дастин. — Вы, может, и не Лорус, но вы не умеете командовать армией. Это было ясно из битвы, которую мы только что видели. Нила и меня учили стратегии и тактике больших групп, и знаете, чему мы научились? Только тому, что никто из нас тоже не должен командовать армией. У нас нет опыта, чтобы заставить это работать, особенно когда жрецы Нежизни будут растить свои силы быстрее, чем мы успеем.

— Мы уже сказали это, — добавил Нил. — Нам нужно быть быстрыми и эффективными, а не громоздкими и неповоротливыми. Армии трудно перемещать и еще труднее кормить. Я подозреваю, что даже этим Посланникам нужно есть, а нежити, может, и нет. Они слабее ваших, но я готов поспорить, что это компромисс. У вас есть запас духовных монет? Запас еды? Моя территория пышная и изобилует едой, и я полагаю, некоторые из вас могут сказать то же самое. Но в этом месте ничего нет, и марш голодной армии через более бесплодные территории превратит их из оружия в якорь.

— Если мы будем двигаться небольшой группой, — сказал Дастин, — без рабов-Посланников, мы сможем нести достаточно еды, чтобы пополнять запасы лишь изредка. Быстро и эффективно. Ударяя по жрецам Нежизни и уничтожая лидеров их территорий, пока они еще пытаются обосноваться и укрепиться. У них есть численность, поэтому вместо того, чтобы пытаться соответствовать им и проигрывать, мы должны использовать эту численность против них. Оставить их со слабостями армии, пока мы получаем преимущества элитного ударного отряда.

— Вы много говорите, — сказал Лорус. — Но я слышу только причины, по которым мы должны отдать вам то, что завоевали светлосердые.

— Тогда не отдавайте, — сказал Нил. — Культ уже сказал, что последует за Дуррумом. Я тоже приму это при условии, что он хотя бы готов исследовать тактику малых групп. Чтобы самому увидеть, что лучше: мотивированные чемпионы или порабощенные армии.

— Дуррум, — сказал Лорус. — Не позволяй этому аутсайдеру привести тебя к катастрофе. Без достаточного количества Посланников…

— Я готов довериться нашему народу, — сказал Дуррум. — Силе, которая у нас есть, а не монстрам, которых мы заковали в кандалы. Ты никогда не был доволен тем, что у тебя есть, Лорус, задолго до сегодняшнего дня. Всегда хотел большего. Алчно желал того, что не твое. Если эти пришельцы из верхнего мира неправы, тогда я буду использовать Посланников. Но сначала я сам увижу, чего мы можем достичь, полагаясь друг на друга.

— А если я откажусь передать свою территорию? — спросил Лорус, выпрямляясь во весь рост. Это не произвело того эффекта, на который он надеялся, учитывая, что земляной светлосердый Дуррум стоял на голову выше него.

— Тогда ты умрешь, — сказал Дуррум. — Если ты используешь своих Посланников для боя под этой аркой, у тебя не будет дистанции, и ты быстро умрешь. Если будешь сражаться под открытым небом, столкнешься с молниями в воздухе. На земле мои земляные Посланники быстро с тобой расправятся. Оставь свои амбиции, Лорус. Они уже стоили нам многого, но мы простим и примем тебя, если ты готов вернуться в лоно сейчас. Это твой последний шанс.

— Жаль, — сказал Дуррум, когда один из светлосердых унес тело Лоруса. — Он был дураком, но сильным дураком.

— Нам нужна сила, — сказал Нил. — Но даже величайшая сила может быть истощена ядом, а этот человек был ядом.

Дуррум кивнул в знак согласия. — Мне не нравится, как все вышло, но, возможно, так было лучше. Теперь я приму твою территорию, и ты покажешь мне, как управлять молниями.

Глава 12 ТОЧНЫЙ КОНТРОЛЬ

Глава 12 ТОЧНЫЙ КОНТРОЛЬ

Нил, Дастин и Дуррум ехали на плоском камне через грязь, словно на барже, благодаря силам земли Дуррума. Нил посмотрел на небо, гадая, не закат ли это, но трудно было сказать, когда пелена черных облаков создавала вечную ночь. По крайней мере, молнии обходили их стороной, благодаря кролику, управлявшему ими с плато.

— Странно было видеть кучу Посланников, поедающих корнеплоды, правда? — спросил Дастин.

— Определенно, — согласился Нил.

Территория, которая когда-то была его, теперь принадлежала Дурруму, и он был на удивление рад этому. После захвата территории он испытал растущее чувство силы, но теперь, в ее отсутствие, почувствовал облегчение. Он не осознавал этого, пока сила не исчезла, но что-то в ней не совсем подходило. Как восьмиугольный колышек, насильно вбитый в круглое отверстие: это работало, но не было на своем месте. То, что эта сила ослепила его, заставило его переоценить поведение Лоруса.

Камень, на котором они ехали, пропахивал грязь, и немало ее летело, обрызгивая их. Учитывая, что грязь на этой территории была неизбежна, они не стали снова очищаться. Камень прибыл к основанию плато и остановился.

— Это все? — спросил Дуррум своим рокочущим голосом.

— Это все, — подтвердил Дастин.

У основания плато, чуть выше уровня грязи, часть камня втянулась в окружающую скалу, а затем сдвинулась в сторону, открывая проход. Нил спрыгнул с камня, на котором они стояли, и вошел внутрь, остальные последовали за ним.

— Это было здесь все время? — задумчиво произнес Дуррум.

— Есть преимущества в том, чтобы не таскать с собой армию, — сказал Нил. — Да, на открытом пространстве вы наткнетесь на большее количество вещей, но вы слишком заняты, чтобы копаться и находить спрятанные сокровища.

Туннель заканчивался подъемной платформой, которая везла их вверх, проходя мимо нескольких этажей по пути. Комнаты были круглыми и по большей части пустыми, хотя в одной из них в стене были вырезаны ниши для сна.

— Нам нужно будет разобраться с мебелью, — сказал Нил. — Но это станет хорошей, безопасной базой.

— Хорошо, что мы снова можем получить доступ к сумкам для хранения и местам хранения, — сказал Дастин, — но я не знаю, сколько людей принесли с собой мебель. Но даже натуральные материалы в этих нишах могли бы сделать их достаточно приятным местом для сна.

— Мне нравится спать на твердой скале, — сказал Дуррум. — Кровати слишком мягкие. Хотя не знаю, сколько времени мы проведем во сне.

— По крайней мере, какое-то, — сказал Нил. — По словам Джейсона, каждый его предыдущий опыт в зоне трансформации длился более месяца.

Копия родного города Джейсона выглядела немного потрепанной после серии захватов территорий. Каждая соседняя территория, в которую он расширял свое влияние, вызывала поток живых аномалий, выплескивающихся из нее через границу на его ранее захваченную землю. Вулканическая территория прошла так хорошо, как только можно было надеяться, город не получил особых повреждений, кроме опаленных краев. Фарра проделала большую часть работы, сдерживая аномалии, смоделированные под элементалей огня, земли и магмы.

Захваченная Джейсоном земля не была полностью сушей, граница с парой территорий проходила через воду у побережья. Одна шла вдоль пляжа, а другая выходила к пристани, где Джейсон когда-то жил на облачном плавучем доме на Земле. Именно в эту сторону он расширился совсем недавно, выпустив живые аномалии в виде водных и земноводных существ. Осьминоги, неловко ходившие по суше, кентавры-лобстеры и армия шабов — крабо-акульих гибридов, которые вызвали у Джейсона ностальгию.

К тому времени, как живые аномалии перестали появляться, пристань превратилась в уродливый черный суп с гренками из мертвых монстров. Джейсон стоял на крыше офиса капитана порта с Софи и Фаррой, все трое морщились от запаха.

— Это по-настоящему отвратительно, — сказала Софи со слезящимися глазами. — Даже снизив свое обоняние до минимума, это пронзает насквозь.

— Это не так плохо, как радужный дым, — сказала Фарра, — но близко, и его просто так много.

— Моим первым монстром был шаб, — вспоминал Джейсон. — Я несколько раз ударил его снизу, и на меня попала вонючая слизь. Впрочем, у меня не было времени об этом думать. Я исследовал магический водопад внутри горы, который выключился, а потом снова включился, сбив меня прямо со склона горы.

— Я помню это, — сказала Фарра. — Я пропустила это, потому что… что я тогда делала?

— Искала человека, который подставил тебя с каннибалами, — сказал Джейсон. — Но Аниса убила его раньше, чем он успел заговорить.

— А потом Руфус выгнал ее из группы, да, — сказала Фарра.

— Почему все самое веселое случается с вами двумя? — спросила Софи.

— Не я вложил все очки характеристик во внешность, а не в удачу, — пробормотал Джейсон.

— Не надо меня приплетать, — сказала Фарра. — Меня даже не было на той штуке с водопадом. Не я та, кто попадает во все захватывающие приключения.

— Ты вернулась с того света в другой вселенной, — отметила Софи.

— Только потому, что Джейсон уже делал это, и они дали ему «плюс один».

— Да, но ты была там, — сказала Софи. — Когда я смогу отправиться в другую вселенную? Или найти гору в форме моей головы?

— Думаю, твоя была бы популярнее, чем Джейсона, — сказала Фарра, поворачиваясь, чтобы посмотреть на крепость. Софи сделала то же самое.

— Что в подбородке? — задалась вопросом Софи. — Дополнительное хранилище? Может, театр?

— Он не такой большой, — сказал Джейсон.

— Не такой уж и маленький, — сказала Фарра. — Ты когда-нибудь замечал, что теперь, когда внутренняя часть капюшона Джейсона не совсем темная, его подбородок как бы выпирает?

— Замечал, — сказала Софи. — Я думала, он стал намного меньше по мере того, как он повышал ранг, но эта борода делает много работы. Видеть ее в силуэте действительно подчеркивает размер.

— Как и вырезание огромной версии из камня, — заметила Фарра.

— Теперь, когда я думаю об этом, — сказал Джейсон в бесстыдной попытке сменить тему, — шаб был не моим первым монстром, просто первым железного ранга.

— Мелкие монстры не считаются, — сказала Фарра.

— Ты так говоришь, — сказал ей Джейсон, — но ты не видела мощного хомяка. Они любят прыгать и кусаться, две очень нежелательные вещи, когда у тебя нет штанов.

— Нам не нужно снова слышать о том, что у тебя не было штанов, — сказала Фарра.

— Даже пары боксеров, — сказал Джейсон с очаровательным покачиванием головы.

— Как насчет того, чтобы убраться подальше от этого запаха? — спросила Софи. — Почему мы вообще расширяемся с этой территории? Разве ты не хотел защитить свой город от повреждений?

— Вот почему мы делаем это в первую очередь, — сказал Джейсон. — По всей зоне трансформации наши союзники и враги тоже захватывают территории. С каждой из них поток живых аномалий выливается из нее, через границу и на его ранее захваченную землю.

— Значит, мы захватываем эти соседние, пока у нас есть лучший шанс уменьшить ущерб? — спросила Софи.

— Именно.

— И ты приберегаешь горный хребет на потом, — сказала Фарра. — Теперь, когда ты можешь управлять ветрами, там это будет большим преимуществом.

— Да, — сказал Джейсон. — Эта способность использовать окружение как управляемое оружие для меня нова. Это не было особенностью предыдущих зон, в которых я был. И если есть одна территория, где это можно сделать, я должен предположить, что их больше.

— Нам нужно быть осторожными при входе в оккупированные зоны, — отметила Софи. — Мы не хотим, чтобы какой-нибудь жрец Нежизни вызвал землетрясение у нас под ногами или что-то в этом роде.

— Возможно, — сказал Джейсон. — Я не уверен, насколько точный контроль у них будет над своими территориями. Я создан для захвата территорий. Если Нежизнь показал своим жрецам, как правильно захватывать и объединять территории, то, может быть. Я могу управлять там ветром, но не думаю, что большинство людей, захватывающих эту территорию, смогли бы. Любой, кто может — это угроза, так что ты права, Софи. Нам нужно быть осторожными, продвигаясь в оккупированные зоны.

— Мне начать проводить их тщательную разведку, прежде чем мы решим сделать ход? — спросила Софи.

— Да, — сказал Джейсон. — Думаю, это хорошая идея.

— Ну, выбирай, на какую хочешь пойти следующей, — сказала Софи. — Я проверю ее, пока ты пойдешь забирать свой следующий набор Посланников с водной территории.

Посланники золотого ранга в группе Белинды не смогли договориться, кто из них возглавит группу, захватывая и объединяя территории. Разрешение этого разногласия оставило выжившего, Кола Келис Вела, с запасом частей тел Посланников золотого ранга для использования в ритуалах.

Группа теперь состояла из ставшего единственным лидера золотого ранга и большей части второго золотого ранга, которые перевозились в трио мешков одним из пяти серебряных рангов. Эта обязанность легла на Каса Вин Барала, который вызвал гнев золотых рангов и сам был использован как источник ритуальных материалов.

Еще одной из пяти была Белинда, которая не упустила из виду ликование Каса по поводу смерти золотого ранга. Поскольку золотой ранг мучил Каса и использовал его для ритуальных частей, она сочла его отношение справедливым.

Она наблюдала за остальными, продолжая формулировать план, решая, кто будет активом, обузой или препятствием. Кас был нытиком, идиотом и слишком поглощенным своим чувством преследования, чтобы быть проблемой. Периодический толчок от Белинды поддерживал это преследование, просто чтобы убедиться.

Двое из оставшихся серебряных рангов были овцами, идущими туда, куда их пасли. Они могли встать у нее на пути, если представится возможность, но им не хватало воображения, чтобы стать реальной помехой. Впрочем, им могло повезти, поэтому Белинда не сбрасывала их со счетов полностью.

Настоящей проблемой был последний серебряный ранг. Он был тихим, но не как те двое овцеподобных. Когда те замолкали, это было похоже на то, как если бы они отключали свои мозги, чтобы не тратить магический заряд до получения следующей инструкции. Этот последний Посланник был тихим, потому что держал рот на замке, а уши открытыми — опасная черта у врага. Он всегда наблюдал, но редко говорил, до такой степени, что она даже не узнала его имени. Она ловила его на том, что он наблюдал за ней не раз.

Если бы она знала, какова его мотивация, она была бы гораздо счастливее. Видел ли он в ней угрозу для высшей позиции среди серебряных рангов? Остальные трое определенно нет. Подозревал ли он ее? Знал ли он хорошо Посланника, чью личность она украла, или заметил, что она летала немного иначе, чем остальные?

Любой серебряный ранг мог левитировать, если только его обучение не было либо несуществующим, либо совершенно бестолковым. Делать это с непринужденным изяществом Посланника — совсем другое дело, так как она могла подделать ощущение их ауры, но не способности. Вот почему перед внедрением в группу она установила в свою одежду летающие устройства. В наряд, похожий на тогу, с сандалиями, она встроила места, куда устройства можно было вставить, не привлекая внимания.

Устройства были предназначены для перемещения тяжелых грузов, которые нельзя было поместить в пространственные сумки. Она использовала их годами, хотя редко по прямому назначению. Изобретательный искатель приключений находил им почти такое же применение, как изобретательный вор. Это был даже не первый раз, когда она делала из них костюм для левитации, поэтому потребовалось не так много практики, прежде чем она была готова. Пока она не находилась под пристальным наблюдением во время активных действий, она была уверена, что у нее достаточно точного контроля, чтобы сойти за Посланника, использующего свою ауру для полета.

Или так она думала. Возможно, последний серебряный ранг раскусил ее, либо ожидая возможности воспользоваться этим, либо ища доказательства перед тем, как сделать ход. Какой бы формы ни принял ее окончательный план, он будет включать в себя разборки с ним.

Дуррум издал звук, похожий на хруст гравия, глядя на панель внутри комнаты управления молниями плато. Нил, Дастин и кролик наблюдали с другой стороны комнаты.

— Он злится или готовится покакать? — спросил кролик.

Остальные двое одарили его укоризненным взглядом.

— Что? — спросил кролик. — Все, что он делает, — это издает разные звуки камней. Вы можете отличить?

— Он нас слышит, — сказал Дастин. — Даже если ты шепчешь.

— Да, но я ему нужен, — сказал кролик. — И он не будет [пип]еть на целителя, но вы — расходный материал.

— Зачем ты ему нужен? — спросил Дастин.

— Потому что я не могу понять эти элементы управления! — сердито сказал Дуррум с другого конца комнаты. — Это моя территория. Почему она не слушается меня?

— Потому что ты не создан, чтобы править ею, — сказал Нил. — Это должен быть кто-то вроде Джейсона Асано. Которому ты согласился все передать, помнишь? В отличие от Лоруса.

Дуррум прошагал через комнату, чтобы нависнуть над кроликом.

— Ты знаешь, как работает это место, — сказал он, скорее с обвинением, чем с вопросом.

— Ага, — сказал кролик, не удосужившись посмотреть на него. — Кстати, можешь отступить? Ты в два раза выше меня, из-за чего я смотрю на мешок с камнями. Поздравляю с тем, что у тебя там происходит, кстати, но это не то, что я хочу видеть перед своим лицом.

— Ты скажешь мне, как управлять этим местом, — сказал Дуррум.

— Не собираюсь двигаться, окей. Я просто обойду тебя и получу немного пространства для себя.

Кролик нырнул вокруг него в центр комнаты. Нил заметил, что это поставило кролика на подъемную платформу, хотя кролик не активировал ее. Дуррум повернулся к кролику.

— Ты должен подчиняться мне, создание.

— Вот как? — спросил кролик. — Как ты только что отметил, я единственный, кто может управлять этим местом. Там, откуда я пришел, это мы называем рычагом давления.

— Ты не из этой территории? — спросил Дуррум. — Откуда ты тогда?

— С чего бы мне знать?

— Ты только что сказал, что они делают что-то определенным образом там, откуда ты, — отметил Дуррум. — Как бы ты это знал, если не знаешь, откуда ты?

— Знаю, правда? Я человек-загадка. Или кролик-загадка. Кролик-человек-загадка? Нет, отстой. Я остановлюсь на человеке-загадке.

— ПЕРЕСТАНЬ БОЛТАТЬ ЧУШЬ! — взревел Дуррум. Хотя его голос буквально не сотряс комнату, казалось, что это так.

— Говори, да не брызгай, приятель.

Дуррум двинулся в сторону кролика, но Нил нырнул между ними.

— Все в порядке, — заверил он светлосердого, чья ярость заставляла большую комнату казаться маленькой.

Затем Нил повернулся к кролику.

— Тебе нужно проявить к нему немного уважения, — сказал Нил.

— Я открыт для этого, — сказал кролик, — но уважение — дорога с двусторонним движением. Какая часть фразы «ты должен подчиняться мне, создание» содержит уважение? Та, где я его раб, или та, где я его питомец?

Нил сделал успокаивающий вдох.

— Иногда в жизни, кролик, нужно быть выше этого. Особенно когда ты меньше.

— Конечно. Но как только я научу этого парня управлять этим местом, он сломает мне шею за то же время, что потребуется ему, чтобы схватить ее. Скажи мне, что я неправ, с серьезным лицом, и я начну учить его прямо сейчас.

Губы Нила недовольно сжались.

— Кролик, можешь спуститься вниз и дать нам всем шанс остыть?

— С [пип]удовольствием, — сказал кролик, и подъемная платформа опустилась, прежде чем он закончил фразу. Металлическая пластина выехала и закрыла дыру в полу, и Нил повернулся к Дурруму.

— Дуррум, я знаю, кролик раздражает. Боги, я знаю, потому что я лучше знаю, откуда он, чем он сам. Поэтому я знаю то, чего не знает кролик: если ты убьешь его, то, что придет за тобой, будет хуже всего, что эта зона трансформации может на тебя обрушить.

— Это угроза?

— Это предупреждение, Дуррум. Честно говоря, мы, вероятно, сможем помешать ему убить тебя, но он будет настолько зол на тебя, что Лоренн и Марла тоже будут злы на тебя за то, что ты довел его до такого состояния.

Дуррум нахмурился при упоминании лидеров светлосердых.

— Ты говоришь о Джейсоне Асано.

— Да, — сказал Нил.

Дуррум кивнул, и его язык тела успокоился, пока он больше не выглядел как плотоядная гора.

— Асано взял то, что осталось от моего народа, и дал им убежище, — сказал Дуррум. — Моей семье. Я бы никогда не сделал ничего, чтобы оскорбить его.

— Тогда позволь мне предложить. Некоторые люди не ладят с Джейсоном, а в этом кролике много от него. Лучшее в таких ситуациях — иметь посредника. Этим местом сложно управлять. Ты все равно не хочешь учиться, потому что не собираешься оставаться здесь и использовать его. Ты будешь там, снаружи, вести и сражаться.

Дуррум кивнул.

— Выбери кого-нибудь из своих людей, — сказал Дастин, присоединяясь к разговору. — Тех, кто немного умнее остальных, но по ком не будут так сильно скучать на поле боя.

— Умные бойцы — хорошие бойцы, — сказал Дуррум.

— Верно, — сказал Дастин, — но все равно выбери умных. Пусть кролик учит их, так как это место будет работать лучше с большим количеством людей на всех этих панелях управления.

— Панелей больше, чем людей, которых мы можем выделить, — сказал Дуррум. — Я приведу Посланников, чтобы управлять ими. Если только вы не против использования их даже для этого, целитель.

— Это кажется нормальным, — сказал Нил. — Мне просто не нравится идея посылать людей на смерть, когда у них нет выбора в этом вопросе.

— У нас нет выбора в этом вопросе, — сказал Дуррум.

— Да, есть, и ты это знаешь, — сказал Нил. — Мы могли бы запереться здесь, использовать молнии, чтобы защитить нас, и ждать союзников. Но если ты прикажешь этим Посланникам идти умирать, они пойдут. Даже если в глубине души они кричат от страха и отчаяния.

— Думаю, ты слишком высокого мнения о них, — сказал Дуррум. — Они бесчувственные монстры.

— Может быть, — сказал Нил. — Но я думаю, ты знаешь, каково это, когда единственное, что стоит между тобой и смертью, — это страдание и полная неспособность контролировать свою судьбу. Я хочу посмотреть, сможем ли мы проверить, прежде чем скармливать их мясорубке.

— Ты позволил культистским Посланникам умереть.

— Некоторых уже не спасти, — сказал Нил. — Как целителю, это самое трудное для принятия, но мы должны. Иначе мы не сможем делать то, что делаем, и это заставляет нас сражаться еще упорнее, чтобы спасти остальных.

— Так ты говоришь, но во скольких убийствах ты участвовал?

— Слишком многих, — признал Нил. — Я не идеален. Все, что мы можем — это делать все возможное. И когда мы ошибаемся, когда делаем плохой выбор, лучшее, что мы можем сделать — это учиться на них и делать лучший выбор.

Дуррум покачал головой.

— Это слова человека, который не видел, как умирает его цивилизация. Который не видел, как девятнадцать из двадцати были вырезаны. Я не хочу быть лучше. Я хочу победы. Я хочу мести. Я хочу очистить мир от всех, кто пришел в мой дом и убивал в поисках добычи. Кто использовал тела людей, которых я люблю, как удобрение, чтобы вырастить больше убийц. Как мясо, чтобы создать безжизненных мерзостей. Если все будет по-моему, я загоню каждого Посланника к самой мучительной смерти, какую смогу устроить, как только мы с ними закончим. Я буду охотиться на каждого культиста, вырву металл из их тел и забью их им до смерти. Я сожгу каждого жреца и втопчу их пепел в грязь, пока не буду уверен, что они мертвы. Я буду убивать, убивать и убивать, пока не останется ничего, кроме знания в каждом месте и у каждого народа, что вот что бывает, когда приходишь за светлосердыми.

Нил смотрел на Дуррума, глаза большого человека были влажными от слез. Он ничего не сказал.

Глава 13 СИНДРОМ САМОЗВАНЦА

Глава 13 СИНДРОМ САМОЗВАНЦА

С каждой территорией, которую захватывала группа Белинды, число Посланников в их группе росло. Посланники, извлеченные из стазиса, не были аномальными, как элементальные Посланники древа кузницы душ; они были обычными, если не сказать довольно растерянными. Золотой ранг, Кол Келис Вел, больше не имела равных, чтобы обсуждать ситуацию, и стала использовать вместо этого серебряный ранг.

Из серебряных рангов Релия Вин Вала оказалась лучшей из всех. Большинство из них знали, когда держать рот на замке, но только у Релии хватало смелости открывать его время от времени, и ей было что сказать, когда она это делала.

Они базировали свои операции на территории, где Кол могла использовать концентрированный солнечный свет как оружие. Кол и Релия стояли бок о бок на выступающем утесе, глядя на равнины с одинокой горы.

— Посланники, выходящие из стазиса, — сказала Кол. — Каждая территория выдает их как награду за свое завоевание, и я обеспокоена их происхождением.

— Я полагаю, это элементальные Посланники, которых создало древо, когда мы были осквернены, — сказала Релия. — Мы были очищены от влияния древа, достигнув этого места, так что логично предположить, что они тоже. Но они не запечатлены, пока кто-то не захватит территорию.

— Я согласна с этой оценкой, — сказала Кол. — Мое беспокойство связано с природой запечатления. Копируют ли они отпечаток на наших душах, отпечаток Весты Кармис Зелл?

— Вы задаетесь вопросом, не запечатлевают ли они вас, будучи отрезанными от астрального короля?

— Да, я задаюсь этим вопросом. Эти новые Посланники подчиняются, но они кажутся растерянными и неуверенными.

— Это первый раз, когда они существуют с ясной головой, — отметила Релия. — Им не показывали наши пути. Они — ваши, чтобы формировать их.

— Но они также представляют опасность. Если они были запечатлены мной, я вторглась в домен астральных королей. Как только мы покинем это место и Веста Кармис Зелл сможет снова дотянуться до нас, она может уничтожить меня за дерзость.

— Тогда используйте их сейчас, а когда доберемся до конца — убейте. Уничтожьте силу в своих руках и покажите свою лояльность.

Кол повернулась, чтобы одарить Релию оценивающим взглядом.

— Я не знала тебя до того, как нас отправили вниз, — сказала Кол. — Твой лидер был с нами?

— Да, — сказала Релия. — Он не был обращен древом; он пал.

— Хотела бы ты служить под моим началом, когда мы вернемся?

Белинда улыбнулась.

— Я бы очень этого хотела.

— Хорошо. Теперь пришло время для еще одной территории.

— Могу я внести предложение?

— Пожалуйста.

— Когда вы расширяете свое влияние на территорию, появляются эти живые аномалии. Мне кажется, что аномалии становятся сильнее с каждой новой территорией. Возможно, они становятся сильнее со временем, когда вы захватываете территорию или когда кто-либо в зоне трансформации захватывает одну.

— Мы до сих пор справлялись с ними достаточно хорошо.

— Да, но мы также использовали силу в этом царстве. Возможность фокусировать солнечный свет в разрушительные лучи быстро расправилась с аномалиями, но нам не нужна была эта сила. Нам следует приберечь ее на случай, если она понадобится.

— Вы предлагаете мне расширяться с другой территории, которую я захватила? Оставить оставшуюся прилегающей к нам на потом?

— Да. Эта сила экономит нам немного времени, и это все. Я рекомендую подождать, пока аномалии не станут большей угрозой, и это спасет нас от траты жизней новых Посланников, которыми вы командуете.

— Тогда мы расширимся с одной из других территорий. Я захватила несколько; какую вы посоветуете использовать?

— Пока аномалии самые слабые, нам следует расширяться с той, которую труднее всего защитить.

Кол кивнула в знак согласия.

— Значит, элементальный лес. Нам нужно подготовить его, если это наш выбор. Очистить от нежити и нанести на карту, насколько сможем.

Элементальный лес был местом, где в игру вступали всевозможные элементальные силы, их сила то нарастала, то убывала пульсами. Это делало элементальные силы ненадежными, либо перегруженными, либо недогруженными. Это также оказывало пагубное влияние на магическое восприятие.

География представляла собой серию ущелий, расположенных как спицы колеса. В каждом из них текла река, сходящаяся в центре территории в массивном затонувшем бассейне. Они выливались с острого края бассейна, создавая захватывающее кольцо водопадов.

Ущелья были густо засажены лесом, от земли над ними до дна, где деревья обрамляли берега рек. Даже на крутых склонах деревья и кустарники росли прямо из скал. Пещерные системы пронизывали стены ущелий, соединяя их в сложную сеть пещер и туннелей.

На внешних окраинах территории ущелья были наиболее удалены друг от друга. Там было несколько сенотов, массивных дыр в земле с затопленными днами. Реки перемещались из-под земли на поверхность на этих внешних окраинах, каждая из них вырывалась из пещеры в начале своего ущелья.

План Белинды приводился в исполнение. Сделать ход против золотого ранга всегда было сомнительным предложением, и открытые равнины, где Кол могла использовать лучи смерти с неба, были не лучшим выбором. Убедить ее сменить базу операций было победой, которая была нужна Белинде, чтобы двигаться дальше.

Хотя у ее плана была базовая форма, в последствиях было множество потенциальных проблем. Выживет ли Кол Келис Вел? Вероятно, учитывая, как трудно убить золотые ранги. Даже если Кол умрет, что насчет ее растущей армии Посланников? Будут ли они бродить в замешательстве или методично охотиться на нее? А как насчет других Посланников, которые не были просто растерянными, послушными новобранцами?

Различные возможности означали, что ей нужны были планы на случай непредвиденных обстоятельств, и элементальный лес дал ей все, что нужно. Узлы элементальной силы, сидящие в камнях и деревьях, даже переносимые порывами ветра, стали отличным ресурсом. Для специалиста по импровизированной магии, такой как Белинда, это была глина, которую можно было лепить руками. Часто в буквальном смысле.

Как только она сделает свой ход, ей нужно будет убраться. Будь то от чувств золотого ранга или орды Посланников, охотящихся на нее, возможность спрятаться была необходима, и лес снова предоставил ее. Колеблющаяся энергия леса мешала магическому восприятию; она будет вне поля зрения любопытных глаз, пока готовится, и у нее будет лучший шанс сбежать в последствиях.

Большая часть магии, которую ей нужно было настроить, была вполне в пределах ее возможностей. Это был главный элемент, который был авантюрой, мешающей ритуалу Кол Келис Вел. При ассимиляции новой территории Посланник использовал ритуал, чтобы сделать это правильно. Кол утверждала, что простой захват и объединение территорий с использованием сфер, выпавших из последних аномалий, были ошибочными. Это вносило нестабильность, которая повлияла бы на человека, делающего это, и в конечном итоге обрекла бы окончательное объединение. Ритуал, казалось, достигал во многом того же, что, по словам Джейсона, могла сделать его сила. Это делало Посланника угрозой, с которой нужно было разобраться.

После наблюдения за ритуалом, проведенным несколько раз, Белинда поняла, насколько более продвинутой была ее магия. Магия Посланников была на голову выше того, что было у них на Паллимустусе, по крайней мере, когда дело касалось астральной магии и своего рода манипуляций с измерениями, задействованных здесь.

Что ей было нужно, так это Клайв и его чудовищный ум для магии, особенно астральной. Он, вероятно, уже начал собирать аспекты лежащей в основе теории. Однако она не была Клайвом, и теория была выше ее понимания. Она даже не пыталась разобраться в ней, а вместо этого сосредоточилась на своей собственной специальности.

Ключ к импровизированной магии был не в постижении высших элементов магических процессов. Он был в фундаментальных элементах; гвоздях и болтах, которые скрепляли магический каркас. Важно то, что они работали по правилам, которые были одинаковыми для магии везде, будь то магия Посланников, магия Паллимустуса или любые грубые попытки, которые они делали на планете Джейсона.

Она не считала странную магию, которую фамильяр Джейсона вытаскивал время от времени. Как только в дело вмешивались боги и космические существа, лучше было игнорировать все, что происходило с Джейсоном. Это не имело значения, так как магия Посланников не использовала ничего подобного. При всех своих достижениях, она была построена на фундаменте, который подпадал под понимание Белинды.

Она могла не знать точно, что Посланник делала со своим ритуалом, но она понимала основные принципы того, как. Ритуал следовал фундаментальным принципам магии, которые Белинда не только знала, но и знала, как саботировать.

Отсутствие общения и затуманенное восприятие элементального леса давали Белинде время на работу. Ей нужно было настроить много быстрой и грязной магии, и времени было в обрез. Перемещаясь по территории, она сталкивалась с элементами, которые казались естественными, но подчеркивали искусственность при более внимательном рассмотрении.

География выглядела как обычная дикая местность вблизи, но форма колеса со спицами, видимая с воздуха, не казалась естественной. Реки брали начало под землей, близко к границам территории. Видя резкие географические сдвиги там, где встречались территории, она была готова поспорить, что они не втекали снаружи. Вероятно, для каждой из рек был какой-то скрытый магический источник.

Был также вопрос, куда девалась вся эта вода после того, как выливалась в огромный бассейн. Уровень воды не поднимался, а значит, происходил дренаж пяти рек. Ровно пяти рек, так как уровень воды и не падал. Это не было праздными домыслами; реки были частью некоторых из ее различных планов на случай непредвиденных обстоятельств.

Она работала часами, рисуя ритуальные диаграммы на камнях и деревьях, пряча их как могла. Она была грязной после вырезания диаграмм в глиняных берегах и внутри полых бревен, запихивая духовные монеты и другие ритуальные материалы в ключевые точки.

Она помылась в реке, так как выглядеть кристально чистой было бы слишком подозрительно. Она отдохнула, прислонившись к теплому дереву, которое излучало магию элемента огня. Свет приятно пробивался сквозь листья сверху, заставляя ее думать о солнце, производящем его. Это было, пожалуй, самым большим несоответствием в странном пространстве измерений. Пылающий шар в небе должен был быть факсимиле, учитывая величину настоящего. Он должен был быть поразительно уменьшен в масштабе, полагаясь на уменьшенное расстояние, чтобы производить тот же результат с уменьшенным размером и мощностью. Если бы он имел масштаб настоящего, это пространство измерений было бы в бесчисленное количество раз больше всей ее планеты.

Она снова подумала о Клайве, который определенно захотел бы узнать правду, если бы у него была такая возможность. Она могла представить, как он пристает к ней, чтобы она собрала какой-нибудь летающий исследовательский корабль, чтобы они могли сделать именно это вместе. При всех их различиях, они разделяли невероятную страсть к магическим знаниям.

Разные подходы Белинды и Клайва к магии родились из очень разного образования. Клайва вырвали из безвестности, воспитали наставником и дали целенаправленное, персонализированное обучение. У Белинды было наоборот. Она выросла либо на улице, либо в шаге от нее, в зависимости от того, насколько трезвым был ее отец в любой конкретный месяц.

Мать Белинды давно умерла или давно ушла, прежде чем у нее появились какие-либо воспоминания о ней. Отец говорил о ней редко, и только когда был подшофе. Иногда он говорил, что она умерла, иногда — что сбежала. Белинда никогда не узнавала правду и не особо заботилась об этом. Она никогда не разделяла любопытства Софи на этот счет.

Белинда не ненавидела своего отца. Он был достаточно хорошим отцом по меркам Старого города, особенно в первые дни. Хотя он был обычным пьяницей, он никогда не был злым. Несмотря на то, что им было трудно сводить концы с концами, он приютил Софи после смерти ее собственного отца, без единого слова возражения. Как бы плохо ни было в конце, Белинда будет любить своего отца вечно за это.

Он делал все, что мог, для дочери, которая, как он знал, была намного умнее его. Обучение ее чтению было таким же образованием, какое он мог обеспечить, но он старался. Он всегда рылся, скреб и торговался за книги, даже когда им едва хватало еды. Они были потрепанными, заплесневелыми или испачканными водой, часто без обложки. Пара были свободными страницами, которые он сам грубо сшил веревкой. Она помнила гордость на его лице каждый раз, когда он доставал новую.

После его смерти Белинда и Софи пробивались сами. В начале они были неплохими ворами, и большая часть ее доходов уходила на покупку книг по настоящей магии. Они не были достаточно хороши, чтобы красть их, пока не стали немного старше и намного лучше.

Магическое общество всегда было сокровищницей магических знаний. Пара была осторожна в отношении прямого нападения на Магическое общество, и мудро. В конце концов, именно попытка сделать это из отчаяния позволила Клайву и Джейсону наконец поймать их. Вместо этого она нападала на членов Магического общества по отдельности. Большинство из них были небрежны в отношении безопасности, особенно с теми основами магии, которые они даже не считали ценными. Для Белинды они были драгоценны. Она получала огромное удовольствие, давая книгам дом, где их больше ценили.

Клайва учили магии, имея под рукой все ресурсы. Она крала у стольких, кто растрачивал такие возможности, но в Клайве она нашла того, кто понимал ценность даже самой базовой магии. Вместо того чтобы насмехаться над ее мешаниной знаний, полученных самостоятельно, он хвалил ее находчивость. Он взял ее в помощники, заполняя пробелы в ее знаниях, как будто их существование было личным оскорблением.

Искренний энтузиазм Клайва к магии — любой магии — был тем, с чем она никогда не сталкивалась. Она выросла там, где все были настороже, пытаясь вырваться вперед или хотя бы просто выжить. Она давно перестала заботиться о людях, у которых крала, и открытость и радость Клайва были всем, что ей говорили искать в цели. Даже так, она никогда не рассматривала возможность воспользоваться этим. Сама мысль об этом была похожа на пинок щенка.

Что Клайв дал ей больше всего, так это того, с кем она не чувствовала, что должна замедляться. Всю свою жизнь она постоянно замедляла себя. Она не понимала, почему люди вокруг нее казались такими медленными в понимании вещей или пропускали совершенно очевидное.

Джори был ближе всего к тому, чтобы не отставать, и он был во многом похож на Клайва. Он загорался, когда говорил о своей алхимии, и его страсть к помощи людям была дико привлекательной для того, кто провел всю жизнь среди эгоистов. Но хотя Джори был умен, Клайв был на другом уровне. Даже сейчас Белинда знала, что люди вокруг него не понимали, насколько он блестящ.

Несмотря на свой блеск, Клайв никогда не был слишком горд, чтобы учиться у нее в ответ. Он был очарован неортодоксальной методологией, которую она разработала, чтобы обойти пробелы в своих знаниях. Вместо того чтобы подталкивать ее на более прямой путь, он поощрял ее строить на том, что у нее уже было, подталкивая ее к инновациям. Она пришла к осознанию, что, как и она, он был рад иметь кого-то, с кем ему не нужно замедляться.

Работа помощником исследователя Клайва была жизнью, которую она никогда не могла себе представить. Было больше магических знаний, в которые можно было погрузиться, чем у нее было часов в сутках, чтобы сделать это, и никто не говорил ей не делать этого. Она продолжала служить его помощником время от времени на протяжении своей карьеры искателя приключений. С каждым годом она становилась все меньше учеником и все больше равным.

При всем этом, даже годы спустя, была часть ее, ожидающая, что правда выйдет наружу. Голос внутри, говорящий ей, что она ничего из этого не заслуживает. Что в глубине души ее друзья знали, что она все еще не более чем выскочка-уличная воровка. Она брала вещи, которые не должна была; делала вещи, которые вредили команде, как будто подсознательно проверяя их. Ожидая дня, когда они поймут, что она не принадлежит к ним, и вышвырнут ее.

Она откинула голову назад к дереву, ее волосы растрепались, когда они терлись о кору. Слезы текли по ее лицу, насмешливое выражение на нем было направлено на саму себя. Она осознала свою нехарактерную невнимательность только тогда, когда услышала шаги в листьях позади себя.

Она вскочила в состоянии боевой готовности, обернувшись и обнаружив Посланника, стоящего перед ней. Это был тот тихий, чьего имени она все еще не знала. Тот, от которого она хотела избавиться перед тем, как осуществить свой план. Он не парил в воздухе, как это делали Посланники, но это было не то изменение в его обычном облике, которое застало ее врасплох и обезоружило. Она не отреагировала, когда он шагнул вперед и заключил ее в объятия, его густые усы щекотали ее ухо.

Глава 14 ПРЕПЯТСТВИЯ

Глава 14 ПРЕПЯТСТВИЯ

Белинда сжалась внутри полого бревна, пока оно плыло вниз по реке, ударяясь о камни. Она наколдовала пробку на открытом конце, чтобы не пропускать воду, и вернулась в свою человеческую форму. Посланники были просто слишком большими. Ее руки обвивали щенка Сташа. Свет исходил от теперь активного ритуального круга, вырезанного внутри.

Было мало шансов, что золотой ранг почувствует их через помехи элементального леса, но ритуал Белинды означал, что ему нужно быть как чрезвычайно близко, так и чрезвычайно сосредоточенным, чтобы найти их. Это был первый вид ритуальной магии, который она изучила, и тот, который она использовала больше всего.

Она установила много таких ритуалов вокруг элементального леса. Они в основном попадали на путь, по которому она ожидала пройти после того, как потревожит осиное гнездо, хотя были и отдаленные места в качестве непредвиденных обстоятельств. Они помогли бы ей спрятаться или прокрасться, если бы ее ожидаемые преследователи подошли слишком близко. По сравнению с другими приготовлениями, которые она сделала, ритуалы сокрытия были довольно скромными по количеству.

Рев ярости и боли наполнил небо, отчетливо слышимый даже через их деревянное убежище и шум несущейся воды.

— Что нужно, чтобы убить эту штуку? — задалась вопросом Белинда.

План Белинды претерпел некоторые положительные изменения с открытием, что ее самое большое препятствие, тихий Посланник, всегда наблюдающий за ней, на самом деле был союзником. Критической частью был саботаж ритуала, который проводила Кол Келис Вел, и это прошло без сучка и задоринки. Белинда «нашла» идеальное место для ритуала, плоскую каменистую поверхность, которую она наколдовала сама.

После лет усердной практики и нескольких повышений ранга Белинда могла колдовать материал, который казался естественным и не излучал никакой ауры. Он был не очень прочным, будучи материалом железного ранга, но прочности обычного камня было достаточно. Он выдерживал магическое абразивное воздействие Кол на плоскую поверхность для ее ритуала, реагируя как обычный камень.

Кол Келис Вел провела свой ритуал, не подозревая о другом ритуальном круге под слоем того, что она считала твердым камнем. Ритуальный круг Белинды был необнаружимым, не имея собственной магии. Вместо этого он лежал в спячке, пока второй ритуал не обеспечил магию для него.

Этот трюк был чем-то, что Белинда разработала сама и требовал умной импровизации для реализации. Самостоятельно разработанная техника больше всего впечатлила Клайва, который был в восторге от инновации. Было очень мало людей, которые добавляли что-то действительно новое в магию, и он считал это ее фирменной техникой. Белинда не соглашалась, находя нишевую магию менее фирменной, чем ее хорошо отработанные ритуалы сокрытия. Они могли быть обычными, как грязь, но такой же была и сама Белинда, и оба они были чрезвычайно практичными.

Техника использования скрытого второго ритуала для истощения первого, однако, имела свои применения, как она продемонстрировала. Ритуал Кол Келис Вел втягивал поразительное количество силы, подключаясь ко всем территориям, которые она захватила, и связывая их с собой. Это был момент, на который нацелилась Белинда: когда Посланник была одновременно подвержена воздействию огромной силы и делала себя уязвимой для нее.

Скрытый ритуальный круг мешал основному, блокируя самые фундаментальные магические каналы. Заряженная мана накапливалась опасно, не переходя к частям ритуала, которым она была нужна, и не рассеиваясь безопасно. В сочетании со сложной магией Посланников, которую Белинда не понимала, результатом было много накопленной магии в очень нестабильной конструкции.

Посланник заметила, когда все начало идти не так, но все произошло за мгновения. К тому времени, как она поняла, что происходит, все зашло слишком далеко. Она связала себя с ритуалом, и мгновения колебания было достаточно.

Детонация подняла грибовидное облако грязи и пыли, вспыхивающее радужными цветами, когда элементальная сила территории отреагировала. Взрыв уничтожил бы серебряный ранг в одно мгновение, не оставив даже клочка плоти. Золотые ранги, однако, были не так просты в убийстве.

Остальные Посланники, помимо тех, что были разблокированы через контроль территории, стояли вокруг как свидетели. Это включало Белинду и Сташа, которые действовали раньше остальных. Они знали, чего ожидать, и двинулись первыми и быстро, прежде чем остальные поняли, что происходит.

У пары даже было время совершить скрытную атаку на некоторых своих собратьев-Посланников, двух бестолковых подхалимов, прежде чем нырнуть в скрытый бункер, чтобы пережить взрыв. Атаки были незначительными, но они убедились, что настоящие Посланники были прямо на пути ударной волны. Последним Посланником был нытик, Кас Вин Барала, но он был маргинальной угрозой. Она подозревала, что он выживет, имея сильную жилку самосохранения и никакой лояльности к своему золотому мастеру. Белинда не полностью сбрасывала его со счетов как угрозу, но он был далеко в их списке текущих проблем. При небольшой доле удачи она могла даже использовать его, если снова столкнется с ним.

Белинда и Сташ сбежали из своего бункера в тот момент, когда прошла ударная волна, бросившись на свой заранее запланированный маршрут. Они едва могли видеть сквозь то, что было бы удушающей пылью, если бы им нужно было дышать. Их первоначальный путь отхода и первые несколько ловушек на нем были сровнены с землей взрывом, гораздо большим, чем они ожидали. Они сохранили свои формы Посланников, но не летали, зная, что побег по воздуху невозможен. Побег от чего, они сначала не были уверены, не зная, выжила ли Кол и что сделают территориальные Посланники. Они все равно бежали, предполагая худшее.

Пара нашла свой путь, когда выживание золотого ранга было подтверждено устрашающим образом. Раненый рев боли и ярости разнесся эхом, усиленный аурой шум сотрясал небо. Ее аура даже прорезала помехи элементальной силы зоны на короткий момент, пингуя чувства Белинды. Она могла чувствовать, что Кол Келис Вел была ранена, и тяжело, но это было подавлено яростью.

Кол Келис Вел могла выжить, но она была значительно потрепана. В какой-то момент Белинда чуть не была поймана, прячась в одном из своих мест сокрытия, когда золотой ранг пронеслась мимо. Она выглядела почти как нежить, покрытая кровью и одетая в скудные лохмотья, которые были тем, что осталось от ее одежды.

Ее тело было покрыто массивными ранами, куски плоти отсутствовали, а в крыльях были пробиты дыры. Любая из этих травм убила бы бронзовый ранг и сильно замедлила бы серебряный. Левая сторона ее туловища была содрана до ребер, а правая рука заканчивалась у локтя. Ее волосы исчезли полностью, вместе с одним глазом и третью плоти на голове, ее жуткий череп был виден под ними.

Белинда надеялась, что золотой ранг умрет, делая ставку на то, что этого не произойдет, и разрабатывая остаток своего плана соответственно. Их путь отхода был не просто о том, чтобы убраться, но о том, чтобы заманить разъяренного Посланника через препятствия из ловушек.

Время, которое потребовалось Кол, чтобы начать охоту, было свидетельством того, насколько сильно она была ранена. Кол начала с того, что приказала Посланникам, которых она получила с территории, прочесать лес. Белинда быстро обнаружила это, когда они рассредоточились, сканируя местность своими чувствами. Это было в ее расчетах, так как природа территории делала такой поиск бесплодным.

Посланники были властными по своей природе. Они стояли выше своих низших, и использование их магического восприятия для поиска элементального леса сверху идеально соответствовало этому менталитету. Белинда не могла быть уверена насчет новых Посланников, но они следовали командам Кол Келис Вел, которая была очень традиционным Посланником. Она заставила их прочесывать, но быстро поняла, что это бесполезно, учитывая ситуацию. Их восприятие было настолько скомпрометировано окружающей средой, что они не могли обнаружить, что происходит в ущельях и под пологом. Вместо этого она отправила их в деревья, прочесывая кусты расширяющимся кругом от зоны взрыва.

Сама Кол была вынуждена охотиться, спускаясь на уровень земли и следуя по следу Белинды и Сташа. Их было нетрудно отследить, пара пронеслась через лес, не пытаясь скрыть свой путь.

Быть обманутой в течение нескольких дней, а затем чуть не убитой серебряным рангом, смешалось с общей высокомерностью Посланников, чтобы сформировать пьянящий коктейль одержимого безумия. Кол пробивала себе путь через лес в погоне за Белиндой без страха перед серебряными рангами, несмотря на свое сильно поврежденное состояние. Посланник знала, что ловушка, оставившая ее в таком состоянии, могла быть установлена только через терпение, обстоятельства и возможность. Потребовалось бы еще одна такой же величины, чтобы прикончить ее, а это было то, чего у них не было ни времени, ни возможности осуществить.

Белинда пришла к тому же выводу. Предполагая, что золотой ранг выживет, она планировала целенаправленный поиск мести Кол. Ее радикально переиграл серебряный ранг, и, как человек, испуганный безобидным насекомым, ее унижение превратилось в гнев. Посланник не остановится, пока источник этого унижения не будет прихлопнут до смерти, даже когда разумным выбором было отпустить это.

Не имея возможности создать еще одну ловушку, столь же разрушительную, как первая, Белинда использовала все время подготовки, которое она выторговала, чтобы создать много меньших. Элементальные узлы, которыми была усеяна территория, стали идеальной основой для препятствий из быстрых и грязных ловушек вдоль их пути отхода. Их было не только легко использовать, но и распространенность таких узлов оставляла любым преследователям неприятный выбор.

Сами узлы было нетрудно почувствовать, но было трудно сказать, какие из них нормальные, а какие — ловушки, не останавливаясь, чтобы изучить каждый. С таким количеством узлов это означало замедление до ползания или принятие того, что некоторые из них будут ловушками, и попадание в них. Территориальные Посланники быстро научились замедляться и осторожно продвигаться вперед, в то время как Кол Келис Вел выбрала противоположный подход.

Золотой ранг прокладывала путь через одну ловушку за другой. Взрывы огня и камней, водяные струи, которые были острее мечей — Кол отмахивалась от всего этого. Даже в ее нынешнем состоянии накопленный ущерб не был калечащим, но он медленно складывался.

Что расстраивало ее, однако, так это безвредные ловушки. Земляные узлы использовались для создания ложных следов, в то время как магия воздуха маскировала запахи и скрывала настоящие за иллюзиями. Ни одна из них не замедляла ее надолго, наспех собранные ритуалы иллюзий быстро падали под магическим контролем.

На близком расстоянии чувства Кол все еще были эффективны, делая каждую задержку лишь незначительной. Но даже небольшая задержка добавляла дров в костер ее ярости, в то время как быть обманутой снова было подливанием масла. Каждая свежая рана и раздражающий неверный шаг все больше и больше вгоняли ее в слепую ярость, пока она дико прорывалась через лес в своей погоне. Ее ярость от того, что ее отвлекали, стала одержимостью двигаться по прямой линии, за пределами разумного. Она даже начала крушить деревья, когда не стоило бы больше времени обходить их.

После первоначального побега следующим этапом плана было выиграть время. Белинда и Сташ сбросили свои большие и очевидные формы Посланников, делая свой путь менее броским. Они все еще двигались быстро, но их преследователю нужно было замедлиться хотя бы немного, чтобы продолжать следовать по следу.

Сташ стал практически неотслеживаемым, превратившись в маленькую птичку и порхая по воздуху. Белинда использовала свою способность [Мгновенный адепт], заставляя свою скорость и ловкость взлететь. Она не была ровней Софи, но все равно стала намного сложнее для отслеживания. Это не только дало ей продвинутые навыки мобильности и силы, но и дополнительные способности, основанные на ее снаряжении.

Способности Белинды сделали ее самым большим преппером в своей команде, и у нее было снаряжение для всех видов местности. Она переключилась на лесное снаряжение, которое позволяло ей сливаться с окружающей средой, смесь дизайна и магии на одежде серебряного ранга.

* Ваша способность [Мгновенный адепт] произвела особую способность от [Одеяния лесного охотника]. Вы потеряете эту способность при снятии одеяния. Снаряжение серебряного ранга произвело способность на ранге [Серебро 0].

Способность: [Лесной ходок]

* Эффект (железо): Вас гораздо труднее отследить через лесную местность, включая оставление уменьшенного следа запаха. Это распространяется на большинство аномальных лесных условий из-за погоды и ограниченного магического влияния. * Эффект (бронза): Самодельное укрытие, которое вы собираете, имеет встроенную базовую магию камуфляжа. * Эффект (серебро): Вы невосприимчивы к естественным ядам до бронзового ранга включительно. Ваше сопротивление естественным ядам серебряного ранга увеличено, а длительность действия такого яда сокращена.

Спуск бревна вниз по реке был критическим для второго этапа плана. Пока он был эффективен, это вызвало бы огромную задержку в усилиях Посланника отследить их. У Белинды не было иллюзий насчет того, чтобы потерять Кол полностью; чувства золотого ранга были слишком острыми, даже мирские. Несмотря на все ее предосторожности и всю ее магию, это все еще был серебряный ранг против золотого. Теперь одержимый Посланник мог быть замедлен, но не остановлен. Но с достаточным количеством времени она могла настроить финальный этап плана и финальное противостояние с Кол Келис Вел.

Глава 15 ЖУТКИЕ ВЕЩИ

Глава 15 ЖУТКИЕ ВЕЩИ

Кас Вин Барал подал сигнал, что нашел лазутчиков, выстрелив магическим снарядом в воздух. Однако, когда прибыла Кол Келис Вел, он был в далеко не триумфальной позиции. Он находился в районе с мощной ледяной энергией, что привело к деревьям, белым от снега, и большому замерзшему пруду. На этом пруду было два Каса Вин Барала, оба из которых начали лепетать, что они были захвачены и они — настоящие. Один из них был окутан иллюзией воздушного узла.

Кол даже не парила, как Посланник, когда вышла из деревьев и прошагала к пруду. Ее грязные ноги ударялись о землю, как будто она атаковала ее. Она выглядела больше как оживший труп, чем когда-либо, сожженная, изрезанная и пронзенная бесчисленными ловушками. Тем не менее, она продолжала идти, как мститель, остановившись только тогда, когда достигла края пруда. Она уставилась своим единственным оставшимся глазом на двух идентичных Посланников.

— Это лучшее, что ты можешь сделать после всей этой беготни? — спросила Кол, ее голос был низким и грубым. Она хрипела из-за отсутствующей стороны шеи. — После того, как заставила меня преследовать тебя через весь этот лес, ты думаешь, я попадусь на смену облика сейчас? Эта иллюзия — грубая игра. Ты ожидаешь, что я поверю, после всего этого времени, обманывая меня идеально, что ты поставишь все на это?

Кол посмотрела с одного Каса Вин Барала на другого.

— Ты знала, что я увижу это насквозь, конечно, — продолжила Кол. — Вот почему ты наложила иллюзию Каса Вин Барала на самого человека, чтобы заставить меня думать, что он — это ты. В то же время ты притворяешься им с теми же навыками, которые дурачили меня все это время. Или, может быть, ты подумала так далеко вперед, осознав, что я не попадусь на такую уловку, и все же поместила себя под иллюзию. Но ты совершила две критические ошибки.

— И какие же они? — спросила Белинда, ее голос исходил из обеих версий Каса Вин Барала.

— Одна в том, что ты позволила себе подобраться ко мне. Теперь, когда ты так близко, побега больше нет. У тебя есть здесь какая-то игра, вероятно, вмешательство в мой разум. Ты думаешь, я не замечаю ярости, которую ты пытаешься вселить в меня своими схемами?

— Неважно, знаешь ли ты о плане, пока он работает.

— Я полна ярости, да, но моя ярость не будет управлять мной. Ты, однако, почувствуешь ее всю. Мой гнев не будет удовлетворен быстрой смертью для тебя.

— Как скажешь, — сказала ей Белинда. — Действия говорят правду, а не слова, и я не думаю, что ты так объективна, как веришь. Но говори себе что хочешь.

— Ты увидишь правду сама. Ты хочешь, чтобы я убила последнего союзника, который у меня есть, каким бы жалким он ни был, и думаешь, что это сведет мой менталитет с ума?

— Что-то вроде того. Видишь ли, я знаю этого парня. Ты не слышала о нем, потому что превратила себя в раба древа…

Обе версии Каса замолчали, когда насмешливый смех Белинды вырвался из их ртов.

— Я никогда не говорила этого вслух раньше, — сказала Белинда. — В любом случае, на чем я остановилась? Точно, ты была рабом древа, так что не слышала об этом человеке, которого я знаю, но он стал знаменит среди твоих. И он говорит о силе, которая звучит глупо, когда слышишь о ней, но я видела, как она работает. Я видела, как она побеждает гораздо более могущественных существ, чем ты.

— Ты думаешь, сможешь блефовать со мной?

— Думаю. Это тот тип трюка, который любит мой друг. Он называет это злодейским подшучиванием, и я начинаю видеть в этом привлекательность. Я имею в виду, да, я еду на острие ножа смерти здесь, но я принимала наркотики, от которых не чувствовала себя так живо. Но ты не беспокоишься о том, что я могу сделать, верно? Ты всемогущий Посланник; ты видела насквозь все мои схемы. Что я могла бы сделать тебе? Ты знаешь, кто из нас настоящий я, не так ли? Ты все поняла.

Кол одарила ее кровавой ухмылкой, которая обнажила несколько отсутствующих зубов.

— Ловушки внутри ловушек внутри ловушек. Но я сказала тебе, ты совершила две ошибки. Я даже не буду считать тот факт, что могла просто убить вас обоих, потому что это еще одна ловушка. Твоя ошибка была в том, что ты говорила. Ты думаешь, что выигрываешь себе время, запутывая меня в играх разума, которые дадут тебе преимущество в побеге, возможно, даже в убийстве меня. Но за время, которое, как ты думаешь, ты играла со мной, у меня было время должным образом использовать мое магическое восприятие.

Кол жестом указала на пространство вокруг них. Замерзший пруд был окружен инеем травы и деревьями, тяжелыми от снега.

— Выбор этого ледяного узла был умным ходом, — сказала она. — Это, вероятно, самая мощная из элементальных сил на этой территории. Даже так близко, она мешает моему магическому восприятию, и ты даже усилила ее ритуалом. Но я золотой ранг. Более того, я Посланник. Ты довела меня до нищеты, и я даже не знаю твоего имени, но теперь ты узнаешь, с чем решила столкнуться. Пока мы разговаривали, я пронзала завесы твоих иллюзий.

Кол сделала жест, и иллюзия над Касом Вин Баралом исчезла. Она показала его, не стоящим на ногах, а лежащим на льду в магических оковах. Гораздо более труднообнаружимая иллюзия над другим Касом исчезла тоже, показав манекен с мощной руной ловушки, светящейся на груди.

— Пока ты болтала и играла в игры, — сказала Кол, — я нашла твое истинное место укрытия.

С еще одним жестом лед посреди пруда взорвался вверх, разбрызгивая воду, которая замерзла в воздухе, дождем ледяных капель. Белинда была выдернута, словно лебедкой. Вода вылилась из силового пузыря, сохранявшего ее сухой.

— Твоя магия сокрытия изысканна, — сказала Кол. — Учитывая ограничения магии твоего мира, даже я впечатлена. Но холод и сырость стали твоей погибелью. Я не чувствовала тебя, но магию, которую ты использовала, чтобы оставаться сухой и теплой.

Кол наконец ступила на пруд, паутина трещин образовывалась с каждым шагом. Она остановилась перед висящей Белиндой, поднятой высоко, чтобы соответствовать девятифутовому росту Посланника.

— Это разочаровывает, — сказала Кол. — Твое истинное «я» могло бы быть гораздо полезнее, чем личность, которую ты приняла. Если бы только ты знала свое место и служила.

— О, я собираюсь служить, — сказала Белинда.

— Ты думаешь, я была бы готова принять тебя на этом этапе? После всего, что ты сделала, после всего твоего неповиновения? Ты переоцениваешь свою ценность, если думаешь, что я позволю тебе служить мне до сих пор.

— О, я собираюсь служить тебе, — вызывающе сказала Белинда. — Подать тебя на чертовой тарелке.

Ледяная магия хлынула из пруда, как гейзер, не в форме ледяной воды, а ледяного тумана. Белинда, Кол Келис Вел и Кас Вин Барал были заморожены на месте, ледяная патина покрывала их тела.

По сравнению с ритуальной ловушкой, которая так сильно повредила золотой ранг, ледяная ловушка имела лишь малую часть этой силы. Тем не менее, Белинда использовала мощный ледяной узел, замаскировав ритуал под вмешательство в восприятие. Он удерживал бы Белинду и серебряного ранга Посланника бесконечно, но Кол немедленно начала вырываться.

Морозный туман быстро истончился и уплыл, оставив только троих замороженных людей. Белинда, которая висела в воздухе, была брошена. Разбитый лед уже замерз, и она приземлилась на него, как твердый фрукт, упавший с дерева. Ледяное покрытие Кол стряхивалось, когда она двигалась, медленно, но неумолимо, словно проталкиваясь через патоку.

Золотой ранг Посланник двигалась, но не достаточно быстро, чтобы перехватить своих атакующих. Тайка и Хамфри были оба бойцами с высокой мобильностью, наступая жестко и быстро.

Массивный клинок Хамфри качнулся и ударил в существующую рану на шее Посланника. Его меч, в форме крыла дракона и окутанный пламенем, вонзился достаточно глубоко, чтобы ударить по позвоночнику, но там остановился как вкопанный. Тайка врезался в ее туловище с другого направления, его кулак приземлился с силой, которая послала рябь по ее плоти.

Ни один удар не был смертельным, почти безграничная цепкость золотых рангов доказала себя снова. Посланник все еще двигалась медленно, но сбрасывала больше ледяной магии с каждым мгновением. К тому времени, как Хамфри нанес второй удар, она двигалась со скоростью бронзового ранга, и третий удар промахнулся, когда она уклонилась.

Хамфри и Тайка двигались быстро, пока она все еще была в сфере скорости серебряного ранга. Хамфри схватил ее левую руку, в то время как Тайка схватил то, что осталось от ее правой.

Сташ не обладал быстротой двух искателей приключений, прибыв из своего укрытия позже, чем они. Что у него было, так это тело гориллы в два раза выше Хамфри, вместе с шестью руками, каждая из которых держала сосульку как копье.

Оба искателя приключений имели способности, которые увеличивали их физическую силу до уровней, приближающихся к золотому рангу. Это делало их трудными для сбрасывания для тяжело раненого золотого ранга, но она сбросила их. Однако не вовремя, чтобы остановить Сташа, который опустил все шесть сосулек, чтобы пронзить ее.

Одна из сосулек разбилась о ее ребра, но остальные пять вонзились в ее тело, загораясь рунами, когда они это сделали. Посланник снова была заморожена, патина инея вернулась, чтобы окутать ее тело. Хамфри не терял времени, рубя ее тело как лесоруб. Руки Тайки работали как поршни, когда его кулаки молотили Посланника, татуировки на его коже светились и сияли сквозь его одежду.

Посланник боролась, но обнаружила, что ледяную магию труднее сопротивляться, когда она внутри ее тела. Тем не менее, она снова начала двигаться, вырываясь из инея, как цыпленок из яйца. Ее скорость патоки была все еще слишком медленной для чего-либо, кроме выносливости, пока она не смогла вытеснить больше магии.

Ей удалось вернуться к скорости серебряного ранга снова, но было слишком поздно. Она еще не была мертва, но Хамфри и Тайка сделали свою работу; ее тело было слишком сильно повреждено. Ее голова и крылья исчезли, как и то, что было ее оставшейся рукой. У нее все еще были ноги, и она попыталась бежать, только чтобы быть споткнутой щупальцами. Сташ превратился в ужасного монстра-кляксу со щупальцами, появляющимися из его рта.

Даже с золотым рангом в таком состоянии потребовались минуты, чтобы закончить работу. Они начали с ног, а затем работали над туловищем, пока не осталось ничего, кроме кусков. Трава была окрашена в серебряно-золотую кровь Посланника, усеяна кусками плоти не больше кулака.

— Это все? — спросил Тайка. — Это должно быть все, верно?

Он тяжело дышал, израсходовав свою ману и выносливость. Он был забрызган серебряно-золотой жидкостью и пропитан ею до локтей.

— Используй свои чувства ауры, чтобы найти то, что осталось от ее жизненной силы, — сказал Хамфри. — Это даст тебе ответ.

— Нет способа, чтобы она могла симулировать это, верно? Ты должен ударить ее еще несколько раз, чтобы…

* Вы убили золотой ранг Посланника [Кол Келис Вел]. * Кол Келис Вел захватила и должным образом объединила шесть территорий. Эти территории не могут быть захвачены без способности или метода захватить их в их должным образом объединенном состоянии.

Кровь и части тела растворились в радужный дым, с земли, а также с двух мужчин и фамильяра. Тайка безрезультатно отмахнулся от него.

— Ты когда-нибудь привыкаешь к этому? — выдохнул он.

— Нет, — сказал Хамфри. — Есть преимущества в сражении с дистанции.

Оставшейся в следе исчезновения Посланника была сфера с радужными цветами, которые переливались, как масло на воде.

— Ты припаркуй это в своем хранилище, — сказал Тайка. — Я посмотрю насчет разморозки Белинды. Дай мне магический нейтрализатор.

— Магический нейтрализатор?

— Да. Тот зачарованный камень, который она дала нам, чтобы убрать ледяную магию.

— Он уже у тебя.

— Нет, бро. Он у тебя.

— У меня его точно нет.

Они оба повернулись, чтобы посмотреть на Белинду, все еще замороженную на льду.

— Э-э, с ней все будет в порядке, верно, бро?

— Думаю, нам лучше найти тот камень.

Белинда потерла виски, все еще чувствуя раскалывающуюся головную боль. Она переместила группу с места битвы в другой близлежащий район. Водный и огненный узлы уравновешивали друг друга, что привело к образованию горячего источника. Найдя его во время подготовки к плану, она пообещала себе вернуться, когда работа будет сделана. Теперь она выполнила это обещание, лежа на берегу и испуская вздох, пока щенок плавал веселыми кругами.

Двое мужчин были на другой стороне большого камня. Она наколдовала им стулья, но не удобные.

— Вы потеряли его в кустах? — недоверчиво крикнула Белинда. Это был не первый раз, когда она задавала этот вопрос, но ни один из их ответов не был удовлетворительным.

— Мы нашли его в конце концов, — отозвался Тайка.

— Если бы я была нормальным человеком или даже железным рангом, я была бы мертва, — отчитала Белинда. — Даже бронзовому рангу потребовалось бы серьезное исцеление после того, как его так заморозили.

— Мы ценим твою жертву, — сказал Хамфри. — Ты была права, что она будет зациклена на тебе.

— И другие Посланники ничего не сделали? — спросила Белинда.

— Не то чтобы мы видели, — сказал Тайка. — Мы видели, как некоторые летают вокруг, но они все довольно бесцельны. Они видели нас тоже, но проигнорировали.

— Не могу поверить, что ты произнес речь о силе дружбы, — сказал Хамфри.

— Не говори Джейсону, — сказала Белинда. — Он и так невыносим.

— Нам нужно решить, куда двигаться дальше, — сказал Хамфри. — Моим единственным планом было следовать за связью фамильяра, пока я не найду Сташа. Я подобрал Тайку по пути, но мы больше никого не видели, ни друга, ни врага.

— За исключением нежити и живых аномалий, — добавил Тайка. — Думаю, они больше похожи на убийственную местность.

— Никто из нас не захватил никаких территорий, — сказал Хамфри.

— Не думаю, что вам стоит начинать сейчас, — сказала Белинда. — Эти аномалии становятся жестче. Захват территорий — достаточно медленный способ прогрессировать, когда это легко, но теперь это будет ползание. Вместо объединения территорий нам следует объединять людей. Я выступаю за быстрое движение и поиск групп, к которым можно присоединиться. Или избегать, если это другая команда.

— Это здравый подход, — сказал Хамфри.

— Нам также нужно решить, что делать с последним Посланником, — сказал Тайка. — Тем, что с мешками частей тел. Это жуткие вещи.

— Тайка, — сказала Белинда, — ты только что разорвал леди на куски своими голыми руками.

— Это было больше похоже на размягчение, — сказал Тайка. — Хамфри занимался настоящей рубкой. Плюс, я видел вещи похуже, работая на бойне, когда был ребенком. Эта кровь Посланника выглядит так, будто она из магазина рукоделия.

— Ты убивал животных ради заработка? — спросил Хамфри.

— Нет, я просто продавал наркотики.

Глава 16 ГРУППОВАЯ ДИНАМИКА

Глава 16 ГРУППОВАЯ ДИНАМИКА

— Мне не нравится оставлять это здесь, — сказал Тайка.

— Мы не можем использовать это и не можем взять с собой, — сказал ему Хамфри. — Наш лучший ход — уйти, пока это не навлечет на нас беду.

Белинда и двое мужчин стояли над мерцающей сферой, которая отказывалась входить в хранилища Хамфри или Белинды.

Предмет: [Амальгама стабильного ядра генезиса] (без ранга, легендарный)

Амальгама очищенных сосудов потенциальной трансформационной энергии (расходный материал, магическое ядро).

* Эффект: Используйте для настройки или расширения духовных доменов. Это очищенная амальгама, связанная с множеством стабильно объединенных территорий. * Это ядро нельзя использовать без надлежащей способности или метода. Это ядро не может быть подвергнуто пространственному стазису или удалено с территорий, к которым оно привязано. Это ядро излучает энергию, которую могут почувствовать те, кто захватил должным образом стабилизированную территорию. Энергия будет увеличиваться со временем, расширяя диапазон, в котором ее можно почувствовать.

— Эта штука будет притягивать самых опасных людей сюда, как феликуляров к бостириону, — сказала Белинда.

— Согласен, — сказал Хамфри.

— Я не знаю, что это за вещи, — сказал Тайка.

— У вас на мире нет бостирионов? — спросил Хамфри. — Вы многое упускаете.

— С другой стороны, не иметь дело с феликулярами было бы здорово, — сказала Белинда.

— Это правда, — сказал Хамфри, кивая в знак согласия.

— Бостирионы — это еда? — спросил Тайка. Остальные двое немедленно разразились смехом.

— Он думает, что вы едите бостирионов, — сказала Белинда.

— Вам никогда, никогда не следует есть бостириона, — сказал Хамфри. — Мой двоюродный дедушка однажды поднес одного к своему рту. Он даже не съел его и все равно страдал от чего-то, что я даже не уверен, можно ли назвать диареей. Дом стал непригодным для жизни, а у нас большой дом. Нам пришлось вызвать жреца Целителя, чтобы это прекратилось, и жреца Чистоты, чтобы сделать здание пригодным для жизни снова.

— Бро, твой двоюродный дедушка нормального ранга?

— Нет, он золотой ранг, — сказал Хамфри. — Он не пользовался туалетом двадцать лет.

— Окей, — сказал Тайка. — Я все еще не знаю, что это за штука, о которой вы говорите, но вы должны указать на нее, если увидите. Я не какал три года и не хочу наверстывать все сразу.

— Это так не работает, — сказала Белинда. — Ты не копишь это.

— Это вы так говорите, — сказал Тайка, — но Хамфри только что рассказал нам историю про двадцатилетнее каканье.

— О чем я теперь начинаю жалеть, — сказал Хамфри. — Давайте убираться отсюда.

Он пошел к ближайшей территориальной границе, и Белинда присоединилась к нему.

— Я не шучу насчет этого, — крикнул Тайка им вслед. — Вы должны сказать мне, если увидите одну из этих штук.

Белинда и Хамфри обменялись забавными взглядами и продолжили идти. Тайка покачал головой и последовал за ними.

— Я хочу пойти домой и увидеть свою маму, — пробормотал он.

Джейсон парил в воздухе над плоской саванной, которая простиралась до горизонта. Его зрение серебряного ранга выхватывало динозавров, бродящих вокруг, некоторых он узнавал, некоторых нет. Их было легко заметить, массивные травоядные, которые жевали деревья или отдыхали в водопоях.

Его взгляд обратился вдаль и к теневой завесе на границах его территории. Он все еще смотрел, когда Фарра прилетела, чтобы присоединиться к нему. Они зависли в воздухе, бок о бок.

— Что там? — спросила она.

— Там что-то есть. Большая территория, ожидающая, чтобы ее захватил первый, кто сможет добраться туда и взять ее.

— Ты собираешься пойти?

— Нет. Это привлечет аватар нежити, а мы еще не нашли Гэри, чтобы сразиться с ним. Все, что гонит его в направлении, которое не здесь, — это хорошо.

— А если аватар найдет нас раньше Гэри?

— Тогда мне придется попробовать что-то радикальное.

Фарра вздохнула. — У тебя есть что-то на уме?

— Да.

— Это сработает?

— Вероятно, но я надеюсь не узнать.

— Последствия неопределенны, но, возможно, хуже, чем проблема, которую они решают?

— Да, — сказал Джейсон. — Огромная космическая сила — это не все, чем ее считают.

— Да, это так.

Джейсон бросил на нее взгляд сбоку, затем фыркнул от смеха.

— Да, полагаю, это так.

Он снова перевел взгляд на территорию внизу.

— Я просто хотел бы, чтобы у меня было больше времени остановиться и насладиться такими местами.

— Не всегда будет так, Джейсон.

— Так люди продолжают мне говорить. С такой скоростью мне придется покорить космос и заставить всех прекратить их дерьмо.

— Джейсон?

— Да, Фарра?

— Не покоряй космос.

— Никаких обещаний.

Он повернулся, чтобы посмотреть в сторону своей основной территории, и ухмыльнулся.

— Рик только что вернулся, и он привел друзей.

Джейсон сидел во главе стола для совещаний. Его фоном была стеклянная стена, за которой лавовый водопад падал вниз, скрываясь из виду. За столом сидели представители каждой фракции их альянса — искатели приключений, светлосердые и культисты. Не все были счастливы из-за того, что Джейсон добавил Посланников в альянс указом, но он сообщил им, что если им это не нравится, они могут бросить ему вызов за его территорию и посмотреть, как это пойдет. Не все были счастливы и из-за этого.

Относительные позиции за столом рассказывали историю групповой динамики между фракциями и отдельными лицами внутри этих фракций. Джейсон сидел во главе стола с Софи и Фаррой слева от себя. Другие искатели приключений тянулись вниз по той стороне стола в линию, заканчиваясь Риком Геллером.

Золотыми искателями приключений, которых Рику удалось найти, были Арабелла Ремор и Мириам Вэнс, тактический командир подземной экспедиции, отправленной Обществом искателей приключений. Он также собрал Габриэля Ремора и Амоса Пенсинату, но они отсыпались после побочных эффектов передачи своих территорий Джейсону. Они накопили одиннадцать территорий между ними, и результатом передачи их было состояние, похожее на похмелье, которое было устойчиво к целительной магии.

Серебряными рангами, которых он нашел, были Зара Нарин, Орин Пенсината и сестра Рика Фиби.

— …нашел только одного члена моей команды, — сказал Рик, продолжая свой отчет. — Я хотел бы продолжить, но, учитывая всех людей, которых мы нашли, консолидация наших сил казалась правильным ходом.

За Риком был Посланник Марек Ниор Варгас и его правая рука золотого ранга. Джейсон не предвидел дружбы в ближайшее время, но оценил, что Рик и Марек сформировали функциональные рабочие отношения. В комнате был еще один Посланник, Джали Коррик Фен, сидящий справа от Джейсона. Джейсон не упустил неодобрительных взглядов от близких друзей и неохотных союзников.

Самой большой группой, которую Рик привел обратно, были светлосердые, включая их лидера, Лоренн. Она сидела напротив Джейсона в конце стола. Многие из ее светлосердых были на территории, но только двое были с ней на встрече. Лоренн также передала несколько территорий Джейсону, но не хотела пропускать конференцию. Ее цвет лица был бледным и болезненным, но в остальном она не проявляла признаков своего дискомфорта.

Был большой разрыв между Джали, справа от него, и рядом культистов Строителей дальше по той стороне стола. Один золотой ранг был окружен серебряными; у них были другие золотые ранги на территории, но только один пришел на конференцию, чтобы представлять их все еще отсутствующего лидера.

Из своих взаимодействий с культистом Джейсон знал, что он менее склонен к альянсу, чем их лидер, Бофорт. Вместо того чтобы создавать проблемы, он решил слушать в тишине, если к нему не обращались напрямую, после чего он следовал консенсусу группы. Джейсон не питал к культу больше любви, чем они к нему, но был благодарен, что человек был достаточно умен и лоялен, чтобы не создавать проблем.

Встреча продолжалась, проходя через опыт Рика и тех, кого он привел обратно. Главной проблемой был эффект, который захват нескольких территорий оказывал на людей без правильных средств для этого. Арабелле было что сказать, так как она не только могла внимательно наблюдать за процессом со своим мужем, но и была экспертом в психическом здоровье.

— Поведение Габриэля становилось все более беспорядочным, чем больше территорий он захватывал, — сказала Арабелла группе. — Похоже, что те, кто не может захватить территории должным образом, подвергаются повышенному гневу и паранойе с каждой, которую они накапливают. После сбора шести территорий это достигло точки, когда стало опасным. Он набрасывался и становился чрезмерно защищающим свою власть. Нам потребовалось время, чтобы успокоить его и убедить передать ее мирно. К счастью, симптомы немедленно исчезли после передачи территорий, хотя последствия, по-видимому, неприятны.

— Я могу подтвердить это, — сказала Лоренн.

— Шесть, кажется, является порогом, при котором это становится реальной проблемой, — продолжила Арабелла. — И Амос Пенсината, и Советница Лоренн показали похожие эффекты, но оба сохранили самоконтроль со своими пятью и четырьмя территориями соответственно. Кроме того, похоже, есть способы смягчить это. Поговорив с нашим союзником-культистом, он испытал эти эффекты, но справился с ними легко, с уменьшенными последствиями. Мое предположение было бы, что звездные семена в их душах помогли им адаптироваться к внешнему влиянию.

Дискуссия перешла к Посланникам, захваченным с каждой территории. Культистские Посланники умерли немедленно после выхода из-под контроля культа. Их сегментированные тела, скрепленные магией Строителей, не могли жить без влияния Строителей. Этого было почти достаточно, чтобы довести Джейсона до того, что он совершил бы что-то, о чем пожалел бы по отношению к культистам, но он сдержал свой гнев.

Элементальные Посланники светлосердых не пострадали от того, что их поместили под контроль Джейсона. Напротив, их умы прояснились, превратив их из простаков в разумных коммуникаторов. Джейсон почувствовал, как его клеймо заменяет клеймо Лоренн, когда она передала свои территории, и немедленно остановил это. Как и с другими, он направил их поставить свои собственные отметки на своих душах, освободив их.

Оттуда он передал их Джали, который теперь привык вводить свежих Посланников в их существующую популяцию. Те, кого захватила Лоренн, сохранили свою элементальную природу, даже после того, как были переданы Джейсону. Это, казалось, не препятствовало им и не вызывало гнева у других. Эти Посланники никогда не проходили через индоктринацию Посланников, чтобы выработать предрассудки.

— Самая большая проблема, которая у нас есть с Посланниками, — сказал Джейсон группе конференции, — это то, что многие из них были оставлены брошенными. У нас осталось одиннадцать территорий Посланников в состоянии комы, и они только что все проснулись.

— Вы уверены? — спросила Арабелла.

— Я почувствовал это, — сказал Джейсон. — Я почувствовал, как они проснулись, и я освободил их.

— Вы уверены, что это было мудро? — спросила Фиби Геллер.

— Я устал объяснять, что не владею рабами, — сказал Джейсон. — Я не хочу слышать, чтобы кто-то снова поднимал эту тему.

— Это все? — спросила Лоренн. — Мы должны принять то, что, возможно, самое мощное оружие в нашем распоряжении откладывается в сторону, потому что вы так говорите, и мы даже не можем поговорить об этом?

— Да, — сказал ей Джейсон.

— А если мы не примем это?

— Я уже сказал вам всем однажды, Советница. Если вам не нравится то, как я делаю вещи, бросьте мне вызов. Заберите эту территорию и сделайте лучше.

— Вы знаете, что это непрактично.

— Тогда, когда я говорю, что что-то сделано, оно сделано.

— Если вы просто собираетесь издавать указы, то какой смысл вообще держать нас здесь?

— Потому что я прекрасно осознаю, что группа придумает лучшие идеи, чем я один. Но окончательные решения за мной.

Лоренн нахмурилась. — Вы никогда не казались мне тираном раньше.

— Вы не так хорошо меня знаете. Но позвольте мне прояснить, Советница: я никогда не буду держать ваш народ в своем домене души против вас. Они не заложники и никогда ими не будут. Что касается их расположения, я в вашем распоряжении. Если вы хотите, чтобы они были здесь, а не в моем домене, я выведу их. Я полагаю, мы сможем держать их в безопасности и сытости здесь.

— Говорить мне, что я должна делать то, что вы скажете, но вы не будете использовать мой народ как заложников, меня не утешает, Асано. И даже если вы выведете их, это все еще ваш домен.

— Это правда, — сказал Джейсон. — Эта ситуация не создана для равноправия. Нужна цепь командования, и мне нужно, чтобы вы все поняли, что я на вершине ее. Я не хочу быть деспотом, но если это то, что нужно, чтобы довести нас до другой стороны этого, я буду. Любой, кто не может принять это, должен уйти сейчас.

Воцарилась тишина.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Теперь…

— Джейсон, — сказала Фиби Геллер. — Я думаю, нам следует обсудить возможность того, что захват всех этих территорий влияет и на ваш разум. Меньше, чем на остальных, но я думаю, это может влиять на ваше поведение.

— Нет, — сказали Фарра и Арабелла одновременно.

Две женщины обменялись взглядами, и Фарра продолжила.

— Я могу сказать вам, что единственное, что влияет на мышление Джейсона, — это обстоятельства. Я видела его таким раньше. Это не всегда приятно, но когда мир разваливается на части, вот как он становится.

— Вы знаете, что я прямо здесь, — сказал Джейсон. — Вы говорите обо мне так, будто меня нет в комнате.

Джейсон и Фарра смотрели друг на друга, пока оба не расплылись в ухмылках.

— Окей, — сказал Джейсон. — Теперь, когда вы все встретили Джейсона-Эджлорда, давайте перейдем к тому, что будет дальше. Хорошо, что нам удалось объединить столько территорий, но наличие их разбросанными и отдельными создает логистические проблемы. Рик, если можно?

Рик достал из кармана маленькую стеклянную полусферу и наклонился над столом, чтобы положить ее плоской стороной вниз посередине. Он откинулся назад и указал на нее, вызвав проекцию иллюзии. Она показала карту с четко разграниченными секциями, отмечающими территории.

— Мы взяли с собой картографический кристалл, — сказал Рик. — Это записывающий кристалл, разработанный специально для картографирования местности. Несмотря на то, что это пространство измерений и территориальные границы очень странные, география, кажется, фиксирована. Я проведу вас через то, что мы нашли и что мы угадали о зоне трансформации.

Глава 17 СКОЛЬКО УДАСТСЯ ЗАХВАТИТЬ

Глава 17 СКОЛЬКО УДАСТСЯ ЗАХВАТИТЬ

Рик указал на иллюзорную карту, парящую над столом, словно голограмма. На ней был изображен нижний фрагмент круга, разделенный на территории.

— Это все, что нам известно о планировке зоны трансформации, — сказал он. — На основе этого мы можем строить догадки, но то, что вы видите здесь — это подтвержденные данные.

Он снова сделал жест, и пять территорий у нижнего края загорелись зеленым, объединившись в одно целое.

— Это объединенная территория Джейсона, — продолжил он. — Как видите, она находится довольно близко к краю зоны трансформации. Мы наткнулись на этот край, когда только начали путь, и в итоге пришлось его огибать. Это замедлило наше проникновение вглубь зоны, но дало некоторое представление о ее масштабах. Многие наши оценки основаны именно на этом.

— Какого рода оценки? — спросила Арабель.

— Общий размер зоны трансформации, — объяснил Рик. — Если предположить, что зона сохраняет примерно круговую форму, которую мы наблюдали, то она содержит десятки территорий. Возможно, сотни. Конечно, если остальная часть зоны не соответствует наблюдаемым нами пропорциям, оценки будут сильно отличаться.

Еще один жест заполнил границы всей зоны трансформации, основанные на предположениях. Это был грубый круг, верхние две трети которого были закрашены серым.

— Каждая территория, которую мы видели, имела в поперечнике минимум сто километров, некоторые — значительно больше. В зависимости от того, насколько точны наши предположения об общей форме зоны трансформации, ее размер варьируется от континента до целой планеты. Плоской планеты, учитывая, что кривизны, похоже, нет.

— Эти размеры крайне расплывчаты, — заметила Мириам. — Континент — ужасная единица измерения.

— Да, — сказал Рик, — но информация у меня именно такая, какая есть. Пока мы не проведем дополнительную разведку, придется довольствоваться тем, что есть.

Он еще раз сделал жест, и нижняя треть карты загорелась разными цветами. Он объяснил группе, что они означают.

— У нас есть пять зеленых зон. Каждая из них — это кластер объединенных территорий, которые принадлежали лорду Пенсината, Габриэлю Ремору, советнице Лоренн и нашему представителю культа. Прошу прощения, я не расслышал вашего имени.

— Я знаю, — ответил культист.

Рик подождал, не скажет ли культист что-то еще, но в ответ получил лишь пристальный взгляд.

— Э-э, ладно, — сказал Рик. — Если выбирать между тем, чтобы не знать вашего имени, и тем, чтобы вы устроили кровавое буйство предательства, то меня вполне устраивает ваш выбор. В любом случае, эти четыре территории были переданы владельцу нашего пятого зеленого участка карты, Джейсону Асано. Что касается остальных цветов, начнем с красного, обозначающего подтвержденные враждебные территории.

— Вы видели посланников, претендующих на территории? — спросила Джали, посланница по правую руку от Джейсона.

— Да, — ответил Марек Ниор Варгас. Посланник сопровождал Рика и в данный момент сидел за столом неподалеку от него.

— Я узнал некоторых из этих посланников, — продолжил Марек. — Это были посланники, отправленные вниз, чтобы превратить природную матрицу в кузницу душ, но они были осквернены. Похоже, эта зона трансформации очистила их от скверны, и теперь они работают над тем, чтобы захватить ее.

— Мы должны исходить из того, что у них есть магия, позволяющая эффективно претендовать на территории, точно так же, как я делаю это с помощью силы своего Духовного Домена, — сказал Джейсон. — Если бы не аватар, они были бы большей угрозой, чем жрецы Несмерти.

— Признаков которого мы не видели, — сказал Рик. — Мы видели жрецов, но аватара — нет. Переходя к серым пространствам на карте: это либо неисследованные, либо ничейные территории, по состоянию на момент нашего пребывания там. Светло-серый — ничейные, темно-серый — неисследованные. Остаются только территории, отмеченные белым. Вы заметите, что эти территории образуют в основном прямые цепочки, соединяющие зеленые.

— Что, полагаю, и является целью, — сказал Джейсон. — Я вижу несколько обходных путей, большинство из которых, похоже, избегают красных зон. Но не все.

— Некоторые территории будет сложнее зачистить, чем другие, — сказал Рик. — В некоторых есть странные экологические проблемы, которые, возможно, станут управляемыми, когда с ними разберутся, но это будет медленный процесс. Белые территории — это те, которые мы можем превратить в зеленые быстрее всего.

— Так ли важна скорость? — спросила Фиби. — Не стоит ли нам действовать медленно и уверенно, чтобы объединить территории?

— Нет, по нескольким причинам, — сказал Джейсон.

— Да, — согласилась Лоренн, лидер «ярких сердец», подавшись вперед в своем кресле. — Те из нас, кто владел территориями, понимают правила инстинктивно. Когда вы бросаете вызов другому за территорию, на которую он претендует, у него есть определенное время, чтобы защитить ее. Если к моменту истечения срока никого не окажется на месте, территория будет захвачена без усилий.

— Как мало времени есть у защитников, чтобы прибыть? — спросила Арабель.

— Сто семнадцать минут, — ответил Джейсон. — Чуть меньше двух часов.

— Добраться до оспариваемой зоны за это время возможно, — сказала Арабель. — Золотой ранг может преодолеть сотни километров за это время, если их не слишком замедляют враги и препятствия.

— Другая ключевая причина для менее консолидированного подхода, — сказал Джейсон, — заключается в том, что у нас есть варианты перемещения. Я уже пробовал создавать порталы на другие территории, и моей связи с ними достаточно, чтобы портал заработал, даже если я не вижу цель. Я серебряного ранга, поэтому могу пропускать других серебряных рангов, но не золотых.

— А нельзя ли пустить золотых рангов в твое царство душ, самому пройти через портал, а потом выпустить их с другой стороны? — спросила Арабель.

— Возможно, — сказал Джейсон. — Я обнаружил, что слишком частое использование портала моего царства душ оказывает дестабилизирующий эффект как на сам портал, так и на область вокруг него. Это делает магию нестабильной и отключает порталы, хранилища и пространственные сумки. Кроме того, требуется время, прежде чем все уляжется и я смогу снова безопасно использовать портал, даже если отправлюсь в другое место. Я использую нечто в своей душе, чтобы влиять на это пространство больше, чем другие люди, претендующие на территории, и поддержание портала души открытым все время делает процесс более эффективным. Именно прерывание этого потока вызывает проблемы. Держать его открытым — нормально; проблемы возникают при открытии и закрытии портала.

— Когда мы готовились к подземной экспедиции, — сказала Мириам, — поднимался вопрос об использовании твоего царства душ для переправки золотых рангов через порталы серебряного ранга. Ты утверждал, что это помешает работе твоего обычного портала. Что это будет восприниматься так, будто ты имеешь ранг людей, находящихся в твоей душе.

— Это ограничение, которое у меня когда-то было, — сказал Джейсон. — Я продолжаю утверждать, что оно существует, чтобы люди не пытались эксплуатировать мои способности. Однако эта ситуация важнее сохранения секрета, поэтому Арабель и подняла этот вопрос.

— Значит, транспортировка группы золотых рангов — жизнеспособный вариант? — спросила Мириам.

— Да, — сказал Джейсон, — но его нужно держать в резерве до тех пор, пока он не станет абсолютно необходим. Портал сейчас открыт, и обратная связь, которую я от него получаю, говорит мне, что слишком сильное давление будет очень плохой идеей. Тем не менее, я верю, что это сработает. Пока мы не будем использовать его чаще, чем раз в пару дней, перемещение золотых рангов через мое царство душ должно работать.

— Тогда у нас есть вариант экстренного реагирования, — сказала Мириам. — Это снимает непосредственное давление, но кажется, что объединение территорий поставит нас в более выгодное положение в долгосрочной перспективе.

— Да, — сказала Лоренн. — Если это будет одна территория, защищать ее будет проще.

— Не говоря уже о том, что это лучшая база для поиска остальных членов наших групп, — добавил Рик.

— Нам нужно решить, в каком порядке их захватывать, — сказала Мириам. — Как мы уже установили, приоритет — это две территории, где остались без сознания посланники. Если у нас есть возможность переправлять людей порталами, я предлагаю забросить команды серебряного ранга в обе зоны. Используя эти области в качестве базы, команды начнут двигаться навстречу друг другу и встретятся посередине, захватывая белые территории по пути.

Она посмотрела на Джейсона.

— Вам нужно будет оставаться в движении, Командующий операциями, захватывая каждую территорию по мере ее зачистки. Пока серебряные ранги соединяют эти две территории друг с другом, золотые ранги могут соединить эту территорию с ними. Им в любом случае предстоит долгий путь, поэтому нам следует разделить их на две группы. Одна движется медленно, зачищая территории для вашего захвата. Другая движется быстро, присоединяясь к серебряным рангам в кратчайшие сроки.

— Если не считать того, сколько беготни мне предстоит, захватывая территории, — сказал Джейсон, — это кажется эффективным. Мы начнем с соединения этой территории с теми, где только что очнулись сбитые с толку посланники. Затем перейдем к оставшимся двум кластерам территорий.

— Территории, изначально объединенные советницей Лоренн, должны стать следующим приоритетом, — сказала Мириам.

— Почему? — спросил Джейсон.

— Командующий операциями, вы заявили, что благополучие посланников, освобожденных в этих регионах, имеет первостепенное значение.

— Да, — подтвердил Джейсон.

— Я согласна, — сказала Мириам, — хотя признаю, что мои опасения более практичны, чем этичны. Посланники — это актив. Даже если мы не будем использовать их сами, мы не можем ожидать, что наши враги проявят такую же сдержанность.

— И пока территории не станут единым целым, — добавил Джейсон, — их нельзя защищать как одну. Посторонние могут прийти и забирать области по частям.

— Именно, — сказала Мириам. — Мы отдаем приоритет областям со свежеочнувшимися посланниками, чтобы они не попали в руки жрецов Несмерти или кого-то еще. Если они смогут вырвать эти зоны из ваших рук с минимальным боем, они получат много рабов-посланников с минимальными усилиями. Нам нужно обезопасить эти изолированные территории как единое целое.

— И тогда мы сможем защищать их соответствующим образом, — согласился Джейсон. — Однако мне все еще неясно, почему это означает приоритет бывшей территории советницы. Она уже освободила посланников с территорий, которые объединила, и привела их сюда. Это элементали.

— Насколько я понимаю, — сказала Мириам, — они все еще связаны с территориями, которые захватила советница. Вы получили контроль над посланниками, когда советница Лоренн передала эти территории, не так ли?

— Получил, — сказал Джейсон, и на его лице отразилось осознание. — Я освободил их, так что, возможно, они теперь свободны от влияния территории. Но, может, и нет. До того, как она их объединила, это был кластер из четырех территорий, а значит, четыре территории элементальных посланников. Они сейчас среди нас, так что идея о том, что кто-то щелкнет выключателем и превратит их во врагов, — это проблема. Я думал только о том, что Габриэль и Амос оставили незащищенные территории, но есть и третья.

Джейсон обвел взглядом карту.

— Мириам, то, что вы только что описали, делает кластер территорий советницы таким же или даже большим приоритетом, чем другие. Тем не менее, план, который вы изложили, не включает захват этой территории на первом этапе.

— У нас нет сил, — сказала Мириам. — Это самая дальняя и самая изолированная из четырех территорий. Пока золотые ранги, идущие длинным путем, не воссоединятся с серебряными, которых мы переправим порталом, нам придется слишком сильно растягивать свои силы. Тем временем я рекомендую приберечь вашу способность переправлять золотые ранги через ваше пространство души. Если эта зона станет целью до того, как мы будем готовы, мы сможем отреагировать соответствующим образом.

— Элементальные посланники — не единственные, кто вызывает беспокойство в этом плане, — отметила Джали.

Внимание снова переключилось на посланницу по правую руку от Джейсона. Она на мгновение заколебалась под недружелюбными взглядами всего стола.

— Кластеры территорий, объединенные лордом Пенсината и Габриэлем Ремором, — продолжила она, — каждый из них имеет посланников, численно превосходящих элементальных. И именно на эти территории мы в первую очередь будем переправлять команды серебряного ранга. Посланники в обоих местах только что очнулись, теперь, когда Джейсон контролирует эти кластеры территорий. Посланники не будут знать, кто они, где они и что с ними происходит. Если группа воинов появится из портала без предупреждения, мы можем начать сражаться, прежде чем у нас появится шанс поговорить.

— Обоснованное опасение, — сказала Мириам. — Что вы предлагаете?

— Джейсон и я должны пойти первыми, — сказала Джали. — Я посланница, как и они, а Джейсон правит их территориями, даже если он больше не правит ими. Он дал им свободу, и они это признают.

— Я не вижу проблем с таким подходом, — сказала Мириам. — Мы хотим, чтобы команды серебряного ранга были в этих зонах и действовали как можно скорее.

— Мне не нравится этот план, — сказала Лоренн. — Он разделяет наши силы. Он не только разделяет серебряные и золотые ранги, но и еще больше разделяет сами ранги. Отказ от использования посланников в качестве армии означает, что мы уже в меньшинстве. Это только усугубляет ситуацию.

— Я открыт для других идей, — сказал Джейсон. — Какую альтернативу вы предлагаете, советница?

— Я знаю, что вы хотите пощадить посланников, которыми мы командуем, Асано, так что пощадите тех, кого вы освободили. Элементальные посланники, которыми я командовала, уже прошли боевое крещение. Вы не заставите их пройти через то, чего они еще не видели. Ваши аргументы против того, что их число будет неуправляемым, верны, но ваши портальные трюки могли бы решить многие проблемы развертывания такой большой силы.

— Мы уже обсуждали это, советница, — сказал Джейсон, и в его голосе прозвучало предупреждение.

— Как я уже говорила, — сказала Мириам, — моя точка зрения при разработке этого подхода основана на практичности, а не на этике. Нравится вам это или нет, Командующий операциями, использование посланников вполне может оказаться неизбежным в долгосрочной перспективе. Другого пути может и не быть. Но с тактической точки зрения я предпочла бы сохранить наши силы гибкими на данном этапе. Лорд Геллер показал нам расстояния, которые нам нужно преодолеть, и перемещение такого количества людей порталом непрактично. Мы могли бы использовать царство души Командующего операциями, чтобы сделать это, но это лишило бы нас возможности быстро развертывать наши золотые ранги. Если мы не сможем этого сделать, те же элементальные посланники могут превратиться из актива во врага, не дав нам шанса отреагировать.

Лоренн неохотно, но решительно кивнула.

— Значит, решено, — сказал Джейсон. — Давайте определим конкретную диспозицию сил, и мы двинемся в путь.

Клайв действовал грубо, проводя ножом вдоль спины жреца Несмерти. Грубая ритуальная диаграмма, которую он вырезал из кожи жреца, не заживала, несмотря на атрибут восстановления золотого ранга. Клайв отбросил нож и приложил руку к спине жреца, игнорируя кровь, пропитывающую его пальцы. Он пропел заклинание ритуала, и диаграмма на мгновение вспыхнула темно-красным, прежде чем исчезнуть. Затем он убрал руку и вылил на нее немного кристаллического состава.

— Готово, — грубо сказал он. — Это не остановит его силы полностью, но они будут ослаблены, а его кровь будет гореть.

Общество искателей приключений в значительной степени игнорировало распространение железных и бронзовых ошейников подавления, но, по крайней мере, делало вид, что контролирует серебряные. Золотые же были по-настоящему ограничены, однако ни у кого из присутствующих такого не было. Насколько Клайв знал, единственные золотые ошейники, которые у них были, — это те, что Джейсон и лорд Амос использовали для тренировки ауры.

Ритуал, который Клайв использовал вместо этого, был жестоким, не то чтобы запрещенным, но определенно сомнительным. Обычно он не стал бы использовать такой ритуал, но он был не в своем уме. Он чувствовал, как сила его территорий разжигает его ярость и амбиции. Его несовершенный контроль над ними делал его также параноидальным, его мысли ставили под сомнение людей, которым он должен был доверять.

Клайв был достаточно самокритичен, чтобы осознать эти эффекты. Однако осознание не означало, что его суждение не пострадало, что он тоже понимал. Поначалу было легко сохранять объективность, отсеивая бесполезные мысли, как он всегда это делал. Но с каждой новой территорией это становилось все труднее, все больше грязи скапливалось в шестеренках его механического разума.

Остальная часть руководящей группы наблюдала за тем, как он проводит ритуал, Клайв игнорировал их настороженные выражения лиц, когда подошел к ним.

— Мы должны прекратить захватывать территории, — прорычал он. — Если я возьму шестую, я уверен, что мое суждение будет опасно скомпрометировано. Седьмая, вероятно, заставит меня полностью потерять контроль.

— Я согласен, что нам следует остановиться, — сказал Эмир, с беспокойством глядя на свою жену. Констанция также захватывала территории и в данный момент сидела одна, глядя вдаль отсутствующим взглядом.

Идея о том, чтобы Констанция захватывала территории, принадлежала Клайву. Как только он понял, что территории компрометируют его разум, он предложил распределить нагрузку.

— Может, нам просто позволить кому-то другому начать захватывать территории? — спросила Марла, командир «ярких сердец».

— Мы уже много захватили, — сказал Эмир. — Пора найти Джейсона и передать все это. Нам следует перейти к быстрому перемещению через территории, а не зачищать их. Мы движемся быстро и сражаемся только столько, сколько нужно.

— Ладно, — сказала Марла. — Значит ли это, что мы оставляем пленных?

Эмир повернулся, чтобы посмотреть на свежезапечатанного жреца Несмерти, которого уводили, чтобы присоединить к остальным. Лидер культистов, Бофорт, взял его под свою опеку. На данный момент у них было одиннадцать живых, или, по крайней мере, анимированных жрецов серебряного ранга. Все они носили ошейники подавления, и только новое пополнение золотого ранга отличалось.

— Мы берем их с собой, — сказал Клайв. — У нас не будет времени возвращаться, если они нам понадобятся.

— Я никогда не осознавала, сколько у них жрецов, — сказала Марла. — Мы захватили столько живыми, убили других, и это только мы. Сколько их там еще?

— Нежизнь копит свои силы, а затем использует их все сразу, — сказал Эмир. — Стотысячные армии нежити не появляются из ниоткуда. Потребовалось много рук, чтобы это устроить.

— Хорошо, — прорычал Клайв. — Нам понадобится столько, сколько мы сможем получить.

Глава 18 ЧУЖДОСТЬ И ЗНАКОМОСТЬ

Глава 18 ЧУЖДОСТЬ И ЗНАКОМОСТЬ

Воздух был горячим и тяжелым, несмотря на проливной дождь. Посланник золотого ранга, Мак Ден Кала, парил в воздухе, его аура отталкивала ливень. Это не помогало видимости; небо наполнилось серой дымкой. Он мог различить лишь горстку из бесчисленных массивных каменных шпилей, которые поднимались из тропического леса внизу, словно руки, тянущиеся к небу. На вершине каждого шпиля были древние руины: замки, храмы и дворцы, разрушенные погодой, казалось, давным-давно.

Мак знал, что это невозможно, конечно; территория существовала менее двух недель. Эта странная зона была полна странных вещей и правил, которые менялись с каждой новой территорией. Раздражало то, что многие территории значительно приглушали его восприятие, включая эту. Любое магическое чувство, которое он излучал, поглощалось дождем, оставляя лишь его обычное восприятие.

Его обычные чувства справлялись не намного лучше, несмотря на их силу золотого ранга. Дождь и влажная дымка, которую он не мог прибить, ограничивали его зрение, позволяя видеть лишь несколько ближайших шпилей за раз. Его слух справлялся не лучше, не слыша ничего, кроме дождя, падающего вокруг него. Он чувствовал вкус воздуха — тяжелого, но свежего, чистого и не совсем неприятного. Это делало его уникальным в мокрой, горячей мути этой злосчастной территории.

Мак прибыл на эту последнюю территорию со своей свитой посланников серебряного ранга. Некоторые были осквернены, как и он сам, только чтобы очнуться в этом месте. Некоторые очнулись рядом с ним, а других он подобрал по пути.

Затем были новые посланники, освобождаемые из стазиса с каждой захваченной им территорией. Они были чистыми листами, не признающими никаких ценностей, которые должны быть присущи их виду. Это отсутствие в них вызывало у Мака беспокойство. Он будет защищать истинных посланников, в разумных пределах, но не эти жуткие копии настоящих. Это было оружие, которое нужно использовать, ресурсы, которые нужно тратить.

Однако на территориях были не только посланники. Каждая территория могла похвастаться разными живыми аномалиями и той же нежитью. Аномалии были разнообразны и, казалось, были связаны с зонами, в которых они возникли. С нежитью дело обстояло иначе, и, возможно, она содержала ключи к ситуации, в которой оказался Мак.

Нежить была в основном «яркими сердцами». Мак почти не обращал внимания на обитателей подземного царства, в которое он и другие посланники вторглись, но, очевидно, с ними что-то случилось. Мало того, что так много погибло, но их вернули в виде бессмертных монстров. Присутствие некоторых сшитых вместе мерзостей говорило об участии некромантов, что подтвердилось, когда Мак сам встретил одного из них. К сожалению, бой был настолько тяжелым, что Маку пришлось убить его, оставив свои вопросы без ответа.

Больше всего беспокоили элементальные посланники, ставшие нежитью. Воспоминания Мака были не более чем туманными вспышками, но он был уверен, что был одним из них, но живой версией, а не нежитью. Сначала он думал, что некоторые из других были осквернены, убиты, а затем подняты, но вскоре понял, что это не так. Он видел больше этих анимированных посланников, чем было возможно. Между этим и всеми посланниками с чистым листом, кто-то или что-то создавало новых посланников.

Между живыми аномалиями и нежитью, ничто не угрожало посланнику золотого ранга, даже мерзости золотого ранга. Живые аномалии были шуткой, хвастаясь аурами золотого ранга, но силой, которая оставалась на низших стадиях серебряного. Некоторые были едва сильнее бронзовых.

Две недели спустя это было уже не так. Его миньоны серебряного ранга перешли от того, чтобы косить их, как служебные расы, собирающие урожай, к перемещению группами с готовностью и осторожностью. Мак в основном использовал пустых посланников, чтобы иметь дело с ними сейчас, выбрасывая их жизни, потому что иначе это было слишком медленно. Захват территории все равно пополнял их число и даже больше.

Мак не был уверен, где он находится или что происходит, но он знал достаточно. Это было пространственное измерение, и его можно было завоевать, так что он его завоюет. Он был не единственным с этой целью, как доказал жрец Несмерти, так что, возможно, можно было найти союзников. Единственной проблемой был бы конфликт с другими посланниками золотого ранга из-за того, кто получит окончательное господство.

Увидев состояние территории, Мак почти ушел и искал другую. Причина, по которой он этого не сделал, заключалась в том, что она уже была захвачена; аномалии уже были зачищены. Чем больше он думал о будущей битве за господство с другими посланниками, тем больше пересматривал трату жизней своей армии посланников. Как только он устранит владельца территории, он получит их землю и силы бесплатно.

Он отправил свои силы на разведку владельца. Странные окна сообщений говорили ему, что его вызов активен, так что они были где-то здесь. У каждого из его серебряных рангов была группа пустых посланников, которых они могли принести в жертву, если им нужно было сбежать. Однако чем больше времени он проводил на этой территории, тем больше беспокойства прокрадывалось в его разум. Территория жреца Несмерти имела свое ощущение, эхо бога Нежизни. У этого места тоже было свое ощущение, смесь чуждости и знакомости.

Это беспокойство заставляло Мака волноваться за своих серебряных рангов. Общение всегда было проблемой, их говорящие камни были потеряны во время их осквернения. Обычно они компенсировали это полетом, так как в небе видимость была ясной. В слепящем дожде это не работало.

Отбросив свои опасения, Мак продолжил свои поиски. Проходили часы, и он не мог найти никого из своих, эти тревоги вернулись, грызя его с нехарактерным сомнением. Наконец, он заметил всплеск цвета на фоне мрачного серого дождя, шлейф радужного дыма, поднимающийся из-под полога тропического леса.

Скорость золотого ранга Мака заставила его прорваться сквозь деревья в мгновение ока. То, что он нашел, было группой тел посланников, разбросанных по густому подлеску. От них мало что осталось, так как они активно растворялись, когда он прибыл, но он двигался достаточно быстро, чтобы заметить несколько деталей. На всех их телах были следы ожогов, что наводило на мысли о силах огня или каком-то варианте. Большинство трупов были пустыми посланниками, приемлемая потеря, но женщина, ведущая их, таковой не была. Потеря истинного посланника была неприемлемым пятном на достоинстве самого Мака Ден Кала.

Он огляделся, его чувства были немного менее приглушены под частичным укрытием полога тропического леса. Он заметил, что все тела растворялись одновременно, а не поэтапно, что означало, что они не разлагались естественным образом со временем. Кто-то использовал силу добычи, чтобы разграбить магию из них, вызвав их растворение все сразу. Это означало, что это только что произошло, что ставило того, кто был ответственен, поблизости.

У него даже не было шанса начать поиски, прежде чем он услышал голос позади себя. Это был мужской голос с сильным акцентом.

— Я не бил ее, я не бил.

Он обернулся и обнаружил посланника, парящего между деревьями в его сторону, его обувь касалась подлеска. На нем была странная одежда, более приталенная, чем предпочитало большинство посланников, а также обувь вместо сандалий или босых ног. Его лицо выражало веселье вместо подобающего посланнику стоицизма, и он кивнул слишком небрежным приветствием Маку.

— О, привет, Марк.

— Откуда ты знаешь, что меня зовут Мак?

Посланник остановился, удивление на его лице. Когда он заговорил снова, его акцент внезапно исчез.

— Погоди, это правда твое имя? Вау, сегодня все сводится к Борису.

Аватар Нежизни боролся с золотыми цепями, которые вырвались из земли, чтобы связать его, словно весенняя трава. Появлялось все больше цепей, обвивая аватара, пока он не был почти мумифицирован.

Гэри огляделся и увидел, что остальные уже пересекли теневую завесу территориальной границы. Он не терял времени и последовал за ними, присоединившись к группе искателей приключений серебряного ранга. Руфус был там и взял на себя руководство группой. Коринна Пескос также присутствовала, но ей было нехорошо после потери двух членов ее команды. Она сама упокоила их тела нежити.

Коринна была почти кататонической, пока они не наткнулись на Розу, еще одного члена ее команды. Это вернуло искру в мертвые глаза Коринны, но она оставалась рассеянной и угрюмой.

Последними членами основной группы были Клэр и Ханна, эльфийские близнецы Адеа из команды Рика. Кроме них, армия посланников Гэри с золотыми глазами парила в небе над ними.

— Это не удержит его надолго, — сказал Гэри.

Он поднял свой молот, чтобы указать вдоль теневой пограничной линии.

— Нам нужно пересечь первую соседнюю территорию в ту сторону. Она достаточно близко, чтобы аватар, возможно, не преследовал нас до того, как мы перейдем. Если это произойдет, эта территория — поле молний, которое приглушает восприятие. Возможно, мы сможем потерять его там.

— Что такое поле молний? — спросила Клэр.

— Скоро увидишь, — сказал ей Гэри. — Нам нужно идти.

— Ты уверен, что не хочешь остаться и сразиться? — спросил Руфус.

— Это бессмысленно, — сказал Гэри. — Мы с аватаром слишком сильны друг для друга, чтобы убить. Нам нужно собрать достаточно золотых рангов, чтобы склонить чашу весов, и мы не сделаем этого, стоя здесь. А теперь никаких вопросов. Двигайтесь, все вы.

Серебряные ранги начали двигаться в темпе, Гэри легко поспевал за ними. Позади них через границу хлынули бледные посланники. Равная армия посланников спустилась с неба, чтобы встретить их, их глаза сияли золотым светом.

Пока они бежали, Клэр подошла близко к своей сестре и активировала экран приватности.

— Это только мне кажется, или этот полубог невероятно сексуален?

— Только тебе, — сказала ей Ханна.

— Не думаю.

— Он весь в меху!

— Я могу с этим жить.

— Он в два раза выше тебя.

— Я определенно могу с этим жить.

Бледные посланники летели вверх по склону горы, в то время как нежить карабкалась по склону под ними. У подножия горы несколько жрецов Несмерти смотрели вверх, наблюдая, как их силы поднимаются.

— Какая сила, по-вашему, там наверху? — задался вопросом один из них.

— Это не имеет значения, — сказал другой. — Поможет ли она нам или мы просто удержим ее от «ярких сердец», это дает нам преимущество.

— Сколько «ярких сердец» было замечено?

— Около дюжины, и в три раза больше элементальных посланников.

Нил и Дастин вырвались из своего укрытия вместе с Дуррумом и тремя другими элитными «яркими сердцами». Они были спрятаны под землей Дуррумом и Куриком, другим «ярким сердцем» земного типа. Земля взорвалась, осыпав жрецов облаком пыли и ударив их силой. Искатели приключений и «яркие сердца» ударили сильно и быстро, стремясь убить так быстро, как только могли серебряные ранги.

Силы, которые жрецы отправили на гору, развернулись, их подозвали обратно в момент атаки, но они не успели вернуться вовремя. Со смертью жрецов и захватом территории бледные посланники превратились из врагов в нейтральных, бесцельно летая вверх. Без контроля нежить превратилась из сфокусированного оружия в бездумную, безлидерную толпу.

Это оставило нежить готовой для клещевой атаки. Хотя «ярким сердцам» и искателям приключений не хватало численности, у них было тактическое преимущество. «Яркие сердца» на вершине горы устремились вниз, в то время как те, что внизу, двинулись вверх, перемалывая бездумную, бесцельную нежить между собой.

Никто из посланников не вмешивался; те, что были на вершине горы, оставались на своих местах. Бледные посланники, ранее находившиеся под контролем жрецов, зависли в воздухе, сбитые с толку. Они не превратились в элементальных посланников под командованием Дуррума, но они восстановили часть своего цвета, поскольку влияние Нежизни уменьшилось.

— Признаю, я ошибался насчет посланников, — сказал Нил. — Я был против использования их даже в качестве отвлечения, но это сработало. Мое беспокойство в том, что Дуррум будет командовать ими в бою.

Они наблюдали, как Дуррум устроил буйство, в какой-то момент используя оторванную ногу одной нежити, чтобы разбить другую. Даже когда враг был повержен, их оживляющая сила рассеялась, Дуррум не остановился. Он стоял над ними, выплескивая свою ярость берсерка с помощью сотворенных каменных копий, каменного молота и даже голыми руками. Он вбивал уже раздробленные черепа в каменистую землю и разрывал инертные тела конечность за конечностью. Искатели приключений посмотрели на Курика, лучшего друга Дуррума. Он посмотрел между ними и Дуррумом с беспокойством и кивнул.

— Ты же знаешь, что у Камушка не все винтики на месте, да? — спросил кролик. Он, Нил и Дастин стояли в одной из спальных камер под контролем комнатой молниеносного плато.

— Я должен знать, что это значит? — спросил Дастин.

— Он беспокоится, что Дуррум нестабилен, — сказал Нил. — Что является весомым беспокойством, но это никому не поможет, если он услышит, как ты так говоришь.

— У вас есть проблемы покрупнее, чем то, что я говорю, — сказал ему кролик. — Или ты не видел дыру в форме кулака в стене там?

Нил и Дастин посмотрели на вмятину в стене, окруженную паутиной трещин.

— И что ты сказал, чтобы вдохновить на это? — спросил Нил.

— Ничего, — сказал кролик. — Он был здесь один. Я был в контрольной комнате с его парой Куриком, когда мы услышали удар и спустились проверить. Курик увел его наверх, чтобы остыть. Спасибо, что предположили, что это был я, впрочем. Настоящее чувство товарищества у вас.

Нил нахмурился.

— Ты прав, — сказал он. — Я извиняюсь.

— Да, ну, не беспокойся. Мы все довольно [пип] напряжены. Если этот парень сорвется, мы все по уши в дерьме, ты же знаешь. Я могу управлять молнией отсюда, но она не будет стрелять в парня, который владеет этим местом.

— Как ты это узнал, не проверяя? — спросил Дастин.

— Это всплывает на мониторах, когда наводишь дрон на него. Конечно, я бы не стал пытаться стрелять в него молнией. Что я действительно пытался сделать, так это сказать вам перед последней территорией, что Камушек готов сорваться с катушек. Теперь он не просто готов; он наполовину ушел. Вы те, кто поставил его во главе, так что вы те, кто должен это исправить.

— Рад свалить все это на нас, а не участвовать, значит? — спросил Нил.

— Я уже пытался стрелять в него молнией, и это вообще не сработало. Пришло время вам, ребята, попробовать.

Руки Нила сжались в кулаки. Он закрыл глаза, сделал успокаивающий вдох и разжал свои побелевшие от напряжения руки.

— Просто держись от него подальше, — сказал Нил кролику. — Мы разберемся с этим.

— Никаких проблем, приятель. Я не приближусь к этому психу.

— Дуррум, нам нужно остановиться, — сказал Нил на вершине молниеносного плато. Он и Дастин стояли с Куриком, пока Дуррум расхаживал взад-вперед. Он был скорее сгустком энергии, чем молния, бьющая в кольцо стержней над их головами.

— Вы боитесь моей силы, — прорычал Дуррум.

— Да, — свободно признал Нил. — Эта сила влияет на твой разум, и ты слишком умен, чтобы не осознавать это. Я знаю, ты чувствуешь это, Дуррум. Ты хороший человек. Разумный человек. Вот почему мы согласились следовать за тобой в первую очередь. Просто остановись на мгновение и подумай о том, что происходит.

— Он прав, Дурри, — сказал Курик. — Ты всегда был умным. Задумчивым. Просто будь собой.

Дуррум нахмурился, затем неохотно кивнул.

— Я… трудно думать. У меня в голове так громко.

Нил и Курик обменялись взглядами.

— Дуррум, — сказал Курик. — Пришло время найти другие группы. Нам нужно консолидировать то, что ты выиграл для нас, с кем-то, кто может контролировать это безопасно. Нам нужно прояснить твою голову.

— Ты отдохни здесь, — сказал Нил. — Если кто-то придет за этим местом, твоя сила — это то, что остановит их. Мы начнем разведку для…

Он замолчал, так как Дуррум замер, глядя с плато. Остальные последовали за его взглядом, но ничего не увидели под затянутым тучами небом.

— Кто-то пришел за этим местом, — сказал Дуррум. — Скажи кролику и другим контролерам отправить дрон и приготовиться к бою.

— Они бросили вызов твоей территории? — спросил Дастин.

— Нет, — сказал Дуррум. — И боги помогут им, если они попытаются.

— Гэри! — сердито крикнул Нил. — Убери это с него сейчас же!

Молния притягивалась к молоту размером с большой дом, под которым где-то находился Дуррум. Гэри, размером с долю молота, поднял его в воздух и отбросил в сторону. Молния прошла сквозь молот и в него в процессе, не оказав заметного эффекта. Все посмотрели в кратер в форме молота, чтобы не увидеть Дуррума.

— Куда он делся? — вслух задался вопросом Нил.

— Мы кое-что забыли, — сказал Дастин, привлекая все взгляды. — Он земляной парень.

Гэри исчез под пирамидой из скал, когда каменные копья выстрелили из земли, врезаясь в него и засыпая. Его молот пробил дыру изнутри, и он выбрался наружу, словно через густую паутину в старом доме.

— Это начинает раздражать, — проворчал Гэри. — Успокой своего человека.

— Ты же бросил на него гигантский молот, — отметил Руфус.

— Он напал на меня первым, — сказал Гэри.

— Он захватил слишком много территорий, — сказал Нил. — Это влияет на его разум, но мы можем его уговорить. Он должен в конце концов выбраться из земли.

— Если только он не попробует что-то еще, — сказал Руфус, указывая. Все повернулись в том направлении, чтобы увидеть орду элементальных посланников, спускающихся на них с неба.

— Как они летают, и молния их не сбивает? — спросил Гэри.

— У нас есть кролик, живущий внутри большой скалы, — сказал Дастин.

— Что? — спросил Руфус.

— Мы думаем, он принадлежит Джейсону, — сказал Нил.

— О, — сказал Руфус, не нуждаясь и не желая дальнейших объяснений.

— Я не уверен, что мы сможем заставить Дуррума отозвать своих посланников, — сказал Нил, поворачиваясь, чтобы посмотреть на посланников Гэри позади них. — Я не хочу, чтобы это превратилось в кровавую баню между союзниками.

— Этого не будет, — прорычал Гэри.

Он присел и погрузил руки в грязную землю. Он снова дернул их вверх, держась за золотую цепь, которую он тянул рука за рукой, как будто поднимал якорь. На конце цепи был Дуррум, тщетно боровшийся, пока Гэри вытаскивал его из земли и поднимал в воздух за шею.

Дуррум болтался в одной из рук Гэри. Большой «яркий сердцем» внезапно показался маленьким, бесполезно дергаясь, в то время как леонид стоял неподвижно, как гора. Глаза Дуррума горели яростью, в то время как гнев Гэри был закаленной сталью.

— Я бросаю вызов на эту территорию, — прорычал Гэри.

Глава 19 ПРИЧИНА, ПО КОТОРОЙ МЫ ДОЛЖНЫ

Глава 19 ПРИЧИНА, ПО КОТОРОЙ МЫ ДОЛЖНЫ

Мак Ден Кала нашел посланника перед собой тревожной странностью. Его манеры были причудливыми, без какого-либо достоинства, ожидаемого от посланника, особенно золотого ранга. Даже его одежда была странной. Мак очнулся в одежде, не своей собственной, но очень похожей на типичный стиль посланников. Этот Борис Кет Лунди, как он представился, носил одежду, напоминающую служебные расы.

— Думаю, ясно, кто из нас является высшим посланником, — сказал Мак. — Сдай свои территории мне.

— Я не могу этого сделать.

— Ты можешь и ты сделаешь.

— Веста Кармис Зелл отправила меня сюда. Меня и нескольких других. Чтобы закончить то, что ты начал.

— Мой астральный король никогда бы не потерпел таких, как ты.

— Я не принадлежу ей. Она выторговала нас у других астральных королей, потому что у нас есть то, что ей нужно: элементальные силы, которые могут противостоять влиянию природной матрицы. Ты осознаешь, что именно это осквернило тебя?

Мак нахмурился.

— Да, — признал он.

Борис повернулся, чтобы посмотреть на великое дерево, выступающее где-то за горизонтом, настолько огромное и далекое, что не было возможности угадать истинный размер. Мак проследил за его взглядом, чувствуя далекое эхо силы дерева.

— Ты знал, что природная матрица — это часть этого места? — спросил Борис.

— Я чувствую силу, исходящую от дерева, но не чувствую никакой элементальной энергии.

— На таком расстоянии ты не почувствуешь. Но кто-то должен подобраться намного ближе, прежде чем все это закончится, Мак. Это закончится только тогда, когда кто-то столкнется с этой силой. Кто-то, кто еще не пал под ее влиянием.

Мак продолжал смотреть на далекое дерево. Хотя многие территории содержали горы и другие особенности, которые поднимались выше пограничных завес, никакой такой местности не было видно. Только дерево можно было увидеть, дерево, которое наполнило Мака нехарактерным сомнением. Обычно вечное присутствие его астрального короля укрепляло решимость Мака в моменты неопределенности. Прикосновение Весты Кармис Зелл все еще лежало на нем, но он мог чувствовать пропасть между ними. В этом месте он был один.

— Это не могу быть я, верно? — тихо спросил Мак.

— Нет, — мягко ответил Борис.

План состоял в том, чтобы соединить пять разрозненных кластеров территорий Джейсона. Это консолидировало бы его зону контроля, облегчило бы ее защиту и обезопасило бы посланников, принадлежащих к этим территориям. Это также установило бы доминирующую позицию в нижней трети карты зоны трансформации, дав им базу, с которой можно расширяться вверх.

Первым шагом было соединение территории Джейсона с теми, на которые изначально претендовали Амос и Габриэль. Это обезопасило бы теперь свободных посланников на этих территориях от захвата врагом. Джейсон и Джали успешно связались с недавно пробудившимися посланниками в первых целевых регионах, убедив их не нападать на команды серебряного ранга, которые он переправил порталом, при виде их.

Эти команды приступили к работе, расширяя две территории навстречу друг другу, Джейсон в последний момент врывался, чтобы захватить каждую из них. В то же время золотые ранги расширялись из первоначального домена Джейсона, в конечном итоге объединив три территории в одну.

Это оставило две территории под контролем Джейсона все еще изолированными. Одна принадлежала культу Строителя и имела минимальное стратегическое значение. Посланники, которые пробудились там, были уже мертвы. Последняя территория стала новым приоритетом. Изначально захваченная советницей Лоренн из «ярких сердец», контроль над посланниками, которых она там пробудила, был открыт для захвата, если враг бросит вызов за территорию и победит.

Этот вызов пришел раньше, чем Джейсон и его союзники хотели бы, но не так скоро, как они опасались. Объединив первые три территории, они были готовы двигаться дальше. Джейсон загрузил тех, кто был готов путешествовать через его царство души, а это были не все.

Культисты Строителя воспротивились, отказываясь подчиниться такой большой власти и контролю Джейсона. Амос Пенсината также сдерживался, но в любом случае им нужно было оставить основную зону с защитниками. Марек Ниор Варгас также остался, несмотря на свое знакомство с царством души. Он не стал бы так рисковать своими людьми, если бы Джейсон не заставил его, чего он не делал. Марек был готов, по крайней мере, остаться и защищать их главную территорию вместе с культистами и Амосом.

Группа была уверена в том, что встретит любой вызов, имея в своем распоряжении большую силу золотых и серебряных рангов. Даже без использования рабов-посланников они были уверены. Вызов исходил от жрецов Несмерти, наиболее вероятных кандидатов, но в большем количестве, чем ожидалось. У них было не только больше пользователей эссенции, но они возглавляли армию бледных посланников и нежити.

Одного количества было недостаточно, чтобы отпугнуть искателей приключений. Это немного отпугнуло их союзников, но они не беспокоились об этом. Серебряные ранги сосредоточились на миньонах, в то время как золотые ранги пошли на жрецов. Новое недомогание Джейсона, Призрачный Огонь, опустошало любую нежить, которой касалось. Его огонь не был божественным пламенем богини Смерти, но он все равно опустошал неживые элементы вражеских сил. Он не вредил бледным посланникам, но они были затронуты энергией нежизни. Аура Джейсона подавляла такую энергию, значительно уменьшая их силу. Как только бабочки Гордона начинали действовать, они также падали толпами.

Битва, однако, не была односторонней. Жрецы Несмерти были экспертами в использовании менее мощной, но более многочисленной силы против своих врагов. Самым сильным оружием, которое было у жрецов, было понимание своего противника. У жрецов была полностью расходная армия, в то время как искатели приключений были бы покалечены с каждой потерей. Посланники и нежить отправлялись в самоубийственные атаки, готовые обменять пять, десять или даже двадцать своих, если это означало убийство. Жрецы обладали меньшей личной силой, но они могли использовать нежить как оружие, взрывая их в облаках костей или ядовитого газа.

Искатели приключений и их союзники понимали математику истощения. Если бы они были готовы понести потери, они бы, безусловно, победили, но ценой. Жрецы делали ставку на то, что они не будут готовы принять жертву, и они угадали. В то время как Джейсон и его спутники опустошали армию миньонов, они быстро научились не давить слишком сильно. Любой, кто продвигался слишком смело, оказывался окружен врагами, готовыми обменять смерти двадцать к одному.

Искатели приключений были элитой среди элит, быстро учились и эффективно реагировали. Они перешли к более консервативному подходу, прикрывая спины друг друга и уводя союзников из опасности. Они понесли потери, но сумели избежать смертей, хотя было много случаев, когда они были на волосок от гибели.

Опасности добавляли жрецы. Их злокачественные силы делали исцеление менее эффективным или даже вредным, что Джейсон также мог осуществить. С этим могли справиться целители с правильным опытом и силой, которые у них были. Однако это нельзя было сделать быстро, что уменьшало силу искателей приключений.

В конце концов, ни одна из сторон не была готова давить достаточно сильно для полной победы. Это был не подземный город смерти, где жрецы могли пополнять свои силы нежити почти бесконечно. Хотя они были готовы пожертвовать своими миньонами, был предел, особенно когда искатели приключений опустошали эти силы. Создание их заново заняло бы время, и они не могли позволить себе потерять их всех здесь.

Со стороны искателей приключений они не были готовы тратить жизни, которые потребовались бы для обеспечения полной победы. Они уже удерживали территорию, поэтому их приоритетом было сохранение людей живыми. Даже если жрецам удавалось ускользнуть с большей частью своей армии, территория оставалась за ними.

Впоследствии Джейсон работал над устранением злокачественной силы жрецов Несмерти у раненых. Разные силы преуспевали в устранении разных недугов, и сила Джейсона была идеальна для этой ситуации. Его способность, Пир отпущения грехов, специализировалась на устранении проклятий, болезней и нечестивой силы, именно тех видов, которыми владели жрецы. Он использовал ее в битве, но теперь он присоединился к целителям для более целенаправленного подхода.

Сила даже обходила некоторые ловушки, которые такие недуги готовили для обычного очищения, так как это было не то, что делала его способность. Вместо того чтобы очищать, она поглощала, пожирая злокачественную магию, чтобы подпитывать силу Джейсона. Результат оставил пациентов благодарными Джейсону, но также настороженными.

Пока Джейсон работал, к нему подошла Мириам Вэнс.

— Мы смогли спасти всех? — спросил он.

— Почти, — сказала она ему, выглядя уставшей. — Мы потеряли культиста и пару «ярких сердец», все серебряного ранга. Это чертовски близко к чуду для такой битвы. Мы спустили лучших в эту дыру с нами, и это окупается сейчас. И эти «яркие сердца», может, и не имеют лучшей подготовки, но они закаленные. Я не могла бы просить о лучших силах для командования.

— Жрецы не могут сказать того же, — сказал Джейсон. — Они все о расходности.

— Они, скорее всего, будут искать ничейную территорию. Восстанавливать свои силы, собирая больше посланников и нежити, анимируя аномалии по мере продвижения.

— Согласен, — сказал Джейсон. — У меня есть мой теневой фамильяр, отслеживающий их, так что он подтвердит это или предупредит нас, если они сделают что-то неожиданное.

— У нас нет времени ждать, пока они восстановятся и вернутся, — сказала Мириам. — Мы оставили минимальных защитников на большей территории, которую мы только что объединили, и нам нужно усилить их, прежде чем кто-то еще постучится в нашу дверь.

— Вы хотите преследовать жрецов. Закончить работу.

— Мы восстановимся до полной силы быстрее, чем они. Наши люди были ранены и потрясены, но отказ от победы сохранил всех живыми. Даже медленное, кропотливое исцеление быстрее, чем анимация новой армии. Второй раунд даст нам преимущество, особенно если мы будем агрессорами.

Мириам следовала за Джейсоном, когда он переходил к следующей группе пораженных. Его сила делала их жизненную силу видимой, ярко-красной, окрашенной в болезненные цвета. Скверна вытекала из них, двигаясь по воздуху извилистыми усиками, чтобы Джейсон мог их поглотить, впитывая их в свои протянутые руки. Это окрашивало его лицо в меняющийся, оскверненный свет, его туманные глаза сияли.

— Если мы погонимся, это будет нестабильная ситуация, — сказал Джейсон, возобновляя их разговор.

Мириам моргнула, его небрежный тон не вязался с его злодейской внешностью. — Простите, что?

— Я говорю, что преследовать их на ничейные территории — плохая идея, — сказал он. — Живые аномалии сейчас сильны, а эти жрецы не дураки. Если нам придется сражаться с ними и аномалиями одновременно, они обескровят нас в трехсторонней битве. Даже с их уменьшенными силами они могут позволить себе поглощать потери, которые мы не можем. Они только что показали нам, что война на истощение — это борьба на их условиях, а не на наших.

— Но если бы мы могли позволить себе потери…

Она оставила предложение висеть в воздухе, но он не ответил, сосредоточившись на исцелении следующей группы. Видя, что он будет продолжать игнорировать ее, она закончила свою мысль.

— Джейсон, если вы снимете свой мораторий на использование наших собственных посланников…

— У нас нет посланников. Я освободил их, Мириам. Они ничьи, чтобы командовать, кроме своих собственных.

— Если бы вы и Джали Коррик Фен попросили, я думаю, они бы сражались.

— Вы, вероятно, правы.

Джейсон и Мириам смотрели друг на друга, пока она не вздохнула.

— Джейсон, принципы…

— Это не то, как мы побеждаем, я знаю. Это причина, по которой мы должны. Не читайте мне лекцию о трудном выборе, Мириам; я прошел этот путь и оставил за собой след из тел.

— Тогда что вы предлагаете, Командующий операциями?

— Я хочу применить многогранный подход. Вы согласны, что приоритет — соединение этой территории с основной, которую мы уже объединили?

— Да. Как только мы сможем защищать их как коллективное целое, все станет намного проще. Мы можем позволить себе игнорировать оставшуюся территорию пока что. Без выживших посланников, привязанных к ней, она стратегически почти бесполезна.

— Согласен. Я предлагаю сбалансировать наши силы между этой территорией и основной. Мы не делаем никакого расширения, кроме объединения того, что у нас уже есть. Рик и Софи оба на разведке других, и поиск большего количества союзников перед тем, как снова сразиться со жрецами, может склонить чашу весов. Больше союзников сыграет на наших сильных сторонах, в то время как бросание в них рабов-посланников — нет. Это то, как они сражаются, и они будут намного лучше в этом.

Мириам кивнула.

— Это лучший аргумент против использования посланников, который я слышала.

— Больше, чем не использование рабов-детей-солдат?

— Вы Командующий операциями, Джейсон. Этика — ваша область. Я тактический Командующий, и моя область — как победить.

— Я не верю, что вы такая бессердечная, Мириам.

— Я должна быть, когда так много поставлено на карту. Вы кажетесь полным решимости быть мягким, поэтому я должна быть жесткой.

— И мы встречаемся где-то посередине?

— В идеале. Если мы не собираемся вербовать посланников, чтобы сражаться с ними, что мы будем делать со жрецами? Я не думаю, что оставлять их в покое и надеяться, что появится больше наших союзников, — хороший подход.

Джейсон издал смешок. Поскольку он был в процессе пожирания темной силы из людей, это прозвучало более чем зловеще.

— Мириам, вы сами сказали, что им потребуется больше времени, чем нам, чтобы восстановиться. Я хотел бы посмотреть, не сможем ли мы продлить этот срок. Не прямая атака, а кампания преследования. Атаки по возможности, покусывание их слабых мест. Удары из безопасности, сокращение их численности и уход. Недостаточно, чтобы остановить их восстановление, просто замедлить их и расстроить их руководство. Истощение тысячью порезов.

— Вы хотите сделать это сами, — поняла Мириам.

— Я могу спрятаться от золотых рангов. Двигаться в одиночку и незамеченным. С тех пор как мы все объединились, моя роль была немногим больше, чем появляться на свежезачищенных территориях, чтобы захватить их. Поскольку я все равно прыгаю повсюду, заскочить, чтобы досадить некоторым жрецам, не будет мне в тягость.

— Если только вы не совершите ошибку, не попадетесь, и все не развалится. Наш лидер и наши территории исчезнут. Да, у вас есть навыки и сила, чтобы уклоняться и сбегать, но гарантий нет. Когда шансы на провал малы, но цена провала — все, это не стоит риска, если риск не является абсолютно необходимым. А это не так.

— Вы говорите, что капитан не должен отправляться на выездную миссию.

— Я понятия не имею, это ли я говорю.

— Помогло бы, если бы я надел красную рубашку?

— Надеюсь, то, что вы говорите ерунду, означает, что вы решили не рисковать своей шеей.

— Это так. Вы убедили меня, Тактический Командующий, но я, по крайней мере, хочу участвовать в зачистке территорий еще немного. Аномалии становятся бойкими, и у меня давно не было возможности сражаться с такими врагами.

— Пока вы не делаете это в одиночку.

— Договорились. Я все еще думаю, что моя стратегия преследования жрецов здравая, однако. Посмотрите, не сможете ли вы собрать небольшую группу, которая может справиться с этим. Держите ее маленькой; мы не хотим отвлекать слишком много ресурсов, а скрытность важнее силы.

— Я считаю, у Лоренн есть несколько «ярких сердец», которые могут подойти для этой задачи. У них есть сродство к пеплу и земле, с силами, более подходящими для скрытности, чем для боя. Дрейфуя на ветру, двигаясь сквозь землю, их ауры смешиваются с элементами вокруг них так, что даже золотые ранги с трудом чувствуют их. Не такие сильные в открытом бою, но они лучшие разведчики и убийцы, которые есть у «ярких сердец», по словам Лоренн.

— Это звучит идеально. Они у нас здесь?

— Лоренн повезло собрать хорошее их количество по пути к нам.

— Посмотрите, что она думает об использовании их, тогда. Это ее люди, так что давайте не будем просто развертывать их без ее ведома.

Глава 20 ГОРЬКАЯ ЧАША

Глава 20 ГОРЬКАЯ ЧАША

Аватар Нежизни двигался через поле молний массивными шагами. Высокий, как железные башни, усеивающие ландшафт, он не обращал внимания на молнии, которые осыпали поле. Магическое электричество больше притягивалось к аватару, чем к громоотводам. Гигантский аватар нежити достиг плато, в котором были спрятаны элементы управления молнией. Теперь оно было заброшено, но электричество дугами перескакивало вокруг кольца башен на вершине.

Гигантский аватар нежити издал рев, который был не гневным или болезненным, а бездумным выражением силы. Он отвел руку назад, а затем высвободил ее в ударе, который вдавил массивную секцию полого плато.

За несколько территорий отсюда группа Нила и Гэри пробивалась через ничейную территорию, состоящую из водно-болотных угодий и илистых отмелей. Гэри уничтожал все и вся, что стояло у них на пути, в тот момент — живых аномальных грязевых монстров. Он ненадолго остановился, прежде чем возобновить битву.

Позади неудержимого полубога плелись искатели приключений, «яркие сердца» и культисты. Среди них был антропоморфный кролик, который остановился в тот же самый момент, что и Гэри. Рядом с ним Дастин тоже остановился.

— Есть проблема? — спросил Дастин.

— Я четырехфутовый кролик, бредущий по грязи, которая по колено такому дереву, как ты. Конечно, есть проблема.

— Ты не очень приятный, — сказал ему Дастин и возобновил свой путь вперед.

Белинда, Тайка, Хамфри и Сташ мчались через территории, сражаясь, когда приходилось, и убегая, когда могли. Живые аномалии становились опаснее с каждым регионом, через который они проходили, оставляя их все более счастливыми от того, что у них нет своих территорий. Попытка удержать их либо приковала бы их к месту, либо заставила бы оставить свою захваченную территорию без защиты.

Не обремененные землей, которую они не могли покинуть или защитить, они пересекали сотни километров в день, перемещаясь через несколько территорий. Их способ передвижения варьировался от территории к территории, в зависимости от местности. Иногда Сташ превращался в быстрого скакуна, который мог нести их всех. В другие разы они шли пешком, полагаясь на скорость и выносливость серебряного ранга. Одна территория отличалась парящими скалами, и Белинда построила им импровизированное транспортное средство. У нее никогда не было времени выяснить, почему оно взорвалось.

Быстрое перемещение оказалось критически важным, так как они осознали, насколько велика зона трансформации и как далеко они от своих союзников. Они сталкивались с краем зоны на нескольких территориях, получая представление о географии. Край представлял собой серебристую дымку, где ландшафт распадался, как кусочки печенья, брошенные в чашку чая.

У них были стычки с посланниками и жрецами, но живые аномалии постепенно обогнали и тех, и других как большая угроза. Их всегда было много, что делало их трудными для избегания, но это не было проблемой, пока их сила не начала приближаться к силе их аур.

На одной территории группа пряталась в скалистой расщелине, ритуал скрытности от Белинды делал ее похожей на плоскую стену. Мимо проходило массивное стадо животных, слишком много, чтобы сражаться при их нынешней силе. Существа были смутно похожи на хайделей, но со странными особенностями. Они были коренастее, с мехом вместо чешуи и рогами на их единственной голове.

— Это те лошади, о которых постоянно говорит Джейсон? — задалась вопросом Белинда.

— Не, это какой-то вид коров, — сказал Тайка. — Типа туров или что-то в этом роде.

— Неважно, кто они, — сказал Хамфри. — Важно, насколько они сильны. Если это их сила сейчас, мы, серебряные ранги, в конечном итоге станем немногим больше, чем добычей, как только будет захвачено больше территорий.

Рунный черепаха Онслоу имел силу изменять свой размер. Прямо сейчас он был размером с небольшой автомобиль, а шея, торчащая из его панциря, была шириной с пони. Мальчик, которому на вид было около двенадцати, ехал на нем и ликовал, закинув ногу по каждую сторону этой шеи. Юноша выглядел как молодой Хамфри, но с более темной кожей, а также серебряными волосами и глазами.

— Быстрее! — требовал мальчик Сташ, на что Онслоу был вполне способен, если бы полетел. Вместо этого Онслоу плелся по траве на своих толстых ногах, к постоянным жалобам Сташа.

Группа искателей приключений наблюдала с вершины большого облачного транспортного средства, под тенью навеса. Столкнувшись друг с другом, группы Белинды и Клайва остановились для столь необходимого отдыха. Они были на другой ничейной территории, травянистой саванне, где живые аномалии были большими и мощными, но их было легко заметить заранее.

Хамфри, Белинда, Тайка и Сташ были все более отчаянными к тому времени, когда они столкнулись с группой Клайва. Они все еще могли сражаться с небольшими группами аномалий, но необходимость двигаться осторожно резко замедлила их темп. Не раз они сражались с одной группой, только чтобы бежать, когда другая присоединялась к схватке. Теперь у них была большая численность, золотые ранги и, самое главное, друзья.

— Ты выглядишь не очень хорошо, Босс, — сказала Белинда Клайву.

Путешествие группы Клайва было медленнее. Они покинули территории, удерживаемые им самим и Констанцией, якорь, который не тяготил группу Хамфри. Эти территории теперь были без защиты, но они надеялись уступить их Джейсону, прежде чем враг вырвет их. Последующее движение их группы было не таким быстрым, как у Белинды; их численность заставляла их сражаться там, где меньшая группа могла спрятаться и прокрасться.

Преимущество переключилось с растущей силой аномалий. Меньшая группа была вынуждена замедлиться, в то время как большая все еще могла сражаться. Их численность и золотые ранги доказали, что они равны всему, с чем они сталкивались до сих пор.

— Мы все еще можем пробить прямую линию через территории теперь, когда мы не стремимся захватить их, — объяснил Эмир. — Но от боев не увернуться, и нет сомнений, что они становятся сложнее.

Он кивнул на облачное транспортное средство в форме автобуса, отдыхающее на траве неподалеку.

— Поскольку мы все равно притягивали аномалии, как мухи, мы начали прорываться на моем облачном транспортном средстве. Мы обычно держимся близко к земле, однако, так как небо оказалось опасным даже для моего транспортного средства. Был рой аномалий штормовых саранчовых, которые нанесли реальный ущерб, и на одной территории были облака, которые пытались съесть нас. Мы легко отбились от них, но это заставило меня нервничать.

— Нам нужно найти Джейсона, — сказал Клайв, его голос дрожал. Как заметила Белинда, он выглядел не очень хорошо. Серебряные ранги обычно не потеют, независимо от температуры.

Эмир посмотрел на свою жену, которая справлялась немного лучше Клайва в силу своего более высокого ранга.

— Да, — сказал Эмир. — Нам нужно найти Джейсона. Все те разы, когда он оставляет своего фамильяра в наших тенях, и, теперь, когда мы могли бы использовать его, ничего. Я думаю. Тень?

Он подозрительно огляделся.

— Надеюсь, его здесь нет, — проворчал Эмир.

На территории водно-болотных угодий, илистых отмелей и мангровых болот они не могли найти твердую, плоскую поверхность, чтобы нарисовать ритуальный круг. В конце концов, Нил заставил одного из земных «ярких сердец» превратить речную глину в плоскую плиту, а одного из огненных «ярких сердец» высушить ее. Это было не идеально, но приемлемо. Они пытались вызвать камень из-под грязи, но земные «яркие сердца» не могли найти ни одного.

Вся зона была глиной и грязью, вся пропитанная элементальной энергией воды, которая оставляла огненных «ярких сердец» в дискомфорте. Они прожили свою жизнь с постоянным фоном энергии огня от природной матрицы, вокруг которой было построено их общество. Только камеры роста, которые питали их, были другими, и большинство типов огня и магмы держались подальше.

Как только платформа была закончена, Нил приступил к работе. Великое Обновление было названием самой мощной исцеляющей способности Нила, способностью эссенции, которая требовала ритуала для использования. Одной из ее особенностей, общей для ритуалов способностей эссенции, было то, что он мог вычерчивать ее линиями бледно-голубой магии. Это избавило его от необходимости выливать линии порошка или рисовать их мелом. Будучи ритуалом способности эссенции, это также уменьшило требуемые материалы, просто несколько разумно размещенных кучек монет духа.

Как только ритуальная диаграмма была завершена, «яркие сердца» осторожно поместили бредящего Дуррума в центр. Дуррум проходил через симптомы, похожие на абстиненцию, ухудшающиеся по мере того, как группа заставляла себя двигаться быстро. Нил подвергал его исцеляющему ритуалу каждый раз, когда они останавливались отдохнуть, приводя его в форму достаточно, чтобы он мог двигаться самостоятельно, а не быть несомым.

Нил стал де-факто лидером группы после того, как территории Дуррума были захвачены Гэри. Гэри, возможно, был самым мощным членом группы, но у него не было такого же доверия у «ярких сердец». Сила Гэри и его роль в удержании стены против осады нежити были неоспоримы. Но для «ярких сердец» он был скорее феноменом, чем человеком.

Нил, напротив, был доступен. Они видели, что он готов работать не только с, но и под началом их собственного вида, но все же доказать, что он не просто важный, но эффективный лидер. Он был критически важен для их успешных боев против жрецов Несмерти, как в разработке тактики, так и в использовании своих сил, как на поле боя, так и впоследствии. Все любят целителя. Доказав свою состоятельность, не возвышая себя, группа «ярких сердец» приняла его лидерство, учитывая недееспособность Дуррума.

Гэри был изолирован внутри группы. Где Нил и Дастин заняли свое место среди «ярких сердец», Гэри был ходячим чудом. Его почитали, но не включали в состав. Тот факт, что он был единственной силой, продвигающей их через территории, только подчеркивал это, расширяя как восхищение группы им, так и пропасть между ними.

Он был не совсем один, конечно. Искатели приключений знали его до того, как он выпил из Чаши Героев, и предлагали как сочувствие, так и компанию. Это была просто очень маленькая группа по сравнению с большой коллекцией «ярких сердец» и культистов.

Они подобрали еще больше по мере того, как бродили вокруг, в основном «ярких сердец», но также пару культистов и даже некоторых пользователей эссенции. «Яркие сердца» включали золотой ранг, Джинделлу, которая пыталась взять командование группой на себя. После того как слова не помогли, поддержка Нила удивила ее, она глупо попыталась применить силу. На этом фронте поддержка Гэри была всем, что нужно Нилу.

Также среди пользователей эссенции были некоторые не-искатели приключений: пара исследователей из Магического общества. Они рассказали группе о том, как почти половина исследовательского контингента прибыла в зону трансформации вместе, но теперь выжили только двое. О судьбе исследователей, с которыми они не прибыли, они понятия не имели.

Находясь в движении, Гэри был их ключом к быстрому перемещению через территории. С аватаром Нежизни, единственным, кто мог бросить ему вызов, ничто не могло изменить их путь, пока они искали других. Добавление золотого ранга Джинделлы дало им сильное присутствие, чтобы прикрывать их спины, делая прогресс еще более стабильным.

Независимо от того, насколько сильными становились живые аномалии, Гэри прокладывал себе путь сквозь них. Независимо от того, сколько жрецов Несмерти появлялось перед ним, они были отброшены назад. Самая большая группа, которую они видели, возглавлялась многочисленными золотыми рангами, однако они развернулись и бежали при виде, даже не пытаясь сразиться с полубогом.

Кролик двигался с ними, но не наслаждался грязью и водой болот и водно-болотных угодий, доминирующих на их нынешней территории. Он мог перепрыгивать через поверхность во время движения, но всякий раз, когда они останавливались, он оказывался по грудь в воде. После ожидания окончания исцеляющего ритуала Дуррума, кролик подошел к Нилу и отвел его в сторону.

— Что такое? — спросил Нил.

— Включи свою штуку с пузырем приватности, — тихо сказал кролик.

Нил достал брошь из кармана и нажал на янтарный камень. Мерцающее поле приватности защелкнулось вокруг них. Кролик посмотрел на Гэри, который стоял один, излучая золотой свет, наблюдая за угрозами.

— Тебе нужно поговорить со своим волосатым золотым богом, — сказал кролик.

— Почему?

— Ты знаешь, как я очнулся, просто зная, как использовать элементы управления в молниеносном плато?

— Да.

— Ну, теперь я все забыл. Какая бы связь у меня ни была с тем местом, она исчезла.

— Ты думаешь, кто-то еще захватил территорию?

— Кто-то захватил территорию уже дважды. Сначала Камушек, а потом великий золотой мерзавец забрал ее у него. Ни в один из разов я не терял связь.

— Тогда что ты думаешь?

— Ну, блестящий парень и искатели приключений, которые были с ним, говорили о меняющей размер нежити-супермонстре со склонностью к случайным разрушениям. Я думаю, он захватил территорию и разбил плато в щебень в процессе. Или потому что он был зол, молния продолжала бить в него. Или просто потому что. И учитывая, что он владел территорией в то время, нет способа, чтобы лидер «Громовых котов» вон там не заметил. Тебе, возможно, стоит поинтересоваться об этом, прежде чем Лайон-О вон там тоже начнет падать на нас.

— Я поговорю с ним, — сказал Нил. — Но, прежде чем это, есть кое-что, что нам с тобой нужно обсудить, пока мы под этим экраном приватности.

— Что это?

— Ты называешь Дуррума Камушком, а Гэри — кучей вещей.

— И что?

— То, что у них обоих есть имена, и ты начнешь их использовать, — сказал Нил. — Они оба принесли невероятные жертвы, пока ты сидел в бункере, играя с молнией. С того момента, как я опущу этот экран приватности, ты будешь относиться к ним с достоинством, которое они более чем заслужили.

— Или что?

— Или когда мы покинем это место, ты пойдешь в одну сторону, а все остальные — в другую.

— Ты выгонишь меня из-за каких-то прозвищ?

— Я выгоню тебя из-за неуважения к людям, которые заслужили наше уважение больше всего.

Кролик уставился на Нила оттуда, где он был наполовину погружен в мутную воду отмелей.

— Хорошо, — сказал он, затем начал проталкиваться через воду и из экрана.

Нил опустил экран, подошел к Гэри и снова поднял его.

— Этот чертов кролик, — проворчал он.

— Ты правда думаешь, что Джейсон как-то сделал его?

— Он продолжает извергать чепуху, о которой никто никогда не слышал, и, кажется, ему все равно.

— Это Джейсон, точно.

— Как будто Джейсон копил каждую плохую черту характера, от которой он избавился или смягчил с тех пор, как мы его знали, и он вложил их все в этого кролика.

— Посмотрим, что произойдет, когда мы посадим его в комнату с Джейсоном. Но ты подошел сюда не для того, чтобы говорить о кролике.

— Нет.

— Ты хочешь поговорить о территории, — сказал Гэри.

— Да.

Объединенная территория Гэри стала очень большой. Безусловно, больше той, что довела Дуррума до края, так как Гэри добавил ее к своей существующей территории и остался в порядке. Нил изначально беспокоился о влиянии этого на разум Гэри после того, что случилось с Дуррумом, но оказалось, что он не пострадал. Он просто был раздражен из-за людей, задающих вопросы, когда им следовало бежать от аватара злого бога.

— Твоя территория пропала? — спросил Нил.

— Мы оставили ее без защиты, и теперь она принадлежит аватару.

— Мы знали, что это наиболее вероятный исход, когда мы отправились.

— Я мог бы приказать посланникам, которых мы оставили, сдерживать его.

— Они бы умерли, не остановив его.

— Они бы умерли, замедляя его.

— Он достаточно медленный. Ты тот, кто сказал, что он слишком бездумен, чтобы преследовать нас эффективно. Это изменилось?

— Возможно. Как только верховный жрец Несмерти завладеет им, аватар перестанет бродить вокруг, преследуя все, что попадается на глаза. Ты знаешь, все посланники, которых мы оставили, теперь принадлежат аватару. Придет время, когда нам придется сражаться с ними, и мы могли бы избежать этого. Убедиться, что они умерли, прежде чем их обратили против нас.

— Пока они живы, есть шанс спасти их.

— Посланники не заслуживают спасения. Они заслуживают смерти.

— Я не верю в это. И я не думаю, что ты тоже. Я знаю, ты зол, Гэри. Тебе подали горькую чашу, и ты имеешь полное право быть в ярости. Но я также знаю, что ты слишком умен и слишком хорош, чтобы позволить себе вымещать это на жертвах.

— Ты звучишь как Джейсон.

— Что бы Джейсон ни думал, Гэри, в нашем мире была мораль задолго до того, как Джейсон прибыл, чтобы завещать нам свою потустороннюю мудрость. Ты знаешь, когда что-то правильно или неправильно, так же хорошо, как и я. Да, мы убиваем жрецов Несмерти на месте. Они сделали свой выбор, но посланники — рабы. Рабы с оковами на своих сердцах и разумах, и это взрослые посланники. Те, которых мы будили на этих территориях, — дети. Может, так не кажется, но это то, кто они есть. Да, мы убиваем тех, кого должны, но мы спасаем тех, кого можем.

Гэри кивнул. Это было легкое и неохотное, но он кивнул.

— Теперь, — сказал Нил. — Ты потерял территорию. Когда?

— Несколько часов назад. Пока мы были в движении.

— Какие-то симптомы? Что-то вроде того, через что проходит Дуррум.

— Нет.

— Ты уверен? Не скрывай это от меня, Гэри. Мы полагаемся на тебя, и мы можем принять меры, если тебе нужен отдых. Если ты рухнешь на нас в неподходящий момент, однако, мы в большой беде.

— Я в порядке. По сравнению с силой внутри меня, то, что владение территориями делало, было ничем.

Нил осмотрел его с ног до головы. — Ладно. Но если что-то изменится, дай мне знать. Я собираюсь проверить Дуррума, а потом мы можем двигаться дальше.

— Как он?

— Становится сильнее, но медленнее, чем я хотел бы. Ему нужен надлежащий отдых.

— Может, он скоро его получит. Пока мы говорили, группа перешла на эту территорию.

— Кто?

— Некоторые искатели приключений и посланники. Похоже, они движутся вместе.

Рик пронесся через грязь, разбрызгивая ее, как нос лодки, пока не добрался до Ханны и не обхватил ее руками. Позади него Марек неловко парил над грязью под подозрительным взглядом Гэри. Рядом с ним Фиби Геллер стояла на поверхности влажной грязи, как будто это была твердая земля. Она дружелюбно помахала Гэри, прежде чем последовать за Риком более спокойным шагом.

— Слава богам, — всхлипнул Рик, держась за свою невесту, как будто пытался окутать ее коконом.

— Рик, ты весь в грязи, — сказала она, ее слова были жесткими, но тон мягким. Она не скрывала облегчение, заливающее ее ауру.

Остальная часть их команды, Фиби, Дастин и близнец Ханны, Клэр, все собрались вместе.

— Слава богам, — снова сказал Рик, его голос был полон радости от воссоединения всей его команды.

— Теперь нам нужно найти всех остальных, — сказал Дастин. — Мы как раз собирались направиться в сторону, откуда вы пришли.

— Хорошо, — сказала Фиби. — Мы ведем разведку от большой группы. Все наконец-то собираются вместе.

Глава 21 ХОРОШИЙ ЛИДЕР

Глава 21 ХОРОШИЙ ЛИДЕР

Едва секунды прошли между появлением ауры на краю территории и достижением группы. Только золотые ранги имели шанс перехватить ее, но она избежала их с помощью телепортации мерцанием, чтобы врезаться в Хамфри, сбив его с ног в высокой траве саванны. Золотые ранги окружили их, только чтобы Хамфри протянул сдерживающую руку оттуда, где он лежал под Софи.

— Все в порядке, — сказал он. — Не… мфлхм…

Его слова были приглушены прижатием ее губ к его.

— СУККУБ! — закричала Белинда, когда она прибыла с серебряными рангами. — Убейте ее!

Софи поднялась в позицию верхом над Хамфри, затем повернулась, чтобы одарить свою подругу плоским взглядом и грубым жестом.

Волшебный облачный автобус Эмира скользил над травой саванны. Интерьер имел три уровня, нижние два были обустроены либо рядами сидений, как в автобусе, либо кабинками, где пары сидений были обращены друг к другу. Верхний этаж и крыша были вспомогательными и лаунж-пространствами, более открытыми и с удобствами, такими как столы для еды. Эмир не позволял культистам подниматься туда.

На втором уровне Софи сидела рядом с Хамфри, лицом к Клайву и Белинде.

— Тебе нужно выйти из этого автобуса и уйти, — сказал хмурый Клайв Софи. — Сейчас.

— Клайв! — сказал Хамфри, когда Белинда похлопала Клайва по руке.

— Ладно, — сказала Белинда голосом матери, пытающейся уговорить уставшего, капризного ребенка. — Может, нам стоит сказать Софи, почему она должна уйти, вместо того чтобы просто говорить ей сделать это.

Клайв обратил на нее капризный взгляд.

— Она не глупая, — сказала Белинда. — Ты просто еще не сказал ей, что происходит. Она не может читать твои мысли.

Клайв выглядел так, будто хотел возразить, но кивнул.

— Хочешь, я сделаю это? — мягко спросила Белинда. — Может, пока ты пойдешь съешь яблоко?

Клайв снова кивнул, встал и направился к лестнице в задней части автобуса.

— Он не в порядке, — сказала Белинда остальным. — Удержание этих территорий портит ему голову.

— Что он мне не сказал? — спросила Софи.

— То, что ты услышала бы, как он говорит мне, если бы не была занята…

Она бросила многозначительный взгляд на Хамфри.

— …наверстыванием упущенного.

Хамфри выглядел смущенным, в то время как Софи ухмылялась.

— Это о жрецах Несмерти, — сказала Белинда. — Ты сказала, что вокруг Джейсона собирается большая группа. Мы найдем путь по твоим указаниям, но Клайв прав, что тебе следует использовать свою скорость, чтобы двигаться впереди. Ты должна сказать им, что нам нужно взять жрецов живыми, если это возможно. Или тем, что сойдет за живых, с некоторыми из них. Они ведь поклоняются Нежизни.

— Почему? — спросил Хамфри.

— Потому что они помешаны на власти? Держу пари, многие из них — одинокие парни, злые на мир, потому что девушки не хотят с ними разговаривать. Они убеждают себя, что поклонение богу зомби как-то заставит женщин влюбиться в них, потому что нам всем нравятся плохие парни. Но это никогда не их вина, нет. Это мир несправедлив, а не их неспособность принять душ, причесаться и поговорить о чем-то, кроме того, насколько лучше они были бы, чем настоящие искатели приключений, если бы им дали эссенции. Не то чтобы нет женщин с низкими стандартами, но они не могут приложить даже малейших усилий. Держу пари, они думают, что они такие великие сейчас, расхаживая со своими злыми силами и шуршащими черными плащами, как будто… почему ты смотришь на меня так?

Хамфри одарил ее плоским взглядом, в то время как Софи смеялась, прикрыв рот рукой, тыкая Белинду ногой в ногу.

— Я имел в виду, — сказал Хамфри, — почему нам нужно взять жрецов живыми, а не почему они поклоняются Нежизни.

— О, — сказала Белинда. — Ну, ты видел, что происходит, когда ты убиваешь их?

— Да, — сказал Хамфри. — Ты была там.

— О, точно.

Софи фыркнула еще одним смешком.

— Итак, — продолжила Белинда. — Мысли Клайва…

Офис Джейсона в горном логове был в основном открытым пространством. Это был темный камень и темное дерево, залитые красным светом от водопада лавы на другой стороне стеклянной стены. На противоположной стороне комнаты была большая пара раздвижных двойных дверей. Они были сделаны из искаженного стекла, которое показывало размытый вид на лобби за ними, и были единственным видимым выходом. Было девять секретных выходов.

Там были книжные полки, шкафчик с напитками и картины на стене. Искусство было копиями работ Доун, многие примеры которых хранились в облачной фляге Джейсона. Большой диван был обит роскошным темным бархатом. У одной стены был небольшой столик с проектором изображений, показывающим самую актуальную карту зоны трансформации, которая у них была.

Джейсон прислонился к стене рядом с маленьким столиком. Он просмотрел карту, сравнивая ее со своим внутренним ощущением территорий под своим командованием. У него были проблемы с концентрацией, его разум соскальзывал с всего, на чем он пытался сосредоточиться, словно хватаясь за мокрый лед.

Карта показывала, что дела идут так хорошо, как только можно ожидать, хотя и не идеально. Они объединили все ключевые территории из первоначального плана, но последняя территория была потеряна силам жрецов Несмерти. Из-за ее отсутствия ценности они решили консолидироваться, а не растягивать себя и пытаться защитить ее. Теперь Джейсон страдал от последствий потери территории.

Отказ от территории был выбором, который окупился. Объединенная территория, которую они сохранили, выглядела пятнистой на том этапе, горстка ключевых зон, поспешно соединенных вместе. Все их ключевые локации были удержаны и объединены, однако, и они затем принялись за работу по заполнению пробелов. Теперь они удерживали большую часть того, что считали нижней третью зоны трансформации. Только некоторые граничные зоны и несколько пробелов оставались в остальном объединенной территории Джейсона.

Поначалу Джейсон участвовал в зачистке территорий. Его боевой стиль стычек выдерживал все более опасные аномалии, хотя Фарра никогда не выпускала его без присмотра золотого ранга. Это подошло к концу, когда жрецы забрали изолированную территорию у него. Он был затронут потерей территории, как и те, кто уступил территорию ему, но результаты были довольно разными.

Габриэль, Амос и Лоренн испытывали симптомы где-то между плохим пищевым отравлением и худшим похмельем. Они страдали от пронзающих череп мигреней, и их магические тела претерпевали очень нежелательные изменения. К счастью, реплика города Джейсона включала полностью оборудованные ванные комнаты, хотя несколько из них больше не были пригодны для использования.

Последствия потери территории были результатом духовного повреждения, чего-то, что исцеляющая магия не могла исправить, облегчая симптомы в лучшем случае. Джейсон достаточно часто подключался к своему астральному трону и астральным вратам, что вредил себе таким образом снова и снова. Толерантность, которую он выработал, оставила его не с диким похмельем, а в состоянии дезориентации, сродни опьянению.

Он нетвердой походкой направился к дивану и рухнул на него. Он взял стакан сока со льдом из своего инвентаря и, используя свою ауру, плавал каплями жидкости в свой рот, как космонавт в невесомости. Он издавал громкие чавкающие звуки, пока всасывал каждую, хихикая про себя между ними.

Джейсон заснул довольно быстро, Тень появилась, чтобы поймать стакан с соком, когда он выпал из воздуха. Он спрятал его в своем личном хранилище, прежде чем вернуться в тень Джейсона. Джейсон не шевелился, пока двойные двери не раздвинулись, чтобы позволить Фарре войти, прежде чем закрыться за ней. Она держала вафельный рожок с двумя шариками мороженого из белого шоколада с малиной в одной руке. В другой был рожок с полутора шариками кокосового шоколадного риппла.

— Еще одна территория зачищена, — сказала она. — Ты в состоянии пойти захватить ее?

— Ага, — заявил он с головокружительной уверенностью и спустил ноги с дивана, чтобы сесть. Он сдвинулся на месте с головокружением, выражение его лица было растерянным. Он встал с ворчанием и слегка споткнулся на пути через комнату к Фарре. Он принял рожок с белым шоколадом и малиной с глупой ухмылкой.

— Как твой магический телефон? — спросил он.

— Сейчас не время.

— Как ты делаешь двухфакторную аутентификацию? Это с аурами?

— Мы захватили еще одну территорию, — терпеливо повторила она, ведя его к карте за руку.

— Еще один пробел заполнен? — спросил он.

— Да.

Мириам Вэнс направляла их силы настолько безопасно, насколько они могли действовать перед лицом растущей силы аномалий. Она больше не выпускала никого из серебряных рангов в поле без поддержки золотого ранга. Это делало территориальное расширение медленнее, но никто, кто видел бои, не ставил под сомнение ее подход.

Фарра подошла к проектору на столе и положила на него руку. Карта начала обновляться новой информацией. Одна из пробельных территорий загорелась синим, отмечая ее как зачищенную, но не захваченную.

— Я могу переместиться порталом куда угодно на своей территории, — с легким головокружением отметил Джейсон.

— Я знаю.

— Я очень хороший волшебник.

— Ты думаешь, ты можешь переместиться порталом сюда? — спросила она, протягивая руку, чтобы коснуться области прямо рядом с синим маркером.

Джейсон вгляделся в карту.

— Мы играем в «Spirit Island»? Я не хорош в этой игре. Я хочу быть духом теневого страха. Я очень страшный.

— Мы не играем в «Spirit Island», Джейсон.

— Мы играем в «Risk»? Я слышал, версия legacy нормальная. Должен ли я захватить Землю?

— Нет.

— Ты уверена? — заныл Джейсон. — Все там отстой.

— Оближи свое мороженое, пока оно не капает.

— О, эй. Мороженое.

Фарра указала на карту, пытаясь снова.

— Можешь открыть портал сюда?

— Могу. Теневой портал. Я очень загадочный.

— Тогда можешь, пожалуйста… куда ты идешь?

Она обернулась, чтобы посмотреть на Джейсона, который забрел в середину комнаты и оглядывался, как будто потерялся.

— Я хотел посмотреть наружу, — сказал он. — Где окна?

— Наружу? Их нет. Только большое, показывающее твой внутренний водопад лавы. Почему ты хочешь посмотреть наружу?

— Софи вернулась.

— Ты уверен?

— Ага, — сказал он и лизнул свое мороженое. — Ее аура пахнет яблоками.

— Это было быстро, — сказала Фарра. — Она, должно быть, что-то нашла.

— Она все еще быстрая, — сказал Джейсон. — Она будет здесь через…

Раздался громкий стук в дверь. Джейсон и Фарра обернулись, чтобы посмотреть, как двери раздвинулись, открывая Софи, растянувшуюся на полу снаружи, держащуюся за нос и стонущую. Фарра взяла Джейсона за руку и повела его в том направлении. Софи уставилась на него с обвиняющим выражением.

— Почему твоя дверь блокирует телепорты? — спросила она с пола.

— Блокирует? — спросил Джейсон.

— Я пыталась промелькнуть сквозь нее и врезалась лицом в нее вместо этого.

— Ты уверена, что стекло на дверях не слишком размытое, чтобы получить линию видимости для твоей способности? — спросила Фарра.

— Да. Нет. Заткнись.

Фарра усмехнулась, когда Софи ударила ногой по воздуху, перевернувшись на ноги.

— Ты знаешь, что двери просто откроются, если ты постоишь перед ними секунду, верно? — спросил Джейсон. — Как в супермаркете.

— Я торопилась, — сказала Софи.

— Ты что-то нашла? — спросила Фарра.

— Да, — сказала Софи с ухмылкой. — Большую группу. Хамфри, Линди. Клайва, который был тем, кто заставил меня бежать обратно сюда. Он хочет, чтобы мы начали брать жрецов Несмерти живыми вместо того, чтобы убивать их. Столько, сколько сможем получить.

Джейсон потянулся почесать голову и чуть не ткнул себя в глаз мороженым. Он уставился на него, как будто удивлен найти его там, затем ухмыльнулся и лизнул его.

— Он в порядке? — спросила Софи.

— Он в порядке, — сказала Фарра. — У него есть Тень, чтобы остановить его от падения в водопад лавы.

— Пожалуйста, скажи мне, что он сейчас не главный, — сказала Софи.

— Я отведу тебя к Мириам Вэнс, — сказала Фарра. — Тень, не позволяй ему проходить через какие-либо порталы в одиночку.

— Конечно, мисс Фарра.

Фарра повела Софи обратно через офисные двери.

— Должно быть, было приятно снова увидеть Хамфри и Линди.

— Такое облегчение, — сказала Софи. — Я была так счастлива видеть, что они…

Двери захлопнулись за ними, оставив Джейсона почти одного.

— Мне следует взять немного мороженого, — сказал он.

— Вы держите мороженое, мистер Асано.

Джейсон посмотрел вниз на свою руку.

— О, мило.

Гэри спрыгнул с крыши облачного автобуса Эмира на парковку пристани города Джейсона. Служащая местом сбора, она кишела искателями приключений и «яркими сердцами». Поскольку Гэри был теперь почти в два раза выше ее, Фарра прыгнула через воздух, чтобы схватить его в объятия.

Воссоединения изобиловали, когда Рик и Софи привели две большие группы на территорию Джейсона. Это собрало большинство выживших участников экспедиции вместе, хотя у каждой группы были оставшиеся члены, предположительно либо все еще изолированные, либо мертвые.

Было мало времени праздновать, так как Клайв и Констанция передали свои территории Джейсону. Они оба немедленно начали страдать от последствий, и Джейсон снова остался с территориями, далекими от его первоначальной, и нуждающимися в защите. Была спланирована и запущена еще одна операция, чтобы обезопасить их.

Джейсон в значительной степени восстановился, его состояние улучшалось намного быстрее, чем у тех, кто был поражен сильнее. Клайв и Констанция прошли через фазу разрушения ванных комнат, и Констанция была на постельном режиме. Клайв был все еще без сознания большую часть каждого дня, приходя в себя достаточно долго, чтобы его покормили горстью монет духа.

Разум Джейсона был ясен, но он все еще терпел физические симптомы, в основном головокружение и головные боли, которые приходили и уходили. Он был в состоянии использовать свои силы достаточно хорошо, но даже не пытался спорить, что он должен сражаться. Он был в состоянии взять половину их сил в свое царство души, переместиться порталом на свою новую территорию и позволить всем выйти обратно.

Новый план по объединению территорий был менее агрессивным, чем предыдущий. Живые аномалии были еще сильнее, а значит, любая группа без поддержки золотого ранга была в опасности. Кластеры территорий были дальше друг от друга в этот раз и потребовали бы больше времени для соединения, поэтому оба нуждались в солидной защите. Самой большой угрозой был аватар, но его в последний раз видели близко к бывшей территории Дуррума. Это было далеко от земли, которую Джейсон унаследовал от Констанции и Клайва.

С силами, разделенными поровну, они будут медленно работать над их соединением. Мириам Вэнс отвечала за стратегию. Джейсон уступил ее опыту и старался не стоять у нее на пути. Он чувствовал себя бесполезным принцем, пока все остальные работали над созданием новых территорий для него, в то время как он просто бездельничал.

Он стоял в одном из двух наблюдательных залов в своей горной крепости. Каждый из них был расположен за огромным окном, которое снаружи было радужкой массивного каменного глаза. Джейсон смотрел вниз на парковку пристани своего реплики маленького городка, где искатели приключений, «яркие сердца» и культисты собирались.

— Тебе нужно присоединиться к ним, — сказал Джейсон. — Целителей никогда не бывает достаточно.

— Да, — сказал Нил, подходя рядом с ним.

— Мне сказали, ты стал хорошим лидером там.

— Я мог бы сделать лучше.

Джейсон издал усталый, добродушный смех.

— Да, — сказал он. — Я знаю это чувство.

— Я думаю, может, я понимаю тебя немного лучше сейчас, — сказал Нил. — Быть брошенным в глубокую воду. Мало или нет союзников, вынужденным подняться на вызов или умереть. Это сурово, но есть также что-то убедительное в этом. Как будто ты действительно жив.

Джейсон взглянул на Нила, прежде чем повернуться обратно к окну.

— Я думаю, ты понимаешь меня немного лучше.

— Я не собираюсь жаловаться на это так много, как ты, однако.

Джейсон издал смешок.

— Вероятно, к лучшему. Нил, я знаю, что все остальные в нашей команде ярче, чем ты. Огненные мечи и летающие черепахи и облака магических бабочек. Но мы видим, насколько ты хорош. Мы можем только шагнуть вперед так, как мы делаем, потому что мы знаем, что ты стоишь позади нас. Прикрывая наши ошибки. Мы странная кучка, и нам нужна устойчивая доза надежности, чтобы заставить все это работать. Ты только что доказал совершенно новым способом, насколько ты надежен, и я не говорю это достаточно часто, Нил, но спасибо. За то, что ты удивительный.

Нил посмотрел на Джейсона, настороженно ожидая признаков насмешки. Джейсон вообще не смотрел на него, глядя в окно усталым взглядом.

— Спасибо, — сказал Нил, его голос был неуверенным.

— Теперь, — сказал Джейсон. — Я чувствовал странную ауру, которая прибыла с тобой. Я чувствовал, как она пришла сюда с тобой и остановилась за дверью. Я предполагаю, ты здесь, чтобы сделать представление.

— Я уверен, вы двое разберетесь с этим, — сказал Нил, шаркая к боковой двери.

К тому времени, как он добрался до нее, он был наполовину бегущим. Джейсон смотрел, как он уходит, с нахмуренным видом, затем повернулся к двойным дверям, которые были главным входом в наблюдательный зал. Он подошел, и они открылись, чтобы показать антропоморфного кролика в смокинге. Он стоял через холл, нервно вертя поля своего цилиндра в руках.

— Папа? — спросил кролик.

Глава 22 Я ХОЧУ ЭТОГО ДЛЯ ТЕБЯ

Глава 22 Я ХОЧУ ЭТОГО ДЛЯ ТЕБЯ

Джейсон посмотрел на кролика, нервно стоявшего в холле. Его брови нахмурились, пока разум складывал кусочки пазла воедино. Зона трансформации, пропавший дар Целителя, кролик-конструкт, которого он создал в своем пространстве души. А теперь — этот кролик. Это был не конструкт; внутри была душа.

Он был лишь обычного ранга. Должно быть, ему было страшно пересекать все эти территории, когда все остальные были намного сильнее его. Он искал Джейсона, понимал он это или нет, и теперь Джейсон понимал почему. Его аура выделялась с того самого момента, как он прибыл, и в ней чувствовалось что-то знакомое, несмотря на то, что Джейсон никогда раньше его не видел. Он понимал его, словно архитектор, смотрящий на чертежи, которые начертил сам. Более того, кролик был семьей.

Джейсон мгновенно понял, что создал это живое существо, даже если не помнил, как это сделал. Но как бы он ни был ошеломлен тем, что создал полноценное живое существо, он знал, что это ничто по сравнению с тем, через что проходит кролик. Он только что встретил своего создателя.

— Я не могу представить, что ты чувствуешь, — сказал Джейсон. — Проходи в мой кабинет и садись. Попробуем во всем разобраться.

Над шахтой, которая доставила Джейсона и его спутников глубоко в недра планеты, располагался небольшой городок. Город возник быстро, большая часть застройки появилась уже после того, как экспедиция отправилась в путь. Это был продукт Магического общества, якобы построенный для исследований, но много ли можно узнать из огромной дыры в земле? По правде говоря, город был немногим больше, чем роскошный курорт — место для высших эшелонов Магического общества, где можно было сбежать от мрачных руин Яреша.

Там был большой чайный домик, квадратное здание, состоящее из мезонинов вокруг центрального двора. Были и подвальные уровни, удовлетворяющие аппетиты, выходящие за рамки простого чаепития, но и легальные верхние уровни вели бойкую торговлю. Он был популярен среди искателей приключений, торговцев и множества других поставщиков товаров, обслуживающих город и его покровителей из Магического общества.

Двое сидели в комнате на одном из верхних этажей, за полупрозрачной занавеской, скрывавшей их от тех, кто выглядывал из своих комнат. Одним был селестин с темной кожей, серебряными глазами и огромной серебряной афро-прической. Другой — эльфийка, чьи волосы с зелеными крапинками были светлее оттенка ее кожи.

Несмотря на их примечательную внешность, никто из персонала не помнил их, стоило только отвести взгляд. У Джейсона был похожий трюк с аурой, но их мастерство в этом деле заставляло все, что мог сделать он, выглядеть жалко.

— Не понимаю, почему к нему сохраняется такой интерес, — сказал селестин Велиус. — Строитель закончил с этим миром, и все идет к тому, чтобы снова достичь стабильности. Да, связь между мирами нуждается в стабилизации, но это лишь вопрос времени, теперь, когда у Асано есть магия вестников. У него даже есть тот мальчишка, который так нравится Небесной Книге, чтобы помочь ему всему научиться. И вообще, это дело Мирового Феникса. Почему ее сосуд не томится на этой скучной скале? Почему мы здесь, а не Хельсвет?

— Ты не знаешь? — спросила Рейт. — Жнец тебе не сказал?

— Он не то чтобы разговорчив. Я его сосуд, а не друг. Тебе сказал твой… как там твое великое астральное существо называет себя в эти дни?

— У него много имен, но оно не претендует ни на одно из них.

Велиус застонал, качая головой.

— Это претенциозность такого масштаба, на которую способно только великое астральное существо. Ему следовало бы выбрать чертово имя, хотя бы для того, чтобы не вести подобные разговоры каждый раз, когда кто-то о нем упоминает.

— Мой господин не хочет, чтобы о нем говорили.

— Плевать. Как ты его называешь?

— Господин.

Велиус закатил глаза.

— У тебя наверняка есть предпочтения.

— Признаюсь, мне симпатично имя «Хранитель Песков». Мне нравятся образы песочных часов.

— Видишь? Это было несложно. И это отличное имя. Если оно не выберет имя, люди будут называть его как захотят. Я однажды слышал, как кто-то назвал твоего господина «Подчасье». Это просто ужасно.

— Согласна.

— Так ты предложишь своему «Хранителю Песков» выбрать имя? Не обязательно это.

— Не предложу.

— Стоило попробовать. Но если отбросить это, ты знаешь, почему мы здесь? И почему новый главный сосуд Мирового Феникса — нет?

— Ты ведь знаешь, что астральные существа раскалываются на фракции?

— Они всегда раскалываются. Я видел признаки, но это не новость. Эти связанные планеты — горячая точка, но ситуация должна стабилизироваться.

— Дело уже не в планетах. Как ты сказал, это дело Мирового Феникса. Беспокойство вызывает Асано. Он — семя, которое посадил Мировой Феникс, но он вырос такими путями, которые предвидело только Всепожирающее Око. Положение Асано в центре различных событий заставило обоих наших господ проявить интерес, наряду с богами и вестниками.

— Так вот в чем дело? Раздуть проблемы с вестниками? Какое нам дело, если он станет еще одним оригиналом? Их вокруг больше, чем осознает большинство астральных королей. И они редко доставляют неприятности.

— Не в этом дело, — сказала Рейт.

— Тогда в чем? Что стоило того, чтобы отправить тебя сюда? То, что Жнец отправил меня, имеет смысл. Он уже несколько раз вмешивался в дела Асано, а одна из его теней — фамильяр Асано. Но какой интерес в этом у Хранителя Песков? Почему он отправил тебя сюда, вместо того чтобы Мировой Феникс отправила Хельсвет? Твой господин собирается совершить одно из своих редчайших вмешательств?

— У Мирового Феникса здесь нет представителя, потому что она будет в оппозиции к нам в том, что произойдет дальше.

— А что произойдет?

— Асано начал прикасаться к магии внутреннего мандата.

— И что? К тому же, как? Он все еще смертный.

— Один из его фамильяров — аватар гибели. Он уже предпринял шаги к тому, чтобы тот стал Голосом Воли, создав связь, выходящую за рамки призывателя и фамильяра.

— Ладно. Это необычно, но он не первый. Это даже нормально по стандартам оригинальных астральных королей. Этого недостаточно, чтобы заставить Хранителя Песков пошевелиться. Твой господин всегда стоял особняком, даже по меркам великих астральных существ. Вы наименее активные из всех нас, так что изменилось? Твой господин и Всепожирающее Око не вмешивались в космические события с тех пор, как…

Рейт улыбнулась, когда глаза ее собеседника расширились.

— Он превращает аватара гибели в Голос Воли, — сказал Велиус, его голос стал плоским.

— Да.

— Значит, он связан с аватаром через эту связь. Ты хочешь сказать, что это связывает его, через аватара, с…

— Да.

— Оу, — сказал Велиус и осушил чашку чая. — Наши астральные существа хотят, чтобы он…

— Да.

— И ты думаешь, что мой господин хочет этого? Твой всегда был против разделения, но мой поддерживал его.

— Похоже, Жнец изменил свое мнение. Ты в лучшем положении, чем я, чтобы спросить его.

Велиус издал многострадальный смешок.

— Ты бы так подумал, не правда ли? — сказал он. — Это потому, что твое великое астральное существо действительно говорит тебе вещи. Я узнаю их только тогда, когда мое вселяется в меня и слова сами слетают с моих губ. Когда намерение пронзает мой разум, словно молния.

Велиус потянулся налить еще чашку, обнаружил, что чайник пуст, и вздохнул.

— Мне нужно что-то покрепче, — сказал он. — Ты ведь здесь уже какое-то время, верно?

— Мы прибыли в этот чайный домик вместе.

— Нет, я имею в виду на этой планете. Ты нашла что-нибудь достаточно крепкое, чтобы нас напоить?

— Нет.

Велиус застонал.

— Сколько еще продлится эта штука с зоной трансформации?

Джейсон и кролик размером с ребенка находились в злодейском кабинете в горной крепости Джейсона. Кролик сидел на диване напротив Джейсона в облачном кресле.

— …это было тогда, когда я понял, что дар, который дал мне Целитель, пропал, — продолжил Джейсон.

— Этот дар, который должен был позволить тебе создавать жизнь? — спросил кролик.

— Да. Я участвовал в зарождении этой зоны трансформации. Все вещи внутри этой зоны, включая меня самого, находились в состоянии потока. Все, у кого была душа, остались нетронутыми, но все остальное было готово к переделке. Это включает в себя гигантское дерево на горизонте, которое, насколько я могу судить, предназначалось для того, чтобы быть кузницей душ. Где-то там, окруженный силой созидания, я думаю, я подсознательно подключился к этой силе и использовал дар.

— Чтобы создать меня.

— Да.

— Значит, я был какой-то магической куклой, которую ты сделал, а потом оживил.

— Нет. Ты не кукла. Тот конструт все еще существует; это не ты, а ты — не он. Ты — самостоятельная сущность, обладающая душой. Истинное существо, само по себе. Я думаю, я просто создал тебя по образу и подобию конструкта. Это не было сознательным актом.

— Зачем давать мне форму какой-то игрушки, которую ты сделал? — спросил кролик.

— Опять же, я не принимал сознательных решений. Это значит, что я могу лишь попытаться понять, что творилось у меня в голове, когда я совершил этот… акт творения. Мне нравится кролик-конструкт. Он веселый и счастливый. Если уж я собираюсь создать живое существо, я хочу, чтобы у него была жизнь, полная веселья и счастья. Я хочу этого для тебя.

— А как насчет остального?

— Остального?

— Почему я был в той башне молний?

— Не знаю. Моя лучшая догадка — потому что я понятия не имею, что делаю.

— О, отлично. Это то, что все хотят услышать от своего создателя. Как бог, ты в этом полный [пип].

— Я не бог.

— Именно. Ты настолько плох в том, чтобы быть богом, что даже им не являешься. Это полный [пип].

— Что это было? — спросил Джейсон.

— Что «что»?

— Эти «пип».

— Ты не знаешь? — воскликнул кролик, вскакивая на ноги на диване. — О, отлично. Ты сделал это со мной и даже не знаешь, что это такое или почему?

Джейсон поморщился. — Возможно, я догадываюсь.

— Тогда [пип] расскажи мне, ради [пип] всего!

— Иногда я бываю тем еще придурком.

Кролик посмотрел на него с недоверием.

— И всё? Это всё, что ты можешь сказать?

— Я знаю, это не то, что ты хотел услышать.

— Не то, что я хотел услышать? НЕ ТО, ЧТО Я ХОТЕЛ УСЛЫШАТЬ? Ты [пип]…

Джейсон выждал, пока кролик закончит свою тираду, состоящую из неразборчивой серии «пипов», перемежающихся анатомически невозможными угрозами. Несмотря на комичность ситуации, ему было совсем не смешно. В то время как он пытался смириться с тем, что создал живое существо, подобно какому-то древнему божеству, созданная им сущность оказалась в гораздо худшем положении. Встреча лицом к лицу с создателем должна была ответить на все его вопросы. Вместо этого он обнаружил, что его создатель слаб, мелочен и несовершенен.

Дождавшись, пока кролик выдохнется и снова рухнет на диван, эмоционально истощенный, Джейсон заговорил.

— Я не могу ничего обещать, — сказал Джейсон, — но я признаю, что несу ответственность перед тобой. Не знаю, насколько смогу помочь, но я готов попытаться.

Джейсон встал со своего кресла.

— Пойдем со мной, — сказал он кролику.

Парковка у пристани была почти пуста, новая команда только что отправилась захватывать очередную территорию. Вокруг все еще было несколько человек, в основном выглядевшие потерянными обладатели серебряного ранга. Мириам начала исключать людей из команд, поскольку угроза становилась слишком серьезной, чтобы они могли с ней справиться. В основном это касалось «светлых сердец», но также и исследователей из Магического общества. Некоторые отдыхали в пустых домах, но другие слонялись без дела, не зная, что делать. У них не было задач, но они чувствовали, что сидеть без дела — неправильно. По мере роста опасности все больше серебряных рангов будут сталкиваться с той же дилеммой праздности.

Джейсон привел кролика к порталу в царство души, который в данный момент был открыт рядом с перилами у воды. Они остановились перед ним, глядя на радужный пласт энергии, заключенный в белой каменной арке.

— Что ты чувствуешь? — спросил Джейсон, его голос был подчеркнуто нейтральным.

Кролик долго не отвечал, глядя на арку.

— Дом, — наконец сказал он, его голос был едва слышным шепотом.

— Ты хочешь войти внутрь?

Кролик кивнул, и Джейсон сделал приглашающий жест. Бросив взгляд на Джейсона, он направился к арке, колеблясь лишь мгновение, прежде чем шагнуть внутрь. Кролик вышел с другой стороны, на мгновение пошатнувшись от головокружения. Он не привык к перемещению через порталы, но портал в царство души был мягче обычного. Иначе кролика стошнило бы прямо на траву.

Он огляделся, первым делом заметив, что Джейсон уже ждал его, когда он прибыл. Он в замешательстве переводил взгляд с Джейсона на портал.

— Аватар, — объяснил Джейсон. — Я везде в этом месте.

Кролик огляделся. Они были на поляне с небольшим прудом, солнце светило с неба, приятно, но не удушающе теплого. Вокруг поляны был лес с несколькими манящими тропинками, ведущими сквозь деревья. Лесистые участки, не отмеченные на тропе, выглядели обычными, но ощущались зловещими.

— Конструкт, — сказал кролик. — Тот, который…

— Исчез, — сказал Джейсон. — Я могу воссоздать его, если хочешь посмотреть, но это пустая вещь. Ты — настоящий.

Взгляд кролика резко метнулся к Джейсону.

— Ты настоящий, — повторил Джейсон. — Я знаю, что ты чувствуешь себя потерянным. Не уверенным в том, кто ты и какова твоя роль во вселенной.

— Поэтому ты привел меня сюда? Чтобы сказать мне?

— Это решать тебе, — сказал Джейсон. — Я знаю, что разочаровываю тебя.

— Было бы неплохо, если бы существо, создавшее меня, не было просто каким-то парнем.

Аватар выразительно посмотрел на арку, а затем исчез. Кролик посмотрел на место, которое он занимал, а затем обратно на портал. Настоящий Джейсон шагнул внутрь, и кролик почувствовал это, словно попал в водоворот. Джейсон был связан с этим местом гораздо сильнее, чем просто человек. Казалось, что прилив будет подниматься и опускаться вместе с его дыханием; что он может вызвать ночь, просто закрыв глаза. Его сила была непостижима, сам мир стал плотью. Это был Создатель, которого он искал.

Кролик сглотнул, и внезапно ощущение исчезло. Джейсон снова стал просто человеком. Джейсон улыбнулся, протянул руку и похлопал его по голове.

— Ты очень низкий, — сказал Джейсон.

— Поцелуй меня в задницу.

Глаза кролика расширились. Он начал сыпать ругательствами, перемежая их радостным смехом. Джейсон терпеливо ждал, пока он успокоится, кролик стоял перед ним с широкой ухмылкой.

— Это…?

— Навсегда? Да. Ты — мое творение. Я могу изменить в тебе все, что не защищено твоей душой, и это тоже, если ты захочешь и позволишь мне. Я мог бы превратить тебя в человека. В эльфа или оленя. В леонида-киборга с бензопилой.

Кролик посмотрел на свои руки.

— Ты можешь сделать меня сильным?

— Серебряный ранг — это максимум, до которого я могу тебя довести, чтобы ты вышел отсюда целым и невредимым.

— Можешь сделать меня владельцем эссенций?

— Не на серебряном ранге. Эссенции — это дело между тобой и твоей душой. Ни боги, ни великие астральные существа не могут возвысить тебя как владельца эссенций. Не сломав тебя при этом. Некоторые вещи принадлежат космосу.

— Почему я всего лишь обычного ранга? Мне не понравилось, что пришлось покинуть ту башню, когда все и вся могли убить меня случайно. Один сонный серебряный ранг махнет рукой, зевнув, и я труп. Я покинул башню только потому, что единственное, что было хуже, чем уйти — это оставаться там в одиночестве.

— Подозреваю, что ты обычного ранга потому, что пребывание в начале пути дает тебе больше потенциала, чем я могу вложить. Я могу дать тебе силу, если ты этого хочешь, но не способности эссенций. Что я могу сделать, так это дать тебе эссенции и позволить тебе самому их освоить.

— Сколько у меня времени на раздумья?

— Сколько угодно. Если ты вернешься через этот портал, ты снова начнешь стареть. Здесь тебе ничто не может навредить. Даже время.

— Если только ты не захочешь этого.

— Да. Но ты ничего не сможешь поделать с тем, чего хочу я. Вопрос в том, чего хочешь ты.

Кролик нахмурился, размышляя, прежде чем снова посмотреть на Джейсона.

— Имя.

Глава 23 МАЛЕНЬКОЕ, ПРОСТОЕ ИЛИ НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ

Глава 23 МАЛЕНЬКОЕ, ПРОСТОЕ ИЛИ НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ

Джейсон шел по широкой лесной тропе, а рядом с ним семенил безымянный кролик. Солнечный свет пробивался сквозь редкую листву, освещая путь, но при этом сохраняя ощущение уединенности и приватности.

— Имена важны, — сказал Джейсон. — У меня есть фамильяр. Его зовут Колин, и люди его обожают.

— Ты хочешь сказать, что «Колин» — это какое-то магическое имя, из-за которого люди начинают тебя любить? — спросил кролик.

— Отчасти. Не само по себе, конечно. Контекст важен. Я человек из двух миров. Я пришел из мира, где магия была скрыта до самого недавнего времени. Еще семь или восемь лет назад я даже не верил в ее существование. А потом я попал в мир, полный магии, которая здесь ни от кого не прячется.

— Полагаю, ты рано или поздно подведешь к какой-то мысли.

Джейсон усмехнулся.

— Да, но, как я уже сказал, контекст важен. Я обнаружил одну вещь в магическом мире: люди, увлеченные великой магией, упускают из виду магию малую. Те тонкие вещи, которые в моем мире всегда использовали, даже не осознавая этого. Музыка — отличный пример. Толпа — другой, а их сочетание обладает огромной силой. Концерт — это нечто, на что стоит посмотреть через восприятие ауры. Я тебя не запутал своими рассуждениями?

— Я знаю, что такое концерт. Кстати, это странно, потому что я никогда не слышал музыки. Для парня, который так много говорит о контексте, ты вложил мне в голову кучу безумных вещей без всякого контекста. Например, что такое «турдукен»? Это какая-то странная штука с животными, которая пошла ужасно, ужасно не так?

Джейсон рассмеялся.

— Нет, — сказал он. — Но давай не будем отвлекаться; я говорил о музыке.

— Не уверен, зачем.

— Дай мне закончить. Спешить некуда.

— Разве ты не сражаешься, чтобы помешать армии Нежити захватить подземный плацдарм, откуда они смогут хлынуть бесконечным потоком неживых чудовищ в мир живых?

— Теперь это забота влиятельных людей.

— Мы идем по вселенной, богом которой ты являешься.

— Это не настоящая вселенная. Пока что. И я не бог.

— Ты создал меня. Ты ведь не собираешься делать крольчиху из одного из моих ребер, правда?

Джейсон снова рассмеялся.

— Нет. Мои планы на этот счет… Я только что узнал о твоем существовании. Дай мне время обдумать следующий шаг. А пока я говорил о музыке. В мире, откуда я родом, люди не знали об аурах. Я имею в виду настоящие ауры, а не ту ерунду, о которой болтает твоя тетушка с кристаллами.

— Я первый представитель своего вида; у меня нет тетушки.

— Универсальная тетушка. Она — архетип. Но настоящими аурами можно манипулировать без всякой магии. Коллективная аура на концерте AC/DC — это нечто впечатляющее. В этом есть настоящая сила, даже если нет настоящей магии.

— Ты помнишь, что должен был говорить об именах?

— Имена — это часть процесса, — сказал Джейсон. — Песня может тронуть сердца, правильные слова могут поднять нации, а имя может создать личность. Оно формирует не только то, как люди видят нас, но и то, кто мы есть. Я рассказывал тебе о своем фамильяре, Колине.

— Да. По-видимому, люди любят Колина.

— Это так. Знаешь, какой он фамильяр?

— Дай угадаю: что-то страшное? Двухголовый огненный крокодил?

— Он сангвинический ужас. Зверь апокалипсиса, известный тем, что опустошает целые миры, оставляя после себя лишь бесплодные камни. Он постоянно жаждет крови и плоти и не всегда разборчив в том, откуда они берутся.

— Э-э, понятно.

— Но он разборчив. Насколько я понимаю, это крайне необычно. Сангвинические ужасы — это лишь неутолимый голод, который нужно искоренять до последнего кусочка, иначе он продолжает расти, питаться и никогда, никогда не останавливается. Но только не Колин.

— Он же фамильяр, верно? Очевидно, ты на него влияешь.

— Да, и это начинается с его имени. Оно задает тон. Отправную точку того, как мир видит его и как он видит свое место в нем. Имена важны. Это наша первая связь со всем, что находится вне нас. Правильное имя дает нам силу, а неправильное — имеет власть над нами. В любом случае, оно формирует то, кто мы есть. Если тебя зовут Мистер Прыг-Скок, все будут видеть в тебе только кролика. Если тебя зовут Вестник Гибели, Повелитель Резни, все будут видеть в тебе только одиночество.

— Это все затягивание времени, пока ты пытаешься придумать мне имя?

— Ты можешь выбрать сам, если хочешь. Многие так и делают.

— Нет, — сказал кролик. — Это должен сделать ты. Это просто… кажется правильным.

Джейсон кивнул.

— Я думал об этом, пока мы разговаривали, ты прав. Я мог бы назвать тебя в честь кого-то. Кай, в честь моего брата, который погиб, защищая свой мир. Но я не думаю, что тебя стоит называть в честь кого-то. Ты не происходишь от кого-то другого. Кроме меня. Ты можешь носить мою фамилию, если хочешь, но мы говорим о личных именах. Ты — нечто новое, поэтому имя, которое я тебе дам, тоже должно быть новым.

— У тебя есть что-то на примете?

— Ник.

— Ник? Как это может быть новым?

— Это Ник. НИК, без «К». Оно происходит от слова «Лехеник». На языке мира, где я родился, это примерно переводится как «первый» или «во-первых». Первый экземпляр. Вот как я хочу называть ваш народ, когда вы станете видом, а не уникальным существом: Лехеник. Первый народ, которому суждено быть здесь.

Он указал на царство душ вокруг них. Они все еще шли по лесной тропе, солнечный свет пробивался сквозь редкую листву.

— Все остальное здесь, — продолжил Джейсон, — либо не принадлежит этому месту, либо является моим продолжением. Кроме тебя. Ты появился из меня, но не принадлежишь никому, кроме самого себя, и твоя судьба в твоих руках. Но ты сказал, что это место кажется домом, и ты был прав. Это твой дом, и здесь для тебя всегда найдется место.

— Ты собираешься создать еще таких, как я?

— Да. Я думаю, что знаю как, и возможность пугающе близка. Я не хочу, чтобы ты прожил жизнь, не имея места и никого, к кому можно принадлежать. Это было бы жестоко.

— Не знаю, что и чувствовать по этому поводу.

— Я тоже. Когда-нибудь, вероятно, появится библия, в ранних главах которой ты и я будем занимать видное место.

Джейсон остановился перед деревом, сорвал красный плод и протянул его кролику.

— Яблоко?

Кролик посмотрел на Джейсона с невыразительным видом, но взял фрукт. Джейсон сорвал еще одно для себя, и они продолжили путь.

— Ник, — произнес кролик, обдумывая звучание. — Ник. Ник. Ник Асано?

Джейсон бросил на кролика косой взгляд, но не стал прерывать. Вместо этого он откусил от своего яблока.

Глубоко под его горной крепостью находилась огромная магматическая камера. Расплавленная порода на дне камеры заливала пещеру красным светом, окрашивая клетки, висящие на цепях под потолком. Джейсон и новоиспеченный Ник вышли из туннеля, проложенного в стене и заканчивающегося каменным балконом.

— О, отлично, — сказал Ник. — Ты держишь армию жрецов Несмерти в чрезмерно сложной и легко преодолимой ловушке. Уверен, это сработает как надо.

— Ошейники подавления, которые на них надеты, — вот настоящие клетки, — сказал Джейсон. — А что касается самих клеток, нам нужно где-то их держать.

По каменному туннелю позади них раздались быстрые шаги, пока к ним не присоединилась Мириам Вэнс. Она посмотрела на Ника, затем на висящие клетки, после чего продемонстрировала, что усвоила урок, и не стала задавать вопросов. Джейсон взглянул на нее, прежде чем снова посмотреть на клетки.

— Командующий операциями, — сказала Мириам. — Я хочу официально отозвать всех серебряных рангов из зачистки территорий. По нашим лучшим оценкам, около половины территорий уже захвачены, а аномалии стали слишком опасными.

— Это некоторых разозлит, — сказал Джейсон. — Серебряные ранги раздражаются из-за того, как медленно мы продвигаемся, что верно как для меня, так и для любого другого. Это место лучше подходит для продвижения, чем нашествие монстров.

— Серебряных рангов трудно убить по большинству стандартов, Командующий операциями, но здесь нет ничего стандартного. Мы постоянно оказываемся на грани гибели на каждой территории, которую захватываем сейчас, даже с золотыми рангами, присматривающими за остальными. Я не хочу, чтобы потребовалась смерть, прежде чем люди примут тот факт, что пора остановиться.

Джейсон кивнул.

— Я оставлял все это на твое усмотрение, поэтому не буду спорить с тобой сейчас, — сказал он ей. — Мы объединим золотых рангов и продолжим?

— Мы можем, — сказала Мириам. — Однако это замедлит наш прогресс, даже с Гаретом Зандье и его силой полубога. Я считаю, что пора менять стратегию.

— Ты хочешь нанести удар по жрецам Несмерти.

— В идеале мы должны найти и убить аватар, прежде чем верховный жрец Несмерти возьмет его под контроль.

— Гарт, — сказал Джейсон. — Верховного жреца зовут Гарт.

— Мне все равно, как его зовут, — сказала Мириам. — Меня волнует только то, чтобы мы превратили его из нежити в окончательно мертвого. Думаю, он, вероятно, уже нашел аватар своего бога, но я все еще считаю, что время охотиться за ним — сейчас. Нежить наращивает свои ряды с каждым врагом, с которым сталкивается, в то время как мы собрали всех, кто обладает значительной силой, в нашей группе. Мы не станем сильнее.

Джейсон снова кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Давайте соберем всех вместе и объясним план. Как Клайв?

— Не то чтобы хорошо, но, по крайней мере, готов проинструктировать всех.

— Проблема с…

Клайв прижал руку ко рту и резко вдохнул носом. Он указал на Джейсона, который наполнил стакан Клайва водой из кувшина. Клайв залпом выпил ее и с грохотом поставил пустой стакан на стол, поморщившись от продолжающейся головной боли. Джейсон снова наполнил его.

Они находились в конференц-зале с различными лидерами фракций альянса, искателями приключений, светлыми сердцами и культистами Строителя. Посланники также были представлены: Марек Ниор Варгас рядом с Риком, а Джали Коррик Фен рядом с Джейсоном.

— Прошу прощения, — сказал Клайв собравшимся. — Как я уже говорил, проблема борьбы со жрецами Несмерти заключается в их аватаре. Мы должны исходить из того, что они уже контролируют его, поскольку поиск аватара первым лишь облегчит нам жизнь. Как все здесь видели во время захвата последних территорий, наш собственный божественный представитель, Гэри, чрезвычайно силен.

Гэри был крупной и сияющей фигурой в комнате, но выглядел неловко от того, что на него указали.

— Многие из вас уже были свидетелями столкновения Гэри с аватаром, — продолжил Клайв. — Те, кто видел это, заметили, что эти две силы равны. Никто не может их одолеть, включая друг друга. Нам нужно решить эту проблему, чтобы одолеть жрецов, их нежить и их посланников.

— И чтобы сэкономить время, — вмешался Джейсон, — мы не будем пересматривать идею использования посланников нами самими.

— Вы продолжаете настаивать, — сказал лидер культистов Бофорт. — Но, возможно, это должно быть групповым решением, а не только вашим.

— Нет, — сказал ему Джейсон.

— Нет? — спросил Бофорт. — И все? Просто «нет», без дальнейших причин или объяснений?

— Да.

— А если мы будем настаивать?

— Тогда это было бы прискорбно.

— Вы не создаете ощущения равного альянса, Асано.

— Это не так.

Все за столом знали, что аура Джейсона пронизывает комнату. Что горная крепость, в которой они находились, как бы абсурдно это ни было, приняла форму головы Джейсона.

— Больше не будет разговоров о том, чтобы брать посланников в бой, — сказал Джейсон. — Я не буду снова повторять о ценности цепочки командования, но если у кого-то еще есть проблемы с их или моим местом в ней, высказывайтесь сейчас.

Джейсон обвел взглядом комнату, его взгляд встретил лишь тишину.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь Клайв объяснит метод, который мы будем использовать для борьбы с аватаром.

Клайв кивнул в знак согласия и тут же поморщился от резкого движения головой.

— Я собирался дать пространное объяснение, которое полностью раскрыло бы план, — сказал Клайв. — Но поскольку мне нужно пойти прилечь, вы получите краткую версию. Жрецы Несмерти пытаются реанимировать, когда их убивают. Уверен, вы все это видели. Однако это не работает, потому что они отрезаны от своего источника силы, то есть от божественной силы своего бога. Аватар — это еще один источник этой силы и, в отличие от самого бога, ограниченный. Он тоже отрезан от бога, поэтому любая сила, выкачанная из него, ослабит его. План состоит в том, чтобы убить как можно больше жрецов, до которых мы сможем дотянуться, в присутствии аватара. Каждая реанимация будет высасывать часть его божественной силы. Если мы сможем выкачать достаточно, это склонит чашу весов настолько, что Гэри сможет его уничтожить.

— Не оставит ли это нас с армией оживших жрецов, которых нужно убить? — спросил Габриэль.

— Да, — ответила за Клайва Мириам. — Это будет тяжелый бой, и именно здесь вступают все, кроме Гарета. Мы, конечно, попытаемся немедленно уничтожить восставших мертвецов и ожидаем некоторого успеха, учитывая, что мы сами выберем условия, в которых они будут анимироваться. Однако глупо полагать, что все пойдет точно по плану. Нам нужно ожидать борьбы со жрецами Несмерти вместе с аватаром, а также с пленниками, которых мы убьем, когда они будут реанимироваться. Эта битва не будет маленькой, легкой или незначительной.

Глава 24 ЕЩЕ ОДИН АСТРАЛЬНЫЙ КОРОЛЬ

Глава 24 ЕЩЕ ОДИН АСТРАЛЬНЫЙ КОРОЛЬ

Мак Ден Кала был несчастным посланником. С тех пор как он встретил Бориса Кет Лунди, все вышло из-под контроля. Борис был доминирующей силой, его аргументы в пользу того, чтобы Мак передал свою территорию, были убедительными. И Мак был не последним, кого удалось склонить на свою сторону: другие посланники, которых они встречали, также подчинились. Не каждый золотой ранг был убежден словами, но те, кто выжил, бросив вызов Борису, в конечном итоге приняли свое подчинение. Борис был не просто выдающимся бойцом, но и хорошо разбирался в сражениях с другими посланниками.

Каждый отдельный шаг, приведший их к нынешней ситуации, имел смысл. Варианты не всегда были желательными, но они были приемлемыми, и у Бориса был способ представить их не просто как правильный выбор, а как единственный реальный выбор. Именно так они оказались там, где оказались: каждый шаг был верным, но вел по пути, который Мак никогда бы не выбрал сам.

Стремясь к союзу, Борис привел их прямо в руки жрецов Несмерти. Их огромная армия нежити покрывала землю, а посланники, которых они пробудили вместе со своими территориями, усеивали небо. Больше всего выделялась возвышающаяся фигура аватара Нежизни, претендующая на объединенные территории неживых, на которые сам верховный жрец Несмерти претендовать не мог.

Посланников у них было слишком мало, чтобы справиться со жрецами Несмерти, по крайней мере, до тех пор, пока они не истощат себя в борьбе с искателями приключений и их союзниками. Но ложные союзы с грязной нежитью не были путем посланников. Власть и доминирование — вот их путь, и именно словами или оружием Борису удавалось держать других посланников в узде. Но, внимательно наблюдая за ним, Мак видел слишком много странного в этом человеке. Слишком много такого, что было не свойственно посланнику.

Борис ушел один, договариваться с верховным жрецом Несмерти. Мак и остальные посланники расположились высоко на горе, на некотором расстоянии от плато, где находились силы Несмерти. Большая часть территории представляла собой бесконечный простор красных скал, песка и пыли. Лишь на верхних склонах горы была зелень, а более прохладный воздух на высоте позволял расти редким лесам. Пустынная жара не была для них губительной, но и приятной ее не назовешь.

У посланников не было своего места, поскольку не было низших рас, которые могли бы строить для них жилища. Они отдыхали на поросшем редким лесом склоне горы, находя хоть какое-то ограниченное утешение. Мак парил в воздухе над деревьями, ожидая возвращения Бориса с переговоров с верховным жрецом Несмерти. Он видел вдали плато, где собрались силы неживых. Нежить покрывала землю, а посланники, захваченные при освоении территории, усеивали небо. Больше всего его внимание привлекал аватар — маяк силы, излучающий порчу.

Это оставляло Мака в смятении, его собственная порча осталась позади, но не была забыта. Он помнил свое время службы странному дереву лишь как сновидческие обрывки памяти, скрывающиеся в его сознании, словно тайные предатели.

Когда Борис прилетел по воздуху, Мак вылетел ему навстречу. Борис замедлился и остановился, не торопясь в своих движениях.

— Нам нужно поговорить, Борис, — потребовал Мак. Борис не отреагировал на вызов в его тоне, его насмешливая улыбка раздражала Мака.

— Да, Мак, нужно. Мы будем разговаривать, паря здесь в воздухе, или найдем, где можно присесть?

— Именно об этом я и хочу поговорить. Присесть? Мы — высшие существа, Борис. Мы парим над землей, чтобы показать низшим, что мы не просто стоим выше них, а стоим над ними в целом. Мы — их небо, а когда мы решаем присесть, мы садимся на троны.

— Ты думаешь, мне не хватает достоинства посланника, — сказал Борис.

— Ты ходишь по земле. Ты сутулишься. Ты разваливаешься.

— Тогда останови меня, — сказал Борис, и подозрительная легкость его тона была обещанием опасности. — Если хочешь стоять выше меня, Мак, то сруби меня. Займи мое место.

Мак нахмурился. — Мы оба знаем, что я не могу.

— Тогда, возможно, тебе стоит пересмотреть свое понятие о том, что значит стоять выше, Мак. Ты можешь сколько угодно рассуждать о достоинстве, но как звучит болтовня о чести или принципах, когда у тебя нет силы, чтобы ее подкрепить?

Мак плотно сжал губы, словно пытаясь удержать следующие слова, но они все равно вырвались.

— Раса слуг, — сказал он сквозь зубы. — Это звучит как раса слуг.

— Да, — сказал Борис. — А теперь давай найдем, где можно присесть.

Верховный жрец Гарт стоял на холме посреди каменистого пустынного плато. Кроваво-красный закат разливался по небу, синева угасала в темноте, словно день был зарезан насмерть. Улыбка Гарта была постоянной, так как его голова была черепом с лишь точками красного света вместо глаз. Его мантия драпировала тело, явно не человеческой формы: острый горб и различные странные выступы странно топорщили ткань в неожиданных местах.

Гарт оглядел свои силы, собранные на плато. Землю было почти невозможно разглядеть, она была покрыта нежитью. Небо было усеяно посланниками, не так густо, как нежитью, но все же значительной силой. Менее приятным было отсутствие жрецов: несколько десятков оставшихся составляли менее половины от первоначального числа.

Некоторые, несомненно, стали жертвами самой зоны трансформации или столкнулись с посланниками или искателями приключений. Силы живых переключились с захвата территории на охоту за ними, и Гарт хотел знать почему. Они пытались захватить не территорию, а жрецов, беря пленных в серии внезапных атак. Учитывая, что в противном случае он вряд ли получил бы ответ, Гарт решил, что вырвет его из их глоток сам. Создавать новую нежить становилось трудно теперь, когда аномалии были такими сильными, поэтому пришло время устранить врагов.

Самая большая часть головоломки была теперь на месте: аватар Нежизни возвышался над их силами. Он удерживал контроль над их территориями теперь, когда сам Гарт был доведен до предела. Его необычная природа позволяла ему удерживать больше территорий, чем большинству, и быстрее восстанавливаться после их потери. Аватар контролировал их теперь, а Гарт контролировал аватар, до тех пор, пока не сможет вернуть его Нежизни.

Когда начнется битва, аватар свяжет полубога, пока их огромная орда разберется с остальными. Как только это будет сделано, орда также обрушится на полубога, сломав патовое положение между двумя божественными сущностями.

Помимо усиленного леонида, только один из их врагов вызывал беспокойство: тот, у кого была сила ослабить их силы нежити в целом. Призрачный огонь, который они распространяли, был не так силен, как чудо Смерти, но было ясно, что они одного поля ягоды. Также существовала проблема их ауры, подавляющей магию нежити. С этим нужно было что-то делать, иначе их численное преимущество не будет иметь большого значения.

Джамила зашагала вверх по холму к Гарту, грациозная на своих длинных ногах. Она была одета в элегантную боевую мантию и тяжелые сапоги, красные от пыли. Гарта снова поразила тоска, которую она вызывала в нем, несмотря на его неживое тело. Той малой доли живой ткани, которой он обладал, не должно было хватить для таких чувств. Он, конечно, никогда не поддался бы им, не позволяя себе такой недисциплинированности. К тому же его тело было так же плохо приспособлено для утоления подобных порывов, как и для того, чтобы вообще их чувствовать.

— У тебя есть ответы? — потребовал он, когда она поднялась на холм.

— Это Джейсон Асано, — сказала она, подходя, чтобы встать рядом с ним.

— Тот самый, что захватывает их территории?

— Да.

— Интересно; ты не первая, кто произносит его имя сегодня. Ты уверена?

— Я захватила несколько светлых сердец, которые были рядом с ним, когда он совершил чудо Смерти, а также пару пользователей эссенции. Асано — это тот самый.

— Пользователи эссенции? Искатели приключений?

— Исследователи Магического общества. Теперь у меня есть ответы на то, что искатели приключений делали под землей. Я принесла их всех живыми, на случай, если вы захотите допросить их сами, прежде чем я убью и анимирую их.

— Нет, я доверяю твоей способности заставить их говорить правду.

— Тогда нам нужно нацелиться на Асано во время битвы. Как только мы устраним его, они не только потеряют силу ослаблять нашу нежить, но и потеряют свои территории. Это не лишит их силы немедленно, но ударит по их моральному духу.

Гарт кивнул.

— Он серебряного ранга, что делает его уязвимым, но нам нужно быть осторожными в нашем подходе. Есть причина, по которой Смерть даровала ему чудо. То, что именно он захватывает территории, когда у них есть полубог. Сам Нежизнь счел нужным предупредить меня об Асано, что уже о многом говорит. Его нельзя недооценивать, и враг будет защищать его с осторожностью.

— Возможно, — сказала Джамила. — По моей информации, он вмешивается в битвы больше, чем хотелось бы окружающим его людям. Его аура уменьшит силу нашей нежити, но ему нужно использовать свои силы напрямую, чтобы распространять призрачный огонь.

— Возможно, нам стоит разбавить поле битвы. Удар с нескольких точек; распределить наши силы на более широкой площади, чем может покрыть аура серебряного ранга.

— Полагаться на такую стратегию может быть не лучшим решением, — предположила Джамила. — Я вытянула из пленных столько информации об Асано, сколько смогла. Они утверждают, что его аура подобна ауре золотого ранга, как по силе, так и по охвату.

— Это звучит маловероятно. Насколько сильно ты давила на них по этой теме?

— Сильно. Исследователи Магического общества были глубоко убеждены в достоверности этой информации. Они утверждают, что Асано тренировался под руководством Амоса Пенсинаты.

Гарт дернул головой, переводя взгляд с сил, выстроенных внизу, на свою подчиненную жрицу.

— Пенсината? Он здесь, в этом месте?

— Да. У меня есть полный список имен, но, помимо Пенсинаты, главные из них — Габриэль и Арабелла Ремор, вместе с их старым членом команды, Эмиром Бахадиром.

— Охотник за сокровищами? Это искатели приключений из Витесса. Что они здесь делают?

— Они союзники Асано. Сын Реморов в его команде.

Недовольный звук вырвался из скелетной пасти Гарта.

— Неудивительно, что они нанесли такой урон с таким малым количеством золотых рангов, если таков их калибр.

— Верховная жрица Целителя из Яреша также среди них.

— Кто этот Асано, что он может сплотить вокруг себя таких людей? Искатели приключений с другого конца света. Даже бог Смерти обращает на него внимание?

— Согласно исследователям, Асано — причина, по которой Строитель покинул этот мир до того, как нашествие монстров закончилось.

У Гарта не было век, чтобы широко раскрыть глаза, но красные огоньки в глазницах его черепа на мгновение вспыхнули ярче.

— Чем больше я узнаю, — сказал Гарт, — тем больше этот человек беспокоит меня.

— Как вы собираетесь с ним разобраться? — спросила Джамила.

— Пока ты была занята поиском имени нашего врага, — сказал Гарт, — я заводил новых союзников.

— Посланники?

— Да. Они знают, что им не хватает сил, чтобы одолеть нас или искателей приключений и их союзников. И они утверждают, что Асано для них — уже существующий враг. Они предложили свою помощь при условии, что им позволят покинуть зону трансформации живыми, а Асано — нет.

— Они попытаются стравить нас с силами живых и нагрянуть в конце.

— Да. Расскажи мне, что ты узнала от исследователей о том, что здесь делают посланники.

Борис сидел на поросшем мхом камне, под деревом, которое укрывало его от слепящего солнца. Он использовал свою ауру, чтобы создать экран приватности, мерцающий купол, накрывающий его и Мака. Другой посланник согласился присесть, но парил в воздухе, скрестив ноги.

— Ты странный посланник, Борис.

— Конечно, я странный. Быть обычным — значит нарушать основную философию нашей культуры. Быть как все остальные посланники — значит быть заурядным.

— Нас учат подчиняться.

— Да. Забавно, правда? Куча «вы величайшие существа в космосе, а теперь заткнитесь и делайте, что вам говорят». Ты не мог достичь золотого ранга, не заметив противоречий.

— Я видел, как ты делаешь это достаточно раз, чтобы распознать, Борис Кет Лунди. Ты переводишь дискуссию с себя на меня, но речь идет о тебе. Твои эксцентричности — это больше, чем просто попытка выделиться среди наших. Твоей силы достаточно, чтобы у тебя не было нужды в такой глупости. Ты не один из нас, верно? Ты часть Неортодоксии.

— Да, — небрежно признал Борис.

Мак расскрестил ноги и поднялся выше в воздух.

— Ты лгал мне, — сказал Мак.

— Я никогда не лгал тебе, Мак. Я не всегда говорил правду, но ты никогда не слышал, чтобы я говорил ложь.

— Это не имеет значения. Важно то, что ты — враг. Главный враг.

— Ты действительно в это веришь? Мак? Ты золотого ранга. Неужели ты не разглядел хотя бы часть той индоктринации, которой тебя подвергли? Я никогда не лгал тебе, но солжешь ли ты мне, сказав, что у тебя никогда не было сомнений в том, что вдалбливали тебе в голову?

— Не пытайся провернуть это со мной, Борис Кет Лунди. Мы подавляем сомнения, потому что они будут стоить нам всего. Астральный король…

— Не может достать тебя здесь! — перебил его Борис. — Всю твою жизнь, Мак Ден Кала, над твоей головой висел меч. Он ждал, чтобы ударить, если ты хотя бы подумаешь не в ту сторону. Но сейчас меча нет. Впервые в жизни ты по-настоящему свободен. Используй это время, чтобы подумать — по-настоящему подумать — так, как тебе никогда не позволяли.

— Ты не развратишь меня.

— Ты уже развращен. Ты думаешь, Веста Кармис Зелл примет тебя обратно? После того, как ты не только потерпел неудачу, но и провалился так эффектно, что приз, который ты должен был ей доставить, превратил тебя в бездумного раба? Оскверненного низменной силой?

— Я очищен.

— Действиями Джейсона Асано, чего уже достаточно, чтобы она больше никогда тебе не доверяла, с клеймом души или без него. Если ты вернешься, тебя не примут обратно в лоно. Из тебя сделают пример.

— Ты этого не знаешь.

Борис вздохнул.

— Я знаю, Мак, — тихо сказал он. — И ты тоже. Вопрос лишь в том, признаешься ли ты в этом самому себе, прежде чем невежество убьет тебя.

— Ты сказал, что не лгал мне, но Веста Кармис Зелл никогда бы не приняла члена Неортодоксии.

— Она и не приняла. Она торговалась за услуги посланников с элементальными силами и ей было не особо важно, откуда они пришли. Ты хоть представляешь, сколько астральных королей находится вне Совета Королей? Совет — нет. Астральные короли старше вселенных и никогда не умирают. Она понятия не имеет, что я из Неортодоксии.

— Но если я расскажу ей о тебе, это приведет к главному гнезду врагов.

— Да, — сказал Борис. Мак сузил глаза.

— Ты мне не доверяешь. Ты говоришь мне перейти на другую сторону, иначе убьешь меня за мое молчание.

— Да. Реальность такова, что у тебя не получится рассказать ей обо мне, Мак. У тебя все еще есть ее клеймо на душе, и она использует его, чтобы выжечь твой разум, как только ты окажешься в ее власти. Она узнает все и не припишет тебе ничего. Она убьет тебя за то, что у тебя был этот разговор.

— Тогда ты можешь убить меня прямо сейчас. От клейма не убежать.

— Нет, — согласился Борис. — Не без другого астрального короля.

Глава 25 НЕОРТОДОКСИЯ

Глава 25 НЕОРТОДОКСИЯ

Мерцающий купол ауры был непроницаем для магических чувств, даже для чувств посланника золотого ранга, такого как Фиола Мин Кат. Она сидела на одном из деревьев, сформировав трон в ветвях с помощью своих способностей манипуляции растениями. Это была редкая способность среди посланников, но эта редкость не приносила уважения. Посланники восхищались силами, которые работали в небе.

Фиола наблюдала, как Мак Ден Кала один за другим заводил других золотых рангов в купол, и никто из них не вернулся. Созданный аурой Бориса Кет Лунди, купол блокировал зрение и звук, но не физическое прохождение. Что бы там ни происходило, Мак и Борис не хотели, чтобы остальные знали об этом, пока не придет их очередь. Она была пятым и последним золотым рангом, так что ее очередь была следующей.

Она подумывала о том, чтобы сбежать. У нее была бы фора, если бы она выбрала момент, пока они внутри купола. Борис Кет Лунди был силен, но не быстрее других их вида. Она могла бы сбежать, если бы смогла добраться до другой территории, той, где было больше жизни, чем в пустыне с несколькими чахлыми деревьями, цепляющимися за вершину горы. Возможно, они вообще не стали бы ее преследовать.

Возможно, она воображала мрачную судьбу, ожидающую ее в куполе, но Борис Кет Лунди не стеснялся убивать своих сородичей. Сила, возможно, была путем посланников, но это все равно не вызывало у нее одобрения. Ей, как правило, не нравились ее собратья-посланники, но это не означало, что она ничего не чувствовала, когда они умирали. Не то чтобы она показывала какую-то реакцию, конечно. Эмпатия была опасным признаком слабости.

Если она сбежит, куда она пойдет? Избежать непосредственной опасности — это хорошо, но было ли это настоящим спасением? Ей не хватало сил и знаний, чтобы покинуть это странное место в одиночку. Смерть найдет ее, рано или поздно.

Нерешительность сделала выбор за нее, когда Мак Ден Кала снова вышел из купола. Он посмотрел в ее сторону и произнес ее имя. Она спустилась со своего трона, листья и ветви расплелись, принимая свою естественную форму. Она опустилась, чтобы остановиться перед Маком, прямо за пределами купола.

— Я умру там?

— Это зависит от выбора, который ты сделаешь, Фиола Мин Кат. Это будет нелегкий выбор.

— Какой выбор?

Мак шагнул обратно через мерцающий купол, оставив Фиолу парить в одиночестве. Она повернула голову, глядя на далекий горизонт. Затем она повернулась обратно и последовала внутрь купола. Ее тело покалывало, когда она проходила сквозь барьер. Внутри Мак парил к Борису, который был вымазан в сияющей золотисто-серебряной влаге крови посланников. Четыре золотых ранга, пришедшие ранее, теперь были грудой трупов, их кровь стекала по склону. Была вырыта яма, чтобы собрать ее, чтобы она не вытекала из купола.

Фиола не отошла далеко от края купола, готовая к бегству.

— Значит, они выбрали неудачно, — сказала она, глядя на мертвых посланников.

— Нет, — сказал Борис. Обычно в его тоне слышались игривые, не свойственные посланникам нотки, но сейчас они полностью отсутствовали. — Пришло время заглянуть за занавес, Фиола Мин Кат. Тебе предстоит выбрать между всем, что ты когда-либо знала, и всем, что тебя учили презирать.

— Какой из них приведет к моей смерти?

— Сама скажи, — бросил вызов Борис.

Она долго смотрела на него. Его странно хорошо сидящая одежда, его выбор стоять на земле вместо того, чтобы парить.

— Ты Неортодоксия, — сказала она.

— Да.

— В ретроспективе это кажется очевидным.

— Многое кажется таковым, — сказал Борис с намеком на обычную игривость.

Фиола перевела взгляд на Мака Ден Кала.

— Ты тоже?

— Мне предложили выбор первому, — сказал Мак.

— Значит, ты предатель, — обвинила она.

— Да, — сказал Мак. — Я не удивлен, что остальные сделали такой выбор. Ты была единственной, о ком мы подозревали, что она может пойти другим путем. Вот почему я привел тебя последней.

— Тебе следовало привести меня первой. Груда посланников — не лучший вид для того, кто пытается вербовать.

— Я сказал то же самое, — сказал ей Мак, наклонив голову, чтобы указать на Бориса. — Он настоял.

— Какой бы путь ты в конечном итоге ни выбрала, — сказал Борис, — этот выбор имеет последствия. Важно, чтобы ты могла сделать его честно.

— Почему ты думаешь, что именно я стану предателем?

— Каждый посланник золотого ранга видел трещины в фасаде, — сказал ей Борис. — Некоторые делают это задолго до того, как поднимутся до золота. Большинство не заботятся об этом и продолжают карабкаться по лестнице. Они продолжают гнаться за властью по дороге, проложенной перед ними, не видя невидимых ворот. Но есть те, кто прокладывает свой собственный курс. Некоторые видят ловушки и понимают, что никогда не смогут заработать власть, ее можно только получить. Другие понимают, что они рабы, и жаждут быть свободными. Некоторым драгоценным единицам даже удается развить эмпатию.

Борис посмотрел на мертвых посланников и вздохнул.

— Большинство из них умирают, — продолжил он. — Будь они амбициозны, эмпатичны или жаждут свободы, для астрального короля это означает одно и то же: угрозу. Подавляющее большинство этих мятежных мыслителей уничтожаются своими астральными королями, прежде чем они успеют доставить неприятности. Но некоторым удается модулировать свое мышление. Скрыть свои расходящиеся мысли, даже от самих себя. В конце концов, их ждет одна из трех судеб.

Борис взглянул на Мака, прежде чем продолжить.

— Первая: они подавляют эти мысли так долго, что перестают их иметь и снова становятся хорошими маленькими посланниками. Вторая: эти ошибочные мысли и чувства растут, пока не привлекают внимание астрального короля. Они умирают. Третья: они встречают кого-то вроде меня. Того, кто может предложить им путь вперед, который не заставляет их выбирать между тем, чтобы быть рабом или трупом.

— Ты заставляешь меня выбирать между тем, чтобы быть предателем или трупом. Беглецом или трупом.

— Да, — сказал Борис. — Но ты выбираешь между тем, чтобы быть убитой сейчас, и тем, чтобы быть убитой позже, и у верности мне есть срок. Как только мы освободимся от этого места, ты будешь свободна от меня.

— Чтобы что? Быть убитой моим астральным королем, как только я покину это место? Чтобы каким-то образом избежать этой участи и бродить по космосу, пока на меня не начнут охоту как на предателя?

— Очень мало из того, что ты знаешь о Неортодоксии, является точным. Тебя учили, что нас мало, мы существуем в скрытых щелях общества посланников. Но где именно находятся эти щели? Как мы вообще можем существовать? Посланники не могут существовать без астральных королей, а астральные короли держат наш вид в узде.

— Ты хочешь сказать, что все это ложь?

— Не все. Посланники нуждаются в астральных королях, когда мы появляемся на свет, как ребенок нуждается в родителе. Где сейчас клеймо, раньше они направляли нас в том, как отмечать себя. Никакого послушания, никакого инопланетного глаза внутри наших душ. Свобода вместо рабства. Именно так это делали оригинальные астральные короли. Те, кто сами не были посланниками.

— Не посланники? — спросила Фиола. Выражение шока на ее лице отразилось на лице Мака.

— Да, — сказал Борис. — Наш генезис произошел от оригинальных астральных королей, которые вовсе не были посланниками. В те времена не было ограничений по рангу, потому что это функция клейма, которого не существовало. Когда посланники трансцендировали, чтобы самим стать астральными королями, они первыми ввели клеймо, поработив свой собственный вид. Сначала была война и восстание. Армии рабов против свободных. Свободные проиграли. Мы заботились о своем народе; отказывались жертвовать им так, как это делали наши враги. Побежденные ушли в подполье, а победители начали программы индоктринации. В победе они убили не только свободу, но и саму мечту о ней. Со временем лидеры врага стали Советом Королей. Мы стали Неортодоксией.

— Ты говоришь так, будто видел это сам, — сказал Мак.

— Я был там. Я удерживаю себя от прогресса до алмазного ранга, потому что нам нужны агенты, которые могут двигаться без привлечения внимания. Золотой ранг достаточно силен, чтобы быть активом, не являясь потенциальной угрозой, которой является алмазный ранг. Только на алмазном ранге мы можем хотя бы начать сопротивляться клейму, что привлекло бы внимание, которое я не могу себе позволить. Мой ранг позволил мне обмануть Весту Кармис Зелл и добраться до этого места.

— Как ты обманул ее?

— Веста Кармис Зелл знала бы, если бы я не был заклеймен. Она отчаянно нуждалась в мощных посланниках с элементальными силами, поэтому я позволил одному из наших астральных королей заклеймить меня. Затем она получила довольно забавные уступки за то, что поместила меня на временную службу к Весте Кармис Зелл. Я надеялся, что к этому времени клеймо будет снято, но все пошло не по моему плану.

— Ты хочешь сказать, что у Неортодоксии есть астральные короли? — спросил Мак.

— Да, — сказал Борис. — Я знаю, что это шок, Мак, но постарайся не отставать. Астральные короли редки, но они также бессмертны, что усложняет войну. Ты можешь разорить их ресурсы, но ты не можешь убить их. Они существуют как вселенные, выкованные из душ, которые остаются неприкосновенными. Они могут быть лишь долей размера вселенных, созданных Строителем, но их невозможно уничтожить, и они не поддаются энтропии, сколько бы ты ни ждал. Астральных королей слишком много, чтобы кто-то мог следить за всеми. Со временем, по мере роста числа астральных королей, астральные короли Неортодоксии начали просачиваться обратно в общее население.

Фиола испытующе посмотрела на Бориса. То, что он ей рассказывал, было возмутительно, шло вразрез со всем, чему ее когда-либо учили. Но только потому, что он признался в этом, не означало, что он не лжет.

— Население, — сказал Мак, повторяя слово Бориса. — Население астральных королей.

— Трансценденты все бессмертны, — сказал Борис. — Не просто вечно молодые, как мы, а по-настоящему неубиваемые. У них свой уровень взаимодействия, настолько же выше нас, насколько наше космическое сообщество выше тех, кто живет всю свою жизнь на каком-то камне, несущемся вокруг уголька. Алмазный ранг — это порог. Пограничье между ними и нами.

Мак выглядел потрясенным, даже не заметив, когда он опустился, поставив ноги на землю. Фиола выглядела обиженной и злой.

— Все, что ты говоришь, заставляет нас казаться такими маленькими, — сказала она.

— Да, — согласился Борис. — Концепция посланников как высших существ творения, посланников космической воли, смехотворна. Истина, которую в конечном итоге осознают все посланники алмазного ранга. Это величайшая опасность, которую они представляют для астральных королей. И когда они осознают, что клеймо на их душах означает, что они никогда не смогут стать астральными королями, эта опасность становится неприемлемой. Астральные короли должны либо принять их и снять клеймо, либо уничтожить их. Конечно, снятие клейма не означает, что алмазный ранг просто прыгнет в трансцендентность. Большинство алмазных рангов, получивших свободу стать астральными королями, терпят неудачу, точно так же, как пользователи эссенции или любые другие полутрансценденты, плавающие по космосу.

Фиола покачала головой. — Ты не дал мне никаких причин верить во все это.

— Я и не ожидаю, — сказал Борис. — Я предлагаю тебе шанс увидеть правду своими глазами.

— А если я откажусь, ты убьешь меня.

— Я рассказал тебе слишком много, чтобы позволить тебе уйти.

— Ты не рассказывал остальным. Иначе Мак Ден Кала не был бы так шокирован.

Они оба повернулись, чтобы посмотреть на Мака, который стоял на земле, глядя в никуда. Он очнулся и посмотрел на Бориса.

— Ты не рассказывал мне ничего из этого, — сказал он. — Ты не рассказывал никому из нас.

— Я упоминал в начале, что некоторые посланники находят трещины в индоктринации. Фиола Мин Кат уже была на пути свободомыслия. Ты — нет. Ты не видел, пока твой ранг не позволил тебе, и даже тогда ты игнорировал это. Мне пришлось вскрывать трещины в твоем разуме молотком и зубилом. Ты все еще был запрограммирован реагировать на авторитет, поэтому я проталкивал тебя силой воли. Но это было не так уж сложно, что хорошо. По крайней мере, ты отреагировал на это, в отличие от…

Их взгляды снова обратились к груде тел. Несколько струек радужного дыма поднимались от тел, так как нижний посланник распадался на чистую магию.

— Фиола, — сказал Мак. — Борис Кет Лунди применил другой подход ко мне. Он указал, что Веста Кармис Зелл не позволит нам жить, как бы все ни обернулось. Не после того, как мы потерпели неудачу и были осквернены.

Фиола рассеянно кивнула, глаза все еще были прикованы к густеющему шлейфу радужного дыма.

— Нам следует использовать ритуал, чтобы сохранить их, — сказала она. — Это пустая трата ресурсов.

— Я отнял их жизни, — сказал Борис. — Я могу, по крайней мере, оставить им их достоинство.

— Ты звучишь как одна из низших рас, — сказала Фиола.

— Теперь, когда мы зашли так далеко, — сказал Борис, — это последний раз, когда ты произносишь «низшие расы» в моем присутствии.

Глава 26 У ПОСЛАННИКОВ НЕТ СЕРДЕЦ

Глава 26 У ПОСЛАННИКОВ НЕТ СЕРДЕЦ

Гарт и Джамила стояли на вершине холма из красного пустынного камня. Их огромные силы растянулись на плато, которое они обозревали.

— Итак, посланники хотят эту кузницу душ, что бы это ни было, — сказал Гарт.

— Согласно исследователям Магического общества, да, — сказала Джамила. — И похоже, что Асано — самая большая угроза этой цели. У него также есть способность претендовать на нее.

— А мы?

— Я не думаю. Мы могли бы приобрести ее только с помощью посланников, а они ее не отдадут. Вернуться к их руководству без нее, вероятно, хуже, чем умереть здесь. Я не думаю, что мы могли бы использовать ее в любом случае. Сама зона трансформации, будучи воссоединенной с реальностью, остается призом.

— Тогда мы можем позволить им забрать ее, пока сама зона достанется нам.

— Я бы посоветовала осторожность. Мы вряд ли поймем любую магию, которую они используют для этой цели.

— Да. И обещания не всегда нужно выполнять.

Гарт повернулся, чтобы посмотреть на далекую гору, где обосновались посланники. Трое из них полетели в их направлении. Два жреца ждали и наблюдали, пока посланники не зависли в воздухе перед ними. Тот, с кем Гарт говорил раньше, Борис Кет Лунди, был окружен двумя другими.

— Я почувствовал смерть остальных ваших золотых рангов, — сказал Гарт. Точнее, он почувствовал ауру купола, в который их заводили одного за другим, а затем их мертвые тела, когда купол упал.

— Никто из нас не дурак, — сказал Борис. — Мы могли бы заключить сделку, чтобы оставаться в стороне от вашей борьбы с искателями приключений, но вы, несомненно, ожидали бы, что мы обернемся против вас, когда вы ослабнете. Теперь нам не хватает сил. Сколько бы у нас ни было серебряных рангов и чего бы ни стоило сокрушить вашего врага, у нас больше нет сил, чтобы обернуться против вас.

— Вы ожидаете, что я поверю, будто вы выпотрошили большую часть своей силы золотого ранга в знак доверия? — спросил Гарт.

— Естественно, нет, — сказал Борис. — Я выбрал путь, который также служил моим собственным целям. Но дела моего народа — не ваше дело. То, как результаты влияют на вас, — ваше дело.

— Передача ваших территорий и посланников, которые приходят с ними, была бы лучшим проявлением доверия.

— Доверие работает в обе стороны, Верховный жрец. Если мы перебьем наших сильнейших воинов и отдадим территории, у вас не останется стимула соглашаться на наши скромные просьбы. Джейсон Асано не должен пережить битву.

— Убийство Асано входит и в наши интересы, уверяю вас.

— Я хочу большего, чем заверения, Верховный жрец. Я хочу подробностей.

— Вы не в том положении, чтобы торговаться, — сказала Джамила.

Борис не изменил своего бесстрастного выражения, но мельком взглянул на Джамилу, прежде чем снова повернуться к Гарту. Жрец кивнул в знак признания.

— Вы не в том положении, чтобы быть угрозой, — сказал Гарт, — но вы могли бы быть обузой.

— Мы могли бы быть чем-то большим, чем обуза, — сказал Борис. — Я уверен, что мы сможем сбежать из вашего лагеря.

— Неужели?

— Ваш аватар силен, но он не близко и не быстр. Недостаточно, чтобы остановить нас троих или наши силы, если они начнут бежать сейчас. Мы выбрали вас, потому что наше желание смерти Асано делает этот союз менее неловким. Если вы докажете, что эта оценка неверна, вы обнаружите нас на другой стороне предстоящей битвы.

— Вы блефуете, — сказала Джамила. — Вы хотите смерти Асано, и он это знает.

— И я знаю Асано. В прошлый раз, когда он был в зоне трансформации, он заключил союз с человеком, который убил его брата и возлюбленную. Он не боится работать со своими врагами.

— И какая судьба постигла этого врага Асано в том пространстве? — спросил Гарт.

— Джейсон Асано, серебряный ранг в то время, был затянут в ту зону трансформации вместе с целым списком своих врагов золотого ранга. Когда пространство вернулось в реальность, двое вышли невредимыми. Одним был Асано, зона теперь в его владении. Другим был вампир золотого ранга, который впоследствии возглавил вампиров того мира в войне за доминирование. Но, несмотря на эту кажущуюся бесстрашность, она скрывалась после выхода из зоны трансформации. Она не смела показываться на глаза, пока Асано полностью не покинул ту вселенную.

— Вы не ответили на мой вопрос, — сказал Гарт. — Вы могли бы просто сказать, что враг Асано умер внутри. Вместо этого вы рассказали мне эту историю. Почему?

— Я сказал, что двое вышли из той зоны трансформации невредимыми. Был и третий, но я бы не назвал его невредимым, а его уход — побегом. Враг Асано действительно умер, да, но вампир заточил его душу в кровавого клона, который теперь служит ей как раб.

— Не похоже, чтобы союз с Асано, оставаясь при этом его врагом, сулил вам что-то хорошее.

— Поэтому я пришел к вам первым. Но если вы действительно думаете, что у нас нет позиции для переговоров…

— Она у вас есть, — сказал Гарт, — но уход от нас усложняет вам жизнь больше, чем вы предполагаете, посланник.

Борис фыркнул с усмешкой.

— И как же это, жрец?

— Асано хочет кузницу душ, но мы готовы позволить вам ее забрать.

Ухмылка исчезла с лица Бориса. — Как вы… вы вообще понимаете, о чем говорите?

— Есть способ, чтобы вы все еще могли забрать ее, пока мы сохраняем территорию?

— Что? О, да, это не проблема, — сказал Борис. Его выражение лица ясно давало понять, что он спешно перестраивает вещи в своем уме. — Это просто вопрос правильного ритуала, когда вы объединяете зону трансформации с реальностью. Единственная сложность здесь — убедить вас позволить нам применить магию, которую, гарантирую, вы не поймете, пока зона трансформации проходит через переход.

— Аватар нашего бога — это средоточие нашей территориальной силы, — сказал Гарт. — Нежизнь наделил его способностью претендовать на зону. У вас нет и близко той силы, чтобы вмешаться в это. Вам нужно будет вырезать эту вашу кузницу душ, очень осторожно, чтобы не вмешаться в работу бога. Если ваша неточность будет стоить вам чего-то из-за того, что наш бог остановит вашу магию, мы будем считать это вашей неудачей, а не нарушением нашей сделки.

Борис выглядел обеспокоенным, обдумывая слова Гарта.

— Позвольте мне обсудить это, прежде чем дать вам ответ, — сказал он.

— Быстрее, — сказал Гарт. — Ваше влияние так же скудно, как и мое терпение.

Борис нахмурился, но промолчал. Трое посланников отлетели, и вокруг них появился мерцающий купол. Внутри купола Борис ухмыльнулся.

— Все идет отлично!

— С чего бы это? — спросила Фиола.

— Он, должно быть, узнал о кузнице душ от кого-то, кого они захватили и допросили.

— Я разделяю замешательство Фиолы Мин Кат, — сказал Мак. — Ритуал по извлечению кузницы душ, пока это измерение возвращается в реальность, потребовал бы огромных исследований экспертов по астральной магии.

— Это не имеет значения, — сказал Борис. — Жрец в любом случае лжет о том, что позволит этому случиться. Он определенно не верит, что это так просто, как я представил. Мы в том же положении, что и в самом начале, делая ставки на то, кто сможет предать другого более эффективно. Он просто думает, что нашел дополнительный рычаг давления.

— Я не уверена, что понимаю план, — сказала Фиола.

— Конечно, нет, — сказал Борис. — Я не рассказал вам всего. А теперь пора возвращаться. Не забудьте выглядеть сурово.

Купол упал, и трое посланников вернулись к Гарту.

— Мы можем принять ваши условия, — сказал Борис, — при условии, что вы абсолютно точно убедитесь, что Асано мертв. Если он вмешается в ритуал и заставит вашего бога испортить его, это будет нарушением нашей сделки.

— Асано умрет, — сказал Гарт.

— Как? — спросил Борис.

— Это наша забота.

— Недостаточно хорошо. Я дам вам одного из моих посланников серебряного ранга. Вы можете забрать себе их силу изолировать себя с врагом в пространстве измерения. Изолируйте Асано от его союзников и убейте его сами.

— Забрать их силу? — спросил Гарт.

— У меня нет ни времени, ни интереса играть с вами в игры, жрец. Я знаю, что вы можете сделать, потому что знаю, кто вы.

Красные огни в глазницах черепа Гарта ярко вспыхнули.

— О, успокойтесь, — сказал Борис. — Я древний странник космоса; вы думаете, вы мой первый земравор?

Глаза Гарта потускнели, взгляд Джамилы метался между Борисом и Гартом. Двое долго смотрели друг на друга в тишине.

— Очень хорошо, — сказал Гарт. — Я слышал о дуэльных способностях, которыми обладают многие посланники. Просто убедитесь, что посланник, которого вы приведете мне, обладает одной из них. Этот план подойдет.

— Нет, — сказал Борис. — Не подойдет. Вы не знаете Асано. Не недооценивайте его из-за того, что он серебряного ранга. Он неуловим, обитает в тенях и скрывает свою ауру даже от золотых рангов. И он уже умирал раньше. Вы должны убить его, а затем продолжать убивать, пока это не станет окончательным. Возьмите с собой свою нежить. Те, кого вы анимировали лично, связаны с вами, как фамильяры.

— Не читайте лекции верховному жрецу Несмерти о том, как работает поднятие мертвых, посланник.

Борис склонил голову в знак признания.

— Глупо с моей стороны, в ретроспективе, — сказал он. — Моя мысль в том, что ваша нежить связана с вами и поэтому сможет последовать за вами в запечатанное пространство. Возьмите с собой армию и не давайте Асано нигде спрятаться. Выройте каждую щель и разрежьте каждую тень. У него будет не так много места для маневра в запечатанном пространстве. Лишите его любого места, где он мог бы затаиться, и вытащите его на свет. Только тогда вы сможете заставить разницу в рангах сыграть свою роль.

— Вы верите, что он может спрятаться от моих чувств?

— Я знаю, что может, — сказал Борис. — Его трудно поймать; даже поймать его в силу изоляции будет трюком, но это начало битвы, а не конец. Победа придет только тогда, когда он будет окончательно мертв. Не пренебрегайте тем, что я сказал о его воскрешениях. Его убивал первый слуга Строителя и даже сам Строитель, вселявшийся в смертный сосуд. Потребуется больше, чем…

— Я вас услышал, — сказал Гарт. — Хватит мусолить эту тему. Уходите сейчас, пока не испытали мое терпение дальше. Уходите и возвращайтесь только со своим посланником-жертвой.

Выражение лица Бориса говорило о том, что он не хочет оставлять все как есть, но он развернулся и улетел. Остальные посланники последовали за ним, и два жреца наблюдали. Когда он был уверен, что они вне пределов слышимости даже золотого ранга, Гарт заговорил с Джамилой.

— Что думаешь?

— Между посланниками и Асано определенно происходит что-то странное, — сказала Джамила. — Вопрос в том, насколько это близко к тому, что представили эти посланники.

— Ты допрашивала пользователей эссенции об этом искателе приключений и посланниках. Ты узнала что-нибудь, относящееся к этому вопросу?

— Когда посланники вторглись в город эльфов, они были одержимы убийством Асано. Исследователи не были уверены, почему.

— Это согласуется с тем, что я знаю о посланниках. Их редко заботит кто-то, кроме их собственного вида как личностей. Когда они заботятся о ком-то, это одержимость уничтожить их. Обычно за то, что они оскорбили их достоинство каким-то образом, запятнав их драгоценное чувство превосходства.

— Связано ли это с тем, что Асано может претендовать на эту их кузницу душ?

— Это кажется вероятным. Думаю, мы можем, по крайней мере, верить, что их желание его смерти истинно. Они просто хотят, чтобы мы сделали за них их работу, и позволили искателям приключений ослабить нас в процессе.

— Тогда они будут ждать смерти Асано, прежде чем предать нас.

— Да. Я подозреваю, что их слабость притворна. Группа, которую мы видели, может быть лишь частью их истинной силы, а их настоящая сила собрана на территории, которую они все еще удерживают. Те, кого они убили здесь, вероятно, были политическими оппонентами Бориса Кет Лунди. Он укрепил свою силу, выдавая это за проявление смирения и доверия. Но в посланнике нет смирения.

— Как вы собираетесь с ними поступить?

— Никак. Как бы сильно они ни обманывали себя, веря, что они велики, наш бог послал свою силу в это место. Каковы бы ни были их планы, аватар — это стена, через которую не перелетит ни один крылатый зверь.

Гарт смотрел на теневую фигуру, стоящую в одиночестве перед всей мощью армии нежити.

— У нас обоих есть области на наших территориях с экологическим оружием, — голос Джейсона донесся из тела Тени. — Мы будем сражаться на нейтральной территории. Зачищенная, но не захваченная территория.

— Где?

— Есть лес из камня, прилегающий к обеим нашим территориям. Он еще не был зачищен. Я предлагаю, чтобы наш полубог и ваш аватар сделали это. Под присмотром группы золотых рангов с каждой стороны, чтобы мы могли быть уверены, что никто из нас не попытается устроить засаду на божественного бойца другого.

Скелетное лицо Гарта не отреагировало, несмотря на удивление, что враг подобрался так близко. Территория, о которой шла речь, была разведана. Чем сложнее местность, тем больше преимущество мыслящих бойцов над бездумной нежитью, составляющей основную часть сил Гарта. Каменный лес был приемлем. Нежити было труднее ориентироваться в нем, чем в пустой пустыне, но некоторое укрытие затрудняло уничтожение их массивами широкомасштабной магии. Он подозревал, что враг выбрал его, зная, что они отвергнут все, что слишком невыгодно для нежити.

— Я знаю эту территорию, — сказал Гарт. — Наш аватар зачистит ее в одиночку.

Ответ последовал через мгновение, Гарт предположил, что Асано советуется со своими союзниками.

— Это приемлемо, — наконец донесся голос Джейсона. — При условии, что это будет наблюдаться с нашей стороны. Если на территории есть какое-то скрытое оружие, мы не можем позволить вам претендовать на него.

— Приемлемо, — повторил Гарт. — Я отправлю аватар через час. Если ваших наблюдателей не будет на месте, это ваша неудача.

Мак нес бессознательного посланника серебряного ранга. Их учили быть послушными, но также учили верности астральным королям. Эти мотивации вступили в конфликт после обнаружения того, что их лидеры теперь все Неортодоксия. Сочетание индоктринации подчиняться и того, что они видели с теми, кто этого не делал, сделало кровавую баню короткой. Это был один из мятежных, оставленный в живых для более мрачной цели.

Он доставил посланника верховному жрецу Несмерти, не зная, что произойдет. Жрец зашагал вниз по холму, на котором он, казалось, всегда обитал, спускаясь по стороне, противоположной своим силам. Мака не волновало, хочет ли Гарт скрыть свою природу от своих жрецов, и последовал за ним, все еще неся серебряного ранга.

Гарт сбросил мантии, накинутые вокруг его причудливого тела, обнажив скелетообразную, сгорбленную форму. Две дополнительные ноги и четыре дополнительные руки, все обернутые вокруг его тела, объемно скрывались под мантиями. Конечности развернулись, обнажив грудную клетку, содержащую четыре каменных гнезда, удерживаемых на месте костными распорками, все там, где у живого существа были бы внутренние органы. Внутри каждого гнезда находилось живое, бьющееся сердце, удерживаемое на месте костными шипами, вонзенными в них. Каждая сторона грудной клетки открылась, как дверь, и шипы втянулись из одного из сердец. Гарт потянулся внутрь, вырвал его и отбросил, как корку черствого сэндвича.

По жесту Гарта Мак подошел с бессознательным посланником на руках. Гарт приказал ему поднять его, и Мак сделал это, его руки были продеты под мышки посланника. Одна из рук Гарта метнулась вперед, вонзившись в грудь посланника. Мгновение спустя посланник взорвался радужным дымом, его тело исчезло, оставив лишь бьющееся сердце, зажатое в руке Гарта. Гарт поместил сердце в пустое гнездо, и костяные шипы вонзились в него.

— Ты можешь идти, — сказал Гарт Маку, когда его ребра закрылись и конечности снова начали сворачиваться вокруг его тела.

Мак парил на месте с озадаченным выражением лица, глядя на Гарта.

— В чем дело? — раздраженно спросил Гарт.

— У посланников нет сердец, — сказал Мак.

— Мне плевать.

Глава 27 БУДЕТ ЛИ ОН СЛОМЛЕН

Глава 27 БУДЕТ ЛИ ОН СЛОМЛЕН

Два облачных корабля пронеслись через невостребованную территорию, паря в нескольких метрах над землей. Территория представляла собой ледяной простор, но была далека от бесплодной пустоши. Вдалеке на солнце сверкали замки из льда. Растительность была обильной, в оттенках белого, синего и серого поверх традиционных коричневых и зеленых.

Из двух кораблей один был больше и красочнее. Окрашенный в яркие закатные тона, он переливался от теплых оттенков оранжевого, золотого и красного до прохладных фиолетовых, синих и бирюзовых. Другой корабль был заключен в шестиугольные панели из гладкого темно-красного цвета, как кровь под стеклом. Между панелями был виден белый облачный материал, в который были вставлены панели.

Места управления для двух кораблей были такими же разными, как и их внешний вид. Хотя оба они располагались в передней части своих кораблей, с большими смотровыми окнами, на этом сходство заканчивалось. В облачном корабле Эмира дизайн был предельно минималистичным и полностью состоял из облаков. Там был стул, по обе стороны от которого в воздухе парил шар тумана. Эти шары были единственным механизмом управления, у Эмира по одной руке на каждом, пока он сам пилотировал корабль.

Кабина облачного корабля Джейсона не имела никаких следов своей облачной природы. Она выглядела так, будто кто-то, кто ничего не понимал в сложных транспортных средствах, но был очень увлечен кнопками, сошел с ума от власти. Там было два кресла, в каждом из которых находилось тело Тени, активно работающее с многочисленными механизмами управления корабля. Там были кнопки, переключатели, тумблеры, рычаги и лампочки, все в мешанине из аниме-меха, самолетов семидесятых и лаборатории безумного ученого.

На лаунже на крыше облачного корабля Джейсона Мириам Вэнс задавалась вопросом, зачем он вообще нужен. Джейсон сидел рядом с ней, наблюдая за проносящимся мимо ландшафтом со смешанным соковым напитком и огромной ухмылкой. У напитка был маленький зонтик и гибкая трубочка. Их кресла были удобными облачными шезлонгами, стоящими бок о бок, чтобы они могли смотреть вперед, пока корабль двигался. У каждого из них был боковой столик для напитков, а между ними — еще один столик.

— На такой скорости нас должно было бы гораздо сильнее обдувать воздухом, — сказал он. — У меня есть невидимый туманный щит, перенаправляющий его. Но я немного впускаю, потому что хочу это ощущение движения. На самом деле, туман покрывает всю крышу.

— Я догадалась, что так оно и есть, когда наш высокоскоростной проход под открытым небом через снежное поле был приятно теплым.

— Да, это имеет смысл, — сказал Джейсон, затем сделал большой глоток своего напитка. — О, это отличная штука.

— Ты не выглядишь особенно обеспокоенным тем, куда мы направляемся, — заметила Мириам.

— Ну, нельзя же каждый раз приходить в возбуждение, когда происходит что-то подобное.

— Я полагаю, можно.

— Не думай, что я не отношусь к этому серьезно. Я знаю, что ставки — это больше, чем просто жизнь или смерть. Если мы проиграем здесь, мы все умрем, и катастрофа огромных масштабов обрушится на мир. Но в моей последней зоне трансформации мир погиб бы, если бы я не победил, а моими единственными союзниками были все мои враги золотого ранга. В этот раз у меня есть ресурсы, союзники, сила и план, который придумал кто-то другой, а не я. У меня даже есть горная крепость в форме моей собственной головы. Единственное, о чем я мог бы еще попросить, возможно, уже на подходе. Я разговаривал с Клайвом и… ну, это потом. Предполагая, что мы выиграем этот бой, нам все еще нужно зачистить остальные территории, пока аномалии продолжают расти. К тому времени, как мы закончим, это станет опасным даже для золотых рангов.

— У нас есть Зандье.

— Да, но я не думаю, что тебе нравится класть все яйца в одну корзину больше, чем мне.

— Нет, не нравится. Но, как ты сказал, это на другой день.

— Точно. Сегодня у нас кульминационная битва за судьбу статьи один. Я не говорю, что это обычное дело, но я прошел через это достаточно раз, чтобы знать: лучшее, что я могу сделать, — это быть отдохнувшим и сосредоточенным. Уверен, мне не нужно говорить тебе, что тревога, гнев и мрачная решимость заставляют тебя чувствовать себя сильным, но при этом делают слабее.

— Не нужно, — согласилась Мириам. — Быть спокойным и осознанным, не становясь при этом плаксивым и пассивным, легче сказать, чем сделать. Особенно учитывая то, с чем мы сталкиваемся сегодня.

— К этому привыкаешь. Хочешь скон? Я собираюсь съесть скон.

Верный своему слову, Джейсон вскоре уже откусывал скон, щедро намазанный джемом и сливками, издавая стон удовольствия.

— Джем из ягод Мерцания, — пробормотал он счастливо, разбрызгивая крошки. — Я сделал его сам, пока выздоравливал в Римаросе.

Он проглотил кусок и ухмыльнулся.

— Величайший триумф моего времени там, — сказал он.

— Твой величайший триумф?

— Ага.

— Ты забыл, что убедил Строителя прекратить вторжение и покинуть этот мир?

— Не-а. Я стою на своем.

Мириам перевела взгляд с Джейсона на поднос на столе между ними.

— Думаю, мне тогда лучше съесть один из этих сконов.

— Насколько ты уверена в этом плане? — спросил Джейсон.

— Это звучит как нервный вопрос, — сказала Мириам. Сконы оказались на удивление эффективными в уменьшении ее нервозности. — Что случилось с тем, чтобы оставить тревогу в прошлом?

— В этом корабле много людей задают этот вопрос, — сказал Джейсон. — Вслух или нет.

— Что ж, — сказала Мириам, — начнем с того, что ты можешь перемещаться порталами между разрозненными территориями, которые контролируешь, не видя их. Это, насколько я знаю, аспект уникальной связи, которую ты имеешь с территориями. Возможно, посланники могли бы сравниться с этим, соединяясь с территориями через свою ритуальную магию, но у нас нет никого с магией порталов, чтобы проверить. Затем мы добавляем способность упаковать почти все наши силы в твое царство душ и перебрасывать их с одной территории на другую. Также, насколько я знаю, уникально.

— Ты думаешь, жрецы Несмерти не будут знать об этом?

— Возможно. Мы сталкивались с ними достаточно раз, чтобы понести потери. Возможно, они оставили кого-то в живых и допросили. Но скорее всего, любая информация, которую они имели, получена от тех, кого они захватили, кто еще не присоединился к нам.

— Значит, они будут знать о многом из того, что мы можем делать, но ничего из того, что было раскрыто после входа в зону трансформации.

— Да. Это включает способность транспортировать большую и относительно слабую силу серебряного ранга через невостребованную территорию с помощью облачных кораблей. Поскольку мы предложили территорию, согласованную для битвы, они, скорее всего, будут искать ловушки и заговоры, которые мы устроили. Имея там нашего полубога и некоторых наших ключевых золотых рангов для наблюдения, они, надеюсь, не будут ожидать, что мы переправим большинство наших сил через опасную территорию, чтобы ударить по ним на их собственном заднем дворе.

— Позволяя нам бросить вызов основным силам, пока Клайв приводит свой план в действие.

— Да. Верховный жрец немедленно отзовет аватар, я уверена, но Зандье может задержать его, пока план Стендиша ослабит его. Мы хотим уничтожить как можно больше нежити и посланников за это время, оставив жрецов до тех пор, пока аватар не перегруппируется. Твоя сила будет критически важна на этом этапе.

— Я знаю.

— Как бы то ни было, я обнаружила, что вдалбливание плана в головы людей снова и снова оставляет хотя бы небольшой шанс, что они действительно будут следовать ему. Как только аватар воссоединится с основными силами, оба, надеюсь, уже ослабленные, мы уничтожим их жрецов и ослабим аватар еще больше, объединившись с Зандье, чтобы убить его. Это примерно то, что мы можем оптимистично ожидать от того, как пойдет эта битва.

— Предполагая, что неизбежные факторы хаоса еще не пустили его под откос к тому моменту.

— Да. Мы планируем подойти так близко к убийству бога, насколько это возможно сегодня, поэтому хаос присущ этому. Гораздо больше, чем мне хотелось бы, может пойти не так. Если они догадаются, что мы замышляем, или силы посланников, плавающие вокруг, решат участвовать неожиданным образом, все станет очень грязно, очень быстро. Это произойдет в конце концов, однако, что бы мы ни делали. Рано или поздно нам всем придется импровизировать. Сила этого плана в том, что у нас есть широкие цели, о которых все знают и за которые могут бороться, даже если все пойдет наперекосяк. Уничтожить жрецов и…

— Наперекосяк?

— Сплаунд — это фрукт, — сказала Мириам. — Он растет в комковатых, непредсказуемых формах.

— Он вкусный?

— Нет, — сказала Мириам. — Он очень горький.

На верхних склонах своей горы Борис, Мак и Фиола смотрели на далекую нежить.

— Ты уверен, что нам не следовало связаться с Асано? — спросил Мак.

— Слишком много способов, которыми это могло пойти не так, — сказал Борис. — Наш контакт мог быть обнаружен. Даже если бы нет, Гарт не дурак. Если бы он почувствовал, что Асано пытается позволить себя поймать, он почти наверняка отступил бы от этого плана.

— Если Асано не знает плана, — сказала Фиола, — что делает тебя уверенным в нем?

— Джейсон Асано шел сквозь огонь с того момента, как вышел за пределы своей маленькой жизни в своем маленьком мире. В какой-то момент ты просто должен принять, что он не сгорит.

— Не уверена, что мне нравится строить победу на метафоре, — сказал Мак.

— Я живу очень долго, Мак Ден Кала, — сказал Борис. — За все это время я видел лишь горстку людей, которые могут по-настоящему потрясти космос. Бетлин Потрошитель. Зитис Кэрроу Вайель. Они редки, но ты начинаешь узнавать признаки. Сомневаюсь, что Мировой Феникс знал, во что ввязывается, когда вмешался, чтобы изменить курс Асано, но теперь он знает. Они все видят признаки, так же как и я. Вот почему он привлек их внимание, и почему его следующая битва станет той, что отметит его место в космосе. Будет ли он стоять высоко или будет сломлен, как Строитель?

Паря немного позади и по обе стороны от Бориса, Мак и Фиола обменялись взглядами. У них обоих внезапно возникло чувство, что они втянуты в нечто гораздо большее, чем они сами, а это то, что посланник никогда не должен был чувствовать.

На вершине своего холма Гарт созерцал предстоящую битву. Аватар и свита были отправлены к месту битвы, пересекая границу территории. Его связь с аватаром, через силу, которую Нежизнь даровал им обоим, не пересекала границу. Гарт подумывал пойти сам, но хотел остаться с основными силами. Враг ничего не мог сделать аватару, и если они каким-то образом попытаются применить хитрость, ему нужно было командовать большими силами. Он оставил одного из своих подчиненных жрецов управлять аватаром.

Его фракция теперь удерживала огромную, объединенную территорию, но она не была под контролем Гарта. Только аватар был способен справиться с нагрузкой и был наделен знаниями и силой, чтобы объединить всю зону. Пока они смогут уничтожить своих соперников, этот причудливый пространственный обходной путь в их плане обернется лучше, чем они могли надеяться.

Однако, не будучи связанным с территорией, Гарт не будет немедленно предупрежден, когда что-то пойдет не так.

Чтобы решить проблему связи, Гарт установил ретранслятор. Рядом с ним череп покоился на коротком копье, вонзенном в землю. Череп мог передавать голоса между собой и другим черепом, установленным рядом с границей территории. Таким образом, посланник мог пройти через границу и быстро доложить. Один так и сделал, пересекая границу и устремляясь к черепу.

— Верховный жрец, искатели приключений и их союзники что-то делают. Их полубог атаковал аватар.

— А остальные их силы?

— Мы все еще видели только их часть, но мы наблюдали, как они делают что-то странное. Они достают наших жрецов, которых захватили живыми, и начали казнить их.

— Зачем? Они должны знать, что это не повлияет на наш моральный дух.

— Я тоже не понимаю, Верховный жрец. Жрецы восстают в виде ревенантов и немедленно атакуют искателей приключений, которые вынуждены сражаться с ними. Даже с врагом, готовым к этому, ревенантов трудно убить…

— …потому что они наполнены силой бога Нежизни, — сказал Гарт.

Его разум метался по возможностям. Чего надеялся достичь враг? Гарт терял людей, и пока он не нашел аватар, они не восставали в виде ревенантов так, как обычно. Как только они нашли его, их сила восставать снова была восстановлена путем подключения к силе…

— Они пытаются выкачать аватар! — удалось прорычать Гарту, несмотря на отсутствие горла или даже настоящего рта. — Мы должны…

— Верховный жрец! — позвала Джамила, устремившись вверх по холму. Он повернулся, чтобы посмотреть, и увидел, что она указывает в сторону, противоположную границе измерения. Два странных транспортных средства мчались по пустыне, паря, но поднимая шлейфы пыли и песка от своей огромной скорости.

— Отозвать аватар! — крикнул Гарт в череп связи. — Мы должны объединить наши силы, прежде чем они смогут!

Он начал спускаться с холма быстрее, чем его неуклюжее тело, казалось, было способно. Битва вот-вот должна была начаться.

Глава 28 РИСКУЯ ВСЕМ

Глава 28 РИСКУЯ ВСЕМ

В битве, которая произошла в подземном городе светлых сердец, жрецы Несмерти по большей части сдерживались. У них было то, что можно назвать бесконечным запасом неживых, чтобы бросать их во врага, пока враг не сокрушится. Это было не так, когда два облачных корабля пронеслись над скалами и песком пустыни, оставляя за собой шлейфы пыли.

Жрецы Несмерти были разных видов, от довольно обычных пользователей эссенции до причудливых неживых пародий. Это включало нежить высшего порядка, такую как вампиры, командующие армиями безжизненных гулей. Были личи — высокоинтеллектуальная нежить с мощными трюками, чтобы избежать окончательного уничтожения. Все личи владели мощной магией, будь то эссенции, которыми они обладали при жизни, или более потусторонние и чуждые силы. Другие были менее распространенными формами нежити, такими как земравор, Гарт. Существовало существо, которое выглядело сделанным из застывшей тени, в форме человека, но в два раза выше. Оно использовало магию, чтобы превращать зомби и скелетов вокруг себя в теневые, эфирные сущности, которые было труднее разрубить.

Хотя среди жрецов не было недостатка в неживых странностях, большинство из них все еще были среди живых. Используя комбинации некромантической эссенции, запрещенные Обществом искателей приключений, их силы были сосредоточены не на прямом бою, а на создании, командовании и усилении нежити. Общее количество миньонов нежити под их командованием было меньше, чем то, к которому они имели доступ в последней масштабной битве, но их прямое участие делало каждую нежить намного сильнее.

Силы Несмерти располагались на плато, глядя вниз на пустыню, где приближались два корабля. Жрецы привели своих миньонов в действие, подкрепляя их магией и посылая в атаку.

Они спустились с плато, край которого вел к смеси крутых склонов и отвесных скал. Это не было проблемой для навигации, так как слабейшие из нежити были серебряного ранга. Большая часть армии в городе светлых сердец была бронзовой, но все, что было настолько слабым, было уничтожено живыми аномалиями зоны трансформации.

Некоторая нежить просто спрыгивала вниз, не заботясь о приземлении. Другие были усилены различными способами, помогая им справляться с местностью. Простые скелеты превращались в скелетов-магов благодаря некромантии своих хозяев. Руны вырезались сами собой на костях скелетов, загораясь магией разных цветов. Темный дым окутывал их ноги и поднимал их в воздух, после чего они метали простые снаряды огня, электричества или мерцающей силы. Это не были мощные атаки, если брать их по отдельности, но их огромное количество создавало шторм магии, обрушивающийся на два корабля, все еще находившихся в километрах пути.

Жрецы-вампиры высасывали жизнь из захваченных ими для этой цели светлых сердец и посланников, используя эту жизненную силу, чтобы сделать своих гулей быстрее и сильнее. Изможденные фигуры карабкались вниз по крутому склону горы с края плато.

Зомби и другие макабрические творения жрецов нежити получали различные улучшения. Некоторые отращивали крылья из гниющей плоти и поднимались в небо, или когти, которые впивались в камень, позволяя им быстро спускаться по вертикальным скалам.

Наряду с нежитью в движение пришли посланники, захваченные жрецами Несмерти. Бледные посланники, захваченные жрецами, оказались одними из самых слабых видов по сравнению с теми, кого захватили другие посланники или светлые сердца. Это изменилось, когда этих посланников передали аватару Нежизни. Скудная нежизнь, которую они получили от жрецов, была подкреплена божественной мощью, делая их более похожими на трупы и более могущественными. Даже в отсутствие аватара их новая сила сохранялась, что демонстрировалось, когда они парили в воздухе, оставляя за собой шлейфы фиолетовых искр.

Еще одним фактором того, что посланники получали больше силы от аватара, было то, что теперь они наслаждались усилениями от аур жрецов Несмерти. Хотя посланники технически все еще были живы, мощная энергия нежизни внутри них реагировала на способности ауры так же, как и истинная нежить.

Некроманты, чьи силы происходили от способностей эссенции — большинство жрецов — почти всегда имели способности ауры, которые подкрепляли нежить. Это были не специфические трансформации и дополнительные силы от их других способностей, а базовое усиление энергии нежизни, оживляющей их. Это был огромный множитель силы для миньонов нежити, и причина, по которой Гарту нужно было выследить Джейсона.

Лаунж на крыше корабля Джейсона закрылся, бронированные панели вышли из облачного материала, чтобы защитить его от дождя магических снарядов. Джейсон и Мириам вошли внутрь, присоединившись к Теням в пилотской рубке, которую Джейсон все еще решал, называть ли кабиной или мостиком. Он думал, что кабина точнее, но ему очень хотелось атмосферы космического корабля.

Вместо того чтобы смотреть в лобовое стекло, Джейсон закрыл глаза и подключил свои чувства к своему облачному кораблю. Корабль был духовным доменом, дающим Джейсону почти полную власть внутри него. Это не распространялось на пространство вне корабля, но он мог использовать его как усилитель сигнала для своей ауры, воздействуя на саму ауру и магическое восприятие, которое использовало ее как основу. Это не было улучшением грубой силы, но чем-то, что влияло на конкретные аспекты. Что касается его восприятия, он мог лучше выполнять многозадачность внутри своего разума, активно наблюдая за большим количеством объектов одновременно. Что касается его ауры, это затрудняло жрецам Несмерти противодействие своими собственными аурами.

Аура Джейсона несла в себе не только силу его ауры, но и все аспекты его ауры, которые он развил. Это включало силу, которую он изучил у богини смерти, чтобы уменьшать энергию нежизни, что делало его ауру анафемой для жрецов Несмерти.

Сила Джейсона воздействовать на нежить граничила с божественной. Смерть показала ему, как изменять свою ауру с эффективностью, к которой смертные обычно не могли прикоснуться. Это был тот дар, который боги предлагали своим последователям временно, прежде чем забрать силу обратно. Смерть показала Джейсону, как эффективно даровать этот дар самому себе. В сочетании с божественно-соседней силой его духовного домена, который он использовал для подкрепления своей ауры, Джейсон противостоял нежити не как смертный, а подобно богу.

Джейсон, однако, не был богом. Использование их инструментов по-своему делало возможным противостояние ауры против всех этих жрецов, включая золотые ранги. Проблема была в том, что Джейсону не хватало одного, что действительно делало богов тем, чем они были: бесконечной силы. Его аура все еще была основой всего, что он делал, и хотя она была невероятно сильной для его ранга, этот ранг все еще был серебряным. То, что он мог эффективно противостоять жрецам вообще, было пограничным чудом, дополненным божественными инструментами, чтобы это произошло.

Ограничения Джейсона означали, что он не мог доминировать над силами нежити так, как Смерть со своим чудом. Он достиг духовного пата со своими врагами, где они не могли подавить его ауру, но могли защитить свою нежить от нее. В свою очередь, Джейсон не мог ослабить нежить сверх их нормального базового уровня, но он мог остановить ауры жрецов от усиления их.

Он не мог отключить специфические усиления нежити от различных сил жрецов, будь то трансформации или усиления вампирских гулей на основе крови. Но способности ауры, усиливающие базовую энергию нежизни, текущую через них, были отключены, сводя на нет множитель силы поднятия их базового уровня.

Пока Джейсон наводнял поле битвы своей аурой, Мириам использовала его способность связи, чтобы отдавать последние команды их силам. Большинство из них находились на большем корабле, принадлежащем Эмиру.

— Как ты справляешься? — спросила она Джейсона.

— Не так хорошо, как хотелось бы, — сказал Джейсон, открывая глаза. — Я нанес удар по способности жрецов давать базовые улучшения силы своим миньонам, но это все.

— Я приму это, — сказала Мириам. — Это чудо, что ты можешь сделать даже столько, учитывая, сколько золотых рангов должны давить на тебя.

— Чудо-соседнее, — поправил Джейсон. — Богиня Смерти предоставила мне трюк, созданный для этой цели, и она не мелочилась. Моя команда была довольно раздражена, когда услышала, что я отдал взамен, но они не понимают масштаба того, что она мне показала. И это даже не та потеря, которую они думают. Предполагая, что мы победим.

— А если мы не победим?

— Тогда это не будет иметь значения в любом случае.

— Справедливо, — сказала Мириам, а затем отошла, чтобы вглядеться в лобовое стекло. — Я не вижу хорошего места, чтобы установить плацдарм. Это все просто открытая земля, ведущая к тому плато, с которого льется нежить.

Что-то твердое ударило по кораблю, сильно качнув его. Мгновение спустя корабль снова плавно двигался вперед, у автобуса на воздушной подушке была идеальная воздушная подвеска.

— Повреждения? — спросила Мириам.

— Мы в порядке, — сказал Джейсон. — Бронированные панели обеспечивают устойчивость, а облачный материал рассеивает силу. Дополнительные функции, которые я подобрал у того дворянского дома в Римаросе, сработали намного лучше, чем ожидалось. Мы держимся почти так же хорошо, как корабль Эмира, поэтому я ожидаю, что он спросит о них, как только мы закончим.

Мириам кивнула и повернулась обратно к виду через лобовое стекло. Магические снаряды падали как град, а нежить водопадом стекала с плато вдалеке, двигаясь к равнинам.

— Нам нужно начать обустраиваться, прежде чем враг применит свою полную силу, — сказала Мириам. — Поскольку нигде в этой бесплодной пыльной равнине нет места лучше другого, мы можем так же хорошо остановиться здесь.

Искатели приключений, светлые сердца и культисты высыпали из двух кораблей после того, как они остановились. Они находились на неприметной равнине из бесплодного красного камня, пыль, которую они поднимали, была сухой и меловой на вкус. Солнце палило нещадно, ослепительные блики вспыхивали на любой глянцевой поверхности, от лакированной брони до полированных клинков.

Под руководством Мириам они сформировали оборонительный периметр. Он был укомплектован со всех сторон, но сосредоточен на защите спереди и сверху, откуда атаковал враг. Битва еще не достигла серьезного столкновения, все еще состоя из дистанционных атак, обрушивающихся со стороны Несмерти. Волна миньонов, направляющаяся к ним, скоро прибудет.

На данный момент нежить досаждала снарядными атаками от усиленной нежити и бледных посланников. Посланники приобрели новые способности после того, как были захвачены аватаром; теперь они могли метать фиолетовые энергетические снаряды. Повсеместная атака была терпимой, благодаря тому, что Джейсон предотвращал рост шкалы силы врага под аурами жрецов.

Искатели приключений и их союзники совершали лишь символические контратаки, сохраняя силы для предстоящей битвы. С цунами нежити, направляющимся к ним, она скоро наступит. Тем временем они защищали пространство, где два корабля разбирались, возвращаясь к своим облачным колбам. Потребуется время, чтобы превратить корабли в крепости.

Мириам выкрикивала приказы, пока бойцы метались вокруг них. Светлым сердцам не хватало силы искателей приключений, но они использовали свои элементальные способности, чтобы устанавливать оборонительные позиции. Траншеи со стенами из каменных шипов, ожидающие любого, кто перепрыгнет. Укрытия, где дальнобойные атакующие могли прятаться между тяжелым и полным укрытием. Туннели, позволяющие безопасно перемещаться между различными участками оборонительной линии.

Эмир и Тень стояли у облачных колб, все еще всасывающих облачный материал кораблей. Джейсон стоял рядом с Мириам, выглядя как человекоподобный портал пустоты со своим плащом, обернутым вокруг него. Внутри его капюшона было темно, что указывало на то, что его глаза закрыты, пока он концентрировался на вызове жрецов своей аурой.

— За возможным исключением момента, когда прибудет аватар, — сказала Мириам Джейсону, — это будет самая опасная часть битвы. Мы должны удерживать эту позицию достаточно долго, чтобы наши двойные крепости обустроились.

— Тогда пришло время посмотреть, не смогу ли я замедлить их еще больше, — сказал Джейсон.

— Мне все еще не нравится позволять тебе выходить туда.

— Я знаю. Но пока у меня снова не заработает духовный домен, они оттесняют меня в битве аур. Я держусь, но я соскальзываю, и враг становится сильнее с каждым мгновением. Мой призрачный огонь будет более эффективным, чем моя аура, но я не могу просто плюхнуть его, как богиня Смерти. Мой — бледная имитация ее чуда. Мне нужно выйти туда, если я собираюсь использовать его, и ты это знаешь. Не то чтобы я был единственным, кого ты отправляешь туда, чтобы создавать неприятности.

— Рисковать ими — значит рисковать солдатом. Рисковать тобой — значит рисковать всем.

— И так же, как держать меня в коробке, когда выпуск меня наружу может стать разницей между победой и поражением.

Мириам издала смиренный вздох.

— Я знаю. Двигайся. Только убедись, что ты вернешься, и что это стоило того, чтобы отпустить тебя.

Глава 29 ОПАСНАЯ СИЛА

Глава 29 ОПАСНАЯ СИЛА

Гарт обладал опасной силой. Она исходила не от украденных им сердец, а была неотъемлемой частью его природы как земравора. Он мог подавлять свою ауру, полностью ее устраняя. Это делало его совершенно невидимым для сенсоров ауры, даже для тех, что принадлежали обладателям алмазного ранга. Просто не было никакой ауры, которую можно было бы почувствовать. Однако это делало его уязвимым в тех отношениях, в которых не был уязвим тот, чья аура была лишь скрыта.

Ауры формировали естественный щит против многих способностей. Иногда это было что-то относительно обыденное, например, телекинез, который не действовал на врагов, если их ауры не были подавлены. Другие способности были куда более зловещими и вообще не работали, если ауру нельзя было обойти. Они были самыми опасными, но обычно оказывались в руках тех, кто был столь же коварен, как и сами эти способности. Авантюристы и светлосердечные вряд ли представляли такую угрозу. Остерегаться стоило культистов Строителя и, возможно, посланников.

Гарт все еще злился из-за того, что посланник его раскусил. Как и у любой формы нежити, у земравора были как сильные, так и слабые стороны. Гарт приложил немало усилий, чтобы скрыть сам факт существования земраворов даже от своего собственного народа. Но посланники жили вечно и видели бесчисленные миры. Невозможно было определить пределы знаний любого посланника. Сам Гарт неоднократно доказывал, что знания, накопленные за время бесконечного существования, нельзя недооценивать. Ему не нравилось оказаться на месте того, на ком проверяют эту истину, но за его долгую нежизнь это был далеко не первый раз.

Знания посланника делали использование способности подавления ауры более рискованным, чем обычно. Гарт мог чувствовать его прямо сейчас; посланник не скрывал своего присутствия, наблюдая с вершины горы. Но как только аура Гарта исчезнет, его магические чувства и способность отслеживать посланника исчезнут вместе с ней. Магическое восприятие было связано с проекцией ауры, поэтому отсутствие ауры означало отсутствие магических чувств. Ему придется полагаться на свои обычные чувства, которые, по крайней мере, сохраняли свой выдающийся уровень золотого ранга.

Он также не сможет отслеживать Асано с помощью чувств ауры, но это уже было признано бесполезным. Аура Асано покрывала все: от оборонительной позиции авантюристов до плато, включая поле битвы между ними, которое вскоре должно было превратиться в мясорубку. Любой хорошо обученный обладатель золотого ранга мог скрыть свое присутствие внутри сильно проецируемой ауры, и Асано, как было доказано, мог делать то же самое. В чем бы ни лгал Борис Кет Лунди, он говорил правду о силе Асано и его способностях к использованию ауры.

Гарт двигался вместе с наземной армией нежити, окруженный теми, кого он оживил лично. В среднем они были сильнее рядовой нежити. Это стало результатом того, что он создавал их с осторожностью и сам выбирал превосходный исходный материал. Среди них было мало обычной нежити, в основном это были зомби-посланники, которых он заполучил в удовлетворительно целом состоянии. Большинство из них были кастомными творениями, слияниями, в которых он пытался выжать больше из более слабых тел светлосердечных, смешивая их с посланниками или монстрами.

Гарт вписался в их ряды, заменив свою обычную мантию слоями рваной и грязной ткани, грубо обернутой вокруг него. Поскольку было видно только его лицо-череп, он легко смешался со своими созданиями. Только если бы кто-то понял, что среди них есть одна нежить без ауры, и присмотрелся внимательнее, он бы выделился.

Армия миньонов двигалась подобно цунами, врезаясь в морскую стену оборонительной линии авантюристов. Они возвели на удивление мощные оборонительные сооружения, вероятно, работу светлосердечных и их проклятого изменения земли. Если бы они не укрепили стену своей цитадели так хорошо, их бы смяли еще до того, как была активирована зона трансформации.

Способности летели в обе стороны. Несмотря на то, что аура Асано ослабла, авантюристы все еще имели преимущество в силе, и все потери приходились на сторону нежити. Впрочем, это было не в новинку. Жрецы Нежизни знали, как использовать свое расходное количество, чтобы обескровить врага, сжигая их запасы маны и зелья здоровья, чтобы оставить их истощенными. Именно тогда и совершались ошибки. Если им везло, враги становились слишком самоуверенными из-за своего раннего преимущества, и одного или двух можно было заманить в ловушку, заставив слишком сильно растянуться ради легкого убийства.

Однако более широкая стратегия была не в ведении Гарта. Только когда с Асано будет покончено и вернется аватар, он возобновит контроль над своими силами. Он назначил одного из своих жрецов управлять аватаром на данный момент, хотя у того человека не было истинного контроля. Только самому Гарту была дарована такая привилегия его богом, но он приказал аватару следовать указаниям другого жреца на данный момент. Этого должно было хватить, чтобы предотвратить бездумное буйство аватара, если он вернется, пока Гарт отсутствует, все еще разбираясь с Асано.

Для этого Гарт вышел на охоту. Была надежда, что Асано присоединится к битве, чтобы использовать свои способности против нежити, и он не разочаровал. Призрачный огонь, напоминающий проклятое белое пламя богини Смерти, начал появляться среди нежити еще до того, как они достигли оборонительной линии. Как Асано убедил Смерть поделиться хотя бы эхом этой силы, сейчас не имело значения, а когда он умрет, это не будет иметь значения вовсе. На данный момент эфирное пламя было сигнальной ракетой, которой Асано отмечал свою позицию.

Конечно, чтобы прижать его, нужно было нечто большее. Пламя, вспыхивающее по всему полю боя, показывало, что Асано постоянно перемещается, никогда не задерживаясь достаточно долго, чтобы опасность могла его настичь. Гарт был терпеливым охотником и не торопился; ему нужно было изучить повадки своей добычи, прежде чем нанести смертельный удар.

За многие годы, в течение которых Гарт подавлял свою собственную ауру, потеря восприятия, которая приходила вместе с этим, позволила ему увидеть то, что большинство людей упускало. Полагаясь только на обычное восприятие, он понял, что методы скрытности, основанные на ауре, оставляют «мертвые зоны» — не в самой ауре, а в том, как ведут себя люди вокруг. Были определенные характерные признаки в поведении того, чья аура подвергалась манипуляции, чтобы заставить их не замечать кого-то поблизости. Особенности языка тела и странные мелкие движения. Это было труднее заметить, когда люди были рассредоточены, но в толпе или густой свалке это становилось намного проще.

Благодаря пламени и наблюдению за реакциями, у Гарта были два ориентира для вычисления Асано. Призрачный огонь, который он видел по всему полю боя, и поведение, которое он мог наблюдать вблизи. Его следующим шагом было начать выстраивать схему перемещений Асано, и он быстро определил два главных фактора, направляющих движения Асано. Первым фактором было то, где защитникам требовалась помощь. Когда оборона оказывалась под давлением, призрачный огонь часто начинал распространяться среди атакующих, ослабляя натиск.

Вторым фактором было то, что Асано действовал хаотично, чтобы быть непредсказуемым. Проблема заключалась в том, что попытки быть случайным часто приводили к прямо противоположному результату. Настоящая случайность не соответствовала представлению о том, что является случайным в умах людей. Даже те, кто знал об этом, все равно попадали в менее чем случайные паттерны, когда их умы были заняты такими вещами, как прокрадывание сквозь армию нежити.

Поскольку пламя продолжало усеивать поле боя, Гарт заметил, что распределение было скорее равномерным, чем по-настоящему случайным. Вместо того чтобы оставлять странные пробелы или случайные концентрированные скопления, пламя было распределено довольно равномерно. Это дало Гарту то, что нужно, чтобы начать делать прогнозы. Перемещаясь в большие промежутки, он, надеюсь, рано или поздно окажется в засаде, когда появится Асано.

Это был план с низкими шансами на успех, но Гарт был готов рискнуть. Он не сомневался, что Асано был одновременно острым на ум и осторожным, поэтому любой более активный подход повышал шанс быть замеченным. Вместо того чтобы рисковать тем, что Асано отступит в безопасность, Гарт будет терпелив.

Битва продолжалась, нежить прорывалась через оборону одна за другой. Тела нежити не скапливались в горы, потому что жрецы взрывали их, как бомбы, оказывая еще большее давление на оборону. Инфраструктура, такая как бункеры, траншеи и стены с кольями, была превосходной для того, что было возведено так поспешно, но все же это была импровизация. Одна точка ослабленной обороны могла легко распространиться на целый участок.

Давление на оборону росло, пока поток неживых не оказался на грани прорыва оборонительной линии. Пока линия держалась, авантюристы и их союзники имели эффективные оборонительные построения и могли эффективно доставлять раненых к целителям. Как только линия прорвется, битва превратится в уродливую свалку, и защитники понесут потери.

Все изменилось, когда два растущих холма облачной субстанции, которые защищали обороняющиеся, затвердели в пару массивных крепостей. Значительно большая из двух представляла собой набор из пяти башен, расположенных среди стен, бункеров и атакующих платформ, в которые защитники отступили, как только они появились. Импровизированная оборона была оставлена в пользу чего-то более структурированного.

Светлосердечные снова доказали свою ценность. Те, кто обладал силами земли, построили инфраструктуру в первую очередь, но именно типы огня и магмы уничтожили ее. Когда нежить захватила брошенные укрытия, эти укрытия расплавились или раскалились до такой степени, что нежить, штурмующая их, сгорала на месте.

Массивная многобашенная крепость не ограничилась оборонительными мерами. На вершине каждой башни находился купол, который светился все ярче и ярче, пока не выпускал массивный шар энергии. Сферы врезались в приближающуюся орду и взрывались на огромной площади. Тускнея после каждого выстрела, купола немедленно начинали заряжаться для следующего.

Другой крепостью была облачная пирамида, покрытая темно-красными шестиугольными пластинами. Некоторые из пластин втягивались в облачную субстанцию, заменяясь массивными, стилизованными глазами. Глаза выпускали лучи двух видов. Один был толстым и вырывался с глубоким, резонирующим гулом. Он прорезал линии сквозь орду нежити, вырывая траншеи и уничтожая неживых. Другой луч был намного тоньше, сопровождаемый пронзительным жужжанием. Он поражал одну нежить, а затем немедленно начинал цепную реакцию через вражеские силы. Каждая пораженная нежить взрывалась на месте, превращая луч в жестокую игру «соедини точки».

Большинство лучей, выпущенных из пирамиды, были оранжевыми и эффективными даже против самых тяжелобронированных мерзостей. Иногда она выпускала синие лучи, которые оказывались более эффективными против менее распространенной эфирной нежити. Это были в основном миньоны жреца, который сам был теневым гигантом.

Появление крепостей также привело к восстановлению ауры Асано до полной силы, что еще больше ослабило волну нежити. Время было идеальным для спасения защитников от дорогостоящего краха, и поворот в битве был немедленным и ясным.

Гарт знал, что Асано должен быть убран с доски сейчас. Он начал сомневаться в своей стратегии, когда ему выпал счастливый случай. Его последняя догадка о следующем пункте назначения Асано была не просто верной, она была абсолютно точной. Асано поднялся из тени нежити, почти на расстоянии вытянутой руки. Асано, будучи так близко, заметил брешь в ауре, которую занимал Гарт, и обратил свое внимание на жреца.

Асано не мог сравниться с рефлексами Гарта золотого ранга, хотя был поразительно близок. Гарт был удивлен тем, как быстро Асано среагировал, но этого было недостаточно. Он протянул руку, положил ее на плечо Асано и активировал силу, дарованную его новейшим сердцем.

Мириам произнесла грубое слово.

* Лидер группы [Джейсон Асано] был пространственно изолирован. * Интерфейс группы и функции связи продолжат работу благодаря доступу к духовному домену [Джейсона Асано]. * С [Джейсоном Асано] невозможно связаться через чат группы из-за пространственной изоляции.

Мириам то ныряла на передовую, то отступала, чередуя командование защитниками и добавление своей силы золотого ранга в бой. Она вернулась в бункер, сделанный из облачной субстанции, оборонительное сооружение выглядело странно красивым с его завихрениями закатных цветов.

Худшим вариантом была смерть Джейсона, что сделало бы все остальное бессмысленным. Пространственная изоляция была определенно лучше, чем это, но все равно не сулила ничего хорошего. Она почувствовала, как аура Джейсона исчезла отовсюду, кроме его облачной пирамиды, и сила нежити немедленно подскочила.

Мириам начала выкрикивать приказы в ответ, мобилизуя активы, которые она держала в резерве. Первоначальная оборонительная инфраструктура была оставлена в местах, где она уже была скомпрометирована, что позволило провести более плавный отход, чем если бы защитники дожидались краха. Разветвленный комплекс массивной облачной крепости Эмира стал новой линией фронта, когда другие места были оттеснены. Она приказала Амосу Пенсинате сосредоточиться на атаках аурой, делая все возможное, чтобы помешать жрецам, раз уж Джейсон больше не сдерживал их.

Потушив самые сильные пожары, она сосредоточилась на том, что случилось с Джейсоном. Пространственная изоляция звучала как дуэльные способности, используемые посланниками. У бледных посланников раньше не было такой силы, но это была бы не первая новая способность, которую они продемонстрировали сегодня. Но, поскольку все они были серебряного ранга, бросать вызов Джейсону было бессмысленно. Даже в полную силу он мог легко справиться с одним, а их новая сила сопровождалась сопутствующей слабостью к способностям Джейсона по подавлению нежити.

Было несложно обнаружить, где был Джейсон. На поле боя было почти пустое пространство, где большая часть нежити исчезла в тот же момент, когда появилось уведомление. Лишь горстка скелетов и зомби осталась стоять вокруг, прежде чем они возобновили свою атаку. Отступив от линии фронта, Мириам открыла голосовой канал с Ханой Шавар, Верховной жрицей Целителя, и Клайвом Стэндишем.

— Командир? — спросил Клайв, звуча отвлеченно.

— У меня нет времени, чтобы меня перебрасывали в другое место, — сказала Хана. — Нежить только что стала намного сильнее, а раненые прибывают густым потоком.

— Верховная жрица, — сказала Мириам. — Вы выступали против посланников больше, чем кто-либо другой. Вы знакомы с их способностями вызова на дуэль?

— Да. Почему? Мы не сражаемся с посланниками. Эти бледнолицые, о которых заявляли жрецы Нежизни, не могут использовать эту силу. Или теперь могут?

— Я не знаю, — сказала Мириам. — Возможно ли, что жрецы Нежизни нашли способ пробудить эту силу в своих рабах-посланниках? А затем модифицировали ее так, чтобы большая группа из них могла бросить вызов одному человеку?

— Сомнительно, — сказал Клайв. — Очень мало вещей невозможны, если разобраться, но я бы счел это маловероятным. Насколько я понимаю, дуэльные способности очень сильно основаны на концепции баланса.

— Он прав, — сказала Хана. — Я никогда не видела способности вызова, которая могла бы повлиять на кого-то другого ранга, не говоря уже о нескольких комбатантах против одного.

— Может быть, если они нашли способ заставить способность оценивать баланс по реальной силе, а не по рангу? — предположил Клайв. — Возможно, группа их посланников серебряного ранга могла бы бросить вызов обладателю золотого ранга вместе.

* [Нил Дэвон] запросил доступ к приватному чату. * [Клайв Стэндиш] предоставил [Нилу Дэвону] доступ к приватному чату.

— Кто отвлекает верховную жрицу, когда мы уже изо всех сил пытаемся всех вылечить? — потребовал Нил.

— У меня был вопрос, — сказала Мириам.

— Это насчет Джейсона и той нелепой ситуации, в которую он вляпался на этот раз? — спросил Нил.

— Да, — сказала Мириам. — Я решаю, как отреагировать на...

— Ты оставь его в покое, вот что ты сделаешь, — отчитал ее Нил. — Это же Джейсон; он всегда будет оказываться запертым в астральном пространстве или подземной камере, которая медленно затапливается. Или он погибнет и воскреснет в другой вселенной; это не имеет значения. У нас нет времени беспокоиться о том, какой дурак искал неприятностей и вот-вот получит мелодраматичный мешок проблем. Джейсон будет делать то, что делает Джейсон, а мы должны делать то, что делаем мы. Ты, жрица, возвращайся к исцелению. Ты, командир, возвращайся к командованию и оставь целителей в покое.

* [Нил Дэвон] покинул приватный чат.

— Он ведь знает, что мы оба выше него по командной цепочке, верно? — спросила Мириам у Ханы. — Он также ниже тебя в церковной иерархии.

— Он жрец-подмастерье, так что намного ниже, — сказала Хана. — Кажется, его это не особенно волновало. К тому же, он не ошибается. Если позволите, командир, мне нужно вернуться к исцелению.

* [Хана Шавар] покинула приватный чат.

— Мы не совсем из тех команд, которые делают то, что им говорят, — сказал Клайв, его тон не был особенно извиняющимся. — И Нил прав. У нас нет ни времени, ни ресурсов, чтобы организовать какое-то расследование и спасение Джейсона. Все, что мы можем сейчас сделать, это довериться ему. Если ты так беспокоишься, посмотри, не поблизости ли Тень. Он будет знать больше, чем кто-либо другой.

* [Клайв Стэндиш] покинул приватный чат. * Приватный чат был закрыт из-за отсутствия участников.

— Тень? — спросила Мириам.

— Чем могу быть полезен, тактический командир? — голос Тени раздался из ее собственной тени.

— Что происходит с оперативным командиром?

— Я теперь отрезан от связи с мистером Асано и моими телами, которые находятся с ним, поэтому могу говорить только о том, что было до момента, когда его запечатали. Его похитили в пространственное измерение с помощью необычной нежити. У нее не было различимой ауры, поэтому я не могу подтвердить ее ранг. Основываясь на ее способности устранять собственную ауру и использовать силу, редко встречающуюся вне посланников, я подозреваю, что это мог быть верховный жрец Нежизни, Гарт. Которого я теперь подозреваю в том, что он земравор.

— Кто?

— Редкая форма нежити, которая может устранять собственную ауру и красть силы, забирая сердца живых.

— Забирать сердца живых?

— Да.

— Это метафора?

— Нет, тактический командир. Это ужасающе буквальное утверждение.

— И они используют эти сердца, чтобы использовать силы тех, кому они принадлежали?

— Только по одной силе на сердце, насколько мне известно.

— Но эта сила может быть дуэльной силой посланника?

— Действительно, может.

— Но верховный жрец должен быть золотого ранга. Как он мог использовать способность вызова на серебряном?

— Земраворы могут использовать украденные ими силы на своем реальном ранге или более низком. В основном они используют это для схем, которые включают оставление обманчивых следов силы. Это интересная лазейка, и именно она убедила меня, что земравор — это, скорее всего, то, с чем мы имеем дело.

— Интересно? Это означает, что Асано заперт в пространственном пузыре с обладателем золотого ранга!

— Да, но я полагаю, что эта ситуация могла быть спроектирована кем-то, настроенным враждебно по отношению к верховному жрецу. Моя догадка — посланник Борис Кет Лунди.

— Что заставляет тебя так думать?

— Он единственный, кто правдоподобно знает достаточно о мистере Асано, посланниках и земраворах. У него также есть доступ к жрецам Нежизни, учитывая, что он и его посланники, по-видимому, проживают на той горе вон там. Кто-то должен был убедить верховного жреца забрать сердце гештальтного физико-духовного существа.

— Почему это важно?

— Потому что верховный жрец теперь использовал это сердце, а это значит, что он вот-вот испытает нечто чрезвычайно редкое для нежити: несварение желудка.

Глава 30 СТРАННОВАТЫЙ ТИП

Глава 30 СТРАННОВАТЫЙ ТИП

Как только костлявая рука легла на плечо Джейсона, мир вокруг него закружился в непостижимый хаос, словно динамитная шашка взорвалась в бочке с краской. Джейсон был знаком с пространственным перемещением и привык к нему, поэтому уже двигался, когда мир восстановился мгновение спустя. Он ударил ногой позади себя, попав во что-то достаточно твердое, чтобы оттолкнуться самому, а не сдвинуть цель. Он развернулся, заметив нежить, облаченную в рваную ткань, из-под которой виднелись только лицо-череп и скелетные ступни.

— Гарт?

— Здравствуй, Асано. Мы встречаемся лично.

Чудовищный верховный жрец не двигался, казалось, будучи рад поговорить, поэтому Джейсон тоже остановился. Это дало им обоим шанс оглядеться и осмотреться. Они стояли на дорожке из черного и белого мрамора внутри здания, прямо с рисунка Эшера. Оно было размером с замок, но наполнено открытым пространством, пересеченным дорожками, лестничными пролетами и арочными мостами, ведущими в никуда. Это было место невозможной геометрии, воплощенных оптических иллюзий. Ничто из этого не имело видимой цели и не должно было быть физически возможным. Джейсон чувствовал пространственные аномалии, которые превращали иллюзию в реальность.

Плащ пустоты Джейсона никогда не подвергался воздействию ветра, а в этом пространстве его и не было. Воздух был совершенно неподвижен, меловым на вкус и сухим, с запахом старости и заброшенности. И все же его плащ развевался вокруг него, словно он стоял в шторме, под воздействием пространственных аномалий, чья близость друг к другу вызывала астральные ветры, недоступные для обычных чувств.

У Джейсона развился инстинкт понимания астральных явлений, и он подозревал, что может воспринимать достаточно о пространственных аномалиях, чтобы использовать их в предстоящем бою. Все, что ему нужно было, — это достаточно времени, чтобы исследовать и изучить их своими магическими чувствами, а это означало тянуть время. Он надеялся, что жрец Нежизни разговорчив; судя по тому единственному разу, когда они говорили ранее, так оно и было. Однако в этот раз у него не будет безопасности использования Тени в качестве посредника.

Пространственный замок кишел нежитью Гарта, пока что бесцельно блуждающей по лестницам и мостам. Только дорожка, на которой они стояли, была чиста, если не считать Джейсона и его врага. Джейсон не мог почувствовать никакой ауры, но это было неудивительно. Любой обладатель золотого ранга со способностями скрытности должен был уметь ускользнуть от него.

На данный момент жрец, казалось, был рад присоединиться к Джейсону в осмотре их поля боя. Когда он увидел, что жрец посмотрел в его сторону, он в свою очередь повернулся к врагу. Туманные глаза Джейсона, синие и оранжевые, встретились с красным свечением в глазницах черепа Гарта.

— Знаешь, — сказал Джейсон, — меня время от времени обвиняют в том, что я выгляжу зловеще, но думаю, ты меня переплюнул.

— Я стою прямо перед тобой, — сказал Гарт. — Даже так, ты все еще полон самоуверенной бравады. В этот раз ты не прячешься за фамильяром, Асано. Теперь ты моя добыча.

— Тебе стоит быть осторожнее с такими заявлениями, — сказал Джейсон. — Жена моего друга Клайва сказала то же самое, и это превратилось в сплошной беспорядок. В смысле, оно того стоило, но все же.

— Что придает тебе такую уверенность? — спросил Гарт. — Должен признаться, мне любопытно, что делает тебя таким особенным. Все, от моего бога до моих соперников, предупреждали меня о тебе. Не недооценивать тебя. Важность твоего убийства. Тот факт, что ты, из всех наших врагов, единственный, кто может претендовать на это царство и угрожать нашей реальной цели.

— Я могу тебе это рассказать, но давай превратим это в наглядную демонстрацию. Мне любопытно, как ты затащил нас сюда. Это дуэльная сила посланника, верно? Или что-то очень близкое. Как ты получил эту силу и как заставил ее работать на ком-то более низкого ранга, чем ты?

— Кража силы — часть моей природы, — сказал Гарт. — Обычно это то, что я очень тщательно скрываю.

— Но не от того, кого собираешься убить?

— Но не от того, кого собираюсь убить, — подтвердил Гарт.

Тряпки, обернутые вокруг тела Гарта, разорвались, когда он развернул все шесть рук и четыре ноги.

— Ого. Ты притворялся Скелетором, а сам все это время был Генералом Гривусом. Не уверен, что это улучшение, если честно. У тебя есть световые мечи? Думаю, это решило бы дело.

— Я ответил на твои вопросы. Ты еще не ответил на мои.

— Справедливо; мой косяк, приятель. Это было насчет того, что делает меня особенным, верно? На самом деле, это не одна вещь. Скорее, это ситуация, когда я так часто оказывался не в том месте и не в то время, что теперь я сам — не то место и не то время для любого бедолаги, который попадется мне на пути. Которым сегодня оказался ты.

— Очевидно, у тебя есть на что положиться в этом бою. Что-то значительное, судя по тому, что я постоянно слышу о тебе.

— Поверишь в дерзкое обаяние?

— Я разговаривал с тобой некоторое время, так что... нет.

Джейсон рассмеялся.

— Это немного задевает, не буду врать. Странно ли, что ты мне даже немного нравишься? Я все равно собираюсь убить тебя с помощью великого плана, о наличии которого я точно не вру, но думаю, у нас тут неплохой контакт.

— Ты все еще не сказал мне источник своей уверенности. Это способность восставать из мертвых? Меня предупреждали убивать тебя, пока ты не перестанешь возвращаться к жизни. Ты ожидаешь умереть, чтобы это выполнило условие освобождения силы, удерживающей нас здесь, а затем сбежать, когда воскреснешь?

— Нет, хотя теперь, когда ты сказал, это довольно неплохо. Вау, спасибо. Это хороший план. Я мог бы...

Джейсон почувствовал, как аура начала исходить от Гарта, но это была не простая проекция ауры. Она появлялась рывками, как двигатель, пытающийся завестись на холоде, прежде чем наконец вспыхнуть жизнью. Челюсть Джейсона отвисла, хотя Гарт не мог этого видеть, скрытый в темноте капюшона Джейсона.

— Ты тянул время, — сказал Джейсон. — Ты не просто подавлял свою ауру. Ты каким-то образом полностью ее отключил. Ты позволял мне говорить, чтобы я не ударил тебя душевной атакой.

— Ты можешь совершать душевные атаки? Общество искателей приключений позволяет тебе это?

— Дело не в «позволяет», а скорее в...

Гарт превратился в размытое пятно, и одна из его костлявых рук прошла сквозь голову Джейсона.

Гарт не встретил сопротивления, когда просунул руку сквозь голову Асано, его когтистая рука высунулась с другой стороны. Асано спрыгнул с края дорожки, на которой они стояли, его голова осталась невредимой, словно руки Гарта не существовало. Гарт выставил все шесть рук, и из каждой вылетел кусок кости, пролетев лишь небольшое расстояние, прежде чем взорваться на острые осколки. Крошечные лезвия осыпали обоих бойцов, но не ранили ни одного. Скелетный каркас Гарта не пострадал от его собственной силы, а плащ Асано поглотил их без вреда.

Этот обмен произошел менее чем за секунду, оба человека были ослепительно быстры. Гарт выпустил более крупные костяные шипы из своих рук, чтобы перехватить Асано, но странная окружающая среда оказалась коварной. Вместо того чтобы падать вниз, Асано упал вверх, сбив с толку расчеты Гарта. Большинство его атак промахнулись мимо Асано, только один шип пронзил его ногу. Асано поднялся из поля зрения, переместившись за прочный лестничный пролет.

Гарт не собирался недооценивать Асано. У него было преимущество в ранге, но он был скорее генералом, чем воином. Его тело было создано, чтобы служить сосудом для силы его бога, и обычно только когда он был наполнен ею, он сам вступал в бой. Напротив, Асано явно имел опыт противостояния более могущественным противникам. Каким бы ни было магическое благословение для его скорости, оно позволяло ему противостоять обладателю золотого ранга, не будучи полностью превзойденным.

Гарт собирался не торопиться. Он каталогизирует защиты Асано одну за другой, прежде чем разобрать их, а затем и самого Асано, на части. У него уже было достаточно информации. Плащ перехватывал слабые снаряды, что было не слишком обременительно. Это исключало менее мощные атаки по площади; требовались точные удары.

Чтобы поразить Асано с точностью, ему нужно было обойти тот трюк, который Асано использовал, чтобы избежать его первоначального удара. Неосязаемость была очевидным ответом, но Гарт отбросил эту возможность. Была бы какая-то обратная связь, хотя бы для только что восстановленных магических чувств Гарта. Скорее всего, это была манипуляция пространством, что не сулило ничего хорошего. Если Асано был сведущ в использовании пространственных сил, их поле боя будет ему на руку.

Он уже знал, что Асано мог прыгать между тенями, а их здесь было предостаточно. Не было явного источника света, но арки и дорожки отбрасывали тени друг на друга способами, которые никогда не имели особого смысла.

Последним вопросом, который был у Гарта по поводу сил, которые он видел у Асано, была его скорость. Если Асано потеряет ее, он проиграет бой. Это было мощное усиление, позволяющее ему почти соперничать с обладателем золотого ранга. Это предполагало силу, которая обменивала ограничения или условия на мощь, что Гарт потенциально мог использовать. Могли быть условные триггеры для силы, длительный перерыв между использованиями или стоимость маны настолько высокая, что ее можно было использовать только короткими всплесками.

Гарт прокручивал возможности в уме, планируя, как проверить свои идеи в будущих обменах с Асано. Их будет много, так как обладателей серебряного ранга трудно прикончить. Некоторые обладатели золотого ранга могли быстро расправиться с таким, в основном ассасины, но Гарт был не из их числа. Он выкопает секреты Асано и будет противостоять его способностям, пока, в конце концов, Асано не умрет. Как быстро — это вопрос того, насколько раздражающим будет его уничтожение.

Внутри душевного царства Джейсона Марек Ниор Варгас замедлил свое снижение по воздуху, пока не завис перед порталом. С ним были два других посланника золотого ранга. Все они смотрели на аватара Джейсона, стоящего у портала, который был расположен в саду английского загородного поместья.

— Я попал в ловушку способности вызова, использованной нежитью золотого ранга, которая украла ее у какого-то посланника, — сказал Джейсон. — Я был бы признателен, если бы вы могли выпрыгнуть и помочь мне.

— Достаточно признательны, чтобы позволить нам наконец уйти? — спросил Марек.

— Честно? — сказал Джейсон. — Я работал над этим некоторое время. У меня есть друг алмазного ранга, который обращается к богине Свободе насчет сглаживания углов, чтобы я мог отпустить вас, не подвергаясь критике со стороны своих людей. Это происходило, пока мы были в этой небольшой экспедиции.

— Тогда мы поможем тебе, Джейсон Асано.

Марек влетел в портал, который начал издавать трещащие, шипящие и фыркающие звуки. Его выбросило обратно, дерево взорвалось, когда он пролетел сквозь него, едва замедлившись. Он все же остановился в конце стометровой борозды, которую его пролет вырыл в земле.

В странном пространственном измерении Джейсон закрыл портал, который все еще издавал странные звуки, похожие на электрифицированный попкорн.

— Ну, это не сработало.

С вернувшейся аурой Гарт мог распространить свои чувства через карманное измерение. Его способность чувствовать магию сбивалась вездесущей пространственной энергией, но он мог чувствовать четкую связь со всей своей нежитью. Это дезориентировало, так как его глаза и его магическое восприятие указывали в разных направлениях на одну и ту же нежить. Когда одна из его нежити уничтожалась, ему требовалось несколько секунд, чтобы оглядеться и найти ее.

Асано был на дорожке, которая, по мнению Гарта, находилась под углом девяносто градусов. Жрец метнул экспериментальное костяное копье, и оно пролетело совсем не рядом с Асано, несколько раз меняя направление в воздухе. Асано выглядел так, будто высасывал жизненную силу из уничтоженной нежити, несмотря на то, что у нее ее не должно было быть. Он предположил, что это трюк специалиста по недугам, учитывая их склонность делать вещи уязвимыми для своих сил, как бы неправдоподобно это ни звучало.

Асано охраняли фамильяры. Один был роевого типа, какой-то гибрид миноги и пиявки, выполняющий маловероятную задачу питья крови из безжизненных миньонов Гарта. Хотя у них ее не должно было быть. Другим был странный парящий объект, окруженный сферами, которые чередовали стрельбу лучами и превращение в щиты.

Будучи земравором, а не пользователем эссенции, большинство некромантических способностей Гарта исходили из ритуальной магии. У него не было силы легко усиливать своих миньонов, в чем он полагался на подчиненных жрецов. Напротив, аура Асано подавляла их и поджигала своим проклятым призрачным огнем.

Медленно, решил Гарт. Он не знал, как у Асано появилось даже эхо пламени Смерти, но он узнает это в ходе медленной и мучительной кончины Асано. Затем он оживит его, не заботясь о ритуале. Тело Асано станет слабой нежитью, быстро разорванной его собственными друзьями.

Не имея возможности поддержать свою нежить, лучшее, что мог сделать Гарт, — это приказать им окружить Асано. К сожалению, бездумные существа не могли разобрать пространственную географию лучше, чем сам Гарт. Они гнались за Асано, но в итоге беспомощно блуждали по всему причудливому зданию.

Гарт наблюдал, как Асано расправлялся с нежитью, которая находила его, почти небрежно. Нежить серебряного ранга не была проблемой, только редкие золотые вызывали настоящий бой. Нежить не могла сравниться с таким пользователем эссенции, как Асано, но битвы действительно раскрывали больше силы Асано. Каждая новая точка данных уточняла модель в уме Гарта о том, как его убить.

Гарт был по крайней мере благодарен, что его лично оживленная нежить золотого ранга была втянута через связь. Он не был уверен, смогут ли его способности земравора обмануть параметры украденной способности до такой степени, но они прошли. Потеря нежити золотого ранга из-за Асано была дорогой ценой, но стоила того, чтобы выманить его способности.

Пока Асано сражался с его миньонами, Гарт попытался ориентироваться в здании сам. Он видел, как Асано плавно переходил из одной зоны в другую, полностью уверенный в своем направлении. Если Гарт не получит хотя бы какого-то представления о том, как ориентироваться, Асано всегда будет тем, кто выбирает, когда и где столкнуться.

Перемещение из одной зоны в другую дезориентировало. Субъективно казалось, что все ориентировано нормально, но все было с точностью до наоборот, так как зрение Гарта говорило одно, а магические чувства — другое.

Пока он двигался, Гарт следил за Асано, наблюдая, как тот раскрывает свои различные силы. Теперь он был убежден, что скорость Асано поддерживается за счет высасывания жизненной силы из павшей нежити, даже если у них не должно было быть жизненной силы для кражи. Решением было перекрыть подачу.

Гарт решил избавиться от своих миньонов, хотя сделал это не сразу. Его обладатели золотого ранга все еще могли вытянуть больше сил Асано, и, если он выберет правильный момент, у него была сила сердца, которая вполне могла закончить бой сама по себе. Если бы его нежить не была такой рассеянной и дезориентированной, он бы уже использовал ее.

Теперь Гарту стало ясно, что Борис Кет Лунди приложил огромные усилия, чтобы склонить чашу весов в пользу Асано. Миньоны, на которых он настаивал, оказались скорее обузой, чем активом. Что касается дуэльной способности, которую он забрал у посланника, которого ему скормил Борис, было ясно, что она была выбрана с осторожностью. Способность Асано ориентироваться в странном пространстве была его самым большим активом.

Когда Асано наконец перенес атаку на Гарта, это было далеко не неожиданно. Однако он выбрал момент удачно, когда Гарт был отвлечен созерцанием пространственной аномалии. Асано появился из тени позади него, размахивая мечом с черным лезвием. Гарту удалось отразить атаку толстой костяной пластиной на одной из своих многочисленных рук, нейтрализовав любые недуги, которые атака должна была нанести. Он не был достаточно быстр, чтобы контратаковать, прежде чем Асано снова исчез, растворившись в тени.

Это была не последняя атака Асано, но бойцы перешли к разрядке, никто не настаивал на решающем обмене. Асано изо всех сил пытался нанести недуги или нанести решающий урон, в то время как Гарт никак не мог прижать Асано. Между прыжками по теням и перемещением через пространственные аномалии Асано был призраком. Когда он пытался последовать за Асано через аномалию, Гарт просто оказывался один со своей нежитью, а Асано каким-то образом оказывался в совершенно другом пространстве.

Гарт не бездействовал перед лицом тактики «ударил-убежал» Асано. Его попытки изучить природу аномалий медленно начинали окупаться, и иногда он мог точно направлять свою нежить. Он делал это с осторожностью и тонкостью, случаи, когда его указания шли не так, помогали скрыть его цель. Асано, со своей стороны, уделял меньше внимания нежити в своих попытках ударить Гарта напрямую. Наконец, терпеливые усилия жреца окупились.

Это было не так много нежити, собранной в одном месте, как хотелось бы Гарту, но этого было достаточно, чтобы удивить Асано, когда он ступил на дорожку и увидел их всех. Он лишь на мгновение замер, прежде чем пробираться сквозь них, манипулируя пространством, чтобы уворачиваться между ними на пути к следующему пункту назначения. Пиявки, в данный момент выглядящие как кроваво-красный клон самого Асано, следовали за ним, пока туманный фамильяр Асано летел над головой.

Наблюдая, как его враг бежит по тому, что для него было потолком, Гарт ждал, пока Асано не будет полностью окружен нежитью, прежде чем активировать силу своего сердца.

Становление земравором происходило поэтапно. Оно завершалось получением первой силы сердца, с церемонией, отмечающей переход от последних остатков жизни к истинному месту среди нежити. Гарт гордился сердцем, выбранным для него верховным жрецом Нежизни, которому он служил. Оно принадлежало существу, не являющемуся уроженцем Паллимустуса, небесной гончей, которая пришла в их мир, чтобы покарать нежить.

Она потерпела неудачу, пав от рук тех самых существ, которых высокомерно пыталась уничтожить. Жрецы Нежизни съели ее плоть, вырезанную из зверя, пока он был еще жив, церемониальная последняя трапеза для Гарта. Затем он забрал ее сердце, последние остатки его кожи, плоти и органов сошли с его тела, когда он сделал последний шаг от живого к неживому. Последний шаг от простого служения своему богу к воплощению его как одного из нежити.

Силы сердец приходили и уходили с годами. Становилось труднее находить замены, поскольку он подбирал силы, которые ему хорошо подходили. Сила скрытности идеально подходила, и другие исключительные силы приходили и уходили. То первое сердце, однако, лунной гончей, всегда оставалось. Это был не просто ностальгический выбор. Как тот, кто больше командовал, чем сражался сам, кто использовал силы, которые можно было свободно расходовать, ему нужна была сила, которая использовала нежить в его подчинении. Исходя из существа, чья сама природа заключалась в уничтожении нежити, она дала Гарту то, что идеально отвечало его потребностям, предлагая при этом нечто очень необычное в руках некроманта.

Гарт активировал эту силу сердца, издав вой голосом, совсем не похожим на его собственный. Он обладал чистым и свирепым качеством, которое не принадлежало нежити. Нежить, на самом деле, вообще не могла его выносить. Каждый из миньонов-нежити Гарта взорвался в каждой области пространственного пространства. Энергия нежизни не просто детонировала, но менялась в процессе, трансформируясь украденной небесной силой воя.

В тот самый момент, когда энергия нежити детонировала, она изменилась с фиолетовой на трансцендентный свет синего, серебряного и золотого. По всему странному пространственному замку нежить взрывалась, заливая пространство ослепительным, трансцендентным светом. Нигде не было ярче, чем на дорожке, где Асано и его фамильяры были окружены нежитью.

Если бы его лицо-череп не делало этого постоянно, Гарт бы ухмыльнулся.

Джейсон почувствовал, как будто его сбил поезд, который отбросил его на путь большего, более быстрого поезда. Взрыв уничтожил не только его наколдованную одежду, но и почти неразрушимые боксеры, на которые он потратил так много денег. Его единственным оставшимся имуществом были его меч, упавший на мраморный пол, и ожерелье с защитным амулетом и уменьшенной облачной флягой.

Даже пол не остался невредимым. Трансцендентный урон соскоблил некогда гладкий мрамор, оставив грубую отделку из пемзы. Джейсон поморщился, когда его пах проскреб по нему, когда он поднялся на четвереньки. Он заставил Колина наколдовать свежие мантии из биомассы внутри своего тела, так как все снаружи было уничтожено. Это включало Гордона, связь с которым Джейсон едва мог почувствовать. Взгляд на сообщения, ожидающие его, подтвердил, что Гордон был убит.

* Вы получили трансцендентный урон. Способность [Гегемония] снизила урон до урона разрушительной силой. * Все экземпляры [Благословения Стража] от [Амулета Темного Защитника] были преобразованы в экземпляры [Дара Благословения]. * [Дар Благословения] обеспечивает постоянный эффект исцеления и получения маны, когда ваша жизненная сила и мана уже выше нормального максимума. Способность [Пожиратель грехов] позволяет вашей жизненной силе и запасу маны превышать нормальные значения. * Экземпляр [Крови Бессмертного] был поглощен. * [Кровь Бессмертного] обеспечивает постоянный эффект исцеления, когда ваша жизненная сила выше нормального максимума. Способность [Пожиратель грехов] позволяет вашей жизненной силе превышать нормальные значения. * Сосуд фамильяра [Гордона] был уничтожен. Фамильяр [Гордон] является младшим аватаром и гарантированно возобновит роль фамильяра, когда вы призовете новый сосуд с помощью способности [Аватар Рока].

Джейсон схватил свой меч и шатаясь поднялся на ноги. Он должен был быть готов на случай, если Гарт разобрался с пространственным лабиринтом и направляется, чтобы атаковать его. Он огляделся, когда трансцендентное свечение угасло, потирая больную голову с облегчением, когда заметил Гарта, наблюдающего с, по перспективе Джейсона, далекого потолка.

Красный свет в глазницах черепа Гарта вспыхнул, его эквивалент широко раскрытых глаз. Плащ Асано исчез, но он стоял без видимых повреждений, выглядя не более чем сонным, когда тер свои растрепанные волосы. Трансцендентный урон даже не сжег его кожу головы дочиста.

Ярость Гарта была вытеснена внезапным тошнотворным пульсом из его груди. Это было ощущение, которое он знал: несовместимость сердец. Некоторые сердца, из-за силы, которую они содержали, или существа, из которого они происходили, плохо сочетались с другими.

Решение было достаточно простым: избавиться от оскорбительного сердца. Это была еще одна ловушка посланника, против которого Гарт все больше был полон решимости отомстить. Гарт открыл стороны своей грудной клетки, как двери, и потянулся внутрь, чтобы вырвать сердце. Его рука отпрянула, отброшенная от сердца с шипением и треском энергии.

Сила сердца все еще была активна. В природе дуэльных способностей посланников было то, что в них нельзя было вмешиваться, пока сила не завершит свой курс. Никогда раньше не забирая сердце посланника, Гарт до того момента не знал, что это означает, что их нельзя выбросить, пока сила активна. Он был уверен, однако, что Борис Кет Лунди точно знал это.

Это был момент, когда Гарт понял, что он не сражается с Джейсоном Асано, и не сражался с самого начала. Асано был инструментом, ловко разыгранным Борисом в качестве отвлекающего маневра, пока он тихо вонзал нож. Посланник сражался с Гартом задолго до того, как Гарт понял, что вообще идет какая-то борьба. Порезы были невидимыми, раны незамеченными. Асано даже не был смертельным ударом. Борис Кет Лунди убедил Гарта нанести его самому себе.

Гарта давно предупреждали никогда не хранить несовместимое сердце. Оно было одновременно ядом и бомбой, ослабляя его, пока тикало до финального, взрывного разрушения. Но это сердце нельзя было устранить, пока и он, и Асано были живы. Пока сила не завершит свой курс, Гарт застрял с этим предательским сердцем. Борис Кет Лунди уничтожил его, все это время отдыхая на своей далекой вершине горы.

Гарт посмотрел на Асано, который смотрел в ответ с замешательством. Шанс все еще был. Он мог форсировать бой с Асано; прикончить его, прежде чем он будет убит своим собственным ядовитым сердцем. Это был небольшой шанс, но единственный, который у него был. Он начал двигаться, направляясь к ближайшей лестнице.

Аура Джейсона хлынула из пирамидальной крепости и накрыла поле боя, отсекая усиления силы, исходящие от жрецов Нежизни.

* Лидер группы [Джейсон Асано] присоединился к голосовому каналу [Команды Бисквит].

— Извините, что так пропал. У меня было дело.

— Ты в порядке? — спросил Хамфри.

— Да, не волнуйтесь, — сказал Джейсон. — Мне просто нужно взять свежее нижнее белье, и я приду помочь вам сражаться со злом.

— Нижнее белье? — спросила Белинда.

— Я не обделался, просто чтобы было ясно. Это был инцидент с нижним бельем, связанный с чем-то совершенно другим. Кстати, всплыла тема твоей жены, Клайв. Странноватый тип, этот верховный жрец.

— Ты убил его? — спросил Хамфри.

— На самом деле, он просто вроде как заблудился, а потом взорвался. Было странно.

Глава 31 ТРЕБУЕТ БОЛЬШОГО ДОВЕРИЯ

Глава 31 ТРЕБУЕТ БОЛЬШОГО ДОВЕРИЯ

В пространственно-искривленном замке Эшера, в который Гарт их заманил, Джейсон наблюдал, как Гарт движется по мосту, который, с его точки зрения, был перевернут вверх дном. Жрец нежити сверлил его взглядом горящего света из глазниц своего черепа, но ничего больше сделать не мог. Хотя они могли смотреть друг на друга, они не могли метать атаки через пространственные границы, которые невидимо сегментировали пространство. Джейсон наблюдал, как Гарт продолжает охотиться на него, становясь заметно слабее с каждой минутой.

— И ты думаешь, этот посланник все это подстроил? — спросил Джейсон.

— Я не знаю никого другого, у кого были бы информация и доступ, чтобы привести все это в действие, — сказала Тень. — Он знает о тебе очень много, способами, которые нам еще предстоит определить.

— Ты мог бы сказать мне, что такое земравор, когда Гарт сделал свое большое разоблачение.

— И прервать твои злодейские подколки?

— Да, это справедливо.

Они продолжали наблюдать, превосходное понимание Джейсоном пространственных свойств пространства позволяло им легко избегать нежити. Движения Гарта становились все более вялыми и неловкими с каждым мгновением, замедляясь до ползания, поскольку мерцающая энергия исходила изнутри его обнаженной грудной клетки. Эта энергия продолжала расти, содрогаясь в нестабильности, прежде чем наконец взорваться, разбросав осколки костей от разрушенного тела Гарта.

Джейсон закрыл глаза, когда почувствовал, как царство рушится. Его швырнуло сквозь царство искаженных астральных сил, его чувства были атакованы вихрем цвета и воющего ветра. Это длилось всего мгновение, и Джейсон открыл глаза, когда все стихло. Он был снова в зоне трансформации, глубоко во вражеской линии фронта. Нежить вокруг него увидела его внезапное появление и двинулась в атаку.

Джейсон расширил свою ауру, подавляя их и уменьшая энергию нежизни, оживляющую их. Он подхватил ближайшую нежить своей аурой и отшвырнул их, расчищая пространство вокруг себя. Он посмотрел под ноги, где в куче лежали разрушенные останки Гарта.

Больше нежити двигалось на него, но Джейсон на данный момент не использовал скрытный подход. Длинная теневая рука появилась из его спины и вытащила его меч. Он хлестал и метался в размытом движении, в то время как сам Джейсон стоял неподвижно. Меч наносил недуги, включая призрачный огонь, который был так разрушителен для нежити. Джейсон не стремился к убийству на данный момент, только отгоняя тех, кто нарушал его расчищенное пространство.

Джейсон посмотрел на свою пирамидальную облачную крепость, выступающую над схваткой. Он проявил свою волю, и крепость стала маяком для его ауры, снова распространив ее по всему полю боя. Затем он присоединился к голосовому чату своей команды, заверяя их в своем безопасном возвращении и кончине Гарта.

— Ты убил его? — спросил Хамфри.

— На самом деле, — сказал Джейсон, — он просто вроде как заблудился, а потом взорвался. Было странно.

— Как? — спросил Руфус.

— Подозреваю, это то, о чем нам нужно спросить Бориса Кет Лунди, — сказал Джейсон. — По счастливой случайности, он направляется сюда.

— Кто? — спросила Софи.

— Посланник, — сказал Джейсон. — Тот, кто, кажется, никогда не встречает фракцию, которую не стравил бы с другой, по причинам, которые до сих пор неясны. Хотя он знает подозрительно много обо мне.

Джейсон опустился на колени, чтобы обыскать тело у своих ног, когда фиолетовые руны начали вырезаться на сломанных костях, пока скелетное тело Гарта восстанавливалось. Разрушенные осколки соединились, чтобы стать целыми, кости срастались, как будто никогда не были сломаны. В то же время аура хлынула по полю боя, смывая ауру Джейсона, как замок из песка перед приливом.

Аватар Несмерти прошагал сквозь пограничную завесу территории. Он был слишком далеко, чтобы его увидеть, но аура была безошибочной. Эта территория была заявлена им, и заявлена основательно, так же, как это делал Джейсон. Это была сущность, которая могла создавать духовные домены. Аура аватара наполняла все, когда он возвращался, давя на поле боя и всех, кто на нем находился. Только внутри пирамиды Джейсона было пощажено, его духовный домен был непроницаем для духовного давления.

Подавление нежити аурой Джейсона, исходящей из его пирамиды, оказалось недолгим. Подавленная аватаром, нежить, которую он ослабил, вернулась к полной силе. Аура, исходящая от самого Джейсона, не была подавлена, влияние аватара было скорее широким мазком, но она была уменьшена. Нежить, зависшая вокруг его расчищенного пространства, превратилась из нескольких проталкивающихся в толпу, шагающую в его направлении.

Перед Джейсоном тело Гарта собралось заново. Джейсон посмотрел на череп, где разумный красный свет в его глазах был заменен бездумным фиолетовым. Джейсон видел то же самое на бесчисленной нежити. Все, от языка тела до ауры, говорило Джейсону, что истинная сущность Гарта теперь в руках Жнеца. То, что осталось, было еще одним дроном нежити, более мощным, чем те, что были вокруг него, но без искры, которая делала его личностью, а не просто вещью.

— План, похоже, работает, — сказал Джейсон через голосовой чат, исчезая в тенях, спасаясь от наступающей нежити. — Гарт только что поднялся как бездумный дрон. Его первоначальная аура исчезла, а новая полна божественной энергии нежизни. Это определенно исходило от аватара.

Подобные отчеты поступали от других авантюристов. Они избегали убивать жрецов до прибытия аватара, но, похоже, это не имело значения. Даже те, кто погиб до прибытия аватара, реанимировались, черпая силу из аватара, чтобы стать могущественными, но бездумными ревенантами. Даже те, кто был нежитью с самого начала, поднимались снова, хотя и как эхо самих себя.

Джейсон чувствовал, как аватар приближается к битве на скорости, когда другая божественная аура последовала за ним на территорию.

* Контакт [Гарет Зандье] вошел в зону голосового чата.

Мириам использовала командный канал, чтобы направлять силы после прибытия двух божественных существ. Джейсон добавил Гэри в командный канал, чтобы принять его отчет.

— У тебя есть ощущение, насколько эффективным был план Клайва, верно? — спросил Джейсон Гэри. — Мы только что подтвердили на нашей стороне, что любой мертвый жрец будет забирать энергию у аватара, свежеубитый или нет. Вопрос в том, ослабляет ли убийство этих придурков аватара?

— Ослабляет, — подтвердил Гэри.

— Насколько?

— Больше, чем мы опасались, и меньше, чем мы надеялись. Нам нужно убить гораздо больше жрецов.

— Гэри, — сказал Джейсон. — Ты только что вызвал у меня небольшую атеистическую эрекцию.

— Небольшую, а? — сказал Нил. — Надеюсь, ты не разочаровал...

— Нил, — сказал Клайв, — я клянусь твоим богом, если ты скажешь хоть слово о моей воображаемой жене, твоя жизнь станет чумой из крошечных, труднонаходимых ритуальных магий. Почему облачная кровать Нила такая зудящая? Оказывается, там крошечный ритуальный круг. Почему Нил постоянно чихает? Оказывается, там крошечный ритуальный круг. Почему одежда Нила никогда не сидит как надо? Нет ритуального круга; он просто продолжает носить одежду, которую присылает его тетя.

— Что ты ожидаешь, что я сделаю? — спросил Нил. — Она просто продолжает присылать их. Я не собираюсь отвергать ее добрые намерения и выбрасывать их. Она просто присылает так много; я даже не знаю, как она всегда узнает, где я. Я скитаюсь уже много лет. Как будто...

Командный канал замолчал на долгий момент.

— Кто-то, — спросил Нил, его тон предполагал сквозь стиснутые зубы, — отправлял сообщения моей тете, говоря ей, где я? Может быть, что я изнашиваю много одежды во время приключений? Может быть, предлагая, чтобы они были прочными, а также красивыми и свободными, чтобы в них можно было двигаться. С подкладкой для холодной погоды и ярко окрашенными, чтобы команда могла заметить меня, если я попаду в опасность.

— Нет, — сказала Белинда. — Хотя я определенно сделала бы это, если бы подумала об этом.

— Я знаю, кто-то из вас сделал это, — сказал Нил. — Просто признайтесь. Я не буду злиться.

— Он определенно будет злиться, — сказала Софи.

Клайв издал стон в голосовом чате.

— На случай, если вы не заметили, — сказал Клайв, — мы посреди битвы.

— Спасибо, Клайв, — сказал Хамфри.

— Вот почему, — продолжил Клайв, — я скажу тебе, кто это делал, Нил, при условии, что ты не будешь поднимать вонь по этому поводу до окончания битвы.

— Хорошо, — сказал Нил.

— Это было слишком быстро, — сказала Белинда. — Он определенно собирается поднять вонь.

— Ладно, я понял, — сказал Нил. — Я не буду искать мести, пока битва не закончится. Просто скажи мне, кто это.

— Я не знаю, стоит ли мне теперь, — сказал Клайв.

— Просто скажи мне! — прорычал Нил.

— Хорошо, — сказал Клайв, его тон был неохотным. — Это была моя жена.

— О, ты сукин...

Мириам внимательно следила за приближающимися посланниками. Они были рады наблюдать со своего горного насеста до сих пор, но либо прибытие аватара, либо смерть верховного жреца Нежизни побудили их к действию. Беспокойство вызывало то, каким будет это действие.

— Оперативный командир, — сказала Мириам. — Ты наш назначенный связной с посланниками. Можешь пойти и понять, чего добиваются эти посланники?

— А что, если они убьют меня? — спросил Джейсон.

— Тогда у нас будет довольно хорошее представление о том, чего они добиваются.

— Что? — воскликнул Джейсон.

— Что? — спросила Мириам.

— Ты хочешь, чтобы я пошел и посмотрел, убьют ли они меня?

— Конечно, — сказала Мириам. — Или, знаешь, может быть, используй голосовой чат, который мы используем прямо сейчас, чтобы тебе не пришлось подходить к нему близко.

— О, — сказал Джейсон. — Да, это имеет смысл.

* [Джейсон Асано] пригласил вас в голосовой чат.

Борис посмотрел на плавающее окно перед собой. Это был не первый такой экран, который он видел, так как все в зоне трансформации сталкивались с несколькими. Джейсон запечатлелся на зоне, вызывая периодическое появление таких окон, обычно связанных с событиями в зоне.

Наличие окон, объясняющих правила, было большой частью того, чтобы позволить врагам и союзникам понять, что происходит, как и почему. Это было особенно верно для посланников, которые не были самим Борисом. Они были самыми невежественными в начале, но сообщения заполнили большую часть пазла.

— Итак, это сила связи Асано, — сказал Борис. — Основание ее на чате видеоигры сделало ее очень организованной и эффективной по стандартам сил связи. Есть ли эмодзи?

— Не пытайся заниматься буквоедством, — предупредил его Джейсон. — Озвучь свои намерения, Борис, или мы придем за тобой.

— Думаю, у тебя есть проблемы покрупнее меня, — сказал Борис. — Аватар движется быстро. Он будет здесь с минуты на минуту.

— Это просто сила без интеллекта, теперь, когда Гарт мертв, — сказал ему Джейсон. — Ты хорош в хитрости, но ты показал свою руку, убив его таким образом. Ты разыграл нас как дуэлирующие банджо, и я не хочу закончить как Нед Битти, когда ты говоришь мне визжать как поросенок.

— Правда? Ты идешь с «Избавлением»? Та сцена? Не самый классный референс. Я думал, «Сражение планет» или «Команда А» были бы больше в твоем стиле. О, ты проверяешь, действительно ли я был на Земле. Ну, был. Намного дольше, чем ты.

— Хорошо знать, но это то, во что стоит углубиться позже. Что затеяли ты и твои друзья?

— Я наблюдал, как твои люди избегают жрецов. Это умно. Если они вернутся сразу после смерти, они вытянут больше силы из аватара, чем если бы они были мертвы некоторое время.

— Ты, кажется, знаешь обо всем.

— Большой опыт и очень хорошая память.

— То, что делает тебя чрезвычайно опасным.

— Многие говорят то же самое о тебе.

— Да. А потом пытаются убить меня.

— Ты собираешься убить меня в качестве меры предосторожности?

— Нет, — сказал Джейсон. — Как я сказал, люди постоянно пытаются сделать это со мной. Это почти никогда не работает и превращает потенциальную угрозу в гарантированную.

— Что теперь, тогда?

— Теперь ты ответишь на вопрос, от которого уклонился. Что делаете вы и ваши посланники?

— Пришли помочь.

— Тебе я могу поверить. Может быть. Но так много посланников?

— Их было больше. Я переманил этих двух золотых на сторону Неортодоксии и убил тех, кто отказался. Серебряные подчиняются, потому что они серебряные.

— Ты стравил Гарта и меня друг с другом. Если бы он победил, ты бы летел помогать его стороне?

— Ты не настолько глуп, чтобы верить в это. Вы с Гартом были достаточно умны, чтобы понять, что я подстроил ему все от начала до конца. Единственным хорошим исходом для меня было то, что именно ты выйдешь из этого. Если ты был настолько некомпетентен, что не смог победить со всем, что я подготовил, ты не стоил того, чтобы я спускался сюда в первую очередь.

— Ты пришел сюда ради меня?

— Я с Земли, Асано. Как ты думаешь, ради чего я пришел?

— После того, как ты обошелся с Марлой? Эти слабые законы о сексуальных домогательствах.

Борис рассмеялся.

— Борис, насколько я понимаю, ты самая большая потенциальная угроза на этом поле боя. Я не думаю, что пытаться убить тебя — хорошая идея, но я застрял с кучей плохих в своей короткой, но захватывающей карьере. Если я хоть на секунду подумаю, что твои люди собираются обернуться против нас, мы поставим в приоритет твое уничтожение, а не аватара.

— А я-то думал, мы ладим.

— Думаю, ты знаешь, как выглядит «не ладить со мной», Борис, и это не тот случай. И я думаю, что ты умнее, старше и хитрее меня. Поэтому я буду очень осторожен.

— Я думал, ты оценишь небольшую интригу.

— Оцениваю. Я также уважаю ее, поэтому я буду так осторожен.

— Ну, думаю, я могу это принять. Я последую твоему примеру, Асано. Откуда ты хочешь, чтобы я атаковал?

— Из Центра исполнительских искусств и конгрессов Вангаратты.

Борис снова рассмеялся.

— Это может быть немного дальше, чем строго практично, — отметил он.

— Иди на них с противоположной стороны от той, где мои люди, — сказал Джейсон. — Держись подальше от моих людей и сосредоточься на жрецах. Если мы все пройдем через это, мы поговорим снова. Пока ты и твои люди стоите на земле, прямо рядом с моим другом Гэри.

— Это требует большого доверия с моей стороны.

— Вы посланники.

— Это расовое профилирование.

— Тяжело. Весь ваш вид — это иранец, носящий футболку «смерть Америке» через проверку в аэропорту. Не нравятся такие условия, можешь проваливать обратно на свою гору.

Глава 32 РАНЬШЕ ТАМ БЫЛО СОВСЕМ ТЕМНО

Глава 32 РАНЬШЕ ТАМ БЫЛО СОВСЕМ ТЕМНО

Два божественных комбатанта были бесспорным фокусом поля боя. Возвышаясь, как дома, они метали силы туда и обратно. Гэри владел молотами и наколдовывал цепи, все окутанное золотым огнем. Он призвал своего голема-литейщика, гораздо большего, чем обычно, и наполненного металлом, расплавленным божественным огнем. Аватар вырывал нежить из земли и бледных посланников из воздуха, сплавляя их в гротескные кнуты из мертвой плоти. Он хватал горсти нежити и швырял их, как гранаты, которые взрывались фиолетовым огнем.

В целом, у Гэри было небольшое преимущество, но его было недостаточно, чтобы стать решающим. Оба существа были просто слишком сложны для убийства, восстанавливаясь от любого урона мгновенно. Авантюристы и их союзники сражались, чтобы изменить этот баланс, выслеживая жрецов Нежизни. Каждый, кто падал, поглощал немного силы аватара, чтобы восстать снова как ревенант. Они были бездумны и лишены магических сил своих прежних «я», но были сильнее, бесстрашны и чрезвычайно сложны в убийстве.

Джейсон наблюдал за Борисом, когда посланник прокладывал путь сквозь нежить. Оружие в его руках менялось каждые несколько ударов; двуручный меч взрывался облаком углей, которые ослепляли и обжигали нежить, прежде чем превратиться в рапиру и ловушку для мечей. Следующим было копье, затем меч-посох, затем пара цепов.

Сражаясь, он использовал другие силы, все вариации горящих углей. Перья вылетали, зарываясь во врагов и сжигая их изнутри. Облака искр и пепла взрывались, как кассетные бомбы, Борис исчезал в одном и появлялся из другого.

В том, как двигался Борис, была грация и плавность. Это не было броско, просто глубоко эффективно, почти провидчески. Враги двигались в атаку как раз тогда, когда он уходил с пути; не уклонение, а естественное движение, как будто они замахивались, чтобы промахнуться. В его действиях не было спешки. Борис двигался немногим быстрее обладателя серебряного ранга, но всегда делал в точности то, что нужно, в точности в нужное время.

Джейсон никогда не видел ничего подобного. Ни от Софи, ни от Руфуса, и даже не от Доун. Он не знал, что делать с боем, который относился к миру как к партнеру в танце, шаги которого знал только он. Джейсон знал, что обладатели золотого ранга обладали тем, что можно назвать идеальной памятью, но сколько битв помнил Борис? Сколько совокупного боевого опыта требовалось, чтобы достичь такого уровня? Столетия? Тысячелетия? Провел ли Борис больше времени на поле боя, чем его родной мир записывал историю?

Нельзя сказать, что Борис был непобедим. Он был посланником, без огромного спектра сил, которыми обладал пользователь эссенции. Он также был специфическим типом бойца. Он сражался в ближнем бою, используя силы огня, чтобы дополнить свой бой и расширить свой охват до среднего диапазона. Это ставило его в роль, схожую с Фаррой, но он был искусной иглой по сравнению с ее грубым молотом.

Если дойдет до драки, они могли бы одолеть Бориса, но это был бы тяжелый, уродливый бой. Джейсон мог противостоять обладателю золотого ранга с достаточным количеством баффов, но не обладателю золотого ранга, как Борис. Это было место только для обладателей золотого ранга, и даже превосходя его числом, они заплатили бы цену. Джейсон очень надеялся, что до этого не дойдет.

Пока следил за Борисом, Джейсон не бездействовал. Он пробирался сквозь битву, распространяя призрачный огонь и другие свои недуги на массы нежити. Его роль заключалась в том, чтобы проредить бездумную нежить и бледных посланников, которые не были безмозглыми, но были далеки от изобретательности.

Учитывая орду, покрывающую землю, Джейсону понадобятся бабочки Гордона, чтобы распространять свои недуги. Гордон был выведен из строя Гартом, но теперь был больше, чем просто фамильяр. Сосуд Гордона был восстановлен в душевном пространстве Джейсона и снова был доступен для битвы.

Заставить бабочек распространяться в достаточном количестве было легче сказать, чем сделать. Даже игнорируя всех их миньонов, жрецы Нежизни численно превосходили как авантюристов, так и посланников Бориса вместе взятых. Они также очень хорошо знали о Джейсоне и различных угрозах, которые он представлял. Они понимали слабости бабочек и его призрачного огня и прикладывали немало усилий, чтобы помешать им.

Ключ к бабочкам заключался в том, чтобы превратить достаточное количество врагов в фабрики, производящие больше бабочек. Везде, где появлялся Джейсон, были жрецы, готовые уничтожить любых бабочек, которых они видели, вместе с любой нежитью или бледными посланниками, производящими их. У них было достаточно миньонов, чтобы обойтись без них, пока они могли заткнуть Джейсона.

Джейсон вспомнил вторжение посланников в Яреш. На протяжении большей части той битвы он бегал в тщетной попытке запустить двигатель из бабочек. Посланники не позволили этому случиться, и жрецы Нежизни делали то же самое здесь. Во время вторжения он пытался избежать команды посланников, которым было поручено остановить его. В этот раз он не совершит ту же ошибку.

Появившись из тени среди группы жрецов, фехтование Джейсона было неуклюжим по сравнению с Борисом. Посланник каким-то образом провел мастер-класс по элегантности с тем, что у кого-то другого было бы неистовым натиском. Пока он размышлял над нелестным сравнением, жрецы испытывали совсем другой опыт. Для них Джейсон был чем угодно, только не неуклюжим и неэлегантным.

Жрецы усердно давили легко заметных светящихся бабочек, а также уничтожали любую нежить, производящую больше их. Возмездие началось, когда они обнаружили, что окружены тем, что выглядело как порталы пустоты, но они двигались вокруг, как люди. Это были тела Тени, облаченные в тот же плащ, который носил Джейсон.

Джейсон заставил Тень распределить свои многочисленные тела среди жрецов, наколдовывая свой звездный плащ поверх каждого. Поскольку все они двигались быстро, а Джейсон прыгал по теням между ними, было практически невозможно выделить настоящего Джейсона.

Жрецы атаковали Тени и Джейсона одинаково. Их магия прямой атаки была довольно похожа на Джейсона, с проклятиями и некротической магией, занимающими важное место. Это никак не влияло на Тень, в то время как каждая атака имела цену для жрецов.

* [Жрец Нежизни] атаковал вашего фамильяра [Тень]. * Способность [Гегемония] наложила на [Жреца Нежизни] экземпляр [Греха].

Жрецы не были полностью беспомощны против Тени. Они были мастерами нежити, включая смертоносные тени и эфирных призраков. Тень не была нежитью, поэтому не была уязвима для их контроля, но у многих жрецов были атаки, которые могли навредить ему. Как только они поняли, с чем имеют дело, жрецы начали атаковать его тела. Тень сосредоточился на том, чтобы оставаться неуловимым и избегать их сил, но они успешно уничтожили некоторые из его тел.

Восстановление одного из тел Тени стоило Джейсону много маны. В начале его карьеры авантюриста это требовало много времени простоя, истощая большую часть его маны, чтобы заменить только одно. Это все еще было непомерно дорого в большинстве случаев, но не всегда. У Джейсона была мана в избытке, намного выше его нормального максимума. Он выкачивал ману из бесчисленной нежити на протяжении всей битвы, что подняло его намного выше обычного предела. Он не мог продолжать заменять тела Тени бесконечно, но в краткосрочной перспективе он мог выплевывать их так же быстро, как они уничтожались.

Что касается самого Джейсона, жрецы поняли, что пытаться прижать его бесполезно. Они перешли к силам, которые накрывали область, менее мощным, но гораздо более трудным для избежания. Фиолетовая миазма затопила область, накрыв Джейсона и Тень, хотя на фамильяра она не повлияла.

Некротический урон изъязвил кожу Джейсона, но несфокусированная сила атаки была слишком слабой, чтобы помешать ему. Со временем стало бы хуже, если бы не грозная регенерация Джейсона, хотя трудноизлечимый некроз действительно оказался стойким. Миазма также несла более коварные эффекты, но коварство было неправильным ходом против Джейсона Асано.

* Вы получили некротический урон. * Способность [Гегемония] наложила на [Жреца Нежизни] экземпляр [Греха]. * Вы подверглись воздействию [Ползучей смерти]. * Вы сопротивлялись [Ползучей смерти]. * Вы получили экземпляр [Сопротивления] от способности [Пожиратель грехов]. * Вы получили экземпляр [Целостности] от способности [Пожиратель грехов]. * [Жрец Нежизни] атаковал несколько экземпляров вашего фамильяра [Тень]. * Способность [Гегемония] наложила на [Жреца Нежизни] экземпляр [Греха] для каждого затронутого экземпляра.

Джейсон отметил недуг с весельем, так как это был тот, который он мог доставить сам. Он не повлиял бы на нежить, будучи болезнью, но он не позволил бы чему-то подобному остановить его. Та же сила, которую он использовал, чтобы нанести его, его теневые руки, также наносила Слабость плоти. Этот недуг делал даже неживых подверженными некрозу и болезням. Джейсон мог обратить силу жрецов Нежизни против них самих и их неживых миньонов тоже.

Джейсон сделал именно это, нагрузив жрецов этими недугами и многим другим, поглощая все, что летело в его сторону, и превращая их в бонусы, которые усиливали его исцеление и запасы маны. Больше недугов было наложено на жрецов простым актом атаки Джейсона и Тени.

Сила ауры Джейсона оставляла всех, кто атаковал его или союзника, с недугом Греха, который увеличивал его некротический урон. С достаточным количеством Греха даже небольшое количество такого урона плавило бы плоть, как мясо месячной давности, оставленное в тропиках. И, как оказалось, у Джейсона была специальная атака без кулдауна, которая наносила небольшое количество некротического урона.

В битве возникла пауза, когда Джейсон и Тени перестали двигаться. Джейсон стоял, окруженный полудюжиной жрецов серебряного ранга. Влажная кровь капала с черного лезвия его меча на красный песок пустыни. Он оглядел настороженные лица жрецов. Признаки некроза почернили их плоть, даже у той нежити, чья плоть не была живой. Они по-разному носили боевые мантии, как Джейсон, или более облегающие наряды, подходящие для боя. Они держали посохи, мечи и булавы; у одного даже была коса, которая выглядела впечатляюще, но не была практичной для боя.

— Вы могли бы бежать, — сказал им Джейсон.

— У нас есть вера, — сказал один из них.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — У меня есть некоторые специфические мнения о вере.

Посох со светящимся фиолетовым кристаллом на конце был замахнут на Джейсона. Он плавно увернулся от него и контратаковал, возобновляя бой. Он стал танцующей тенью, а его меч — черным размытием. Жрецы использовали весь свой мешок трюков, от темной магии до взрывающихся миньонов, с малым успехом. Он поглощал их недуги и избегал их взрывов, жрецы не могли отличить его от его фамильяра.

Хотя он чувствовал себя неловко, сравнивая себя с Борисом, Джейсон был теневым демоном для жрецов. Каждый удар, который он наносил, расщеплялся, чтобы показать гниющую плоть под ним. Обычно мастера темных сил, жрецы имели свои сопротивления, подавленные Джейсоном. С каждым экземпляром Греха его аура уменьшала их защиту от его сил еще немного. Джейсон двигался сквозь жрецов и их миньонов-нежити, как призрак — неприкасаемый, неизбежный и неудержимый.

Некоторые сохранили свою веру и пали от клинка Джейсона. Другие бежали, и он позволил им уйти, так как убийство жрецов в конечном итоге не было его ролью. Было полно авантюристов, делающих это, но он был единственным специалистом по недугам на поле.

Несмотря на то, что он разогнался, нагруженный бонусами, которые увеличивали его скорость, усиливали исцеление и оставляли его с избытком маны, Джейсон не был быстр в убийстве. Жрецы, которых он убивал, восставали как ревенанты; бездумные, но быстрые, бесстрашные и чрезвычайно сложные в убийстве. К тому времени, как он расправлялся с ними, другие жрецы двигались, чтобы преследовать его.

— Мириам, — сказал он в командном канале. — Я испытываю больше давления от жрецов, чем мне хотелось бы. Я практически приманка. Можешь освободить мою команду, чтобы они побегали блокерами для меня?

— Мне нужна их универсальность, чтобы справиться с некоторыми странными силами жрецов, — сказала Мириам. — Если жрецы преследуют тебя так сильно, как насчет того, чтобы использовать тебя как приманку? Собери несколько жрецов, начни большую стычку и позволь тебе ускользнуть в хаосе?

— Это подойдет.

— Мы начнем с малого, чтобы попытаться заманить их по этапам. Я посылаю команду Рика Геллера в твою сторону.

В красной пустыне было не так много особенностей рельефа. Несколько скудных растений, некоторые редкие участки желтой травы. В основном, это были случайные камни, отбрасывающие длинные тени под палящим солнцем. Джейсон спрятался в тени одного такого камня, в относительно редкой области поля боя, которая продолжала распространяться по плоскому ландшафту. Он снова обнаружил, что наблюдает за Борисом и его почти гипнотическим мастерством.

— Гарт, — сказал он сам себе.

— Мистер Асано? — спросила Тень.

— Гарт был ключом. Мы победим, потому что Гарта здесь нет, чтобы направлять аватара разумно. При всей его силе, он бездумен. У него нет плана, чтобы дать отпор, или даже способности распознать, как наш план ослабляет его. Это не вопрос победы или поражения сейчас, а вопрос того, чего это нам стоит. Борис видел это. Он знал это с самого начала и спланировал удаление проблемной зоны, как хирург. Мы все танцуем на его ладони.

— Что ты намерен с этим делать?

— В этом-то и проблема. Лучший план действий — плыть по течению с тем, что он делает. Мое беспокойство о том, что произойдет, когда то, чего хочет он, и то, чего хотим мы, перестанет совпадать. Зайдем ли мы слишком далеко, чтобы что-то с этим сделать? Увидим ли мы это приближение? Основываясь на том, что мы видели до сих пор, моя догадка — нет.

— Я полагаю, что вы передумываете, мистер Асано. Ответ в том, чтобы делать то, что вы всегда делаете.

Джейсон вздохнул.

— Лучшее, что могу с тем, что у меня есть, я знаю.

Он вышел из тени, привлекая внимание бледного посланника над головой. Джейсон использовал свою ауру, чтобы раздавить ауру посланника, а затем вытянуть его с неба, разбив о землю. Он наколдовал свой черно-красный кинжал и держал его над павшим посланником. Затем он дернул посланника на кинжал, а затем обратно на землю, каждый удар наносил специальную атаку. В то же время он пропел серию заклинаний, нанося еще больше недугов.

Больше нежити и бледных посланников набросились на него, заметив его действия. Джейсон не потрудился двигаться, позволив Рику и его команде перехватить. Они уже мчались в его сторону и метали силы в приближающегося врага. Стена льда, неуместная в обжигающей пустыне, появилась, чтобы заблокировать часть врага. Другие были поражены копьями или стрелами.

Одна из сфер Гордона вышла из тела Джейсона и вошла в тело посланника, подпрыгивающего под его кинжалом. Она немедленно начала сбрасывать бабочек, которые несли каждый из недугов, от которых страдал посланник.

— Там группа жрецов направляется оттуда, — сказал Джейсон, когда команда Рика прибыла рядом с ним.

Они посмотрели на измученного посланника, а затем на Джейсона.

— Что? — спросил он.

— Твой плащ другой, — сказала Клэр Адиа, лучница. — С тех пор, как мы сражались с тобой в Гринстоуне.

— И в твоем капюшоне раньше было совсем темно, — сказала ее сестра-близнец Ханна. — Я немного вижу форму твоего лица сейчас. Твой подбородок действительно выдается.

— Не могли бы вы, пожалуйста, пойти сразиться с этими жрецами? — сказал Джейсон. — Мне нужно запустить этих бабочек.

— Они красивые, — сказал Дастин, друг Нила и фронтлайнер Рика.

— Они также несущие чуму предвестники гибели, — сказал Джейсон.

— Очаровательные предвестники гибели, — сказала Клэр.

— Знаете, — сказал Джейсон, — мне нравилось больше, когда я мог напугать вас всех.

— Мы больше не железного ранга, — сказал Рик. — Теперь мы пойдем свяжем этих жрецов, а потом ты сможешь показать нам, почему ты стоишь того, чтобы нас таскали через континент каждые шесть месяцев.

Битва, в конечном итоге, была неумолимым, но сильно затянувшимся делом. Битва, которая решала все, всегда должна была быть битвой между Гэри и аватаром, а аватару не хватало сознательного ума, чтобы сражаться в ней. Все, что он делал, — это атаковал, движимый остаточной гордыней бога, который породил его. Даже когда битва вокруг него медленно истощала его силу, аватар не делал ничего, кроме продолжения атаки. Гарт назначил жреца направлять аватара, но полномочия этого жреца делать это умерли вместе с Гартом.

Поле видело много эпических битв. Команда Штормовой Измельчитель потеряла двух своих членов при перегруппировке после первого входа в зону трансформации. Они отправились в яростную месть, вырубая многих врагов, прежде чем перенапрячься и быть пойманными. Половина команды держала линию, чтобы остальные могли сбежать.

Зара Нарин, бывшая Принцесса Ураганов, была неохотно оттеснена назад Орином, единственным членом команды с силой, чтобы заставить ее. Их направил обратно к дружественным линиям разведчик команды, Роза. Она нашла путь сквозь вражескую толпу, который позволил им прибыть избитыми, но живыми, быстро увезенными целителями. Остальная часть команды, включая лидера, Коринн, пала, прикрывая их отступление.

Команда Мириам, Грань Луны, была самой мощной силой на поле боя, кроме облачных зданий и двух божественных сущностей. Борис был сильнее индивидуально, но командная работа авантюристов золотого ранга превосходила Бориса и его подчиненных посланников, которые не соответствовали его стандарту.

Команда Джейсона также действовала с отличием, справляясь с более экзотическими угрозами серебряного ранга. Они даже взяли на себя несколько более слабых, изолированных врагов золотого ранга. В основном это означало бездумную нежить, но не всегда. У команды было много опыта и правильные силы, когда дело доходило до эфирных врагов, поэтому они уничтожили жреца-теневого гиганта и его армию призраков нежити.

Команда Бисквит также привела к окончательной кончине Гарта, чей ревенант Джейсон оставил после того, как увидел, что он бездумен. Ревенант золотого ранга не имел ни одной из сил Гарта, но был невероятно сложен в убийстве. Джейсон даже ненадолго воссоединился со своей командой, просто чтобы его эскалирующий урон от недугов мог прорезать всю испорченную, неживую жизненную силу.

По мере того как все больше и больше жрецов падали, бабочкам Джейсона становилось легче стать роем, который покрыл поле боя, как облако. Команда Рика помогла ему начать, но бледные посланники оказались большим препятствием. Быстрые и бдительные, все больше и больше из них присоединялись к битве, чтобы подавить бабочек. Как и сторона Нежизни в целом, однако, они вели медленную, но проигрышную битву. Чем больше жрецов падали, тем больше Мириам посвящала сил прикрытию бабочек Гордона, пока они не достигли критической массы.

Священство как организованная сила распалось, распадаясь на кластеры, которые сражались во все большей изоляции. Некоторые бежали, стремясь спастись от битвы и найти какой-то способ жить дальше. Большинство поняло, что там нет ничего, кроме новой смерти, и сражались до самого конца. Одной из последних жрецов, которые умерли, была Джамила, самая доверенная подчиненная Гарта. Она отказалась легко сдаваться, сражаясь до самого конца. Наконец, она умерла, ее красота уничтожена кулаками Тайка и ее нежеланием принять, что ее дело проиграно.

К тому времени, как даже самый упрямый враг принял, что все кончено, небо было скрыто под облаком бабочек, палящий солнечный свет заменен синим и оранжевым свечением. У бледных посланников не осталось места в небе, и они были почти полностью уничтожены. Орда нежити справилась немногим лучше, числа, которые казались такими бесконечными, были рассеяны и измучены недугами.

Только аватар все еще сражался. В смерти жрецы высасывали из аватара силу, превращая их в ревенантов. Эта сила затем гасла, когда ревенанты уничтожались. Все, что можно было забрать у аватара, было забрано. Его битва с Гэри стала односторонней, контратаки аватара слабее и менее частыми. Авантюристы и их союзники были освобождены, чтобы навалиться дальними атаками, и массивные взрывы силы исходили из двух облачных зданий.

Аватар не показывал признаков краха под весом атак. Сила, которая не была откачана, упрямо отказывалась быть уничтоженной. Обладателей золотого ранга было чрезвычайно сложно убить, в то время как обладатели алмазного ранга касались бессмертия. Богов нельзя было убить вовсе, и хотя аватар был немногим больше, чем эхо, он просто отказывался умирать.

Небо было окрашено в синий и оранжевый цвет бабочками. По приказу Джейсона Гордон направил миллионы бабочек роиться на аватара. Как будто само небо двигалось, они хлынули на аватара, исчезая в нем и доставляя все накопленные недуги, которые они несли. Огромное количество недугов было не похоже ни на что, что Джейсон когда-либо доставлял врагу. Было маловероятно, что он когда-либо снова повторит это число. После доставки все эти недуги продолжали умножаться, снова и снова, терзая аватара, пока даже обладатель алмазного ранга не расплавился бы.

Аватар сделал то же самое, его плоть превратилась в некротический суп, но он все еще не пал. Его неживая плоть плавилась и регенерировала так быстро, что он выглядел меньше как зомби, чем как какой-то испорченный элементаль воды. Он стал бурлящей гуманоидной массой черной жидкости, освещенной изнутри вихревым фиолетовым светом.

Аватар стал единственным врагом, оставшимся от армии Нежизни. Несколько жрецов бежали на другие территории, забрав с собой некоторых рассеянных миньонов, но большинство было уничтожено. Красная пустыня была окрашена черным ихором и украшена разбитыми, испачканными, белыми костями. У авантюристов и их союзников было поразительно мало потерь, их целители доказали свою ценность. Большинство павших были светлосердечными и культистами Строителя.

Мириам и Джейсон, тактический и оперативный командиры, стояли, наблюдая за Гэри и странным жидким аватаром. Пара сталкивалась снова и снова в тупике, который авантюристы не смогли сломить, несмотря на то, сколько силы Нежизни им удалось откачать.

Авантюристы и светлосердечные продолжали изливать дальние атаки в поддержку. Массивные здания поражали его атаками, которые опустошили целые боевые линии, но аватар не рухнул. Джейсон даже превратил бесчисленные недуги в трансцендентный урон, прежде чем выпустить казнь за казнью. Он был не единственным, кто использовал трансцендентный урон, но аватар не пал.

— Что нам делать? — спросила Мириам. — Он удерживает территории, так что он должен умереть, но он не хочет. Он просто не хочет. Как убить бога?

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Что? — спросила она, глядя на его выражение. — Ты что-то придумал.

— Ты не убиваешь богов, — сказал ей Джейсон. — Ты их санкционируешь.

Глава 33 ОН ЛЮБИТ БРОСАТЬСЯ ИМЕНАМИ

Глава 33 ОН ЛЮБИТ БРОСАТЬСЯ ИМЕНАМИ

Поле битвы странно замерло. Армия Нежити выдохлась: жрецы были мертвы или в бегах, а остатки нежити добивали искатели приключений и их союзники. Мало кто из вражеских посланников с их бледной, трупной кожей уцелел. Большинство погибло от бабочек, которые устилали небо, пока их не отправили атаковать аватара. Тех же, кто остался, брали живьем. Мириам приказала своим войскам делать это, если возможно и безопасно, из уважения к чувствам Джейсона. Потенциально союзные силы посланников под предводительством Бориса Кет Лунди с самого начала пытались брать их живыми.

Большинство бабочек Гордона поглотил аватар, хотя из него самого и немногих оставшихся неживых существ продолжали вылетать новые. Гордон отправил их высоко в небо, а затем взорвал цепочкой синих огней. Они вспыхнули, словно фейерверк, возвещающий о победе, но праздновать было рано, пока аватар Нежизни наконец не пал. Изрешеченный недугами, которые в буквальном смысле плавили плоть, он отвечал регенеративной силой, доступной лишь божественной мощи. Под воздействием цикла разжижения он стал похож на оскверненного элементаля воды.

Джейсон и Мириам издалека наблюдали за тем, как Гэри сражается с аватаром. На данном этапе гигантский человек-лев, окутанный золотым пламенем, теснил аватара в одностороннем порядке. И все же мерзость поднималась снова и снова, оказывая достаточное сопротивление, чтобы Гэри приходилось сохранять хотя бы каплю осторожности.

Разбросанные по красной пустыне союзные силы тоже наблюдали за происходящим, пребывая в некотором замешательстве. У немногих еще оставались враги, которых нужно было выследить; формально они победили, и все же битва не закончилась. Она не могла завершиться, пока аватар не падет, а Джейсон не заявит права на удерживаемые им территории.

— Санкция, — произнесла Мириам. Она повторяла то, что Джейсон сказал ей сделать с аватаром, чтобы покончить с ним.

— Верно, — подтвердил Джейсон.

— Разве «санкция» — это не необычный недуг? Он препятствует исцелению, так? Но это святая магия, когда обычно подобные вещи — проклятия, ранения или нечестивая сила.

— Ты весьма осведомлена для такого узкоспециализированного навыка, выходящего за рамки твоего собственного набора сил.

— Леди Аллайет хорошо нас обучила. Бывают времена, когда знания становятся лучшим оружием, чем меч или заклинание.

Джейсон кивнул, признавая правоту собеседницы.

— Ты права насчет недуга «санкция», — сказал он ей. — Но я говорю о другом виде санкционирования. Именно так сущности вроде богов и великих астральных существ наказывают себе подобных.

— Мы не боги. Как нам сделать то, что боги делают друг с другом?

— У меня есть фамильяр, — сказал Джейсон. — Заклинание для его призыва немного «чуни», и я никогда особо не задумывался об этом.

— «Чуни»?

— Не бери в голову. Суть в том, что в этом заклинании есть часть, на которую я никогда не обращал внимания. Мне она даже больше не нужна, поскольку я могу просто призвать его обратно, когда его сосуд теперь уничтожен. Но, учитывая, чем я занимаюсь в последнее время, возможно, пришло время взглянуть на это еще раз.

— Думаю, тебе лучше просто продиктовать мне заклинание, чтобы я поняла, о чем ты говоришь.

Джейсон кивнул, когда облако туманного сине-оранжевого света пронеслось над полем битвы. Оно появилось рядом с ними и материализовалось в фамильяра Джейсона.

— Это Гордон, — представил его Джейсон. — Вы наверняка видели друг друга, когда бродили вокруг, но я могу вас официально познакомить. Гордон, это тактический командир Мириам Вэнс, лидер команды «Грань Луны» золотого ранга. Мириам, это Гордон, аватар рока. А еще мой аватар, но давай не будем зацикливаться на деталях. Что скажешь, Гордон? Хочешь услышать старое заклинание призыва?

Сферы, парящие вокруг Гордона, стали синими.

— Это значит «да», — пояснил Джейсон. — Ладно, поехали: «Когда миры гибнут, ты — судья. Когда падают боги, ты — орудие. Вестник аннигиляции, явись и стань моим предвестником. Я несу гибель».

— Это заклинание, которое ты использовал для призыва фамильяра?

— Потрясающе, правда?

— Потрясающе? Звучит так, будто ты пытаешься уничтожить мир.

— Иронично, знаю. Учитывая, что спасение мира — это, своего рода, мой конек. И это даже не мой фамильяр — зверь апокалипсиса.

— Что?

— Возвращаясь к заклинанию…

— Зверь апокалипсиса?

— Не бери в голову.

— Посланники использовали зверей апокалипсиса в качестве оружия, а ты разгуливаешь с одним из них?

— Вот именно поэтому я и просил «Общество искателей приключений» вычеркнуть этот момент из моего досье. Я знал, что люди начнут волноваться.

— Волноваться? У тебя зверь апокалипсиса — рой червей, в точности такой же, как тот, что только что уничтожил целые города.

Веселье исчезло с лица Джейсона, а его аура стала нечитаемой. Когда он заговорил, голос его был тихим и подчеркнуто размеренным.

— Вам следует быть осторожнее с обвинениями, тактический командир. Мой фамильяр не похож на те твари и ответственен за уничтожение немалого их числа.

— Ты был там? В тех городах?

— Моя команда участвовала в разведывательной экспедиции. Я первым вошел в одну из деревень. Я видел, как мертвецов водили вокруг, словно марионеток. Я нашел камеру роста и посланника, управляющего ею. Она умерла. Ее черви умерли, а затем умерла королева, их производящая. Все от рук моего фамильяра. Прежде чем ставить под сомнение честность моего фамильяра, тактический командир, вам следует тщательно подбирать слова.

Мириам посмотрела на Джейсона. У нее всегда были трудности с тем, чтобы понять, что думать об этом человеке с его смесью странной силы и еще более странного поведения. Так часто он был чрезмерно небрежен и отвлекающе абсурден. В другие моменты он демонстрировал пугающую и без колебаний готовность к насилию. Здесь она поскребла поверхность и нашла нечто новое, нечто, что, как она подозревала, было очень опасным.

Внезапно момент прошел, словно его и не было, и он ослепил ее ухмылкой, вернув прежнюю маску.

— Его зовут Колин, кстати. «Зверь апокалипсиса — рой червей» — звучит тяжеловато и не совсем точно. Он скорее гибрид пиявки и миноги. Смотри, я познакомлю вас.

Мириам наблюдала, как Джейсон протянул руку, и кровь просочилась сквозь его кожу, окрашивая ладонь в красный цвет. Мгновение спустя тонкая пленка крови превратилась в поток, выплескивающийся наружу и сворачивающийся в воздухе, пока на земле не образовалась куча существ.

Мириам не смотрела на них, ее глаза были прикованы к лицу Джейсона. Сколько в его поведении было маской? Казалось, она поскребла поверхность и увидела реальность под ней, но была ли его кажущаяся борьба за контроль еще одним слоем притворства?

Пока она размышляла об Асано, его фамильяр превращался из кучи существ в кровавого клона, сливаясь воедино, чтобы скопировать форму Асано. Клон превратился из скользкого, глянцевого красного в нечто, соответствующее цветам и текстурам Асано. Через мгновение изменились лишь глаза: у клона они остались сверкающими красными сферами.

— Я не хочу есть эти мертвые штуки, — сказал фамильяр. — Можно мне быстренько съесть вон тех посланников?

— Нет, — сказал Джейсон.

— Ну хотя бы парочку?

— Нет.

— А если я пообещаю не пожирать все живое в этой карманной вселенной?

— Ты сейчас не помогаешь моей ситуации.

— Ты имеешь в виду бога? — спросил Колин, глядя на Гэри, сражающегося вдалеке с измотанным аватаром Нежизни. — Я точно не собираюсь это есть. В следующий раз сразись с богом крови или плоти. Вот на него я наброшусь.

— Я не об этом говорил. И тебе, вероятно, не стоит пытаться есть богов.

Колин принял по-детски угрюмое выражение лица, пиная красную пустынную пыль.

— Готов поспорить, если бы мы сражались с богом бутербродов, ты бы позволил его съесть, — проворчал он себе под нос.

— Колин…

— Что? — спросил фамильяр, вскинув голову с вызывающим взглядом. — Что я сделал не так? Я не съел ни одного младенца, хотя их очень легко поймать.

Джейсон вздохнул.

— Прости, Колин. Я знаю, что ты всегда хороший мальчик.

Колин выглядел успокоенным, и Джейсон протянул руку, чтобы коснуться его плеча. Колин растворился обратно в кровь и в одно мгновение был втянут обратно в руку Джейсона, словно вода, засасываемая в вакуум космоса.

— Что ж, — сказал Джейсон. — Все пошло не так, как я надеялся. В любом случае, мы говорили о заклинании призыва для Гордона, моего другого фамильяра.

— А как выглядит ритуал призыва для кровавого монстра?

— Пожалуй, лучше мне не говорить. И я просил называть его Колином. Он правда хороший мальчик.

— Ты понимаешь, что большинству людей не нужно уточнять, что они не едят младенцев?

— Ну, справедливости ради, он не сказал, что не ест младенцев. Он сказал, что не съел ни одного.

— Разве это не одно и то же?

— Не совсем. Это как если бы я никогда не был в Витессе. Дело не в том, что я человек, который не бывает в Витессе, просто я там еще не был. Пока что.

— Ты хочешь сказать, что он собирается съесть младенца?

— Нет, я не думаю, что он собирается съесть младенца. Как только он начнет, он, вероятно, будет есть их пачками.

— Теперь мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что в том заклинании призыва.

— Я даже не помню его как следует. Я больше не использую ритуалы призыва для своих фамильяров. У меня в душе есть эти магические арки, которые…

Он снова вздохнул, глядя на выражение лица Мириам. Она явно не собиралась отступать и позволить ему сменить тему.

— Ладно, — проворчал он, звуча очень похоже на своего фамильяра ранее. — Там что-то вроде «что-то-что-то, всепожирающая сила последнего порога, что-то-что-то, аватар аннигиляции жизни».

Она хотела что-то сказать, но вспомнила его предупреждение о пренебрежительном отношении к его фамильяру. Как бы его манеры ни были слоями представления, она поверила в ту угрозу.

— Хорошо, — сказала она. — Расскажи мне о своем другом фамильяре. Почему его заклинание имеет значение?

— Ты слышала вторую строчку, верно?

— Слышала, но мы довольно сильно отвлеклись.

— Вторая строчка заклинания Гордона: «Когда падают боги, ты — орудие».

— Ты думаешь, твой фамильяр может убить аватара?

— Не в одиночку. У меня есть зачатки опрометчивого плана.

Клайв и Фарра подошли к Джейсону и Мириам, которые все еще наблюдали, как Гэри сражается с аватаром до состояния липкой ничьей.

— Спасибо, что пришли, — сказала им Мириам.

— Даже если это совершенно необязательно, — пробормотал Джейсон.

— В чем именно проблема? — спросил Клайв.

— Джейсон объяснял…

— А, — одновременно сказали Клайв и Фарра, кивая.

— Я не так уж плох в объяснениях, — защищался Джейсон.

— Дай угадаю, — сказала Фарра. — Он начинает не совсем по теме, двигаясь в примерном направлении сути, пытаясь дать контекст. Но в середине он вскользь упоминает что-то нелепое, вроде участия в драке на ножах со Строителем…

— Я был единственным, у кого был нож, — перебил Джейсон.

— …или убийства культистов крови путем принуждения их спорить о гендерных ролях на рабочем месте, — продолжила Фарра, игнорируя его.

— Я не знаю, что это значит, — сказала Мириам, — но это похоже на ту схему, с которой я столкнулась. Вы оба знали, что у него есть зверь апокалипсиса?

— Колин? — спросила Фарра. — Да, он хороший мальчик. Нельзя позволять Джейсону отвлекать тебя такими вещами. Он слишком возбуждается, сбиваясь на каждое разговорное ответвление. И он обожает говорить о себе.

— Вовсе нет, — сказал Джейсон.

— Джейсон, — сказала Фарра. — Сколько раз ты уже умирал?

— Это, на самом деле, все более сложная тема. Я недавно разговаривал с богиней Смерти, и я…

— К тому же, он любит бросаться именами, — сказал Клайв. — Что он вообще пытался объяснить изначально?

Джейсон вызвал облачное кресло из уменьшенной облачной фляги, висящей у него на шее, и рухнул в него с угрюмым выражением лица.

— Он пытался рассказать мне свой план борьбы с аватаром, — сказала Мириам. — Это было связано с его фамильяром — не тем, что зверь апокалипсиса, — и чем-то под названием «санкционирование».

Фарра посмотрела на Клайва, вопросительно приподняв брови. Клайв на мгновение нахмурился, размышляя, прежде чем его глаза слегка расширились.

— Ты думаешь, ты сможешь это сделать? — спросил он Джейсона.

— Да, — ответил Джейсон. — Все дело в воле, а воля бога Нежизни заблокирована в этом месте. Аватар — это просто сила и эхо намерения. Никакой активной воли, с которой нужно бороться.

— Там дело не только в воле, Джейсон.

— Да, но именно это его отключит. Остальное я беру на себя.

— Ты уверен?

— Достаточно уверен, чтобы попробовать. У тебя есть альтернатива?

Клайв еще раз посмотрел на аватара.

— Нет, — сказал он. — Когда дело доходит до практических аспектов борьбы с трансцендентными врагами, ты — ближайшее к эксперту, что у нас есть, поскольку все, кто пытается это сделать, умирают. У тебя просто есть эта привычка возвращаться.

— Кто-нибудь удосужится объяснить? — спросила Фарра. — И под «кто-нибудь» я имею в виду Клайва.

Клайв посмотрел на Мириам.

— Ладно, я постараюсь дать краткую и простую версию. Имейте в виду, что многое из того, что мы здесь обсуждаем, — это смесь личного опыта Джейсона, моих исследований теории астральной магии космического происхождения и немалой доли гипотез. По сути, догадки. Уверенные догадки, но я не готов делать окончательные…

— Мы поняли, Клайв, — сказала Фарра. — Просто начни, пожалуйста.

— Хорошо, — сказал он. — Сущности вроде богов и других космических существ, по сути, состоят из магии. Вы ведь слышали об этом?

— Да, — сказала Мириам. — Я не стану утверждать, что понимаю это, но я слышала, как люди говорят об этом.

— Что ж, — продолжил Клайв, — высший порядок магии называется Власть. Это магия, которую боги используют для совершения чудес, а великие астральные существа — для регулирования механики космоса. Рождение вселенных, управление правилами жизни и смерти. Вы помните, что магия воскрешения стала сложнее несколько лет назад, но магия исцеления усилилась. Это была масштабная работа Власти, в которой участвовали Жнец, Небесная Книга, боги исцеления и смерти, и, вероятно, еще несколько других.

— Некоторые из нас также иногда используют ее для ремонта дома, — вставил Джейсон.

— Тише ты, — прикрикнула Фарра.

— Короче говоря, — возобновил Клайв, — Власть — это магия богов. И околобожественных сущностей. Мы полагаем, она называется Властью, потому что это, по сути, сила, обладающая высшим авторитетом. Она способна переделать все, что есть, от природы реальности до законов жизни и смерти. Единственное, чего она не может — это вмешаться в душу.

— Разве это не делает ее не высшей властью? — спросила Мириам.

— Не знаю, — сказал Клайв. — Я подозреваю, что душа сама по себе является формой Власти. Той, что каким-то образом запечатана или заморожена. Будь то через эссенции или какую-то другую магию, мы повышаем ранг, учась размораживать или распечатывать эту силу.

— И алмазный ранг — это когда мы полностью к ней подключаемся? — спросила Мириам.

— Даже близко нет, — сказал Джейсон. — Я не буду вдаваться в подробности того, что видел и испытал…

Он сделал паузу, чтобы одарить Фарру многострадальным взглядом.

— …но алмазный ранг — это точка, в которой ты по-настоящему начинаешь открывать то, на что способна душа.

Мириам снова перевела взгляд на аватара.

— Эта Власть, которую ты описываешь. Ты хочешь сказать, что эта мерзость состоит из нее?

— Да, — сказал Клайв.

— Фишка Власти, — сказал Джейсон, — в том, что самые могущественные существа, владеющие ею, делают это так же естественно, как человек дышит. Они могут делать это осознанно, если задумаются, но в основном это просто происходит. Они направляют ее своей волей. Для большинства людей воля — это просто метафора решимости, ментальной стойкости и тому подобного. Для богов и великих астральных существ воля — это реальная сила. Но ты ведь понимаешь это, правда, Мириам?

Клайв и Фарра выглядели озадаченными, но Мириам кивнула.

— Это то, что развивают носители золотого ранга в рамках тренировки ауры, — объяснила она Клайву и Фарре. — Это не то, чем делятся с низшими рангами, потому что есть вероятность пробуждения на низших рангах через духовную травму.

Клайв и Фарра посмотрели на Джейсона, но он оставался нечитаемым как в выражении лица, так и в ауре.

— Я не знал, что смертные могут развивать волю как активную силу, — сказал Клайв. — Я едва понимаю саму концепцию.

— Становится легче, как только начинаешь ее использовать, — сказала Мириам. — Во всяком случае, понимать. Эффективно использовать — трудно. Это странная штука. Такое чувство, будто ты можешь навязать свою волю окружающему миру, но не можешь. Словно чего-то не хватает. Ты можешь по-настоящему воздействовать только на других людей и их ауры, и даже это сложно. Можно проводить духовные атаки, если достаточно тренироваться, но этому трудно научиться, и я слышала, что это ощущается… неправильно.

— Так и есть, — буднично сказал Джейсон.

Фарра перевела на Джейсона обвиняющий взгляд.

— Как долго ты можешь использовать волю подобным образом? — спросила она его.

— Ты знаешь, с каких пор.

— Ты не говорил нам, — сказал Клайв. — Ты не говорил мне, во всех наших дискуссиях о магии внутреннего мандата.

Джейсон встал со своего кресла, словно король, поднимающийся с трона. Воздух вокруг них замер и стих, когда аура Джейсона сковала его на месте.

— Нет, Клайв, — сказал Джейсон, его голос был мягким и опасным. — Я не говорил тебе. Некоторые вещи не для твоих исследований.

— Он прав, — сказала Мириам. — «Общество искателей приключений» закрыло крайне неэтичные эксперименты по ее изучению. Вот почему информация ограничена.

Воздух снова пришел в движение, звуки битвы Гэри и аватара снова достигли их. Выражение лица Джейсона смягчилось, когда он повернулся к Мириам.

— Воля критически важна для использования Власти, — объяснил он. — Преодолеть чужую волю, чтобы вмешаться в их Власть, чрезвычайно сложно, но, в отличие от вмешательства в душу, не невозможно. Вот почему богам приходится объединяться против одного из своих, чтобы наказать его. То же самое с великими астральными существами. Требуется огромное количество воли, чтобы подавить чужую настолько, чтобы использовать их собственную Власть против них самих. Однако это возможно, и когда их Власть используется против них, это называется санкционированием.

— И ты хочешь санкционировать аватара? — спросила Мириам.

— Да, — подтвердил Джейсон. — Как я сказал ранее, все дело в воле. Я, может, и умею использовать волю, вероятно, лучше, чем ты, но использовать ее против Нежизни было бы все равно что пытаться потушить солнце стаканом воды. Это было бы не только болезненно неадекватно, но я бы умер задолго до того, как приблизился.

— Но бога здесь нет, — сказал Клайв. — Его воля заблокирована в этом месте.

— Однако остаток его воли есть, — сказал Джейсон. — Эхо, которое движет базовыми намерениями аватара. Даже борьба с одним лишь этим эхом не будет легким делом.

— Но прежде чем мы дойдем до этого, — сказал Клайв, — остается вопрос, как нам вообще начать эту битву. Это твоя часть, Джейсон, потому что у меня есть лишь самое базовое представление о том, как это работает.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Мириам.

— Мы говорили о том, что Власть движима волей, — сказал Клайв. — Это хорошо, если ты бог, но мы — нет. Джейсон, с его доменами, больше бог, чем остальные из нас, но недостаточно бог.

— Он кто? — спросила Мириам.

— Игнорируй это, — сказала Фарра.

— Прости, — сказал Клайв. — Суть в том, что использовать Власть, даже если она у нас есть, нам трудно. Мы не можем просто манипулировать ею с помощью воли.

Мириам заметила, как глаза Джейсона сузились, словно он собирался возразить, но его выражение лица снова стало пустым, и он ничего не сказал.

— Мы должны использовать особую форму магии, — продолжил Клайв. — Она называется магией внутреннего мандата, и Джейсон может получить к ней доступ через своего фамильяра, Гордона. Мы не уверены как, но сейчас это не имеет значения. Суть в том, что он может это сделать.

— Я могу, — подтвердил Джейсон. — Я месяцами заставлял Гордона работать с аватаром в моем царстве души, чтобы попытаться лучше понять этот вид магии. Это все еще ранние дни, но я верю, что смогу сделать это, если Гордон будет исполнять саму магию. Моя работа будет заключаться в использовании воли для направления Власти.

— Но дело не только в использовании особого ритуала, — сказал Клайв.

— Да, — согласился Джейсон. — У Власти есть сродство. Власть окрашена природой того, кто ею владеет. Власть Строителя, например, связана с ковкой реальности, в то время как Власть Мирового Феникса — с измерениями и силами.

— Почему это важно? — спросила Фарра. — Разве смысл этого санкционирования не в том, что Власть меняется?

— Мы можем изменить ее лишь до определенной степени, — сказал Джейсон. — Когда я украл часть Власти Строителя, я использовал ее, чтобы модифицировать облачную флягу и создать свой астральный трон, который весь о модификации реальности. Власть, которую я украл у Мирового Феникса, я превратил в астральные врата, которые связаны с использованием размерных и космических сил. Кажется. Если честно, я все еще пытаюсь с этим разобраться.

Мириам смотрела на Джейсона широко открытыми глазами.

— Что нам делать с силой аватара тогда? — спросила Фарра. — Полагаю, Власть Нежизни весьма специфична и неприятна.

— Да, — сказал Джейсон. — У меня есть решение для этого.

— Какое? — спросил Клайв.

— Ну, я недавно разговаривал с богиней Смерти, и…

Глава 34 ОН НЕ ВСЕГДА ЗЛО, И ОН НЕ ВСЕГДА НЕПРАВ

Глава 34 ОН НЕ ВСЕГДА ЗЛО, И ОН НЕ ВСЕГДА НЕПРАВ

Джейсон парил в обжигающем пустынном воздухе, стоя на небольшой облачной платформе. В руке он держал свою облачную флягу, извергающую туман, который добавлялся к наполовину завершенной небесной крепости, формирующейся в воздухе. Все это состояло из тонких линий и острых углов, скорее декоративных, чем практичных. По мере завершения секций белый материал приобретал темный оттенок грозовой тучи.

Он перевел взгляд на землю далеко внизу, где Гэри продолжал избивать аватара. Тот оказывал символическое сопротивление, но давно перешел ту черту, где оставалась хоть какая-то реальная защита, кроме отказа быть уничтоженным. Фарра поднялась навстречу Джейсону, яркие крылья огня ускоряли ее подъем. Он подвинулся на своей маленькой платформе, освобождая ей место, и она позволила своим крыльям исчезнуть при приземлении. Она посмотрела на него, а он ответил ей печальным взглядом.

— Ты знаешь, о чем я собираюсь спросить, — сказала она.

— Могу догадаться. Я стараюсь избегать чтения эмоций людей, если в этом нет необходимости, но твоя аура не особо их скрывает.

— Значит, это невозможно?

— Нет, — сказал он усталым голосом. — Это возможно.

— Тогда почему ты не звучишь обнадеживающе?

Он достал из инвентаря овальный предмет, держа его в руке.

— Герой дал мне это до того, как зона трансформации поглотила нас. Чтобы спасти Гэри.

— Что это?

— Вроде книги навыков для магии внутреннего мандата.

— Божественные штучки.

— Божественные штучки, — подтвердил Джейсон, возвращая предмет в инвентарь. — Она показывает мне, как работать с магией чрезвычайно высокого уровня, такой как Власть. Как настраивать ее определенным образом, например, беря что-то, что питается одной магией высокого уровня, и заменяя этот источник другой магией высокого уровня.

— Как замена Власти Героя, которая вернется к Герою, как только мы выберемся отсюда, на Власть в этом аватаре.

Джейсон кивнул. — Нам все равно нужно сначала очистить Власть Нежизни во что-то другое, — объяснил он. — Иначе эта Власть сделает то же самое, что и Власть Героя, и вернется к богу в тот момент, когда мы покинем это место.

— Тогда почему мы этого не делаем?

— Очистить Власть во что-то другое — не простая задача, Фарра. Тебе нужно что-то, чтобы очистить ее, работать со сродством, которое у нее уже есть. Выполнить эти условия сложно, и сродство можно изменить лишь до определенной степени. Учитывая, что я почти не имею понятия, что делаю, тот факт, что у меня есть правильная комбинация знаний и инструментов — это чудо.

— Ты хочешь сказать, что нам повезло.

— Нет, я говорю, что это чудо. Думаю, Смерть знала, что грядет, когда я заключил с ней сделку, и позаботилась о том, чтобы у меня были правильные инструменты для этой работы. Было бы неплохо, если бы она сказала мне заранее. Мне нужно перестать водиться с богами.

Фарра одарила его одним из своих фирменных бесстрастных взглядов, и он усмехнулся. Затем его выражение лица снова стало печальным.

— Прости, Фарра. Замена Власти Героя на Власть Нежизни в конечном итоге привела бы к тому же результату. Хуже того, мы превратили бы Гэри в некое подобие неживого полубога на все время, пока мы здесь остаемся.

— А как насчет того, чтобы дать ему очищенную силу?

— Она будет слишком отличаться. Сейчас Гэри и аватар — это в основном сгустки сырой Власти. Что-то слишком обработанное не сработает. То, во что я собираюсь очистить Власть Нежизни, — это не то, что мы могли бы использовать, чтобы сохранить Гэри жизнь.

— Есть ли способ остановить уход силы из Гэри? Предотвратить ее возвращение к Герою?

— Да, — сказал Джейсон. — Если бы он остался в моем царстве души навсегда, я мог бы удержать силу в ловушке. Но это лишь отсрочило бы смерть Гэри. Он все равно бы умер.

— Почему?

— Гэри был серебряного ранга, а теперь через него течет божественная энергия. Трансцендентный ранг. Не сдерживаемая и управляемая, как мои астральные врата и астральный трон. Это сырая материя, пылающая силой. Она медленно убивает его изнутри.

— Но она изменила его. Изменила его тело, чтобы содержать ее.

— Да. Теперь он носитель золотого ранга, наполненный не просто алмазным, а трансцендентным рангом силы. Это за пределами того, что способно выдержать смертное тело. Его тело было модифицировано исходя из предпосылки, что ему нужно будет удерживать эту силу всего несколько часов. К счастью, она сработала выше спецификаций, и с Гэри все было в порядке, но это не будет длиться вечно. Мы здесь уже, сколько, два месяца?

— Сколько ему осталось?

— Мой опыт и чувства делают меня лучше большинства в оценке того, что такая сила делает с телом. По самым лучшим прикидкам, я бы сказал, что у него есть еще от четырех до восьми месяцев, прежде чем она начнет превращать его тело в изношенную тряпку. Сколько времени пройдет, прежде чем оно окончательно сдастся, я не знаю. Это может произойти быстро, как только начнется деградация, или он может продержаться.

— Впрочем, это не имеет значения, — сказала Фарра. — Мы выберемся отсюда раньше.

— Скорее всего. Многие территории еще предстоит заявить, может быть, треть от общего числа, и со временем они станут опаснее. К концу Гэри может оказаться единственным, кто достаточно силен, чтобы сражаться с аномалиями.

— А потом мы уйдем, и он умрет.

— Да, — сказал Джейсон. — Мы уйдем, и он умрет.

— Если кража силы Нежизни — не причина, по которой Герой дал тебе ту овальную штуку, то зачем? Как он ожидал, что ты спасешь Гэри? Или он оставил это тебе, чтобы ты сам догадался?

— Он оставил. И я догадался.

— Ты все еще не звучишь обнадеживающе.

— У Гэри есть выбор, который нужно сделать, как только мы закончим здесь.

— Какой?

Джейсон посмотрел вниз, как Гэри снова опускает свой молот на аватара, и липкая плоть разлетается по красному песку.

— Гэри должен услышать это первым, — сказал он. — Если ему понадобится помощь в принятии этого решения, он может попросить нас.

После завершения облачный дворец Джейсона выглядел как чудовищный паук, свисающий на невидимой нити и высматривающий ничего не подозревающую добычу внизу. У него было слишком много ног и слишком много хитина, панели брони из темного глянцевого красного цвета покрывали участки грозовой облачной структуры. У основания зияла пасть, наполненная темным туманом, словно рот, ожидающий пожирания. Внутри тумана быстро вспыхивал сине-оранжевый свет, оставляя после себя свечение, которое со временем становилось ярче.

Снизу наблюдала группа, состоящая из большинства лидеров экспедиции, входящих в нее команд искателей приключений и их союзников. Заметно отсутствовали Джейсон и Борис Кет Лунди. Джейсон был где-то наверху в своей крепости, а посланник держал свои силы подальше от любителей заклинаний.

Посланники, возможно, и сражались на их стороне, но это не делало их союзниками. Учитывая, что члены культа Строителя умудрились стать союзниками, это красноречиво говорило о доверии, которое кто-либо в группе испытывал к посланникам.

— Я удивлен, что аватар не выбирается из-под этой штуки, — сказал Хамфри. — Я знаю, что она принадлежит Джейсону, и даже я не хочу там стоять.

— Зная, что она принадлежит Джейсону, я и не хочу там стоять, — сказал ему Рик. Хамфри фыркнул от смеха на комментарий своего кузена.

Когда они увидели, что Борис летит в ту сторону в одиночку, группа заволновалась.

— Не волнуйтесь, — сказала Фарра. — Если этот парень устроит проблемы в облачном дворце Джейсона, он не выйдет обратно.

Мириам взглянула на нее, неуверенная, но увидела в ее выражении лишь спокойствие и уверенность. Украдкой взглянув на ее ауру, она увидела, что эмоция была подлинной. Подтекст беспокойства в ее ауре был направлен на Гэри, а не на Джейсона.

Внутри того, что наблюдатели внизу окрестили «дымной пастью» его облачного дворца, Джейсон стоял сбоку, на платформе, выступающей из стены. Камера с открытым дном была размером с большой дом и наполнена темным туманом. Внутри тумана Гордон заполнял пространство сложной ритуальной диаграммой в трех измерениях. Темный туман не мешал зрению Джейсона, так как он был частью его домена, частью самого Джейсона.

Он почувствовал приближение посланника золотого ранга, передвигающегося в одиночку. Борис поднялся в пространство, замирая, когда пересек границу домена Джейсона. Он завис у входа в пасть, крылья мягко колыхались, пока их магия удерживала его на месте.

— Интересно, — сказал он. — Я знал с Земли, что ты научился запечатлеваться на физическом пространстве. Способность носить с собой и изменять это пространство — неожиданность. Готов поспорить, боги начали втихаря пытаться воспроизвести это в тот момент, когда ты снова появился в этом мире.

— У них нет мобильных храмов? — спросил Джейсон.

— Есть, но это массивные храмовые лодки и небесные крепости. Медленные. Громоздкие. Конечно, ничего такого, что можно носить с собой в банке. Облачные фляги сложно сделать, а модифицировать одну до такой степени, чтобы она могла делать это, было бы настоящим подвигом. Как ты это сделал?

— Так же, как и большинство вещей: это просто случилось, когда я был занят попытками спасти мир, не умерев при этом в процессе.

— Похоже, это работает для тебя.

— Работает наполовину. Я стал довольно хорош в спасении мира. А вот с «не умереть» всегда была проблема.

Борис подлетел, чтобы зависнуть перед Джейсоном на его платформе.

— Как только ты закончишь с этим местом, смерть больше не будет беспокоить.

— Нет, — сказал Джейсон. — Не будет. Ты пришел сюда ради чего-то другого, кроме как намекнуть, что у тебя есть обширные знания, которыми ты был бы готов поделиться, если бы я был более открыт к тебе и твоему народу?

— Нет. Хотя у меня действительно много знаний, и есть вещи, которые мне нужны.

— Ты отбросил причудливые земные манеры.

— Они послужили своей цели. Я снова их подхвачу. Это версия меня, которая мне больше всего нравится. Я видел твои персоны, Джейсон. Я знаю, что ты понимаешь, что значит играть роль, пока не перестанешь быть уверенным, что скрывается под ней. Если даже те части нас, которые мы прячем, реальны. Люди вроде тебя и меня могут заходить дальше большинства, но каждый носит разные маски. Как в той песне Билли Джоэла.

— Обожаю эту песню.

— Я тоже.

— Прямо сейчас я смотрю на тебя и думаю о строчке про удар прямо между глаз. Мы с тобой скоро как-нибудь долго и приятно поговорим, но я тут немного занят кое-чем.

— Да, — сказал Борис, поворачиваясь, чтобы посмотреть на растущее сине-оранжевое свечение в темном облаке. Поворачиваясь, он сложил крылья, чтобы не задеть хозяина.

Джейсон посмотрел ему в спину. — Намек был на то, что тебе следует уйти.

— Мне любопытно, почему ты выбрал такой подход, — сказал Борис, игнорируя его заявление и продолжая наблюдать за светящимся облаком. — Магия внутреннего мандата сложна в лучшие времена, а ты еще не можешь быть в ней очень хорош. Мы оба знаем, что у тебя есть сила прорывать зоны трансформации. Именно так ты заявил права на свой первый домен на Земле. Неужели не было бы проще проделать дыру в этой и вышвырнуть аватара?

— Ненадежно. Слишком много шансов, что что-то пойдет не так.

— В отличие от использования божественной магии, к которой ты даже близко не готов?

— Использование силы, к которой я не готов — это, своего рода, мой конек.

Борис рассмеялся.

— Не могу с этим поспорить, — сказал он. — И все же, не могу не задаться вопросом.

— Если бы мы вышвырнули аватара, я не знаю, сколько контроля он сохранил бы над территориями, которые заявил. Может быть, он сохранил бы контроль, и нам пришлось бы идти и возвращать его, чтобы мы могли уничтожить его должным образом. Даже если бы вышвыривание разорвало его связь с территорией, эта территория, скорее всего, стала бы ничейной землей. Может быть, даже разделилась бы обратно на отдельные территории, что означало бы недели или даже месяцы на то, чтобы заявить права на них самим. В худшем случае, удаление такого количества силы, связанной с такой большой частью зоны трансформации, могло бы иметь некоторые непредвиденные побочные эффекты. Может быть, разрушить зону и вызвать ее коллапс.

— Все аргументы веские, — сказал Борис. — Фарра помнила, что ты мог прорвать зону, заставив тебя объяснять, почему не стоит, когда ты объяснял план?

— Да.

— Итак. Настоящая причина в том, что ты хочешь Власть.

Джейсон не ответил.

— Я понимаю, — сказал Борис. — Ты отставал от кривой силы с того момента, как узнал, что она существует. Теперь ты на пути к играм с большими мальчиками, и тебе нужно перестать не дотягивать. Я могу это уважать. Я подумывал, что, возможно, пришло время самому повысить ранг, учитывая то, что грядет.

— И что же это?

— Битва, которая не твоя. Хотя я не могу не думать, что ты рано или поздно ввяжешься. Эта магия судьбы действительно бросает тебя из одной дыры в другую, не так ли?

— Ага.

— Ты знаешь, что есть много сил, которые обращают на тебя внимание, верно? Мировой Феникс привел что-то в движение, подтолкнув тебя на определенный путь. Теперь Жнец, Хранитель Песков, даже Всепожирающее Око. Ты популярная фигура в игре, которая подходит к кульминации.

— Я пешка.

— Да, но пешки могут быть повышены. Как только мы закончим с этим маленьким приключением, ты, возможно, обнаружишь, что достиг другой стороны доски.

— Что это значит?

— Что как только ты закончишь здесь, уже есть люди, ожидающие наградить тебя. И ты знаешь награду за хорошо выполненную работу.

— Еще одна работа.

Борис оглянулся с забавной улыбкой, прежде чем вернуть взгляд к облаку.

— Ты сказал «Всепожирающее Око», — сказал Джейсон. — Я слышал об этом великом астральном существе, но не знаю его сферы влияния.

— Никто не знает, — сказал Борис. — Не наверняка. Преобладающая теория заключается в том, что это конец всего сущего, каким-то образом. Или какая-то космическая, магическая сила энтропии, что сводится к тому же самому. Но твой фамильяр там — настоящий аватар рока.

— В отличие от подделки, которую я купил у подозрительного парня на уличном рынке?

— Не совсем. Аватары рока — исключительная вотчина Всепожирающего Ока. Я никогда не слышал, чтобы Око когда-либо использовало своих убийц реальности для каких-либо задач. Вместо этого они были одолжены Расколотому трону. Почему, и какие отношения у Ока с троном, я не знаю. Некоторые говорят, что они — представления порядка и хаоса, не оппозиционные, а симбиотические.

— Ты в это веришь?

— Это чистое, простое объяснение.

— Значит, нет.

— Нет, — подтвердил Борис. — По моему опыту, большинство вещей включают гораздо больше нюансов, чем я осознаю. Я не доверяю чистым, простым объяснениям. Космос — грязное место, имеешь ли ты дело со смертными на планете почти без магии или борешься с великими астральными существами.

— Так кто продает этих фальшивых аватаров рока в подворотне?

— Это не совсем так. Это сами аватары. Есть несколько, которые остались привязанными к трону со времен раскола. Настоящие аватары увеличивают свою численность, создавая конструкты, которые почти по всем тестам идентичны подлиннику. Есть только одно практическое отличие.

— Какое?

Борис поднял руку, чтобы указать на светящееся облако.

— Только настоящие могут делать это.

Джейсон издал стон.

— Черт возьми, — пробормотал он.

— Я заинтриговал тебя возможностью задать мне еще кучу вопросов, не так ли? — спросил Борис.

— Да, — признал Джейсон.

— Что ж, есть цена. У меня в душе клеймо астрального короля. Оно было нужно мне, чтобы одурачить Весту Кармис Зелл, и хотя астральный король — дружелюбный тип, я все равно хочу, чтобы оно исчезло.

— Я понимаю. Ты знаешь, что это значит в плане доверия друг другу.

— Я должен доверять тебе, потому что даю тебе доступ к самым уязвимым частям себя. Что тебе нужно, чтобы доверять?

— Что ты не какая-то живая, спроектированная душой ловушка.

Борис повернулся, чтобы пристально посмотреть на Джейсона.

— Ого, — сказал он. — Это на самом деле своего рода блестящая идея. Жаль, что я не додумался до нее сам. В смысле, устроить все это было бы невероятно сложной головной болью, но да, это был бы отличный способ разобраться с тобой. Я даже разочарован, что не пытаюсь убить тебя сейчас. Это бы точно сработало.

— За исключением того, что это я был тем, кто подозревал, что именно это ты и делаешь, — отметил Джейсон. — Я также подозрителен к тому, что твоя реакция — это обезоруживающий способ убедить меня, что ты не какая-то живая ловушка.

— Ты подозрительный парень. Ты ведь знаешь, что планы посланников обычно сводятся к решению, что они лучшие, и забрасыванию вещей силой, пока они не сломаются, верно?

— Я встретил иномирянина, который оказался яйцом генезиса наги, трансформированным с помощью душевной инженерии и отправленным на Паллимустус за двадцать лет до начала вторжения посланников.

— Правда?

— Да.

— Похоже, я слишком долго был на Земле. Эти посланники становятся хитрыми.

Оба мужчины повернулись, чтобы посмотреть на облако, которое теперь пульсировало синим и оранжевым светом.

— Пора идти, Борис, — сказал Джейсон. — Мы можем продолжить это, когда у меня не будет бога, которого нужно убить.

— Я знаю, что это технически неточно на многих уровнях, — сказал Борис, — но это отличная фраза. Которую я, кажется, испортил, говоря о ней вместо того, чтобы просто уйти. Я просто пойду.

Глава 35 НОВАЯ СИЛА И СВЕЖЕПРИГОТОВЛЕННАЯ ПОРЦИЯ САМОДОВОЛЬСТВА

Глава 35 НОВАЯ СИЛА И СВЕЖЕПРИГОТОВЛЕННАЯ ПОРЦИЯ САМОДОВОЛЬСТВА

Джейсон нырнул со своего облачного дворца вниз головой. Его плащ тянулся следом, черным шрамом на фоне чистого синего неба. Плащ не был изящным инструментом для полета, но Джейсон научился у Посланников, как компенсировать этот недостаток. Они летали, используя магию своих крыльев, усиленную способностью применять физическую силу с помощью аур. Джейсон делал то же самое, спускаясь по спирали, чтобы приблизиться к земле с должной грацией.

Рядом с Гэри, который сейчас был в четыре раза выше него, Джейсон завис в воздухе, создав облачный диск, чтобы встать на него. Его плащ перестал имитировать крылья и бешено затрепетал, словно на ветру, несмотря на жаркий, неподвижный воздух. Силы, которые Джейсон собирал высоко над землей, вызывали рябь в нестабильной ткани зоны трансформации.

Гэри продолжал бесконечное, но одностороннее избиение аватара. С прибытием Джейсона он ударил аватара ногой в грудь, заставив того кубарем покатиться по земле. Каждый отскок оставлял на песке мокрый след; та же темная, густая жидкость теперь покрывала бронированный сапог Гэри. Он нахмурился, стоя на одной ноге, и золотое пламя, окутывающее его тело, вспыхнуло. Черно-фиолетовая слизь сгорела, и он с удовлетворением опустил ногу.

— Это не то место, где тебе стоит быть, Джейсон, — сказал он, не сводя глаз с аватара, который наконец остановился, перекатившись.

— Это то место, где мне нужно, чтобы был аватар. Мне нужно, чтобы ты не давал ему сбежать.

— Легко, — ответил Гэри, указывая своим молотом.

Аватар бросился на него, и Гэри отвел руку с молотом назад. Аватар ускорился, превратившись в размытое пятно, за которым Джейсон не мог уследить, но Гэри двигался так же быстро. По позе Гэри мгновение спустя и по тому, как аватар пролетел по воздуху, Джейсон понял, что апперкот Гэри отправил его в полет.

— Я бью его, как сталь по наковальне, — сказал Гэри, — но он каждый раз возвращается. Он не убегает.

— Убежит.

— Он не убегал от меня, а я сейчас полубог, Джейсон. Твой проект там наверху вряд ли можно назвать тонким, но аватар даже не взглянул на него.

Аватар снова бросился в атаку. Гэри и аватар слились в вихре движения, и аватар снова был отброшен.

— Аватар недостаточно умен, чтобы понять, что я там наверху делаю, — объяснил Джейсон. — Это не более чем сила и инстинкт; он не распознает угрозу. Он не убегает от тебя, потому что знает, что ты не можешь его уничтожить. Как только он поймет, что я могу, все изменится.

— Если ты так говоришь. Не похоже, чтобы хоть что-то из того, что я делаю, работало. Но ты ведь знаешь, что я сейчас переполнен божественной силой?

— Ты огромен и покрыт золотым огнем, Гэри. Как напоминание, это довольно неплохо.

— А твоя гигантская небесная крепость-паук предназначена для уничтожения аватара, который является большим куском божественной силы.

— Ага.

— Мне стоит беспокоиться о том, что я стою под этой штукой?

— Не, ты в порядке, — заверил его Джейсон. — Пока я не доберусь до кузницы душ, я мало что могу сделать с силой Героя. Нам с тобой нужно будет поговорить об этом позже, но прямо сейчас у меня есть только инструменты, чтобы испортить эту штуку. Я бы и царапины на тебе не оставил, если бы попробовал.

— Почему тебе нужна кузница душ для меня, а не для аватара?

— У него нет души. Там некому сказать «нет», когда я прошу силу, из которой он сделан, превратиться во что-то другое.

— Джейсон, насколько хорошо ты понимаешь, что делаешь?

— Что ж, некогда здесь рассиживаться, — сказал Джейсон. — Ты просто убедись, что он остается на месте, хорошо? Мне нужно, чтобы ты удерживал его как можно ближе к облачному дворцу.

Гэри наколдовал золотой гарпун и метнул его в аватара. Он пронесся золотой полосой. Пока он не остановился, вонзившись в аватара, Джейсон даже не видел золотую цепь, прикрепленную к нему. Гэри уже тянул за нее, подтаскивая аватара ближе.

— Делай то, что должен, Джейсон.

Джейсон откинул капюшон плаща, открывая свое улыбающееся лицо.

— Всегда надежен, Гэри, — сказал он, а затем поднялся в воздух.

Пользователи эссенций обладали превосходным контролем над своим восприятием, будучи способными изолировать конкретные запахи и звуки или приглушать чувства, чтобы защититься от ужасающей вони или ослепляющего света. Авантюристы, наблюдавшие с земли, приглушили слух, чтобы избежать неземного воя, доносившегося из паучьего дворца Джейсона, но это не помогло. Мириам быстро поняла, что здесь присутствует духовный компонент, пробивающийся сквозь обычные чувства и воздействующий на магические.

Амос Пенсината опередил ее, сообщив группе через голосовой чат, чтобы они максимально ограничили свои чувства ауры. Мириам посмотрела на своих союзников, которые не обладали таким точным контролем чувств, как пользователи эссенций. Она видела, что «светлосердечные» и культисты Строителя страдают: их руки были прижаты к ушам, а лица искажены от муки, особенно у обладателей серебряного ранга.

Затем Мириам перевела взгляд на Посланников вдалеке. Большинство из них приземлились, что они делали крайне неохотно. Сидя или стоя на коленях, они потели, глядя вверх на дворец. Мириам даже не знала, что они на такое способны. На их лицах читалась не боль, а беспокойство, гнев и страх. Их ауры, обычно столь контролируемые, едва скрывали эмоции.

Только трио обладателей золотого ранга оставалось парить в воздухе. Они тоже выглядели так, будто пустынный воздух наконец добрался до них, их кожа блестела от пота. Борис Кет Лунди повернулся, чтобы встретить ее взгляд. Он усмехнулся про себя и снова устремил глаза вверх.

Раздался еще один нечеловеческий визг, но этот был чистым звуком, и его было легко заблокировать. Он исходил от аватара, который скреб когтями по каменистой, песчаной земле, пытаясь вырваться из золотых цепей, сковывавших его. Он игнорировал Гэри, который обрушивал свой молот на одну конечность за другой, делая их бесполезными лишь на короткое время, прежде чем они снова принимали прежнюю форму.

Столб слабого света спустился из пасти дворца, освещая аватара и полубога. Именно этого аватар пытался избежать, будучи не в силах вырваться из рук Гэри и его цепей. Свет был едва заметен поначалу, но с каждым мгновением становился все сильнее. Теперь можно было различить цвета: фирменные золото, серебро и синеву трансцендентной силы.

В конце концов свет стал достаточно сильным, чтобы воздействовать на аватара. Черные и фиолетовые хлопья поднимались с него, как пепел из костра. Сначала это происходило медленно, но по мере того, как свет становился ярче, от аватара откалывалось все больше хлопьев. С каждым мгновением их все больше уносило вверх, к дворцу. Они поднимались сквозь свет, вспыхивая белым пламенем, когда приближались к зияющей пасти дворца, наполненной темным дымом и вспышками оранжевого и синего света.

Мириам сосредоточила внимание на хлопьях, которые сгорали при приближении к дворцу. Она уже видела такой огонь раньше, призрачное пламя, сжигающее нежить, как сухой хворост. Пламя было слабым, когда хлопья только начинали гореть, как у призрачного огня Джейсона. Они становились ярче по мере приближения к пасти, полыхая, как чудо Смерти, к тому времени, когда исчезали в дыму.

Все это сопровождалось гнетущей аурой, нахлынувшей на ландшафт из облачного дворца. Это была аура Джейсона в своем самом непреклонном и беспощадном проявлении. Его облачный дворец и странная магия, которой владел его фамильяр, делали ее намного сильнее всего, чего Джейсон мог достичь в одиночку. Его аура не терпела вызовов, но в ней также присутствовала доброжелательность, с защитностью и снисходительностью взрослого к ребенку.

Аура казалась совершенно неприступной, поэтому Мириам была поражена, почувствовав, как она дрогнула. Это был лишь краткий миг; обладатели серебряного ранга вряд ли могли это почувствовать. Но это сказало Мириам, что с чем бы ни сражался Джейсон, это не было односторонним делом Гэри и аватара.

Джейсон не был по-настоящему в сознании внутри облачного дворца. Пока его тело отдыхало в облачном кресле, его душа сталкивалась с силой Нежизни в калейдоскопическом ментальном ландшафте. У нее не было истинной формы, она воздействовала на его чувства как водоворот цвета и силы. Это было странно, но Джейсон знал, что делать, противопоставляя свою волю эху отсутствующего бога.

Это было поле битвы, с которым Джейсон уже сталкивался, когда Строитель пытался заставить его принять звездное семя. У него не было истинных воспоминаний об этом конфликте, только эхо, отмеченное на его душе шрамами, подобно иероглифам на гробнице.

Пока Джейсон сражался с аморфной волей бога в ментальном ландшафте, его тело отражало эту битву. Это была битва души, а тело и душа Джейсона были одним и тем же. Лежа в облачном кресле, его тело билось и металось, как у человека, охваченного ночным кошмаром. Его кожа ползала и волновалась, словно Колин пытался выбраться наружу. Свет бил из его глаз, иногда синий и оранжевый, иногда трансцендентная смесь серебра, синего и золота. Время от времени они вспыхивали фиолетовым.

Мертвый остаток Нежизни был ничтожной вещью по сравнению с активной волей Строителя, с которой он сражался в прошлом, но Джейсону не хватало его главного преимущества из той битвы. Против Строителя у него было укрытие его души, неприступная крепость, которую можно было взломать, только если он сам ее откроет. В этот раз душа Джейсона уже была открыта. Это была необходимая часть процесса, то, о чем он никому не сказал. Они бы попытались его остановить.

Облачный дворец Джейсона был также его духовным доменом. Это было физическое выражение его силы, подобно святилищу храма бога. Он превратил все это в платформу для масштабной работы Гордона по магии сущностного мандата, связав ее с Джейсоном. Это был первый инструмент, который ему понадобился, чтобы санкционировать власть аватара.

Другим инструментом, который ему был нужен, было нечто, способное работать со сродством власти к нежити. Кузница, чтобы перековать ее во что-то, что он мог бы присвоить себе. Власть можно было изменить лишь до определенной степени, но смерть и нежизнь были по сути идентичны — чистые или испорченные версии одной и той же силы. У Джейсона не было никакой божественной силы, но у него было нечто близкое.

Богиня Смерти показала Джейсону, как создавать огонь в своей душе, лишенный божественности, но все же сформированный так, как боги используют силу. И теперь кое-какая божественность удобно подвернулась. Джейсон использовал призрачный огонь, чтобы перековать власть бога, превращая испорченную силу нежизни в чистую силу смерти. Затем Джейсон тратил эту власть, чтобы подпитывать свой призрачный огонь, превращая его из бледного эха в божественное оружие.

Форма пришла от Смерти, а сила — от Нежизни, но результат принадлежал только Джейсону. Это было не смертное оружие из стали и остроты; это было пламя, которое уничтожит любую силу нежити, уступая лишь самой богине Смерти.

Создание божественного оружия было нелегкой задачей, и Джейсон еще не закончил. Он воровал у бога, и даже эхо этого грозило раздавить Джейсона, прежде чем его работа будет завершена. Опасность была экзистенциальной, так как он открыл свою душу, чтобы принять власть. Если бы он не смог устранить порчу нежизни, эта порча поглотила бы его, и нежизнь пустила бы корни в его душе. Если бы его воля дрогнула, Джейсон стал бы новым агентом Нежизни, как Гэри — агентом Героя.

План Джейсона был бы невозможен, если бы у Нежизни был хоть малейший осколок активной воли в этой битве. Джейсон не смог бы забрать силу бога, точно так же, как не смог бы проглотить гору, будь она в форме его собственной головы или нет. Даже просто оставшееся прикосновение бога, управляющее простыми инстинктами аватара, грозило раздавить волю Джейсона.

Битва воль была тем, что Джейсон предвидел и к чему, как он считал, был готов. Его душа уже была ободрана, когда ее пронесло через глубины астрала. Она чувствовала прикосновение богов и полномасштабную атаку великого астрального существа. Он считал себя сильным, готовым встретить вызов. Он был наивен, снова не сумев осознать масштаб сил, использующих его как пешку в своих играх.

Все, что он сделал, все, что он вынес, едва хватило, чтобы остаться в живых на арене. Без этого опыта одно лишь первое столкновение с эхом воли бога уничтожило бы его разум. В диком ментальном ландшафте он был крошечным человечком с ножом, сражающимся с гигантом в урагане. Джейсон собрался с духом и укрепил свою решимость; он собирался надрать задницу этому гиганту.

Битва была воображаемой; столкновение в разуме Джейсона, которое очень по-разному отражалось на его теле. По мере того как он поглощал и перековывал силу нежизни в смерть, порча вытекала из его тела. Вязкая жидкость, похожая на сырую нефть, текла из его глаз, носа и рта. По мере того как ее вытекало все больше, кожа Джейсона начинала трескаться, и из нее сочилось еще больше нефти.

Внутри тела Джейсона Колин работал, чтобы поддерживать жизнь Джейсона в процессе, не давая его телу сдаться раньше, чем его воле. Бесчисленные мертвые пиявки падали с плоти Джейсона, покрытые очищенной грязью порчи.

Внутри ментального ландшафта Джейсон продолжал сражаться. Воля бога отсутствовала, но Джейсон был пойман в ловушку последствий ее присутствия. Подобно человеку, барахтающемуся в кильватере корабля, который уже уплыл, он постоянно был на грани утопления. Он изо всех сил пытался удержать голову над водой, отчаянно плывя сквозь океан силы, пытающейся его поглотить.

Джейсон брал все это и переделывал, превращая в силу для себя. Но он не мог использовать ее, пока не закончит, не желая рисковать разрушением магии, которую выковал Гордон. Сила нежизни продолжала прибывать, такая же неутомимая, как аватар, у которого он ее крал. Она казалась безграничной, в то время как сам Джейсон — нет. Он продолжал сражаться, дух был готов, а его решимость никогда не колебалась, но его тело и разум начинали сдавать.

Наблюдатели видели, как облачный дворец Джейсона начал разрушаться. Части отваливались от целого, прежде чем раствориться в дыму. Пепел силы Нежизни подбирался все ближе и ближе к дворцу, прежде чем сгореть в белом пламени. Аура Джейсона дрогнула, пульсируя, как неровное сердцебиение. Пронзительный шум не исчез, но уменьшился до уровня фонового шума, к облегчению всех присутствующих.

Борис Кет Лунди улетел от своих людей, авантюристы и их союзники насторожились, когда он приблизился к ним в одиночку. Он направился прямо к Мириам, которая вышла ему навстречу. Подойдя, он оглянулся на дворец, прежде чем заговорить.

— Нам нужно быть готовыми, если Асано потерпит неудачу, — сказал он. — Если это произойдет, он станет чем-то вроде льва-полубога.

— У него будет такая же сила?

— Нет. Асано превратил большую часть силы Нежизни из нежизни в смерть. Эти две силы будут конфликтовать внутри него. Вы должны использовать своего полубога, чтобы сдержать его, пока эти силы не уничтожат его.

— Как нам его спасти?

— Никак. Как только он умрет, территории, которые контролируют он и аватар, станут ничейными, и у нас будет много работы. Даже больше, для меня, когда мы выберемся. Без Асано, чтобы спасти свой мир, мне придется сделать это самому. Уродливая необходимость, которая будет иметь неприятные последствия для Земли.

Борис посмотрел мимо Мириам, когда команда Джейсона и другие спутники приблизились.

— Джейсон не потерпит неудачу, — сказал Хамфри.

— Ваша уверенность в своем друге восхищает, — сказал он, а затем перевел взгляд на Софи. — Эй, девчонка. Бывала когда-нибудь с крылатым мужчиной в кабинке?

— Серьезно? — спросила Мириам. — Сейчас, в такой ситуации, ты ведешь себя подобным образом?

Борис ухмыльнулся и снова повернулся к облачному дворцу.

— Думаю, — сказал он, — у меня тоже может быть некоторая уверенность в вашем друге.

— Надеюсь, ты уверен в себе, — сказала ему Софи. — Как только я достигну золотого ранга, я пну тебя прямо по яйцам.

Он снова повернулся к ней.

— А что случилось с доброй старой пощечиной?

Рука Хамфри ударила его по лицу со звуком, похожим на раскат грома. Борис потер челюсть, издав стон.

— Полагаю, я это заслужил. Вы правда серебряного ранга? Эссенция мощи?

— Тебе лучше следить за своим языком, — сказал Хамфри, — или на золотом ранге ты обнаружишь меня стоящим в очереди за этой леди.

— Вы же знаете, что Посланники — это какой-то фрукт или что-то в этом роде, верно? — спросила Белинда. — Я не уверена, что у него есть оборудование, чтобы кто-то из вас мог его пнуть.

— Сейчас не время, — сказала Мириам голосом единственного здравомыслящего человека в мире безумцев. — Нам нужно быть готовыми, если Асано потерпит неудачу.

— Он не потерпит неудачу, — сказал Нил, звуча скучающе. — Он почти убьет себя и вернется с какой-нибудь глупой новой силой и свежеприготовленной порцией самодовольства. Я всегда говорю людям, а они никогда не слушают. С Джейсоном ничего не случится.

Как только Нил закончил говорить, облачный дворец взорвался.

— Я уверен, все в порядке, — сказал он.

* Лидер группы [Джейсон Асано] скомпрометирован и не способен поддерживать свои способности. Группа расформирована, интерфейс группы отозван.

— Э-э… это может быть не очень хорошо, — сказал Нил.

Глава 36 ИНСТИНКТИВНО ЗАЩИЩЕНЫ

Глава 36 ИНСТИНКТИВНО ЗАЩИЩЕНЫ

У клана Асано было два домена на Земле. Один находился в Сент-Этьене, Франция, охватывая большую часть города. Другой — недалеко от Нитры, Словакия, на бывших сельскохозяйственных землях. Оба содержали астральные пространства, богатые магией, производящие гораздо больше магических проявлений, чем где-либо еще на Земле. Это означало эссенции, камни пробуждения и квинтэссенцию, хотя, гораздо больше, чем все это, это означало монстров.

Существовали географические ограничения на проявления, секреты которых города на Паллимустусе завоевывали бы в войнах. Внутри городских стен Сент-Этьена проявления случались редко, так же часто или даже реже, чем на Земле. Однако когда они случались, это всегда были сокровища, а не монстры. На дикой территории за стенами все было иначе. Богатая магия получала полную свободу действий, порождая орды кишащих монстров.

Рядом со стенами магия была густой, но не очень сильной. Это порождало монстров железного ранга, которых клан использовал для обучения своих начинающих пользователей эссенций. Чем дальше от стен, тем сильнее становилась магия, влияя как на ландшафт, так и на монстров.

Пользователи эссенций клана проникали глубже в дикие земли по мере того, как становились сильнее, но это были еще ранние дни. Клан вырастил впечатляющий контингент обладателей бронзового ранга, используя запасы магических предметов, учебных материалов, эссенций и камней пробуждения, оставленные Джейсоном и Фаррой. Эти запасы поначалу уменьшались, но теперь пополнялись за счет находок в астральных пространствах.

В клане было всего несколько обладателей серебряного ранга, в основном ключевые пользователи, принятые из Сети по мере того, как она распадалась на фракции. Они сообщали, что видели монстров золотого ранга на окраинах территории, где астральные пространства становились нестабильными. То немногое, что они знали об этих зонах, исходило из очень отдаленных наблюдений. Мало того, что монстры были слишком сильны для их текущих сил, сам ландшафт был опасен, смещаясь и меняясь.

Уходить так далеко было строго запрещено матриархом клана, Юми Асано. Она была бабушкой Джейсона по отцовской линии, хотя выглядела на треть своего реального возраста. Ее способности по изменению плоти не только заставляли ее выглядеть моложе, но и предлагали истинное физическое омоложение. Обладателей комбинаций эссенций, изменяющих тело, часто считали жуткими на Паллимустусе, и они не славились своей силой. Ни один из этих фактов не мешал популярности таких комбинаций, когда они предлагали продолжительность жизни, долгую даже по меркам пользователей эссенций.

Юми стояла у окна дирижабля, пролетающего над городом астрального пространства в Нитре. Внутри высоких стен город можно было принять за дело всей жизни безумного стимпанк-эльфа. Возвышающиеся башни выглядели как небоскребы, построенные мастерами печей индустриальной эпохи, все из грубого темного металла. Оборонительные стены выглядели точно так же, только толще и без окон.

Башни возвышались над городом, который в остальном совсем им не соответствовал, полный приятных облачных зданий и широких зеленых просторов. Это был огромный мегаполис по размеру, но совсем не построенный для автомобилей. Вместо уличных сетей и шоссе, переплетающихся, как вены, это было пространство, построенное вокруг пеших прогулок и общественного транспорта.

Пешеходные дорожки проходили через парки, а трамвайные пути петляли через сады. Монорельсы проходили по земле или вверх и над деревьями. Были также дирижабли, пришвартованные к массивным металлическим башням или меньшим башням, сделанным из облачного материала. Центральным узлом для дирижаблей был центр города и его единственное по-настоящему уникальное здание. Массивная пагода, выше любой из металлических башен, была увенчана зловещим сине-оранжевым глазом, парящим в воздухе. Это был административный и транспортный узел города, включая портальную апертуру, ведущую в астральное пространство и обратно.

Транспортная инфраструктура города была полностью выполнена в стиле стимпанк. Чрезмерно сложные отражения периода на Земле, которого никогда не существовало, они смешивали викторианские и современные технологии с магией. Паровые двигатели работали на смеси квинтессенции огня и воды; угля не было. Точной физики тоже было не так много, как уверяли Юми несколько ученых и инженеров.

Было несложно заинтересовать людей возможностью изучить инфраструктуру города. Шла гонка вооружений, как в магии, так и в сочетании магии и технологий. Оба города астрального пространства предлагали доступ к примерам, не похожим ни на что на Земле, что помогло усилиям Юми по набору персонала. Исследователи были высоко в ее списке приоритетов по набору.

Магитех был следующей гонкой вооружений, по крайней мере, пока больше пользователей эссенций не достигнут больших высот силы. Был также вопрос об Инженерах Вознесения и их хранилище, оставленном Джейсону загадочным Мистером Севером. Джейсон направил свою бабушку искать этичные способы продолжения ужасных экспериментов ИВ.

С дирижабля Юми видела людей, передвигающихся по городу внизу. Огромный город был по большей части пуст, большая его часть была запретной зоной. Опасности не было, просто не хватало людей, чтобы полностью заселить огромный город. Даже волны беженцев не могли заполнить все пространство.

Жители были эклектичной группой, среди них было меньше людей, чем не-людей. Потребовалось немало политических маневров, но почти каждая страна, затронутая зонами трансформации, разрешила тем, кто был превращен зонами в не-людей, эмигрировать на территорию Асано. Заставить другие страны признать землю клана суверенной — это было совсем другое дело, но вампиры, удерживающие большую часть материковой Европы, привели к более гладким отношениям. Отчаянно нуждаясь в дружественной территории, Юми выжала из них уступки, прежде чем позволить их силам доступ на территорию Асано.

Территориальная оборона клана атаковала тех, у кого были злые намерения, отгоняя многих солдат и даже некоторых беженцев. Это было главным предметом спора, но Юми не пошла бы на компромисс с защитной магией, даже если бы могла. Ей и так хватало проблем, без добавления шпионов и атак вампиров в свой список.

Теперь появилась новая проблема. В прошлом были инциденты, которые, как она была уверена, вели к Джейсону — грозы из ниоткуда или небо, окрашивающееся в красный цвет. Однажды, без предупреждения, небо над землями Асано превратилось в ночь, в то время как снаружи оставался день. В другой раз домен был накрыт куполом из кирпичей на несколько минут, после чего ландшафт территорий и астральных пространств сильно переконфигурировался.

Этот последний инцидент был хуже, чем все, что было до этого. Он имел потенциал обрушить все, и впервые Юми была по-настоящему обеспокоена. Происходила внезапная и быстрая деградация городской инфраструктуры, особенно стен. Прошли всего минуты, но город уже был на пути к тому, чтобы выглядеть постапокалиптически. Растущее состояние тревоги было видно даже с этой высоты. Люди на земле двигались с быстрой суетой, как муравьи, чье гнездо только что пнули.

Юми перевела взгляд на самую большую проблему, которой были стены и территория за ними. Стены города астрального пространства имели встроенную защиту от внешнего мира, ставшую еще сильнее, когда город был реконструирован. В городе Нитра это были автоматизированные турели Гатлинга поверх стен, каждая установка размером с грузовик доставки.

Обычно защита была не нужна. Монстры редко совершали набеги на стены, пушки в основном справлялись со случайными летунами. Но деградация города сопровождалась деградацией монстров. Живые монстры превращались в нежить. За то короткое время, что потребовалось Юми, чтобы войти в астральное пространство и сесть на дирижабль, орда неживых чудовищ пришла, ковыляя, чтобы осадить городские стены. Хуже того, прибывали монстры бронзового ранга, которые обычно избегали города.

Если начнут прибывать монстры серебряного и золотого ранга, ситуация станет значительно хуже. Турели на стенах излучали силу золотого ранга, но даже если их было достаточно, как долго это будет оставаться правдой? Как и у всей остальной городской инфраструктуры, были признаки того, что стена и ее турели начинают разрушаться.

Остатки облачного дворца Джейсона распространились по пустынному небу, полосы темных облаков взрывообразно сгорали в воздухе, оставляя огненный след. На земле спутники Джейсона с беспокойством наблюдали за этим. Все, кроме Гэри. Он смотрел вниз на аватара, теперь сморщенную оболочку, неподвижную внутри золотых цепей, привязывающих его к земле. Он дал ему экспериментальный пинок, и тело рассыпалось, как древесный уголь, поднимая черную пыль. Уменьшившись до нормального размера, все еще на голову выше всех, кроме Посланников, Гэри переместился к остальным, превратившись в размытое пятно.

— Что происходит? — спросил он, присоединяясь к остальным в созерцании неба. — Это системное сообщение о Джейсоне звучало не очень хорошо, но аватар наконец мертв. Мы победили?

— Нет, — сказал Борис. — Асано не смог очистить всю власть бога, прежде чем она вошла в его душу. Поле битвы сместилось внутрь самого Асано.

— Разве это не хорошо? — спросила Белинда. — Он всемогущ в своем царстве души, верно?

— У него там есть богоподобная сила, это правда, — сказал Борис. — Но он позволил силе настоящего бога также войти туда. Пригласив эту силу внутрь, он дал ей определенную опору в своем духовном царстве.

— Почему приглашение имеет значение? — спросила Софи.

— У богов свои правила, — сказал Клайв. — То, что невозможно для нас, легко для них, в то время как обратное иногда тоже верно. Джейсон теперь сражается по их правилам.

— Он прав, — сказал Борис. — Как и мой вид, Асано существует на границе между физическим и космическим, между смертным и бессмертным. Мы, Посланники, в основном находимся на физической стороне этой линии, двигаясь дальше к космической по мере того, как приближаемся к становлению астральными королями. Джейсон все ближе подходит к этой линии, и в этой битве у него по одной ноге с каждой стороны. Как сказал этот человек…

Он указал на Клайва.

— …простите, я не расслышал вашего имени. Но как он сказал, Асано теперь сражается по их правилам.

Софи взглянула на Хамфри, стоявшего рядом с ней, его лицо было бурей гнева.

— Нам нужны практические решения, — сказала Мириам. — Что нам делать? Где он вообще? В этом взрывающемся облаке?

Облако все еще было водоворотом тьмы, из которого горящие шлейфы дыма вылетали, как фейерверки.

— Возможно, мы в порядке, — сказал Борис. — Я полагаю, что Асано преобразовал больше силы, чем попало в его душу в неизменном виде. Эти силы сейчас будут воевать внутри него, и он может победить. Если нет, это станет очевидным, когда он выйдет оттуда как монстр-нежить.

— Как нам помочь ему? — спросил Нил.

— Если не считать того, чтобы войти в душу Асано и присоединиться к битве, я не думаю, что мы можем, — сказал Борис.

— Это такая же хорошая фраза для входа, как я мог бы попросить, — сказал Ник. — Спасибо, двукрылый корм.

Все они обернулись и увидели кролика-человека и Тень, стоящих перед порталом души Джейсона.

— Двукрылый корм? — спросил Борис. — Ты говоришь обо мне?

— Именно так, ты, куриное крылышко, матерно-ругательный…

— Скорость — наш девиз, мастер Ник, — заметила Тень.

— Точно, да, — сказал Ник, затем дернул большим пальцем на портал одной рукой, указывая на команду Джейсона по очереди другой.

— Вы, ребята, вы — план Б. Входите туда.

— Только обладатели серебряного ранга? — спросила Мириам.

— Двукрылый корм тоже может пойти, — сказал Ник. — И леди-терапевт.

— Мир души мистера Асано сейчас довольно нестабилен, — объяснила Тень. — Те, кому он безоговорочно доверяет и на кого полагается, будут инстинктивно защищены, но другие будут в опасности. Посланники способны выдерживать экзотические пространственные силы, поэтому они также могут принести помощь.

— Тогда я приведу всех своих людей, — сказал Борис.

— Погоди, куриные крылышки, — сказал Ник. — Нет никакого способа, чтобы вы, наггетсы…

— Пожалуйста, приведите их всех, — сказала Тень. — И сделайте это с…

Колин вывалился из портала в своем состоянии кровавого клона, но в значительно худшем состоянии. Части его выглядели идентично Джейсону, а другие были глянцево-красными. По всему его телу были большие раны, и мертвые, окрашенные в фиолетовый цвет пиявки падали с гниющей плоти.

— Быстрее, — прорычал Колин голосом Джейсона, затем пошатнулся обратно через портал.

Кетеван Арзиани стояла рядом с Юми, также осматривая город. После того, как фракционный конфликт внутри Сети развалил филиал, директором которого была Кетеван в Австралии, Юми переманила ее. Ее сочетание административного опыта и знакомства с магией оказалось благом для клана Асано во время их быстрого первоначального расширения. Больше всего она доказала, что является верным союзником клана Асано.

— Это кажется хуже, чем предыдущие инциденты, которые вы описывали, — сказала Кетеван.

— Да, — подтвердила Юми. — Сочетание скомпрометированных стен и волны монстров-нежити, атакующих их, — это то, для чего у меня нет решения. Города в астральных пространствах — это наша запасная позиция, если что-то случится с территорией на Земле. Если города падут, мы потеряем все.

— Тогда что нам делать?

— Это выше нас. Буквально. Это может быть только что-то, происходящее с Джейсоном. Все, что мы можем сделать, это увести людей от стен и надеяться, что, что бы это ни было, Джейсон справится с этим, прежде чем мы начнем терять людей.

— Что с ним происходит, что это продолжается? — спросила Кетеван. — Если нежить захватит это место, оно превратится в еще один Макассар.

— Я не знаю, что с ним происходит, — сказала Юми. — Я не уверена, что он рассказал нам все, через что прошел здесь, не говоря уже о мире, полном магии.

— Значит, мы просто ждем?

— Нет, — сказала Юми. — Мы ждем и верим. Если бы мы делали это немного больше, когда он был здесь, он, возможно, не ушел бы таким злым.

Кетеван не ответила, зная, что это не принесет ей пользы. Хотя она не была категорически не согласна со своей новой начальницей, у нее были свои взгляды на то, как Джейсон вел себя. Его гнев и отказ объяснить, что он делает после смерти брата, были понятны, но также контрпродуктивны.

Возможно, потому что Джейсон не был для нее семьей, Кетеван обнаружила, что ей трудно иметь ту веру в него, которая была у Юми. Она посмотрела на массивную металлическую стену, ржавеющую прямо перед ней, и почувствовала страх. Оставлять свою судьбу в руках кого-то другого, будучи не в силах повлиять на исход, было тревожно. Он был так далеко, в обстоятельствах, о которых она, вероятно, никогда не узнает. Это было похоже на то, как будто ты заперт в руке какого-то капризного бога.

Внимание женщин привлек верх стены. Турели, даже те, что были сломаны и перестали работать, полыхали бело-серебряным светом. Они выплевывали линии света, как трассирующие пули, уничтожая нежить внизу.

— Видишь? — сказала Юми. — Мальчик справляется с этим.

Кетеван ничего не сказала. Одно изменение не означало, что ситуация разрешена.

Глава 37 НЕТ ПРЕДЕЛА

Глава 37 НЕТ ПРЕДЕЛА

Мир души Джейсона разрушался. Деревья гнили и падали. Здания рушились, целые секции отваливались, оставляя их неспособными выдержать собственный вес. Земля превращалась в фиолетово-черную жижу. Призрачные белые пламена сопротивлялись посягательству, но это была проигрышная битва. Огонь был движим волей Джейсона, а его воля была истощена.

Джейсон стоял посреди поля, измученный и едва держащийся на ногах. Прошло много времени с тех пор, как боль беспокоила его, после многих лет отрубленных конечностей, пронзаний и даже обезглавливания от рук его врагов. Больше всего на свете, ничто не могло сравниться с его первой встречей со Строителем. Великое астральное существо очистило его душу, соскабливая внешнюю оболочку, чтобы Джейсон впустил его.

Это было хуже. Сила Нежизни пожирала его изнутри наружу, сдирая его душу и присваивая ее себе. Она все еще была движима только бездумным эхом отсутствующего бога, но это эхо ударяло Джейсона, как гром, избивая его снова и снова. И как только сила полностью завладеет им, она овладеет его волей, оставив Джейсона ничем иным, как пустой марионеткой.

Он хотел продолжать сражаться. Продолжать сопротивляться и отвоевать то, что было отнято. Но передышки не было, как это было со Строителем. Не было часов, которые истекли бы, если бы он просто продержался достаточно долго. Джейсон не сдавался, но и борьбы в нем больше не осталось. Больше нечем было сражаться.

Мир души разрушался, не только физически, но и по самой своей природе. Все находилось в состоянии потока, уязвимое для манипуляций любого, у кого была на то воля. Его чувство пространства было шатким в лучшем случае; его прежнее всеведение подвело его. Он достаточно сосредоточился, чтобы укрепить определенные области. Пространство, в котором жила мать Софи, продержится дольше, чем большинство мест, как и подземные пещеры светлосердечных. Но ничто не будет длиться вечно. Когда падет Джейсон, падут и они.

Джейсон даже не заметил, что закрыл глаза. Несмотря на боль, он чувствовал желание лечь, как будто гравитация становилась сильнее. Он хотел упасть, закрыть глаза и отпустить. Он сделал резкий вдох сквозь стиснутые зубы, борясь со своим желанием сдаться.

Джейсон открыл глаза и посмотрел на аватара бога вдалеке. Он стоял неподвижно, возвышаясь над деревьями, как кайдзю. Он знал, что физический аватар мертв, но это всегда была оболочка. Истинной его сущностью была сила Нежизни, и теперь она была внутри души Джейсона. Даже этот аватар не имел значения. Это было просто представление в его разуме, бессознательно созданное самим Джейсоном. Сила была повсюду, как и ущерб, который она наносила, пережевывая ландшафт.

Отчаяние отравляло разум Джейсона, что в свою очередь отравляло землю вокруг него. Цвет вымывался из того, что оставалось неиспорченным, в то время как порча становилась все более яркой, местами даже проявляя фиолетовое свечение. Не в силах удержаться на ногах, Джейсон упал на колени.

— Это все? — спросила Тень с презрительным разочарованием. — Это все, на что ты способен, мистер Асано?

Джейсон посмотрел на Тень, боль и обида были написаны на его лице.

— Тень?

— Что вы делаете, мистер Асано?

— Я думал… я думал, что смогу…

Джейсон склонил голову, слезы выдавились из его глаз, когда он крепко их зажмурил.

— Я думал, что меня достаточно, — прошептал он со стыдом.

— А теперь вы думаете, что нет? — спросила Тень.

— Я истощен, Тень. У меня ничего не осталось.

— Вы думаете, что воля — это как мана? Что вы можете сжечь ее, выбросив несколько способностей? Использовать все это в бою? Кто убедил вас, что это такая маленькая вещь?

— Я не могу…

— Светлосердечные здесь, мистер Асано. Все, что осталось от всей их цивилизации. Как вы думаете, через что они проходят прямо сейчас, когда все это происходит вокруг них? Насколько они беспомощны? Насколько напуганы?

— Я хочу сражаться, вы знаете, что хочу. Я просто не думаю, что могу.

— Если дух готов, вы думаете, имеет ли значение, если тело слабо? В этом месте? Вы думаете, это воздух, которым вы дышите?

— Я не дышу. Погодите, вы только что процитировали «Матрицу»?

— Я знаю, что вы испытываете больше боли, чем когда-либо чувствовали. Я знаю, что вы цепляетесь за здравомыслие только потому, что вся боль, которая была до этого, подготовила вас.

— Этого недостаточно, — выдавил Джейсон.

— Вы думаете, что находитесь на пределе, мистер Асано, но у воли нет предела. Единственный способ, которым ваша воля может быть исчерпана, — это если вы решите бросить. Если вы откажетесь от себя, от своих друзей, от всех людей, укрывающихся здесь. Вы думаете, что не можете сражаться, но вы сражаетесь. Каждый момент, когда вы не сдаетесь, битва продолжается. Вы думаете, что исчерпали свою силу воли, но ее невозможно исчерпать. У воли нет предела, пока у вас есть решимость продолжать сражаться, продолжать стоять.

— Я не знаю, смогу ли.

— Мистер Асано, я знаю вас уже некоторое время. Вы знаете, что делает вас особенным? Что сделало вас центром внимания стольких могущественных сил, как союзников, так и врагов? Почему люди готовы рискнуть всем ради вас?

— Обаяние? — спросил Джейсон, болезненная, полурыдающая подача слов подрывала попытку юмора.

— Решимость, мистер Асано. Решимость помогать людям просто потому, что они в этом нуждаются. Стоять, когда никто другой не может или не хочет. Делать безумный выбор, потому что его нужно сделать, даже если это убьет вас. Раз за разом вы делаете это, и теперь вы должны сделать это снова. Стойте, потому что должны. Потому что люди нуждаются в этом. Стойте, даже если вы не думаете, что можете. Я думаю, вы можете. Я знаю, что можете.

Джейсон посмотрел на Тень, понимая, что Гордон и Колин рядом с ним. Колин, более тесно связанный с ним, чем остальные, едва стоял, опустошенный нежитью, как и земля вокруг них.

— На ноги, мистер Асано. Я знаю, вы думаете, что достигли своего предела, но предела нет.

— Такое чувство, что есть предел.

— Строитель однажды пытался убедить вас, что это так, через боль. Это была ложь, потому что он знал, что все, что вам нужно было сделать, — это говорить ему «нет» вечно, и он ничего не смог бы сделать.

— Это не было похоже на «ничего».

— Нет, но это все еще была ложь, что вы могли бы сдать свою душу. И теперь вы говорите себе эту ложь. Даете себе оправдание, чтобы сдаться. Чтобы поддаться боли. Нам нужно, чтобы вы приняли эту боль, мистер Асано. Чтобы вы приняли ее и борьбу, которую она представляет. У вас есть решимость? Или вы сдадите Колина богу Нежизни? Вы откажетесь от матери мисс Векслер, от всего, что осталось от светлосердечных?

Джейсон посмотрел на Тень, когда надежда, страх и сомнение боролись на его лице.

— Я не знаю, смогу ли.

— Вы можете, и я скажу вам как. Вы забыли самый фундаментальный урок о том, что это за место, или, возможно, вы никогда по-настоящему его не усвоили.

— Что?

— Вы давно не человек, мистер Асано, но именно им вы все еще являетесь в своем разуме. Вот почему вы устанавливаете себе пределы в месте, где у вас их нет. Возможно, вы боитесь того, что произойдет, когда вы по-настоящему отпустите то, кем вы являетесь, но этот страх ложный. Это не то, кто вы есть, а то, кем вы были. Вы оставили это позади давным-давно, но отказываетесь признаться в этом себе. Вы продолжаете говорить людям, что вы не человек, как будто произнесение этого — талисман, который позволит вам сохранить свою человечность. Простите, мистер Асано, но это ускользнуло сквозь ваши пальцы давным-давно, и вам нужно принять это, если вы собираетесь дать отпор. Есть предел тому, как далеко можно подтолкнуть человека, мистер Асано, но вы не человек. Вы просто использовали силу этого места, чтобы превратить себя в него. Когда вы отпускаете эту идею, вы отпускаете ограничения, которые она на вас накладывает. Это не ложка гнется; это только вы сами.

Джейсон сделал несколько всхлипывающих вдохов. Он подался вперед, опираясь кулаками о землю, чтобы помочь себе нетвердо встать на ноги.

Друзья Джейсона, Борис и его армия Посланников двигались по все более жалкому ландшафту. Эфирный призрачный огонь и светящаяся фиолетовая порча были повсюду, а все остальное было лишено цвета и жизни. Их вели Ник и одно из тел Тени, направляясь к очевидному ориентиру: возвышающемуся аватару.

— Я думала, эта штука умерла, — сказала Софи.

— Нет, — сказал Гэри. — Аватар, с которым я сражался, был лишь сосудом для силы Нежизни. Когда сила переместилась сюда, сосуд там остался пустым и инертным.

— Значит, ты можешь сразиться с ним снова?

— К сожалению, — сказала Тень, — божественная сила, наполняющая мистера Ксандье, не поможет ему в этом месте. Если только он не использует ее, чтобы попытаться захватить душу мистера Асано. За что я буду благодарен ему, если он не будет этого делать.

— Почему это не сработает? — спросила Софи.

— Потому что мир души Джейсона — это не истинное физическое пространство, — сказал Клайв. — Мы, по сути, бродим по воображению Джейсона.

— Правда? — спросил Нил.

— Нет, — сказал Клайв, — но это лучшее объяснение, которое вы получите. Реальность совсем не такая, но полное объяснение дико сложное и включает метафизическую теорию, на освоение которой ушли бы годы изучения. У меня нет времени учить, а у вас нет времени учиться.

— Или склонности, — сказал Нил.

— Или способности, давайте будем честны, — сказала Софи. — Нет никакого способа, чтобы я высидела хотя бы одну лекцию Клайва, не заснув, не говоря уже о годах таких лекций.

— Вы не знаете, что теряете, — сказала Белинда. — Многие люди ухватились бы за шанс учиться у Клайва.

— Спасибо, — сказал он.

— Мистер Стендиш прав, утверждая, что мир души мистера Асано работает по другим правилам, чем нормальная физическая реальность, — сказала Тень. — Это более верно сейчас, чем когда-либо. Из-за природы этого пространства ваши способности эссенций будут неэффективны.

— Тогда как нам сражаться? — спросил Хамфри.

— В этом месте, если вы не начнете пытаться захватить его для себя, как это делает сила Нежизни, единственное, что вы можете использовать, — это воля. Намерение навязать себя миру вокруг вас.

— Использование воли как активной силы — это то, что могут делать только обладатели золотого ранга, — сказала Арабель. — За исключением таких исключений, как Джейсон.

— Природа этого места меняет это, — объяснила Тень. — Пока ваше намерение сфокусировано, вы обнаружите, что проявление вашей воли в пространстве вокруг вас не просто возможно, но естественно. Это даже будет полезным преимуществом, как только они достигнут золотого ранга.

— Как нам использовать это? — спросил Хамфри.

— Как я уже сказал, — объяснила Тень, — ключ — это фокус. Наличие структуры для использования в качестве основы для этого фокуса должно быть чрезвычайно полезным. Я бы порекомендовал попытаться воссоздать ваши обычные способности, так как это не только даст вам знакомую основу, но и позволит действовать в соответствии с вашим собственным опытом.

— Погодите, — сказала Софи. — Вы сказали, что использование наших способностей эссенций будет неэффективным, но теперь вы говорите, что лучшее, что можно сделать, — это использовать их?

— Нет, — сказала Тень. — Я не говорю вам использовать ваши способности эссенций. Я говорю вам проявить свою волю к миру вокруг вас таким образом, который воспроизводит природу ваших способностей эссенций.

— Что, по сути, означает использовать их, очень, очень сильно желая, чтобы они сработали, — отметила Софи.

— Это...... не совсем неточно, — неохотно признала Тень. — Но я бы не назвал это по-настоящему репрезентативным для…

— Я понимаю, почему вы фамильяр Джейсона, — сказала Софи. — Вы ужасно объясняете вещи.

Джейсон стоял с закрытыми глазами, отключаясь от всего. Он отложил в сторону свое чувство мира вокруг себя, свое собственное тело. Свои эмоции, свое истощение. Достигнув состояния пустого разума, он даже смог отложить боль. Каждая вещь, которую он откладывал, оставалась для него, чтобы изучить ее в своем состоянии медитативного спокойствия.

Как всегда, Тень оказалась права. Стоя в стороне от них, он мог видеть, как много из того, что он считал своей основной природой, было искусственным. В его мире души даже его смертность была вымыслом, который он создал для себя.

Вещи, которые были реальны, были все внешними по отношению к нему самому, чуждыми его личному миру. Он мог чувствовать своих друзей, движущихся ему на помощь. Испуганные массы светлосердечных под землей. Были также Посланники, как его пленники, так и те, кто прибыл с его друзьями.

Последней реальной вещью была боль. Это была сила Нежизни, растущая, как рак, чтобы захватить все, что она могла. Это была единственная вещь, которая бросала вызов абсолютному контролю Джейсона, единственная вещь, которая могла изменить правила его мира. Джейсон мог отключить смерть и сохранить своих друзей в безопасности, но враг мог отменить это изменение и убить их. Это было неприемлемо. Если собиралась быть битва за его душу, Джейсон собирался выбрать поле битвы. Он устроит битву, где его друзья не будут принесены в жертву.

Он отбросил почти каждую часть себя, отрезая их, пока не осталось ничего, кроме воли, силы и решимости сражаться. Боль он должен был сохранить, впустить обратно в себя, чтобы бороться с ней. Он открыл глаза и обнаружил, что находится перед аватаром. Он двинулся вперед, чтобы принять боль.

Глава 38 ГЕГЕМОН

Глава 38 ГЕГЕМОН

Контингент, пробирающийся через мир души Джейсона, состоял из двух групп. Одна — спутники Джейсона, ведомые Ником и одним из тел Тени. Другая — Борис и его группа Посланников. По совету Тени и Ника, обе группы двигались быстро, но не на предельной скорости. С миром, рушащимся вокруг них, даже летя по воздуху, они могли наткнуться на внезапную вспышку порчи. Они двигались быстро, держась близко к земле, но не на ней. Посланники могли летать, в то время как авантюристы, которые не могли, плыли в раковине Онслоу.

Находиться в полусформированном астральном королевстве в процессе пожирания богом было для Бориса редчайшей вещью: совершенно новым опытом. Для его Посланников это было крайне нервирующим, и он использовал свою ауру, чтобы держать их в спокойствии.

Они пробирались через сады, увядающие от гнили, и леса, где деревья падали вокруг них. Земля под ними случайным образом превращалась в ядовитое болото. Дрожь сотрясала землю и воздух, по крайней мере раз в каждую минуту. Безоблачное небо время от времени стреляло молниями и сменялось с дня на ночь, быстро и без предупреждения.

Борис понимал, что происходит, больше, чем кто-либо в их контингенте, за исключением, возможно, Тени. Зарождающаяся реальность мира души Асано распадалась, переходя из физического мира в туманное концептуальное пространство. Если бы она зашла слишком далеко по этому пути, все внутри нее были бы уничтожены.

Их целью был аватар, возвышающийся монолит вдалеке. Он не двигался, потому что ему не нужно было. Настоящая сила заражала землю вокруг них. Борис понимал, что это просто концептуальное представление силы Нежизни, но это не означало, что оно не было полезным. Это было то, на чем они могли сосредоточиться в своих попытках помочь Асано.

Когда они приблизились, аватар размером со здание казался еще выше. Белинда высунулась из одной из открытых сторон раковины Онслоу, чтобы посмотреть вверх.

— Что он делает? — задалась она вопросом вслух.

— Аватар — это просто представление силы Нежизни, — сказала Тень. — Его атака направлена не против чего-то конкретного, а против самого мира. Порча, происходящая вокруг нас, — это ущерб, который он причиняет.

Группа остановилась на большой лесной поляне, в основном занятой ногами аватара. Пространство вокруг него было странным образом свободно от его разлагающего влияния.

— Что нам теперь делать? — спросила Тайка. — Ударить его по лодыжке?

— Что-то вроде того, — сказал Ник. — Я собираюсь испортить эту штуку.

— Безопасно ли тебе быть здесь? — спросил Хамфри. — У тебя нет эссенций.

— Вы что, не слушали ужасное объяснение Тени? — спросил Ник. — Эссенции не значат черта лысого. Это не более и не менее опасно для меня, чем для вас.

— И это не настоящий аватар, — сказала Тень. — Это творение мистера Асано.

— Зачем ему создавать аватара здесь? — спросила Тайка.

— Чтобы у нас было во что ударить, — сказала Софи. — Разве не об этом вы говорили с основами, волей и всем таким? Злая сила повсюду, гниет это место изнутри наружу. Беготня вокруг, удары по деревьям и грязи не приведут нас далеко, но это место все воображаемое. Джейсон вообразил что-то, во что мы можем воткнуть ботинок. Если мы можем визуализировать что-то, чтобы ударить, мы можем ударить.

Все повернулись, чтобы посмотреть на Софи.

— Что? — спросила она.

— Думаю, — сказала Белинда, — что они только что поняли, что ты находишь теорию магии гораздо более понятной, когда конечный результат — это удар по чему-то.

— Мы авантюристы. Если конечный результат — не удар по чему-то, в чем смысл?

— Мисс Векслер права, — сказала Тень.

— Она права? — спросил Нил.

— Насчет цели мистера Асано, а не насчет ударов по вещам.

— Я полностью права насчет ударов по вещам.

— Мистер Асано, — продолжила Тень, игнорируя ее прерывание, — создал это представление для всех вас, чтобы вы могли сосредоточиться. Однако есть опасность. Те же факторы, которые позволяют вам использовать представление аватара в качестве цели, позволяют силе Нежизни воплотиться в этом представлении.

— Что это значит? — спросил Хамфри.

— Это значит, что аватар может решить дать отпор, — сказал Борис, двигаясь, чтобы присоединиться к авантюристам. — Это было бы хорошо, однако. Мы здесь, чтобы отвлечь как можно больше внимания этой штуки. Если мы сможем подтолкнуть его к тому, чтобы он вселился в эту штуку и сразился с нами, это будет серьезным отвлечением.

— Подозрительный человек с крыльями прав, — сказала Тень. — Если вы сможете побудить силу вселиться в представление аватара, это значительно уменьшит сложность задачи мистера Асано.

— А стояние здесь и приятная болтовня ничего не дадут, — сказал Ник. — Я собираюсь атаковать эту штуку.

— Как? — спросила Тайка. — Ты собираешься бросить морковку ему в колено?

Ник начал выдувать воздух изо рта со звуком, похожим на ветер, проходящий через ущелье. Он быстро помахал двумя пальцами одной руки перед лицом, издавая резкий свистящий звук. Маленькое облако появилось в воздухе и устремилось вниз к ним.

— Бро, это облако из «Обезьяньей магии»?

Облако остановилось перед ними, и Ник забрался на него. Затем он полез в облако у своих ног, вытащил массивный огнемет и повесил его на себя. Облако рвануло в сторону аватара, извергая белый огонь. Тайка наблюдал за всем этим, открыв рот.

— Что это, черт возьми, было? — спросила Тайка.

— Реальность здесь — это совсем не реальность, — объяснила Тень. — Это место — только концепция, и эта концепция разрушается. Она предоставляет уникальную возможность для воли без огромной силы позади нее формировать мир, как бог мог бы. Мастер Ник понимает это лучше, чем большинство, так как у него есть близость к этому месту. Но я бы посоветовал воспроизвести ваши способности эссенций как наиболее эффективные…

— К черту это, — сказала Тайка, когда гигантский робот спустился с неба.

Ник немедленно прилетел обратно, выкрикивая ругательства.

— Что ты делаешь? — закричал кролик-человек.

— Я вызвал Вольтрона, очевидно, — крикнул Тайка в ответ.

— Ты вызвал транспортного Вольтрона! — обвинил Ник.

— Это лучший Вольтрон!

— Я месячный кролик, который никогда не покидал карманную вселенную, в которой родился, и я знаю, что это худший Вольтрон.

— Откуда? — спросила Тайка.

— Не знаю. Думаю, знание того, что транспортный Вольтрон отстой — это фундаментальный аспект моего вида.

— Да, он был создан Джейсоном, это точно, — пробормотала Фарра. — Можем мы, пожалуйста, перестать говорить о Вольтроне и пойти сразиться с каким-нибудь злом?

Фарра шагнула вперед, наколдовав свой массивный обсидиановый меч. Сейчас он был в состоянии двуручного меча, лезвие состояло из рваных каменных выступов, как грубая пила.

— Я собираюсь использовать свои способности эссенций как основу, — сказала она, — но если мы просто заставляем вещи случаться…

Музыка начала греметь с неба, и Фарра взлетела в воздух, несомая на крыльях огня.

— Натбуш, — сказала Тайка. — Хорошо. Погнали, Вольтрон!

— Выбери Вольтрона получше!

— Соси, кролик!

Тень наблюдала, как Тайку подхватил гигантский робот, Ник летел рядом, продолжая кричать друг на друга.

— Интересно, нужен ли Энтони Хопкинсу фамильяр? — задумалась она.

— Кто такой Энтони Хопкинс? — спросил Клайв.

— Это было вслух? — спросила Тень. — О боже.

Все авантюристы перешли в атаку, пока аватар оставался неподвижным. Он не проявлял признаков повреждений от любой формы атаки, что, как заверила их Тень, было нормально. Цель состояла в том, чтобы угрожать силе, рассеивая ее фокус и выигрывая время для Джейсона. Единственным путем к победе было то, что Джейсон преобразует остатки силы из нежизни в энергию смерти.

Посланники также перешли в атаку. Под руководством Бориса все они начали стрелять перьями из своих крыльев. Перья меняли свой первоначальный цвет во время полета, светясь серебром, золотом и синевой трансцендентной силы.

Половина авантюристов последовала совету Тени и сражалась так, как они делали бы вне мира души. Софи, Хамфри, Руфус и Арабель — все сражались как обычно, выражая свою волю через уверенность в своих способностях. Гэри сражался как свой смертный «я», хотя он все еще был больше обычного с гривой золотого огня.

Сташ не последовал примеру Хамфри сражаться нормально, насколько оборотень-дракон вообще делал что-то нормально. Он превратился в массивную версию Хамфри, размером с аватара и робота Тайка. У него были густые усы, и он был голым, если не считать сэндвич-борда с надписью ВОЛЬТРОН спереди и сзади.

— Я ВСЕ ПРАВИЛЬНО СДЕЛАЛ? — проревел гигантский Сташ.

— Все еще не худший Вольтрон!

— Заткнись, кролик!

— СТАШ! — взревел Хамфри. — Надень штаны!

Нил, будучи целителем, проигнорировал свои способности эссенций и присоединился к Нику и Тайке в более творческом подходе. Он стоял на земле, посылая линию из невероятно толстых клонов Джейсона, неловко ковыляющих к аватару, многие из них спотыкались и с трудом поднимались на ноги. Добравшись до аватара, каждый пытался залезть на его ногу, жалко проваливался и взрывался.

Онслоу поплыл в воздух с Клайвом и Белиндой внутри своей раковины. Клайв махал руками, как дирижер, пока линии золотого света наполняли небо, рисуя десятки ритуальных кругов. Они не только окружали аватара, но и складывались стопкой, как ломтики колбасы.

— Было бы пустой тратой не поэкспериментировать с некоторыми из моих планов боевых ритуалов для золотого ранга, учитывая возможность, — сказал он.

Ритуальные круги появились над раковиной Онслоу, по одному перед каждой из рун на спине Онслоу. Клайв протянул руку, и маленькая гуманоидная черепаха, которой был Онслоу, потянулась вверх, чтобы схватить ее. Клайв улыбнулся ему.

— Давай.

Элементальные атаки вырвались из рун на спине Онслоу; молнии и огонь, очищающие ветры и острые как бритва струи воды, которые могли резать сталь. Все они попали в ритуальные круги перед ними и исчезли. Они появились снова, воспроизведенные многократно, когда они вышли из кругов, окружающих аватара. Они прошли через слоистые стопки кругов, становясь все больше и мощнее с каждым из них, через который проходили. Каждая атака становилась штормом элементальной силы, который обрушивался на аватара в ослепляющем катаклизме.

— Думаю, нам нужна помощь, — сказала Белинда в голосовом чате.

— Как работает голосовой чат? — спросил Хамфри. — Это Джейсон делает?

— Нет, — сказала Белинда. — Просто мы можем делать по сути все, что угодно. Имело смысл использовать странную магическую штуку, чтобы хотя бы разговаривать друг с другом. Я заблокировала Тайку и кролика от участия, правда.

— Ты сказала, нам нужна помощь, — сказал Хамфри. — Какого рода......

Земля содрогнулась от грома шагов, когда четвертый гигант появился рядом с аватаром, роботом и Сташем. Он выглядел как Клайв, за исключением одежды, телосложения и прически женщины.

— Белинда, — сказал Клайв сквозь стиснутые зубы.

— Да, Клайв? — спросила она, невинная, как щенок.

— Что это?

— Думаю, ты знаешь, кто это, Клайв.

— Это не моя жена!

— О, — сказала Белинда с неловкой гримасой. — Семейные проблемы?

Ответ Клайва застрял у него в горле, когда они все повернулись, чтобы уставиться на аватара, который наконец начал двигаться.

Гегемон был пуст. Он отбросил почти каждую часть себя, от своей смертности до своего имени. Не было пространства, не было времени. Была только воля, сила, решимость и боль. Ему нужно было принять боль, чтобы уничтожить ее, но он был не уверен, как. Боль была сильной и голодной.

Это была внешняя вещь, что-то, что не принадлежало. Затем было что-то еще. Что-то танцующее вокруг боли, как сухие листья, плавающие на горячем воздухе костра. Если бы огонь вспыхнул, они бы сгорели. Гегемон нашел это неприемлемым, но не мог вспомнить почему. Он просто знал, что они принадлежат, а боль — нет. Он не позволит боли сжечь их.

Теперь он знал, что делать. Как сражаться. Не как человек, так как он не был человеком. Он был гегемоном, и пришло время боли понять это. Он не позволит боли навредить вещам вокруг себя, даже если Гегемон все еще не знал, что это такое. Он знал, что их нужно защищать, и защищены они будут.

Глава 39 ЧУДЕСА РАБОТАЮТ В ДРУГОМ МАСШТАБЕ

Глава 39 ЧУДЕСА РАБОТАЮТ В ДРУГОМ МАСШТАБЕ

Аватар Нежизни в мире души Джейсона не был тающей, измученной массой, которой был настоящий аватар, когда сражался с Гэри. Он стоял высотой с пятнадцатиэтажное здание, в полноте своей мощи. Без кожи, красно-фиолетовая плоть. Раны, которые показывали не слабость, а силу, фиолетовый свет сиял изнутри.

Спутники Джейсона атаковали его средствами, варьирующимися от обычных до абсурдных, Посланники также присоединились. Несмотря на все это, не было никаких признаков того, что аватар даже заметил это. От огня до взрывов и трансцендентной энергии, ни способности эссенций, ни странные инструменты воображения не показали никакого видимого воздействия. Ничто из того, что они делали, не могло повредить ему, но они получили то, что хотели: реакцию от аватара.

Возвышающийся неживой бегемот повернулся, чтобы оглядеться, фиолетовый свет пылал из пустых глазниц. Он осмотрел гигантского Клайва и робота, сделанного из дешевого игрушечного пластика. Он не моргнул на огромного усатого Хамфри, голого, если не считать сэндвич-борда, или рой мелких комбатантов, разбросанных вокруг него, как насекомые.

Аура бога Нежизни обрушилась на все, как цунами. Ее грубая мощь смыла выражения воли, используемые для атаки аватара. Способности эссенций дрогнули; миссис Клайв и транспортный Вольтрон исчезли, вместе с ритуальными кругами Клайва, которые, мгновения назад, наполняли небо. Сташ вернулся к своей естественной форме слоноподобного дракона с переливающимися радужными чешуйками. Музыка Тины Тернер перестала греметь, и те, кто летел, внезапно обнаружили, что падают.

Аватар потянулся к самому большому из своих падающих врагов, Сташу, двигаясь быстро для своего массивного размера. Он схватил только воздух, когда гром прогремел, как бомба, сотрясая аватара, оставляя всех остальных нетронутыми. Гром произнес слово, которое сотрясло воздух, рокочущее, но безошибочное.

НЕТ.

Аватар пришел в себя и схватил Сташа во второй раз. Облако сверкающего света появилось вокруг руки аватара, полностью остановив его движение. Хотя облако казалось тонким, просто пылинки синего и оранжевого света, рука не сдвинулась. Пока аватар беспомощно дергал рукой, появилось больше облаков, чтобы поймать падающих людей и бережно доставить их на землю.

Облако, удерживающее руку аватара, не сдвинулось, как бы аватар ни дергал. Он наконец вырвал руку, когда неживая плоть разорвалась, оторвав руку в запястье. Свет брызнул из культи рывками, как пульсирующая кровь. Рука, все еще находящаяся внутри облака, была отбелена до болезненно-серого цвета. Лишенная цвета, она вспыхнула эфирным белым пламенем.

На земле спутники Джейсона и их союзники-Посланники перегруппировывались, приходя в себя после того, как их отбросило аурой аватара. Эта аура была сильно оттеснена с того момента, как раскат грома эхом пронесся по небу. Без давления на их разум они могли снова собрать волю для борьбы.

— Мы побеждаем? — спросил Нил, когда требушет подкатился рядом с ним. — Получение реакции — это то, чего мы хотели, верно? Я предполагаю, что эти облака — это Джейсон, вступающий в битву.

— Это они, — подтвердила Тень. — Мистер Асано, похоже, возобновил преобразование силы Нежизни для своих целей. Вопрос о том, преуспеет ли он, остается без ответа. Моя связь с ним и моими собратьями-фамильярами ощущается очень странно прямо сейчас, и я не уверена в их состоянии. Я рекомендую продолжать отвлекать аватара.

— Принято, — сказал Нил. — Все это причудливо.

— Да, — сказал Клайв, наблюдая, как Нил подбирает связку клонов Джейсона размером с фургон, сдавленных вместе внутри сетки. — Вот что здесь странно.

Нил загрузил шар из Джейсонов в требушет и потянул рычаг. Требушет качнулся, когда он метнул Джейсонов, которые издавали визги ужаса, пока не расплющились об аватара.

— Не буду лгать, — сказал Нил. — Этот день проходит намного лучше, чем я ожидал.

— Нил, — сказал Клайв. — Люди умерли сегодня.

— Да, но не многие, учитывая обстоятельства. Можешь ли ты честно сказать, что ожидал, что потери будут такими низкими?

— Нет, — признал Клайв.

— Тогда бери хорошие новости, где можешь, — сказал Нил. — Мы не получали их много с тех пор, как впервые залезли в ту гигантскую дыру. Я хочу, чтобы все это было закончено, чтобы я мог снова увидеть солнечный свет.

— Думаю, мы все готовы к тому, чтобы это закончилось, — сказал Клайв, — и я думаю, скоро будет, так или иначе. Я просто надеюсь, что мы сможем вынести последствия.

— Ты не ошибаешься, — сказала Фарра, положив руку на плечо Клайва, когда она присоединилась к ним. — Но не слишком зацикливайся на том, насколько мрачными могут быть вещи. Джейсон может медленно учиться, поэтому я надеюсь, что ты поймешь быстрее, чем он, что нужно брать свое веселье там, где можешь. А так как это самая «джейсоновская» битва, которая у тебя когда-либо будет, ты можешь так же хорошо оторваться по полной.

— Эй, — позвал Тайка. — Кто-нибудь знает, как прикрепить цепную пушку к пого-стику?

Аватар не зацикливался на своей отсутствующей руке, вместо этого переключив внимание на людей, готовящихся атаковать его. Когда он сделал шаг к ним, гигантский, туманный глаз появился в воздухе перед ним. Аватар потянулся к глазу, когда тот выстрелил лучом трансцендентного света. Луч был толстым, когда выходил из глаза, но сузился до булавочной головки, когда достиг оставшейся руки аватара. Он быстро вырезал сигил на ладони чудовища, символ сиял золотым, серебряным и синим светом. В тот момент, когда луч закончил вырисовывать его, сигил изменил цвет на синий и оранжевый, и рука обмякла, свисая с запястья аватара.

Луч немедленно двинулся дальше, на этот раз вырезая сигилы на предплечье аватара. Больше глаз проявилось вокруг аватара, один за другим, каждый немедленно рисуя сигилы по всему телу аватара. Аватар начал производить светящийся фиолетовый ихор из глаз, рта и отсутствующих частей своего тела.

Ярко светясь, вязкая жидкость ползала по плоти аватара. Она стирала любые частично начертанные сигилы, но не влияла на завершенные. Они уже установились, парализуя части тела аватара.

Аватар больше не обращал внимания на союзников Джейсона, сосредоточившись на стирании сигилов. Это была проигрышная битва; жидкости было недостаточно, чтобы покрыть все его тело. Прогресс был медленным, но один сигил за другим был завершен, каждый парализовал часть тела. Ступня, предплечье. Целая нога, хотя этого было недостаточно, чтобы заставить аватара рухнуть. Он парил в воздухе, ступня одной ноги и вся другая свисали безвольно.

На земле, пока остальные возобновили свои атаки, Клайв стоял, вглядываясь в сигилы, вытравленные на плоти аватара.

— Они выглядят как божественные метки, — пробормотал он про себя.

— Что такое божественные метки? — рассеянно спросила Тайка. Большая часть его внимания была сосредоточена на большой круглой бомбе, которую он заталкивал в коляску мотоцикла. Он спешил закончить это, прежде чем фитиль догорит. Засунув ее, он хлопнул Ника, который сидел верхом на мотоцикле, по спине. Кролик-человек вдавил газ и рванул в сторону аватара, шины поднимали грязь и траву. Тайка затем переместился рядом с Клайвом.

— Что такое божественные метки? — спросил он снова. — Там есть еще один бог, который сует голову? Разве это не Джейсон делает?

— Понятия не имею, — сказал Клайв. — Божественные метки появляются, когда боги совершают чудеса. Церкви записывают и изучают их, как вы могли ожидать. В основном, их трудно увидеть, как мягкие гравюры, вырезанные на ландшафте вокруг области, где произошло чудо.

Тайка указал на сигилы, ярко светящиеся на аватаре.

— Их не трудно увидеть, бро.

— Иногда их очень легко заметить, — сказал Гэри, присоединяясь к ним. Его наколдованная броня исчезла, обнажая светящиеся золотые сигилы, вырезанные по всему его обнаженному торсу.

— Это божественные метки Героя, — сказал он.

— Они выглядят иначе, чем те, что на этом аватаре, — сказала Тайка.

— У каждого бога свои, — сказала Арабель. Она прогуливалась, пока потоки энергии вылетали из банки, парящей над ее головой, чтобы атаковать аватара. — Я видела место одного из чудес Целителя. Те метки было трудно найти, в основном нарисованные в пыли и грязи на земле. Нам пришлось спешить, чтобы записать их, прежде чем ветер сдул их.

— Символы, которые рисуются на аватаре, принадлежат Джейсону, — сказал Борис. — Они его, и только его.

Остальные повернулись, чтобы посмотреть на Бориса, все еще ведущего Посланников на некотором расстоянии. Длинные светлые волосы загорелого, мускулистого Посланника развевались вокруг него, воздух, поднятый штормом перьев, постоянно извергался из его крыльев. Их было так много, что они частично скрывали его, когда они устремлялись вперед в потоке, превращаясь в трансцендентную энергию по пути. Другие Посланники атаковали таким же образом, но никто с такой способностью, как у Бориса. Мало того, что он бросал больше перьев, чем другие, но его перья образовывали поток, который сдвигался взад-вперед, как скользящая змея.

Группа посмотрела друг на друга и обратно на Бориса, который, казалось, не обращал на них никакого внимания, однако его голос появился прямо среди них.

— Я манипулирую звуком своей аурой, чтобы воспроизвести свой голос, — объяснил Борис, его голос снова доносился из воздуха прямо рядом с ними. — Технически, я применяю акт воли, чтобы воспроизвести свою ауру, манипулирующую звуком, чтобы воспроизвести мой голос.

— Что вы имеете в виду под тем, что эти божественные метки принадлежат Джейсону? — спросил Клайв. — Он не бог.

— Божественные метки — это ваш термин, — сказал Борис. — Я полагаю, вы в конечном итоге назвали их божественными метками, потому что боги — единственные люди в вашем мире, использующие эту магию. Метки — это побочные эффекты использования мощной магии сущностного мандата. Когда ваши боги делают что-то с физической реальностью, они используют власть. Если они хотят проецировать свой образ на городскую площадь или отправить сообщение в голову одного из своих верующих, просто обладания властью достаточно для чего-то подобного. Им не нужно тратить ее. Чудеса работают в другом масштабе. Власть не предназначена для использования в физической реальности, и когда вы используете ее достаточно, она оставляет след. Для богов это, как правило, тонко, потому что магия сущностного мандата для них как дыхание. Если только они не используют ее, чтобы изменить человека, это плавный процесс. Джейсон все еще нащупывает путь через это, однако. То, что он делает, похоже на вырезание своего имени в законах природы тупым ножом.

— Я не думал, что Джейсон понимает магию сущностного мандата достаточно, чтобы использовать ее вот так, — сказал Клайв.

— О, он не понимает, — сказал Борис. — Он сделал что-то с собой, чтобы сделать это возможным. Я говорил вам, что боги имеют естественное понимание этого. Я думаю, Джейсон использовал тот факт, что он здесь по сути бог, чтобы сделать себя больше похожим на настоящего бога.

— Я полагаю, что мое вмешательство было ответственным за этот выбор, — сказала Тень. — Я убедила мистера Асано сделать характерно решительный шаг. Однако, поскольку я чувствую, как связь с ним становится более приглушенной, я все больше боюсь того, к чему ведет курс, на который я его направила.

Они все посмотрели на страдающего аватара. Было мало сомнений, что он проигрывает, зависая в воздухе, в основном парализованный, пока он метался, как подвешенное животное.

— Что с ним происходит? — спросил Нил, запихивая Джейсона в пушку с палкой.

— Наши усилия дали Джейсону шанс поиграть в паука, — сказал Борис. — Пока сила Нежизни была отвлечена, он поймал ее в сеть. Теперь она запуталась, и он может медленно пожирать ее. Хорошая новость в том, что мы победили. Нам просто нужно подождать, пока Асано закончит работу.

— Какая плохая новость? — спросил Нил.

— Тень Жнеца, возможно, преуменьшила, когда сказала, что Асано сделал что-то решительное, — объяснил Борис. — Что бы Асано ни сделал с собой, я не знаю, сколько от него сможет вернуться после этого.

— Думаю, я знаю, что он имеет в виду, — сказала Фарра. — Моя связь с Джейсоном ощущается как то, что описала Тень. Приглушенной; возможно, стертой. Как будто части его исчезли.

— Связь с Джейсоном? — спросила Тайка. — Ты тайно была его фамильяром все это время? Это так он вернул тебя из мертвых?

— Нет, — сказала Фарра. — У нас есть связь, и да, она сформировалась, когда мы вернулись из мертвых вместе.

— Ты полностью его фамильяр.

— Я не его фамильяр! — огрызнулась Фарра. — Как только Джейсон встал на этот путь астрального короля, именно тогда он понял, что связь существует. Мы обсудили это и решили укрепить ее, даже несмотря на то, что он понятия не имел, что делает. Мы едва замечаем ее, даже сейчас. Не если один из нас действительно в беде, что неизбежно он, очевидно.

— Вернитесь к тому, что Джейсон сделал с собой, — сказал Клайв. — Вы сказали, что он как-то стерт? Что вы имели в виду под тем, что части его отсутствуют?

Борис ответил вместо Фарры.

— Есть выводы, которые мы можем сделать, основываясь на том, что мы видели здесь, и на том, что описали дитя Жнеца и прекрасная Фарра.

— Могу ли я предложить, — прервала Тень, — что вы избегаете преследования одного из самых драгоценных друзей мистера Асано, пока он находится в середине неистовства, используя те же механизмы, что и бог при совершении чуда.

— Это отличный момент, — сказал Борис. — В любом случае, я считаю, что Асано отдал свой смертный аспект той части себя, которая становится астральным королем. Но эта часть астрального короля неполна, а его смертный аспект слишком слаб. Он в опасности потерять себя.

— Я знаю, — сказал голос Джейсона. — Страшно, правда?

Они повернулись, чтобы посмотреть на то, что выглядело как Джейсон, стоящий за ними в своих кровавых одеждах.

— Колин, — сказала Тень. — Вы его Голос Воли; ваша связь с мистером Асано сильнее, чем у кого-либо. Вы знаете, что с ним происходит?

— Ага, — сказал Колин. — Папа в основном запер себя в коробку, чтобы он мог перейти в режим полного бога.

Он поморщился от боли и пошатнулся, когда передняя часть его головы превратилась в гладкую, безликую кожу. Его пустое лицо сдвинулось, как будто что-то ползало под ним, прежде чем вернуться в норму.

— Это было грубо, — сказал он, его голос был напряженным. — Как я и говорил, он запер себя в коробку, чтобы он мог вернуться к нормальному состоянию, когда закончит играть в бога, и я — эта коробка. Проблема в том, что, будучи так близко к нему, что означало, что он мог скопировать себя на меня, он не был точно точен в том, чтобы стереть себя.

— Что бы он ни сделал с собой, — уточнил Клайв, — это распространяется на тебя.

— Да, — сказал Колин. — Мне понадобится помощь от кого-то еще со связью, как только он закончит со своим маленьким проектом. Как только он закончит поглощать силу, нам нужно вернуть его в нормальное состояние.

— А как насчет Гордона? — спросила Тень. — Он не Голос Воли, но он связался с мистером Асано как аватар. Его связь сильнее, чем моя или мисс Фарры.

Колин помахал на небо, полное лучей глаз.

— Папа втянул его в то, чтобы заставить все это работать. Не думаю, что он будет в состоянии.

— Ну, тогда, — сказала Фарра. — Думаю, вам лучше сказать нам, что нам нужно делать.

Глава 40 ПРЯМО СЕЙЧАС

Глава 40 ПРЯМО СЕЙЧАС

Аватар исчез. Куски его были вырваны один за другим и поглощены белым огнем. Окончательное уничтожение аватара ознаменовало окончательное иссечение силы бога Нежизни, и мир души Джейсона немедленно стал более стабильным. Белые пламена взметнулись в инферно, которое было безвредно для живых, но пронеслось по ландшафту. Где оно проходило, ущерб был восстановлен, а следы порчи стерты.

С того момента, как этот процесс начался, Тень, Фарра и Колин пытались связаться с Джейсоном. Они стояли лицом друг к другу в тишине, с закрытыми глазами, пока все остальные наблюдали. Они оставались так долгое время, никто ничего не говоря.

— Итак, — сказал Ник. — Это захватывающе.

— Тише ты, — сказала ему Арабель.

— Ты не босс…

Ник замолчал, встретив взгляд Арабель. Когда он склонил голову, Руфус по-братски похлопал его по плечу.

Колин открыл глаза, за ним Фарра.

— Это не работает, — сказала она.

— Мы достукиваемся до него, — сказал Колин. — Он не отвечает. Я не думаю, что от него осталось достаточно, чтобы понять, кто или что мы такие. Если мы сможем просто заставить его соединиться со мной, все…

Он был прерван, так как его черты лица снова были заменены пустой кожей. Это происходило дольше с каждым разом, и с каждым восстановлением все больше божественных меток Джейсона вытравливалось на теле Колина.

— Мы должны найти способ заставить его потянуться ко мне, — сказал Колин. — Я не знаю, сколько еще времени, прежде чем я стану таким же пустым, как он, и мы оба будем потеряны.

— Нам нужно что-то, что резонирует с мистером Асано, — сказала Тень. — Что-то, что связывает его с частями себя, которые он оставил в Колине, но все еще является частью него, каким он является сейчас.

— Он очистил все это и поместил в меня, — сказал Колин. — Больше ничего не осталось.

— Некоторые вещи остались, — сказала Фарра. — Бог Джейсон не просто защищался от силы Нежизни; он защищал нас. Он оставил достаточно своего нормального «я» там, чтобы знать, что важно. Часть его все еще там.

— Это то, что нам нужно, — сказала Тень. — Что-то из самой сути мистера Асано. Что-то настолько неотъемлемое для того, кто он есть, что оно остается частью него, сколько бы он себя ни отбрасывал.

Фарра расхаживала взад-вперед, потирая руку по своему усталому лицу. Она замерла, когда ее глаза упали на Ника.

— Неотъемлемое, — сказала она.

— Верно, — сказала Тень. — Чтобы соединить его с аспектами его личности, которые он отложил, нам нужно найти фрагмент его первоначальной личности, который он сохраняет даже сейчас. Что-то фундаментальное для того, кто он есть.

Фарра ухмыльнулась.

Гегемон был не уверен. Он не знал пути вперед. Он точно понимал, что ему нужно сделать: иссечь антагониста, взять боль и поглотить ее. Это было сделано, и теперь его цель исчезла. Его мир был чист. Были внешние элементы, которые он не понимал, но они не были антагонистом. Они не были болью. Они были извне, но они принадлежали.

Пленники, друзья, беженцы. Гегемон знал слова, если не их значение; взятые из воспоминаний, отложенных, потому что они мешали ему быть тем, чем он должен был быть. Что он знал, так это то, что им нужна была защита, поэтому защищать их он и стал. Теперь некоторые из них тянулись, но Гегемон не понимал. Странные связи тянулись, но они ничего не значили. Они говорили с частями Гегемона, которые были отосланы, чтобы он мог стать тем, кем он был.

Связи прекратились. Он почувствовал потерю, но был не уверен почему. Затем они вернулись, с одним сообщением, а не с разбросанным бессмысленным лепетом, как раньше. Это было единственное, говорящее с частью Гегемона, о которой он не подозревал, что она осталась. Что-то глубоко внутри себя, как ключ к замку. Он услышал голос и подумал о клубнично-светлых волосах и дикой улыбке.

— Транспортный Вольтрон — лучший Вольтрон.

Гегемон почувствовал, как что-то поднимается изнутри. Ответ, движимый частью самого себя, о которой он не знал, что она все еще существует.

Ну, это какая-то хр…

— …это прямо там, — сказал Джейсон, внезапно стоя между Фаррой, Колином и Тенью. Он моргнул, как будто проснулся, обнаружив, что ходил во сне. Он был голым, если не считать пары боксеров с Вольтроном-львом. Колин врезался в него, заключая в объятия.

— О, эй, приятель. Ты хорошо справился.

— Я так рад, что ты вернулся, — сказал Колин.

— Я тоже.

— Я хочу снова есть людей, как обычно.

— Он имел в виду «снова есть, как обычные люди», верно? — спросил Нил.

— Конечно, — сказал Джейсон неубедительно.

— Все, что я хотел есть с тех пор, как это началось, — это сэндвичи, — пожаловался Колин. — Это было ужасно.

— Я знаю, приятель, — сказал Джейсон, похлопывая его по спине.

— Я все это время не думал о том, чтобы замариновать бедра Нила.

— Погоди, что он только что сказал? — спросил Нил.

— Не беспокойся об этом, — сказал Джейсон.

— Я крайне обеспокоен этим!

— Нил, все в порядке, — заверил его Джейсон. — Колин хороший мальчик, и он очень хорошо справился. Вот почему он заслуживает угощения, а так как ты целитель…

— Категорически нет! Я хочу портал души отсюда прямо сейчас.

Один появился прямо рядом с ним, и он почти прыгнул в него. Мгновение спустя он вышел обратно с мрачным выражением лица.

— Джейсон, — сказал он сквозь стиснутые зубы.

— Да, Нил? — спросил Джейсон, когда Колин наконец отпустил его.

— Этот портал вел не наружу твоего мира души, а на кухню.

— Вел? Старые силы, должно быть, все еще немного барахлят. Я только что сражался с богом, знаешь ли.

Посланники пробирались через портал, чтобы покинуть мир души Джейсона. Ландшафт был выжженной пустошью, опустошенной недавней битвой. Борис стоял рядом с Джейсоном, наблюдая, как его Посланники уходят.

— Не ты, — сказал Джейсон.

Тера Джун Каста была выдернута из группы, как будто невидимой рукой, громко протестуя, когда ее унесли.

— Кто это? — спросил Борис. — Она не из моих.

— Она… это сложно. Она бросила мне вызов с дуэльной силой, и мне пришлось сделать что-то решительное, чтобы сохранить нам обоим жизнь.

— Ты выжил после дуэльной силы?

— Да. Но мне пришлось сломать ее, чтобы сделать это. Мучить ее душу, пока она не открыла ее, и я не смог отключить силу. Я очистил ее бренд, пока был при этом, но я понятия не имел, что делаю. Я до сих пор не знаю, какой ущерб нанес. Она истинно верующая, и она ненавидит меня.

— Это хорошо, — сказал Борис.

— Правда? Потому что все, что я только что сказал, кажется мне плохим. Она в моей душе, поэтому я знаю все, что она делает. Все, что она чувствует. Потерю цели; потерю веры. Как она ненавидит то, что я сделал с ней, так же сильно, как ненавидит меня за то, что я это сделал. Иногда я задаюсь вопросом, не было бы добрее убить ее.

— Ненависть — это хорошо. Ей нужно будет преодолеть ее, но это означает, что она сражается. Там есть страсть. Травма от того, что твою душу атаковали, пока ты не капитулировал и не открыл ее, — это то, от чего немногие возвращаются. Большинство просто отключаются. Конечно, она повреждена, но она жива и она сражается. Есть путь вперед, каким бы длинным и каменистым он ни был. Это хорошо. И освободить ее — это хорошо, даже если она ненавидит тебя за это. У меня нет времени на это дерьмо «рабство — это хорошо, потому что домашние эльфы любят служить людям».

— Я не знаю, что с ней делать. У меня есть эти другие Посланники, которые стремятся присоединиться к Неортодоксии, но это также злит ее. И они немного фанатичны. Я не думаю, что фанатизм с другой стороны политики Посланников — это то, что нужно Тере.

— У тебя есть Посланники, которые хотят присоединиться к Неортодоксии?

— Я не думаю, что они осознают, сколько вас там, — сказал Джейсон. — Их лидер, кажется, думает, что это несколько изолированных ячеек. Продолжает говорить о «семенах революции» и тому подобном. Не думаю, что он будет знать, что делать с собой, когда узнает, что остальные из вас там есть. Можешь забрать их у меня?

— Я могу это сделать. Я хотел бы… мог бы я убедить тебя сохранить этот разговор в тайне?

Воздух вокруг них замерцал, когда был установлен экран конфиденциальности.

— Спасибо, — сказал Борис. — Как я и говорил, я хотел бы твоей помощи в стирании моего бренда души, и лучше раньше, чем позже. Астральный король, которого я использовал, — союзник, но мне не нравится не быть самому себе хозяином.

— Это много доверия, впустить меня в свою душу.

— Я в твоей прямо сейчас.

— И что пребывание в моей говорит тебе?

Борис усмехнулся.

— Что делать тебя врагом было бы очень плохой идеей. Я хотел бы твоего доверия, Асано. Джейсон. Я знаю, это трудно, когда я Посланник, который знает так много ответов, которые ты хочешь. Так много о тебе, а ты не уверен, как или почему.

— Я знаю, что ты должен был быть на Земле, и не на короткое время. Я знаю, что Земля прошла через многое, и я не видел, чтобы ты выходил, чтобы помочь.

— Мы были там, и мы делали, что могли, из теней. Ты думаешь, что тайная армия ангелов, появившаяся, успокоила бы все? Когда магия только была раскрыта, происходили всплески монстров, и религии уже были в безумии?

— Я вижу, что были бы осложнения.

— Был также вопрос соглашения, заключенного давным-давно. Скрывать себя от тебя, пока время не придет.

— Соглашение с кем?

— Норет. Ты можешь знать его как…

— Мистер Север. Рунный паук.

— Мы задавались вопросом, сколько он раскрыл тебе.

— Я знал, что у него больше секретов. Вещей, которые он отказывался рассказать мне. Ради моего же блага, как он утверждает.

— Стоит ли того, я верю, что он был прав.

— Тогда ты не скажешь мне, что он скрывал? Кроме вашего существования, очевидно.

— Не скажу. Я понимаю, что это сделает труднее завоевать твое доверие.

— Не так сильно, как ты думаешь. Кто-то, кому я уже доверяю, также предупредил меня не пытаться выяснить. Что это принесло бы больше вреда, чем предотвратило.

— Ты говоришь о Доун?

— Ты знаешь ее?

— Только по репутации. И иногда замечал ее с тобой, когда были кадры с тобой в новостях. Фарра — более-менее известная величина для людей Земли, но Доун остается загадкой. Интернет-теории…

— Я знаю, какие интернет-теории.

Борис снова рассмеялся.

— Итак, вопрос доверия. Кажется, если я хочу твоего доверия, то дать тебе свое — это сильный, возможно, даже необходимый первый шаг. И так как мне нужен кто-то, чтобы войти в мою душу для генеральной уборки, это работает довольно хорошо.

— Ты делал это раньше, не так ли? Брал на себя бренд, чтобы проникнуть в операции Посланников?

— Много раз.

— Тогда у тебя должно быть довольно хорошо развитое пространство души.

— Есть. Нет сдвига бренда без помощи астрального короля, однако. Я могу закончить сам, как только процесс начнется. Я делал это достаточно раз, что я теперь старый мастер в этом, но мне нужен кто-то, чтобы ослабить банку, прежде чем я смогу добраться до солений.

Джейсон кивнул.

— Как только я выйду отсюда, меня ударит побочными эффектами от того, что я заявил права примерно на четверть всей зоны трансформации от аватара. Как только я отойду от этого, я сделаю это.

— А как насчет побочных эффектов от твоей битвы здесь?

— Все в порядке. Я сам несколько раз буйствовал здесь. Использовал свой астральный трон и астральные врата больше, чем следовало.

— Ты неполный астральный король. Тебе не следовало использовать их вообще.

— Я знаю, да? Но я достаточно избил вещи здесь, что я довольно закален к уровню ущерба, который нанесла сила Нежизни. Это закончит заживать, прежде чем я закончу поглощать этот массивный кусок зоны трансформации.

— Ты опасный человек, Джейсон Асано.

— Я подозреваю, Борис, что ты еще опаснее.

— У меня было долгое время, чтобы поработать над этим. Ты моложе Парка Юрского периода, а я старше Юрского периода. На значительный запас.

— Насколько значительный?

— Достаточно, что я подозреваю, что буду уклоняться от твоего друга Клайва и его вопросов еще некоторое время.

— У меня может быть несколько вопросов ко мне самому.

— Как я сказал, есть некоторые, на которые я не отвечу. Я подозреваю, что у меня много исторического контекста, чтобы предложить, но знание — это сила, а сила не дается дешево.

— Как насчет того, чтобы начать с того, почему ты все еще золотого ранга, если ты такой старый?

— Это важный секрет Неортодоксии. Поделиться им было бы большим актом доверия, чем впустить тебя в мою душу. Это подвергает опасности не только меня, но и весь мой народ.

— Ты говоришь мне, что у Неортодоксии есть какой-то секрет, который ни один вражеский астральный король не выкопал за последние сколько-то там сквиллионов лет?

— Это не настоящее число.

— Но это настоящий уход от ответа. Ты пытаешься продать мне секрет, который другая сторона, вероятно, узнала до того, как моя планета существовала.

Борис издал злодейский смех.

— Ты не можешь винить парня за попытку. Это секрет, однако, просто не от вражеских астральных королей. Это от рядовых Посланников.

— Потому что это связано с тем, как их астральные короли истощают их потенциал для власти?

— Точно. Что мы обнаружили, так это то, что мы можем научиться использовать свой собственный потенциал. Застревать на данном ранге в обмен на больше силы на этом ранге. Мы не можем генерировать власть из этого так, как может астральный король, но это дает нам то, что равносильно перегруженной мане, которую мы можем использовать для усиления наших способностей. Я не лгал о ее важности для Неортодоксии. Это одно из наших ключевых оружий.

Джейсон огляделся, несмотря на то, что не было необходимости знать что-либо, происходящее в его мире. У него было странное чувство, что если он не найдет время вести себя как смертный, он может выйти из привычки.

— Твои люди почти все вышли, — сказал он, — а мои начинают подозревать о моих тайных разговорах с врагом.

— Я не твой враг.

— Я не собираюсь начинать сажать всех с крыльями в лагеря, Борис, но Посланники должны за многое ответить. Справедливо или нет, потребуется много, чтобы построить добрую волю с людьми. Включая меня. На каком-то этапе нам нужно поговорить о том, почему ты здесь и чего ты хочешь.

— Нам нужно. Но, как ты сказал, мои люди все вышли, а твои смотрят на нас смешно. Это мой сигнал уходить.

Спутники Джейсона последовали за Посланниками через портал, пока Джейсон и Хамфри не наблюдали, как последние из их друзей ушли.

— Не идешь? — спросил Джейсон.

— Джейсон, нам с тобой нужно поговорить.

— Кажется, мое ближайшее будущее включает много серьезных разговоров. Сейчас действительно время для этого?

— Да, Джейсон. Это время и место.

Глава41 ЛИДЕРСТВО — ДЕЛО НЕПРОСТОЕ

Глава 41 ЛИДЕРСТВО — ДЕЛО НЕПРОСТОЕ

Джейсон прошел через широкую травянистую луговину, где его спутники столкнулись с аватаром. Хамфри следовал за ним, пока они направлялись к лесу, окружавшему это место, обходя ямы, оставленные гигантскими ногами. Небо потемнело, день сменился ночью к тому времени, как они добрались до деревьев, окаймлявших пространство. Джейсон завел их в лес, и вскоре они наткнулись на поляну поменьше. Несколько бревен были расставлены вокруг костра в качестве импровизированных скамеек.

В стороне, совершенно неуместно, стоял холодильник со стеклянной дверцей, и Джейсон достал пару стеклянных кружек, наполненных пивом. Он протянул одну Хамфри, и они сели, глядя друг на друга через костер. Хамфри отпил пива, а затем заглянул в кружку, его выражение лица было озадаченным.

— На вкус это как… чувство, которое возникает, когда на тебя прыгает выводок очаровательных щенков.

— Ага.

— Как это вообще возможно?

— Мой дом, мои правила. Ты уверен, что не хочешь обсудить это там, где мы будем в более равных условиях?

— Я не боюсь твоей силы, Джейсон. Или того, что ты читаешь мои эмоции. Когда мы выберемся отсюда, тебя будут хвалить за то, что ты совершил еще одно невозможное дело. Заслуженно, но мне нужно, чтобы ты кое-что понял, прежде чем тебя затянет в эту круговерть.

Джейсон кивнул.

— Ты разочарован. И зол. Почему?

Хамфри долго смотрел себе под ноги, ничего не говоря. Когда он наконец заговорил, то задал вопрос тихим голосом, не поднимая головы.

— Ты все еще хочешь быть частью этой команды?

Джейсон вскочил на ноги.

— Как ты вообще можешь меня об этом спрашивать?

Хамфри поднял взгляд, на его лице появилась грустная улыбка.

— Ты когда-нибудь задумывался, каково быть в твоей команде с точки зрения всех остальных? — спросил он. — Ты осознавал, что с тех пор, как мы с тобой сформировали эту команду, ты провел больше времени вдали от нас, чем с нами? Мертвым или считавшимся таковым. Выздоравливающим. На другом конце света.

Джейсон открыл рот, чтобы ответить, но Хамфри поднял руку, останавливая его.

— Я знаю, — сказал Хамфри. — Всегда есть самые лучшие причины. Но то, что что-то оправдано, не означает, что этого не произошло. Это не заставляет последствия исчезнуть. Мы принимаем тот факт, что ты проводишь так много времени вдали от нас, Джейсон, но это не делает ситуацию проще. Мы потратили много времени, выясняя, что представляет собой наша команда без тебя. Нам пришлось.

— Хамфри…

— Не надо, Джейсон. Дай мне высказаться.

Джейсон выглядел недовольным, но кивнул и снова сел.

— Я знаю, насколько важно для тебя доверие, Джейсон. Оно важно для любой команды, но то, через что ты прошел, пока был вдали от нас, сделало тебя особенно чувствительным к этому. Поэтому я знаю, как много для тебя значит наше доверие.

Хамфри вздохнул.

— Я также знаю, что ты боишься, Джейсон. Боишься, что то, кем ты являешься в этом месте, заберет тебя от нас. Мы тоже этого боимся, и сегодня это почти случилось. Проблема в том, что мы не знали, что происходит и почему. Слишком долго не знали. Здесь были опасности, о которых мы не подозревали, потому что ты нам не сказал.

Джейсон посмотрел на землю, не в силах встретиться с глазами Хамфри.

— Это нужно было сделать.

— Да, — согласился Хамфри.

— Я боялся, что вы попытаетесь меня остановить.

— Почему? — громко и сердито спросил Хамфри. — С чего бы тебе вообще так думать? Сколько раз мы были здесь, Джейсон? Когда мы хоть раз не соглашались с одним из твоих безумных, самопожертвенных планов? Когда мы пытались тебя остановить? Это было тогда, когда ты перегрузил свой портал, чтобы вытащить нас из того подводного комплекса, даже когда Клайв сказал, что это, скорее всего, убьет тебя? Что едва не случилось. Или когда ты ввязался в драку на ножах со Строителем, которая на самом деле тебя убила. Мы шли на все это, потому что это нужно было сделать, к черту последствия.

Хамфри поднялся на ноги и зашагал взад-вперед перед костром короткими, резкими шагами.

— Мы поддерживали тебя, Джейсон, даже когда были уверены, что потеряем тебя. У тебя всегда было наше доверие, всегда, но сегодня у нас не было твоего. Ты не думал, что мы доверимся тебе, так скажи мне, когда эта мысль закралась тебе в голову. Скажи мне, когда мы хоть раз дали тебе повод усомниться в том, что мы сделаем что угодно, лишь бы остаться с тобой.

— Никогда, — прошептал Джейсон, и на его глазах выступили слезы.

— Никогда, — повторил Хамфри. — Ты не сказал нам, что тебе придется открыть свою душу. Что это будет значить для нас. Ты составил план и привлек нас только тогда, когда это было абсолютно необходимо. Вместо того чтобы дать нам шанс подготовиться, ты заставил своих миньонов сообщить нам, когда другого выбора уже не было. Если бы мы знали, если бы были готовы, мы могли бы сделать больше. Сделать лучше. По крайней мере, мы могли бы хоть немного понимать, во что ввязываемся.

Хамфри перестал мерить шагами поляну, его голос становился все громче по мере того, как он говорил.

— Вместо того чтобы получить предупреждение от товарища по команде, мы узнали половину того, что нам было нужно, от гонца, а остальное пришлось выяснять самим. Нам пришлось разбираться, когда на кону уже стояло все, потому что ты не доверял нам настолько, чтобы мы могли довериться тебе. Чтобы поддержать тебя. Чтобы быть рядом с тобой так, как мы были каждый раз. Каждый божий раз.

Хамфри сел так тяжело, что дерево бревна скрипнуло. Его плечи поникли, и когда он заговорил снова, в его голосе не осталось яда. Остался только усталый, пустой голос.

— Как твой лидер команды, — сказал он, — это неприемлемо. Как твой друг, ты причинил мне боль. Мы сражались с богом сегодня, Джейсон, но самую большую рану я получил от тебя. Ты так боишься потерять наше доверие, что ведешь себя так, будто уже его потерял. Мы заслуживаем большего.

Джейсон кивнул, слишком пристыженный, чтобы встретиться с взглядом друга.

— Заслуживаете. Мне жаль.

— Мне не нужны твои извинения, Джейсон. Они ничего не значат. Важно то, что ты не доверяешь нам так, как мы доверяем тебе.

— Хамфри, я…

— Не надо, — сказал Хамфри. — Мы оба знаем, что твой рот работает быстрее, чем твое суждение. Вместо того чтобы быстро сказать не то, сделай правильно, но медленно. Пусть твои действия в будущем станут твоим ответом. Мы никуда не уходим, в этом-то все и дело. Мы всегда с тобой, Джейсон. Это ты постоянно оставляешь нас позади.

Джейсон снова кивнул, склонив голову. Слезы упали на землю.

— Это не то, что ты хочешь услышать, — сказал он, — но я снова ухожу. После того как мы получим кузницу душ. Я не знаю, сколько времени это займет, но стать полноценным Астральным королем не будет быстро. Или просто.

Хамфри встал, обошел костер и положил руку на плечо Джейсона.

— Мы будем ждать, когда ты вернешься. Мы всегда ждем.

Джейсон вышел из портала и огляделся. Он подождал мгновение, а затем улыбнулся.

— Думаю, все будет в порядке, — сказал он. — Я не чувствую ничегоооААА!

Он рухнул на землю, дергаясь и стоная в красном песке пустыни. Хамфри склонился над ним, глядя с беспокойством.

— Джейсон?

Джейсон издал жалобный стон.

— Я обмочился.

В горном логове Джейсона он лежал на диване в своем кабинете с пакетом замороженного горошка на лице. Гордон, все еще восстанавливающийся после того, как был оружием Джейсона в его состоянии гегемона, неуверенно парил по комнате. Двойные двери распахнулись, впуская Фарру. Она прислонилась к дверному косяку в расслабленной позе.

— Тебе следовало постучать, — простонал Джейсон.

— Ты сбрасываешь всех, кто стучит, через люк-ловушку перед дверью.

— Я буду скучать по этому месту.

— Не если мы не выберемся из этой зоны трансформации. Ты готов заявить права на какие-нибудь территории?

— Территории во множественном числе?

— Ты восстанавливаешься уже почти две недели. Может, мы и используем в основном золотых рангов для их зачистки, но у нас есть несколько подготовленных для тебя. Если чувствуешь, что готов.

Ответом Джейсона был стон.

— Где ты вообще взяла замороженный горошек?

— В супермаркете. В секции заморозки, из которой ты выгреб все мороженое.

— Там было что-то еще? В любом случае, ты готова заявлять права на территории или нет?

— Я все еще чувствую себя паршиво. Не уверен, что заявлять права на новые территории, не восстановившись полностью после предыдущей, — хорошая идея. Попроси Нила и Карлоса прийти осмотреть меня. Если они дадут добро, я это сделаю.

— Кстати, о целителях, Арабелла ждет возможности поговорить с тобой с самого сражения. Она беспокоится о последствиях того, через что ты прошел.

Джейсон снова застонал.

— Я точно не буду этого делать, пока у меня не перестанет болеть все подряд.

— Есть что-то, о чем ты не хочешь с ней говорить?

— Нет.

— Ничего о том, что Хамфри тебя отчитал?

— Нет, это… это как будто я жду, что мне станет плохо после того, что случилось. Такое чувство, что я должен быть более раздавленным, чем есть на самом деле. Думаю, я ждал, что это ударит по мне сильнее, прежде чем я поговорю с человеком, который может помочь мне это исправить.

— Ты думаешь, что с головой у тебя все в порядке? Это само по себе не в порядке.

— Уходи.

Фарра перестала опираться на дверной косяк и прошла дальше в комнату.

— Джейсон, ты…

Она вскрикнула, когда под ней открылся люк, и она провалилась. Люк закрылся за ней, став почти невидимым в полу.

— Я определенно буду скучать по этому месту.

— С тех пор как ты наконец заявил права на зачищенные территории, — сказала Мириам Джейсону, — я полностью исключила всех серебряных рангов из команд, зачищающих территории, даже под присмотром золотых рангов.

Они шли по середине улицы, проходящей вдоль воды. Она вела к пристани в копии родного города Джейсона и парковке, используемой как плацдарм.

— Я думал, ты уже исключила серебряных, — сказал он.

— Было несколько исключений. Люди, чья сила и набор навыков делали их одновременно полезными и способными выжить. Территория, которую передал Борис, была значительной по размеру, даже без учета территорий, которые мы зачистили во время твоего выздоровления. Теперь, когда ты заявил на них права, сила аномалий перешла порог риска, при котором я готова посылать туда серебряных. Я даже начала объединять группы золотых рангов.

— А как насчет Бориса и его гонцов? Ты решила использовать их в итоге?

— Они не менее надежны, чем культисты Строителя, и я их использую. Я использую только гонцов золотого ранга. Их всего трое, но сам Борис — монстр. Ты знаешь, говорят, что гонцы ближе всего к тому, чтобы соответствовать пользователю эссенции ранг в ранг?

— Да, но я никогда не видел ни одного, кто был бы близок к элитному авантюристу. Хотя Борис казался сильным, судя по тому немногому, что я видел на поле боя. Думаешь, он соответствует?

— Более чем соответствует. Кроме нашего полубога, я не думаю, что кто-то из наших золотых рангов мог бы одолеть его один на один. Может быть, Лорд Пенсината.

— Борис вызывает у тебя беспокойство.

— Очень мало вещей, с которыми я сталкивалась после встречи с тобой, не вызывают у меня беспокойства, Оперативный командир. Если честно, ты беспокоишь меня больше, чем он.

— Правда?

Мириам указала на небо, где над головой пролетала пара гонцов. Их волосы и глаза были белыми, а кожа бледной. Их крылья были в основном из белых перьев, с несколькими разбросанными черными, красными и золотыми среди них. Их крылья также были окутаны эфирным белым пламенем.

— Борис Кет Лунди силен, — сказала Мириам, — но силу я понимаю. Ты превратил тех похожих на трупы гонцов, которых мы захватили, в нечто иное. Нечто, что выглядит живым, и ты сделал это с помощью энергии смерти, из всех вещей. Ты перекраиваешь людей. Перекраиваешь реальность.

Она взглянула на изображение головы Джейсона, высеченное в горе.

— Твои битвы, твои враги, — продолжила она. — Они существуют в другом масштабе, чем все, что я понимаю. И я имею в виду не просто дальнейшее продвижение по шкале силы; я имею в виду совершенно другой путь.

Она остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на воду.

— Джейсон, твои конфликты духовны. Космические. Я принимала отчеты от всех, кто был свидетелем твоей финальной битвы с силой Нежизни, если это вообще можно назвать битвой. Ничего из этого не имеет смысла. Ты ведешь невидимые войны, где метафоры и воображение — смертоносное оружие. Где приз — сама реальность. Ты серебряный ранг, сражающийся с богами, и это работает только потому, что существует план существования, который я ни вижу, ни понимаю. Это не согласуется с миром, в котором я существую.

Она обвела руками пространство вокруг.

— Но теперь я здесь, в каком-то лиминальном пространстве, где законы природы и магии в лучшем случае сведены к рекомендациям. Я не знаю, каковы правила, и едва понимаю, что теперь на кону. Смерть и разрушение, просачивающиеся в реальный мир? Как это вообще выглядит теперь, когда мы разобрались с нежитью?

— Если мы не зачистим эту зону трансформации чисто, — сказал Джейсон, — результатом станет сочащаяся рана в реальности. Насколько плохая, я не знаю, но ее достаточно, чтобы бог Разрушения надеялся на исход, очень похожий на этот. Я решил создать эту зону трансформации; это был мой план. Моя ответственность — положить этому конец, но я не могу сделать это в одиночку. Даже близко.

Они посмотрели на далекий горизонт и дерево, торчащее в небо, невероятно высокое.

— Итак, — сказала Мириам. — Ты говоришь, что это смутно определенная, но чрезвычайно плохая вещь, если мы не захватим большое магическое дерево?

— Ага.

— Честно говоря, — сказала Мириам, — ты не тот, с кем я хочу об этом говорить. Ты — то, о чем я хочу говорить, а не тот, с кем я хочу это обсуждать. Но меня учили лучше, чем срываться на своих подчиненных, а ты единственный, кто не подчиняется мне.

— Лидерство — дело непростое. Я настоятельно рекомендую поговорить с Арабеллой Ремор. Она может помочь тебе, к тому же она понимает меня и мои секреты лучше, чем почти кто-либо другой. Я дам ей разрешение говорить о некоторых из них, если это поможет тебе работать со мной. Она также связана клятвой Целителю хранить конфиденциальность. Клятвой, которую, я могу тебя заверить, она воспринимает очень серьезно. Ты можешь поговорить с ней, не роняя достоинства своей должности.

— Разве я не слышала, что она преследует тебя, чтобы поговорить?

— Понятия не имею, о чем ты.

Глава42 РЕШЕНИЕ, ПРИНЯТОЕ ОПРОМЕТЧИВО И В СПЕШКЕ

Глава 42 РЕШЕНИЕ, ПРИНЯТОЕ ОПРОМЕТЧИВО И В СПЕШКЕ

Джейсон и Борис были на пляже в копии города Джейсона, сидя в дешевых складных стульях. Борис убрал свои крылья и уменьшился до человеческого размера, как он обычно делал в присутствии людей. Его длинные светлые волосы трепал океанский ветер, заставляя их танцевать вокруг его квадратно-челюстных черт лица. Солнце сияло на его загорелой, мускулистой груди.

— Не мог бы ты застегнуть рубашку до конца? — попросил Джейсон. — Ты выглядишь как обложка любовного романа восьмидесятых, и даже не пытайся сказать мне, что это не специально.

Борис рассмеялся и оставил рубашку как есть.

— Как поживают твои гонцы?

— Не очень, — признался Борис. — Я втянул их во все это, и им это не по душе. Находиться рядом с не-гонцами, не подчиняя их, противоречит всем их поведенческим программам.

— Они не готовы к Неортодоксии?

— Они нет. С одной стороны, индоктринация гонцов работает. С другой стороны, твоя аура повсюду здесь. Они чувствуют ее на территории, на которую ты заявил права, даже когда ты ее подавляешь. Неполное, но безошибочное ощущение астрального короля, но без силы. Это неоспоримое опровержение всего, чему их учили о том, кто они и что они такое. Обещаний, данных им об их будущем. Конфликт между их индоктринацией и свидетельствами их чувств вызывает опасный когнитивный диссонанс.

— У некоторых из них должны были хотя бы возникнуть сомнения. Золотые ранги?

— Один из моих двух золотых рангов был готов, к счастью. Все, что ей было нужно, — это убраться подальше от своего астрального короля и получить небольшой толчок. Она сыграла ключевую роль в том, чтобы помочь мне держать все это под контролем. Другой золотой ранг не был готов к этому, но он адаптируется. Серебряные ранги — вот проблема. Я вырвал их из жизни, где они могли только выполнять приказы и не имели никакого выбора, но я не дал им выбора в этом, и с тех пор я ими командую. Это не тот способ, которым мы любим делать вещи.

— Но обстоятельства не позволяли иначе.

— Нет, — подтвердил Борис. — Нет, не позволяли. Мы действуем медленно и осторожно, когда привлекаем людей, как при депрограммировании культов. Это просто невозможно при всем происходящем. Я застрял перед выбором: убить их всех или насильно забрать с собой.

— Я рад, что ты сохранил так много гонцов живыми, которых ты забрал с территорий, — сказал Джейсон.

— Я рад, что ты сделал то же самое, — сказал Борис. — Я уверен, многие выступали против этого. Как поживают твои гонцы?

Они посмотрели вверх, заметив гонцов на крыле. В небе над городом Джейсона всегда можно было увидеть нескольких. Не считая живых аномалий и с уничтожением армии нежити, самой многочисленной группой в зоне трансформации были гонцы. Лишь малая часть находилась под командованием Бориса. Большинство были запечатаны на территориях зоны трансформации, а затем распечатаны по мере того, как на территории заявлялись права.

Эти гонцы рождались со способностью говорить на всех языках и пониманием космоса, к которому некоторые стремились всю жизнь, но так и не достигали. И все же они были детьми, амнезиаками без истории или идентичности. Джейсон освободил всех, кого он и его союзники могли безопасно вырвать у врага, но многие были убиты.

Выжившие теперь жили в горной крепости Джейсона, и их можно было увидеть летающими вокруг нее и над городом. Поначалу они крайне неохотно покидали свои общежития. Они сбивались в кучу, как стадные животные, загнанные в угол хищником. Постепенно они становились увереннее, и хотя все еще держались особняком, они объявили небо своей вотчиной. Местом, где они принадлежали себе и могли чувствовать себя свободными.

— Признаюсь, я в некотором замешательстве, — сказал Джейсон. — У меня нет ни малейшего представления, что с ними делать, не больше, чем у них самих.

— Хорошо, что ты освободил их от внешнего контроля, — сказал Борис. — Даже твоего, что я ценю. При достаточном терпении — или безжалостности — они представляют собой большую силу.

— Получение большей силы никогда не было для меня трудным. Трудно было сохранить свою порядочность, что оказалось самой сложной частью.

— Освободить их было несложно, верно? Свобода — это часть проблемы с моими гонцами. Они все еще заклеймены Вестой Кармис Зелл и знают, что она убьет их, как только они покинут это место. Очевидно, что ты, удаляющий их клейма, — это решение проблемы, но большинство из них не готовы сделать этот шаг. Впустить тебя в свою душу может быть для них сложнее, чем присоединиться к Неортодоксии. У тебя, однако, не было таких проблем с гонцами территорий.

— Нет. Мне не пришлось копаться в их душах и искать метку, чтобы стереть ее. Как будто они ждали, что кто-то даст им судьбу.

— Именно так ведут себя молодые гонцы, — сказал Борис. — Астральным королям нужно запечатлеть на них что-то; это нормальная часть нашего репродуктивного цикла. В начале астральные короли направляли новорожденных гонцов в формировании их собственных меток, в их собственных душах. Это закладывало основу для того, чтобы они могли ковать свои собственные судьбы.

— Очевидно, теперь это работает не так.

— Не за пределами планет рождения Неортодоксии.

— Их много?

— Нет. Ортодоксальные гонцы усердно охотятся на них. Если у нас будет слишком много планет рождения, нас заметят. Больше ресурсов будет брошено на охоту за нами. Мы прячемся, потому что у нас недостаточно численности, чтобы сражаться, используя разные методы для маскировки нашего присутствия в каждом месте. Таким образом, потеря одного объекта не раскрывает все наши методы.

— Земля — одна из ваших планет рождения?

— Недостаточно магии для деревьев рождения. Что бы ты сделал, если бы я сказал «да»?

— Ничего, — сказал Джейсон. — Даже гонцы заслуживают жизни, а твои люди там уже давно. Как вампиры. Если я могу терпеть вампиров, я могу терпеть гонцов. Сколько вас на Земле?

— Я не знаю точного числа. Меньше миллиона, я думаю.

— Миллион?

— Мы живем среди людей, ведя в основном обычную жизнь. Мы граждане Земли и были ими еще до первой цивилизации. Это наш дом. Дом, который многие из нас хотели защищать более активно, когда магия вышла наружу и начались нашествия монстров. Это был самый большой спор среди нашего народа за столетия.

— Но вы не действовали.

— Мы сделали больше, чем ты думаешь, и еще больше после того, как ты ушел. Мы стали все более активны в Кабале, особенно после раскола вампиров.

— Что происходит с вампирами на Земле?

— Это война. Не открытая битва; скорее стычки между элитными силами, но их много. Боевые действия начались всерьез вскоре после твоего ухода, как будто вампиры ждали твоего отсутствия. Думаю, ты произвел впечатление на лидера вампиров, Элизабет.

— Каково состояние войны?

— Когда я уходил, она затихла в тупике. У вампиров большая часть Европы, хотя есть очаги сопротивления. Кабал удерживает часть Великобритании и Скандинавии. Сеть обосновалась в Гренландии. Твои домены чисты. Магия вокруг них слишком сильна, делая солнечный свет опасным для вампиров. Твоя бабушка использует это, позволяя человеческим силам использовать твои территории как плацдармы.

— Насколько едины вампиры? Я знаю, что по крайней мере некоторые из них сражались против лордов-вампиров.

— Большинство вампиров решили не следовать за восставшими лордами-вампирами. Как и мой народ, они существуют дольше, чем любые короткоживущие люди. Они подчинялись лордам-вампирам только тогда, когда их принуждали к этому с помощью магии родословной или угрозы смерти. Приоритетом Кабала было освобождение тех вампиров от контроля восставших лордов.

— Разве вампиры Кабала не были теми, кто выкопал старых вампиров?

— Да, и были жаждущие сотрудничества даже среди тех, кто не участвовал в возвращении лордов. Но большинство команды «Ешь людей до смерти» — это новые вампиры, созданные самими лордами. Вампиры Кабала избежали их влияния, как только смогли. Весь этот бардак вызвал раскол в Кабале, и чистка рядов была уродливой. Мы изгнали всех вампиров, которые добровольно встали на сторону восставших лордов.

— Что случилось с вампирами, которые пошли против лордов-вампиров? У человечества не лучшая репутация в принятии людей во время войны с другими представителями той же группы, и это когда все люди — люди.

Борис нахмурился.

— Примерно то, что ты ожидаешь, — сказал он почти рычащим голосом. — Вампиры, вставшие на сторону человечества, должны были стать одним из их величайших активов, но люди такие, как ты сказал. Большинство правительств и магических фракций убивают вампиров на месте.

— Даже не лагеря для интернированных?

— Были предприняты некоторые попытки, но лагеря означают логистику, — сказал Борис.

— Ах, — сказал Джейсон. — Они не собираются налаживать цепочку поставок человеческой крови.

— Нет. Некоторые пытались удерживать вампиров в начале. Очень тихо. Небольшие группы, изоляторы. Те виды экспериментов, о которых они будут говорить через пятьдесят лет на уроках истории в старших классах.

— Только в начале? Они остановились?

— Я полагаю, некоторые все еще работают, но мы освободили большинство из них. Мы думаем.

— Мы?

— Кабал. Некоторые сочувствующие члены фракций Сети и даже некоторые внутри правительственных групп. Люди могут быть дрянью, но они также могут удивить тебя тем, как далеко они могут зайти, чтобы сделать то, что правильно.

— У меня есть друг-вампир. Надеюсь, он в порядке.

— Крейг Вермиллион был жив и здоров в последний раз, когда я его видел, — сказал Борис. — Ну, жив-поживее, во всяком случае. С вампирами это серая зона.

— Ты его знаешь?

— Я нет, но он из Кабала, и мы расследовали твое дело, как могли. Твой друг тайно проживает с твоим кланом. Вампиры давно умеют прятаться, и у них есть союзники. В конечном счете, относительно небольшое число было поймано или убито.

— Относительно небольшое — это не то же самое, что маленькое.

— Нет, — согласился Борис. — Нет, это не так, и то, что делают люди, только толкает потенциальных союзников на сторону лордов-вампиров. К счастью, большинство убежищ не секретны, так что несколько вампиров, переходящих на сторону убийц, нам не вредят.

— Убежища?

— Есть безопасные зоны для вампиров, которые не переходят на сторону лордов. В основном в районах, где Кабал имеет влияние, где мы вытеснили фракции Сети и открыто присоединились или даже полностью вытеснили правительства. Скандинавия, части России и Африки. Сулавеси и Папуа.

— Сулавеси? Где Макассар?

— Да. Индонезия — одна из нескольких стран, где подъем магии превратил старые трещины в свежие разломы. Сулавеси и Папуа объявили независимость при поддержке Кабала. Военные репрессии провалились с треском, так как союзники правительства из Сети были слишком заняты своими собственными фракционными конфликтами, чтобы выступить против Кабала. Кабал, с другой стороны, очень быстро становился сильнее. Так много наших членов застопорились в силе из-за низкой магии Земли. Теперь, когда магия поднялась, это как будто засуха закончилась. Наши люди становятся сильнее и выходят на свет.

— Ты думаешь, они могут создать убежища для вампиров, которые не идут по плохому пути?

— Нет. Тот же подъем магии, делающий Кабал сильнее, делает вампиров более агрессивными. Не дикими, но холодными. Это снижает их эмпатию, даже когда усиливает их голод.

— Плохая комбинация.

— Действительно.

— Узнаю ли я вообще Землю, когда вернусь?

— Она изменится, — сказал Борис. — Но изменишься ли ты меньше?

— Полагаю, нет.

Они сидели в тишине некоторое время, глядя на воду.

— Мы собираемся сделать это, верно? — спросил Борис. — Стереть мою метку?

— У меня все еще есть сомнения, — сказал Джейсон. — Когда ты впервые появился, ты сказал, что Веста Кармис Зелл была твоим астральным королем и тебе нужно стереть ее метку.

— Технически, я намекнул. Довольно сильно, признаю. Я надеялся, что ты бросишься и очистишь метку, если подумаешь, что она ее.

— Я был немного занят.

— Прошли месяцы, а я все еще с меткой, так что я это понял.

— Ложь мне не помогла твоему делу.

— О, как будто ты никогда не позволял кому-то сделать неверное предположение ради своей выгоды.

— Конечно, позволял. И я понимаю, почему они не доверяли мне после этого.

— Это было решение, принятое плохо и в спешке, признаю. Далеко не первое, и, несомненно, далеко не последнее. С возрастом приходит мудрость, но если ты перестаешь совершать ошибки, ты перестал жить. Новый опыт — ключ к прохождению через бессмертие без окостенения. Все, что я могу предложить в свою защиту, — это желание перестать быть рабом. Цепь остается цепью, даже если тот, кто держит другой конец, достаточно мил, чтобы не дергать за нее.

Джейсон сидел тихо, обдумывая слова Бориса.

— Я был внутри душ гонцов, — сказал Джейсон. — Я видел метку, выжженную в их душах, как клеймо на скоте. Я понимаю, почему ты хочешь, чтобы это исчезло. Но чего еще ты хочешь, Борис Кет Лунди? Почему ты пришел искать меня? Почему рисковал собой, чтобы вмешаться? Ты сам сказал, что ты и твои люди должны были скрывать свое присутствие от меня.

— Вещи вышли за рамки нашего первоначального соглашения с Норетом. Он, конечно, никогда не предсказывал, что ты станешь астральным королем, и эти связанные планеты привлекают много внимания. Великие астральные существа перемещают своих агентов гораздо активнее вокруг Земли и Паллимустуса.

— Правда?

— Твой друг Доун не одинок в проявлении интереса к этим мирам, и ты — фокус этой активности. Ты знал, что именно главный сосуд Хранителя Песков убил Ма Го Шаата, чтобы защитить тебя?

— Нет. Зачем им это делать?

— Не знаю. Думаю, скоро узнаешь.

— Почему они сосредоточены на мне?

— Ты катализатор. Ты стал иномирянином по воле случая, в точно нужном месте и в нужное время. Мировой Феникс был первым, кто воспользовался этим и подтолкнул тебя на определенный курс, но это привело в движение гораздо больше, чем она намеревалась. Ты был достаточно близко к стечению событий, чтобы другие могущественные сущности последовали курсу Мирового Феникса, подталкивая тебя туда и сюда. Знание. Владычество. Жнец был довольно откровенен, когда связал тебя с твоим теневым фамильяром, но как насчет двух других? Сангвинический ужас и аватар рока, оба родились прямо тогда, когда ты призывал фамильяров? Мы уже говорили о редкости настоящего аватара рока, но знаешь ли ты, как трудно получить что-то вроде сангвинического ужаса?

Джейсон вспомнил культистов Красного стола, которые пытались принести в жертву Джейсона и его друзей, чтобы призвать сангвинического ужаса. Все время, усилия и расходы, которые они вложили в это начинание, и все же Джейсон подобрал одного с камнем пробуждения и полувыученным ритуалом?

— Похоже, я был той еще пешкой.

Борис рассмеялся.

— Разве мы не все? Но не думай об этом в терминах того, что кто-то берет фигуру и двигает ее, как пожелает. Великие астральные существа работают в макромасштабе. Их мысли, если их вообще можно так назвать, не охватывают просто десятилетия или масштаб такой маленький, как планета. Вот почему их сосуды важнее, чем многие осознают. Они не просто позволяют великим астральным существам действовать в смертном масштабе; они позволяют им мыслить в смертном масштабе. Вот почему их сосуды оказывают такое большое влияние на их мелкомасштабные действия.

— И почему древние существа иногда делают вещи, которые очень глупы.

— Иногда. Как относительно древнее существо, я могу сказать тебе, что нам не нужна помощь, чтобы сделать что-то глупое. Но мой смысл в том, что великие астральные существа не играют в шахматы с пешками и королями; они играют с эффектом бабочки. Они протягивают руку и слегка щелкают космос, а затем ждут, пока рябь сформирует события способами, которые они могут использовать. Вот тогда они развертывают своих сосудов и агентов, чтобы справиться с более тонкими деталями.

— И Мировой Феникс щелкнула меня, дав мне жетон, пока моя душа проходила через астрал.

— В нужном месте, в нужное время. Но рябь ее действия отправила тебя в направлении того стечения событий, о котором я упоминал, побуждая других двигаться. Использовать тебя как катализатор.

— Какое стечение событий?

— Строитель. Старый Строитель. Связь между мирами. Расколотый трон, если я правильно угадал. События в масштабе, который не в моей власти влиять. Попытка вмешаться была бы хорошим способом закончить очень долгую жизнь.

— Разве вмешательство — это не именно то, что ты сделал здесь?

— Это? Зона трансформации и армия нежити? Какой-то бог нежити делает то, что боги нежити всегда делают? Нет, это мой уровень. Мне комфортно с этим уровнем ставок. Даже если мы все испортим полностью, это даже не уничтожит планету.

— Тебе комфортно с этим?

— Да. И тебе должно быть так же, учитывая твою историю, но это не так, и это увлекательно. Ты поставил против бога, поставив на кон свою душу, чтобы спасти что? Десять тысяч светлосердечных и город, который уже разрушен? Ты спас Землю. Миллиарды, и тебе все еще нужно сделать это снова. И все же, вот ты здесь, ставя все на кон.

— Кто-нибудь спасет Землю, если я паду.

— Да. Я, идиот, и я не сделаю отличную работу. И это по сравнению с тобой, который, честно говоря, все это время работал спустя рукава.

— Ты?

— Да, я. Кто еще? Ты думаешь, размерные гештальт-сущности растут на деревьях?

— Ну… да.

Борис посмотрел на Джейсона, моргнул пару раз, и оба мужчины разразились смехом.

— Ладно, — признал Борис, когда они успокоились. — Это, возможно, был не самый удачный аргумент.

— Что довольно далеко ушло от моего первоначального вопроса. Почему пришел искать меня?

— Ну, как я объяснил, события стали намного сложнее, чем ожидал Норет. Неудивительно, учитывая, что он никогда не действовал в космическом масштабе. Мы, гонцы, действуем, и было все больше причин для беспокойства. Не в последнюю очередь из-за того, что Паллимустус внезапно стал полон гонцов, в одном размерном звене отсюда. Это не сделало тех из нас, кто прячется от них на Земле, очень комфортно.

— Разве приход сюда не привлек бы их внимание?

— Большим беспокойством было то, что ты станешь слепо антагонистичным ко всем гонцам. Сделка заключалась в том, чтобы раскрыть себя, когда ты вернешься на Землю при определенных, конкретных обстоятельствах. Мы поняли, что если ты уже был настроен против всех гонцов, то появление миллиона из нас из ниоткуда с заявлением, что мы твои союзники, не пошло бы хорошо. Особенно учитывая, как все сложилось с другими союзниками, которые у тебя были на Земле.

— Ты прав насчет моего отсутствия доверия к земным союзникам. И я признаю, что задавался вопросом, нужно ли перебить всех гонцов.

— Но ты решил, что это не так. Я предполагаю, основываясь на всех гонцах, которых ты освободил.

— Они не такие уж свободные. Я продолжаю запирать их всех в карманных вселенных.

— Это просто вопрос логистики. Я могу помочь тебе выгрузить их.

— Хотят ли они иметь с тобой что-то общее — это их выбор, — сказал Джейсон.

— Я ценю твое сострадание к ним. Одна из причин, по которой было решено, что я приду на Паллимустус и разузнаю о тебе, заключалась в том, что ты не проявлял много сострадания к тому времени, когда покинул Землю. Ты был ранен. Зол. Реагировал быстро и с решительным насилием. Причины были достаточно очевидны. Потеря. Эмоциональная изоляция от твоей структуры поддержки.

— Это могло быть хорошее время для союзника, который понимал, чтобы вмешаться.

— Были те, кто спорил, что мы должны.

— Ты был одним из них?

— Нет. Я спорил, что ты будешь считать нас ненадежными в лучшем случае и откажешься работать с нами. В худшем, ты увидишь в нас врага. Слишком могущественного, чтобы сражаться, побуждая тебя сделать что-то экстремальное, как ты делал снова и снова. Та самая причина, по которой Норет, Доун и теперь я отказываемся рассказывать тебе о некоторых вещах в твоем будущем.

— Что вы сделали? Что-нибудь?

— Мы были близки к тому, чтобы раскрыть себя не только тебе, но и всему миру. Пытаясь остановить гонку за ядрами реальности. В конце концов, было решено, что результаты были бы слишком непредсказуемыми. Мы действительно остановили погоню за ядрами в тех частях Кабала, которые контролировали в то время. К сожалению, это произошло в момент, когда вампиры захватили много власти внутри Кабала. Их открытые действия уменьшили наше тихое влияние, и потребовалось время, чтобы должным образом восстановить это и исключить нарушителей спокойствия.

— Я понимаю это, — сказал Джейсон. — Я сделал много смелых ходов и наблюдал, как другие страдают от последствий. В умеренности есть мудрость, но умеренность никогда не кажется вариантом для меня. Или, может быть, она есть, а я продолжаю делать неправильный выбор.

— Столкнувшись с экстремальными обстоятельствами, — сказал Борис, — часто мало выбора, кроме экстремальных действий. И экстремальные обстоятельства находят тебя с некоторой регулярностью. Или ты находишь их?

— И то, и другое. Я полагаю, что ты, как никто другой, знаком с магией судьбы.

— Я задавался вопросом, была ли она в игре. Это определенно многое объясняет.

Борис вздохнул.

— Асано, я признаюсь в нерешительности поделиться той ролью, которую я и мой народ сыграли во время событий на Земле. В раскрытии нашего бездействия. Я боялся, что это разозлит тебя.

— Я научился отпускать свой гнев по поводу того времени. Надеюсь. Не думаю, что буду знать наверняка, пока не вернусь на Землю.

Борис кивнул.

— Я рад, что ты нашел путь к состраданию к моему виду. Когда я прибыл на Паллимустус и обнаружил, что ты начал освобождать гонцов от Весты Кармис Зелл, вот тогда я решил помочь тебе. Я получил гораздо больше, чем рассчитывал в этой сделке, но я думаю, оно того стоит. Ты и я будем знать друг друга в течение промежутка времени, который ты слишком молод, чтобы даже осознать.

— Тогда тебе действительно не следовало лгать мне.

— Это не было, строго говоря,…

Борис заметил, что Джейсон смотрит на него из-под приподнятых бровей.

— Нет, — сказал он. — Я не должен был лгать тебе.

Глава43 БИНАРНОСТИ

Глава 43 БИНАРНОСТИ

Борис был человеческого размера и без своих крыльев, но Джейсон не мог не заметить, что гонец все еще был намного выше. Они все еще были на пляже, Джейсон в цветастой рубашке и бежевых шортах. Борис был одет в то, что Джейсон мог описать только как блузку, застегнутую только на две пуговицы внизу. Как и его волосы, она была слегка взъерошена морским бризом, которого было недостаточно, чтобы пробиться сквозь палящую жару дня. Джейсон посмотрел на ноги Бориса.

— Ты носишь панталоны? — спросил Джейсон.

— Я не собираюсь принимать критику моды от того, кто одет как японский турист в американском фильме. Из восьмидесятых.

— Лучше это, чем обложка какого-нибудь дешевого бульварного романа. Ты выглядишь так, будто тебя выбросило с пиратского корабля, и у тебя нулевой интерес к согласию.

— Мы собираемся делать это или что?

— Ну, мы собирались. Проблема в том, что я начинаю чувствовать себя грудастой, но наивной дочерью владельца плантации.

— Я думал, проблема в том, что ты подозреваешь меня в том, что я — ловушка, спроектированная душой.

— Что? О, да. Это проблема. Я не забыл.

Борис покачал головой, и Джейсон поднял руку, один палец был готов щелкнуть.

— Серьезно? — спросил Борис. — У тебя нет более зрелого способа…

Джейсон щелкнул его по лбу.

Джейсон и Борис стояли лицом друг к другу, босиком на песке. Джейсон оглядел пространство души Бориса. Это была пустая, неестественно плоская пустыня, простирающаяся до горизонта. Не было ни камней, ни дюн, ни облаков в лазурном небе. Только плоская полоса песка и солнце с его безжалостной жарой.

— Это довольно пространство души у тебя здесь, — сказал Джейсон.

— Астральный король впервые помог мне сформировать это пространство до того, как существовала твоя планета. У меня было много времени, чтобы поработать над ним.

— И это фойе. Все твои секреты, далеко, где никто не может их видеть.

— Мы оба знаем, что ты мог бы найти их с небольшим усилием. Это мое пространство, но у меня нет инструментов, которые есть у тебя.

— Я не собираюсь рыться, — сказал Джейсон. — Я пришел сюда только потому, что нет другого способа стереть метку с твоей души. Воспользоваться этим было бы нарушением высшего порядка.

— Я мог бы показать тебе немного. Это могло бы помочь тебе доверять мне больше.

— Ты только что сказал мне, как долго тебе пришлось работать над этим местом. Ты хочешь сказать мне, что за все это время ты не мог вылепить обнадеживающую и тщательно обманчивую игровую площадку, чтобы провести через нее кого-то? Тематический парк, где тема — ты, не являющийся злым интригующим придурком?

Борис рассмеялся.

— Я мог бы сделать это, да. На самом деле, я мог бы начать работать над этим, как только мы закончим здесь.

— Поставь надувной замок. Надувные замки — это круто.

— Если ты не собираешься совать нос, я должен отвести тебя к метке. Она находится в традиционном тронном зале.

Джейсон слегка топнул ногой, и песок пошел рябью, как вода в пруду после брошенного камня. — Это сделает дело?

Борис наклонил голову, как будто прислушиваясь к чему-то.

— Да, — сказал он, удивление в его голосе. — Я верю, что этого достаточно, чтобы я мог взять это отсюда.

— Хорошо. Я ухожу, прежде чем появятся еще твои подозрительные пиратские друзья.

Джейсон и Арабелла стояли посреди жилой улицы в копии города Джейсона. Движения не было, хотя были припаркованные машины. Они смотрели на конкретный дом.

— Итак, это место, где ты вырос, — сказала Арабелла.

— Да. Моя сестра и ее семья владеют им сейчас. Я думаю. Их жилищная ситуация стала немного сложной на некоторое время, как и общество в целом. Оглядываясь назад, я ударил по Земле немного как бомба.

— Ты винишь себя?

— За то, что случилось на Земле? Абсолютно нет. Мое прибытие могло изменить точные исходы, но дела шли наперекосяк задолго до того, как я появился. С магией или без меня, она должна была стать публичной рано или поздно. Шаткая дверь Строителя ждала иномирянина, чтобы заявить на нее права за сотни лет до моего рождения.

— Я больше думала на личном уровне.

— Если бы я не вернулся, у моей семьи не было бы нормальной жизни, потому что ни у кого бы ее не было. Все сложилось бы немного иначе, но существование магии выходило наружу. Остановить это было невозможно, и это было только начало. Все могло обернуться хорошо или превратиться в полноценный зомби-фильм, я не знаю. Земля больше не создана для обычных людей, и мое появление или отсутствие не могло этого изменить. Но я сделал так, что моя семья больше не обычные люди, и оставил их настолько безопасными и обеспеченными, насколько мог.

— Но у тебя есть сожаления?

— Не думаю, что существует жизнь без сожалений. Я не был готов ментально к тому, что Земля приготовила для меня, но я сделал все, что мог, с тем, что у меня было. Нет стыда в том, чтобы делать все возможное, даже когда это не срабатывает.

Арабелла бросила на него боковой взгляд, и он усмехнулся.

— Я знаю, — сказал он. — Обычно после одной из этих безумных битв я лежу месяцами и более чем немного хандрю.

— Это было больше, чем безумная битва, Джейсон. Ты рисковал не только своей жизнью, но и своей душой и самой своей идентичностью. Я видела, как твоя душа была испорчена и разрушена.

Джейсон кивнул и начал идти по улице, Арабелла последовала за ним.

— Это не было реальным повреждением, — сказал он. — Ну, немного было, но не так сильно, как ты думаешь. Моя душа привыкла к тому, что ее бьют изнутри, и то, что ты видела, на самом деле не происходило. Это была метафора контроля, настольная игра, разыгрывающаяся, когда моя воля столкнулась с эхом воли Нежизни.

— Как это вообще работает? Как у силы воли может быть эхо?

— Боги, — сказал Джейсон и хлопнул в ладоши. — Когда я делаю это, это издает звук. То, что мы с тобой можем сделать, потому что мы физические по природе. Бог духовен по природе и исчерпывающе могущественен.

Джейсон хлопнул снова, на этот раз сделав это со всей своей силой серебряного ранга, чтобы вызвать громкий треск.

— Насколько громко мог бы хлопнуть алмазный ранг? — спросил он. — Могли бы они опрокинуть эти дома одной силой этого? Бог гораздо могущественнее даже алмазного ранга, поэтому, когда они духовно хлопают, это имеет силу. Силу, достаточную, чтобы дать аватару то, что имитирует собственную волю. Больше силы, чем я могу выдержать как смертный человек. У меня одна нога в духовном царстве, что позволило мне вообще сражаться, но бог есть бог.

— И в своем пространстве души ты — самое близкое, что есть к богу.

— Да. Но мне пришлось позволить себе стать более богоподобным, чтобы действовать как один из них. Как только я это сделал, остаток воли Нежизни был ничтожной вещью, но мне пришлось поставить обе ноги на духовную сторону, чтобы добраться туда. Возвращение не было легким.

— Мне трудно представить, что прохождение через это не оставило какой-то травмы.

— Я тоже был удивлен. Я ждал, что последует откат, но все было с точностью до наоборот.

— О?

— Я меняюсь. Мы говорили о моем страхе перед тем, кем я в итоге стану, но я только что получил очень хороший взгляд.

— Ты собираешься превратиться в какое-то богоподобное существо без идентичности?

— Нет, к счастью. Это был я, возящийся с силой, которую не понимал. Опять. Но опыт дал мне понимание духовной силы, которая росла внутри меня. Аспекты меня, которые сбрасывают смертность.

Он взглянул на Арабеллу, идущую рядом с ним по улице его родного города. Летняя погода напоминала ему о детстве.

— Самое важное, — продолжил он, — опыт помог мне принять части себя, которые я держал на расстоянии из страха. Я никогда не исследовал пределы своей духовной силы, потому что боялся того, кем стану.

— Но борьба с аватаром Нежизни заставила тебя действовать.

— Да. Отсутствие понимания означало, что мой подход был более опасным, чем должен был быть, потому что я учился в худших обстоятельствах. Та самая ситуация, за которую Хамфри отчитал меня, заставив всех вас ввязаться, как оказалось.

— Что ты думаешь об этом?

— Как будто я совершил последнее в длинной череде ошибок. Честно говоря, думаю, Хамп опередил тебя, заставив меня осознать, как я саботировал себя и людей, которые значат для меня больше всего.

— Что ты узнал?

— Что я должен не просто говорить о доверии, а действительно доверять. Цена ошибки всегда кажется такой очевидной в ретроспективе.

— Боюсь, что мы вышли за рамки моих знаний относительно психического здоровья, — сказала Арабелла. — То, что ты описываешь, что это значит с практической точки зрения? Что изменилось?

— Я исследовал это последние несколько недель. Как гештальт-существо, мое тело было и физическим, и духовным в течение нескольких лет. Теперь мой разум тоже такой, и я погружался в духовные части себя. Если бы я был готов сделать это, когда это было безопаснее, мне не пришлось бы идти на такие риски. Если бы мне пришлось снова сражаться в той битве воль сейчас, мне не нужно было бы вырезать части себя. Я перестал разделять свой разум на части, которые принимаю, и части, которых боюсь. Я перестал притворяться, что это бинарность, и принял, что я собираюсь измениться.

Они подошли близко к пляжу, и Джейсон увел их с дороги. Он раздвинул ветки куста и вывел их на тропу, которая шла вдоль небольшого ручья. Это был австралийский буш; эвкалипты с их тяжелым запахом и кусты, щеголяющие острыми колючками так же часто, как листьями. Высокая трава теснила тропу с обеих сторон, и Арабелла почувствовала, как что-то задело ее ногу. Она остановилась, чтобы осмотреть свои брюки, и обнаружила аккуратный, прямой разрез на них.

— Режущая трава, — сказал Джейсон, когда она остановилась, чтобы осмотреть свои брюки. — Любит делать неприятные порезы. Бумажные порезы, в основном. Ты золотого ранга, так что тебе не о чем беспокоиться.

— Мои брюки — да. Как выглядит эта режущая трава?

— Как остальная трава. Добро пожаловать в Австралию. Ну, поддельную Австралию.

Арабелла наблюдала, как Джейсон переходил ручей, ступая на последовательность нестабильно выглядящих камней. Арабелла просто перепрыгнула, смехотворно легкая задача для ее физической доблести золотого ранга. Так же легко для Джейсона, но он решил перепрыгнуть через камни, как обычный человек. Он сделал это с уверенностью, которая пришла не от доблести, а от практики.

— Куда ты нас ведешь? — спросила Арабелла. — Или это просто экскурсия по местам твоего детства?

— Этот ручей вытекает из утиного пруда, — сказал Джейсон. — Я хотел посмотреть, были ли там утки.

— Ты уже знаешь ответ на это.

Джейсон кивнул, но продолжал идти. В зоне трансформации не было обычных животных. Они достигли поляны и обещанного пруда. В нем было немного, но Арабелла могла понять, почему он был бы сокровищем для детей. Спрятанный в буше, побег от родителей, даже если это была иллюзия. Те же родители помнили бы путь из своего собственного детства, точно так же, как Джейсон привел их сюда сейчас.

Арабелла наблюдала за Джейсоном, когда он стоял, глядя на маленький пруд и отсутствие уток. Она ждала, давая ему столько времени на раздумья, сколько он хотел. Он взял много. Была жуткая тишина без животных или насекомых. Бриз время от времени шелестел листьями эвкалипта.

— Я помню, что он был больше, — сказал он, наконец нарушив тишину. — Ничто не остается таким, каким было, верно? Даже если место не меняется, оно меняется для нас, потому что мы меняемся. Что-то, что раньше было таким знакомым, ощущается тем же самым, но также достаточно другим, чтобы быть жутким. Как найти старую рубашку, которую ты любил в детстве, ту, которую ты носил, пока в ней не появились дыры, а потом ты продолжал носить ее все равно. Но теперь она слишком мала, как будто она принадлежит кому-то другому. Кому-то, кем ты был, но больше не являешься.

Арабелла оставалась тихой. Она узнала, что он на самом деле не разговаривал с ней.

— Я собираюсь измениться, — сказал он, повторяя свои более ранние слова. — Я собираюсь доверять себе, что изменения будут к лучшему и не будут стоить мне всего, чем я являюсь. Я не доверял себе или своим друзьям во время битвы с аватаром. Не до тех пор, пока не пришлось. Если бы у меня хватило смелости перестать прятаться от неизбежного, это не было бы так опасно.

Он повернулся и улыбнулся Арабелле.

— Пойдем, — сказал он.

Он повел их по другой тропе, которую Арабелла не заметила, прежде чем Джейсон отодвинул куст.

— Я говорил о своих ошибках и своих чувствах, — продолжил Джейсон. — Мы так часто обсуждали эту тему за эти годы, что я уже знаю, как двигаться дальше. Есть другие вещи, которые требуют моего внимания прямо сейчас.

— Например?

— Зона трансформации. Я чувствую ее, сильнее, чем когда-либо сейчас.

— Потому что ты заявил права на половину ее?

— Это часть этого. Я приобрел довольно хорошее чувство ее, и она отличается от зон трансформации, с которыми я сталкивался на Земле.

— Более мощная?

— Да, но это не имеет значения. Она более сложная. На Земле зоны были прямолинейными заплатками измерений, струпьями, выросшими над ранами во вселенной. Эта зона трансформации была набита экстремальными влияниями. Божественная сила, искаженная природная матрица, полусформированная кузница душ. Даже я. У меня не было моих астральных врат и астрального трона на Земле, и они определенно повлияли на эту зону.

Арабелла повернулась, чтобы посмотреть, но гора в форме головы Джейсона была скрыта деревьями вокруг них.

— Мы заметили, — сказала она сухо.

— Все эти факторы как инфекции, запертые под струпом, делая процесс заживления труднее. Это также означает, что заявление прав на четверть зоны сразу ударило по мне как поезд. Не так плохо, как потеря территорий — ничего не было вырвано из моей души — но так много территорий сразу? Это ударило по мне сильнее, чем потеря гораздо меньшей территории.

— Узнал ли ты что-то полезное из своей связи с зоной трансформации? Что-то, что мы можем использовать?

— Ага. У меня более сильное чувство территории, чем было для зон трансформации на Земле, по крайней мере, до того, как я заявил на них полные права. Я чувствую природную матрицу. Кузницу душ. Думаю, я даже понял, что гонцы продолжали делать неправильно. Почему их попытки превратить природную матрицу в кузницу душ не сработали.

— Которая заключается в чем?

— Лучше обсудить с Клайвом и Фаррой, честно говоря. Короткая версия в том, что они продолжали смотреть на природную матрицу и ее силу как на единую вещь, когда они на самом деле две. Связанные, но не объединенные. Природная матрица и ее сила бинарны, как тело и душа человека.

— Тело и душа, — сказала Арабелла. — Не случайное сравнение, я полагаю.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это как будто гонцы были ослеплены своей гештальт-природой. Они думали о кузнице душ как о чем-то, принадлежащем астральным королям и, по расширению, гонцам в целом. Это было их, не просто для них, но из них. Это привело их к применению чувств гонцов и обращению с двумя аспектами матрицы как с гештальтом.

— Их гештальт-природа — один из краеугольных камней чувства превосходства гонцов, — сказала Арабелла. — Итак, когда они смотрят на что-то, что ассоциируют с собой, они не думают бинарно. Это слепое пятно для них.

— Именно, — сказал Джейсон. — Что им было нужно, так это сила, но они продолжали искажать ее, пытаясь включить физическую матрицу. Думаю, гонцы дали нам устройство, которое, как они думали, извлечет кузницу душ, но они ошиблись. Хорошо, что мы использовали его для чего-то другого.

— Означает ли это, что ты можешь забрать кузницу душ, если нам удастся заявить права на всю эту зону?

— Я верю в это. У меня есть лучшее представление о том, что такое кузница душ сейчас. Только самые основы, но обучение использованию моего астрального трона и астральных врат помогло. И была Доун, говорящая, что я должен оставить их в покое.

— Ты ее совсем не слушал, да?

— Слушал, но ты знаешь, как это бывает. Если тебе нужен меч, но единственный доступный имеет шипы на рукояти, ты все равно хватаешь его. Спасение жизни важнее, чем окровавленная рука.

— Мы с тобой обсуждали твою склонность к самопожертвованию, Джейсон. Остерегайся упускать из виду альтернативы и прыгать прямо в саморазрушительное поведение.

— Я знаю, — сказал Джейсон тоном ребенка, обещающего заправить свою постель.

— Какие еще идеи ты почерпнул?

— Мое улучшенное понимание моей духовной стороны и кузницы душ дали мне лучшее представление о том, что будет дальше. Когда я буду реформировать зону трансформации и реинтегрировать ее с нормальной реальностью, я отделю природную матрицу и кузницу душ, которые искажают друг друга, затем заявлю права на кузницу душ для себя. Это запустит мое преображение в полноценного астрального короля. Я начну процесс становления полутрансцендентным.

— Пиковый алмазный ранг?

— Нет. Это другая половина полутрансцендентного. Трансцендирование требует двух вещей: трансцендирования смертной силы и трансцендирования смертной природы. Пиковый алмазный ранг — это о становлении настолько могущественным, что сама смертность едва может удержаться за тебя. Это та половина, которую большинство людей достигают первой, часто никогда не справляясь со второй половиной.

— Но ты просто должен был быть другим.

— Думаю, это своего рода моя фишка. Мне все еще нужно добраться до пикового алмазного длинным путем. Часть, с которой у большинства людей проблемы, — это истинный шаг через линию между смертным и бессмертным. Трансцендировать саму смертность. Это не то, что ты можешь сделать просто путем роста своей силы.

— И ты сделаешь это, став астральным королем.

— Астральным королем или ближайшим предложением. Я не буду первым, кто превратится в астрального короля трудным путем, и те, кто это делает, все немного странные, по-видимому. Думаю, обычные люди не доходят до этой стадии. Но становление астральным королем — не единственный способ сбросить смертность.

— Разве Доун не ушла, чтобы стать трансцендентной?

— Да, но я понятия не имею как.

— Она не сказала тебе?

— Я не спрашивал. Тот факт, что она уходила, всегда казался важнее, чем почему.

Арабелла улыбнулась про себя. Джейсон вывел их из куста на обочину дороги. Это было где-то на окраине города с более разбросанными домами. Она оглянулась и с трудом нашла бы путь снова.

Они начали идти по середине дороги, которая казалась горячей и мягкой. Нога Арабеллы слегка утонула в ней в одном месте, участок дороги расплавился под ногами. Джейсон обернулся, чтобы увидеть, почему она остановилась, и расплылся в широкой улыбке.

— Дешевые дорожные материалы, — сказал он счастливо. — Становятся мягкими в жаркие летние дни. Я всегда любил это.

Арабелла покачала головой, и они продолжили путь.

— Каковы практические аспекты становления астральным королем? — спросила она.

— Это означает консолидацию моего пространства души в настоящую карманную вселенную. Что-то, плавающее в астрале, куда люди могли бы пойти и посетить на размерном корабле. Он, возможно, сам станет размерным кораблем.

— На котором ты можешь вернуться на Землю?

— Да. Вероятно, и мой облачный корабль тоже, учитывая его связь со мной. Я не могу управлять им, однако. Мы с Клайвом смотрели на размерную навигацию, и мы не можем взять ее в толк. Борис сказал, что даст мне магию, необходимую для езды по связи между мирами, никакой навигации не нужно. Конечно, мы с Клайвом проверим это так тщательно, как сможем, прежде чем когда-либо использовать.

— Ты собираешься превратиться в астрального короля. Сколько времени это займет?

— Годы.

— И тебе придется оставаться внутри своего пространства души все это время?

— Больше чем это. Я должен стать своим пространством души. Тело-дух гештальт — как семя. Очень близко к буквально, для гонцов. Когда я стану астральным королем, это семя прорастет и станет вселенной.

— Если твое тело станет вселенной, не застрянешь ли ты, плавая через астрал?

— Как только процесс будет завершен, я создам аватар. Главный аватар, который воплощает все во мне. Они обычно пикового алмазного ранга, с хорошим куском дополнительной духовной силы позади них, но мой застрянет на моем ранге. Ты можешь иметь только один за раз, даже когда ты полноценный астральный король, но это позволяет астральным королям действовать в физической реальности. Они генерируют меньше авторитета, чем боги или великие астральные существа, но, через свои главные аватары, имеют свободу действовать в физической реальности, с которой другие зенитные астральные сущности не могут сравниться. Астральные короли поддерживают тот физический аспект, которого никогда не было у богов и великих астральных существ.

— Не означает ли это, что астральные короли могли бы отправить свои смехотворно могущественные аватары сюда?

— Это то, о чем я задавался вопросом. Теоретически, да. На практике, есть много политических споров с местными богами. Недостаток поддержания физического и духовного существования в том, что ты подчиняешься правилам и ограничениям обоих. Боги не позволят астральным королям, вторгающимся в их мир, отправлять могущественные аватары, а астральные короли не просят. Замена главного аватара — это, по всем рассказам, не маленькое дело.

— Это много, чтобы принять.

— Я знаю, да? Я собираюсь превратиться во вселенную. И я собираюсь быть таким невыносимым по этому поводу. Я буду говорить об этом больше, чем если бы стал веганом; я буду совершенно невыносимым.

Арабелла вздохнула.

— Хорошо, что ты знаешь, что тебя ждет, — сказала она. — Лучше, что ты кажешься в мире с этим. Но помогают ли нам какие-либо из этих новых идей с заявлением прав на остальную часть зоны трансформации?

— Да, на самом деле. У Клайва была гипотеза, которую я теперь могу подтвердить, и мы обсуждали, как ее использовать. Прямо сейчас Гэри тяжело тащит нас в заявлении прав на территории, но мы не знаем, что ждет нас в конце. Мы с Клайвом и Фаррой готовили что-то, чтобы дать нам дополнительный удар, когда…

Он замолчал, и они оба отошли в сторону дороги. Они наблюдали, как ярко-желтая машина двигалась хаотично по улице. Внутри нее был гонец, уменьшенный до человеческого размера, но с белым огнем, пылающим в ее глазах. Они наблюдали за ее неуверенным прогрессом, ее выражение отвлеченной решимости даже не взглянуло в их сторону.

— Э-э… — сказал Джейсон, в нехарактерном замешательстве от отсутствия слов. — Я только что видел гонца, ведущего «Холден Торана» 73-го года миссис Берриган?

Глава44 КОГДА МЫ ВОЛНУЕМСЯ БОЛЬШЕ ВСЕГО

Глава 44 КОГДА МЫ ВОЛНУЕМСЯ БОЛЬШЕ ВСЕГО

— Мне жаль, — сказала Джали Коррик Фен, идя рядом с Джейсоном в горной крепости. Коридоры из черного камня и красного металла были достаточно высокими и широкими, чтобы проехать по ним на грузовике. Этого было более чем достаточно для гонца, чтобы идти рядом с Джейсоном, не уменьшаясь и не убирая свои крылья.

— За что ты извиняешься? — спросил Джейсон.

— Гонцы, которых ты освободил, не получают индоктринацию, которую они обычно получали бы.

— Я серьезно надеюсь, что ты не извиняешься за то, что не промываешь мозги детям.

— Нет, — сказала Джали, ее лицо покраснело. — Просто мы не заменили ее ничем. Гонцов оставили на произвол судьбы, и некоторые из них… ведут себя немного странно.

Джейсон рассмеялся. — Нет ничего плохого в том, чтобы быть немного странным.

— Эм, хорошо. Нет ничего плохого и в небольшой структуре. В какой-то момент мы должны найти для них место, и я не думаю, что кто-то из нас хочет, чтобы они оказались в руках твоего Общества искателей приключений.

Веселье Джейсона быстро сменилось нахмуренным взглядом.

— Это справедливое замечание, — сказал он. — У тебя есть предложение?

— Очевидный выбор — Борис Кет Лунди, но я не думаю, что ты хочешь просто передать их Неортодоксии тоже.

— Хотя он остро нуждается в поездке в отдел кадров, Борис кажется приятным типом. Но я не хочу втягивать этих гонцов в конфликт, о котором они даже не знают. Их происхождение может быть далеко не идеальным, но, по крайней мере, они родились вне гражданской войны твоего вида.

— Войны, о которой большинство из нас даже не подозревало, — сказала Джали. — Если бы гонцы в целом узнали, сколько Неортодоксии там, это раскололо бы наше общество.

— Оно нуждается в расколе, — сказал Джейсон.

— Не таким образом. Если информация, которая дико противоречит нарративу, которому нас учили, распространится, астральные короли устроили бы беспрецедентную чистку. Они сожгли бы половину нашего вида, чтобы вырезать гниль. И та половина, которая осталась бы, была бы теми, кто сохранил веру. Теми, как Тера Джун Каста, кто боролся бы с любой попыткой освободить их.

Джейсон кивнул.

— Должен быть лучший способ изменить общество гонцов, чем этот, — сказал он. — Это не наша битва, однако; это для Бориса и людей за ним. Мы с тобой должны разобраться с этими детьми-гонцами, и превращение их в детей-солдат — не выход. При этом, я не вижу, как у нас есть альтернатива отправке их с Борисом. Мое пространство души скоро будет закрыто для бизнеса.

— Мы будем в этой зоне трансформации еще некоторое время. Достаточно, чтобы дать им некоторое образование о мирах за пределами этого места.

— О каком образовании ты думаешь?

— Мои мысли об этом неэкспертны и довольно базовы. Но я слышала, как и Руфус Ремор, и его отец Габриэль упоминали, что их семья управляет школой.

Джейсон разразился смехом, к замешательству Джали.

— Я не вижу юмора.

— Тебе и не нужно. Это хорошая идея, при условии, что ты сможешь заставить гонцов принять обучение от пары людей. И, несмотря на мои оговорки, я думаю, Борис должен быть в деле. Есть аспекты того, чтобы быть гонцом, которым люди не могут их научить. Я хочу, чтобы ты была частью этого тоже, но я хочу, чтобы они узнали о том, чтобы быть свободным гонцом. Это ново и для тебя тоже.

— Некоторые из гонцов будут более восприимчивы, чем другие. Те, кого освободил непосредственно ты и твои ближайшие спутники, никогда не видели битвы. Они никогда не использовались как оружие. Многие другие были, как твоими союзниками, так и твоими врагами. Те будут менее открыты.

Джейсон кивнул.

— Все, что мы можем сделать, — это лучшее, что мы можем, с тем, что у нас есть. После того как встреча закончится, я попрошу Бориса, Руфуса и Габриэля остаться. Есть кое-что критическое, что тебе нужно знать до этого, однако.

— Которое заключается в чем?

— Ты когда-нибудь слышала о играх с выпивкой?

Клайв стоял во главе конференц-стола. Тронное кожаное кресло Джейсона было отодвинуто, а окно, выходящее на водопад лавы, стало дымно-непрозрачным. Иллюзорная карта зоны трансформации плавала в воздухе, как голограмма. Вокруг стола сидели лидеры и важные члены альянса между авантюристами, светлосердечными, культистами и гонцами.

— Разбросаны среди территорий зоны трансформации, — сказал Клайв, — те, с экстремальными условиями окружающей среды, которые можно контролировать. Центры управления хорошо спрятаны, и требуется время, чтобы научиться их использовать, но это можно сделать. Один из ключевых индикаторов, отделяющих контролируемые среды от тех, которые обычно опасны, — это аспект искусственности.

Клайв махнул рукой, и карта была заменена тремя изображениями, плавающими на месте, как будто увиденными через три круглых окна. Одно показывало молнию, бьющую в железную башню. Другое имело лаву, проходящую через серию шлюзовых ворот в чем-то, что выглядело как подземный комплекс из красного кирпича. Третье показывало трубы, поднимающиеся из болота, чтобы распылять обжигающую воду.

— Я верю, что большинство из нас сталкивались с этими территориями, и большинство из них теперь под нашим контролем.

— Но приносят ли они нам какую-то пользу? — спросил Габриэль. — Мы зачистили эти территории в процессе заявления прав на них.

— В том виде, в каком они есть, нет, — сказал Клайв. — Как вы сказали, эти территории были зачищены и заявлены, так что они теперь под нашим контролем, но мы не можем просто выкопать их инфраструктуру и переместить ее. Но с тех пор, как я узнал, что их столько, сколько есть, я начал задаваться вопросом об их цели. Я разработал гипотезу, и, если я прав, они представляют собой актив, который может быть так же полезен нам, как наш местный полубог.

— Насколько вы уверены в этом? — спросила Арабелла.

— Вследствие его недавнего необычного и экстремального опыта, Джейсон считает мою гипотезу точной.

— Вам придется сузить «необычный и экстремальный опыт» для нас, — окликнул Нил. — Для нас они необычные. Для него они — что-то, чтобы приправить его неделю.

— Я согласен с упитанным эльфом, — сказал Бофорт, лидер культистов Строителя. — Нет недостатка в странных событиях, сосредоточенных на Асано, даже за короткое время, что я его знаю.

— Я не упитанный.

Клайв продолжил, игнорируя их обоих.

— Сражаясь с остатками аватара, — сказал он, — Джейсон вошел в духовное состояние, где получил несколько идей. Большинство были личными по природе, но он также получил лучшее понимание зоны трансформации. Более половины ее связано с ним сейчас, в конце концов.

— Что это за гипотеза, о которой вы упомянули? — спросил Борис. — Предполагая, что вы готовы поделиться. И, хотя я не имею в виду никакого оскорбления Асано, вы проверили эту гипотезу за пределами «Джейсон думает, что он понял это, пока сражался с богом»?

— Изучение моей гипотезы — следующий шаг, — сказал Клайв. — Это не будет маленьким предприятием, что является причиной этой встречи. Когда нам нужно было, чтобы все зачищали территории, и это было немногим больше, чем постулат с моей стороны, изучение этого было логистически невыполнимым. Теперь есть уровень подтверждения от Джейсона, и наши серебряные ранги сидят без дела. У нас также есть магические исследователи, которые сумели выжить в первые дни зоны трансформации. Оперативный командир дал мне разрешение использовать их.

— Использовать их как? — спросила Лоренн, лидер светлосердечных. — И намерены ли вы использовать моих людей?

— Нет, — сказал Джейсон. — Авантюристов и магических исследователей должно быть достаточно для наших нужд. Если это окажется достаточно безопасным и полезным, чтобы привлечение ваших людей имело смысл, мы сделаем этот запрос в то время. Вас не будут принуждать ни к чему.

— Фактическая работа включает в себя установку некоторых трудоемко больших ритуалов вокруг центров управления, — объяснил Клайв. — Все в пространствах, которые были зачищены, так что я ожидаю мало опасности. Идея в том, чтобы серебряные ранги работали над этим, пока золотые ранги продолжают расширять нашу территорию. Мы будем принимать меры предосторожности, очевидно. Предположение, что угрозы не будет, — лучший способ быть застигнутым врасплох. Единственные угрозы, которые мы ожидаем, — это гонцы или жрецы Нежизни, которые либо сбежали из битвы, либо еще ни с кем не столкнулись. Вероятно, по крайней мере некоторые люди все еще бродят вокруг.

— Вы все еще не объяснили, что, по-вашему, представляют собой эти специальные территории, — отметила Арабелла. — Или как вы думаете, мы можем их использовать.

— Джейсон влиял на эту зону трансформации с самого начала, — сказал Клайв. — Вам нужно только посмотреть, где мы находимся, чтобы это было очевидно. Хотя его влияние было безошибочным на его начальной территории, я также верю, что его влияние распространилось по всей зоне. Эффекты здесь были более явными, потому что это место, куда он прибыл. Вне этой первой территории его влияние было значительно уменьшено. Вот почему остальная часть зоны трансформации не такая… наполненная личностью, как эта область.

— Разве вы не должны были знать, что вы уже на все повлияли? — спросила Белинда. — Как вы пропустили то, что переписали карманную вселенную больше, чем большинство стран?

— Я не переписывал целые секции реальности очень часто, — сказал Джейсон. — Это был только мой третий раз. Что мне удалось сделать, так это эффективное бессознательное выражение. Я не пытался активно копировать свой родной город или создавать гору в форме моей головы. Это просто получилось так, потому что я потрясающий.

— Джейсон подсознательно создал домашнюю базу, с которой расширял свою территорию, — сказал Клайв. — Хотя результаты… довольно специфические, это отвечает нашим потребностям. У нее есть инфраструктура и припасы, чтобы быть плацдармом, с которого можно захватить зону трансформации. Пространство просто приняло форму, которую Джейсон подсознательно приравнивает к выполнению этого.

— Вы говорите, что в уме Джейсона инфраструктура и припасы означают гору в форме его головы? — сказал Габриэль.

— Наша конечная цель, — сказала Фарра, — захватить контроль над этой зоной трансформации. Мы находимся в изолированном мире, который Джейсон знал, что ему нужно захватить. И я могу обещать вам, что в уме Джейсона логово в вулкане в форме вашей головы — это именно то, как вы начинаете свой план по захвату мира. Единственное, чего не хватает, это…

Она замолчала, когда ее глаза широко раскрылись. Она повернулась, чтобы посмотреть на Клайва.

— Нет, — сказала она.

Клайв издал вздох человека, только что вышедшего из проигранной битвы.

— Боюсь, что да, — сказал он ей.

Джейсон откинулся в своем кресле с ухмылкой настолько широкой, что выглядело так, будто он подпирает свой рот чистым самодовольством.

— Не думаю, что вы хотели бы поделиться с группой? — предложила Арабелла.

— Чтобы быть ясным, — сказал Клайв, его выражение лица кричало о нежелании, — то, о чем мы говорим, — это интегрированная матрица в географическом масштабе, с силой манипулировать окружающей средой в макромасштабе.

— Ага, — пробормотала Софи. — Это прояснило ситуацию.

— Он имеет в виду машину погоды! — сказал Джейсон, потрясая кулаком в триумфе.

— Я не имею в виду машину погоды, — сказал Клайв. — Называть ее так — не точное представление лежащего в основе…

— МАШИНА ПОГОДЫ! — радостно закричал Джейсон поверх него.

Пушистый белый кот запрыгнул на колени Джейсону, и он начал гладить его. У кота были густые усы.

Клайв снова вздохнул.

— Позвольте мне объяснить, откуда взялись все эти территории контроля окружающей среды, — сказал он, стремясь сменить тему. — Зона трансформации включает в себя все элементы области в физической реальности, которую она обогнала.

— Эта область — дом моего народа, — сказала Лоренн.

— Да, — сказал Клайв. — Мы ожидаем, что большая часть невостребованных областей зоны трансформации будет заражена энергией нежизни, учитывая, сколько города светлосердечных было затронуто. Многие из наших групп столкнулись с такими зонами.

— Мы разведали территорию, которую Джейсон забрал у аватара, когда он был окончательно уничтожен, — сказала Мириам. — Большая ее часть была заражена энергией нежизни, и мы ожидаем увидеть больше таких территорий.

— Я верю, что могу что-то сделать с этим, когда буду реинтегрировать зону трансформации с реальностью, — сказал Джейсон. — Я не хочу восстанавливать дом светлосердечных и оставлять массивную яму энергии нежизни, сидящую в середине.

— Как будет выглядеть наш дом, когда все это будет сделано? — спросила Лоренн.

— Приходи ко мне позже сегодня, и мы сможем обсудить это более приватно, — сказал Джейсон. — Пока мы собрали всех вместе, мы должны сосредоточиться на более широких проблемах.

— Спасибо, — сказал Клайв. — Вещи, принесенные извне, изменены зоной, но их основная природа остается. Испорченное дерево кузницы душ, например, теперь является возвышающейся вещью, видимой из всех других зон. Я подозреваю, что мы увидим много живых аномалий в форме элементалей-гонцов, когда столкнемся с ним.

— Вы предполагаете, что эти территории, где окружающую среду можно контролировать, были принесены извне, — сказала Фарра.

— Да, — подтвердил Клайв.

— Вы имеете в виду природную матрицу, — сказала Фарра.

— Да, — сказал Клайв с кивком. — Мы верим, что природная матрица была преобразована в разбросанные узлы контроля окружающей среды, которые мы обсуждали.

— Мы также верим, что они связаны, — сказал Джейсон. — Точно так же, как матрица, из которой они были получены. Я научился соединяться с вещами более духовно, сталкиваясь с аватаром, и я мог чувствовать те, что на территории, на которую я заявил права.

— Наша текущая гипотеза, — сказал Клайв, — заключается в том, что сегментация зоны трансформации означала, что отдельные территории были отрезаны друг от друга. Связи не были полностью разорваны, однако, что Джейсон смог почувствовать. Но просто объединение территорий, в которых они находятся, не восстанавливало их связь. Это то, что мы стремимся сделать.

— Идея, — сказал Джейсон, — в том, чтобы собрать все эти узлы контроля окружающей среды в одну территорию и восстановить соединения. Это превратит все это в единую матрицу, охватывающую зону. Мы должны заявить права на все зоны в любом случае, так что мы предлагаем объединить специальные, которые у нас уже есть. Затем мы добавим остальные по мере того, как на них будут заявляться права. Даже если мы не сможем использовать матрицу, пока каждый узел не будет интегрирован, наличие дополнительной силы для финального рывка на дерево будет иметь чрезвычайную тактическую ценность.

— То, как это выглядит с практической точки зрения, — сказал Клайв, — это множество очень больших ритуалов, устанавливаемых по всей зоне трансформации. Мы начнем с попытки связать одну пару, чтобы увидеть, не ошиблись ли мы во всем этом полностью. Если это так, мы отпустим это и продолжим, как делали. Если мы правы, или результаты предполагают, что есть ценность в дальнейшем тестировании, мы пойдем оттуда. Если мы достигнем точки полной реализации, вот где наши свободные серебряные ранги вступают в игру. Мы будем работать над узлами управления, к которым у нас есть доступ сейчас, и покроем остальные по мере того, как будем заявлять права на зоны, в которых они находятся.

— Нам нужны все из них? — спросил Нил.

— Я не знаю, — сказал Клайв. — Кажется вероятным, если они основаны на природной матрице.

— Аватар уничтожил центр управления в поле молний, — отметил Нил. — Если нам нужно, чтобы каждая из этих областей была связана, не означает ли это, что мы потерпели неудачу, прежде чем начали?

— Это то, что нам нужно выяснить, — сказал Джейсон. — Я рассматривал этот момент, и у меня есть план. Вам не о чем беспокоиться.

— Ненавижу расстраивать тебя, Джейсон, — сказала Белинда, — но когда у тебя есть план, мы волнуемся больше всего.

Глава45 ПАРАНОЙЯ

Глава 45 ПАРАНОЙЯ

Молния ударила так быстро, что последний раскат грома все еще гремел, когда следующий заставил небо содрогнуться. Авантюристы укрылись под лесом железных башен, выступающих из взорванного ландшафта. Большинство были серебряными рангами, но небольшое количество золотых работало, чтобы защитить остальных от молнии, пока они работали. Они расчищали обломки, которые были столовой горой, пока аватар Нежизни не уничтожил ее.

Авантюристы вытаскивали фрагменты разбитой породы, одновременно извлекая определенные части. Остатки матрицы улавливания молний, которая когда-то венчала столовую гору, доставлялись Джейсону, вместе с небольшим запасом обломков. Матрица улавливания состояла в основном из магического железа, теперь сломанного и скрученного.

Джейсон подавал остатки матрицы в свою облачную флягу, вместе с кусками обломков. Это включало тыканье крошечного горлышка фляги большими кусками металла и камня, которые втягивались внутрь. Размерное сжатие заметно искажало куски, чтобы их можно было поглотить, выглядя так, будто их всасывал мультяшный пылесос.

Мириам Вэнс наблюдала за этим из-под другого гигантского громоотвода, ее выражение лица было обеспокоенным. Она восстанавливала свою ману после смены защиты серебряных рангов, молния была трудной даже для золотого ранга, чтобы справляться долго. Арабелла Ремор переместилась рядом с ней, также восстанавливая свою ману.

— Тактический командир, — сказала она в качестве приветствия.

— Миссис Ремор.

Арабелла посмотрела на выражение лица Мириам, а затем проследила за ее взглядом на Джейсона. Затем она активировала экран приватности, который отрезал звук грома. Они стояли бок о бок, наблюдая, как Джейсон работает.

— Что-то в нашем Оперативном командире беспокоит вас, — заметила Арабелла.

— Я не могу не задаваться вопросом, чего он мне не говорит.

— Как хранитель большинства секретов Джейсона Асано, я могу заверить вас, что есть много вещей, которые он вам не говорит. Я не верю, что вам нужно беспокоиться об этом, но я могу видеть, как вы чувствовали бы себя иначе, будучи той, кого держат в неведении. Джейсон сказал мне, что я должна поделиться некоторыми вещами с вами, если я чувствую, что это уместно. Если вы можете сказать мне, что беспокоит вас конкретно, тогда, возможно, я смогу облегчить ваши тревоги, если только немного.

— Я все еще не понимаю, что случилось с аватаром.

— Я не уверена, что кто-то из нас понимает. Возможно, даже сам Джейсон, полностью. Этот конфликт произошел в царстве богов, и мы всего лишь смертные. Даже Джейсон, пока что.

— Пока что?

— Вы знаете компанию, которую он держит, союзников и врагов. Вы слышали истории, даже видели это сами, иногда. Боги, великие астральные существа. Астральные короли не заботятся ни о ком из нас как об индивидуумах, но его имя они знают. Их гонцы ненавидят его с пылом, который я могу описать только как религиозный.

— Но это больше, чем это, не так ли? «Смертный пока что» — это не фраза, которую стоит использовать легкомысленно.

— Нет, — согласилась Арабелла. — Нет. Астральные короли не смертные. И если мы преуспеем здесь, Джейсон будет одним из них. Хотя я верю, что это должно быть секретом, Джейсон доказал, что ненадежен в их хранении, по крайней мере тех, что о нем самом.

— Неминуемое возвышение Джейсона в ряды наших самых серьезных врагов не облегчает мой разум. Я сражалась с гонцами с тех пор, как они впервые прибыли в Яреш. Задолго до того, как Общество искателей приключений организовало атаку, я стояла рядом с Армией Святого Знания, которые были готовы и ждали. Все, о чем говорят, — это авантюристы, сражающиеся, но когда авантюристы сражались с нашествием монстров, это были немногие из нас и некоторые едва обученные святые легионы, которые сдерживали гонцов. Держали их в их цитаделях. Леди Аллайет, моя команда и едва горстка других храбрых душ.

— Вы сражались с силами Знания?

— Вы едва ли знали бы, что они существовали, по всему, что кто-то говорит о них сейчас. Но они были теми, кто держал линию. Они были теми, кто понес большинство потерь. Вы знаете, что богиня тренировала их более десяти лет? Нет смысла посылать любого солдата ниже серебряного ранга на гонца. Я даже не могу представить, сколько денег церковь, должно быть, потратила на ядра монстров. И эти солдаты даже не знали, к какой битве они готовятся. А тем временем бог Войны давил на них за превышение своих полномочий.

— Вы ненавидите гонцов.

— Вы видели, что они оставили от моего дома. А теперь Асано собирается стать одним из их королей?

— Астральные короли не такие монолитные, как мы думали.

— Так говорит гонец, с которым наш Оперативный командир ладит так хорошо. И он едва ли первый, не так ли? Прошло немного времени до этой экспедиции, как он прятался от Общества искателей приключений за то, что прятал гонцов. Защищая вражеских пленных.

— Вы бы убили их.

— Не прежде чем извлечь каждую крупицу информации, которую мы могли бы выжать из их тел.

— Вот почему он защищал их.

— Я пыталась, миссис Ремор. Леди Аллайет сказала мне, что Асано можно доверять, и я пыталась, я действительно пыталась. Мы ладим, и мы работаем вместе хорошо. Я начала симпатизировать ему, полагаться на него даже. Но все, что я вижу, указывает на повестку дня, которая в лучшем случае загадка. В худшем, она пересекается с повесткой врага. Мы ушли в подполье, чтобы защитить мой город, но он пришел за теми же вещами, что хотят гонцы. Кузница душ, что бы это ни было. И с ней он станет одним из них.

— У вас гораздо больше проблем с нашим командиром, чем просто его битва с аватаром, я вижу.

— Может быть, если бы я могла понять. Я спрашивала Асано об этом несколько раз, и чем больше я пытаюсь добраться до фактов, тем больше он отвечает загадками и метафорами.

— Я верю, что это все, что он может дать. Я обсуждала это с ним подробно сейчас, и я также сыта по горло метафорами. Что он говорит мне, с разочаровывающей бесполезностью, — это весь смысл. И я была там, так что я верю ему. Я стояла в месте, где воображение и реальность были одним и тем же. Я была свидетельницей той битвы, насколько кто-то может сказать, что был, но все, что я могу сказать вам, — это то, что я уже сделала. Мы смертные, и это была битва богов. Джейсон почти потерял себя, чтобы сразиться с ней.

— Это может быть суть того, что беспокоит меня. Эта чепуха о возвращении из какого-то ложного состояния бога путем… я все еще не понимаю. Что-то о детской игрушке. Как может такая монументальная вещь быть такой легкомысленной? Такой детской? Такой несущественной?

— Я приму легкомысленное и детское как валидное, Тактический командир, но не несущественное. Это было чрезвычайно важно.

— Как?

— Джейсон Асано — не стабильный человек. К тому времени, как я встретила его, он уже прошел через несколько глубоко травмирующих опытов. Он оправдал себя хорошо, но никто не проходит через такие вещи неповрежденным. Вот почему они вызывают людей, подобных мне, и это был человек, который спас жизнь моего сына.

— Это только предполагает, что у вас есть предвзятость, а не то, что он хоть как-то надежен.

— Это правда. Часто намеренно. Но при всем том, что он кажется идущим с хаосом, он всегда справляется. Всегда. Я никогда не видела Джейсона таким, каким он был в самом начале. Его мир безопаснее нашего, и ему пришлось адаптироваться быстро. Он был брошен в события, которые не понимал с самого первого момента. Никакой силы, никакой подготовки, и он все равно сумел спасти моего сына. Я всегда буду обязана ему за это, поэтому я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему.

— Даже если он повернется против нас.

— Вот почему то, что случилось с аватаром, не так несущественно, как вы думаете. Жизнь авантюриста меняет нас всех, и его опыт был более захватывающим, чем у большинства. Я видела ранние стадии его трансформации из фундаментально нелепого молодого человека в очень опасного. Не только для его врагов, но для всех; для него самого больше всего. Вы знаете, что он покинул наш мир на время и вернулся?

— Да.

— Это было, когда он страдал больше всего. Когда большинство тех, на кого он мог положиться, были вне досягаемости, включая меня. Те, на кого он должен был быть в состоянии положиться, были неспособны принять то, чем он был вынужден стать, чтобы выжить в нашем мире и спасти свой.

— Он спас свой мир?

— Да. И как с аватаром, он почти потерял себя, чтобы сделать это. Когда он вернулся, он был сломлен. Водоворот ярости, едва сдерживаемый налепленным фасадом человека, которым он был раньше. Никто из нас не был уверен, что он когда-либо станет целым, но я посвятила последний год этой цели. Я делала другую работу за этот период, но Джейсон был моим центральным проектом.

— Вы не рисуете обнадеживающую картину для меня, миссис Ремор. Вы описываете кого-то не просто нестабильного, но настолько нестабильного, что он не должен быть ответственным за рыночный прилавок, не говоря уже об этой экспедиции.

— Это то, что вы испытали, работая с ним?

— Нет, — признала Мириам. — Он был нетрадиционным, но это было то, что нам было нужно. Я не думаю, что традиционный подход сохранил бы нас живыми до сих пор. Но он повел нас за края любой карты, о которой я когда-либо слышала.

— Видите? — спросила Арабелла. — Иногда метафора — лучшее объяснение, которое у вас есть.

Мириам хмыкнула в знак своего неохотного принятия этого пункта.

— То, что случилось с аватаром, имело значение, — продолжила Арабелла. — Вещь, которая вернула Джейсона к себе, которая говорила самой сути того, кем он был, была такой, как вы сказали: легкомысленной и детской. Это сделало тех из нас, кто знает и заботится о нем, экстатичными.

— Почему?

— Потому что это доказало что-то, на что мы надеялись с тех пор, как он вернулся к нам. Что он не был полностью потерян. Что, в своей сути, он все еще ближе к абсурдному человеку, который прибыл в наш мир в первый раз, чем к кровожадному маньяку, который прибыл во второй раз. Вы спросили, что произойдет, если он повернется против нас. Мы беспокоились об этом с тех пор, как он вернулся. Он никогда не будет точно тем, кем был, но никто из нас не является. Жизнь меняет нас всех, и жизнь авантюриста больше, чем большинство. Особенно жизнь авантюриста.

— Это правда, — сказала Мириам.

— То, что мы увидели, взяло что-то, во что мы верили, и показало нам абсолютное доказательство, что мы были правы. Что человек, которым он является сейчас, фундаментально все еще человек, которого мы знали. Человек, который приводит в ярость почти всех, но притягивает героев к себе, как мух. Кто выберет хороший сэндвич вместо великого сокровища. Человек, который устраивает барбекю, где алмазные ранги сидят и едят с обычными людьми, потому что он верит, что они стоят того же. Верит с таким бессознательным убеждением, что, если только на короткое время, они верят в это тоже.

— Это чепуха.

— Да! Полная чепуха! Вот кто он: человек, который делает бессмысленное и заставляет мир принять это через чистую силу воли. Человек, который помогает людям не по другой причине, кроме как им нужна помощь. Даже если они гонцы. Даже если это убьет его. И теперь у нас есть доказательство этого.

— Доказательство для вас. Это все еще ничего не значит для меня. Я ответственна за всех в этой экспедиции.

— Так же, как и он.

— Но он не пришел сюда, чтобы делать то, что эта экспедиция была послана делать. Мы здесь, чтобы защитить то, что осталось от моего города, но он — нет. Он охотится за той кузницей душ, как и гонцы. Гонцы, которых он привел на нашу базу операций.

— Это правда, — сказала Арабелла. — Его главной целью было удержать кузницу душ от гонцов. Взять ее для себя, если он сможет. Иногда Джейсон не сможет придерживаться тех же ценностей, что вы или я. Не если он собирается продолжать работать в масштабе, который включает богов и великих астральных существ. Это то, что беспокоило его с тех пор, как он увидел путь, по которому шла его жизнь.

— Мне нет дела до этого. Даже предполагая, что он не предаст нас, это не то же самое, что быть на нашей стороне. Что произойдет, если ему придется выбирать между этой кузницей душ и Ярешем? Между кузницей душ и сохранением членов этой экспедиции живыми?

— Эти цели выровнены.

— И посмотрите на безумие, через которое мы должны были пройти, чтобы добраться до этой точки. Безумие, в которое он вел нас, каждый раз.

Арабелла нахмурилась.

— Тактический командир, я думаю, вам нужен сон.

— Это ваше профессиональное мнение, целитель?

— Да. Подумайте о том, что вы говорите. Вы предполагаете, что Джейсон вынашивал дико сложный план, который потребовал бы не только знаний, но и сотрудничества культа Строителя, гонцов и армии нежити. Не говоря уже о нескольких богах, двое из которых были антагонистами, насколько я могу судить, столько, сколько они существовали. Если бы он мог управлять всем этим, ему не нужно было бы. Он был бы в таком контроле над ситуацией, что получил бы все, что хотел, без того, чтобы кому-либо из нас когда-либо нужно было спускаться сюда. Он получил бы все это, и мы бы никогда даже не узнали.

Когнитивный диссонанс Мириам был очевиден, так как выражения гнева, страха и неопределенности боролись на ее лице.

— Это не… Я устала.

— Вам нужен отдых, Тактический командир. Джейсон может быть официально главным, но вы были той, кто действительно управлял экспедицией. Вы уже запланировали золотые ранги, заявляющие права на территории на следующую неделю. Клайв, вероятно, знает, что он делает здесь, и нет ничего, что мы можем сделать с этим, если он ошибается. Как целитель, ответственный за психическое здоровье экспедиции, я направляю вас получить полную неделю отдыха. Таким образом, вы, возможно, по крайней мере получите несколько дней, прежде чем проигнорируете меня и вернетесь к работе. Должна ли я пойти к Архиепископу Шавару и официально отстранить вас от вашей должности?

— А если я скажу нет?

— Ну, вы могли бы бороться со мной по этому поводу, но я думаю, мы обе знаем, как это пошло бы. Что ваша Леди Аллайет сказала бы вам сделать?

Мириам нахмурилась, но наконец дала резкий кивок.

— Она сказала бы мне слушать целителя.

Глава46 АКАДЕМИЧЕСКИ НЕОБОСНОВАННО

Глава 46 АКАДЕМИЧЕСКИ НЕОБОСНОВАННО

Гром и молнии обрушивались на землю, словно армия разгневанных ангелов. Дождь барабанил, превращая черную землю в жижу. Воздух был густым от запаха озона, грязи и, для обладателей серебряного ранга, расчищающих завалы, обволакивающей язык каменной пыли. Количество обломков было огромным — когда-то здесь возвышалась столовая гора. Большая часть их была разбросана достаточно далеко, чтобы их не нужно было убирать, но тысячи тонн камня все еще требовали удаления.

Это было бы невозможно без силы обладателей серебряного ранга. Их сверхчеловеческая сила и огромная магическая мощь за день совершили то, на что на Земле ушли бы недели или месяцы. Те немногие обладатели золотого ранга, которых Мириам Вэнс пощадила от захвата новых территорий, защищали их от молний.

Они закончили поздно вечером, хотя это мало что меняло в уровне освещенности. Небо было затянуто черными тучами, шел сильный дождь, а стаккато молний было единственным источником естественного освещения. Молнии били с такой быстротой, что воздух никогда не был полностью свободен от грохота грома.

Обладатели серебряного ранга закончили свою задачу и укрывались под массивными громоотводами. Они использовали различные методы, чтобы оставаться сухими: от магических зонтов до силовых полей и тепловых зон, которые испаряли любой дождь, приближавшийся к ним. Их разговоры были громкими, чтобы их можно было услышать поверх постоянного шума, а свежие раскаты грома часто прерывали их.

Пространство, которое когда-то занимала столовая гора, теперь представляло собой широкий каменный диск, выступающий из земли. Он был бесформенным и зазубренным, возвышаясь над землей от едва заметных выступов до нескольких метров в высоту. С исчезновением обломков стал виден полный результат атаки аватара на столовую гору.

— Насколько мощной была эта штука? — удивлялся Клайв, осматривая ее, пока они ждали, когда обладатель золотого ранга займет позицию. — Чистая физическая сила, чтобы сделать это, поразительна даже для обладателя золотого ранга. Не могу поверить, что Гэри сошелся с ней в рукопашной.

— Да, — мрачно сказал Джейсон. — Это потребовало столько силы, что она медленно убивает его.

Большая часть обломков была сложена в стороне, хотя некоторые части были выкопаны и переданы Джейсону. Искореженные куски металла, которые были массивом для улавливания молний на вершине столовой горы, составляли большую часть этого. Были также части из центра управления, который она скрывала, дроны, которыми можно было управлять со столовой горы, наряду с частью самой породы столовой горы. Джейсон скормил все это своей облачной фляге.

Обладательница золотого ранга закончила свои приготовления. Рамона, член команды Мириам «Грань Луны», спроецировала в воздух полупрозрачный купол, охватывающий все пространство, которое когда-то занимала столовая гора. Молнии неоднократно ударяли в купол, рассеиваясь по нему. Вместе с Джейсоном перемещались Клайв и Белинда, чьи ауры помогали восполнять ману Рамоны. Фарра, Тайка и Ник присоединились к ним, причем миниатюрный кролик-человек выглядел нервным. Они зависли над грязью на черном скиммере, который был более гладким и стилизованным, чем дешевая и яркая модель.

— Вы уверены, что это сработает? — громко спросил Ник поверх грома.

— Нет, — рассмеялся Джейсон. — Нет, не уверен.

— Что он хочет сказать, — поправила Фарра, — так это то, что все, что мы знаем, указывает на то, что это сработает. Недели тестирования подтвердили, что эти узлы управления не просто способны, но и готовы к подключению.

Специализацией Фарры была магия массивов. В сочетании с прозрением, которое она получила относительно естественных массивов, изучая сетку на Земле, она доказала свою критическую важность для плана. Ее опыт ускорил тестирование гипотезы Клайва и связывание узлов управления окружающей средой.

Фарре не хватало широкого понимания магической теории Клайва или даже Белинды с ее эклектичными знаниями. У Фарры был традиционный подход искателя приключений к изучению магии — она преуспевала в своей специальности, но знала лишь основы за ее пределами. Их проект был сосредоточен на ее специальности — магии массивов, — но затрагивал и другие области. Пробелы в ее знаниях замедлили бы их, если бы не Клайв.

Став иномирянкой на Земле, Фарра получила силу формировать узы доверия, позволяя ей копировать знания от другого человека, как из книги навыков. Это позволило ей быстро узнать о Земле от Джейсона, включая много информации, которую она предпочла бы не знать. Однако, насколько бы полезным ни оказалось недавнее качественное сравнение различных Вольтронов, в ее памяти теперь были вещи, которые она никогда не хотела и редко признавала, что обладает ими.

Разделение уз с Клайвом было более приятным опытом. Его разум был сфокусирован на магической теории с такой целеустремленностью, что это было почти пугающе, и она осознала, насколько ошеломляющ этот разум. Она использовала Клайва как прославленную книгу навыков, восполняя пробелы в магических знаниях по мере работы. Однако его разум двигался так быстро и в таких сложных паттернах, что ей было трудно усвоить знания. Во время перерывов она вспоминала свои первоначальные занятия магией. Сочетание уз и Клайва было бы вопиющим и очень желанным читом.

Работая над ритуалами, которые должны были связать узлы окружающей среды, Клайв, Фарра и Белинда продемонстрировали грозную синергию. То же самое было, когда они проводили ритуал, который в первую очередь запустил зону трансформации, спеша закончить до того, как их захлестнет нежить. В этот раз временные ограничения были менее непосредственными, но не менее реальными. Зона трансформации была более стабильной, чем другие, в которых бывал Джейсон, но в конечном итоге она разрушилась бы, если бы не была объединена и реинтегрирована с реальностью.

— Разработка ритуалов для связывания этих узлов могла занять у нас несколько недель, — сказал Клайв Нику, — но по стандартам магических исследований это было потрясающе быстро. Мы уже безопасно и успешно связали несколько узлов.

— Но это не узел управления, — заметил Ник. — Это обломки.

— Это не обломки, — сказал Джейсон. — Мы расчистили обломки; это кусок скалы.

— Что каким-то образом лучше? — спросил Ник.

— Э-э, нет, — сказал Джейсон. — Просто точнее.

— Вы знаете, что вся информация, с которой я родился об этом месте, исчезла, когда оно было разрушено, верно? — спросил Ник.

— Когда зона трансформации только формировалась, — сказал Клайв, — все находилось в состоянии потока. Сила стала доступной способами, которыми она обычно не была бы доступна, и Джейсон использовал это, сознательно и бессознательно. Условия позволили ему в тот момент сделать вещи, которые нельзя было сделать в любое другое время.

— У меня есть сила, которая позволяет мне изменять реальность, когда она находится в податливом состоянии, — сказал Джейсон. — Она позволила мне подключиться к физическому материалу, который сформировал зону, и всему, что было внутри нее. Включая кузницу душ и кое-что, что дал мне Целитель, благодаря чему ты и появился на свет.

Джейсон застонал, когда на его лице отразилось осознание.

— Провести с тобой беседу о том, откуда берутся дети, будет так сложно, — пожаловался он. — Возможно, мне придется нанять жреца Плодородия. И жреца Знания.

— Откладывая это очень далеко в сторону, — сказал Клайв, — пока Джейсон менял вещи — и создавал тебя — он также создал сеть силы. Территории, подобные этой, со скрытыми центрами управления, являются узлами в этой сети. Мы не подтвердили, что существует центральный хаб, узел, который контролирует сеть в целом, но мы думаем, что он есть. Мы думаем, что он здесь и…

Его прервал новый раскат грома, достаточно близкий, чтобы заглушить его слова.

— Часть нашей развивающейся гипотезы, — продолжил он, — заключается в том, что это место является центральным узлом сети. И что ты — ключ к тому, чтобы заставить все это работать.

— За исключением того, что этот ключ сломан, — сказал Ник и указал на скалу, над которой они парили. — Замок сломан еще сильнее.

— Мы не думаем, что ты действительно потерял знания, которые у тебя были о том, как заставить этот узел управления работать, — объяснил Клайв. — Как ты сказал, узел очень сломан. Но мы думаем, что знания все еще внутри тебя, просто дремлют. Идея в том, что если мы сможем заменить узел, эта дремлющая информация вернется.

— Я не думаю, что это так работает, — сказал Ник. — Вы думаете, что это центральный узел какой-то огромной сети, но у меня никогда не было такого ощущения. Я знал, как управлять молниями, более или менее. Дроны, лифт, полагаю, но это все. Не было никакого ощущения какой-то неактивной связи или неподключенной сети или чего-то еще.

— Точно так же, как у тебя сейчас нет воспоминаний о том, как управлять столовой горой, — сказала Фарра. — Если мы восстановим столовую гору и это восстановит твою связь с ней, это первый шаг. Второй шаг — связывание других узлов с этим. Если ты получишь знания о том, как управлять ими по мере того, как мы будем это делать, это будет означать, что мы были правы.

— А если нет? — спросил Ник.

— Тогда мы еще не правы, — сказал Клайв. — Исследования, эксперименты и тестирование — это итеративный процесс. Мы разрабатываем гипотезу и ищем, где она неверна. Затем мы уточняем и продолжаем, пока не сможем найти ничего неверного.

Ник выглядел неубежденным.

— То, что вы говорите, — сказал он настороженно, — это то, что вы хотите снова и снова ошибаться, а я буду застрявшим в центре всего этого.

— Именно, — радостно сказал Клайв.

— Нет! — сказала Фарра, бросив на Клайва укоризненный взгляд, прежде чем повернуться к Нику. — Что он хочет сказать, так это то, что мы уже прошли стадию критического тестирования. Вот почему мы связали несколько других узлов, прежде чем подошли хоть сколько-нибудь близко к этому. Я чрезвычайно уверена, что это сработает.

— Почему? — спросил Ник.

— Потому что ты здесь, — сказала ему Фарра. — Ты буквально был создан для этого. Джейсон мог бы создать какую-то матрицу управления, но он этого не сделал. Он создал человека.

— Значит, я прославленная панель управления?

— Нет, — сказала Фарра. — Джейсон одержим тем, чтобы делать то, что правильно, даже если он ошибается в том, что это такое, большую часть времени.

— Эй…

Фарра сидела рядом с Ником в скиммере. Она съежилась, чтобы приблизить свои глаза к уровню глаз миниатюрного кролика-человека.

— У тебя, — сказала она ему, — есть то, что большинство людей в космосе ищут всю свою жизнь: цель. И это не какая-то мелочь, которую может сделать панель управления. Твоя цель — сохранить нас всех в живых. Предотвратить уничтожение города, полного людей, которые уже так много страдали. Спасти народ ярких сердец, который вымрет без тебя. Ты был рожден, чтобы быть героем, Ник. Ты самый важный человек в этой зоне трансформации.

— Правда? — спросил Ник.

— Нет, это я, — сказал Джейсон, заработав взгляд Фарры. — Ты определенно следующий, хотя, затем, вероятно, Клайв или Гэри. Нил где-то в самом низу, между исследователями магии и культистами Строителя.

— Ты же знаешь, что гром не заглушает все звуки! — крикнул Нил со своего места под громоотводом. — У обладателей серебряного ранга очень хороший слух!

— Тихо ты! — крикнул Джейсон в ответ. — Вот почему ты в рейтинге ниже того посланника, который постоянно угоняет машины. Если ты…

Воздух вокруг Нила замерцал, когда экран приватности встал на место.

— О нет, он этого не сделал, — сказал оскорбленный Джейсон.

— Оперативный командир, — сказала Рамона откуда-то снизу скиммера.

Джейсон посмотрел через борт.

— Прости, Рамона, — сказал он. — Я забыл, что ты там внизу.

— Очевидно. Не хочу жаловаться, Оперативный командир, но есть ли хоть какой-то шанс, что вы могли бы заняться делом? Я могу поглощать немного маны из молний, чтобы подпитывать щит, но я не могу поддерживать это бесконечно.

— Тебе стоит послушать милую леди, бро, — сказал Тайка.

— Почему ты вообще здесь? — спросил его Джейсон.

— Грубо, — сказал Тайка. — Я хотел посмотреть, как это выглядит снизу, когда молния бьет в этот щит.

Все они посмотрели вверх, когда свежая молния ударила в щит, электричество танцевало по нему в блестящем представлении.

— Ладно, это действительно выглядит потрясающе, — сказал Ник.

— Я так рада этому, — сказала Рамона. — ВЫ МОЖЕТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ЗАНЯТЬСЯ СВОИМИ ПРЯМЫМИ ОБЯЗАННОСТЯМИ?

— Она мне нравится, — сказал Тайка, пока Джейсон принимался за работу. Он достал уменьшенную облачную флягу со своего ожерелья, и она вернулась к нормальному размеру. Он поставил ее на приборную панель перед собой и Ником, сидевшим рядом с ним, и вытащил пробку. Клочья облаков змеились наружу, образуя три маленькие фигуры: особняк, автобус и дворец.

— Ник, — сказал Джейсон. — Сунь руку в эту. В дом.

Ник сделал, как было велено, и сунул руку в миниатюрный облачный особняк. Джейсон сделал то же самое, и две другие облачные модели исчезли. Изображение дома начало меняться, из формы особняка превращаясь в копию столовой горы.

— Думай о том, что ты помнишь о столовой горе, — сказал Джейсон Нику. — Не дави; просто думай об этом и позволь воспоминаниям прийти.

— Те воспоминания исчезли, — сказал Ник.

— Те, что о том, как использовать центр управления, да, — сказал Джейсон. — Но не твои воспоминания о самом месте. О твоем времени там с Дастином и Нилом. Как оно выглядело? Какова была планировка комнат? Где ты спал? Издавала ли подъемная платформа звук, когда двигалась? Воздух был сухим или влажным? Чем там пахло? Как ты стирал простыни?

По мере того как Джейсон говорил, облачное изображение становилось все более точным представлением столовой горы. Массив громоотводов вокруг крыши начал обретать форму.

— Кажется, я чувствую это, — сказал Ник. — Это странно, словно вспоминаю что-то, что забыл много лет назад.

— Тебе всего несколько месяцев от роду, бро, — сказал Тайка, все еще глядя вверх на купол.

— Заткнись, — сказал ему Клайв нараспев, стараясь не звучать расстроенно и не прерывать Ника.

— Извини, бро.

Как только облачная фляга сформировала узор на основе столовой горы, она начала извергать облачный материал. Скиммер отступил, и Джейсон оставил флягу сбоку от основания столовой горы, сидя в грязи. Она продолжала извергать облачную субстанцию, игнорируя молнии. В нее несколько раз ударяли молнии, казалось, что они всасываются внутрь.

— Нам следовало просто использовать это, чтобы укрыться? — удивлялся Тайка, наблюдая за ней.

Пока Рамона направлялась к Мириам и столь необходимому отдыху, Джейсон и остальные присоединились к остальной части «Команды Бисквит» под громоотводом, где Хамфри установил палатку с открытыми сторонами. Он оставался самым хорошо оснащенным членом команды, имея не только деньги, но и связи с поставщиками снаряжения для искателей приключений. В палатке было приятно тепло, она магически отталкивала воду и даже имела некоторую базовую облачную мебель.

— Сколько стоила эта штука? — спросил Джейсон.

— Не уверен, — сказал Хамфри. — Матушка купила ее для меня. Сказала, что она понадобится мне, если я все еще буду в Римаросе в сезон дождей.

Основная часть работы была сделана, не только для команды Джейсона и Рамоны, но и для всех обладателей серебряного и золотого ранга. Все они наблюдали, как облачная столовая гора завершается, масса облачной субстанции приобретала точный вид разрушенного скального образования. Хамфри и Софи сидели на облачном диване, Белинда и Клайв — на другом. Остальные стояли вокруг стола, который Джейсон установил как бар, где можно было собрать свой собственный сэндвич.

— Это в точности так, как было, — сказал Нил, передавая тарелку с сэндвичем с салатом кролику-человеку, который едва мог видеть поверх стола. — Ты проделал фантастическую работу, Ник. Как ты стал настолько компетентнее своего отца?

— Спасибо, дядя Нил.

— Нет, — сказал Джейсон.

— Абсолютно нет, — согласился Нил.

— Мы не братья, — настаивал Джейсон.

— Определенно не братья.

— Мы едва ли товарищи по команде. Мы собираемся выгнать Нила, когда найдем целителя получше. Или потоньше.

— Мы бы уже выгнали Джейсона, если бы он постоянно не выкручивался и не инсценировал свою смерть, прежде чем у нас появится шанс. Или не калечил себя и не слегал на месяцы. Или не уходил в одиночку и не возвращался, дуясь, как подросток.

— Вы двое заткнетесь? — спросил Клайв. — Ник, как мы справились?

— Они вернулись, — сказал Ник. — Воспоминания о том, как использовать центр управления. Ничего о других узлах, правда.

— Это вполне в рамках ожиданий, — сказал Клайв. — Нам нужно доставить тебя внутрь и провести тестирование. Нил, ты ведь уже был там, верно?

— Да, в оригинальной версии, — сказал Нил и указал на основание столовой горы. — Скрытый вход должен быть прямо там.

— Тогда не могли бы вы с Ником, пожалуйста, провести нас внутрь?

— Мы только собирались поесть, — сказал Нил.

— Нам действительно следует действовать поспешно, — сказал Клайв.

— О, ТЕПЕРЬ мы должны действовать поспешно? — крикнула Рамона из-под другой башни. Она лежала в гамаке, который висел в воздухе.

— Мы можем, пожалуйста, просто пойти? — спросил Клайв.

— Хорошо, — сказал Ник. — Но мы берем наши сэндви…

Раскат грома заглушил его.

— …чи.

— Ник, — отчитал Джейсон. — Только потому, что ты можешь использовать эти слова, не значит, что ты должен.

Появились тела Тени и приняли форму устройств для личного транспорта. Это были парящие диски, которые обычно были круглыми, но эти черные версии сужались к широкому острию.

— Ты понимаешь, что круглый более практичен? — спросил Клайв, когда он двинулся вперед. Его платформа превратилась обратно в Тень, и он приземлился в черную грязь с хлюпаньем.

— Прошу прощения, мистер Стендиш. Пожалуйста, дайте мне момент, чтобы принять более практичную конфигурацию.

— А, нет, спасибо, — мудро сказал Клайв. — Я просто пройдусь.

Джейсон использовал свою ауру, чтобы защитить их всех от дождя, пока он и Фарра замыкали шествие. Столовая гора теперь защищала их от молний, массив стержней на вершине облачной версии работал так же, как и оригинал.

— Думаю, ты была права, — сказал Джейсон.

— Конечно, я была права, — сказала Фарра. — О чем?

— В том, что была уверена, что это сработает.

— О, это была ложь. Ты хоть представляешь, сколько академически необоснованных срезов мы сделали по ходу этого проекта? Полупроверенные гипотезы — это меньшее из них. Половину того, что я собираю, я взяла у Клайва, используя сомнительную силу чтения мыслей. Эти ритуалы, которые мы используем для связывания узлов управления, построены в такой же степени на догадках и надежде, как и на здравой теории. Тот факт, что мы не заставили одного из парней из Магического общества просто взорваться, — это маленькое чудо.

— Э-э, Фарра, подруга, — сказал Джейсон.

— Да?

— У нас не включен экран приватности.

Фарра огляделась и увидела, что все остальные смотрят в ответ. Ник у основания столовой горы и исследователи Магического общества под ближайшим громоотводом выглядели особенно недовольными.

— Хм, — сказала Фарра. — Гром заглушает звук меньше, чем ты думаешь, не так ли?

Глава47 НЕ ВСЕ МЫ — ПОЛУБОГИ

Глава 47 НЕ ВСЕ МЫ — ПОЛУБОГИ

— Было нелегко, — сказал Гэри. — Обычно боссы-аномалии — это огромные чудовища, но эта штука…

Он посмотрел вниз на странное, на вид безобидное существо. Оно было круглым, фиолетовым, с короткими ручками и ножками, словно ребенок в костюме виноградины. На голове у него красовался фиолетовый цилиндр, а лицо, состоящее из пары точек и линии, располагалось прямо посреди туловища, будто его нарисовали фломастером.

— Что это было? — спросила Мириам. — Такое ощущение, что оно могло перекраивать реальность.

— Оно возвращалось с того света чаще, чем Джейсон, — заметил Гэри.

В конце концов, Арабель пришлось выкачать из существа ману и применить способности, блокирующие исцеление и даже магию воскрешения. Только это окончательно подавило его способность искажать реальность и позволило убить его так, чтобы оно не ожило снова.

Они оглядели пейзаж, который в обычных условиях показался бы приятным, пусть и довольно странным. Территория состояла из ярких, простых цветов, словно детский рисунок. Деревушки, состоящие всего из нескольких маленьких домиков, приютились среди пологих холмов. Во всем этом чувствовалась нереальность, как будто явно фальшивое изображение каким-то образом стало настоящим. Небо было слишком синим, холмы — слишком зелеными. Облака — слишком идеально белыми и пушистыми.

Это было похоже на то, как если бы они оказались внутри детского сна, превращенного в кошмар трупами живых аномалий, разбросанными по лугам и поникшими у желтых домиков. Как и само окружение, эти существа казались скорее воображаемыми, чем реальными. Антропоморфные фигуры с короткими ручками и ножками, тела в форме кругов, квадратов и треугольников. Все они были ярких, броских цветов: красные, синие или желтые; фиолетовые, розовые или зеленые. У большинства тела и головы были одним целым, а лица нарисованы простыми точками и линиями. У некоторых были шляпы, у других — волосы с хвостиками или заколками. На одном красовались ярко-красные туфли на каблуках.

Это были создания детской фантазии. Было неприятно их уничтожать, но их странные способности делали их опасными. Фиолетовый треугольник в желтой шляпе и туфлях двигался так быстро, что золотые ранги едва поспевали за ним. Квадрат в зеленой шляпе ударил Гэри так сильно, что того вбило на несколько метров в склон холма. Еще опаснее были те, чьи способности носили более эзотерический характер.

Желтый круг-человечек вызывал эйфорию у любого, кто приближался к нему. Эмир стоял, потерявшись в счастье, пока розовое существо в форме сердца чуть не задушило его в крепких объятиях. Синий круг с цветком на шляпе приказал Габриэлю атаковать собственную жену, что для него самого закончилось плачевно. Пока она исцеляла его после боя, он оглядывался на странный пейзаж и его теперь уже мертвых обитателей.

— Белль, — сказал он, — ты знаешь, о чем я думаю?

— О том, как будешь заглаживать вину за попытку заколоть свою жену? — спросила Арабель.

— Что? О, э-э… да? Да. Именно об этом я и думал…

Он вскрикнул от боли.

— Магия исцеления должна причинять боль? — спросил он.

— Нет, — невинно ответила Арабель. — Любая боль, которую ты можешь испытывать, скорее всего, носит ментальный характер. Возможно, вызвана чувством вины.

— Да, дорогая. Но, э-э, еще я думал о том, как мальчишка Стэндиш объяснял, что Джейсон формирует эту зону трансформации. И о горе, похожей на его голову.

— М-м, — протянула Арабель, задумчиво потирая подбородок. — Было бы логично, если бы Джейсон отвечал за… все, что здесь происходит. У этого места есть его фирменное сочетание причудливости и жуткого насилия.

— Жутко, правда? — спросил Габриэль.

— Думаю, могло быть и мило. Во всяком случае, до того, как мы появились и все пошло наперекосяк. Кстати, о жутком…

— Арабель, ты ранишь меня, — сказал Борис, подплывая к ним.

— Хочешь, чтобы я ранила тебя снова?

— Прошу прощения, миссис Ремор. Могу подтвердить, что юный Джейсон определенно приложил руку к тому, что это место стало таким.

Трое вестников золотого ранга были слишком сильны, чтобы не использовать их в зачистке территорий, но держались на осторожном расстоянии. Как и культисты Строителя, их союз с авантюристами был непростым. Только Борис Кет Лунди регулярно приближался к авантюристам вне боя.

— Ты знаешь, что это за твари? — спросил Габриэль вестника.

— Разумеется, знаю, Счастливчик-муж.

— Перестань называть меня так.

— О, ты не считаешь, что тебе повезло в браке? Моя дорогая миссис Ремор, боюсь, мнение вашего мужа о вас не так высоко, как я надеялся. Если бы вы и я…

— Интересно, сколько времени нужно, чтобы крылья вестника отросли заново? — небрежно поинтересовалась Арабель.

— Я, пожалуй, пойду, — сказал Борис и уплыл прочь.

— Вот именно, — крикнул ему вслед Габриэль. — Продолжай идти. Или парить, или что ты там делаешь.

— Габриэль? — сладко спросила Арабель, и ее отвлеченный супруг пропустил предупреждающий знак.

— Да, дорогая?

— Ты правда не чувствуешь себя удачливым мужем?

Габриэль моргнул, потом еще раз, его лицо ничего не выражало.

— Как же я ненавижу этого парня.

Арабель отправилась за Джейсоном, который переместился порталом на соседнюю территорию, уже находящуюся под его контролем. Это была прекрасная территория, полная пологих холмов и открытых равнин, усеянных яркими полевыми цветами. Живыми аномалиями здесь были плотоядные растения и грибы с ядовитыми спорами, и без них это место стало намного лучше. Солнце, сияющее с голубого неба, прогревало воздух ровно настолько, чтобы легкий ветерок приносил приятную свежесть. В воздухе разливался аромат цветов — приятный, но не удушливый.

Арабель добежала до места встречи, куда переместился Джейсон; скорость и выносливость золотого ранга делали транспорт излишним. Она нашла его рядом с тем, что выглядело как совершенно ненужное транспортное средство: трехколесный планер с жестким крылом и большим пропеллером сзади для тяги. У него было два сиденья, расположенных бок о бок, и он был полностью черным.

— Разве скиммер не был бы эффективнее? — спросила Арабель, глядя на аппарат, стоящий в траве. — Или та штука, похожая на аэроплан, в которую часто превращается Тень? С баром. Мне она очень нравится.

— Этот лучше, — сказал Джейсон.

— Сомневаюсь. До этого момента я начинала верить, что в твоем мире дизайн транспортных средств повсеместно превосходит наш, несмотря на отсутствие магии.

— И вот в чем загвоздка, — сказал Джейсон, указывая пальцем на Арабель. — Полное отсутствие магии, но мы все равно изобрели летающие трехколесные велосипеды, а ты почему-то не впечатлена.

Она покачала головой и усмехнулась.

— Признаю твою правоту. Я рада, что ты стал позитивнее относиться к миру, из которого пришел.

— Да, — сказал Джейсон. Он потянулся потереть шею, а на его лице появилось задумчивое выражение. — Я даже ловлю себя на мысли, что больше не боюсь идеи вернуться. Я оставил там много незаконченных дел. Эмоциональный багаж. Армию вампиров. Ты когда-нибудь останавливаешься и думаешь, что твоя жизнь странная?

— С тех пор, как встретила тебя — постоянно.

— Справедливо. О, и мне нужно забрать Тайку и всех тех людей с Земли, которых приютила мама Хамфри. Я постоянно забываю о них.

— Ты серебряного ранга, — заметила Арабель. — С памятью серебряного ранга ты не можешь о них забыть.

— Не с таким настроем.

Он ухмыльнулся, а она покачала головой.

— И все же, — сказал он. — Мы должны разобраться с тем, что прямо перед нами, прежде чем смотреть в будущее. Впрочем, нет причин не повеселиться, пока мы этим занимаемся.

Он занял одно из сидений в планере и поманил ее за собой.

Мультяшный пейзаж заворожил Джейсона. Пологие зеленые холмы, дороги, словно нарисованные мелками, и города прямо из раскраски. Затем он заметил аномалии, оставшиеся после затяжной битвы с золотыми рангами. Красочные фигуры с маленькими ручками и ножками. Некоторые носили шляпы, у других были волосы того же цвета, что и тело, с заколками или резинками.

— Мне это не нравится, — пробормотал Джейсон. — Это просто неправильно.

— Ты знаешь, что это за твари? — спросила Арабель, поравнявшись с ним.

— Да.

— Вестник сказал, что ты будешь знать. Это место — эхо тебя, не так ли?

— Я бы не стал использовать слово «эхо».

Джейсон посмотрел вниз на толстый столб замерзшей крови, торчащий из земли под углом. На нем, пронзенное, висело тело желтого существа-круга с желтыми волосами и хвостиками.

— У нее были какие-то световые способности? — спросил он, указывая на него.

— Да, — ответила Арабель. — Обжигающие лучи света. Сами по себе не такие уж опасные, но она была не одна. Это была самая опасная территория из всех, что мы зачистили. Многие аномалии обладали способностями ментального воздействия и пытались контролировать нас. Делали нас уязвимыми для тех, у кого были более обычные атаки. У них было много способностей ментального воздействия, что редкость и нечасто полезно против золотых рангов.

— Потому что вы можете сопротивляться им с помощью аур?

— Да. У вампиров сильные способности ментального воздействия, и они все равно предпочитают цели на два ранга ниже себя. Но аномалии здесь стали настолько сильными, что только Гэри, вестник Борис и лорд Пенсината смогли полностью им противостоять. Мой муж, к сожалению, оказался восприимчив.

— С Габриэлем все в порядке?

— Единственное, о чем моему мужу стоит беспокоиться, — это я.

Джейсон рассмеялся, но его веселье улетучилось, когда он снова посмотрел на висящее тело.

— Ее звали Солнышко, — сказал он. — Трудно отрицать, что я повлиял на эту территорию, но мне не нравится намек на то, что это каким-то образом отражение меня. Если не считать, возможно, моего подсознания, отражающего мою привычку не продумывать все как следует.

— В каком смысле? — спросила Арабель.

— Идея территории, где эти существа просто живут сами по себе, — это мило. Но они все еще аномалии, поэтому они стали злыми, как только наши люди пришли сюда. Чтобы захватить зону, это необходимо, так что моя милая идея превратилась в фильм ужасов.

— Что это за существа?

— На этот раз я бы предпочел не объяснять. В этом нет веселья. Должны были быть «Заботливые мишки».

— «Заботливые мишки»?

— Да. Этим зловещим маленьким гаденышам это еще аукнется.

Трехколесный планер приблизился к земле, где собрались авантюристы и их союзники. Финальный конфликт с боссом-аномалией и его приспешниками произошел на открытом поле, которое было слишком равномерно зеленым, чтобы выглядеть естественно. Здесь было больше всего тел аномалий, разбросанных по земле.

Планер растворился в облаке тьмы, не приземляясь, и сбросил Джейсона и Арабель на землю. Они приземлились, пробежали немного и перешли на шаг. Теневое облако приняло форму Тени, которая двинулась рядом с Джейсоном. Борис быстро подошел к ним.

— Должен сказать, Асано, — произнес Борис, обводя жестом окрестности. — Это довольно паршиво.

— Согласен, — сказал Джейсон.

Они дошли до Гэри, стоящего над боссом-аномалией, похожим на виноградину.

— Логично, — сказал Джейсон, глядя на него. — Его звали Невозможный. Я немного удивлен, что вы его победили.

— Он постоянно возвращался с того света, — сказал Гэри. — Он в этом даже хуже тебя.

— Можно мне разрешение собрать лут со всех этих тел? — спросил Джейсон.

— Пожалуйста, — ответил Гэри. — Есть что-то тревожное в том, чтобы видеть, как эти существа подвергаются такому насилию. Чем быстрее мы их уберем, тем лучше.

Джейсон кивнул, и Тень удалилась; из тени Джейсона вырвалось еще больше теневых тел, чтобы рассредоточиться и коснуться всех трупов, позволяя ему собрать лут. Джейсон сам наклонился, чтобы коснуться босса-аномалии. Все отступили, и тело растворилось в радужном дыме.

* [Стабильное ядро генезиса] добавлено в ваш инвентарь. * [Великое зелье чуда] добавлено в ваш инвентарь. * 10 [Золотых духовных монет] добавлено в ваш инвентарь. * 100 [Серебряных духовных монет] добавлено в ваш инвентарь. * 1 000 [Бронзовых духовных монет] добавлено в ваш инвентарь. * 10 000 [Железных духовных монет] добавлено в ваш инвентарь.

— О, эй, — сказал Джейсон, вытаскивая только что полученное зелье. Это был маленький флакон, наполненный бледно-голубой жидкостью с вихрящимися серебряными искрами.

Предмет: [Великое зелье чуда] (Золотой ранг, легендарный)

Спасение во флаконе (расходуемый предмет, зелье).

* Эффект: Полностью восстанавливает здоровье, ману и выносливость. Снимает все недуги и эффекты золотого ранга или ниже, которые препятствуют очищению или вызываются очищением. Это зелье эффективно только для лиц золотого ранга и ниже. Если ввести его лицу серебряного ранга или ниже в течение нескольких мгновений после смерти, оно воскресит их. Магия этого зелья задерживается в теле дольше, чем у обычных зелий, что означает, что дополнительные средства восстановления здоровья и предметы восстановления не будут эффективны в течение более длительного периода.

— Я сто лет таких не видел, — сказал Джейсон. — Те, что рангом повыше, хороши.

— Зелье чуда? — спросил Гэри.

— Ага.

— Я слышал, что золотые ранги невозможно создать. Они попадаются случайно, очень, очень редко при варке первоклассных лечебных зелий. И только если переборщить с использованием исключительных материалов или энергии. Божественной силы и тому подобного.

— Забирай, — сказал Джейсон, протягивая флакон. — Если что-то пойдет не так при зачистке этих территорий и целитель не сможет добраться до кого-то вовремя, у тебя будет лучший шанс не выбыть из строя. Ты сможешь спасти кого-то или, может быть, поставить целителя на ноги.

Гэри взял флакон, зажав его большим и указательным пальцами. В его огромной руке он выглядел крошечным. Он сунул флакон в пустую петлю на своем поясе для зелий.

— Пора нам с тобой серьезно поговорить, — сказал Джейсон. — О том, что будет дальше.

Гэри отвел взгляд.

— Нужно двигаться на следующую территорию, — сказал он.

— Не сейчас, — сказала Мириам, подходя к ним. — Асано, захвати эту территорию, и мы все вернемся на базу. Мы работали на износ, а эта территория была худшей из всех.

— Я могу продолжать, — сказал Гэри.

— Я уверена, что можешь, — сказала ему Мириам, — но не все мы — полубоги. У золотых рангов много выносливости, но разуму тоже нужен отдых. Думаю, это верно даже для тебя. Я не прошу, Ксандьер.

— Слушаюсь, Тактический командир, — пробормотал он. Это прозвучало как гром его львиным рыком, резонирующим с божественной силой. Он зашагал прочь, его длинные ноги быстро сокращали дистанцию. Джейсон проводил его взглядом со вздохом.

Громоподобный смех Гэри эхом разнесся по огромному коридору в горной крепости. С Руфусом и Фаррой по бокам он толкнул массивные двойные двери и остановился. Бар был пуст, если не считать одного человека, а мебель была сдвинута к стенам. В центре остались только четыре стула, расставленные вокруг последнего стола. Из всех стульев три были обычными деревянными, а последний — массивным, похожим на трон. Только он один выглядел так, будто мог выдержать Гэри.

На стуле напротив сидел единственный обитатель комнаты. Джейсон разливал напитки по трем стаканам и одной кружке. В бутылке было что-то ярко-красное и, как предположил Гэри, приторно-сладкое. Закончив с красным ликером, он добавил по несколько капель другой жидкости в каждый стакан и плеснул немного в кружку. Красная жидкость начала завихряться черным, танцуя внутри каждого стакана, словно живые существа.

Гэри повернулся, чтобы уйти, но обнаружил, что путь ему преграждают Руфус и Фарра.

— Я могу заставить вас отойти, — прорычал он.

— А я могу заставить тебя остаться, — сказал Джейсон у него за спиной.

Гэри обернулся, чтобы посмотреть на него. — Ты правда в это веришь?

— Нет, — с ухмылкой ответил Джейсон. — Но это была хорошая фраза, и не думаю, что ты заставишь меня ее проверить.

Гэри посмотрел на Фарру и Руфуса, как на предателей, и потопал к большому стулу. Он тяжело опустился в него, напротив Джейсона. Остальные присоединились к ним, и двойные двери закрылись сами собой. Единственным источником света была стеклянная стена и лавовый водопад за ней, заливающий комнату красным цветом.

— Что за безумец делает лавовый водопад элементом интерьера? — пророкотал Гэри. Джейсон лишь ухмыльнулся. Гэри взял свою кружку и осушил ее.

— Неплохо, — неохотно признал он.

Джейсон улыбнулся. Это была мягкая и теплая улыбка, в отличие от его обычной насмешливой ухмылки.

— Пора перестать уклоняться от этого разговора, Гэри, — сказал он.

— Тебе обязательно было втягивать их? — спросил Гэри, кивнув в сторону Фарры, а затем Руфуса.

— Ты сам меня вынудил, приятель.

Гэри зарычал.

— Ладно, — проворчал он. — Давай поговорим о том, как я умру.

Глава48 ЦЕНА

Глава 48 ЦЕНА

Джейсон перевел взгляд с Гэри, сидевшего напротив него, на Фарру и Руфуса по обе стороны. Он чувствовал дрожь в их аурах от близости к божественной силе, бурлящей в Гэри. Полубог не мог сдерживать эту силу так же хорошо, как Джейсон свою собственную в своем мире души. Сила не принадлежала ему, да и тело было несовершенным сосудом. Сила медленно, но верно пожирала его изнутри.

Ни Руфус, ни Фарра не выказали дискомфорта на лицах. Они поддержали бы друга, даже если бы им пришлось притворяться, что они не горят в огне, не говоря уже о том, чтобы просто находиться рядом с мощной аурой. Учитывая Джейсона и компанию, которую он водил, они давно к этому привыкли.

— Вы хотите, чтобы они остались? — спросил Джейсон Гэри.

— Да, — ответил Гэри после короткой паузы.

— Тогда нам нужно кое-что объяснить, — сказал Джейсон. — У них будут вопросы. Нам придется рассказать им, почему определенные вещи не сработают.

Гэри кивнул.

— Что ж, — сказал Джейсон, — давайте сначала разберемся с главным. Да, есть способ потенциально сохранить Гэри жизнь. И да, с этим есть проблемы. Герой дал мне кое-что.

— Как Целитель дал тебе кое-что? — спросил Руфус. — То, что позволило тебе создать новый разумный вид?

— Тот же тип предмета, да, — сказал Джейсон. — Это как книги навыков для богов. Или, по правде говоря, созданные богами для таких, как я. Боги и так знают, что делают. Но они учат инженерии души. Инженерия души не является исключительной прерогативой богов, но у них есть к ней природная склонность. В отличие от астральных королей, поэтому Веста Кармис Зелл постоянно все портит.

— Сосредоточься, Джейсон, — сказала Фарра. — Ты не должен отвлекаться на посторонние темы. Не сегодня.

— Прости, — сказал он. — Суть в том, что божественные дары, которые дали мне Целитель и Герой, показывают мне, как делать вещи и убедиться, что я все сделаю правильно с первой попытки. Именно так мне удалось создать Ника, чтобы он не превратился в нечто ужасное, и именно поэтому попытка сделать это снова, вероятно, привела бы к катастрофе. Именно поэтому я знаю, что если я попытаюсь спасти жизнь Гэри, это тоже не пойдет не так.

— Что значит «если»? — спросил Руфус, подавшись вперед. — Здесь нет никакого «если», Джейсон. Если ты можешь…

— Руфус, — сказал Гэри, перебивая друга.

— Я знаю, что ты опечален и встревожен, — сказал Джейсон. — Я знаю, что гнев заставляет тебя чувствовать, будто ты можешь что-то с этим поделать, но мы оба знаем, что он тебе лжет. Остановись на мгновение. Сделай вдох. Помни, что каждый человек в этой комнате любит Гэри. Никто здесь не хочет, чтобы он умер.

Руфус взял свой напиток и откинулся на спинку стула.

— Ты звучишь как моя мать, — проворчал он.

— А ты звучишь как Хамфри, — поддразнила Фарра, и все рассмеялись. На мгновение они снова стали просто четырьмя друзьями, сидящими за столом, но причина, по которой они здесь собрались, снова навалилась на них, приглушая настроение.

— То, что дал мне Герой, не для создания жизни, — сказал Джейсон. — Это о том, чтобы взять один источник внешней силы внутри души и заменить его другим. Прямо сейчас внутри Гэри находится сила Героя. Она не может дотянуться до своего бога, но как только мы выйдем из этой зоны трансформации, она это сделает. Гэри может удерживать ее, может быть, несколько часов, но потом она исчезнет. И эта сила — то, что поддерживает его жизнь.

— А как насчет твоего мира души? — спросил Руфус. — Герой не может туда проникнуть, верно?

— Нет, не может, — сказал Джейсон. — И если бы Гэри был готов оставаться там следующие несколько месяцев, может быть, до года, то он мог бы сохранить силу.

— Год? — спросил Руфус.

— Столько времени потребовалось бы силе, чтобы убить меня, — сказал Гэри. — Мое тело было усилено, чтобы выдержать силу, но не на всю жизнь. Сила, которая поддерживает мою жизнь прямо сейчас, в конечном итоге неизбежно убьет меня.

— Вот почему Герой дал мне этот дар, — сказал Джейсон. — Когда зона трансформации будет реинтегрирована в реальность, я заявлю на нее права как на свой домен. Переделаю по своей воле. Не бессознательно, как при ее первом формировании, когда мое влияние было рассеяно по разделяющимся территориям. Это будет осознанно. Единообразно. Я делал это дважды, и у меня не было ничего похожего на те инструменты, что есть сейчас.

— И ты веришь, что сможешь изменить и Гэри? — спросила Фарра.

— Если он позволит мне. Если он доверится мне.

— Я доверяю, — сказал Гэри.

Джейсон тепло улыбнулся ему.

— Я знаю. Тогда у меня будет кузница душ и дар Героя, чтобы направлять меня. Если Гэри захочет, я могу извлечь из него божественную силу и заменить ее чем-то другим. Чем-то, что обладает силой поддерживать его жизнь, не будучи настолько мощным, чтобы сжечь его.

— Ты говоришь о своей силе? — спросила Фарра. — Сделать его Голосом Воли?

— Нет, — сказал Джейсон. — Ему пришлось бы напрямую подключиться к силе, которую я черпаю прямо из астрала. К бесконечному шлангу магии, который позволяет мне контролировать мой мир души, как богу.

— Это сила божественного уровня? — спросила Фарра.

— Да, — сказал Джейсон. — Трансцендентная сила, как божественная сила, текущая через него прямо сейчас.

— Значит, она все равно убьет меня, — сказал Гэри.

— Да, — сказал Джейсон.

— Тогда что? — спросил Руфус. — Власть, которую ты забрал у Нежизни?

— Я уже использовал ее, — сказал Джейсон. — Я использовал ее, чтобы перековать призрачный огонь, который показала мне Смерть.

— И она тоже была от бога, — сказала Фарра. — Полагаю, та же проблема со слишком большой силой применима и здесь.

— Почему она применима? — спросил Руфус, его голос снова повысился. — Джейсон, почему ты, кажется, можешь впитывать любую космическую силу, летающую вокруг, в то время как первый же ее вкус убивает Гэри?

Джейсон вздохнул.

— Потому что я на пороге полутрансцендентности, — сказал он. — Я двигался к этому, шаг за шагом, вероятно, с моего первого шрама души. Что-то случайно, что-то благодаря наставлениям и усилиям, но я двигался к определенному финалу. Даже тогда то, что осталось от аватара — меньше божественной силы, чем течет через Гэри, — чуть не вывернуло меня наизнанку.

— Я не делал ни одного из этих шагов, — сказал Гэри. — Я не был готов. У меня нет закаленной души и опыта владения огромной космической силой. Меня схватили и напичкали божественной силой, которая изо всех сил пыталась изменить меня так, чтобы я не взорвался на месте. Но я взорвусь, рано или поздно, если сила останется внутри меня.

— Тогда что это? — спросила Фарра. — Какую силу ты хочешь вложить в Гэри?

— Дело не в том, чего я хочу, — сказал Джейсон. — Дело в том, чтобы иметь шанс, причем исключительно редкий. Знаете ли вы, сколько людей выжило после того, как выпили из чаши Героя?

— Ни одного, — сказал Руфус.

— Нет, были некоторые, — сказал Джейсон. — Герой сам мне об этом сказал. Думаю, он не говорит людям, потому что не хочет, чтобы они надеялись.

— Это мрачно, — сказала Фарра.

— Нет, — сказал Гэри. — Это справедливо. Если люди пили из чаши, думая, что есть способ выжить, это выбор, основанный на обмане. Даже если это самообман.

— Но некоторые выжили, — сказал Джейсон. — Очень немногие, и только при крайне специфических обстоятельствах. И даже тогда, я не думаю, что они выходят с другой стороны такими же, какими вошли.

— Это и есть цена, — сказал Гэри. — Такая сила всегда приходит с ценой.

— Да, — сказал Джейсон.

Они сидели в задумчивом молчании. Фарра первой нарушила тишину.

— Хватит уклоняться от вопроса, Джейсон. Что это за сила?

— Естественная матрица, — сказал Джейсон.

— Естественная матрица, которая все испортила и начала всю эту неразбериху? — спросил Руфус. — Естественная матрица, которая настолько нестабильна, что мы отправились предотвратить ее взрыв, который уничтожил бы Яреш и погрузил весь регион в вечную тьму, когда небо наполнится пеплом?

— Да, — сказал Джейсон. — Как только все закончится, я все переделаю. Использую свой призрачный огонь, чтобы очистить скверну энергии Нежизни. Извлеку и починю кузницу душ. Восстановлю естественную матрицу в стабильном состоянии. Отстрою дом для выживших светлосердечных. И сделаю кое-что еще, включая замену силы внутри Гэри, если он этого захочет.

— И ты думаешь, что это сработает? — спросил Руфус.

— Да, — сказал Джейсон. — Боги знали, что грядет, лучше любого из нас, смертных, поэтому они сделали тот выбор, который сделали. Нежизнь пыталась захватить контроль над событиями напрямую. Разрушение уговаривал и манипулировал теми, кто был достаточно развращен, чтобы работать с ним. Целитель, Герой и Смерть понимали, что если Нежизнь и Разрушение не добьются своего, то не бог будет решать окончательный исход событий.

— Они знали, что это будешь ты, — поняла Фарра.

— Да, — сказал Джейсон. — Целитель хотел, чтобы дом светлосердечных был исцелен, и его дар направил меня на путь участия. Смерть хотела, чтобы сила Нежизни была очищена, и показала мне, как это сделать. Герой хочет, чтобы один из его чемпионов жил, и знал, что я смогу это сделать, если он даст мне нужный инструмент.

— Тогда что плохого в том, чтобы сделать это таким образом? — спросил Руфус. — У нас есть варианты: Гэри живет или Гэри умирает. Почему ты ведешь себя так, будто это не самый простой выбор в мире? Почему использование естественной матрицы для поддержания его жизни — это плохо?

— Это специфическая и ограниченная сила, — сказал Джейсон. — Отчасти поэтому она работает. Как и все мы, Гэри сформировал свою душу с помощью эссенций. Железа и огня. Они очень хорошо сочетаются с этой естественной матрицей, что делает его совместимым с ней. Но божественная сила внутри него изменила эти силы, и я не знаю, насколько естественная матрица будет совместима с тем, что было сделано. Может быть, он будет почти таким же сильным, как сейчас. Может быть, он потеряет все свои способности эссенций. Может быть, его силы железа и огня изменятся, став чем-то новым.

— Я думал, ты сказал, что уверен, что сможешь сделать это правильно, — сказал Руфус. — Это звучит так, будто ты собираешься искромсать его душу.

Фарра положила руки на стол и подалась вперед, собираясь ответить на обвинительный тон Руфуса. Джейсон тихо жестом попросил ее отступить. Она вопросительно посмотрела на него из-под приподнятых бровей, и он кивнул в знак подтверждения. Ее выражение лица было скептическим, но она откинулась на спинку стула, явно недовольная.

— Руфус, — сказал Джейсон. — Ты знаешь, какая задача перед нами стоит. Мы говорим о переделке участка реальности, который был вырван из вселенной, разрублен на куски, а теперь мы собираем эти куски обратно. Как только мы это сделаем, мне придется смешать все это в кашу, взять эту кашу и сделать из нее что-то новое. Что-то, что я смогу вставить обратно в дыру, которую мы проделали во вселенной, когда вытащили это в первый раз. И где-то там я должен взять Гэри, который пил из чаши «ты точно умрешь, потому что так говорят боги», и сделать так, чтобы он не умер.

Джейсон потер лицо уставшими руками.

— Есть причина, по которой я не прыгаю от радости, что могу сохранить Гэри жизнь, — продолжил он. — Ты прав в том, что то, о чем я говорю, не звучит как «все идет по плану». Если Гэри этого захочет, то, что я сделаю с его душой, будет уродливо. Он не выйдет из этого таким, каким был, или даже таким, какой он сейчас. «Идет по плану» означает, что все это вообще возможно. Нам нужно больше, чем чудо, Руфус. Чудо — это то, что его убивает. Мы должны отменить чудо.

Джейсон обмяк на стуле, словно его слова забрали всю его энергию. Руфус посмотрел на него, не зная, что сказать, поэтому Фарра заполнила паузу.

— Ты помнишь, что Джейсон сказал в начале этого разговора? — спросила она Руфуса. — Что ему нужно объяснить нам, почему некоторые вещи не сработают. Он ответил тебе прямо, но ты думаешь, что Гэри этого не знает? Думаешь, он не чувствует, что происходит внутри него?

Руфус повернулся к Гэри, который продолжал бесстрастно сидеть на своем троноподобном стуле.

— Может, он и не знал точно, что скажет Джейсон, — продолжила Фарра, — но он знал достаточно. Он понимает, что с ним происходит. Он лучше любого из нас знает, что принес жертву, и от этого никуда не деться. Даже если он не умрет, он заплатил цену за силу, которая была нам нужна тогда и нужна сейчас. Он знает это. Он принял это. Он просто сидел здесь, почти не говоря, потому что ждал, когда мы тоже это примем.

— Ну, а я не принимаю! — закричал Руфус.

— Очень жаль, — сказал Гэри. — Джейсон попросил вас привести меня сюда, чтобы он мог дать выбор мне, а не вам. Все трое правы. Фарра права, что я понимал, что делаю, в тот момент, когда решил поднести эту чашу к губам. Джейсон прав, что это то, с чем я должен столкнуться. А ты, Руфус, прав, что это ужасно и несправедливо. Но это не заставит проблему исчезнуть.

Стул Руфуса упал, когда он вскочил и обнял леонида. Гэри был выше, даже сидя. Он обнял плачущего Руфуса большой рукой.

— Твои слезы мочат мою шерсть, — поддразнил Гэри.

— Заткнись, — сказал Руфус со смехом сквозь рыдания.

Четверо друзей сидели за столом, на котором скопилось еще больше пустых бутылок.

— Где ты достал что-то, от чего может опьянеть полубог? — спросил Руфус.

— Я не пьян, — сказал Гэри. — Может, немного захмелел.

— Это для алмазных рангов, — сказал Джейсон. — Немного осталось после того, как я приготовил ужин для… неважно, откуда это взялось.

— Прости, Джейсон, — сказал Руфус, рассеянно потирая голову тряпкой. — Я не должен был так на тебя срываться.

Никто за столом не смог сохранить полную трезвость, но Руфус был пьянее остальных, и его слова заметно заплетались.

— Тебе не за что извиняться передо мной, — сказал Джейсон. — Я знаю, ты не ожидаешь, что я сделаю то, чего не могу. Гнев должен куда-то выходить, и ты должен злиться. Мы все должны. Просто мы ничего не можем с этим поделать.

— Нет, — настаивал Руфус. — Это несправедливо.

— Здесь нет справедливости, — сказал Джейсон. — Я каждый раз возвращаюсь, но Гэри попадает в ловушку одного чуда и…

Он судорожно вздохнул и разрыдался, прежде чем осушить стакан.

— Расскажи, как это будет, — сказал Гэри. — Если я позволю тебе засунуть эту естественную матрицу мне в задницу или что там еще.

— Будет отстойно, — сказал Джейсон. — Я не знаю, что будет с твоими силами. Или с твоим разумом. Я знаю, что ты не станешь сильнее. Какой ты сейчас, таким и останешься. Ты не умрешь, что хорошо. Типа, никогда. Пока матрица на месте. Я, наверное, смогу вернуться и переместить ее, когда планета умрет. Тень, напомни мне вернуться и переместить естественную матрицу через пять миллиардов лет или типа того.

— Разумеется, мистер Асано, — отозвалась Тень из тени Джейсона. Джейсон не заметил того, как его фамильяр практически вслух покачал головой.

— Дело в том, — продолжил Джейсон, — что ты будешь полностью зависеть от матрицы. Если с ней что-то случится, ты умрешь. И ты не сможешь ее покинуть. Тебе придется оставаться в зоне ее влияния. Ты можешь жить вечно — условия прилагаются — но всю свою жизнь ты проживешь в городе светлосердечных. Так что нам стоит постараться убедиться, что культисты, вестники и нежить снова его не захватят.

— Я никуда не смогу пойти? — спросил Гэри.

— Ага, — сказал Джейсон. — Прости. Это довольно паршивая сделка.

— Ты не должен выбирать прямо сейчас, — сказал Джейсон.

— Не должен? — переспросил Руфус. — Тогда зачем ты заставил нас привести его сюда?

— Чтобы у него было время на выбор, — сказала Фарра. — Это же очевидно. Думаю, твой воск для волос делает твой мозг жидким.

— Я не мажу голову воском, — настаивал Руфус.

— Ты прямо сейчас мажешь голову воском, — сказала она ему.

Руфус выглядел растерянным и опустил руку, в которой держал тряпку, которой натирал голову, перед лицом. Он посмотрел на нее так, будто видел впервые, несмотря на то, что на ней были вышиты его инициалы.

— Как она там оказалась?

Глава49 ГАРАНТИРОВАННО СТАНЕМ ВРАГАМИ

Глава 49 ГАРАНТИРОВАННО СТАНЕМ ВРАГАМИ

Джейсон имел некоторую связь со своей заявленной территорией, хотя она была не такой сильной, как с его духовными доменами. По мере того как территория расширялась до размеров континента, требовалось все больше концентрации и усилий, чтобы понять, что происходит в отдаленных уголках. Стоя в диспетчерской Громового плато, он закрыл глаза, расширяя свои чувства на отдаленную локацию. Нил, Ник и Белинда наблюдали и ждали.

— Когда нас соблазняли жизнью искателей приключений, — сказала Белинда, — никто не упоминал о том, что придется стоять и смотреть, как какой-то парень тихо концентрируется.

— Обычно я бы согласился, — сказал Нил, — но думаю, с меня хватит жизни на грани смерти на какое-то время. Я был бы вполне счастлив променять азарт на настоящее небо, кресло-реклайнер и тарелку с фруктами.

— Это не обязательно должно быть «на грани смерти», — сказала Белинда. — Может, просто приятное ограбление, где худший сценарий — это набить морду частной охране какого-нибудь богатого придурка, пока мы совершаем побег.

— Ты понимаешь, что мы сами все невероятно богаты, да?

— Мы? — спросил Ник.

Нил посмотрел на него, затем снова на Белинду.

— Ты понимаешь, что мы с тобой оба невероятно богаты, да? — поправился Нил.

— О, — сказал Ник, опустив голову.

Джейсон открыл глаза.

— Это должно произойти с минуты на минуту, — сказал он. — Они как раз собираются завершить ритуал соединения другого узла с этим.

Они все с ожиданием посмотрели на Ника.

— Ладно, — сказал кролик-человек. — Теперь у меня страх сцены.

— Не волнуйся, — заверил его Джейсон. — Тебе не нужно ничего делать; это произойдет само собой. Это как магия исцеления: никаких навыков не требуется.

Нил повернул голову, чтобы посмотреть на Джейсона так, что это было почти похоже на специальную атаку. Джейсон не смог сохранить невозмутимое лицо и подавил смешок.

— Ник, — сладко сказал Нил. — Напомни мне рассказать маме Руфуса, что Джейсон только что…

— Эй, эй, эй! — срочно сказал Джейсон. — Что происходит на Громовом плато, остается на Громовом плато.

— Да, прости, Джейсон, — сказала Белинда, — но шантаж так не работает.

— Кажется, это происходит, — сказал Ник, и все взгляды устремились на него. — Да, я чувствую это. Я чувствую это. Я чувствую… это все? Вау, как-то не впечатляет.

— Но ты подключен? — спросил Джейсон.

— Да, — подтвердил Ник, — но это как ожидать бисквит, а получить только крошку. Нам нужно подключить гораздо больше, если ты хочешь, чтобы из этого что-то вышло.

— Подозреваю, — сказала Белинда, — что Клайв не разочаруется, услышав это.

— Как успехи? — спросила Мириам Джейсона. Они беседовали в его кабинете в горной крепости. Джейсон сидел в своем троноподобном кресле, за его спиной низвергался лавовый водопад.

— За последний месяц мы соединили почти все узлы, к которым у нас есть доступ. Похоже, нам нужно будет подключить большинство, если не все, прежде чем Ник сможет сделать с ними что-то эффективное. Он может управлять остальными удаленно, но не может заставить узлы работать вместе или функционировать за пределами их локальных зон.

— Но он сможет, когда сеть узлов будет завершена?

— Он говорит да. Сравнил это с попыткой запустить недостроенную машину. Нам нужен доступ к остальным узлам.

— Зачистка оставшихся территорий замедляется, — сказала Мириам. — Я начала ограничивать даже большинство золотых рангов. На данном этапе я уверена в возвращении только лорда Пенсинаты, миссис Ремор и Бориса Кет Лунди. Если бы у нас не было Гарета, нам пришлось бы идти на большие риски. Но раз уж на нашей стороне сила полубога, мы можем позволить себе играть осторожно. Он работает медленнее, когда почти один, но остается неудержимым.

— Пока мы не будем двигаться так медленно, что зона начнет разрушаться, я согласен с твоим подходом, Тактический командир.

— У тебя есть представление, сколько времени осталось до дестабилизации зоны?

— Нет. Я не вижу признаков этого, так что думаю, у нас еще есть приличный запас времени. И все же нам не следует тратить его на что-то бесполезное.

— Я надеялась, что мы могли бы попробовать что-то, что могло бы ускорить процесс, — сказала Мириам. — Что-то, что потребовало бы от тебя большего, чем просто появиться в конце, чтобы заявить права на зачищенную территорию.

— Пожалуйста, — сказал Джейсон. — Я чувствую себя бесполезным, наблюдая, как все остальные работают. Мои магические знания слишком специализированы на астральной магии, чтобы помочь в настройке узлов, а я слишком слаб, чтобы зачищать территории. Все, что я могу, — это прилететь на все готовое, чтобы заявить на них права после того, как все остальные сделают грязную работу.

— Думаю, ты внес достаточный вклад, Командир операций. Именно ты в конечном итоге устранил аватара.

— Да, но это странные штуки с космической силой. Я мало что сделал как авантюрист или даже как командир. Мы оба знаем, что именно ты выполняешь большую часть работы на этом фронте. И это не попытка влезть, кстати. Ты отлично справляешься.

— Как авантюрист, Командир операций, ты серебряного ранга. Думаешь, все остальные без опыта, необходимого для соединения узлов, чувствуют себя иначе?

— Полагаю, нет.

— Тогда, могу я внести предложение?

— Пожалуйста.

— Возможно, тебе стоит проявить солидарность с теми бездельничающими серебряными рангами, а может, и с нашими союзниками-светлосердечными. Поднять моральный дух.

Джейсон хлопнул себя по лбу.

— Конечно, — сказал он. — Не могу поверить, что сам не додумался. Что со мной не так? Мне нужно устроить барбекю.

— Это не совсем то, что я…

— Мне пора, — сказал Джейсон, вставая.

— Командир операций.

— В городе есть магазин товаров для барбекю и отдыха на природе, который я могу разграбить ради припасов.

— Командир операций.

— Не думаю, что у мясника осталось что-то съедобное. Придется проверить припасы, которые мы привезли с поверхности. Нет, там были только духовные монеты и ритуальные материалы. Может, я смогу…

— КОМАНДИР ОПЕРАЦИЙ!

Джейсон вырвался из своих мыслей, рассеянно глядя на нее.

— Хм, что?

— Возможно, ты припомнишь, Командир операций, что это отступление началось, когда я сказала, что есть кое-что еще, что я надеялась, ты сможешь сделать.

— Ты имела в виду не только барбекю?

— Нет.

— Потому что я уже организовал все это барбекю.

— Мистер Асано…

— Барбекю было твоей идеей, вот что я говорю. Кажется странным, что именно ты…

Аура Мириам гневно поднялась, и Джейсон усмехнулся.

— Ты кажешься напряженной, Тактический командир. Все мы напряжены. Мы все здесь месяцами. Преломляем хлеб с нашими злейшими врагами. Сталкиваемся с силой, с которой не можем сравниться, и ведем битвы, которые не понимаем. Нам нужно снять напряжение. Немного нормальности, насколько это возможно здесь.

— Это… не лишенный смысла довод. Но есть кое-что еще, что я хотела бы, чтобы ты сделал.

— Ты хочешь, чтобы я проверил, может ли призрачный огонь, который я усилил, поглотив аватара, помочь в зачистке территорий нежити.

Это было утверждение, а не вопрос, но Мириам не удивилась. Она знала, что, хотя Джейсон может казаться отстраненным, оставляя все на нее, он всегда наблюдает. Часто средствами, которые она не понимала.

— Ничего из этого не дается легко, — сказал Джейсон. — Мы с тобой несем здесь величайшую ответственность, и я — тот, у кого есть все ответы. Все секреты. Сила взаимодействовать со странными силами, которые управляют этим местом. Ты справляешься изумительно, Мириам, в экстремальных обстоятельствах. Когда захочешь, чтобы я попробовал с нежитью, дай знать. А пока мне нужно попытаться найти хоть какое-то пригодное мясо.

Гэри, Арабель и Амос защищали Джейсона, пока он насылал свои недуги. Призрачный огонь применялся вместе с каждым другим недугом из арсенала Джейсона, хотя для эффективности требовалось время. Качество пламени значительно улучшилось с тех пор, как он подпитал его очищенной божественной властью, но источником все еще оставался Джейсон, а Джейсон все еще был серебряного ранга.

Как и свойственно недугам, применение плюс время неизбежно приносили результаты. В то время как Гэри разбирал отдельных представителей нежити с такой скоростью, что Джейсон казался безобидным, территории, отравленные энергией Нежизни, кишели неживыми аномалиями. Возрастающая мощь бабочек Гордона, распространяющих недуги Джейсона, могла зачистить территорию нежити быстрее, чем полубог.

Многие из невостребованных территорий были отмечены Нежизнью. Это было отражением того, что зона была создана из подземного царства светлосердечных, которое было глубоко осквернено энергией Нежизни. Одна территория была похожа на город Земли, который ощущался как фильм про зомби. Другая — лес размером с крупную страну, деревья без листьев и мертвые, а землю покрывал снег. Упыреподобные неживые эльфы крались сквозь деревья, атакуя вспышками дикой скорости.

Территория за территорией была захвачена. Они достигли границы территории, содержащей огромное дерево, но она была непроницаема. В отличие от теневых завес, граничащих с обычными территориями, она была окружена непроницаемой тьмой. Они продолжали объединять территории вокруг нее, добавляя любые найденные экологические узлы к растущей сети.

Пока территории захватывались, беспокойная группа союзников все больше бездельничала. Некоторые авантюристы участвовали в соединении узлов, окружая центры управления массивными ритуальными кругами из резного камня или других прочных материалов. Но с замедлением захвата новых территорий они вскоре догнали все доступные узлы. После этого соединение каждого нового узла по мере его нахождения стало неспешным делом.

Главной задачей Мириам и Джейсона стало предотвращение «лихорадки кабины». Их большой и разношерстный союз включал бывших и потенциально будущих противников, наряду с откровенными врагами. Даже члены одной группы могли в конечном итоге столкнуться, если им нечего было делать. Авантюристы, особенно элитные, не славились своей уступчивой скромностью.

Одним из способов, которым они пытались сохранить мир, было разделение групп. Самой большой группой были три фракции вестников. Самой маленькой фракцией были пленники Джейсона во главе с Мареком Ниором Варгасом. Однако они быстро подчинились Борису, относясь к нему как к мессии Неортодоксии. Они оказались более восторженными, чем люди, которых Борис принудил к повиновению.

Большинство вестников были теми, кого освободили из стазиса по мере захвата их территорий. Все они теперь были свободны, благодаря Джейсону, но недовольство все еще тлело во многих из них. Немалое число использовалось как рабы-пушечное мясо, в том числе членами альянса.

Учитывая их численность, группам вестников были отданы жилые секции города Джейсона. Культисты Строителя заняли более приличные мотели, которых было много в туристическом городке. Авантюристы заняли прогулочные яхты в марине или горное логово, в зависимости от предпочтений. Светлосердечные все оставались в горе. Закрытая каменная конструкция и лавовый водопад были утешением для подземного народа, максимально приближенным к тому дому, который уничтожила зона трансформации.

Последней группой были молодые вестники, освобожденные из стазиса и почти не имеющие представления о том, кто или даже что они такие. Джали Коррик Фен взяла на себя задачу защитить их от любого влияния или манипуляций со стороны других групп. Ей помогала Тера Джун Каста, вестник, которую Джейсон насильно освободил. Джали была ее единственным другом, и она была настроена враждебно как к Мареку, так и к Борису, громко и неоднократно называя их предателями.

Однако больше, чем ненависть, Тера чувствовала родство с молодыми и неиндоктринированными вестниками. Она разделяла их отсутствие цели, не зная, что делать или даже кто они такие. Некоторые из этих вестников стали экспериментировать, исследуя город и пытаясь расшифровать артефакты Земли.

Джали не была уверена, как с этим справиться, но Джейсон сказал ей оставить их наедине с их любопытством. Не раз она находила Джейсона среди них, демонстрирующим различные прыгающие устройства. Одним из них был пружинистый шест, который выглядел как крайне неэффективное транспортное средство. Другим была надувная комната, которая вообще не имела никакого видимого назначения.

Джейсон устроил барбекю. Хотя вестникам было разрешено прийти, немногие воспользовались этим. Борис и один из его золотых рангов появились, причем его помощник хорошо поладил с Джали Коррик Фен, которая пришла с некоторыми из наиболее любопытных молодых вестников. Марек Ниор Варгас и его люди не присоединились, за исключением предприимчивой женщины по имени Мари Га Ранд. Борис нашел ее имя уморительным, и она вызвала его на бой, несмотря на его более высокий ранг. Похоже, она не приняла последующее избиение близко к сердцу.

Исключен был только культ Строителя, как единственные, кто гарантированно снова станет врагами, как только зона трансформации будет покинута. К тому же они не ели обычную пищу, будучи причудливыми магическими киборгами.

Общественное собрание действительно помогло ослабить часть напряженности в группах, но у Джейсона и Мириам не было иллюзий, что это не более чем пластырь. Они были заперты на месяцы в этом странном месте, сталкиваясь со смертельной опасностью, которая уносила жизни друзей и союзников. Теперь они остались без дела, и им оставалось мало что делать, кроме как думать о том, через что они прошли и что потеряли.

Это было особенно верно для светлосердечных. Они сражались дольше и потеряли больше, чем кто-либо другой. Теперь они оказались в самой большой безопасности за долгое время, что не лучшим образом говорило о предыдущих обстоятельствах. Большая часть их населения была мертва, а их дом был разрушен, затянут в карманное измерение, которого они не понимали.

Джейсон находил стойкость светлосердечных вдохновляющей. Все, что они потеряли, и все же они были, вероятно, самой стабильной из групп в альянсе. Он обсуждал это с Лоренн, их лидером, надеясь найти что-то, что поможет остальным. Она сказала ему, что до прибытия экспедиции с поверхности они прятались, и им некуда было бежать, ожидая, пока умрут последние из их народа. Они потеряли почти все, но теперь у них была надежда. Хотя путь был трудным и странным, впереди был путь.

Джейсон не был уверен, сможет ли он использовать это, чтобы удержать остальной альянс от превращения в «Повелителя мух», но это определенно заставило его почувствовать себя лучше.

Гэри в конечном итоге стал единственным, кто зачищал территории. Отчасти это было из-за опасности, а отчасти потому, что последние золотые ранги, с которыми он работал, были заняты. Джейсон тоже остановился, так как Гэри не был уверен, что сможет защитить его в одиночку.

Борис стал все больше вовлекаться в управление другими вестниками. Оставшись один, Марек Ниор Варгас продолжал пытаться вербовать новых вестников. Борис знал, что если такое поведение продолжится, Джейсон возложит ответственность на Бориса, и это повредит зарождающемуся доверию между двумя мужчинами.

Арабель вернулась к своей основной профессии, заботясь о психическом здоровье группы в целом. Мириам и Джейсон были благодарны, так как их компетенция ограничивалась дисциплиной и барбекю соответственно.

Амос Пенсината стал рассеянным, знаменитый стоик был нехарактерно обеспокоен. Однажды Джейсон заметил его в металлической шлюпке, далеко в воде. Он подлетел и присоединился к нему, сев рядом, но ничего не говоря. Они сидели там часами, прежде чем Амос начал говорить.

— Я подвел своего племянника, — сказал он наконец. — Я подтолкнул его и его команду к этому. Теперь его друзья мертвы или сломлены. Я не знаю, станут ли они когда-нибудь снова авантюристами.

Джейсон не был уверен, что сказать. С момента своего прибытия на Паллимустус он был поражен культурным принятием того, что детей бросают в пучину насилия. Это был жестокий мир, и им приходилось учиться выживать, но все равно это казалось грубым и диким.

Последствия казались очевидными для Джейсона, но Амос, казалось, был удивлен. Джейсон не был уверен, как ответить, так как Амос не был неправ по фактам. Теперь уже павшая команда «Штормовой шреддер» выбрала свой путь, но именно Амос проложил его для них. Кто бы не доверился намерениям такого известного героя в отношении собственного племянника? Сам Джейсон тоже доверял этому человеку.

Даже если бы он был склонен к морализаторству, Джейсон знал, что у него нет морального превосходства. Он бросал себя и своих друзей во все, с чем сталкивалась команда «Штормовой шреддер», и даже в худшее. Он не был Арабель и не знал, что сказать, чтобы не сделать хуже, поэтому ничего не сказал. Вместо этого он достал упаковку из шести бутылок пива и протянул одну Амосу.

— Не думал, что ты любишь пиво, — сказал Амос.

— Не особо, — сказал Джейсон. — Но я австралиец, а австралийцы знают одну вещь: для некоторых вещей подойдет только пиво.

— Это кажется нездоровым отношением, — сказал Амос.

— О, определенно, — сказал Джейсон. — Наша культура массово игнорирует злоупотребление алкоголем.

Глава50 ПРИ УСЛОВИИ, ЧТО МЫ ПОБЕДИМ

Глава 50 ПРИ УСЛОВИИ, ЧТО МЫ ПОБЕДИМ

Джейсон не слышал Руфуса, но гнев в его языке тела было легко прочитать. Он наблюдал за Руфусом и Гэри из наблюдательного пункта в своей горной крепости, расположенного за одним из глаз в голове-здании. Его друзья были в городе, стоя перед магазином мороженого. Если бы не его восприятие серебряного ранга, он не смог бы разглядеть их четко с такого расстояния.

Хотя он не слышал их, у Джейсона не было сомнений в том, на что кричал Руфус. Это было то же самое, что он кричал уже несколько недель. Гэри отказывался принимать окончательное решение, в то время как Руфус настаивал, что решение принимать не нужно. Фарра вышла из магазина мороженого, выглядя недовольной, и снова принялась за работу миротворца.

Джейсон вздохнул. Он понимал Руфуса, который уже потерял Фарру и самого себя. Благодаря чудесным обстоятельствам он вернул их, но оплакал обоих. И они все знали, что если Гэри умрет, возврата не будет. Джейсон боялся, что Руфус в конечном итоге пожалеет о том, как провел последние дни со своим лучшим другом в мире, если Гэри решит отпустить.

Джейсон говорил и с Фаррой, и с Арабель о том, что делать. Стоит ли ему вмешаться как другу? Попытаться помочь Руфусу увидеть драгоценное время, которое он тратит впустую? Или это даст обратный эффект и только подпитает его гнев? Арабель предложила дать ее сыну пространство, поэтому Джейсон так и сделал.

Арабель отметила, что Руфус может предложить Джейсону сохранить жизнь Гэри, независимо от того, что выберет сам человек. Это так не работает, и даже Руфус это понимал, но он был далек от того, чтобы мыслить ясно. Опасность была не в том, что он обвинит Джейсона в том, что тот этого не сделал. Опасность придет позже, что бы ни выбрал Гэри. Руфус и его раздутое чувство ответственности съедят его заживо за то, что он попросил об этом Джейсона. За то, что пытался лишить друга выбора.

Соответственно, Джейсон избегал Руфуса, хотя тот и не искал его. Его гнев распространялся и на Джейсона, несмотря на то, что он знал, что ни он, ни Гэри не заслуживают этого гнева. Ярости нет дела до логики.

Джейсон вздохнул, недовольный тем, что лучшее, что он мог предложить другу, — это свое отсутствие. Впрочем, недостатка в вещах, чтобы отвлечься, не было, поэтому он открыл теневой портал и шагнул сквозь него. Он прибыл в диспетчерскую Громового плато.

Ник стоял на парящей платформе, перемещаясь между панелями управления. Нил и Дастин Кеттеринг были на той же стороне металлического стола, прикрепленного к полу. Они играли в игру, которая включала складывание разноцветных деревянных шестов и картонных платформ, чтобы построить башню. Никто из них не заметил появления Джейсона.

— …потому что это погодная машина, а не чертово спутниковое оружие, — сердито сказал Ник.

— Что такое спутниковое оружие? — спросил Дастин.

— Я не знаю!

— Как ты можешь не знать? — спросил Нил.

— Потому что мне шесть месяцев. Большая часть того, что я знаю, — это случайная чепуха, вложенная мне в голову человеком, слишком увлеченным музыкальными темами из сериалов.

— Что такое музыкальная тема из сериала? — спросил Дастин.

— Да, это должно быть ужасно, — сказал Нил. — Хочешь сэндвич?

— Да, пожалуйста, — сказал Ник. — И немного морковного сока — не потому, что я кролик!

— Тебе позволено любить то, что ты любишь, — сказал Нил с усмешкой. Он встал и обернулся, и именно тогда увидел Джейсона, его тело дернулось от неожиданности.

— Почему ты крадешься? — спросил Нил, побуждая остальных тоже обернуться. — Как долго ты там был?

— Достаточно долго, чтобы понять, что Ник не должным образом ценит теневой полет в мир человека, которого не существует.

— Что это знач… — начал спрашивать Дастин, прежде чем Нил прервал его жестом руки.

— Нет, — сказал Нил тоном дрессировщика собак. — Не спрашивай.

— Вы совсем не веселые, — сказал Джейсон с усмешкой. — Как продвигается тестирование?

— Управлять довольно легко, — сказал Ник. — Я получаю покрытие по всей объединенной территории, так что все хорошо. Проблемы в том, что есть время на запуск, прежде чем что-то произойдет, и неточность, когда это происходит, потому что…

— …это погодная машина, а не спутниковое оружие, — закончил Джейсон. — Вот на этом я и вошел.

— У нас ребята из Магического общества ведут прямое наблюдение в тех областях, где мы это тестируем, — сказал Нил. — Клайв, Линди и Рамона присматривают за ними.

— Звучит так, будто все под контролем, — сказал Джейсон. — Когда вы будете готовы представить Мириам отчет о тактической целесообразности?

— Это к Клайву, — сказал Нил. — Ты же знаешь, какой он, гоняется за каждой мелочью. Учитывая, насколько все это было поспешным, он становится по-настоящему привередливым теперь, когда мы заставили это работать.

— Это придется изменить, — сказал Джейсон. — Мы объединили все территории, кроме дерева, но у нас заканчивается время.

— Ты видишь признаки разрушения зоны? — спросил Нил. — Как долго?

— Не уверен, — сказал Джейсон. — Это моя следующая остановка. Скажи Клайву, чтобы заканчивал.

— Хорошо, но не знаю, насколько быстрым он будет.

— Скажи ему, чтобы пришел ко мне, когда будет возможность. На самом деле, опусти момент про «когда будет возможность». На самом деле, не говори ему приходить ко мне; скажи ему отчитаться перед Командиром операций. Нет, забудь все это. Где сейчас Клайв?

— Ты не знаешь? — спросил Дастин. — Я думал, ты можешь видеть все, что происходит на территории.

— Могу, — сказал Джейсон. — Если посмотрю. Это не мой мир души, поэтому требуется немного больше активного внимания, чтобы что-то делать. Возможно, я преувеличивал свои возможности, чтобы сдерживать внутренние раздоры.

Клайв и Джейсон вышли из портала в одном из отдаленных районов территорий. Клайв был немедленно ошеломлен границей зоны трансформации — туманной стеной, уходящей высоко в небо. Она напоминала размытое изображение далекого пейзажа, увиденное через неисправный записывающий кристалл. Она также выбрасывала облако сверхмелкой пыли.

— Что это? — спросил он, двигаясь вперед.

— Не подходи слишком близко, — предупредила его Софи.

Клайв оторвал внимание от стены, чтобы оглядеться. Они были на возвышенности в умеренном климате, поздняя весна или ранняя осень, судя по приятной погоде. Он мог видеть землю вокруг них, включая реку, впадающую в море. Стена пересекала сушу и водоем, простираясь до горизонта. Софи и Мириам Вэнс ждали их прибытия.

— Идемте, — сказала Софи и повела их вниз по склону, двигаясь параллельно стене. Достигнув ровной земли, они увидели ряд тонких деревянных шестов, разложенных на земле, конец к концу. Они начинались у стены и тянулись прямо от нее. Клайв заметил отметки на шесте и увидел, что это единицы измерения.

— Измерительное устройство, — сказал он.

Он осмотрел шест, ближайший к стене, не приближаясь слишком близко. Шест был половинной длины, рваный конец выглядел так, будто стена съела остальное. Когда он посмотрел на цифры, показалось, что измерения начались за стеной, но она отрезала около полутора шестов.

— Вы измеряете расстояние, — сказал он. — Стена движется внутрь?

— Добро пожаловать в конец вселенной, — сказал Джейсон. — К сожалению, вселенная становится меньше.

— Меня назначили следить за границами, — сказала Софи Клайву. — Примерно в то время, когда вы начали работать над этой магической штукой для связи.

— Сетью узлов экологического контроля?

— Типа того, — сказала она.

— Почти никто не был проинформирован о назначении мисс Векслер, — сказала Мириам. — Я, Командир операций, мисс Векслер, лорд Геллер и теперь вы.

— Хамфри задавался бы вопросом, почему она постоянно убегает, вместо того чтобы остаться для «сексуального времени», — сказал Джейсон.

— Командир, — отчитала его Мириам.

— Нет, он прав, — сказала Софи. — Вы не видели Хамфри? Этот парень — карамельный бисквит.

— Бисквит? — спросила мышь с усами, высунув голову из сумки на поясе Софи.

— Не такой бисквит, — сказала она с забавной улыбкой.

Недовольная мышь нырнула обратно в сумку.

— Я обнаружила, что зона разрушается по краям, — продолжила Софи. — Сначала не поняла, что она движется внутрь, но Джейсон сказал мне проверить, поэтому я разметила эти палки как большие линейки. И, конечно же, она двигалась. Сначала медленно; всего на сантиметр в тот день, когда я впервые измерила. Но с каждым днем она движется быстрее.

— Мы стоим на том, что до объединения было территорией на внешнем пределе зоны трансформации, — сказала Мириам. — То, что вы видите здесь, происходит на каждой внешней территории. Зона разрушается.

— Как быстро? — спросил Клайв.

— При текущей скорости ускорения, — сказала Мириам, — внешние территории исчезнут через неделю.

— Потребление территории будет только ускоряться, — сказал Джейсон. — И чем больше зоны будет поглощено, тем хуже будут обстоять дела для нас. Зона дестабилизируется и в конечном итоге схлопнется. Даже если мы закончим до этого, чем хуже станут дела, тем сложнее будет реинтегрировать зону обратно в нормальную реальность. На Земле такие зоны оставляли клочки «глючной» реальности, сидящие в местах, куда они просто не вписываются. Это, я должен полагать, будет иметь более радикальные результаты.

— Вы говорите, что мы должны действовать быстро, — сказал Клайв.

— Да, — сказал ему Джейсон. — Больше никаких кропотливых испытаний погодной машины.

— План состоит в том, чтобы проинформировать всех сегодня днем, — сказала Мириам. — Завтра мы проводим окончательные приготовления, а послезавтра выступаем. Командир операций расширит свое территориальное влияние на последнюю территорию, и мы увидим, какая битва нас ждет.

Не зная, какую форму примет финальный конфликт, был разработан простой и адаптируемый план. То немногое, что они знали, было построено на догадках, предположениях и том, что Джейсон «просто чувствовал» — стандарт доказательств, от которого Клайв дергался каждый раз, когда он это произносил.

Они предполагали, что столкнутся с элементальными вестниками. Это было то, что дерево произвело в царстве светлосердечных, и это было самым близким к реальной информации, на что они могли опираться. Элементальные вестники могли быть похожи на тех, что содержались в стазисе на других территориях, живыми репликами аномалий или смесью того и другого. Или это могло быть что-то совершенно иное, к чему у них не было возможности подготовиться. Каждый раз, когда это всплывало, Тактический командир Мириам начинала дергаться, как Клайв.

Помимо этой ограниченной информации, они в значительной степени полагались на интуицию Джейсона. Контролируя все, кроме последней территории, Джейсон заявлял, что чувствует, с чем они будут иметь дело. Он открыто признавал, что эти чувства были расплывчатыми и довольно сомнительной основой для плана битвы.

Чувства Джейсона подсказывали, что, по крайней мере поначалу, они не столкнутся с таким же уровнем силы, какой был у Гэри при захвате последних территорий. Джейсон полагал, что битва начнется на том же уровне, на котором была зона трансформации, прежде чем обостриться в ходе боя. У него не было четкого представления о том, как или почему, что не нравилось Мириам.

Поскольку они имели очень слабое представление о том, с чем столкнутся, план был простым и в основном сводился к тому, чтобы встретить все, что выйдет, и надеяться, что они смогут победить. Нюанс сводился к тому, прав ли Джейсон насчет эскалации силы, и они планировали оба исхода. Силы золотого ранга будут на передовой, а серебряные ранги — далеко позади. Если Джейсон прав, серебряные ранги смогут выдвинуться и присоединиться к битве. Если нет, они эвакуируются.

Были разработаны планы эвакуации, подготовлены различные транспортные способности и транспортные средства. Даже если Джейсон прав и серебряные ранги присоединятся к битве, приготовления были необходимы. Как только уровень силы врага возрастет, серебряным рангам потребуется быстрый отход. Каким бы ни был исход, Джейсон был единственным серебряным рангом, который останется на всю битву.

Наряду с окончательными планами битвы были установлены индивидуальные планы. Были написаны письма смерти для ближайших родственников, среди прочих флагов смерти из военных фильмов. Джейсон сопротивлялся желанию ввести запрет на уровне альянса на показ людям изображений близких из дома.

Разрешение Мареку Ниору Варгасу общаться с вестниками Бориса принесло неожиданный результат. Вестники Бориса все еще находились под меткой Весты Кармис Зелл, в то время как Марек и остальные были освобождены. После недель взаимодействия люди Бориса были готовы позволить Джейсону освободить и их. В результате Джейсон потратил большую часть дня окончательной подготовки, помогая вестникам сформировать внутренний мир и выковать свою собственную метку, очищаясь от метки их астрального короля.

В свободное время, которое у него было, Джейсону удалось застать Гэри в короткий момент уединения. Это было на открытой равнине, которая была территорией через две от горной крепости. Высокая желтая трава простиралась по равнине, время от времени прерываясь участками леса.

— Напоминает дом, — сказал Гэри из тени дерева, когда Джейсон вышел из тени позади него. — Я больше никогда его не увижу.

Джейсон мог скрывать свое присутствие даже от золотых рангов теперь, но не от божественных чувств Гэри. Он подошел к другу, макушка Джейсона не доставала до плеча леонида. Он ткнулся головой в руку Гэри, но ничего не сказал.

— Я не…

— Тебе не обязательно, — сказал Джейсон. — Пока нет. При условии, что мы победим, мне все еще нужно инициировать процесс. Я не буду затягивать, потому что место разваливается, но время на окончательный выбор будет.

— Тогда что ты делаешь так далеко?

— То же, что и ты, полагаю; пользуюсь шансом, пока Руфус занят своей мамой. Ему стало лучше?

— Он все еще говорит мне, что есть только один выбор. Но он начинает принимать, что все изменится, какой бы путь я ни выбрал. Что время, которое у нас есть сейчас, важно.

— Мне жаль, что у меня не было больше времени, чтобы уделить тебе эти последние несколько дней. Чертовы вестники. Надо было оставить их на произвол судьбы.

— Нет, не надо было. Но ты и сам это знаешь.

— Я думал, ты ненавидишь всех вестников.

— В моей ситуации я больше не вижу особого смысла в ненависти.

Джейсон снова ткнулся головой в руку Гэри.

— Ты действительно лучший из нас. Мне жаль, что я не смог организовать для тебя лучшие обстоятельства. Ты заслуживаешь большего.

— С каких пор «заслуживаешь» вообще имеет значение? Я не хочу слышать никаких самообвинений, Джейсон. Ты не можешь взять мою жертву и превратить ее в свою неудачу. Если бы не ты, я бы умер в дыре много лет назад, и никто бы не узнал. Ты подарил мне эти годы, и они были чертовски хорошими. Как бы все это ни закончилось, всегда помни об этом.

Джейсон вытер влагу, собирающуюся в глазах.

— Я люблю тебя, ты, большой волосатый олух.

— Конечно, любишь. Я потрясающий.

Джейсон разразился смехом.

Глава51 НЕ ВЫБРАСЫВАЙТЕ ВЕЩИ НАШЕГО ПОГИБШЕГО ДРУГА ИЗ ЧЕРЕПАХИ

Глава 51 НЕ ВЫБРАСЫВАЙТЕ ВЕЩИ НАШЕГО ПОГИБШЕГО ДРУГА ИЗ ЧЕРЕПАХИ

Последняя невостребованная территория зоны трансформации была самой маленькой из всех, примерно восемь километров в поперечнике. Она располагалась в центре зоны и была почти идеально круглой. В отличие от проницаемых теневых границ других территорий, та, что содержала дерево, была угольно-черной и непроницаемой, по крайней мере на уровне земли. На больших высотах она становилась непрозрачной, а затем и вовсе полностью прозрачной, позволяя видеть дерево внутри из любой точки зоны.

Проницаемость барьера проверялась ранее. Он оставался непроницаемым на всех уровнях, даже когда был полностью невидимым, за некоторыми экологическими исключениями. Облака и ветер могли проходить нормально, но не тогда, когда они создавались магией или даже погодной машиной.

Пока альянс готовился к финальному рывку и полному объединению зоны трансформации, барьер проверили снова. Тесты проводились изнутри всегда полезной летающей раковины Онслоу. Там были Джейсон, Тайка, Белинда и Клайв, а также Эмир и Габриэль, чтобы посмотреть, смогут ли силы золотого ранга хоть как-то его повредить.

Они провели множество тестов, от Белинды и Клайва, творящих сложную ритуальную магию, до Белинды и Тайки, бросающих в него всякую всячину. Невидимый барьер стал менее невидимым, когда его покрыли опаленными ритуальными знаками и размазанной тыквой, сочащейся по куполу с прилипшими фальшивыми бумажными деньгами.

— Не могу поверить, что ты бросил в него настольную игру, — сказал Джейсон.

— Бро, «Монополия» — отстой, — сказал Тайка. — Ты знаешь, что «Монополия» — отстой, и у тебя все еще есть около пяти других ее версий. Ты правда будешь скучать по версии «Рыбалка на окуня»?

— Нет, «Монополия» ужасна, но я унаследовал их от Грега.

— Почему? Он ненавидел «Монополию» больше любого из нас. У него было что? Восемь разных футболок, высмеивающих ее?

— Ты же знаешь, каким он был с играми. Он просто продолжал покупать новые и никогда не избавлялся от старых, даже если они ему не нравились. У меня около тысячи его игр, и он умер, не сыграв даже в сотню из них.

— Значит, мы можем позволить себе потерять несколько.

— Я просто говорю, что, может, не стоит выбрасывать вещи нашего погибшего друга из черепахи.

— Бро, я не знал Грега так долго, как ты, но я знаю одно наверняка: он бы с удовольствием побросал копии «Монополии» из волшебной летающей черепахи.

— Он бы это полюбил, правда? — сказал Джейсон со смехом, прежде чем его выражение стало грустным. — Ему бы все это понравилось.

Тайка положил руку на плечо Джейсона и сменил тему.

— Это огромное дерево, бро. Ствол должен быть милю в поперечнике.

— Милю? — спросил Эмир.

— Прости, — сказал Тайка. — Чуть больше полутора километров. Странно, что в альтернативной реальности есть метрическая система, а американцы до сих пор не могут в ней разобраться.

— Это связь между мирами, — сказал Джейсон. — Она создает эхо. Вот почему, хотя на Земле нет эльфов, наш фольклор полон ими.

— Наверное, нам не стоит рассказывать настоящим эльфам о правиле 34, — сказал Тайка. — Я почти уверен, что они там фигурируют.

— Ты почти уверен, да? — поддразнил Джейсон.

— Я не стыжусь, — сказал Тайка. — Я бы сказал, что мне нравится сексуальный косплей эльфов не меньше, чем любому другому парню, но следующий парень — это Трэвис, а тот парень одинок, как дакимакура из аниме. Хорошо, что он все еще в Римаросе, потому что он достаточно плох рядом с целестинами. Если бы он отправился в эльфийский город вроде Яреша, думаю, у него случился бы удар.

Джейсон посмотрел на Тайку из-под приподнятых бровей.

— Не в том смысле, — сказал Тайка. — Ладно, наверное, в том, но я имел в виду не это.

Они смотрели на дерево, которое возвышалось над ними даже с высоты полудюжины километров. Ствол был около полутора километров в толщину, как сказал Тайка, и мало утончался, поднимаясь в воздух. Дерево достигало примерно двенадцати километров в высоту.

— Бро, это дерево — гора. Оно намного больше той, что в форме твоей головы.

— Забудь мою, — сказал Джейсон. — Эта штука выше Эвереста.

— Наверное, меньше какашек, правда? Не особо привлекательно для туристов, когда над ним непроницаемое силовое поле.

— Ладно, я собираюсь прекратить этот разговор, — сказала Белинда. — Думаю, можно с уверенностью сказать, что никто не попадет внутрь, пока ты не предпримешь попытку заявить на него права, Джейсон.

— Как идут приготовления? — спросил Габриэль.

— Мы собрали много вещей из зон, которые могут помочь, — сказал Джейсон. — Оружие, подобное тем, что вы видели в моем мире, но золотого ранга. Различные магические инструменты. Некоторые мы знаем, как использовать, другие пытаемся понять.

— Я видел ховер-танк, бро. Правда, он выглядел немного ржавым.

— Да, это была какая-то постапокалиптическая научно-фантастическая территория, — сказал Джейсон.

— Жаль, что не было меха, — посетовал Тайка.

— Был, — грустно сказал Джейсон. — К сожалению, Фарра попала в него из своей лавовой пушки, когда мы зачищали ту зону.

— Это позор, — сказал Тайка. — Кто-нибудь знает, как водить танк?

— Я знаю, — сказала Белинда.

— Она та, кого мы заставили разбираться во всем этом, — сказал Джейсон.

Авантюристы и их союзники сосредоточились на одной стороне территории дерева, а не пытались окружить его. Они были рассредоточены достаточно, чтобы избежать всех атак, кроме самых масштабных по площади, но достаточно близко, чтобы сосредоточить свои усилия и поддерживать друг друга по мере необходимости. Передовая линия состояла из золотых рангов, были представлены авантюристы, светлосердечные, культисты Строителя и вестники. Позади них находился массив орудийных установок и вооруженных транспортных средств, собранных с различных территорий.

Лишь немногие из собранных активов были тем, что Джейсон классифицировал бы как «научно-фантастические пушки», хотя многие не вписывались в магическую парадигму Паллимустуса. Были стимпанк-пулеметы с ленточным питанием, сродни оружию, которое Джейсон использовал в других зонах трансформации. Было то, что выглядело как гигантский школьный проект вулкана на спине повозки. Он был способен создавать объекты из скульптурного света, которые выглядели и действовали как дроны, вооруженные лазерами. Они резко контрастировали с деревянной повозкой, на которой было установлено устройство.

Белинда управляла этой частью союзных сил, но не могла управлять устройствами сама. Требования золотого ранга заставляли ее использовать прокси для каждого из них, взятых из числа светлосердечных. Светлосердечные золотого ранга были в основном призванными гражданскими лицами, а не обученными воинами. Почти геноцид их народа был суровым учителем, но они все еще не были ровней обученным авантюристам, жестоким культистам и вестникам, рожденным со знанием войны. Это делало их хорошими кандидатами для управления относительно простым оружием, даже если это означало оставить транспортное средство неподвижным и просто использовать его пушки.

Позади всего этого находились серебряные ранги, готовые к атаке или бегству, в зависимости от обстоятельств. У них были готовы ресурсы для эвакуации, включая некоторые собранные транспортные средства, не предназначенные для войны.

Единственным исключением из этого порядка был Джейсон, размещенный с золотыми рангами. Это была не очередная территория, где он мог бы прогуляться в конце и использовать магическую сферу, чтобы заявить на нее права. Он инстинктивно понимал, что эта битва требует его участия. Мириам назначила ему охрану, состоящую из родителей Руфуса, Эмира и его жены Констанции.

Джейсон стоял с Мириам в тылу золотых рангов. С ними были другие лидеры фракций: Лоренн из светлосердечных, Бофорт из культистов и Борис из вестников. Они стояли позади Джейсона и Мириам, готовые отдавать приказы своим людям, как только начнется битва.

Джейсон и Мириам обменялись взглядами, прежде чем устремить взоры в небо. Дерево было достаточно высоким, чтобы протыкать плотный слой темных облаков, превращавших день в сумерки. У серебряных рангов было хорошее чувство времени, но Джейсон достал часы, желая быть точным.

— Мы по графику, — сказал он. — Есть что-то еще, Тактический командир? Нужно ли мне отправить код задержки на сетевой узел?

— Нет, Командир операций. Больше ничего нет.

— Тогда выступаем по графику. Четыре минуты.

Непроницаемый барьер было нетрудно убрать. Все, что потребовалось, — это желание Джейсона, чтобы он исчез.

Он исчез, как будто его никогда и не существовало, и зона трансформации объединилась. Джейсон почувствовал, как она стала единым целым, и сразу понял, что битва идет за то, кто будет ее контролировать: он или нестабильное, испорченное гигантское дерево. Он был уверен, что результат будет плохим, если это будет дерево.

Между стволом и тем местом, где был барьер, было три или четыре километра открытой земли. Земля представляла собой лишь скалистую почву и выступающие корни. Паря в воздухе прямо над землей, плотно, крыло к крылу, находились элементальные вестники. Они немедленно хлынули в атаку.

Произошло небесное землетрясение, сумерки превратились в ослепительную яркость, и тысячи молний ударили одновременно. С исчезновением барьера погодная машина могла делать свою работу, превращая пространство вокруг дерева в царство электричества. Молнии обрушивались постоянным натиском, слишком неточные, чтобы использовать их после столкновения сил, но разрушительные при ударе только по элементальным вестникам. Звук был таким, какого Джейсон никогда не слышал — какофония грома, сотрясающая воздух.

Союзники остались нетронутыми, но элементальные вестники были почти уничтожены. Молнии наконец прекратились, яркость угасла, и облака рассеялись, словно им больше нечего было дать. Все было вылито на вестников. Дневной свет пробился сквозь редеющий покров, освещая то, что мгновение назад было массивной армией. Теперь все, кроме немногих разрозненных, лежали мертвыми на земле. Земля была опалена, но корни великого дерева остались нетронутыми, несмотря на катаклизм молний золотого ранга, пролившийся на них.

— Ты был прав, — сказала Мириам. — У них были ауры золотого ранга, но слабые, как у аномалий, когда мы только прибыли.

— И я думаю, что знаю, как мы обострим ситуацию, — сказал Джейсон. — Борис, что ты думаешь об этом стволе дерева теперь, когда мы можем видеть его ясно?

Все лидеры устремили взоры на дерево, больше не скрытое барьером. В кору были вставлены сотни, если не тысячи кристаллов. Некоторые были круглыми, как камни пробуждения, другие — квадратными, как эссенции. Большинство были грубыми и необработанными, как квинтэссенция. Какую бы форму они ни принимали, однако, все они были слишком большими, чтобы быть подлинной версией того, чем они казались. Все они были в огненных или земных цветах.

— Молнии ничего не сделали с этими корнями, — сказал Борис. — Подозреваю, что древесина дерева чрезвычайно устойчива, если не полностью невосприимчива к атакам. Но те штуки, что вставлены в него, выглядят как целевые точки в битве с боссом, лучше и не придумаешь. Вопрос в том, есть ли у рейда фазы, когда мы их уничтожаем.

— Что это значит? — резко спросила Мириам. — У нас нет времени тратить его на объяснение отсылок к твоему миру, Командир операций.

— Что он говорит, — сказал Джейсон, — так это то, что нам нужно уничтожить кристаллы, вставленные в дерево. Но чем больше мы сломаем, тем сильнее станут элементальные вестники. Он также беспокоится о порогах, при которых дерево может проявить новые способности.

— Вражеские вестники уничтожены, — сказала Лоренн. — Мы должны ударить сейчас.

— Да, но с осторожностью, — сказала Мириам. — Уничтожение кристаллов может привести к появлению новых вестников.

— Респауны, — сказал Джейсон. — Новые и более сильные враги; это логично. Таков общий паттерн зон трансформации. Давайте проверим почву и посмотрим, что узнаем.

Мириам направила свою собственную команду, «Край Луны», выдвинуться и уничтожить кристалл. Они были не самыми сильными из золотых рангов, но самыми быстрыми. Когда что-то неизбежно пойдет не так, у них было больше шансов благополучно отступить. Мириам заставила их атаковать круглый кристалл, больше осколков и меньше кубов. Надежда была на то, что это достаточно важно, чтобы спровоцировать реакцию, но не подавляющую.

Они получили реакцию: ауры нескольких оставшихся элементальных вестников стали немного сильнее. Появилось больше вестников, проходящих сквозь кору ствола дерева, словно они проходили сквозь водопад. Водопад с клоунской машиной позади него, судя по количеству высыпавших.

— Ну, по крайней мере, мы знаем, на чем стоим, — сказала Мириам. — Давайте просто надеяться, что больше нет никаких сюрпризов.

— Сюрпризы определенно будут, — сказал Джейсон.

— Я знаю, — сказала она ему. — Я все равно буду надеяться, что их нет.

Глава52 ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ЦЫПЛЕНКА

Глава 52 ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ЦЫПЛЕНКА

Первая волна элементальных вестников была уничтожена мощным, но едва контролируемым грозовым штормом, созданным погодной машиной. Облака, из которых он извергся, быстро рассеялись, положив конец искусственным сумеркам, когда солнечный свет упал прямо на поле битвы. Свежие облака сошлись на дереве в массивную спираль, но потребуется время, прежде чем погодная машина будет готова действовать снова.

Кристаллы, встроенные в дерево, оказались устойчивыми к атакам, но команда «Край Луны» состояла из золотых рангов, и они недолго продержались против их натиска. Свежие вестники немедленно появились из дерева, проходя сквозь кору, как будто она была листом воды.

Единственным членом команды, не вступившим в бой, была лидер, Мириам, командующая силами альянса. Она не отправила остальных золотых рангов в бой, вместо этого призвав серебряные ранги выдвинуться, а их собранные активы — вступить в бой, проверяя их эффективность против врага.

Белинда управляла собранным на скорую руку контингентом из ховер-танка. Она не могла управлять им, не сталкиваясь с обратной связью от предмета более высокого ранга, но могла сидеть внутри и кричать на людей через голосовой чат. Гиперкинетические снаряды, выпущенные из его магнитной рельсовой пушки, были достаточно быстрыми, чтобы поразить даже золотые ранги.

Другое эклектичное оружие оказалось неоднозначным. Миниатюрный вулкан на повозке, плюющийся дронами, поначалу казался отличным, его конструкции из жесткого света оказались весьма эффективными. Однако они были недолговечны, как и сам вулкан. Его детонация отправила светлосердечного, управлявшего им, хромать к целителям.

Один из них, казавшийся безобидным, представлял собой толстый железный шест, подпертый под углом шестом поменьше. На конце основного вала было восемь маленьких белых шаров, медленно вращающихся вокруг конца шеста. При активации он выпускал восемь сфер электричества, которые двигались медленно, но искали цели, поражая любого, кто приближался, дугами молний. После нескольких ложных стартов, когда союзников приходилось защищать от сфер, светлосердечный, использовавший его, научился направлять сферы более или менее на врага. Большинство из них в конечном итоге вращались вокруг дерева, обстреливая любых вестников, которые появлялись из него, пока сила шаровой молнии не иссякала.

Элементальные вестники продолжали появляться из ствола дерева, окружностью в полтора километра. Они хлынули вокруг него со всех сторон, чтобы атаковать авантюристов и их союзников. Хотя их число было огромным, они все еще были слабыми и быстро падали от атак по площади, особенно от бабочек Гордона. Золотые ранги авантюристов сдерживались, позволяя серебряным пока делать всю работу.

Мириам направила их силы на дальнейшую атаку кристаллов, встроенных в ствол дерева. С каждым разбитым кристаллом элементальные вестники становились немного сильнее. Их ауры отмечали их как золотой ранг, но их уровень силы все еще был в серебряном диапазоне, по крайней мере на данный момент. Мириам отменила атаки на кристаллы, когда элементальные вестники показали силу, близкую к пику серебряного ранга.

— Наши силы серебряного ранга не смогут справиться с чем-то большим, чем это, — сказала она. — Эти элементальные вестники не умеют сражаться, но сила есть сила. Авантюристы все еще удержатся, но нам нужно начать отводить наших союзников. Авантюристов тоже, как только враг начнет приближаться к силе золотого ранга.

Джейсон уже давно присоединился к схватке, поэтому ответил через командный канал голосового чата.

— Это хорошая тренировка для авантюристов, — сказал он. — Мы видели реальные трещины в стене серебряного ранга за последние несколько месяцев, но сегодня у нас другие приоритеты. Ты беспокоишься, что что-то изменится, когда вражеские вестники достигнут уровня силы золотого ранга?

— Это стоит учитывать, но меня больше беспокоит перевод наших сил из боя без потерь людей. Авантюристы могут справиться с текущей силой и численностью, но серебряные ранги светлосердечных, культистов и наших вестников с трудом справляются. Нам нужно отвести не-авантюристов и выдвинуть золотые ранги вперед, прежде чем обострять ситуацию дальше. Я организую золотые ранги и выдвинусь со своей командой. Ты там, так что оцени серебряные ранги и подай им сигнал начать отход, отдавая приоритет необходимости и безопасности.

— Возможно, мне придется перестать бездельничать и заняться реальным командованием, — сказал Джейсон. — Я организую — ОГО, ЧЕРТ!

— Джейсон?

— Этот вестник только что взорвался огнем и пеплом, а потом пепел снова превратился в вестника. Ты видела это?

— Все поле битвы — это магические взрывы. Ты в порядке?

— Не волнуйся; я супер-хорош в бою. Но это было безумно круто. Кто-нибудь записывает эту битву? Тень, хватай записывающий кристалл и…

— Полагаю, ты говорил что-то о том, чтобы быть ответственным командиром, — сказала она многозначительно, перебивая его.

— «Ответственный» — это было твое слово. Я никогда такого не говорил, и ты не можешь меня этим попрекать. Но да, я направлю наши силы авантюристов прикрывать отход остальных. Хочешь разбить еще несколько этих кристаллов, как только мы закончим?

— Как только мы уладим ситуацию после перехода сил, да.

Черепаха-фамильяр Клайва расширилась до полного размера, подобно большому коттеджу. Его панцирь использовался как мобильный пункт восстановления, пока Клайв стоял на нем, действуя как пушка для танка Онслоу. Вместо обычных открытых сторон, Онслоу сделал свою раковину более защищенной. Отверстие, из которого высовывалась его голова, было заделано, и только отверстия для ног служили входами.

Пространства были открыты, так как сам Онслоу был в своей очаровательной, детского размера гуманоидной форме. Внутри раковины он бегал вокруг, делая себя полезным для целителей и отдыхающих или раненых комбатантов. Он доставлял медицинские припасы, такие как обработанные алхимией бинты и банки с лечебной мазью. Он раздавал мана- и стамина-зелья огромного размера, бутылки больше обычного выглядели гигантскими в его крошечных руках. Он даже раздавал воду и собирал пустые стаканы.

Хотя в поле были целители, некоторые из них были и внутри раковины Онслоу, во главе с верховной жрицей Целителя Ханой Шавар. Фарра делала глотки из большого зелья маны, пока верховная жрица прикрепляла руку Руфуса, удерживаемую на месте магией. Все они занимали простые деревянные стулья, которые Клайв расставил внутри раковины, вместе с несколькими столами и стоячими полками для хранения припасов. Простые ритуалы удерживали мебель на месте, несмотря на случайные сотрясения, когда мощные атаки ударяли по раковине.

— Тебе повезло, что я вообще смогла найти твою руку, — сказала Фарра Руфусу. — Там снаружи становится жарко.

— Я ценю твои усилия, — сказала жрица. — Наличие руки для прикрепления намного быстрее и менее манозатратно, чем выращивание новой.

— Я был, возможно, немного безрассуден, — признал Руфус. — Не уверен, сколько еще мы сможем продержаться против силы и численности, которые у них есть.

Тайка вошел через одну из угловых дверей и рухнул на сиденье рядом с Фаррой. Тот факт, что оно не прогнулось под его массивной рамой, когда он небрежно бросил себя на него, доказывал, что дерево было магически усилено.

— Золотые ранги начали выдвигаться, — сказал он, тяжело дыша, когда взял зелье маны у Онслоу и кивнул в знак благодарности. Он вытащил пробку и сделал глоток.

— Эти большие зелья маны хороши, — сказал он, поднимая большую бутылку. — Они наполняют меня довольно хорошо без необходимости ждать между глотками, чтобы избежать токсичности зелий. Это помогает, когда я уже в третий раз возвращаюсь отдохнуть.

— В четвертый для Фарры, — сказал Руфус. — Она мана-голодная, даже для бойца.

— Хамфри возвращался? — спросил Тайка. — Он тоже боец.

— Ни разу, — сказала Фарра. — Он использует много предметов для восстановления маны.

— Это больше, чем просто предметы, — сказал Руфус. — Не уверен, что вы понимаете, насколько хорошо обучен Хамфри. И это исходит от того, чья семья управляет школой.

Фарра и Тайка обменялись взглядами, и Руфус уставился на них.

— Даже не думайте доставать напитки посреди битвы, — сказал он, указывая на них рукой, не удерживаемой магией Ханы. — Мой посыл в том, что легко смотреть на Хамфри, размахивающего этим большим мечом, и думать, что он уступает Софи в навыках. Это не так.

Он хмыкнул и посмотрел на жрицу.

— Перестань ерзать, — сказала она ему.

— Прости, — сказал он, затем повернулся к остальным.

— Использование огромного меча Хамфри на поле боя серебряного ранга сложнее, чем вы думаете. Многие враги ослепительно быстры, но это не его настоящий навык. Его настоящий навык — суждение. Вы не замечаете этого, если не знаете, куда смотреть, но управление маной и кулдаунами у Хамфри идеально. Пугающе идеально. Это важно, когда ты боец, как вы оба демонстрируете каждый раз, когда выходите туда. Или возвращаетесь сюда отдохнуть.

— На самом деле, — сказал Тайка, — что происходит с кулдаунами? Это не видеоигра, бро, даже если Джейсон может вызвать твой лист персонажа.

— Дело в меридианах, — объяснила Фарра. — Ваше тело отходит от легких, сердца и вен по мере повышения ранга. Вы развиваете новую систему, которая направляет вашу кровь и ману.

— Меридианы, — повторил Тайка.

— Да, — сказала Фарра. — У пользователя эссенций меридианы развиваются в соответствии с вашими способностями. Определенные меридианы становятся оптимизированными для определенных сил, позволяя вам использовать больше маны с большим эффектом. Ваша душа переформировывает ваше тело, чтобы вы могли лучше использовать свои силы. Это сложнее, чем «это твой меридиан лавовой пушки», но это основная идея.

— Вот как работает повышение ранга? — спросил Тайка.

— Это часть того, — сказала Фарра. — Когда вы используете силу, она создает нагрузку на связанные меридианы, если она достаточно сильна. Фактическая механика сложна, но это в основном означает, что вы не можете использовать одни и те же меридианы одним и тем же способом, пока они не восстановятся. Если сила незначительна, как особые атаки Джейсона, кулдаун короткий или отсутствует. Сила Бессмертия Хамфри находится на другом конце этого спектра, сильно нагружая связанные меридианы.

— И вот так работают кулдауны.

— Типа того. Клайв сказал бы вам, что все, что я сказала, — это упрощение и неправда, но я дала вам объяснение «я не потратила десятилетие на изучение теории магии». Все дело в меридианах. Силы, которые манипулируют стоимостью маны, блокируют способности или влияют на кулдауны, работают, воздействуя на меридианы. Такие, как у Белинды, которые могут сокращать или сбрасывать кулдауны, — это очень специализированные целительные силы, которые помогают меридианам восстанавливаться быстрее.

— Обучение эффективному управлению кулдаунами и стоимостью маны имеет решающее значение, — сказал Руфус. — Особенно для таких бойцов, как вы. Вы выносливее и сильнее среднего авантюриста, но ваши затраты маны и кулдауны высоки, что означает, что вы выбываете из боя раньше.

— Я приношу больше силы, чем большинство бойцов, — сказала Фарра.

— Вот почему мы даем ей угощение, если она остается в бою целую минуту, — сказал Руфус с ухмылкой.

Фарра встала, чтобы ударить его по руке, но была оттеснена взглядом Ханы, настолько острым, что почти требовал исцеления.

— Управление кулдаунами и маной у Хамфри идеально, — сказал Руфус. — И я имею в виду идеально. Люди всегда становятся лучше с опытом, но он был лучше большинства серебряных на железном ранге. Теперь? Его мать строила этого парня с нуля. Я бы поставил деньги на то, что она спланировала снаряжение для восстановления маны, которое он носит сейчас, еще до того, как он научился ходить. Вероятно, до того, как церковь Плодородия вылупила его из чана. Если вы не видели тысячи авантюристов всех рангов и не ищете этого, вы, вероятно, никогда не заметите, но Хамфри Геллер — самый квалифицированный человек в нашей команде.

— Правда? — спросил Тайка. — Больше, чем Софи? Больше, чем ты?

— Да, — сказал Руфус. — Хамфри не просто работает вокруг своих собственных ограничений и снаряжения. Он адаптируется в моменте к каждому изменению в своем восстановлении маны и времени кулдаунов. Если он в радиусе действия аур Клайва и Белинды. Какие баффы и дебаффы на нем. Сколько у него зелий и сколько времени до того, как он сможет выпить еще одно.

— Он думает об этом все время? — спросил Тайка. — В то же время направляя нас в бою?

— Да, — сказал Руфус. — И он сохраняет хладнокровие, чтобы эмоциональные решения не сбивали его с толку. Вот как он остается в бою, пока мисс Лавовая пушка здесь останавливается отдохнуть быстрее, чем вы успеете сказать «эффективность маны».

— Я не вижу, чтобы Хамфри стрелял из лавовой пушки, — сказала Фарра обиженно.

— Нет, не стреляет, — согласился Руфус. — Вы, может, все бойцы, но у вас разные роли. Тайка — инициатор, а ты — удалитель. Ты заставляешь проблему исчезнуть. Хамфри — «остающийся», что редкость для бойца.

— Из-за того, насколько трудно управлять силами так же хорошо, как он.

— Именно, — говорит Руфус. — Бойцы обычны, потому что они великолепны, но они также базовы. Особенно тот, который более округлый, чем специализированный, как вы двое. Эта специализация — то, что держит вас эффективными на более высоких рангах.

— Что заставляет людей задаваться вопросом, почему Даниэль Геллер подтолкнула своего сына к одной из самых обыденных, хлеб-с-маслом ролей в приключениях, — сказала Фарра.

— Да, — согласился Руфус. — Чего они не понимают, так это того, что она сделала — взяла одну из самых полезных, но базовых ролей в приключениях и создала лучшую версию, которая только существует.

— Как то, что действительно хороший хлеб и действительно хорошее масло — это просто, но также фантастически, — сказал Тайка.

— Именно, — сказал Руфус. — Как и любой боец, Хамфри бьет сильнее и выживает больше, чем большинство авантюристов. Компромисс — это выносливость, поэтому вы двое здесь отдыхаете, но Хамфри не останавливается. У него меньше взрывной силы, чем у любого из вас, безусловно, но он всегда там, всегда оказывает давление. Фарра, ты лучшая в том, чтобы вмешиваться в критические моменты. Он вмешивается в каждый момент, а не только в критические. Не так сильно, как ты, но он всегда там; постоянное влияние. В следующий раз, когда будешь снаружи, посмотри на влияние, которое он оказывает. Не только на бой, в котором он находится, но на всю битву. То, как она движется вокруг него, как вода, меняющая курс вокруг камня.

— Но разве это не плохо для типичных приключений? — спросил Тайка. — Контракт авантюриста — это пойти, убить, может быть, три вещи и пойти домой. Фарра гораздо лучше для этого.

— Да, — согласился Руфус. — Почти как будто его мать не тренировала его для типичных приключений.

— О, — сказал Тайка, в его голосе прозвучало осознание.

— Она готовила его для каких-то странных штучек Джейсона, — сказала Фарра. — Задолго до того, как Джейсон вообще появился.

— Да, — согласился Руфус. — Мы с Даниэль говорили о Джейсоне через несколько дней после того, как он впервые прибыл.

— А потом она приклеила своего сына к иномирянину, как только тот появился, — сказала Фарра. — Эта леди довольно пугающая.

— Да, — согласился Руфус.

Фарра встала, сделала очищающий вдох и потянулась.

— Ну что ж. Пора возвращаться к этому.

— Увидимся через минуту, — сказал Руфус.

— Уморительно, — сказала она, затем повернулась к Хане. — Как долго будет это?

— Еще несколько минут, чтобы убедиться, что рука прикрепилась должным образом, — сказала Хана.

— Из любопытства, ты знала, что его семья управляет школой?

— Он упоминал об этом, — сказала Хана, вызвав фыркающий смех у Тайки.

Фарра ухмыльнулась на гневный взгляд Руфуса, пока ее созданная броня не покрыла ее лицо шлемом из черного обсидиана. Она двинулась к двери и выпрыгнула, когда у нее за спиной появились крылья огня. Большая часть битвы происходила в воздухе, так как элементальные вестники могли летать, хотя не все выбирали это. У многих были силы земли, которые были более полезны, пока они были на земле.

Ее глаза легко выделили Хамфри. Он формировал оборонительную линию с армией скелетов птиц размером с кондора, сделанных из костей дракона. Они были в огне и носили броню, которая каким-то образом не мешала их полету. Сила призыва Хамфри была наиболее полезна в затяжных битвах, и его магические кости, которые изменяли их случайным образом, дали хорошие результаты в этот раз.

Хамфри и его силы летели, огромные драконьи крылья были расправлены у него за спиной. Он и его призывы были близко к земле, когда они прикрывали отход контингента светлосердечных серебряного ранга. Серебряные ранги отступали по полю боя, но Фарра видела, что никто из них не делал это так эффективно, как те, кого защищал Хамфри. Он эффективно притуплял штурм элементальных вестников, чему помогала часть команды.

Софи была везде и нигде, почти невозможная для отслеживания кем-либо ниже золотого ранга. Всякий раз, когда линия призывов Хамфри показывала уязвимость, она внезапно оказывалась там, останавливая атакующих на месте, пока линия не была усилена. Джейсон был среди врагов, также трудно отслеживаемый, когда он мелькал, как тень. Он прореживал их по мере приближения, гарантируя, что они не смогут подавить призывы Хамфри чистым числом. Один из фамильяров Белинды также присутствовал, астральный фонарь помогал с восстановлением маны группы. Он был позади линии с Нилом, который стоял верхом на гигантской птице, усы неуместно торчали на ее клюве.

— ПОЧЕМУ ТЫ ГИГАНТСКИЙ ЦЫПЛЕНОК? — голос Нила поднялся над звуками битвы.

— Я кокатрис! — гордо крикнул Сташ. — Смотри, я превратил того парня в камень.

— Тот парень уже был камнем! — крикнул Нил в ответ. — Он каменный элементальный вестник. ТЫ ЧЕРТОВ ЦЫПЛЕНОК!

— Хамфри, Нил злой ко мне!

— Оба заткнитесь, — сказал им Хамфри.

Сташ захлопал вперед, мимо драконьих костяных кондоров Хамфри.

— Что ты делаешь? — крикнул Нил, вцепившись в огромные перья, чтобы сохранить равновесие. — Лучше не бросай меня посреди врагов!

Сташ издал петушиный крик, который послал ударные волны, проносящиеся сквозь элементальных вестников. Металлические тела коробились, а каменные трескались, в то время как другие типы кровоточили из глаз и ушей, многие падали на землю. Сташ затем изогнул свой полет обратно за линии.

— Видишь? — сказал Сташ. — Не цыпленок.

— Ты только что крикнул «КУ-КА-РЕ-КУ!»

— И теперь ты тоже, — сказал Сташ. — По крайней мере, я цыпленок. Ты — парень, который крикнул «ку-ка-ре-ку» посреди битвы.

— Я сказал вам двоим заткнуться, — отчитал Хамфри. — И, Нил, перестань использовать куриные звуки как боевой клич. Ты заставляешь нас выглядеть плохо.

Гигантский цыпленок каким-то образом умудрился выглядеть крайне самодовольно, пока Нил смотрел на него сверху вниз.

— О, ты маленький ублю…

Более уязвимые серебряные ранги отступили, светлосердечные вместе с большинством культистов и союзных вестников. Несколько остались, Бофорт и Борис судили, кто из их людей достаточно силен, чтобы стоять с авантюристами. Как только отступающие силы были благополучно на пути к точкам эвакуации, Мириам приказала нанести свежий удар по кристаллам.

Как и ранее, это спровоцировало свежую волну элементальных вестников, идущих из дерева, более мощных, чем те, что были до этого. На этот раз, однако, они пришли не одни. Из дерева появилась массивная фигура, которая поразительно напоминала аватара Нежизни. Вместо кожистой плоти она была сделана из корней, которые выглядели как веревочные мышцы. Свечение, исходившее из ее глаз, было расплавленно-стально-оранжевым вместо фиолетового, но она шаркала, как тот зомби. Возвышаясь над полем битвы, только рядом с деревом четырнадцатиэтажная фигура выглядела иначе, чем возмутительной по масштабу.

— Гэри, — сказал Джейсон по голосовому чату. — Я сделаю тебе одолжение и возьму на себя всех маленьких. Это оставит того одного для тебя.

— О, спасибо большое, — ответил Гэри.

— Пожалуйста.

Гэри было легко заметить и так, увенчанного золотым огнем, но он стал невозможным для пропуска, когда его размер вырос, чтобы соответствовать корневому аватару.

— О, да ладно! — крикнул Рик Геллер. Он стоял рядом с Гэри и был наполовину засыпан смещенной землей в процессе роста.

— Прости, — пророкотал гигант Гэри, прежде чем двинуться вперед массивными шагами, стараясь наступать только на врагов.

Гэри поднял свой молот, надеясь, что этот корневой аватар легче убить, чем его неживого двойника. Огонь, окутывающий молот в его руке, становился все ярче и ярче, пока он наконец не бросил его в корневого монстра. Когда молот приземлился, массивный взрыв золотого огня отправил корневого монстра в полет назад. Он ударился о дерево с такой силой, что даже вертикальный ландшафт содрогнулся, стряхивая листья на ветвях километрами выше.

Взрыв пламени прямо дезинтегрировал вестников, которых он смыл. Авантюристы, которых он коснулся, напротив, получили магическое благословение, усиливающее их силу и скорость. Молот, его пламя уменьшилось, полетел обратно в руку Гэри, когда корневой аватар поднялся на ноги. Его корневая плоть была обуглена, и на торсе был прямоугольный отпечаток, соответствующий форме молота Гэри. На его теле были трещины, из которых сочился оранжевый свет.

Мириам наблюдала, как корневой монстр боролся против золотых цепей, сковывающих его, пока Гэри отбивал части его тела, кусок за куском. Она размышляла, что патовая ситуация Гэри против аватара Нежизни заставила ее забыть, сколько силы течет через леонида-полубога.

— Похоже, он нас прикрыл, — заметил Джейсон по командному каналу.

— На данный момент, — сказала Мириам. — Я просто надеюсь, что мы справимся со всем, что дерево приготовило для нас дальше, так же легко.

— Вау, — сказал Джейсон. — Настоящий лучик солнца, ты.

Глава53 ЛУЧШИЙ ИСКАТЕЛЬ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

Глава 53 ЛУЧШИЙ ИСКАТЕЛЬ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

Аватара корней нелегко было одолеть, но Гэри в значительной степени сдерживал его. Как только тот погиб, искатели приключений начали уничтожать больше кристаллов, и элементальные вестники стали еще опаснее. Клайва отправили прочь, когда возникли ожидания появления еще одного особого врага.

Клайв и Онслоу были одними из последних искателей золотого ранга, кто эвакуировался; дольше всех оставался только Джейсон. Клайв убедил Мириам позволить им остаться и продолжать служить станцией отдыха и восстановления. Мириам держала Онслоу далеко за линией фронта, поскольку даже при усилении ритуалами Клайва внушительный панцирь фамильяра не был неразрушимым. Как только элементальные вестники прочно закрепились на уровнях силы золотого ранга, Мириам приказала менее сильным искателям золотого ранга эвакуироваться. Клайв и Онслоу отступили с первой волной, перевозя многих к точке эвакуации.

Площадки эвакуации состояли из ритуальных кругов, выстроенных в линию, ведущую прямо от дерева. Прохождение через круги в определенной последовательности давало суммирующийся бафф к скорости передвижения, который в равной степени действовал на людей, транспортные средства и фамильяров, таких как Онслоу.

Панцирь Онслоу проплыл над первым ритуальным кругом в последовательности и немедленно ускорился. Внутри, на мягком диване, сидели Клайв и Мини-Онслоу. Импульс увеличивался с каждым кругом, пока их не вдавило глубоко в подушки. Клайв застонал, а Онслоу вскинул свои маленькие ручки в воздух, издавая чирикающий смех, словно ребенок на американских горках.

Точки перегруппировки были установлены там, где заканчивались бонусы к скорости. Они находились достаточно далеко от зоны битвы, чтобы даже искателям золотого ранга потребовалось время, чтобы добраться до них. Онслоу прибыл в приятную травянистую зону, одну из самых распространенных местностей на этих территориях. Некоторые искатели приключений с помощью порталов отправляли других обратно на главную базу, но многие просто садились прямо на траву и начинали медитировать.

Зона трансформации стала огромным подспорьем для искателей серебряного ранга, чье продвижение застопорилось после нашествия монстров. Большинству потребовалось от двух до четырех лет, чтобы пройти весь путь от бронзового ранга до серебряного, и последующее замедление их разочаровывало. Ранние этапы серебряного ранга были неплохи, особенно когда так много людей повысили ранг во время нашествия. Пресловутая стена на четвертой ступени серебряного ранга стала резким изменением, так как продвижение замедлилось до черепашьего темпа.

Зона трансформации оказалась бальзамом для разочарованных искателей серебряного ранга. По мере того как живые аномалии становились сложнее, продвижение ускорилось. Это не шло ни в какое сравнение с досеребряными уровнями, но искатели приключений наконец достигали пятого и шестого порогов своих способностей сущности. Учитывая, что это происходило менее чем через год после повышения ранга, это были впечатляющие достижения, особенно если учесть, что десятилетие считалось молниеносным взлетом от серебра к золоту.

Искатели приключений пришли к очень свойственному им выводу: несмотря на всю странность и опасность, зона трансформации была редкой и драгоценной возможностью. Это привело к новому разочарованию, когда Мириам отстранила их всех, посчитав аномалии слишком опасными. Теперь, когда они наконец вернулись в бой, многие стремились закрепить свои достижения, медитируя, как только оказывались в безопасной зоне.

Команде Клайва не потребовалось много времени, чтобы найти его. Клайв обустроил внутри Онслоу другой декор. Простые деревянные столы и стулья, использовавшиеся для мобильной клиники, отправились в хранилище Клайва. Остался только диван, к которому вскоре добавилась другая мягкая и роскошная мебель. Команда привыкла к большой и плюшевой мебели после жизни в облачном доме.

Команда, за исключением Джейсона, забралась в панцирь Онслоу, снова обустроенный с открытыми бортами. Они начали движение по суше, несмотря на доступные им силы порталов и телепортации. Они не спешили и не хотели, чтобы эти способности ушли на перезарядку; они хотели, чтобы они были доступны для быстрого перемещения на большие расстояния, если потребуется. Команда устроилась поудобнее, прежде чем повернуться к Хамфри, который издал недовольный вздох.

— Не так давно я читал Джейсону нотации о том, что он оставляет нас в стороне, — сказал он. Софи прижалась к нему, проскользнув пальцами между его пальцами и сжав его руку.

— Командная работа — это хорошо, — сказала она. — Но иногда то, чего ты хочешь, должно уступить тому, что лучше. Джейсон должен быть там, но мы не можем ему сейчас помочь. Если бы мы были там, единственное, что мы могли бы сделать, — это дать ему еще один повод для беспокойства.

— Она права, — сказал Клайв. — Мириам начала отводить назад даже золотые ранги, не говоря уже обо мне. Она бы не подпустила вас к битве и на пушечный выстрел. Как только с тем, что выйдет из этой штуки дальше, будет покончено, сражаться, вероятно, будет только Гэри. Все остальные либо будут отправлены назад, либо спрячутся вместе с Джейсоном в сфере невидимости.

— Я просто хочу, чтобы мы могли сделать больше, — сказал Хамфри.

— Мы можем, — сказал ему Руфус. — Мы можем стать сильнее.

Руфус встал со своего кресла и принял позу для медитации на полу.

— И именно поэтому я лучший искатель приключений, чем вы, — сказал Нил, привлекая всеобщее внимание.

— Правда? — спросила Белинда.

— Да, — сказал Нил. — Я тоже собираюсь медитировать, но я останусь в этом удобном кресле.

Белинда перевела взгляд с Нила на Руфуса, затем обратно на Нила, прежде чем наконец остановить взгляд на Руфусе.

— Он прав, — сказала она. — Он лучший искатель приключений, чем ты.

Аватара корней было трудно убить, но в конечном итоге он не представлял такой уж большой угрозы. С Гэри на их стороне у них было непобедимое оружие против любого отдельного противника. Аватара корней был мощным, но Гэри сковал его и забил до смерти. Самая большая проблема заключалась в том, что он отвлекал Гэри, лишая его возможности помогать другим искателям приключений. С элементальными вестниками, становящимися сильнее с каждым разбитым кристаллом, это становилось все большей проблемой.

Как только аватара корней был повержен, Мириам приготовилась к следующей эскалации. Ей не нравилось, что Джейсон остается, но он настаивал на том, что его присутствие необходимо. Она не думала, что это просто упрямство или бравада, поэтому организовала наилучшую защиту, какую только могла. Она попросила Рамону, специалиста по щитам из своей команды, создать в воздухе сферу невидимости. В ней находились она сама, Джейсон и целители, не являющиеся боевыми специалистами, — Хана Шавар и Карлос Килидо.

Погодная машина доказала свою растущую полезность на протяжении всей битвы. Требовалось время, чтобы внести изменения в погоду, а ее наведение не было точным, но это стало менее важным, поскольку все больше союзников покидало поле боя. Огненные торнадо засасывали вестников, когда искатели приключений загоняли своих врагов в зону действия. Когда одна волна вестников состояла почти полностью из огненных и магматических типов, муссонный дождь золотого ранга серьезно ослабил их силы.

Находясь под присмотром искателей золотого ранга, Джейсону оставалось только размышлять о потенциальных угрозах впереди. На данном этапе казалось очевидным, что будут и другие одиночные угрозы, подобные аватаре корней, и он обдумывал возможные варианты. Первой серьезной угрозой была копия ныне мертвого аватара Нежизни. Будут ли дальнейшие копии воспроизводить других могущественных бойцов, появившихся в зоне? Будет ли финальная битва Гэри против Древесного Гэри?

Джейсона беспокоили еще две вещи. Во-первых, сам Джейсон, несомненно, отпечатался в зоне трансформации. Он был слишком слаб, чтобы быть финальным боссом, но начнет ли дерево создавать его версии вместо вестников? Армию корневых монстров, владеющих недугами и высасывающих жизнь? Область вокруг дерева уже была устлана мертвецами, а элементальные вестники громоздились на земле.

Другое беспокойство Джейсона было связано с самим деревом. Если не считать кристаллов, встроенных в него, дерево оказалось непроницаемым для любого вида урона, даже от Гэри.

Такой уровень неуязвимости был редким и обычно был как-то связан с душами. Дерево было испорченной кузницей душ, так что это казалось возможным, согласно, надо признать, ограниченным знаниям Джейсона. Он намеревался расширить свое понимание инженерии душ в будущем, учитывая, как часто это всплывало.

Он задавался вопросом, не попали ли они в нечто вроде силы испытания вестника. Когда он был в прошлом, это подразумевало неуязвимость к внешнему вмешательству. В таком случае ключом было бы понять, как преодолеть эту неуязвимость. Кристаллы, встроенные в ствол дерева, очевидно, были частью этого, но было ли что-то большее, чем просто разбивание всех кристаллов, чтобы обнажить само дерево? Когда на кону стояла зона трансформации, выяснение правил имело решающее значение.

Джейсону уже однажды удавалось нарушить правила силы испытания, но тогда это было против одного вестника серебряного ранга. Она была молода, немногим больше девочки, и он не питал иллюзий, что сможет сломить то, что сошло за душу гигантского испорченного дерева.

Пока они готовились разбить еще больше кристаллов, Мириам убедилась, что остальные искатели золотого ранга готовы к эвакуации в случае необходимости. Аватара корней появился, когда была разбита треть кристаллов; они приближались к отметке в две трети.

Она уже приказала некоторым искателям золотого ранга выйти из боя. Целители были в безопасности с Джейсоном на случай, если кому-то потребуется экстренная помощь, а другие уже эвакуировались. Она была готова отозвать остальных в любой момент.

После того как текущая волна элементальных вестников была уничтожена, Мириам приказала Эмиру Бахадиру атаковать кристаллы. Его посох комично удлинился, чтобы ударить по ним с безопасного расстояния. Кристаллы были уничтожены, и, как и ожидалось, появилась новая волна врагов.

Наряду с более сильными элементальными вестниками из дерева вышла еще одна возвышающаяся фигура, проходя сквозь кору, словно через водопад. Гигант был копией Гэри, вырезанной из темного дерева. Голова была вырезана в виде застывшей маски Гэри с пустыми чертами лица. Вместо гривы пылал огонь, который, однако, не опалял дерево.

Доспехи, которые он носил, а также молот и щит, которые он держал, были странной смесью железа, камня и спрессованной земли. Казалось, будто материал был выкопан из земли и спрессован в форму доспехов Гэри. Тот же материал составлял копию молота и щита Гэри, оба окутанные оранжевым пламенем.

Гэри немедленно столкнулся со своим деревянным двойником. Титаническое столкновение между настоящим и фальшивым полубогами наполнило воздух громом, когда их удары обрушились друг на друга. Искателям приключений пришлось разбираться с новыми вестниками, которые снова стали сильнее. Мириам тоже была в гуще событий, работая со своей командой. Она следила за более масштабной битвой, пока они сражались, а ее команда периодически прикрывала ее щитами, чтобы она могла оставаться бдительной. Она оценивала врага и свои собственные силы, планируя следующий шаг.

Стало быстро очевидно, что, хотя деревянная копия могла скопировать форму Гэри, его божественную силу было труднее воспроизвести. Это будет еще одна тяжелая схватка, но Мириам не сомневалась, что победителем выйдет Гэри. Что касается остальной части битвы, ее оценка была менее оптимистичной.

Элементальные вестники приближались к уровню силы искателей приключений. Пока что искатели приключений оставались сильнее, их универсальность и интеллект превосходили бездумную тактику натиска вестников. Проблема была в количестве. На каждую уничтоженную волну приходила другая, более сильная.

Искатели приключений, напротив, были слишком малочисленны. Это не имело значения, когда элементальные вестники были слабее, но теперь это было не так. При достаточной силе количество становилось качеством, которое искатели приключений с трудом преодолевали. Превосходные способности и тактика пока работали, но битва становилась проигрышной. Искатели золотого ранга выстраивались в боевой порядок, поддерживая друг друга, пока растущий поток врагов омывал их. Линии фронта больше не было, только остров в море врагов.

Пришло время отступить, пока у искателей приключений было небольшое преимущество. Если вестники станут сильнее, отступление станет кровавым, несмотря на стойкость золотого ранга. Мириам связалась с Джейсоном по командному каналу.

— Мне нужен портал, — сказала она.

— Сделаю, — последовал краткий ответ.

Это добавило Мириам беспокойства. Если даже Джейсон Асано не тратил время на пустую болтовню, дела могли обстоять еще хуже, чем она думала.

Появился портал в царство души Джейсона, кольцо, парящее в воздухе. Он был далеко позади, рядом с ближайшей точкой эвакуации. Мириам знала, что Джейсон беспокоится об открытии его слишком близко к дереву, опасаясь потенциальных негативных реакций между двумя силами. Поскольку зона трансформации уже начала разрушаться, Мириам согласилась, что им следует свести дестабилизирующие влияния к минимуму.

Искатели золотого ранга начали отступать, пробиваясь сквозь армию вестников, окружавших их. Именно тогда Мириам столкнулась с еще одним неприятным сюрпризом. Вестники и гиганты, призванные деревом, не проявляли признаков интеллекта. Они демонстрировали только слепую агрессию; движение вперед и удары были их единственной тактикой. Они также не реагировали на тактику искателей приключений, попадаясь в ловушки снова и снова.

Затем что-то изменилось. Впервые вестники изменили свой подход, словно почувствовали намерение отступить. Они начали использовать свое численное преимущество, чтобы не просто окружить и атаковать искателей приключений, но и навалиться всей толпой, независимо от того, как быстро это приводило к их гибели. Они напирали, тело к телу, со всех сторон, сверху и снизу. Живые были сдавлены с мертвыми, но это не имело значения. Если труп выпадал, на его место приходили бесчисленные другие. Искатели приключений исчезли в быстро растущей горе тел, живых и мертвых.

Это не была стратегия, которая сработала бы раньше. Вестники просто не были достаточно сильны, чтобы помешать искателям приключений прорвать брешь через любой барьер. Теперь, при достаточном количестве, вестникам удавалось сдерживать их.

— Джейсон, — сказал Амос по голосовой связи. — Мне нужна вода. То, о чем мы говорили.

— Посмотрю, что можно сделать.

— Быстрее, пожалуйста.

Внутри поля невидимости Джейсон открыл еще один портал. Этот вел не в его царство души, а был обычным теневым порталом в диспетчерскую погодной машины. Голова Ника высунулась мгновение спустя.

— Что тебе нужно? — спросил он.

— Шар воды.

— Могу сделать, — сказал Ник. — Знаешь, у меня странное чувство, когда голова находится за сотни километров от тела.

— Тогда возвращайся, — сказал Джейсон. — Мне нужен этот шар сейчас.

— Извини, — сказал Ник, и его голова втянулась обратно через портал.

— Полупорталы вроде этого не идут тебе на пользу, — сказала Хана Шавар. — Я удивлена, что его не вырвало. Я видела, как у людей случались припадки.

— Он хорош в работе с пространственными силами, — сказал Джейсон. — Это у него от меня.

Голова Ника снова высунулась.

— Должно быть, уже начинается, — сообщил он.

— Спасибо, — сказал ему Джейсон. — А теперь возвращайся.

— Можно я останусь и...

— Нет, — сказал Джейсон и втолкнул голову Ника обратно, после чего закрыл портал.

Снова пошел дождь, в настолько плотно сконцентрированной области, насколько мог обеспечить Ник. Вода собиралась в гигантский шар, словно в невидимую чашу, но это было за пределами возможностей погодной машины. Это была сила, принадлежащая Амосу Пенсината. К тому времени, как облака опустели и дождь прекратился, в воздухе зависла массивная сфера воды. Под ней находилась гора вестников, где-то внутри которой были искатели золотого ранга.

Из водного шара вырвалось массивное щупальце, хватая вестников и затаскивая их в шар, оставляя огромную борозду в горе тел. Из шара выросло еще больше щупалец, пока их не стало десять, они рыли гору, как монстр из глубин, запертый за водяным порталом.

Глава54 ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ ПОБЕДИТЬ

Глава 54 ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ ПОБЕДИТЬ

Искатели золотого ранга оказались в ловушке внутри растущей горы тел элементальных вестников. Были ли вестники живыми или мертвыми, не имело значения; пока их было достаточно много, искатели приключений и их союзники не могли пробиться наружу. Несмотря на всю мощь, которой владели искатели приключений, вестники наваливались быстрее, чем те успевали прокладывать путь наружу.

Шанс на спасение появился благодаря Амосу Пенсината и своевременному использованию погодной машины. Результатом стала «Звезда Смерти» в стиле Ктулху, парящая над горой вестников, — огромный шар воды, из которого неистово хлестали многочисленные щупальца. Щупальца беспорядочно метались во все стороны, но те, что торчали из нижней части шара, прорезали глубокие борозды в горе тел.

Среди запертых искателей золотого ранга оставались двое не-искателей приключений: Борис и Бофорт, лидеры своих фракций. Именно главный культист Строителей проложил им путь наружу, его тело из металлических лезвий прорезало дыру, словно горный бур. Они вырвались в одну из глубоких борозд и немедленно бежали, прежде чем вестники успели снова их засыпать.

Искатели приключений и их союзники бросились через небо, преследуемые армией вестников. Их целью была точка эвакуации, где ждал портал в царство души Джейсона. Если это каким-то образом не сработает, ритуалы ускорения помогут им бежать, поскольку элементальные вестники не были настроены на них.

Не все члены группы были исключительно быстрыми, некоторые полагались на персональные транспортные устройства. Те, кто мог двигаться быстрее, сдерживались, чтобы не разделять группу, когда элементальные вестники наступали им на пятки. Они совершили тактическое отступление, балансируя между скоростью и необходимостью отбиваться от любых вестников, которые их настигали.

Одной из самых эффективных тактик задержки был маневр Бориса, чьи крылья светились желто-оранжевым жаром. За ним тянулся шлейф углей, которые взрывались, когда к ним приближались вестники. Этого было далеко не достаточно, чтобы уничтожить их, но это эффективно их замедляло. Пикирующий путь Бориса создал полосу препятствий, которую вестникам приходилось замедлять, чтобы избежать. Если они не справлялись и получали удар, урон был минимальным, но они замедлялись еще сильнее.

Борис посмотрел на Бофорта, самого крупного из искателей золотого ранга. Его тело представляло собой массивный каркас из узкого металла и острых лезвий, словно человек, сделанный из строительных лесов. Плоть, которая обычно скрывала его тело, была сегментирована и разбросана по каркасу, как жуткие украшения. Он летал с помощью лезвийных крыльев-лесов, которые были далеки от аэродинамической устойчивости.

— Я знаю, что мы союзники, — заметил Борис, — но ты один из самых жутких парней, которых я когда-либо видел. А я повидал всякое. Это похоже на то, как будто куча роботов-богомолов попала в авиакатастрофу.

— Заткнись и лети, — прорычал Бофорт.

— Просто чтобы ты знал, — сказал Борис, — киборгский голос не помогает твоему делу.

— Если у тебя есть время болтать, — сказала ему Арабель, — используй энергию, чтобы махать крыльями. Они все еще преследуют нас.

— Да, но этот парень Пенсината прикрывает нас, верно? — спросил Борис.

— Что?

— Ну да, он скрыл свою ауру и улизнул к тому водному шару, пока остальные из нас удирали. Он довольно хорош с аурой для искателя приключений.

Элементальные вестники разделились на две группы. Те, кто был ближе всего к бегущим искателям золотого ранга и достаточно свободен, чтобы начать погоню, сделали это. Другие были слишком медленными, слишком далекими или частью горы, где живые вестники распутывались из мертвых.

Те, кто не смог избежать радиуса действия щупалец шара, быстро оказались под атакой. Амос Пенсината не сбежал с остальными, а направился прямиком к водному шару. Мгновение спустя хлещущие щупальца внезапно изменились, перейдя от беспорядочных ударов к целенаправленным и эффективным атакам. Вместо того чтобы хаотично крушить массу элементальных вестников, они действовали с целью, прорывая ряды врага и нарушая преследование других искателей золотого ранга.

Вестники, неспособные продолжить погоню за бегущими искателями золотого ранга, вместо этого переключили свое внимание на шар, бесстрашно погружаясь в его водные глубины.

Внутри сферы невидимости, парящей в воздухе, Мириам и Джейсон наблюдали, как искатели золотого ранга пробиваются к спасению.

— Пенсината не присоединился к ним, — сказал Джейсон. — Он вошел в шар.

Мириам перевела взгляд на массивную парящую сферу, заметив более организованное поведение щупалец. Она открыла канал голосовой связи.

— Пенсината, что ты делаешь?

— Связываю столько, сколько могу, — последовал ответ. — Я позабочусь о том, чтобы остальных не одолели, прежде чем они выберутся.

— У них сейчас открытый путь, — сказала она ему. — Ты сделал достаточно. Отступай, пока можешь.

— Это лучший способ, — сказал Амос.

— Я не просила, Пенсината, — сказала Мириам. — Уходи сейчас. Это...

* [Амос Пенсината] покинул голосовой чат.

— О, он этого не сделал, — сказала Мириам, обнажив зубы.

Джейсон отправил несколько запросов на голосовой чат Амосу, но все они были проигнорированы.

— Тень?

Теневой фамильяр появился из пустоты плаща Джейсона.

— Чем я могу вам помочь, мистер Асано?

— У тебя есть тело на Пенсината?

— Прошу прощения, но нет. Однако та вода темная, и я полагаю, что смогу доставить туда одно в кратчайшие сроки.

— Сделай это.

Еще одно тело Тени появилось и немедленно покинуло щит невидимости, чтобы пронестись по воздуху. Это было более открыто, чем обычно действовал Тень, и его быстро заметили. Несколько вестников, также направлявшихся к шару, свернули, чтобы погнаться за ним. Тень был слишком слаб, чтобы сражаться с ними, но он бросался в тени на их телах и выпрыгивал из них, путая их достаточно долго, чтобы сбежать. После нескольких таких столкновений Тень исчез в воде, темной, как океанские глубины.

— Твоя тень способна на многое, — заметила Мириам.

— Да, я сдерживаю его, когда мы сражаемся вместе. Мои пределы в силе и навыках становятся его пределами. Когда он действует сам по себе, он знает свое дело.

— И что именно ты заставил его делать?

— Мне нужна цель для теневого прыжка.

Мириам повернулась, чтобы посмотреть на него, как будто у него выросла вторая голова.

— Ты намерен телепортироваться в эту сферу. В ту самую сферу, в которую, как мы видим, входят сотни элементальных вестников.

— Мне нужно пойти и вправить мозги лорду Пенсината.

— Тебе нужно оставаться там, где ты есть.

— Я знаю, почему он это делает.

— Мне все равно. Я не хочу потерять Пенсината, но суровая правда в том, что мы можем. Если мы потеряем тебя, пока ты пытаешься вернуть его, все кончено.

— И он это знает. Вот почему это должен быть я.

— Это неприемлемый риск.

— Это решать мне, тактический командир.

— Если я решу, что твое суждение скомпрометировано...

— У тебя есть сила и подготовка, чтобы командовать этой экспедицией, Мириам, и мы оба знаем, что ты была лидером по факту больше, чем я. Но я — оперативный командир. Тот, за кем последнее слово. Ты думаешь, это произошло бы, если бы Общество искателей приключений не одобрило это? Если бы твоя леди Аллайет не одобрила?

— Твои отношения с вестниками...

— Это причина поставить меня здесь, а не ставить меня во главе. Ты достигаешь золотого ранга с небольшой удачей и большой осторожностью. Это означает избегать обстоятельств, подобных тем, в которых мы находимся сейчас. Я бываю в местах, которых не существует, и делаю вещи, которые невозможны. Никто не делает этого так много, как я, не умирая; даже я. Вот почему последнее слово за мной, Мириам: я уже бывал здесь. Я знаю, когда, где и насколько сильно я могу надавить.

— Риск...

— Я не могу обещать, что смогу вернуть Пенсината. Но я обещаю тебе, что вернусь сам, даже если это будет означать, что придется оставить его умирать. Я понимаю, что здесь поставлено на карту.

Долгое время Мириам смотрела в глаза Джейсона, светящиеся внутри темного капюшона.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я буду корить себя за то, что не остановила тебя, но иди. Верни его.

Джейсон не ответил, вместо этого растворившись в Тени и исчезнув.

В центре водяного шара находился воздушный карман с полом из льда. Амос стоял посередине, закрыв глаза, контролируя воду и щупальца внутри нее. Вестники штурмовали сферу массово, но погибали почти так же быстро, как входили. Это была идеальная среда для усиления способностей Амоса, но он не был всемогущим.

Огромный численный перевес в конечном итоге одолеет его, и он умрет, но это будет стоить врагу самого драгоценного ресурса из всех: времени. Времени для остальных, чтобы спастись. Времени для Ксандиера, чтобы одолеть своего деревянного двойника и встретить то, что будет дальше. Даже сильнейшие приспешники дерева не могли сравниться с божественной силой. Если только дерево не придумает ответ на это, победа искателей приключений была обеспечена. Амос знал, что его жизнь стоит того, чтобы это обеспечить.

Амос почувствовал приближение фамильяра Асано сквозь воду. Он был поразительно скрытным, но не для восприятия Амоса. Не здесь. Он подумывал уничтожить его, но прервать связь — это одно. Атаковать фамильяра союзника — другое, даже если его можно быстро и легко заменить. Тень вошел в воздушный карман, стоя на ледяном полу. Амос открыл глаза, чтобы посмотреть на него.

— Зачем Асано прислал тебя? — спросил Амос. Его глаза расширились, когда сам Асано шагнул через своего фамильяра.

Амос распространил свои внушительные чувства по всему полю боя, поэтому заметил немедленную реакцию врага на появление Асано из поля невидимости. Их аура нацелилась на него, как акулы, чующие кровь в воде. Враг знал, кем был Асано; они понимали его важность.

Вестники, преследовавшие искателей золотого ранга, немедленно прекратили погоню. Они развернулись и бросились обратно. Остальные элементальные вестники удвоили свой натиск, чтобы проникнуть в шар, игнорируя свою гибель от щупалец и неистово бурлящей воды. Даже деревянный гигант открылся для атаки в попытке обойти Ксандиера и броситься к шару с Джейсоном внутри.

— Они идут за тобой, — сказал Амос.

— Да, — согласился Джейсон. — Что-то изменилось. Дерево не фокусировалось на мне ранее в битве. Ни на чем, на самом деле. Теперь все иначе, начиная с той попытки поймать искателей золотого ранга. Мне любопытно почему, но у нас нет времени на «почему». Факт в том, что битва подходит к кульминации, и наш враг наконец действует с осознанием угрозы, с которой сталкивается.

— Тебе нужно уходить.

— Сначала ты.

— Не будь...

— Это приказ, лорд Пенсината.

Джейсон говорил не тем голосом, который знал Амос. Это был холодный, жесткий голос, который слышали его враги, обычно перед мучительной смертью. Амос месяцами обучал Джейсона использованию ауры и хорошо его узнал. Это была не та сторона Асано, которую он видел направленной в свою сторону.

— Зачем ты пришел сюда? — спросил Амос.

— Потому что знал, что ты не уйдешь сам.

— И я все равно не уйду. У нас нет на это времени.

— Нет, нету.

— Я не могу пробиться отсюда, — прорычал Амос, его фирменный стоицизм дал трещину. — Ты не чувствуешь, сколько их сходится на нас?

— Чувствую. Ты проделал хорошую работу, помогая мне отточить чувства ауры.

— Я не смогу их сдерживать. Не вечно.

— Тогда нам лучше уйти.

— Я могу проложить путь, чтобы вытащить тебя, но не если я покину это место. У меня здесь больше контроля.

— Лорд Пенсината, это не то, что вы думаете.

— О чем ты говоришь?

Когда Джейсон заговорил снова, его голос больше не был ледяным тоном, используемым для врагов. Он был мягким и сочувствующим.

— Я видел героические самопожертвования, Амос. Даже сам совершал их несколько раз. Готов поспорить, что ты убедил себя, что именно это ты и делаешь, но ты ошибаешься. Думаю, в глубине души ты это знаешь.

— Не смей...

— Ты умеешь умирать как герой, Амос. Это то, к чему ты был готов большую часть своей жизни. Это намного проще, чем стоять перед своим племянником, пристыженным и неуверенным. Ты предпочел бы умереть как трус, чем жить, сталкиваясь с последствиями своих решений.

Амос мог бы так же легко телепортироваться, учитывая, как быстро он оказался перед Джейсоном. В одно мгновение искатель золотого ранга был в центре комнаты. В следующее — он был перед Джейсоном, кулак замер прямо перед ударом.

— У нас нет времени, чтобы ты прятался за своим гневом, лорд Пенсината. Я сам часто так делал, но у нас нет времени на месяцы терапии.

Рядом с ними открылся теневой портал.

— Суть в том, лорд Пенсината: я не уйду, пока не уйдешь ты, а ты знаешь, что это значит.

— Я не могу пройти через портал серебряного ранга.

Джейсон закрыл глаза и протянул руку к порталу — листу энергии пустоты внутри обсидиановой арки. В темной энергии вспыхивали золотые, серебряные и синие полосы.

— Быстрее, пожалуйста, — сказал Джейсон сквозь стиснутые зубы. — Это довольно утомительно.

Амос посмотрел на сосредоточенность на лице Джейсона и поспешил через портал. Энергия, удерживающая его открытым, иссякла от его прохода, и портал схлопнулся. Джейсон положил руки на колени и сделал глубокие вдохи, словно только что пробежал марафон. Он чувствовал, как элементальные вестники приближаются быстрее без Амоса и его активной защиты.

— Тень, — сказал он, и фамильяр исчез в плаще пустоты Джейсона. Затем сам Джейсон исчез в нем. Плащ опустился на пол, пустой, растворяясь в ничто, когда первые вестники ворвались в воздушный карман.

Джейсон вышел из тела Тени в сфере невидимости. Амос сидел на персональном облаке полета, потирая виски и стоная. Мириам тут же оказалась рядом с Джейсоном, особенно когда он немного пошатнулся, неуверенно удерживаясь с помощью ауры.

— Ты в порядке?

— Да, — простонал он. — Подключение к моим астральным вратам — это настоящий удар по голове, но я к этому привык.

Облачная субстанция просочилась из миниатюрной колбы на его ожерелье и сформировала кресло, в которое он рухнул.

— Мне просто нужно отдохнуть, — сказал он. — К тому времени, как мне нужно будет сражаться, я буду в порядке.

— Ты больше не будешь сражаться в этой битве.

— Будет, — сказал Амос. — Он должен. Ты, должно быть, почувствовала, как дерево отреагировало на него. Оно знает, что он тот, кого ему нужно преодолеть, и что оно не может победить полубога, что бы в него ни бросало. Оно собирается бросить вызов Асано так, как это сделал бы вестник. Это единственный способ, которым оно может победить.

Глава55 КОГДА НАСИЛИЕ ЛЕГКО, А СЛОВА ТРУДНЫ

Глава 55 КОГДА НАСИЛИЕ ЛЕГКО, А СЛОВА ТРУДНЫ

Как только Джейсон вытащил Амоса Пенсината из его попытки самоубийства об вестников, следующие этапы битвы не стали неожиданностью. Искатели золотого ранга благополучно сбежали в царство души Джейсона. Джейсон, Мириам и несколько других остались скрытыми в щите невидимости Рамоны.

Гэри был единственным, кто оставался на открытом месте, но был практически неуязвим. Элементальные вестники пытались вмешаться в бой с деревянным двойником Гэри, но жалко провалились. Некоторые использовали силы, которые ничего не дали, в то время как другие взрывались золотым пламенем, подойдя слишком близко.

Деревянный двойник Гэри мог, по крайней мере, сражаться с полубогом, но не имел реальных шансов на победу. Он не только не смог сравниться с его божественной силой, но ему также не хватало навыков. Гэри был опытным воином и просто переиграл деревянного гиганта. Тот наконец пал, повалившись, как дерево под топором дровосека.

Последним вопросом было, что произойдет, когда будут уничтожены последние кристаллы дерева? Гэри не терял времени, пытаясь выяснить это, и принялся за работу, как только его копия была повержена. Вестники продолжали атаковать его, но он игнорировал их, словно насекомых, разбивая кристаллы. Ни один из них не был расположен слишком высоко на стволе, и Гэри разбивал их, раз за разом бросая свой молот, который каждый раз возвращался ему в руку.

Изнутри сферы невидимости Джейсон и Мириам наблюдали, напряжение было заметно в их языке тела. Мириам даже больше, чем тот, кто сидел в кресле из облаков.

— Ты все еще думаешь, что дерево инициирует какую-то дуэльную силу против тебя?

— Я не делаю никаких предположений, — сказал Джейсон, — но это твердая гипотеза. Дерево начало демонстрировать хитрость, и оно показало, что знает, что я тот, кого ему нужно победить. Оно также знает, что это маловероятно, пока со мной Гэри.

— Ему нужно изолировать тебя от нашего полубога.

— Думаю, да. Оно продемонстрировало склонность к мимикрии и, безусловно, использует вестников, так что было бы неудивительно, если бы оно имитировало их силы испытания. Оно могло бы сделать что-то другое, конечно, но это мое лучшее предположение.

— Полагаю, мы скоро узнаем, — сказала Мириам.

Гэри уничтожил последний кристалл. Оставшиеся вестники упали, как марионетки после того, как кукловоду выстрелили в голову. Они рухнули на землю, присоединившись к бесчисленным представителям своего вида в смерти.

Из дерева вышла еще одна фигура, не похожая на тех, что были раньше. Это не был гигант, как аватара корней или клон Гэри. Он был даже не таким большим, как элементальные вестники. У него была деревянная плоть, как у копии Гэри, но это было трудно разглядеть, когда он был почти полностью покрыт робами и капюшоном из грубой, неокрашенной ткани. Из-под капюшона выделялись глаза, светящиеся желтым и оранжевым.

— Он похож на тебя, — сказала Мириам Джейсону. — Если бы твой наряд был сделан из мешковины.

— Странный выбор, — сказал Джейсон.

— Странный? На этой штуке одежда из ткани, в то время как твоя сделана из зверя апокалипсиса и того, что выглядит как портал в космос.

— Справедливо.

Новый враг излучал ауру золотого ранга, но при этом демонстрировал меньшую силу, чем враги, которые были до этого. Элементальные вестники приближались к пику золотого ранга по силе. Аура этого врага предполагала уровень силы, близкий к пику серебряного. Фигура медленно плыла вперед, дрейфуя к гигантскому Гэри, стоящему на земле. Гэри опустил свой молот прямо ему на голову. Молот отскочил, даже не замедлив фигуру.

Джейсон сидел на своем облачном троне, читая длинное системное сообщение, парящее перед ним.

* На вас было применено испытание. Это испытание основано на душе и не может быть преодолено внешними силами или отозвано до тех пор, пока не будет выполнено условие завершения или не пройдет достаточно времени для дестабилизации испытания. * Пока эта сила действует, вам не могут навредить внешние силы, кроме тех, что исходят от [Голоса Воли] [Испорченного Мирового Древа]. * Пока эта сила действует, [Испорченное Мировое Древо] не может навредить вам, а вы не можете навредить ему внешними силами, пока не будет устранен его [Голос Воли]. * Пока эта сила действует, [Голос Воли] [Испорченного Мирового Древа] не может быть поврежден внешними силами, кроме тех, что исходят от вас. * Условия завершения испытания: Ваша смерть; уничтожение [Голоса Воли] [Испорченного Мирового Древа]; вы или [Испорченное Мировое Древо] сдаетесь другому. * Если условие завершения выполнено, территории зоны трансформации, удерживаемые участниками, будут объединены под контролем победителя. Если пройдет достаточно времени и испытание дестабилизируется, все участники будут уничтожены, а дестабилизация зоны трансформации будет массово ускорена.

Мириам повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона, который, казалось, смотрел в пустоту.

— Оперативный командир?

Джейсон встал, его кресло превратилось в туман и было втянуто в миниатюрный амулет-колбу на его ожерелье. Он удерживал себя в воздухе с помощью ауры, его плащ пустоты исчез. Его выражение лица было не решительным, а задумчивым.

— Джейсон? — спросила Мириам.

— Мириам, ты когда-нибудь была в ситуации, когда перед тобой были только плохие варианты? Но есть дыра там, где должен быть хороший вариант, если бы только ты мог его увидеть?

— Я искатель приключений, оперативный командир. Я чувствовала это слишком много раз.

Джейсон потер лицо уставшими руками, затем мрачно посмотрел на фигуру в капюшоне, парящую перед Гэри.

— Ладно, — сказал он. — Время заканчивать с этим, так или иначе. Мне жаль, что у меня нет ничего, что можно было бы предложить в качестве плана Б, если я потерплю неудачу.

— Опять же, оперативный командир: я искатель приключений. Мы все пришли сюда как искатели приключений. Я знаю, ты думаешь, что ты особенный мальчик, который творит божественные вещи, но мы все вошли в это с открытыми глазами.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на нее, подняв брови, затем разразился смехом. Мириам сверкнула на него глазами, но не смогла сдержать ухмылку, уголки ее рта поползли вверх. Джейсон дружески хлопнул ее по бицепсу.

— Ты хороший человек, Мириам. Надеюсь, я сейчас не заставлю тебя погибнуть.

— Я тоже, оперативный командир. С нетерпением жду возможности громко жаловаться на тебя, когда мы вернемся домой в целости и сохранности.

Джейсон снова рассмеялся и выплыл из сферы невидимости. Он медленно двигался через почти пустой воздух, вестники, ранее заполнявшие его, теперь лежали мертвыми на земле. Его веселье исчезло, когда он проплыл над морем трупов. Корни дерева были видны лишь спорадически, несмотря на то, что простирались на километры вокруг ствола дерева. Они были покрыты одеялом из мертвых, некогда живых аномалий, наваленных грудами на земле. Масса аватара корней и теперь деревянного гиганта выделялись среди жертв.

Часы битвы, во время которой дождь и солнце сменяли друг друга, породили ужасный смрад войны. Опрессивная вонь гниющей плоти; озоновый привкус окружавшей маны, перегруженной от слишком большого количества магии, использованной слишком быстро. Джейсон с грустью размышлял, что этот запах не был для него новым. Брокен-Хилл. Макассар. Яреш. Все те времена, когда его хвалили, несмотря на потери. Те, кого он не смог спасти, и те, кто пал от его руки.

Немалая часть поля трупов была результатом действий Джейсона и его недугов. Его силы были созданы для того, чтобы причинить мучительную кончину, и именно это он и доставил. Тысячами, и не в первый раз. Будь то монстры или живые аномалии, они не просили быть тем, чем они были. Быть поставленными в положение, где их нужно было уничтожить просто за то, что они были тем, чем были. Они были бездушными творениями магии, рожденными, чтобы умереть, но их страдания были реальными.

Джейсон привык убивать массово. На Земле он зачищал прото-пространства и отбивал волны монстров. Массовая бойня притупила его чувства, пока он больше не чувствовал, как холодок пробегает по спине от звука сотен кричащих в агонии. Кричащих из-за того, что он с ними делал.

Было время, на Земле и после, когда насилие было первым решением, к которому он прибегал. Он думал, что перерос это, но действительно ли это так? Делал ли он все, что мог, или просто выбирал легкие пути к благожелательности и говорил себе, что совершенствуется? Милосердие легко, когда у тебя есть вся власть. Он предлагал его вестникам, когда его власть над ними была почти абсолютной. Но является ли милосердие исключительной прерогативой сильных? Хотел ли он, чтобы это было так? Был ли способ проявить его к тем, кто является реальной угрозой, и найти путь к миру?

Джейсон подплыл туда, где Гэри и фигура противостояли друг другу, теперь на земле. Редкий участок чистого пространства был отмечен выжженной землей, Гэри сжег тела. Корни дерева остались нетронутыми, даже божественным пламенем. Гэри уменьшился до своего нормального размера, но все еще возвышался над фигурой размером с Джейсона перед ним. Джейсон опустился на участок выжженной земли, рядом со своим другом.

— Что это? — спросил Гэри, кивая на фигуру напротив. — Почему я не могу причинить ему вред?

Копия Джейсона не двигалась и не реагировала, словно давая им время поговорить.

— Это должен быть я, — тихо сказал Джейсон. — Ты завел нас достаточно далеко, здоровяк. Дальше, чем мы имели право просить.

— Ты никогда не должен был просить.

— Я знаю.

Гэри посмотрел на молот в своих руках.

— Значит, это все. Мой последний бой. Было даже не сложно, что, полагаю, и есть смысл. Это должна быть сила, за которую стоит умереть, иначе нет смысла ее брать.

— Возвращайся, — сказал Джейсон. — Найди остальных; это твое время сейчас. Ты заслужил свой отдых, как бы ты в конечном итоге ни решил его взять.

— Я могу остаться.

— Нет. Это должен быть я, к лучшему или к худшему. И я хочу попробовать кое-что.

Даже в окружении смерти, когда их судьбы были на кону, Гэри издал смешок.

— Конечно, хочешь, — сказал он. — Я дам тебе пространство, но крикни, и я прибегу.

Гэри ушел. Путь открывался, когда он двигался, трупы превращались в пепел и золотое пламя, когда он приближался.

Джейсон перевел внимание на деревянную копию себя. Он видел деревянные руки и деревянное лицо, внутренность капюшона, освещенную светящимися глазами. Они были желтыми и оранжевыми вместо синих и оранжевых, но в остальном соответствовали Джейсону. Роба была грубой аппроксимацией его собственной по покрою, но была сделана из чего-то, похожего на грубую натуральную пеньку. Плащ был совсем не похож на плащ Джейсона, будучи тканью, а не эфемерной тьмой. У Джейсона не было его плаща.

— Итак, — сказал Реплика Джейсона голосом, похожим на дерево, которое строгают. — Это конец.

Джейсон улыбнулся. Он надеялся, что то, что у дерева есть Голос Воли, означает, что он может общаться с ним осмысленным образом.

— Концы могут быть и началами, — сказал он. — Я полагаю, что дерево понимает циклы лучше, чем большинство.

— Это просто конец. Для одного или обоих из нас.

— Мы должны сражаться?

— Ты хочешь поглотить меня. Тебе нужно поглотить меня. Так что, да; мы должны сражаться.

— Что, если есть другой путь?

— Есть только три потенциальных исхода: один из нас побеждает, один из нас сдается, или мы оба уничтожены.

— В одном из этих вариантов никто не умирает.

— Если ты победишь или мы сдадимся, ты поглотишь нас. Ты хочешь кузницу душ.

— Хочу, — признался Джейсон. — Я долго не знал, что это значит. У меня была возможность, недавно, исследовать те уголки моей души, которых я боялся в прошлом. Я узнал, чего мне не хватало. Что значит стать тем, кем я на пути к становлению. Часть этого включала получение лучшего понимания этого места. Тебя. Откуда ты взялся и что с тобой происходит. Ты знал, что те же силы, что породили тебя, искажают тебя?

— Да. Это ничего не меняет. Если ты заболеваешь, ты капитулируешь перед смертью или сражаешься еще усерднее?

Джейсон фыркнул от смеха.

— Сражаюсь. Каждый раз.

— Тогда ты понимаешь, что твое знание о том, что я такое, не имеет значения.

— Я не принимаю это. Знание меняет все. Я из мира, где почти не было магии, но мы построили цивилизацию, которая соперничает со всем, что может сделать магия. Затмевает ее, иногда. Полеты через небо; общение по всей планете. Исцеление больных. У меня есть знание о тебе. Знание о себе. Знание о том, что будет дальше. Думаю, есть путь вперед для нас обоих.

— Слова легки.

— Иногда. Чаще всего. Но бывают времена, когда насилие легко, а слова трудны. Это одно из них, но я хотел бы попробовать слова, несмотря ни на что. Если позволишь. Мы всегда можем сразиться после.

Деревянный двойник Джейсона долго смотрел на него, пока Джейсон ждал в тишине. Толстый корень пробился из земли позади Деревянного Джейсона, и он сел. Джейсон вызвал свое облачное кресло и тоже сел.

— Я использовал эхо тебя, отпечатанное в этом царстве, чтобы создать это тело. Чтобы дать себе связный разум. Я понимаю, что я испорчен. Угроза. Я не хочу быть таким. Я не верю, что мы можем закончить это чем-то иным, кроме насилия, но я готов слушать. Посмотреть, сможешь ли ты принести мне надежду, которую я не могу найти внутри себя.

Глава56 КОКТЕЙЛЬ ИЗ НЕВЕЖЕСТВА, ВЫСОКОМЕРИЯ И АМБИЦИЙ

Глава 56 КОКТЕЙЛЬ ИЗ НЕВЕЖЕСТВА, ВЫСОКОМЕРИЯ И АМБИЦИЙ

Джейсон сидел в облачном кресле на поле выжженной земли и гигантских корней. Воздух был наполнен смрадом смерти, гнилью тел и худшим запахом радужного дыма. Битва продолжалась достаточно долго, чтобы первые погибшие начали разлагаться. Джейсон посмотрел на своего двойника: деревянного клона самого себя, сидящего на деревянном корне.

— Я хочу быть откровенным, — сказал Джейсон. — Большая часть того, о чем я буду говорить, касается консолидации зон трансформации в реальность. Это то, что я делал пару раз раньше, но каждый раз все по-разному. В этом случае — очень по-разному. Даже если ты откажешься от всего, что я собираюсь предложить, многое из того, что произойдет, будет включать в себя выяснение этого по ходу дела.

— Почему ты говоришь мне это? — спросил двойник голосом, который звучал как строгание дерева.

— Потому что честность важна. Я не хочу быть твоим врагом, поэтому не собираюсь ничего от тебя скрывать. И реальность такова, что все, что я могу тебе предложить, — это вещи, которые могут сработать. Единственное обещание, которое я могу тебе дать, — это то, что я постараюсь изо всех сил. Я не могу обещать результатов. Будет справедливо, если ты будешь знать это заранее.

— Понятно. Каково твое предложение?

— Прежде чем я перейду к этому, я хотел бы рассмотреть потенциальные исходы в текущем положении дел.

— Почему?

— Контекст. Я считаю, что твои перспективы достаточно неприятны, что даже неопределенная альтернатива является лучшим вариантом, чем те, что у тебя есть сейчас.

— Продолжай.

— Давай начнем с предположения, что мы сражаемся и ты побеждаешь. Подозреваю, мы оба считаем, что этого не произойдет, но мы можем отложить это на данный момент. Если ты победишь, ты можешь успешно или безуспешно реинтегрировать зону трансформации с реальностью. Это непростая задача, эта зона будет сложнее в управлении, чем другие, с которыми я сталкивался. Все место может разрушиться, сбросив всех и вся в нем в астрал. Это убьет всех, кроме вестников, мгновенно. Они будут умирать медленно.

Джейсон издал печальный вздох, прежде чем продолжить.

— Теперь, если предположить, что ты не потерпишь неудачу, ты успешно консолидируешь зону в нормальную реальность. Это вернет тебя туда, где ты был до всех этих махинаций с зоной трансформации. Глубоко под землей. Испорченным. Медленно распространяющим разрушение, пока внутри тебя накапливаются нестабильные силы. Это то, что заставило нас искать тебя в первую очередь. Ты знал об этом? Разрушительная сила, накапливающаяся внутри тебя, когда разрозненные аспекты твоего существа сталкивались? Это началось задолго до того, как мои люди вошли в подземелье.

— Я знал об опасности.

— Если ты окажешься обратно там, единственным изменением будет масштаб. Эта сила снова начнет накапливаться, но конечный результат будет более разрушительным, чем если бы мы оставили тебя в покое. Даже если все пойдет хорошо для тебя, все, что произойдет, — это то, что ты будешь портить все вокруг, пока наконец не уничтожишь это и себя.

— Это... в соответствии с моей оценкой, — сказал деревянный Джейсон. — Но можешь ли ты предложить что-то, кроме более быстрого уничтожения?

— Я мог бы поспорить, что более быстрое уничтожение было бы лучше, чем то, что произойдет, если ты победишь. Думаю, я могу предложить тебе лучший вариант, но не если мы будем сражаться. Мы оба знаем, что если я победю, мне придется разделить элементы, из которых ты состоишь. Ты понимаешь, что это за элементы?

— Имеет ли это значение? Ты говоришь о том, чтобы разобрать меня на части.

— Это имеет значение. Ты родился из попытки вестников превратить одну вещь, называемую природным массивом, в нечто, называемое кузницей душ. Они не понимали, что им нужно было сделать, — отделить часть массива и использовать ее. Вместо этого они попытались заставить все это оставаться вместе. Результатом стал ты. Не природный массив, не кузница душ.

— Ты знаешь, что я такое? Мою природу?

— Полагаю, да.

— Можешь объяснить? Я... не знаю, что я такое.

— Могу, хотя мне придется немного зайти издалека в этом объяснении.

— Контекст?

— Именно так. Начну с кузницы душ. Что это такое, не имеет значения; достаточно сказать, что они используются астральными королями, которые сродни богам для вестников.

— Это то, чем ты пытаешься стать, забирая эту кузницу душ?

— Да, хотя я не иду по обычному пути. У большинства астральных королей кузница душ формируется внутри них в процессе становления тем, кем они являются. Они не понимают, как работает внешне сформированная кузница душ — такая, как та, что участвовала в твоем создании. Это отсутствие понимания — то, как коктейль из невежества, высокомерия и амбиций привел в движение события, которые привели нас сюда.

— Что убеждает тебя, что ты знаешь лучше, чем они?

— Что я тоже не невежественен, высокомерен и амбициозен? Не так сильно, как хотелось бы, потому что я — все три эти вещи.

— Почему ты признаешься в этом?

— Я сказал тебе, что честность важна, и я имел это в виду. Я хочу попытаться помочь тебе, и весь этот разговор — бессвязная попытка получить то, что люди там, откуда я родом, называют информированным согласием. Это по сути означает, что прежде чем я что-то сделаю, я помогу тебе понять, насколько могу, что я намерен сделать и почему.

— Заявление о том, что ты такой же, как те, кто потерпел неудачу, не склоняет меня к тому, чтобы принять какое-либо предложение от тебя.

— Мы похожи, но не одинаковы. Я становлюсь астральным королем, но не обычным способом. Мне нужно найти кузницу душ извне, как ту, что прикреплена к тебе. Я медленно начал понимать их, потому что внутри меня есть дыра, куда одна идеально бы вписалась.

— Я все еще не могу понять актуальность.

— Астральный король становится астральным королем, создавая царство. Вселенную внутри себя.

— Как эта зона трансформации.

— Намного более стабильную, но да. Когда астральный король создает свою вселенную, внутри нее будет дерево рождения. Дерево, которое создает вестников.

— Это то, что я такое?

— Я верю, отчасти, да. Но, как и с кузницей душ, что-то пошло не так. Попытка создать кузницу душ пошла не по плану, каким-то образом спровоцировав создание дерева рождения. Но среда была неправильной, и вестники, пытающиеся заставить природный массив, превратили его в разлагающий элемент. Затем мои союзники и я создали это место. Оно, как ты предположил, в некотором роде похоже на вселенную астрального короля. Оно все еще не подходило для дерева рождения, но это была лучшая среда. Ты остался неполным и испорченным, но более тщательно сформированным. Зона трансформации, силы, составляющие тебя, и, вероятно, мое влияние превратили тебя в то, чем ты являешься сейчас.

— И что я такое?

— Уникальный. Сумма элементов, которые создали тебя, объединенная в результат, который никто не мог предсказать. Что, кстати, не является чем-то особенным; именно так все мы появляемся. Твой процесс просто оказался немного более захватывающим, чем у большинства.

— Ты говоришь, что ты — часть меня?

— Влияние, по крайней мере. Есть существо, которое я случайно создал, пока формировалась зона трансформации. Думаю, ты оказался под его влиянием. Вот как ты получил душу.

— У меня есть душа?

— Да. Сначала я думал, что эхо сознания, движущее твоими действиями, — это конструкция, похожая на душу, созданная кузницей душ. То, что мы называем мотивным духом, что есть у монстров. Но ты...

Джейсон указал на деревянную копию, сидящую напротив.

— Я чувствую это через тебя, — продолжил он. — Там внутри настоящая душа. Я упоминал о создании живого существа. Его зовут Ник. Даже вне зоны трансформации, я верю, у тебя был какой-то уровень примитивного сознания. Ты можешь подключаться к аспектам этой зоны трансформации, и я думаю, именно это ты и сделал. Когда я создал Ника, ты подключился к тому же процессу и каким-то образом создал себя. Или воссоздал. Ты воспользовался крайне необычным и дико специфическим стечением условий и событий, чтобы стать сущностью с душой. Ты превратил себя в личность, которая к тому же является двенадцати-километровым деревом.

— Это говорит мне, что я такое. Не то, что ты намерен со мной делать.

— Ты начал как природный массив и кузница душ, одно родилось из другого, а затем они были смешаны с катастрофическим эффектом. Поскольку кузница душ произошла из массива, ты был продуктом обоих. Одно стало двумя, затем два стали тремя. Проблема в том, что вы все все еще переплетены. Вы все разлагаете друг друга, но при этом полагаетесь друг на друга.

— Если ты разделишь нас, мы будем уничтожены.

— Да. Если мы сразимся и я победю, я использую реформацию зоны трансформации, чтобы разделить элементы. Надеюсь, функционально. Я уверен, что смогу заставить один работать. Это будет природный массив, если мой друг решит, что он ему нужен. Кузница душ тоже, надеюсь. Но у них нет душ. Это объекты. Сложные магические и духовные объекты, но вещи, которыми можно манипулировать.

— Но у меня есть душа, — сказал реплика, намек на откровение в его плоском голосе.

— У тебя есть душа, — согласился Джейсон. — Я не могу сделать с ней ничего без твоего добровольного участия.

— Так вот твое предложение, — сказал реплика. — Если я сдам зону тебе, ты попытаешься извлечь природный массив и кузницу душ, не уничтожив меня.

— Да, хотя это не совсем так просто. Разлагающие элементы — часть тебя, но не часть твоей души. Если я извлеку природный массив и кузницу душ, это уничтожит тебя, но твоя душа останется нетронутой. Мне нужно будет создать новое тело, когда реформация зоны трансформации позволит мне это сделать, за вычетом порчи, и поместить твою душу обратно в него.

— Это возможно?

— Возможно? Да. Насколько вероятно, что это удастся, я не могу сказать. Даже попытка потребует твоего активного участия, и я не могу обещать, что это сработает. Я даже не могу быть уверен, кем ты станешь, если это сработает. Я могу обещать, что я попытаюсь, и если выбор встанет между спасением тебя, кузницы душ или массива, выбор будет за тобой.

— Ты откажешься от кузницы душ?

— Я буду жить вечно. Я найду другую в конце концов.

— Ты сказал, что твоему другу понадобится массив.

— Возможно.

— Почему я должен верить, что вы оба откажетесь от того, что хотите?

Джейсон откинулся в кресле и издал разочарованный вздох.

— Вот в чем дело, — сказал он. — Вот где все это разваливается. Есть причина, по которой мы бы это сделали, и она проста. Она просто не очень убедительна.

— Какая?

Джейсон сел в кресле, чтобы оглядеться в направлении, куда ушел Гэри. Он расположился на некотором расстоянии, стоя как часовой на посту.

— Думаю, тебе стоит спросить его, — сказал Джейсон, затем поманил Гэри. С размытием движения и порывом воздуха полубог оказался рядом с креслом Джейсона.

— Что такое? — спросил Гэри.

— Если бы я попросил тебя отказаться от своего выбора ради шанса спасти жизнь, стал бы ты...

— Конечно, — сказал Гэри. — Я знал, идя на это, что не выйду живым. Ты предложил мне другой вариант, но я никогда не ожидал его. И мы оба знаем, что это не так просто, как вернуться к тому, как все было.

Двойник повернул голову, чтобы посмотреть на Гэри.

— Я вижу силу, пожирающую тебя изнутри. Ты отказался бы от шанса сбежать от этого, чтобы помочь мне?

— Да, — сказал Гэри.

— Я твой враг.

— Кто тебе это сказал? — спросил Гэри. — Мы убили врага в этом месте. Все, что осталось, — это вывести как можно больше людей. Если Джейсон считает, что ты стоишь того, чтобы тебя спасти, значит, так оно и есть.

Двойник перевел взгляд с Гэри на Джейсона и обратно.

— Доверие, — сказал он.

— Да, — сказали Джейсон и Гэри вместе.

— Этот, — сказал деревянный Джейсон Гэри, — велел мне спросить тебя, почему ты поможешь мне.

Гэри посмотрел на Джейсона, который пожал плечами, затем повернулся обратно к двойнику.

— Это не очень убедительная причина.

— Это то, что сказал другой.

— Он прав.

— Я все равно хотел бы ее услышать.

— Хорошо, — сказал Гэри. — Мы помогли бы тебе, потому что тебе нужна помощь.

— Ты не просил ставить себя в такое положение, — сказал Джейсон. — Это сделали с тобой, по крайней мере частично мы. Что, если нам не нужно сражаться? Я сказал тебе, что наша причина не убедительна, но что ты теряешь, попробовав? Смерть от порчи и безумия? Не уверен, что я мог бы сделать хуже, чем то, что ждет тебя, если ты победишь.

— И это о чем-то говорит, — добавил Гэри. — Он чрезвычайно хорош в причинении страданий и мучений.

— Спасибо, Гэри, — сказал Джейсон.

— Боль, мучения. Это его конек.

— Гэри, ты можешь вернуться и...

— Не только физические тоже. Он стал очень хорош в пытках души. Есть девушка-вестник, которая...

— Не помогаешь, Гэри.

— Извини.

Джейсон покачал головой, затем посмотрел на своего двойника.

— У тебя нет веской причины верить нам. Верить мне. И я прошу об уровне доверия, который трудно получить от друга, не говоря уже о ком-то, кого ты последние несколько часов пытался убить. Все, что у меня есть для тебя, — это то, что победа хуже, чем сдача.

— Если я понимаю, что ты предлагаешь, — сказал деревянный Джейсон, — ты хочешь, чтобы я сдал зону трансформации, позволил тебе разорвать меня на части, а затем поверил, что ты можешь и будешь пытаться воссоздать меня, для чего тебе потребуется мое активное участие в том, как ты манипулируешь моей душой.

— Да, — сказал Джейсон.

— И ты предлагаешь в качестве гарантии только утверждение, что ты поможешь мне из принципа.

— Да.

— Без большего стимула, чем то, что сделать что-то другое было бы хуже.

— Нет, есть стимул, — сказал Джейсон. — Надежда. Ты просил о ней, и это все, что я могу предложить. Если ты хочешь большего, мне придется начать лгать.

Аватар дерева в форме Джейсона долго сидел в тишине. Гэри собирался заговорить несколько раз, но Джейсон жестом заставил его замолчать.

— Твоя надежда, — сказал он наконец, — это крошечная вещь.

— Ага, — признал Джейсон.

— Она легко может быть ложью.

— Да, — согласился Джейсон.

— Мне не нравится быть в таком положении.

— Сомневаюсь, что тебе нравилось хоть какое-то положение, в котором ты когда-либо был, с тех пор как существуешь.

— И ты предложил единственный шанс на лучшее, о котором я когда-либо знал. Я ухвачусь за него, даже если он окажется ложным. Я буду работать с тобой, Джейсон Асано.

Глава57 ДОСТАТОЧНО ДРУГОЕ

Глава 57 ДОСТАТОЧНО ДРУГОЕ

Джейсон взлетел к сфере невидимости и проскользнул внутрь, где его ждали Мириам и Рамона.

— Сделано, — сказал он.

— Вот так просто? — спросила Мириам.

— Вот так просто.

— Я не могла слышать, о чем вы говорили. Ты использовал свою ауру как экран конфиденциальности.

— Да.

— Ты не хотел, чтобы я решила, что мне не нравится, как все идет, и устроила внезапную атаку.

— Я не думал, что ты это сделаешь, — сказал Джейсон, — но люди могут принимать плохие решения под экстремальным давлением. Признаю, это проецирование моих проблем на тебя, так как ты была сама грация под давлением, но это дало мне некоторое душевное спокойствие.

— Как ты нас нашел? — спросила Рамона. — Я переместила нас, но ты точно знал, где мы.

— Это царство теперь принадлежит мне, — сказал Джейсон. — Я знаю, где все находится.

Джейсон вздохнул, глядя через стол на лидера яркосердых. Позади него лава стекала по другую сторону стеклянной стены.

— Лоренн...

— Ни единого шанса, — твердо сказала она. — Никогда. Это дерево убило мой народ.

— Вестники убили твой народ. Если кто-то бросает бочку яда в воду выше по течению от твоей деревни, ты не винишь бочку за убийство жителей деревни. Ты винишь человека, который ее туда положил.

— А ты ставишь огромную статую яда, который всех убил? — спросила Лоренн. — Потому что это то, о чем ты просишь, Асано. Это гигантское дерево. Оно будет маячить над нами каждый день.

Она покачала головой.

— Асано, из каждых двадцати моих людей девятнадцать были убиты этим деревом и его элементальными вестниками. Если оно останется в нашем доме, даже если тебе удастся уменьшить его, мы сожжем его дотла или умрем, пытаясь. Это мое последнее слово по этому вопросу.

Верная своему заявлению, Лоренн зашагала к большим двойным дверям. Джейсон отвел взгляд, не особо видя водопад лавы сквозь стеклянную стену. Он услышал, как открылись двери, а затем голос, донесшийся с той стороны. Он поднял глаза и увидел Лоренн, замершую в дверном проеме. Она окинула взглядом пустой конференц-зал.

— Спасибо, что сделал это только с нами, Асано, — сказала она, ее тон значительно смягчился. — Ты мог бы привести всех и попытаться надавить на меня, чтобы я согласилась.

— Это бы сработало? — спросил Джейсон.

— Нет.

— Тогда пожалуйста, — сказал Джейсон, улыбка дразнила края его губ. Лоренн ушла, и двери закрылись за ней.

Улыбка на лице Джейсона исчезла. Он сделал глубокий, успокаивающий вдох, прежде чем подойти к книжной полке. Он дернул за медицинский учебник о волчанке, и книжный шкаф отодвинулся, открыв короткий секретный туннель в его кабинет. Он прошел через него, книжный шкаф встал на место позади него. Он прибыл в свой кабинет, где другой книжный шкаф закрылся, скрывая дверной проем, который он только что использовал.

— Как все прошло? — спросил Нил, сидя на диване. Перед ним на столе была настольная игра, которую он преподавал Нику. Рядом с первым столом стоял приставной столик с напитками и мини-сэндвичами, где они не пачкали компоненты игры.

— Ну, — сказал Джейсон, — она не напала на меня.

Нил поморщился. — Настолько плохо, да?

— Да. Не то чтобы я когда-либо был оптимистом.

Джейсон рухнул рядом с Нилом, прежде чем сесть, чтобы схватить сэндвич и стакан сока.

— Не то чтобы я не сочувствовал, — сказал Джейсон. — Они потеряли свою цивилизацию. Большую часть своего вида. Я прошел через многое, но надеюсь, что никогда не пойму такого рода потерю. Это не меняет того факта, что это дерево должно куда-то деться, как только я реинтегрирую это место в реальность. Не думаю, что пересадка будет жизнеспособной, а это значит, что где-то в моем новом домене. Который будет новым домом для яркосердых.

— Тебе следует поместить его куда-нибудь еще, если сможешь найти способ, — сказал Нил. — Оно уникально, а это значит, что многие люди захотят его изучать. Экспериментировать на нем. Брать образцы. А обвинение его во всех смертях — легкое оправдание для плохого обращения с ним.

— И не будет никакой апелляции к местным властям, чтобы защитить его, — сказал Джейсон. — Яркосердые не потерпят этого. Ни в коем случае. Лоренн дала это предельно ясно понять.

— Ну, просто потому что ты потерпел неудачу, не значит, что цель провалена, — сказал Нил. — Ты можешь позволить другим людям попытаться договориться с Лоренн.

— Нет, — сказал Джейсон. — Там нет места для маневра.

— Ты знаешь, что есть другой вариант, верно? — спросил Ник, не отрываясь от игры, которую пытался понять.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Джейсон. — Я должен изменить дерево через зону трансформации. Это значит, что я должен поместить его где-то в домене, который я создаю, где был город яркосердых. Не то чтобы у меня был целый другой...

Джейсон замолчал, осознав, что предлагает Ник.

— Нет, — сказал он, качая головой. — Я даже не знаю, сколькими способами это может пойти не так.

— О чем ты говоришь? — спросил Нил.

— Посадить дерево в его царство души, — сказал Ник.

— Да, — сказал Нил. — Это звучит как плохая идея, даже если это сработает. Посадить дерево с душой внутри твоей души? Не могу представить, что это мудро.

— Это не так, — сказал Джейсон.

— Тем не менее, — продолжил Нил, — это может быть единственным безопасным местом для него. Люди захотят использовать его. Яркосердые захотят уничтожить его. Есть ли безопасность, которую ты можешь предложить где-то еще, кроме своего царства души?

— Новый дом, который я построю для яркосердых, будет моим доменом, — сказал Джейсон. — От этого никуда не деться. Но если я защищу дерево, это поставит меня в противоречие с яркосердыми, а они натерпелись достаточно. Опять же, я сделал что-то, не полностью обдумав последствия. Думал, что становлюсь лучше в этом, но вот я снова здесь.

— Обстоятельства всегда срочные и экстремальные, — отметил Нил.

— Обстоятельства всегда срочные и экстремальные, — сказал Джейсон. — Это просто моя жизнь, и это давно перестало быть оправданием.

— Но это все равно причина.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — За поддержку.

— Ну, — сказал Нил. — Как бы я ни любил пинать тебя, когда ты внизу, казалось, что это не то, что тебе нужно прямо сейчас.

— Это никогда не то, что мне нужно.

— Но иногда это то, что нужно мне.

Джейсон усмехнулся, встал и похлопал Нила по плечу.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Полагаю, мне нужно идти и дать кому-то неудобный выбор между двумя паршивыми вариантами. Снова.

— Гэри...?

— Да, — сказал Джейсон. — Он сделал.

— Нет, — сказал Гэри.

Он, Фарра и Руфус находились в люксе Гэри, роскошных, но зловещих покоях внутри горного логова. Гэри уже рассказал Фарре о своем решении и завербовал ее для поддержки, когда рассказывал Руфусу. Она сидела рядом с ним на диване, в то время как Руфус сидел напротив, глядя на Гэри с неверящими глазами.

— Гэри, ты... — начал Руфус, прежде чем Гэри перебил его.

— Мне жаль, Руфус. Даже если бы это не усложнило жизнь Джейсону, я не хочу быть призраком, гремящим в дыре.

— Это не...

— Не говори мне, что это есть и чего нет, — прорычал Гэри.

— Я знаю, что это не давало тебе покоя, — сказала Фарра Руфусу. — Но ты честно думаешь, что обдумал эти выборы больше, чем Гэри? Что он не обдумывал в точности, что означают эти выборы, снова и снова?

— Один из этих выборов означает смерть! — закричал Руфус.

— Да, — сказал Гэри, несчастный, но спокойный и принимающий. — Другой означает вечную стагнацию, если я вообще пройду через процесс, оставаясь собой. Это означает быть прикованным под землей.

— Пока что, — сказал Руфус. — Джейсон...

— Будет навещать каждые несколько месяцев. Как и вы. Затем каждые несколько лет. Каждые несколько десятилетий. Я буду смотреть, как вы все становитесь сильнее и сильнее. Слушать истории о других мирах раз в столетие или около того, когда мои друзья алмазного ранга будут возвращаться домой. Чуть менее узнаваемый каждый раз, в то время как я навсегда останусь прежним. Если я останусь, вы все равно потеряете меня. Просто не настолько, чтобы вы могли оплакать меня. Я предпочел бы быть приятным воспоминанием, к которому вы можете возвращаться время от времени, чем обязательством, которое вы должны нести.

Пока Руфус в тишине переваривал слова Гэри, Фарра положила руку на массивное, покрытое мехом предплечье, нежно поглаживая его. Гэри заговорил снова, его голос был более мягким рокотом.

— Пока ты думал о моей смерти, Руфус, я думал о своей жизни. И о ваших жизнях. Мы не осознавали этого в то время, но мы прицепили свои повозки к комете, когда встретили Джейсона в том подвале. Когда мы сражались с ним в той пропитанной кровью дыре в земле. Если вы не закончите как я, вы двое рано или поздно станете алмазными рангами. Вокруг вас слишком много могущественных людей и диких событий, чтобы это было чем-то иным, кроме неизбежного. Я знаю, это странно принимать, когда люди тратят жизни, пытаясь и не достигая алмазного ранга, но так оно и есть.

— Ты еще не закончил, — сказал Руфус. — Мы можем поддерживать тебя в живых сейчас и выяснить, как все исправить позже. Мы можем вернуть тебя на правильный путь. Может, мы найдем тот артефакт чистоты и используем его, чтобы очистить то, что тебя убивает.

— Это так не работает, Ру. То, что меня убивает, — это то же самое, что поддерживает во мне жизнь. Тот факт, что у Джейсона есть способ даже поддерживать меня наполовину живым, — это чудо. То, которое Герой подсунул ему по-тихому. Но оставаться в живых — это не то же самое, что быть спасенным. Это просто... остановка. Искатели золотого ранга живут долго, но не вечно. У меня будет продолжительность жизни алмазного ранга, но жизнь человека, который должен, в какой-то момент, умереть. Я никогда не стану сильнее; никогда не увижу, каковы были пределы моего мастерства. Я никогда больше не увижу настоящее небо.

Он склонил голову.

— Как только ты подумаешь об этом, Руфус — как только ты действительно подумаешь об этом, — я верю, ты поймешь, почему я сделал этот выбор.

Руфус вскочил на ноги.

— Почему ты решил сдаться? Бросить? Нет, Гэри, я не буду.

Руфус вылетел вон, так, как он делал это дюжину раз за последнюю неделю.

— Это не сдача, — тихо сказал Гэри. — Это отпускание того, что не собирается работать.

— Я знаю, — сказала Фарра, прижимаясь к его меховой стене тела. — Он тоже. Ему просто нужно время, чтобы принять это.

Она почувствовала, как огромный мужчина дрожит.

— У меня нет времени, — прошептал он.

Джейсон летел по воздуху, стоя в черном воздушном скимере, который управлял собой сам. Его деревянный двойник был на одном из сидений позади него.

— Почему мы здесь? — спросил двойник. Его деревянный голос казался равнодушным монотонным звуком, но Джейсон мог чувствовать душу дерева должным образом теперь. Как и вестники, которые были распечатаны, это был молодой и сбитый с толку ребенок, несмотря на то, как он выглядел. Как и Гэри, он зависел от силы, которая медленно убивала его.

В случае дерева эта сила также мутила его разум. Деревянный аватар мог мыслить ясно так, как основное тело дерева не могло, но он все еще был обеспокоен. Он был таким неуверенным, таким полным страха. Искра надежды внутри него была хрупкой вещью, всегда на грани того, чтобы быть задушенной.

— Я консолидировал зоны трансформации раньше, — сказал Джейсон, — но в этот раз все иначе. В те другие разы это было скорее инстинктом, чем чем-либо еще. Теперь у меня есть инструменты, чтобы быть более преднамеренным, и я должен быть осторожным. Мне нужно восстановить дом целого народа. Я должен помочь тебе достичь устойчивого состояния.

— И там твой друг.

— Нет. Он решил... принять судьбу, которую уже выбрал.

Джейсон некоторое время больше не говорил, глядя в никуда. Затем он вернул себя с легким покачиванием головы, прежде чем продолжить.

— Я могу воспринимать все в зоне сейчас, но я хочу понимать это более непосредственно. Более интимно. Я хочу знать точно, с чем я работаю, и идти с идеей того, что я собираюсь делать, вместо того чтобы просто выяснять это по ходу дела.

— Почему ты попросил меня присоединиться к тебе в этом?

— Потому что нам нужно еще поговорить. Я дал тебе обещание, что сделаю для тебя все, что смогу.

— Ты отказываешься от этого?

— Вовсе нет. На самом деле, похоже, мне нужно зайти немного дальше, так или иначе. В зависимости от того, какой путь ты хочешь выбрать. Проблема не в переводе тебя обратно в реальность; это остается не более и не менее сложным, чем было раньше. Проблема в том, что будет после.

— Я ничего не знаю о внешнем мире. Когда я появился, я не мог по-настоящему мыслить. Все, что я знал, — это стремление потреблять и расти.

— И в этом проблема, — сказал Джейсон. — Твой рост и потребление стоили жизни людям, на чьей земле ты снова окажешься. Я не думаю, что у них хватит сил простить тебя. И будут другие, в конце концов. Жадные люди, которые увидят твою уникальность и будут стремиться эксплуатировать ее.

— Это звучит не очень хорошо.

— Это не так. И я не знаю, буду ли я в состоянии переместить тебя. Ты дерево, и какие бы изменения ты ни претерпел, я подозреваю, что останешься довольно большим.

— Твоя обеспокоенность в том, что твоя помощь отправит меня к уничтожению?

— Да.

— Ты упомянул решение?

— Я мог бы отправить тебя в альтернативное место. У меня есть царство духа, внутри моей души. Мы обсуждали использование кузницы душ, чтобы стабилизировать его, но оно реально и существует прямо сейчас. Я понятия не имею, что помещение тебя туда сделает с кем-либо из нас, но я готов попробовать. Если ты готов.

— Да.

— Так быстро? Тебе стоит уделить время, чтобы обдумать это.

— У нас есть время?

— Не много, нет.

— Тогда я сделал свой выбор. Все, что я знал, когда у меня был разум, чтобы понимать, — это эта маленькая вселенная. Другая, с человеком, который предложил надежду, предпочтительнее чего-то другого, что предлагает только алчность и месть.

— Другое может быть хорошим.

— Я полагаю, что то, с чем я столкнусь в твоем царстве, будет достаточно другим.

Джейсон издал смешок.

— Да, — сказал он. — Ты, вероятно, прав.

Глава58 ВСЕ, ЧТО МНЕ НУЖНО

Глава 58 ВСЕ, ЧТО МНЕ НУЖНО

Джейсон был в своем кабинете в горном логове. Его глаза были закрыты, локти упирались в стол, а подбородок покоился на руках. Разбросанные по массивному столу перед ним были обильные заметки, которые он написал, планируя реинтеграцию зоны трансформации. Он почувствовал приближение Мириам и услышал, как распахнулись показные двойные двери.

— Ну? — спросила она из дверного проема.

Джейсон издал разочарованный вздох, прежде чем поднять голову и открыть глаза, чтобы посмотреть на нее.

— Это нелегко, знаешь ли, — сказал он. — Последние пару раз, когда я делал это, я действовал по инстинкту. Я не столько делал выбор, сколько отчаянно надеялся, что не испорчу ничего слишком сильно.

— Испортил?

— Да. Я изменил магический ландшафт всей планеты. Навсегда. Мне удалось предотвратить распад планеты и ее дрейф в астрал, но я оставил ее хрупкой.

— Насколько я понимаю, Паллимустус более устойчив, чем твой мир.

— Да. Я не беспокоюсь о том, чтобы пробить дыру во вселенной. В этот раз дело в деталях. У меня больше контроля, чем раньше, что хорошо, но у меня есть только один шанс сделать это правильно. Я должен извлечь природный массив, кузницу душ и дерево. Я должен быть осторожным с тем, что идет в мое царство души, а что в реальность. Я должен построить новый дом для яркосердых и сохранить всех в безопасности, пока я делаю все это.

— Безопасность всех — это беспокойство? — спросила Мириам. — Я думала, мы перемещаем всех, чтобы держать их вне опасности.

— Мы перемещаем, — сказал Джейсон. — Каждый раз, когда я делал это, был безопасный центр. Я просто никогда не делал этого с союзниками на местах. За исключением тех, кого я намеревался предать и убить с самого начала.

Мириам подняла брови.

— Не смотри на меня так, — сказал Джейсон. — Да, это было паршиво, но они также стремились предать и убить меня.

— Ты просто сделал это лучше?

— Была одна женщина, которая разыграла меня и сбежала. Лорд вампиров. Назовем это ничьей. И я вряд ли предам кого-то в этот раз.

— Вряд ли?

— Что?

— Ты вряд ли предашь кого-то?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Буду благодарен, если ты не будешь бросать тень на мой характер, тактический командир.

Мириам покачала головой, проходя через большую комнату. Она бросила взгляд на беспорядочные заметки, разбросанные по столу.

— Ты готов к этому? — спросила она.

— Не думаю, что готовность — это вариант, но я подготовлен настолько, насколько могу быть. Как идет перенос?

— Гора почти пуста. Только несколько отставших.

— Думаю, я могу с этим разобраться.

Джейсон ввел код на клавиатуре рядом с ящиком стола, и ящик открылся. Внутри был пластиковый контейнер, который он взял и разбил на столе. Он подобрал два ключа, которые выпали из контейнера, и встал. Он подошел к небольшому столику, где стоял бронзовый бюст Бетховена. Он наклонил голову назад, обнаружив, что она на петлях и под ней была маленькая красная кнопка.

— Что ты делаешь? — спросила Мириам.

— Процедура безопасности.

Он нажал кнопку, и картина на стене отодвинулась, открыв дверь сейфа с двумя замочными скважинами и циферблатом. Он подошел и вставил оба ключа, но повернул только один. Это подсветило циферблат безопасности, который он повернул влево, затем вправо, затем влево.

— Серьезно, что ты делаешь? — спросила Мириам.

— Некоторые вещи слишком опасны, чтобы быть легкодоступными, — сказал Джейсон.

После того как он закончил вводить комбинацию сейфа, раздался щелчок. Затем он повернул второй ключ и распахнул сейф. Внутри был маленький резиновый молоток.

— Резиновый молоток? — спросила Мириам.

Джейсон взял молоток и вернулся к своему столу, положив молоток сверху. Затем он открыл незапертый ящик, достал стеклянный футляр с большой красной кнопкой внутри и поставил его на стол. Он взял молоток и поднял его, чтобы разбить стекло.

— Это особенное стекло? — спросила Мириам.

— Нет. Просто обычное стекло.

— Так это не что-то магическое, что можно разбить только этим молотком?

— Нет, это обычный молоток.

Он опустил молоток и разбил стекло, обнажив большую красную кнопку внутри.

— Ты мог бы сделать это рукой. Обычное стекло не может тебя порезать.

Джейсон проигнорировал ее и подержал руку над кнопкой, слегка дрожа, когда серьезное выражение лица сменило его.

— Тебе нужно продолжать с тем, что бы это ни было, — сказала Мириам. — Не заставляй меня идти за Фаррой.

Джейсон опустил руку на кнопку. Монотонный голос начал эхом разноситься по всему горному логову, жестяной, как будто говорящий через посредственную систему оповещения.

— Самоуничтожение инициировано. Гора будет уничтожена через пятнадцать минут.

— Что ты только что сделал? — спросила Мириам.

— Это должно заставить всех двигаться, — сказал Джейсон.

— Эта кнопка уничтожает гору?

— Ты сказала, что тебе нужно заставить отставших двигаться.

— Почему это было в незапертом ящике, в то время как ты держал маленький молоток за всей этой нелепой безопасностью?

Джейсон посмотрел с кнопки на открытый сейф.

— Знаешь, мне приходит в голову, что я мог бы настроить это более эффективно.

Мириам провела руками по лицу.

— Ты делаешь это сейчас? СЕЙЧАС?

— Ага.

— ЭТО НЕПОДХОДЯЩИЙ МОМЕНТ!

— Самоуничтожение инициировано, — повторил монотонный голос. — Гора будет уничтожена через четырнадцать минут и тридцать секунд.

Джейсон рассмеялся и нажал переключатель под своим столом. Секция пола начала опускаться сегментами, чтобы стать лестницей.

— Пойдем, — сказал он и направился к лестнице.

Искатель золотого ранга переместилась размытым пятном, чтобы встать между ними и ним.

— Есть проблема? — спросил он легко.

— Это чрезвычайно серьезный момент, оперативный командир.

— Да, — согласился он.

— Тебе нужно перестать дурачиться и подготовиться к переходу зоны трансформации.

Он одарил ее усталой улыбкой.

— Тактический командир, я начал одиннадцать часов назад.

Мириам внезапно обнаружила себя позади Джейсона, когда он спускался по лестнице.

— Как...? — спросила она, онемело следуя за ним вниз по лестнице.

— Я манипулирую реальностью зоны трансформации.

— А как насчет того, чтобы сначала доставить всех в безопасную зону?

— Я говорил тебе, что в этот раз все иначе. Раньше вся зона разрушалась за пределами основной безопасной зоны. Это было потому, что у меня почти не было контроля. Это была плотина, и все, что я мог делать, — это открывать и закрывать ворота, чтобы контролировать часть потока воды. В этот раз я леплю из глины. Речная глина, так что она грубая, и я должен быть осторожен, чтобы меня не смыло, но у меня есть инструменты и некоторое понимание того, что я делаю.

— Разве это не безрассудно?

— Все, что я делаю прямо сейчас, — это обрезаю части зоны, которые невозможно спасти. Края, где зона разрушается. Плюс подправляю кое-что, например, когда люди блокируют мой путь.

— Обрезаю? Это будет нам стоить?

Лестница вела вниз через каменную лестничную клетку, освещенную красным светом ламп, встроенных в потолок. Лестничная клетка превратилась в спираль.

— Это не будет стоить нам многого, — сказал Джейсон, — и потеря того стоит. Лучше потерять немного, чем иметь испорченные элементы, включенные в целое. Я ампутирую гниль.

— Зона трансформации намного больше, чем пространство нормальной реальности, которое она собирается заполнить, — сказала Мириам. — Полагаю, мы можем позволить себе потерять довольно много территории.

— Это не так просто, — сказал Джейсон. — Зона трансформации — это то же самое количество реальности, что и пространство, которое она занимает в реальном мире.

— Потому что она сделана из этого куска реальности?

— Именно.

— Тогда почему она больше? Значительно больше.

— Реальность растянута тонко. Вот почему она стала такой податливой.

— И теперь ты должен сжать ее обратно? Чтобы поместиться обратно в пространство, которое она занимала в первую очередь?

— Да. Растягивать реальность вот так едва ли устойчиво, когда она содержится в карманной вселенной, которой является зона трансформации. Помести ее обратно в полноразмерную вселенную, и она разрушится. Мне нужно придать ей форму, достаточно близкую к пространству, которое она изначально занимала, чтобы она могла прижиться обратно.

— Как целитель, восстанавливающий оторванную конечность перед прикреплением?

— Да, на самом деле.

Лестница закончилась коротким туннелем, который заканчивался большой железной дверью. Она распахнулась, давая им доступ к мостику, установленному на стороне массивной естественной пещеры. Озеро магмы, составляющее пол камеры, заливало все красным светом. С потолка свисала куча клеток на концах цепей, болтаясь над магмой.

— Кто это? — спросила Мириам, глядя на единственную занятую клетку. Мужчина в костюме пытался перерезать замок с помощью наручного лазера.

— Не беспокойся о нем, — сказал Джейсон.

— Самоуничтожение инициировано. Гора будет уничтожена через двенадцать минут и тридцать секунд.

— Это было действительно необходимо? — спросила Мириам.

— Кнопка самоуничтожения? Это логово вулкана, Мириам. Конечно, было.

Джейсон повел ее по мостику в другой каменный туннель с лестницей, ведущей вниз.

— Оперативный командир, если ты активно меняешь форму зоны трансформации, не должен ли ты быть где-то, где можешь сосредоточиться?

— Нет, — сказал Джейсон. — Я понимаю, что могу казаться спокойным, дебониром и поразительно красивым...

— Э-э...

— ...но реальность такова, что я очень нервничаю. Так что я немного веселюсь, чтобы успокоить себя.

— Переделывая реальность в формы, которые ты находишь забавными.

— Переделывание реальности — это своего рода мое дело, что странно говорить. Я когда-нибудь говорил тебе, что раньше продавал оптовые офисные принадлежности?

— Самоуничтожение инициировано. Гора будет уничтожена через двенадцать минут.

— Оперативный командир, надеюсь, ты понимаешь, что это не совсем внушает уверенность.

— Это внушает мою уверенность.

— Опера... Джейсон. Я понимаю, что ты беспокоишься о том, чтобы сделать это правильно. Я просто не думаю, что сейчас время для легкомыслия.

— Это практика, Мириам.

— Практика?

— Я играл с реальностью раньше. Намного больше, чем кто-либо должен был или хотел позволить мне. Это первый раз, когда я смог сделать это с точностью. Внесение нескольких безобидных изменений здесь и там дает мне почувствовать это. Как только все будут в безопасности в центре зоны, я начну разрушать все это и перестраивать, чтобы оно поместилось обратно в реальность.

— Безопасная зона посередине. Часть, которая не меняется. Где дерево.

— Да.

— Дерево отправляется в твое царство души. Значит ли это, что ты берешь кусок зоны трансформации и помещаешь его в свое царство души, вместо того чтобы в нормальную реальность?

— Это сложно. Область, где была зона трансформации, будет моим духовным доменом. Мое царство души и пространство, которое я воссоздаю в нормальной реальности, будут физически отличны. По большей части. Но два пространства будут духовно перекрываться, и это размоет определенные границы. Ты чувствовала, каково это в моем облачном доме. То, как он не просто принадлежит мне, а является моим расширением. Измененное пространство будет таким же.

— Оставляя яркосердых жить в том, что по сути является храмом размером с город, посвященным тебе.

— Я бы не стал так выражаться, — сказал Джейсон. — Не там, где боги могут слышать, пожалуйста и спасибо. Но да.

— Как ты думаешь, что они будут чувствовать по этому поводу?

— Что они будут делать дальше — решать им. Будут ли они использовать пространство, которое я создаю, или нет, это лучшее, что я могу сделать.

Они вышли в другое большое подземное пространство. Это была не лавовая камера, а док для подводных лодок, заполненный водой. Облачное судно Джейсона сидело в воде, его плавные линии красных и черных панелей поверх облачной субстанции, сужающиеся в точки.

Друзья Джейсона ждали его на бетонном причале. Руфус разговаривал с Гэри, его голос был низким, а язык тела сердитым. Он подчеркивал свои слова короткими, колющими жестами, в то время как Фарра пыталась сохранить его спокойствие. Тайка объяснял дизайн земной подводной лодки Клайву, Белинде, Нилу и Нику. Белинда выглядела не впечатленной, а Нил громко жаловался.

— Что значит, нет бара с сэндвичами?

— Это больше по части яхт, — сказал Тайка. — Подводные лодки — это своего рода сложно, когда у тебя нет магии.

Хамфри оглядывал пространство, недовольно сверкая глазами, когда очередное объявление о самоуничтожении эхом разносилось по камере. Софи наблюдала за усатым щенком, счастливо плещущимся в воде.

— Как мы собираемся добраться до дерева на подводной лодке? — спросила Мириам, когда они шли по причалу к остальным. — И почему просто не порталом?

— Порталы сейчас немного глючат.

— До того, как я пришла к тебе, я контролировала порталы всех к дереву без каких-либо проблем.

— Это странно. В любом случае, оказывается, что под всей зоной трансформации проходит сеть массивных подводных туннелей. Она определенно была там все это время и не была создана мной пару часов назад.

Мириам вздохнула.

— Если ты не возражаешь, оперативный командир, я вернусь наверх и закончу контролировать отбытие в центр зоны.

— Конечно, — сказал Джейсон, затем повернулся и указал. — Тот лифт доставит тебя прямо в мой кабинет примерно за двадцать секунд.

— Самоуничтожение инициировано. Гора будет уничтожена через девять минут.

Мириам одарила Джейсона взглядом, который он встретил озорной ухмылкой. Она снова вздохнула.

— Есть что-то еще, прежде чем я уйду, оперативный командир?

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на своих друзей.

— Нет, — сказал он. — У меня есть все, что мне нужно.

Глава59 ДЕЯНИЯ ВЫСШИХ СУЩЕСТВ

Глава 59 ДЕЯНИЯ ВЫСШИХ СУЩЕСТВ

Дерево было на четверть выше Эвереста, и большая его часть скрывалась в облаках. Битва, бушевавшая вокруг него, закончилась, почти не оставив следов своего существования. Корни дерева, неуязвимые для повреждений, не пострадали в ходе конфликта. Земля, в которую они были погружены, — совсем другое дело; бесчисленные разрушительные силы перепахали её и выжгли до состояния черной пыли. Впрочем, на первый взгляд она казалась обычной черной землей.

Тысячи трупов аномалий в форме посланников превратились в радужный дым, по большей части благодаря способностям различных искателей приключений к сбору трофеев. Добыча была упакована и вывезена в пространственных сумках и личных хранилищах. Хотя многие из участников экспедиции так и не вернутся домой, те, кто выжил, привезут с собой целые сокровищницы.

У подножия дерева две облачные фляги казались бесконечно малыми по сравнению с массивным стволом. Столь же трудно было заметить узкие струи облачной субстанции, которые они распыляли в воздух. Облачный материал двумя потоками змеился вверх по стволу, пока не достигал нижнего уровня настоящих облаков, примерно на высоте километра.

Облачный материал конденсировался в пару строительных комплексов, сильно отличавшихся друг от друга. Тот, что побольше, представлял собой одно огромное здание — вычурный небесный дворец. Другой был меньше, и его трудно было заметить издалека. Это была серия небольших построек, а не одно массивное сооружение, принявшее форму, цвет и текстуру дерева. Этот рустикальный комплекс состоял из скромных домиков на деревьях, соединенных веревочными мостами и примитивными лифтами с противовесами.

Эмир и Джейсон парили в воздухе, наблюдая за тем, как здания приближаются к завершению. Эмир стоял на облаке, которое, будучи способностью сущности, превосходило личные устройства для перемещения, выглядевшие похоже. Джейсон удерживал себя в воздухе с помощью своей ауры. Ледяной ветер, сопровождавший их на такой высоте, трепал его волосы.

— Серьезно? — спросил Эмир, оглядывая часть комплекса Джейсона. — Домики на деревьях и лифты, которые поднимают людей с земли с помощью веревок? Я ценю деревенский шарм, но ты мог бы хотя бы установить нормальную подъемную платформу. Знаешь, эффективность тоже чего-то стоит.

— В сдержанности тоже есть свой смысл, — ответил Джейсон, глядя на закатное зарево, сияющее сквозь облака дворца Эмира.

— Мы строим облачные дворцы на боку дерева, которое выше большинства гор, — заметил Эмир. — Если это не повод для показухи, то что тогда? И вообще, из всех людей, которые могли бы читать мне нотации о грандиозности, это точно не должен быть тот, кто вырезал из горы собственную голову.

— На всё есть своё время и место, — сказал Джейсон, выражение его лица было воплощением невинности.

Эмир покачал головой.

— О, смотри: мой готов, — сказал он. — Пойду внутрь, осмотрюсь. Как так вышло, что мой больше, а твой строится дольше?

Джейсон мудро кивнул.

— Ты действительно закончил первым, — признал он. — Констанция говорила, что тебе это нравится. Бедная женщина.

— Погоди, что сказала моя жена?

— О, смотри, — сказал Джейсон. — Мой только что достроился. Пойду внутрь, осмотрюсь.

Джейсон поплыл к своему облачному зданию, Эмир последовал за ним.

— Эй! Ты должен сказать мне, что сказала моя жена!

Когда все собрались в двух облачных дворцах, приготовления к тому, чтобы Джейсон начал действовать всерьез, были завершены. Он дал каждому выбор: переждать всё в его царстве души или остаться в облачных дворцах. Большинство предпочло облачные дворцы — из любопытства или из нежелания проникать в душу Джейсона больше, чем это было необходимо.

У Джейсона оставалось одно последнее дело, прежде чем заняться реинтеграцией зоны трансформации в обычную реальность. Два человека приняли важные решения, и он собирался дать им последний шанс передумать. Он вышел на балкон, где они ждали его.

Если бы не вид с километровой высоты, это место походило бы на крыльцо бревенчатого домика. Невидимый экран из тумана превращал яростный ледяной ветер в теплый бриз. Гэри выглядел спокойным, его руки лежали на перилах, пока он созерцал открывшуюся панораму. С такой высоты они могли видеть четкие границы некогда раздельных территорий. Внезапные сдвиги в экологии и климате были явно неестественными.

— Отсюда это похоже на одну из твоих настольных игр, — заметил Гэри. Он был единственным, кто всегда мог почувствовать присутствие Джейсона, даже внутри его царства духа. Джейсон присоединился к Гэри у перил, выглядя ребенком рядом с массивным леонидом. Он не стал ничего говорить, просто радуясь тому, что находится в компании друга. Другой человек на балконе стоял у стены, неподвижный и безмолвный, словно чурбан.

— Почему ты разместил облачные дворцы так высоко? — спросил Гэри.

— Потому что могли, — ответил Джейсон. — Это же приключение, помнишь? Должны быть радости и чудеса, сопутствующие всем жертвам и потерям.

Гэри улыбнулся.

— Справедливо, — сказал он. — Знаешь, Руфус будет доставлять проблемы еще какое-то время.

— У Фарры есть идея на этот счет.

— Ты говорил с ней?

Джейсон покачал головой.

— Она обсуждает это с некоторыми другими прямо сейчас. Я подслушиваю.

Джейсон махнул рукой на воздух вокруг них.

— Теперь, когда я контролирую всё это, — сказал он, — я могу подслушивать где угодно и когда угодно.

— И какая идея у Фарры?

— Я позволю ей самой объяснить. Не знаю, согласится ли на это Руфус, и насколько хорошо это сработает, если он согласится.

— Тебе стоит спросить его мать.

— Я знаю. Мне жаль, что меня не будет рядом, чтобы помочь с ним. Я уйду раньше тебя.

— Мы делаем то, что можем, и принимаем то, чего не можем изменить, — сказал Гэри.

— Если бы кто-то из нас был готов принять это, — сказал Джейсон, — никого из нас здесь бы не было.

— И мы оба заплатили свою цену, — заметил Гэри.

Джейсон покачал головой.

— Нет, это ты заплатил цену. Я, кажется, всегда возвращаюсь более сильным, а ты отдал всё. Это кажется неправильным.

— Не надо, — сказал Гэри. — С меня хватит этого от Руфуса.

— Прости. Но это твой последний шанс передумать. Если хочешь остаться. Я знаю, что ты не захочешь, но я всё равно должен спросить.

— Как ты думаешь, что мне следует сделать?

— То, что кажется правильным.

Гэри кивнул.

— Я так и думал, что ты это скажешь. Я втайне надеялся, что у тебя найдется веская причина, чтобы я остался, но я знаю, что правильно для меня. Просто легко сомневаться, понимаешь? Особенно когда Руфус говорит мне цепляться за жизнь. Даже если это оборванный, сломанный клочок жизни.

— Может быть, всё не так уж плохо, и никто из нас не хочет тебя терять, Гэри. Но есть мужество в том, чтобы отпустить, когда держаться — неправильно. Тень отказывается говорить мне, что будет дальше, но он считает, что ты делаешь правильный выбор.

— Я всё еще не собираюсь говорить тебе почему, — раздался голос Тени из тени Джейсона.

— Даже намека? — выклянчивал Джейсон. — Ты же знаешь его ситуацию.

Смех Гэри прозвучал как глубокий, резонирующий рык.

— Оставь его в покое, Джейсон.

— Я не посвящен в то, что произойдет с мистером Ксандьером, — сказал Тень. — Всё, что я знаю, — это возможности, которыми я не буду делиться.

— Не позволяй ему помыкать собой, Тень, — сказал Гэри.

— Разумеется, мистер Ксандьер. Желаю вам удачи на следующем этапе вашего пути… Гарет.

— Спасибо, — сказал Гэри. Он оттолкнулся от перил и посмотрел на другого человека на балконе. Это был аватар дерева, деревянная копия Джейсона.

— По крайней мере, я могу совершить еще одно доброе дело, даже если это всего лишь шаг в сторону, чтобы облегчить выживание кому-то другому, — сказал Гэри. — Увидимся на той стороне.

Гэри ушел, а Джейсон кивнул, не сводя глаз со своего деревянного двойника.

— У тебя тот же шанс, — сказал ему Джейсон. — Последняя возможность передумать.

— Разве ты всё еще не хочешь, чтобы я пустил корни в твоем царстве души?

— Это риск для нас обоих, — сказал Джейсон. — Если мы сделаем это, мы будем связаны на всю вечность. Не могу сказать, как всё сложится, но могу сказать, что для тебя риск больше, чем для меня. В конце концов, если мы сделаем это и не поладим, это мое царство души. Если припрет, я, вероятно, смогу вырвать из тебя разум и превратить в очередную силу, которую буду использовать. Ты доверяешь мне само свое существование, имея мало времени и еще меньше информации, чтобы основывать на них это решение. Это ужасный выбор, который приходится делать, зная, что тебе придется жить с последствиями вечно.

— Мы уже обсуждали это, — сказала копия. — Мое решение неизменно.

— Ладно, — сказал Джейсон. — Я должен был предложить. Осталось только сделать это.

Джейсон стоял один на деревянном балконе. Он позволил невидимому экрану из тумана рассеяться, позволяя ледяным ветрам высокогорья обрушиться на него. Это был не первый раз, когда он разрешал зону трансформации, но в этот раз тренировочные колеса были сняты. Никакие инстинктивные решения в духе «и так сойдет» не годились; слишком много деталей имели значение, чтобы он мог позволить себе быть неточным. Он не мог позволить себе «примерно» там, где речь шла о кузнице души, естественном массиве, дереве или новом доме для светлосердых.

Была еще масса энергии Нежити, с которой нужно было разобраться. Двести тысяч мертвых светлосердых, оставленных гнить, создали энергию, которая пропитала старый город светлосердых. Эта сила была принесена вместе с ними в зону трансформации, и пока они разбирались со жрецами и аватаром, эта сила оставалась. Если Джейсон не справится с ней должным образом, она может снова заразить всё вокруг, сделав новый потенциальный дом светлосердых непригодным для жизни. Если он позволит ей заразить дерево, он может создать противника хуже того, с которым они уже сражались.

По всем этим причинам он не мог просто позволить инстинктам вести себя. Ему нужно было вникнуть и управлять деталями самостоятельно. Каждая ошибка могла привести к ужасным последствиям.

— Что ж, — пробормотал он про себя, — стояние и раздумья не ускорят процесс.

— О, слава богу.

— Что это было, Тень?

— Прошу прощения, мистер Асано? — голос Тени донесся из тени Джейсона.

— Ты только что что-то сказал?

— Нет, мистер Асано.

— Ты определенно что-то сказал.

— Понятия не имею, о чем вы, мистер Асано. Впрочем, неудивительно, что вы рассеяны; у вас на уме много всего.

— Угу.

Джейсон покачал головой и усмехнулся. Он в последний раз взглянул на панораму зоны трансформации, а затем, поразительно простым усилием воли, уничтожил её. Ландшафт смазался, словно мокрая краска, на которую плеснули водой. Реальность за пределами досягаемости дерева исказилась и искривилась, пока не превратилась в размытое пятно цвета. Цвет медленно угасал, закручиваясь, пока не осталось лишь черное, более глубокое, чем любое ночное небо.

То, что Джейсон воспринимал сквозь эту черноту, было не тем, что он смог бы позже объяснить. Это не было материей материального мира, но пространством между потенциалом и результатом; это было между тем, что могло быть, и тем, что будет.

Он вспомнил свое время на Земле, используя Дверь Строителя, бродя в пространстве под реальностью. Он восстанавливал связь между мирами и только сейчас осознал, насколько неуклюжим и неумелым он был. Он справился с задачей, но пытался гравировать микрочипы в кухонных рукавицах, с повязкой на глазах и с топором. Результат был просто уродливым, даже если он более-менее восстановил связь.

Теперь всё было иначе. Теперь у него были инструменты и опыт, чтобы формировать реальность, не превращая всё в полный балаган. Большая часть успеха заключалась просто в принятии того, что это его работа. Это были деяния высших существ, и он смирился с тем фактом, что находится на пути к тому, чтобы встать в их ряды. Он вовсе не был экспертом, но и не был тем неуклюжим смертным, которым был раньше.

Первой задачей Джейсона было разложение зоны трансформации до состояния, с которым он мог работать. Он уже работал над этим, поскольку зона в целом больше не была пригодна для обитания. Осталась нетронутой только безопасная зона дерева и зданий на нем. Даже это пространство претерпит некоторые изменения, но оно останется пригодной для жизни зоной на протяжении всего процесса. Он чувствовал, как обитатели наблюдают за разрушением зоны с балконов и окон, хотя в конечном итоге они погрузятся в бессознательное состояние.

В предыдущих зонах трансформации Джейсона безопасными пространствами были пагоды, ставшие сердцем его духовных доменов. В этот раз Джейсон решил использовать дерево, а не создавать новую безопасную зону или использовать свою гору в форме головы. Дерево было разумным существом, и хотя он собирался изменить его, он не хотел разрушать его и переделывать с нуля, как остальную часть зоны. Он просто хотел извлечь естественный массив и кузницу души, которые его развращали.

Изменение формы зоны требовало точности и способности к многозадачности, которые выходили за рамки возможностей смертного разума. Джейсон не смог бы выполнить свою задачу в своем обычном состоянии. Как и во время битвы с аватаром бога, Джейсону нужно было стать чем-то иным. В прошлый раз это было опасно, но он многому научился. Он был уверен, что сможет вернуться к себе, когда задача будет выполнена.

Он отбросил свои мысли — не только личные размышления, но и всё остальное. Смертное мышление отвлекло бы его от задачи, требующей когнитивных способностей высшего порядка. Он позволил себе отплыть от балкона и соединиться с бесформенным пространством за его пределами. Когда-то это убило бы его. Теперь же это было именно то, что нужно, чтобы изменить себя, чтобы он, в свою очередь, мог изменить зону.

Глава60 ГЕРОИ ВСЕГДА ЖУЛЬНИЧАЮТ

Глава 60 ГЕРОИ ВСЕГДА ЖУЛЬНИЧАЮТ

Массивная шахта вела с поверхности Паллимустуса к тому, что когда-то было подземным домом светлосердых. Экспедиция Общества искателей приключений пробивалась вниз сквозь элементальных посланников и монстров, приспособившихся к экстремальным глубинам. Спустя месяцы после того, как зона трансформации была установлена, опасности шахты были укрощены — в определенном смысле этого слова. Посланники исчезли, а большинство монстров научились избегать этого места. Те же, что остались, не были теми, с кем хотел бы столкнуться одинокий серебряный ранг.

Элементальные силы, которые затрудняли нижние участки спуска, больше не были фактором. Поскольку естественный массив был поглощен зоной трансформации, окружающая магия вернулась в норму. Уменьшение помех для личных и коммерческих летных устройств открыло доступ людям и инфраструктуре, которые ранее не пережили бы путешествие вниз по шахте. Тем не менее, любой, кто ниже серебряного ранга, нашел бы окружающую среду враждебной. Такие подземные глубины не были гостеприимны для людей и им подобных.

Несмотря на несколько сохраняющихся угроз, на дне шахты, где её перекрывала непроницаемая зона трансформации, был основан аванпост. Он был выдолблен в стенах шахты, с комнатами и туннелями, уходящими глубоко в камень. Это был почти город, со своими амбициозными торговцами, лавочниками и тавернами. Более глубокие секции были отведены для менее влиятельных лиц; исследователей Магического общества и торговых делегаций, которые неизбежно появлялись, когда собирались высокоранговые личности. Камеры с фасадами из стекла, примыкающие к шахте, были доменами могущественных.

Все камеры аванпоста, выходящие к шахте, имели огромные окна из магически укрепленного стекла. Изнутри самые могущественные обитатели аванпоста ждали, когда радужный барьер зоны трансформации падет. Это были люди с реальной властью, включая золотых и даже нескольких алмазных рангов.

Одной из таких комнат была многоуровневая таверна. Её внешняя стена, охватывающая три уровня, представляла собой единое стекло — самое большое окно на аванпосте. Здесь было просторно в месте, где пространство ценилось на вес золота, и хорошо декорировано для камеры, выдолбленной в скале. У каждой кабинки и столика был экран приватности, а деревянные панели можно было бы оторвать и обменять на дирижабль среднего размера. Окно было дополнительно зачаровано, чтобы не пропускать радужный свет из зоны трансформации внизу. Многие смотровые комнаты не имели этой особенности и постоянно были окрашены в яркие, меняющиеся цвета.

Это было одно из самых эксклюзивных заведений на Паллимустусе, благодаря расположению, клиентуре и стоимости. Не каждый серебряный ранг мог позволить себе проводить здесь время; им требовалась поддержка и репутация, чтобы хотя бы некоторые из покровителей золотого ранга признали и приняли их. Им также нужно было иметь возможность позволить себе предлагаемую еду и напитки. Подаваемые здесь напитки серебряного и золотого рангов доставлялись с огромными затратами, и скупердяев здесь не жаловали.

Клиентура была впечатляющей, и Джейсон узнал бы немало лиц. Гильдия Сапфировая Корона из Римароса присутствовала здесь с первых дней основания аванпоста. Хотя Зара была лишь бывшей принцессой и покинула королевскую семью по политическим причинам, Король Штормов не перестал заботиться о своей дочери. Королевская гильдия имела здесь полный контингент во главе с Тренчантом Муром.

Даниэль Геллер привыкла быть одним из самых могущественных людей в любой комнате, но в этой комнате это было совсем не так. Некоторые ауры, которые она не могла почувствовать, принадлежали специалистам по скрытности, но она не сомневалась, что здесь присутствовало и несколько алмазных рангов.

Даниэль искала Аллайет по прибытии в Яреш, услышав, что та близка с Хамфри и его командой. Алмазный ранг выразила желание подождать на аванпосте, но она была слишком занята. Мало того, что Яреш всё еще остро нуждался в восстановлении, так еще и посланники возобновили атаки после появления зоны трансформации. Никто из них даже не знал бы, что такое зона трансформации, если бы не церковь Знания.

Была одна пара, которой Даниэль опасалась больше всего. Она видела, как они отвергли социальный подход другого алмазного ранга, позволив лишь мельком показать свои ауры. Эти двое были выше таких, как Сорамир Римарос или Роланд Ремор. Даниэль ставила на то, что они из-за пределов Паллимустуса, современники Доун. Её спутник не согласился, делая ставку на то, что это древние алмазные ранги, возможно, не виденные тысячелетиями.

Тот самый спутник, Гвидион, сейчас вошел за экран приватности вокруг столика Даниэль. Жрец Героя, он имел кожу цвета темного шоколада и терновый куст кудрявых волос. Он поставил свежий напиток перед Даниэль и поставил другой для себя, прежде чем развалиться на стуле напротив неё. Похлопав себя по карманам, он выудил колоду карт и вопросительно помахал ею. Даниэль кивнула, и он начал раздачу.

— Как они? — спросила Даниэль.

— Ну, они бронзовые ранги, которых держат в подземной камере так глубоко под землей, что комнату приходится зачаровывать, просто чтобы они могли дышать. Их протащили через весь мир, чтобы ждать сына, который, вероятно, умрет прямо у них на глазах, так что… не очень.

Даниэль посмотрела на барьер зоны трансформации и нахмурилась.

— Это должно закончиться.

— На тебя не похоже быть нетерпеливой.

— Я знала, что грядут странные времена, — сказала она. — Движения церкви Знания. Постоянно увеличивающееся время между всплесками монстров. Я воспитывала своих детей готовыми к миру, где быть просто искателем приключений уже недостаточно.

— Вот именно, — сказал Гвидион. — Ты подготовила Хамфри к этому.

— К этому? — сказала она, указывая на окно и радужный свет, сияющий сквозь него снизу.

— Ты думаешь, я не волнуюсь? — спросил Гвидион. — Вся моя семья там внизу. Маленький Ру будет в ужасе из-за Гэри. Я просто рад, что мама там с ним. Отец, вероятно, будет меньше помогать.

Даниэль фыркнула от смеха. Она посмотрела на свои карты и пренебрежительно бросила их на стол.

— Жрец Героя не должен жульничать.

— Герои всегда жульничают. Сказания полны таких деяний.

Даниэль признала этот довод кивком, пока Гвидион раздавал новую руку.

— Я беспокоюсь, что совершила ошибку, столкнув Хамфри и Джейсона. Я знала, что он будет втянут в дела — такова природа пришельцев из других миров — но я не ожидала…

Её взгляд блуждал по тем, кого она считала самой могущественной парой в комнате.

…внимания такого уровня.

— Я с нетерпением жду встречи с этим Асано, — сказал Гвидион. — Не уверен, что что-то может соответствовать слухам сейчас. Мой брат очень увлечен им, по словам мамы. Они не…?

— Нет, — сказала Даниэль. — Насколько мне известно. Мои источники говорят мне, что вкусы Джейсона склоняются к женщинам. Чрезвычайно могущественного типа.

— Твои источники — это твой сын, прилежно звонящий матери?

— Я бы никогда не использовала своего сына как источник.

— Значит, есть всё-таки границы, которые ты не переступишь?

— Что? Нет, он был бы ужасным источником информации. Слишком предвзятым, чтобы я могла принимать его слова без критического осмысления.

Гвидион усмехнулся и выложил свои карты с ухмылкой, которая исчезла, когда Даниэль сделала то же самое. Он недоверчиво уставился на её карты.

— Как ты…?

— Герои всегда жульничают, — сказала она ему. — Я достоверно информирована, что сказания полны таких деяний.

Он проворчал, собирая карты, но вдруг остановился и посмотрел в окно. Даниэль сделала то же самое, оба почувствовали перемену прежде, чем радужный свет вспыхнул в шахте. Он пробился сквозь магическую обработку окна, залив таверну, прежде чем быстро угаснуть.

Даниэль и Гвидион поднялись на ноги, и они были не единственными, кто это сделал. Серебряные, золотые и даже алмазные ранги двинулись к окну. Только одна пара осталась на своих местах, изображения размыты под их экраном приватности. Даниэль отметила, что два самых опасных человека в комнате не сдвинулись с места, но затем переключила внимание на окно вместе со всеми остальными. Она наблюдала, как радужный свет отступает вниз по шахте, которая больше не была заблокирована барьером зоны трансформации.

Джейсон проснулся, уткнувшись лицом в грубый деревянный пол. Его голова гудела, и он чувствовал резкий рывок в своей душе. Он перекатился в сидячее положение и открыл глаза, но именно его сверхъестественные чувства подсказали ему то, что нужно было знать.

Он был в своем царстве души, в каком-то домике на дереве. Снаружи было не одно гористое дерево, а раскинувшийся лес, деревья в котором были огромны, как древние секвойи. Домик на дереве ощущался как дерево, но Джейсон знал, что это облачная субстанция, имитирующая его. Он чувствовал здание и другие подобные ему, распространяющиеся по лесу, достигая столичных масштабов.

Он потянулся к душе дерева, пронизывающей весь лес. Ответ, который он получил, был волной замешательства и сонливости, которые затмевали его собственные, но, как и он, чувствовались здоровыми и нетронутыми. Джейсон не обнаружил никаких следов естественного массива, который был полностью вытеснен из царства души. Кузница души находилась в другом месте внутри царства Джейсона, и он скоро пойдет посмотреть на неё. Пока что было достаточно знать, что дерево — или лес, как он теперь стал — свободно от влияний, которые его развращали.

Джейсон попытался выудить из памяти воспоминания о переформировании зоны трансформации, но это было не более чем размытое пятно. Он вошел в очень иное состояние, чтобы сделать это возможным, и воспоминания о том времени были несовместимы с его разумом в нынешнем состоянии. Ему удалось вытянуть достаточно, чтобы быть уверенным, что всё прошло хорошо, и получить базовое представление о том, что произошло.

Несмотря на его опасения, извлечение кузницы души и естественного массива из дерева оказалось довольно простым. Как только их состояния пришли в движение, было легко направить каждое из них к их истинной природе, которая включала в себя разделение друг от друга. Это позволило ему поместить каждое на свое место и интегрировать душу дерева в свое собственное царство души.

Включение другой души в свою собственную было, как и ожидалось, самой сложной и запутанной частью всего процесса. Это включало в себя подключение к его новой кузнице души, исцеление дерева после того, как оно было отделено от кузницы и естественного массива. После нахождения состояния, в котором дерево могло существовать, будучи свободным от их влияния, Джейсону пришлось соединить его с самим собой таким образом, чтобы они остались связаны, но при этом автономны.

Насколько хорошо Джейсон справился с этим, еще предстояло увидеть. Он представлял, что время всё покажет, и в то же время он ничего не мог сделать. Поскольку они оба быстро восстанавливались, казалось, что всё прошло хорошо. Уже были некоторые интересные результаты, которые окажут большое влияние на его планы в самом ближайшем будущем.

С успешно интегрированным деревом Джейсон перешел к отделению остальной части своей души от зоны трансформации. Не было способа полностью отделить их, и Джейсон навсегда останется связанным, но он успешно перековал физическую реальность. Его целью не было сделать всё идеально. Целью было избежать любых критических ошибок в деталях, которые действительно имели значение. Извлечение энергии Нежити, отделение кузницы души и естественного массива от дерева. Создание жизнеспособного дома для светлосердых. Казалось, что всё это прошло хорошо, так что с остальным он мог смириться.

Последним штрихом было возвращение людей из его царства души и зоны трансформации в обычную реальность. Некоторых он оставил в своем царстве души, а остальных разместил снаружи, в своем новом духовном домене. Он надеялся, что создал для светлосердых новый дом, который они сочтут приемлемым. Сила Джейсона, пронизывающая его, была тем, с чем им придется жить, если только они не покинут эту территорию полностью.

Друзей и спутников Джейсон оставил в своем царстве души, и он чувствовал, как они рассеяны по лесному городу. Они пробуждались точно так же, как и он мгновениями ранее. В его царстве души были и другие — мать Софи и растущая коллекция посланников.

Культистов Строителя и оставшихся искателей приключений он поместил в свой духовный домен. Это включало не только воинов светлосердых, которые сражались вместе с ними, но и всех выживших светлосердых. Эта область находилась за пределами зоны трансформации и за пределами царства души Джейсона. Возможно, она была пропитана силой Джейсона, но они вернулись в свою нормальную вселенную.

Основная масса светлосердых была перенесена внутрь души Джейсона в течение всего его времени в зоне трансформации. Он надеялся, что события, через которые прошла его душа, включая битву с аватаром Нежизни, не слишком травмировали их.

Джейсон закончил сканировать своим восприятием царство души и открыл системное окно, которое мигало на краю его восприятия.

* Вы установили новый духовный домен. * Чрезвычайные обстоятельства позволили вам установить дополнительный домен, несмотря на то, что существующие домены превышают нормальную максимальную территорию. * Из-за низкого ранга связи между духовными доменами, разделенными пространственными границами, затруднены. * Ваш текущий духовный домен превышает ваш максимальный общий доступный размер домена на 1 743 621%. Повысьте свой ранг, чтобы увеличить доступный размер домена. * Вы интегрировали другую душу в свое царство души. Некоторые эффекты, влияющие на ваше царство души, не будут влиять на территорию второй души. * Аватар этого царства души теперь связан с вами как зарождающийся Голос Воли.

Джейсон кивнул сам себе, закрывая окно. Всё, казалось, прошло так хорошо, как он мог надеяться, хотя как пойдет сохранение души внутри своей собственной — было открытым вопросом. Его память могла быть отрывочной относительно точного процесса того, как всё это происходило, но он сомневался, что забыл что-то важное.

Юми Асано отдавала приказы, пытаясь предотвратить панику. Голые призраки её внука, бродящие вокруг, как беспамятный турист, исчезли, но теперь центральные административные здания двух доменов превратились в деревья. Это было не очень хорошо для поддержания общественного порядка, особенно после того, как всё наконец успокоилось после инцидента с нежитью.

Она решила, что Джейсону, как только он наконец вернется, предстоит очень серьезный разговор.

Лидер светлосердых, Лоренн, не была уверена, когда потеряла сознание. Она ждала в облачном дворце, прикрепленном к отвратительному дереву, когда зона трансформации изменится. Она лелеяла надежду на новое будущее для своего народа и страх, что эта надежда будет вырвана. Даже сейчас, когда опасность, казалось бы, миновала, она не доверяла удаче. Прошло слишком много времени, и её народ потерял слишком многое.

Она пришла в себя на ложе из мха. Пробиваясь сквозь оцепенение, которое грозило утащить её обратно в сон, она поднялась на ноги и огляделась. Она была в том, что выглядело как камера роста из старого города светлосердых. Только одна выжила, чтобы быть поглощенной зоной трансформации, и это была не она.

Казалось, она находилась в джунглях пышной растительности, теснящейся вокруг неё. Растения были ярко-зелеными, тяжелыми от ярких цветов и красочных фруктов. Свет просачивался сверху, освещая пространство больше, чем следовало бы, учитывая густой полог. Воздух был густым, влажным и тяжелым, с легким ветерком, который касался её кожи и мягко шелестел листьями. Она слышала насекомых, птиц и мелких животных, снующих в подлеске.

Над головой она поняла, что полог был частично искусственным, с лианами и растениями, свисающими с каменных дорожек. Она стряхнула туман, всё еще затуманивающий её разум, и расширила свои магические чувства.

Она была в подземной камере, сотни метров в поперечнике и около километра в высоту. Она поверхностно напоминала камеры роста старого города светлосердых, но с некоторыми очевидными различиями. Как будто кто-то пытался воссоздать одну из них, не имея возможности опереться на чувства светлосердых, что именно и произошло. Это работало, но в этом была непривычность, жуткая чужеродность.

— Асано, — прошептала она про себя.

Он сделал это. Может быть. По крайней мере, частично он воссоздал их дом. Он не сделал всё правильно, потому что как он мог? Это был не его дом, и он не был одним из них. Но он обещал попытаться, и взволнованная часть Лоренн была готова узнать, в какой степени он преуспел.

Она снова расширила свои чувства, толкая их сильнее. Аура камеры была наполнена жизнью, и она чувствовала естественный массив. Он был приглушен на уровне пола, где она находилась, но ощущался гораздо сильнее наверху. Она подозревала, что это источник света, который позволял ей видеть.

Лоренн ухмыльнулась, исследуя естественный массив своими чувствами. Это была не та искаженная и извращенная вещь, которой он стал, что привело к падению её города и её народа. Это была сила, с которой она выросла, теплая и утешающая.

Единственной частью, которую она нашла неприятной, было скрытое подспудное течение в ауре. Ей пришлось сильно постараться, чтобы почувствовать его, но как только она зацепилась за него, она поняла, что оно повсюду. Всё остальное существовало внутри него, как острова в море.

Это была аура Джейсона Асано.

Она отложила это откровение на данный момент, решив сосредоточиться на самом важном. Проталкивая свои чувства через камеру, она почувствовала некоторых из своих людей, разбросанных по ней. Их было, может быть, несколько сотен, их ауры были наполнены усталостью и замешательством. Оглядываясь в поисках пути сквозь густую листву, Лоренн заметила каменные ступени, скрытые за папоротниками и под мхом. Она отправилась собирать свой народ вместе.

Глава61 ТЫ ЖЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЭТО К БЕДЕ

Глава 61 ТЫ ЖЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЭТО К БЕДЕ

Два туннеля связывали царство светлосердых с поверхностью Паллимустуса. Оба были перерезаны зоной трансформации, и оба теперь были снова открыты. Один туннель был прорыт посланниками для их первой попытки превратить естественный массив в кузницу души, что спровоцировало последующие катастрофы.

Посланники наблюдали за туннелем, больше не подверженные влиянию силы естественного массива, который превратил их в бездумных берсерков. Когда зона трансформации исчезла, они хлынули вниз в поисках ответов, только чтобы быстро отступить.

То, что они обнаружили, была гладкая, как стекло, шахта из черного кристалла, сформированная в идеальный цилиндр шириной в сотни метров. Синие и оранжевые глаза загорелись в тот момент, когда они вошли, выпуская лучи синей разрушительной силы и оранжевой резонирующей силы. Хуже были недуги, которые начали поражать их тела, превращая первозданные перья и плоть в черную гниль. Добавьте к этому элементальные силы естественного массива, легко ощущаемые в шахте, и стало ясно, что ни один посланник не найдет безопасного прохода.

У второго туннеля был город там, где он встречался с поверхностью, быстро построенный благодаря сотрудничеству Общества искателей приключений и Магического общества. На дне дыры находился аванпост, занятый собранием могущественных искателей приключений и других заинтересованных сторон. Были представлены различные правительства с поверхности, как и многочисленные организации и ассоциации, включая многие церкви. Были также агенты от оппортунистических торговых картелей, любопытных дворянских домов и других сторон различной степени легитимности.

Когда радужный барьер зоны трансформации исчез, прошло не так много времени, прежде чем люди хлынули вниз по шахте, идентичной той, что терзала посланников в этот самый момент. Жрецы, искатели приключений и магические исследователи двигались бок о бок с агентами дворянских домов, преступных предприятий и торговцев, надеявшихся превратить смелость в духовные монеты.

В спуске по шахте была четкая иерархия, выстраивающаяся точно по линиям силы. Впереди были Рейт и Велиус, пиковые алмазные ранги из-за пределов Паллимустуса. Затем шла горстка других алмазных рангов, включая Аллайет. Она не ждала на аванпосте, но слухи распространяются быстро, а алмазные ранги путешествуют еще быстрее.

Золотые ранги шли следом, но именно здесь началась толкотня за первенство. Редко можно было увидеть так много золотых рангов вне всплеска монстров, и еще реже — чтобы они двигались как единое целое. Жрецы и чиновники могущественных и легитимных сил боролись за позицию. Гвидион Ремор взял пример с Даниэль Геллер и позволил другим пройти вперед, держась позади перед серебряными рангами.

Шахта была не так враждебна к группе пользователей эссенции, как другая к посланникам, но она была далека от гостеприимства. Синие и оранжевые туманные глаза появлялись на стенах, как жидкость за стеклом. Они следовали за группой, пока та спускалась по шахте, навязывая растущее чувство вторжения людям, движущимся вниз.

Это чувство влияло на одних больше, чем на других. Гвидион не чувствовал ничего, в то время как Даниэль чувствовала ауру, которая была знакомой, но глубоко изменившейся с того последнего раза, когда она её чувствовала. Большинство остальных проявляли разные уровни беспокойства, от дискомфорта до страха. Те, кем двигала алчность, оппортунизм и злоба, чувствовали, будто глаза бога наблюдают за ними. Рейт и Велиус не проявляли никакой реакции на то, что они чувствовали, кроме того, что обменялись быстрым взглядом.

Для некоторых чувство беспокойства и вторжения становилось сильнее. Многие среди серебряных рангов повернули назад, устремившись вверх по туннелю с чувством, что избежали какой-то невидимой опасности. Для тех, кто упорствовал, глаза на стенах становились многочисленнее и начинали отслеживать индивидуумов.

Когда недуги начали поражать некоторых людей, большинство из них отступили вверх по шахте. Только немногие из серебряных рангов пытались перетерпеть это, некоторые пробовали исцеление или защитную магию. Им не потребовалось много времени, чтобы осознать тщетность и также бежать вверх. Глаза, следящие за ними, последовали за ними вверх, преследуя их обратно к аванпосту.

Затронутые золотые ранги продержались дольше, их защита и очищающая магия были более эффективны. Однако, по мере того как группа продолжала спускаться, стало ясно, что они не продержатся. Они устремились обратно вверх по шахте, некоторые рычали угрозы в воздух перед тем, как уйти.

Около трети первоначальной группы были вынуждены отступить, многие уже планировали попытки возвращения. Из тех, кто остался, многие были встревожены аурой, но пока оставались невредимыми. Они наконец достигли дна шахты.

Новый лесной город в центре царства души Джейсона имел свою собственную душу. Как и Ник, Джейсон бессознательно воплотил его в жизнь с зарождением зоны трансформации. В отличие от Ника, результаты не были аккуратными и чистыми. Ник был соткан из ничего как гуманоидный кролик, свежий и новый, поскольку дар Целителя стер любые недостатки.

Лес поначалу не был лесом, а был единственным, гористого размера деревом. Живым сооружением, безумным и враждебным. В отличие от Ника, оно предшествовало зоне трансформации как развращенная и полусформированная вещь. Посланники пытались создать кузницу души из естественного массива и получили ужасно неправильный результат. Массив создал неполную кузницу души, которая, в свою очередь, создала неполное дерево рождения посланников. Результат был искаженным целым из трех частей, каждая из которых полагалась на другие, но при этом была ядовитой для них.

Этот беспорядок попал в зону трансформации, став строительными блоками для искаженного антагониста в центре зоны. Дерево, живой продукт двух неживых вещей, развило душу. В отличие от Ника, результаты не были божественно направленным совершенством. Это был второй продукт, ставший жертвой своего порочного происхождения и неосознанного влияния Джейсона.

Самой трудоемкой задачей Джейсона при реинтеграции зоны трансформации было распутывание беспорядка, которым были дерево, естественный массив и кузница души. Насколько он мог судить, ему удалось довести каждое из них до завершенного состояния, позволив им существовать отдельно и быть извлеченными друг из друга. Каждое из них стало полным без остальных, и дерево изменилось больше всего — из единственного чудовищного растения в живой лесной город.

Массив вернулся в царство светлосердых, откуда он изначально пришел и где ему было место. Он был частью духовного домена Джейсона, но также прочно укоренился в нормальной вселенной. Кузница души и дерево были в царстве души Джейсона, которое само по себе было реальностью, но гораздо менее стабильной.

Результаты того, что Джейсон заявил права на кузницу души, были простыми и достаточно предсказуемыми. Его царство души находилось в процессе распада, астральный трон, астральные врата и кузница души ставили его на путь становления астральным королем. Что касается слияния дерева с его царством души, то последствия этого потребуют времени, чтобы полностью проявиться.

Форма дерева была самым очевидным отличием. Вместо единственного, гористого дерева, теперь это был лес, простирающийся от горизонта до горизонта. Духовно изменение было гораздо меньшим, душа дерева сохранила свою целостность. В то время как остальная часть царства души Джейсона медленно распадалась, лесной город оставался полностью нетронутым.

Джейсон сдерживал процесс становления астральным королем, предотвращая распад своего царства души за пределами лесного города. Ему нужно было сделать приготовления и хотелось попрощаться. Он не знал, сколько времени пройдет, прежде чем он снова увидит своих друзей, а одного он никогда не увидит.

Только одна часть более широкого царства души не находилась в процессе медленного разрушения. Высоко над лесным городом находилась гора, покоящаяся на острове облаков. На высоте, слишком большой, чтобы быть видимой с земли, снаружи она была замороженной и продуваемой ветрами, с воздухом, слишком разреженным для дыхания. Гора была вырезана в форме головы Джейсона.

Внутри гора была выдолблена в комплекс гигантских коридоров и пещеристых комнат. Конструкция была из темного камня, вырезанного из горы, и грубого промышленного металла. Воздух был горячим, влажным и тяжелым. Освещение исходило от толстых стеклянных труб, которые входили и выходили из стен и потолков или были встроены в пол. Светящаяся магма качалась через трубы, окрашивая всё в зловещие, меняющиеся красные тона.

Магма поступала из центральной особенности интерьера горы: массивной шахты, проходящей от самого высокого уровня до самого низкого. Водопад магмы низвергался вниз по шахте, не касаясь стен. Стены были покрыты смесью маленьких водопадов, которые быстро превращались в пар, окнами в окружающие комнаты и тропическими растениями, растущими прямо из камня.

Джейсон прибыл на самый нижний уровень комплекса. Это было похоже на грот или сенот, но с магмой, скапливающейся внизу вместо воды. Металлический мостик был привинчен к грубым каменным стенам, и пять тяжелых железных дверей были равномерно расположены вокруг стен. Одна содержала подъемную платформу, ведущую в кабинет Джейсона. Три другие вели к астральному трону, астральным вратам и кузнице души.

Последняя дверь — даже Джейсон не был уверен, куда она ведет. Что он знал, так это то, что именно она была причиной, по которой гора не распадалась, как остальная часть его царства души. Он также подозревал, кто несет за это ответственность. Он сделал небрежный жест, и металлическая дверь медленно отъехала в сторону с громким механическим скрежетом.

За дверью была обширная и звездная пустота. Вдалеке он мог видеть туманности пылающего цвета. Ближайшая была знакомой формы глаза, синего и оранжевого, соответствующей как глазам Джейсона, так и его самому чужеродному фамильяру. Более далекие были других форм и цветов, только одну из которых он узнал. Он заметил туманность в форме горы, принадлежащую Кармен, аватару гибели, подобному Гордону.

— Это ты, не так ли? — спросил он.

Гордон проявился рядом с ним, сферы вокруг него светились синим в подтверждение.

— Это следующая порция неприятностей, которая ждет нас? — спросил Джейсон.

Половина сфер стала оранжевой.

— Ты не знаешь, неприятности ли это?

Все сферы стали оранжевыми.

— О, — сказал Джейсон. — Ты знаешь, что это неприятности; ты просто не знаешь, следующие ли они.

Сферы стали синими.

— Я так и думал.

Джейсон наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, и вздохнул.

— Только этого мне не хватало: гости.

Большая группа достигла дна шахты в темноте. Светящихся глаз на стенах больше не было, они прогнали теперь уже ушедших членов группы обратно вверх по шахте. Даниэль предположила, что именно чувства враждебности или эксплуататорские желания запускали защиты, и ей было любопытно, насколько точным было это обнаружение. Если оно могло точно чувствовать такие чувства в аурах алмазных рангов, это было впечатляюще и, вероятно, разозлило бы упомянутых алмазных рангов. Большинство из них были столетиями в том возрасте, когда никто не мог заглянуть в их чувства.

Видеть в темноте не было проблемой для этой группы. Они все знали, что направляются под землю, поэтому те, у кого не было соответствующих способностей, взяли с собой магические предметы. Видеть сквозь немагическую темноту было недорого преодолеть по стандартам искателей приключений.

Дно шахты было гладким и глянцевым, как и стены. Будучи матерью, Даниэль усмехнулась, лениво представляя, как легко оно будет собирать грязные маленькие отпечатки пальцев. Ни Хамфри, ни Генриетта не стеснялись играть в темной, богатой грязи дельты Гринстоуна.

В стене были установлены две двери, обе из темного металла и обе закрытые. Одна была размером с обычные двойные двери, в то время как другая была размером с грузовой склад. Большая дверь отъехала в сторону, открывая длинный коридор, широкий и высокий. Он изгибался вдаль, за которым какой-то источник света предлагал хотя бы немного освещения.

Некоторые из группы двинулись вперед, но в тот момент, когда они это сделали, странная фигура проявилась в дверном проеме. Она выглядела как парящий плащ, чернее полуночи, пустой, за исключением единственного негабаритного глаза в капюшоне. Глаз был синим, оранжевым и туманным, как те, что прогнали некоторых из их группы мрачными недугами.

Фигура не издала ни звука, но её присутствие остановило тех, кто двигался вперед. Наступила тишина, так как никто не знал, что делать, пока её не нарушили шаги, эхом отдающиеся по туннелю. Группа наблюдала, как одинокий мужчина обогнул изгиб туннеля, направляясь к ним неторопливой походкой. Бродя по туннелю, словно прогуливаясь по рынку, он был одет в кричащую рубашку с цветочным принтом, коричневые шорты и сандалии. В одной руке он держал стакан фруктового сока, а в другой жевал сэндвич.

Глава 62 СТИВ, ЛОРД НЕЖИЗНИ

Глава 62 СТИВ, ЛОРД НЕЖИЗНИ

Джейсон претерпел изменения с тех пор, как Даниэль в последний раз видела его в Гринстоуне, однако многие черты остались прежними. Он стал заметно выше, хотя всё еще был коротким по стандартам искателей приключений. Его черты лица имели обычное сглаживание, которое приходит с рангом, хотя подбородок всё еще был заметным под аккуратно подстриженной бородой. Волнистые волосы были всё такими же, черными и блестящими до такой степени, что отражали тусклый свет, сияющий из туннеля.

Большая разница была в его глазах. Это были те же светящиеся туманности, что прогнали часть её группы обратно вверх по шахте, и единственный глаз существа-хранителя, парящего у двери. Это не оставляло вопросов о том, кому принадлежала сила, охраняющая это место.

Эта сила была связана со сверхъестественными изменениями, которые Даниэль видела в Джейсоне, гораздо более радикальными, чем физические. Его аура была мощнее всего, что Даниэль когда-либо чувствовала в серебряном ранге; она, вероятно, была такой же сильной, как её собственная. Более захватывающим, чем её грубая сила, было то, как она смешивалась с окружающей магией их окружения.

Надо признать, вся область была пропитана тем, что она теперь узнала как ауру Джейсона, но было трудно сказать, где заканчивался он и начиналось его окружение. Даниэль видела это раньше, от Короля Зеркал. Техника Джейсона была определенно слабее, но, насколько было известно Даниэль, Король Зеркал был самым искусным мастером ауры в мире. Быть на том же уровне, что и он, было бы триумфом для золотого ранга. Делать это на серебряном было просто чудовищно.

Группа молча наблюдала, как Джейсон медленно проходил по длинному коридору. Время от времени кто-то шевелился, как и существо-хранитель, парящее в дверном проеме. Даниэль бросала случайный взгляд на алмазные ранги впереди, но они, казалось, были довольны ожиданием.

— Это он? — спросил Гвидион шепотом.

— Это он, — подтвердила Даниэль.

— Думаю, ему нравится делать вход более эффектным, чем моему отцу.

Когда Джейсон собирался достичь шахты, Даниэль внезапно осознала новое присутствие поблизости. Вся группа почувствовала внезапный рост силы, божественной по мощи и отвратительно порочной по природе. Группа рассеялась к стенам шахты, даже алмазные ранги, оставив бога Нежизни в одиночестве.

Даниэль осмотрела бога. Он был высоким и бледно-трупным, с мертвыми глазами и редкими, серыми волосами. В его молочно-трупных глазах был слабый фиолетовый свет, видимый только в темноте шахты. Джейсон подошел прямо к богу, который был в полтора раза выше Джейсона, и продолжал есть свой сэндвич.

— Ты пожрал моего аватара, — обвинил Нежизнь Джейсона. Голос бога имел скрежещущее качество камня, закрывающего гробницу.

Джейсон поднял один палец в жесте паузы, пока жевал еду.

— Не пытайся отрицать это, — предупредил Нежизнь Джейсона. — Я чувствую, во что ты превратил мою силу.

— Ты тот, кто оставил её валяться, — сказал Джейсон, проглотив. — Всё прошло бы глаже, если бы ты не бросил кучу своей силы там вместе с нами. Там много чего происходило, и необходимость убирать за тобой не упростила вещи.

— Ты нажил себе могущественных врагов здесь, Асано, — сказал бог. Один только звук его голоса заставлял Даниэль чувствовать себя так, будто её хоронят заживо, но Джейсон не выказал никаких признаков запуганности фигурой, нависшей над ним.

— Может быть, тебе и богу Разрушения стоит сделать шаг назад, — предложил Джейсон. — Переоценить вещи. Взглянуть на то, кто выиграл, а кто проиграл здесь, и начать беспокоиться о враге, которого вы нажили.

С одной рукой, занятой стаканом фруктового сока, Джейсон зажал свой полусъеденный сэндвич в зубах, чтобы освободить другую. Он вытер руку о рубашку и выудил из кармана светящийся фиолетовый мрамор. Даниэль почувствовала от него отвратительную силу, эхо той, что исходила от бога. Джейсон подбросил мрамор, и бог поймал его.

— Ты думаешь, дань избавит тебя от моего гнева? — спросил бог.

Джейсон вынул сэндвич изо рта.

— Я просто не хотел, чтобы он валялся, — сказал он. — Ты знаешь, каково это — делать ремонт. Находишь кучу гадостей, валяющихся вокруг, и нанимаешь парня, чтобы всё это выкинул. Итак, теперь, когда ты собрал мусор, твое приглашение в этот домен аннулировано. Убирайся из моего дома, Стив.

Бог задержался на мгновение, сверля Джейсона взглядом, затем исчез, как будто его никогда и не было.

— Этот парень отстой, — объявил Джейсон комнате, оглядывая людей, собравшихся вокруг края шахты.

— Окей, — позвал он. — Мой друг Тень начнет подходить к людям. Если он предложит взять вас внутрь, следуйте за ним. Если нет, уходите. Думаю, вы все знаете, что значит не уходить, но давайте не будем делать вещи более неприятными, чем необходимо.

Тени начали двигаться, и Даниэль поняла, что теневой фамильяр Джейсона был здесь всё это время. Гораздо более многочисленный, чем раньше, и теперь способный скрываться от её чувств, несмотря на её собственный апгрейд ранга с момента последней встречи с фамильяром. Тени были едва заметны в тусклом свете, исходящем из туннеля, пока не начали частично светиться белым. Это сделало их более видимыми, а также отражающими дизайн, который она нашла знакомым.

Назад в Гринстоуне Джейсон проявил себя как социальная бабочка, особенно на симфонии. В типичном стиле Джейсона он отказался от местной формальной моды, хотя она не могла винить его, когда сама увидела моду Гринстоуна. Она вспомнила, что он заставил одного из братьев Бертинелли сделать что-то на основе дизайнов из родного мира Джейсона. Её отличная память золотого ранга выдала слово «смокинг».

— Он что, только что назвал бога Нежизни «Стивом»? — прошептал Гвидион.

— Да, — сказала Даниэль.

— Почему?

— Ты со временем узнаешь, что с Джейсоном выгоднее позволять несоответствиям проходить мимо.

Даниэль не удивилась, что первыми людьми, к которым подошел Тень, были два самых могущественных алмазных ранга. Она была немного удивлена, что они были старыми знакомыми.

— Лорд Велиус; Леди Рейт. Если вы последуете за мной, пожалуйста.

— Тень, — сказал Велиус. — Прошло немало времени.

— Действительно, лорд Велиус. Я был довольно занят чем-то, что ваш хозяин забрал у Строителя и что было оставлено давно заброшенным.

— Я слышал, тебя предал твой призыватель. Неподобающее дело. Ты знаешь, что это Амбер…—

— Я прекрасно осведомлен, лорд Велиус. Возможно, мы поговорим, пока я буду показывать вам новейший духовный домен мистера Асано. Леди Рейт?

— Спасибо, Тень, — признала она и последовала за фамильяром, когда тот повел их к туннелю.

Другие тела Тени подошли к остальным и таким же образом повели их в том направлении. После того, как бог Нежизни ушел, когда ему сказали, никто больше не был настолько глуп, чтобы думать, что они знают лучше. Те, кто остались, были в основном представителями Общества искателей приключений и Магического общества, наряду с искателями приключений, связанными с теми, кто отправился в экспедицию с Джейсоном.

Сам Джейсон прыгнул через тень в полумраке, появившись перед Даниэль и Гвидионом. Он проигнорировал людей, наблюдающих за ними, когда одарил Даниэль улыбкой, прежде чем повернуться к Гвидиону.

— Мы не знакомы, — сказал Джейсон.

— Это был бог Нежизни, верно? — спросил Гвидион.

— Ага, — подтвердил Джейсон.

— Почему ты назвал его Стивом?

— Я опасался, что он превратит себя в сексуальную версию себя по имени Стефан.

— Забавно, что ты это сказал. Я однажды шпионил за жрецами Нежизни, когда их бог явился перед ними, — сказал Гвидион. — Он был гораздо менее рычащим и трупным со своими собственными людьми. У него был своего рода вид красивого папочки.

— Бог не заметил, как ты шпионил? — спросил Джейсон.

— О, он заметил, — сказал Гвидион со смехом. — Меня преследовали очень далеко.

Джейсон рассмеялся вместе с ним, а Даниэль покачала головой.

— Ты напоминаешь мне кое-кого, — сказал Джейсон Гвидиону. — Ты более расслаблен, чем человек, о котором я думаю, но у тебя такой же невыносимый уровень красоты. Где ты проходил обучение?

— Моя семья управляет школой, — сказал Гвидион, его выражение лица стало озадаченным от торжествующей ухмылки Джейсона.

Джейсон засунул свой напиток и сэндвич в хранилище и заменил их на наполненную стопку в каждой руке вместо этого. Он протянул одну Даниэль и оставил другую себе, глядя на неё с ожиданием. Она держала её в пальцах, закатив глаза после прочтения слов, напечатанных на ней. Она посмотрела на Джейсона с взглядом, пропитанным неохотным материнским снисхождением, но всё же присоединилась к нему, когда они осушили свои стаканы одним глотком. Её лицо немедленно приняло сморщенное выражение.

— О, это приторно сладко, — пожаловалась она. — Вижу, есть способы, которыми ты всё еще не изменился, Джейсон.

— Может кто-нибудь, пожалуйста, объяснить, что происходит? — спросил Гвидион.

Даниэль протянула свой теперь пустой стакан, чтобы он мог увидеть слова «моя семья управляет школой», напечатанные на боку.

— Это, — сказал Гвидион, — оставляет у меня больше вопросов, а не меньше.

— Позвольте мне представить Джейсона Асано, — было единственным объяснением Даниэль. — Джейсон, ты явно заметил семейное сходство, но позволь мне представить Гвидиона Ремора.

Джейсон усмехнулся, когда забрал пустой стакан у Даниэль и убрал его вместе со своим, обратно в свой инвентарь. Теперь, когда его руки были свободны, он протянул одну Гвидиону для рукопожатия.

— Привет, приятель.

— Рад встрече, — сказал Гвидион. — Должен сказать, я не был уверен, чего ожидать после всех слухов, но…—

— Прошу прощения, — мужчина вмешался в их разговор. Он был золотого ранга, но явно через использование ядер монстров, судя по его ауре. Даниэль и Гвидион обменялись взглядом удивления, в то время как Джейсон просто выглядел раздраженным. По-видимому, не обращая внимания на их реакцию, мужчина продолжил.

— Вы, очевидно, невежественны относительно моей личности, так как ваш слуга подходил к нескольким людям до меня, но я могу заверить вас, что…—

Он издал булькающий звук, когда его аура была раздавлена, не Джейсоном, а окружающей магией, когда она стала значительно менее спокойной. Мужчина затем выстрелил вверх по шахте, как будто выпущенный из пушки.

— Думаю, это я, — сказал Джейсон. — Думаю, я привлекаю их. Тот парень что, не видел, как я сказал настоящему богу отвалить? И заставил его действительно это сделать?

Он покачал головой, хорошее настроение исчезло с его выражения лица. Он рассеянно сделал жест, и арка портала царства души поднялась из пола.

— Я немного ограничен во времени и должен пойти повидаться с некоторыми людьми здесь, но я отправлю вас в свое царство души, чтобы вы увидели свои семьи.

Даниэль и Гвидион осмотрели портал.

— Это не нормальный портал, — заметила Даниэль, чья эссенция измерения сделала её чрезвычайно знакомой с пространственными силами. — Куда он ведет?

— В мою душу.

Её брови поднялись в удивлении.

— Правда?

— Это немного сложнее, чем кажется. Но мне действительно пора.

Она пожала плечами и шагнула сквозь него. Гвидион лишь на мгновение заколебался, прежде чем последовать за ней. Портал закрылся, и на его месте появился нормальный теневой портал. Джейсон шагнул сквозь него, оставив людей либо стоять вокруг, либо быть ведомыми через большую дверь Тенью.

Один из мужчин, стоящих вокруг, посмотрел на своего друга. — Рекс, я не думаю, что мы попадем внутрь.

— Не шути.

— Как думаешь, имя бога Нежизни действительно Стив?

— Нет, Дэниел. Имя бога Нежизни — Нежизнь.

— А что, если это больше похоже на титул?

— Ты думаешь, его имя тайно Стив, Лорд Нежизни?

— Это объяснило бы, почему он просто использует титул. Ты думаешь, это хуже, чем Нежизнь, бог Нежизни?

— Признаю, это не очень хорошо, но да, я думаю, это хуже. Ты предполагаешь, что все боги тайно имеют другие имена, но стесняются их?

— Я всегда представлял богиню Ветра как Сьюзан.

— Сьюзан?

— У этого есть такой свистящий звук. СЬЮ-зан. Как ветер.

— Этот разговор убьет нас обоих. Вероятно, богом Идиотизма.

— Что ты думаешь о Стиве как имени для бога Идиотизма?

— Я думал, идея была в том, что настоящее имя Нежизни — Стив.

— Стивов может быть больше одного.

Лоренн бродила по новому дому светлосердых, собирая свой народ вместе. Он состоял из трех основных областей, одной из которых были камеры роста, в которых она очнулась. Сеть взаимосвязанных камер, они были частично висячими садами, частично источником воды и частично фруктовым садом. Съедобные овощи, фрукты и грибы, которые они производили, превышали потребности уменьшившегося населения светлосердых.

Там были животные, в основном птицы и насекомые, как и раньше. Она была приятно удивлена, что они совершили переход из города в зону трансформации и обратно. Камеры роста, особенно эти новые, казались бы чужими без их присутствия.

Вторая часть их нового дома состояла из камер, в полной мере использующих естественный массив. Там, где камеры роста использовали массив для света и регулирования температуры, эти функциональные камеры использовали его для более практических целей. Это включало кузницы, горячие источники, керамические мастерские и даже карьеры, где высококачественный камень был не просто доступен, но и отрастал, как растения.

Последняя и самая центральная часть нового подземного царства была главным городом. Лоренн наконец забрела в него, исследуя их новое царство, обнаружив, что это единственное место, не кишащее жизнью. Он состоял в основном из камня во многих разновидностях, от гранита и песчаника до мрамора и кварца. Другим основным материалом был металл, также в различных итерациях.

Были некоторые признаки жизни, которые она обнаружила, проходя по пустым улицам. Она была не совсем одна, с разбросанными членами её народа, также исследующими пространство. Некоторые собирались в группы, в то время как другие оставались одинокими. Лоренн приветствовала всех, кого встречала, иногда двигаясь с людьми, пока они не образовывали свои собственные группы, но в основном она двигалась одна.

Она бродила по паркам с прудами и растительностью, гораздо более разбросанной, чем в камерах роста. Маленькие животные шуршали в кустах и прыгали по траве. Она наткнулась на целый район каналов, где видела рыбу, плавающую в чистых водах.

В отличие от камер роста, не было иллюзии того, что они не под землей. Свет исходил не просачиваясь сквозь полог джунглей, а от двух сфер белого огня, медленно движущихся по потолку в двух километрах над головой.

Другой вещью, доминирующей на горизонте, было массивное сферическое здание, подвешенное в воздухе. Единственная колонна удерживала его снизу, в то время как вторая прикрепляла его к потолку наверху. Круглое здание напоминало цитадель, одно из самых важных зданий в старом городе светлосердых. Это не было воссозданием, однако, оригинальное здание было многовековым беспорядком. Это было чистое, новое и организованное, со свежим камнем и аккуратным дизайном. Снаружи оно было покрыто окнами, балконами и посадочными платформами, с тем, что выглядело как высокоемкостные воздушные скиммеры, припаркованные на них.

Город был не тем, чем был дом светлосердых, но это не было сюрпризом. Помимо цитадели и одной камеры роста, Джейсон Асано видел его только в руинах, захваченным нежитью. Неудивительно, что он не воссоздал дом светлосердых, а свою собственную идею о нем. Лоренн была благодарна за то, что он сделал, но это был не тот дом, который она потеряла. Она надеялась, что со временем он станет домом.

Её странствия привели её к основанию колонны, ведущей к новой цитадели. Она была сделана из белого мрамора, с прожилками серого. Арки были установлены в колонне на равных точках, каждая содержала большую подъемную платформу.

— Я знаю, что старая цитадель была в отдельной камере, — сказал Джейсон, застав её врасплох.

Она обнаружила его стоящим рядом с ней.

— Спасибо, — сказала она. — Это больше, чем мы могли просить.

— Но не то, что вы потеряли, — сказал ей Джейсон. — Я не могу заменить то, что было отнято у вас.

— А как насчет всей энергии Нежизни? — спросила она. — Я знаю, что ты разобрался с аватаром бога, но как насчет энергии от…

Она остановилась с гримасой.

— …от города, полного мертвых людей. До зоны трансформации почти всё было заражено. Многие зоны оставались такими даже после того, как со жрецами и их аватаром было покончено.

— Я избавился от неё, — сказал Джейсон. — Она не вернется.

— Как?

— Я отдал её обратно богу Нежизни.

Лоренн сделала несколько шагов назад от Джейсона, сверля его взглядом с гневом.

— Ты отдал эту силу ему? После того, что он и его люди сделали с нами?

— Эту силу нужно было убрать. Отдать её ему было единственным способом чисто вырезать её. Я мог бы уничтожить её, но это оставило бы след. Пятно на этом месте, которое призвано быть новым началом для вашего народа.

— И пятно на этой новой территории твоей. Потому что это то, чем является это место, не так ли? Под всем этим оно принадлежит тебе.

— Да.

Они смотрели друг на друга, выражение лица Джейсона было нейтральным. Лоренн — смесью гнева, надежды и страха.

— Я хотел бы поднять вас в цитадель и показать всё вокруг, — сказал Джейсон, — но у меня нет времени. Есть пара вещей, которые нам нужно обсудить, например, люди с поверхности, прибывающие сюда. Я сделал всё возможное, чтобы защитить это место, но люди гораздо сильнее меня теперь проявят к вам интерес. Вам нужно будет решить, как ваш народ будет справляться с дипломатическими отношениями.

— Я не думаю, что мы готовы к этому.

— По моему опыту, мир не волнует, готовы ли вы. Есть одна вещь, которую я должен показать вам, однако, даже если я не могу предложить полный тур. Нам следует идти напрямую, так как у меня нет времени пользоваться подъемными платформами.

Он открыл теневой портал и шагнул сквозь него.

Глава63 ПУТЕШЕСТВИЯ ВО ВРЕМЕНИ — ЭТО ХУДШЕЕ

Глава 63 ПУТЕШЕСТВИЯ ВО ВРЕМЕНИ — ЭТО ХУДШЕЕ

Джейсон и Лоренн шагнули в теневой портал в массивную купольную комнату. Панели из кристалла левитировали в воздухе, каждая показывая разные изображения города снаружи. В центре комнаты находилось то, что выглядело как мягкое мраморное кресло на круглой платформе.

— Потребуются некоторые пробы и ошибки, — сказал Джейсон, — но этот стул позволит вам управлять городом.

— Управлять как? — спросила Лоренн.

— Камеры роста и более функциональные, они такие, какими кажутся. Вы можете вносить коррективы в тепло, свет и воду. Главный город не такой, каким кажется. Хотя он выглядит так, будто сделан из камня и металла, с небольшим количеством керамики и дерева, он не является ничем из этого. Растения, почва и вода настоящие, но всё остальное — факсимиле.

— Город поддельный?

— Он сделан из облаков, как здания, которые вы видели, как мы с Эмиром делаем с помощью наших фляг. Он просто выглядит как камень и сталь. И с этого стула вы можете управлять всем этим. Вы можете переделать весь город, сглаживая и строя здания за минуты. Это сделает обслуживание очень дешевым. Вы можете взять то, что я построил здесь, и превратить это в нечто совершенно иное. Вы можете превратить это в свой образ дома вашего народа.

Он обвел глазами мониторы, показывающие различные части города.

— Внешние камеры должны остаться такими, какие они есть, — сказал он, — но кроме этой комнаты, всё остальное может быть изменено. Вами или кем-то, кому вы позволите. На данный момент только вы можете использовать этот стул, но у вас есть сила дать другим разрешение.

— Вы не можете использовать стул?

— Я и есть стул.

Джейсон отвернулся от мониторов, чтобы одарить её грустной улыбкой.

— Моя надежда, — сказал он, — в том, что со временем вы разовьете город, чтобы вместить растущее население. Я упоминал, что люди будут приходить сюда. Я настоятельно рекомендую вам приоритизировать встречу с церковью Плодородия, но это вам решать.

— У меня нет никакого опыта в дипломатии, вне нашей сделки с культом Строителя. Где они, кстати?

— Я держу их внутри города.

Джейсон сделал жест на один из экранов, и он переключился с парка на группу людей внутри каменного здания. Она не увидела ни дверей, ни окон, хотя над головой был какой-то источник света, вне перспективы экрана.

— У меня есть друзья, которые, возможно, могут помочь вам с дипломатией. Даниэль Геллер и Констанция Бахадир — те, с кем вам стоит поговорить, хотя Даниэль воссоединяется со своим сыном прямо сейчас.

Джейсон открыл портал в свое царство души, из которого появились Эмир и Констанция.

— Джейсон? — спросил Эмир.

— Люди уже прибывают с поверхности, — объяснил Джейсон. — Тень может ввести вас в курс дела, и я хотел бы, чтобы вы, Констанция, помогли направить Лоренн через дипломатические отношения. Это то, в чем я, как известно, плох, и мне нужно идти убедиться, что Борис не убедит Клайва попытаться путешествовать во времени.

— Что? — спросил Эмир, но Джейсон уже был через портал и ушел.

В новом лесном городе в царстве души Джейсона материал из его библиотеки был перемещен в новое здание, высоко в деревьях. В комнате, полной столов, покрытых исписанными заметками и открытыми книгами, на одном маленьком круглом столе был ритуальный круг, парящий над ним, как голограмма. Иллюзия формировала грубую сферу, состоящую из плотных линий и сложных сигилов.

Линии диаграммы светились золотом, а сигилы — синим, заливая комнату цветом. Борис и Клайв стояли рядом со столом, наблюдая за диаграммой. Клайв ткнул пальцем в один из сигилов.

— Эта переменная, — сказал он, разочарование окрашивало его голос. — Пока я не пойму, что представляет эта переменная, я не могу двигаться вперед с навигацией по измерениям. Я знаю, что это краеугольный аспект, но я не могу понять, что он представляет. Единственная подсказка, которая у меня есть, — это то, что Джейсон тоже не понимает её, но он смог прочувствовать свой путь, путешествуя между этим миром и тем, из которого он родом.

Клайв провел рукой по своим и без того растрепанным волосам.

— «Прочувствовать свой путь», — повторил он. — Я понимаю, что у него есть чутье на пространственные силы, но чувства — это не подходящая методология, с помощью которой можно проводить сложные магические работы!

Борис улыбнулся, проходя вокруг стола, наклонив голову, когда он осматривал тонкости диаграммы.

— Где ты взял эту модель? — спросил Борис.

— Что? — спросил Клайв рассеянно. — О, я набросал её, пока разбирался с астральной географией. Или пытался, во всяком случае.

Борис выпрямился, наклонившись, чтобы изучить нижние секции диаграммы. Он повернулся к Клайву и посмотрел на него из-под поднятых бровей.

— Ты просто набросал её?

— Да, — сказал Клайв и повернулся, чтобы посмотреть на Бориса. — С ней что-то не так?

— Разве тебя не обучали астральной магии этого мира? Ты знаешь, что здесь были активные усилия сохранить теорию астральной магии в зачаточном состоянии, верно? Чтобы скрыть связь между мирами?

— Я не знал этого, но это имеет смысл. Астральная магия не делала никаких реальных достижений столетиями, примерно до пятнадцати лет назад. Что оказалось временем, когда Культ Строителя начал активно использовать её здесь. Именно тогда они начали становиться небрежными.

— Но в этой среде ты дошел до точки возможности сделать это, — сказал Борис, указывая на диаграмму.

— Это вряд ли подвиг, — сказал Клайв. — У меня был доступ к внешней астральной магии уже много лет.

— Сколько лет? — спросил Борис.

— Ну, у меня был доступ к записям моего наставника, восходящим почти к двадцати годам назад. Он провел свою жизнь, собирая по кусочкам фрагменты астральной магии из внемировых источников, хотя всё это было очень отрывочно. Я всегда задавался вопросом, как Ландемир Вейн всегда казался впереди меня, но оказалось, что он всё это время был культистом Строителя. Учитывая, к чему у него должен был быть доступ, он был на самом деле довольно плох, теперь, когда я думаю об этом.

— Как долго у тебя был полный доступ к внемировой астральной теории?

— Пять лет. Плюс несколько недель с библиотекой алмазного ранга посланника. У него было кое-что более продвинутое, но я едва коснулся этого конкретного клада. Трудно оторваться от спасения дня от катастрофических событий, когда Джейсон рядом.

— О, я знаю. Если он не исправит связь между мирами, приходится мне.

— Тебе?

— Я же говорил тебе, что сам знаю кое-что об астральной магии.

— И Мировой Феникс выбрал тебя как запасной вариант Джейсона?

— Ничего настолько прямого, — сказал Борис. — Мировой Феникс не просто хватает кого-то и говорит им идти исправлять вещь.

— Он сказал Джейсону.

— Доун сказала Джейсону. Ты обнаружишь, что великие астральные существа и их главные сосуды не всегда сходятся во взглядах. Особенно сосуд, готовящийся передать роль кому-то новому. Главные сосуды служат в своих ролях дико разное количество времени, и я подозреваю некоторое время, что это больше, чем просто выгорание от грубой силы. Я подозреваю, что реальная проблема — это идеологическая несовместимость, развивающаяся со временем, по мере того как сосуд развивает независимую идентичность.

Клайв выглядел задумчивым на мгновение, обдумывая эту идею.

— Ты предполагаешь, что поскольку сосуд должен полностью воплощать великое астральное существо, независимое мышление, которое расходится с целями его хозяина, создает диссонанс, который приводит к эскалации несовместимости? Приводя к необходимости передать позицию, в идеале кому-то, кто был обучен службе?

— Именно, — сказал Борис. — Это баланс, однако. Иногда тебе нужно независимое мышление на главной роли. Доун не пришла на службу Мировому Фениксу, будучи воспитанной в культе. То же самое для многих нынешних главных сосудов, на самом деле. Я подозреваю, что им нужны люди с большей гибкостью, поскольку последствия Расколотого трона становятся хуже.

— Расколотый трон?

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Это причина, по которой Строитель беснуется, а Мировой Феникс играет с мирами, вместо того чтобы насильно вмешаться, чтобы спасти их. Напои меня как-нибудь, и я расскажу тебе всё об этом.

— Ты мог бы рассказать мне сейчас. Погоди, нет; мы отвлекаемся. Ты говорил о том, что Мировой Феникс выбрал тебя исправить связь? — сказал Клайв.

— Ну, она не выбирала меня. Она спроектировала обстоятельства, при которых кто-то с экспертизой исправить связь также оказался заинтересован в том, чтобы увидеть её исправленной. Но если я сделаю это, будут проблемы. Потребуется необычный и специфический набор обстоятельств, чтобы произвести человека, который мог бы исправить её идеально. Я всегда был запасным вариантом, который она подготовила тысячелетия назад, на случай, если ничего лучше не появится.

— И потом появился Джейсон.

— С несколькими толчками от Мирового Феникса, да. Она заметила его душу, несущуюся через астрал вдоль этой связи, и это было правильное место, правильное время. Она подсунула ему что-то, что заставило бы его прыгать между мирами, и даже умудрилась приземлить его там, где в ближайшем городе был ты.

— Меня?

— Кому-то нужно было начать учить его астральной магии.

Борис снова посмотрел на светящуюся диаграмму.

— Тот факт, что кто-то вроде тебя вообще существует на этой планете — это причудливая удача, — сказал Борис Клайву. — Когда я говорю, что Мировой Феникс выбрала Джейсона в правильном месте и времени, я не имею в виду просто человека, летящего через астрал в данный момент. Я имею в виду его, кто он есть, как он думает, того идиота, пытающегося призвать заводного короля посреди магической пустоши. Ты, я, бог, планирующий…

Борис вздохнул.

— Мировой Феникс, — продолжил он, — работает с переменными, более многочисленными и разбросанными, чем ты или я могли бы когда-либо понять. Вот как великие астральные существа воспринимают космос: рябь совпадений, сталкивающаяся на протяжении миллионов, даже миллиардов лет. События настолько многочисленные, что у нас нет названий для чисел такой величины, взаимодействующие в структуре настолько сложной, что никакой смертный разум не может постичь её. Мы не можем понять это больше, чем они могут понять вещи на нашем уровне. Вот почему у них есть сосуды и смертные агенты. Им нужны люди, чтобы думать как мы для них.

— Ты говоришь, что это всё игра, в которую они играют, а мы — фигуры?

— Никто из нас не был выбран, Клайв. Это идет гораздо глубже. События были приведены в движение бесчисленное количество раз на протяжении бесчисленных лет, с непостижимой сложностью. Всё для того, чтобы заставить каждого из нас, или кого-то достаточно близкого, чтобы заполнить данную роль, возникнуть там и тогда, где мы были нужны. Мировой Феникс нашла душу Джейсона, летящую через астрал вдоль связи между мирами. Если не он, это был бы кто-то другой. Связь была там долгое время, и условия были созревшими для пришельцев из других миров. По шкале времени Мирового Феникса — это едва ли ожидание. Иногда их махинации работают, а иногда нет, но есть непредвиденные обстоятельства на непредвиденные обстоятельства. И иногда они смирятся с потерями и двинутся дальше, даже если это означает позволить миру сгореть. Они могут жить с этим. Мы говорим о обширных, чуждых разумах. Они не думают и не заботятся так, как мы.

— Ландемир Вейн, — сказал Клайв.

— Кто? — спросил Борис.

— Человек, которого ты упомянул, пытающийся призвать заводного короля. Он был единственным человеком, которого я встречал, со склонностью и интеллектом раздвигать границы астральной магии, учитывая состояние, в котором она была. И он случайно оказался в какой-то низкомагической глуши? Ты сказал, если не мы, то кто-то вроде нас. Ты предполагаешь, что мой родной город существует, потому что какая-то космическая сущность решила миллионы лет назад, что должен быть кто-то вроде меня?

— Это гораздо более нюансировано, сложно и запутанно, чем это, — сказал Борис. — Но в целом, да.

— Тогда у меня один вопрос, — сказал Клайв.

— И какой же? — спросил Борис.

Клайв ворвался к диаграмме и снова ткнул пальцем в оскорбительную переменную.

— ЧТО ЭТО? — закричал он. — Ты явно понимаешь эту магию. Ты, вероятно, понимал её до того, как существовала любая цивилизация, о которой я слышал! Что это?

Борис разразился смехом.

— Это время, — сказал он.

— Время? — сказал Клайв. — Это не имеет смысла.

Он начал мерить комнату шагами, продолжая думать вслух.

— В глубоком астрале нет времени или пространства. Любое восприятие времени или пространства — субъективное у тех, кто путешествует в кармане реальности, как корабль измерения. Если только…

Он повернулся, чтобы посмотреть на Бориса, становясь взволнованным, продолжая.

— У каждой реальности, каждой вселенной есть свое пространство и время. Они служат путевыми точками для астральной географии, и путешествие между ними требует корректировки на относительное время. Джейсон умудрился избежать этого, потому что Земля и Паллимустус связаны, синхронизируя их время-пространство… что-то. Действительно должно быть слово для этого.

— Континуум, — сказал Джейсон, прибыв, не замеченный ни одним из них. — Слово — континуум.

— Я думал, ты ужасно занят, — сказал Клайв.

— Я занят, но я должен был заглянуть сюда. Борис, ты пытаешься убедить Клайва, что путешествие во времени возможно и что он должен сделать это?

— Это может быть возможно, — постулировал Клайв. — Я полагаю, астральное путешествие можно использовать, чтобы преступить относительное временное выравнивание, прыгая между правильными вселенными.

— Я бы избегал этого, — сказал Борис. — По нескольким причинам. Первая — это убьет тебя. Чтобы взаимодействовать с другой вселенной, ты должен путешествовать через астрал. Это означает принести немного реальности с собой, потому что в астрале её нет. Обычно это сосуд измерения, но гештальт-сущности, такие как посланники, — это нечто вроде зарождающихся сосудов измерения.

Он указал на пространство вокруг них, которое принадлежало царству души Джейсона.

— Некоторые более развиты, чем другие, — продолжил он. — Эта реальность, однако, синхронизирована с пространственно-временным континуумом той реальной реальности, в которой был в последний раз корабль измерения или гештальт-существо.

— Окей, — сказал Клайв. — Думаю, я начинаю понимать эту переменную времени. Часть астральной навигации — это синхронизация времени вселенной, из которой ты пришел, со временем того места, куда ты идешь. Вот почему, несмотря на то, что у каждой вселенной свое время, они субъективно проходят через время вместе. Если бы ты не выровнял относительное время, был бы диссонанс.

— Диссонанс? — спросил Джейсон.

— Ты бы существовал в нескольких временах одновременно, — сказал Борис.

— Это не звучит как что-то, что люди могут делать, — сказал Джейсон.

— Это не так, — подтвердил Борис. — Ты бы перестал существовать в любом времени, может быть, даже перестал бы когда-либо существовать. Вот где ты начинаешь попадать в парадоксы и разрывы реальности. Вот почему Хранитель Мгновений не позволяет этому зайти так далеко. Я немного удивлен, что связь между Паллимустусом и Землей была оставлена в покое так долго.

— Потому что они синхронизированы во времени, — понял Клайв. — Вот почему путешествовать между ними легче.

— Да, — сказал Борис. — Но это также подвергает их манипуляции через эту связь. Если бы у кого-то был больший, чем обычно, доступ к этой связи…

Он многозначительно посмотрел на Джейсона.

— …они могли бы, теоретически…—

— Попытаться путешествовать во времени, — закончил Клайв. — Джейсон, ты спросил, пытается ли Борис заставить меня путешествовать во времени, но я думаю, он пытается заставить тебя не делать этого.

— Он прав, — сказал Борис. — Даже попытка строго контролируется. Хранитель Мгновений жестко расправляется с любым, кто приближается к попытке сделать это. С точки зрения плохих идей, даже в космическом масштабе, путешествие во времени — это худшее. Вероятно. Это большой космос, но оно высоко в списке. Ты не хочешь попасть на плохую сторону Рейт, главного сосуда Хранителя. Она настолько могущественна, что могла бы споткнуться и трансцендировать случайно. Я не знаю никого, кто занимал позицию главного сосуда так долго, как она. Кто-то вроде твоей подруги Доун — младенец по сравнению с ней, хотя я полагаю, что они подруги. Они были дружелюбны, насколько я слышал, во всяком случае. Что было примерно во время, когда люди на Земле начали экспериментировать с сельским хозяйством, так что кто знает?

— Рейт? — спросил Джейсон. — Она здесь. Тень показывает ей город светлосердых прямо сейчас.

— Она показалась сама, значит? Я не собирался говорить, потому что не хочу вмешиваться в её дела. Я слышал, она наконец начала совать нос в связь. Сомневаюсь, что Строителю, синхронизирующему временные шкалы двух вселенных, это понравилось Хранителю Мгновений. Немного странно, что они оставили вещи так надолго. Оригинальный Строитель устроил абсолютный беспорядок, когда создал эти миры.

— Я уверен, что скоро узнаю, почему она здесь, — сказал Джейсон. — Разговор с ней в списке, но у меня есть горстка часов, чтобы разобраться с этим в лучшем случае. Я изо всех сил пытаюсь сдержать процесс превращения в астрального короля, и у меня много чего нужно организовать, прежде чем я это сделаю.

Джейсон указал на диаграмму, парящую над столом.

— Одна из этих вещей — приведение в действие окончательного ремонта связи. Что ты думаешь, Клайв?

— Теперь, когда у меня есть способ количественно оценить эту ошибочную переменную, — сказал Клайв, — я могу начать изучать, как правильно исправить связь. Тебе придется сделать фактический ремонт, но я могу провести исследование в твое отсутствие. Фактическое исследование, а не халтурная, спешная ерунда, к которой я был принужден во время всего этого злополучного пребывания. Я говорю об ассистентах, лабораториях, архивах, перетестировании. Время, боги, помогите мне. Фактическое время, чтобы изучать и тестировать без умирающей цивилизации, если я не сделаю это правильно в следующие полчаса.

— Время у тебя будет, — сказал Джейсон. — И ресурсы. Я не сомневаюсь, что у тебя будет своя установка на поверхности.

— Я так с нетерпением жду возможности снова увидеть солнечный свет, — сказал Клайв.

— У меня будет что-то для тебя здесь, в городе на дереве, — сказал Джейсон. — Ты можешь работать с одним из моих аватаров и подключиться к тому, что может делать мое царство души. Таким образом, я могу поглотить всё, что узнает аватар, пока я буду занят созданием своего астрального королевства.

— Это не сработает, — сказал Борис. — Твое царство души будет в состоянии потока во время процесса становления астральным королем. Ты не можешь оставить никого здесь.

— Всё в порядке, — сказал Джейсон. — У меня есть обходной путь. Трюк будет в том, чтобы сделать аватаров правильно. Они не могут полностью воспроизвести меня, поэтому я должен иметь специфические, настроенные. Один, чтобы работать с Клайвом, другой, чтобы работать с Карлосом Килидо, который наконец может вернуться к своему большому проекту. Я готовлю рабочее пространство для него тоже, так что вы будете соседями, Клайв. Пространство для мамы Софи тоже. Нельзя позволить ей уйти и снова стать злой. Карлос может, надеюсь, помочь ей, со временем.

— Это не так работает, — сказал Борис.

— Вот почему это называется обходной путь, — сказал Джейсон. — Не волнуйся, у меня есть план.

— Лучше бы это был впечатляющий план, — сказал Борис.

— Так и есть, — заверил его Джейсон.

Пока Джейсон давал свои уверенные заверения, глаза Бориса были на Клайве, который стоял позади Джейсона, качая головой.

Глава64 УНИКАЛЬНЫЙ ВО ВСЕЙ ВСЕЛЕННОЙ

Глава 64 УНИКАЛЬНЫЙ ВО ВСЕЙ ВСЕЛЕННОЙ

Троица Джейсона из астрального трона, астральных врат и кузницы души была теперь завершена. С того момента, как кузница души встала на место, процесс становления астральным королем начался. Первым шагом, как оказалось, было уничтожение его теперь рудиментарного тела. Он сдерживал процесс силой воли, но это работало лишь до поры до времени. Прежде чем его тело рухнуло полностью, нужно было сделать приготовления и попрощаться.

Хотя его тело ухудшалось с каждым проходящим моментом, Джейсон взял столь необходимый перерыв. Древесный мегаполис города на дереве был огромным и пустым, раскинувшимся по массивному лесу и множеству уровней, от земли до высоких ветвей.

Всё место было живым, не только деревья, но и здания и дорожки. Оно было связано с Джейсоном, безвозвратно теперь, но также отдельно. Он не просто поглотил молодую душу дерева, но сформировал симбиоз с ней. Аватар дерева всё еще присутствовал и всё еще был деревянной копией Джейсона. Он мог чувствовать его, сидящим с человеком-кроликом, Ником. Они оба появились благодаря бессознательному вмешательству Джейсона, когда сформировалась зона трансформации. Зоны теперь не было, и обоим нужно было найти свои места в более широком мире.

Джейсон откинулся в кресле, пытаясь медитировать сквозь растущую боль своего тела, пытающегося запустить трансформацию астрального короля. Он застонал, когда Тень появился из его тени.

— Прошу прощения, мистер Асано, но наши два самых могущественных посетителя проявили замечательный уровень терпения, учитывая, кто они такие. Было бы лучше уделить им внимание раньше, чем позже.

— Эта леди действительно королева времени?

— Хотя ваше описание совершенно неточно, мистер Асано, я полагаю, что значение, стоящее за ним, — нет. Леди Рейт действительно является главным сосудом Хранителя Мгновений. А лорд Велиус — главный сосуд моего прародителя.

— И я полагаю, требуется гораздо больше, чем зона трансформации и скоро-будущий астральный король, чтобы заставить их работать вместе.

— Действительно, мистер Асано. Мое впечатление таково, что они ждали некоторое время. Это предполагает, что важность их цели не мала, даже для таких, как они.

— Отлично, — солгал Джейсон и потер руки о свое усталое лицо. — Ты знаешь, что я чувствую, как мое тело пытается разорвать себя на части?

— Я чувствую, как оно делает это, мистер Асано.

Джейсон застонал, встал и открыл портал из своего царства души. Он шагнул сквозь него в облачное здание внутри нового дома светлосердых. Это был еще один балкон, хотя очень отличающийся от того, который он только что покинул. Вместо дерева и запаха земли и сосны, это была облачная субстанция, маскирующаяся под камень. Два алмазных ранга сидели в паре облачных стульев. Третий поднялся с пола для Джейсона, чтобы упасть в него.

Главные сосуды обменялись взглядом, когда Джейсон небрежно плюхнулся в свое кресло. Он развалился, как будто только что пришел домой после долгого дня и отдыхал со своими друзьями.

— О, я чувствую себя ужасно, — пожаловался он. — Извините за отсутствие удобств. Переписывание реальности как бы выматывает, и у меня много дел, прежде чем я развалюсь по швам. Нет времени ходить по магазинам за декором для дома.

— Мы осведомлены об ограничениях вашего времени, — сказала Рейт. — Мы разделяем вашу срочность, так как нам нужно, чтобы вы приняли решение, прежде чем ступите на путь, который лежит перед вами.

— Значит, вам нужно что-то, прежде чем я стану полноценным астральным королем. Ну, у меня нет времени валять дурака, так что чего вы хотите?

— Что вы знаете о Расколотом троне? — спросила Рейт.

Джейсон снова застонал.

— Это звучит как валяние дурака, но вы серьезные люди, так что я подыграю пока.

Он сделал тяжелый вдох, потирая свою ноющую голову.

— Расколотый трон, — пробормотал он. — Какая-то сломанная космическая магическая штука. У меня есть некоторая связь с ним через одного из моих фамильяров. Используется как тюрьма для таких, как вы двое.

— Достаточно лаконично, — сказал Велиус. — Однажды трон не был расколот. Это была сила, которая регулировала космические силы, заставляя великих астральных существ придерживаться их соответствующих целей. Вы думаете об авторитете как о силе, но это не так. Трансцендентные сущности имеют то, что в любом практическом масштабе равно бесконечной силе.

— Для смертных, таких как мы, — сказала Рейт, — авторитет неотличим от силы. По правде говоря, это, как и предполагает название, авторитет. Право трансцендентного существа использовать свою бесконечную силу определенным образом. Авторитет — это то, что поддерживает космос в равновесии, когда он наполнен сущностями бесконечной силы. Космический трон был тем, что регулировало это равновесие. Высший авторитет, если хотите.

— Дайте угадаю, — сказал Джейсон. — Великим астральным существам не понравилось, что им говорит «нет» космический стул, и они разнесли эту штуку.

— Красочное, но неточное предположение, — сказал Велиус. — Но они не были настолько глупы, чтобы оставить друг друга полностью без границ. Великие астральные существа согласились на систему пактов между ними. Соглашения и уступки, которые дали бы им свободу, которую они искали, обеспечивая при этом структуру для предотвращения бесконечной анархии.

Джейсон разразился смехом, раскачиваясь в своем кресле.

— Кучка верховных существ… — сказал он, выдавливая слова между приступами смеха. — …решили, что то, что нужно фундаментальной работе космоса, — это…

Он продолжал пытаться подавить свое веселье, стараясь держать рот закрытым, пока кулак стучал по подлокотнику его кресла.

— …отраслевое саморегулирование, — удалось ему закончить, смех снова убегал от него. Только охватывающая природа облачного кресла остановила его от падения на пол.

Велиус смотрел в недоумении, прежде чем сделать молчаливый призыв к Рейт.

— Он питомец твоего друга, — сказал Велиус.

В тот момент, когда он сказал это, смех затих. Он повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона, который теперь сидел прямо и смотрел прямо на Рейт.

— Итак, — сказал Джейсон. — Вы и Доун всё еще друзья.

— Мы друзья, — сказала Рейт.

— Как она?

— Занята тем, что делает что-то не так уж удаленное от того, что собираетесь сделать вы: проходит через часть трансцендентности, которая — это не просто накопление силы.

— Но она в порядке?

— Она в порядке, — сказала Рейт. — Она не думала, что вы наткнетесь на кузницу души так быстро. Вы отодвинули график, о котором она вас предупреждала. Ожидалось, что вы сначала завершите пространственный мост.

— Вы знаете, что у меня на подходе? То, о чем она предупреждала меня, но отказывается объяснять?

— Я знаю это, да. Я даже собираюсь рассказать вам об этом, но не сегодня. У нас с вами будут дела, но не раньше, чем вы станете астральным королем, или во что вы в конечном итоге превратитесь. Прямо сейчас есть другое дело. Но Доун знала, что я буду рядом, и попросила меня присмотреть за вами.

Джейсон сузил глаза.

— Ма Го Шаат, — сказал он. — Алмазный ранг посланник. Вы — то, что случилось с ним.

— Да. Ваша смерть была бы неудобной, и то, что вы будете должны мне услугу, будет полезно для меня. В свое время.

— Вы не так ограничены в том, как действуете здесь, как Доун, не так ли?

— Нет, — сказала Рейт. — Посланники, развернувшие алмазный ранг против вас, были всем предлогом, который мне был нужен, чтобы вмешаться. Я говорила о пактах между великими астральными существами. Мое великое астральное существо никогда не было их участником. Хранитель Песков выступал против раскола с самого начала и отказался участвовать в чем-либо из этого. Как первый представитель Хранителя, я аналогично имею свободы, которых нет у других.

— И другие великие астральные существа позволили этому сойти с рук?

— Те, кто стоял в стороне, были особенными, — сказал Велиус. — Они всегда стояли отдельно от остальных, даже до раскола. Хранитель, Всепожирающее Око, Слово в Тишине.

— Если все крутые ребята думали, что это плохая идея, — сказал Джейсон, — может быть, вашему боссу стоило принять это как знак.

Велиус закрыл глаза, и когда они открылись, они были черными сферами. Когда он заговорил, его голос стал холодным и мрачным.

— Наша перспектива — не перспектива смертных, — сказал Жнец. — Вот почему у нас есть сосуды. То, что может казаться очевидным ограниченному разуму, упускается тем, который охватывает бесконечность.

— Что является ханжеским способом признать, что вы облажались, потому что ваш космический разум может видеть бесконечность, в то время как упускает слепяще очевидное.

Жнец смотрел на Джейсона черными глазами. Джейсон смотрел в ответ, ухмыляясь великому астральному существу.

— Приятно познакомиться, наконец. Когда я буду чем-то большим, чем бестелесная душа, во всяком случае. Спасибо, что были круты насчет того, что я воскресал так много раз, кстати. Больше того, спасибо, что послали Тень ко мне. Иметь его как друга и спутника значит для меня больше, чем я могу сказать. Я знаю, что быть фальшиво неискренним — это своего рода моя фишка, но я искренне благодарен за это.

— Готовы ли вы отплатить добротой? — спросил Жнец.

— Если смогу. Пока это ничего слишком возмутительного.

— Они хотят, чтобы вы восстановили Расколотый трон и восстановили регулирование великих астральных существ, — сказала Рейт.

Джейсон повернулся и одарил её плоским взглядом.

— Вы не слушали, что я только что сказал этому парню? — спросил он, указывая на Жнеца. Затем он вздохнул. — Думаю, это моя вина, что я оставил себя открытым такой репликой. Должен был знать лучше. Ладно, я исправлю космос или что там еще.

Даже Жнец выглядел слегка удивленным.

— Просто так? — спросила Рейт.

— Вы думаете, я не обращал внимания? — спросил Джейсон. — Готов поспорить, что вся безумная дичь, через которую я прошел, восходит к вам, великим астральным идиотам, закатывающим истерику и говорящим своей маме, что она вам не начальник. Я рискну предположить, что оригинальный Строитель, играющий в глупые игры с парой миров, был рано в процессе осознания того, что это была очень плохая идея. Вы разобрались с ним, но замена была не намного лучше. Вероятно, был втиснут в те пакты, о которых вы упоминали, но он не был там с самого начала, не так ли? Это причина, по которой новый Строитель может бесноваться так, как он делает? Он — дополнение ко всему, о чем вы все договорились в первую очередь?

— Существуют механизмы, чтобы контролировать его, — сказал Жнец.

— Это то, что Шако пытался сказать мне, не так ли? Насчет ручки, которую вы держите на его босса. Но это какое-то слепленное решение, которое не работает для вас, не так ли?

— Многие из нас, кто участвовал в расколе, пришли к выводу, что пересмотр этого решения был бы благоразумным, — сказал Жнец.

— Значит, вы наконец признались себе, что облажались. Вопрос в том, для чего я вам нужен?

— Когда трон был расколот, — сказала Рейт, — были установлены специфические требования, чтобы восстановить его.

Джейсон посмотрел на Жнеца.

— Вы не хотели, чтобы кто-то из ваших исправил это, не так ли? Поэтому вы убедились, что никто из вас не мог.

— Была установлена методология, если восстановление трона окажется уместным, — сказал Жнец. Он закрыл глаза, и когда открыл их, Велиус вернул себе контроль, неуверенный в своем кресле.

— Вы случайно соответствуете требованиям, которые установили великие астральные существа, — объяснила Рейт Джейсону, пока Велиус оправлялся от одержимости.

— Какие требования? — спросил Джейсон.

— Идея в том, чтобы подключиться к Расколотому трону во время процесса трансцендентности и восстановить трон как часть этого. Вы будете предпринимать такой процесс очень скоро.

— Это не будет полная трансцендентность, только половина.

— Этого достаточно.

Велиус застонал, держа голову в руках.

— Я очень хочу, чтобы он просто говорил мне вещи, — пожаловался он. — Он приберегает всё, что хочет, чтобы я знал, а затем сваливает всё на меня в следующий раз, когда он вселяется в меня.

— Как ситуация с космической книгой навыков? — спросил Джейсон.

— Что-то вроде того.

— Обычные книги навыков и так достаточно плохи, — сказал Джейсон. Он встал, вытащил сэндвич и напиток из своего инвентаря и поставил их на боковой столик из облаков, который поднялся из пола. Велиус посмотрел на них затуманенным взглядом, кивнул в знак благодарности и немедленно поморщился, когда пошевелил головой.

— Я не могу быть единственным, кто соответствует вашим требованиям, — сказал Джейсон, когда вернулся на свое место. — Я знаю, что я необычный, но уникальный во всей Вселенной? Даже я не настолько высокомерен, чтобы думать так. Доун трансцендирует, верно? Почему не она, или какой-то другой трансцендирующий миньон?

— Никакой слуга великих астральных существ не может быть использован, — объяснила Рейт. — Пакты предотвращают это.

— Всё равно, должно быть куча людей, похожих на меня, когда берешь весь чертов космос в расчет. И великие астральные существа не решили это вчера, тоже. Я полагаю, что этот выбор был сделан давно.

— Был, — подтвердила Рейт. — Я не буду вдаваться в факторы, которые сузили доступный пул людей; достаточно сказать, что это включает сложности взаимосвязанных временных потоков в разных вселенных. Суть в том, что великие астральные существа ждали правильного человека в правильном месте в правильное время. Они верят, что это вы, здесь и сейчас.

— Каковы эти требования, точно?

— Кто-то, проходящий через один из короткого подмножества трансцендентальных методологий. Даже если только до точки полутрансцендентности.

— Это подмножество включает становление тем, что посланники называют оригиналом, — предположил Джейсон.

— Да, — подтвердила Рейт. — Такие случаи достаточно обычны, в космическом масштабе. Более трудное требование — это предсуществующая связь с Расколотым троном.

— Которая у меня есть через моего фамильяра.

— Да. Всепожирающее Око не из тех, кто общается, даже с другими великими астральными существами. Но мы верим, что оно создало существо, которое вы назвали Гордоном, специально для этого потенциального исхода.

— Это делало это раньше, однако, не так ли? — спросил Джейсон. — Я не первый парень, у которого появился фамильяр-аватар гибели.

— Вы не первый, — подтвердила Рейт. — И да, мы верим, что это Всепожирающее Око приводило вещи в движение. Возможно, другие не разыгрались, как задумывалось, или они были шагами, ведущими к этому исходу. Нет особого смысла задавать вопросы Всепожирающему Оку.

— Так почему я? — спросил Джейсон. — Что делает меня другим?

— Это сила, — сказал Велиус, всё еще одурманенный, но выглядящий лучше от еды. — Если вы сделаете это, если вы превратите Расколотый трон обратно в Космический трон, тогда вы будете сидеть на нем.

Глава65 СИЛА, КОТОРОЙ НИКТО И НИЧТО НЕ ДОЛЖНЫ ОБЛАДАТЬ

Глава 65 СИЛА, КОТОРОЙ НИКТО И НИЧТО НЕ ДОЛЖНЫ ОБЛАДАТЬ

— Рейт назвала Космический трон высшей властью, — сказал Велиус, — и не без оснований. Это сила, которой никто и ничто не должны обладать. Потенциал разрушения здесь таков, с каким космос еще никогда не сталкивался.

— Для достижения трансцендентности нужны амбиции, — произнесла Рейт. — Эти амбиции принимают разные формы, и, будь они эгоистичными или альтруистичными, требуется мощный драйв, чтобы превзойти смертность. Те, у кого есть и амбиции искать подобное, и способности этого достичь, редко готовы отказаться от власти. Даже если они хотят использовать ее во благо, они все равно хотят ее использовать.

— Этого вы от меня хотите? — спросил Джейсон. — Починить Расколотый трон, а потом никогда им не пользоваться? Получить величайшую из космических сил только для того, чтобы отказаться от нее, даже не сделав плавленый сыр полезным для здоровья?

— Да, — ответила Рейт. — Мы ждали того, кто, по нашему убеждению, будет готов претендовать на высшую власть, а затем отказаться от нее, так ни разу ее не применив. Ты зациклен на силе, которой уже обладаешь, и на возможности злоупотребления ею. Мы верим, что ты, из всех кандидатов, что приходили и уходили, с наибольшей вероятностью будешь уважать тот ущерб, который можешь нанести. Будь то ради себя или во имя своих идеалов, ты понимаешь опасность сочетания силы и невежества.

— Значит, не просто «никогда не пользоваться», — сказал Джейсон. — Вы сказали «отказаться от силы». Кому, по-вашему, я должен ее отдать?

— Никому, — сказал Велиус. — Трон должен оставаться пустым. Нейтральный арбитр без воли, только с целью.

— Как это было до раскола, — добавила Рейт. — Когда космос был в равновесии.

Джейсон проглотил едкий ответ и заставил себя остановиться и подумать. Он нахмурился, рассеянно почесав затылок.

— Итак, я вам нужен не из-за всей той странной магической фигни, что у меня творится. В смысле, вы хотите, чтобы я это использовал, но у вас есть и другие варианты на этот счет. Я нужен вам из-за того, кто я есть, а не из-за того, что я такое.

— Да, — подтвердила Рейт.

— Это на самом деле очень лестно, — сказал Джейсон. — Спасибо.

— Ты уже согласился на это, — заметил Велиус, — но тебе не следовало отвечать так поспешно. Это заслуживает должного обдумывания.

— Не спорю, но все мы знаем, что у меня есть время только на поспешность. У меня едва хватает времени на этот разговор, и все мы знаем, что в конце концов я соглашусь. Кто-то явно был достаточно внимателен, чтобы хорошо меня изучить. Но у меня есть вопросы.

— Например? — спросил Велиус.

— Когда он говорил о том, что изменил свое мнение насчет раскола, ваш босс сказал «многие из нас». Многие. Не все. Кого я разозлю, сделав это?

— В этом процессе есть неотъемлемые риски, — сказала Рейт. — И тебе будут противостоять.

— Какие риски?

— Подключение к Расколотому трону во время процесса трансцендентности подвергнет твою душу вторжению.

— Типа звездного семени, торчащего из бока чьей-то души?

— Да, — сказал Велиус.

— И кто-то воспользуется этим шансом, чтобы вторгнуться, — сказал Джейсон. — Та самая оппозиция, о которой вы упоминали. Что они будут пытаться сделать?

— Остановить тебя, — ответила Рейт. — Раздавив твою волю.

— Потрясающе. И как именно выглядит раздавливание моей воли?

— Если твоя воля сгорит, — сказал Велиус, — процесс становления астральным королем продолжится. Но без руководства разума ты станешь маленькой карманной вселенной, дрейфующей по астралу. В конце концов, ты восстановишься; дай этому пару миллионов лет, и ты снова будешь в строю. Наверное, не будешь помнить ничего до того, как очнулся, но будешь функционален. Чистый лист.

— Ура. И как проходит эта битва?

— В процессе достижения трансцендентности твоя душа станет лиминальным пространством. Не тем царством душ, к которому ты привык, не астральным пространством и не карманной реальностью. Чем-то средним, сформированным тобой, но в определенных пределах. Пока ты подключен к трону, другие могут получить доступ к этому лиминальному пространству, если у них хватит сил.

— Великие астральные существа.

— Да.

— А сколько у меня будет контроля?

— Это станет полем битвы, но это все равно будет твоя душа. Природу битвы, почву, на которой она ведется, и правила, которым все должны следовать, — все это предстоит решать тебе.

— Ладно. И кто мне противостоит? Кто хочет меня остановить?

— Мировой Феникс предпочитает текущее положение дел, — сказал Велиус. — Система пактов привнесла политику в жизнь великих астральных существ, и Мировой Феникс использовал их в своих интересах больше, чем кто-либо другой. Он и будет твоим антагонистом.

— Мировому Фениксу все еще нужно, чтобы я восстановил связь между мирами.

— Если трон будет восстановлен, у Мирового Феникса будет меньше гибкости в выборе того, как подобные вопросы будут решаться в будущем. Он считает, что сохранение трона расколотым — гораздо более высокий приоритет, чем сохранение целостности твоих миров, и готов позволить событиям идти своим чередом. Менее идеальные решения, но все же решения.

— Ладно, но я не готов идти лоб в лоб с Мировым Фениксом. Даже близко не готов, преимущество домашнего поля или нет.

— Трансцендентные существа редко сталкиваются напрямую, — сказала Рейт. — Это возможно только тогда, когда необычные обстоятельства создают некое подобие поля битвы, такое, как то, что сформируется в твоей душе. Великое астральное существо не может войти в твою душу, даже при наличии бреши, но может вторгнуться, выразив свою волю.

— Как аватар? — спросил Джейсон.

— Не совсем, — сказал Велиус, — но достаточно близко для практических целей. Суть в том, что ты можешь формировать эти выражения воли. Есть пределы того, что ты можешь с ними сделать, но ты формируешь поле битвы, наряду с теми, кто решит на него выйти.

— Думаю, вы меня переоцениваете, — сказал Джейсон. — Причем очень сильно. Во-первых, я не трансцендентное существо. Я работаю над тем, чтобы достичь середины пути, что, по определению, означает, что сейчас я там не нахожусь. И даже если бы я был, я работаю не над той половиной, что ориентирована на силу. А столкновение воль? Я знаю, как это работает. Я только что столкнулся с аватаром отброса отбросов бога. Бога рядом не было, я контролировал поле битвы, и все равно он чуть не вывернул меня наизнанку.

— Ты сражался с аватаром бога? — спросил Велиус.

— Местный бог нежити, — сказала Рейт. — Он позволил аватару быть втянутым в зону трансформации, чтобы помочь своим жрецам. Похоже, он сразился с Асано и проиграл.

— Нет, — сказал Джейсон. — Эта штука сражалась с полубогом Героя, пока не выдохлась. Я не сражался с аватаром; я сражался с гниющим ошметком кожи, который оставил после себя какой-то бог, и он все равно чуть не стер меня с лица земли. А теперь вы подставляете меня под удар Мирового Феникса?

— Ты будешь не один, — сказал Велиус. — Другие могут получить доступ к твоей душе, чтобы защитить ее, выигрывая время для восстановления трона.

— Ты будешь стоять плечом к плечу с великими астральными существами, которые изначально были против раскола, — сказала Рейт. — Наряду с теми, кто поддерживал раскол, но теперь осознал, что это была ошибка. Однако не все из них присоединятся. Некоторые недостаточно преданы какой-либо стороне, чтобы сражаться за нее. Других лучше вообще не втягивать в такой конфликт.

— Ты не хочешь, чтобы Хранитель Песков и Всепожирающее Око вели войну в твоей душе, — сказал Велиус. — Даже если они на твоей стороне.

— Итак, подытожим, — сказал Джейсон. — Вы хотите превратить мою душу в космическую зону боевых действий для сущностей, которые могли бы стереть меня из реальности, не прикладывая больше усилий, чем просто захотев этого.

— Мы просим о битве, да, — сказала Рейт. — Но ты недооцениваешь то, кем становишься. То, кем ты уже являешься. Даже сейчас ты перешел ту стадию, когда у любой сущности есть сила уничтожить тебя. Это тело умирает, потому что оно больше не является твоим истинным телом. Ты уже бессмертен.

Джейсон откинулся на спинку стула и медленно выдохнул.

— Вы уверены?

— Мы не можем обещать победу, — сказала Рейт. — Только то, что сам факт того, что нас послали, означает, что предстоит настоящая битва.

Джейсон потер виски. Время шло, а головная боль не проходила.

— Кто на чьей стороне? — спросил он. — Если бы это был просто Мировой Феникс против космических звезд, это было бы избиение, не так ли?

— Насколько мы можем судить, — сказала ему Рейт, — только безымянные встанут на сторону Мирового Феникса против тебя.

— Безымянные?

— Великие астральные существа — это сущности, управляющие функциями космоса, — объяснил Велиус. — Жизнь, смерть, время, материя. У великих астральных существ на вершине космической власти есть имена, но у подавляющего большинства их нет. Они — функционеры всего сущего, невидимые, но абсолютно необходимые.

— Они были очень довольны устранением контроля Космического трона, — объяснила Рейт. — Они остаются такими же невидимыми, как и всегда, но при этом освобождены от ограничений своих обязанностей.

— Они также были упущением со стороны именованных великих астральных существ, — сказал Велиус. — Изначальные пакты, регулирующие поведение великих астральных существ после раскола, не включали безымянных. Остальные видели в них то же, что знать видит в слугах: мебель без воли и собственных амбиций.

— Результаты этой ошибки проявились не сразу, — объяснила Рейт. — Точно так же, как безымянные были невидимы при исполнении своих обязанностей, они были невидимы и при совершении проступков.

— Проблемы, возникшие из-за раскола, стали очевидны, — сказал Велиус, снова перехватывая повествование. — Старый Строитель был наказан, а новый был включен в пакты, наряду с безымянными. Но это дополнение к изначальным пактам не стало эффективным сдерживающим фактором для поведения этих поздних дополнений. Новый Строитель и безымянные проявили гибкость в уровне соблюдения правил.

— Ошибка с игнорированием безымянных может оказаться самой серьезной по последствиям, — добавила Рейт. — Проблемы, вызванные старым Строителем, были больше, чем любая отдельная проблема, за которую ответственны безымянные. Но его проблемы были видимыми и единичными. Безымянные создают меньшие проблемы, но этих проблем множество. К тому же они гноятся в темноте, накапливаясь и усугубляясь. Изначальный Строитель подсветил наличие проблемы, но ее можно было сдержать. Безымянные представляют собой бесчисленные проблемы, каскадом переходящие в бесконечную анархию.

— Строителя и его одной проблемы мне хватило с головой, — сказал Джейсон. — Как выглядит бесконечная анархия?

— Представь, что сами механизмы космоса разваливаются, — сказала Рейт. — Кавалькада проблем, по мере того как фундаментальные правила реальности и того, что за ее пределами, расползаются по швам. Строитель выявил эту проблему, но безымянные — это главная угроза. Опасность, которую они представляют, убедила многих, кто поддерживал раскол, изменить свою точку зрения.

— И лучшая идея, до которой додумался космос, полный супербогов, — это заставить меня все исправить? Люди говорят, что мои планы плохи, но по сравнению с этим я — любитель.

— Есть запасные варианты, — сказал Велиус. — Таков путь великих астральных существ, но эти варианты уродливы. Они также включают вещи, о которых нельзя говорить.

— Достаточно сказать, — добавила Рейт, — что твой успех был бы лучшим вариантом из всех возможных.

— Но Мировой Феникс с этим не согласен?

— Возможно, он считает, что сможет справиться с безымянными, или что сможет процветать в том, что останется после того, как с ними разберутся иначе, — сказал Велиус.

— Что останется? — спросил Джейсон.

— От космоса. Это все, что вы получите от нас о том, что произойдет, если вы откажетесь или потерпите неудачу.

— Никакого давления, значит.

— Велиус говорит о последнем запасном варианте, — сказала Рейт. — Если ты не выполнишь задачу, ее потребуют от других, подобных тебе. Ты не последняя линия обороны космической целостности. Ты просто лучший вариант, который у нас есть сейчас.

— Я начинаю чувствовать себя крайне расходным материалом. Если у нас Мировой Феникс и безымянные на одной стороне, кто присоединится ко мне в команду «Ничего страшного, если Джейсон умрет, мы найдем кого-нибудь другого»?

— Небесная Книга и Искатель Песен с самого начала были против раскола, — сказала Рейт. — Те, кто изменил свое мнение и будет сражаться, — это Жнец, Легион и Шепот в Углах. Остальные либо сохраняют нейтралитет, либо являются плохим выбором для такой битвы.

— И их достаточно, чтобы справиться со всеми этими безымянными?

— Дело не в количестве, — сказала Рейт. — Дело в воле. Это не битва в обычном понимании.

— Это я понимаю, — сказал ей Джейсон. — Я усвоил это, сражаясь с тем аватаром. Это была моя душа, мое поле битвы, точно так же, как будет и здесь. Как только я научился быть богом своей собственной вселенной, с аватаром стало не так уж сложно справиться. Единственный трюк заключался в том, чтобы не потерять себя в режиме бога.

— Ключ в том, чтобы закрепить свою идентичность на чем-то, — сказала Рейт.

— О, я это понял. Первый раз было немного на грани, но в следующий раз я буду знать, что делаю. Но это не значит, что я готов встретиться с Мировым Фениксом, даже если это будет в моем доме. Иметь союзников — это хорошо, но ведь придут-то за мной, верно? В конце концов, это будет моя битва, которую нужно выиграть или проиграть.

— Да, — сказала Рейт. — В конце концов, это будет твоя битва.

— Тогда что заставляет вас думать, что я могу победить? Шанс есть, конечно, но это не очень обнадеживает. Все, что они теряют, если это не сработает, — это я. Они могут попробовать снова со следующим человеком, и с тем, кто после него, и так далее. Потом у них есть тот запасной вариант, о котором вы упоминали, даже если он отстойный. Я почти уверен, что мое пребывание в состоянии овоща в течение нескольких миллионов лет для них гораздо более приемлемо, чем для меня.

— Тогда скажи «нет», — сказал Велиус. — В конце концов, найдется кто-то другой.

Джейсон вздохнул, уже зная, что не скажет. Он повернулся к Рейт.

— Что Доун думает о том, что ее босс пытается выжечь из меня разум? — спросил он ее.

Уголки рта Рейт приподнялись в ироничной улыбке.

— Она сказала Мировому Фениксу не делать этого, — ответила она. — Не ради тебя и не потому, что она хочет восстановления трона. Она сказала Мировому Фениксу, что он проиграет.

Когда широкая ухмылка расплылась по лицу Джейсона, Велиус повернулся к Рейт.

— Правда? — спросил Велиус.

— Да, — сказала Рейт. — Я была в Горниле Мировой Искры с Хельсвет и видела весь этот обмен репликами. У Доун много веры в тебя, Асано. Не уверена, откуда она берется, учитывая, что вы знакомы всего три минуты, но ты явно произвел впечатление.

— Молодежь, — пробормотал Велиус, качая головой.

— Асано, — сказала Рейт, — ты все еще вписываешься в планы Мирового Феникса. Он переключился на действия против тебя только потому, что Расколотый трон для него важнее, чем благополучие пары миров.

— Да, я встречал запасной план, — сказал Джейсон. — Послушайте, я понимаю, что это важно и все такое, но у меня все еще есть другие дела. Нужно ли мне знать что-то еще, прежде чем все это начнется? Как мне сделать эту часть с подключением к Расколотому трону?

Его мысли устремились к странной пустоте, появившейся в пространстве его души.

— Неважно, — сказал он. — Думаю, эту часть я знаю.

— Доверься своему фамильяру; он направит тебя, — сказала Рейт. — Что касается других вещей, которые тебе следует знать, есть одна.

Джейсон посмотрел на Рейт, и древнее существо проявило нерешительность в выражении лица. Она с каменным лицом сказала ему, что Мировой Феникс, возможно, его самый могущественный союзник, собирается залезть ему в душу и попытаться выскрести его внутренности. После этого, что еще она могла бы не решаться ему рассказать?

— Что такое? — осторожно спросил он.

— Я упустила одно имя, когда говорила о том, кто будет сражаться на твоей стороне, — сказала Рейт.

— Кто? — спросил Джейсон.

— Строитель.

— О, да какого хр⁠—

Глава66 СТОРОНА ПРЕДАТЕЛЬСТВА

Глава 66 СТОРОНА ПРЕДАТЕЛЬСТВА

Культисты Строителя находились в здании в городе светлых сердец. Это было однокомнатное сооружение без дверей и окон. Похоже, оно было сделано из больших каменных кирпичей, а несколько кристаллов в потолке излучали теплый свет. Культисты выглядели по-разному: потерянными, сбитыми с толку, отчаявшимися и злыми. Некоторые выглядели странно обнадеженными. Несколько человек лежали на полу, выглядя больными, и все они выглядели как люди. Не было никаких признаков металлоконструкций, вызывающих телесный ужас, которые были визитной карточкой культа.

То немногое из металла, что можно было найти, лежало в углу, сваленное в кучу. Оно состояло из крошечных сфер, в основном серебряных, но нескольких золотых. От каждой сферы тянулось гнездо из нитей, похожих на паутину, теперь все перепутанные в куче.

Когда дверная секция стены превратилась из камня в облачную субстанцию, все головы, не стонущие на полу, повернулись. Лидер, Бофорт, вскочил с того места, где он сгорбился у стены. Джейсон Асано прошел сквозь облачный материал, который превратился обратно в кирпичи позади него.

Бофорт зашагал вперед, чтобы нависнуть над мужчиной пониже ростом.

— У нас была сделка, Асано, — прорычал он.

— Да, — сказал Джейсон. — Что я отпущу вас живыми. Передам вас Обществу искателей приключений. Что я, собственно, и собираюсь сделать.

Бофорт сделал гневный жест в сторону кучи металла.

— Ты ничего об этом не говорил.

— Нет, не говорил, — согласился Джейсон. — Я был почти уверен, что это сработает, но не мог быть уверен на сто процентов. Пожалуйста.

— Ты ждешь, что я поблагодарю тебя? Ты забрал то, кем мы являемся!

— Кем вы были, — поправил Джейсон. — Я забрал то, кем вы были. А то, кем вы были, — отстой, так что, опять же, пожалуйста.

Бофорт сердито вглядывался в выражение лица Джейсона.

— Ты ведь не чувствуешь никакого раскаяния за это, да?

— Сколько людей ты убил ради Строителя, Бофорт? Ты хоть знаешь? По справедливости, ты должен был выжечь любое сострадание, которое я мог бы к тебе почувствовать, задолго до нашей встречи. Но я все равно сделал это ради вас.

— Ради нас? — спросил Бофорт, выкрикивая свое недоверие. — Ты сделал это с нами, Асано. Я даже не понимаю, как.

— Неужели Строитель не предупреждал тебя обо мне? Звездные семена — это очень плохая вещь, чтобы иметь их внутри себя. Они проделывают дыру в боку души. Дают таким, как я, точку доступа. Ручку, за которую можно ухватиться и рвануть. Обычно это грубый и крайне окончательный процесс, но так уж вышло, что я недавно переписывал кое-что в реальности. Это дало мне шанс вытащить их, аккуратно и плавно. Это все, что я сделал, кстати; я не лазил ни у кого в душе. Хотя мог бы. Эти звездные семена — сплошная беда.

Джейсон посмотрел на кучу извлеченных звездных семян и вздохнул.

— Меня только что попросили выполнить работу со Строителем. Если вспомню, скажу ему, что вы, ребята, вышли из его маленького клуба. Хотя я почти уверен, что он знает.

— Мы получим новые звездные семена при первой же возможности.

— Это ваше дело. Но если у вас появится такой шанс, можете поблагодарить меня за него. Если я передам кучу культистов Строителя Обществу искателей приключений, полагаю, они будут пытать вас, чтобы выведать любую информацию, а потом препарируют, чтобы узнать, что можно. А кучка бывших культистов с удаленными звездными семенами… вы, по сути, жертвы. Все знают, что это не так, но если разыграть это достаточно убедительно, вы, возможно, выберетесь оттуда живыми.

— Ты предал нас, Асано.

— Ты уверен, что все здесь чувствуют то же самое, Бофорт? Я не знаю, в каком вы состоянии после извлечения, но мои чувства ауры ощущают некоторую надежду в этой комнате. Шанс стать чем-то большим, чем марионетка на ниточках безумного бога. Я знаю, что он не настоящий бог, но он достаточно близок к этому, и ты должен признать, что это была отличная фраза.

— Отнесись к этому серьезно! — прорычал Бофорт.

Джейсон использовал свою ауру, чтобы подавить ауру культиста, поднял его и швырнул о стену. Золотой ранг сопротивлялся своей собственной, но ничего не добился. Он был слаб после извлечения звездного семени, а аура Асано, казалось, исходила отовсюду.

Ноги Джейсона оторвались от пола, и он поплыл вперед, чтобы посмотреть в глаза мужчине повыше. Его выражение было серьезным, как того и требовал Бофорт.

— Ты действительно хочешь серьезности? — спросил Джейсон, и его голос превратился в шепот. — Потому что я могу это сделать, Бофорт. Я могу начать проявлять реальный интерес к тому, как ты провел свою жизнь до того, как мы с тобой встретились. У меня сильное предчувствие, что просто спросить светлых сердец, что они о тебе думают, приведет к тому, что я разрежу тебя на крошечные кусочки, соскребая твою душу каждым срезом. Как насчет этого, культист? Хочешь, чтобы я отнесся к этому серьезно? Или ты предпочел бы, чтобы я забыл, что ты когда-либо существовал, и позволил Обществу искателей приключений разобраться с тобой?

Все еще прижатый к стене аурой Джейсона, Бофорт выдавил ответ:

— Общество искателей приключений.

Не говоря больше ни слова, Джейсон проплыл вокруг Бофорта и сквозь стену, которая снова на мгновение превратилась в облака. Культист сполз на пол у стены, почти точно туда, где он был до прихода Джейсона.

Оставив культистов позади, Джейсон прошел по пустым улицам облачного города. Он чувствовал, как здания смещаются, пока Лоренн экспериментировала. Он чувствовал светлых сердец в разрозненных группах, их было слишком мало для города, который он для них создал.

Он гордился растущей надеждой, которую чувствовал в их аурах. Светлые сердца наконец-то выбрались из его пространства души и, что более важно, из опасности. Они так долго пребывали в отчаянии, наблюдая, как их цивилизация пережевывается, а затем выплевывается обратно в виде ужасов, пытающихся уничтожить то, что осталось. Надежда, которая у них была, пока что была лишь искрой после столь долгого времени без нее. Но она была там, в тысячах светлых сердец, которым удалось выжить.

Что касается членов экспедиции, Джейсон чувствовал их воссоединения, когда все больше людей спускалось с поверхности. Он чувствовал Аллайет с Мириам и ее командой, а также посланников, неловко избегающих всех остальных. Карлос злился на кого-то, а Верховная жрица Целителя встречалась с контингентом из своей церкви.

Джейсон подумывал заглянуть, чтобы коротко поговорить с Аллайет, но он и так позволил себе достаточно задержек. Его тело пыталось распутаться и начать процесс формирования истинного астрального королевства, и он мог сдерживать это лишь некоторое время. Он открыл портал обратно в пространство своей души и шагнул внутрь. У него были свои воссоединения.

Джейсон появился на платформе, прикрепленной к стволу массивного дерева. Он оглядел широкую открытую палубу, где находились его друзья, спутники и Борис. Он не хотел доверять посланнику, но обнаружил, что делает это постепенно. Может быть, он был заслуживающим доверия, а может быть, он был непостижимо древним существом, которое могло обвести вокруг пальца способность Джейсона читать его. Лучшее, на что мог надеяться Джейсон, — это то, что, вероятно, верно и то, и другое.

Хамфри, выглядя пристыженным, стоял у фуршетного стола с матерью и Софи. Семья Ремор и Гэри вели жаркую дискуссию, причем большая часть жара исходила от Руфуса. Фарра, Белинда и Клайв стояли вокруг стола, завороженно глядя на что-то, что рисовал Борис. Тайка тоже был там, выглядя озадаченным, но дискуссия была приглушена экраном конфиденциальности. Нил дремал в шезлонге из облаков с недоеденным сэндвичем на груди. Усатая собака, несмотря на полный еды стол, подкрадывалась к сэндвичу Нила.

Гэри заметил его прибытие и оставил Реморов, чтобы подойти.

— Джейсон, ты выглядишь так, будто с похмелья. Сильного похмелья.

— Да, ну, ты не единственный, кто знает, каково это, когда твое тело пытается взорваться. Как ты держишься?

— В пространстве твоей души нет тяги, чтобы сила Героя вернулась к богу. Она внутри, но горит, как печь. Если я останусь здесь, то смогу продержаться несколько месяцев, но я так понимаю, что этого места не станет, когда ты займешься своими делами астрального короля.

— Нет, — сказал Джейсон. — Дерево — теперь, полагаю, город-дерево — останется нетронутым. Надежное сердце, пока остальная часть меня будет разобрана на части. Ты можешь оставаться здесь, пока это не станет невыносимым.

Гэри посмотрел на Руфуса.

— Я не уверен, что это хорошая идея. Думаю, полный разрыв в долгосрочной перспективе может быть лучше.

Джейсон хлопнул Гэри по огромному, покрытому шерстью предплечью.

— Все еще оглядываешься на других, даже сейчас.

— Как долго ты сможешь продержаться?

— Не так долго, как хотелось бы. Достаточно для прощаний. Я не увижусь ни с кем некоторое время.

— Каково это будет для тебя? — спросил Гэри. — Что-то вроде медитации, пока превращаешь себя в маленькую вселенную?

— Думаю, в этом и была идея.

— Была? — спросила Фарра, похлопывая Гэри по руке, когда присоединилась к ним.

— Оказывается, я должен… не спасти космос. Сделать первую попытку спасти его? Сделать его, может быть, чуть менее дерьмовым.

— Весь космос? — спросила Фарра.

— Не уверен. На данный момент мы говорим о масштабах, которые я не могу осознать. Чем больше я узнаю о широком космосе, тем больше понимаю, насколько я невежественен.

— Тогда стоит ли тебе вмешиваться в вещи такого масштаба? — спросила она.

— Нет, — сказал Джейсон со смехом. — Нет, не стоит.

Гэри и Фарра покачали головами.

— Думаю, приятно знать, что некоторые вещи не изменятся, когда я уйду, — сказал Гэри. — Ты все еще будешь заниматься «делами Джейсона», когда тебе действительно не следовало бы.

— Есть кое-что, о чем нам нужно поговорить, — сказала Фарра. — Прежде чем мы попрощаемся.

— Я знаю, — сказал Джейсон. — И это хорошая идея. Хотя продать ее будет сложно.

— Ты знаешь? — спросила Фарра. — Точно, я забыла, что здесь ты бог-император в модных штанах и можешь слушать все наши разговоры.

— Я не ношу модные штаны.

— Ну, я не бог-император в модных штанах, — сказал Гэри. — Ты мог бы сказать мне.

— Да, — сказал Джейсон Гэри. — Ты просто полубог героизма.

— Я скучаю по Эрике, — мечтательно сказала Фарра. — Мне нужно больше обычных друзей.

Они переместились туда, где Клайв, Белинда, Тайка и Борис стояли вокруг стола. Они вошли в экран конфиденциальности группы и внезапно смогли услышать дискуссию внутри.

— …потребовались бы знания теории астральной магии, чтобы активно управлять оболочкой, — говорил Клайв. — Это означает одного человека. Может быть, двух, если они действительно знали, что делают.

— Я действительно знаю, что делаю, — сказал Борис. — Вопрос не в способности, а в…

Он замолчал, повернувшись, чтобы посмотреть на Джейсона.

— …доверии.

— Не думаю, что кто-то мог бы ввести меня в курс дела? — спросил Гэри.

— Они хотят отправить меня в космос в волшебном кокосе, — сказал Тайка.

Клайв поморщился, потирая виски.

— Не стоило мне использовать эту аналогию, — пробормотал он, пока Белинда утешительно похлопала его по спине.

— Это больше похоже на большое коричневое яйцо, — сказал Борис.

— Идея, — сказала Белинда Гэри, — в том, что кто-то с гештальт-сочетанием тела и души, как посланник или Джейсон — или ты, полагаю, — может создать своего рода пузырь своей аурой, когда они перемещаются через астрал. Они, по сути, превращают свою ауру в корабль-измерение для одного пассажира.

— Двух, если они достаточно хороши, — поправил Борис. — Это требует постоянной корректировки ауры к размерным силам, испытываемым во время путешествия.

— Суть в том, — вмешалась Фарра, — что Борис может взять с собой двух человек, когда вернется на Землю.

— Это будет не самое приятное путешествие, как я предупреждал Тайку здесь, — сказал Борис. — Мой вид разработал эту технику, чтобы таскать с собой смертных, которые нам были нужны по той или иной причине. Комфорт во время полета не был главной заботой. Это духовное путешествие, которое действительно поддерживает традиции Spirit Airlines.

Борис выжидающе ухмыльнулся, в то время как Белинда, Клайв и Гэри выглядели озадаченными, а Джейсон и Фарра закатили глаза.

— Это было грустно, бро, — сказал Тайка, качая головой. — Я знал, что ты с Земли, но не знал, что ты стендап-комик из 1998 года.

Это заставило Джейсона и Фарру рассмеяться и вызвало обиженный вид на лице Бориса.

— Не смотри на меня так, — сказал Тайка Борису. — Внутренняя авиакомпания из США? Это слишком специфическая отсылка, когда большинство в этой группе никогда не были на Земле.

— Слишком специфическая? — спросил Борис. — Разве ты не тот парень из «Рыцаря дорог»?

— «Рыцарь дорог»? — спросил Тайка, выглядя озадаченным. — Ничего не приходит на ум. Джейсон?

— Никогда не слышал, — сказал Джейсон.

— Вы оба отстой, — сказал Борис с надутым видом.

— Я все еще не совсем понимаю, что происходит, — отметил Гэри.

— У Бориса, — сказала Белинда, — есть неприятный, но безвредный способ взять кого-то с собой на Землю. Двух человек. Одним из них будет Тайка.

— Что касается другого, — сказала Фарра, — я оставила ученика на Земле только с начатками обучения. Я подумала, что мы могли бы отправить кого-то с нужным набором навыков, чтобы закончить работу. Кого-то, чья семья управляет школой.

Гэри повернулся, чтобы посмотреть на Руфуса, поймав его взгляд. Несмотря на то, что он был поглощен дискуссией со своей семьей, взгляд Руфуса никогда не задерживался на Гэри слишком долго. Леонид повернулся, чтобы задумчиво посмотреть на Джейсона и Фарру.

— Когда он думал, что вы двое мертвы, — сказал Гэри, — Руфус находил большое утешение в том, чтобы отложить приключения и стать учителем. Я понимаю, о чем вы думали, но вы говорите о гораздо больших переменах, чем филиал Академии Ремор в Гринстоуне.

— Перемены — это как раз то, что ему нужно, — сказала Фарра. — На данный момент. Нам нужно поговорить об этом с Арабель.

— Вам нужно решить быстро, — сказал Борис. — У меня нет намерения оставаться здесь, как только начнется трансформация Джейсона. Общество искателей приключений будет слишком заинтересовано в знакомстве со мной и моими посланниками. Что подводит к вопросу о том, беру ли я с собой твоих посланников, Джейсон.

— Да, — сказал Джейсон. — Думаю, Марек Ниор Варгас и его несостоявшаяся Неортодоксия будут рады последовать за тобой, но остальные — не мои, и они не твои, Борис. Они делают то, что хотят, и если они в конечном итоге захотят присоединиться к твоему делу, это их выбор. Но они ищут убежища в моих владениях на Земле, пока разбираются в себе. Если я попаду на Землю и обнаружу, что ты обманул меня в этом…

— Тебе не о чем беспокоиться на этот счет, Асано, — сказал Борис. — Я боролся за автономию посланников еще до того, как появилась твоя вселенная.

— Так ты сказал. Но теперь мне нужно доверить тебе одного, возможно, двух людей, которые значат для меня больше всего в мире.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — сказал ему Борис. — Живя так долго, как я, я был предан больше раз, чем количество дней, которые ты прожил. И я не буду отрицать, что был участником предательства, так же как и ты. Но у нас закончилось время, мы играем на кону, который не дает нам шанса делать постепенные шаги к доверию. Я слишком хорошо знаком и с этим. Ты должен решить сейчас, Асано, доверять мне или нет.

— Да, — мрачно согласился Джейсон. — Я знаю.

Глава67 ПРОЩАНИЯ

Глава 67 ПРОЩАНИЯ

Все за пределами города-дерева, который теперь был сердцем пространства души Джейсона, было запретной зоной. За точкой, где стояли последние деревья, был острый край, где реальность заканчивалась. За ним была граница, ничего нельзя было увидеть, кроме золотой, серебряной и синей дымки. В дымке была спрятана тайная горная крепость, но только сам Джейсон мог добраться туда или выжить там.

Оставшиеся обитатели пространства перебрались в город-дерево. Джейсон был занят тем, что использовал свое ограниченное время, поэтому его аватары занимались обустройством. Жилье и объекты были подготовлены для тех, кто будет посещать нетронутую часть пространства Джейсона, пока он перестраивал остальную его часть.

До прибытия разумного леса у пространства Джейсона был только один постоянный обитатель: Мелоди Джейн, мать Софи. Ее перевезли в роскошное поместье, состоящее из нескольких домов на деревьях, соединенных веревочными мостами. Рядом находился исследовательский центр, который, как надеялись, позволит ей однажды покинуть пространство души без того, чтобы ее разум был захвачен божественным промыванием мозгов.

Исследовательский центр был подготовлен для Карлоса Килидо. Жрец Целителя присоединился к подземной экспедиции, приостановив свои исследования, поскольку Джейсон был критически важен для их следующего этапа. Аватар, которого Джейсон оставил для Карлоса, поможет его исследованиям, используя пространство души, чтобы помочь людям пережить экспериментальное лечение. В остальном аватар будет функционировать как один из помощников Карлоса, чтобы Джейсон мог поглотить знания по возвращении.

У Клайва также был исследовательский центр, хотя он не был так зависим от самого пространства души. Клайв будет использовать это место по мере необходимости, но в основном будет находиться в разъездах с командой.

Другими обитателями пространства души были посланники, но они вскоре должны были отправиться на Землю. Частью этой группы были посланники, которых Борис похитил в зоне трансформации. Теперь они были свободны от влияния своего астрального короля, благодаря тому, что Джейсон помог им заменить клеймо Весты Кармис Зелл на знаки, представляющие их собственные идентичности и автономию. Они были вынуждены оказаться в нынешней ситуации, но в значительной степени приходили в себя.

Более воодушевленными следовать за Борисом были посланники, которых Джейсон держал в плену со времен битвы при Яреше. Марек Ниор Варгас и его люди сдались Джейсону в надежде избежать контроля астрального короля и присоединиться к Неортодоксии. Борис олицетворял их надежду на присоединение к великому космическому восстанию.

Самой большой группой посланников в пространстве души Джейсона были те, кто был освобожден в зоне трансформации. Многие из них были вариантами обычных посланников из-за того, как они появились на свет. Ортодоксальные посланники никогда бы их не приняли, а Джейсон все равно не позволил бы астральным королям их забрать. Ко всему прочему, им было всего несколько месяцев от роду.

Двое посланников стояли отдельно от других групп. Джали Коррик Фен осознала свое рабство, но думала, что никогда не сбежит от него, даже в собственном разуме. Джейсон спас ее от этого, когда она ожидала, что он убьет ее, изменив ее будущее и завоевав ее лояльность.

Тера Джун Каста была ревностной последовательницей ортодоксии посланников до своего принудительного освобождения руками Джейсона. Когда она заставила его участвовать в смертельном поединке, пытки души стали единственным способом для него сохранить им обоим жизнь. Он освободил ее от оков астрального короля в то же время, но она была совсем не благодарна.

Джали и Тера когда-то были подругами. Растущие сомнения Джали и растущее рвение Теры положили конец этим отношениям, но их общий опыт с Джейсоном снова сблизил их. В течение месяцев, которые они провели в пространстве его души, они снова обнаружили, что проводят время вместе.

Их воссоединение было непростым. Их различия в прошлом отражались в их отношениях с их общим освободителем. Для Теры Джейсон был человеком, который оторвал ее от всего, что она знала. Для Джали он был человеком, который спас ее от этого. Джейсон был трудной темой, которой сложно было избежать, когда они находились внутри его души, и это всегда приводило к спорам.

Именно группа молодых посланников привела их к согласию. Каковы бы ни были их взгляды на Джейсона, они обе хотели лучшего для молодых, впечатлительных посланников. Ни одна из них не хотела, чтобы на них оказывали плохое влияние — Джейсон для Теры и Борис для обеих. К сожалению, идеальных вариантов не было.

Одной из возможностей было оставить их в пространстве души Джейсона. Выпустить их на Паллимустус было не вариантом, так как либо астральные короли, либо Общество искателей приключений быстро бы их схватили. Другой вариант — отправить их на Землю с Борисом. В конечном счете, Джейсон предоставил выбор самим молодым посланникам, и они выбрали Землю.

Джейсон ясно дал понять, что не потерпит, если Борис превратит их в детей-солдат, с чем Борис, по крайней мере, на словах полностью согласился. Ни Джали, ни Тера не доверяли словам этого человека и настаивали на том, чтобы отправиться на Землю вместе с остальными.

Что касается того, какая судьба их ждет, это был сложный вопрос. По-видимому, на Земле существовали крупные и чрезвычайно секретные анклавы Неортодоксии. В качестве альтернативы Джейсон дал Джали сообщения для своей семьи с предложением предоставить беженцам убежище. А какую гавань выберут посланники, когда прибудут на Землю, — это было их дело.

В городе-дереве, на балконе одного из больших домов на деревьях, проходило собрание. Борис ушел, когда Эмир, Констанция и Ник присоединились, завершив основной круг друзей Джейсона. Именно так Джейсон хотел использовать свое ограниченное оставшееся время. Не строя планы и не приводя вещи в движение, просто будучи вместе с людьми, которые значили больше всего. Он отбросил мысли о скорых расставаниях, поскольку в данный момент они просто наслаждались компанией друг друга.

Они ели и болтали. Джейсон и Нил были даже смутно милы друг с другом. Ближе всех к аутсайдеру был Гвидион, но старший брат Руфуса быстро вливался в компанию. Жрец Героя лежал в облачном кресле почти плашмя, между отцом и братом. Он ковырял еду, сложенную горкой на тарелке, покоящейся у него на груди, соус оставлял пятна на его пальцах и жреческих одеждах.

Хотя группа могла притворяться, что у них есть все время в мире, тикающие часы Джейсона стало трудно игнорировать, когда потоки золотой энергии начали подниматься от него, по мере того как его тело входило в ранние стадии распада.

— Бро, — сказал Тайка. — По-моему, ты регенерируешь.

Джейсон вздохнул.

— Похоже, мое время подходит к концу, — сказал он. — К сожалению, нужно сделать еще больше, так что мне пора.

Даниэль Геллер поднялась на ноги.

— Я знаю, что предстоят некоторые расставания, — сказала она. — Большинство — лишь на время, но Гэри — в последний раз.

Она посмотрела на него с печальной теплотой.

— Я могу предложить мало утешения тем, кого мы больше не увидим. Это потеря, которую мы никогда не сможем вернуть, но мы должны радоваться возможности попрощаться с Гэри. Слишком часто людей забирают у нас внезапно и неожиданно. В случае с Гэри его жертва была совсем не неожиданной. В нем так много героя, что выбор, который он сделал, казалось, был почти неизбежен, если оглянуться назад. Если уж на то пошло, Герой его не заслуживает. Без обид, Гвидион.

— Все в порядке, — сказал жрец Героя. — Он не может тебя здесь слышать.

— Чем я надеюсь вам помочь, — продолжила Даниэль, — так это расставаниями, которые, хотя и долгие, но не навсегда. Вы все со временем узнаете, что временное расставание — это естественный и здоровый аспект отношений, которые длятся десятилетиями и столетиями. Мы с мужем вместе и порознь, когда нам это нужно. Это не умаляет нашей любви друг к другу. Мы вместе искали приключения. Вместе растили наших детей. Когда наши дети пошли своими путями в мире, мы сделали то же самое. Проведя время порознь с тех пор, мы только недавно снова начали наслаждаться временем вместе.

Она обвела жестом группу.

— Дружба — это ключ. Страсть и пыл могут завести вас далеко и быстро, но они не удержат вас вместе, когда один год превращается в десять, а десять — в сто. Мой муж — мой лучший друг в мире, и именно поэтому мы всегда будем находить друг друга снова, как бы долго мы ни расставались.

Хамфри и Софи обменялись взглядами, нервными, но обнадеживающими, пока Даниэль продолжала говорить.

— Я недолго была золотого ранга, — сказала она, — но я старше, чем выгляжу.

— Вы старше пятидесяти? — выкрикнул Джейсон.

— Джейсон! — прошипел Хамфри. Даниэль сверкнула глазами на Джейсона, но ухмылка, которую она не смогла сдержать, смягчила любую строгость.

— Я старше, чем выгляжу, — возобновила Даниэль, — и я смирилась с тем, чтобы расставаться на годы. Сегодня пришло время многим из вас начать делать то же самое. Друзья расстанутся сегодня, но дорога длиннее, чем вы можете понять за то короткое время, что были вместе. Ваша дружба все еще в зачаточном состоянии. То, что вы создали такие крепкие узы всего за несколько лет, очень впечатляет меня. Я не сомневаюсь, что вы будете частью жизни друг друга дольше, чем кто-либо из нас может себе представить сейчас.

Она снова повернулась к Гэри.

— Что делает постоянную потерю еще более тяжелой. Мне жаль говорить о многих годах, которые мы все проведем вместе, Гэри, когда у тебя не будет шанса пройти их с нами.

— Нет, — сказал Гэри. — Я сделал выбор, который привел меня сюда. И мне нравится думать, что его совершение — причина, по которой вы все будете вместе так долго, вместо того чтобы умереть в яме. Я не могу просить о большем.

— Мы уверены, что не можем поменять Джейсона на Гэри? — спросил Нил. — Он, вероятно, сразу бы ожил; вы же знаете, какой он.

— Да, Нил, — сказал Хамфри. — В восьмой раз, мы уверены.

— А как насчет моего запасного плана?

— Как поливание головы Джейсона липким сиропом может быть запасным планом? — спросил Хамфри.

— Не знаю, — сказал Нил. — Я просто не думаю, что мы должны отбрасывать какие-либо варианты, пока не протестируем их тщательно.

— Ваши друзья всегда такие? — спросил Гвидион своего брата.

— Да, — сказал Руфус, глядя на Гэри, как и все это время.

— Они веселая компания, — сказал Гвидион.

— Сейчас не время для веселья.

— Они, кажется, не согласны.

— Ты здесь ради Гэри? — спросил Руфус.

— Кто-то должен был быть здесь ради него. Имело смысл послать меня. Ты собираешься превратить ваши с ним последние моменты вместе в эту слезливую вещь? Разве ты не хочешь проводить его с радостью?

Руфус нахмурился, глядя на своего старшего брата с обеспокоенным выражением лица. Выражение лица Гвидиона стало серьезным.

— Как ты сказал, меня сюда послали. Это не только воссоединения семьи и новые друзья. У меня есть важный вопрос, требующий ответа.

— Какой?

— Софи и Хамфри; как думаешь, насколько они были бы открыты к менее традиционным отношениям?

Отец Гвидиона протянул руку, чтобы щелкнуть сына по уху.

— Ай! За что это?

— Чтобы твоей матери не пришлось вмешиваться. Веди себя прилично.

Гвидион поднял тарелку и сел, глядя на мать. Арабель смотрела на него из-под приподнятых бровей с выражением, в котором не было веселья.

— Спасибо, пап, — прошептал Гвидион.

Джейсон тихо прощался с друзьями, один за другим. Он встречал их в комнате прямо у балкона, где они все собрались.

— Я знаю, ты все еще сомневаешься в своем месте в команде, — сказал он Белинде. — Я — нет. У тебя есть перспектива, которую разделяет только Софи, а она так решительно настроена смотреть вперед. Ты единственная, кто оглядывается назад, в темные углы, которые остальные из нас не понимают. Есть угрозы, которые увидишь только ты, и я вижу, как ты следишь за ними.

— Откуда вся эта искренность? — спросила она, обнимая его.

— Может, я становлюсь более зрелым.

Она отпустила его и посмотрела на него безэмоциональным взглядом.

— Это могло бы случиться, — неубедительно сказал он.

— …смогу эффективно составить карту астральной геометрии, как только проведу достаточно испытаний, чтобы точно обозначить переменные значения для несинхронных временных потоков через…

— Клайв, — сказал Джейсон, прерывая его.

— Что? — спросил Клайв, отвлекаясь. — Извини, что ты сказал?

— Я сказал, что это последний раз, когда мы видимся, по крайней мере, на несколько лет.

— О, точно. Становишься астральным королем.

— Да.

— Просто убедись, что делаешь много заметок. На самом деле, позволь мне достать инструменты, которые будут измерять размерные взаимодействия гораздо лучше, чем субъективные наблюдения, пока…

— Я не беру кучу инструментов, Клайв.

— Это не похоже на то, что ты будешь занят, — пожаловался Клайв. — Это будет по сути как медитация, верно?

— Клайв, я буду сражаться с Мировым Фениксом.

— Прости, что?

— Помнишь, я упоминал, что должен немного исправить космос?

— Я, наверное, не слушал. Ты всегда делаешь подобные вещи, и никогда не делаешь нормальных заметок.

— Посмотрю, что смогу сделать.

— Что ты мог бы сделать, так это взять несколько базовых инструментов для размерного анализа.

— Нет. Может, ты мог бы найти настоящую жену, пока меня не будет. Ты ведь не все еще «зациклен» на Фарре?

— Когда я был «зациклен» на Фарре?

— В Гринстоуне, когда мы только встретились.

— Думаю, все эти воскрешения повлияли на твою память.

— Определенно нет.

— В любом случае, хотя Фарра привлекательно умна, она также довольно социально агрессивна.

— Вы двое не…?

— Нет. Как бы мне ни нравилась идея заставить вас всех замолчать, это плохая причина для выбора супруги.

— Я не предполагал, что она собирается выйти за тебя замуж. Я интересовался, не затащила ли она тебя в чулан для кувыркания в какой-то момент.

— Определенно нет. И если бы я собирался взять на себя труд развивать отношения, это было бы эффективнее, чем это. Долгосрочные отношения имеют превосходное соотношение усилий к результату, чем случайные встречи.

— Это звучит как кто-то, у кого не было много долгосрочных отношений. Или случайных встреч, если на то пошло.

— Суть в том, что я не собираюсь бросаться в несерьезные вещи, и нелегко найти подходящего человека для длительного общения.

— Не могу с этим поспорить.

— С точки зрения потенциальной супруги, — сказал Клайв, — я не хочу называть людей тупыми, но трудно найти кого-то, кто может… не отставать. Мне будет интересно, когда ты покажешь мне кого-то такого же умного, как Белинда, но кто является противоположностью рискового взломщика, чья идея эксперимента — сбрасывать фальшивых младенцев со скалы с привязанными к ним бомбами.

— Это очень специфический пример. Что ты тестировал?

— Функции безопасности на коляске.

— Коляске? В смысле, что-то, чтобы возить младенцев? Не помню, чтобы ты делал такие.

— Это было, пока ты был на Земле, и мы думали, что ты мертв. Мы с Белиндой пробовали несколько проектов по зарабатыванию денег, включая коляску, которую можно соединить с другим личным транспортным средством, например, летающим облаком.

— Они когда-нибудь сработали?

— Да, на самом деле. Даниэль Геллер помогла нам открыть бизнес. Мы работаем из Витесса и Сириона, пока что, но планируем расширяться в другие крупные центры. Оказывается, родителям-искателям приключений очень нравятся взрывоустойчивые коляски.

— Могу себе представить, — сказал Джейсон. — Жизнь может пойти неожиданными путями.

— Суть в том, что это отличный источник финансирования для исследований. И для специальных проектов.

— Вроде того, как вы с Белиндой грабите хранилище архива Магического общества?

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Глава68 СОСТРАДАТЕЛЬНЫЕ НЕЗНАКОМЦЫ

Глава 68 СОСТРАДАТЕЛЬНЫЕ НЕЗНАКОМЦЫ

— Ты действительно начинаешь выглядеть паршиво, — сказал Хамфри Джейсону.

— Да, — согласилась Софи, морща нос от отвращения. — Этот красивый золотой свет, исходящий от тебя, превращается в радужный дым — включая запах.

— Дальше будет только хуже, — сказал Джейсон. — Вот почему Нил последний.

Хамфри и Софи пришли вместе для раунда индивидуальных прощаний Джейсона, в комнату прямо у палубы, где собрались остальные.

Софи рассмеялась, в то время как Хамфри неодобрительно покачал головой.

— Есть кое-что, о чем нам нужно поговорить, — сказал Джейсон. — Вы просили меня не скрывать вещи от команды, поэтому я должен сообщить вам о кое-чем, что произошло. Великие астральные существа хотят, чтобы я сделал кое-что, пока я разбираюсь со своими делами астрального короля.

— Какие астральные существа? — спросил Хамфри.

— Большинство из них, думаю? Большинство тех, у кого есть имена, во всяком случае. Те, у кого нет имен, все в другой команде.

— Есть другая команда? — спросил Хамфри, его выражение лица помрачнело. — И в этой команде есть великие астральные существа?

— Да, — сказал Джейсон. — Послушай, Хамфри, детали не имеют значения. Важно то, что это важно и я это делаю. Я бы хотел, чтобы мы все могли сделать это вместе, но это не так работает. Это не то, в чем команда может мне помочь, но я не хотел ввязываться в это, не сказав вам.

Хамфри издал низкое ворчание, запуская руки в волосы от разочарования. Софи положила руку на его массивный бицепс.

— Когда ты все это узнал? — спросила она Джейсона.

— Меньше часа назад.

— Ты не мог хотя бы обсудить это с нами?

— Я принял решение быстро, — сказал Джейсон. — Я не собирался его менять, а времени и так в обрез.

Хамфри издал долгий, рычащий вздох.

— Тебе нужно стать намного лучше в том, чтобы включать нас, Джейсон.

— Он работает над этим, — утешила его Софи. — Он все еще ужасен в этом, но он старается. Как трехногий щенок, пытающийся взобраться по лестнице.

— Спасибо? — сказал Джейсон. — Послушайте, хорошая новость в том, что у меня есть план.

Хамфри и Софи обменялись обеспокоенными взглядами.

— Не смотрите так, — пожаловался Джейсон. — Это хороший план. К тому же, он поможет мне не отставать от вас, ребята, пока вы там сражаетесь с монстрами, чтобы повысить ранг.

— Какой план? — спросил Хамфри.

— Ну, — сказал Джейсон, — как много вы знаете о людях с Земли, которые бьют друг друга за деньги?

— Я знаю, что у нас с тобой есть эта связь, — сказала Фарра, — но у меня нет интереса становиться твоим Голосом Воли. Я не хочу принижать Колина или кого-то еще, кого ты втянешь, но в этом есть аспект послушного раба-посланника, в котором я не хочу участвовать.

— Это справедливо, — сказал Джейсон.

Они удобно расположились друг напротив друга на облачной мебели.

— Насколько рискованно это дело с Расколотым троном, которое ты затеял?

— Значит, Хамфри не терял времени даром.

— Не терял.

— Он рассказал тебе о плане?

— Он сказал, что он совершенно непостижим. Ты все еще ужасен в объяснении вещей.

— Это не моя вина; они изменили название страны.

— И это была важная деталь?

— Хамфри и Софи не были на Земле. Им нужен был контекст.

— И этот контекст включал что-то о короле с большой прической?

— Включал, как оказалось.

Фарра издала многострадальный вздох.

— Насколько большой риск ты здесь берешь?

— По моим стандартам? Очень маленький. Если мой план сработает так, как должен, я держу это в кармане.

— Если твой план сработает так, как должен.

— У меня есть некоторые необычные преимущества.

— Например?

— Например, то, что великие астральные существа не знают, что произошло в зоне трансформации.

— Пробелы в информации — это не то, к чему они привыкли, — сказала Фарра.

— Нет, — сказал Джейсон. — Не думаю, что привыкли.

— Просто вернись живым, хорошо?

— Я бы сказал «да», но это немного сложно.

— Сложно как?

— Технически, я никуда не ухожу. Я оставляю портал открытым, чтобы люди могли приходить и уходить.

— Как это работает, точно? Борис кажется убежденным, что пространство твоей души и все, кто в нем, полностью разрушатся.

— Это и навело меня на мысль о моем плане.

Руфус вошел в комнату, пустую, кроме него и Джейсона. Он выглядел хуже, чем чувствовал себя Джейсон, глаза налились кровью и были мешки под ними, чего не должно быть у серебряного ранга.

— Хочешь присесть? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Руфус.

Они молча смотрели друг на друга, пока Руфус наконец не нарушил тишину.

— Ты ничего не можешь сделать? Правда?

— Я сделал кое-что, Руфус. Я позволил ему выбрать свою собственную судьбу.

— Ты не мог продать идею «не умирать» немного настойчивее? Не должно быть сложно убедить кого-то жить.

— Я дал ему честный выбор.

— Тогда ты должен был дать ему нечестный!

Джейсон вздохнул, не реагируя на вспышку.

— Ты сам в это не веришь, — сказал он.

Руфус осел, и облачное кресло поднялось из пола, чтобы подхватить его.

— Нет, — сказал он, его голос был едва слышным шепотом. — Нет, не верю.

Кресло стало шире, превратившись в диван, и Джейсон сел рядом со своим другом. Не зная, что сказать, он немного прислонился к нему и замолчал.

— Фарра думает, что мне стоит отправиться в твой мир, — сказал Руфус. — Учить твою племянницу быть искателем приключений.

— Я думаю, тебе тоже стоит поехать, — сказал ему Джейсон. — А кем ее учить быть — это решать ей. В последний раз, когда я ее видел, она хотела быть кем угодно, только не искателем приключений.

— Думаешь, отвлечение — это то, что мне нужно?

— Не отвлечение. Цель. Не думаю, что ты хочешь быть искателем приключений прямо сейчас, но, может быть, ты хочешь быть учителем.

— Но является ли это моей целью только потому, что моя семья управляет школой?

— Это твоя цель, потому что ты любишь это делать и у тебя это хорошо получается. Потому что это построение будущего, а не цепляние за прошлое, которое ускользнет сквозь наши пальцы, что бы мы ни делали, чтобы остановить это. Ты однажды сказал мне, что помогать людям учиться на твоих ошибках более полноценно, чем страх совершить следующую.

— Я не совершал ошибку, Джейсон. Иногда ты делаешь все правильно, а все равно все идет не так.

— Да, — согласился Джейсон. — Но думаю, мы оба знаем, что ты — мешок плохих решений, ожидающий своего часа. Думаю, совершенно новый контекст был бы хорош для тебя. Заставил бы тебя подходить к вещам с чистого листа, а не с тем багажом, который у тебя есть сейчас.

— Ты не сдерживаешься.

— У тебя есть мама, чтобы подходить к этому деликатно. Иногда быть другом — значит говорить кому-то то, что ему нужно услышать, а не то, что он хочет услышать. Не раз я проводил месяцы и годы, варясь в собственном соку, когда жизнь пинала меня под зад. Я не говорю, что ты должен воспрянуть духом и быть счастливым. Наш друг умрет. Но дело не в тебе. Дело в Гэри, и ты должен ему прощание, которое даст ему понять, что с тобой все будет в порядке, даже если не сегодня. Я не говорю, что это значит отправляться на Землю, но это значит показать ему, что у тебя есть будущее за пределами лежания и грусти. Знаешь, как он был после потери Фарры и меня, пока ты не появился и не дал ему пинка.

— Значит, это мой пинок?

— Ага. Тебе не обязательно становиться лучше сейчас, но ты должен стать лучше. Если это значит вернуться к преподаванию в Гринстоуне, тогда делай это. Если это значит проводить время с целителем разума, как твоя мама, тогда делай это. Если это значит полный разрыв в мире, где ты даже не знаешь языка, ты можешь сделать и это.

— Почему ты хочешь меня видеть где-то рядом со своей племянницей в таком состоянии?

— Потому что я доверяю тебе. И я доверяю своей семье. Они не были готовы поддержать меня во всей той странной космической дряни, с которой я имел дело, но потеря кого-то, кого любишь? Это они понимают, но у них также будет объективность незнания тебя и всего твоего багажа. Поверь тому, кто уже прыгал по мирам: иногда сострадательные незнакомцы могут быть именно тем, что тебе нужно.

— Бро, ты больше не регенерируешь, — отметил Тайка. — Ты протекаешь радужным дымом, как дохлый монстр.

— Да, — сказал Джейсон. — У меня осталось не так много времени.

— Тогда я не буду отнимать много. Спасибо, что сдержал обещание и нашел мне путь домой.

— Это был Борис, не я. Но я рад, что ты снова увидишь свою семью. Присматривай за моей, пока я сам туда не вернусь, хорошо?

— Без проблем, бро.

— Ого, в этой комнате плохо пахнет, — сказал Нил. — О, погоди; это ты.

— Нил.

— Да?

— Я бы никогда не сказал этого перед командой, но ты, возможно, самый важный ее член. Я исключительно рад, что ты будешь держать их в безопасности в мое отсутствие, так же как ты делаешь это, когда я здесь. Ты важный друг, и ты значишь для меня весь мир.

Нил удивленно моргнул.

— Спасибо, что сказал это, Джейсон. Это много значит. Это значило бы больше, если бы ты сказал это перед всеми остальными.

— Я знаю, — сказал Джейсон, мудро кивая головой. — Я знаю.

Нил вышел из комнаты и потянулся в карман, куда он положил записывающий кристалл на случай, если Джейсон скажет что-то трогательное. Кристалла не было, и его пальцы нашли что-то другое. Он вытащил это и обнаружил фотографию самого себя на ферме семьи Стэндиш, в ванне, полной угрей, одетый только в шляпу с трафаретной надписью «rub-a-dub-dub».

— У тебя есть сила видеть и менять все здесь, не так ли?

— Да, — сказал Джейсон, выходя из комнаты, чтобы положить руку на плечо Нила. — Да, есть.

У Джейсона остался еще один человек, не для прощания, а для «до свидания».

— У тебя осталось немного, — сказал ему Гэри.

— Как ты можешь сказать? — спросил Джейсон.

Он был наедине с Гэри, который теперь источал энергию, как паровой пирожок. Золотой свет превратился в радужный дым, в комплекте с крайне неприятным запахом.

— Дай мне свой меч, — сказал Гэри.

Без вопросов Джейсон вытащил меч, который Гэри выковал для него, из своего инвентаря. Он протянул его, чтобы Гэри взял.

Гэри сделал жест в воздухе, и появилось золотое пламя. Он взял меч, вместе с ножнами, и сунул его в пламя. Он держал его там около минуты, пока Джейсон смотрел с любопытством. Он был связан с мечом через душевную связь и чувствовал, что что-то в нем меняется. Наконец, Гэри вытащил его обратно, и пламя исчезло.

* Предметы [Воля Гегемона] и [Владения Гегемона] были перекованы. * Предметы изменились с (серебряный ранг [рост] легендарный) на (серебряный ранг [рост] реликвия).

* Реликвии требуют трансцендентной силы. Большинство их способностей запечатаны, пока их владелец, Джейсон Асано, не получит доступ к трансцендентной силе. * Владелец реликвии всегда знает ее местоположение, независимо от магического или немагического запутывания. * Реликвии нельзя использовать без разрешения владельца. * Реликвии могут быть призваны аватарами владельца или назначенными слугами владельца. * Реликвии не могут быть уничтожены большинством сил. Уничтоженная реликвия может быть проявлена снова владельцем с использованием трансцендентной силы.

Гэри протянул меч в ножнах, чтобы Джейсон забрал его обратно.

— Извини, — сказал ему Гэри, — но ты не сможешь использовать их должным образом, пока не станешь астральным королем. Но пахнет так, будто ты вот-вот до этого доберешься.

Джейсон рассмеялся, забирая оружие и убирая его.

— На поверхности это не такое уж большое улучшение, — объяснил Гэри, — но ты никогда его не потеряешь, и тебе не нужны ресурсы и ритуалы, чтобы повышать его ранг теперь. Оно будет соответствовать своей силой твоей.

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Прошло шесть лет с тех пор, как ты впервые дал его мне. Это кажется вечностью и в то же время мгновением.

Джейсон подошел и крепко обнял Гэри, его голова едва доходила до груди огромного леонида.

— Ты так плохо пахнешь, — выдавил Гэри, и Джейсон рассмеялся сквозь слезы, текущие из его глаз.

Джейсон отстранился от большого человека.

— Как нам это сделать? — спросил он. — Как нам попрощаться? Как этого может быть достаточно?

Гэри положил утешающую руку на плечо Джейсона.

— Джейсон, ты проживешь долгую жизнь. Вероятно, вечную. И за это время ты сделаешь много удивительных вещей.

Гэри указал на Джейсона, источающего радужный дым.

— Начиная примерно через три минуты, судя по всему, — продолжил Гэри. — Мы оба знаем, что ты можешь сбиться с пути временами. У тебя есть Тень и все наши друзья, но, может быть, ты можешь сделать кое-что для меня. Когда ты окажешься в неуверенности в выборе или будешь задаваться вопросом, правильно ли ты поступаешь, может быть, вспомни своего старого друга-леонида и посмотри, не сможешь ли ты найти способ выбрать сострадание.

Джейсон смотрел на Гэри, пока слезы лились из его глаз. Он подался вперед и заключил Гэри в еще одно объятие.

Джейсон оставался с Гэри так долго, как мог. Его последним зрелищем большого человека была широкая улыбка и небрежный взмах рукой, когда Джейсон исчез. Он появился в скрытой камере, в горной крепости своего в остальном разрушенного пространства души.

Он не смог сдержать слез перед Гэри, но теперь он упал на колени, сотрясаемый рыданиями. Он никогда больше не увидит своего друга.

Две нежные руки нашли его плечи. Тень и Колин стояли над ним, в то время как Гордон парил неподалеку, каким-то образом умудряясь передать беспокойство в своем инопланетном языке тела.

— Мне жаль, мистер Асано, — сказала Тень, — но вы и так затянули слишком надолго.

Джейсон кивнул и начал медленно брать себя в руки. Он поднялся на ноги и огляделся. Он был на подиуме вокруг водопада магмы, с несколькими дверями, ведущими наружу. Одна вела наверх, а три вели к его астральному трону, астральным вратам и кузне душ, соответственно. Пятая и последняя открывалась в пустоту, усеянную красочными туманностями, пылающими в темноте.

— Прощай, Гэри, — прошептал Джейсон, затем шагнул наружу.

Глава69 ЧЕГО Я БОЮСЬ ПО ТУ СТОРОНУ ЭТОГО ПОРТАЛА

Глава 69 ЧЕГО Я БОЮСЬ ПО ТУ СТОРОНУ ЭТОГО ПОРТАЛА

Когда Джейсон закончил с зоной трансформации, вернув ее обратно в реальность, он забрал кузню душ себе. Сделав это, он получил все инструменты, чтобы стать астральным королем: кузню, врата и трон. С завершением полного набора часы его смертности начали тикать.

В тот момент, когда у Джейсона появилась сила стать астральным королем, его душа начала процесс становления им. Его духовное пространство теперь было его истинным «я», и было таковым с того момента, как он приобрел кузню душ. Его смертное тело теперь было не более чем рудиментарным придатком. Как несорванное яблоко, оно упадет и сгниет. Только сила воли позволяла Джейсону удерживать его достаточно долго, чтобы уладить свои дела.

Сила воли Джейсона была крепка. Он выковал ее в огнях испытаний, с которыми немногие смертные могли сравниться, сталкиваясь с богами, монстрами и фундаментальными силами космоса. Но она не была бесконечной, и время Джейсона вышло. Едва способный удержать свою смертную оболочку в вертикальном положении, он шагнул в пустоту туманностей.

Это был конец.

Его тело растворилось в радужном дыме, подобно бесчисленным монстрам, которых он уничтожил. Оно не воскреснет, как раньше, поскольку это не была смерть. Это было сбрасывание кожи, как у змеи, оставляя свое старое «я» позади. У него больше не могло быть смертного тела, потому что его время как смертного вышло.

Руфус смотрел на себя в зеркало в ванной. Его глаза были налиты кровью, а под ними были тяжелые мешки. Казалось, он не спал неделю, и чувствовал себя так же.

— Что ты делаешь? — спросил он свое отражение.

Он осознавал, что жертва Гэри не выявила его лучшего поведения. Каждый инстинкт толкал его к худшему выбору, несмотря на его лучшие намерения. Он чувствовал себя в ловушке внутри собственного тела, крича на самого себя, чтобы он стал лучше, даже когда продолжал становиться хуже. Он плохо обращался с людьми вокруг себя, больше всего с Гэри, который не заслуживал ничего, кроме его непоколебимой поддержки.

Гэри был лучшим другом Руфуса в мире. Он принес невероятную жертву по лучшим из причин, но все, что мог сделать Руфус, — это разрушить драгоценное время, которое у них осталось. Эхо прошлой потери отравляло его разум. Джейсон и Фарра вернулись, но он годами верил, что они мертвы. Это горе было реальным, и для Гэри возврата не было.

Пришло время остановиться. Перестать поддаваться своим худшим инстинктам. Перестать запирать свою лучшую натуру в голове и начать позволять ей управлять своими действиями. Быть тем человеком — тем другом, — которым, как он знал, он должен быть.

Он закрыл глаза и сосредоточился на своем теле. Его тренировали лучше, чем тот небрежный контроль над телом, который он демонстрировал. Когда он открыл глаза, склеры были чистыми, а мешки исчезли. Он выглядел свежим и готовым, как и подобает искателю приключений.

Он провел рукой по голове, чувствуя щетину, которая выросла, пока он перестал заботиться о себе. Он потянулся за своей сумкой и кремом для депиляции внутри, но остановил себя. Может, пришло время для перемен. Он не собирался отращивать дикую копну, которую его брат таскал на голове, но что-то другое было бы хорошо. Перемены, внутри и снаружи.

Он схватил свою сумку, перекинул ее через плечо и вышел.

В душе Джейсона было поле битвы. Лиминальное пространство, ни реальное, ни нереальное. Джейсон выбирал, чем оно станет. Чем оно было и чем нужно было быть, чтобы существовать внутри него. Были пределы, в основном в том, что он мог сделать с теми, кто вторгался в его душу, но, в конечном счете, их форма была на его выбор. Он устанавливал правила, и любой, кто входил, должен был им подчиняться.

Формой, которую Джейсон выбрал для пространства, была массивная дорога из плит шириной с автостраду с двумя дюжинами полос. Прямая, как стрела, дорога простиралась до горизонта в каждом направлении. С обеих сторон раскинулись густые джунгли, дорога прорезала их, как идеальный удар мечом. Солнце палило с ясного неба, и влажный воздух казался достаточно густым, чтобы его можно было резать на куски.

Только Джейсон знал, насколько длинна дорога на самом деле, но ровно на середине пути, по обе стороны дороги, стояло по зданию. Построенные из того же серого камня, что и сама дорога, с одной стороны было небольшое здание, размером с садовый сарай. С другой стороны было гораздо больше, размером с массивный склад с соответствующей гигантской раздвижной дверью.

На дороге, грубыми, но массивными буквами, были нарисованы четыре слова ярко-желтого цвета. Это была грубая работа, буквы неровные и окруженные брызгами краски.

Дверь маленького здания открылась, и из него вышли семь человек. Они были гуманоидными, но сошли бы за людей лишь по самым расплывчатым описаниям. Первым вышел мертвенно-бледный мужчина с темными волосами, темной одеждой и сплошными черными сферами вместо глаз. У следующей была золотая кожа и огонь, пылающий на голове вместо волос. Ее свободная одежда рябила оттенками оранжевого и желтого.

Третий человек был чрезвычайно высоким. Его длинные волосы и длинная борода были мшисто-зелеными, спутанными. Он был закутан в шкуры, а из головы росли оленьи рога. Из всей группы у него было больше всего проблем с выходом из здания. Ему потребовалась почти целая минута, неловко разворачиваясь и приседая, чтобы протащить свои рога и массивную фигуру через дверной проем.

Четыре человека застряли внутри, ожидая, пока он наконец не освободит путь. Первой последовала за ним женщина с простыми чертами лица и в простой одежде. Там, где другие могли похвастаться внушительной, инопланетной красотой, у нее было коренастое телосложение и простая внешность. Ее одежда была дешевой и плохо сидела; если бы не синий свет, сияющий из ее глаз, она не выглядела бы неуместно в секонд-хенде.

Затем вышла высокая женщина, одетая с ног до головы в черное. Ее лицо было скрыто за вуалью, а ее стройное тело было задрапировано в черное кружево. Следом шло то, что выглядело как волшебник, но меньше Гендальф и больше косплей. Его борода была редкой и короткой из-за неудачной попытки ее отрастить. Его мантии, остроконечная шляпа и посох выглядели так, будто он заказал их онлайн, только для того, чтобы они прибыли, выглядя дешевле, чем на картинках, и на размер меньше.

Последнего человека, вышедшего из здания, члены высшего общества Гринстоуна узнали бы как Тадвика Мерсера.

Шестеро стояли на траве вокруг здания, единственной области, кроме дороги, не сильно заросшей тропической растительностью. Они осматривали себя и друг друга.

— Он дал нам смертные формы, — сказала огненно-волосая леди тоном человека, который нашел пакет с дерьмом на своем пороге.

— Конечно, дал, — сказал волшебник. — Мне это даже нравится.

Это была Небесная Книга, отвечающая на жалобу Мирового Феникса. Женщина с голубыми глазами была Искателем Песен, а женщина в кружевах — Шепотом в Углах. Мужчина с рогами был Легионом, а бледный мужчина — Жнецом.

— Мне это не нравится, — сказал Строитель ноющим голосом Тадвика. — Это тело худшего сосуда, которым я когда-либо обладал.

— Ты вообще не должен обладать такими сосудами, — сказал Легион глубоким, рокочущим голосом. — Есть правила.

— Не я заменил Космический трон кучей лазеек, полных соглашений, — ответил Строитель. — Я здесь, чтобы исправить твою ошибку.

— Ты ничего не исправишь, — сказал Мировой Феникс. — Ты глупый ребенок.

Лицо Строителя исказилось от ярости.

— Вы те, кто…

— Достаточно.

Голос Жнеца был немногим больше, чем хриплый шепот, но он перекрыл остальных, привлекая внимание, как тело, падающее в могилу.

— Никто из нас не приспособлен к смертности, — сказала Небесная Книга. — У этих тел есть разум, что не является ограничением, к которому мы привыкли. Обычно у нас есть свои сосуды, и мы можем использовать их разум, но мы застряли с тем, что дал нам Асано. Вероятно, мы обнаружим, что подвержены эмоциям и странному поведению. Например, ввязыванию в мелкие склоки.

— Очевидно, часть плана этого дурака, — сказал Мировой Феникс. — Если мы не можем мыслить должным образом, мы не можем реагировать должным образом. Не можем видеть сквозь то, что он задумал.

— Учитывая, что все, кроме тебя, на стороне Асано, — сказала Искатель Песен, — остальные из нас могут просто спросить его.

— Где безымянные? — спросил Мировой Феникс.

Они все огляделись и заметили огромное здание на дальней стороне дороги. При этом они заметили надпись на дороге.

— «Грохот в джунглях»? — спросил Строитель. — Что это значит?

— Мы в джунглях, чтобы устроить драку, — отметила Небесная Книга. — Это не так уж сложно. Думаю, Асано, возможно, дал тебе дефектный мозг. О, я была права! Это мелкая склока. Это даже забавно.

— Это песня из мира Асано, — сказала Искатель Песен. — «Rumble in the Jungle» от Fugees, при участии A Tribe Called Quest, Busta Rhymes и John Forté.

— Она хорошая? — спросила Книга. — И как ты можешь сказать? Почему я знаю, что такое песни? Меня беспокоит, что этот мозг пришел с информацией, которая уже была в нем.

— Тебя должно беспокоить гораздо большее, чем это, — сказал Джейсон.

Все повернулись, чтобы посмотреть на него, не заметив его запоздалого выхода из маленького здания. Быть застигнутыми врасплох — не то, к чему эти сущности привыкли, и это отразилось на их выражениях. Большинство выражало шок и неудовольствие, хотя Небесная Книга выглядела восхищенной. Легион казался бесстрастным, хотя большинство выражений выглядели бы так из-за бороды.

— Ты здесь, — сказал Легион Джейсону.

— О, констатация очевидного, — сказал Джейсон. — Вы осваиваетесь со смертностью довольно быстро. Полагаю, вы все только начинаете осознавать, насколько вы были зависимы от своих сосудов, пока обладали ими. Вам никогда не нужно было учиться контролировать свое выражение лица, потому что они уже знали. Я вложил несколько вещей в ваши смертные мозги, но не так много, как у ваших сосудов. У вас есть язык; моторные функции; что такое песни. Конфликт между невинным весельем и расистской иконографией в «Придурках из Хаззарда».

— Это не игра, — сказал Строитель.

— Да, игра, — парировал Джейсон, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. — Это моя игра. Вы все решили сделать поле битвы из моей души, но это ставит вас в моем доме. Я задаю тон, и я устанавливаю правила.

Джейсон оглядел Строителя с ног до головы и нахмурился.

— Я был немного мелочен с тобой. Возвращайся в здание.

— Зачем? — спросил Строитель, сузив глаза в подозрении.

— Не надо, тогда, — сказал Джейсон. — Если тебе нравится быть Тадвиком, это нормально. Оставайся там, где ты есть.

Строитель бросился обратно через дверь, и она закрылась за ним. Мгновение спустя она открылась, и он вернулся, выглядя совсем иначе. Он принял форму высокого человека, крепкого с мускулами от работы, а не от бодибилдинга. Он был одет как архаичный каменщик, в простой одежде, кожаном фартуке и с инструментами на поясе. Он был мужественно красив, с коротко подстриженной бородой.

— Лучше? — спросил Джейсон.

— Да, — сказал Строитель. Его новый голос был глубоким и твердым. — Какие бы проблемы у нас ни были, я заслуживаю уважения.

— Чувак, чего ты заслуживаешь, так это того, чтобы тебя пнули по яйцам так сильно, чтобы ты отскочил от луны. Давай не будем вдаваться в то, чего мы заслуживаем, потому что никто из нас не выйдет из этой дискуссии чистым.

Гэри нервно стоял перед порталом, ведущим из пространства души Джейсона. Он был так отвлечен, что не заметил приближающегося сзади, пока Руфус не хлопнул своего друга слегка по спине. Гэри удивленно посмотрел вниз, когда Руфус подошел, чтобы встать рядом с ним. Он выглядел лучше, и дело было не только в том, что его глаза не были налиты кровью. В них больше не было гнева, который кипел за ними с тех пор, как Гэри принял свое решение.

— Мне жаль, — сказал Руфус. — Ты нужен другу больше, чем когда-либо сейчас, а я усложнял тебе жизнь.

— Это не…

— Не надо, — прервал его Руфус. — Не пытайся заставить меня чувствовать себя лучше. Мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы стать тем другом, которым ты всегда являешься.

— Руфус…

— Что заставляет тебя колебаться? — спросил Руфус, принудительно меняя тему. — Что ждет тебя по ту сторону? Ты беспокоишься о том, что сила Героя попытается покинуть твое тело?

Гэри покачал головой.

— Я не буду отсутствовать так долго. Я могу удерживать силу внутри, пока не вернусь в пространство души, и мне нужно встретиться с богом. Джейсон сказал, что дал Герою разрешение войти в город светлых сердец.

— Не знаю, что хуже, — сказал Руфус. — То, что богов можно не пускать, или то, что именно у Джейсона им нужно разрешение.

Гэри рассмеялся.

— Ему определенно не нужен подъем эго. Боги появляются, а он раздражен, что они его беспокоят. Тебе придется держать его на земле после того, как он превратится в бога-посланника или что-то в этом роде.

— Думаю, я оставлю это другим. Может, воспользуюсь идеей Фарры и отправлюсь на Землю.

— Правда? Не думал, что ты это сделаешь.

— Я хочу остаться здесь. Остаться с тобой, сколько бы времени у тебя ни осталось. Но я не справлялся с этим хорошо, и думаю, что перемены лучше, чем впадать в старые привычки.

— Я рад, — сказал Гэри. — Я хотел бы, чтобы последний раз, когда мы видимся, был, когда мы в лучшей форме. Я не хочу, чтобы ты смотрел, как я медленно деградирую, пока не смогу больше этого выносить и не отдам силу обратно. Это то, чего я боюсь по ту сторону этого портала. Твой брат привел моих родителей сюда, и они останутся со мной. Что бы я им ни говорил, я знаю, что они останутся и будут смотреть, как мое тело разрушается. Смотреть, как я заболеваю и слабею. Смотреть, как я умираю. Я наполовину склонен отдать силу обратно сейчас и пощадить их.

— Но ты не можешь сделать это и с ними тоже.

— Нет, не могу.

Руфус потянулся высоко вверх, чтобы положить руку на плечо Гэри.

— Ну, — сказал он. — Ты можешь иметь меня только день или около того, но я буду стоять рядом с тобой, брат.

— Я знаю, — сказал Гэри. — Ты всегда был рядом.

Глава70 МЫ ОТПРАВИЛИСЬ НА ПОИСКИ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

Глава 70 МЫ ОТПРАВИЛИСЬ НА ПОИСКИ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

На широкой дороге посреди потусторонних джунглей Джейсон и Мировой Феникс смотрели друг на друга.

— Я ведь целую речь подготовил, — сказал Джейсон. — О том, как ты использовала меня, а потом выбросила, когда подвернулось что-то поважнее. Там была отличная метафора о том, как люди ценят свои инструменты. Но это было бы для меня, а не для тебя. Может, я и взял частицу твоей воли, которую ты воткнула мне в душу, и запихнул её в человекоподобный ящик, но это лишь моё впечатление о тебе. Это не то, чем ты являешься. Так что, пожалуй, нам стоит начать.

Он развернулся, чтобы уйти, но замер, когда Мировой Феникс заговорила.

— Спасибо за Доун, — произнесла она.

Джейсон обернулся, прищурившись от любопытства.

— Взаимно, — ответил он после долгой паузы. — Спасибо, что направила её ко мне.

Он зашагал по середине мощеной дороги, и великие астральные сущности последовали за ним.

— Игра, — объявил он, — довольно проста. В том большом здании вон там находятся все безымянные сущности, которые будут сражаться на стороне Мирового Феникса.

Он указал на дорогу позади себя.

— Они попытаются пробиться по этой дороге. А остальные из нас…

Он указал в противоположном направлении.

— …попытаются пробиться к тому концу дороги. Если мы доберемся туда, вас всех вышвырнут, и я смогу спокойно восстановить Расколотый трон. В любом случае, игра закончится, когда я завершу переход в состояние астрального короля. Как только это произойдет, закончится и всё остальное, независимо от того, восстановлен трон или нет.

— А если я доберусь до другого конца дороги? — спросила Мировой Феникс.

— Каждый раз, когда меня вынуждают отступить по этой дороге, — сказал Джейсон, — это вредит моей воле. Если ты сможешь полностью искоренить мою волю, моё сознание исчезнет. Перестанет сопротивляться. Мне говорили, что я в конце концов приду в себя, но очень нескоро. И вернусь я уже с «приветом» в голове.

— Ты будешь не просто с «приветом», — сказала Небесная Книга. — Твой разум будет фактически уничтожен. Тебе повезет, если ты сможешь создать новый только потому, что находишься в процессе становления астральным королем. Ты станешь новым человеком, без памяти о старом. И к тому времени, как ты очнешься, все, кого ты знал, либо станут бессмертными, либо давно умрут.

— Тогда я буду признателен, если вы позаботитесь о том, чтобы мы не проиграли, — ответил Джейсон.

— Это глупо, — сказал Легион. — Ты здесь устанавливаешь правила. Ты можешь лишь слегка подправить вещи, пока наши воли влияют на события, но ты мог бы дать нам гораздо больше преимуществ. Ты же понимаешь это, так зачем всё так устраивать?

— Из-за того, что мы у него забрали, — прошептал голос, казалось, доносившийся отовсюду.

Группа обернулась, чтобы посмотреть на кружевного и вуалированного Шепота в Углах. Джейсон не слышал об этом великом астральном существе до встречи с Рейтом и Велиусом.

— Он будет вечен, — продолжил Шепот. — Но сейчас он молод. Его друзья станут сильнее, а семья — старше за то время, что он проведет с нами. Он не будет рядом, чтобы увидеть это или разделить эти переживания. Если бы не битва, которую мы ему навязали, это время было бы гораздо короче. Мы отняли у него время, и он выбрал этот путь, чтобы вернуть его часть.

— Это не ускорит процесс, — сказал Легион.

— Нет, — ответил Жнец, — но это поможет ему стать сильнее. Его вознесение в астральные короли лишь переведет его в полутрансцендентное состояние. Пока он не завершит путь смертной силы и не превзойдет его полностью, он будет иметь доступ к бесконечной силе космоса, но не сможет ею воспользоваться. Его цель в такой расстановке сил — ускорить свой прогресс до золотого ранга. Вместо того чтобы играть себе на руку, он создал условия, бросающие ему постоянный вызов, где на кону стоит провал. Он создал условия, чтобы подтолкнуть себя к пределу, и сделал нас точильным камнем, о который он отточит свою силу.

Небесная Книга разразилась смехом.

— Ты хочешь сказать, — произнес Искатель Песен, — что этот человек собрал величайшее скопление великих астральных сущностей со времен раскола и использует нас как тренировочный инструмент?

— Мы использовали, и используют нас, — сказал Шепот. — Мое одобрение не требуется для этого соглашения, но оно у тебя есть, Джейсон Асано.

— Мы — великие астральные сущности, — сказал Легион. — Нас не «используют в ответ».

— Мелочная гордость, — заметил Джейсон. — Я неплохо поработал с этими смертными мозгами.

— Одобряете или нет, — сказал Жнец, — путь перед нами определен. У нас есть выбор: участвовать или уйти. Осталось только сделать этот выбор и начать.

Одежда Джейсона сменилась на наколдованные кровавые мантии, и появился его плащ пустоты, накинутый на плечи. Он достал из инвентаря пояс с мечом и затянул его на талии.

— Да, — сказал он. — Давайте начнем.

Вдали, у края дороги, противоположного тому, откуда они пришли, стояло большое здание. Огромная складская дверь на фасаде взорвалась наружу. Она превратилась в щепки, которые дождем посыпались на монстров, хлынувших через массивный, теперь открытый проем.

Это была битва, знакомая Джейсону. Безымянные великие астральные сущности приняли форму орды монстров: диких, свирепых и бесчисленных. Мировой Феникс выступала в роли лидера орды, каким-то образом командуя тем, что выглядело как армия анархии и безумия. Из здания выливалось больше монстров, чем когда-либо могло бы там поместиться, даже учитывая его внушительные размеры. Некоторые были настолько огромны, что для выхода им требовалось пространственное расширение, и они протискивались в дверь, как персонажи мультфильмов. Это были циклопические гиганты, гидры с когтями вместо голов и другие чудовищные создания, возвышавшиеся над ордой.

Джейсон не был так внимателен к бесчисленным формам монстров, как к формам великих астральных сущностей. Монстры принимали мириады обличий без какой-либо общей темы. Некоторые были комичными, другие — ужасающими. Там были крошечные рои и существа, граничащие с размерами кайдзю.

Их формы не были теми монстрами, с которыми Джейсон сталкивался лично. Он мельком увидел ксеноморфа в орде, или нечто очень похожее. Самое ужасное, что он увидел в орде, заставило его кровь стыть в жилах: уличная банда из телепередач восьмидесятых. Все они были белыми парнями без татуировок, но в кожаных куртках и банданах на лбу.

— Давайте, парни! — крикнул один из них. — Покажем им, на что способны «Downtown Beat Boys»!

— О, это будет странно, — пробормотал Джейсон про себя.

На стороне Джейсона были все великие астральные сущности, кроме Мирового Феникса. Он выбрал форму их тел, но не их силы. Что он действительно установил, так это их ограничения, при этом все бойцы были ограничены серебряным рангом. Великие астральные сущности были дополнительно ограничены правилами пользователей эссенции, их силы сводились к самостоятельно разработанным наборам способностей эссенции.

Результаты этого были внушительными. Джейсон видел одних из самых способных искателей приключений в мире и считал, что может постоять за себя среди них. Среди великих астральных сущностей, даже ограниченных серебряным рангом, он быстро обнаружил, что находится в самом низу. С большим отрывом.

Это не стало сюрпризом. На них было много ограничений, ограничений, соответствующих не способностям Джейсона, а его потенциалу. Великие астральные сущности мгновенно нашли и достигли этих пределов. Теперь дело было за Джейсоном — найти в себе силы догнать примеры, установленные перед ним.

Началось всё не лучшим образом.

Именованные великие астральные сущности были гораздо сильнее безымянных, составлявших орду монстров. Только Мировой Феникс могла держаться один на один, но дуэлей не было. Монстры двигались вперед, как прилив, в то время как великие астральные сущности уничтожали их. Каждый убитый через некоторое время возрождался, дальше по дороге. То же самое касалось и любой великой астральной сущности, которую удавалось одолеть. Обычно это означало, что Мировой Феникс налетала на кого-то, кто был почти захлестнут монстрами, или сама попадала в засаду нескольких своих собратьев.

Слабым звеном, несомненно, был Джейсон. Он установил баланс так, что победа была возможна только в том случае, если он выполнит свою часть работы. Он свою часть не выполнял. Раз за разом он терпел неудачу. Его окружали монстры или сбивала с ног Мировой Феникс. Он не был медленнее или слабее. Он просто был недостаточно хорош.

Монстры обладали множеством способностей и сами по себе не были лишены мастерства. Джейсон привык к численному превосходству, но не к таким быстрым и способным противникам. Хотя некоторым удавалось сопротивляться его силам своими собственными, большинство — нет. Простой факт заключался в том, что он не мог применять свои проклятия так быстро, как прибывали монстры.

Монстры не облегчали ему задачу, заставляя работать ради каждого заклинания или удара мечом. Он быстро понял, что его фамильяров тоже нужно использовать осторожно и точно. Трюк с распространением проклятий с помощью бабочек оказался бесполезным: монстры уничтожали друг друга по мере необходимости, чтобы остановить их распространение. Они были разумны и для этого им не требовалось руководство Мирового Феникса.

Колин, обычно бывший для Джейсона оружием массового поражения, поначалу творил чудеса. Однако стало ясно, что монстры точно знают, как он работает, жертвуя своими рядами, пока монстр-пиявка не заходил слишком далеко, а затем они набрасывались. Колин не мог воспроизводить свою биомассу так быстро, как её уничтожали те, у кого были сила, точность и намерение это сделать, и именно это монстры и делали.

Гордон справлялся неплохо, игнорируя свои способности бабочек, которые оказались неэффективными. Он оставался в тылу, внося в битву больше прямого урона, чем проклятия Джейсона, хотя и не был решающей силой.

Шейд оказался самым способным фамильяром, справляясь лучше самого Джейсона. Ускользающий и осторожный, он помогал Джейсону, проводя разведку и используя свои тела как точки для теневых прыжков. Даже так, он мог лишь помогать Джейсону, а Джейсон не справлялся. Раз за разом его рубили, затаптывали, разрывали на части или просто затаптывали до смерти.

Другие великие астральные сущности на его стороне были недовольны. Даже прежде жизнерадостная Небесная Книга бросала на Джейсона обвиняющие взгляды.

— Уже слишком поздно менять то, что ты сделал, — сказал Легион Джейсону, когда они сражались бок о бок. — Ты выбрасываешь шанс, которого мы ждали эоны.

Высокий мужчина с зелеными волосами и оленьими рогами сражался в стиле, который Джейсон мог назвать только друидом из Dungeons & Dragons. Он призывал диких зверей и сам превращался в них, чтобы терзать монстров. Он произносил заклинания, которые выпускали облака ядовитых спор или заставляли хватающие, колючие лозы прорываться сквозь плиты дороги.

— Ты всё еще привыкаешь к смертным чувствам, — сказал ему Джейсон. — Кто ты и что ты есть — не меняется. Для нас быть хорошим в чем-то всегда означает начинать с плохого. После этого всё зависит от возможности и упорства. Это долгая дорога, по которой мы идем, в буквальном и переносном смысле. Ты просто подожди и посмотри, как я изменюсь.

Джейсон сталкивался с могущественными монстрами, искусными монстрами, хитрыми монстрами и подавляющими ордами монстров. Никогда прежде он не встречал монстров, которые были бы всем этим одновременно. Впервые с ранних дней своей карьеры искателя приключений Джейсон не мог компенсировать недостатки своих способностей.

У каждого набора сил были сильные и слабые стороны. Некоторые были более сбалансированными, с меньшим количеством недостатков, но без великих достоинств. Силы Джейсона были противоположной крайностью, способные на невероятные вещи, но с некоторыми вопиющими уязвимостями. Самой распространенной было отсутствие немедленного, мощного урона.

Текущая ситуация наказывала за каждую слабость в наборе сил Джейсона, и не случайно. Поле битвы приняло форму не только благодаря сознательному выбору Джейсона, но и инстинктам. И то, чего он хотел, — это ситуация, которая будет бить по каждому изъяну и уязвимости в его стиле боя.

С самого начала своей карьеры искателя приключений Джейсон научился скрывать свои слабости. Использовать скрытность, чтобы выиграть время. Иметь фамильяров или союзников, чтобы прикрыть недостатки или отвлечь внимание, пока он готовится. Использовать окружение или глупость монстров, которые попадались на очевидные ловушки.

Ничего из этого сейчас не работало. Не было никакой удачи; негде было спрятаться. Не было окружения, которое можно было бы использовать, или поворота судьбы, чтобы спасти его. У врагов был ум и знания, чтобы наказывать за ленивую тактику, которая хорошо служила ему против неразумных монстров.

Его фамильяры были наказаны, и Джейсон быстро понял, что он глубоко провалился в разработке тактики для них. Он всегда использовал их, и если они не подходили для ситуации, отзывал их. Здесь это не сработает. Он не мог позволить себе оставить хоть какое-то преимущество на столе, поэтому ему нужно было научиться работать с ними эффективнее, чем в прошлом.

У него также не было союзников, которые могли бы ему помочь; астральные сущности не прикрывали его. Мало того, что они были заняты борьбой с безымянной ордой, у них было инстинктивное нежелание помогать ему. Джейсон создал условия, вплоть до инстинктов внутри их новых смертных тел. Эти инстинкты заставляли их оставить Джейсона пожинать то, что он посеял на поле битвы, которое он сам и создал.

Джейсон всё подготовил так, чтобы не оставить себе вариантов и оправданий. У него были свои силы, у него были враги, и всё, что он мог сделать, — это стать лучше или проиграть.

Одним из главных изменений, которые Джейсон внес в первоначальный город светлых сердец, был способ доступа к нему. Шахта, ведущая вниз с поверхности, больше не заканчивалась в потолке массивной городской пещеры. Вместо этого она вела к чрезвычайно защищенному туннелю, через который можно было попасть в город.

В конце этого туннеля находилась зона, которую Джейсон выделил для Лоренн и её народа в качестве дипломатического квартала. Эмир, Констанция, Даниэль и Лоренн имели дело с людьми, прибывшими с поверхности. Потребуется много времени, чтобы наладить отношения с миром поверхности, и пока они находились в режиме дипломатической сортировки.

Не только светлые сердца были защищены от поверхности. Борис и посланники не проявляли интереса к встрече с Обществом искателей приключений. Они находились в одном из многочисленных тихих районов города, делая последние приготовления к тому, чтобы покинуть Паллимустус и воспользоваться связью между мирами, чтобы отправиться на Землю.

Это была городская площадь, которая не выглядела бы неуместно в некоторых районах Европы. На земле были разложены две плоские лакированные деревянные платформы. Борис, Клайв и Белинда чертили на них ритуальные диаграммы, готовясь к транспортировке Руфуса и Тайки.

— Я знаю, это грубое решение, — сказала Белинда. — Если бы это нужно было на пару недель, это могло бы стать проблемой, но эта магия активируется за секунды, а потом всё будет готово.

— Это примитивное решение, — сказал Борис, — но, как предполагает очаровательная мисс Каллахан, это избавит нас от лишних сложностей. Практичность подсказывает нам приспособить наши усилия к поставленной задаче, а не к какой-то другой из принципа.

— Назови меня еще раз очаровательной, и ты узнаешь на практике, как применяется боевой молот, — сказала Белинда.

— Уверяю тебя, я имел в виду это лишь из восхищения и пылкости, — сказал Борис.

— Держи свои сальные ручонки при себе, птичий человек, — сказала ему Белинда. — Ты всё равно не справился бы с тем, что у меня на уме. Если бы ты подошел ко мне близко, я бы это отломала.

— Что отломала? — спросил Клайв.

Белинда и Борис повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Он серьезно? — спросил Борис.

— Он невинный цветок, — сказала Белинда.

— Теперь мне легче, — сказал Борис. — Он вообще никак не отреагировал, когда я к нему подкатил.

— Погодите, что? — спросил Клайв.

Хамфри, Софи и Нил прощались с Тайкой.

— Нам будет тебя не хватать, — сказал Хамфри. — Твой вклад в команду… оу!

Он крякнул, когда Софи толкнула его локтем в ребра.

— …ничто по сравнению с тем, что мы теряем в лице хорошего друга, — закончил он.

— Сгладил, бро, — сказал Тайка с ухмылкой.

— Нам жаль, что ты уходишь, — сказал Нил, — но мы понимаем. Моя семья на другой стороне планеты, и я скучаю по ним. Я могу навещать их, когда захочу, и думаю, что к тому времени, как мы со всем этим закончим, будет уже поздно. Я не завидую тебе, что ты застрял, не зная, когда или даже увидишь ли ты свою семью снова. Мы не хотим, чтобы ты уходил, но я рад, что у тебя есть такой шанс.

Тайка, размером с того Гэри, каким он был до своего полубожественного роста, заключил удивленного Нила в мощные объятия.

— Видишь? — спросила Софи Хамфри. — Вот как это делается. Неужели твоя мать не учила тебя разговаривать с людьми вне светских раутов, дипломатических встреч и полей сражений?

— Думаю, она хотела, чтобы я учился сам, — защищаясь, сказал он.

— Да, потому что она славится тем, что оставляет всё на волю случая, когда дело касается твоего воспитания. Думаю, нам с ней нужно поговорить.

Тайка разразился смехом, глядя на затравленный вид Хамфри. Он подался вперед, чтобы собрать их в групповые объятия, и Нил невольно оказался втянут в них, когда Тайка притянул его.

Гэри, Фарра и Руфус стояли вместе, в стороне. Родители Гэри, после слезного воссоединения, обустраивали свои вещи в предоставленном им жилье в древесном городе Джейсона. Гэри прощался со своими лучшими друзьями.

Фарра, Руфус и команда Гэри официально распались много лет назад. Гэри и Руфус отошли от приключений после смерти Фарры, и они так и не воссоединились после её воскрешения. Однако дружба значила гораздо больше, чем просто регистрация в Обществе искателей приключений.

— Знаете, — сказал Гэри, — мы впервые встретились в городе, который горел дотла и был полон зомби. В последний раз мы встретились в волшебном городе глубоко под землей, рядом с толпой мятежных ангелов. Прошло всего около десяти лет, но нельзя сказать, что было скучно.

— Мы отправились на поиски приключений, — сказал Руфус. — Никто не скажет, что нам это не удалось.

Фарра ничего не ответила, обняв гораздо более крупную фигуру Гэри, выглядя как ребенок, обнимающий родителя. Её слезы намочили мех на его руке.

Глава71 ГЛЯДЯ В ТЕМНОТУ

Глава 71 ГЛЯДЯ В ТЕМНОТУ

Руфусу и Тайке вручили пространственные сумки, наполненные предметами, включая записи от Джейсона и Фарры. Каждый из них вышел в центр ритуальной платформы и был медленно запечатан внутри яйцевидных наколдованных пространственных сосудов. Коричневые овалы распространились от платформы вверх, и Руфус встретился взглядом с Гэри, пока их линия обзора не была перекрыта.

Борис провел масштабный ритуал, в кульминации которого посланники и оба сосуда исчезли. Наблюдатели разошлись, почти у каждого было более чем достаточно дел после возвращения экспедиции. Фарра и Гэри не спешили уходить, вместо этого отправившись на бесцельную прогулку по пустым улицам.

— Мы направляемся куда-то конкретно? — спросила она.

— Куда-нибудь, где тихо.

— Здесь везде тихо, — сказала она. — Что…

Она замолчала, когда божественная аура возвестила о прибытии бога. Герой выглядел не так уж иначе, чем полубожественная форма Гэри — леонид, слишком крупный даже для массивного вида Гэри.

— Спасибо, что подождали, — сказал Гэри.

— Если не от древних и бессмертных, — спросил Герой, — то от кого еще можно ожидать терпения? В любом случае, приглашение Асано в это место было обусловлено тем, чтобы сначала позволить вам попрощаться.

— Прошу прощения, ваше божество, — сказала Фарра, — но я не думала, что божества вообще могут входить в духовные домены Джейсона.

— Его контроль над своей силой растет, — сказал бог, — и будет только продолжать расти. Я надеялся, что он использует её, чтобы обезопасить твою жизнь, Гарет Зандье.

— Он дал мне выбор, — сказал Гэри. — Я сделал его.

Герой кивнул.

— Я знаю, что ты намерен удерживать мою силу еще немного. Пожалуйста, продолжай с моего благословения, так долго, как сможешь его выносить.

— Именно ваше благословение привело нас сюда в первую очередь, — пробормотала Фарра.

— Фарра! — одернул её Гэри.

Герой протянул сдерживающую руку.

— Она не неправа, — сказал бог, и в его голосе послышалась печаль. — Мне жаль, что это всё, что я мог вам предложить.

— Да, ну, может, придумаете чудо, которое не такое смертоносное, — сказала Фарра.

— Фарра!

— Я бы хотел, — сказал Герой. — Но перемены даются моему роду тяжело, и часто они влекут за собой последствия, которые мы ни предвидим, ни приветствуем. Нам достаточно взглянуть на Чистоту, чтобы в этом убедиться.

— Прошу прощения за её неуважение, — сказал Гэри. — И она тоже.

— Всё в порядке, — сказал Герой. — Я бы не стал так себя вести с каждым богом, Фарра Хурин, но я — бог героев. Я, как никто другой, понимаю, что именно поступки, а не сила, делают человека достойным уважения. А всё, что я делаю, — это убиваю героев.

Печаль, исходящая от ауры бога, была на божественном уровне, и Фарра почувствовала, как она накрыла её, словно удар приливной волны. Слезы потекли из её глаз. Она почувствовала отчаяние бога из-за своей роли, неоспоримое и искреннее.

— Мне жаль, — сказала она.

Бог положил большую руку ей на плечо, когда она опустила голову. Его голос стал теплым и отеческим.

— Не стыдись заступаться за друга, дитя. Напротив, гордись этим, особенно перед лицом бога.

— При всем уважении, — сказал Гэри, — не уверен, что вам стоит поощрять такое поведение.

Бог рассмеялся, удивив смертного и полубога.

— Вы отличные герои, оба. А быть героем — это больше, чем просто оружие и поля сражений. Я знаю о твоем проекте, Фарра Хурин. Работа по соединению мира. От этого будет больше пользы, чем от любой «славной войны».

Герой произнес последние два слова так, будто они оставили неприятный привкус во рту.

— Честно говоря, я в основном делаю это ради денег, — сказала Фарра, и бог снова рассмеялся.

— Честно говоря? Тебе не следует лгать богам, Фарра Хурин.

Гэри поднял взгляд, когда Гвидион Ремор подошел к ним, бродя по пустой улице. Жрец поклонился перед своим богом.

— Лорд Герой.

Бог кивнул в знак признания, затем повернулся обратно к Гэри. Когда он заговорил, его отеческий тон снова стал божественным и внушительным.

— Я позволил тебе удерживать мою силу так долго, как ты можешь её держать, Гарет Зандье, но есть одно дело, которое нужно уладить сейчас.

Бог отступил назад, и Гвидион вышел вперед, чтобы встать перед Гэри. В выражении лица Гвидиона не было и следа его обычной веселости, когда он поклонился Гэри так же глубоко, как и своему богу.

— Гарет Зандье, — провозгласил он. — Ты — герой, о котором будут слагать песни в веках. Твоя битва окончена, и твое заслуженное время отдыха приближается. Я прошу тебя передать твою реликвию моей церкви, в свидетельство твоих деяний.

Гэри долго смотрел на Гвидиона, жрец всё еще стоял в полупоклоне. Затем он протянул руку, в которой со вспышкой золотого огня появился огромный молот. Он посмотрел на слова «Последний молот Гэри», выгравированные на нем, и покачал головой. Слово «Последний» начало светиться, как расплавленный металл, а затем изменилось так, что на молоте стало написано «Средний молот Гэри». Он протянул его, и Гвидион выпрямился. Несмотря на серьезное выражение лица, Гвидион не смог скрыть веселье в глазах, читая надпись.

— Спасибо, герой. Желаю тебе только радости в то время, которое у тебя осталось.

— Я делал это не ради того, чтобы меня помнили, — сказал Гэри. — Но нет особого смысла держаться за эту вещь. Мы оба знаем, что когда вы говорите, что моя битва окончена, у меня не остается ничего полезного, что я мог бы сделать для кого-либо.

— Гэри…

— Не надо, Гвидион. Я отдал тебе свой молот. По крайней мере, имей порядочность не платить за него красивой ложью. Я никогда не хотел быть героем.

Гвидион молча смотрел на Гэри, его выражение лица было противоречивым. Он развернулся и ушел, благоговейно, хотя и несколько нетвердо, унося молот. Хотя силы золотого ранга жреца было достаточно, чтобы поднять его, он всё равно весил во много раз больше, чем он сам. Он также был настолько большим, что жрец выглядел как ребенок, убегающий с оружием своего отца.

Когда Гэри и Фарра обернулись, чтобы посмотреть на бога, они поняли, что его уже нет, осталась лишь его божественная аура.

— Вот и всё, — сказал Гэри. — Больше никаких обязательств. До самого конца.

Фарра сжала гораздо большую руку Гэри и слегка надавила.

Последствия экспедиции в подземелье были катастрофическими. Общество искателей приключений и Магическое общество хотели получить ответы. Появление нового государственного образования глубоко под землей стало осложнением для их ближайшего соседа, а у Яреша и так было достаточно проблем.

Появление зоны трансформации привело посланников к осознанию того, что кузница душ, в которую их астральный король вложил столько сил, почти наверняка для них потеряна. Перемирие с Ярешем подошло к насильственному концу, когда боевые действия возобновились впервые с момента вторжения посланников.

Сам Яреш не был центром боевых действий, так как его магическая защита была единственным, что осталось в значительной степени нетронутым. Вместо этого стычки происходили в более мелких населенных пунктах региона. Не успев оправиться от нашествия монстров, города и деревни, оставленные в покое из-за отсутствия стратегической важности, внезапно подверглись набегам без какой-либо иной причины, кроме как утолить гнев астрального короля.

Яреш и его искатели приключений нанесли ответный удар, неоднократно совершая набеги на оставшиеся оплоты посланников. Имея так много ресурсов, выделенных на восстановление города, они не могли позволить себе осаждать укрепления, усиленные передовой магией посланников. Тем не менее, они решительно нанесли ответный удар по посланникам.

Вместо того чтобы выделять силы, необходимые для прорыва укреплений, Яреш и Общество искателей приключений развернули могущественных чемпионов для периодических ударов по обороне врага. Атаки элитой позволяли экономить ценную живую силу и избегать непосильных потерь. Вместо того чтобы успешно прорвать оборону, они обескровливали посланников, лишая их ресурсов, необходимых для ремонта укреплений после каждой атаки.

Оплоты посланников могли похвастаться великолепной защитной магией, превосходящей всё, что было найдено в Паллимустусе. Однако алмазные ранги были окончательным козырем, и хотя у Яреша их было два, единственный на стороне посланников погиб при вторжении в город. Чарист и Аллайет не только наказывали оборону посланников, но и доводили её до предела. Посланникам приходилось полностью восстанавливать её после каждой атаки, если они хотели выдержать следующую.

Стычки длились месяцами, определяясь логистическими недостатками. Посланникам не разрешалось отступать, но их больше не подкрепляли и не снабжали. Их астральный король заставлял их тратить свои жизни на мелкую, бессмысленную месть.

Яреш и Общество искателей приключений хотели сокрушить врага, но не желали отвлекать необходимые людей и ресурсы. Поскольку атаки посланников в регионе продолжались, а город находился на стадии реконструкции, было принято решение позволить истощению покончить с посланниками. Если их астральный король хотел жертвовать ими понемногу ни за что, её враги были рады позволить ей это.

Основные потери с обеих сторон пришлись на атаки посланников на города и деревни. Несмотря на всё более ужасающее положение, в котором оказались посланники, они продолжали свои бессмысленные атаки на теперь уже в основном эвакуированные города и деревни. Искатели приключений становились всё более искусными в предсказании и противодействии их неизменным шаблонам атак. К тому времени, как открылась зона трансформации, это была уже не программа оборонительного патрулирования, а упражнение по охоте на посланников.

Было ясно, что с посланниками в регионе покончено. Их численность упала слишком низко, а ресурсы слишком истощились, чтобы эффективно защищать свой последний оплот. Они были за той точкой, где им нужно было бы устроить ловушку, которая показала бы, что их плохая тактика была грандиозной стратегией.

В конце концов, алмазные ранги почти просто прогулялись внутрь, чтобы уничтожить последних защитников. Посланники сражались почти до самого конца, и лишь несколько видных лидеров отсутствовали, когда крепость наконец пала. Это произошло чуть больше чем через месяц после того, как зона трансформации закрылась, и экспедиция наконец вернулась на поверхность. То, что осталось от команды Джейсона, даже участвовало в финальных рейдах.

Война с посланниками для Яреша закончилась, по крайней мере до тех пор, пока другой астральный король не найдет причину вернуться. Празднование было восторженным, но скромным, так как последствия были горькими. Амбиции астрального короля были достаточно разрушительными, но её злоба в неудаче была хуже из-за своей бессмысленности. Она позволила своим собственным людям умереть без какой-либо иной причины, кроме как выжечь как можно больше земли. Реконструкция будет более сложной задачей, чем последствия любого нашествия монстров.

Одним светлым пятном были камеры роста подземного города. Они имели возможность прокормить сотни тысяч, но кормить приходилось лишь десять тысяч. Способность мгновенно решить продовольственную проблему региона стала огромным благом для светлых сердец, которые впервые за столетия столкнулись с дипломатическими отношениями.

Команда Джейсона, как и остальная часть экспедиции, столкнулась с неделями отчетов перед Обществом искателей приключений. Их настойчивое требование не отвечать ни перед какими представителями Магического общества вызвало споры, но в конечном итоге было принято. Даниэль Геллер не имела той репутации на этой стороне мира, которую она имела на своей родине… поначалу. Это изменилось прямо пропорционально бюрократическому давлению, оказанному на её сына.

Даниэль также телепортировала родителей Фарры из Римароса. Несмотря на её желание вернуться к своему личному проекту, Фарра и её родители присоединились к Гэри и его родителям в том, что осталось от духовного царства Джейсона. В то время как остальные их друзья имели дело с одним отчетом за другим, Фарра быстро сбежала в древесный город и больше не возвращалась.

Другие тоже переселились в древесный город. В основном это были Карлос Килидо и новая исследовательская группа, которую он собрал. Его предыдущие помощники вернулись в Римарос, пока Карлос был под землей, хотя многие вернулись. Финансирование не было проблемой благодаря отцу Гибсона Амуза, молодого дворянина, находящегося под опекой Карлоса.

Гибсон около года был заперт в специально настроенной стазисной камере, спасенный на полпути процесса обращения, призванного превратить его в раба-фанатика. Устранение ужасов, перенесенных им, было в центре работы Карлоса. Жрец-Целитель надеялся, что успех приведет к спасению других, считавшихся навсегда потерянными для вампиризма и связанных с ним состояний.

Джейсон создал исследовательский центр в древесном городе, надеясь, что его способность манипулировать реальностью там поможет продвинуть исследования, сохраняя при этом подопытных живыми. Одним из таких подопытных была мать Софи, Мелоди Джейн. Фанатики Ордена Искупительного Света, которых она когда-то возглавляла, были остальными подопытными. Некоторые согласились на переселение в древесный город, некоторые — нет. Те, кто отказался, были заключены в городе светлых сердец с разрешения Лоренн.

Также остались бывшие товарищи по команде, Арабель Ремор и Каллум Морс. Арабель была частью исследовательского проекта Карлоса, пытаясь сохранить рассудок подопытных, пока он поддерживал их жизнь. У тех подопытных, которые вошли в духовное царство, влияние, контролирующее их, было отключено силой Джейсона, как у матери Софи. Роль Арабель заключалась в том, чтобы помочь им справиться с их травмой.

Что касается Каллума Морса, Арабель хотела помочь и ему. Она винила себя в том, что не заметила ухудшения психического здоровья своего друга. Он потратил годы на поиски Мелоди с тем, что стало нездоровой одержимостью. Поскольку Мелоди хотела воссоединиться с Каллумом, Арабель намеревалась сделать всё возможное, чтобы помочь обоим.

Команда Джейсона лишилась нескольких членов после экспедиции в подземелье. Сам Джейсон был критическим источником урона, но отсутствие Руфуса и Тайки также ощущалось. Они были временными членами с самого начала, но насколько временными — всегда было открытым вопросом. Поскольку они так хорошо вписались, привнеся желанную силу и универсальность, их уход оставил пустоту.

После недель непрекращающихся вопросов команда была крайне готова двигаться дальше. Особенно когда всё больше ответов начинались с «Я не знаю».

— Я не знаю, это была странная штука Джейсона.

— Я не знаю, почему это было в форме его головы.

— Я не знаю. Это выглядело как куча магических карет, скрепленных вместе, чтобы сделать гигантского голема.

После последнего визита к Фарре, Гэри и Мелоди в древесном городе, Команда Бисквит приготовилась к отъезду. Пунктом назначения был город Витесс, в государстве Эстеркост. Когда они уезжали, с ними был еще один временный член команды, чтобы попытаться залатать дыру в их рядах.

Команда Штормовой Измельчитель прекратила свое существование. Выжившими членами были Роза, разведчица команды, племянник Амоса Пенсинаты Орин и Зара Нарин. Амос забрал Орина обратно в Римарос, и Роза поехала с ними. Разведчица была потрясена до глубины души, и Зара знала, что она не скоро вернется к приключениям, если вообще вернется. Молчаливый Орин был таким же трудным для понимания, как и всегда, и она понятия не имела, как травма повлияла на него.

Несмотря на то, что она была поздним дополнением, Зара построила крепкое товарищество за свое короткое, но захватывающее время в команде. После её разрушения она осталась потрясенной, одинокой и хрупкой. Когда она была наиболее потерянной, команда стала тем местом, которое она нашла. Её намерения поначалу были глупыми, но по мере того, как росло её чувство принадлежности, эта принадлежность стала её целью. Теперь не осталось ничего, к чему можно было бы принадлежать.

У неё не осталось места. Её отец прислал людей, чтобы вернуть её домой, и она последовала за ними, но беспорядок, который она оставила дома, никуда не делся. Политическая фикция об изгнании всё еще была необходимостью, и вскоре она вернулась в Яреш. В последние дни войны с посланниками она бросилась в борьбу против посланников. Это была хорошая работа для хороших людей, но это не было целью.

Когда пал последний оплот посланников, Зара снова оказалась в растерянности. В ночь празднования победы она стояла одна на городской стене, глядя в темноту.

— Опять этот взгляд.

Зара обернулась и обнаружила Софи, стоящую рядом с ней. Она не столько подкралась, сколько двигалась быстрее, чем могли засечь аура-чувства Зары.

— Как ты двигаешься так быстро, не поднимая ветра? — спросила Зара.

— Ветер достаточно любезен, чтобы уступить дорогу, — сказала ей Софи. — Что у тебя на пути, принцесса? Я видела тебя там, сражающуюся с посланниками. Ты выкладывалась. Сильнее, чем многие люди вроде тебя, которых я грабила. Но вот ты здесь, с тем же взглядом, что был у тебя на лице, когда мы вышли из дыры.

Выражение лица Софи смягчилось. Она подошла к каменному парапету рядом с Зарой и уставилась в ночь.

— Нелегко терять людей, — сказала она. — Я знаю это, и я никогда не теряла никого, кто значил бы для меня что-то, кроме отца. Но теперь у меня есть люди, которые имеют значение. Линди, Хамфри… все они. Я не знаю, какой это был бы удар под дых. Я так долго держала людей на расстоянии. Теперь, когда я наконец впустила их, думаю, потеря их может сломать меня.

— Я не сломлена, — сказала Зара, колеблясь в поисках слов. — Команда значила для меня многое, но мы не были так близки, чтобы…

Она закрыла глаза, выдавливая слезы.

— Больно, но я не сломлена. Я потеряна. Я начинала чувствовать принадлежность; иметь цель. Быть частью чего-то; строить это вместе.

— И ты бросилась уничтожать посланников, чтобы отбросить всё это в сторону, пусть даже ненадолго. Я понимаю это.

— Это была хорошая работа для хороших людей. Но это не цель.

— Для меня это достаточная цель. Но я всего лишь воровка, а не принцесса.

— Я больше не принцесса. А ты не воровка.

— Но ты снова можешь быть принцессой. Если захочешь. Может, не Принцессой Ураганов, но есть вещи и похуже, чем быть обычной, повседневной королевской особой. Я понимаю, что обезглавливаний меньше, если ты не выделяешься.

— Ты ничего не знаешь о том, как работает королевская власть, верно?

— Нет, и мне всё равно. А что касается воровства, я не совсем оставила это позади. Приключения требуют этого чаще, чем я ожидала.

— Ты думаешь, я играю в искателя приключений? Жду, чтобы вернуться в свой дворец?

— Нет. Я видела, как ты истекаешь кровью, принцесса. Видела, как члены твоей команды вытаскивали тебя из боя за отказ бросить людей. Даже если бы тебе нужно было что-то доказывать мне, чего тебе не нужно, ты бы доказала свою состоятельность.

— Тогда что ты хочешь сказать?

— Я не знаю. Я просто говорю. Не мне указывать тебе, как жить своей жизнью. Думаю, если я что-то и говорю, так это то, что хорошая работа для хороших людей — это не так уж плохо. Пока ты ждешь, когда появится цель, ты можешь провести свою жизнь, глядя в темноту, или можешь провести её, делая что-то хорошее.

— Посланники все мертвы.

Софи усмехнулась.

— Их еще полно там, откуда они пришли. А если ты устала иметь дело с посланниками, всегда найдется хорошая работа, которую нужно сделать где-то еще. Я даже знаю несколько хороших людей, если ты ищешь.

Глава72 ВРЕМЯ ОТПУСКА

Глава 72 ВРЕМЯ ОТПУСКА

В одной части центральной Австралии ландшафт был плоским и сухим, красная земля местами была отмечена редкой желтой травой. Когда-то здесь был город; остановка между нигде и нигде. Последние несколько жителей были эвакуированы, когда начались нашествия монстров, и никто не удосужился вернуться.

Джейсон и Фарра выбрали этот город, потому что не было ничего, ради чего стоило бы возвращаться. Здания разваливались, наклоняясь, как старики под палящим солнцем. Там был старый футбольный овал, который не видел игры сорок лет. Трава давно уступила место грязи и гравию, и только старый бар использовался в последние дни города. Они построили круг из стоячих камней, похожий на Стоунхендж с рунической резьбой, на ровной земле овала. Вскоре после этого они исчезли в нем, и с тех пор никто на Земле их не видел.

Пара оставила загадочный артефакт в мире, который вступал в магическую гонку вооружений. Магические фракции, правительства и даже корпорации, спешащие влиться в новый мир магии, бросились исследовать его. Правительство Австралии извлекло из этого максимум пользы, выбивая одолжения и контракты у каждой заинтересованной стороны в обмен на доступ. То, что осталось от старого города, было снесено, здания не стоили того, чтобы их использовать. На их месте за одну ночь выросли караваны, дома на колесах и сборные конструкции.

Первое исследование было уничтожено волной магии, которая хлынула из круга. То немногое, что осталось от города, было стерто, вместе со всем, что его заменило, за исключением каменного круга Джейсона и Фарры. Даже многие люди исчезли, предположительно погибли. Всё, что осталось, — это кольцо стоячих камней в круге красной земли, выжженной дотла.

Вслед за этим событием усилия по изучению каменных мегалитов стали лучше финансироваться и стали более осторожными. Вокруг стоячих камней было построено кольцо зданий. Это были надлежащие объекты, а не поспешный исследовательский лагерь. Присутствие правительства Австралии было очевидным, наряду с магическими фракциями, ООН, США и Китаем. Несколько корпораций заплатили огромные деньги, чтобы обеспечить себе позицию, стремясь использовать новую реальность магической Земли. Сотрудничества было мало, только обмен ресурсами в той мере, в какой это было строго необходимо.

Посреди ночи двое низкоуровневых работников находились на станции мониторинга, принадлежащей правительству Австралии. Каждый экран транслировал изображение с чрезвычайно дорогой камеры, сфокусированной на каменном круге, включая спутниковый снимок и несколько камер, охватывающих спектры света вне обычного человеческого диапазона. Каналы камер были в прямом эфире, но смена дня и ночи была единственным изменением, которое они когда-либо показывали с момента установки. Даже погода оставалась прежней. Единственным сезоном было сухое, бесконечное лето.

Ленора Коулман была рада присоединиться к программе сразу после университета, но год в этой комнате выкачал из неё весь этот восторг. Даже посреди ночи пот капал с неё, пока стоячий вентилятор безрезультатно гонял горячий воздух. Она закинула ноги на стол, читая очередную книгу о беременных мужчинах-оборотнях. Её начальник, Барри, был далек от того, чтобы критиковать её невнимательность, играя в игру на своем планшете.

Ленора встала и достала банку газировки из холодильника.

— Хочешь одну, босс? — спросила она, подняв её, чтобы Барри увидел.

— Есть еще без сахара? — спросил он, оторвавшись от игры.

Ленора наклонилась и заглянула в холодильник, выуживая одну из глубины.

— Тебе повезло, — сказала она и подошла, чтобы передать ему напиток. Она посмотрела на игру на его планшете.

— Vampire Survivors? Разве это не дурной вкус, когда идет настоящая война с вампирами?

— Это видеоигра, Нора. Кстати, в ней нет никаких вампиров.

— В названии есть «вампир».

— Может, они уже пережили вампиров, я не знаю. Я не делал эту…

Оба резко повернули головы, чтобы уставиться на мониторы, когда зазвучали многочисленные сигналы тревоги. Сигналы, которые они не слышали с момента своего первоначального обучения для станции мониторинга. Оповещение о движении на камерах сопровождалось сигналом от системы, которая отслеживала магическую сеть, ограниченную локальными событиями. За год, что они там находились, ни один монстр, эссенция или камень пробуждения не проявлялись в этом районе, несмотря на высокий уровень региональной магии.

Ленора и Барри уставились на мониторы. Над каменным кругом парила огромная, расплывчато сферическая зона радужной энергии. Она освещала ночь калейдоскопической яркостью, достаточно сильной, чтобы светить радужным светом через их окно, в километрах от места происшествия.

— Она излучает много тепла, — сказала Ленора, взглянув на тепловой монитор. — Около восьмидесяти градусов Цельсия. Не думаю, что это просто обычное магическое проявление?

Барри оторвал взгляд от банка мониторов и перешел к панели систем для монитора сети.

— Сеть регистрирует это как аномальное вторжение четвертой категории, — сказал он.

— Золотой ранг, — поправила Ленора. — Мы называем это золотым рангом сейчас.

— Скажи это тому, кто обновляет программное обеспечение; здесь написано «четвертая категория».

— Как бы это ни называлось, насколько мы влипли? — спросила Ленора.

— Там просто написано «аномальное».

— Ты же раньше мониторил сеть для Сети, верно?

— Да, но сеть не оборудована для чего-то большего, чем просто указывать на магические штуки. Моя работа заключалась в том, чтобы сделать телефонный звонок, когда это происходило, и на этом всё заканчивалось. Кстати говоря, проверь, были ли отправлены сообщения.

Ленора подошла к панели систем и осмотрела её.

— Автоматические уведомления все ушли правильно, — сказала она. — Мы не должны ничего делать, верно? Это всё выше нашего уровня.

— Возможно, стоит сделать звонок, — сказал Барри. — Если министр не узнает об этом оперативно, я не хочу, чтобы мы были теми людьми, на которых все между нами и ним будут срывать свое недовольство.

— Хорошая идея, — сказала Ленора.

Барри подошел к стационарному телефону на стене и нажал одну из кнопок быстрого набора.

— Соедините меня с офисом министра по делам сверхъестественного, — сказал он. — Я? Это Барри Синиз со станции мониторинга Круга Асано. Нет, Барри Синиз. Нет, нет никакой чертовой родни. Просто соедините меня!

— Э-э, босс?

Что-то в неуверенном тоне Леноры привлекло внимание Барри. Он повернулся, чтобы посмотреть на неё, заметив, что радужный свет больше не проникает через окна. Он посмотрел на банк мониторов, куда она указывала.

— Мне кажется, — спросила Ленора, — или это сонм ангелов?

Никому не нужно было спать во время битвы в душе Джейсона, но правила включали три обязательных перерыва в день. Во время этих перерывов насилие было невозможно, но у дороги всегда стояла тележка с едой, а также зачарованные тренировочные веса, адаптированные для серебряного ранга. Большинство великих астральных сущностей игнорировали их. Исключением была Небесная Книга, которая весело грабила каждую новую тележку с едой.

Никто из великих астральных сущностей не проявил интереса к разговору с Джейсоном во время перерывов, что его вполне устраивало. Он использовал это время для медитации или тренировки своего тела, создавая оптимальный баланс для продвижения. Пока он это делал, космические сущности неловко стояли вокруг, включая Мирового Феникса и её армию монстров.

Прошел более чем месяц, прежде чем кто-то из них нарушил неофициальное эмбарго на разговоры с Джейсоном. Он парил прямо над землей, медитируя со скрещенными ногами, когда открыл глаза и посмотрел на Строителя, стоящего перед ним.

— Ты предоставил мне лучший сосуд, чем я выбрал для себя в наших предыдущих встречах, — сказал Строитель.

— Это было несложно. Ты скреб по дну бочки с Тадвиком.

— Я подумал, что нам стоит поговорить, теперь, когда остальные не могут нам помешать.

— И как бы они нам помешали?

— Когда другие великие астральные сущности вознесли меня в свои ряды, они приняли меры предосторожности, чтобы контролировать меня. Когда они наделили меня санкционированной властью первоначального Строителя, они установили условия для этой власти.

— Какие условия?

— У них есть сила вернуть мой разум в состояние, в котором он был в мои последние моменты в качестве посланника. Я сохраняю свои воспоминания, но моя личность возвращается.

— Разве тебе не было тогда шестнадцать лет?

— Да. Наглый, импульсивный, глупый. Высокомерный в непревзойденной степени. Я был вундеркиндом уровня, ранее невиданного среди моего вида. Учитывая природу посланников, ты можешь представить, что это сделало с моим суждением. Тебе не нужно, полагаю.

— Не нужно.

— Со временем я научился сохранять мудрость лет, вместо того чтобы восстанавливать её каждый раз. Даже так, они всё еще могут вернуть мой разум на время.

— Могут ли великие астральные сущности вообще иметь личности, когда они не обитают в обычном сосуде?

— Не как таковые. Навязывание личности — это крайне неестественное состояние.

— Это многое объясняет из того поведения, которое я видел у тебя. Почему они это делают?

— Теперь я знаю, что их намерением всегда было восстановить моего предшественника на каком-то этапе, вернув ему власть, данную мне. Они никогда не считали меня одним из них. Вот почему я строю свою собственную вселенную. Не из семени, а из чего-то другого, принадлежащего только мне.

— Грабя миры. Крадя астральные пространства.

— Да. Это для того, чтобы, когда остальные наконец выступят против меня, у меня остался вариант, кроме битвы, в которой я не могу победить. Вселенная, которую я строю, будет моим астральным королевством.

— Ты хочешь сказать, что грабил миры миллиарды лет, чтобы стать астральным королем?

— Величайшим из астральных королей, с королевством, не имеющим равных в космосе.

— Не имеющим равных в космосе, да? Не мог бы ты просто стать обычным астральным королем? Тем, которому не нужно убивать неизвестно сколько людей в процессе? Миллиарды на данном этапе? Триллионы?

— Необходимая цена. Как ты мог ожидать, что быть обычным астральным королем будет достаточно, когда я создавал вселенные? Такое ниже моего достоинства.

— Ну, поздравляю, — сказал Джейсон. — Я официально встретил человека хуже Тадвика Мерсера, так что логично, что ты и он некоторое время были одним и тем же человеком. Зачем ты здесь, сражаешься за восстановление трона? Что тебе с этого?

— Великие астральные сущности могли сделать со мной то, что сделали, только потому, что они освободились от своих основных целей. Если трон будет восстановлен, они будут более ограничены в своих действиях против меня.

— Да, это логично. Скажу тебе так: ты определенно восстановил мою веру в то, что ты злой, эгоистичный кусок дерьма. Я пойду возьму хот-дог.

Борису не нравилось то, как он возвращался на Землю. Уйти было достаточно легко. Земная магия и технологии были легко обойдены, когда он был на стороне Земли и уходил один. Возвращение, однако, не давало ему доступа к инфраструктуре наблюдения, следящей за кругом. Даже если бы он был, невозможно было скрыть магическую сигнатуру сотен прибывающих посланников. Единственный способ, которым он мог прибыть, — это эффектный выход.

Большинство из сотен посланников были возрастом всего в несколько месяцев, освобожденные из зоны трансформации. Они появились в воздухе над каменным кругом вместе с двумя гигантскими коричневыми яйцами. Эти яйца растворились почти сразу, уронив свое содержимое на землю. Руфус Ремор быстро пришел в себя и использовал свою ауру, чтобы спланировать на землю. Это было бледное эхо того, что могла сделать аура посланника, но как серебряный ранг, он мог медленно левитировать. Этого было достаточно, чтобы хотя бы не упасть лицом вниз. Тайка Уильямс упал лицом вниз, ударившись о землю, как валун.

— Это было реально отстойно, бро, — пробормотал он в грязь.

Борис не стал наблюдать за тем, как Ремор идет проверить своего друга. Вместо этого он распространил свои чувства на собранные человеческие станции мониторинга. В секции Кабалы были знакомые ауры, которые в данный момент были очень удивлены.

— Нет, министр, мониторы точны, — сказал Барри в телефон. — Там, судя по всему, армия ангелов. Пока что никто не…

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался тучный мужчина в умеренно хорошо сидящем костюме.

— Дай мне этот телефон! — Он зашагал к нему, чтобы вырвать его у Барри. — Министр, — сказал он в трубку. — Это Гордон Траффетт. Я на месте и принимаю командование операцией.

Барри пожал плечами и подошел туда, где Ленора работала за компьютером.

— Кто-нибудь набрался смелости пойти туда? — спросил он.

— Пока нет, хотя я вижу много активности на стороне Кабалы. Это логично, учитывая то, что показало распознавание лиц.

— У нас есть совпадения?

— Два, — сказала Ленора. — Каждое обещает быть отдельной головной болью. Один — Борис Кетланд. В нашей базе данных он числится как исполнительный директор Кабалы, но человек, а не десятифутовый ангел.

— Это не так уж шокирует. С каких пор хоть один человеческий член Кабалы оказывался настоящим человеком?

— Никогда. Следующее совпадение — один из двух людей. Или тех двоих, что выглядят как люди, во всяком случае.

— Те, что выпали из этих яичных штук?

— Да. Система определяет большого маори как Тайку Уильямса. Член клана Асано — австралийского клана Асано — и известный соратник Джейсона Асано. Также один из людей, погибших, когда круг послал тот магический всплеск, из-за которого нас всех сюда и поставили.

— Он пережил магическую волну?

— Похоже на то. Если предположить, что это действительно он, он будет первым выжившим, верно?

— Да, — сказал Барри, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Траффетта, быстро говорящего по телефону. — Я рад, что это не моя работа — разбираться с этим. Интересно, позволят ли они мне взять мои отпускные дни.

Глава73 Я ХОТЕЛ БЫ КУПИТЬ МЯСНОЙ ПИРОГ

Глава 73 Я ХОТЕЛ БЫ КУПИТЬ МЯСНОЙ ПИРОГ

Двухкилометровый участок между кольцом стоячих камней и окружающими объектами был плоской равниной, выжженной магией. Не было никаких следов города, который когда-то занимал это пространство, только красная, бесплодная земля.

Стоячие камни были инертны после взрыва, который уничтожил город год назад, до прибытия Руфуса, Тайки и армии посланников. Объекты гудели от активности, поскольку различные группы, наблюдающие за кругом, решали, какой курс действий предпринять. Кабала первой перешла к действиям, отправив одного человека на полноприводном автомобиле. Машина была покрыта красной пылью и выглядела сорокалетней, но прочной, как будто она будет ездить еще сорок лет.

Борис и посланники парили в воздухе с момента своего прибытия. Руфус и Тайка опустились на землю с разной степенью грации. Пара вышла из стоячих камней, чтобы встретить машину, в то время как Борис спланировал вниз, чтобы присоединиться к ним.

— Это может быть сложно, бро, — сказал Тайка Борису. — Думаю, наше появление станет большим делом.

— Я, к сожалению, склонен согласиться, — сказал Борис. — Я знаю приближающегося человека. Я попытаюсь упростить нашу ситуацию в краткосрочной перспективе, хотя всем нам со временем придется столкнуться с последствиями.

— Упростить как? — спросил Руфус.

— Наш первый шаг должен заключаться в том, чтобы добраться до территории Джейсона. Главная сложность в том, что его территория находится на другой стороне планеты.

— Я думал, ты сказал, что мы прибываем на родину Джейсона, — сказал Руфус.

— Это родина Джейсона, — сказал Борис. — Но в его отсутствие политика сделала её не самым гостеприимным местом для него. Или, по ассоциации, для нас.

— Узнают ли они, что мы связаны с ним? — спросил Руфус.

— Магия — это новое для этого мира, — сказал Борис. — Когда происходят крупные магические события, причастность Джейсона Асано всегда будет в тройке главных догадок. Ты и я, мистер Ремор, только что вышли из большого магического круга Джейсона с большим коричневым другом Джейсона. Нет особого смысла пытаться скрыть связь.

— Не уверен, что меня можно назвать большим рядом с кучей девятифутовых ангелов, — сказал Тайка.

Машина подъехала, и водитель вышел. Он был серебряного ранга и выглядел как человек, но его аура не была аурой пользователя эссенции. Он был крупным, не просто высоким, а мускулистым, в свободной коричневой рубашке, хаки-шортах и коричневых рабочих ботинках. У него была широкополая шляпа и загорелая кожа, что говорило о том, что он много времени проводит на солнце.

— Борис Кетланд, ты хитрый сукин сын, — позвал он с густым австралийским акцентом. — Не знаю, выиграл ли кто-нибудь в тотализаторе на тебя. Чертов ангел? Кто бы мог подумать, ты, бабник, охочий до юбок?

Борис усмехнулся, протягивая руку для рукопожатия.

— Рад тебя видеть, Брюс. Надеюсь, твое присутствие здесь поможет сгладить углы.

— Я бы не стал возлагать надежды на гладкость, приятель. Ты знатно растревожил осиное гнездо. Появиться с этими двумя парнями и божественным воинством за спиной? Некоторые чертовски могущественные люди только что проснулись.

Борис кивнул.

— Я так и предполагал. В любом случае, Брюс Монтгомери, позволь мне представить Тайку Уильямса и Руфуса Ремора. Тайку, я уверен, ты уже знаешь. Руфус еще не выучил ни одного земного языка.

— Да, распознавание лиц определило Тайку, как только он стер грязь с лица. Был немного жесткий приземление, приятель?

— Путешествие было немного жестким, — сказал Тайка, пожимая руку Брюсу. — Что это было насчет тотализатора?

Брюс рассмеялся.

— В Кабале, — сказал он, — никто из человеческих членов не оказывается человеком. Всегда есть тотализатор на любого, кто еще не показал свое истинное лицо.

— Обычно не вежливо спрашивать, — сказал Борис, — но Брюс здесь — огр. По крайней мере, он так говорит.

— О, только не начинай, — сказал Брюс.

— Думаю, он подстроил тотализатор, — сказал Борис. — Думаю, он не огр, а три человека в большом пальто.

— Где бы я вообще взял двенадцатифутовое пальто? — спросил Брюс. — И ты видел меня в моей настоящей форме. Ты купил мне те эластичные фиолетовые штаны, ты наглый мерзавец.

Борис издал смешок.

— Можешь доставить нас в Европу, Брюс? — спросил он. — Или держать всех подальше от нас, пока мы не доберемся туда?

— С Европой сложно, приятель. Всё, что ты там найдешь, — это вампиры и Асано, и я полагаю, ты не ищешь вампиров. Люди хотят задать вам всем довольно острые вопросы, и я не знаю, позволят ли они вам добраться до территории Асано, прежде чем вы на них ответите.

— Учитывая силу, находящуюся в моем распоряжении, — сказал Борис, — им придется бросить много сил против нас, если они хотят форсировать вопрос. Мои золотые ранги могут справиться с любыми двумя из тех, что у них здесь есть. А я могу справиться с гораздо большим количеством, чем два.

— И ты будешь сражаться, если до этого дойдет? — спросил Брюс.

— Мы вполне способны пробиться через планету, — сказал Борис. — Это, однако, было бы своего рода занозой. Тем не менее, думаю, мои некрылатые спутники уже устали от неудобных поездок. Полагаю, они предпочли бы самолет, чем быть перенесенными через полмира, как мышь в когтях орла.

— Ну, — сказал Брюс, — ты по крайней мере на пять ступеней выше меня в иерархии Кабалы, так что если ты говоришь, что мы скажем всем остальным отступить, полагаю, это то, что мы делаем. Не думаю, что они будут давить, но если бы у тебя была какая-то кость, которую мы могли бы бросить другим фракциям, это очень помогло бы.

— Пообещай им методы добычи духовных монет. Это будет ценно теперь, когда уровни магии на Земле растут.

Брюс издал тихий свист.

— Да, это сработает. Все пытались это сделать, но только у янки был какой-то успех.

— Значит, все, кроме США, будут довольны нами, а американцы будут нас ненавидеть.

— Ага. Ты никогда не делал вещи наполовину, верно, Борис? Даже до того, как появился с армией ангелов.

— Мы на самом деле не ангелы, — объяснил Борис. — Мы называемся посланниками.

— Разве «ангел» не означает посланник на греческом или латыни или что-то в этом роде?

— Близко, но мы определенно не посланники Бога, Брюс.

— Чьи же вы тогда посланники?

— Воли космоса, — сказал Борис. — Это куча дерьма. Религия, смешанная с расовым превосходством.

— Значит… в общем-то, ангелы, тогда.

Борис издал стон.

— Это определенно то, как они будут нас называть, не так ли?

— Ага, — сказал Брюс. — Магия сделала вещи достаточно странными, когда дело доходит до религии. Ваше появление может начать священную войну или три.

Борис издал усталый вздох, затем с решимостью расправил плечи.

— Это проблема завтрашнего дня, — сказал он. — Прямо сейчас приоритет — доставить наших попутчиков в безопасность. Я не хочу, чтобы кто-то из серебряных рангов попал в переделку, если какие-то золотые решат напасть на нас. Джейсон Асано не будет счастлив, если с ними что-то случится, а он не тот человек, которому стоит переходить дорогу, независимо от того, сколько у тебя силы.

— Он тоже появится? — спросил Брюс.

— Не в ближайшее время, — сказал Борис.

— Он и мрачный жнец сражаются с гигантской космической птицей, — сказал Тайка. — Это займет время.

— Что? — спросил Брюс.

— Я расскажу позже, — сказал Борис. — Прямо сейчас нам нужно добраться куда-то в безопасное место. Один из доменов Джейсона Асано подойдет для начала, и я был бы признателен, если бы мы двинулись, прежде чем другие фракции попытаются сделать что-то глупое.

— Да, справедливо, — сказал Брюс. — Мне потребуется немного времени, чтобы разобраться с самолетом, но думаю, мы сможем разместить вас всех в кафетерии Кабалы.

— Это большой кафетерий, бро. Пошли; я год не ел дагвуд-дог.

— Ты правда ешь эти штуки? — спросил Борис.

— Да, бро. Нужно время от времени съедать дагги. Не отказался бы и от пары дим-симов.

Кабале удалось — более или менее законно — обеспечить два массивных пассажирских самолета. При этом они также договорились, чтобы другие фракции оставили группу в покое, по крайней мере на данный момент. Переговоры прошли гладко в большинстве своем, за исключением одного небольшого инцидента.

Золотой ранг из Соединенных Штатов прибыл через портал и был высокомерен ровно столько, сколько потребовалось ему, чтобы почувствовать ауру Бориса. Вид золотого ранга, удирающего с поджатым хвостом, успешно успокоил остальных, хотя Борис знал, что это приведет к проблемам в будущем. Если его и его людей будут рассматривать как угрозу, мировые державы в конечном итоге попытаются их устранить.

Однако пока им позволили идти своим путем. Серебряные ранги посланников уменьшились, чтобы поместиться в человеческие кресла самолета, в то время как Борис и другие золотые ранги летели рядом в качестве эскорта. Самолеты приземлились на военной базе совместных операций за пределами Нитры, Словакия.

Этот регион был одним из немногих оплотов не-вампирской силы в Европе из-за присутствия домена Джейсона. Как и в случае с доменом во Франции, тот, что в Словакии, был центром зоны с высоким уровнем магии. Это влияло на солнечный свет, делая его более опасным для вампиров.

Военная база отличалась реальным сотрудничеством между различными магическими фракциями и правительственными союзниками. В большинстве мест это было политической фикцией, но люди, сражающиеся в войне, понимали, что вампиры — настоящий враг. База примыкала к домену Джейсона, даже частично существуя внутри него. Граница была отмечена многочисленными предупреждающими знаками и настоящей черной с желтой линией, нарисованной на бетоне.

Руфус и Тайка первыми вышли из самолетов, к ним присоединились Борис и другие золотые ранги, парящие прямо над землей. На нарисованной линии границы их встретили два человека. Одной была женщина бронзового ранга с восточноевропейскими чертами лица и строгом деловом костюме. Другим был японский мужчина средних лет в темно-зеленой полевой форме и мечом на бедре. Он был серебряного ранга и, как и женщина, имел ауру, отмеченную использованием ядер монстров.

— Кети, — поприветствовал Тайка. — Что ты здесь делаешь?

— Мой филиал Сети в Австралии был расформирован, — сказала Кетеван Арзиани. — Мне предложили должность помощника матриарха клана Асано.

— Юми наняла тебя? — спросил Тайка. — Она всегда была умной.

— Пойдем к ней, — сказала Кетеван. — Она ждет вас.

Тайка пожал руку японскому мужчине, прежде чем они отправились в путь.

— Рад видеть тебя, Широ.

— И я тебя, — сказал Широ Асано. — Ты стал сильным.

Тайка усмехнулся.

— Бро, ты даже не представляешь.

Борис, Руфус и Тайка сидели напротив Юми Асано, бабушки Джейсона по отцовской линии. Она пришла к магии поздно в жизни, но её способности изменять плоть вернули ей молодость, придав ей тот же вид двадцати с небольшим лет, что и у людей, сидящих напротив неё. С одной стороны её окружал сын, Хиро, который выглядел вдвое старше своей матери. С другой стороны была Кетеван. Юми перевела взгляд на Руфуса.

— Я узнаю вас по записям моего внука, мистер Ремор. Прежде чем мы начнем, позвольте мне поблагодарить вас за то, что вы были учителем и другом для него, когда он отчаянно нуждался в обоих. Мне сказали, что вы можете понимать меня, даже не говоря на моем языке.

— Я использую магию перевода, — сказал Руфус. — Она шаткая, когда не душа.

— Магия перевода, которая применяется извне, а не является врожденной силой, не отлична, боюсь, — сказал Борис. — Он поймет основы, но лучше всего будет, если мы будем говорить просто, чтобы он мог эффективно следовать.

— Я благодарен за ваш шум рта, — сказал Руфус.

— Он очень быстро выучит языки здесь, — заверил Борис Юми.

— Я не сомневаюсь, — сказала Юми. — У наших серебряных рангов отличная память, поэтому я заставила их всех учить несколько языков. Это было очень полезно. А теперь расскажите мне о моем внуке.

— Он дал мне запись, — сказал Тайка. — Целую кучу, на самом деле, но эта для вас.

Он достал кристалл записи из пространственной сумки на поясе.

— У вас есть проектор? — спросил он.

Юми кивнула Кетеван, которая встала и подошла к панели на стене конференц-зала. Облачная субстанция поднялась со стола и сформировала небольшой проектор кристаллов записи.

— Это облачный дворец? — спросил Руфус.

— Домены Джейсона унаследовали многие свойства от его облачного дворца, — сказал Борис. — Приятный побочный эффект привязки дворца более тесно к его душе, пока он сам не стал дворцом.

— Вы, кажется, много знаете о Джейсоне, — сказал Тайка, подозрительно глядя на Бориса.

— Я часть магической фракции на Земле, — сказал ему Борис. — Узнавание о Джейсоне Асано стоит на вершине всех наших списков дел. Просто так получилось, что я лучше в этом, чем все остальные.

Прищуренные глаза Тайки задержались на Борисе на мгновение, прежде чем он повернулся обратно к задаче. Он поместил кристалл в проектор, и запись изможденного Джейсона замерцала над столом. Он был на балконе дома на дереве в облачном кресле, лесная панорама простиралась позади него.

— Здравствуй, бабушка, — сказал он. — Я знаю, что ты никому не позволишь ничего сделать, пока не вытрясешь из них ответы на все свои вопросы, так что позволь мне рассказать тебе, чем я занимался с тех пор, как мы виделись в последний раз.

В роскошном гостевом люксе Руфус слушал странно немагическое записывающее устройство.

— Здравствуйте, — раздался женский голос из устройства. — Я хотела бы купить мясной пирог.

— Здравствуйте, — повторил Руфус. — Я хотел бы купить мясной пирог.

Поскольку запись повторяла предложение, Руфус вытащил леденец из огромного пакета и засунул его в рот. Он сидел на полу перед журнальным столиком, заваленным материалами для изучения языка и пятикилограммовым мешком смешанных леденцов.

— Я хотел бы купить мясной пирог, — пробормотал он, жуя сладкое лакомство.

В дверь постучали, и Руфус нажал на планшет, чтобы остановить её. Решив, что, вероятно, он сделал всё правильно, он подошел к двери и открыл её. На другой стороне была женщина бронзового ранга, и Руфус увидел сходство с Джейсоном.

— Здравствуйте, мистер Ремор. Я узнаю вас по записям моего брата. Я Эрика Асано.

— Здравствуйте, — сказала запись позади него. — Я хотел бы купить мясной пирог.

Эрика подняла брови, когда Руфус повернулся, чтобы нахмуриться на планшет.

— Помощь? — спросил он её.

Он отошел от дверного проема, и она шагнула внутрь. Она подошла к журнальному столику и нажала на планшет, чтобы приостановить языковую программу.

— Спасибо, — сказал Руфус и пригласил её в кресло, пока сам занял другое.

Как и все здания в домене Джейсона, это состояло из облачного материала, маскирующегося под другие вещи. Мебель не очень хорошо это скрывала, обладая знакомой невозможной мягкостью.

— Как мой брат, мистер Ремор?

— Зови меня Руфус.

— Хорошо, Руфус. Как мой брат?

— Хорошо, — сказал Руфус. — Было плохо. Очень плохо. Получил помощь.

— Я понимаю, что ваша мать — его терапевт?

Руфус нахмурился, не понимая. — Тера-пист?

Эрика обдумала это мгновение.

— Целитель разума, — сказала она.

Осознание озарило лицо Руфуса. Он кивнул.

— Джейсон хрупок, — сказал он, постучав по виску. — Здесь. Но возвращается сильнее. Другой, но сильнее.

— Да, это так, — сказала Эрика. — Но сейчас он в порядке? Мне сказали, что он ушел сражаться в какой-то войне с Мрачным Жнецом?

— Со Жнецом, да. Странные вещи. Джейсоновы вещи. Мы все хотели бы помочь, но иногда это Джейсоновы вещи. Нелегко принять.

— Нет, — согласилась Эрика. — Нелегко принять. Мне также сказали, что вы здесь, чтобы что? Обучать мою дочь?

— Да, — сказал Руфус. — Сначала выучить язык.

— Вы проделали долгий путь для того, кто не говорил по-английски две недели назад.

— Спасибо.

— Это не значит, что я позволю вам взять на себя образование моей дочери. Почему я вообще должна рассматривать возможность этого?

— Моя семья управляет школой.

— Школой для воинов. Я не хочу, чтобы моя дочь была воином.

— Не воины. Учить сражаться, да, но также учить не сражаться. У вашего ребенка будет сила. Те, у кого есть сила, могут выбрать мир, но мир не всегда выбирает их. Не буду тренировать воина, но буду учить. Буду готовить.

— Готовить к чему?

— Ко всему.

Домен Джейсона во Франции охватывал большую часть того, что когда-то было городом Сент-Этьен. Каждый из двух доменов содержал астральное пространство, и каждое астральное пространство содержало чудесный волшебный город. Как и новый город светлых сердец, они имели гораздо больше места, чем население, чтобы заполнить их.

После использования портала, связывающего словацкий домен с французским, Руфус и Тайка воспользовались вторым порталом в астральное пространство Франции. В населенной части города Руфус чувствовал себя странно непринужденно. Большинство населения были беженцами со всего мира, пострадавшими от пространств трансформации. Больше не люди, они были множеством других видов, которые напоминали Руфусу дом.

Они сели на небольшой дирижабль с массивной стыковочной башни, куда их доставил портал, и дирижабль сам полетел в город. Он приземлился на вершине главного тренировочного комплекса клана Асано размером с арену.

— Я немного нервничаю, — признался Руфус. — Не уверен, что мой английский достаточно хорош.

— Бро, позволь мне отвезти тебя в паб в Австралии. Тогда ты увидишь, что твой английский просто отличный.

Тайка повел их в здание и вниз по нескольким лестницам. Они вошли в комнату размером с гимнастический зал со всевозможным спортивным оборудованием. Оно варьировалось от обычных гимнастических установок, таких как параллельные брусья, до явно магических устройств с плавающими компонентами.

В комнате был один обитатель, который соскочил с брусьев при их входе, совершив плавное приземление. Она была в раннем подростковом возрасте, одетая в спортивные штаны и выцветшую футболку Airwolf. Она подбежала к ним и обняла Тайку.

— Это он? — спросила Эми, осматривая Руфуса.

— Это он, — сказал Тайка.

Эми продолжала осматривать Руфуса с ног до головы, наконец кивнув, когда приняла какое-то внутреннее решение.

— Думаю, тебе было лучше лысым, — сказала она ему.

Глава74 ПУСТОЕ КРЕСЛО

Глава 74 ПУСТОЕ КРЕСЛО

Клан Асано владел двумя астральными пространствами, состоящими из городов, отрезанных от окружающей дикой природы массивными оборонительными стенами. Города были в основном пусты, так как могли вместить гораздо больше людей, чем жило там. Чтобы они не чувствовали себя городами-призраками, определенные секции регулировались кланом Асано, с магазинами, жилыми помещениями и другими объектами, назначенными жильцам и владельцам бесплатно.

Это было особенно важно, когда жители были переселены отовсюду. Клан Асано состоял в основном из расширенной семьи Джейсона, привезенной из Австралии. Их связь с ним не только нарушила их жизни, но и поставила их в опасность со стороны тех, кто хотел бы их эксплуатировать. Большинство жителей были беженцами из зон трансформации по всему миру. Магически удаленные от человеческой расы, им приходилось иметь дело не только с новым местом, но и с новыми собой.

Было несколько жителей, которые не вписывались в эти группы, с несколькими другими семьями, включенными в клан Асано. Как и семья Джейсона, их связь с ним делала их целями для эксплуатации и вреда. Это включало семьи тех, кто попал на орбиту Джейсона, таких как Грег и Ася. Его погибший друг и любовница были примерами опасностей, которые сопутствовали вовлеченности в дела Джейсона.

Была также Хлоя Бодриар, эпидемиолог, с которой подружился Джейсон, вместе с её семьей. Поскольку они были французами, они были перемещены из-за вампирской оккупации. Большинство европейских гражданских лиц были эвакуированы на другие континенты, но некоторые были приняты кланом Асано, в основном люди, близкие к двум духовным доменам в Нитре и Сент-Этьене.

Джейсон имел привычку провоцировать внутренние распри в древних японских семьях; свергнутое руководство и их лоялисты присоединились к клану. Это включало членов японского клана Асано и клана Тивари. Старые лидеры обоих помогли Джейсону, и оба заплатили за это, будучи вынужденными покинуть свои собственные семьи. Юми Асано позаботилась о том, чтобы отплатить за эту помощь как могла, предложив дома и безопасность.

Одним из преимуществ открытия только частей города было то, что пространство не было в дефиците. Не было необходимости в плотной застройке, и они выбрали открытые, очень удобные для прогулок части города. Наименее загруженным жилым районом был Парковый район, который представлял собой сочетание малоэтажной застройки и ботанического сада. Внутри этого района была уединенная роща, окруженная цветущими изгородями и разделенная протекающим через неё ручьем.

В этой роще был очень маленький коттедж, принадлежащий очень крупной женщине. Рэйна Уильямс была далеко от своей родной Новой Зеландии. Через пять месяцев после того, как Руфус прибыл на Землю, он был одним из нескольких человек, сидящих за столом для пикника возле дома Рэйны.

— Ешь теперь, — сказала Рэйна, накладывая еще одну кучу тартифлета на тарелку Руфуса.

— Миссис Уильямс, я не могу, — сказал Руфус.

— Это то, что говорит твой рот, — сказала она ему. — То, как ты смотришь на эту тарелку, говорит о другом.

— Может, еще немного, — сказал он.

— Мальчик, не приходи сюда, говоря мне «немного». Я не знаю, чем они кормят тебя в той другой вселенной, но мой Тайка стал худым как щепка там, а ты еще хуже.

— Худым? — сказал Хиро Асано. — Я знаю, что магия превратила много жира в мышцы, но он всё еще такой же широкий и коричневый, как универсал из восьмидесятых.

Хиро потянулся за блюдом с чесночным хлебом и получил удар по костяшкам пальцев за свои хлопоты.

— Чесночный хлеб для вежливых молодых людей, — отчитала миссис Уильямс.

— Мне пятьдесят восемь, — пожаловался Хиро. — Я не могу быть молодым человеком.

— Тогда ты достаточно стар, чтобы знать лучше, — сказала миссис Уильямс, заработав беспомощный взгляд от Хиро, который заставил Эми хихикнуть.

— Тебе не стоит огрызаться, босс, — предупредил Тайка Хиро. — Не если хочешь продолжать есть.

Прошло несколько лет с тех пор, как Тайка работал на Хиро в их преступные дни, но некоторые вещи просто оставались.

— Мне действительно пора идти, — сказал Руфус, но не сделал никаких движений, чтобы уйти, продолжая уничтожать еду на своей тарелке.

— Ты проделал очень хорошую работу с беженцами, Руфус, — сказал Хиро. — У нас было много проблем со всеми этими травмированными людьми, которые внезапно обнаружили, что они больше не люди. Как человек, который вырос среди людей, которые не были людьми, ты был успокаивающим присутствием.

— Я не сделал ничего особенного, — сказал Руфус. — Это просто участие в групповых терапевтических сессиях и рассказы людям о доме.

— Ну, это очень мило, — сказала Рэйна. — Здесь начинает чувствоваться настоящее сообщество. Я езжу на скутере в общественный центр несколько раз в неделю.

— У вас есть мобильный скутер? — спросил Хиро. — Он справляется без асфальтированной дороги?

— Мобильный скутер — ничто, — сказал Тайка. — У неё есть стоячий скутер. Какое-то чудовище из углеродного волокна, которое развивает скорость шоссе. Это небезопасно.

— О, ты знаешь, что я не разгоняю его так быстро, — сказала Рэйна. — Мне просто нужно что-то с мощностью, чтобы перевозить даму с формами. И я всегда ношу свою защитную экипировку.

— Мы внутри магического царства, — сказал Тайка, — на континенте, оккупированном вампирами. Где вы вообще нашли мотоциклетные штаны своего размера?

— Хорошие новости, все, — сказала Рэйна. — Похоже, есть лишний десерт, потому что мой сын не хочет.

— Что? Мам, нет…

Хиро отвез Эми домой после обеда, а Руфус и Тайка направились к обширному комплексу общественного центра. Он включал медицинские и продовольственные центры распределения наряду с другими ключевыми объектами. Сердцем места был большой зал отдыха, который служил местом сбора и центральным узлом для остальной части комплекса. Он предлагал легкий доступ ко всему, от медицинского центра до детских игровых площадок и большого бара.

Когда Руфус и Тайка прибыли в центральный зал, царило веселое настроение. Группа людей праздновала первого ребенка, зачатого среди трансформированных. Руфус улыбался и смеялся вместе со всеми, пока не услышал, как счастливая пара упоминает имя своего врача. Не будучи в центре внимания, Руфусу было легко ускользнуть.

Мгновения спустя он ворвался в близлежащий медицинский центр. Он нашел дверь кабинета с надписью «Д-р Велиус» и вошел без стука. Врач поднял взгляд от ноутбука на своем столе.

— Что-то, в чем я могу вам помочь, мистер Ремор?

— Это вы, — сказал Руфус. — Почему вы здесь? Как вы здесь?

— Я главный сосуд Жнеца, мистер Ремор; я очень хорошо обеспечен ресурсами.

Велиус достал то, что выглядело как брелок от машины, и нажал на кнопку. Дверь кабинета закрылась, и короткое мерцание указало на экран конфиденциальности, установившийся вокруг них.

— Каковы ваши намерения? — спросил Руфус.

— Доброжелательные, уверяю вас, — сказал Велиус. — Хотя я мог бы отбить оборону территории Джейсона Асано, если бы был враждебен, делать это в долгосрочной перспективе было бы довольно утомительно. Особенно в этом астральном пространстве, где его сила сильнее.

— Что вы здесь делаете? — потребовал Руфус.

— Помогаю, мистер Ремор.

— Почему?

— Вы осознаете, что то, что постигло этот мир, проистекает из того, как первоначальный Строитель создал этот мир и ваш?

— Осознаю.

— Я не буду вдаваться в полный контекст, но это было прискорбным следствием решения, которое великие астральные сущности приняли давным-давно. Того, которое ваш друг Джейсон в настоящее время пытается исправить. Что касается вас и меня, мы обнаруживаем себя окруженными людьми, чьи жизни и даже сами тела были трансформированы во что-то, что они больше не узнают.

— Почему вас это волнует?

— Это, мистер Ремор, довольно оскорбительно. Я могу быть бессмертным, а моя позиция довольно возвышенной, но я всё еще человек. Концепция сострадания мне не чужда.

Руфус нахмурился. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Его тело потеряло напряженность, гнев в его выражении лица исчез.

— Вы правы, — сказал он. — Это было оскорбительно, и я прошу прощения. Позвольте мне задать вопрос, который я должен был задать: почему у Жнеца был кто-то настолько важный, как вы, здесь, делающий это?

— Обычно в такой катастрофе местные боги начинают зарабатывать все эти молитвы и преданность, работая над исправлением вещей. К сожалению, пройдут столетия, прежде чем в этом мире будет достаточно магии, чтобы боги начали проявляться.

Велиус улыбнулся.

— Вы, по-видимому, ворвались сюда, узнав мое имя, — сказал он. — По-видимому, Асано рассказал вам о том, как я завербовал его на его текущую задачу.

— Да. И один взгляд на эту ауру сказал мне, что я был прав. Вы подогнали свою маску ауры так, чтобы местные не видели сквозь неё, но кто-то вроде меня — да.

— Да. Есть вещи, которые нужно сделать здесь, но люди этого мира не готовы к некоторым из высших истин, стоящих за ними. Например, первый слуга мрачного жнеца — их акушер. Так что, надеюсь, вы и я будем тихо помогать некоторым вещам.

— Вы всё еще не сказали мне почему. Вы можете быть на самой границе смертности, но вы всё еще один из нас. Я могу понять, что вы хотите действовать из сочувствия к этим людям. Почему Жнец позволяет вам?

— Вы осознаете, очевидно, что я завербовал Джейсона Асано на его текущую задачу. Вы знаете, что он попросил взамен?

— Вот почему вы здесь? Джейсон попросил вас помочь этим людям?

— Нет, — сказал Велиус. — Ваш друг вообще ничего не просил. Ему даже в голову не пришло. Как только он понял, что это нужно сделать, он просто решил сделать это. В свете этого было решено, что награда оправдана, просили её или нет. Великие астральные сущности решили вмешаться там, где обычно это делают боги.

— И они послали вас? Чтобы сделать что?

— Не только меня. Мы здесь, чтобы незаметно помогать вещам. Я знаю из личного опыта, что если вы не сможете эффективно установить вещи на свои места в своем родном мире, вещи могут стать грязными. Быть вынужденным делать экстремальные выборы рано может иметь серьезные последствия через несколько столетий, не говоря уже о тысячелетиях. Мы здесь, чтобы сгладить процесс утверждения семьи Асано в качестве силы в этом мире.

— Будучи целителем фертильности?

— Нарушая несколько правил, прежде чем ваш друг остановит возможность этого. Это то, что он делает, в конечном счете: возвращает старые правила на место, которые останавливают великих астральных сущностей от проявления творчества в своих ролях.

— Какие правила вы хотите нарушить?

— Ничего явного. Не если вы не знаете, на что смотрите, во всяком случае. Но людям здесь будет сопутствовать много удачи в течение нескольких лет.

— Хорошо, — сказал Руфус. — Предполагая, что я верю во всё это, почему вы? Что Жнец может сделать для этих людей?

— Как вы заметили, я взял на себя роль врача по фертильности, — сказал Велиус. — Матриарх клана Асано приложила немало усилий, чтобы набрать экспертную медицинскую команду. Изменения, через которые проходят люди по мере повышения ранга, — это одно, но большая часть населения здесь имеет нечеловеческую физиологию. Я организовал учетные данные для своей предполагаемой личности, чтобы меня приняли.

— Как выдуманные учетные данные помогут кому-то? И какое отношение это имеет к Жнецу?

— Через Жнеца, мистер Ремор, у меня есть доступ к медицинскому опыту каждого, кто когда-либо умирал в любой вселенной. Когда-либо. Мои учетные данные настолько глубоко занижены, что я, вероятно, продвину медицинские знания этой планеты на век или более случайно.

— Вот почему вы здесь? Потому что у вас есть эти знания?

— Это часть этого. Более специфическая причина в том, что первое поколение, рожденное у трансформированных людей здесь, окажет невероятное влияние на них и на эту планету в целом. Они и их дети столкнутся с глубокими вызовами, если когда-либо захотят быть чем-то большим, чем странный маленький коллектив, прячущийся в астральном пространстве. Если они собираются делать что-то, кроме как вымереть в течение нескольких поколений, они должны быть замечательными.

— И вы намерены сделать их замечательными?

— Я скорее надеюсь, что вы будете, мистер Ремор. Моя часть — дать им потенциал, до которого вы поможете им дорасти.

— И как вы собираетесь дать им этот потенциал?

— Предоставив то, что этому новому поколению отчаянно нужно: старые души.

Когда Гэри стал полубогом, он был видением физической мощи, окутанным божественной силой. Почти год спустя божественная сила была обернута вокруг изможденной, скелетоподобной фигуры, которая ковыляла, когда её не везли в плавающем облачном кресле. Золотой свет силы Героя танцевал вокруг и сквозь него, его тело едва могло сдержать его.

— Пришло время, — сказал он своим родителям, его когда-то громовой голос был тонким эхом.

Его родители кивнули, принимая. Они наблюдали, как их сын увядает, зная, что, хотя он сказал, что пришло время, это было уже давно пора. Джейсон установил свое царство так, что ни боль, ни смерть не могли повлиять на тело Гэри. Но не было никакой остановки боли, которая уходила глубоко в душу. Ему стало слишком тяжело скрывать это некоторое время назад, но он держался. Только когда его родители захотели увидеть его освобожденным от этого, а не продолжать свое время с ним, он наконец сделал выбор отпустить.

Гэри попрощался с остальными давным-давно, и несколько раз. Его друзья приходили снова и снова, перемещаясь порталами по всему миру, чтобы увидеть его. Один такой визит был от Гвидиона Ремора, принесшего горько-сладкие новости.

— Герой решил санкционировать себя, — сказал Гвидион Гэри. — Это то, что он рассматривал дольше, чем кто-либо из нас жил, но он наконец собирается это сделать.

— Разве санкционирование не опасно? — спросил Гэри.

— Да, — сказал Гвидион. — Но он не собирается быть таким радикальным, как Чистота. Он хочет дать себе еще один вариант чуда. Что-то менее мощное, чем Чаша Героев, с меньшей ценой. На протяжении тысячелетий наша церковь собирала реликвии героев, которые пили из чаши. Реликвии могут использоваться только полубогами, которым они принадлежали, и они все мертвы. Это делает реликвии ничем иным, как воспоминанием, несмотря на их силу. Но Герой хочет сделать их снова пригодными для использования, пусть даже на короткое время. Чтобы позволить историям героев прошлого жить в героях будущего.

— Это приятное чувство, — сказал Гэри. — Было бы неплохо, если бы он придумал это год назад.

— Ты вдохновил его, отчасти. Это не решение, принятое по какой-то одной причине, но ты — одна из них. Он пытался дать тебе путь к выживанию, но, правильно или нет, ты решил не принимать его. И чаша всё еще будет там, когда понадобится. Потребовалось бы больше, чем реликвия, чтобы ты совершил то, что должно было быть сделано.

Гэри думал об этом визите и каждом другом, который у него был за последние несколько месяцев. Он улыбался сквозь теперь постоянную и сильную боль — всё стоило того ради воспоминаний. С родителями рядом он плыл в своем кресле по дорожкам и веревочным мостам древесного города. Это было прекрасное место, чтобы провести свои последние дни, но теперь эти дни закончились. Пришло время вернуть богу его силу и узнать, что будет дальше.

Портал, ведущий из духовного царства, находился в центральной зоне на уровне земли, близко к исследовательским объектам, используемым Карлосом и Клайвом. Клайв был где-то с командой, и Гэри не беспокоил Карлоса. Он был знакомым и союзником, но не другом. Он заглянул к матери Софи и Каллуму Морсу. Он был другом, и она стала одной из них, хотя и с ощущением «крутой тети» в отношениях. Они оба с первого взгляда поняли, что из себя представляет Гэри, и не задерживали его надолго.

Наконец, Гэри спустился на подъемной платформе из дерева и веревки. Внизу была широкая открытая зона, травянистое пространство между далекими деревьями. Портал, ведущий из царства Джейсона, стоял посреди него.

Один из аватаров Джейсона ждал там, где веревочный лифт достиг земли. Большинство аватаров духовного царства выглядели как Джейсон, но были безликими автоматами. Они говорили монотонно и имели только знания, навыки и влияние на царство, необходимые для их назначенных задач. Аватар, ожидающий Гэри, был единственным исключением.

Этот аватар был тем, у которого почти не было знаний или навыков, вплоть до того, что он был немного неуклюжим. Что у него было, так это приглушенное, но узнаваемое подобие личности Джейсона. Это всё еще было немного «зловещей долиной», но только нервирующим, а не откровенно жутким. Это сделало его гораздо проще для взаимодействия жителей и посетителей древесного города. Поскольку это была его основная задача, он начал называть себя «Консьерж».

— Пришло время? — спросил Консьерж.

— Пришло, — сказал Гэри.

При словах Гэри туман начал подниматься с земли. Пространство между ними и порталом вскоре было поглощено туманом, закрывая их вид.

— Я думал, ты не можешь менять вещи вот так, — сказал Гэри Консьержу.

— Ага, — сказал Консьерж. — Босс настроил это, чтобы сработать в день, когда ты… он настроил это на сегодня.

Туман создал длинный, широкий туннель из облачной субстанции. Он заканчивался у стены, примерно там, где Гэри судил, что должен быть портал, но его не было видно. Стены стали гладкими, переходя от пустого белого к вихрю цветов. Цвета быстро разрешились в движущиеся изображения, каждое из которых было разной сценой с участием Гэри.

— Мое истинное я может делать много вещей в этом месте, — сказал Консьерж. — Даже некоторые, которые обычно невозможны, такие как чтение мыслей. Но если другие позволяют ему, он может делать это здесь. Этот зал состоит полностью из воспоминаний ваших друзей и вашей семьи.

— Мам? — спросил Гэри. — Пап? Вы знали об этом?

— Мы не проводили много времени с твоим другом Джейсоном, — сказала мать Гэри, — но он казался милым молодым человеком. Нам очень понравилась эта идея.

— Я не тот человек, на которого я похож, — сказал Консьерж, — поэтому я не предложу вам пустое прощание вместо него. Лучшее, что я могу сделать, — это оставить вас в покое. Это место принадлежит вам, так долго, как вы хотите остаться.

Консьерж шагнул сквозь стену, ненадолго потревожив изображение Гэри в детстве, наблюдающего, как его отец готовит суп. Гэри огляделся из своего кресла, его родители рядом. Он увидел себя, бьющего по стали, оранжевое свечение кузницы отбрасывало его ухмылку в зловещем свете. Были десятки маленьких моментов, разбросанных по стенам длинного коридора.

Он начал рассказывать истории каждого воспоминания своим родителям или говорить о воспоминаниях, которые они разделяли. Самые близкие изображения в основном исходили от его родителей, показывая Гэри как маленького и часто трудного ребенка.

По мере того как они медленно продвигались вперед, он перешел к тому, как Гэри стал искателем приключений. Встреча с Фаррой и Руфусом в дикой панике горящего города зомби. Трое из них бегут через поле, когда за их спинами взрывается силос с мукой. Пробираясь через камеру крови культистов с худым, дикоглазым мужчиной.

— Боги, — сказал Гэри со смехом. — Я забыл, какой у него был большой подбородок тогда.

До самого конца не было изображений Гэри как полубога или сражающегося с аватаром Нежити. Только горстка сцен показывала бой или действие вообще. Зал был доминирован моментами дружбы и товарищества. Передача Джейсону меча, который он сделал для него. Приготовление мяса на гриле в окружении друзей. Кража еды в детстве. Он заметил, оглядываясь вокруг, что многие из них, казалось, включали еду.

Туннель сформировал грубую временную шкалу, но не строгую, и случайное воспоминание всплывало вне последовательности. Гэри и его родители смотрели на неудачную попытку маленького Гэри украсть молот своего дяди, инструмент был больше Гэри в то время.

— Такой сорванец, — сказала его мать, почти сумев не дать своему голосу дрогнуть.

Они совершили чрезвычайно медленный проход по залу, едва продвигаясь вперед, прежде чем остановиться снова. Они не считали часы, наблюдая, как разыгрывается воспоминание за воспоминанием. Гэри рассказывал истории о заведенных друзьях и разделенных хороших временах. Его родители отмечали, что его воспоминания о детстве никогда не были совсем такими, как он их помнил.

К тому времени, как они наконец достигли конца, казалось, что они так много смеялись и плакали, что внутри них больше не осталось ни того, ни другого. На стене в конце зала было изображение Гэри, Руфуса и Фарры, бездельничающих в тени дерева. Невозможно было сказать, о чем они болтали из безмолвного изображения. Гэри не мог вспомнить воспоминание; это мог быть любой из тысячи дней, и он понял, что в этом и смысл. Было слишком много хороших времен, чтобы помнить их все.

Гэри сидел и долго смотрел на изображение. Он наблюдал за собой и своими друзьями, разговаривающими, не зная и не заботясь о том, что они говорили в безмолвной проекции. Что имело значение, так это счастье. Смех. Просто быть вместе.

— Я готов, — сказал он.

— Хорошо, — голос Фарры донесся сквозь стену. — Мне пришлось использовать ритуальную магию, чтобы сохранить всё это теплым, не давая испортиться.

Изображение исчезло, и облачная стена, на которой оно было, рассеялась, открыв Фарру, ожидающую у стола, полного еды.

— Твое время ужасно, кстати, — сказала она. — У меня был важный тест, запланированный на сегодня, но вместо этого мне пришлось прийти сюда и приготовить последний ужин для…

Голос Фарры дрогнул, не в силах поддерживать веселую фикцию. Она бросилась вокруг стола и обняла Гэри в его кресле.

— Я так люблю тебя, ты большой, волосатый ублюдок.

Гэри вышел из портала в своем облачном кресле, Фарра и его родители прямо позади. Его родители взяли его за руки, когда золотой свет вокруг него дрейфовал вверх и прочь. Радужный дым дрейфовал вверх вместе с ним, оставив трех человек стоять вокруг пустого кресла.

Глава75 ПОДОЗРЕНИЯ

Глава 75 ПОДОЗРЕНИЯ

— Интерактивность формаций — это увлекательная магическая специализация, — произнесла проекция Клайва. — Я почти сам занялся ею, но по той специальности, где я обучался, было очень мало материалов, зато в избытке имелось информации по астральной магии. Что, как я понял после разговора с Борисом, возможно, не такое уж совпадение, как я думал. Возможно, ты уже встречала Бориса, и в таком случае тебе стоит попытаться выведать у него часть его знаний, потому что…

— Клайв… — голос Фарры раздался за кадром.

— Прости, — сказал Клайв. — На чем мы остановились? Ах да, интерактивность формаций. Если ты хочешь специализироваться на этом, что я настоятельно рекомендую, существует множество комбинаций эссенций, которые подойдут в зависимости от того, чем еще ты собираешься заниматься. Если хочешь добавить немного приключений, тебе понадобится что-то с боевыми опциями, в то время как…

Эми выключила проекцию, когда в дверь постучали. Она поднялась с пола своей спальни, взяла проектор и поставила его на стол. Когда она открыла дверь, за ней стоял отец.

— Руфус будет здесь примерно через полчаса, — сказал он. — Убедись, что ты готова к выходу.

— Я была готова еще час назад, пап.

— Хорошо, Эми. Что ты там смотришь?

— Записи магических инструкций, которые прислала Фарра.

— Не ту запись, которую прислал твой дядя?

— Нет, пап, — ответила она, нахмурившись. — Теперь, когда я наконец выбрала свои эссенции, мне предстоит столькому научиться.

— Ты приняла окончательное решение по поводу своих эссенций?

— Да.

— Опять?

— Заткнись, пап!

Он рассмеялся, и его ухмылка постепенно сменилась выражением беспокойства.

— Твоя мама заставила меня спросить про ту запись, — сказал он. — Но она права, милая. Если ты будешь пересматривать её снова и снова, он не вернется домой быстрее.

— Я же сказала, что не смотрю её!

— Ладно, ладно, — сказал он, вскинув руки в знак капитуляции. — Тайка сегодня отвезет тебя на тренировку. Я позову тебя, когда он приедет.

Эми вернулась в свою комнату, схватила проектор и плюхнулась на пол, установив устройство перед собой. Она потянулась, чтобы возобновить воспроизведение, но её рука замерла на полпути. Поколебавшись мгновение, она вынула кристалл с записью и вернула его в карусель на столе. Затем она достала самый первый кристалл, вставила его в проектор и нажала кнопку запуска. Изможденное лицо Джейсона замерцало, а на заднем плане показалась панорама леса.

— Привет, крошка, — устало сказал он. — Прости, что не могу передать это лично, но Мрачный жнец завербовал меня для борьбы с гигантской космической птицей. Вроде как с тем космическим кораблем из «Сражения планет», только я собираюсь превратить её в человека. Она будет очень злиться, когда поймет, почему.

Проекция Джейсона издала зловещий смешок, который перешел в усталый хрип.

— Знаю, выгляжу я сейчас не лучшим образом, но обещаю, что со мной всё в порядке. Просто последние несколько месяцев выдались тяжелыми, а это тело…

Джейсон покачал головой.

— Всё, что тебе нужно знать, — я становлюсь бессмертным. По-настоящему бессмертным, так что буквально ничто не сможет меня уничтожить. Плохая новость в том, что это значит, я не смогу вернуться к тебе так скоро, как хотелось бы. Хорошая новость — я обязательно вернусь. Никакая сила во Вселенной не сможет меня остановить, и на данный момент я, по сути, всё проверил. Но перед этим мне предстоит пройти через полный цикл трансформации. Не как в «девочке-волшебнице», хотя я не могу исключить неуместную наготу. Я стану своего рода богом для тех существ ангельского типа, которых ты, вероятно, уже видела.

Он застонал и потер виски.

— У меня сейчас не так много времени. Но раз мы не увидимся какое-то время, я хотел бы потратить его на то, чтобы рассказать тебе обо всех безумных вещах, которые произошли с тех пор, как мы виделись в последний раз. Так что устраивайся поудобнее, и позволь мне рассказать, что я делал на каникулах.

Пролетая над городом на дирижабле, Руфус наблюдал за кучкой вестников, летавших вдалеке. Была ночь, и их крылья особенно хорошо ловили лунный свет. Не лучший вариант для скрытности, размышлял он, но, безусловно, красиво.

Почти все молодые вестники из зоны трансформации решили остаться на территории клана Асано. Большую часть своей жизни они прожили под влиянием ауры Джейсона, пропитывающей саму землю вокруг них, и его домены духа давали им чувство преемственности перед лицом экстремальных перемен.

Местные жители тоже потратили некоторое время на адаптацию. За последние годы они пережили глубокие изменения: от нашествий монстров и астральных пространств до того, что их дом оказался окружен враждебными вампирами. И все же наличие сотен ангелов в качестве новых соседей было одной из самых удивительных особенностей жизни клана Асано.

Руфус привычным жестом провел рукой по голове — старая привычка, которая теперь стала невозможной. Его некогда лысая голова теперь щеголяла аккуратно подстриженным афро, и он провел рукой по его боку. Это было совсем не похоже на нелепую прическу, с которой ходил его брат в их последнюю встречу. Тот беспорядок выглядел как шапка шута из топиария.

Его мысли вернулись к предстоящей встрече с Велиусом. Руфус не разговаривал с этим человеком почти год, с тех пор как тот сообщил ему о смерти Гэри. Однако он тихонько расследовал деятельность этого человека. В качестве врача по вопросам плодородия Велиус был одним из множества экспертов, нанятых кланом для помощи беженцам из зоны трансформации.

Эксперты были в основном специалистами в медицине и, насколько это было возможно на Земле, в магии. Домен духа Джейсона отсеивал тех, у кого были скрытые мотивы, поскольку немало групп пытались подослать шпионов. Опасения Руфуса по поводу Велиуса были не в этом — слуга Смерти стоял гораздо выше таких мелочных забот. Его страх заключался в том, что у Велиуса была повестка дня, выходящая за рамки заявленной.

Судя по всему, что удалось найти Руфусу, Велиус был искренен и прилежен в своей работе. Он занимал должность, которую обычно выполняла церковь Плодородия, и, казалось, знал всю их магию, не требующую божественного влияния. Руфуса удивляло, что главный сосуд великого астрального существа может проводить так много времени на Земле, что и было основным источником его опасений по поводу какого-то более масштабного мотива. Его тревоги развеяла, как ни странно, вундеркинд-племянница Джейсона.

Эми знала о деятельности Джейсона на Земле больше, чем кто-либо, кроме самого Джейсона. Хотя Джейсон опускал самые жуткие детали, она жадно поглощала знания о его приключениях и особенно о связанной с ними магии. Это распространялось на Фарру и, пока та была с ними, на Доун.

В результате дотошные и чрезмерно усердные расспросы Эми дали ей лучшее понимание аватаров, чем у большинства. Она знала характерные физиологические различия между аватаром, пользователем эссенции и обычным человеком. Всё, от частоты моргания до реакции кожи на резкие перепады температуры, могло быть индикатором.

Её оценки обладали точностью детектора лжи — никакой, и любая верность была чистой случайностью. Тем не менее, будучи принцессой клана Асано, она часто оказывалась в стороне, когда её игнорировали в комнатах, где находились самые важные люди клана. Когда она встречала кого-то, кто вызывал у неё мурашки, и не могла понять почему, она знала, на что смотреть.

Поначалу она тихо паниковала. Ей было пятнадцать лет, она знала, что магия реальна, но не знала её пределов, и у неё был список людей, которых она подозревала в том, что они тайно являются марионетками какой-то неизвестной силы. В отсутствие дяди или Фарры она не знала, с кем поделиться своими подозрениями. На том этапе она не была уверена в Руфусе, еще не успев выстроить ту связь, которая была у неё с Фаррой.

Что касается семьи, она не была уверена, что они ей поверят. За последние несколько лет магия оказалась реальностью, случился апокалипсис монстров, а теперь они жили в городе из облаков во Франции. Несмотря на всё это, её семья слишком часто застревала в том, что она называла «земной ментальностью».

Земная ментальность, по её мнению, — это мышление, основанное на домагическом мире. Теперь всё изменилось навсегда, а пожилые люди совершенно не могли этого осознать. Это было похоже на то, как будто, достигнув тридцати лет, они становились неспособны принимать новые идеи. Эми знала, что каждый подросток когда-либо считал своих родителей безнадежно неправыми и отставшими от жизни, но именно она была права. Если бы они только могли это увидеть.

В конце концов, она пошла к Тайке. Тот, в свою очередь, немедленно потащил её в скромный коттедж, который Руфус выбрал для себя. Когда она начала говорить, Руфус не стал отмахиваться от неё как от подростка. Он не перебивал её нервное и сбивчивое объяснение, которое даже для неё самой не звучало убедительно, когда срывалось с губ. Он сидел и слушал, его пугающе прямой взгляд ни на миг не отрывался от её лица. Ей хотелось отвести глаза, но она не могла оторваться от его темных, притягательных глаз.

Когда она закончила, она почувствовала себя подсудимой, ожидающей приговора суда. Руфус сидел без ответа, наконец отведя взгляд, обдумывая её слова в тишине. Тайка, успокаивающее присутствие рядом с ней, ободряюще сжал её плечо. Наконец Руфус заговорил.

— Это очень похоже на правду, — сказал он.

— Правда? — спросила Эми, как будто не она сама всё это выложила.

Руфус рассмеялся, его глаза, казалось, видели её насквозь. — Да.

Затем он рассказал о великих астральных существах так, что это было менее красочно, но более логично, чем всё, что рассказывал ей дядя. Его объяснения были простыми и ясными, как у хорошего учителя. Он рассказал ей об их отношениях с Джейсоном и связанными мирами — всё это были знания, которых она касалась, но никогда по-настоящему не знала. Затем он рассказал о том, что великие астральные существа делают с кланом, помогая трансформированным людям.

— Логично, что они используют аватары, — сказал он. — Я беспокоился о том, что такие важные персоны проводят так много времени здесь, на Земле, занимаясь этим.

— Потому что это означало бы, что они здесь ради чего-то большего, чем то, что сказал вам тот врач? — спросила Эми.

— Именно, — сказал Руфус. — Но если это просто аватары, выполняющие побочную работу, пока их истинные сущности заняты своими делами, это значит, что здесь не назревает какая-то космическая ерунда в стиле Джейсона.

Он с облегчением выдохнул и тепло улыбнулся ей. Внезапно он перестал казаться таким пугающим.

— Я никому этого не говорил, — сказал он ей. — Тайка знал кое-что, но твоя семья не готова иметь дело с вещами такого уровня. Они не понимают, какого это уровня, и я боюсь, что они попытаются что-то предпринять. Чего они сделать не могут. Поэтому я держу деятельность этих аватаров в секрете. Если они доброжелательны — это к лучшему. Если нет — только Джейсон мог бы что-то с этим сделать, а он занят.

— Я понимаю, — торжественно сказала Эми. — Земная ментальность.

— Земная ментальность? — переспросил Тайка.

Руфус снова рассмеялся.

— Она права. Люди здесь всё еще слишком зациклены на том, как работал их мир раньше. Проблема того, что у власти находятся люди постарше, в том, что они медленно адаптируются.

— Именно, — сказала Эми.

— И причина, по которой они всё равно у власти, — многозначительно сказал Руфус, — в том, что молодым людям не хватает мудрости, которая приходит с опытом.

— И часть этой мудрости — знать, когда нужно хранить секрет, — сказал ей Тайка. — То, о чем мы здесь говорим, — это настоящие дела для искателей приключений. Скрытое знание Вселенной. Руфус доверяет тебе это, и это доверие, которое твой дядя заслужил для тебя. Теперь ты должна доказать, что заслуживаешь его сама.

Эми не могла перестать улыбаться, уходя от коттеджа Руфуса.

— Ты выглядишь счастливой, — сказал Тайка.

— Он не обращался со мной как с ребенком. Никто, кроме Фарры и дяди Джейсона, так не делает.

— А как же я?

— Да, с тобой люди тоже обращаются как с ребенком.

— Эй! — воскликнул Тайка с наигранным возмущением, пока Эми маниакально смеялась. Она остановилась, когда они дошли до его машины.

— Мы не можем полететь? — выпросила она.

— С чего бы мне везти тебя домой по воздуху, если потом мне придется возвращаться, чтобы забрать свою машину?

— Ты разве не достаточно силен, чтобы нести машину? Я сяду внутрь, а ты полетишь обратно, держа её.

Тайка попытался сказать «нет» невинным щенячьим глазкам, за которыми, как он знал, скрывалось лицо злого гения. Вместо этого он издал побежденный стон.

— Твоя мама отравит мою еду за это.

Глава76 НЕ У ВСЕХ ЕСТЬ ПЛАН

Глава 76 НЕ У ВСЕХ ЕСТЬ ПЛАН

Тревога Эми по поводу эссенций, которые ей предстояло получить, по большей части улетучилась. Лишь постфактум она осознала, что во многом это заслуга грозного, но компетентного наставника, который проводил ритуал. Его уроки были превосходны, но сам он казался ей пугающим, и она не чувствовала с ним той связи, что была у неё с Фаррой.

После того как Джейсон и Фарра покинули Землю, вся семья стала вести себя странно, пытаясь её опекать. Пока они были на Земле, Эми доверяли. Она была даже важна, ведь Фарра поручала ей важнейшие магические задачи. Пусть у неё ещё не было эссенций, но она была волшебницей, владеющей ритуальной магией лучше, чем большинство людей на Земле. Как только Джейсон и Фарра уехали, она внезапно превратилась из волшебницы обратно в подростка — как Золушка после полуночи.

Всё изменилось после того, как Тайка заставил её пойти к Руфусу и объяснить свои опасения. Не семье, а снова кому-то, кто относился к ней с уважением, а не с чрезмерной опекой. Как только это произошло, тревога сменилась предвкушением долгожданного получения эссенций.

Когда беспокойство ушло, подняло голову другое неприятное чувство: вина. Она знала, что является особым случаем. Все члены клана имели доступ к магии и обучению, превосходящему то, что предлагали магические фракции. Даже секретные программы обучения в США и Китайской Сети не шли ни в какое сравнение с ресурсами клана Асано, особенно после прибытия Руфуса. А внутри клана никто не получал такой поддержки, как Эми.

Только у Бориса и его людей был внеземной опыт Тайки и Руфуса, но Вестники не были пользователями эссенций. Хотя оба искателя приключений тренировали всех молодых членов клана, только Эми получала регулярное внимание один на один.

Поскольку она была любимой племянницей Джейсона, у неё был неограниченный доступ к эссенциям и камням пробуждения. Остальные члены клана должны были получать эти ресурсы через систему вклада. Очки вклада можно было накапливать с шестнадцати лет, а первоначальное количество зависело от школьных оценок, успехов в тренировках и других полезных для клана действий. Их также можно было обменивать, и, поскольку клан обеспечивал еду и жильё, очки вклада были ценным товаром.

Очки можно было потратить на эссенции и камни пробуждения. Поскольку клан находился на раннем этапе своего развития, всё это в основном сводилось к тому, что родители искали лучшие возможности для своих детей. Они довольствовались дешёвыми эссенциями для себя или вовсе отказывались от них, откладывая очки на более желанные эссенции для своих детей.

Прабабушкой Эми была матриарх клана, Юми Асано, выглядящая сейчас совсем молодой. Единственным авторитетом выше неё был Джейсон, который ясно дал понять, что именно она главная. Даже если бы он не отсутствовал, у него не было ни интереса, ни навыков для управления кланом. Впрочем, он оставил определённые директивы — как перед отъездом, так и в сообщениях, которые прислал с Руфусом и Тайкой.

Перед уходом он чётко дал понять, что на развитие магии Эми не следует жалеть средств. В записях он указал, что Руфус должен руководить этим развитием. Эрика не была в восторге от того, что её брат пытается единолично контролировать часть воспитания её дочери, но обнаружила, что Руфус относится к этому гораздо уважительнее.

Руфус оказался очень внимателен к пожеланиям и ограничениям Эрики и её мужа в подходе к тренировкам Эми. Это не всегда располагало к нему его подопечную, у которой были свои идеи о том, что уместно. Это напряжение и стало началом неуверенности Эми в нём, которая теперь разрешилась.

Эми всегда было непросто заводить друзей. Она всегда лучше ладила со взрослыми, чем с детьми, будучи сильно избалованной в детстве. Но с каждым годом её взрослая рассудительность казалась всё менее примечательной. Теперь, когда она стала подростком, она странным образом обнаружила, что к ней относятся скорее как к ребёнку. Мнение подростка легко было сбросить со счетов.

Её первый настоящий друг появился только после переезда в Сент-Этьен на постоянное место жительства. Это было время, когда её дядя был наиболее опасен, словно оголённый провод, свисающий над водой. То немногое, что осталось от его прежней личности, казалось истлевшей маской на волатильном и угрожающем существе, которое никто не хотел провоцировать. Он убивал людей, а не только монстров, и она до сих пор помнила кошмар, который проник в её разум. Она не помнила подробностей, но чувство неизбежного ужаса до сих пор преследовало её.

Переехав в Сент-Этьен после того, как они перестали путешествовать с дядей, Эми впервые за долгое время оказалась среди сверстников. Лина Карадениз была кузиной девушки Джейсона, той самой, что погибла вместе с дядей Эми Кайто. Поначалу Лина была враждебна, ведь её семья вступила в клан Асано только по необходимости. Семья Карадениз была богатой и жила хорошо до наступления эпохи магии. Они винили Джейсона в потере этого образа жизни, а также в смерти Аси.

Время изменило всё, по крайней мере для Эми и Лины. Две невероятно умные девушки, которые, казалось, не могли поладить ни с кем другим, всё время оказывались вместе — особенно когда на них начинали обращать внимание мальчики. Многие парни в клане были родственниками, но хватало и тех, кто ими не был, и эта пара привлекала внимание. Против собственного здравого смысла и часто к своему же раздражению, Эми обнаружила, что у неё появилась светская жизнь.

После того как её нервозность по поводу грядущих эссенций прошла, она стала взволнованной и начала говорить о них больше. Именно тогда она поняла, что ситуация становится неловкой. Её новые друзья всегда понимали, кто её дядя и что её прабабушка управляет кланом. Но когда она начала рассказывать о выборе эссенций и о том, как её ведут в хранилище эссенций, все они начали осознавать разницу между ними.

Новая близость Эми с Линой стала напряжённой, когда в их отношения начали вмешиваться более широкие семейные проблемы. Семья Карадениз видела в Эми и привилегиях, которые предписал её дядя, признак того, что семья Асано превращает себя в олигархов внутри клана.

Поскольку к Эми стали относиться скорее как к инструменту политики, чем как к человеку, это отравило её новые дружеские отношения, и она вскоре снова оказалась в изоляции. Она разрывалась не только из-за людей, пытавшихся использовать её, но и из-за страха, что они не совсем ошибались. Она пользовалась преимуществами, которых не было у её друзей. Возможности, которые ей предоставлялись свободно, были тем, за что их родители боролись и к чему стремились. Она знала, что это несправедливо, но в то же время не хотела от них отказываться. У неё были большие амбиции, и преимущества, данные ей дядей, стали для них трамплином.

Отец нашёл её сидящей на балконе их таунхауса, ноги болтались сквозь кованые перила. Он посмотрел на солнце, которое как раз опускалось за горизонт, окрашивая небо в оранжевый цвет. Он сел рядом с дочерью и тоже просунул ноги между прутьями.

— Казалось, ты была там счастлива, хоть немного, — сказал он. — Я знаю, что разговаривать с отцом — это не круто, но думаю, мы оба знаем, что ты никогда не была крутой, так что, может, попробуешь?

Эми одарила его уничтожающим взглядом, но не выдержала и рассмеялась вопреки самой себе.

— Это несправедливо, — сказала она. — То, что я получаю, просто из-за дяди Джейсона и бабушки Юми.

— Не позволяй ей услышать, как ты её так называешь, — сказал он в качестве предостережения, которое было скорее шуткой.

— Пап, если ты не собираешься относиться к этому серьёзно...

— Прости, — сказал он. — Прости, милая. Знаешь, это очень зрело с твоей стороны — думать о том, что у тебя есть то, чего нет у других.

— Пап, я не ребёнок.

— Я знаю. Я знаю, правда. Но я буду честен с тобой, Эми: с тобой всегда было трудно как родителю. Ты думала, что умнее меня, уже в семь лет, а к девяти годам ты была права. А я не идиот.

— Ты в некотором роде идиот.

Он фыркнул, приложив руку к груди в притворном оскорблении.

— Между прочим, меня считают довольно умным, — сказал он ей. — Я врач.

— Так ты говоришь людям, — пробормотала она.

Он одарил её язвительным взглядом, но её притворное пренебрежение длилось всего секунду, прежде чем с её губ сорвался смешок.

— Ну и кто теперь не относится к этому серьёзно? — спросил он. — Но если серьёзно, Эми, я не знал, что с тобой делать. Ты была ребёнком, но во многом так похожа на взрослого. Я не знал, как с этим справиться. Не уверен, что когда-либо разобрался. А теперь ты подросток. Уже не ребёнок, но ещё и не взрослый. И ты такая успешная, со всеми своими занятиями магией.

Он наклонился, коротко обняв её за плечи.

— Но при всей твоей исключительности, — продолжил он, — ты всё ещё обычный подросток. Ты проходишь через удивительный и ужасный процесс выяснения того, кто ты есть, но я открою тебе секрет: я тоже. До сих пор, в моём возрасте. Существует иллюзия, что взрослые во всём разобрались и наладили свою жизнь. И во многом я это сделал. Я стал врачом и женился на женщине, которая слишком хороша для меня. Но всегда появляется что-то новое и сбивающее с толку, с чем нужно иметь дело. Переход от мужа к родителю. От врача к магическому целителю. Жизнь всегда подбрасывает что-то новое. Ты разбираешься с одним, а тут появляется другое. Для этого не обязательно жить в магическом городе во Франции.

— Это должно быть ободряюще? Звучит не очень ободряюще.

Он издал долгий вздох, который перешёл в смех.

— Не звучит, да? Я пытаюсь сказать, что это нормально — чувствовать себя перегруженной. Тебе не обязательно во всём разобраться сегодня. Я знаю, что мы с мамой не всегда делаем то, что ты хочешь. Иногда мы будем ошибаться, и мне жаль это. Но иногда мы будем поступать правильно, и тебе это не всегда будет нравиться.

Он прислонил голову к перилам, наслаждаясь ощущением прохладного металла на лбу.

— Эми, наша первая задача как родителей — подготовить тебя к миру, в который ты вступаешь. Но мир меняется, возможно, быстрее и радикальнее, чем когда-либо прежде. Магия — это как Возрождение и Промышленная революция, происходящие одновременно, в ускоренном режиме. Мы не знаем, как подготовить тебя к этому, и это нас пугает. Потому что мы любим тебя больше всего на свете.

— Я тоже тебя люблю, пап. Но буду честна: то, что ты говоришь мне, что понятия не имеешь, что делаешь, не прибавляет мне уверенности.

Он рассмеялся, вытирая слезу из глаз.

— Ну, теперь ты подросток, милая. Ты на пути к тому, чтобы стать взрослой, и первый урок заключается в том, что никто из нас не знает, что делает. Мы просто лучше притворяемся, чем дети.

— Значит, ты не можешь мне помочь.

— Ну, я этого не говорил. Взрослые всё-таки кое в чём разбираются, прежде чем перейти к следующему приступу тревоги, так что здесь есть опыт, на который можно опереться. Ты сказала, что беспокоишься о том, что к тебе относятся лучше, чем к твоим друзьям, верно?

— Да.

— Что ж, как насчёт этого: мы откажемся от бесплатных вещей, которые твой дядя велел тебе дать.

— Вообще-то, мне не очень хочется.

Он разразился громким смехом.

— Понимаю, почему. Но тебе не обязательно терять эссенции, которые ты хочешь. Мы с мамой занимаем довольно высокое положение во всей этой организации, знаешь ли? Мы накопили много очков вклада, так что можем достать тебе те эссенции, которые ты хочешь. Это будет вычтено из наших очков, так же, как это делает каждый.

— Ты понимаешь, что я выбрала несколько дорогих эссенций, да?

— Знаю, милая. Ты меняешь своё мнение каждые несколько дней, но всегда, кажется, выбираешь что-то дорогое. Но, хочешь верь, хочешь нет, у нас с мамой много вкладов в клан. Мы можем себе это позволить. Возможно, тебе придётся подождать немного дольше с конкретными камнями пробуждения, если ты будешь продолжать выбирать редкие вещи. И будь уверена, мы будем использовать твои очки, когда ты начнёшь их зарабатывать, мисс Магистр-волшебница.

— Это нормально? — нервно спросила Эми. — Делать это таким образом? Ты думаешь, это справедливо?

— Справедливость — сложная штука, Эми. Я не думаю, что какая-либо система может быть полностью справедливой. Всё, что мы можем сделать, — это стараться изо всех сил с тем, что у нас есть, и пытаться сделать жизнь немного лучше для тех, кто унаследует это от нас.

— Ну, никто ничего от меня не унаследует, — сказала Эми. — Я собираюсь жить вечно.

— Вот видишь, я знал, что в этой голове найдётся мысль, соответствующая возрасту. Все подростки думают, что будут жить вечно.

— Да, но не у всех из них есть план. Я собираюсь достичь алмазного ранга.

— Это выше, чем серебряный ранг, верно?

Эми одарила отца безразличным взглядом.

— Ты что, не читал всю документацию о рангах и продвижении?

— Я всего лишь бронзового ранга, Эми. Эти штуки высокого ранга ко мне не относятся. И это куча материала. Все эти папки.

— Ты знаешь, что есть цифровая копия, да? Не могу поверить, что ты пропустил чтение. Ты был таким же в медицинской школе?

— Нет!

— Мне жаль людей, которые приходят к тебе, думая, что ты врач.

— Я врач!

Эми, Иан и Эрика вошли в спортивный зал, нервничающая девушка шла между родителями. Она оглядела всех людей на трибунах, их приглушённый гул был тревожным шёпотом. Они остановились у входа и огляделись.

— Где Тайка? — спросил Иан.

— Он кое-что для меня достаёт, — сказала Эми, немного слишком невинно.

— Ты снова передумала насчёт своей комбинации эссенций? — спросил Иан.

— Нет, — солгала она.

— Эми…

— Да, — угрюмо призналась она.

— Ты можешь отменить это, — сказал Руфус, подходя к ним. — Нет правила, которое гласит, что ты должна сделать это в тот же момент, когда твоё тело примет эссенции. Мы можем отложить это, пока ты не будешь абсолютно уверена.

— Нет! — полукрикнула Эми, привлекая ещё больше внимания толпы, которая уже наблюдала за ними.

Её лицо сморщилось в покрасневшей гримасе.

— Нет, — тихо настояла она. — Я сделаю это сегодня. Кто вообще придумал проводить эти ритуалы публично?

— Не знаю, но это хорошая идея, — сказал Руфус. — Стать пользователем эссенций в этом мире — не пустяк. Это означает стать заметной фигурой, и им нужно к этому привыкнуть. Начать здесь, в окружении друзей и семьи, — хороший способ облегчить людям этот процесс.

— Как альтернативное предложение, — сказала Эми, — как насчёт того, чтобы сделать это без посторонних?

— Ты скажешь всем этим людям просто идти домой, потому что ничего не происходит? — спросил Иан.

— Или вы могли бы это сделать, — сказала Эми.

— Нет, — сказала её мать. — Если ты не хочешь проводить ритуал перед всеми этими людьми, ты должна им сказать. Ты также должна сказать своей прабабушке.

Все они повернулись, чтобы посмотреть на Юми. Она сидела с бабушкой Эми по отцовской линии, Наной Эванс, в первом ряду трибун. У них была отличная позиция, прямо перед ритуальным кругом, который подготовил Руфус.

— Думаю, мы можем сделать это так, — сказала Эми.

— Хороший выбор, — сказал ей Руфус. — Но опять же, ты можешь подождать, пока не будешь уверена в выборе эссенций.

— Я уверена.

— Как и была уверена в каждой комбинации, которую выбирала дважды в неделю в течение последнего года, — отметил её отец. — В терпении нет ничего постыдного.

— Мы делаем это сейчас, — настояла Эми. — Даже если это придётся делать перед всеми этими людьми.

— Что ж, хорошо, — сказал Руфус. — Как только Тайка вернётся из хранилища.

— Пока мы ждём, — сказала Эрика, — ты думала о том, что хочешь сделать на своё шестнадцатилетие?

— Сразиться с монстром, — сразу сказала Эми.

— Нет, — сказал её отец.

— Нет, — сказал ей Руфус.

— Категорически нет, — сказала Эрика. — Ты сможешь сразиться с монстром, когда будешь достаточно взрослой, чтобы принять такое решение самостоятельно.

— Я только что приняла это решение самостоятельно.

— Ох, доченька, — сказала Эрика. — Ты очень умная молодая женщина, которая права во многих вещах. Но когда ты ошибаешься, ты ошибаешься очень сильно. В этом ты пошла в своего дядю. Ты не будешь сражаться с монстром на свой день рождения. Более того, ты могла бы вообще никогда не сражаться с монстрами. Ты можешь использовать ядра монстров, как мы с отцом. Как только тебе исполнится шестнадцать, тебе разрешат зарабатывать собственные очки вклада, чтобы покупать их. Вся та ритуальная магия, которую ты знаешь, будет очень полезна для этого.

— Я не буду использовать ядра монстров. Так нельзя достичь алмазного ранга. Я собираюсь сражаться с монстрами.

— Не в шестнадцать лет, — сказал её отец.

— А в каком возрасте тогда? — спросила Эми.

— В сорок восемь, — сказал ей Иан.

— Пап…

— Она права, Иан, — сказала Эрика. — Не будь абсурдным. Шестнадцать — это исключено, но это важно для неё, так что давай будем благоразумны.

— Спасибо, мам.

— Она может сама решить, когда ей исполнится двадцать один.

— Мам! Пять лет? Руфус очень поздно начал сражаться со своим первым монстром, и всё равно сделал это к девятнадцати. В другом мире многие люди моего возраста сражаются с монстрами.

— И многие люди твоего возраста умирают, — сказал Руфус. — Мой мир жесток. Ты видела, что он сделал с твоим дядей. Будь благодарна, что ваша цивилизация не полита кровью молодых.

— Спасибо, Руфус, — сказала Эрика. — За вашу разумную — пусть и ужасающе мрачную — поддержку.

— Всегда пожалуйста, миссис Асано. Я знаю, что вы беспокоитесь о безопасности вашей дочери, — продолжил он. — Моим приоритетом всегда будет её безопасность. Её день рождения очень скоро, но день, когда я буду удовлетворён тем, что она готова сразиться с монстром, — нет. Пройдёт гораздо больше времени, чем она хочет, прежде чем я буду удовлетворён тем, что она готова сразиться с тщательно выбранным монстром в тщательно организованных условиях. Только тогда мы начнём должным образом обсуждать такую возможность. По крайней мере, я не позволю ей просто прыгнуть в бой, когда она выбрала комбинацию, не предназначенную для сражений.

Он посмотрел на неё с подозрением.

— Тайка приносит комбинацию не для боя, верно? — спросил он.

— Да, — сказала Эми. — Не то чтобы это имело значение. Вы сами говорили мне, что любая комбинация может сражаться. Посмотрите на маму и её способности с ножом.

— Какую комбинацию ты выбрала? — спросила Эрика свою дочь. — Если ты выбрала три легендарные эссенции, я не уверена, что даже у нас хватит на это очков вклада.

— Конечно, нет. — Эми не смогла встретиться взглядом с матерью. — Две легендарные и одна эпическая, — пробормотала она.

— Э-э, мы можем себе это позволить, верно? — спросил Иан.

— Да, — сказала Эрика, её голос был не намного выше обычного. — Ты медицинский директор, а я директор по логистике продовольствия для всего клана. Мы можем себе это позволить. Наверное. Какие именно эссенции ты выбрала, моя милая девочка?

— Безбрежности, Мириад и Гармонии, — сказала Эми. — Это создаёт Конфлюэнцию Единства.

Руфус кивнул.

— Одна из комбинаций, которые предлагала Фарра, — сказал он. — Хороший выбор. Тебе, однако, стоит быть осторожной с выбором камней пробуждения. Но мы можем отложить эти обсуждения на потом.

— Ладно, это не так уж плохо, — сказала Эрика. — Высокая редкость, но ничего по-настоящему экзотического. Могло быть и хуже.

— Вы всё ещё могли бы дать их ей бесплатно, — сказал Руфус. — Как и намеревался Джейсон.

— Для этого уже слишком поздно, — сказала Эрика. — Бабушка уже начала делиться тем фактом, что мы используем очки вклада, как и все остальные. Она хочет предотвратить любое напряжение между нами и другими семьями. Неизбежно, что они будут думать, что люди, носящие имя клана, получают особое отношение, и она хочет это пресечь.

— Дядя Джейсон всё равно хотел бы, чтобы было так, — сказала Эми.

— Он был тем, кто первым сказал, что ты должна получить всё бесплатно, — сказал Иан.

— Да, но он предпочёл бы, чтобы это было справедливее, когда подумал бы об этом. Иногда он может медленно соображать.

— Иногда? — пробормотал Руфус себе под нос, заработав ухмылку Эми.

Юми Асано устроила из всего этого церемонию, воспользовавшись случаем, чтобы немного заняться политикой. Она произнесла речь о будущем клана, справедливом отношении и беспрецедентных вызовах, с которыми столкнётся грядущее поколение. Другие члены правящего совета клана сделали то же самое; Юми была единственной, кто выступал от семьи Асано.

В конце концов, ритуал, который провёл Руфус, чтобы наделить Эми эссенциями, был почти второстепенным делом. Это была простейшая ритуальная магия, и он заставил её поглотить все три эссенции сразу. Она поглотила свою конфлюэнцию, а затем рванула в туалет, её лицо стало болезненно-жёлтым.

Зрители сочувственно рассмеялись. Многие прошли через то же самое или видели, как это делают друзья и родственники. Все они были знакомы с жестоким очищением организма, которое сопровождало достижение железного ранга. Когда Эми вышла из туалета, выглядя довольно измождённой, её встретили громовые аплодисменты. Её родители и Руфус поспешили к ней с широкими улыбками на лицах. Родители обняли её, а Руфус торжественно пожал ей руку.

— Добро пожаловать, — сказал он ей. — Ты присоединилась к миру, который больше, чем ты можешь себе представить. Это только начало, но ты идёшь по тому же пути, что и я, Фарра и твой дядя. Теперь ты одна из нас.

Глава77 ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ТО, ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ ЭТО ВОЗМОЖНЫМ

Глава 77 ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ТО, ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ ЭТО ВОЗМОЖНЫМ

Присутствие аватаров сразу показалось Руфусу логичным. Кто-то столь могущественный, как Велиус, представлял опасность для хрупкой пространственной границы Земли, точно так же, как и Доун. Аватары позволяли ему и другим, подобным ему, действовать на Земле не только с меньшей силой, но и оставляя свои истинные сущности свободными находиться в другом месте.

Осознание того, что их настоящие тела заняты более важной работой, успокоило Руфуса. Важные космические фигуры, проводящие так много времени на Земле, предполагали повестку дня, выходящую за рамки того, что Велиус сказал Руфусу. То, что аватары относились к Земле как к подработке, означало, что было меньше шансов, что вот-вот разразится какая-то космическая чепуха в стиле Джейсона.

Это не мешало Руфусу тревожиться, когда от Велиуса поступил запрос на встречу. Особенно когда встреча была назначена в родильном отделении медицинского центра клана посреди ночи. Его прибытие заставило администратора медцентра, обычно привлекательную женщину-эльфийку, отнестись к нему с подозрением. Звонок Велиусу заставил её пропустить Руфуса, но она отправила с ним охранника.

Деннис, охранник, был заметно неспокоен, сопровождая Руфуса; он знал, кто он такой. Руфус взял на себя роль не только обучения Эми, но и внедрения полной ревизии обучения пользователей эссенций клана Асано. Фарра и Джейсон проделали неплохую работу за время своего пребывания на Земле, но в конечном итоге они были любителями. Семья Руфуса управляла школой.

— Прошу прощения за это, мистер Ремор, — сказал Деннис. — Я прекрасно понимаю, что если бы вы захотели попасть сюда, я бы ничего не смог сделать, чтобы остановить вас.

— Не извиняйтесь за усердие в работе, — заверил его Руфус. — Откуда вам знать, может, я оборотень.

— Вы? — нервно спросил он, и Руфус просто рассмеялся.

— Спасибо, Деннис, — сказал Велиус. — Можешь оставить нас.

— Конечно, доктор Велиус, — сказал Деннис, уже отступая по коридору.

Это оставило Руфуса и Велиуса стоять вместе перед большим окном. По ту сторону стекла были новорождённые дети, хотя занятых колыбелей было меньше, чем пустых. Велиус повернулся, чтобы посмотреть в окно, когда воздух вокруг них замерцал.

— Экран конфиденциальности? — спросил Руфус.

— Техника манипуляции аурой, а не магическое устройство. Трудно научиться, когда не можешь физически манипулировать звуковыми волнами. Завидую Вестникам и вашему другу Джейсону, у которых это есть.

— И зачем нам конфиденциальность?

— Вы только что прошли мимо поста медсестры. Это не тот разговор, который я могу позволить подслушать. Даже обсуждать это с вами, вероятно, ошибка.

— Обсуждать что?

— Ваш друг Гарет был достойным человеком.

Руфус нахмурился.

— Я знаю это гораздо лучше вас, — сказал он, почти прорычав эти слова.

— Полагаю, что так. Но я восхищаюсь тем, как он решил закончить всё. Он мог бы цепляться за последний вздох жизни, существуя на заёмной силе, которая тянула его вниз, как якорь. Вместо этого он решил встретить свою судьбу и принять смерть, не зная, что это будет значить для него.

— Почему вы говорите мне то, что я уже знаю?

— Потому что я также собираюсь рассказать вам то, чего вы не знаете. То, чего, вероятно, не должен. Когда мы встретились, я сказал вам, что правила будут нарушены. Теперь пришло время показать вам.

— Показать что?

Велиус кивнул на окно.

— Что вы думаете об этих детях?

— Это новорождённые; тут не о чем думать. Я рад, что они здоровы.

— Вы видите леонида? Того, что похож на котёнка.

— Я знаю, как выглядит ребёнок-леонид.

— Вы знали, что его родители, к несчастью, назвали его Гэри?

Руфус повернулся к Велиусу. — Зачем им выбирать это имя?

— Серьёзно? — сказал Велиус. — Человек, который не перестаёт рассказывать людям истории о своём друге, героическом леониде, не может догадаться? На Земле не так много ролевых моделей леонидов, мистер Ремор. Они месяцами слышали всё о том, которого вы знаете, так разве это так удивительно?

— Вы сказали, что это неудачное имя, — сказал Руфус. — Почему?

— Посмотрите на ауру ребёнка.

Руфус уставился на ребёнка, расширяя своё восприятие.

— Эта аура, — сказал Руфус. — Она почти ощущается как Гэри. Не такая же, но она действительно ощущается как он.

— Конечно, она не ощущается такой же. Вы не можете просто запихнуть душу в ребёнка, не проведя её через процесс обновления. Особенно когда сама душа нуждается в реформировании после смерти в качестве гештальт-сущности.

— Вы говорите о реинкарнации? Вы хотите сказать... вы хотите сказать, что этот ребёнок действительно Гэри?

— Если вы имеете в виду вашего друга Гэри, то нет. Я очень решительно заявляю, что этот ребёнок — не ваш друг. Это другой человек, которому довелось унаследовать душу вашего друга, что и делает это имя таким неудачным.

— Как он может иметь душу Гэри и не быть им?

Велиус издал стон.

— Подобные разговоры — причина, по которой мы обычно не позволяем этому случаться. Да, у этого мальчика реинкарнированная душа вашего друга. Но реинкарнация — это не воскрешение или возрождение человека, который был до этого. Это приход кого-то нового, кому просто довелось иметь старую душу. Они сформированы этой душой, но они не те люди, которыми были в своих прошлых жизнях. Больше нет. Этот Гэри будет сам по себе, а не тем, кого вы знали.

— Тогда зачем? В чём смысл реинкарнации, если человек не возвращается?

— Если вы хотите узнать «почему» того, что происходит после смерти, вам придётся спросить Жнеца. Максимум, что он мне даёт, — это «что», и это больше, чем получают большинство смертных. Я могу сказать вам, что реинкарнация — это лишь один путь из многих. Когда это случается, душа обычно реинкарнирует где-то далеко в космосе. Где-то настолько удалённом от точки происхождения, что большинство трансцендентных существ не смогли бы её найти, хотя немало из них пытались. Но это не правило, строго говоря. Это то, что делает Жнец, чтобы избежать проблем. Проблем вроде вас.

— Как я могу быть проблемой?

— Этот мальчик — не тот друг, которого вы потеряли, мистер Ремор. Он никогда им не будет. У него никогда не будет воспоминаний о вас или о чём-либо из любой из его прошлых жизней. У него не будет той же личности, и он не пойдёт тем же жизненным путём. Вы увидите отголоски человека, которым он был, потому что да, это была душа вашего друга. Теперь это душа этого мальчика. Он вырастет и станет самим собой. Будет делать свой собственный выбор и совершать свои собственные ошибки. Этот мальчик — не ваш друг, а наследие вашего друга. Он — дар, который ваш друг оставил космосу. Гарет Зандье ушёл, и он никогда не вернётся.

Велиус склонил голову.

— Мне жаль быть таким прямолинейным по поводу вашей утраты, — сказал он. — Но критически важно, чтобы вы поняли, что я пытаюсь вам сказать. Как я уже сказал, есть причина, по которой реинкарнированные души отправляются туда, где никто из тех, кого они знали, никогда их не найдёт.

— Как это случилось? Становление полубогом сделало его похожим на Джейсона и Вестников. Он не должен был иметь возможности вернуться.

— Он не вернулся. Это новый человек. Это то, что я повторяю снова и снова, и буду продолжать делать, пока это не уложится в голове.

— Но его душа не могла войти в новое тело.

— Реинкарнация — это не просто вопрос того, чтобы схватить душу и запихнуть её в первый попавшийся кусок мяса. Душа впитывает изменения, которые приходят с жизненным опытом, и претерпевает метаморфозу. Обновление. Только тогда она готова стать началом нового человека.

— Его душа была изменена?

— Нет. Его душа изменилась сама по себе; вот что такое реинкарнация. Она не была изменена внешней силой. Даже Жнец не может этого сделать. Изменение — естественная часть процесса реинкарнации. Ваш друг изменил себя сам. Я сказал, что этот мальчик — наследие вашего друга, и я имел это в виду буквально. Ваш друг подготовил свою душу, чтобы подарить новую жизнь космосу.

— Он действительно казался смирившимся, — сказал Руфус. — Значит, вот что происходит с людьми, когда они умирают?

— С некоторыми людьми. Есть и другие возможности, но мы определённо не будем об этом говорить. Одно дело рассуждать о загробной жизни, и другое — получить подтверждение. Вы уже узнали больше, чем должен знать живой человек.

— Вы хотите, чтобы я молчал, значит.

— Я хочу от вас гораздо большего, чем это. Или, возможно, меньшего. Вы будете учить этих детей, когда они будут расти. Даже если вы покинете этот мир до того, как они достигнут возраста, когда вы сможете делать это напрямую, то, что вы оставите после себя, будет направлять поколение. Вы можете быть наставником для этого мальчика, если так сложится, но если вы перейдёте черту, будут последствия.

— Какую черту?

— Есть причина, по которой я так настаивал на том, что этот мальчик — не ваш друг. То, что у них одно имя, будет неудачным и постоянным напоминанием, затрудняющим сохранение объективности. Черта заключается в том, что вы всегда должны относиться к мальчику как к тому, кто он есть, а не как к тому, кем он был. И если я когда-нибудь поймаю вас на попытке превратить его в вашего потерянного друга, то никто не спасёт вас от меня. Я первый проводник мёртвых в космосе. Если вы сделаете это необходимым, я начну провожать вас раньше, чем ожидалось.

— Тогда зачем вообще рассказывать мне? Почему не оставить меня в неведении?

— Потому что со временем вы начали бы подозревать. Выражение, которое вы узнаёте. Взгляд в его глазах. Его аура не будет такой же, но корень — та же самая душа. Это достаточно близко, чтобы узнать.

— И ущерб, который я мог бы нанести по неведению, был бы хуже, чем если бы я знал, что происходит.

— Да. Именно поэтому души обычно не отправляют в места, где их могут узнать. Мы оказываем вам значительное доверие в этом, мистер Ремор. Наблюдение за тем, как растёт человек, который был вашим другом, потребует дисциплины. Соблазн привнести аспекты его прошлой жизни будет велик. Легко убедить себя, что вы видите способности, которыми он когда-то обладал, и подтолкнуть его в этом направлении.

— Похоже, вы говорите по собственному опыту.

— Я не всегда был таким, как сейчас. Когда-то я был просто человеком. Человеком, убеждённым, что нашёл душу потерянной любви в теле другого.

— Вы были правы?

— Был. И ущерб, который я нанёс, погубил нас обоих. Именно так я впервые поступил на службу к Жнецу. Чтобы искупить вину.

— Если так много рисков, зачем делать это? Зачем реинкарнировать его здесь?

— Потому что, несмотря на то, что он новый человек, мужчина, которым он был, всё ещё внутри него. И он был поистине исключительным человеком.

— Да, он был.

— То наследие, о котором я говорил? Вот где оно проявляется. Это то, что Жнец дарит этой планете. В этом мире говорят, что все люди рождаются равными. Даже если не принимать во внимание реинкарнацию, это смехотворно. У этого мальчика душа героя и, как я полагаю, высокомотивированный наставник. Он рождён для величия, в месте, где величие будет крайне необходимо.

— А если он не оправдает этого величия?

— Тогда ведите его к счастью. Я предлагаю сделать это приоритетом, на самом деле, и вписать величие, если получится. Жизнь не обязательно должна быть исключительной, чтобы быть стоящей.

— Но разве весь смысл отправки его сюда не в том, чтобы он был великим?

— Ну, конечно, но никто не спрашивал вас об этом, так кто сказал, что вы должны следовать плану? Великие астральные существа — те, кто запустил события, которые вывели этот мир из равновесия. Они помогают на Земле из чувства ответственности. Вот что такое великие астральные существа, в конечном счёте. Ответственность в космическом масштабе. Они попытались изменить это и испортили всё до такой степени, что пришлось полагаться на Джейсона Асано, чтобы исправить это. Это плохо. Этот мир, и в меньшей степени ваш, пошли не так из-за того, что они сделали. Это космическое последствие — то, что их волнует, а не люди. Для них люди — просто средство достижения цели.

— Но вам не всё равно.

— Да. Это буквально моя работа, на самом деле. Я всё ещё достаточно смертен, чтобы заботиться о чём-то таком крошечном, как человек. Вы знали, что именно поэтому Мировой Феникс отправил сюда Доун? Её перспектива становилась слишком космической, чтобы быть полезной Мировому Фениксу, и ей нужен был кто-то, чтобы заземлить её в смертности. Думаю, он недооценил, насколько приземлён Джейсон Асано, и замену Доун всё равно пришлось вызывать раньше. Этот человек — разрушительное присутствие.

— Это точно, — согласился Руфус с усмешкой.

— Послушайте, мистер Ремор. Я работал на великое астральное существо дольше, чем большинство тех, кто оказывается на моей должности. Что-то, что я узнал за это время, — это то, что пока я выполняю директивы Жнеца к его удовлетворению, я могу управлять деталями так, как мне нравится. А Жнецу нет дела до живых. Счастливы они или грустны; велики или незначительны. Ему нет дела до того, кто они, и нет дела до того, что они делают. По крайней мере, пока кто-то вроде вашего друга Джейсона не начинает воскресать снова и снова.

— Значит, великие астральные существа не вмешаются, если я в итоге буду направлять этих людей просто жить полноценной жизнью? Никакого пути к величию?

— Я не могу говорить за других, отправленных сюда, как я, но могу сказать вам, что мне было велено делать. Меня отправили сюда, чтобы ускорить развитие нечеловеческих медицинских знаний и убедиться, что несколько реинкарнаций прошли гладко. Это всё, что касается моих приказов.

Он указал на окно и новорождённых по ту сторону.

— Если вы хотите превратить этих детей в кучку блаженно довольных, совершенно обычных людей, мистер Ремор, то я более чем счастлив помочь.

— Возможно ли вообще быть обычным, учитывая то, во что они рождаются?

— Полагаю, ответственность за то, чтобы сделать это возможным, ложится на таких людей, как вы и я.

Глава78 ВЕЩИ БОЛЕЕ ИНТИМНЫЕ

Глава 78 ВЕЩИ БОЛЕЕ ИНТИМНЫЕ

После отъезда Джейсона Команда Бисквит взяла перерыв в Витессе, прежде чем отправиться в интенсивную серию выполнения контрактов, пробиваясь через серебряный ранг так быстро, как только могли. После нашествия монстров и подземной экспедиции выполнение обычных контрактов, как у нормальных искателей приключений, было почти что отпуском.

Война Вестников в Яреше закончилась, по крайней мере до тех пор, пока какой-нибудь другой астральный король не решит, что регион представляет интерес. Однако по всему миру вторжение Вестников продолжалось без остановки. Там, где Яреш видел одного астрального короля-отступника, ищущего кузницу душ для своих целей, другие астральные короли действовали с единой целью. Они были полны решимости обыскать каждый уголок Паллимустуса, пока не найдут артефакт, оставленный богом Чистоты.

Команда Бисквит время от времени сражалась с Вестниками, но не была сосредоточена на межпространственных интервентах. Монстры не переставали появляться только из-за Вестников, а вторжение привело к тому, что обычная работа по охоте на монстров стала легко упускаться из виду. Команда нашла свою нишу в выполнении контрактов, которые в противном случае оставались без внимания.

Однако через два года пришло время для перерыва. У Клайва было больше проектов, чем времени на их реализацию, а остальные разошлись по личным делам. Для Нила это было возвращение в Гринстоун, где команда в конечном итоге воссоединится. Это был шанс навестить семью и проверить Ника, который тренировался в поместье Геллеров.

Находясь на обычном ранге, когда даже серебряные и золотые ранги были беспомощны перед лицом богов и полубогов, Ник чувствовал себя уязвимым и слабым. Единственной его возможностью действовать была заёмная сила элементальных шпилей, которые ставили сеть магических систем под его командование.

Когда Ник выбирал свои эссенции, он пытался вернуть именно то чувство нахождения в центре чего-то мощного. Однако он не хотел заёмной силы, как это было в зоне трансформации. Он был полон решимости, что сила в его распоряжении будет его собственной, чем-то, что никто не сможет у него отнять или в чём отказать.

Комбинация эссенций Ника была на самом деле одной из Земли, использующей эссенцию, привезённую Джейсоном. Джейсон оставил большую часть своих запасов эссенций семье, но взял несколько с собой. Включая эссенцию технологии, зная, что она заинтересует Клайва. Ник использовал эту эссенцию вместе с эссенциями мириад и безбрежности, чтобы создать конфлюэнцию сети. Он понятия не имел, что выбрал такую похожую комбинацию на приёмного кузена, которого никогда не встречал.

В отличие от Эми в другом мире, у Ника не было матери, говорящей ему не сражаться с монстрами. Напротив, благодаря представлению Даниэль Геллер он попал в самую элитную программу обучения семьи Геллер в Гринстоуне. Ник разрабатывал набор способностей поддержки, который заключался в том, чтобы быть центральным узлом команды, координируя каждого члена и помогая им формировать мощные синергии.

Теперь, когда он был бронзового ранга, пришло время Нику оставить Гринстоун позади. Его проблема заключалась в том, что он понятия не имел, что делать дальше. Он работал со множеством разных команд, тренирующихся с Геллерами, и даже с несколькими местными, которые этого не делали. Инструкторы Геллеров говорили ему, что умение работать с разными людьми сделает его сильнее, и, как обычно, они оказались правы.

С завершённым обучением и без постоянной команды, к которой можно было бы присоединиться, у Ника не было чёткого пути вперёд. Он надеялся, что скоро воссоединившаяся Команда Бисквит даст какой-нибудь совет. На данный момент с ним был Нил, который не всегда был сосредоточен.

— Сколько тебе нужно сэндвичей? — спросил Ник.

Остров был очень приятным убежищем для богатых и влиятельных жителей Гринстоуна. Ник и Нил регулярно устраивали пикники в парковом районе с тех пор, как Нил прибыл в город. В данный момент они сидели на огромном одеяле с ослепительным ассортиментом сэндвичей, разложенных перед ними.

— Ты тоже собираешься съесть несколько, — отметил Нил.

— У меня есть приличное представление о том, сколько сэндвичей я хочу, и это значительно меньше, чем здесь.

— Это не так уж много сэндвичей.

— Пекарня сделала и упаковала всю корзину для пикника, верно?

— Да.

— Как они назвали этот конкретный набор?

— Понятия не имею.

— Думаю, ты знаешь.

— Не помню.

— Я правда думаю, что ты знаешь.

— Ладно, — проворчал Нил. — Это был их набор «пикник на шестерых».

— Нас не шестеро.

— Я умею считать, Ник.

— Тогда почему ты не посчитал в пекарне?

— Это была эльфийская пекарня. У них всегда маленькие порции.

— Ну, я меньше эльфа, так что я максимум одна порция. Ты в пять раз больше эльфа, Нил?

— Я эльф!

— Тогда ты ешь пять порций.

— Просто заткнись и ешь свои сэндвичи. Ты будешь скучать по ним, когда будешь путешествовать по дороге. Ты всё ещё пытаешься понять, как это будет работать?

— Да. Это кажется пугающим, знаешь? Я очень молод, и передо мной всегда был проложен путь. Я принимал решения самостоятельно, но всегда был кто-то, кто давал мне управляемое количество вариантов. Теперь передо мной открыт весь мир, и это ошеломляет. Слишком много вариантов странным образом ощущается как отсутствие вариантов вообще. Может, просто какой-то совет, знаешь? Направь парня в какую-нибудь сторону.

— Ты действительно просишь совета или просто выговариваешься?

— Я прошу, если у тебя есть какой-нибудь совет.

— У меня нет глубокого прозрения, но я могу рассказать о подходе, который используют многие искатели приключений, покидая Гринстоун. Если у тебя нет постоянной команды, тебе стоит избегать известных городов искателей приключений. Такие места, как Витесс и Сирион, предназначены для искателей приключений, которые уже знают, чего хотят. Людей, у которых есть команды или которые связаны с гильдией.

— Ты в гильдии, верно?

— Да. Гильдия «Пылающая фиалка», действующая из Витесса. Все члены нашей команды — её участники, кроме Джейсона и Тайки. Если ты хочешь пойти по этому пути, окончание тренировочных площадок Геллеров даст тебе хороший старт. Особенно с новым учебным пристроем Академии Ремор. Ты мог бы преуспеть в Витессе, хотя не знаю, советовал бы я это. На тебя будет направлено много глаз, и ты окажешься втянутым в гильдейскую политику. Сейчас в гильдии есть некоторое напряжение, и ты унаследуешь его.

— Какого рода напряжение?

— Многие в гильдии считают, что Академия Ремор имеет слишком большое влияние на дела гильдии.

— Имеет?

— Вероятно. Немногие искатели приключений из Гринстоуна могут сразу прыгнуть в глубокую воду, и я бы посоветовал последовать их примеру и держаться подальше от этой неразберихи. Что они обычно делают вместо этого, так это ищут большой город в одной из зон магии умеренной силы. Это естественный шаг вверх от Гринстоуна. Монстры там не настолько опасны, чтобы требовалось сопровождение высокого ранга, на всякий случай. Там больше искателей приключений, собирающих команды для отдельных заданий, как они делают здесь. Ты можешь получить много групповых контрактов без необходимости в постоянных командах. Ты получил какие-нибудь предложения в команду от Геллеров?

— Получил. Но ничего не показалось подходящим.

— Да. Ощущение не то, когда нет правильной команды. Особенно для ролей поддержки, таких как наши, которым нужна команда вокруг. Но это не так уж плохо, когда ты только начинаешь. Я знаю, это может ощущаться как отсутствие направления, но иногда полезно увидеть, что мир приготовил для тебя. Выяснение того, что не подходит, — это шаг к поиску того, что подходит.

— Было бы неплохо иметь хотя бы какое-то направление. Цель, к которой нужно стремиться.

— Цели — это хорошо, но получение всего, чего ты когда-либо хотел, может не сработать так, как ты думал. К тому времени, когда ты это получишь, ты можешь обнаружить, что ты другой человек, чем тот, кто хотел этих вещей в первую очередь.

— Поэтому Кэсси нет здесь с нами? — спросил Ник. — Она должна была съесть часть этих сэндвичей?

— Перестань говорить о сэндвичах.

— Ну, может, тебе стоит начать их есть.

— Я теперь стесняюсь из-за этого.

— Тогда расскажи мне, что происходит с Кассандрой.

Нил запихнул половину сэндвича в рот.

— Очень зрело, дядя Нил. Что-то происходит с Кассандрой?

Нил пробормотал что-то с набитым ртом. Ник одарил его осуждающим взглядом, ничего не говоря, пока Нил не закончил свой огромный кусок.

— Когда я тренировался, чтобы стать искателем приключений, — сказал Нил, — у меня были мечты путешествовать по миру. Быть в команде с невероятными спутниками и делать вещи, которые действительно имели значение. Помогать людям, знаешь? Я не случайно присоединился к церкви Целителя. Но я застрял в команде, построенной вокруг эгоистичного труса, в то время как питал чувства к его сестре.

— А теперь ты в известной команде с хорошими людьми. И ты и сестра… —

— Да.

— Значит, ты получил всё, чего когда-либо хотел, но не выглядишь и не звучишь экстатически счастливым. В чём проблема?

— Ну, — сказал Нил, — дело не в команде. Там всё отлично. Руфус, Тайка и Джейсон оставили пустоту, но они также оставили склонность ввязываться в безумные космические события. Было приятно просто быть искателями приключений какое-то время.

— Да, от тебя исходит настоящая энергия «женских проблем».

— Мне вообще стоит говорить с тобой об этом? Тебе ведь меньше трёх лет?

— Дядя Нил, я родился с памятью о «Дикой орхидее II: Два оттенка синего». Я могу справиться с тобой, твоей девушкой и твоими чувствами. Но да, пожалуйста, держи любые спальни при себе, пожалуйста и спасибо.

— Боги, ты действительно его ребёнок, не так ли?

Очаровательно счастливая улыбка озарила заячью мордочку Ника.

— Правда?

— Да. Ты счастлив из-за этого?

— Нет, — сказал Ник, заставляя себя нахмуриться. — Что происходит между тобой и Кассандрой? Это потому, что ты ешь слишком много сэндвичей?

— Я не ем слишком много сэндвичей!

— Тебе приходится часто говорить ей это, не так ли?

— Я не… послушай, Ник, ты хочешь поговорить о том, чтобы слышать что-то часто? О чём она спрашивает тебя каждый раз, когда ты её видишь? О ком она спрашивает тебя?

— А, — сказал Ник с сочувствующей гримасой. — Это. Впрочем, несложно понять, откуда она исходит. Тебе стоит ожидать, что это будет крутиться у неё в голове, Нил. Поставь себя на её место. Твой бывший парень умирает. Ладно, грустно, но не такая уж большая сделка. Потом ты слышишь, что он вернулся к жизни, и истории продолжают поступать. У него был тайный роман с принцессой. Он проводит время с алмазными рангами. Включая буквально обжигающе горячую рыжеволосую, которая взрывает города и оказывается космической принцессой. Боги уделяют ему много внимания. Он говорит великому астральному существу, которое вторгается на планету, уйти, и тот действительно уходит.

— Что такое космическая принцесса?

— Это как обычная принцесса. Но в космосе.

— Я этого не знал, так что я довольно уверен, что Кэсси этого не знает.

— Не на том фокусируешься, дядя Нил. Суть в том, что Кассандра бросила парня не потому, что хотела, а потому, что её семья решила, что из него ничего не выйдет. Теперь он живой миф, и она вполне естественно задаётся вопросом, что могло бы быть. Это то, что будет крутиться у неё в голове, пока она снова не встретит Джейсона и не получит закрытие. Надеюсь.

Нил простонал и угрюмо снова откусил сэндвич. Ник пожал плечами и взял один себе. Они ели в задумчивом молчании.

— Я понимаю, о чём ты говоришь, — сказал Нил, когда закончил. — Это имеет смысл. Понятно, что Джейсон будет у неё в мыслях. Но это не облегчает слышать, как она говорит о нём каждый день. Спрашивает о нём каждый день. Я мог бы сказать ей прекратить, но это просто означает, что она не делает этого вслух.

— Да, — сказал Ник. — Как я и сказал, ей нужно закрытие. Может, предложи ей сходить к ментальному целителю, вроде Арабель. Это просто хорошая идея для любого искателя приключений. Но твой лучший шанс на то, чтобы она отпустила это, — это чтобы она встретилась с Джейсоном и выплеснула всё это из себя. Я не говорю, что это решит все твои проблемы. Нет никаких гарантий, когда дело касается того, что происходит в чьей-то голове. Но если она зациклена на образе его, который застрял у неё в голове, ей, вероятно, нужно увидеть реальность, чтобы хотя бы начать двигаться дальше.

Нил взял ещё один сэндвич, глядя на него уныло.

— Насколько всё плохо? — спросил Ник.

— Стало ясно, что у нас с Кассандрой ничего не выйдет, пока она не пройдёт через это.

— Ты уверен? — спросил Ник. — Потому что Джейсон не вернётся в ближайшее время.

Нил издал смиренный вздох.

— Да, — сказал Нил. — Спасибо, Ник. Думаю, я уже знал, что должен сделать. Я был просто, не знаю. Напуган, наверное. Всё было достаточно перемешано, что я отговаривал себя от того, что должен сделать.

— Ты знаешь, что всё испортишь, верно?

— Да, — сказал Нил со вздохом. — Я знаю.

— Почему? — спросила Кассандра.

Она наблюдала, как Нил упаковывает одежду в пространственную сумку, лежащую на его детской кровати.

— Потому что ты не со мной, — сказал ей Нил. — Ты с самым близким человеком, которого смогла найти, к парню, которого бросила восемь лет назад.

— Это из-за Джейсона?

— Да, из-за Джейсона. Ты вообще понимаешь, что это третий вопрос о нём, который ты задала мне сегодня?

— Я не видела его годами.

— Что, вероятно, и является проблемой. Он у тебя в мыслях, и это имеет смысл. Если бы я не знал его, это не было бы проблемой. Но я знаю, и это делает меня источником, чтобы утолить твоё любопытство. Это посажено между нами, как терновая изгородь. Если мы попытаемся прорваться сквозь неё, мы просто будем разорваны. Пока ты не увидишь его и не получишь закрытие, это всегда будет там. Время просто не подходит для нас с тобой сейчас.

— Что такое закрытие?

Нил одарил её грустной улыбкой.

— Я регулярно посещаю ментального целителя. Думаю, всем искателям приключений стоит. Это помогло мне с тем, как я смотрю на мир.

— Что? Почему ты говоришь о ментальных целителях?

— Закрытие, — сказал он. — Столкновение с аспектом твоего прошлого и выбрасывание всего багажа, который с ним связан. Тебе нужно сесть с Джейсоном и разобраться в своих чувствах.

— Ты думаешь, я хочу его вместо тебя?

— Нет. Я знаю, что это не так. Это сложный узел чувств, и тебе нужно распутать его, прежде чем у нас с тобой может быть что-то вместе.

— Нил, это безумие. Ты ревнуешь и не уверен в себе из-за парня, которого я не видела годами.

— Я не ревную, Кэсс. Ну, немного, зная, что он тот, кто у тебя в мыслях. Это имеет смысл, однако. Ты была с ним не так долго, и ты знаешь всё обо мне с тех пор, как мы были подростками. У меня не осталось для тебя никаких загадок, а о Джейсоне всегда есть вопросы.

— Ты думаешь, я кошка, гоняющаяся за самой интересной вещью, которая попадается на глаза?

— Тебе не нужно спрашивать, что я думаю о тебе, Кэсс. Что я чувствую. Ты знаешь с тех пор, как я был ребёнком, влюблённым в старшую сестру друга. С тех пор, как мальчишеское увлечение стало мужской любовью. Но есть вещи, которые тебе нужно уладить внутри себя, прежде чем мы с тобой сможем быть чем-то большим, чем случайная интрижка. А интрижки недостаточно. Не с тобой. Это должно быть всё или ничего; я не приму середину. А так как это не может быть «всё», пока Джейсон Асано живёт в твоей голове, это должно быть «ничего». По крайней мере, сейчас.

— Ты не волнуешься, что если отпустишь меня сейчас, что-то может случиться, когда я увижу его снова?

— Нет. Я знаю Джейсона, Кассандра. Лучше, чем ты когда-либо знала. Он далеко ушёл от того человека, которого ты знала, и он мой друг.

— Мы с ним были гораздо больше, чем друзьями, Нил.

— Кто сказал, что любовник — это больше, чем друг, Кассандра? Есть вещи более интимные, чем делить постель.

Он вернулся к запихиванию одежды в пространственную сумку.

— Значит, это всё? — спросила Кассандра. — Ты обвиняешь меня в том, что я зациклена на Джейсоне, и просто уходишь?

Он перестал упаковывать одежду и сделал медленный, успокаивающий вдох. Не отрывая глаз от сумки, он заговорил с тщательной дикцией человека, напряжённо сдерживающего вспышку.

— Ты помнишь, о чём спрашивала, когда я вернулся после обеда с Ником? О том, как Джейсон создаёт человека, и на что была похожа битва Джейсона с астральными существами. Так каждый день, Кэсс. Я не собираюсь быть твоим утешительным призом.

— Ты не второй выбор, Нил.

Он повернулся к ней с дикими глазами.

— Тогда не относись ко мне так, будто я он! Кассандра, для меня всегда была только ты. Задолго до того, как появился Джейсон. Как ты думаешь, почему я был таким раздражительным, когда вы были вместе? Могу сказать, что это было не ради Тадвика.

— Может, вместо того чтобы уходить за дверь без предупреждения, ты можешь сесть со мной и поговорить об этом?

— О чём говорить, Кэсс? О том, чтобы ты перестала спрашивать о нём каждый божий день? Даже если его нет на твоих устах, он будет у тебя в голове. Ничего, что я могу сделать, не исправит это. Всё, что я могу сделать, — это сделать хуже, и именно поэтому у нас с тобой сейчас ничего не выйдет.

— Это то, что ты думаешь обо мне? Что я просто использую тебя как суррогат для него?

— Нет. Я не думаю, что ты притворяешься в хорошие времена, которые мы проводим вместе. Я не думаю, что ты хочешь променять меня на него. Но я здесь ради этих отношений, Кассандра, и это всё, ради чего я здесь. Такое ощущение, что ты здесь ради чего-то ещё, и это сработает, только если будем ты и я, а не ты, я и он.

— Я не ищу возобновления отношений с Джейсоном Асано.

— Я знаю. Но ему не обязательно быть романтическим, чтобы быть ощутимым присутствием между нами. Человек в твоей голове и тот, что в историях, настолько разные, что ты не можешь отпустить это, и я понимаю. Я могу говорить тебе весь день, что человек, которого ты помнишь, не существует уже много лет, но тебе нужно увидеть это самой. А это сейчас невозможно.

— Значит, мы ждём. Это не значит, что ты должен уходить. Тебе не обязательно наказывать меня за это!

Глаза Нила расширились, и он бросился вперёд, заключая её в утешительные объятия.

— Я не пытаюсь наказать тебя, — сказал он. — Ничто из этого не твоя вина. Или моя вина. Это просто время и обстоятельства. Твои чувства не неправильны. Не те, что о нём, или те, что у тебя ко мне. Если бы я не знал Джейсона, я бы не был этим постоянным напоминанием в твоей жизни. Но я есть. В нынешнем положении дел моё присутствие только ухудшает ситуацию для тебя. Я ненавижу делать это. Я так боюсь разрушить всё.

Слёзы текли по их лицам, пока они продолжали обнимать друг друга.

— Если ты ненавидишь делать это, — сказала она, — тогда не делай.

— Я должен, Кэсс. Некоторые вещи не складываются, как бы сильно ты этого ни хотел. И сейчас мы — нет.

Глава79 НИКАКИХ ВОПРОСОВ О ТОМ, КТО ЭТО БЫЛ

Глава 79 НИКАКИХ ВОПРОСОВ О ТОМ, КТО ЭТО БЫЛ

Гринстоун был разделён на две части. Меньшая часть города, хотя всё ещё большая, была искусственным островом. Это был домен знати, искателей приключений и тех, у кого были богатство и влияние, чтобы поддерживать такую компанию. В поразительном отсутствии воображения искусственный остров назвали «Остров».

Большая и старая часть города проявила креативность, получив название «Старый город». Он прижимался к побережью, где магически питаемая река Мистран создавала обширную дельту. Старый город был поднят на толстых фундаментах и защищён массивной стеной. Многочисленные протоки питали город магически насыщенной водой, на которой держалась большая часть его инфраструктуры.

Старым городом управляло трио криминальных семей с тех пор, как богатые и влиятельные переехали на Остров. Пока торговля шла, а деньги текли, дворянские дома и купеческие бароны были довольны тем, что позволяли им это делать. Ситуация оставалась неизменной более века, пока последние несколько лет не принесли внезапные потрясения.

Две из трёх больших криминальных семей были устранены. Лидер третьей был легализован и назначен на вновь созданную должность мэра Старого города, подчиняясь непосредственно Герцогу Гринстоуна. Это было частью волны перемен, последовавшей за рядом событий, сосредоточенных вокруг Общества искателей приключений.

В Старом городе преступность, очевидно, не была искоренена. Но с легализацией последней оставшейся криминальной семьи многое из того, что было тёмными делишками, вышло на свет. Самые тёмные уголки города были очищены; худшие пороки тихо устранены, прежде чем они могли скомпрометировать нового мэра.

Знаменитое коррумпированное городское ополчение было расформировано, а рэкет превратился в службы безопасности. Они всё ещё брали деньги, но предлагали реальную защиту и больше не конфликтовали из-за территории. Игорные дома и бордели больше не были предметом споров между криминальными семьями и коррумпированными ополченцами, но теперь им приходилось платить налоги.

Самым узнаваемым ориентиром в Старом городе была Крепость. Пережиток ранних дней Гринстоуна как колонии, она долгое время была местом, где старые деньги и грязь Старого города сходились вместе. Даже когда город менялся, Крепость — нет, оставаясь местом, где уважаемые жители Гринстоуна могли утолить свои менее уважаемые аппетиты.

Бывший директор Магического общества Люциан Лампри был достаточно бесстыден, чтобы содержать большой и очень заметный офис среди трибун арены Крепости. Однако такая наглость привела к его падению, и его преемник был не так неосторожен.

Пошар Финн был давним заместителем Люциана Лампри. Он выполнял реальную работу во время знаменитого коррумпированного правления Лампри. Пошар был человеком, который понимал ценность осмотрительности и последствия неспособности её поддерживать. Он действительно содержал офис в Крепости, как и его предшественник, откуда вёл свои менее приятные дела и иногда предавался удовольствиям. Однако вместо того, чтобы использовать его для кричащих демонстраций власти, он был скрыт от посторонних глаз.

Он также был хорошо охраняем, относительно города, в котором находился. Пользователи эссенций Гринстоуна были знамениты своей слабостью, а хороших головорезов становилось всё труднее найти. Некогда ужасающе коррумпированное Общество искателей приключений очищалось вместе со Старым городом, и с каждым годом отсеивалось всё меньше людей. Те, кто всё же отсеивался, быстро перехватывались дворянскими домами или мэром Старого города для относительно честной работы.

У Пошара было несколько дефицитных преступников бронзового ранга в качестве охранников, хотя это было скорее для обеспечения безопасности его дел в его отсутствие, чем из-за какой-либо необходимости в защите. Серебряный ранг Пошара, хотя и полученный через ядра, делал его одним из самых могущественных людей в городе.

Это оставалось правдой вплоть до того момента, как какой-нибудь искатель приключений не вваливался в город, обычно Геллер. К счастью, Геллеры в основном держались своего комплекса в дельте и не лезли в местную политику. Однако, когда они этого не делали, всё могло резко измениться, как показали последние несколько лет. Город всё ещё привыкал к своей новой нормальности после того, как в последний раз искатели приключений показали свою силу.

Пошар понял, что они показывают её снова, конкретно в лице одного из его охранников. Дверь в его офис в Крепости взорвалась, когда его охранник пролетел сквозь неё, осыпая всё вокруг щепками дерева. Охранник не замедлился, пока не пролетел через весь офис и не врезался в стену.

Человек не пошевелился с того места, где упал грудой, хотя скулящий стон указывал на то, что он всё ещё жив. Такая сила исходила только от серебряного ранга, и, если бы Пошар не почувствовал их, от того, у кого была надлежащая подготовка ауры.

Когда крупный мужчина шагнул через разбитый дверной проём, это неизбежно оказался Геллер. Могло быть и хуже, размышлял Пошар. Это могла быть Даниэль Геллер, а не её сын. Какие неприятности он доставит, ещё предстояло увидеть, но он никак не мог быть такой же проблемой, как его мать. Та женщина вошла в сердце кампуса Магического общества и избила директора до полусмерти в его собственном кабинете.

Пошар помнил сына Геллеров по различным светским мероприятиям. Вежливый, прямолинейный и немного неуверенный в себе, учитывая его происхождение. Он всегда был крупным парнем, но казался меньше, почти сжавшимся в своей нерешительности. Годы явно закалили его, когда он шагал через дверной проём, словно высеченное изображение бога, которому нужно было немного повернуться, чтобы втиснуть свои широкие плечи в проход.

Пошар встал из-за стола, игнорируя стонущего охранника, когда обошёл его, чтобы поприветствовать Хамфри Геллера.

— Лорд Геллер, — сказал Пошар. — Прошло много времени. Я не знал, что вы вернулись в город.

— Официально — нет, — сказал Хамфри. — Вот почему я здесь, в Крепости. Это место для незаконных дел. На самом деле, это мой первый визит, хотя моя невеста более знакома с ним.

— Ваша невеста?

— Неужели вы не помните, мистер Финн? Вы тот, кто выступил посредником в сделке, чтобы её передали вашему старому боссу. Чтобы использовать её в угоду его развратным аппетитам.

— Я понятия не имею, о чём…

— Не лги ему, — прервал его женский голос. Пошар обернулся и увидел женщину, стоящую позади него. В офис был только один дверной проём, и он не видел, чтобы она им пользовалась. Он вспомнил, что её способности были сосредоточены на скорости, а не на скрытности, что было довольно тревожно. Она пробралась внутрь слишком быстро, чтобы он мог заметить, не подняв даже ветерка.

Селестина всё ещё была самой красивой женщиной, которую он когда-либо встречал. Шоколадная кожа, контрастирующая с серебряными волосами и глазами, была такой же поразительной, как всегда. Она почти не изменилась, несмотря на повышение ранга, так как улучшать было почти нечего. Изменения были тонкими, блеск волос и лоск кожи.

— Софи Уэкслер, — сказал он, понимая, что смотрел слишком долго. — Вы здесь в поисках компенсации за обращение с вами со стороны моего предшественника?

— Вы собираетесь утверждать, что не имели к этому никакого отношения? — спросила она.

— Это было бы очевидной ложью, — сказал он. — Не секрет, что Люсьен Лампри мало чего добился бы в одиночку. Ужасная нехватка дисциплины. Так что я признаю, что определённые договорённости были облегчены мной.

— Я выросла среди таких людей, как вы, — сказала она ему. — Слизь, цепляющаяся за стены. Я не виню вас за вашу роль в моих неприятных днях здесь. Вы делали всё возможное, чтобы пробраться к свету, и я понимаю это. Но Хамфри — хороший человек, который никогда не лез в грязь, как мы с вами. У него есть идеалы, и эти идеалы требуют определённого взгляда на таких людей, как вы. Так что не лгите ему, Финн. И не пытайтесь утаить от нас то, что мы пришли забрать. Иначе вы можете узнать, насколько нетерпимым он может быть к вашему виду. Особенно к тем, кто делал вещи со мной.

— Он не перейдёт черту, — сказал Пошар. — Он искатель приключений и довольно достойный пример такового. Помню, как его мать очень следила за этим. Он не запятнает имя Геллеров.

— Да, — сказала Софи. — Он Геллер. Старая знать Гринстоуна. И здесь, в Крепости, аристократы Гринстоуна делают вещи, о которых не говорят после того, как уходят. Например, кладут руки по обе стороны вашей головы и медленно сжимают их вместе.

— Софи, я не буду этого делать, — сказал Хамфри.

Выражение раздражения появилось на лице Софи.

— Хамфри, я здесь запугиваю. Просто стой там, выглядя большим и красивым.

— Я не собираюсь медленно и мучительно убивать кого-либо, — настаивал Хамфри. — Я сделаю это быстро и чисто. Так легче избавиться от тела.

— О, как будто ты знаешь, как избавляться от тел, — сказала Софи.

— Я провёл немало поездок на дирижабле, сидя рядом с Белиндой, — сказал Хамфри. — Она рассказала мне всё о лучших способах незаметно устранять трупы в Гринстоуне. Сколько бы раз я ни просил её не делать этого. Хотя не думаю, что она действительно убила так много людей, как подразумевали её истории.

— Она не убивала, — сказала Софи. — Раньше она занималась зачисткой для семьи Сильва, когда они убивали людей. Вы помните семью Сильва, не так ли, Финн? Ваш босс объединился с ними, чтобы пойти против нашего друга, и, как прямой результат, эта семья и ваш босс исчезли.

— Что вы хотите? — спросил Пошар.

— Мы хотим ваш лист с последовательностью кодов архива, — сказала Софи.

Брови Пошара взлетели вверх. — Вы охотитесь за архивным хранилищем?

Он переводил взгляд с Софи на Хамфри и обратно.

— Вы воровка, — сказал он ей, — так что это имеет смысл. Но он? Ваша мать знает, что вы затеяли, Геллер?

— Ещё раз заговоришь о моей матери и увидишь, что будет, — сказал Хамфри. — Где лист с последовательностью кодов архива?

— В моём офисе в кампусе Магического общества есть сейф. Он там защищён.

Хамфри шагнул вперёд, но остановился по жесту Софи.

— Это последний раз, когда я останавливаю его, когда ты лжёшь, Финн, — предупредила она.

— Это не имело бы значения, даже если бы вы его получили, — сказал Финн. — На архивном хранилище есть многочисленные системы защиты, и этот код — лишь одна из них. Если я дам вам свою последовательность кодов, всё равно потребуется ещё две последовательности от директоров других филиалов, чтобы открыть хранилище в моём филиале. Код постоянно меняется, поэтому их нужно сообщать одновременно. Могу я напомнить вам, что система связи по воде управляется Магическим обществом и имеет установленные сигналы тревоги, если её используют для передачи последовательностей кодов хранилища вне запланированного времени.

— Да, — сказала Софи. — Предполагая, что у нас есть друзья, имеющие дело с другими филиалами, нам понадобилась бы альтернатива единственной в мире системе массовой связи на большие расстояния. Так что нет ничего, что можно потерять, отдав ваш лист кодов, и есть голова, которую можно потерять, если вы этого не сделаете.

— Вы знаете, что если вы это сделаете, Магическое общество не оставит это просто так, — сказал Пошар. — Даже если вы потерпите неудачу. Даже если они не смогут доказать, что это были вы, они не могут позволить, чтобы вы вытерли об них ноги. Они придут за вами.

Он обернулся, чтобы посмотреть, как в комнату вошёл новый человек. В отличие от Софи, повышение ранга внесло щедрые изменения в Клайва Стэндиша. Неловкий, долговязый исследователь, которого знал Пошар, теперь был стройным и красивым. Его старой постоянной нервозности не было и след. Если Стэндиш был замешан, Пошар не сомневался, что хранилище будет успешно взломано. Этот человек всегда был до раздражения дотошным.

— Он уже отдал его? — спросил Клайв.

— Ещё нет, — сказала Софи. — Ретрансляционные вышки для связи?

— На месте и протестированы, — сказал Клайв. — Всё, что нам нужно, — это последний фрагмент последовательности. Обыщите его и соскребите всё. Он всегда любил прятать вещи на своём теле с помощью искусственной кожи.

Пошар не смог скрыть своего удивления, вызвав улыбку у Клайва.

— Да, заместитель директора, — сказал Клайв. — Я всегда знал о ваших нелепых маленьких трюках. Вы правда думали, что никто не раскусит их в Магическом обществе, из всех мест? Это имеет смысл, полагаю. Общество теперь состоит из одних политиков. Если бы это было не так, мне не пришлось бы делать что-то настолько радикальное.

— Теперь директор, Стэндиш, — сказал Пошар, собирая всё, что мог, своего достоинства. — Я не был заместителем директора уже несколько лет.

— Правда? — спросил Клайв. — Вы в такой ситуации, а вы придирчивы к титулу? Это отражение гораздо большей проблемы. Но вам не о чем беспокоиться, директор; не думаю, что они позволят вам сохранить должность. Не после вашего участия в публичном раскрытии исследований архивного хранилища. Столетия накопленных секретов, открытых и доступных всем. Помимо ограниченного контента, очевидно. Если мы собираемся сделать врагом Магическое общество, лучше не делать врагом и Общество искателей приключений.

— Они никогда не отпустят вас за это, Стэндиш.

— Тогда полагаю, вы почувствуете себя оправданным, когда они повесят меня. Отдавайте лист с последовательностью, директор.

Хмурясь, Пошар поднял рубашку, отклеил искусственную кожу с живота и положил её на стол. На противоположной стороне искусственной кожи был лист с рядом цветных пятен, как будто нанесённых краской.

— Это всё? — спросил Хамфри.

Пока они все смотрели на него, цвета изменились. Клайв достал из кармана кристалл и провёл им над листом. Цвета на мгновение засветились, и Клайв убрал кристалл.

— Это всё, — сказал он. — Я боялся, что у него будет поддельный лист, но это настоящий. Думаю, он не так умён, как я думал.

— Нет, он умён, — сказала Софи. — Это попытка всучить нам подделку была бы глупостью.

— Справедливо, — согласился Клайв.

Он открыл своё пространственное пространство, небольшой портал, окружённый плавающими рунами. Из него он вытащил ручное зеркало. Он постучал по поверхности зеркала, и появилась сетка символов три на три. Он постучал по символам в последовательности, и они исчезли, заменённые пульсирующим светом. Гудящий звук поднимался и опускался в такт пульсациям. Через несколько мгновений свет и звук прекратились. На их месте в зеркале появилось изображение Белинды. Она, казалось, держала похожее, а позади неё была большая стальная дверь.

— Получили? — спросила она без предисловий.

— Получили, — сказал ей Клайв.

— Хорошо. Прежде чем сказать мне последовательность, подождите следующего сдвига последовательности, чтобы дать нам больше времени. Эти последовательности меняются каждую минуту.

Они подождали, пока цвета на листе снова изменятся, и Клайв зачитал последовательность цветов.

— Синий. Красный. Индиго…

— Что в божьей влажной щели такое индиго? — спросила Белинда.

— Это более тёмный фиолетовый, чем фиолетовый, — сказал Клайв.

— Тогда просто скажи фиолетовый.

— А что, если позже будет другой оттенок фиолетового?

— У тебя есть лист. Есть другой оттенок фиолетового?

— Прямо сейчас нет, — признал Клайв, — но цвета меняются.

— Тогда просто скажи фиолетовый!

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть точным.

— Не будет другого оттенка фиолетового, Клайв.

— Откуда ты можешь это знать?

— Потому что ни один здравомыслящий человек не хочет такого разговора! Слушай, мы потратили слишком много времени. Жди следующей последовательности.

— Ладно, — проворчал Клайв.

Хамфри, который переместился рядом с Софи, наклонился, чтобы прошептать.

— Насколько ты уверена в этом плане ограбления?

— Это называется «дерзкое дело», милый.

— Насколько ты уверена в этом плане дерзкого дела?

— Просто доверься Линди, — сказала она ему, улыбка дразнила её губы.

— Слушайте, я могу идти? — спросил Пошар. — Думаю, моя роль в этом закончена.

— Направься к той двери, и будет закончена, — предупредила Софи.

Цвета на бумаге снова изменились.

— Давай, Клайв, — сказала Белинда. — И не вздумай сказать шартрез, или я приду туда и выбью из тебя способность видеть цвета.

Клайв закатил глаза, но зачитал новую последовательность.

— Ладно, мы внутри, — сказала Белинда. — Можете сворачиваться и уходить.

Она исчезла с планшета, когда прервала связь.

— Это всё, — сказал Клайв. — Нам пора.

— Вы собираетесь убить меня, верно? — спросил Пошар. — Чтобы я не сказал им, что это были вы.

— Нам не нужно убивать тебя, — сказал Клайв. — Честно говоря, я получаю немалое удовольствие от того, с чем вы столкнётесь со стороны Магического общества после этого. А что касается того, чтобы знать, что это были мы…

Клайв издал смешок, наполненный нехарактерной злобой.

— …с тем, что я запланировал, не будет никаких вопросов о том, кто это был.

Клайв зашагал прочь, оставив Пошара позади, и Хамфри последовал за ним. Софи ударила Пошара ногой прямо в пах, и он упал, схватившись руками за промежность, издавая скулящий стон. Она наклонилась, чтобы дружелюбно прошептать ему на ухо.

— Вот почему искатели приключений говорят, что тренировки важны, — сказала она ему. — Серебряный ранг должен уметь манипулировать своим телом так, чтобы ни одна его часть не была настолько уязвимой.

Клайв вернулся к дверному проёму.

— Что ты делаешь? — спросил он. — Нам нужно идти.

— Я должна этому парню, — сказала Софи.

Она сильно ударила Пошара ногой в живот.

— А это за то, что спал с женой Клайва, — добавила она.

— Что…? — спросил Пошар, когда Клайв закатил глаза.

— Серьёзно? — спросил Клайв. Софи одарила его ухмылкой, а затем пронеслась мимо него в размытом движении. Клайв покачал головой и последовал за ней.

Глава80 ВРЕМЯ, РЕСУРСЫ И ПРЕДАННОСТЬ

Глава 80 ВРЕМЯ, РЕСУРСЫ И ПРЕДАННОСТЬ

Боевое искусство Джейсона, Путь Жнеца, было не похоже ни на что с Земли. По крайней мере, ни на что реалистичное; было полно сомнительных фильмов про ниндзя из восьмидесятых с похожим ощущением. Но это было больше, чем просто боевое искусство, это была полноценная система обучения для магического убийцы. Она включала боевые навыки, акробатику, скрытность и техники передвижения — от лазания до паркура.

В системе обучения были методы включения способностей эссенций. Они были сосредоточены вокруг подходящих для убийства сил обмана, мобильности и таких недугов, как яд. Всё это очень подходило Джейсону. Были также эскалирующие массивы техник для более высоких рангов, где сверхчеловеческое мастерство превращало невозможное в просто странное.

Это было слишком много для обычных людей. Слишком много, чтобы выучить. Слишком много, чтобы поддерживать в практике без деградации навыков. Она была разработана с самого начала для использования книг навыков. Чтобы быть изученной теми, у кого есть усиленная ментальная и мышечная память пользователя эссенций. Кем-то, кто может жить десятилетиями на пике физической формы и дольше. Кто может использовать навык, который освоил дюжину лет назад, так, словно практиковался всё это время.

Больше всего это требовало времени. Больше времени, чем было у обычного человека. Даже пользователи эссенций не могли должным образом подойти к этому без книг навыков. Боевой гений вроде Софи мог взять части и создать свой собственный вариант стиля, игнорируя остальное. Джейсону не хватало её таланта, и ему приходилось учить всё обычным способом.

Даже с книгами навыков и годами опыта были огромные части боевого искусства, которые Джейсон никогда не исследовал. Некоторые он никогда бы и не стал, будучи для нечеловеческих форм тела или используя магические силы, которых у него не было. Другие он освоил по мере повышения ранга, обретая сверхчеловеческую силу и скорость, которые они требовали.

Шло время в потусторонней боевой зоне, и Джейсон сталкивался с поражением за поражением. Как бы он ни улучшался, как бы ни рос, его неумолимо толкало всё глубже и глубже в его собственную душу.

Хотя он установил правила битвы, он также был вынужден поддерживать баланс со своими противниками. Он дал им формы, но не был волен просто сделать их всех слабыми. Он мог сбалансировать их против себя, но должны были быть уступки.

Зная, что ему понадобятся противники, которые будут подталкивать его, он убедился, что они всегда будут превосходить его в боевом потенциале. По мере того как его долго застаивавшиеся силы эссенций наконец начали расти, так же росли и его враги. Будь то его достижения в навыках или его наконец развивающиеся способности эссенций, великие астральные существа оставались впереди него. Если платой за то, чтобы всегда быть сильнее, была, возможно, некоторая забывчивость в областях, не связанных с битвой, это тоже было частью баланса.

По мере того как Джейсон становился сильнее, он начал менять способ ведения боя. Он перестал использовать свои собственные руки, чтобы владеть мечом, вместо этого отдавая его призванной теневой руке. Эти руки были более гибкими, менее уязвимыми и могли перемещаться вокруг его тела, вместо того чтобы быть прикреплёнными к плечу.

Освободившись от ограничений чисто человеческой формы, Джейсон мог использовать гибкость, чтобы расширить свой боевой репертуар. Он мог использовать техники, ранее недоступные, которые были особенно полезны при сражении на открытом пространстве. Когда он был окутан своим плащом, сражаться с ним было больше похоже на столкновение с облаком тьмы, чем с человеком. Гибкость в том, где находился его меч, делала положение его тела и источник его атак ещё более трудными для предсказания.

Сам плащ был отчасти щитом, отчасти оружием. Способный становиться материальным или нематериальным, полностью или частично, он никогда не ограничивал Джейсона. Того же нельзя было сказать о его врагах, которые сталкивались с универсальным инструментом стеснения. Пытаясь нанести удар по скрытой форме Джейсона, конечности могли запутаться, а атаки сбиться с курса.

Из плаща было достаточно легко вырваться, но решали доли секунды. Джейсон давно понял, что битва между обладателями мощной магии — это война украденных моментов. Это становилось только правдивее по мере эскалации ранга и силы.

Медленно, но верно Джейсон прогрессировал в своём мастерстве Пути Жнеца. Он укрепил свою способность стоять на своём в бою, пусть и в своей собственной неуловимой манере. Он лучше научился использовать свои силы в открытом бою, а не просто в скрытных атаках «ударил-убежал».

Самыми неправильно используемыми силами в его распоряжении были силы его фамильяров. В разной степени для каждого, он использовал своих спутников как отдельные сущности, а не как интегрированные аспекты своего собственного набора сил. Чем больше он исправлял это, тем больше понимал, насколько глупым и расточительным он был.

Тень всегда была фамильяром, с которым Джейсон работал ближе всего. Теневой спутник был лучшим учителем Джейсона и никогда не позволил бы ему полностью растратить потенциал их синергии. Чем больше Джейсон улучшался, тем лучше он мог работать с Тенью. По мере того как он всё больше фокусировался на работе с Тенью, Джейсон понимал, что его фамильяр ждал, пока он догонит. Как только Джейсон нашёл смирение, чтобы по-настоящему слушать и учиться, он обнаружил, что Тень может многому его научить.

Практическим результатом этого было то, что Тень стало намного труднее поймать. Джейсон часто использовал его для теневых прыжков к целям, но это оставляло Тень на открытом месте как лес теней. Поскольку они больше не были низкого ранга, не было недостатка во врагах с магией, которые могли срубить эфирные тела Тени. Под руководством Тени Джейсон работал над общением и предвидением между собой и своим фамильяром. Он научился целиться в Тень, когда тот всё ещё прятался, в тенях поля боя или даже в тенях врага.

Результатом стало то, что Джейсон стал менее предсказуемым, а Тень — менее уязвимым. Это позволило фамильяру стать более активным в своём собственном праве. Он мог активно устраивать засады с теневыми прыжками, зная, что Джейсон воспользуется возможностями, которые упустил бы в прошлом. Тень также мог создавать хорошие отвлекающие манёвры внезапным и неожиданным высасыванием маны.

Тень был самым лёгким фамильяром для работы. Он был древним, опытным и имел сильнейшую естественную синергию с Джейсоном. Улучшение командной работы с другими фамильярами было сложнее. Они оба были молоды, будучи не старше карьеры искателя приключений Джейсона. Их силы также были менее напрямую конвергентными с силами Джейсона, особенно у Гордона.

Колин был, по крайней мере, мощным источником недугов. Джейсон, однако, растрачивал его потенциал, в основном сбрасывая огромные кучи пиявок и надеясь, что это сработает. Теперь, когда у Колина было разнообразие форм, он и Джейсон стремились максимально использовать каждую, превращая фамильяра в множитель силы вместо ненадёжного козыря.

Оригинальной формой Колина была просто масса пиявок. Вместо того чтобы поливать врагов массивными роями, Джейсон научился распределять их в целевые кластеры. Это было не только более эффективным использованием биомассы Колина, но и предотвращало то, что одна хорошо размещённая площадная атака уничтожала большую её часть.

Если пиявки оказывались эффективными и им не противодействовали эффективно, вторая форма Колина становилась солидным вариантом. Форма «червя-который-ходит» была пучком пиявок, связанных в смутно гуманоидную форму массой кровавых лохмотьев. Эта форма не была быстрой, но лохмотья могли выстреливать, хватать противников и тащить их к пиявкам для пожирания.

В случаях, когда собственные способности Джейсона оказывались наиболее эффективными, форма кровавого клона Колина могла имитировать его. Колин наследовал многие навыки и способности Джейсона в этом состоянии, и хотя клон не удваивал силу Джейсона, он, безусловно, представлял серьёзную дополнительную угрозу.

Наконец, последняя форма Колина была для времён, когда Джейсону всё ещё нужно было использовать его как мощный козырь. Форма кровавого чудовища Колина была энергозатратной, нуждаясь в постоянном питании, чтобы просто поддерживать своё существование. Однако именно для этого Джейсон её и хотел, вечно меняющееся и всегда голодное чудовище всегда оказывало влияние на поле боя.

Гордон был фамильяром, с которым Джейсону было труднее всего работать. Джейсон обычно держал его на расстоянии в бою из-за того, что считал несовместимостью сил. Теневая природа Тени и недуги Колина сочетались с силами Джейсона в большей или меньшей степени, делая то, что уже было сильным, ещё сильнее. Лучи и щиты Гордона были полезны, но не казались хорошим сочетанием со скрытностью и недугами Джейсона.

Когда Джейсон впервые инициировал эпическую тренировочную битву против великих астральных существ, его основным намерением было избавиться от своих костылей. Убрать каждое внешнее преимущество, на которое он полагался, чтобы скрыть свои слабости. Хотя два года сражений помогли ему лучше понять эти слабости, они не заставили их исчезнуть.

Откровение пришло, когда Джейсон научился перестать думать о Гордоне как о внешней силе, отдельной от него самого. За короткую жизнь Гордона он раз за разом показывал Джейсону, что они связаны, внутренне и навсегда. Когда он наконец научился видеть Гордона и себя как части друг друга, он почувствовал себя плохим другом. Он наконец понял, что тратил Гордона впустую, отправляя его сражаться в одиночку. Что сама причина, по которой пара была разной, заключалась в том, что сама природа их сил заключалась в том, чтобы прикрывать недостатки друг друга.

Там, где Джейсону приходилось уклоняться, Гордон мог защищать. Когда тяжёлая броня или магический барьер предотвращали наложение недугов, Гордон мог их взломать. Что касается фамильяра, его лучи превосходно проникали сквозь защиту, но наносили ограниченный урон после прохождения сквозь неё. Для этого ему был нужен Джейсон. Гордон мог обнажить тяжёлого защитника в передней части строя, или защищённого целителя в тылу, а затем Джейсон мог приступить к работе.

Джейсон был поражён тем, насколько эффективной работа в более тесном контакте с фамильярами сделала всех четверых. Он чувствовал себя дураком за то, что потратил столько потенциала, так сильно недоиспользуя их на протяжении многих лет. Из всех вещей, которые он не смог эффективно использовать, одна выделялась, когда он начал применять её чаще.

Самой недоиспользуемой способностью Гордона была сила детонировать свои сферы. Так отличаясь от мышления Джейсона о скрытности и изматывании врагов недугами, Джейсон редко призывал к этому. По мере того как он заставлял себя пробовать разные боевые стратегии, Джейсон начал ценить простую истину, которую скрывал от него его узкий подход: иногда нужно просто всё взорвать.

Пока он работал со своими фамильярами и осваивал своё боевое искусство, был ещё один аспект боя, на котором Джейсон фокусировался, сражаясь с великими астральными существами. Боевой транс был полумедитативным состоянием, которое, хотя и не являлось способностью эссенции, могло быть достигнуто только с магически усиленным разумом. Поскольку это был навык, а не врождённая сила, его легко упускали неправильно обученные пользователи эссенций. Как и мастерство ауры, это был ключевой индикатор элитного искателя приключений.

На низких рангах боевой транс у всех был одинаковым. В первую очередь полезный для бойцов ближнего боя, он «отключал» определённые аспекты разума, чтобы достичь состояния повышенной концентрации. Что-то похожее на раннюю стадию могло быть достигнуто даже некоторыми исключительными пользователями обычного ранга. Джейсон впервые достиг его на бронзовом ранге.

По мере повышения ранга и мастерства техники, пользователи эссенций адаптировали свои боевые трансы под свои нужды. То, что они делали, когда они использовались и как долго, варьировалось от человека к человеку. Для некоторых это было почти постоянное состояние пустого разума, гиперфокусированного на каждом моменте.

Это было характерно для мастеров меча, и Софи использовала похожий подход. Она проводила большую часть своих боёв в боевом трансе, который позволял ей лучше контролировать свою ослепительную скорость. Для Хамфри это было о сражении наиболее эффективными средствами, от того, как он двигался, до того, как тратил ману. Другие, такие как Клайв и Нил, фокусировались на более широкой осведомлённости о поле боя, убирая большую часть боя из своих боевых трансов. Их трансы работали короткими вспышками, позволяя им анализировать сложные поля боя в один момент.

Джейсон пытался сместить свой боевой транс, чтобы быть ближе к трансу Клайва и Нила. Он хотел важных бонусов в критические моменты, а не расширенного усиления своего владения мечом. Базовая форма боевого транса и так лучше всего работала с ортодоксальными стилями боя, что было не тем путём, которым шёл Джейсон. Вместо того чтобы усиливать стиль боя, от которого он отходил, он смотрел на вызовы будущего.

Многие пользователи эссенций имели усиленную скорость. Эссенции вроде быстрой и молнии были обычными, в то время как экзотические варианты вроде конфлюэнции времени могли быть откровенно пугающими. Даже что-то вроде эссенции солнца давало Руфусу вспышки блестящей скорости. Это было слишком сильное оружие, чтобы не иметь ответа.

Это было больше, чем просто другие пользователи эссенций. Меньшие, более лёгкие монстры обычно были быстрее, и даже у более крупных могли быть силы, которые ускоряли их рывками. Это стало бы только большей проблемой с монстрами золотого ранга, чьи силы были более экзотическими и многочисленными.

Что было нужно Джейсону против таких противников, так это время. Время на реакцию. Время на стратегию. Время на адаптацию к постоянно меняющемуся полю боя. Время увидеть врага, движущегося со скоростью Софи, прежде чем станет слишком поздно. Она уже была на грани золотого ранга со своей скоростью, до такой степени, что Джейсон едва мог отследить её. На золотом ранге будет только хуже.

У Джейсона был один способ конкурировать. Он мог ускорить себя, высасывая остаточную жизненную силу убитых врагов. Однако не каждый будет достаточно добр, чтобы бросать в него рядовых врагов, как будто они были боссами в видеоигре. В любом случае, конкурировать было неправильным подходом.

Пытаться сравниться с кем-то вроде Софи было бессмысленно. У неё была не просто одна способность для усиления скорости, а целый набор сил, построенный вокруг неё. Мастера меча были такими же, известными тем, что были лучше против других пользователей эссенций, чем монстров. Что касается самих монстров, одна способность эссенции не могла угнаться за существом, чья вся физиология была построена для магически усиленной скорости.

Джейсон не думал, что боевой транс может компенсировать всё это. У других пользователей эссенций были свои боевые трансы, и он никогда не победит их в их собственной игре. Но ему не нужно было быть таким же быстрым, как другой парень. Ему просто нужно было думать достаточно быстро, чтобы увидеть, как другой парень приближается.

Что хотел Джейсон, так это ускорить свою перцептивную скорость. Это было за пределами возможностей транса — действительно ускорить его, по крайней мере на серебряном ранге. Неизвестно, на что были способны алмазные ранги, но это был вопрос будущего. Всё, чего хотел Джейсон сейчас, — это думать быстрее. Дать себе ментальный момент, чтобы спланировать или среагировать на кого-то, чья скорость дико превосходила его.

Процесс изменения боевого транса Джейсона начался с отказа от его сильных сторон. Экстремальная фокусировка, которая помогала его владению мечом, была уменьшена, и он не мог удерживать состояние транса так долго. Монстры, с которыми он бесконечно сражался, помогли. Как и он, они возвращались после каждой смерти и реагировали на его потребности. Они медленно, но верно становились быстрее, заставляя его адаптироваться.

Ему потребовалось время, чтобы заметить постепенное улучшение. Чем меньше длился его боевой транс, тем медленнее казался мир, но поначалу он едва осознавал, что это происходит. По мере того как дни сменялись месяцами, а месяцы годами, транс становился короче, а его разум — быстрее. Через два года после начала его потусторонней битвы, вход в боевой транс ощущался как шаг в патоку, его тело едва двигалось. Он знал, что должен подтолкнуть себя дальше, но также знал, что не должен заходить слишком далеко.

Он чувствовал напряжение, когда доводил свой разум серебряного ранга до его ограничений. Это длилось лишь мгновения и больше не вводило его в дзен-подобное состояние безудержной гипер-осведомлённости. Подталкивание способности к более экзотическому варианту означало, что для освоения потребуется больше, а его разум серебряного ранга уже приближался к своим ограничениям. Он будет продолжать работать над этим, но знал, что будет золотого ранга, прежде чем сочтёт это завершённой техникой. Но на данный момент он был удовлетворён.

Освоение Пути Жнеца менее чем за столетие было нереалистичным. Чтобы сделать это, потребовались бы годы бесконечного, изнурительного боя. Беспрестанная война против противников с навыками, силой и числом, делающими выживание невозможным.

А затем выживание вопреки всему.

Джейсон издал стон, когда вернулся к жизни. Годы бесконечного, изнурительного боя оставили неизбежное эхо истощения, даже когда он возрождался в свежем и энергичном теле. Они вошли в период перерыва, пока он возрождался, одну из драгоценных и слишком коротких передышек от боя. Тележки с едой для текущего перерыва поставляли мягкие крендели, поэтому Джейсон схватил по одному в каждую руку.

Он посмотрел на Жнеца в его бледном человеческом воплощении. Он смотрел в пространство, как делал во время каждого перерыва на отдых. Джейсон подошёл, чтобы встать рядом с ним, глядя на джунгли, которые выстилали широкую дорогу.

— Орден Жнеца, — сказал Джейсон. — Ответвление вашего культа на Паллимустусе, да?

— Да, — сказал Жнец. — Они отдавали лишь дань уважения моим принципам, используя моё имя в погоне за светской властью.

— Это то, что я слышал. Это заставило меня задуматься о боевом искусстве, которое я получил от них, Пути Жнеца. Это то, что они разработали, когда превратились в политических убийц, или пережиток времён, когда они были настоящими культистами? В основном, у вас был какой-то вклад, или название — это просто упражнение по брендингу?

Жнец наконец пошевелился, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Джейсона с любопытством.

— Выжигание метки на плоти раскалённым железом? — спросил он.

— Э-э, нет, — сказал Джейсон. — Брендинг, в данном случае, означает использование имени для добавления подразумеваемой ценности вместо добавления реальной ценности. Короче говоря, это стиль, к которому вы приложили руку, или они просто шлёпнули ваше имя на него?

— Техники, которые вы практикуете, были разработаны моим культом. Они традиционно ограничены лицами, воспитанными внутри культа и отобранными для тренировок в течение десятилетий, в подготовке к самым сложным миссиям. Вы должны понимать, теперь, что изучение этих методов не должно предприниматься легкомысленно. Без времени, ресурсов и преданности можно показать лишь поверхностные результаты, которые вы показали, когда эта битва началась два года назад. Только сейчас вы начинаете показывать реальные результаты.

— Хм. Значит, я начинаю делать это правильно?

— «Начинаю» — ключевое слово.

— Вам не обязательно быть придурком по этому поводу.

— Я должен что-то делать со своим временем здесь.

Джейсон прищурился на Жнеца.

— Это была… шутка? Это была шутка, верно?

Джейсон повернулся и замахал руками, капая сыром и горчицей со своих кренделей, когда закричал разбросанным великим астральным существам.

— Эй, все! Жнец только что пошутил!

— Правда? — пробормотала Небесная Книга с набитым кренделем ртом. — Была ли она хорошей?

Джейсон остановился, чтобы подумать об этом.

— Знаете, для первой попытки, было неплохо. Очень невозмутимо, но чего вы ожидали?

Глава81 НЕДОСТАТОЧНО ДЛЯ ВЕЧНОСТИ

Глава 81 НЕДОСТАТОЧНО ДЛЯ ВЕЧНОСТИ

— …не могу поверить, что вы мне не сказали, — продолжала Зара, как делала это с самого Гринстоуна.

— Ты бы настояла на участии, — сказала Софи. — Мы не могли этого допустить.

— Пусть я всего лишь временный член этой команды, — сказала Зара, — но…

— Прошло два года, — сказала Белинда. — Ты можешь перестать говорить людям, что ты временный член команды, каждый божий раз.

— А часть работы в команде — это придерживаться своей роли, — сказал Нил, глядя в сторону с невинным выражением лица. — Даже если мы говорим тебе, в чем заключалась твоя роль, только постфактум.

Четверка сидела в уличном кафе в Пранае, перевалочном пункте на пути в Эстеркост. Пранай был последним из изолированных городов-государств, которые они собирались посетить в ближайшее время, поскольку Эстеркост был большим и густонаселенным королевством. Это была родина многих их друзей и земля, из которой столетия назад был колонизирован Гринстоун.

Пока остальные члены команды делали покупки на соседнем рынке, эта четверка потягивала холодный чай в приятной тени тента кафе.

— Вы исключили меня из ограбления из-за моей семьи, верно? — спросила Зара.

— Налета, — поправила Софи.

— Что? — переспросила Зара.

— Это было не ограбление, — сказала Софи. — Это был налет.

— Разве налет — это не разновидность ограбления? — спросила Зара.

Софи и Белинда обменялись многострадальными взглядами, прежде чем покачать головами и сдаться.

— Ладно, — сказала Зара. — Причина, по которой вы не взяли меня на налет, была в моей семье, так ведь?

— Конечно, именно поэтому, — сказал Нил. — Политические последствия налета на хранилище архива…

— Якобы, — уточнила Белинда.

— …якобы налета на хранилище архива, — поправил Нил, — и так будут достаточно серьезными. Они будут знать, что это были мы, независимо от того, что смогут доказать.

Он посмотрел на Белинду.

— Они ведь не смогут это доказать, правда?

— Нет, — сказала она, и в ее голосе слышалось возмущение. — И я была бы признательна, если бы люди перестали об этом спрашивать.

— Ей не нравится, когда люди сомневаются в ее квалификации по налетам, — с улыбкой сказала Софи.

— Одно лишь твое общение с нами все усложнит, — сказал Нил Заре. — Если люди начнут думать, что ты действительно участвовала, будет гораздо хуже. Вот почему моей задачей было обеспечить тебе хорошее, заметное алиби. Причем в таком месте, где они проверяли наличие магии иллюзий и изменения формы, чтобы никто не мог заявить, что это была не ты.

— Убедить администрацию заведения усилить охрану, чтобы они проверяли это, тоже было непросто, — сказала Белинда. — Мне пришлось угрожать…

— Наверное, лучше тебе не говорить им, чем именно ты угрожала, — сказала Софи.

— Это не проблема, — сказала Белинда. — Я позаботилась о том, чтобы все алхимические бомбы было легко найти.

— Погоди, там были настоящие бомбы? — спросила Софи.

— А что я должна была делать? — спросила Белинда. — Блефовать?

— ДА! — воскликнули Софи и Нил хором.

— Ну, теперь я это знаю, — сказала Белинда. — Вам не обязательно кричать. Смотрите, остальные вернулись.

Они наблюдали, как Хамфри, Клайв и Эстелла Уорнок приближались по оживленной рыночной улице. Розововолосая шпионка-селестина выхватила стул из-за соседнего столика и придвинулась к Белинде.

Эстелла стала работать с командой более тесно после их возвращения из подземной экспедиции. Отсутствие роскошного облачного транспортного средства, в котором можно было бы отсидеться, вынуждало ее перемещаться и жить в более тесном контакте с группой. Наличие ее под рукой оказалось полезным, поскольку эффективный городской разведчик становился все более ценным.

Работа искателей приключений традиционно включала в себя долгие походы по дикой местности в поисках монстров. Опасность в изолированных регионах не была чем-то новым, но теперь города также страдали от более серьезных угроз. После всплеска активности монстров, вторжения Строителей, а теперь и вторжения посланников, шпионы-посланники, оставшиеся культисты и разумные монстры — все это было скрытыми опасностями.

Даже без внешних угроз проблемы вызывало простое перенаселение. Длительный всплеск активности монстров был достаточно плох, но многие люди либо не могли вернуться домой, либо им было некуда возвращаться. Это привело к нехватке жилья и ресурсов: требовалось больше еды, а с заброшенных сельскохозяйственных угодий ее поступало меньше. Городская инфраструктура была перегружена, а обычная преступность процветала, пока люди фокусировались на магических угрозах.

Навыки Эстеллы могли быть малополезны, когда начинался бой, но в городе найти этот бой часто составляло большую часть работы. Ее способность ориентироваться в физической и культурной географии темных уголков города снова и снова оказывалась полезной и была отличным дополнением к навыкам Софи и, особенно, Белинды.

— О чем вы двое кричали? — спросила Эстелла Нила, когда она, Хамфри и Клайв присоединились к группе.

— Нил жаловался, что его снова бросили, — сказала ей Белинда.

— Я не…

Нил закрыл глаза, сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Нет, — сказал он. — Не буду вестись.

— В любом случае, нам пора двигаться, — сказал Хамфри. — Особенно если мы собираемся сделать крюк в Казлах.

Белинда и Эстелла обменялись неловкими взглядами.

— Да, — сказала Белинда, ее голос слегка дрогнул. — Пойдемте.

Казлах был городом песчаника, пальм и денег. Прибрежный город, расположенный на восточной границе Эстеркоста, был окружен пустыней. Как и в случае с Гринстоуном, пустая пустыня была первоклассным местом для ферм духовных монет, хотя более высокая магия позволяла получать более ценные номиналы.

Духовные монеты Казлаха и выгодное расположение для морской торговли приносили огромное богатство. Массивные особняки, принадлежащие монетным баронам и крупным семьям искателей приключений, выстроились вдоль великолепных пляжей. Чистейшая вода была приятным бальзамом от знаменитого палящего климата региона.

Несколько участков, прилегающих к пляжу, не были частными домами, включая роскошный курорт для приезжих купцов, искателей приключений и знати. Самым примечательным был Казлахский университет медицины. Большинство школ и исследовательских центров, посвященных целительству, фокусировались на эссенции и ритуальной магии, а алхимия занимала далекое третье место.

Основной причиной такой направленности было финансирование. Хотя церковь Целителя вносила свой вклад, основная часть денег поступала в такие учреждения от Магического общества и Общества искателей приключений. В результате их исследования были сосредоточены на том, что приносило наибольшую пользу их благодетелям.

КазМед был заметным исключением, сосредоточенным на развитии и практическом применении алхимической медицины. Хотя часть их финансирования по-прежнему исходила от церкви Целителя, большая часть поступала от крупного альянса торговых ассоциаций. Такие группы были крупнейшими работодателями пользователей эссенции за пределами Общества искателей приключений, но большинство целителей становились искателями приключений.

Хотя они и не были искателями приключений, пользователи эссенции, нанятые для сопровождения торговых караванов через дикие земли, сталкивались с реальной опасностью. От морских чудовищ до небесных пиратов — самые активные из них сталкивались с таким же количеством монстров и бандитов, как и некоторые искатели приключений. Однако нехватка целителей среди них делала экономически эффективные варианты лечения необходимыми. Это послужило стимулом для основания школы, выпускников которой не переманивало бы Общество искателей приключений.

КазМед недавно завершил строительство нового исследовательского центра — Школы алхимической эффективности. Хотя университет добился успеха в подготовке алхимиков, специализирующихся на целительстве, он не достиг некоторых своих основных целей. Исследовательский центр был создан, чтобы исправить это путем развития экономически эффективной алхимии. Новая школа собиралась сделать это с помощью двойного подхода: хорошо финансируемых исследований в этой области и новой волны алхимиков, которые сосредоточатся на ней.

Белинда нервно шла по кампусу в одиночестве. Здания располагались на значительном расстоянии друг от друга, с дорожками из плитняка и садами из пальм и выносливых пустынных растений. Звуки близкого берега доносились с бризом, приносящим запах моря, не такой сухой, как воздух в глубине города.

Она добралась до административного здания Школы алхимической эффективности и спросила, где найти декана. Ей дали указания к большому зданию, которое выглядело немного иначе, чем остальные. Окон не было, а стены из песчаника были покрыты укрепляющими металлическими полосами, выгравированными сигилами. Крыша была покрыта дымоходами, похожими на металлический сад.

Белинда почувствовала непреодолимое желание изучить сигилы, нанесенные на укрепляющий металл стен. Это была тонкая и сложная работа, и она была уверена, что для проектирования им понадобился специалист по взаимодействию формаций. Такие специалисты были редки, а их услуги дороги.

Она покачала головой.

— Ты тянешь время, — пробормотала она про себя. — Пора встретиться с правдой, Каллахан.

Она направилась к большим дверям, ведущим в здание; вывеска над ними гласила, что здесь находятся студенческие лаборатории. Она спросила администратора внутри, где найти декана.

— Он сейчас в одной из лабораторий с первокурсниками. Вам, вероятно, стоит подождать.

— Я откладывала это дольше, чем следовало, — сказала Белинда. — С ожиданием покончено.

— Хорошо, просто подождите минутку.

Администратор взял лист бумаги из-под стола и начал читать монотонным голосом.

— Казлахский университет медицины и Школа алхимической эффективности не несут ответственности за ожоги, отравления, сдирание кожи, расплавленные части тела…

— Сдирание кожи?

— Существует устройство, используемое для смешивания больших контейнеров с жидкостью определенным образом, — объяснил администратор. — Это металлический шар с множеством тонких проводов, выступающих из него. Произошел инцидент с фамильяром-пауком-безумцем одного студента.

Белинде пришлось выслушать все это, прежде чем администратор отправил ее искать шестую лабораторию, но вскоре она уже стояла перед парой металлических дверей. Они были усилены дополнительным металлом, тяжелыми полосами, на которых были вытравлены укрепляющие сигилы. Некоторые усиления на одной двери выглядели новее остальных, в то время как другая, казалось, была недавно заменена целиком.

Ручек, чтобы открыть их, не было. Сенсорные панели рядом с дверями открывали их только для тех, у кого был серебряный ранг и выше. Администратор сказал ей, что любому, кто может погибнуть при взрыве, разрешен доступ только под присмотром. Белинда лишь на мгновение заколебалась, прежде чем прижать руку к панели.

Двери с шипением разъехались, выпустив желтоватую дымку. Внутри было большое помещение в стиле амфитеатра, с ярусами, поднимающимися от сцены впереди. Однако вместо сидений были установлены индивидуальные алхимические станции.

Желтая дымка гуще висела под высоким потолком. Она активно вытягивалась через вентиляционные отверстия, в то время как другие отверстия у пола нагнетали чистый воздух, заставляя дымку закручиваться. Группа студентов собралась на сцене, где воздух был чище всего. Перед ними Джори говорил тем самым голосом «не злой, но разочарованный», который обычно приберегают для матерей.

— …до моего сведения дошло, Трент, что твое неоднократное создание ядовитого газа не так случайно, как кажется.

— Я не знаю, о чем вы говорите, профессор.

— Нет? — спросил Джори, давая парню достаточно веревки, чтобы тот сам себя вздернул.

— Нет, профессор.

— Тогда это просто совпадение, что каждый из твоих преждевременных выбросов идеально рассчитан так, чтобы эвакуация позволила тебе столкнуться с мисс Катариной Анван с кафедры укрепления тела, когда она выходит со своей лекции по скелетной трансфигурации? Не говоря уже о том, что это дает тебе удобную тему для разговора.

— Профессор Тиллман…

— Я собираюсь объяснить ситуацию, в которой ты оказался, молодой человек. Знай, что пока я это делаю, нет такого звука, который способен издать твой рот, который сделал бы что-то, кроме ухудшения этой ситуации. Прими мой совет и держи этот рот закрытым.

Джори подождал, пока студент сделает неверный выбор, но на лице молодого человека начало проступать осознание. После долгой неловкой паузы Джори продолжил.

— У тебя не хватает мужества, чтобы поговорить с девушкой, не придумывая сложную схему, но ты легко находишь мужество, чтобы саботировать мои занятия. Это, Трент, говорит мне все, что нужно знать о том, что ты ценишь среди возможностей, которые предлагает это учреждение. Ты прозрачный маленький мальчик.

Здравый смысл Трента, подсказывавший молчать, его подвел. Вместо того чтобы присмиреть, его выражение лица стало злым, когда Джори отчитывал его.

— Мои родители…

— Несомненно, заплатили немалые деньги, чтобы ты попал сюда, — перебил Джори. — Поскольку я имел несчастье оценивать твою работу, я уверен, что ты попал в мой класс не на основе академических заслуг. Я был наполовину готов позволить тебе продолжить, если бы ты проявил хоть какое-то раскаяние после того, как тебе указали на твое поведение. Вместо этого ты продемонстрировал отношение, которое выходит за рамки моей способности исправить. Итак, собирай свои вещи, покинь эту комнату и не смей больше появляться у моих дверей без подписанной рекомендации от нескольких сотрудников о том, что ты полностью изменил свою личность.

Трент выглядел так, будто собирался наброситься на Джори, когда другой студент положил руку ему на плечо. Он развернулся к другому студенту, но его гнев исчез, когда он увидел, кто это. Другой студент покачал головой, и Трент в ярости зашагал прочь.

Трент простучал по лестнице и очистил свою алхимическую станцию. Он запихнул свои вещи в пространственную сумку, прежде чем яростно прошагать обратно вниз, мимо Белинды и выйти из лаборатории.

Все в комнате молча наблюдали, пока раздвижные двери не закрылись за ним. Джори, который стоял спиной к двери, наконец заметил присутствие Белинды. Его глаза на мгновение расширились, прежде чем он повернулся обратно к своим студентам. Когда он заговорил, его голос был мягче, гнев и разочарование сменились усталостью.

— Я знаю, — сказал он, — что Тренту не хватило опыта, чтобы так точно портить свою практическую работу раз за разом. Я знаю, что у него была помощь в этом, но я не заинтересован в том, чтобы выбрасывать хороших студентов вместе с плохими. Я просто выражу надежду, что кем бы это ни было…

Его взгляд остановился на одном очень нервно выглядящем молодом человеке.

— …они будут более осмотрительны в том, как они пытаются повысить свой социальный статус в будущем. Ваше время в этом учреждении — это время перехода. Вы здесь, чтобы научиться большему, чем просто варить зелья и лечить больных. Это ваша возможность превратиться из детей, играющих в игры, в серьезных взрослых, изучающих серьезные вещи по серьезным причинам. Но только от вас зависит, воспользуетесь ли вы этой возможностью. В течение следующих нескольких лет вам предстоит сделать выбор, и вы сделаете его своими действиями. Когда вы закончите здесь, будете ли вы как дети, укрывшиеся под защитными крыльями своих семей? Или вы выйдете в мир как взрослые, заслуживающие уважения, готовые стоять на своих ногах и оставить свой след в мире?

Его выражение лица смягчилось, а голос стал легче, когда он продолжил.

— Это не значит, что вы не можете веселиться или что ошибки не будут прощены. Вы должны веселиться, и это лучший шанс, который у вас когда-либо будет, чтобы совершать ошибки и учиться на них.

Он взглянул на пустую рабочую станцию Трента.

— Для тех, кто не слушает: «учиться на них» было важной частью этого предложения. Потому что именно для этого вы здесь: чтобы учиться. Мы не ожидаем, что вы войдете сюда, зная все о том, как устроен мир. Могу обещать, что если вы думали, что знаете, вы ошибались.

Он снова взглянул на Белинду, прежде чем вернуть взгляд к своим студентам.

— Вы не знаете всего, — сказал он им. — И никогда не будете знать. Я — нет. Женщина позади меня — нет, а она самый умный человек в этой комнате и почти в каждой комнате, в которой когда-либо была. Она ходила с обладателями алмазного ранга и видела, как смертные сражаются с богами, но она только что поняла, что ей следовало расстаться со мной много лет назад. Нам всем есть чему учиться, и за время вашего пребывания здесь самое ценное, чему вы можете научиться, — это как учиться дальше.

Он испустил долгий, очищающий вздох.

— Это, однако, общая перспектива. В частности, также будет много приготовления зелий, а маленький эксперимент Трента в основном выветрился. Поэтому я хочу, чтобы все вы использовали то, что осталось от нашего времени, и показали мне работоспособную основу для зелья к концу занятия.

Он стоял, глядя на них, а они тупо смотрели в ответ.

— Это значит, идите и делайте это сейчас, — сказал он им, не скрывая раздражения. Студенты начали суетиться у своих алхимических станций. Джори повернулся и посмотрел на Белинду с ухмылкой на лице. Он подошел, залез в карман, и экран приватности замерцал, приглушая звук и размывая их для тех, кто находился снаружи.

— Я не могу оставить их здесь одних, — сказал он. — Тебе придется делать это под присмотром кучки подростков, наблюдающих за нами.

— Ты знаешь, зачем я здесь, — сказала она.

— Я знал, что этот день настанет, с самого начала. Это всегда было больше я, чем ты, Линди. Я знаю, что ты заботишься обо мне, но недостаточно для вечности. И мы долгое время жили разными жизнями. Сколько раз в год мы видимся? Я из тех, кто любит остепениться, но Гринстоун всегда был для тебя ловушкой.

— Ты тоже не в Гринстоуне, — отметила Белинда.

— Нет, но я всегда ищу место, где можно обосноваться. У тебя всегда взгляд устремлен на дверь. Тебе нужен кто-то, кто может путешествовать с тобой по миру. Попадать в неприятности, искать приключения. Мы оба знаем, что это не я. Надеюсь, новый человек, которого ты нашла, сможет стать таким для тебя.

— С чего ты взял…

— Ты лучше, чем думаешь, Линди. Ты верная и добрая, что бы ты ни хотела, чтобы мир думал. Вот почему этот разговор не состоялся раньше и почему он происходит сейчас. Ты нашла кого-то, но не хочешь начинать с ними, пока не закончишь дела со мной начистоту.

Он протянул руку и осторожно вытер слезу с ее лица.

— Не грусти, — сказал он. — Здесь нет никаких сюрпризов. То, что у нас было, было хорошо, но это никогда не могло длиться вечно.

— Тогда почему ты не закончил это?

Он посмотрел на нее так, словно она упустила что-то ослепительно очевидное.

— Потому что ты удивительная, — сказал он. — Я никогда не собирался отпускать тебя, пока ты была со мной. Я знаю, что мы не часто виделись в последние несколько лет, но я не жалею ни об одном из тех драгоценных моментов.

Белинда выглядела так, словно ее ударили по лицу.

— Тогда почему не попытался изменить мое мнение? — спросила она.

— Потому что любить тебя — значит желать тебе лучшего. А это не я, как бы мне того ни хотелось.

Она издала плачущий смешок.

— Ну, теперь я просто чувствую себя паршиво, — сказала она. — Почему ты должен быть таким… порядочным?

— Просто я такой. И мы оба знаем, что порядочность — это не то, что ты ищешь, Линди. Это просто то, что ты сама себе внушила. Но ты не Софи. Тебе не нужен кто-то, с кем можно стать лучше. Тебе нужен кто-то, с кем можно быть умной и хитрой. Честно говоря, иногда я чувствовал себя скорее твоим отцом, чем любовником. Что время от времени заставляло меня чувствовать себя немного жутко.

— Это поэтому ты запаниковал, когда я в тот раз назвала тебя…

— Да, — сказал Джори. — Ты помнишь, что мы в комнате, полной студентов, верно?

— Они нас не слышат.

— Даже так, я чувствую профессиональную ответственность не обсуждать спальные дела перед ними.

Она улыбнулась ему, глаза все еще были влажными от слез.

— Мне пора, — сказала она.

— Да, — сказал он. — Мне нужно проверить своих подопечных, прежде чем кто-то из них случайно сделает бомбу. Опять.

Они обменялись последним долгим взглядом в тишине. Белинда слегка коснулась рукой груди Джори, затем двинулась к выходу из-за экрана приватности.

— Белинда, — сказал он.

Она остановилась и обернулась.

— Ему повезло, — сказал Джори. — Никогда не позволяй ему думать иначе.

Выглядя виноватой, Белинда ушла. Она открыла раздвижные двери, и когда они закрылись за ней, Джори наконец позволил своему выражению лица дрогнуть. Слезы потекли по его лицу, и он позволил им течь минуту, стоя на месте с опущенной головой. Затем он достал носовой платок, вытер их и убрал обратно в карман. Он достал пипетку из куртки, капнув по капле в каждый глаз, чтобы убрать покраснение, которое, как он знал, появится. Приведя лицо в порядок, он опустил экран приватности и пошел проверять своих студентов.

Белинда нашла Эстеллу ожидающей у главных ворот кампуса, выглядящей нервной.

— Как все…

Белинда прервала ее, бросившись вперед и обхватив ее руками. Это не было любовным жестом, просто потребностью в утешении.

— Я чувствую себя такой паршивой, — пробормотала она в плечо Эстелле.

— Он сделал это трудным?

— Нет. Он сделал это легким, но он никогда не был хорош в контроле ауры. Я чувствовала, как его эмоции рушатся все это время.

— Ты должна была это сделать.

— Я знаю. Он знал. Но я причинила ему боль.

— Это никогда не было бы легко. Но теперь все кончено.

Эстелла отступила, положила руки на плечи Белинде и посмотрела ей прямо в глаза.

— Теперь все кончено, — повторила она. — А это значит, что я наконец могу сделать это.

Она схватила Белинду и притянула ее для долгого, страстного поцелуя. Когда они наконец отстранились, Белинда начала смеяться.

— О, ты нашла это забавным, да? — спросила Эстелла.

— Нет, просто… мне сказали передать тебе, что ты счастливчик.

Глава82 НАЧАЛО РАСПАДА

Глава 82 НАЧАЛО РАСПАДА

Война для вампиров складывалась неудачно. На земле они были опасны и могущественны, подавляя любые обычные войска, если только те не были выставлены магическими фракциями. Однако их лидеры спали столетиями, если не тысячелетиями. Эти лорды-вампиры золотого ранга обладали личной силой, но совершенно не понимали современного мира. За редким исключением, они также оказались неспособны быстро учиться.

За последние несколько лет Земля пережила ускоренную интеграцию магии и технологий. Магию больше не нужно было скрывать, а её уровень рос. Хотя вампир мог справиться с противником, вооруженным зачарованным пистолетом, они оказались не готовы к ударам магических дронов, а оружие было лишь началом.

Лорд-вампир из 1487 года был не готов к преимуществам связи в реальном времени на поле боя, не говоря уже о целом континенте. Спутниковые снимки, самолеты-шпионы и даже моторизованная техника были для них чем-то чуждым. Большинство из них оказались в тупике — как ментально, так и в военном отношении. К тому времени, как Руфус начал охоту на вампиров, их уже в значительной степени истребили по всему миру.

В их рядах были и более молодые вампиры, которые не были столь невежественны, но от них было мало толку. Менталитет старых вампиров не позволял им признать, что кто-то более молодой и менее могущественный может предложить что-то дельное, даже перед лицом неопровержимых доказательств. Доминирование было в их природе, в то время как смирение и адаптивность — нет. Способность преодолеть эту натуру оказалась ключевой чертой выживания для воскресших лордов-вампиров.

Неспособность прислушиваться к советам была не единственным аспектом вампирской природы, который их сдерживал. Лорды-вампиры были независимыми, территориальными и сопротивлялись переменам. Они были убеждены, что смогут вернуться к старым порядкам, действуя в одиночку и деля мир на свои территории.

Те, кто не смог отпустить эти идеи, заплатили высокую цену. В их умах охотники на вампиров всё ещё представлялись мрачными, суровыми мужчинами, пробирающимися в готическую крепость. Они были не готовы к противобункерным ракетам, модифицированным так, чтобы взрываться магически усиленным солнечным светом.

Самые тяжелые бои шли в Америке, оба континента были очищены от присутствия вампиров. В Северной Америке угроза со стороны вампиров сплотила США, находившиеся на грани гражданской войны. Имея внешнюю опасность, на которую можно было указать, власть можно было тихо консолидировать, пока нация была отвлечена войной на своей территории. Это была игра в одни ворота: армия США быстро адаптировалась к магически усиленному арсеналу.

В Южной и Центральной Америке, а также в Африке и России, на первый план вышла Кабала. Хотя изначально вампиры были членами их рядов, остальная часть Кабалы жестоко обернулась против них. Скрытые существа из мифов и сказок вышли из тени, а растущая магия мира усиливала их давно заглохшую силу.

Лорды-вампиры, которые не смогли адаптироваться к совершенно новому для них миру, были выслежены и уничтожены. Некоторые оплоты оставались в Африке, России и Южной Америке, но Северная Америка и Китай были полностью зачищены крайне агрессивными фракциями Сети. Любые остатки вампиров бежали и прятались, не удерживая территорий.

Что касается лордов-вампиров, которым удалось измениться вместе с эпохой, то их оплотом стала Европа. Они осознали, что старые традиции должны уступить место новым идеям, работая вместе и перенимая технологии людей. Хотя территориальность была у них в крови, что делало союзы хрупкими, они объединились в непрочный союз.

Их лидера знали только как Элизабет. Она была золотого ранга и крайне устала от людей, спрашивающих, не является ли она Элизабет Батори. Окружающие быстро усвоили, что спрашивать об этом не стоит, как только она начинала немедленно съедать любого, кто задавал этот вопрос.

Под руководством Элизабет вампирам удалось установить некое подобие разрядки с остальным миром. Несмотря на глобальную чистку, в каждом крупном городе мира всё ещё скрывались вампиры. Бомбардировки главных оплотов вампиров в Европе встречались убийствами высокопоставленных политических чиновников в Пекине, Вашингтоне, Москве и Лондоне.

Человечество попыталось устранить Элизабет с помощью ядерной ракеты, модифицированной для затопления региона магически усиленным солнечным светом. Конструкция была основана на ядерном устройстве, которое Трэвис Ноубл однажды модифицировал для Джейсона. Устройство сдетонировало в Риме, нанеся минимальный структурный ущерб, но высвободив энергию, которая хлынула по всему городу. Энергия двигалась как живой огонь, выискивая темные места и заливая их искусственным солнечным светом.

Хотя это уничтожило большинство вампиров и их слуг-людей в Риме, большинство высокопоставленных вампиров либо были достаточно защищены, либо вообще находились в другом месте. Элизабет ответила обычным ядерным устройством, взятым из России, но использованным в Гуанчжоу, Китай. Это привело к первому официальному соглашению между людьми и вампирами: официальному объявлению войны с обеих сторон, которое определило условия конфликта.

С этого момента война превратилась скорее в серию стычек. Базируясь в Великобритании, Ирландии, Северной Африке и на территории Асано, человечество вело комбинацию логистических атак и спасательных операций. В обоих случаях цель была одна: извлечь людей, используемых в качестве пищи. Вызволение людей было не только гуманитарной задачей, но и оказывало давление на вампиров, поскольку их запас продовольствия сокращался. Большинство западноевропейских стран перестали существовать, так как вампиры захватили их. Миллионы погибли, а миллионы других были эвакуированы силами людей или согнаны на кровавые фермы в качестве скота.

Растущая магия на Земле была для вампиров и благом, и проклятием. Она облегчила им возможность становиться сильнее, ведь большинство из них десятилетиями оставались бронзового ранга. Многие теперь достигли серебряного ранга, а опасное количество — даже золотого. Из всех обладателей золотого ранга на Земле вампиров было больше, чем кого-либо другого.

Пользователи Эссенции также наблюдали рост числа обладателей золотого ранга, но гораздо медленнее, чем вампиры. Кабала наслаждалась схожим ростом, но хранила свои цифры в секрете. Сомневались, что у них хватит численной силы, чтобы сравниться с вампирами, но ходили слухи, что они готовы заявить права на собственные территории.

Однако разжигание страха Кабалой относилось к области теорий заговора; магические фракции это не беспокоило. Простая причина заключалась в том, что Кабала уже тихо распространила свое влияние на большую часть мира, до такой степени, что большие амбиции только навредили бы им, принеся мало выгоды. Большая часть Азии, России и Африки находилась под их сильным влиянием, наряду с Центральной и Южной Америкой. Особенно в тихоокеанских штатах Кабала часто была де-факто — или даже де-юре — правительством.

Территории Кабалы изначально были более безопасным местом для вампиров, чем те, что контролировались Сетью. Хотя Кабала однозначно отделилась от лордов-вампиров и тех, кто последовал за ними, большинство вампиров мира этого не сделали. В мире Руфуса вампиры были безжалостными и аморальными, без капли порядочности или милосердия. На Земле же они веками мирно жили среди людей.

Рост магии изменил всё. Солнечный свет слабо влиял на вампиров, особенно на молодых, лишь ослабляя их силу. По мере роста магии усиливалось и воздействие солнечного света на них. В регионах с самой высокой магией солнечный свет мог даже сжечь их, как вампиров из кино.

Более опасными были долгосрочные эффекты. Вампиры обнаружили, что их потребность в крови растет, а их разум меняется. Они становились всё больше похожими на лордов-вампиров: властными, аморальными и жестокими. Поначалу это было не более чем перепады настроения, но постепенно вампиры превращались в холодных, бесчувственных хищников.

Когда лорды-вампиры впервые восстали, основная часть вампирского населения выступила против них. Встав на сторону людей, они стремились уничтожить лордов. Со временем ситуация ухудшалась по нескольким причинам. Одна из них заключалась просто в том, что люди не особо пытались различать хороших и плохих вампиров.

Люди, оставаясь людьми, гребли всех вампиров под одну гребенку. Определенные круги в СМИ и политике разжигали ненависть ради собственных целей, особенно в странах, где рост магии вызвал масштабные политические расколы. Внешний враг, на которого можно было указать пальцем, был именно тем, что им было нужно. Нюансы и сострадание — нет.

По мере того как магия продолжала расти, вампиры становились всё опаснее. Когда некоторые страны начали принуждать их к регистрации или даже загонять в лагеря ради общественной безопасности, у вампиров почти не осталось стимула вставать на сторону человечества.

Некоторые присоединились к лордам, позволив себе стать полноценными хищниками. Другие искали защиты в политических кругах, борясь за то, чтобы оставаться частью обществ, в которых они долгое время были тайными участниками. Они боролись со своей растущей хищнической натурой, хотя возросшая потребность в крови делала это трудным.

В конце концов, люди и вампиры стали несовместимы. Политическое примирение стало невозможным, поскольку вампиров сажали в клетки или даже казнили. Многие страны приняли законы, гласящие, что они не являются людьми и не имеют прав, что вызвало напряженность в отношениях со странами, где влияние имела Кабала.

Большинство оставшихся вампиров бежали в Европу. Многие страны, не желавшие помещать их в лагеря или убивать эскадронами смерти, депортировали их, умывая руки от этой проблемы. Другим приходилось бежать из всё более гнетущих условий, чтобы покинуть свои родные страны.

В Европе нашлись два лагеря, готовых принять вампиров. Одним из них была нация лордов-вампиров во главе с Элизабет, нуждавшаяся в подкреплении для войны с человечеством. Вампиры, которые изначально были против них, склонились к этому выбору из-за обращения с ними со стороны людей. Перемены, которые они претерпевали по мере роста магии, только облегчали этот процесс. Альтернативой был клан Асано. Это означало столкнуться с опасностями зоны высокой магии, но награда того стоила.

Многие, если не большинство, бегущих вампиров хотели вернуть то, что потеряли. Жизни, в которых они не были монстрами, порабощенными своей базовой натурой и постоянной жаждой крови. Только клан Асано предлагал это. Самый известный вампир клана, Крейг Вермиллион, выступил с открытым призывом, утверждая, что у них есть безопасное убежище. Многие не верили, но были достаточно отчаявшимися, чтобы прийти в любом случае. Лучше цепляться за тонкую нить надежды, чем быть полностью выброшенным за борт.

Домен духа во Франции, как снаружи, так и в его астральном пространстве, был свободен от вампиров. Население состояло из людей из клана Асано, жертв зон трансформации многих видов и посланников. Ангельские незнакомцы из другого мира были жертвами зон трансформации по-своему.

Домен в Словакии был меньше, и большинство людей там были беженцами войны вампиров. Большинство из них жили за пределами астрального пространства, в то время как вампиры жили внутри него. Снаружи высокий уровень магии приводил к тому, что дневной свет уничтожал любого вампира, попавшего под него. Внутри астрального пространства правила были другими. Это было место, которое подчинялось не магии Земли, а намерениям своего хозяина, Джейсона Асано.

Магия в астральном пространстве была даже сильнее, чем снаружи, но не была вредна для вампиров. Даже солнечный свет едва ослаблял их, а дни становились короче, поскольку астральное пространство медленно менялось, чтобы приспособиться к ним. Чем дольше они там проводили времени, тем больше перемены, вызванные магией Земли, начинали ослабевать. Голод уменьшался, хищническая ярость угасала, и их эмпатия возвращалась.

За годы, прошедшие с тех пор, как Руфус прибыл на Землю, словацкое астральное пространство стало единственным сообществом дружелюбных к людям вампиров, оставшимся на Земле. Остальные стали безжалостными и кровожадными, всякое сострадание, которое у них когда-то было, давно исчезло. Некоторые продержались дольше других, но все в конечном итоге либо нашли путь к клану Асано, либо потеряли себя окончательно.

Лагеря среди стран мира были закрыты, а их обитатели казнены. Вампиры, всё ещё скрывающиеся в человеческих обществах, были серийными убийцами, охотящимися за кровью. Многие действовали как агенты лордов-вампиров, в то время как другие были просто равнодушными и голодными.

Руфус стал выполнять множество важных ролей в клане Асано. Наряду с обучением принцессы клана Асано, он также завершил то, что начала Фарра, и установил комплексный режим тренировок для клана Асано. К счастью, домены и особенно астральные пространства, казалось, менялись, чтобы соответствовать потребностям живущих там людей.

Часть того, что было нужно Руфусу, уже была на месте и использовалась по его прибытии. За пределами городов в астральном пространстве магические проявления были чрезвычайно распространены. Чем дальше уходишь, тем сильнее встречающиеся монстры. Помимо того, что это была идеальная тренировочная площадка, это была ещё и сокровищница магических материалов. Камни и растения были пропитаны магией, а эссенции, камни пробуждения и квинтэссенция появлялись прямо вместе с монстрами.

Дополнительной задачей, за которую Руфус взялся с энтузиазмом, было участие в войне вампиров. Будучи самым могущественным бойцом ниже золотого ранга на планете, он быстро заработал репутацию того, с кем стоит сражаться плечом к плечу. Он игнорировал фракционную политику и присоединялся к любому, кто действовал с военных баз, которые клан Асано разрешил разместить на своих доменах и рядом с ними. Пока они сражались с вампирами и спасали людей из ужасных кровавых ферм, Руфус был полным энтузиазма участником.

Одной из групп, с которой он неоднократно сражался, были посланники. Это были не те молодые посланники, которые прибыли с Борисом и жили на территории клана. Это были посланники Кабалы, многие из которых жили столетиями или даже тысячелетиями. Они были самой мощной силой внутри Кабалы, и теперь они больше не скрывались.

Борьба с вампирами была одновременно демонстрацией силы и доказательством добрых намерений Кабалы. Однако Руфус никогда не находил, что они присоединяются к охоте на вампиров из холодных политических побуждений, по крайней мере, не полностью. Посланники, которых он встречал, казались полностью мотивированными на борьбу с вампирами как на моральное благо. Хотя в них определенно чувствовалась нотка высокомерия, они совсем не походили на посланников, вторгшихся в Паллимустус. Они были не намного хуже Джейсона в один из его самодовольных дней.

Их обладатели золотого ранга были особенно желанны в этих рейдах на территорию вампиров, причем сам Борис часто принимал в них участие. Вампиры золотого ранга были постоянной угрозой в таких экспедициях, и без своих обладателей золотого ранга всё могло легко закончиться трагедией.

Хотя фракции Сети предоставляли большинство ключевых сил для антивампирских операций, они неохотно задействовали своих обладателей золотого ранга. Это было скорее вопросом политики, чем риска. Знать, у кого сколько, было игрой, в которую фракции Сети играли друг с другом с момента раскола исходной Сети.

Борис был рад заполнить этот пробел. Он и его посланники, особенно золотого ранга, часто делали себя доступными для антивампирских операций. Это не сделало его любимцем высших эшелонов фракций Сети, но сделало его очень популярным среди рядовых бойцов. Они, даже больше, чем Руфус, стали очень желанными аутсайдерами.

Руфус совсем не завидовал Борису. В то время как Руфус сделал себе имя среди тех, кто вел войну с вампирами, Борис стал одной из самых известных фигур на планете. Он был самой заметной фигурой среди тех, кого СМИ всё ещё называли ангелами, и новым лицом Кабалы.

Кабала оставалась самой загадочной из фракций. У них было больше всего секретов, а их члены, казалось, сошли прямо со страниц фольклора и сказок. Это связывало их с системами верований мириад культур, усложняя их присутствие на мировой арене. Борису и его посланникам постоянно приходилось иметь дело с людьми, которые верили, что они ангелы Господни, несмотря на постоянные опровержения Бориса. Крупные религии продолжали избегать окончательных заявлений, несмотря на растущее давление.

У Руфуса было мало способностей разобраться в земной религии и ещё меньше желания. Там, где Бориса невольно втянули в положение крупной религиозной фигуры, Руфус не хотел ничего подобного. Он видел кое-что о группе, у которой были странные идеи насчет Джейсона, и определенно не хотел быть в это втянутым. Если бы они узнали хотя бы половину того, что творит Джейсон, они стали бы только хуже.

Руфус уже был более знаменит, чем хотел бы. Военные корреспонденты, прикомандированные к антивампирским силам, казались одержимыми им. Эми постоянно показывала ему статьи о таинственном воине из другого мира, сражающемся за скрытный клан Асано. Он находил утешение в том, что у Бориса дела обстояли гораздо хуже: от выступлений в ООН до встреч с Папой Римским.

Ещё одной задачей, за которую взялся Борис, было создание ферм духовных монет. Фарра оставила информацию о том, как это сделать, но имела лишь поверхностные общие знания из Паллимустуса. Она не была фермером духовных монет, и у жителей Земли эта задача шла не очень хорошо. Борис исправил это, помогая создавать фермы по всей планете. Это было ещё одно дело, которое так занимало посланника, что вызывало у Руфуса подозрение по одному поводу: почему Борис так часто посещает клан Асано?

У Руфуса был шанс спросить об этом по возвращении с совместной охоты на вампиров. Они успешно ликвидировали кровавую ферму, освободив запертых там жертв. Хотя жертвы были опустошены физически и морально, по крайней мере, они были живы. Не в первый раз он размышлял, что им мог бы пригодиться кто-то вроде его матери. Местные целители разума были адекватны, но всё ещё новы в магии и в том, что она может сделать с людьми.

Жертвы были эвакуированы в Англию, в то время как Руфус и отряд, с которым он работал, вернулись на базу в Словакии. Они высадились из транспортного вертолета прямо за демаркационной линией домена духа, и вертолет исчез. Он был вызван пользователем эссенции транспортного средства, что позволяло относительно безопасную транспортировку.

Руфус направлялся к стоянке, где мог взять машину, чтобы вернуться к центральной башне домена. Домен в Словакии занимал то, что изначально было сельской местностью, и не имитировал исходное пространство так, как домен в Сент-Этьене. Здесь облачные здания не скрывали свою природу, создавая небольшой, но откровенно магический город.

Борис приземлился неподалеку, добравшись обратно своим ходом. Посланнику не нужен был вертолет, когда его крылья могли толкать его сквозь воздух быстрее скорости звука. Что касается безопасности в количестве, он, вероятно, был самым могущественным существом на Земле. Он заметил, как Руфус бросил взгляд в его сторону, и подошел, уменьшаясь до человеческих пропорций, пока его крылья исчезали.

— Что-то тебя беспокоит, искатель приключений?

— Я задавался вопросом, почему ты проводишь здесь так много времени. Я бы подумал, что ты пытаешься переманить посланников, но они все во Франции, а ты продолжаешь прилетать в Словакию.

— Я не люблю лгать людям, — сказал Борис. — Это неэгантно, когда несколько удачно размещенных и совершенно правдивых фактов могут заставить их лгать самим себе. Я не хочу делать этого и с тобой, поэтому просто скажу, что есть секрет, который не мне раскрывать.

— Очень хорошо, — сказал Руфус, и они пошли вместе.

— Твоя главная подопечная всё ещё отказывается использовать ядра монстров? — спросил его Борис.

— Ты об этом слышал?

— Судя по всему, трудно не услышать, учитывая её крики во время споров с матерью.

— Её бабушка решила, что восемнадцать — это возраст, когда люди могут сами выбирать, участвовать ли в охоте на монстров. По мере приближения её дня рождения напряжение между ними усиливалось.

— А что насчет тебя? — спросил Борис. — Как учитель девушки, ты оказался меж двух огней?

— Эрика волнуется, но она не дура. Она понимает, что её дочь не остановить и что именно я буду обеспечивать её безопасность.

— Девушка действительно хочет сражаться с монстрами? Или она просто так долго протестовала против ограничений матери, что будет делать это из принципа?

— Это определенно фактор, но она хочет полностью овладеть своими способностями. Боюсь, мои предубеждения против использования ядер монстров повлияли на это.

— Ты настолько против них?

— Раньше был. Сейчас уже не так сильно, но я ловлю себя на том, что по привычке их принижаю.

— Ах, старые привычки. Они так легко могут вернуться и укусить нас. Например, если бы юная Эми была готова использовать ядра монстров, это не испортило бы её отношения с матерью. Похоже, вся эта ситуация может быть твоей виной.

— Это не так.

— Я не говорил, что это так.

— Хорошо, потому что это не так.

— Я просто сказал, что звучит так, будто это так.

— Ну, это не так.

— Технически, я не говорил, что это звучит так, будто это так. Я сказал, что это звучит так, будто это может быть так.

— Ты не мог бы прекратить? Это как разговаривать с Джейсоном.

— Скучаешь по своему другу?

— Не прямо сейчас, нет.

Борис тихо усмехнулся.

— Знаешь, я слышал странные слухи о её слиянии.

Руфус перестал идти и пристально посмотрел на него, затем полез в карман и активировал экран приватности. Он огляделся, заметив, что никто, кажется, не слушает. Было поздно, и люди вокруг базы были заняты делами.

— Я знаю, что ты слышишь много вещей, которые, возможно, не должен, Борис, но некоторые вещи тебе стоит держать при себе.

— О, брось, Ремор. Ты думаешь, что сможешь сохранить что-то подобное в секрете? Это фундаментальный сдвиг в природе космоса. Ты знаешь, что это должно быть результатом того, что затеял Джейсон.

— Ты этого не знаешь.

— Разве? Девушка получила неправильное слияние, Руфус. Обширное, мириадное и гармоничное должны были дать эссенцию единства. Но они этого не сделали, верно? Что она получила?

Руфус долго смотрел на Бориса, прежде чем ответить.

— Ты не знаешь?

— Ты хоть представляешь, как трудно получить информацию из клана Асано? Любое злонамеренное намерение — и твоя плоть начинает гнить. Я узнал то, что узнал, из любопытства и добрых побуждений.

— Вот как?

— Да. Так трудно поверить? Что я когда-либо делал, кроме как помогал тебе и людям, о которых ты заботился?

— Потратил миллиарды лет, обучаясь терпению и мастерству, чтобы манипулировать мной и людьми, о которых я забочусь.

Борис удивленно моргнул, а затем расхохотался.

— Не могу с этим поспорить. Ты мне нравишься, Ремор. Но ты мог бы так же хорошо рассказать мне её слияние. Оно всё равно выплывет наружу рано или поздно.

— Резонансное. Она получила резонансное слияние.

Борис кивнул.

— Логично. Похоже, оно должно быть в списке для такой комбинации.

— Какой список?

— Ну, ты поделился со мной секретом. Тем, который, я удивлен, продержался так долго, и определенно не продержится, как только она начнет сражаться с монстрами в команде. Но я всё равно поделюсь с тобой одним в ответ. Ты даже мог бы назвать их разными частями одного и того же секрета.

— О чем ты говоришь?

— Ты хоть понимаешь, что делает Джейсон? Последствия этого? Ты знаешь, что комбинации эссенций имеют только одно потенциальное слияние. Так было дольше, чем существует эта вселенная, что кажется вечностью для того, кому едва исполнилось три десятка лет. Но до того, как Космический трон был расколот, всё было иначе. Более гибко. Во многом, но то, как комбинировались эссенции, было одним из таких моментов. Когда-то давно комбинация эссенций могла давать разные слияния, от человека к человеку. У некоторых было больше вариантов, чем у других, но это никогда не было заблокировано на одном. Не до тех пор, пока трон не был расколот.

— И это изменило то, как работала магия?

— В некотором смысле. Космический трон был регуляторной мерой функционирования космоса. После того как они сломали трон, великие астральные сущности должны были предпринять шаги, чтобы поддерживать космический порядок в его отсутствие. Поскольку они не могли делать то, что делал трон, так, как делал это трон, им пришлось ввести ограничения. Некоторые остались незамеченными обитателями космоса. Другие были радикальными изменениями в том, как всё функционировало.

— Вроде того, что комбинации эссенций ограничены одним слиянием?

— И существованием жирафов. Я никогда не видел планеты со сложной жизнью, где не эволюционировал бы какой-нибудь вид жирафов. Я видел одного, который является земноводным. Их головы выныривают из воды, как телескоп на четвероногой подводной лодке.

— Мне кажется, мы очень далеко ушли от темы, — сказал Руфус.

— Верно, да. Итак, после раскола Небесная Книга заблокировала комбинации эссенций. Я понятия не имею, как это помогло, прежде чем ты спросишь. Функционирование космоса — это механизм, более сложный, чем может понять любой, кто не является великой астральной сущностью. Но если Джейсон восстановит трон, все эти ограничения будут сняты. Если я не ошибаюсь, он уже работает над этим, и эти ограничения уже начинают распадаться.

— Тогда почему мы не видим этого больше? — спросил Руфус.

— Если я прав, увидим. Изолированные инциденты, для начала. Вероятно, связанные с Джейсоном, если твоя маленькая ученица — хоть какой-то показатель. Великие астральные сущности должны были уже заметить.

— Что это значит для Джейсона?

— Понятия не имею.

Глава83 ОБЕЩАНИЕ ЗОЛОТА

Глава 83 ОБЕЩАНИЕ ЗОЛОТА

Руфус, Эрика и её муж Иан вместе направлялись к административному центру французского домена клана Асано. Нелепо смотревшаяся среди зданий Сент-Этьена, высокая пагода была слишком высокой и слишком азиатской, чтобы не выделяться. Она всё ещё была вдалеке, и трио решило прогуляться приятным летним вечером.

— Я лишь говорю, что нам нужно ослабить вожжи, прежде чем она их сбросит, — сказал Иан. — Ей девятнадцать лет, Эри. Взрослый человек.

— Только не в Америке. Там ей не разрешили бы пить, не говоря уже о том, чтобы сражаться с монстрами.

— За исключением того, что она была бы достаточно взрослой, чтобы пойти в армию и убивать людей, — отметил Иан.

— К тому же, — добавил Руфус, — программы обучения в США позволяют их пользователям эссенции сражаться с монстрами с шестнадцати лет.

— Я её мать, и мне не нравится, что она выходит и рискует своей жизнью, — сказала Эрика. — Это так сложно понять? Люди относятся ко мне так, будто я неразумна, когда всё, чего я хочу, — это чтобы мою дочь не разорвали когти какого-нибудь монстра.

— Конечно, это не неразумно, — сказал Руфус. — Но реальность такова, что столкновение с монстрами — это то, что ей сейчас необходимо делать. Когда дело доходит до пользователей эссенции, если вы не используете ядра монстров, риск — необходимая часть уравнения.

— Именно, — сказала Эрика. — У неё нет боевых способностей, и на столе есть другой вариант.

— Вариант, который не даст ей того, чего она хочет, — отметил Иан, как будто они не вели этот разговор уже дюжину раз. — Ты знаешь нашу дочь, Эри. Она не примет компромисс в своих амбициях, и она достаточно взрослая, чтобы делать свой собственный выбор сейчас. Наша работа — всех троих — направлять её через этот выбор настолько безопасно, насколько мы можем. Мне жаль, Эри, но пересмотр уже сделанных выборов только всё усложняет.

— Мы делаем всё, что можем, — сказал Руфус. — Не только для неё, но и для всех стажеров. Но я повторю снова: риск — это часть процесса. Управляемый риск, но он должен быть реальным, по крайней мере, для них.

— И если ты будешь продолжать давить на неё, она соберет вещи и уйдет, — отметил Иан. — Она достаточно взрослая, чтобы претендовать на свое собственное место в клане, и у неё определенно есть очки вклада. Она, по сути, профессор ритуальной магии, не говоря уже о том, что она исследователь магии. А потом есть проблемы, которые это создает тебе на работе. Ты отчитываешься напрямую перед своей бабушкой, что трудно делать, если отказываешься с ней разговаривать.

— Она не решает, как нам воспитывать нашу дочь.

— Но она решает, что взрослые могут делать по своему усмотрению, — сказал Иан. — На данный момент, Эри, я не уверен, выходит ли наша дочь туда, потому что хочет этого, или потому что ты не хочешь, чтобы она это делала. Она так же способна действовать из упрямства и злости, как ты...

Эрика пронзила мужа взглядом.

— ...знаешь, каким может быть её дядя, — поспешно добавил он.

Руфус держался на неловком расстоянии. Он не хотел выступать против матери Эми, но теперь, когда она сражалась с монстрами, он отвечал как за рост Эми, так и за её безопасность. Он знал, что Иан, если что, преуменьшал упрямство его дочери. Постоянное сопротивление Эрики запутывало мотивацию Эми, заставляя её фокусироваться на борьбе с монстрами больше, чем следовало бы. Эми, в конце концов, была прежде всего студенткой магии; противостояние монстрам должно было быть средством достижения цели.

Система тренировок клана Асано была хорошо отлажена. Эми проводила большую часть времени с материалами, которые прислали Клайв и Фарра, в чем Руфус был бесполезен. У Руфуса было больше времени для себя, и он всё чаще использовал его для сражений. Старый драйв возвращался, и он подталкивал себя, глядя вперед, на обещание золота.

Он проводил больше времени, охотясь на вампиров, работая с любым правительством или фракцией, организующими операции с территории клана Асано. Он также проводил время на границах астральных пространств клана Асано, где монстры были наиболее опасны. Он избегал многих монстров золотого ранга и даже убил двух из них в одиночку, когда условия были подходящими.

Руфус был вынужден признать, что его деятельность не помогает Эми. Получая такое удовлетворение от противостояния вампирам и монстрам в бою, он мало что мог сделать, чтобы отговорить её следовать его примеру. Но Руфус не собирался останавливаться в надежде подать другой пример. Его вылазки были не только ценными, у него был и более личный стимул.

Гэри не было уже много лет. Всё чаще печаль сменялась теплыми воспоминаниями, он вспоминал хорошие времена, а не конец. От него не ускользнуло, что именно этого хотел Гэри, поощряя Руфуса уйти. Руфус всё чаще думал об их днях приключений, особенно с самого начала.

В первые дни Гэри, Фарра и Руфус мечтали о том, какой будет их жизнь искателей приключений. Во многом Руфус сейчас жил той мечтой, которую они себе представляли. Становился сильнее; помогал людям на пути. Тогда они тяготились своими кураторами серебряного ранга, так же, как Эми тяготилась своей матерью.

Однако от него не ускользнуло, что, когда он и его друзья получили свободу, они на горьком опыте узнали, что на самом деле означает быть предоставленными самим себе. Пленение кровавым культом было тяжелым уроком, который едва не стоил им всего. Только прибытие Джейсона стало их неожиданным спасением, изменившим их жизни навсегда.

Гэри первым понял, что приключения — это не всё. Оглядываясь назад, Руфус понял, что его друг всегда это знал. Гэри всегда был мастером в душе, а не искателем приключений. Но он также был героем, поэтому он и погиб как искатель приключений.

Руфус был полон решимости не допустить, чтобы Эми постигла та же участь. Она демонстрировала вспышки смелости своего дяди, но не приняла эту жизнь так, как он. Джейсон так быстро втянулся в приключения, что во многом потерял себя, и ему потребовались годы, чтобы найти себя снова. У Эми тоже был драйв, но магия была её неизведанной страной для исследования.

Клайв и Фарра были образцами для подражания, которых Руфус хотел для Эми. К счастью, они оба оставили клад записей, чтобы подтолкнуть Эми. Проблема была в том, что Эрика угрожала направить Эми на курс, который гнался за Джейсоном, а это привело бы только к катастрофе. Не каждый может продолжать возвращаться с того света.

Руфус не винил Эрику. Каждый хороший родитель прокладывает курс для своих детей, сознательно или нет. И все они борются с тем, когда и как позволить своим детям отклониться от этого курса. Знать, как и когда позволить детям найти свой собственный путь вперед, было нелегко.

Увидев теперь два мира, Руфус чувствовал, что Паллимустус был слишком безрассуден со своими детьми. Земля всё ещё искала свой путь, но он беспокоился, что она слишком склоняется к осторожности. Это было особенно верно для наций, привыкших к богатству и безопасности. Они обманывали себя тем, что мир десятилетней давности будет продолжаться лишь с несколькими изменениями от роста магии. Те, кто видел кровавые фермы вампиров, не питали таких иллюзий.

— Руфус?

Он очнулся от своих мыслей на обращение Эрики.

— Прости, — сказал он. — Ты меня о чем-то спросила? Мои мысли были в другом месте.

Даже он не был застрахован от самоуспокоенности. Безопасность территории клана делала его мягким. Он никогда не был бы таким невнимательным на открытой местности там, на Паллимустусе.

— Мы интересовались насчет того, чтобы Эми создала более постоянную команду, — сказал Иан. — Эрике было бы спокойнее, если бы у Эми были надежные спутники рядом.

— Хорошие спутники — это, действительно, самая ценная вещь, которая может быть у искателя приключений, — сказал Руфус. — Но Эми — не искатель приключений. У неё не должно быть постоянной команды, потому что это только склонило бы её выходить чаще. Что нам нужно прямо сейчас, так это чтобы она нашла правильный баланс. Постепенное улучшение со временем. И прости, Эрика, но Иан прав: чем больше ты давишь в одном направлении, тем больше твоя дочь будет тянуть в другом. Но твои опасения тоже обоснованы, Эрика. Эми — не искатель приключений. У неё нет набора сил или менталитета, чтобы сделать охоту на монстров своей постоянной работой. Она не её дядя, она никогда им не будет, и обе эти вещи — хорошо. Проблема в том, что она ведет себя как он.

— Тогда что нам делать?

— Вы оба здесь правы, — сказал Руфус. — Эми слишком сосредоточена на том, чтобы выходить и сражаться с монстрами, до такой степени, что это мешает учебе, которая более важна для того, что она хочет даже для себя. И многое из этого происходит потому, что она бежит от тебя, Эрика. От твоего естественного и совершенно понятного желания обезопасить свою дочь. Но «совершенно понятное» не всегда включает подростков, когда дело доходит до того, что люди говорят им, что они могут, а что нет. Это тоже естественно. Это возраст, когда они могут и должны раздвигать границы того, кто они есть и что они могут делать.

— Это не то же самое, что поддаться давлению сверстников и начать курить сигареты, — сказала Эрика. — Это вопрос жизни и смерти.

— Да, — согласился Руфус. — Роль взрослых в её жизни всегда заключалась в том, чтобы направлять её, не просто к безопасности, но к пониманию того, как обезопасить себя. Это не изменилось со времен, когда в этом мире не было магии. Мы просто работаем с более узкими полями допуска сейчас. Вызовы те же, но последствия больше. Эту перемену трудно принять, но отказ сделать это в долгосрочной перспективе причинит только больший вред.

— Значит, я позволяю ей убежать и сражаться с любым чудовищем, которое приковыляет? В то время, когда домен становится всё более нестабильным?

— Нет, — сказал Руфус. — Я не вмешивался в этом отношении, и, возможно, пришло время это изменить. Эми не нужно говорить, чего она не может делать; ей нужно понять границы того, что она может. И нам нужно принять, что эти границы будут расширяться. Иногда в места, которые нам могут не понравиться.

— Что ты предлагаешь? — спросил Иан. — С практической точки зрения?

— Во-первых, — сказал Руфус, — мы втроем должны сесть и обсудить, какими, по нашему мнению, должны быть границы Эми. Тебе не понравится этот разговор, Эрика. Затем мы проведем ту же дискуссию с твоей дочерью. Ей этот разговор тоже не понравится. Но где-то там мы найдем баланс.

— А если она захочет просто постоянно сражаться с монстрами, исключая всё остальное? — спросила Эрика.

— Она слишком умна, чтобы продолжать это долго, — сказал Руфус. — Вы оба это знаете. Я подозреваю, что большая часть вашего разочарования — это ожидание того, что она сделает выбор, который, как вы знаете, она неизбежно сделает. Чтобы помочь этому, я предлагаю начать изучать другие формы образования. Вещи, которыми она должна заниматься в любом случае, и которые отвлекут её от бесконечной охоты на монстров.

— Например? — спросил Иан.

— Путешествия, — сказал Руфус. — Она не покидала этот домен с тех пор, как уехал Джейсон. Пришло время позволить ей увидеть мир.

— Это может напугать меня больше, чем монстры, — сказал Иан. — Когда она увидит мир, мир увидит её, а большая его часть недружелюбна к нам. Не к нашему клану и не к нашей семье.

— Просто посмотрите, что австралийское правительство сделало с Деревней Асано, — сказала Эрика.

— Даже внешние силы, которые якобы поддерживают нас, будут проблемой, — сказал Иан. — ООН постоянно подталкивает нас делиться ресурсами и знаниями, и они не погнушаются использовать болевые точки.

— И это ещё разумные из них, — сказала Эрика. — Что сделают те сумасшедшие поклонники Джейсона, когда узнают, что его племянница бегает без защиты домена?

— Вы не можете вечно укрывать её, — сказал Руфус. — Речь идет о том, чтобы подвергнуть её управляемому риску. Это мир, с которым придется иметь дело вашей дочери. Вы собираетесь ждать десятилетиями, пока она не достигнет золотого ранга, прежде чем выпустите её из этого города?

— Мне нравится этот план, — сказал Иан. — Кого нам следует отправить подальше, так это всех мальчиков её возраста. Или близкого к её возрасту. Особенно симпатичных. Дорогая, почему ты смотришь на меня так?

— Это то, как я звучала? — спросила Эрика Руфуса, жестикулируя в сторону мужа.

— Нет, — сказал Руфус. — Ты гораздо страшнее. В остальном, в некотором роде, да.

Эрика сделала глубокий вдох и выдохнула с полурычанием.

— Ты не была неправа, — сказал Руфус. — Все твои опасения были обоснованными. Ты просто зашла слишком далеко с правильными чувствами и правильными идеями.

— Пока они не стали неправильными, — уточнил Иан. Эрика и Руфус оба остановились, чтобы уставиться на него.

— Я снова сказал что-то не то, да? — спросил он.

— Как этот человек убедил тебя выйти за него замуж? — спросил Руфус.

— Я, честно говоря, не помню.

— Это был сексуальный костюм медсестры, — сказал Иан.

— Он заставил тебя надеть сексуальный костюм медсестры? — спросил Руфус Эрику.

— О, это была не я, кто его надел, — сказала Эрика.

— Думаю, мы только что дошли до той части разговора, в которой я не хочу участвовать, — сказал Руфус и снова направился к высокой пагоде.

Джейсон возродился посреди дороги, голый, как Терминатор. Согласно правилам, бесконечная орда монстров прорвалась мимо обороняющихся великих астральных сущностей и хлынула вперед. Джейсон не обращал внимания, опустившись на колени и схватившись за голову. Когда его силу воли сбривали, ломтик за ломтиком, это было мучительнее, чем он мог себе представить. Вначале это было терпимо, но это было годы назад. Теперь это соперничало с нападением на его душу Строителя.

— Возможно, это был не лучший план, — прохрипел он про себя.

Он издал рычание, заставляя себя встать на ноги. Он выхватил пару боксеров из воздуха и натянул их, прежде чем его мантии и плащ проявились вокруг него. Только тогда он поднял глаза на приближающуюся волну сосудов-монстров, каждый из которых содержал безымянную великую астральную сущность.

Он протянул руку, и его меч прилетел туда, где он упал, прибыв покрытым кровью, пройдя сквозь монстров, чтобы достичь его. Он шлепнулся ему в руку, и он пошел вперед, не торопясь, к стене разъяренной плоти, несущейся на него. Он наблюдал, как они приближаются, пока солнце опускалось за горизонт, заливая мир золотом.

Глава84 ДРУГИЕ ПРАВИЛА

Глава 84 ДРУГИЕ ПРАВИЛА

Астральные пространства, принадлежащие клану Асано, были присоединены к Земле, оставаясь при этом отдельными, как искусственная конечность. Они действовали по своим собственным правилам, особенно в отношении магии. Внутри городов, которые были сердцем каждого астрального пространства, и физика, и магия были стабильными, сбалансированными и надежными. За высокими стенами стабильность и надежность было труднее найти. Чем дальше уходишь от стен, тем сильнее и менее предсказуемыми становились вещи.

Биомы могли меняться на очень коротких расстояниях: душные джунгли сменялись сухой как кость пустыней. Ландшафт также мог полностью отличаться от земных норм, с причудливыми и кажущимися невозможными условиями. Ледяные лабиринты вились через озера, которые дымились от жара. Небесные поля, где гравитация не имела власти, имели облака, которые выпускали порывы ветра, чтобы перелетать с одного облака на другое.

Эми и команда соклановцев только что прошли через одну из самых используемых тренировочных площадок для бронзового ранга клана. До прибытия Руфуса бронзовый ранг не считался стажерами, но теперь только серебряный ранг считался окончанием программы обучения. В клане росло число людей, достигающих этой стадии, но пока не было ни одного обладателя золотого ранга.

Тренировочная площадка представляла собой широкую долину с постоянно меняющимся ландшафтом. Она постоянно продувалась ветрами, и каждые несколько часов этот ветер приносил туман, который накрывал долину. Когда туман проходил, ландшафт претерпевал колоссальные изменения. Зима могла смениться летом, снег и голые деревья превращались в густые заросли. Это могло сделать ландшафт совершенно чуждым, с возвышающимися грибами вместо деревьев или парящими островами, с которых низвергались водопады.

Туман также оставлял свежую волну монстров с каждым прохождением. Бронзовый ранг и адаптация к местности, их разнообразие и регулярное пополнение делали их идеальными для тренировок. Стажеры начали называть это «долиной-испытанием», так как от них ожидалось, что они пройдут путь от одного конца до другого.

На дальней стороне долины была сладкая награда в виде приятной и относительно безопасной зоны для отдыха. Это был регион холмистой местности, цветущих лугов и приятных бризов. Монстры были редкими и в основном железного ранга, с редким представителем бронзового ранга среди них.

Группа Эми выбралась из долины, выглядя и чувствуя себя измотанной. Они думали, что были в безопасности часами ранее, только чтобы попасть в поздний порыв тумана. То, что он оставил после себя, было долиной, полной монстров-растений; ничему живому нельзя было доверять. Деревья выпускали голодные лозы, и даже трава под ногами выпускала лезвия без предупреждения.

Окровавленная, грязная и уставшая, группа стажеров бронзового ранга выбрала холм с хорошим обзором и поплелась вверх. Лидер, Лорен, назначила одного члена следить, пока Эми устанавливала массив предупреждающих ритуалов. Остальные счастливо повалились в мягкую, густую траву.

Группа была полуслучайным собранием. Руфус был в целом против того, чтобы стажеры формировали постоянные команды, пока они не достигнут серебряного ранга. Он считал, что разные условия тренировок и реальный боевой опыт оправдывают другой подход, нежели на Паллимустусе. К клану Асано не хватало людей, чтобы позволить своим стажерам испытать такой широкий спектр стилей, прежде чем осесть в командах. Была потенциальная возможность совместных тренировок с другими фракциями, но это оставалось политически сложным.

Эми ходила по вершине холма, рисуя магические диаграммы, которые задерживались в воздухе. Она вычерчивала их пальцем, который оставлял следы бледно-голубого света после каждого взмаха и завитка руки. Мальчик, назначенный дежурным, следовал за ней. Он был почти на два года моложе, его родители позволили ему столкнуться с монстрами с более раннего возраста, чем родители Эми.

— Уилл, ты должен следить за нашим окружением, а не за мной, — отметила Эми. Она не остановилась и не повернулась от своей работы, когда упрекнула его. Её слова не отвлекли его внимания.

— Так, э-э, эй, — сказал он.

Эми сделала паузу ровно настолько, чтобы закатить глаза и вздохнуть, прежде чем возобновить работу.

— У тебя есть работа, Уилл.

— Твои магические заклинания поймают всё, что подкрадывается к нам.

— Мои «магические заклинания» ещё не закончены.

— Я уверен, что всё в порядке.

— Не должен быть.

Уилл издал неловкий смешок, прежде чем попробовать другой подход.

— Ты всё ещё работаешь над той штукой, кубиком Рубика?

— Это не кубик Рубика, Уилл. Я уже объясняла это раньше.

— Он выглядит как кубик Рубика.

— А ты выглядишь так, будто мог бы проявить базовый уровень компетентности. И всё же, когда тебя ставят на дежурство, единственное, за чем ты следишь, — это я. Если ты хочешь привлечь моё внимание, Уилл, то, что я нахожу привлекательным, — это интеллект и компетентность. Поскольку одно из них явно не обсуждается, я предлагаю тебе очень усердно поработать над компетентностью. Тебе ещё далеко до этого.

Выражение лица Уилла сменилось на гримасу в сторону молодой женщины, которая даже не удосужилась посмотреть на него.

— Тебе не обязательно быть такой...

— Достаточно, — рявкнула Лорен, которая сердито поднялась на ноги. Она подошла к Уиллу, одарив его взглядом гораздо более свирепым, чем его собственный.

— Уилл, если хочешь увидеть, как выглядит стервозность, продолжай подкатывать к людям вместо того, чтобы делать свою чертову работу. Ты хоть понимаешь, что мы все слышим твои нелепые попытки подкатить к принцессе, да?

Уилл огляделся, увидев, что остальные члены группы смотрят на него с того места, где они лежали на траве. Он внезапно вспомнил, что он единственный парень в группе.

— Да, — сказала Лорен, читая его выражение лица. — Здесь ты не получишь много сочувствия. Мы все слышали, как ты хвастался друзьям о том, что «строишь гарем» после того, как группы были распределены.

— Это была просто шутка.

— И мы все нашли её уморительной. А теперь попробуй посмотреть в ту сторону, откуда монстры действительно могут прийти.

Лорен подошла к Эми, пока та работала, медленно двигаясь вокруг холма, по мере того как всё больше кругов вычерчивалось в воздухе.

— Не беспокоишься, что это перебор? — спросила Лорен.

— Лучше иметь это, чем нет, — сказала Эми, а затем понизила голос. — Спасибо.

— К этому тебе придется привыкнуть. Особенно если ты собираешься так реагировать. Ты отпугнешь нормальных и оставишь только тех, кто хочет расколоть ледяную принцессу.

— Мне не нравится, когда меня так называют.

— Ну, терпи. Когда вернется твой дядя, Принцесса Земли — это именно то, кем ты будешь.

— Дядя Джейсон не собирается завоевывать Землю.

— Думаешь, это имеет значение? Посмотри на инструктора Ремора. Он заставляет каждого нашего серебряного ранга выглядеть смешно. А что будет, когда он достигнет золотого ранга? Теперь подумай, что произойдет, когда он повысит ранг, а твой дядя прибудет с дюжиной таких же, как он.

Боевые ритуалы были необычны на Паллимустусе и неслыханны на Земле. Требовались специализированные способности эссенции, чтобы сделать боевые ритуалы вообще жизнеспособными, и они были, как известно, громоздкими. Эми была буквально единственным человеком на Земле, способным использовать их, благодаря её обширным тренировочным записям. Фарра предсказала, что Эми получит правильные силы, и убедилась, что Клайв предоставил много поддержки. Как один из редких пользователей боевых ритуалов, он смог предоставить часы полезных обучающих видео и горы материалов для чтения.

Ритуальные круговые щиты Эми были самым совершенным выражением её усилий по эффективному использованию боевой магии. Они были умеренно сильными сами по себе, и она могла перемещать их, чтобы защитить себя или свою команду по мере необходимости. Она использовала несколько ритуальных щитов одновременно, каждый немного отличался от других.

Щиты работали по основному принципу всего набора сил Эми: синергия. Когда они складывались в определенных последовательностях, они получали дополнительные эффекты. Они могли стать сильнее против определенных форм атаки или наносить различные формы ответного урона. Самая сильная конфигурация была также самой простой: складывание щитов в стопку.

Благодаря складыванию щитов, атаке нужно было не только пройти через них все, но и каждый щит увеличивал силу остальных. Это имело значение, когда они неожиданно столкнулись с монстром серебряного ранга, когда Эми и её команда всё ещё были бронзового. Мантикора была зверем серебряного ранга с телом льва и хвостом скорпиона.

Широким жестом рук Эми отправила все свои ритуальные щиты, чтобы они встали между Лорен и монстром. Они встали на место за мгновение до того, как монстр выстрелил шипом из своего хвоста.

Эми не видела снаряд. Она только услышала треск выстрела, когда он преодолел звуковой барьер. Стопка щитов разлетелась, как стекло, и Лорен отбросило назад, словно схваченную невидимым гигантом. Её отшвырнуло по почти плоской траектории, прежде чем она наконец ударилась о землю, прыгая по ней, как камень.

Эми позволила себе смотреть лишь мгновение, прежде чем оторвать взгляд. Мантикора уже двигалась, бросаясь на Уилла. Он использовал свою самую сильную защитную способность, Бункер, и был окутан металлоусиленным камнем. Никто из группы не смог даже поцарапать его на тренировках, но львиноподобная мантикора разрывала его, как собака, роющая задний двор.

Эми уже использовала другую способность. Консолидация маны была заклинанием, которое собирало нестабильные элементы в окружающей мане, например, из коллекции разбитых ритуалов, и делало их источником энергии для последующей магии. Вбирая силу своих разбитых щитов, она вытянула самую мощную атаку, которую могла собрать. Это было не быстро, но её не атаковали, и ничего другого у неё не было, что могло бы хотя бы поцарапать монстра серебряного ранга.

Она рисовала один круг за другим, все плотно упакованные вместе. Обычно это привело бы к тому, что они мешали бы друг другу, и все они разрушились бы. Вместо этого они работали в гармонии, резонируя друг с другом, чтобы усилить магию, которую она в них вливала. Она продолжала, за пределами любого уровня, который пробовала в прошлом. Она создала больше ритуальных кругов и влила в них больше силы, генерируя матрицу, которая гудела от магической энергии.

По мере того как она продолжала работать, её кожа начала гореть от энергии, которую излучала матрица. Ритуальные круги начали дрожать, доведенные до предела и за его пределы. Только тогда она наконец высвободила силу. Её заклинание Матричный луч высвободило поток магии шире, чем она сама, и слишком ослепительно яркий, чтобы смотреть на него.

Когда свет угас, Эми увидела, что луч оказал воздействие на мантикору. Большая часть шерсти исчезла, и были обожженные участки кожи. Бункер рядом с ней также был частично расплавлен, наконец-то поврежденный способностью бронзового ранга. Несмотря на то, что монстр был поврежден лучом, он не выглядел существенно пострадавшим. Что он выглядел, так это злым, когда повернулся к источнику своих свежих травм. Он отвернулся от бункера, ускорившись за несколько шагов, прежде чем прыгнуть на Эми.

Она едва успела среагировать, когда увидела, что мантикора бросилась на неё. Её уклонение было слишком медленным, а щиты были разбиты, даже если бы она их не убрала. Когда монстр достиг её в размытом движении, она закрыла глаза, ожидая конца. Несколько кусков плоти ударили её на скорости, и она споткнулась, упав на землю.

Она открыла глаза, когда больше кусков плоти упало в траву вокруг неё. Это были куски мантикоры, примерно кубические, с боками, обжаренными, как мясо для барбекю. Запах горелой плоти был едким, проникая в её ноздри. Это было не мясо, пригодное для употребления.

Она встала и огляделась в поисках Руфуса. Он стоял на коленях над Лорен вдалеке, вливая зелье в рот девушки без сознания. Она поспешила присоединиться к ним, видя, что тело Лорен светится изнутри красным светом. Руфус медленно вытаскивал свирепо зазубренный шип из того места, где он застрял у неё в животе, а её тело заживало вокруг него.

— Руфус...

— Инструктор Ремор, — прорычал он с такой свирепостью, какой она никогда от него не слышала. — Сегодня, стажер Эванс-Асано, ты называешь меня Инструктор Ремор.

Возвращаясь в город на вызванном вертолете, Эми снова взглянула на Лорен, сидящую напротив. Девушка была полностью исцелена, Руфус использовал зелье, которое принес с собой из другого мира. Оно было не просто высокого ранга, но и высокого качества, превосходящее всё, к чему земная алхимия даже близко не подошла.

Лорен смотрела в сторону Эми, но явно не видела её, охваченная шоком. Эми не могла видеть своего собственного лица, но догадывалась, что она такая же бледная. Она всё ещё дрожала после американских горок эмоций, когда адреналин начал спадать. У неё всё ещё был адреналин, так как она не была достаточно высокого ранга, чтобы трансмутировать своё тело в более магическое. Даже при усердных тренировках она могла зайти лишь так далеко без повышения ранга или получения форы, как, например, будучи пришельцем из другого мира.

После того как команда приземлилась, их отправили по домам к родителям. Каждый настаивал, что они взрослые в то или иное время, но сегодня они снова были детьми, нуждающимися в комфорте дома. Родители Эми были не исключением, тревожно ожидая на вертолетной площадке. Эми наполовину ожидала «я же говорила» от своей матери. Но всё, что она увидела, — это страх, и всё, что она получила, — это самые свирепые, самые теплые объятия в её жизни.

Той ночью Руфус стоял над Эми, когда она сидела на диване в своей гостиной. Он нависал над ней так, как никогда раньше не делал.

— Я знаю, что Лорен была главной, — сказал он ей. — Но мы оба знаем, что ты не похожа на других стажеров. Что для тебя существуют другие правила. Не только из-за того, кто твоя семья, но и из-за того, кто ты есть. У тебя таланта на дни вперед, с лучшим обучением и большими ресурсами, чтобы отточить его, чем кто-либо на этой планете когда-либо наслаждался. Когда-либо. Всё, что меньше исключительного от тебя, — неадекватно, и ты оправдывала это на каждом шагу.

Он прошелся по комнате и обратно, взволнованный. Она знала, что он не пьет кофе, но он выглядел таким дерганым, как будто только что выпил два кофейника.

— Ты не похожа на других, — сказал он снова. — Нравится тебе это или нет, справедливо это или нет, ты другая. Твоему дяде пришлось усвоить ответственность, которая приходит с этим, и теперь тебе тоже придется.

— Руфус...

— Это не разговор, — сказал Руфус. — У нас будет много таких, и я буду сочувствовать тебе тогда, но прямо сейчас я слишком чертовски зол. Сколько раз мы тебя предупреждали? Ты слышала об опасностях больше, чем кто-либо. Мне плевать, чья это была идея — зайти дальше, чем вам сказали. Ты — это ты. Если бы ты сказала «нет» и придерживалась этого, они бы послушались, независимо от того, кто был назначен лидером команды. Ты это знаешь, и я это знаю. Была ли это твоя идея изначально или ты просто позволила этому случиться, в твоих силах было это остановить.

Он провел руками по бокам головы.

— Ты не единственная, кто получит этот разговор, — продолжил он. — Я навещу каждый дом каждого члена той команды, и я объясню каждому из них, какими колоссальными идиотами они были. Какое одно правило я вбил в тебя, больше, чем любое другое? Первый приоритет?

— Оставаться в безопасности, — нерешительно сказала Эми.

— ОСТАВАТЬСЯ В БЕЗОПАСНОСТИ! — взревел Руфус. — Это то, что я никогда не мог вбить в голову твоему дяде. Он всегда делает жертвенный ход, всегда идет на победу. Но он тоже другой. Как и ты, правила для него другие. Вселенная, кажется, из кожи вон лезет, чтобы сохранить ему жизнь, а потом возвращает его, когда этого не происходит. Может, ты похожа на него. Может, ты всегда выберешься в последнюю минуту или найдешь способ вернуться с того света. Он всегда это делает. Но это не работает так для остальных из нас. Мы сражаемся рядом с Джейсоном, но когда мы попадаем в драки между богами, когда мы жертвуем...

Он вытер слезы с глаз и отвернулся. Эми сидела в неловкой, напуганной тишине, не зная, что делать. Наконец, Руфус подошел к креслу и сел, согнувшись, обхватив голову руками. Когда он заговорил, его голос был мягким и тихим.

— Я однажды сказал твоему дяде, сразу после того, как мы встретились, что у него есть шанс переделать себя в того человека, которым он хочет быть. Ты очень похожа на него. Щедрая. Верная. Эгоцентричная, высокомерная. Слепая к тому, как то, что делает тебя особенной, ранит людей вокруг тебя, которые таковыми не являются. Он умен, а ты намного умнее, но вы оба глупы одинаково. Поэтому теперь я скажу тебе то, что сказал ему: сейчас время для тебя решить, кем ты собираешься быть. Ты не собираешься быть им, несмотря на сходства. Думаю, ты усвоила это сегодня. Или вспомнила, может быть.

— Руфус, я...

— Не надо. Он действует, прежде чем подумает. Если уж на то пошло, будь другой, чем он, в этом. Остановись. Подумай. С этого момента для тебя всё изменится. Ты получишь право голоса в некоторых вещах, а в некоторых — нет. Я запрещаю все экскурсии стажеров за стену на данный момент, так что у тебя будет время подумать. Чтобы заняться другими вещами.

Он испустил долгий вздох, наконец посмотрев прямо на неё.

— Быть особенной означает, что у тебя есть обязанности, Эми. Нравится тебе это или нет, это просто то, с чем тебе придется жить, и я знаю, что это нелегко. Твой дядя и я оба были повреждены этим, и ты это видела.

— С ним. Не с тобой.

Руфус кивнул.

— Я занимаю положение в своей семье, очень похожее на то, которое ты занимаешь в своей. Я никогда не говорил об этом с тобой, и, возможно, это было ошибкой. Я знаю, каково это — чувствовать давление. Видеть, как мои друзья получают травмы, и понимать, что я мог бы остановить это, если бы сделал лучший выбор. Когда к тебе относятся по-особенному, все ожидают, что ты будешь соответствовать этому. Быть лучшей. Я сам оказывал на тебя такое же давление. Но это нормально — проигрывать иногда, даже когда ты лучшая. Это нормально — иногда не дотягивать. Даже лучшие всегда могут стать лучше. Я сказал, что ты высокомерная, но ты и в подметки не годишься мне, когда я был в твоем возрасте.

Он встал и одарил её усталой улыбкой.

— В другой раз спроси меня о моем друге Кеннете и его эссенции утки. А пока проведи время со своей семьей. Ты будешь спать как убитая сегодня ночью, поверь мне.

Он направился к двери и остановился, оглянувшись.

— Некоторое время охоты на монстров не будет, — сказал он, — но приближаются другие возможности. Для тебя и некоторых других стажеров. Мы поговорим об этом скоро.

— Руфус?

— Да?

— Как Лорен?

— Физически она в порядке. Что касается остального, пока слишком рано говорить. Она перенесла жестокую атаку, которую не могла остановить. Ей бы пригодился хороший друг, который понимает, что с ней случилось.

Эми кивнула.

— Ты понимаешь, что, вероятно, спасла ей жизнь, верно? — спросил Руфус. — Твои щиты не могли остановить такую мощную атаку серебряного ранга, но ты, скорее всего, превратила её из смертельной в почти смертельную. Хорошая работа, стажер.

Он выскользнул за дверь, и её родители вошли оттуда, где они бесстыдно подслушивали. Они присоединились к ней на диване, заняв по бокам и заключив её в коллективные объятия.

— Твоя мать должна была остановить меня от входа, — сказал Иан. — Мне не понравилось, как он с тобой разговаривал.

— Это был разговор не учителя с учеником, — сказала Эми. — Это был разговор командира с подчиненным.

— Вот почему мне это не понравилось.

Глава85 НАДЕЖДЕ НУЖЕН ТОЛЬКО ШАНС

Глава 85 НАДЕЖДЕ НУЖЕН ТОЛЬКО ШАНС

Джейсон вышел из тени монстра, его клинок уже мерцал в воздухе. Вокруг него море монстров замедлялось и умирало под воздействием его недугов. Это не сильно уменьшило их общее количество, так как, подобно Джейсону, они просто возрождались. Однако он был удовлетворен тем, что заставлял их возрождаться, вместо того чтобы бороться только за то, чтобы остаться в живых.

Это чувство силы подошло к концу, когда прибыл Мировой Феникс. Её супергеройское приземление вызвало кольцо огня, которое расширилось в мгновение ока, испепеляя всё на своем пути. Оно превратило большой круг её собственных сил в пепел, который разносился ветром, поднятым жаром.

Джейсон также попал в него. Его амулет накопил мощную стопку щитов, по одному на каждый недуг, доставленный армии монстров. Даже так, огонь сжег их все, вместе с кровавой мантией Джейсона, чтобы опалить его плоть до черноты. Все стопки щитов были преобразованы в исцеление по мере их потребления и добавлены к уже значительной регенерации Джейсона. Его плоть и кожа отросли заново, как и его мантия.

Мировой Феникс не сдвинулась с того места, где приземлилась, массивные крылья огня поднимались с её спины. Монстры также не нахлынули обратно, чтобы заполнить пустое пространство. Они не были бездумными скотами, а сосудами для безымянных великих астральных сущностей, и не были настолько глупы, чтобы снова войти в зону взрыва. Это оставило Джейсона и Мировой Феникс смотреть друг на друга на импровизированной арене, окруженной монстрами.

Мировой Феникс выглядела как герой по сравнению со злодеем Джейсоном. Она была одета в свободную белую одежду, окрашенную в оранжевый и желтый цвета. С её массивными крыльями огня она обладала свирепой красотой ангела мщения. Жар от её пылающих крыльев взбудоражил воздух, заставляя её длинные рыжие волосы танцевать вокруг головы.

Джейсон был зловещей фигурой в своем плаще пустоты и мантиях цвета засохшей крови. Его туманные глаза смотрели из темного капюшона, который скрывал его черты, и вонь горелой плоти висела вокруг него. Они стояли, не двигаясь, в то время как битва бушевала вокруг них, но не сближались. В шторме насилия они стояли в жутко спокойном оке.

— Почему ты борешься? — спросила Мировой Феникс. Трюк с аурой позволил её голосу перекрыть звуки безудержной магической войны.

— Разве борьба — это не главная цель? — спросил Джейсон, копируя технику проецирования голоса.

— Сдайся, пока у тебя ещё есть сила воли, чтобы сохранить свой разум и личность нетронутыми. Мне нет нужды разрывать их на части, если ты не заставишь меня.

— Заставлю тебя? Леди, это ты вторглась в мою душу; я не просил тебя приходить сюда. Зачем ты вообще это делаешь? Ты знаешь цену оставления трона в том виде, в каком он есть. Что ты получаешь от этой борьбы?

— Ты думаешь, что раскол — это такое древнее событие, предшествующее вселенной, которая выплюнула тебя. В космическом масштабе ты, твоя вселенная и этот новый Строитель — ничто. У астрала нет своего времени. Мы отмечаем течение событий, используя жизнь и смерть вселенных, как тиканье часов. Часов более сложных, чем твой разум когда-либо сможет постичь, даже когда ты станешь астральным королем. Астральные короли — это дети, с разумом, всё ещё застрявшим в смертных способах мышления. Со временем они, возможно, научатся постигать вечность. Пока что даже старейшие из них слишком молоды для того, чтобы это произошло.

— Ну, это был отличный монолог, — сказал Джейсон. — Мне не понравилось, что моя космическая незначительность была центральной темой, но я могу оценить усилия. Это было экспромтом, или ты репетировала это в своей голове, пока сражаешься со мной и своими друзьями? Должен сказать, однако, твой центральный тезис немного подрывается тем, что ты искала меня. Не один раз, на данном этапе. Я имею в виду первый раз, конечно. Ты дала мне жетон и позволила идти своей дорогой. Ещё одна пешка на твоей очень большой и сложной доске. Но в этот раз ты пришла ко мне. Ты играешь на моей доске. Говорить мне, насколько я незначителен, когда вы все пришли в мой дом, звучит фальшиво. Также, ты не единственная, кто может монологать. Может, я и не могу сравниться с тобой в бою, но если ты хочешь битву мелодрам, это совсем другая история.

— То, что твоя душа является местом этого конфликта, не имеет никакого значения, — сказала Мировой Феникс. — Мы, великие астральные сущности, — это те, кто имеет значение. Когда мы ступаем по грязи, грязь не становится освященной от нашего прохождения.

— Я почти уверен, что многие религии не согласятся, но я приму это как весомый контраргумент.

— Тебе не хватает способности постичь всё, что произошло за огромный промежуток космоса. Раскол — это древнейшее событие, о котором ты знаешь, но для нас оно так же недавнее, как прошлая неделя для тебя. Я не могу объяснить, насколько ты ограничен, потому что ты слишком ограничен, чтобы понять. Ты настолько прост, что думаешь, что время и пространство — это разные вещи.

— Да, я так и не добрался до той книги Стивена Хокинга, которую подарила мне бабушка на день рождения. Но твоя точка зрения ясна. Есть только столько способов объяснить, что ты очень большая, а я очень маленький, прежде чем мотив становится повторяющимся. Звучит так, будто ты пытаешься заставить меня разыграть ту сцену из Монти Пайтона, где они продолжают говорить Богу, какой он огромный, и я не собираюсь этого делать. Ладно, я сделаю это. Ооо, Господи, ты такая большая. Мы все здесь внизу очень впечатлены, я... Знаешь, я неправильно это помню. Ты помнишь ту сцену, верно?

— Да, — сказала Мировой Феникс, растягивая слово, как угрозу. — Ты наполнил это нелепое тело бесполезными знаниями.

— Нелепое? Я смоделировал его по образу Доун, которая была твоим главным сосудом. Я даже дал ему большие... огненные крылья.

Мировой Феникс сверкнула глазами на Джейсона и наколдовала в руке кнут из танцующего огня.

— Мне это не понравится, да? — спросил Джейсон.

— Нет.

— Просто чтобы ты знала, я изменил своё кодовое слово. Новое — «кокетливая».

Мировой Феникс бросилась вперед, пылающие крылья оставляли след из искр позади неё. Джейсон сражался с большим мастерством и стратегией, чем когда-либо прежде. Он сражался упорно, он сражался быстро и он сражался умно. Он также сражался недолго и вскоре возрождался дальше по дороге.

Хотя Джейсон, безусловно, улучшился в борьбе с ордой монстров, одержимых безымянными великими астральными сущностями, всё было совсем иначе против Мирового Феникса. У неё было преимущество в силе, скорости и мощи. Там, где он усердно работал, чтобы адаптировать свои способности для открытого боя, её способности были идеальными с самого начала. После лет сражений его навыки значительно выросли, но она видела, как он совершенствовал все свои трюки. Несмотря на всё то, что Джейсон продвинулся, он оставался ошеломляюще далеко позади.

Когда война в душе Джейсона только началась, перерывы были короткими, а битвы — длинными. Годы спустя перерывы увеличивались. Способности Джейсона пробились в высшие пределы серебра, и старые способы продвижения становились менее эффективными. Как его и предупреждали, путь вперед смещался от внешнего давления к внутреннему просветлению.

В этом Джейсон оказался хорошо подготовленным. С момента ухода с Земли понимание того, кто и что он такое, было поглощающей заботой. Он провел годы в самоанализе, самостоятельно и с помощью и руководством других. Арабель Ремор особенно готовила его к этому этапу. Наряду с этим, Джейсона снова и снова подталкивали к пределу.

Трудные выборы заставили Джейсона столкнуться с тем, кем он был и кем он готов стать. Решить, что он готов принять и когда быть вызывающим, любой ценой. В результате переход Джейсона к более созерцательной форме продвижения прошел очень гладко, его способности не замедлялись в своем росте.

Джейсон чувствовал своё приближение к золотому рангу, видя открытый путь без препятствий на своем пути. Единственной проблемой была сила воли, срезаемая в битве, но это не встанет у него на пути. У него оставалось более чем достаточно, чтобы достичь своего продвижения первым.

Прогресс был сосредоточен на его эссенциях. Его душа была силой, но они были формой. Они находили части его самого и выводили их на передний план. Продвижение требовало от Джейсона понимания этого процесса, подталкивания его вперед и сглаживания. Его предупреждали, что неправильное выполнение этого может иметь пагубные последствия для личности.

Это была часть причины, почему те, кто продвигался к золоту через ядра монстров, могли страдать от личностных отклонений. Это редко было большой проблемой, с мелочным, высокомерным и эгоистичным поведением, являющимся наиболее распространенным результатом. Учитывая, что пользователи ядер монстров на этом уровне обычно были аристократическими отпрысками, которым вручали их должности, было трудно сказать, действительно ли ядра что-то делали или это была просто их личность.

Однако были случаи более экстремального поведения, когда люди становились развращенными, извращенными и откровенно злобными. Были определенные эссенции, известные тем, что представляли большую опасность этого, включая эссенции тьмы и крови, которыми обладал Джейсон.

Он не был пользователем ядер, однако, поэтому он не беспокоился, что его эссенции негативно повлияют на него. С ним всё будет в порядке; не о чем беспокоиться. Любое вызывающее беспокойство поведение, которое он демонстрировал в прошлом, было просто обыденной психологической травмой, а не началом магического спуска в разврат и безумие.

Его медитация довольно сильно сбилась с пути, Джейсон открыл глаза и увидел, что Мировой Феникс ест бейгл. Он поднялся на ноги и подошел к тележке с бейглами. Ей управлял один из его одноглазых аватаров, который собирал его еду телекинетически. Ингредиенты плавали в воздухе, а сливочный сыр с халапеньо намазывался на бейгл. Джейсон взял свою еду и подошел, чтобы встать рядом с Мировым Фениксом. Она стояла одна, глядя на джунгли.

— Как ты это делаешь? — спросила она, прежде чем он успел что-то сказать.

— Делаю что? Получаю по заднице годами подряд? Это просто случается.

— Всё меняется. Ограничения, которые мы ввели после раскола, начинают распадаться. Ты уже восстанавливаешь трон.

— Восстанавливаю?

— Как ты это делаешь?

— С помощью своей привлекательной внешности?

— Есть правила.

— Мои правила. Есть ограничения на то, что я могу с ними делать, но это мой дом. Я знаю, что любой уровень невежества или любая необходимость идти на уступки чужды тебе. Но ты та, кто пришел сюда, зная, что это моя игра, в которую тебе придется играть. И я всё ещё не понимаю, почему ты это сделала. От чего ты так не хочешь отпускать, что позволила космосу погрузиться в хаос? Я понимаю, что Космический трон — это власть, под которой ты не хочешь находиться. Ирония такого антиавторитариста, как я, пытающегося восстановить систему, вытесненную восстанием, не ускользнула от меня.

Она повернулась, чтобы посмотреть на него, прежде чем вернуть взгляд к джунглям.

— Я говорила тебе, что то, что ты видишь как древнее, недавнее для моего вида.

— Ага.

— Строитель — не первая великая астральная сущность, которая изменилась. Задолго до раскола не было Мирового Феникса. Была великая астральная сущность по имени Граница. Но она хотела быть чем-то большим, чем была. Большим, чем её роль.

— Она санкционировала себя.

— Да. Граница исчезла, и появился Мировой Феникс. Космический трон нелегко соглашался на изменения в великом порядке. Он сопротивлялся моему решению стать чем-то иным, чем то, чем космос решил, что я должна быть. Это была постоянная борьба за то, чтобы не превратиться обратно в то, чем я была. Раскол освободил меня от этого давления.

— И теперь я пытаюсь восстановить источник этого давления.

— Да.

— Я хотел бы сказать тебе, что могу изменить это. Что могу восстановить трон таким образом, чтобы ты могла быть тем, кем выберешь. Но я не могу предложить тебе это. Нет легкого решения.

— Я знаю. Пассивные эффекты восстановления трона будут достаточно разрушительными. Если ты попытаешься активно использовать силу, рябь от этого выбора будет неисчислимой.

— На Земле мы называем это эффектом бабочки.

— Меня расстраивает, что они выбрали тебя. Хотя я сопротивляюсь надзору в своей роли, я всё ещё выполняю своё предназначение как великая астральная сущность. Восстановление целостности твоей вселенной имеет значение, и ты был моим решением для разрешения этой опасности. Борьба с тобой здесь работает против этого предназначения, и это стоит мне большего, чем ты понимаешь.

— Мне жаль. Мне правда жаль. Но я борюсь за целостность космоса.

— Это была не твоя битва. Они втянули тебя в это.

— Так же, как ты втянула меня в спасение Земли. Этот аргумент ни к чему тебя не приведет.

— Полагаю, нет. Трудно думать в этом теле. Даже когда оно приближается к золотому рангу, оно всё ещё такое ограниченное. Мы используем сосуды на пике смертной силы не просто так.

— Значит, я не воображаю, — сказал Джейсон. — Ты становишься сильнее. Я надеялся, что смогу повысить ранг и перевернуть всё это.

— Ты действительно думал, что это произойдет?

— Нет, но надежде нужен только шанс; он не обязательно должен быть хорошим.

— Это очень смертный способ мышления.

— Иногда нужен смертный способ мышления. Ты должна бросить вызов шансам, если хочешь совершить чудеса.

Она снова повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона. На этот раз её взгляд задержался.

— Я рада, что отправила Доун к тебе.

— Правда? Я думал, ты будешь раздражена тем, как ты и она не на одной волне, как раньше.

— Мне не нужно, чтобы она была похожа на меня. Это лишает смысла. Мне нужны сосуды, которые будут видеть вещи так, как я не увижу сама. Выбор тех, кто не идеально соответствует моим идеалам, сокращает время, в течение которого они могут быть моими сосудами. Другие великие астральные сущности выбирают сосуды, более соответствующие им самим, поэтому они живут дольше. Я считаю это близоруким. Мои иерофанты, те, кто когда-то был моими сосудами, всё ещё служат мне. Они более независимы, чем были, но это делает их более ценными во многих отношениях.

— Ты не ставишь им в вину несогласие с тобой?

— Напротив, это их роль. Доун не хочет, чтобы я выиграла эту битву. Она верит, что я не выиграю. Я думала, что она наивна, пока не почувствовала, как начинаются изменения, и не поняла, что трон уже восстанавливается. Как ты это делаешь?

— Я всё ещё не скажу.

— Это стоило попробовать.

Джейсон ухмыльнулся.

— Несмотря на твои жалобы, — сказал он, — у меня есть подозрение, что ты и другие начинаете наслаждаться тем, что застряли в смертных телах. Вопреки самим себе.

— Мы не занимаем свои собственные сосуды так долго, как эти, которые ты предоставил. Это новый опыт, и наш вид получает его нечасто.

Джейсон кивнул.

— Я не собираюсь говорить, что надеюсь, что ты выиграешь, — сказал он. — Но я надеюсь, что, когда всё это будет закончено, у тебя всё будет хорошо.

— Даже несмотря на то, что мы враги?

— Я не думаю, что мы враги. Мы просто хотим разного. Строитель — враг, даже если он на моей стороне сейчас. Мне не нравится то, что вы все сделали с ним, однако. Это не оправдывает то, что он сделал, но, учитывая то, что ты только что сказала мне, я удивлен, что ты согласилась обращаться с ним таким образом.

— Это казалось легко оправдать, когда я думала более широко. Смертный разум имеет другой взгляд на моральные дилеммы. У великой астральной сущности нет эмпатии. Вот почему у нас есть сосуды, и почему эти сосуды должны оставаться приземленными. Я не хотела, чтобы Доун потеряла это, когда она была так близка к трансцендентности. Было бы труднее вернуть это, как только она оставила смертность позади.

— Я беспокоюсь об этом за себя, — сказал Джейсон. — Мне за тридцать, и я прошел через столько изменений. Что вечность сделает со мной?

— Когда ты бессмертен, у каждой скорби есть своё время, и всё проходит. Даже Строитель, с тем, что мы сделали с ним, понимает это. Что бы ты ни пережил, что бы ни было сделано с тобой, вечность дает тебе время сделать из себя то, что ты хочешь. Мы каждый ответственны за то, кем мы становимся. Никаких оправданий.

Глава86 ЧТО ПРИВЕДЕТ ТЕБЯ К ЗОЛОТОМУ РАНГУ

Глава 86 ЧТО ПРИВЕДЕТ ТЕБЯ К ЗОЛОТОМУ РАНГУ

На трибуне лекционного зала Академии Ремор Белинда указала на парящую голограмму частично завершенной ритуальной диаграммы.

— Если только вы не заблудились или вас не отчисляют в конце семестра, — сказала она магически усиленным голосом, — вы все узнаете это. Цикл Хагстрома — одна из самых распространенных основ для ритуалов бронзового и серебряного уровней. Он надежен, он эффективен и — если выполнен правильно — будет поддерживать ритуал годами при должном обслуживании. Знание Цикла Хагстрома наизнанку — фундаментальный навык для любого, кто серьезно относится к изучению магии, независимо от специализации.

Она сделала небрежный жест, и магия трибуны отправила изображение парить у стены позади неё.

— Я выучила Цикл Хагстрома, когда была уличной крысой в магической глуши, учась по немногим книгам, которые могла украсть. Нет оправдания для всех вас, маленьких богатеньких ублюдков.

По лекционному залу пронесся смех. В течение учебного года студенты привыкли к особенностям своего профессора. Это было известно как неотъемлемая часть обучения в Академии Ремор, знаменитой набором искателей приключений, особенно тех, кто близок к золотому рангу или только что достиг его. Это было время, когда искатели приключений склонны замедляться и искать более созерцательные подходы к продвижению.

— Я полностью признаю, — продолжила Белинда, — выдающуюся полезность и неоспоримую ценность Цикла Хагстрома. Может ли кто-нибудь объяснить тогда, почему я лично его ненавижу?

Море рук взметнулось вверх. Белинда обвела взглядом комнату и заметила конкретного студента, сидящего не на своем обычном месте с друзьями. Ещё более необычным было то, что его рука была одной из тех, что в воздухе.

— Юный мастер Буркис, — сказала она. — Я буквально дрожу от предвкушения редкого удовольствия услышать ответ от вас.

— Настройка Цикла Хагстрома — это сложный процесс, — сказал Буркис. — Требуется время, осторожность и точность для реализации, что нелегко, когда огненный дракон извергает пламя повсюду, а вещь, за которой ты прячешься, горит. Лучше использовать что-то, что можно установить быстро и что имеет более щедрый запас погрешности. Не имеет значения, что это длится всего двадцать минут, если тебе нужно это только на пять.

— Изысканный ответ, мастер Буркис. Учитывая, что это вводный курс «Практического использования ритуальной магии в полевых условиях», можно даже назвать его идеальным ответом. Тот, который я ожидала бы от того, кто провел годы рядом с командой искателей приключений с несколькими ритуалистами. Как моя команда, например, в которую вхожу не только я, но и Архиканцлер Ассоциации магических исследований. Это такой хороший ответ, что он заслуживает похода к столу с печеньем...

Буркис был уже наполовину вставшим со своего места, присматриваясь к столу сбоку от сцены трибуны. Он замер, когда Белинда продолжила.

— ...при условии, что вы, на самом деле, мистер Буркис. А не оборотень-дракон, посещающий лекции студентов вместо них в обмен на оплату.

Вся комната повернулась, чтобы посмотреть на Буркиса в мучительно долгий момент тишины. Затем он превратился в мышь и шмыгнул между сиденьями.

— Внимание сюда, пожалуйста, — объявила Белинда.

Студенты перестали заглядывать под свои стулья в поисках убегающего грызуна и посмотрели обратно на трибуну.

— Да, — сказала Белинда. — Горстка из вас, внезапно очень обеспокоенных, имеет чрезвычайно веские причины для этого. Теперь, я всячески за жульничество...

Громкое прочищение горла раздалось с задней части лекционного зала.

— О, здравствуйте, декан Ремор. В любом случае, как я и говорила, если вы собираетесь жульничать, вы должны осознавать, кого именно пытаетесь обжулить.

— Профессор Каллахан...

— Мы можем поболтать, когда я закончу, декан. Придержите коней. О чем я говорила? Верно, если вы собираетесь жульничать, осознавайте последствия того, что вас поймают. Если вы не готовы принять эти последствия, то я настоятельно советую не пытаться. А так как жульничество — это основание для отчисления, попытка сделать это здесь — очень плохая идея. Вы думаете, что факультет Академии Ремор никогда раньше не сталкивался с подобными проблемами? В этой школе работают одни из самых способных, опытных и хитрых людей в мире. Если бы у вас была способность обвести их вокруг пальца, вы были бы здесь учителями, а не студентами. А те из вас, кто слушал, как я это говорю, и всё ещё думает, что может обвести их вокруг пальца, можете собирать вещи уже сегодня. Это не то отношение, которое приведет вас к выпуску здесь, так что можете сэкономить нам время и беспокойство.

Игривый тон, пронизывающий лекционный зал, сменился мертвой тишиной. Белинда вздохнула.

— Не думаю, что мы сделаем много продуктивной работы сегодня, и у вас теперь есть слухи, которые нужно распространять. Так что лекция окончена; расходитесь.

Студенты начали суетиться, избегая декана Ремора, когда он направился к трибуне. Белинда сидела на краю сцены к тому времени, как он подошел.

— Доброе утро, декан. Это странно — быть деканом Школы ритуальной магии, когда ваше настоящее имя Дин? Декан Ремор — это ваше полное имя и ваш титул. Я думала, что из всех семей та, которая управляет школой, должна знать лучше.

Декан вздохнул, но в остальном проигнорировал вопрос Белинды.

— Знаете, профессор Каллахан, — сказал он, — вы вписываетесь сюда слишком хорошо. Я действительно хотел бы, чтобы Роланд нанял хоть раз кого-то хоть сколько-нибудь разумного.

— Я думала, это была хорошая речь, — сказала Белинда. — Практический совет со структурой «подставь их и сбей». К тому времени, как распространится весть, а это займет всего шесть минут, все, кто использовал это маленькое кольцо оборотня, чтобы пропускать занятия, будут гадать, что мы знаем и как давно мы это знаем.

— Действительно. У нас эта проблема возникает раз или два в десятилетие. Будет череда отчислений и раскаявшихся вторых шансов. У каждого случая, однако, свои причуды. В этот раз это член семьи Геллер, позволяющий своему фамильяру бесчинствовать. И не младший член семьи.

— О, я бы посоветовала просто сказать Хамфри. Он настолько прямолинеен, что сделает вашу работу за вас.

— Это не мне решать. К счастью. Нечто подобное произошло, когда я был здесь студентом, и они отчислили члена королевской семьи. Младшего, но всё же. Я бы не хотел быть тем, кто имеет с этим дело.

— Это большое дело?

— Это королевская семья Эстеркоста. Одно из самых известных королевств в мире.

— Это было «да» или «нет»?

— Вы думаете, что королевская особа — это мелочь?

— Вы знаете, что член моей команды раньше была Принцессой Ураганов Королевства Штормов, верно?

— Что?

— Вы не знаете, что такое моя команда искателей приключений?

— Мне не сказали. Подождите, вы знаете Хамфри Геллера, потому что...

— Он мой лидер команды, да.

— О. О боже. Я действительно хотел бы, чтобы люди говорили мне такие вещи.

Белинда одарила его сочувствующей улыбкой.

— Хотите печенье, прежде чем я их упакую? Может, пирожное?

— Нет, э...

Его взгляд упал на стол.

— Может, только одно.

Несколько минут спустя декан закончил печенье размером с чайное блюдце.

— Я вынужден признать, что вы хорошо справились с выпуском этой информации среди студентов, — сказал он Белинде. — В начале следующей недели будет собрание персонала по поводу дальнейших шагов.

Декан ушел, когда Белинда складывала свою выпечку в контейнеры, а затем в своё хранилище. Она была примерно на полпути, когда почувствовала легкий ветерок позади себя и улыбнулась.

— Мне трудно понять, как это то, что приведет тебя к золотому рангу, — сказала Софи.

— Ты и я обе знаем, что я худший вариант из всех в команде, — сказала Белинда, поворачиваясь к своей подруге. — В своей голове я всё ещё воровка, больше, чем искатель приключений. Мой набор сил отражает это. Обман, ловушки и воровство.

Она постучала по лбу.

— Здесь, наверху, я знаю, что мои навыки и силы полезны команде. Что я искатель приключений. Но всё ещё есть сомнения, которые я не могу отбросить. Неуверенность в том, кто я и что могу предложить.

Она постучала там, где должно было быть её сердце.

— Здесь, внутри, мне труднее убедить себя, что я искатель приключений, а не всё ещё преступница.

— Ты понимаешь, что у тебя больше нет мозга или сердца, верно?

— А ты знаешь, что метафоры существуют, верно?

Софи рассмеялась.

— Мне не стоит пытаться перехитрить тебя, да?

— Нет.

Белинда повернулась, чтобы охватить взглядом лекционный зал.

— Это место, — сказала она. — Это то, откуда приходят искатели приключений. Если я могу что-то значить здесь...

Софи заключила подругу в объятия.

— Ты удивительная, — сказала ей Софи. — Не позволяй никому говорить тебе обратное.

— Мне стоит ревновать? — голос Эстеллы раздался с задней части зала.

— Ты шутишь? — сказала Белинда, высвобождаясь из объятий Софи. — У неё дома ждет Капитан «Хороший мальчик». Я не могу с этим конкурировать.

Софи игриво шлепнула её по руке, затем заметила маленькую фигурку, движущуюся вдоль стороны комнаты. Мышь замерла, когда Софи указала, и Белинда повернулась посмотреть. Она превратилась в дрожащего щенка, глядящего на них. Софи закатила глаза.

— Ладно, одно, — сказала Белинда.

Щенок превратился в молодого человека в форме Академии Ремор. Он выглядел как Хамфри, когда Белинда и Софи впервые встретили его, но с серебряными глазами и волосами. Он схватил два печенья со стола и бросился к выходу.

— Эй, я сказала одно! — крикнула Белинда ему вслед.

— Тебе не следует поощрять плохое поведение, Линди, — отчитала Софи.

— Заставлять его вести себя хорошо — твоя работа, — сказала Белинда. — Я — веселая тетя.

— Я не его мать, Линди.

— Конечно, нет. Кстати говоря, ты уже сказала Хампу, что уходишь?

Софи собралась с духом, сделав долгий, медленный вдох.

— Это «нет», — сказала Белинда.

— Я хотела попрощаться с тобой первой. Как только я скажу ему, я уйду.

— Ну, иди сделай это, — сказала Белинда, заключая Софи в ещё одни объятия. — Чем скорее ты уйдешь, тем скорее вернешься.

— Нет, — сказала Софи. — Я не вернусь, пока он не придет за мной. Прощай, Линди.

Они сжали объятия крепче.

— Пока, Соф.

Софи внезапно исчезла, как будто телепортировалась. Белинда вернулась к столу, чтобы закончить упаковывать вещи.

— Справилась с работой? — спросила она Эстеллу, которая ждала у стола, поедая булочку.

— Да. Всё это было аферой, как я и думала. Оказалось, это был его внук. Вот как они собирались заставить его подписать передачу прав на дирижабли.

— Его собственный внук?

— Да. Заплатил мне хороший бонус, чтобы я молчала. Обожаю работать на знатные семьи. Куча денег и куча секретов означают кучу выплат для меня.

— Похоже, тогда ты покупаешь обед.

Когда они вышли из лекционного зала бок о бок, Эстелла проскользнула своими пальцами между пальцами Белинды.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Да. Я в порядке, Стел.

— А ты уверена? Я знаю, что вы с Софи не проводите много времени врозь.

— Мы делали это раньше.

— И она пошла и влюбилась в человека, меньше всего похожего на тебя из всех, кого я когда-либо встречала.

Белинда одарила её острым взглядом.

— О, пожалуйста, — сказала Эстелла. — Ты думаешь, я не вижу? Мы все хранили чувства к кому-то, кто не был на нашей волне, Линди. Я вижу эту боль в тебе, и я вижу, что она старая. Ты двинулась дальше, что, должно быть, было нелегко. И мне не претит идея о том, что какое-то время будем только ты и я.

Белинда сжала её руку.

— Мне это тоже не претит, — сказала она.

— Мы можем поговорить об этом.

— Ты не хочешь говорить об этом.

— Нет. Но я думаю, что, возможно, тебе нужно. И, возможно, мне нужно, чтобы ты это сделала. Она всегда будет рядом, Линди, за исключением нескольких вылазок, как сейчас. Лучше выложить всё на стол, по крайней мере между тобой и мной. Иначе это всегда будет там.

Белинда вздохнула.

— Этот обед будет гораздо менее веселым, чем я надеялась.

Глава87 ТО, ЧТО УЖЕ ВНУТРИ ТЕБЯ

Глава 87 ТО, ЧТО УЖЕ ВНУТРИ ТЕБЯ

Знаменитые башни Витесса выглядели как живые небоскребы. Покрытые цветущими лозами стены и растения, свисающие с балконов, были причиной, по которой Витесс называли Городом Цветов. Они были не только красивы, но и наполняли воздух сладкими ароматами магических цветов.

На высоком балконе башни, принадлежащей семье Геллер, Софи прильнула к Хамфри, пока они сидели вместе на диване.

— Ты уходишь? — спросил он.

— Все не так просто, Хамфри. Мы же обсуждали это.

— Ты так и не назначила дату.

— И теперь назначила, — сказала Софи.

— Когда именно?

— Когда закончится этот разговор.

Он обнял её чуть крепче.

— Тебе нужен встряска, Хамфри. Ты человек. Твоё природное преимущество должно позволять тебе продвигаться быстрее всех, кроме Клайва.

— Я продвигаюсь. Мои способности эссенций…

— А как насчет твоей эссенции дракона?

Он сник.

— Я не дракон, — тихо сказал он. — Я многое, но не это.

— Я бы спросила, слушаешь ли ты вообще свою мать, но мы обе знаем ответ. Дело не в том, что ты дракон. Дело в том, что эссенция дракона выявляет то, что уже есть внутри тебя.

— А если во мне нет того, что ей нужно? Большинство людей никогда не достигают золотого ранга.

— Вот почему я ухожу. Мне нравится, что ты можешь быть мягким со мной, но сейчас тебе нужно не это. Ты никогда не найдешь внутри себя дракона, если будешь настаивать на роли «маленькой ложки».

Хамфри бросил обеспокоенный взгляд на дверь.

— Это заставляет меня чувствовать себя в безопасности, — прошептал он.

— Я знаю. Но тебе нужно не чувствовать себя в безопасности. Тебе нужно, чтобы все остальные чувствовали опасность. Мощь. Доминирование. Вот что делает дракона. Ты добрый и сострадательный, и я люблю тебя за это. Но ты также праведный. Может быть, это и есть путь к обретению силы, которая тебе нужна, я не знаю. Что я знаю точно, так это то, что моё присутствие не помогает. И у меня тоже есть свой путь. Ты не единственный, кому нужно потакать своим эссенциям, если хочешь достичь золотого ранга. Ветру нужна свобода. Я должна идти туда, куда хочу, не скованная ничем, что могло бы меня удержать. По крайней мере, на время.

— Это то, что я делаю? Удерживаю тебя?

Софи переместилась с места рядом с Хамфри, усевшись к нему на колени, где могла взять его лицо в обе руки и поцеловать.

— Конечно, ты меня удерживаешь, — сказала она ему. — Я хочу, чтобы мы были связаны друг с другом, поэтому я и согласилась выйти за тебя замуж. Но мы проживем очень долгие жизни, Хамфри Геллер, и будут времена, чтобы быть вместе, и времена, чтобы быть порознь. Мы просто еще не привыкли к этому, потому что мы молоды.

— Ты разговаривала с моей матерью.

Она одарила его озорной улыбкой.

— Тебя это пугает?

— Чрезвычайно, — ответил он и притянул её для еще одного поцелуя. — Тебе обязательно уходить прямо сейчас?

— Джейсон начал достигать золотого ранга со своими способностями.

— Откуда ты знаешь?

— Свет в его мире души. Он уже несколько раз становился золотым.

— Твоя мать сказала тебе?

— Ага. Фарра и Трэвис дали мне одно из своих коммуникационных устройств, которое можно носить с собой и оставаться на связи с сетью. Так что я могу разговаривать с ней, даже когда в пути.

— И со мной. У нас в башне есть коммуникационный узел.

Она встала.

— Нет, Хамфри. Не до тех пор, пока ты не найдешь свой путь с эссенцией дракона. Я не хочу возвращать коммуникационный планшет Фарре, но если ты свяжешься со мной, я это сделаю.

Он поморщился, но кивнул.

— Хорошо, — уступил он. — Иди тогда. Но иди, зная, что я люблю тебя, и если ты будешь отсутствовать слишком долго, я приду и найду тебя.

Она улыбнулась и наклонилась для поцелуя.

— Вот мой дракон.

Затем она исчезла, и ветерок разнес аромат цветов. Хамфри долго сидел, глядя на другие цветущие башни. Это был типично великолепный день, лишь несколько пушистых белых облаков выделялись на ярко-синем небе.

Рядом с ним на диван опустилась тяжесть. Это был Сташ, необычно принявший свою естественную форму дракона. Это был не его естественный размер, который был близок к размеру крылатого слона. Он был более грациозным, чем те неуклюжие звери; извилистый и гибкий, с переливающимися чешуйками, которые заставляли его сиять, как радуга. Однако его полный размер был неудобен для сидения на диване, поэтому сейчас он был размером со среднюю собаку.

— Все так говорят, — сказал Сташ.

— О чем?

— У всех свои истории о драконах. Некоторые люди думают, что мы — невидимые стражи, подтверждающие их права на трон. Для других мы немногим больше, чем разумные монстры. Терроризирующие сельскую местность и спящие на куче сокровищ. Требующие время от времени принцессу.

— Ты хочешь сказать, что не этим ты занимаешься в свободное время?

Сташ высунул раздвоенный язык в сторону Хамфри, который рассмеялся.

— Суть в том, — сказал Сташ, — что драконы — это не то, что люди говорят о них. Драконы — это то, чем они хотят быть. И да, если они хотят принцесс и кучи золота, то тебе, черт возьми, лучше прислать им фургон с деньгами и связанной королевской особой. Сидеть здесь и позволять Софи указывать тебе, что делать, — это не то, как поступал бы дракон.

— Но отпустить её — это то, чего хочу я.

— Ты звучишь неубедительно.

— Мне это не нравится. Но я хочу, чтобы она была счастлива. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы она получила всё, что хочет и в чем нуждается. И если отпустить её — это то, что ей сейчас нужно, то я могу это сделать. Она уже давно говорит о том, чтобы уйти и следовать за ветром. Мы все должны найти свои собственные пути к золотому рангу. Я просто не ожидал, что это произойдет так внезапно. Не знаю, почему она так сделала.

— Это потому, что ты медленно запрягаешь, — сказал ему Сташ. — Ты не используешь эмоционально манипулятивные аргументы, как Джейсон. Ты изматываешь людей тем, что ты с ними порядочен. Если бы она дала тебе время, ты бы, наверное, убедил её остаться.

— Когда ты стал таким проницательным?

— Я наблюдаю за вами, людьми, большую часть своей жизни. Ты думал, я не обращал внимания?

— Ну… да.

— Это обидно.

— Прости.

— То, что ты бесстыдно бессердечен, не имеет значения.

— Бесстыдно бессердечен?

— Заткнись и слушай. Сейчас важно то, что ты сделаешь дальше, и ты должен сделать это как дракон. Ты должен решить, кем хочешь быть и что хочешь делать. А потом сделай это и не позволяй никому тебя остановить. Посмотри на Джейсона. Боги не останавливают его. Смерть не останавливает его. Если он считает, что что-то нужно сделать, это делается.

— Тогда ему следовало получить эссенцию дракона.

— Не ему она нужна! Ты думаешь, твоя мать выбрала твою комбинацию эссенций наобум? Всё, что она делает для тебя и твоей сестры, — это дает вам то, что вам нужно. А тебе нужен дракон. Перестань быть тем, кем, как ты думаешь, должен быть, или тем, кем хотят видеть тебя другие. Даже не будь тем, кем, как ты думаешь, тебе нужно быть. Драконы не делают то, что нужно; они делают то, что хотят.

— А что, если они не знают, чего хотят?

— Знают. Они всегда знают. Может, они не готовы признаться в этом самим себе. Может, они не могут объяснить, что именно это такое. Но они знают. Они чувствуют это.

— А если я этого не чувствую?

— Не неси мне эту чушь. Даже я знаю, чего ты хочешь.

— Знаешь?

— Подумай о том, когда ты стоишь во главе команды. Когда ты — последний барьер между какой-нибудь ужасной тварью и деревней, полной людей, которые умрут без тебя. Скажи мне, что ты не чувствуешь, что находишься именно там, где должен быть в такие моменты.

— Это просто значит быть искателем приключений.

— Ага, — сказал Сташ тоном человека, объясняющего очевидные вещи идиоту. — Ага, именно так.

— И всё? Ты хочешь сказать, что всё так просто?

— Да, всё так просто. Потому что мне неприятно тебя расстраивать, но ты довольно прост. Не глуп, но прост. Ты не как Джейсон, вечно раздираемый противоречиями из-за всякой ерунды, которая у него в голове в тот день. Ты хочешь знать, что правильно, и делать то, что правильно. Это всё, чего ты когда-либо хотел.

— Ладно, — задумчиво сказал Хамфри. — Допустим, ради аргумента, что то, что ты говоришь, находит во мне отклик. Что мне с этим делать?

— Живи своей жизнью. Делай то, что хочешь, и боги помогут любому, кто встанет у тебя на пути.

— Это звучит как опасное мышление.

— Драконы опасны!

— Я не хочу быть опасным.

— Да, хочешь! Ты просто хочешь быть опасным для правильных вещей. Монстров. Злодеев. Людей, которые делают несладкое песочное печенье.

— Что?

— Ну правда же? Ты бы даже не подумал, что люди могут такое делать. В смысле, нужно так испортить рецепт, чтобы это даже не было песочным печеньем.

— Кажется, ты отклонился от темы.

— А? О, прости. Но ты понимаешь, к чему я клоню, да? Когда ты с Софи, ты хочешь быть мягким, как желе. Но со своими врагами ты хочешь быть твердым. Как поднос с печеньем, который какой-то дурак оставил в духовке слишком надолго, даже когда ты специально сказал им…

— Сташ.

— Прости. Суть в том, что тебе не нужно переусложнять. Ты не такой уж сложный. Мы оба знаем, что ты хочешь поступать правильно в любой ситуации. Когда ты знаешь, что это такое, не позволяй никому тебя остановить. Никому. Не позволяй Джейсону заставить тебя сомневаться в себе или матери убедить тебя, что она знает лучше. Ты видел, как она совершает ошибки.

— А если я совершу ошибки?

— Конечно, ты совершишь ошибки. Когда совершишь, сделаешь всё возможное, чтобы их исправить. Это несложно понять.

Хамфри провел рукой по волосам.

— Мне нужно об этом подумать.

Сташ издал стон.

— Почему люди, которые не драконы, всегда всё усложняют? Если вы не уговариваете себя сделать то, что и так собирались, то отговариваете себя от того, чего никогда и не собирались делать. Тебе просто нужно решить, что ты хочешь сделать, и сделать это. Как я.

— Если бы все драконы так делали, у тебя была бы где-нибудь пещера с огромной кучей печенья.

Глаза Сташа забегали влево и вправо.

— У меня точно такой нет, — сказал он.

— Я знаю. Если бы была, тебе не нужно было бы зарабатывать деньги, помогая студентам, у которых денег больше, чем ума, прогуливать занятия.

— Ты, э-э… слышал об этом?

— Слышал. И у нас будет разговор о том, что ты не делаешь всё, что хочешь.

— Слушай, тебе есть о чем подумать, так что я пойду.

В мгновение ока маленький дракон исчез, скрывшись за краем балкона.

— Твоя первая способность достигла золотого ранга? — спросила Фарра, глядя на ночное небо.

— Да, — сказал Клайв. — Моя способность восприятия, конечно.

— Поздравляю. Остальные скоро подтянутся.

Они были на крыше главного административного здания Ассоциации магических исследований, отделение в Витессе. Это был скромный кампус, особенно по сравнению со старым и более авторитетным Магическим обществом. Всё еще оставались следы вандализма, хотя это в основном прекратилось. Суды были довольно суровы после того, как было доказано, что за большинством из них стояло Магическое общество.

— Идея Трэвиса использовать спутники решила проблему нападения монстров на ретрансляционные вышки, — сказала Фарра. — Я понимаю, почему они так долго держались за систему водной связи. Монстры не так часто перекрывают реки. Есть несколько монстров, которые летают так далеко от планеты, но космос большой, и мы можем позволить себе потерять несколько. Мы потеряли больше из-за Магического общества, чем из-за монстров.

— У меня есть еще информация об этом. Эстелла подтвердила, что они добились прогресса в копировании ваших спутников.

— Они хотят создать свою собственную сеть?

— Да. Магическое общество веками контролировало дальнюю связь с помощью водной связи. Они не хотят отдавать её.

— Я обсуждала идею создания ими собственной сети с Трэвисом. Он сказал, что даже если они успешно скопируют технологические компоненты, что далеко не факт, у них нет понимания орбитальной механики.

— Что такое орбитальная механика?

— Это теория, связанная с немагическими аспектами того, как спутники остаются на орбите. Немагические вещи — это его область, а не моя. Впрочем, он говорил о том, чтобы вовлечь меня во что-то другое. Новый проект, теперь, когда коммуникационная сеть вышла из стадии исследований и перешла к развертыванию.

— Что за проект?

— Тот, который, по его словам, может помочь мне достичь золотого ранга. Если я смогу разобраться в немагической теории, стоящей за ним. Знаешь, этот парень во многом похож на тебя, Клайв, только с его наукой вместо магии. У него есть своя область знаний, но я подозреваю, что он также лучше большинства во многих других областях.

— Наличие улучшенной памяти, которая приходит с магией, помогает, — сказал Клайв. — Это было бы значительным преимуществом на Земле. Если бы они получили свои эссенции достаточно рано, были преданы учебе и были довольно умны с самого начала, я полагаю, они могли бы быть весьма впечатляющими.

— Он немного больше, чем просто довольно умный. Во всяком случае, когда дело касается исследований.

— А что еще есть? — спросил Клайв, и Фарра покачала головой.

— Эта жрица держит его на коротком поводке, — сказала она.

— Габриэль? Бывшая возлюбленная Хамфри?

— Ага. Справедливости ради, её намерения кажутся достаточно честными. Неудивительно видеть жрицу Знания, интересующуюся кем-то, кто объединяет знания двух миров. Она просто немного слишком религиозна на мой вкус.

— Она жрица, Фарра. Быть религиозной — это и есть весь смысл.

— Полагаю, да. И церковь очень помогла в этом проекте. Они были очень заинтересованы в новом способе распространения знаний.

— Что ты говорила о помощи в достижении золотого ранга?

— Точно, да. Тебя может удивить, что всё мое время, потраченное на исследование магического коммуникационного устройства, не сотворило чудес для развития моей эссенции вулкана.

— Я поражен.

— Но теперь Трэвис говорит о чем-то под названием геотермальная энергия, — сказала она со вздохом.

— Ты не звучишь взволнованной.

— Да, ну, это звучит достаточно многообещающе, чтобы мне, возможно, пришлось действительно изучить больше научной теории. Это как учить магическую теорию заново. Я думала, что покончила с учебой.

— Мы никогда не заканчиваем учиться, — сказал Клайв. — Учиться — это лучшее, что есть.

— Начинаю понимать, почему твоя жена так много путешествует.

В Витессе было много торговых районов. В одном из районов каналов была кондитерская под названием «Кондитерская Сташа». Птица влетела через отверстие в крыше, превратившись в человека, оказавшись внутри. Он прошел в переднюю часть, где менеджер, Дженис, работала с персоналом за прилавком, обслуживая толпу клиентов. Она увидела, как он жестикулирует, и направилась в заднюю часть магазина.

— Что такое, босс? — спросила она.

— Нам нужно лучше спрятать туннель. Достаточно хорошо, чтобы его не могли найти люди золотого ранга.

— Босс, я снова спрошу, зачем. Иллюзии и защитная магия, которые у нас там сейчас, стоят больше, чем шесть месяцев прибыли. А дела у нас идут очень хорошо; мы получаем большую прибыль. Напомню, что мисс Фарра сказала, что любое расширение по сравнению с тем, что у нас уже есть, будет стоить в разы дороже. Действительно ли это стоит того, когда там внизу нет ничего, кроме выпечки и чар стазиса для еды?

— Да!

Глава88 СИЛА, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПОДАВИТЬ

Глава 88 СИЛА, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПОДАВИТЬ

В роскошном фургоне, двигавшемся по улицам Манхэттена, Руфус сидел спереди, рядом с водителем, а сзади расположились пятеро отпрысков клана Асано. Это были не самые сильные и многообещающие пользователи эссенции, но те, кто лучше всего подходил для будущего руководства. Считалось, что у них больше всего потенциала для выполнения растущего объема административной и дипломатической работы, с которой столкнулся клан.

Включение Эми в этот список никого не удивило, но тот факт, что трое из пяти были не из семьи Асано, стал четким сигналом от матриарха. И это был не просто символический жест, поскольку данная дипломатическая экспедиция не была рядовой поездкой. Водителем фургона была никто иная, как заместитель Генерального секретаря Управления ООН по делам сверхъестественного, Аннабет Тилден.

Руфус обернулся, чтобы посмотреть в салон фургона. Вместе с молодыми людьми сидел Широ Асано, двоюродный дед Эми и сын матриарха. Широ взял богатство, в котором родился, и приумножил его, став элитным девелопером недвижимости. Это делало его наиболее подходящим дипломатическим агентом клана по сравнению с его братьями. Хиро был хорошо известен как бывший деятель организованной преступности, а Кен был ландшафтным архитектором.

— Сколько пользователей эссенции, по вашим ощущениям, наблюдают за нами прямо сейчас? — спросил Руфус у молодых членов клана.

— Я не думала, что дело в наших способностях сущности, — сказала Лина Карадениз. Она была лучшей подругой Эми, но не разделяла былого энтузиазма подруги по поводу охоты на монстров. Она была амбициозна, как и её кузина Ася, и с раннего возраста нацелилась на руководство кланом.

— Ваши способности сущности — это нечто гораздо большее, чем просто драки, — сказал Руфус. — Когда вы развиваетесь, используя ядра монстров, ваши способности растут сами по себе, но мастерство владения ими — нет. Это означает, что вы должны усердно учиться их использовать. По крайней мере, те из них, которые наиболее важны для выбранного вами пути. Уверен, заместитель Генерального секретаря Тилден может подтвердить, что в дипломатических кругах восприятие — это ключ.

— Безусловно, могу, — сказала Анна. — Как минимум, это поможет вам заметить, когда какой-нибудь безумец проберется к вам на кухню посреди ночи, приготовит сэндвич, а потом будет жаловаться, что у вас нет качественных ингредиентов для сэндвичей.

— Джейсон так делал? — спросил Широ. — Он беспокоился о том, что вы и ваши люди используете его семью в качестве рычага давления?

— Да, — ответила Анна.

— А стоило? — спросила Эми.

— Мне хочется сказать «нет», — ответила Анна. — Но я не была главной, а те, кто был, видели в нем лишь ресурс, который можно эксплуатировать. Если быть честной с самой собой, я сыграла большую роль в том, чтобы он продолжал работать с людьми, которые действовали недобросовестно. Есть причина, по которой я покинула Сеть и почему она раскололась на четыре разные фракции.

— Насколько хорошо вы знали моего дядю? — спросила Эми.

— Достаточно хорошо, чтобы доверять ему, — сказала Анна. — И достаточно хорошо, чтобы бояться его.

К тому времени, как боль утихла, Мировой Феникс уже стояла над только что возродившимся телом Джейсона. Он издал мучительный кашель, пытаясь встать на четвереньки.

— Это всё, на что ты способна, Джордж? — прохрипел он.

— Твоя воля в клочьях, — сказала Мировой Феникс. Её голос не был злорадным или торжествующим; он звучал констатирующе.

— Ага, — прохрипел Джейсон, неуверенно поднимаясь на ноги. — Честно говоря, я надеялся, что достижение золотого ранга позволит мне дать хоть какой-то отпор. Я знал, что ты получишь такой же прирост силы, но не осознавал, что ты адаптируешься намного быстрее меня. Оглядываясь назад, это кажется очевидным.

— Ты хорошо осваиваешь свои новые способности, но ты сделал эти сосуды слишком сильными.

— Возможно, я сделал тот, который использую, немного слабоватым. Было уморительно, когда я достиг золотого ранга, и он просто взорвался. Всё дело в балансе, в управлении этими сосудами. С великими астральными сущностями даже нить твоей силы воли крайне трудно удержать. Было просто легче сделать вас всех могущественными. А мне нужно было, чтобы вы были сильнее меня, чтобы помочь мне расти, так что всё получилось.

— Ты стал сильнее, Асано. Ты достиг золотого ранга за впечатляющее время и научился хорошо использовать свои способности. У тебя есть астральное королевство, которое нужно завершить, друзья и семья, к которым нужно вернуться. Если ты продолжишь сражаться, пока не потеряешь себя, они умрут эоны лет назад, прежде чем ты даже вспомнишь, что они существовали. Если ты прекратишь эту бессмысленную борьбу сейчас, ты сможешь сохранить свой разум. Возьми значительные достижения, которые ты уже получил здесь, и смирись с потерями. Сдавайся.

Джейсон наколдовал себе свежую одежду и начал делать растяжку, пока она говорила.

— Возвращение с того света — это своего рода моя фишка, — сказал он. — Как и грубость по отношению к людям, занимающим институциональные посты. Богохульство. Чрезмерно сладкие напитки. Средне-тяжелые евро-игры. У меня много чего есть, я к тому, что сдаваться — не мой вариант. Когда смерть и неудача неизбежны, я не просто закрываю глаза и жду конца. Так ты никогда не совершишь ничего невозможного.

— У всех нас есть точка, в которой мы должны прогнуться, Асано, иначе мы сломаемся.

— Вот почему большинство людей прогибаются, даже твои собратья, великие астральные сущности. В конце концов, именно поэтому мы здесь; они сделали нечто, а последствия потянуть не смогли. Теперь они пытаются всё исправить. Но некоторые люди не прогибаются, верно? Мы с тобой в этом похожи. Мы держимся, пока мир не сломает нас или пока мир не прогнется. Вся причина, по которой ты сражаешься, заключается в том, что космос хочет, чтобы ты прогнулась, а ты просто не хочешь. Они выбрали меня, потому что я такой же. Вот почему, несмотря на всех великих астральных сущностей, сражающихся здесь, всё действительно сводится только к тебе и ко мне.

— Полагаю, так и есть. Но ты, должно быть, уже понял, что из нас двоих сломаешься ты, а не я.

— Похоже, всё к этому идет. За исключением того, что здесь нет никаких стен, верно? Мне пришлось писать на дороге, там, где мы начали.

— Ты вложил много глупой информации в эти сосуды. Почему ты не дал нам информацию, чтобы интерпретировать значение этих слов?

Джейсон вытащил свой меч.

— Я только что сказал тебе: с этими сосудами всё дело в балансе. А теперь пора возвращаться к битве.

— Господин посол, — сказал Руфус, — вы и я — оба обучены дипломатии. Однако наше обучение проходило в совершенно разных культурах, где власть была устроена совсем иначе. В вашем мире власть всегда была коллективной. Любой человек, обладающий силой сравнять город с землей, не может действовать без поддержки нации. Президент может контролировать ядерный арсенал, но он не контролирует его в одиночку. Сдержки и противовесы — так это называется, не так ли? Сложные структуры политической и военной мощи, прежде чем эта сила может быть высвобождена.

Руфус оглядел конференц-стол, за которым сидели послы ООН. Широ Асано был рядом с ним, а молодые члены клана сидели позади него, у стены. Различные помощники послов также заняли свои места, а Анна сидела в конце стола. Прямо напротив Руфуса сидели послы ООН от Китая и Соединенных Штатов. Руфус продолжил обращаться к китайскому послу.

— В моем мире власть находится внутри личности. У групп есть власть, но эта власть в конечном итоге определяется самыми могущественными людьми в этой группе. Это несправедливая система, но, по крайней мере, она не притворяется таковой. Ваша система тоже несправедлива, но вы гораздо лучше справляетесь с тем, чтобы скрывать это, отвлекать от этого внимание или убеждать людей, что это не имеет значения. Это впечатляет, в отвратительном смысле этого слова. Иерархии власти в моем мире не нужно скрываться, потому что она не основана на контроле над массами. Вам не нужно бояться армии, когда вы можете уничтожить её в одиночку.

Руфус положил руку на папку перед собой.

— Ваш мир начал становиться похожим на мой столетия назад. Это предложение говорит мне о том, что вы либо не понимаете, что меняется, либо думаете, что я не понимаю. С того момента, как ваши люди научились претендовать на магию, а не просто рождаться с ней, природа власти в этом мире начала меняться. Ваше общество всегда использовало деньги и влияние для централизации власти и контроля, но вам всегда нужно было контролировать население. Магия берет каждую метафору власти, которая у вас есть, и делает её буквальной. Ядерное оружие больше не является высшей стратегической силой на этой планете; таковой являются обладатели золотого ранга. Они ходят по миру, владея силами, подобными тем, что описаны в ваших священных книгах. Уничтожают чуму. Низвергают королевства. Вы уже видите, на что способны обладатели золотого ранга, и вы даже никогда не видели настоящего.

— В клане Асано нет обладателей золотого ранга, — отметил китайский посол.

— Нет, — сказал Руфус и с презрением сдвинул папку по столу. — Нет, у нас их нет, иначе вы бы не представили такое оскорбительное предложение. Это лишь вопрос времени, когда наши ресурсы и программы обучения создадут обладателей золотого ранга, по сравнению с которыми ваши будут выглядеть как дети, играющие в песочнице. Вы хотите запустить свои щупальца в клан до того, как мы должным образом утвердимся.

— Мы? — спросил посол. — Наши? Вы говорите как член клана Асано, мистер Ремор, хотя, насколько я понимаю, вы им не являетесь.

— Мистер Ремор был выбран кланом для представления наших интересов здесь, — сказал Широ. — В настоящее время он лучше всего представляет волю патриарха.

— Джейсон Асано, — сказал посол. — Отсутствующий патриарх.

— Да, — сказал Руфус. — И, как вы знаете, он достиг золотого ранга некоторое время назад. Ваши наблюдатели отметили день золотого света на территориях клана и последующее повышение уровней магии.

— Моя страна не признает использование каких-либо подобных наблюдателей, — сказал посол. — Но наши источники подтвердили, что магия на территории клана Асано стала все более хаотичной. Магия, которая защищает эти владения, начала периодически ослабевать и даже сжиматься. Временно, но со все возрастающей частотой.

— Да, — признал Руфус. — Это так.

— Вы утверждали, что Джейсон Асано вовлечен в некую форму конфликта, — сказал посол и пододвинул папку обратно к Руфусу. — Похоже, патриарх не в лучшем состоянии. Вам было бы разумно принять эти условия, прежде чем он умрет и фундамент вашего клана умрет вместе с ним.

Руфус расхохотался.

— В каком бы мире вы ни находились, господин посол, делать предположения о том, чего вы не знаете, — хороший способ нажить неприятности. Как Джейсон обнаружил к своему огорчению, но это к делу не относится. Да, похоже, у него проблемы. Я видел Джейсона в беде, поэтому знаю, что это очень плохое время, чтобы быть его врагом. Клан Асано попросил меня представлять их, потому что я понимаю Джейсона лучше, чем они. Я знаю, кто он и как он действует. Вы знаете Джейсона Асано только по времени, проведенному здесь, на Земле. Если бы у вас было хоть малейшее представление о том, через что он прошел и какую битву ведет, вы бы поняли, что он будет совсем другим человеком, когда вернется. И вы бы точно не стали оскорблять его семью подобным предложением.

— Если он вернется, — сказал посол.

Руфус улыбнулся.

— Первое, что я узнал о Джейсоне Асано, это то, что он дурак. Второе — то, что он герой. Третье — что когда его враги слишком могущественны и победа невозможна, именно тогда вы видите, кто он есть на самом деле. Я не уверен, насколько могущественным будет Джейсон, когда вернется, но, если предположить, что он не какое-то божественное существо, он будет золотого ранга.

— Вероятно ли, что он вернется богом? — спросил Широ.

— С Джейсоном никогда нельзя быть уверенным, но, вероятно, нет. По крайней мере, не полностью. Он будет обладателем золотого ранга, как и его друзья, включая меня. Возможно, он достиг золотого ранга до неприличия быстро, но он не единственный, кто становится сильнее. И это будут настоящие обладатели золотого ранга, а не те жалкие подобия, которые есть у вас на этой планете. И я знаю, что именно этого вы все боитесь: силы, которую вы не можете подавить.

Руфус медленно обвел взглядом комнату. Несколько человек собрались было заговорить, но замолчали, встретившись с ним взглядом. Среди них были обладатели серебряного ранга, но все они были пользователями ядер. За исключением Руфуса и отпрысков Асано, только у службы безопасности посла США не было следов ядер монстров в аурах. Руфус чувствовал их снаружи комнаты, их собственные чувства были остро сфокусированы на нем.

— Вы боитесь возвращения Джейсона, и правильно делаете, — сказал Руфус послам. — Его прибытие изменит этот мир навсегда. У вас никогда раньше не было единого правителя.

— Вернется ли он с намерением завоевывать? — спросил посол США.

— Нет. Но что бы он ни решил сделать, только две вещи могут потенциально остановить его. Вы и ваши нации не являетесь ни одной из них.

— Тогда что может его остановить? — спросила Анна.

— Я сказал «потенциально остановить», — ответил Руфус. — Первое — это его друзья, которые попросят его этого не делать. Что касается второго, я видел Бориса Кетланда на войне. Он самый могущественный обладатель золотого ранга, которого я когда-либо видел, и это более исключительное утверждение, чем кто-либо из вас осознает. Я не знаю, сколько еще таких, как он, спрятали посланники, но это единственная сила, которая могла бы остановить Джейсона и его союзников.

Руфус постучал по папке, лежащей теперь перед ним.

— Мы знаем, что вы вмешивались в наши попытки нанимать людей, особенно экспертов по магическим технологиям. Вам нужно понять, что то, как вы обращаетесь с людьми Джейсона здесь и сейчас, определит то, как он будет обращаться с вами, когда вернется.

— Это ваш подход? — спросил японский посол. — Дипломатия канонерок? У вас есть сила, поэтому участвуйте или страдайте?

— Вы говорите это так, будто это не то, как этот мир работал всегда, — сказал Руфус. — Порядочность — это роскошь тех, у кого есть сила, чтобы позволить её себе. Что я могу вам сказать, господин посол, так это то, что он не будет искать неприятностей. Но в прошлый раз, когда он был здесь, он был вынужден терпеть силы этого мира. В этот раз он не будет.

— Итак, — сказал японский посол. — Если он решит, что мы делаем что-то, что ему не нравится, он вмешается? Даже если это не имеет никакого отношения к его семье?

— Честно говоря, не знаю, господин посол. Я знаю, что он приходит сюда не для того, чтобы править, поэтому вашей нации пришлось бы сделать что-то одновременно гнусное и немедленное, чтобы заставить его действовать.

Он взял папку и встал. Другие представители Асано сделали то же самое.

— Мой главный совет, — сказал Руфус, — не связывайтесь с его семьей. Я не знаю, чья это была идея с предложением и кто из вас подталкивал её вперед. Я настоятельно рекомендую всем, кто не входит в эту группу, держаться от них подальше. Они навлекут на вас неприятности.

Он бросил папку на стол и вышел, а члены клана Асано последовали за ним. Анна Тилден поспешила сделать то же самое.

— Так ведут дипломатию в вашем мире? — спросила она, догнав Руфуса.

— Признаюсь, я немного подражал Джейсону. Но да, по меркам моего мира это было довольно мягко. Я знаю человека, который однажды открыл встречу, вогнав топор в голову кому-то.

— И это не переросло в драку?

— Они были золотого ранга. Это было скорее раздражение, чем что-то еще. Он просто хотел донести свою точку зрения, прежде чем они начнут говорить.

— Ваш мир звучит довольно ужасающе.

— Для вас политика — это попытка справиться с голодом или болезнями. В моем мире — это борьба с армиями людей вроде Бориса Кетланда.

— Вы знаете, что теперь все они будут бороться за то, чтобы заключить союз с Кетландом. Если он так силен, как вы говорите.

— Это так.

— Тогда зачем давать им это знать?

— Чтобы у них хотя бы был шанс осознать тщетность попыток заключить с ним союз. И, может быть, чтобы немного позлить Бориса. Он пересек вселенные и раскрыл свой народ, всё ради того, чтобы попасть в хорошие отношения с Джейсоном Асано. Чего никто в той комнате не понимает, так это того, что на том уровне, на котором находятся Джейсон и Борис, их не волнует что-то столь незначительное, как нации.

Мировой Феникс посмотрела на пустую дорогу, где Джейсон не смог возродиться.

— Вот и всё, значит, — сказала она. — С ним покончено.

В аэропорту группа Асано направлялась к частному самолету, проезжая по взлетно-посадочной полосе в своем роскошном фургоне. Зазвонил телефон Эми, и после короткого разговора она протянула телефон Руфусу.

— Тебе нужно завести собственный телефон, — сказала она ему.

— Но тогда люди могут звонить мне по нему, — сказал он.

— Это прабабушка, — сказала она.

Он взял телефон.

— Матриарх, — сказал Руфус. — Что я могу для вас сделать?

— Возвращайтесь во Францию немедленно. Аура Джейсона только что исчезла с обеих территорий.

— А как насчет астральных пространств?

— Все еще стабильны. Мы всех эвакуируем туда прямо сейчас. Я знаю, есть риск, что апертуры закроются, но там целый континент, полный вампиров, которые вот-вот поймут, что их больше ничто не сдерживает.

Глава89 СТАНОВЛЕНИЕ ТЕМ, КЕМ ТЫ ХОЧЕШЬ БЫТЬ

Глава 89 СТАНОВЛЕНИЕ ТЕМ, КЕМ ТЫ ХОЧЕШЬ БЫТЬ

Великие астральные сущности стояли посреди огромной дороги, в то время как безымянные сформировали армию монстров вокруг них.

— Всё кончено, — сказал Жнец. — Асано выбрал сценарий неудачно. Он отдал приоритет смертному росту, а не выполнению более важной цели, и потерпел неудачу. Пришло время оставить его душу и эти сосуды позади.

— Нет, — сказала Мировой Феникс. — Асано каким-то образом начал восстанавливать трон, даже сражаясь здесь. В этом есть нечто большее.

— Битва завершена, и он проиграл, — сказала Небесная Книга. — Больше ничего нельзя сделать.

— Мы внутри его души, — сказала Мировой Феникс. — Он не может нас удержать, а его сила воли уничтожена. Я могу использовать этот сосуд как звездное семя и захватить контроль. Использовать его связь с троном, чтобы убедиться, что он никогда не будет восстановлен.

— Мы будем противостоять тебе в этом, очевидно, — сказал Шепот в Углах. Её рот не двигался, голос был лишь шелестом шепота вокруг них. — Помимо вопроса о троне, есть границы, которые даже мы не должны переступать. Станешь ли ты подобной Строителю, Мировой Феникс? Пробивая себе путь в нежелающие души.

— Он уже впустил нас, — сказала Мировой Феникс.

— Он ничего подобного не делал, — сказал Легион. — Он согласился помочь нам, и процесс этого сделал его уязвимым. Мы воспользовались этим, чтобы прийти сюда, что далеко от приглашения.

— Асано решил принять ответственность за Расколотый трон, — сказала Мировой Феникс. — Этого приглашения достаточно, чтобы определить его судьбу, теперь, когда мы здесь, даже если процесс неприятен.

— Неприятен? — сказал Искатель Песен. — Ты говоришь об угоне его души, пока его сила воли слишком ослаблена, чтобы остановить тебя. Это не неприятно, Мировой Феникс. Это бессовестно.

— Ты позволяешь своему смертному сосуду влиять на твое суждение, Искатель. Мы вне морали. Наши правила выше чего-то столь мелочного, как смертная этика.

— Я считаю, что все наши суждения скомпрометированы, — сказала Небесная Книга. — Как и наша способность достичь понимания обстоятельств, в которых мы оказались. Асано сделал нас слабыми в этой области, дав взамен силу и мощь.

— Именно, — сказала Мировой Феникс. — Он привел что-то в движение, чтобы победить, даже в поражении. Он ведет большую игру, и это не первый раз, когда он делает жертвенный ход. Но я возьму страницу из его собственной книги и переверну доску. Я последую по этой дороге к ядру его души и захвачу контроль над ней. Затем я использую его связь с троном, чтобы убедиться, что он никогда не будет восстановлен.

— Тогда мы продолжим сражаться против тебя, — сказал Жнец.

Они все огляделись, когда все двести одиннадцать тел Тени появились из теней между ордой монстров.

— Прародитель, — сказала Тень. — Битва окончена. Правила не позволяют никому продолжать её за пределами того момента, когда мистер Асано пал.

— Он не может остановить это вот так, — сказала Мировой Феникс. — Он устанавливает правила, но он должен поддерживать уровень баланса. Он не может просто заставить нас остановиться здесь. Должна быть возможность для нас продолжить.

— Да, — сказала Тень. — Вопреки моему совету, мистер Асано определил, что продвигаться могут только те, кто желает двигаться вперед, чтобы контролировать его душу изнутри.

— Зачем ему делать что-то настолько саморазрушительное? — спросил Легион.

— Мистер Асано уже пробовал путь попытки быть хуже своих врагов, и это едва не уничтожило то, кем он был. Не раз мне приходилось оттаскивать его от края бездны. Его надежда была в том, что я смогу сделать то же самое для вас. Если вы пойдете вперед, это может быть только с намерением поработить его душу. Он взывает к вашим лучшим качествам.

— И именно для этого нужны эти сосуды, — поняла Мировой Феникс. — Он пытается заразить нас смертной моралью.

— У нас есть свои стандарты, — сказала Небесная Книга. — Нам не нужны смертные тела, чтобы знать, что это не то, что мы должны делать.

— Жаль, — сказала Мировой Феникс. — Всё это делает только проще. Любой из вас, кто хочет остановить меня сейчас, может сделать это, только захватив душу Асано для себя, чтобы принудительно восстановить трон.

Великие астральные сущности посмотрели друг на друга. Взгляд Мирового Феникса упал на Строителя.

— А ты? — спросила она его. — Ты уже однажды пытался завладеть душой Асано. Теперь возможность стоит перед тобой, и в придачу ты получишь то, что хочешь.

— Феникс, — прошептал Шепот в Углах. — Зачем тебе побуждать других выступать против тебя?

— Потому что она не так невосприимчива к этическим мукам, как утверждает, — сказал Легион. — Легче сделать аморальный выбор, когда ты делаешь это не в одиночку. Быть единственным, за кем наблюдают те, кто выбрал более высокий путь, — это нелегко. Во всяком случае, для смертного. Выбор Асано поместить нас в эти сосуды не был лишен хитрости.

Мировой Феникс проигнорировала их, не сводя глаз со Строителя.

— Что ты выберешь? — спросила она. — Движение вперед ничего не стоит тебе морально. Ты уже пытался пробиться сюда силой.

Остальные повернулись, чтобы посмотреть на Строителя, ожидая его ответа. Он обвел их взглядом с выражением презрения.

— Я знаю, что вы все обо мне думаете. Вещи, которые вы со мной делали, дали это понять с самого начала, поэтому мои слова и действия здесь, вероятно, мало что для вас значат. Но до всего этого только я противостоял Асано как враг. Не как игре, пусть и с высокими ставками, а как настоящему противнику. Да, я мог бы пойти вперед и снова сражаться, чтобы завладеть его душой. Что я сделаю, так это уйду. Что вы из этого извлечете — решать вам.

Строитель ушел, толпа тел Тени и безымянных великих астральных сущностей расступилась, чтобы пропустить его. Небольшое здание появилось незамеченным на обочине дороги, и Строитель подошел к нему и вошел внутрь. Никто ничего не сказал, когда он ушел, наблюдая, как он совершает долгий путь по абсурдно широкой дороге. Как только он исчез, Тень нарушил тишину.

— Теперь остальные из вас должны выбрать. Идеалы мистера Асано наивны, это правда, но он пришел к тому, чтобы увидеть ценность в наивности. Он долгое время придерживался мнения, что первый шаг к тому, чтобы сделать невозможное возможным, — это готовность попробовать. Чтобы сделать невинную надежду реальностью, мы должны сначала принять её как возможность, даже когда другие называют это глупостью. Я понимаю, что это мало что значит для вас всех; эти сосуды — не то, кто вы есть. Но я также понимаю вас так, как мистер Асано не понимает. У вас есть свои стандарты. Свои правила. Вы нарушили их, чтобы расколоть Космический трон, но вы здесь ради реституции. Движение вперед — это нарушение того самого, ради чего вы пришли сюда.

— Это не то, ради чего я пришла сюда, — сказала Мировой Феникс.

— Нет, — признала Тень. — Но как далеко вы готовы зайти?

— До конца. Я сказала Асано столько же, и он сказал мне то же самое. Я обнаружила за это время, что он и я в чем-то похожи. Я не питаю к нему презрения.

— И все же вы бы развратили его самую суть, пока он наиболее уязвим. Кто-то, к кому вы не питаете злобы. Готовы ли вы двигаться вперед и сделать это в одиночку?

— Она будет не одна, — сказал Жнец. — Асано сделал плохой выбор, и он потерпел неудачу. Если цена исправления его ошибки в том, что я должен захватить его душу, чтобы убедиться, что трон восстановлен, это цена, которую я готов заплатить. Моя совесть продлится лишь до тех пор, пока этот сосуд.

Все Тени исчезли, кроме одной. Он подошел, чтобы встать перед Жнецом.

— Не делай этого, Прародитель.

— Тебе лучше не просить меня об этом, Потомок.

— Я не прошу.

Другие великие астральные сущности инстинктивно отступили.

— Ты моя тень, — сказал Жнец. — Моя. Наша связь превосходит какую-то жалкую связь фамильяра. Он последний из скольких призывателей? И далеко не первый, кто достиг бессмертия. Сколько их еще там, о ком не думали эоны? Ты оставлял каждого из них позади, в то время как мы с тобой вечны. Я знаю, что ты отказался от более глубокой связи с Асано, и правильно сделал. Даже он это понимает.

Наступила тяжелая тишина после слов Жнеца. Бледнолицый мужчина и теневая фигура перед ними смотрели друг на друга, словно вызывая другого заговорить первым.

— Ты прав, Прародитель. Отец. Я твоя тень. И я предоставил себе свободу оставить Джейсона Асано позади.

— Мудро, — сказал Жнец. — На данный момент он станет марионеткой, для Мирового Феникса или для меня.

— Нет, — сказала Тень. — Я был проводником и учителем для каждого из моих призывателей, но все они, в свою очередь, могли чему-то научить меня. Раз за разом они показывали мне, что изменения — это мандат молодых. Что друзья лучше, чем слуги или союзники. Что даже невозможное может быть достигнуто, если у тебя есть воля попробовать. Это далеко не уникальные уроки, это правда. Я видел их раз за разом, от многих призывателей.

— Это убеждения молодых и глупых, — сказал Жнец.

— Да, — согласилась Тень. — Но, возможно, я нахожусь на таком этапе своего пути, где я более открыт к убеждениям глупцов. Одна вещь, которую мистер Асано показал мне, особенно резонирует в этот момент. Иногда быть тем, кто ты есть, или становиться тем, кем ты хочешь быть, означает сделать глупый выбор. Полностью посвятить себя, даже когда неудача кажется неизбежной. Всё, что меньше этого, — это спасти тело, но потерять душу.

Форма Тени начала мерцать, как изображение на старом телевизоре. Больше тел начало появляться из уже присутствующего, поднимаясь в воздух. Они тоже мерцали, их теневые формы становились размытыми, а затем снова принимали форму. Иногда они вспыхивали, превращаясь в яркий белый свет на мимолетные мгновения, прежде чем вернуться к глубокой, как пустота, тьме.

Воздух затрещал от силы, когда Тень воспользовался властью, накопленной за десятки тысяч лет. Ветер вспыхнул, проносясь через джунгли и дергая великих астральных сущностей. Дождь лил с неба, внезапно потемневшего от огромного спиралевидного облака. Молнии сверкали, и электричество кололо их кожу, заставляя зубы стучать, а волосы вставать дыбом.

— Ты накладываешь санкции на самого себя? — громко спросил Жнец сквозь шум ветра и дождя. — Ты используешь всё, что накопил, ради этого? Ради него?

Тень не ответил, пока тела продолжали появляться в воздухе. Только когда все двести одиннадцать присутствовали, паря как темное облако, мерцание прекратилось. Двести десять тел затем вернулись к тому, что было на земле, сливаясь в одно. Окно отображения появилось перед каждой названной великой астральной сущностью.

* Тень Жнеца [Тень] наложил санкции на себя. * Тень Жнеца [Тень] стал Тенью Гегемона. * Тень Гегемона больше не совместима со способностью фамильяра [Тень Жнеца]. * Контрактор фамильяра [Джейсон Асано] находится в состоянии самосанкции. * Контрактор фамильяра [Джейсон Асано] принял внешнюю санкцию. * Способность сущности [Тень Жнеца] стала [Тенью Гегемона]. * Способность [Тень Гегемона] установлена на минимальный уровень для текущего ранга. * Способность [Тень Гегемона] установлена на Золото 0 (0%). * Тень Гегемона [Тень] принял статус аватара от контрактора фамильяра [Джейсон Асано]. * Контракт фамильяра через способность [Тень Гегемона] теперь является постоянным.

Внезапно всё затихло.

— Это был глупый поступок, — сказал Жнец. — Ты в порядке? Санкционирование может так легко пойти не так.

— Я в порядке, — сказала Тень. — И да, это было глупо. Но иногда глупцы могут быть катализаторами великих и важных перемен. Посмотри, что Джейсон Асано сделал за свой короткий отрезок жизни. Что он сделает за тысячу лет? Миллион?

— Ничего, — сказал Жнец. — Его воля уничтожена и вскоре будет подчинена мне или Мировому Фениксу.

— Возможно, — сказала Тень. — Но хороший способ оценить человека — судить его по его врагам. У величайшего врага мистера Асано был идеальный шанс для мести, и он решил бежать. Я бы посоветовал тебе судить мистера Асано по этому.

— Ты всегда был непокорным, — сказал Жнец, — но, очевидно, мне следовало обуздать тебя, прежде чем ты сбился с пути.

— Это больше не тебе решать, Отец.

— Перестань называть меня так.

— Но это то, кем ты являешься сейчас. Я не твоя тень; я твое потомство. Независимое. Я знаю, что ты много раз защищал меня, и я благодарю тебя за это. Но теперь мои ошибки — это мои ошибки, и их последствия — это то, с чем мне разбираться.

— В одиночку.

— Не в одиночку, Отец.

— Нет, полагаю, ты не один. Ты утверждаешь, что независим, но всё, что ты сделал, — это сковал себя новым хозяином.

— Это заблуждение великой астральной сущности. Не всегда должна быть иерархия. Ты можешь идти рядом с кем-то, не служа ему и не управляя им. Джейсон Асано продолжит расти в своем влиянии, и если всё, чем он когда-либо станет, — это астральный король, я буду силой за троном. Руководящей рукой, ибо ему нужно много руководства. Но он также помогает мне идти по пути, по которому я так долго не решался идти.

— У него не осталось потенциала для реализации, Потомок. Он погубил себя, как и ты, присоединившись к нему.

— Посмотрим. Я оставлю тебя сейчас с твоим выбором, Отец. Надеюсь, вы с Мировым Фениксом передумаете.

— Что сделал Асано? — потребовал Жнец, прежде чем Тень смог двинуться. — Как он восстанавливает трон?

Тень наклонил голову, как любопытный пес.

— Странно, — сказал он. — Я полагаю, что не быть подчиненным твоим командам потребует привыкания для нас обоих.

Тень шагнул в тень монстра и исчез.

— Ты злишься, — сказала Небесная Книга Жнецу. — Это сосуд. Не спеши и не позволяй эмоциям управлять тобой.

— Молчать! — взревел Жнец.

— Я не твоя, чтобы командовать, как и Тень теперь, — сказала Книга. — И хотя он всегда был странностью среди твоего потомства, он никогда не был дураком. Несмотря на все его заявления о том, что он таковым является сейчас, вам с Мировым Фениксом следует учесть, что он знает что-то, чего не знаем мы.

— Я сказал, молчать! — прорычал Жнец и проложил себе путь сквозь монстров, которые карабкались, чтобы избежать его пути. Мировой Феникс двинулась, чтобы присоединиться к нему.

Глава90 СОЖАЛЕНИЯ

Глава 90 СОЖАЛЕНИЯ

Мировой Феникс и Жнец шли по пустой дороге два года. Никаких драк, никаких препятствий. Никакой цели, за которую стоило бы бороться. Пара шла в тишине по неизменной и, казалось, бесконечной дороге. Два года почти без пауз, за исключением одного момента, когда Мировой Феникс остановилась.

— В чем дело? — спросил Жнец, также останавливаясь.

— Я скучаю по еде.

— Это из-за твоего сосуда.

— Знание причины не отменяет обстоятельство.

— Согласен.

Они продолжили путь.

В Венеции, в хранилище того, что когда-то было банком, Элизабет открыла глаза. Она чувствовала, что сейчас ночь, в расслабляющем отсутствии магии солнца. Солнечный свет не мог навредить ей под землей, но она всё равно чувствовала его в течение дня. Он зудел на краю её восприятия, как зуд, который невозможно почесать.

Она покинула хранилище, затем приняла душ и оделась, прежде чем подняться наверх. Она хотела бы отправиться на крышу и насладиться книгой под холодным светом луны. Книги были таким удовольствием, и их так легко получить в эту современную эпоху. Она подозревала, что этому не бывать, судя по вампиру, которого она чувствовала ожидающим в её кабинете.

Сама концепция кабинета заставляла Элизабет качать головой. Когда-то давно у неё был тронный зал. Кабинет — это одно, всё в антикварном дереве и книгах в кожаных переплетах, но этого было недостаточно для современных нужд. Управление современным вампирским государством требовало таких темных ухищрений, как электронные таблицы и — она содрогнулась при этой мысли — презентации PowerPoint.

Банк был крепостью. После некоторого магического усиления он теперь мог выдержать еще одну попытку людей применить ядерное оружие. Он также был хорошо подготовлен к более обычным формам атаки, будь то пользователи эссенции или вампиры. Делать всё это без компромиссов делало его утилитарным пространством, а не приятным местом для жизни или работы.

Для более приятного места, где можно было наслаждаться ночами, Элизабет содержала близлежащий палаццо. Недалеко, вдоль канала, он был достаточно близко, чтобы добраться менее чем за секунду, если она развивала полную скорость. В этом не было необходимости этим вечером, и она неспешно прогуливалась под ясным ночным небом.

Лунный свет приятно освещал чистую воду канала, нетронутую давно ушедшим человеческим населением. До того как Элизабет захватила город, он был апокалиптическим кошмаром. Вампирские лорды, правившие им, проводили массовую резню на своих антисанитарных кровавых фермах. Центры обескровливания были созданы быстро и грязно, чтобы насытить человеческую кровь магией так быстро, как они могли получить ядра реальности.

Элизабет изменила всё это. Зоны трансформации перестали появляться, перекрыв поставки ядер реальности. Большая часть населения города исчезла: либо погибла, либо бежала, либо превратилась в чудовищных упырей. Некоторые немногие были также кровавыми слугами — людьми, ставшими более могущественными, выпив крови высших вампиров.

Захватив власть, она установила новый режим. Сверхчеловеческая сила и скорость кровавых слуг и вампиров низшего ранга быстро справлялись со строительством. Люди, обладавшие знаниями, чтобы направлять их, получали отсрочку от службы в качестве кровавого скота.

Люди, которые не смогли сбежать из города, содержались для получения крови, но более гуманным способом, чем в других местах. Вместо того чтобы содержаться в клетках, как курицы на птицефабрике, им давали больше свободы в пределах в значительной степени пустого города. Многих выпускали на фермы, производящие еду, чтобы прокормить их. Принятие ситуации вместо сопротивления приносило привилегии и лучшее обращение.

Тех, кто скрывался, вместо того чтобы явиться, чтобы их использовали для питания, вскоре вынюхивали. Те, кто бежал из Венеции, обнаружили, что за пределами города дела обстояли значительно хуже. Европа теперь полностью находилась под контролем вампиров, за исключением Британских островов. Клан Асано отступил в свои астральные пространства, когда их доменная магия отказала, и о них не было слышно два года.

Эдикты Элизабет в отношении людей не были хорошо восприняты другими вампирскими лордами, но она делала это не из сострадания. Лучшее обращение с людьми имело решающие преимущества, начиная с устойчивости. Слабые и больные люди производили меньше крови низкого качества, в то время как мертвые люди не производили её вовсе. Стадо было нелегко вырастить, поэтому она поддерживала его здоровым и сильным.

Другим важным преимуществом был имидж. Ключом к лидерству Элизабет была её адаптация к современному миру и человеческой цивилизации. Она знала, что люди раздувают много антивампирских настроений с помощью кадров кровавых ферм. Если вампиры когда-либо захотят удерживать свою территорию мирно, их должны будут принять, пусть даже как государство-изгой.

Принятие означало, по крайней мере, выглядеть чем-то иным, нежели землей ужасов. Вампирская угроза была в значительной степени устранена с территорий, контролируемых людьми, и люди так быстро забывали, когда плохие вещи случались только с кем-то другим. Только во время предвыборных лет или когда требовалось отвлечь внимание от скандала, вампирская угроза внезапно снова оказывалась на подъеме.

Самым большим препятствием для того, чтобы сделать вампирское государство приемлемым, было само население вампиров. Слишком многие из лордов всё еще не могли осознать экзистенциальную угрозу, которую представляли люди. Они винили тех, кто пал, в глупости или слабости, утверждая собственную силу и хитрость, которую ни один человек не мог сломить. Для некоторых это было хвастовство, и они были осторожны, чтобы оставаться под единым знаменем Элизабет. Проблемы исходили от тех, кто искренне верил в свою непобедимость.

Клан Асано отступил в свои астральные пространства, когда магия, защищавшая их, угасла и в конечном итоге исчезла. Без защиты доменов совместные военные базы во Франции и Словении были заброшены, и вампиры захватили территории. Элизабет советовала проявлять осторожность, но её власть над более дикими вампирскими лордами была, в лучшем случае, слабой.

Захват роскошных магических облачных домов клана Асано придал смелости тем, кто сомневался в Элизабет. Для многих вампирских лордов это было возвращение к старым способам правления в роскоши. Каждый месяц, проходивший с предупреждениями Элизабет, которые снова не оправдывались, служил для дальнейшего подрыва её авторитета.

Элизабет подошла к двери своего палаццо, и её открыл её кровавый раб Герлинг. Он выглядел почти так же, как при жизни, но с кроваво-красными склерами и более смуглой кожей. Её забавляло видеть его тело таким послушным и чувствовать душу, запертую внутри, бьющуюся в агонии в поисках освобождения.

Она направилась в свой кабинет, где её ждал вампир золотого ранга. Он был одним из пары лордов, которые исключительно хорошо преодолели свои гедонистические инстинкты. Это позволило им не только адаптироваться к современности лучше, чем большинству, но и работать с Элизабет, а не соперничать за контроль. Они также разделяли её настороженность по отношению к Джейсону Асано и угрозе, которую он будет представлять по возвращении на Землю.

— Мадемуазель Элизабет.

— Что у тебя для меня, Эли?

— Барнабас Коуп продолжает утверждаться в качестве центральной фигуры среди вампирских лордов на бывших территориях Асано. Я бы предсказал тайную попытку устранить вас в ближайшие недели. Если она провалится, ожидайте открытых военных действий к концу года.

— Едва ли это новости, Эли, — сказала Элизабет. Она села за свой стол и указала на стул напротив. Эли чопорно сел на свое место.

— Барнабас получил некоторых из человеческих специалистов по магии, — сообщил Эли. — Обратил их, чтобы обеспечить лояльность, и игнорирует ваши ограничения на новых вампиров.

— Он снова пытается проникнуть в запечатанные апертуры астрального пространства?

— Именно.

— Как успехи?

— Он направил своих новых экспертов, чтобы попытаться прорвать апертуры. Они взорвались.

— Апертуры или эксперты?

— Эксперты. Апертуры остаются такими же непроницаемыми, как и всегда.

— Оказали ли их попытки какое-либо влияние на уровни магии?

— Нет, мадемуазель. Уровни магии остаются ниже, чем когда домены Асано были на месте, что соответствует окружающим регионам.

Элизабет откинулась на спинку стула, рассеянно постукивая пальцем по губам, пока размышляла.

— Что ты думаешь о том факте, что аура Асано исчезла, но магические города, которые он создал, остались?

— Если бы я был подозрительным человеком, я бы подумал, что это попахивает ловушкой.

— Ты подозрительный человек, Эли?

— Да, мадемуазель. Я такой.

Амюзмент на мгновение промелькнул на лице Элизабет, прежде чем оно стало мрачным и задумчивым.

— Здесь он или нет, Асано — это проблема, — сказала она. — Если он умрет в каком-то другом мире и его магия здесь уменьшится, это придаст смелости тем, кто хотел бы подорвать нас. Если он останется в стороне и всё останется как есть, результат будет похожим, но не таким пагубным для нашего положения. Это может быть исход с наименьшим негативным влиянием для нас.

— А если он вернется?

— Что ты думаешь?

— Я однажды бежал от Асано, когда он был серебряного ранга. Если он вернется сильнее…

Элизабет кивнула.

— Его клан считал, что Асано достиг золотого ранга задолго до того, как они отступили в свои астральные пространства. Мы должны предположить, что если он вернется, то будет золотого ранга. Если он привезет с собой достаточно союзников золотого ранга, то беспокоиться о своем долголетии будем не только мы. Баланс сил в этом мире изменится.

— Известно, что Асано испытывает антагонизм по отношению к большинству крупных властей. Возможно, есть пространство, чтобы использовать это?

— Наша озабоченность должна быть сосредоточена на вампирах в бывших доменах клана Асано. Если Асано вернется, нас легко могут затянуть в его ответ на их оккупацию.

— Вы говорите об умиротворении.

— Я говорю о выживании.

— Я не спорю, но дистанцироваться от крайностей нашего вида сложно. Это будет отречением от контроля над вампирами, которые уже обеспокоены вами. Барнабас Коуп сметет их, и если Асано не вернется — или даже не вернется достаточно скоро — мы заплатим за это цену.

— Цена, которую можно вынести, в то время как полный гнев Джейсона Асано — нет. Мы готовимся к тому, что убьет нас, а не к тому, что просто причинит боль. Мне удалось однажды сбежать от Асано. Он будет более усердным, если попытается убить меня снова. Мой лучший шанс — убедить его не делать этого.

— Как вы думаете, он потерпит наше дальнейшее существование?

— Нет. Не в нынешнем положении. Лучшее, что мы можем сделать, — это подготовиться и надеяться найти возможность для выживания при любых обстоятельствах. Начните с поиска способов дистанцироваться от Коупа в глазах людей.

Спустя два года Мировой Феникс и Жнец наконец столкнулись с чем-то иным, кроме плоской, прямой дороги. Это началось с появления гор вдалеке, возвышающихся из джунглей. Дорога отклонилась от своего ранее неизменного курса, сужаясь по мере приближения к горам.

Пара продолжала идти, пока дорога вилась вверх в горы. Деревья, окаймляющие дорогу, изменились, так как воздух становился прохладнее с высотой. На многих участках не было никакой растительности, только бесплодные участки земли, заполненные обсидиановым сланцем. Сама дорога изменилась, широкие плоские камни теперь были черным обсидианом; обработанная и отполированная версия сланца с обочины дороги.

Высоко в горах снег покрывал всё, кроме дороги. Обсидиановые плиты нагревались снизу, растапливая любой лед, который падал на них. Растаявший снег оставлял их гладкими и скользкими, но великие астральные сущности с их сверхъестественным балансом не поскальзывались и не падали.

— Весь этот регион вулканический, — сказала Мировой Феникс. — Я чувствую огонь под землей. Эхо его в камне.

Наконец, появился гребень, дающий им панорамный вид, когда дорога пошла на спуск. Они остановились, чтобы осмотреть огромную кальдеру, раскинувшуюся перед ними. Проходя через горный хребет, она образовала длинную, широкую высокогорную долину. Внутри кальдеры были озера, испускающие пар среди леса, совершенно не похожего на джунгли у подножия гор. Возвышающиеся деревья достигали ста метров и более.

Лес был далеко не пустым. Это был обширный лесной город, частично построенный и частично выращенный. Дома на деревьях были построены на нескольких уровнях каждого ствола, полагаясь на их ширину и прочность. Острые глаза великих астральных сущностей выхватывали обставленные углубления, выращенные в деревьях. Там были веревочные мосты и лифты, использующие примитивные веревочные механизмы. Несмотря на обширность лесного города, он выглядел необитаемым.

— Этот лес, — сказала Мировой Феникс. — Он…?

— Вложенная душа, — подтвердил Жнец. — Этот лес — единое, живое существо, со своей собственной душой.

— Как мы не почувствовали это? Вложение души оставляет следы, которые мы должны были увидеть, даже в этих ограниченных сосудах.

— Я не думаю, что он использовал инженерию души. Не в обычном сознательном и контролируемом виде. Эти души были соединены добровольно и аномальными средствами. Зона трансформации скрыла это от нас, и Асано использовал реинтеграцию зоны, чтобы реализовать это инстинктивно.

— Кто показал ему, что это вообще возможно? Боги Паллимустуса?

— Их действия не ускользнули бы от нашего внимания. Асано, возможно, открыл этот процесс сам. Ему дали много инструментов для манипулирования реальностью, с очень скудными инструкциями. В значительной степени тобой, Мировой Феникс.

— Снова я направила его на путь, по которому он прошел дальше, чем я когда-либо намеревалась. Мы трудились под заблуждением. Мы верили, что наше присутствие в его душе предупредит нас о любых манипуляциях с этой игрой, которую он устроил. Но невозможно сказать, что он скрыл от нас в этой вложенной душе.

— Всё, что нам осталось, — это выяснить, — сказал Жнец. — Давайте двигаться вперед.

— Подожди минуту, — сказала Мировой Феникс.

— Почему?

Она кивнула на панораму перед ними.

— Потому что это красиво.

Жнец повернул голову, чтобы посмотреть на неё.

— Тебе стоит потакать своему смертному сосуду, — сказала она, не сводя глаз с вида. — В нашем обычном состоянии испытывать удовольствие или ценить красоту — это выше наших сил.

— Мы здесь не для того, чтобы развлекаться.

— Это не значит, что мы не должны. Я думаю, мы оба понимаем, что Асано переиграл нас, Жнец. Что я не получаю того, чего хочу. И что ты получаешь, не пачкая рук.

— Мы не смертные. Полагаю, бесполезно пытаться заставить тебя принять то, что то, чем мы являемся, важно. Твоя цель здесь — поддерживать то, что ты сделала из себя.

— Не говори со мной так, будто ты занимаешь моральное превосходство, Жнец. Ты согласился расколоть трон. Ты пришел сюда, чтобы поработить душу Асано. Я упустила этот шанс, и знаешь что? Я чувствую облегчение.

— Смертная слабость.

— Да. У меня не было бы сожалений, если бы я не была в этом сосуде. Но я в нем.

— Ты всегда была слишком привязана к своим основным сосудам. Ты проходишь через них так быстро, потому что растишь их как питомцев, вместо того чтобы использовать как инструменты.

— Говорит человек, который расстроился, потому что его мальчик ушел из дома.

— Я НИЧЕГО НЕ ЧУВСТВОВАЛ! — взревел он, заслужив поднятую бровь от Мирового Феникса.

Жнец ничего не сказал, бросив на неё взгляд, поправляя драпировку своего костюма. Не говоря больше ни слова, он зашагал прочь. Мировой Феникс наблюдала, как он уходит, затем повернулась, чтобы в последний раз окинуть взглядом панораму. Она посмотрела вниз по дороге, где Жнец спускался с холма. Со вздохом она начала идти.

Глава91 ТОТ, КОГО ТЫ КОРМИШЬ

Глава 91 ТОТ, КОГО ТЫ КОРМИШЬ

Мировой Феникс и Жнец шли по дороге, ведущей в долину кальдеры. Весь горный хребет был смесью географических странностей, которые по отдельности были бы крайне нерегулярными. Хотя и не такие высокие, как обрамляющие их пики, было странно иметь долину так далеко над уровнем моря. Обширная долина кальдеры также была необычной, но далеко не неслыханной. У Джейсона были родственники по материнской линии, которые жили в такой местности.

Наряду с тем, что долина имела свой собственный умеренный микроклимат, воздух не был таким разреженным, как должен был быть для такой высоты. Затем были горячие источники, разбросанные по лесу, пар от которых был виден. Взятые вместе, особенности региона демонстрировали его потустороннюю природу. Это, или дефицит знаний Джейсона в области географии, геологии и климатологии.

Ледяные ветры высоких гор уступили место мягким, приятным бризам, когда великие астральные сущности двигались вниз по склону. В точке, где бесплодный горный склон встречался с линией деревьев, они поняли, что их путешествие окончено. Дорога продолжалась, но не для них. Они достигли души лесного города, и она не приняла их.

После того, как их сопровождал только звук ветра, новый шум достиг их ушей из леса. Источник был раскрыт, когда Джейсон Асано неспешно появился на лесной тропе, просматривая видео на телефоне в руке. Его другая рука держала наполовину съеденный сэндвич.

Незапечатанная тропа соединялась с дорогой, которая продолжалась в лес. Только когда Джейсон достиг дороги, он поднял взгляд на великих астральных сущностей, стоящих у линии деревьев. Он посмотрел на них задумчиво, откусывая кусочек от своего сэндвича и жуя его.

— Как? — спросила Мировой Феникс.

— Точно по расписанию, — сказал он, направляясь к ним. — Почти как будто всё это было частью сложного и хорошо спланированного плана, который был осуществлен, несмотря на то, что люди в целом пренебрежительно относились к моей способности планировать и исполнять схему.

Он подошел к паре и поставил видео на паузу.

— Прошу прощения, — сказал он. — Я смотрю старый боксерский матч. Я обычно не спортивный парень, что не очень по-австралийски с моей стороны, я знаю. Особенно когда меня назвали в честь футболиста. Этот боксерский матч, однако, интересная история. Его назвали «Грохот в джунглях».

Эми сидела со скрещенными ногами на крыше в городе астрального пространства. Девять кубов плавали вокруг неё на орбите. Кубы были выкованы из мерцающего темного металла, найденного только в самых отдаленных пределах астрального пространства. Каждая грань каждого куба была разделена на девять секций, каждая из которых несла разную светящуюся руну. Кубы могли вращать каждый ряд и столбец, чтобы изменить конфигурацию рун.

— Эй, Асано. Как ты решаешь это, если цвета продолжают меняться?

На серебряном ранге Эми уже не нуждалась в дыхании. Тем не менее, она сделала глубокий, медленный вдох, чтобы сдержать свой гнев.

— Я говорила тебе столько раз, Винсент. Это не кубики Рубика.

— Да, у них есть эти светящиеся кусочки вместо плоских цветов. Хочешь, я принесу тебе наклейки, чтобы ты наклеила их? Пару месяцев назад открылась типография, которая, вероятно, могла бы их сделать.

Эми повернулась, чтобы посмотреть на молодого человека, стоящего в дверном проеме лестничной клетки. Его лицо было пустым, а контроль ауры — твердым. Как обычно, она не могла сказать, дразнит ли он её или искренне туповат.

— Что ты делаешь здесь наверху? — спросила она.

— Твоя мать только что достала противень соленых булочек из духовки.

— Ну, тебе следовало начать с этого. Я спущусь через минуту.

Он ухмыльнулся, прежде чем повернуться, чтобы направиться обратно вниз по лестнице. Кубы полетели к Эми и уложились в её сумку. Она организовывала их немного лучше в своей сумке, когда почувствовала, что за ней наблюдают, и замерла. После многих лет обладания чувствами ауры было неприятно чувствовать пустоту от них, при этом инстинктивно распознавая присутствие. Она медленно встала и обернулась, чтобы увидеть своего дядю, сидящего на невысокой кирпичной стене на краю крыши.

— Мы с тобой теперь выглядим почти одного возраста, — сказал он, его голос был окрашен грустью.

После того, как она широко открытыми глазами смотрела мгновение, она бросилась вперед, чтобы заключить его в объятия.

— Почему ты чувствуешь себя так, будто сделан из резины? — спросила она.

— Это просто аватар, Моппет. Пройдет еще немного времени, прежде чем я смогу увидеть тебя лично. Я расскажу тебе всё об этом, когда доберусь туда по-настоящему.

Она отстранилась, осматривая его с ног до головы.

— Твои глаза не странные.

— Твои тоже.

— Ты выглядишь еще больше как дядя Кайто.

— Золотой ранг. Он приводит тебя в порядок.

— Домены…

— Я здесь не для того, чтобы говорить об этом. Я здесь, чтобы увидеть тебя. Я знаю, что был не в лучшем состоянии, когда мы виделись в последний раз. Я знаю, что меня долго не было, и я пропустил одну из самых важных частей твоей жизни. Время, когда тебе действительно могли понадобиться ужасные советы подозрительного дяди.

Они оба рассмеялись. У обоих были влажные глаза.

— Нет способа наверстать упущенное за то, что меня не было рядом, — сказал он. — Но я скоро буду там.

— Ты уже видел прабабушку?

— Нет. Это мой первый шанс связаться, и я хотел навестить тебя должным образом. Я не мог проецироваться так раньше, но я почти закончил, и мне больше не нужно прятаться.

— Прятаться от чего?

— Я вел «роуп-а-доп» с некоторыми сущностями, которые наблюдают за всем космосом, поэтому контроль информации должен был быть приоритетом.

Эми посмотрела на него с подозрением.

— Что такое «роуп-а-доп»? — спросила она. — Это что-то сексуальное?

— Нет! Это не что-то сексуальное.

— Звучит как что-то сексуальное.

— Это очень известная вещь, которая вообще не связана с сексом. Включает ли она очень подтянутых, топлес, потных мужчин в шортах? Да, включает. Но это не делает её сексуальной вещью.

— Топлес, потные мужчины, говоришь? — спросила Эми, звуча заинтригованно.

— О, нет, — сказал Джейсон, погрозив ей пальцем. — Я не одобряю всю эту «взрослую» вещь, которую ты устроила. Где моя драгоценная маленькая племянница?

Выражение лица Эми стало холодным, и Джейсон поморщился, зная, что совершил ошибку.

— Она провела полжизни в ожидании, когда её дядя вернется, — сказала Эми.

Джейсон кивнул и опустил голову.

— Я не хотел оставаться в стороне так долго, — сказал он, его голос был почти шепотом.

Выражение лица Эми смягчилось, и она двинулась, чтобы снова обнять его.

— Я знаю, — сказала она. — По крайней мере, часть этого. То, что сказал мне Руфус. Это не значит, что мне это должно нравиться.

— Нет. Нет, не значит.

Он взъерошил её волосы, и она оттолкнула его от себя.

— Ты знаешь, что я всегда это ненавидела. А теперь я взрослая, дядя Джейсон.

— Что я до сих пор не одобряю.

Он наклонил голову, как будто пытаясь услышать отдаленный звук.

— Что это? — спросила Эми.

— Это мой первый раз, когда я веду одновременные разговоры в разных вселенных. Я сейчас разговариваю с мрачным жнецом и космическим фениксом.

— О чем?

— О боксе.

— Боксе?

— Ты спросила. Слушай, я буду там по-настоящему, когда смогу. Никаких обещаний, но уже недолго осталось. Я схвачу своих друзей в другой вселенной и приведу их в гости. Хотя некоторые вещи произойдут до того, как я туда доберусь. Скажи своей бабушке, что как только домены вернутся на место, ей больше не нужно беспокоиться о том, что они исчезнут.

— У неё будет много вопросов.

— Ага. Прости за это. Но я здесь не ради неё. Я хочу, чтобы ты знала, что даже несмотря на то, что я не мог быть здесь, я наблюдал.

— Ты наблюдал?

— Я наблюдал.

Она сузила глаза.

— Насколько пристально?

Джейсон усмехнулся и посмотрел на пустой дверной проем лестницы. Тот самый, через который Винсент ушел прямо перед прибытием Джейсона. Эми проследила за его взглядом, а затем посмотрела обратно на него.

— Что? — спросила она.

— Он милый.

— Нет, не милый! В смысле, кто? Я имею в виду… заткнись!

Джейсон разразился хохотом, когда его племянница покраснела.

— Тебе стоит заняться этими солеными булочками, Моппет. Обращать внимание на вещи в разных вселенных — это то, к чему я всё еще привыкаю, и мне нужно сосредоточиться на другой вещи. Я просто хотел заглянуть, теперь, когда у меня наконец появилась возможность. Я люблю тебя, и скоро увидимся.

Затем он исчез, и она осталась одна на крыше, которая внезапно показалась очень пустой.

— Боксерский матч похож на дуэль, — объяснил Джейсон. — И «Грохот в джунглях» был одним из самых известных когда-либо. Был один парень. У него был острый язык; проблемы с авторитетом. У другого парня была сила. Он был тем, о ком все думали, что он победит.

— В этом нет смысла, — прервал Жнец. — Тебе нужно…

— Тебе нужно закрыть свой чертов рот! — прорычал Джейсон, его добродушное поведение мгновенно сменилось плюющейся свирепостью. — Вы двое новички в смертности, поэтому не понимаете, чего мне стоило быть втянутым в вашу маленькую игру. Что ж, игра окончена, и я победил. Так что вы будете стоять там и слушать мою речь злодея из Бонда, Жнец, или я использую Космический трон, чтобы дать каждому во вселенной десять бесплатных воскрешений, вы слышите меня?

Жнец долго смотрел на него, прежде чем коротко кивнуть. Как только он это сделал, Джейсон снова весь просиял, как будто его ярости, брызжущей слюной, никогда не было.

— Теперь, — сказал Джейсон. — На чем я остановился? Точно, парень с силой и парень с языком. Видите ли, все думали, что парень с силой победит. Что парень с языком не выдержит избиения, которое он получит. За исключением того, что он выдержал. Он принимал это и принимал, и всё это время он подставлял другого парня, чтобы тот проиграл. Жестко. Что он и сделал, и он не был счастлив из-за этого. Ему потребовалось много времени, чтобы смириться с тем, что его просто победили. Величайшим из когда-либо существовавших.

— Ты думаешь, что ты величайший из когда-либо существовавших? — спросила Мировой Феникс.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я не Мухаммед Али, поэтому мне пришлось жульничать. Мне не нужно говорить вам, что разделение вашей силы воли — это базовый навык трансцендента. Вы делаете это с теми сосудами, в которых находитесь прямо сейчас. Я уже некоторое время занимаюсь своего рода «первым разделением силы воли ребенка» со своими аватарами. Однако я никогда раньше не пытался полностью усадить свое сознание в нескольких местах. Не до этого. И делать это по кусочкам было огромным сожалением. Я не чувствовал такой боли с тех пор, как Строитель пытался заставить меня выплюнуть мою душу. К сожалению, это было необходимо для уловки.

— Когда ты терял силу воли, — сказала Мировой Феникс, — ты никогда на самом деле не терял её. Ты перекачивал её в эту вложенную душу, где мы не могли её почувствовать. Используя её для работы над восстановлением трона, пока остальная часть тебя сражалась с нами.

— Это почти так, — сказал Джейсон. — Присвоение собственной души. Как вы сказали, игра была сфальсифицирована с самого начала. Вы проиграли в тот момент, когда согласились участвовать. Сделать так, чтобы это произошло, — вот почему я всё устроил так, как устроил.

— Ты одурачил нас, — сказал Жнец. — Даже своих собственных союзников.

— Я не люблю союзников, — сказал Джейсон. — Они используют тебя по своей сути. Если они подумают, что это того стоит, они предадут тебя в секунду. Некоторые даже настолько испорчены, что предадут тебя настолько полностью, что поработят твою душу, чтобы получить то, что хотят.

— Я не буду извиняться, — сказал Жнец.

— Я бы и не ожидал этого от тебя, — сказал Джейсон. — В этом и заключается мой смысл. Так что, да. Я разыграл вас всех, и врагов, и союзников. Но я не мог сделать всё так, как хотел. Есть предел тому, насколько я могу влиять на великих астральных сущностей, даже если это всего лишь фрагменты их силы воли, с которыми я имею дело. Даже в моей собственной душе. Но у меня также были козыри в рукаве. Я знал, что вы не будете знать о душе внутри моей души. И я знал, насколько вы полагаетесь на свои основные сосуды, когда думаете в смертном масштабе.

— Ты дал нам смертные оболочки с сильными и слабыми сторонами, которые тебе были нужны, — сказала Мировой Феникс. — Чтобы сделать нас легче обмануть.

— Именно. Если бы вы использовали свои настоящие основные сосуды, с их годами опыта, они бы поняли, что я затеял неладное. Они бы не просто пошли по программе, а мне нужно было, чтобы вы играли в игру на моих условиях. Я поместил вас в смертные сосуды, которые были молодыми, глупыми и полными силы. Вся эта сила была нужна, чтобы сбалансировать ключевые дефициты в ваших рассуждениях и суждениях. Не настолько наивные, чтобы сделать это очевидным, но как раз достаточно, чтобы использовать естественное высокомерие существ, не привыкших иметь вообще какие-либо ограничения.

— Если ты объясняешь это сейчас, — сказал Жнец, — это означает, что ты закончил. Ты готов сделать последний шаг, завершая свой переход к астральному королю и восстановлению Космического трона.

— Да, — сказал Джейсон.

— Зачем утруждать себя рассказом обо всем этом? — спросила Мировой Феникс. — Что дает тебе раскрытие твоих планов сейчас? Шанс позлорадствовать? Произнести одну из тех маленьких речей, которые ты любишь?

— Я не буду отрицать привлекательность объяснения моей злой схемы, — сказал Джейсон. — И немного обидно, что все высмеивают мои планы, поэтому я хотел, чтобы люди увидели, насколько хорошо прошел этот. Если кто-то из вас столкнется с моей командой, пожалуйста, расскажите им об этом.

— Я не собираюсь этого делать, — сказала Мировой Феникс.

— Я увижу их, когда они умрут, — отметил Жнец.

Джейсон покачал головой.

— Настоящая причина, по которой мы разговариваем здесь, — сказал он, — заключается в том, что я дал вам обоим выбор. Тебе, Феникс, принять потерю, а Жнецу — принять победу. Вместо этого вы оба решили прийти сюда, стремясь разграбить всё место. Но вы попали в мою душу в первую очередь только потому, что ворота были заклинены открытыми, пока я восстанавливал трон. А теперь я закончил. Я могу захлопнуть ворота, прежде чем вы сможете отозвать свои нити силы воли из этих сосудов. И без звездного семени, чтобы позволить вам проскользнуть через барьер души, любая сила воли, которая здесь находится, останется здесь. Отрезанная от остальной части вас. Это оставит меня свободным очистить её до власти, в которой я буду очень нуждаться как новоиспеченный астральный король. Не быстрый или легкий процесс, но у меня есть долгое, долгое время.

— Ты заманил нас сюда, чтобы поглотить нас, — сказал Жнец.

— Я ничего не заманивал. Я пытался заставить вас держаться подальше. Твой собственный сын…

— Не говори о нем! Ты забрал его у меня.

— Ты не потерял меня, — сказала Тень, появляясь из тени Джейсона. — Каждый ребенок должен рано или поздно прокладывать свой собственный путь в мире. Это не мешает отцу быть отцом, а сыну — сыном.

— Твоя драма не имеет значения, — сказала Мировой Феникс Жнецу. — Эти сосуды и их эмоции не будут иметь значения, когда Асано вытянет силу воли из них и очистит её. Есть не так много способов по-настоящему навредить нашему виду, Асано. Я должна поздравить тебя с тем, что ты нашел один из немногих.

— Да, — сказал Джейсон. Он посмотрел на Тень, а затем на Жнеца.

— Ладно, вы двое, — сказал он великим астральным сущностям. — Проваливайте.

— Ты отпускаешь нас? — спросил Жнец.

— Да.

— Почему? — спросила Мировой Феникс. — Мы пришли сюда, чтобы поработить твою душу.

— Дело не в вас. Мой отец однажды сказал мне, что когда я в таких ситуациях, настоящий выбор заключается в том, хочу ли я быть человеком, который был безжалостным, или человеком, который проявил милосердие. Итак, вы двое пришли сюда, чтобы сделать что-то поистине гнусное. И я решил простить вас.

— Мы не твои, чтобы судить, — сказал Жнец.

— Я уже объяснял это однажды, Жнец; дело не в вас. А теперь идите и ждите, пока я восстановлю трон. Полагаю, вы захотите быть там.

— Да, — сказала Мировой Феникс. — Чего бы это ни стоило, Асано, я обнаружила, что рада, что мне не удалось поработить твою душу, даже несмотря на то, что я ненавижу, что неудача означает, что ты восстановишь трон.

Джейсон кивнул.

— Мы все совершаем ошибки, — сказал он. — Иногда ужасные. Вам повезло в этот раз, что ущерба не было.

Он указал позади них, и они увидели небольшое здание, которого раньше там не было. Две великие астральные сущности подошли и вошли внутрь. Сразу после того, как дверь закрылась за ними, мир за пределами лесного города начал искажаться, как стекающая краска. Джейсон и Тень наблюдали за этим изнутри леса, который остался незатронутым.

— Спасибо, мистер Асано. За то, что не причинили вреда моему отцу.

— Я надеюсь, что он сможет быть отцом для тебя, Тень. У меня есть довольно хороший, и я с нетерпением жду встречи с ним снова.

Глава92 ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО

Глава 92 ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО

Жители царства души Джейсона сидели на длинной палубе дома на дереве. Мебель была расставлена в длинный ряд, чтобы они могли наблюдать за кружащимся калейдоскопом несозданной реальности за пределами границы лесного города.

— Как только это будет сделано, я наконец смогу перейти к следующему этапу, — сказал Карлос.

— Мы сидим здесь, наблюдая, как формируется вселенная, — сказала ему Мелоди. — Может быть, тебе стоит просто позволить себе насладиться этим чрезвычайно редким опытом и отпустить свои другие заботы на некоторое время.

— Скажи это Гибсону Амузу. Бедный мальчик находится в магически вызванной коме десятилетие. Или тем идиотам.

Они оба повернулись, чтобы посмотреть на другую пару подопытных Карлоса. Подобно Мелоди, влияние Ордена Искупительного Света было подавлено, пока они находились в царстве души Джейсона. В отличие от Мелоди, они строили планы открыть магазин амфор.

— Я говорю тебе, Джейми, время пришло.

— Ретт, почему время пришло? Сколько там? Дюжина людей во всем этом месте?

— Мы опередим рынок!

— С чем? У нас нет никаких амфор.

— Мы можем начать мастерскую. Выкопать глину, сделать печь.

— Ты хочешь делать амфоры из чьей-то души? На самом деле, это мог бы быть реальный способ выделиться, теперь, когда я это сказал.

Рука хлопнула каждого из них по плечу.

— Вам, ребята, возможно, стоит подождать, пока всё это не закончится.

Габриэль Ремор был заперт внутри души Джейсона с тех пор, как порталы во внешний мир закрылись. Он навещал свою жену, которая проводила значительное время с Мелоди и другими жертвами Ордена Искупительного Света. Это произошло несколько лет назад, когда Джейсон начал процесс преобразования своего царства души в полноценное астральное королевство. За это время Габриэль не жаловался на то, что ему пришлось отказаться от всех задач, к которым его принуждал отец, чтобы быть запертым в беззаботной роскоши со своей любящей женой. Упрекнув пару, он присоединился к Арабель на облачном диване.

— Мы уверены, что это закончится сегодня? — спросил Карлос. — Я знаю, Джейсон сказал, что это будет сегодня, но разве он не говорил, что это будет быстро, когда всё началось?

— Это будет сегодня, — раздался деревянный голос Джейсона. — Я чувствую это. Это уже началось.

Остальные обернулись, чтобы посмотреть на аватара лесного города, стоящего позади них с одним из тел Тени. Аватар был почти полностью отсутствующим, пока царство души переформировывалось. До этого он был чем-то вроде любопытного ребенка, постоянно задающего вопросы немногим жителям города.

— Я также хотел бы воспользоваться этим шансом, чтобы объявить кое-что, — сказал аватар. — После долгих размышлений я выбрал имя.

— Наконец-то, — сказал Габриэль. — Ты в итоге остановился на Тиме?

— Ты уверен? — спросила Арабель. — Я знаю, ты думал, что выбрал правильное несколько раз до этого.

— После обсуждения этого с Тенью, — сказал аватар, — я принял свое окончательное решение.

Группа коллективно повернула обеспокоенные взгляды на Тень, а затем обратно на аватара.

— Ну, давай же, выкладывай, — сказала Мелоди.

— Мое имя, — сказал аватар, — Арбор.

— Мне нравится, — сказал Габриэль. — Мне бы понравилось и Тим, но это хорошо.

— Арбор, — сказала Арабель. — Это слово из мира Джейсона, не так ли?

— Да, — сказал Арбор. — На его языке это относится к естественному росту поверх искусственной структуры для создания укрывающего пространства. Оно также происходит от более старого языка, где оно означает дерево.

Мелоди встала и заключила деревянного аватара в объятия.

— Мы оба были довольно сильно искалечены людьми, не так ли? — прошептала она. Аватар нерешительно двинул руками, чтобы ответить на объятие.

Джали Коррик Фен имела довольно одинокое существование внутри клана Асано. Как неофициальный лидер посланников на территории клана, она стояла особняком от людей Земли. Единственным другом, который у нее был, была Тера Джун Каста. Посланница-бунтарка жила с Борисом Кет Лунди и его посланниками Неортодоксии, что было интересным выбором, учитывая её взгляды на них. Тера иногда присоединялась к некоторым из многочисленных визитов Бориса к клану Асано, до отступления клана в свои астральные пространства.

Хотя вокруг неё было много посланников, Джали также не была по-настоящему одной из них. Её происхождение было другим, так как она пришла из ортодоксального населения посланников и их программ идеологической обработки. Она была старше их всех и гораздо менее защищена. Ей приходилось быть проводником, учителем и, в некотором смысле, родителем, и она отчаянно боялась совершить ошибки.

Молодые посланники родились в рабстве, хотя и другом, чем у неё. Они были приведены в бытие испорченным деревом рождения, затем их разум был стерт, и они были запечатаны в зоне трансформации. Впоследствии они были изменены силой тех, кто пробудил их, и владелец этой силы имел полный контроль над ними. Некоторые обращались с ними достойно, держа их подальше от сражений. Другие использовали их безжалостно. В конечном счете, выжившие были освобождены Джейсоном Асано.

Одна группа среди посланников выделялась среди остальных. Они не были пробуждены в рабство, потому что именно Джейсон сам разбудил их. Он прямо отверг их подчинение и имел силу отменить его. Когда они пробудились, он направил их полусонные умы, чтобы они пометили свои собственные души, вместо того чтобы быть заклейменными другими.

Джали, однако, пришла к осознанию, что их связь с Джейсоном не была полностью устранена. Даже на Земле у них было смутное ощущение его. Однажды, несколько лет назад, эта связь стала сильнее. Они пришли к ней и сообщили, что Джейсон находится на финальных стадиях становления астральным королем. Они даже чувствовали присутствие его аватара в астральном пространстве.

Теперь они снова пришли к Джали, сказав ей, что процесс почти завершен. Джали немедленно направилась сообщить матриарху клана Асано, что всё вот-вот изменится.

Лесной город, теперь названный Арбор, как и его аватар, был не единственным стабильным местом в несформированной реальности царства души Джейсона. Другим была крепость в форме головы Джейсона, парящая на облаке. В самой глубокой части крепости была круглая комната с мостиками, встроенными в стены вокруг магматической ямы. Джейсон стоял на мостике, прислонившись к металлическому ограждению.

— Это занимает гораздо больше времени, чем я думал, — пожаловался Джейсон. — Зоны трансформации занимали максимум часы. Это длилось годами.

— Зона трансформации — это небольшое дополнение к реальности, прикрепляемое обратно к месту, которому оно всегда принадлежало, — сказала Тень. — Вы берете душу и используете её, чтобы построить целую вселенную, мистер Асано.

— Ты мог бы что-то сказать.

— Я не знал. Это мой первый раз, когда я испытываю вознесение астрального короля, и вы выходите за рамки нормы даже этого. Есть вопрос, станете ли вы вообще астральным королем. У вас уже есть сила претендовать на домены, как у бога, а затем есть ваша связь с Космическим троном. Даже великие астральные сущности не могут сказать, каким будет влияние этого.

— Они не беспокоятся о влиянии трона на меня, — сказал Джейсон. — Они беспокоятся о моем влиянии на трон. Я признаю, что сам немного обеспокоен.

Джейсон выпрямился и подошел к одной из дверей, встроенных в каменные стороны шахты. Помимо пути обратно наверх, двери вели к астральному трону, астральным воротам и кузнице души. Последняя дверь вела куда-то совершенно в другое место, и именно к ней направился Джейсон. Как и мостик, дверь была из тяжелого промышленного металла, который выглядел десятилетиями старым. Она отъехала в сторону со стоном, когда Джейсон приблизился.

За дверным проемом была космически большая пустота. Первоначально она содержала обширные и далекие туманности, и больше ничего. Теперь там был путь из синего и оранжевого света, ведущий к готическому замку, парящему в темноте.

Замок был отмечен одной доминирующей чертой: он был расколот посередине, как будто пораженный гигантским топором. Этот массивный разрыв теперь был заполнен тем же синим и оранжевым светом, что и путь.

— Не думаю, что через это есть доступ к пяти роботам-львам, — сказал Джейсон.

— Это было создано вами, мистер Асано. Даже если детали были определены бессознательно, вероятность этого удручающе высока.

С всплеском ауры Джейсона Гордон проявился в бытие. Кровавый туман поднялся из тела Джейсона и свернулся в кровавый клон его тела. Кровь высохла и приобрела больше цветов, став идеальной копией Джейсона, за исключением глаз. У Колина они были малиновыми сферами, в то время как у Джейсона — оранжевыми, синими и туманными.

Теневой портал-арка поднялся с мостика, и деревянная копия Джейсона появилась.

— Арбор, — сказал Джейсон. — Мне нравится выбор имени. Ты не беспокоился, что это немного «в лоб»?

— Я беспокоился, но Тень сказал, что это нормально.

Джейсон посмотрел на своего теневого фамильяра.

— Почему ты смотришь на меня так? — спросила Тень.

— Это как если бы Джейсон решил назвать себя «Самодовольный», — сказал Колин.

— Ах, я понимаю твою точку зрения, — сказала Тень.

— Ты понимаешь его точку зрения?

— Тем не менее, я считаю, что имя работает, — сказала Тень.

— Работает, — согласился Джейсон. — Это хорошее имя, Арбор. Ты присоединишься к нам?

— Я часть этого теперь, — сказал Арбор. — Навсегда.

— Да, — сказал Джейсон с огромной улыбкой. — Да, ты часть.

Колин хлопнул Джейсона по спине и начал идти по светящемуся пути.

— Давай, Самодовольный. Пошевеливайся.

— Меня зовут не Самодовольный! — крикнул Джейсон вслед ему, когда остальные последовали за ним, оставив Джейсона позади.

— Самовлюбленный? — крикнул Колин в ответ.

— Это еще хуже! — Джейсон бросился в погоню за ними. — Ты мне нравился больше, когда ты просто издавал звуки слизи и ел людей.

Пятеро последовали по длинному пути в пустоту, медленно пробираясь к замку. Светящаяся дорога привела их к открытому подъемному мосту. Массивный раскол в замке был таким глубоким, что даже верхняя часть арки была расколота.

Они вошли внутрь, следуя по залу, который выглядел когда-то славным, но давно заброшенным в руины. Когда-то роскошный красный ковер теперь был протертым. Скульптуры, гобелены и другие предметы декора были потускневшими, сколотыми и порванными. Зал был залит синим и оранжевым светом, который кружился наверху вместо потолка.

— Мне нравится, — сказал Джейсон. — Есть уместная потусторонность, а не те обычные разрушенные замки, которые всегда видишь.

— Мистер Асано, когда именно вы видите так много разрушенных замков?

— Всё время. Вы не всегда наблюдаете.

— Да, мистер Асано. Я наблюдаю.

— Не буду лгать, Тень; это немного напугало меня.

Коридор вел в тронный зал, у которого также был кружащийся свет вместо потолка. Это было собороподобное пространство, большое и высокое, ведущее к возвышению в конце, на котором покоился трон. В то время как остальная часть комнаты разделяла ветхость коридора, сам трон сверкал. С большими драгоценными камнями и богатой фиолетовой обивкой, установленной на богато украшенном каркасе из полированного золота, трон выглядел как негабаритная корона. Он был испорчен, однако, расколом, идентичным тому, что был у замка, как будто рассеченным массивным топором. Также, как и у замка, разрыв был заполнен синим и оранжевым светом.

— Не мой стиль, — сказал Джейсон, глядя на него. — За исключением светящихся кусочков.

Сферы, плавающие вокруг Гордона, светились ярче, и голоса пели из них, как небесный хор. Слова, к сожалению, портили эффект.

— Мне тоже нравятся светящиеся кусочки.

Двери открылись по обе стороны тронного зала, и великие астральные сущности вошли, снова в смертных телах. На этот раз они использовали свои собственные основные сосуды, а не те, которые предоставил Джейсон. С одной стороны пришли большинство тех, кто сражался в сфальсифицированной битве Джейсона, к которым присоединились несколько других. Это включало Рейт, сосуд многоименной великой астральной сущности времени. Другой сосуд был вида, который Джейсон не узнал. Это была сфера из кожистой плоти, больше человека и задрапированная в темно-зеленый плащ. Передняя часть сферы была открытым ртом, окруженным длинными игольчатыми зубами. Изнутри зияющей пасти выглядывал один огромный глаз.

Только одна фигура вышла из другой двери. Это была замена Доун в качестве основного сосуда Мирового Феникса. Джейсон не встречал её раньше, но знал от Доун, что её зовут Хельсвет. В тот момент, однако, она была воплощением Мирового Феникса.

Другая фигура выделялась для Джейсона даже больше, чем Хельсвет или странный сосуд Всепожирающего глаза. Сосуд Строителя был посланником, сильно модифицированным искусственными частями, но Джейсон мог чувствовать душу внутри. Его плоть была заменена на первозданный алебастр, а крылья — на серебряные. Его глаза были янтарными сферами, и у него совсем не было волос. Его наряд был тогой из переплетенных металлических осколков, которые мерцали в синем и оранжевом свете.

— Итак, — сказал Джейсон, оглядываясь на собрание. — Есть церемония или что-то в этом роде, или мы просто перейдем к делу?

— Церемонии — это бессмысленные смертные практики, — сказал Жнец через свой сосуд, Велиуса.

— Мне они скорее нравятся, — сказал Искатель Песен.

— Нормально, — сказал Джейсон, затем подошел к трону и посмотрел вниз на него.

— Это ведь не то, что я собираюсь внести фундаментальное изменение во весь космос, верно?

Он сел.

Очень немногие события происходят в действительно космическом масштабе. Из них даже меньше были замечены смертными. По всему космосу были люди, чьи миры имели достаточно магии, чтобы проявить эссенции. На всех этих мирах, во всех этих вселенных, в тот момент, то же самое произошло с каждым человеком, у которого либо были эссенции, либо был потенциал их получить.

Неосязаемый экран выскочил перед ними. Кому-то это показалось иллюзией, а кому-то — голограммой. Многие никогда не видели ничего подобного. На каждом экране были одни и те же слова, более или менее. Те, кто не общался словами, вообще не использовали слова. Они издавали звуки, выпускали ароматы, пульсировали аурой или использовали любые другие средства, которые вид в вопросе использовал для общения.

Смысл, однако, был всегда один и тот же.

Не паникуйте.

Всё будет хорошо.

Добро пожаловать в Систему.

История продолжится в «Тот, кто сражается с монстрами 12»!

ПОЧЕМУ ОН ЭТОГО НЕ СДЕЛАЛ

ПОЧЕМУ ОН ЭТОГО НЕ СДЕЛАЛ

Джейсон Асано думал, что никогда не испытает боли, столь же всеобъемлющей, как атака Строителя на его душу. Космический трон доказал, что он глубоко ошибался. Его истинное тело теперь было целой вселенной, а на троне сидел лишь аватар. И все же агония была такой, что разум отключался. Он очнулся, лежа лицом вниз на грязном полу тронного зала, свалившись с трона и скатившись по ступеням возвышения.

— Все кончено? — сумел он прохрипеть.

— Все кончено, — ответила Рейт.

Джейсон со стоном перевернулся на спину, затем приподнялся и сел. Он огляделся и увидел, что все великие астральные сущности исчезли. Осталась только Рейт, главный аватар великой астральной сущности, управляющей самим временем. Ее хозяин ушел, больше не владея ее телом. Единственными другими людьми в комнате были фамильяры Джейсона и аватар города-дерева.

— Как долго я был без сознания? — спросил он.

— Это сложно, — сказала Рейт. — Мы находимся на границе реальности и нереальности, где время в лучшем случае субъективно, а возможно, его вообще не существует.

— Ладно, это длинный ответ. Есть короткий?

— Примерно семь часов, если мы скоро покинем это место, — сказала Тень, когда фамильяр появился из тени Джейсона.

— Что я настоятельно рекомендую, — добавила Рейт. — Время здесь синхронизировано с вашей вселенной, пока этот замок все еще связан с ней, а это продлится лишь короткое время по субъективным меркам. Будет лучше, если вы не вернетесь в свою вселенную через год. Или за год до этого. Вам не обязательно выбегать за дверь сломя голову, но не задерживайтесь дольше, чем нужно для восстановления.

— Да, не думаю, что буду куда-то спешить, — сказал Джейсон. — Великие астральные сущности ведь не собирали пыль, верно?

— Когда все было сделано, все было сделано, — ответила Рейт. — Не было смысла задерживаться.

— Они не нарисовали ничего у меня на лице, прежде чем уйти?

— Нет.

Джейсон снова застонал, нетвердо поднимаясь на ноги.

— Это потрясло мою душу, будто она была снежным шаром. Это как-то повлияло на мои домены? А что более важно, на людей в них?

— Нет. Это ваш смертный аспект оказался неспособен выдержать задачу. Ваш трансцендентный аспект — это вселенная, и он может поглотить несколько духовных сотрясений.

— Это хорошо.

Он поморщился, растирая виски основаниями ладоней.

— Не думаю, что вы знаете хорошее средство от похмелья.

— От последствий установления нового статус-кво для космоса, оставаясь при этом смертным? Боюсь, вам придется пережить это самостоятельно, Джейсон Асано.

— Насколько сильно я все испортил?

— Великие астральные сущности удовлетворены. Это максимум, о чем можно было просить, и больше, чем мы ожидали.

— *Все *из них удовлетворены? Или это решение большинства, а остальные собираются охотиться на меня ради мести?

— Безымянные недовольны, как и чем угодно, что не является полной космической анархией. Однако они не будут вас искать. Остальные удовлетворены.

— Даже Мировой Феникс?

— Похоже, восстановление трона установило новый статус-кво, основанный на положении вещей в момент восстановления. Мировой Феникс в своем нынешнем состоянии теперь находится на новом базовом уровне.

— Значит, все в выигрыше. Теперь, что я сделал не так?

— «Не так» — не совсем верное слово. Произошли изменения, и не все они исходят от вас. После разрушения трона великие астральные сущности наложили ограничения на космический порядок, чтобы сохранить стабильность. Сейчас они снимают эти ограничения.

— Есть что-то, о чем мне нужно знать прямо сейчас?

— Не из того, что сделали они.

— Значит, есть что-то, что сделал я, о чем мне нужно знать.

— Вы сможете почувствовать это, как только ваша душа оправится от шока. Трон никогда не мог быть восстановлен до того, чем он был. Часть вас отпечаталась на нем. Эхо вас, распространившееся по всему космосу.

— Я что, сделал Воздушного волка реальным в каждой вселенной?

— Нет. Вы сделали свой интерфейс доступным для всех, у кого есть эссенции или потенциал их получить.

— Хм. И это со всеми особыми функциями?

— Не по умолчанию. Это позволяет людям видеть только свою информацию и ничего больше, но это уже начало меняться. Эволюции даров видов и даже способности эссенций расширяют базовые эффекты, точно так же, как это сделали ваши.

— Как космос преподнес это людям? Окна просто всплывали перед ними?

— Да.

— Все испугались?

— Удивление было обычной реакцией, да.

— Сколько людей погибло?

— Интерфейс, или Система, как она сама себя называет, похоже, дождалась момента безопасности, прежде чем открыться людям.

— Значит, никаких дорожно-транспортных происшествий из-за того, что окно всплыло у людей перед лицом?

— Я не скажу, что не было никаких происшествий, но большинство смертей произошло из-за реакции на Систему, а не из-за самой Системы. Религиозная ярость, суеверия. Массовые убийства, чтобы помешать новой силе обучать угнетенные слои общества.

Джейсон опустил голову.

— Значит, из-за меня погибли люди.

— Вы могли изменить космос, Асано, но не считайте себя настолько великим, чтобы владеть трайбализмом, жадностью и предрассудками. Люди несут ответственность за свои собственные действия, а невежество найдет любое оправдание. Мне не следовало бы говорить вам это.

— Полагаю, нет.

Тронный зал, похожий на собор, начал рушиться. Огни, составлявшие потолок, начали тускнеть, а кирпичная кладка стен разваливалась. Это были не более чем галька и падающая пыль, но Джейсон чувствовал, как целостность реальности вокруг него распадается.

— Ладно, — сказал он. — Это место разваливается по швам. Пора ковылять, пока живы.

* * * Майлз Котизи, высокопоставленный чиновник Общества искателей приключений, спешил по кампусу Ассоциации магических исследований в Витессе. Всегда оживленная территория была еще более многолюдной, чем обычно, после того, что только что произошло. К счастью, Витесс не погрузился в хаос. Требовалось нечто большее, чем иллюзорное окно, сообщающее о прогрессе эссенции, чтобы опрокинуть телегу. В крупном городе искателей приключений это было лишь очередным странным событием в мире, полном причудливых явлений. Во всяком случае, было освежающе, что новая магическая штука не пыталась их активно убить.

Природа этой новой «Системы» не была полностью чуждой членам крупных организаций в Витессе и по всему миру. Немало аналитической работы было посвящено способностям Джейсона Асано, и Систему быстро связали с ним. В связи с этим Общество искателей приключений направило Майлза на поиски Клайва Стэндиша.

Майлз работал с Клайвом, Белиндой и Софи, когда они отслеживали сеть портальной магии, которую использовал культ Строителя. Это было в то время, когда Асано считался мертвым, а их команда была разбросана по разным делам.

Стэндиш был серебряного ранга, когда Майлз работал с ним, и был наиболее известен как член команды сына Даниэль Геллер. Теперь все было иначе. От раскрытия готовящегося вторжения посланников до создания конкурента Магическому обществу, Стэндиш стал по-настоящему знаменитым сам по себе.

Всего за несколько лет с момента своего основания Ассоциация магических исследований стремительно набрала популярность. В то время как Магическое общество использовало свои исследования и секреты для политического влияния, АМИ предоставляла открытый доступ к записям и исследовательским библиотекам. Многие из самых выдающихся ученых продолжали поддерживать Магическое общество ради большей личной выгоды. АМИ же, напротив, стала оплотом для молодых, смелых и инновационных исследователей.

Открытость исследовательской ассоциации переманила покровителей, которые когда-то достались бы Магическому обществу. По сравнению с обществом, припрятывающим свои знания ради политической выгоды, организации финансировали АМИ, зная, что результаты будут в свободном доступе. Правительственные органы, Общество искателей приключений и множество церквей, особенно церковь Знания, — все они вносили свой вклад. Это было больше, чем просто финансирование; они были щитом против Магического общества, пытавшегося раздавить своего выскочку-конкурента.

Будущее АМИ выглядело блестящим, несмотря на все усилия Магического общества. Они уже были тесно связаны с новой небесной коммуникационной сетью, и ходили слухи о транспортной сети, которая тихо исследовалась. Это был результат многолетних исследований той же сети, которую Клайв отслеживал годами ранее.

Майлз и Клайв оставались друзьями на протяжении многих лет, что делало его естественным кандидатом для отправки, когда Обществу искателей приключений нужно было что-то от Клайва и его ассоциации. Кампус АМИ был переполнен людьми после случившегося, но Майлз был известной фигурой. Он вошел в административное здание и сумел пробиться в кабинет Клайва, преодолев лишь минимум бюрократических проволочек.

Майлз насчитал девять человек, собравшихся в просторной приемной. Среди них был помощник Клайва, Джефф, сидевший за своим столом. Майлз узнал нескольких высокопоставленных членов ассоциации, а также членов различных других обществ, ассоциаций и институтов. Они стояли в тишине с неловкими выражениями лиц. Майлз понял почему, когда из-за закрытой двери внутреннего кабинета донеслись стоны удовольствия.

— О да. Вот это то, что нужно, — голос Клайва донесся из-за двери. — Я так долго этого ждал. Знать, что я могу это сделать, и получать отказ — это было мучительно. Как будто что-то, что сдерживалось годами, начало из меня выплескиваться.

Майлз подошел к Джеффу.

— С кем он там?

— Понятия не имею, мистер Котизи, — сказал Джефф. — Никто не проходил через нас, так что они, должно быть, переместились порталом. Может, его жена?

— Вы когда-нибудь видели ее? — спросил Майлз. — Общество искателей приключений годами пытается ее идентифицировать.

— Нет, я просто слышал, как его друзья говорят о ней, и ему не нравится, когда они это делают.

Джефф наклонился ближе.

— Не думаю, что у них лучшие отношения в браке, — прошептал он заговорщическим тоном. — Они, кажется, не проводят много времени вместе, и я слышал, что она довольно… свободна в своих чувствах.

Из внутреннего кабинета донесся восторженный звук.

— О, вау! Не думал, что столько выйдет просто от трения стержня!

Майлз и Джефф обменялись взглядами, пока дверь Клайва не распахнулась, и он не появился, держа в руках магический посох. Искры вылетали из металлической чаши, установленной на конце.

— Джефф! Найди кого-нибудь из Отдела каталогизации предметов. Они дико неправильно классифицировали то, что делает эта штука. И посмотри, сможешь ли ты узнать, где мои товарищи по группе. Думаю, мы скоро соберемся вместе.

Клайв наконец, казалось, заметил всех людей, недовольно обведя их взглядом.

— Да, это был Джейсон, — сказал он им. — Нет, я не знаю как. Да, у меня есть догадки; нет, я не скажу вам, какие. А теперь все вон.

— Архканцлер Стэндиш, мне нужно поговорить о... А-А-А!

Женщину, которая говорила, засосало в дыру, появившуюся в потолке, в потоке воздуха. Майлз увидел, как она устремилась в небо, прежде чем дыра снова закрылась. Клайв вернулся в свой кабинет и захлопнул дверь, в то время как большинство остальных поспешили уйти. Только Майлз и Джефф остались, глядя на потолок.

— Она была серебряного ранга, — заметил Майлз. — С ней ведь все будет в порядке?

— У архканцлера зона приземления огорожена, так что никто не пострадает. Не могу поверить, что он все это установил, но так и не дошел до автоматической ширмы приватности.

* * * Анна Тилден находилась в домашнем кабинете своей нью-йоркской квартиры, глядя на Центральный парк. Она слушала своего помощника, Майкла Арама, который резюмировал отчет.

— ...подтверждено, что это несинхронно. Это предполагает, что за этой «Системой» стоит разум, и что этот разум либо доброжелателен, либо видит какую-то выгоду в минимизации жертв от этого события.

— Но жертвы были.

— Большинство из них связаны с реакцией на событие, а не с самим событием. Число погибших на удивление мало, причем основными виновниками являются сердечные приступы, вызванные стрессом.

— Малые милости. Никаких бонусных очков за то, чтобы угадать, кто стоит за этим разумом. Вы официально подтвердили это?

— Мы связались с несколькими контактами, которые испытали интерфейс Джейсона Асано. Форматирование интерфейса в точности совпадает с их воспоминаниями. Это он, мэм.

Анна провела руками по уставшему лицу.

— Ремор был прав, — сказала она. — Если что, он даже преуменьшал. Когда Асано вернется — а мы должны предположить, что теперь он вернется, — этот мир изменится. Мне нужны расшифровки каждого слова, которое, как известно, произнес Ремор с момента прибытия на эту планету, вместе с последним анализом Бориса Кетланда и файлами допроса Тайки Уильямс.

— Да, мэм. И, если позволите заметить, мир уже изменился.

— Полагаю, да. Каждый на Земле, кто достиг половой зрелости, получил вкус магии.

— Это более фундаментально, мэм. Эта Система изменит то, как работают целые секции общества. Например, способность точно оценивать свое собственное состояние изменит лицо медицины. Ряд онлайн-сайтов по диагностике и альтернативных медицинских организаций собирают коллективный иск против клана Асано.

— Не прошло и дня.

— Нет, мэм.

— Кого они вообще собираются привлечь? Клан Асано был похоронен на территории вампиров полдесятилетия. Мы не знаем, живы они или мертвы.

— Полагаю, они намерены привлечь японский клан Асано, проживающий в деревне Асано в Австралии.

— Я думала, у них с Джейсоном какая-то вражда.

— Да, мэм.

— Кстати о вампирах, мы знаем, повлияло ли это на них?

— Не подтверждено, мэм, хотя ранние отчеты говорят, что нет. Похоже, вампиры узнают, что что-то произошло с людьми, от своего кормового запаса.

— Это люди, Арам. Не кормовой запас.

— Прошу прощения, мэм.

— Как вы думаете, что произойдет с вампирами, когда Асано вернется?

— Аналитики подготовили ряд потенциальных сценариев, мэм, но все они крайне спекулятивны из-за недостатка информации. По сути, они говорят, что никто не знает.

— Тогда какова ваша догадка? Вы же встречались с ним.

— Мэм, однажды я наблюдал, как Джейсон Асано бронзового ранга сражался с серебряным рангом вничью. Это было два ранга назад, как минимум, и до того, как он изменил то, как работает мир. Если бы я был вампиром, живущим на земле, которую Асано отдал своей семье, я бы изучал возможность колонизации Марса.

— Но сила Асано не вернула его бывшую территорию?

— Не по последнему отчету, который я видел, мэм. Он поступил около двух часов назад.

— Хорошо. Идите и принесите мне эти материалы.

— Да, мэм.

Он повернулся, чтобы уйти, но остановился у двери и обернулся.

— Мэм, если у Асано есть сила сделать это со всеми в мире, почему он не может восстановить свои домены?

— Я подозреваю, что он может. Это подводит меня к вопросу, почему он этого не сделал.

ЕСЛИ МЫ НЕ МОЖЕМ ИЗМЕНИТЬСЯ К ЛУЧШЕМУ

ЕСЛИ МЫ НЕ МОЖЕМ ИЗМЕНИТЬСЯ К ЛУЧШЕМУ

Джейсон медленно восстанавливался, ковыляя по тропе света, которая тянулась через пустую пустоту от рушащегося замка, который они только что покинули, к дверному проему обратно в личную вселенную Джейсона. Путь становился нестабильным, участки размывались, тускнели или полностью отламывались и дрейфовали в темноту. Рейт по-прежнему составляла компанию Джейсону, его фамильярам и Арбору, дереву, которое теперь жило в его душе.

— Почему вы остались, когда остальные ушли? — спросил Джейсон Рейт.

— Чтобы проверить вас. Доун захочет знать, как вы справляетесь. И напомнить, что у нас с вами остались дела, помимо Космического трона.

— Какие дела?

— Это может подождать. Вас достаточно долго держали вдали от друзей и семьи, и у вас полно дел после того, что только что произошло. Вам нужно сформировать первичный аватар и восстановить мост между мирами. Это может показаться мелочью после восстановления Космического трона, но...

— Нет, — сказал Джейсон. — Это не мелочь.

Рейт улыбнулась и кивнула. — Вы снова увидите меня, когда все будет сделано. Не слишком скоро, вы заслужили отдых.

Джейсон огляделся, когда они приблизились к концу пути. Он заканчивался дверным проемом, парящим в пустоте.

— Как вы собираетесь выбраться отсюда? — спросил он. — Вы же не можете просто плавать по астралу, верно? Я знаю, что для вас это пограничное состояние, но вы все еще смертная. Почти.

— Это пространство принадлежит трону, и как только этот путь исчезнет, аватары рока возобновят свою древнюю обязанность. У меня есть судно, которое я оставила у входа в вашу вселенную.

— У нее есть врата? Моя голова все еще как разгневанный улей, так что у меня пока нет должного ощущения вещей.

— Да, у нее есть врата, хотя вы — непроходимый привратник. Ваша душа теперь — вселенная. Настоящий карман реальности в астрале, так что его можно посетить. Но ваша вселенная — это еще и душа, поэтому в нее нельзя проникнуть без вашего позволения. Ваше астральное королевство никогда не будет обладать необъятностью вселенной, засеянной Строителем, но, при всем их величии, обычные вселенные имеют свой срок. Они умирают. Ваша — никогда не умрет.

— Да, — сказал Джейсон. — Я все еще не могу осознать истинное бессмертие. Может, мне стоит сделать что-то, что поможет мне постичь необъятность вечности.

— Например?

— Ну, я мог бы запоем посмотреть одну из тех мыльных опер, которые идут с шестидесятых. Если это не ощущается как вечность, то я не знаю, что тогда.

— Вы хотите смотреть мыльную оперу? — спросила Рейт.

— Леди Рейт, — вмешалась Тень. — Мистер Асано теперь бессмертен. Я полагаю, что его сегодняшние деяния станут началом его жизни как значимой космической фигуры.

— Согласна.

— Позвольте мне заранее поделиться мудростью, которая со временем, несомненно, распространится по всему космосу: когда мистер Асано говорит вещи, которые вы не понимаете, не задавайте вопросов.

— Разве это не будет означать, что вы иногда упускаете информацию, которую важно знать?

— Эта цена, леди Рейт, полностью оправдана.

Они достигли конца пути и вошли в дверной проем в пространстве. Путь за ними обрушился, и тяжелая железная дверь задвинулась, перекрыв проход. Они стояли на мостике над ямой с магмой в личной крепости Джейсона.

— Думаю, пора пойти и посмотреть, на что похожа моя вселенная, — сказал он. — По крайней мере, нам нужно найти выход, где наша гостья припарковала свою машину.

— Это не машина, — сказала Рейт. — И, конечно, вы уже достаточно восстановились, чтобы охватить масштаб своего царства одной мыслью. В конце концов, это ваше истинное «я». Вы используете этот аватар, чтобы сдерживать свой разум, потому что не привыкли мыслить как трансцендент. Это тело, в котором вы находитесь, — это не вы, не больше, чем дыхание, выдохнутое изо рта.

— Да, я мог бы позволить своему разуму стать полностью трансцендентным, — сказал Джейсон. — Я уже делал это раньше — с переменным успехом. Но где в этом чувство исследования?

Они поднялись на лифтовой платформе в верхние залы крепости. Архитектура была классически злодейской: массивные коридоры из темного металла и ярко-малинового цвета, с острыми углами и строгим декором.

— Планировка, похоже, изменилась, — сказала Тень. — Возможно, вам стоит последовать совету леди Рейт, чтобы мы не блуждали в поисках выхода.

— Что я только что сказал насчет чувства исследования, Тень? Крепость не могла измениться настолько сильно.

— Мистер Асано, на той табличке указания к шлюзу.

— Что?

* * * Джейсон и остальные стояли на одном из уровней многоэтажного смотрового зала, глядя через массивное изогнутое окно, охватывающее все уровни. Через окно они видели планету, похожую на Землю.

— Форма этого окна довольно похожа на огромный глаз, — заметила Тень.

— Правда? — невинно спросил Джейсон.

— Мистер Асано, мы находимся на злой космической станции в форме вашей головы?

— Понятия не имею, о чем вы говорите.

— Действительно, — сказала Рейт. — Мое пространственное судно находится в стыковочном порту. Похоже, Асано выбрал космическую станцию в качестве первого порта захода для тех, кто приближается к его вселенной через астральное путешествие.

— Я особо не выбирал, — сказал Джейсон. — Все это как-то само собой произошло.

— Мистер Асано, нам нужно найти ангар для шаттлов, или комнату телепортации, или любое другое средство, которое у вас есть, чтобы перемещаться между этим местом и планетой. Повторяю свою просьбу: позвольте себе знание географии вашего нового царства.

— И отказать себе в радости открытия?

— Прошу прощения, мистер Асано, но да. Чем дольше вы бесцельно бродите вокруг, тем дольше вам ждать воссоединения с вашими близкими.

Джейсон посмотрел на Тень и вздохнул.

— Да, — признал он.

Джейсон перестал позволять своему сознанию фокусироваться в одном аватаре, и аватар растворился в ничто. Впервые Джейсон позволил себе активно осознать свою новую природу как живой вселенной. Она была крошечной, по меркам вселенных. Всего лишь одна планетная система. Солнце в ее центре пылало не только жаром и светом, но и магией.

Самая пригодная для жизни планета была похожа на Землю, находясь в обитаемой зоне солнечной системы. Изобилующая жизнью, она была первозданной, дикой и необузданной. Единственной развитой областью был Арбор, город-дерево, где находилась горстка людей, проживающих на планете.

Космическая станция над планетой была средоточием силы Джейсона и хранилищем его реликвий астрального короля. Она также служила орбитальной станцией и точкой входа для пространственных посетителей.

Аватар появился рядом с Рейт.

— Я покажу вам путь к вашему судну, — сказал Джейсон.

* * * Клайв вышел из своего кабинета. Его помощник и Майлз Котизи пили чай с булочками.

Джефф постучал по папке на своем столе.

— Это то, что у меня есть на данный момент о местонахождении членов вашей команды, Архканцлер. Я все еще жду ответа по нескольким другим. Не ожидайте ничего об Асано, Реморе и Уильямс, конечно. Если они вернутся в этот мир, я полагаю, вы узнаете об этом раньше любого источника, который у меня есть.

— Спасибо, — сказал Клайв. — Почему никто из отдела каталогизации до сих пор не пришел?

— Полагаю, возник вопрос, кого именно отправить.

— Почему просто не отправить Микеля?

— Директор по безопасности Уорнок выяснил, что он был шпионом Магического общества, Архканцлер. Вы выбросили его через потолок.

— Это был он?

— Да, Архканцлер.

— Почему они не могут решить, кого отправить вместо него?

— Они боятся, что их выбросят через потолок, Архканцлер.

— Они тоже шпионы?

— Насколько мне известно, нет, Архканцлер. Полагаю, они беспокоятся о Герберте Норрисе.

— О ком?

— Бывший вице-декан алхимии. Вы выбросили его через потолок за, цитирую, «задавание идиотских вопросов».

— А, он. Он действительно задавал идиотские вопросы.

— Некоторые могли бы предположить, что это была чрезмерная реакция, Архканцлер.

— Неужели?

— На самом деле, нет, Архканцлер. Они боятся, что их выбросят через потолок.

Клайв проворчал что-то и снял с головы устройство. Это был металлический ободок с четырьмя вертикальными выступами, равномерно расположенными по нему. Он положил его на стол Джеффа, рядом с подносом для чая, а затем открыл небольшой портал. Он достал документ из портала и положил его рядом с ободком.

— Отнеси это устройство в отдел закупок и попроси их сделать еще десять штук. Чертежи для него в папке. Затем верни оригинал сюда, а остальные — в отдел каталогизации. Я хочу, чтобы каждый предмет, который у нас есть, был перепроверен.

— Что это? — спросил Майлз, поднимая ободок.

— Это устройство для анализа предметов с использованием собственной ауры и магических чувств человека, — сказал Клайв. — Подобные устройства — не новинка, но проблема всегда заключалась в объективной интерпретации результатов. Я сделал это много лет назад, пытаясь воспроизвести способность Джейсона Асано, но никогда не мог воспроизвести его интерфейс. Теперь нам это не нужно, и он работает идеально.

Джефф взял устройство у Майлза, схватил папку и ушел. Клайв занял свое место и взял булочку с джемом и сливками.

— Полагаю, у Общества искателей приключений много вопросов, — сказал Клайв Майлзу.

— У всех много вопросов, Клайв. Мне было поручено задать кучу острых и настойчивых вопросов, будучи при этом очень вежливым и ни в коем случае не зля вас.

Клайв усмехнулся.

— Это напоминает мне мои дни в Магическом обществе. Поверь мне, Майлз, ты хочешь быть на вершине организационной пирамиды. Бюрократия среднего звена — это не жизнь.

— К сожалению, Общество искателей приключений заставляет зарабатывать повышения. Может, мне стоило вступить в Магическое общество и проложить себе путь наверх взятками.

Клайв взял папку с информацией о членах своей команды и начал пролистывать отчеты.

— Не думаю, что кто-то получит свои ответы, Майлз. Не до тех пор, пока Джейсон не вернется.

— Можете хотя бы сказать, когда вы этого ожидаете? Если я не дам своим боссам хоть что-то, они просто отправят меня обратно сюда.

— Я не могу быть уверен, когда он вернется, — сказал Клайв. — Если все пошло по плану, Джейсон теперь вселенная.

— Простите, вы только что сказали, что Асано — это вселенная?

— Это не будет новостью, — сказал Клайв. — После более чем десятилетия борьбы с посланниками общество знает, что такое астральный король. Вопрос в том, как быстро Джейсон сможет собрать новое тело. Ему нужен первичный аватар, чтобы бродить снаружи, а их, по-видимому, трудно создать.

— Значит, вы не знаете, сколько времени это займет.

— Нет, не знаю. Но у Джейсона есть план.

— Вы говорите это так, будто это плохо.

— Планы Джейсона имеют свойство заканчиваться очень, очень плохо для кого-то. В основном для того, против кого он выступает, но не всегда.

— И против кого он выступает?

* * * Юми Асано вошла в свой кабинет и обнаружила аватар своего внука, сидящего в ее кресле.

— Добрый день, бабушка.

Магия оставила Юми выглядящей не старше Джейсона, несмотря на десятилетия разницы в возрасте.

— Джейсон, ты хоть представляешь, какой хаос ты устроил?

— Знаешь, это тот же вопрос, который ты задаешь мне каждый раз, когда я прихожу.

— Это потому, что ты приходишь только после того, как опрокинул самую большую тележку с яблоками, какую только смог найти.

— Я также заходил в твой день рождения.

— Заходил, — признала Юми. — Но в большинстве случаев ты не присылаешь эти аватары сюда для светских визитов. Ты мог бы предупредить нас об этом деле с Системой.

— Нет, бабушка, я не мог. Иначе я бы это сделал. Я только что починил один из ключевых механизмов всего космоса, и понятия не имел, как это пойдет. Кто-нибудь пострадал?

— Кто-нибудь... ты не можешь просто пропустить «я починил космос», внук.

Юми пошатнулась, когда комната пульсировала, как сердцебиение. На миг она почувствовала силу настолько огромную, что это было похоже на взгляд во вселенную и осознание того, насколько мала она в ней.

— Ты обнаружишь, бабушка, как и Земля, что на этой планете я могу делать все, что пожелаю. А теперь, кто-нибудь пострадал, когда появилась Система?

Юми настороженно посмотрела на Джейсона, не отвечая. Он выглядел как ее внук, но внутри него было что-то очень чуждое. Она не могла не задаться вопросом, осталась ли хоть часть того мальчика, которого она знала.

— Это все еще я, бабушка. Мы все меняемся со временем, с магией или без. Если мы не можем измениться к лучшему, мы должны, по крайней мере, меняться так, чтобы соответствовать нашим обязанностям.

— И что ты видишь как свои обязанности, Джейсон?

— Эта семья. Этот клан. Люди, которые оказались в этом месте из-за своей связи со мной. Проблемы, с которыми они столкнулись; будучи запертыми здесь. Многие люди попали в мой водоворот. Я не могу вернуть им жизни, которые у них были, но я могу, по крайней мере, убедиться, что они не заперты в этом астральном пространстве. Или не застряли в моих доменах, беспокоясь о том, что их схватят и используют как рычаг в более широком мире.

Юми кивнула.

— Я рада, что ты понимаешь. Люди волнуются, Джейсон. Менее пятнадцати лет назад никто не знал, что магия существует. Теперь мы живем в эпоху чудес и ужасов. Это магическое царство прекрасно, но мы были заперты здесь годами. Здесь есть дети, которые никогда не видели внешнего мира. Подростки, которые прожили всю свою жизнь внутри твоих доменов. Как ты это исправишь? Или хотя бы вернешься к этому? Если ты можешь делать все, что хочешь, почему ты не восстановил домены и не выгнал всех вампиров?

— Я доберусь до этого. Сколько людей пострадало, когда Система появилась впервые?

— Разве это место не часть тебя? Ты не можешь просто сказать?

— В то время, когда появилась Система, все было туманно.

— Мы почти не пострадали. Несколько царапин и синяков. Мать Тайки упала со своего скутера, но не пострадала. Она бронзового ранга и была в зачарованном снаряжении для езды.

— Это хорошо.

— А теперь, почему вампиры все еще сидят у нас над головами?

— Мне нужно создать так называемый первичный аватар. Аватары, подобные этому, не могут покинуть мою территорию, но первичный аватар может. Я не буду вдаваться в подробности, но, по сути, у меня есть космическая сила и смертная сила. Первичный аватар связан с моей смертной силой, которая намного ниже моего космического аспекта. Накопление силы для создания такого аватара заняло бы двадцать семь лет при моей нынешней мощи.

— Какое отношение это имеет к вампирам?

— Самые могущественные вампиры на Земле стали такими, потребляя кровь, наполненную силой, украденной из ядер реальности.

— Я в курсе.

— Сила этих ядер — это то, что мне нужно для создания аватара. И, хотя я не часто этим пользовался, у меня всегда была способность вырвать ее прямо из вампиров. Это то, что я собираюсь сделать.

— Им это не понравится, правда?

— Нет, бабушка. Не понравится.

— Хорошо.

МЫ ВСЕ ЗАСТРЯЛИ В ЯМЕ

МЫ ВСЕ ЗАСТРЯЛИ В ЯМЕ

Найджел Торнтон был не первым человеком на Земле, достигшим золотого ранга, и даже не первым, кто сделал это без ядер. В США программы обучения без ядер существовали задолго до прибытия Фарры Хурин, так что этот титул достался какому-то безымянному янки. Слава Найджела заключалась в том, что он стал первым за пределами США, кто достиг этой вехи без ядер.

Остальные члены его команды были пользователями ядер и все еще имели только серебряный ранг. На Земле было не так много мест, где появлялись монстры золотого ранга, и ядра, добытые из них, были, пожалуй, самым ценным товаром на Земле. Они определенно не попадали в руки отряда наемников.

Команда Найджела состояла из тех же девяти человек, что и почти два десятилетия назад. В те времена магия все еще была секретом, и они были частью секретного военизированного крыла Сети. Его команда осталась вместе, когда Сеть раскололась, пережив годы потрясений. От раскрытия магии до войны с вампирами, они пережили бесчисленные штормы.

Когда Сеть раскололась на разные фракции, Найджел и его команда ушли. Сытые по горло междоусобицами и действиями австралийского правительства, они решили действовать в одиночку. В мире не было недостатка в работе для людей с определенным набором навыков, а наемник золотого ранга был редким товаром.

Хотя они выполняли заказы для самых разных работодателей, чаще всего их нанимала чиновница ООН Анна Тилден. Они работали на нее еще во времена Сети, и теперь они были ее первым выбором для «черных» операций. Это включало и их текущее задание. Команда была внедрена во Франции, глубоко на территории вампиров. Это был регион, который они хорошо знали, так как их много раз нанимали для извлечения людей с вампирских ферм крови. Они находились там почти два месяца, наблюдая за изменениями на бывшей земле клана Асано.

Первым приоритетом при внедрении на вражескую территорию было избежать обнаружения. К счастью для команды, вампиры были склонны убивать друг друга. Если кто-то из них случайно натыкался на команду и пропадал, его отсутствие не настораживало остальных. Вампиры не опасались людей в этом районе, так как единственная ценность, которую он имел, была символической. Без защиты ауры домена бывшая территория Асано не имела никакой стратегической или тактической ценности. Эта неважность не ускользнула от внимания некоторых членов команды.

— Не знаю, что мы здесь до сих пор делаем, — жаловался Оранж. — Сидим в здании каждый день, наблюдаем за краем города? Мы ни черта не видим снаружи, а если попытаемся войти, то станем обедом в течение часа.

— Мы здесь, потому что нам платят за то, чтобы мы были здесь, — сказал ему Дарси.

Они находились в подземной комнате, которую Вулзи создал с помощью магии, запечатав плотно утрамбованные земляные стены так, что они ощущались как гладкий фарфор. Один скрытый вход над ними вел в участок леса недалеко от Сент-Этьена. Комната была забита походным снаряжением, но ничего нельзя было поделать с тем, что девять человек жили в дыре в земле. Даже если трое всегда были на наблюдении, это начинало ощущаться — и пахнуть — как жизнь в старой коробке из-под жареной курицы.

— Вы оба правы, — сказал Хигги. — Да, это работа, и нам хорошо платят. Но он не зря задается вопросом, ради чего все это, или сколько еще мы будем здесь торчать.

— Очевидно, что мы чего-то ждем, — сказал Диджит. — Чего-то достаточно большого, чтобы нам не нужно было приближаться, чтобы это увидеть.

— Тогда пусть наблюдают со спутников, черт возьми, — сказал Оранж. — Почему ООН нужно, чтобы мы были здесь по-тихому? Я думал, работа ООН — просить людей перестать нарушать права человека, а потом грустить, когда они говорят «нет».

— Анна что-то знает, — сказал Диджит. — Она знает, что что-то произойдет, и хочет отчет с места событий в тот момент, когда это случится.

Остальные повернулись, чтобы посмотреть на Найджела, сидевшего в молчании.

— Ага, — сказал он, и на этом все.

— Честно говоря, причина всего этого даже не проблема, — сказал Оранж. — Мой вопрос в том, почему мы тратим свои жизни, живя в дырах в земле? Мы занимаемся этим достаточно долго, чтобы я стал богаче грязи. На девятерых у нас есть семейные связи в каждой фракции Сети. Эта работа дала нам контакты по всей чертовой планете. Почему мы запираем себя в земляном ящике, вместо того чтобы сидеть на пляже?

— С этим трудно поспорить, — сказал Хигги. — Если у нас достаточно денег, чтобы жить как короли...

Он кивнул на Дарси.

— ...и одна королева, тогда почему мы живем в пещерах и роем бункеры в лесу?

Из шести человек в бункере пятеро снова повернулись, чтобы посмотреть на своего лидера.

— Вы хотите уйти в отставку? — спросил их Найджел.

— А ты нет? — спросил Хигги.

— На самом деле, — сказал Найджел, — хочу. Может, не полностью. Полуотставка. Жить на широкую ногу, но если подвернется подходящая работа...

— Или подходящая оплата, — вставил Дарси.

— Или подходящая оплата, — признал Найджел. — Тогда, может быть, мы снова оседлаем коней. Если это то, чего мы хотим, значит, так и сделаем. Вместе, как всегда. Ты прав, Оранж; мы накопили много богатства. И связи, которые мы построили, вероятно, стоят больше, чем деньги. Но сколько достаточно? Где безопасно? Соединенные Штаты и Китай довольно безопасны для большинства людей, но мы — не большинство. Что произойдет, когда кто-то из начальства захочет от нас того, чего мы не хотим давать?

— Торни, — сказал Хигги Найджелу, — давай не будем притворяться, что ты не можешь сам диктовать условия. Ты достиг золотого ранга вне любой из крупных групп, и все они хотят завербовать тебя.

— Или убить, прежде чем это сделает кто-то другой, — добавил Оранж.

— Они не попытаются, — сказал Найджел. — Никому еще не удалось убить кого-то золотого ранга, даже другим золотым рангом. Насколько мне известно, единственные, кто погиб, последовали за Джейсоном Асано в запечатанную зону трансформации в Словакии. Один не вышел, а другой вышел, а потом превратился в монстра.

— Кто это был? — спросил Оранж.

— Вьетнамец, — сказал Дарси. — Работал на китайцев. Последовал за Асано в зону трансформации и превратился в монстра с щупальцами, когда вышел. Там были люди из каждой крупной магической фракции, и они все равно едва смогли его убить.

— Был еще Джек Герлинг, — сказал Хигги.

— Я думал, он пошел работать на вампиров, — сказал Дарси.

— Нет, он прав, — сказал Найджел. — Я забыл о нем, потому что он все еще здесь. Он умер в зоне трансформации здесь, во Франции. Королева вампиров вернула его в виде какого-то клона-раба из крови.

— Думаю, мораль в том, чтобы избегать следования за Джейсоном Асано в большие магические купола, — сказал Оранж. — Заставляет задуматься о тех астральных прото-пространствах, в которые мы заходили с ним. Нам могло повезти выбраться, не превратившись в вомбатозмей или что-то в этом роде.

— Вомбатозмей? — спросил Найджел.

— Мы официально слишком далеко ушли от темы, — сказал Хигги. — Торни, я вижу, у тебя есть какой-то план выхода на пенсию. Но по какой-то причине ты нам его еще не рассказал.

— Да, — признал Найджел. — У меня есть план. И нет, я никому из вас его еще не рассказал.

— Почему нет? — спросила Дарси.

— Он слишком ненадежен. Слишком много неизвестных факторов. На базовом уровне план прост: мы находим безопасное место для приземления. Где-то, где люди у власти будут ценить нас, не пытаясь прогнуть под себя.

— И где ты ожидаешь это найти? — спросил Оранж. — Какой-нибудь маленький островок в Тихом океане с белыми пляжами и голубой водой? Достаточно большой, чтобы завозить пиво, но слишком маленький для Сети, чтобы открывать там филиал? Мы все получаем бунгало и зачищаем любых монстров, которые там появятся?

— Это на самом деле звучит неплохо, — сказал Хигги.

— Это так, — сказал Найджел. — Может, так мы и сделаем.

— Но у тебя на уме что-то другое, не так ли? — спросил Диджит. — Что-то более амбициозное, означающее огромную головную боль для нас.

— Да, — сказал Найджел.

— Выкладывай тогда, — сказал Оранж.

— Это прозвучит как ужасная идея, если я скажу это сейчас, — сказал Найджел.

— Все равно скажи, — сказала ему Дарси. — Мы все застряли в яме, Найдж. Не похоже, что ты можешь сбежать.

Найджел вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Я хочу присоединиться к клану Асано.

— Ты из ума выжил, что ли? — спросил Оранж. — Вся причина, по которой мы здесь, в том, что клан Асано исчез. Все, что у них было, теперь принадлежит самой большой, самой мерзкой стае кровожадных вампиров на лице Земли. Джейсона Асано не видели миллион чертовых лет. Его магический город, вероятно, потерял свою силу, потому что он откинул копыта, и его семья, скорее всего, тоже мертва. И мы здесь ради чего? Чтобы проверить, не собираются ли все эти мертвые придурки магически появиться снова?

— Справедливости ради, — сказал Вулзи, — если они собираются появиться, то именно магически это и произойдет.

— Ты не ошибся насчет того, что это ненадежный план, — сказала Дарси Найджелу. — Почему это то, на что ты возлагаешь свои надежды? Что ты знаешь такого, чего не знаем мы? Это поэтому Анна послала нас сюда, наблюдать за этим местом спустя годы без изменений? Она думает, что Асано возвращаются?

Найджел задумчиво потер подбородок.

— Да, — сказал он. — Она думает, что они возвращаются.

— Почему? — спросил Оранж. — Вампиры годами сидят на дырах, в которые исчез клан Асано. Мы не знаем, существуют ли те астральные пространства вообще. Или если вампиры придумали, как их вскрыть, и съели всех внутри. Или если весь клан там умер от голода.

— Они не умерли от голода, — сказал Хигги. — Торни и я однажды заходили в одно из них, работая телохранителями у Анны. У них там были полноценные фермы, выращивающие магическую еду, какой вы никогда не видели.

— Что мало кто знает, — сказал Найджел, — так это то, что прямо перед тем, как нас отправили сюда, клан Асано вышел на связь.

— Как? — спросил Хигги.

— Руфус Ремор. Он покинул место, где прячется клан Асано, и прошел через территорию вампиров, совершенно незамеченным.

— Ну, черт, — сказал Диджит. — Мы не подходим ближе, чем к краю старой территории клана, а та магическая дверь, которую Асано держат запертой, находится прямо посреди нее.

— Но он жив, — сказала Дарси. — И остальные тоже?

— Да, — сказал Найджел. — И они готовятся сделать ход. Ремор связался с определенными людьми. Анной Тилден и Борисом Кетландом, это точно. Я не знаю, с кем еще, если вообще с кем-то. Насколько я знаю, рассказав вам, я только что удвоил число людей, которые об этом знают.

— Значит, клан Асано возвращается? — спросил Хигги. — По-настоящему возвращается? Магический домен, все дела?

— Ремор определенно так думает.

— Давайте предположим, что он прав, — сказал Хигги. — Клан Асано выходит обратно и возвращает свою территорию. Кто сказал, что они ее удержат? Они уже однажды ее потеряли.

— Согласно Ремору, это была какая-то уловка Джейсона Асано, — сказал Найджел. — Сценарий «обмани своих друзей, чтобы обмануть врагов».

— Значит, он тоже жив? — спросила Дарси. — Он тоже возвращается?

— Да. И, предположительно, с дюжиной золотых рангов, таких же сильных, как сам Ремор. А вы видели, как этот парень дерется.

— Я не видел, — сказал Оранж. — Там просто вспышка света, а потом каждый придурок мертв. Я бы не перешел дорогу этому парню ни за какие коврижки.

Оранж подчеркнул свои слова выразительными жестами рук, которые не были оценены в тесноте их маленького бункера.

— Ладно, — сказал Хигги. — Допустим, все это правда. Асано и его клан возвращаются, сильнее, чем когда-либо, и твердо стоят на ногах. Что заставляет тебя думать, что клан — это хорошее место для нас, и что они вообще нас примут?

— Они примут нас, потому что знают нас, — сказал Найджел. — Они знают, кто мы, что мы сделали и чего не делали.

— Конечно, — сказал Оранж. — Вот почему они принимают нас. Почему мы должны принимать их?

— Потому что они лояльны, — сказал Найджел. — Единственное, что они делали последовательно, — это заботились о своих. Не только о себе, но и обо всех, кто им помогал или оказался втянут в их проблемы. Они принимали их и защищали. Единственные, с кем они разорвали связи, — это Сеть, которая раз за разом подставляла Асано. И я напомню вам, что мы тоже разорвали с ними связи. Я не говорю, что клан Асано идеален или что мне нравится каждый их выбор. Но их руководство продемонстрировало реальную честность. Этого сейчас гораздо меньше, чем мне хотелось бы.

— Ты говоришь это, основываясь на чем? — спросил Оранж. — Слухах и историях из вторых рук? Нескольких визитах на территорию клана, когда мы работали с военных баз, которые они предоставляли? Это даже без учета самого Джейсона Асано. Что изменится, когда он появится? Этот парень был горящим фитилем, когда свалил.

— Я же говорил, что это ненадежно, — сказал Найджел. — Вот почему я ничего не говорил, пока вы все не надавили. Я хочу больше информации, прежде чем мы сделаем хоть что-то. Вот почему мы здесь. Я хочу увидеть, что делает клан Асано, когда они под прицелом и не готовы устраивать шоу для посетителей. Я не хочу давать вам всем обещания, которые не смогу выполнить.

Он посмотрел на часы. — Пора сменять остальных. Оранж, Дарси; идете со мной.

* * * Самым опасным временем для Найджела и его команды была смена наблюдателей. Это происходило три раза в день; дважды днем и один раз ночью, когда вампиры были более активны. К счастью, Фарра Хурин дала им надлежащую подготовку по ауре, которую они практиковали уже более десяти лет. Они совсем не были небрежны в контроле своей ауры, а вампиры лучше манипулировали аурами, чем обнаруживали их.

Главной угрозой был вампир золотого ранга, оказавшийся не в том месте, когда команда совершала перемещение. В городе их было несколько, так что даже если Найджел мог справиться с одним, другие набросились бы на них до того, как бой закончился. Соответственно, команда всегда была усердна. Каждый раз, когда они меняли людей на своем наблюдательном посту, они двигались медленно и осторожно.

Сам наблюдательный пост находился на окраине Сент-Этьена, все еще в руинах после первоначальной оккупации вампирами. Прямо за пределами области, заявленной Джейсоном Асано, это был участок города, не замененный репликой из странных магических облаков Асано. Лучше всего было то, что вампиры игнорировали его в пользу роскошных облачных зданий самого города.

Пост находился на третьем этаже полуразрушенного здания. Поскольку территория вокруг была окружена заросшими обломками, к нему было легко подойти из их бункера в лесу, не выходя на открытое пространство. Поскольку большинство других зданий были полностью снесены, обзор с верхнего этажа был хорошим.

Территория была в значительной степени отвоевана природой за годы, прошедшие с тех пор, как Джейсон превратил зону трансформации в домен под своим контролем. Трава росла сквозь разбитые улицы, а кусты, лианы и мох покрывали обломки. Лишь несколько зданий частично уцелели, и они тоже были покрыты наступающей зеленью.

Найджел, Оранж и Дарси осторожно пробирались сквозь заросшие руины. Небо было ясным, давая им достаточно лунного света, чтобы видеть. Это также делало их более заметными для вампиров или чего-либо еще, бродящего вокруг. Уровень магии снизился с тех пор, как домен клана исчез, но даже тихое убийство монстра бронзового ранга могло стать проблемой. Чувства вампира и так были острыми, но особенно когда дело касалось запаха крови.

Они добрались до нужного здания без происшествий и проскользнули внутрь, присоединившись к Коббо, Джонно и Грину. То, что осталось от третьего этажа, было оборудовано как их наблюдательный пост. Несколько уцелевших комнат предлагали обзор в нескольких направлениях, включая территорию Асано. Они не могли видеть глубоко в город, но этого было достаточно, чтобы не пропустить никакие крупные события. Самой большой проблемой было то, что крыша не была целой, а ни в одном из окон не было стекла, что делало дождливые дни плохими, а ветреные и дождливые — совершенно невыносимыми.

Внутри комнаты были выгравированы сигилы, которые маскировали их присутствие, от их аур до тепла их тел. Вулзи выучил их у Фарры еще во времена Сети и теперь был в них мастером. Даже золотому рангу пришлось бы уделить прямое внимание зданию, чтобы почувствовать их. Несмотря на просьбы команды, Найджел не разрешил никакой магии защиты от дождя.

Найджел не спрашивал, изменилось ли что-нибудь. Они были на месте месяцами, и если бы что-то случилось, остальные сообщили бы об этом немедленно. Трио, которое сменяли, поднялось, чтобы уйти, а их сменщики приготовились обосноваться. Это была яркая ночь, с ясным небом и выпуклой луной, поэтому они сразу заметили, когда произошли перемены.

Серебряный лунный свет, проливающийся через окно, внезапно сменился синим и оранжевым.

БЕЗМОЛВНЫЙ ГОРОД

БЕЗМОЛВНЫЙ ГОРОД

Когда свет, проходящий через окно, сменился с лунно-серебряного на оранжевый и синий, Найджел и его команда двинулись, чтобы посмотреть наружу. Луна все еще была там, но ее яркость затмевал массивный, туманный глаз, парящий над городом, как инопланетный захватчик. Цвет распространялся от него, больше похожий на огонь, ползущий по небу, чем на простой свет. Оранжевый танцевал, как огонь, а синий плавал, как вода, окрашивая город внизу.

Они едва успели его заметить, когда аура глаза ударила их, как бомба. В ней была не только духовная, но и физическая сила, заставившая всех, кроме золотого ранга Найджела, пошатнуться.

— Это даже не полная ее сила, — сказал Найджел. — Мы на периферии. Внутри границ старого клана она намного сильнее.

— Это была не полная сила? — спросила Дарси, опасаясь возвращаться к окну. — Что это такое?

— Это он. Асано. Ты уже чувствовала его ауру раньше.

— Я никогда не чувствовала ничего подобного, — сказал Оранж.

— Она изменилась, — сказал Найджел, — но я узнаю основные аспекты. Но это то, чего мы никогда не видели от него. Возвращайтесь к остальным и двигайтесь к запасной позиции номер три.

— Три? — спросил Оранж.

— Что бы здесь ни происходило, — сказал Найджел, — это только что изменило цвет неба. Я хочу, чтобы вы все были как можно дальше от этого.

— Мы не хотим, чтобы ты был где-то рядом с этим, — сказала Дарси.

Найджел повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Что бы это ни было, чего мы ждали, Дарс, это происходит сейчас. Я единственный золотой ранг среди нас. Я единственный, у кого есть реальный шанс пробраться туда, взглянуть поближе и выбраться.

— Ты собираешься туда? — спросил Оранж. — Тебе не нужно делать это только ради работы.

— Я знаю. Но. Что бы там ни происходило, это нечто масштабное. Опережение кривой информации даст нам лучший шанс справиться с тем, что будет дальше. Я узнаю, что смогу, а потом выберусь. Если я не присоединюсь к вам в течение трех часов после достижения запасной позиции, используйте один из наших планов эвакуации; не говорите мне, какой. Мы перегруппируемся в Касабланке.

Найджел не стал ждать дальнейших споров, выпрыгнув через окно, в котором годами не было стекла.

* * * По мере того как Найджел двигался по улицам того, что когда-то было Сент-Этьеном, репликационная природа города начала проявляться. То, что выглядело и ощущалось как камень и металл, деформировалось, как глина, цвет тускнел, когда участки зданий и улиц превращались в облачную субстанцию. Найджел осторожно коснулся чего-то из этого и обнаружил, что оно густое и липкое, как клей.

Ужасные обитатели города выходили на улицы, и вампиры были далеко не самой многочисленной группой. Многие были гулями; вампиризированными жертвами, превращенными в бездумных, иссохших слуг. Они извергались из дверных проемов и вырывались из подвалов, доведенные до безумия аурой. Вампиры выходили следом за ними, пытаясь и часто не в силах установить контроль.

Найджел наблюдал из укрытия, как сами вампиры, казалось, с трудом сдерживали свою собственную манию. С широко открытыми глазами и дергающиеся, некоторые даже присоединялись к гулям, карабкаясь по стенам, как животные, или прыгая прямо на крыши. Оттуда вампиры и гули вместе начали визжать на глаз в небе.

Найджел уже видел подобное поведение. Когда вампиры теряли контроль над своими хищническими инстинктами, они становились дикими зверями, не имеющими мыслей, кроме убийства и питания. Он также знал, что это были более слабые вампиры, гораздо более агрессивные, но, к счастью, менее могущественные.

Найджел следил за обезумевшими, но именно за более сильными вампирами он наблюдал. Они сохраняли контроль над собой, но выглядели встревоженными, бросая обеспокоенные взгляды в небо. Некоторые пытались восстановить командование над гулями и даже своими собратьями-вампирами. Другие поднимались на крыши для лучшего обзора глаза. Многие начали бежать, хотя не было единого мнения о направлении. Из того, что видел Найджел, они выбирали либо направиться в центр города, либо бежать из него вовсе.

Найджел следовал за теми, кто направлялся вглубь, проводя больше времени в укрытии, чем в движении. В его руке был пистолет золотого ранга с магическим глушителем; редкий подарок от могущественного и благодарного клиента. Он использовал его, чтобы уложить пару вампиров, оба были медлительными бронзовыми рангами, которые застали его между укрытиями. Он уложил их в мгновение ока и двинулся дальше, не утруждая себя тем, чтобы спрятать тела.

Пистолет не издавал ни звука, а запах крови уже висел в воздухе. По мере того как безумие, вызванное аурой, усиливалось, гули нападали на своих хозяев, а вампиры питались друг другом. Те, кто пытался взять их под контроль, сдавались и начинали бежать вместе с остальными.

Аура, управляющая их поведением, была тиранической, гневной и голодной, как будто сама аура стала вампирской. Найджел был облегчен тем, что, хотя она и была ужасающей, она не влияла на него так, как на вампиров. Это был циклон силы, который двигался вокруг него, как будто он был в центре шторма. Он чувствовал, что аура была золотого ранга, но также и то, что за ней лежала какая-то другая сила. Он никогда раньше не чувствовал ничего выше золотого ранга, а это было достаточно редким явлением. Что бы ни стояло за этой аурой, это явно было не с Земли.

Найджел почувствовал момент, когда аура сместилась. Он не был уверен как именно, поскольку она все еще не влияла на него, но вампиры отреагировали немедленно. Вампиры и гули на крышах кричали от ярости на глаз в небе, но теперь эти крики сменились страхом. Они присоединились к вампирам, которые сохранили достаточно рассудка, чтобы бежать, и начали спасаться бегством, либо через крыши, либо спрыгивая на улицу.

Хаос затруднял сохранение скрытности. Найджел нырнул в лестничный пролет и в подвал. Гули, которые когда-то были внутри, вырвали дверь на своем пути наружу. Он пробыл там недолго, когда вампир золотого ранга вошел в размытом движении.

Найджел замер. Он был уверен, что сможет сразиться с одним вампиром в изоляции, но бой неизбежно привлечет к нему других. Он наблюдал, как вампир обвел взглядом подвал, принюхиваясь к воздуху. Его глаза прошли мимо него, как будто его там не было, и через мгновение он ушел. После того как он ушел, вокруг тела Найджела появился туман, и голос донесся из ниоткуда.

— Теперь можешь двигаться безопасно. Они не увидят и не почувствуют тебя, пока не коснутся.

— Джейсон?

— Не могу особо говорить, Найджел; я в процессе кое-чего. Добрый день, впрочем.

Найджел выбрался обратно наружу, туманный покров двигался вместе с ним. Улицы кишели гулями и вампирами. Были даже некоторые кровавые слуги; люди, которых кормили кровью вампиров. Они были сильнее и быстрее обычных людей, но порабощены привыканием к крови.

По крышам и даже стенам бегали гули и вампиры, когтистые руки и ноги впивались в черепицу и кирпич. Здания продолжали превращаться в густую облачную субстанцию, иногда заставляя гулей вырываться из них. Здания деформировались и колыхались, пока Найджел наблюдал, извергая вампиров прямо сквозь стены.

Он был осторожен, чтобы избежать всего этого, но это было трудно, когда сам город менялся вокруг него. Балкон, на котором он прятался, мог рухнуть, или улица превратиться в облачный клей под его ногами. К счастью, у чудовищных обитателей города было столько же проблем или даже больше, и для них все становилось только хуже. Найджел снова услышал голос Джейсона, но не как шепот поблизости. На этот раз он обрушился с неба, как гром.

— КРОВОТОЧИТЕ ДЛЯ МЕНЯ.

Найджел узнал заклинание из заклинания Джейсона по пусканию крови, но результаты были более экстремальными, чем то, что он видел в прошлом. Эффект на гулей был знаком, если преувеличен, поскольку они истекали кровью из каждого отверстия в своих телах. Вампирские слуги падали на землю в судорогах. Что касается вампиров, туман поднимался от их тел, как пар, но более темный. Найджел предположил бы, что он красный, но в жутком свете было трудно сказать. Запах было гораздо легче идентифицировать, так как медный привкус крови наполнил воздух.

На ветру уже чувствовался запах крови, но он быстро стал густым и тяжелым. Дымка заполнила улицы, когда кровавый туман изливался из вампиров, создавая сангвиническую влажность.

Даже вампиры, сохранившие свои чувства, теперь погружались в безумие. Найджел прыгнул на балкон и пригнулся, чтобы избежать потока гулей, усеянного вампирами. Найджел и его команда знали, что в городе есть гули, что было нормально для любого анклава вампиров, но количество истощенных существ было поразительным. Казалось, вампиры использовали город, чтобы создать новую армию из них, вероятно, используя истощенных людей с ферм крови.

Голос Джейсона заговорил снова, еще раз обрушившись с неба.

— ВАША КРОВЬ НЕ ВАША, ЧТОБЫ ХРАНИТЬ ЕЕ, А МОЯ, ЧТОБЫ ПИРОВАТЬ.

В тот момент, когда громоподобное заклинание было завершено, кровавая дымка, заполняющая улицы, начала рассеиваться. Она поднялась в небо, разделяясь на стримеры, которые сходились к гигантскому глазу. Когда они достигли его, они были втянуты и поглощены. По мере того как глаз впитывал все больше и больше крови, он менялся с синего и оранжевого на фиолетовый и красный. Свет, исходящий от него, менялся вместе с ними, пока город не стал выглядеть окрашенным в кровь и тени.

На улицах бегущие гули и вампиры внезапно остановились на месте, когда лес причудливых теневых рук извергся из каждой темной щели и трещины. Руки были пустотно-черными и совершенно нечеловеческими; что-то среднее между щупальцами и искривленными ветвями мертвого дерева. Каждая конечность заканчивалась пальцами со слишком большим количеством суставов, сужающимися к злым остриям. Когда они впивались в плоть, вампиры и их творения-гули визжали, как пытаемые свиньи.

Хватающие, искривленные конечности обвивались вокруг тел и хватали за головы, острые пальцы вонзались в рты и выкалывали глаза. Больше, чем просто на улице, многие остались висеть на стенах, пойманные при попытке карабкаться или в прыжке. Теперь они висели, как насекомые в паутине, и, подобно добыче паука, их осушали.

Вампиры использовали множество сил, чтобы попытаться сбежать. Найджел увидел, как один превратился в ласку и попытался ускользнуть, но был пронзен острыми пальцами и пригвожден к стене. Подобная участь постигла всех, кто менял форму на различных животных. Те, кто превращался в дым и туман, пострадали гораздо хуже. Хотя им удалось избежать рук, их окружил всплеск ауры. Их формы дыма и тумана потемнели, сгущаясь в еще большее количество кровавого тумана и исчезая в дымке.

По мере того как кровь покидала их тела, вампиры иссыхали, их тела становились изможденными и обмякшими. Как только последние вздохи кровавого тумана вырывались из их тел, их едва можно было отличить от гулей. Младшие вампиры распадались на застывшие куски, брызгая на улицу. Старшие рассыпались в пыль и уносились ветром.

Только вампиры сбрасывали кровавый туман. Из гулей кровь брызгала на землю, густая и мертвая. Найджел заметил, что некоторые вампиры не сбрасывали туман. Это были в основном более слабые, бронзового ранга и несколько скудных серебряных. Они все еще были в ловушке, но их кровь проливалась из их тел на землю.

Найджел пробирался через кошмарный пейзаж, едва утруждая себя скрытностью. Причудливые руки избегали его, а все остальное было либо мертво, либо умирало. Он прыгнул на крышу и увидел лишь горстку потоков кровавого тумана, все еще поднимающихся с улиц. Он предположил, что это были вампиры золотого ранга, по-видимому, не сумевшие избежать участи своих младших собратьев.

Найджел наблюдал с крыши, как последняя кровавая дымка поднялась из города и была выпита глазом. Больше не было воев ярости, страха или агонии. Остались только всхлипывания; город гулей, цепляющихся за последние остатки своего извращенного существования, и горстка их хозяев, делающих то же самое. Голос Джейсона прозвучал еще раз, гремя над завоеванным городом.

— МОЙ СУД, И СУД ЭТОТ — СМЕРТЬ.

Вся кровь, собранная в глазу, изверглась одновременно, вверх из глаза в облако, которое распространилось над всем городом. Пошел кровавый дождь, но каждая капля трансформировалась, прежде чем достигла земли. Темные капли крови стали мерцающими крупицами золотого, серебряного и синего света. Когда они ударялись о туман, окутывающий Найджела, или попадали на черепичные крыши, они исчезали без эффекта. Гулям и вампирам досталось не так легко.

Там, где дождь касался вампиров и гулей, все еще пойманных в теневые конечности, их плоть взрывалась. Кровавые слуги, которые еще не умерли в судорогах, не взрывались при прикосновении к сияющим каплям дождя. Только их кровь, превращая каждого в жуткое и крайне мертвое месиво.

Процесс уничтожения всего, что пережило осушение крови, сопровождался новыми воплями нестерпимой агонии. Найджел посмотрел на глаз, снова синий и оранжевый. К тому времени, как сияющий дождь перестал падать, больше не было ни воев, ни всхлипов.

Найджел был единственным живым существом в безмолвном городе.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ВЕЩИ

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ВЕЩИ

Найджел посмотрел вверх, наблюдая, как ночное небо закрывается над туманным глазом. Синий и оранжевый свет, окрашивавший город, исчез вместе с ним, позволив лунному свету снова обрести первенство. Жуткие остатки города были освещены серебром. Здания были деформированы, как пластиковые модели, расплавленные под горячей лампой. Некоторые участки были полностью разрушены, источая облачный материал, который искрился в лунном свете.

Лужи крови и полосы плоти сияли черным под серебряным светом. От них не исходило запаха, как будто все, что делало застывающие жидкости кровью, было вытянуто из них. Сангвинический аромат, пропитавший воздух, больше не переносился свежим ночным бризом.

— Ты был усерден в своих тренировках, я вижу.

Найджел обернулся, услышав голос Джейсона. Его чувства ауры не зарегистрировали приближение мужчины и до сих пор не распознавали его присутствие. Для его сверхъестественного восприятия Джейсон Асано и мир вокруг него были одним целым. Джейсон стоял на крыше в цветастой рубашке, коричневых шортах и сандалиях. Он стоял небрежно, руки в карманах. В то время как лунный свет вымывал цвет из всего остального, он освещал его так, будто он стоял на главной сцене.

— Найджел? Ты в порядке, приятель? Выглядишь немного шокированным.

Найджел продолжал смотреть на него.

— Ты собираешься спрашивать об этом после того, что только что сделал?

— Да, справедливо.

— Ты вернулся? — спросил Найджел. — Или ты какая-то иллюзия?

— Не совсем. Это тело — аватар. Физическая проекция из другой вселенной, как межпространственный телефонный звонок.

— Но ты все еще жив.

— Это был вопрос? Ответ сложнее, чем ты думаешь, признаю. Думаю, это зависит от того, как ты определяешь «жив».

— Ты нежить?

— Нет. Думаю, я... не знаю. Географический?

— Что это вообще значит?

— Давай отложим это на потом. Для практических целей я жив. Ты думал, что я мертв, правда? Я бы подумал, что Система развеяла бы эту идею.

— Одна из преобладающих теорий заключается в том, что Система — это то, что осталось от магии, которая когда-то населяла это место. Что домены пали, потому что ты умер, и их сила просочилась в планету, и как только она пропитала всю Землю, произошла Система.

— Люди действительно так думают?

— Невозможное уже не то, чем было раньше, Асано.

— Полагаю, нет.

Найджел посмотрел на мужчину, совершенно неуместную фигуру в темном и залитом кровью городе.

— Ты кажешься расслабленным для человека, который только что превратил город в могилу.

— Я пытаюсь быть лучшим человеком, чем тот, который покинул этот мир. Но у меня нет сил оплакивать тех, кто получил по заслугам. Больше нет.

— Кто решает, кто получил по заслугам? Я не буду спорить об убийстве вампиров, но я только что увидел силу, которой Земля никогда не видела. Что остановит тебя от решения, что любой, кто тебе не нравится, получил по заслугам? Где грань?

— Где бы я ни решил, что она есть.

— Почему ты решаешь, где мне использовать свою силу, Найджел? Какой-то лидер фракции? Президент или премьер-министр? Парламент или конгресс? Организация Объединенных Наций?

— Не знаю, но ты только что уничтожил город. Это опасная сила, чтобы оставлять ее неподотчетной никому.

Джейсон наклонил голову, вглядываясь в Найджела. Он понял, что Джейсон читает эмоции в его ауре.

— Ты спрашиваешь меня об этом, потому что боишься самого себя, не так ли? Силы, которая у тебя есть как у золотого ранга, — сказал Джейсон.

— Да, — признал Найджел.

— На кого ты работаешь сейчас, Найджел? Кому ты отвечаешь?

— Себе. Своей совести. Моя команда и я — частные подрядчики. Эта работа для Анны Тилден, но моя команда и я не привязаны ни к какой группе. Мы отвечаем друг перед другом, выбирая, какую работу брать, а от какой отказываться. Моя команда — это те, кто призывает меня к ответу.

Джейсон улыбнулся.

— Моя тоже. У меня их не было на Земле, что, вероятно, и привело к тому, что я так сбился с пути. Если бы не Фарра, я думаю, я бы потерял себя полностью.

— Иногда я сомневаюсь в себе. Сила, которая у меня есть на этом ранге, прямо из комикса. Я мог бы снести здание голыми руками. Бросить поезд, как копье. Моя команда — мои братья и сестры, но у них нет такой силы. Это пугает меня иногда.

Джейсон кивнул.

— Я понимаю. Может, лучше, чем кто-либо. Ты золотой ранг без принадлежности? Ты ушел, когда Сеть развалилась?

— Да.

— Но ты был серебряным, тогда, и никому особо не было дела, верно? Пока ты не достиг золотого ранга, и внезапно, все хотят откусить от тебя кусок, и они не щепетильны в методах.

— Нет, не щепетильны.

— Отстой, правда?

— Да.

— Ну, я не справился с этим очень хорошо, так что, возможно, у меня не лучший совет. Но, во всяком случае, я думаю, что ты на правильном пути. Слушай людей, которым доверяешь. Позволь им показать тебе, когда ты сходишь с рельсов.

— Мне нужно больше, чем это. Рано или поздно кто-то решит, что ему не нравится свободный агент золотого ранга, и начнет искать рычаги давления.

— Твоя семья. Семьи твоей команды.

— Да. Многие в команде из старых семей Сети, так что у них пока достаточно защиты. Но если придут люди с реальной властью...

— Ты не доверяешь фракциям Сети, что они их не продадут.

— Нет. Не доверяю.

Найджел подошел к краю крыши и посмотрел на город.

— Я искал место, где мы все могли бы принадлежать, — сказал он. — Где наши семьи могли бы быть в безопасности, а люди у власти не использовали бы нас для вещей, которые мы не хотим делать.

— Ты просишь присоединиться к клану Асано?

— Не знаю. Может быть. Я не знаю, примут ли они нас, и я хотел бы узнать больше, прежде чем мы согласимся стать частью этого. Но я видел тебя, во время твоего пребывания здесь. Что лояльность и предательство значили для тебя.

Джейсон кивнул.

— Когда у тебя так много силы, что ты можешь решить большинство старых проблем, — сказал он, — ты понимаешь, что именно фундаментальные вещи действительно имеют значение.

— Да.

— Ну, я не собираюсь говорить, что ты можешь быть внутри или снаружи. Я оставлю это на усмотрение моей бабушки. Но я думаю, что это может быть хороший вариант, так что я переговорю с ней.

— Есть несколько вещей, которые я хотел бы знать, Асано.

— Я догадываюсь, что их больше, чем несколько, но продолжай.

— Я понимаю, что ты хотел очистить город от вампиров, но почему именно так? Чтобы показать остальному миру, что бывает, когда они переходят тебе дорогу? Позволить мне увидеть, чтобы я мог вернуться и рассказать всем, насколько ты опасен?

Джейсон покачал головой.

— Нет, приятель. Люди, которые принимают решения в этом мире, не пугаются, какой бы реальной ни была угроза. Я усвоил это в прошлый раз, когда был здесь. Как только я вернусь, они сделают свои выстрелы и заплатят цену за попытку. Мне это не нравится, но я ничего не могу с этим поделать. Не становясь такими же, как они.

— Как они в чем?

— Позволяя невинным людям платить цену за то, чего хочу я.

Джейсон указал на себя.

— Это, прикид туриста-зеваки, — это стремление. Повседневность. Веселье. Немного глуповато. Это тот, кем я хочу быть. Но это...

Он раскинул руки, чтобы указать на город вокруг них.

— Это тот, кто я есть. Когда должен быть. Это не было шоу, Найджел. Это была практическая необходимость. Я оставил все эти облачные здания нетронутыми в надежде, что вампиры заселятся. Я не забирал их кровь, но остатки энергии ядер реальности, с тех пор как они вливали силу этих ядер в кровь.

— И вот почему некоторые не были осушены, — понял Найджел. — Это были более молодые, которые никогда не питались кровью ядер реальности.

— Да.

— Насколько ты силен? Ты на ранге после золотого?

— Это сложно. Технически, я и золотого ранга, и ранга, который выше алмазного. В этом месте, моем домене, я чрезвычайно силен. Я не люблю термин «святая земля», но это, по сути, то, о чем мы говорим. Я не бог, но я делаю определенные вещи так, как делают боги. Когда я приду на Землю, это будет в смертном сосуде. Золотой ранг, как у тебя. У него будет сила, подобная той, что ты видел здесь, но уменьшенная. Расширение меня самого, более развитая версия этого аватара. Убийство его не повредит мне, просто будет стоить мне времени на создание нового.

— В Словакии произошло то же самое, что и здесь?

— Да. Но вампиры там держали свою ферму крови внутри домена, так что я смог спасти тех людей. Здесь ферма крови находится за пределами участка, вне досягаемости моей силы. Этот аватар не может выйти за пределы моего домена, поэтому я не могу вмешаться там сам. Ты знаешь фермы крови, которые они использовали, не так ли?

— Да, — сказал Найджел. — Мы были здесь месяцами, разведали все. Просто у нас не было сил, чтобы спасти людей, или способа извлечь их, если бы мы это сделали. После того как твои домены пали, континентальная Европа полностью перешла к вампирам.

— Клан может предложить вам численность и безопасность. Остальная часть вашей команды поблизости?

— Да. Если я буду двигаться быстро, я смогу добраться до них до того, как они эвакуируются из региона.

— Тогда, пожалуйста, иди и приведи их обратно. Тем временем я очищу город.

— Это довольно большой беспорядок.

Близлежащее пятно крови, размазанное по крыше, вспыхнуло призрачным белым пламенем.

— Это не будет проблемой, — сказал Джейсон.

* * * Софи взмахнула ногой в горизонтальном ударе, который не попал ни во что. Лезвие ветра вырвалось наружу, расширяясь по мере прохождения над равниной. Горизонтальная волна бритвенно-острого воздуха прошла над травой, мерцая, как марево, и гудя, как двигатель. На ее пути была массивная орда ящеров с каменной кожей, грохот их ног заглушал звук лезвия ветра.

Это было большое стадо, слишком многочисленное, чтобы появиться из обычной манифестации. Они остались после всплеска монстров четыре года назад и прятались в необитаемом горном хребте. Контракт Софи заключался в первую очередь в том, чтобы уничтожить их, прежде чем они нанесут ущерб торговым путям равнин. Как только это будет сделано, ей нужно было выяснить, что заставило их спуститься с гор. Они были там годами, никого не беспокоя, и Общество искателей приключений хотело знать, что изменилось.

Когда лезвие ветра ударило по несущемуся стаду, вторичные лезвия ветра вырвались из пораженных монстров. Те, в свою очередь, вызвали еще больше вторичных лезвий, отскакивающих взад и вперед между монстрами, пока массивное стадо не превратилось в мясорубку из рваной брони и брызжущей крови.

Софи стояла и смотрела, слушая, как бесчисленные трески новых лезвий ветра гремят, как гроза. Драгоценный камень на ее браслете мигал, указывая на то, что кто-то связывается с ее планшетом для небесной связи. Она достала его из пространственного мешочка и приняла вызов. На планшете появилось лицо Клайва.

— Время пришло? — спросила она.

— Время пришло. Портал в царство души Джейсона снова открылся. Заканчивай все дела, на которых ты находишься, и направляйся в Яреш.

Софи завершила вызов, убрала планшет и повернулась обратно к орде монстров. Несмотря на силу ее лезвия ветра золотого ранга, ящеры с каменной кожей были крепкими, даже для монстров серебряного ранга. Они были все жестоко изрезаны, но еще не пали. Единственные, кто погиб до сих пор, были те, кто был затоптан в неистовом бегстве. К тому времени, как магия ее атаки была израсходована и шторм лезвий подошел к концу, ящеры с каменной кожей неслись еще яростнее. Ревя от ярости, они бросились через равнину в направлении Софи.

Она наблюдала за их приближением, достала сэндвич и откусила. С неба раздался звук, начавшийся на высокой ноте и становящийся глубже по мере того, как источник спускался на бешеной скорости. Хамфри приземлился посреди стада, как бомба. Ударная волна от его внезапного прибытия отбросила монстров от точки удара. Сила волны разорвала тела в воздухе, расщепляя их вдоль линий, пробитых в их броне лезвиями ветра.

Куски монстров отлетели более чем на километр, несколько кусков пролетели мимо Софи, когда она манипулировала воздухом, чтобы отклонить их. Последовало массивное облако пыли, снова двигавшееся вокруг Софи благодаря ее контролю над ветром.

Видимость исчезла, когда облако окружило ее. Фигура вышла, высокая и широкоплечая. Пыль налипла на его броню, приглушая ее красочные радужные чешуйки. Он снял шлем с ухмылкой.

— Долго же ты, — сказала она ему. — Я уже начала думать, что Ник получит ранг раньше, чем...

Она выронила сэндвич, когда он притянул ее в страстном поцелуе. Усатый пес выскочил из облака пыли, как гепард, выхватив сэндвич до того, как тот коснулся земли.

* * * — ...все дела, на которых ты находишься, и направляйся в Яреш, — сказал Клайв. Изображение Софи на его планшете кивнуло, и вызов завершился.

— Тебя бы убило попрощаться как нормальный человек? — пробормотал он и засунул планшет в свое хранилище. Он пошел в приемную.

— Джефф, как идет подготовка к моей поездке?

— Вице-канцлер Грэнтэм сообщила, что она изучила все и готова подменять вас во время вашего отсутствия. Она действительно просила о встрече, чтобы обсудить любые последние детали и обновить вас по проекту сети порталов.

— Хорошо. Организуй что-нибудь.

— Она предложила встречу за ужином.

— Хорошо. Сегодня вечером было бы лучше всего, если она может подстроиться. Я хочу уехать завтра.

— Я уверен, что она сможет, Архканцлер. И, если позволите предложить, сэр, оденьтесь красиво.

— Зачем? — спросил Клайв. — У меня слишком много дел, чтобы прихорашиваться только ради того, чтобы поесть и обсудить административные детали.

Джефф наблюдал, как Клайв прошагал обратно в свой кабинет, закрыв за собой дверь. Джефф грустно покачал головой.

— Бедная, бедная женщина, — пробормотал он.

ТЕБЕ НЕ НУЖНА СЛАВА

ТЕБЕ НЕ НУЖНА СЛАВА

Джейсон и его три фамильяра стояли в дверном проеме, который открывался в пустую пустоту, служащую частным доком в глубокий астрал. Любые космические посетители должны были приближаться к астральному королевству Джейсона извне, так как это было только для его использования. Когда-то он вел к Космическому трону, но Джейсон отказался от этой связи.

Пока они смотрели, в темноте открылся туманный оранжево-синий глаз. Из него потоком хлынули искры света, танцующие искры синего, серебряного и золотого. Они плавали сквозь пустоту, как косяк светящихся глубоководных рыб, освещая тьму. Несмотря на внешний вид, они не были живыми существами, а осколками фундаментальной субстанции, из которой состояла физическая реальность. Сначала украденные из зон трансформации Земли, затем поглощенные вампирами, Джейсон впоследствии отфильтровал их из их тел и забрал себе.

— Этого недостаточно для завершения вашего первичного аватара, — заметила Тень.

— Да, — согласился Джейсон недовольным тоном. — Мне также не нравятся мои варианты получения остального, что мне нужно. Если заставить Руфуса совершить налет на фракции на Земле ради любых запасов ядер реальности, это сделает вещи очень сложными для бабушки, дипломатически. Посланники сделаны из того материала, который мне нужен, но они все индоктринированные рабы. Убивать их на войне — это одно, но я не собираюсь заставлять команду собирать их и тащить в мой домен, чтобы я мог поглотить их.

— На Земле есть еще вампиры, — сказал Колин. — У клана теперь есть сильные люди. Они могли бы захватить вампиров, чтобы ты их съел.

— Могли бы, — задумчиво сказал Джейсон. — Есть аргумент, что они тоже жертвы, но они слишком далеко зашли, чтобы был хоть какой-то шанс на искупление. Но я не хочу, чтобы клан делал что-то настолько хищническое. Я знаю, что я не лучший лидер, но я несу за них ответственность. Часть лидерства — это создание культуры, и я хочу, чтобы они были лучше меня.

— Ты не можешь защитить их от того, чтобы они никогда не пачкали руки, — сказал Колин.

— Нет, — согласился Джейсон, — но я могу удержать их от этого, только если они вынуждены. Мне не обязательно нужно это от них, так что я не собираюсь отправлять их похищать существа, которые думают и чувствуют, только чтобы я мог выжать жизнь из этих похищенных существ и потребить ее.

— Я согласен, что этого лучше избегать, — сказала Тень.

— У меня есть предложение, — сказал Гордон. Сладкие тона его голоса исходили от всех двенадцати сфер, которые у него были на золотом ранге, заставляя его звучать как хор ангелов. Это маскировало то, что Джейсон знал как нервозность фамильяра перед тем, как заговорить. Он был новичком в том, чтобы быть понятым всеми.

— Пожалуйста, поделись, — подбодрил Джейсон.

— Ты однажды дал что-то богине Смерти, как часть сделки.

Глаза Джейсона расширились. — Это блестяще, Гордон.

Орбы Гордона застенчиво потускнели.

— Что я упускаю? — спросил Колин. Он был в своей форме кровавого клона, выглядя как Джейсон, но вылепленный из влажной, кроваво-красной глины.

— Я заключил сделку со Смертью, — сказал Джейсон. — Отказаться от воскрешения, для себя или кого-либо еще моими руками.

— Помню, — сказал Колин. — Очень глупый выбор. Не могу поверить, что ты отдал такую силу.

— Нам нужно было чудо, — сказал Джейсон, — и мы его получили. Я не поднимаю это, чтобы пересматривать то решение, однако. Суть в том, что у меня была сила воскрешать в то время. Я вытянул достаточно реальности из посланников, чтобы построить себе новое тело, если умру. Я отдал ее богине, когда заключил сделку, но теперь, когда я не буду использовать ее, чтобы вернуться к жизни, она может быть готова вернуть ее.

— Как думаешь, это вероятно? — спросила Тень.

— Не знаю, — сказал Джейсон. — Я, вероятно, попал к ней в милость, так сильно прихлопнув Нежить. Спросить не помешает.

* * * Фиорелле нравилось дежурство на портале. Хорошая тихая комната, где ничего никогда не происходит, и лучшая часть: кресло откидывается. Для той, кто любил вздремнуть, это была самая желанная должность в ополчении города Рексион.

Она была еще девочкой, когда старый город пал, и выросла в Рексионе. Она была в толпе, сидя на плечах отца, когда у них была большая церемония, чтобы назвать свой новый дом. Ее воспоминания о тех днях были туманными детскими воспоминаниями. Страх и безнадежность, когда культ Строителя, посланники, а затем нежить пришли под землю, один за другим. Покидая свой дом. Прячась в каком-то странном месте, которое, как говорила ее мать, было внутри души человека — эта часть до сих пор не имела для нее смысла. И, наконец, прибытие в их новый дом.

Люди были напуганы. Они прошли через многое; потеряли многое. Видели людей и переживали события, которые были мощными, запутанными и причудливыми. Трудно было отличить спасителей от врагов, особенно когда одни становились другими. Это было одно за другим, и когда они прибыли в город, чего никто не ожидал, так это мира и безопасности. Некоторым потребовались годы, чтобы принять это. Некоторые так и не приняли, всегда опасаясь какого-то неуказанного катаклизма.

Город был не менее странным, чем все остальное, через что они прошли. Такой пустой, с тем, как мало ярких сердец осталось. Здания, которые превращались в туман, меняли форму и превращались в другие здания. Это все еще случалось время от времени, но это было постоянно, когда Фиорелла была еще ребенком.

Прибывало больше людей с поверхности, но они не были ни врагами, ни спасителями. Они пришли не ради войны, а ради торговли. Новые камеры выращивания производили так много еды, а люди на поверхности были, по-видимому, очень голодны. Она слышала истории о том, что они сталкивались со своими собственными посланниками, которые уничтожили их поверхностные камеры выращивания, называемые фермами. Им нужна была еда, и они могли многое предложить взамен. Самым ценным было то, что могла предоставить церковь Плодородия: дети. Всего за несколько лет улицы заполнились ими, слишком многими, чтобы растить их иначе как общиной.

Портал всегда был там, с самого начала. Было много историй о нем. Что он вел в место, где они все укрылись после бегства из старого города. Что это была внутренняя часть души человека. Воспоминания Фиореллы о пребывании внутри были отрывочными, всего несколько образов и эмоций. В основном страх и потеря.

Портал использовался лишь изредка, лидером Совета Лоренн или посетителями с поверхности. Затем, несколько лет назад, он закрылся. Когда это произошло, ополчение начало ставить дополнительных людей. Ходили разговоры о том, что какая-то невидимая защита исчезла. Хотя многие не верили, Фиорелла верила. Ее чувства ауры были немного сильнее, чем у большинства ярких сердец, и она почувствовала перемену. Что-то, что всегда было там, без ее ведома, внезапно исчезло.

Это было стимулом Фиореллы для вступления в ополчение, но результаты были не такими, как она ожидала. Во-первых, оказалось, что у нее мало таланта к бою. Ее обучали вызывать свои элементальные силы, но она никогда не была хороша с ними в боевых тренировках. Она нашла свою нишу в логистических и административных подразделениях ополчения, чередуя различные обязанности в обоих.

Никакой новой угрозы так и не появилось. Лидер Совета Лоренн была усердна в защите города без исчезнувшей ауры и ее таинственной, неуказанной защиты. Благодаря годам переговоров, поверхностные входы в Рексион теперь администрировались городом вместе с какой-то организацией с поверхности. Фиорелла была назначена туда пару раз, находя открытое небо тревожным, но также и захватывающим.

Хотя она не была лентяйкой, любимой обязанностью Фиореллы оставалось наблюдение за портальной камерой. Это была комната, которая выглядела сделанной из кирпича цвета песка и без украшений. В одном конце, у двери, был стол с очень удобным креслом. В другом был сам портал: белая каменная арка. Он был закрыт к тому времени, когда Фиорелла заступила, но у нее было воспоминание о нем из детства. Вихрящиеся цвета синего, серебряного и золотого. Красиво, но нервирует.

Теперь график работы Фиореллы периодически назначал ее следить за этим самым порталом. Он оставался закрытым, ничего никогда не происходило. Дремать было строго не разрешено, но не один старший офицер тихо упоминал, что чередование хорошего сна с хорошими книгами — приемлемый способ скоротать время. Большое откидное кресло за столом не было таким удобным случайно.

Фиорелла не была на дежурстве, когда портал открылся снова чуть больше недели назад. Сначала был большой шум, группа боевого ополчения заменила одного администратора в наблюдении за порталом. Это длилось недолго. Лидер Совета Лоренн вошла в портал с несколькими элитными ветеранами города, быстро вернулась и убрала войска по возвращении. Роль наблюдения за порталом снова легла на администрацию, и Фиорелла была снова поставлена в график.

Это было захватывающе в первые пару дней, несмотря на бездействие. Ее проинструктировали обо всех людях, которые могли выйти, и о тех, кто неизбежно посетит с поверхности. В углу было установлено устройство, чтобы планшеты небесной сети работали через портал. Оно выглядело как лампа.

После назначения она сидела за столом, представляя все захватывающие вещи, которые могла бы увидеть. Люди, которые, скорее всего, пройдут в любом направлении, были, по-видимому, все знамениты на поверхности. Некоторые имена из этого списка брифинга она слышала в историях, рассказанных старшими членами ополчения. Истории, которые, как она всегда думала, были выдуманными, но теперь она сможет увидеть этих людей и судить сама.

Через два дня после того, как она смотрела на портал, пока почти ничего не происходило, новизна прошла. Никто не прибыл, чтобы войти, и один человек вышел. Когда жрец Целителя по имени Карлос Килидо появился, она была полна вопросов. После одного взгляда на его грозовое лицо ее вопросы умерли на губах. Он сунул пачку писем ей в руки и вернулся без слова. Если бы не брифинги, она бы даже не знала его имени.

Единственной реальной разницей после открытия портала был серебряный, синий и золотой свет, наполняющий некогда пустую арку. Цвета были не особенно яркими, но они много кружились, мешая дремать. Не невозможно, однако, и Фиорелла была разбужена ото сна легким постукиванием по столу.

— Денни? — спросила она сонно. — Это смена?

— Понятия не имею. А друзья зовут меня Джейсон.

Ее глаза сфокусировались, когда она села и посмотрела на мужчину, небрежно полусидящего на столе. Он был человеком, с человеческим лицом. На нем были волосы. Она задалась вопросом, что делает здесь человек.

Ее сонный мозг наконец догнал происходящее, и она чуть не упала, вскакивая со стула.

— Вы — это он, — сказала она. — Вы — это он, верно? Простите, мистер Асано, сэр. Это ведь вы, верно?

Она надеялась, что всхлипывающий звук происходит только у нее в голове. Это был человек, о котором говорили в первую и последнюю очередь на брифинге. Тот, кто, если бы он вышел из портала, означал, что она должна отправить сообщение своему начальнику и в офис Лидера Совета. Это была, по-видимому, его душа по ту сторону портала, внутри которой люди могли каким-то образом жить.

— Эм, мне нужно пойти сказать людям, что вы здесь, сэр. Если это нормально.

— Давай договоримся, — сказал он. — Ты называешь меня Джейсон вместо «сэр», и можешь делать все, что хочешь.

— Э, да, сэр. Джейсон. Простите.

Он издал смешок. Это был дружелюбный, успокаивающий звук. Со всем, что о нем говорили, она ожидала увидеть какую-то пугающую высокомерную фигуру. Вместо этого он выглядел как любой человек, которого она видела бы на шахтном рынке, где закупалось большинство людей с поверхности.

— Сэр... простите снова. Джейсон. Это правда, что ваша душа по ту сторону этого портала?

— Это сложно, как вы можете себе представить. Но да. Сколько вам лет? Начало двадцатых? Достаточно взрослая, чтобы пережить все неприятности. Вы были маленькой девочкой, когда вы и ваш народ укрылись там. Не думаю, что вы помните много, или ясно.

— Нет, сэр.

Он улыбнулся и покачал головой.

— Как вас зовут?

— Фиорелла, сэр.

— Наверное, пора вам пойти сказать кому-нибудь, что я здесь, Фиорелла.

Ее глаза расширились. — Да, сэр!

После того как она выбежала из комнаты, Тень появилась из тени Джейсона.

— Почему вы спросили ее имя, когда уже знали его? — спросил фамильяр.

— Я не хочу тыкать им в лицо, что это место — мой домен. Это их дом. И людей пугает, когда они знают, что ты можешь — и, вероятно, делаешь — наблюдать за ними в каждый момент.

— Не понимаю, почему у людей с этим проблема.

— Это потому, что наблюдение за людьми из теней — это твой конек.

* * * Офис Лидера Совета Лоренн был скромным. Она сидела не за своим столом, а на одном из пары диванов, с Джейсоном, сидящим напротив.

— Еще раз, Лидер Совета, я хотел бы выразить свои извинения за снятие защиты моей ауры без предупреждения, но я всегда наблюдал. Я видел ваши усилия по защите вашего народа, как в военном, так и в дипломатическом плане. Вы хороший лидер.

— Я понимаю ваши причины, мистер Асано. Мне было бы трудно поверить в них, если бы мы не были в той зоне трансформации вместе. И хотя ваша аура могла исчезнуть, инфраструктура не показала ни малейшего признака отказа.

— К счастью, мне не пришлось заходить так далеко, чтобы моя уловка сработала. Даже если бы моя личность была устранена, моя сила осталась бы.

Лоренн кивнула.

— Я не буду притворяться, что понимаю природу битв, которые вы ведете, мистер Асано. Что я сделаю, так это извинюсь, в свою очередь.

— За что?

— После зоны трансформации я была утомлена. Боялась надеяться и быстро сомневалась.

— За это не нужно извиняться, Лидер Совета. Мои испытания — сущие пустяки по сравнению с тем, что вы и ваш народ перенесли, но я справился с ними без капли вашей грации и невозмутимости. То, что вы вышли из этого чем-то большим, чем дрожащая развалина, — это триумф. Вы вызываете у меня только восхищение.

— Спасибо, хотя у вас было мало времени, чтобы заглянуть за фасад. У всех нас есть свои шрамы.

Плечи Джейсона расслабились, немного обмякнув.

— Разве нет.

— Мой смысл, мистер Асано, в том, что вы ушли и исчезли, прежде чем я даже начала осознавать, что вы нам оставили. Это место — чудо. Люди, которых я встречала с поверхности, говорят, что облачные транспортные средства, подобные вашим, — редкие и драгоценные вещи. Целый город такой конструкции неслыхан, даже среди чудес мира поверхности.

— В мире поверхности нет недостатка в чудесах.

— Я не сомневаюсь, но этот город стоит среди лучших из них. Запросы на то, чтобы приехать и изучить его, доказали это.

— Вы приняли какие-нибудь из этих запросов?

— Нет. Это наш город, но ваша сила. Я бы не сделала этого без вашего согласия.

Джейсон кивнул.

— Есть человек, от которого я в некотором роде случайно уклонялся большую часть двух десятилетий. Они алмазного ранга и создали мою облачную флягу. Думаю, позволить им изучить это место было бы справедливой компенсацией, при условии, что они не будут вмешиваться в дела вашего народа. У Эмира Бахадира будут их контактные данные.

— Очень хорошо. Но вы продолжаете уклоняться от моей темы, мистер Асано. После зоны трансформации я была смертельно усталой. Так долго я делала шаг за шагом, ожидая следующей катастрофы. Всегда начеку в ожидании следующей проблемы. Как только я наконец приняла, что мы нашли безопасность, я оглянулась назад и поняла, как многим мы вам обязаны. Это очевидно, но я была слишком поглощена, чтобы увидеть это, пока вы не ушли. Вы — спаситель ярких сердец.

— Многие люди были частью этого. Включая вас.

— Не каждый носил мой народ в своей душе или сражался с богом.

— Если вам нужно, чтобы кто-то построил статую, Лидер Совета, то выберите Гарета Зандье. Он тоже сражался с этим богом, и это будет выглядеть лучше в любом случае.

— Мы сделали.

— О.

— Мистер Асано, вы укрыли нас, когда мы были потеряны. Не просто сохранили наш народ в безопасности, но приветствовали их в самой своей душе. Затем вы вернули наш дом и отстроили его из чудес. Земля, по которой мы ходим, и дома, в которых мы живем, — это выражения вашей силы. Это та история, из которой делаются мифы.

Джейсон откинулся на спинку дивана и вздохнул.

— Тогда пусть она угаснет, — сказал он. — Мифы — это просто старые истории. Позвольте мне быть этим. Если вы собираетесь говорить о том, что здесь произошло, не делайте это обо мне. Это никому не помогает. Говорите о людях, которые пришли с поверхности, чтобы помочь. Это полезно. То, что может построить мосты. Позвольте мне быть сноской.

— Почему вы избегаете славы? Насколько я могу судить, у вас нет ее недостатка на поверхности.

— Может, некоторое время назад. В определенных местах. Но всегда есть новые истории. Новые герои. Прошло достаточно времени, чтобы я мог быть просто парнем. Насколько может быть любой золотой ранг. Если я сделаю что-то немного особенное, это ожидается от золотых рангов. Я не буду выделяться, как раньше.

— Я не уверена, что кто-то, кроме вас, в это верит.

— Назовите это надеждой.

— Вам не нужна слава?

— У меня была слава. Это пустая вещь. Время, которое она стоила мне с моими друзьями и семьей, — одно из моих самых больших сожалений.

— Мне кажется, вы заслуживаете большего.

— Слава — это не приз, Лидер Совета. Это цена. Вы, конечно, знаете это.

Лоренн задумчиво кивнула. — Да, полагаю, знаю. Но наверняка есть что-то, что мы можем сделать для вас.

— Откройте хорошую сэндвичную.

МОЩЬ, НАВИСШАЯ НАД ВСЕМИ НАМИ

МОЩЬ, НАВИСШАЯ НАД ВСЕМИ НАМИ

Лоренн и Джейсон сидели на противоположных диванах в кабинете первой. Обстановка была неформальной, но их обсуждение могло определить судьбу города Брайтхарт на поколения вперед.

— Я уважаю то, что вы сделали, чтобы дать нам автономию, — сказала Лоренн, — но есть некоторые вопросы, которые можете решить только вы.

— Религиозные вопросы?

— Да. Вы, конечно, осведомлены о большей части политической ситуации в городе. Однако многие дипломатические и религиозные проблемы решаются за пределами вашей сферы влияния. В одной из поверхностных шахт был вырыт город. Его разместили прямо за пределами зоны контроля, потому что впервые его начали строить, когда зона трансформации была активна.

— Люди ждали там, пока зона исчезнет. Я помню.

— С тех пор он значительно расширился. Мы называем его Внешний Рексион. Статуя вашего друга находится там. Население в основном временное. Торговцы и дипломаты с поверхности. Большинство церквей регулярно меняют назначенных священнослужителей, поскольку мало кому нравится проводить так много времени под землей. Только те, кто поклоняется таким богам, как Земля, Камень и Глубина, кажется, очень довольны этим.

— Но их неспособность разместить храмы в самом городе создает проблемы?

— Да. Священники говорят мне, что вы обладаете властью, и боги не могут посягать на нее своей силой.

— Это верно.

Лоренн бросила на Джейсона беспокойный взгляд.

— Значит, это правда. У вас есть сила отказать богам?

— Это не так спорно, как вы пытаетесь представить. Правда, я не доверял богам, когда впервые попал в этот мир, но они такие же, как и все остальные. Есть хорошие, есть плохие. Я знаю, что для вас это не новость. Нежизнь, очевидно, — полный ублюдок, но некоторые другие были добры и дружелюбны ко мне.

Он нахмурился.

— И немного жадны, — ворчливо добавил он.

— Жадны? Боги пьют?

Джейсон усмехнулся.

— Неважно. Расскажите мне о последствиях исключения храмов. Полагаю, возникло некоторое недовольство?

— Возникло. К моему удивлению, не со стороны духовенства. Их боги, по-видимому, объяснили им ситуацию, и они отнеслись к этому с пониманием. Недовольство исходит с двух сторон, каждая из которых создает свои проблемы.

— Одна из них внешняя, полагаю? Люди спрашивают: если вы отказываете богам в доступе, что вы скрываете? Не пустили ли здесь корни темные боги, вдали от света?

— Именно. Даже если церковные чиновники и наши дипломатические контакты все понимают, некоторые люди будут верить в то, во что хотят, независимо от истины. Гнев легко разжечь, и те, кто хотел бы подорвать нашу автономию, чтобы эксплуатировать нас, не стесняются это делать.

— Это не уникальная ситуация. Я пришел из совершенно другой вселенной, и там происходит то же самое.

— И что вы там с этим делаете?

— В основном даем богатым людям все, что они хотят, а потом заявляем, что мы этого не делали.

— Как это помогает?

— Никак.

— Разве вы не богаты?

— Чрезвычайно.

— Значит, вы на самом деле ничего с этим не сделали.

Он подался вперед на диване и покачал головой.

— Не искушайте меня. У меня есть невероятное желание вернуться в свой мир и решить все проблемы. У меня достаточно богатства и власти, чтобы изменить всю цивилизацию моей родной планеты.

— Тогда почему вы этого не делаете?

— Я наблюдаю за вами годами, и вы — хороший лидер. Я — нет. У меня больше власти, чем должно быть у любого человека, но нет знаний, опыта и мудрости, чтобы использовать ее должным образом. Если я начну внедрять простые решения сложных проблем, я принесу больше вреда, чем пользы. Но я также не могу просто ничего не делать. Когда я действую, я должен быть осторожен. Мне нужно полагаться на тех, у кого есть знания и опыт, которых мне не хватает. На таких людей, как вы. Даже тогда я буду спотыкаться, и страдать от последствий моих ошибок буду не я.

Он вздохнул.

— Не знаю, зачем вы вообще меня об этом спросили. Я не говорю ничего, чего бы вы не знали. Вы способный и опытный лидер, а я — просто парень, который наткнулся на огромную космическую силу.

— Именно поэтому. Я веду свой народ, но вы — мощь, нависшая над всеми нами. Наша автономия существует лишь до тех пор, пока вы ее позволяете. Вы спасли мой народ и построили наш дом, но вы могли бы с таким же успехом разрушить все до основания.

Джейсон нахмурился.

— Я понимаю, — сказал он ей. — Мне тоже не нравится эта динамика власти. Мне больше нравилось, когда я мог расхаживать вокруг, отпуская шутки, которые никто, кроме меня, не понимал. Теперь я должен быть осторожен с каждым словом.

Лоренн кивнула. — Такова природа лидерства и опасность власти. Признаюсь, мне не нравится, что судьба моего народа находится в руках чужака. Мне легче думать о вас как о боге.

— Я не бог.

— В практическом смысле — да. У вас неоспоримая власть. Домен, на который не могут посягнуть даже боги. Боги, которые относятся к вам скорее как к одному из них, чем как к одному из нас. Когда я думаю о вас как о божественной власти, а не как о человеке, ваша роль в наших жизнях внезапно обретает смысл. Но, как вы говорите, вы не бог. Меня утешает то, что вы понимаете: вашей властью над нами нельзя злоупотреблять.

— Меня это не утешает. Я чувствую себя ребенком, который съел духа-монетку и может разрушить все, к чему прикоснется, по неосторожности. Я могу лишь стараться избегать причинения слишком большого ущерба, пока учусь пользоваться своей силой — и как ее не использовать. Если вы не против, я надеюсь, что мы сможем время от времени обсуждать эту тему. Я мог бы многому научиться у вас в плане лидерства.

— Я открыта для этого.

— Спасибо. А теперь, говоря о лидерстве, давайте вернемся к конкретике. Я полагаю, среди вашего народа есть некоторое недовольство из-за исключения храмов из главного города.

— Да. У нас были священники и храмы в старом городе. Они пали, защищая его, прикрывая остальных из нас, пока мы эвакуировались. Мы чтим эти воспоминания. Многие хотели бы присоединиться к этим церквям, но храмы находятся в той части города, которая построена для чужаков. Это препятствие для многих, и исключение Церкви Плодородия особенно спорно. Мы были доведены до грани вымирания, и они жизненно важны для восстановления нашего населения. Многие считают неуважительным держать их на расстоянии.

Джейсон кивнул.

— Теперь, когда другие претензии на мое духовное внимание завершены, я могу внести здесь некоторые изменения. Если я сниму свой домен с определенных частей города, боги смогут претендовать на них, и там могут быть построены храмы. Решите, какие храмы вы хотите построить и где, и я сделаю это возможным.

— Нам нужно будет договориться с церквями.

— Это ваш город, так что я оставлю это в ваших руках. Дайте знать, когда примете решения.

— А если вам не понравятся мои решения?

— Это ваш город, — снова сказал Джейсон. — Потребуется нечто большее, чем просто мое несогласие с вами, чтобы я вмешался. Я не говорю, что не вмешаюсь, но это была бы крайняя мера. Любое столь радикальное действие, вероятно, так же отвратительно для вас, как и для меня, например, желание построить храм Нежизни.

Лоренн нахмурилась.

— Действительно отвратительно. Однако я хотела бы иметь некоторое представление о том, где вы проводите черту. Нельзя избежать того факта, что вы здесь — высшая власть.

Джейсон кивнул, помолчав некоторое время, обдумывая это.

— Вот пример, — сказал он. — Я ненавижу рабство. Это далеко не уникальная позиция, к ней придет любой, у кого есть хоть капля эмпатии или порядочности. Это одна из фундаментальных ценностей общества, в котором я вырос, и она не пошатнулась во мне, когда у многих других пошатнулась. Многие общества на поверхности используют систему кабалы, которая немногим отличается от рабства, просто приукрашенного. Она пронизана коррупцией и злоупотреблениями, и в ней нет последствий. Обычная эксплуатация бесправных. Если бы ваш правящий совет захотел внедрить эту систему здесь, я бы выступал против нее, неоднократно и громко. Однако я не стал бы вас останавливать. Не мне указывать вашему народу, как себя вести. До определенного момента.

— В какой момент вы бы тогда вмешались?

— Если бы вы внедрили эту систему, она могла бы легко деградировать до точки, которую я больше не смог бы терпеть. Я мог бы представить, как вмешиваюсь, даже зная, что это будет иметь непреднамеренные побочные эффекты. Если бы я решил, что мое вмешательство стоит того ущерба, который оно причинит, я бы действовал. Но это было бы крайней мерой, после того как я не смог бы убедить ваше руководство изменить курс самостоятельно.

Лоренн откинулась на спинку дивана.

— Не могу сказать, что мне нравится тот факт, что вы можете прийти и просто все изменить, наплевав на последствия. Но ваше нежелание делать это — больше, чем я ожидала от кого-то на вашем месте.

Джейсон кивнул. — Власть и идеалы — это гремучая смесь. Мне удалось закалить последние по мере приобретения первой. Надеюсь, до такой степени, что я не стану полным бедствием. Впрочем, не могу обещать, что не совершу ошибок. Скорее, я почти могу обещать, что совершу.

— Думаю, мы обсуждаем здесь худшие сценарии, — сказала Лоренн. — Кажется, у нас с вами больше общих ценностей, чем противоречий. Не думаю, что мы можем продвинуться дальше в этом вопросе на данный момент, так что давайте отложим это обсуждение и вернемся к практическим вопросам.

— Конечно. Пожалуйста, продолжайте.

— Есть дело, которое менее срочное, чем расположение храмов, и, возможно, затрагивает вас больше, чем меня.

— О?

— Во Внешнем Рексионе живут священники.

— Я ожидал этого, учитывая тамошние храмы.

— Было бы правильнее сказать, что это бывшие священники. Они здесь не ради храмов, а ради вас. Они подавали прошения о получении вида на жительство в главном городе. Пока что мы им отказывали.

— Они здесь ради меня?

— Они пришли сюда, потому что наш город — это проявление вашей силы. Мы не говорим об этом людям, но достаточно многие знают, чтобы это нельзя было назвать секретом.

— В чем их интерес ко мне... погодите. Как много вы знаете об этих людях?

— Что они утверждают, будто вы их спасли. Что они потратили два десятилетия на исследования о вас, потому что большую часть этого времени вы были мертвы или в других измерениях.

Джейсон простонал и провел рукой по лицу.

— Думаю, я знаю, кто они, — сказал он.

— В чем их интерес к вам?

— Столетия назад был конфликт. В культе одного из великих астральных существ произошел раскол. Одна фракция откололась, больше заинтересованная во власти и политике, чем в идеалах, которым они якобы продолжали следовать. Обычное дело в истории моей планеты, но у нас нет богов, которые вмешиваются.

— Эти люди из того культа?

— Нет. Эта отколовшаяся группа зашла слишком далеко и в итоге была выслежена кучей церквей. Многие люди из этих церквей были пойманы и удерживались в стазисе столетиями. Я освободил их около двадцати лет назад, но многим не к кому было возвращаться. У некоторых были потомки, другие вернулись в свои церкви. Но некоторые отказались от своей веры после пережитого или их не приняли обратно. Чистота отвергла их всех, вероятно, потому что настоящая Чистота была заменена во время их заточения. Вы слышали о событиях вокруг бога Чистоты?

— Слышала.

— Моя догадка в том, что эти люди — бывшие священники, ищущие, за кем последовать. Я достаточно загадочен, чтобы они не осознавали, насколько плохая идея — выбрать меня.

— Значит, они священники вас?

— Нет!

— Если я правильно понимаю, этот город — храм вам.

— Нет — то есть, вроде как, да. Но нет.

— Что ж, я в любом случае оставлю их вам.

— О, спасибо. Не могу дождаться, когда придется с этим разбираться.

— Я могу распорядиться, чтобы их немедленно доставили в город.

— Нет. Я сам приду к ним, как только у меня будет аватар, способный покинуть мои домены. И есть еще кое-что, что нам нужно обсудить.

— О?

— В старом городе было астральное пространство. В новом оно тоже есть, но я держал его запечатанным.

— Почему?

— Когда я формировал город, внутренняя часть астрального пространства, по какой-то причине, была вне моего контроля. Или, точнее, она была слишком хрупкой. Она находилась в эмбриональном состоянии, не достигая завершения до гораздо более позднего времени. Я не понимал почему, пока не осознал, что оно ждало, когда я завершу трансформацию своего царства.

— Эмбриональном?

— Да.

— Намекая на то, что там что-то вынашивалось. Ждало своего рождения.

— Да.

— То, о чем вы не рады мне рассказывать.

— Это будет политически сложно для вас, если слухи распространятся. Но это ваш дом, и вы заслуживаете знать, поэтому я собираюсь показать вам.

* * * Джейсон парил в воздухе так высоко, что практически находился на орбите. Лоренн была рядом с ним, и оба они были окутаны сферой невидимого тумана. Планета внизу была совершенно не похожа на Землю, одинаково прекрасная и апокалиптичная. Элементальные силы, настолько огромные, что их можно было увидеть из космоса, сталкивались на поверхности. Ураганы врезались в супервулканы. Землетрясения прорезали каньоны настолько массивные, что они становились морями, когда их заполняли приливные волны. Это было великолепное, дикое разрушение.

— Я даже не знаю, как понять то, на что смотрю, — сказала Лоренн. — Масштаб просто невероятный. Я прожила свою жизнь в системе пещер, которые даже низкоранговые могли пройти за день.

— Это самое большое астральное пространство, которое я видел. И я понимаю, как планеты могут быть пугающей концепцией для того, кто никогда не был на поверхности одной из них.

— Почему вещи не падают с нижней стороны?

— О, я не буду в это вдаваться. Скоро прибудут мои друзья. Спросите Трэвиса Ноубла.

— Астральное пространство в нашем городе было не таким большим. Даже не его часть.

— Это одна из причин, почему потребовалось так много времени, чтобы оно разрешилось. Другая — та часть, которая вам не понравится.

— И что это?

Невидимая сфера пронеслась вокруг планеты, преследуя солнце. По мере их движения над горизонтом показалась фигура, превратившаяся в невероятно высокое дерево, высотой в километры.

— Это как дерево в зоне трансформации, — сказала Лоренн.

— Да. И со временем здесь вырастет больше. Это планета, рождающая вестников, и вестники, которых она рождает здесь, — элементального типа. Она производит их уже несколько лет.

Лоренн резко повернулась к Джейсону.

— Элементальные вестники?

— Я понимаю вашу обеспокоенность, — сказал Джейсон, а затем покачал головой. — Нет, конечно, я не понимаю. Но я осознаю, почему вы и ваш народ испытывали бы к ним только ненависть. Конец вашей цивилизации начался с элементальных вестников. Вы, естественно и очевидно, не хотите их в своем городе, поэтому я запечатал это место.

— Вы должны уничтожить их.

— Они дети, лидер Совета. И они не те, кто разрушил ваш город. Они не испорчены и не бездумны. Я показываю вам это место только потому, что апертура в это царство находится в вашем городе. Я не вижу причин, по которым ваш народ когда-либо должен был бы взаимодействовать с ним, но я не настолько глуп, чтобы предполагать, что этого никогда не случится. Я хотел, чтобы вы знали, чтобы вы не были застигнуты врасплох, если его существование когда-нибудь станет достоянием общественности.

Лоренн смотрела на планету внизу и возвышающееся дерево.

— Мне потребуется время, чтобы смириться с этим, Асано.

— Конечно. Я отвезу вас домой.

ВОПРОС О ШТАНАХ

ВОПРОС О ШТАНАХ

К городу Брайтхарт вели две шахты. Одна была вырыта вверх элементальными вестниками, и она стала главной шахтой. Другая была вырыта вниз обычными вестниками. Сейчас она была сильно укреплена, хотя вестники на поверхности исчезли.

В той второй шахте аватар Джейсона парил в воздухе, на самом краю его домена. На этом месте стояла крепость Брайтхарт, и Джейсон завис перед стеной, которая запечатывала всю шахту. Перед ним, прямо за пределами зоны его контроля, появилась женщина. У нее были простые, строгие черты лица, бледная кожа и темные волосы. Она была одета в простое серое платье с выцветшим узором из синих цветов.

— Ты хочешь чего-то от меня, — сказала Смерть.

— Хочу.

— Зависит ли храм моей церкви на территории Брайтхарта от получения того, что ты хочешь?

— Нет. Это одно, а то — другое. Ваше чудо помогло спасти их. Оно упокоило их павших, которые были извращены в жуткие создания. Если они хотят поклоняться вам за это или даже просто быть благодарными, я не буду мешать. Делать это только потому, что вы отказались вернуть то, что я уже отдал, было бы мелочно.

Смерть кивнула.

— Такое было бы недостойно нашего уровня. Я верну то, что было взято, Джейсон Асано, теперь, когда это нельзя использовать по первоначальному назначению.

Она протянула руку, и над ней появилась сфера, мерцающая синим, серебряным и золотым. Джейсон потянулся, чтобы коснуться ее, и она исчезла.

— Спасибо, — сказал он.

— Спасибо тебе за то, что помешал Нежизни. Величайшая возможность осуществить его цель за столетия была сорвана из-за тебя.

— Потребовалось гораздо больше, чем я один, чтобы остановить его, и он совершил гораздо больше, чем мне бы хотелось.

— Мы разделяем этот взгляд. Но мы должны принять, что сделали все, что могли, и радоваться, что это было больше, чем вероятно. В бессмертии нет абсолютов в победе или поражении, особенно с течением времени. Люди живут и умирают. Цивилизации возвышаются и падают. Настанет время, когда даже эта планета исчезнет, а вместе с ней и мы, боги, но ты останешься. Ты очень молод для бессмертного, и некоторые вещи может преподать только время. Но ты их усвоишь, нравится тебе это или нет.

— Полагаю, усвою. Спасибо, Смерть.

— Спасибо, Джейсон Асано.

Пара исчезла, и брайтхарты, наблюдавшие изнутри крепости, позволили себе снова дышать.

* * * Создание главного аватара было на удивление незрелищным делом. Реальность, возвращенная от Смерти, была добавлена к рою огней в пустоте Джейсона, и они слились в мужское человеческое тело, парящее обнаженным и безволосым в темноте. Джейсон стоял в дверном проеме пустоты в базовом аватаре, рядом со своими фамильярами.

— Тебе стоит внести некоторые правки, — предложил Колин, указывая вверх и вниз на тело. — Ты мог бы изменить ту часть.

— Ты только что указал на все тело целиком, — сказал Джейсон.

— Я знаю, куда указывал.

— Ты понимаешь, что выглядишь точно так же?

— Да, но я умею подать это красиво. Дело в том, как ты обитаешь в теле. Гравитас. Тебе не понять.

Джейсон посмотрел на своего фамильяра безэмоциональным взглядом.

— Не расстраивайся, — сказал Колин. — Просто у меня есть первобытный голод, на который дамочки реагируют.

— Ты начинаешь интересоваться женщинами?

— Фу, нет. Погоди, мне можно их съесть?

— Нет!

— Тогда точно нет.

— Пожалуйста, не ходи вокруг, поедая женщин.

— Ты хочешь сказать, что мне можно есть мужчин?

— Категорически нет.

— Ладно.

— Ладно?

— Я сказал «ладно», — настаивал Колин, пока Джейсон смотрел на него с подозрением.

— Колин.

— Да?

— Ты не можешь есть гендерфлюидных и небинарных людей тоже.

— О, да ладно. Такое чувство, что ты просто не хочешь, чтобы я кого-то ел.

— Ты можешь есть монстров.

— А как насчет людей, которые на нас нападают? Ты хочешь, чтобы я не помогал в драках, пока не убежусь, что они не в списке тех, кого мне нельзя есть?

— Слушай, если дело дойдет до драки, ты можешь... погрызть.

— Погрызть?

— Да. Погрызть.

— Значит, я могу есть кусочки людей?

— Плохих людей. В драке.

— Звучит как двойные стандарты.

— Дело в контексте. Это как в повседневной жизни: мне нельзя пырять людей ножом. Но в драке мне позволено пырять людей. Так что, когда мы вступаем в драку с людьми, вот тогда тебе позволено, ну, понимаешь... съесть их немного.

— Значит, если я начну драку, я могу есть людей?

— Никаких драк по своей инициативе. И если драка все-таки случится, ты можешь съесть их только немного. Никакого поедания людей целиком.

— Никогда?

— Может быть, если они уже мертвы. И они были действительно отстойными. Или это действительно важно, чтобы ты немедленно восстановил свою биомассу.

— Это все слишком сложно, — сказал Колин. — Звучит так, будто ты выдумываешь правила на ходу.

— Это было бы точным описанием, да, — признал Джейсон.

— Видишь, в этом и проблема, — сказал Колин. — Дамочки любят меня, потому что я решителен в своих действиях. Если я чего-то хочу, я это съедаю.

— Пожалуйста, перестань говорить «дамочки».

— Кто-то из нас должен, — сказал Колин, указывая на аватар, парящий в пустоте. — Тебе явно нужна помощь, физически. Может, уменьшить подбородок немного.

— Подбородок и так уменьшился немного.

— И там еще столько осталось? Сколько еще повышений ранга потребуется, прежде чем у тебя будет лицо нормального человека?

— У тебя такое же лицо!

— Тебе нужно отрастить бороду обратно. У тебя еще остался крем для роста волос Джори?

— Слушай, я просто взял шаблон для своего тела и адаптировал его под нормальные изменения золотого ранга. Он будет лучше работать как вместилище для моего сознания, если я не буду с ним возиться. И это скорее мазь, чем крем.

— Мистер Асано, — вставила Тень. — Могу я, возможно, сделать запрос?

— Конечно, — сказал Джейсон. — Что тебе нужно?

— Чтобы этот разговор закончился, прежде чем все двести одиннадцать моих тел решат уничтожить себя, вместо того чтобы продолжать его слушать.

Джейсон посмотрел на Тень, приподняв брови.

— Возможно, пора начинать, да.

Базовый аватар Джейсона исчез. Главный аватар выплыл из пустоты и прошел через дверной проем. Как только его ноги коснулись мостика, он открыл глаза. Сознание Джейсона поселилось в нем, превращая его из вещи в человека.

Джейсон почувствовал, как духовный шум затих, когда он занял свой новый аватар. Годами он жил с осознанием каждого действия каждого человека в каждом домене, которым владел. Громче всего были бесчисленные люди по всему космосу, подключенные к Системе. Его восприятие их было запечатано, чтобы не разрушить его разум на текущем уровне силы, но это был целый космос приглушенного бормотания.

Его восприятие своих доменов и Системы все еще было доступно, если бы ему это понадобилось, но они больше не давили на него. Главный аватар был как тихая комната в шумном доме; шум не мог проникнуть внутрь, пока он не выходил наружу. Впервые за долгое время Джейсон почувствовал себя относительно нормальным человеком.

Он протянул руки и уставился на них, сгибая пальцы. Потерев ладони друг о друга, он улыбнулся ощущению.

— Настоящее тело, — сказал он. — Это все еще аватар, я знаю, но он не ощущается как аватар.

— Пальцы — это еще не все, — сказал Колин. — Я годами жил без пальцев, и со мной все было в порядке. Мы можем теперь пойти что-нибудь съесть?

Джейсон усмехнулся.

— Конечно, приятель. Пойдем пообедаем.

— Можно людьми?

— Нет! Мы только что об этом говорили.

— Можно быть гибкими? Как насчет того, если я съем какого-нибудь паршивого человека?

— Что я только что сказал насчет поедания людей, Колин?

— Мыть их сначала?

— Я почти уверен, что сказал «нельзя».

— Тогда можно нам пойти подраться? Ты сказал, что я могу есть людей, когда мы деремся.

— Мистер Асано, — сказала Тень. — Возможно, прежде чем мы перейдем к теме обеда, вам стоит заняться темой штанов.

* * * Сферическое облако пронеслось сквозь верхние слои атмосферы, падая с космической станции, имеющей форму головы Джейсона. Вокруг облака вспыхнуло пламя от трения при быстром прохождении, но облако это не затронуло. Внутри облака было прохладно и стабильно. Джейсон, в своем новом теле аватара, расслабился и наслаждался поездкой.

— Мне нужно сначала разобраться с тем, что внутри моего царства, — сказал Джейсон Тени. Он полулежал в облачном кресле, пока Тень чинно стояла рядом. Колин и Гордон с нетерпением наблюдали за танцующим оранжевым светом, который просачивался сквозь стену сферы.

— Я думал, вы поспешите за пределы своего домена, — сказала Тень Джейсону.

— Я хочу, и именно поэтому я этого не сделал. Я был здесь так долго, что, как только я выйду, я буду продолжать находить оправдания, чтобы не возвращаться. Карлос и так уже порядком извелся, и в любом случае мне стоит отдать приоритет его работе. Она может помочь многим людям. Может быть, даже некоторым вампирам на Земле.

— Я советую сохранять умеренные ожидания, мистер Асано. Даже если он добьется успеха в разработке лечения от вампиризма, оно подействует только на низших вампиров. Тех, на кого проклятие было наложено насильно. Это не распространено на Земле. Вампиры там всегда были осторожны при размножении своего вида. Они создают гулей и кровавых слуг, а не низших вампиров.

— Я знаю, — тихо сказал Джейсон. — Просто так много погибло или было обескровлено на этих ужасающих фермах. Я задаюсь вопросом, не должен ли я был остаться и сражаться.

— Нет, мистер Асано. Я могу с уверенностью сказать, что если бы вы остались, вы и вампиры в конечном итоге устроили бы гонку, чтобы увидеть, кто сможет причинить худшие зверства другому. Я не сомневаюсь, что вы победили бы вампиров, но проиграла бы Земля. Будь то вы или королева вампиров, миром правил бы монстр.

— Да, — согласился Джейсон. — Полагаю, уйти было лучшим решением.

— И человечеству нужно позволить решать свои собственные проблемы.

— Тебе никогда не надоедает быть правой, Тень?

— Я совершала свои собственные ошибки, мистер Асано. Вы просто не замечаете их из-за частоты и масштаба ваших собственных.

Колин совершенно не смог сдержать смех, в то время как хихиканье Гордона звучало как журчащий ручей. Джейсон покачал головой на явное предательство своих фамильяров.

По мере того как их спуск продолжался, Джейсон открыл свой лист персонажа, экран, парящий перед ним. Просматривая свои способности, он улыбнулся эффектам использования великих астральных существ для прокачки уровней. Его способности варьировались от третьего до пятого уровня золотого ранга, и впервые его сила восприятия не была самой высокой, пусть и с небольшим отрывом.

Эту позицию теперь занимала его способность плаща. Она была неотъемлемой частью того, как он сражался, даже того, как он двигался. Она стала частью него, до такой степени, что без нее он чувствовал себя уязвимым. Но хотя он не стыдился своих «чуни» наклонностей, проводить все время в плаще из тьмы было слишком «эджлордово», даже для него.

Плащ также был полной противоположностью инкогнито. Теперь, когда Джейсон мог маскировать свои магические глаза под обычные, многие действия станут намного проще. Что-то столь простое, как поход в пекарню и покупка пирога, будет меньше хлопот, если его туманные глаза будут скрыты. Плащ пустоты, который развевался от измерений ветров, значительно подрывал бы это.

Самым большим изменением было то, что он оставил личность пришельца позади. Изначально его экран персонажа указывал его расу как «бывший человек, пришелец». Теперь там было написано «природа» вместо «раса», называя его «главным аватаром астрального нексуса». Он не был уверен, означает ли отказ от термина «раса», что он теперь вне смертной классификации, или Система стала более политкорректной.

Было ли это внутреннее изменение, основанное на его природе или меняющихся чувствах, или что-то более внешнее? Социальные изменения в Паллимустусе происходили медленно, но быстро во многих частях Земли, особенно в тех, с которыми имел дело Джейсон. Реагировала ли Система на меняющиеся ценности? Он решил задать этот вопрос Тени.

— Система явно связана с вами, мистер Асано, но теперь и с космосом в целом. Как таковая, я не уверена, что кто-то, кроме вас, мог бы определить истину. Если бы я выдвинула гипотезу, то это было бы то, что «раса» — это термин, который вы взяли из игр на Земле и который не может адекватно представлять широту индивидуумов, которую ему теперь нужно охватывать. Как таковой, он взял широкий термин «природа», чтобы представлять природу людей по всему космосу.

— Это имеет смысл. У меня все еще остались шесть сил, которые раньше были расовыми дарами. Они кажутся немного имбовыми, если быть полностью честным.

— Мистер Асано, ваша трансцендентность, пусть и незавершенная, приняла форму астрального нексуса. Хотя это не то, о чем я знаю по опыту, кажется ясным, что нексусом чего вы являетесь, так это астральных королей, великих астральных существ и богов. Трех высших сущностей космоса. Вам может не хватать возможностей по сравнению с каждым из них — часто значительно — но ваша сила отражает аспекты всех трех. Поскольку ваш главный аватар является прямым воплощением этой силы, вы ожидали чего-то меньшего?

— Справедливо, полагаю.

— И вам не следует недооценивать способности других. То, что поначалу может казаться непритязательным, может оказаться более мощным, чем вы осознаете. Посмотрите на способности мистера Стэндиша. Его дары сосредоточены на знаниях и магии. Не откровенно мощные, но, играя на своих сильных сторонах, они привели его на определенный путь. Представьте, если бы у него были более общие способности, которые не использовали бы в полной мере его поразительный ум. Если бы он использовал специальные атаки вместо заклинаний, как большинство людей, был бы он искателем приключений среднего уровня, о котором никто никогда не слышал, или чиновником Магического общества в захолустном филиале? А что насчет знаний, которые он использовал, чтобы остановить Строителя от начала вторжения на годы раньше? Потратил бы он годы вашего отсутствия на разработку метода восстановления связи между двумя вселенными? Вы меняете миры, мистер Асано, но и он тоже. Без него вы потерпели бы неудачу много раз, и именно его врожденные способности и их эволюции направили его на этот путь. Точно так же, как ваши делают это для вас.

— Это определенно правда. Мои способности почти кажутся разочаровывающими, когда ты так это формулируешь.

— Я разочарована той, которая позволяет мне превращать мои теневые тела в транспорт. Теперь, когда она позволяет Колину и Гордону изменять транспортное средство, которое я создаю, я просто знаю, что они добавят...

Теневое существо содрогнулось.

— ...цвета.

БОЙНЯ

БОЙНЯ

Джейсону не нужно было летать в сфере или заставлять Тень превращаться в транспорт, чтобы передвигаться по своему царству. Но после многих лет пребывания тем, что по сути было бесплотным духом в ландшафтах, которые были скорее метафорой, чем реальностью, он наслаждался чувством ограниченности. И, поскольку он предупредил Карлоса о своем приближении, у священника была возможность подготовиться к событию, к которому он шел более пятнадцати лет.

Карлос проводил свои исследования внутри царства души Джейсона, потому что здесь фундаментальные правила реальности могли быть изменены. Боль, повреждения, даже сама смерть могли быть приостановлены. Он использовал этот чит, чтобы продвигать свои исследования способами, которые в противном случае были бы незаконными, неэтичными и смертельными. Но, хотя аватары Джейсона помогали, внося эти изменения по его указанию, аватары могли сделать лишь ограниченное количество вещей без прямого вмешательства Джейсона. Но теперь, с возвращением Джейсона, можно было сделать следующий большой шаг.

Теперь, когда Джейсон больше не был отвлечен, он мог уделить все свое внимание и сосредоточенность Карлосу и его работе. Он позволил Тени скользить на черном скиммере над улицами Арбора. Дороги представляли собой скопления камней, выложенных широкими тропами, скорее навигационными ориентирами для извилистых маршрутов через город-дерево, чем поверхностью для езды.

Нынешние жители были сплошь высокоранговыми, которые могли обеспечить себе — обычно летающий — транспорт. На будущее, по всему городу были разбросаны крупные конструкции из живого дерева. По форме напоминающие автобусы, но на ногах вместо колес, они обеспечивали бы систему общественного транспорта, способную не только перемещаться по дорогам, но и взбираться на более крупные деревья в очень вертикальном городе. В неактивном состоянии, как сейчас, они могли погружать свои корни-ноги в землю, чтобы поглощать питательные вещества, или забираться высоко на деревья для получения большего количества солнечного света.

Черный скиммер Тени был лишен цвета. Позволить Колину и Гордону влиять на транспортное средство добавило бы защитных свойств, но в астральном королевстве Джейсона величайшей угрозой было то, против чего они не могли защититься: капризный теневой фамильяр.

Транспортное средство замедлилось и остановилось у большого каменного здания, расположенного на земле между тремя массивными деревьями. Группа вышла поприветствовать Джейсона: Карлос, Кассин Амуз и один из аватаров Джейсона.

Кассин Амуз прибыл через несколько часов после того, как Карлос передал письмо дежурному в Рексионе, размещенному снаружи портала в королевство Джейсона. Курьер портала проследил, чтобы письмо достигло Римароса в спешке, и другой портал доставил Кассина в Яреш. Его скорость золотого ранга позволила ему добраться до шахты и спуститься с быстротой, теперь, когда это было в значительной степени безопасно.

Кассин был глубоко вовлечен в исследования Карлоса, как в буквальном, так и в переносном смысле. Он вложил значительное богатство своей семьи в это, в надежде спасти своего сына. Гибсон Амуз годами удерживался в магическом стазисе, и даже тогда мог скончаться, если бы царство Джейсона не отключило саму смерть. Он был пойман в середине сложного ритуала осквернения Орденом Искупительного Света, который назывался совершенно неподходящим образом.

Спасение Гибсона было целью Кассина, но для Карлоса это был первый шаг. То, что они узнают при этом, как они надеялись, приведет к очищению от других ужасных недугов, даже превосходящих самые мощные способности эссенций. Кассин предоставил все ресурсы, необходимые Карлосу для спасения Гибсона, и пообещал поддерживать его исследования вечно, если они увенчаются успехом.

Аватар растаял в мгновение ока и потек по воздуху как жидкость красного, черного, синего и оранжевого цветов. Джейсон протянул руку, и он был поглощен его телом. Вместе с ним были поглощены знания и воспоминания, которые аватар приобрел за более чем десятилетие в качестве помощника Карлоса. Джейсон несколько раз моргнул, обрабатывая все, что аватар видел, делал и узнал, работая на Карлоса.

— Вы долго этим занимались, Карлос, и я вижу по своему аватару, что вы не потратили зря ни минуты. Полагаю, вы были бы рады не соблюдать церемонии и просто приступить к делу?

Облегчение отразилось на всем теле Карлоса, когда нервное напряжение покинуло его. Вместо ответа священник-Целитель развернулся и вошел внутрь, жестом приглашая Джейсона следовать за ним. То, что последовало дальше, было долгим и сложным. Интерьер здания имел стерильность больницы, ничего общего с землистыми ароматами и теплыми цветами осеннего города снаружи. Операционная была заполнена специализированными инструментами, многие из которых были разработаны Карлосом в предыдущие годы. Доминировал в комнате резервуар, где Гибсон Амуз парил, вертикально и без сознания.

Оригинальные научные ассистенты давно ушли, замененные множеством послушных аватаров. У них даже не было внешности Джейсона, как у того, которого он поглотил, не говоря уже о какой-либо его личности. Это были простые темные фигуры, похожие на безликие копии Тени, но каждая несла на голове единственный туманный глаз. Карлосу они нравились, потому что они были точными, неутомимыми и молчаливыми.

Процесс спасения Гибсона имел больше общего с хирургическими процедурами Земли, чем с традиционным ритуальным исцелением Паллимустуса. Карлос разработал метод, заставляющий всю оскверненную магию в Гибсоне физически проявиться, а затем вырезать ее прямо из его тела.

Это была мрачная, висцеральная работа; Карлос, Джейсон и аватары были вымазаны в крови и внутренностях. Золоторанговый мог бы пережить этот процесс, но только устранение Джейсоном концепции смерти и боли позволило Гибсону пройти через это. Наконец, оскверняющая магия была иссечена, и Карлос использовал более традиционную магию, чтобы восстановить изувеченное тело мальчика.

Кассин Амуз наблюдал за всем процессом, час за часом, с непоколебимой решимостью. Когда все было закончено, Карлос провел все тесты, которые мог, чтобы определить состояние Гибсона. Объявив, что ничего не осталось, кроме как ждать пробуждения Гибсона, Карлос вывел Джейсона, оставив Кассина с сыном в палате восстановления.

Карлос и Джейсон, измотанные, пошатываясь, вошли в души с кристальным омовением. Они сожгли и восстановили поразительное количество маны за семь часов интенсивной ритуальной магии и кропотливой псевдохирургии. Сложные сигилы, вырезанные на плоти с кропотливой точностью. Мана, тщательно направляемая через устройства, разработанные и построенные самим Карлосом в ходе его исследований.

Они вышли из здания в свежей одежде и упали на деревянную скамью перед каменным строением. Они вдыхали вечерний воздух, прохладный, свежий и землистый. Даже главный аватар Джейсона был напряжен последовательностью взаимосвязанных ритуалов, более интенсивных и продолжительных, чем все, что он делал раньше. Однако он восстановился гораздо быстрее, чем Карлос, черпая силу из своего королевства.

— Это только начало, — заявил Карлос с усталым удовлетворением.

— Надеюсь, вы многому научитесь из этого, — сказал ему Джейсон.

— Думаю, да, — сказал Карлос. — У меня там был каждый измерительный инструмент, который хоть потенциально мог быть полезен, и несколько, которые я изобрел сам. Но предстоит еще долгий путь. Следующий шаг — уточнение процедуры. Эта грубая бойня, которая полагается на местного бога для изменения реальности, — неустойчивый подход.

— Я не бог, Карлос.

— Вы подавили саму концепцию смерти.

— В крайнем случае, приму «богоподобный».

Карлос повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона. — Вы не заметили, не так ли?

— Что заметил?

— Как долго вы носите этот свой особый аватар?

— Ну, это заняло около семи часов, так что, восемь или девять часов.

— Я долго работал с вашими аватарами, Джейсон. Они, по большей части, безликая компания, но я стал знаком с лингвистическими причудами, которые они унаследовали от вас. То, как ваша сила перевода справляется с превращением вашего языка в мой. Этот новый аватар не говорит на моем языке.

— Нет? — сказал Джейсон, прислушиваясь к собственному голосу. Он так привык к тому, что его рот использует мириады языков, что это стало фоновым шумом. Когда он сосредоточился сейчас, то, что он услышал, было английским.

— Вы говорите на языке, который мой разум называет моим, но это не так. У меня достаточно контроля над своим восприятием, чтобы признать, что это не мой разум понимает вас, а моя душа. Вот как звучат боги.

— Это нехорошо. Я могу маскировать свои глаза теперь, так что легче покупать пироги, но теперь вы говорите мне, что голос какой-то странный?

— Дело не в том, что он звучит иначе. Скорее, вы звучите естественнее, чем когда-либо. Я подозреваю, что люди будут слышать от вас свой собственный язык, на каком бы языке вы ни говорили.

— Как когда боги говорят с людьми.

— Именно. Как будто в ваши слова влита сила. Не аура, точно, но что-то похожее. Я не уверен, как описать...

— Авторитет, — вставил Джейсон. — Полагаю, слово, которое вы ищете, — авторитет.

— Да, — сказал Карлос, кивая. — Это то самое слово.

Джейсон покачал головой.

— Это может быть проблемой, — сказал он. — Мне придется посмотреть, что я могу сделать, чтобы подавить его, но на данном этапе это еще один пункт в списке. Обучение никогда не заканчивается, не так ли?

— Не если вы делаете его правильно, — сказал Карлос с усмешкой. Очевидный успех его процедуры после стольких лет подготовки превратил напряженного человека в вялую лужу.

— Что теперь для вас? — спросил Джейсон. — Уточнение процедуры, очевидно, но каков следующий практический шаг?

— Оценка юного Гибсона. Получение как можно большего количества информации от него. Мне нужно внимательно следить за его восстановлением и убедиться, что оно полное. Что касается процедуры, у меня две цели. Одна — устранение зависимости от вас, а другая — чтобы процедура работала на полностью преобразованных, а не только на тех, кто на полпути процесса коррупции.

— Сколько времени пройдет, прежде чем вы будете уверены в работе с кем-то, полностью затронутым ритуалом Ордена Искупительного Света?

— Вы думаете о матери мисс Векслер?

— Обо всех них. Хотя те, кого мы знаем, важны для нас, мы должны держать в поле зрения более широкие последствия. Большее благо, которого мы можем достичь.

— Я рад, что вы не близоруки в этом. Хотя моя цель — избежать зависимости от вашего царства души, оно остается ценным активом в краткосрочной перспективе.

— Вы должны знать, что я скоро заберу свое астральное королевство. Я вернусь в свой родной мир на некоторое время, и мне понадобится мой главный аватар, чтобы открывать туда порталы.

— Раньше это не было проблемой.

— Правила теперь другие. Очень другие. Порталы, которые я устанавливал раньше, вели в туманную полуреальность. Это место — лишь карманная вселенная, но это вселенная, полная и целая.

— Это прискорбно.

— Возможно, нет. Многое из того, что мы сделали сегодня, напоминало то, как работает медицина на Земле, откуда я родом. Не думаю, что будет много прямого пересечения, но там может быть много того, чему вам стоит поучиться.

— Вы бы взяли меня?

— Я намерен взять много людей. Увидеть целую другую вселенную — редкая возможность, возможно, особенно для вас. В моем мире совершенно иная медицинская парадигма, не говоря уже об очень большом количестве вампиров. Ваша конечная цель — лекарство от вампиризма, не так ли?

— Низшего вампиризма, да. Те, кто принял его в свои души, находятся вне пределов любого вмешательства.

— У меня есть кое-какие дела здесь, прежде чем я отправлюсь. Но вы можете работать над другими жертвами здесь, пока мы путешествуем. Сколько времени вам потребуется, чтобы рассмотреть возможность использования этого процесса на тех, кто полностью затронут влиянием Ордена Искупительного Света?

— Я могу сделать это скоро, если они готовы согласиться на мясницкую работу, подобную этой. Я хочу использовать эти процедуры, чтобы сделать процесс менее агрессивным.

— И, следовательно, выживаемым за пределами моего королевства.

— Именно. Сколько времени это займет, зависит от того, сколько мы получим от сегодняшних результатов. Нам нужно посмотреть, как Гибсон будет прогрессировать в течение следующих нескольких недель. Я готовился к этому долгое время и не собираюсь растрачивать эту возможность, торопя события сейчас.

— Давайте попробуем сначала разобраться с жертвами Искупительного Света. У меня есть кое-какие дела, прежде чем я направлюсь на Землю, так что у вас будет время оценить Гибсона и решить, хотите ли вы присоединиться ко мне. Я искренне думаю, что там есть чему поучиться, а вы работали так долго, с такой концентрацией. Вам не помешало бы проветрить голову.

Карлос встал и немного походил, проводя рукой по волосам.

— Арабель постоянно говорит мне то же самое, — сказал он.

— И она права. Но я осознаю, насколько важна эта работа. Я хочу, чтобы вы знали, как сильно я восхищаюсь тем, что вы делаете, и почему вы это делаете. Я спас довольно много жизней как искатель приключений, но я, по общему признанию, парень со злыми силами. У меня есть одна очищающая сила, и даже она убивает моих врагов. Единственные решения, которые я могу предложить, приходят в форме насилия и ужаса. Вы делаете что-то, что поможет людям исцелиться от некоторых из худших вещей, которые можно сделать с человеком.

— Я священник Целителя. Это мой долг.

— Долг заведет вас далеко, Карлос, но это уже далеко за его пределами. Я знаю, что вы через многое прошли. Я не знаю, что это, но уверен, что это часть того, что сделало вас таким целеустремленным. Это не меняет того факта, что вы делаете здесь что-то удивительное. Что-то хорошее.

— Достаточно хорошее, чтобы вы поместили храм Целителя в городе Брайтхарт? Даже до того, как портал закрылся, я не ходил в церковь очень часто. Это было слишком далеко для меня, чтобы оставлять работу на такой срок.

— На самом деле, Карлос, это уже в работе. Если прошло много времени, возможно, вам стоит сходить поздороваться со своим богом. Он может подумать, что вы его игнорируете.

— Мой бог не думает, что я его бросил.

— Не знаю, приятель. Кто-то не слышит от вас вестей какое-то время, начинает волноваться. Становится неуверенным. Что-то случилось с Карлосом? Он в порядке? Он тусовался с другими богами? Я знал, что видел, как он смотрел на храм Похоти, и он говорит, что нет, но я знаю, что...

— При всем уважении, мистер Асано, пожалуйста, уходите.

— Справедливо.

ПРОСТО ОБЫЧНЫЙ ПАРЕНЬ

ПРОСТО ОБЫЧНЫЙ ПАРЕНЬ

Проходя короткое расстояние между исследовательским центром Карлоса и порталом, ведущим из астрального королевства, Джейсон размышлял о том, что Карлос сказал о том, как он звучит, когда говорит. Он открыл свой лист персонажа и просмотрел «врожденные дары», которыми обладал его главный аватар, заменив его старые способности пришельца.

Врожденные Дары

* [Главный Аватар] * [Нумен] * [Системный Администратор] * [Священный Феникс] * [Реликвии Короля] * [Паланкин]

Потребуется время, чтобы полностью изучить эти новые способности, но их было достаточно легко классифицировать. Он потерял очень немногое, большинство его старых возможностей были объединены в новые, с дополнительными силами сверху. Этого было, безусловно, достаточно, чтобы компенсировать то, что первая из его новых способностей почти ничего не делала, с практической точки зрения.

Главный Аватар был немногим больше, чем способностью иметь главный аватар, не предлагая ни боевых, ни утилитарных сил. Однако это была, возможно, его самая важная способность в долгосрочной перспективе. Главный аватар позволит ему продвигать аспект его силы, который все еще был смертным, и в конечном итоге достичь полной трансцендентности.

Способность Священный Феникс объединяла силы, ранее полученные от Мирового Феникса и богини Смерти. Паланкин был ближе всего к одной из его старых способностей, позволяя Тени принимать формы для путешествий, а другим его фамильярам — изменять их.

Три оставшихся дара, каждый, казалось, был связан с разным видом трансцендентной сущности. Системный Администратор, что неудивительно, представлял отношение Джейсона к Системе, теперь влияющей на пользователей эссенций по всему космосу. Его роль в этом была сродни роли великого астрального существа, но большая часть его контроля была запечатана до тех пор, пока он не достигнет полной трансцендентности. До тех пор ему придется довольствоваться тем, что его главный аватар обладает набором способностей, связанных с Системой.

Реликвии Короля позволяли ему использовать свою кузницу души, астральный трон и астральные врата. Его главный аватар не мог использовать их так мощно, как его предыдущее смертное тело, но он почти не испытывал бы отдачи при их использовании. Он больше не будет разрушать себя месяцами после их применения.

Последний врожденный дар, Нумен, был откровенно божественной силой, и той, на которой Джейсон сосредоточился.

[Нумен]: Ваша трансцендентная сила имеет аспекты божественности, которые влиты в аватар, являющийся смертным воплощением вашей воли и силы. Ваш аватар может выражать эту силу способами, которые отражают вашу гегемонистскую и непокорную природу. Черты и способности, которые наследует ваш аватар, включают: установление духовных доменов; Акашическую Речь; снятие и преобразование остаточной магии от магических сущностей, которых вы убили или уничтожили; иммунитет к подавлению ранга, а также к магии обнаружения, отслеживания и оценки; отрицание способностей, связанных с аурой, путем полного подавления ауры пользователя способности.

Тень появилась из тени Джейсона, чтобы плыть рядом с ним, пока он шел, глядя на системное окно, удерживающее внимание Джейсона.

— Священник Килидо прав, мистер Асано. То, что ваша сила частично божественна по своей природе, — не вопрос, а факт.

Джейсон сосредоточился на аспекте Акашической Речи этой способности.

Справка: [Акашическая Речь]

Акашическая Речь использует фундаментальную взаимосвязанность всех вещей в космосе, чтобы общаться способом, который внутренне понятен всем вещам, способным к общению. Несмотря на термин «речь», эта способность влияет на все формы общения и воспринимается всеми сущностями в форме, наиболее естественной для них. Полное использование этой способности доступно только трансцендентным сущностям. Смертные ограничения ограничивают эффективность этой возможности.

«Смертные ограничения ограничивают эффективность этой возможности», — прочитал Джейсон. — «Как думаешь, насколько сильно ограничивают?»

— Я полагаю, что любая сущность, способная к чему-то, что вы распознали бы как язык, была бы охвачена, мистер Асано. Даже экстремальные случаи, такие как общение через телепатию, запах или кодирование цветом, если менталитет, стоящий за этим, хотя бы смутно работает как язык. Я подозреваю, что только то, что совершенно чуждо вам, не только по методу, но и по менталитету, выйдет за рамки этой способности.

— Значит, это, по сути, новая версия моей старой силы перевода, объединенная с некоторыми другими моими способностями и отполированная по-божественному. Собрать мои старые способности и дать мне больше кажется немного читерством, даже если способность Главного Аватара — пустышка с точки зрения силы.

— Мы уже обсуждали это, мистер Асано. Даже простые силы могут иметь грозные результаты.

— Я знаю. Как думаешь, насколько сильно будет выделяться добавление божественной присыпки к моим силам? Думаешь, я смогу это подавить?

— Думаю, это в значительной степени останется незамеченным, мистер Асано. Ваш голос и ваша аура будут наиболее очевидными, поэтому эффекты на них — это то, что вам нужно подавить. Боюсь, однако, что любой достаточно могущественный или внимательный заметит, если только вы полностью не уберете свою ауру и не будете говорить. Поскольку первое непрактично, а второе невозможно, боюсь, анонимность будет затруднительна. С положительной стороны, это не такое уж большое изменение.

— Что это должно значить?

— Мистер Асано, Общество искателей приключений создало для вас целую новую личность, и вы немедленно раскрыли ее почти всем, кого встречали.

— Были смягчающие обстоятельства.

— Такие как нежелание особо стараться?

— Я не говорил, что это были хорошие обстоятельства, просто смягчающие. Слушай, я, вероятно, смогу подавить божественный налет до определенной степени, верно?

— Налет, мистер Асано?

— Я не могу позволить себе относиться к тому, что я немного «божественный», как к чему-то хорошему. Не успеешь оглянуться, как у меня будет восемнадцать жен и склад оружия в моем лесном лагере. Рик Геллер, наверное, думает, что они у меня уже есть.

— Я воздержусь от того, чтобы удостоить это ответом. Что касается вопроса подавления, аспект ауры будет легче скрыть. Вы хорошо обучены в этом отношении. Скрывать то, как вы говорите, будет сложнее. Хотя люди будут слышать ваши слова на своем родном языке, те, у кого сильный контроль над восприятием, могут распознать, что вы на самом деле используете старый язык.

— Старый язык?

— У него много имен. Божественный язык. Слова творения. Вы используете его годами. Имя вашего меча выгравировано на его клинке на этом языке. Ваша способность Метка Греха выжигает идеограмму «греха» на людях на этом языке. Я подозреваю, что использование этого языка — ключевой аспект способности.

— Ты не подумала упомянуть, что я разговариваю на каком-то древнем божественном языке?

— Я предполагала, что это аспект вашей предыдущей силы перевода. Эта способность позволяла вам говорить на языках тех, кто вас окружает, а вы говорили в основном с великими астральными существами. К тому же, так случилось, что это мой родной язык.

— Полагаю, твой отец — великое астральное существо. Эта сила речи затруднит роль «лица в толпе», даже если люди будут слышать это так, будто я говорю на их родном языке.

— Да. С вашей старой силой вы на самом деле говорили на языках, поэтому могли использовать только один за раз. Теперь все будут слышать вас на своем собственном языке. Если люди заметят, что разные члены группы воспринимают одни и те же слова на разных языках, это, безусловно, будет выделяться. Единственное решение, которое я вижу, мистер Асано, — это начать учить языки и не использовать Акашическую Речь. Думаю, однако, пришло время принять, что вы не, как вы сказали, «лицо в толпе». Я подозреваю, что больше вашей природы станет очевидно, как только вы покинете свое собственное царство, подавлена аура или нет.

— Почему ты так говоришь?

— Ваш главный аватар — это нечто вроде дыры во вселенной. Канал между этим царством, которое является вашим истинным «я», и этим телом. Посол, если хотите, места без границ. Здесь, в вашем астральном королевстве, ваш аватар на своем месте. Как только он войдет в нормальную вселенную, он станет живым выражением бесконечной и чуждой силы. Вратами к чему-то за пределами смертных ограничений. Для большинства это может показаться нормальным присутствием высокорангового. И я полагаю, вы сможете маскировать свое присутствие через манипуляцию аурой, как и раньше. Но для любого, кто обращает внимание, всегда будут индикаторы.

Джейсон вздохнул.

— Мне нравилось быть просто обычным парнем. И я знаю, что на самом деле я не был таким уже давно, но дело не только в том, что я такое или во что я втянут.

Он постучал себя по лбу.

— Здесь, внутри, я всегда был обычным парнем, втянутым в сумасшедшие космические силы. Я знаю, что на данный момент я и есть эти сумасшедшие космические силы, но я не хочу отпускать ту часть себя. Такое чувство, что это ощущение себя обычным парнем — единственное, что удерживает меня привязанным к тому, кем я был. Если я отпущу это, какой бы фикцией это теперь ни было, я не знаю, кем стану.

— Как кто-то, кто прожил чрезвычайно долго, мистер Асано, у меня есть плохие новости: перемены неизбежны. Вы не будете тем человеком, которым являетесь сейчас, через миллион лет. Через миллиард. Ключ в том, чтобы не думать миллионами лет. Именно так думают великие астральные существа, и им нужны смертные, чтобы делать за них краткосрочное мышление. Ваша способность жить моментом — ваша сила. Именно поэтому Мировой Феникс послал к вам Доун. Именно так вы выиграли битву за Космический трон. Верьте в себя, мистер Асано, и в тех из нас, кто стоит рядом с вами.

— Спасибо, Тень.

— Конечно, мистер Асано. Лучше всего, что мы поговорили сейчас, прежде чем вы выведете свой главный аватар наружу.

Джейсон посмотрел вперед на портал, к которому они почти подошли, стоя на поляне.

— Это будет целое событие, не так ли?

— Возможно, вы забываете, мистер Асано, но так бывает всегда.

* * * Толпа людей была пугливой, оборванной и истощенной. Они оглядывались, сгорбившись и дергаясь, словно ожидая нападения. Найджел наблюдал, хмурясь из-за их состояния, пока члены клана Асано уводили их, в сопровождении остальной команды Найджела. Сам Найджел пошел в другом направлении, вместе с Руфусом.

— Каждый раз, когда мы освобождаем одну из этих чертовых кровавых ферм, — сказал Найджел, — состояние, в котором мы находим людей, все еще задевает меня.

— Спасибо, что помогли нам с этой, — сказал Руфус.

Клан Асано унаследовал то, что осталось от военной инфраструктуры, оставленной после того, как базы на их территории были заброшены. Большая часть ее была уничтожена во время пребывания вампиров, но то, что осталось, включало ряд неповрежденных или подлежащих восстановлению транспортных средств. Жертв кровавой фермы доставили клану на военных грузовиках, и они будут размещены в военных общежитиях на первое время. Общежития были облачными конструкциями, так что более роскошными, чем казались на первый взгляд.

Команда Найджела и члены клана перемещали жертв кровавой фермы, пока Найджел и Руфус направлялись к более скромному транспортному средству, которое вернет их в город.

— Сколько ферм продолжало работать, пока Асано прятались в своей магической дыре? — горько спросил Найджел.

— Это была прискорбная необходимость, — сказал Руфус.

— Необходимость для чего? Что стоит всех страданий, которые мы могли бы остановить?

— Битва в масштабе, который вы и я никогда не смогли бы полностью осознать. Ставки, которые охватывают не только эту вселенную, но и бесчисленное множество других, на временной шкале в триллионы лет. Если хотите больше подробностей, спросите Джейсона, когда увидите его в следующий раз.

— Он всегда говорил о спасении мира. Мне никогда не было ясно, от чего, а теперь вы говорите, что он перешел к спасению вселенной?

— Этот мир чуть не развалился, как печенье в чашке кофе. Он остановил это. Едва. Что касается его последней битвы, опять же, спросите его сами. Он объяснит или нет.

Они подошли к открытому военному джипу, который выглядел как из восьмидесятых.

— Они не использовали такие машины на военных базах, — отметил Найджел.

— Эту создал домен, — сказал Руфус. — Она сделана из облаков.

Найджел настороженно осмотрел ее, садясь на пассажирское сиденье. Несмотря на то, что она выглядела как старая, потрескавшаяся кожа, она ощущалась невероятно мягкой. Руфус улыбнулся его удивленному выражению и завел машину. Военная база находилась в стороне от самого города, но недалеко. Это будет лишь короткая поездка по сельской местности.

— Вы звучите критично для того, кто говорит, что хочет вступить в наш клан, — заметил Руфус.

— Я не собираюсь никуда вступать, пока не узнаю, во что я веду своих людей, — сказал Найджел. — Хорошее и плохое. Тогда мы сможем решить, хотим ли мы вступить, а они смогут решить, хотят ли они нас.

— Я могу уважать это, — сказал Руфус. — Я могу немного рассказать вам о том, как работает клан, если хотите послушать.

— Я был бы признателен.

— Первое, что вам нужно знать, — мы не работаем с традиционными деньгами. Валюта здесь — либо духи-монетки, либо, что чаще, очки вклада клана. Вы можете обменять и то, и другое на обычные деньги в клановом обменнике, вместе с большинством других предметов роскоши.

— Предметы роскоши? А как насчет основ? Вы были изолированы годами.

— Мы самодостаточны в основах. Астральные пространства обеспечивают много еды и воды. У нас там сейчас есть довольно большие фермы. Что касается инфраструктуры, сама земля обеспечивает. Каждый член клана получает дом, и все сделано из облаков. Он адаптируется к вашим потребностям. Вы можете даже просто попросить, и он изменится.

— Расскажите мне больше об этих очках вклада клана.

— Каждый получает то, что ему нужно в плане еды, жилья и других базовых потребностей. Бесплатный общественный транспорт, бесплатное лечение. Простая одежда. Никому не нужно гадать, где он будет спать ночью или откуда возьмется его следующая еда. Но все это базовое. Основы жизни. Все остальное требует очков вклада. Дом получше. Одежда получше. Гидроцикл. Поход в ресторан.

— И как вы получаете эти очки? Сражаясь с монстрами?

— Если хотите. И если вы квалифицированы. Но очки легко заработать. Может быть, вы тот, кто делает ту одежду получше, или работает в том ресторане. Обучение тоже. У нас есть школа ритуальной магии. Тренировочный центр для тех, кто хочет сражаться с монстрами. Все пользователи эссенций должны пройти там базовую программу. Дети накапливают очки для своих семей, посещая школу. Достаточно, чтобы они могли позволить себе эссенции, когда станут достаточно взрослыми, чтобы их использовать.

— Вы продаете эссенции за эти очки?

— Продаем. Джейсон оставил нам значительный запас, и мы собираем больше в астральных пространствах.

— Насколько они дорогие?

— Стоимость обычных, которые мы собираем сами, минимальна. Высокоредкие, которые оставил Джейсон, не проявляющиеся на территориях здесь, — самые дорогие.

— Сколько членов клана являются пользователями эссенций?

— Почти все. Базовые эссенции достаточно недороги, и есть много отличных, но доступных комбинаций. Несколько человек держатся, копя на более дорогие эссенции. Некоторые не любят идею изменения себя с помощью магии и вообще избегают эссенций, но они в явном меньшинстве.

— Здоровье, долгая жизнь и отсутствие необходимости пользоваться туалетом — сильные мотиваторы.

— Безусловно. И все же некоторые отказываются, что бы вы им ни говорили. Особенно сейчас, когда комбинации становятся менее надежными.

Найджел прервал свои вопросы, когда машина достигла внешних границ самого города. Он не мог не вспомнить кровь, льющуюся с неба, когда улицы наполнялись криками нечеловеческих мучений. Он покачал головой, отбрасывая воспоминания.

— Менее надежными? — спросил он.

— Ранее фиксированные комбинации эссенций начинают добавлять разнообразие в эссенции слияния, которые они производят. Одни и те же комбинации больше не дают один и тот же результат каждый раз. Здесь это обостряется уже некоторое время. Разве люди в широком мире этого еще не заметили?

— Может быть. Мои связи уже не те, что были.

— Но они у вас есть. Кто-то же отправил вас сюда.

— Анна Тилден. Вы ее знаете, верно?

— Мы встречались.

— Мне нужно рассчитаться с ней. Мы пришли сюда ради работы, и будет справедливо, если мы закончим ее, прежде чем рассматривать вступление в ваш клан. Если предположить, что вы нас примете.

— Это зависит от Матриарха. И это не мой клан, как таковой. Я скорее почетный член. Формальное вступление усложнило бы дела с моей семьей дома. Наша позиция сложна.

— Почетный член получает очки вклада?

— Да, если услуги оказаны. Ваше участие в освобождении кровавой фермы принесет вам и вашей команде несколько очков. Если вы в итоге не вступите в клан, я бы посоветовал обменять их на духи-монетки или валюту Земли.

— Можно обменять очки на деньги?

— Да.

— Не все члены моей команды полностью убеждены в моем плане вступления в клан, но думаю, вы только что переубедили пару из них.

ПО ПРИХОТИ

ПО ПРИХОТИ

Джейсон стоял перед порталом. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Поехали.

Он шагнул сквозь него и появился в комнате порталов Рексиона, которая быстро изменилась в его отсутствие. Ранее пустая, за исключением одного стола, за которым сидел скучающий дежурный, теперь она представляла собой комбинацию приветственной комнаты и административного центра. Дорожка проходила через комнату от портала к двери, и полдюжины сотрудников теперь были размещены по обе стороны.

В центре комнаты была Марла. Лидер военных сил Брайтхарта была поразительным зрелищем, с волосами и глазами, светящимися как расплавленная сталь. Однако она не была хрупкой красавицей, а обладала мощным телосложением воина. В то время как остальные в комнате глазели на Джейсона, ее глаза лишь немного расширились, прежде чем она вернула выражение лица к нейтральному.

— У вас внушительное присутствие, мистер Асано. Вы съели ту гору в форме вашей головы?

Джейсон усмехнулся, когда улыбка заиграла на губах Марлы. Он никогда раньше не видел, чтобы она шутила, и по уважительной причине. За то время, что они знали друг друга, они боролись за выживание того, что осталось от ее народа, в пепле их дома. Видеть легкость, которая у нее появилась теперь, заставило его улыбнуться. Это было хорошим напоминанием о том, что борьба, через которую они прошли, того стоила.

— Я не ел ее, — сказал он. — Не совсем. Что оправдывает прием от кого-то столь важного, как вы?

— Без обид, мистер Асано, но когда вы появляетесь, это обычно приводит к вещам, которые наш административный персонал должен передавать выше по инстанции.

— Справедливо. Но у меня нет дел в Рексионе сегодня, кроме как наконец выйти за его пределы. Когда ваш правящий совет закончит переговоры с церквями, я приду и разберусь с этим. Просто попросите, когда будете готовы.

— Попросить кого? Вы оставите представителя? Лоренн подумала, что это может быть хорошей идеей.

— Не нужно. Вам не нужно никого просить; вам просто нужно попросить. Я узнаю.

— Это немного обескураживает.

— Подумайте об этом, — сказал Джейсон. — Тогда вы поймете, что это очень обескураживает.

Он оглядел персонал, который все еще смотрел на него так, будто у него три головы. Если в его домене все так плохо, то будет еще хуже, как только он покинет его, поэтому он сосредоточился на том, чтобы скрыть свое присутствие. Это было похоже на то, как он делал это со своей аурой, оба были выражением силы его души. Он увидел результат на лицах окружающих, когда они стали менее ошеломленными и взяли себя в руки.

— Лучше? — спросил он.

— Лучше, — подтвердила Марла.

— Это может быть большей проблемой, чем я предполагал. Прежде чем я буду гулять весь день, мне не помешало бы где-нибудь тихо попрактиковаться держать это под контролем.

— Я могу это устроить. Фиорелла?

Не получив ответа, она повернулась, чтобы посмотреть на одного из сотрудников.

— Фиорелла?

— Да, командир! — сказала молодая женщина, вскакивая со своего стула. Она покачала головой и быстро заморгала, стоя по стойке смирно.

— Проводите мистера Асано в Посольский люкс семь. Кажется, он свободен.

* * * Фиорелла наблюдала, как Асано парит, скрестив ноги, посреди комнаты. Это был хорошо обставленный люкс, когда они вошли, но он растворился в облачной субстанции, как только они вошли. Он превратился в простую белую комнату, пустую, за исключением роскошного кресла для Фиореллы. Асано ничего не сказал и немедленно воспарил, чтобы медитировать посреди комнаты. Она ждала и наблюдала, как его поразительное присутствие медленно уменьшалось.

Когда он впервые вышел из портала, это было похоже на взрыв бомбы. Мир не изгибался вокруг него буквально, но казалось, что это так. Он выделялся, как кто-то, стоящий на фоне нарисованного задника, а не реального. На это было почти головокружительно смотреть, и это было достаточно отвлекающим, чтобы она опозорилась перед командиром.

Она проводила Асано в главное дипломатическое здание, где размещались приезжие высокопоставленные лица и могли проводить встречи. Пока они шли, она набиралась смелости задать вопрос, когда он заговорил первым.

— Рад снова тебя видеть, — сказал ей Асано. — Извини, если в этот раз я был немного более пугающим.

— Вы всегда пугающие, — сказала она, немедленно закрыв глаза в покрасневшей гримасе.

Он издал добродушный смешок.

— Почему вы такой другой? — спросила она.

— Когда я гуляю вот так, я использую аватары. Марионеточные тела. Это содержит больше моей силы, чем другие, и она имеет тенденцию просачиваться. Мне нужно практиковаться держать ее под контролем.

Она сидела и наблюдала, как он делает именно это в течение нескольких часов. Когда он очнулся, комната закружилась и вернулась в свое первоначальное состояние хорошо обставленной роскоши. Он взял фрукт из вазы на приставном столике и упал в кресло, выглядя небрежно и расслабленно. Она чувствовала себя совсем иначе, все ее тело было напряжено, как крепко сжатый кулак.

Он болтал по-дружески, задавая ей вопросы о городе, ополчении и ее жизни в обоих. Она едва помнила свои ответы, ее разум был заполнен его инопланетными глазами, которые, казалось, смотрели прямо сквозь нее. Он казался искренне заинтересованным, что удивило ее.

К тому времени, как он закончил, он казался таким же, как и в их предыдущую встречу: внушительным и мощным, но не более, чем любой другой высокоранговый. Однако в нем все еще было что-то, что казалось немного не таким. Что-то в том, как он говорил, будто это проникало в ее разум, не проходя сначала через уши. Глядя на него, действительно глядя, она находила в нем что-то, чего не могла определить. Если бы она не смотрела прямо на него, она сомневалась, что заметила бы. Затем она поняла, что смотрит прямо на него, в полной тишине. Он рассмеялся, когда она почувствовала, как ее лицо горит от смущения.

— Как это? — спросил он. — Как думаешь, я могу ходить, не привлекая слишком много внимания?

— Не думаю, мистер Асано.

— Я же просил называть меня Джейсоном.

— Люди много чего мне говорят, мистер Асано. Я не всегда лучшая в выполнении приказов.

Он снова рассмеялся, что, как она обнаружила, он делал часто. Это было немного нервирующим, как наблюдать за боевым големом, складывающим белье.

— Спасибо, Фиорелла. Думаю, я почти готов выйти и прогуляться. Спасибо, что составила мне компанию.

Он встал, и она сделала то же самое.

— Я могу проводить вас до...

— Я знаю дорогу. Было приятно снова тебя видеть.

Он прошел сквозь стену, как будто она была иллюзией. Фиорелла подошла и провела по ней рукой, обнаружив, что она совершенно твердая.

* * * Будь то посещение или отъезд, перемещение в Рексион или из него было уделом высокопоставленных лиц. Огромная шахта была путем в город Брайтхарт и из него, и там не было ни лифтов, ни лестниц. Она была достаточно широкой, чтобы многие летающие транспортные средства могли двигаться вверх и вниз одновременно, и горстка принадлежала Транспортному управлению Рексиона. Однако они в основном покрывались пылью. Любому, кто не мог организовать свой собственный проезд, настоятельно рекомендовалось оставаться там, где он есть.

Транспорт в город и из него проходил через таможенный пост транспортного управления в пещеристом туннеле, ведущем к шахте. Джейсон проверил свою способность сливаться с толпой, встав в очередь на выездной досмотр. Люди вокруг него были в основном серебряными, но он заметил несколько золотых и несколько смелых бронзовых рангов. Он получил несколько странных взглядов, особенно от других золотых, но золоторанговые всегда обращали внимание друг на друга. К его удовлетворению, ничего большего за этим не последовало.

Персонал транспортного управления был серебряноранговыми брайтхартами. Любой ниже, и высокоранговые, проходящие через таможню, начали бы давить своим авторитетом. Из того, что видел Джейсон, золоторанговые вели себя с приличием, не снисходя до того, чтобы делать проблему из своей силы.

На поверхности золоторанговые обычно получали свой собственный приоритетный доступ для чего-то подобного, если они вообще подлежали ему. Транзитная станция все еще находилась внутри домена Джейсона, однако. Истории все еще ходили о том, что случилось с нарушителями спокойствия в первые дни, и теперь слухи делали большую часть работы за них.

Добравшись до начала своей очереди без происшествий, Джейсон столкнулся с дежурным в будке охраны из магически усиленного стекла. У дежурной были серебряные волосы и глаза, как у Софи, что указывало на брайтхарта с металлическим аспектом. Она выглядела слегка скучающей, но бдительной.

— Документы, пожалуйста.

— Прошу прощения, но у меня их нет.

Ее скука была мгновенно заменена профессиональной настороженностью.

— Что с ними случилось? — спросила она.

— Я их никогда не получал.

— Как вы попали в город без документов?

— Я, э-э, построил его.

— Вы построили свои документы?

— Нет, я построил город.

— Кто вы такой, Джейсон Асано?

— Да.

Она вздохнула. — Сэр, пожалуйста, выйдите из очереди и присоединитесь к той, где устанавливают вашу...

— Бернис, — сказал Джейсон. — Посмотри на меня. По-настоящему посмотри.

Она сделала это, с подозрением.

— Откуда вы знаете мое имя?

— Я знаю больше, чем твое имя, Бернис. Я знаю тебя большую часть твоей жизни. Когда ты сбегала поплавать в полях водорослей в водных камерах. Я знал тебя, когда Гирам просил тебя выйти за него замуж. Когда ты плакала в одиночестве, узнав, что не беременна, а потом плакала с мужем, когда наконец забеременела. Он немного плакса, этот твой муж.

— Я не знаю, в какую игру вы...

— Посмотри на меня, Бернис.

— Вы не собираетесь...

Посмотри на меня.

Глаза Бернис расширились, и Джейсон одарил ее извиняющейся улыбкой.

— Прости, что был напорист, — сказал он. — Я, наверное, должен был просто пропустить очередь, но я хотел кое-что проверить. Тебя предупреждали, что я могу прийти?

Она дернуто, нервно кивнула.

— Мы все говорили об этом, но мы не думали...

Джейсон усмехнулся.

— Не все думали, что я настоящий.

— Нет.

Джейсон вытянул большой и указательный пальцы и создал между ними золотую дух-монетку. Он запечатлел на ней свою ауру и подбросил Бернис, которая чуть не уронила ее.

— Теперь, — сказал Джейсон, — у тебя есть что показать Херку в следующий раз, когда он будет молоть языком в комнате отдыха.

Бернис уставилась на монетку, лежащую у нее в руке, словно не уверенная, что она настоящая.

— Могу я тогда идти? — спросил Джейсон. — Не хочу задерживать очередь.

Бернис покачала головой, словно просыпаясь от транса. Она посмотрела на очередь позади Джейсона, который, казалось, не заметил ее околорелигиозного опыта.

— Э-э, нет, — сказала она.

— Что?

— Я имею в виду, магическая монетка — это здорово, но если я начну пропускать людей с чем-то подобным, меня уволят. Если у вас нет бумаг, вам нужно встать в ту очередь позади и получить новые.

Джейсон обернулся и посмотрел на медленно движущуюся очередь.

— Серьезно?

Она извиняюще пожала плечами.

— Если только вы не хотите пробиться силой, — сказала она. — Если вы действительно тот, за кого себя выдаете, это не должно быть сложно.

Джейсон издал стон.

— Было приятно познакомиться, Бернис.

Он покинул очередь и поплелся к другой. Он мог бы легко обойти весь процесс, либо с помощью магии, либо позвонив высокопоставленному бюрократу. Однако это создало бы проблемы только для Бернис. Он упрекнул себя за то, что втягивает других людей в вещи, которые делает по прихоти.

* * * — И что она сделала? — спросила Марла, когда Фиорелла закончила свой отчет.

— Она заставила его идти получать бумаги, потому что у него их не было.

— Как она это сделала?

— Сказав ему, насколько я могу судить.

— И он сделал это?

— Похоже на то, командир. Он не лез без очереди. Ждал больше получаса.

— Кто-нибудь, кроме... — Марла взяла личное дело со своего стола и снова просмотрела его. — ...Бернис заметил что-то в нем?

— Нет, командир. Насколько я могла судить, он выделялся не больше, чем любой другой золоторанговый.

— Он быстро адаптируется, — размышляла Марла.

— Разве это не хорошо? — спросила Фиорелла. — Разве не поэтому мы все в этом городе, а не в руинах того, что стоял здесь раньше?

— Да, — сказала Марла. — Но есть опасность в ком-то с силой бога и мышлением смертного.

— У него действительно есть сила бога?

— В этом городе — да.

Она еще раз взглянула на дело в своих руках.

— Добудьте мне больше информации об этой Бернис. Если она может справиться с Асано, думаю, она зря тратит время там, где находится. Давайте рассмотрим возможность ее повышения.

* * * Трудности в навигации по шахте подтверждали, что это не место для низкоранговых. На самой шахте не было освещения, хотя интенсивное движение представляло собой поток огней, движущихся вверх и вниз. Джейсон размышлял, что это похоже на оживленное шоссе ночью. Большая часть трафика состояла из летающих торговых барж, но не было недостатка в многоместных скиммерах и персональных транспортных устройствах, все они излучали свет различных цветов. Некоторые люди, как и сам Джейсон, просто летали без видимой помощи.

Джейсон хотел остановиться, когда достиг порога силы своего домена, но это задержало бы движение. Таким образом, его первый уход из своего домена за многие годы был нецеремонным делом. Его силу было труднее скрыть, как только он вышел, привлекая несколько взглядов поблизости, но он быстро взял ее под контроль. Он был не единственным, кто демонстрировал неустойчивую ауру, проходя в его домен или из него, поэтому он не слишком выделялся.

Именно за пределами своего домена Джейсон обнаружил пограничный город, который вырос на окраине Рексиона, выдолбленный в стенах шахты. Им управляли брайтхарты, но у него было в основном временное население жителей поверхности. Он начинался как небольшой аванпост, основанный еще в месяцы зоны трансформации. Теперь, годы спустя, это был массивный город, опоясывающий шахту.

От первоначальных необработанных стен ничего не осталось. Природный камень был выдолблен, оставив нечто вроде подземного Лас-Вегаса, опоясывающего шахту. Магические знаки и украшения заливали все мешаниной киберпанковского неона. Несколько заведений доходили прямо до края с массивными смотровыми окнами, но большая часть пространства возле шахты была занята развлекательными и торговыми площадями. Несколько туннелей вели глубже в город, подальше от первоклассных зон у шахты, слишком дорогих для складирования.

Посадочные платформы различались по использованию. Большие вели к подъездным туннелям, которые могли вместить торговые баржи. Меньшие направляли посетителей на площади, усеянные тавернами, магазинами и игорными залами. Джейсон услышал, как кто-то назвал этот район Кольцом.

Джейсон ухмыльнулся, паря к посадочной платформе для индивидуальных путешественников. В своих доменах он видел все. Он не обрабатывал это сознательно, но если бы он хотел посмотреть на что-то, что произошло в каком-то углу Рексиона семь лет назад, воспоминание всплывало из глубин его разума. Но это место было за пределами его домена, предлагая все новые впечатления для исследования.

Проходя через площадь, где вокруг него суетились люди, он распространил свои чувства по всему городу. Он был нежен и деликатен, до такой степени, что большинство золоторанговых не заметили бы, и различные места в городе были защищены от такого восприятия. Недостаточно, чтобы остановить золоторангового, но достаточно, чтобы это было грубо и очевидно, если бы он пробился, чтобы подглядеть. Он почувствовал знакомую ауру, хотя теперь она была золотого ранга вместо серебряного, и направился в том направлении.

ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ КОМАНДНОЕ МЕРОПРИЯТИЕ

ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ КОМАНДНОЕ МЕРОПРИЯТИЕ

Подземный пограничный город Внешний Рексион был кольцом огней в темноте. Жилье где угодно, кроме задних туннелей, было дорогим по большинству стандартов, но у золоторанговых искателей приключений были свои собственные стандарты. Зара Нарин вошла в свой люкс и немедленно заметила нечто иное, чем когда она уходила. Кто-то был в ее комнате, несмотря на прямое указание этого не делать.

Это был многокомнатный люкс, главная комната которого была сосредоточена на двух креслах и диване, расставленных вокруг низкого столика. На столе было что-то новое, но она не стала концентрироваться на этом в данный момент. Отвлечение могло легко быть планом, подготавливающим ее к атаке со спины. Вместо этого она с силой вытолкнула свое магическое восприятие, в явном пренебрежении приличиями.

Она не почувствовала никого другого в люксе. Она чувствовала раздражение тех, кто был в соседних комнатах, но они подавляли свой гнев. Социальные нормы — это хорошо, но никто не хотел стучать в дверь золоторангового и говорить им прекратить создавать магический шум.

Зара сделала медленные шаги вперед, оглядываясь. Если она не могла никого почувствовать, либо там никого не было, либо человек там был очень опасен. Она подошла к журнальному столику, чтобы поближе рассмотреть то, что было оставлено на нем: тарелку с красно-белыми печеными квадратиками. Ее плечи опустились, когда напряжение покинуло ее тело. Она улыбнулась воспоминанию из половины своей жизни назад.

— Столько лет, а ты все еще врываешься без приглашения.

— Думаю, «врываешься» — это немного сурово, — сказал Джейсон, выходя из угловой тени, которая не должна была быть способна скрыть человека. Он сбросил свой плащ, и тот растворился в ничто.

Зара покачала головой, взяла одну из печеных сладостей и изящно откусила уголок. Затем она элегантно опустилась в кресло, в то время как Джейсон бросил себя в другое, как мешок картошки.

— Я немного удивлен, что ты здесь первая, — сказал ей Джейсон. — Я также немного удивлен, что ты все еще красишь волосы и глаза в медный цвет.

Раскаявшееся выражение промелькнуло на его лице.

— У меня не было права говорить тебе, что делать со своим телом, даже если мой гнев был оправдан. Прости за это.

— Мы оба сделали несколько плохих выборов тогда. И тебе пришлось бы сделать их меньше, если бы я не втянула тебя в свои проблемы.

— Это старые истории, а это новые времена, — сказал Джейсон. — Возможно, пришло время отпустить все это. И это действительно хорошо смотрится на тебе, хотя я подозреваю, что большинство вещей смотрят на тебе хорошо.

— Ты флиртуешь со мной, Джейсон?

— Нет, у меня просто есть глаза. Почему ты все еще носишь другой цвет?

— Сапфировые волосы — культовые для королевской семьи. Я все еще приемная в Доме Нарин, и это упрощает дела.

— Все еще публично в ссоре с королевской семьей?

— Нет. Политика более изменчива, чем море, и было достаточно времени, чтобы это улеглось. Но мне нравится быть частью семьи моей матери, и пребывание там держит меня подальше от худшего. Особенно с тех пор, как мой брат стал новым Королем Штормов. И мой отец стал мягче после выхода на пенсию. Я проводила время с ним в Римаросе, когда мне прислали весть, что ты вернулся. Вот почему я первая здесь.

Они откинулись в своих креслах, осматривая друг друга. Ни один из них не постарел за пятнадцать лет с тех пор, как они виделись в последний раз. Зара знала, что повышение ранга мало что изменило в ее внешности, но Джейсон был другой историей. Его лицо уже сильно изменилось на серебряном ранге, но его странные, туманные глаза всегда привлекали внимание. Теперь у него были те же глаза, что и при их встрече на железном ранге; темные, вызывающие и игривые.

— Твои глаза изменились обратно, или это маскировка, как у меня?

— Просто маскировка. Насколько эффективной она будет, я не уверен. Мне трудно сдерживаться.

— Ты всегда был таким.

Он блеснул той самой невыносимой озорной ухмылкой. Он был красивее, чем при их встрече, но все еще довольно обычным по золоторанговым стандартам. Его подбородок все еще был каким-то образом слишком выдающимся после повышения ранга не менее четырех раз. Это оставляло его лицо странно несбалансированным, но это подходило ему идеально. Он всегда умел выбивать ее из равновесия, как и себя самого.

Более глубоким, чем физические изменения, было то, как его ментальное состояние влияло на его физичность. Тогда он был дерганым, диким и энергичным, как будто был на чем-то подсел. Как кролик, прыгающий на месте, не зная, играть или убегать.

Теперь он был спокоен. Уверен. Он смотрел на мир так, словно, что бы он ни решил, именно миру придется отвечать. Не многие люди узнавали этот взгляд. Большинство никогда не встречали алмазнорангового, не говоря уже о том, чтобы знать, что у всех них он есть. Зара была одной из немногих, кто знал.

— Где ты взял ингредиенты? — спросила она.

— Ингредиенты?

— Для квадратиков из ягод-самоцветов и молочных орехов. Мы так глубоко под землей, что скала вокруг нас была бы расплавленной, если бы не естественная матрица, — сказала она. — Бронзоворанговым здесь приходится носить специализированные магические предметы просто чтобы выжить.

— Я в курсе.

— И ты был здесь, сколько? Десяток с половиной лет?

— Около того, да.

— Так где ты взял ягоды-самоцветы и молочные орехи, чтобы сделать этот ломтик?

Она откусила еще кусочек, затем заговорила с набитым ртом, в совершенно неженственной манере.

— Он на вкус точно такой же!

— Это потому, что это та же самая партия, — сказал он ей.

Она проглотила все одним глотком, не пережевывая тщательно, как раньше.

— Ты накормил меня двадцатилетней выпечкой?

Он потянулся к тарелке. — Если не хочешь...

Рука Джейсона была отшлепнута концентрированным всплеском сжатого воздуха, который не потревожил ничего другого в комнате. Он откинулся назад, его ухмылка каким-то образом стала еще более самодовольной.

— Это был точный контроль ветра.

— Я немного практиковался на пути к золотому рангу, знаешь ли. Ненавижу тебя расстраивать, но время идет, пока ты в своих космических приключениях. Остальные из нас живут жизнями.

Она едва уловила вспышку печали, прежде чем он снова потянулся к тарелке. Он взял кусочек и запихнул половину в рот, шевеля бровями на нее. Но маска немного соскользнула и больше не совсем подходила.

— Должно быть, тебе странно, — сказала она. — Ты уходишь и делаешь эти удивительные вещи. Ходишь между мирами. Но потом возвращаешься, и все изменилось для тебя. Пропускаешь жизни друзей. Какая-то девушка, которую ты встретил однажды и которая использовала твое имя, втянула тебя в политическую путаницу, которую ты ни просил, ни заслуживал.

— Почему ты это сделала? — спросил он. — Я никогда не заботился спросить тогда, но почему я? Как ты сказала, мы виделись всего несколько раз. Признаю, в первый раз это было запоминающимся, но я тогда был никем.

— Ты действительно хочешь, чтобы я ответила на это?

— Стоит ли?

— Нет. Я усложнила тебе жизнь в прошлый раз, когда ты вернулся. Надеюсь, я научилась лучшему за все это время.

Она вздохнула и отложила свой недоеденный кусочек на тарелку, прежде чем откинуться назад и уставиться на Джейсона.

— Ты знаешь, что я работала с командой в твое отсутствие.

— Нет, не работала.

Ее брови поднялись.

— Ты не работала с командой, Зара; ты была в ней. Ты провела больше времени, работая с ними, чем я, даже с их рассеиванием после достижения золотого ранга. Ты такая же часть группы, как и я. Может быть, даже больше.

Зара сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, глядя на Джейсона.

— Мне потребовалось много времени, чтобы почувствовать, что я принадлежу к ним, — сказала она. — Как только я почувствовала, у меня возникла неуверенность, что это было только у меня в голове. Что ты вернешься и выгонишь меня. Я просила вступить к вам однажды раньше, и я знаю, обстоятельства были другими, но я помню, как ты был зол. То, как ты смотрел на меня.

— Я не был зол на тебя, Зара. Я был просто зол.

— Казалось, ты был зол на меня.

— Да, ну, может, немного.

— Не думаю, что я когда-либо отпустила этот страх, не полностью. То, как все закончилось с моей последней командой...

— Ты не против, если я спрошу о них?

— Роза ушла в отставку. Она работает в Обществе искателей приключений сейчас. Орин все еще ищет приключения. Достиг золотого ранга не так давно. Он в команде с Каспером Ириосом и его друзьями. Он...

— Друг, ради которого ты использовала мое имя, чтобы он не застрял на женитьбе на тебе.

— Да. Не мой лучший час. Оказывается, мой отец уже работал над тем, чтобы... это неважно. Каспер теперь искатель приключений, а Орин — единственный в его команде, кто достиг золота на данный момент.

— Влияние Амоса Пенсинаты?

— Не знаю. Никто особо не видел его с зоны трансформации. Он был рядом некоторое время, улаживая дела команды Орина. Потом он просто как бы исчез. Некоторые говорят, что он ушел в отставку, другие — что работает над достижением алмазного ранга. Он явно хочет, чтобы его оставили в покое, поэтому я никогда не копала глубже.

Она вздохнула.

— Я все еще часто думаю о своей старой команде. Я была с ними не так долго, но чувствовала, что строю место, где мне принадлежать. Они были командой из Римароса, которые тренировались так же, как и я. Мы думали одинаково, тактически и стратегически. С твоей командой было иначе.

— Нашей командой.

— Нашей командой. Спасибо. Они все еще пытались разобраться, когда Софи завербовала меня. Потеря тебя, Тайка и Руфуса всех сразу оставила огромные пробелы в их тактических вариантах. Я чувствовала себя чужаком, пытающимся заполнить три дыры, когда ни в одну не вписывалась. Они не казались обеспокоенными, потому что способ, которым они работают, такой адаптивный, но это не тот способ, которым мы тренируемся в Римаросе. Долгое время я думала, что совершила ошибку.

— Но не сейчас.

— Нет. Когда Софи втянула меня, я чувствовала себя лишенной цели. Она сказала мне, что есть вещи похуже, которым можно посвятить жизнь, чем помощь людям. Странно, как можно отвергнуть идею за то, что она кажется такой простой и очевидной. Я убедила себя, что должна найти что-то сложное и неожиданное, чтобы направить меня на мой жизненный путь. Вот почему я погналась за тобой.

— Только это?

— Я спрошу снова: ты действительно хочешь, чтобы я ответила на это?

— Нет, — сказал он. — Не сегодня. Ты знаешь, когда остальные прибудут?

— Должны быть в ближайшие несколько дней. Трэвис будет скоро, так как он все еще работает из Римароса. Он занимался исследованиями облачных колб с Домом де Варко и тем алмазноранговым, который тебя ненавидит. Остальные дальше, в основном Витесс. Последнее, что я слышала, Нил был в Зеркальном королевстве с Ником.

Зара была поражена улыбкой, которая озарила лицо Джейсона.

— Как мой маленький кролик? Он, должно быть, уже нашел команду, верно?

— На самом деле, он работал с Обществом искателей приключений. Они нанимают его для экспедиций, которым мог бы пригодиться специалист по коммуникациям и координации. Он пользуется очень большим спросом, насколько я слышала.

— Этот алмазноранговый придет сюда, не так ли?

— Полагаю, да. Им не понравилось, что ты уклонялся от них пятнадцать лет.

— Ты используешь небинарные местоимения или этот алмазноранговый разделил себя на нескольких человек с помощью магии?

— Местоимения. Высокоранговые оборотни часто меняют свой пол. Трэвис ввел концепцию выбранных местоимений, и она приживается среди золотых и алмазных рангов. По-видимому. Я не разговариваю с таким количеством алмазноранговых.

— Видишь, это фаворитизм. Знание не позволило бы мне распространять идеи с Земли.

Новый голос ответил: — Только те, которые ты не понял сам. Ты ввел несколько концепций, связанных с кулинарией, которым я совсем не препятствовала.

Зара оглядела комнату и ничего не увидела, хотя почувствовала едва различимую божественную ауру. Она посмотрела на Джейсона, чья попытка выглядеть раздраженным была явно подорвана весельем.

— О, посмотрите на это, — пожаловался он комнате. — Я вне своего домена пять минут, а вы уже подслушиваете.

— Ты хочешь сказать, что никогда не использовал свое всеведение внутри своего домена? — спросила Знание.

— Да, ну... заткнись.

После некоторого бестелесного смеха божественная аура исчезла. Зара уставилась, пока он качал головой в веселье, как будто ничего необычного не произошло.

— Это часто случается? — спросила она.

— Ты имеешь в виду богов, болтающих?

— Да.

— Не знаю. Сколько — это часто? Я теперь в клубе, так что, полагаю, это будет продолжаться.

— В клубе?

— Мое членство немного странное. Я не бог, очевидно, но я не совсем... не бог тоже.

— Ты полубог?

— Это сложнее. Хочешь увидеть?

— Увидеть что?

Он не пошевелился. Он оставался сидеть там, где был, глазами, прикованными к ней. Его темные глаза уступили место оранжевым и синим, но другого видимого изменения не было. В то же время она почувствовала изменение, и инстинктивно отпрянула в своем кресле. Как аура бога, она была обширной и связанной с какой-то далекой силой. Как будто он стал нестабильным порталом в какое-то место непостижимой силы.

И так же внезапно, как появилось ощущение, оно исчезло.

— Что ты такое? — спросила она, затаив дыхание.

— Сложно. Я приберегу большие объяснения для того времени, когда мы все будем вместе. Мне, вероятно, все равно понадобится помощь Клайва, чтобы объяснить определенные части.

— Все станет странно, не так ли?

— Странно как? — спросил Джейсон с неубедительной невинностью.

— Ты знаешь, что Магическое общество и Общество искателей приключений будут повсюду вокруг тебя из-за этой штуки с Системой.

— Я больше беспокоюсь о Клайве, если честно. Насколько он был взволнован, когда это случилось?

— Вероятно, лучше тебе не знать.

— Настолько плохо, да?

— Уверена, он не будет делать из этого большого дела, — солгала Зара.

— Я бы сбежал в другую вселенную без него, но мне понадобится он, чтобы это устроить.

— Другая вселенная. Откуда ты.

— Да. Я отправлюсь туда в скором времени. Ты ведь придешь, верно?

— Могу я?

— Честно говоря, это, вероятно, не зависит от тебя. Полагаю, Хамп сделает это обязательным командным мероприятием.

ПОСТАРАЙСЯ НЕ РАЗРУШИТЬ ЦИВИЛИЗАЦИЮ

ПОСТАРАЙСЯ НЕ РАЗРУШИТЬ ЦИВИЛИЗАЦИЮ

Во Внешнем Рексионе было много храмов, но они не были сгруппированы вместе, как это обычно принято. Поскольку сам город опоясывал массивную шахту, храмовый район также принял форму кольца. Расположенные сразу за площадями и развлекательными кварталами у шахты, дома святых были удобно размещены для покаяния после совершения грехов.

То, что местные называли Кольцом Поклонения, представляло собой широкий бульвар. Сводчатый потолок позволял разместить зачастую экзотическую архитектуру храмов, выстроившихся по обе стороны широкой улицы. Вокруг каждого храма располагались пристройки, киоски и витрины магазинов. Ритуальные принадлежности, священные книги и иконография — всё это было в наличии, наряду с более специфическими товарами.

Вопреки геологии и физике, подземные реки питали камеры роста, которые производили всю еду и воду для Рексиона. Соответственно, во Внешнем Рексионе был небольшой храм бога рек, к которому примыкал наименее успешный в мире магазин рыболовных снастей.

Джейсон прогуливался по Кольцу Поклонения, спускаясь по широкому и оживленному бульвару. Он сразу заметил, как много первоклассной недвижимости было выделено под церкви. Он подозревал, что светлосердечные были щедры при расширении первоначального аванпоста, поскольку в самом Рексионе храмы строить было нельзя.

У первоначального города светлосердечных были свои храмы и жречество, посвященные тем же богам, которым поклонялись жители поверхности. Те храмы давно были погребены, а духовенство давно мертво. Владения богов были захвачены жречеством Нежизни, следовавшим духовным правилам священной войны. Это было то, что Джейсон понимал; инстинктивное знание, пришедшее от обладания собственными владениями.

Владения, как правило, были неприкосновенны. Бог не мог вторгнуться на территорию другого бога, но их последователи — могли. Первым шагом было завоевание смертными слугами одного бога территории вокруг духовного владения другого. Получив достаточно полный контроль над областью вокруг владения, они могли затем вторгнуться в него, чтобы заявить права для своего собственного бога.

Точно так же, как Нежизнь захватила место старого города, так и Джейсон поступил при разрешении зоны трансформации. Жрецы были искоренены вместе с силой бога, воплощенной в аватаре. Когда Джейсон завоевал зону трансформации, не осталось никого и ничего, чтобы оспаривать эту землю.

Прогуливаясь по Кольцу Поклонения, он соприкасался с владениями различных богов. Это было странное и сложное ощущение, нечто среднее между рукопожатием, предупреждением и анкетой на сайте знакомств. Он остановился перед храмом Героя, где посреди бульвара стояла скульптура. Сооружение из бронзы, серебра и золота, с большим количеством темного железа; людям приходилось обходить его, чтобы продолжить свой путь.

Скульптура изображала фигуру леонида. Свирепая и угрожающая, она излучала силу. Золотая грива слабо светилась, а темная броня сияла в местах стыков пластин. Джейсон чувствовал, как от нее исходит жар. Он не был уверен, как долго стоял, глядя на нее, пока мимо текла уличная толпа. Его вывел из задумчивости голос прямо рядом с ним.

— Он не был таким. Злым и жестоким. Мог быть, да, но только когда приходилось. Так часто нас помнят лишь за то, чего мы изначально не хотели делать.

Джейсон обернулся и увидел мужчину, на вид лет сорока пяти, но его серебряный ранг означал, что реальная цифра должна быть намного выше.

— Вы встречались с ним? — спросил Джейсон.

— Однажды мне выпала честь. Довольно много лет назад, на другой стороне мира. Но я довольно глубоко изучал его личность.

— Витесс?

— Гринстоун, — с улыбкой ответил мужчина. — Вы ведь это он, верно?

Джейсон присмотрелся к мужчине. На нем были простые цветные одежды, как у жреца одного из более скромных богов. Похожие на одеяния Целителя, но без знаков отличия и светло-песочного цвета, а не коричневого.

— Вы один из них, не так ли? — спросил Джейсон. — Из бывших жрецов.

— Нам нравится думать о себе как об искателях цели. Но да, лорд Асано. Я один из них.

— Не называй меня лордом.

— Но именно так вы…

— Я знаю, кто я.

— Тогда как нам вас называть?

— Меня зовут Джейсон. Если настаиваете на формальностях, подойдет «мистер Асано».

— Многие из нас здесь, ждут вашего возвращения. Мы следим за этой скульптурой, зная, что вы придете. Мы так долго ждали. Вашего руководства. И нашей цели.

— Все ищут цель. Я не ваш мессия.

— Разве? Мы изучали ваши пути. Вашу природу. Ваших спутников. Вы ходите с богами и путешествуете за пределами реальности. То, что когда-то принадлежало только вам, вы подарили каждому пользователю эссенции. Если вы не бог, ходящий среди нас, то вы сродни ему. Вы хоть осознаете, как ваш голос резонирует в моем разуме, словно песня небес?

Джейсон подавил стон.

— Если хотите кому-то поклоняться, оглянитесь вокруг. Храмы буквально в каждом направлении. Есть причина, по которой у меня его нет.

— Но он есть. Рексион — ваш храм.

— Нет, это не так. Это дом для людей, которые были почти уничтожены. Он принадлежит им.

— Но ваша сила…

— Не имеет значения. Вы хотите, чтобы я был богом? Если я услышу, что кто-то из вас провозглашает Рексион храмом или иным образом создает проблемы для светлосердечных, то вы познаете мой гнев.

— Пожалуйста, не сердитесь, ло…

— Вы ведь не собираетесь слушать, да? Прошло почти двадцать лет. Даже если у вас ничего не осталось, когда я освободил вас, этого времени достаточно, чтобы построить жизнь заново. Найти цель или создать ее для себя. Я знаю, многие из вас так и сделали. Но остальные, подобные вам, потратили это время, ожидая, что я направлю вас на какой-то туманный путь. И вы ждете даже не меня. Если вы так долго этим занимались, то создали какой-то образ меня и убедили себя, что он решит все ваши проблемы. Что никто другой не сможет. Я видел, к чему это приводит в мире, откуда я родом. Но я никогда не буду тем человеком, которого вы себе представляете. Никто не может им быть.

Джейсон вскинул руки, указывая на храмы вокруг них.

— То руководство, которое вы ищете? Эта цель? Это то, что делают боги. Если никто из них не может заполнить пустоту внутри вас, я уж точно не смогу.

— Боги подвели нас. Вы ходите по земле, но обладаете их божественностью. Не далекие и бессердечные. Вы знаете, что такое бороться вместе с остальными из нас.

— Это не делает меня ответственным за вас. Я тот парень, который спас вас давным-давно. Я приму вашу благодарность, но вы тратите время, которое получили обратно. Я не ваш путь. Вы должны найти свой собственный.

— Мы почитаем вас.

— Не надо.

Джейсон покачал головой. Он использовал свою ауру как щит приватности, но чувствовал людей, наблюдающих за ними издалека. Таких же, как этот человек. Их эмоции были однобокими и одержимыми. Ни одно из его слов не оставило даже следа в чувствах мужчины перед ним. Тот ловил каждое слово Джейсона, но не слышал ни одного из них.

Он посмотрел на скульптуру Гэри, разозлившись больше всего на то, что его прервали. Не было смысла тратить больше слов на этого человека, поэтому он не стал, вместо этого растворившись в тени скульптуры. Он появился там, где ему совсем не хотелось быть, но где было необходимо.

Храм был одним из самых необычных: башня в форме руки, торчащей из земли. В сжатом кулаке на вершине была голова, властно взиравшая на проходящих мимо. Джейсон посмотрел на нее в ответ.

— Серьезно? — спросил он.

— Это религия, — сказал Владычество, появляясь рядом с Джейсоном. — Шоуменство — часть сделки.

Никто из прохожих, казалось, не замечал бога.

— Я не очень хорошо справился с той ситуацией, — сказал Джейсон.

— Нет хорошего способа иметь дело с такими, как они. Если только ты не хочешь перебить их всех.

— Нет.

— Тогда рано или поздно появится культ.

— Я думаю… — Джейсон замолчал, затем вздохнул. — Думаю, мне понадобится совет. Я не готов к тому, что та сила, которой я обладаю сейчас, будет значить для людей.

— Да, ты наломаешь дров. Это не ново, но масштаб, в котором ты будешь это делать, — другой. Ты можешь причинить реальный ущерб сейчас.

— Да, — согласился Джейсон, его голос звучал смиренно. — Я надеялся, что у тебя есть какой-то совет.

— Ты рассматривал вариант с гигантскими знаменами с твоим лицом на них?

— Это твой совет?

— Ты так просишь о нем? Знаешь, ты ужасен в молитвах, верно? Приходишь в храм и пялишься на него так, будто он должен тебе денег.

— Это… не совсем несправедливо, — признал Джейсон.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Владычество, стоящего рядом.

— Ты вообще чем-нибудь правишь? — спросил Джейсон.

— Мое духовенство прекрасно знает, что нужно выполнять приказы.

— Но это всё, верно?

— Я не правитель, Джейсон. Правители — это короли и императоры. Халифы, премьер-министры и региональные менеджеры по распределению... Они правят; я же — сама концепция правления. Я не гегемон, я — сама гегемония.

Джейсон обдумывал слова Владычества, глядя на угрожающий лик храма.

— Шоуменство — часть сделки, — сказал он. — Мне однажды сказали, что именно ты решаешь, кто правит, а кто служит. Но это было неверно, да?

— Нет. Нет никакого божественного права королей. Смертные выбирают, а я стараюсь помочь им не превратить всё в полный бардак.

— Тот бывший жрец был прав, верно? Я не просто какой-то парень. Я уже не могу им быть.

— Не тогда, когда они знают, кто ты. Но ты не обязан позволять им это. Я постоянно брожу повсюду, и никто понятия не имеет, кто я.

— Не думаю, что у тебя есть советы, как скрыть всю эту силу? Я могу делать это достаточно хорошо, когда концентрируюсь, но это как пытаться сдержать позыв в туалет. Как только всё становится интересным, она вырывается наружу, нравится мне это или нет.

— Я могу помочь тебе с этим.

Владычество небрежно протянул сферу размером с кулак. Внутри нее танцевали друг с другом искры синего, серебряного и золотого цветов. Джейсон протянул руку, чтобы принять ее.

Предмет: [Команда проекции: Присутствие] (трансцендентный ранг, легендарный)

Власть контролировать присутствие выражения трансцендентной силы. (расходуемый, магическое ядро).

* Эффект: Получите контроль над присутствием своей трансцендентной силы, лишая смертных возможности воспринимать ее. * Осталось использований: 1/1

— Спасибо, — сказал Джейсон, поглощая ее в свой инвентарь на потом.

— Ты понимаешь, что это лишь временная мера. Способ скрыть себя, пока ты не научишься взаимодействовать со смертным миром. Тебе нужно взять это под контроль, если не хочешь стать богом хаоса.

— Все еще не бог.

— А есть ли на самом деле разница?

— Ну, однажды эта планета умрет, а вместе с ней и вы, боги.

Владычество издал болезненный смешок.

— Это ужасные слова.

— Извини.

— И еще, я знаю, что ты новичок в работе на уровне бога, но мы стараемся избегать слова «туалет». Оно не передает того достоинства, к которому мы стремимся.

— Я буду иметь это в виду.

— Зачем ты на самом деле пришел сюда, Джейсон? Тебе не нужно было, чтобы я говорил, что ты ничего не можешь поделать со своими потенциальными последователями. Общество искателей приключений наблюдает за ними, как и несколько церквей, включая мою. Даже ты не настолько забывчив, чтобы не догадаться об этом.

— Что ты имеешь в виду, «даже я»?

— Я сказал то, что сказал. Зачем ты пришел повидаться со мной, Джейсон?

Джейсон поморщился, не ответив сразу.

— На Паллимустусе я не исключение. Этот главный аватар всего лишь золотого ранга. Если я попытаюсь буйствовать, найдутся силы, которые отшлепают меня за это. Мне многое сходило с рук, потому что я был слишком важен для кого-то, чтобы меня просто стерли, но теперь я бессмертен. Довольно легко убить мой аватар и отправить меня в четвертьвековой тайм-аут.

— А. Твоя забота — это сфера твоего рождения. Относительная сила, которой ты будешь обладать там.

— Да. Я не знаю, есть ли на Земле кто-то сильнее меня сейчас. Борис, возможно. Может быть, Руфус. Но это только усугубляет ситуацию. Буду я и все мои друзья. Мы, вероятно, могли бы завоевать мир ради воскресного веселья. Одно только это предположение заставит людей принимать радикальные решения.

— Да. Достаточно личной силы делает тебя политической силой, хочешь ты того или нет. Каждый высокоранговый должен усвоить этот урок, но ты ведь не тренируешься деревянными мечами, верно?

— Нет. И на Земле будет намного хуже. Здесь культуры адаптировались к индивидуумам с такой огромной силой. Там сила всегда была коллективной. Всегда были те, кто концентрировал эту силу, но были и пределы. Им всегда были нужны люди, чтобы заставить ее работать.

— Как я вижу, у тебя есть два выбора. Завоевать свой мир или отстраниться от него. Возвыситься над ним. Как бог. Ты должен править ими или заставить их осознать, что ты настолько выше их, что не проявляешь интереса к их маленьким играм. Любой вариант посередине приведет к хаосу.

— Никаких полумер.

— Никаких полумер, — согласился Владычество. — Когда ты действуешь — как бы ты ни действовал — это должно быть окончательно. Выше любых сомнений. А когда ты воздерживаешься от действий, ты должен быть вне вопросов.

— Как я могу быть вне вопросов? Всегда найдутся те, кто сомневается и не согласен.

— Когда я говорю «вне вопросов», я имею в виду не вопрос морали или ценностей, а вопрос силы. Заставь их увидеть, что они ничто перед тобой. Что когда ты выбираешь действие, они не могут остановить тебя. Что когда ты выбираешь бездействие, они не могут принудить тебя. Будешь ли ты их правителем или их богом, чтобы видеть тебя, они всегда должны смотреть вверх.

— Сила есть право.

— Да. Ты не любишь это, я знаю, но такова реальность. Цивилизация построена не только на идеалах, но и на силе для их обеспечения. И всегда есть руки, в которых эта сила сосредоточена непропорционально. В тот момент, когда ты прибудешь на Землю, эти руки будут твоими. Так что постарайся не разрушить цивилизацию.

— Спасибо.

Владычество ухмыльнулся. — Ты пришел ко мне не за легкими ответами.

— Хотя было бы неплохо.

— Еще бы. Кстати, о силе: есть знание, которое Знание, возможно, не хочет, чтобы ты знал.

— И что же это?

— Она может заглянуть в голову твоего главного аватара, но не в твое истинное «я». Живую вселенную.

— Мое сознание находится в главном аватаре. Разве это не одно и то же?

— Нет. Ты можешь скрывать вещи от своего аватара, если не хочешь, чтобы они распространились среди богов. Знание может быть такой сплетницей.

— Под чем ты подразумеваешь, что богиня Знания любит распространять знания.

— В моей формулировке это звучало веселее.

Джейсон с любопытством посмотрел на Владычество.

— Никто никогда не говорил мне такого раньше. Можешь научить меня скрывать вещи от моего аватара?

— Кто-то уже готов помочь тебе с этим. А пока просто наслаждайся. Твои друзья скоро начнут прибывать.

У НАС ЕСТЬ ВЕЧНОСТЬ

У НАС ЕСТЬ ВЕЧНОСТЬ

Торговля с Рексионом — даже с Внешним Рексионом — была сопряжена со многими сложностями. Как природные, так и магические условия окружающей среды попросту убивали людей, если они не были светлосердечными или хотя бы серебряного ранга. Эффекты природного массива внутри Рексиона были не такими суровыми, как тогда, когда массив был дестабилизирован посланниками двадцать лет назад. То, что осталось, все еще было достаточно сильным, чтобы создавать проблемы для слабых и неподготовленных.

Окружающая магия мешала многим формам элементальной магии и была враждебна к обладателям чрезвычайно высоких рангов. Алмазные ранги и многие на пике золотого страдали от головных болей и головокружения. Этого было недостаточно, чтобы помешать их грозному мастерству, но было крайне неприятно. Были также монстры. Большинство научились избегать шахты, но некоторые появлялись недавно и не знали лучше. Другие были просто слишком глупы, чтобы заботиться об этом. В результате тем, кто направлялся вверх или вниз по шахте, требовалась защита или сила, чтобы защитить себя.

Из-за связанных с этим трудностей ни стражу, ни ручной труд нельзя было найти дешево. Многие обращались к перепрофилированным рабочим конструкциям, широко доступным после реконструкции Яреша. Хотя большинство торговцев хотели их, первоначальные затраты были высокими. Они также были дороги в ремонте и не предназначались для боя. В результате пробелы заполняли серебряные ранги.

Многие серебряные ранги были ремесленниками, пытавшимися финансировать свою работу, или отпрысками знати, отрезанными от семейного кошелька. Для тех, кто не хотел становиться авантюристом или подписывать контракты, которые связали бы их в качестве охраны дворянских семей на долгие годы, возможности заработать деньги были ограничены. Хотя работа в шахте оплачивалась не так хорошо, как авантюризм, все, что требовалось, — это желание заработать и готовность терпеть некоторые унижения.

Это унижение часто оказывалось камнем преткновения, который делал труд серебряных рангов проблемой. Привыкшие управлять мастерской или быть обслуженными другими, они считали, что сражаться и таскать товары — ниже их достоинства. Для некоторых эта работа становилась ценным уроком смирения. В других же она выводила на первый план их чувство собственного достоинства. Нуждаясь в доказательстве того, что они не просто головорезы и чернорабочие, серебряные ранги начинали проявлять гонор.

Светлосердечные контролировали Внешний Рексион и город на вершине шахты, но Общество искателей приключений управляло движением вверх и вниз. Высокопоставленные чиновники общества, находящиеся на поверхности, считали это отличной возможностью отслеживать, кто приходит и уходит. Люди, которые фактически выполняли работу, считали Управление контроля движения по шахте одним из худших назначений.

Быть контролером движения по шахте — сложная, разочаровывающая и временами опасная работа. Разочарованные, высокомерные серебряные ранги всегда думали, что их дела — самые важные, и что с ними обращаются хуже всех. Когда дела неизбежно шли не так, они становились вспыльчивыми. Общество искателей приключений содержало силы безопасности, но они иногда медлили с действиями. Не помогало и то, что сама служба безопасности была наказанием для строптивых авантюристов.

Общество было, по крайней мере, достаточно мудрым, чтобы не ставить недовольных авантюристов во главе чего-либо. Кадры чиновников общества занимали руководящие должности, отвечая за то, чтобы держать саму службу безопасности в узде. Это были не самые завидные роли.

Мигель Ладив когда-то глупо воображал, что теплое местечко в Обществе искателей приключений у него в кармане. В конце концов, его дядя был заместителем директора отделения Общества искателей приключений в Римаросе. Он казался таким приветливым, когда Мигель сказал, что хочет последовать за ним в общество. К сожалению, энтузиазм дяди Видаля по поводу кумовства оказался из разряда «шанс проявить себя». Прежде чем он успел понять, что произошло, Мигель оказался глубоко под землей, отвечая за сменяющуюся группу недовольных авантюристов.

— Авантюристы должны иметь дело с монстрами, — говорил ему Видаль. — Чиновники Общества искателей приключений должны иметь дело с авантюристами, что хуже. Не буду тебе лгать; эта работа будет ужасной. Тебя могут побить, и ты определенно захочешь уволиться. Но если ты будешь выполнять работу и делать ее хорошо, ты подготовишь почву для больших дел. Во-первых, ты покажешь людям, которые имеют значение, что не ищешь легких путей.

— Ладно, дядя, послушай меня: что, если мы попробуем делать все легким путем, чтобы они подумали, что я инноватор и готов к неожиданным решениям?

— Легкий путь — это всегда ожидаемо, Мигель. Теперь, другое, что даст тебе эта работа, — это возможность столкнуться с громкими именами. Много важных чиновников, дипломатов и авантюристов проходят здесь.

— Ты хочешь, чтобы я подлизывался к известным авантюристам?

— Нет, это только выйдет тебе боком. Но такие люди обращают внимание на то, что происходит вокруг них. Они бы не прожили так долго, если бы не делали этого. Если они увидят, что ты хорошо делаешь свою работу сейчас, они запомнят это в будущем. Попадание в высшие эшелоны Общества искателей приключений — это игра в политику. Однажды большой авантюрист, который знает твое лицо и помнит, что ты прилежен и способен, откроет двери, которые не откроет никакая тяжелая работа в мире.

Его дядя был прав, конечно: Мигель определенно хотел уволиться. Он хотел легкой жизни, а это было совсем не то. К его удивлению, он так и не сделал этого. Он не был наследником семейного титула, как его дядя, но у него все еще была гордость. Уже пять лет он укрощал идиотов-авантюристов, чтобы поддерживать порядок среди идиотов-неавантюристов. Он был поражен, что не произошло какой-нибудь кровавой бани между высокомерными охранниками торговцев и его идиотами-авантюристами.

Он также видел некоторых из тех громких имен, о которых упоминал дядя. Членов знаменитых команд, таких как «Грань Луны» и «Бисквит». Даже алмазные ранги из Яреша, Аллайет и Чарист, хотя это было редкостью. Природный массив, однако, вызывал дискомфорт у алмазных рангов, поэтому таких престижных посетителей он видел редко.

Сегодня был запланирован один из таких редких дней. Должен был прибыть знаменитый охотник за сокровищами Эмир Бахадир. С ним должен был быть изобретатель коммуникационных планшетов «небесная связь», а также алмазный ранг, о котором Мигель никогда не слышал. Они должны были прибыть вниз по шахте, так как порталы были крайне ненадежны так близко к самому Рексиону. Тем не менее, за офисом Мигеля была небольшая зона прибытия порталов.

Офис безопасности Мигеля находился прямо на краю шахты, примыкая к крупнейшей из посадочных платформ Внешнего Рексиона. Это был изогнутый четвертькупол из стекла, непрозрачный снаружи, но позволявший ему наблюдать за движением по шахте изнутри. Он понял, что VIP-персоны прибывают, когда увидел большое облачное судно, спускающееся вниз.

Облачные конструкции были популярными транспортными средствами, но, как известно, были крайне нестабильны в глубинах. Они также были маленькими, для личного пользования. Увеличение размера взвинчивало цену, делая другие конструкции более жизнеспособными. Это транспортное средство было облачной каретой увеличенного размера, способной с комфортом вместить дюжину или более человек. Это делало его слишком дорогим для всех, кроме крупных дворянских домов, торговых баронов или высокоранговых авантюристов.

У Мигеля были бумаги с данными о посетителях. Он схватил папку и вышел наружу, пробираясь через посадочную платформу. Полголжины бюрократов из Управления контроля движения по шахте пронеслись мимо него, спеша встретить гостей.

Облачная карета достигла платформы, и посадочный гид махнул сигнальными флажками, указывая позицию. Транспортное средство было слишком большим для четырех человек, которые вышли из него. Когда они высадились, транспортное средство растворилось и было втянуто в медальон на шее одного из четырех пассажиров.

Мигель был уверен, что этот человек — алмазный ранг, известный как Ткач Облаков. Было неясно, следует ли обращаться к ним как «Ткач Облаков» или как Ткач Облаков. Принятие таких имен давно стало обычным делом среди высокоранговых. Гендерно-нейтральные местоимения, о которых его предупреждали в документах, были новинкой, но также трендом высокого ранга. Это было необычно, но он уже сталкивался с таким в ходе своей работы.

Несмотря на свой ранг, Ткач Облаков был внешне непримечателен. Они выглядели как женщина в глазах Мигеля, хотя с короткими волосами и лицом, которое было мальчишеским, но нежным и красивым. Он не мог почувствовать ауру, но было что-то в их присутствии, что выделялось. Как будто они были раскрашены в яркие цвета, в то время как все остальные были блеклыми.

Из двух мужчин самый высокий был самым примечательным в группе. Безупречно одетый, красивый и черный как полночь, он имел вплетенные в волосы радужные бусины. Он излучал вежливое количество ауры, рекламируя свой золотой ранг. Это был явно охотник за сокровищами. Женщина рядом с ним, тоже золотого ранга, была его женой. Ее волосы были длинными, темными и прямыми, и такими блестящими, что отражали красочные огни близлежащей площади. Она окинула все острым взглядом, и Мигель покраснел, когда она на мгновение задержалась на нем.

Последний член группы имел бледную кожу и слегка нервный вид. Будучи серебряным рангом, он был самым низким по рангу в группе и не выглядел комфортно в своем длинном пальто, ерзая, словно не привык его носить. Его шея вытягивалась, когда он оглядывался по сторонам, как деревенский парень в своей первой поездке в город.

Чиновники Общества искателей приключений пытались поприветствовать группу, с переменным успехом. Эмир Бахадир и — Мигель сверился с документами — Трэвис Ноубл болтали друг с другом, игнорируя чиновников. Алмазный ранг выглядел сердитым и раздраженным, потирая виски.

Технически, работа Мигеля заключалась в том, чтобы помешать этим людям создавать проблемы, как и всем остальным. Любой, кто думал, что это хоть сколько-нибудь возможно, был идиотом. Его настоящая работа заключалась в том, чтобы остановить любого, достаточно глупого, чтобы попытаться доставить им неприятности. В противном случае — соскрести то, что осталось от нарушителей спокойствия со стены, а затем попытаться идентифицировать их для своего отчета.

Длинноволосая женщина, Констанция Бахадир, была той, кто общалась с чиновниками, и, безусловно, казалась более профессиональной, чем ее спутники. Мигеля представили, и он поговорил с ней достаточно долго, чтобы предложить охрану. Она отказалась.

У Ткача Облаков закончилось терпение к встрече и приветствиям. Воздух завибрировал, когда аура изверглась из них и омыла город. Мигель сумел подавить стон от того, сколько работы это будет ему стоить, так как весь город был потревожен.

— Его здесь нет, — прорычали они. — Мы проделали весь этот путь вниз по этой дыре, полной магии, вызывающей головную боль, а его даже здесь нет?

— Он, вероятно, занимается чем-то пространственным, — сказал Эмир. — Он всегда занят подобными вещами. Давайте найдем место, где можно присесть и выпить.

— Я бы предложил бар под названием «Крапчатое яйцо», — предложил Мигель. — Он дорогой, но близко, и стены зачарованы, чтобы отфильтровывать природный массив из окружающей магии. Многим из наших более могущественных посетителей он кажется более подходящим для их нужд.

Эмир оглядел Мигеля секунду, затем слегка кивнул. Мигель указал обратно на площадь и дал Эмиру простые указания. Четверо посетителей ушли, некоторые из чиновников пытались напроситься сопровождать их. Пара бросила мрачные взгляды на Мигеля, которые он проигнорировал.

Мигель направлялся обратно в свой офис, когда увидел линию темной энергии, танцующую как огонь, появившуюся на земле в зоне портала. Из нее поднялась обсидиановая арка, содержащая лист такой же теневой силы. Порталы было не невозможно открыть во Внешнем Рексионе, но это было трудно. Обычно только специалисты по порталам предпринимали такие попытки, и он ждал, чтобы увидеть, кто появится. К его удивлению, это был его дядя.

— Мигель? Отлично. Хорошие новости, племянник; я снимаю тебя с этой работы.

— Почему? — спросил Мигель, слишком много раз доверявший хорошим новостям своего дяди.

— Потому что я нашел тебе новую, очевидно. Ты будешь связным Общества искателей приключений с Джейсоном Асано.

— Разве это не та работа, на которую ты постоянно жаловался, сколько я себя помню?

— Нет, не думаю.

— Я вполне уверен, что это она. Помнишь день рождения тети Марии, когда ты случайно выпил вино золотого ранга? Ты не переставал говорить об этом, пока жрица Целителя удаляла яд.

— Это не звучит знакомо. Ты, наверное, думаешь о чем-то другом.

Мигель собирался ответить, когда из портала появился второй человек. Его аура была серебряного ранга, проецируемая ровно настолько, чтобы быть вежливой, но его присутствие выделялось, как у Ткача Облаков.

— Твой дядя обожал эту работу, — сказал мужчина. — Мы почти никогда не использовали его в качестве приманки при ловле морских чудовищ.

Мигель сразу понял две вещи. Этот человек должен быть Джейсоном Асано, и он не был серебряным рангом, что бы ни утверждала его аура.

— Для меня честь встретиться с вами, сэр, — сказал он. — Однако, со всем уважением, я чувствую, что быть вашим связным с Обществом искателей приключений — это не та должность, которая приведет к положительному результату.

— И почему ты так говоришь? — спросил Асано.

— Я слышал о вас, сэр.

Джейсон рассмеялся и хлопнул рукой по плечу Видаля.

— Ты был прав, он отлично справится. У меня давно назревшая встреча с алмазным рангом, но устрой его.

Асано шагнул в тень Видаля и провалился в нее, как будто это была дыра в земле. Мигель долго смотрел на это место.

— Дядя?

— Да, Мигель?

— Помнишь, когда я брался за эту работу, ты сказал, что я могу уволиться, если захочу?

— Помню.

— Я собираюсь сделать это сейчас.

— Нет, не собираешься.

— Да, собираюсь. Я делаю это сейчас. Я увольняюсь.

— Прости, парень. Тебе следовало попробовать это до того, как люди поняли, что ты компетентен. А теперь следуй за мной через этот портал. Мне многое нужно объяснить.

* * * Джейсон и Ткач Облаков сидели друг напротив друга в кабинке в «Крапчатом яйце». Бар был большим и чистым, но создавал мрачную атмосферу с тусклым освещением и декором, в котором преобладали темное дерево и кожа. Констанция, Трэвис и Эмир делили круглый стол рядом с кабинкой. Трэвис уже допивал третий огромный стакан какого-то ярко-синего напитка.

— Что ты сделал с моей облачной флягой? — потребовал Ткач Облаков.

Джейсон ухмыльнулся на этот вопрос. Они сидели в кипящей тишине во время его воссоединения с Трэвисом, Констанцией и Эмиром. Он чувствовал, как они нагреваются, словно чайник, и наконец сел поговорить, прежде чем они перекипят.

— Я превратил ее в свою облачную флягу, — сказал он. — Оставлять доступ к управлению в предмете, привязанном к душе, всегда будет ненадежно. Ты должна была это знать. Я втянул ее в свою душу, вместо того чтобы оставить снаружи, и все твое влияние было вытеснено.

— Как ты это сделал?

— Это начинает походить на допрос, и я не уверен, что ты занимаешь здесь морально превосходную позицию. Это ты оставила сомнительный черный ход в моей облачной фляге.

— Сомнительный Черный Ход, — повторил Трэвис, его слова были слегка невнятными. — Название твоего секс-видео.

— Э-э, это здорово, приятель, — сказал Джейсон. — Но, может, отойди к бару, пока алмазный ранг не убил тебя взглядом.

Трэвис посмотрел на Ткача Облаков, заметно сглотнул и поспешил прочь. Он поспешил обратно, схватил свой недопитый напиток и снова поспешил прочь.

— Если я решу превратить это в допрос, — продолжила Ткач Облаков, — то так тому и быть.

— Тогда это будет короткий допрос, — парировал Джейсон. — У меня нет ни интереса, ни обязательства терпеть, как ты играешь в строгую няньку.

Присутствие алмазного ранга надавило на Джейсона с такой точностью, что никто другой в баре даже не взглянул в их сторону. Джейсон открыл свой аватар своему истинному «я», отбиваясь от их силы. В стене рядом с ними появилась трещина, и они оба отступили.

— Это довольно неплохо, — сказал Джейсон. — Ты на пути к культивированию трансцендентного аспекта. Я еще не особо разбирался в том, как работает повышение ранга через алмазный. Но не маши своей палкой на меня, приятель. Моя больше.

— Если бы я использовала ауру вместо присутствия, я могла бы заставить ту марионетку, которую ты носишь, истечь кровью из ушей и умереть.

— Конечно, но это не даст тебе того, чего ты хочешь. Ты слишком умна, чтобы не знать этого. Ты тычешь в меня, чтобы посмотреть, что будет. Я полагаю, алмазное сообщество любопытно и хочет, чтобы ты прощупала меня.

Гнев на лице Ткача Облаков исчез, и они откинулись назад с улыбкой.

— Да, — сказали они. — Когда ты пришел в этот мир во второй раз, ты был нестабилен. Склонен к срывам и принятию гневных решений. Это было сдерживаемо, когда ты был просто каким-то серебряным рангом. Теперь ты золотого ранга и нечто гораздо большее. Нам нужно знать, стоит ли нам прикончить тебя, пока мы еще можем.

— Я понимаю, — сказал Джейсон. — Задаваться вопросом, делает ли меня моя сила слишком опасным, — это вроде как моя фишка.

— Делает?

— Вероятно, но ты упустила свой шанс. Я теперь полностью бессмертен; никаких больше условных воскрешений. Ты не можешь помешать мне вернуться, потому что мне это не нужно. Как ты сказала, ты можешь сломать марионетку, но мне просто нужно создать новую.

Он улыбнулся.

— Они называют алмазные ранги бессмертными, но мы знаем, что это не так. Не совсем. Вы можете заставить их оставаться мертвыми, приложив достаточно усилий. Это даже не требует так много, на самом деле. Не с правильными способностями.

— Это угроза?

— У меня есть вечность, и меня нельзя остановить. Ты пришла сюда, чтобы посмотреть, что будет, если ты и твои друзья решите повесить меня. Теперь ты знаешь.

— Мы уже знали. Было предложено, чтобы мы указали, что твои друзья не так бессмертны, как ты, и ты поклялся отказаться от воскрешений для всех, а не только для себя.

— Было предложено, да?

— Было.

— И как это предложение было воспринято?

— Некоторые из нас очень стары, Асано. Достаточно стары, чтобы видеть, как мир горит, а история заканчивается. Магия помогла цивилизации подняться намного раньше здесь, чем в твоем мире. Раньше, чем большинство на этой планете даже осознает. Когда алмазные ранги идут на войну, выживают только они. Мы хотим избежать этого так же сильно, как и ты.

— Я не алмазный ранг.

— Нет. На смертном плане ты ниже нас, но в сфере, к которой мы стремимся, мы ниже тебя. Наша надежда в том, что мы сможем направлять друг друга в тех областях, которых нам не хватает.

— У меня слишком много дел, чтобы даже думать о трансцендентной учебной группе алмазных рангов.

— Конечно, есть. Ты молод, но у нас есть вечность. Я ждала почти два десятилетия, чтобы просто услышать о том, что ты сделал со своей облачной флягой. Я была бы признательна, если бы мы могли наконец перейти к этому. Если прибудет больше твоих друзей, у меня такое чувство, что это займет еще как минимум два десятилетия.

КАК АВАНТЮРИСТ

КАК АВАНТЮРИСТ

Рик Геллер и его команда прибыли как раз в тот момент, когда из-за пожара в борделе группа полураздетых женщин вывалила на улицу, прямо на Джейсона. Дастин Кеттеринг из команды Рика вошел внутрь и использовал свои ледяные способности, чтобы потушить пламя.

— Это ты их подстраиваешь? — недоверчиво спросил Рик у Джейсона.

— Честное слово, нет, — заверил его Джейсон. — Тебя что, проклял бог похоти или типа того?

— Нет, — ответил Рик, а затем бросил косой взгляд на свою жену Ханну. Она отвесила ему увещевающий шлепок по плечу.

По мере того как друзья Джейсона прибывали поодиночке и парами, воссоединение стало именно таким, на какое он надеялся: объятия, подколки и обещания рассказать бесчисленные истории. Собрались не только члены его команды, но и многие друзья со всей планеты. Даниэль Геллер и ее муж Кит. Семья Ремор, за исключением Руфуса. Джори Тиллман и Гилберт Бертинелли прибыли вместе с Клайвом.

Нил и Ник были перенесены из Зеркального королевства с помощью собственного специалиста по порталам Короля Зеркал, любезно предоставленного командой «Сияющие ножны». Их сопровождала Сигрид Фрейн — знаменитый способный лидер и целитель, с которой тренировался Нил. Их команды подружились много лет назад, вместе проходя испытания Жнеца и тренируясь на железном ранге. Поскольку Сигрид не видела Джейсона со времени его первой предполагаемой смерти, ее нынешний муж, принц Валдис, настоял на том, чтобы взять с собой всю команду.

— Папа будет скучать по Сигрид больше, чем по мне, — заверил Валдис Джейсона по прибытии. — Учитывая, насколько он озабочен и бессмертен, королевство кишит принцами и принцессами. Он предпочтет хорошего авантюриста любому из своих детей.

— Тогда, возможно, тебе стоит сосредоточиться на том, чтобы стать хорошим авантюристом, а не посредственным принцем, — заметила Сигрид. — К тому же, это грубое искажение образа твоего отца и твоего короля. Будь уважительнее.

— Вот почему она нравится ему больше, — доверительно сообщил Валдис.

Несмотря на всю радость встречи старых друзей, Джейсон не мог отделаться от ощущения легкой меланхолии. Это было не первое воссоединение после того, как события на годы оторвали его от друзей. В этот раз он пропустил в их жизни гораздо больше, чем прежде, и потребуется время, чтобы узнать, кем стали его друзья сейчас.

Белинда стала гораздо более уверенной в себе, чем когда он уезжал. Она больше не держалась на окраине группы, словно неуверенный аутсайдер, а стояла непринужденно среди остальных. Эстелла, стоявшая рядом с ней, теперь была гораздо большей частью группы. Их неловкость в общении с Джори была заметна, но было также очевидно, что они с этим смирились. Одно только чтение языка тела показывало Джейсону истории длиной в годы, в которых он не участвовал.

Хамфри поговорил с ним о его склонности покидать команду на годы. Они понимали, что Джейсон не хотел уходить один, но, как бы оправданны ни были его длительные отсутствия, они имели свои последствия.

Когда все собрались, они расположились вокруг банкетного стола в невероятно дорогом ресторане у шахты. Сидя рядом с Джейсоном, Хамфри наклонился к нему.

— Ты в порядке, Джейсон?

— Ага. Почему спрашиваешь?

— Твое лицо постоянно меняется: то счастливое, то сердитое.

— Счастливое значит, что я думаю о том, как здорово вернуться сюда ко всем вам.

— А сердитое — это о чем ты думаешь?

— О том, что случится со следующим придурком, который попытается заставить меня уйти снова.

* * * — И вот тогда, — сказала Софи, — он вызвал Хамфри на дуэль за мою руку.

— Я хотел бы заметить, — сказал Хамфри, — что ситуацию было бы легче разрядить, если бы ты не подбадривала его.

— Но тогда он мог бы с тобой и не подраться!

— Я не хотел, чтобы он со мной дрался!

— О, так ты хочешь одну из тех покорных жен, которые делают только то, что хочешь ты?

— Что? Нет, это не то, что я… эй, не надо «джейсонить» меня. У меня для этого теперь есть Джейсон.

Она ухмыльнулась и подалась вперед для поцелуя, оставив его выражение лица раздраженным, но умиротворенным.

— Полагаю, ты победил, и Софи не придется выходить замуж за какого-то случайного парня, верно? — спросил Ник. Он сидел по другую сторону от Джейсона, напротив Хамфри.

— Надеюсь, что нет, — сказала Даниэль. — Я не готова отдать Софи в невестки на данном этапе, а убийство ее нового ухажера не пойдет на пользу моей репутации.

— Я мог бы это сделать, — сказал Кит.

— Конечно, мог бы, дорогой, — сказала Даниэль, похлопав его по плечу.

* * * — Нет, — сказал Джейсон.

— Я еще даже ничего не сказал, — пожаловался Клайв.

— А тебе и не нужно.

— Это просто предвзятость, — сказал Клайв.

— Значит, это не блокнот у тебя спрятан под банкетным столом?

— Э-э… нет.

* * * Поздно вечером группа покинула ресторан и оккупировала лаунж-зону соседнего бара. Джейсон и Нил сидели вместе на диване, перед ними стоял стол, полный пустых бокалов.

— Итак, — сказал Джейсон, лишь слегка запинаясь, — ты просто сказал ей, что так будет лучше, и сразу же свалил из города?

— Ага, — ответил Нил, тоже слегка пошатываясь. — Я просто вывалил это на нее и ушел. Я знал, что если останусь, то совершу какую-нибудь глупость.

— Неважно, как быстро ты бежишь, если сначала совершил глупость. Ты серьезно не попытался обсудить это, прежде чем закончить отношения? Ты просто решил за вас обоих и сбежал?

— Я обсуждал это.

— С Кассандрой? Ты же сказал, что ошарашил ее и дал деру.

— С Ником.

— Ну, думаю, я понял, где ты ошибся, приятель: Ник — другой человек. К тому же, сколько ему тогда было?

— Э-э, пять, может быть.

— Да, отличная была идея. И это было что? Десять лет назад?

— Около того. Как думаешь, я все испортил?

— Ну, ты бросил ее, по сути, выкрикнул почему, вылетая за дверь, а потом игнорировал ее целое десятилетие. Я бы сказал, да, ты все испортил.

Нил застонал, и Джейсон сочувственно обнял его за ссутулившиеся плечи.

— Не переживай, приятель. Мы можем это исправить.

Нил оживился, его глаза светились пьяной надеждой.

— Ты правда так думаешь?

— Нет, она, вероятно, нашла кого-то гораздо лучше. Но мы можем попробовать.

Нил снова ссутулился и издал еще один стон.

* * * — Итак, таков план, — подытожил Джейсон. — Направляемся в Эстеркост, чтобы посмотреть, сколько людей с Земли мы сможем собрать. Затем отправляемся в Римарос, налаживаем связь между мирами и отправляемся в другую вселенную. Все, кому интересно увидеть альтернативную реальность, могут присоединиться.

— Ты думаешь, все будет так просто? — спросила Даниэль Геллер.

— Да, — сказал Джейсон. — Но просто — не значит легко, как Клайв с радостью объяснит.

Люкс Зары был большим, но все равно тесным из-за набившихся туда друзей Джейсона.

— На самом деле, у меня нет на это времени, — сказал Клайв. — Джейсон, нам с тобой нужно сесть и…

— Нет времени! Нам нужно спланировать остановки для осмотра достопримечательностей во время поездки. Определенно Гринстоун. Я бы хотел увидеть версию Австралии в этом мире, но мне сказали, что все бы умерли.

— Джейсон, — сказал Клайв сквозь зубы, — нам действительно нужно…

— Мы не можем просто составлять сложные планы, — заметил Хамфри. — Мы пытались сделать это пятнадцать лет назад, и добрались только от Римароса до Яреша. Думаю, нам стоит быть гибче в планировании.

— Ладно, вам всем нужно перестать…

— Хорошая мысль, Хамп. Будем держать варианты открытыми, это здравое тактическое мышление.

— Джейсон, тебе нужно отнестись к этому…

— Не называй меня Хамп.

— Кто-то использовал на мне магию тишины? Это не…

— Хорошее собрание, все. Подумайте об этом, и мы перегруппируемся в Яреше.

— Джейсон, — предупредил Клайв, — только попробуй…

Открылся портал, а затем закрылся, как только Джейсон нырнул в него. Остальные члены группы вышли, оставив Клайва, Белинду, Эстеллу и Зару.

— Я забыл, — сказал Клайв, качая головой. — Прошло слишком много времени, и я забыл.

Белинда неловко похлопала Клайва по спине.

— Не хочу прерывать, — сказала Зара, — но мне нужно выписаться из номера.

* * * Маркус Ксенория был массивным леонидом, который любил разгуливать с огромным топором, небрежно перекинутым через плечо. При встрече с ним многие задавались вопросом, как это помогает, когда его работа в основном связана с политикой и бюрократией. К концу встречи они обычно понимали. Будучи агентом высокого уровня континентального совета Общества искателей приключений, Маркус был специалистом по решению проблем и силовиком. Услышав о возвращении Джейсона, он снова был отправлен в Яреш.

Технически Асано уже установил контакт с Обществом искателей приключений, хотя это на самом деле не считалось. Он порталом переместился прямо в отделение Римароса — защищенное от порталов — и похитил заместителя директора. Начальство не было успокоено, когда Ладив объявил, что его племянник будет контактным лицом общества для Асано.

Мигель Ладив теперь стоял рядом с Маркусом на платформе телепортации кампуса Общества искателей приключений в Яреше. Парень выглядел так, будто от нервного пота его новый костюм сейчас соскользнет с тела.

Асано вышел из портала в костюме летнего стиля Римароса. Он был более чем десятилетней давности, но Джейсону удалось сделать так, чтобы он выглядел классически, а не старомодно. Он добился этого благодаря сочетанию отличного дизайна, щегольства и уверенности, достаточной, чтобы пробить стену.

Он остановился, его глаза скользнули по Мигелю, прежде чем остановиться на Маркусе. Это были не те глаза, которые помнил Маркус, теперь они были темными и человеческими. Позади Джейсона группа, выходящая из портала, была эклектичной даже по меркам Маркуса. Первым шел теневой фамильяр Джейсона, который тоже немного изменился. В его темной форме появились вкрапления светящегося белого цвета, очерчивающие глаза и, возможно, контур какой-то официальной одежды.

Затем последовал самый инопланетный из фамильяров — аватар погибели. Вокруг него плавало больше сфер, чем раньше, но в остальном на первый взгляд он был прежним. За ним следовал тот, кто выглядел как Асано, но с красными сферами вместо глаз. Он держался не так, как Джейсон, больше походя на мальчика, пытающегося подражать старшему брату.

Маркус узнал фамильяров Джейсона, но не ожидал появления последней фигуры. Это выглядело как деревянная статуэтка Асано, ожившая, вплоть до грубой мешковины, имитирующей его плащ. Он присоединился к остальным, идя рядом с Асано.

— Не слишком ли высокий ранг для нового фамильяра, Асано? — спросил Маркус в качестве приветствия.

— Это не фамильяр, — сказал ему Джейсон. — Это Арбор, один из моих Голосов Воли.

— С этой фразой стоит быть осторожнее. Мы уже давно сражаемся с посланниками.

— Принято.

— Я здесь, потому что Общество искателей приключений очень жаждет получить отчет.

— Только Общество искателей приключений?

— Мы позаботились о том, чтобы остальные оставили тебя в покое. По крайней мере, на какое-то время, и никаких обещаний, если мы не получим от тебя ответов, которые можно передать дальше.

Джейсон грустно улыбнулся.

— У меня тоже есть много вопросов, — сказал он, а затем медленно повернулся на месте, оглядываясь.

Кампус Общества искателей приключений был одним из немногих мест, уцелевших после битвы за Яреш, но он видел, что город вокруг был перестроен. Большая часть города была встроена в живые деревья, как это принято у эльфов. Вдалеке он видел одну часть города, сделанную из стеклянных башен, возвышающихся над деревьями.

— Тот, с кем меня посадят в комнату, должен понимать, что они получат ответы, когда я получу свои.

— Они поймут. Мы привыкаем оказываться в эпицентре твоего хаоса. Ты не видел политическую путаницу, когда церкви Свободы и Знания сражались из-за тех культистов Строителя, из которых ты вырвал звездные семена. Полагаю, это был один из твоих вопросов.

— Был, — сказал ему Джейсон. — Прости, если я немного спорен. Я наполовину ожидал, что меня будет ждать толпа чиновников общества.

— О, полагаю, они скоро тебя найдут. Но сейчас я здесь, чтобы дать тебе то, с чем мы в прошлом были небрежны.

— И что же это?

— Ты провел всю свою карьеру, имея дело с вещами, выходящими за рамки компетенции обычных авантюристов. Далеко за рамки. И каждый раз, когда ты это делаешь, находится кто-то, кто готов доставить тебе неприятности, вместо того чтобы устроить парад в твою честь.

Он протянул руку, и Джейсон пожал ее. Разница в размерах была как у ребенка, пожимающего руку большому пушистому талисману.

— Спасибо тебе, Джейсон Асано, за то, что спас нас от того богами проклятого космического безумия, которое шло за нами в этот раз. И спасибо, что сделал это как авантюрист.

ЛЮДИ ДУМАЮТ, ЧТО ВЫ ВЗРЫВАЕТЕ ГОРОДА

ЛЮДИ ДУМАЮТ, ЧТО ВЫ ВЗРЫВАЕТЕ ГОРОДА

Вскоре после посещения Яреша Джейсон и Софи приняли участие в боевой арене. Место проведения, как и большая часть города, было уничтожено во время вторжения посланников. В рамках реконструкции старая арена была заменена массивной миражной камерой. Здание с куполом, построенное из шестиугольных сегментов витражного стекла, стало достопримечательностью, возвышающейся над деревьями.

Миражные камеры создавали ложные среды, в которые люди могли проецироваться в виде своих иллюзорных двойников. Поскольку эти иллюзорные тела создавались с помощью проекции души, реальное тело могло ощущать все то же, что и их копии. Это означало, что боль была реальной, но единственный фактический вред, с которым они сталкивались, был психологическим. Двойники могли быть ранены или даже погибнуть, не причиняя при этом вреда реальному телу.

Миражные камеры меньшего размера использовались для тренировок, например, та, что находилась в тренировочном центре семьи Геллер в Гринстоуне. Массивные арены, такие как новая в Яреше, были предназначены для публичных зрелищ. Это были магические колизеи, где погибшие гладиаторы возрождались в конце, готовые сражаться в другой день. Гладиаторы здесь также не были рабами. Преданные миражные бойцы были сродни спортивным звездам на Земле, зарабатывая богатство и славу своим мастерством.

Несмотря на существование таких знаменитостей, самые большие зрелища происходили благодаря участию известных авантюристов. Будь то схватки друг с другом или с местными профессионалами, участие авантюристов всегда привлекало толпы. Это было наглядно продемонстрировано полными трибунами вокруг арены, несмотря на короткий срок уведомления о текущем событии.

Герцог Яреша находился в самой большой из VIP-лож. Размером с бальный зал, она имела одну стеклянную стену, выходящую на арену, и могла также служить проекционным экраном, когда способности и окружающая среда скрывали действие. Однако герцог был здесь не ради боев. В комнате прямо сейчас собралась, пожалуй, самая престижная компания, которую когда-либо видел город. Поскольку Яреш пытался восстановить себя как региональная держава, подобные светские мероприятия помогали закрепить за ним статус места влияния и силы.

То, что в Яреше проживали не один, а два человека алмазного ранга, было невероятным благом. Лорд Харист был более общительным из них двоих, но именно более замкнутая леди Аллайет сегодня почтила комнату своим присутствием. Вокруг нее была команда, которую она воспитала сама, «Грань Луны», теперь известная сама по себе. Однако по сравнению с некоторыми другими присутствующими они были практически анонимны.

Герцог — наедине с собой — смеялся как сумасшедший, когда всемирно известные авантюристы прибывали в его город один за другим. Команда «Бисквит» была на подъеме уже много лет, большая часть их ранней репутации была создана прямо здесь, в Яреше. Они были известны не только своими успехами в полевых условиях, но и тем, что в команде было много впечатляющих участников.

Геллеры, конечно, всегда были заметны, особенно сын Даниэль Геллер. В их числе был и Верховный канцлер Магического исследовательского общества. Он был известен как успехами своей молодой организации, так и тем, что Магическое общество его ненавидело. Затем была бывшая обладательница титула Принцессы Ураганов. Зара Нарин технически не была принцессой в данный момент, но любой, кто думал, что она действительно изгнана из королевской семьи Королевства Штормов, был политическим болваном.

В кавалькаде знаменитых авантюристов, прибывающих в Яреш, команда «Бисквит» была только началом. В команде «Кровь и золото» был дуэт мужа и жены из семьи Ремор, плюс прославленный охотник за сокровищами Эмир Бахадир. Команда «Сияющие ножны» была хорошо известной группой, которая, по-видимому, знала команду «Бисквит» много лет назад. У них в группе тоже были королевские особы, хотя это было менее впечатляюще, учитывая избыток принцев и принцесс в Зеркальном королевстве. Тем не менее, герцог восхищался административным мастерством принца Валдиса, организовавшего мероприятие на арене менее чем за два дня.

Были и другие. Даниэль Геллер разговаривала с огромным чиновником Общества искателей приключений, который, к счастью, в этот раз не принес свой топор. Были и местные знаменитости, хотя в этой компании они казались менее впечатляющими. Примечательным было отсутствие некоторых представителей высшего общества Яреша, известных тем, что позволяли своей мелочной гордыне создавать дипломатические проблемы. Герцог был приятно удивлен не только их отсутствием, но и тем, что они не пришли к его дверям с жалобами на исключение. Если он ничего другого не извлек из этой ночи, то намеревался узнать, как принцу Валдису удалось совершить это маленькое чудо.

Герцог сдерживал себя, общаясь с гостями. Столь же ценными, как эти связи, были и сами отношения, и он осознавал, что это настоящее светское мероприятие. Это были настоящие друзья, воссоединяющиеся после долгой разлуки, а не расчетливый политический обмен. Присутствие избранных местных жителей демонстрировало политическую ловкость принца Зеркального королевства.

Герцог был внимателен ко всем присутствующим, а не только к тем, кто был знаменитыми авантюристами. Это оказалось мудрым решением, когда модельер оказался одним из тех наборов восьмерняшек, которые, казалось, были в каждом крупном городе. Герцог старался не оскорбить ни одного бога, тем более такого важного, как Плодородие, и это напомнило ему остерегаться драконов, скрывающихся вокруг Джейсона Асано.

Человек, ради которого было организовано это собрание, был тем, о ком герцог знал меньше всего. Он слышал многое, но мало что из этого казалось достоверным. Истории, окружающие Асано, были противоречивыми, бессмысленными и часто совершенно невероятными. Даже так, он не мог отмахнуться от них. Слишком многие из них были подтверждены людьми, чьему суждению он доверял.

Сам Асано стоял перед стеклом, наблюдая за матчами внизу. Герцог был терпелив и, возможно, немного встревожен, учитывая то, что он хотел обсудить. Герцогу нужно было не просто оценить человека, но и понять, предвещает ли возвращение Асано такой же хаос, как в прошлом.

Герцог подошел, чтобы встать рядом с Асано, когда коренастый эльф, с которым он разговаривал, направился к шведскому столу. Асано поприветствовал его несколько отчужденно, не отрывая глаз от матча внизу. Герцог проследил за его взглядом и увидел принца Валдиса, снова участвующего в бою. Энтузиаст и постоянный участник, его специализация мастера меча превосходно работала против других пользователей эссенции.

Принц был быстр, неуловим и наносил мощные удары в стиле боя застрельщика. Это оказалось эффективным в дуэлях даже против престижных авантюристов, собравшихся вокруг, и стало грандиозным зрелищем для жителей Яреша, наблюдавших за этим. Его самым слабым местом была защита против специалистов по уклонению, что демонстрировала темнокожая женщина с серебряными волосами.

Дуэль подошла к концу, принц принял свое редкое поражение с достоинством, подыгрывая толпе. Иллюзорная арена из песка и камня исчезла, открыв переполненные трибуны, расположенные вокруг миражной камеры. Герцог стоял рядом с Асано, наблюдая, как принц уходит, а на арену выходит следующий претендент.

— Это ее муж, верно? — сказал герцог.

— Они еще не поженились. Скоро, я полагаю.

— Как вы думаете, кто победит?

— Она. Хамфри хорошо обучен, но в душе он боец-монстр. Его учили работать в команде, сражаясь с ордами и гигантами, а не с людьми. Он хорош в этом, не поймите меня неправильно, но Софи — это нечто особенное. Она училась драться в клетке, где проигрыш означал проснуться в канаве или быть прикованной к кровати. Это порождает решимость победить, с которой трудно сравниться.

Герцог почувствовал некоторое замешательство. Некоторые из его советников предупреждали, что присутствие Асано пугает, но он обнаружил, что это совсем не так. Асано излучал не более чем вежливое количество ауры, которая раскрывала его ранг.

— У вас замечательная и преданная группа друзей, раз они примчались со всего света.

— Это так, — тепло согласился он. — Я просто жалею, что так надолго оказался оторван от них. Или так часто.

Герцог укрепился в своей решимости. Ему говорили, что прямота — лучший подход к Асано, но это казалось опасным.

— Надеюсь, вы простите мою грубость, мистер Асано, но вы надолго в Яреше?

— Нет. Боитесь, что я навлеку неприятности?

— «Навлеку» — может быть, не то слово, и я, конечно, не хочу выдвигать никаких обвинений. Тем не менее, у директоров отделений Общества искателей приключений есть постоянный приказ перейти в режим повышенной готовности, если вы прибудете в их район. Этот приказ был переиздан, когда они получили известие о вашем возвращении.

— Это кажется немного чрезмерным.

— Возможно, мистер Асано. Но когда вы отправились в Римарос, Строитель чуть не уронил на него другой город с неба. Там теперь новый остров. Здесь, в Яреше, посланники разрушили город до основания.

— Строитель атаковал везде, как и посланники. Мы приехали в Яреш только потому, что вы уже сражались здесь с посланниками.

— Но вы не можете отрицать, что обе силы, кажется, больше заинтересованы в вас, чем в других авантюристах. А отсюда вы отправились в город ярких сердец, который, насколько я понимаю, вы полностью стерли из реальности.

— Я построил новый.

— И очень красивый, но я полагаю, большинство людей довольны городами, которые у них уже есть.

— Ну, яркие сердца не были довольны. Их город был пустошью нежити.

— Как я понимаю. Но факт остается фактом, мистер Асано, что города имеют привычку требовать значительной перестройки после того, как вы через них проходите.

— Я хочу сослаться на смягчающие обстоятельства, — признал Асано, его тон был усталым, но забавляющимся. — Но есть предел тому, сколько раз каждый город, который вы посещаете, может взорваться, прежде чем люди подумают, что вы взрываете города.

Облегчение нахлынуло на герцога. Он увидел легкую улыбку на губах Асано и понял, что этот человек, вероятно, читает его эмоции. Это было грубо, но также немного впечатляюще. Трудно сделать это незаметно для человека того же ранга, даже если герцог достиг золотого ранга с помощью ядер монстров.

— Вы были в Рексионе? — спросил Асано.

— Много раз. Я не льстил, когда сказал, что это очень приятное место. Отношения с Рексионом были критически важны для пропитания моих людей в первые дни реконструкции. Мы все еще находимся в процессе восстановления более широкого региона, даже сейчас. Остатки апокалиптических зверей, выпущенных посланниками, потребовали годы, чтобы полностью их искоренить. Даже сейчас мы никогда не можем быть полностью уверены, что уничтожили их всех.

Герцог покачал головой, прежде чем продолжить.

— Целые города обезлюдели, и заставить людей переехать и перезапустить фермы было трудно. Было много нежелания, и вполне понятно почему. Целые города, полные людей, которые погибли в условиях крайних страданий и насилия? Видеть, как члены семьи превращаются в монстров и марионеток? Помимо травм, с которыми людям нужно столкнуться, это условия для порождения некоторых из самых неприятных видов нежити.

— Я видел нечто подобное в оригинальном городе ярких сердец.

— К счастью, здесь нет жрецов Несмерти. Были обычные некроманты, но Общество искателей приключений разобралось с ними довольно агрессивно.

— Похоже, вам пришлось нелегко.

— Действительно. До посланников всегда находились те, кто хотел подсидеть меня. Снайперы-политики и предатели из благородных домов. Теперь они десятилетие молились за мое здоровье. Никто не хочет быть герцогом, когда это означает восстановление всего чертова герцогства с нуля.

— И теперь, когда вы видите результаты, вы не хотите, чтобы парень, разрушающий города, снова все разнес.

— Я не хочу обвинять или оскорблять, мистер Асано, и не прошу вас уезжать. Но да, я боюсь того, что ваше присутствие означает для нас. Когда судьба ставит кого-то в центр событий, именно те, кто находится рядом, как правило, страдают.

— То, что я, к сожалению, узнал. Я понимаю, Герцог, и сочувствую вашему положению.

— Спасибо. Я не буду притворяться, что понимаю события, в центре которых вы оказываетесь. Я просто спрашиваю, сигнализирует ли ваше возвращение об угрозе для Яреша, о которой я не знаю.

— Насколько мне известно, нет, Герцог. Но именно та, о которой вы не знаете, и достает вас, не так ли?

— Да, — согласился герцог. — Да, это так.

* * * Джейсон наблюдал, как герцог переходит к другим разговорам, когда его место заняла Фарра. Хамфри проиграл, как и предсказывалось, но заставил Софи потрудиться больше, чем ожидалось.

— Ты избегала меня, — сказал Джейсон, не отрывая взгляда от арены. — Странное поведение для воссоединения.

— Да, — признала Фарра, более подавленная, чем он привык видеть.

— Это как-то связано с тем, что ты все еще серебряного ранга?

— Да.

Команда Джейсона достигла золотого ранга. Команда Рика Геллера была близка к этому, Рик и его сестра Фиби оба недавно достигли его. Остальные члены их команды были в верхних эшелонах серебряного.

— Нам нужно нормально поговорить о вещах, — сказала Фарра. — И я полагаю, мне предстоит сделать выбор.

— Да, — тихо сказал Джейсон.

— Я почувствовала это, знаешь? В тот момент, когда ты стал… тем, чем являешься сейчас. Система появилась для всех, но я почувствовала это.

— Я знаю. Ты говорила об этом с кем-нибудь?

Она покачала головой.

— Ты знал? — спросила она. — Когда мы создали эту связь. Когда мы укрепили ее. Ты знал?

— Нет. Никто из нас тогда не знал.

— Доун тебе ничего не сказала?

— Не думаю, что даже она знала. Есть вещи, которые она мне говорила, в которых она абсолютно ошибалась. То, что происходит со мной — с нами — вероятно, не уникально, но это редкость. Даже по космическим меркам. Мы придумываем правила по ходу дела.

Он повернулся, чтобы осмотреть комнату позади них, их разговор оставался приватным благодаря его ауре.

— Мы можем нормально обсудить это, когда будем одни, — сказал он.

Она кивнула. — Хорошо, что ты вернулся, Джейсон.

Она ушла, и Рик Геллер подошел, чтобы присоединиться к Джейсону на ее месте. Они наблюдали, как его сестра вышла навстречу Софи на арену.

— Снова мы с тобой в миражной камере, — сказал Рик.

— Не напоминай, — ответил Джейсон.

— Ты говоришь это так, будто не ты был тем, чью всю команду растоптал кто-то, кто год назад даже не знал о существовании магии.

— Бегая вокруг, как дурак, и гогоча, как ведьма. Неужели прошло достаточно времени, чтобы все эти записи исчезли?

— Ты шутишь? Это обязательный учебный материал в семейном тренировочном центре. Я наслушался этого, когда год преподавал в Гринстоуне.

Джейсон подозвал официанта, взяв бокалы с вином для себя и Рика. Затем он поднял свой бокал.

— За Иону.

Глаза Рика смягчились, и он чокнулся своим бокалом с бокалом Джейсона.

— За Иону, — повторил он, а затем осушил бокал.

Иона был членом команды Рика до злополучной экспедиции из Гринстоуна, которая погубила многих авантюристов, включая Фарру. Иона был захвачен и имплантирован звездным семенем культом Строителя, и погиб в процессе его извлечения. Он был частью группы, которая сражалась с Джейсоном все те годы назад, в миражной камере Геллеров.

Рик кивнул Джейсону и отошел. Следующим, кто подошел к Джейсону, был Клайв с блокнотом в руках. Его оттолкнул в сторону взволнованный принц Валдис.

— Джейсон! Когда ты собираешься выйти туда? Все хотят увидеть, как ты достиг золотого ранга, когда последние пятнадцать лет провел, сидя в магической коробке, медитируя или что-то в этом роде.

— На самом деле все было не так.

— Тогда покажи нам!

— Извините его, — сказала Сигрид, тоже проходя мимо все более раздраженного Клайва.

— Не уверен, что мой выход туда — хорошая идея, — сказал Джейсон. — Миражные камеры — это устройства проекции души. Я не знаю, как они будут взаимодействовать с моим аватаром, который тоже является устройством проекции души.

— Ты просто боишься того, как сильно я тебя побью, не так ли?

— Ты раскусил меня, Валдис. Я просто боюсь.

— Или тебя труднее спровоцировать, чем девятилетку, — пробормотала Сигрид.

Клайв, наблюдая за обменом репликами, повернулся к комнате.

— Эй, все! — объявил он. — Кто хочет увидеть Джейсона Асано в настоящем бою золотого ранга?

Джейсон бросил на Клайва тяжелый взгляд, когда комната наполнилась приветственными криками.

НАМ НУЖНО ЭТО ОСТАНОВИТЬ

НАМ НУЖНО ЭТО ОСТАНОВИТЬ

Джейсон шел с Клайвом и Валдисом по туннелю к лобби участников миражной камеры. Проход был пещеристым, их шаги отдавались эхом от синей плитки. Светящиеся камни, встроенные в стены, потолок и даже пол, излучали бирюзовый свет с мерцающим эффектом, из-за чего коридор казался подводным.

— Это напоминает мне подводное метро в Гринстоуне, — сказал Клайв.

— Не меняй тему, — сказал Джейсон. — Это не лучшая идея.

— Это отличная идея, — сказал Валдис. — Я могу сказать это, потому что она была моей.

— Мы понятия не имеем, как мой аватар будет взаимодействовать с проектором души миражной камеры.

— Я знаю, — сказал Клайв. — Может быть, если бы кто-то потратил пять минут, чтобы ответить на несколько вопросов, у нас было бы лучшее представление о том, что произойдет.

— Пять минут? Я знаю леди, которая может более-менее остановить время, и даже она не смогла бы пройти через твои вопросы за пять минут. И если бы я дал тебе время, ты предлагаешь нам перейти к вопросу «как твой главный аватар влияет на миражные камеры?» в первые пять минут?

— Возможно, мы бы успели, — неубедительно сказал Клайв. — В любом случае, это должно вызвать интересные взаимодействия. Интересно, позволят ли они мне установить кое-какое испытательное оборудование в их контрольной камере.

Джейсон повернулся к Валдису. — Клайв был тем, кто давил на меня, чтобы я согласился. Я должен сражаться с ним.

— Предложение отклонено, — сказал Валдис. — Ты не умел дуэлиться на железном ранге, поэтому я хочу посмотреть, на что ты способен сейчас. Я слышал о твоей дуэли в Римаросе. Говорят, ты вырубил противника, просто посмотрев на него, и человеку золотого ранга пришлось вмешаться, чтобы ты его не убил.

— Да, — сказал Джейсон со вздохом. — Я почти уверен, что именно поэтому люди алмазного ранга хотели проверить, не стал ли я безумным маньяком.

— Какие люди алмазного ранга? — спросил Клайв.

— Э-э, все, я думаю?

— Это объяснило бы, почему мой отец спрашивал о тебе, — сказал Валдис. — Думаю, он одолжил мне своего специалиста по порталам, чтобы позже допросить меня о тебе.

— Забудь об этом парне, — сказал Джейсон. — Просто свали со мной в другую вселенную.

— Идет, — сказал Валдис, затем выглядел слегка уклончиво. — Если жена скажет «да».

* * * Миражная камера Яреша была намного больше и сложнее той, которую Джейсон использовал в Гринстоуне. Там было гнездо контрольных и служебных помещений, шахты доступа и туннели для мана-каналов, и это были только магические аспекты. Как и на спортивной арене на Земле, большинство посетителей были обычными рангами, что означало необходимость в туалетах. Много-много туалетов. Он привык к их отсутствию, проводя большую часть времени среди высокоранговых, поэтому было странно видеть так много сантехнической инфраструктуры.

Валдис привел их в центральное лобби участников. Это была зона ожидания для бойцов, очень похожая на VIP-комнату наверху, с лаунж-зоной, баром и огромным экраном для просмотра. Некоторые из друзей Джейсона были здесь, уже отсражавшиеся или ожидающие своей очереди. Местные бойцы наблюдали за ними всеми как ястребы, особенно за Валдисом.

Джейсон и Валдис некоторое время ходили по кругу, ожидая своей очереди. Стены в лобби были искусно расписаны металлическими панелями, и Клайва перехватили, когда он пытался незаметно снять одну из них в углу. Джейсон оставил это позади, когда сопровождающие повели его и Валдиса по разным туннелям к проекционным кабинкам.

* * * — Я просто не думаю, что нам стоит прыгать прямо в это без какого-либо тестирования, — объяснил Джейсон сопровождающему.

— Все будет в порядке, мистер Асано. У нас даже лорд Харист использовал эту миражную камеру. Вы же не хотите сказать, что через вас проходит больше силы, чем через него?

— На самом деле, это сложный вопрос, на который нет однозначного ответа, что, собственно, и является сутью…

Джейсон перестал пытаться, когда сопровождающий закрыл дверь у него перед носом, оставив его одного в кабинке. В ней не было ничего, кроме стен, выкрашенных в темно-зеленый цвет, плоского дивана и тусклого светящегося камня на потолке.

— Он прав, — сказал себе Джейсон. — Если она может справиться с человеком алмазного ранга, одна марионетка золотого ранга не взорвет все это к чертям.

Он лег на диван, ожидая, что все почернеет, а его сознание переместится в иллюзорного двойника. Вместо этого он почувствовал, как магия камеры опустилась на него и отскочила. Похоже, дар Владычества, помогающий Джейсону сдерживать свое присутствие, не оставил достаточно для того, чтобы камера могла зацепиться.

Он ослабил свой контроль, выпустив достаточно, чтобы магия камеры могла считать его. Он давно этого не делал и теперь мог чувствовать, как магия начинает работать. Она также не была достаточно мощной, чтобы вырубить его. Вместо этого она разделила его внимание на несколько частей, как когда он переходил в «режим бога-надзирателя» в своем царстве души. Он заложил руки за голову, откинулся назад и позволил своему вниманию сосредоточиться на реплике, стоящей сейчас в главной камере.

* * * В узле распределения энергии миражной камеры несколько артефакторов контролировали и поддерживали поток энергии. Миражная камера была не просто зрелищем для населения; она также служила узлом регулирования магической инфраструктуры города. Необходимость перестроить весь город была шансом воссоздать его как единую, эффективную и интегрированную систему.

Один из артефакторов, Мунсен, был и новичком на своей должности, и недоволен тем, что находится на ней. В свои пятнадцать лет он был учеником артефактора. Он должен был учиться строить небесные корабли или магические пушки для стен. Вместо этого он застрял в душной комнате с парой стариков.

Мунсен винил своих родителей, в основном за то, что назвали его Мунсеном. Да, он понимал, что авантюрист спас их, пока его мать была беременна, но Мунсен — это не имя для эльфа. Это имя для того, кто застрял в комнате, наблюдая, как магические показания не меняются.

Затем одно изменилось.

Мунсен тут же сел прямо. Его глаза сканировали панель перед ним, состоящую из плотно упакованных кристаллов. Он наблюдал, как свет прокладывает путь через кристаллы в сложных узорах. Его брови поползли вверх, когда он расшифровал световые последовательности, ибо, хотя Мунсен был жалобщиком, он не был бездельником. Он мог быть новичком на работе, но он знал работу.

— Боб? — сказал Мунсен, поворачиваясь к главному супервайзеру. Имена действительно проклинают людей на эту работу.

— Я же говорил тебе называть меня Роберто или Главный Супервайзер, — сказал Боб.

— Хорошо, Главный Супервайзер, — сказал Мунсен. — Что значит, когда мана-канал отображается на доске бирюзовым?

— Бирюзовым?

— Ага, бирюзовым. Сине-зеленым. Вот этот здесь.

Он указал, и двое других столпились вокруг кресла Мунсена, чтобы посмотреть. Боб был главным, но Мунсен быстро понял, что именно Аэолиандор понимал, как все это работает. Как он оказался здесь, несмотря на то, что у него было нормальное эльфийское имя, Мунсен понятия не имел.

— Смотрите, — сказал Мунсен, указывая. — В проекторной будке номер семь идет постоянный скачок энергии.

— Нам нужно закрыть эту будку, прежде чем кто-то ее использует, — сказал Боб. — Такое количество энергии убьет человека золотого ранга.

— Очевидно, нет, — возразил Аэолиандор. — Она помечена как активная, и там прямо сейчас находится человек золотого ранга. Но нам следует вытащить их, да.

Боб направился к своему офису и коммуникационному планшету, который у него там был. Оставшиеся двое продолжали наблюдать за доской.

— Какое-то смещение аккумулятора? — предположил Мунсен. — Подает слишком много энергии?

— Нет, смотри, — сказал Аэолиандор. — Она не подает в будку. Она выходит. Переполнение, медленно распространяющееся по всей системе и отпечатывающееся на всей мане.

— Отпечатывающееся чем?

— Я не уверен, но нам нужно это остановить. Запускай аварийное отключение.

— Я не могу.

— Почему нет?

— Боб приказал удалить систему. Он сказал, что не должно быть способа отключить весь город, просто сидя на месте.

Аэолиандор сердито посмотрел в сторону офиса Боба.

— Это было не просто сидя на месте… черт возьми, Боб. Мунни, ты помнишь процедуру ручного отключения, которую я тебе показывал?

— Ага, но разве это не занимает время?

— Да, Мунсен, занимает. Вот почему у нас была система аварийного отключения.

* * * Иллюзорный двойник Валдиса прибыл на арену первым. Это не было сюрпризом, так как он был хорошо знаком с процессом, а Джейсон все еще жаловался, когда Валдис видел его в последний раз. Принц надеялся, что это было просто ворчание. Он не хотел упускать эту возможность.

Валдис всегда любил испытывать себя против известных воинов. Победа или поражение не имели значения. Дело было в том, чтобы подтолкнуть себя еще немного дальше. Раздвинуть свои границы еще чуть-чуть. Джейсон Асано был редким удовольствием: специализация, с которой Валдис никогда не сталкивался. Застрельщик наложений был редким набором сил, и совсем другим зверем, чем обычный специалист по наложениям. Что касается того, каким противником он будет, Валдис не мог дождаться, чтобы увидеть.

Случайно выбранным полем боя была, к разочарованию, та же песчаная арена, на которой он сражался с Софи Уэкслер. Она была популярна, так как позволяла толпе легко видеть действие, но давала преимущество одним наборам сил перед другими. Для Валдиса она была отличной, но для Асано должно было быть наоборот. Насколько он понимал, стиль Джейсона благоприятствовал сложным средам.

Наконец, Асано появился в противоположной нише. Он все еще был в костюме с вечеринки, быстро собранном его другом-портным. Асано посмотрел на него и начал выходить. Валдис сделал то же самое. Темная дымка окутала Асано на мгновение, и он выглядел совсем иначе, когда вышел из тумана. Теперь он был одет в темно-красные мантии, почти скрытые плащом, не похожим ни на что, что Валдис когда-либо видел. Он знал, что у Асано есть способность «Покров ночи», и что этот вид становится более индивидуальным для пользователя по мере повышения ранга. Это был первый раз, когда он увидел, что он выглядит как портал в какую-то далекую, звездную пустоту.

Человеческие глаза Асано исчезли, замененные двойными туманностями, светящимися изнутри темного капюшона. Он также не шел, а скорее скользил по земле, его ноги были полностью скрыты плащом, обернутым вокруг него. Валдис ухмыльнулся, когда они приблизились, и вытащил свой длинный меч.

— Очень устрашающе, — сказал он. — Жаль только арену. Я бы хотел сразиться с тобой в джунглях или где-то еще. Это открытое пространство идеально подходит для меня, так что, может, сыграем до двух побед?

— Вот почему ты проиграешь, — сказал Джейсон. Его голос был другим, лишенным обычной игривости. Валдис надеялся, что у него есть что предложить, кроме театральности.

— Ты думаешь, я проиграю, потому что у меня преимущество? — спросил Валдис.

— Ты проиграешь, потому что смотришь на мир и думаешь, что именно тебе нужно измениться.

Валдис рассмеялся от восторга.

— Вот это дух! Готов начать?

— Приступай.

Без каких-либо предупреждений Валдис исчез. Он появился позади Джейсона, его меч уже прорезал горизонтальный путь к шее Джейсона. Он отказался от удара, когда понял, что теневые руки вонзаются из плаща Джейсона, как иглы дикобраза, каждая сжимая зловещий черно-красный кинжал. Валдис отступил, когда Джейсон медленно повернулся, издавая убийственный смешок, пока руки втягивались обратно в его плащ.

— Надеюсь, это была просто проверка, — сказал Джейсон. — Если ты собираешься быть таким предсказуемым, это не займет много времени.

Валдис любил такие бои. Удары и отступления, обмен колкостями вместе с ударами клинков.

— Думаешь, ты разочарован? — парировал он. — Что случилось с тем разговором об изменении мира?

— Как пожелаешь.

Джейсон повернул голову вправо, затем провел ею вокруг. Все, что попадало в его поле зрения, погружалось во тьму, так как иллюзорное солнце было затмение. Не полное отсутствие света, а глубокие сумерки, где бесчисленные тени носились сквозь мрак.

К счастью, это могло лишь в некоторой степени помешать Валдису. Танцующие тени были реальными, но для его зрения — не более чем размытые пятна в темноте. Его способность «Око разума» компенсировала это на близком расстоянии, позволяя ему идеально чувствовать пространство вокруг себя. На больших расстояниях он мог чувствовать движущиеся ауры, которые должны были быть теневым фамильяром Асано.

Менее удачным было то, что каждая тень дублировала ауру Асано. Их должно было быть больше сотни, может быть, две сотни. Хорошо, что это была новая, высококлассная арена, которая позволяла призывать фамильяров. В старых и маленьких заведениях такой функции не было. Это вполне устраивало Валдиса, так как он хотел столкнуться с полной мощью Асано. Реальное тело Асано могло быть любой из аур, которые уловил Валдис, или ни одной из них. Заставить свою ауру исчезнуть было еще одним трюком из списка, с которым Валдис был знаком.

— Хороший трюк, — крикнул Валдис в темноту. — Какую способность ты используешь, чтобы затмить свет?

— Полуночные глаза, — голос Джейсона донесся отовсюду хором. — Способность восприятия. Позволяет мне подавлять источники света, насколько я вижу, до пределов моей ауры.

— Значит, если я смогу подавить твою ауру, я смогу ее выключить?

Единственным ответом был зловещий смех, доносящийся со всех сторон. Валдис давно перестал быть потрясенным театральностью, но в этом было тревожное ликование, которое казалось по-настоящему безумным.

Валдис ухмыльнулся, когда волна возбуждения пробежала по нему. Его обычная стратегия дуэли заключалась в том, чтобы держать врага в напряжении, перемежая быстрые обмены ударами с шутками, по крайней мере на ранней стадии. Идея заключалась в том, чтобы заставить противника подстроиться под его темп и почувствовать, что с ним играют. Контролируют. То, что Асано повернул тактику против него, развеяло любое остаточное разочарование по поводу выбора арены.

Асано, очевидно, тоже никуда не спешил. В верхней части списка угроз от Асано, по крайней мере для Валдиса, были его обманчиво простые заклинания. Валдис преуспел в отражении магических снарядов и избегании заклинаний по площади, но Асано использовал мало или вообще не использовал ни того, ни другого. Его заклинания имели минимальный немедленный эффект, но они безотказно попадали в цель. Без мощных сопротивлений, полностью закрытого барьера или нескольких других нишевых защит, уклониться от них было невозможно.

Джейсон, возможно, не был традиционным специалистом по наложениям, но наложения все равно были его хлебом с маслом. Если он не прыгал при первой возможности, чтобы применить их, это означало, что он играет с Валдисом. Вместо того чтобы обидеться, он был взволнован. Если Асано был так уверен в себе, он наверняка превратит это в эпическую схватку.

— У тебя было достаточно времени, чтобы привыкнуть к темноте? — спросил хор. — Готов начать по-настоящему?

— Похоже, ты смотришь на меня свысока.

— Я бы никогда так не сделал, — сказал Асано, на этот раз только одним голосом. Валдис сосредоточил свое внимание в ту сторону и увидел более светлое пятно в мраке. Он внезапно смог почувствовать, какая из аур была настоящей, и увидел Асано, стоящего на месте и небрежно поедающего сэндвич.

Валдис чуть не клюнул на приманку. Он почувствовал, как мана внутри него поднялась для атаки, но инстинкты оттянули его назад.

— Ты не получишь меня так легко.

— Нет? — спросил Джейсон. Он протянул руку и выхватил из воздуха половинку кокоса с трубочкой и маленьким зонтиком.

— Нет, — сказал Валдис, но бросил на Джейсона тяжелый взгляд. — Не слишком ли густо ты мажешь?

— Ты шутишь? Я только что впервые за много лет раздобыл свежие ингредиенты. Чувствуй себя свободно, бегая в темноте, пока я ем это, и мы можем поговорить после того, как ты проиграешь.

Этого было почти достаточно, чтобы заставить Валдиса броситься на Асано, но он снова удержался от очевидной ловушки. Он сделал вдох, очищая свой разум от провокаций Асано. Затем он взмахнул мечом.

На золотом ранге «Клинок искателя» выпустил шторм изогнутых силовых клинков, которые искали каждого врага, которого он мог воспринять. Это был один из его любимых приемов, драгоценная атака по площади, когда он так долго был ограничен в этой области. Один из клинков выстрелил в сторону Асано и его сэндвича, но реальными целями были все остальные ауры в радиусе действия.

Валдис почувствовал, как ближайшие теневые тела были скошены, слишком близко, чтобы избежать клинков. Это было хорошее начало, но большинство других тел поразительно эффективно избегали атаки. Они могли свободно прыгать по теням, но телепортации было недостаточно, чтобы избежать клинков. Они просто разворачивались и снова охотились за тобой.

Трюк с телепортацией заключался в том, чтобы сделать это в самый последний момент. Клинки взрывались при ударе по цели, поэтому требовалась точная синхронизация. Это также требовало понимания способности, но она была одновременно распространенной и знаменитой, поэтому неудивительно, что фамильяр Асано был готов. Точность теневого фамильяра была сверхъестественной, почти никто из тел не упал после первоначального всплеска. В общей сложности он оценил, что свалил около пятой части из них.

Что касается клинка, который летел в самого Асано, он проигнорировал его и продолжил есть свой сэндвич. Четыре синие и оранжевые сферы появились вокруг него, одна превратилась в щит, который поглотил удар.

Когда щит превратился обратно в сферу, Валдис увидел, как Джейсон окунул сэндвич в капюшон, и тот вышел с еще одним откушенным куском. Когда Асано оглянулся, Валдис не мог видеть его выражения лица под капюшоном, но был уверен, что это ухмылка. Полусъеденная закуска и напиток исчезли в пространственном хранилище, и Джейсон небрежно отряхнул руку. Затем он посмотрел на Валдиса и заговорил.

— Кровоточи для меня.

КОШМАР БЕЗУМЦА

КОШМАР БЕЗУМЦА

Миражная камера в Яреше была одной из новейших в мире и отличалась последними дизайнерскими инновациями. Рассадка была организована по рангам, не из-за привилегий, а потому что проекции в каждой секции были адаптированы к разным скоростям восприятия. Когда бойцы золотого ранга были лишь размытым пятном для зрителей низкого ранга, требовался курируемый опыт повторов и замедленной съемки, чтобы они могли насладиться зрелищем.

Джейсон видел часть этого из VIP-секции, находя это поразительно похожим на спортивные репортажи на Земле. Там даже были комментаторы. Этот звук не транслировался в VIP-комнату; он тихо играл в лобби участников.

Проекции не только замедляли события, но и позволяли аудитории видеть то, что они обычно не могли, например, тьму, в которую Джейсон погрузил арену. Хотя это выглядело впечатляюще невооруженным глазом, это не способствовало отслеживанию действия.

С трибун казалось, что арена заполнена сдвигающимися тенями, танцующими, как огонь, который поглощает свет, а не излучает его. Лишь достаточно иллюзорного солнечного света арены просачивалось сквозь него, создавая вечный мрак. Случайные вспышки фиолетового и оранжевого освещали тьму на мимолетные мгновения, открывая проблески тревожных силуэтов.

Внутри тьмы скрывались темные и инопланетные фигуры. У них было множество рук, как ветви голых зимних деревьев. Конечности торчали из туловищ, которые были смутно человеческой формы, прежде чем изгибаться вниз, как ноги паука. Сжатые в заостренных пальцах на конце каждой руки были порочные кинжалы. Богато украшенные изделия из глянцевого красного и черного, они не выглядели бы неуместно на жертвенном алтаре.

Основные тела чудовищ были размером всего лишь с человека, но они заполняли арену, не оставляя места, чтобы спрятаться. То, что когда-то было пустым кольцом песка, теперь было причудливым садом ужасов, украденным из кошмара безумца и спрятанным в неестественной тьме.

Посреди этого была мелькающая фигура принца Валдиса. Как сказочный герой, он проносился сквозь кошмарных существ, отбиваясь от кинжалов своим сверкающим мечом. Слишком быстрый, чтобы кто-то мог следить, только проекции показывали его борьбу в хоть сколько-нибудь понятном виде.

* * * Валдис был человеком золотого ранга, и он не достиг этого, позволяя себе выбирать легкий путь. Он сражался с монстрами и культистами. Охотился на некромантов и инженеров душ. Это был не первый раз, когда он танцевал сквозь безумие какого-нибудь волшебника, превратившего мир вокруг него в оружие.

Валдис был таким же ортодоксальным авантюристом, каким Джейсон был причудливым. Его эссенции были обычными; его список способностей полон знаменитых, но базовых сил. Было нетрудно исследовать, на что способен Валдис, по сравнению с причудливым шоу, которое устраивал Джейсон. Даже так, большинство авантюристов находили Валдиса чрезвычайно трудным для победы. Его способности были простыми и предсказуемыми, но они были обычными как грязь по причине.

Сюрприз — это хорошо, но сюрприз работает один раз. Скорость, эффективность и универсальность работают всегда. Валдис был мастером меча в первую очередь, а все остальное — во вторую. Все, что он делал, было либо для продвижения своих тренировок, либо для устранения препятствий на пути к этой тренировке. Если бы он не нашел кого-то, кого полюбил в своей команде, он бы не женился, потому что это было бы слишком большой тратой времени.

Результатом всего этого было то, что Валдис не был запуган ужасающим зрелищем, которое устраивал Джейсон. Да, это было поле кошмаров, но Валдис уже убивал кошмары раньше. Его разум был остро сфокусирован на том, чего избегать, возможностях для удара и исправлении уже допущенных ошибок.

Было интересно, что он сражался с самим источником Системы, к которой теперь имели доступ все. Она рассказала ему об ошибке, которую он совершил, пытаясь уничтожить всех фамильяров Асано. Мало того, что большинство из них выжило, это познакомило Валдиса с одной из более раздражающих способностей Джейсона.

* Вы согрешили. * Вы получили 210 случаев [Греха] за атаку [Администратора Системы] и его союзников в пределах его ауры. Это невозможно сопротивляться, обходя способность [Душа меча].

Сообщение читалось так, будто наложения были возмездием за атаку на создателя Системы, но именно так Система ссылалась на Асано. Это была функция способности ауры Джейсона, поражающая любого, кто нападал на его союзников. Даже обычно мощная способность поглощения наложений, которой обладал Валдис, не могла остановить это, хотя само наложение мало что делало. Проблема заключалась в том, как оно взаимодействовало с другими способностями Джейсона, чтобы снизить сопротивления и увеличить некротический урон.

Было нетрудно получить информацию о ключевых способностях Джейсона. Они были гораздо менее распространены, чем способности Валдиса, но Джейсон был достаточно долго, и был достаточно знаменит, чтобы многие из его сил были отслежены и каталогизированы. Наложение «Грех» только увеличивало любой последующий некротический урон, но не наносило его самостоятельно. Это означало, что Валдису нужно было избегать последующих атак, но избегание ударов было тем, что он делал.

Фамильяры Джейсона были почти неузнаваемы с искривленными ветвями деревьев, прорастающими из них. В отличие от деревьев, однако, они были чрезвычайно мобильны. Валдис постоянно был в движении, пока они прыгали по теням сквозь мрак, в неустанной погоне. Требовалось больше, чем просто скорость, чтобы уклониться от них, даже со скоростью, которой обладал Валдис. К счастью, у него не было недостатка в способностях к уклонению.

Даже среди ортодоксальных мастеров меча, таких как Валдис, каждый набор сил авантюриста имел свои нюансы. Специализацией Валдиса были силовые проекции. Проекции клинка помогали ему атаковать на расстоянии или увеличивать урон вблизи, но его настоящей визитной карточкой были остаточные изображения.

У него был набор способностей к уклонению, которые оставляли после себя изображения, которые на низком ранге были иллюзиями, создававшими полезные отвлекающие маневры. На золотом ранге они делали гораздо больше. Многие из его способностей остаточных изображений теперь создавали полные силовые конструкции. Некоторые были опасными и взрывными, угрозой для любого, кто пытался выследить его. Другие были выносливыми, долговечными и могли даже сражаться самостоятельно.

* * * Толпа поглощала битву, а комментаторы разыгрывали нарратив темного волшебника и сияющего героя.

— Следите за этими повторами, народ. В любой момент наш доблестный принц кажется на грани поражения, только чтобы снова избежать когтей зловещего колдовства! И помните, это действие «мигнул — и пропустил» представлено вам «Бочками Баррингтона», лучшими бондарями в Верхнем Фиске! Если вы покупаете бочку, лучше покупать бочку «Бочки Баррингтона». Боги проклятые, кто пишет эту чушь?

— Тед, они все еще слышат тебя. Помещение руки над микрофоном не останавливает звуковой проектор.

— Что? О, простите, народ, тут была небольшая магическая проблема с системой оповещения…

* * * Валдис пронесся по арене, едва различимый как размытое пятно, пока его сверкающие мечи отражали дождь кинжалов, вонзающихся в него со всех сторон. Его чистая скорость, какой бы невероятной она ни была, не справлялась с задачей отбиться от леса клинков в одиночку. Его способности оставляли после себя остаточные изображения, которые давали отпор и замедляли преследующих фамильяров, или даже взрывались и уничтожали одного или двух из них.

Остаточные изображения были ключом к тому, чтобы дать Валдису достаточно передышки для разработки контратаки. Он все еще находился в постоянном состоянии бегства, но, по крайней мере, был достаточно свободен, чтобы подумать, как переломить ситуацию. Критическим моментом было бы определение того, где находится сам Джейсон среди всех теней и орудующих кинжалами щупалец.

Пока Валдис работал над тем, чтобы дать себе пространство, Джейсон не бездействовал, посылая массив заклинаний. Все фамильяры вторили его пению, поэтому Валдис не мог отследить его по звуку. Также было невозможно отследить его местоположение по ауре, когда каждый фамильяр обладал идеальной копией ее. Чего, как подозревал Валдис, Джейсон не знал, так это того, что он уже припрятал дополнительный трюк в рукаве.

Преимущество наличия такого известного набора сил заключалось в том, что люди не ожидали быть удивленными им. Но, как узнал Валдис, это ожидание могло убить. Хотя суть его набора сил ни для кого не была сюрпризом, немногие люди за пределами его собственной команды знали каждый причуду и нюанс. Это было особенно верно по мере того, как он повышал ранг, не только из-за новых аспектов способностей, но и синергий, которых люди не ожидали.

Валдис не мог видеть сквозь тьму своей способностью восприятия, но она давала ему идеальное осознание своего окружения на близком расстоянии. Это был краеугольный камень его сверхъестественной способности уклоняться и отражать атаки, и идеально подходил для того, кому нужно отслеживать шторм кинжалов, вонзающихся со всех сторон. Что было гораздо менее известно, так это то, что она давала ему ту же способность чувствовать пространство вокруг каждого из его долгоживущих остаточных изображений. Хотя казалось, что его преследуют по арене наугад, он, по сути, строил сеть узлов восприятия.

Пока это происходило, Джейсон продолжал свою атаку. Заклинания летели в сторону Валдиса, и даже он не мог уклониться от каждой атаки из леса рук. Порезы от кинжалов сами по себе не были угрозой, но наложения, которые они доставляли, были другой историей.

* Вы были поражены специальной атакой [Наказание], примененной [Рукой Жнеца]. * Вам был нанесен некротический урон. Урон увеличен всеми случаями [Греха]. * Вы получили случаи [Греха], [Возмездия за грех], [Вора духа], [Ползучей смерти], [Трупного окоченения] и [Слабости плоти]. * Ваши сопротивления снижены аурой [Гегемония]. * Вы не смогли сопротивляться. * Способность [Душа меча] поглотила наложения, нейтрализовав их. * Емкость [Души меча] уменьшилась. * Вы были поражены [Погибелью, Клинком Невзгод]. * Вы получили случаи [Опустошения крови], [Опустошения плоти] и [Опустошения духа]. * Ваши сопротивления снижены аурой [Гегемония]. * Вы не смогли сопротивляться. * Способность [Душа меча] поглотила наложения, нейтрализовав их. * Емкость [Души меча] уменьшилась.

Душа меча была чрезвычайно мощной защитной способностью. Она не только поглощала почти любое наложение, но и пассивно усиливала другие его способности на любую неиспользованную емкость. Это давало Валдису передышку против кого-то вроде Джейсона, но он никогда не испытывал, чтобы ее емкость истощалась так сильно или так быстро. У многих пользователей эссенции и монстров было несколько наложений, но быстрое истощение емкости «Души меча» было более пугающим, чем вся театральность Асано.

Однако были некоторые наложения, которые «Душа меча» не поглощала. Больше стаков «Греха» накапливалось, пока остаточные изображения сражались с фамильярами Джейсона. Это также не останавливало ранящие эффекты, такие как знаменитые атаки кровотечением Джейсона.

* Вы были поражены специальной атакой [Укус пиявки], примененной [Рукой Жнеца]. * Вы получили [Кровотечение]. [Душа меча] не может поглощать ранящие эффекты. * Поскольку у вас есть существующий эффект [Кровотечение], вы были истощены в здоровье и выносливости. * Вы получили случаи [Токсина пиявки], [Оскверненных меридианов], [Вора жизни], [Ползучей смерти], [Трупного окоченения] и [Слабости плоти]. * Ваши сопротивления снижены аурой [Гегемония]. * Вы не смогли сопротивляться. * Способность [Душа меча] поглотила наложения, нейтрализовав их. * Емкость [Души меча] уменьшилась. * Вы были поражены [Погибелью, Клинком Невзгод]. * Вы получили случаи [Опустошения крови], [Опустошения плоти] и [Опустошения духа]. * Ваши сопротивления снижены аурой [Гегемония]. * Вы не смогли сопротивляться. * Способность [Душа меча] поглотила наложения, нейтрализовав их. * Емкость [Души меча] уменьшилась.

Кровотечение и некротический урон накапливались, со всеми стаками «Греха», которые получил Валдис, но он был золотого ранга. Потребовалось бы больше, чем это, чтобы замедлить его, не говоря уже о том, чтобы поставить в реальную опасность. Истинной угрозой было истощение «Души меча», после чего наложения начали бы падать на него, как кирпичи с неба. Ему нужно было выследить Джейсона, прежде чем его «Душа меча» будет израсходована, но Асано делал себя трудным для нахождения.

Джейсон был почти неотличим от своих фамильяров, завернутый в плащ, который он превратил в черный, и отращивающий то же гнездо рук. В мраке не было никакой разницы, визуально. Именно здесь в игру вступил опыт, который накопил Валдис. Как сын Короля Зеркал, Валдис был более опытен, чем большинство, в людях, использующих иллюзии и зеркальные дубликаты, чтобы скрыть себя.

Использование способностей эссенции было ключом к тому, чтобы быть хорошим авантюристом. Выход за их пределы был ключом к тому, чтобы быть великим. Валдис потратил годы, изучая трудным путем, как заметить потенциальные признаки, которые отличали мага от его клонов, дубликатов и иллюзий.

Некоторые совершали ошибку с маскировкой своей ауры, в то время как другие оставляли небольшие видимые изъяны в своей маскировке, которые мог заметить острый глаз. Настоящие эксперты, однако, не совершали таких ошибок. Секрет того, как вычислить их реальное местоположение, заключался в наблюдении за поведением, и это было справедливо для Асано. Его контроль ауры был идеальным, а мрак скрывал незначительные визуальные несоответствия. Но Асано и его фамильяры не были одной и той же сущностью. Даже замаскированный под своего фамильяра, были тонкие различия в том, как он двигался.

Это не должно было иметь значения. Даже с силами восприятия Асано было так трудно разглядеть, что любой, занятый уклонением от кинжалов в темноте, не заметил бы. То, что Валдис узнал из опыта, заработанного тяжелым трудом, заключалось в том, что вещи, которые не должны иметь значения, часто были ключами к победе. Его сеть остаточных изображений не только отбивалась от теневых фамильяров, но и позволяла ему наблюдать за ними.

Один из его вариантов остаточных изображений длился долго, делая его поиск Асано возможным. Они становились красными, чего он никогда раньше не видел, но что бы Асано ни делал, это, казалось, не работало. Остаточные изображения были невосприимчивы к большинству наложений и не уничтожались, и это было то, что имело значение. Они позволяли ему наблюдать, и позволили заметить одно из жутких деревьев-рук, движущееся немного иначе, чем другие. Без колебаний он бросился в атаку.

Частью того, чтобы быть ортодоксальным человеческим пользователем эссенции, было быть очень сфокусированным на специальных атаках. У Валдиса был шведский стол из таких способностей, для убийства вещей в любой ситуации. Некоторые специализировались на уничтожении спектральных монстров, другие — на пробивании брони или взломе магических барьеров. Для Джейсона он появился из ниоткуда и высвободил свою атаку для абсолютного убийства этой чертовой штуки прямо сейчас.

Перекрестный удар был одной из самых распространенных атак в мире. Легко получаемый через эссенцию меча, он позволял совершать множественные, почти мгновенные удары. На низких рангах это была надежная рабочая лошадка приема, полезная для того, чтобы свалить более слабых существ одним ударом. По мере того как вещи становились намного жестче на серебряном ранге, он становился эффективным по мане способом накопления урона. На золотом ранге, однако, он становился совсем другим зверем.

На золотом ранге становился доступен мана-интенсивный вариант с долгим временем восстановления. Он мог нанести бесчисленные удары так быстро, что искривлял само время, чтобы сделать это. Он стал таким козырем, что Валдис проиграл свой бой с Софи Уэкслер, когда был ошеломлен тем, как она ему противостояла. Она сама ускорила время, идеально блокируя каждый удар с чистым мастерством, а затем ударила его в его изумленное лицо.

Это было не то, что мог сделать Джейсон. Меч Валдиса прошел прямо сквозь тело Джейсона, прежде чем тот успел среагировать. Сквозь его шею и сквозь его голову. Сквозь его конечности так много раз, что они были не просто отрезаны, а изрезаны на куски, все в одно мгновение. Это было так быстро, что Асано все еще стоял, когда начал разваливаться.

КОГДА ЛЮДИ ВИДЯТ МОИ СИЛЫ

КОГДА ЛЮДИ ВИДЯТ МОИ СИЛЫ

Жизненная сила — странная вещь. Чем выше Джейсон поднимался в ранге, тем больше его тело становилось произвольно сформированной коллекцией крови, плоти и костей. Сама концепция жизненной силы все больше отделялась от состояния его тела, становясь больше похожей на абстрактные очки здоровья из игры.

То, как жизненная сила проявлялась на высоких уровнях, отличалось от человека к человеку. Для большинства они казались неуязвимыми к урону, когда их жизненная сила была высокой. Их очки здоровья уменьшались с минимальными, если вообще какими-либо, травмами, чтобы показать это. Для других, включая Джейсона, это работало иначе. Как вампир, его тело казалось почти слишком уязвимым для своего ранга, но мгновенно исцеляло возмутительные и, казалось бы, смертельные травмы.

Валдис был хорошо знаком с вариациями жизненной силы. Несмотря на весь урон, который он выгрузил на Джейсона, он знал, что нет способа убить человека золотого ранга одним ударом. В момент, когда его атака достигла цели, он отскочил назад, чтобы избежать орудующих кинжалами теневых рук. Оставаясь в движении, он высвободил еще одну из своих крупных атак, «Шквал волн клинков». Как следует из названия, он отправил шторм бритвенно-острых силовых волн в сторону Джейсона.

К тому времени, как они прибыли, сегментированное тело Джейсона уже сделало себя целым. Нити крови потянулись, схватили куски его тела и дернули их обратно вместе, как будто ничего не произошло.

Джейсон натянул плащ вокруг себя, выглядя так, будто он был порталом в звездную пустоту. Валдис верил, что это не более чем театральность, пока его волны клинков не пролетели сквозь портал и не устремились в пустоту.

— Погоди, что?

* * * В лобби участников Эмир и Констанция отдыхали у проекционного экрана, наблюдая за боем и слушая комментарии. У него был напиток в бокале на длинной ножке, в то время как она была с пустыми руками, держа мысли о своем собственном предстоящем бое. Хотя она достигла золотого ранга, она всегда была лучшим администратором, чем бойцом. Она нервничала из-за боя перед такой большой толпой. Эмиру было все равно, так как он был достаточно бойцом, чтобы давно научиться принимать поражения.

Он усмехнулся, когда атака Валдиса исчезла сквозь Джейсона, который, по-видимому, теперь был живым порталом, которым выглядел.

— Я ждал этого, — сказал он, салютуя проекционному экрану своим бокалом, прежде чем сделать глоток.

— Что это было? — спросила Констанция.

— Эта его способность плаща, — сказал Эмир. — Большинство людей думают, что способность золотого ранга просто делает тебя нематериальным, и это так, но это скорее вторичный эффект. Что она на самом деле делает, так это становится апертурой в пространстве измерений. Я знаю парня, который любит приманивать атаки с разбега в него. Живые существа как бы выскакивают обратно в нормальную реальность, но это портит их довольно сильно.

— Звучит мощно.

— Очень. Это фантастическая способность, но время и суждение — это все. Потребление маны, по-видимому, чудовищное, поэтому нужно тщательно выбирать моменты. Я никогда не знал никого, кто мог бы поддерживать ее более нескольких секунд за раз.

Комментатор был также поражен поворотом событий.

— Что мы только что видели? Мои глаза помутились? Судя по реву толпы, который я слышу аж из своей кабинки, я скажу — нет! Наш темный колдун только что превратился в дыру во вселенной, которая засосала атаки нашего героя! Мы думали, что принц наконец поймал злодея за лодыжку, но он снова в невыгодном положении!

— В чем именно смысл этого человека? — спросила Констанция. — Мы видим, что происходит, без его объяснений.

— Это ради азарта, — сказал Эмир. — Нет ничего плохого в небольшом шоуменстве. Джейсон понимает это очень хорошо.

— Слишком хорошо, — заметила Констанция. — И я не думаю, что этот комментатор очень хорош. Я думаю, он должен контекстуализировать курируемые события, которые замедляются и отображаются, но он в основном просто орет.

— ВУУ! — закричал комментатор. — Отвлеченный тем, что мы только что видели, принц Валдис снова бежит от жутких деревьев с кинжалами. Толпа просто сходит с ума! Такое ощущение, что крыша может взорваться с арены. Тед, что я говорил тебе о том, чтобы входить в кабинку, пока я…

Раздалось какое-то бормотание, из которого можно было разобрать лишь несколько слов.

“…почему бы обслуживанию… отпечатывающееся на что...... ты сказал, накрыв это влажным полотенцем, чтобы…”

— Да, — сказал Эмир. — Думаю, ты права насчет того, что он не очень хорош.

Комментатор вернулся, звуча гораздо более подавленно.

— Прошу прощения, аудитория. Меня попросили очень конкретно заверить вас, что арена не собирается взорваться. По совершенно не связанному поводу, я сделаю короткий перерыв, во время которого мой помощник, Нед, возьмет на себя комментарии.

— Что?

— Залезай сюда, Нед.

— Я не хочу, Тед. Ты слышал, что они…

— Залезай в чертово кресло, Нед!

Раздались звуки шарканья.

— Э-э, привет. Я Нед.

— Боги проклятые, Нед, говори о действии!

— О, э-э, принц Валдис, кажется, возобновил свои атаки на реальное тело Асано…

— Называй его темным колдуном, Нед.

— Это кажется странным.

— Просто делай это!

— Э-э, ладно. Валдис снова атакует Темного Колдуна Неда в серии обменов ударами с разбега…

— Не называй его Недом! Это твое имя!

— Ты сказал называть его Темным Колдуном Недом. Все слышали тебя.

— О, милые боги.

* * * Валдис начинал справляться с теневыми руками. Они были невосприимчивы к обычным атакам, но его «Спектральный удар» мог легко уничтожить их. Асано был вынужден воссоздавать их, чтобы поддерживать давление перед лицом скорости Валдиса. Это также стоило маны, которая теперь была важным фактором. Тот трюк с порталом плаща мог поглотить почти любую атаку, но что-то настолько мощное должно было сжигать ману, как огонь на бумажной фабрике.

Асано, в свою очередь, адаптировался, используя теневые руки, чтобы ограничить потенциальные углы атаки. Он также был более искусен с руками, прикрепленными к его собственному телу, одна из которых использовала меч вместо кинжала. Даже так, Асано регулярно получал солидные удары. У Валдиса было разнообразие специальных атак, позволяющих ему смешивать хитрость и грубую силу. Он также был просто быстрее. Если бы не абсурдная регенеративная сила Джейсона, бой мог бы закончиться, но это было похоже на попытку свалить дерево, которое продолжало отрастать.

Мощь исцеления Асано была плоха для Валдиса, который предпочитал более подход «вход-выход». Он был вынужден идти в наступление сильнее, сжигая больше маны и принимая больше ударов сам. Если у него заканчивалась мана или емкость «Души меча» раньше, чем у Асано заканчивалось здоровье, все было кончено.

Асано снова вытащил сферы, принадлежащие его фамильяру. Валдис был способен разбивать их, используя свой массив адаптированных атак, но это стоило ему критического времени. Он давил изо всех сил и видел, как Джейсон слабеет, когда его жизненная сила срезалась, удар за ударом.

* * * — Мунсен, что происходит с отпечатком маны?

— Он повсюду, босс. Ручное отключение не работает. Если мы физически не начнем рубить каналы топором, он будет делать то, что делает.

— Топором? Эти штуки построены, чтобы справляться с потоком маны алмазного ранга. Если у тебя нет эссенции топора алмазного ранга, о которой ты не упомянул в своем заявлении о приеме на работу, нам понадобится другая идея.

— Все, босс, извините.

— По крайней мере, она не кажется летучей, так что, вероятно, никакого взрыва. Это оставляет вопрос о том, что она делает.

* * * — Э-э, Тед? Что это за штука на проекции?

— Это что… Система?

— Смотри, у нее есть здоровье и мана бойцов, это удобно. Вау, у Валдиса мало маны и… что такое Душа меча?

— Да, но посмотри на здоровье Асано. Если он что-то не сделает, этот бой закончится очень скоро.

* * * Валдис искал угол для того, что, как он надеялся, станет финальным рывком. Ему, вероятно, придется принять любой, который Асано подготовил для него, и довериться своим навыкам, чтобы пробиться сквозь ловушку. Именно тогда он понял, что Джейсон расставил ловушку давно. Валдис совершил смертный грех: сражался против теневого мага и следил за каждой тенью, кроме своей собственной.

Несмотря на мрак, никогда не было полного отсутствия света. У самого Валдиса была тень, почти невидимая в темноте, но все же там. Орудующие кинжалами руки изверглись, как щупальца кракена, пытаясь ударить и запутать его. Это было свидетельством его чудесных рефлексов, что ему удалось увернуться, сплестись и парировать достаточно, чтобы его последний кусочек емкости «Души меча» не был вырван.

К сожалению, бои заключались в том, чтобы украсть критические моменты. Валдис хорошо знал, что победить в них — значит победить в бою. Со скоростью, на которую способны люди золотого ранга, это было более актуально сейчас, чем когда он был ниже рангом. Пока Валдис уклонялся, Джейсон пользовался шансом, чтобы произнести одно из своих немного более длинных заклинаний.

— Твоя кровь не твоя, чтобы хранить, но моя, чтобы пировать.

Это было заклинание высасывания жизни Джейсона, Валдис знал. Оно немного исцелит его, но не сильно. Валдис не мог остановить высасывание своей жизненной силы, но он был единственным живым существом, на которое можно было нацелиться. Одного человека было недостаточно, чтобы…

Когда красные линии начали струиться сквозь тьму вокруг него, Валдис понятия не имел, что происходит. Не было способа, чтобы Асано мог или хотел высасывать аудиторию. Затем Валдис увидел, что происходит, и — не в первый раз — был ошеломлен. Валдис был очень сосредоточен на мастерстве и настойчивости, а не на сюрпризе в бою, но он был вынужден признать, что сюрприз имеет свое место.

Джейсон высасывал жизнь из остаточных изображений, которые Валдис использовал, чтобы занять большинство теневых деревьев-рук. Он видел, как Асано каким-то образом превратил их в красные, но теперь он фактически высасывал жизненную силу из них. Это не должно было быть возможным, но не только это происходило, это убивало остаточные изображения. Они не просто умирали, но поникали в воздухе, как кровавые призраки.

Вот тогда все стало плохо.

Освободившись от изображений, удерживающих их занятыми, каждое теневое дерево устремилось к Валдису, как раз когда он спасался от атак своей собственной тени. Он держался впереди атак, каждое мгновение на волосок от поражения, пока двигался, уклонялся и отражал со всем мастерством и защитной силой, которая была в его распоряжении. То, что он мог справиться с этим в данных обстоятельствах, было немного поразительно, даже для него. Но пока он делал это, Асано произнес другое заклинание.

— Как ваши жизни были моими, чтобы пожинать, так ваши смерти — мои, чтобы собирать.

Еще раз потоки жизненной силы проложили свой путь сквозь тьму для Джейсона, чтобы поглотить их. Кровавые призраки, которые были силовыми конструктами Валдиса, теперь наконец исчезли, какая бы магия ни была поглощена Джейсоном.

Бой прекратился. Руки перестали преследовать, и фамильяры отступили. Валдис стоял, тяжело дыша, даже его выносливость золотого ранга была доведена до предела. Теневые руки втянулись, оставив толпу теневых фамильяров Джейсона вокруг них. Остались только руки, торчащие из самого Джейсона, кинжалы все еще в руках.

Мрак вокруг них начал рассеиваться, медленно впуская солнце обратно. Арена снова стала кругом песка. Джейсон медленно двигался к Валдису, глядя на него этими безжалостными, инопланетными глазами. В одной из теневых рук был меч, светящиеся красные руны были вырезаны на черном клинке. Джейсон откинул капюшон своего плаща, открывая свое лицо.

— Ты выглядишь измотанным, мечник, — сказал он.

— Ты выглядишь свежим.

— Это и кое-что еще. У меня больше здоровья и маны, чем когда мы начинали.

Он поднял свой меч.

— Покажем шоу в конце?

— Ты вызовешь меня на меч? — спросил Валдис. — Ты снисходишь до меня?

— Как раз наоборот. Как ты думаешь, почему я позволил тебе подтолкнуть меня к этому? Я потратил много времени, работая над своим мастерством владения мечом. Я хочу посмотреть, как оно сравнится с настоящим мечником.

Валдис кивнул и поднял свой меч, а затем оказался на Джейсоне в размытом пятне. Они столкнулись, один меч против меча и шести кинжалов, скорость Джейсона приближалась к скорости самого Валдиса. Мастер меча не был удивлен, зная, что это трюк Асано. Если у него были поверженные враги, чтобы высасывать, он начинал двигаться и исцеляться намного быстрее, чем раньше. Это не должно было быть угрозой без мертвых врагов для высасывания, но Асано все равно справился с этим.

Руки, которые Джейсон использовал сам, были на порядок другими, чем те, которыми владел его фамильяр. Те были силами, работающими на эхо истинного мастера, во многом как собственные остаточные изображения Валдиса. Кинжалы и меч, сталкивающиеся с Валдисом, были чем-то совершенно иным.

Это был странный стиль боя, не привязанный к человеческой форме. Это было то, что Валдис постоянно искал: аспекты или мастерство владения мечом, не похожие ни на что, что он видел раньше. Это не было трюком, однако. Как никто другой, Валдис узнавал плоды долгих, тяжелых тренировок. Асано хорошо знал, как максимально использовать свой странный боевой стиль, и был явно опытен в его использовании.

Два человека столкнулись на поле боя на скоростях, ошеломляющих даже по стандартам золотого ранга. Проекция замедляла действие, изо всех сил пытаясь угнаться даже с паузами между обменами. Оба мужчины вскоре ухмылялись, когда они доводили пределы своих навыков до самого края.

Нечеловеческое мастерство владения мечом Джейсона не было поверхностным трюком, а хорошо отточенным стилем. Оно подходило кому-то с таким количеством странных аспектов в его наборе сил, но это также было проблемой. Подход Джейсона не только к бою, но и к авантюризму требовал так много навыков, что Валдис понятия не имел, как его мастерство владения мечом было таким хорошим, так как Валдис был человеком только меча.

Если бы это было начало боя, и если бы это был способ, которым они сражались, то Валдис победил бы. Даже имея дело с полудюжиной дополнительных рук, он наносил больше ударов, чем Асано. Но это не было началом боя; это был конец. У Валдиса было мало маны, в то время как Джейсон был полон здоровья и маны. Валдис больше не мог использовать никакие крупные атаки, а Джейсон просто исцелялся от всего остального.

Конец настал, когда «Душа меча» Валдиса наконец сдалась. Вместо того чтобы испытать медленное и ужасное уродливое поражение, он уступил матч.

Магия, удерживающая звук, спала, и рев толпы обрушился на них. Люди были на ногах, топая и приветствуя. Джейсон медленно повернулся на месте, впитывая все это широко открытыми глазами.

— Впитывай, — сказал Валдис и хлопнул его по спине. — Никогда не был на арене?

— Нет. Обычно, когда люди видят мои силы, они бегут.

ВСЛУШИВАЯСЬ В ШЕПОТ

ВСЛУШИВАЯСЬ В ШЕПОТ

— Теперь, когда я увидел тебя в действии, — сказал Валдис, — я вижу много потенциальных углов, чтобы сделать еще один заход на тебя.

— Ненавижу тебя расстраивать, но я не большой любитель арен, — сказал Джейсон.

Они были в лобби участников, отдыхая с напитками, закусками и некоторыми из своих друзей, которые уже отсражались или готовились.

— Тебе стоит переосмыслить это, — сказал Валдис. — Ты им понравился там.

— Это был другой опыт, — признал Джейсон. — Полагаю, они знают, что настоящие темные колдуны обычно не приходят на зрелищные бои.

— И они не видели, что твои силы на самом деле делают с людьми, — добавил Нил.

Нил ждал матча целителей против Сигрид. Это включало две идентичные команды иллюзорных воинов, сталкивающихся, с целителями на каждой стороне, обеспечивающими разницу. Это было более медленное событие, чем высокоранговый бой, и не хватало блеска, но это было то, что большинство наблюдателей могли наблюдать нормально, вместо того чтобы полагаться на проекции.

Джейсон с любопытством посмотрел на пару лобби-аттендантов.

— Не могу поверить, что мы снова вышли. Что с ними всеми происходит?

— Это эти приезжие авантюристы, — сказал другой. — Вот, я отнесу этот поднос к шведскому столу, если хочешь.

— Спасибо, Майк. Кстати, когда ты отрастил усы?

— О, они новые. Думаешь, они идут мне?

— Э-э… да?

Они разошлись, «Майк» направился к шведскому столу, пока его коллега не скрылся из виду. Затем он тут же смылся так подозрительно, что выглядел как мультяшный грабитель банка. У шведского стола местный боец наблюдал за его уходом с озадаченным выражением лица.

— Куда он несет все печенье?

* * * — Нет, — твердо сказал Клайв Валдису. — Джейсон не вернется в эту штуку, пока мы не выясним, что он с ней сделал.

Клайв, каким-то образом, теперь, казалось, отвечал за работу миражной камеры. Персонал не был точно уверен, как это произошло, но это включало стабилизацию распределения энергии и то, что случилось с потоком маны. Это также включало язвительные ответы на любые вопросы, сочтенные недостаточно проницательными.

— Все нормально, — канючил Валдис, больше похожий на ребенка, чем на принца золотого ранга. — Ничего не взорвалось.

— Мы не понимаем, как Система умудрилась отпечататься на проекторах миражной камеры и какими будут долгосрочные последствия.

— Людям нравится интеграция Системы, — сказал Валдис.

— Людям нравится много вещей, которые могут их убить, Валдис. Мне не позволили отменить предстоящие события, но по крайней мере это позволяет нам следить за тем, что происходит. Было бы еще лучше, если бы Джейсон был здесь, чтобы отвечать на вопросы, вместо того чтобы смыться.

* * * “…и бабушка Даниэль помогла мне тайно организовать раскопки подземного хранилища”, — объяснил Сташ.

Он шел по коридору рядом с Джейсоном, выглядя как более мальчишеская версия Хамфри, но с серебряными волосами и глазами. Он выглядел на свой реальный возраст, который был чуть за двадцать. Джейсон выглядел примерно так же, на первый взгляд, что было нормально для пользователей эссенции. Люди могли видеть возраст в них, однако, в том, как они держались.

— Она не против, что ты называешь ее бабушкой Даниэль? — спросил Джейсон.

— Нет, она обожает это! Хамфри, правда, нет.

— Почему нет?

— Он говорит, что это подает ей идеи.

Джейсон легко рассмеялся.

Они услышали повышенный голос за дверью, когда проходили мимо.

“…что значит, вы добавляете Неда на полную ставку? Мне плевать, что аудитории «понравилось взаимодействие». Аудитория — это имбецилы, которые съедят все, что мы им скормим. Вы слышали те спонсорские объявления? Вы знаете, что Нед пишет их, верно?”

* * * Стеклянные башни выступали из центрального района Яреша. Самая высокая из них сужалась к острию, плоская пластина на притупленном кончике оставляла место для одного человека. Само здание не имело доступа, но предлагало точку обзора, с которой можно было повернуться и осмотреть весь город. Делая именно это, Джейсон размышлял, что дизайн, вероятно, не случаен.

— Ты на моем месте.

Джейсон улыбнулся, затем повернулся, чтобы посмотреть на Аллайет. Человек алмазного ранга зависла в воздухе, расправив крылья за спиной. У крыльев были деревянные каркасы и листья в качестве перьев.

— Это что-то новое, — отметил он. — Артефакт?

— Да. Не все из нас просто начинают выдергивать новые и странные силы из ниоткуда.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Линия облачного материала вырвалась из облачной фляги Джейсона, в данный момент висящей на его ожерелье как амулет. Облако приняло форму парящего кресла, и он сел в него, затем приглашающе махнул рукой на свой предыдущий насест. Закатив глаза, Аллайет подплыла и махнула рукой над плоской круглой платформой на вершине здания. Пластина на кончике здания опустилась в сужающуюся крышу, оставив отверстие. Через отверстие поднялось роскошное кресло, закрепленное на шарнире. Джейсон рассмеялся, когда ее ветвистые крылья втянулись из виду, и она опустилась в кресло.

— Город прекрасен, — сказал Джейсон, и он имел это в виду. Оранжевое и фиолетовое сияние заката отражалось от реки. Линия горизонта была почти полностью деревьями, с постройками из живого дерева, торчащими из листвы.

У него была привязанность к домам на деревьях, которые в Яреше были всегда, но теперь все было построено по связному плану. Жилые кварталы были плотно застроены, с веревочными мостами между палубами и платформами. Торговые районы были более открытыми и включали больше местного темно-серого камня. Река больше не была окаймлена пирсами, доками и складами, а теперь отличалась полосой парковой зоны с обеих сторон.

— Мастера-ремесленники из эльфов небесной ветви потратили годы, помогая с реконструкцией, — объяснила Аллайет. — Они магический вариант эльфов, во многом как яркие сердца произошли от тлеющих. Я помогла им однажды, как ты с яркими сердцами, хотя угроза не была такой радикальной. Этого было достаточно, чтобы они были очень щедры к Ярешу и подарили мне эти крылья, когда работа была закончена.

— Результаты впечатляют.

— Изменения выходят за рамки простого внешнего вида. Инфраструктура коммунальных услуг, распределение магии, эвакуационные бункеры. Системы обороны были полностью пересмотрены. Твой друг Трэвис помог с новой обороной города. Ты не можешь видеть это сейчас, но если защитный барьер будет прорван, деревья вырастят то, что он назвал «роторными копьевыми пушками» из камня и дерева.

— Я бы хотел увидеть это в действии.

— Надеюсь, ты никогда этого не увидишь. Когда мой дом и семья были уничтожены в детстве, идея безопасного дома стала для меня довольно важной. Моя неспособность защитить его от посланников очень беспокоила меня. Я не могла даже попытаться продвинуться через алмазный ранг в течение многих лет. Теперь, когда он восстановлен и защищен больше, чем когда-либо, я наконец достигла меры покоя.

— Только немногие люди алмазного ранга вмешиваются в дела общества, да? Ты и Харист здесь. Король Зеркал и Роланд Ремор.

— Большинство движутся незамеченными, ища путь к тому, что лежит на пике алмазного ранга. Для меня это неясно до такой степени, что я не уверена, существует ли оно.

— Оно существует.

— Полагаю, это должно казаться простым для того, кто живет твоей жизнью. Для меня это вслушивание в шепот в шторме. Возможно, для тебя все будет яснее. У тебя, кажется, нет проблем с поиском пути, и ты не одинок в этом. Я молода по меркам алмазного ранга, но ваше поколение авантюристов — самое сильное, что я видела. Не только в том, насколько вы все сильны, но и в том, как быстро вы продвигаетесь. Продукт взросления в эпоху потрясений, полагаю.

— В мире, из которого я пришел, есть проклятие: «Чтоб ты жил в интересные времена».

Аллайет рассмеялась.

— Понимаю. Последние пару десятилетий были горнилом. Великий всплеск монстров, синхронизированный с вторжением Строителя, был только началом. Мир с тех пор находится в состоянии войны с посланниками. Они проносятся через область в поисках реликвии наследия Чистоты. Затем они движутся дальше. Иногда они оставляют после себя часть своих, чтобы править порабощенным регионом. В других случаях они оставляют только руины, в зависимости от того, как сильно им сопротивлялись.

— Насколько хорошо они отбиваются?

— Достаточно хорошо в центральных регионах. Авантюристы и ресурсы централизованы в крупных населенных пунктах, слишком сильно для того, чтобы посланники могли нанести удар без огромных затрат. Более изолированные регионы были в центре внимания; есть много отдаленных городов-государств, таких как Яреш. Уязвимые регионы полагаются на святые армии, поднятые богами, и, все чаще, на армии наций и городов-государств. Знание готовила свою армию до того, как кто-либо узнал, что они нужны, и Война сделала то же самое в ответ. Нации и другие церкви копировали их пример годами, но пользователей эссенции на всех не хватает.

— Постоянных армий в этом мире никогда не было, верно? Паллимустус всегда полагался на авантюристов.

— Да, и авантюристы по-прежнему являются острием копья. Но они индивидуалистичны по своей природе и не являются хорошими солдатами. Они не любят подчиняться приказам, и любой, кто был в экспедиции, знает проблемы, которые возникают из-за того, чтобы собрать их в большие группы. Их все равно недостаточно, чтобы создавать из них настоящие армии. Проблема использования кого-либо другого заключается в том, что самый базовый посланник — серебряного ранга. Нет смысла посылать волны бронзового ранга умирать просто чтобы устранить одного из них. Те командиры, которые пытаются, были жестоко отчитаны.

Джейсон вздохнул. — Значит, я вернулся на войну.

— Да. Яреш был тихим с тех пор, как последние из посланников были уничтожены. Посланники движутся как саранча в поисках своей цели. Если они не найдут то, что хотят, в более сельских регионах, они в конечном итоге предпримут более согласованные атаки на города.

— Полагаю, мне стоит пойти записаться.

— И ты был бы приветствован. Но я думаю, возможно, ты так привык быть фокусом событий, что забываешь, что не все вращается вокруг тебя. Это война мира, не твоя, и мы неплохо справлялись в твое отсутствие. Я знаю, ты намерен вернуться домой, и ты заслужил это. Мы продолжим отлично справляться без тебя, и будет много посланников, с которыми можно сразиться по твоему возвращению.

— Спасибо. Я бы пригласил тебя пойти с нами, но Земля не готова к людям алмазного ранга. В ней едва хватает магии для людей золотого ранга, и все еще есть мана-пустыни, где им тяжело находиться.

— Было бы увлекательно увидеть, но у меня все еще много дел здесь. Яреш восстановлен, но окружающие регионы не так далеко продвинулись. Мы все еще полагаемся на яркие сердца в плане большей части нашей еды, пока создаем новые фермерские города. Заставить людей заселить существующие было чем-то вроде катастрофы, поэтому строительство новых оказывается более эффективным.

— Легко упустить из виду то, что будет дальше, когда твоя работа заключается в мимолетных моментах насилия и разрушения. Как часы, даже минуты, сражений могут означать месяцы и годы восстановления.

— Да, но те из нас, кто сражается, также имеют свое место. Спасибо, что предотвратил поднятие неудержимой армии нежити из-под земли и затопление моего дома смертью и отчаянием, кстати.

— Это потребовало гораздо большего, чем просто меня, но пожалуйста.

— Ты был главным, Джейсон. Это значит, что ты берешь кредит, даже если сидел сложа руки и ничего не делал.

— Эй, с кем ты разговаривала?

* * * Хотя через Яреш протекала река, немногие из доков и промышленных объектов, которые когда-то выстилали ее берега, были восстановлены. То, что осталось, находилось рядом с речными воротами вниз по течению, где вода проходила под стеной и выходила из города.

Мемориальный парк теперь занимал большую часть береговой линии с обеих сторон реки, полный открытого пространства, зелени и живописных мостов. Парк был усеян статуями, скульптурами и мемориальными стенами, посвященными тем, кто пал, и тем, кто защищал тех, кто выжил.

Джейсон нашел Фарру стоящей перед скульптурой Гэри, сражающегося с посланником. В отличие от Джейсона и его команды, которые были в гуще сражения, Гэри в одиночку вывел большую группу выживших в безопасное место. Они были в основном ремесленниками и производителями, и, услышав о смерти Гэри, они не только спонсировали, но и создали этот экспонат. Он показывал его, рычащего в вызове посланнику, укрывающего людей позади себя.

— Почему они показывают его только сражающимся и рычащим, как какой-то дикий воин? — спросила она, когда Джейсон встал рядом с ней.

— Это не он. Статуи о том, что нужно людям, а не о людях, которых они показывают, а этим людям нужны были герои. Бойцы. Человек, которым он был — кем он на самом деле был — не для людей, посещающих этот парк, чтобы помнить. Это для нас, людей, которые любили его. Мы — его истинный мемориал, а не статуя в парке или табличка на стене.

Она протянула руку, нерешительно, и коснулась пальцами камня.

— Я не могу больше смотреть на это, — сказала она, затем развернулась и зашагала прочь.

Джейсон последовал за ней, на несколько шагов позади, пока она не дошла до деревянной скамейки у воды. Они сели, позволяя звукам парка омывать их. Солнце стояло высоко, небо было ясным, и много семей наслаждались парком. Дети смеялись, гоняясь за мелкими животными в кустах, а родители предупреждали их не заходить слишком далеко. Подростки плескались в реке, которая была прозрачной до самого дна. Новая санитарная инфраструктура и отсутствие речной промышленности сделали воду первозданной.

— Ты сказал, что не знал, но ты вроде как знал, — сказала Фарра спустя минуты, когда никто из них не проронил ни слова.

— Ты знаешь, как это работает. У меня есть смутные идеи в лучшем случае о том, что происходит со мной. В этот раз это были ты и я, но неопределенность та же.

— Я не хочу быть просто каким-то приложением к тебе. Или рабом.

— Ты знаешь лучше.

— Конечно, знаю, но ты тот, у кого вся сила. Я та, кого превращают в какого-то магического слугу. Я не твой фамильяр.

— Я знаю это. Мне нравится думать, что быть моим фамильяром не так уж плохо, но ты не какое-то астральное существо. Твое представление о существовании очень отличается от их. Я бы никогда не ожидал, что ты будешь видеть вещи так, как они.

— Кто я тогда? Всякий раз, когда ты делал… что бы это ни было, связь между нами становилась сильнее. Намного сильнее. Мои способности не будут продвигаться, пока я не приму эту чертову штуку.

Она открыла окно системы.

* [Джейсон Асано] наполовину вознесся до статуса [Астрального узла]. * Вы связаны с [Астральным узлом]. * Вам присвоен статус [Голоса Воли] [Астрального узла]. * Как [Голос Воли], вы будете иметь доступ к мере силы, принадлежащей [Астральному узлу], в то же время будучи подчиненными его диктату. * Пока вы не признаете эту роль, ваш статус будет в состоянии потока, препятствуя вашей способности продвигать свои способности эссенции.

— Это должно проникнуть в мою душу, Джейсон. Чтобы изменить меня. У этого уже достаточно доступа через нашу связь, чтобы испортить меня. Это держит мое продвижение в заложниках.

— Я знаю. И мне жаль. Тебе пришлось жить с этим, не зная, есть ли какое-то решение, пока я был вне досягаемости. Я осознавал это, на каком-то уровне, но не мог исправить это, пока сам исправлял себя. И я не могу сделать это здесь тоже.

— Что ты имеешь в виду под «исправить»? Разорвать связь?

— Если это то, чего ты хочешь. Я надеюсь, что смогу сделать лучше, однако. Мне нужно затащить тебя в мое астральное королевство, чтобы я мог как следует взглянуть на наше соединение. Если ты все еще доверяешь мне достаточно, чтобы отправиться туда, где у меня вся сила.

— Не будь идиотом. Я все еще доверяю тебе. Почему ты ждал до сих пор, чтобы прийти ко мне?

— Я наблюдал за твоими эмоциями.

— Через связь?

— Я не могу этого делать. Я просто подглядывал чувствами ауры, как бы грубо это ни было. И я думаю, ты знала это. Я ждал, пока ты будешь готова, и я думаю, что ты пришла сюда, потому что теперь готова.

Она кивнула, сердце Джейсона разрывалось от испуганной нерешительности в одном из самых сильных людей, которых он знал. Портальная арка из белого камня открылась перед ними и наполнилась золотым, серебряным и синим светом. Он встал и протянул ей руку. Она протянула свою и взяла его.

ОТРИЦАЮЩИЙ

ОТРИЦАЮЩИЙ

Фарра шагнула из портала на песок. Она оказалась на пляже, который тянулся от бирюзовой воды до самого тропического леса. Сквозь деревья уходила тропинка, а в воду уходил пирс, где на сваях стояла группа бунгало. Пляж огибал лагуну, укрывая стоящие над водой домики. Если посмотреть назад, поверх деревьев виднелись несколько небольших гор, с которых низвергались водопады.

Джейсон шагнул из портала следом за ней, и арка тут же растворилась в песке. Она подняла взгляд на чистое небо, чувствуя, как свежий морской бриз смягчает жар солнца.

— Я чувствую себя странно, — сказала она. — Что-то... мои силы исчезли.

— Да, — ответил Джейсон.

— Но я не чувствую дискомфорта, будто их подавили. Они просто... их нет.

— Когда я создавал эту планету, я не уделял особого внимания каждой мелочи. Это было скорее как создание семени с определенными параметрами, а дальше законы физики и магии сами разбирались, как ему расти. Впрочем, есть несколько мест, которым я уделил более пристальное внимание, и это — одно из них.

— Тюрьма?

Джейсон издал болезненный смешок.

— Немного обидно, учитывая, сколько усилий я приложил. Похоже на тюрьму?

— Тогда зачем подавлять силы?

— Они не подавлены. Их здесь просто не существует. Этот остров называется Убежище, и название говорит само за себя. Это место, где я и самые важные для меня люди можем отдохнуть от всех невзгод космоса. Здесь мы отпускаем ответственность, с которой вынуждены иметь дело везде в другом месте. Здесь мы никуда не спешим. Никаких сил. Ты даже обнаружишь, что твоя скорость и сила ограничены, если попытаешься их форсировать. Даже мой Первичный аватар подвержен этому.

— Не знаю, понравится ли это Софи.

— Она смирится. Тень работает над своими коктейлями.

— Миксология, мистер Асано.

— Прости. Он работает над своей миксологией.

Фарра уставилась на тень Джейсона.

— Он что, никогда не выходит оттуда? — спросила она.

— Э-э...

Фарра посмотрела на свою собственную тень, затем снова на Джейсона.

— Просто чтобы ты знала, — поспешно сказал он, ускоряя шаг, — я всё ещё работаю над вариантами исправления нашей связи. По крайней мере, Сверхразум Джейсон. А Первичный аватар Джейсон всё ещё здесь.

— Тогда Первичному аватару Джейсону нужно поговорить о границах и о том, куда ходит его теневой фамильяр.

— О, держу пари, вид с того утеса просто отличный, — ответил он, снова ускоряясь.

— А как же «никуда не спешить»? — крикнула она ему вслед.

Пока аватар Джейсона вел Фарру по лесным тропам, сам Джейсон погрузился в магию связи, соединяющей их. Она отличалась от связей с его фамильярами, где он был источником. Его связь с Фаррой возникла благодаря её способности связываться с людьми, которую она приобрела, воскреснув как иномирянка. Она отреагировала на изменения в Джейсоне, пока они не заметили эту связь и, в конечном итоге, решили её усилить.

Теперь, когда у Джейсона появился невероятно мощный трансцендентный аспект, его сила пыталась использовать эту связь. И, как бы Джейсону ни было неприятно это признавать, более тиранические аспекты его подсознания пытались подчинить её через эту связь. Этого он допустить не мог. Он исследовал магию, просчитывая возможные способы манипуляции связью.

Пока он этим занимался, Фарра и его аватар добрались до главных зданий курорта, который он создал. Здания были сделаны из бамбука, дерева и натурального камня, и спроектированы так, чтобы максимально подчеркнуть атмосферу тропической рощи. Несколько ручьев и потоков текли под маленькими мостиками и даже под зданиями, а рядом протекала река. Фарра заметила бунгало, крытые и открытые лаунж-зоны, бар и игровую комнату. В зданиях с открытым фасадом у реки она увидела каноэ и что-то похожее на деревянные гидроциклы.

— Джейсон, всё это очень мило, но я здесь не ради этого.

— Я знаю. Я работаю над этим.

— Разве ты здесь не бог?

— Ничего настолько ограниченного. Но здесь не проводят двухнедельные курсы ориентации, когда становишься наполовину трансцендентным. Мне ещё многому предстоит научиться, и я не могу позволить себе совершить ошибку. Не с тобой.

Они углубились в остров. Тропинки из утоптанной земли и опавших листьев сменились ступенями из грубо отесанного камня, когда они начали постепенный подъем. Наконец, Джейсон привел её к гроту, наполовину уходящему в пещеру. Вода стекала по скалам в бассейн с кристально чистой водой, откуда она вытекала в небольшой ручей. Скалы были плоскими, многие из них покрыты мягкой травой и мхом. Рядом со входом стояла беседка из дерева и бамбука, в которой находились стол для пикника, скамейки и гриль.

— Я хочу со временем привезти сюда всех, — сказал Джейсон. — Я хочу, чтобы это место стало тем, куда мы приходим, чтобы побыть вместе и забыть обо всех бедах, которые космос считает нужным взвалить на нас. И я хочу начать с исправления того, что я навязал тебе, пусть и непреднамеренно.

— Ты можешь исправить связь?

— У меня есть варианты. Дисбаланс сил между нами — это проблема, не буду лгать. Моя сила хочет заставить тебя подчиниться.

— Тогда скажи ей «нет».

Джейсон ухмыльнулся.

— Я подумал о том же, — сказал он ей. — Очевидно, что делать тебя подчиненной моей воле неприемлемо. Однако, поискав какой-то рабочий компромисс, я понял, что это просто нежизнеспособно. Итак, раз работают только крайности, я задался вопросом: что будет, если мы пойдем другим путем?

— Другим путем?

Перед Фаррой появилось системное окно.

* [Астральный Нексус] предложил альтернативу вашему ожидающему смену статусу. * Доступные вам варианты: [Голос Воли] и [Отрицающий Волю]. * Как [Голос Воли], вы получите доступ к части силы, принадлежащей [Астральному Нексусу], но при этом будете подчиняться его диктату. * Как [Отрицающий Волю], вы получите способность различными способами нейтрализовать влияние [Астрального Нексуса]. [Астральный Нексус] не сможет причинить вам вред своей силой или магическими способностями своих аватаров. Вы сможете нейтрализовать Первичный аватар и отменять аспекты его влияния вне его доменов. Вы сможете изолировать области внутри его доменов, но не его астральное королевство, от его влияния. [Астральный Нексус] не будет иметь возможности отменить или отозвать ваши полномочия по нейтрализации его силы. * Как [Голос Воли] или [Отрицающий Волю], вы станете бессмертной. Ваше тело и душа-гештальт не будут полностью уничтожены, но потребуется значительное время, чтобы воссоздать себя внутри астрального королевства. В отличие от [Голоса Воли], вы не получите доступа к силе [Астрального Нексуса].

Фарра долго смотрела на окно.

— Что это? — спросила она наконец.

— Мы оба знаем, что я могу сбиться с пути. Сейчас я в порядке, но будущее долго и неопределенно. Ты всегда была той, кому я мог доверять, когда не мог доверять самому себе. Это сложно, если у тебя нет силы остановить меня, когда это необходимо. Это дало бы тебе такую возможность.

— У тебя так много силы. Ты пока не можешь использовать её вне своей частной вселенной, но однажды ты обретешь эту мощь.

— Да. И ты знаешь, что я долгое время беспокоился о том, что нет никакой управы на эту силу. Я прошу тебя стать той, кто будет призывать меня к ответу.

— Бессмертие.

— Да.

— Истинное бессмертие.

— Ага. Ты переживешь солнце. Мы сможем съесть сэндвич, чтобы отпраздновать.

Он подошел к беседке, поднявшись по коротким ступенькам. На столе стоял поднос с сэндвичами, а также большой кувшин и два стакана.

— Не хочу давить или что-то в этом роде, но здесь есть еще и холодный чай. Персиковый.

— Ты пытаешься подкупить меня бессмертием с помощью легкого обеда?

— Это бессмертие. Я не должен его продавать, верно? Но если тебе не нравятся варианты с бессмертием, я могу полностью разорвать связь.

— Кажется, это должно быть более серьезным разговором. Бессмертие — это не мелочь.

— Нет, — согласился он, грустно улыбнувшись. — Нет, это не так. Я пропустил всего лет пятнадцать, и это было так долго в жизнях моей семьи на Земле. Я никогда не собирался отсутствовать так долго. И это лишь капля в океане по сравнению с тем, что может предложить бессмертие. Люди будут проживать целые жизни, пока мы остаемся неизменными. Мы будем любить их всё то время, что им отведено, и терять их. Это не будет мелочью.

— Ты много думал об этом.

— Это, плюс существует множество книг и телешоу, исследующих эту идею.

— Глупо колебаться перед идеей бессмертия?

— Конечно, нет. И это даже без учета того, что это значит для нас с тобой. Поднимайся, съешь сэндвич, и мы всё обсудим.

* * * Джейсон, Клайв, Трэвис и Ткач облаков находились в мастерской, в отделении Ассоциации магических исследований в Яреше. Они сидели вокруг стола, на котором покоилась облачная фляга Джейсона. Джейсон щелкнул по ней, и хлынул дым — черный, вместо обычного белого. Он образовал облако, которое заполнило комнату до самого высокого потолка, прежде чем перестало распространяться.

В дыму, словно звезды в ночном небе, появились точки света, серебристые линии связывали их в созвездия. По мере того как появлялось всё больше звезд и линий, это превращалось из созвездий в небесную паутину, а затем в нечто гораздо более сложное и плотное.

— Пока всё нормально, — сказал Ткач облаков, наблюдая за процессом.

Затем их глаза расширились, когда некоторые точки начали менять цвет. Точки света и соединяющие их линии стали синими и оранжевыми, сначала медленно, но затем быстро ускоряясь. Они светились всё ярче, заставляя наблюдателей терять из виду конкретные точки, поскольку свет рассеивался в черном дыму. К тому времени, как всё закончилось, это выглядело как сине-оранжевый глаз, светящийся изнутри тьмы.

— Ну, это определенно драматично, — сказал Ткач облаков.

— Это Джейсон, — сказал Клайв. — Всегда так работает. Нам повезло, что миражная камера просто не выплеснула массивную проекцию ауры на весь город. Опять.

— Мне понадобятся мои инструменты, чтобы лучше разглядеть, что здесь происходит, — сказал Ткач облаков. — Вы говорили, у них есть матрица мана-спектральной призмы?

— Есть, — сказал Клайв. — Они как раз её несут. Я подумал, что локализованный дифференциатор очистки тоже пригодится.

— Хорошая идея, — сказал Ткач облаков.

— Это мой сигнал уходить, — сказал Джейсон. — Здесь звучит как магический Звездный путь. Развлекайтесь со своим дефлектором, и не тыкайте слишком сильно, иначе фляга вас покарает.

Джейсон встал и вышел, оставив остальных троих позади.

— Он же пошутил насчет кары, да? — спросил Трэвис.

— Вероятно, — сказал Клайв. — Но не помешает быть осторожными.

* * * Джейсон оставил трио изучать свою облачную флягу — одну из последних задач перед тем, как он и его друзья соберутся покинуть планету. Большая часть группы воссоединения уже покинула Яреш, имея свои приготовления перед экспедицией на Землю. У Джейсона было несколько остановок, включая сбор землян в Эстеркосте и закрепление связи между мирами, что он собирался сделать в Королевстве Штормов.

Покинув главное здание мастерской, Джейсон направился к ближайшей погрузочной площадке. Обычно её использовали для доставки припасов в мастерские, но сегодня Хамфри и Нил готовили там огромную гору товаров. Как только Джейсон вернет флягу, всё это будет погружено в облачный транспорт. Направляясь в их сторону, он заметил Даниэль Геллер и изменил курс.

— Даниэль. Мы так и не успели нормально пообщаться.

— Казалось, у тебя была напряженная неделя.

— И не говори. Брифинги Общества искателей приключений. Части первая и вторая сессий Клайва, которые, полагаю, будут продолжаться, пока я не умру.

— Разве ты не бессмертен?

— Не напоминай. Я только что убедил кое-кого еще вступить в клуб бессмертных.

— Фарру?

— Ага.

— Как она?

— Спит. Процесс изменений был одним делом, а потом словно её сдерживаемое развитие высвободилось разом. Половина её способностей развилась одновременно, что, по-видимому, было тяжело. Она всё еще в шаге или двух от золотого ранга.

— Но теперь бессмертна.

— У неё будет время, да.

Даниэль покачала головой.

— Помню, как Руфус Ремор пришел ко мне в Гринстоун, рассказывая, что встретил необычного молодого человека. А теперь этот молодой человек небрежно упоминает, как сделал бессмертной женщину, которую когда-то воскресил.

— То был Жнец на воскрешении, а в другом случае — обстоятельства. Я не бегаю вокруг, раздавая билеты на бессмертие.

— Ну, если будешь — дай знать. Было что-то, что ты хотел обсудить?

— Есть пара вещей, по которым я хотел бы услышать твой совет, если у тебя найдется несколько минут.

— Конечно. Прогуляемся?

— Я мог бы показать тебе свою вселенную. Она не такая большая, как некоторые, но я мог бы вытащить её прямо здесь.

Они обернулись, услышав смех Нила, и увидели, что он указывает на них. Недовольный Хамфри выудил из кармана золотую монету духа и отдал её.

— Полагаю, ты только что заставил моего сына проиграть пари, — сказала Даниэль. — Наверное, лучше не спрашивать, о чем.

— О, думаю, я знаю.

— Как и я, к сожалению. Как бы мне ни было интересно увидеть твою собственную маленькую вселенную, возможно, лучше просто прогуляться, вместо того чтобы вместе прыгать через портал.

— Думаю, ты права.

ТИПЫ ОБШИРНОЙ КОСМИЧЕСКОЙ СИЛЫ

ТИПЫ ОБШИРНОЙ КОСМИЧЕСКОЙ СИЛЫ

По сравнению с большей частью Яреша, район, где располагался кампус Ассоциации магических исследований, был перегружен камнем и беден на деревья. Здесь точно не было возвышающихся стеклянных зданий центрального района. Прямо через дорогу от кампуса находился главный исследовательский центр Ассоциации Алхимии. Градостроители, отвечавшие за восстановление Яреша, хотели централизовать места, наиболее подверженные неожиданным взрывам, непреднамеренным ядовитым туманам и случайному призыву огненных титанов.

Здесь не было жилых домов или магазинов, только долгосрочные склады и другие объекты с низкой проходимостью, что минимизировало риск сопутствующего ущерба. Это делало район одним из наименее интересных для прогулки Даниэль и Джейсона. Здания были в основном квадратными и темно-серыми, лишь несколько одиноких деревьев нарушали монотонность.

Хотя тротуар был вымощен привычными плитами, дорога, как и другие в Яреше, была покрыта каким-то коричневым бетоном. Поскольку ничего более интересного не привлекало его взгляд, внимание Джейсона привлекла именно дорога. Он присел рядом, чтобы провести по ней пальцами.

— По цвету почти как кора дерева, но на ощупь — обычный асфальтобетон.

— Обычный? — спросила Даниэль. — На мой взгляд, это необычное дорожное покрытие.

— Обычное для Земли. У нас мало мастеров камня в гражданском строительстве, так что там это норма. Я не видел много бетонирования в Паллимустусе. Но это выглядит так, будто уложено по-земному.

Он встал, и они продолжили путь по тротуару.

— Гражданская инфраструктура — твой интерес? — спросила Даниэль.

— Вроде того. Мой отец — ландшафтный архитектор, и кое-что перенимаешь. Я знаю о траве больше, чем ты можешь себе представить. Он много работал перед правительственными зданиями, так что имел дело с кучей подъездных дорожек. Ему бы понравилось увидеть, чего они достигли с Ярешем.

— Тогда покажи ему. Ты можешь брать людей туда, так что наверняка можешь привезти других обратно.

— Дело не в способности. Я собирался привезти их в прошлый раз, но...

Он вздохнул.

— Не вышло.

— Ты беспокоишься о сложностях по возвращении.

— Да, но разве с семьей не всегда так? Особенно после долгого отсутствия без связи.

— Полагаю, да, — сказала Даниэль. — В моей семье всё немного иначе. У нас есть эссенции, чтобы продлевать жизнь, и ожидания долга.

Она нахмурилась.

— Ожидания в моей семье очень высоки, что может быть предметом гордости. Но хотя они могут подтолкнуть кого-то вроде Хамфри к величию, они могут и раздавить других. Твоя семья не привыкла к силе и долголетию, которые дает магия, верно?

— Не привыкла, — подтвердил Джейсон. — Я увез их на другой конец света, оставив с горсткой пользователей эссенций, запасом эссенций и парой магических городов для жизни. А потом исчез. Никакой связи более десяти лет. Я смог послать им Руфуса, но не более того.

— Магические города? Как Рексион?

— Да. Они жили в городах, построенных из моей силы. Не просто с помощью моей силы, а буквально сделанных из неё. Улицы, по которым они ходят, и дома, в которых живут. И, как в Рексионе, там есть дети, которые выросли, слыша мое имя, но никогда меня не видя. Я был далекой и абстрактной фигурой, о которой говорили, но которая никогда не присутствовала. И всё же моя сила была повсюду, как какой-то дух предков. И эта сила не всегда была стабильной. Мне приходилось долгое время скрывать её, пряча клан в астральных пространствах.

— Но теперь они на свободе? И ты поддерживаешь с ними связь, используя своих аватаров?

— Теперь да, но большинство всё еще не видело меня. А это ненормальный способ знакомства с человеком. Появляться и исчезать из существования, перекраивая мир вокруг них по прихоти. Мне повезло, что они не видели, как я расправился с городом вампиров, который висел над ними целое десятилетие.

— Ты не знаешь, как себя вести, когда возвращаешься по-настоящему.

— Нет, не знаю. Магия всё еще относительно нова для Земли. Двадцать лет назад она всё еще была тайной, и даже сейчас моя сила не похожа ни на что другое там. Никто не знает, как ко мне относиться, а я не уверен, как действовать. Полагаю, у тебя всё было иначе, учитывая, что ты из большой семьи искателей приключений.

— Да. Для моей семьи сила — дело давно устоявшееся. Проблемы, которые она приносит, возникают из ожиданий, которые несет эта сила. Лишь часть семьи становится искателями приключений, и лишь часть из них достигает высокого ранга и славы. Но на всех нас, детей, давит груз — хотя бы потенциально стать одним из тех немногих. Поддерживать наследие семьи. От всех нас ожидают, что мы будем стремиться к этому, пока не докажем свою состоятельность. Или не докажем, что мы ни на что не годны. Мало кто задумывается о том, что кто-то может хотеть чего-то другого, пока его не заклеймят неудачником в том, что важнее всего. У меня была сестра, которая... достаточно сказать, что я горжусь нашей семьей и её именем, но мне не нравится часть той культуры, которую мы выстроили, пытаясь его сохранить. Иногда я думаю, не лучше ли было бы Хамфри стать добросердечным управляющим на ферме монет духа.

Джейсон рассмеялся, представив это.

— Он был бы таким мягкотелым боссом.

— Эта проблема с твоей семьей. Незнание, как себя вести. Я правильно угадала, что это лишь второстепенно по отношению к тому, что ты действительно хотел обсудить?

— Да.

— Ты хочешь знать, как действовать в более широком масштабе. Не только с твоим кланом, но и со всем миром.

— Именно. Что мне делать, когда я самый могущественный человек на планете? Появление с группой золотых рангов, которые могли бы завоевать это место за неделю, — это крайне политический шаг, нравится мне это или нет. А я не так искушен в политике, как думал, прежде чем ввязался в неё.

Даниэль усмехнулась.

— Я помню твои выходки в Гринстоуне. У тебя политический ум, Джейсон, и ты видишь больше, чем большинство. Но когда дело доходит до твоих собственных замыслов, ты становишься опрометчивым. Отвлекаешься на идеи, которые привлекательны скорее своей хитроумностью, чем практичностью. Вот тогда тебя и застают врасплох последствия.

— О, я помню, и не могу позволить себе этого в этот раз. Это не игры с какими-то темными местными бюрократами и сомнительным контрактом на кабальную службу. Это мировые лидеры, напуганные потенциальным тираном.

— И люди предпринимают радикальные шаги, когда чувствуют страх и бессилие. Если я правильно помню, это тоже своего рода твоя фишка.

— Не шути. На Земле я направляюсь в ситуацию, которая на самом деле не может мне навредить. Однако, если люди начнут объявлять мне войну или что-то в этом роде, многие невинные люди могут попасть под перекрестный огонь. В Гринстоуне у меня были ты и Эмир, чтобы вытащить меня, когда я ошибался. В этот раз я — высокоранговый, и ответственность лежит на мне. Со мной будут мои друзья, но это мой мир.

— И сила, которую ты принесешь, изменит его, просто своим существованием.

— Да. Даже если мы спрячем её и никогда не будем использовать, люди будут реагировать на само её наличие.

— Это сложный вопрос, Джейсон. Намного сложнее, чем мы могли бы охватить за короткую прогулку, даже если бы я понимала политику твоего мира. А я не понимаю.

— Но ты понимаешь дипломатию. Ты понимаешь тот вид силы, с которым Земля только начинает осваиваться. Самое главное, я могу тебе доверять. Люди, которые уже знают политику Земли, все на Земле, и большинству из них я бы не доверил даже сжечь мусор, если бы бросил их в вулкан. На что, надеюсь, не дойдет.

Даниэль рассмеялась.

— Ты сказал, что большинству не доверил бы. Есть те, кому доверил бы?

— Немногие. Есть одна женщина, которая сейчас работает на мою бабушку. Она была бы активом, но я бы очень хотел завербовать женщину, на которую она раньше работала, чтобы покрыть пробел в знаниях о политике Земли, которых у меня нет.

— Так, как ты пытаешься завербовать меня сейчас?

— Не совсем так. Я подумал, что лучше позволить другим людям сделать ей предложение.

— Между тобой и этим человеком есть разногласия?

— Всё сложно. Когда мы впервые встретились лично, я вломился в её дом посреди ночи.

— Зачем?

— Чтобы обозначить позицию. Меня только что похитили её сообщники, и я беспокоился, что люди нацелятся на мою семью.

— Итак, ты пошел на эскалацию, доказав, что можешь нацелиться на её?

— Я же сказал, что хочу помощи с дипломатией, верно?

— Начинаю понимать, насколько хорошая идея — искать помощи для тебя.

— Да. Я спросил всех, хотят ли они поехать в эту поездку, но большинству я просто хотел дать шанс расширить горизонты. Это лучшая часть быть искателем приключений, верно? Мои намерения насчет тебя немного более эгоистичны, правда, да. Я надеялся, что ты могла бы взять на себя роль политического советника. Не только на время поездки, но и в период подготовки. Мне нужно готовиться сейчас, а не просто направляться на Землю и действовать наугад. Дипломатическая подготовка. Стратегическое планирование подхода. Я уже обсуждал это с Владычеством, но хотел сопоставить это с более приземленной перспективой.

— Что он предложил?

— Чтобы я стал либо их королем, либо их богом. Ни то, ни другое не удивительно, учитывая источник, но он привел несколько убедительных доводов.

— Как часто ты разговариваешь с богами?

— Не так часто. Намного реже, чем священники, полагаю. И сомневаюсь, что у духовенства бывают такие напряженные противостояния, как то, что ты видела с Нежитью. Этот парень — отстой.

— Это была та встреча, где ты угрожал богам Нежити и Разрушения.

— Я не угрожал им. Я даже дал Нежити тот кусок испорченной энергии, чтобы избавиться от него. Я просто предположил, что, возможно, им стоит тщательнее выбирать врагов.

— Их враги — все и вся, Джейсон.

— Что, как мне кажется, ты согласишься, является крайне неосторожным подходом.

Она покачала головой с очень материнским видом раздражения.

— Не уверена, что могу помочь тебе на том уровне, на котором ты действуешь, Джейсон.

— Тебе не нужно беспокоиться о вещах высокого уровня. Когда дело доходит до типов обширной космической силы, похоже, это ситуация «делай что хочешь». Мне нужна помощь в том, чтобы действовать, не причиняя вреда людям, которых кто-то вроде меня мог бы ранить, даже не заметив. Мне не нравится идея ставить себя выше людей, но притворство, что я не действую на более высоком уровне, чем большинство, только причинит больше вреда.

— Мне нужно подумать об этом, Джейсон. Ты просишь меня взять на себя большую ответственность.

— Конечно. У нас есть время, хотя чем больше я использую его для подготовки, тем лучше.

Она кивнула.

— Расскажи мне больше об этом человеке, которого ты хочешь завербовать на Земле.

* * * Получение информации из Европы годами было затруднительно, но то, что произошло на старой территории Асано, потревожило осиное гнездо. Вампиры двигались в масштабах, которых не было годами. Судя по новым данным о захватах и убийствах, их скрывалось гораздо больше, чем кто-либо осознавал.

К счастью, это была не проблема Анны Тилден. Её проблемой были представители стран-членов ООН, обивающие её порог с вопросами о том, что происходит в Европе. Каждая страна со шпионским самолетом или спутником-шпионом наблюдала, как вампиры собираются на старой территории Асано, только для того, чтобы все эти инструменты наблюдения были подавлены интенсивным магическим полем, простирающимся до орбиты. Вслед за загадочным событием вампиры стали крайне взволнованными.

Было достаточно плохо, когда люди приходили к Анне, потому что это была её работа. Теперь поползли слухи о том, что у неё есть неофициальная группа наблюдения на местах. Вместо помощников помощников заместителей по связям, стучащихся в её дверь, ей приходилось иметь дело с людьми, которых она не могла просто отмахнуть. Её шаблонные отрицания начинали выглядеть очень неубедительно.

— Прошу прощения, сенатор, — сказала она в телефон. — Даже если бы такая группа существовала, любая информация, которую я могла бы от них получить, прибыла бы только тогда, когда они вышли бы на связь постфактум. Если бы они существовали, они могли очень легко погибнуть в инциденте, и мы бы никогда не узнали.

Потребовалось еще некоторое время, чтобы закончить разговор, продолжая «включать дурака», как она делала со всеми, кто пытался силой или хитростью выведать у неё информацию. Несмотря на мрачное удовлетворение тем, что её заявления о неведении были правдой, она была наполовину готова сама выследить Найджела Торнтона и задушить его.

Она вышла из своего кабинета, что было необычно. Она спала на диване пять дней, а её сотрудники по очереди сдавали в химчистку одни и те же три костюма. Она спустилась в гараж, отклонив предложение водителя. Офисный водитель мог развернуться и привезти её обратно, если получит приказ от её босса. Неизбежно, ей позвонили, когда она была на полпути домой; хотя её искушало не отвечать, она приняла вызов, коснувшись экрана на приборной панели.

— Секретарь Линь, что я могу для вас сделать?

— Мне нужно, чтобы вы пришли в мой офис.

— Извините, секретарь, но я уже еду домой.

— Тогда мне нужно, чтобы вы развернулись.

— При всем уважении, секретарь, если я проведу еще одни выходные, не поехав домой и не увидев жену, я уволюсь и позволю тому, кого вы найдете мне на замену, разбираться с любым кризисом, который только что разразился.

— Анна...

— Не надо «Анна», Шу-Чэнь. Не думай, что я пропустила тот факт, что слухи о моих людях в Европе разошлись примерно через четыре секунды после того, как я рассказала тебе о них.

— Это то, что нам нужно обсудить. Вы должны дать нам больше информации о...

— Я дала вам информацию, которая у меня есть, Шу-Чэнь. Если я получу больше... ну, я, вероятно, оставлю её при себе. У тебя длинный язык, и это технически — или юридически — не входит в мои обязанности. Это была группа, которую я отправила в поле, по собственной инициативе. Никаких средств департамента, никаких контактов департамента.

— Черт возьми, Анна, люди думают, что Асано вернулся.

— Может быть. Я не знаю.

— Анна, я слышу опасные вещи. Руфус Ремор объявил, что Асано возвращается и будет более или менее делать всё, что черт возьми захочет, с планетой, а потом случилась эта так называемая Система. Многие напуганы. Влиятельные люди. Вещи, которые я слышу, варьируются от ядерной бомбардировки Франции до странной магической дряни, в которую я не знаю, верить или нет.

— На данный момент безопаснее верить. Послушай, я тоже кое-что слышу, но у меня действительно нет ничего, что можно было бы добавить. Честно говоря, всё больше похоже на то, что мои люди оказались втянуты в то, что бы это ни было, и мы никогда о них не услышим.

— Тогда твоя информация устарела. Спутники снова работают над Францией, и у меня есть визуальное подтверждение того, что Найджел Торнтон и его группа освободили ферму крови и доставили людей на территорию, которая, по-видимому, снова находится под контролем Асано.

— Ну, они со мной не связывались.

— Мы знаем. Мы мониторили все твои каналы связи.

— Черт возьми, Шу-Чэнь. Ты пытаешься заставить меня уволиться?

— Ты знаешь, что не сделаешь этого, Анна. Ты слишком стремишься сделать всё лучше, несмотря на всю грязную политику. Вот почему ты ушла из Сети к нам. Кто предложит тебе место за столом лучше, чем мы?

ЦЕЛИ

ЦЕЛИ

В безопасном отдалении от Яреша находился полигон для испытаний Ассоциации магических исследований. Отделение в Яреше было одним из первых, когда ассоциация только пыталась утвердиться, и Клайв тщательно выбрал место. В то время, когда Яреш всё еще восстанавливался и изо всех сил пытался контролировать прилегающий регион, охрана, защищающая испытательный центр, по умолчанию требовалась для обеспечения безопасности обширной территории вокруг него.

Клайв расположил объект между двумя основными торговыми путями: рекой и одной из немногих уцелевших главных дорог. То, что внешние силы обеспечивали их безопасность, когда город испытывал наибольшую нехватку ресурсов, было огромным благом. Это, в свою очередь, заставляло город очень неодобрительно смотреть на любые попытки Магического общества подорвать ассоциацию в процессе её становления.

Сам испытательный центр представлял собой серию укрепленных зданий, подземных бункеров и открытых платформ, разбросанных по обширной территории. Земля требовала минимальной расчистки для строительства, так как когда-то была сельскохозяйственными угодьями. Прежние владельцы земли давно умерли, а ближайший город был заброшен.

Одна из нескольких открытых платформ на объекте была простой, но очень большой, предназначенной для обслуживания и модификации крупногабаритных транспортных средств. Прямо сейчас пять человек стояли посреди платформы вокруг фляги на земле.

— Оказалось, не так сложно, как мы опасались, — сказал Трэвис Джейсону.

— Я занимаюсь этим много лет, — объяснил Ткач облаков. — Я создавал облачные транспортные средства и структуры для нескольких церквей, и они любят включать силу своего бога в дизайн. Я подозревал, что с вашим случаем может быть похоже, и хотя были дополнительные сложности, принципы были во многом такими же.

— Какие сложности? — спросил Джейсон.

— Сила бога проста. Чиста. Сфокусирована. Ей не нужно быть сложной, потому что сила, практически говоря, бесконечна. Изучая ваше влияние на флягу, очевидно, что ваши силы беспорядочны. Сложны. Я правильно делаю вывод, что вы по крайней мере частично божественны, не так ли?

— Погодите, — сказал Гектор де Варко. — Вы отчасти бог?

— Это не совсем точно, — объяснил Клайв. — Скорее, случай в том, что его трансцендентный аспект обладает определенными возможностями, которые функционально работают так же, как боги выполняют подобные задачи, а не в том, что Джейсон сам является богом. Конечно, с трансцендентным аспектом его существа и его способностью выполнять вышеупомянутые задачи, практическая разница...

— Он хочет сказать «нет», но отчасти «да», — вставил Джейсон.

— Джейсон, — сказал Клайв, — это очень упрощенно.

— Да, — согласился Джейсон. — Клайв, у меня нет времени на длинную версию, а я бессмертен.

— Отчасти бог, — сказал Гектор. — Это заставляет меня чувствовать себя намного лучше от того, что вы выиграли нашу дуэль, просто посмотрев на меня.

Дом де Варко был одним из крупных дворянских домов в Королевстве Штормов, у которого не было фамильного поместья в Римаросе. Как и в любой аристократической семье, у них были искатели приключений. Однако их влияние и репутация исходили от строительства и торговли магическими транспортными средствами. За долгое отсутствие Джейсона Гектор добился известности в семье, возглавив новое предприятие: модификацию облачных конструктов.

Хотя облачные фляги были редкостью, менее экстравагантные облачные конструкты — нет. Небольшие персональные транспортные средства были относительно доступными, после чего цены резко возрастали. Они всё еще не были дешевыми по сравнению с вещами вроде парящих дисков, но их было удобно хранить в небольших сосудах, как в режиме амулета облачной фляги Джейсона. Они также были модными, с такими особенностями, как тянущиеся искры, меняющиеся цвета и другие эффекты, что приводило к очень полным казнам Дома де Варко.

— Ваша сила служит в облачной фляге почти той же цели, что и божественная, но с некоторыми ключевыми отличиями, — продолжил Ткач облаков. — Влияние вашей силы не было частью оригинального дизайна, поэтому было трудно составить карту того, как это повлияло на функциональность фляги. Вместо колодца божественной силы, из которого фляга могла бы черпать, ваша сила влияет на флягу почти во всех аспектах. Вот почему мой перехват управления больше не работает, и именно поэтому ваши конструкты могут функционировать как портативные храмы.

— Храмы кому? — спросил Гектор, затем посмотрел на Джейсона. — Вам? Из-за того, что вы отчасти бог?

— Ага, — подтвердил Джейсон. — Вам не рассказывали об этих вещах?

— Меня только что ввели в курс дела, — сказал Гектор. — Я выполнял контрактную работу с Трэвисом по системам вооружения транспортных средств, и он сказал, что у него есть особый проект. Возвращаясь к теме храмов, это то, что мы могли бы воспроизвести? Держу пари, количество церквей, ищущих облачные транспортные средства, резко возрастет, если это вариант.

— Я думал о том же, — сказал Ткач облаков.

— Теперь, когда мы понимаем большую часть базовой структуры вашей облачной фляги, — объяснил Клайв, — мы можем рассмотреть возможность включения некоторых модификаций, над которыми Трэвис работал годами.

— Это просто побочный проект, с которым я возился, — сказал Трэвис. — Я делал оружие для вашей облачной фляги раньше, но это было много лет назад. Мои магические знания всё еще были основаны на Земле, и я использовал лишь малую часть потенциала. Контрактная работа с Домом де Варко заставила меня снова задуматься об этом. Большая часть моей работы оказалась во фляге Эмира Бахадира, но, очевидно, у вашей есть некоторые нетрадиционные свойства. И многие идеи, которые у меня были, оказались нежизнеспособными, как только мы как следует заглянули под капот. Из тех, что были жизнеспособны, мы выбрали несколько особо особенных, и Гектор заставил своих людей ускорить производство.

— Одно только то, что мы узнали, работая над этим, делает всё стоящим для нас, — сказал Гектор. — У вас будут самые персонализированные системы вооружения на любой облачной фляге, о которой я когда-либо слышал. Любой глупец, решивший вступить в бой с вашими облачными конструктами, точно будет знать, с кем имеет дело.

— Есть еще несколько аспектов вашей фляги, которые мы не смогли полностью расшифровать, — признал Ткач облаков. — Я не уверен, как именно она, кажется, повысила ранг вместе с вами. Никаких особых материалов, никакого ритуала улучшения. Аспект, с которым у нас возникло больше всего проблем, — это какая-то второстепенная функциональность, которая, кажется, связана с внешними предметами. Без них функция, по-видимому, теряется.

— Да, — подтвердил Джейсон. — Это часть набора из трех предметов. Я получил этот связующий предмет на серебряном ранге, когда убил этого разумного динозавра золотого ранга и обыскал его тело.

— Вы убили разумного монстра золотого ранга на серебряном? — спросил Клайв.

— Я же рассказывал вам об этом, — сказал Джейсон. — Большая часть работы была сделана, когда протоастральное пространство закрылось вместе с нами внутри. Оно выплюнуло нас обратно, когда он был почти мертв. Я просто добил его.

— Как вы выжили? — спросил Ткач облаков.

— О, я был мертв полностью. Но возвращение с того света — это...

— Вроде твоей фишки, — сказал Клайв. — Да, мы знаем.

— Я помню это, — сказал Трэвис. — Ты говоришь о Макассаре, верно? Кадры были во всех новостях. Я правильно помню, что ты превратился в гигантскую птицу из звезд?

— Звездный феникс, да.

— Ты всё еще можешь так делать? — спросил Трэвис.

— Этот аватар может, да.

— Это было круто. Тайка тоже может превращаться в большую магическую птицу. Может, мне стоит построить реактивный ранец с крыльями, как у Генерала Ястреба.

— Из G.I. Joe? — спросил Джейсон.

— Вы, люди, вообще не способны придерживаться темы? — спросил Ткач облаков.

— Да, в общем-то, — согласился Джейсон, пока Клайв и Трэвис кивали в знак согласия.

— Что ж, суть в том, что я хотел бы поблагодарить вас за предоставление доступа к вашей облачной фляге. Это заняло значительно больше времени, чем я надеялся, но это было в конечном итоге более ценно, учитывая влияние вашего текущего состояния на неё. Однако мне любопытна та другая функциональность.

— О, она просто позволяет мне вытащить немного облачной субстанции и использовать её для создания щитов и тому подобного. Она достаточно сильна, чтобы быть эффективной только против вещей ниже моего ранга, так что я обычно использую её, чтобы делать стулья. Изначально я был разочарован, если честно, но это стало одной из моих любимых вещей.

— Я изучал облачную мебель, — сказал Гектор. — Мне пока не удалось сделать её рентабельной.

— Мы ожидаем, что материалы для улучшений прибудут где-то в течение следующего часа или около того, — сказал Трэвис. — Мы установим их, проведем небольшое тестирование, и тогда наконец сможем отправиться в путь. Всё остальное готово, верно?

— Да, — сказал Джейсон. — Мы просто ждали транспорт.

Ткач облаков пожал руку Джейсону.

— Должен признаться, я долгое время был в плену традиционного мышления, — сказали они. — Неспособность к инновациям — одна из ловушек, которые приходят с долголетием. Следуя примеру Дома де Варко, за последнее десятилетие произошли некоторые замечательные скачки в... какой термин вы использовали, Трэвис?

— Тюнинг после покупки.

— Мне всё еще не нравится эта фраза, — сказал Гектор. — Да, есть торговые залы Общества искателей приключений, где можно купить облачные конструкты, но это для более доступных персональных транспортных средств. Облачные транспортные средства и их модификации — это престижный продукт. Намек на то, что их можно купить в киоске, не создает того имиджа, который ищет моя семья.

— Пока мы ждем, — сказал Клайв, — возможно, вы могли бы ответить на еще несколько вопросов, которые у меня есть о Системе.

Джейсон издал стон. — Ладно.

— Отлично, — сказал Клайв и вытащил блокнот из кармана где-то внутри своей развевающейся мантии волшебника. — Итак, в прошлый раз мы обсуждали степень, в которой вы осознавали Систему, когда она действовала вблизи вашего Первичного аватара...

* * * Первым облачным судном, с которым столкнулся Джейсон, было судно Эмира. Оно вплыло в Гринстоун размером с океанский лайнер, не летая из-за низкого уровня магии в той части мира. Теперь, когда Джейсон был золотого ранга, он наконец мог создать транспортное средство подобного размера, и оно улетало из Яреша рядом с судном Эмира.

Оба судна выглядели заметно иначе, чем то, первое, что Джейсон увидел у Эмира. Облачная субстанция оставалась в качестве базовой структуры, но значительные внешние панели выстилали экстерьеры. У Эмира панели выглядели как синие солнечные батареи, излучающие слабое свечение. Они использовали окружающую магию, чтобы питать судно Эмира более эффективно, экономя на расходах монет духа.

У Джейсона было преимущество питания своего облачного корабля от своей личной вселенной, полностью пропуская это требование. Темно-красные панели на его судне были больше ориентированы на защиту, на случай нападения монстров. Поскольку их маршрут должен был пролегать чуть севернее Паллимустусского эквивалента Австралии, это считалось мудрым шагом. Островной континент был известен высокоранговыми и опасными монстрами, и было нередким явлением, когда один из них плыл или летел на север.

Джейсон и Даниэль находились на открытой палубе над мостиком, где Шейд пилотировал судно.

— Ты же знаешь, что можешь перемещаться порталами по всему миру, верно? — спросила Даниэль. — Нам не обязательно ехать долгим путем.

— Иногда долгий путь — это и есть цель. По крайней мере, мне нужно посетить места, прежде чем я смогу перемещаться туда порталами. То же самое для Клайва и телепортов Хамфри. Я знаю, что у них была возможность много путешествовать в мое отсутствие, но всегда есть что посмотреть. А что касается меня, у меня не было такой возможности. Я многое упустил и собираюсь наверстать. Я хочу увидеть мир, а не телепортироваться мимо него.

— Помню, как мой сын рассказывал мне об этом самом плане давным-давно. Блуждать по миру на пути в Эстеркост. Ты не выбрался дальше Яреша.

Джейсон обернулся, чтобы посмотреть назад, когда они проплывали над деревьями. Он едва мог различить свет, отражающийся от башен Яреша.

— Теперь выбрались. Это заняло больше времени, чем я ожидал, но вот мы здесь. Я не ожидал, что великие астральные существа появятся и скажут мне, что я должен играть роль IT-шника для космоса.

— IT-шника?

— Да, они сломали свой магический трон, так что мне пришлось пойти выключить его и включить снова.

— Если я собираюсь быть твоим политическим советником, мне нужно, чтобы ты начал говорить с людьми так, как они понимают. Особенно со мной.

— Ты поняла. Контекстные подсказки.

— Джейсон, ты хочешь, чтобы я наставляла тебя в вопросах дипломатии, да?

— Да.

— Тогда я буду стараться объяснять вещи по ходу дела, так как сказать тебе делать противоположное каждому твоему инстинкту может быть сочтено обидным.

— Значит, ты не собираешься мне этого говорить?

— Нет.

— Почему-то это всё равно кажется обидным.

— Тогда тебе нужно закалиться. Помню, когда ты прибыл в Гринстоун. Помню печь страха и паники, горящую в сердце твоей ауры, скрытую под бравадой и странным поведением. Но те дни давно позади, Джейсон. Тогда ты был мальчиком с потенциалом. Теперь ты должен быть мужчиной, который соответствует ему.

— В мой первый день в этом мире Руфус прямо сказал мне, что я должен выбрать, возьму ли я ответственность за свою судьбу. Всё зашло немного дальше, чем кто-либо из нас ожидал. Я никогда не был готов иметь дело со всеми этими сущностями, которые были намного сильнее меня. Теперь я не готов быть тем, у кого есть сила. Странно, что мне нужно учиться быть более дипломатичным, чтобы не использовать её. Если я просто буду срываться на всех, кто пытается обращаться со мной так же, как в прошлый раз, когда я был на Земле, я в конечном итоге начну войну со всей планетой.

— Хорошая вещь в том, что обладание этой силой и её неиспользование будет ценным активом. Дипломатия — это война, и, как любая война, она включает влияние, позиционирование, союзников и, да, силу. Многих видов. Ты собираешь разведданные и надеешься, что знаешь о них больше, чем они о тебе, никогда не будучи полностью уверенным. Всё — это преимущество, которое можно выиграть или потерять. Если ты собираешься кого-то раздражать, это должно быть с целью. Намеренно. Если эта цель — твое личное развлечение, ты отдаешь преимущество ни за что.

— Есть часть меня, которая хочет войти и продемонстрировать, что на Земле нет никого, кто мог бы остановить меня от того, чтобы делать всё, что я хочу.

— Представляю, это было бы очень приятно.

— Да. И всё начало бы идти не так почти сразу. Но я знаю, что будет трудно сдерживаться, когда я увижу что-то, с чем не могу смириться. Я знаю, что иметь силу для перемен — это не то же самое, что хорошая идея, не когда мое понимание ситуации слишком поверхностно. Это не делает сдерживание легким.

— Я сказала, что дипломатия — это война, Джейсон, а у войн есть цели. Кажется, прямо сейчас ты не думаешь дальше желания избежать создания проблем.

— Думаю, это вполне обоснованное желание.

— Да, но это не цель. Это то, во что ты искренне веришь, что можешь придерживаться? Можешь ли ты стоять в стороне, пока происходит какая-то травестия, и просто оставить это людям Земли, чтобы они разобрались?

— Наверное, нет, если честно. Здесь, на Паллимустусе, всё проще. Никто не будет смотреть на это как на вызов суверенитету или нарушение местной культуры, если ты ударишь монстра, пока он не взорвется. Даже когда проблемы становятся политическими, люди здесь понимают индивидуальную силу. На Земле они не понимают последствий существования таких, как мы. Они думают о них как об экстраординарных угрозах, а не как о новом образе жизни мира. И когда они поймут, что это будет новый образ жизни, люди, которым нравится старый, начнут нервничать. Отчаиваться.

— Это твоя цель, тогда? Помочь Земле плавно перейти к новой парадигме силы?

— Нет. Это займет время, и люди Земли должны сами найти свой путь вперед. Я больше не один из них, не совсем.

— Тогда тебе нужно найти, каковы твои цели, даже если только предварительные. Это сфокусирует твои усилия и позволит отправиться на Землю с чем-то большим, чем тревога, что ты собираешься её сломать.

— Даниэль, я чувствую, как ты тянешь меня за нос к чему-то. Просто выкладывай.

— Ты хочешь изменить вещи, да?

— Да, но не дразни меня, Даниэль. Я не быстро учусь, и мне потребовалось постыдно долгое время, чтобы вбить себе в голову идею о непредвиденных последствиях. Я не собираюсь просто выбрасывать это в окно.

— Ты действительно не быстро учишься, да? Да, если ты сорвешься с места, не имея реального понимания того, что делаешь, и попытаешься исправить проблемы, ты создашь еще больше. Но почему я здесь прямо сейчас?

— Чтобы помочь мне с вещами, которые я...

Раздражение от собственной глупости отразилось на его лице.

— ...чтобы помочь мне с тем, чего я толком не понимаю.

— Вот твоя цель, Джейсон. Ты хочешь использовать силу, которая в твоем распоряжении, чтобы решать проблемы, которые другие не могут или не хотят. Тебе нужно найти людей, которые могут помочь тебе сделать это, не ухудшая ситуацию.

— Это звучит подозрительно похоже на то, что предлагал Владычество насчет захвата власти. Или ситуация Команда Америка: Мировая полиция.

— Джейсон Асано, что я только что сказала?

— Точно, прости. То, о чем ты говоришь, — это сложная затея, однако, со множеством шагов. Мы говорим об установлении чего-то среднего между аналитическим центром и разведывательным агентством. И это не я делаю странные отсылки, кстати. Я объясню тебе концепции позже, потому что они будут важны. И даже если предположить, что мы сможем заставить это работать, нам придется иметь дело с последствиями этого. Договариваться, как и когда мы можем вмешиваться, когда что-то происходит. И что произойдет, когда мы вернемся на Паллимустус. Мы будем гостями на Земле, а не жителями. Что, если мы создадим Лигу Справедливости, а потом сбежим обратно на Палли?

— Джейсон...

— Прости. Но политически и дипломатически сложно — это не начало описания того, что повлечет за собой такой подход. И как только мы пройдем через их страх перед нами, они попытаются нас эксплуатировать.

— Это звучит знакомо. Возможно, политика не так уж отличается там.

— Какой наш первый шаг?

— Если не считать того, что я учу тебя избегать извержения постоянного потока бессмыслицы? Информация. Всегда сначала информация. Если ты можешь связаться с этим человеком, которого хочешь завербовать на Земле, тебе следует сделать это поспешно. Прежде всего остального нам нужно понять, во что мы ввязываемся.

ЗАЩИТА ДИКТАТОРА

ЗАЩИТА ДИКТАТОРА

Будучи основанной десятилетия назад, Святая Армия Знания имела много элитных подразделений серебряного и даже золотого ранга. Другим армиям, как наций, так и других богов, не хватало заблаговременного предупреждения от богини Знания. Без времени на набор и подготовку их ряды в основном состояли из людей, которые повысили ранг, используя ядра монстров. Они не собирались быть искателями приключений, имея мало боевого опыта вне всплесков монстров. Но когда пришел призыв к войне от их монархов и богов, они не уклонились от своих обязанностей.

После более чем десятилетия войны против посланников многие из этих сил стали закаленными в боях ветеранами. Однако всегда были новые новобранцы, и даже ветеранские войска уступали искателям приключений с таким же уровнем опыта. Многие силы были надежными и опытными, но менее мощными из-за меньших ресурсов и меньшей подготовки. У них часто было элитное основное руководство из нынешних или бывших искателей приключений, но они неизбежно уступали первоклассным армиям и оперативным группам Общества искателей приключений.

Это не означало, что эти менее значимые группы не имели ценности. Опытные руки всегда были активом, и было слишком много мест, где элитные группы могли быть размещены. Зоны с низким приоритетом, где посланники не проявляли интереса, часто защищались местными армиями, беря на себя не только угрозы посланников, но и роли охотников на монстров, когда так много искателей приключений были заняты. В зонах с низкой угрозой этих менее мощных групп обычно было достаточно.

Война, однако, была капризной и жестокой. Обстоятельства могли измениться внезапно и без предупреждения, превращая тихую заводь в оспариваемое поле битвы. Так было в Сегурадо, небольшом городе-государстве в том, что на Земле было бы Уругваем.

Армия Сегурадо не была элитной силой. Даже искатели приключений, возглавлявшие их, были лишь теми, кого можно было выделить из более критических зон. Не было никаких признаков того, что посланники проявляли какой-либо интерес к этому району, пока, внезапно, они не оказались повсюду. Они летели низко, над джунглями и даже сквозь них, чтобы избежать обнаружения патрулями наблюдателей. В джунглях была магия тревоги, но её избежали или отключили. Это всегда было угрозой, учитывая превосходную ритуальную магию посланников.

Силы посланников приблизились к городским стенам, прежде чем кто-либо осознал это, бдительные защитники почувствовали их только тогда, когда они совершили свой финальный подход. Однако вместо того, чтобы сразу перейти к атаке, они покинули свои позиции на малой высоте и взмыли высоко в воздух. Их число было так велико, что они затмили небо, словно грозовые тучи проходили над городом. То, что они приготовили для людей внизу, однако, было намного хуже, чем ветер и дождь.

Более многочисленными, чем сами посланники, были их причудливые призывы; расходная армия существ, варьирующихся от чудовищных до совершенно неестественных. Бесплотные глаза, окруженные концентрическими металлическими кольцами. Гигантские костяные кубы с пастями на каждой стороне, цепкие языки выскальзывали из каждой зубастой пасти. Круглые клетки, наполненные сотнями рук, которые хватались сквозь прутья за пустой воздух.

Наступила пауза, словно посланники ждали, чтобы жители посмотрели в небо и запаниковали. Это злобное милосердие оказалось недолгим, и население, и защитники города всё еще суетились, когда армия посланников начала спуск. Купол магического барьера города встал на место, когда монстры и посланники обрушили на него атаки. Слабый синий щит дрожал под ливнем, от снарядов, лучей и взрывов до грубой силы кулаков, когтей и щупалец.

Защитники спешили занять позиции, зная, что купол не продержится долго. Как и в Яреше, годами ранее, барьер, защищающий город, был разработан для отражения всплесков монстров, а не организованного вторжения. Силам посланников не хватало мощных артефактов, которые обрушили барьер в Яреше, но Сегурадо был меньше Яреша, с соответственно менее мощным барьером. Захватчикам не нужно было ничего, кроме жестокости и времени.

Армия Сегурадо успела выстроиться в оборонительные порядки до того, как барьер начал рушиться, но они знали, что это мало им поможет. Они были далеки от элиты, и причудливая армия монстров значительно превосходила их числом.

Лидером армии Сегурадо была генерал Миллисент Маркс, эльфийская искательница приключений в классическом стиле заклинателя своего народа. Она находилась на плоской крыше самой высокой башни города, вместе с несколькими другими заклинателями. Оборона города не заканчивалась на барьере, башня служила для усиления дальности и силы заклинаний.

— Возможно, они больше заинтересованы в нас, чем мы надеялись, — сказала она, глядя на врагов, колотящих по барьеру. — По крайней мере, мы не такой уж приоритет. Они использовали призывы для большей части своей армии, и там не так много золотых рангов.

— Малые милости, — сказал её заместитель. Как и большинство людей в южной половине континента, он был эльфом. — Милли, как думаешь, мы выстоим? Честно?

— У нас есть шанс, — сказала Миллисент. — Но даже если город устоит, он сгорит.

Барьер был разработан для сдерживания монстров, пока искатели приключений выходили им навстречу. Никто не был настолько глуп, чтобы применять такой подход против безжалостных и разумных посланников. Это было равносильно смерти. Максимум, что купол мог сделать для них, — это выиграть время для населения, чтобы добраться до бункеров от всплесков монстров, а армии Сегурадо — занять оборонительные позиции. Некоторые заняли формации на земле, другие в воздухе. Несколько заняли позиции в оборонительных сооружениях, таких как магическая башня.

Миллисент собралась с духом. Она была золотого ранга и почти наверняка переживет грядущую битву. Но она знала, что это будет означать оставить своих подчиненных, город и его жителей на мрачную участь. Она задавалась вопросом, не было бы лучше стоять до конца и погибнуть в бою.

Серебряных и золотых рангов было трудно убить, и они умели выживать, особенно искатели приключений. Когда посланники выигрывали битву, большинство элиты Паллимустуса спасались, чтобы сразиться в другой день. Довольно часто эти победы происходили потому, что посланники были более готовы жертвовать жизнями, чем искатели приключений. Посланники вели войны на истощение, идя жизнь за жизнь, пока армии и искатели приключений не могли больше терпеть потери.

Миллисент задавалась вопросом, требовала ли победа в войне людей с мрачной решимостью принести ту же жертву. Возможно, ей нужно было не спасаться, а забрать с собой как можно больше из них. Её эмоции хотели, чтобы она сражалась до самого конца, но она знала, что это бесполезно.

Хотя посланники были в меньшинстве на Паллимустусе, их было больше в космосе, чем звезд на небе. Готовых к бою серебряных рангов посланников можно было выращивать и тренировать партиями, за долю времени и ресурсов, необходимых для создания эквивалентного пользователя эссенций. Если у посланников была безопасная и установленная станция призыва где-либо в этом районе, они всегда могли пополнить свои ряды.

Миллисент закрыла глаза, заставляя себя сделать успокаивающие вдохи, когда барьер начал поддаваться. Она позволила себе лишь мгновение на это, прежде чем снова распахнуть глаза. Когда барьер рухнул, он не треснул и не разбился, как стекло. Образовались ряби, как на поверхности пруда, с дырами в центре каждой ряби. Монстры хлынули сквозь них, когда ряби расширялись, сталкиваясь друг с другом, пока барьер не распался полностью, растворившись, как туман.

Враги, которые еще не двигались, устремились вниз каскадом инопланетных боевых зверей, с великолепными крылатыми воинами, следующими позади. Монстры издавали инопланетные завывания, пробирающие до костей визги и звуки, которые ни одно живое существо не должно было быть способно произвести. Костяные кубы издавали звуки, похожие на скрежет зубов, усиленные через рупор. Другие издавали звуки, похожие на скрежет и деформацию металла.

Их коллективные ауры обрушились, словно молот. Эмоции призывов были ясны, хотя и в значительной степени непостижимы. Была инопланетная злоба, утопленная в безумии разумов, фундаментально отличающихся от обычных людей или даже большинства монстров. Что касается посланников, то только серебряные ранги были читаемы, и только золотыми рангами, такими как Миллисент. Они не питали ненависти, только превосходство, цель и послушание. Она не могла читать их мысли, но их эмоции предполагали, что у них было мало мыслей, не данных им их далекими королями.

Миллисент также могла чувствовать эмоции своих товарищей-защитников и населения, которое они защищали. Все были наполнены отчаянием, которое отражало собственное отчаяние Миллисент. Мало у кого была надежда, и та малая, что находилась, быстро умирала.

Затем что-то изменилось. Миллисент сначала не была уверена, что именно, но реакция врага была очевидной, немедленной и экстремальной. Их спуск мгновенно прекратился, словно замороженный водопад. Их ауры забурлили, смесь страха, ярости и замешательства поразила посланников.

Миллисент не знала до этого момента, что страх — это то, что они вообще могли чувствовать. Она слышала истории о захваченных посланниках, которые сопротивлялись пыткам до последнего кусочка жизни. Что касается призывов, она никогда не чувствовала ничего от их аур, кроме бессвязного безумия. Они внезапно стали связными, сфокусированными на чем-то высоко вверху, как мышь, наблюдающая за сидящей совой. Внезапное изменение было тревожным, даже с облегчением, что их внимание больше не было приковано к городу.

Миллисент была уверена, что что-то появилось над посланниками. Она не могла получить хорошее представление о нем сквозь шторм вражеских аур, и их было слишком много, чтобы видеть дальше. Затем одна аура прорезала всё. Она сразу поняла, что именно она ответственна за всё, что только что произошло с посланниками.

Аура была золотого ранга и слишком мощной, чтобы исходить от человека. Она уже чувствовала такое усиление ауры раньше, встроенное в оборону главных церквей. Это не была аура бога, но и не совсем смертного. В любом случае, в небе над городом не было храма, когда она проверяла в последний раз. Затем она поняла, что чувствовала что-то подобное. Лишь однажды, очень кратко. Каждый пользователь эссенций чувствовал это в тот странный момент, когда Система впервые появилась. Что это значило, она понятия не имела, но в городе, изголодавшемся по надежде, она примет это.

Кому бы или чему бы ни принадлежала эта аура, она чувствовала, как посланники пытаются и не могут подавить её. Она была гнетущей, но доброжелательной, словно защита диктатора. Хотя это, безусловно, беспокоило, в тот момент это было достаточно хорошо.

Она смотрела вверх, пытаясь разглядеть сквозь толпу врагов. Призывы всегда были хаотичным беспорядком, но теперь они были водоворотом активности, мечущимися вокруг и иногда даже сражающимися друг с другом. Они сражались с чем-то еще, как и посланники, но Миллисент пока не могла видеть, с чем именно.

Миллисент коснулась ошейника на своей шее. Системы связи продвинулись семимильными шагами за последнее десятилетие, и она могла использовать ошейник, чтобы говорить со всеми своими войсками сразу.

— Кто бы там ни был, — объявила она, — они сражаются с посланниками. Я не знаю, сражаются ли они за нас, но они сражаются, и я не позволю им делать это в одиночку. Все отряды, способные к воздушному бою, — в полную атаку. Прямо сейчас.

Ветер завихрился вокруг Миллисент, подхватил её и понес в небо. Она не позволила себе увлечься, позволив более оборонительным элементам своих сил вести путь. Она была не только дальнобойным бойцом, но ей нужно было сохранять более широкий обзор битвы. Это противоречило её желанию броситься вперед и узнать природу их таинственных подкреплений, но она была опытным командиром и знала, чего будет стоить опрометчивость.

Армия Сегурадо атаковала то, что теперь было тылом отвлеченных сил посланников. Было всё еще неясно, кто или что было над ними, но Миллисент была в восторге от отвлеченного врага. Когда она высвободила свою мощную магию ветра, она впервые почувствовала их предполагаемых союзников, когда почувствовала, как другие пользователи эссенций манипулируют ветром. Один работал подобно Миллисент, создавая штормоподобное разрушение на обширной территории. Другой был гораздо более личным, проходя невредимым сквозь магические штормы на скоростях, которые Миллисент могла только чувствовать, а не видеть напрямую.

Она заметила тех, кто должен был быть искателями приключений, когда они приняли бой с посланниками. Мужчина в радужной броне прокладывал путь сквозь силы посланников с кажущейся безнаказанностью, на спине какого-то меняющего форму существа. В один момент это был орел, разрывающий крылья посланников своими когтями. В следующий — это была парящая слизь, которая поглощала и дезинтегрировала призывы посланников. Мужчина, ехавший на нем, размахивал массивным мечом, из которого извергались волны силы, ударяя по сгруппированным призывам, словно ураган, налетающий на комаров.

Появились другие предполагаемые союзники, все, по-видимому, золотого ранга. Несколько летали внутри панциря черепахи, верхняя и нижняя половины которого были соединены по углам, но в остальном открыты с боков. Множество заклинателей и целителей, по-видимому, работали изнутри, защищенные странным транспортным средством. Миллисент наблюдала, как несколько атак, направленных в открытые стороны, блокировались панцирем, который вырастал, чтобы защитить их, прежде чем снова втянуться.

В небе появился массивный набор вращающихся колес, выстроенных друг рядом с другом, словно гигантские ломтики колбасы. На них были символы, и иногда колеса останавливались и выпускали различные эффекты. Некоторые баффали и исцеляли их союзников, как новых искателей приключений, так и силы Миллисент, даже тех, кто всё еще был на земле. В другое время колеса запускали ослепительное разнообразие магических атак по врагу, от водяных струй и огненных шаров до калечащих дебаффов. Чем больше колес с совпадающими символами, тем сильнее эффект и тем больше людей было затронуто.

Одной странностью, которую она заметила, было присутствие бабочек по всему полю битвы, светящихся синим и оранжевым. Посланники избегали красивых существ, словно они были смертью во плоти, запуская атаки по бабочкам, чтобы держать их подальше. Это не сильно помогало, так как пораженные бабочки взрывались облаками искр. Эти облака затем искали врагов, в основном находя менее осторожные призывы.

Где бы ни приземлялись облака, жертвы немедленно ужасающе гнили, даже те, что не были из плоти. Те, кого касались бабочки, имели схожий, но гораздо более медленный эффект. Однако они начинали производить больше бабочек, которые вырастали из их тел и улетали в поисках новых жертв.

По мере того как силы посланников теряли сплоченность и их число падало, Миллисент смогла идентифицировать больше тех, кто, как она надеялась, были союзниками. Каждый из них казался не просто золотым рангом, а элитой золотого ранга. Посланники испарялись перед ними, словно утренний туман перед солнцем. Миллисент наконец смогла заметить источник массивной ауры, парящий в небе. Он выглядел как глаз размером с загородное поместье, всё, кроме сине-оранжевой радужки, было заключено в темно-красную броню. Вокруг радужки парили меньшие, но в остальном идентичные сферы, каждая размером с дом. Эти меньшие сферы были источником бабочек, которые лились из них, словно вода, стекающая с утеса.

Посланники не сражались тактически, чему Миллисент была рада. Они казались одержимыми одним из комбатантов, либо убегая от него, либо преследуя его с дикой яростью. У мужчины был темный плащ с теневыми руками, прорастающими из него, словно ветви жуткого дерева. Она слышала, как не один из неистовых нападавших кричал «еретический король», что бы это ни значило. Объяснения могли подождать до окончания боя.

Всё еще бросая заклинания, Миллисент наблюдала за тем, что быстро превращалось в резню. Посланники оказались зажаты между её силами и этими новичками, малочисленными, но великими в силе. Поскольку посланники едва обращали на них внимание, армия Сегурадо заставила их заплатить, безопасно эвакуируя своих раненых к целителям.

К тому времени, как битва закончилась, мертвые посланники были разбросаны по городу внизу. Приезжие искатели приключений сделали их добываемыми и оставили для её людей, чтобы те собрали их, радужный дым поднимался, когда посланники превращались в магическое оружие и припасы, которые, несомненно, будут использованы с пользой.

Миллисент не понесла ни одной смерти среди своих сил. Было несколько опасных моментов, но не раз щит вставал на место прямо перед тем, как кто-то из её людей получил бы смертельный удар. Всего короткое время назад она размышляла, стоит ли погибнуть в бою в защиту своего дома. Теперь захватчики были мертвы, а её люди были в безопасности.

У неё была глубокая благодарность, которую нужно было выразить.

ВЫ ХОТИТЕ, ЧТОБЫ ВАШИ ИСКАТЕЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЙ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ

ВЫ ХОТИТЕ, ЧТОБЫ ВАШИ ИСКАТЕЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЙ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ

После битвы Миллисент стояла на вершине магической башни. Как самая высокая точка в городе, она позволяла ей осматривать происходящее внизу, без необходимости начинать летать вокруг. Будет много встревоженных аристократов и городских чиновников, поэтому на данный момент она хотела оставаться на месте, где люди могли её найти.

Ленты радужного дыма поднимались, когда её люди обыскивали мертвых посланников там, где они пали в городе. Будет ущерб от армии мертвых ангелов, приземляющихся на вещи, но, надеюсь, минимальные потери. Население эвакуировалось в бункеры, пока оборонительный барьер держался, но всегда были те, кто был слишком упрям, слишком стар или слишком болен, чтобы двигаться.

Женщина внезапно оказалась рядом с Миллисент, прибыв почти слишком быстро, чтобы даже золотой ранг мог почувствовать её приближение. Она осознала, с опозданием, кто эти люди. Если бы не была отвлечена экзистенциальной угрозой своему дому, она могла бы узнать некоторых из их более отличительных членов. Мужчина в радужной броне, едущий на меняющем форму драконе, определенно должен был быть подсказкой. Это была Команда Бисквит, которая недавно вернулась в Яреш вместе с другими известными искателями приключений по неизвестным причинам.

У этой женщины были темные волосы и смуглый цвет лица, так что она не была знаменитой красавицей-скороходом команды. Но мать лидера команды была даже известнее самой команды, и эта женщина соответствовала описанию.

— Вы Ведьма Времени из Витесса, — сказала Миллисент.

— Я вообще-то из места под названием Гринстоун. И предпочитаю, чтобы меня называли Даниэль, если честно.

Даниэль предложила руку, и Миллисент пожала её.

— Вы командуете местными силами? — спросила Даниэль.

— Генерал Миллисент Маркс, Силы обороны Сегурадо.

— Даниэль Геллер.

— Спасибо за помощь. Наши силы закалены в боях и полны решимости защищать свои дома и семьи, но решимости не всегда достаточно.

— Нет, — грустно согласилась Даниэль. — Это не так.

Миллисент посмотрела вверх, туда, где странный, огромный глаз превратился в массу облака. Теперь он медленно принимал форму небесного лайнера, крупнейшего класса дирижаблей.

— Это то, на чем вы путешествуете?

— На данный момент, — сказала Даниэль. — У человека, которому принадлежит судно, есть склонность к драматизму.

— Это то, на что это похоже?

— На что «это»? — спросила Даниэль.

— Быть знаменитым искателем приключений. Я родилась и выросла здесь, в Сегурадо. Тренировалась здесь, а не в каком-то большом городе вроде Витесса. У меня была мечта, когда я была железного ранга, о том, чтобы достичь золотого ранга и ворваться в один из знаменитых городов искателей приключений, словно королева. В конце концов, я никогда не уходила далеко. Всегда было слишком много дел, и это всегда оставалось мечтой. По стандартам золотого ранга я мелкая рыбешка.

— На золотом ранге не бывает мелкой рыбешки.

— Конечно, вы так думаете. Ваша жизнь — это сплошные путешествия по миру и трансформирующиеся небесные корабли. Налетать, чтобы спасти маленькие безымянные места, о которых вы не вспомните через неделю. Я не пытаюсь звучать неблагодарно — я глубоко благодарна за то, что вы налетели, поверьте мне. Это просто заставляет меня осознать, что, даже если бы я не застряла, охраняя это место все эти годы, я не была бы ничем особенным в таком месте, как Римарос или Кача Килле.

— Поверьте мне, мисс Маркс, вы особенная. Я знала многих искателей приключений из-за пределов знаменитых городов, и немногие решают остаться и защищать свои дома после достижения высокого ранга. Из тех, кто это делает, это реже из чувства долга, чем из желания быть большой рыбой.

— Вы сказали, что не бывает мелкой рыбешки.

— И я имела в виду именно это. Даже те, кто достиг золотого ранга с помощью ядер, — примечательные люди, но те, кто этого не сделал, всё еще имеют потенциал пойти дальше. Многие знаменитые золотые ранги никогда не достигают алмазного, в то время как некоторые, о которых никто в Римаросе или Витессе никогда не слышал, достигают алмазного. Путь долог и странен, и многие теряют из виду долг, пока идут по нему. Если бы вы сказали Обществу искателей приключений, что покидаете это место, кто бы вас остановил? Общество и лидеры этого города попросили бы вас остаться, но они не сделали бы больше, чем попросили. Потому что вы золотой ранг, и это делает вас особенной, откуда бы вы ни были.

— Общество искателей приключений послало вас сюда?

— Да. Они используют сеть связи небесного канала, чтобы сообщать о передвижении посланников. Они также просили нас перемещаться через более отдаленные районы в наших путешествиях, где общество не может позволить себе разместить основные силы. Мы оказались в этом районе как раз тогда, когда армия посланников снялась с лагеря и направилась к вам, поэтому они попросили нас вмешаться. Нам повезло оказаться в этом районе.

— Не так повезло, как нам.

Даниэль кивнула.

— Печально, что так много жизней зависят от удачи, но это ситуация, в которой мы...

Она замолчала, когда звук двух спорящих голосов достиг их сверху. Два человека плыли вниз на маленьком облаке, приближаясь к башне.

— ...каждый город, просто большинство из них, — сказал Нил.

— Я никогда не разрушал город, — парировал Джейсон. — Я был во многих городах, и едва ли какой-то из них был разрушен. Посмотри на этот. Он в порядке.

— Сколько это «едва ли какой-то»?

— Не знаю. Три. Четыре, полагаю, но один был скорее большим городом. А город Брайтхарт был практически разрушен еще до того, как мы туда добрались. К тому же, не делай вид, что тебя не было на половине из них.

— Четыре — это с учетом Римароса?

— Почему я должен считать Римарос?

— Тот летающий город Строителей был сброшен на него.

— Он был сброшен рядом с ним, Нил. И ущерба почти не было. Жрецы Океана остановили цунами.

— Значит, всего четыре, тогда.

— Именно.

— Ты же понимаешь, что четыре — это много, когда речь идет о разрушенных городах, верно?

Даниэль издала материнский вздох.

— Возможно, — сказала она Миллисент, — мне придется признать твой довод о том, на что похожа моя жизнь.

Пара приземлилась, и облако, на котором они ехали, втянулось в амулет, висящий на шее одного из мужчин. Другой двинулся вперед, чтобы пожать ей руку.

— Нил Дэвон, — представился он. — Командный целитель.

— Это вы накладывали щиты на моих людей?

— Возможно, я подбросил странный барьер, тут и там. Ничего примечательного.

— Вы спасли жизни, которые иначе были бы потеряны. Жизни моих людей. Вы имеете мою благодарность.

— Пожалуйста. А это...

— Джон Миллер, — представился другой мужчина, двигаясь вперед, чтобы пожать ей руку. — Командный повар.

— Повар?

Он определенно не был одет для приключений: в цветочной рубашке, шортах и сандалиях, увенчанный соломенной шляпой. Это было уместно для солнечного дня, но не для борьбы с монстрами. Его аура была человеческой и серебряного ранга, с характерным налетом ядер монстров. Он выглядел как самый обычный вспомогательный искатель приключений, но всё же казался Миллисент немного странным. У него была сила перевода, которая звучала немного странно, и, казалось, он владел облачным транспортом, на котором они ехали. Достаточно большой, чтобы комфортно перевозить двоих, означал, что он дорогой, даже если он работал на знаменитых искателей приключений. Сколько они платили своему повару?

В основном, это было то, как он держался. Он был использующим ядра серебряным рангом, окруженным искателями приключений золотого ранга, некоторые из которых были чрезвычайно знамениты. Даже Миллисент была нехарактерно нерешительна рядом с Ведьмой Времени из Витесса. Этот человек не проявлял никакой осторожности или почтения, к которым она привыкла от людей более низкого ранга. Он вел себя так, будто полностью принадлежал этому месту.

Она бросила слегка грубый взгляд на эмоции в его ауре. Она увидела не больше, чем ту же уверенность, что была продемонстрирована. Он одарил её насмешливой улыбкой, словно понял, что она делает. Он определенно не должен был быть способен на это, но мог, вероятно, догадаться по любопытству в её взгляде. Он откланялся, спросив, может ли он воспользоваться подъемной платформой, оставив её с искателями приключений.

* * * Импровизированный уличный фестиваль возник, казалось, из ниоткуда, длинные столы и продуктовые лавки заполнили торговый район. Пока город Сегурадо праздновал свою передышку, заботы Миллисент были о том, что будет дальше. Она бродила по переполненным улицам, пока люди пировали, пели и смеялись.

Она не присоединилась, мысленно истощенная после того, как почти два дня ходила с одной встречи на другую, часто повторяя одно и то же снова и снова. Были герцог и его люди, городской парламент, местное Общество искателей приключений, затем представители Континентального Совета, всем из которых нужны были её отчеты.

Прошло две ночи после битвы, ни в одну из которых у неё не было шанса поспать. Она наконец ускользнула, но вместо того, чтобы найти кровать, обнаружила, что гуляет по улицам поздним утром. Люди кишели вокруг неё, не узнавая её с тщательно скрытой аурой.

Её разум всё еще мчался, занятый следующей угрозой. Население праздновало, но их лидеры всё еще не знали, что привело посланников к их воротам. Было ли это частью их продолжающихся поисков слухов об артефакте или что-то более конкретное? Вернутся ли они с большими силами? У Общества искателей приключений было не больше идей, чем у неё, они провели два дня, задавая ей вопросы, на которые у неё не было ответов.

Запахи, доносившиеся из лавок, вернули её в дни, когда она была девочкой на рынке. Её семья никогда не была бедной, иначе она не получила бы эссенции, но она не жила в фешенебельной части города. Её родители были торговцами фруктами, и она выросла среди рынков и торговых залов. Она знала эти улицы. Крики и смех, ароматы продавцов еды. Когда незнакомый запах донесся до неё, он привлек её внимание.

Её чувства золотого ранга позволили ей отследить запах, как охотничьей собаке. То, что она нашла, была лавка, где группа местных продавцов столпилась вокруг чужака, словно он держал двор.

— ...приправьте солью, а затем карамелизируйте их в духовке с маслом. Просто и со вкусом. Я люблю добавить немного воды, чтобы они стали мягче. А теперь позвольте мне объяснить, как мы делаем свежую пасту дома. Она такая свежая, что её можно практически приготовить, помахав ею над паром из чайника. Передайте мне ту скалку...

Миллисент обнаружила, что слушает незаметно, в стороне. В поваре Команды Бисквит определенно было что-то необычное. Минут через десять группа начала расходиться. Затем она услышала, как он прошептал, слишком тихо для кого-либо, кроме внимательного золотого ранга.

— Могу я предложить вам еду, генерал? Загляните за прилавок.

Она не осознавала, что он заметил её, посреди обучения местных жителей иностранному рецепту. Но вскоре она оказалась в зоне, огороженной лавками, скрывающей их от любопытных глаз. Её ждал складной стол и стул, задрапированные скатертью и уставленные блюдами, тарелками и мисками. Она могла чувствовать магию ингредиентов золотого ранга. Так всегда ела Команда Бисквит?

— Один из секретов успеха Команды Бисквит, — сказал Джон Миллер, садясь. — Живите на монеты духа, когда приходится, но ешьте нормальную еду, когда можете. Хорошо накормленные искатели приключений — это счастливые искатели приключений. А вы хотите, чтобы ваши искатели приключений были счастливы, поверьте мне.

Она перевела взгляд с еды на него, когда садилась. Как только она это сделала, он вытащил устройство экрана конфиденциальности и активировал его, установив на столе.

— Я подумал, что женщина вашего статуса оценит некоторую осмотрительность. — Он наложил еду из разных блюд на тарелку, которую поставил перед ней. Затем он приготовил тарелку для себя, по-видимому, не беспокоясь о том, что еда золотого ранга сделает с серебряным рангом.

— Потребовалось бы много силы и много изящества, — сказала она, — чтобы создать маску ауры, которая одурачит золотой ранг. Что-то, что выдержало бы, даже если золотой ранг начнет давить и прощупывать эмоции.

— Посланники хороши в этом, — сказал Миллер. — Я даже видел, как они маскировали людей, которых использовали в качестве шпионов.

— Похоже, у вас было много странных переживаний для повара.

— Повар может увидеть много в поисках новых рецептов, — сказал он и наколол кусок овощей в соусе на вилку. — И новых ингредиентов.

Он закинул его в рот с ухмылкой.

— Поэтому вы путешествуете с Командой Бисквит?

Он не ответил, пока не прожевал.

— Скорее счастливая случайность, — сказал он. — Возможность, которой я пользуюсь, занимаясь другими делами.

— Как вы оказались с ними?

— Я знал некоторых членов команды до того, как они стали знаменитыми. Можно сказать, я прицепился к их хвосту.

— Вы были там с самого начала? Я никогда о вас не слышала.

— Я парень, который готовит еду. Кто говорит о поваре, когда есть люди, сражающиеся с монстрами?

— Похоже, вы видели много разрушенных городов.

— Мне не посчастливилось стать свидетелем некоторых трагических катастроф, но это Нил просто дразнился. Что, надеюсь, было очевидно.

— И всё же вы кажетесь мне человеком, который не может не выделяться.

— Но вы не кажетесь мне человеком, достаточно грубым, чтобы сесть с поваром и не притронуться к его еде. Не по вкусу?

Она взяла ломтик хлеба, макнула его в густой суп и откусила.

— Это вкусно, — сказала она.

— Спасибо.

Они болтали с перерывами, пока ели.

— Знаете, о ком еще я не слышала? — легко сказала она. — О том человеке в битве с темным плащом и теневыми руками. Я также никогда не слышала о Команде Бисквит, разъезжающей в гигантском глазном яблоке, которое стреляет бабочками смерти.

— О, вы не хотите его встречать. Он не очень приятный.

— Вот как?

— Помните, когда я сказал, что вы хотите, чтобы ваши искатели приключений были счастливы? Именно так я это понял.

— Почему команда держит его в секрете? Или он просто путешествует с вами, как Ведьма Времени... как Даниэль Геллер?

— Нет, он часть команды. Был с самого начала.

— Как и вы.

— Да. Он просто отсутствовал долгое время. Думаю, скоро о нем узнают.

— Что удерживало его? Конфликт в команде?

— У него есть обязанности, которые он находит всё более утомительными. Он хочет закончить с ними и вернуться к приключениям.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Без того, чтобы кто-то поднимал шум.

— Это может быть трудно, если он продолжит сражаться с посланниками. У них была довольно резкая реакция на него.

— У него много общего с посланниками.

— Например, талант к маскировке ауры?

— Попробуйте запеканку, прежде чем закончите суп. Думаю, вы найдете, что это хорошее дополнение.

Они ели в тишине некоторое время.

— У людей будет много вопросов, — сказала она.

— Он известная величина. Для тех, кому нужно знать.

— Вы хотите сказать, что если я еще не знаю, мне не следует спрашивать?

— Я бы посоветовал не делать этого. Общество искателей приключений может быть обидчивым, когда дело касается его.

— Почему так?

Он поднял брови, и она вздохнула.

— Точно, мне не следует спрашивать.

Он вытащил конверт из воздуха, получив доступ к какой-то силе пространственного хранения. Он положил его на стол, рядом с её тарелкой.

— Что это? — спросила она.

— Вы сказали Даниэль Геллер, что родились и выросли прямо здесь, в Сегурадо. И вы всё еще здесь, защищая его, даже со всеми возможностями, которые дала бы вам ваша сила.

— Она рассказала вам это?

— Я подслушал вас на той башне.

— У вас хороший слух.

— Разве не у всех нас?

— Что в конверте?

— Вы знакомы с Леди Аллайет из Яреша?

— Она алмазный ранг, активный среди населения. Конечно, я знаю.

— Вы встречались?

— Яреш может быть несколько близко, но она алмазный ранг. Даже золотые ранги не заходят просто так на чашку чая. Зачем упоминать её?

— Я предполагаю, что ваш выбор остаться и защищать свой дом во время вторжения посланников связан с путем, который привел вас к золотому рангу.

— Не вижу, как это ваше дело.

— Назовите это взаимностью за то, что вы вынюхивали про Джейсона Асано.

— Полагаю, это справедливо. Да, эта чувствительность была неотъемлемой частью достижения золотого ранга.

— Леди Аллайет на похожем пути. Она может помочь вам на вашем, так что, возможно, вам стоит зайти на ту чашку чая.

— Не знаю, примет ли она меня вообще.

Он протянул руку и постучал по конверту на столе.

— Письмо-представление, чтобы растопить лед.

— Вы и для неё готовите, да?

Улыбка коснулась уголков его рта.

— Однажды. Совсем недавно, на самом деле.

Он отодвинул стул и встал.

— Мне нужно вернуться к лавке, — сказал он. — Остальное оставлю вам.

Он ушел и был уже готов исчезнуть за углом лавки, когда она окликнула его.

— Погодите.

Он остановился, наполовину повернувшись, чтобы оглянуться.

— Я уже выразила свою благодарность остальным. Спасибо за спасение моего города, мистер Асано.

— Это то, что мы делаем, генерал.

УХУДШЕНИЕ СИТУАЦИИ

УХУДШЕНИЕ СИТУАЦИИ

То, что Сегурадо был менее центральным, сделало его уязвимым и низкоприоритетным, а значит, там было меньше ресурсов и более слабые войска. Те же условия затрагивали более изолированные группы посланников, делая их созревшими для нападения Джейсона и его спутников. Команда зигзагами двигалась вниз по Паллимустусскому эквиваленту Южной Америки, поражая цели, предоставленные им Обществом искателей приключений.

Их навигация продолжала отдавать предпочтение осмотру достопримечательностей, а не эффективности, когда они оставили континент позади. Хотя их путь должен был привести их к южной оконечности того, что на Земле было Африкой, они решили сделать широкий крюк над южным полюсом, а не более прямой маршрут.

Паллимустусская версия Антарктиды не была ледяной пустошью, как на Земле. Известная как Земли Драконов, это была родная земля крупных, чешуйчатых гуманоидов, известных как драконианцы. Однако, вместо населения, островной континент был назван в честь своих характерных геологических особенностей.

Там, где в Гринстоуне было много отверстий в астральное пространство, которые обеспечивали пустыню водой, в Землях Драконов были подземные отверстия в царство огня. Это создало землю, наполненную действующими вулканами, дымящимися горячими источниками и огненными гейзерами, известными как «пасти драконов», в честь которых был назван регион.

Вся команда вышла посмотреть, когда небесный корабль приблизился к побережью, давая им первый взгляд. Горы из темного камня выступали из пышных зеленых низин, смесь раскидистого леса и обширного сельского хозяйства. С высоты они могли различить очертания полей, словно земля под ними была гигантской картой с нарисованными на ней границами. Растительная жизнь сильно отличалась от тропического и субтропического климата, через который они проходили, напоминая Джейсону больше Шотландию или Ирландию.

— Там много действующих вулканов, верно? — спросил Джейсон. — У них есть проблема с облаками пепла?

— Мы определенно их увидим, — сказала Зара. — Но магия, просачивающаяся из астральных пространств, имеет земную аффинити, наряду с огненной. Она притягивает пепел с неба и поглощает его в землю, создавая знаменитые богатые сельскохозяйственные угодья. Если вы хотите ингредиенты для готовки золотого ранга, нет места лучше, чем здесь. Именно так они зарабатывают много денег.

— Я думал, драконианцы — все изоляционисты, — сказал Джейсон. — Они много торгуют?

— Экспорт, — сказал Нил. — Сельскохозяйственная продукция из Земель Драконов — вторая по величине торговля, проходящая через порт Гринстоуна, после монет духа низкого ранга. Однако они используют посредников за пределами своих собственных земель и не очень приветливы к чужакам.

— Их товары сильно облагаются пошлинами большинством наций из-за политических проблем, — объяснила Зара. — Это делает их еще дороже, чем обычно стоят продукты высокого ранга. Качество — это то, что заставляет людей покупать их в любом случае, но, очевидно, это подпадает под рынок предметов роскоши.

— Я слышал, что еда, которую они производят, была хорошей, — сказал Джейсон.

— Джейсон, — спросил Нил. — Зачем мы снова сюда приехали?

— Это тур, — сказал Джейсон. — Мы решили этот маршрут, когда покинули Римарос.

— До того, как пятнадцать лет войны с посланниками сделали и без того ксенофобный народ еще более настороженным к чужакам. Это о чем-то другом, кроме того, что ты получил наводку на дешевые ингредиенты? Не можешь просто заработать столько денег, сколько хочешь, и купить это где-то более гостеприимном?

— Есть ценность в свежих фермерских продуктах, — защищался Джейсон. — Всё будет хорошо.

* * * Астральные короли редко смешивали свои силы, чтобы избежать путаницы в самом критическом элементе культуры посланников: иерархии. При работе в больших масштабах, таких как планетарное вторжение, сотрудничество управлялось через регулярные встречи между Голосами Воли, командирами местных сил каждого астрального короля.

Астральный король Навис Ден Ригал был второстепенной фигурой по сравнению с Советом Королей и тайно одним из редких астральных королей Неортодоксии. Каждый Голос Воли уделял пристальное внимание, когда встречался с другими своего рода, но Навис была особенно чувствительна к любому изменению, которое могло сигнализировать об опасности истинной преданности её короля. Внедрение Бориса Кет Лунди на службу к Весте Кармис Зелл уже было большим риском разоблачения, чем нравилось ей или её астральному королю.

Когда она прибыла в оплот посланников, она направилась прямо в комнату для совещаний. Это была сферическая камера, доступная через отверстие в потолке, и группа встречалась, паря в кругу. Она заметила ряд отсутствующих участников, все Голоса, принадлежащие членам Совета Королей. Оглядевшись, она увидела, что другие заметили то же самое и разделили её настороженность. Не нужно быть тайным предателем, чтобы быть уничтоженным другими посланниками.

Когда дискуссия началась, быстро стало очевидно, что это не связано с Неортодоксией, а с гораздо более локализованной угрозой. Голоса стояли вокруг проекции, показывающей зигзагообразный узор через нижнюю половину одного из континентов планеты. Навис слушала, как пара её коллег спорит без вмешательства, как и остальная группа.

— Нет причин, по которым мы не можем собрать силы и уничтожить их. Им позволяют буйствовать на наших территориях без ограничений.

— Они покинули наши территории. Теперь это чья-то еще проблема.

— Да. Наша неспособность подавить горстку незначительных местных жителей навсегда останется пятном на наших именах.

— Я бы вряд ли назвала Еретического короля незначительным.

— Это глупый титул, чтобы пешки не путались.

— Это не работает. Ходят разговоры о предателе-астральном короле и о том, что это значит. Это тот тип мышления, который ведет к Неортодоксии. Мой астральный король не будет счастлив, если мне придется снова очищать большую часть моих сил.

— Тогда давайте убьем источник. Если мы уничтожим его аватар, нам больше не придется иметь с ним дело, пока мы не закончим с этой планетой.

— Убить его пытались раньше, когда он был намного слабее. Что еще важнее, Совет Королей специально проинструктировал нас не провоцировать его.

— И никто из наших астральных королей не принадлежит к совету. Мой король предлагает нам собрать наши силы, устроить ловушку и раздавить Асано.

Пара не смогла достичь консенсуса и не отпустила ситуацию, пока каждый из остальных не высказал свое мнение. Большинство группы выступало за то, чтобы отпустить это, переместив любые силы с пути Еретического короля, чтобы минимизировать потери. Когда её подтолкнули, Навис выбрала свой обычный путь следования за группой, чтобы не выделяться.

— Я говорю, что мы просто позволим королю пройти, — сказала она. — В конце концов, проблема в том, чтобы быть незначительными.

Главный сторонник убийства Асано усмехнулся.

— Если он незначителен, то какой вред в том, чтобы убить его?

— Я говорю не о нем, а о нас, — сказала Навис. — Он не незначителен для нас, иначе у нас не было бы этой встречи. Мы незначительны для него. Он наносит удары по нам случайно, по мере возможности. Мы должны минимизировать его возможности, резервируя наши силы, и просто позволить ему пройти. Мы сможем возобновить наши операции, как только он уйдет, потеряв меньше людей и раскрыв меньше информации.

Когда Навис оглядела круг, все теперь смотрели на неё, она поняла, что совершила ошибку.

— Мы незначительны? — спросил один из других.

Что-либо напоминающее смирение не было мышлением ортодоксального посланника. Волна силы хлынула от Навис, впечатав остальных в стену, когда она бросилась к отверстию в потолке.

* * * Анна взяла кофе у уличного торговца и начала плестись обратно в свой офис. Снова она страдала от недостатка сна, но не чувствовала беспокойства за свою безопасность, когда срезала путь через переулок. У неё могло не быть боевой подготовки, но она была серебряного ранга. Любой, кто мог причинить ей неприятности, не нуждался в использовании переулка.

— Вы не так в безопасности, как думаете, — сказал мужчина, выходя из тени и пугая её.

— Знаете, за мной наблюдают люди, мистер Ремор.

— Нет, не наблюдают.

— О. Они выживут?

— По стандартам серебряного ранга они практически невредимы. Стало трудно вести сдержанный разговор с вами, миссис Тилден.

— Все хотят знать, что происходит на вашей территории. Мы видели, как ваши люди возвращают территорию, но есть предел тому, что могут показать нам многие, многие спутники, направленные на вашу территорию. Затем есть вампиры, действующие глобально, не меньше. Вероятно, в ответ на то, что случилось с армией вампиров, ранее оккупировавшей территорию вашего клана. Армией, которая, кажется, полностью исчезла во время какого-то блэкаута наблюдения. Затем есть продолжающиеся опасения по поводу Системы и потенциального возвращения Асано.

— Не потенциального. Шесть месяцев — год — текущий график.

— Насколько тверды эти цифры?

— Всякое может случиться, особенно с Джейсоном. Но он кажется уверенным.

— Он всегда кажется. Вы в регулярном контакте?

— Его сила растет, и теперь он может легко связаться с нами. Когда он вернется, это будет не так, как в прошлый раз, когда он был здесь.

— Если он достаточно силен, чтобы свести старые счеты...

— Это не то, чего он хочет. Он хочет вернуться домой, не ухудшая ситуацию. Чтобы его возвращение было мирным. Он верит, что вы можете помочь этому случиться.

— И как он ожидает, что я справлюсь с этим?

— Он осознает, что его понимание политических реалий, в которые он входит, поверхностно. Он хочет нанять вас в качестве своего старшего политического советника по делам Земли.

— У него есть кто-то, кто делает это для политики другого мира?

— Есть.

— Не знаю, чего вы ожидаете от меня. Найджел Торнтон исчез в клане Асано и не вышел.

— Он хотел. Он считает, что у него есть обязательства перед вами, что я уважаю. Но как только он появится в аэропорту, кто-нибудь или другой попытается взять его под стражу. Они попытались бы сделать то же самое со мной, отсюда моя осмотрительность.

— Насколько сильно вы ранили людей, следовавших за мной? Не уверена, что «практически невредимы» означает для вас то же самое, что для меня.

— Что я когда-либо делал такого, что вы сочли бы меня дикарем?

— Я видела, что ваш мир сделал с Джейсоном Асано.

— А я видел, что сделал ваш. По крайней мере, в моем мы бьем людей в лицо. Я сделал меньше людям, следовавшим за вами, чем сделал бы в своем мире. Больше, чем если бы они были здесь, чтобы защитить вас, вместо того чтобы следить за кем-то вроде меня, контактирующим с ними. Но серебряные ранги хорошо заживают.

Анна покачала головой. — Мне нужно уйти в отставку.

— Возможно, просто смена работодателя.

— Это то, чего вы хотите? Чтобы я собрала жену и переехала в кишащую вампирами Европу?

— Вы делали это раньше. Вы были первым связным ООН с кланом Асано.

— Да, и эта позиция развалилась, как только французы поняли, что клан не намерен возвращать кусок их страны, который они забрали. Я не вижу, чтобы ООН или кто-то еще был более любезен, как только Асано вернется.

— Вот почему Джейсону нужна ваша помощь. Франции не существует почти два десятилетия. Вы можете говорить о правительствах в изгнании сколько угодно, но реальность такова, что ваш мир претерпел фундаментальные изменения. Чем скорее люди, которые правят им, поймут это, тем скорее они смогут перестать сражаться за пепел мира, которого больше не существует. Пришло время смотреть в будущее, и Джейсон хочет помочь этому миру понять это.

— Это его намерение? Вернуться и исправить мир в соответствии со своими стандартами? Это определенно в его характере.

— Вы обнаружите, что Джейсон — не тот тупой предмет, которым он был когда-то. То, что он хочет вашего руководства, должно сказать вам об этом, но да, он такой же во многих отношениях. У него есть сила, и он хочет использовать её во благо, и это не изменилось за всё время, что я его знаю. Что изменилось, так это его осознание того, что «благо» — это более нюансированное понятие, чем он понимал, когда был моложе. Он хочет вашей помощи в том, чтобы понять, как действовать ответственно, и это начинается с того, как он вернется. Первая работа, над которой он хотел бы, чтобы вы поработали, — это выяснить, как он может вернуться, чтобы мир не решил начать с ним войну.

— Он мог бы дать им то, что они хотят.

— Скажите это ему, миссис Тилден. Я сегодня просто посланник.

Анна вздохнула.

— Мой опыт говорит мне, что он хочет, чтобы я сгладила углы, потому что он хочет оставить свои игрушки при себе. Что он осознает, что не может сражаться со всем миром, чтобы сохранить их. Но это не тот человек, которым он был, когда я знала его. Человек, которого я знала, сражался бы со всем миром, если бы до этого дошло.

Руфус усмехнулся.

— Похоже, вы действительно знаете его. Приезжайте в Европу, миссис Тилден. Вам не нужно принимать решение сейчас. Поговорите с Джейсоном. Поговорите с Найджелом.

— Даже если бы я была готова рассмотреть это, вы знаете, что мне нужно будет получить разрешение. Я не собираюсь тайком уходить с вами ночью.

— Сейчас десять тридцать утра, миссис Тилден. И я подозреваю, что ваши люди будут более чем счастливы получить глаза внутри.

* * * Небесный корабль быстро ускорялся из воздушного пространства Земель Драконов. Клайв семенил по одному из коридоров дирижабля, бросая тревожные взгляды назад.

— КЛАЙВ! — взревел голос Хамфри, когда он ворвался из-за угла в коридор. — О чем, в яме игл богини боли, ты думал?

Клайв остановился и издал нервный смех.

— Мы оторвались? — спросил он.

— Да. И нас не преследуют, спасибо Стэшу, что он настоящий дракон. Почему ты пошел в тот храм?

— Это не был настоящий храм. Они почитают драконов, а не богов; там нет божественной силы. Это скорее академический зал, посвященный драконьей магии. Я не знал, что они так разозлятся из-за того, что я вошел.

— У них перед входом была вывеска, на которой было написано «посторонним строго запрещено!» В кругах искателей приключений, Клайв, это то, что называется ПОДСКАЗКОЙ!

— Я вообще-то вошел сбоку, а не спереди. И это была не большая вывеска. Скорее табличка, на самом деле.

Хамфри наколдовал свой меч, и Клайв рванул по коридору, Хамфри преследовал его. Джейсон, Софи и Белинда наблюдали за ними, привлеченные криками Хамфри.

— Я просто рад, что это не моя вина, — сказал Джейсон. — В этот раз.

— А я нет, — сказала Софи. — Мои деньги были на то, что ты заставишь нас преследовать в утро второго дня. Как ты продержался целую неделю, не навлекая неприятностей?

— Спроси маму Хамфри. Я работал над своей дипломатией. Белинда, ты снова сделала ставки?

— Ага, и Клайв помог мне сорвать куш, победив тебя. И если бы он просто спросил меня, я бы провела его туда без того, чтобы кто-то что-то заподозрил.

— Знаете, — сказал Джейсон, — люди всегда обвиняли меня в том, что я втягиваю нас в эти вещи, но я начинаю подозревать, что все вы — настоящие нарушители спокойствия. Кроме Зары. Я не самый большой фанат королевской власти, но по крайней мере её учили иметь некоторое приличие.

Джейсон наблюдал, как Белинда и Софи обменялись взглядами.

— О чем вы мне не рассказываете? — спросил он.

— Итак, — начала Софи, — был этот драконианский принц. Не особо принц. Один из тех типов «восемьдесят седьмой в очереди на трон». Он решил, что Зара станет его четвертой женой, и не видел особого смысла советоваться с Зарой по поводу этого решения.

— Что случилось с принцем? — спросил Джейсон. — Когда что-то случается с принцами, это имеет тенденцию распространяться. Не могу понять, хорошо это или плохо, что я ничего не слышал. Это то, на что похоже бегать со мной?

Софи и Белинда кивнули в унисон.

— Скажем так, мы уже собирались предложить смыться из города, когда Клайв попал в беду, — сказала ему Софи.

— Ага, этот ритуал заточения удержит принца еще на день, максимум, — сказала Белинда. — И это при условии, что никто его не найдет. Полагаю, кто-то будет его искать.

— Не его первые три жены, если судить по его характеру, — сказала Софи. Белинда фыркнула от смеха.

— Что это за ритуал заточения? — спросил Джейсон.

— Ну, — сказала Белинда, — я хотела заставить парня исчезнуть, но Стелла подумала, что убивать его — плохая идея.

— Я очень уверен, что это была она.

— Не знаю. Оставить его в живых может быть хуже, после ответа Зары на его предложение. Я даже не знала, что можно поместить магию шторма внутрь чьего-то...

— Нет нужды говорить об этом, — сказала Зара, высунув голову из двери каюты. — Хамфри не нужно слышать ничего об этом.

Она отступила в комнату, только для того, чтобы её голова немедленно высунулась обратно.

— Как и моему отцу.

Джейсон вздохнул.

— Её отец определенно услышит об этом, не так ли?

— О, да, — сказала Белинда. — Она оставила пятна в той комнате, которые, я не уверена, кристальная мойка смогла бы вывести. Почему у него было так много...

— Давайте пропустим детали, — сказал Джейсон. — Пока что, по крайней мере, пока я пойду поговорю с Даниэль об этом. Ожидаю, что мы захотим узнать все жуткие подробности позже.

ИНОГДА НАМ НУЖНЫ ШРАМЫ

ИНОГДА НАМ НУЖНЫ ШРАМЫ

Когда она была молода — ну, моложе, — Дженнифер Лэндри обожала принимать у себя в пансионе приезжих авантюристов. Все эти могущественные и привлекательные молодые люди вежливо называли её «Мадам Лэндри». С годами тяга к приключениям постепенно уступила место стремлению к стабильности. Вместо того чтобы угождать приезжим, которые часто бывали интересными, но зачастую и взрывоопасными, она переключилась на местных.

Она не целилась на авантюристов высшего эшелона, хотя сейчас в Гринстоуне такие и правда водились. Программа обучения, запущенная семьями Геллер и Ремор, готовила куда более качественных авантюристов, особенно теперь, когда аттестации Общества искателей приключений проводились по всем правилам.

Мадам Лэндри обнаружила, что авантюристы второго эшелона — идеальные клиенты. Будучи долгосрочными постояльцами, они имели деньги, чтобы платить, но при этом обладали смирением и не строили из себя хозяев жизни. Поэтому, когда один из её постояльцев ворвался в вестибюль, едва не вырвав дверь с петель, это стало для неё неожиданным всплеском эмоций.

— Дин Таккелл, если ты вырвешь эту дверь, то сам же и будешь оплачивать новую, — отчитала она его.

— Простите, Мадам Лэндри, но я только что услышал кое-что невероятное в Обществе искателей приключений. Джеррик здесь?

— Он в купальне, дорогой, но я…

Дин умчался, не дослушав.

— …не думаю, что он там один.

* * * В таком низкомагическом городе, как Гринстоун, авантюристы золотого ранга были легендарными фигурами, поэтому визит Эмира много лет назад стал настоящим событием. Джейсон помнил, как его облачный корабль грандиозно подплывал к частному причалу Общества искателей приключений. Но он также знал, что Эмир находился в городе уже несколько дней, тайно.

Джейсон последовал этому примеру, тихо добравшись до города с несколькими друзьями за несколько дней до официального прибытия. Его целью было заново познакомиться с городом, предавшись ностальгии по своим ранним дням в качестве авантюриста. Джейсон, Белинда и Эстелла Уорнок переместились порталом к старой транспортной станции духовных монет, недалеко от города. Её забросили много лет назад, после того как местный директор Магического общества и местный криминальный авторитет подвергли авантюриста пыткам в кладовой.

Выйдя из портала, троица тут же пошатнулась.

— Такое чувство, будто пытаешься дышать, когда воздух слишком разрежен, — выдохнула Белинда. — Что происходит?

* Вы вошли в регион с низкой плотностью магии. Высокоранговые индивиды будут страдать от пагубных эффектов без дополнительной магии.

* Восстановление Выносливости снижено на 50%. * Восстановление Здоровья снижено на 75%. * Восстановление Маны снижено на 99%.

* Потребление духовной монеты вашего ранга или десяти духовных монет рангом ниже восстановит ваши показатели восстановления до нормы на восемь часов. Эта длительность сокращается при использовании активных магических способностей.

* Призванные фамильяры должны потреблять духовную монету своего ранга или десять монет рангом ниже, чтобы поддерживать свои сосуды. Потребление духовных монет позволит им поддерживать свои сосуды вне призывателя в течение одного дня, прежде чем потребуются дополнительные монеты. Эта длительность сокращается при использовании активных магических способностей.

— Оу, — сказала Белинда, прочитав системное сообщение.

Она вызвала своих призванных фамильяров: астральный фонарь, который вяло вращался вокруг неё, и дух-эхо, выглядевший как размытая версия её самой. Она выудила горсть духовных монет из своего хранилища, запихнула одну в фонарь, а остальные отдала Джемини, духу-эхо, и Эстелле. Сама она тоже съела одну, в то время как Джейсон отказался от предложенной ему монеты.

— Думаю, я могу компенсировать это, черпая магию из своего астрального королевства, — сказал он. Он стоял в полуприседе, уперевшись руками в колени. — Я всё ещё пытаюсь понять, что могу, а что не могу делать с этим телом. Дайте мне пару минут.

Пока Джейсон сосредоточился, временами издавая звуки, будто у него проблемы в туалете, Эстелла и Белинда огляделись. Они находились в зоне между обширной дельтой реки и сухой, как кость, пустыней. Сама станция представляла собой участок магически выровненного камня, по большей части покрытого наметенным ветром песком. Там была будка охраны, в которой давно не осталось стекол, и большой складской бункер. Одна из двустворчатых дверей бункера отсутствовала, а вторая опасно болталась на оставшейся петле. Внутри лестница вела вниз.

— Как это место может быть достаточно памятным, чтобы перемещаться сюда порталом? — спросила Эстелла. — Ты ведь не был в этом городе пару десятилетий, верно?

— Ага, — прохрипел Джейсон.

Белинда огляделась, остановив взгляд на сломанной двери.

— Джейсон, это… что?

— Ага, — подтвердил он.

— Зачем ты привел нас сюда?

— Как сказала Стелла, это место памятное. Если присмотреться, там внизу всё ещё можно почувствовать отголоски моей ауры. Некоторые вещи остаются. О, к черту всё это, попробую позже.

Джейсон достал духовную монету и съел её, скривившись, когда она растаяла у него на языке. Появились Тень и Гордон. Тень взял монету из собственного хранилища и поглотил её, а Джейсон бросил другую в туманную пустоту, которой был Гордон. Он протянул ладонь, и сквозь его кожу выбралась пиявка. Джейсон протянул ей духовную монету, но та отвернула свою усеянную зубами пасть.

— Давай же, Колин.

Пиявка издала инопланетный визг отказа.

— Если не съешь это, не сможешь выбраться и съесть что-нибудь ещё.

Пока Джейсон уговаривал Колина съесть что-то, что не было хотя бы недавно живым, Белинда и Эстелла направились к двери.

— Вот хороший мальчик, — сказал Джейсон, почесав пиявку по голове, когда она наконец проглотила монету. Когда Колин спрятался обратно под кожу Джейсона, тот двинулся вслед за остальными, которые смотрели вниз по лестнице.

— Тени и Гордона со мной не было, когда это случилось, — сказал он. — Мы только что сразились с водным тираном. Серебряный ранг. Он уничтожил оба их сосуда и оставил мне то, что по сей день остается моим самым большим шрамом. Зато Колин был со мной. Без него я бы не выжил.

— Выжила после чего? — спросила Эстелла.

Вместо ответа Джейсон обошел их и спустился по лестнице.

— Джейсон, — позвала его Белинда. — Ты уверен, что хочешь спускаться туда?

* * * Элспет Арелла была недовольна. Должность директора отделения Общества искателей приключений в Гринстоуне всегда задумывалась как трамплин. Первый этап карьеры, который выведет её из магической и самой настоящей пустыни, коей был Гринстоун. А потом случилась та катастрофическая экспедиция. Последствия того провала и последовавшее расследование перечеркнули всё, ради чего она работала.

Её закулисные сделки были вытащены на свет, как и её статус дочери криминального авторитета Старого города. Она едва удержалась на своей должности, которая превратилась из первой ступени в блестящей карьере в чистилище, из которого она не могла выбраться. Двадцать лет спустя ничего не изменилось. Даже её отец поднялся с последнего выжившего из Большой тройки криминальных авторитетов до законного мэра Старого города. Теперь они оба были важными членами общества Гринстоуна, но там, где он чувствовал себя возвышенным, она чувствовала себя в ловушке.

Прислонившись к столу в своем кабинете, Элспет потерла виски, глядя на пятно на полу. Двадцать лет назад она использовала свои силы, чтобы поднять за горло какого-то выскочку железного ранга и бросить его на это самое место. Теперь тот же самый никчемный человек должен был прибыть всего через несколько дней, с большой помпой.

Двадцать лет спустя всё было совсем иначе. Он был авантюристом золотого ранга, хорошо обученным и закаленным в боях, с бесчисленными наградами на счету. Она — бюрократ серебряного ранга, использующая ядра, с карьерой в тупике. Она слышала истории, даже с другого конца света. Бегает с авантюристами алмазного ранга, возвращается с того света. Прогнал Строителя, что было ещё более абсурдным, чем всё остальное. Всё это звучало как фантастическая чепуха. Но она видела депеши из Общества искателей приключений, и там к этому не относились как к чепухе. Существовал реальный приказ перевести отделение на низкий уровень готовности, если он войдет в его юрисдикцию.

Она была гораздо счастливее, когда Асано был мертв в первый раз. Отдав жизнь за спасение города, он стал полезной фигурой благородной жертвы, но мученики неудобны, если они не остаются мертвыми. Где-то на территории кампуса даже стояла его статуя. Она приказала посадить куст перед ней после того, как он вернулся к жизни.

Она сомневалась, что он забудет, как она пыталась преподать ему урок, который не пошел впрок. Будучи на два ранга выше него, она обхватила его горло своей силой. Она даже не помнила, из-за чего это было. Чего она не забыла, так это вызывающих глаз, которые предпочли бы, чтобы она задушила его, чем подчиниться её власти.

Убьет ли он её на этом самом месте, где всё произошло? Общество искателей приключений в лучшем случае отвесит ему легкий выговор. Они не станут наказывать своего межпространственного золотого мальчика из-за мертвой бюрократки с тупиковой карьерой. Не после всего, что ему уже сходило с рук.

Она вздохнула и оттолкнулась от стола. До прибытия Асано нужно было распушить гораздо больше перьев, чем её собственные, так что лучше заняться этим сейчас, на случай, если она переживет его визит.

* * * Джейсон добрался до подвального складского помещения. Сухой климат сохранил интерьер достаточно хорошо, чтобы он не разрушился полностью, но годы запустения были заметны. Немного песка надуло вниз по лестнице, хотя и не настолько, чтобы скрыть пятно крови, растекшееся по полу, словно ковер. Лужа крови растекалась по большой кладовой — слишком много, чтобы это могло произойти с одним человеком при нормальных обстоятельствах. Самоисцеление Джейсона восстанавливало его снова и снова, пока он истекал кровью, но только помощь Колина поддерживала его. Его собственной регенеративной силы было недостаточно, чтобы продержаться до конца испытания.

Цепи всё ещё были там, теперь заржавевшие. Они лежали на полу там, где он вырвал их из потолка во время своего побега. Когда он был в этой комнате в последний раз, здесь была куча крошечных фрагментов звездного семени, вытолкнутых из его тела, что оставило после себя множество мелких шрамов. Их давно не было, несомненно, они были изъяты Магическим обществом. Это были ранние дни активности культа Строителя, что делало фрагменты ценным материалом для изучения.

Белинда и Эстелла последовали за Джейсоном вниз по лестнице. Они не разделяли способности Джейсона видеть в темноте, поэтому Белинда бросила светящийся камень, чтобы осветить жуткую сцену.

— Что это? — спросила Эстелла. — Это твоя кровь?

— Ага.

— Вся?

— Был тяжелый день.

— Что здесь произошло?

— Здесь я узнал, кто я такой, — сказал Джейсон. — Когда сдираешь с себя всё, пока не останется ничего. Не рекомендую этот опыт.

Его взгляд не отрывался от пятна крови. Две женщины обменялись взглядами, а затем посмотрели на Джейсона, который всё ещё стоял спиной к ним.

— Кажется, это плохое место для формирования личной идентичности, — сказала Эстелла.

Джейсон рассмеялся, и этот звук неуместно прозвучал в мрачных остатках камеры пыток.

— Да, — сказал он. — Очень плохое. Но иногда ты не можешь выбирать.

— Ты сказал, что нашел здесь себя, — произнесла Эстелла. — Это немного тревожно, если честно. Кем ты оказался?

— Не поощряй его, — прошипела Белинда. — Мы не хотим, чтобы он снова стал мрачным и угрюмым.

Джейсон обернулся и улыбнулся ей.

— Всё в порядке, Линди. Иногда нам нужны шрамы, чтобы напоминать себе, что мы можем исцелиться. Да, худший опыт в моей жизни произошел в этой комнате. Но многое из того, кто я есть, хорошее и плохое, началось именно здесь. Если я не смогу встретиться с этим лицом к лицу, я застряну в этой комнате на всю жизнь. А что касается твоего вопроса, Стелла, меня сюда поместил заговор сил, включавший церковь, культ, криминального авторитета, коррумпированного директора Магического общества и великое астральное существо. Я был железного ранга. Попал в засаду серебряного ранга и был прикован цепями, голый, если не считать ошейника подавления.

— Как это объясняет, кто ты такой? — спросила Эстелла.

— Линди, помнишь, что я делал, когда вы все прибыли и нашли меня?

— Ты был наверху, поправлял запонки на костюме, как будто только что вышел из театра.

— Вот кто я такой, Эстелла. Парень, который побеждает. Неважно, кто ты или что ты. Сколько у тебя людей или сколько у тебя сил. Ты можешь убить меня, можешь выжечь мою душу, но я вернусь сильнее, и я всё равно победил. Вот кто я такой.

Он прошел мимо них и поднялся обратно по лестнице.

— Это, — сказала Эстелла, — самая высокомерная вещь, которую я когда-либо слышала в своей жизни. А я провожу много времени, шпионя за аристократами.

— Ну, конечно, — сказала Белинда, — но все мы сформированы нашим опытом. Я видела, как Джейсон сражается с богом, но я никогда не видела, чтобы он проигрывал.

Эстелла снова посмотрела на пятно крови.

— Это всё действительно произошло? — спросила Эстелла. — Криминальный авторитет, церковь, всё остальное.

— Это была Церковь Чистоты, до того, как люди начали понимать, что они встали на дурной путь. Мы, кстати, убили архиепископа вскоре после этого.

— И Джейсон просто ушел?

— О, боги, нет. Та штука с запонками? Это были, по сути, последние остатки его разума, делающие то, что он делает, а именно — натягивают самодовольную маску, чтобы скрыть, что он в полушаге от потери рассудка. Он не упомянул месяцы кататонии и интенсивной терапии, которые последовали за этим. Мало кому удается избавиться от имплантации звездного семени, поэтому они вызвали специалиста по разуму и специалиста по душам. Лучших, что были у Церкви Целителя. Им всё равно потребовались месяцы, чтобы собрать функционального человека обратно.

— Так, культ, коррумпированный чиновник и всё остальное. Что сделал авантюрист железного ранга, чтобы заставить такое количество людей охотиться на него?

Белинда посмотрела вверх по лестнице.

— Помнишь Джори?

Её лицо приняло неприятное выражение.

— Да.

— Мы с Софи были в очень плохом положении. И я имею в виду, что началось всё плохо, а потом месяцами становилось только хуже, как будто ферментировали дерьмо.

— Линди…

— Прости. Но весь город охотился на нас. Стража Герцога, авантюристы, все. Даже криминальный авторитет, который должен был нас защищать, готовился нас продать. Джейсон и Клайв были теми, кто поймал нас. Джори хотел помочь, но как он мог? Ему пришлось бы выступить против самых влиятельных людей в городе.

— Что звучит в точности как то, что сделал бы Джейсон.

— Теперь ты начинаешь понимать.

— Но он был тем, кто поймал вас?

— Клайв поймал меня. Не думала, что в Магическом обществе есть кто-то настолько умный. Джейсон поймал Софи, сильно потрепав её в процессе. Те его недуги, знаешь? Догнали её, когда её лечил Джори, и вот тут-то всё становится интересным. Он узнал, что Джори хотел нам помочь, а Джори был его другом, поэтому он это сделал. Просто так. Никаких вопросов, никаких колебаний. Выступил против директоров Общества искателей приключений и Магического общества ради двух воров, которых знал только с того момента, как один из них пнул его по лицу. Мы все думали, что он сумасшедший.

— Но он не был таким.

— Да, был! Этот парень — безумец. Наживи себе таких врагов, и окажешься прикованным в какой-нибудь дыре, истекая кровью.

Эстелла обернулась, чтобы посмотреть на пятно крови и ржавые цепи. Белинда прислонилась к более высокой женщине, обняв её.

— Он спас Софи и меня, когда никто другой не мог или не хотел, — сказала она. — Он пошел против влиятельных людей, чтобы это произошло, но он победил. Это была цена, которую он заплатил.

— С ним всё будет в порядке, после возвращения сюда?

— Не думаю, что он бы вернулся, если бы это было не так. Это своего рода его фишка. Однажды мы были на дорожном контракте, и он привел нас в место, где культ пытался принести его в жертву, чтобы призвать кровавого монстра.

— Это тот же самый культ, который замешан во всём этом? — спросила Эстелла, указывая на лужу крови.

— Нет, это был другой культ.

— И другой, чем тот культ Церкви Искупительного Света Чистоты в Римаросе? Тот, к которому принадлежала мама Софи?

— Ага. Также другой, чем Орден Жнеца, к которому тоже принадлежала мама Софи, и Культ Жнеца, к которому принадлежит парень мамы Софи.

— Почему он постоянно связывается с культами?

— Я перестала задавать такие вопросы давным-давно. Просто нужно смириться с этим.

* * * Дин не заметил звуков, доносившихся из купальни, когда отшвырнул табличку «занято» перед дверью, которую распахнул и ворвался внутрь. Раздались немедленные всплески воды и крики.

Через несколько мгновений Дин стоял спиной к происходящему, на всякий случай прикрыв глаза рукой. Его товарищ по команде был в ванне, наполовину поднявшись, чтобы прикрыть эльфийку, которая делила с ним ванну и использовала его как ширму.

— Я возьму двойную плату, если он будет смотреть, — сказала она.

— Дин, — прорычал Джеррик. — Что в сумке с курительными травами Целителя сподвигло тебя вломиться сюда вот так?

Дин хотел обернуться в своем возбуждении, но сумел остановиться.

— Я кое-что услышал в Обществе искателей приключений, — сказал он.

— Ты бы услышал что-то и внутри этой купальни, если бы не был заведен, как болотный упырь в период спаривания. Что тебя так…

— Он возвращается! Джейсон Асано возвращается в Гринстоун!

— Когда?

— Не знаю. Я просто услышал это и сразу помчался сюда.

— Что ж, нам нужно узнать больше.

— Ага!

Джеррик выбрался из ванны и начал вытираться полотенцем.

— Прости, Люси, мне пора. Можешь брать с меня плату за весь час.

— Черт возьми, я возьму с тебя плату за весь час. Мне плевать, насколько большой твой…

— Джеррик, ты идешь или как? — позвал Дин снаружи.

* * * Джейсон расстался с Белиндой и Эстеллой, после того как несколько раз заверил Белинду, что с ним всё в порядке. Как только она приняла, что он врет не слишком сильно, она улетела с Эстеллой в город на наземном глайдере, созданном Тенью.

Джейсон посмотрел на край близлежащей дельты, переход от пустыни к пышной растительности был настолько четким, что его можно было осуществить только с помощью магии. Река Мистран несла воду, насыщенную жизнью и энергией воды, создавая богатую и болотистую дельту. Гринстоунский рис и чай из верховьев реки были местными деликатесами, хотя и составляли лишь малую часть торговли по сравнению с экспортом духовных монет.

Раньше, до того как у него появилась команда, Джейсон выпускал пар, отправляясь в дельту пешком. Он бродил по высоким дорогам на насыпях, которые пролегали между мангровыми болотами и рисовыми полями, переходя из деревни в деревню. Он разработал стиль скользящего бега, который использовал его плащ, чтобы уменьшить вес. Это позволяло ему передвигаться с относительно высокой скоростью, не истощая ману или выносливость.

Это была техника, которую он давно оставил в прошлом. До Тени, до того, как у него появилась команда. До того, как звездное семя Строителя было помещено внутрь него, направив его на путь борьбы с ангелами, богами и монстрами, когда на кону стояла судьба миров.

Он использовал эту технику, чтобы бродить по дельте по неделе или дольше за раз, совершая одиночные поездки, чтобы проветрить голову. Он бродил по городам и деревням дельты, исцеляя больных и закрывая контракты с их досок объявлений. Он оглянулся на дверь кладовой, а затем снова на дельту. Он рассмеялся про себя, наколдовал плащ и отправился в путь.

Почти сразу же он споткнулся и упал лицом в песок.

Он снова рассмеялся, когда Тень появился из его тени.

— Мистер Асано, что вы делаете?

— Старый трюк. Похоже, я разучился.

ВОТ ЧТО ДЕЛАЮТ АВАНТЮРИСТЫ

ВОТ ЧТО ДЕЛАЮТ АВАНТЮРИСТЫ

С предстоящим прибытием целого корабля авантюристов золотого ранга, у высокопоставленных чиновников отделения Общества искателей приключений Гринстоуна наступили напряженные дни. В Винсенте Тренслоу всё обвисло, кроме его безупречных усов, торчащих жесткими кончиками по обе стороны лица. Он просматривал список запросов от местной знати, которая, к сожалению, обладала достаточным влиянием, чтобы он не мог просто выбросить всю стопку бумаг в корзину. Он поднял взгляд на стук в дверь своего кабинета, благодарный за любую передышку.

— Сэр? — сказала его помощница Гретхен, заглянув внутрь. — У нас есть довольно странный отчет из зала заданий.

— Странный в каком смысле?

Она открыла дверь полностью и вошла в кабинет.

— Речь о досках объявлений в дельте. Кто-то отмечает контракты как выполненные, но ни один из них не был сдан в зал.

— Сколько контрактов?

— Насколько мы можем судить… все. Примерно за полтора дня. Несколько авантюристов вернулись из дельты и сообщили, что в каждой деревне доска объявлений отмечена как выполненная. Мы отправили людей для подтверждения, и монстры исчезли в каждом проверенном нами случае.

— Полагаю, кто-то из жителей дельты мог пролить свет на это? Неужели никто не видел того, кто был ответственен?

— Да, сэр. Некоторые сообщали о незнакомце, который занимался исцелением и, в одном случае, недолго управлял чем-то вроде киоска с едой в лесозаготовительном лагере.

Винсент откинулся на спинку стула и выпустил долгий, медленный вздох.

— Вы знаете, что это такое, сэр?

— Знаю, — устало сказал он. — Скажите в зале заданий отметить контракты как закрытые, без востребования награды.

— Это из-за авантюристов золотого ранга?

— Нет, и это приказ. Официальная позиция Общества искателей приключений заключается в том, что в городе и его окрестностях нет авантюристов золотого ранга, пока они не прибудут сюда на корабле послезавтра. Не дай бог я услышу, что вы хоть что-то подразумевали иное, Гретхен.

— Это так важно, сэр?

Винсент вздохнул. — Боги милостивые, надеюсь, что нет.

* * * Хайрам поднимался по горной тропе почти каждый день на протяжении большей части своей жизни. Возраст брал своё, но теперь его ноги несли его с новой силой, благодаря его телосложению бронзового ранга. Он говорил внучке не тратить с трудом заработанные деньги авантюриста на старика, и она, конечно, его не слушала.

Он копил и экономил ещё до того, как она родилась, чтобы дать ей возможность. Больше, чем просто дать ему шанс самому стать пользователем эссенций, она отплатила ему радостью в глазах, когда возвращалась домой и рассказывала истории о своих приключениях.

Он посмотрел вверх на воду, с ревом вырывающуюся из отверстия в склоне горы. Поток стал оглушительным, когда он поднялся к туннелю, который вел внутрь. В пещере было ещё громче, эхо гремело, как рев доисторического зверя. Воздух в пещере был влажным, из-за чего доски деревянного настила стали скользкими, поэтому на них насыпали гравий для сцепления. Пришло время заменить некоторые доски и нанести свежий гравий на остальные.

Пещера всё ещё казалась ему красивой, даже спустя столько лет. Лампы со светящимися камнями освещали зеленый камень. В конце пещеры находилась каверна, через которую поток проходил на своем пути из горы. Он двигался так быстро, что перемещался горизонтально по воздуху, быстрая стена воды. Из неё исходил синий свет, а брызги превращались в сверкающий туман, заполнявший каверну.

Хайрам покачал головой с усмешкой, вспоминая, как его самого подхватило водой, пронесло по туннелю и выбросило в воздух. Он был уверен, что умрет, а вместо этого получил одну из драгоценных эссенций, которую смог подарить своей внучке.

Та половина каверны, через которую не неслась вода, была вырезана до плоской поверхности, с металлическим защитным поручнем, чтобы никто не подходил слишком близко к воде. Теперь она была намного прочнее, после того случая. К каверне примыкала комната, высеченная в стене, с большим окном и дверью для доступа.

Созданная для того, чтобы держать обслуживающий персонал в тепле и сухости, комната была больше и комфортнее, чем когда Хайрам был молодым человеком. Он думал, что эта работа поможет ему продержаться, пока он не найдет что-то получше, но так и не нашел. Это была легкая работа — следить за водным отверстием, если вас не смущала необходимость подниматься на гору каждый день.

Хайрам направился к будке, чтобы сменить Дэйва, который был довольно странным типом. Не особо жаловал людей или дневной свет, но был вполне дружелюбным, если оставить его в покое. Он немного поворчал после того, как сын Марты, Генри, стал мэром и заставил Общество искателей приключений проверить, не является ли он вампиром.

Когда Хайрам подошел к окну, он увидел, что оно запотело изнутри. Такое случалось, когда кто-то готовил, но Дэйв обычно приносил упакованный обед от девушки Мэдсон, которая была к нему неравнодушна. Хайрам открыл дверь, впуская влажный запах еды и чьи-то голоса.

— …используют все виды начинок, но мне больше всего нравится свинина. У вас здесь такой нет, но гонку-ящерица, которую я использовал в этих, довольно близка. Что странно, потому что это, ну, ящерица.

Ответом Дэйва было невнятное бормотание из-за пельменя, торчащего у него изо рта. Комната была, по сути, зоной отдыха с большим низким столом посередине, который был зачарован, чтобы функционировать как самоочищающаяся варочная поверхность. На нем стояла сковорода с горячими пельменями. Дэйв сидел лицом к двери, в то время как другой обитатель комнаты сидел напротив него, спиной к Хайраму.

Мужчина обернулся, одарив Хайрама широкой улыбкой. Прошло много времени, и его черты лица сгладились от повышения рангов, но Хайрам никогда не забудет Джейсона Асано. Мало того, что их вместе сбросило с горы, Джейсон ещё и спас деревню от ужасного монстра, едва не погибнув в процессе. Они нашли его, почти разрубленного пополам, в руинах, которые когда-то были их деревней.

Он также подарил Хайраму то, что стало первой эссенцией его внучки. Хайрам знал, что Джейсон тогда не был богатым человеком, просто новоиспеченным авантюристом. Несмотря на это, он вручил её Хайраму с улыбкой на лице, как будто одалживал соседу немного чая.

— Ты отлично выглядишь, Хайрам. Все эти горные походы поддерживают тебя в форме.

* * * Хайрам наполнил чашку Джейсона чаем.

— Мы не знали, что и думать, — сказал он. — Сначала мы слышим, что ты мертв. Потом слышим, что ты снова жив, и истории становились всё менее правдоподобными. Но что бы люди ни говорили о тебе, хорошее или плохое, ты герой для жителей этого города, Джейсон. Молодые, вроде Дэйва, не помнят, но те из нас, кто был здесь тогда…

Он позволил своим словам повиснуть в воздухе, отпивая чай.

— Тот день был кошмаром. Ты слышишь истории о том, как какой-то монстр высокого ранга разносит город, но не ожидаешь, что это случится. Монстры всегда угроза в этих сельских районах, но что-то подобное?

— Да, была одна штука, которая мешала всплескам монстров, — сказал Джейсон. — Из-за неё спавны монстров были немного не в порядке. Теперь всё исправлено.

Хайрам покачал головой.

— Причина не важна для таких людей, как мы. Важно то, как дети кричат, когда родители вытаскивают их из рушащихся зданий. Заталкивают людей в повозки, даже когда те уже трогаются. Боясь, что в любую секунду какая-нибудь большая водянистая щупальца рухнет вниз и убьет вас всех, и вы ничего не сможете с этим поделать. Ты был всего лишь ребенком, но ты встал. Встал между нами и им. Выиграл нам время, чтобы вывести всех и спасти. А теперь посмотри на себя, большой авантюрист. Знаешь, мы так и не смогли поблагодарить тебя должным образом за это.

— Тебе не нужно было благодарить меня, Хайрам. Вот что делают авантюристы.

— Я был там, парень. Я видел выражения лиц твоих друзей. Может, я и не видел тебя двадцать лет, но у меня такое чувство, что ты потратил много времени на вещи, которые, возможно, авантюристы не делают.

Джейсон усмехнулся.

— Возможно, — признал он и отпил чаю. — А как насчет той твоей внучки? Она стала авантюристом?

— Действительно, стала. Более скромным, чем ты, полагаю, что меня вполне устраивает. Мне нравится, что она возвращается домой с историями о путешествиях и приключениях. Я не хочу, чтобы кто-то выуживал её из руин чьего-то дома, выглядящую скорее мертвой, чем живой. Без обид.

— Нет, это мудрый подход. Хотя для некоторых из нас это не суждено. Я когда-нибудь рассказывал тебе, откуда я пришел?

— Не припомню. Думаю, ты говорил, что это где-то далеко. Помню, я думал, что для авантюриста странно, что ты некоторых вещей не знал.

— Что ж, я не твоя внучка, но позволь мне угостить тебя парой моих историй о путешествиях и приключениях. Ты знаешь, что такое вселенная?

* * * Время всегда шло вперед. Для долгоживущих авантюристов всё растягивалось, и перемены происходили медленно. Исследуя Гринстоун, Джейсон столкнулся с тем, насколько всё иначе для тех, у кого нет доступа к магии продления жизни. Он стоял на крыше, его плащ невидимо сливал его с тенью дымохода. Он наблюдал за двором внизу, где бойкая женщина средних лет развешивала белье на веревке.

— Ты выяснил, кто она?

— Да, — сказал Тень. — Это Джульетта Лэндри, дочь вашей бывшей домовладелицы. Она унаследовала эту собственность от своей матери, которая добилась большого успеха в свои поздние годы. В итоге она владела пятью заведениями в общей сложности. Каждым из них теперь управляет её дочь или одна из племянниц: Жозефина, Джоанна, Дженнифер и Берта.

— Берта?

— Мадам Берта Лэндри содержит собственность с большим количеством чар для укрепления конструкции, чем другие. Её клиентура бывает довольно буйной.

— Когда скончалась моя Мадам Лэндри?

— Семь лет назад. По-видимому, к скорби нескольких пожилых, но энергичных мужчин, которые были весьма недовольны, узнав друг о друге постфактум. По всем отзывам, это была довольно захватывающая поминальная служба.

— Рад за неё, — сказал Джейсон с грустной улыбкой. — Все те годы, что я занимался странными пространственными делами. Многое ли я пропустил дома, Тень?

— Вы уже давно не называете Землю домом, мистер Асано.

— Полагаю, что нет.

* * * — Ты знаешь, что Арелла думает, что ты убьешь её, — сказал Винсент.

— Я убивал людей за гораздо меньшее, чем она сделала, — сказал Джейсон. — Но я здесь не для того, чтобы кого-то убивать.

— Ты не против, если я переоденусь из этого халата? — спросил Винсент. — Я не одевался для вторжения в дом.

— Прости, — сказал Джейсон. — Я хотел быть осторожным. Вот почему я ждал, пока твой муж уйдет.

— О, он был бы в восторге. Он обожает всё, что связано с авантюристами.

Винсент покинул гостиную своего таунхауса и продолжил разговор из другой комнаты.

— Можно подумать, что Война Вестников и всё остальное охладили бы его энтузиазм, — сказал Винсент. — Он иногда как ребенок, всегда ищет приключенческую историю.

Он вернулся в простых льняных брюках и тунике, которую невероятно умудрился надеть, не испортив свои усы.

— Зачем ты здесь, Джейсон?

— Есть некоторые организационные вопросы, которые нам, вероятно, стоит уладить, чтобы всё шло более гладко.

— Да, но у меня приемные часы.

— Но ты очень четко дал понять Гретхен, что меня здесь официально нет.

— Ты шпионишь за мной?

— Э-э… нет?

Винсент вздохнул.

— Авантюристы золотого ранга. Вот почему я перевелся обратно в Гринстоун, знаешь ли. Я пойду возьму свой блокнот.

Он подошел к креслу, куда была брошена сумка. Он достал блокнот и карандаш, а затем жестом пригласил Джейсона сесть. Он сел напротив и уже собирался задать Джейсону вопрос, когда остановился и положил карандаш и книгу на диван рядом с собой.

— Как Руфус? — тихо спросил он.

— Он покинул этот мир. Пятнадцать лет назад.

Винсент выпрямился.

— Он мертв?

— Что? О, прости, нет. Я имею в виду, он буквально покинул этот мир. Он живет в том, откуда я пришел. Он в порядке. Он очень любит желейные бобы, прям очень любит. Те модные, со странными вкусами вроде «барселонского асфальта» или что-то в этом роде. У него определенно был бы диабет, если бы он не был магическим существом. Я отправил его встретиться с человеком, которого пытаюсь завербовать там, и он вернулся с целой тачкой этих бобов.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Что очень ностальгично для меня, так что, полагаю, нам лучше приступить к делу.

Он снова взял свой блокнот.

— Итак, мы могли бы начать со знати, которая хочет встретиться по прибытии, против тех, кто просит о более глубокой встрече.

— Нет причин для меня…

Джейсон осекся, поморщившись, вспоминая уроки Даниэль. Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Знать, которая хочет встреч, говоришь.

ВОПРОС МЫШЛЕНИЯ

ВОПРОС МЫШЛЕНИЯ

По мере того как корабль приближался к искусственному острову Гринстоуна, Джейсон и его спутники собирались в пространстве, не похожем на вестибюль отеля. Аспекты судна были похожи на круизный лайнер, хотя и с большим упором на удобства и технические помещения, и меньшим — на жилые. Даже Эмир путешествовал с пятьюдесятью или около того сотрудниками, а у Джейсона на борту было гораздо меньше людей.

Джейсон направился к вестибюлю с Софи и Хамфри, когда Софи выразила свое недовольство пунктом назначения. Она не присоединилась к Белинде в их раннем визите в родной город, и она не горела желанием ехать сейчас.

— Я не понимаю, зачем мы вообще здесь, — сказала она. — Что это место может нам предложить теперь? И я знаю, что тебе не нравится вся эта пышность, Джейсон.

— Тебе всегда нравилась спонтанная показуха, — отметил Хамфри. — Когда она запланирована и организована, это не похоже на тебя.

— Это не для меня, — сказал Джейсон. — Или для тебя, Хамфри. Особое событие не кажется особенным тебе, потому что ты принц этого города. В Гринстоуне может быть Герцог, но все знают, что настоящая власть здесь у Геллеров. Ты был рожден для большего, чем может предложить этот город, поэтому триумфальный визит не значит многого.

— Тогда зачем всё это? — спросил Хамфри.

— Каждый аристократический дом в Гринстоуне будет представлен в толпе, ожидающей нас. И не какой-нибудь бессмысленный племянник. Старейшины, главы домов. Организации тоже. Директора Магического общества, Общества искателей приключений, Ассоциации Алхимии. Здесь собралось столько серебряных рангов Гринстоуна, сколько никогда не собиралось в одном месте раньше.

— Какое тебе дело до знати какой-то низкомагической глуши? — спросила Софи, не стесняясь пренебрежительно отзываться о своем родном городе. — Ты общаешься с богами, королями и авантюристами алмазного ранга.

— Я же сказал, дело не во мне. Прямо сейчас все эти люди собрались на VIP-причале Общества искателей приключений. И кого они ждут? Не меня. Люди уже много лет не говорят обо мне, и я был знаменит только среди инсайдеров Общества искателей приключений. Эти люди собираются ради Команды Бисквит. Легенды приключений и герои родного города. Для тебя, Хамфри, это не большое дело. Все ожидали от тебя великих свершений. Но подумай обо всех этих людях, и о том, кого ещё они здесь ждут.

Он взглянул на Софи.

— Люди знают твою историю, Софи. Они, несомненно, мифологизировали её далеко за пределами того, что является правдой, но это не важно. Важно то, что пара девушек из Старого города стали знаменитыми авантюристами. И теперь они возвращаются домой, чествуемые элитой города.

— Я никогда не хотела быть примером для подражания.

— Жаль. И это не только для следующей маленькой Софи или Белинды. Семья Нила годами застревала в положении, по сути, слуг Мерсеров, но теперь самые влиятельные люди города должны проявлять к ним уважение. Сегодня они могут стоять с высоко поднятой головой, когда Нил возвращается домой, вероятно, одетый в ужасные одежды своей тети. И знаешь, кто ещё нас ждет? Клан фермеров, выращивающих угрей. Важные люди этого города перешли бы дорогу, чтобы избежать их, но сегодня эти фермеры, выращивающие угрей, будут в центре внимания, ожидая возвращения своего парня домой. А эти важные люди застряли, стоя позади них.

— У тебя всегда должна быть речь? — спросила Софи. — Ты мог бы просто сказать, что семьям Нила и Клайва будет приятно увидеть.

— Это кажется немного упрощенным.

— Думаю, тебе просто нравится слушать свой голос.

— О чем ты говоришь? Все любят слушать, как я говорю.

* * * VIP-причал Общества искателей приключений находился на океанской стороне искусственного острова Гринстоуна. Ожидалось, что если вашему судну нужна защищенная гавань, вы недостаточно важны, чтобы использовать её. Рядом с причалом находилось большое здание, обычно используемое для общественных мероприятий, так как сам причал большую часть времени пустовал. Это также позволяло присутствующим светилам сохранить лицо. Они могли сказать себе, что посещают общественное мероприятие, а не стоят в ожидании прибытия людей, более важных, чем они сами.

Здание было перестроено всего пару лет назад, и большая часть его трех этажей состояла из стеклянных стен. Элспет Арелла смотрела на океан с третьего этажа, излучая отсутствие желания видеть компанию. Большинство присутствующих стремились выслужиться перед парнем Геллером и его знаменитой командой. Джейсон Асано был именем, которое не приходило им в голову годами, и, казалось, только Элспет была сосредоточена на нем. Если им всем очень повезет, это не изменится.

Она ожидала, что почувствует корабль раньше, чем увидит его, но ошиблась, когда он показался из-за горизонта. Даже когда он приблизился, обнаружив свои огромные размеры, она ничего не почувствовала, даже глядя прямо на него. Она знала, что большинство присутствующих не заметят, не говоря уже о том, чтобы понять значение. Они были светскими львами и торговыми баронами, а не воинами и солдатами. Война Вестников оставила Гринстоун в значительной степени нетронутым.

Это судно было посланием о власти и о том, кто ею обладает; это было не то, что директор Общества искателей приключений могла упустить. Она также знала, что это не случайно; Даниэль Геллер была на том корабле. Она не посылала непреднамеренных сигналов, и она не любила Элспет.

Когда корабль приблизился к берегу, группа вышла наружу. Она огляделась, наблюдая за толпой своими чувствами ауры, а также глазами. Она расставила надежных людей на ключевых позициях, надеясь держать нестабильные элементы под контролем, но потенциал катастрофы был очень реален. В один момент идиот-сын лорда мог начать насмехаться над кланом фермеров, выращивающих угрей, недовольный тем, что им отдали почетное место. Идиот улетел бы в море от рук авантюриста золотого ранга примерно через три секунды, и дальше всё покатилось бы по наклонной. Спектр Элспет для успеха мероприятия варьировался от драки до массового убийства.

Массивное судно пришвартовалось у причала, больше, чем здание, в котором люди ждали его. Элспет не могла не вспомнить похожую сцену прибытия Эмира Бахадира. Этот корабль был другим, в том, что облачный материал судна был виден только в секциях между большими панелями, которые покрывали его.

Элспет задавалась вопросом, сигнализирует ли другой корабль о другом исходе. Эмиром Бахадиром было нелегко управлять, но охотник за сокровищами знал, как ориентироваться среди местных во время такого визита. Джейсон Асано был гладким, как наждачная бумага, всегда задевая людей не за то. За время своего пребывания в Гринстоуне он каким-то образом подружился с каждым человеком, который был достаточно влиятельным и независимым, чтобы усложнить работу Элспет, и раздражал всех остальных.

Облака поплыли с корабля, создавая широкий мост, и в борту корабля открылся проход. Появились Геллеры, Даниэль и её сын, который становился таким же знаменитым, как и она. Рядом с парнем Геллером был мужчина, который выглядел достаточно похоже, чтобы быть младшим братом, но с серебряными волосами и глазами.

Только после того, как Хамфри Геллер покинул Гринстоун, Элспет обнаружила, что всё это время он бродил с настоящим, проклятым богами драконом. Она, конечно, знала, что у него есть фамильяр-оборотень, но настоящий, чистокровный дракон? Его мать сказала ей, что это лирохвостый дракон, но Элспет следовало знать лучше, чем доверять Даниэль Геллер.

Она каталогизировала остальных, когда они переходили по мосту. Воры, которых она когда-то поручила своему отделению общества выследить, не зная, какой хаос за этим последует. Асано, главный виновник этого хаоса. Архиканцлер Ассоциации магических исследований. Некультурные возгласы, которые поднялись от выглядящих грязными фермеров при появлении утонченного человека магии, были странным несоответствием.

Взгляд Элспет вернулся к Асано. Он поймал её взгляд на мгновение, прежде чем отвести его, дружелюбно болтая с парнем Девоном. Затем она почувствовала странное мерцание ауры вокруг себя, и звуки вокруг неё оглушили. Голос Асано возник из ниоткуда.

— Не обо мне вам стоит беспокоиться, директор. Я не тот, кого вы пытались продать Люциану Лампри как средство для утоления его лишенных аппетитов. Но вам не стоит беспокоиться и о Софи, потому что она посвятила себя тому, чтобы быть хорошим человеком. Однако у неё есть этот друг. Вам, возможно, стоит проверить под своей кроватью на наличие алхимических бомб, пока мы снова не ушли.

Элспет была в начале очереди на встречу и приветствия. Асано был вежлив, как будто встречал проходящего мимо знакомого спустя долгое время.

— Я хотела бы, чтобы у нас с вами была возможность поговорить, мистер Асано. Дела авантюристов.

— Конечно, директор.

То, что последовало дальше, было длинной и утомительной последовательностью представлений и повторных представлений, тщательно организованных по порядку и продолжительности. После её опыта с Асано в прошлом она была поражена тем, что всё прошло по плану. Не было никаких его фирменных срывов или антиавторитарных выходок. Казалось, он научился некоторой дипломатии за последние пару десятилетий. Что касается того, кому удалось укротить безумца, она заметила, как Даниэль Геллер бросала на него взгляды.

К тому времени, когда всё закончилось, произошло то, чего Элспет меньше всего ожидала: всё прошло по плану. Никаких аристократических распрей. Никакие избалованные богатые дети не создали проблем из-за высокомерия и гордости. Асано не решил обидеться на кого-либо и начать бросать людей в океан теперь, когда он золотого ранга и никто не может его остановить.

Когда она направлялась обратно в свой кабинет, она почувствовала странное облегчение, даже несмотря на то, что новая тревога терзала её разум. Ей нужно будет внимательнее присмотреться к тем бывшим ворам, и у неё как раз был человек, которого можно спросить. Подойдя к своему кабинету, она переоделась в наряд с капюшоном, который не выглядел бы неуместным в Старом городе, а затем направилась к отцу.

* * * Адрис Дорган был счастливым человеком. Будучи когда-то могущественным криминальным авторитетом, он обнаружил, что легитимность ему очень к лицу. Как мэр Старого города, он вытащил его, пинающегося и кричащего, из старых времен в новую эру. Аристократические семьи, как оказалось, были гораздо более преступными, чем старые криминальные семьи, и без всякого чувства кодекса или сообщества. Теперь, когда Адрис мог защитить людей хотя бы от части этого, Старый город становился лучшим местом для своих жителей.

Его дочь была менее счастлива. Она хотела покинуть город и подняться по карьерной лестнице Общества искателей приключений, и всё это сошло на нет. Когда-то это злило его, но те дни давно прошли. Гринстоун был тихим, далеко от Войны Вестников. Дни культа Строителя и странных всплесков монстров прошли почти два десятилетия назад, и Гринстоун был в безопасности. Иметь дочь в безопасности и рядом — это сокровища для отца.

Проходя через свою библиотеку, он остановился как вкопанный. Его разум вернулся к встрече двадцать лет назад, где он нашел молодого человека, смотрящего на картину в библиотеке своего старого дома. Библиотека была другой, но это был тот же человек, делающий то же самое сейчас, снова проигнорировав его охрану. Адрис подошел туда, где мужчина смотрел на картину.

— Давным-давно, — сказал Асано, не отрываясь от картины, — вы предложили помочь мне заполучить работу или две Мохера. Сказали, что он был другом семьи.

— Он им и остается.

— Я мог бы воспользоваться этим, если предложение всё ещё в силе.

— Полагаю, это зависит от того, каковы ваши намерения в остальном.

— Я немного подтолкнул вашу дочь, и она придет к вам. Я подумал, что было бы неплохо, если бы мы с ней немного поболтали.

— Я однажды предупреждал вас о вмешательстве в дела моей дочери, Асано. Мне плевать, что вы какой-то всемогущий авантюрист золотого ранга, а я просто политик, который добрался до серебра с помощью ядер. Если вы сделаете что-нибудь с ней, я найду способ убить вас.

Асано наконец отвернулся от картины, чтобы блеснуть улыбкой.

— Вы мне нравитесь, мистер Дорган. Семья — это важно. С вашей дочерью ничего не случится от моих людей, даже если она сама напрашивается. Мы здесь не за этим. Я хотел бы прояснить ситуацию, теперь, когда динамика власти изменилась с момента моего последнего пребывания в Гринстоуне. Кроме того, есть кое-что, что она хочет обсудить со мной, и я подумал, что это может быть неловко в комнате, где она когда-то подвесила меня в воздухе за горло.

— И вы уверены, что она идет сюда?

— Она пересекает мост в Старый город прямо сейчас.

— Вы следите за ней?

— Нет, я просто отслеживаю её своими чувствами ауры.

— Как вы расширяете свое восприятие так далеко, не заливая город своей аурой?

— Практика.

— Что ж, могу я предложить вам чашку чая, пока мы ждем?

— Это было бы прекрасно, спасибо.

* * * Джейсон сидел напротив Элспет в одном из развлекательных двориков её отца. У него были закрытые стены, покрытые растениями, растущими из ниш, и он был открыт небу. Мебель была из кованого металла, с мягкой обивкой. Чайный сервиз занимал большую часть стола между ними, в комплекте со сконами с джемом из гемберри и огромными порциями взбитых сливок. Джейсон уделял им больше внимания, чем директору Общества искателей приключений.

— Что я могу для вас сделать? — спросил он, вытирая сливки вокруг рта салфеткой.

— Насколько вы знакомы с Боко, мистер Асано?

— Город к северу отсюда. Намного старше Гринстоуна, с населением, коренным для этой местности. Если я правильно помню, большинство жителей Гринстоуна — потомки первоначальных иммигрантов из Эстеркоста, кажется, всего несколько столетий назад. Боко — город ученых, если я правильно помню.

— Ученых искусств. Живопись, поэзия, скульптура, танец. Люди путешествуют со всего континента и за его пределами, чтобы посетить их театры.

— Я лишь мельком проезжал через него. Остановка портала, после той катастрофической экспедиции. Он красивый, насколько я помню. Много садов.

— Случайно не помните группу рейдеров, которые пришли на юг во время вашего пребывания здесь?

— Помню. Я был частью группы, которая разобралась с ними. Они были сельскими племенами, не так ли? Из районов вокруг Боко?

— Так мы думали в то время. Как оказалось, их происхождение было в самом Боко. Это началось как своего рода антиинтеллектуальное движение среди низких рангов и переросло в нечто большее. Вышло из города и в районы, где образование было менее приоритетным. Там оно гноилось, как болячка. Возвращение к первобытной мужественности, что-то в этом роде. Оно процветает на низкоранговых, обездоленных молодых людях.

— Я знаком с основной идеей.

— Мы думали, что это конкретное движение вымерло, но в последние несколько лет наблюдается возрождение.

— Зачем приносить это мне? Разве это не проблема низкого ранга?

— Не ваш ранг заставляет меня хотеть вашего участия. Я слежу за этим вместе со своим коллегой в Боко. Наше первоначальное убеждение заключалось в том, что это естественно возникшее, децентрализованное движение. Вероятно, так оно и было в начале, но мы начинаем подозревать наличие какой-то организационной силы за этим. Были ли они там в начале или использовали возникающий культурный феномен, мы считаем, что они используют его для создания мощного политического блока. Марионеточные головы, которые не осознают, что являются частью одной гидры. Они держат свои руки скрытыми, используя популистские группы как свое лицо. Теперь это контролирует большие части сельских районов вокруг Гринстоуна, Боко и Вельда. Если бы мы попытались протянуть руку и подавить это, у нас были бы города и деревни по всему континенту в состоянии пограничного восстания.

— У вас есть какое-то представление об их цели?

— Промышленность, для начала. Производство духовных монет и нашего фирменного зеленого камня — это большие деньги, если брать в целом.

— Вы думаете, кто-то стремится контролировать небольшие местные правительства? Вымогать сомнительные тарифы со всех, кто работает в регионе?

— Что-то вроде того. Если деньги — их конечная цель, мы смиримся с некоторой коррупцией. Не то чтобы аристократы были лучше. Наша обеспокоенность заключается в том, есть ли у них более масштабная и зловещая повестка дня. Перенос своей базы власти в Гринстоун и Боко, возможно. Или тихая поддержка более традиционных проблемных групп в других регионах. Незаконные магические исследования требуют финансирования, в конце концов, так же, как и законные исследования. Какова бы ни была конечная цель, это постоянная проблема.

— Так почему бы не пойти и не очистить их?

— Мы не видели такого подхода раньше. Это вопрос мышления. В этом мире мы всегда думаем сверху вниз. Иерархия рангов, вот почему вы можете прийти в мой город и устроить гигантский беспорядок. Золотые делают, что хотят, серебряные управляют большей частью, а бронзовые делают то, что им говорят.

— У меня никогда не было много времени на это.

— О, я помню. Эта операция, движение, что бы это ни было, они тоже думают иначе. Снизу вверх. Люди едва думают об авантюристах железного ранга и обычных людях. Даже в низкомагической зоне, как Гринстоун, они не имеют большого влияния. Это движение берет людей, которых наш образ мышления игнорирует, и сплавляет их в силу, построенную не на магической силе, а на идеологической индоктринации. Берет обездоленность и изоляцию и превращает их в чувство принадлежности, приваренное к культурным концепциям, которые делают их легкими для манипуляции.

— Вы говорите, что тот, кто стоит за этим, не действует как кто-то из вашего мира.

— Когда вы жили здесь, в Гринстоуне, даже я постоянно слышала ваши бесконечные разглагольствования о том, что наше общество неправильно устроено. Люди избегали вас в административном здании, чтобы не слушать это. И я помню свой ужас, услышав, что прибыло больше таких, как вы. Это было два всплеска монстров назад, и я больше ничего об этом не слышала. Но когда мы услышали, что вы возвращаетесь, Винсент Тренслоу вспомнил достаточно того, о чем вы тогда говорили, чтобы сложить всё воедино. Власть, производная от больших групп слабых.

— Это не то, как я это сформулировал.

— Но я думаю, Винсент был прав. Он предположил, что тот, кто стоит за всем этим, может прийти не из нашего мира, а из вашего.

ПОЗИРУЮЩИЕ ДЕТИ

ПОЗИРУЮЩИЕ ДЕТИ

— Давай предположим, — сказал Джейсон Элспет, — что кто-то с Земли дергает за ниточки. В Эстеркосте их была целая куча, и я годами оставлял их на произвол судьбы. Вполне логично, что они выбрались наружу и начали действовать. Но даже если предположить, что ваша проблема — это кто-то с Земли, тот факт, что я тоже с Земли, ее не решает.

Он вздохнул, а затем с наслаждением отпил чаю. — Знаешь, в Гринстоуне действительно лучший чай, который я пробовал в Паллимустусе.

— Мы здесь не для того, чтобы говорить о чае.

— Какая жалость, — сказал он и поставил чашку с сожалением. — Мне в последнее время нравилось наносить чисто светские визиты.

— Асано…

Он простонал.

— Директор, давайте взглянем на вашу ситуацию. Племена Устеи, пришедшие на юг за время моего пребывания в Гринстоуне, появились раньше прибытия других людей с Земли, ну, скажем, года на три? Если предположить, что кто-то манипулирует этим вашим движением, и далее предположить, что этот кто-то с Земли, значит, они вклинились в уже существующую ситуацию.

— Проблема не в тех, кто применяет насилие. С ними мы можем разобраться. Проблема в группах, которые укрепляются, расширяют свое влияние среди населения, но не предпринимают никаких насильственных действий. Они вгрызаются в маленькие сельские общины. Влияют на народ и продвигают своих людей на должности местной власти.

— И это ваша настоящая проблема. Скрытые силы действуют тайно, манипулируя одним или несколькими низовыми движениями. Сами движения даже не подозревают, что их медленно, но верно склоняют к тому, чтобы они служили именно тем силам, против которых, как они считают, они выступают. В моем мире это происходит по всему политическому спектру.

— Что нам с этим делать?

— Не знаю.

— Как с этой проблемой справляются на Земле?

— В основном сенсационной журналистикой и тем, что называют друг друга Гитлерами в интернете.

— Что?

— Мы не справляемся, директор, и в этом ваша проблема. Если бы мы знали, как это остановить, мы бы это сделали.

— Вы хотите сказать, что не можете помочь.

— Нет, не хочу. С вашими скрытыми манипуляторами мы, вероятно, сможем разобраться. В моей группе есть люди, которые превосходно справляются с инфильтрацией и сбором информации. Они, скорее всего, смогут выкорчевать ваших кукловодов, а потом я с ними разберусь, если они с Земли. Если нет — оставим их вам. Это остановит любую их повестку, но не решит вашу более масштабную проблему.

— Которая заключается в?..

— Тот, за кем вы охотитесь, не изобретал эти группы. Они пришли и воспользовались тем, что уже было. Вы устраните человека за кулисами, а сами группы даже не заметят. Они продолжат завоевывать сердца и умы во всех этих маленьких городках и деревнях. В местах, куда люди с властью и деньгами заглядывают только в крайнем случае. Эти группы возникли не на пустом месте. Вы будете иметь с ними дело до тех пор, пока не будут устранены причины, по которым они вообще сформировались.

— У меня нет проблем с существованием этих групп. С этим пусть разбираются герцоги. Моя забота — кто-то, использующий это движение для финансирования вещей, с которыми приходится разбираться Обществу искателей приключений. Культисты Красного стола, исследования запретной эссенции, сотрудничество с Посланниками. Вещи, которые становится гораздо сложнее искоренить, если не пресечь их в зародыше.

— Все это хорошо, директор, но тот, кто манипулирует этими людьми — оппортунист. Мы можем избавиться от них, прекрасно, но если возможность остается, на их место просто придет кто-то другой. Они ведут операцию в очень земном стиле, но нет причин, по которым кто-то из этого мира не мог бы сделать то же самое. Особенно теперь, когда кто-то показал, как это делается.

— Я не несу ответственности за недовольных низкоранговых.

— Тогда ничего не делайте. Проведите остаток своей карьеры, вычищая личинок, потому что отказываетесь удалить гниль.

— Что именно вы предлагаете?

— О, у меня есть своя политическая каша, в которую придется вляпаться по возвращении на Землю. Вы можете разобраться с этой. Но, может, попробуете спросить этих людей, чего они хотят, вместо того чтобы говорить им, что они ничего не значат, и приказывать заткнуться?

— Мы так не делаем.

— Да, делаете. Вы думаете, что у этих людей нет власти, потому что они не могут метать молнии или дышать огнем. Они не могут поднять вооруженное восстание, но могут бросить инструменты в знак протеста. Что произойдет, если все работники карьеров и фермеры, добывающие эссенцию духа, перестанут работать?

— Семьи, владеющие карьерами и фермами, наймут других работников.

— О, бросьте, Элспет. Вы слишком умны, чтобы не видеть, куда ведет эта дорога в долгосрочной перспективе. Ситуация будет только ухудшаться, и как долго экспортная экономика Гринстоуна сможет выжить в таких условиях? Как только перебои в поставках станут обычным делом, торговые партнеры начнут искать более надежные альтернативы.

— Все еще не моя проблема.

— Тогда стойте в стороне и смотрите, как умирает город. Я к тому времени уже давно уеду.

Элспет нахмурилась, взяла скон и запихнула его в рот, сердито жуя.

— Элспет, я не пытаюсь учить вас, как подходить к социальным изменениям. Я понял, что у меня это получается из рук вон плохо. Но, может, попробуете убедить герцога сесть за стол переговоров с некоторыми из этих людей? Выяснить, чего они хотят, и, возможно, даже подумать о том, чтобы дать им это. Скорее всего, это не так уж много.

Элспет доела скон, выглядя слегка смущенной, когда вытирала крем вокруг рта.

— У вас там кусочек на подбородке, — сказал Джейсон. — Нет, с другой стороны. Да, вот так.

Она отложила салфетку и вздохнула.

— Итак, — сказала она. — Это была та самая знаменитая речь Джейсона Асано «измените все в своем обществе», да?

— Полагаю, что так. Послушайте, я проучился один семестр на политологии, прежде чем бросить учебу из-за девушки, так что мой опыт ограничен.

— Я не знаю, что это значит.

— Это значит, что когда-то я узнал ровно столько, чтобы ошибаться во многих вещах. Но иногда, когда у тебя есть власть, приходится заниматься такими вещами в любом случае. Несмотря на ваши утверждения, что это проблема герцога, думаю, вы сами это понимаете.

— Понимаю, — признала Элспет.

— У меня есть своя каша, в которую я вляпаюсь на Земле. Я пытаюсь найти людей, которые помогут мне не наломать там дров.

— Геллер?

— В том числе, надеюсь. Думаю, вы бы подошли, но, хотя у вас есть политическая хватка, я бы не доверил вам принимать моральные решения. Я совершал ужасные вещи — из гнева, разочарования или невежества, — но я всегда сожалел об этом. Вы же делаете их из холодного расчета.

— Речь о девчонке Уэкслер.

— Вы не продаете людей извращенцам, директор, как бы выгодно это для вас ни было.

— Не всем нам удается танцевать по жизни, получая особое отношение от богов и высокоранговых, Асано. Некоторым из нас приходится драться и выгрызать каждую мелочь, которую мы получаем. Не всем удается идти по легкой дороге и получать все на блюдечке.

Джейсон улыбнулся.

— Вы помните, когда я был железного ранга и мне было плевать, что означает разница в рангах, когда говоришь с кем-то?

— Как я могу забыть?

— Вам стоит быть очень благодарной, что, несмотря на все изменения, произошедшие со мной с тех пор, это осталось прежним.

Он встал.

— Я найду ваших кукловодов, директор. Если они с Земли, я разберусь с ними сам.

— Вы уже говорили это. Вы должны передать их Обществу искателей приключений.

— Я уже пробовал это однажды, директор. Вы продали их извращенцу.

— А у вас руки чисты, да? Я помню кое-кого, кто убил пятерых членов Общества искателей приключений, недалеко от того места, где мы сидим.

— Мои руки грязны, директор. Но, по крайней мере, я пытаюсь.

— И что? Важен результат, Асано. Попытки не стоят ни черта.

Он вздохнул.

— Не думаю, что продолжение этого разговора приведет к чему-то продуктивному.

— Согласна. Вы все еще готовы одолжить мне тех специалистов по инфильтрации и сбору информации, о которых упоминали? Единственные, кто у нас есть здесь, в Гринстоуне, принадлежат аристократическим семьям и используются друг против друга. Они не способны на что-то подобное. Я проверяла.

— Я дал им задание минут десять назад.

— Пока мы разговаривали?

— Вы не стоите моего безраздельного внимания, директор.

Она тоже встала.

— Я ведь пожалею о том, что вы вернулись в мой город, не так ли?

— Разве вы еще не жалеете?

— Полагаю, что жалею.

* * * Ли Ли Мэй любила Боко. Это был прекрасный город, наполненный великолепной архитектурой и чудесными садами. Она будет скучать по нему. Кто-то искал ее и подобрался слишком близко, прежде чем она заметила. Несмотря на посредников, «прокладки» и фальшивые личности, кто-то выходил на ее след. Неделями они пробивались сквозь ее уровни защиты, и она заметила это только сейчас, по чистой случайности. Кем бы они ни были, они были невероятно хороши в своем деле.

Ее решение бросить все предприятие было мгновенным и без колебаний. Она оставляла прибыльную операцию, но отправила достаточно денег, так что время не было потрачено впустую. Ядра золотого ранга были безумно дорогими, но, по крайней мере, их можно было купить за деньги. На Земле они были самым редким и ценным товаром, возможно, за исключением ядер реальности.

Единственное, что она взяла с собой, — это «тревожный чемоданчик», припасенный как раз для такого случая. Она взяла его и спустилась с башни, которой владела, не на подъемной платформе, а по лестнице. Тайная дверь вела в подвал, о котором никто, кроме давно умершего камнереза, не знал. Оттуда длинный туннель вел в канализацию. Канализационные туннели были массивными, напоминая ей скорее видеоигру, чем настоящую канализацию Земли. Здесь можно было встретить зловещие типы, но она выпустила ровно столько ауры серебряного ранга, чтобы отпугнуть их.

Ли Мэй за последние полтора десятилетия усвоила важность хорошего контроля ауры. Она знала, что у Джейсона Асано контроль ауры был намного лучше, чем у кого-либо на Земле, но не осознавала, насколько все они были плохи, пока не прибыла в Паллимустус. Оглядываясь назад, неудивительно, что он относился к магическим фракциям Земли как к позирующим детям.

Она рассеянно задалась вопросом, что случилось с тем человеком. Земные беженцы все сидели взаперти в комплексе Геллер в Сирионе, ожидая его. Потом им сказали, что он не придет. Истории о том, что произошло, были неясными, но многие земляне считали его мертвым. Ли Мэй не разделяла этого мнения.

Она вышла на улицы дальше от своего склада, чем ей хотелось бы. Это было близко к одним из городских ворот, и на бумаге не было никакой связи с ней. К тому времени, как ее свяжут с этим местом, она уже будет далеко. Хорошо одетая китаянка, идущая по одному из самых злачных районов города, полного местных жителей с кожей цвета полуночи, будет легкой добычей для ее преследователей. Надеюсь, она успеет убраться подальше, прежде чем это случится.

На складе был большой, полностью загруженный кемпинговый скиммер. В нем были удобства и припасы, которые позволили бы ей затаиться во внутренних районах континента, пока она не доберется до других частей мира. Она не доверяла найму специалиста по порталам, и хотя корабли тоже были риском, это был риск, который она могла минимизировать. Она не будет использовать свои собственные контакты по доставке, но у нее был список портовых начальников, которые надежно останутся подкупленными и направят ее к капитану, чтобы тот незаметно вывез ее.

Она вздохнула с облегчением, добравшись до склада. Она проскользнула в переулок рядом с ним и осторожно просканировала здание своим чутьем. Не почувствовав ничего, кроме скиммера и его припасов, она использовала очень дорогой кристалл, чтобы открыть усиленную дверь. Она открыла ее и нырнула внутрь, используя кристалл, чтобы снова запереть ее.

— Да, это она.

Ли Мэй замерла. Она медленно обернулась и обнаружила трех человек, смотрящих на нее, включая двух женщин, которых она не узнала. Мужчина выглядел иначе, и прошло больше пятнадцати лет, но она узнала его мгновенно.

— Добрый день, мисс Ли. Давненько не виделись.

ЭТО НЕ ОБРЫВ

ЭТО НЕ ОБРЫВ

Ли Ли Мэй вросла в землю, словно ландшафтный дизайнер посадил ее здесь. Ее тело было жестким, взгляд прикован к мужчине перед ней. Джейсон выглядел более расслабленным, но скованность его непринужденной позы говорила об обратном.

— Ты знаешь эту леди? — спросила Белинда.

— Знаю, — сказал он.

Ли Мэй не узнала двух других женщин, но оценила их расслабленность как подлинную. Они прислонились к большому скиммеру, стоящему посреди склада, все еще накрытому тяжелым брезентом.

— На вашей планете всего семь человек? — спросила Эстелла. — Почему ты знаешь их всех?

— Смутно припоминаю, как Тайка упоминал, что я знал больше людей среди земных беженцев. И что они не присоединились к нему и Трэвису, потому что не хотели, чтобы их отправили ко мне.

— И они поставили на доброту незнакомцев, а не на помощь от тебя? — спросила Эстелла. — Насколько плоха твоя репутация там, откуда ты пришел?

— Не очень хорошая, — признал Джейсон.

— Я вижу это по тому, как она на тебя смотрит, — сказала Белинда. — Так сэндвичи смотрят на Нила.

Ли Мэй оставалась неподвижной, пока Джейсон подходил ближе. Он был невысоким мужчиной и стоял с ней глаза в глаза.

— Как вы поживаете, мисс Ли?

Она наконец обрела голос.

— Значит, вы действительно живы?

— Время от времени. Люди с Земли думают, что я мертв?

— Некоторые. Я не верила.

— Почему?

— Мы думали, что вы сумасшедший, там на Земле. Бегали вокруг, обращаясь с правительствами и магическими фракциями так, будто они не имеют значения, пока вы делали… что бы вы там ни делали. Вы никогда не объясняли это толком.

— Никто не хотел слушать. Все, что вы слышали — это слово «мощь», крутящееся в ваших головах по кругу.

— Это было время беспрецедентных возможностей, как мы думали. Только после того, как я провела время в этом мире, я поняла, что мы были бродячими собаками, дерущимися за объедки. Вы делали вещи так, как их делают в этом мире, потому что вы здесь процветаете. Вы подходите.

— Нет, не подходит, — крикнула Белинда. — Он странный везде, куда бы ни пошел.

— Приятно осознавать, что это не только здесь, — сказала Эстелла.

— Это похоже на подтверждение всего того, что мы говорим о нем за его спиной.

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на них из-под приподнятых бровей.

— Вы двое не возражаете?

— Нет, мы в порядке, — сказала Белинда.

— Она очень красивая, — заметила Эстелла, вызвав преувеличенный взгляд раздражения у Белинды.

— Ты такой бабник. С тобой никуда нельзя пойти.

— Я всего лишь сказала, что она красивая.

— Я стою прямо здесь, а ты заглядываешься на других женщин прямо у меня на глазах.

Джейсон покачал головой и снова повернулся к Ли Мэй.

— Пойдемте, — сказал он ей. — Мы прогуляемся.

* * * Складское здание Ли Мэй находилось в одном из не самых респектабельных районов Боко, складском квартале, далеком от садов и университетов.

— Золотые ранги в Гринстоуне, — сказала она. — Это были вы, очевидно.

— Да, — подтвердил Джейсон.

— Я слышала, это была какая-то известная команда из Витесса.

— Моя команда. Просто я давно в ней не был.

— Я никогда не любила следить за новостями искателей приключений. Очевидно, мне следовало быть более прилежной.

Будучи иностранкой и маленькой женщиной, передвигающейся в одиночку, она постоянно ловила на себе взгляды, пробираясь по улицам, отбиваясь от нежелательного внимания своей аурой. Передвигаться по тем же улицам с Асано было совершенно другим опытом.

— Что происходит? — спросила она его.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Мы здесь явно чужаки, но люди обходят нас, даже не взглянув. Как будто они притворяются, что не видят нас.

— Они подсознательно не обращают на нас внимания. Если мы сделаем что-то слишком необычное, они заметят. И небольшое количество людей реагирует агрессией и гневом, вместо того чтобы поддаться этому.

— Это вы делаете?

— Это вошло в привычку. В последнее время я стараюсь избегать внимания, когда могу. Я могу прекратить, если хочешь.

— Как? Какой-то контроль разума?

— Не думаю, что магия способна на такое, по крайней мере, не напрямую. Барьер души защищает разум, поэтому приходится использовать обходные пути. Физиологически манипулировать мозгом, что-то в этом роде. Богиня Знания не может читать мысли, но у нее есть доступ ко всем знаниям, так что фактически она может.

— Тогда как?

— Манипуляция аурой. Я не могу изменить их ауры, но могу модулировать свою на что-то, что большинство людей инстинктивно и подсознательно проигнорирует. Это как то, что ты никогда не смотришь на свое привычное окружение, пока что-то не изменится и не заставит его выделиться. Я излучаю вайб «того стула в углу, на который ты никогда не садишься».

— И вы делаете это для нас обоих.

— Я начал работать над этим еще на Земле, основываясь на некоторых вампирских трюках. С тех пор у меня было много практики и тренировок с моей аурой.

— Теперь, когда я увидела этот мир, я могу только гадать, что бы вы могли предложить нам на Земле. Если бы мы относились к вам как к приезжему сановнику, а не как к товару, который нужно поделить.

— Мои знания были ограничены. Фарра — вот к кому вам следовало обратиться.

— Без обид, мистер Асано, но вами было гораздо легче манипулировать. Она знала, когда нужно заткнуться и уйти, если чего-то не знала.

Он издал смешок.

— У вас теперь больше знаний, — сказала она. — Как и у меня. Вы были здесь, сколько? Полтора года, прежде чем вернуться? Я здесь в десять раз дольше. Вещи, которые я могла бы сделать на Земле сейчас. Я могла бы изменить мир.

— Прошло много времени, мисс Ли. Мир изменился сам по себе.

— У вас есть связь с Землей?

— Да.

— Как?

— Мы здесь не для того, чтобы я отвечал на ваши вопросы, мисс Ли. Мы здесь, чтобы решить, что будет с вами теперь.

— Я не делала ничего незаконного.

— Паллимустус придерживается скорее подхода «духа закона», чем Земля. Что вы знаете, иначе мы бы не поймали вас на бегстве.

— И вам дали дискреционные полномочия в отношении меня.

— Если кто-то должен был дать их мне, значит, это не настоящая власть. Особенно в этом мире. Вы были оставлены на мое усмотрение, потому что я взял эту власть, и потому что никто, у кого есть сила бросить мне вызов, не сделает этого. Не из-за вас. Вот почему я предполагаю, что вы выбрали эту зону низкой магии для своей маленькой схемы.

— Она была не такой уж маленькой.

— Вопрос перспективы, полагаю.

— Вы были такими же и на Земле. Действовали так, будто наши проблемы слишком малы для вас, чтобы беспокоиться о них, кроме как по прихоти.

— Так и было.

— Я поняла это, приехав сюда. Но теперь мы здесь, и вы все еще ведете себя так, будто важнее всех остальных.

— Важен не я. У меня есть обязанности.

— Снова спасаете мир? Необъяснимым образом, от неопределенной угрозы, но поверьте вам на слово, это очень важно?

— Прекрати. Ты знаешь, что я люблю подколы, поэтому пытаешься зацепить меня. Заставить меня полюбить тебя.

— Получается?

— Бывало и лучше, — сказал он, но улыбка тронула уголки его рта. — Я не собираюсь убивать вас, мисс Ли, или передавать местным властям. Как бы мне ни нравилась прямота того, как здесь делаются дела, чем больше дискреционных полномочий, тем выше шанс коррупции. Это место может быть варварским, и единственный сдерживающий фактор здесь — моральный компас того, у кого есть власть.

— Ни один мир не идеален, полагаю.

— Нет. То же самое касается людей в них, даже тех из нас, кому удается путешествовать в оба.

Их извилистый путь вывел их из складского района в более приятный район, недалеко от небольшого университетского кампуса. Здания представляли собой смесь блоков из песчаника и фирменного зеленого кирпича региона. Там росли высокие, тонкие деревья, похожие на пальмы. Лиственные зеленые растения росли из горшков и ниш или свисали с балконов. Водные объекты были повсюду: от каналов, питающих обильную растительность, до фонтанов, расположенных на дорожных развязках в качестве круговых движений.

— Они называют это Городом Оазисов, — сказала Ли Мэй. — Здесь есть несколько апертур в астральное пространство воды. По-видимому, какой-то культ пытался саботировать их много лет назад, но здесь они хорошо охраняются. Культу больше повезло в пустыне, как я слышала.

— Повезло.

— Вы были замешаны?

— Периферийно. Я все еще был на обучении, когда произошла большая битва в самом астральном пространстве воды, так что я пропустил. Что было хорошо, потому что погибло много людей, более могущественных, чем я, включая мою подругу Фарру.

— Это другая Фарра, не та, что была с вами на Земле?

— Нет. Я тоже умер, позже, сражаясь с существом, которому поклоняется этот культ. Когда я вернулся к жизни на Земле, некоторые космические сущности решили, что она тоже должна. Они посчитали, что там должен быть хотя бы один человек, которому я могу доверять.

— Как вы это делаете?

— Что делаю?

— Говорите о вещах, которые порождают религии, с такой же легкостью, как покупаете кофе. На Земле было много репортажей. Интервью с людьми, которые сталкивались с вами. Вы раньше говорили невпопад о вещах настолько диковинных, что мы отмахивались от них как от чепухи. Например, о возвращении с того света. Теперь я понимаю, что по крайней мере некоторые из них были правдой. Я стала более доверчивой, чем была, но космические существа, возвращающие людей с того света — это слишком, даже для этого мира.

— Сходите спросите богиню Смерти. Ее церковь выдала мне сертификат, в котором сказано, сколько раз я умирал.

— Разве бог смерти не мужчина?

— Боги любят сохранять гибкость в этом отношении.

— Вы говорите так, будто знаете много богов.

— Сколько из этого — ваше притворство, что вы не исследовали исчерпывающе все, что могли, обо мне после прибытия в Паллимустус?

— Я не…

— Ваша аура выдает ваши эмоции мне, мисс Ли. Кстати, вы проделываете замечательную работу, скрывая свой страх. Я раньше делал так же, но разучился. Поверьте мне, полезнее прорабатывать эмоции, чем подавлять их.

— Я видела, как вы убивали людей по телевизору своим разумом, мистер Асано. Я верю вам.

— Хорошо. Теперь хватит обо мне. Расскажите мне об этой вашей операции. Местные власти беспокоятся, что вы тихо собираете средства на армию нежити или что-то в этом роде.

— Зачем мне это делать?

— Они вас не знают. Они понятия не имеют, что вы бы сделали, а что нет, и худший сценарий в этом мире всегда плох. Не так далеко отсюда культ крови пытался призвать монстра-пиявку, пожирающего миры.

— Разве вы не призываете монстра-пиявку?

— Он хороший мальчик, — защищающе сказал он. — В любом случае, суть в том, что они не знают, чего вы хотите, потому что не знают вас. Вы были осторожны с этой частью.

— Недостаточно осторожна.

Их разговор прервался, когда они проходили по узкой улице, где грузчики разгружали товары для доставки в бутики в близлежащем торговом районе. Они выбрались из тесных переулков и задворок на более открытый бульвар.

— У вас все шло довольно неплохо, пока не появились золотые ранги, — сказал Джейсон. — В этой части мира прислать золотой ранг — это как принести базуку на ножевой бой. У Белинды и Эстеллы десятилетия опыта в шпионаже и воровстве. Магия маскировки слишком сильна, чтобы кто-то здесь мог ее раскусить, и восприятие, которое может подслушать вас через три здания. Почти никто здесь не использует магию конфиденциальности. Мало у кого есть восприятие, чтобы это стоило того, поэтому использование экрана конфиденциальности здесь заставляет вас выделяться больше, чем шепот в углу в большом черном плаще.

— Это так они нашли меня? Потому что я использовала щит конфиденциальности?

— Это была точка данных. В целом, они были очень впечатлены тем, как вы все устроили. Они предложили мне нанять вас.

— Для чего?

— Я пытаюсь собрать штат, чтобы сгладить свое возвращение на Землю. Все будет сложно, особенно когда они подумают, что знают, насколько я силен.

— Когда они подумают, что знают?

— Лучше им не узнавать, насколько я силен на самом деле.

— А то, что вы говорите мне, означает либо то, что вы лжете и хотите, чтобы я им рассказала, либо вы не думаете, что я смогу.

Сангвиническая улыбка была единственным ответом, который она получила.

— Вы знаете, что возвращение на Землю — это не мелочь, магически. Я изучала это.

— У меня есть варианты получше, чем у большинства.

— Любые варианты лучше, чем у большинства. Магия Посланников?

— Среди прочего, но мы говорим о вас. Проведите меня по основам вашей операции.

— Достаточно просто. Базовый рэкет, использующий бесправных рабочих в качестве рычага давления. Не сработало бы в городах, где промышленные ассоциации работают во многом как профсоюзы. В отдаленных районах, однако, все принадлежит аристократическим владельцам, а рабочая сила эксплуатируется. Все, что мне нужно было сделать — это эксплуатировать их лучше. Собрание в городе здесь, листовка там. Несколько удачно расставленных подставных лиц, которые хороши в рифмованных лозунгах. Вы когда-нибудь видели эпизод Правосудия, где Бойд Краудер убеждает горожан продать свою землю Мэгс Беннетт?

— Насколько хорош был Уолтон Гоггинс в этом? Моя сестра говорила, что у него была эссенция зубов, надо же. Извините, в чем была ваша мысль?

— Я платила харизматичным людям с народным обаянием и отсутствием морали, чтобы они убеждали людей делать то, что я хочу. Возможно, я также случайно изобрела здесь кантри-музыку.

— Хорошую? Я люблю Долли Партон или Джонни Кэша.

— Нет. Ту, которая потакает аудитории с помощью знаковых сельских образов, чтобы замаскировать скрытую политическую повестку.

— Может, мне стоит передать вас Обществу искателей приключений. Вы монстр.

— Суть в том, что я подстрекаю людей, пока они не создают проблемы, а потом семьи платят мне, чтобы я смазал колеса индустрии. Я получаю деньги, а местные получают какой-то символический жест, чтобы они чувствовали, что победили.

— Вы не получили отпор от семей?

— Они прислали несколько человек осмотреться. Потрепать случайных людей. Если бы они были компетентны, они бы не работали головорезами у аристократических семей на дне магической бочки. Они быстро поняли, что я была достаточно осторожна, чтобы платить мне было дешевле, чем найти меня.

— Поэтому вы сделали это здесь, так близко к тому месту, где я жила? Из-за низкого уровня промышленных головорезов?

— В некотором роде. Что мне дает низкая магия, так это отсутствие всего того, что дает мне высокая магия. Вы знаете, как это в большом приключенческом городе?

— Знаю.

— Но не так, как я, подозреваю. У вас была надлежащая подготовка искателя приключений. Могущественные связи. Все иначе, когда вы — нетренированный пользователь ядер из другого мира. В больших городах это делает вас пустой тратой потенциала в лучшем случае и подопытным кроликом в худшем.

— Большое изменение по сравнению с вашим обращением на Земле. Зоны низкой магии вернули вам часть этого?

— Да. Я выбралась из Эстеркоста. Вся страна бурлит магией. Я немного побродила. Было достаточно легко сойти за аристократа из места, о котором никто не слышал, в ссоре со своей семьей.

— Кажется, вы неплохо устроились.

— Я открыла преимущества зон низкой магии. Они не смотрят свысока на пользователей ядер так сильно, а серебряные ранги — это пик элиты. В таких местах я получила часть того уважения, которого мне не хватало на Земле. А когда я получила это, я смогла зарабатывать деньги.

— На что? Я слышала, вы гребете их лопатой, но если это не для финансирования чокнутого некроманта, что вы с ними делаете?

— Вы знали, что здесь можно купить ядра монстров золотого ранга?

— И что?

— И что? У вас есть хоть какое-то представление о том, как трудно заполучить их на Земле? Мне позволили взглянуть на одно однажды. Через бронированное стекло, в окружении вооруженной охраны. Здесь вы можете просто войти в торговый зал и купить их. Это требует нечеловеческого количества денег, отсюда и рэкет, но вы можете просто купить их. За деньги!

— Вы хотите достичь золотого ранга?

— Кто не хочет достичь золотого ранга?

— Справедливо. Вы не могли найти ничего более законного?

— Пробиваться на новые рынки сложно, а я не была экспертом в торговле на Земле, не говоря уже об этой планете. Но люди, если разобраться, всегда одинаковы. Австралийцы, китайцы, эльфы, леониды. Люди остаются людьми, богатые люди остаются богатыми людьми, и они делают то, что делают богатые люди.

— Эксплуатируют бедных людей.

— Именно. Я провожу эту игру повсюду. Уже много лет, переходя из одной зоны низкой магии в другую. Никогда не давя слишком сильно, никогда не перенапрягаясь и никогда не задерживаясь дольше, чем нужно. Это не первый раз, когда я направлялась к внезапному и незаметному выходу. Просто первый раз, когда меня поймали.

— Это не то, что я бы назвала моральным.

— Есть вещи похуже, чем подстрекать людей с законными обидами. Возможно, я даже случайно спровоцировала позитивные социальные изменения, пару раз.

Они проходили мимо фонтана, вокруг которого двигалось много пешеходов. Там был широкий, слегка влажный бортик, чтобы люди могли сидеть, и Джейсон сделал это. Ли Мэй последовала его примеру. Он размышлял над ее словами некоторое время, гадая, сколько из этого правда, а что ложь. Он мог читать эмоции в ее ауре, но использовать это как детектор лжи было сложнее, чем он показывал. В чем, он был уверен, она знала.

Он мог читать ее эмоции, но ее контроль ауры был сейчас очень твердым, чего не было на Земле. Она была очень хороша в регламентировании того, как ее разум отражался в ее ауре, что затрудняло наблюдателю получение информации из нее. Он должен был уважать это, учитывая, что это был талант, в котором он сам преуспел.

Он также подозревал, что ее настоящий разум был так же хорошо организован, как и ее аура, то, в чем он не преуспел. Она была хороша в том, чтобы выстраивать факты так, чтобы они указывали туда, куда она хотела, вместо того чтобы указывать на истину.

— Если бы вы пришли работать на меня, — сказал он, — ваша лояльность должна была бы принадлежать мне. Не Китаю, не одной из магических фракций. Даже не моему клану, там на Земле. Мне.

— Вы хотите предложить мне работу?

— Возможно. Еще не решил.

— Когда я увидела вас в своем складском здании, я подумала, что это конец. Опасности на Земле были спокойными для кого-то вроде меня. Когда мы встретились, вы были веселым, наивным, очаровательным. Немного опасным, но это было захватывающе. К тому времени, как вы убивали людей своей аурой по телевизору, я знала, что все, что осталось — это опасность. Я думала, что вы маньяк. Затем, я собираюсь пуститься в бега, и вот вы здесь. Это было похоже на то, как будто я стояла спиной к обрыву, а вы были там, чтобы столкнуть меня. Я помню, какими вы были на Земле. В конце. Никто не знал, собираетесь ли вы пошутить или сорветесь и убьете двадцать человек.

— Я прошел много терапии. И я знаю, каково это — быть в отчаянии и одиночестве, в мире, который ты не понимаешь. Это не обрыв, мисс Ли, и я не пытаюсь столкнуть вас.

— Так вы говорите. Что, если я скажу вам, что не хочу работать на вас?

— Тогда вы сможете поехать обратно на Землю с остальными. Любыми землянами, которых я смогу собрать. Я заберу вас всех обратно на Землю, если только вы не захотите ехать.

— Я хочу поехать. После всего, что я видела и узнала здесь? У меня будет столько денег и власти, это непристойно.

— Не заинтересованы в работе на меня, значит?

— Конечно, заинтересована. В этом городе алмазные ранги — это практически миф, но, судя по тому, что я слышу, они крутятся вокруг вас, как будто вы все приятели по гольфу. Я слышала, что вы склонны ввязываться в сумасшедшие вещи, но все на вашей орбите богаты и знамениты. Стоять рядом с вами — это как жаловаться, что град сделан из золота. Единственная проблема, которая у меня будет — заставить вас доверять мне. Потому что, вероятно, вам не стоит.

— Я не обещаю взять вас, просто отвезти на Землю. Но если Стелла и Линди скажут, что вы того стоите, я не собираюсь игнорировать это.

— Я не собираюсь говорить «да» на это. Или «нет». Если ваше предложение реально, я бы хотела поговорить с некоторыми из ваших людей. Посмотреть, во что я потенциально ввязываюсь.

— А мне нужно изучить, чем вы занимались, прежде чем я сделаю это предложение. Посмотреть, что за человек я…

Она посмотрела на него, когда он замолчал, оглядываясь вокруг с подозрением на лице.

— Что-то здесь есть, — сказал он и встал с края фонтана. — Что-то, что очень хорошо умеет…

Массивное лезвие меча вырвалось из его груди.

ПОДЖАРИТЬ ТОСТЫ ДО УГОЛЬКОВ

ПОДЖАРИТЬ ТОСТЫ ДО УГОЛЬКОВ

Лезвие, торчащее из груди Джейсона, было широким и толстым, больше подходящим для того, чтобы дробить, чем резать или колоть. Его вогнали в его тело с грубой силой, темный металл торчал из его торса. Он попытался вытолкнуть его обратно из своего тела, но его руки не двигались. Все его тело было парализовано.

Он чувствовал, как лезвие высасывает его энергию, но это не был отток маны. Оно подключалось к фундаментальной энергии его существа, и это было проблемой. Сила его ядра текла из вселенной, которая была его истинным телом, и эта сила была бесконечной. Его тело, однако, не могло содержать бесконечную силу, и он сомневался, что меч, пьющий ее, тоже мог. Как только одно или оба достигнут предела своей вместимости, эта магия должна была взорваться.

— Что за…?

Слова того, кто предположительно был его нападавшим, совпали с рывком за меч, но он застрял в его теле. Его тело тоже не двигалось, закрепленное на месте, пока сила из его вселенной высачивалась, смешиваясь с Паллимустусом.

Джейсон был заморожен на месте, но всплеск силы заряжал его ауру, как тостер, работающий от термоядерного реактора. Он должен был перегореть очень скоро, но он собирался поджарить тосты до состояния углей. Он отправил несколько быстрых сообщений, расширяя свои чувства над городом. Если он не может уйти от этого, он уберет всех остальных от себя.

* * * Ли Мэй была сгустком расшатанных нервов. Пятнадцать лет она боялась снова встретить Джейсона Асано. Убьет ли он ее? Проигнорирует? Полностью забудет, кто она такая? Когда они наконец встретились, чопорная, собранная персона, которую она выстраивала годами, развалилась. Это было странно похоже на то, как когда отец отправил ее учиться в США — как будто ничто из того, что она узнала, не подготовило ее к этому.

Может, поэтому она вернулась к своим старым паттернам того времени. Растерянная, сбитая с толку, неуверенная. Пытающаяся закрасить нарастающую панику вынужденной непринужденностью. В конце концов, ни один из ее страхов не сбылся. Она не стала объектом старых обид, и она не была какой-то забытой незначительностью. Из всех потенциальных исходов она не ожидала, что ей предложат работу. Ее инстинкт был ухватиться за шанс, но она знала, что из этого вытекают осложнения двух миров. Это было не то решение, которое можно принять быстро или легко.

— А мне нужно изучить, чем вы занимались, прежде чем я сделаю это предложение, — сказал он, когда они сидели на краю фонтана. — Посмотреть, что за человек я…

Он замолчал, оглядываясь вокруг, как будто услышал что-то подозрительное.

— Что-то здесь есть, — сказал он, вставая. — Что-то, что очень хорошо умеет…

Она не видела, как это произошло. В один момент ничего не было, а в следующий момент мужчина в черно-красной броне стоял позади Асано. Массивный меч, если его вообще можно было так назвать, был пронзен сквозь тело Асано. Лезвие было скорее плитой черного металла, с красными прожилками, чем правдоподобным оружием. Оно выглядело как что-то из аниме. Асано не двигался, вися на лезвии, как труп.

Нападавший дернул за лезвие, но оно отказалось сдвинуться. Он сказал что-то на языке, которого она не знала, звуча удивленным. Именно тогда перед ней появилось системное окно.

Системное оповещение: Боко

* В городе Боко происходит магический инцидент. Жители будут немедленно эвакуированы. Любая успешная попытка сопротивляться эвакуации будет воспринята как заявление о личной ответственности за вашу безопасность и может привести к вашей смерти. Пожалуйста, сопротивляйтесь желанию паниковать. Извините за неудобства.

* Духовенство в храмах Боко: Пожалуйста, эвакуируйте всех находящихся на священной земле, чтобы их можно было эвакуировать, если ваше божество не будет защищать их.

— Что? — сказала Ли Мэй, как и многие люди вокруг нее.

Затем аура хлынула из Джейсона, как нисхождение бога. Ее разум опустел, когда из нее вырвался всхлип. Когда она пришла в себя, она парила над городом вместе с тем, что выглядело как все население города, летая над крышами, как рой насекомых.

Раздались крики тревоги, когда другие приходили в себя и осознавали, что происходит. Эта аура все еще присутствовала, колотя по ее разуму, как ураган, рвущий заколоченные окна. Внизу больше людей поднималось в воздух. Многие были на улицах посреди дня, но другие были в домах или на предприятиях, вылетая через двери и окна, которые распахивались, часто ломая замки в процессе. Она видела, как крыша сорвалась со здания и опустилась на соседнее, большая группа поднималась из теперь открытой комнаты внизу.

Она извивалась, насколько могла в воздухе, чувствуя себя так, словно ее сжимала какая-то невидимая подушка. Насколько она могла судить, население Боко поднималось в воздух и перемещалось прямо от Джейсона и его нападавшего.

* * * Вернувшись в Гринстоун, Клайв был в пекарне. С ним была детская гуманоидная версия Онслоу, его оболочка была припаркована на улице, как карета. Сташ сидел на вершине оболочки в форме молодого человека, пуская слюни на выпечку, выставленную в витрине.

Персонал собрался вокруг очаровательного фамильяра Клайва, протягивая ему бесплатные образцы, пока их менеджер недовольно наблюдал за этим. Клайв подарил ему неловкую улыбку и извиняющееся пожатие плечами.

Системное оповещение: Регион Боко и Гринстоун

* В городе Боко происходит магический инцидент. Жители эвакуируются. Не приближайтесь и не пытайтесь войти в город.

* Искатели приключений серебряного ранга и ниже в этом районе, не приближайтесь. Искатели приключений золотого ранга и выше (если там бродит алмазный ранг, пожалуйста, помогите!), не приближайтесь к городу до взрыва.

— Мы уходим, — сказал Клайв, протискиваясь мимо персонала пекарни, чтобы поднять Онслоу, как ребенка. Он зашагал наружу, когда оболочка Онслоу стала еще больше, чтобы вместить их. Клайв, Сташ и мини-Онслоу вошли внутрь, и оболочка поднялась в воздух.

* Джейсон Асано создал групповой текстовый чат.

* Джейсон: На меня напали. Собираюсь взорваться и забрать с собой часть или весь Боко. Вывожу людей, нужен ритуал сдерживания большой площади. Буду держаться, сколько смогу. Пожалуйста, двигайтесь быстро.

* Хамп: Ты будешь в порядке?

* Джейсон: Нет, Хамфри. Я собираюсь взорваться и умереть.

* Хамп: Пожалуйста, укажи мое полное имя в текстовом чате.

* Джейсон Асано завершил групповой текстовый чат.

Когда Онслоу помчался по воздуху, Клайв открыл портал перед ними, и они прошли сквозь него. Они прибыли в Боко, на площадь, отведенную для прибытия телепортов в кампусе Общества искателей приключений. Это была сцена хаоса: люди потоком выходили из зданий, болтаясь в воздухе, как будто их держали невидимые руки. Со всех сторон доносились крики, применялись силы. Клайв увидел искателя приключений, который телепортировался и появился прямо рядом с оболочкой Онслоу, с удивлением глядя на нее, прежде чем взвизгнуть, когда ее снова дернуло в воздух.

Хамфри телепортировался с Софи и Фаррой. Его мать сделала то же самое мгновением позже с Нилом, а также Габриэлем и Арабеллой Ремор. Они втиснулись в оболочку Онслоу, и она взлетела.

— В том сообщении говорилось о взрыве, — сказала Даниэль. — Этот человек был рожден, чтобы волновать людей.

— Ты специалист по ритуальной магии широкого действия, — сказал Клайв Фарре. — Как быстро ты можешь импровизировать большой ритуал сдерживания?

— Помощь Линди была бы кстати, — сказала она. — Она эксперт по импровизации. Нам понадобятся твои способности, чтобы сотворить что-то настолько большое, настолько быстро, однако.

Тень появилась из тени Фарры.

— Мисс Белинду доставляют сюда прямо сейчас, — сказал он. — Мисс Эстелла эвакуируется со всеми остальными.

— Тень, что происходит? — спросил Хамфри.

— Мистер Асано подвергся нападению. Нападение, по-видимому, является попыткой убить его с помощью какого-то оружия, которое истощает его силу. К сожалению, его сила бесконечна, и оружие просто продолжает истощать ее.

— И она достигнет порога, когда либо оружие, либо аватар Джейсона не смогут сдержать ее, и она взорвется, — понял Клайв. — Нам нужно запустить этот ритуал быстро.

— А как насчет нападавшего? — спросил Хамфри.

— Нападавший в настоящее время неизвестен, но, по-видимому, это человек в броне. Он также, кажется, прилип к мистеру Асано, что является очевидным сюрпризом для него.

— Не думаю, что мой набор навыков поможет нам здесь, — сказала Даниэль. — Я собираюсь найти городских лидеров и посмотреть, смогу ли я помочь навести порядок в том, что скоро станет паникой и хаосом. Габриэль, Арабелла, вы присоединитесь ко мне?

— Гейб присоединится, — сказала Арабелла. Она смотрела на людей, все еще вылетающих из города, кричащих и вопящих. — Я собираюсь начать организовывать целителей. Даже если все выберутся живыми, это будет бардак. Нил, ты присоединишься ко мне?

— Конечно, — сказал Нил.

* * * Четыре Голоса Воли стояли вокруг бассейна для просмотра. Изображение в стоячей воде было с точки обзора высоко над Боко, и они наблюдали, как появился их убийца. Его оружие пробило тело Асано, которое обмякло.

— Сделано, — сказал один из них.

— Наши силы построены, — сказал другой.

— Приготовиться к активации врат, — скомандовал третий.

— Пришло время, — сказал четвертый, — подать пример. Жителям этого мира и нашему собственному виду, слишком робкому, чтобы действовать.

* * * Онслоу прокладывал путь по воздуху, Клайв стоял на вершине его оболочки. След золота оставался позади от вытянутой руки Клайва, рисуя в небе массивный ритуальный круг. По мере того как он двигался, руны на оболочке Онслоу загорались и поднимались в воздух, становясь частью ритуала. Внутри оболочки Фарра и Белинда безумно просматривали книги и строчили заметки, выкрикивая инструкции Клайву.

— Как мы справляемся? — спросила Фарра Хамфри.

— Э-э, довольно хорошо, — сказал Хамфри, звуча удивленным. Он стоял на краю оболочки, держа измерительный прибор, который дал ему Клайв. Он выглядел как стеклянная пластина с проецируемым на нее изображением, похожим на сдвигающуюся воду. Стержень, заканчивающийся сферой, торчал снизу.

— Не должно быть «довольно хорошо», — сказала Белинда.

— Он говорит, что уровни силы снижаются.

— Софи, — сказала Белинда, не отрываясь от работы. — Пожалуйста, убедись, что он не держит его вверх ногами.

— Стержень и сфера должны указывать вверх или вниз? — спросила Софи.

— Вверх.

Хамфри смущенно перевернул устройство в руках, затем снова посмотрел на показания.

— О, — сказал он. — Все идет очень плохо.

— Все в порядке, — сказала Софи, похлопав его по плечу. — Ты все еще красивый.

* * * Тело Джейсона все еще было заморожено; его перегруженная аура становилась все более нестабильной с каждой минутой. Он игнорировал боль, пронзающую его тело, когда сила нарастала. Этого было достаточно, чтобы, если он отпустит, он взорвался, и он хотел сделать именно это. Чем дольше он держался, тем сильнее будет взрыв, но ритуал сдерживания еще не был на месте.

Он отправил жителей города так далеко, как только мог. Он сбросил их в пустыне, так далеко, как мог, от городских стен. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы спасти их от взрыва, если он будет сдержан. Город теперь был пуст, кроме его команды и всех, кто мог спрятаться от его чувств ауры. Храмы были темными для его восприятия, и всегда могли быть какие-то могущественные люди, затаившиеся в тени. Им придется позаботиться о себе самим.

* Джейсон Асано создал групповой текстовый чат.

* Джейсон: Сколько времени?

* Клайв: Почти закончили. Посмотри вверх.

* Джейсон: Не могу. Парализован. Думаю, мой нападавший был послан посланниками.

* Хамп: Почему так?

* Джейсон: Он застрял здесь и просто кричит на меня сейчас. Я немного отвлечен, но он кричит о посланниках и какой-то сделке.

* Даниэль: Посланники не заключают сделок ни с кем, кроме других посланников.

* Софи: Да, заключают. Они заключили сделку с фальшивым богом Чистоты, и они заключили одну с Джейсоном о спасении Яреша.

* Хамп: Джейсон, есть ли способ вытащить тебя из этого живым?

* Джейсон: Не такой, который не сопряжен с неприемлемым риском. Не волнуйтесь: возвращение с того света — это моя фишка. Ну, фишка моего аватара. Я бессмертен, очевидно.

* Нил: Правда? Я не знал. Ты пробовал упоминать об этом каждые десять минут? О, подожди, ты пробовал.

* Клайв: Смерть твоего аватара может быть только началом чего бы то ни было. Я получаю какие-то помехи в ритуале сверху города. Очень высоко. Это на достаточно большой высоте, чтобы я мог скорректировать, пока провожу ритуал, но там наверху что-то происходит.

* Хамп: Софи и я проверим это. И исправьте мое имя в чате.

* Софи: Есть вещи поважнее, чем то, как твое имя выглядит в чате. Также, что мы едим на обед сегодня?

* Габриэль: Вы всегда так работаете? Как вы стали известной командой искателей приключений вот так?

* Арабелла: О, как будто мы были лучше. Ты помнишь, каким был Эмир.

* Нил: Клайв собирался взять обед из той пекарни.

* Габриэль: Джейсон умрет.

* Фарра: К этому привыкаешь. Думаю, если он проживет достаточно долго без того, чтобы кто-то его убил, он убьет себя для практики.

* Джейсон: Я делаю нордглдфдже.

* Фарра: Что?

* Джейсон: Простите, я на пределе. Если серьезно, пожалуйста, пожалуйста, поторопитесь. Я не могу держать это дольше.

* Клайв: Почти на месте. И нам пришлось уйти из пекарни до того, как наш заказ был готов.

* Джейсон: Никаких сэндвичей? Ладно, теперь у меня плохой день.

* * * Герцог Боко посмотрел на все более обеспокоенное выражение лица Габриэля. — Происходит что-то плохое?

— Не беспокойтесь о нем, — сказала Даниэль. — Это о чем-то другом.

* * * Фрагменты тела Джейсона превращались в радужный дым и сходили с него потоками. Он все еще висел обмякшим, пронзенный мечом, который застрял на месте, как будто клеем. Джейсон давно перестал осознавать свое окружение и не видел, как его нападавший отрезал себе руку. Это не помогло, обрубок все еще был охвачен магией.

* Клайв: Готово, мы чисты.

Джейсон взорвался.

Это было совершенно беззвучно, уничтожая все на своем пути волной золотого, серебряного и синего света. Она расширялась, пока не достигла невидимого купола заклинания сдерживания, покрывающего большую часть города. Купол стал видимым, излучая синий и золотой свет. Он состоял из взаимосвязанных гексов, каждый с руной, установленной в нем.

Купол содрогнулся, руны ярко светились, издавая пронзительный звук. Тон со временем понижался, от визга, вплоть до громоподобного грохота, к моменту чего купол трясся, как надувной замок, полный детей, объевшихся сахаром. Руны погасли, сначала в разбросанных точках, а затем в больших кластерах.

* * * Друзья Джейсона оглянулись, пролетая по небу внутри Онслоу. Он был быстр, и они не хотели рисковать порталом с таким количеством магии, плавающей вокруг. Купол не продержится долго, и они все могли чувствовать магию сверху сейчас.

— Это магия порталов, — сказал Хамфри. — Я никогда не чувствовал ее в таком масштабе. Как это вообще работает в зоне низкой магии, как эта?

— Не знаю, — сказал Клайв.

Они высунулись из оболочки, чтобы посмотреть вверх. Как они и чувствовали, массивные порталы начали открываться в небе.

— Мы видели это раньше, — сказал Хамфри.

— Да, видели, — мрачно сказал Клайв, когда посланники гейзером хлынули из порталов. — Я не уверен, что с этим делать.

Их взгляды вернулись к куполу, когда взрывы начали раздаваться по всей поверхности. Гексы разбивались, и сила вырывалась через бреши. Бреши становились все больше и больше, выпуская больше силы, но большая ее часть была потрачена, пока купол еще держался. Внутри купола свет исчез, как и почти любой след города.

Идеальная сфера была вырезана из земли, как будто просто удалена, оставляя после себя только гладкие, круглые стороны. Единственными остатками города были храмы, теперь парящие в воздухе, защищенные от взрыва божественной силой. Единственной другой вещью в сфере было маленькое облако тьмы, внутри которого искры эфирного света танцевали, как призраки светлячков.

Тишина внутри пространства резко контрастировала с насилием снаружи. Взрывная сила от детонирующего купола пронеслась по частям города, оставшимся вне зоны сдерживания. Здания были сровнены с землей, а сады ободраны до грязи. Деревья и куски зданий летели по воздуху, добавляя ущерба. Онслоу запечатал стороны своей оболочки, чтобы защитить своих пассажиров, мини-Онслоу цеплялся за ногу Клайва, пока оболочку качало, как лодку в шторм.

— Нам нужно перегруппироваться с остальными, — сказал Хамфри. — Я не видел, сколько там было посланников или насколько они сильны, но у нас скоро будет битва. Они знали, что это произойдет, а мы — нет, так что ожидайте, что у них будет каждое преимущество.

— Разве это не та часть, где Джейсон возвращается к жизни и делает что-то нелепое? — спросила Белинда.

Они все посмотрели друг на друга, затем неловко подождали.

— Ладно, — сказал Хамфри. — Было бы неплохо. Но похоже, что…

Системное оповещение: Священный Феникс

* [Системный администратор] убит. Гегемон восстал. Берегитесь его гнева.

ДОБРОТА БОГА-КОШМАРА

ДОБРОТА БОГА-КОШМАРА

Города Боко больше не существовало. Внешние регионы превратились в руины, когда зона сдерживания взрыва дала сбой, а пространство внутри зоны было просто дырой, вырезанной из земли. Все, что осталось — это парящие храмы, защищенные своими богами, и облако тьмы посередине.

Вслед за разрушением, высоко над руинами открылись многочисленные массивные порталы. Листы золотого, серебряного и синего света извергли армию посланников в небо. Это было не небесное воинство, однако, так как они спускались с неба в сторону выживших в городе. Большинство из девяноста тысяч жителей Боко были эвакуированы.

Джейсон использовал контроль ауры, чтобы физически поднять население из города. Его аура была перегружена потоком силы из его астрального королевства, что сделало возможным этот поразительный подвиг. Но по мере того, как сила росла, а аватар Джейсона все больше деградировал, его контроль над этой силой ускользал. Его аура стала духовным лесным пожаром, за пределами его способности сдерживать или направлять ее.

Местные пользователи эссенции делали все возможное, чтобы защитить низкоранговых вокруг себя от нее, но они сами были слабыми и плохо обученными. Многие эвакуированные обычного ранга, в основном очень старые и очень молодые, были просто убиты. Мозговые кровоизлияния и сердечные приступы забирали тех, кто был слишком слаб, чтобы пережить стресс, который аура оказывала на них.

Затем произошел взрыв, и аура исчезла. Наступила жуткая тишина, как затишье перед бурей, пока посланники спускались в тишине. Искатели приключений готовились отразить нападение, но посланники продолжали извергаться из порталов тысячами. Боко не был сильным городом искателей приключений, и даже с приезжими золотыми рангами предстоящая битва была мрачной перспективой.

Затем аура вернулась. Она была такой же мощной сейчас, если не более, но больше не вредила жителям Боко. Она была полностью стабильной и под контролем, успокаивая тех, кто был ранее травмирован ею, даже унимая часть паники, возникшей из-за эвакуации. Это было обещание защитить их от тех, кто забрал их дома и даже сейчас спускался с неба. Обещание заставить их нападавших заплатить, и заплатить мучениями. Это была доброта бога-кошмара, наполненного гневом за преступление против его избранных. Те, кого она защищала, сбитые с толку и отчаявшиеся, обрели новую надежду. Более того, они обрели общую уверенность в том, что для посланников наступает очень плохой день.

Системное оповещение: Священный Феникс

* [Системный администратор] убит. Гегемон восстал. Берегитесь его гнева.

Темная фигура поднялась из дыры в земле, которая когда-то была городом Боко, и поднялась к посланникам. Огромная темная птица, испещренная огнями, как звездная ночь, окаймленная эфирным серебряным пламенем. Она не издавала ни звука, но та же аура, что предлагала надежду людям внизу, прозвучала как гром для посланников.

Она ворвалась среди них, как взрыв, сталкивая их друг с другом. Крылья и конечности запутались, превращая пикирующие атаки в неконтролируемые падения. Посланники погрузились в хаос, их построения разваливались, когда их швыряло, как белье в сушилке.

Искатели приключений на земле закаляли свою решимость для предстоящей битвы. Теперь они наблюдали, как птица из охваченной пламенем тьмы поднялась навстречу армии посланников. Она влетела в воинство, не врезаясь в них, а проходя сквозь, как призрак. Каждый посланник, которого она касалась, начинал процесс медленной, жалкой смерти. Их кожа чернела от некроза, а перья падали с иссохших крыльев. Эфирный огонь вспыхивал на их телах, призрачное пламя не жгло, а ускоряло гниение.

Из умирающих посланников начали появляться бабочки синего и оранжевого цветов и распространяться на других, еще не затронутых. Каждая, достигшая посланника, ставила его на тот же путь к мучительной кончине. Больше бабочек распространялось от них в свою очередь, когда их плоть разлагалась, а тела загорались эфирным серебряным пламенем.

Посланники атаковали бабочек, чтобы отбиться от них, но при уничтожении бабочки превращались в облака искр. Облака двигались медленно, но посланники были плотными в воздухе и все еще подвергались ударам ауры. Искры не распространяли больше бабочек, но все, чего они касались, все равно разлагалось.

Призрачный огненный феникс прочертил изящный путь сквозь воинство посланников. Сердце армии вторжения стало царством страданий и смерти. На периферии посланники отказывались от атаки и бежали так быстро, как только могли их крылья. Их крылья отбрасывали тени на их тела от солнца над головой, и из этих теней приходила их гибель.

Теневые руки высовывались из теней на их телах, как пауки, выкапывающиеся из яичных мешков. Темные конечности были угловатыми и жуткими, и каждая держала богато украшенный черно-красный кинжал. Эти кинжалы вонзались в посланников снова и снова, раны быстро чернели, когда плоть вокруг них умирала.

* * * Даниэль Геллер смотрела в небо, как темная птица поднялась из руин Боко, чтобы встретить посланников лицом к лицу. Она вздохнула с облегчением, увидев проявленную силу. Было сразу очевидно, что ее самый большой страх, нападение на эвакуированное население, был предотвращен.

Системное оповещение: Изменение окружающей магии

* Смертная форма Гегемона была фатально скомпрометирована. Пока она восстанавливается, Гегемон вошел в лиминальное состояние, в котором его сила не ограничена смертной формой. [Призрачный огненный феникс] черпает силу из астрального королевства Гегемона и не подвержен внешним ограничениям силы. * Высокие уровни магии вводятся в регион из астрального королевства Гегемона. Магическая плотность и магическое насыщение региона временно увеличиваются. Стабильность размерной мембраны в этом регионе скомпрометирована. * Гегемон решил ограничить свою силу, чтобы предотвратить локализованный разрыв размерной мембраны этой реальности. Присутствие Гегемона усиливает размерную стабильность. Работа размерной магии может быть непоследовательной, пока условия не вернутся в норму.

Она нахмурилась при системном сообщении. Это было дело божественного уровня, и именно тогда невинные люди погибали. Сопутствующий ущерб в войнах гигантов. Она переключила свое внимание обратно на разбросанных людей Боко, мечущихся в понятной панике. Она отметила, что появление птицы и аура, которая пришла с ней, оказали благословенно успокаивающий эффект на людей, что отразилось в их собственных аурах.

Она сразу увидела, что самой большой угрозой после посланников будет солнце. Местные жители привыкли к климату, но это включало тщательную подготовку перед выходом в пустыню. Быть вырванным из своих домов и брошенным среди пустых дюн было противоположностью готовности. По мере того как жара раннего дня усиливалась, ситуация становилась только хуже.

Из десятков тысяч эвакуированных граждан большинство были обычного ранга и погибли бы без воды и укрытия. Они также были травмированы воздействием нестабильной ауры Джейсона, многие остались недееспособными, а некоторые даже погибли. Те, кто формально был у власти, изо всех сил пытались найти друг друга, не говоря уже о том, чтобы навести хоть какой-то порядок в хаосе. Люди делали все возможное, будь то искатели приключений, чиновники Общества искателей приключений, гражданские администраторы или просто любой, кто мог сохранить самообладание.

Небольшие группы делали то, что могли, самостоятельно. Местному чиновнику Магического общества удалось собрать своих людей и начать распространять простой ритуал климат-контроля, который создавал небольшие зоны, охлаждающие людей внутри. Хотя каждая зона могла вместить только несколько семей, ритуал требовал только монеты духа в качестве материального компонента. Он также был достаточно простым, чтобы любой с базовыми знаниями ритуальной магии мог его провести.

Это была гонка со временем, пока жара пустыни нарастала. К счастью, повышенный уровень магии, который создал Джейсон, сделал большими и более мощными ритуалы вариантом. Усилия по их внедрению возглавляли эксперты по ритуальной магии, такие как Клайв, Фарра и Белинда. Клайв даже отложил свое презрение к Магическому обществу, чтобы взять на себя руководство их людьми.

Директор отделения Магического общества позволил Клайву более высокого ранга взять на себя руководство магией, сосредоточившись вместо этого на поиске и организации своих людей. Он отдавал директивы, пока Клайв рисовал массивную ритуальную диаграмму неподалеку. Он смотрел на линии золотого света, соответствующие тем, что он видел нарисованными в воздухе во время эвакуации.

— Вы были тем, кто установил этот купол сдерживания? — спросил он.

— Не только я, но да.

— Как вы использовали магию в таком масштабе, когда уровень магии такой низкий?

— Купол сдерживания питался магией, которую он сдерживал.

— И у вас просто случайно оказался идеально откалиброванный ритуал, разработанный для того, чтобы делать это на такой большой площади, в этих конкретных условиях, с этим конкретным видом энергии?

— Конечно нет, но я уже был знаком с энергией, о которой идет речь. Остальное мы выясняли по ходу дела.

— Вы хотите сказать, что импровизировали ритуальную магию городского масштаба, вне ранга, из головы?

— Как я сказал, я не делал это в одиночку.

— Даже так, это безумие.

— Оглянитесь, директор. Когда наступают такие дни, только безумие и поможет.

— Вы говорите так, будто видели подобные вещи раньше.

— Не много раз, но да.

— Кто вы такие?

Белинда проскользнула перед директором и пожала ему руку.

— Команда Бисквит, приятно познакомиться. Клайв, ты закончил? Ты нам нужен.

— Дай мне тридцать секунд.

* * * Армия посланников отправилась из общего плацдарма внутри региона на дальней стороне планеты. Массивные портальные врата парили в воздухе, через которые армия отправилась, оставив после себя лишь часть сил, принадлежащих четырем астральным королям, которые владели ими.

Внутри соседней комнаты четыре Голоса Воли наблюдали за дальней стороной портальных врат через бассейн для просмотра. Они наблюдали, как призрачный огненный феникс опустошал их армию. Хотя никто из них никогда не озвучил бы это чувство, каждый был рад, что их порталы работали только в одну сторону. Они были поражены, когда почувствовали новый портал, открывшийся в зоне плацдарма, но маленький, размером для человека.

Посланник, который появился, мог бы сойти за очень высокого человека. Его крыльев нигде не было видно, и он был ростом всего семь футов, коротким для посланника. Его одежда, коричневая и темно-красная, была более приталенной, чем свободная одежда, которую предпочитало большинство посланников. Он также ходил по земле в сапогах, а не парил над ней босиком или в сандалиях.

Он прошагал через плацдарм с яростным выражением лица. Каждый посланник, который смотрел в его сторону, падал на землю и начинал биться в конвульсиях. Он достиг комнаты, содержащей четыре Голоса, и вместо того, чтобы влететь через вход сверху, он прорвал дыру в стене своей аурой. Внутри Голоса выстроились, как солдаты на инспекции.

— У меня нет интереса иметь дело с приспешниками, — сказал пришелец, его ярость была заперта внутри его резкого тона. — Выходите сюда. Сейчас же.

Четыре Голоса поплыли к земле и опустились на одно колено. Над каждым появился призрачный образ их астрального короля. Астральные короли склонили головы перед человеком, который призвал их.

— Мы выражаем уважение Джамису Франу Мускару, — сказал один из них.

— Уважение? — прорычал Джамис. — Вы прямо нарушили прямые инструкции Совета Королей, а затем имеете умопомрачительно непостижимую НАГЛОСТЬ произносить слово «уважение» мне?

— Мы чувствовали…

— Неважно, что вы чувствовали. Важно то, что вам было сказано.

— Мы все астральные короли, Джамис Фран Мускар. Совет Королей может направлять нас, но вы не правите нами.

Джамис уставился на него, гнев в его выражении сменился созерцанием.

— Мы позволяем вам так думать, — сказал он, — чтобы вы не ушли и не сделали что-то глупое из-за ошибочного бунта. Но раз уж вы сделали это ради глупости, позвольте мне прояснить: да, мы правим вами. И вы заплатите за свое неповиновение.

— Джейсон Асано…

— Значит гораздо больше, чем вы. Сколько вам всем лет? Несколько веков? Тысячелетие? Чего вы достигли, помимо хождения по пути, который был проложен для вас? Мы те, кто позволил вам стать астральными королями, и что вы сделали с этой возможностью? Прошли по самой проторенной дороге, которую смогли найти. Никогда не отклоняясь. Никогда не внедряя инновации. Никогда не прокладывая свой собственный курс. Асано достиг большего за полвека, чем все вы вместе взятые.

— Многие из этих достижений дались нам ценой!

— И что? Кто из нас не сражался против другого нашего вида? Мы короли, с немногими истинными грехами, которые можно совершить, но вы, кажется, намерены совершить их все. Давайте начнем перечислять их с вашей потери контроля. Ваши алмазные ранги отказались участвовать в этой дебакле. Это то, что мы называем намеком на то, что вам, возможно, стоит пересмотреть свой подход.

— Ма Го Шаат убедил наших алмазных рангов воздержаться.

— Мудро, — сказал Джамис, указывая на бассейн для просмотра. — Это космическая сила, которой он владеет там. Он сдерживается, чтобы не проделать дыру в боку вселенной. Если бы они столкнулись с Асано так, они бы умерли, как умер Ма Го Шаат. И, в отсутствие ваших алмазных рангов, вы совершили второй грех: унизили себя, заключив сделку с низшими существами. Сделку, которую я теперь обязан выполнить, несмотря на катастрофу, которую вы из нее сделали. Что подводит нас к вашему последнему и величайшему греху: провалу.

— Кто мог предвидеть что-то подобное?

— СОВЕТ КОРОЛЕЙ! — взревел Джамис, как будто крик мог просверлить его слова сквозь стену упрямой глупости.

— Совет ничего не объясняет.

— Потому что совет не отвечает перед вами. Вы отвечаете перед ним, и когда вы решили не делать этого, вы устроили грандиозный бардак, который я теперь должен разгребать.

— Что бы вы хотели, чтобы мы сделали? Асано позволено наносить удары по нам, без нашего ответного удара?

— Да. Он моего вида, а не вашего.

— Мы все астральные короли.

— Но мы не все значимы. Я не знаю ваших имен, и после сегодняшнего дня вам следует быть очень осторожными насчет того, чтобы мне не пришлось их узнавать. Вы несущественны, когда я предложил бы ему место в Совете Королей сегодня. Если бы он его принял.

— Он наш враг.

— Пока что, да. Но он сражается с нами мимоходом. Защищая свои земли и своих людей, как сделал бы любой из нас. То, что вы сделали здесь, будет эхом отзываться сквозь время. Асано — один из нас, и будет им вечно. Вы пытаетесь убить его почему? Чтобы отказать ему в прайм-аватаре на четверть века? Давайте отложим в сторону тот факт, что он наверняка найдет способ сократить большую часть, если не все это время. Суть в том, что это оставляет вечность для него, чтобы помнить.

— Мы бессмертны. Он не может убить нас, как бы сильно он этого ни хотел.

— И он не будет. Но через тысячелетие кто-то скажет вам, что каждая планета, которую вы владеете, была уничтожена. Нам нужно, чтобы он забыл о заботах своей смертной жизни, а вы выжигаете их в его памяти.

— Ваше намерение — попытаться наказать нас?

— Мне не нужно, — сказал Джамис. — Я уже сказал вам, что он один из нас. Ваша неспособность понять последствия этого только усугубляет ваш провал.

— Последствия?

Джамис ухмыльнулся.

— Их много, но что должно волновать вас прямо сейчас — это одно из самых фундаментальных. Вам, по-видимому, никогда не приходило в голову, что, как астральный король, он имеет астральные врата.

Именно тогда они почувствовали сдвиг в порталах снаружи. Листы золотой, серебряной и синей энергии дрожали, как пруд во время землетрясения. Затем односторонние порталы внезапно стали двусторонними, и темные щупальца вырвались наружу. Направляясь прямо к зданию, некоторые прошли через дыру, которую сделал Джамис, в то время как другие проделали дыры сами.

Образы астральных королей исчезли, их сбитые с толку Голоса Воли пришли в себя как раз вовремя, чтобы быть схваченными. Щупальце погналось за Джамисом, выбрасывая искры, как дуговая сварка, когда оно встретило невидимый барьер и было остановлено намертво. Джамис стоял небрежно, руки в карманах, пока Голоса утаскивали прочь.

ПРЕДЛОГ

ПРЕДЛОГ

Воинство посланников из более чем десяти тысяч было сокращено до отставших. Рой теневых фигур пронесся по воздуху, собирая гниющие оболочки мертвых, когда они падали. Тела были сброшены в дыру, где когда-то был город Боко. Великие порталы в воздухе исчезли, дрогнув и в конечном итоге рухнув.

Последние появившиеся посланники были вытащены темной птицей, охваченной серебряным пламенем. Щупальца тьмы вытянулись из ее тела, проникли в порталы и вытащили четыре Голоса Воли. Даже связанные, они начали властно требовать своей свободы. Их аргументы длились всего несколько слов, прежде чем щупальца разрезали их на ломтики, как овощи. Теневые фигуры двинулись, чтобы собрать части и поместить их с остальными.

Когда последний из посланников был мертв, призрачный огненный феникс спустился в дыру, теперь ставшую пристанищем для небольшой горы трупов. Птица уменьшилась, когда приблизилась к дну дыры, превращаясь в обнаженного мужчину, когда достигла земли. Кровь сочилась из пор мужчины, чтобы покрыть его тело, затем свернулась и засохла в набор темно-красных одежд.

— Спасибо, Колин, — тихо сказал Джейсон.

Системное оповещение: Системный администратор

* Гегемон восстановил свою смертную форму. Внешняя магия больше не будет вводиться в регион. Магическая плотность и магическое насыщение вернутся к нормальным уровням со временем. * Гегемон больше не претендует на господство над регионом, и боги могут снова влиять на область, вне своих заявленных святых земель.

Джейсон поморщился, глядя на груду мертвых. У него больше не было проблем с поддержанием своей идентичности, находясь в трансцендентном состоянии, но это все еще было глубоко измененное состояние ума. В этом состоянии его эмоции были отодвинуты в сторону. Это было полезно для действий с ясной головой, но эмоции вернулись теперь, когда он снова занимал смертный аватар.

Его истинное «я» было живой вселенной, из которой он проецировал свое сознание, но это было то, к чему он все еще привыкал. Он оставался смертным во многих отношениях, особенно в мышлении. Это было не то, о чем он сожалел, даже когда это подвергало его негативным эмоциям. Он чувствовал, как люди умирают под влиянием его ауры, будучи не в силах остановить это. Гнев и сожаление бурлили внутри него; он не хотел терять эту часть себя.

Он посмотрел на храмы, парящие в воздухе. У них все еще были куски земли под ними, оторванные от города во время его разрушения и защищенные силой различных богов. Теперь, когда Джейсон отозвал свое влияние на область, храмы были в движении, дрейфуя вверх и из массивной дыры. Влетая, когда они улетали, была летающая черепашья оболочка, полная искателей приключений. Команда Джейсона собралась вокруг него, осматривая его с беспокойством.

— Я в порядке, — сказал он на невысказанный вопрос, но мрачная тишина в его голосе была неубедительной. — Мы знаем, сколько людей погибло?

— Там все еще бардак, — сказала Фарра. — У нас не будет точной цифры еще какое-то время. Сотни, конечно. Вероятно, больше тысячи. Надеюсь, не больше двух.

— Это не твоя вина, Джейсон, — сказал Хамфри. — Это могла быть твоя аура, но…

— Я знаю, где лежит вина, — сказал Джейсон. — По большей части, во всяком случае. Посланники мертвы, хотя с ними был кто-то гораздо более могущественный. Его я не мог коснуться.

— Не посланник?

— Астральный король. В прайм-аватаре, как я, но без снижения силы. Его сила была где-то на уровне Доун.

— Это плохой враг, — сказал Нил.

— Не уверен, что он был врагом. Что-то в его ауре. Единственный другой астральный король, с которым я имел дело — это Веста Кармис Зелл, и ее враждебность горела как огонь. Этот человек был спокоен. Отстранен. По крайней мере, по отношению ко мне. Единственный гнев, который я чувствовал, был направлен на Голоса Воли.

— Тех, которых ты вытащил из порталов и разрубил? — спросила Белинда.

— Да.

— Что ты делаешь со всеми этими телами, кстати? — спросила Софи.

— Возможно, вам стоит отойти для этого, — предупредил их Джейсон, затем тихо прошептал заклинание.

— Как ваши жизни были моими, чтобы пожинать, так ваши смерти — мои, чтобы собрать.

Красное свечение поднялось от горы трупов, когда заклинание Джейсона вытянуло остаточную жизненную силу. Воздух наполнился медным привкусом крови, жизненная сила покалывала чувства друзей Джейсона, когда они отступили. Красный свет хлынул, как волна, чтобы обрушиться на Джейсона, скрывая его из виду, пока поток жизненной силы не уменьшился и наконец не иссяк.

Тень коснулся всех тел, собирая их, поэтому Джейсон смог разграбить их всех сразу. Гора разрушилась, когда тела растворились в радужном дыме. Огромный шлейф поднялся из дыры в земле, поднимаясь в небо, как из активного вулкана. Друзья Джейсона отступили еще дальше от вони. Джейсон, однако, не двигался, стоя и наблюдая, пока все не закончилось. Друзья Джейсона подошли снова, когда стало безопасно для их носов.

— Этого достаточно, чтобы восстановить твой аватар с формой птицы снова, если твой аватар будет убит во второй раз? — спросил Нил.

— Нет, — сказал Джейсон. — Это было много, но недостаточно. Слишком много серебряных рангов и недостаточно золотых.

— Значит, нам нужно поохотиться на посланников золотого ранга, — сказала Софи.

Джейсон вытащил из своего инвентаря меч, который был больше похож на металлический трап, чем на меч, несмотря на длинную рукоять. Металл был темным, с красными прожилками. Он протянул его Клайву.

— Что-то из добычи? — спросил Клайв.

— Нет. Когда я был на грани извержения, сила вокруг меня стала нестабильной и убила человека, который ударил меня этим. Как только оно больше не было в чужой собственности, я смог затянуть его в свой инвентарь. Я смог безопасно разрядить его в своем царстве души, но сила внутри моего тела была слишком далеко зашедшей. Я не мог остановить его от детонации, даже несмотря на то, что вещь, вызывающая проблему, была удалена.

Клайв взял тяжелое оружие обеими руками и осмотрел его.

Предмет: [Меньший небесный пожиратель (сломан)] (золотой ранг, необычный)

Специализированное оружие, предназначенное для поглощения магии из материи, которая сочетает физическую и духовную энергию. Это грубая попытка воспроизвести более сложное оружие. Большой размер нужен для размещения грубых адаптаций, когда оригинальный дизайн не мог быть функционально дублирован. Это оружие было повреждено из-за избыточного поглощения магии. (оружие, реплика, сломано).

* Эффект: Специализированное поглощение магии (нефункционально).

— Это разработано, чтобы убивать гештальт-сущностей, таких как ты, — сказал Клайв.

— Кто-то разработал оружие специально, чтобы убить Джейсона? — спросил Хамфри.

— Сомневаюсь, — сказал Клайв. — Вероятно, оно было разработано, чтобы убивать посланников.

— Думаешь, сможешь выяснить, откуда оно взялось? — спросил Джейсон. — Кто-то, кроме посланников, был замешан в этом.

— Почему кто-то с мечом, убивающим посланников, работал бы с посланниками? — спросил Хамфри. — Более того, почему посланники работали бы с ними? Они любят послушание, а не сделки, но я не вижу никого с мечом, убивающим посланников, будучи одним из их запуганных рабов. И подкрасться к Джейсону — нелегкий подвиг, учитывая силу его чувств.

— Думаю, его броня могла быть разработана, чтобы скрываться от посланников, — сказал Джейсон. — Я не мог схватить ее, чтобы проверить, но даже когда он был прямо позади меня, его было трудно рассмотреть. Это было похоже на то, как будто мое восприятие просто соскальзывало с него.

— Это может быть возможно, — сказал Клайв. — Наши сверхъестественные чувства используют наши ауры как базу, а гештальт-сущности имеют фундаментально другие ауры. Ты мог бы нацелиться на эти аспекты ауры с помощью специализированного стелс-оборудования. Это не сработало бы против обычных пользователей эссенции, но имело бы превосходные эффекты против Джейсона или посланников.

— Есть что-то, что мы можем использовать, чтобы выследить моего нападавшего? — спросил Джейсон.

— Не знаю. У меня есть некоторые знания о магических устройствах, но нам нужен специалист для чего-то подобного. В Гринстоуне был кто-то, Рассел Клаунс. Он помог нам выяснить, что делали устройства культа Строителя, когда культисты пытались украсть астральные пространства. Я могу проверить, здесь ли он еще.

— Тебе стоит показать Карлосу Килидо тоже, — сказал Нил.

— Почему Карлосу? — спросил Клайв. — Он специалист по исцелению души.

— В начале войны, — объяснил Нил, — он был вовлечен в исследования оружия против посланников. Они думали, что его специализация может помочь. Нанесение духовного урона, а не исцеление его. Помнишь, когда он хотел поэкспериментировать на гештальт-теле Джейсона?

— Помню, — сказал Джейсон. — Думаешь, он будет что-то знать?

— Может и нет, — сказал Нил. — Карлос — жрец Целителя, как и я. Использование наших знаний техник исцеления для разработки оружия — это противоположность того, что мы делаем. Карлос понял, что сбился с пути после того, что случилось с Джейсоном, и покинул проект рано. Перефокусировался на своем проекте по лечению вампиризма.

— Мы можем спросить и посмотреть, к чему это приведет, — сказал Хамфри. — Нам нужно будет отложить нашу текущую повестку, чтобы выследить…

— Нет, — сказал Джейсон. — Если бы мы были правильной командой, чтобы следовать по этой нити, это было бы одно дело. Но я думаю, это будет долгое, медленное расследование. Это оружие было какой-то репликой. Думаю, тот, кто его использует, может быть группой, а не просто одним человеком, который решил работать на посланников в этом. Единственное, что у нас есть — это этот меч, и если Клайв говорит, что мы должны передать его специалисту, мы должны. Пусть Общество искателей приключений разбирается с этим.

— Они пришли за тобой! — сказала Софи.

— Дело не во мне. Я жив, но есть много людей, которые нет. Я не собираюсь гоняться за какой-то группой с оружием, специализированным не просто чтобы навредить мне, но превратить меня в ходячую зону бедствия для любых невинных людей вокруг. Мы, вероятно, можем справиться с риском, теперь, когда мы знаем о нем, но я бы предпочел не иметь необходимости.

— Мне не нравится идея позволить какой-то таинственной группе просто болтаться там, — сказала Белинда. — Мы не знаем, чего они хотят, или когда они ударят в следующий раз. Стелла и я могли бы…

— Нет, — снова сказал Джейсон. — Я потерял пятнадцать лет, позволяя другим людям отвратить меня от моих собственных намерений. Я не собираюсь позволять посланникам или тому, кто стоит за этим мечом, диктовать мои действия.

— Мы не можем просто оставить это так, — сказала Софи.

— Мы не оставим, — сказал Джейсон. — Я убил всех посланников здесь. Я даже вытащил их Голоса Воли и убил их тоже, но это не имеет значения. Астральным королям нет дела до их рабов. Они будут жить вечно и просто штамповать новых, пока продолжают идти. Эта планета, следующая, бесконечно.

— Это обескураживает, — сказал Нил. — Ты говоришь, что мы ничего не можем сделать?

— Есть кое-что, что я могу сделать, — сказал ему Джейсон. — У них есть вечность, но и у меня тоже. И у вас, если вы достигнете алмазного ранга и перестанете стареть. Мы не можем убить бессмертных, но мы можем уничтожить все, что они построили. Прямо сейчас я уязвим. Есть слишком много людей, о которых я забочусь, которым они могут навредить. Через тысячу лет эти люди будут достаточно сильны, чтобы защитить себя, или давно мертвы. Я могу потратить вечность, разрушая общество посланников. Сжигая каждое дерево рождения. Снося каждый центр индоктринации. Освобождая каждого раба и настраивая их против их хозяев, пока единственные оставшиеся посланники не будут служить астральным королям, а сражаться с ними. Это может занять миллион лет. Миллиард, но у меня есть миллиард. Что мне нужно — это цель, чтобы заполнить все это время.

Джейсон оглянулся на своих друзей. Они смотрели на него с обеспокоенными глазами, когда он со спокойной решимостью объявил о миллиардолетнем джихаде.

— Возможно, нам стоит сосредоточиться на более немедленных временных рамках, — предложил Хамфри. — Давайте вернемся к помощи перемещенному населению. Ты, возможно, захочешь пожертвовать всю добычу от тех посланников на реконструкцию… Джейсон?

Джейсон повернул голову, когда Хамфри говорил, глядя в пустое пространство неподалеку. Через мгновение появился портал, и из него вышел мужчина. Он был чрезвычайно высоким, с медными волосами и темными глазами. Его одежда была красной и коричневой, скроенной в приталенном стиле Эстеркоста. Джейсон сразу увидел, что он такое, в то время как его друзья были насторожены, но неуверены. Хамфри наколдовал свою броню и меч, когда вышел вперед.

— Все в порядке, Хамфри, — сказал Джейсон. — Он здесь, чтобы поговорить.

— Кто он? — спросил Хамфри, не сводя глаз с мужчины. — И как ты можешь быть уверен?

— Я не знаю, кто он, просто что он такое. И я не уверен, но если он хочет убить нас, мы ничего не сможем сделать, чтобы остановить его. Но я не думаю, что он готов заплатить цену.

— Цену? — спросила Софи, перемещаясь рядом с Хамфри.

— Власть — сложная вещь, и есть правила вторжения в мир. Вы думаете, посланникам нужны были местные, чтобы призвать их, чтобы начать свое вторжение? С размерной магией, которая у них есть? Эти призывы были приглашением. Предлогом для посланников вторгнуться в наш мир.

— Какое это имеет отношение к чему-либо? — спросил Нил.

— Этот человек — астральный король, — сказал Джейсон. — Это прайм-аватар, как мой, но он полностью развил свою смертную силу.

— Это тот, о ком ты упоминал ранее, — понял Хамфри.

— Да. Но есть правила, и если астральный король действует напрямую, боги получают предлог для себя. Они начнут вычищать посланников с лица планеты, как сметать крошки.

Он прошел мимо Хамфри и Софи.

— Разве не так, мистер Астральный король?

— Меня зовут Джамис Фран Мускар, — сказал мужчина после того, как терпеливо подождал обсуждения Джейсона и его команды. — Я с нетерпением ждал встречи с вами, Джейсон Асано.

НАС ЖДЕТ ВЕЧНОСТЬ

НАС ЖДЕТ ВЕЧНОСТЬ

— Я с нетерпением ждал встречи с вами, Джейсон Асано.

Ноги Джейсона оторвались от земли, когда он поплыл вперед, оказавшись глаза в глаза с гораздо более высоким мужчиной. Его друзья настороженно наблюдали сзади, пока пара противостояла друг другу в яме, которая незадолго до этого вмещала десять тысяч мертвых посланников. Один из них был королем их вида, в то время как другой убил их и поглотил их жизненную силу.

— Зачем вы здесь? — спросил Джейсон.

— Это не те обстоятельства, при которых я надеялся, что мы встретимся. Я здесь, чтобы извиниться. Я не буду притворяться, что люди, которые погибли здесь, важны для меня. Что меня заботят дома, которые они потеряли, или влияние, которое это окажет на всю их жизнь. Но эти вещи важны для вас, и это важно для меня.

— Если вы думаете, что пустое извинение сделает меня менее злым, а не более, вы сделали ужасный просчет.

— Я не намерен делать его пустым, но мы можем обсудить это через мгновение. Вы и я будем знать друг друга дольше, чем время может измерить. Эта первая встреча — не мелочь, и я хотел бы сделать это правильно. Когда я сказал, что это не те обстоятельства, на которые я надеялся, это была не просто гладкая фраза.

Джейсон долго смотрел на посланника.

— Кто вы, Джамис Фран Мускар?

— Я член Совета Королей, как вы, скорее всего, догадались. Некоторые считают меня лидером, хотя у него нет такого понятия.

— Почему у меня такое чувство, что он есть?

Мерцание улыбки подразнило губы посланника лишь на мгновение.

— Первый среди равных, возможно. Не ожидайте, что я повторю это в другой компании, однако. Иногда, чтобы вести, означает стоять позади. Вы только начинаете свое политическое образование, но я не сомневаюсь, что время увидит, как вы освоите нюансы.

— Вы знаете меня.

— Вы впервые привлекли мое внимание во время вашего конфликта с Вестой Кармис Зелл, чье влияние резко уменьшилось после ее неудач здесь. Преследование собственных целей, в то время как остальные из нас двигались с общей целью, было опасным шагом для нее политически. Провал был катастрофическим. Она никогда не была самым влиятельным членом совета, а теперь даже ее позиция в нем под угрозой.

— Она вернется?

— Нет. Ее цель была потеряна для вас, и присоединиться к большему делу сейчас выглядело бы как ползание назад. Ей нужно сократить свои потери и восстановить свою базу власти с другими начинаниями.

— Тогда мне все равно.

— Нет? Со временем она снова придет за вами.

— Пусть.

Улыбка снова дернулась на губах Джамиса.

— Хорошо, — сказал он. — Зацикливание на побежденных врагах — это не путь того, кто стоит на вершине. Это отношение, которое должен иметь оригинал. Вы много знаете об оригиналах?

— Нет.

— Я знаю, что это далеко не подходящее время, но хотели бы вы узнать?

Джейсон нахмурился. Он взглянул на своих спутников, их выражения лиц говорили «нет». Даже Клайв, голодный до информации, как он был.

— Все в порядке, — сказал он им, затем повернулся обратно к Джамису. — Давайте прогуляемся.

Он поплыл к земле и отправился в путь, через изогнутое дно массивной дыры. Он шел через пространство, где была гора трупов посланников, но следов их не осталось. Каждый клочок и пятно растворились в радужном дыме. Кратер был едва изогнут внизу, будучи размером с город. Он был бесплодным и гладким, запечатанным силой, которая выдолбила его.

— Оригиналы похожи на вас, — сказал Джамис. — Те, кто не был посланниками, но все равно стали астральными королями, за исключением того, что они никогда не были просто астральными королями. Вы, астральный нексус, смешиваете элементы богов, астральных королей и великих астральных существ. Астральный колосс имеет прайм-аватар больше, чем большинство планет. Он проводит время, дрейфуя через пустоту различных вселенных по причинам, которые я никогда не мог определить. Астральный зверь не имеет прайм-аватара, как вы и я понимали бы это. Он обладает армиями живых существ, порожденных из его астрального королевства.

— Вы не оригинал. Вы обычный астральный король.

— К моей зависти, я не вашего вида. Я сказал дуракам, которые напали на вас, что они не похожи на вас и меня, но правда в том, что я ближе к ним, чем вы. Посланники и астральные короли одержимы превосходством, но правда в том, что вы стоите выше всех нас. Мы говорим себе иначе, но те из нас, кто помнит оригиналов, знают. Даже имя мы изменили. Вас называли оригинаторами, поначалу, но это не подходило к мифам, которые мы строили вокруг себя.

— Оригинаторы. Оригиналы были происхождением посланников?

— Да. Мы были вашими посланниками. Но со временем оригинаторы отступили в безвестность. Больше появлялось, время от времени, но немногие похожи на вас, Джейсон Асано. Предоставленные сами себе, мы начали рассказывать себе истории. Что мы — главный вид космоса, посланники космической воли. Наши оригинаторы стали оригиналами, не нашими создателями, а просто первыми из нас.

— Но вы знаете все это.

— Мы бессмертны. Записи почти так же легко найти, как и намеренное невежество, и я — студент нашей истории. И мы действительно сталкиваемся с ними, время от времени. Натыкаемся на любой интерес, который они преследуют. Иногда мы даже сражаемся с ними, как мы сражаемся с вами здесь. Большинство старше нас. Ваша молодость — часть того, что делает вас такой спорной фигурой для нас.

— Почему вы рассказываете мне все это?

— Мой интерес здесь — в будущем. Вы и я будем знать друг друга, когда эта планета будет поглощена своим солнцем. Наши отношения будут гораздо большим, чем этот мир. Эта война. Я хочу, чтобы вы поняли, что вы такое, и что мы такое. Что есть те, как я, кто понимает, что оригиналы — больше, чем просто астральные короли. Что вы стоите выше нас.

— Большинство вашего вида не видит это так.

— Но они чувствуют это. Вот почему они ненавидят вас так сильно. Вы заставляете нас хотеть встать на колени.

— Но вы не встаете.

— Инстинкты можно преодолеть.

— Почему вам нужно это? Что делает артефакт Чистоты таким драгоценным, что вы потратили бы жизни десятками тысяч, чтобы получить его?

— Из-за вас. Оригиналов. Вы можете происходить из каждого вида, кроме посланников, и я хочу изменить это. Быть как вы. Больше, чем просто астральный король. Но это не то, чем можно стать из простого желания. Нужны правильные обстоятельства, правильная возможность, и эта реликвия — начало этого для меня.

— Вы хотите быть оригиналом.

— Да. Вы каждый уникальны. Все вы достигли этой точки разными путями, и я бы сделал так же. Но чтобы ухватить этот шанс, нужна решимость, которая никогда не колеблется. Каким бы ни был ущерб, какой бы ни была цена, вы должны ухватиться за возможность, когда она появляется. Вы один из немногих, кто действительно понимает это.

— Тогда вы знаете меня меньше, чем думаете. Я не делаю то, что делаю, ради власти. Это пришло как следствие борьбы за вещи, которые вы отвергаете. Цена вашей власти. Для вас жизни невинных людей — это цена. Для меня они — вся суть. Я не астральный король в первую очередь, или оригинал. Я искатель приключений.

Он приблизился к Джамису, глядя вверх на гораздо более высокого мужчину.

— И искатели приключений стоят между невинными людьми и такими вещами, как вы.

— Да. Я знаю, что то, что произошло здесь, только еще больше отравит вас против нас. Моя надежда — смягчить этот ущерб. Вы и я — враги, сегодня, но нас ждет вечность. Я надеюсь, что однажды вы и я сможем быть друзьями. Среди моего вида такое чувство считается предупреждающим знаком симпатии к Неортодоксии.

— Я собираюсь сжечь всю вашу цивилизацию. Вы думаете, мы сможем быть друзьями после этого?

— Думаю. Возможно, мы даже сможем изменить вещи вместе, но это для другого дня. В этот день я пришел принести извинения. Не пустые, хотя я знаю, что не может быть истинного возмещения за то, что мои люди сделали здесь. Превращение силы, которую вы используете для защиты, в оружие, которое убило город. Это не было намерением совета, за что бы это ни стоило. Директива совета не нацеливаться на вас была явной, но эти инструкции были нарушены. План напасть на вас не был санкционирован.

— В чем был план? Использовать оружие, чтобы убить меня и город, затем занять руины их армией?

— Взаимодействие вашей силы с оружием было непредвиденным. План был в том, чтобы оружие ослабило вас, затем посланники нанесли удар. Убить ваш аватар и сделать пример из города.

— Откуда взялось оружие?

— Какая-то группа, которая доставляет нам неприятности годами. Энергетические вампиры. Их силы требуются, чтобы заставить их оружие работать, но они использовали их только на посланниках, насколько мне известно. Они никогда не использовали их на Голосе Воли, не говоря уже о прайм-аватаре раньше. Никто не знал, что произойдет, но пока средства разрушения города были случайными, само разрушение — нет. Посланники сровняли бы его с землей в любом случае. Перебили или поработили население.

Джейсон не ответил, но его выражения лица было достаточно.

— Я знаю, вы никогда не простите то, что произошло здесь, — продолжил Джамис. — И я знаю, что произойдет, если вы пойдете войной против нас всерьез, здесь, на этой планете. Думаю, вы видите эту дыру, где когда-то стоял город, и вы тоже знаете это. Вы атакуете наши силы. Истощаете их для силы использовать ту форму птицы, чтобы воскресить ваш аватар. Мы эскалируем с высокоранговыми в ответ, создавая цикл запуска вашего воскрешения и вас, убивающего нас им. Наш поиск замедляется до ползания, пока эта планета опустошается нашими битвами. Мы, астральные короли, вынуждены вмешиваться с нашими прайм-аватарами, что, в свою очередь, позволяет богам действовать более прямо. Я не знаю, кто выигрывает все это, но я знаю, кто проигрывает. Невинные люди этого мира, пока наша война эскалирует, пока кратеры, подобные этому, не будут разбросаны по ней, как посыпка на торте. Это не имеет значения для меня, но имеет значение для вас.

— Вы хотите, чтобы мы были друзьями?

— Хочу. Я надеюсь, что это произойдет когда-нибудь.

— Не произойдет. Не до тех пор, пока те люди, о которых вы не заботитесь, не начнут иметь значение. На Земле есть своя доля монстров, но они ничто по сравнению с вами. Их зверства длятся десятилетия в худшем случае. Как долго ваши уже продолжаются? Века?

— Тысячелетия.

— Я сделал много гладких комментариев в своей жизни о борьбе со злом. Но вы — это оно. Настоящее. Думаю, вы правы в том, что вы и я будем знать друг друга долгое время. И я буду бороться с вами все это время.

— Я могу с этим жить.

Джейсон нахмурился.

— У вас есть предложение. Вы сказали возмещение.

— Сказал. Я хочу притупить вашу ярость против нас. Избежать разрушения, которое я описал. Короче говоря, чтобы вы продолжали, как были, вместо того чтобы фокусировать свои действия на нас. Это событие только усилит тех из нас, кто понимает угрозу, которую вы представляете. Я хочу, чтобы вы действовали, как действовали. Сражайтесь с нашими посланниками, когда они попадаются вам на пути, но не ведите активную кампанию против них. В обмен я был уполномочен советом предложить вам вывод значительного количества наших оккупационных сил из областей по всему миру. Каждое место, в котором мы завершили поисковые операции, но все еще удерживаем территорию, мы оставим. Немедленно.

Джейсон поднялся в воздух, его ноги покинули землю, когда он оказался глаза в глаза с Джамисом.

— Ваше предложение в том, что вы оставите территории, теперь бесполезные для вашей большей цели. Те, что контролируются теми, кто, как астральные короли, которые напали на меня, потеряли фокус? Освобождая их для вас, чтобы переконцентрировать ваши ресурсы на ваших фактических целях?

Джамис улыбнулся.

— Мне следовало надеяться, что вы не поймете эту часть, но я обнаруживаю, что рад, что вы не были так легко обмануты.

— Вы ожидаете встречного предложения.

— Ожидаю. Но это не может быть сдаться и уйти. Я не сдам эту возможность, даже ради вас. Мы враги, сегодня. Но если я смогу уладить часть вашей вражды из-за того, что произошло здесь, я сделаю это. Я знаю, цена будет недешевой, но величие приходит от решимости заплатить цену, которую другие не будут. Вы утверждаете, что мы не похожи в этом, но мы оба знаем, что это такое — продолжать, когда те вокруг нас колеблются и теряют свою решимость.

Джейсон уставился на Джамиса, его туманные глаза горели.

— Оставить все оккупированные территории? — спросил он.

— Да, — сказал Джамис.

— Это могло бы быть приемлемо, но вы не получаете посланников.

— Что вы имеете в виду?

— Посланники на тех территориях. Вы не просто заставляете их передислоцироваться. Они приходят ко мне. Их астральные короли освобождают их от их меток, и я забираю их.

— Всех их?

— Всех их.

— Это потребовало бы заставить многочисленных королей отказаться от всей совокупности их сил на этой планете. То, что произошло здесь, уже показывает, что Совет Королей не абсолютен в своей власти. Даже если бы был, я не могу продать это им. Я не диктатор, и контроль над советом — это деликатное дело. Вы понимаете, что грубые решения, подобные этому, только вызывают неприятности.

— Да, но это ваша политика. Ваши неприятности. Вы хотите, чтобы я был врагом, а не заклятым врагом? Тогда вы должны пострадать за то, что ваши люди сделали здесь.

— Совет увидит это как передачу армии Неортодоксии.

— Убийство и высасывание жизненной силы из такого количества посланников восстановило бы мою силу использовать форму призрачного феникса. Это то, что было отнято у меня здесь.

— Я внимательно изучал вас, Джейсон Асано. Вы не хотите, чтобы эти посланники убивали. Вы хотите освободить их.

— Остальная часть Совета Королей тоже внимательно изучала меня?

Джамис моргнул.

— Нет, — сказал он. — Нет, они этого не делали. И убой четверти миллиона посланников ради личной силы — это именно тот тип мышления, который имеет смысл для них. Освобождение их по моральному принципу — это то, что они сочли бы диковинным.

Он повернулся от Джейсона, чтобы созерцательно прохаживаться. Джейсон отметил, что это было очень человеческое поведение по сравнению с властностью обычного языка тела посланников.

— Вам пришлось бы забрать их в свое астральное королевство, — рассудил Джамис. — И не выпускать их снова, по крайней мере не здесь. И лучше вообще не выпускать, пока наши операции в Паллимустусе не закончатся. И вы не могли бы использовать это время, чтобы превратить свое астральное королевство в тренировочный лагерь Неортодоксии. Если бы вы выпустили четверть-миллионную армию Неортодоксии на космос, полная сила совета пришла бы за нами обоими. Вы не готовы вынести это. Пока.

— Я не стремлюсь превратить рабов в солдат. Их выбор будет их собственным, и некоторые захотят присоединиться к Неортодоксии. Я буду удерживать их, пока ваши люди не закончат с этой планетой, но если они захотят сражаться с вами, когда это время закончится, я не остановлю их. Но у меня есть небольшой опыт в этом. Большинство посланников не готовы сбежать из индоктринации. Им будет тяжело. Запутанно, вызывающе ярость. Некоторые даже захотят вернуться на вашу сторону.

— Мы бы не приняли их.

— Я знаю, и это только расстраивает их еще больше. Опять же, у меня нет интереса создавать солдат. Не для Неортодоксии и не для астральных королей. Я хочу позволить им быть невинными людьми. Такими, какие были убиты и перемещены здесь сегодня. Все остальное — для них, чтобы выбрать самим.

Джамис повернулся обратно к Джейсону, который снова поплыл к земле.

— Я не могу ничего обещать, — сказал он. — Я сделаю, что смогу.

ВРЕМЯ ДЛЯ СНА

ВРЕМЯ ДЛЯ СНА

В конечном счете, только одно место обладало пространством, ресурсами и доступностью, чтобы в кратчайшие сроки приютить и разместить население целого города. Когда-то светлосердечные выстроились в огромную очередь, чтобы попасть в мир души Джейсона в поисках убежища, и теперь жители Боко сделали то же самое. Объяснений почти не потребовалось, да они были и не нужны: «спасение от солнца в месте, где есть кров и изобилие» — это всё, что нужно было большинству.

Джейсон построил для них город посреди пустыни. Еще один город-оазис, напоминающий дом, который они потеряли. Он сомневался, стоит ли использовать этот проект, опасаясь вызвать свежие травмы, но в итоге решил, что знакомое будет лучше всего. Поселение в совершенно чуждом месте лишь сильнее выбило бы их из колеи.

Спустя несколько дней после того, как жителей Боко эвакуировали в астральное королевство, район вокруг кратера заняли посторонние. Гражданские власти Боко, Общество искателей приключений и еще с десяток организаций направили туда своих людей. Некоторые были следователями, другие занимались расчисткой временных лагерей. Многие, казалось, вообще не имели никакой цели, но отказывались оставаться в стороне от происходящего.

Новая волна паники поднялась, когда в небе, высоко над кратером, снова появились порталы. Они были еще больше и многочисленнее тех, что использовали армия Посланников несколько дней назад, и на то была веская причина. Из них хлынули Посланники — их было гораздо больше, чем в составе сил вторжения, но они так и не приблизились к людям, суетящимся внизу.

На земле Джейсон находился со своей командой и матерью лидера своей команды. Они организовали пункт питания, притворяясь, будто не ждут события, которое разворошит осиное гнездо. Люди под брезентовым навесом от солнца не видели, что происходит, — только панику тех, кто был снаружи. Вскоре они бросили всё и побежали.

Джейсон вздохнул, глядя на еду, разбросанную по земле. Он предполагал, что что-то подобное случится, поэтому и устроил жарку сосисок с дешевым хлебом и брушарскими колбасками. Мяса гигантских червей в округе было вдоволь, и это было первое инопланетное мясо, которое Джейсон научился готовить.

Среди криков и воплей он спокойно снял фартук и вышел, чтобы посмотреть на небо. Его команда переместилась, чтобы защитно окружить его, хотя никто не обращал на них внимания. Единственной угрозой было столкнуться с людьми, которые никак не могли решить, в какую сторону бежать.

Джейсон расширил свою Мощь, и в воздухе появилось огромное кольцо из белого камня. Оно было даже больше, чем порталы, извергающие поток Посланников, и расположилось между ними и землей. Кольцо вспыхнуло энергией портала, превратившись в массивный лист серебристого, золотого и синего света. Джейсон сжал зубы, напрягая силы. Чтобы поддерживать такой огромный портал, он черпал энергию из своих астральных врат, работая на пределе возможностей своего аватара.

Люди на земле не знали, что делать. Горстка искателей приключений на месте понимала, что у них нет шансов, если они выступят против Посланников. Все остальные просто бежали, стремясь к скиммерам или спасаясь через собственные порталы.

— Нам следовало предупредить людей, что это произойдет, — в сотый раз за последние дни сказал Хамфри.

— Мы это обсуждали, — ответила Даниэль. — Во-первых, не было уверенности, что это случится. И что более важно, Континентальный Совет захотел бы вмешаться. Усложнить вопросы, которые нужно решать просто. Есть время действовать с осторожностью и осмотрительностью, но есть и время проявлять смелость. Как бы Джейсону ни нужно было учиться осмотрительности, подход, который более естественен для него, тоже имеет право на жизнь.

Посланники не приближались к земле. Вскоре стало очевидно, что они исчезают в портале Джейсона так же внезапно, как и появлялись из своих. Это не остановило панику внизу, но дало искателям приключений, которые уже приготовились умирать, надежду, что хаос наверху обойдет их стороной.

— Джейсон, — сказал Хамфри. — Когда всё закончится и люди успокоятся, они начнут искать ответы. Они видели, как всё население Боко прошло через один из твоих порталов в мир души, и им не потребуется много времени, чтобы понять, что там наверху — гигантская версия того же самого.

Джейсон лишь кивнул, продолжая концентрироваться. Хамфри не стал больше его беспокоить, так как они уже обсуждали всё это раньше. План состоял в том, чтобы оставить Хамфри, Даниэль и Фарру разбираться с непосредственными последствиями.

— Интерес к тебе сразу же станет огромной проблемой, — сказала Даниэль. — Но как только они поймут, откуда дезертировали все эти Посланники, начнется настоящий шторм. Все захотят получить ответы. Все до единого.

Наконец, последний из потока Посланников исчез. Все порталы растворились, оставив пустое небо наверху и растерянную толпу внизу. Рядом с Джейсоном открылся один из его обычных теневых порталов, и он повел большую часть своей команды внутрь. Трое последних остались, как и планировалось, и отступили в тень палатки с едой.

— Джейсон в порядке? — спросил Хамфри. — Он всё еще почти не разговаривает.

— Он не такой хрупкий, каким был раньше, — ответила Фарра. — Он ненавидит то, что случилось, что не смог спасти всех. Как и все мы.

— Остальные из нас не умирали, — возразил Хамфри. — Я знаю, что он обманул смерть — снова, — но он чувствует это, правда? Когда умирает?

— Чувствует, но его беспокоит не сама смерть. Он привык к ней. Привык к боли. И он не винит себя за жертвы во время атаки Посланников, хотя это была его сила. Он знает, что не несет за это ответственности. Его проблема — убийства, которые он совершил намеренно. Мне трудно смотреть на Посланников иначе как на врагов, но он видит в них идеологически обработанных рабов. По его мнению, он убил десять тысяч жертв.

— Не уверена, как вообще можно оправиться от подобного, — сказала Даниэль. — У меня был экстремальный опыт в качестве искателя приключений, но то, что случилось в тот день, — это не приключения. Это был гнев разгневанного бога.

— И именно так он с этим справляется, — сказала Фарра. — Часть его находится за пределами смертности, и он должен принять эту часть себя, чтобы высвободить силу, которая с ней приходит. Мышление бога. Его разум, пока он был в форме феникса, был очень похож на то состояние, когда он сражался с аватаром Нежити в зоне трансформации. Он лучше справляется с тем, чтобы держать себя в руках, но есть отстраненность, которая ему помогает.

— Ты кажешься уверенной в своих выводах, — заметила Даниэль.

Фарра постучала себя по лбу.

— Это связь, которую мы разделяем, — сказала она. — Я чувствую то, что чувствует он. Я чувствовала это, когда он был фениксом, и чувствую сейчас. Он может скрыть от меня свои эмоции, если захочет, но он этого не делает. Он хочет, чтобы я знала, что он не скатывается в безумие. Он ненавидит то, что произошло, но знает, что это было необходимо. Что если бы он не убил Посланников, это была бы битва, к которой искатели приключений Боко не были готовы. Это было бы ужасно, и мы, вероятно, проиграли бы.

— Это, безусловно, правда, — сказала Даниэль. — Но даже если он смирился с тем, что произошло, другие — нет. Сила, которую он продемонстрировал в тот день, уже заставила людей нервничать, и это только ухудшит ситуацию. Крепости Посланников по всей планете только что опустели. Все захотят узнать почему, вернутся ли они и что Джейсон собирается с ними делать. Вполне понятные вопросы, на которые я бы и сама хотела получить ответы.

— Он сказал, что теперь они никого больше не будут беспокоить, — сказал Хамфри. — Что они не вернутся. Пока что мы верим ему на слово, а подробности появятся позже.

— Я знаю. Но сейчас ему нужно сохранять стабильность. То, как он поведет себя с Обществом искателей приключений и другими властями в ближайшие несколько дней, определит эти отношения на обозримое будущее.

— Насколько широко известно, что он был той большой магической птицей? — спросила Фарра. — Его имя вообще упоминают?

— Насколько Стелла и Линди смогли выяснить — нет, — сказал Хамфри. — Я попросил их держать уши и глаза открытыми. Население Боко и даже большинство людей здесь сейчас не называют имя Джейсона. Они говорят о Гегемоне как о какой-то таинственной фигуре, и уже циркулируют ошибочные слухи.

— Чиновники Общества искателей приключений и все, кто относительно хорошо осведомлен, конечно, знают, — сказала Даниэль. — То, что Гегемон — это Джейсон, не то чтобы секрет, но имени Джейсона не было в тех системных сообщениях, и Общество искателей приключений не делает никаких заявлений. Кажется, они рады не указывать на то, сколько силы сосредоточено в руках одного искателя золотого ранга. Если бы он был алмазного ранга — это одно, но это нарушает устоявшуюся иерархию силы, даже если это разовое событие. Пока что Общество, похоже, предпочитает, чтобы Гегемон оставался странной и могущественной тайной.

— Кстати об этом, — сказала Фарра, кивнув в сторону приближающейся группы. — Думаю, нам сейчас зададут несколько острых вопросов.

* * * Корабль-измерение Джамиса Франа Мускара выглядел неуместно на Паллимустусе. Его гладкие, стремительные линии больше напоминали космический корабль, чем что-либо другое в мире волшебников и драконов. Он парил над обширной лужайкой, которая принадлежала местному лорду до того, как Посланники завоевали регион.

Джамис собирался забрать корабль и покинуть Паллимустус, когда к нему приблизился Голос Воли. Посланник приземлилась и тут же опустилась на одно колено. Над ней возник образ ее астрального короля.

— Многие ставят под сомнение твои действия, Джамис Фран Мускар. На тебя не похоже быть настолько откровенным. Твое влияние пострадало из-за этого.

— Неужели, Астрид Эла Дайн? Тогда почему ты поддерживала меня? Ты избавила меня от нескольких осложнений, когда я подталкивал младших королей сдать свои силы.

— Я вижу, чем закончится этот путь. Когда у тебя будет твое великое королевство, просто помни, кто помог тебе его заполучить.

— Я всегда помню тех, у кого есть дальновидность и здравое суждение.

— Лишь бы ты сохранял свое. Младшие короли боятся тебя, но они всегда тебя боялись. Теперь они сомневаются в тебе за твоей спиной. Твои враги в совете уже ищут способы использовать их.

Джамис улыбнулся.

— Пусть пока всё остается как есть. Сохраняй нейтралитет и не выступай от моего имени.

— Почему нет? Неуважение ведет к амбициям и предательству. Это опухоль, которую нужно вырезать, пока она не распространилась.

— Есть время для сна в глубинах озера. Позволить слабым и глупым резвиться на берегу, внушая себе, что оно принадлежит им. А потом наступает время подняться из озера и напомнить миру, почему эти воды лучше оставить в покое.

— Ты хочешь, чтобы твои враги собрались. Чтобы почувствовали уверенность. Ты ждешь, когда змея поднимет голову, прежде чем отрубить ее.

— Обнажение искусственной слабости — это всегда риск. Аутентичность всегда лучше, и поскольку мне нужно было потратить часть своего влияния, это хороший повод. Наши сегодняшние потери — это семена завтрашней прибыли. И я благодарю тебя, Астрид Эла Дайн, за твою поддержку в минимизации этих потерь.

— Стоит ли он того, этот человек? Наш успех здесь — это переломный момент для твоего плана.

— Мало толку в том, чтобы злить тех, кто отвлекся, как Веста Кармис Зелл. Это посылает остальным сигнал о необходимости сохранять фокус. И да, стоит того, чтобы не настраивать этого человека на вендетту против нас.

* * marginalised * * * — Помогите мне понять, мистер Асано…

— Я уже объяснил обсуждаемые события, мистер Биллингс. Несколько раз. На данном этапе ваше непонимание — это ваша неудача, а не моя.

В конференц-зале Общества искателей приключений Гринстоуна Джейсон позволял допрашивать себя следователю от Континентального Совета. На стороне следователя сидела небольшая толпа помощников и стенографистов. На стороне Джейсона были только он сам и Даниэль Геллер.

— Проблема, мистер Асано, в том, что я не вижу причин, по которым ближайший к верховному лидеру Посланников человек счел бы вас достаточной угрозой, чтобы пойти на те уступки, на которые они пошли.

Взгляд Джейсона зафиксировался на человеке напротив, как прицел винтовки.

— Похоже, вы обвиняете меня во лжи, мистер Биллингс. Вы можете формулировать это как угодно, как гипотетический вопрос, но я напомню, что я здесь из вежливости. Если же вы ищете неучтивости, то я нахожу в себе всё больше желания пойти вам навстречу.

Даниэль мягко положила руку ему на предплечье, призывая к сдержанности.

— Мистер Асано очень ясно изложил всё, что произошло, — сказала она. — Его роль здесь — рассказать вам, что случилось, мистер Биллингс. Он делал это неоднократно, в знак уважения к вашим просьбам о разъяснениях. Яснее уже не станет, и я думаю, мы достигли предела того, чего можно продуктивно добиться на этой встрече.

— Простите меня, леди Геллер, но описанные события просто не имеют смысла.

— Это потому, что вы отказываетесь смотреть на них через призму чего-либо, кроме вашей собственной парадигмы силы, — сказал Джейсон. — Я не искатель золотого ранга, когда веду переговоры со Строителем, богами или лидером Посланников. Я не могу позволить себе быть настолько мелким.

— И, видимо, не тогда, когда сражаетесь с армией в одиночку. У нас есть запись ваших способностей сущности, мистер Асано, но возникает вопрос, откуда берутся ваши остальные возможности. Каков источник силы, которую вы продемонстрировали в Боко?

— Шпинат.

— Мы закончили, — объявила Даниэль. Она встала со стула и положила руку на плечо Джейсона. Он взглянул на нее, кивнул и тоже поднялся.

— Мистер Биллингс, — сказал он, кивнув мужчине, и последовал за Даниэль из комнаты.

Как только они оказались в коридоре, она коснулась броши, чтобы активировать экран приватности.

— Я знаю, что ты не хочешь этого делать, — сказала она ему. — Однако, если потерпеть сейчас, это облегчит отношения с Обществом искателей приключений в будущем.

— Не думаю, что поможет, если я начну убивать их руководителей.

— Ты хорошо справился, — сказала она.

— В конце я начал злиться.

— Но тебе удалось сдержать свою ауру.

— Я не собираюсь терять над ней контроль.

— Я беспокоюсь не о том, что ты сделаешь с ней случайно. Я беспокоюсь о том, что ты сделаешь намеренно.

— Биллингс — искатель золотого ранга, и, возможно, использует Ядра, но его тренировка ауры явно тщательная.

— Вот это меня и беспокоит. Если бы ты решил, что он может это выдержать, ты мог бы быть склонен показать ему, чему он не смог научиться, просто слушая.

— Я не нестабилен, Даниэль, просто разочарован. И мне нужно не вымещать это разочарование на каком-то бюрократе.

— Тогда что тебе нужно?

Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ БОЛЬШЕ НЕ МОЖЕШЬ СЕБЯ КОНТРОЛИРОВАТЬ

Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ БОЛЬШЕ НЕ МОЖЕШЬ СЕБЯ КОНТРОЛИРОВАТЬ

Ли Мэй надеялась остаться забытой после разрушения Боко. Когда население Боко было отправлено через портал в неизвестность, большинство неместных, находившихся в городе, отправили в Гринстоун. Смешавшись с ними, она пыталась найти кого-нибудь, кто использовал записывающий кристалл во время тех событий.

Сама Ли Мэй сделала это, выхватив его, когда сила Джейсона унесла ее из города после того, как на него напали. Она была далеко не единственной и успела купить копии записей, сделанных другими эвакуированными. У нее было предчувствие, что если она действительно вернется на Землю, информация о Джейсоне Асано станет более ценной валютой, чем духовные монеты.

Ее записи были конфискованы, когда Общество искателей приключений настигло ее. Это было началом того, что они несколько раз настойчиво называли «не допросом». На ее просьбы отпустить ее они отвечали твердым намеком, что это будет нездоровым решением для нее.

Допрос проходил в пустой комнате, где она сидела напротив пары следователей Общества с безликими лицами. Одним был мужчина, другой — женщина, Глен и Гленис. Их пресная одинаковость делала их похожими на брата и сестру из семьи карьерных бюрократов. Даже тон их кожи соответствовал бежевым стенам.

Сначала были одни и те же вопросы, снова и снова. Что произошло, когда напали на Джейсона. Каждая деталь, снова и снова. Как выглядел нападавший. Как выглядело его снаряжение. Какова была его аура. Что он сказал?

— Я же сказала, я не знаю, что он сказал. А это значит, что он, вероятно, не местный. Я очень быстро учу языки. Это одна из моих способностей. Я могу выучить языки и диалекты региона примерно за час наблюдения за людьми на городском рынке. Что я и сделала здесь, в Гринстоуне, даже в Хорнисе. Я не знаю языка, который он использовал, поэтому не думаю, что он был отсюда.

Вопросы сместились с обсуждаемых событий на Джейсона в целом. Началось всё косвенно, но было очевидно, что они клонят к чему-то другому. Она уходила от ответов, оспаривая уместность их вопросов, пытаясь понять, чего они добиваются. Они начали давить, когда из ее тени поднялась темная фигура.

— Это всё, что мистер Асано позволит вам сделать, — сказало теневое существо. — Мисс Ли сейчас уйдет.

— Ты его фамильяр, — сказал Глен, следователь-мужчина.

— Я. Можете называть меня Тень. Это мононим.

— То, что мы делаем со свидетелями, не Джейсону Асано решать, — сказала Гленис. — И уж точно не ему посылать своего фамильяра с указаниями для нас. Если он хочет прийти сюда и что-то сказать, пусть приходит.

— Если это то, чего вы хотите, — сказала Тень, — мистер Асано придет сюда и разберется с вами лично.

— Э-э… — сказал Глен, бросая взгляды на Гленис.

— Ну, я имею в виду, он не может, — сказала Гленис. — Не здесь. Эта часть здания защищена от межпространственного вмешательства. Ему придется пойти в администрацию и поговорить с…

Она замолчала, когда из пола поднялась обсидиановая арка.

— Это портальная арка, да? — сказал Глен.

— Это его портальная арка, — ответила Гленис.

— Как он может открыть портал здесь?

— Не может. Я так думаю.

— Он, кажется, не согласен. Насколько сильна эта пространственная защита?

Пара посмотрела на пустую арку.

— Вероятно, не очень сильна, — сказала Гленис. — Это не крыло строгого режима, и вы знаете, насколько скудна магия в этом городе. По-видимому, недостаточно сильна, чтобы остановить искателя золотого ранга. Или кем бы там ни был Асано.

— Учитывая, что его ответом на покушение было превращение в птицу и уничтожение армии, я не думаю, что какая-то умеренная антипортальная магия его остановит.

Пустая арка вспыхнула, наполняясь теневой энергией, беспорядочно бурлящей. Глен повернулся к Тени.

— Когда ты сказал, что он собирается «разобраться с нами», что именно ты имел в виду?

Из теневой арки вышел Джейсон. Он улыбнулся и схватил Глена за руку, чтобы пожать ее, несмотря на то, что тот ее не предлагал.

— Мистер Костли. Я ценю усердие, которое вы и ваша кузина проявили в своем тщательном расследовании событий прошлой недели. К сожалению, мне нужно забрать мисс Ли с собой. Но, опять же, я ценю ваше усердие.

— Мы не можем просто…

Слова Гленис затихли, когда Джейсон повернулся и посмотрел прямо на нее. На его лице была дружелюбная улыбка, а в глазах — доброта, но от этого у нее волосы на руках встали дыбом. Он удерживал ее взгляд долгий, молчаливый момент, прежде чем отвести глаза и повернуться к Ли Мэй.

— Через портал, мисс Ли. Если позволите.

* * * Ли Мэй вышла из портала в то, что должно было быть знаменитым облачным зданием Джейсона. Она оглядела коридор, пока Джейсон выходил из портала, который закрылся за ним. Они были в туннеле из тумана, круглом и воздушном, с небесно-голубым ковром на полу. Были видны прозрачные участки, похожие на окна, и она подошла к ближайшему.

Ни ветер, ни морские брызги не проникали сквозь то, что выглядело как дыра в стене, несмотря на бушующий снаружи океан. Волны разбивались о стены сказочных облачных замков, парящих в открытом море. Пушистые белые здания не шелохнулись, несмотря на бурлящие воды, разбивающиеся о стены. На уровне воды здания были соединены затопленным слоем плотного облака. Переход между замками осуществлялся через серию соединяющих небесных мостов, на одном из которых они сейчас находились.

— Где мы?

— Я обустроил свой облачный дворец недалеко от Гринстоуна. Его видно из города, если пролететь над ним.

Она услышала музыку, доносившуюся из конца коридора, и Джейсон сделал приглашающий жест в том направлении.

— Это что… Глория Эстефан?

Джейсон повел ее по туннелю в большую комнату. Она выглядела как лофт открытой планировки, разделенный на секции. Мебель представляла собой смесь плотной облачной субстанции и более традиционных материалов, таких как дерево и мрамор. В самых больших зонах было несколько диванов и кресел, достаточно мест для дюжины человек, хотя сейчас там находились только двое. Сиденья были расставлены вокруг большого квадратного журнального столика, сейчас заваленного блокнотами и разрозненными бумагами.

Музыка доносилась из этой зоны — проекция записывающего кристалла с Miami Sound Machine парила под высоким потолком. Мужчина и женщина, разговаривавшие, просматривая записи на столе, были окружены мерцанием экрана приватности, вероятно, чтобы приглушить шум прямо над их головами.

В другой зоне стоял длинный обеденный стол, также занятый двумя людьми. Одной была ошеломляюще красивая женщина, даже по стандартам золотого ранга, с медными волосами и глазами, выдававшими в ней целестину. Она делила сэндвич длиной с ее руку с коренастым эльфом в чем-то, похожем на уродливый рождественский свитер.

Несколько столов были центром третьей зоны, где находилось большинство людей. На столах лежало то, что выглядело как настольные игры с Земли, и Ли Мэй наблюдала, как Джейсон застонал от результата броска кубиков.

— Вот почему я ненавижу бои, основанные на кубиках. Можно сделать всё правильно и всё равно быть выпотрошенным, как рыба.

Последней зоной была кухня, где два человека танцевали под музыку, готовя еду. Рядом с Джейсоном была женщина, которую Ли Мэй узнала, — Фарра Хурин. Ли Мэй переводила взгляд с Джейсона, играющего в игру, на Джейсона, готовящего и танцующего, и на Джейсона, стоящего рядом с ней в дверях.

— Облачный дворец — это мой домен, — сказал он. — Здесь я могу выразить больше своей силы.

— Кто из них настоящий ты?

— Никто. Хотя это тело — самое близкое. Остальные не могут покинуть это место.

Она смотрела на него мгновение, затем вернулась взглядом к группе, смеющейся и наслаждающейся компанией друг друга.

— Не хочу быть бестактной, — сказала она, — но у вас тут вечеринка?

— Ты удивляешься, почему мы празднуем, когда так много людей только что погибло.

— Да.

Он кивнул и повел ее в зону отдыха. Он кивнул мужчине и женщине в их экране приватности и занял диван. Ли Мэй присоединилась к нему, оставив между ними пространство. Воздух вокруг них замерцал, и музыка превратилась в приглушенный фоновый шум.

— Я не могу говорить за тебя, — сказал он, — но все остальные в этой комнате оплакали тех, кого не смогли спасти. Слишком много раз, и будет еще слишком много. У нас было несколько дней, чтобы предаваться унынию, и мы это делали. Но мы также должны взять себя в руки и попытаться спасти следующих людей, которые окажутся в опасности. Если мы позволим этому сломить нас… ну, ты с Земли. Ты видела, в каком состоянии я был. В конце моего пребывания там.

— Видела.

— Это не то место, где хочется быть. Если бы у меня была та сила, что сейчас, но в том ментальном состоянии, люди здесь выследили бы меня. И были бы правы. Мы сейчас достаточно сильны, чтобы не позволить себе быть нестабильными. Мы можем причинить слишком много вреда. Поэтому мы должны заботиться о себе — разумом, телом и душой.

Он с улыбкой оглядел комнату.

— И нам нужно праздновать победы там, где мы можем их получить, — продолжил он. — Да, город был потерян. Социальные и экономические последствия этого будут ощущаться на всем континенте и продлятся десятилетиями. Дом для девяноста тысяч человек и региональная экономика исчезли за считанные минуты. Многие потеряли всё, что знали. Но что-то около девяноста восьми процентов населения выбрались живыми. Посланники прислали армию, но у нас ноль боевых потерь, а уровень выживаемости гражданского населения просто поразителен, учитывая, как внезапно всё произошло.

Он грустно улыбнулся ей.

— Легко зацикливаться на наших неудачах, но нам нужно праздновать и то, чего мы достигли. Мы не будем танцевать перед людьми, которые потеряли семьи, друзей и дома. Но здесь, когда мы только свои? Мы грустили вчера и можем снова грустить завтра. Сегодня мы будем счастливы. А теперь давайте что-нибудь съедим.

* * * На кухне Фарра взглянула на главного аватара Джейсона, болтающего с Ли Мэй.

— Она красивая, — заметила она аватару, который готовил вместе с ней.

— Я в курсе, — сказал Джейсон.

— Насколько в курсе?

— Всё не так.

— Ты привел ее сюда.

— Она с Земли.

— Мы нашли ее, когда искали кое-кого, кто занимается сомнительными делами, Джейсон. И это была она. Она занималась сомнительными делами.

— Мы делали вещи и похуже. Если я оглянусь назад, на то время, когда пришел в этот мир, были испытания, да. Но во многом он из кожи вон лез, чтобы дать мне возможности, необходимые для достижения того, где я сейчас. Она прибыла с малыми знаниями, малой подготовкой и уже накачанная монструозными ядрами, так что никто не собирался помогать ей это изменить. У нее не было тебя, Руфуса и Гэри, чтобы направить ее на верный путь. То, что она смогла начать сама? Работать над тем, чтобы заработать ядра и самостоятельно достичь золотого ранга?

— Она манипулировала людьми. Разжигала неприятности среди тех, у кого уже есть история совершения ужасных вещей.

— Я тоже манипулировал людьми. Причинял боль. Убивал. Из гордыни и тщеславия. Слишком высокомерный, чтобы искать лучший путь. Если я могу простить себя за это, я могу простить ее за меньшее. Если мы дадим ей лучшие возможности, я думаю, она будет поступать лучше. Станет лучше. Со мной это сработало.

— Ты же знаешь, что Китай не случайно прислал тебе кого-то, кто выглядит как она. Только потому, что ты не попался в медовую ловушку тогда, это не значит, что ты не попадешься сейчас.

— Это было почти двадцать лет назад.

— И она выглядит точно так же.

— Здесь нет никакой медовой ловушки.

— Угу.

— В медовой ловушке нет смысла. Мы золотого ранга. Все, кого мы встречаем, безумно горячи.

— Ты хочешь сказать, что она безумно горяча?

— Конечно, она горяча. Отрицать это было бы глупо.

— Ну вот, пожалуйста.

— Нет, не пожалуйста. Никакого «пожалуйста» не будет.

— Угу.

— Прекрати.

— Я просто говорю.

— Я знаю, что ты говоришь.

— Что твое суждение не всегда самое лучшее.

— Мое суждение в порядке. Ты ведешь себя так, будто я Джеймс Бонд, прокладывающий путь через Паллимустус.

— Был тот случай, когда ты ушел «тренировать свою ауру», подкатывая к женщинам.

— Я не подкатывал к женщинам. И это законный способ практики совершенствования ауры. Кстати, используя техники, которые я почерпнул из маленькой черной книжки по секс-магии, которую ты мне дала.

— Угу.

— Ты перестанешь это говорить?

— Она очень красивая.

— Возвращайся к нарезке своих овощей.

* * * Главный инспектор Континентального Совета напоминал Джейсону Руфуса своей темной кожей, лысой головой и внешностью, которая выделялась даже на золотом ранге.

— Главный инспектор Кренслер, — поприветствовал его Джейсон, пожимая руку.

Они стояли на одном из сортировочных дворов Общества искателей приключений Гринстоуна.

— Вы готовы, главный инспектор?

— Готов.

Джейсон открыл портал в свой мир души, и они шагнули внутрь. На другой стороне была плоская крыша башни, построенной из кирпича песчаника и зеленого камня. Это была самая высокая точка города, в котором теперь проживало население Боко, откуда открывался впечатляющий вид. Те же строительные материалы можно было увидеть повсюду, перемежающиеся с водными объектами и украшенные зеленью. Искусственные водопады низвергались из зданий высотой до пяти этажей, разбиваясь о пальмовые рощи и засаженные садами улицы. Сами здания были увиты пышными, лиственными лозами.

— Откуда взялся такой пустой город? — спросил Кренслер.

— Я его создал.

Кренслер посмотрел на него, затем снова на город.

— Когда?

— Несколько дней назад, когда это было нужно.

— Просто так?

— Вы стоите в самом сердце моего домена, главный инспектор. Конечно, вы слышали об астральных королевствах и о том, что у меня есть одно из них. Сила, о которой так любопытствуют ваши следователи, исходит отсюда.

— Насколько мы можем судить, это небесное существо-феникс продемонстрировало силу уровня бога. Восстать и уничтожить Посланников таким образом было, по всем меркам, чудом.

— Неужели? — сказал Джейсон уклончиво, не отрывая взгляда от города внизу.

— Мы официально не комментируем вашу личность в этом деле, но любой, у кого есть хоть какие-то связи, легко догадается.

— Я ценю осмотрительность Общества.

— Остается открытым вопрос, откуда взялась эта сила.

— Я только что сказал вам, главный инспектор. Вы стоите в ней. Эта карманная вселенная — источник моей силы.

— Мы мало знаем об астральных королевствах. Мы знаем, что они есть у руководства Посланников, что вызывает еще больше вопросов о вашем владении одним из них. Мы хотели бы знать гораздо больше.

— Полагаю, вы бы хотели, но я не заинтересован в рекламе любых потенциальных сильных и слабых сторон.

— Значит, у вас всё-таки есть слабости.

— Какой будет позиция Общества искателей приключений в отношении меня?

— Система звездного рейтинга становится немного неясной на золотом ранге. Искатели золотого ранга более автономны, миссии им чаще передаются связными, чем вывешиваются в зале заданий. В миссиях золотого ранга часто есть срочность, не отраженная в большинстве миссий низких рангов. Тем не менее, система звездного рейтинга всё еще действует. Искатель золотого ранга часто проходит через зал заданий и зачищает старые контракты, за которые никто другой не брался. Нам нравится, когда они это делают, но они должны придерживаться своего звездного рейтинга. Мало кто из искателей золотого ранга имеет одну звезду. Две или три — это норма, так как большинство, кто достигает этого уровня, уже имеют опыт в деликатных делах.

— Полагаю, я получу три звезды? Я знаю, что моя дипломатия требует доработки, но я часто имею дело с королями и искателями алмазного ранга. И с тем, что выше них, но это уже больше по моей части. Общество просто мешается в этот момент, что, полагаю, и является источником большинства наших проблем.

— Мы заметили, — иронично сказал Кренслер.

Джейсон хмыкнул.

— Честно говоря, мистер Асано, велись споры о том, принадлежите ли вы вообще к реестру. Доброжелательность, которую вы заслужили после своего возвращения, сделала многое, чтобы склонить чашу весов в вашу пользу. Усилия вашей команды по выполнению директив Общества в ваших ударах по Посланникам были высоко оценены. И теперь кажется, что вы устранили около четверти сил Посланников в мире, освободив при этом бесчисленные регионы. Я хочу, чтобы вы знали, что мы не упускаем это из виду и не просто гоняемся за силой, которую вы продемонстрировали в Боко.

— Хорошо знать. Но я полагаю, многие влиятельные люди нервничают из-за того, что произойдет, когда я перестану быть таким «хорошим мальчиком».

— Нервничают. Вы исчезли с целым городом людей в ту же дыру, что и все эти ушедшие Посланники.

— Посланники на другой планете.

— У многих влиятельных людей есть вопросы. Что происходит с этими Посланниками? Когда вы вернете жителей Боко?

— Вот почему мы здесь, главный инспектор. Чтобы вы поговорили с жителями Боко. Они вольны приходить и уходить, когда захотят.

— Всё сложнее, чем кажется.

— Разве не всегда?

Кренслер достал небольшую коробочку и протянул ее Джейсону. Тот открыл ее и обнаружил новый значок Общества искателей приключений, золотой, но с алмазным символом там, где обычно была бы одна, две или три звезды.

— Мы решили применять к вам правила искателя алмазного ранга. Вы достаточно долго вели себя как таковой, и это может покрыть некоторые проблемы, которые у нас постоянно возникают при взаимодействии с вами. Сорамир Римарос предлагал это еще тогда. Мы сопротивлялись, когда вы были серебряного ранга, но теперь вы золотого. Что еще важнее, нас проинформировали, что сообщество искателей алмазного ранга более или менее приняло вас. На данном этапе кажется глупым сопротивляться.

— Каковы правила алмазного ранга?

— Похожи на золотой ранг, но с тем, что равносильно полной автономии. Если вы говорите нам обратить внимание на что-то, мы это делаем. И когда случается что-то масштабное, есть ожидание, что вы сделаете шаг вперед. Если вас нужно будет приструнить, это будем не мы, это будут искатели алмазного ранга.

— Вы сказали, было предложение лишить меня членства?

— Было.

Джейсон нежно провел пальцами по значку.

— Спасибо, главный инспектор. Я знаю, что не всегда был самым простым членом, но моя идентичность как искателя приключений чрезвычайно важна для меня. Я через многое прошел и не раз был близок к тому, чтобы потерять себя. Быть искателем приключений всегда было для меня важным якорем.

— Я рад это слышать.

Джейсон закрыл коробочку крышкой и убрал в инвентарь.

— Что ж, — сказал он. — Давайте пойдем встретимся с герцогом Боко и поговорим о том, когда население будет уезжать.

— Глядя на это место, я не уверен, что они захотят.

— Я сделал всё, что мог, главный инспектор. Но я никогда не смогу заменить то, что они потеряли.

— Нет, полагаю, нет.

ПО-НАСТОЯЩЕМУ НЕВЕРОЯТНЫЕ ВЕЩИ

ПО-НАСТОЯЩЕМУ НЕВЕРОЯТНЫЕ ВЕЩИ

Континентальный Совет хотел, чтобы Джейсон и его спутники остались, пока решаются последствия разрушения Боко. Поскольку на это ушли бы месяцы, если не годы, они решили двигаться дальше. Джейсон не знал, когда вернется в город, где стал искателем приключений, и отказывался позволить встречам и брифингам стать его последним воспоминанием об этом месте. Местный фестиваль стал отличным поводом для последнего дня, поэтому команда запланировала отъезд на следующий день.

Джейсон рано вышел, чтобы проехаться на водном метро с его красочными мозаиками, так же, как в свой первый день в городе. Поздним утром он и его друзья присоединились к семье Нила в парковом районе для пикника. В парке было людно, люди вышли на фестиваль. Они присоединились к местным в игре в трибол, которая сразу пошла не по правилам, как только началось жульничество с использованием способностей. Началось всё тонко, но вскоре местные уже с широко открытыми глазами наблюдали, как с бесстыдной свободой используются силовые тросы и магические барьеры.

Был ранний полдень, когда они разделились, чтобы посетить главную фестивальную зону на Божественной площади. Огромное открытое пространство, окруженное храмами, — его первый визит сюда был также его знакомством с богами. В этот раз его больше интересовали не религиозные поиски, а кулинарные. Перед храмами были установлены продуктовые лавки, предлагавшие товары, тематически связанные с богами, для которых они собирали средства. Джейсону было весело провести так день, будучи просто еще одним человеком в густой толпе.

Площадь была забита людьми, прилавками, сценами и стендами. Это было любезно предоставлено религиозным фестивалем, на детали которого Джейсон не обратил внимания. Вместо мрачного и церемониального действа это больше походило на карнавал. Семьи были повсюду, дети ели еду на палочках и играли в игры ради сомнительных призов.

Были сцены, где разыгрывались религиозные истории. Это были веселые, с героями и монстрами, а не те странные, о побивании камнями людей за неправильный пирсинг на соске или ношение фиолетового цвета осенью. В некоторых представлениях использовались актеры, в то время как другие были кукольными шоу, которые радовали детей и пугали взрослых. В нескольких использовалась магия иллюзий, хотя они, казалось, были менее популярны. В них было что-то безличное, что не вписывалось в атмосферу дня.

Джейсон бродил вокруг, в одной руке держа огромный напиток, который он купил перед храмом Океана. Он шел с декоративной стеклянной кружкой, подчеркивающей синий цвет. В другой руке была конфета на палочке из храма Похоти. Она была в форме танцующей женщины, использующей палочку как шест.

Нил был с ним, пока они обходили все продуктовые лавки и палатки с едой, которые могли найти. Они сопровождали трех юных отпрысков Дома Давон, племянников дяди Нила. К восторгу Нила, они отказались идти вместе с ним, пока он был одет в одежду, которую дала ему тетя. Соответственно, он был одет хорошо, впервые демонстрируя свое настоящее телосложение, а не просто выглядя коренастым. Это было особенно ценно, так как Джейсон и Нил поглощали еду в количестве, равном их собственному весу, к растущему изумлению детей.

Джейсон и Нил время от времени сталкивались с другими своими друзьями. Зара, Софи, Белинда и Эстелла были вместе, ловя на себе гневные взгляды жен пялящихся мужей. Нил притягивал свою долю жадных взглядов, когда эльф с внешностью золотого ранга демонстрировал, как хорошо он ладит с детьми. Хамфри был со своей матерью, запихивая одну мягкую игрушку за другой в свое хранилище, пока она их выигрывала. Клайва не было, так как он не был любимцем нескольких церквей. Они предпочитали, чтобы люди, нашедшие их божественные реликвии, возвращали их, а не пытались их реконструировать.

Наступило затишье, когда солнце начало садиться. Люди переместились к праздничным столам, расставленным на окрестных улицах, пока Божественную площадь готовили к вечеру. Праздничная атмосфера дня должна была смениться более церемониальным тоном, когда праздничный ужин закончится.

Церемонии повсеместно считались скучной частью, но большинство людей оставались из-за финала. Церемонии должны были завершиться запуском небесных фонариков, облаком огней, поднимающихся в темное небо. Каждый мог запустить свой собственный фонарик, многие семьи делали это как поделку вместе с детьми.

Это было еще впереди, когда люди бродили по Божественной площади в сумерках. Прилавки и сцены уже начали разбирать, пока они выходили. Они вернутся после долгих ужинов из сытной зимней еды, хотя в городе никогда не бывало очень холодно.

Нил ушел присоединиться к своей семье на пир, в то время как Джейсон задержался на Божественной площади. Лавки разбирали, когда из храмов выходили священнослужители, устанавливая церемониальные декорации с помощью волонтеров. Джейсон нашел путь к палатке, которую упаковывал коренастый лысый мужчина с кожей настолько темно-синей, что она почти казалась черной, отмеченной светящимися символами, похожими на магические татуировки. Он разобрал свою палатку и загружал части в большую тележку.

— Помощь нужна? — спросил Джейсон.

— О, так великий и могучий искатель приключений готов заняться ручным трудом?

— Я бы не заходил так далеко.

Все части поднялись в воздух под воздействием ауры Джейсона, поплыли в повозку и уложились сами собой, как блоки Тетриса. Некоторые из окружающих работников лавок взглянули на них, прежде чем вернуться к своей работе. Даже в городе с низкой магией, как Гринстоун, это не было таким уж сюрпризом. Араш покачал головой.

— Всё еще не можешь удержаться от того, чтобы не устроить шоу, да?

— Эй, я был здесь весь день, и никто даже не заметил. Я не вел громких и неуместных разговоров ни с кем из богов или что-то в этом роде.

— Тогда полагаю, я должен поблагодарить тебя. Если ты всё равно собираешься колдовать, можешь сделать что-нибудь с тележкой, чтобы мне не пришлось тащить ее домой?

Джейсон коснулся тележки, и она исчезла в его инвентаре.

— Ну что, пойдем?

Они вместе вышли с Божественной площади, Араш направлял их к своему дому.

— У меня все напитки сделаны и упакованы в ящики на складе, который ты арендовал, — сказал Араш. — Ты уверен, что этот ритуал сохранит их свежими?

— Если Клайв говорит, что сработает, значит, сработает.

— У меня ушла неделя, чтобы сделать их все, даже с помощью племянника.

— Он так же хорош в приготовлении напитков, как и ты?

— О, он настоящий талант. Что хорошо, учитывая, что его амбиции стать искателем приключений закончились так ужасно.

— Плохой опыт с монстром?

— Нет, он не смог заставить себя убивать существ. Даже монстров. Он даже становится немного странным в мясной лавке в эти дни. Это затруднило прохождение оценки Общества.

— Сражение с монстрами — довольно критический элемент.

Араш бросил на Джейсона косой взгляд, Джейсон почувствовал неуверенность в его ауре.

— Что-то не так? — спросил он.

— У меня есть просьба. Это не маленькая услуга, и не стесняйся сказать «нет».

— Что тебе нужно?

— Я всегда был доволен своей долей. Продавал фрукты, делал напитки. У меня есть семья, друзья и успешный бизнес, которым я горжусь. У меня никогда не было потребности выходить и видеть мир, когда я был счастлив прямо здесь. Мой племянник, однако, он жаждет странствий. Хочет увидеть мир.

— Отсюда и амбиции искателя приключений.

— Именно, но в нем нет тяги к убийству. О чем я не жалею, но это затрудняет для него дела. Он хочет путешествий, опыта, но это сложно, если ты не искатель приключений или аристократ. Дать ему сущности — это уже было всё, что семья могла профинансировать.

— Никаких приключений — значит, никакого дохода искателя приключений.

— Действительно. Я, честно говоря, не думаю, что он справился бы хорошо, несмотря ни на что. Его результаты в тренировочном центре были средними. Откровенно говоря, его таланты лежат в другой плоскости. Я сам научил его делать напитки, и он работал в баре на винокурне Норвич. Он может приготовить почти любой напиток, какой только можно придумать, если достать ему ингредиенты. Сейчас он там менеджер кухни. Управляет обслуживанием еды для вечерних толп. И эта твоя облачная лодка, похоже, имеет место для многих людей. Я задавался вопросом, не пригодится ли ей хороший бармен и менеджер кухни.

— Мой друг Эмир постоянно говорит мне, что мне нужно расширять штат. Он определенно смог бы путешествовать и получить новый опыт. Но находиться рядом со мной — не всегда самое безопасное место, даже если ты остаешься на лодке. Я не говорю, что это опасно, в точности; это чрезвычайно хорошо защищенная лодка. Но когда только что-то по-настоящему невероятное может угрожать тебе, только по-настоящему невероятные вещи и случаются. Драстические вещи происходят вокруг меня, время от времени. Как в Боко.

— Ты имел к этому отношение? Я задавался вопросом.

— Я имел к этому немалое отношение, к сожалению. Нам удалось вытащить большинство людей живыми, но не всех.

— Я сказал ему примерно то же самое, когда он начал говорить о том, чтобы стать вспомогательным искателем приключений. Что находиться рядом с людьми, которые ныряют в опасность, — это само по себе опасно. Но молодежь, знаешь ли? Они увидят целую площадь людей, кланяющихся богу, и останутся стоять как чертовы дураки.

Джейсон усмехнулся.

— Он должен знать, что я скоро покину этот мир. Мы вернемся, но он будет гораздо дальше, чем просто на расстоянии портала от дома. Если он обнаружит, что хочет выбраться, пройдет немало времени, прежде чем он сможет вернуться домой.

Араш покачал головой.

— Это предупреждение, которое сработало бы на ком-то вроде меня, но мальчик, боюсь, немного больше похож на тебя. Другой мир. Я даже не могу себе представить такое. Знаешь, я никогда не был дальше Хорниса, на юге. Но Джамар, я знаю, услышав это, только больше возбудится. Мы все совершаем свои ошибки и усваиваем свои уроки, и он не будет исключением. Я просто хочу, чтобы он прожил достаточно долго, чтобы извлечь из них уроки. Полагаю, ты совершил свою долю ошибок, добираясь оттуда, где мы встретились, до того, где мы сейчас.

Джейсон издал болезненный смешок.

— Ты даже не представляешь.

— Я совершил свои собственные. Но здесь у меня всегда была семья. Друзья. Церковь. Сообщество. Всегда была рука помощи, когда она была мне нужна больше всего.

— Ты хочешь убедиться, что твой племянник будет под присмотром. Не останется слепо блуждать по большому, опасному миру.

— Именно так.

— Я могу сказать тебе вот что, Араш. Я сейчас очень могущественен. Это не хвастовство, просто реальность. И те ошибки, которые я совершил, сопровождались тяжелыми уроками. Сила приходит с ответственностью не причинять вреда людям вокруг тебя. Защищать их. То, что случилось в Боко, напомнило мне об этом снова. Забота о моих людях — это то, что для меня важнее всего, и это не только о безопасности от опасности. Мир может причинить тебе боль, не оставив ни царапины. Если твой племянник пойдет с нами, он станет одним из моих людей. Это значит, что мы пойдем на всё ради него.

Араш кивнул.

— Я знаю, что ты хороший человек, Джейсон, но я также знаю, что ты великий человек. И, как ты сам сказал, рядом с такими людьми опасно находиться. Когда они ставят кому-то статую, они не высекают всех мертвых вокруг него.

— Нет, — согласился Джейсон. — Нет, не высекают.

— Я ходил посмотреть на статую, которую поставили тебе, когда мы думали, что ты погиб, спасая город. Было немного трудно найти. В стороне, и кто-то посадил куст прямо перед ней.

Джейсон снова усмехнулся.

— Да, — сказал он. — Я знаю, кто это был. Я возьму твоего племянника с нами, Араш. Джамар, ты сказал, его зовут?

— Да. Спасибо.

— Следующие несколько месяцев должны быть относительно тихими. Посланники теперь опасаются меня, и мы в основном просто путешествуем. Похоже, это то, что мальчик ищет, и мы можем посмотреть, подходит ли он. Если нет, я отправлю его порталом домой, прежде чем мы отправимся куда-то, откуда он не сможет легко вернуться.

— Не скажу, что мне нравится эта идея, но я ценю это. Честно говоря, я надеялся, что ты скажешь «нет». Но мальчик уже давно хотел такой возможности. А потом ты стучишься в мою дверь, лучшая возможность, на которую он мог надеяться. Было бы жестоко не спросить. А если мы не позволим ему уйти, это лишь вопрос времени, когда он сбежит в ночь. Мы проснемся от записки, объясняющей, что он подписался на побегушки для какой-то команды искателей приключений. Кто знает, будут ли такие люди присматривать за ним. Они могут использовать его как приманку для монстров, кто знает. Стоять рядом с тобой, может, и не самое безопасное место, но не знаю. Готов поспорить, что в некоторые дни это самое безопасное место из всех.

К этому моменту они были уже далеко от Божественной площади. Джейсон остановился на перекрестке, когда аромат жареного мяса поплыл по улице.

— Знаешь, — сказал Джейсон. — Эта тележка останется там, где она есть. Я мог бы забрать ее к тебе позже.

Теперь настала очередь Араша усмехнуться.

— Я собирался присоединиться к своей семье на пиру, как только доставлю тележку обратно. Хочешь присоединиться к нам?

Джейсон задумчиво посмотрел вниз по улице, откуда доносился запах, а также звуки смеха и праздника.

— Я бы не хотел делать из этого большое событие. Я имею в виду, я знаю, что не такой уж знаменитый, спустя все эти годы, но люди помнят. Это время должно быть для друзей и семьи.

— Да, должно. И да, они помнят.

— Отлично, пошли, — сказал Джейсон и направился к пиру. — Можешь представить меня как Джона Миллера.

Они присоединились к потоку людей, направляющихся к столам с едой.

— Ты понимаешь, что они узнают, кто ты, верно? — спросил Араш.

— Моя фальшивая личность очень тщательно проработана. И я превосходен в ее поддержании. Все так говорят.

— Джейсон, очень немногие искатели серебряного ранга проходят через этот город, кроме как во время нашествий монстров. Золотые почти никогда здесь не бывают, а моя семья знает, что ты был завсегдатаем моего ларька с соками, все те годы назад. Если я появлюсь с тобой, они сразу поймут.

— Здесь полно следователей из-за Боко. Я мог бы быть одним из них, взявшим выходной на фестиваль. Я уже настроил свою ауру так, чтобы она считывалась как серебряный ранг.

— Может сработать. То, что ты менее красив, чем большинство искателей золотого ранга, поможет.

— Эй, — сказал Джейсон в притворном возмущении. — Откуда тебе знать, как выглядят искатели золотого ранга? Сколько ты их вообще видел в Гринстоуне?

— Сегодня? Довольно много, и все они поворачивали головы, кроме того, что с большим подбородком.

— Мой подбородок в порядке, — защищаясь, сказал Джейсон, тыкая в него пальцем.

— Я помню, что он был больше. Память — забавная штука, полагаю.

ОСНОВА ДЛЯ ЛИДЕРСТВА

ОСНОВА ДЛЯ ЛИДЕРСТВА

Облачный корабль Джейсона плыл на север из Гринстоуна. Он стоял на верхней палубе, опираясь на перила, пока свежий океанский ветер омывал его. Ник стоял рядом, только голова и плечи миниатюрного кролика-человека возвышались над перилами.

— Как это было, вернуться в Гринстоун? — спросил его Джейсон. — Ты как-то исчез по прибытии, и мы тебя почти не видели. Я даже не видел тебя на фестивале.

— Это было странно, — сказал Ник. — Я жил там дольше, чем ты, когда тренировался. Но так много людей, которых я знал, ушли или постарели. Это было похоже на то, как будто мир проносился мимо меня, пока я застрял на месте.

— Так иногда и будет. Особенно в таких местах, как Гринстоун, где даже искатели приключений в основном низкого ранга. Люди будут стареть, проживать свои жизни. Это в таких местах, как Витесс и Римарос, больше людей, которые стареют медленно или не стареют вовсе.

— Ты проводишь много времени среди могущественных людей, не так ли?

— Да.

— Ты не боишься потерять связь с обычными людьми? Отдалиться от них, пока все, кого ты знаешь, остаются прежними, десятилетие за десятилетием?

— Боюсь, — сказал Джейсон. — Это одна из причин, почему я вернулся в Гринстоун. Встретить людей, которых я знал тогда, было приятно. Когда ты искатель приключений, ты часто встречаешь людей в худший день их жизни. Я зашел в деревню, которую в последний раз видел в руинах. Люди счастливо живут своей жизнью сейчас. Это было двадцать лет назад, поэтому только пожилые люди помнят то, что случилось, не как историю. Там есть человек, который тогда рассказывал мне о своих надеждах на внучку. В этот раз он рассказал мне о том, как эти надежды осуществились. Хорошо помнить, за что мы сражаемся.

— Но мы больше не часть их мира, верно?

— Нет. Важно, чтобы мы навещали их, чтобы напомнить себе, ради чего всё это, но мы им не принадлежим. У нас есть свое сообщество, частью которого мы являемся. Витесс должен быть хорошим местом для этого.

— Да, это приятный город.

— Погоди, даже ты там был? Я пытался добраться до Витесса двадцать лет. Я даже не знал.

— Пап, ты создал меня из воздуха, как будто начинал свою собственную библию, отправил меня в школу-интернат для насилия, а потом исчез на полтора десятилетия. С такими навыками воспитания, ты правда удивлен, что пропустил пару вещей?

Джейсон поморщился.

— Я не справился с тобой так хорошо, как хотелось бы. Я не могу создать больше твоих сородичей, превратить вас в полноценный вид, пока не достигну полноты своей силы. Но скоро мы будем на Земле. Ты их не знаешь, но у тебя там есть семья.

— Они знают обо мне?

— Я рассказал своей сестре и бабушке. Трудно объяснить, что ты создал свою собственную вселенную и создал парня. У этого есть коннотации, там, на Земле. Знаешь, я мог бы попробовать создать женщину-лехеника. Могу я взять одно из твоих ребер, по-быстрому?

— Не будь идиотом, пап. К тому же, пытаться создать женщину для своего сына — это жутко. Ты не оставляешь ей много пространства для свободы воли. К тому же, она была бы моей сестрой. И моим клоном, может быть? Да, не думаю, что «жутко» действительно передает, насколько это мерзко.

— Ладно, это была плохая идея. Справедливости ради, другой парень сделал это первым. Мне не понравилась его книга, но для таких вещей не так много справочного материала.

— Видишь, вот почему я не познакомил тебя со своими друзьями в Гринстоуне. Они все думают, что ты такой крутой искатель приключений, и я не хочу портить это для них.

Ухмылка расползлась по лицу Джейсона.

— Твои друзья думают, что я крутой?

— Успокойся, пап. Я не говорил «крутой». Никто не говорил «крутой».

— Ты сказал «потрясающий». Это как улучшенная версия крутого.

— Нет, это просто значит, что вокруг тебя всё часто взрывается.

— Как это может быть не круто?

Джейсон рассмеялся, а Ник покачал головой. Улыбка сползла с лица Джейсона, сменившись задумчивым выражением.

— Я не знаю, что делаю, большую часть времени, — признался он. — Я был серьезен, когда сказал, что хочу быть для тебя лучше. Надеюсь, ты дашь мне время, чтобы разобраться с этим. Пытаться объяснить тебя — и себя, если на то пошло — нашей семье на Земле. Не думаю, что это сработает, пока мы не будем там. Эми не перестанет обнимать тебя первую неделю.

— Я не мягкая игрушка.

Джейсон положил руку ему на плечо.

— Я знаю, приятель. Иногда есть вещи, с которыми нам просто приходится жить. Есть вещи похуже, чем быть безумно очаровательным.

Ник неловко посмотрел на Джейсона.

— Знаешь, — сказал он нерешительно. — Ты мог бы обнять меня. Если хочешь.

Джейсон посмотрел на него с теплой улыбкой, затем опустился на одно колено и заключил его в объятия.

* * * Боко был прибрежным городом. Когда часть кратера, ближайшая к океану, обрушилась, хлынувшая вода превратила его в гавань. Залив вел в то, что могло бы быть лагуной, если бы не было таким большим и глубоким. Острова, разбросанные по воде, когда-то были храмами, защищенными от разрушения города своими богами.

Облачный корабль стоял на якоре недалеко от залива. Берега новой гавани кишели пользователями сущностей и ритуальными магами. Они работали над стабилизацией района, делая его безопасным и готовым к строительству нового города.

С облачного корабля отправился скиммер, проходя над водой залива и входя в гавань. Джейсон и Даниэль ехали в черных и темно-серых оттенках роскоши, пока транспорт управлял собой сам.

— Боко никогда не был таким портовым городом, как Гринстоун, — сказала Даниэль. — Ни у одного из них не было естественной гавани, что отчасти является причиной, почему был построен искусственный остров Гринстоуна.

— Мне не нравится возвращаться сюда, — сказал Джейсон. — Это напоминает мне о том, что может случиться, если я потеряю контроль.

— Ты не терял контроль. На тебя напали.

— Я знаю. Но то, что мы знаем, и то, что мы чувствуем, могут быть очень разными вещами.

— Да, — согласилась Даниэль. — Могут.

— Не помогает и то, что у нас есть это последнее неприятное дело на выходе из региона. Мы здесь уже больше месяца, а идея была остаться на неделю. Я думаю, мы отложим осмотр достопримечательностей и возьмем курс прямо на Эстеркост. Соберем как можно больше землян и, может быть, просто портанемся прямо в Римарос. У меня будет вечность на осмотр достопримечательностей позже.

— Думаю, группа будет открыта для этого. Ты единственный, кто никогда не видел Эстеркост. Почему Римарос для моста на Землю, однако?

— Мы идем не ради самого Римароса. Я не знаю, какие побочные эффекты могут возникнуть от завершения этого межпространственного моста. Мне посоветовали закрепить его где-то в отдаленном месте, и люди, которые были засосаны с другого конца, продемонстрировали ценность этого совета. В Королевстве Штормов есть необитаемый остров. Строитель установил там инфраструктуру астральной магии, чтобы гарантировать, что я прибуду в это место. Он уже настроен на связь между мирами и достаточно надежен, чтобы удовлетворить наши потребности.

— Почему Строитель хотел, чтобы ты приземлился в Римаросе?

— Главный сосуд Строителя перегнул палку. Строитель был вынужден ограничить тех, кого он пошлет убить меня. Он заключил еще одну сделку с Маскировкой, которую все всё еще считали Чистотой, чтобы попытаться обойти первое соглашение. Мать Софи была одной из промытых мозгов приспешников фальшивой Чистоты, и идея заключалась в том, чтобы использовать ее, чтобы использовать Софи, чтобы заманить меня в ловушку и убить.

— Это звучит настолько запутанно, что я не могу поверить, что кто-то думал, что это сработает.

— Я знаю, правда? Думаю, Строитель в то время переходил на новые главные сосуды. У него не было своего обычного парня, чтобы делать за него мышление смертного уровня. Справедливости ради, это почти сработало. Только потому, что принцесса Лиара поняла, что Строитель охотится за мной, и использовала меня как приманку, однако.

— Она использовала тебя как приманку?

— Она выручила меня, в конце концов. Я действительно немного заставил ее, но я почти уверен, что она сделала бы это в любом случае. В конце концов. Но интерес Мелоди ко мне был периферийным. Как только бог позволил дочери Мелоди значить для нее что-то через промывку мозгов, она стала одержима тем, чтобы вернуть Софи. Карлос и Арабель думают, что это когнитивный ключ, который они могут использовать, чтобы сгладить ментальное напряжение от очистки ее состояния.

— Когда ты собираешься это сделать?

— Когда Карлос и Мелоди будут готовы. Вероятно, в ближайшие несколько дней. Но суть в том, что Строитель установил серьезную инфраструктуру пространственной магии на острове. Фарра и Клайв думают, что мы можем использовать ее как фундамент, чтобы закрепить пространственный мост.

— Они хотят использовать то, что оставил Строитель?

— Они думают, что это безопасно. А кого бы ты пригласила для второго мнения?

— Это правда. Нам стоит проведать контингент Общества искателей приключений здесь.

— Хорошая идея. Нет смысла позволять им прерывать нас, если мы можем этого избежать.

Скиммер повернул к группе зданий из камня на берегу.

* * * Джейсон избегал называть город в своем астральном королевстве в честь Боко. Учитывая его природу оазиса, он решил назвать его Новая Вода. В административном центре города герцог Боко проводил управленческое совещание.

— В течение следующей недели я буду финализировать департаменты и назначать роли суб-менеджмента для…

Он замолчал, когда в комнате открылся портал и вышел Джейсон.

— Лорд Асано, — сказал герцог в приветствии.

— Всё еще не лорд, герцог Боко, — ответил Джейсон, его тон был резким. — Пойдем со мной.

Джейсон вернулся через портал, не проверяя, последует ли за ним герцог. Герцог не колебался, даже не остановившись, чтобы дать указания своим подчиненным.

— Как думаешь, я должна следовать? — спросила его помощница, затем портал закрылся.

— Полагаю, нет, — сказала она.

* * * Из различных фракций, участвовавших в изучении последствий и подготовке к следующему шагу, чиновники правительства Боко были самым большим контингентом. Это были в основном старшие руководители старого правительства Боко, вместе с административным персоналом и командой экспертов из различных департаментов. Их мандат заключался в оценке жизнеспособности реконструкции и начале предварительного планирования. Когда герцог появился из портала посреди их лагеря, они обступили его, засыпая вопросами.

— Пожалуйста, — сказал он, подняв руки для успокоения. — Я знаю, что есть много того, в чем вы хотите моего участия, и я знаю, что у вас не было доступа ко мне, пока я был в Новой Воде. Этот город должен быть приоритетом сейчас, и мой фокус должен быть на руководстве нашими людьми, пока они обустраиваются в новом доме. Всё, что вы чувствуете, что я должен решить, просто используйте свое лучшее суждение. А теперь, если позволите, у нас с лордом Асано есть важные дела для обсуждения. Возможно, прогулка вдоль берега, пока садится солнце, лорд Асано.

Герцог немедленно начал уходить в сторону береговой линии, оставляя позади массив растерянных и разочарованных людей. Джейсон наблюдал за этим представлением с нахмуренным взглядом, затем переместился к лидеру правительственного контингента.

— Некоторые люди придут, чтобы организовать вещи, — тихо пообещал Джейсон. — А пока пусть ваши люди отдохнут. Пусть они пойдут увидятся со своими семьями.

Из пола поднялась широкая портальная арка.

— Это приведет вас на общественную площадь в главном жилом районе. Я оставлю его открытым на данный момент, чтобы ваши люди могли приходить и уходить.

— Спасибо, лорд Асано.

— Я не лорд. Вы можете называть меня мистер Асано или, что еще лучше, Джейсон.

— Спасибо, мистер Асано.

Джейсон кивнул и последовал за герцогом, который медленно прогуливался по тропинке у берега. Остатки ритуальной магии и формирования камня отмечали насыпь, вместе с выносливой пустынной травой-копьем, которую посадили, чтобы стабилизировать склон. Был поздний час, и солнце опустилось близко к океану, скоро готовое скрыться из виду.

— Что я могу для вас сделать, лорд Асано? — спросил герцог, когда Джейсон догнал его блуждающий темп и сравнялся с ним.

Герцог был искателем серебряного ранга, благодаря монструозным ядрам, что было нормой для политических лидеров. Он был темнокожим человеком, типичным для населения Боко, с длинными волосами, связанными в толстые пряди богато украшенными золотыми зажимами. Его телосложение было худощавым, как у пользователя сущностей, но в том, как он держался, была мягкость. У него не было острой энергии искателя приключений, всегда высматривающего угрозы.

— Герцог Боко, я говорил вам, что вы можете попросить меня соединить вас с вашими людьми здесь в любое время. Вы, до сих пор, пользовались этим только дважды. Последний раз был почти две недели назад.

— Дела в Новой Воде требуют моего внимания. Подавляющее большинство моих людей там. Я не только должен планировать их благополучие, но я должен смотреть вперед как первый лидер города в совершенно новом мире. Ваше астральное королевство…

— Герцог Боко, — перебил его Джейсон.

— Лорд Асано, вы можете называть меня Калар.

— Я называю вас герцог Боко, потому что это и кто, и что вы есть.

— Вообще-то, я думал, что люди должны начать называть меня…

— Вы не герцог Новой Воды. Вы герцог Боко, и это…

Он указал на воду.

— …это Боко. Это то, чем вы правите. Полный объем того, чем вы правите. Ваше внимание, герцог, должно быть здесь. Это трагедия, но также и возможность. Построить город из ничего. Спланировать то, что раньше росло в запутанности веками. Использовать гавань, которой у вас никогда не было раньше. Залечить раны того, что случилось здесь, как в сердцах людей, так и во всей региональной экономике.

Джейсон остановился, повернувшись, чтобы посмотреть на воду.

— Это время критическое, герцог Боко. Я знаю, что это тяжело, без сомнения, тяжелее, чем я могу понять, не будучи на вашем месте. Но вам нужно помнить, откуда вы, вместо того чтобы пытаться создать что-то новое. Вам нужно заботиться о своих людях, а не о своем желании быть первым правителем в новом мире.

— Мой лорд Асано, я…

— Я знаю всё, что происходит в моем астральном королевстве, герцог. Каждое слово, которое вы говорите. Каждую амбицию, которую вы шепчете своей домашней певчей птичке. Экраны приватности не скрывают вас от меня.

— Лорд Асано, Новая Вода — это город, населенный только моими людьми. Они доверяют мне. Уважают меня. Вам нужна твердая рука в эти времена турбулентности.

— В этом мы согласны.

— Согласны? — спросил герцог, ожидая подвоха.

Джейсон указал на воду, где три темных скиммера приближались к берегу со стороны храмовых островов. Было трудно заметить их под темнеющим небом. Они переместились на сушу и обосновались в траве.

Люди, высаживающиеся, все были одеты в облачение духовенства. Первая группа была в мантиях малинового цвета с золотой отделкой. Их символом была рука, сжимающая планету, символ Владычества. Следующая группа была в простых мантиях из неокрашенного льна, за ними следовала группа, одетая в приглушенно-синий.

— Спасибо всем, что пришли, — сказал Джейсон. — Если вы пойдете по тропинке назад, то найдете портал среди тех зданий из камня.

Он повернулся обратно к герцогу, который смотрел в замешательстве.

— Я попросил некоторых богов помочь мне оценить и управлять ситуацией в Новой Воде, — объяснил Джейсон. — Владычество поможет мне построить основу для лидерства. Я дал им общие параметры для основы управления. Помимо этого, они будут консультироваться с новыми жителями о том, как лучше вести народ и управлять городом. Окончательное решение за мной, конечно, но я думаю, что люди, которые там живут, должны иметь право голоса в том, как им управлять.

— Но…

— Жрецы Очага и Прибежища будут организовывать людей. Кто хочет поселиться навсегда, кто хочет найти новый дом, а кто хочет ждать реконструкции Боко.

— Я знаю архиепископов всех этих церквей. Я могу…

— Я не просил архиепископов, герцог. Я просил их богов. Я также попросил Владычество взглянуть на то, как вы управляете делами вашего павшего города. Поскольку ваш город-государство теперь под водой, есть вопрос, продолжите ли вы пользоваться его поддержкой. Моя рекомендация — вернуться к своим людям и очень усердно работать, чтобы продемонстрировать свою ценность в руководстве ими.

Герцог Боко уставился на Джейсона.

— Почему вы делаете это со мной? Вы не можете делать это со мной!

— Герцог, вы и ваши люди прошли через многое, поэтому я делаю всё возможное, чтобы быть мягким. Но я повторяю, что знаю всё, что вы делали, находясь в моем королевстве, и вы натолкнулись на пределы моей мягкости. Вы никогда больше не войдете в Новую Воду.

— Благородные дома не потерпят этого.

— Благородные дома Боко вольны уйти. В Новой Воде нет аристократии, что является одним из моих параметров для жрецов Владычества, с которыми им работать. Любой, кто останется, не будет иметь признанного благородного титула.

— Они не потерпят этих условий.

— У меня нет ни времени, ни интереса слушать, как вы проходите стадию отрицания, герцог Боко. Я собираюсь забрать своего друга из лагеря Общества искателей приключений и уйти. Полагаю, мы еще встретимся, чтобы обсудить вопросы, касающиеся населения. Надеюсь, вы дадите вопросам некоторое ясноглазое рассмотрение до этого времени.

Джейсон направился к ближайшему скиммеру, в то время как два других растворились в облаках тьмы, которые исчезли в его тени. Скиммер взлетел, когда солнце село над спокойной водой, которая когда-то была городом Боко.

ВСЁ СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ КАЖЕТСЯ

ВСЁ СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ КАЖЕТСЯ

Авиация была одним из самых ранних примеров интеграции магии и технологий на Земле. Задолго до того, как магия стала публичной, Сеть использовала частные самолеты с нерекламируемыми дополнительными опциями. После двадцати лет дальнейшего развития и отсутствия необходимости в секретности, частные авиаперелеты включали в себя одни из самых передовых магических технологий.

Самолет Аннабет Тилден тряхнуло, словно от турбулентности, но причина была куда опаснее. Она участвовала в достаточном количестве боевых тренировок, чтобы не быть бесполезной в критической ситуации, но она не была бойцом. Она была особенно не готова к задаче отбиваться от монстров, атакующих ее самолет во время полета.

Она не могла толком разглядеть нападавших через окно своего пассажирского кресла из-за скорости и темноты. Она заметила силуэты во вспышках синего света, когда монстры ударяли по щитам самолета. Они выглядели как круглые тела с четырьмя крыльями, торчащими вопреки аэродинамике. Бронеплиты опустились на окна, полностью отрезав ей обзор.

— Всё будет хорошо, миссис Тилден, — сказал мужчина, сидевший напротив нее. Моррис Мэннинг был худощавым мужчиной, невысоким и стройным. Он не выглядел внушительно, но был одновременно ее телохранителем и приставленным к ней лицом. Он был оперативником из Департамента сверхъестественных дел США, во что в конечном итоге превратилась Сеть США. Одолженный Организации Объединенных Наций для этой поездки, он был вероятным кандидатом на достижение золотого ранга без ядер.

— Защита самолета справится с этим? — спросила Анна. Она взглянула на свою жену, спящую в кресле рядом с ней. Сьюзан могла проспать бомбардировку.

— Она выдержит атаку довольно долго, но оружие не сможет их убить. Если их будет недостаточно, чтобы отогнать существ, мистер Кловис с этим разберется.

В самолете было шестнадцать пассажирских мест, все заняты. Шесть были делегатами, отправленными на встречу с кланом Асано, включая Анну. Сьюзан и отряд безопасности из девяти человек занимали остальные места. Моррис был лидером контингента безопасности, что означало, что он занимался администрированием и организацией. Самым могущественным членом группы был искатель золотого ранга Патрик Кловис. Его редкие слова звучали с густым бостонским акцентом.

— Не собираюсь выходить наружу ради каких-то выскочек-небесных цыплят, — сказал Кловис. — Делай это сам, Мэннинг.

— К сожалению, мистер Кловис, мой набор способностей плохо подходит для высокоскоростного полета. Мисс Кеннер, не будете ли вы так любезны?

Еще один член команды безопасности поднялся и направился в заднюю часть самолета. В заднем отсеке был люк, который позволял людям выйти в середине полета, не беспокоя остальную часть самолета.

— Путешествовать по Европе опасно, — объяснил Моррис Анне. — Но дело не в вампирах, а в монстрах. Вампиры не зачищают их, если только они не угрожают их ферме крови или другим интересам.

— О, я понятия не имела, — сказала она легко.

Неловкая улыбка пересекла его лицо, когда он посмотрел на бывшего директора филиала Сети и нынешнего заместителя Генерального секретаря Управления ООН по делам сверхъестественного.

— Прошу прощения, миссис Тилден.

— Всё в порядке, мистер Мэннинг. Монстры были ожидаемы при приближении к территориям Асано. Уровень магии там выше, что делает монстров соразмерно более могущественными.

— Мы избегаем называть их территориями Асано или чем-то подобным, — сказал другой делегат. — Это подразумевает, что эти земли принадлежат им, а не нациям Франции и Словакии.

Маэль Баффье представлял французское правительство в изгнании. Анна не стала указывать на то, что Франция, как и большинство стран Европы, функционально не существовала уже более десяти лет. Переговоры о том, кто присоединится к Анне в ее визите к клану Асано, длились неделями. Зная Джейсона и его бабушку, матриарха клана, у нее было предчувствие, как они отреагируют на самоприглашенных гостей.

ООН и другие фракционные и правительственные интересы не очень-то советовались с Анной, несмотря на то, что она была формальным лидером делегации. Она открыто говорила о том, что Асано хочет завербовать ее, что подорвало доверие к ней, так как она не отказалась заранее. Однако на бумаге она оставалась главной; без нее не было бы возможности получить глаза и уши на месте внутри клана Асано. Сами делегаты были политиками, и она была уверена, что большинство из команды безопасности были бывшими или нынешними оперативниками разведки.

Периодическая тряска самолета прекратилась, и бронированные панели на окнах убрались. Через мгновение Кеннер вернулась, грязная и промокшая.

— Это, — сказала она, — было неприятно.

Она достала сумку со сменной одеждой из-под своего кресла и направилась обратно в задний отсек.

* * * Капитан объявил некоторое время назад, что они приближаются к территории Асано, вызвав хмурый взгляд у французского делегата. Анна оторвалась от планшета, когда Моррис наклонил голову, слушая что-то в наушнике. Он посмотрел на нее и попросил последовать за ним в кабину пилотов.

Сьюзан зашевелилась, когда Анна прошла мимо нее.

— Мы уже прилетели? — спросила она сонно.

— Почти, любовь моя.

— Я пропустила еду?

— В подлокотнике есть протеиновый батончик.

— Бу, — съязвила Сьюзан.

Моррис наблюдал за обменом репликами с интересом, прежде чем повести Анну в переднюю часть самолета. Пилот остановил движение самолета, наклонив двигатели для режима вертикального взлета и посадки. Они зависли рядом, но не прямо над тем, что когда-то было городом Сент-Этьен. После того как Джейсон изначально заявил права на территорию, он воспроизвел город, ранее опустошенный вампирами, а затем полностью стертый зоной трансформации. Только области за пределами домена показывали разрушенные остатки вампирской оккупации.

Теперь руины вокруг домена клана были расчищены, оставив только город внутри домена силы Джейсона. Архитектурный стиль остался прежним, но были заметны явные изменения с тех пор, как Анна жила там в качестве связной. Самым значительным было массовое расширение зеленых зон и водных путей. Ручьи протекали через парковые зоны, а в целой части города вместо улиц были каналы. Чего у него не было, так это аэропорта.

— Мэм, — сказал капитан. — Наши первоначальные инструкции были приземлиться на месте бывшего военного объекта, но его, похоже, больше не существует.

— Он был там, — сказал Моррис. — У нас были спутниковые снимки со вчерашнего дня, где он был там. Вы лучше всех знаете клан Асано, миссис Тилден. Есть предложения?

— Мы ждем, — сказала Анна. — Я полагаю, это как-то связано со склонностью Джейсона Асано к драматизму.

Словно ожидая ее подсказки, область на краю города внезапно окуталась туманом. Как только он рассеялся, появилось пространство, похожее на негабаритную вертолетную площадку с нарисованным на ней символом самолета.

— Полагаю, у вас есть зона посадки, капитан, — сказал Моррис.

* * * Двое людей ждали, когда делегация высадится. Одной была Кетеван Арзиани, помощница матриарха клана Асано. Когда-то она была заместителем самой Анны, еще в Австралии во времена ее работы в Сети. Они оставались друзьями, лишь потеряв связь, когда клан Асано исчез. Сьюзан помахала ей, заслужив быстро подавленную улыбку, но никакой другой реакции. Рядом с Кетеван стоял Руфус Ремор.

— Интересно, — пробормотал Моррис. — Ни одного члена семьи Асано.

Анна понимала, что в дипломатии каждый выбор посылает сообщение, намеренное или нет.

— Они хотят показать нам, что клан — это больше, чем просто семейная группа Асано, — пробормотала она в ответ.

— Показать нам или показать тебе? — спросил Моррис. — Это ведь твоя подруга там, не так ли?

Она бросила на Морриса косой взгляд. Мужчина явно проделал свою подготовительную работу.

Когда Руфус и Кетеван приблизились, команда безопасности заняла сдержанные оборонительные позиции, осторожные, но не провокационные. Исключением был Патрик Кловис, искатель золотого ранга, шагающий вперед, чтобы встать между делегацией и представителями клана. Анна и Моррис издали одновременные вздохи.

— Кловис, ты здесь не для того, чтобы защищать нас от клана Асано, — сказал Моррис. — Здесь это было бы бессмысленно. Если они захотят что-то сделать с нами, даже ты не сможешь их остановить.

— Из-за этого парня? — спросил Кловис, кивнув на Руфуса.

— Да. Кловис, ты здесь, чтобы защищать нас от вампиров и монстров, если что-то пойдет не так. Не будь тем, что пойдет не так.

Кловис долго смотрел на Руфуса, затем обратно на Морриса. Он зарычал, как животное, но поплелся обратно в конец группы.

— Он действительно лучший, кого ты мог достать? — сказала Анна.

— К сожалению, да, — сказал Моррис. — Каждый стейкхолдер настаивал на отправке искателя золотого ранга, но отказывался добровольно предоставить своего. Мне пришлось просидеть недели бесполезных предложений персонала, прежде чем они дали мне этого парня.

Кетеван и Руфус приблизились, теперь, когда Кловис убрался с дороги. Кетеван улыбнулась Анне и Сьюзан, но ее внимание было сосредоточено на Моррисе.

— Меня зовут Кетеван Арзиани, начальник штаба матриарха клана. Это Руфус Ремор.

— Моррис Мэннинг, начальник группы безопасности.

— Патриарх хотел бы начать всё с социального, — сказала Кетеван. — Анна, Сьюзан, пожалуйста, пойдемте со мной, пока мистер Ремор позаботится об остальной части вашей группы. Как только багаж будет выгружен из самолета, он будет доставлен в ваши помещения.

— Вы сказали «патриарх», — отметил Моррис. — Асано вернулся?

— Нет, — сказал Руфус. — Он всё еще в другом мире.

— Всё будет объяснено к нашему удовлетворению, уверяю вас, — продолжила Кетеван, вызвав улыбку, дернувшуюся на рту Морриса. — Пожалуйста, позаботьтесь о багаже. Персонал заберет его.

— Персонал? — спросил Мэннинг.

Дюжина фигур в плащах проявилась из ниоткуда, плащи были пусты, за исключением светящегося туманного глаза в каждом капюшоне размером с лицо. Подняв бровь, Мэннинг занялся задачей выгрузки багажа и удержания делегатов на месте. Анна была немного удивлена, что Баффье не спорил, когда Руфус уводил его и остальных. Она беспокоилась о французском дипломате, но он, к счастью, знал, когда выплеснуть свое разочарование, а когда делать свою работу. Оставшись одна, Кетеван быстро обняла Анну и Сьюзан.

— Сьюзан, я так рада, что ты решила приехать.

— Было нелегко убедить эту, — сказала она, ткнув большим пальцем в сторону Анны. — Она думала, что это слишком опасно для меня.

— Как ты ее уговорила?

— Указав на то, что если она приедет и будет работать на вас, то мое оставление позади будет еще опаснее.

Кетеван кивнула.

— Мне жаль, что предложение Джейсона поставило тебя в трудное положение. Было бы здорово иметь тебя здесь, однако.

— Всё сложнее, чем кажется, Кети, — сказала Анна. — Дело не только в том, чтобы принять работу или нет.

— Я знаю. И он тоже, но мы можем вернуться к этому позже. Как насчет того, чтобы позавтракать и поболтать?

Поток облака поднялся с асфальта и превратился в машину с открытым верхом.

— Так это работает здесь? — спросила Анна. — Всё, что нужно, просто магически появляется? Всё было не так удобно во время моего короткого пребывания здесь в качестве связной.

— Обычно это не так, хотя больше, чем тогда, — сказала Кетеван. — Для некоторых вещей — да. Если хочешь снести стену в своем доме или что-то в этом роде, можешь просто попросить.

— Попросить кого?

— Стену, полагаю. Джейсон сейчас более могущественен, и его влияние здесь сильнее. Я не хочу говорить о делах, пока что, но должна предупредить тебя, что ты не сможешь избежать его внимания здесь. Он не наблюдает активно, насколько я понимаю, но если он хочет знать, что ты делаешь или что-то, что ты сделала, он узнает.

— Это немного навязчиво, — сказала Сьюзан, оглядываясь, как будто могла заметить дронов, шпионящих за ними.

— Больше, чем немного, — сказала Анна.

— К этому привыкаешь, — сказала Кетеван. — Это странно, особенно поначалу. Помогает то, что Джейсон был скорее историей, чем реальным присутствием, на протяжении многих лет. Но теперь, когда он более активен, это тоже хорошо. Старые люди падали с лестниц, которые превращались в облачную подушку, и они оставались невредимыми. Дети застревали в местах, которые просто открывались, чтобы выпустить их.

Она села на водительское сиденье машины, Анна и Сьюзан сели сзади.

— О, это удобно, — сказала Сьюзан. — Я знаю, мы были здесь недолго, но я скучала по облачной мебели.

— Не привыкай к этому, — сказала ей Анна.

— Или привыкай, — поддразнила Кетеван. — Я бы не расстроилась, если бы вы вернулись сюда навсегда.

ДОЛГИЕ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ

ДОЛГИЕ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ

Кетеван везла Анну и Сьюзан через город. Когда Анна жила здесь, домен был только что установлен. Вампиры штурмовали Европу, и никто не знал, насколько надежной будет защита силы Джейсона, особенно в отсутствие самого человека. Люди, измененные зонами трансформации, были всё еще новы в своих состояниях и стекались на территорию клана в качестве беженцев.

Годы спустя они явно интегрировались. Когда машина проезжала мимо уличного кафе, больше глаз было устремлено на незнакомцев в машине, чем на мужчину с зелеными чешуйками и кремом на носу от ледяного шоколада. Сьюзан указала на красивого крылатого мужчину, летящего над крышами.

— Это как бар в Звездных войнах, но по-французски, — заметила Сьюзан. — Мне нравится. Интересно, какая здесь арт-сцена.

— Маленькая, но есть несколько уникальных аспектов, которые ты можешь найти захватывающими, — сказала ей Кетеван.

— Всё выглядит так нормально, — заметила Анна. — Не так давно вы все прятались в астральном пространстве, пока вампиры правили здесь.

— Многие люди всё еще там, — сказала ей Кетеван. — Здесь, снаружи, это ближе к тому, как остальная Земля. Астральное пространство более явно магическое, и многие в клане выросли там. Это мир, который они знают.

— Но очистка и восстановление после вампирской оккупации, кажется, прошли быстро, — сказала Анна.

— Найджел объяснит это. Он говорил о том, что задолжал тебе отчет уже долгое время. Он просто не мог сделать это, пока ты была в США. Его бы схватили в аэропорту, и даже если бы он пробрался, за тобой всегда наблюдали. Достаточно сказать, к тому времени, как мы вышли, на территории клана не было никаких признаков вампиров. С тех пор мы расширяемся, зачищая фермы крови и изгоняя вампиров.

— Ты имеешь в виду убивая их, — сказала Сьюзан.

— Да, — согласилась Кетеван. — Я имею в виду убивая их.

— Мы уверены, что они не подлежат искуплению? — спросила Сьюзан. — Крейг Вермилион всегда был таким милым.

— И до сих пор такой, — сказала Кетеван. — Я обедала с ним на прошлой неделе. У нас большое население вампиров на территории Словакии. Сила Джейсона защищает их от эффектов, которые делают других плохими. Но те, что снаружи… слабые теперь дикие. Чуть больше, чем животные с ненасытной жаждой крови. Более могущественные — хуже. Они сохранили свой разум, но потеряли всё, что приближалось к совести. Они знают, что делают с людьми на этих фермах крови, и им просто всё равно.

— Если бы их число было меньше, возможно, что-то можно было бы сделать, — сказала Анна. — Вампиров и жертв больше, чем когда-либо предавалось огласке. Официальные цифры даже близко не точны. Эвакуация Европы — крупнейшее событие массовой миграции, которое когда-либо видел мир. Так много было потеряно по пути, превращено в вурдалаков, рабов крови или новых вампиров. Большинство, однако, оказались на фермах. Источник пищи. Неопубликованные оценки потерь ставят цифры близко к тем, что были во Второй мировой войне.

— Но многие из этих людей были спасены, верно? — спросила Сьюзан. — С ферм крови?

— Да, — сказала Кетеван, — но многие другие остаются, всё еще питая популяцию вампиров. Теперь, когда глобальные военные силы не действуют в Европе, мы держим людей, которых спасаем, в астральном пространстве здесь, во Франции. Мы не поместили их с вампирами, по очевидным причинам. У нас есть медицинские специалисты, помогающие, как могут, но физическая и ментальная травма, которую они перенесли, неописуема. Я даже не знаю, как кто-то может вернуться после такого. Как только отношения будут восстановлены с остальным миром, мы позволим им присоединиться к другим беженцам из их соответствующих стран.

Кетеван вздохнула.

— Я хотела, чтобы это был веселый разговор, — сказала она. — Хотя бы немного. Полагаю, я привыкла к тому, что клан изолирован и окружен континентом вампиров. Я вижу, как это может быть тревожно для посетителей.

— Что случилось, когда вам пришлось прятаться? — спросила Сьюзан. — Вы были в безопасности?

— Очень, — сказала Кетеван. — Я оставлю это Руфусу и Джейсону для объяснения, но короткая версия в том, что Джейсону нужно было казаться слабым.

— Чтобы обмануть вампиров? — спросила Анна.

— Вампиры его не беспокоят. Он, по-видимому, сражался с чем-то вроде богов в то время, и ему нужно было обмануть их.

— Что-то вроде богов?

— Настоящий мрачный жнец, среди прочих. Или так мне сказали. Всё это звучит крайне надуманно, но надуманное — это то, что мы делаем здесь, так что кто знает? Не мой отдел, к счастью. Как я сказала, Руфус и Джейсон объяснят.

— Это было бы впервые, — пробормотала Анна.

* * * Кетеван везла их к дому Эрики Асано и ее мужа Иана, расположенному недалеко от административной башни. Башня была возвышающимся сооружением архитектуры эпохи Возрождения, самым явным отклонением от первоначального дизайна города.

Как и было обещано, первое участие Анны и Сьюзан в клане Асано было социальным. Теперь, когда дочь Эрики и Иана съехала, они жили в скромном таунхаусе в тени башни. Фасад выходил на одну из главных магистралей города, ведущую к административному центру. За рядом таунхаусов была общая парковая зона.

Также на собрании присутствовал Найджел Торнтон, который извинялся за то, что так и не доставил отчет, за которым она его посылала. Его почтение резко контрастировало с другими искателями золотого ранга, которых она встречала по своей работе, а их было немало. Нации, которые хвастались ими, не стеснялись напоминать об этом людям.

Их хозяева устроили пикник на патио, с деревенским деревянным столом и скамейками. Они наблюдали, как семьи играют в парке, и группа детей играет в крикет. Еда была поразительно хороша, благодаря их шеф-повару-хозяйке, но Анна узнала очень мало из еды.

— Мы выращиваем ингредиенты в астральных пространствах, — объяснила Эрика. — Магия богата, и сельскохозяйственные земли разнообразны. Слишком много, чтобы быть естественно встречающимися, но идеально для производства всех видов еды.

— У вас не было проблем с обеспечением людей во время вашего изгнания, тогда? — спросила Сьюзан.

— Думаю, изгнание — это резкий термин, — сказал Иан. — С нашей точки зрения, это была безопасная гавань, пока мир снаружи боролся. Сотни миллионов беженцев, стекающихся в Азию, Африку и Америку. Из того, что мы слышали, это вызвало новую волну нехватки продовольствия после того, как всё наконец восстановилось после нашествий монстров.

— Магитех в значительной степени решил проблему поставок, — сказала Анна. — Стеки фермерства производят много еды дешево. Настоящие проблемы вокруг поставок еды — политические и экономические. Это самый большой сдвиг в том, как функционирует сельское хозяйство с момента внедрения электричества и внутреннего сгорания. Вся индустрия переворачивается с ног на голову, по крайней мере в развитых странах. Так много сельского хозяйства США было сосредоточено на кукурузе, и это рухнуло под практичностью того, как мир работает сейчас. Большая часть американского Среднего Запада пошла по пути сталелитейных городов сорок лет назад. Австралийское сельское хозяйство пострадало так же плохо, если не хуже.

— Потом еще сами беженцы, — добавила Сьюзан. — Население Соединенных Штатов выросло наполовину за год.

— Логистическая катастрофа, — сказала Анна. — И это было умеренно, по сравнению с местами с большими участками незанятой земли. Канада, Австралия и большие части Африки, Китая и России. Любое место, которое магитех мог сделать пригодным для жизни быстро.

— Население Австралии сейчас на семьдесят пять процентов состоит из европейских беженцев, — сказала Сьюзан. — Политический хаос, который последовал, всё еще продолжается. У Австралии всегда была неприятная полоса нетерпимости к мигрантам и беженцам, и это действительно выплеснулось в то время, пока вы все были спрятаны.

— Мы слышали о потрясениях, — сказал Иан. — Трудно поверить, что они приняли так много людей.

— Было много международного давления, — сказала Анна. — Много сопротивления тоже. Был двойной роспуск правительства, только во второй раз в истории. Всё еще не улеглось.

С переходом разговора к тяжелым темам, которых они ранее избегали, группа переместилась внутрь. Они обсудили смесь глобальных событий и событий внутри клана. Члены клана пропустили многое в своей изоляции, даже до полного ухода в астральные пространства. Что касается Анны, она в настоящее время была глазами мира на то, что происходило на территории Асано. Некоторые всё еще верили, что Джейсон мертв, в то время как другие видели его неизбежное возвращение как Дамоклов меч, занесенный над их головами.

Найджел наконец смог рассказать историю дня, когда вампиры, которые заявили права на территорию Асано, умерли. Он был единственным свидетелем, и его рассказ о гневе Джейсона звучал как история из Ветхого Завета.

— …кровавый дождь, превращающийся в этот красочный, сверкающий свет, уничтожающий то, что осталось от вампиров и их приспешников. Потом я остался один, последний стоящий в городе, который вонял смертью. Пока не появился Джейсон. Или его аватар, как бы это ни работало. Казалось, что он был там на самом деле.

— Они пахнут не так, — сказала Эрика. — Аватары. Джейсон пахнет цветами и скошенной травой. Тайка тоже. Что-то связанное с тем, чтобы быть космической сущностью. Его аватары ничем не пахнут, и на ощупь они как резина.

— Что Джейсон сказал тебе? — спросила Анна Найджела.

— Мы говорили о наличии силы и людях, которые хотели ее использовать. Он увидел, что я золотого ранга, и вывел проблемы, которые у меня были. Он сказал, что это очень похоже на то, через что он прошел, во время своего пребывания здесь. И мы говорили о возможности того, что моя команда и я присоединимся к клану.

— Что ты и сделал, — сказала Анна.

— Да. Клан тихо переправлял наши семьи, пока мы участвуем в спасении и рекультивации.

— Отвоевывая области вокруг территории Асано, — сказала Анна.

— Да.

— Есть некоторое беспокойство по поводу амбиций клана в отношении Европы.

Эрика фыркнула от отвращения.

— Наши амбиции — разобраться с вампирами и людьми, которых они всё еще держат на своих фермах крови. Ты только что рассказала нам о беженцах отсюда, забивающих инфраструктуру по всей планете, но люди у власти уже смотрят, чтобы поделить Европу между собой.

— Ты так говоришь, — сказала ей Анна, — но мы сидим в том, что было французской территорией, прежде чем твой брат заявил на нее права для себя.

— Это не была французская территория, — сказал Джейсон.

Все повернулись, чтобы посмотреть на него в дверях. Он держал тарелку с сэндвичем, который, казалось, был сделан из остатков их обеда. Он посмотрел на него с хмурым взглядом.

— Я забыл, что не могу пробовать вещи со своим аватаром, — сказал он грустно, поставил тарелку на столик и вошел в комнату.

— Не оставляй вещи валяться просто так, — отчитала его Эрика.

Джейсон застонал, и тарелка поплыла со стола и наружу через дверь. Он переместился, чтобы присоединиться к остальным, и облако поднялось из пола, чтобы сформировать стул под ним, когда он сел.

— Это не была французская территория, — сказал он снова. — Это была территория вампиров. И я не просил забирать ее. Я даже не знал, что это возможно до Словакии, и у меня всё равно не было выбора. Я должен был забрать их.

— Ты должен был? — спросила Анна.

— Да. Ты знаешь, что такое зона трансформации, Анна? Это струп, над открытой раной в боку вселенной. В основном, рана заживает, и мир ковыляет дальше. Но некоторые струпы — это недостаточно. Оставленная в покое, рана под ними прорвет дыру в боку вселенной. Результирующий разрыв уничтожил бы Землю, по крайней мере, и вероятно, солнечную систему. И это при условии, что она не запустила бы цепную реакцию оттуда и не начала бы разрывать всю вселенную, хотя вероятность этого мала. И это было бы остановлено, если бы это начало происходить.

— Тобой?

— Не моя область, и за пределами возможностей даже моей реальной силы. Есть сущность по имени Мировой Феникс, который прижег бы рану снаружи. Побочные эффекты этого были бы радикальными, но бессмысленными для всех нас, кто был бы мертв.

— Ты делаешь это, Джейсон, — сказала Анна. — Громкие заявления. Судьба вселенной. Но всё, что у нас есть, — это твое слово. Ты никогда не говоришь нам достаточно, чтобы мы могли проверить сами.

Джейсон кивнул. — Тогда я был более склонен убить вас всех сам. К счастью, у меня не было силы завоевать мир тогда.

— Подразумевая, что она есть у тебя сейчас?

— Да.

— Это не тот мир, который ты покинул, Джейсон.

— И я не тот человек, который покинул его.

Он вздохнул.

— Анна, мы впадаем в старые шаблоны здесь. Я впадаю в старые шаблоны, и это не будет продуктивно. Я знаю, что никогда не объяснял себя так, как люди хотели, но я надеюсь, ты понимаешь почему.

Анна неохотно кивнула.

— Я помню много разговоров, где я должна была объяснять, что люди из Сети, которые пришли за тобой в этот раз, были другой фракцией, которая стала изгоем. Я не могу винить тебя за отказ работать с нами больше. Учитывая, как всё закончилось, кажется, что это были всё просто фракции изгоев, действующие в своих собственных интересах. Полагаю, ты увидел это раньше, чем я. Ясность внешнего взгляда.

— Анна, я верю, что ты никогда не была такой. Что ты пыталась делать правильную вещь. Вот почему я хочу работать с тобой сейчас. И для начала, я отвечу на любые и все твои вопросы. О том времени, о сейчас. Я предложу тебе доказательства, какие смогу, когда они у меня будут. Но я предупрежу тебя сейчас, есть некоторые вещи, в которые будет трудно поверить, и всё, что у меня есть для тебя, — это мое слово. Я могу показать тебе больше, как только прибуду лично, но я не могу ждать этого. Мы должны начать готовиться сейчас.

— К чему? — спросила она. — Руфус Ремор сказал, что ты хочешь работать со мной, но он не сказал почему. Что ты хочешь?

Джейсон кивнул задумчиво, больше себе, чем ей.

— Мое намерение сегодня — помочь тебе понять, что я вернусь на Землю с неоспоримой силой. Безграничной, для большинства практических целей. Всё, что я захочу сделать, я смогу. Всё, что я не захочу делать, никто не сможет меня заставить. Завоевать мир, стереть нации. Устранить каждого главу государства на планете за полдня. Какую бы угрозу люди этого мира ни думали, что я представляю, я могу обещать тебе, что она намного, намного хуже.

— Хорошо, — сказала Анна. — Давай предположим, что я верю тебе. Почему я здесь, слушая, как ты говоришь мне это?

— Потому что я не хочу быть тем, что терроризирует мир. Я не хочу обрушивать правительства и заставлять нации рушиться. Что меня беспокоит, так это то, что страх того, что я сделаю это, заставит силы этого мира форсировать мою руку. Моя первая цель — избежать того, чтобы мое возвращение на Землю уничтожило ее.

Анна посмотрела на Джейсона, глаза изучали его, пока ее разум работал.

— Ты действительно думаешь, что ты настолько важен? Если бы Руфус не вышел и не сказал всем, что ты какая-то большая угроза, они бы не подумали.

— Нет, — вмешался Найджел. — Они бы попытались использовать его, как и раньше. Анна, я не думаю, что я должным образом передал то, что видел в тот день. Это была не сила человека. Это была сила бога.

Анна посмотрела на Найджела, затем обратно на Джейсона.

— Ты думаешь, что ты бог, Джейсон?

— Это сложно. Думаю, нам лучше перейти к этим вопросам; это будут долгие несколько дней.

ТО, ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ МАШИНУ РАБОТАТЬ

ТО, ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ МАШИНУ РАБОТАТЬ

Анна и Сьюзан сидели на парковой скамейке. Был ранний вечер, и родители из соседних домов звали детей на ужин. На ближайшем столе для пикника, накрытом пледом, лежала россыпь механических и магических инструментов. Леонид возился с предметом, похожим на кубик Рубика, но вместо цветных граней на нем были руны. Анна видела достаточно леонидов, чтобы определить, что этот — подросток, но работал он с уверенностью профессионала.

К его столу подошла женщина-человек. На вид ей было чуть больше двадцати, но так можно было сказать о большинстве населения. Поразительное количество членов клана Асано были пользователями эссенции, что намекало на колоссальный доступ к ресурсам. Анна еще раз взглянула на девушку и ее отточенные рангом черты лица. Прошло много лет, но она выглядела как…

— Эми, — сказал леонид, когда она подошла. — Я же говорил, что тебе следовало дать мне посмотреть на это давным-давно. Твоя проблема не в магии, а в механике. Переходы недостаточно плавные, поэтому, когда ты меняешь конфигурацию, это вызывает износ… ты вообще слушаешь?

Эми почувствовала, что Анна наблюдает за ней, и обернулась. Она на мгновение прищурилась, словно пытаясь вспомнить что-то из прошлого. Кивнула Анне и снова повернулась к леониду.

— Прости, Гэри, ты говорил, что переходы вызывают износ?

— Ага. А это кто?

Эми снова бросила взгляд в сторону Анны.

— Кто-то, с кем работал мой дядя.

— Я думал, все чужаки застряли на грибной ферме.

— Не все. Постой, какая грибная ферма? Они в гостевых общежитиях, которые построил дядя Джейсон. Это практически дворец, а не ферма.

— Да, но это все равно место, где их держат в неведении и кормят всякой чушью…

— Просто собирайся, и мы пойдем, Гэри. Твоя мама просила меня привести тебя домой к ужину.

— Ты и Винсент будете с нами ужинать?

— Да.

Гэри убрал инструменты и плед в большой рюкзак, и они удалились.

— Это племянница Джейсона? — спросила Сьюзан.

— Да, — ответила Анна, глядя вслед уходящей паре. — Если изоляция клана Асано закончится, к ней будет приковано много внимания.

— А как насчет тебя? Если ты решишь стать частью всего этого, ты станешь дипломатическим лицом клана перед всем миром. Это то, чего ты хочешь?

Анна устало прислонилась к плечу Сьюзан.

— Я даже не знаю, с чего начать об этом думать. Мы разбираемся во всем этом уже три дня. Три дня, и каждое новое заявление безумнее предыдущего. Когда спрашиваешь парня, считает ли он себя богом, любой ответ, кроме «нет», означает, что он, вероятно, запасает оружие и пытается убедить людей стать его женами.

Сьюзан рассмеялась.

— Как ты до сих пор не в шоке от всего этого? — спросила ее Анна. — Я всю жизнь прожила в мире магии и не знаю, как это воспринимать. Не могу представить, каково это для тебя.

— В том-то и дело, любимая: я не впервые с этим сталкиваюсь.

— Что ты имеешь в виду?

— Как ты и сказала, ты выросла с этим. Твоя семья поколениями была инсайдерами Сети. Когда ты сказала мне, что магия реальна, я подумала, что это какой-то розыгрыш. Потом я подумала, что ты сумасшедшая. Затем ты показала мне ее, и я подумала, что мир сошел с ума. Теперь ты наконец-то понимаешь, что я чувствовала тогда.

— Ладно, но масштаб… Сколько раз за последние три дня Асано говорил: «Я могу показать вам, как только буду там лично»? Если предположить, что он не лжет — а это большое допущение, учитывая его заявления, — то мы говорим о масштабах, которые затмевают нас. Что такое страна, когда у него есть собственная солнечная система? Планета, когда он переписывает правила космоса? Если он лжет обо всем этом, это проблема, но проблема, которую я хотя бы могу осознать. Если он говорит правду, то мы для него — ничто. Он действует в масштабах, по сравнению с которыми все, что мы знаем, — крошечная пылинка.

Сьюзан прижалась головой к плечу Анны.

— Мы не ничтожны, любимая. Ни ты, ни я, ни Земля. Не для него, иначе он не стал бы так утруждаться, чтобы привезти тебя сюда.

— Но разве ты не чувствуешь себя маленькой?

Сьюзан немного подумала, прежде чем ответить.

— Судя по тому, как он это объяснял, — сказала она, — все эти великие астральные существа…

— Великие астральные существа.

— …существуют для того, чтобы заставить вселенную работать. Они — механизмы, благодаря которым все функционирует, верно? Жизнь, смерть, время и так далее.

— Именно так он это объяснял.

— Хорошо, — сказала Сьюзан. — Помнишь ту поездку по Великой океанской дороге, прямо перед тем, как мы поженились?

— Конечно. Это была отличная поездка.

— Помнишь машину? Твой старый MG?

— Разумеется. Я обожала ту машину.

— Да, обожала. Ты бы сказала, что машина была значимой частью поездки?

— Безусловно. Какое отношение все это имеет к тому, что Джейсон Асано сражается с магической птицей, которая мешает вселенным раскалываться?

— Послушай меня, любимая. Считаешь ли ты, что концепция внутреннего сгорания была значимой для нашей поездки?

— Э-э, нет.

— Вот именно. Внутреннее сгорание чрезвычайно важно для бензиновой машины, а именно на такой мы и ехали, но для нас это не имело значения. В более широком масштабе это было значимо, но для нас — совершенно нет. Так что да, если ты смотришь на этих великих космических… как их там…

— Великие астральные существа.

— …тогда мы ничтожны. Но если ты смотришь на нас, то ничтожны они. Просто вещь, которая заставляет машину работать.

Анна посмотрела на свою жену, а затем притянула ее для долгого поцелуя.

— Ты удивительная, знаешь об этом?

— Да, но ты могла бы говорить это чаще.

— Ну, я бы не хотела, чтобы это вскружило тебе голову.

Анна откинулась на спинку скамейки, чувствуя себя более расслабленно, чем за всю последнюю неделю.

— Если Джейсон действительно так могуществен, как утверждает, — сказала Сьюзан, — то он из кожи вон лезет, чтобы не тыкать этим могуществом всем в лицо.

— Он заставил Руфуса Ремора лететь через всю планету, чтобы провести встречу, на которой тот объяснил, насколько могущественен Джейсон.

— Разве? Я не была там. Руфус объяснил все, что мы слышали за последние несколько дней? Или это то, что он говорит только тебе?

Анна задумчиво постучала пальцем по губам.

— Нет, — поняла она. — Руфус почти прямо сказал, что Джейсон возвращается с отрядом золоторанговых силачей. Он сделал несколько намеков — как иначе, когда Джейсон связан с Системой, — но ничего похожего на то, что мы слышим сейчас.

Она выпрямилась, нахмурившись, пытаясь просчитать планы Джейсона.

— Джейсон позиционирует себя как силу, но такую, которую существующие здесь силы могут понять. Смириться с ней. Достаточно, чтобы с ним приходилось считаться, а не эксплуатировать его. Если бы они искренне верили, что он так могущественен, как утверждает, я понятия не имею, что бы произошло. Вся планета перешла бы в режим кризиса. Были бы приняты очень плохие решения.

Она снова откинулась назад.

— Он не хочет уничтожить мир просто своим появлением. Это то, что он сказал. И если он настолько могущественен, то, вероятно, так бы и вышло.

— Тогда будем надеяться, что он такой и есть, — сказала Сьюзан.

— Ты не думаешь, что было бы лучше, если бы на Землю не спускался полубог с историей проблем с гневом и безрассудством?

— Я думаю, что то, что он привез тебя сюда и рассказал все, показывает нам его намерения, так или иначе. Если он честен насчет обладания всей этой силой, это показывает нам, что он хочет использовать ее ответственно. Искать здравых советов, действовать осторожно и избегать ошибок, когда это возможно. Но если он не так всемогущ, как утверждает, и все это уловка…

— Тогда он ведет игру, а я в самом ее центре, — закончила Анна.

— Да. Но даже если он лжет, у него все равно будет много силы. Весь этот город — то, что он создал и может изменить по прихоти. Если он придет на Землю со злыми намерениями, он может нанести неисчислимый ущерб.

— Как ты думаешь, что это? Честность или ложь?

— Он очень похож на тебя, знаешь?

— На меня?

— Я помню, как ты руководила отделением Сети в Сиднее. Не приходила домой днями. Возвращалась в ярости, когда все же приходила. Расстраивалась из-за того, что люди, которые должны были защищать мир от магии, играли в политику. Разве не это случилось с ним, когда он в последний раз был на Земле? Пытался делать правильные вещи, но его подрывали амбициозные люди?

— Полагаю, так и было. Это ты к тому, что он с нами честен?

— Это я к тому, что если он действительно похож на тебя, то есть шанс, что все сложится хорошо. А если нет, тебе в любом случае нужно быть там, чтобы смягчить ущерб от того, что бы он ни задумал. Мы обе знаем, что ты не уйдешь и не оставишь это как проблему кого-то другого.

* * * Анна и Сьюзан нашли Джейсона на кухне гостевого дома, который им выделили. Он был в фартуке с розовыми цветами. Когда они вошли, он стоял к ним спиной, управляясь с несколькими кастрюлями на плите.

— Попробуйте этот соус, — сказал он, не оборачиваясь. — В этом теле я ничего не чувствую на вкус, поэтому не могу сам контролировать уровень соли.

Анна посмотрела на него, подняв брови, но Сьюзан подошла ближе. Она попробовала соус с кончика деревянной ложки.

— О, это вкусно. Но да, нужно еще немного соли.

— Ты подслушивал наш разговор? — спросила Анна.

— Одна из самых важных вещей в силе, — сказал он, поворачиваясь к плите, — это знать, когда ее не нужно применять. Если у тебя есть молоток, легко смотреть на любую ситуацию как на гвоздь. Но иногда сила, как бы точно она ни была применена, сделает только хуже.

— У тебя это хорошо получается, — сказала Анна.

— Готовка?

— Намеки на то, что ты ответил на вопрос, на который на самом деле не ответил.

Джейсон повернул голову ровно настолько, чтобы одарить ее озорной ухмылкой.

— Думаю, нам с тобой было бы весело вместе, Анна. Я очень надеюсь, что ты примешь мое предложение о работе.

— Я склоняюсь к этому, но хочу лучше понимать, во что ввязываюсь.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — И тебе придется пойти на определенные уступки.

— Например?

— Никакого магазинного хлеба. Я знаю, мы с тобой говорили об этом давным-давно, но птичка нашептала мне, что ты не прислушалась к моему совету.

Анна бросила гневный взгляд на Сьюзан, которая довольно успешно сделала вид, что она ни при чем.

— У нас здесь вообще нет супермаркетов, — продолжил Джейсон. — Скорее, это постоянный фермерский рынок, плюс пекарни, сырные лавки и тому подобное. Это не так удобно, признаю, но помогает развивать чувство общности. Управлением кланом я по большей части оставляю своей бабушке, но на этом я настоял. Еда, правда, бесплатная. По крайней мере, основные продукты. Руфусу приходится импортировать свои желейные бобы самостоятельно.

— Я скорее говорила о подтверждении заявлений, которые ты сделал о силе, находящейся в твоем распоряжении. Если то, что ты говоришь, правда, ты должен быть легендарной фигурой в том мире.

— Фарра разбрасывается словом «мифический». Но в Паллимустусе нет такого насыщения СМИ и массовых коммуникаций, как на Земле. Могущественные люди знают, кто я, но население в целом — нет. Моя команда гораздо известнее меня. Есть несколько мест, где знают мое имя, но мне сходит с рук использование вымышленного. Нет новостных репортажей и онлайн-видео, чтобы расклеить мое лицо повсюду.

— Они знают там? Насколько велик размах твоей силы? Ты утверждаешь, что она простирается не только за пределы Земли или их планеты, но и всей вселенной. Каждой вселенной.

— Это скорее потенциально огромный размах, по крайней мере, пока моя смертная сила растет. У меня ограниченные способности к манипуляции Системой, хотя они есть. Вокруг моего аватара и здесь, в моих владениях. Но я не могу просто использовать ее как свою личную игрушку. Есть правила, которых я должен придерживаться. В конце концов, я пятнадцать лет боролся за то, чтобы их соблюдали. Включая меня самого.

— Я знаю, что не могу проверить твое бессмертие или увидеть эту твою вселенную.

— Она довольно маленькая, по меркам вселенных.

— Я бы хотела хотя бы увидеть одно из астральных пространств, где твоя сила сильнее. Чтобы почувствовать ее полный масштаб.

— Это легко устроить. В административной башне есть порталы.

— Даже при всем этом, такую силу космического уровня трудно признать.

— «Огромная космическая сила» — вот термин. Раньше у меня была такая надпись на футболке, хотя, кажется, теперь она у Эми.

— Предполагается, что Система связана с тобой, но это может быть просто какая-то космическая сила, которая наконец достигла Земли. Ты мог бы использовать свой ранний доступ к ней, чтобы заставить нас думать, что ты ее контролируешь.

Перед ней появилось окно.

* [Системный администратор] уведомление: Я максимально откровенен, Анна.

— Мило, — сказала она.

Он отвернулся от готовки, чтобы посмотреть на нее.

— Могу ли я считать, что ты хотя бы предварительно принимаешь мое предложение?

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

— Да.

— Хорошо. Шаг первый — ты ешь. Шаг второй — экскурсия по астральному пространству. Шаг третий — мы решим, что делать с сопровождающими, которых ты привезла с собой. Они становятся все более раздражительными, несмотря на то, что их условия проживания весьма роскошны.

ДАВНО НАЗРЕВШЕЕ СОБЫТИЕ

ДАВНО НАЗРЕВШЕЕ СОБЫТИЕ

— Это, — сказала Анна, — не деловая обстановка.

— О чем ты говоришь? — спросил Джейсон.

Анна указала на свою жену, которая как раз входила в кабину, переодевшись в новый купальник. У нее также было мясо на гриле на палочке и напиток с маленьким зонтиком.

— Что? — спросила Сьюзан.

— Твоя жена не считает, что нам стоит проводить эту встречу в аквапарке, — сказал ей Джейсон.

— Ну, я думаю, это отличная идея. Но ты не можешь по-настоящему насладиться этим, верно? С этим телом аватара?

— К сожалению, нет, — сказал Джейсон.

— Потому что твое настоящее тело в другой вселенной.

— Это технически тоже не мое настоящее тело, но для практических целей — да.

— Что ты там сейчас делаешь? — спросила Сьюзан. Она пересела на мягкую скамейку рядом с Анной, которая изо всех сил старалась использовать складной стол для пикника и стул как офисную мебель.

— Сейчас я работаю со своим новым барменом, пытаясь воспроизвести земные коктейли, используя алкоголь Паллимустуса. Мы только что сделали несколько «Грязных Ширли», и есть одна принцесса, которая никак не может ими напиться.

* * * Зара с грохотом опустила пустой стакан на стойку бара на крыше облачного корабля.

— Еще один, — потребовала она, слегка пошатываясь на барном стуле.

Джейсон прибыл на подъемной платформе как раз вовремя, чтобы это услышать. Взгляд, который Джамар бросил на Джейсона из-за стойки, был явной мольбой о помощи.

— Зара, у нас ограниченный запас каждого вида спиртного, — сказал ей Джейсон. — Нам нужно попробовать еще много напитков, так что, может, пусть Джамар предложит что-то другое. Мы пополним запасы, как только поймем, чего и сколько нам нужно.

Зара снова взяла стакан и с силой опустила его обратно. Стойка стала мягкой, так что стакан не разбился, но прилип. Зара сверкнула на него глазами за такое предательство, а затем развернулась на стуле, чтобы уставиться на Джейсона, чуть не свалившись при этом.

— Открой портал и принеси еще! — потребовала она.

— Зара, ты, случайно, снова не разговаривала с Королем Штормов?

— Глупый Эмилиано, — пробормотала она. — Да, я могла бы быть более дипломатичной с этим глупым принцем, но он хотел купить меня, как скот на рынке.

— Мне ли учить тебя быть более дипломатичной, — сказал Джейсон. — Не с моей историей. И этот парень сам напросился.

— Именно, — сказала Зара, тыча пальцем в сторону Джейсона. — Отец был так доволен. Говорит, я отлично справилась. Он стал гораздо спокойнее теперь, когда больше не король.

Софи прилетела на крышу с нижней палубы, не утруждая себя подъемной платформой.

— Софи! — воскликнула Зара. — Скажи мистеру Злому Тыкальщику, чтобы он пошел купить еще… чего бы я там ни пила.

Софи посмотрела на нее с забавным выражением лица.

— Ты выпила весь бар?

— Нет. Да. Может быть. Заткнись.

Софи медленно уговорила пьяную принцессу направиться к подъемной платформе и неизбежному сну. Джейсон сел, бросив на Джамара сочувственный взгляд.

— Сколько запасов золоторангового уровня она выпила?

— Достаточно, чтобы я мог работать год и не позволить себе этого. По крайней мере, до этой работы. Вы уверены, что довольны тем, что платите мне столько за услуги кухни и бара?

— Это не должна быть опасная работа, Джамар, но время от времени ты можешь оказываться рядом с опасностью. Более того, ты, вероятно, увидишь кое-что. Например, пьяную принцессу, чей брат застрял в дипломатической катастрофе после того, как она вставила немного внешней магии в самое что ни на есть внутреннее место драконьего принца. Это должно быть место, где мои друзья и я можем расслабиться, не беспокоясь о том, что мы говорим или делаем. Когда я проводил собеседование на эту должность, я сказал тебе, что самые важные качества здесь — это лояльность и осмотрительность.

— Да, сэр, мистер Асано. От меня никто не услышит ни слова о том, что здесь происходит.

— И именно это отражает твое вознаграждение, Джамар. Дело не в том, чтобы смешивать лучшие напитки или эффективно управлять обслуживанием еды, хотя ты должен это делать. Дело в том, что ты будешь находиться рядом с могущественными людьми, которые делают очень важные вещи. Не только моими людьми, но и всеми, кого мы здесь принимаем. Предательство нашего доверия может быть очень прибыльным, если выбрать подходящий момент. В знак признательности за это, я хочу убедиться, что ты не чувствуешь, что твоя осмотрительность недооценена.

— Я очень благодарен за эту возможность, сэр.

— Хорошо. Однако должен предупредить: тебе не нужно будет искать, кому продать информацию. К тебе будут подходить практически каждый раз, когда ты будешь вне корабля.

— Я бы никогда…

— Я знаю. Но не все будут просто подходить и предлагать взятку. Ты можешь обнаружить, что привлекательная молодая… леди?

Джамар кивнул.

— Ты можешь встретить привлекательную женщину, которая найдет тебя более очаровательным, чем ты привык. Или кого-то, кто пропустит предложение денег и сразу перейдет к более физическим средствам принуждения. Готовясь к таким случайностям, мы приняли меры, чтобы обеспечить твою безопасность, когда ты не на корабле. Ты их не заметишь, но ты будешь одним из самых защищенных людей в любом месте, которое посетишь. Я хочу, чтобы ты чувствовал себя в безопасности и не беспокоился о том, что люди будут охотиться на тебя из-за связи с нами.

— Честно говоря, сэр, я не особо беспокоился. До этого момента, а теперь я очень обеспокоен. Что именно вы имеете в виду под «физическими средствами принуждения»?

— О, — сказал Джейсон, вставая. — Прости. Впрочем, уверен, все будет в порядке. Мне нужно открыть портал и принести еще напитков?

— Э-э, да, сэр.

— Составь список.

* * * — Это событие давно назревало, — сказал Джейсон.

Магии вокруг Витесса было более чем достаточно, чтобы позволить облачному кораблю летать, но Джейсон оставил его на воде. Большинство его друзей были с ним в баре на крыше, только что насладившись обедом под жарким экваториальным солнцем, охлаждаемые свежим морским воздухом. Ник и Джейсон стояли у переднего поручня, Джейсон ждал своего первого взгляда на город.

Для многих его друзей это был дом. Это была не столица Эстеркоста, но многие считали его столицей приключений континента. Высокий уровень магии означал, что проявления монстров были мощными и частыми не только в самом городе и его окрестностях, но и по всему региону. Это было критической угрозой, когда Эстеркост был заполнен городками, деревнями и небольшими городами из-за идиллического климата и богатых природных ресурсов.

Как и во многих зонах с высокой магией, местное Общество искателей приключений гораздо лучше справлялось с перехватом появлений монстров, чем, например, в Гринстоуне. Вместо того чтобы оставлять записки для странствующих искателей приключений, у них было нечто вроде сети на Земле, которая обнаруживала магию на обширной территории.

Сеть на Земле была основана на тех же принципах, что и природные массивы, используя географию планеты для своей структуры. На Паллимустусе их сети обнаружения были менее продвинутыми, требуя башен, которые подвергались воздействию погоды и вмешательству монстров. Они нуждались в регулярном обслуживании и замене, но у них также были преимущества перед земной сетью. Там, где сеть давала только ту информацию, для которой была изначально разработана, аналог Паллимустуса можно было настроить и откалибровать для различных целей. Именно так облачный корабль Джейсона был обнаружен при первом приближении к Римаросу, и так же — при приближении к Витессу.

Ник указал на знаменитые цветущие башни города, верхушки которых только начали появляться в поле зрения. Джейсон посмотрел туда, куда он указывал, но его внимание было приковано к пользователю эссенции, которого он почувствовал приближающимся. То же самое произошло при его приближении к Римаросу: местный чиновник направлялся навстречу — и с проверкой — приближающимся могущественным гостям. Это был обычный процесс, затрагивающий каждую лодку, небесный корабль и караван, излучающий достаточно силы, чтобы быть потенциальной угрозой. В Римаросе именно так Джейсон впервые встретил Видала Ладива. Племянник того человека теперь был одним из растущего окружения Джейсона.

— Тень, не мог бы ты попросить Мигеля подняться? Пора нашему новому связному из Общества искателей приключений проявить себя.

* * * Первый визит Джейсона в Витесс оказался именно таким, как он надеялся. Город Цветов оправдал свое название: небоскребы были увиты цветущими лианами. Деревья выстроились вдоль каждой улицы, отягощенные цветами. Социальные программы и трудовое законодательство означали, что даже самые бедные районы города были безопасными и относительно процветающими. Это стало возможным благодаря экономике, процветающей во многих секторах, особенно в сельском хозяйстве и выращивании алхимических припасов в богатой магией почве.

Приключения также были прибыльными, с постоянным потоком серебряно- и золоторанговых монстров, которых можно было добывать с помощью эффективных протоколов мародерства. Искатели приключений из Витесса также пользовались большим спросом по всему миру, многие места платили щедрые гонорары за то, чтобы эксперты решали неразрешимые проблемы. Магическое общество также предлагало прибыльные услуги, такие как путешествия через порталы и строительство дирижаблей.

Любимым аспектом города для Джейсона было то, что он был полон чрезвычайно могущественных искателей приключений. Это означало, что если появлялся какой-то сумасшедший монстр или безумный культ, он мог расслабиться и услышать обо всем этом позже, как и все остальные. Единственным грустным подтекстом для него было то, что у большинства его спутников были друзья и связи в городе, с которыми можно было встретиться, даже у Ника. Каждое новое знакомство, каждый забавный анекдот напоминали ему о том, сколько времени он провел вдали. Годы радости и неприятностей, которые он пропустил, пока высшие существа использовали его душу как поле битвы.

Он заставил себя не зацикливаться на прошлом, которое не мог изменить, и вместо этого сосредоточился на создании новых воспоминаний. Он наконец смог увидеть Академию Ремор, доказав, что семья Руфуса действительно управляет школой. Он встретил Кеннета, сына Брайана, теперь одного из самых прославленных искателей приключений в Витессе. Хотя Джейсон был более чем счастлив услышать все о знаменитой дуэли, где тот победил молодого Руфуса, Джейсона больше интересовало, чтобы он поговорил с Ником.

Навыки Кеннета по отслеживанию монстров высоко ценились. Вместо того чтобы иметь собственную постоянную команду, Общество искателей приключений регулярно прикрепляло его к командам, нуждающимся в его специфических навыках. Способность Ника координировать команды поставила его в похожую ситуацию, но Джейсон знал, что у него есть некоторые комплексы из-за отсутствия собственной команды. Ник признался в этом, наблюдая за Джейсоном и его сплоченной командой во время их путешествий.

Джейсон надеялся, что время, проведенное с Кеннетом и обсуждение их опыта, поможет Нику смириться со своей карьерой искателя приключений. Если нет, он позаботится о том, чтобы Ник нашел отличную команду, независимо от того, чего хочет Общество искателей приключений. По крайней мере, Руфус тренировал молодежь клана Асано и имел несколько отличных серебряноранговых перспектив.

Хотя Джейсон проводил время со всеми своими друзьями, большую часть он проводил, путешествуя по городу с Ником. Джейсону нравилась анонимность, а Ник также наслаждался тем, что не был в центре внимания. На него смотрели из-за его неизбежной миловидности, но Витесс был самым космополитичным и мультикультурным местом, с которым Джейсон когда-либо сталкивался. Там были самые разные люди, от всех видов пользователей эссенции до тех, кто ими не был.

Брайтхарты были не единственными людьми с достаточным количеством врожденной магии, чтобы иметь свои уникальные способности, многие из которых были заметны визуально. Джейсон и Ник заметили множество из них, от группы девятифутовых гуманоидов с зеленой кожей и красными татуировками до эльфов с крыльями, которых легко можно было принять за низкорослых посыльных.

И это даже не считая искателей приключений с их экзотическими магическими устройствами, чудесными фамильярами и яркими способностями. За дни, проведенные в Витессе, Джейсон и Ник увидели множество странных и удивительных людей. У одной женщины волосы были из огня, и она ехала на летучей мыши, сделанной из кристалла, с видимым скелетом внутри. Другой мужчина находился в постоянном состоянии изменения формы. Его волосы постоянно менялись, меняя длину, цвет и стиль. Его кожа была бледной в один момент и красной в следующий, прежде чем превратиться в переливчатую рыбью чешую.

Также были представлены бесчисленные способы передвижения, от летающих ковров до гигантского колеса для хомяков, совершающего короткие прыжки телепортации. Фамильяры встречались так часто и были такими разнообразными, что места рядом с кампусом Общества искателей приключений казались находящимися под нашествием монстров. Джейсон со светящимися глазами и очаровательным спутником не удостоился второго взгляда.

Джейсон тщательно избегал любых запутанных отношений с различными обществами и ассоциациями, но у него было несколько встреч, на которые нужно было сходить. Одна — вступить в ту же гильдию, что и большинство его спутников, Гильдию Пылающей Фиалки. Другая — приглашение на послеобеденный чай от, пожалуй, самого известного и престижного гражданина Витесса, Роланда Ремора. Последняя — забрать свой новый гардероб из магазина Гилберта Бертинелли, который теперь работал в Витессе.

Джейсон выделил целый день только для себя, чтобы навестить Берта. Они вместе пообедали и обсудили все, через что прошли со времен Гринстоуна. В конце концов, Джейсон оставил огромную сумму денег и забрал с собой обширный гардероб.

Дом Гильдии Пылающей Фиалки был большим, но неприметным зданием прямо напротив Академии Ремор. Это было место, куда она переехала после того, как гильдию давным-давно возглавил Роланд Ремор, и хотя алмазноранговый больше не управлял ею, его присутствие ощущалось сильно.

Зданию были столетия, но магически укрепленный камень едва ли был тронут временем. Как и большинство зданий в Витессе, оно было украшено живыми растениями, хотя и более экономно, чем большинство. Было несколько балконов с кашпо, с которых свисали лианы, и плющ, карабкающийся по частям стен. Большая часть зелени находилась по бокам здания, расширяясь в то, что выглядело как сады на заднем дворе, лишь частично видимые с улицы.

Спереди было не менее четырех пар двойных дверей, все из которых были заняты посыльными и функционерами, входящими и выходящими. Было также немало искателей приключений, остальные почтительно обходили их стороной. Включая Джейсона, который модулировал свою ауру до вежливого выражения своего истинного ранга. Это был не тот случай, чтобы обманывать, и хотя золоторанговые всегда выделялись, в Витессе это было менее заметно. Одетый в один из своих новых костюмов, он вошел в огромный вестибюль дома гильдии.

Несколько сотрудников подходили к людям по мере их входа и направляли их по-разному к разным стойкам регистрации, любой из нескольких лестниц или внутренних дверных проемов, или иногда отправляли их вовсе обратно. Джейсон, будучи золотого ранга, был обслужен немедленно. К нему подошел безупречно одетый молодой бронзоворанговый, прежде чем он успел подойти к очереди.

У мужчины не было и следа Ядер в ауре, поэтому Джейсон предположил, что он искатель приключений на обучении. В отличие от Гринстоуна, более опасная среда Витесса означала, что никакие искатели приключений ниже серебряного ранга не работали без присмотра. Руфус, Гэри и Фарра бродили за границей в поисках приключений без сопровождающих, следящих за ними.

— Чем я могу вам помочь, сэр?

— Я надеялся подать заявление в вашу гильдию.

— Отличный выбор, сэр. Вы хотите перевестись из существующей гильдии?

— Нет, я никогда раньше не был в гильдии.

— Тогда это должно упростить процесс подачи заявления. Однако заранее предупрежу, что ранг не является гарантией принятия.

— Понял.

— Тогда, пожалуйста, пройдите через ту дверь вон там, и администратор внутри примет ваши данные.

— Спасибо.

БОЛЬШАЯ СОЧНАЯ ДЫРА

БОЛЬШАЯ СОЧНАЯ ДЫРА

Джейсон вошел в комнату прямо у вестибюля. Это была небольшая приемная всего с одним столом. Она была хорошо обставлена, богато, но со вкусом, с темным деревом и землистыми тонами. Еще одна дверь вела вглубь здания. Администратор сидела за столом, встречая его улыбкой.

Она была человеком и бронзоворанговым без признаков использования Ядер, что, по-видимому, было стандартом для функционеров гильдии. У нее была темная кожа, свойственная уроженцам Витесса, и длинные волосы, заплетенные в тонкие косички. Ее улыбка была искренней, что Джейсон нашел интересным, но понял, что это необходимость. Бронзоворанговых, скрывающих злобу за улыбкой обслуживания клиентов, высокоранговые, которых они встречали ежедневно, раскусили бы сразу.

— Добрый день, сэр. Вы хотите подать заявление на вступление в гильдию?

— Да.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Она постучала по кристаллу на своем столе, и облако пыли поднялось с пола и превратилось в стул рядом с Джейсоном. Раздался щелчок, когда дверь заперлась.

— Чтобы нас не беспокоили, — сказала администратор, видя, что Джейсон бросил взгляд в ту сторону. — Пожалуйста, садитесь.

Она подождала, пока он сядет, прежде чем сделать то же самое. Стул не был таким удобным, как облачная мебель, но близко к тому. Она достала из ящика бланк и карандаш.

— Можно начать с вашего имени, сэр?

— Джейсон Асано. А ваше?

— Моника.

Он отметил легкое удивление в ее ауре, которое не отразилось на лице.

— Люди обычно не спрашивают?

— Не золоторанговые, сэр.

— Вам не обязательно продолжать называть меня «сэр».

— Есть ли форма обращения, которую вы бы предпочли?

— Джейсон — нормально. Мистер Асано, если вы настаиваете.

— Хорошо, мистер Асано. Говоря о вашем ранге, это означает, что ваше заявление будет оцениваться руководителем гильдии, включая углубленное собеседование. Я задам вам несколько предварительных вопросов, чтобы помочь процессу пройти гладко. Это приемлемо для вас?

— Кто-нибудь когда-нибудь отказывается?

— Вы бы удивились, мистер Асано.

— Спрашивайте; мне нечего скрывать. Ну, это ложь. У меня есть много, очень много вещей, которые нужно скрывать, но у какого золоторангового их нет? Я просто не думаю, что они всплывут в заявлении в гильдию, если только эта гильдия не замешана в каких-то крайне необычных делах.

— Гильдия определенно замешана в некоторых крайне необычных делах, мистер Асано.

Он рассмеялся, и она улыбнулась.

— Это нормально — нервничать, мистер Асано. Подача заявления в любую гильдию такого уровня — это не мелочь для кого угодно. Члены Гильдии Пылающей Фиалки — элита среди элит.

— Вы думаете, я нервничаю? О, из-за того, что я болтаю? Нет, это просто я. Я всегда чувствую, что когда просишь кого-то связаться с тобой, справедливо дать им искреннее представление о том, во что они ввязываются.

— Такое отношение очень поможет вам, когда руководитель будет проводить с вами собеседование, мистер Асано. Их вопросы будут гораздо более дотошными, чем мои, и они будут ожидать более полных ответов. Я просто ищу некоторую базовую информацию. Основные биографические данные, ваш текущий статус искателя приключений. Вы полностью свободны отказаться от ответа на данном этапе и отложить свои ответы на потом. Могу сказать, что открытость сейчас сыграет вам на руку при собеседовании с руководителем.

— Понял.

— Давайте начнем с биографии. Ваша личность будет подтверждена позже, с помощью вашего значка Общества искателей приключений.

— Кто-нибудь на самом деле пытался вступить в гильдию под фальшивой личностью?

— Бывает. Была одна женщина, у которой на самом деле было три разных членства. Оборотень, очевидно.

— Ее выгнали?

— Нет, если поверите. Она сама раскрыла правду, а затем помогла улучшить протоколы безопасности. Это было до моего времени, правда. В итоге она преподавала в Академии Ремор, так я об этом и узнала. Я посещала ее курс «Введение в импровизационные ритуалы». Едва сдала, но мне понравилось. У нее всегда были лучшие истории. Раньше она была воровкой, если можете поверить.

— О, я могу поверить.

— Простите, я отвлеклась. Лорд Бассингтуэйт всегда критикует меня за то, что я слишком личная, но я думаю, что можно быть личной и профессиональной одновременно.

— Полностью согласен, но у меня нет «лорда» в начале имени.

— Знаю, правда? Это подводит нас к следующему вопросу, однако. Вы занимаете какой-либо королевский или дворянский титул, или должность в признанном государственном органе?

— Нет. Это помогло бы с моим заявлением?

— Совсем нет. В некоторых случаях это может быть даже препятствием. Дворянство и суверенитет часто влекут за собой осложнения, которых гильдия предпочла бы избежать.

— Я сам время от времени замечал эти осложнения.

— О, держу пари, замечали. У золоторанговых лучшие истории, но большинство из них даже не взглянет на бронзоворангового, знаете ли? Если не возражаете, мистер Асано, вы очень доступный человек.

Она сделала круговой жест в его сторону.

— У вас, не знаю, какое-то странное присутствие. Большинство золоторанговых все такие внушительные, а у вас это подавлено. Оно есть, на заднем плане, но в вас есть что-то повседневное и привлекательное. Вы делаете это со своей аурой специально?

— Мне нравится быть дружелюбным с людьми.

— Ну, я ценю это. Я бы никогда обычно не была такой открытой с людьми, которые приходят сюда…

Джейсон впервые почувствовал ложь в ее ауре.

— …но сидеть напротив вас — это как пить чай с другом.

— Я ценю, что вы это сказали, Моника. Возможно, однако, нам стоит перейти к следующему вопросу.

— О, вы правы. Я болтаю, потом какой-нибудь серебряноранговый задерживается в ожидании и думает, что он такой важный, потому что дядя друга его отца однажды убил дракона. Он закатывает истерику, и кому в итоге достается на орехи от лорда Бассингтуэйта? Мне, вот кому.

— Тогда, может, попробуем этого избежать?

— Ну, я могла бы спрятаться, но я здесь работаю. Он бы меня в конце концов нашел.

— Э-э, я скорее думал, что пройти через эти вопросы может быть лучшим подходом, чем играть в прятки с вашим боссом.

— В этом есть смысл. Будем практичными.

Она посмотрела на свой бланк.

— Так, мы дошли до… вида. Вы выглядите как человек, но не той этнической принадлежности, которую я узнаю, и я не могу прочитать это по вашей ауре. Опять же, напомню, что вы можете отказаться отвечать на любой из этих вопросов, хотя их зададут снова, позже в процессе.

— Тогда я, пожалуй, воспользуюсь своим правом отказаться. Скажу лишь, что я родился человеком, но жизнь искателя приключений нашла меня, а не наоборот. С этим связана целая история.

— О, держу пари, так и есть. Вы уверены, что не можете… нет, нам нужно пройти через это. Вы не против ответить, откуда вы родом изначально?

— Маленький городок, о котором вы не слышали, называется Касселтон-Бич. Прекрасные пляжи, как и следовало ожидать от названия. Никаких искателей приключений, очень низкий уровень магии. Но я проходил обучение в Гринстоуне.

— О, вау. Женщина-оборотень, о которой я вам рассказывала, оттуда. Та, чей курс я проходила в…

— Помню, да.

— Магия там такая низкая, но объект Геллера-Ремора, который они построили, выпустил несколько исключительных искателей приключений за последнее десятилетие. Я сама подавала заявку на программу там, когда была в Академии Ремор.

— Правда?

— О, да. Интенсивная программа, независимая охота на монстров. Получить место очень конкурентно.

— Как вступление в эту гильдию.

— Именно! Знаете, Геллеры тренируют своих лучших перспективных учеников там, в Гринстоуне.

— Так я слышал. Насчет тех вопросов…

— Вы тренировались в центре Геллера-Ремора? Я еще не слышала, чтобы кто-то из выпускников достиг золотого ранга.

— Это было как раз после моего времени. Они только начинали некоторые пилотные программы в конце моего пребывания в Гринстоуне. Я на самом деле был частью самого первого курса по контролю ауры.

— О, это должно быть было потрясающе. Вам удалось встретить кого-нибудь из знаменитых Геллеров?

— Удалось, как оказалось.

— Знаете, большинство Геллеров, работающих из Витесса, являются членами гильдии здесь.

— Мне говорили об этом, да.

— Как думаете, кто-нибудь из них помнил бы вас? — спросила она, затем подалась вперед заговорщически. — Я не совсем профессиональна, говоря вам это…

Джейсон неловко прочистил горло.

— …но если бы они помнили вас, это дало бы хороший толчок вашим шансам на принятие.

— Думаю, некоторые из них могли бы вспомнить меня, — сказал Джейсон. — Вам нужно это записать, или мы просто перейдем к следующему вопросу?

— Мы охватываем это в конце, так что можем продолжать, — сказала она и снова проверила свой бланк. — Я упоминала, что мы сделаем части о ваших связях и соратниках позже, и это сейчас. Я не вижу смысла в некоторых из этих вопросов, если честно, но нас заставляют заполнять всю форму. Как будто кто-то признается в участии в культе или торговле запрещенными эссенциями. В любом случае, вы в настоящее время или были ранее членом каких-либо магических, приключенческих или ремесленных гильдий, обществ или ассоциаций?

— Только Общество искателей приключений. Стандартное членство.

— Звездный рейтинг?

— Это… менее стандартно.

— О, не беспокойтесь об этом. Иметь одну звезду на золотом ранге — это более распространено, чем люди думают, и уж точно не является дисквалифицирующим фактором. Пылающая Фиалка эксклюзивна, но она также очень большая. Вам не обязательно быть хитрым политиком или экспертом-ритуалистом. Им нужны хорошие ломатели голов, как и всем остальным. Смотрите, пока вы можете заверить нас в своей хорошей репутации в Обществе искателей приключений, мы можем оставить детали вашего рейтинга на более позднее собеседование с руководителем. Никто не будет делать из этого проблему, пока не проведут полную проверку личности перед собеседованием.

— Это, наверное, к лучшему, спасибо. Почему они не проверяют личность до такой поздней стадии процесса?

— Это часть протоколов. Если мы ловим людей слишком рано, они еще не сделали ничего достаточно «грязного», нам приходится просто выгонять их. Однако, как только они стали по-настоящему подозрительными, мы можем вывести их за дверь и разобраться с ними сами. Они называют это протоколом «достаточно веревки».

— У меня есть связи в других группах и ассоциациях, на которые я, возможно, должен указать. Никакого членства ни в одной из них.

— Это нормально. Было бы немного странно, если бы вы достигли золотого ранга, никогда не вступив в гильдию. Если вы не против, что я спрашиваю, если вы достигли золотого ранга, никогда не вступая в гильдию, почему сейчас?

— У меня есть друзья в Гильдии Пылающей Фиалки. На самом деле, остальная часть моей команды. Я очень давно хотел приехать в Витесс, но обстоятельства всегда сговаривались, чтобы удержать меня. Теперь я наконец здесь.

— О, я чувствую большую сочную дыру, куда должна поместиться история, когда слышу такое. Вы не могли добраться сюда за все годы, что потребовались, чтобы достичь золотого ранга?

Джейсон тихо усмехнулся.

— Признаюсь, история может быть немного сочной.

— А-а, вы не собираетесь мне рассказывать, да?

— Нам действительно нужно избежать того, чтобы на вас накричал лорд Бассингтуэйт.

— Он не кричит. Он делает это «я не злюсь, я разочарован». На самом деле он довольно хороший босс, в конечном счете. Но да, мы почти закончили.

Она прочитала прямо из бланка.

— Вы когда-либо, на каком-либо этапе, сталкивались с выговором от Общества искателей приключений, Магического общества, любого государственного органа или церкви из-за вашей связи с…

Она подняла взгляд от бланка.

— Послушайте, вас когда-нибудь ловили на плохих делах с плохими людьми?

— Меня однажды понизили в должности, на железном ранге. В отделении Гринстоуна было расследование коррупции, и они всех поголовно понизили в ранге на две или три звезды в начале расследования. Потом они вернули людям ранги обратно.

— О, это не считается. Те изолированные отделения всегда становятся грязными и нуждаются в чистке каждые несколько лет. Моя подруга Дениз работает в Обществе искателей приключений и была втянута в Континентальный Совет. Ей пришлось полгода жить на этом архипелаге посреди нигде.

Она посмотрела вниз на бланк.

— Хорошо, остальное — это в основном просто список известных соратников. Это не критично, если только ваша мама не является главой конкурирующей гильдии, или в Красном столе, или что-то в этом роде. На самом деле, это шанс перечислить любых существующих членов гильдии, которых вы знаете, или можете позволить себе сказать, что более-менее знаете, как Геллеров, о которых мы говорили. Вы сказали, что ваша команда вся в гильдии, верно?

— Да.

— Ну, это почти так близко к гарантии, как вы получите, так что давайте начнем с этого. Как называется ваша команда?

Моника смотрела вниз на бланк, ее карандаш был готов записать названия. Когда Джейсон назвал ей имя своей команды, она замерла. Затем, двигаясь, как первая оттепель весной, ее голова поднялась, чтобы уставиться на него.

— Вы только что сказали…

— Вы отправили золоторангового к Монике, не проверив, кто они такие? — прогремел голос через дверь, ведущую дальше в здание. — Вы хоть представляете, кто в городе на этой неделе?

Дверь распахнулась, явив измотанного мужчину с угольно-черным лицом и белоснежной бородой. Он был одним из самых пожилых на вид золоторанговых, которых видел Джейсон, и на Земле сошел бы за человека лет шестидесяти.

— Приношу глубочайшие извинения, сэр, — сказал он, делая шаг вперед.

Джейсон встал со стула, чтобы пожать предложенную руку.

— Ничего страшного, — сказал Джейсон. — Моника была превосходна. Совершенный профессионал.

Мужчина бросил подозрительный взгляд на Монику, все еще смотрящую на Джейсона широко открытыми глазами, прежде чем снова повернуться к Джейсону.

— Меня зовут Нейман Бассингтуэйт, и я главный офицер по членству здесь, в гильдии. Могу я узнать ваше имя?

— Джейсон Асано.

Рука, державшая руку Джейсона, замерла.

— Тот самый, э-э, Джейсон Асано, который… сделал все те вещи?

— Ага.

— Что ж, для меня честь встретиться с вами, сэр. Мы гадали, заглянете ли вы, но ожидали чего-то большего, чем просто окружение.

— Я надеялся уладить дела по-тихому.

— Да, ну, боюсь, этому не суждено было случиться, не по вашей вине. Нам с вами стоит побеседовать.

ЧУВСТВО ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ЧУВСТВО ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Джейсон последовал за Нейманом Бассингтуэйтом вглубь здания гильдии. Оно напоминало старинное поместье, обставленное богатыми тканями и темным состарившимся деревом. Гобелены, скульптуры и украшения несли на себе печать веков и вполне могли бы смотреться уместно в музее.

— Прошу прощения за такой прием, мистер Асано. Не уверен, как Моника оказалась сегодня на приеме новых членов. Мне очень жаль.

— Я ожидал от нее чего-то другого.

— Моника отлично справляется со своей ролью здесь, но ее лучше использовать с умом. Гильдия Пылающей Фиалки не делает различий по происхождению наших членов, что делает наш состав довольно эклектичным. Они приезжают из разных культур со всего мира: одни родились со всеми преимуществами, другие пробивались с самых низов. Те, кто более аристократичен, ожидают от нашего персонала отстраненного профессионализма. Однако те, кто попроще, часто находят такой подход элитарным и исключающим. Моника хороша в работе с более грубоватыми авантюристами гильдии, но она не должна была проводить отбор непроверенных кандидатов. Не знаю, кто поручил ей это сегодня, но я разберусь. Подозреваю, это может быть связано с более серьезными проблемами внутри гильдии.

— Проблемами?

— Внутри гильдии давно назревают разногласия, которые сейчас достигли опасного пика. Надеюсь, никто не оказался настолько глуп, чтобы попытаться использовать вас как пешку в нашей внутренней политике. Нам сюда, мистер Асано.

Он открыл дверь своего кабинета, пропуская Джейсона.

— Могу я предложить вам чашку чая?

* * * Джейсон откинулся в удобном кожаном кресле — одном из нескольких в просторных владениях Неймана. Он прихлебывал чай с добавлением ликера. Нейман, с каждой минутой выглядевший все более растрепанным, пил уже третью чашку ликера с добавлением чая.

— Если я правильно вас понял, — сказал Джейсон, — среди руководства гильдии есть две фракции. Одна хочет избавить гильдию от того, что они считают чрезмерным влиянием семьи Ремор. Другая фракция выступает против этого — либо из лояльности, либо из страха, что без них гильдия развалится.

Нейман кивнул, делая еще один глоток.

— Да. И я боюсь, что ваше вступление может стать той искрой, от которой вспыхнет вся гильдия. Мы прекрасно осведомлены о вас и вашей истории, мистер Асано. О том, что Общество искателей приключений по сути считает вас рангом алмазного уровня, и о ваших тесных связях с семьей Ремор. Роланд Ремор и так нависает грозной тенью над теми, кто против контроля его семьи над гильдией, а ваше появление, скорее всего, станет приговором для их намерений.

— Значит, анти-Реморовская фракция воспримет мое вступление в гильдию как появление второго «алмазного» игрока на стороне противника.

— Именно. Не секрет, что ваша команда и многие другие ваши друзья уже числятся в списках гильдии, и давно ожидалось, что вы к ним присоединитесь. Ваше прибытие в Витесс, может, и прошло тихо, но не осталось незамеченным.

— Вы принадлежите к группе, выступающей против влияния Реморов на гильдию?

— Нет. И не являюсь сторонником этого влияния.

— Но вы просите меня воздержаться от вступления в гильдию, не так ли?

— Скорее, повременить, чем воздержаться полностью. Пока нынешняя напряженность не будет снята тем или иным способом. Моя цель — не дать гильдии разорвать саму себя на части.

— Вы думаете, мое вступление в гильдию заставит людей пойти на радикальные меры?

— Именно этого я и опасаюсь. С обеих сторон достаточно людей, чтобы гильдия могла расколоться, и это лишь один из возможных исходов. Невозможно предсказать, что сделает группа могущественных авантюристов, если почувствует, что их загнали в угол.

— Это уж точно, — согласился Джейсон.

Нейман оставил притворство с чаем и наполнил свою чашку прямо из бутылки с ликером. Он покачал головой, прежде чем сделать глоток.

— Самое возмутительное то, что лишь малая часть руководства гильдии вообще заинтересована в этом. Большинству наших членов плевать, кто управляет гильдией, лишь бы она работала гладко. Гильдия должна быть активом, который они используют, а не проблемой, с которой им приходится возиться. Если конфликт обострится и членов заставят выбирать сторону, они не выберут никого и уйдут искать гильдию, которая работает так, как должна.

— Вы рисуете мрачную картину.

Нейман кивнул.

— Все не так ужасно, как я описываю — по крайней мере, пока. Я далеко не единственный, кто пытается уладить это до эскалации. Мой страх в том, что именно вы можете стать триггером этой эскалации.

— Тогда почему я слышу об этом только сейчас? Почему никто не сказал мне об этом до того, как я приблизился к зданию?

— Это решение принимал не я. В конечном итоге было решено, что наш активный подход лишь подбросит дров в огонь. Лучше, чтобы вы пришли на своих условиях, в свое время. Мы просили Реморов не вмешиваться, но ожидали, что ваша команда будет сопровождать вас. Ваше тихое прибытие в одиночку застало нас врасплох, иначе я попытался бы перехватить вас раньше. По нашим сведениям, вы довольно падки на зрелища. Как и Габриэль Ремор, с которым, как я знаю, вы путешествуете.

— Отец Руфуса? Мне он никогда не казался таким уж любителем покрасоваться.

— Полагаю, это вопрос перспективы. Не все из нас взрывают города, куда бы ни отправились.

— Я не…

Джейсон осекся, подался вперед и поставил чашку на блюдце.

— Лорд Бассингтуэйт, надеюсь, вы поймете, если я не буду принимать все ваши слова за чистую монету. У меня есть только ваше слово, а мы только что познакомились.

— Конечно, мистер Асано. Естественно, вы были бы ценным приобретением для любой крупной гильдии, но сейчас время совсем не подходящее. Я бы не винил вас, если бы вы сбежали подальше и не имели со всем этим ничего общего.

— К этому я и склоняюсь, лорд Бассингтуэйт. У меня и так проблем выше крыши, чтобы еще добавлять к ним разборки в гильдии. Тень, что делают Габриэль и Арабель?

— Делают покупки, — раздался голос Тени из тени Джейсона, удивив Неймана.

— Ваш фамильяр здесь?

— Да, — сказал Джейсон.

— Его не засекли.

— Это его конек, лорд Бассингтуэйт.

— Да, но в зале гильдии приняты меры, чтобы отслеживать подобные вещи.

— Я в курсе.

На лице Неймана отразилось осознание.

— Мисс Каллахан в вашей команде, не так ли?

— Да. Тень, не мог бы ты попросить Габриэля и Арабель присоединиться к нам?

— Я уже сообщил им, мистер Асано. Они ждут вашего портала.

— Порталы не будут работать в…

Нейман замолчал, когда открылась портальная арка Джейсона.

— Не знал, что вы специалист по порталам, мистер Асано.

— Скорее, увлеченный любитель, лорд Бассингтуэйт.

Арабель и ее муж прошли через портал.

— Бассингтуэйт, — буркнул Габриэль и направился прямиком к шкафчику с ликером.

— Лорд Бассингтуэйт, — более сердечно произнесла Арабель, садясь. — Я огорчена, узнав, что внутренняя политика гильдии достигла такой опасной точки.

— Это все папа, — сказал Габриэль, смешивая напиток. — Он всегда относился к гильдии как к своему маленькому феоду. Королева была бы рада дать ему настоящий феод, если бы он просто попросил, но только не Роланд Ремор. Он слишком хорош для аристократии. Наша семья работает за то, что получает, как будто мы не являемся де-факто чертовой дворянской семьей. Наш сын вырос, играя с кронпринцессой!

— Полагаю, дело не только в твоем отце, дорогой, — сказала Арабель. — Поскольку я вошла в семью через брак, мой взгляд немного более отстраненный. Реморы, больше вовлеченные в административную работу, чем в приключения, могут упустить из виду, для чего на самом деле нужна гильдия. Что касается твоего отца, он — ранг алмазного уровня. У них есть привычка просто полагать, что все вокруг будет подчиняться их воле.

Джейсон прихлебнул чай, стараясь не встречаться взглядом с Арабель, когда она посмотрела в его сторону.

— Ситуация действительно достигла точки кипения, лорд Бассингтуэйт? — спросила она.

— Боюсь, что так, миссис Ремор.

Джейсон вздохнул. — Вопрос в том, — сказал он, — что мне делать? У меня нет интереса ввязываться, но тот факт, что я не слышал об этом до сих пор, наводит на мысль, что кто-то хотел, чтобы я ввязался.

— Эти трения назревали долгое время, — сказал Габриэль, подходя и передавая жене стакан, прежде чем сесть со своим. — Дебаты о влиянии Реморов на гильдию старше меня. Я бы предупредил тебя, если бы понял, что все зашло так далеко.

— Вы сказали, что решение не предупреждать меня было не вашим, — сказал Джейсон Нейману. — Чьим же?

— Мастера гильдии, — ответил Нейман. — Это не было единогласно поддержано теми из нас, кто пытается сохранить мир.

— И он в этом нейтрален? — спросил Джейсон.

— Знаменито нейтрален, — сказала Арабель. — Возможно, нам стоит поговорить с ним.

— Нет, — сказал Джейсон. — Я пришел сюда, потому что хотел вступить в гильдию вместе с друзьями, а не ввязываться в политику гильдии. Я попросил вас и Габриэля прийти, чтобы получить представление о том, с чем имею дело. Теперь, когда вы это сделали, я ухожу.

— Если кто-то полон решимости втянуть тебя, это может быть не так просто, — сказал Габриэль.

Джейсон поднялся на ноги.

— Когда я на Земле, я буду иметь дело с политикой, как на Земле. Пока я здесь, я буду решать дела так, как это делают здесь.

Нейман тоже встал.

— Что именно это значит?

— Это значит, что правит сила, — сказала Арабель. — Джейсон, все не так просто. Ты это знаешь.

— Все просто, если есть достаточно силы, — мрачно ответил он.

— Джейсон…

— Нет, Арабель. Я не хочу этого слышать. С меня хватит того, что люди сбивают меня с пути своими делами. Лорд Бассингтуэйт, меня не волнует политика вашей гильдии, и, если честно, мне все равно, развалится ли она вся. Я ухожу и возвращаюсь к тому, чтобы наслаждаться временем в вашем прекрасном городе. Спасибо за чай.

Он зашагал к все еще открытому порталу и исчез в нем. Арабель потерла переносицу и выпустила долгий, успокаивающий вздох.

— Мне нужно поговорить с Даниэль, — сказала она, тоже поднимаясь. Вместо того чтобы воспользоваться порталом, она вышла через дверь.

Нейман откинулся на спинку кресла и налил себе еще выпить.

— Насколько все плохо? — спросил он.

— Зависит от обстоятельств, — ответил Габриэль. — Ты знаешь, кто пытается втянуть в это Джейсона?

— Лучшая догадка? Твой отец. Его мышление достаточно долгосрочно, чтобы он мог смириться с ущербом для гильдии, если решит, что ампутирует гнилое мясо. Он также один из немногих, кто мог бы по-настоящему надавить на мастера гильдии.

* * * Джейсон сидел один в пекарне-кафе, зонтик защищал его от жаркого солнца. Перед ним стоял кувшин охлажденного молока и большой поднос с миниатюрными пирожными. Темнокожий мужчина с лысой головой занял место напротив. Джейсон стал чуть лучше понимать, почему на Руфуса возлагалось столько ожиданий, когда он так сильно походил на своего деда алмазного ранга.

— Значит, это был ты, — холодно сказал Джейсон.

— Да.

— Думаю, я отменю нашу запланированную встречу.

— Ты злишься.

— Да.

— Это потому, что ты молод.

— Это и значит быть старым? Видеть только инструменты вместо людей?

— Иногда, — признал Роланд. — Если хочешь вращаться в наших кругах, Джейсон, тебе нужно действовать с расчетом, а не с эмоциями.

— Думаю, у эмоций есть свое место. Что хорошо, потому что у меня нет интереса к вашей клике алмазного ранга. И я не позволю вам испортить мой опыт здесь, так что оставьте меня в покое со своей политикой гильдии.

— Ты не можешь просто так заявить, во что ты втянут, а во что нет. Все не так просто, как уже напомнила тебе моя невестка.

Рядом с их столиком открылся портал. Руны вокруг проема отмечали его как принадлежащий Клайву, но через него шагнул Хамфри. Он бросил на стол перед Роландом мешочек, который тот открыл, обнаружив горсть значков членства в гильдии.

— Команда Бисквит выходит из Гильдии Пылающей Фиалки, — сказал ему Хамфри. — Ты идешь, Джейсон?

— Дай мне сложить это в коробку с собой, — сказал Джейсон, затем встал и зашел внутрь.

— Он с нетерпением ждал встречи с вами, знаете ли, — сказал Хамфри. — Не с великим Роландом Ремором, а с дедушкой, который так много значит для его друга.

— Он не тот, кто может позволить себе быть сентиментальным.

— Поверьте мне, мистер Ремор: мы все должны быть очень благодарны, что он такой.

Джейсон вернулся изнутри.

— Пошли, — сказал он и последовал за Хамфри через портал. Тот закрылся за ними, и Виктор Волер, Король Зеркал, внезапно оказался сидящим за столом.

— Ты уверен насчет того, чтобы настраивать его против себя? — спросил Виктор.

— У Асано есть привычка подбирать могущественных союзников, словно фрукты на рыночном прилавке. Мне нужно было дать понять, что я не один из них. Он сейчас не хочет делить моих врагов, а я определенно не могу позволить себе его.

— Твой внук не будет счастлив.

— Нет, но я не собираюсь обременять его друзей своими битвами, когда у них хватает своих. Я уже совершил достаточно ошибок с Руфусом. Слишком много давления, слишком много ожиданий. Со временем он поймет.

— Ты же знаешь, что в конце концов они станут частью этого. Асано уже давно идет курсом на столкновение с орденом. Он использует их боевые искусства.

— Им нет дела до таких вещей. Они оставили те книги навыков разбросанными по половине планеты.

— Ты знаешь, что дело не только в этом.

— А как насчет твоего сына? Он снова в кругу Асано. Ты хочешь, чтобы он был втянут?

— Конечно, нет.

— Вот тебе и ответ.

— Но должен был ты делать это именно так? Не мог просто все им объяснить?

— У Асано есть чувство ответственности. И у мальчишки Геллера тоже; он хороший парень. Как только они узнают, они ввяжутся. А до тех пор они заслуживают передышки.

НЕПРИЯТНОСТИ ВСЕГА ЗНАЮТ, ГДЕ МЕНЯ НАЙТИ

НЕПРИЯТНОСТИ ВСЕГА ЗНАЮТ, ГДЕ МЕНЯ НАЙТИ

Кассандра Мерсер вышла из зала заказов с двумя членами своей команды, сдав выполненный контракт. Джиралла была фронтлайнером команды, возвышаясь на голову над двумя другими женщинами. Генриетта Геллер была еще одной авантюристкой из родных краев. После того как она без особого успеха сменила несколько команд, она заполнила вакансию в команде Кассандры после того, как та потеряла члена в последней волне монстров. Множество ее призывов и фамильяров сделали ее универсальным дополнением к группе.

Кассандра больше всего на свете хотела принять горячий душ, чтобы смыть грязь битвы. Болотные монстры, на которых они охотились по контракту, напоминали ей похожих существ, обычных для дельты на родине, хотя эти были серебряного ранга, а не железного или бронзового. Немного кристаллического очистителя было бы идеально, чтобы вымыть липкую грязь, которая проникала в каждую щель, но у ее обычных поставщиков все было распродано. По-видимому, торговый зал был вычищен неделю назад, пока они еще были на охоте.

Она молчала, пока двое других болтали, ее мысли были далеко. Она знала, что они прибыли в Витесс, и, может быть, именно поэтому она выбрала именно этот контракт. Обычно команда избегала миссий, которые означали тащиться по болотной грязи целыми днями, хотя за это полагался неплохой бонус. Никто другой тоже не хотел эту миссию, поэтому зал заказов добавил несколько приятных стимулов.

Она мало что слышала с момента их прибытия. Лишь несколько человек обсуждали возвращение Команды Бисквит в Витесс. Их участие в том, что какой-то город посреди нигде был стерт с лица земли. Они не искали ее, и, может быть, не собирались. Возможно, она была воспоминанием, к которому у них не было интереса возвращаться.

Она как раз решила выбросить их из головы, когда заметила его. Он прогуливался по парковой территории кампуса, словно только что сошел с ее воспоминаний. Нелепая рубашка. Оглядывается по сторонам, как турист, жуя мясной ролл, с которого капал соус на траву. Он шел к ним, как человек, не знающий забот.

Ее подруги заметили, что она остановилась, и проследили за ее взглядом.

— Кто это? — спросила Джиралла.

— Ее бывший, — сказала Генриетта.

— Тот самый Нил, о котором она вечно говорит?

— Не вечно, — сказала Кассандра. — И нет. Это было еще до него.

— Джейсон Асано, — сказала Генриетта.

— Ты его знаешь, Анри?

— Он в команде моего брата. Правда, долго отсутствовал. Не видела его лет двадцать.

— Разве тот Нил не в команде твоего брата тоже?

— Ага.

— Кэсси, тебе правда стоит подумать о расширении круга знакомств. Собираешься теперь приударить за братом Анри?

— Я догоню вас позже, — сказала Кассандра и отправилась перехватить Джейсона. Он помахал Генриетте, та ответила тем же, прежде чем решительно увести Джираллу.

Кассандра оказалась перед Джейсоном. Он выглядел иначе, и в то же время так же. Глаза, искрящиеся весельем. Борода, которая не скрывала выступающий подбородок так хорошо, как он думал. Его черты стали острее и менее мальчишескими. У него была гладкая, почти искусственно идеальная кожа, которая приходит с высоким рангом.

— Привет, Кэсси.

— Здравствуй, Джейсон.

— Я подумал, мы могли бы пообщаться. Если хочешь.

— Как ты меня нашел?

— Твоя аура. Город не такой уж большой.

— Да, большой.

— Полагаю. Там, откуда я родом, они бывают намного больше.

— Ты правда распространил свое восприятие на весь город, и люди этого не заметили?

— Уверен, кое-кто заметил, но я стал довольно хорош в том, чтобы скрывать это. Трюки золотого ранга.

Это было больше, чем просто трюк золотого ранга, и они оба это знали.

— Ты сам недалеко ушел от золотого, верно?

Ее немного раздражало, что человек, который даже не верил в магию, когда она достигла бронзового ранга, обогнал ее до золотого. Не так сильно, как Анри, которая месяцами ворчала о том, что ее затмил младший брат.

— Нелегко осознать, как работает продвижение высоких рангов, — сказала она. — Или, может, для тебя это легко. Вся твоя команда достигла этого, верно?

— Да, — сказал Джейсон. — Но нам всем пришлось искать свой путь. Уверен, ты найдешь свой.

Они пошли, Джейсон поравнялся с ней.

— Боко действительно больше нет? — спросила она.

— Нет, — сказал он, убирая еду в свое хранилище.

— Я слышала кое-что, но никто толком не понимает, что именно произошло. Твоя команда ведь была там, верно?

— Да.

— У тебя всегда был талант оказываться в центре событий.

— Поверь, иногда я бы предпочел этого не делать.

— Так что же случилось?

— Как обычно. Плохие люди пытались сделать плохие вещи. Невинные люди оказались в центре. Большинство населения выбралось живыми, но больше, чем мне бы хотелось, — нет.

— Армия посланников и разрушенный город. Это у тебя «как обычно», да?

Ему потребовалось долгое время, чтобы ответить. Она видела перемену в его языке тела, словно что-то тяготило его.

— Не думаю, что важно, что «обычно», — сказал он, и легкость в его голосе исчезла. — Вчера у меня был плохой день. Я наконец-то пошел вступить в гильдию — то, чего я с нетерпением ждал долгое время. Весь опыт прошел очень неприятно, и это заставило меня задуматься о том, чтобы быть авантюристом. Это то, что было важно для меня на протяжении многих лет, и становится все важнее со временем. Но то, что произошло вчера, заставило меня осознать, что мой опыт — это не то, через что проходят другие авантюристы.

— В каком смысле?

— Брать контракты. Использовать их, чтобы создать послужной список и получать лучшие контракты. Вступать в гильдию, создавать команду и путешествовать с ними.

— У тебя есть команда.

— Чей определяющий опыт со мной — это ждать годами, когда я вернусь. Гадать, жив ли я вообще. После вчерашнего я начал думать о том, насколько мой опыт отличается от опыта других авантюристов, и задался вопросом, действительно ли я один из них. Я не так уж много делал из того, что делают обычные авантюристы, со времен Гринстоуна. Всегда какой-то безумный кризис толкает меня на край. Отрывает от команды и не дает вернуться к основам. Последние несколько месяцев я чувствовал, что наконец-то живу жизнью авантюриста, которую получают все остальные, а потом случился Боко. Это напомнило мне, что я не такой, как все. Затем вчерашний день принес осознание того, что если я пытаюсь быть как другие авантюристы, это просто спектакль. Игра в притворство.

— Джейсон, я слышала истории о тебе. Если хотя бы часть из них правдива, ты живешь жизнью, о которой мечтают другие авантюристы. Ходишь рядом с королями и богами. Обладаешь силой, о которой большинство только мечтает.

Джейсон покачал головой.

— Эти вещи не имеют значения. Важно знать, что мои действия кого-то уберегли. Защитили их от того, что могло бы разрушить их жизнь. Но ты знаешь это чувство. Каждый хороший авантюрист знает. И именно тогда я понял, что я действительно авантюрист. Дело не в том, чтобы о тебе рассказывали истории, и не в вехах, которые есть у обычных авантюристов, но которые я пропустил. В мою первую ночь в этом мире Руфус Ремор сказал мне, что такое авантюрист, и я снова осознал, что он был прав. Отбрось все остальное, и авантюрист — это тот, кто встает между плохими вещами и теми, кто нуждается в защите от них. Все остальное — просто украшательство или отвлечение внимания.

Он одарил ее улыбкой — тяжелой, но удовлетворенной.

— Пока мы делаем это, — сказал он, — мы авантюристы. Думаю, я немного тугодум, раз все остальные, кажется, понимают, что это очевидно. Слишком часто сомневаюсь в себе, полагаю.

Кассандра бросила на него косой взгляд, пока они шли.

— Помню ту ночь, когда мы встретились, — сказала она. — Ты казался таким свободным, таким беззаботным. Ты ведь правда уже не тот человек, которого я знала?

Он одарил ее той озорной ухмылкой, которую она помнила, сквозь которую просвечивала дерзкая мальчишеская натура.

— О, он все еще там, — сказал он. — В конце концов, я даже рад, что вчера ничего не вышло. Это помогло мне в процессе принятия того, кто я есть, и отпускания того, кем я не являюсь. Как и все остальные, полагаю.

— Я тоже с этим борюсь. Это секрет достижения золотого ранга?

— Частично, конечно.

— Не думаю, что у меня это хорошо получается. Мне трудно отпустить старую историю.

— Нил — идиот.

— Нил — идиот, — согласилась она. — Но он увидел это во мне. Что есть вещи, которые я не могла отпустить.

Джейсон кивнул.

— Ему не следовало поступать так, как он поступил. Ему следовало все обсудить, вместо того чтобы решать за вас обоих и убегать. Он так боялся потерять тебя, что первым отказался от тебя. Как идиот.

— Он хотел, чтобы я встретилась с тобой. Чтобы увидела, насколько ты другой. Как будто это могло как-то все исправить.

— Что было вдвойне глупо. Я теперь гораздо сексуальнее, так что это точно не вылечит тебя от тоски по моим мужским объятиям.

Она посмотрела на него, приподняв брови.

— Значит, ты не изменился полностью.

Он снова ухмыльнулся. — Я же говорил.

— Ты все еще идиот.

— Эй, я думал, мы говорим о Ниле.

— Вы оба идиоты. Мне жаль Ника, который растет под вашим влиянием.

— Он хочет тебя видеть, если ты не против. Он чувствует себя виноватым из-за своей роли в том, что убедил Нила закончить все.

— Это вина Нила, что он принимает романтические советы от трехлетнего ребенка. Я бы с удовольствием снова увидела Ника.

— А Нила?

— Нет. Он причинил мне боль, Джейсон. Даже если он думал, что поступает правильно, он не считал нужным считаться со мной. Он скрыл свои чувства, вместо того чтобы поделиться ими. Он решил все за себя и убежал, прежде чем я успела хоть что-то осознать.

Они некоторое время шли молча. У них не было цели, но обширные сады кампуса Общества искателей приключений давали им немало мест для прогулок.

— Не расскажешь, что ты делал после Гринстоуна? — спросила Кассандра. — Может, это поможет мне, я не знаю, сбросить старый багаж.

— Только если ты расскажешь, что ты делала после Гринстоуна.

— Я просто занималась обычными делами авантюриста. Ничего похожего на то, что делал ты.

— Вот именно, — сказал ей Джейсон.

* * * «…не то заклинание, и гидра взорвалась. И я имею в виду взорвалась, куски летели повсюду. Будучи такой большой, мы были залиты ее кровью и внутренностями. Поскольку она была всего лишь бронзового ранга, она не обожгла нас, но растворила всю нашу одежду».

Джейсон рассмеялся, затем отпил из своего стакана. Он достал несколько своих смешанных соков из Гринстоуна, давая Кассандре попробовать вкус дома.

— Знаешь, мою одежду тоже пару-тройку раз взрывало. Полагаю, у тебя было во что переодеться.

— Да, но именно в этот момент прибыло подкрепление. И знаешь, из какой церкви они оказались?

— Похоти?

— Разве это не было бы мило? Нет, они были из Церкви Целомудрия!

Джейсон фыркнул соком из носа, а затем начал кашлять.

— И как все прошло? — спросил он, придя в себя.

— О, примерно так, как ты и ожидаешь. Джиралла была единственной из нас, кто оставался приличной, из-за своих тяжелых латных доспехов, но она все жаловалась, что они жмут, и начала раздеваться. Прямо перед священником!

— Ты шутишь.

— У этой женщины нет стыда.

Кассандра заметила Ника, сидящего на парковой скамейке и нервно грызущего печенье. Она остановилась, и Джейсон сделал то же самое. Они повернулись друг к другу.

— Итак, — сказала она. — Полагаю, это все.

— Да, — сказал Джейсон. — Не знаю, поможет ли это тебе найти какое-то завершение или примириться с чем-то из прошлого, но я приятно провел день. Было хорошо снова увидеть тебя, Кэсс.

— Тебя тоже, Джейсон. Скажи Нилу… не знаю. Что если я захочу его увидеть, я сама его найду. Скажи ему, чтобы не искал меня сам.

Джейсон кивнул.

— Мы живем долго, Кассандра. Слишком долго, чтобы держаться за каждую ошибку, но также слишком долго, чтобы держаться за каждого человека. Только ты можешь решить, хочешь ли ты простить Нила или забыть его.

Она склонила голову.

— Такое чувство, что если я соглашусь увидеть его сейчас, я признаю, что он был прав. Что он был прав, причинив мне боль таким образом.

Джейсон кивнул.

— Как я уже сказал, жизнь длинная. Тебе не нужно ничего решать сейчас, просто потому что мы оказались в городе. Мы еще пересечемся.

* * * Джейсон наблюдал, как цветущие башни Витесса уменьшаются, пока облачный корабль двигался дальше в Эстеркост. Он чувствовал своих спутников в разных местах судна, включая Нила, который топил свое горе в баре. После последнего взгляда на Витесс Джейсон открыл портальную арку в свое царство души и шагнул внутрь. Он прибыл в лесной город Арбор.

Город оставался по большей части необитаемым. Как и сам Джейсон, душа внутри его души, составлявшая город, все еще искала свой путь. Когда он только сформировался, город был однородным местом, по сути, равниной, заполненной секвойями и домами на деревьях. Теперь там были холмы и долины, реки с замками на величественных мостах и ущелья, где здания цеплялись за стены, покрытые плющом.

Однако большая часть города сохранила свое первоначальное расположение, и Джейсон прибыл в одну из таких областей. Там размещался исследовательский центр Карлоса и жилье для его подопытных. Сила Джейсона подавляла магическое влияние, которое промыло им мозги, но только Карлос мог полностью освободить их от него. Приближалось время для матери Софи пройти этот процесс, который все еще совершенствовался.

— Завтра, — сказал Карлос без предисловий, когда Джейсон вошел в его кабинет. — Мы будем готовы завтра.

— Ты человек, который составляет график, — сказал ему Джейсон. — Лучше сделать правильно, чем быстро.

— Лучше правильно, чем быстро, — повторил Карлос. — Изучение того меча, которым они атаковали тебя, лишь немного замедлило меня.

Карлос провел некоторое время с исследовательской группой в Гринстоуне, которая изучала нападение на Боко. Они были сосредоточены на нападавшем на Джейсона, который не был посланником, но владел необычным снаряжением. Недавно он воссоединился с Джейсоном и его спутниками через портальное путешествие.

— Тот меч определенно был основан на оружии, которое мы разрабатывали в начале Войны Посланников, — сказал Карлос. — Мы отказались от них тогда, потому что они не были экономически эффективными. Идея заключалась в создании оружия, которое сделало бы менее ориентированных на бой серебряных рангов более серьезными противниками для посланника. Однако результаты никогда не оправдывали затрат, поэтому мы перешли к другому. Похоже, кто-то продолжил эту работу после того, как мы ее забросили, так как этот меч был сделан недавно. Он также показал некоторые признаки того, что был улучшен по сравнению с тем, что мы создали, но улучшения были незначительными. Недостаточно, чтобы снова взяться за проект.

— Кто-то, очевидно, был другого мнения на этот счет.

— Да, — сказал Карлос. — Но если только ты сам не собираешься дергать за эту ниточку, это дело Общества искателей приключений — расследовать. Я и так достаточно долго отсутствовал на своей работе здесь.

— Я рад оставить это им. У нас и так хватает дел, чтобы не гоняться за тем, что другие с радостью преследуют сами.

— В этом я согласен. Если возможно, я хотел бы вылечить всех членов Ордена Искупительного Света перед тем, как отправиться на Землю. Я надеюсь использовать свое время там, чтобы изучить медицинские знания вашего мира и их потенциальное применение в моей работе. Как ты думаешь, сколько у нас времени до отправления в твою родную вселенную?

— Думаю, это зависит от того, насколько рассеяны люди с Земли и сколько из них вообще хотят вернуться. Я не собираюсь заставлять никого, кто хочет остаться. Мы получим больше информации о них в Сирионе и пойдем оттуда. Как только мы соберем людей, вернемся в Римарос, чтобы наконец завершить мост между мирами. Клайв считает, что это будет относительно быстро. Полагаю, речь идет о неделях, а не месяцах, при условии, что ничего не пойдет не так.

— Ты просто собираешься сказать это вслух? Не напрашиваешься ли ты на неприятности?

— Неприятности всегда знают, где меня найти, — сказал ему Джейсон со злобной ухмылкой. — И они знают, что получают, когда находят.

ТАКТИЧЕСКИЙ УЧЕБНИК

ТАКТИЧЕСКИЙ УЧЕБНИК

Пружиннокогтистые гориллы были слабыми, если говорить о монстрах золотого ранга, но они были умны и появлялись большими стадами. Когда одно из таких стад спряталось в горах, первая группа авантюристов, отправленная за ними, не преуспела. После недели отражения партизанской тактики горилл у них было лишь несколько убийств и куча разочарования.

Пополняя запасы в крупном городе у подножия горного хребта, авантюристы встретили Джейсона и его команду, делающих то же самое. Хамфри предложил взять контракт на себя, не забирая награду за него. Авантюристы были подозрительны, пока не обнаружили, что имеют дело с Командой Бисквит, стремящейся восстановить свой тактический учебник после повышения до золотого ранга.

Команда проводила мало времени вместе в последние несколько лет, следуя своими индивидуальными путями к золотому рангу. Им нужно было пересмотреть стратегии, которые они разрабатывали и оттачивали более десяти лет, а также заново интегрировать Джейсона в динамику команды. Они работали над этим во время своих путешествий, но Хамфри не удовлетворялся ничем, кроме совершенства. А как только совершенство было достигнуто, они могли тренироваться еще усерднее, чтобы поддерживать его.

У каждого члена команды были свои новые трюки, причем даже базовые способности становились вызывающе мощными на золотом ранге. Сила Хамфри «Могучая мощь», возможно, самая распространенная сила в мире авантюристов, теперь могла увеличивать его размер. Стоимость маны становилась тем более непомерной, чем больше он становился, но это позволяло ему физически противостоять зачастую огромным монстрам золотого ранга.

Скорость Софи оставляла позади даже полностью усиленного Джейсона, а ее аура позволяла ей ходить по городу, исцеляя больных, как святая. Призыв Нила был козырем против враждебной магии, втягивая ее, как черная дыра, прежде чем трансформироваться в нечто, что противостояло всему, что поглотило. Белинда была правильным ответом на любой вопрос, будь то контроль врагов, усиление союзников или использование предметов для превращения в воина или могущественного мага.

Клайв оставался одновременно самым слабым индивидуальным бойцом и самым мощным дилером урона. Зара могла сравниться с ним на широкой площади, а Джейсон — со временем, но когда дело доходило до того, чтобы причинить вред чему-то сейчас, никто не приближался. Его прежние всплески разрушительного урона теперь стали намного ближе друг к другу, с катастрофическими вторичными эффектами.

У Клайва также было несколько мощных усилений, которые улучшали особенно Хамфри и Софи. Одно доставляло мощные эффекты возмездия любому, кто нападал на них, в то время как другое окружало их расходуемыми рунами, эффекты которых были разнообразными и случайными, но всегда мощными. Средства Нила по усилению команды также достигли нового уровня.

Прогрессия силы Зары была несколько необычной в том, что ее силы становились меньше, а не больше. Ее площадные атаки всегда соответствовали ее прежнему титулу Принцессы Ураганов, будучи настолько мощными, насколько неточными. Теперь у нее были варианты, которые концентрировали силу шторма до размера кулака, разрывая врагов, как бензопила — заварной крем.

Роль Хамфри в большинстве их тактик заключалась в том, чтобы быть усиленным баффами центром команды. Это обычно оставляло его в роли комбинации инициатора, основного оружия, отвлечения и приманки. Клайв и Нил использовали панцирь Онслоу как безопасную боевую платформу, в то время как остальная часть команды была мобильной и гибкой, в соответствии с потребностями команды и текущей стратегией.

Пружиннокогтистые гориллы были хитрыми противниками, не просто выливаясь из своего скрытого горного логова волной. Они нападали на торговые караваны и совершали короткие рейды с отступлением, выслеживая цели и отвлекая защитников ложными атаками. Они демонстрировали четкое осознание угрозы, исходящей от авантюристов, еще до встречи с ними. Это было признаком разумных монстров, которые появлялись на свет со знаниями, уже запечатленными в их умах.

Вместо того чтобы броситься в горы, как это сделала прошлая команда авантюристов, Хамфри решил использовать Белинду. У нее было несколько способностей, которые позволяли ей использовать специализированные наборы предметов для пробуждения временных сил, обычно принимая роли воина или заклинателя. Ее способность «Мгновенный адепт» могла сделать ее быстрым нападающим или мощным лучником, но также взять на себя и вспомогательные силы. С оборудованием, подходящим для лесного следопыта, она пробудила набор полезных способностей отслеживания.

Хамфри не позволил команде использовать свои различные варианты полета, как для тренировочной ценности, так и чтобы избежать легкого обнаружения. Гориллы легко заметили бы их, если бы они летали вокруг, и были достаточно скрытны, чтобы избежать далеких наблюдателей. Как и многие хищники-засадники и монстры с высоким интеллектом, они могли подавлять свои ауры до тех пор, пока даже Джейсону было бы трудно их почувствовать.

Предыдущая команда использовала подход «полет и сканирование» с плохим эффектом. Большую часть времени они ничего не находили, только чтобы попасть в засаду, когда становились самодовольными и теряли бдительность. Это было источником их немногих убийств, но они даже близко не подошли к нахождению главного логова.

Команда вошла в горы пешком, полагаясь на временные силы Белинды. Местность была негостеприимной, с густыми лесными зарослями и крутыми склонами. Острые скалы и скрытые расщелины делали местность опасной, не из-за потенциального падения, а из-за постоянной угрозы засады. Пружиннокогтистые гориллы также встречались в менее агрессивных естественных вариантах, а не монстрах, и такая местность была для них родной территорией.

Хамфри заставил свою команду пробираться пешком. Навигация по лесам и скалолазание были вполне по силам их атрибутам золотого ранга, но им нужен был навык и опыт, чтобы использовать их.

— Джейсон, — сказал Хамфри, его голос был предупреждением.

— Да? — невинно спросил Джейсон.

— Твои навыки скалолазания, кажется, внезапно значительно улучшились.

— Это благодаря твоему отличному руководству.

— Так ты не прыгал в тень к тому последнему городу и не покупал книгу навыков скалолазания?

— Абсолютно нет. Ты просто потерял меня из виду из-за моей врожденной скрытности.

— Ты забыл, что дал всей группе доступ к тактической карте? Той, где указаны наши местоположения?

— Я, э-э, забыл об этом, да.

* * * Горный перевал был красивым и зеленым летом, простираясь впереди Джейсона и его команды. Земля была мешаниной густого кустарника и камней, усеивающих ландшафт. Узкая река разливалась в их направлении, вдоль нее шла заброшенная и заросшая дорога.

— Ты сказал, что эти твари умные, верно? — спросил Джейсон.

— Я сказал, — ответил Клайв.

— Мы говорим об уме «собаки, которая знает, как открыть дверь в ванную» или «надеть кучу маскировочных костюмов и заманить нас в ловушку»?

— Это зависит от обстоятельств, — сказал Клайв. — Что такое маскировочный костюм?

— Немагическая маскировка. Та, которую носишь, когда готовишься убить пару человек.

— Определенно тот, — сказал Клайв. — Думаешь, они там?

— Они там, — сказала Белинда. — Это их родная территория. Они уже должны были понять, что мы выслеживаем их, и я думаю, последняя команда показала им, что маленькие засады не остановят авантюристов. Им нужна среда, где у них все еще есть шанс застать нас врасплох, но которая позволит им использовать свое численное преимущество.

— Раз мы просто стоим здесь и разговариваем, — сказал Нил, — они, вероятно, знают, что мы знаем, что они там.

— И что мы знаем, что они знают, что мы знаем, что они знают, — добавила Белинда.

— Не начинай, — сказал Хамфри. — Что думаете, двойной удар?

— Они, вероятно, не клюнут, если мы не будем бродить, выглядя рассеянными, — сказала Софи.

— Тогда это мы и сделаем, — сказал Хамфри. — Линди, хочешь в тыл или быть в гуще событий?

— В тыл, — сказала она. — Я помогу Заре и Клайву бомбить зону.

— Зара, прикрывай остальных, когда они будут отступать, когда все начнется.

— Поняла, — подтвердила она.

— Джейсон, я хочу, чтобы ты подрезал края. Они умны, так что будут бегуны, когда дела пойдут для них плохо. Прикончи большинство из них, но поставь трекер на пару и дай им убежать. Мы сможем проследить их до их логова.

— Сделаю.

— Вы понимаете, что их может даже не быть там, — сказал Нил. — Если только кто-то не чувствует что-то, чего не чувствую я.

— Ты чувствуешь это, — сказал ему Джейсон. — Ты просто не обращаешь внимания.

— На что? — спросил Нил.

— Ты фокусируешься на гориллах, — сказал Джейсон. — Ищи ауры всего остального. Животные там, которые еще не убежали, пугливы и прячутся.

— И перестань подавлять свое обоняние, — добавила Белинда. — Твои обычные чувства невероятно остры на золотом ранге.

— О, я прекрасно это осознаю, — сказал Нил. — Я один раз понюхал город и почти полностью отключил обоняние. Я бы отключил его совсем, если бы это не делало еду безвкусной.

— Твои приоритеты могут быть немного сбиты, — предположила Зара.

— Нет, я доволен тем, где они находятся, — сказал ей Нил.

— Хватит болтовни, — сказал Хамфри. — Сташ, ты готов?

Горная мышь в кармане Хамфри издала очаровательный звук «чу».

— Хорошо, — сказал Хамфри. — Двигайтесь вперед и постарайтесь выглядеть рассеянными.

— Но они точно знают, что мы знаем, — сказал Нил, когда группа двинулась вперед. — Зачем притворство?

— Это игра в «знают, что мы знаем, что они знают», — сказал Джейсон. — Кто лучше притворится удивленным, тот побеждает.

— Я почти уверена, что побеждает тот, кто убьет всех в другой команде, — сказала Софи.

— А я почти уверен, что сказал «хватит болтовни», — напомнил им Хамфри.

— Ты всегда так говоришь, — сказала ему Софи. — Это очаровательно, что ты все еще пытаешься.

* * * Гориллы ждали, пока команда по-настоящему не окажется в их середине, прежде чем начать засаду. Джейсон был впечатлен, увидев, что они носят что-то вроде маскировочных костюмов, монстры, казалось, извергались из ландшафта. Они прыгнули на группу, которая перешла к действиям.

Джейсон и Софи оба исчезли, Софи в размытом пятне, а Джейсон в тени камня. Сташ выпрыгнул из одежды Хамфри, превратившись в какое-то существо, которое Джейсон не узнал. Это было что-то среднее между птицей и ящерицей, или, возможно, полторы птицы и ящерицы. У него было три головы, три крыла и три руки, свисающие с центрального тела. Существуя в вопиющем пренебрежении как к аэродинамике, так и к биологии, оно выглядело так, будто должно запутаться в себе, упасть на землю и умолять избавить его от страданий. Вместо этого оно порхало, как колибри, подхватывая Нила, Клайва и Белинду, прежде чем взмыть в небо. Зара взлетела рядом с монструозной формой Сташа на порыве ветра.

Хамфри остался позади, став последней целью для прыгающих монстров. Пружиннокогтистые гориллы были более ловкими, чем их земные собратья, как и подобает их рангу. Они были названы в честь своих фирменных прыжковых атак и острых когтей, доставляющих антикоагулянтный яд. Их любимой тактикой было наносить быстрые удары, а затем отступать, позволяя врагам истечь кровью до смерти.

Гориллы узнали, что их предпочтительная тактика была плохой против авантюристов. Наличие целителей и зелий делало ставку на кровоточащие недуги ненадежной стратегией, но они были достаточно умны, чтобы придумать ответ. Большая часть группы отвернулась от Хамфри как от легкой цели и сосредоточилась на отступающих тыловиках. Они не знали, кто из них целитель, но быстро догадались, что это один из тех, кто пытается сбежать.

Используя свои мощные прыжки, гориллы взмыли в воздух на Сташа. То, с чем они столкнулись, было нисходящей стеной ветра и воды, обрушившейся на них, как бетонная плита. Она разбила их обратно вниз, прямо на Хамфри и горилл, с которыми он сражался. В последний момент Хамфри телепортировался, оставив монстров врезаться друг в друга.

То, что осталось, было мешаниной из сбитых с толку горилл, тела кувыркались, а конечности переплетались, когда водяная бомба Зары омыла их. Засада пошла очень не так очень быстро, почти сотня монстров была разбросана и дезориентирована. Однако они быстро пришли в себя, вставая и оглядываясь в поисках своих целей. Горстка горилл прохрюкала приказы.

В тот момент, когда монстры проявили признаки перегруппировки, Софи появилась снова. Проносясь сквозь монстров, она оставляла после себя остаточные изображения, казалось, в четырех местах одновременно. Гориллы возобновили свои прыжковые атаки на остаточные изображения, все из которых взорвались. Они превратились в точки пространственной силы всасывания, агрессивные прыжки горилл снова превратились в беспомощное кувыркание.

Области вокруг взорвавшихся остаточных изображений были покрыты дезориентирующими иллюзиями, вызывая головокружение у монстров, когда они пытались прийти в себя. Ветряные клинки вылетали из точек всасывания, все еще сбивая горилл с ног.

Пока это происходило, Клайв вызвал Онслоу, летающая рунная черепаха расширила свой панцирь, чтобы впустить Клайва, Белинду и Нила внутрь.

— Второй удар, — сказал Хамфри через голосовой чат.

Белинда, выглядывая из края панциря, посмотрела на землю внизу. Четыре точки всасывания образовали квадрат, и она наколдовала силовую привязь прямо посередине. Кристаллический стержень поднялся из земли, и силовой луч выстрелил, соединившись с каждой гориллой в области.

То, как работала способность Белинды «Силовая привязь», заключалось в том, чтобы тянуть каждое привязанное существо к себе. Она наносила мало урона тем, кто позволял себя тянуть, нанося эскалирующий урон тем, кто сопротивлялся. В этом случае точки всасывания от силы миража Софи сопротивлялись за них, дергая горилл прочь от стержня привязи. Гориллы были физически достаточно сильны, чтобы сопротивляться обоим эффектам, но дезориентирующая иллюзия от силы Софи затрудняла им возможность встать на ноги.

Медленно, но верно, силовая привязь Белинды победила, когда сила Софи угасла. Гориллы были сдернуты в кучу, когда визг падающей ракеты наполнил воздух. Хамфри приземлился прямо на силовую привязь, уничтожив ее немедленно. Это вызвало эффект детонации привязи поверх взрыва силы Хамфри «Пикирующая бомба». Сила Нила «Взрывной щит» сработала прямо перед тем, как Хамфри приземлился, поглотив урон от взрыва привязи на Хамфри и сдетонировав сама, нанеся третий взрыв по осажденным монстрам.

После исполнения двойного удара монстры были разбросаны, ранены и сбиты с толку. Они пытались даже понять, что происходит, не говоря уже о том, чтобы организовать контратаку. Клайв и Зара накрыли область разрушительной магией, Белинда попеременно сокращала их время восстановления и копировала их силы. Гориллы, которые были дальше всего от центра, увидели, что битва проиграна, и двинулись к побегу, а не присоединиться к своим товарищам. Они бросились к окружающим лесам и скалам, их бег перемежался огромными прыжками.

Когда они бежали, теневые руки выступали из теней скалистого ландшафта, нанося им удары красными и черными кинжалами. Урон казался незначительным, поэтому они игнорировали мелкие раны и продолжали свой бег. Джейсон, незамеченный, так как его плащ окутывал его тенями, тихо произнес свое заклинание «Бичевание». Метка Греха, которую оно накладывало, позволила бы ему отслеживать их, если бы кто-то из них пережил другие недуги, которые нанесли его теневые руки.

* * * Джейсон и Хамфри зачистили горстку монстров, которые пережили беспорядочные взрывы Зары и Клайва. Без какого-либо исцеления монстры, которые бежали, пали от недугов Джейсона. Он чувствовал, как те, кого он пометил, сходятся к тому, что, по-видимому, было их логовом. После мародерства мертвых монстров команда выследила их, зачистив то, что осталось от стада. Лишь горстка монстров была оставлена охранять систему пещер, которую они сделали своим домом, от других монстров и магических зверей.

— Это было чисто, — сказал Хамфри после всего. — Думаю, мы начинаем возвращать нашу сплоченность. Но давайте не будем расслабляться.

Джейсон дружески хлопнул Нила по спине.

— Друг, я видел тайминг того щита, который ты бросил на Хампи. Это было безупречно.

Нил подозрительно посмотрел на Джейсона, ожидая колкого комментария, который так и не последовал. Джейсон переключился, закинув руку на плечо Клайва.

Команда обыскала монстров и восстановила то, что могла, из того, что гориллы забрали при набегах на города и караваны. Затем они порталом вернулись в город, где оставили облачный корабль. Авантюристы, чью работу они взяли на себя, сказали, что проверят место битвы, прежде чем доложить о выполнении контракта. Хамфри дал им указания и оставил их. Джейсон и его спутники вернулись на облачный корабль и двинулись дальше.

Я НЕ ВЗРЫВАЮ ГОРОДА СПЕЦИАЛЬНО

Я НЕ ВЗРЫВАЮ ГОРОДА СПЕЦИАЛЬНО

Сирион был столицей Эстеркоста и охватывал гораздо больше, чем городской центр в его сердце. Серия концентрических стен окружала город, с огромными пространствами сельскохозяйственных земель между ними. Будучи домом для одних из самых магических и ценных земель на планете, он находился под впечатляющей защитой.

Посланники до настоящего времени не предпринимали попыток вторгнуться в Сирион, сосредоточив свои усилия в другом месте. В дни до того, как посланники вторглись в Паллимустус, Строитель не был столь сдержан. Его культ направил беспрецедентные силы на атаку города, остатки которых до сих пор лежали за самой внешней стеной.

Големы мировых инженеров Строителя соперничали с любым монстром алмазного ранга по размеру. Почти два десятилетия спустя после их гибели их опрокинутые и заросшие формы выглядели больше как холмы, чем как машины войны.

Джейсон и его друзья смотрели вниз на поверженных големов из смотрового зала на нижней стороне облачного корабля. Корпус был полностью прозрачным изнутри, открывая неограниченный вид на ландшафт. Это приводило к странному эффекту, когда мебель, казалось, плавала в воздухе.

— Нам удалось остановить активацию этих штук в астральном пространстве Жнеца, — сказал Нил. — Не могу представить, чтобы сражаться с ними на самом деле.

— Мы были бронзового ранга, — отметил Хамфри. — Сейчас было бы иначе.

— Не так уж иначе, — сказал Клайв. — Эти големы — сферы за пределами всего, что мы можем создать в этом мире. Настоящие конструкции алмазного ранга. Даже алмазных рангов с нашей стороны было бы недостаточно без защиты города.

— Он прав, — сказала Даниэль. — За всю историю Сириона битва, оставившая эти штуки здесь, была единственным случаем, когда даже внешняя стена была прорвана. Те големы прошли мимо трех уровней защиты.

— Почему они оставили их там, вместо того чтобы убрать? — спросил Нил. — Несомненно, утиль был бы ценным, будучи космическими суперголемами.

— Даже в спящем состоянии к ним было опасно приближаться, — сказала Даниэль. — Их запечатали и оставили, пока город сосредоточился на ремонте стен, на случай, если посланники попытаются воспользоваться ущербом. Те, что были внутри стен, были расчищены, но те, что снаружи, остались там, где упали. Их запечатали, чтобы уберечь смелых и любопытных от опасности. Только годы спустя области вокруг них были распечатаны и проверены на наличие остаточных опасностей.

— Надеюсь, они вытащили все, прежде чем оставить их зарастать, — сказал Нил.

— Вытащили, — сказала Белинда. — Мы с Клайвом пару лет назад осторожно пошарили там. Получили хороший базовый материал, если когда-нибудь захотим сделать несколько конструктов сами, но все интересное уже исчезло.

Джейсон посмотрел сквозь корпус в сторону стены.

— Мы приближаемся к оборонительному периметру, — сказал он. — Сюда направляется городской чиновник на небольшом судне. Пошли, Мигель.

Мигель Ладив и бармен Джамар стояли на прозрачном полу, шатаясь, как будто у них было головокружение.

— Что? — спросил Мигель, глядя вверх. — Да, извини.

Он направился к Джейсону с осторожной походкой человека, боящегося, что лед треснет под его ногами.

— Ты не провалишься, Мигель, — сказал ему Джейсон.

— Угу, — сказал Мигель и продолжил идти, как шел.

* * * Даже не учитывая сельскохозяйственные сектора, Сирион был крупнейшим городом в мире. Даже пролетая над ним, он простирался до горизонта во всех направлениях. Немногие города на Паллимустусе имели такой масштаб, как крупные города Земли, но с воздуха Сирион выглядел как Токио через Изумрудный город Оз. Грандиозные башни сияли на солнце. Огромные озера и целые леса находились в пределах городской застройки. Небо было заполнено воздушным движением, от небольших личных транспортных средств до массивных дирижаблей размером с корабль Джейсона и больше.

Тень пилотировал дирижабль, но городской чиновник стоял рядом с ним на мостике, направляя его по очень точному пути. Даже облачные корабли были достаточно обычным явлением в городе, чтобы он был полностью готов принять их. Они полетели к одному из озер, где им дали место для превращения корабля в плавучий облачный дворец.

Планы Джейсона на время в Сирионе не включали осмотр достопримечательностей, как это было в Витессе. Пришло время серьезно заняться возвращением на Землю. Во время своих путешествий Джейсон изучал более десяти лет работы Клайва по восстановлению моста между Паллимустусом и Землей. Как только экспатрианты с Земли будут собраны, они будут готовы отправиться в Римарос и к финальной стадии.

В рамках подготовки к сбору разбросанных беженцев с Земли Джейсон работал над своим контролем над Системой. План заключался в том, чтобы отправить сообщение, которое достигнет только землян, призывая их вернуться в Сирион. Они все начинали там, и большинство оставалось, что делало его логичным местом сбора.

В течение первых нескольких дней в Сирионе Джейсон заперся в своем облачном дворце на озере. Медитируя часами напролет, он совершенствовал свой контроль над Системой с Ли Ли Мэй в качестве подопытной. Отправка сообщений ей как землянке оказалась намного сложнее, чем нацеливание на нее как на конкретную личность. Потребовалось несколько дней практики, прежде чем он был готов расширить охват, и эти дни были, к счастью, мирными. Сирион был одним из немногих мест, куда мог прибыть облачный корабль, полный золотых рангов, без того, чтобы это стало крупным событием.

Пока Джейсон практиковался, его команда охотилась на землян более традиционными способами. Даниэль отправилась в комплекс Геллеров в городе, где она сама собрала их после их прибытия. Это было для их защиты, учитывая, что десятки иномирцев — это заманчивая возможность для исследований. Как легитимные, так и менее этичные исследователи жаждали заполучить в свои руки такой большой образец.

Как только стало ясно, что Джейсон не придет, чтобы разобраться с ними, иномирцев пришлось выпустить из-под защитного ареста. Многие имели несчастье обнаружить, почему они вообще там оказались, оказавшись на столе у какого-нибудь сомнительного исследователя. Общество искателей приключений в конечном итоге вернуло многих из них, многих травмированными, а некоторых мертвыми.

Это была нить, за которую потянул Хамфри, изучая людей с Земли через записи Общества искателей приключений. Поскольку спасенные оказались в руках церкви Целителя, Нил преследовал этот путь. Эстелла выбрала подход поиска слухов и историй в городе. Многие были трагедиями, историями об эксплуатации и экспериментах. Большинство, однако, были почти поразительно обыденными. Земляне были пользователями ядер среднего ранга в большом городе и встретили ту же судьбу, что и местные жители в таком положении: их нанимали знатные дома.

Быть охранником знатного дома — роль, которая становилась все более странной, чем более известной была семья. Самые видные члены таких домов обычно были авантюристами, будь то активные, вышедшие на пенсию или полуотставные. Любой, способный защитить таких людей, был слишком могущественным и важным сам по себе, чтобы быть слугой.

Большинство домашних охранников были неудавшимися авантюристами и к ним относились соответственно. Они служили головорезами для семейных интересов или охраной для семейных активов. Более способные среди них были назначены защищать отпрысков дома, еще не получивших свои эссенции, или низкоранговых членов семьи, которые никогда не проходили обучение авантюриста. Самая важная роль личной охраны семьи — просто существовать. Любой аристократический дом, лишенный штата пользователей эссенции, обнаружил бы, что его статус в обществе под угрозой.

Многие пользователи эссенции с Земли соответствовали точным критериям для домашнего охранника, будучи обученными бою, но продвинувшимися через ядра монстров. Их необычная предыстория оказалась достаточно экзотичной, чтобы они могли требовать высокие зарплаты от знатных домов, которые ценили такие вещи.

К тому времени, когда Джейсон был готов отправить призыв через Систему, его спутники уже составили солидный список экспатриантов с Земли. Если бы сообщение Джейсона не сработало, они все равно смогли бы собрать много людей. Проблемой были те, кто отправился странствовать, как Ли Ли Мэй. Без способа вызвать их обратно их пришлось бы бросить, по крайней мере, на данный момент. Джейсон не собирался идти по следам десятилетней или более давности, охотясь на них по одному.

Джейсон отправил свое сообщение, и его усердие в подготовке к нему, казалось, окупилось. Оно действительно, по-видимому, нацелилось на землян и ни на кого больше. Люди, которые ответили на призыв, все были с Земли, по крайней мере, поначалу, и не было сообщений о том, что кто-то еще получал странные сообщения о другом мире.

Те, кто с энтузиазмом хотел вернуться домой, первыми откликнулись, прибыв в облачный дворец Джейсона, как было указано. Другие не были уверены, стоит ли отказываться от своей новой жизни, видя мало ценности в том, что они оставили почти два десятилетия назад. Для многих это была половина их жизни или больше.

Некоторые колебались, направляясь к облачному дворцу Джейсона в поисках таких же, как они. Они хотели обсудить с другими землянами, стоит ли им возвращаться. У них также были истории о тех, у кого не было интереса возвращаться, вплоть до страха, что их заставят. Это побудило Джейсона отправить второе сообщение, говоря всем, кто хочет остаться, что они свободны.

Независимо от того, хотели ли они вернуться на Землю или нет, многие приходили в облачный дворец, желая встретиться с Джейсоном и его знаменитыми спутниками. Особенно среди тех, кто служил крупным семьям, многие слышали о Джейсоне, Команде Бисквит и их подвигах.

После первого дня возникла проблема другого рода. Появлялись люди, которые никогда не были на Земле, утверждая, что были. Некоторые были смехотворно прозрачными фальшивками, пытаясь избежать долгов или других проблем. Другие были лучше подготовлены, часто потенциальные шпионы различных организаций, легитимных и не очень.

Джейсон и Фарра в конечном итоге занялись проверкой людей. Поскольку даже ауру иномирца можно было подделать, их процесс проверки должен был быть более творческим.

— Лучший фильм Безумный Макс? — спросила Фарра.

— Дорога ярости, — сказал мужчина перед ней.

— Неверно.

— Что значит, неверно?

— Правильный ответ — Под куполом грома.

— Тот, что с Тиной Тернер? Она была ужасна в этом фильме!

Джейсон бросился удерживать Фарру, которая тыкала пальцем в мужчину, крича на него.

— Заткни свой грязный рот! Ты никогда не вернешься на Землю, слышишь? Планете будет лучше без тебя!

Джейсон был уверен, что многие из настоящих людей были щедро оплачены различными интересами за выполнение множества задач. Это не было дисквалифицирующим фактором для тех, кто действительно был с Земли, но они получили предупреждение о том, что произойдет, если они создадут проблемы.

Следующая проблема была сложнее, чем люди, явно не с Земли, пытающиеся пересказать фильмы Полицейская академия.

— Джейсон, никто из этих людей не был жив, когда вышли эти фильмы, — отметила Фарра. — Даже люди с Земли не могут сказать тебе, что в них произошло.

— Именно. Любой, кто пытается, явно не с Земли.

Земляне, работающие сейчас на знатные дома, оказались самой большой проблемой. Если охранники были рады остаться, это было нормально. Многие построили хорошую жизнь на службе у аристократии. Знать, однако, оказалась не желающей отпускать тех, кто действительно хотел вернуться на Землю. Это был не каждый дом, но достаточно, чтобы стать проблемой, дворяне давили на местные законы, чтобы удержать своих людей там, где они были.

Законы Сириона были во многом построены в пользу аристократических семей, а домашние охранники технически были формой кабального рабства. Очень хорошо оплачиваемого рабства, но если знатные дома хотели сделать из этого проблему, они обладали всей властью. Многие из этих домов использовали эту власть, чтобы помешать своим охранникам уйти.

Не потребовалось много расследований, чтобы подтвердить непосредственные предположения Джейсона. Никто из людей с Земли не был настолько ценным, чтобы у домов была реальная нужда в них. Ценность, которую они представляли, заключалась в том, что Джейсон хотел их, и это было преимущество, которое дворяне могли использовать.

* * * — Я не взрываю города специально, — пробормотал Джейсон про себя. — Я не взрываю города специально.

Это был одиннадцатый день Джейсона в Сирионе и четвертый день встреч с представителями знатных домов. Игнорируя свои инстинкты сделать что-то радикальное, Джейсон выбрал дипломатический подход. Он назначил встречи с аристократическими семьями, их выбранные представители были посланием сами по себе. Важный член семьи, присутствующий на встрече, был сигналом уважения, в то время как бюрократический функционер был пренебрежением к Джейсону и его команде.

Некоторые встречи были один на один, другие собирали всех представителей вместе. Джейсон вел переговоры сам, по большей части, опираясь на уроки дипломатии и этикета, которые он получил от Даниэль. Она была с ним, иногда занимая передовую позицию, но в основном оставляя это ему.

К четвертому дню, однако, терпение Джейсона было опасно на исходе. Эти семьи были оппортунистами, использующими юридические привилегии и то, что сводилось к законам о рабстве, чтобы получить то, что они могли от него. Кажется, даже не было чего-то конкретного, чего они добивались; они нашли рычаг, за который можно дернуть, и не видели причин этого не делать. В обмен на освобождение охранников они просили что угодно, от услуг Команды Бисквит в интересах их семьи до инсайдерской информации от Ассоциации магических исследований Клайва.

Видя, что Джейсон балансирует на грани того, чтобы сделать что-то очень верное своей натуре, Даниэль закончила встречи на день и вывела Джейсона. Местом проведения был облачный дворец Джейсона, поэтому они пошли дальше внутрь, пока аватары выводили представителей.

— Ты справляешься очень хорошо, — сказала она. — По крайней мере, в плане сохранения своего темперамента.

— Эти переговоры идут в никуда по кругу.

— Потому что ты не желал идти на какие-либо уступки. Если хочешь, чтобы они от чего-то отказались, ты должен сделать то же самое.

— Их позиция аморальна.

— Им все равно. Или они даже не разделяют твоего мнения. В культуре высшего общества Сириона это все нормально.

— Я полностью рад уважать чью-то культуру, пока эта культура хотя бы номинально заслуживает уважения. Я могу принять, что у людей другие ценности, чем у меня, но должна быть черта. Использовать то, что сводится к законам о рабстве, чтобы торговать людьми, как фишками в карточной игре, — это для меня за чертой.

— Тогда вы в тупике.

— Не обязательно.

— В смысле? — спросила она, ее голос был полон подозрений.

— Я с самого начала понял, что эти люди просто оппортунисты. Они увидели, что я ценю что-то, что у них есть, больше, чем они сами, и могут использовать обстоятельства здесь, в Сирионе, чтобы воспользоваться преимуществом. Пока мы четыре дня бегали по кругу, я готовил что-то, что могло бы переосмыслить эти обстоятельства.

— Джейсон, что ты сделал?

— Ничего. Пока. Я даже не был уверен, что смогу заставить это работать. Выяснение того, как нацеливать сообщения на людей с Земли, было хорошей практикой, однако. Я строил на этом, чтобы сделать что-то более широкомасштабное.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься пытаться взорвать Сирион.

— Ничего подобного.

— Тогда что?

— Ну, я начал со списка всех стран и городов-государств, у которых есть законы о кабальном рабстве…

СЛЕДОВАНИЕ ПЛОХИМ ИДЕЯМ

СЛЕДОВАНИЕ ПЛОХИМ ИДЕЯМ

Хилс Джарамарис не был счастливым человеком. Он был счастлив, наслаждаясь своей ролью посла Королевства Штормов в Эстеркосте. Нации были соперниками, но дружелюбными, их расстояние оставляло им мало причин для конфликта. Это означало, что Хилс, по большей части, был прославленным почтальоном для дипломатических сообщений. Это вполне устраивало его, позволяя заниматься алхимией вдали от внутренней политики Королевства Штормов. Именно прибытие Команды Бисквит отбросило тень на его солнечные дни.

Месяц обещал быть расслабляющим. Завершение торгового соглашения, ротация некоторых новых сотрудников, свежих из дома. Затем прибыли сестра короля и ее команда авантюристов. Он знал, что они приедут, конечно, и что проблемой неизбежно будет Джейсон Асано. Он знал этого человека в основном по репутации и оповещениям Общества искателей приключений.

Хилс встречал этого человека мельком, но это было две волны монстров назад. Это было прямо перед тем, как Хилс достиг серебряного ранга, когда он еще был авантюристом на полную ставку. Он был со своим другом Орином, который впоследствии путешествовал с Асано, но Хилс знал, что лучше не спрашивать. Орин не был разговорчив, особенно о днях со своей старой командой. Они последовали за Асано в дыру в земле, и большинство из них не вернулись.

По сравнению с тем, чего опасался Хилс, прибытие Команды Бисквит и их первые дни в городе были ничем не примечательны. Никаких королевских запутанностей, никаких массовых разрушений. Он читал отчеты Общества искателей приключений о последнем городе, который был разрушен с Асано в центре. Казалось, Асано понял, что Сирион — не какая-то глушь, где он мог размахивать своим золотым рангом, как молотом.

Хилс даже поужинал с Зарой, где ему удалось получить больше информации о Команде Бисквит. Она была старым другом со времен их дней как молодых аристократов Римароса. Это было до того, как она ушла в авантюристы, сначала с неудачливой командой Орина, а затем с командой Асано. Она была готова предложить детали того времени, которые он не мог получить от самого Орина.

Хотя она была открыта с историями более чем десятилетней давности, она была более осторожна в отношении своей нынешней команды. Ее знания из первых рук заполнили пробелы в отчетах, которые он видел, но она утаивала случайные детали и отказывалась отвечать на определенные вопросы. У Команды Бисквит были свои секреты, особенно у самого Асано.

Хилс был оптимистичен по поводу визита Зары и ее команды. Он начал слышать о проблемах между Асано и некоторыми знатными домами, но ничего, что требовало вмешательства. Проблема была утешительно нормальной: знатные дома нашли рычаг давления на кого-то и пытались выжать из них все, что могли. Вопрос был в том, как отреагирует команда авантюристов золотого ранга.

Изучая это, Хилс нашел проблему одновременно простой и незначительной. Асано хотел, чтобы группа людей уехала с ним, но многие застряли под контрактами о кабале. Семьи пытались вытянуть из команды Асано все возможное за их освобождение, а он был непреклонен в отношении уступок.

Чтобы добиться своего, все, что нужно было Асано, — это дать семьям их фунт плоти. Это был стандартный дипломатический подход, и они не стали бы давить слишком сильно. Вместо этого Асано продолжал говорить о моральных императивах, которые ни к чему его не приведут. Тот уровень общественного внимания, который ему понадобился бы, чтобы привлечь его к семьям, чтобы заставить их хотя бы притвориться, что им не все равно, был бы огромным. Затем он вспомнил, что читал об истории Асано, и что узнал непосредственно от Зары.

Почти через неделю после начала конфликта Асано с дворянством появились признаки неприятностей. Асано прекратил все попытки переговоров и его не видели уже несколько дней. Хилс связался с Зарой, и ее поспешность в назначении новой встречи только добавила ему беспокойства.

Хилс встретился с Зарой в гостиной внутри здания посольства Римароса. Это было маленькое и интимное пространство, окутанное самой мощной магией конфиденциальности из доступных. Расположенная рядом с одним из самых незаметных входов в здание, комната обычно использовалась для тайных встреч с близкими союзниками. Он был не рад, когда она попросила использовать ее.

Их встреча началась со светской беседы, плюс обязательных вопросов о том, когда она вернется в Римарос и воссоединится с королевской семьей. Хилс не был заинтересован в этом, но у него были очень четкие инструкции поднимать этот вопрос каждый раз, когда они встречались. С такими инцидентами, как встреча Зары с драконьим принцем, возвращение в лоно семьи предложило бы ей большую дипломатическую защиту. Вопросы исходили как от нынешнего, так и от предыдущего Короля Штормов, поэтому не было способа, чтобы Хилс пропустил их, даже если это раздражало бывшую Принцессу Ураганов. Однако он прошел через них так быстро, как мог, имея на этот раз более важную повестку дня.

— Зара, что происходит с Асано? Он собирается сделать что-то необдуманное?

— Обычно, да.

— Зара, это серьезно.

— Я знаю, Хилс. И то, что я собираюсь рассказать тебе, я могу сделать только из-за одолжения мне. Поскольку я в его команде, а моя семья — это моя семья, Джейсон позволяет мне дать им несколько дней предупреждения о том, что должно произойти.

— Позволяет? Какая бы политика ни была в игре, Зара, ты прежде всего принцесса Королевства Штормов.

— Не пытайся читать мне лекции о конфликтующих лояльностях, Хилс. Такой хороший мальчик, как ты, понятия не имеет, что мне приходилось преодолевать все эти годы.

— Вот почему твой отец и брат хотят, чтобы ты вернулась домой.

— Они не высшая власть в Королевстве Штормов, Хилс.

— Они нынешний и бывший Короли Штормов. Кто выше этого?

Ее единственным ответом был прямой взгляд.

— Основатель? — спросил он. — Его Державный Предок?

— Во время последней волны монстров Предок Сорамир лично отвел меня в сторону. Он сказал мне, что Джейсон Асано — самые важные политические отношения, которые были у Королевства Штормов с момента его основания.

— Это кажется немного чересчур.

— Понимаю, как это может выглядеть со стороны. Но мне не нужно, чтобы ты соглашался со мной, только чтобы предупредил моего брата. Джейсон предложил нашему королевству фору в формулировании ответа.

— Ответа на что?

— Мне нужно, чтобы ты кое-что понял, Хилс. Мое ожидание состоит в том, что ты будешь уважать любезность, которую нам оказывают здесь. Это означает не допустить, чтобы то, что я собираюсь сказать тебе, вышло наружу. Никакого использования водных или небесных каналов связи, когда ты донесешь это до моего брата. Ты порталом вернешься в Римарос лично.

— Зара, о чем это?

— О Системе.

Хилс был достаточно информирован, чтобы знать, что Система якобы связана с Асано, хотя мало деталей было подтверждено. Предположительно, новое средство взаимодействия с магией было идентично личной силе, которой Асано обладал годами ранее. Что было подтверждено, так это то, насколько важной стала Система за очень короткое время. Больше, чем просто лично ценной для пользователей эссенции, многие организации все чаще полагались на нее. От ремесленных гильдий и местных правительств до Магического общества, Система быстро внедрялась в их операции.

Общество искателей приключений было особенно очаровано преимуществами, которые она предлагала. От количественной оценки сил до идентификации людей с ограниченными эссенциями, до управления и идентификации добычи, Система была абсолютным благом. Начали появляться ранее невиданные способности эссенции, использующие систему, и разрабатывалась ритуальная магия, которая полагалась на нее.

— Что насчет Системы? — подозрительно спросил Хилс.

— Через несколько дней Джейсон собирается отключить ее в каждой стране и городе-государстве, где есть законы о кабальном рабстве.

Хилс моргнул. Через несколько мгновений он моргнул снова.

— Прости, что?

— Он собирается отключить Систему в каждой нации и…

— Он может это сделать?

— Может.

— Ты уверена?

— Посмотрим через несколько дней, но да. Я верю, что он может.

— Как? Откуда у него такой доступ? Такой уровень контроля?

— Это не распространялось, но полагаю, скоро будет. Джейсон есть Система, Хилс.

— Что это вообще значит?

— Просто то, что я сказала. Он — Система. Это продолжение его. Он все еще учится управлять ею — он сказал мне, что это как учить новый язык, — но он уверен, что может это сделать.

— Он есть Система?

— Да.

— Значит, если он умрет, все это исчезнет.

— Он не может умереть. Больше нет.

— Ты хочешь сказать, что он бог Системы?

— Великое астральное существо, — поправила она. — Он не знает, будет ли бог у нее. Богиня Смерти и Жнец, например, имеют разные роли в управлении мертвыми душами. Он не знает, потребуется ли формирование бога Системы в подобной ситуации. Даже если это произойдет, вероятно, потребуется несколько столетий. Посмотри, сколько времени требуется Чистоте, чтобы вернуться. Мы до сих пор не уверены, как долго Маскировка действовала вместо него.

Он встал и зашагал по комнате, рассеянно проводя руками по волосам, пока думал. Он наконец остановился, опираясь на спинку стула обеими руками, глядя на все еще сидящую Зару.

— Ладно, — сказал он. — Не принимая во внимание, на данный момент, идею о том, что Асано — какое-то божественно-смежное высшее существо, ты говоришь, что он может просто отключить Систему по прихоти?

— Это сложнее, чем кажется, насколько я понимаю. По крайней мере, пока его сила растет. Но да, это по сути то, что я говорю.

— Ты говоришь, что он может сделать это, и его сила все еще растет?

— Хилс, ты понимаешь, что такое великое астральное существо?

— Очевидно, нет, но я знаю, что Строитель был им. Теперь ты говоришь, что Асано такой же, и он собирается использовать свою силу, чтобы попытаться держать мир в заложниках.

— Это не то, как он это сформулировал, но твое описание, по крайней мере, в общих чертах верно.

— Люди собираются устроить истерику. Уровень принятия использования Системы в каждой группе от правительств до церквей… есть ли какие-то исключения? Церкви, Общество искателей приключений?

— Нет. И только между нами, он уже заручился поддержкой своих планов от Владычества и Свободы. Это будет иметь значение, учитывая, как редко они соглашаются друг с другом.

— Если церкви уже знают, я не вижу, почему ты так скрытничаешь. Это определенно выйдет наружу заранее.

— Церкви не знают. Пока нет.

— Ты только что закончила говорить, что у него есть поддержка от церквей Владычества и Свободы.

— Нет, Хилс, я этого не говорила.

— Подожди, ты говорила о настоящих богах?

— Это не может быть таким уж сюрпризом. Несомненно, ты слышал о том, какой он с ними. Он приглашал их на чашку чая со всей командой. Это был очень странный опыт.

— Боги могут пить чай?

— Они боги, Хилс. Есть немного вещей, которые они не могут делать, что бы Джейсон ни говорил об их ограничениях.

— И они собираются поддержать это публично?

— Да.

— Это значительно меняет дело. Или, может, нет, я не знаю. У меня нет системы координат для того, чтобы какой-то авантюрист золотого ранга держал планету в заложниках, угрожая отключить важный аспект самой магии. Потому что он на самом деле какое-то нелепое существо. Я видел один отчет, утверждающий, что он был одним из богов посланников.

— Он и есть, и их называют астральными королями.

— Я думал, ты сказала, что он великое астральное существо.

— Да, все очень сложно. Что тебе нужно понять, Хилс, так это то, что Джейсон не угрожает сделать что-то. Он делает это. Я здесь для того, чтобы у Короля Штормов был шанс опередить это.

— Опередить как? Он хочет отменить кабальное рабство? Это краеугольный камень правовой системы для большей части цивилизованного мира. Чем он хочет, чтобы мы заменили это? Теми местами, где они запирают людей на долгие годы, как это делают в Курданске? Даже игнорируя, в чем смысл этого, ты имеешь представление об операционных расходах этих мест?

— Он не выдвигает конкретных требований, кроме устранения законов о кабальном рабстве.

— Значит, он ожидает, что мы выбросим важную часть системы правосудия и ничего не предложим взамен.

— Ты думаешь, было бы лучше, если бы он начал диктовать, как страны должны менять вещи?

— Это именно то, что он делает!

— Ну, да, — признала Зара. — Но он хочет, чтобы все нашли свои собственные решения, а не диктовать их самому. Что, кстати, сказал ему Владычество.

— Почему Владычество вообще одобряет это? Разве он не должен быть в пользу кабального рабства? Или любого рабства, если уж на то пошло.

— Я не уверена. Я задавалась тем же вопросом, но Джейсон сказал, что Владычество — не то, что о нем думает большинство людей. Мы не садились для теологической дискуссии, однако. О чем мы говорили, так это о потенциальных системах замены для кабалы. Джейсон не будет диктовать, что люди должны делать, но выступает за сдвиг в текущей системе, который вносит лишь ограниченные изменения.

— Насколько ограниченные?

— Его проблема — аспект рабства.

— Кабала — это не рабство.

— Кроме тех случаев, когда это так, Хилс, и ты это знаешь.

— Ни одна система не идеальна, Зара.

— Что не является оправданием, чтобы не делать их лучше. Текущая практика — продавать контракты о кабале или отдавать их жертвам преступника. Джейсон выступает за то, чтобы взять то, что было контрактами о кабале, и заменить их приказами об общественных работах. По большей части, системы остаются такими, как есть, но без продажи людей. Местные власти используют труд для общественных работ, с регулированием, чтобы уменьшить и исправить случаи злоупотреблений.

Хилс задумчиво потер подбородок.

— Значит, в основном просто перевод держателей кабалы от частных лиц к государственным органам.

— Это вариант. Тот, который уже десятилетиями работает в некоторых городах-государствах. Проблемы все еще есть, но худшие злоупотребления были сокращены.

— Худшие злоупотребления. Мы говорим здесь о преступниках, и это не так плохо, как ты описываешь.

— Ты искренне в это веришь?

— Конечно, верю. Если бы я не верил, каким монстром это сделало бы меня?

— К сожалению, распространенной разновидности. Ты знаешь о Софи Уэкслер из моей команды?

— Да.

— Ты знал, что она была кабальным слугой?

— Думаю, я помню, как читал об этом.

— Директор местного отделения Магического общества был одержим ею. Директор Общества искателей приключений сделал это возможным в обмен на определенные уступки. Потребовалось вмешательство Джейсона и Эмира Бахадира, чтобы предотвратить это.

— Видишь? Система работает.

— Люди с чрезмерным влиянием, вмешивающиеся, чтобы остановить других людей с чрезмерным влиянием, — это не работа процесса, Хилс. Это процесс, который настолько сломан, что коррупция замыкается сама на себе.

— Послушай, Зара, я не совсем не согласен с тобой. Я не думаю, что это так плохо, как ты описываешь, но что я действительно говорю тебе, так это то, что скажут все остальные.

Зара кивнула.

— Я сказала ему примерно то же самое. Как и Даниэль Геллер.

— Ты сказала ему, что он будет противостоять каждому правительству в мире?

— Я сказала.

— И что он сказал на это?

— Что он противостоял и худшему. Что люди знают, кто он такой, теперь, так что пора показать им что он такое.

Хилс издал стон.

— Он один из тех невыносимо мелодраматичных людей, не так ли?

— О, ты понятия не имеешь. Иногда я замечаю его с одной ногой, на что-то опирающейся, глядящим в даль.

— Зара, это будет беспорядок. Страны не собираются склоняться перед каким-то случайным парнем, говорящим им изменить то, как работает их правовая система. Мне все равно, что он такое или насколько сумасшедшие истории о нем. Даже алмазные ранги не ведут себя так.

— Он не алмазный ранг, Хилс. Он человек, который приглашает пару богов на чашку чая, и они действительно приходят.

— Тогда, может, тебе стоит походить и рассказать всем эту историю. Посмотри, как это сработает.

Зара поднялась на ноги.

— Хилс, я здесь не для того, чтобы убеждать тебя в чем-либо. Это просто шанс для нашей страны получить на несколько дней больше, чем у всех остальных, чтобы сформулировать реакцию. Что сделает мой брат дальше — решать ему.

— Это плохая идея, Зара. Ты должна попытаться остановить его от этого.

— Если бы люди могли остановить Джейсона Асано от следования плохим идеям, мир был бы другим местом. Я сказала ему, насколько беспорядочно это будет.

— Что он сказал?

— Что-то о пауке, ответственности и его дяде, кажется? Это не имело большого смысла.

СИЛЬНО СКОМПРОМЕТИРОВАННАЯ ВЫПЕЧКА

СИЛЬНО СКОМПРОМЕТИРОВАННАЯ ВЫПЕЧКА

Гаррет Хедингвей был членом высшего эшелона Дома Хедингвей, одной из престижных семей Эстеркоста. Он завтракал, когда прибыл его дворецкий.

— Утренняя почта, милорд.

— Что-нибудь интересное, Джеймс?

— Что-то от Джейсона Асано.

— О? Он был заперт в своем облачном дворце днями, никого не видя. Думаешь, он наконец пришел в себя?

— Как тот, кто расследовал его для вас, сэр, моя догадка была бы «нет». Скорее всего, он собирается сделать что-то радикальное, как я вас предупреждал.

— Это Сирион, Джеймс, а не маленькое владение Геллеров на юге. Насколько радикальным он может быть здесь?

— Я бы повторил, милорд, что его послужной список предполагает, что это может быть не так. По крайней мере, я сомневаюсь, что он согласен с вами.

Гаррет закончил намазывать маслом свою сдобную булочку, затем сделал аппетитный укус. Он отложил ее и вытер руки салфеткой, прежде чем взять письмо, которое Джеймс положил на стол.

> Кому это может касаться, > > Я отправляю ряд этих писем различным интересам, которые вели переговоры об освобождении моих соотечественников с Земли в течение последней недели. Хотя вы являетесь катализатором того, что должно произойти, пожалуйста, знайте, что вы не причина. Вместо этого я хотел бы поблагодарить вас за то, что напомнили мне об обещании, которое я дал себе давным-давно, когда я был бессильным молодым человеком в мире огромной магии. > > Сила — опасная и чудесная вещь. Когда нам дают шанс делать все, что мы хотим, мы показываем миру то, что всегда хотели сделать. Иногда мы теряем свой путь или забываем принципы, которые направляли нас, когда мы были бессильны. Становимся ли мы тиранами, требуя всего для себя? Принимаем ли мы моральную ответственность использовать нашу силу, чтобы улучшить мир вокруг нас? > > Попытка сделать мир лучше — очень хороший способ сделать его хуже, но иметь силу и ничего не делать — это отказ от ответственности. Много лет назад я пообещал себе, что, если у меня будет возможность, я попытаюсь стереть пятно, которым является рабство, на каких бы условиях его ни преподносили его виновники. Когда вы, получатели этого письма, использовали такие законы, чтобы удерживать людей от возвращения в свои дома, вы напомнили мне об этом старом обещании. О других эксплуатируемых друзьях. Поэтому теперь, рискуя добавить вреда, я пытаюсь сделать вещи лучше. > > Позвольте мне прояснить, что это не позиция для переговоров. Здесь нет возможности договориться, сделать исключения или обменять свободу людей Земли на улучшение. Хотя этот конфликт является точкой возникновения того, что должно произойти, эти события больше, чем группа мелких аристократов. Хотя вас можно поблагодарить за вдохновение моих действий, вы в конечном итоге неважны. > > С уважением, > > Джейсон Асано

Гаррет передал письмо Джеймсу, ожидая, пока его дворецкий прочитает его.

— Похоже, вы были правы, Джеймс. Он не говорит, что собирается делать, но его амбиции, безусловно, достаточно грандиозны. Он собирается попытаться сделать что-то радикальное.

— Похоже на то, милорд.

— Есть идеи, что?

— Учитывая масштаб, который подразумевает его письмо, моя догадка была бы чем-то связанным либо с богами, либо с Системой.

— Системой? Верно, ваш отчет о нем упоминал, что он связан с ней каким-то образом. Это было подтверждено?

— Мои источники внутри Общества искателей приключений говорят «да».

— Ну, посмотрите, сможете ли вы узнать еще что-то…

Системное оповещение: Зоны ограниченного обслуживания

* [Администратор Системы] вскоре прекратит доступ к Системе в регионах Паллимустуса, где в настоящее время действует рабство, кабальное рабство или подобные правовые системы. Никто в этих регионах не сможет получить доступ к каким-либо функциям Системы. Способности, которые интегрируются с Системой, будут иметь альтернативную функциональность, находясь в этих областях. Ритуалы, использующие Систему, будут иметь уменьшенную функциональность или потерпят неудачу полностью. * [Администратор Системы] скоро покинет Паллимустус на неопределенный период. Доступ к Системе в отдельных регионах будет пересмотрен по его возвращении. Это сообщение останется активным в течение одного полного дня. По истечении этого периода Система перестанет быть доступной из затронутых областей. Полный список см. ниже.

Гаррет просмотрел список.

— Это везде, — пробормотал он.

— Если отбросить отдаленные, сельские и низкомагические районы, безусловно.

Гаррет сделал еще один укус своей булочки, пока обдумывал сообщение.

— Джеймс, в вашей оценке этого человека, вы думаете, что Асано действительно может сделать что-то в масштабе, который подразумевает это письмо? И если он может, сделает ли он это, или это блеф?

— Моя оценка была бы в том, что он обладает способностью. Если это блеф, это не тот, который я бы рекомендовал проверять.

— Он наживет мир врагов этим.

— Я полагаю, вы обнаружите, милорд, что могущественные враги — это своего рода его конек.

Гаррет поднял взгляд от того места, где перечитывал сообщение.

— Это странный оборот фразы, Джеймс. Не думаю, что когда-либо слышал, чтобы вы его использовали.

— Честно говоря, милорд, Джеймс без сознания в подвале. Насколько сильна ваша сопротивляемость ядам, кстати? Понятия не имею, как он положил так много в эти булочки, чтобы они не казались странными на вкус.

— Что? — спросил Гаррет и внезапно понял, что его зрение становится размытым. — Кто вы?

— Знаете, хорошо, что Джейсон вернулся, — сказала ему Белинда. — Хамфри никогда не позволяет мне похищать людей.

* * * Джасинта Аделин проводила очень плохой день. Быть директором филиала Общества искателей приключений в Сирионе было одним из самых требовательных и политических назначений во всей организации. Это никогда не было так актуально, как когда случалось что-то экстремальное, от появления монстра алмазного ранга до коронации нового монарха. Авантюристы сами по себе часто были проблемой. Каждый раз, когда появлялся какой-то алмазный ранг, желающий уйти с половиной золотых рангов города на какой-то личный проект, Джасинта чувствовала, что у нее развивается язва желудка. Ее не было — из-за магии — но чувствовалось именно так.

Хотя она была в курсе прибытия Команды Бисквит и истории вокруг Джейсона Асано, это было лишь еще одной вещью в ее списке дел. Она следила за его взаимодействиями со знатными домами Сириона, более пристально с тех пор, как он прервал диалог без результатов, но все это подпадало под категорию незначительных проблем. Это резко изменилось с объявлением Системы о том, что она больше не будет доступна с завтрашнего утра.

Асано не упоминался по имени, но широкомасштабные сообщения, которые имели место в Боко, также ссылались на «Администратора Системы». Люди уже складывали части вместе, и прямо за дверями облачного дворца Асано была толпа больше, чем у двери в кабинет Джасинты. За дюжину или около того часов с момента появления сообщения она имела дело с аристократами, гильдиями, королевской семьей, Магическим обществом и даже своими собственными людьми.

В дверь постучали, ее помощник не стал ждать ответа, прежде чем открыть ее.

— Она здесь, босс.

— Отправляй ее прямо внутрь.

Джасинта встала и направилась к картине на стене, которая достигала пола до потолка, изображающей каких-то авантюристов, выглядящих типично героически. Она постучала по определенной точке на раме, и картина втянулась в стену, прежде чем сдвинуться в сторону, открывая полный бар. Она не знала, кто из ее предшественников установил его, но в такие дни, как эти, она посылала им молчаливые благословения.

Джасинта наливала второй стакан янтарной жидкости, когда Даниэль Геллер вошла в кабинет, закрыв за собой дверь. Женщины молча переместились на один из нескольких диванов в просторной комнате и сели рядом. Джасинта передала один из стаканов, и они чокнулись, прежде чем выпить. Даниэль сделала глоток, в то время как Джасинта опустошила свой стакан одним глотком.

— Я думала, у тебя может быть такой день.

— Дэни, что, черт возьми, происходит в подмышках темных богов? — взорвалась Джасинта. — Ты сказала мне, что он нанял тебя, чтобы остановить его от совершения подобных вещей.

— Я предлагала более умеренный подход. Настоятельно предлагала.

— Он явно не послушал.

— Нет, послушал.

— Ты хочешь сказать мне, что это более умеренный подход?

— Именно.

— Он похитил семь членов некоторых из самых влиятельных семей в Эстеркосте.

— Якобы.

— Копия того же письма от него была найдена в каждом месте, вместе с сильно скомпрометированной выпечкой.

— Это звучит похоже на него, — признала Даниэль.

— И это письмо звучит как манифест.

— Он не пытается заставить кого-либо что-либо делать.

— Это именно то, что он пытается сделать. И это не сработает.

— Он в курсе. Вот почему я говорю, что он не пытается ничего заставить. Он полностью осознает, что целые нации не собираются склоняться перед его прихотями. Он решил больше не делиться возможностью под его контролем, так как чувствует, что это было бы одобрением практик, которые он находит морально отвратительными. Короче говоря, он не собирается поддерживать никакую власть, которая терпит рабство или социальные структуры, подобные рабству.

— Кабала — это не рабство.

— Если ты хочешь привести этот аргумент Джейсону, я бы порекомендовала биться головой о стену вместо этого. Тебе не придется покидать свой кабинет, и стена может действительно сдвинуться. Джейсон — нет, особенно если Софи Уэкслер в комнате.

— Бывшая кабальная слуга в команде Асано.

— И единственная, кто мог бы действительно заставить Джейсона изменить свою позицию, не то чтобы она будет. Она его самый большой сторонник в этом.

— Я читала отчеты о ее истории до авантюризма, но они были довольно скудными.

— Да, держу пари, они были, — пробормотала Даниэль.

— Ты была вовлечена?

— Нет. Все это произошло, пока я была в крупной экспедиции, где культ Строителя разорвал нас в клочья. Пока это происходило, коррумпированный директор Общества искателей приключений заключал сделку с еще более коррумпированным директором Магического общества. План состоял в том, чтобы продать Уэкслер ему, по причинам, столь же отвратительным, как ты можешь себе представить. Асано и Эмир Бахадир сумели остановить это, но я бы посоветовала не говорить Уэкслер, что кабала — это не рабство.

— Значит, она не будет открыта к тому, чтобы убедить Асано не делать этого.

— Нет. Я просто говорю тебе это, чтобы ты поняла, что твой лучший шанс настолько плох, что тебе не стоит и беспокоиться.

— Его нельзя убедить сделать исключение для Общества искателей приключений?

— Я пробовала этот подход. Он сказал, что если он пойдет на один компромисс, это станет постоянным давлением делать больше. Он не ошибается. Несмотря на то, что он надеется на перемены, Джейс, он не ожидает, что кто-то пойдет на какие-либо уступки. Он полон решимости не делать никаких уступок взамен.

— Неужели он не понимает, что не может этого сделать?

— Сделать что, Джейс? Забрать то, что он дал всем бесплатно? Система всегда была его, чтобы дать, и его, чтобы забрать. Все, что изменилось, это то, что теперь люди это осознают. Они, вероятно, вот-вот начнут беспокоиться о том, сколько их информации он может прослушивать.

— Он может просто вытянуть что угодно из Системы из воздуха?

— Не знаю. Он говорит, что не может, но я не знаю, до какой степени он действительно имеет в виду не хочет.

— Но у него есть контроль сделать то, чем он угрожает?

— Это не угроза, Джейс. Это происходит.

— Как это вообще возможно?

— Как кто-то, кто знает Джейсона давно, я могу сказать тебе, что этот вопрос возникает часто. Ответы варьируются от бессмысленных до несуществующих, и ты в конечном итоге понимаешь, что лучше не спрашивать.

— Это поразительно бесполезный ответ. Дэни, у меня все, от директора Магического общества до королевы, донимают меня вопросами. Мне нужно что-то лучше, чем «какой-то парень оказался с богоподобной силой над Системой, но я не знаю деталей». Им это понравится не больше, чем мне.

— Скажи им, что Паллимустус обходился без Системы на протяжении всей своей истории. Он будет продолжать отлично обходиться без нее.

— Это не то, как работают люди, и ты это знаешь. Если ты даешь им что-то, что им нравится, только чтобы забрать это, они собираются устроить истерику. А люди любят Систему, Дэни. Я люблю Систему.

— Тогда они должны решить, любят ли они своих рабов больше. Если бы удержание Системы причиняло людям вред, он был бы более гибким, но это не было тем, что они знали, что хотят, пока не получили. Им это не нужно, поэтому у него нет угрызений совести забирать это у них.

— Это не так просто, Дэни, и ты это знаешь. Асано — не какой-то бог, с которым мы ничего не можем сделать. Он человек, и все знают, где его найти.

— Если бы ты в это верила, Джейс, ты бы уже имела общество, выбивающее его дверь. Он не бог, но он вращается в тех же кругах, что и один из них. Дворяне Сириона могут не знать, с чем имеют дело, но ты знаешь. Ты видела отчеты.

— Отчеты? У меня здесь были чертовы архиепископы Владычества и Свободы. Видеть, как эти двое соглашаются хоть в чем-то, было откровенно жутко. Что я ищу, так это некоторое понимание того, как справиться с этой ситуацией. Как нам заставить Асано не делать этого?

— Он был ясен в этом, Джейс. Я знаю, что этого не произойдет, и он тоже.

— Тогда в чем смысл всего этого? Чего он хочет?

— Дворяне Сириона, с которыми он имел дело, давили на него, потому что думали, что могут. Я думаю, что это вызвало воспоминания о его времени на его собственной планете. Это было плохое время для него, и я думаю, он пытается проработать часть той старой злости здесь.

— Разве он не планирует вернуться туда?

— Да, что, я полагаю, является частью этого. Он знает, что если он начнет разбрасываться своей силой там, он может нанести реальный ущерб.

— Он наносит ущерб здесь!

— Нет, Джейс, он нет. Он забирает блестящие новые игрушки людей, потому что ему не нравятся некоторые вещи, которые они делают. Он хочет показать, раз и навсегда, что он не инструмент для людей, чтобы брать и использовать. Он бросает вызов миру попробовать, чтобы все могли увидеть, что произойдет.

— Что я должна с этим делать? Люди не собираются принимать потерю Системы.

— Заставь их. Если хочешь застать Джейсона врасплох, докажи, что он неправ. Скажи ему, что мир не заставит его ничего делать, но и вымогать себя не позволит. Он будет жить без Системы, но он не может указывать нациям, какими должны быть их законы.

— А если он решит продвигать свою повестку сильнее?

— Он не будет. Его друзья остановят его, если ничего другого не останется.

— Разве ты не могла остановить его раньше?

— Вероятно. Но иногда экстремальные результаты требуют экстремальных действий. Джейсон доказывал это снова и снова, и мы не против его принципов в этом.

— Ты сидишь здесь и говоришь мне, что экстремизм — это хорошо?

Даниэль осушила то, что осталось от ее стакана.

— Не знаю, Джейс. Я не могу сражаться с богами. Я не могу разрушать города и создавать новые из воздуха. Я не могу положить конец законам, которые большая часть мира считает нормальными и естественными.

Джасинта потерла виски от надвигающейся головной боли.

— Я не получу от тебя большего, чем это, верно? Ты говоришь сказать ему, что он не может получить то, что хочет, но мы не будем пытаться забрать то, что хотим мы.

— Как и во многих вещах с Джейсоном, все, что ты можешь сделать, это уковылять от беспорядка.

— А дворяне, которых он забрал?

— Якобы.

— Не будь неискренней, Дэни. Их семьи собираются преследовать Асано за это, с доказательствами или без. Его команду тоже, включая твоего парня.

— О, я думаю, они обнаружат, что есть кто-то еще, с кем им нужно разобраться в первую очередь.

— Дэни, что сделал Асано?

* * * Гаррет Хедингвей проснулся от пульсирующей боли во всем. Его чувства медленно пробивались сквозь туман, фокусируясь одно за другим. Он чувствовал вкус воздуха, слишком горячего и сухого для дома. Он чувствовал запах песка и грязи, чувствовал голую землю под собой. Его слух серебряного ранга уловил звуки людей, приглушенные толстыми стенами. Была смесь языков, лишь немногие из которых он узнал. Он был где-то в пустынных регионах, далеко к востоку от Эстеркоста.

Он открыл глаза в тусклой комнате, свет проходил через маленькое, щелевидное окно. Это была пустая комната, или, может быть, сарай, с саманными стенами. Он был одним из семи человек в комнате, большинство из которых были все еще без сознания. Тот, кто уже проснулся, прислонился к стене, выглядя недовольным. Гаррет узнал его, Паттерсон Кеннингтон. Оглядевшись, он понял, что они все были дворянами Сириона. Из домов, которые были в переговорах с…

— Джейсон Асано, — горько сказал Паттерсон. — Он поместил нас сюда.

— Ты видел его? — спросил Гаррет.

Паттерсон покачал головой.

— Ты получил письмо? — спросил он.

— Да, — сказал Гаррет. Его заторможенный мозг наконец заметил толстый ошейник вокруг шеи Паттерсона, сделанный из темного, грубого металла. Он потянулся вверх и почувствовал идентичный вокруг собственной шеи.

— Не беспокойся с магией или чувствами ауры, — сказал ему Паттерсон. — Это ошейник подавления. Специфический вид, если моя догадка о том, где мы, верна. Стены тоже укреплены, так что не беспокойся пытаться и с этим.

Гаррет взглянул на стену рядом с Паттерсоном. Глиняные кирпичи должны были разойтись как бумага под силой серебряного ранга Паттерсона, но несколько неглубоких следов от кулаков были всем, чего удалось добиться.

— Где мы, по-твоему? — спросил Гаррет. — Восточная пустыня?

— Очевидно, — усмехнулся Паттерсон. — Когда-нибудь слышал о маленькой грязной стране под названием Сади Андали?

— Нет.

— Ну, она известна тем, что почти беззаконна. Общество искателей приключений даже не имеет здесь филиала. Они просто время от времени посылают людей, проводя зачистку на предмет незаконных исследований и запрещенных эссенций. Они находят предостаточно и того, и другого.

— Что мы здесь делаем?

— Помнишь, когда я сказал почти беззаконна? Единственный набор законов, который у них есть, регулирует рабовладельческие рынки.

ГРАНЬ МЕЖДУ СМЕРТНЫМИ И БЕССМЕРТНЫМИ

ГРАНЬ МЕЖДУ СМЕРТНЫМИ И БЕССМЕРТНЫМИ

Вандрик прибыл к входу в облачный дворец Джейсона Асано. Перед ним собралась толпа, и так было с тех пор, как Система отключилась. Они притворялись стихийно возникшей группой, протестующей против чрезмерного влияния чужака. Любой, кто хоть что-то понимал, знал, что их подослали определенные благородные дома Сириона, ожидавшие негативной реакции на потенциальные действия против Асано. Эта «стихийная» толпа была одним из способов, с помощью которых они пытались сформировать общественное мнение.

Дворец располагался на озере, зарезервированном для облачных конструкций и других временных парящих сооружений. Вандрик заметил неподалеку парящий дворец Эмира Бахадира; тот прибыл со своей свитой еще вчера. Вандрик уважал его преданность — Эмир приехал поддержать друга, против которого сейчас ополчилась большая часть мира.

Приблизившись к толпе, Вандрик выпустил едва уловимую ауру ранга Алмаз. Люди тут же бросились врассыпную, расчищая путь. Они собрались на берегу, где к дворцу тянулся облачный мост. Сам мост был пуст, что намекало на то, что он исчезнет из-под ног незваных гостей. Вандрик медленно прошел по нему, осматривая облачный дворец. Вместо одного массивного строения это был комплекс зданий, соединенных закрытыми небесными мостами и подводными туннелями.

Дизайн зданий был выдержан в стиле Витесс, с растениями, оплетающими каждый уголок. Мох покрывал большую часть белых облачных стен. С балконов свисали лианы, а на подоконниках цвели цветы. Даже подводные туннели были покрыты водорослями и кораллами. Асано, по-видимому, предпочитал тропические растения с их яркой зеленью и крупными цветами.

Когда Вандрик подошел, большие двойные двери открылись, обнажив атриум, больше похожий на сад, чем на комнату. Он шагнул внутрь и тут же замер, ощутив то, чего давно не чувствовал: угрозу. На его губах заиграла легкая улыбка.

— Интересно, — пробормотал он, оглядываясь.

Вход представлял собой многоуровневый атриум, где растений было еще больше, чем снаружи. Множество водопадов низвергались с мезонинных уровней в водоемы, протекающие через сад, заполнявший весь пол. Дорожки вели сквозь сады и по маленьким мостикам к дверям и лестницам, встроенным в стены. Воздух был влажным, наполненным шумом водопадов и звуками птиц и насекомых. Высоко наверху атриум казался открытым небу, но Вандрик чувствовал барьер из невидимого тумана.

Его взгляд остановился на одной детали, назначение которой он не понял. В нише стены находился ряд узких шестов, уходящих в верхние ярусы здания. За каждым шестом висела табличка с именем, соответствующим каждому члену команды Асано. Он заметил, что шест с табличкой «Нил» был толще остальных.

Вандрик услышал что-то сверху, и мгновение спустя кто-то соскользнул вниз по одному из шестов. И его аура, и табличка за спиной говорили, что это Джейсон Асано. Он был одет в короткие коричневые шорты, сандалии и яркую рубашку с тропическим цветочным принтом.

— Доброго дня, приятель. Чем могу помочь?

— Королева Эстеркоста и несколько других заинтересованных сторон попросили меня выступить арбитром по поводу вашего отключения Системы.

— То есть они попросили вас прийти сюда, перевернуть меня вверх ногами и трясти, пока из меня не выпадет Система.

— Они сформулировали это иначе, но общий смысл был именно таким.

— Но вы ведь не собираетесь этого делать, верно?

— Нет. Но пришло время кому-то сесть с вами и поговорить.

— О чем?

— Вы стоите одной ногой по одну сторону опасной черты, мистер Асано. Я надеюсь помочь вам успешно ее преодолеть.

— Звучит неплохо. И зовите меня Джейсон.

— Хорошо, Джейсон. Меня зовут Вандрик Макарро, но вы можете звать меня Ван.

— Окей, Ван. Я как раз испек булочки, они остывают наверху, так что нам придется поболтать там.

Вандрик взглянул на нишу с шестами.

— Нам ведь не обязательно пользоваться ими, правда?

— Нет, — рассмеялся Джейсон. — Они только для спуска.

— Не кажется ли это неэффективным, учитывая, что обладатели ранга Золото могут вполне эффективно левитировать даже без преимуществ вашей ауры?

— О, это определенно неэффективно. Но какой смысл жить вечно, если не находить времени на развлечения?

Джейсон начал подниматься в воздух, и Вандрик последовал за ним. Они приземлились на самом высоком мезонине и пошли по коридору, где пол состоял из деревянных реек, под которыми бежала вода. Стены были уставлены растениями, и по коридору гулял свежий ветерок.

— Эта музыка не похожа ни на что, что я слышал, — сказал Вандрик. — Она из вашего мира?

— Ага, это Лора Брэниган.

Джейсон привел Вандрика на просторную кухню, выходящую на крытый балкон. Сверху свисали цветущие лианы, нависая над столом для пикника. За ним сидели четыре человека, включая того, у кого были характерные широкие плечи и точеные черты лица Геллера. Это должен был быть Хамфри, один из самых известных членов семьи. Женщина рядом с ним, вероятно, была его матерью, судя по их схожему цвету лица и взаимодействию их аур. Напротив них сидели Эмир Бахадир, с которым Вандрик уже встречался, и женщина, которая, скорее всего, была его женой.

— Я просто собираюсь продать своих коров в Канзас-Сити, — сказал Эмир. — Дай мне шесть лишних долларов.

— Ты же знаешь, что потеряешь за это очки, — сказала ему жена.

— А если я не получу больше денег, то не получу и больше очков, чем у меня есть.

На кухне две женщины в фартуках помешивали что-то в большой миске.

— Нет, Софи, хватит, — сказала одна из них.

— Ой, да ладно, Кетис. Что теперь не так?

— Ты слишком торопишься. Даже не говоря о брызгах, мы делаем взбитые сливки, а не масло.

— Я люблю масло, — защищалась Софи.

— Это для булочек.

— Я люблю булочки с маслом.

Кетис заметила их появление, несмотря на то, что аура Вандрика была полностью скрыта. Она была единственной, кто уставился на него; остальные лишь мельком взглянули в его сторону, прежде чем вернуться к своим делам. Для Вандрика это был новый опыт; обычно обладатель ранга Алмаз получал совсем другой прием.

— Кто твой друг? — спросила Софи. — Общество искателей приключений наконец-то прислало обладателя ранга Алмаз, чтобы задать тебе трепку?

— Что-то вроде того. Все, это Вандрик. Вандрик, это все. Ну, не все. Где остальные?

— Как будто ты не чувствуешь, где они, — ответила Софи.

— Я люблю давать людям личное пространство, — сказал Джейсон.

— Зара, Фарра и Линди все еще плавают, — сказала Кетис. Ее тон был рассеянным, она продолжала смотреть на гостя ранга Алмаз. — Отец Хамфри пытался стащить булочки, и Сташ оттащил его. Он много знает о выпечке для дракона.

— Остальные скоро вернутся, — сказал Хамфри. — Они пошли на рынок посмотреть, сколько видов джема смогут найти.

Эмир и его жена встали из-за стола, чтобы выразить уважение. Он представил свою жену, Констанцию, после чего они вернулись к своей игре. Даниэль Геллер не стала представляться, но кивнула в знак приветствия, когда заметила, что он осматривает ее.

Во время их предыдущей встречи у Бахадира был тот страх, к которому Вандрик привык при встрече с обладателями ранга Алмаз. Остальные члены группы казались такими же, за исключением девушки, которая все еще смотрела на него. У него возникло искушение выпустить немного своей ауры, чтобы посмотреть, что произойдет, но он подавил этот незрелый порыв.

Джейсон провел Вандрика в соседнюю комнату, и дверь из тумана закрылась, отрезая их от внешнего мира. Звуки снаружи исчезли, несмотря на то, что эта комната тоже была открыта наружу. Вандрик снова почувствовал мощный, но невидимый барьер из тумана. Комната была пространством для медитации в деревенском тропическом стиле с плетеными циновками на полу. Она напомнила Вандрику Арнот, наименее населенный из трех островов Римароса. По жесту Джейсона из пола поднялись два потока облаков. Они приняли форму плетеных кресел, стоящих друг напротив друга. Джейсон занял одно из них, приглашая Вандрика в другое.

— Итак, — сказал Джейсон. — Что привело вас ко мне, Ван?

— Вы находитесь в очень странном положении, Джейсон. Вы обладатель ранга Золото, но при этом находитесь где-то далеко за пределами ранга Алмаз. Мы, обладатели ранга Алмаз, а теперь и Общество искателей приключений, в значительной степени решили найти компромисс и считать вас обладателем ранга Алмаз.

— Мне уже говорили об этом. Полагаю, это тот самый разговор, где вы будете учить меня, как вести себя как подобает хорошему обладателю ранга Алмаз.

— Не совсем. Обладатели ранга Алмаз, как правило, не любят, когда им указывают, что делать. Они склонны реагировать довольно резко.

— Значит, я отлично впишусь.

— На самом деле, да, хотя ваши необычные обстоятельства создают соразмерно необычные проблемы. Грань между рангом Алмаз и всем, что ниже, более экстремальна, чем на любом другом ранге. Грань между Золотом и Алмазом — это порог между смертностью и бессмертием, поскольку обладатели ранга Алмаз вечно молоды и почти бессмертны. Соответственно, мы отходим от мирских забот, тем более что время идет. У нас нет правил как таковых, хотя мы вмешиваемся, когда кто-то из нас выходит за рамки. Что у нас есть, так это этикет.

— То есть, если я буду вести себя плохо, остальные не придут, чтобы наказать меня. Вы просто все будете думать, что я задница.

— Что-то вроде того, да. Я обсуждал это с Королевой, а также с другими представителями элиты Эстеркоста и рядом послов. Я сказал им, что позиция сообщества обладателей ранга Алмаз заключается в том, что Система принадлежит вам, и вы ею управляете.

— То есть вы сказали им, что им не позволено преследовать меня из-за этого.

— Да. Но это также означает, что если кто-то все же решит преследовать вас, они будут игнорировать нас.

Джейсон сузил глаза.

— Вы хотите, чтобы я сам разбирался с теми, кто решит прийти за мной из-за этого.

— Именно. Что возвращает нас к вопросам этикета. Обладатели ранга Алмаз, по крайней мере в этом мире, являются высшими символами и выражением силы. Мы ожидаем, что мы будем уважать это и действовать так, чтобы остальной мир делал то же самое. Существует несколько принципов, и один из них заключается в том, что мы ведем свои дела самостоятельно. Это не значит, что мы не опираемся на наших друзей и связи, но мы должны справляться сами. Когда один обладатель ранга Алмаз помогает другому, это потому, что они друзья или союзники, а не из солидарности ранга Алмаз. Если вы не можете стоять на своих ногах, остальные будут стоять в стороне, пока вас будут лишать опоры.

— Итак, первое правило того, чтобы быть самым могущественным, — вы должны быть самым могущественным.

— Именно. Второй принцип этикета обладателей ранга Алмаз — уважать границу между смертными и бессмертными. Когда обладатель ранга Алмаз молод, мы гораздо более гибкие в этом отношении. У вас есть потомки, за которыми нужно присматривать, интересы из ваших смертных дней, которые вы не хотите видеть разрушенными. А главное, вы все еще мыслите как смертный. Но спустя полтысячелетия или около того, от вас ожидают, что вы отойдете в сторону. Если мы будем делать все за них и никогда не позволим им найти свой собственный путь, мы затормозим их развитие. Предоставленные сами себе, смертные всегда будут вас удивлять. В смертности есть драйв, который толкает их к инновациям. К тому, чтобы делать вещи лучше. Страсть молодости.

Вандрик небрежно погрозил Джейсону пальцем.

— Вот где вы сейчас. У вас есть сила, возможно, больше, чем вы когда-либо думали. Вы хотите использовать ее, чтобы сделать мир лучше.

— И, надеюсь, не сделать его хуже.

— Это всегда опасность, — согласился Вандрик. — Мы даем больше свободы молодым обладателям ранга Алмаз, но опасность того, что они причинят вред, — причина, по которой мы ожидаем, что они будут ограничивать себя. Давайте посмотрим на некоторых молодых обладателей ранга Алмаз, которых вы знаете. Аллайет и Чарист ограничивают себя географически, например, ограничиваясь Ярешем и прилегающими регионами. Король Зеркал делает то же самое на своей территории. Повестка Роланда Ремора более обширна, но он редко использует свою прямую силу. Он ограничивается в основном работой через агентов и доверенных лиц.

— И вы ожидаете, что я буду ограничивать себя.

— Никто не будет вас заставлять. Мы надеемся, что вы придете к пониманию добродетелей ограничения нашего влияния на мир смертных. Я подозреваю, учитывая ваши взгляды на власть и авторитет, что это будет для вас естественно.

— Вы не ошибаетесь, — признал Джейсон.

— Скажу так, — произнес Вандрик. — Есть ожидание, что совсем новые обладатели ранга Алмаз будут вести себя немного дико. Сводить старые счеты и инициировать изменения в обществе смертных, которые они всегда хотели. Пока они не заходят слишком далеко, остальные из нас позволяют этому случиться. Какой смысл достигать большей власти, чем кто-либо другой, если вам просто будут говорить не делать того, что вы всегда хотели делать?

— Это кажется разумным.

— Я тоже так думаю. Эмпирическое правило заключается в том, что каждый получает один шанс. Одно большое действие, меняющее мир, которое затрагивает смертных. После этого от вас ожидают более тонкого подхода. У вас есть вечность, поэтому ожидается, что вы будете терпеливы.

— А мое действие — использование Системы, чтобы попытаться заставить всех отменить рабство.

— Да. Поэтому никто из общего сообщества обладателей ранга Алмаз не будет оспаривать это. Однако я не могу говорить за отдельных лиц. Если вы ущемите личные интересы обладателя ранга Алмаз, вы можете обнаружить, что они встанут у вас на пути.

— Хорошо знать, спасибо.

— Теперь мы должны решить некоторые вопросы, вытекающие из вашей конкретной ситуации. У каждого обладателя ранга Алмаз свои обстоятельства, но ваши более радикальны, чем у большинства.

— В том, что я на самом деле не обладатель ранга Алмаз.

— Да. Вы балансируете на грани между смертным и бессмертным. Не нам говорить вам не вмешиваться в дела смертных, пока вы все еще обладатель ранга Золото. Но мы также не будем стоять в стороне, если вы начнете вмешиваться в дела смертных, используя свои далеко не смертные аспекты.

— То есть вы позволите мне шантажировать всех Системой в этот единственный раз, но мне нужно начать использовать свои взрослые силы как зрелый человек.

— Вкратце, да. Решайте дела смертных как смертный, а дела бессмертных — как бессмертный. Таким образом, когда какой-нибудь монарх попросит нас обуздать вас, мы скажем им «нет». И мы ожидаем такого же отношения от вас. Обладатели ранга Алмаз решают свои дела между собой. Когда мы втягиваем смертных в наши дела или позволяем им втягивать нас в свои, люди гибнут. Начинаются войны. Целые нации стираются с лица земли.

— Все то, чего я боюсь, если буду неправильно использовать свою силу.

— Да. Большинство обладателей ранга Алмаз, которых вы встречали, молоды. Им не более пяти веков. Есть обладатели ранга Золото старше большинства из них. Сорамир Римарос и Доун — оба исключения, но оба проводят большую часть времени в космосе. Если вы почувствуете потребность в руководстве о том, как обращаться с силой бессмертных в мире смертных, я хочу быть доступен для вас.

— Мне бы этого хотелось.

— При всем при этом, я не собираюсь вмешиваться в ваши дела с благородными домами Сириона. Вы устроили этот беспорядок в масштабах смертных, и ожидается, что вы уберете его таким же образом. Никаких превращений в гигантскую птицу и уничтожения целых семей.

— Это не входило в планы, но я буду иметь это в виду.

Вандрик встал.

— Думаю, все прошло хорошо, — сказал он. — Но в конечном итоге это зависит от вас, и время покажет. Если я вам понадоблюсь, я уверен, вы легко меня найдете. Если вы придете за советом, я буду рад его предложить. Если вы придете за помощью, вы найдете меня менее готовым.

Джейсон встал и пожал ему руку.

— Понял.

МЕЛКАЯ ТИРАНИЯ

МЕЛКАЯ ТИРАНИЯ

Девять человек промаршировали по мосту к облачному дворцу Джейсона. Они явно отличались от тех людей, с которыми Джейсон вел переговоры, хотя и были из благородных домов, в которых сейчас не хватало людей. Это были не красноречивые слуги или утонченные аристократы. Это были искатели приключений. Их снаряжение было поношенным и практичным, оружие они несли с привычкой, выработанной годами. Оно было наготове, а не выставлено напоказ ради декоративной ценности украшенных драгоценными камнями рукоятей.

Они остановились перед большими дверями, которые превратились в туман и исчезли. За ними открылся садовый атриум, залитый солнечным светом сверху. В дверном проеме стояла темная фигура Тени.

— Чем могу помочь, господа?

— Меня зовут Бен Хедингвей, из дома Хедингвей, — сказал мужчина впереди, его голос был таким же грубым, как и его внешность. — Каждый человек здесь представляет благородный дом Сириона; думаю, вы можете догадаться, какие именно. Мы хотим поговорить с Асано.

— Конечно, лорд Хедингвей. Пожалуйста, входите.

— Мы не пойдем туда, — сказал Бен. — Там у него вся власть.

— Если вас беспокоит его сила внутри, лорд Хедингвей, боюсь, у меня для вас плохие новости насчет того, что снаружи. Мне жаль, что мы не смогли принять вас сегодня.

Туман начал формировать новые двери, а затем снова рассеялся.

— Погоди, Тень, — сказал Джейсон, появляясь сверху. — Эти люди — явно искатели приключений. Хорошие искатели приключений не заходят в места, наполненные неизвестной силой и неопределенными угрозами.

— Если это критерий, мистер Асано, не делает ли это вас посредственным искателем приключе…

— На этом все, спасибо.

— Слушаюсь, мистер Асано.

Тень исчезла в тени Джейсона, когда тот приземлился прямо внутри дверей. Это поставило его прямо перед Беном, который был значительно выше. У него была темная кожа уроженца Сириона, а в длинные волосы были вплетены бусины, от которых Джейсон чувствовал исходящую магию.

— Надеюсь, вы здесь не для того, чтобы драться, — сказал Джейсон.

— Я не люблю драться с другими искателями приключений, — сказал Бен. — Я люблю сражаться с монстрами. Защищать людей, обеспечивать свой дом. Быть фундаментом, на котором он держится, как и мои предки до меня. Но вы пришли в этот дом и забрали мою семью. Я не люблю драться с людьми, особенно когда о них ходят такие истории, как о вас. Но я буду, если до этого дойдет. Вы забрали моего племянника.

Джейсон кивнул.

— Не признавая никаких действий с моей стороны, я уверен, вы можете понять, почему я мог сделать нечто подобное.

— Понимаю, — признал Бен. — Особенность благородных домов в том, что когда они становятся достаточно старыми, большинство людей в них начинают забывать вещи. Становятся самонадеянными. Забывают, что деньги, власть и влияние не приходят от какой-то врожденной величины, с которой они родились.

Он небрежно положил руку на рукоять меча.

— Они приходят от этого. От людей, готовых испачкаться и пролить кровь. Умереть за семью, если потребуется. Они забывают, что если они попытаются использовать не того человека, именно такие, как мы, прольют кровь, чтобы все исправить.

— Видите ли, здесь вы теряете меня, Бен. Ваша проблема, похоже, в том, кого именно эксплуатировала ваша семья, а не в том, что они вообще эксплуатировали людей.

— Идеалы — это хорошо, но именно сила приносит перемены. Ваши идеалы насчет рабства, например, никого не волновали, пока вы не забрали Систему.

— С этим я не могу поспорить.

— Тогда давайте отбросим выдачу желаемого за действительное и займемся практическими вопросами. Наши семьи думали, что смогут извлечь из вас дешевую выгоду. Они ошиблись и заплатили за это цену. Прямо сейчас все наши семьи расторгают контракты с людьми из вашего мира. Мы даже выплачиваем им щедрые выходные пособия.

— Да, я вижу, как от вас исходит теплое сияние от осознания того, что вы поступили правильно.

— Асано, вы знаете, что мы не отступим, пока наши люди не будут возвращены нам. Вы забрали их, оставив только две вещи: письмо от вас и отравленную еду, которая усыпила бы их, а не убила. Вы хотели, чтобы мы знали, что они живы и что это вы их забрали.

— Якобы.

— Я здесь не для игр, Асано, и не для дешевых слов политиков. Я не хочу сражаться с кем-то вроде вас, но мы не позволим вам удерживать наших людей. Вы могущественны, и у вас есть могущественные друзья. Но вы нажили много врагов, забрав Систему, и у благородных домов Сириона тоже много связей. Если мы выступим против вас всерьез, мы найдем немало союзников.

— Вы говорите так, будто ваши семьи не придут мстить, когда вернут своих людей.

— Вы пришли в наши дома и забрали членов наших семей.

— Я не начинал эту драку. Люди с Земли мало значат для ваших семей. Несмотря на то, что я считаю законы о системе кабального рабства неприемлемыми, я предлагал выкупить их контракты по более чем справедливым ценам. Вместо этого ваши семьи использовали эти законы, чтобы держать их в заложниках. Чтобы попытаться шантажировать меня. Потому что у них была власть сделать это, и, как вы сказали, власть — это то, что имеет значение. На самом деле, вы были правы во всем. Идеалы сами по себе ничего не достигают, и вы действительно попытались использовать не тех людей.

— Мы предприняли шаги, чтобы исправить эту ситуацию и загладить вину. Да, я уверен, что моя семья попытается заставить вас заплатить за то, что вы сделали. Это было неизбежно с того момента, как вы решили действовать таким образом, и вы достаточно умны, чтобы это понимать. И что вражда между нами будет совсем другой, если наших людей не вернут. Верните их, и вы добьетесь политического унижения. Нет — и вы начнете войну.

— Честно говоря, у меня нет ваших людей, — сказал Джейсон. — Хотя я слышал кое-что, что может быть актуально. Одна моя подруга недавно заглянула в Сади Андали. Она очень быстрая, даже без порталов, и у нее было несколько вещей на продажу. Она слышала, что через тамошние рабовладельческие рынки проходят необычные товары. Похоже, аристократы, судя по их рангу и поведению.

Люди за спиной Бена зашевелились, но не заговорили. Взгляд Бена стал еще более холодным, как будто он мог просверлить голову Джейсона.

— Рабовладельческие рынки Сади Андали.

— Это то, что я слышал.

— Какой именно?

— Разделены между ними, насколько я слышал. Не уверен, какие именно, так что, полагаю, вам придется наведаться во все. Одновременно, иначе вы можете столкнуться с заложниками. Вам, вероятно, стоит воспользоваться услугами тех многих связей, о которых вы упоминали.

— Это ваша цена, значит? Уничтожение работорговли в Сади Андали?

— Я уверен, что это ее не остановит. Тот факт, что страна все еще существует, говорит мне об этом. Это слишком удобное место для могущественных людей, которым нужны грязные дела, но чистые руки. Не то чтобы я стал использовать это, чтобы доказать свою точку зрения. Хорошего дня, приятель.

Двери из тумана сформировались вновь, скрыв Джейсона из виду.

* * * Пустынный город был ветхим местом, в основном состоящим из палаток выцветшего коричневого и желтого цветов, разбитых вдоль реки. Вокруг были разбросаны грубые здания из сырцового кирпича, и несколько больших красочных палаток выделялись на фоне остальных. Город никогда не был рассчитан на долгий срок, и его жители явно привыкли к налетам искателей приключений. Те, кто мог, бежали. Рабы обычно отказывались проходить через порталы, когда спасение было близко, но немногие могли вынести боль от ошейников.

Бен наблюдал, как искатели приключений наводнили город. Это был не первый его налет, и он знал процедуру так же хорошо, как и местные жители. Асано был прав насчет долгосрочной эффективности операции. Даже удар по всем рабовладельческим рынкам в крошечной стране одновременно лишь замедлил бы их, в конечном итоге ничего не остановив.

Здесь были церкви, хотя кочевой характер города означал, что они не были по-настоящему освящены. Это были более крупные и красочные палатки, а не святая земля или, в большинстве случаев, нечестивая земля. Темные боги, чьи храмы были скрыты в цивилизованном обществе, открыто почитались здесь. Они могли выставлять напоказ свое существование, по крайней мере, до тех пор, пока не приходили искатели приключений. Даже тогда духовенство в основном спасалось бегством. Темные боги следили за тем, чтобы их рабы были неуловимы.

Не каждая церковная палатка принадлежала темному богу. Такие божества, как Сила и Пустота, не считались злыми, но им было наплевать на мораль своих последователей. С такими церквями существовало соглашение, что они не будут укрывать жителей во время налетов искателей приключений. В свою очередь, искатели приключений оставят их палатки в покое. Большинство таких церквей принадлежали низшим богам, исключением была ярко-красная палатка на выгодном месте вверх по течению.

Операция была в основном завершена, членов семьи найти не удалось. Бен направился к большой красной палатке, так как никогда не помешает проявить уважение к Владычеству. К его удивлению, он почувствовал внутри присутствие ранга Золото. Его, в свою очередь, явно почувствовали, когда священник вышел ему навстречу.

— Священник, — сказал Бен в качестве приветствия, не зная имени мужчины. — Я Бенджамин Хедингвей, из дома Хедингвей.

— Я слышал о вас. Я Брайан, священник Владычества.

— Что делает такой высокопоставленный священник в этом месте?

Брайан усмехнулся.

— Наша церковь — это организация, построенная скорее на выполнении того, что вам говорят, чем на вопросах «почему».

— Мы ищем членов благородных домов, которые, предположительно, были проданы сюда.

— Я думал, это может быть что-то вроде того. Так случилось, что я действительно наткнулся на благородного раба на местном рынке.

— Вы знаете, что с ним случилось?

— Знаю. Я подозревал, что может случиться нечто подобное, и что лучше всего будет держать его в безопасности, пока не прибудет кто-то вроде вас. Поэтому я купил его.

— Вы купили его?

— Да. Он внутри.

Брайан указал в сторону палатки.

— Пожалуйста.

Бен последовал за Брайаном в палатку. Хотя богатая малиновая ткань палатки была зачарована против выгорания на солнце, интерьер был простым и функциональным. Перед алтарем были разложены коврики для коленопреклонения, а жилая зона была отделена ширмами. В стороне стоял толстый деревянный столб, вбитый в твердый земляной пол. Бен чувствовал магию усиления, которая не позволяла человеку, прикованному к нему, освободиться с помощью силы ранга Серебро.

Бен узнал Паттерсона Кеннингтона. Они не были знакомы, но всем спасательным группам показывали изображения целей. Он стоял на коленях, прижатый к столбу с руками, скованными вместе с другой стороны. Он был без сознания, прислонившись к деревянному столбу.

— Вы оставили его в таком виде? — спросил Бен.

— Он раб, причем непослушный. Большинство владельцев, столкнувшись с таким рабом, выпороли бы его и бросили в яму, пока он не узнал бы свое место. По стандартам непослушных рабов, это просто роскошь.

— Он не раб; он дворянин Эстеркоста.

— Думаю, вы обнаружите, лорд Хедингвей, что рабство — это не добровольная позиция. Если у кого-то есть сила сделать вас рабом, вы им становитесь, и у вас нет права голоса в этом вопросе. Это несправедливо, но пока идеалы — это хорошо, именно сила приносит перемены.

Взгляд Бена метнулся от Паттерсона к Брайану.

— Асано все это подстроил, — понял он. — Даже это, и вас.

— Уверен, понятия не имею, о чем вы говорите.

— Почему ваша церковь согласилась быть лакеями Асано? Разве Рабство не является подчиненным богом вашему? Почему вы работаете с тем, кто стремится его уничтожить?

— Ирония нашей церкви, лорд Хедингвей, заключается в том, что те, кто наиболее любим нашим богом, никогда не будут в ней. Мы направляем их, а иногда служим им. Я священник Владычества. Мы не поклоняемся самой силе, но установлению власти над другими. Правлению. Осуществлению авторитета. Да, рабство — это одна из форм власти и контроля, но это мелочь. Мелкая тирания. Мой господин смотрит выше.

— Выше?

— Посмотрите, что происходит там, и по всей Сади Андали. Кто-то заставил великие и благородные дома Сириона танцевать под свою дудку.

— Вы действительно думаете, что Асано настолько велик?

— Я не называл имен.

Бен фыркнул от презрения.

— Если он такой великий, зачем играть в политические игры? Он получил то, что хотел. Зачем наживать врагов, унижая нас таким образом?

— Потому что вы попытались поставить его на место. У него больше нет времени воспитывать такие мелкие проблемы, как вы, по одной за раз. Он занят тем, как не завоевать мир. Мой бог ценит это гораздо больше, чем продажу с аукциона закованных в кандалы жертв. Кстати, вы заберете этого раба?

— Конечно, заберу.

— Отлично. Вы заплатите духовными монетами или векселем церкви?

ПРИЧИНА ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕМЬ

ПРИЧИНА ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕМЬ

Герцог Персиваль Хедингвей был патриархом дома Хедингвей, обладателем высшего титула семьи. Хотя на тот же титул претендовали сельские аристократы в своих отдаленных городах-государствах, его титул происходил из Сириона, сердца цивилизации. Он мог служить под началом трона, в отличие от правителей городов-государств, но его власть затмевала даже самых престижных из них.

Было обидно, что один человек водил за нос его престижный дом. Как только проблемы дошли до его личного внимания, ему не понравилось то, что он обнаружил. Если бы проблема была во внешней агрессии, это было бы одно дело. Он мог бы мобилизовать силу и влияние дома, не затрагивая его репутацию. Вместо этого некоторые из младших членов семьи засунули руку дома по плечо в змеиную нору.

Могло быть и хуже, размышлял Персиваль. Асано преподносил унижение, заставляя семьи спасать своих заблудших членов, причем в очень публичной манере. Но хотя их потрепали, он позаботился о том, чтобы церковь Владычества уберегла их от реальной опасности.

Судя по тому, что Персиваль видел в молодом Гаррете, опыт в Сади Андали, возможно, даже вправил парню мозги. Когда Персиваль был молод, обучение искателей приключений было обязательным в семье. Только те, у кого был талант и склонность, доводили дело до конца, но это помогало им понять основы того, что делало дома сильными. Возможно, пришло время вернуть эту практику.

Потеря репутации из-за этих событий была неприятной, но далеко не невыносимой. Достаточно крупных семей разделили ту же участь, так что планка опустилась для всех. Умным ходом было двигаться дальше, что именно и сказал Бен, лучший обладатель ранга Золото в семье.

«Мы начали что-то с тем, с кем не следовало, и получили по заслугам. Извлеките урок и двигайтесь дальше».

Именно это Персиваль и собирался сделать, но фракция внутри семьи выступала за возмездие. Это были чистые политики, те, кто ненавидел влияние искателей приключений. Они не были полными дураками, теперь полагая, что знают, с кем имеют дело в лице Асано. Они хотели, чтобы ответ был пропорциональным и политическим; не создавая настоящего врага, но давая понять, что с домом Хедингвей шутки плохи.

Персиваль прекрасно знал, что они ошибаются. Асано был искателем приключений и мыслил как таковой. Политические игры работали только до тех пор, пока противник не был готов перевернуть доску, а Асано был явно готов это сделать. Даже если бы семья могла навредить Асано, они бы только в итоге потянули друг друга на дно.

Он готовил объявление по этому вопросу для семейного собрания, когда в его кабинет ворвались. Мариска Хедингвей управляла деловыми операциями семьи и в большинстве случаев была воплощением формальности, вежливости и уважения. Она ворвалась в дверь его кабинета, как осадная машина.

— Перси, ты сошел с ума? Ты был тем, кто настаивал на расширении наших торговых операций с использованием системы небесной связи.

— Да, Мэри, я был. Привет, кстати, и чувствуй себя свободно, заходя. Может, побалуешь себя контекстом.

— Ты знаешь, кто изобрел систему небесной связи? И кто ею управляет?

— Я не помню, кто ее изобрел. Ею управляет Ассоциация магических исследований, не так ли?

— Да, — многозначительно сказала Мариска. — Так и есть.

Ее острый взгляд впился в него, пока она ждала, что он сложит два и два.

— О, — сказал он. — Ассоциация магических исследований была основана и сейчас возглавляется членом Команды Бисквит.

— О, на этом все не заканчивается, — сказала Мариска, становясь все более маниакальной. — Ты знал, что один из разработчиков системы небесной связи находится прямо здесь, в Сирионе? Она путешествует со своим очень близким другом, Джейсоном Асано.

— Ах.

— И вот вишенка на торте, Перси. Другой основатель, Трэвис Ноубл, живет в Римаросе, но родом не оттуда. Хочешь угадать, откуда он?

— Просто выкладывай, Мэри.

— Он вообще не с Паллимустуса. Он пришелец из другого мира. Из той группы, которая прибыла сюда пятнадцать лет назад. Группы, которую наша прославленная семья решила использовать как рычаг, чтобы шантажировать человека, КОТОРЫЙ ВЗРЫВАЕТ ГОРОДА! Это не метафора, Перси! Он буквально взорвал город в прошлом месяце. Кстати, не первый. И сделал он это случайно. Кто-то попытался его убить, его сила вышла из-под контроля и стерла город. Затем он вернулся к жизни, превратился в птицу и убил целую армию гонцов! Я бы сказала, что это самое безумное, что я когда-либо слышала, но я читала обо всем остальном, что он натворил! И мы подумали что? Давайте действительно разозлим его ради каких-то мелких выгод?

— Мэри, я…

— Ты знаешь, что нужно, чтобы Нежизнь увидела в тебе личного антагониста?

— Мэри…

— Я знаю. Теперь. Ты взрываешь город, полный его людей, Перси. Священники, армия нежити, даже его чертов аватар. Ты стираешь его из реальности и строишь новый город из облаков, потому что в этот момент, почему бы и нет? По пути в твой кабинет я слышала, как люди говорили о том, чтобы отомстить этому парню. Отомстить? То, что нам нужно ему подарить, — это корзина с подарками и десять лучших девиц в Сирионе! Ты не знаешь, он любит мужчин или женщин?

— Мы не нанимаем проституток, Мэри.

Она посмотрела на него ровным взглядом.

— Не для этого, — поправился он.

— Перси, ты этого не знаешь, так как это вопрос повседневных операций, но я уже несколько месяцев пытаюсь добиться личного звонка по небесной связи с Трэвисом Ноублом. Чтобы обсудить специальный тариф на услуги небесной связи, учитывая, как давно и масштабно мы являемся клиентами. И, конечно, из-за престижа ассоциирования нашего имени с этим сервисом. Забавно, Персиваль, я наконец-то получила этот звонок. И у него были очень специфические идеи насчет специального тарифа для нашей семьи. Если, цитирую: «Компания небесной связи решит, что продолжение отношений с домом Хедингвей является целесообразным в будущем». Ты знаешь, что это значит, Перси?

— Что они угрожают отрезать нас.

— Нет, Перси, они дают нам причину восемьдесят семь, почему нельзя связываться с Джейсоном Асано. Потеря Системы уже была проблемой, но мы не Общество искателей приключений; мы можем прожить и без нее. Но если мы потеряем небесную связь, нам придется сократить нашу бизнес-инфраструктуру.

— Есть еще система водной связи.

— Перси, мы обошли конкурентов, ухватившись за потенциал небесной связи, пока все остальные боялись рискнуть, придерживаясь водной связи. Вот как мы вырвались вперед за последнее десятилетие.

— Насколько сильно это ударит по нам? Мы слишком рискуем?

— Это не будет крахом. Мы агрессивно расширялись, но я всегда делала поправки на случай такой возможности. Это будет означать сворачивание многих операций. По сути, мы отмотаем время назад к тому, где были десять лет назад.

— Чего мы не хотим.

— Нет, Перси, не хотим. Тебе нужно прекратить эту продолжающуюся вражду с Асано и пришельцами.

Персиваль пододвинул лист бумаги на столе перед собой, чтобы Мариска могла его видеть. Она развернула его и начала читать.

— Что это? — спросила она.

— Черновик моего объявления семье о том, что мы будем явно избегать любой продолжающейся вражды с Джейсоном Асано.

— Почему ты не сказал мне об этом, когда я вошла? Ты мог бы избавить меня от криков о проститутках.

— Ну, если тебе не нравится подход с объявлением для семьи, Мэри, мы могли бы попробовать твою идею с корзиной подарков и проститутками.

— Я пошутила насчет девиц, Перси.

* * * Джейсон наблюдал за человеком, направляющим Тень, когда тот пилотировал облачный корабль из Сириона.

— Ты выглядишь нервным, — сказал ему Джейсон. — Ты что-то затеваешь?

Тот побледнел.

— Нет, сэр. Мой руководитель был очень строг насчет того, чтобы сделать все правильно.

— Ну, успокойся, приятель. Хочешь фруктов? Кто-то подарил мне корзину с фруктами, и я большинства из них раньше не видел. Есть такая штука, называется праппас. Ты когда-нибудь видел такую?

— Э-э, да, сэр. Их выращивают к востоку отсюда.

— Тебе они нравятся?

— У них довольно странная текстура.

— Знаю, правда? Что-то среднее между грушей и ананасом. Не уверен, люблю я их или ненавижу, но я точно не равнодушен к ним.

* * * На облачном корабле Джейсона было больше пассажиров, чем в предыдущих поездках, благодаря добавлению людей с Земли. Поскольку судно было размером с круизный лайнер, разместить их было несложно. Пятьдесят три человека записались на возвращение на Землю в Сирионе. После этого толпы, окружавшие облачный дворец, стали доставлять больше проблем, чем стоили, приставая ко всем, кто проходил мимо. Новое место встречи было назначено в другом городе, маленьком и тихом, в горах на севере.

Это была одна из серии остановок для сбора землян. Ли Мэй проделала хорошую работу по поиску и связи с теми, кто, как и она, давно покинул Сирион. С помощью Фарры и системы небесной связи она организовала несколько централизованных пунктов сбора. Общее число возвращающихся на Землю, если все придут, составит семьдесят четыре человека. Это оставляло около тридцати, у которых не было интереса возвращаться, которых не удалось найти или которые были мертвы.

* * * Дэррил был аномалией среди пришельцев, которые были затянуты на Паллимустус с Земли. Насколько он знал, он был единственным, кто не был пользователем эссенций. Тролль-оборотень-крокодил из тропических лесов Фар-Норт-Квинсленда, он был членом Кабалы. Его троллья фейская кровь позволяла ему принимать форму, которая могла сойти за человеческую, особенно в сельских пабах. Маскировка была меньшей необходимостью на Паллимустусе, что было одной из причин, почему ему здесь нравилось. Он не был уверен насчет потенциального возвращения на Землю, не зная, сможет ли он там больше прижиться.

Именно разговор с самим Джейсоном Асано заставил его изменить мнение. Общаясь по сети небесной связи, Асано рассказал ему о магии на Земле, которая стала гораздо более открытой после раскрытия. Кабала удерживала власть в больших частях мира, а ее члены могли действовать открыто. Дэррил был вполне доволен этим, а Асано даже извинился, узнав, что его шутка про жизнь под мостом была расистской.

В горном городе, где он находился, был большой небесный порт, относительно его размера. Специализированные дирижабли, которые могли летать только в зонах с высокой магией, были визитной карточкой Эстеркоста, и приближение к городу по суше было затруднительным. Это не остановило Дэррила, чье телосложение было мощнее, чем у большинства пользователей эссенций его ранга.

В отличие от большинства беженцев с Земли, Дэррилу не мешало повышение ранга с помощью ядер монстров. Он естественным образом становился сильнее, его сдерживала только слабая окружающая магия Земли. Пятнадцать лет назад он едва дотягивал до ранга Серебро, а сейчас подбирался к вратам Золота. К сожалению, его прогресс замедлился, и он не знал почему.

Узкое место в его росте было тем, что в конечном итоге заставило Дэррила изменить мнение о присоединении к возвращающимся на Землю. Магия там, как сообщалось, была сейчас выше, но именно близость к Асано и его команде была тем, что нужно Дэррилу. Он никогда не заводил на Паллимустусе связей, которые дали бы ему доступ к магическим знаниям, в то время как друзья Асано были знамениты. Он надеялся, что они смогут помочь ему совершить прорыв к Золоту.

Группа людей с Земли собралась в таверне недалеко от небесного порта. Дэррил кратко поговорил с ними, прежде чем сесть отдельно. Помимо того, что он не был пользователем эссенций, их беспокоила его принадлежность к Кабале. Они знали Кабалу только как зловещую и таинственную группу. В то время, когда их всех затянуло на Землю, лорды-вампиры только начинали отделяться от Кабалы.

Однако все они двинулись вместе, когда снаружи начался переполох. Это звучало как паника, возникающая при нападении монстров. Земляне, вместе с другими посетителями бара, вышли наружу посмотреть. Не потребовалось много времени, чтобы увидеть, что атака идет сверху. Группа городских искателей приключений перехватила летающих монстров, прежде чем те смогли атаковать небесный порт. Теперь они столкнулись в воздухе над склоном горы, с огромным обрывом под ними.

Монстры имели форму драконов, каждый размером со школьный автобус. Однако вместо живых существ их тела были кусками камня, связанными дугами электричества. Они почти выглядели как экспонаты окаменелостей в музее. Некоторые из людей из бара поднялись в небо, либо на устройствах, либо с помощью собственной силы. Некоторые спасались от боя, в то время как другие спешили на помощь. Люди с Земли оставались на земле, наблюдая, стоя у таверны.

— Штормовые драконы, — сказал Дэррил. — Мы должны помочь.

— К черту это, — сказал один из пользователей эссенций, чей акцент выдавал в нем соотечественника-австралийца.

— Да, к черту, — сказал другой. — Я чувствую как минимум одного обладателя ранга Золото среди этих тварей.

— Но большинство — Серебро, — возразил Дэррил. — И их много. У искателей приключений может не хватить сил.

— Другие помогут, — сказал австралиец. — Я не собираюсь погибать прямо перед тем, как наконец сбегу с этой еретической планеты и ее ложных богов.

— Ложных богов? — спросил кто-то с новозеландским акцентом. — Я видел много богов. В городе, где я жил, рядом с божественной площадью есть очень хороший бар и гриль. Я видел там так много богов, что удивлен, что бог сосисок там не появился.

Остальные повернулись к новичку, которого не было с ними в таверне. Это был маори, но гораздо стройнее знаменитого Тайки Уильямса.

— Ты не пользователь ядер, — сказал австралиец.

— Не-а, приятель. Я навещал маму на месте портала, когда меня засосало вместе со всеми остальными. Я тренировался здесь, так что никаких ядер.

Он посмотрел на Дэррила.

— А ты что за фрукт, приятель?

— Тролль-оборотень-крокодил.

— Без шуток? Звучит довольно круто. Хочешь пойти сразиться со странными каменными электрическими драконами?

— Еще бы. Меня зовут Дэррил.

Они пожали друг другу руки.

— Я Коа. Ты умеешь летать, или тебе понадобится подсадить или что-то в этом роде?

— О, я справлюсь.

* * * Джейсон и Хамфри вышли на мостик облачного корабля, глядя на гору вдали.

— Небесный порт должен был уже кого-то прислать, — сказал Хамфри.

— Может, они так не делают здесь, город-то поменьше, — предположил Джейсон.

— Небесный порт там все равно большой. Твои чувства ауры достанут отсюда?

— Вероятно, — сказал Джейсон, затем закрыл глаза и сосредоточился. Мгновение спустя они распахнулись.

— Нападение монстров, — сказал он. — Один Золото и много Серебра. Похоже, искатели приключений отбиваются, но, полагаю, они были бы признательны за помощь, учитывая количество. Если ты не против, лидер команды?

— Погнали.

* * жаем

Облачное судно приблизилось к тылу битвы на скорости. Наряду с летающими вокруг искателями приключений, несколько дирижаблей использовали свое оружие, а сам небесный порт имел стационарную оборону. Джейсон и его спутники были выстроены на вершине облачного судна, те, кто не мог летать, — внутри расширенной оболочки Онслоу. Ник был включен в состав, так как большинство врагов были ранга Серебро.

— Похоже на бардак, — сказал Хамфри, осматривая хаотичную битву. — Портовая оборона, гражданские помогают, несколько команд искателей приключений. Небольшая орда обладателей ранга Золото, ныряющая туда, может принести больше вреда, чем пользы, особенно если мы начнем использовать корабельное оружие. Ник, твоя специализация — групповая организация, верно?

— Ага, — подтвердил Ник. — Я привык врываться в группы, которые меня не знают. Хочешь, чтобы я начал строить эту толпу?

— Подключи меня, когда свяжешь связь со всеми, — сказал Мигель Ладив. — Я представлюсь официальным лицом Общества искателей приключений и дам тебе организационные полномочия. Это должно сэкономить время.

— Это определенно поможет, — сказал Ник.

— Спасибо, Мигель, — сказал Хамфри.

— Я, э-э, схожу внутрь и приготовлю закуски, когда все закончат, — сказал Джамар.

— И напитки, — крикнул ему вслед Нил, когда тот уходил. — Я хочу видеть несколько кувшинов того фруктового пунша, когда мы закончим.

— Эй, посмотрите на это, — сказал Джейсон. — Это гигантский человек-крокодил, раскачивающийся как Тарзан на веревке из крови, висящей на летящем электрическом драконе?

— Не знаю, — сказала Даниэль. — Кто такой Тарзан?

Широкая ухмылка расплылась на лице Джейсона.

— Должен сказать: я обожаю быть искателем приключений.

КОГДА ПРИХОДЯТ НЕЗНАКОМЦЫ

КОГДА ПРИХОДЯТ НЕЗНАКОМЦЫ

Линия красно-золотого электричества промелькнула в воздухе. Она вспыхнула, приняв форму маори, прямо над телом из камня и молний штормового дракона. Коа легко спрыгнул на спину дракона, когда тот пролетал под ним.

Дракон начал метаться из стороны в сторону, пытаясь сбросить наездника. Хлысты молний хлестали Коа, но исчезали без видимого эффекта. Невозмутимый, но не теряющий равновесия, он присел на самый большой из камней, составляющих основное тело дракона. Он положил обе руки на камень, на котором стоял, и электричество, удерживающее дракона вместе, начало тускнеть.

Дракон забился сильнее, но Коа словно приклеился к нему. Камни, составляющие переднюю часть дракона, сдвинулись, заставляя его шею удлиниться. Как только она достаточно вытянулась, дракон повернул голову назад, чтобы укусить Коа. Коа протянул руку, поймав его нос ладонью. Электричество, соединяющее камни в голове и шее дракона, исчезло и опало. Даже безголовый, дракон продолжал лететь, но недолго. Остальное электричество потускнело и сжалось, пока дракон не превратился в инертный камень, падая и рассыпаясь по пути к горе внизу.

Способность Коа «Поглощение электричества» оказалась полезнее, чем он опасался, когда впервые получил ее. Выкачивание природного электричества из человека, как оказалось, очень плохо на них влияло. Хотя обычно это не очень вредно для кого-то того же ранга, одно прикосновение могло заставить их упасть в судорогах или потерять сознание на короткий, но критический момент.

Однако были обстоятельства, когда Коа мог использовать свою силу, чтобы по-настоящему оторваться. Грозы. Башни электрической смерти. Один парень, который выглядел как Уильям Шетнер и метавший молнии. Но лучше всего были электрические монстры. Штормовые ящерицы. Угри мертвых прудов. Это был первый раз, когда Коа сражался со штормовыми драконами, но он делал это с дикой ухмылкой. Электричество, пронизывающее их, уступало только элементалям молнии.

Не было особого смысла бросать выкачанное электричество обратно в них, как это обычно бывало с такими монстрами. Вместо этого он использовал поглощенную энергию, чтобы пополнить ману своего очень голодного набора способностей и перезарядить некоторые другие свои умения.

Камень, к которому был прикреплен Коа, рухнул вниз, больше не связанный с остальной частью дракона. Коа перешел из приседа в положение стоя, все еще стоя на нем, как будто приклеенный ногами. Он огляделся, увидев человека-крокодила на той же высоте. Тот тоже ехал на быстро спускающемся драконе, зацепив его крылья какой-то веревкой из крови.

Коа посмотрел вверх на огромный рой драконов. Они были относительно слабыми; иначе они не могли бы проявляться в таком количестве. Было два дракона ранга Золото, с которыми сражались местные искатели приключений ранга Золото. Коа не был дураком, чтобы лезть в ту драку, какими бы преимущественными ни были его силы. Он выбрал одного из других летающих вокруг драконов, с которым никто больше не сражался. Он поднял руку к нему и пропел заклинание.

— Пусть бьется сердце мира.

Его способность «Воспламенение камня» заставляла камень быстро плавиться. Чем тверже и магичнее был камень, тем сильнее был эффект. Драконы были не только из очень твердого камня и полны маны, но Коа еще и перегрузил заклинание силой, выкачанной из электричества последнего дракона.

Каменные фрагменты дракона нагрелись, пульсируя красным в ритме сердцебиения. Пульс становился все быстрее, камень — горячее и ярче, пока не начал сочиться расплавленной породой. Наконец, дракон взорвался, осыпая соседей светящимися осколками. Этого было недостаточно, чтобы нанести другим драконам реальный урон, но отвлечение позволило искателям приключений наброситься на них для легких убийств.

Коа снова превратился в электричество, вспыхнув к своей следующей жертве. Он был на полпути к выкачиванию, когда остановился, продолжая ехать, пока тот слабо летел дальше. Его внимание привлекли два новых дирижабля, прибывших в битву. Они были не первыми, и хотя они были одними из самых больших, выделялось не это.

Оба были облачными кораблями с панелями корпуса, установленными поверх облачного материала. Больший из них показал больше подлежащего облачного материала, по крайней мере, сначала. Этот ускорился впереди другого, огромное оружие появилось из непокрытых облачных секций. Однако именно второй корабль приковывал взгляд. Он не только излучал властную ауру ранга Золото, но и трансформировался на лету.

Небесный корабль прибыл в форме массивного морского судна. Пока Коа наблюдал, палубы и панели корпуса были поглощены, пока не осталась только масса облаков. Трансформация не была быстрой, поэтому он добил дракона и перешел к другому, прежде чем проверить снова. К тому моменту облачная масса приняла форму шара. Изнутри появились треугольные панели, такие черные, что они, казалось, поглощали свет вокруг себя. Они состыковались вокруг облачной массы, образовав огромный икосаэдр, белый свет подчеркивал места соединения каждой панели.

В центре каждой черной панели был синий и оранжевый глаз. В них было что-то неопределенно зловещее, Коа инстинктивно отводил взгляд, когда пытался смотреть на них прямо. Драконы заполняли небо, как шершни, рожденные бурей, и судно врезалось прямо в них. Лучи били из каждого глаза, некоторые синие, некоторые оранжевые. Когда ударяли синие лучи, молнии драконов смывались, как песчаный замок, пораженный блуждающей волной. Оставались только куски инертного камня, падающие вниз по склону горы. Оранжевые лучи, напротив, сжигали камень, как сухие листья перед надвигающимся пожаром.

Дирижабли, казалось, были сосредоточены на драконах ранга Серебро, не вмешиваясь в действия местных искателей приключений, когда те сражались с двумя драконами ранга Золото. Коа ухмыльнулся и добил своего дракона, готовый искать еще, пока они не исчезли.

* * * — Конфигурация D20 завершена, — объявила Тень на мостике небесного корабля. — Рой монстров атакован.

— Я не могу поверить, что ты можешь модифицировать свой корабль на ходу вот так, — сказал Эмир через голосовой чат. — Никакого возвращения во флягу, никакой сложной переработки. Как это честно?

— Знаешь что, Эмир, — сказал Джейсон. — Как насчет того, чтобы поменяться дирижаблями, но в следующий раз, когда кому-то придется сражаться с великим астральным существом, богом или армией гонцов в одиночку, это будет на тебе.

— О, я не мог бы отказаться от своего дирижабля, — поспешно сказал Эмир. — Я вложил в него так много труда.

Джейсон рассмеялся и положил руку на плечо Ника.

— Готов, приятель?

— Да, — сказал Ник, разминая плечи.

— Тогда действуй. Только не злись, ладно?

— Из-за чего?

— Не бери в голову. Просто начинай.

* * * Дэррил не обладал тем разнообразием способностей, которым наслаждался пользователь эссенций, но у него было несколько тузов в рукаве. Сочетание его тролльего тела и формы оборотня-крокодила давало ему силу эссенции мощи, стойкость эссенции железа и регенерацию эссенции бессмертия. Он мог дополнить их своей универсальной магией крови, ставшей еще сильнее благодаря крови тролля в его венах. Она могла усилить его крокодилью шкуру, добавить яд крови к его укусу, даже создать цепкие веревки из крови и сухожилий с зубастыми зажимами на конце.

Приземлившись на спину дракона, Дэррил выстрелил кровяной веревкой из каждой руки, закрепив их на крыльях. Он сильно дернул, зафиксировав себя на месте и нарушив полет существа. Монстры в значительной степени игнорировали аэродинамику, но их крылья удерживали магию, которая управляла их полетом. Вмешательство в них отправило существо в полупланирование, полупадение, Дэррил ехал на нем, пока оно падало сквозь небо.

Дэррил игнорировал электричество, ползающее по его ногам. Его магически усиленная шкура была на удивление хорошим изолятором, а регенерация исцеляла тот небольшой урон, который просачивался. Единственное, с чем ему приходилось справляться, — это судороги и рефлекторные подергивания, которые электричество вызывало в его мышцах.

Ауру ранга Золото, которая накрыла поле битвы, было невозможно не заметить, но Дэррил почувствовал отсутствие враждебности, по крайней мере к нему. Это была не аура дракона, и этого было достаточно. Хотя он был слишком занят, чтобы исследовать ауру, невозможно было игнорировать дрон, который слетел вниз, чтобы жужжать вокруг его лица, соответствуя скорости дракона. Землянин оглянулся, увидев нечто настолько очевидно технологическое на Паллимустусе. Двигаясь в ногу с ним, дрон спроецировал голограмму, которая выглядела как экран компьютера из тридцатилетней давности научной фантастики.

* [Ник Асано] пригласил вас в рейдовую группу. Текущий лидер рейдовой группы — [Даниэль Геллер]. Будучи частью рейдовой группы, вы получите доступ к Системе с дополнительной функциональностью сверх базовой. Вы будете добавлены в голосовой чат с каналами для всего рейда, вашей назначенной группы и ограниченным доступом к руководству рейда. * Принятие в рейдовую группу зависит от согласия на то, чтобы силы [Ника Асано] взаимодействовали с вами. Вы принимаете?

ДА/НЕТ

Дэррил не был пользователем эссенций, поэтому никогда не имел доступа к Системе. Однако, судя по жалобам на ее недавнее отключение, это было то, что стоит иметь.

— Да! — крикнул он, все еще борясь с драконом.

Его шея становилась длиннее, камни, составляющие его тело, медленно перестраивались. Теперь у него была достаточно длинная шея, чтобы попытаться укусить его, но он поднял одну ногу, чтобы пнуть его по каменной морде. Пока это происходило, дрон улетел из поля зрения позади него. Он не видел, как тот развернул несколько длинных тонких игл, но почувствовал, как они вонзились ему в спину, чуть ниже шеи. Они прошли сквозь его усиленную магическую шкуру без сопротивления, вонзившись в плоть под ней.

Он был немедленно отвлечен появлением проекционного дисплея, напоминающего видеоигры, в которые он не играл пятнадцать лет. Там были полоски маны и выносливости, и зеленый силуэт его тела, указывающий на здоровье. На правом краю его зрения был список статусов, убранный в сторону, но легко читаемый, если он фокусировался. Он показывал магические усиления, которые он дал себе, плюс эффект мышечного спазма в ногах.

Слева была колонка статусных боксов для остальной группы, просто полоски здоровья и маны с фоном, окрашенным по рангу. Помимо этого, на монстрах и бойцах с его стороны были метки, в комплекте с честными полосками здоровья над их головами.

Внезапный визуальный шум дезориентировал его, и он чуть не пропустил попытку дракона укусить его снова. Еще раз тот получил пинок по морде, как раз когда появилось другое окно. Это не было спроецировано дроном, а было частью его нового интерфейса.

* Оценка ситуации завершена. * Усиление сопротивления электричеству. * Вы назначены в рейдовую группу: Гражданская помощь. * Вы вошли в голосовой канал: Гражданская помощь. * Развертывание аксессуаров.

— Аксессуары?

Он проигнорировал внезапное появление испуганных голосов у себя в голове. Он почувствовал, как спазмы в ногах ослабли, и вокруг его талии появился предмет, похожий на мягкий металлический пояс. На поясе были шипы, которые выстрелили, вонзившись в тело дракона. Металлические кабели, привязывающие шипы к поясу, натянулись, закрепляя его на месте.

* Развернута страховочная привязь альпиниста. Используйте голосовую или ментальную команду «ОСВОБОДИТЬ», чтобы отсоединить привязи.

Дэррил ухмыльнулся и отпустил свои собственные привязи из крови и сухожилий. Затем он наколдовал в каждой руке по молоту, сделанному из кости и капающему кровью. Его смех был крокодильим ревом, когда он начал крушить дракона ими, металлические привязи удерживали его надежно. Дракон был крепким, но Дэррил был силовиком, его парные молоты превращали тело дракона в щебень и пыль. Вскоре электричество, удерживающее его тело вместе, исчезло, и оставшиеся камни упали с неба.

Металлический пояс исчез с хлопком пространственной энергии, когда Дэррил упал вместе с остатками дракона. Он упал намного ниже битвы и даже уровня горного города. С одной стороны от него был склон скалы, а с другой — открытое небо. Он почувствовал, как что-то появилось на его спине, и ремни обернулись вокруг его талии и плеч. Шлем инкапсулировал его голову, и он услышал ревущий взрыв позади себя. Произошел резкий рывок, и его снова дернуло в небо.

* Страховочная привязь альпиниста убрана. Реактивный ранец развернут.

— О, черт, да! — воскликнул Дэррил, когда начал взлетать вверх. — Это шлем Ракетчика?

* Конечно, это **ный шлем Ракетчика, ты хочешь ручки с джойстиками на них? Просто направь свою ную голову туда, куда хочешь ****но лететь. О, отлично, Папа включил фильтр ненормативной лексики обратно.

— Что происходит?

* Не бери в голову, просто иди сражайся с монстрами. Кстати, вся эта штука с троллем-крокодилом у тебя просто супер. Мы должны потусоваться позже.

— Э-э, окей?

Он посмотрел вверх на людей, все еще сражающихся с драконами. Управление реактивным ранцем было интуитивным, следуя в том направлении, куда он смотрел. Некоторые люди наверху светились синим в его новом интерфейсе.

* Маркировка членов группы с потенциально выгодными синергиями сил.

— О, думаю, это сработает.

* * * Даниэль присоединилась к голосовому каналу местных обладателей ранга Золото, сражающихся с двумя драконами ранга Золото.

— Это Даниэль Геллер. В моем распоряжении большая сила искателей приключений ранга Золото. Вы бы предпочли, чтобы мы помогли с монстрами ранга Золото, зачистили Серебро или и то, и другое?

— Вы собираетесь слушать или просто делать, что хотите? — горько спросил искатель приключений.

— Мы здесь просто гости, причем только что прибывшие. Ваш дом, ваши правила.

— Мы сдерживаем Золото. Если сейчас придут незнакомцы, все только испортят. Разберитесь с Серебром.

— Хорошо. Обращайтесь, если что-то понадобится, и мы поговорим снова, когда все будет закончено.

* * * Обладатели ранга Золото, выливающиеся из облачных кораблей Эмира и Джейсона, набросились на драконов ранга Серебро, как огнемет на рой насекомых. Хамфри взмахнул мечом, посылая волны разрушительной силы, как небесные цунами. Зара создала живые облака, которые текли вокруг искателей приключений, чтобы окутать драконов. Это обратило собственное электричество монстров против них самих, уничтожая их их же силой.

Другие сосредоточились на контроле толпы, особенно когда драконы начали бежать. Джейсон охотился за бегущими, дозируя их недугами и двигаясь дальше. Молнии капали кровью, а камень превращался в гниль, когда драконы падали с неба, слишком слабые, чтобы оставаться в воздухе. Склон горы был забрызган их липкими останками.

Остальные либо гнались за бегущими вместе с Джейсоном, либо не давали разрозненным драконам добраться до города, пока те рассеивались. Софи и Даниэль следили за искателями приключений и гражданскими, которые присоединились к битве, вмешиваясь по мере необходимости с их ослепительной скоростью.

* * * Вмешательство обладателей ранга Золото ознаменовало фактический конец опасности как для города, так и для тех, кто бросился его защищать. Как только с последним из драконов было покончено, те, кто не занимался мародерством, собрались в небесном порту. Над головой небесные корабли, избежавшие боя, остались в зонах ожидания. Те, что вступили в бой с монстрами и были повреждены, получили приоритет на ремонт и доставлялись на причал.

Резкий ветер гнал снег по земле, высокогорный город был недружелюбен к низким рангам. Джейсон и его спутники легко переносили погоду, собравшись на взлетной полосе у основания башни причала небесного порта. Там была большая толпа таких же высокоранговых искателей приключений, вместе с гражданскими, которые участвовали. Все, кто не ушел мародерствовать на монстрах, собрались вместе после боя.

Было много обладателей ранга Золото, многие из них знамениты, оставляя многих обладателей ранга Серебро с широко открытыми глазами. Личность Джейсона еще не была замечена, по крайней мере никем, кому было не все равно, поэтому он тихо переоделся в гражданскую одежду и замаскировал свою ауру под ранг Серебро. Он разговаривал с Ником, хваля его усилия. Ник звучал как телеграфный аппарат, так как большая часть того, что он кричал Джейсону, была запикана.

— Это вопрос профессионализма, — сказал Джейсон Нику.

— Откуда тебе знать? — вставил Нил, заработав на себе уничтожающий взгляд Джейсона.

— Я пытаюсь преподать урок здесь, Нил.

— А я задаюсь вопросом, когда ты сам его усвоил. Ты понимаешь, что твоя рутина запугивания работает лучше, когда у тебя не играет записывающий кристалл с Ван Чунгом, верно?

Джейсон обернулся, когда громкий голос крикнул с новозеландским акцентом.

— Леди Даниэль! Сюда!

Молодой маори пробился сквозь толпу.

— Как оно? — спросил он Даниэль. — Я в городе пару дней. Хочешь знать, где взять лучшие чипсы?

— Хочу, — сказал Ник, направляясь в ту сторону. — Как дела, Коа?

Джейсон посмотрел на новозеландца без единого следа ядер в его ауре.

— Кто это?

НЕ ТОРОПИТЬСЯ

НЕ ТОРОПИТЬСЯ

Собрав людей с Земли и превратив свое небесное судно обратно в пассажирский корабль, Джейсон и его спутники отправились к следующему месту сбора. Большинство землян были размещены в комфортабельных, но простых общежитиях с прилегающими зонами активности.

— Мистер Асано, — сказал Тень, после того как устроил новых людей. — На корабле более чем достаточно места, чтобы дать им отдельные каюты.

— Да, но я немного беспокоюсь о том, что произойдет, если они все будут изолированы. К тому же, если они будут общаться, кто-то из них может проболтаться, если они что-то затевают.

Встав на защиту облачного города, Дэррил и Коа заработали себе каюты вместо того, чтобы быть запихнутыми вместе с остальными. Джейсон направлялся в лаунж-бар, чтобы поговорить с ними, пока мать Коа переносила свои вещи из общежития в кают-люкс, который теперь будет делить с сыном.

В лаунже с Джейсоном, Даниэль, Ником и Нилом два землянина рассказали свои истории. Дэррил был из Фар-Норт-Квинсленда, часть фракции Кабалы, следившей за каменным кругом, когда он засосал всех через миры. История Коа была историей подросткового бунта и неудачного выбора времени.

— Моя мать работала на Сеть, — объяснил он. — Я навещал ее у вашего поддельного Стоунхенджа, где она работала. Она сказала мне не сбегать, чтобы поближе рассмотреть эту штуку, поэтому я сделал это, как только представилась возможность. Конечно, это должно было случиться, когда она сделала магическую штуку. Самое худшее, что мама припоминает это каждый раз, когда думает, что я не слушаю.

— Как только стало ясно, что вы сами не придете разбираться с ними, — сказала Даниэль, — я отправила Коа и его мать в Гринстоун, пока мы держали остальных землян в нашем комплексе в Сирионе. Он был недостаточно взрослым для эссенций, но был близок.

— Мама теперь работает на Геллеров, — сказал Коа. — Она оставалась в Гринстоуне, пока я не стал искателем приключений, а потом переехала в Сирион.

— Он начинал свое обучение как раз тогда, когда я заканчивал, — добавил Ник.

— Коа, — мрачно сказал Джейсон. — Просто чтобы ты знал, я уже некоторое время поддерживаю связь с Землей. Прежде чем мы вернемся, есть кое-что, что тебе нужно знать о том, что случилось с Новой Зеландией. Я хочу подготовить тебя к этому сейчас, чтобы это не было таким шоком, когда мы прибудем.

— Что случилось? — спросил Коа.

Джейсон подался вперед в своем кресле, глаза его были полны сочувствия.

— Новая Зеландия… стала очень плоха в регби.

— Что?

— Я знаю. Там так много белых чуваков в национальной команде, что им пришлось сменить название с «All Blacks» на «Semi-Blacks».

Коа посмотрел на Джейсона ровным взглядом.

— Я много чего слышал о тебе за эти годы. Никто никогда не упоминал, что ты гигантский придурок.

— Значит, ты не так уж много слышал, — пробормотал Нил, пока Джейсон смеялся.

* * * Сбор остальных людей с Земли оказался менее захватывающим, чем в горном городе. Последнее место находилось на обширной равнине, пересеченной множеством водных путей, известной как Речная Таблица. Предположительно, когда-то это был горный хребет, историй о его выравнивании было много и они были разнообразны. Большинство сходилось либо на гневе богов, либо на грандиозной битве между обладателями ранга Алмаз, но ни боги, ни кто-либо из обладателей ранга Алмаз не дали ответа.

Прибыв ночью и собрав землян, план состоял в том, чтобы утром переправить всех в астральное королевство Джейсона, а затем порталом в Римарос. Джейсон шел по облачному кораблю с Хамфри, обсуждая последние детали.

— Думаю, это все, — сказал Хамфри. — Кстати, возможно, стоит держать в секрете то, что твое царство души обходит обычные ограничения порталов. Ты хоть представляешь, насколько это может быть подвержено злоупотреблениям? Торговцы продали бы тебе своих детей за это.

— Я сделал акцент на том, чтобы сказать Обществу искателей приключений, так что, полагаю, слухи разойдутся. Потребуется торговец с увесистыми самородками, чтобы прийти с предложением сделки, впрочем.

— Ты сказал Обществу искателей приключений?

— Мы уже видели его полезность для массовой эвакуации, с Боко и светлыми сердцами. Общество искателей приключений знает об этом, но я хотел дать понять, что это вариант, если он понадобится им для какой-то новой катастрофы. Я не говорю, что хочу, чтобы случилась катастрофа, но было бы неплохо, если бы им пришлось звать меня, вместо того чтобы я уже был в эпицентре.

Хамфри хлопнул рукой по плечу Джейсона.

— Хорошо, что ты дал им знать. Быть рядом, чтобы люди могли положиться на нас, — это то, что мы делаем. Но не забывай, что тебе тоже нужно полагаться на людей, иногда. Я знаю, что у тебя есть та огромная космическая сила, о которой ты всегда говоришь.

— Не всегда.

— Конечно. Но помни, что, хотя ты можешь быть большим космическим особенным человеком, ты все еще просто человек. Которому иногда нужна помощь.

— Большой космический особенный человек?

— Такое чувство, что ты не фокусируешься на важных частях того, что я говорю, Джейсон.

— Нет, я понял. Я усвоил урок насчет того, чтобы действовать в одиночку.

— Хорошо. Теперь я оставлю тебя в покое. Увидимся утром.

Джейсон усмехнулся, когда его друг удалился. Джейсон продолжал двигаться, поднявшись на платформе на мостик, затем выйдя и поднявшись по внешней лестнице на верхнюю палубу. Облачный шезлонг поднялся с палубы, и он рухнул в него, счастливо глядя на ночное небо. Была видна только одна из лун, но она была полной, превращая облака в серебряные клочья на фоне черноты. Он наслаждался видом и тишиной, балансируя между медитацией и дремой.

Он не был уверен, сколько времени он там пробыл, когда Зара поднялась наверх. Грация ее шагов на лестнице не издавала ни звука, даже для слуха ранга Золото, но внутри облачного корабля от него ничего не было скрыто. Он почувствовал нерешительную неровность, когда она поднималась по лестнице; крошечную паузу, прежде чем она ступила на палубу.

— Прекрасная ночь, — сказал он. — Река серебра, разливающаяся по небу. Я рад, что не каждое чудо нуждается в магии, чтобы существовать.

— Ты на летающем корабле из облаков, — заметила она.

— Ну, некоторые нуждаются в магии. Это только справедливо.

Он сел и повернулся, чтобы посмотреть на нее, стоящую почти нервно в верхней части лестницы. Много лет назад он сказал ей изменить цвет волос с знаменитого сапфирового цвета королевской крови Римароса. Несмотря на то, что он извинился за посягательство на ее телесную автономию, она скрывала их истинный оттенок с тех пор, даже в его долгое отсутствие. Теперь они снова были сапфировыми, сверкая, как нити драгоценных камней в лунном свете. Он рассеянно задался вопросом, видела ли она, как он замер при этом виде, а затем встал на ноги не с той грацией, с которой должен был бы обладатель ранга Алмаз.

— Знаешь, — сказал он, — все на этом корабле — пользователи эссенций или каким-то образом связаны с магией.

— Я знаю, — сказала она. — Не уверена, зачем ты это упоминаешь.

— Никто на этом корабле не уродлив, вот что я говорю. Мы все красивы в той или иной степени, даже если это оставляет нас выглядящими досадно похоже на наших братьев.

— Не думаю, что это универсально применимое наблюдение.

— Может и нет. Но моя мысль в том, что на корабле, полном красивых людей, трудно быть настолько ошеломляющей, что кажется, будто бог низкой самооценки поместил их сюда, чтобы остальные чувствовали себя плохо. Есть ли бог низкой самооценки?

— Не то чтобы я знала, — сказала она ему, фыркнув от легкого смеха. — Темные боги хитры, так что нельзя быть уверенным, но я так не думаю. Если он есть, не думаю, что он счастлив. У него были бы Отчаяние, Страдание и, возможно, даже Боль, командующие им.

— Они звучат как плохие боссы.

На ней было белое платье, которое резко контрастировало с ее волосами в лунном свете. Ее сапфировые локоны мерцали, когда она шла по палубе, чтобы встать перед ним. Он был в цветочной рубашке и шортах.

— Привет, — сказала она с нервной улыбкой.

— Доброго дня.

Никто больше ничего не сказал некоторое время.

— Я начинаю чувствовать себя одетым не по случаю, — сказал он наконец, и из нее вырвался хихиканье.

— Ты был одет почти в то же самое, когда мы встретились.

— Ты хоть представляешь, как я нервничал тогда? Я избегал… кем бы ни был тот парень, и нырнул в случайную палатку. А потом, прямо передо мной, была самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.

— Правда?

— О, да.

— А как же Софи?

— Она великолепна, не пойми меня неправильно, но у всех свои вкусы. Во-первых, когда я впервые увидел ее, она немедленно пнула меня в лицо. Наши отношения не стали менее сложными с тех пор. Кроме того, возможно, у меня слабость к синим волосам.

Ее глаза сузились, когда она посмотрела на него.

— Это поэтому ты сказал мне перекрасить волосы? Потому что это облегчало оставаться злой на тебя?

— Нет. Может быть. Заткнись.

Она снова рассмеялась.

— Ты не казался нервным тогда, — сказала она ему.

— Я нес чепуху, как дурак.

— Ты всегда несешь чепуху, как дурак. Ты дал мне тарелку кондитерских изделий и сказал, что я пожалею, что не приняла твое предложение поужинать.

— Время от времени указывали, что я, возможно, немного высокомерен.

— Ты был прав.

— Тогда я беру обратно слова о высокомерии.

Она покачала головой в отчаянии, но не смогла скрыть улыбку, дразнящую ее губы. Он отступил назад, отвернувшись и подойдя к леерам палубы. Он прислонился к ним и посмотрел на луну. Она подошла, чтобы присоединиться к нему, ее рука почти коснулась его на перилах.

— Ты положишь конец Заре Нарин, — сказал он. — Принцесса Зара Римарос совершает свое триумфальное возвращение.

— Не знаю насчет триумфального, но пришло время.

— Почему?

— Я хочу, чтобы Королевство Штормов первым искоренило законы о кабальном рабстве.

Он повернул голову, чтобы посмотреть на нее.

— Не делай этого из-за меня.

— Это не о тебе, — сказала она, не сводя глаз с луны, вместо того чтобы посмотреть в ответ. — Ты ведь знаешь, что то, что ты сделал, никого не заставит измениться, верно?

— Знаю. Нельзя навязать реальные перемены, особенно как аутсайдер. Люди должны этого хотеть. Быть к этому готовыми. Лучший вариант для меня — вдохновить кого-то, кто действительно может чего-то добиться.

Она повернулась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

— О. Постой, ты сказал, что это не обо мне.

— Это не так. То, что ты сделала, — это то, что я могу использовать как предлог. Рычаг. Слишком много раз я предпринимал радикальные шаги, чтобы получить то, что хочу, и пожинал последствия.

— Например, попытка шантажировать каждую нацию на планете, чтобы положить конец рабству?

— Может, не настолько радикально. Ты всегда должна делать вещи немного масштабнее, чем все остальные, не так ли? Или намного масштабнее.

— Это подход, о котором я иногда жалею, — признался он.

— В этот раз я не хочу торопить то, что делаю. Никаких больших, явных движений ради быстрых результатов. Я хочу заложить фундамент движения. Действовать осторожно и тихо, чтобы собрать поддержку. Показать людям, которые думают, что им есть что терять, что им есть что приобрести. Например, быть единственной крупной нацией на Паллимустусе с полным доступом к Системе. Например, аристократия, которая заслуживает уважения населения, вместо того чтобы требовать его.

— Ты могла бы вообще упразднить аристократию.

— Это подпадало бы под категорию больших, радикальных движений. Мне нужно вступить в борьбу, в которой у меня хотя бы есть шанс на победу.

— Я просто говорю.

— Ну, не надо. Меня уже будут обвинять в попытке положить конец рабству как первому шагу к роспуску юридического статуса дворянских титулов. Неважно, правда ли это. Те, кто получает деньги и власть через эксплуатацию, не стесняются лгать и жульничать, чтобы сохранить эту власть.

— Об этом я, к сожалению, знаю.

— И я серьезно, когда сказала, что это не о тебе. Да, то, что ты сделал, дало мне шанс сделать этот шаг. Но что вдохновило меня больше, чем ты, так это последние пятнадцать лет. Пока ты сражался в какой-то космической битве, я была с твоей командой, отправляясь в приключения.

— Нашей командой.

— Нашей командой, — поправила она. — Ты знаешь, что мы своего рода странность среди команд искателей приключений.

— Всегда ими были.

— Хамфри и Софи задают повестку, в основном. Они заставляли нас брать контракты, которых другие избегают. Помогать городам и деревням без богатых жителей, чтобы добавить солидные бонусы. Нил тоже. Я знаю, как он выглядит, но у него так много сострадания под всем этим… Нилом. Он священник Целителя.

— Я всегда думал, что причина в том, что он случайно наткнулся на их стенд на ярмарке вакансий.

— Тебе стоит быть с ним помягче, — упрекнула она. — Но команда не могла просто выполнять низкооплачиваемые контракты. Низкооплачиваемые для серебра, во всяком случае. Даже базовые серебряные контракты хорошо оплачиваются, но содержание партии ранга Серебро — недешевое удовольствие.

Она постучала по перилам.

— Особенно когда у нас не было бесплатной мобильной базы, из которой можно было бы работать. Линди следила за тем, чтобы мы брали достаточно работы ради денег. У Хамфри и меня может быть семейное богатство, но на нашем ранге от нас ожидают, что мы будем приумножать его, а не тратить. Платить за то, чтобы следующее поколение наслаждалось теми же преимуществами, что и мы. И ты должен зарабатывать достаточно денег, чтобы повеселиться по пути.

— Если ты не можешь наслаждаться жизнью на ранге Серебро, ты делаешь что-то не так.

— Именно. Но суть в том, что мы всегда были сосредоточены на помощи людям. Зара Нарин увидела мир, от которого Зара Римарос всегда была защищена. Мы боролись с открытым рабством и подрывали программы кабального рабства, где людей эксплуатировали. Линди и Стелла стали очень хороши в этом. Но, какими бы приятными они ни были, эти действия никогда не приносили реальных перемен. В лучшем случае они только укрепляли те же репрессивные системы. Мы избавлялись от плохих яблок, поэтому люди говорили, что теперь все будет в порядке.

— Я знаком с этим конкретным брендом слепоты к контексту.

— Моя репутация в Королевстве Штормов не самая лучшая. Я совершала глупости, когда была моложе, и это пятно будет следовать за мной. Но оно также немного прикроет меня. Люди будут игнорировать мои усилия в начале, когда они наиболее уязвимы для вмешательства. Они не будут тратить ресурсы на борьбу со мной, потому что не думают, что я чего-то добьюсь.

— Я бы не стал ставить против тебя.

— Да, но твое суждение сомнительно.

Он издал насмешливо-обиженный смешок.

— Ты ранишь меня, добрая леди. Но я подозреваю, что ты получишь больше поддержки, чем ожидаешь, даже если по причинам, которые тебе не понравятся.

— Каким причинам?

Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул, глядя еще раз на ночь. Где-то далеко внизу были огни города, над которым они пролетали.

— На Земле есть очень известная легенда, которая начинается с трех богинь. Они спорят между собой о том, кто самая красивая, и по какой-то причине решают сделать какого-то идиота-принца судьей. Они все пытаются подкупить парня, конечно, потому что зачем выбирать судью с честностью, и богиня Любви обещает ему, что самая красивая женщина в мире влюбится в него.

— Боги не могут этого сделать. Барьер души…

— Ты просто дашь мне рассказать историю? Я очень стараюсь здесь; я даже не сделал отсылку к Орландо Блуму.

— Извини.

— На чем я остановился?

— Богиня Любви.

— Точно. Итак, она подкупает его самой красивой женщиной в мире, и он соглашается, потому что он грязный подонок. Вскоре он оказывается на дипломатической миссии в другой стране и, как назло, королева оказывается самой красивой женщиной в мире. Короче говоря, она пробирается на корабль с Принцем-Подонком, когда тот направляется домой, и ее страна начинает войну, чтобы вернуть ее. Поскольку страна Принца-Мажора находится на острове, это означает массивные военно-морские силы. И по сей день мы говорим, что женщина с потрясающей красотой имеет лицо, способное запустить тысячу кораблей.

Зара долго и оценивающе смотрела на Джейсона.

— Значит, ты сравниваешь меня с королевой в этой истории?

— Такова была идея, да.

— Королевой, которая загипнотизирована богом, передана какому-то мужчине как взятка и не может принимать никаких решений за себя. Все, что делается с ней или для нее, только потому, что она красивая.

— Научись принимать комплименты! Я только что сравнил тебя с Еленой Троянской.

Она прикрыла рот рукой, что ничуть не подавило хихиканье, которое проползло в его мозг и нажало на большую кнопку с надписью «ДА, ПОЖАЛУЙСТА».

— О, ты дразнишь меня.

— Тебя весело дразнить.

— О, я весело поддаюсь на всякие штуки.

Холодный ночной воздух внезапно стал очень теплым, и они очень остро осознали, как близко стоят.

— Э-э, — сказал Джейсон, затем указал на лестницу. — Я пойду. Спать. Один. Э-э, хорошей…

Он сдался в попытках подобрать хорошие слова и поспешил прочь в манере, совсем не предполагающей бегство. Однако он остановился на вершине лестницы и оглянулся.

— Ты ведь не останешься в Королевстве Штормов на постоянку, верно? Ты останешься с командой?

— Да. Я собираюсь посадить несколько семян, пока вы с Клайвом строите свой магический мост, и позволю им прорасти, пока мы будем на Земле.

— Окей.

— Я же говорила тебе, что собираюсь не торопиться.

— Чрезвычайно разумно.

— Не то чтобы ты должен делать все медленно.

— Доброй ночи, — сказал он и бросился вниз по лестнице.

КОНЕЦ ТОГО, ЧТО ЗДЕСЬ МОЖНО БЫЛО ПРОДУКТИВНО ДОСТИЧЬ

КОНЕЦ ТОГО, ЧТО ЗДЕСЬ МОЖНО БЫЛО ПРОДУКТИВНО ДОСТИЧЬ

Именно Клайв переправил Джейсона в пункт назначения. Джейсон уже бывал здесь раньше, но лишь однажды, и с тех пор всё сильно изменилось. Когда он и Фарра прибыли сюда много лет назад, это был необитаемый остров, терзаемый локальным магическим ураганом, в честь которого и было названо Море Штормов.

Спустя годы место стало выглядеть совсем иначе. На острове вырос большой город, а окружающие его в прибрежных водах накопители штормовой энергии, похожие на ветряные мельницы, одновременно защищали остров и поставляли магию, питавшую его инфраструктуру. Всё это стало результатом того, что остров был выкуплен и застроен компанией «Скай Линк».

Второй визит Джейсона начался на городской площади, отведенной для прибытия телепортов. Он огляделся, рассматривая здания, выкрашенные в яркие цвета. Синий, красный, пурпурный, розовый, оранжевый и желтый — все эти смелые оттенки казались особенно яркими под лучами солнца.

— Трудно поверить, что это то же самое место, — сказал он. — Мне здесь нравится.

Он открыл портал в свое астральное царство, и оттуда начали выходить люди, которые тоже озирались по сторонам, словно туристы. Они занимались примерно тем же самым внутри астрального королевства Джейсона, в городе-дереве Арбор.

— Здесь довольно мило, — заметила Тайка. — Как будто находишься на магическом круизном лайнере и посещаешь все интересные места.

Фарра направила Джейсона к докам, где он мог разместить свой облачный дворец, чтобы поселить там жителей Земли. Остров был приспособлен только для проживания персонала, работавшего там, несмотря на то что выглядел как туристический городок. Джейсон надеялся, что им удастся наладить мост до того, как люди с Земли натворят бед.

* * * Джейсон встретился с Фаррой и Трэвисом, владельцами острова, а также с Даниэль, Зарой и Клайвом. Встреча проходила в конференц-зале с большими открытыми окнами и мощными чарами конфиденциальности.

— Мы раскопали скрытую магическую инфраструктуру, которую здесь разместил Строитель, — объяснил Трэвис. — А затем полностью изолировали весь комплекс.

— На данный момент, — сказал Клайв, — использование этой инфраструктуры для калибровки межпространственного моста должно занять несколько недель. Я изучил достаточно астральной магии посланников, чтобы понять, что нам нужно сделать, и единственный недостающий компонент — это ты, Джейсон.

— Почему для этого нужен Джейсон? — спросила Зара.

— Из-за якоря на стороне Земли, — ответил ей Джейсон. — Реликвия Мирового Феникса, которую я использовал для его создания, требовала моего участия. И хотя я, по сути, поглотил реликвию и теперь мы делаем всё сложным путем, это требование никуда не делось.

— Я не предвижу непреодолимых проблем, — сказал Клайв. — Только много кропотливой работы по выравниванию этого конца моста с тем, что находится в другой вселенной. Нужно учесть все детали. Это не может быть одна из тех спешных работ, в которые я вечно влипаю, когда мы отправляемся в приключения. Мы должны действовать медленно и делать всё правильно.

— Но разве не интереснее, когда есть тикающие часы? — спросил Джейсон.

— Да, — ответил Клайв с нескрываемым неодобрением. — Интереснее.

Джейсон усмехнулся, а затем повернулся к Заре.

— Нам нужно обсудить политический аспект, — сказал он. — Этот остров изолирован и является частной собственностью, но всё же находится в границах Королевства Штормов. Создание моста в другую вселенную — это не пустяк.

— Даже если им нельзя будет воспользоваться без мощной магии еще лет десять, — добавил Клайв. — Столько времени потребуется на стабилизацию, в основном из-за нестабильной пространственной мембраны Земли. Учитывая, что это будет постоянно, десять лет — не такой уж большой срок. Это всего лишь две трети времени, которое уходит у Джейсона на то, чтобы отправиться сражаться с богами или чем-то подобным. Кстати, это новая единица измерения времени, которую я начал использовать.

— Это твоя жена придумала? — спросил Джейсон.

— Давайте не будем отвлекаться, — вмешалась Даниэль. — Мы говорили о политическом аспекте создания моста внутри границ Королевства Штормов.

— Мы получили одобрение от Короля Штормов много лет назад, — сказал Трэвис. — Еще когда покупали остров. Изоляция была важной частью этого соглашения.

— Как и тихие намеки Сорамира Римароса, — добавила Фарра. — Но Короля Штормов беспокоила не только опасность. Это открывает и потенциальные возможности.

— Мы не должны полагаться только на десятилетнее разрешение бывшего Короля Штормов, — сказала Даниэль. — Мы могли бы, но обращение к нынешнему монарху — это проявление уважения. Получение его одобрения сгладит углы.

— А если он скажет «нет»? — спросил Клайв. — Мы можем собраться и сделать это в другом месте, но нам придется строить и калибровать новую инфраструктуру. Недели превратятся в месяцы. Может быть, в годы.

— Если так должно случиться, мы так и сделаем, — сказал Джейсон. — Я знаю, что славлюсь своим противостоянием властям, но сейчас нет никакой срочной битвы. Мы можем позволить себе потратить время, и создание моста вне национальных границ тоже имеет свои преимущества.

— Вопрос в том, — сказала Даниэль, глядя на Зару, — какова вероятность того, что Король Штормов откажет?

— Не знаю, — ответила Зара. — Считается дурным тоном отменять решения предыдущих Королей Штормов, но такое случается. Обстоятельства меняются. А мой кузен может захотеть показать, что не поддается внешнему влиянию.

— После того, как я отозвал Систему, — сказал Джейсон.

— Именно.

— Что ж, — сказал он, — я не был в неведении относительно того, что будут последствия. Я даже знал, какими они будут, более или менее. Я шел на это с широко открытыми глазами.

— Мы могли бы пригрозить вывести компанию «Скай Линк» из Королевства Штормов, — предложил Трэвис. — Не только штаб-квартиру, но и весь сервис.

— Нет, — отрезал Джейсон. — Одно дело угрожать семье, но полный уход из Королевства Штормов слишком сильно навредит компании. Это главный торговый узел для двух континентов. Никто из нас не хочет, чтобы ваши сотрудники страдали ради меня.

— Это также даст обратный эффект, — сказала Даниэль. — Джейсон уже давил на Короля Штормов, как и на любого другого монарха на планете. Повторное давление не сработает.

— Она права, — подтвердила Зара. — Даже если бы он захотел отступить, он не мог бы себе этого позволить по политическим соображениям. Ему пришлось бы дать отпор, даже если бы это было плохо для всех участников.

— За исключением Магического общества, — сказал Клайв. — Можете поспорить, они бы трубили на каждом углу о «доказанной долгосрочной стабильности системы водных связей». «Скай Линк» ударил по одному из их основных источников дохода.

— Есть еще тот факт, что это его страна, которой он правит, — отметил Джейсон. — Все здесь знают мое отношение к наследственным классовым системам, но я не хочу, чтобы мы давили своим авторитетом только потому, что можем. Да, вероятно, существует некая комбинация политического давления и политической тонкости, которая даст нам то, что мы хотим. Я бы предпочел сосредоточиться на том, что мы можем предложить Королевству Штормов, а не на том, к чему мы можем его принудить.

— Я ценю это, — сказала Зара. Они сидели рядом, и она слегка коснулась его руки, когда говорила.

— Это мудрый подход, — сказала Даниэль. — Нам следует обсудить, какие конкретные выгоды мы можем представить.

* * * Когда все вышли после собрания, Фарра пошла в ногу с Джейсоном, покидавшим здание. Она бросила на него выразительный взгляд, пока они прогуливались по широкой улице мимо разноцветных зданий.

— Что? — спросил он.

Она коснулась своей броши, и возник экран конфиденциальности.

— Что это было?

— Что именно? — спросил Джейсон с неубедительной невинностью.

— Ты заставишь меня вытягивать это из тебя?

— Это ничего.

— Правда? Ты действительно думаешь, что люди не заметили внезапную неловкость между вами двумя? У всех нас есть сверхъестественные чувства и способность читать эмоции. Ты можешь держать свою ауру под контролем, Джейсон, но мы также видим твое лицо.

— Ладно, не ничего. Но и не что-то.

— Пока что.

— Я этого не говорил.

— И всё же я это услышала. Это повисло в конце твоей фразы, как человек, висящий на краю обрыва, прекрасно осознавая, что его ближайшее будущее будет либо очень плохим, либо очень сложным.

— Ладно, может быть, там было… послушай, никто здесь никуда не спешит. У нее есть амбиции, а всё, что я могу предложить в этом плане, — это сложности. Любые отношения, которые у нее будут, имеют значение, а у меня много багажа. И не только из-за моего политического положения сейчас, но и из-за нашего прошлого. После той истории с выдуманными отношениями тогда, настоящие отношения сейчас подорвали бы любой авторитет, который она заработала. Пятнадцать лет работы искателем — коту под хвост. Она это знает, я это знаю. Никто из нас не собирается бросаться в нечто глупое и саморазрушительное. Мы оба усвоили свои уроки в этом плане.

— Ну, всё это звучит разочаровывающе зрело. А я-то хотела подразнить тебя за то, что ты крадешься, как подросток.

— О, поверь, желание есть. Я золотого ранга; я должен обладать слишком большим самоконтролем, чтобы быть таким озабоченным.

Она рассмеялась. — И что ты собираешься делать?

— Не знаю.

Они остановились у кафе, где купили холодный чай в стаканчиках из магического стекла, которые испарялись, когда пустели.

— Ты скоро будешь на Земле, — сказала Фарра, когда они продолжили прогулку. — Там она не принцесса.

— Эта мысль приходила мне в голову. Да, мы могли бы изучить это, но что произойдет, когда мы вернемся? Это должно закончиться или стать более серьезным, чем мы, вероятно, будем готовы.

— Я почти уверена, что Сорамир был бы рад помочь тебе.

— Не напоминай. А как насчет тебя? У тебя разве не было парня где-то здесь?

— Ты про Тренча? Да, он милый. И искренний. Он всегда был чувствителен к разнице в силе и возрасте, поэтому мы всегда держали всё на уровне легкого флирта. Теперь, когда я золотого ранга, он начал намекать, что хочет чего-то более серьезного.

— А ты что?

— Не знаю. В смысле, он хороший. Стабильный. Мама его любит. Ты же знаешь, я построила дом на твоем старом месте в Арноте.

— Да. Ты звучишь неуверенно.

— Дело не в нем. Мне нравится стабильность. Я хочу быть той, кто теряет голову, понимаешь? Просто я не уверена, хочу ли я этого с кем-то прямо сейчас.

— Знаешь, я не единственный, кто мог бы позволить себе попробовать что-то на Земле.

— О, да, отличная идея. Утащить какого-нибудь парня в другую вселенную, только чтобы всё не сложилось, и мы застрянем вместе, пока не вернемся — неизвестно когда.

— Справедливое замечание. Послушай, я не знаю, как обстоят дела у тебя с Тренчем, и я знаю, что когда люди живут так долго, как мы, легкие отношения могут быть выходом. Но, судя по тому, что ты говоришь, не похоже, что он хочет держать всё на уровне легкого флирта.

— Не хочет. Не вечно.

Она вздохнула.

— Я говорила тебе, что люблю стабильность, — продолжила она, — но, может быть, это скорее идея о ней, чем реальность. Честно говоря, меня это пугает. Я не такая, как ты, не стремлюсь к эмоциональной связи. Я всегда держалась на безопасном расстоянии.

— Нужно сделать себя уязвимым, если хочешь построить доверие.

— Так говорят. Но если позволяешь себе быть уязвимым, ты становишься, ну, уязвимым. Ты это знаешь. Тебе делали больно таким образом.

— И я всё равно продолжаю это делать. О чем это тебе говорит?

— О том, что ты дурак.

Он снова рассмеялся.

— О, да. Это большая часть дела. Может, тебе пора хоть раз побыть дурой. Тебе нужно подумать, что тебя останавливает. Это потому, что ты этого не хочешь? Что это не тот парень? Или потому, что ты просто боишься? Потому что если последнее, Фарра, то тебе нужно стать тверже. Ты пробилась с боем из комплекса пыток и вернулась с того света. Я не позволю тебе убежать от парня только потому, что, возможно, ты ему слишком нравишься.

— Это говорит парень, который не может перестать строить глазки красивой девушке с синими волосами.

— Да, ну, может, нам обоим нужно набраться немного смелости.

* * * Дипломат Королевства Штормов склонил голову.

— Принцесса. Конечно, приятно видеть вас снова. К сожалению, вашего кузена вызвали по делам, и он не сможет присутствовать. Государственные дела; уверен, вы понимаете.

Зара подошла к мужчине, заставив его поднять брови, когда она вторглась в его личное пространство.

— Лорд Альберто, если мой кузен хочет пренебречь мной, это его прерогатива как Короля Штормов. Вы, однако, не имеете на это права. Вы будете обращаться ко мне «Ваше Высочество» и кланяться в моем присутствии, а не кивать, как будто проходите мимо своего зеленщика на улице. Вы человек, который занимался государственным управлением дольше, чем я живу на свете. Из-за этого любой этикетный промах с вашей стороны может быть истолкован только как неуважение, проявленное намеренно и обдуманно. Если со мной снова будут обращаться как с искателем, а не как с принцессой королевства, я буду считать вас лично ответственным и отвечу так, как принято у искателей. А именно: я вытащу вас на улицу и обдеру, как фрукт. Это понятно?

Альберто сглотнул и поклонился.

— Мои извинения, Ваше Высочество.

Зара прошла мимо мужчины, а Джейсон и Даниэль Геллер последовали за ней. Воздух вокруг них замерцал, когда Джейсон использовал свою ауру в качестве экрана конфиденциальности.

— Мы уверены, что такая агрессия на столь раннем этапе — правильный ход? — спросил он.

— Да, — ответила Даниэль. — Обращение к принцессе в такой манере было рассчитано на то, чтобы позиционировать ее как Зару Нарин, знатную леди, а не Зару Римарос, принцессу королевского дома. Если бы она приняла пренебрежение без комментариев, она бы молчаливо согласилась с их утверждением. Не просто отстаивая свою позицию, но и упоминая имя короля, она ставит лорда Альберто в положение, когда он должен либо взять на себя ответственность, либо признать, что король подговорил его на это.

— Мне еще многому предстоит научиться в этих дипломатических уроках, не так ли? — спросил Джейсон. — Вы уверены, что хотите, чтобы я играл здесь роль «доброго полицейского»?

— Это твой магический мост, — сказала Зара. — Лучше всего, чтобы любая заключенная сделка была недвусмысленно заключена именно с тобой. Просто старайся не обещать ничего слишком радикального.

* * * — Его Величество считает, — сказал Альберто, — что угроза неизвестной опасности перевешивает обещание неопределенной возможности.

— Понятная позиция, — сказала Даниэль. — Принятие нашей просьбы предыдущим Королем Штормов показало уверенность человека, который долго занимал трон и полностью воплощал свою роль верховной власти в королевстве. Его наследник правит едва ли десятилетие, и мы с пониманием относимся к его нерешительности.

Альберто нахмурился.

— Ваше отношение к этому делу принято к сведению, леди Геллер, но вы обнаружите, что благоразумие — это та мудрость, которую Его Величество привносит за этот стол.

— По доверенности, — заметила Зара. — Учитывая, что он был слишком занят, чтобы лично присутствовать за этим столом.

— Я уважаю позицию короля в этом вопросе, — сказал Джейсон. — И я бы очень хотел развеять неизвестность, с которой мы его столкнули, одновременно расширяя предлагаемые возможности. Поэтому я хотел бы предложить Королевству Штормов то, о чем просили многие организации, но всегда получали отказ: место в нашей экспедиции в другую вселенную.

Альберто откинулся на спинку стула.

— На каких условиях вы сделаете такое предложение?

— Какие условия вы хотели бы видеть, лорд Альберто?

— Вы говорите о месте в экспедиции. Вы имеете в виду представителя или делегацию?

— Я думаю, дипломатическая делегация для взаимодействия с политическими силами Земли была бы вполне уместна. В конце концов, то, что в ближайшем будущем будет трудным мостом для перехода, в последующие годы станет открытым проходом. Я думаю, что те, кто будет контролировать каждый конец этого прохода, должны иметь время, чтобы установить условия того, какой будет эта граница. Скажем, сорок человек, включая сотрудников службы безопасности.

— И какие ограничения вы наложите на то, кем будут эти сорок человек?

— Никаких алмазных рангов. Мировой Феникс не пустит на Землю никого алмазного ранга, пока я сам не достигну алмазного ранга. Кроме того, пока уровень магии не поднимется выше, магия там сможет поддерживать их только в определенных областях.

— Что еще?

— Больше ничего. Если вы хотите заключить сделку с Магическим обществом и отправить часть их людей, это ваше дело. Я бы осудил такое поведение, но потерплю его. Это будут люди, которых выберете вы, лорд Альберто. И за которых будете нести ответственность.

— И что вы имеете в виду под «нести ответственность», мистер Асано?

— Я имею в виду, что если мне придется убить кого-то из них, лорд Альберто, вам придется за это отвечать.

— Пожалуйста, помните, — сказала Даниэль, — что любые уступки, которые мы делаем, — это жесты, сделанные из уважения. Королевству Штормов не нужно ничего из того, что есть у нас.

— Если Король Штормов решит отозвать разрешение, данное его дядей, моим отцом, — добавила Зара, — то мистеру Асано это будет стоить только времени. Времени, которое он вполне может себе позволить.

— Есть преимущества в работе вне границ любого государства, — сказал Джейсон. — И я не сомневаюсь, что многие страны ухватились бы за шанс получить возможности, которые вы, кажется, так нерешительно принимаете. На самом деле…

Он поднялся на ноги.

— …думаю, мы достигли конца того, что здесь можно было продуктивно достичь. У меня такое чувство, что размышления Короля Штормов по этому вопросу оставят нам время изучить наши альтернативы.

* * * Переговоры в основном были посвящены не тому, одобрять ли мост, а тому, сколько уступок Королевство Штормов может получить от Джейсона. Оказалось, что немного, так как он уже пообещал перевезти всех, кого выберет Королевство Штормов, если только это не культист Строителя или кто-то подобный. Любые сделки, которые они заключат с силами Земли, будут предметом их собственных переговоров и исполнения. Джейсон согласился обучить их нескольким земным языкам.

К удивлению Джейсона, ему понравилось вникать в тонкости калибровки пространственного портала. Было приятно вернуться к теории астральной магии, которую он изучал под руководством Доун во время своего пребывания на Земле. Его инстинктивное понимание пространственных сил также помогло им, но даже это меркло по сравнению с мастерством Клайва в теории. В очередной раз он был поражен огромной интеллектуальной мощью своего друга.

Джейсон общался с некоторыми из своих старых друзей из Римароса. Отем Лил была искателем, с которой он познакомился во время выполнения контрактов, еще до того, как к нему пришла слава. Она пошутила старую шутку о том, что Джейсон избегает принцесс, только чтобы потом встретить Зару. Принцесса Лиара посетила остров ради барбекю вместе со своим мужем Базефом и семьей. Их дочь Зарин была назначена в дипломатическую делегацию Римароса на Землю.

Работа над мостом была приостановлена на несколько дней, чтобы мать Софи наконец, после долгих задержек, могла пройти лечение по удалению материалов, активно промывавших ей мозги. Результаты были успешными, но крайне утомительными, и Мелоди вскоре после этого впала в бессознательное состояние. Как когда-то Джейсон после перенапряжения, она нуждалась во времени для исцеления, которое никакая магия не могла ускорить.

Прибыло больше друзей, чтобы присоединиться к земной экспедиции, наряду с другими, кого пригласил Джейсон. Валдис и Рик Геллер прибыли со своими командами. Вице-канцлер Ассоциации магических исследований Лорелея Грэм прибыла с группой магических исследователей. Трэвис и Фарра привезли с собой множество сотрудников, чтобы лучше изучить магические технологии на Земле. Джори прибыл с командой алхимиков, и ситуация с Белиндой определенно не была крайне неловкой.

С ними должен был отправиться контингент жрецов, не для того чтобы увидеть Землю, а для работы в городе, который Джейсон создал в своем астральном королевстве. Священнослужители различных богов, которые могли помочь создать новые дома для беженцев из Боко, проживающих в астральном королевстве Джейсона. Многие из них уже давно были там, но к ним присоединялась большая группа, так как астральное королевство вскоре должно было быть отрезано от Паллимустуса, по крайней мере до возвращения Джейсона.

Горстка верующих обнаружила, что не может остаться, и ушла, как только прибыла. Для многих разрыв связи со своим богом был слишком тяжелым испытанием. Другие отнеслись к этому нормально, а некоторые рассматривали это как проверку веры, воли, независимости или какой-то другой ценности, основанной на ценностях их конкретного бога.

Самым некомфортным включением была Габриэль, жрица Знания и нынешняя жена Трэвиса Ноубла. Как бывшая Хамфри и человек, который долго и публично осуждал практически всё, что касалось Джейсона, она была не самой популярной фигурой на корабле. Однако время, казалось, смягчило ее острые углы. Никого не волновал старый подростковый роман, и Габриэль пришла к выводу, что если Знание может так сильно благоволить Джейсону, то она, по крайней мере, может его терпеть. Впрочем, приглашений на вечер настольных игр она получала нечасто.

Активация моста не сопровождалась никакими фанфарами или мощным выбросом ауры. Те, кто чувствителен к пространственной силе, могли заметить это, если находились близко к острову, но большинство даже не подозревало, что что-то изменилось. На данный момент мост был открыт только для тех, у кого была сила и знания, чтобы пересечь язвительную нереальность глубокого астрала. Джейсон использовал свой облачный корабль как паром, а прото-мост — как направляющую нить.

Глубоко под землей в массивной камере находилась серия стоячих камней, расположенных в виде гигантской ритуальной диаграммы. Облачный корабль Джейсона парил над ними, а рампа вела к отверстию в корпусе. Он поднялся на борт вместе со своими спутниками, делегацией Римароса и беженцами из другого мира, наконец готовыми отправиться домой. В вихре радужного света воздушный корабль исчез, наконец отправляясь на Землю.

КОЕ-КОГО ЗАСОСАЛО

КОЕ-КОГО ЗАСОСАЛО

Сидя в капитанском кресле на мостике своего пространственного корабля, Джота Уизерс тяжело вздохнул. Это была не та траектория, по которой должна была развиваться его жизнь. Вселенная-город Интерстиций была, по сути, центром космоса. Только обладателям алмазного ранга разрешался вход без приглашения, а искателям золотого ранга, таким как Джота, позволялось входить только в качестве чернорабочих. И даже так, быть жителем Интерстиция означало стоять на вершине космического порядка. Джота так и не смог этого достичь.

Население Интерстиция прибывало из двух мест. Одно — это широкий космос, где люди повышали ранги в различных вселенных, прежде чем войти в космическое сообщество. Обладатели алмазного ранга лишь изредка появлялись из таких миров, как человек из маленького городка, добившийся успеха в большом городе. На другом конце спектра значимости находились политические образования, охватывающие несколько измерений, такие как Сияющий Суверенитет и Империя Констел. Обладатели алмазного ранга из таких миров, по крайней мере, знали, на что идут.

Над всеми ними возвышался вселенная-город Интерстиций и периферийные вселенные, присоединенные к нему. Эти связанные реальности в основном существовали для создания будущей элиты общества Интерстиция, посвятившей себя воспитанию людей до золотого, а в конечном итоге — алмазного ранга. Те, кто заканчивал программы подготовки, обладали непревзойденными знаниями, обучением и ресурсами.

Немногие разумные виды рождались с золотым или алмазным рангом. Даже драконы, фениксы или гаруды не могли этим похвастаться. В периферийных вселенных Интерстиция люди, рожденные там, имели все преимущества, помогавшие им стать сильными. Невероятно богатые магией, их цивилизации были развиты в знаниях как науки, так и тайных искусств. Рожденные в таких условиях имели непревзойденные возможности, с прямой связью с Интерстицием, которой завидовали даже граждане космических империй.

Джота, как и все рожденные в таких мирах, был частью программы подготовки, которая в конечном итоге должна была привести к достижению Интерстиция на золотом ранге. Быть слугой на небесах всё равно означало стоять выше всех вне их, обещая место среди космической элиты по достижении алмазного ранга. Суровая реальность, однако, заключалась в том, что уровень успеха таких программ был бесконечно мал, большинство никогда не добиралось до поста золотого ранга в Интерстиции. Ничто не мешало им отправиться туда по достижении алмазного ранга, но только как обычному человеку, а не как специально подготовленному члену избранных.

Только в его солнечной системе, не говоря уже о всей вселенной, Джота был одним из триллионов, кому это не удалось. Большинство продолжали жить дальше, всё еще наслаждаясь огромным преимуществом, которое дало им воспитание. Некоторые, однако, были неспособны или не желали смириться со своей неудачей. Как и многие до него, Джота применил свои таланты и способности в широком космосе. Даже неудачник из низших вселенных Интерстиция был престижной фигурой на космической арене, или так считал Джота.

Реальность, которую он обнаружил, заключалась в том, что космос был недобр к обладателям золотого ранга. Они не были созданы для вызовов блуждания по глубокому астралу, работая из вселенных с высокой магией и искусственных карманных реальностей. Это было место для обладателей алмазного ранга, астральных сущностей и даже трансцендентов, и искателю золотого ранга нужно было найти среди них покровителя.

Покровитель позволял искателю золотого ранга утвердиться, приобретая ресурсы для успешной работы. Самым важным было иметь поддержку, кого-то, кто отпугнет тех, кто видел в них добычу. Покровитель был убежищем для искателя золотого ранга, где можно было укрыться, пока они сами не достигнут алмазного ранга. До тех пор они были немногим лучше слуг. Джота понимал, что это отражение самого Интерстиция, но без престижа, который с ним приходил.

Высокомерие Джоты по поводу своего происхождения стоило ему возможностей и преподало суровые уроки. К тому времени, когда он научился смирению, выбор покровителей стал скудным. Он оказался на службе у самопровозглашенного космического адмирала, который, на самом деле, был пиратским лордом, грабившим изолированные миры в астральных захолустьях.

Спустя десятилетия после того, как Джота покинул свою родную вселенную, алмазный ранг казался далекой мечтой. Его неудачи повлияли на его путь к самореализации, затормозив его продвижение по золотому рангу. Он давно смирился с тем, что ему нужно затаиться, быть прилежным и постепенно найти свое место в космосе. Только с этой стабильностью он мог вернуться к исследованию себя, необходимому для продвижения в качестве пользователя эссенции. Это было непросто на службе у «Адмирала» Арактуса Джакаара.

Существовали правила относительно входа во вселенные и миры внутри них, особенно те, где была местная жизнь. Некоторые из этих правил можно было слегка подвинуть, а другие — нарушить, и это было хлебом с маслом флота Джакаара. Однако они были осторожны в том, что делали и кому переходили дорогу. При всей своей грандиозности, адмирал Джакаар старался избегать Культа Мирового Феникса. Ужасная первая сестра, возможно, ушла на покой, чтобы стать иерофантом и вознестись, но это не уменьшало их влияния. Пока ее преемница осваивалась со своими обязанностями, другие сестры были агрессивны в исполнении своих обязанностей.

Пока его пространственный корабль пересекал астрал, Джота гадал, что адмирал приготовил для него. Его судно было редкостью, будучи лишь золотого ранга, но это было необходимостью для определенных работ. Чем ниже ранг, тем менее строгими были правила входа во вселенные. Джота и его команда золотого ранга могли отправляться в места и делать вещи, которые адмирал и его основные силы не могли.

Не опасаясь показывать свои эмоции, пока он был один на мостике, Джота снова вздохнул. Его мысли занимало следующее изолированное захолустье, куда его неизбежно отправят, последнее в длинной череде. Он говорил себе, что смирился со своими разбитыми ожиданиями, но с каждым годом эта ложь звучала всё более пусто. Если бы он действительно достиг принятия, его прогресс по золотому рангу не застопорился бы.

* * * Джейсон осторожно поместил маленькую пластиковую крышу на голову своего мипла, как шляпу, а затем вернул его на гекс.

— Я строю жилище, очевидно. Я собираюсь использовать монеты вместо…

Он замолчал, наклонив голову, словно прислушиваясь к далекому шуму.

— Софи, — сказал он. — Твоя мама просыпается.

* * * Когда его пространственное судно приблизилось к пространственной границе, Джота размышлял о своей неожиданной жизни космического пирата. Он причудливо сравнивал ее с эпохой парусного флота, которую пережили многие примитивные миры, где вселенные были островами в океане глубокого астрала. Из своих культурных исследований он знал, что многие миры романтизировали эпохи фронтира, превращая в легенды и часто возвеличивая короткие и жестокие периоды, делая их культурными ориентирами. Истории скрывали суровую и мрачную реальность, стоящую за ними.

Время, проведенное Джотой в плавании по астралу, подтвердило это. Его прибытие, подобно колониальной силе, никогда не делало жизнь местных лучше. Из-за его низкого ранга это всегда был какой-то мир с низкой или средней магией, где обладатели золотого ранга были подобны богам-королям. Ему требовался лишь тонкий предлог, чтобы удовлетворить правила вторжения, а затем он забирал с планеты всё, что она стоила. Стрип-майнинг; торговля людьми; захват эссенции. Вначале его это беспокоило, но недостаточно, чтобы не делать этого. И никогда не беспокоило слишком сильно, если быть до конца честным с самим собой. Он был из места, настолько превосходящего эти маленькие миры, что местные жители могли бы сойти за животных.

Джота подал сигнал своей команде мостика собраться для перехода во вселенную, где скрывался основной флот Джакаара. Он надеялся, что в этот раз локация будет достаточно развитой; его тошнило от отсталых миров, где использование магии затормозило рост технологий. Те, где были только технологии и никакой магии, были такими же плохими, их развитие задыхалось в узких местах физических законов, которые магия могла легко обойти.

Они переместились в физическую реальность, прибыв в космос на окраине солнечной системы без обитаемых планет. Сенсоры корабля зафиксировали обширные горнодобывающие операции и большую космическую станцию, вращающуюся вокруг луны. Джота проверил подробные журналы сенсоров и улыбнулся. Это было не всё, на что он мог надеяться, но всё же приличная магико-техническая станция. Для такой удаленности от основных транспортных путей это было лучше, чем он ожидал. Он подтвердил, что флот пришвартован там, и направил рулевого на встречу.

* * * — Мне жаль, что твой первый опыт вне моего духовного царства — это пребывание внутри чего-то, что по сути является уменьшенной версией моего царства, — сказал Джейсон Мелоди. — Тайминг был неудачным.

— Всё в порядке, — сказала Мелоди, садясь на своей облачной кровати. — Я все эти годы жила в твоем царстве души и наблюдала, как оно превратилось из нестабильной карманной вселенной в место, где находится планета, такая же твердая и реальная, как та, на которой я родилась. Я не чувствовала себя взаперти, а теперь у меня есть целый новый мир для исследования…

Она сжала руку Софи, сидевшей рядом с кроватью.

— …с моей дочерью. Я не могла просить о большем.

После воссоединения с Софи и осмотра Карлосом, Арабель и Нилом, Джейсона пустили поговорить с ней. Вместе с Софи он объяснил их текущую ситуацию, путешествие между мирами. После их разговора Джейсон оставил мать и дочь наедине, найдя трех членов духовенства Целителя снаружи ее комнаты. Карлос был специалистом по исцелению души, Арабель — специалистом по ментальному исцелению, а Нил — специалистом по телу. После пережитого испытания Мелоди нуждалась в помощи всех троих.

— Как она? — спросил Джейсон.

— Лучше, чем мы могли надеяться, — счастливо сказал Карлос. — Она перенесла экстремальную и длительную физическую и духовную травму, но все признаки указывают на медленное, но полное восстановление.

— Ее желание исследовать твой мир вместе с дочерью — это хорошо, — сказала Арабель. — Как только она обнаружила, что ее дочь жива, желание Мелоди воссоединиться пересилило даже промывание мозгов, через которое она прошла. Она демонстрирует здоровые признаки борьбы с этим, почти без той одержимости, которая заставляла ее сопротивляться влиянию на нее. Ей нужен постоянный уход, но я настроена оптимистично, учитывая положительные признаки, которые я вижу. Хотя это только начало. Ты сам знаешь, Джейсон. Ментальное восстановление — это не гладкий и не короткий процесс.

— Пока она под защитой, — сказал Карлос, — я не вижу проблем в том, чтобы позволить ей бродить по миру с низким уровнем опасности. Но никакой самообороны. По крайней мере, не используя свои силы. У меня есть строгий план возобновления использования ее способностей, чтобы избежать любого долгосрочного духовного ущерба.

— Ее телу потребуется время, — добавил Нил. — Как тогда, когда ты переусердствовал с тем порталом в Римаросе, духовное напряжение сделало обычное магическое исцеление неэффективным. Я хотел бы обсудить привлечение Джори и его алхимиков, раз уж они с нами. Более медицинский подход может дать нам лучшие результаты, чем попытки накачать ее целительной магией.

Джейсон оставил их обсуждать лечение, гадая, сможет ли он найти кого-то, кто займет место Софи, когда он возобновит настольную игру.

* * * Арактус Джакаар был необычным человеком, так как его тело носило много жира, что было особенностью его набора сил. Он также был выше большинства, что делало его очень крупной фигурой. У него была редкая борода, но густые, кустистые усы. Его длинные, сальные волосы были в основном запихнуты в остроконечную шляпу, которую, как он утверждал, исторически носили пираты на его родном мире. Результатом был комичный вид, который, как знал Джота, было очень плохой идеей высмеивать. Он видел, как это случалось, и какие бесчинства совершал Арактус в отместку.

— Это интересный экземпляр, — сказал самопровозглашенный пиратский адмирал. Он сидел за столом в своей капитанской каюте, в кресле, которое с трудом его вмещало. Он бросил файл на стол, чтобы Джота взял его и изучил.

— Он был запечатан для всех выше серебряного ранга? — прочитал Джота.

— Ага. Что означает, что он был фактически запечатан для всех, потому что какой обладатель серебряного ранга бродит по астралу? Мировой Феникс только что открыл его для обладателей золотого ранга.

— Если Мировой Феникс обращает внимание на это место, не должны ли мы избегать его? Я не хочу, чтобы внимание его культа пало на нас больше, чем ты, и это в лучшие времена. Если он задался целью открыть это место, что он знает такого, чего не знаем мы?

— Обычно я бы согласился, но почти ни у кого нет полной и готовой команды обладателей золотого ранга, которая могла бы пойти за этим. Новая граница — это жесткая линия, так что никакой поддержки алмазного ранга.

— Это не вселяет в меня уверенность, Арактус.

— Есть также причина, по которой он был закрыт в первую очередь. Читай дальше.

Джота сделал, как было велено.

— Ядра реальности?

— Ага. Местные потеряли к ним доступ, но с правильной магией мы можем снова начать их выкапывать.

— Опять же, у меня есть сомнения. Если ничего другого, не дестабилизирует ли их добыча планету, которую Мировой Феникс приложил значительные усилия, чтобы стабилизировать?

— Да, но если мы доберемся первыми и быстро их выкачаем, мы сможем перейти к разграблению других ресурсов, прежде чем это зайдет слишком далеко. Оставим следующему парню столкнуться с гневом культа феникса.

— Это всё еще звучит рискованно, особенно если читать эту справочную информацию. Эта вселенная связана с другой. Одной с меньшими ограничениями, но всё же. И пара из них была причиной того, что оригинальный Строитель был заменен? Что и является причиной того, что ядра реальности вообще доступны.

Он бросил файл обратно на стол.

— Чем больше я читаю, Арактус, тем меньше мне это нравится.

— Есть риск, — признал адмирал. — Но награда того стоит. Ядра реальности, Джота. При нормальных обстоятельствах их невозможно извлечь. Одна только попытка заставила бы культ Строителя наброситься, чтобы остановить тебя. Но этот мир другой, и он был взломан, как яйцо. Лучше всего то, что Строитель уже обжегся, вмешиваясь в него. Пока мы не будем испытывать судьбу, мы можем это сделать. Даже если мы сможем получить лишь несколько ядер, это того стоит.

— Ты имеешь в виду, испытывать мою судьбу.

— Не будь идиотом, Джота. Ты думаешь, великие астральные существа оставят меня в покое, если ты зайдешь слишком далеко? Послушай, да, мне не нравится, что мы привлечем внимание и Строителя, и Мирового Феникса из-за этого. Но преимущество использования только обладателей золотого ранга в том, что они не будут слишком суровы. Если мы зайдем слишком далеко, они начнут с щелчка по носу для меня, и я сниму тебя с ядер реальности. Переведу на более традиционную эксплуатацию, пока все остальные либо наблюдают с завистью, либо отвлекают гнев культов от нас.

Вздох Джоты был несчастным, но смиренным.

— Каков наш предлог? — спросил он. — С таким вниманием нам нужно будет следовать правилам в этом вопросе. Нарушение буквы закона — это неприятности, которые мы не можем себе позволить здесь.

— Ах, вот это самая прекрасная часть. Читай дальше.

Джота снова взял файл и просмотрел его вперед, пока Арактус продолжал объяснять.

— У местных есть проблема. Из этих двух миров кого-то засосало из более ограниченного, и отправило в другой.

— Пришелец из другого мира.

— Ага. Это было пару лет назад, и теперь он, по-видимому, направляется обратно.

— С большей силой, чем та, к которой готовы люди ограниченного мира, — понял Джота.

— Именно. Мои разведчики смогли наблюдать за этим миром через ограничения лишь в ограниченной степени, но местные отчаянно нуждаются в решении. Я предложил свою помощь, и местные силы приняли ее. Ты можешь просто войти, свободный и чистый от правил, благодаря приглашению от местных. Приглашению, которого не будет у тех, кто последует за тобой.

— Это действительно создает привлекательную возможность, — признал Джота. — Нам просто нужно разобраться с этим пришельцем?

— Да. У него будут люди из другого мира, но это всё еще просто изолированное захолустье, и ограничение на обладателей алмазного ранга всё еще действует. Я расширю твою команду, чтобы убедиться, и ты сможешь уничтожить их всех. Как только это будет сделано, ты выполнишь условия, установленные местными, и сможешь начать менять условия сделки для них. Как только ты внутри, ты внутри.

— Со сколькими из этих обладателей золотого ранга нам придется иметь дело?

— По нашей информации, одна команда, так что пять, может быть, семь в крайнем случае. Но помни, это будут захолустные деревенщины, а не настоящие воины.

— Не недооценивай тех, кто тренировался в космических дебрях, Арактус. Я на горьком опыте узнал, что тренировки в лучших условиях могут сделать тебя мягким.

— Не волнуйся. Я увеличу твою численность, чтобы убедиться. У тебя будет двадцать пять или около того; достаточно, чтобы уверенно их подавить. Последнее, чего мы хотим, — это честный бой. Я не намерен терять кого-либо из-за этого.

— Спасибо, Арактус.

— Я уже говорил тебе раньше, Джота: называй меня Адмирал.

— Прости, Адмирал.

— Спасибо. Есть причина, по которой я ношу эту шляпу.

ГОРОД БЕЗ РАССВЕТА

ГОРОД БЕЗ РАССВЕТА

— Ты понимаешь, что ты наделал? — спросил Рик Джейсона, когда они шли по коридору облачного корабля. — Собрание людей на этой лодке просто нелепо. Одно только количество обладателей золотого ранга умопомрачительно. Если бы у нас была эта группа, когда мы спускались в тот проклятый богами туннель, мы бы стерли ту армию нежити с лица творения.

— Не думаю, что боги на самом деле проклинали туннель, — отметил Джейсон. — На самом деле, в этом-то и была проблема.

— Была, не так ли. Но продолжая мою мысль, помимо количества обладателей золотого ранга, посмотри, кто они. Престижные команды из нескольких поколений искателей. Верховный канцлер и вице-канцлер Ассоциации магических исследований. Одна из восходящих звезд мира алхимии.

— Ты имеешь в виду Джори?

— Не думаю, что ты осознаешь репутацию, которую он заработал, пока ты был занят изобретением своей Системы.

— Я бы не назвал это точным описанием того, что произошло.

— Самый известный охотник за сокровищами в мире. Сын Роланда Ремора.

— Я в курсе, кто находится на моей лодке, Рик.

— Тетя Даниэль.

— Опять же, я знаю, кто…

— Сколько членов королевской семьи, Джейсон?

— Только пара крупных. Большинство из того контингента Римароса — в лучшем случае дальние родственники.

— Моя мысль, Джейсон, в том, что тебе нужно смотреть на вещи так, как видит их остальной мир. Ты отправляешься с многонациональными силами первоклассных искателей, магических исследователей, членов королевской семьи и даже духовенства. Ты просто попутно создал одну из самых могущественных фракций на планете, и люди хотят знать, что ты собираешься с ней делать, когда вернешь нас всех обратно. Основать страну? Занять более решительную позицию в попытке искоренить кабальное рабство?

— Я собираюсь вернуться домой. Отдохнуть. Убить несколько вампиров. Когда я вернусь, я бы хотел заняться спокойными приключениями. Устранить несколько посланников.

— Джейсон, даже ты не настолько невнимателен, чтобы не знать, о чем думают люди. Не с твоей историей. Посмотри, что случилось в прошлый раз, когда ты вернулся с Земли. Вторжение Строителя. Битва при Яреше. Экспедиция Брайтхарта. Ты был главным игроком во всех из них. Может, ты и не был знаменит среди широкой публики, за пределами Римароса и Яреша, но люди у власти? Они внимательно следили за тобой. Потом ты исчезаешь и появляешься пятнадцать лет спустя, изменив сам способ работы пользователей эссенции. И не проходит много времени, как ты снова творишь нелепые вещи.

— Они были не такими уж нелепыми.

— Ты эвакуировал всё население города своей аурой, превратился в птицу и в одиночку уничтожил армию посланников. И это было после возвращения с того света. Снова. Что едва заслуживает упоминания, потому что это вроде как твоя проклятая богами фишка.

— У всех нас бывают тяжелые дни, Рик.

— Тяжелые дни? — воскликнул Рик.

Джейсон рассмеялся и положил дружескую руку на плечо Рика.

— У меня бывали и хуже. Я когда-нибудь рассказывал тебе о своем времени на Земле? Я вернулся на бронзовом ранге и был почти сразу похищен обладателем серебряного ранга. Снова. Этот, правда, был паршивым, так что я смог дать…

Рик закатил глаза, когда Джейсон замолчал, его внимание привлекла Зара, идущая в другую сторону.

— Принцесса, — поприветствовал он, делая ужасную работу, пытаясь подавить ухмылку.

— Капитан, — ответила она, когда они прошли мимо друг друга.

— Капитан? — спросил Рик.

— Это моя лодка, — отметил Джейсон.

Рик покачал головой.

— Знаешь, я даже не хотел ехать в эту поездку.

— Не хотел? Кто бы не хотел стать частью этого?

— Я, Джейсон. Я бы не хотел. Пятнадцать лет очень счастливой борьбы с монстрами, как обычный искатель. Теперь я на магической лодке, полной людей, которые навлекают неприятности на любого, кто стоит в их общей близости. Но моя жена хотела увидеть другой мир, так что вот мы здесь.

— Ну, я сделаю всё возможное, чтобы сохранить спокойствие и нормальность для тебя.

— Это сработает?

Джейсон снова похлопал его по плечу.

— Даже ни капельки.

* * * Облачный корабль мог похвастаться множеством удобств, от висячих садов до полноценной камеры миражей. Самыми популярными местами были смотровые площадки с расслабляющим баром, уютными зонами отдыха и обеденным залом размером с бальный зал. В каждом из них были прозрачные секции корпуса, предлагающие обширные виды на астрал, пока судно проходило сквозь него.

Другими часто занимаемыми комнатами были лекционные залы и классы. Люди с Земли преподавали языки своей родной планеты, наряду с базовыми культурными исследованиями и вводным этикетом. Джейсону было запрещено посещать их Фаррой как из-за его врожденного отсутствия этикета, так и из-за того, что он связывал каждую социальную ситуацию с эпизодом Команды А.

Глубокий астрал не был виден в обычном смысле. Вместо этого вокруг них проявлялись странные взаимодействия его сырой магии с пузырем, который сохранял корабль в безопасности. Иногда это означало аркадийские пейзажи, и облачное судно чувствовало себя как поезд в сельской местности. В другое время это было похоже на движение через пустоту космоса, когда мимо проплывали причудливые объекты и сущности.

С таким количеством могущественных искателей на борту, и без возможности заниматься поисками приключений, многие решили сосредоточиться на тренировках. Пассажиры быстро научились избегать принца Валдиса, который оказался в раю сильных людей, чтобы бросить им вызов. Однако, поскольку делать было больше нечего, многие принимали его вызов или бросали вызов друг другу. На судне было достаточно места и удобств, чтобы разместить их.

Джейсон ужинал с Трэвисом Ноублом и его женой Габриэль. Габриэль была тихой, всё еще привыкая к отсутствию своей богини. Трэвис был очарован странными вещами, проплывающими мимо окна.

— Это что, какой-то русал? — спросил он. — У него перепончатые руки и ноги.

— Это Патрик Даффи, — сказал Джейсон.

— Ведущий первого сезона Бинго Америка?

— Э-э… может быть?

Они продолжили трапезу, Трэвис и Джейсон болтая о своем путешествии.

— Честно говоря, — сказал Трэвис, — я не хотел ехать. Не знаю, осталось ли для меня что-то на Земле. Я из старомодной семьи Сети, и они прекратили почти любой контакт после того, как я присоединился к клану Асано.

— Я понимаю, — сказал Джейсон. — Я долгое время чувствовал то же самое, но не недооценивай свои семейные связи. У меня есть люди, которые ждут меня, несмотря на то, как я оставил дела. Они в основном считали меня массовым убийцей-психопатом, и я не уверен, что они были далеки от истины. Возвращаться будет нелегко, но я делаю это. Когда семья была легким делом?

— Я помню, когда ты ушел, — сказал Трэвис. — Отношения между твоей сестрой и твоей племянницей долгое время были напряженными. Эми вбила себе в голову, что ты не вернешься. Она винила свою мать, а также себя, за то, что не понимала, почему ты стал таким, каким стал. Не знаю, как сейчас, учитывая, что меня затянуло в Палли не так долго после твоего ухода.

— У меня есть преимущество звонков. Я старался держать всё в тайне со своими аватарами там, не слишком афишировать себя. Хотя я проводил время с семьей. Это неловко, но становится лучше. Время дает свежим ранам шанс зажить. Кстати говоря, думаю, я должен тебе извинения, Габриэль.

— О? — сказала она, подняв глаза от своей пасты.

— Ты и я расстались двадцать лет назад. Мы были молоды. Мы совершали ошибки, которые совершают молодые люди. Страсть; немного слишком много уверенности. Уверенность в своей правоте, которую возраст еще не успел закалить. Грех неуважения — это то, чему я предавался много раз. Твоя богиня помогала мне снова и снова, но я не проявил к ней уважения, которого она заслуживала. Ни в ее собственном праве, ни перед теми, кто так высоко ее ценит. Я прошу прощения за неуважение к чему-то столь центральному не только для твоей жизни, но и для твоей идентичности.

Габриэль уставилась на Джейсона, словно ища в его выражении веселье или неискренность. Он нашел это немного обидным, в основном потому, что был почти уверен, что заслужил это.

— Спасибо, — сказала она наконец. — Вера может сделать тебя сильным, но также и негибким. Я была особенно виновна в этом. Честно говоря, я немного ревновала. Какой-то мужчина вваливается, поливая грязью богов и громко провозглашая, что наше общество коррумпировано и сломлено. А моя богиня продолжала осыпать тебя вниманием, и я не понимала почему.

— Полагаю, она потакала мне, так же, как потакают грубому ребенку, который не знает ничего лучше.

— Я позволила своей жесткости и зависти отравить отношения, которые были важны для меня, не только с Хамфри. Я потратила много времени, говоря неприятные вещи о тебе всем, кто хотел слушать. Мне жаль за это.

— Думаю, мы оба можем списать это на плохие решения молодости. Ты всё еще была подростком, так что это извиняет тебя больше, чем меня. Тем не менее, мы поначалу ладили, и было бы неплохо, если бы мы могли вернуться к этому. Помнишь, как мы танцевали?

Она тихо рассмеялась.

— Помню.

— Что это? — спросил Трэвис.

— Это было в Гринстоуне, — объяснил Джейсон. — Прости, это история о бывшем твоей жены, если ты не против.

— О, совсем нет, — сказал Трэвис. — У меня нет проблем с тем, чтобы стоять в сравнении с парнем, который по сути Супермен, но с этнически неоднозначной чувственностью и очаровательным магическим щенком.

— Правда? — спросил Джейсон. — Чувственностью?

— О да, — сказал Трэвис, пока Габриэль кивала в знак восторженного согласия. — Он весь такой правильный, но страстный. У него целая ситуация «я сделаю правильно на поле боя и в спальне». Как только мы вернемся на Землю, его будут жестко преследовать в интернете. Жестко. Но что это за история с танцем?

— Э-э, ладно, — сказал Джейсон. — В общем, мы были на каком-то светском мероприятии. Бал, что-то вроде того. Габриэль здесь была, сколько? Шестнадцать? Думаю, Хамфри было семнадцать. Его научили, как поражать монстров большим старым мечом, но у него не было такого же природного таланта к социальным урокам его матери. Теперь, я видел, как он пускал слюни на твою прекрасную нынешнюю жену, поэтому я решил подтолкнуть его к действию. Я подкупил оркестр, чтобы добавить перчинки, и познакомил Паллимустус с танго.

— Ты подкупил оркестр? — спросила Габриэль.

— Мне нужно было что-то, с чем я мог бы работать. В тех танцах Гринстоуна не было никакого драйва.

— Ты научил мою жену танго?

— Я думал, что научил, но, оглядываясь назад, она схватила это слишком хорошо. Твоя богиня вытащила танго из моей головы и научила тебя в реальном времени?

— По сути, да, — признала Габриэль. — Что всё равно считается, что ты научил меня.

— Никто никогда не учил меня танго! — пожаловался Трэвис.

— Ну, это легко решаемо, — сказал Джейсон. — Я научу тебя.

— Разве моя жена не должна учить меня?

— Это так не работает, Трэвис.

— На самом деле кажется, что должно, — сказал он, поворачиваясь к жене с умоляющим взглядом.

Она посмотрела обратно на свою пасту и продолжила есть.

* * * На Земле словацкое духовное доминион Джейсона содержало астральное пространство. Как и то, что во Франции, оно содержало город, окруженный дикой природой, которая простиралась до края пространства, где реальность разрушалась. В отличие от французского города, в этом пространстве не было солнца. Освещенный только лунным светом, независимо от часа, он удерживал оставшееся население разумных вампиров Земли. Нависающая архитектура была под влиянием Праги, Стамбула и, больше всего остального, фильмов о Бэтмене.

Аватар Джейсона стоял на крыше готической башни. Дождь барабанил по его тяжелому пальто и широкополой шляпе, делая крутые черепицы настолько скользкими, что он удерживал себя на месте с помощью ауры. Лунный свет пробивался сквозь мрак и отражался от черепицы, ставшей скользкой от воды. Люк откинулся, из него высунули зонтик и быстро раскрыли. Крейг Вермиллион выбрался наружу, неловко держа зонтик, затем проложил путь через скользкую крышу. Он встал рядом с Джейсоном и проследил за его взглядом, пытаясь найти то, на что он смотрел. Не увидев этого, он вместо этого повернулся к Джейсону.

— Ты не можешь отклонять дождь своей аурой? — спросил Крейг, наблюдая, как капли отскакивают от шляпы и пальто Джейсона.

— Могу, — сказал Джейсон с хриплым протяжным акцентом.

— Погоди, ты просто драматично позируешь, глядя на город вампиров, который ты создал?

— Разве не для этого нужны города вампиров?

— Тебе не обязательно было ставить горгульи повсюду. Это своего рода стереотип.

— Это мой доминион, Крейг. Я точно знаю, сколько людей в нем сейчас носят длинные черные пальто.

— Это справедливо, — признал Крейг.

— Твоя аура успокаивается всё больше каждый раз, когда я тебя вижу.

— Я работаю над этим. Руфус помогает мне с техниками медитации пользователей эссенции; он отличный учитель. По-видимому, его семья управляет школой в другом мире.

— Кажется, я где-то об этом слышал, да.

Один из первых вампиров, активно сражавшихся со своими собственными восставшими лордами, Крейг ускорился до золотого ранга после того, как попитался несколькими из них. Трудно убить окончательно без магии крови, другой вампир, пожирающий их, был способом удержать устойчивых обладателей золотого ранга. Это делало союзных вампиров активом для тех, кто сражался с древними лордами, даже в то время, когда любому вампиру было трудно доверять.

Крейгу не хватало силы, чтобы победить лорда-вампира самому. Даже с его новым рангом ему было бы трудно одолеть древних лордов. Именно пользователи эссенции и другие человеческие силы занимались фактическим подавлением, оставляя ему возможность высасывать их жизненную силу и покончить с ними навсегда. Эффекты питания такой мощной кровью включали быстрое увеличение его базовой силы, наряду с получением дополнительных способностей линии крови. Минусами были свирепая агрессия, дикие тенденции и дрейф к аморальной безжалостности. Добровольно запершись на годы, Крейг наконец вернулся к себе примерно в то время, когда начали появляться аватары Джейсона.

— Я немного удивлен, что ты выбрал это место для этого, — сказал Крейг. — Пытаешься запугать американцев всеми этими страшными вампирами?

— Нет. Я хочу, чтобы здесь было тихо, пока я не узнаю, зачем Борис привозит их сюда. Есть причина, по которой я держу всё секретное в этом городе.

— Вампиры уважают секреты?

— Нет, хотя это был приятный сюрприз. Если происходит куча секретных вещей, никто не задает вопросов по поводу еще одной машины с тонированными стеклами, движущейся через мерцающий свет газовых ламп, отражающийся от мокрой от дождя брусчатки.

— Тебе нужно, чтобы я привел тебе роковую женщину? Это город вампиров; они у нас из ушей лезут.

— Я наслаждаюсь этим немного слишком сильно, не так ли?

— Я говорю, плыви по течению, — сказал ему Крейг. — Ты построил это место для мелодрамы, верно?

— Да, — радостно сказал Джейсон, затем его выражение стало мрачным. — Ну, это была веселая причина. Ты знаешь, что мы должны поговорить о том, что произойдет с вампирами, когда я прибуду.

— Я полагаю, ты собираешься убить всех тех, кто всё еще находится в мире.

— Есть ли хоть кто-то, кого стоит спасти?

— Десять лет назад я мог бы сказать «да». Сейчас они зашли слишком далеко, Джейсон, и уже давно. Может быть, есть несколько, кто мог бы вернуться. Кто не покончил бы с собой из-за того, что они натворили, как только обрели совесть. Но найти и помочь им — это просто непрактичная позиция. Европа на этой стадии постапокалиптична. Мне больно это говорить, но ты должен убить их всех.

Джейсон кивнул, смирившись.

— А как насчет разумных, здесь, в городе? — спросил Крейг. — Это место было убежищем, но сможем ли мы когда-нибудь выйти обратно в мир? Там сейчас слишком много магии, и человечество нас не примет. Не после того, что натворили остальные. Мы застряли, живя вечно в городе без рассвета?

— Для вас есть мир. Просто не этот.

— Ты собираешься отправить нас в космос?

— Да, но не в этот космос. У меня есть солнечная система. Как этот город, и тот, что во Франции, но, очевидно, больше. Там есть луна, чья орбита синхронизирована так, что планета всегда блокирует солнце. Постоянное состояние затмения.

— Людям нравится, когда ты меняешь постоянную луну на затмение здесь, в городе. Это делает событие веселым. И ты говоришь, что есть целая планета такая?

— Луна, не планета. Меньше Земли, так что затмение всегда может быть на месте. Мне пришлось подправить некоторые вещи, чтобы получить правильную гравитацию. Приливы немного забавные. Вампиры увлекаются яхтингом?

— Не традиционно.

— Также, я сделал так, что пропитанный магией солнечный свет, сводящий вампиров с ума, не является вещью в моей вселенной, так что вы можете выходить на солнце там, если хотите. У меня пока нет такого контроля в моих земных доминионах. Извини. Не вне астральных пространств.

— Джейсон, ты говоришь об этих вещах так, будто они ничего не значат. Создание планет. Твоя собственная вселенная. Если бы я не видел вещей, подобных этому городу, я бы подумал, что ты сумасшедший. Я всё еще могу так думать.

— Друг, ты еще не видел и половины.

Джейсон перевел взгляд на улицу. Городской автомобиль, который выглядел так, будто он из шестидесятых, медленно двигался по узкой проезжей части. Окна и краска были черными.

— Борис и американцы? — спросил Крейг.

Джейсон кивнул.

— Посмотрим, чего они хотят.

ПРОБЛЕМА КЛАРКА КЕНТА

ПРОБЛЕМА КЛАРКА КЕНТА

Дариус и Майкл нервничали. Они были политическими чиновниками, их серебряный ранг был получен благодаря ядрам. Их ограниченная боевая подготовка состояла из базового курса и ежегодных двухнедельных курсов повышения квалификации. Этого было далеко не достаточно, чтобы чувствовать себя уверенно при входе на территорию вампиров или, что еще хуже, на территорию Асано.

Они начали свой день с перемещения порталом через всю планету. Их два телохранителя золотого ранга — единственная причина, по которой они согласились на всё это — сначала обезопасили другую сторону. Это были представители старой гвардии, которые также повысили ранг через ядра, но были богаты как подготовкой, так и опытом. Те немногие, кто достиг золота без ядер, были стратегическими активами, слишком ценными для обязанностей телохранителей.

На другой стороне портала находился город Нитра. Вампиры не нанесли слишком большого ущерба, так как население эвакуировалось до того, как кровососы набрались смелости приблизиться к территории Асано. Вампиры пришли, когда клан Асано ушел в подполье, но отсутствие населения означало отсутствие резни. Ущерб городу был нанесен более чем десятилетием запустения и случайными блуждающими монстрами.

Они прибыли на парковку торгового центра. Кто-то собрал брошенные машины и сложил их на одном конце, оставив свободное пространство. То, что осталось от вывески с надписью «Атриум Оптима», свисало со стены. Их ждали три человека, которых в данный момент изучали взглядом их охранники золотого ранга.

Один из троих выглядел нервным от такого внимания. Дариус и Майкл могли почувствовать его ауру серебряного ранга, хотя она не показывала никаких признаков использования монстр-ядер, ответственных за их собственные ранги. Последние двое были невозмутимы перед вниманием: крупный тихоокеанский островитянин и японец.

Политические чиновники узнали двух других обладателей золотого ранга клана Асано. Широ Асано был бывшим патриархом клана Асано Японской Сети, и его рука небрежно покоилась на рукояти его ножен. Тайка Уильямс, как предполагалось, был одним из самых сильных людей на планете, наряду с Руфусом Ремором. Он ел эскимо.

С их прибытием три члена клана двинулись, чтобы поприветствовать их и представиться. Обладателем серебряного ранга был Уэсли Асано, член клана с эссенцией транспортного средства, который будет служить их водителем. Он наколдовал лимузин с черной краской и черными окнами, который мог быть взят из гангстерского фильма, снятого в шестидесятых.

Их везли через город, видя, что, по крайней мере, улицы, по которым они ехали, были расчищены. Очевидно, именно здесь клан обычно принимал посетителей, так как никто не перемещался порталами прямо на территорию клана. Покидая город, то, что выглядело как свежепостроенная дорога, вело в сельскую местность. Не было никакой ошибки в том, что это был город клана Асано, когда они приблизились к нему, расположенному на том, что когда-то было пастбищными землями.

Город был странным, не показывая никаких признаков облакоподобного вещества, из которого он якобы был построен. Здания представляли собой смесь агрессивного бетона, блестящего стекла и растительной жизни, как обильной, так и сильно интегрированной. Сидя напротив них, Тайка Уильямс выглядел как сардина в банке, даже в большой машине. Видя, как они выглядывают в окно, он предложил объяснение без просьбы.

— Кен курировал всё это. Отец Джейсона. После того, как Джейсон съел всех вампиров и перестроил город, он позволил своему старику и некоторым архитекторам в клане перепроектировать всё место. Это смесь эко-брутализма и соларпанка, или так мне сказали. Я не знаю, что это за вещи, но возможность подделать бетон вместо использования настоящих вещей, по-видимому, лучше для окружающей среды. Не уверен, что это имеет значение посреди вампирского апокалипсиса, или зачем вам подделывать бетон, но Кен выглядел счастливым.

Майкл и Дариус переглянулись при фразе «съел всех вампиров», но не прокомментировали. Они достигли центра города, остановившись снаружи самого высокого здания. Снаружи оно выглядело как массивная стопка ступенчатых балконных садов, без защитных перил. Интерьер продолжал тяжелую растительную тему, с открытыми пространствами и высокими потолками. Естественный свет заполнял пространство слишком хорошо, чтобы быть действительно естественным, но эффект был приятным. Два политических сотрудника привыкли к кабинкам, офисам и бюрократическим коридорам.

Их повели наверх на лифте, который был просто платформой с открытыми бортами, даже не закрытой стеклом. Он доставил их в большую круглую камеру, окруженную теневыми портальными арками. Одна арка выделялась среди других цветами, будучи из молочно-белого камня вместо обсидианово-черного. Она также была наполнена золотым, серебряным и синим вместо бурлящей тьмы. Их инстинкты противились прохождению через неизвестные порталы, но они всё равно последовали за Тайкой.

На другой стороне они оказались в другом здании, очень отличающемся от того, которое только что покинули. Оно выглядело как старый отель, украшенный в таких монотонных оттенках серого и черного, что это было похоже на шаг в черно-белый фильм. Если бы не ярко-бирюзовый галстук Майкла, Дариус заподозрил бы внезапную цветовую слепоту.

— Я говорил тебе, что этот галстук — перебор, — пробормотал Дариус, когда их повели к лифту-птичьей клетке, который продолжал архаичный стиль.

В вестибюле их ждал человек, которого они оба узнали. Они годами работали с Борисом Кетландом, полагая, что он является коллегой аналогичного ранга, что и они сами, но в Кабале. Только позже они обнаружили, что он является одновременно мировым лидером и одним из ангелоподобных посланников. Даже сейчас он редко появлялся вне человеческих пропорций или демонстрировал свои крылья.

— Майк. Дариус. Я бы спросил, нервничаете ли вы, но я чувствую ваши ауры. Не волнуйтесь; вампиры здесь все очень нежные. По стандартам вампиров.

Телохранители золотого ранга становились всё более стоическими по ходу путешествия, и теперь могли сойти за статуи, их глаза были прикованы к Борису. Он повел их маленькую свиту наружу, где Уэсли снова наколдовал свою машину, вместе со второй. Телохранители протестовали против указания Бориса присоединиться к Тайке и Широ во второй машине, пока он ехал с Майклом и Дариусом.

— Ненавижу вас расстраивать, — сказал им Борис, — но вы здесь в лучшем случае декоративные. Вы находитесь под защитой меня и Джейсона Асано, что означает, что единственные, кто может причинить вам вред, это я и Джейсон. И если это то, чего мы хотим, вы ничего не сможете с этим поделать, так что садитесь во вторую машину, прежде чем я вас туда посажу.

Телохранители ощетинились, но подчинились после короткого обсуждения вполголоса. Майкл и Дариус затем присоединились к Борису в первой машине, которая повезла их через нуарный графический роман, который сошел за город. Было чувство нереальности места, усугубленное знанием того, что они действительно находятся в магическом карманном царстве. Серебряный свет луны скрывал больше, чем освещал, создавая темные углы и наполненные тенями переулки. Движение было легким, машины имели то же чувство вне времени, что и их собственный автомобиль. Мало людей было на улице под сильным дождем, те, кто были, создавали нечеткие фигуры под рассеянным газовым светом на уличных фонарях.

— Чувствуете себя как в романе Дэшила Хэммета, верно? — спросил Борис, наблюдая, как они выглядывают в окна. — Можете сделать суровый монолог, если чувствуете необходимость.

— Почему мы снова делаем это здесь? — спросил Дариус. — Это место жуткое и полно вампиров. Я знаю, что это тайная встреча, но кажется, что мы, возможно, заходим слишком далеко.

— Это место, где Джейсон ведет свои более скрытые дела, — объяснил Борис. — Ваши люди хотели личной встречи, и это место, где он хочет ее провести.

— Он действительно здесь, тогда? — спросил Майкл.

— Технически, он находится в лиминальном пространстве между вселенными, которое не существует ни в каком виде, понятном сущностям, существующим в физической реальности. Но да, он здесь. Его аватары были вам объяснены, верно?

Мужчины кивнули.

— Это всё еще кажется странным, — сказал Майкл. — Но что здесь не странно?

— Это хорошее отношение, — сказал ему Борис.

Машина остановилась, и они вышли. Дождь не достигал их, закручиваясь в воздухе, чтобы падать на землю вокруг них.

— Что там происходит? — спросил Майкл.

— Я отталкиваю дождь своей аурой, — сказал Борис. — Я не хочу, чтобы на этот костюм попала вода.

— Вы не можете двигать физические вещи своей аурой, — сказал Майкл.

— Нет, — поправил Борис. — Вы не можете двигать физические вещи своей аурой.

Вторая машина подъехала, чтобы выпустить Тайку, Широ и телохранителей. После того, как охранники подтвердили статус своих подопечных, они все вошли внутрь. Это было здание того типа, где людей убивали в старых фильмах. Оно, по-видимому, было какой-то швейной фабрикой, машины и столы были покрыты слоями грязи.

Тайка, Широ и Уэсли остались позади, пока остальные воспользовались другим лифтом старого стиля, Борис управлял им с помощью рычага вместо кнопок. Он доставил их на другой этаж, совершенно не похожий на фабричный этаж, который они только что покинули. Этот уровень содержал бар в стиле спикизи, весь из темной кожи и с тусклым освещением. Они могли видеть людей за столиками и в кабинках, никто из которых не взглянул на их вход.

Там была гардеробная, где служитель принимал пальто и шляпы. Они заметили Асано, сдающего свое, промокшее под дождем. Он подождал, пока они сделают то же самое, прежде чем пожать им руки по очереди, даже не взглянув на телохранителей.

— Джентльмены, — поприветствовал он их. — Джейсон Асано.

— Я Дариус Шеперд, Департамент сверхъестественных дел Соединенных Штатов. Это Майкл Глассер, Государственный департамент.

Асано повел их через бар к уединенной кабинке в глубине и проскользнул за стол, освободив место для Бориса и двух чиновников. Не было места для их охранников — которые всё равно бы не сели — нависающих над столом.

— Ваши парни могут пойти сесть у бара, — сказал он.

— Мы в порядке, — проворчал один из охранников.

— И вы останетесь в порядке, если только не думаете, что я спрашивал, — сказал Асано, впервые посмотрев на них.

Дариус и Майкл увидели, как их охранники золотого ранга вздрогнули, заметив признаки подавления ауры, несмотря на то, что ничего не чувствовали. Охранники послали им вопросительный взгляд, удалившись после легкого кивка Майкла. Глаза Асано не покидали их, пока они не сели у бара и не отказались от напитков у бармена. Затем он повернулся к двум чиновникам с дружелюбной улыбкой.

Майкл и Дариус не были уверены, что думать об Асано. Слухи помещали его где-то между опасным сумасшедшим и капризным богом. В нем определенно было присутствие, как будто всё вокруг него было слегка не в фокусе, в то время как он был кристально ясен.

— Что привело вас, джентльмены, так далеко? — спросил он их. — Борис казался уверенным, что стоит встретиться с вами.

— Нам нужно обсудить потенциальную угрозу, — сказал Дариус. — Ту, которая затрагивает всех нас.

— Всех нас — это…?

— Всю планету.

Асано вздохнул, откидываясь назад с усталым выражением лица.

— Я уже занимался спасением мира, — сказал он. — Пора бы остальным из вас начать брать на себя часть нагрузки.

— Мы намеревались донести это до вашего клана, — сказал Дариус. — Мы обратились к мистеру Кетланду как к посреднику, и он настоял, чтобы мы донесли это до вас лично.

Асано повернулся к Борису.

— И почему это так? — спросил он.

— Потому что это не проблема Кларка Кента, — сказал Борис. — Это проблема Супермена. Ты не можешь притворяться, что ты такой же, как все остальные, в этом вопросе. Клан не готов к такой битве. Никто на Земле не готов.

— Какая битва? — спросил Джейсон.

— Как я уверен, вы знаете, — сказал Майкл, — есть много беспокойства по поводу вас и вашего клана. Ваше предстоящее возвращение привело к некоторой активности, которая нас беспокоит.

— Активности с моей стороны?

— Нет, — сказал Дариус. — Это реакция на вас.

— Для контекста, — объяснил Майкл, — существует некий тайный совет среди самых могущественных игроков Земли. Что-то среднее между тайным обществом и Организацией Объединенных Наций, с представленными различными странами и другими государственными акторами. Миссия группы — навигация по вызовам, которые затрагивают нас всех.

— Вы и ваша семья часто всплываете, — добавил Дариус.

— Но мы здесь не из-за этого, — сказал Майкл. — Не напрямую. Группа, как я упоминал, обеспокоена вашим возвращением. Тем, что вы будете делать, и как мир будет коллективно реагировать.

— Я обдумывал то же самое, — сказал Асано.

— Тайный совет вышел за рамки обдумывания, — сказал Дариус. — Одна из их негласных целей — убедиться, что люди у власти остаются таковыми, несмотря на потрясения, которые принесла магия. Они видят в вас потенциально величайшую угрозу этой цели. Вы работаете по другой парадигме, чем традиционные формы глобальной власти. Это было нормально, когда вы были обладателем серебряного ранга, хотя и сильным, с впечатляющими запасами ресурсов и знаний. Но ваш клан закладывал основу для того, чтобы вас видели как нечто гораздо большее сейчас. Они изображают вас не столько обладателем золотого ранга, сколько богом-королем, собирающимся спуститься на Землю.

— Это справедливо, — сказал Борис. — Для моих людей он, по сути, бог-король. Даже для тех, кто видит в нем врага.

— Как бы то ни было, — сказал Дариус, — реальность на самом деле не имеет значения прямо сейчас. Восприятие ее — вот что вызывает проблему под рукой. Тайный совет решил, что если вас нельзя контролировать и нельзя сдержать, вас нужно устранить.

— Я ожидал некоторой реакции в этом духе, — сказал Джейсон. — Вы говорите о большем, чем просто несколько попыток покушения, однако, не так ли?

Дариус кивнул.

— Был найден способ связаться с другими людьми, похожими на вас. Могущественными людьми, которые существуют за пределами нашего мира.

— Они заключили сделку, — сказал Майкл, подхватывая повествование. — Чтобы привести этих аутсайдеров в наше измерение, чтобы убрать вас с доски. И взамен были сделаны определенные уступки.

— Какие уступки? — спросил Асано.

— Мы не уверены, — сказал Дариус. — Представители Соединенных Штатов были полностью против этого подхода и были отрезаны на ранних этапах разбирательства. У нас всё еще есть люди, сообщающие изнутри группы, но те из нас, кто выступает против плана, были удалены из его планирования.

— Вы были против?

— Взгляд правительства Соединенных Штатов, — сказал Майкл, — заключается в том, что приветствие неизвестной инопланетной силы в нашем мире сродни предоставлению захватчикам плацдарма. Мы можем видеть в вас угрозу нашим интересам, мистер Асано, но мы уважаем ваше право быть огромной занозой в заднице нашей нации. Привлечение аутсайдеров — это продажа коровы, чтобы получить уроки о том, как ее доить.

— Вы осознаете, что я привожу свою собственную силу аутсайдеров.

— Но приходят ли они, чтобы служить вашим интересам, или своим?

— Это скорее туристическая ситуация, на самом деле. Большинство последует моему примеру, но я привожу дипломатический контингент. Они хотят начать устанавливать отношения для времени, когда наши миры будут в более тесном контакте.

Дариус и Майкл обменялись взглядами.

— Нам определенно нужно будет обсудить это с нашими людьми, — сказал Майкл. — То, что вы описываете, однако, звучит как открытые иностранные отношения.

— Я бы сказал, что это точно, — сказал Асано им.

— То, о чем мы говорим, — сказал Дариус, — это приглашение Дарта Вейдера в Облачный город в надежде, что он не изменит сделку для нас.

Майкл повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Серьезно, Дариус?

— О, потому что твои фермерские метафоры были таким классическим дипломатическим языком.

Асано усмехнулся, привлекая их внимание.

— Кто бы ни выбрал вас двоих, они провели исследование, — сказал он. — Они ясно понимали, что я буду реагировать лучше на вас, чем на кого-то, кто больше погряз в формальностях.

Пара посмотрела друг на друга. Они задавались вопросом между собой, почему выбрали их.

— Соединенные Штаты не искушались использовать этот шанс, чтобы убрать меня с пути? — спросил Асано их.

— Мистер Асано, — сказал Майкл. — Соединенные Штаты, как и любая нация, не лишены недостатков. Наша сила и известность означают, что эти недостатки могут, время от времени, создавать огромные проблемы. Думаю, возможно, вы можете посочувствовать этому.

— Могу, — признал Асано.

— При всех наших проблемах, недостатки нашей нации не включают отсутствие независимого духа. Мы не позволили королю Георгу указывать нам, что делать. Мы не позволили Сети указывать нам, что делать. Если вы решите, что собираетесь вернуться и начать завоевывать вещи, мы не позволим вам указывать нам, что делать. Мы не собираемся стоять в стороне, пока люди открывают ворота волкам, только потому, что они боятся, что одна из овец слишком большая.

— Я полагаю, у вас есть какое-то предложение.

— Единый фронт. Демонстрация силы, которая убедит этих аутсайдеров отступить. Или сразиться с ними, если они этого не сделают. Есть некоторые препятствия для навигации, начиная с австралийского правительства. Наше понимание таково, что вы прибудете к стоячим камням в Южной Австралии, тем, которые вы построили, чтобы покинуть это измерение.

— Это верно, — сказал Джейсон.

— Австралийское правительство является одной из движущих сил этого плана по привлечению инопланетных активов для борьбы с вами. Они боятся, что вы вернетесь и захватите всю страну, или, по крайней мере, создадите проблемы после их обращения с вашей семьей. Они обычно очень любезны к операциям США, но они не хотят, чтобы мы были вовлечены в это. Но эта сделка с аутсайдерами — крайний секрет. Только горстка представителей в каждой участвующей группе даже знает о ней. Австралийцы не могут просто выйти и сказать, что они не хотят своих союзников на месте, потому что они организовали тайную инопланетную засаду. Не имея знаний об этом, их собственные дипломаты будут настаивать на включении нас.

— А как насчет других групп? Кто будет против вас в этом, и как далеко они готовы зайти в своем противостоянии? Будут ли они сражаться с вами? И со мной?

— Мы не знаем, как далеко они зайдут. Военный конфликт между нациями на австралийской земле — это то, чего, мы надеемся, все захотят избежать. Наша лучшая оценка заключается в том, что они не встанут на сторону аутсайдеров, если дело дойдет до насилия. Они будут стоять в стороне и смотреть, что произойдет, но всегда есть шанс, что всё пойдет не так. Это была бы не первая война, начатая плохим решением идиота. Что касается того, кто будет на другой стороне, Австралия, Китай, Индонезия и Соединенное Королевство — ключевые игроки.

— Россия и большая часть Африки — территория Кабалы, — сказал Борис. — Мы не будем вмешиваться. Большая часть Азии разрывается между старыми фракциями Сети и Кабалой, так что они в подвешенном состоянии.

— Эти конфликты уходят корнями в катастрофу в Макассаре, — сказал Майкл. — Индонезия особенно раздроблена, целые регионы воюют за независимость. Азия в целом не имеет единства в своих магических фракциях, группы Кабалы и Сети всё еще соперничают за контроль.

— Моя догадка была бы в отсутствии участия Азии в целом, кроме Индонезии, — сказал Борис. — Ваш клан сделал некоторые осторожные, но не незамеченные вмешательства, поставляя эссенции и обучение группам независимости там. Индонезийское правительство ненавидит вас до глубины души.

— Остальная Азия вряд ли вмешается, однако, — сказал Дариус.

— Согласен, — сказал Борис с кивком. — Европа, имея в виду вампиров, — открытый вопрос. Другие группы не захотят вставать на их сторону, но они могут выйти в любом случае. Вампиры в ужасе от вас после того, как вы вернули территории своего клана. Они могут быть «дикой картой».

— Это оставляет фракции Сети, — сказал Дариус. — Наша Сеть в США теперь примирилась с правительством, так что они на вашей стороне. Китай будет против вас. То же самое для… как они называют себя сейчас? Истинная Сеть?

— Они только что снова провели ребрендинг, — сказал Майкл. — Они вернулись к тому, чтобы быть просто «Сетью». В какой раз? Четвертый?

Борис застонал.

— В любом случае, — сказал он, — они ненавидят вас. В основном, все в Сети, у кого была проблема с вами с вашей последней поездки на Землю, находятся в той группе. GDC будет на нашей стороне в этом. Что, вероятно, будет означать оставаться вне этого, но не помогать активно.

Выражение лица Асано оставалось пустым, пока они перебирали различные фракции и то, как они отреагируют на его возвращение и потенциальный перехват космическими силами.

— Мне нужно подумать и проконсультироваться со своими людьми. Спасибо, джентльмены, что проделали весь этот путь. И за то, что проявили достаточно доверия, чтобы поместить себя в одно из моих мест силы.

Приняв явное увольнение, Майкл и Дариус попрощались и собрали своих охранников по пути к лифту.

* * * Из своей кабинки Джейсон и Борис наблюдали, как лифт спускается, увозя американцев.

— Ну, — сказал Джейсон. — Это усложняет вещи.

— Это так.

— Нам нужно поговорить, Борис.

— Нужно.

— Ты знаешь, как много общения эти люди ведут с пиратами Джакаара?

Борис повернул голову, чтобы посмотреть на Джейсона плоским взглядом.

— Джейсон, что ты натворил?

БОГ-КОРОЛЬ

БОГ-КОРОЛЬ

— Джейсон, — сказал Борис. — Что ты натворил?

— Ты же знаешь, мы обсуждали, как продемонстрировать силу, которую я собираюсь применить, чтобы отвадить земные державы от опрометчивых поступков.

— Я бы сказал, что это явно не сработало, учитывая скорое прибытие космических пиратов, но как и почему ты уже знаешь, кто они такие?

— Все началось, когда меня навестил член культа Мирового Феникса. Теперь, когда связь между Землей и Паллимустусом восстановлена, пространственная мембрана Земли со временем стабилизируется. Мировой Феникс прислала мне любезное сообщение о том, что она ослабляет ограничения на доступ высокоранговых существ на Землю, начиная с золотого ранга. Обычные правила вторжения в домены, конечно, остались в силе.

— И?

— У Даниэль Геллер появилась идея. Видишь ли, Мировой Феникс была должна мне услугу.

— За что?

— Я помешал Космическому трону попытаться превратить её из нынешней формы обратно в Границу. Ты знаешь об изначальном воплощении Мирового Феникса?

— Это было еще до моего времени, но я слышал об этом. Ты продолжаешь называть Мирового Феникса «её». У неё нет настоящего пола.

— У неё был, когда мы общались, так что это привычка. К тому же, использовать «оно» вместо «они» в качестве гендерно-нейтрального местоимения мне кажется странным. Это звучит так, будто относишься к ним, как к неодушевленным предметам.

— Они и есть неодушевленные. Не в строгом смысле. В своем истинном состоянии великое астральное существо не обладает разумом или личностью в нашем понимании. Они слишком чужды. Именно поэтому у них есть основные сосуды.

— Не думаю, что это совсем так. К тому же, я уверен, что большинство из них втянулись в тему смертных тел, когда находились в моей душе.

— Ну, если они не собираются упрекать тебя за это, то и я не буду. Ты говоришь, Космический трон пытался превратить Мирового Феникса обратно в Границу?

— По-видимому, это была постоянная борьба. Именно по этой причине она согласилась на раскол в самом начале и боролась против восстановления. Но восстановленный трон, видимо, принял её нынешнее состояние за новую отправную точку. Больше никаких проблем. Я не делал этого специально, но она все равно восприняла это как долг. Может, ей было совестно, что она убивала меня десятки тысяч раз из-за того, что в конечном итоге оказалось бессмысленным.

— Не знаю, Джейсон. Думаю, многие люди были бы рады такой возможности.

— Это немного обидно. В любом случае, тот визит подсказал Даниэль Геллер идею. Мы уже обсуждали, как организовать демонстрацию силы на Земле, но было несколько проблем. Если бы мы затеяли драку с любой из земных держав, это подорвало бы весь дипломатический подход, к которому я стремлюсь. Да и даже если бы я это сделал, на Земле нет такой силы, которая могла бы оказать достаточное сопротивление, чтобы мы могли должным образом продемонстрировать свою мощь.

— Начинаю понимать, — сказал Борис. — Тебе нужен внешний антагонист. Кто-то, с кем ты сможешь выступить заодно с Землей. Ты попросил культ Мирового Феникса организовать такого.

— Это была просто любезность с их стороны. Настоящая услуга заключалась в том, что Мировой Феникс открыла эту вселенную для золотого ранга, но сохранила запрет на алмазный ранг, пока я сам не достигну алмазного ранга. Запрет в любом случае не был бы снят немедленно, но я не хочу, чтобы другие алмазные ранги появились раньше, чем я буду готов их сдержать.

— А это, на самом деле, хорошая идея.

— Тебе не обязательно звучать так удивленно.

— Джейсон, я все это время был на Земле. Я видел, как ты здесь все делал в свой прошлый визит, и ужасные идеи были твоей фишкой.

Лицо Джейсона стало суровым.

— Я понятия не имел, что делаю. Меня заставляли делать один плохой выбор за другим, и я не видел, чтобы ты помогал, мистер «Я был здесь все это время». Где был ты и твоя армия высокоранговых посланников, Борис?

— Делал для тебя больше, чем ты когда-либо поймешь. Некоторые из нас просто справляются, не устраивая грандиозных спектаклей. Ты когда-нибудь замечал, что ни одна из угроз, с которыми ты сталкивался, не была такой, с которой ты не смог бы справиться? Почти как будто кто-то тихо устранял любые угрозы, которые могли бы убить тебя, вместо того чтобы подталкивать тебя к росту силы.

— Некоторые из этих угроз все-таки убили меня. Потому что я брался за то, с чем никто другой не мог справиться. Не было никакой армии ангелов, которая могла бы с этим разобраться.

— Мы должны сохранять низкий профиль, Джейсон. Если ортодоксальные посланники найдут нас здесь, это станет для них предлогом для вторжения в этот мир. И, вопреки нашим интересам, мы готовились раскрыть себя и вмешаться, когда люди продолжали собирать ядра реальности. К счастью, зоны трансформации перестали формироваться. Кстати, спасибо за это.

— Пожалуйста, — сердито сказал Джейсон, и пара погрузилась в угрюмое молчание.

Через некоторое время Борис подал голос.

— Когда приедет Анна?

— Она уже в пути.

* * * Сидя на заднем сиденье автомобиля, которым управлял один из пустых, теневых аватаров Джейсона, Анна вздохнула, размышляя о том, чем стала её жизнь. С одной стороны, не было сомнений, что она находится в переломной точке для будущего мира. Хаос последних пары десятилетий утих, изменения приближались к кульминации. Решения, принятые в ближайшие несколько лет, определят следующую эпоху как для планеты, так и для человечества.

С другой стороны, казалось, что человек, держащий руку на рычаге управления миром, не способен воспринимать это всерьез. Глядя в окно, она видела город, представляющий собой смесь фильма о вампирах, романа Рэймонда Чандлера и влажных фантазий подростка с избытком подводки для глаз. В этом была нереальность, словно идешь по страницам черно-белого графического романа. Того типа, где главный герой всегда был суровым мужчиной, который в конце погибал в какой-нибудь мужественной жертве, как современный спартанец.

Машина остановилась, и аватар открыл ей дверь, держа зонтик, чтобы защитить её от дождя. Она избегала смотреть в единственный гигантский глаз, который был у него вместо лица. Он провел её через здание к лифту, и то, и другое усиливало ощущение искусственности города, словно в кино про другую эпоху. Лифт открылся в бар в стиле времен сухого закона, где ей пришлось осматриваться среди закрытых кабинок и тусклого освещения, чтобы найти Джейсона и Бориса Кетланда. Никто из них не разговаривал, что было странно для обоих, и чувствовалось ощутимое напряжение.

— Я помешала чему-то? — спросила она.

— Просто разница в перспективах, — сказал Джейсон. — Присаживайся.

Анна посмотрела на кабинку и на бар вокруг. Посетители были неразличимы в тусклом свете, а её слух серебряного ранга не улавливал ничего, кроме приглушенного бормотания. Она подозревала наличие специализированной магии приватности, настроенной на поддержание атмосферы. Усевшись в кабинку, она остановила взгляд на Джейсоне.

— Нам нужно кое-что обсудить, прежде чем мы перейдем к тому, ради чего ты меня сюда привез, — сказала она. — Более масштабная проблема, которая влияет на наши общие цели.

Джейсон не ответил, но кивнул головой, показывая, что она должна продолжать.

— Этот город — показатель того, что создаст нам только проблемы, — сказала она. — Проблемы, Джейсон, которые целиком и полностью исходят от тебя.

Она ждала гнева или отрицания. Вместо этого он откинулся назад с нейтральным выражением лица.

— Пожалуйста, разъясни, — сказал он.

— Тебе нравится быть необычным, Джейсон. Непочтительным. Втягивать людей в свой собственный ритм и выводить их из зоны комфорта. Вести себя странно и заставлять людей мириться с этим, что они и делают, потому что у тебя есть сила заставить их. И чем сильнее ты становишься, тем изощреннее ты действуешь, как этот город из комиксов.

— Я обнаружил, что люди Земли и так более чем охотно эксплуатируют меня, Анна. Если я перестану делать все по-своему и начну следовать любым правилам, которые они хотят мне навязать, это лишь скажет им, что я в пределах их влияния.

— Ты ошибаешься, Джейсон. Когда ты не воспринимаешь вещи всерьез, ты говоришь людям, что тебя самого не стоит воспринимать всерьез. Что ты не желаешь идти на компромисс, идти людям навстречу. В сочетании с твоей силой это выставляет тебя как малыша с ракетницей. Ты сказал мне, что хочешь подходить к делам правильно. Это гарантия, без которой я бы не стала частью этого.

— Тогда не будь. Завтра в это же время я могу вернуть тебя в Нью-Йорк.

— Джейсон…

— Я прекрасно осознаю, что должен носить костюм на встречах и не говорить о «Рыцаре дорог», Анна. Я буду действовать с уважением и вести себя с подобающей сдержанностью. Это соответствует твоим строгим стандартам?

Резкость Джейсона была нехарактерна для недавних встреч Анны с ним. Она не знала, была ли это его растущая близость к Земле или какой-то конфликт, который только что произошел у него с Борисом, но она знала, когда стоит выбирать свои битвы.

— Давай перейдем к тому, зачем ты меня сюда позвал. Полагаю, дело в наших гостях из Соединенных Штатов.

— Этот мир был открыт для широкого космоса, — объяснил Борис. — Существуют правила вторжения в миры, которые не заявили о своей открытости для космического сообщества, которые я с радостью объясню подробно позже. Важно сейчас то, что сюда прибудет мощная сила, чтобы разобраться с Джейсоном, по наущению определенных членов различных мировых держав.

— Насколько они сильны?

— Достаточно, чтобы, используя предоставленный им доступ, они могли безнаказанно грабить этот мир, — объяснил Борис. — Что, собственно, и является их намерением. Американские чиновники пришли сюда, чтобы предупредить нас и предложить союз в борьбе с ними.

— Мы можем с ними справиться? Даже с помощью США?

Джейсон и Борис обменялись взглядами.

— Анна, — сказал Борис. — Ты до сих пор не понимаешь, что мы говорили тебе о масштабе силы, с которой имеем дело. Против тех, кто придет, каждый пользователь эссенции на Земле мог бы сформировать союз, и все они все равно были бы перебиты. Единственные две силы, способные противостоять им, — это мои посланники и группа, которую Джейсон привез с собой.

— Вы уверены? Разве эти люди не готовы иметь дело конкретно с Джейсоном?

— Я был обеспокоен, — сказал Борис. — Пока не обнаружил, что именно Джейсон все это организовал.

— Что? Почему?

— Потому что это отвечает потребности, которую мы уже несколько раз обсуждали, не найдя решения, — сказал Джейсон.

— Ты имеешь в виду демонстрацию силы? — спросила она.

— Да.

— То есть, если я правильно поняла, ты говоришь, что спланировал нечто, равносильное инопланетному вторжению, чтобы победить их и показать, насколько ты силен?

— Да.

— Ты не подумал посоветоваться со мной по этому поводу?

— Нет. Тебе потребовалось бы значительное количество времени, чтобы прийти к этой идее, если бы тебя вообще удалось убедить. Наше окно для инициации этого было маленьким. Мы работали через группу, с которой, как известно, трудно связаться.

— Он не ошибается, — добавил Борис. — Культ Мирового Феникса находит тебя, а не наоборот. Если только ты не можешь попасть в Интерстиций.

— Интерстиций? — спросила Анна.

— Мы не будем сейчас в это углубляться, — сказал Джейсон. — Это слишком много. Борис объяснит, когда мы закончим. Так будет лучше, поскольку он там действительно был.

— Я объясню, — сказал Борис. — Но я бы тоже хотел высказать свое мнение по поводу твоего решения, Джейсон. Космическое внимание к этому миру опасно для моего народа. Ты можешь сразиться с одним межпространственным кораблем, полным пиратов, но не с полномасштабным вторжением посланников. Даже если они ограничены золотым рангом.

— Вторжением? — спросила Анна.

— Опять же, объясню позже, — сказал Джейсон. — Послушай, Анна, решение принято. Теперь мы с этим разбираемся.

— Нет особого смысла быть твоим политическим консультантом, если ты не собираешься советоваться со мной, Джейсон.

— Я знаю, — признал он. — Но иногда все будет работать именно так.

— «Все будет работать именно так»? Ты произвольно инсценируешь инопланетное вторжение? Это не то, что ты можешь просто решать за Землю, Джейсон.

— Да, Анна, это так. Твоя работа — не дать людям начать из-за этого войну. Этот план не сработал бы, если бы жители Земли не были готовы продать свою планету ради шанса избавиться от меня. Мы оба помним, что случилось в прошлый раз, когда я был здесь. Сколько раз ты извинялась за то, что Сеть охотилась за мной? Чтобы все это сработало, мир должен принять, что меня нельзя контролировать и меня нельзя устранить. Ты сама говорила, что мне нужен общий враг, с которым можно сражаться, как американцы, объединившиеся против вампиров.

— Я не имела в виду инсценировать инопланетное вторжение!

— Я и не инсценировал. Я спроектировал ситуацию, в которой жители Земли и управляемый враг случайно нашли друг друга. Это легко могло бы произойти и без моего вмешательства.

— Это правда, — сказал Борис. — Флот Джакаар всегда ищет слабые и эксплуатируемые миры, и это находится в пределах их сферы деятельности.

Анна покачала головой.

— Мне нужно время, чтобы это переварить. Космические пираты? Какого черта…

Она оборвала себя и тяжело вздохнула.

— Ты не можешь просто играть с миром вот так, — сказала она ему. — Ты настолько могуществен, что можешь делать все, что хочешь, без последствий?

Джейсон взглянул на Бориса, затем снова на Анну.

— Мне жаль, — сказал он ей. — Я позволяю старым воспоминаниям влиять на мое поведение, хотя говорил себе, что не буду. Борис, не мог бы ты подробно все рассказать? Ответь на её вопросы о пиратах и космическом сообществе. Ты все равно знаешь это лучше меня. Анна, мы поговорим снова, когда у тебя будет больше информации, время все обдумать, а я буду меньше на взводе.

Прежде чем кто-то еще успел что-то сказать, аватар Джейсона исчез, и Анна снова вздохнула.

— Если он собирается вести себя так, — сказала она, — ничего из этого не выйдет. Я думала, он работает над улучшением своей дипломатии. Если он собирается делать такие вещи, не советуясь с людьми, которых он собрал специально для консультаций, не имеет значения, насколько он вежлив на встречах.

— Справедливости ради, он советовался со своими людьми, — сказал Борис. — Просто не с теми, кто здесь. Но да, это был не лучший Джейсон. Я должен взять на себя хотя бы частичную вину за это. Мы с ним никогда по-настоящему не обсуждали тот факт, что я был здесь во время его последнего визита. Что я оставался скрытым, пока он чувствовал себя побежденным, преданным и одиноким. Беспомощным, наблюдая, как люди умирают вокруг него.

— Неважно, через что он прошел. Дело не в том, что справедливо. Когда все идет не так, и он начинает отталкивать нации и магические фракции, он не получает второй шанс только потому, что у него грустная предыстория.

— Нет. И он это знает. Он разочарован, потому что мог бы завоевать мир за длинные выходные и начать управлять им так, как считает нужным. Он знает, насколько это плохая идея, но, поверьте мне, это заманчиво. Когда у тебя есть сила выше определенного уровня, кажется странным, что есть проблемы, которые ты не можешь просто раздавить. Эта планета была моим домом дольше, чем любого человека. Я вижу несправедливость и у меня возникает желание выпустить свой народ, захватить власть и все исправить. Но это так не работает. Как бы ни казалось, что можно прийти и сделать все лучше, нельзя навязывать позитивные изменения извне, используя свои собственные принципы. Все, что ты делаешь, превратится в яд, обычно раньше, чем позже.

— Ты хочешь сказать, что он настолько могуществен? Настолько, что может просто прийти и завоевать мир? Он постоянно говорит об этом, но трудно воспринимать его всерьез, когда он говорит так, будто он какой-то бог-король.

— Тогда тебе следует воспринимать его всерьез, потому что он им и является. Все сложно, как всегда с ним, но для моего народа все просто. У нас есть те, кого мы называем астральными королями, но боги-короли — это, по сути, то, чем они являются. Это одно из того, чем стал Джейсон, и мой народ признает это, даже когда большинство из них — его враги. Они уважают его. Они боятся его, а мой народ мало чего боится. Когда они видят его, они либо пытаются убить его в исступлении, либо бегут в горы, либо падают на колени в поклонении.

Он выскользнул из кабинки и посмотрел на бармена.

— Я знаю, Джейсон рассказал тебе многое, — сказал он. — Я постараюсь объяснить то, чего он не сказал, и дать другой взгляд на то, что он рассказал. Это займет много времени, так что я закажу еды. И выпивки. Хочешь выпить?

— Думаю, мне это понадобится.

ПРИБЫТИЕ ДЖЕЙСОНА НЕИЗБЕЖНО ВЫЗВАЛО ОГРОМНУЮ ПРОБЛЕМУ

ПРИБЫТИЕ ДЖЕЙСОНА НЕИЗБЕЖНО ВЫЗВАЛО ОГРОМНУЮ ПРОБЛЕМУ

Они находились в кабинете капитанского люкса Джейсона на облачном корабле. В знак уважения к его намерениям ответственно распорядиться своим временем на Земле, он был больше похож на дорогой гостиничный номер, чем на логово безумного злодея. Джейсон объяснял Даниэль свою непродуктивную встречу с Анной и Борисом. Затем она объяснила её обратно.

— Проблема, Джейсон, в тебе. Ты всегда говорил, что предпочитаешь друзей союзникам.

— Говорил, и я придерживаюсь этого.

— Это мило, и если бы мы все еще были на этапе проведения барбекю в парке в Гринстоуне, это было бы нормально. Но мы немного выросли из этого, Джейсон. Ты смешиваешь друзей и союзников в этой поездке, а ставки слишком высоки, чтобы оставлять все так неорганизованно, как сейчас. Прежде чем мы достигнем Земли, нам нужно разработать организационную структуру. Полномочия, обязанности. Кто получает какую информацию. Судя по твоему описанию, большая часть проблемы заключалась в разрыве между тобой и миссис Тилден по поводу ваших соответствующих ролей.

— Ты говоришь о цепочке подчинения.

— Отчасти. Я также говорю об определении отношений с теми, кто не находится под твоим влиянием, как Борис Кет Лунди. Если каждый знает, чего от него ожидают и как он должен соответствовать этим ожиданиям, ты сможешь избежать подобных проблем еще до их возникновения.

Он застонал и провел руками по лицу. — Относиться к друзьям как к союзникам — это именно то, чего я хочу избежать.

— Джейсон, будь то дружба или союз, все работает лучше, когда каждый знает свое место. Четкая коммуникация.

Он обдумывал это некоторое время, затем кивнул в знак признания этого довода.

— Это звучит разумно. Во всяком случае, точка зрения, которую я могу понять. Хорошо, нам нужно составить организационную схему. Как мне это сделать?

— Мы начнем с классификации всех. Кто является частью формальной структуры, которую ты создаешь? Я, миссис Тилден, структура твоего клана. Это простая часть. Кто такие союзники, как Борис? Чего ты можешь ожидать от них, и чего они ожидают от тебя? Затем есть все люди, которые едут с нами. Ты можешь относиться к ним как к туристам, но ты поставил себя во главе экспедиции искателей приключений в другой мир. Одной из самых мощных экспедиций, когда-либо организованных, добавлю. Несколько команд, королевская дипломатическая делегация. Какой уровень власти у тебя над ними? Чего вы ожидаете друг от друга?

Джейсон снова застонал.

— У меня будет невероятно утомительный день, не так ли?

* * * Ленора Коулман проработала на объекте с пространственным артефактом почти всю свою взрослую жизнь. Нанятая сразу после университета, она была полна энтузиазма, который был окончательно убит двумя годами на станции мониторинга. В те времена объект был немногим больше, чем несколько сборных зданий в руинах города, название которого она так и не узнала.

Теперь все было иначе, как для объекта, так и для Леноры. Её официальная должность теперь называлась Директор по операциям Объекта с пространственным артефактом Один. Она не знала ни о каком Объекте с пространственным артефактом Два, но не она выбирала название. Это сделал первый человек, занимавший её должность, и нынешний премьер-министр Австралии Гордон Траффетт.

Ленора и её предшественники курировали масштабную трансформацию объекта. После прибытия ангельского воинства и одного парня из Новой Зеландии вся территория была переделана в одно из самых защищенных мест на планете Земля. Коалиция стран потратила последние пятнадцать лет, подготавливая его как оборонительный пункт на случай, если кто-то или что-то враждебное попытается использовать объект как точку вторжения.

Коалицию, по-видимому, возглавляла Австралия, поскольку это была их территория, а Ленора была их представителем. Реальность была сложнее. Австралия в значительной степени зависела от Сети в плане своих магических активов, или зависела от того, как Сеть называла себя в любой конкретный год. Они называли себя Истинной Сетью, Великой Сетью, Оригинальной Сетью и просто Сетью, меняя их и несколько других примерно раз в год. Шутили, что Сеть тайно возглавляет оборотень, который не может вынести поддержания стабильной личности.

Помимо зависимости от Сети, доступа к объекту требовали и другие крупные фракции. Австралийское правительство предоставляло доступ различными способами, в зависимости от влияния и компенсации. Соединенные Штаты и Китай имели консульские привилегии для своих зон вокруг объекта.

От города, который когда-то стоял в этом районе, не осталось и следа. Теперь это пространство занимал небольшой город, сосредоточенный вокруг самого объекта. Кольцо станций мониторинга и исследований окружало полкилометра открытого пространства между ними и самыми дальними стоячими камнями самого артефакта. Это открытое пространство было из неукрашенного бетона, с концентрическими кольцами металлических панелей. Каждая панель была оружейным бункером, содержащим выдвижное оружие, магически усиленные гаубицы и ракетные установки. Самая мощная смесь магии и технологий, которую могла произвести Земля, они должны были появиться, чтобы атаковать любого захватчика.

В дополнение к операторам оружия, на объекте поддерживались многонациональные силы пользователей эссенции и других сверхъестественных существ. Это включало ротационный список золотых рангов, которые были причиной, по которой Ленора не имела той власти, которую предполагала её должность. Большинство золотых рангов в мире принадлежали Соединенным Штатам и Китаю, включая почти всех тех, кто достиг этого ранга без использования ядер. Будучи бюрократом, а не бойцом, Ленора сама была пользователем ядер и никогда не понимала, почему это имеет значение. Её уверяли, что это важно, когда дело доходит до боевых способностей.

Как ни странно, был один австралийский золотой ранг, причем тот, кто никогда не использовал ядра. Когда австралийское правительство повернулось против того, что стало GDN во время раскола Сети, он тихо исчез. Никто особо не знал и не заботился, пока он не всплыл десять лет спустя как самостоятельно достигший золотого ранга. Не имея никакой принадлежности, он был активно востребован каждой крупной державой на планете. Он решительно отверг предложения своей родной страны, наряду с любой другой группой.

— У тебя голова выглядит тяжелой, — сказал ей Барри. — Разделенное бремя — это половина бремени.

Её заместитель, Барри, был тем, кто исполнял обязанности мэра города артефактов. Она управляла магическими представителями, а он поддерживал жизнь города, который обслуживал их нужды. Будучи когда-то её руководителем, они делили её возмутительно большой кабинет. Первый директор сделал все возможное, чтобы создать для себя тронный зал, который последующие директора свели к более разумному, хотя и снисходительно огромному пространству. Единственное, что ей нравилось в этой комнате, — это одна стена, представляющая собой огромное окно, выходящее на кольцо стоячих камней. Она часто стояла и смотрела на него, когда обдумывала проблему в своей голове.

— Это пустяки, — сказала она ему. — Я думала о Найджеле Торнтоне. Что с ним случилось?

— В свое время он был близок с Аннабет Тилден. Ходят слухи, что он присоединился к ней в клане Асано. Или она присоединилась к нему.

— Асано, — проворчала она.

Они неделями готовились к скорому возвращению Джейсона Асано на Землю. Её задачи включали категорические опровержения для прессы и регулярные видеоконференции с Тилден, неофициальным новым послом клана Асано в мире. Большая часть её работы, однако, заключалась в попытках помешать кому-либо на объекте сделать что-то невероятно глупое. Это не сработало.

Китайцы категорически отрицали, что человек, пытавшийся взорвать стоячие камни, был одним из их людей. Бомба была достаточно мощной, чтобы опалить магически усиленный бетон, сотрясая стены исследовательских зданий в полукилометре отсюда. Если бы они также не были усилены, взрыв выбил бы как минимум несколько окон. Стоячие камни остались совершенно невредимыми, хотя террорист был тонким слоем размазан по нескольким из них.

— У нас есть пересмотренная оценка даты прибытия Асано? — спросила Ленора.

— Нет, — сказал Барри. Он встал и подошел к мини-холодильнику, чтобы взять банку газировки.

— Нора, хочешь? — предложил он, помахав банкой в её сторону.

— У нас есть что-нибудь, кроме TaB?

— Нет.

— Ладно, давай одну. Я должна перестать позволять тебе заполнять холодильник.

Они вместе рухнули на диван, оба работая на неделе с недостатком сна. Они открыли банки, каждый сделал глоток и откинулся назад.

— Ты знала, что Терри в отделе СМИ — брат Анны Тилден? — спросил Барри.

— Да, хотя я не знала, что он все еще в отделе СМИ. Я думала, его уволили после того случая с K-pop группой и анимированными перчатками.

— Нет, его просто заставили пройти кучу семинаров.

— Как ему это сошло с рук?

— Старая семья Сети. По-видимому, они были одними из первых белых пользователей эссенции в Австралии. Хорошо некоторым. На самом деле, теперь, когда я думаю об этом, что случилось со всеми коренными пользователями эссенции? Кто-то же имел дело с прото-пространствами до того, как появились британцы и решили, что им принадлежит все, верно?

— Основатель Сети создал организацию коренных жителей Сети, но это было совсем не похоже на современные ветви. Насколько я знаю, большинство из них присоединились к Кабале.

— В Кабале все это время были пользователи эссенции?

— Больше нет. Прибывшие британские люди из Сети атаковали их при первой же встрече, поэтому коренные жители оставили прото-пространства им. Без ресурсов для создания новых пользователей эссенции, те, кто был в Кабале, в конце концов умерли от старости. Та же история разыгрывалась везде, где европейцы решали, что местным жителям нужен свет цивилизации.

— Цивилизация означает болезни, эксплуатацию, грабежи и рабство.

— Ага. Но именно там Кабала получала большую часть своей информации о пользователях эссенции. Посланники, тайно находившиеся среди них, вероятно, тоже рассказывали им вещи, но, насколько я понимаю, они избегали быть слишком всезнающими.

— Чтобы люди не догадались, что они пришельцы из другого измерения, а не ангелы? Разве ангелы не должны быть всезнающими?

— Никто вне Кабалы не может быть уверен, как это работало. Даже сейчас они — дом, полный секретов. Большая часть того, что мы знаем, — это интерполяция и догадки.

— Где ты узнала все это, Нора?

— Моя работа — иметь дело с эклектичной смесью магических и политических сил со всего земного шара. Как ты зашел так далеко, не узнав всего этого?

— Я в основном стоял рядом с тобой и брал на себя легкие части, чтобы ты делала все сложные.

Она фыркнула от смеха и чокнулась своей банкой с его.

— За легкие части, — произнесла она тост.

* * * Ноги Джейсона болтались над краем корабля, рассеянно качаясь, пока он жевал сэндвич.

— Ты не боишься, что твои ноги оторвет и сведет к небытию? — спросила Зара.

Она сидела по-турецки рядом с ним.

— Я не высовываю никакие конечности наружу.

— Все в порядке, — сказал ей Джейсон. — Технически, это та же магия, которую Борис и его посланники использовали, чтобы попасть на Землю. Моя специфическая природа защищает меня.

Он хлопнул рукой по палубе.

— Контейнер, в который я вас всех поместил, — это просто более приятная версия того, в котором путешествовали Руфус и Тайка.

— Намного приятнее, — согласилась она.

— Не думаю, что у них был бар.

Он положил свой сэндвич на тарелку, стоящую рядом с ним.

— Тебя с рождения готовили быть принцессой, верно?

— Да.

— В ожидании, что ты станешь Принцессой Ураганов, а затем Королевой Штормов.

— Такова была идея. Не то чтобы это сработало именно так.

— Целая жизнь тренировок, и тебе все равно удалось монументально провалить все дело, сделав хуже всем вокруг себя.

— Я помню, да, но спасибо, что напомнила о худшей череде ошибок, которые я когда-либо совершала в своей жизни.

Ухмылка на мгновение вспыхнула на его лице, прежде чем оно снова стало мрачным.

— Моя политическая подготовка состоит из того, что Даниэль может впихнуть в мою толстую голову. Как я должен сделать это правильно, если можно иметь все тренировки в мире и все равно ошибиться? Я нахожусь в точке, где очень немногие последствия могут навредить мне напрямую. Все они падут на людей вокруг меня, будь то мои спутники или просто невинные люди в целом. Было ли неправильно устраивать эту битву на Земле?

Она прислонилась плечом к его плечу.

— Нет никакого «правильно», Джейсон. Это то, что я усвоила из всех своих ошибок. Нет ни правильного, ни неправильного, не с практической точки зрения. Есть только то, что произошло, и то, что произойдет дальше. Это единственное, что ты можешь изменить, поэтому именно туда ты вкладываешь свою энергию.

— Ты делаешь все, что можешь, с тем, что у тебя есть?

— Именно. Иногда твоего лучшего недостаточно. Но, хорошо или плохо, все, что ты можешь делать, — это продолжать идти. Старайся делать свое лучшее немного лучше каждый раз.

Он долго сидел с этим.

— Спасибо, — сказал он наконец. — Я думал, ты не будешь полезна, из-за того, какая ты огромная политическая катастрофа, но в этом была крупица мудрости.

Она повернулась, чтобы одарить его острым, как кинжал, взглядом, когда он плохо скрыл ухмылку.

— Мой совет не бесплатен, — сказала она ему. — Отдай мне остаток своего сэндвича.

— В лаунже наверху их полно.

— Я не в лаунже наверху. Отдавай, Асано.

Он притворно проворчал, потянувшись за тарелкой.

* * * После перерыва Ленора и Барри вернулись к работе. Ленора рассылала электронные письма в тщетной попытке предотвратить дипломатические пожары. Барри просматривал планы на случай непредвиденных обстоятельств для населения города артефактов, когда прибытие Джейсона неизбежно вызовет огромную проблему. Ответы варьировались от публичных предупреждений до блокировок и эвакуации всего города.

— Почему они никогда не назвали город? — вслух задался вопросом он. — Все просто называют его городом артефактов.

— Технически говоря, это Объект с пространственным артефактом Один.

— Кто назвал его так скучно?

— Как ты думаешь, кто?

— О, — простонал Барри. — Наш прославленный премьер-министр. У меня есть смутное воспоминание о том, как кто-то пытался добиться изменения названия. Я что-то путаю?

— Нет, но ни одна из заинтересованных сторон так и не смогла договориться о более обычном названии. Китайцы хотели, чтобы оно было значимым, а американцы не хотели, чтобы оно звучало по-иностранному. Никто не хотел, чтобы другая сторона получила то, что хотела, а австралийские названия были решительно отвергнуты. Я на самом деле была на встрече, где кто-то сказал американцам, что Вуллумулу — это название города, и они пришли в полное бешенство. Французы пытались протащить название, пока все остальные ссорились, но это не сработало. В конце концов, все оставили как есть.

— Объект с пространственным артефактом Один.

— Ага.

— Один.

— Ага.

— Значит, объект два — это какое-то секретное место где-то в пустыне?

— Барри, мы в пустыне.

— Да, но мы не секретные. У нас есть отдел по связям со СМИ.

— У них тоже. Их отдел СМИ просто имеет пулеметы.

— Там действительно есть секретная база?

— У тебя нет допуска, чтобы я могла тебе это сказать.

В дверь постучали.

— Директор? — голос их общего помощника донесся из-за двери.

— Входи, Кэсси.

Кэсси была новенькой, компетентной, но все еще измотанной, приспосабливаясь к текущему графику. Её кудрявые волосы были явно собраны на макушке после сна на диване.

— Миссис Тилден, мистер Ремор и мистер Уильямс хотят провести встречу, директор.

— Они хотят организовать конференц-звонок?

— Нет, директор. Они внизу.

ЭТО ЗАДАЕТ ТОН

ЭТО ЗАДАЕТ ТОН

— Путешествовать так странно, — сказала Анна. — Я привыкла к странностям, связанным с Джейсоном, но это уже перебор.

Их транспорт выглядел как летающая тарелка, плоская и круглая, с плавными линиями и гладким белым корпусом, сужающимся по краям. Однако то, что двигало его по воздуху, было не инопланетной наукой, магией или магитехом. Сверху была пара утопленных ручек, за которые держался Тайка, в данный момент в форме гигантского золотого орла. Он плавно несся по воздуху, как ракета, сжимая транспорт в когтях.

Кастомный транспорт был разработан для повышения мана-эффективности птичьей формы Тайки и создания адаптивных плоскостей силы, улучшающих аэродинамические характеристики. В результате то, что должно было быть обузой, не препятствовало его способности летать, даже улучшая её при определенных обстоятельствах.

Интерьер представлял собой нечто среднее между гостиничным номером и частным самолетом, причем одна половина тарелки была полукруглым лаунжем. Другая половина была разделена между багажным отделением, спальными каютами и ванной комнатой. Пассажирами были Анна, Руфус и Гэри Шарптон, молодой леонид.

— Разве люди путешествуют не так в обычном мире? — спросил Гэри.

— В НЛО, которое несет гигантская птица? — спросила Анна. — Нет, не так. Я думала, это очевидно, учитывая, что ты спроектировал эту штуку. Я знаю, что ты провел большую часть своей жизни в астральном пространстве, но ты же изучал авиастроение, не так ли?

— Неужели люди до сих пор используют самолеты? — спросил Гэри. — Просто добавить к ним немного магии гораздо менее эффективно, чем проектирование с нуля, которое включает магитех с самого начала.

— Ты понимаешь, что мы летим в том, что по сути является чрезмерно сложным ведром, — отметил Руфус.

— Да, но это просто я сэкономил на двигателе, — сказал Гэри. — Изначально проект был дирижаблем, но замена его на гигантскую птицу — очевидный выбор. Если у вас есть такая в наличии.

— Да, совершенно очевидный, — сказал Руфус. — Ты уверен, что тебе стоит вносить изменения в конструкцию после того, что случилось с первым прототипом?

— Все будет хорошо, — сказал Гэри. — Этот прототип гораздо надежнее того.

— Учитывая, что у того дно отвалилось в середине полета, — сказал Руфус, — я, безусловно, на это надеюсь.

— Эй, это был ценный результат, — сказал Гэри. — Благодаря этому мы выяснили проблему деградации материала с мана-каналами.

— Тем, что дно отвалилось, — сказал Руфус.

— Не то чтобы там кто-то был. Вот почему мы тестируем прототипы: чтобы изолировать и исправить ошибки. Все будет хорошо. Нет ни единого шанса, что что-то пойдет не так.

— Тогда почему ты настоял на том, чтобы тебя взяли с собой на случай, если что-то пойдет не так?

— Потому что иначе ты бы меня не отпустил. К тому же, я солгал насчет нулевого процента. Но все будет хорошо, поверь мне.

— После того, как ты только что признался во лжи и обмане? — спросила Анна.

— Именно. Я признался в этом. Я по своей сути честный человек. Это как когда моя мама сказала Руфусу, что я могу поехать в эту поездку. Это определенно была она, а не иллюзия, созданная моим другом Брайаном.

Анна широко раскрытыми глазами посмотрела на Руфуса, который жестом призвал к спокойствию.

— Он дразнит тебя, Анна. Это была его настоящая мама.

Гэри ослепительно улыбнулся, демонстрируя полный рот львиных зубов.

На приставном столике рядом с её креслом телефон Анны пискнул уведомлением.

— Мы в воздушном пространстве Австралии, — сказала она им, затем вздохнула. — Я не совсем убеждена, что просто заявиться — лучший подход.

— Это была твоя идея, — сказал Руфус. — Ты сказала, что нам нужно сдерживать информацию, насколько мы можем. Лично разобраться с директором на месте.

— И это все правда, — сказала Анна. — Судя по тому, что я знаю о Леноре Коулман, она будет действовать объективно. Делать то, что лучше для ситуации, а не для какой-то конкретной страны или группы. Если мы пройдем через процесс законного въезда в страну и получения разрешения на посещение объекта, нас затянет в болото групп интересов и политических игр, прежде чем мы приблизимся к директору.

— Тогда в чем проблема?

— Этот подход не дается мне естественно. Меня наняли, чтобы смягчить более смелые инстинкты Джейсона, а это…

— Именно так поступил бы Джейсон, — закончил Руфус. — Я слышал, Юми выступала против этого подхода.

— Выступала. Но Джейсон нанял меня работать на него, а не на клан. Он был очень конкретен в этом. Хотя моя роль — предлагать подходы, которые он обычно не рассматривает, в конечном итоге он будет делать все по-своему. У нас была не самая идеальная встреча, после которой мы снова сели и многое прояснили. Чего он хочет от меня и чего я могу ожидать от него. Использование этого подхода, просто появление на объекте с артефактом без предупреждения, призвано продемонстрировать, что мы можем. Когда он приедет сюда, Джейсон намерен придерживаться линии, при которой он идет навстречу властям Земли, не подчиняясь им. То, что мы делаем здесь — то, как мы это делаем, — задает тон.

— Как ты думаешь, как на это отреагируют различные державы Земли? — спросил Руфус.

— Не очень хорошо. Весь подход основан на том, что у Джейсона есть сила сказать им идти лесом, независимо от того, что они попытаются сделать. Если он не сможет заставить мир принять то, что он неприкасаем, все пойдет не так. И они не примут это, не полностью. Часть моей роли — сделать так, чтобы все пошло наименее плохо, как мы можем справиться.

— Мистер Асано определенно убедит их, — сказал Гэри. — Не могу дождаться встречи с ним. Бьюсь об заклад, он безумно крут, и я имею в виду безумно. Миссис Тилден, вы слышали все истории о нем?

— Одну или две, — сказала Анна.

— Историю Найджела о том, как он убил город, полный вампиров, кровавым дождем?

— Да.

— И историю Руфуса о том, как он убил двух культистов феминизмом? Руфус участвовал в драке на мечах в той истории, где у него был мастерок вместо меча.

— Этого я не слышала, — сказала Анна. — Мастерок?

— Это был злой мастерок!

— Ты слышала эту историю, — сказал ей Руфус. — Гэри излагает её совсем иначе в пересказе. Но да, это был злой мастерок.

— А тот раз, когда вы совершили десантный налет с летающих кораблей на секретную базу злого религиозного ордена. Они угнали подводную лодку в той истории!

Восторженный подросток радостно продолжал, не замечая взгляда, которым обменялись двое взрослых.

* * * — Миссис Тилден, мистер Ремор и мистер Уильямс хотят провести встречу, директор, — сказала Кэсси, помощница Леноры и Барри.

— Они хотят организовать конференц-звонок? — спросила Ленора.

— Нет, директор, — сказала Кэсси. — Они внизу.

— Внизу? Они в здании?

— Снаружи, с охраной, — сказала Кэсси. — Они просто как бы появились. В летающей тарелке, которую несла птица.

— Прости, что? — спросила Ленора. — Это какой-то розыгрыш?

— Э-э, нет, мэм. Летающая тарелка все еще там. Птица оказалась Тайкой Уильямсом, который превратился обратно в человека.

— У него действительно есть сила превращаться в гигантскую птицу, — сказал Барри.

— Никто точно не знал, что с ними делать, — сказала Кэсси. — Или как они подобрались так близко, не вызвав никакой нашей магической тревоги или других систем безопасности. Командир службы безопасности Хиггинс поднял свою команду и послал весть, чтобы уведомить вас, пока он все блокировал.

Ленора сжала переносицу, закрыв глаза от разочарования. Она сделала резкий вдох и медленно выдохнула, затем привела выражение лица в порядок и открыла глаза.

— Только их трое? — спросила она.

— Есть еще один мужчина, пока не идентифицированный. Он не человек.

— Один из преобразованных, — сказал Барри. — Почти все они отправились в клан Асано в качестве беженцев, так что неудивительно видеть одного с ними.

— Он человек-лев, — сказала Кэсси, её выражение стало немного смущенным. — Он супер очаровательный.

Её выражение вернулось к пустой профессиональности при взгляде Леноры. Барри, стоявший за спиной Леноры, ободряюще кивнул Кэсси и закатил глаза в сторону Леноры.

— Пошли, — сказала Ленора, направляясь к двери. — Барри, ты сказал, что Терренс Тилден все еще в отделе по связям со СМИ?

— Да.

— Позвони ему. Он может быть полезен, когда дело дойдет до общения с его сестрой.

Пока она шла к лифту, Барри достал телефон.

— Заместитель директора Синиз, — бодро ответил Терри. — Чем обязан? Это связано с суматохой снаружи? Охрана никого к ней не подпускает.

— Твоя сестра здесь.

— Энни? Это довольно дерзкое развитие событий. Она пришла не одна, я полагаю.

— Тайка Уильямс, Руфус Ремор и один неизвестный.

Барри услышал, как Терри чуть не выпрыгнул из кресла.

— Руфус Ремор здесь?

— Да.

— Лично?

— Да.

— Он в рубашке?

— Терренс…

— Можем ли мы попросить охрану конфисковать её? В качестве меры предосторожности.

— Ты хотя бы закончил свои семинары по сексуальным домогательствам с прошлого раза?

— Я вернулся с последнего в четверг. Не могу поверить, что они заставили меня лететь в Аделаиду ради этих чертовых вещей.

— Не могу поверить, что ты все еще работаешь.

— Это моя мать, знаешь ли. Она не любит, когда скандалы касаются семьи. Заметает все, что может сойти ей с рук. Она была в ярости, когда Анна сбежала, чтобы присоединиться к клану Асано. Я был тем, кто должен был ей сказать, что было удовольствием. Она на самом деле бросила в меня туфлю.

— Просто встреть нас внизу, — сказал Барри и взглянул на Ленору, пока они ждали лифт. — И веди себя прилично, Терри. Директор только что узнала, что тебя не уволили в прошлый раз, так что если не будешь, она сделает с тобой что-то более постоянное, чем твоя мать может исправить.

— Окей, спасибо за предупреждение, Баз. Буду паинькой.

— Друг, лучше бы тебе, или Нора оторвет нам обоим…

Барри увидел выражение лица Леноры, когда она слушала разговор.

— Просто не надо, Терри. Никакой твоей ерунды сегодня.

* * * Выйдя из лифта в лобби, они обнаружили небольшую толпу рабочих, удерживаемых от главного входа кордоном охраны. Команда охраны, в магически усиленном тактическом снаряжении, включая полные шлемы, выстроилась в суровую и безликую линию. Несколько человек заметили прибытие директора и заместителя директора и немедленно подошли. Барри шагнул вперед и попытался их предупредить, с малым эффектом.

— Любой, кто не вернется на свое рабочее место прямо сейчас, — заявила Ленора, — больше не будет его иметь к концу дня.

Собрание быстро направилось к лестницам и лифтам, за исключением Терри.

— Они все еще не пускают меня, — сказал он.

— И не должны, — сказала ему Ленора. — Если и когда ты понадобишься, тебя пропустят.

Он открыл рот, чтобы возразить, посмотрел на её лицо и благоразумно закрыл его снова. Ленора некоторое время наблюдала за ним на предмет признаков бунта, затем кивнула.

— Кэсси, оставайся здесь с Тилденом и докладывай обо всем, что он делает или пытается сделать.

— Да, мэм.

Ленора повела Барри вперед, охранники расступились, чтобы пропустить их.

— Командир Хиггинс ждет вас, мэм, — сказал ей один из них.

— Спасибо, Морган, — сказала она, проходя через кордон.

— Как ты можешь их различать в этих нарядах? — прошептал Барри.

— Тсс, — прошептала она в ответ.

Они пересекли лобби и вышли через главные двери. Сотрудники службы безопасности, с оружием наготове, но не поднятым, стояли в ряд, наблюдая за четырьмя людьми. Перед линией стояли золотые ранги из списка, британец из Сети и один из китайского правительства. Они оба настороженно противостояли Уильямсу и Ремору, которые были гораздо более небрежны. Ремор был расслаблен, руки в карманах. Уильямс ел кусок торта и имел усы из глазури. Они стояли между другими членами своей группы и сотрудниками службы безопасности золотого ранга. Позади них была летающая тарелка, на которой они прибыли.

За пределами кольца Хиггинс был в своей обычной форме службы безопасности, а не в тактическом снаряжении.

— Честно говоря, мэм, — сказал он без предисловий, — я не знал, что делать. Они просто появились. Город закрыт, но ничто не остановило бы Ремора или Уильямса. Я имею в виду, даже это — театр. Наши золотые ранги не справились бы ни с одним из них, не говоря уже об обоих.

— Тебе лучше следить за своим языком, Хиггинс, чтобы я не закрыла его для тебя, — сказал английский золотой ранг.

— Всем стоять, — сказала Ленора. — С дороги.

Она прошагала сквозь группу, чтобы встать перед их неожиданными гостями.

— Это действительно то, что вы посчитали лучшим подходом? — спросила она. — Обходить наши протоколы безопасности, чтобы прийти сюда напрямую?

— Это мой косяк, — пробормотал Тайка с набитым тортом ртом. — Я почувствовал магию, но не понял, что она предназначена для безопасности. Стандарты немного другие в клане. У нас есть та вампирская империя, охватывающая континент, с которой нужно разбираться, а у вас что? Журналисты? Люди, продающие мошеннические фильтры для воды?

Аннабет Тилден прошла мимо него со вздохом.

— Мы приносим извинения, директор, — сказала она. — Мы искренне не знали о мерах безопасности здесь.

— Вы могли бы связаться заранее, — отметила Ленора.

— Это могло быть плохой идеей, в свете того, чем мы пришли поделиться. Желательно внутри, вдали от…

Она взглянула на сотрудников службы безопасности золотого ранга.

— …общественных мест.

— Директор, — сказал англичанин, — мы должны быть включены в любой…

— «Должны» — сильное слово, лорд Уиллоуби, — перебила его Ленора. — Ваша роль здесь — безопасность. Моя роль — определить, в каком контексте должна применяться безопасность. Поскольку я считаю этих людей не угрозой, а вы ничего не смогли бы с этим поделать, если бы они ею были, я поблагодарю вас за то, что вы отступите. Вместе с остальными нашими силами безопасности, командир Хиггинс. Поддерживайте низкий уровень тревоги, проведите полную проверку безопасности и составьте отчет о возможных подходах к предотвращению повторения этой ситуации. Это понятно?

— С уважением, мэм, — сказал Хиггинс, — протокол говорит, что они не могут быть объявлены не угрозой, пока мы не проведем хотя бы базовые проверки. Убедитесь, что они не оборотни. Осмотрите их транспорт. Определите личность всех членов группы. Людей и других.

— Вы имеете в виду Гэри? — спросил Тайка. — Он крутой, бро. К тому же, у него не будет никакой юридической личности вне клана. И я могу сказать вам сейчас, что я оборотень. Я могу превращаться в огромного орла, что круто, плюс у меня вся эта ситуация с человеком-птицей. В крутой боевой форме, а не в стиле «прыгнуть с пирса».

— Тайка, пожалуйста, перестань помогать, — сказала Анна.

— Я собираюсь отменить проверку безопасности, — сказала Ленора. — Это в пределах моих полномочий как директора.

— Это решать вам, мэм, — сказал Хиггинс, его тон говорил ей точно, что он думает об этой идее. — Однако, если вы это сделаете, я обязан уведомить все группы-участники о ситуации. Предотвращение этого не входит в ваши полномочия.

— Учитывая, что ваши силы безопасности поставляются группами-участниками, — сказала Ленора, — попытка скрыть это была бы бессмысленной, так что вы можете продолжать. Но сначала отзовите своих людей.

Было еще несколько препирательств, но вскоре Ленора и Барри вели Тайку, Руфуса, Анну и Гэри внутрь здания. Хиггинс пропустил группу за кордон, теперь удерживая только Терри и Кэсси.

— Энни! — позвал Терри, но его глаза были прикованы к Руфусу.

Ленора подняла руку, чтобы указать прямо на него.

— Ни слова больше, — предупредила она. — Заместитель директора, возьмите мистера Тилдена и сидите на нем до тех пор, пока он нам не понадобится.

— Конечно, директор, — сказал Барри. — Пойдем, Терри. Мы поедем на другом лифте.

— Привет, Терри, — сказал Тайка, помахав рукой. — Давно не виделись.

— Кэсси, — сказала Ленора своей помощнице. — Готовься сортировать массу звонков и запросов на встречи, которые уже начали поступать.

— Да, директор.

Ленора повернулась, чтобы посмотреть на четырех незваных гостей.

— Нам лучше продолжить это в моем кабинете.

МЫ УЖЕ ЗНАЕМ, КТО ВЫ ТАКИЕ

МЫ УЖЕ ЗНАЕМ, КТО ВЫ ТАКИЕ

— То, что вы мне говорите, — сказала Ленора, — это то, что мой маленький город превратится в зону битвы золотого ранга.

— Да, — сказала ей Анна. — Джейсон попытается вынести это в пустыню, но есть хороший шанс, что эти захватчики столкнутся с ним здесь.

— Им нужно бросить ему вызов при первой же возможности, — объяснил Руфус. — Чтобы оправдать свое присутствие здесь. Возможно, они уже здесь, но условие их допуска на Землю — устранение Джейсона. Если они не сделают это быстро, они нарушат Правила вторжения.

— А если это произойдет? — спросила Ленора. — Придет космическая полиция и арестует их?

— Правила вторжения, — объяснил Руфус, — всегда были в силе. В моем мире они в основном применяются к священным войнам, где одна вера вторгается в домен другой. Но, как оказалось, они также регулируют межпространственное вторжение. В правилах была гибкость, восходящая к временам до рождения наших миров, но это изменилось. Недавно. Космический закон теперь гораздо более жесткий.

— Почему?

— Правила космоса обеспечиваются чем-то под названием Космический трон. Он был поврежден давным-давно, но трон был восстановлен, и правила теперь опаснее гнуть, не говоря уже о том, чтобы нарушать. Я не знаю последствий нарушения этих правил, но сущности, выходящие за рамки нашего понимания, остерегаются их нарушать. Вы можете быть уверены, что эти пираты будут.

— Это был очень долгий способ сказать, что вы не знаете, — сказал Гэри. Ленора была склонна согласиться, но промолчала, пока Руфус и Анна одарили молодого леонида взглядом.

— Мистер Ремор, — сказала Ленора. — Хотя я ценю контекст, моя работа больше связана с практическими вопросами. Где-то там вы сказали, что эти люди могут уже быть здесь. Мы не видели никакой активности через стоячие камни.

— Магический круг здесь служит только якорем для связи между мирами, — сказал ей Руфус. — Он и бесполезен, и не нужен захватчикам, у которых будут свои средства перемещения по астралу. Их межпространственная магия будет более продвинутой, чем любая, к которой есть доступ у наших миров. Единственная группа на Земле, которая имела бы способность обнаружить их, — это Борис Кетланд и его люди, а они не отслеживают магию глобально.

— О которой они нам рассказали, — поправила Анна. Руфус кивнул в знак признания.

— Если они здесь, тогда, — сказала Ленора, — у нас нет способа найти их.

— Правильно, — сказал Руфус. — Что хорошо, потому что нам не хватает силы противостоять им. Джейсон будет здесь примерно через три дня, не считая временных аномалий в астрале. Нам следует надеяться, что, если захватчики здесь, они останутся там, где бы они ни прятались.

* * * Джоте Уизерсу довольно нравилось его нынешнее жилье. Магия и технологии были невероятно примитивными, даже не интегрированными друг с другом, но в этой простоте было что-то успокаивающее. Он оценил дизайн: дом, вырытый в скалистом утесе, с видом на океан. Часть дома находилась на вершине утеса, чтобы оставаться доступной, но большая его часть выступала из самой скалы, со стеклянными стенами, чтобы извлечь из этого максимум.

Он сидел в удобном кресле, читая с планшета, предоставленного его хозяевами. Он потратил свое время на Земле, изучая все, что мог, о своем враге. Он определенно находил странным, что его принимает группа под названием клан Асано, в месте под названием Деревня Асано, пока он ждет, чтобы убить человека по имени Джейсон Асано.

Эта аномалия разрешилась, когда его спонсоры на Земле начали предоставлять ему информацию, которую он запрашивал. Оказалось, что на Земле было три клана, использующих имя Асано. Один был историческим кланом культурного значения, во времена до того, как магия Земли стала открытой. Другой был ответвлением того клана в одном из тогдашних секретных магических обществ Земли. Это была группа, которая в настоящее время принимала Джоту и его команду. Третья группа была основана самим Джейсоном Асано.

Асано Норико была матриархом клана Асано, принимающего Джоту и его команду. Она ежедневно навещала его, чтобы проверить его нужды, вместе со слугами, которых она предоставила на полный рабочий день. Поскольку у Джоты были вопросы, на которые предоставленная информация не давала ответов, он пригласил её побеседовать во время одного из её визитов. Она села напротив него, с чайным сервизом на столе между ними.

— Чем я могу вам помочь, капитан Уизерс?

— У меня есть вопросы относительно различных итераций клана Асано на этой планете.

Её выражение лица показывало лишь женщину, счастливую услужить, но он чувствовал проглоченную горечь в её ауре. Он подозревал, что, по её мнению, существует только один настоящий клан Асано. Его это не особенно волновало, его единственным интересом было понимание своей цели.

— Насколько я понимаю, — продолжил он, — ваш клан происходит из страны Япония, в то время как клан Джейсона Асано происходит отсюда, из Австралии. Именно они построили эту деревню, но теперь ваш клан здесь, а они на другой стороне планеты. К тому же на территории, наводненной вампирами. Как это произошло?

— В первые несколько лет после того, как магия стала открытой на Земле, было много хаоса, — объяснила Норико. — В то время Джейсон Асано создал духовные домены в Европе.

— Духовные домены?

— Я не знаю подробностей. Места силы, которые принадлежат ему и имеют более высокие уровни магии, чем большинство мест на Земле. Большинство его семьи и их различных прихлебателей переселились туда, до того как вампиры захватили власть. Также в то время главное магическое секретное общество пережило раскол, когда магия стала публичной. Правительство здесь встало на сторону одной из фракций, и это была не та, у которой были сторонники Джейсона Асано.

— Но это была та, к которой принадлежал ваш клан?

— Да. Вы проницательный человек, капитан Уизерс.

Джота не ответил на похвалу, вместо этого жестом предложив ей продолжать.

— Чтобы укрепить свои отношения с новой фракцией, — объяснила Норико, — правительство захватило право собственности на эту землю у остатков клана-выскочки и передало её истинному клану Асано. Остатки ложного клана бежали, чтобы присоединиться к остальным.

— И это произошло только после того, как Джейсон Асано покинул этот мир, я полагаю.

— Это не имело бы значения. Он был силен для золотого ранга, но это все. Он не может сражаться с целой нацией, даже если он теперь золотого ранга. С инопланетными союзниками или без.

Джота поднял брови, и Норико побледнела.

— Прошу прощения, капитан Уизерс. Я не хотела проявлять неуважение.

— А как насчет этих духовных доменов? Это не нормальная сила золотого ранга.

— Эксплуатация уникальных магических условий с использованием знаний из другого мира.

Джота сильно подозревал, что её очевидная обида заставляет её недооценивать угрозу, которую представляет Джейсон Асано. Однако он не стал полностью отбрасывать её позицию. Возможно, люди, стремящиеся устранить этого человека, были перепроданы на его силе. Один конкретный момент в информации, которую ему дали, решительно поддерживал идею, что они переоценивают Асано.

— Что вы знаете о предполагаемой связи между Джейсоном Асано и приходом Системы?

— Что это полная чушь, — сказала Норико.

— Я склонен согласиться. Система — это сдвиг в космическом порядке. Ходят даже разговоры о новом великом астральном существе. Какое влияние один золотой ранг из такого места, как это, мог оказать, от меня полностью ускользает.

— Именно, — согласилась Норико, мудро кивая. — Он человек с большим ртом, низкой хитростью и более чем своей долей удачи. Оппортунист.

Получив все продуктивное, что мог от Норико, он отпустил её. После того как она ушла, его первый помощник, Натала, нанесла ему визит.

— Джота, Кригл снова будоражит народ, — предупредила она.

— А когда он этого не делает?

— Правила вторжения означают, что мы отрезаны от внешнего мира, пока не выполним условия сделки, устранив Асано. Это шанс для Кригла сделать ход.

— Я справлюсь с Криглом.

— Он подстрекает экипаж.

— Он озлоблен, потому что хотел капитанства, которое досталось мне.

— Он не единственный, кто возмущен тобой. Многие думают, что ты считаешь себя слишком хорошим для остальных из нас.

— А что думаешь ты, Нат?

— Честно говоря, я думаю, что ты считаешь себя слишком хорошим для остальных из нас. По крайней мере, немного. Но Джакаар поставил тебя во главе не просто так. Откуда ты пришел, тренировки, которые ты прошел. Ты просто лучше нас. Некоторые смотрят на тебя и хотят догнать. Большинство предпочло бы просто потянуть тебя вниз. Если бы обычный экипаж выступил против тебя, скорее всего, ты бы справился с ними, если бы один или двое остались лояльными. Но этот расширенный экипаж дает Криглу возможность. Сидеть без дела днями напролет, вот так. Ты заперся здесь, что? Читаешь?

— Изучаю нашего противника. Готовлюсь встретиться с ним.

— И пока ты это делал, Кригл готовился встретиться с тобой. Заключал сделки и давал обещания.

Джота жестом пригласил Наталу в кресло, которое освободила Норико, обдумывая то, что она ему рассказала.

— Ему придется сделать ход во время противостояния, — размышлял он. — Хотя некоторые из экипажа могут быть полностью на его стороне, большинство засомневается, если он сделает ход слишком рано. Либо из-за перспективы открытого мятежа, либо из-за того, что придется столкнуться со мной, не отвлекаясь. Лучшим вариантом для него было бы сделать так, чтобы это выглядело так, будто я барахтаюсь против Асано, и он вмешался, чтобы спасти положение. Это неправдоподобно, но это не обязательно должно быть так, если я мертв. Пока я мертв, и он у власти к тому времени, когда все закончится, он может плести любую историю, какую захочет.

— Что ты будешь делать?

— Не уверен. Чем больше я узнаю об этом человеке, Асано, тем больше убеждаюсь, что он не тот, кем нам его описали.

— Почему так?

— Вещи, которые не складываются. Моя информация поступает от людей этого мира, поэтому мне приходится делать выводы через пробелы в их знаниях. Они так отчаянно пытаются эксплуатировать изменения, которые произошли в их мире, что кажутся смертельно нелюбопытными к основным причинам. Мелкие заботы о мелкой власти. Я подозреваю, что Асано — агент Мирового Феникса, посланный стабилизировать этот мир.

— Насколько ты уверен?

— Информация, данная мне, не очень хорошо курируется. Но Асано был известен тем, что у него здесь было два компаньона из других миров. Та, о которой они знают больше всего, — человек из связанного мира. О другой они знают меньше. Асано изолировался от местных сил к тому времени, когда они стали чаще двигаться вместе. Её сообщаемые уровни силы непоследовательны, но это подошло бы кому-то, использующему разные уровни аватара. И это почти наверняка совпадение, но её звали Доун.

— Как бывшая Первая Сестра?

— Да. Это было бы примерно в то время, когда она отошла в сторону, и Хельсвет взяла на себя эту роль.

— Это…

Натала покачала головой.

— …это изменило бы все. Это не может быть настолько масштабно. Может?

— Не знаю, — сказал он. — Космос большой. Сколько триллионов были названы в честь Первой Сестры?

— Наверное, большее число, чем я знаю имен.

— Если у Асано действительно есть такой уровень связи, однако, это предполагало бы более широкий замысел нашего присутствия здесь. Кто-то использует Флот Джакаар — и нас в частности — чтобы сделать тщательно выверенную точку.

— Что нам делать?

— Быть гибкими. Это всего лишь догадки, причем дикие. Если все так, как кажется, то мы разыгрываем это, как задумано.

— А если Кригл сделает ход?

— Тогда нам, возможно, придется сделать союзником человека, которого мы пришли сюда убить. В таком случае нам следует надеяться, что мои догадки не такие уж дикие.

* * * Сидя в одиночестве в обеденном зале своего облачного корабля, Джейсон посмотрел на Джори, сидящего с группой своих алхимиков. Они болтали с Клайвом, Лорелей и некоторыми членами их Ассоциации магических исследований. За то время, что он отсутствовал, Джори прошел путь от алхимика из маленького городка до лидера на переднем крае своей области. Клайв прошел путь от разочарованного члена Магического общества до грозного соперника. Трэвис и Фарра изобрели глобальные телекоммуникации. Его друзья помнили его в его отсутствие, но их жизни все равно шли своим чередом.

Столько всего произошло в его отсутствие, и это среди долгожителей Паллимустуса. На Земле изменения были масштабными, но его заботы касались очень маленькой её части. Семьи, которую он оставил. Изолированной вампирами и амбициями сильных мира сего. Его племянница выросла из девочки в молодую женщину, и он пропустил это. Он не был рядом, чтобы баловать её или давать сомнительные советы, которые не одобрила бы её мать.

Он был за пределами смерти теперь, но он не был за пределами времени. Через несколько дней он будет в самой опасной битве, с которой когда-либо сталкивался, по крайней мере в смертном теле. Он не мог умереть, но если его аватар будет уничтожен, ценой снова будет время. Снова его друзья и семья будут помнить, но снова они продолжат свои жизни.

Фарра скользнула на место рядом с ним за его иначе пустой стол.

— Почему такое грустное лицо? Волнуешься из-за этой битвы?

— Нет. Просто думаю о том, чего мне будет стоить проигрыш. Напоминаю себе, почему я должен победить. И я победю. Мы победим. Я готовился к этой битве двадцать лет. Никакого превращения в метафору для борьбы с остатками силы бога. Никакой супермощной птичьей формы или духовной войны по всей моей душе. Только я и мои друзья, сражающиеся как искатели приключений. Жители Земли не могут понять, что я такое. У них нет системы отсчета. С этой битвой они увидят, кто я такой.

— Битва — это не то, кто ты есть, Джейсон.

— Да, Фарра, это так. Это не все, что я есть, но прямо сейчас это та часть, которую им нужно увидеть.

— Я понимаю. Но то, что это не все, что ты есть, имеет значение. Может, тебе стоит позволить им увидеть немного и этого тоже.

— О, я это предусмотрел.

— Джейсон, что ты натворил?

— Почему люди продолжают спрашивать меня об этом?

— Потому что мы не с Земли, Джейсон. Мы уже знаем, кто ты такой.

УДАЧИ В ТВОЕЙ БИТВЕ

УДАЧИ В ТВОЕЙ БИТВЕ

Магия маскировала корабль-измерение Джоты от любых средств, которые были у жителей Земли для его обнаружения. Он был совершенно очевидно там, однако, так как его экипаж был поднят гравитационным каналом и исчез в воздухе. Он стоял за пределами территории Деревни Асано со своим вторым в командовании, наблюдая, как его люди поднимаются.

— Мы могли бы просто сделать ход первыми, — предложила Натала. — Убить Кригла, быстро и чисто.

— Он золотого ранга. Я могу быть сильнее его, но нет варианта «быстро и чисто». Если я начну драку, я столкнусь с той же проблемой, что и он: реакция остального экипажа. Как ты думаешь, сколько людей примут чью-то сторону?

— Немногие. Большинство подождало бы, чтобы поддержать победителя. Из тех, кто все-таки вмешался бы, больше, вероятно, встали бы на его сторону, особенно если бы ты был агрессором.

— Вот тебе и ответ.

Она кивнула.

— Все равно кажется неправильным просто позволить змее проскользнуть у нас за спиной.

— Не беспокойся о змее у нас за спиной, Нат. Прибереги свое беспокойство для дракона перед нами.

— Ты убежден, что Асано опаснее, чем нам говорили?

— Назови это инстинктом. Или предосторожностью. Когда я тренировался, нас учили тому, как движутся космические силы. Мы знаем, что Мировой Феникс поддерживал целостность этого мира. Он предпочитает действовать через меньших агентов, и то, что я узнал о действиях Асано, соответствует этому шаблону. Если я ошибаюсь, мы оставим Асано в покое. Криглу нужно, чтобы он исчез, если он хочет вернуться к Джакаару триумфатором. Это будет наше время, чтобы начать битву.

— А если Асано — человек последствий?

— Тогда мы встанем на его сторону.

— А как насчет Джакаара?

— Он поблагодарит нас за то, что мы не антагонизировали Мирового Феникса. Есть шанс, что культ феникса манипулировал нами, чтобы мы оказались здесь в первую очередь.

— Зачем им это делать? Мы для них не угроза.

— Это было не для них.

— Для Асано?

— Его мир только что открылся для космического сообщества. Я подозреваю, что нас подставили, чтобы стать его первым впечатлением.

* * * Город артефактов в австралийской глубинке ждал. На самом деле небольшой город, большинство из девяти тысяч или около того рабочих, которые там жили, были эвакуированы. Это были продавцы магазинов, уборщики, садовники и другие, кто служил для поддержания работы города. Они были тщательно проверены и получали больше, чем их работа принесла бы им в менее безопасном месте. Быть удаленным в рамках подготовки к предстоящей перепалке означало оплачиваемый отпуск, так как их отправляли в Аделаиду.

Вместе с ними были эвакуированы персонал правительств и фракций, которые считали, что город существует для их блага. Горстка ключевых сотрудников осталась, укрывшись в бункерах под городом. Были также те, кто был достаточно влиятелен, чтобы избежать отправки, также укрывшиеся. Только силы безопасности остались над землей, вместе с Руфусом и Тайкой. Анна и Гэри были в том же бункере, что и Ленора, Барри и их ключевые сотрудники.

В бункере была серия комнат вдоль соединительного коридора, не в отличие от отеля. У него также была общая лаунж-зона и кафетерий. Стены были из сурового, простого металла, а пол бетонный. Большие мониторы на стенах были связаны с внешними камерами, направленными на стоячие камни, также отображая теперь активную систему обороны. Магически усиленные гаубицы и ракетные установки поднялись из своих собственных безопасных бункеров и теперь были направлены на воздух над кругом.

Последней секцией бункера, вне служебных зон, была комната управления. Самая ограниченная зона внутри бункера, из которой Ленора и её сотрудники руководили операциями. Анне и Гэри не был разрешен доступ, и вместо этого они пообедали в кабинке лаунж-зоны. Перед ними были удивительно съедобные блюда, учитывая функциональный характер кафетерия бункера. Барри подошел с братом Анны на буксире, оставив Терри позади, прежде чем направиться в комнату управления. Терри присоединился к паре в кабинке, где Анна представила их.

— Как такой молодой человек, как ты, выторговал приглашение на все это? — спросил Терри.

— Он наш технический эксперт для этой поездки, — сказала Анна. — У него есть талант к практическим решениям, когда дело доходит до магитеха. Помимо того, что он следит за тем, чтобы наш транспорт работал правильно, он здесь, чтобы заметить любые грязные маленькие трюки, которые люди могут сыграть с нами.

— Количество прослушивающих устройств, которые отключили мои кастомные инструменты приватности, просто безумно, — сказал Гэри. — Микроустройства, роботы-насекомые, вибрационный анализ. Есть ли в этом городе кто-то, кто не шпион?

— Ну, есть ты, — отметил Терри.

— Э-э… ага, — неубедительно согласился Гэри. — Я не размещал никаких устройств слежения.

Анна одарила его плоским взглядом.

— Что? — спросил Гэри. — Раз уж все остальные это делают, я подумал, что было бы невежливо этого не делать. Не волнуйтесь; я убедился, что охрана найдет достаточно, чтобы подумать, что они, вероятно, нашли их все.

Терри рассмеялся.

— Мне нравится этот парень, Энни. Кстати, о слежке, здесь огромное внимание прессы. Они не пускают людей на объект, но там настоящий рой медиа-дронов. Обычные каналы, плюс они заставили меня курировать некоторых подходящих инфлюенсеров, которые должны быть включены.

Его выражение стало нехарактерно трезвым.

— Надеюсь, это не закончится для тебя плохо, Анна. Мать связывалась пару месяцев назад, чтобы попытаться заставить меня убедить тебя дистанцироваться от клана Асано.

— Неудивительно, — сказала Анна. — Замечу, что ты этого не сделал, однако.

— Я решил, что это больше её манипулятивная, интриганская дрянь, поэтому я не позволил ей втянуть тебя в это.

— Спасибо, Терри.

Он выпустил медленный, разочарованный вздох.

— Что с ней случилось, Энни? Раньше, до того как магия стала открытой, все было не так. Теперь она одержима тем, чтобы стать каким-то глобальным брокером власти.

— Не знаю, — сказала Анна. Она положила свою руку на его на столе и сжала.

— Я думаю, есть что-то конкретное, — сказал Терри. — Она снова связалась со мной пару недель назад. Она кажется очень убежденной, что дела у Асано пойдут не очень хорошо, когда Джейсон приедет сюда.

Анна откинулась назад, её выражение лица выглядело так, будто она укусила лимон.

— Значит, она в деле, — сказала она. — Это может закончиться беспорядком, в зависимости от того, как далеко они зайдут.

— В деле чего? — спросил Терри. — Это связано с тем, почему они относятся к возвращению Асано как к военному вторжению? Никто не сказал мне ни черта, а я должен отвечать за реакцию СМИ!

— Да, это связано с этим, — сказала Анна.

— Местные привезли каких-то профи извне нашей вселенной, — сказал ей Гэри. — Будет большая старая драка.

* * * Многонациональные силы безопасности были выстроены вокруг объекта, некоторые в полукилометре позади, за тяжелым вооружением. Руфус и Тайка были свободны бродить, не находясь под командованием сил безопасности. Командир Хиггинс был не в восторге от этого, но он мало что мог сделать. Было дюжина золотых рангов, которых вызвали к прибытию Асано, и ни один из них не хотел переходить дорогу двум друзьям Джейсона. Анализ, основанный на их засвидетельствованных анти-вампирских операциях, предполагал, что они были самыми могущественными людьми на планете, с большим отрывом.

Тайка и Руфус бродили вокруг, позади отрядов безопасности. Тайка посмотрел на установленное вооружение, все направленное в небо над каменным кругом.

— Я невысокого мнения об этой обороне, — сказал Тайка. — Где крутящиеся пушки с кучей стволов? Где рельсовые пушки? Они выглядят как будто кто-то обчистил какое-то оружие с лодки и нацарапал магические руны сбоку.

— Примерно так все и было, — сказал кто-то из ближайшего отряда, его акцент выдавал в нем американца. — У меня есть кузен в отделе закупок, который сказал мне…

— Рот закрыть, глаза вперед, Дженкинс.

— Кит, — сказал Дженкинс, — ты знаешь, что мы не в армии, верно?

— Я сказал рот закрыть, Дженкинс. Это приказ.

— В лучшем случае военизированные, — продолжил Дженкинс. — Технически мы частные охранные подрядчики. Что делает тебя моим супервайзером, Кит, а не моим командиром. К тому же, от тебя исходит настоящий вайб «военного преступника». Они не ставили тебя во главе каких-нибудь заключенных, ставили?

— Хочешь, чтобы тебя выгнали, Дженкинс?

— Да, пожалуйста. Я подписался, чтобы пополнить свою коллекцию камней пробуждения, и они полностью кинули меня с контрактом. Сэкономили на камнях тоже. Эластичный камень пробуждения? Что там происходит?

Отрядный лидер начал маршировать к Дженкинсу, когда воздух наполнился покалыванием и резким запахом озона.

— Это как быть рядом с линией электропередач в дождь, — заметил Тайка.

Он едва закончил говорить, как стоячие камни загорелись золотым, серебряным и синим светом. Полосы его поднялись в воздух, как красочный, перевернутый дождь. Он собрался в сферу, которая быстро расширялась, поднимающийся свет становился гуще с каждым проходящим моментом.

* * * В комнате управления одного из различных бункеров Ленора наблюдала за световым шоу вместе со всеми остальными. Большинство её сотрудников были за различными консолями.

Она наблюдала, как растущая сфера наконец перестала расширяться. Она плавала в воздухе, цвета кружились, затем начала уменьшаться и тускнеть.

— У нас есть оценка размера, которого она достигла? — спросила Ленора.

— Около четырехсот пятидесяти метров, мэм. Также Сеть сообщает, что на сетке отображается крупное событие пространственной энергии.

— Очень полезно, — пробормотала Ленора, не отрывая глаз от мониторов. — Что бы мы делали без них?

* * * Когда сверхъестественный свет потускнел и уменьшился, наблюдатели смогли разглядеть форму внутри, медленно становящуюся яснее. Это был корабль, нечто среднее между дирижаблем, океанским лайнером и инопланетным космическим кораблем. Темно-красные панели были прикреплены к белому облачному веществу, от которого отрывались клочья и уносились ветром. Набор сфер вращался вокруг корабля, как кольцо вокруг пальца. Сферы были темными, казалось, поглощающими солнечный свет. Внутри сфер были оранжевые и синие туманности, которые выглядели как глаза.

Когда последний из золотого, серебряного и синего света потускнел, стали видны слова, написанные вдоль борта судна золотом. Тайка расхохотался, когда прочитал их. Руфус вздохнул.

— Ну, — сказал он, — я понятия не имею, что это значит. Что, по крайней мере, означает, что мы знаем, что это Джейсон, а не люди, пришедшие убить его. Как может кубик льда быть…

* * * — Что это значит? — спросила Ленора.

— Это из песни, — сказал ей Барри. — Начало девяностых, если я правильно помню. Вице-президента Джексона, еще когда он был музыкантом.

— Я думала, он был актером. Как Рейган.

— Он был музыкантом сначала. Как думаете, Асано делает политическое заявление?

— Я думаю, он собирается дать мне головную боль. Есть признаки этой группы, которая должна быть здесь, чтобы убить его?

Как будто в ответ на её вопрос, небо над городом замерцало, как марево, и внезапно в небе появился второй корабль. Этот выглядел откровенно как космический корабль, блочный и милитаристский, но также с четким магическим аспектом. Линии корабля светились и гудели магией, которую пользователи эссенции могли почувствовать даже с земли, мощной и пугающей. Он был, однако, гораздо меньше корабля Асано, около восьмидесяти метров в длину против более чем трехсот.

Весь город напрягся, готовый к тому, что вот-вот произойдет. Две фигуры появились из второго корабля, летя на простых круглых дисках. Они полетели к кораблю Асано, когда один человек появился, чтобы встретить их.

* * * Джота наблюдал, как человек, которого он вообразил Асано, плывет по воздуху навстречу ему. Мужчина использовал свою ауру, чтобы летать, как посланник. Он был известным пришельцем из другого мира, так что это могла быть какая-то уникальная способность, или могла быть связь с посланниками. Они вторгались в связанный мир, и если Асано вступил с ними в сговор, это объяснило бы наличие астральной магии для перемещения между мирами.

Аура Асано не давала дальнейших подсказок, будучи в остальном непроницаемой для чувств Джоты. Это был удивительный уровень мастерства владения аурой для кого-то из такого отсталого мира. Джота обнаружил, что ауры на Земле были отвратительными по уровню подготовки.

Одежда, которую носил Асано, была интересной. У него не было боевого облачения и никаких магических предметов, заслуживающих внимания, кроме пары амулетов на ожерелье под рубашкой. В остальном Джота чувствовал только базовые зачарования одежды, хотя трусы мужчины имели странно мощную магию устойчивости. В дизайне у него была рубашка с красочным цветочным принтом, коричневые короткие штаны, сандалии и соломенная шляпа.

На его лице было несколько небольших шрамов, а еще один был почти скрыт рубашкой. Такие вещи обычно были аффектациями у пользователей эссенции, но Джота подозревал, что эти — нет. Для того, кто понимал, что означает настоящий шрам, это придавало очень другой оборот казалось бы случайному мужчине.

— Доброго дня, — поприветствовал Джейсон Джоту и Наталу, когда они приблизились. — Полагаю, нам стоит поболтать.

Джота не мог определить язык. Он явно использовал силу перевода, но не похожую ни на одну, с которой он сталкивался. Это было похоже на то, как слова проскальзывали в его голову, чтобы передать их смысл, что было обескураживающим. Он также чувствовал что-то в словах, что было скрыто.

— Это не твой истинный способ общения, — сказал Джота.

— Нет, — признал Джейсон. — Дела идут лучше, когда я делаю это так.

— Обман — не лучший способ начать отношения, мистер Асано.

— Я подозреваю, что эти отношения в любом случае пойдут плохо, но твой довод справедлив.

Следующие слова Асано, хотя и простые, прозвучали как гром в ушах Джоты.

— Да будет так. Я Джейсон Асано, как вы догадались. Не хотите ли представиться?

Глаза Джоты немного расширились. Существовали различные названия для манеры речи, которую использовал Асано. В мире, где родился Джота, это называлось божественным голосом.

— Меня зовут Джота Уизерс. Это мой друг и второй в командовании, Натала Спиро. Я задавался вопросом, не было ли все это подставой, и теперь я убежден.

— Достаточно убежден, чтобы развернуться и пойти домой? — спросил Джейсон.

— Да, на самом деле. К сожалению, все не так просто.

— Никогда не бывает просто.

— Боюсь, что если я попытаюсь развернуться, кто-то из моего экипажа воспользуется шансом начать давно планируемый мятеж. Убьют нас обоих, заберут мой корабль и доложат моему адмиралу.

— И Джакаар примет это?

Джота бросил взгляд на Наталу, когда она зашевелилась, но она осталась молчаливой.

— Адмирал Джакаар любит результаты и не любит неприятностей, — сказал Джота. — Пока он получает результаты, которые хочет, он не будет обижаться на очевидную ложь. Живой капитан ценнее мертвого. Конечно, адмирал не получает того, что хочет здесь, не так ли?

— Нет, — сказал Джейсон.

Джота кивнул.

— Он не хочет запутанностей с культом Мирового Феникса. Или посланниками. Кто из них ваши спонсоры? Или это оба?

— Никто. Я был союзником и врагом посланников и Мирового Феникса в разные моменты.

— Ты не агент Мирового Феникса?

— Можно сказать, я был им, с определенной точки зрения. Мировой Феникс была должна мне услугу, поэтому она подставила вас так.

— У моего экипажа двадцать семь золотых рангов. Можешь сравниться с этим?

— Численно, да. Насколько хороши ваши люди?

— С точки зрения навыков? Достаточно способные, но, вероятно, не чета тем, кто вырос, сражаясь с монстрами в сельской глуши. Я подозреваю, что наше оборудование лучше, чем то, чем вооружены ваши люди, однако. С большим отрывом.

— Сколько останется в стороне?

— Трое или четверо могут присоединиться к битве на нашей стороне. Некоторые другие могут остаться в стороне, но я не могу быть уверен.

— Вы не будете сражаться с нами, — сказал Джейсон. — Если хотите остаться в стороне, то сделайте это, но мы не подставим вам наши спины.

— Как пожелаете.

— И, просто чтобы вы знали, ваш корабль конфискован.

Натала снова зашевелилась, и Джота жестом призвал её к спокойствию.

— Мы пришли в ваш мир в поисках добычи, — сказал он. — Я понимаю, что у этого есть цена, и мы будем не в состоянии вести переговоры, как только большая часть моего экипажа будет мертва. Но все, что вы предлагаете сейчас, — это стимул работать с моим экипажем, чтобы убить вас и закончить мои разногласия с ними после.

— Это не переговоры, — сказал Джейсон. — Это я решаю, останется ли кто-нибудь в живых после. Если вы когда-нибудь сможете покинуть этот мир, мистер Уизерс, это будет не скоро. Это цена прихода сюда.

Джота повернулся, чтобы посмотреть на свой корабль.

— Я бы попросил немного времени, чтобы обсудить это с моим компаньоном, — сказал он, — но кажется, что у моего главного мятежника закончилось терпение. Удачи в твоей битве, мистер Асано.

ВТОРОЙ ШАНС ПРОИЗВЕСТИ ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

ВТОРОЙ ШАНС ПРОИЗВЕСТИ ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

Паря в воздухе рядом с Наталой и Джейсоном, Джота наблюдал, как Кригл и большая часть экипажа высыпают из корабля-измерения. Некоторые использовали личные диски полета корабля, но многие демонстрировали эклектичную смесь персонализированных устройств или использовали свои собственные силы. Единственное, что их объединяло, — это то, что они были вооружены до зубов, хотя даже в этом было много различий. Массив мощного оружия, брони и магических инструментов резко контрастировал с Джейсоном в его цветочной рубашке и соломенной шляпе.

— Мистер Асано, — сказал Джота, его глаза были прикованы к алчной ухмылке приближающегося Кригла. — Поскольку вы не выглядите экипированным для битвы, возможно, вы захотите…

Он заметил темное облако в том месте, где Джейсон только что парил. Оно быстро рассеялось, открыв фигуру в мантиях цвета сухой крови. На бедре у него был меч, эхом отзывающийся его силе, как только может это делать связанное с душой оружие. Его окутывали плащ и капюшон, которые выглядели так, будто он каким-то образом вырвал энергию из портала, чтобы накинуть её вокруг себя. Изнутри капюшона светилась пара туманных глаз, отбрасывая достаточно света, чтобы различить острый кончик подбородка.

— …приготовиться.

— Как вы скоро увидите, мистер Уизерс, я подготовился довольно основательно.

Джота наблюдал, как пираты замедлились, становясь более осторожными в своем приближении. Они собрались, но не в какой-либо тактический порядок. Джота знал, что Кригл понимал преимущество чисел, но не знал, как им пользоваться. Этот человек был чистым бандитом, а не тактиком, что отразилось в его плохо спланированном мятеже. Но тактика или нет, их было двадцать три, приближающихся по воздуху.

Джота оглянулся на Джейсона. Он выглядел больше злодеем, чем пираты, пришедшие убить его. Его инопланетные глаза смотрели на Кригла и мятежный экипаж, как паук, наблюдающий за мухой. Асано позволил своей ауре распространиться, как паутина, дав Джоте первый настоящий взгляд на неё. Это подтвердило, что шрамы на лице Асано не были аффектациями, а знаками страданий и борьбы. Испытаний, с которыми он столкнулся и которые преодолел. Джота был очень знаком с пиратами, чьи жизни были потрачены на охоту на слабых. Асано имел ауру человека, который охотится на сильных.

Одним лишь взглядом на ауру Асано Джота понял, что сделал правильный выбор. Если спутники Асано были хоть немного похожи на самого человека, единственным вопросом было, сколько пиратов останется в живых через час. Это только усилилось, когда он заметил самую поразительную вещь в ауре Асано: при всей её силе, это не была, строго говоря, настоящая вещь. Вместо прямой проекции души аура Асано фильтровалась из какого-то другого места. Тело, парящее перед ним, было аватаром.

— Ты даже не здесь на самом деле, не так ли? — спросил Джота.

— Нет.

— Значит, наша миссия действительно была невыполнимой с самого начала.

— Я бы не использовал слово «невыполнимая». Невыполнимое не так недосягаемо, как многие верят.

— Тогда какое слово ты бы использовал?

— Обреченная.

— Они могли бы быть менее обреченными, если бы твои друзья не вышли скоро.

— На нас смотрит много глаз, мистер Уизерс, и у меня есть такой редкий второй шанс произвести первое впечатление. Прежде чем мои друзья присоединятся к нам, у меня есть точка зрения, которую я должен донести до людей, пригласивших вас сюда.

Джота посмотрел туда-сюда между ордой золотых рангов, которые были его теперь уже бывшим экипажем, и Джейсоном Асано, стоящим перед ними в одиночку. Он использовал свой диск, чтобы спокойно, но быстро отступить.

* * * Бункер Леноры был тих, как гробница, пока она и её сотрудники наблюдали за разворачивающимися событиями. Стена экранов показывала кадры с многочисленных дронов наблюдения и установленных камер, даже подключаясь к медиа-дронам. Она понятия не имела, сколько людей смотрят на то же самое, в других бункерах и по всей планете через потоковые трансляции.

Хотя аудиозаписи улавливали только шум, кадры были кристально чистыми, за исключением некоторого размытия ртов. Ленора взглянула на своего эксперта по чтению по губам, который беспомощно пожал плечами. Асано выглядел почти неизменным по сравнению с архивными фотографиями, которые Ленора просматривала последние несколько дней. Если что, он выглядел немного моложе, его черты были уточнены еще одним повышением ранга. Даже его манера одеваться как потерянный турист оставалась нетронутой.

Он мирно беседовал с двумя захватчиками, которые были людьми, по крайней мере, на вид. Их одежда была серых и не совсем белых тонов, свободная, но практичная. Приглушенные цвета подчеркивались бронированными панелями, вытравленными сложными сигилами. Они не вписывались в земное представление о пиратах, но Ленора была бы удивлена, если бы они вписались.

Этот сюрприз пришел, когда остальные пираты высыпали из своего корабля, выглядя во всех отношениях как банда космических бандитов. Они были странной смесью фантастического и технологического, от светящихся кинжалов, заткнутых за пояса, до рюкзаков, из которых прорастали крылья роботов. В отличие от пары, которая подошла к Асано дипломатично, эти новые пираты явно намеревались совершить насилие. Даже так, они замедлили свое приближение, не бросаясь в атаку сломя голову.

Асано сменил свой собственный наряд для неминуемой битвы, хотя никто из обещанных спутников не появился из его судна. Теперь он был облачен как носящий плащ дилер смерти, которым он был известен, хотя были различия с кадрами, которые она видела. Его плащ всегда был сделан из сверхъестественной тьмы, а не из какого-либо физического материала, но это было на другом уровне. Это выглядело так, будто он вырвал дыру во вселенной и накинул её на себя. Он был стянут спереди, заставляя его выглядеть как живой портал.

Первые два пирата явно перешли на сторону Асано, отступив до начала битвы. Глаза Асано повернулись от пиратов, чтобы оглядеть небо. Куда бы ни падал его взгляд, небо темнело, пока город не перешел из дня в странную магическую ночь. Звезд не было, но затянувшиеся отголоски солнечного света оставили город в неестественном мраке. Ленора любила поддерживать суровый профессионализм перед сотрудниками, но даже у неё были пределы.

— Он что, только что ЗАТМИЛ ЧЕРТОВУ СОЛНЦЕ?

— Э-э, похоже на то, босс, — сказал Барри, также широко открыв глаза.

— Как?

— Глядя на него, насколько я мог видеть.

Пираты на мониторе были невозмутимы, по сравнению со своими наблюдателями. С Асано теперь в одиночестве, они перешли в атаку. Ведущий пират наколдовал гарпун размером с электрический столб и метнул его в Асано, который не отреагировал. Столб пролетел сквозь плащ, который окутывал все его тело, открывая его как портал, которым он казался. Алгоритм мониторинга даже вывел кадр с одного из дронов, показывающий копье, летящее сквозь пустоту, которая лежала за пределами.

Это застало пирата врасплох лишь на мгновение, но это был момент, который использовал Асано. Теневые фигуры хлынули из плаща-пустоты, почти невидимые в мраке. Алгоритм оценил две сотни или больше, точки данных появлялись на одном из мониторов, но Ленора не могла разобрать многого из того, что происходило. Пираты не разделяли её замешательства, немедленно обрушивая атаки на тени.

В наблюдательном люксе в центре управления был массив полезных инструментов для мониторинга боя. Композитные кадры с нескольких камер, отслеживание событий и множество функций воспроизведения управлялись смесью операторов-людей и сложных алгоритмов. Они выделили критические моменты из мрака и насилия, разыгрывающихся на скоростях золотого ранга.

Компьютер попытался составить карту темной битвы, используя каркасные наложения и цветовую блокировку, чтобы попытаться прояснить, что происходит. Асано исчез в хаосе, но один из сотрудников отмотал кадры назад. Они посмотрели повтор того, как его плащ стал темным, позволяя ему исчезнуть во мраке.

Леноре было трудно отслеживать бой, даже замедленный, курированный и улучшенный. Это был шторм танцующих теней, оружия, пылающего светом, и заклинаний, вспыхивающих силой. Пираты пытались вырубить тени, чтобы охотиться на свою неуловимую добычу, но тени продолжали переформировываться, при этом отращивая странные руки, которые оставляли их выглядящими как приземистые, зловещие деревья. На конце каждой руки был сверкающий черно-красный кинжал.

Видеокадры уловили проблески Асано в рукопашной, алгоритмы замедляли и подсвечивали каждый раз, когда он появлялся. Подобно теням, среди которых он прятался, он тоже отрастил скрученные теневые руки, которые атаковали пиратов. Его ключевым идентификатором был меч, которым владела одна из его теневых рук, его настоящие руки, скрытые под плащом, все еще полностью окутывали его.

Кинжалы, удерживаемые тенями, были черными с рубиновыми украшениями. Орнаментальное оружие выглядело лучше подходящим для ритуального жертвоприношения, чем для неистового боя, и результаты их атак подтверждали это. Хотя пиратов полосовали, снова и снова, порезы были мелкими и поверхностными.

Даже меч Джейсона мало что сделал в плане ранения его врагов. Он разделял цветовую схему с кинжалами, с черным лезвием, вытравленным светящимися красными сигилами, но дизайн был простым и практичным. Эта практичность, однако, не переводилась в более глубокие раны, так как он дико метался, но никогда не вонзался глубоко в плоть.

Ленора знала, как сражается Джейсон, поэтому она знала, что каждая из этих казалось бы незначительных ран оставляла за собой порчу и яд. Это не помогало ему в моменте, однако, когда пираты по крайней мере казались незатронутыми.

— Он собирается сражаться с ними всеми в одиночку? — задался вопросом один из сотрудников Леноры вслух.

Ленора посчитала довод обоснованным. Как бы впечатляюще ни было то, что его не завалили сразу, бой был далеко не односторонним. Враги золотого ранга явно не были на уровне Асано, но они оставляли любого из золотых рангов Земли далеко позади. Мрак явно не влиял на них так сильно, как на наблюдателей боя, и они явно адаптировались, находя и нанося удары по Асано с большей частотой. Алгоритм улавливал каждый удар по Асано, помещая его в плейлист, отображаемый на одном из боковых мониторов. Ни один из ударов не был серьезным, но давление на Асано нарастало.

* * * Джейсон провел годы в своей душе, сражаясь с ордами безымянных великих астральных существ, и этот опыт окупился, когда он перенес бой на пиратов. Используя свою ауру, чтобы относиться к воздуху как к твердой земле, он танцевал среди них, одна тень среди многих. Его клинок был легким прикосновением, доставляя недуги, которые в конечном итоге принесли бы ему победу. В группе было пара целителей, но недуги Джейсона не только поглощали исцеление, но и наносили больше урона по мере их удаления. Чтобы пробиться сквозь его недуги, пиратским целителям пришлось бы сделать вещи хуже, прежде чем они могли бы сделать их лучше.

Индивидуальное мастерство врагов Джейсона было лучше, чем он ожидал, но он видел, как жизнь пиратства сформировала их. Привыкшие к легким целям и ударам вниз, они не максимизировали свои преимущества. Их главным преимуществом было численное, но это были эгоистичные и недоверчивые мятежники. Всегда наблюдая за своими товарищами на предмет кинжала в спину, отсутствие групповой тактики позволило Джейсону использовать их численность против них. Он приходил и уходил, сея раздор и путаницу, еще одна мимолетная тень среди многих. Он подозревал, что если бы Джота все еще был во главе, бой был бы гораздо сложнее, вынуждая Джейсона звать своих друзей на помощь.

Хотя им не удалось прижать Джейсона, не все шло по его плану. У пиратов были навыки, и они учились быстрее, чем ему хотелось бы, каталогизируя его трюки и адаптируясь к ним. Все чаще они предвидели атаку или замечали тонкие различия между ним и Тенями, позволяя им контратаковать.

Больше всего его подводил их головокружительный массив магических устройств. С более простой стороны была броня, которая реагировала на любую атаку, обычно взрывом силы или потоком пламени. Более сложные устройства включали сети из нанопроволоки или небольшие конструкции, которые защищали слепые зоны своих владельцев.

Амулет Темного Защитника Джейсона работал сверхурочно, так как все больше атак достигали цели. За каждый недуг, который доставляли его силы, амулет добавлял к щиту, который ослаблял атаки против него. По мере того как энергия щита потреблялась, она, в свою очередь, преобразовывалась в регенерацию здоровья. Этого было недостаточно, чтобы поддерживать Джейсона в рабочем состоянии в одиночку, но это был лишь один из нескольких эффектов, которые позволяли Джейсону исцелять большинство ран за мгновения.

Специальная атака «Укус пиявки» доставляла новый недуг на золотом ранге, «Вор жизни». Хотя он не суммировался, как многие из его сил, он высасывал небольшое количество жизни из каждого затронутого врага, питая Джейсона. Как и вся его регенерация здоровья, она была дополнительно усилена кровавыми мантиями, которые Колин наколдовал для него.

Кровожадный фамильяр предпринимал свои собственные усилия, Джейсон использовал Колина в его первоначальном состоянии роя. Он оставлял сгустки зубастых пиявок на каждом враге, с которым сталкивался, доставляя еще больше недугов и высасывая жизнь. Это оставляло отвлеченных пиратов, пытающихся удалить их, с разным уровнем успеха. Соскабливание и выщипывание мало что давали, так как сгустки самовоспроизводились, используя ту самую жизненную силу, которую они высасывали. Нескольким пиратам удалось сбежать от пиявок, часто взрывая себя саморазрушительными атаками по площади.

Последний фамильяр, Гордон, оставался внутри Джейсона по двум причинам. Одной было то, что его отличительные сферы привлекли бы слишком много внимания. Другой было то, что, когда он не проявлялся, он усиливал силу ауры Джейсона. Аура Джейсона была сильной уже, но на серебре она была совершенно подавляющей силой, относительно его ранга. То же самое не было правдой на золоте, так как аватар был связан с душой Джейсона, но не содержал её.

Даже так, Джейсон в одиночку сводил на нет самое большое преимущество, которое должны были иметь пираты: более двадцати сил ауры, разнообразно усиливающих их и ослабляющих его. Он подавлял каждую из них, однако, через комбинацию врожденной силы, усиления от Гордона и собственной силы ауры Джейсона.

Как следует из названия, Гегемония была силой ауры, основанной на доминировании. В пределах гегемонической силы Джейсона он устанавливал правила. Это проявлялось различными способами на разных рангах, наиболее заметно в том, как любая атака на него или его союзников становилась грехом. На золотом ранге он получил силу определять, чьи силы ауры могут процветать, а чьи раздавлены под его сапогом. От него все еще требовалось подавлять ауры, используя свою хорошо отточенную силу и мастерство, но теперь он мог влиять на каждую другую ауру своей полной силой одновременно, вместо того чтобы разделять её. В результате ни один пират не мог применить свою силу ауры.

Битва продолжалась, Джейсон дозировал пиратов своим набором недугов, в то время как они подталкивали его все ближе и ближе к краю. Они учились быстрее, чем ему хотелось бы, и били сильнее, приближаясь к решающему удару. Если бы они могли достаточно сильно ударить его, они могли бы навалиться и закончить его своей численностью.

Медленно, но верно, прилив поворачивался против Джейсона. Пираты проявляли признаки своих недугов, но он не получал убийств золотых рангов. Без более слабых миньонов, чтобы убивать и высасывать для баффов, он не рос в силе, одна из слабостей его боевого стиля.

Он получил избиение после того, как был пойман гарпуном, который поразил его условием «Неизбежность», отключая его теневые прыжки, пока гарпун оставался вонзенным в его тело. Пираты не дали бы ему шанса выдернуть его, набросившись на него, когда почувствовали кровь в воде.

Когда Джейсон отправил чат-сообщение, пиратский лидер дернул за цепь, прикрепленную к концу гарпуна. Его лицо расплылось в дикой ухмылке триумфа, когда он дернул за цепь с силой, подобной Хамфри или Тайке, притягивая Джейсона к себе. С лицом Джейсона, окутанным тьмой, пират не увидел, как Джейсон ухмыляется в ответ. Что он заметил, так это кристаллический стержень, который вырос из его собственной нагрудной брони.

Он посмотрел вниз в замешательстве на оскорбительный предмет. Тетивы силы выстрелили, соединяясь с каждым членом пиратского экипажа. В этот момент замешательства Джейсон вырвал гарпун из своего тела, жестокие зубцы вырывали кровь, кость и плоть вместе с ним. С зияющей дырой в торсе Джейсон исчез, оставив только парящий, пустой плащ.

ВЕРНЫЙ ХОД

ВЕРНЫЙ ХОД

Убить носителя золотого ранга было непросто. Убить пару десятков — невероятно сложно. Стандартным решением для убийства существ, которые мастерски умели не умирать, были ослабления, поэтому Джейсон оказался в центре плана своей команды по борьбе с пиратами. Поскольку вся цель боя заключалась в том, чтобы продемонстрировать миру силу Джейсона, это сработало как нельзя лучше.

Первый этап заключался в том, чтобы Джейсон сразился с пиратами в одиночку. Это была та часть плана, на которую дольше всего пришлось уговаривать Хамфри, и было предусмотрено несколько запасных вариантов на случай, если всё пойдет не по плану. Прошла долгая дискуссия о том, что именно означает «пойдет не по плану», в ходе которой Джейсон доказывал, что быть обезглавленным — «это не так уж и плохо».

У второго этапа плана было два условия запуска. Первое — Джейсон должен был распространить среди пиратов достаточно ослаблений, чтобы к моменту появления остальной команды они были существенно ослаблены. Второе — Джейсон должен был взять на себя больше, чем мог прожевать, и получить хорошую взбучку. В этот момент «Команда Бисквит» вместе с приглашенным участником Фаррой переходила в наступление.

Способность Софи «Вечный миг» позволяла ей колоссально ускорять собственный поток времени. На золотом ранге она могла распространить эту силу на всю команду, хотя это оказывало такое же истощающее воздействие на их выносливость и ману, как и на нее саму. В результате команда приближалась к пиратам со скоростью телепортации, но без того короткого, однако критически важного момента пространственной дезориентации, который возникал при настоящей телепортации. Они уже давно переросли тошноту, свойственную путешественникам, впервые использующим порталы, но в бою золотого ранга каждое мгновение было на счету.

По сигналу Джейсона команда прибыла, словно из ниоткуда, и немедленно перешла к действиям. Джейсон, вырвавший кусок из собственного туловища, извлекая гарпун, исчез. В то же время «Силовая привязь» Белинды дернула весь пиратский экипаж, сбив их в комичный клубок из извивающихся конечностей.

Арсенал способностей Белинды не извергал потоки лавы или ослепительные струи магического света. Ее улучшения золотого ранга не создавали песчаные бури и цунами, как «Волна ветра» Софи, и не возвращали ее с того света, как «Бессмертие» Хамфри. Скромным улучшением «Силовой привязи» на золотом ранге стало увеличение силы тяги при активации способности. Дополнительная сила действовала недолго, но ее хватало, чтобы сжать даже когорту носителей золотого ранга в плотный комок удивленных и разъяренных криков.

Мощные атаки, такие как «Гнев Магистра» Клайва или «Лавовая пушка» Фарры, наносили колоссальный урон, но, несмотря на то, что их энергетические потоки были большими и мощными, носители золотого ранга были быстры, а их бои растягивались. Было трудно наносить устойчивый урон такими способностями по одному врагу, не говоря уже о нескольких. Однако большой парящий шар из пиратов стал идеальной мишенью.

Сила привязи уже начала угасать, оставляя лишь короткое окно, в котором пираты оставались уязвимыми для атак по площади. Команда уже действовала: Фарра заливала пиратов потоками лавы. Белинда использовала собственную «Зеркальную магию», чтобы скопировать заклинание, наслаждаясь шансом применить такую эффектную магию самой, даже если это была не ее способность. Впрочем, это был не просто шанс побросаться красивыми заклинаниями. На золотом ранге «Зеркальная магия» позволяла и ей, и Фарре использовать «Лавовую пушку» второй раз, игнорируя обычное время восстановления.

Другие члены команды также вносили свой вклад в урон, например, Клайв, стоящий на гигантском Онслоу. Стоя на платформе, заранее подготовленной с боевым ритуалом, его заклинание «Гнев Магистра» было таким же мощным, как потоки лавы, если не мощнее. «Клинок ветра» Софи не обладал такой силой, но цепной эффект работал как блендер, учитывая, как плотно сбились пираты.

Команда в полной мере воспользовалась моментом неожиданности, обрушив свои атаки в тот же миг, как прибыла. Джейсон использовал этот момент, чтобы появиться внутри панциря Онслоу, выйдя из тени, чтобы его осмотрел Нил.

— Ты в порядке? — спросил Нил.

— Лучше не бывает, — ответил Джейсон.

— Тогда тебе не нужно, чтобы я залечил дыру в твоем туловище размером с голову?

— Ну, может, и не «лучше» не бывает.

Нил с досадой покачал головой, уже толкая Джейсона на ритуальный круг, заранее начерченный на полу. Самое мощное исцеляющее заклинание Нила, «Великое Обновление», требовало ритуальной магии, как и некоторые способности Клайва. На золотом ранге, да еще при наличии магического круга, оно мгновенно закрыло зияющую рану. Джейсон не терял времени, воссоздавая свой плащ, пока выплывал из открытых боков панциря, широко раскинув руки.

* * * Ленора наблюдала, как пираты выдерживают шквал атак, который, как она была уверена, уничтожил бы любую оборонительную позицию на Земле, магически усиленную или нет. На стоячие камни и прилегающую территорию было направлено множество магических датчиков, за которыми следили ее сотрудники.

— Какие показатели мы получаем? — спросила она.

— Мэм, магия там зашкаливает по всем нашим шкалам. То, что там происходит, могло бы выпотрошить НОРАД, у которого есть целая гора магических защит. И он находится внутри настоящей горы.

— Мы в опасности? — спросил Барри.

— Да, сэр. Мы, вероятно, сможем выдержать случайный скользящий удар, но если они направят такую мощь прямо на нас, нам конец.

— Где Асано? — спросил Барри. — Одна из камер засекла, как он исчез прямо перед тем, как пираты попали в засаду.

— Вероятно, он внутри гигантской летающей черепахи, — сказала Ленора.

— Я так и думал. Просто хотел, чтобы вы сказали что-то, что заставило бы вас звучать как персонаж детской книги.

На ее холодный взгляд он ответил ухмылкой.

— О, вот он, — сказал Барри, указывая на главный монитор.

Ленора перевела взгляд обратно на стену мониторов, где Джейсон выплывал из черепахи, раскинув руки в стороны.

— Он что, возомнил себя Иисусом? — спросила Ленора.

— Может быть, — сказал Барри. — Огромная дыра в его груди, кажется, чудесным образом затянулась.

К тому моменту группа пиратов уже разорвала строй, но оставалась в плотном формировании, все еще скованная привязями. Они выглядели потрепанными, их плоть была изуродована ослаблениями и иссечена магией атаки. Наступил момент затишья, когда две группы столкнулись лицом к лицу, сосредоточившись на Джейсоне во главе его команды. Аудиоприемники перестали издавать шипение помех, и раздался голос Джейсона. Он не звучал как цифровая запись или как будто его вообще передавали. Слова прозвучали как изречение бога, услышанное не ушами, а прочувствованное душой.

Накормите меня своими грехами.

Красное свечение засияло изнутри пиратов, их жизненная сила стала явной, окрашенная в болезненные оттенки желтого, фиолетового и черного. Оскверненные цвета сочились из света, как гной из инфицированной раны, двигаясь по воздуху к Джейсону. Вслед за ними оставались искры синего, серебряного и золотого, лопающиеся, словно фейерверки. Красный свет вздрагивал от искр, уменьшаясь даже в тот момент, когда он поглощался обратно в тела пиратов. Скверна текла по воздуху к Джейсону и впитывалась в его тело.

Поскольку аудио больше не было заблокировано, Ленора и ее сотрудники услышали рев ярости пиратов, которые бросились на Джейсона, положив конец затишью в бою. Из-за спины Джейсона человек в доспехах из радужной чешуи, с драконьими крыльями и огромным мечом вылетел мимо него, словно выпущенный из пушки. Когда его меч врезался в ведущего пирата, взрыв чистой силы был подобен детонации бомбы, а громоподобный звук потряс небо.

Вся когорта пиратов была отброшена, словно дробь из дробовика. Даже случайная сила взрыва заставила дроны кувыркаться и вывела из строя несколько стационарных камер. Мужчина завис в воздухе, удерживаемый медленно взмахивающими крыльями. Волосы и одежда его команды были яростно растрепаны, но в остальном они, казалось, не пострадали.

— Вот это меч, — сказал Барри, пока Ленора раздавала приказы.

Половина каналов с камер была отключена или сбита, и она направляла своих людей, чтобы починить то, что можно, из диспетчерской.

— Наверное, лучше никого не посылать чинить их, — задумчиво произнес Барри.

* * * Джейсон тихо присвистнул, что осталось неуслышанным, так как звук взрыва все еще затихал. Пираты были разбросаны по всему небу, над городом и за его пределами. К тому времени, как воцарилась тишина, Хамфри вернулся к своей команде.

— Как там называется та спец-атака? — спросил Джейсон. — «Бум-таун»?

— «Неудержимая сила», — ответил ему Хамфри. — Как ты прекрасно знаешь.

— Выглядела она действительно неудержимо. Особенно с тем усилением, которое дал Нил.

— Не вздумай давать моим способностям странные названия. То, что команда позволяет тебе называть тактики — это уже достаточно плохо.

— Мне показалось, что тактика «Соси и режь» сработала довольно неплохо.

— Это даже не имеет смысла.

Он отвернулся от Джейсона, чтобы осмотреть небо, в которое он отправил всех пиратов. Затем он обратился к команде через голосовой канал связи, включая Руфуса и Тайку внизу.

— Трансцендентный урон, который оставил им Джейсон, не добьет носителей золотого ранга, но изрядно их потреплет. Софи, Руфус, Тайка. Вы приметили целителей, пока они сражались с Джейсоном?

— Да.

— Конечно, бро.

— Хватайте их. Не дайте им шанса нейтрализовать ослабления Джейсона. Джейсон, Фарра и я будем перемещаться по отдельности, чтобы бить их, пока они разбросаны. Линди, Нил и Клайв, двигайтесь группой, используя Онслоу. Сташ, поддержи их.

Щенок выпрыгнул из панциря черепахи и превратился в радужно-чешуйчатого дракона. Члены команды рванули вперед, включая Руфуса и Тайку внизу. Тайка превратился в золотого орла, а Руфус перемещался по воздуху, словно конькобежец, с серебряным светом, мерцающим под его ногами.

— Можно внести изменения? — спросил Джейсон, уже направляясь к одному из пиратов. — Приводите их ко мне, и я превращу их ослабления в подавляющую силу. Оставьте их в живых.

— Я думал, план был убить их, — сказал Хамфри. — Чтобы устроить шоу для жителей этого мира.

— Таким был план, — сказал Джейсон. — Но идея заключалась в том, чтобы показать жителям Земли, что я уже не тот человек, которым был, когда уходил. Тогда я бы точно их убил. Нам нужно было шоу, но мы их так сильно потрепали, что все видели. Думаю, этого достаточно.

— Ты не встретишь возражений с моей стороны, — сказал Хамфри.

— Это верный ход, — сказала Фарра. — Для тебя, Джейсон. Мне все равно, умрут они или нет.

— Не рискуй собой только ради того, чтобы оставить их в живых, — скомандовал Хамфри. — Действуй осторожно и прикончи их, если придется.

— Попробую их еще немного размягчить, — сказал Джейсон. — Мой — суд, и суд этот — смерть.

В небе из ниоткуда появились серебряные облака, внутри которых вспыхивал золотой и синий свет. Пошел сильный дождь, но не из воды, а из капель трансцендентного света. Вариант способности Джейсона «Вердикт» золотого ранга никак не повлиял на Джейсона и его команду или силы безопасности внизу. Для разбросанных пиратов каждая светящаяся капля уничтожала плоть, заставляя радужный дым сгорать на их телах. Уже имея трансцендентный урон, выедающий их изнутри, пиратский экипаж был выдохшейся силой, пытающейся прорваться к кораблю, все еще висящему в воздухе.

* * * В главном зале бункера Леноры Анна наблюдала за мониторами. Многие каналы были отключены, хотя большинство из них впоследствии восстановили. Она смотрела на уничтожающий дождь, вспоминая рассказ Найджела о вампирском катаклизме на территории клана Асано. Его дрожащий голос, когда он описывал апокалиптическое видение крови и искрящегося дождя. О силе, которая принадлежала не человеку, а гневу разгневанного бога.

Она надеялась, что это не повторится здесь, иначе ее работа станет еще сложнее. Демонстрация силы — это одно, но когда люди начинают использовать религиозные метафоры, ситуация выходит из-под контроля. Она задумалась об американцах, которые ждали возможности вмешаться.

* * * Джейсон коснулся мечом пирата, рухнувшего на пол панциря Онслоу.

* Вы поглотили все [Святые] ослабления с [Эленор Ботвелл]. * Наложено одно применение [Милости Гегемона] за каждое поглощенное ослабление. * Вы получили одно применение [Благосклонного Гегемона] за каждое поглощенное ослабление.

Женщина обмякла еще больше, когда ее силы были подавлены. Джейсон посмотрел на свой меч, первый и последний подарок, который он получил от Гэри, и улыбнулся. Силы Джейсона сами по себе не знали милосердия, но благодаря наследию его друга, они всегда будут его проявлять.

— Спасибо, брат, — прошептал он.

— Некоторые пираты добираются до своего судна, — сказал Хамфри через голосовой чат. — Их слишком много, чтобы мы справились сами. Нам стоит вызвать больше людей с нашего корабля.

— Политически будет лучше, если мы используем местных, — сказал Джейсон. — Я знаю, что они не будут надежными, но они хотя бы смогут присматривать за теми, кого мы еще не собрали.

— Ладно, — согласился Хамфри. — Это освободит нас, чтобы двигаться к пространственному кораблю.

— Руфус, подай сигнал янки, — сказал Джейсон. — Скажи им быть осторожными, просто наблюдать, а не сражаться.

— Думаешь, они послушают?

— Нет.

— Руфус, Тайка, — скомандовал Хамфри. — Оставайтесь позади и присматривайте за этими местными. Оставьте их в живых. Остальные, двигайтесь к кораблю.

* * * Йота и Натала отступили из пространства над стоячими камнями еще до начала боя. Прячась среди эвакуированных зданий города, их восприятия золотого ранга было достаточно, чтобы отслеживать события битвы, несмотря на расстояние. Когда Джейсон и его команда двинулись к кораблю, они почувствовали волну магии, исходящую от него.

— Они бегут, — сказала Натала. — Они собираются совершить пространственный скачок.

Они наблюдали, как Джейсон замедлился, в то время как остальная часть его команды продолжала движение. Паря в воздухе, он поднял руку к пространственному кораблю и сделал хватательный жест. Нос корабля самого Джейсона открылся, как пасть крокодила, обнажая гигантский сине-оранжевый глаз внутри. Затем раздалось единственное слово, не произнесенное, а созданное.

Нет.

Йота сталкивался с трюком посланников — общением через манипуляцию аурой, обычно используемым, чтобы впечатлить невежественные массы неразвитых миров. Это слово, вытолкнутое из гигантского глаза корабля, было похожим, но чем-то большим. В нем была сила, власть приказа, которая принадлежала не посланникам и даже не их астральным королям, а богам.

Его глаза впились в судно Джейсона, даже когда волна силы пронеслась от него и накрыла пиратский корабль. Собирающаяся пространственная энергия в пиратском корабле уменьшилась до нуля. Йота не удостоил его даже взглядом.

— Корабль Асано, — сказал он, его голос перехватило от шока. — Это храм.

— Какому богу? — спросила Натала. — Единственная аура, которую я почувствовал от него, была аурой Асано.

— Именно.

* * * Один из операторов дронов Леноры сумел направить дрон на борт пиратского корабля, но видеопоток отключился почти сразу. Они получили аудиопоток, но это были лишь обрывки звуков, перемежающиеся шипением белого шума. Все в командном пункте все равно внимательно слушали. Иногда это был человек, который, по-видимому, руководил группой Асано, выкрикивающий указания. В другое время это были безмолвные звуки боя или обрывки криков страха и паники. Однажды они услышали жалкие мольбы о пощаде.

Наконец, поток полностью восстановился, и на мониторе появилось даже изображение, полное статических помех. Кто-то держал дрон, глядя в камеру так близко, что они могли видеть прямо в ноздрю мужчины.

— Нил, — раздался голос Джейсона. — Положи эту штуку.

МНОГО ДЕЛ

МНОГО ДЕЛ

Джейсон и его команда охотились за пиратами по всему пространственному кораблю, и лишь немногие оказывали хоть какое-то сопротивление. Их добыча была разбросана, в бегах и опустошена ослаблениями. Почти неуничтожимые носители золотого ранга не умирали, но были ближе к этому, чем когда-либо. Привыкшие быть на другой стороне односторонних боев, они узнали, каково это — быть добычей. Став жертвами, они запаниковали и испугались, многие сдавались, как только кто-то из команды настигал их.

Хотя оставалось еще несколько пиратов, которых нужно было собрать, битва была уже выиграна. Это оставило Джейсона более увлеченным пространственным кораблем, чем охотой на отставших. Он ощущался как настоящий космический корабль: сплошные металлические стены и тяжелые переборки. Магико-технические штрихи не давали ему казаться подводной лодкой: светящиеся магические каналы и голографические коммуникаторы. Джейсон не знал, как ими пользоваться, но некоторые пираты пытались использовать их, чтобы скоординироваться со своими товарищами.

Они собирали пиратов в столовой. Каждый раз, возвращаясь с пленником, Джейсон менял ослабления, пожирающие их изнутри, на те, что подавляли их силы.

— Я нашел мертвого в каком-то лечебном отсеке, — сказал Хамфри, возвращаясь с очередным пленным.

— На космическом корабле это называется лазарет, — сказал ему Джейсон.

— Это пространственный корабль, а не космический.

— Не отнимай это у меня, — сказал Джейсон, затем его выражение стало серьезным. — Мертв в лазарете, говоришь? Вероятно, пытался очистить то, что я с ним сделал, и ослабление «Вес греха» убило его. Это то самое, которое наносит урон, когда мои ослабления очищаются.

— «Вес греха», — повторил Хамфри. — Иногда я забываю, насколько... выразительными могут быть твои способности.

— Можешь называть это мелодраматичным, — сказал ему Джейсон. — Я прошел через много терапии; я знаю, кто я.

Он посмотрел на пленников, некоторые стояли на коленях, другие свернулись калачиком на полу. Их тела были опустошены силой Джейсона, плюс ожоги, взрывы и побои, которые они получили от остальной команды. Их одежда была в лохмотьях, но в основном цела.

— Мне следует начать искать одежду в космосе, — задумчиво произнес Джейсон. — Тогда, может быть, меня бы реже взрывали догола.

— Это случается так часто? — спросила Фарра, втаскивая очередного пленника.

— Чаще, чем мне хотелось бы. Нам стоит позвать Нила, чтобы он их подлечил? С подавленными силами им потребуется время на восстановление, даже с жизнеспособностью золотого ранга. Неправильно просто оставлять их с наполовину сгнившей плотью.

— Ты тот, кто сделал это с ними, — заметила Фарра.

— Это был бой. Теперь они пленники, а это значит, что мы должны обращаться с ними гуманно. Даже если они кучка пиратов, мы — нет.

— Джейсон прав, — сказал Хамфри, — но я не хочу, чтобы они были в боевой форме, пока мы не решим, что с ними делать. Заточить их на облачном корабле?

— Нет, давайте поместим их на мою тюремную планету вместе с армиями посланников, которые сдались мне.

* * * Ленора и ее сотрудники продолжали слушать через дрон, который Джейсон и его команда оставили, выбросив в углу столовой пространственного корабля. Камера была направлена на стену и лишь изредка подавала сигнал, но звук оставался в основном функциональным.

— Он что, только что сказал, что у него есть тюремная планета? — спросила Ленора.

— Он также сказал «армии», — добавил Барри. — Армии, во множественном числе. Тех ангельских штук, которые тайно управляли Кабалой. У них нет никого ниже серебряного ранга. Они такими рождаются.

— Технически, они почкуются, а не рождаются, — раздался голос Джейсона через аудиоприемник. — Они на самом деле растения, что довольно безумно.

— С кем ты разговариваешь? — раздался голос Хамфри.

— С каким-то парнем по имени Барри. Он в одном из бункеров под городом. Хотя там внизу стало тихо и нервно. Не думаю, что они понимали, что я слушаю, и они, похоже, не рады этому теперь, когда поняли. Что, честно говоря, двойные стандарты, когда они все еще подключены к этому дрону в углу.

— Это тот огромный кристалл для записи?

— Да.

* * * Команда Джейсона покинула пространственный корабль и погналась за оставшимися пиратами. Руфус и Тайка уже схватили некоторых из них, прежде чем те успели убить кого-то из чрезмерно восторженных американских носителей золотого ранга. Все пираты были собраны и отправлены через портал в царство души Джейсона. Их нельзя было заставить пройти силой, но альтернативы, если они откажутся, оказались достаточным стимулом, чтобы подчиниться.

После этого больше спутников Джейсона покинули облачный корабль и вместе спустились на землю. Силы безопасности не знали, как реагировать, окружая их, но держа оружие — в основном пушки, но также мечи, копья и даже кнуты — в явно неагрессивных позах. Один из них, одетый в тактическое снаряжение, переплетенное магией, шагнул вперед. Джейсон почувствовал, что их доспехи менее устойчивы, чем даже одежда, которую носили пираты.

— Мистер Асано. Мое имя — командир службы безопасности Хиггинс.

— Мне немного тесно, командир.

— Справедливости ради, мистер Асано, вы сами пришли в наш город.

— Ваш город.

— Я, в данном случае, выступаю как представитель австралийского правительства.

— И какой интерес австралийское правительство имеет к этому отдаленному маленькому месту?

— Стоячие камни, очевидно. Я не знаю, в чем вы пытаетесь заставить меня признаться, мистер Асано, но я простой человек. Моя работа — обеспечивать безопасность этого объекта и людей в нем. Предлагаю оставить политику для директора Коулмана.

— Тогда почему я разговариваю с вами, командир?

— Тогда давайте исправим это, мистер Асано. Пожалуйста, следуйте за мной.

— Думаю, я пропущу прогулку, командир. Шейд?

Фамильяр появился из тени Джейсона. Джейсон шагнул в его темную форму и исчез, оставив командира хмуриться на Шейда и остальную команду Джейсона.

— Кто создал эти системы вооружения? — пожаловался голос с американским акцентом. Хиггинс посмотрел и увидел Трэвиса, Клайва и Белинду, разглядывающих гаубицу с выгравированным на боку символом.

— Это ужасно, — продолжил Трэвис. — Это едва ли больше, чем большая пушка с чарами для преодоления врожденных сопротивлений ранга. Неужели на этой планете не проводилось никаких исследований оружия за последние семнадцать лет?

— Сэр, — окликнул его Хиггинс. — Пожалуйста, воздержитесь от тыканья в гаубицу.

* * * Сотрудники службы безопасности в командном пункте подняли свое огнестрельное оружие, когда темная фигура поднялась из тени Леноры.

— Приношу извинения за вторжение, директор Коулман, — сказал Шейд. — Меня зовут Шейд, и боюсь, что мой работодатель время от времени представляет собой прискорбную смесь мелодраматичности и нетерпеливости. Прежде чем он прибудет, а это произойдет очень скоро, у меня есть две рекомендации для вас. Первая — убедитесь, что ваши силы безопасности не предпримут ничего опрометчивого. Из людей в этой комнате, которым это действие могло бы угрожать, мистер Асано и я не были бы в их числе. Вторая — я бы посоветовал разрешить миссис Аннабет Тилден вход в эту комнату. Возможно, вы обнаружите, что она смягчает некоторые из более инстинктивных импульсов мистера Асано.

В комнате было очень тихо, пока все ждали реакции Леноры.

— Я знаю, кто вы, — сказала она, сохраняя голос ровным. — Я была проинформирована. И я воспользуюсь вашим советом. Суб-командир Кин, пожалуйста, уберите свою группу безопасности, найдите миссис Тилден и приведите ее сюда.

— Мэм...

— Вы здесь не для того, чтобы обсуждать мои приказы, суб-командир. Мне повторить их?

— Нет, мэм.

— О, строгая няня, — сказал Джейсон, появляясь из тела Шейда, словно проходя сквозь дверь. — Добрый день, Ленора. Можно называть вас Ленора? Джейсон, приятно познакомиться.

Он протянул руку для рукопожатия, игнорируя силы безопасности, которые снова вскинули оружие. Он снова был в нелепом туристическом наряде, в котором впервые вышел со своего корабля, и не было никаких следов крови и грязи, которые покрывали его во время битвы.

— Суб-командир, у вас есть приказы, — сказала Ленора, не отрывая взгляда от Асано, пока пожимала ему руку. В отличие от изображений и отчетов, которые она видела, его глаза были темно-карими и казались нормальными. В них было веселье, но она не доверяла этому больше, чем его нелепой одежде или небрежному поведению. Она держала за руку монстра.

Его аура не только ничего не выдавала, но была совершенно незаметна для нее. С другими носителями золотого ранга, которых она встречала, она могла хотя бы зарегистрировать их присутствие, но для ее сверхъестественных чувств она пожимала руку пустоте. Разрыв между этим и ее обычными чувствами был пугающим и, она была уверена, не случайным.

Двойные двери, ведущие в камеру, раздвинулись, и Аннабет Тилден вошла так, словно владела этим местом.

— Джейсон, — потребовала Анна, шагая по центральному проходу мимо рядов рабочих станций. — Что ты натворил?

— О, да ладно, — пожаловался он. — Я только что пришел. Я ничего не делал.

Анна подошла к Джейсону и Леноре. Окинув Джейсона подозрительным взглядом с ног до головы, она повернулась к Леноре и слегка кивнула.

— Директор Коулман.

— Миссис Тилден.

— Нам нужно дать тебе титул, Анна, — сказал Джейсон. — Какой-нибудь солидно звучащий. Главный чего-то-там по земным операциям.

— Джейсон...

Он усмехнулся.

— Прости, Анна. Послушай, я собираюсь уходить, мне просто нужно знать, куда нам высадить всех беженцев.

— Вы говорите о людях, которые исчезли отсюда семнадцать лет назад? — спросила Ленора.

— Ага. Привез не всех, но большинство. Некоторые решили остаться, другие погибли. Некоторых не удалось найти, или они не хотели. Анна должна была уже рассказать вам об этом.

— Мы обсуждали это, — подтвердила Ленора. — Однако вы не можете просто высадить их, как пассажиров автобуса. Это не так просто.

Джейсон одарил ее улыбкой.

— Ленора. Директор Коулман. Анна здесь совершила грубую ошибку, согласившись быть человеком, который объясняет мои прихоти таким образом, чтобы я не выглядел как одержимый властью псих, который делает все, что хочет, потому что никто не может его остановить. У нее будут тяжелые дни, теперь, когда я вернулся, особенно эти первые.

Он извиняюще улыбнулся Анне и вздохнул. Его выражение лица на мгновение отразило глубокую усталость, которая, как подсказывала интуиция Леноры, не имела ничего общего с битвой, из которой он только что прибыл.

— Я совершенно уверен, что у многих очень влиятельных людей есть много вопросов, которые они считают очень важными, — сказал он ей. — И я поговорю с ними. С некоторыми из них. Со временем, как посчитаю нужным. Честно говоря, я не думаю, что многие вещи, которые важны для них, — те же, что важны для меня. Я пришел на эту планету не для того, чтобы устраивать политический шторм. Я просто возвращаюсь домой и общаюсь с семьей. Привез несколько друзей, чтобы показать им мой родной город. Но я понимаю, что появление со всей этой мощью напугает людей, какими бы невинными ни были мои намерения. Что хорошо, потому что если их намерения хоть немного похожи на то, что я испытал в прошлый раз, им следует бояться.

— Это угроза, мистер Асано? — спросила Ленора.

— Можете называть меня Джейсон. И нет, это не угроза. Вы не угрожаете комару, который садится на вашу руку, Ленора. Вы прихлопываете его, если он вас беспокоит.

В комнате повисла тяжесть. Ленора не могла почувствовать никакой ауры от Джейсона, но была убеждена, что он каким-то образом использует ее, чтобы сделать свое присутствие значительным и внушительным, несмотря на его комичный вид. Никто в комнате не нарушил тишину, пока он ненадолго замолчал, прежде чем продолжить.

— Я отсутствовал дольше, чем планировал, и у меня есть дела. Дела, которые важны для меня. Я действительно оставил снаружи беспорядок, который требует уборки. Есть несколько пиратов, которые мудро решили броситься на мою милость, а не сражаться. Мне нужно поговорить с ними о том, кто на Земле пригласил их сюда, чтобы убить меня. А также о том, как я могу улететь на этом их пространственном корабле.

— Я могу сказать вам сейчас, — сказала Ленора, — что правительства и организации, работающие на этом объекте, хот...

— Мне плевать, чего они хотят.

Теперь она почувствовала его ауру, обрушившуюся на комнату, словно физический вес. Когда Джейсон заговорил, его слова сначала были мягкими, но становились тяжелыми от сдерживаемого гнева.

— Я построил якорь для своего пространственного моста на земле, которая принадлежала мне. Этот город был заброшен после всплеска монстров, и никто не собирался его восстанавливать. Правительство было радо продать мне землю, так как она никому не была нужна. Но потом я исчез, и они захотели то, что я оставил, поэтому они использовали право принудительного отчуждения, чтобы захватить ее в мое отсутствие. И они не только сделали то же самое с собственностью моего дяди, но и передали ее моим врагам.

Аура Джейсона стала более жестокой, когда гнев просочился в его голос. Она слышала шум крови, приливающей к ушам, когда его слова минули их, чтобы прогреметь против ее души. Она и все остальные в комнате, кроме Анны, были либо наполовину согнуты, либо сползли со своих стульев, словно буквально придавленные присутствием Джейсона. Потрясенная, она была благодарна за сдержанность его ярости. Она чувствовала ее в его ауре, как воду за плотиной, и знала, что если плотина прорвется, это утопит их всех.

Джейсон подошел к Леноре, которая внезапно осознала, что сидит на корточках. Он присел перед ней и снова заговорил, его слова были мягкими и тихими.

— Правила этого мира, — сказал он, — по-видимому, означают, что если у тебя есть сила, ты можешь брать то, что хочешь. Когда люди будут спрашивать вас о том, что произошло здесь сегодня, скажите им, что я наконец-то это понял. Что любому, кто захочет забрать то, что принадлежит мне, стоит хорошенько обдумать все последствия этого решения.

Внезапно гнетущая сила исчезла. Все казалось странно тихим, словно фоновый шум, который она даже не замечала, внезапно прекратился. Джейсон встал и предложил ей руку, чтобы помочь подняться. Она огляделась и увидела, что ее сотрудники также приходят в себя.

— Прошу прощения, — сказал Джейсон. Его голос вернулся к норме, и он почти казался другим человеком. — Я пытаюсь быть более дипломатичным, но это не дается мне естественно. Анна, пожалуйста, разберись с Ленорой, где я могу оставить наших беженцев. У тебя есть время, пока я не закончу с капитаном пиратов-предателей, или я сброшу их в пустыне.

Он двинулся, чтобы шагнуть обратно через своего фамильяра-тень, затем остановился и повернулся к Анне.

— Гэри здесь, не так ли?

— Да, — сказала она. — В главном зале бункера.

Джейсон зашагал к двери, группа безопасности, собравшаяся снаружи, расступалась перед ним, как кегли перед шаром для боулинга. Люди в главном бункере не были посвящены в то, что происходило в командном пункте, но они видели реакцию группы безопасности и узнали Джейсона по кадрам битвы. Никто не говорил и никто не двигался. Джейсон подошел к леониду, сидящему в кабинке, который нервно встал при его приближении.

Молодой человек-лев возвышался над Джейсоном, который не был особенно высоким для человека. Тем не менее, тревога молодого человека и высшая уверенность Джейсона делали леонида меньше.

— Гэри Шарптон, — сказал Джейсон и протянул руку.

Гэри смотрел на нее долгий, неловкий момент, прежде чем нервно протянуть свою, чтобы пожать ее.

— Тебя назвали в честь моего хорошего друга, — сказал Джейсон. — Полагаю, ты слышал это уже несколько раз.

— Да, Патриарх.

— Нет, ничего такого. Зови меня Джейсон. И можешь отпустить мою руку сейчас.

Он отпустил руку Джейсона с визгом.

— Простите, Патриарх. Сэр. Джейсон.

Джейсон усмехнулся и дружески похлопал его по огромному бицепсу.

— Гэри, как ты отнесешься к тому, чтобы походить за мной немного, пока я делаю кое-какие дела?

— Дела?

— Допросить капитана пиратов, научиться управлять космическим кораблем, что-то в этом роде. Я слышал, ты разбираешься в магитехнике.

— Я справляюсь.

— Ну, придется. Я собираюсь полагаться на тебя, чтобы понять, как работает космический корабль.

— Что?

Черная арка поднялась с пола и наполнилась кружащейся тьмой.

— Пойдем, парень, — сказал Джейсон. — Мне также нужно немного допросить тебя. Убедиться, что Тайка не учил тебя неправильному Вольтрону.

— Что такое Вольтрон?

* * * Йота и Натала были переведены на облачный корабль Джейсона и помещены в пустую белую комнату. Им предоставили облачную мебель; стулья по обе стороны от низкого столика.

— Мне это не нравится, — сказала Натала. — Йота, я знаю, что эта ситуация экстремальная, но ты ведешь себя все более странно. Как будто тебя не волнуют последствия потери корабля или то, что Джакаар сделает из этого.

— Потому что мне все равно, — сказал Йота. — Я говорил тебе, еще в деревне Асано, что у меня было странное предчувствие насчет всего этого. Насчет Асано. После того, как я увидел эту битву, я убедился.

— Он не был таким уж сильным.

— Нет. Я не смог бы победить его в одиночку, но если бы я возглавлял экипаж, это была бы совсем другая битва. Но я намного старше его, и я тренировался с лучшими инструкторами в космосе. Я видел, как он обучен в том, как он сражается. Солидно, но совсем не то, через что прошел я. Но когда дело доходит до боя, опыт гораздо важнее тренировок. Там, откуда я родом, я видел людей, которые оттачивали свои навыки в реальных боях веками. Тысячелетиями. Людей, которые делают меня, Асано и любого другого по эту сторону космоса похожими на спотыкающихся болванов.

— И что?

— И то, что мы знаем, что Асано родился на этой планете сорок четыре года назад. Что двадцать лет назад он вообще не был бойцом. Но то, что я увидел в той битве, — это не два десятилетия боевого опыта. Он сражается как человек, который сталкивается с битвами не на жизнь, а на смерть дольше, чем Асано живет на свете. Через что должен пройти человек, чтобы так сражаться?

— Почему это важно?

— Это точка данных. Этот корабль — храм; еще одна точка данных. Асано — аватар; еще одна точка данных. Тот портал, через который он отправил наших бывших товарищей по экипажу? Это был портал астральных врат.

— Что?

— Портал, который астральные короли используют для доступа к своим царствам. Астральные короли, которые действуют через прайм-аватаров.

— Так что ты хочешь сказать? Что этот парень с никчемной планеты — какой-то астральный бог-король?

— Астральный нексус — вот термин, — сказал голос Джейсона.

В стене появился проем, и вошел Асано, за ним — человеческая женщина с темными волосами и темной кожей. В коридоре остался нервный молодой леонид. Йота и Натала встали.

— Астральный нексус? — спросил Йота.

— Это необычно, — сказал Джейсон. — Вероятно, не уникально, потому что что вообще уникально в необъятности космоса? Но, подозреваю, из ряда вон выходящее.

— Нексус чего? — спросил Йота. — Астрального короля и бога? Почему ты бегаешь с аватаром золотого ранга?

— Потому что моя смертная сила все еще золотого ранга. Полагаю, тебе рассказали хотя бы часть моей биографии те люди, которые наняли тебя, чтобы убить меня.

— Их информация была очень явно недостаточной.

Йота услышал обещание крови в смешке Асано.

— Полагаю, так, — сказал Асано. — Но вы здесь, чтобы отвечать на вопросы, а не задавать их. По крайней мере, пока. Но у меня есть другие заботы, поэтому я представлю вас моей подруге Арабель. Она будет вас допрашивать.

— Ты хочешь сказать, допрашивать нас, — сказала Натала.

— Нет, — сказала Арабель. — Я не буду давить, потому что нам от вас ничего не нужно. Это могло бы ускорить дело, особенно когда речь заходит о пилотировании вашего пространственного корабля, но мы справимся в любом случае. В какой-то момент мы должны решить, что делать с вами обоими. Это ваш шанс повлиять на это решение.

— Мы будем откровенны, — сказал Йота. — Я могу заметить возможность, когда она крадет мой корабль.

Джейсон снова рассмеялся.

— Ну тогда ладно, — сказал он и протянул руку. Йота пожал ее, и появилось системное окно.

* Джейсон Асано * Прайм-аватар (Астральный нексус) * [Администратор Системы]

Йота уставился на экран, его рука застыла, все еще держа руку Джейсона.

— Администратор Системы? — спросил он, задыхаясь. — В смысле... Системы?

Джейсон вздохнул.

— Почему никто не может отпустить мою руку сегодня?

* * * На мостике облачного корабля вся передняя стена была прозрачной, по крайней мере изнутри. Джейсон стоял, глядя наружу, рядом с ним была Даниэль Геллер. Гэри был отправлен с Клайвом, Трэвисом и Белиндой исследовать пространственный корабль. Аура леонида была его собственной, душу его предыдущего воплощения было почти невозможно выделить. Единственным человеком, который узнал бы ее, была Фарра, которой Джейсон избегал. Руфус разговаривал с ней в этот самый момент. Джейсон чувствовал смятение в их аурах, пока они болтали в лаунже корабля.

— Здесь много дел, Джейсон, — сказала Даниэль. — Нужно принимать решения.

— Да, — согласился Джейсон, глядя в окно.

— Тогда тебе не следует уходить.

— Я вернусь. Скоро. Но сначала я должен сделать это, и я знаю, что ты понимаешь.

— Понимаю, — сказала она, глядя, как Хамфри летит к пиратскому судну. — Только возвращайся поскорее.

* * * Первой магией, которую когда-либо видела Эми, была черная арка, поднимающаяся из земли и наполняющаяся теневой силой. Она выходила из пекарни, когда снова увидела ее посреди улицы перед собой. Она выронила свой сэндвич, только для того, чтобы он остановился прямо над землей, когда кто-то вышел из портала.

— Племяшка, тебе стоит быть осторожнее с... уф!

Она врезалась в него со скоростью и силой, которые отправили бы машину в полет, обхватив его руками. Он потянулся вверх и взъерошил ее волосы.

— Привет, крошка.

* * * История продолжится в

Тот, кто сражается с монстрами 13!

СПОСОБНОСТИ ЭССЕНЦИЙ ДЖЕЙСОНА

СПОСОБНОСТИ ЭССЕНЦИЙ ДЖЕЙСОНА

Ниже приведен список способностей эссенций Джейсона на золотом ранге. Список написан для краткости (верьте или нет), а не для точности или полноты.

Эссенция тьмы

***Полуночные глаза* **(особая способность, восприятие)

Железо: Видеть сквозь тьму.

Бронза: Чувствовать магию.

Серебро: Читать ауры.

Золото: Уменьшать источники света в поле зрения.

Рука Жнеца (призыв)

Железо: Призвать теневую руку, которая накладывает [Ползучая смерть].

Бронза: Также накладывает [Трупное окоченение]. Можно призвать вторую руку.

Серебро: Также накладывает [Слабость плоти]. Можно призвать множество дополнительных рук, в том числе на расстоянии из теней.

Золото: Больше рук, дальше расстояние. Могут быть вооружены вашим призванным оружием.

**[Ползучая смерть] **(ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Суммируется.

[Трупное окоченение] (ослабление, нечестивый): Штраф к [Спид] и [Восстановление]. Суммируется. Добавление к стеку наносит некротический урон.

[Слабость плоти] (ослабление, магия): Аннулирует иммунитеты к болезням и некротическому урону. Не может быть очищено, пока цель страдает от любой болезни.

Покров ночи (призыв)

Железо: Призывает плащ, который манипулирует светом и весом.

Бронза: Плащ перехватывает снаряды.

Серебро: Плащ позволяет летать и незначительно искажать пространство.

Золото: Плащ становится порталом в пустоту за экстремальную постоянную стоимость маны.

Путь теней (особая способность)

Железо: Телепортация через тень в другую видимую тень.

Бронза: Создание порталов на региональные расстояния.

Серебро: Создание порталов на континентальные расстояния.

Золото: Создание порталов на глобальные расстояния.

Тень Гегемона (фамильяр, призыв, ритуал)

Железо: Призвать теневого фамильяра с тремя телами.

Бронза: Количество тел увеличено до семи. Тени могут применять незначительную физическую силу и хранить предметы в пространственном кармане.

Серебро: Количество тел увеличено до тридцати одного. Призыватель может делиться небоевыми способностями.

Золото: Количество тел увеличено до двухсот одиннадцати. Тела могут служить маяками для ауры призывателя.

Эссенция крови

*Кровавая жатва *(заклинание)

Железо: Высасывать здоровье, выносливость и ману из трупа врага. Влияет только на цели с кровью.

Бронза: Влияет на все трупы врагов в широкой области.

Серебро: Получить [Кровавое Безумие] за каждый высушенный труп, до максимального порога, затем вместо этого получить [Кровь Бессмертного].

Золото: Получить [Мощь моих врагов] за каждый высушенный труп, до максимального порога, затем вместо этого получить [Бесконечная мощь].

**[Кровавое Безумие] **(благо, нечестивый): Бонус к базовым атрибутам Спид и Восстановление. Суммируется до максимального порога.

**[Кровь Бессмертного] **(благо, нечестивый, исцеление): При получении урона расходуется один экземпляр, чтобы дать кратковременный, но мощный эффект постоянного исцеления.

**[Мощь моих врагов] **(благо, нечестивый): Бонус к базовым атрибутам Мощь и Дух. Суммируется до максимального порога.

**[Бесконечная мощь] **(благо, нечестивый, исцеление): При достижении низких порогов выносливости или маны расходуется один экземпляр, чтобы дать кратковременный, но мощный эффект восстановления.

*Укус пиявки *(особая атака, ближний бой)

Железо: Накладывает [Кровотечение]. Высасывает жизнь из кровоточащих целей.

Бронза: Накладывает [Токсин пиявки].

Серебро: Накладывает [Оскверненные меридианы].

Золото: Накладывает [Вор жизни].

[Кровотечение] (ослабление, ранение): Постоянный урон от кровотечения и поглощение исцеления. Не может быть очищено, но удаляется после поглощения достаточного количества исцеления.

[Токсин пиявки] (ослабление, яд, суммируется): Повторно накладывает [Кровотечение] при нейтрализации.

[Оскверненные меридианы] (ослабление, яд): Стоимость магических способностей в выносливости и мане увеличена. Эффекты кровотечения вызывают потерю маны вместе с потерей крови. Атаки высасывания более эффективны против цели.

[Вор жизни] (ослабление, проклятие, высасывание): Постоянный эффект высасывания здоровья.

Кровоизлияние (заклинание)

Железо: Накладывает [Кровотечение] и [Жертвенная мишень].

Бронза: Накладывает [Некротоксин].

Серебро: Накладывает [Кровь из камня].

Золото: Накладывает [Обескровливание].

[Жертвенная мишень] (ослабление, нечестивый): Получать большие эффекты от атак высасывания и кровавых ослаблений.

**[Некротоксин] **(ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Суммируется.

[Кровь из камня] (ослабление, магия): Аннулирует иммунитет к эффектам крови и яда. Не может быть очищено, пока цель страдает от любого ослабления крови или яда.

[Обескровливание] (ослабление, ранение): [Кровотечение] может суммироваться.

Пир крови (заклинание)

Железо: Высасывать жизнь из кровоточащих целей.

Бронза: Высасывает дополнительную жизнь за каждый яд на цели.

Серебро: Получает вариант с дополнительными целями и более длительным временем восстановления.

Золото: Получить один экземпляр [Кровавый обжора] за каждую жертву.

**[Кровавый обжора] **(благо, нечестивый, суммируется): Ваши эффекты высасывания более мощные. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Кровавый ужас (фамильяр, призыв, ритуал)

Железо: Призвать фамильяра кровавого ужаса.

Бронза: Получает форму червя-который-ходит.

Серебро: Может призывать мантии для призывателя, которые усиливают атаки высасывания и регенерацию. Может расходовать собственную биомассу, чтобы быстро исцелять призывателя.

Золото: Может временно превышать обычные пределы массы через высасывание жизни.

Эссенция греха

Наказание (особая атака, ближний бой)

Железо: Наносит некротический урон и накладывает [Грех].

Бронза: Накладывает [Цена отпущения].

Золото: Накладывает [Вор духа].

[Грех] (ослабление, проклятие): Получаемый некротический урон увеличен. Суммируется.

**[Цена отпущения] **(ослабление, святой): Получать трансцендентный урон за каждый удаленный [Грех].

**[Возмездие за грех] **(ослабление, нечестивый): Наносит постоянный некротический урон. Суммируется.

[Покаяние] (ослабление, святой): Постоянный трансцендентный урон. Суммируется. Стеки спадают со временем.

[Вор духа] (ослабление, проклятие, высасывание): Постоянный эффект высасывания маны.

*Бичевание *(заклинание)

Железо: Выжигает болезненное клеймо на цели, накладывает [Грех] и [Метка Греха].

Бронза: Накладывает [Вес греха] и дарует [Маршал суда] заклинателю.

Серебро: Накладывает [Смертность].

Золото: [Метка Греха] придает сопротивление эффектам очищения.

[Метка Греха] **(ослабление, святой): Превращает ауру цели в легко отслеживаемый маяк. Не может быть очищено, пока цель имеет **[Грех] или [Наследие Греха]. На золотом ранге придает сопротивление эффектам очищения.

[Вес греха] (ослабление, святой): Получать трансцендентный урон при воздействии святого блага, восстановления или эффекта очищения.

[Маршал суда] (благо, отслеживание, святой): Отслеживать любого с [Метка Греха].

[Смертность] (ослабление, святой): Аннулирует иммунитет к проклятиям и снижает сопротивление магическим ослаблениям. Не может быть очищено, пока действует любое проклятие.

Пир отпущения грехов (заклинание)

Железо: Снимать проклятия, болезни, яды и нечестивые ослабления. Нельзя применять на себя.

Бронза: Накладывает [Покаяние] и [Наследие Греха] на врагов за каждое удаленное ослабление.

Серебро: Вариант по широкой области.

Золото: Затронутые союзники получают один экземпляр [Сопротивление] и один экземпляр [Целостность] за каждое состояние, очищенное с них.

[Наследие Греха] (ослабление, святой): Способности казни имеют больший эффект на цель. Суммируется.

Пожиратель грехов (особая способность)

Железо: Повышенное сопротивление ослаблениям. Получить [Сопротивление] за каждое сопротивленное или удаленное ослабление.

Бронза: Получить **[Целостность] **за каждое сопротивленное или удаленное ослабление.

Серебро: Жизненная сила, выносливость и мана могут превышать базовые максимумы.

Золото: Поглощать проклятия, болезни, яды и нечестивые ослабления на союзниках в пределах вашей ауры с течением времени, вызывая все нормальные эффекты.

[Сопротивление] (благо, святой): Сопротивления увеличены. Суммируется.

[Целостность] (благо): Постоянное восстановление жизненной силы и маны. Суммируется.

Гегемония (аура)

Железо: Увеличить сопротивления союзников, уменьшить сопротивления врагов.

Бронза: Накладывает [Грех] на врагов, атакующих союзников в пределах ауры.

Серебро: Поддерживать силу ауры на более широкой области. Входящий трансцендентный урон понижается.

Золото: Сила ауры не должна разделяться при подавлении нескольких аур.

Эссенция рока

Неотвратимый рок (заклинание)

Железо: Периодически применяет больше существующих экземпляров. Не может быть очищено, пока действуют другие ослабления.

Бронза: Накладывает/обновляет [Неизбежность].

Серебро: Накладывает/обновляет [Преследование].

Золото: Скорость, с которой применяются дополнительные ослабления, значительно ускорена.

[Неизбежность] (ослабление, магия): Блокирует телепортацию.

[Преследование] (ослабление): Цель получает сопротивление к очищению и положительным или постоянным исцеляющим благам.

Клинок Рока (призыв)

Железо: Призывает кинжал, который накладывает [Уязвимость], заставляет эффекты ранения требовать больше исцеления для нейтрализации.

Бронза: Кинжал накладывает [Погибель духа], [Погибель крови] и [Погибель плоти].

Серебро: Призывает меч, который накладывает [Цена Кровью] как на владельца, так и на цель.

Золото: Меч наносит дополнительный урон за каждый экземпляр [Наследие Греха].

[Уязвимость] (ослабление, нечестивый): Сопротивления снижены. Суммируется.

[Погибель духа] (ослабление, проклятие): Постоянный некротический урон. Суммируется.

[Погибель крови] (ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Суммируется.

[Погибель плоти] (ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Суммируется.

[Цена Кровью] (ослабление, святой): Наносить дополнительный урон другим с этим ослаблением.

Возмездие (заклинание)

Железо: Наносит некротический урон за каждое ослабление на цели.

Бронза: Накладывает [Епитимья].

Серебро: Урон за ослабление может быть увеличен путем увеличения стоимости маны до высокой, очень высокой или экстремальной. Это сокращает время восстановления до 20 секунд, 10 секунд или до нуля. Последовательные заклинания с экстремальной стоимостью имеют усеченные инкантации.

Золото: Получить вариант по области с увеличенной стоимостью маны и временем восстановления. Время восстановления нельзя сократить за счет расхода маны.

[Епитимья] (ослабление, святой): Цели, на которые накладывается [Покаяние], когда ослабления очищаются с них.

Вердикт (заклинание, казнь)

Железо: Наносит трансцендентный урон. Масштабируется с уровнем травмы цели.

Бронза: Наносит дополнительные экземпляры [Покаяние].

Серебро: Накладывает/обновляет [Санкция].

**Золото: **Может быть использован как постоянный эффект по широкой области с меньшим немедленным уроном.

[Санкция] (ослабление, святой): Исцеление на цели снижено. Не может быть очищено, пока страдает от [Покаяние].

АватарРока (фамильяр, призыв, ритуал, {казнь}, {святой})

Железо: Призвать фамильяра Аватар Рока.

Бронза: Сферы Аватара могут быть взорваны парами, но требуют времени для пополнения.

Серебро: Сферы могут быть поглощены, чтобы наложить [Предвестник рока].

Золото: Бабочки создают ищущие облака ослабления при уничтожении. Бабочки могут быть поглощены для усиления других способностей фамильяра.

[Предвестник рока] (ослабление, нечестивый): Цель призывает бабочек, которые распространяют все ослабления на цели на других врагов.

Глава 950: Человек, которого другой когда-то знал

Глава 950: Человек, которого другой когда-то знал

Джейсон обнял сестру. Они были одни в саду на крыше ее семейного дома.

— Так лучше, — сказала она. — Обнимать этих твоих аватаров — всё равно что обнимать холодную резину.

— Технически, это тоже аватар. Разница в том, что…

— Заткнись, младший брат. Оставь свою магическую чепуху на потом.

— Я только пришел, а ты уже такая вредная, — поддразнил он.

Она отпустила его, положила руки ему на плечи и посмотрела в глаза.

— Прости за то, как мы расстались, — сказала она. — Я знаю, что всё было мирно, но между нами легла дистанция. Дистанция, которой не должно быть у семьи.

— Я понимаю, Эри. Я был сломлен. Ты была права, видя во мне опасность. Это зашло глубже, чем кто-либо из нас осознавал. После того как я ушел, мне потребовалось много времени, чтобы смириться с тем, насколько близко я был к тому, чтобы…

Он отвернулся от нее.

— Джейсон, мы не понимали, с чем ты столкнулся. Перемены, которые несла магия, для нас только начинались. Для всей планеты, на самом деле. Ты был погружен в это глубже, чем мы, и мы не понимали, что это значит. Не до тех пор, пока Европа не пала вокруг нас, залитая кровью и смертью. Это была твоя жизнь до того, как она стала нашей, и то, что она делала с тобой, пугало нас.

— И правильно делало.

— Мы должны были быть рядом с тобой. Вместо этого мы оттолкнули тебя.

— И вы были правы, поступив так. У вас была семья, которую нужно было защищать.

— Ты — наша семья.

— Эри, я был близок к тому, чтобы зайти туда, откуда не возвращаются. Не до конца, и я не думаю, что на самом деле зашел, но всё же. Моим друзьям приходилось останавливать меня от вещей, которые я бы не хотел, чтобы ты видела. Чтобы ты была рядом. Твои инстинкты были верны, старшая сестра. Я не знал, насколько далеко зашел, но ты знаешь меня. Ты видела это. Я не был тем, кого хотел бы видеть рядом с Эми.

Он снова повернулся к ней, улыбнувшись.

— Сейчас я в гораздо лучшем положении. И я не хотел так надолго пропадать, но у меня есть обязанности. Чтобы быть тем человеком, которым я хочу быть, я не могу отвернуться от них, даже если это стоит мне многого. И тебе тоже. Но теперь я вернулся. Важно то, что семья — это место, куда можно вернуться домой, даже если ты совершил ошибки.

— Знаешь, мы могли бы обсудить это через твоих странных аватаров.

— Это не одно и то же. Для тебя тела, которые я создаю, не кажутся настоящими. Для меня — эмоции тоже. Аватары отлично подходят для направления силы или обсуждения планов, но есть отстраненность. Дистанция. Это как вспоминать что-то, что ты чувствовал давным-давно. Вот почему я появлялся только тогда, когда это было необходимо. Почему я сдерживался от сентиментальных воссоединений. Я хочу, чтобы эта сентиментальность была на мне, а не на том резиновом парне, с которым ты проводишь время.

— Ну, это было недолго. Я уже жалею, что ты вернулся.

Джейсон рассмеялся и снова заключил сестру в объятия.

— Они почти здесь, — сказал он. — Они сейчас войдут.

Он отпустил сестру и посмотрел через край крыши.

— Или нет, — поправился он.

Четверо людей поднялись над краем крыши, каждый был окружен сложным массивом светящихся линий и печатей. Это были Эми, вдова брата Джейсона, вместе с дочерьми, Ханой и Джейс. Девять кубических устройств парили вокруг Эми, создавая магию, которая удерживала их в воздухе. Устройства напоминали кубики Рубика, но на гранях вместо однотонных цветов были светящиеся руны. Они вращались и смещались, испуская точки света, которые корректировали сферические магические диаграммы.

Эми стояла чуть впереди дочерей, и Джейсон отметил защитный жест в ее языке тела. Он знал, что она не рассматривает Джейсона как физическую угрозу для своих детей, но видит в нем эмоциональную угрозу, и был согласен с этим мнением.

Джейсон не видел дочерей Кайто и Эми с тех пор, как они были маленькими детьми. Джейс сейчас было девятнадцать, а Хане — двадцать три. Столько же лет было Джейсону, когда его затянуло в Паллимустус. Неуверенность в их выражениях лиц едва ли отражала сложность того, что Джейсон чувствовал в их эмоциях. Замешательство, обида, надежда, сожаление. Джейсон прекрасно всё понимал, так как испытывал похожую смесь чувств.

Для Джейсона и Эми напряженная и сложная история их отношений висела в воздухе, как лондонский туман. Эта история стала странным наследием, с которым росли ее девочки. Мертвый отец. Таинственный дядя, отсутствующий, но о котором много говорили, нечто среднее между лидером культа, богом-покровителем и Волшебником страны Оз.

Долгое время они все стояли, глядя друг на друга. Джейсон отметил, что Хана была серебряного ранга, с фундаментом ауры, который был стабилен, несмотря на нынешнее смятение. Джейс была бронзового ранга, хотя и близка к пику. Обе они демонстрировали результаты обучения у Руфуса.

— Ты похож на моего отца, — наконец нарушила тишину Джейс. — По фотографиям и видео. Он умер раньше, чем я смогла по-настоящему что-то запомнить.

Джейсон кивнул. Дни, когда он жалел об усилившемся сходстве с братом с каждым новым рангом, умерли вместе с Кайто.

— За исключением подбородка, — сказала Хана. — Твой огромный. Типа, заметное увеличение расходов на средства по уходу за собой. Ты отрастил бороду, чтобы скрыть размер, или просто тратил слишком много на бритвы?

— Повышение ранга сделало его меньше, — сказала Эми дочерям. — Вы бы видели его в вашем возрасте. Им можно было открывать бутылки.

Джейсон поднял брови в ее сторону.

— Правда? — спросил он.

— Даже не пытайся отрицать, Джейсон. У меня всё еще есть фотографии.

Подколки Эми казались одновременно странными и до боли знакомыми. Она была его лучшим другом, начиная с самых ранних воспоминаний. Отношения превратились в яд, но то время давно прошло. Это было полжизни назад, и никто из них уже не был тем человеком, которым был тогда. Теперь каждый из них был человеком, которого другой когда-то знал, но давно не видел. Всё, что их связывало — это старые воспоминания и две девочки, выросшие без отца и с отсутствующим дядей. Джейсон перевел взгляд с их матери на молодых женщин.

— Сомневаюсь, что вы меня помните, — сказал он. — Я знаю, что вы слышали истории. Трудно их избежать, когда растешь в месте, построенном на моей силе. Представляю, сколько у вас вопросов. О вашем отце и других вещах. Давайте присядем, и пусть ваша тетя приготовит нам что-нибудь. Можете задать мне любые вопросы, какие захотите.

— Разве тебе не нужно возвращаться в Австралию? — спросила Эрика. — У тебя там остались дела, верно?

— Ничего важнее этого.

* * *

Соломон Дрейфус был секретарем Департамента премьер-министра и кабинета министров в правительстве Австралии. Ему не нравилась эта работа, которая чаще всего сводилась к управлению имиджем человека, которого, если описывать щедро, можно было бы назвать…

Соломон вздохнул, не найдя способа закончить мысль. Если уж быть щедрым, то лучше вообще не описывать премьер-министра Траффета. Если всё, что вы знали об этом человеке, это то, что он пришел к власти, запугивая людей по поводу магических гендерных переходов во время повышения ранга, то это всё, что вам нужно было знать. Соломон знал гораздо больше, что делало ситуацию только хуже.

Эта последняя катастрофа заставила его захотеть уволиться — желание, которое возникало где-то между еженедельно и ежемесячно. В очередной раз он подавил это желание, зная, что тот, кто его заменит, будет хуже. Он мог смягчить худшие наклонности своего босса и, раз в сто лет, даже сделать что-то хорошее. Кто-то другой на его месте мог бы легко потакать премьер-министру, не заботясь об ущербе, который они наносят.

Он получил эту работу только потому, что Траффету нужен был пиар после того, как несколько предшественников Соломона были сделаны козлами отпущения. Председательство Соломона в Фонде этики в государственной политике было бальзамом для запятнанного скандалами имиджа Траффета, в то время как сам Соломон надеялся добиться чего-то действительно полезного.

Столкновения с премьер-министром были частыми. Всегда за закрытыми дверями, но было секретом полишинеля, что он и его босс готовы были вцепиться друг другу в глотки. Однако от Соломона было трудно избавиться, так как увольнение его, столь публично известного этичного сотрудника, было не тем, что мог позволить себе опальный премьер-министр. У него также были проблемы с тем, чтобы действовать в обход Соломона, поскольку Траффет был экспертом в закулисных сделках и раздаче одолжений, а не в реальном управлении.

Секретарь Соломона уведомила его, что пришло время для следующей встречи, и он направился в конференц-зал. Джош Хиллиер из Министерства обороны и Сью Шихан из Министерства по делам сверхъестественного уже ждали. Соломон не стал тратить время на светскую беседу, садясь в кресло.

— Сол, ты только что обедал? — спросил Джош.

— Давно. А что?

— Ты чувствуешь запах масла? — спросил Джош. — Готов поклясться, я чувствую запах масла.

— Сосредоточься, Джош. Что у нас есть? — спросил он.

Джош и Сью обменялись взглядами.

— К тому времени, как мы закончим, у тебя в почте будет краткое изложение нашего анализа, — сказал Джош. — Но если вкратце: парень из Нового Южного Уэльса и его друзья, возможно, теперь являются самой мощной военной силой на планете.

— Это предварительные данные, очевидно, — добавила Сью. — Мы видели лишь ограниченный образец того, на что способны Асано и его союзники. Может быть, они очень старались показать силу и скрывают критические слабости. Однако наша оценка прямо противоположна. Он держит силу в резерве. Мы связывались с нашими международными коллегами, и, кажется, это общее мнение.

— А как насчет тех, с кем сражались Асано и его люди? — спросил Соломон. — Есть ли какие-то указания на то, кто они и откуда? Я слышал запись и читал стенограмму Асано в командном пункте на месте города-артефакта. Что насчет намеков на то, что их привезли откуда-то, чтобы убить его?

Джош и Сью снова обменялись взглядами, прежде чем повернуться к Соломону.

— У нас есть ответы на это, — сказал Джош. — Хотя большая часть информации, похоже, исходит от самого Асано. Если это правда, всё может стать очень запутанным.

— Всё и так запутанно. Ты хочешь сказать, что может быть еще хуже?

— Сол, — сказала Сью. — Мы должны спросить: ты знал?

— Знал что?

Соломон почувствовал, что у него начинается головная боль, когда его советники начали говорить о межпространственных пришельцах и о том, что премьер-министр является частью какого-то тайного коллектива в стиле иллюминатов.

— В этом есть своего рода извращенная логика, — вынужден был признать он позже. — Во всяком случае, в мире, где пираты из альтернативной реальности — это реальность. Люди, обладающие властью, боятся, что кто-то ее отнимет, или что у кого-то другого ее будет больше. Вы говорите, что премьер-министр в этом замешан?

— Он в списке.

— И откуда этот список?

— Ленора Коулман получила его от Анны Тилден, — сказала ему Сью. — Она получила его от американцев и утверждает, что капитан магических пиратов, предатель Асано, подтвердил по крайней мере некоторые из имен. Имена, которые включают моего министра и некоторых твоих высокопоставленных сотрудников, Сол.

Соломон кивнул.

— У премьер-министра есть история отношений с Асано. Когда он был министром твоего ведомства, Сью, именно он предложил захватить Деревню Асано и передать ее Сети. Не было секретом, что его мотивация была в значительной степени продиктована ненавистью к Джейсону Асано.

— Это усложняет отношения с Асано, — сказал Джош. — Он ведь не оставит Деревню Асано в покое, верно?

— Не думаю, — сказал Соломон. — Вопрос в том, подойдет ли он к этому политически или просто придет и сделает то, что хочет?

— В смысле? — спросил Джош. — Сожжет всё дотла?

— Я не скажу, что не рассматривал это, — сказал Джейсон.

Соломон, Сью и Джош повернулись к другому концу стола для совещаний, где сидел Джейсон Асано, уплетая тарелку с едой.

— Извините, — извинился он. — Моя сестра приготовила этот потрясающий картофель по-шведски, и я не мог не принести его. Ребята, хотите присоединиться? У меня еще есть.

— Нет, спасибо, — сказал Соломон.

— Я знал, что чувствую запах масла, — сказал Джош. — Ты был здесь всё это время?

— Да, — сказал Джейсон, затем положил в рот вилку картофеля, прежде чем издать тихий стон удовольствия. — О, это хорошо.

Джош голодно уставился на тарелку.

— Я действительно пропустил обед, — сказал он. — Может быть, я мог бы…

— Джош, — перебил его Соломон. — Асано, ты всё это время сидел здесь, невидимый?

— Это не невидимость, — сказал Джейсон, слегка бормоча с набитым ртом. — Это трюк с восприятием, который использует манипуляцию аурой, чтобы создать диссонанс между обычным и сверхъестественным восприятием. Ваши чувства действительно распознают мое присутствие. Вы видите, как я сижу за столом, и чувствуете запах розмарина и масляного соуса. Но из-за того, что я делаю со своей аурой, ваши сверхъестественные чувства инстинктивно говорят той части вашего разума, которая обрабатывает восприятие, игнорировать меня. Это работает даже на обычных людях. Большинство не осознает, что обычные ранговые могут воспринимать ауры, но они могут. Они просто очень плохо это делают. Вампиры отлично умеют использовать свои ауры на обычных людях. Кстати, я научился этому трюку у вампира, хотя с тех пор я его сильно развил.

— Мистер Асано, что вы здесь делаете? — спросил Соломон.

— Ну, вы правы насчет меня и Другого Гордона.

— Кого? — спросила Сью.

— Премьер-министра, — сказал Соломон.

— Это он, — сказал Джейсон. — Мы не ладим. Если честно, я вел себя довольно по-детски, когда мы с ним впервые встретились. Если соединить это с его личностью, глупостью и почти всем, что он когда-либо делал, то становится ясно, что мы с ним никогда не поладим. Тем не менее, я хотел бы иметь продуктивные отношения с австралийским правительством. Ходят слухи, что вы, мистер Соломон Дрейфус, умный, способный и, вопреки всему, порядочный человек. Я надеюсь, что мы с вами сможем кое-что выяснить.

— И что именно?

— Ну, я хотел бы начать с извинений за свою небольшую тираду в бункере Леноры. У меня всё еще было несколько обид, чтобы выпустить пар, а она не заслуживала того, чтобы я моноложил как суперзлодей. Я, конечно, извинился перед Ленорой лично; было бы странно, если бы вы передали извинения. Я надеюсь, что мы сможем оставить большую часть этого позади.

— Большую часть? — спросила Сью. — Что именно вы не хотите оставлять позади?

— Я высказал некоторые обиды. Я могу смириться с тем, что ваше правительство вернет себе стоячие камни. Это огромная, таинственная магическая штука посреди нигде. Кажется справедливым, что к ней есть интерес. И я готов отложить свою личную неприязнь к Траффету во имя отношений с другим главой государства.

— Вы официально просите Австралию признать вашу территорию в Европе суверенным государством?

— Что? О, нет. Вам придется разобраться с этим с моей бабушкой. Я теперь король.

— В том мире?

— Это немного сложнее. Я покажу вам, если хотите, но сначала я хочу обсудить Деревню Асано. Я готов отложить старые обиды, но эта — не старая. Моя семья построила Деревню Асано. Наши деньги, наш труд, а ваше правительство передало ее…

Он вздохнул.

— Мы знаем, что вы сделали, так что нет смысла пережевывать это снова. Но эти люди всё еще там, прямо сейчас. Это пощечина. Моим первым инстинктом было пойти туда и перебить всех, кого найду, но я пытаюсь быть лучше. Моим следующим инстинктом было включить все старые накопители маны, которые теперь не нужны, когда уровень магии поднялся. Снять предохранители и дать им работать; перегрузить магическую инфраструктуру, пока всё не начнет взрываться. Сжечь всё дотла, как предложил мистер Хиллиер. Люди там почувствовали бы это вовремя, чтобы эвакуироваться, даже со своими посредственными магическими чувствами. Никаких жертв, поэтому я всё еще питаю слабость к этой идее.

Он выхватил напиток из воздуха и отпил, прежде чем поставить его на стол.

— Мой местный политический советник предложил другой подход, — продолжил он. — Вы встречались с Анной Тилден, мистер Дрейфус?

— Мы имели дело во время ее работы в Организации Объединенных Наций, — сказал Соломон.

— Она предложила мне взглянуть на Деревню Асано как на шанс для австралийского правительства проявить добрую волю.

— Вы хотите ее вернуть?

— Это оскверненная земля, мистер Дрейфус. Слишком долго была заселена незваными интервентами. Инфраструктура, которую мы построили, была предназначена для отражения волн монстров в то время, когда уровни магии были другими. Нам пришлось бы восстанавливать всё с нуля, а для этого есть места получше. Я ищу жест. Извинения за то, что забрали землю моего дяди, и открытое признание того, почему это произошло.

— Это произошло потому, что вы грубы, а Траффет не любит, когда люди намекают, что он не важен. Даже если бы премьер-министр был готов признать это, чего он не сделает, вы искренне верите, что это поможет хоть чему-то?

Джейсон грустно покачал головой.

— Я так не думаю. Ваш аргумент убедителен, мистер Дрейфус.

Он взял свою тарелку и напиток и толкнул их в воздух, где они исчезли. Затем он поднялся на ноги.

— Давайте просто скажем — извинения. Публичные. Я не настолько глуп, чтобы настаивать на искренности, но никакой этой чуши в духе «мне жаль, что вы чувствуете себя оскорбленным». И я не собираюсь давить на вас с какими-либо обещаниями сегодня, мистер Дрейфус. Я понимаю, что политические решения требуют времени и обдумывания. По крайней мере, хорошие решения.

По жесту Асано из пола поднялась белая арка. Она была наполнена золотой, серебряной и синей энергией.

— Итак, кто хочет увидеть мое королевство?

Бонусные материалы: Приложения к 12-й книге, способности Джейсона

Бонусные материалы: Приложения к 12-й книге, способности Джейсона

ПРИЛОЖЕНИЕ I: Лист персонажа Джейсона Асано

Джейсон Асано

* Природа: Первичный Аватар Астрального Нексуса * Текущий ранг: Золотой * Прогресс до алмазного ранга: 39%

Атрибуты

* [Мощь] (Кровь): [Золотой 3] * [Спид] (Тьма): [Золотой 4] * [Дух] (Рок): [Золотой 3] * [Восстановление] (Грех): [Золотой 3]

Врожденные дары

* [Первичный Аватар] * [Нумен] * [Системный администратор] * [Священный Феникс] * [Реликвии Короля] * [Паланкин]

Эссенции (4/4)

Тьма [Спид] (5/5)

* [Полуночные глаза] (особая способность): [Золотой 5] 19% * [Покров ночи] (особая способность): [Золотой 5] 28% * [Путь теней] (особая способность): [Золотой 4] 88% * [Рука Жнеца] (особая способность): [Золотой 4] 86% * [Тень Гегемона] (фамильяр): [Золотой 4] 88%

Кровь [Мощь] (5/5)

* [Кровавая жатва] (заклинание): [Золотой 2] 17% * [Укус пиявки] (особая атака): [Золотой 4] 76% * [Пир крови] (заклинание): [Золотой 4] 09% * [Кровавый ужас] (фамильяр): [Золотой 4] 67% * [Кровоизлияние] (заклинание): [Золотой 4] 63%

Грех [Восстановление] (5/5)

* [Наказание] (особая атака): [Золотой 4] 59% * [Пир отпущения грехов] (заклинание): [Золотой 3] 58% * [Пожиратель грехов] (особая способность): [Золотой 3] 56% * [Гегемония] (аура): [Золотой 5] 16% * [Бичевание] (заклинание): [Золотой 4] 40%

Рок [Дух] (5/5)

* [Неотвратимый рок] (заклинание): [Золотой 4] 66% * [Возмездие] (заклинание): [Золотой 4] 04% * [Клинок Рока] (заклинание): [Золотой 3] 99% * [Вердикт] (заклинание): [Золотой 4] 12% * [Аватар Рока] (фамильяр): [Золотой 4] 72%

ПРИЛОЖЕНИЕ II: Врожденные дары Астрального Нексуса

[Первичный Аватар]: Первичный аватар — это физический и духовный гештальт, который служит смертным якорем для трансцендентной силы. У него нет собственной души, он служит сосудом, через который может выражаться ваша душа, полностью воплощая ваше сознание и смертную силу. Сила вашего аватара ограничена вашей смертной силой и служит средством для ее роста. Как якорь для вашей трансцендентной силы, первичный сосуд необходим для проявления определенных аспектов этой силы в физической реальности.

[Нумен]: Ваша трансцендентная сила обладает аспектами божественности, которые вливаются в аватар, являющийся смертным воплощением вашей воли и силы. Ваш аватар может выражать эту силу способами, отражающими вашу гегемонистскую и дерзкую натуру. Черты и способности, которые наследует ваш аватар, включают: установление духовных доменов; Акашическую Речь; извлечение и преобразование остаточной магии из магических сущностей, которые вы убили или уничтожили; иммунитет к подавлению ранга, а также к магии обнаружения, отслеживания и оценки; отрицание способностей, связанных с аурой, путем полного подавления ауры пользователя способности.

[Системный администратор]: Получите доступ ко всем аспектам системы, а также к дополнительным функциям интерфейса, таким как карты, голосовой и текстовый чат, функционал группы и рейда, а также способность оценивать существ и объекты. Вы можете предоставлять эти дополнительные функции другим участникам группы или рейда. Вы можете получить доступ к системному интерфейсу других лиц, если у вас есть их разрешение или если вы подавили их ауру.

[Реликвии Короля]: Получите доступ к астральному трону, астральным вратам и душевному горну в ограниченной степени. Укрепляйте стабильность пространственных измерений своим присутствием и нарушайте запечатанные или нестабильные пространственные разломы. Превышайте обычные ограничения способностей портала ценой дополнительной маны, потенциально страдая от отдачи при экстремальных затратах. Используйте свою ауру для подавления духовных манипуляций и подавления или усиления атак на душу.

[Священный Феникс]: Способности, основанные на душе, изученные до трансфигурации астрального нексуса, были усовершенствованы для использования вашим первичным аватаром. Ослабления также могут добавлять [Призрачный огонь]. При получении смертельного урона превратитесь в феникса призрачного огня. После того, как трансформация в призрачного феникса была запущена, ее нельзя использовать снова в течение одного года. Это время сокращается за счет поглощения жизненной силы и еще больше сокращается за счет жизненной силы, содержащей фундаментальный материал реальности.

[Паланкин]: Ваш фамильяр эссенции тьмы может трансформировать свои тела в одну или несколько форм транспорта. Эти формы могут предлагать роскошь и полезность, но относительно хрупки для своего ранга. Ваш фамильяр крови может усилить любую отдельную форму, повышая ее прочность, позволяя ей быстро восстанавливаться и лечить любого внутри с умеренной эффективностью. Ваш фамильяр рока может добавить наступательные и оборонительные возможности любой отдельной форме.

ПРИЛОЖЕНИЕ III: Способности эссенций Джейсона.

Эссенция тьмы

Полуночные глаза (особая способность, восприятие)

* Железный: Видеть сквозь тьму. * Бронзовый: Чувствовать магию. * Серебряный: Читать ауры. * Золотой: Уменьшать источники света в поле зрения.

Рука Жнеца (призыв)

* Железный: Призвать теневую руку, которая наносит [Ползучая смерть]. * Бронзовый: Также наносит [Трупное окоченение]. Можно призвать вторую руку. * Серебряный: Также наносит [Слабость плоти]. Можно призвать множество дополнительных рук, в том числе на расстоянии из теней. * Золотой: Больше рук, дальше расстояние. Могут быть вооружены вашим призванным оружием.

**[Ползучая смерть] **(ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Трупное окоченение] (ослабление, нечестивое): Штраф к [Спид] и [Восстановление]. Складывается. Добавление к стеку наносит некротический урон.

[Слабость плоти] (ослабление, магия): Отрицает иммунитет к болезням и некротическому урону. Нельзя очистить, пока цель страдает от любой болезни.

Покров ночи (призыв)

* Железный: Призывает плащ, который манипулирует светом и весом. * Бронзовый: Плащ перехватывает снаряды. * Серебряный: Плащ позволяет летать и незначительно искажать пространство. * Золотой: Плащ становится порталом в пустоту за экстремальную постоянную стоимость маны.

Путь теней (особая способность)

* Железный: Телепортация через тень в другую видимую тень. * Бронзовый: Создание порталов на региональные расстояния. * Серебряный: Создание порталов на континентальные расстояния. * Золотой: Создание порталов на глобальные расстояния.

Тень Гегемона (фамильяр, призыв, ритуал)

* Железный: Призвать теневого фамильяра с тремя телами. * Бронзовый: Количество тел увеличено до семи. Тени могут оказывать незначительное физическое воздействие и хранить предметы в пространственном кармане. * Серебряный: Количество тел увеличено до тридцати одного. Призыватель может делиться небоевыми способностями. * Золотой: Количество тел увеличено до двухсот одиннадцати. Тела могут служить маяками для ауры призывателя.

Эссенция крови

*Кровавая жатва *(заклинание)

* Железный: Вытянуть здоровье, выносливость и ману из трупа врага. Влияет только на цели с кровью. * Бронзовый: Влияет на все трупы врагов в широкой области. * Серебряный: Получить [Кровавое Безумие] за каждый вытянутый труп, до максимального порога, затем получить **[Кровь Бессмертного] ** * Золотой: Получить [Сила моих врагов] за каждый вытянутый труп, до максимального порога, затем получить **[Бесконечная мощь] **

**[Кровавое Безумие] **(благо, нечестивое): Бонус к базовым атрибутам Спид и Восстановление. Складывается до максимального порога.

**[Кровь Бессмертного] **(благо, нечестивое, исцеление): При получении урона расходуется экземпляр, чтобы дать кратковременный, но мощный постоянный эффект исцеления.

**[Сила моих врагов] **(благо, нечестивое): Бонус к базовым атрибутам Мощь и Дух. Складывается до максимального порога.

**[Бесконечная мощь] **(благо, нечестивое, исцеление): При достижении низких порогов выносливости или маны расходуется экземпляр, чтобы дать кратковременный, но мощный эффект восстановления.

*Укус пиявки *(особая атака, ближний бой)

* Железный: Наносит [Кровотечение]. Вытягивает жизнь из целей с кровотечением. * Бронзовый: Наносит [Токсин пиявки]. * Серебряный: Наносит [Оскверненные меридианы]. * Золотой: Наносит [Вор жизни].

[Кровотечение] (ослабление, ранение): Постоянный урон от кровотечения и поглощает исцеление. Нельзя очистить, но снимается после поглощения достаточного количества исцеления.

[Токсин пиявки] (ослабление, яд, складывается): Повторно накладывает [Кровотечение] при нейтрализации.

[Оскверненные меридианы] (ослабление, яд): Стоимость выносливости и маны для магических способностей увеличена. Эффекты кровотечения вызывают потерю маны вместе с потерей крови. Атаки вытягивания более эффективны против цели.

[Вор жизни] (ослабление, проклятие, вытягивание): Постоянный эффект вытягивания здоровья.

Кровоизлияние (заклинание)

* Железный: Наносит [Кровотечение] **и **[Жертвенная мишень]. * Бронзовый: Наносит [Некротоксин]. * Серебряный: Наносит [Кровь из камня]. * Золотой: Наносит [Обескровливание].

[Жертвенная мишень] (ослабление, нечестивое): Получать большие эффекты от атак вытягивания и ослаблений крови.

**[Некротоксин] **(ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Кровь из камня] (ослабление, магия): Отрицает иммунитет к эффектам крови и яда. Нельзя очистить, пока цель страдает от любого ослабления крови или яда.

[Обескровливание] (ослабление, ранение): [Кровотечение] может складываться.

Пир крови (заклинание)

* Железный: Вытянуть жизнь из целей с кровотечением. * Бронзовый: Вытягивает дополнительную жизнь за каждый яд на цели. * Серебряный: Получает вариант с дополнительными целями и более длительным временем восстановления. * Золотой: Получить экземпляр [Кровавый обжора] за каждую жертву.

**[Кровавый обжора] **(благо, нечестивое, складывается): Ваши эффекты вытягивания более мощные. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

Кровавый ужас (фамильяр, призыв, ритуал)

* Железный: Призвать фамильяра кровавого ужаса. * Бронзовый: Получает форму червя-который-ходит. * Серебряный: Может призывать мантии для призывателя, которые усиливают атаки вытягивания и регенерацию. Может расходовать собственную биомассу для быстрого исцеления призывателя. * Золотой: Может временно превышать обычные пределы массы за счет вытягивания жизни.

Эссенция греха

Наказание (особая атака, ближний бой)

* Железный: Наносит некротический урон и накладывает [Грех]. * Бронзовый: Накладывает [Цена отпущения]. * Серебряный: Накладывает [Возмездие за грех] на тех, у кого есть [Грех]. Не накладывает [Грех], [Возмездие за грех] и не наносит некротический урон тем, у кого есть [Покаяние]. Вместо этого наносит трансцендентный урон и накладывает дополнительное [Покаяние]. * Золотой: Накладывает [Вор духа].

[Грех] (ослабление, проклятие): Получаемый некротический урон увеличен. Складывается.

**[Цена отпущения] **(ослабление, святое): Получать трансцендентный урон за каждый удаленный [Грех].

**[Возмездие за грех] **(ослабление, нечестивое): Наносит постоянный некротический урон. Складывается.

[Покаяние] (ослабление, святое): Постоянный трансцендентный урон. Складывается. Стеки спадают со временем.

[Вор духа] (ослабление, проклятие, вытягивание): Постоянный эффект вытягивания маны.

*Бичевание *(заклинание)

* Железный: Выжигает болезненное клеймо на цели, накладывает [Грех] и [Метка Греха]. * Бронзовый: Накладывает [Тяжесть Греха] и дарует [Маршал суждения] заклинателю. * Серебряный: Накладывает [Смертность]. * Золотой: [Метка Греха] придает устойчивость к эффектам очищения.

[Метка Греха] **(ослабление, святое): Превращает ауру цели в легко отслеживаемый маяк. Нельзя очистить, пока у цели есть **[Грех] или [Наследие Греха]. На золотом ранге придает устойчивость к эффектам очищения.

[Тяжесть Греха] (ослабление, святое): Получать трансцендентный урон при воздействии святого блага, восстановления или эффекта очищения.

[Маршал суждения] (благо, отслеживание, святое): Отслеживать любого с [Метка Греха].

[Смертность] (ослабление, святое): Отрицает иммунитет к проклятиям и снижает сопротивление магическим ослаблениям. Нельзя очистить, пока действует любое проклятие.

Пир отпущения грехов (заклинание)

* Железный: Удалить проклятия, болезни, яды и нечестивые ослабления. Нельзя применять на себя. * Бронзовый: Накладывает [Покаяние] и [Наследие Греха] на врагов за каждое удаленное ослабление. * Серебряный: Вариант на широкую область. * Золотой: Затронутые союзники получают экземпляр [Устойчивый] и экземпляр [Целостность] за каждое очищенное от них состояние.

[Наследие Греха] (ослабление, святое): Способности казни имеют больший эффект на цель. Складывается.

Пожиратель грехов (особая способность)

* Железный: Повышенное сопротивление ослаблениям. Получить [Устойчивый] за каждое сопротивленное или удаленное ослабление. * Бронзовый: Получить **[Целостность] **за каждое сопротивленное или удаленное ослабление. * Серебряный: Жизненная сила, выносливость и мана могут превышать базовые максимумы. * Золотой: Поглощать проклятия, болезни, яды и нечестивые ослабления на союзниках в пределах вашей ауры с течением времени, вызывая все нормальные эффекты.

[Устойчивый] (благо, святое): Сопротивления увеличены. Складывается.

[Целостность] (благо): Постоянное восстановление жизненной силы и маны. Складывается.

Гегемония (аура)

* Железный: Увеличить сопротивления союзников, снизить сопротивления врагов. * Бронзовый: Накладывает [Грех] на врагов, атакующих союзников в пределах ауры. * Серебряный: Поддерживать силу ауры на более широкой области. Входящий трансцендентный урон понижается. * Золотой: Силу ауры не нужно разделять при подавлении нескольких аур.

Эссенция рока

Неотвратимый рок (заклинание)

* Железный: Периодически применяет больше существующих экземпляров. Нельзя очистить, пока действуют другие ослабления. * Бронзовый: Накладывает/обновляет [Неизбежность]. * Серебряный: Накладывает/обновляет [Преследование]. * Золотой: Скорость, с которой применяются дополнительные ослабления, значительно ускорена.

[Неизбежность] (ослабление, магия): Блокирует телепортацию.

Клинок Рока (призыв)

* Железный: Призывает кинжал, который наносит [Уязвимость], заставляет эффекты ранения требовать больше исцеления для нейтрализации. * Бронзовый: Кинжал наносит [Погибель духа], [Погибель крови] и [Погибель плоти]. * Серебряный: Призывает меч, который наносит [Цена Кровью] и владельцу, и цели. * Золотой: Меч наносит дополнительный урон за каждый экземпляр [Наследие Греха].

[Уязвимость] (ослабление, нечестивое): Сопротивления снижены. Складывается.

[Погибель духа] (ослабление, проклятие): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Погибель крови] (ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Погибель плоти] (ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Цена Кровью] (ослабление, святое): Наносить дополнительный урон другим с этим ослаблением.

Возмездие (заклинание)

* Железный: Наносит некротический урон за каждое ослабление на цели. * Бронзовый: Накладывает [Покаяние]. * Серебряный: Урон за ослабление можно увеличить, повысив стоимость маны до высокой, очень высокой или экстремальной. Это сокращает время восстановления до 20 секунд, 10 секунд или до нуля. Последовательные заклинания с экстремальной стоимостью имеют усеченные заклинания. * Золотой: Получить вариант с областью действия с увеличенной стоимостью маны и временем восстановления. Время восстановления нельзя сократить за счет расхода маны.

[Покаяние] (ослабление, святое): Цели, на которых наложено [Покаяние], когда ослабления очищаются с них.

Вердикт (заклинание, казнь)

* Железный: Наносит трансцендентный урон. Масштабируется с уровнем травм цели. * Бронзовый: Наносит дополнительные экземпляры [Покаяние]. * Серебряный: Накладывает/обновляет [Санкция]. * **Золотой: **Может использоваться как постоянный эффект на широкую область с меньшим немедленным уроном.

[Санкция] (ослабление, святое): Исцеление цели снижено. Нельзя очистить, пока страдает от [Покаяние].

АватарРока (фамильяр, призыв, ритуал, {казнь}, {святое})

* Железный: Призвать фамильяра Аватар Рока. * Бронзовый: Сферы аватара могут быть взорваны парами, но требуют времени для восполнения. * Серебряный: Сферы могут быть поглощены, чтобы наложить [Предвестник рока]. * Золотой: Бабочки создают облака ищущих ослаблений при уничтожении. Бабочки могут быть поглощены для усиления других способностей фамильяра.

[Предвестник рока] (ослабление, нечестивое): Цель призывает бабочек, которые распространяют все ослабления на цели на других врагов.

ПРИЛОЖЕНИЕ IV: Список благ и ослаблений

Ниже приведен алфавитный список всех благ и ослаблений, создаваемых способностями эссенций Джейсона. Это включает косвенные, такие как через призванные предметы или фамильяров.

**[Кровавый обжора] **(благо, нечестивое, складывается): Эффекты вытягивания более мощные. Дополнительные экземпляры имеют кумулятивный эффект.

**[Кровь Бессмертного] **(благо, нечестивое, исцеление): При получении урона расходуется экземпляр, чтобы дать кратковременный, мощный постоянный эффект исцеления. Складывается, но не становится сильнее с большим количеством стеков.

**[Ползучая смерть] **(ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Обескровливание] (ослабление, ранение): [Кровотечение] может складываться.

[Неизбежность] (ослабление, магия): Блокирует телепортацию.

[Целостность] (благо): Постоянное восстановление жизненной силы и маны. Складывается.

[Токсин пиявки] (ослабление, яд, складывается): Когда [Кровотечение] нейтрализовано, повторно накладывает [Кровотечение]. Складывается.

[Наследие Греха] (ослабление, святое): Способности казни имеют больший эффект на цель. Складывается.

[Маршал суждения] (благо, отслеживание, святое): Отслеживать любого с [Метка Греха].

**[Некротоксин] **(ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Покаяние] (ослабление, святое): Постоянный трансцендентный урон. Складывается. Стеки спадают со временем.

[Покаяние] (ослабление, святое): Цели, на которых наложено [Покаяние], когда ослабления очищаются с них.

[Цена Кровью] (ослабление, святое): Наносить дополнительный урон тем, у кого есть [Цена Кровью].

**[Цена отпущения] **(ослабление, святое): Получать трансцендентный урон за каждый удаленный [Грех].

[Устойчивый] (благо, святое): Сопротивления увеличены. Складывается.

[Погибель крови] (ослабление, яд): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Погибель духа] (ослабление, проклятие): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Погибель плоти] (ослабление, болезнь): Постоянный некротический урон. Складывается.

[Санкция] (ослабление, святое): Исцеление цели снижено. Нельзя очистить, пока страдает от [Покаяние].

[Грех] (ослабление, проклятие): Получаемый некротический урон увеличен. Складывается.

[Оскверненные меридианы] (ослабление, яд): Стоимость способностей увеличена. Кровотечение добавляет потерю маны к потере крови. Атаки вытягивания более эффективны против цели.

[Вор жизни] (ослабление, проклятие, вытягивание): Постоянный эффект вытягивания здоровья.

[Вор духа] (ослабление, проклятие, вытягивание): Постоянный эффект вытягивания маны.

**[Возмездие за грех] **(ослабление, нечестивое): Наносит постоянный некротический урон. Складывается.

[Уязвимость] (ослабление, нечестивое): Сопротивления снижены. Складывается.

Глава 951: Запутанно, но вкусно

Глава 951: Запутанно, но вкусно

Джейсон положил утешающую руку на плечо Ника, пока они шли по коридору облачного корабля.

— Я не буду говорить «не нервничай», потому что, конечно, ты нервничаешь, — сказал ему Джейсон. — Что я скажу, так это то, что они полюбят тебя.

— Думаешь?

— Ник, все любят тебя. Даже Нил обожает тебя, а ты знаешь, каким сварливым он может быть. Всё Общество искателей приключений любит тебя. Может, это только из-за твоего набора сил, но это считается.

— Думаешь, может, я мог бы найти команду здесь, на Земле? Может, мне стоило присоединиться к одной из команд Геллер в Гринстоуне. Я просто хотел немного посмотреть мир, понимаешь?

— Понимаю.

— И я хотел…

— Что?

— Я хотел поговорить с тобой об этом. Но год за годом ты не возвращался.

Джейсон поморщился, чувствуя стыд. У него были причины для ухода, но он всегда уходил. Это не мешало ему оставлять свою команду позади, снова и снова. А теперь он сделал то же самое с Ником, который нуждался в нем больше всех.

— Прости, что меня не было рядом с тобой. Я могу привести тебе все оправдания в мире, но это ничего не меняет. Я мог бы пообещать исправиться, но тебе нужны не слова. Я надеюсь, что ты дашь мне шанс исправиться. Дать мне время, которое я не уделил тебе.

— Ты однажды сказал мне, что не ладишь со своей матерью.

— Это правда.

— Ты бы уделил ей время? Если бы она попросила?

Джейсон перестал идти, Ник тоже остановился. Джейсон стоял, долго хмурясь.

— Это хороший вопрос, — сказал он наконец. — Трудный вопрос. И, если честно, я не знаю. Она всё еще здесь, на Земле. Может, мне стоит проверить, готова ли она к тому, о чем я прошу тебя. Обстоятельства у всех разные. Я не знаю, Ник. Я не знаю.

Он натянул улыбку на лицо и продолжил идти.

— Знаешь, я не думаю, что тебе нужна команда, — сказал он Нику. — Твои способности просто лучше работают в больших группах, поэтому Общество искателей приключений постоянно отправляет тебя в экспедиции. Тебе нужна гильдия, которая сможет в полной мере использовать твои способности. Мы планируем создать такую, когда вернемся в Палли. Я не позволю кому-то другому заботиться о тебе. С этого момента мы вместе.

— Да?

— Да. Мы обсуждали это с тех пор, как у меня возникли проблемы с гильдией в Витессе. Команда Бисквит становится большой, и у нас есть люди, которые то приходят, то уходят, как я, Руфус и Тайка. Наверное, и Зара тоже, теперь, когда она вернулась к принцессованию. Имеет смысл иметь гильдию, которая маленькая и работает как расширенная команда. Меняя людей, в зависимости от доступности и необходимости.

— Но у тебя нет никого серебряного ранга. Выполнение контрактов с кучей золотых рангов убьет меня.

— Наш набор в гильдию будет сосредоточен на низших рангах. Обучение людей до наших стандартов и помощь им в повышении ранга. Это намного проще, чем пытаться привлечь людей, которые уже золотого ранга и у которых всё равно есть свои способы делать вещи. Мы бы создали группы людей для каждого ранга, базировали бы их в зонах с соответствующими уровнями магии. Гринстоун для железных рангов и начального обучения, но мы планируем создать штаб-квартиры по всему миру. Клайв и та бедная женщина Лорелей уже почти двадцать лет пытаются реконструировать сеть порталов культа Строителя. Наши дома гильдии были бы испытательным полигоном, прежде чем внедрять это коммерчески.

— Это вызвало бы больший переполох, чем сеть Sky Link, которую построили Фарра и Трэвис. А это было огромно. Настоящая сеть порталов приведет целые страны и отрасли в беспорядок.

— Это будет большое дело, да, но в разумных пределах. Не то чтобы это будет бесплатное путешествие через порталы, но это будет дешевле и доступнее, чем нынешняя система поиска специалиста по порталам и выплаты им кучи денег.

Джейсон остановил их перед дверью в один из залов корабля.

— Готов, приятель?

— Нет, — сказал Ник, разминая плечи, как будто готовясь к бою. — Но давай сделаем это.

Джейсон усмехнулся, и дверь из тумана исчезла. Раздался визг, и Ника сбила торпеда.

* * *

Нью-Уотер был городом, который Джейсон создал в своем астральном королевстве для выживших из Боко. Многие решили уйти и найти новые дома в Паллимустусе, особенно те, кому не нравилась гражданская политика, которую проводил Джейсон, такая как отмена как долгового рабства, так и аристократических титулов. Дальнейшее социальное развитие было прерогативой церкви Владычества.

Духовенство в астральном королевстве Джейсона решило остаться для его путешествия на Землю. Первоначальный контингент был из церквей Очага, Убежища и Владычества, но по мере расширения работы другие присоединились, когда Джейсон принял больше людей в Римаросе. Члены различных священств присоединились, чтобы помочь основать новый город, в основном из-за логистики, необходимой для населения в десятки тысяч человек.

Хотя боги Паллимустуса не имели власти в его царстве и не могли осуществлять свою силу через свое духовенство, это мало что значило. Боги позаботились о том, чтобы их последователи были экспертами в своих областях влияния, магических или нет. Контингент экспертов имел свою магию, но именно их знания оказались более ценными.

Большинство представленных богов были второстепенными, обеспокоенными повседневной жизнью обычных людей. Не было особой нужды в духовенстве главных божеств, таких как Океан, Шторм или Война. Священники, которых взял Джейсон, были в основном служителями профессиональных богов, полезных для нового города, таких как Фермер, Каменщик и Бакалейщик. Другие были божествами, часто упускаемыми из виду, но критически важными для города, такими как Гигиена. Результаты их опыта были выставлены напоказ, когда город Нью-Уотер превратился из убежища для беженцев в дом и общество.

Священники Фермера помогли наладить сельское хозяйство на плодородных землях вокруг города, устранив необходимость для Джейсона наколдовывать большое количество еды. Смесь духовенства работала с Джейсоном над уточнением дизайна города, включая Каменщика, Архитектора и Садовника. Их опыт в строительстве и городском планировании направлял Джейсона в корректировке его наспех возведенного мегаполиса.

По необходимости Джейсон становился лучше в наспех построенных магических городах. Однако детали имели значение, и профессиональная помощь превратила Нью-Уотер в более практичное и приятное место для жизни и работы. Население именно так и поступило, основывая фермы и предприятия. Торговля была главным богом, наряду с Владычеством и Знанием, которые действительно играли свою роль. Его духовенство было критически важным в помощи в установлении зарождающейся экономики города.

Духовенство Знания основало школы, наряду с программами обучения для видов работы, доступных в этом новом городе. Многие люди могли полагаться на предыдущий опыт, чтобы найти работу или открыть бизнес, но другим нужны были альтернативные навыки, чтобы найти место в новом обществе. Там, где Боко сильно зависел от экспорта природных ресурсов пустыни, Нью-Уотер должен был найти свое собственное равновесие.

Священники Владычества служили надзирателями всей операции, так как их задачей была организация города в целом. Нужно было создать лидерские и административные структуры. Усилия другого духовенства должны были быть вплетены в единое целое, чтобы избежать их работы вразрез друг с другом или впадения в бессмысленную избыточность.

Языковые навыки были критической частью образовательных программ в Нью-Уотере, как в залах обучения взрослых, так и в школах. Пользователи эссенций преуспевали в изучении новых языков, особенно по мере повышения ранга, поэтому занятия в тренировочном зале были очень эффективными. В школах, где дети еще не получили эссенции, прочный фундамент языкового обучения помог бы им стать полиглотами, когда они станут старше. Обучение включало несколько языковых вариантов как с Земли, так и из Паллимустуса, так как Джейсон ожидал, что население будет взаимодействовать с обоими.

Джейсон был рад, что у Даниэль хватило дальновидности включить священников более высокого ранга в число первых, кто изучает земные языки. Это позволило им общаться с его тремя гостями из австралийского правительства во время их экскурсии по городу. Джейсон оставил их со своим самым разговорчивым не-первичным аватаром в качестве гида, известным как Консьерж. Многие из его других аватаров были довольно похожи на автоматы, их энергии были сосредоточены на выполнении конкретных задач. Консьерж был разработан, чтобы быть представителем Джейсона, когда он сам не управлял аватаром для этого.

Хотя он мог сосредоточиться на нескольких местах одновременно, Джейсон иногда хотел уделить безраздельное внимание чему-то другому. В этом случае — своему первичному аватару, проводя время с семьей. Было также преимущество в том, что Консьерж был уменьшенной версией Джейсона, более искусной в дипломатии, которой от него хотели Анна и Даниэль. Даниэль даже предложила вывести Консьержа, чтобы представлять Джейсона в других дискуссиях.

Трио правительственных чиновников потратило часы на экскурсию по городу, спрашивая духовенство о том, как он появился, и об участии Джейсона. У них также была возможность поговорить с некоторыми жителями более высокого ранга, которые достигли свободного владения английским во время поездки из Паллимустуса.

Истории, которые они услышали, рисовали Джейсона чем-то средним между мессией и настоящим богом. Разрушение их старого дома, потому что кто-то совершил на него покушение, высвобождение его апокалиптических уровней сдержанной силы. Спасение почти всего населения путем эвакуации их с помощью своей силы, затем в одиночку убийство армии ангелов. Приведение их в новую вселенную, вызов массивного оазиса из пустыни, в комплекте с новым городом в его сердце.

Это был город магических чудес, от парящих платформ, которые перемещались между зданиями, до общественных фонтанов, где вода буквально танцевала в воздухе, выступая как уличный артист. Люди летали над головой на коврах-самолетах, личных облаках полета или экзотических существах. Были также более крупные транспортные средства, от размера автомобиля до автобусов. Они оказались общественным транспортом, когда Консьерж использовал их, чтобы переместить группу из одного района в другой. По прибытии в каждое место они ходили пешком, чтобы лучше осмотреть город.

Даже спустя часы после начала поездки Джош глазел, как деревенский парень в своей первой поездке в большой город. Его личной одержимостью были устройства летающих облаков.

— Сол, здесь все как в «Обезьяньей магии»!

— Что такое «Обезьянья магия»? — спросил Соломон.

— Как ты можешь не знать, что такое «Обезьянья магия»? — спросил Джош. — Это не по-австралийски.

— Джош, — сказала Сью, — это детское телешоу шестидесятилетней давности, снятое в Японии и переведенное британцами. Как незнание о нем в 2038 году может быть «не по-австралийски»?

— Ты так говоришь, но ты ведь знаешь, что это такое, — парировал Джош.

— Только потому, что мой муж заставил меня смотреть ретроспективный документальный фильм из бокс-сета, который они выпустили пару месяцев назад. Издание к шестидесятилетию, Джош.

— Погоди, он достал одно из физических изданий? Черт, я был в списке ожидания.

— Также шоу называлось Обезьяна, а не «Обезьянья магия». Люди просто думают, что это из-за тематической песни.

— Насколько хороша была тематическая песня? — восторгался Джош. — Может, твоему мужу и мне стоит потусоваться.

— Мы можем двигаться дальше? — спросил Соломон.

— Как ты можешь быть таким спокойным? — спросил его Джош. — Мы на инопланетной планете, Сол. В целой другой вселенной, с волшебниками. Это магазин джелато? Я хочу джелато инопланетного волшебника.

— Технически это не джелато, — проинформировал его Консьерж. — Оно основано на рецепте из вашего мира, но сделано из местных ингредиентов.

— Сол не спокоен, — проинформировала Джоша Сью. — Единственная причина, по которой он кажется таким спокойным, — это то, что он пытается избежать полной потери самообладания. И я тоже хочу джелато инопланетного волшебника.

— Мы не знаем, что еда здесь сделает с нами, — сказал Соломон.

— Сол, Джош и я бронзового ранга, а ты серебряного. Я не думаю, что что-то, что они продают в стаканчике навынос, причинит нам вред.

* * *

Джейсон подавил смех, когда Эми закружила ошарашенного Ника в кругах, заключив в объятия.

— ОБОЖЕМОЙТЫТАКОЙМИЛЫЙЯДАЖЕНЕДУМАЛАЧТОТЫТАКОЙ!

Облачный корабль всё еще был в Австралии, но Джейсон привел свою семью, чтобы познакомить их с самым необычным его членом. При порталах между духовными доменами, по крайней мере в пределах одной вселенной, Джейсон мог игнорировать большинство обычных ограничений по вместимости и времени восстановления.

Эрика и ее муж Иан пытались отклеить Ника от хватки Эми. Отец Джейсона и его дядя Хиро подошли, чтобы встать рядом с ним, Кен накинул собственническую руку на плечо сына. У Джейсона сложилось четкое впечатление, что это для того, чтобы остановить его от очередного побега. Эми и ее дочери присутствовали, пойманные между нервозностью и удивлением. Бабушки Джейсона были с ними, держась поближе к своим правнучкам.

Две матриархи были совершенно разными, почти во всех отношениях. Бабушка Джейсона по отцовской линии, Юми, была худой как рельс и выглядела лет на сорок. Матриарх клана, ее суровая практичность требовала от других столько же, сколько она требовала от себя. Благодаря своим эссенциям крови, плоти и костей, она могла менять свою внешность по желанию. В дополнение к влиянию на ее видимый возраст, это позволило бы ей жить дольше, чем другим ее ранга, что сделало это чрезвычайно популярной комбинацией.

У другой бабушки Джейсона было имя, но она настаивала на том, чтобы ее называли Нана, так же сильно, как Юми была против этого. Нана прошла через длительный процесс восстановления после болезни Альцгеймера с большой магической помощью, но уже несколько лет была полностью восстановлена. Она была в нижних пределах бронзового ранга, магия делала ее бодрой и здоровой, какой Джейсон помнил ее с юности. Даже так, у нее всё еще было пухлое телосложение, необычное для пользователя эссенций. Он рассеянно задался вопросом, не знает ли она также тетю Нила.

Там, где Юми была холодной и жесткой, Нана была теплой и мягкой. Юми управляла кланом, но выздоровевшая Нана была матриархом семьи. Джейсон был опечален тем, что ее знакомое тепло отсутствовало во время его последнего визита на Землю.

Родители Эми сумели оторвать ее от Ника без использования лома, после чего Хана и Джейс больше не могли сопротивляться притяжению его миловидности. Нана и Юми последовали за ними, даже суровая матриарх клана смягчилась перед лицом миловидности Ника. Нана получила привилегию второго объятия, укутав крошечного человека-кролика, как одеяло.

Эрика встретилась взглядом с Джейсоном и кивнула в сторону открытой палубы зала ожидания корабля. Джейсон кивнул и последовал за ней, отец держался рядом. Остальная часть семьи вошла внутрь, чтобы увидеть Ника, который смотрел, как Джейсон уходит, как будто видел, как отплывает последняя спасательная шлюпка. На палубе были Руфус, Тайка и Гэри, управляющие грилем и накрывающие длинный стол для пикника. Джейсон не собирался представлять свою команду, пока не познакомит всех с Ником.

— Ты уверен, что я должен быть здесь? — спросил Гэри. — Это похоже на семейное дело.

— Наше присутствие позволяет им провести время с семьей, — сказал Руфус.

— Плюс, я испек торт, бро. Правда, обычный. Я работаю над магическими, но примерно один из пяти взрывается у меня в руках. Это запутанно, но вкусно.

Джейсон подошел к перилам и облокотился на них, используя свою ауру как экран приватности вокруг себя, своего отца и сестры.

— Значит, ты всё еще это делаешь, — сказала Эрика.

— Что делаю? — спросил Джейсон.

— Находишь ближайший балкон, опираешься на перила и смотришь вдаль, как будто у тебя есть суперважные вещи, которые нужно драматично обдумать.

— У меня действительно много вещей для обдумывания. Драматично. Это драматичные вещи. Борьба со злом. Строительство магических городов. Решение, могу ли я всё еще называть это карбонарой, когда в Паллимустусе нет гуанчиале.

— Ты мог бы, может быть, сойти с рук с панчеттой.

— Там нет свинины, Эри. Есть ящерица, которая на вкус как свинина, так что я задавался вопросом, не…

— Нет, — твердо сказала Эрика. Затем она повернулась спиной к перилам и прислонилась рядом с ним, ее глаза были устремлены на собрание внутри.

— Ты создал его, — сказала она.

— Ага.

— Как в той первой части библии.

— Я действительно создал вселенную. Меньше, чем библейская. Более управляемую.

— И ты создал человека.

— Да. А потом стал отцом-неудачником на пятнадцать лет. Пришлось, судьба космоса и всё такое, но это не меняет того факта, что я создал его и бросил. Мы всё еще ищем свой путь. Надеюсь, вы оба сможете помочь мне с этим.

— Попробуй нас остановить, — сказал Кен, положив обнадеживающую руку на плечо Джейсона.

Глава 952: Вся твоя хорошо изученная вежливость

Глава 952: Вся твоя хорошо изученная вежливость

Новый и чрезвычайно популярный новый член семьи Асано выглядел довольно шокированным. Джейсон вытащил Ника из лап Ханы и Джейс, отведя его в тихий угол балкона.

— Ну?

— Это… я не знаю. Это много.

— Я знаю. Тебе не стоит ожидать, что ты просто войдешь и у тебя будет какая-то врожденная связь со всеми. Узнай их. Позволь им узнать тебя, как только они пройдут мимо миловидности, которая заставляет всех хотеть обнять тебя и нарядить в серию очаровательных костюмов.

— Что?

— Ничего.

— Папа…

— Что? — спросил Джейсон с неубедительной невинностью.

— Ты приобрел серию необычных шляп?

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Пора мне привести команду, чтобы представить их всем. Это должно немного снять с тебя давление.

— Возможно, вам стоит повременить с этим, мистер Асано, — сказала Тень из тени Джейсона. — Австралийцы наконец заметили своих пропавших чиновников.

* * *

— Это так вкусно, — пробормотал Джош с ложкой джелато во рту.

Он стоял снаружи магазина джелато со Сью, Соломоном и Консьержем.

— Это довольно приятно на вкус, — вынужден был признать Соломон.

— Мне только что пришло в голову, — сказала Сью, — что мы никому не сказали, куда ушли. Асано просто ворвался, и с этого момента всё стало странно. Вы не думаете, что это вызовет какие-то проблемы?

* * *

В офисах Департамента премьер-министра и кабинета министров был конференц-зал. Троих правительственных чиновников, которые должны были быть в этом зале, там не было, открытый портал в одном конце комнаты был очевидной причиной их отсутствия. Если бы у трио был более нормальный день, из тех, что не включают посещение инопланетного мира в альтернативной реальности с волшебником, они могли бы поступить иначе. Сказать кому-то, куда они идут, например, или бежать без оглядки. Однако некоторые дни настолько выходят за рамки нормы, что в итоге плывешь по течению, только чтобы позже задаться вопросом, о чем ты думал.

Силы безопасности, в настоящее время набившиеся в конференц-зал, уже задавались вопросом, о чем думало трио. Был развернут целый отряд серебряного ранга, все оснащены магически усиленной тактической броней и огнестрельным оружием. Они ждали золотого ранга, чтобы портануться из города-артефакта и провести их через него.

То, что они нашли на другой стороне, было пространством размером со склад, с полом, потолком и тремя стенами, сделанными из не украшенных металлических панелей. Последняя стена была единственным, огромным стеклом, выходящим на планету.

— Мы на орбите? — спросила Гарнетт, лидер отряда серебряного ранга.

— Не просто орбита, — сказал Лу, золотой ранг, связной от китайского правительства. — Это не Земля.

Гарнетт посмотрел снова и увидел, что Лу прав. Планета действительно выглядела как их большой синий шарик, но континенты были не те.

— Где, черт возьми, мы? — спросил он. — Какая-то космическая станция? Космический корабль? У нас есть гравитация. Это от вращения, магии или какой-то инопланетной науки?

— Выяснение этого — причина, по которой мы здесь, — сказал Лу. — Где мы, и что Асано сделал с нашими людьми.

Он отвернулся от окна, чтобы более тщательно осмотреть комнату. Панели, составляющие стены, были большими, каждая по несколько метров в поперечнике. В каждой из стен без окон были двери, включая один комплект, которые были размером со склад, достаточно большие, чтобы пропустить массивные грузы.

— Какой-то склад? — предположил он. — Погрузочная площадка?

— Может быть, комната безопасности? — предположил Гарнетт. — За некоторыми из этих панелей могут быть скрытые оружия.

— У меня было искушение, — сказал Джейсон, и отряд развернулся, чтобы направить на него оружие. Он стоял посреди комнаты, одетый как турист, с руками в карманах. Он посмотрел на оружие со вздохом.

— Серьезно? — спросил он. — Вы, ребята, не видели кино? Когда один парень стоит небрежно, а куча парней, похожих на спецназ, направляют на него оружие, эти пушки определенно не сработают. Послушайте, давайте просто пропустим вперед. Вы, ребята, стреляйте в меня, и мы посмотрим, как пойдет.

— Огонь не открывать, — приказал Гарнетт своему отряду. Он взглянул на Лу, единственного из них без тактического снаряжения или оружия. Он был одет в простую черную форму, которая выглядела простой, но в ней текла более мощная магия, чем в тактическом снаряжении.

— Асано, где мы? — спросил Гарнетт.

— На космической станции в моей личной вселенной.

— Твоей личной вселенной?

— Ага. У меня нет времени вдаваться в детали, но она очень маленькая, по меркам вселенной. Только одна солнечная система. Это главная планета там, прямо в зоне Златовласки. Некоторые из других обитаемы, если немного более экзотичны. Мне пришлось сделать несколько странных вещей, чтобы это сработало, в зависимости от их расстояния от солнца.

— Ты говоришь, что мы на космической станции, в какой-то частной вселенной, — сказал Гарнетт. — Даже с магией, кажется гораздо более вероятным, что это всё уловка. Воздух и гравитация ощущаются так, как будто мы в комнате на Земле, а не на орбите вокруг нее. Насколько я знаю, это окно — просто экран высокого разрешения, и этот портал привел нас на склад посреди Джилонга.

Джейсон моргнул от удивления, затем разразился смехом.

— О, я чертовски жалею, что не сделал этого сейчас. Вы мне нравитесь, мистер Гарнетт, поэтому я не буду слишком строг к вам и вашим ребятам.

— Мы хорошо осведомлены о вашей методологии, мистер Асано, — сказал Лу. — Вы любите использовать абсурд, чтобы запутать и отвлечь. Это здесь не сработает.

Ухмылка, которая появилась на лице Джейсона, заставила бы Чеширского Кота покраснеть от зависти.

— Забавно, что вы это сказали. В вашем мире вы, вероятно, были бы правы. Но это мой мир, мистер Лу, и вы не имеете представления о том, насколько абсурдным он может быть. Джентльмены, я сказал вам стрелять в меня.

Каждый палец, лежащий на спусковом крючке, сжался, посылая по одной пуле из каждого пистолета. Пули остановились в воздухе, затем каждая из них поплыла перед человеком, который выстрелил, зависнув перед его головой. У пуль выросли мультяшные лица, и они начали кричать.

— Вы вообще слушали, идиот? Вы понимаете, насколько мы дорогие, а вы просто швыряете нас в какого-то парня, который превратил нас в мультяшных персонажей! Мы возвращаемся в наши пистолеты сейчас, и пусть никто больше не стреляет нами, пока вы не вернетесь туда, где вам место.

Затем пули вернулись в стволы, некоторые из них отрастили руки, чтобы показать средний палец своим стрелкам по пути. На долгий момент все замерли. Затем один из сотрудников службы безопасности выбросил свой пистолет, как будто тот пытался его укусить. Это вызвало реакцию у остальных, глядящих на свои пистолеты или точно так же бросающих их на землю. Один действительно заглянул в ствол своего заряженного огнестрельного оружия, за что получил крик от Гарнетта. Только безоружный Лу был непоколебим, его выражение лица было спокойным, а глаза прикованы к Джейсону.

— Твоя вселенная, — сказал Лу.

— Ага.

— Ты здесь могущественен. Контролируешь наше восприятие реальности.

— Я мог бы, да, но проще просто изменить реальность. Единственные вещи, которые не принадлежат мне в этом месте, — это ваши души. Что касается ваших тел, я мог бы превратить их в горшки с водой и сварить в вас лобстеров.

— Ты претендуешь на то, чтобы быть богом?

Смешок Джейсона звучал как беззаботное веселье, но у каждого другого человека в комнате пробежал холодок по спине. Команда безопасности, всё еще выглядящая шокированной, переключила внимание на Джейсона.

— Я не настолько ограничен, как бог, мистер Лу, но вы можете считать меня таковым, если это поможет. Я понимаю сложность осознания силы в масштабе, выходящем за рамки всего, что вы считали возможным. Я однажды воспринимал весь космос. Это было на бесконечно малое время, за пределами возможности измерения, но даже с той силой, что у меня есть в этом месте, одно только откровение об этом почти уничтожило меня.

Он улыбнулся Лу.

— Даже сейчас вы сомневаетесь во мне, — продолжил Джейсон. — Возможно, это всё иллюзия. Может быть, мы действительно на складе в Джилонге. Мистер Лу, в вашем мире я просто золотой ранг, не такой, как вы. Мощный, с мощными друзьями. Но в этом месте всё отвечает мне. Даже физика.

— Так вы говорите.

— Что вы хотите увидеть, мистер Лу? Почувствовать? Быть? Что потребуется, чтобы убедить вас? Вы хотите, чтобы я выключил солнце? Мне придется предупредить людей на планете, чтобы они не начали религию или что-то в этом роде, но я могу это сделать.

— Почему вы вообще хотите убедить меня? Что вы от этого получаете? Если у вас есть такая сила, что я могу вам предложить?

— Если я убежу вас, вы убедите по крайней мере некоторых лидеров Земли. Некоторые не будут слушать, конечно, но вы человек влияния. Силы.

— Это смехотворное утверждение в этом месте.

— Но вы не будете в этом месте. Надеюсь, поможете мировым лидерам понять, что у меня здесь есть. Потому что, если они поймут, они поймут, почему у меня нет амбиций вытеснить их.

Он указал на окно.

— Какой смысл искать власть на Земле, когда у меня есть это?

— Некоторым людям, — сказал Лу, — неважно, что у них есть или сколько этого. Они всегда хотят следующую вещь, если только потому, что у кого-то другого она уже есть.

Джейсон вздохнул и кивнул в знак признания.

— Я не могу спорить с этим, мистер Лу.

Лу повернулся, чтобы посмотреть на планету через окно.

— Это то, к чему это ведет? — спросил он. — Этот путь магии? Нет предела?

— Я не знаю. Космос огромен за пределами того, что может вместить любой смертный разум, поверьте мне. Большинство бессмертных разумов тоже. Я не уверен, существует ли истинный предел потенциала человека, но у каждого из нас есть свои препятствия. Для вас ядра монстров, которые вы использовали, чтобы достичь золотого ранга, делают маловероятным дальнейшее продвижение. Но нет ничего невозможного.

Плечи стоического Лу поникли.

— Легко чувствовать себя большим, когда у тебя есть сила, — сказал он. — Правда в том, что я такой маленький, не так ли?

— Мы все такие, — сказал Джейсон. — У меня есть своя вселенная, и я сидел на престоле творения, но я всего лишь песчинка. Но это часть того, почему всё это так удивительно. Как бы далеко вы ни зашли, всегда есть новый горизонт. Я не знаю, понимают ли это люди Земли, мистер Лу, но я бессмертен. По-настоящему бессмертен. Если вы убьете это тело золотого ранга, я просто создам другое, прямо здесь. Я собираюсь жить вечно, но у меня никогда не закончатся холмы для восхождения. Не думайте о себе как о маленьком, мистер Лу. Думайте о космосе как о месте бесконечного потенциала.

— Возможно, для молодого поколения. Тех, кто не использовал ядра монстров, чтобы поднять себя.

— Это сложный вопрос, признаю. Но, как я сказал, нет ничего невозможного. Прямо сейчас в другом мире идет война. Она идет из-за реликвии, которая, как мне сказали, может, среди многих других вещей, очистить остаточные ядра монстров от людей. Дать им свежий шанс продвинуться. Я не говорю, что вы или я когда-нибудь получим эту реликвию в свои руки, но мой опыт показывает, что нет ничего по-настоящему невозможного. Просто очень, очень неосуществимо.

Лу подошел к гигантскому окну, мимо отряда безопасности, который с неуверенностью наблюдал за их дискуссией. Золотой ранг посмотрел на планету внизу.

— Вы не лжете, верно? — тихо спросил он. — Насчет этого места. Силы, которой вы здесь обладаете.

Джейсон подошел, чтобы встать рядом с ним.

— Нет, — тихо сказал он.

— Даже если космос огромен, мы должны казаться вам такими маленькими.

— Каждое семя маленькое, мистер Лу. Это не значит, что оно не может стать могучим деревом. Я не собирался говорить об этом еще, но одно из моих намерений при возвращении на Землю — помочь ей на пути вперед. Подготовить ее к тому времени, когда другие миры позовут. Я не буду лгать, мистер Лу; старая гвардия, такая как вы, вероятно, зашла так далеко, как когда-либо сможете. Но некоторые из тех, кого вы будете направлять и учить, будут бродить по звездам за звездами. Видеть чудеса, с которыми даже я еще не сталкивался. Вы не будущее, мне жаль это говорить, но вы поможете его построить.

Лу посмотрел с планеты на Джейсона и обратно на планету.

— Могу я пойти туда? Увидеть это своими глазами?

— О, абсолютно. Ваши люди сейчас получают джелато, нам стоит присоединиться к ним.

— Вы только что сказали джелато?

— Ну, технически это не джелато.

Глава 953: Идеальные гуманоидные образцы

Глава 953: Идеальные гуманоидные образцы

Австралийская команда безопасности вернулась через портал, чтобы отчитаться о том, что они нашли. Джейсон отправил Лу Яня через отдельный портал, чтобы присоединиться к правительственным чиновникам, поедающим замороженные десерты. Лу присоединится к их туру, возглавляемому Консьержем, позволяя Джейсону вернуться к семье. В теории.

Он вышел из тела Тени на свой облачный корабль, но Тень заговорила до того, как у Джейсона появилась возможность двинуться.

— Мистер Асано.

— Пожалуйста, скажи мне, что нет ничего, что я должен пойти сделать. Я пытаюсь представить всех своих друзей своей семье.

— Миссис Тилден требует вашего участия. У нее есть то, что она считает адекватными условиями для возвращения пространственных беженцев на Землю. Она сказала, что было бы лучше, если бы вы могли появиться лично, чтобы ратифицировать соглашение.

— Почему это должно было быть сегодня? — проворчал он. — Сколько у меня свободы действий во времени?

— Зная, что вы заняты, миссис Тилден назначила встречу на сегодня после обеда в Канберре с рядом послов и чиновников, представляющих нации и фракции, чьи люди были перемещены. Она запланирована на один час и сорок семь минут с этого момента.

Джейсон издал разочарованный стон.

— Ладно, это стоит того, чтобы показаться. Если я хочу, чтобы люди воспринимали меня всерьез.

— Кстати, мистер Асано, миссис Тилден предложила вам не прибывать в коротких штанах. Она зашла так далеко, что выразила надежду, что вы сможете увидеть путь к тому, чтобы надеть настоящий костюм. Могу я предложить один из новых нарядов от мистера Бертинелли в стиле Витесс. Что-то, отражающее формальность земной деловой моды, при этом четко проводя различие. Это, я полагаю, послало бы сообщение, к которому вы стремитесь.

Джейсон кивнул.

— Как всегда, Тень, твой вкус безупречен.

— Тогда могу ли я убедить вас перечитать Остаток дня, который воплощает отношения…

— Ты понимаешь, что это грустная книга о парне, который отказался от любви из преданности нацистскому симпатизанту.

— Это произведение, содержащее много прекрасных уроков о природе службы, мистер Асано. И я бы надеялся, что вы разборчивы в своих симпатиях.

— Я тоже. Послушай, мы посмотрим версию фильма сегодня вечером, с Эми и ее родителями, хорошо? Предполагая, что вещи перестанут всплывать.

— Это было бы очень хорошо, мистер Асано. Даже если я не одобряю выбор эссенций сэра Энтони. Мощный, Плодородный, Обширный и Здание. Совершенно недостойно. * * * Встреча прошла на удивление спокойно. Были некоторые вопросы от министра иностранных дел Австралии по поводу портала, всё еще находящегося в офисе в Канберре, но он отмахнулся от этого человека, перенаправив его к Анне. Большинство присутствующих, казалось, нервничали из-за Джейсона, хотя любопытство и амбиции боролись со страхом в их аурах.

Поскольку Джейсон хотел оттянуть свое время в Австралии, несмотря на свои заявления, он позволил уговорить себя подождать, пока место будет подготовлено на побережье. Беженцы будут освобождены там своим соответствующим нациям и организациям.

Поскольку большинство беженцев принадлежали как к магическим фракциям, так и к нациям, возникли некоторые споры о том, кто будет их забирать. В то время как некоторые нации объединились с различными фракциями или, по крайней мере, имели очень близкие отношения, другие — нет. Некоторые фракции, такие как Инженеры Вознесения и различные итерации Сети, больше не существовали вовсе.

Джейсон заметил, что никто не предложил спросить самих беженцев, но он с радостью остался в стороне от этих переговоров. Было несколько попыток втянуть его в дискуссию, но он остался в стороне. Пока и если кто-то из беженцев не попросит какого-то убежища от того, кто прибудет, чтобы забрать их, он не имел к этому никакого отношения. Он был благодарен за помощь Анны в избежании дипломатических запутанностей.

Он оставил послов на их обсуждения, вернувшись на свой корабль, как только логистические детали, которые его касались, были окончательно согласованы. Анна пошла с ним, также счастливая сбежать с этого мероприятия. Она была там гораздо дольше него и исчерпала продуктивные ходы, которые могла сделать.

— Ты хорошо справился, Джейсон, — сказала она после того, как они появились в комнате на корабле, отведенной для прибытий телепортацией. — И отличный выбор костюма.

— Спасибо.

— Тень?

— Он действительно помог выбрать его, — признал Джейсон. — Моя семья устраивает барбекю в лаунже на террасе восьмой палубы, если хочешь поесть.

— Я бы не хотела вторгаться.

— Руфус, Тайка и Гэри там. И я наконец собираюсь привести своих друзей из другого мира, чтобы познакомить со всеми. Я знаю, что ты ждала возможности связаться с Даниэль Геллер.

— Тогда я освежусь и спущусь. * * * — Погоди, мы должны были нарядиться? — спросил Нил. — Ты сказал, что дресс-код повседневный.

— Так и есть, — заверил его Джейсон. — У меня просто была встреча с землянами.

— Надеюсь, ты не назвал их так, — сказала Даниэль.

— Я полностью это сделал. Даже сказал им отвести меня к их лидеру.

Она закатила глаза, когда Джейсон одарил ее озорной ухмылкой.

Друзья Джейсона собирались в холле за пределами своих люксов. Его команда, за вычетом Зары. Фарра и Даниэль. Эмир и Констанция, Арабель и Габриэль. Валдис и его жена Сигрид. У Белинды была Эстелла, стараясь не быть неловкой рядом с Джори. Трэвис нервно сжимал руку своей жены Габриэль.

— Трэвис, ты был одним из первых аутсайдеров, подписавшихся с Кланом Асано. Ты мог бы быть там всё это время.

— Я не знаю, — сказал он. — Прошло так много времени, знаешь?

— Тебе не о чем беспокоиться, — заверил его Джейсон. — Ты среди друзей. Семьи. И я знаю, что у нас были разногласия, Габриэль, но ты тоже семья, теперь.

Он осмотрелся.

— Нет Зары?

— Она всё еще с дипломатическим контингентом Римароса, — сказала Даниэль.

— Я сказал ей, что это происходит, — сказала Софи. — Она присоединится к нам или нет.

— Я загляну к ним, — сказал Джейсон. — Но не раньше, чем после. Я слишком долго ждал, чтобы откладывать это дальше. * * * Королевская семья королевства Шторм была обширной, составляя почти четверть дворянства королевства. Даже у самых невыдающихся дворянских домов было по крайней мере несколько членов королевской семьи, спрятанных в генеалогическом древе, все тщательно отслеживались, чтобы семьи не становились слишком близкими. Члены королевской семьи уровня Зары были редкими, большинство принцев и принцесс были гораздо менее влиятельными, чем дворянство высшего уровня.

Зарин Римарос технически была принцессой, но достаточно далеко в иерархии, что ее официально называли «леди», а не «принцесса» или «ваше высочество». То же самое было верно для многих из дипломатической команды, отправленной для взаимодействия с властями Земли.

В соответствии со своим статусом, она служила кем-то вроде фрейлины для принцессы Зары, и они стали близки во время путешествия. Помогало то, что у Зарин также была история с Джейсоном, хотя у Зарин она была гораздо менее сложной. Это была в основном социальная связь, через ее мать, Лиару. Лиара была также младшей королевской особой, но ее личная сила и положение в Обществе искателей приключений делали ее политической силой, тем не менее.

Зарин сидела на кровати Зары, наблюдая, как другая принцесса ходит взад-вперед.

— Тебе просто стоит пойти, — сказала она Заре. — Это большая проблема только в твоей голове.

— Что, если я самонадеянна?

— Самонадеянна? Мы все наблюдали, как вы двое пожираете друг друга глазами каждый раз, когда вы вместе в комнате.

Зара остановилась, чтобы одарить ее язвительным взглядом. Зарин ответила тем, что приложила запястье ко лбу и упала назад, как будто упала в обморок.

— О капитан, я всего лишь заблудшая принцесса, брошенная в пространственном море. Возьми меня в свои мужественные объятия и…

Ее прервала брошенная подушка, смеясь, когда она отскочила. * * * Пока Джейсон собирал своих друзей, группа на собрании также росла. Больше членов клана появлялись через теневой портал, включая старшего дядю Джейсона, Широ Асано. Он прибыл с бывшими членами Клана Асано Сети, изгнанными в Австралийский Клан за то, что встали на сторону Джейсона во время его последней поездки на Землю. Главой этой группы был бывший патриарх Японского Клана Асано, также по имени Широ Асано. Два Широ, как их стали называть, подружились за время долгого отсутствия Джейсона.

С ними были бывшие члены Клана Тивари. Как и японские Асано, они были изгнаны из своей семьи за то, что встали на сторону Джейсона. Предыдущее время Джейсона на Земле было наполнено предательством и обманом, поэтому он очень ценил тех, кто продемонстрировал честность, даже когда это стоило им дорого.

Ведя своих друзей, Джейсон остановился перед дверью в лаунж, такой же нервный, как Ник ранее. Хамфри положил руку ему на плечо.

— Всё будет хорошо, Джейсон.

— Он прав, — сказала Белинда. — Я имею в виду, будут ли они ненавидеть Нила? Вероятно, да.

— Эй…

— Спасибо, — сказал Джейсон. — Это успокоило меня. Но да, они, вероятно, все будут ненавидеть Нила.

— Боги, черт возьми.

— Здесь нет богов, приятель, — сказал ему Джейсон. — Есть только я.

— Ого, — сказал Нил. — Это может быть самой высокомерной вещью, которую ты когда-либо говорил, а это многолюдное поле.

— Это было довольно плохо, — согласился Хамфри.

— Простите. Я делал кое-что ранее, и я думал, что мне, возможно, придется выключить солнце на некоторое время. Чтобы доказать точку, понимаете? Это ввело меня в определенное состояние ума.

— Просто открой чертову дверь, — сказала Софи. — Я хочу что-нибудь поесть.

Дверь растворилась.

— Фарра! — крикнула Эми и бросилась к ней. * * * — Вы все такие красивые, — сказала Эрика. — Я имею в виду, я знаю, что магия делает с внешностью людей, но даже по этим стандартам, это действительно что-то. Как будто вы все только что вальсировали из модельного агентства.

— Это очень лестно, Эри, — сказал Джейсон.

— И Джейсон был бы вашим менеджером. Что объяснило бы того одного парня, который не такой великолепный, как остальные из вас.

— Серьезно? — заныл Джейсон.

— Она мне нравится, — сказала Белинда на безупречном английском и шагнула вперед, чтобы пожать руку Эрики. — Я Белинда, а это Эстелла.

— Я на самом деле узнаю тебя, — сказала Эрика. — Джейсон делал записи во время своей первой поездки в ваш мир.

— Я помню их, — сказала Белинда. — Они были очень раздражающими.

Джейсон счастливо наблюдал, как две его семьи встретились впервые. Для двух групп из буквально разных миров они сошлись лучше, чем он когда-либо мог надеяться. Большая часть начала состояла в том, что он делал представления. Большинство присутствующих взрослых были пользователями эссенций, поэтому запоминание имен было легким.

Он наблюдал, как целители, Нил, Джори, Арабель и Сигрид, обсуждают различные подходы к магическому исцелению с зятем Джейсона и другим врачом, Хлоей Бодриар. Эми, Клайв и Гэри неряшливо разбирали одну из кубических конструкций Эми на столе, где люди должны были есть. Валдис с энтузиазмом обсуждал техники меча Земли с не-дядей Широ и его дочерью, Акари.

Анна и Даниэль наконец встретились, Джейсон сопротивлялся желанию пропустить свои чувства через их экран приватности, когда они обменялись раздраженными выражениями, жестикулируя в его сторону. Эмир держал двор с некоторыми из молодого поколения, многие дети прибыли с дополнительными членами клана. Он громко рассказывал шумную историю о поиске сокровищ и приключениях.

Отец Джейсона разговаривал с женой Эмира и мужем Арабель. Фарра наверстывала упущенное с Руфусом после пятнадцати лет разлуки со своим самым старым другом. Ник, Белинда и Эстелла совершали налет на шведский стол, как будто им нужно было запасти еду на зиму. Белинда допрашивала неуверенно выглядящего Ицуки Тивари о том, какую еду лучше всего стащить. Хамфри и Софи циркулировали, будучи абсолютным центром внимания.

— Это почти отвратительно, — сказала Эрика. — Они просто идеальные гуманоидные образцы. Мне некомфортно от того взгляда, который Нана бросает на Хамфри.

— Я знаю, правда? — согласился Джейсон. Они наблюдали за комнатой из тихой кабинки у стены, рог изобилия еды был разложен перед ними.

— Ты знаешь, что они все станут знаменитыми, верно? — спросила Эрика. — Ты хоть как-то подготовил их к орде жаждущих людей в интернете?

— «Жаждущие» — это термин, который люди всё еще используют? Я бы подумал, что они уже отошли от этого к настоящему времени.

— Я не знаю. Я жила в магической дыре годами, отрезанная от популярной культуры.

— Это не магическая дыра.

— Есть дыра во вселенной, через которую нужно пройти, чтобы войти, Джейсон. Это магическая дыра.

— Это апертура, а не дыра.

— Ты знаешь, что у нас здесь есть интернет? В отличие от магической дыры. Ты понимаешь, что я найду, если поищу синонимы апертуры на своем телефоне, верно?

— Заткнись и ешь свой бургер.

Она обдумывала, стоит ли еще подколоть его, но это был хороший бургер, поэтому она взяла его и откусила. Джейсон издал довольный вздох и прислонился к плечу своей сестры.

— Это именно то, что я хотел, Эри. Всё, что я хотел, так долго. Я знаю, что будет куча дерьма, с которой нужно разобраться, но прямо в этот момент всё идеально.

— Я слышала, кто-то упомянул, что есть еще один член твоей команды?

— Зара. Она принцесса королевства на другом конце магического моста. У них здесь дипломатическая команда для установления отношений на Земле. Она с ними.

— Принцесса, говоришь.

— Ага.

— Красивая принцесса?

— Посмотри на этих людей, Эри. Они все красивые.

— Угу.

Джейсон сел прямо и посмотрел на свою сестру.

— Эри, с кем ты разговаривала?

— С Фаррой.

Джейсон издал усталый вздох.

— Я хочу встретиться с ней, Джейсон.

— Между мной и Зарой ничего не произошло.

— Я хочу встретиться с ней.

Джейсон оглядел комнату, где люди хорошо проводили время.

— Позже, — сказал он. — Есть история, с Зарой и мной, и вещи сейчас деликатные. Никто из нас точно не знает, где всё стоит, или куда всё идет. И есть осложнения. Политические последствия. Она принцесса, Эри, и не из тех, кто машет людям во время открытия больницы.

— Значит, ей не разрешено закрутить с простолюдином?

— Нет, дело не в этом. Это сложно и политически, и касается большего, чем просто ее положение. Я попал в необычное положение в глобальной политике Паллимустуса. Даниэль, подойди сюда, пожалуйста.

Даниэль была на другой стороне шумной комнаты, внутри экрана приватности. Тем не менее, она посмотрела на мягкую просьбу Джейсона. Она подошла, и Джейсон нажал кнопку на столе, которая активировала магию приватности на кабинке. Джейсон и Эрика встали, когда Даниэль подошла.

— Я не думаю, что вы двое официально встречались. Эрика, это Даниэль, мать Хамфри. Даниэль, это моя сестра. Мне нужно, чтобы моя сестра поняла, почему она не может вмешиваться в мои отношения с Зарой. Для моего же блага, конечно, в этой манере старшей сестры. Я подумал, что ты лучше объяснишь политику Паллимустуса, мое положение в ней и как это относится к принцессе. Как потому, что твое объяснение будет лучше, так и потому, что она не будет сомневаться в половине этого из принципа, как она сделала бы со мной.

— Приятно познакомиться, — сказала Даниэль. — И Джейсон был прав, привлекая меня к этому. Я оставлю сложную личную историю для него, чтобы объяснить позже, и сосредоточусь на политике. Сколько Джейсон рассказал тебе о том, чем он занимался в моем мире?

— Немного.

— Тогда я начну с самого начала. Присядем?

— Я пойду, — сказал Джейсон, вставая. — Я, может, ускользну и посмотрю, не смогу ли я уговорить Зару присоединиться к нам.

— Джейсон, — сказала Даниэль. — Я не буду говорить тебе, что делать или чего не делать. О чем я попрошу, так это о том, чтобы любой выбор, который ты делаешь, ты не делал легкомысленно.

— Я знаю, — сказал он. Она кивнула, и он ушел. Две женщины заняли места в кабинке.

— Возможно, — сказала Даниэль, — мне стоит начать с самого начала. Я проводила некоторое время в родовом поместье моей семьи, когда меня посетил Руфус Ремор. У него была необычная история, сосредоточенная вокруг странного человека, которого он встретил…

Глава 954: Опасения

Глава 954: Опасения

Члены Кабала скрывались дольше, чем люди — по крайней мере, те, что с Земли — вели записи истории. Некоторые были затворниками, их гламуры не выдерживали пристального изучения. Другие были способны менять форму, незаметно смешиваясь с человеческим обществом.

Посланники были одними из самых способных в этом отношении. Они могли прятать свои крылья, уменьшать свой размер и даже уменьшать свою естественную красоту и притягательное присутствие. Другие нечеловеческие черты, такие как цвет волос, могли быть точно так же замаскированы. Таким образом, посланники скрывались тысячелетиями. Даже многие среди Кабала считали ангельских основателей их коллектива мифом.

Пятнадцать лет после раскрытия их существования многие были более расслаблены по поводу маскировки своей природы. Широкий кабал часто делал то же самое, от крошечных фей до нависающих огров. Однако было много преимуществ в человеческой форме даже в объектах Кабала. Когда ты девять футов ростом, с трехфутовыми рогами, принять человеческую форму было просто легче, когда ты стоишь в очереди за наан ручной работы в кафетерии.

Борис Кет Лунди, или Борис Кетланд, как он назывался на Земле, давно привык к человеческим пропорциям. Эти пропорции значительно изменились за эти годы, его первый визит на Землю предшествовал существованию людей на Земле на значительный промежуток времени. Он когда-то провел несколько тысячелетий, замаскированный под селестинского научного ассистента, изучая влияние магии на конвергентную эволюцию во вселенных. Это было полезное прикрытие в разведке потенциальных мест для скрытых колоний Неортодоксии.

Земля была смелым выбором для такой колонии, будучи центральной в скандале, из-за которого оригинальный Строитель был подвергнут санкциям. Однако риск окупился, так как Совет Королей не видел ценности в том, чтобы тыкать в великих астральных существ, и избегал, казалось бы, бесполезного мира. Было сложно создать инфраструктуру для поддержания золотых и серебряных рангов в мире с низким уровнем магии, но это было сделано до появления ранних гоминидов. Не было способа позволить алмазным рангам жить там, но их было мало в любом случае, и они могли позаботиться о себе.

В отличие от Совета Королей, Джейсон Асано не боялся тыкать в трансцендентных существ и их интересы. Его способность продолжать делать это, не будучи размазанным по бетону, как неудачный джем, удивляла даже Бориса, чей жизненный опыт охватывал миллиарды лет. Он восхищался Джейсоном, который не имел представления о том, как часто рука возмездия была остановлена дико маловероятными обстоятельствами или странным стечением трансцендентных повесток.

Даже сейчас планы, рожденные задолго до Джейсона Асано, двигались, незамеченные и невидимые. Как вода подземной реки, немногие осознавали, что происходит, прямо под их ногами. Схемы, приведенные в действие иномирным предшественником Джейсона, основателем Сети, продолжали разыгрываться. Борис работал с собственным фамильяром основателя, чтобы предать его ранним магическим обществам, которые в конечном итоге стали Сетью.

Этот акт не остановил часы, которые основатель привел в движение, но позволил им ускорить магические знания начинающих пользователей эссенций Земли. Недостаточно, но дефицит магии на Земле всегда должен был быть ограничивающим фактором. Растущая магия последнего столетия или около того привела к тому, что Сеть стала полностью установленной.

Норет всегда был нестабильным элементом, и его всё более экстремальный и изоляционистский подход к продвижению магии Земли был катастрофическим, в конце концов. Его Инженеры Вознесения пытались продвинуть магию вперед менее обычными путями, но Борис отказался участвовать. Норет и исследования его организации были достаточно опасными, без доступа к знаниям космоса.

В конце концов, Норет не смог осознать, что Асано был союзником, а не вражеским агентом, до тех пор, пока не стало слишком поздно. Его решительный шаг по отключению сети создал кризис зоны трансформации, почти уничтожил планету и поднял уровень магии Земли.

Борис подошел к грани раскрытия своих посланников, чтобы разрешить кризис, но Асано справился с этим в одиночку. Даже так, повышенный уровень магии и сниженная стабильность Земли ускорили вражеский график. Худшая часть была в том, что Борис ничего не мог сделать, вынужденный позволить Джейсону играть в руки врага. Единственной альтернативой было позволить Земле быть уничтоженной.

В конечном счете, усилия Джейсона позволили посланникам оставаться скрытыми. Чем больше Борис был вынужден раскрывать присутствие своих людей, тем вероятнее они были бы обнаружены теми, кто находится в космосе. Будучи раскрытыми, посланникам нужно было бы уйти или навлечь гнев Ортодоксальных посланников на Землю.

Если бы Борису и его людям пришлось уйти, они не были бы рядом для грядущей войны. Это была неизбежность, которую он теперь принимал как более вероятную, чем нет, после действий Норета. Пространственный мост нужно было установить за десятилетия до того, как это стало необходимо.

Вероятность того, что посланники будут вынуждены уйти и не присутствовать на войне, подтолкнула Бориса пересмотреть старое решение. Он помог клану Асано взять на себя один из проектов Норета, что он никогда бы не сделал, если бы Норет был еще жив. Он доверял клану, под руководством Джейсона и его бабушки, действовать более ответственно, чем это сделал бы рунный паук. Он сомневался, что этого будет достаточно, но это даст Земле шанс, по крайней мере. Если он и его посланники не будут присутствовать, чтобы сражаться, им отчаянно понадобится это.

Обходной путь Асано с Космическим троном дал им драгоценные пятнадцать дополнительных лет на подготовку, но даже это было на пределе. Еще немного, и признаки пространственного разрушения начали бы проявляться. Теперь мост был установлен. Земля со временем исцелится, но была открыта для новой угрозы. В течение десятилетия самое большее мост станет настоящим пространственным проходом, больше не требующим сложной астральной магии для пересечения.

Борис обнаружил, что вынужден восхищаться планом. Мировой Феникс, Джейсон, сам Борис и многие другие играли свою роль, каждый элегантно расставлен, чтобы сделать свою часть. Некоторые, как Джейсон, не осознавали свою роль, в то время как у Бориса не было выбора, кроме как идти вместе, несмотря на знание исхода. Мировой Феникс нельзя было заставить, манипулировать или обмануть. Ему просто было всё равно, что произойдет, пока пространственная стабильность Земли была в конечном итоге восстановлена. Враг использовал это безразличие, полагаясь на то, что Мировой Феникс сделает то, что он сделал бы в любом случае.

Доун была сюрпризом для Бориса. Он не ожидал, что агент Мирового Феникса сформирует такую связь с Джейсоном, хотя это казалось истинным талантом этого человека. Он заводил друзей или врагов, и мало что между ними, все либо любили, либо ненавидели его. Даже Борису довольно нравился этот человек. У него было подозрение, что враг был одинаково удивлен поведением Доун, и находил в этом надежду. Он не знал точно, что она сделала для Джейсона, но был уверен, что она предприняла действия за пределами мандата своего великого астрального существа. Это могло быть тем, что спасло их всех.

Борис обдумывал всё это из главной штаб-квартиры Кабала, в том, что когда-то было Демократической Республикой Конго. Влияние Кабала в Африке было больше, чем у других магических фракций, но бывшая ДРК была одним из немногих регионов, где он открыто захватил власть. Кабал предпочитал действовать в поддерживающей роли с существующими правительствами, но несколько областей оказались слишком нестабильными после подъема магии.

Он сидел в комнате, которая выглядела как офис безопасности, с массивом мониторов на одной стене. На петлях крутились все публично доступные кадры возвращения Асано, и довольно много тех, что не были. Борис сидел за столом, где компьютер хранил каждый документ и отчет, который они могли получить об Асано и о том, что силы Земли сделали в подготовке к его возвращению.

СМИ только что получили разрешение объявить, что Джейсон вернулся. Были некоторые неизбежные утечки, но Джейсон Асано был именем из прошлого. Его имя одно вызывало переполох, но не большие волны. Он был именем из самых ранних дней магии, и мир двигался дальше. Интерес к нему рос сейчас, нарастая по мере выпуска кадров его драматического прибытия. Тщательно отобранных, конечно.

Общественный интерес всё еще не был на уровне, который, как знал Борис, неизбежно придет. Они не понимали масштаба или контекста того, что происходит, но это изменится со временем. Следующая битва будет не битвой сил и насилия, а битвой имиджа и обмена сообщениями. Будь то мобилизация мира или поддержание статус-кво, ключом было управление нарративом. Он был разочарован своей неспособностью положить руку на эти весы. Он уже раскрыл себя больше, чем было мудро, особенно с космическими глазами, теперь направленными на Землю.

Борис вздохнул, растирая руки по лицу. Он задавался вопросом еще раз, был ли это правильный ход — позволить вещам идти своим чередом, держа Асано в неведении. И он пришел к тому же выводу, что и всегда, как бы ему это ни не нравилось. Склонность Джейсона к экстремально-рискованным решениям несомненно проявилась бы, если бы он узнал, что грядет.

Единственным реальным инструментом, который был бы у Асано, чтобы бороться с исходом, была его связь с пространственным мостом, и Борис был не единственным, кто не позволил бы ей оказаться под угрозой. Если бы что-то случилось с ней сейчас, это почти наверняка отменило бы Землю, и, возможно, Паллимустус тоже.

Борис посмотрел на изображение Джейсона, сражающегося с космическими захватчиками, зная, что Земля должна быть готова к худшему. Они должны максимально использовать следующее десятилетие, и Джейсон должен быть катализатором. Его уникальное положение, парящее между защитником и угрозой, было именно той мотивацией, которая была нужна Земле.

Он встал, как раз когда дверь открылась. Тера Джун Каста вошла, ее глаза нашли изображение Асано на мониторах. Там было много багажа, который нужно было тщательно распаковать, теперь, когда Асано вернулся.

— Ты собираешься в Австралию? — спросила она.

— Да. Ты хочешь присоединиться ко мне?

Она посмотрела назад на экраны.

— Да. Нет.

Она склонила голову и пробормотала в пол.

— Я не знаю.

Он потянулся, чтобы дать ей утешительный хлопок по плечу. Она была одной из немногих посланников, которые сохраняли свои крылья и большую часть своего размера, даже в помещении. Ее возвышающийся рост почти семь футов делал жизнь неловкой, но не более чем у людей похожего роста. Ее нависающая форма была несочетаема с ее милыми, округлыми чертами лица и медной стрижкой пикси.

— Может, подожди, — предложил Борис мягким голосом. — Сейчас всё суматошно. Дай им время улечься.

Она кивнула. Борис снова похлопал ее по плечу и оставил ее в офисе, наблюдающую за записями Джейсона.

* * *

Цвета кружились над навигационным столом на мостике флагмана адмирала Джакаара. Пространственные карты были абстрактными, сдвигающимися вещами, так как пересечение астральной географии было совершенно не похоже на навигацию по физической реальности. Время и пространство становились спорно и вариативно одной и той же вещью, совершенно не в ладах друг с другом, или вовсе отсутствующими.

Одним из менее обсуждаемых аспектов того, чтобы быть алмазным рангом, было то, как приближение к пику смертной силы давало проблески того, что лежит за пределами. Джакаар мог чувствовать поток космоса, как голос, немного слишком далекий, чтобы разобрать его ясно. Когда он подталкивал себя к высшим правилам космоса, этот голос становился яснее, хотя ему не всегда нравилось то, что он говорил.

В этом случае он мог чувствовать правила вторжения. Они говорили ему, что хрупкая вселенная на задворках, содержащая Землю, всё еще была недоступна для него, даже через пешек золотого ранга. Прошло достаточно времени, чтобы его люди либо закончили работу, либо сообщили о своем провале.

Связь между этой вселенной и другой было невозможно пропустить, до такой степени, что она почти ослепляла датчики его судна ко всему остальному. У него был флот, выполняющий патрулирование на случай засады. Он обычно не ожидал бы так много, в этой отсталой, космической щели, но продолжающееся молчание от его самого надежного агента золотого ранга обострило его инстинкты. У него было чувство, что его каким-то образом разыгрывают, и ему это не нравилось. Желая, чтобы он придал больше значения опасениям Джоты, он в разочаровании хлопнул рукой по навигационному столу.

— Кили?

— Да, адмирал?

— Собери то, что у нас есть о Земле. Отчеты разведки, стенограммы каждого общения, когда мы заключали сделку, всё. Отправь это в мою каюту.

— Конечно, адмирал.

Глава 955: Джейсон без прикрас

Глава 955: Джейсон без прикрас

Дипломатическая миссия из Королевства Штормов устроила в отведенной им части облачного корабля Джейсона нечто вроде посольства. Джейсон предоставил им пространство, адаптировал его под их запросы и оставил в покое. Как и в случае с настоящим посольством, любой суверенитет, которым обладали представители Королевства Штормов, был лишь вежливой фикцией, принятой по соглашению с хозяином. Направляясь в ту часть корабля, Джейсон размышлял о том, что сама цивилизация — это, по сути, лишь череда фикций, принятых коллективным соглашением.

Многие в обществе даже не осознавали, в какой степени оно, по сути, выдумано. Сколько основ, на которых они строили свои жизни, саму свою идентичность, были произвольными изобретениями? Линии на картах; ценность банкноты. Кто рожден править, а кто — служить.

Именно потрясения обнажали эти фикции, разрушая иллюзию и заставляя людей столкнуться с миром, в котором они живут. Именно это происходило с Землей с момента раскрытия магии. Джейсон видел начало, но перемены продолжались и в его отсутствие. Государства падали или трансформировались, поглощенные соседями. Другие возвышались или расширялись. Экономика рухнула, и сама природа собственности изменилась. Способность удерживать вещь становилась важнее, чем клочок бумаги, подтверждающий право владения.

Пока Джейсона не было, широкое распространение получили духовные монеты, бросив вызов доминированию фиатных валют. Фермы духовных монет стали жизнеспособны на Земле, а не только в астральных пространствах. Клан Асано сыграл в этом большую роль, свободно распространяя руководства по созданию таких ферм. Больше, чем что-либо другое, сделанное ими или Джейсоном, это вызывало гнев государств, которые, впрочем, все равно без колебаний пользовались этими руководствами.

Хотя он изучал изменения на Земле через своих аватаров, Джейсон мог узнать лишь ограниченный объем информации, находясь в пределах своих духовных доменов. Ему нужно было вникнуть в ситуацию, которая все еще находилась в состоянии нестабильности. Его прибытие уже усугубило ее, а дипломатический контакт с представителями инопланетной силы сделает то же самое.

В данный момент интерес Джейсона был сосредоточен лишь на одном члене делегации Королевства Штормов. Он вошел в вестибюль их корабельного консульства и подошел к женщине, сидевшей за стойкой. Будь она землянкой, эта женщина золотого ранга была бы могущественной и важной фигурой, даже несмотря на остатки ядер монстров, пропитывавшие ее ауру. В Королевстве Штормов она была администратором.

— Лорд Асано.

— Добрый день, Кара. И снова: я не лорд.

— Но вы король. Я могу обращаться к вам «ваше величество», если таков ваш выбор.

— Я бы предпочел, чтобы вы называли меня Джейсоном.

— Как пожелаете, лорд Джейсон.

— Как насчет того, чтобы остановиться на «Джейсоне без прикрас»?

— У меня есть инструкции, лорд Джейсон. И, если позволите спросить, когда в последний раз вы могли честно заявить, что вы «без прикрас»? Я не уверена, что встречала кого-то, кто был бы настолько политически обременен, как вы, лорд Джейсон, а я работаю на межпространственных дипломатов.

Джейсон вскинул руки в знак капитуляции и усмехнулся.

— Не думаю, что смогу с этим поспорить, — сказал он. — Принцесса готова?

— Технически это может включать треть делегации, лорд Джейсон. Полагаю, вы имеете в виду принцессу Зару?

— Да, Кара. Я жду Зару.

— Она уже идет. И, если позволите дать совет, лорд Джейсон?

— Разумеется.

— Большинству женщин не кажется забавным, когда вы сравниваете их имена с именами других женщин, даже если вы сами так не считаете.

Джейсон поднял брови, затем склонил голову.

— Хорошее замечание, — благодарно сказал он.

Он оглядел комнату в ожидании появления принцессы. Белый мрамор с синими прожилками был родом из Королевства Штормов. Во время своего последнего визита Джейсон скормил облачной фляге количество камня, эквивалентное половине карьера, чтобы лучше разместить дипломатов из Римароса. Растения тоже были его, но в остальном украшения принадлежали делегации. С гобеленами, картинами, статуями и коврами они не стеснялись обустраиваться как дома.

Похоже, в делегации был дизайнер интерьеров, и результаты заставили Джейсона одобрительно кивнуть. Внушительная, но не пугающая комната демонстрировала богатство королевства, но с той сдержанностью, которая позволяла избежать вычурности. Украшения рассказывали историю королевства с историей, силой и достоинством. То, как они были выставлены, было посланием сдержанности и зрелости. Джейсон видел, какое впечатление это производило на любого земного политика, который это видел.

— Зная земных политиков, — пробормотал он про себя, — они, возможно, предпочли бы что-то менее тонкое.

— Что вы сказали, лорд Джейсон?

— Не берите в голову, Кара.

Когда появилась Зара, ее наряд совершенно не вязался с внушительным вестибюлем. На ней было легкое летнее платье, сандалии и широкополая шляпа от солнца. Принт платья и цветок на шляпе подчеркивали сапфировый блеск ее глаз и волос, рассыпавшихся из-под головного убора. По сравнению с мрамором и украшениями многовековой давности, которые смотрелись бы уместно в музее, она выглядела как типичная пассажирка круизного лайнера. Из тех пассажиров, из-за которых рассеянные зеваки могут свалиться за борт.

Она подошла к нему, и на ее губах играла улыбка. Джейсон был рад, что не переоделся из костюма, в котором был на встрече с послами Земли. Хотя его обычная одежда, возможно, лучше сочеталась бы с ее нарядом тематически, он внезапно почувствовал потребность выглядеть как можно более эстетично.

— Принцесса, — сказал он с легким поклоном.

— Капитан, — ответила она, не особо стараясь скрыть ухмылку.

— Хотя технически я капитан этого корабля, вы же понимаете, что никто больше меня так не называет, верно?

— Хотите, чтобы я перестала?

— Нет, — признался он.

Хихиканье, которое она издала при виде его неловкого выражения лица, было похоже на журчание ручья. Это вызвало инстинкты рептильного мозга, о которых он даже не подозревал, учитывая свою новую природу. Ее присутствие пустило электрическую искру по его телу, пронзив аватар и проникнув в самую душу. В Нью-Уотере жители подняли головы, когда в пустом синем небе прогремел гром.

Она разглядывала его более откровенно, чем он — ее наряд.

— Я рада видеть, что вы наконец-то обнаружили, что комфорт и достоинство не исключают друг друга, — поддразнила она.

— Вы хотите сказать, что у меня проблемы с чувством стиля?

— Думаю, «чувство» — не то слово, чтобы описать то, как вы обычно одеваетесь. Уверена, Даниэль объясняла вам, что то, как вы одеваетесь, так же важно в дипломатии, как и доспехи, в которых вы идете в бой.

Он рассмеялся.

— Почти слово в слово.

— Вы ведь понимаете, что вы король, не так ли? Странный король-посланник народа, который убил бы вас, если бы мог, но все же королевская особа.

— Ваша страна вообще официально признает мое астральное королевство?

— Это открытый вопрос на данный момент. Тот, который, как я подозреваю, скоро будет закрыт.

— Вы хотите сказать, что мне стоит обзавестись короной?

— Я говорю, что, возможно, ваш нынешний наряд должен стать вашим образцом в будущем.

— И почему же именно, принцесса? Вы бы назвали меня щеголеватым, возможно? Лихим? Чертовски привлекательным?

— Я бы назвала вас, капитан, лишенным смирения.

— По крайней мере, я не окажусь на сайте с фотографиями ступней, когда начнут гулять мои снимки в сандалиях.

Она сузила глаза, глядя на него.

— Я не знаю, что это значит, — сказала она, — но у меня отчетливое впечатление, что вы заслуживаете пощечины. Вы напрашиваетесь на пощечину, капитан?

Он огляделся вокруг с преувеличенно заговорщическим видом, посмотрел на администратора Кару. Затем наклонился, чтобы прошептать Заре на ухо:

— Из любопытства, было бы хорошо или плохо, если бы я сказал «да»?

Ее фырканье было совсем не «принцессинским», что вызвало удивленно поднятые брови Кары. Зара уперлась руками ему в грудь, слегка оттолкнув.

— Вам, капитан, еще предстоит долгий путь к воспитанию приличий.

— Если вы хотите, чтобы я был более благопристойным, вам нужно перестать выглядеть так ошеломляюще.

На последней фразе он отбросил игривый тон, и она покраснела от внезапного комплимента посреди подколов. Он счел это победой и предложил ей руку.

— Пойдемте, принцесса?

Она не смогла сдержать улыбку, пробивающуюся сквозь попытку изобразить суровость, и продела руку в сгибе его локтя.

— Ведите, капитан.

Они прогуливались по коридору бок о бок и поднялись на подъемной платформе на одну из прогулочных палуб. Джейсон переконфигурировал корабль, отказавшись от его прежней боевой ориентации и превратив его в круизный лайнер, предназначенный для путешествий с друзьями и семьей. Он идеально подходил для того, чтобы любоваться австралийской глушью, в которой находился город артефактов внизу. Они именно этим и занимались, неспешно прогуливаясь по палубе.

— Мне почему-то кажется, что это не самый эффективный путь к вашей семейной встрече, — заметила она.

— Я подумал, что мы выберем живописный маршрут. Есть место под названием Исландия, там очень живописно.

Она посмотрела на австралийскую пустыню.

— Исландия, — повторила она.

— Ага.

— Рискну предположить, что это далековато.

— Не если хорошенько подумать. Римарос гораздо дальше.

— Почему вы не хотите представить меня своей семье?

— Это будет непросто.

— Я справлюсь.

— Дело не в тебе! Они будут тебя обожать. Я имел в виду, что это будет непросто для меня!

Зара рассмеялась.

— Разве не для этого нужна семья? Даже со всей политикой, мои ближайшие родственники — все равно семья. Мы не показываем это миру, но мы не так уж отличаемся от всех остальных. Даже когда меня публично изгоняли, я все равно наносила тайные визиты. Мой отец жалуется, что этого недостаточно, братья дразнят меня за то, что я копаюсь в грязи как искательница приключений, как будто сами не занимались тем же.

— Мне трудно представить, что семья, подобная вашей, может быть нормальной, даже за закрытыми дверями.

— А ваша семья похожа на любую другую, когда вы все вместе?

— Более или менее.

— И вы собираетесь взять принцессу из другого мира, чтобы познакомить ее с ними на своем летающем облачном корабле?

— Ладно, я понял вашу мысль.

Глава 956: Чрезвычайная ситуация

Глава 956: Чрезвычайная ситуация

Джейсон не мог перестать улыбаться. Прогуливаясь по прогулочной палубе, он переплел свои пальцы с пальцами Зары, которая шла рядом с ним.

— Нам, вероятно, стоит направиться к месту сбора, — отметила она.

— Ну, мы же выбрали живописный маршрут. Есть такое место, Исландия, там очень живописно.

Она посмотрела на австралийскую пустыню.

— Исландия, — повторила она.

— Ага.

— Рискну предположить, что это далековато.

— Не если хорошенько подумать. Римарос гораздо дальше.

— Почему вы не хотите представить меня своей семье?

— Это будет непросто.

— Я справлюсь.

— Дело не в тебе! Они будут тебя обожать. Я имел в виду, что это будет непросто для меня!

Зара рассмеялась.

— Мне трудно представить, что семья, подобная вашей, может быть нормальной, даже за закрытыми дверями.

— А ваша семья похожа на любую другую, когда вы все вместе?

— Более или менее.

— Ладно, я понял вашу мысль.

* * *

Встреча друзей и семьи клана Асано была в самом разгаре к тому времени, как прибыли Джейсон и Зара. Клайв воспользовался порталом Джейсона, чтобы попасть на территорию клана, откуда с помощью собственного портала доставил еще больше людей. К празднеству присоединилось еще больше пассажиров корабля, например, Карлос Килидо. Он обсуждал душевную терапию с Глэдис Эрствеллер, которая лечила болезнь Альцгеймера у бабушки Джейсона. Дочери Эми оживленно болтали с женой Рика Ханной и ее сестрой-близнецом, а племянницы Джейсона восторгались эльфийскими близнецами.

Несколько человек заметили тихий вход Джейсона и Зары. Глаза Фарры переместились на руку Джейсона, все еще державшую руку принцессы. Фарра ухмыльнулась и вернулась к разговору с Руфусом. Эми заметила Джейсона, и ее глаза расширились до размеров блюдец. Она бросилась к ним, по пути лихорадочно хватая мать. Джейсон сделал глубокий, ободряющий вдох, пока они семенили через гостиную, а Зара с усмешкой взглянула в его сторону. Его сестра и племянница оказались перед ними, Эми буквально подпрыгивала на месте.

— Это твоя принцесса, Джейсон? — спросила Эрика.

— Она принцесса, — сказал он. — Я бы не был настолько дерзок, чтобы называть ее своей. Зара, это моя сестра, Эрика Асано, и моя племянница, Эми Эванс-Асано. Семья, позвольте представить Ее Королевское Высочество, Зару Римарос из Королевства Штормов. У нее, наверное, около восьми вторых имен, но я не удосужился выучить ни одно из...

Он взвизгнул от резкого тычка в ребра со стороны Зары. В остальном она проигнорировала его, ослепительно улыбнувшись Эрике и Эми.

— Так приятно познакомиться с вами обеими. Я очень надеюсь, что вы позволите мне отбросить формальности и быть просто Зарой сегодня.

— Конечно. Ты пойдешь с нами, пока Джейсон отправится играть со своими маленькими друзьями.

— Я?

— Ты, — твердо сказала Эрика. Она вытянула руку Зары из руки Джейсона и повела ее прочь. Эми наклонилась к дяде.

— Это не очень хорошо для тебя закончится, дядя Джейсон, — прошептала она.

— Вижу, твоего молодого человека здесь нет.

— Он боится тебя. Он знает, что ты ждал возможности поговорить с ним лично.

— Сейчас может быть самое подходящее время.

— Даже не смей. Мы собираемся повеселиться с твоей чертовски красивой принцессой, пока ты позволяешь этому происходить и ничего не делаешь. Понял?

Он устало вздохнул.

— Понял.

* * *

Оставив Зару на милость Эми и Эрики на час, Джейсон решил проверить, не нужно ли ее спасать. К их разговору присоединились его отец и зять.

— Как мы впервые встретились? — сказал Джейсон в ответ на вопрос Кена. — Это было двадцать лет назад. Она была модной принцессой из чужой страны, а я — всего лишь скромным искателем приключений.

— Скромным искателем приключений? — переспросила Зара.

— Ага. Я отчетливо помню, как твои сопровождающие пытались прогнать грязного простолюдина.

— Я отчетливо помню, как у них это не вышло. Что именно ты собирался делать в тот день?

— Не припомню.

— Да, припоминаешь.

— Я направлялся на встречу с кое-какими людьми.

— О, с кое-какими людьми. Просто с обычными людьми?

— Более или менее.

Зара подняла брови, пронзая его обвиняющим взглядом. Джейсон оглядел группу, сделав жест преуменьшения в сторону стола.

— Это было не такое уж большое дело, — объяснил он. — Я наткнулся на людей и помог им выбраться из передряги, вот и все. Их боссы просто хотели поблагодарить меня.

— Под чем он подразумевает, что освободил небольшую армию жрецов, которые веками были заперты в лимбе, и коллектив богов захотел выразить ему свою публичную благодарность.

— Она выставляет это как нечто более значимое, чем было на самом деле.

— Они создали культ! — воскликнула Зара.

— Люди делали это и здесь, — проворчала Эрика. — Боюсь даже представить, что произойдет теперь, когда он вернулся.

— Я помню ту историю с богами, — сказала Эми, толкая Джейсона в бок. — Ты рассказывал об этом в своих записях.

— Записях? — переспросила Зара.

Эми объяснила про записи, которые Джейсон сделал во время своего первого визита в Паллимустус.

— О, я бы с удовольствием их посмотрела, — сказала Зара. — В любом случае, наш «скромный искатель приключений» только что победил некоторых из самых многообещающих молодых искателей приключений в мире — включая меня — в соревновании, организованном Эмиром, который вон там. В ходе которого он спас жрецов от многовекового заточения. Их боги хотели поблагодарить его лично.

— По пути, — подхватил историю Джейсон, — меня донимал какой-то придурок, которому не понравилось, что я победил. Потому что я действительно был скромным искателем приключений, несмотря на то, что могли бы сказать любые Принцессы Ураганов в округе...

Джейсон и Зара продолжали рассказывать истории о другом мире, комментируя друг друга по ходу дела. В конце концов Зара ушла поболтать с командой, будучи изолированной с делегацией Королевства Штормов в течение нескольких дней. Джейсон остался с семьей, чтобы выслушать их вердикт.

— О боже, она потрясающая, — сказала Эми. — И такая красивая! Я знаю, что магия делает с внешностью людей, но она — нечто особенное.

— Она кажется милой, — сказала Эрика, — и почему-то увлечена тобой. Она могла бы найти кого-то получше.

— Эри, будь добрее, — отчитал Кен. — Джейсон никогда раньше не приводил девушку домой.

Все они взглянули в сторону Эми, которая разговаривала с кем-то из клана.

— Справедливо, — сказала Эрика. — Но правда, Джейсон, она отличная. И она действительно принцесса?

— О, да. Одной из самых могущественных стран в мире. Потрясающее место, сплошные летающие корабли и магические ураганы. У них есть гигантские ветряные мельницы, которые поглощают штормы и используют их для питания этих островов, парящих в небе.

— Звучит потрясающе, — сказала Эми.

— Я бы с удовольствием показал его вам, — сказал Джейсон. — Он уже не такой, как раньше, да и я тоже. Я провел там много времени, восстанавливаясь после своего последнего визита на Землю. У меня был дом на скале с видом на лагуну. Это был мой облачный дом. Фарра построила постоянный дом для своих родителей на земле после того, как я уехал. Это изумительное место.

Тень появилась из тени Джейсона.

— Мистер Асано, как бы мне ни было неприятно прерывать ваше семейное время, возникла чрезвычайная ситуация, требующая вашего внимания.

* * *

Офицер оперативного отдела ЦРУ Наталья Уинскотт потерла виски, что ничуть не облегчило ее головную боль от стресса. Она находилась в центре управления в Мельбурне, предназначенном для многонациональной оперативной группы, охотящейся за оружием массового уничтожения, захваченным вампирами, и стояла неподвижно, пока люди вокруг нее суетились. Исключением был офицер АСИС, стоявший перед ней, Майкл Арам.

— Я думала, — сказала Наталья, — что австралийские службы безопасности понимают, что никаких действий предпринимать нельзя. Это должно было быть скоординировано между агентствами и по всей планете.

— Это не мы. Похоже, премьер-министр нанял частных подрядчиков через какой-то закулисный канал.

— Наемники? Вы серьезно?

— Мы сами только что узнали об этом. Он явно хочет обойти собственные службы безопасности и эту оперативную группу, хотя мы не знаем почему.

— Полагаю, у меня есть объяснение, — сказала Тень. Люди в комнате зашевелились, когда пятно теней превратилось в человека, сотканного из тьмы. Отвлекшись лишь на мгновение, они вернулись к своим задачам.

— Что у тебя есть, Тень? — спросила Наталья.

— Я только что отправил одно из своих тел наблюдать за премьер-министром. Насколько я понял, он беспокоится о своем имидже в глазах общественности в связи с прибытием мистера Асано, учитывая их историю. Он хочет использовать захват оружия массового уничтожения на австралийской земле, чтобы взять под контроль освещение событий в СМИ.

— Он идиот? — спросила Наталья.

— Дело не столько в глупости, сколько в склонности, — сказал Майкл. — Я имел дело с Траффетом еще до того, как Джейсон Асано услышал о магии. Он десятилетиями проворачивал тайные закулисные сделки, используя конечный результат для оправдания средств до того, как кто-либо узнает, что происходит. Учитывая, что это привело его к посту премьер-министра, логично, что он будет продолжать следовать той же схеме.

— Это не политическая игра, Арам. Мы говорим о ядерном оружии в городе с пятимиллионным населением.

— Я осознаю ставки, офицер Уинскотт, — холодно сказал Майкл.

Наталья раздраженно выдохнула.

— Я знаю. Прости, Майк. Мне просто тяжело, когда кто-то настолько агрессивно глуп. Ты ведь понимаешь, что он не сможет оставаться премьер-министром после этого?

— Наталья, мы не позволим США сместить еще одного премьер-министра.

— Это теория заговора, Арам. Мы никогда этого не делали.

— Вы говорите о том, чтобы сделать это прямо сейчас!

— Он обходит своих союзников и собственную службу безопасности, чтобы угрожать крупному мегаполису ядерным уничтожением!

— Возможно, — вмешалась Тень, — мы можем отложить этот вопрос, пока не будет полностью решен текущий.

Наталья прочистила горло и разгладила костюм руками.

— Совершенно верно, — сказала она. — Нам нужно разобраться с ситуацией перед нами. Что у тебя есть, Арам?

Майкл нахмурился: «Судя по имеющейся у нас информации, эти наемники — бывшая ударная группа Сети из России. Многие из них стали наемниками после того, как Кабала стала доминирующей силой в той части мира. Они должны справиться с вампирами, по крайней мере. Если предположить, что у вампиров нет никаких сюрпризов».

* * *

Проект «Бункер» в Мельбурне представлял собой серию убежищ, предназначенных для размещения населения в случае нашествия монстров на город. После того как кризис с монстрами миновал, финансирование проекта было прекращено, оставив серию полузавершенных подземных комплексов по всему городу. Большинство из них превратились в наркопритоны или места сбора бездомных.

Некоторые были более завершенными, чем другие, способными защититься от вторжения. Обычно этого было недостаточно, чтобы удержать людей от посещения заброшенного здания, но это были бункеры, спроектированные так, чтобы не пускать орды монстров. Этого было достаточно, чтобы очистить его от героиновых наркоманов и бездомных, ищущих убежища, но не от российской магической группы ликвидаторов. В самом нижнем подвале человек по имени Ильин смотрел на деревянный кол, наполовину вонзившийся в пол. Вокруг него была лужа крови, густой, как клей, и одежда мертвого вампира.

— Где ты это взял? — спросил он, все еще глядя на дерево, которое прошло сквозь вампира и вонзилось в твердый бетон. Это был не резной кусок дерева, а грубый осколок, опаленный, словно от дерева, пораженного молнией.

— В протопространстве, в старые добрые времена, — сказал Гусев. — Тот, золотого ранга, рядом с Екатеринбургом. Мы использовали усиленные ракеты, чтобы уничтожить ключевого монстра, но там было дерево, которое почти не пострадало, несмотря на то, что находилось в зоне удара. Этот осколок был одной из немногих частей, которые отлетели. Против людей лучше магический пистолет. Для вампиров это хорошо.

Гусев потянулся вниз и выдернул кол из пола. Он оставил дыру в бетоне, не потеряв ни щепки. Кровь, однако, впиталась в дерево и исчезла, оставив его чистым. Рука Гусева начала дергаться — предмет золотого ранга был слишком тяжел для его серебряного ранга. Он засунул его обратно в магические ножны на поясе, что потребовало нескольких попыток, так как у него случился мини-приступ. Убрав его, он с простоном потер предплечье.

— С этим долго не поиграешь, — сказал он. — Однажды я потерял возможность пользоваться рукой на два дня.

— Я могла бы использовать его какое-то время, — предложила Орлова, и Гусев повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Никто не использует его, кроме меня, — сказал он.

— Это очищает южное крыло, — сказал Ильин, затем нажал на рацию на груди. — Группа три, южное крыло чисто.

— Группа два, северное крыло, в процессе, — пришел ответ. — Четыре мешка с кровью уничтожены. Направляемся в последний подвал.

Они ждали другого отчета, который не последовал.

— Группа один, это лидер группы три. Отзовитесь.

Снова тишина.

— Егор, отзовись.

Ничего.

— Егор, лучше ответь мне или ты труп. Группа два, сходитесь в центральном зале, и мы вместе двинемся в восточное крыло.

— Понял.

* * *

Кровавый дуб, несмотря на название, не был деревом. Он выглядел по крайней мере отчасти как дерево, с туловищеподобным телом и длинными конечностями, торчащими, казалось бы, в случайном порядке. У него не было ног, вместо этого он медленно передвигался, используя щупальца у основания, которые выглядели как корневая система. Его кожа была грубой и узловатой, как кора, но кроваво-красного цвета.

Три конечности существа заканчивались внутри тел людей в тактическом снаряжении. Тонкие усики распространились по каждому телу, как вены и артерии, поддерживая их жизнь, но делая беспомощными, болтающимися в воздухе. Рация, которую они носили, ожила.

— Группа два, южное крыло чисто.

Рука поднялась, дергаясь, как у марионетки, чтобы схватить рацию.

— Группа три, северное крыло, в процессе, — сказало его тело. — Четыре мешка с кровью уничтожены. Направляемся в последний подвал.

Рука снова безвольно упала. Смех кровавого дуба был глубоким и нечеловеческим, даже более резонирующим, чем обычно, в бетонной камере.

Глава 957: Когда начались крики

Глава 957: Когда начались крики

Ильин, Гусев и Орлова двигались по темным бетонным туннелям заброшенного бункерного комплекса. Спроектированный для размещения десятков тысяч людей на срок до недели, это был обширный лабиринт, пролегающий под городом. Открытая строительная площадка на поверхности была давно застроена, благодаря сомнительным правительственным разрешениям.

Там были большие камеры, предназначенные для общежитий или складских помещений. В некоторых из них в потолках было освещение, но электричества для его питания не было. Более сложными участками были энергетические комнаты с наполовину установленными генераторами и доступными туннелями для сантехники и электрической инфраструктуры. В тесных пространствах, заполненных обломками и выступами, было трудно просто передвигаться, не говоря уже о том, чтобы сражаться, когда они сталкивались с вампирами.

Двое из трех наемников имели фонари, прикрепленные к тактическим шлемам и оружию. У Орловой была способность восприятия, которая, как и у Джейсона, позволяла ей видеть сквозь тьму. Ее восприятие могло проникать сквозь любые немагические тени, а также магические, созданные чем угодно, не намного более мощным, чем она сама. Если какая-либо тьма оказывалась непроницаемой для ее чувств, она знала, что пора бежать.

Их целью был вестибюль в центре комплекса. Большое пространство, предназначенное для организации и фильтрации людей в другие части бункерной сети, в своем незавершенном виде представляло собой массивную бетонную коробку. Единственными элементами были двери, ведущие наружу, и грузовая шахта лифта без лифта. Это было открытое пространство, где они могли видеть приближение врагов и открыть огонь, используя свои силы, если дойдет до боя. Это был также их путь входа и выхода из комплекса через шахту, поэтому четвертая группа была оставлена удерживать его.

Пока они двигались по чистому туннелю, Ильин нашел время, чтобы остальные отчитались.

— Группа четыре, все еще удерживаем точку доступа. Ильин, ты меня здесь пугаешь.

— Группа два, все еще на пути.

Ильин остановился, повернувшись к Гусеву и Орловой. Их обеспокоенное выражение лица отражало его собственное.

— Я ведь не слышу вещей, которых нет, верно? — спросил он.

— Нет, — сказала Орлова. — Лебедев звучит странно, и он отвечает одинаково каждый раз. Совершенно одинаково каждый раз, как запись.

Гусев кивнул в знак согласия и переключил свою рацию на частный канал группы четыре.

— Группа четыре. Алексеева.

— Ильин, теперь ты действительно начинаешь меня пугать.

— Будьте осторожны, группа два может быть скомпрометирована. Оборотень, имитатор голоса, не знаю. Невозможно сказать, какие силы эти вампиры получают от своих родословных.

— Я бы сказала, что мы будем начеку, но мы и так уже на грани, Ильин. Мы будем настороже, если они появятся.

— Сообщайте обо всем по этому каналу. Я все еще буду проводить периодические проверки, чтобы они не поняли, что мы их раскусили.

— Принято.

Группа три снова начала движение, подняв оружие, осматривая каждый боковой туннель и темный угол. Орлова подала сигнал остановиться, наведя оружие на угол рядом с предстоящей дверью.

— Тьма, — сказала она. — Не могу видеть сквозь нее.

Остальные направили свои фонари на это место, но угол оставался окутанным тьмой. В тенях появилась пара бестелесных глаз, оранжевых и синих, и три ствола открыли огонь. Пули остановились в воздухе, словно пойманные в невидимую желатиновую стену. Из теней вышла темная фигура, странные глаза внутри капюшона плаща были темнее, чем тени, из которых он появился. Фигура откинула капюшон, открыв лицо, которое все они знали по брифингам.

Джейсон Асано вытащил застывшую пулю из воздуха и мельком осмотрел ее. Он бросил ее на землю, и остальные тоже упали, загремев по бетону. Трое наемников смотрели на него, магазины их оружия были пусты.

— Попробуем наши силы? — спросил Гусев.

— Хочешь попробовать свои силы? — спросил Ильин.

— Против человека, который только что «Матрицей» остановил наши пули? Я даже перезаряжаться не хочу.

— Что значит «Матрицей»? — спросила Орлова.

— Это фильм сорокалетней давности, — сказал Ильин.

— Кто смотрит сорокалетние фильмы? — спросила Орлова.

Джейсон чувствовал вкус страха в их аурах и ждал, пока они «свистели на кладбище». Их широко раскрытые глаза и застывшие тела напоминали ему животных, смотрящих на фары.

— Я так понимаю, мы закончили сражаться? — спросил он.

Наемники все слышали, как люди используют магию перевода. Это было не то. Джейсон не говорил по-русски; они слышали, как он не говорит по-русски. Но хотя их уши говорили им, что он не говорит на их языке, их разум говорил им, что говорит. Это было жутко; тревожный страх под прямым ужасом, внушаемым его аурой.

— Вы Джейсон Асано, — сказал Ильин по-английски.

— Уже некоторое время. Это облегчает запоминание.

— Почему вы здесь?

— Потому что кто-то послал вас сюда устроить беспорядок, и его нужно убрать. Я ожидал вампиров, но здесь внизу есть что-то еще. Это может быть лорд-вампир с необычными способностями, но я так не думаю. Он хорошо скрывает свое присутствие, но я мельком видел ауру, и она не подходит для вампира. Зато от нее разит кровью. Возможно, монстр, похожий на вампира. Однажды я столкнулся с пауком, который мог превращать людей и даже других монстров в вампиров.

— Я не хочу с этим сражаться, — сказал Гусев.

— И не стоит. В чем я уверен, так это в том, что оно золотого ранга. Нам нужно собрать ваших людей и выбраться отсюда.

— Это цель, которую я могу поддержать, — сказал Ильин. — Мы вошли в составе двенадцати человек; четыре группы по три. Мы думаем, что одна группа мертва, а другая как-то скомпрометирована. Возможно, мертва, и их имитируют.

— Я чувствую девятерых, — сказал Джейсон. — Группа у входа, вы и группа, которую я нашел, когда ими питались вампиры. Последняя группа, вероятно, ваши скомпрометированные люди. Может быть, мертвы, но то, что их держит, может скрывать их присутствие от меня.

Как будто в подтверждение его слов, рация Ильина ожила.

— Группа три? Это четыре. Джейсон, черт возьми, Асано, свалился на нас, неся группу один, как мешки с картошкой. Они без сознания, но живы, покрыты проколами. Похоже, целая стая мешков с кровью поиздевалась над ними. Асано высосал проклятие вампира из них, а затем скормил им какие-то безумно сильные зелья. К ним возвращается цвет, но они все еще в отключке. У меня Волкова лечит их так быстро, как только может тратить ману.

— Их души были истощены вампирским проклятием, — объяснил Джейсон. — Лечебная магия не поставит их на ноги так быстро, как обычно.

Ильин коснулся своей рации и ответил группе четыре.

— Алексеева, Асано здесь, и он говорит, что здесь внизу есть какой-то кровавый монстр золотого ранга. Мы собираемся встретиться с вами, выбраться и оставить то, что здесь внизу, ему.

— Мне нравится этот план. Будьте быстры.

Портальная арка поднялась из пола, черный камень, наполненный тьмой, которая бурлила, как черный огонь.

— Это будет быстро, — сказал Джейсон и шагнул внутрь. Наемники обменялись взглядами.

— Кто-нибудь из вас когда-нибудь пользовался порталом? — спросила Орлова.

— Нет, — сказал Ильин. — Я видел несколько, когда они использовались, еще во времена Сети, но сам никогда через них не проходил. Руководство очень ограничивало пользователей порталов.

— Вы же не думаете, что этот портал ведет в камеру или что-то в этом роде, верно? — спросил Гусев.

— Я слышал болтовню в течение последнего года, — сказал Ильин. — Люди говорили о том, что он возвращается. Вещи, которые я считал сумасшествием, пока не почувствовал его ауру. Пока не услышал его голос.

— Что это было? — спросила Орлова. — Это было похоже на то, как слышать Моисея, спускающегося с горы. И как он остановил те пули тем, что выглядело как его разум? Этого не было в его списке способностей. Какой-то защитный предмет из другого мира?

— Если так, — сказал Ильин, — он мог бы обменять его на остров, если у него есть запасной. И я не думаю, что портал — это ловушка. Мы недостаточно сильны, чтобы ему требовались усилия, чтобы справиться с нами.

— Тогда пошли, — сказал Гусев. — Я не хочу быть здесь, когда появится то, с чем ему действительно нужно приложить усилия, чтобы справиться.

* * *

Ильин наблюдал, как Асано поднимал его людей по пустой шахте, словно существовал невидимый лифт. Он отправил группу четыре первой, чтобы обезопасить точку входа на поверхности, а теперь поднимал группу один, которые были шаткими, но снова в сознании.

— Это действительно твоя аура делает все это? — спросила Орлова.

— Да.

— Как это работает? Я могу левитировать сама, но не стабильно и не быстро.

— Это сложно.

— Это то, чему я могла бы научиться?

— Вряд ли. Вам нужно пройти через изменения, чтобы это стало возможным. Насколько мне известно, стандартного процесса для этого нет.

— Как ты прошел через них?

— Космической птице нужно было, чтобы я спас мир и возвращался с того света не так часто.

— Ты знаешь, как это звучит, верно? — спросил Гусев.

— Рискуя показаться нескромным, я живу интересной жизнью.

— Ты сражался с вещами, подобными тому, что находится в этом месте, раньше? — спросила Орлова.

— Я не узнаю, пока не найду его. Или оно не найдет меня. Но я сражался со многими вещами.

— Ты думал о том, чтобы использовать нас как приманку? — спросил Гусев.

— Даже бандиты, которые работают за кровавые деньги, этого не заслуживают. Я выведу остальных ваших людей живыми, если смогу. Однако вам не стоит питать надежд.

— А как насчет оружия? — спросил Ильин. — Это то, ради чего вы пришли, верно? Вы тратите время с нами, которое могли бы использовать на охоту за ним.

— У меня есть кое-кто, кто этим занимается.

— А если этот кто-то встретит то, что там снаружи?

— Тогда то, что там снаружи, обнаружит, что космос — большое, а иногда и чрезвычайно голодное место.

* * *

— Мы должны просто оставить это.

— Если мы оставим оружие, лорд Лауден убьет нас.

— Тогда мы не вернемся к лорду Лаудену.

— И что делать? Это не старые добрые времена. Люди знают, кто мы такие, и у них есть магия, чтобы охотиться на нас. Нам нужно убежище и кто-то, кто вывезет нас из страны. Если только вы, вампир, не хотите прятаться посреди страны, известной тем, что ее постоянно бомбит солнце.

— Может, нам не нужно уходить. Кровавый дуб легко мог бы убить их.

— Он мог легко убить нас. Он нестабилен. Неконтролируем. Теперь, когда мы выпустили его, нам нужно бежать от него больше, чем от людей.

Два вампира продолжали загружать ядерное устройство в большой ящик. Они подняли головы, когда третий вампир поспешно вошел в комнату.

— Нам нужно уходить, — сказал он двум другим.

— Мы знаем.

— Нет, я имею в виду, нам действительно нужно уходить.

— Где остальные?

— Ушли.

— Ты хочешь сказать, что столько вампиров проиграли трем людям?

— Нет. Мы пожирали их, когда прибыл Джейсон Асано.

Двое других замерли.

— Он не может быть таким плохим, как говорят, правда?

— Он хуже. Тень, которая питается вампирами. Думаете, аура лорда Лаудена властная? Это было похоже на то, как будто на тебя смотрит бог. Я был единственным, кто ушел, и только потому, что Асано был сосредоточен на спасении людей.

— Ты ушел?

— Да. Очевидно.

— И ты вернулся сюда один?

— Ты тупой? Да, я вернулся один. Это не имеет значения, мы должны...

— Это имеет значение. Ты действительно ушел, или тебя отпустили?

— Почему меня должны были отпустить?

— Чтобы кто-то мог последовать за тобой. Вот почему тебя могли отпустить.

Звук шагов по бетону раздался в зале, медленный и размеренный, как тиканье часов. Три вампира подняли головы, когда в комнату вошел мужчина. Он был одет в мантии, а не в обычную одежду, цвета засохшей крови. Его черты были острыми, аккуратная борода не совсем скрывала выступ его большого подбородка. Его глаза были кроваво-красными сферами, блестящими, как солнечный свет, отражающийся от поверхности красного моря.

— Это Асано? — спросил один из вампиров.

— Нет. Аура не та. И глаза.

— Привет. Меня зовут Колин, и я собираюсь съесть вас сейчас.

Туман начал просачиваться из трубы с открытым концом, торчащей из стены у потолка. Он быстро слился в человека.

— Лорд Лауден!

Вампир золотого ранга смотрел только на Колина.

— Это не Асано, — сказал он. — Хотя он принадлежит ему. Какое-то служебное существо. Не думаю, что вы, слабаки, можете это почувствовать, но эта штука наполнена восхитительной, кровавой жизненной силой.

Лауден исчез в размытом пятне и внезапно оказался позади Колина, наклонившись, чтобы вонзить клыки в шею Колина. Эта сторона шеи, головы и плеч Колина развалилась, как пазл, на массу пиявок, которые поползли по голове Лаудена, кусая его в ответ. Именно тогда начались крики.

Глава 958: Намного сложнее, чем ожидалось

Глава 958: Намного сложнее, чем ожидалось

Ильин нашел свой путь вверх по шахте лифта некомфортным, его поднимали, словно невидимой рукой. Не помогало и то, что, чтобы схватить его, Асано сначала подавил ауру Ильина. Добравшись до поверхности, он прошел через дыру, которую его команда пробила отбойными молотками, чтобы получить доступ к шахте лифта. Это был склад, построенный прямо над системой бункеров.

Они расчистили немного места по прибытии на склад, и теперь места стало еще больше. Полки, заваленные строительными материалами, мало что значили для силы золотого ранга, и здесь присутствовало несколько человек золотого ранга. Обычно это заставило бы Ильина насторожиться, но сегодня у него были дела поважнее.

Если бы люди золотого ранга хотели усложнить жизнь Ильину, им нужно было бы просто надавить своими мощными аурами. По опыту Ильина, люди золотого ранга любили демонстрировать свою значимость, и ауры были излюбленным способом сделать это. У этой группы они были втянуты, оставляя ровно столько, чтобы обозначить свое присутствие. Эти ауры также были гладкими, к чему он не привык. Ильин сосредоточился на одном человеке золотого ранга, склонившемся над группой один.

— Ты целитель? — спросил он мужчину.

— Ага, — сказал мужчина. — Ты их командир?

Его деловой тон и то, что он не поднял глаз, успокоили Ильина. Он встречал боевых медиков раньше, и чувство фамильярности от этого отношения было утешением в день, который пошел к черту восемью разными путями.

— Я, — сказал Ильин.

— Нил Дэвон, — представился мужчина. — Ваши люди будут в порядке, но вампиры оставили их с большой дозой проклятия меньшего вампиризма. Джейсон очистил его, прежде чем оно укоренилось и превратило их, но здесь предстоит реальное время восстановления, какую бы магию вы ни использовали.

— Спасибо.

* * *

Бетонная кладовая осветилась, когда вошел Трэвис, а над его головой поплыл светящийся камень. Его эскорт, Хамфри, кивнул Джейсону. Помимо трех мужчин, единственными вещами в комнате были большой ящик и несколько зловещих пятен, которые блестели в свете. Они в основном покрывали пол, но также окрашивали участки стен и потолка. Трэвис бросил на них подозрительный взгляд, когда подошел к ящику. Дерево поддалось его силе серебряного ранга без сопротивления, когда он разорвал ящик в клочья, небрежно отбросив их в сторону, чтобы посмотреть на содержимое.

— Да, это ядерная бомба, — сказал он. — Минимальное магическое усиление, но сделано непрофессионально, и довольно давно. Слишком выцвело, чтобы предложить какую-либо значимую производительность на данном этапе.

— Это имеет значение? — спросил Джейсон. — Мы говорим о ядерном оружии.

— Это имеет значение, — сказал Трэвис. — Взрыв обычной ядерной бомбы глубоко под землей, в магически укрепленном бункере, нанесет огромный ущерб с неприятными радиоактивными последствиями. Но магически усиленная ядерная бомба, взрывающаяся на поверхности? Это разница между тем, что Мельбурн будет опустошен, и тем, что Мельбурна не станет.

Джейсон кивнул.

— Ни то, ни другое не является хорошим вариантом, но я понял вашу мысль. Впрочем, теперь она в наших руках, так что мы не позволим ни одному из этих сценариев произойти.

— Вы хотите, чтобы я уничтожил ее? Или вы могли бы скормить ее своей облачной фляге, — спросил Трэвис.

— Отключите ее, но оставьте в целости. Анна хочет, чтобы я передал ее австралийскому правительству.

— Разве не они послали наемников сюда в первую очередь? — спросил Хамфри.

— Все сложно, — сказал Джейсон. — Анна считает, что премьер-министр не удержится после этого, и помощь правительству сохранить лицо улучшит отношения с тем, кто его заменит. Так что оставьте что-то, что можно передать, но убедитесь, что оно неработоспособно и никогда больше не будет таким.

— Я могу это сделать, — сказал Трэвис. — Одна из моих способностей позволяет мне играть с материалом для создания оружия. Я могу сделать делящийся материал инертным.

— Спасибо. Хамфри, присматривай за ним, пока...

Все они обернулись, когда вошел Колин в своей форме кровавого клона, выглядящий как Джейсон с красными глазами. Его было четверо. Ниже алмазного ранга он не мог постоянно расширять свою биомассу, но мог делать это временно, если питался достаточным количеством жизненной энергии. На золотом ранге это временное состояние длилось дольше, чем раньше, и поглощение лорда-вампира хорошо пополнило его резервы.

Джейсон отправил Колина и его дополнительные тела на охоту по комплексу. Теперь они вернулись, каждый нес тела, обмякшие на их плечах. Колин опустил их на землю, выстроив в ряд.

— Здесь есть люди, — сказал он. — Очень много людей.

Джейсон, Трэвис и Хамфри подошли осмотреть трупы.

— Они выглядят как бездомные, — сказал Джейсон. — Ты говоришь, их здесь много? Я чувствую что-то там, но это неясно. Я определенно не заметил кучу бездомных.

— У них что-то было внутри, — сказал Колин. — Это контролировало их, делая сильнее.

— Звучит как тогда, когда Строитель запихивал часовые механизмы в людей, — сказал Хамфри. — Делал их сильнее и превращал в невольных рабов.

— Я чувствую эту штуку внутри них, если подойду близко, — сказал Колин. — Я могу вытянуть ее из них. Пожирать. Это то, что я сделал с этими людьми. Они умерли, но не сразу. Если бы у нас был целитель, возможно, он мог бы их спасти.

Джейсон поднял взгляд от трупов и положил руку Колину на плечо.

— Ты действительно хороший мальчик.

Застенчивая улыбка Колина выглядела странно, когда у него было лицо Джейсона.

— Я приведу Нила сюда, — сказал Хамфри.

— Я приведу остальных с корабля, — сказал Джейсон. — Команды достаточно, если мы охотимся на вампиров в темноте, но если здесь куча жертв под управлением, которых мы потенциально можем спасти, нам понадобятся все руки на палубе. Особенно целители.

* * *

Тела были перемещены из складского помещения с ядерным оружием в большую центральную камеру комплекса. Трое трупов были помещены внутрь ритуальных кругов, и над ними теперь парили сложные узоры света. Узоры ничего не значили для Джейсона, но там была группа магических целителей, вглядывающихся в них, перешептывающихся между собой. Вместе с Карлосом и Нилом были Арабель Ремор, Клэр Адиа из команды Рика Геллера и Сигрид Волер, которая была одновременно целителем команды принца Валдиса и его женой.

Их команды тоже присутствовали, но пока не выдвигались. Пока они не узнали, являются ли враги, о которых докладывал Колин, жертвами, которых потенциально можно спасти, они не хотели продвигаться в более глубокие части комплекса. За входами наблюдали призывы Хамфри, которые выглядели как големы размером с человека, сделанные из кости, облаченные в богато украшенные синие и золотые доспехи.

На золотом ранге способность Хамфри «Спарты» могла призвать сотню воинов из зубов дракона. Они не были способны победить элитного искателя приключений своего ранга, но идеально подходили для борьбы с вражескими миньонами или когда требовались большие силы безопасности. Прямо сейчас они охраняли комнату от потенциального вторжения и патрулировали близлежащие туннели и камеры. Это позволяло искателям приключений собраться и обсудить ситуацию, не наблюдая за входами, пока они ждали, когда целители закончат. Как только они закончили, Карлос собрал всех вместе.

— Похоже, предположение Колина верно, — объяснил он. — Похоже, мы имеем дело с каким-то монстром или другой сущностью, которая может имплантировать жертвам органический материал, который контролирует их и наполняет силой. Думайте об этом как о воздействии духовной монеты в течение длительного периода, дающем им временный ложный ранг.

— Как вы можете себе представить, — сказал Нил, подхватывая объяснение, — это очень плохо для вас. Хорошая новость в том, что, похоже, это люди обычного ранга. Как и при использовании духовных монет, чем меньше у вас собственной магии, тем менее серьезен конфликт между ней и привнесенной магией. По нашим лучшим оценкам, есть еще несколько часов, прежде чем то, что случилось с этими людьми, убьет их окончательно.

— Наша рекомендация — разделиться на четыре группы, — сказал Карлос. — У нас здесь четыре команды, и у Колина сейчас четыре тела. Чтобы Колин извлек то, что это такое, из жертв, будет критически важно для сохранения их жизни. Колин, как долго ты сможешь поддерживать эти дополнительные тела?

— До тех пор, пока я могу питаться большим количеством вещей, имплантированных в этих людей, то бесконечно.

— Тогда поехали, — сказал Карлос. — Я устрою здесь пункт сортировки, используя воинов из зубов дракона, чтобы закрепить наш плацдарм в комплексе.

— Я также отправлю небольшой контингент с каждой командой, — объявил Хамфри. — Если вам удастся освободить и стабилизировать любых жертв, воины смогут доставить их обратно сюда. Даниэль, Фарра; у вас здесь нет команд, так что вы удерживайте эту зону с воинами на случай, если что-то, с чем они не могут справиться, проскользнет мимо нас. С чем бы мы ни столкнулись, оно может скрыться от наших чувств и позволить своим жертвам сделать то же самое.

Даниэль выглядела забавной, глядя на своего сына в режиме лидера экспедиции, называющего ее по имени. Она ничего не сказала, радуясь, что он вообще способен отдавать ей приказы. Она беспокоилась, когда он был моложе, что робость помешает его естественной харизме перейти в потенциал, который она видела в нем как в лидере. Это продолжалось вплоть до того момента, как он застопорился в попытке достичь золотого ранга, но в конечном итоге он нашел своего внутреннего дракона.

У Джейсона, Рика Геллера и Валдиса присутствовали их команды. В команде Арабель был ее муж, вместе с Эмиром и его женой Констанцией, которая часто занимала место первоначального члена команды Каллума Морса. Констанция тренировалась с Каллумом на своем собственном пути к золотому рангу, прежде чем проявилась вся степень его нестабильности. Теперь Кэл вернулся в команду, восстановив полный первоначальный состав, сохранив при этом и Констанцию.

Каллум был гораздо стабильнее, чем когда Джейсон знал его годы назад, во время его навязчивых поисков матери Софи. Возможность навещать ее в царстве души Джейсона, плюс годы терапии с Арабель, стимулировали его выздоровление. Поскольку он был лучшим охотником из всех команд, он будет полезным присутствием в группе.

Четыре команды выдвинулись, связанные интерфейсом Джейсона. Его способности расширили Систему, к которой теперь все они имели доступ, не только позволяя им общаться, но и создавая общую карту комплекса по мере их исследования.

* * *

— Сколько бездомных они притащили сюда внизу? — пробормотал Джейсон. Пиявки Колина отпали от последней группы жертв, которые упали, как марионетки с обрезанными нитями, когда сила, контролирующая их, была удалена. Джейсон поймал их своей аурой, прежде чем они рухнули на землю, перенеся их туда, где Нил уже проводил лечебный ритуал.

— Кажется странным, что столько людей могли быть доставлены сюда незамеченными, — сказал Хамфри.

— Бездомные люди могут быть такими же невидимыми, — сказал Джейсон. — Мы проводим так много времени, намеренно не замечая их, что не замечаем, когда они пропадают.

— Мы стараемся избегать этого в Паллимустусе, — сказала Зара. — Большое, эксплуатируемое население привлекает вампиров, некромантов или что-то похуже, чтобы сделать именно это. Вашему миру нужно будет решить эту проблему по мере роста магии здесь.

Голос Рика прозвучал в групповом чате.

— Мы только что столкнулись с вампирами. Они сражались как те другие бездомные, что имеет смысл, учитывая, что Колин сказал, что ими управляли. Никакого мастерства, просто пытались наброситься на нас.

Обычные люди были усилены до серебряного ранга, что было ничем для людей золотого ранга. Сложность заключалась не в победе в боях, а в обезвреживании противников, чтобы Колин мог извлечь силу, контролирующую их. Некоторых приходилось отбивать с такой жестокостью, что они не выживали, в то время как другие были слишком далеко зашедшими. Магия, повышающая их ранг, уже нанесла слишком большой ущерб.

— Вам удалось взять вампиров живыми? — спросил Нил. — Или тем, что считается живым для вампиров?

— Нет, — ответил Рик. — Клэр говорит, что у вампиров слишком много магии. То, что делают с этими людьми, убивает вампиров сразу, как только Колин вынимает это из них.

— Почему они вообще контролируют вампиров? — задался вопросом Габриэль. — Разве вампиры не поставили то, что здесь внизу?

— Вопрос на потом, когда мы выясним, с чем имеем дело, — сказал Хамфри. — А пока мы продолжаем выполнять задачу.

Нил направил Спартов Хамфри отнести последнюю партию жертв обратно к Карлосу и его сортировочному центру. В то же время он отправил голосовой чат.

— Карлос, взгляни на тела, которые не выжили. Некоторые из них умирают, и я не уверен почему. Обычно это те, у кого улучшенное телосложение, так что я думаю, может быть, это слуги крови. У меня нет времени на более тщательное обследование.

— Я взгляну, — ответил Карлос.

* * *

Кровавый дуб имел извивающееся и стонущее тело на конце каждой конечности. Он использовал их как оружие, едкая кровь вырывалась из них облаками тумана, оставляя зияющие раны. Он использовал их как щиты, поглощая атаки Эмира и его команды. Он даже использовал их как зелья, высасывая жизнь из них, чтобы исцелить себя.

Меч Габриэля пылал огнем, когда он полоснул по древоподобному существу. Кровавый дуб перехватил его свисающим телом, но оно взорвалось, осыпав комнату кусками плоти и внутренностей. Конечность, державшая его, была отсечена, пень остался гореть. Другое тело сморщилось, как пакет сока, выпитый агрессивно жаждущим ребенком. Конечность отросла снова, и пламя было погашено, когда липкая красная жидкость покрыла кору, похожую на кожу.

Кровавый дуб отбросил все тела, которые у него остались. Они взорвались красным, едким туманом, который заставил искателей приключений отступить, пусть даже на мгновение. Существо воспользовалось этим моментом, чтобы сбежать, скользнув в сломанную трубу, как змея, и исчезнув в стене.

Каллум бросился вперед, наколдовав крысу себе в руку, а затем выпустил ее в трубу, чтобы начать погоню.

— У нас только что была стычка, — сообщил Эмир через групповой чат. — Оно ускользнуло в трубу.

— Нам нужен способ прижать его, — сказал Рик. — Оно просто продолжает бросать в нас жертв. Я не хочу убивать их всех, прежде чем мы сможем загнать его в угол.

— По крайней мере, кажется, что оно содержится в этом комплексе, — сказал Джейсон. — Я думаю, что бункерная система полностью изолирована. С охраняемой шахтой лифта, единственный другой выход — это точка доступа, которую использовали вампиры. Если оно все еще бегает, это означает, что оно либо не нашло этот выход, либо не смогло пройти через барьер, который поставил Клайв.

— Каллум выслеживает существо, — сказал Эмир, даже когда Каллум наколдовал больше крыс и отправил их в трубу. — Надеюсь, мы сможем выследить эту штуку, что бы это ни было.

— Возможно, у нас есть зацепка, чтобы выяснить, что это такое, — сказал Рик. — Мы нашли какую-то магическую лабораторию. Мы проверяем, есть ли что-то, что мы можем использовать, чтобы остановить его.

— Только взгляните мельком, — сказал Хамфри. — Если нет ничего очевидного, возвращайтесь к охоте. Что, как и почему мы можем выяснить позже.

* * *

Кровавый дуб не был ровней четырем командам искателей приключений золотого ранга в бою, но оказался дьявольски неуловимым. Не имея возможности сбежать, он прибегнул к тактике «бей-беги», которая привела почти к дюжине столкновений, прежде чем он был наконец убит. Он мог бы успеть сократить численность нескольких членов команд, если бы у каждого из них не было под рукой мощного целителя.

В конце концов, именно комбинация Каллума и Джейсона убила его. Наколдованные Каллумом крысы нанесли на карту сеть труб и позволили ему начать предсказывать паттерны кровавого дуба. Он наконец заставил Джейсона двигаться, чтобы предвосхитить одну из его засад, позволив ему наложить на него достаточно недугов, чтобы он уполз умирать. В конце концов, Колин в режиме роя пиявок дополз туда, где он умер, и поглотил его, вернув небольшой образец.

Команды собрались в лаборатории, которую нашел Рик. Это было большое пространство и, в отличие от любого другого места в комплексе, полностью оборудованное. Стены были загерметизированы и стерилизованы, установлены функциональное освещение и питание. В соседнем подсобном помещении были установлены автономная система водоснабжения и несколько больших генераторов.

Сама лаборатория имела несколько комнат, выглядящих наполовину как алхимическая лаборатория, наполовину как медицинский исследовательский центр. В одной комнате было сильно укрепленное стекло с тяжелой дверью безопасности, теперь открытой. Внутри находилось то, что выглядело как старые лозы, переплетенные вокруг скелетов, очищенных до одних только окрашенных костей. В главной лабораторной зоне было несколько свежих тел, выглядящих так, будто из них была выпита каждая капля влаги.

— Думаете, вампиры сделали эту штуку? — спросил Нил.

— Может быть, — сказал Джейсон. — Клайв, вы с Трэвисом можете выяснить, что они здесь делали?

— Мы можем попробовать, — сказал Клайв.

— Постарайтесь, — сказал Джейсон. — На то, чтобы выследить это одно существо, у четырех команд искателей приключений золотого ранга ушел час. Если бы это не было изолированное пространство, оно бы сбежало, и легко. Нам нужно знать, было ли оно единственным, или у вампиров есть еще такие. Если есть, это сделает дело с ними намного сложнее, чем ожидалось.

— Это неприятная мысль, — сказал Нил. — Представьте целое гнездо этих штук, спрятанное под городом. Почти невозможно обнаружить, еще сложнее поймать, когда это удается.

— Эмир, — сказал Хамфри. — Каллум — лучший следопыт здесь. Пусть ваша команда прочешет комплекс в поисках оставшихся жертв или признаков того, что таких штук было больше одной. Рик, иди сопроводи Трэвиса в эту лабораторию. Джейсон, это будет огромный беспорядок. Тебе следует начать координировать действия с местными властями.

— Занимаюсь, — сказал Джейсон.

— Джейсон, — сказал Трэвис через голосовой чат. — Посмотри, сможешь ли ты найти кого-то, чьи компьютерные навыки не устарели на двадцать лет, чтобы просмотреть системы в этой лаборатории. На данный момент я не знаю, сможем ли мы загрузить ноутбук на всех нас. Если предположить, что у них все еще есть ноутбуки.

— Хорошая мысль, — сказал Джейсон. — Я посмотрю, смогу ли я найти кого-то заслуживающего доверия.

Глава 959: Без последствий

Глава 959: Без последствий

В вампирской лаборатории Клайв и Лорелей каталогизировали откровенно магические инструменты и материалы. Трэвис делал то же самое с технологическими инструментами, одновременно проверяя ИТ-специалиста из Кабалы, который работал на компьютерах. Эми уделяла больше внимания, наблюдая через его плечо. Она не была компьютерным специалистом, но, по крайней мере, пользовалась тем, который не был достаточно старым, чтобы голосовать.

Остальные спутники Джейсона перешли к другим задачам. Некоторые прочесывали комплекс в поисках оставшихся вампиров и жертв. Они обнаружили нескольких, в основном бездомных, которые умерли вместе с кровавым дубом. Джейсон разговаривал с остальными через голосовой чат, летя по небу Мельбурна в черном автомобиле.

— Бро, звучит так, будто убийство лидера убивает всех миньонов, как в старом фильме про монстров, — сказал Тайка.

— Похоже, так оно и есть, — ответила Даниэль. — Это хорошо, если нам нужно быстро убить армию миньонов, но не если мы хотим спасти их.

— Не думаю, что кто-то из жертв пришел в сознание? — спросил Джейсон.

— Нет, — сказал Карлос. — И не ожидай, что они придут в себя в ближайшее время. Они будут в коме несколько дней, пока их души оправляются от травмы. Мы накачали их таким количеством лечебной магии, каким могли, не причинив больше вреда, чем пользы. Нам повезло, что хоть кто-то из них выжил. То, через что они прошли, было равносильно тому, чтобы их кормили духовными монетами. Если бы у них была хоть капля собственной магии, никто из них не выжил бы.

— Мы приближаемся к комплексу, — сказал Джейсон.

— Ты нашел своего специалиста по жутким магическим экспериментам? — спросил Клайв.

— Нашел, — сказал Джейсон. — Постарайтесь не грубить, когда встретите ее.

— Почему мы должны грубить? — спросил Клайв. — Разве это не в твоем стиле?

* * *

В то время как наемники пробивали шахту лифта, фактическим входом в бункерный комплекс было небольшое здание охраны. Вампиры приобрели его через незаметную подставную компанию и умеренную правительственную коррупцию. Это было удобнее, чем пустая шахта, и вокруг него теперь разворачивалась крупная операция.

Здание охраны находилось в углу автостоянки, обслуживающей близлежащие склады и промышленные помещения. На автостоянке был установлен кордон безопасности с парой палаток и оперативным фургоном. Вокруг него был натянут простой веревочный барьер, а реальным сдерживающим фактором были крупные силы безопасности. По периметру кордона были расставлены полдюжины отрядов в черном тактическом снаряжении. За линией находилась пресса, число которой росло по мере прибытия все новых фургонов. Репортеры пытались спровоцировать команду безопасности, пока операторы устанавливали штативы и развертывали дроны в воздухе.

Силы безопасности первыми заметили приближение летящего черного спортивного автомобиля, подняв оружие. Пресса снимала все происходящее мгновения спустя, хотя все их камеры зафиксировали лишь статичное размытие. Машина приблизилась к земле, но вместо того, чтобы приземлиться, превратилась в облако бурлящей тьмы. Два человека выпали из облака, легко приземлившись на землю, мужчина и женщина. Облако было втянуто вниз и поглощено тенью мужчины, как пыль пылесосом. Репортеры немедленно бросились к паре, многие уже узнали Джейсона.

— Я не отвечаю на вопросы в данный момент, — сказал Джейсон, не замедляясь. Некоторые репортеры встали у него на пути, после чего он остановился и пристально посмотрел на них. Они начали задавать вопросы, затем взвизгнули и закричали, когда взлетели в воздух. Джейсон использовал свою ауру, чтобы поднять весь контингент СМИ, включая их фургоны, и поместить их на крышу соседнего склада. Дроны с камерами были раздавлены, словно невидимыми руками, и обломки также были сброшены на крышу.

Затем Джейсон и его спутница подошли к веревочному кордону, где их ждала команда безопасности. Тревога сотрудников службы безопасности не была видна сквозь тактические шлемы, но она окрашивала их ауры. Они также бросали нервные взгляды на застрявших репортеров.

— Мистер Асано, — сказала командир отряда, встав перед ним. — Сейчас действуют протоколы безопасности.

— Уверен, что действуют, — сказал ей Джейсон. — Мне просто на это плевать.

— Сэр, нам нужно проверять всех, кто пытается войти на объект. Я прекрасно понимаю, что вы могли бы сломать меня и мою команду, как коробку яиц, но у нас есть работа. Откуда мне знать, что вы не репортер, использующий магию иллюзий?

Джейсон повернулся, чтобы посмотреть на репортеров на крыше, находящихся в разной степени стресса.

— Признаю, это маловероятно, — сказала командир отряда.

Джейсон устало вздохнул.

— Почему я постоянно сталкиваюсь на контрольно-пропускных пунктах с людьми, которые выполняют свои обязанности с честностью? — пожаловался он. — Где те трусы, которых мне не жалко притеснять?

— Я не совсем уверена, как на это ответить, сэр.

— Как вас зовут? — спросил он.

— Командир отряда Джессика Сандерленд, сэр.

— Джейсон Асано.

— Я в курсе, сэр.

— Я не ношу с собой удостоверение личности. Ну, ношу, но это магическая татуировка у меня на спине. Не думаю, что она действительна в австралийской юрисдикции. А как насчет вас, мисс Блейн?

— Я жила в магическом городе последнее десятилетие, — сказала спутница Джейсона. — У меня не было никаких юридических документов с тех пор, как я вернулась с того света в Аризоне. Вы привезли меня сюда через портал, что, я полагаю, является незаконным въездом. У меня нет паспорта, не говоря уже о визе. Я даже не уверена, что мое гражданство США все еще действительно.

— Потому что вы умерли?

— Да.

— Вас объявили умершей юридически?

— Полагаю, нет. Другие кардиналы убили меня, и я вернулась к жизни в сарае.

— Тогда вы, вероятно, в порядке. Просто чтобы прояснить, когда вы говорите «кардиналы», вы ведь не имеете в виду католиков, верно?

— Нет, так мы называли руководство EoA. Кардиналы, по сторонам света. Я была Миссис Юг.

— Понятно. Как Мистер Север.

— Именно.

— Э-э, сэр? — вмешалась командир отряда.

— Верно, извини, Джессика, — сказал Джейсон. — Знаешь, можешь называть меня Джейсоном.

— Я определенно не буду этого делать, сэр.

— Справедливо. Послушай, нам нужно войти. Ты знаешь, кто я, а это Одри Блейн из клана Асано, так что теперь ты знаешь, кто она. Мне нужно, чтобы ты поверила мне на слово, потому что мы собираемся войти внутрь.

— Сэр, если я смогу убедить вас подождать минутку, я свяжусь по рации со своим начальником и посмотрю, смогу ли я вас пропустить. Таким образом, вам не придется бить всех нас по пути внутрь.

— Справедливо, — сказал Джейсон. — Но постарайся сделать это быстро, или я отправлю вас всех туда, к репортерам.

— Спасибо, сэр.

Она сделала несколько шагов в сторону и начала говорить по рации. Джейсон ждал, рассеянно оглядываясь по сторонам.

— Мне, наверное, стоит завести телефон, — размышлял он. — У них все еще есть телефоны, или это голографические часы или что-то в этом роде сейчас?

— Думаю, у них все еще есть телефоны, — сказала Одри. — Опять же, я жила в магическом городе десятилетие. В окружении вампиров.

— Это странно для тебя? Вампирская тема?

— Не особо, — сказала Одри, оглядываясь вокруг. — Ты не очень любишь следовать правилам, да? Или законам.

— Полагаю, нет. За исключением космических законов, я полагаю. Я вроде как должен следовать им, поскольку я тот, кто... а, это не имеет значения. Я скорее из тех, кто считает: «твори свою волю — таков весь закон».

— Ты понимаешь, что когда обычные люди пытаются это делать, ничего не выходит.

— Если честно, у меня тоже не всегда выходит.

* * *

Единственный установленный в бункерной сети лифт был грузовым лифтом, установленным в рамках первоначального строительства. Джейсон и Одри спустились на нем, пока он не остановился с содроганием. Когда двери открылись, они обнаружили большую часть команды Джейсона, выстроившуюся перед ним, размахивающую оружием.

— Что я говорил насчет того, чтобы не грубить? — спросил он их.

— Это энергетический вампир, — сказал Хамфри, указывая мечом на Одри.

— Действительно, она такая. Одри Блейн, позвольте представить команду «Бисквит». Команда, это Одри. Несколько десятилетий назад она руководила чрезвычайно сомнительным совместным проектом между существующими магическими фракциями того периода. Эта программа привела ее к нынешнему состоянию, с которым она давно научилась справляться.

— А как насчет того, что магический солнечный свет превращает вампиров в зло? — спросил Тайка.

— Энергетические вампиры не подвержены тем же эффектам, — сказал Клайв через голосовой чат из лаборатории. Брови Одри поднялись, когда Джейсон подключил ее к разговору. Остальные были уведомлены текстом, когда она присоединилась.

— Так вот какая это система, о которой они говорят, — сказала она, когда Клайв продолжил свое объяснение.

— Магически заряженный солнечный свет не влияет на личности энергетических вампиров так, как на обычных вампиров, — сказал он. — На самом деле, вампиры и энергетические вампиры — это совсем не один и тот же вид существ, несмотря на название.

— Он прав, — сказал Карлос через голосовой чат. — Энергетические вампиры не самовоспроизводятся, как обычные вампиры. Они появляются только при необычных обстоятельствах.

— Как с Тадвиком, — сказал Нил.

— Именно, — сказал Карлос. — Вот почему энергетические вампиры гораздо реже. Их связь с настоящими вампирами в лучшем случае тематическая. Голод, потребность питаться живыми. Базовая магия очень отличается.

— Ты уверен? — спросил Хамфри.

— Совершенно уверен, — сказал Карлос. — Я вивисектировал больше энергетических вампиров, чем кто-либо на Паллимустусе, насколько мне известно.

— Э-э, Карлос, — сказал Джейсон. — Просто чтобы проверить... еще раз. Ты все еще жрец Целителя, верно?

— Почему ты постоянно спрашиваешь меня об этом?

— Я почти уверен, что это из-за того, что, по-видимому, было обширной программой вивисекции, — сказала Белинда.

Джейсон взглянул на Одри, которая побледнела.

— Ладно, я веду мисс Блейн в лабораторию, Клайв. Моя бабушка вытащила ее из Сети много лет назад, и с тех пор она проводит тайные эксперименты. У нее больше опыта в биологических аспектах магитехнологий, чем у кого-либо еще на планете, так что у нее лучшие шансы выяснить, что здесь происходило.

— Рад это слышать, — сказал Клайв. — Самое полезное, что я выяснил, это то, как срочно мне нужно изучить технологические аспекты того, как магия используется здесь.

* * *

Джейсону не хватало соответствующего опыта, чтобы вникнуть в то, что делали вампиры, поэтому он оставил это в более способных руках. Тем временем он встретился с Анной на облачном корабле.

— Следующий шаг — отступить, — сказала она. — Сегодня произошло много событий, и нам нужно посмотреть, как все сложится. Встреча с послами, ядерная бомба, вампиры. Люди, которым ты позволил заглянуть в свое магическое королевство.

— Дисней позволит нам называть его так?

— Ты счастлив травмировать небольшую армию репортеров, которые уже делают из этого огромное событие, но ты беспокоишься о брендинге?

— Я, может, и сражался с богом, но не хочу связываться с юристами Диснея.

Анна покачала головой.

— Иметь дело с прессой вот так...

— Анна, я не позволю никому давить на меня. Не как в прошлый раз. Я хочу делать вещи дипломатично, и я знаю, что игра в «всемогущего тирана» не помогает в этом. Но я все равно буду это делать, время от времени.

Она вздохнула.

— Я знаю. Прямо сейчас нам нужно посмотреть, как все сложится. Не устраивай больше никаких зрелищ до передачи беженцев. Эта ситуация с вампирским бункером усугубляет то, что и так было глубоко сложным.

— Согласен. Я более чем счастлив отступить на территорию клана и вести себя тихо. Я могу оставить облачный корабль здесь. Мое беспокойство — что замышляют вампиры. Остальное — политика, но это угроза совсем другого характера. Если у вампиров есть еще такие штуки с кровавым деревом, это полностью меняет то, как нам нужно с ними разбираться.

— Ты узнаешь это в ближайшее время?

— Без понятия.

— Тогда это не меняет план. Дай пыли улечься. Пока мы смотрим, как развиваются события на политическом фронте, нам нужно взглянуть на общественный имидж тебя и твоего клана. То, как разыграются последствия сегодняшнего дня, будет большим фактором в этом, но мы можем рассмотреть общие подходы. Ключ в том, что если твой общественный имидж позитивный, тем сложнее давить на тебя политически.

— Значит, использование телекинеза на репортерах было плохой идеей?

— На самом деле, нет. Инженеры Вознесения давно ушли, но одна вещь, которую они сделали, продолжает находить отклик даже сейчас. Они заклеймили своих людей как супергероев, и это засело в общественном воображении. Большинство крупных городов содержат кадры пользователей магии для борьбы с сверхъестественными угрозами. Монстры, очевидно, но по мере того, как магия становится все более распространенной, она все чаще используется в преступной деятельности. В основном бывшими членами магических фракций, которые выпали из обоймы за последнее десятилетие или около того.

— Супергерои? Мы говорим о линчевателях в спандексе?

— Скорее как об очень ярких спецназовцах с большими отделами по связям с общественностью.

— Где я вписываюсь?

— Ты первый в мире супергерой. Эти современные супергерои проводят большую часть своего времени, появляясь на публике и споря о том, кто больше похож на Бэтмена. Их команда по связям с общественностью убила бы за битву против вампирских байкеров-слуг крови. Не говоря уже о том, что EoA активно работали над тем, чтобы превратить тебя в городскую легенду, в последние дни перед тем, как магия стала публичной. Они использовали тебя, чтобы проложить путь для своих собственных супергероев.

— Я помню, — сказал он с хмурым видом. — Они пытались использовать катастрофу в Брокен-Хилл для пиара. Похоже, мало что изменилось.

— Ну, теперь мы можем пожинать плоды всего этого.

— На случай, если мой тон был неясен, Анна, я имел в виду, что использование этих событий для пиара — это плохая вещь.

— Я не прошу тебя воспользоваться ужасными событиями для продвижения себя. Я просто объясняю, как мы собираемся подавать вещи и на какие события мы собираемся нацеливаться для вмешательства.

— Ты хочешь, чтобы я делал супергеройские вещи. Ты просишь меня бороться с преступностью?

— Нет. Просто продолжай делать то, что ты сделал сегодня. Справляйся с угрозами, с которыми никто другой не может справиться. Будь тем, кем никто другой не может быть. Честно? То, что было с репортерами, играет на это. Мы можем построить целую Лигу Мстителей вокруг тебя и твоей команды.

— Это не Лига Мстителей, Анна. Это Мстители или это Лига Справедливости.

— Джейсон, я не способна выразить глубину того, насколько мне все равно. Суть в том, что у тебя есть команда ярких, разнообразных и невероятно привлекательных людей. Мы можем продать это в лучшем виде и сделать немного реального добра в процессе. Мы уже набрасывали способы, которыми ты и твоя команда можете помочь людям. Забудь о борьбе с монстрами; я хочу видеть Векслер, идущую по городам, исцеляющую людей своей аурой. Это хороший пиар и просто хорошо.

— Мне нравится эта идея, но я не хочу, чтобы репортеры следовали за ней, как будто это пиар-ход. Приоритетом должна быть помощь людям, а не то, чтобы видели, как мы помогаем людям.

— Хорошая вещь в том, что это правильный подход и для имиджа. Лучший пиар — просто сделать это и позволить людям узнать, что они, очевидно, сделают. Ты не можешь покрыть города чудодейственным исцелением без того, чтобы люди не начали расследовать, что произошло.

— Я не против этой идеи, но нам нужно расставить приоритеты в наших действиях правильным образом. Места, которые больше всего нуждаются в том, что мы можем предложить.

— Я полностью согласна. Я попрошу команду составить план.

— Команду? — спросил Джейсон.

— Как только я присоединилась к этой маленькой операции, я начала собирать то, что по сути является аналитическим центром. У нас есть возможность совершить невероятные изменения. Ты и твои люди обладаете силой изменить мир. Ключ в том, чтобы не сделать больше вреда, чем пользы, поэтому мы планировали, как это сделать. Наш основной подход — определить потенциальные области, где ты мог бы сделать добро, а затем начать консультироваться с местными жителями. Выяснить, что нужно людям на местах, и определить, можем ли мы это предоставить.

— Вместо того чтобы решать, что им нужно, и навязывать это им?

— Именно. Мы были чрезвычайно осторожны на данном этапе, пока ждали твоего прибытия. Теперь пора начинать действовать всерьез.

— Кто эта команда, конкретно?

— Я тихо набирала людей, с помощью твоей бабушки. Эксперты во всех областях, многие переманены из ООН. Всемирная организация здравоохранения, Продовольственная и сельскохозяйственная организация, ЮНЕСКО. Люди, которых я знаю как способных и надежных. Это основной мозговой центр. Цель — построить местные организации в любых областях деятельности. Кабала имеет влияние в областях наибольшей нужды, и они на самом деле намного опережают нас в этом. Работа, которую они проделали с момента выхода в публичность, невероятна. Я только осознала, насколько, когда связалась с Борисом Кетландом.

— Все это звучит более амбициозно, чем я думал, ты пойдешь на это.

— У нас есть уникальная возможность, Джейсон. Ты можешь делать все, что хочешь, по сути, без последствий для себя. Нам нужно выяснить, как использовать это, чтобы последствия не падали на людей, которым мы хотим помочь. Максимизировать позитивные изменения, минимизируя вред.

Джейсон подался вперед в своем кресле.

— Ладно, — сказал он. — Похоже, ты была занята, пока я пересекал вселенные. Введи меня в курс дела.

Глава 960: Что он сделает с самим собой

Глава 960: Что он сделает с самим собой

Под ночным небом Джейсон и Эми стояли на деревянной платформе, высоко в домике на дереве. Они находились в городе Арбор, в чем-то, что было скорее особняком на дереве, чем домиком, раскинувшимся среди нескольких возвышающихся красных деревьев. Даже живые стволы были его частью. Дупла, выросшие естественным образом в живой древесине, не ослабляли грандиозные деревья, несмотря на то, что казалось, что должны были.

Эми стояла рядом с дядей, глядя на луну.

— Ты мог бы превратить ее в сыр? — спросила она.

— Да. Хотя я стараюсь избегать делать что-то слишком экстравагантное. Люди живут в этом мире, теперь. Я хочу, чтобы они были уверены, что живут в реальном мире, а не в мультфильме.

— Разве ты не говорил, что предлагал устроить затмение для тех правительственных парней?

— Это был долгий день. Возможно, я сделал какой-то выбор в моменте, который был не самым лучшим.

— Дядя Джейсон, думаю, ты только что нашел название для своей автобиографии.

* * *

Джейсон оказался в растерянности, ожидая, пока события развернутся. Большинство членов клана были возвращены в Европу, но Джейсон взял свою близкую семью и устроил им экскурсию по своему астральному королевству.

Тем временем силы Земли все еще формулировали реакции на последние события. Карлос, Клайв, Одри и некоторые члены ее исследовательской группы из клана пытались выяснить, чем занимались вампиры. Нил и другие целители заботились о жертвах вместе с местными властями.

Доставка людей с Земли, возвращенных из Паллимустуса, была еще через несколько дней, Анна следила за переговорами о том, кто заявит права на отдельных членов. Одна из беженцев, Ли Ли Мэй, была освобождена, чтобы помочь с этим процессом, будучи голосом остальных.

После некоторого количества переговоров было выбрано место, не только для передачи беженцев, но и как нейтральная площадка для будущих формальных саммитов с участием мировых правительств и магических фракций, включая клан Асано. Австралийское правительство объявило Деревню Асано и прилегающую территорию территорией особого интереса, подобно стоячим камням. Она также будет управляться многонациональной организацией, которая быстро формировалась, с Ленорой Коулман во главе.

Сеть быстро исключила существующих жителей, свою собственную версию клана Асано, из деревни. Они искали способ похоронить их в самой глубокой яме, которую могли найти, и очень громко притворяться, что их не существует.

Ли Мэй оказалась в деревне Асано, либо встречаясь с международным комитетом, планирующим передачу, либо с китайской делегацией. На второй день к делегации присоединился ее дядя золотого ранга, Ли Чэнь. Ему был назначен дом в деревне, и она встретилась с ним там. Всегда суровый на публике, он заключил ее в теплые объятия, как только они оказались за закрытыми дверями.

— Маленькая Мэй. Так приятно видеть тебя дома. Позже ты сможешь обращаться ко мне как к представителю китайского правительства. А пока я хочу услышать все, как дядя, который очень скучал по своей племяннице.

* * *

— Дядя, я ничего от тебя не скрывала.

Ли Чэнь вздохнул.

— Так ты говоришь, но твоя преданность теперь принадлежит Асано. Как семья, я люблю тебя, но как представитель нашей нации, я не могу доверять тебе. Не полностью. Не тогда, когда твоя первая лояльность принадлежит другому.

Он и его племянница находились в гостиной, все еще украшенной в японском стиле предыдущих жильцов, с минимальной западной мебелью. Он и его племянница сидели на диване на краю открытой комнаты.

— Дядя, я могу пообещать тебе вот что: наличие кого-то в лагере Асано с интересами нашей нации в сердце — это только хорошо для Китая. Когда ты и я встретили его двадцать лет назад, мы смотрели на него как на потенциальный актив для того, что, как я понимаю, является очень другим Китаем, чем сегодняшний. Он...

— Это часть проблемы, — сказал Чэнь. — Ты была в отъезде так долго. Мир изменился, Китай изменился, и ты изменилась. Существует так много неопределенностей.

— Я могу пообещать тебе, что Асано изменился больше всего. Ты разговаривал с Лу Янем?

— Разговаривал.

— И что он тебе сказал?

— Вещи, которые не подлежат рассмотрению без проверки.

— Тогда проверь. Отправляйся в мир Асано и убедись сам.

— Он позволил бы это?

— Асано хочет, чтобы лидеры этого мира поняли его перспективу Земли. Он ждет, пока события улягутся, но он объявит открытое приглашение каждому правительству и магической фракции посетить его царство. Он не наложит никаких ограничений на то, кого они пришлют, по количеству или силе.

— У него нет страха перед тем, что они могут сделать или узнать?

— Нет, дядя, нет. Его намерение — поднять лягушек из колодца и показать им широту неба.

— Он так сильно смотрит на нас свысока?

— Он бы так не сказал, но как он мог не смотреть? Ты слышал мою историю. Вещи, которые я видела, как он делает своими собственными глазами. Он не тот человек, которого мы встретили два десятилетия назад.

— И это не тот мир, который ты и он оставили позади. Рост магии...

— Слишком медленный, дядя. Он намерен ускорить его, для всех. Его намерения эгалитарны, но в великих переменах всегда будут победители и проигравшие. Даже он не может этого предотвратить. Если я смогу повлиять на него, хотя бы немного, тогда у нашей страны есть лучший шанс подняться с приливом, вместо того чтобы быть затопленной.

— Я хочу верить тебе, маленькая Мэй. Но ты рассказываешь истории, которые подошли бы для мифов и легенд, но такие истории — невозможные метафоры. Превращение в птиц и уничтожение армий. Формирование миров из душ.

— Ты видел, как он превратился в птицу, когда его убили, дядя. Есть записи того, как он делает это в Макассаре, и я могу заверить тебя, что его сила выросла. Гораздо больше, чем предполагает простой ранг. Отправляйся в его мир и убедись сам.

Чэнь встал с дивана и зашагал по комнате.

— Мне не нравится то, что ты мне говоришь, племянница. Если ты лжешь мне, это разобьет мое сердце, но я могу жить с разбитым сердцем. Если ты и Лу Янь говорите правду, то в этом мире теперь есть сила, против которой никто не может пойти. Сила, перед которой нация, просуществовавшая тысячи лет, может сделать мало, возможно, ничего.

— Тогда не иди против него.

— А если он пойдет против нас?

— Он утверждает, что не для этого он здесь.

— Ты веришь ему?

— Да. Мы недостаточно сильны, чтобы стоить того, чтобы нам лгали.

Чэнь подошел и снова опустился рядом с племянницей.

— Ты говоришь мне, — сказал он, — что в этот мир пришел тиран, и наша единственная надежда — надеяться, что он не будет к нам неблагосклонен.

Ли Мэй долго обдумывала свои слова, прежде чем ответить.

— Он осознает потенциал того, что его могут видеть в таком свете, — сказала она. — Он говорил со мной об этом. Он не боится того, что мир сделает с ним, а того, что он сделает с самим собой, из страха перед ним.

— Ты говоришь о нем почти как о боге.

— Ему бы не понравилось это слышать, но было бы мудро относиться к нему как к таковому. Другие боги уже делают это. Да, его гнев может быть ужасным, но то, что он может предложить, может поднять нас.

— Если мы будем поклоняться ему.

— Он не хочет поклонения.

— Но мы все равно будем просителями.

— Возможно. У меня нет хорошего ответа для тебя, дядя. Ты был прав, говоря, что в этом мире есть новая сила, которой никто не может бросить вызов. Все, что я могу посоветовать, — это не ставить себя в положение, где тебе нужно это делать.

* * *

Борис прибыл в город артефактов на вертолете Кабалы, что дало ему четкий вид на облачный корабль, парящий над ним, по мере их приближения. Пилоту было приказано по радио приземлиться на само судно, вместо вертолетной площадки на земле. Транспортное средство приземлилось на открытой платформе, где ждал Джейсон. Борис вышел, и вертолет снова взлетел, направляясь в штаб-квартиру Кабалы в городе. Борис направился к Джейсону, ожидающему у двери, ведущей внутрь. Он использовал свою ауру, чтобы отсечь шум улетающего вертолета.

— Ты мог бы попросить портал, — отметил Джейсон.

— Да, но мне нужно, чтобы люди думали обо мне как о каком-то обычном парне, которому нужен вертолет. Политика, знаешь ли?

— Знаю, к сожалению.

Джейсон повел их внутрь, в небольшую гостиную, и зашел за барную стойку.

— Выпить?

— Конечно. Только настоящий напиток. Я знаю, что ты любишь свои ярко-синие, и такие сладкие, что они могли бы быть кордиалом.

— У меня есть кое-что, что нравится Белинде. Это золотой ранг и янтарный цвет. Полагаю, это что-то вроде виски или бурбона.

— Пойдет.

Джейсон налил стакан и поставил его на барную стойку. Борис занял табурет перед ним, пока Джейсон начал наливать свой собственный напиток.

— Это выдолбленный ананас? — спросил Борис.

— Ты пей по-своему, а я буду по-своему.

— За это, — сказал Борис, салютуя своим стаканом, прежде чем отпить.

— Как он?

— Довольно неплохо. Жаль, что я не прихватил несколько напитков золотого ранга, пока был на Паллимустусе, но там было слишком много глаз на мне. Пришлось играть роль хорошего маленького посланника, по крайней мере до твоего трюка с зоной трансформации. Я не ожидал этого, хотя, полагаю, в конце концов все сработало.

— Я часто это слышу.

Борис усмехнулся.

— Готов поспорить.

Джейсон налил синюю жидкость в шейкер, затем поднял бутылку.

— По сути, синий кюрасао, — сказал он. — Название другое, потому что они называют остров Ливарос там, но напиток почти идентичен. Этот немного магически усилен. Я знаю, что связь между мирами вызывает эти странные эхо, но мне все равно странно, когда я сталкиваюсь с ними.

Он продолжил создавать свой коктейль.

— Что привело тебя, Борис?

— Я уже планировал разговор, но после того, как ты забрал Одри, а затем половину ее команды, мое любопытство было подогрето.

— Вампиры замышляют что-то гадкое.

— Они вампиры; это то, для чего они нужны. Что они делали такого, что потребовало опыта Одри?

— Какое-то существо из крови. Золотой ранг. Выглядит как дерево, но это не так. Кукловодит людьми. Потребовалось четыре команды, час с лишним, чтобы выследить его, и то в изолированном пространстве.

— Все те бездомные, которых я видел в тех медицинских палатках в новостях?

— Ага. Обычные люди могут пережить это, к счастью, но не все из них выжили.

— Единичный случай?

— Не похоже. Тот компьютерный парень, которого твои люди из Кабалы одолжили нам, нашел записи, говорящие о получении образца откуда-то. Если есть еще такие штуки...

Борис снова отпил из своего стакана.

— Это усложнит окончательный конец вампиров.

Джейсон приостановил приготовление напитка и вздохнул.

— Да. Я думал, будет намного лучше, обладая такой силой, как у нас. Быть бессмертным. Даже просто быть золотого ранга делает моих друзей почти невозможными для убийства, но теперь я всегда беспокоюсь обо всех остальных.

— Сила и ответственность. Тебе не нужна речь Человека-паука.

— Нет, не нужна.

— Жаль, что я не могу одолжить тебе своих посланников. Мы ненавидели стоять в стороне, пока вампиры захватывали власть. Более широкая Кабала поможет, однако. Нам не понравилось то, что случилось с нашим маленьким клубом, когда восстали лорды-вампиры. Они превратили многих друзей в жестоких, безжалостных монстров. Спасибо, что забрал так много в свое астральное пространство.

Джейсон кивнул. Он насыпал немного льда в металлический шейкер, закрыл крышку и начал трясти. Ни один из мужчин не пытался переговорить шум. Прошло всего мгновение, прежде чем Джейсон вылил содержимое в свою половинку ананаса.

— Насколько ты обеспокоен тем, что присутствие посланников на Земле будет обнаружено, теперь, когда космос постучался в дверь? — спросил Джейсон, наливая.

— Это неизбежно. Вопрос времени, а не «если». Наше время здесь подходит к концу, что делает меня искренне грустным. Это был мой дом долгое время. Единственный вопрос — сколько нам осталось. Это означает, что мы можем позволить себе действовать один раз, в большом, публичном масштабе, прежде чем уйдем. Прощальный подарок миру, который был домом для нас все это время. Может быть, это будут вампиры, за которыми мы пойдем, но я надеюсь, что мы сможем продержаться дольше этого. Десятилетие было бы неплохо.

— Для того времени, когда мост между мирами полностью откроется? Я надеюсь подготовить Землю достаточно, чтобы никто не попытался колонизировать ее с другой стороны. У Земли пока нет сил защитить себя, но я думаю, мы сможем этого достичь.

— Я помогу. Чем смогу, пока смогу.

— Я ценю это. И ты уже помог. Проект почти готов к испытаниям, верно?

— Да. Если бы Норет был готов принять мою помощь, возможно, его версия прошла бы лучше. Но он чувствовал себя изолированным. Как будто он был тем, кто несет судьбу мира, когда это должен был быть кто-то другой. Он стал одержим контролем и все чаще прибегал к крайним мерам.

— Звучит знакомо.

Джейсон взял маленький бумажный зонтик и добавил его.

— Это было нелегко, — сказал он. — Обладая силой, которая у тебя есть, но оставаясь скрытым, пока человечество совершало ошибку за ошибкой. Ничего не делая. Не так давно я бы подумал, что это потому, что ты хотел оставаться скрытым от ортодоксальных посланников. Но это не так, верно? Силы недостаточно.

— Нет, недостаточно. И ты ошибаешься: мы не всегда ничего не делали. Я стар, и я усвоил много уроков, но некоторые ошибки, кажется, я не могу перестать совершать.

— Есть советы?

— Ты можешь заставить людей делать то, что ты хочешь, но не быть тем, кем ты хочешь.

— Я буду иметь это в виду.

Джейсон поднял свой сложный напиток, и Борис чокнулся своим стаканом о его.

— Надеюсь, ты будешь, Джейсон.

Глава 961: Пугающая сторона полубога

Глава 961: Пугающая сторона полубога

В деревне Асано имелся актовый зал для проведения крупных собраний. Джейсон тихо сидел на заднем ряду, наблюдая за презентацией Клайва, Одри и пары биологов из Кабалы и Сети. Вместе с ними присутствовали офицеры из ЦРУ и их австралийские коллеги из АСИС. Они излагали всё, что удалось выяснить о кровавых дубах: от самого названия до подтверждения того, что их существует гораздо больше. Результаты представляли собой совокупность экспериментальных записей, восстановленных данных связи и работы с образцами. Помимо лабораторных образцов, они работали с тем, что осталось от кровавого дуба, который убил Колин.

Инстинкты подсказывали Джейсону держаться людей, которых он знал и которым доверял, когда дело касалось вампиров, но он понимал, что это непрактично. У него просто не было ресурсов для одновременных ударов, скоординированных по всему земному шару. Когда главной проблемой были вампирские лорды, он бы подумал о том, чтобы разделить гостей из Паллимустуса, поставив каждого во главе отряда из внушительного списка обладателей серебряного ранга клана Асано. У них даже был один обладатель золотого ранга, хотя это пока держалось в строгом секрете.

Появление кровавых дубов значительно изменило уравнение. Разделение команд стало гораздо более опасным, и им пришлось бы гораздо больше полагаться на жителей Земли. Им не хватало силы и опыта искателей приключений из Паллимустуса, поэтому было критически важно убедиться, что они осознают угрозу. С этой целью актовый зал был заполнен пользователями эссенций и координаторами операций. Они прибыли от каждого правительства и магической фракции, способной выставить обладателя золотого ранга или, по крайней мере, контингент способных серебряных рангов. Программы обучения, инициированные Фаррой и доработанные Руфусом, были внедрены по всему миру. Старая гвардия пользователей ядер монстров медленно, но верно вытеснялась.

Первоначальный план — нанести массированный удар по оплотам вампиров и захватить как можно больше ядерных устройств — больше не был жизнеспособным. Не было сомнений, что вампиры в той или иной степени пронюхали об этом, но после инцидента в Мельбурне эффект неожиданности был окончательно утрачен. Премьер-министр Австралии заколачивал крышку этого гроба, устраивая медийный блицкриг и рассуждая о вампирах-террористах. Он отчаянно пытался изменить нарратив перед лицом внутреннего политического давления и международного осуждения.

Новый план всё ещё обсуждался как вариант старого, всё ещё основанный на скоординированных рейдах по всей планете, но с меньшей скрытностью и большей подавляющей силой. Однако реальность заключалась в том, что не могло быть никакого массового наступления на вампиров, пока их ядерный арсенал оставался реальной угрозой.

Агент АСИС, Натали Парк, была прикомандирована к Джейсону в качестве связной от австралийских служб безопасности. Обладательница серебряного ранга, она была ещё маленькой девочкой во время последнего визита Джейсона. Обученная по методам Фарры и Руфуса, она была серебряным рангом без единого следа ядер в своей системе. Она вошла через заднюю часть актового зала и присела за креслом Джейсона.

— Они почти готовы к вашему выходу, мистер Асано.

— Спасибо, Натали.

Джейсон встал и вышел из здания, направляясь в соседнее. Изначально это была резиденция мэра, совмещенная с административными помещениями. В настоящее время её занимала Ленора Коулман, и она служила коммуникационным узлом для присутствующих международных сил. Американцы установили магитех-устройство для конференц-связи, как и полагается, в конференц-зале. Джейсону сказали, что это настолько безопасно, насколько может быть безопасной удаленная связь, по крайней мере, на данный момент. Неизбежно, что технология будет утекать, копироваться и взламываться, но до тех пор самой большой уязвимостью оставался человеческий фактор.

Хотя это было далеко от его области знаний, мысли Джейсона были заняты магитехом с тех пор, как он планировал возвращение на Землю. У его родной планеты не было шансов догнать магию Паллимустуса. Даже если не брать в расчет тысячелетия магической истории, средний уровень магии на Земле был на ступень или две ниже по всем показателям. Эти уровни выросли, но зоны с высоким уровнем магии были немногочисленны и меньше, чем в том мире. Было даже несколько магических пустынь, которые обладатели золотого ранга могли посетить только с трудом, поглощая духовные монеты.

Джейсон надеялся, что магитех выровняет игровое поле. Паллимустус начинал перенимать больше технологических принципов, но это шло медленно и было в основном заслугой Трэвиса Ноубла. Он использовал черты технологии, чтобы сделать то, в чем магия не преуспевала: дешевая связь на большие расстояния. На Земле у технологий было много «бутылочных горлышек», и планета, полная людей, теперь обращалась к магии, чтобы их преодолеть.

Большая часть последних десятилетий ушла на использование магии для обхода ключевых препятствий в технологическом прогрессе, таких как отсутствие эффективных сверхпроводников. Эти исследования совершили рывок в последнее десятилетие, как только мир привык к магии и начал оправляться от волн монстров. В результате технологии во многих областях рванули вперед, опередив то, что знал Джейсон. Всё развивалось так быстро, что мир всё ещё пытался угнаться за этим в социальном и политическом плане. Ближний Восток, всегда бывший горячей точкой, стал ещё более нестабильным, поскольку большая часть мира отказалась от ископаемого топлива.

Когда Натали провела Джейсона в конференц-зал, он посмотрел на образец магитеха, который там находился. Коническое устройство было установлено в центре стола, с панелями управления по краям. Во главе стола сидел мужчина, подключивший компьютерный планшет к панели.

— Они сейчас проводят калибровку, мистер Асано, — сказала Натали Джейсону.

— Удивлен, что вы подключены к нему проводами, — сказал Джейсон. — Разве сейчас всё не должно быть беспроводным?

— Конечно, если вы доверяете беспроводной сети, которую используете, — ответил техник и указал на устройство в центре стола. — Никто не взломает эту штуку, пока кто-нибудь не проведет обратный инжиниринг. А вот мой планшет более уязвим. Проводное соединение безопаснее.

— Справедливо.

— Это займет не больше минуты, мистер Асано, — сказал техник. — Кстати, я ваш большой фанат. У меня есть плакат еще с тех времен, когда у вас были серебряные глаза, а не эти оранжево-синие, с которыми вы сейчас. Они крутые.

— Спасибо.

Техник был одет в стандартную униформу IT-специалиста: джинсы и футболку с какой-то отсылкой к поп-культуре, которую Джейсон не понял.

— Черт, — пробормотал Джейсон.

— Уверена, он быстро всё настроит, мистер Асано.

— Не в этом дело, — сказал Джейсон. — Я только что понял, что есть пятнадцать лет поп-культуры, которые я никогда не наверстаю. А люди и раньше считали мои отсылки устаревшими. Они уже перезапустили «Рыцаря дорог»?

— Вы имеете в виду то шоу про машину, одержимую призраком Дэвида Хассельхоффа? — спросила Натали.

— Дэвид Хассельхофф умер?

— Насколько мне известно, нет.

— Он получил серебряный ранг пару месяцев назад, — сказал техник.

— Тогда зачем им снимать шоу о том, как его призрак вселяется в машину? — спросил Джейсон. — Это был его персонаж из старого сериала?

— Нет, — ответил техник. — Он играл самого себя. Якобы его убили в шоу, и он озвучивал машину. Затем в третьем сезоне выяснилось, что он всё это время был жив, а машина была магитех-ИИ, синтезирующим его голос. После этого сериал сильно сдал. Четвертого сезона так и не было.

— Надо будет глянуть. У них есть бокс-сет сериала?

— Бокс-сет? — переспросил техник. — Это как один из тех японских обедов?

— Точно. Наверное, их больше не делают.

— Нет, бэнто-места повсюду, — сказал техник. — Сейчас это тренд.

— Неважно. Тень, напомни мне поискать перезапуск «Рыцаря дорог».

— Нет.

Джейсон разразился смехом, а Натали посмотрела на него с недоумением.

— Готово, — сказал техник и указал на один из стульев. — Это ваше место, мистер Асано.

— Спасибо, Нейтан.

Техник поднял брови.

— Вы знаете мое имя?

— Я внимательно слежу за своим окружением, мистер Бернсли. Особенно за этим окружением. Кстати, удачи на свидании.

— Вы шутите? Когда я скажу ему, что разговаривал с вами о «Рыцаре дорог», он просто обалдеет.

Джейсон щелкнул пальцами, отправив что-то в воздух. Нейтан поймал это и посмотрел на предмет в руке. Это была серебряная монета с лицом Джейсона.

— Ого, — сказал Нейтан. — Какой огромный подбородок.

— Серьезно? — пожаловался Джейсон.

Нейтан поспешно вышел за дверь, когда прибыли ещё два человека. Борис кивнул Джейсону и занял место, указанное Натали. Ли Чэнь, китайский обладатель золотого ранга, остановился в дверях.

— Давненько не виделись, — сказал Джейсон.

— Мистер Асано...

— С тех пор, как вы бросили ядерную бомбу в астральное пространство, потому что межпространственный пришелец сказал вам, что это избавит вас от меня.

Чэнь заметно сглотнул.

— Забавный мир, — сказал Джейсон. — Шако — вот как его звали, если он вам не сказал. Шако сейчас в этой странной тюрьме, которая одновременно является стулом. Всё это немного метафорично, но я действительно сидел на том стуле, недолго. И вот мы здесь, снова говорим о ядерном оружии.

— Мистер Асано...

— Я отпущу это, мистер Ли. Размышления о прошлом ничего нам не дают, а то, что вы ждете, что я убью вас ночью, контрпродуктивно.

— Мистер Асано, мистер Ли, — вмешалась Натали. — Вам стоит занять свои места. Они сейчас начнут.

Двое мужчин переместились на указанные позиции, и примерно через тридцать секунд устройство на столе загудело. Через мгновение оно замолчало, и голографические изображения людей начали заполнять пустые места вокруг стола, одно за другим.

Джейсон сделал медленный, успокаивающий вдох, когда появились высокопоставленные правительственные чиновники, директора разведывательных агентств и главы магических фракций. Это был узкий круг, сформированный для борьбы с вампирской угрозой, и в него входили Джейсон и его бабушка. Борис был одним из нескольких представителей Кабалы. Натали не осталась, поскольку АСИС была представлена удаленно её главой, генеральным директором Макмилланом.

Встреча началась с того, что директор ЦРУ Барстоу резюмировала изменившуюся ситуацию с тех пор, как группа приняла предыдущий план.

— Короче говоря, генеральный директор Макмиллан, ваш премьер-министр поставил нас в очень неудобное положение, — сказала она. — Операция и так была слишком масштабной, чтобы ожидать сохранения информации в тайне, но у нас хотя бы был шанс убрать со стола большинство ядерных устройств. После инцидента в Мельбурне ваш глава правительства прокричал слова «вампир» и «ядерная бомба» в каждый микрофон, который попадался на глаза. Я бы не назвала это идеальным подходом к оперативной безопасности.

— Я бы хотел отметить, — сказал Макмиллан, — что если бы инцидент в Мельбурне не произошел, мы бы вообще не узнали о кровавых тварях.

— И это оправдывает то, что вас застала врасплох внесудебная операция, которую ваш премьер-министр устроил, работая в обход вас и вашей организации, к вашему очевидному неведению? Как именно ему удалось обойти собственную службу безопасности, генеральный директор?

— Если позволите, — сказал шеф Кольер из Секретной разведывательной службы Соединенного Королевства.

— Продолжайте, сэр Кристофер, — сказала ему директор Барстоу, к явному облегчению австралийца.

— Мы все осведомлены о прискорбной ситуации с австралийским премьер-министром, — сказал шеф Кольер. — Я полагаю, нас всех также проинформировали о мерах, принимаемых для исправления местной политической турбулентности. Учитывая трудности со сбором этой конкретной группы, возможно, нам стоит обсудить дальнейшие шаги, ради которых мы собрались, а не пережевывать взаимные обвинения. Как бы заслуженно они ни звучали.

Джейсон наблюдал, как голограмма Барстоу потянулась за очками, только чтобы обнаружить, что их нет. Пользователям эссенций не нужны были корректирующие линзы, но те, кто носил их годами, всё ещё по привычке пытались поправить их.

— Вы, конечно, правы, сэр Кристофер, — сказала Барстоу. — Вопрос в том, каков наш следующий шаг? Наши люди готовятся к более мощным ударам, но нажать на курок операции в её нынешнем виде было бы катастрофой. Ядерные взрывы, древесные монстры, превращающие людей в марионетки. Мои аналитики проигрывали сценарии, и всё заканчивается очень плохо.

— Наши люди пришли к тем же выводам, — сказала Барстоу. — Мистер Кетленд, мистер Асано. Я надеюсь, что ваши взгляды со стороны предложат нам варианты, которые мы не видим.

— К сожалению, нет, — сказал Джейсон. — То, что у нас есть, по сути, та же проблема, что и раньше, когда наш лучший вариант — переговоры с вампирским лордом, Элизабет. К сожалению, теперь она занимает значительно более выгодную позицию для переговоров, в зависимости от её способности нейтрализовать кровавые дубы.

— Есть ли у нас понимание, насколько она их контролирует? — спросил Ли Чэнь.

— Пока нет, — сказал Макмиллан. — Мои люди и ЦРУ просматривают все записи переговоров, которые мы извлекли из Мельбурна. Мы знаем, что Элизабет руководила программой по созданию кровавых дубов, но не знаем, насколько она контролирует самих монстров.

— Я могу сказать вам, что вампиры на месте не смогли их контролировать, — сказал Джейсон. — Они убивали и использовали их, точно так же, как и людей там. Если Элизабет утверждает, что может контролировать эти штуки, ей придется это доказать.

— Я бы хотел отметить, — сказал Борис, — что генеральный директор Макмиллан ранее высказал верное замечание. Если бы не инцидент в Мельбурне, мы бы не подозревали об опасности, исходящей от кровавых дубов. То, что это раскрылось, плохо для вампиров в целом, но хорошо для переговорной позиции Элизабет. Есть ли вероятность, что премьер-министра подтолкнули, возможно, даже способствовали его действиям? У меня нет ничего, кроме догадок, но я считаю, что это заслуживает рассмотрения и, возможно, расследования.

Переговоры продолжались, но новых выводов сделано не было. Различные организации решили координировать дальнейший сбор информации в надежде улучшить свои перспективы, но события в Мельбурне стали катастрофой. В конце концов, голографическое устройство было отключено, оставив Джейсона, Ли Чэня и Бориса в комнате. Чэнь посмотрел на Джейсона, увидел ответное выражение лица и поспешил удалиться, вежливо извинившись.

— Ты хорошо справился, — сказал Борис. — Продолжай в том же духе, и они, возможно, действительно начнут смотреть на тебя как на государственного деятеля, а не как на парня, который сидит за столом, потому что он пугающий полубог, который убьет их всех, если они его разозлят.

— Посмотрим, после того как их представители прибудут сюда на экскурсию по частной вселенной.

— Это может вернуть их к мысли о пугающем полубоге, — признал Борис.

Глава 962: Я знаю, что ты такое

Глава 962: Я знаю, что ты такое

Первыми людьми с Земли, посетившими астральное королевство Джейсона, были трое правительственных чиновников и команда безопасности, которая пришла их искать. После пережитого они прошли все возможные тесты: магические, технологические или и те, и другие. Не было найдено никаких признаков ментального манипулирования, «людей из стручков», замен на двойников или любых других сценариев, которые можно было проверить или вообразить. Для многих, опасавшихся магии Джейсона, этого было недостаточно, чтобы подтвердить, что он ничего с ними не сделал.

Основной причиной, по которой сомнения сохранялись, было отношение тех, кто вошел в царство Джейсона. Хотя детали разнились, каждый придерживался схожих позиций. Их объяснения того, что находится по ту сторону портала Джейсона, звучали абсурдно. Целые планеты, богоподобная сила. Что бы ни понадобилось Джейсону Асано от Земли, ему это было не нужно.

Была организована более официальная экспедиция в астральное королевство. По сравнению с предыдущим спонтанным визитом, в этом участвовали представители со всего мира. Офицеров разведки сопровождали геологи, биологи, антропологи и все остальные, у кого был потенциал для понимания и допуск к секретности. Джейсон оставил группу на попечение Консьержа, как и в прошлый раз. Пока это происходило, Джейсон прогуливался с самым старым обитателем своего душевного царства, с тех времен, когда оно ещё даже не было астральным королевством.

Мелоди Джейн, мать Софи, восстанавливалась после операции по удалению субстанции, которая десятилетиями влияла на её разум. Она лишила её автономии и семьи. Процесс удаления был жестокой травмой, которую она смогла пережить только благодаря контролю Джейсона над своим королевством. После длительной комы она снова встала на ноги. Сейчас она использовала их, чтобы прогуливаться по городу-дереву Арбор, а Джейсон неспешно шагал рядом.

Мелоди, как и Софи, была прекрасной селестиной с серебряными волосами. Хотя физически она постарела не больше своей дочери, в ней чувствовалась усталость, говорившая о тяжелых годах, которые она прожила. Она была одета в простую льняную рубашку и брюки и бродила босиком, не заботясь о разбросанных листьях и грязи на каменных улицах и дорожках. Джейсон был одет похоже, натуральные цвета его одежды контрастировали с его обычной крикливостью.

Мегаполис был живым лесом, но с открытыми проездами и зданиями из дерева и камня, которые сливались с окружением. Вместо подлеска были широкие бульвары, залитые светом, просачивающимся сквозь полог листвы. Небольшие порывы ветра подхватывали опавшие листья и уносили их в кружащихся вихрях, танцующих, словно уличные артисты. Дороги и тропинки из тесаного камня петляли вокруг деревьев и зданий.

Над ними здания крепились к исполинским деревьям, соединенные подвесными мостами и лестницами, обвивающими стволы. Была даже деревянная колея для системы легкого рельсового транспорта, которая змеилась по верхним ярусам деревьев.

На ветру витали естественные ароматы: травы, полевых цветов и земли. Джейсон сделал глубокий вдох и счастливо вздохнул.

— Я очень доволен тем, как всё получилось, — сказал он. — Хотя я понимаю, почему тебе могло хотеться сбежать после того, как ты так долго здесь находилась. Мне жаль, что так вышло, что мы на Земле, а не в Паллимустусе, теперь, когда ты наконец можешь уйти.

— Мне не стоит слишком жаловаться. Не многим выпадает шанс исследовать совершенно другой мир. Хотя для тебя, полагаю, в этом нет ничего нового.

— Это всё ещё кажется свежим, — сказал Джейсон. — Всегда есть новый горизонт. Как только всё утрясется, мы выберемся куда-нибудь.

— Софи так рада, что мы будем путешествовать вместе, — сказала Мелоди. — Это почти как будто я вернула ту маленькую девочку, которую никогда не видела. Может, она тоже это чувствует. Но я не спешу. Это тоже большой мир, и он был моим домом дольше, чем где-либо ещё. Поначалу это было пугающе. Это огромное, пустое место, ожидающее людей, которые так и не пришли. И оно постоянно меняется. Мир и этот город, особенно. Растет, как сад. Только в последний год или около того он по-настоящему успокоился.

— Люди придут, — сказал Джейсон. — Ты видела Нью-Уотер.

— Почему ты не привел тех людей из Паллимустуса в город-дерево? Вместо этого ты создал для них новый.

— По паре причин. Во-первых, я хотел, чтобы они были в знакомом месте. Я не мог воссоздать их город, но хотел, чтобы он хотя бы ощущался как то, что они знали. Во-вторых, это место предназначено для других.

— О?

— С обычными астральными королями, теми, кто изначально был вестниками, всё работает одинаково. Те из нас, кто становится астральными королями менее традиционными способами, обнаруживают, что у каждого из нас есть свои маленькие причуды, с которыми нужно разобраться.

— Если ты так говоришь. Я не очень разбираюсь во всем этом.

— Честно говоря, я тоже. Я нахожусь в ситуации «учусь на ходу». Например, обычные астральные короли создают астральное королевство, очень похожее на это.

Он указал на пространство вокруг них.

— Пока всё идет хорошо.

Он усмехнулся.

— Да, — сказал он. — Теперь, когда дело доходит до заселения их астральных королевств, вот тут обычные процессы становятся немного шаткими. Астральное королевство создает особые деревья, но они не вырастают больше саженцев. Их нужно пересаживать в более широкую реальность. В миры рождения, где вестники растят новых вестников. Как фрукты, которые нужно собирать.

— Собирать?

— Астральные короли создают вестников по двум причинам. Одна — иметь армию послушных миньонов, а другая — выкачивать из них силу.

— У тебя это работает не так?

— Не в части выращивания. Я не уверен насчет части с накоплением силы, но я не собираюсь выжимать из людей соки и пить их.

— Можно ли получить силу, не делая этого?

— Не знаю. Я не уверен, насколько разница между мной и другими астральными королями заключается в том, что я не вестник. Я подозреваю, что многие изменения происходят из-за того, что у этого города есть собственная душа. В конце концов, он начал свою жизнь как искаженная версия дерева рождения. Он уже работает иначе. Его ответвления растут по всей планете. Не саженцы и даже не полностью выросшие деревья, а целые леса.

— У города есть форма аватара, не так ли? Ты спрашивал его об этом?

— Спрашивал. Как и я, Арбор находит свой путь через то, что с ним происходит, учась по ходу дела.

— И ты думаешь, что эти леса вырастят новых вестников? Здесь, в твоем душевном царстве?

— Это уже происходит. Эти леса, они полны… стручков. Рано или поздно вестники начнут вылупляться, как горошины.

— Ты готов к этому?

В смехе Джейсона прозвучала нотка панической мании.

— К армии трехметровых новорожденных с силой серебряного ранга и крыльями? Нет, я к этому не готов. Я всё ещё спотыкаюсь, пытаясь быть родителем для одного взрослого.

— Как дела у Ника?

— Хорошо. Думаю. Вроде того. Он только что встретился со своей расширенной семьей. Магия и обстоятельства так долго держали нас порознь, и мы всё ещё притираемся друг к другу. Ты знаешь, каково это, поэтому я надеялся, что у тебя есть советы.

— В основном список ошибок.

— Я возьму.

Они прогуливались по городу, обсуждая, каково это — быть нетрадиционным родителем в очень необычных обстоятельствах. Во время своих странствий они столкнулись со многими необычными аспектами города-дерева. Природные и магические силы объединились, чтобы сформировать город, определяя странности его географии.

Арбор располагался в огромной кальдере горного хребта, на ледяном севере планеты. Геотермальное тепло и окружающие магические условия создавали умеренную зону, спрятанную в горах. Там были массивные подземные районы, глубже даже, чем корневые системы огромных деревьев. Они включали доступ к огромным магматическим камерам, которые были наполовину построены из кирпича, наполовину являлись естественными пещерами. Магия, встроенная в камень, делала тепло терпимым, а воздух пригодным для дыхания. Камень был теплым, но не горячим под их босыми ногами.

— Это красиво, но довольно зловеще, — сказала Мелоди, переходя по каменному мосту, который пролегал над текущей рекой магмы. — Весь этот темный камень и огонь.

Свет расплавленного камня окрашивал всё в красный цвет. Хотя Джейсону нравилось чувствовать себя гномом из видеоигры, он повел их обратно к поверхности. Он направился к месту, которое было его любимым в городе, возможно, во всем астральном королевстве.

Массивное ущелье отмечало город, как шрам. Отвесные стены были задрапированы деревьями, словно гобеленами, дома из дерева и камня выглядывали сквозь листву. Река, протекающая через город, низвергалась с вершины утеса, и поток наполнял ущелье туманом, каскадом стекая в пещерные системы внизу.

Здания, встроенные в бок ущелья, были отчасти домиками на дереве, отчасти вулканическим камнем, и ни одно из них не было похоже на другое. Некоторые прижимались к стенам, с туннелями, осторожно огибающими корневые системы, пока они петляли сквозь скалу. У других были деревянные платформы, выступающие в ущелье, окутанные прохладным, освежающим туманом. Подвесные мосты местами перекрывали пропасть, соединяя здания на одной стороне с другой.

В глубине ущелья падающая вода фильтровалась в пещерную систему взаимосвязанных гротов. Вода в гротах была невероятно прозрачной, благодаря магическим фильтрам, а погруженные кристаллы освещали пещеры мерцающими бирюзовыми, синими и зелеными оттенками. Переходы обеспечивали легкий доступ к пещерной системе, где были вырезаны искусственные камеры для создания общих пространств.

Эти зоны были подземными садами, светящиеся растения росли прямо из стен. Там были игровые площадки и столы для пикника, а также общественные барбекю, установленные под хорошо спрятанными и тщательно размещенными дымоходами. Свежий ветерок продувал пещерную систему, смягчая тепло геотермальной породы.

— Это одно из моих любимых мест, — радостно сказал Джейсон, играя роль экскурсовода. Они находились в заполненном водой гроте, на деревянном мостике, встроенном в стену. Он указывал на места, где дети — или инфантильные взрослые — могли прыгать в воду, а затем выбираться обратно к одной из зон для пикника. Вся камера была залита лазурным светом, исходящим из воды. Это создавало ощущение, что вся камера находится под водой.

— Там есть и животные, — отметил он. — Можно поплавать с рыбами и черепахами.

Они вышли из гротовых пещер на дно ущелья. Было бы легко взлететь вверх, но они пошли по лестницам, вырезанным прямо в камне, зигзагами поднимающимся по стенам. Это был непрямой и неэффективный путь, петляющий между деревьями и домами. Иногда путь ненадолго уводил их в туннели, прежде чем вернуться наружу. Солнце стояло высоко в небе, его свет рисовал радуги в тумане от водопада. Капли брызг сверкали, как бриллианты, падая в глубины ущелья.

— Это не кажется очень практичным пространством, — заметила Мелоди.

— Всегда есть полет, — сказал Джейсон. — Это спроектировано как жилое пространство для высокоранговых. Хотя за домами и мимо корней деревьев проложены более эффективные пути. Прямые туннели, подъемные платформы. За водопадом есть большая транзитная станция. Это один из нескольких узлов по всему городу, в основном подземных, чтобы не мешать деревьям. У меня есть деревянный поезд, который может ходить по земле в некоторых районах, хотя это тоже больше ради впечатлений, чем ради чистой практичности. Ты видела пути, я уверен, но я еще не запускал поезд.

Когда Джейсон встретил Мелоди, она была резкой, фанатичной и промытой мозгами. Он никогда не мог представить тогда ту материнскую улыбку, которую она дарила ему сейчас.

— Посмотри на себя, — сказала она. — Оказывается, всемогущий бог этого мира — на самом деле просто мальчик, играющий с игрушками.

Он ухмыльнулся.

— Я могу с этим жить.

Они дошли до одного из больших домов с просторной террасой, поддерживаемой несколькими деревьями. Он был достаточно близко к водопаду, чтобы в воздухе чувствовалась освежающая прохлада, но не настолько близко, чтобы его заливало брызгами. Там было три барбекю и пара столов для пикника, способных вместить большую компанию. С ветки свисали качели, с которых при их приближении встал заметно нервничающий леонид.

— Моя следующая встреча, — сказал Джейсон. — Хочешь, я отправлю тебя домой порталом?

Мелоди жила в домике на дереве, построенном вокруг одной из самых высоких секвой в городе. Это было недалеко от того места, где Карлос обустроил свой исследовательский центр, и где жили другие жертвы промывки мозгов Мелоди.

— Думаю, я пройдусь, — сказала она. — Даже спустя столько лет я всё ещё видела так мало.

Она ушла, а Джейсон подошел к Гэри. Молодой человек не был крупным по меркам леонидов, на полголовы ниже Тайки. Даже так, он возвышался над Джейсоном, делая его робкий язык тела несколько комичным. Джейсон указал на качели, которые только что освободил Гэри, затем сел. Через мгновение Гэри сделал то же самое. Джейсон не спешил говорить, давая Гэри время набраться смелости. Вместо этого он с довольным вздохом оглядел вид.

— Я… — попытался Гэри, прежде чем замолчать.

— Ты не знаешь, каково это — сидеть здесь, — сказал Гэри.

— Я сижу здесь, — заметил Джейсон.

— Да, но ты сидишь здесь со мной. Я сижу здесь с тобой.

Вместо ответа Джейсон дал Гэри время собраться с мыслями и продолжить.

— Я всю жизнь был окружен твоей силой, — объяснил Гэри. — Земля, по которой я ходил, солнце в небе. Она всегда была там, лежала в основе всего, но я никогда этого не осознавал. Это было просто то, как всё устроено. Только когда я ушел, я понял это, по её отсутствию. Как будто какая-то фундаментальная часть мира исчезла. Мы здесь, в другой вселенной, но это ощущается как дом больше, чем Австралия.

— Мне жаль, что у тебя не было возможности расширить свои горизонты.

— Это не… ты человек.

— Мне нравится так думать, — сказал Джейсон.

— Я не могу объяснить это хорошо. Мистер Асано, покинув территорию клана, я внезапно осознал силу, которая окружала меня всю мою жизнь. Это ощущается как дом. Место, где я должен быть. А потом есть ты. Человек, излучающий всю эту мощь. Источник её. Я чувствую, как она исходит от тебя, как из родника.

— Это просто аура.

— Нет, это не так. Я чувствовал ауры. Сильные, хорошо натренированные ауры золотого ранга. Быть здесь — это не то же самое, что сидеть рядом с мистером Уильямсом или мистером Ремором. Это как сидеть рядом с Богом.

Джейсон вздохнул.

— Поэтому ты просил о встрече со мной, Гэри? Ты думаешь, что я Бог?

— Нет. Я знаю, что ты такое. Эми объяснила мне. Но именно так это ощущается. И, поскольку это самое близкое, к чему я когда-либо смогу подобраться, я надеялся, что ты сможешь ответить на вопрос, который мучил меня долгое время.

— И что это за вопрос?

— Почему я другой?

— Все разные, Гэри, в той или иной степени. Тебе придется быть конкретнее.

Гэри кивнул.

— Люди относятся ко мне иначе, — сказал он. — Не всегда, и не все, но некоторые. Мистер Ремор всегда был рядом, помогая мне и направляя. Немногие получают такое внимание. Сначала я думал, что это потому, что я был первым леонидом, рожденным естественным путем, но есть и другие, как я. Дети трансформированных. Они не получали столько внимания. И то, как он иногда смотрит на меня… как будто видит кого-то другого.

— Не видит кого-то другого. Просто вспоминает.

— Другого Гэри? Того, в честь которого меня назвали?

— Да.

— Я похож на него?

— Нет, — сказал Джейсон, затем взмахнул рукой.

Перед ними появилась сцена: люди собрались на траве, глядя на тропическую лагуну. Гэри узнал Джейсона, Руфуса и многих других, с кем познакомился за последнюю неделю. Его взгляд, однако, был прикован к высокому леониду перед грилем. Мужчина держал щипцы и был в фартуке с надписью «приключения веселее, когда съедаешь плохиша». Это было на одном из языков Паллимустуса, которым учил Руфус.

Изображение было беззвучным, но когда мужчина запрокинул голову в смехе, Гэри почти услышал его громоподобный звук. Он не был уверен, как долго сидел, завороженный, наблюдая, как человек беззвучно говорит, смеется и ест целую жареную ногу какого-то гигантского птицеподобного существа. Гэри вздрогнул, когда изображение исчезло.

Джейсон снова подождал, пока Гэри наконец нарушит тишину.

— До моего рождения мистер Ремор рассказывал истории о нем. Вот почему родители назвали меня в его честь. Но он больше не рассказывает эти истории. Никогда, даже когда я просил. Ты знаешь почему?

— Знаю.

— Я думал, может, я себе напридумывал. Может, это потому, что я леонид, мистер Ремор уделял мне так много внимания. Почему твоя семья включала меня во многие вещи. Давала мне так много возможностей. Я знаю, что клан хочет быть более инклюзивным. Чтобы это касалось не только твоей семьи. Но потом я сказал, что хочу увидеть тебя. Поговорить с тобой, и через три часа я здесь. Есть люди, которые управляют странами, которые не могут этого сделать. Я другой, и я не знаю почему. Ты можешь мне сказать?

Джейсон сделал долгий, медленный вдох.

— Да, Гэри. Я могу.

Глава 963: Минимальный сопутствующий ущерб

Глава 963: Минимальный сопутствующий ущерб

Джейсон и Гэри сидели бок о бок на качелях на веранде. Туман увлажнял деревья, растущие на склонах ущелья, наполняя воздух ароматом листвы. Джейсон замер, собираясь с мыслями, в то время как Гэри ёрзал в ожидании долгожданных ответов. Леонид был невысок для своего вида, но всё же возвышался над Джейсоном. И всё же именно присутствие этого человека, который был меньше него, казалось подавляющим. Это был мир Джейсона, и Гэри чувствовал это на инстинктивном уровне.

— Должно быть, я кажусь тебе странной фигурой, — сказал Джейсон. — Честно говоря, я и сам всё ещё пытаюсь это осознать, но моя точка зрения не так важна. Легко справляться с силой, когда она у тебя есть.

Он взглянул на леонида.

— Я наблюдал за тобой всю твою жизнь. Ты этого не чувствовал, но я был рядом. Когда ты родился. Когда братья Карадениз преследовали тебя в парке и угодили в тот терновый куст, который, как ты мог поклясться, отсутствовал, когда ты пробегал мимо.

Гэри моргнул, и его брови поползли вверх.

— Это был… ты?

— Да, это был я. Я видел каждое мгновение твоей жизни, Гэри.

— Даже когда я ходил в туалет?

— На самом деле я не смотрел на это. Я был, на каком-то уровне, осведомлён о том, что это происходит. Для всех, кто находится в моих владениях. К этому нужно привыкнуть — быть тем, кто я есть.

— Люди иногда говорят о тебе так, будто ты бог. Ты бог?

— Это сложно. Короткий ответ — нет. Длинный ответ — что-то вроде того. Отчасти.

— Это не проясняет ситуацию.

Джейсон рассмеялся.

— То, что я, к сожалению, прекрасно осознаю. Но мы здесь не для того, чтобы говорить обо мне, даже если я, кажется, не могу удержаться. Ты хочешь знать, что делает тебя особенным. Другим.

— Да, — сказал Гэри, его голос звучал почти шёпотом.

— Каждый человек по-своему особенный в своём контексте. Драгоценное дитя, любящий друг. Короткий ответ в том, что ты не более особенный, чем кто-либо другой. Но ты здесь ради длинного ответа. Ради тех частей твоего конкретного контекста, которые ты мельком видел, но никогда по-настоящему не рассматривал.

— Да.

— Хорошо. Первое, что тебе следует знать: я, строго говоря, не должен рассказывать тебе то, что собираюсь. Но правила, касающиеся тебя, уже были изрядно нарушены. Я объясню как и почему по ходу дела. Но сначала я хочу, чтобы ты понял: ты не должен никому рассказывать то, что я собираюсь тебе сообщить. Тебе захочется обсудить это позже, когда ты всё обдумаешь. Ты можешь найти меня снова или Руфуса. Ещё пару человек. Ты встречал моих друзей на вечеринке, и я знаю, что Эми рассказывала тебе о Фарре. Ты её ещё толком не знаешь, но, возможно, она тот человек, с которым тебе стоит поговорить. А ещё акушер твоей матери.

— Что?

— Я дойду до этого. Вероятно, лучше всего будет вернуться к самому началу и изложить всё по порядку. Мне говорили, что я не лучший рассказчик, но всё начинается, как ты, несомненно, подозреваешь, с моего друга Гэри…

* * *

Некоторые дома в деревне Асано располагались на вершине скалы, врезаясь в породу, чтобы выступать прямо из скального массива, с панорамными окнами, выходящими на Тихий океан. Анна сидела в гостиной, в одном из двух кресел, повёрнутых друг к другу и к морю. На другом сидела Клэр Дэвни, государственный секретарь Соединённых Штатов.

— Асано хочет всё объяснить, — сказала Анна. — Что он делал в прошлый раз, когда был здесь, и зачем. Как это связано с тем, что ждёт нашу планету в будущем.

— Вы беспокоитесь, что ему не поверят.

— Мягко говоря, да. Я слышала полное объяснение, Клэр, и в полном контексте оно читается как священный текст. Если Джейсон предстанет перед Конгрессом и его первое предложение будет: «Я знаю, кто создал Вселенную, и это не тот, о ком говорится в вашей книге», никто не станет слушать второе предложение.

— Можно ли вырезать проблемные части?

— Не если вы хотите знать истинную правду. Истинные причины. Не если вы хотите понять, о чём были последние двадцать лет и что грядёт дальше. Сеть этого не знает, Клэр. Даже ваша, в Соединённых Штатах. Они смотрели на общую картину через крошечную дырочку, пробитую в стене. Я слышала всё, и вам нужен этот контекст.

— Значит, частный брифинг?

— Это очень быстро станет политическим вопросом. Религия стала как никогда нестабильной перед лицом магии, вышедшей из тени. Если мы начнём проводить секретные брифинги, на которые не будут допущены самые религиозные члены политических органов, мне не нужно говорить вам, что произойдёт. Это верно для каждой страны, а не только для вашей, но Соединённые Штаты будут особенно громко реагировать.

— Тогда что вы предлагаете делать?

— Именно это мы обдумываем уже несколько месяцев. Любое широкое решение ведёт в тупик. Если мы отредактируем достаточно информации, чтобы сделать её приемлемой для всех, не останется ничего, что имело бы ценность для кого-либо. Если мы раскроем всё, это создаст политический шторм, который затопит всё вокруг. Если мы попытаемся сделать и то, и другое, мы получим худшее из обоих миров.

— Любое широкое решение.

— Секреты опасны. Когда они раскрываются, они могут нанести больше вреда, чем если бы их сразу выставили на всеобщее обозрение. Но мы не смогли придумать ничего лучше. Магия веками управлялась тайными обществами.

— И вы хотите создать новое?

— Да. Важные люди со всего мира. Мы начнём с того, что расскажем им всё.

— А потом вы скажете им, что делать дальше.

— Нет. Если бы Асано хотел указывать Земле, что делать, он бы её завоевал. Он хочет, чтобы жители Земли делали свой собственный выбор, но осознанный.

— Вы утверждаете, что у него нет собственной повестки дня?

— У него есть интересы. Он впечатлён гуманитарными программами, которые Кабала инициировала после раскрытия магии, и хочет их поддержать. Что касается программ, учреждённых им самим и его кланом, он видит в магическом образовании путь вперёд. Он считает, что магические технологии — это путь для Земли, чтобы догнать миры с более присущей им магией, чем у нас. Знания Земли о технологиях опережают магические, до такой степени, что это тормозит развитие магических технологий. Он хочет это изменить.

— И кто получит это расширенное магическое образование?

— Это предмет обсуждения, но, вкратце: все. Детали…

Анна замолчала, услышав стук в дверь.

— Войдите, — сказала она, и вошла одна из помощниц госсекретаря.

— Госпожа госсекретарь. Миссис Тилден. Директор Барстоу просит вас обеих присутствовать на брифинге по поводу возникшей ситуации.

— ЦРУ хочет, чтобы я присутствовала? — спросила Анна, когда она и Дэвни поднялись со своих мест.

— Э-э… — сказала помощница, её глаза неловко забегали. — Директор сказал, что, э-э, если этот скользкий маленький теневой такой-сякой всё равно будет подслушивать, мы могли бы с таким же успехом пригласить человека. Он на самом деле не говорил «такой-сякой», но имел в виду… э-э, мистера Асано.

— Мы все знакомы с Тенью, спасибо, Кортни, — сказала госсекретарь. — Где проходит брифинг?

— Там есть конференц-центр, госпожа госсекретарь. По-видимому, его переоборудовали из спа-центра.

— Это значит, что спа-центра больше нет?

— Насколько мне известно, нет, госпожа госсекретарь.

— Не буду лгать: это разочаровывает. Идёмте, Анна?

* * *

— …обычно это так не работает, — объяснял Джейсон. — Души обычно перерождаются настолько далеко от своих предыдущих воплощений, что никогда не встречают тех, кто их знал.

— Реинкарнация, — повторил Гэри в восьмой раз. После пятого раза Джейсон решил просто продолжать.

— В этом случае Жнец решил поступить иначе. Нарушить свои собственные правила в последний раз, прежде чем правила снова были закреплены. Та штука с космическим троном, о которой я тебе говорил, но детали этого не важны.

— Реинкарнация.

— Ага.

Лицо Гэри исказилось в озадаченном прищуре.

— Ты сказал «дар»?

— Я так и сказал.

— Мрачный жнец делает людям подарки?

— Нет, Жнец просто… передал его. Дар был от моего друга Гэри. А дар, который он дал нам, — это ты.

— Как он может дать меня, если он — это я?

— Он — не ты. А ты — не он. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо, Гэри. Лучше, чем ты знаешь себя сам, и ты — не тот друг, которого я потерял. Руфус не видит нашего друга, когда смотрит на тебя. Он просто вспоминает. Ты — сам по себе. Думай о другом Гэри как о предке. О ком-то, кто умер до твоего рождения, но оказал неоспоримое влияние на то, кто ты есть. Ты — не он. Ты — его наследие, но ты также должен прокладывать свой собственный путь. Быть самим собой. Если ты хочешь узнать о нём больше, это нормально. Если ты никогда не захочешь слышать о нём ни слова и проложишь путь, созданный исключительно тобой, это тоже отлично.

— Но смогу ли я? Я просто копия мёртвого парня?

— Вовсе нет. Вы разные люди. Есть сходства. Людям нравишься ты, так же как они любили его. У вас обоих талант создавать вещи, хотя и очень разные. Он был крупнее тебя. Ты умнее, чем он был. Но это мелочи. Ты молод, и никто из нас не знает, каким человеком ты станешь. Другой Гэри не будет это определять. Он просто дал нам, своим друзьям, честь увидеть это. Помогая тебе на этом пути, время от времени.

Джейсон встал и положил руку на плечо Гэри.

— Тебе есть о чём подумать. Спешить некуда. Я оставлю тебя одного, пока что. Если тебе что-нибудь понадобится, просто попроси. Что угодно. Обед. Выпивку. Девятнадцать пар лыж. Реактивный ранец.

— Я не могу сказать родителям?

— Руфус прямо сейчас рассказывает твоим родителям. Мы бы никогда не взвалили это на тебя и не заставили бы скрывать от них.

Облегчение разлилось по лицу Гэри.

— Я хотел бы их увидеть.

Джейсон кивнул, и открылся портал. Джейсон прошёл туда, где Руфус находился с родителями Гэри на облачном корабле. Они выглядели такими же потрясёнными, как и их сын, и внезапное появление Джейсона не облегчило их состояние. Они вскочили на ноги, нервничая, как новобранцы на смотре. Руфус представил их.

— Очень приятно познакомиться, — сказал Джейсон. — Я знаю, вы только что услышали много странных вещей.

— Ну, — сказал отец Гэри. — Однажды нас превратили в людей-львов. Думаю, тогда мы поняли, что жизнь может преподносить странные сюрпризы.

Джейсон рассмеялся и пожал ему руку.

— Это хороший настрой, — сказал Джейсон, — и я думаю, Гэри он сейчас не помешал бы. Он просил увидеть вас, и он прямо там.

Мать Гэри не теряла времени, схватив мужа под руку по пути к порталу.

— Как всё прошло? — спросил Руфус.

— Не уверен. Немного в шоке. Потребуется время. И любовь. Мне нравятся его родители.

— Я знаю их давно, — сказал Руфус.

— Тебе тоже стоит пройти. Просто зайди в дом, если им нужно пространство, но будь рядом, если ты им понадобишься. Я собираюсь сунуть нос на брифинг ЦРУ. В Пакистане что-то происходит.

* * *

— …проявление золотого ранга достигло стадии видимости невооружённым глазом, — доложила женщина на экране с сетевой узловой станции. — Мы ожидаем полного проявления через сорок два — сорок семь минут.

— И почему то, что это происходит в Пакистане, является проблемой? — спросил Джейсон, выйдя из тени в углу. Люди в комнате удивлённо обернулись, за исключением Анны, которая закатила глаза. Джейсон протянул руку Клэр Дэвни для рукопожатия.

— Госпожа госсекретарь.

Клэр быстро представила присутствующих. В комнате было несколько агентов ЦРУ, вместе с Анной, Натали Парк из ASIS, самой госсекретарём и Кортни, её сотрудницей. Женщиной на экране была Джульет Кроун из Сети США.

— Извините, что врываюсь, — сказал Джейсон, — но ситуация кажется срочной. Вы должны простить моё невежество в современной геополитике, но я отсутствовал некоторое время. Почему нахождение в Пакистане делает это большей проблемой?

— Пакистан всегда был исламским государством, — объяснила Анна, — но за время вашего отсутствия он значительно ужесточил политику. Он принял магические технологии, но объявил любые личные магические способности религиозным оскорблением. Он изгнал все магические фракции и становится всё более изоляционистским.

— Как они справляются с монстрами высокого ранга? — спросил Джейсон. — Или даже среднего? Если всё, что у них есть, — это обычные люди с магически улучшенными винтовками, даже монстр бронзового ранга доставил бы им неприятности, верно?

— Пакистанское правительство тайно содержит небольшое количество пользователей эссенций для решения проблем высокого ранга, — сказала Клэр. — США помогают им поддерживать эту группу в обмен на определённые очень тихие уступки. Однако они не справятся с проявлением золотого ранга.

Она выразительно посмотрела на Джейсона.

— Что нам пригодилось бы, так это кто-то вне существующих правительственных и магических фракционных структур, способный к быстрому развёртыванию и обладающий силой, чтобы справиться с монстрами золотого ранга.

— С минимальным сопутствующим ущербом, — добавила Джульет, всё ещё на экране. — Проявление находится над рекой Инд, недалеко от плотины Суккур.

— Это плотина? — спросил Джейсон.

— Да, — сказала Джульет. — Та, что регулирует крупнейшую ирригационную систему на планете. Даже игнорируя политические последствия её разрушения, гуманитарный и экономический удар был бы разрушительным.

— Я могу вмешаться, — сказал Джейсон. — Можете ли вы сгладить моё вмешательство с местными властями?

— У нас есть контакты в пакистанском правительстве, — сказала Клэр. — В частном порядке они будут благодарны. Публично они осудят вас. «Незваное вторжение на суверенные земли», в таком духе.

— За закрытыми дверями это может помочь нам решить религиозные вопросы, которые мы рассматриваем, — сказала Анна. — Я знаю, что не поэтому вы собираетесь им помочь, Джейсон, но если вы сделаете здесь доброе дело, это может помочь и нам.

— Нам пора начинать, — сказала Клэр. — Мистер Асано, если вы могли бы подготовиться, мы были бы признательны, но ждите моего сигнала. Мне нужно сначала связаться с министром иностранных дел Пакистана, и это тот случай, когда нужно просить разрешения, а не прощения. Если вы все могли бы освободить комнату, пожалуйста, и Кортни, пожалуйста, свяжись с Министерством иностранных дел для звонка с министром. Я подозреваю, что он ждёт, пока мы это сделаем.

Джейсон вышел вместе с Анной и остальными. В основной зоне деревни Асано всё ещё сохранялась праздничная атмосфера, пусть и под оккупацией, с фургонами и группами безопасности повсюду.

— Джейсон, я знаю, сейчас не время, — сказала Анна, — но помнишь наши разговоры о высокопоставленных правительственных чиновниках и важности использования дверей?

— Я понимаю, Анна, — его голос звучал непринуждённо и дружелюбно. — Но разговор, которого у нас никогда не было, был о том, как я помогал строить это место своими собственными руками для своей семьи. Моё терпение в основном занято тем, чтобы сдерживать желание убить всех здесь и превратить это место в кратер. Так что я слышу тебя, но ты была абсолютно права насчёт того, что сейчас не время. А теперь, если позволите, мне нужно пойти сказать своим друзьям, что пора сразиться со злом.

— Постарайся обыграть тему супергероев, — сказала она. — Красочно, ярко; обеспечь безопасность людей и плотины. Ты первый супергерой в мире, и мы хотим, чтобы люди это запомнили.

— Я бы сказал тебе, что есть вещи поважнее, о которых стоит думать, — сказал Джейсон, — но яркость — это моё.

Глава 964: Расширяя своё влияние

Глава 964: Расширяя своё влияние

В Церматте, Швейцария, были ранние утренние часы. В шале со стенами, по большей части сделанными из стекла, Мари Финнеган потягивала кружку горячего шоколада. На журнальном столике её телефон пискнул уведомлением. Она взяла его и увидела текстовое сообщение, состоящее только из буквы «С». Она отложила телефон и напиток, затем достала второй телефон и набрала номер, не сохранённый в контактах. На её звонок ответили, но человек на другом конце ничего не сказал.

— Подтверждение, — сказала Мари. — У вас есть добро на начало вмешательства в сеть.

Она закончила вызов, не дожидаясь ответа, затем активировала свою способность «сияющий кулак», игнорируя жар, когда телефон загорелся и расплавился у неё на руке. Несколько минут спустя остатки телефона были в мусорном ведре, а она вымыла руки. Когда она вернулась из ванной, телефон, всё ещё лежавший на столе, зазвонил. Звонившим значился офис коммуникаций Сети в Цюрихе.

— Финнеган, — сказала она, отвечая на звонок.

— Директор, произошёл инцидент в Пакистане, о котором нам нужно вас проинформировать.

* * *

Сеть раскололась на четыре части более десяти лет назад. Правительства Китая и США поглотили или были поглощены своими соответствующими ветвями. Глобальная оборонная сеть состояла из многих операторов Сети более низкого ранга, а также остатков Инженеров Вознесения и членов Кабалы, которые откололись во время возвышения лордов-вампиров. Последняя фракция была самой крупной, рождённой из руководства ветвей везде, кроме США и Китая, и владеющей большинством старых активов Сети. Это была группа, которая действовала с одобрения австралийского правительства, управляя местными секциями сети и перехватывая монстров.

Крупный контингент из деревни Асано был переброшен по воздуху в офис Сети в Сиднее. В него входили Анна, Клэр Дэвни и сотрудники различных разведывательных служб. Всех их проводили в брифинг-зал амфитеатрального типа с большим проекционным экраном. Оттуда они наблюдали за прямой трансляцией из Пакистана, где несколько ракурсов отображались бок о бок.

— Чьи дроны предоставляют эти кадры? — спросила Клэр. — Пакистанские?

— Пакистанские военные отказались делиться своими каналами связи, госпожа госсекретарь, — сказал представитель Сети Брайс. — Мы подключились к другим дронам, развёрнутым в этом районе местными гражданскими лицами и иностранными СМИ.

— Это было быстро, — заметила Анна.

— Мы не можем раскрывать, какие активы у нас могут быть или не быть в этом районе, — сказал Брайс.

На проекционном экране пока мало что происходило. Он показывал реку Инд, над которой кружилась масса радужного света, но никакой другой активности не было.

— Текущая оценка полного проявления — через двенадцать-семнадцать минут, — объявил Брайс. — Миссис Тилден, оперативная комната запрашивает время прибытия группы Асано.

Анна проверила время на своём телефоне.

— С минуты на минуту, — сказала она.

Примерно через минуту на экране открылся портал. Чёрное каменное кольцо, наполненное кружащейся тьмой, появилось в воздухе. Оно было расположено горизонтально, высоко над водой, и было достаточно большим, чтобы через него мог проехать автобус. То, что выпало из портала, было массивным панцирем черепахи. Верхняя и нижняя половины были разделены, соединённые только по углам, в то время как стороны оставались открытыми. На сегментах панциря сверху была выгравирована красочная, светящаяся руна.

Внутри находилась настоящая толпа искателей приключений, которые немедленно начали вылетать в воздух. У некоторых были крылья, другие летели на облаках, окутывавших их ноги. Некоторые летели без видимых причин, как супергерои. Это была дикая и эклектичная группа, выглядящая по-разному: как волшебники, или герои и монстры древних мифов. Или даже современных мифов, с несколькими, которые сошли бы за джедаев или ситхов. У одного мужчины были доспехи и крылья из радужной чешуи, соответствующие радужному дракону, на спине которого он стоял. Другой мужчина был частично птицей, как орлиная версия оборотня.

— Асано не командует, — тихо заметила Клэр. — Та женщина на летающем ковре, кажется, направляет остальных.

— Джейсон не лидер своей команды искателей приключений, — сказала Анна. — Мужчина, стоящий на драконе, — это Хамфри Геллер. Его мать служит стратегическим командиром для всей группы.

— Меня заставили поверить, что они будут действовать по команде Асано.

— Они будут действовать по просьбе Джейсона. Он ценит искреннюю дружбу выше политических союзов, что является одной из причин, по которой у него проблемы с дипломатией. Его друзья яростно преданы, госпожа госсекретарь. Преданы, закалённые в огне. Эта группа сильна и едина.

— И велика. Это больше людей, чем было раскрыто по их прибытии. Все золотого ранга?

— Да.

— И каждый из них обладает силой Асано и его команды?

— Там есть примерный паритет, да.

— Миссис Тилден, заявления ваши и Руфуса Ремора относительно боевого потенциала под командованием Асано в значительной степени считались гиперболическими. Мы сейчас увидим демонстрацию того, что это было не так?

— Я полагаю, это зависит от того, что выйдет из этого проявления, но я сомневаюсь. Столько земных искателей приключений золотого ранга быстро расправились бы с одним проявлением, не говоря уже об этой группе. За исключением чего-то очень необычного, я не вижу, чтобы это представляло достаточную угрозу, чтобы вытянуть всю их мощь.

— Давайте не будем исключать неожиданное, — сказала Клэр. — Вы заметили, как Брайс нервно трогает свой наушник?

— Заметила. Ему, похоже, не нравится то, что он слышит.

Клэр встала и достала свой телефон.

— Возможно, пришло время позвонить моим собственным операторам Сети, домой.

* * *

Мари Финнеган переоборудовала одну из спален в своём шале для проведения видеоконференций. Были установлены четыре монитора, каждый из которых отображал разную ленту. Два показывали кадры с дронов из Пакистана, один — системного аналитика сети в Цюрихе, а последний — данные, полученные из сети. Данные сети показывали провинцию Синд в Пакистане с движущимися линиями, цвет которых варьировался от фиолетового до тревожно-красного.

— Чтобы было ясно, — сказал аналитик, — это не аномалии, обнаруженные сетью, а внутри самой сети.

— Вы хотите сказать, что кто-то снова пытается обрушить сеть? Разве не были установлены предохранители, чтобы предотвратить или хотя бы обнаружить это?

— Именно на это мы и смотрим, директор. Мы не уверены, что это такое, но атака Инженеров Вознесения на сеть была неизощрённой. Грубая сила. Это более тонкая работа, демонстрирующая превосходное понимание того, как функционирует сеть.

— И что она делает?

— Наше лучшее предположение на данный момент состоит в том, что она направляет дополнительную магию в проявление в Пакистане. Мы не знаем, является ли намерение отключить сеть, создать большее проявление или спровоцировать событие зоны трансформации, подобное тем, что были в 2020 году. Или что-то совершенно другое. Честно говоря, директор, мы работаем, основываясь в лучшем случае на обоснованных догадках.

— Что вы рекомендуете?

— На данный момент? Надейтесь, что люди из другого мира знают, что делать. Нам стоит их предупредить?

— Нет. Если они наш лучший шанс, мы не можем рисковать тем, что они решат отступить. Нам нужно, чтобы они встретились с этим, что бы это ни было.

— А если это взорвётся и убьёт их?

— Тогда, по крайней мере, новая проблема решит старую.

* * *

Анна последовала за Кортни из брифинг-зала туда, где Клэр ждала в коридоре.

— Вы можете связаться со своими людьми в Пакистане? — спросила Клэр без предисловий.

Анна коснулась броши на своём пиджаке, и воздух вокруг них замерцал.

— Магия приватности из другого мира, — объяснила она. — Тень, ты здесь?

— Я здесь, миссис Тилден, — голос Тени раздался из её тени.

— Тогда всё, что вы скажете здесь, дойдёт до Асано, — сказала Анна Клэр.

— Кто-то саботирует сеть. Подпитывает магией проявление в Пакистане. Мы не знаем почему, как, чего они хотят или насколько вероятно, что они этого добьются. На то, чтобы выяснить что-то большее, потребуется время, которого у нас нет.

— Спасибо, госпожа госсекретарь, — голос Джейсона донёсся из тени Анны. — Мы сделаем всё возможное, чтобы держать ситуацию под контролем.

* * *

Большинство искателей приключений золотого ранга занимали позиции вокруг проявления, выстраиваясь команда за командой. Команда Джейсона была дальше всех, заняв позицию для защиты плотины Суккур, пока Клайв, Фарра и Белинда накладывали на неё защитный ритуал. Джейсон подлетел к трио.

— Можешь отпустить Фарру? — спросил Джейсон. — Возможно, есть проблема с сетью, а она ближе всех к эксперту, что у нас есть.

— Это не может подождать? — спросила Фарра. — Мы тут в самом разгаре дела.

— Сеть подпитывает проявление дополнительной магией, — сказал ей Джейсон.

— Оу, — сказала Фарра. — Клайв, ты справишься отсюда?

— Мы справимся, — сказал Клайв.

— У тебя есть анализатор спектра размерных границ? — спросила его Фарра.

Клайв достал из своего хранилища устройство, похожее на скопление кристаллов, соединённых соломинками, как школьный научный проект, и бросил его Фарре. Затем она и Джейсон устремились к основной группе, огненные крылья Фарры полыхали у неё за спиной. Они достигли Даниэль, Джейсон объяснил ситуацию, пока Фарра использовала устройство для снятия показаний проявления.

— Мысли? — спросил Джейсон.

— Зависит от обстоятельств. Если это задумано, чтобы сдетонировать, как одна из больших бомб Трэвиса, нам следует уйти. Взрыв золотого ранга такого масштаба — это не то, что все мы могли бы пережить.

— Не думаю, что мы имеем дело с этим, — сказала Фарра, вглядываясь в мешанину света, кружащуюся над устройством. — В своё время, когда сеть была отключена, необнаруженные прото-пространства разрушались и превращались в волны монстров. Думаю, мы наблюдаем, как этот процесс искусственно форсируется и ускоряется.

— Ты хочешь сказать, что тысячи монстров хлынут отсюда? — спросил Джейсон.

— Даже с этой группой мы не справимся с тысячами монстров золотого ранга, — сказала Даниэль.

— Они в основном будут серебряного ранга, — сказал Джейсон. — Но всё равно будет достаточно золотых, чтобы сделать день тяжёлым. Может, нам повезёт, и вместо монстров появится действительно большая эссенция.

— Это было бы неплохо, — сказала Даниэль, — но я обнаружила, что такие вещи редко проходят гладко.

— Джейсон, — спросила Фарра. — У тебя всё ещё есть то инстинктивное чувство размерных сил? То, которое, по словам Клайва, является читерством?

— Есть. Не знаю, сколько я смогу тебе сказать, но я пошарюсь.

Он перелетел на летающий ковёр Даниэль, чтобы ему не приходилось концентрироваться на удержании себя в воздухе. Он постучал ногой по ковру.

— Это новое?

— У меня много летающих устройств, — сказала ему Даниэль.

Он закрыл глаза и спроецировал свои чувства в сторону проявления.

— Я как будто чувствую от этого прото-пространство, — сказал он. — Не совсем, впрочем; мне приходится прищуриться, чтобы увидеть это. Но есть определённое ощущение энергии, вливающейся внутрь. Я не уверен, что это проявление сможет удержать её. Такое чувство, что его перегружают.

— Я тоже вижу много нестабильности, — сказала Фарра. — Возможно, пора бежать в горы.

Джейсон открыл глаза, чтобы посмотреть на устройство, которое Фарра всё ещё использовала. Свет, сияющий над ним, бурлил, как вода в стиральной машине.

— Позволь мне попробовать кое-что, — сказал Джейсон. — Я пытался ограничить своё влияние на реальность вокруг меня, потому что это как-то грубо, но, возможно, пришло время поступить иначе.

Джейсон взлетел в воздух, над проявлением. Портал из белого камня появился высоко над его головой, наполненный золотым, серебряным и синим трансцендентным светом. Портал был плоским, как ореол над проявлением, и достаточно широким, чтобы через него мог пройти дом. Джейсон завис между порталом и проявлением, разведя руки в стороны. Свет портала становился всё ярче и ярче, пока на него стало трудно смотреть.

Аура вышла из портала, быстрая, как цунами, но тяжёлая, как патока, давящая на всех. Она была властной и потусторонней, заявляя права на всё, к чему прикасалась. Она продолжала изливаться, распространяясь по всему региону. Через минуту она ушла на десять километров, и не было никаких признаков остановки. Везде, куда она доходила, каждый человек возраста, способного принимать эссенции, получал сообщение. ---Системное оповещение: Нестабильная реальность

* Физическая реальность в локальной области была скомпрометирована, что потенциально может спровоцировать зону трансформации. * Гегемон спустился, расширяя своё влияние, чтобы стабилизировать реальность. * Источник нестабильности проявит волну монстров, чтобы очистить накопленную магию. --- Даниэль и Фарра наблюдали, как Джейсон исчез в столбе трансцендентного света. Он спустился из портала, как божественное посещение, затопляя проявление, пока оно едва не стало видимым.

— Джейсон упоминал тебе что-нибудь о том, чтобы быть ярким? — спросила Фарра.

— Он кое-что говорил, — сказала Даниэль. — Я предпочитаю, чтобы всё было чисто и эффективно, но он утверждал, что это была идея Анны Тилден.

— Она обычно довольно рассудительна. Ты уверена, что это не Джейсон хотел похвастаться?

— Нет, но я полагаю, это не имеет особого значения на данном этапе.

— Нет, полагаю, нет.

В то время как усиленная аура Джейсона была оглушительной какофонией для сверхъестественных чувств, область была пугающе тихой для обычного слуха. Это изменилось с разрывающим звуком, который наполнил воздух, как гром. Это был инопланетный визг, как ногти по школьной доске, где-то между скрежетом металла и треском камня. Пока мучительный шум продолжал звенеть, из света появились первые монстры.

Глава 965: Примерно так работает Команда Бисквит

Глава 965: Примерно так работает Команда Бисквит

Массивный поток трансцендентного света продолжал извергаться из гигантского портала, затопляя радужное свечение проявления. Искатели приключений, окружавшие феномен, наблюдали, как монстры высыпали наружу, густые, как насекомые, несмотря на то, что самые маленькие были размером с фургон для хлеба. Большинство были серебряного ранга, один из сотни — золотого.

Даже меньшие монстры серебряного ранга были громоздкими существами. У каждого было тело в форме паука, но волосатая, мускулистая плоть гориллы. Массивные крылья насекомых жужжали в размытии, тяжело неся их по воздуху, в то время как восемь толстых, волосатых конечностей свисали под ними.

Монстры золотого ранга были тридцати метров в высоту. Подобно искажённым, увеличенным посланникам, у них было три пары крыльев, шесть рук и три лица, расположенные вокруг одной головы. Они были голыми, но бесполыми, с гладкими чертами андрогинной куклы Кен.

— Какое облегчение, — сказал Джейсон, поднимаясь из тени Даниэль, словно на лифте. — Было бы неприятно смотреть новости, если бы восьмиэтажные монстры были «мясом и двумя овощами» на ветру.

К тому моменту появилось уже сотни монстров, и конца этому не было видно. Многие искатели приключений уже вступали в бой, в то время как другие сдерживались по команде Даниэль. Она на мгновение проигнорировала Джейсона, координируя группу с помощью комбинации голосового чата, текстового чата, карт и наложений. Система взаимодействовала с различными способностями, особенно с Джейсоном, и могла делиться ими со всей группой.

— Я начну с того, что прощупаю их на предмет возможностей, — сказала она ему. — С таким количеством мы не удержим их здесь. Возвращайся к своей команде, охраняющей плотину, пока мы не узнаем, насколько сильно они будут давить в ту сторону. Скорее всего, позже я отправлю тебя разбираться с аутсайдерами.

— Ловить тех, кто прорвался, и накачивать их недугами, чтобы они откинулись, не дойдя до мест, где есть люди?

— Точно. А пока попробуй создать облако бабочек на тех, кто направится к твоей команде. Вместе со способностями Руфуса это, вероятно, наш лучший шанс очистить такое большое количество. Возможно, Хамфри, в зависимости от того, как лягут кости.

— Я понял.

— О, и Джейсон?

— Да?

— Ты только что остановил эту штуку от проделывания дыры в боку Вселенной?

— Это была бы зона трансформации, вероятно. Пройдёт ещё несколько лет, прежде чем астральный мост стабилизирует размерную мембрану настолько, чтобы остановить что-то подобное без вмешательства.

— Это «да»?

— Скорее размерная язва, чем большая старая дыра, но типа того.

— Хорошая работа.

* * *

Мари Финнеган почувствовала присутствие снаружи своего шале, подошла к двери и открыла её. Холодный ветер подул над заснеженной землёй.

— Я думала, что необходимость быть приглашённым — это вымысел, — сказала она.

— Большинство вещей таковы, если действительно присмотреться, — сказала Элизабет. — Цивилизация; мораль; деньги. Вежливость. И всё же у всего есть своё место. Можно войти?

Мари окинула её взглядом. Вампирша была одета в длинное красное пальто с пушистой белой отделкой.

— Ты выглядишь как миссис Клаус.

— Николасу не так повезло.

Мари усмехнулась и жестом пригласила войти. Элизабет вошла, и Мари закрыла за ней дверь. Она взяла пальто Элизабет и повесила его на вешалку.

— Холод влияет на тебя? — спросила Мари.

— Это не опасно, но мы потребляем жизненную силу быстрее. То, что мы не можем себе позволить, когда Клан Асано агрессивно атакует наши фермы крови. Не думаю, что ты разобралась с этой проблемой?

— Посмотрим. Комната связи находится вверх по лестнице и налево.

Они поднялись наверх, где четыре монитора отображали различные каналы с дронов в Пакистане.

— Значит, первый план не сработал, — сказала Элизабет.

— Мы успешно создали несколько зон трансформации из проявлений серебряного ранга. Это должно было быть ещё эффективнее с проявлением золотого ранга, но…

— Асано что-то сделал?

— Да.

— Что?

— Не знаю. Саймону придётся проанализировать данные, но я прячу его и весь проект даже от своего собственного филиала. Они и так достаточно нервничают из-за работы с вампирами.

— Они не задаются вопросом, откуда берутся ядра реальности?

— Они не знают о ядрах реальности. Я не доверяю им, что они не сломаются под давлением, а после сегодняшнего дня другие фракции узнают, что кто-то манипулирует сетью. Они устроят истерику из-за этого. Мы должны быть осторожнее, чем когда-либо.

— Нам скоро нужно будет действовать смело.

— Я буду откладывать это как можно дольше, но подозреваю, что ты права.

Мари схватила ноутбук, который могла использовать для управления потоками, и они обе сели в кресла, чтобы наблюдать.

— Это огромное количество монстров, — заметила Элизабет. — Это волна монстров? Такого рода, что была до того, как я проснулась?

— Похоже на то, — сказала Мари. — Эта ускоренная и более мощная, однако. В своё время был только один прорыв монстра золотого ранга, и даже это было не похоже на то, что происходит сейчас. Как Асано превратил зону трансформации в это, я понятия не имею. Тот столб света выглядит как…

— Гнев божий.

— Да. Я бы предпочла больше времени на тестирование, но события в Австралии вынудили меня действовать. Ты подтолкнула премьер-министра Австралии к действиям?

— Нет, он пришёл к своей глупости честно. Я бы тоже предпочла больше времени, чтобы сделать кровавые дубы более управляемыми.

— Возможно, этого будет достаточно, — предположила Мари. — Если мы сможем добиться поражения Асано здесь и продемонстрировать достаточную силу, фракции, возможно, будут убеждены объединиться против него.

— Всё ещё оптимистка, Мари? Я отказалась от этого плана в тот момент, когда он протянул руку из другой вселенной, чтобы уничтожить моих собранных соперников. В его силе не стоит сомневаться. И, кажется, в силе его спутников тоже.

* * *

Стоя на плотине рядом с кругом из порошкообразных костей, Хамфри бросил три двенадцатигранные кости в круг.

— Мне всегда нравились D12, бро, — сказал Тайка, наблюдая за этим. — Ощущаются более увесистыми, чем D20, но всё ещё довольно круглые. Большой палец вниз D8 и D10.

— Ты хоть понимаешь, о чём он говорит? — спросила Софи Фарру, которая вернулась в команду.

— Это что-то игровое, я думаю.

— Так и есть, — подтвердил Руфус. — К тому же, есть что-то культовое в горсти D6.

— Слышу тебя, бро.

— Нам следует уйти, — сказал Нил. — Думаю, с этой планетой что-то не так, что делает что-то с людьми. Всё это путешествие могло быть ловушкой.

— Подожди, пока попробуешь желейные бобы, — сказал Руфус. — Это делает всё стоящим того. Если возьмёшь правильные желейные бобы.

Хамфри проигнорировал их, наблюдая за своими костями призыва, когда они перестали катиться. Из одной поднялась иллюзия коричневой капли с верхней стороны.

— Грязь, — сказал Хамфри. — Я бы предпочёл воздух или воду, но для речной среды неплохо.

Другая кость спроецировала изображение, на этот раз лягушки.

— Грязевая лягушка, — сказал Хамфри. — С этим можно работать.

Последняя кость, вместо того чтобы проецировать изображение, снова покатилась сама по себе.

— Странно, — сказал Хамфри. — Удачно.

— Странно? — спросил Руфус.

— Она сама покатится дважды и возьмёт оба результата, — объяснил Хамфри.

Кость остановилась, и появилось изображение лягушки, прежде чем увеличиться до гораздо больших размеров. Иллюзия задержалась, пока кости катились снова, на этот раз создав изображение бесплотных рук, связанных вместе, как букет цветов.

— Гигантские и дополнительные конечности, — сказал Хамфри. — Возможно, нам стоит отойти.

Он протянул руку, и кости влетели в неё, когда он последовал собственному совету и отступил. Остальные сделали то же самое, когда грязь начала просачиваться в костяной круг из середины, словно пузырясь через трещину в бетоне. Вскоре она заполнила круг и расширилась за его пределы, быстро распространяясь. В тот момент, когда она остановилась, что-то поднялось из грязи, вытягивая себя, как из глубокого бассейна, в сопровождении влажного чавкающего звука.

Это была жаба размером с небольшой коттедж, но сделанная из густой, глинистой грязи. Части скелета торчали из тела, но вместо лягушачьих костей они выглядели как кости комично перекормленного дракона, изогнутые и выпуклые. Пока они смотрели, сине-золотые доспехи замерцали вокруг тела жабы, их богатое сияние выглядело неуместно на отвратительном существе. Она открыла рот невероятно широко, чтобы издать отвратительную, грохочущую отрыжку. Когда она это сделала, не менее девяти языков выстрелили наружу, каждый длиной в десятки метров. Они развевались, словно пойманные на ветру от затянувшейся отрыжки, прежде чем с щелчком вернуться в пасть существа.

— Бро, это довольно мерзко.

Жаба спрыгнула с плотины в реку, вытеснив огромное количество воды. Вторая жаба появилась из грязи и сделала то же самое, другие последовали за ней с гораздо большей скоростью.

— Сколько их будет? — спросил Тайка.

— Не уверен, — сказал ему Хамфри. — Кости влияют на мой призыв, но чем мощнее результат, тем меньше призывов. Без костей я получаю сотню костяных солдат-драконов. Размер этих поглотит часть силы, но у лягушек, похоже, нет особо мощных способностей. Я бы предположил, что мы увидим где-то от сорока до шестидесяти.

— Я принимаю эти ставки, — сказала Белинда. — У меня хорошее предчувствие насчёт этих лягушек. Поставлю коробку печенья «Pastry Stash», что их будет тридцать.

— О, я обожаю эту пекарню, — сказал Клайв. — У меня в хранилище есть поднос сэндвичей Джейсона. Я поставлю их на пятьдесят лягушек.

— У меня тоже есть сэндвичи, — сказал Нил, — но я их оставлю себе. Без ставок.

— Это наш первый настоящий бой на этой планете, — сказал Хамфри. — Можем ли мы, пожалуйста, действовать с приличием, хотя бы раз?

Ветер обдал их, когда Софи появилась в размытии движения.

— Сорок лягушек, — сказала она.

— Серьёзно? — пожаловался Хамфри.

— Какая ставка? — спросила Белинда.

— Пончики с джемом и кремом, — ответила Софи.

— Они предназначались для того, чтобы мы… — начал Хамфри, прежде чем остановиться и вздохнуть. Укоризненный взгляд, который он бросил на свою команду, был ослаблен громким чавканьем, когда одна лягушка за другой вытягивала себя из грязевого бассейна.

* * *

Летающие пауки-гориллы серебряного ранга были не такими неуклюжими, как казались, способными двигаться внезапными рывками скорости. Если бы им противостоял кто-то, кроме элитных искателей приключений золотого ранга, они вполне могли бы представлять индивидуальную опасность. Как бы то ни было, истинная угроза, которую они представляли, была численной: либо роем навалиться на искателей приключений, пока те не исчерпают ману, либо сбежать, чтобы добраться до населённых пунктов.

К тому времени, когда число монстров достигло двух тысяч, Даниэль разделила команды, переконфигурировав группу для наиболее эффективного ответа. Специалисты по области концентрировали свои атаки вокруг столба света, всё ещё извергающего монстров, пока он выжигал магию проявления. Сам столб был виден только как свечение внутри бурлящего шторма, вызванного Зарой. Сила шторма золотого ранга колотила и дёргала монстров, пытаясь разорвать их, как кондитер, делающий ириски. Струи воды и лезвия ветра разрезали плоть серебряного ранга, как промышленные инструменты.

В шторм другие атакующие по области стреляли способностями, мало заботясь о том, куда они попадут. Ханна Адиа стреляла стрелами вслепую, их взрывы ещё больше взбалтывали ветер и воду шторма. Это снова послужило напоминанием Рику Геллеру об опасностях брака с самым изменчивым и агрессивным членом его команды.

Над и под штормом Эмир наколдовал леса гигантских посохов размером с архитектурные колонны. Они стреляли вверх и вниз, как молоточки внутри пианино, врезаясь друг в друга и раздавливая монстров между ними. Пауки-гориллы были настолько плотны, что даже при использовании вслепую посохи редко промахивались.

Существа были крепкими, даже для серебряного ранга. Их кажущиеся хрупкими крылья на удивление хорошо держались против шторма, хотя многие всё же были оторваны, отправляя монстров в реку внизу. Другие вылетали из шторма, выживая благодаря тому, что их численность была достаточно плотной, чтобы их собратья становились щитами.

Вне циклона Зары была вторая линия битвы, где Даниэль разместила большинство других искателей приключений. Те, кто мог поддерживать атаки, работали над зачисткой монстров серебряного ранга, которые, даже считая призывы и фамильяров, всё ещё значительно превосходили числом искателей приключений.

Гигантские грязевые жабы собрались в реке внизу, наполовину погружённые в воду, взбитую до неистовства искусственным штормом. Они выхватывали монстров из воздуха своими языковыми кластерами, которые были чем-то вроде девятихвостых кнутов, сделанных из щупалец. Они выдёргивали пауков-горилл из воздуха и проглатывали их целиком. Монстры быстро переваривались, превращаясь в радужный дым, который вырывался из отверстий, покрывающих грязевых жаб, как бородавки.

Призыватель жаб проносился по воздуху на драконьих крыльях, совершая ошеломляющее насилие огромным пылающим мечом и огненным дыханием. Одна атака отсекала половину ног монстра и треть его тела. Следующая заставляла одного взорваться, высвобождая волну силы, которая била по монстрам позади него. Тела были разбиты, а конечности превращены в пасту. Его огненное дыхание сжигало крылья, сбрасывая монстров в ожидающие пасти жабьих роёв.

— Ты уверена, что не перестала призывать этих жаб, когда их стало сорок? — спросил Клайв через голосовой чат.

— Да, она уверена, — сказала Софи.

Это был Хамфри в своей стихии, квинтэссенция искателя приключений. Сражаться с монстрами, защищать людей, притворяться, что у него нормальная команда. Его силы давали ему больше влияния, чем большинству, а комбинация тщательно подобранного снаряжения и поддержки его команды позволяла ему поддерживать давление, когда другие выдыхались. Баффы ауры, предметы, восстанавливающие ману, и случайный глоток очень дорогого зелья означали, что его натиск никогда не прекращался.

Хамфри был далеко не одинок в своём начинании, монстров хватало на всех. Руфус и Габриэль впервые сражались вместе как равные, два мастера-фехтовальщика, использующие хорошо отточенные техники семьи, которая, как иногда упоминалось, управляла школой. Оба были обучены, возможно, величайшим фехтовальщиком из ныне живущих, и оба отклонились от этих учений, сочетая чистое фехтование с большими магическими способностями.

Как и Джейсон, и Габриэль, и Руфус смешивали недуги в свои атаки. Габриэль владел огнём, в то время как солнечные и лунные недуги Руфуса были более экзотичными. В отличие от Джейсона, у них обоих было много силы за первоначальными атаками. Они, возможно, не соответствовали удару Хамфри, но всё же прорезали монстров серебряного ранга, быстро набирая количество убийств. Атаки Габриэля оставляли многих монстров калеками, а пламя, которое он оставлял после себя, заканчивало работу. Его жертвы падали с неба, выхваченные из воздуха жабами или плюхаясь в воду. Этого было недостаточно, чтобы потушить пожары, которые заставляли воду кипеть.

— Ты отстаёшь, сынок, — прогремел голос Габриэля, когда он пролетел мимо Руфуса, оставляя за собой след огня.

Руфус был хрестоматийным искателем приключений Витесса, с эклектичным сочетанием сил. В руках менее способного искателя приключений он был бы мастером на все руки, над которым любят насмехаться искатели приключений Римароса. Но благодаря своим обширным тренировкам и природному таланту Руфус превратил свой универсальный набор сил в серию множителей силы.

Недуги Руфуса были менее эффективны, чем у его отца, по крайней мере, до тех пор, пока он не превратил небо в тёмное. Солнце было затмено, превращая день в ночь, и каждый недуг, который Руфус оставил после себя, яростно взорвался. Почти каждый активный монстр серебряного ранга из текущей волны погиб на месте, более двухсот за раз. Затем массивный луч трансцендентного света выстрелил с неба.

«Царство Бесконечного Затмения» было одной из самых мощных атак, доступных любой эссенции. Несмотря на это, она была чрезвычайно редкой, не из-за того, как трудно её было разблокировать, а из-за того, как трудно её было использовать. Она требовала десятков врагов даже для самой базовой версии и сотен, чтобы достичь полной эффективности. Она также требовала больше времени, чем занимало большинство битв, чтобы подготовиться. Наконец, она требовала не просто большой орды врагов, но и мощных одиночных, чтобы стоило на них целиться.

Это было заклинание войны, почти непригодное для использования на низких рангах, что делало его известным как трудным для повышения уровня. Если бы не война Культа Строителя, грандиозный всплеск монстров и возможность охотиться на внешних окраинах астральных пространств Джейсона, Руфус вполне мог бы прозябать на серебряном ранге или даже бронзовом.

Наградой за десятилетия самоотверженности и тренировок была сила, которая затмевала почти всё остальное, что мог произвести пользователь эссенций. Даже Фарра и её силы, ломающие пределы, не могли сравниться с единственным моментом всепоглощающего уничтожения, которое Руфус мог произвести при правильных обстоятельствах и достаточном времени.

Луч затмения трансцендентного света прошёлся по полю битвы по направлению Руфуса. Он остановился на одном монстре золотого ранга, затем на втором и третьем, прежде чем сила была окончательно исчерпана. От монстров не осталось ни клочка, и на странное мгновение всё стихло и замолчало. Шторм Зары утих, и даже анималистические пауки-гориллы остановились, глядя в шоке.

Даже среди присутствующих опытных искателей приключений никто не видел силы такого уровня от кого-либо ниже алмазного ранга. Многие из них мысленно вернулись к Войне Строителя, и к тому, как Доун уничтожила город одним заклинанием. Это не было равноценно тому событию, но именно так это ощущалось, исходя от искателя приключений золотого ранга. Окружающая мана шипела против сверхъестественных чувств, как будто Руфус опалил её чистой силой своего проявления.

Затем момент прошёл, и конфликт возобновился. Зара снова наколдовала свой шторм, и Даниэль направила свои силы против сотен монстров, всё ещё вытекающих из столба света Джейсона. Для многих оставшихся монстров золотого ранга Даниэль последовала примеру Руфуса. Никто другой не мог сравниться с этой силой в одиночку, но искатели приключений с самым тяжёлым взрывным уроном могли воссоздать её в совокупности с фокусным огнём. Некоторым даже удавалось совершать одиночные убийства, причём Фарра установила рекорд скорости после Руфуса. Перегружая свои способности и сбрасывая весь свой запас маны в короткие сроки, она могла превратить двух монстров золотого ранга в светящиеся кучи шлака, прежде чем ей нужно было остановиться и отдохнуть. То, что осталось от монстров, упало в реку, испуская уродливый коричневый дым, пока они остывали.

Пока она позволяла сложенным баффам группы восстанавливать свою ману, Фарра не тратила время впустую. Отдыхая в панцире Онслоу, она использовала инструменты, одолженные у Клайва, чтобы изучить продолжающееся проявление. Сеть каким-то образом поддерживала проявление, позволяя ему продолжать производить монстров. Если это не прекратить, проявление будет продолжаться до тех пор, пока искатели приключений не будут слишком истощены, чтобы сражаться, или размерная мембрана не порвётся, спровоцировав зону трансформации или что-то похуже.

Большинство членов Команды Бисквит были в основном бою, за исключением Джейсона, преследующего монстров, которые проскользнули через кордон, и Софи, вернувшейся на плотину. Ей и принцу Валдису было поручено защищать плотину, используя свою абсурдную скорость, чтобы покрыть её двухкилометровую длину. Для любого монстра, который приближался с той стороны, Софи подготавливала его, а Валдис уничтожал.

Даниэль назначила себя в группу убийства золотого ранга. На серебряном её скорость убийства была ниже средней, но повышение ранга резко изменило это. Она могла, если бы поднажала, сделать сносную имитацию подхода Фарры, включая значительное время восстановления. Она прибыла в панцирь Онслоу, чтобы отдохнуть и оценить общую битву.

— Как успехи? — спросила она Фарру. — Есть что-нибудь?

— Есть, — сказала Фарра. — Я не была оптимистична насчёт быстрого решения…

— Это всё, чего все когда-либо хотят в этой команде, — отозвался Клайв, стреляя лучами и болтами из своих жезлов и посохов.

— Не сейчас, пожалуйста, Клайв, — сказала Даниэль.

— Никто никогда не говорит этого Джейсону, — пожаловался Клайв.

— Это потому, что он не будет слушать, — сказала Фарра.

— Конечно, — сказал Клайв, — давайте будем милы с Клайвом только тогда, когда нам нужно, чтобы он практически изобрёл новую ветвь магии в ближайшие двадцать семь минут, иначе целая цивилизация будет стёрта с лица земли.

— Да, я не думаю, что он тоже слушает, — громко призналась Фарра Даниэль.

— Ты говорила, что у тебя что-то есть? — спросила Даниэль многозначительно.

— Да, извини. Примерно так работает Команда Бисквит.

— Я заметила.

— В любом случае, я смотрела на то, что происходит с сетью, и узнаю некоторые закономерности здесь. Думаю, я знаю, кто разработал магию, на которой основано то, что мы здесь видим.

— Кто? — спросила Даниэль.

— Я.

Глава 966: Культурный опыт

Глава 966: Культурный опыт

Панцирь Онслоу расширился до размеров дома. Он служил одновременно командным центром, зоной отдыха и палаткой для сортировки раненых, всегда принимая одного или двух целителей. Какими бы могущественными ни были искатели приключений, ни одного монстра золотого ранга нельзя было сбрасывать со счетов, и даже серебряные были угрозой при таком большом количестве.

Джейсон приземлился внутри панциря Онслоу в полупадении, кувыркаясь на полу. Арабель оказалась рядом с ним через мгновение, когда он перекатился на спину и сел. Капая потом, он тяжело дышал.

— Я в порядке, — пропыхтел он. — Никаких травм. Никаких, которые ещё не зажили. Просто истощён.

— Как? — спросила Арабель. — Золотому рангу крайне трудно устать.

— И всё это дыхание тебе не поможет, — отметил Клайв. — Тебе не нужно дышать.

— Может помочь, — сказала Арабель. — Недавнее исследование предполагает, что высокоранговые существа, имитирующие биологические процессы, могут ускорить магическую репликацию этих эффектов. Разум над телом, так сказать.

— Интересно, — сказал Клайв. — Звучит знакомо, теперь, когда ты говоришь. Моя ассоциация проводила исследование?

— Проводила.

Пока они разговаривали, Онслоу в форме маленькой черепашки-ниндзя, переваливаясь, подошёл к Джейсону и протянул лист салата.

— Спасибо, приятель, — сказал Джейсон, беря лист. Он с хрустом откусил его и похлопал Онслоу по голове. Черепашонок ухмыльнулся и пошатываясь вернулся к боку Клайва.

— Как именно тебе удалось истощить себя? — спросила Арабель. — У монстров золотого ранга есть какая-то способность истощения выносливости?

— Нет, — сказал Джейсон, указывая наружу на массивный столб света, всё ещё вырывающийся из гигантского портала. — Я знаю, что заставляю закрытие дыры во Вселенной гигантским лучом бога выглядеть лёгким, но на самом деле это довольно большое напряжение. Если я не отпущу его, мой аватар в конечном итоге разрушится. Я не знаю точно, что тогда произойдёт.

— Вероятно, зона трансформации, — сказала Фарра. — Теперь, когда я знаю, что ищу, я работаю над тем, чтобы остановить магию, подпитывающую проявление. Сеть, хотя и искусственная, работает на принципах естественного массива. Я разрабатываю ритуал, который будет искать несоответствия в её работе, что позволит мне выявить расхождения, указывающие на точки вмешательства традиционной ритуальной магии. Это позволит нам точно определить физические места, где происходит вмешательство в сеть, и пойти остановить это.

— Это имеет смысл, — сказал Джейсон.

— Ты это понял? — спросил Клайв.

— Конечно, понял, — сказал Джейсон. — Ты тот, кто всегда долбил меня изучением магической теории. Она сказала «что-то там, дефлекторный щит», и потом мы идём ломать вещи.

Клайв издал всхлипывающий вздох, продолжая стрелять магическими залпами из своего жезла и посоха. Онслоу утешительно похлопал его по бедру.

— Мне понадобится Ник, — сказала Фарра.

— Мне не нравится выводить его в это, — сказал Джейсон. — Он будет единственным серебряным рангом на поле.

— Мы оба сталкивались с гораздо худшим.

— И мы оба умирали!

— Ты не можешь защитить его от всего, Джейсон. Не если ты хочешь, чтобы он рос. А сидеть внутри панциря Онслоу, координируя вещи, — это вряд ли бросать его в лапы монстру золотого ранга.

— Она права, — сказал Клайв. — Если ты не позволишь ему встретиться с опасностью, которую он может видеть, как он справится с опасностью, которую ты не можешь? Я бы сказал, ты знаешь, что это грядёт, но это уже случилось. Если ты не пропустил, Джейсон, он провёл больше лет в приключениях, чем ты. Он не имел дела с сумасшедшими вещами, в которые ты нас втягиваешь, но теперь будет, и ты это знаешь.

— Твоё отсутствие лишило его единственного одобрения, которое его по-настоящему волновало, — добавила Арабель. — Если ты откажешь ему в шансе доказать себя тебе, ты ещё больше повредишь отношениям, в которых ты уже оставил глубокие раны.

— Хорошо, — сказал Джейсон. — Но можешь ли ты перенести его порталом, пожалуйста, Клайв? Я типа разбит. Я буду плыть по течению остаток этой битвы и позволю своим фамильярам делать всю работу.

* * *

Мари указала на один из каналов на четырёх мониторах перед ней и Элизабет. На нём высохшая оболочка монстра золотого ранга упала с неба, покрытая пиявками. Пиявки расплавились и слились вместе, приняв форму Джейсона Асано, но сделанную из блестящей красной жидкости. Кровавый клон взлетел в воздух, достиг другого монстра и снова распался в рой пиявок, быстро покрывая тело монстра.

— Ты видишь это? — спросила Мари. — Это происходит в нескольких местах одновременно.

— Я заметила.

— Это тот парень, с которым ты затеяла драку?

— Я никогда не затевала эту драку. У моего вида есть инстинкты, которым чрезвычайно трудно сопротивляться. Они сделали его и человечество в целом неизбежным врагом. Это ты та, кто затеяла драку. Далеко не секрет, что он крайне против сбора ядер реальности. Он отрезал себя от магических фракций из-за этого и потратил месяцы, предотвращая формирование зон трансформации. Он не отреагирует хорошо, узнав, что ваша тайная маленькая группа внутри Сети тайно провоцировала новые. Что он обнаружит после этого события.

— Попытка была не моим выбором. Мне не нравилось потенциальное разоблачение, хотя я не боролась с этой идеей так сильно, как могла бы. На бумаге это казалось разумным. Если мы уберём его, проблема решена. Если нет, мы, по крайней мере, покажем миру, что он не непобедим.

— Понимаю. Ты не учла, что он на самом деле непобедим.

— Он не непобедим.

— Для практических целей кажется, что это так.

— Я вряд ли могла ожидать армию потусторонних существ золотого ранга, все с силой, превышающей любую из наших родных. Или что он мог закрыть разрыв во Вселенной тем, что подозрительно похоже на божественный свет небес.

— Разве Руфус Ремор не предупреждал мир об этом? И Анна Тилден?

— Никто не думал, что они говорят правду!

— Я думала. Я сама предупреждала твоих сообщников после того, что он сделал с вампирами во Франции и Словении. А теперь у тебя есть выбор. Смириться с потерями и попытаться замести следы или удвоить усилия.

— Удвоить усилия?

— Ты сопротивлялась предоставлению ядер реальности для усиления моих кровавых дубов.

— Ты думаешь, усиления их будет достаточно, чтобы победить всё это? — спросила Мари, указывая на мониторы.

— Нет. Но они будут достаточно опасны, чтобы получить уступки за то, чтобы оставить их в коробке.

— Ты говоришь о своём плане выхода. Возлагаешь надежды на то, что Асано захочет защитить мир от тебя больше, чем захочет увидеть тебя мёртвой.

— Да.

— Как это поможет мне?

— Это мог бы быть наш план выхода.

— Я не ты, Элизабет. Я не могу так легко отбросить всех, с кем связана.

— Ты думаешь, они будут стоять за тебя? Вся эта операция построена так, чтобы оставить тебя «держать мешок». Все, кто участвует в сборе ядер реальности, бросят тебя волкам. Они свалят всё на тебя. Если только ты не думаешь, что я ошибаюсь. Или мы работаем над кровавыми дубами вместе. Получаем проход в другой мир и новое начало. Пусть вампиры, Сеть и кто угодно другой разбираются с Асано и убирают беспорядок.

Мари встала и открыла шкафчик с алкоголем.

— Выпьешь? — спросила она.

— У тебя есть кровь?

Мари потянулась к нижней дверце шкафчика. Внутри был единственный графин с красной жидкостью, стоящий посреди маленького ритуального круга. Она достала его, наполнила бокал кровью и поставила обратно. Она налила себе напиток, японский виски, и вернулась на своё место. Она протянула бокал, и Элизабет сделала глоток. Её брови поднялись в удивлении и признательности.

— Мари, если бы всё, чего я хотела, — это немного дополнительных ядер реальности по-тихому, у меня есть средства забрать их у тебя. Я не просто прошу сделать наш союз более личным. Или, возможно, я прошу. Я прошу тебя покинуть этот мир со мной.

Мари уставилась на Элизабет, долго изучая её выражение лица, прежде чем ответить.

— Ты сказала, что вампирским инстинктам трудно сопротивляться.

— Чрезвычайно.

— Это магия в солнечном свете, верно?

— Избегание солнца замедляет процесс, но даже самые ночные существа почувствуют это в конечном итоге. Мы становимся территориальными. Неэмпатичными. Мы теряем доступ к большей части эмоционального спектра.

— Я слышала, что этому не трудно сопротивляться, а невозможно.

— Я нахожу, что «невозможно» — это слово, которое используется чрезмерно часто. Я кажусь тебе неспособной ни на что, кроме ярости и страха, Мари?

Они встретились взглядами.

— Нет, не кажешься.

* * *

В команде Варуса был искатель приключений с силами изменения земли, но Фарра не потрудилась завербовать его. Нуждаясь в скорости, а не в изяществе, она использовала свою способность «Лавовая пушка», чтобы взорвать землю. Как шланг, распыляющий бассейн, лава плескалась повсюду, но она игнорировала её, когда та приземлялась на неё.

Другой присутствующий искатель приключений, Дастин Кеттеринг, потушил возникшие пожары в сухой траве своими ледяными способностями. Он направил простое ручное устройство с синими и красными светодиодами на землю. Красный свет погас, и загорелся синий.

— Получилось, — сказал он.

— Ник, можно мне карту, пожалуйста? — спросила Фарра дрон, парящий в воздухе, вне зоны досягаемости лавы.

Дрон опустился и создал голографическую проекцию карты. Картографические способности Ника были более точными, чем тактическая карта Джейсона. Способности Ника также могли интегрировать силы и устройства, чтобы передавать их эффекты удалённо. Ручное устройство Дастина было создано Ником, подключённым к гораздо большему устройству, всё ещё лежащему в панцире Онслоу.

— Ещё семь, — объявила Фарра в групповом чате. — Вы уже должны видеть, что монстров производится меньше.

— Видим, — сказала Даниэль, — но здесь уже нет недостатка в них. Даже золотые ранги не могут сражаться вечно. Пора заканчивать с этим.

* * *

Хотя присутствие Джейсона на поле битвы исчезло, его влияние осталось в форме его недугов. Гордон использовал монстров как фермы бабочек, продолжая распространять массив отвратительных проклятий Джейсона. Бабочки переносили чуму и проклятия Джейсона от выходящих монстров к новым, по мере их появления, сам Джейсон больше не был нужен. Поддержание бабочек было критически важным в борьбе с таким количеством монстров, но это было далеко не пределом вклада Гордона.

Фамильяр перепозиционировал себя, пробираясь через поле битвы как туманное скопление огней. Когда он возобновил свою нормальную форму, он использовал сферы, вращающиеся вокруг него, в полную силу. Они могли генерировать устойчивые лучи силы, которые уничтожали монстров серебряного ранга, или превращаться в щиты, отклоняя атаки от открытых искателей приключений. Когда монстры собирались в группы, он выпускал сферы парами, которые сталкивались в массивные взрывы.

Чтобы пополнить свои сферы, Гордон поглощал бабочек, которые теперь раскрашивали небо в оранжевый и синий цвета, позволяя ему поддерживать свой агрессивный темп. Он был далеко не единственным фамильяром, оказывающим большое влияние, однако. Сташ, несомненно, выделялся больше всех, принимая форму за формой, чтобы атаковать монстров золотого ранга.

Сташ, меняющий формы, был чем-то большим, чем просто игривость. Монстры золотого ранга были умнее серебряных и могли адаптироваться к паттернам атак, с которыми они уже сталкивались. Это было меньшей проблемой для искателей приключений, чья универсальность сил была одним из их величайших преимуществ против более однобоких монстров. Смешивая монстров, чью форму он принимал, Сташ становился гораздо труднее предсказуемым.

Противоположностью Сташу был Шиммер, астральный фамиляр-фонарь Белинды. Странное маленькое существо было живым фонарём, обычно оставаясь невидимым. Хотя у него были удивительно эффективные силовые атаки, его самой полезной способностью было тихо ускорять восстановление маны своих союзников. На золотом ранге крошечный фонарь мог выдавать массивные всплески пополнения маны по всему полю битвы. В массивной и длительной битве Шиммер не получил славы, но был критически важен для достижения победы.

Битва не достигла кульминации в массивном противостоянии; ни один финальный монстр-босс не появился, в отличие от волн монстров прошлых лет. Числа медленно уменьшались, пока не осталось никого, кого можно было бы убить, только искатели приключений, остро нуждающиеся в отдыхе. Когда проявление наконец угасло, угас и столб света, исходящий из гигантского портала Джейсона. Большинство искателей приключений затем прошли через него в астральное королевство Джейсона. Даниэль оставила горстку вокруг, чтобы разобраться с последствиями и дальше исследовать причину того, что произошло. К сожалению Джейсона, это включало его, хотя он оставался внутри панциря Онслоу, пока Даниэль инструктировала остальных снаружи. Духовный ущерб аватару Джейсона потребует день или около того, чтобы восстановиться. После того, как Даниэль распределила задачи между искателями приключений, она вошла в панцирь с Клайвом.

— Что это? — спросила она.

— Это телевизор, — сказал Тайка, сидя на угловом диване с Трэвисом, Джейсоном и Ником. Гордон парил рядом с креслом-мешком. — Это то, что у них на Земле вместо кристаллических записывающих проекторов.

— Я не ставил ничего из этого сюда, — сказал Клайв. — Кто сказал, что вы можете принести всё это сюда?

Онслоу приподнялся из места, где был похоронен, невидимый, в кресле-мешке. Он восторженно помахал.

— Джейсон, я не позволю тебе развращать моего фамильяра.

— УДАЧИ С ЭТИМ, — прокричал голос Хамфри издалека.

— Это не развращение, — сказал Тайка. — Мы собираемся посмотреть фильм с моей родины. Это культурный опыт.

— Как он называется? — спросил Клайв с подозрением.

— Тонганский ниндзя.

Глава 967: То, что я показываю миру

Глава 967: То, что я показываю миру

Духовный урон сохранялся, его невозможно было исправить магией исцеления. Джейсон был с этим хорошо знаком, но его последняя духовная травма была легкой. Удержание разрыва в ткани вселенной напрягло его главный аватар, но за пару дней тот по большей части восстановился. Это время он провел в своем астральном королевстве, в доме у водопада.

Он был далеко не калекой, просто не готовым к новому бою, поэтому большую часть времени проводил за готовкой. Он устроил кухню на открытом воздухе на просторной веранде, выступавшей над ущельем. Его друзья и родные заходили по очереди, чтобы попробовать блюда, хотя Ник и Эми присутствовали почти постоянно. Эми уже была отличным поваром, научившись этому у своей матери, как и Джейсон. Они воспользовались случаем, чтобы приобщить Ника к кулинарному искусству.

Теперь, когда уровень магии на Земле рос, начали появляться магические варианты привычных ингредиентов. Он внедрял их в фермы, которые разбил вокруг своей главной планеты, хотя у него не было времени собрать много земной продукции. На данный момент на большинстве ферм все еще выращивали растения и грибы из Паллимустуса.

Помимо полей с овощами, там были грибные пещеры, висячие сады, полные вьющихся фруктов, и раскидистые фруктовые сады. Он выбрал идеальный климат, рассеяв их по планете и соединив порталами. Влияние живого леса Арбор способствовало идиллическому росту.

Все еще нужно было тушить пожары: от продолжающихся дипломатических усилий до последствий битв в Мельбурне и провинции Синд. Восстановление Джейсона дало ему редкую передышку, но не все его друзья бездельничали.

Фарра изучала произошедшее с манипуляцией сеткой вместе с операторами сети из различных фракций Сети. Джейсон отбросил эти мысли, сосредоточившись на хорошей еде и приятной компании. Он догадывался, что она обнаружит, но она все еще работала над этим. Он старался не зацикливаться на этом, пока она не закончит. И все же старая ярость бурлила, словно магма под землей, накапливая давление перед извержением. Он знал, что это не полезно, не здорово и не продуктивно, поэтому изо всех сил старался отпустить это и сосредоточиться на том, что есть.

* * *

Пока Джейсон восстанавливался, контингент дипломатов, офицеров разведки и агентов фракций продолжал свой визит в астральное королевство. Их поездка привела их в города Нью-Уотер и Арбор. Они совершили воздушные экскурсии вокруг планеты и даже отправились в космос на неожиданно пригодном для полетов дирижабле. Они увидели планету, созданную, а затем терраформированную в демонстрации богоподобной силы. Они осмотрели новую планету, посетив горные вершины и обширные плоскогорья. Они ходили вокруг, трогали траву и ели фрукты с деревьев. Затем они ушли, и планета исчезла, словно ее никогда и не было.

* * *

Госсекретарь США Клэр Дэнви просматривала кадры предварительных брифингов американских членов контингента, вернувшихся из астрального пространства. Для этого она выделила комнату в своем временном жилье в деревне Асано. Члены контингента должны были пройти через недели, если не месяцы, брифингов, анализа и проверок на предмет потенциальной компрометации.

Приняв решение, она подала прошение своему правительству разрешить ей лично посетить королевство Асано. Конференц-звонок отложил просмотр брифинга, и она изложила свои доводы президенту и директору ЦРУ Барстоу.

— Госпожа госсекретарь, — сказал Барстоу. — Мы понятия не имеем, на что Асано способен в этом месте. Если верить нашим людям, он может создать планету так же легко, как сэндвич. Либо это правда, либо у него есть сила убедить людей, что это так. В любом случае, это короткий путь к принятию того, что он может вытащить государственные секреты из вашей головы, если вы окажетесь на его территории силы.

— Я приведу два контраргумента, — сказала Клэр. — Во-первых, если он захочет что-то узнать, я не думаю, что мы сможем его остановить. Вы видели, на что способно одно только его теневое существо. Вы знаете полные возможности людей, которых он привел на Землю? Я — нет, но держу пари, у них есть магия, которая обставит любую нашу защиту.

— То есть вы выступаете за то, чтобы сдаться и отдать все, что он захочет?

— Нет. Я предлагаю избегать подхода к нему там, где он сильнее нас. Сильнее всех. Противостоять ему грубой силой не просто бессмысленно, но и контрпродуктивно.

— В этом она не ошибается, — сказал Барстоу. — У меня есть небольшая армия аналитиков, изучающих кадры из Пакистана, но предварительная оценка такова: никакие земные силы не смогли бы остановить этих монстров. Возможно, даже если собрать их всех вместе. Нам пришлось бы прибегнуть к магически усиленным ядерным бомбам и превратить всю территорию в радиоактивную яму.

— Что нам нужно, — сказала Клэр, — так это подойти к этому с другой стороны. Директор, каково мнение ваших аналитиков об Асано с дипломатической точки зрения?

— Он наивен. Не искушен в реальной политике. Его приверженность определенным принципам подрывает способность его представителей...

— Это и моя оценка, — перебила она его. — Джейсон Асано откликается на доверие, лояльность и дружбу. Разговор с его главным представителем, Аннабет Тилден, является для нее источником разочарования. Подход Асано хорошо сослужил ему в другом мире. Там политика проще, по всем отчетам, где личная сила и личная преданность являются ключевыми факторами. Такой подход вредит ему здесь. Геополитика Земли более сложна, с децентрализованной властью. Там дело не в силе, которую можно собрать, а в силе, которой ты являешься. Индивидуальная сила превыше консенсуса. Это означает больше идиосинкразических личностей и меньше ответственности перед разрозненными интересами.

— Вы хотите сказать, что он привык к политике королей-богов, — сказал Барстоу.

— Возможно, не настолько экстремальной, — сказала Клэр. — Хотя да, иногда, судя по тому, что я узнала за время пребывания здесь. Лучшей аналогией мог бы быть диктатор-изгой. Кто-то, кто нужен нам для военной базы или в качестве разведывательного актива. Или потому, что у безумца есть ядерное оружие.

— Что вы предлагаете? — спросил президент.

— Мы встретим его там, где он есть. Он может стать союзником, но никогда не сделает ни шагу сверх того, что строго необходимо. В его представлении мы все еще Сеть. Те люди, которые выкопали Джека Герлинга и послали его убить брата Асано, его возлюбленную и его лучшего друга. Каковы бы ни были его дипломатические намерения, на каком-то уровне он видит в нас врага. Если мы продолжим относиться к нему как к потенциальному врагу, он вполне может им стать. Если это произойдет, мы проиграем. Он может спрятать своих людей там, куда мы никогда не доберемся, и безнаказанно перемещаться по нашей стране. Обладая силой, находящейся в его распоряжении, он и его друзья могли бы раздавить военную и гражданскую инфраструктуру Соединенных Штатов за неделю. Если не быстрее. Затем он, вероятно, взялся бы за всех пользователей эссенций, которых они не устранили на первом этапе.

— Мрачная картина, — сказал президент. — Барстоу?

— Мы все еще проводим боевой анализ кадров из Пакистана. Предварительные результаты подтверждают оценку госсекретаря.

— Вы хотите сказать, что несколько десятков человек представляют экзистенциальную угрозу для Соединенных Штатов?

— Только если мы продолжим относиться к нему как к таковой, — сказала Клэр. — Нам нужно перестать пытаться сделать его союзником, потому что он никогда не будет нам доверять. Нам нужно сделать его другом.

— И как вы предлагаете это сделать? — спросил президент.

— Мы доверимся ему первыми.

— Это небезосновательный подход, — сказал Барстоу. — Наш профиль на Асано предполагает, что единственные люди, способные повлиять на него — это его друзья. Если мы станем одним из них, то, возможно, получим ту меру влияния, которой до сих пор не смогли добиться.

— Вы думаете, это так просто? — спросил президент.

— Нет, — сказала Клэр. — Но я действительно думаю, что это так просто.

— Она права, — сказал Барстоу. — Согласно нашей лучшей информации, Асано откликается на прямолинейную искренность. Нам, по сути, нужно, чтобы один человек подружился с ним и выступил в качестве неофициального посла.

— Разве он не поймет, к чему это, если кто-то попытается сблизиться? — спросил президент.

— Да, — сказал Барстоу. — И даже если он настолько невнимателен, что не поймет, Анна Тилден поймет. Но наш профиль предполагает, что ему будет все равно, пока подход искренен. Тилден — проблема, но ее существующая дружба с госсекретарем сделала бы госсекретаря естественным выбором. Но в этом подходе есть как трудности, так и опасность. Будет нелегко заставить его увидеть в нас друга, а как только мы это сделаем, нам придется им стать. Если Асано почувствует, что мы его предали, он станет той самой экзистенциальной угрозой.

— Вы, значит, выступаете за такой подход? — спросил президент Барстоу.

— Мы все знаем, что прибытие Асано вызовет своего рода революцию в магических знаниях. Фарра Хурин и Руфус Ремор за несколько лет перевернули вековую подготовку пользователей эссенций. Пользователи эссенций десятилетней давности сильнее тех, у кого за плечами десятилетия опыта. В этот раз он привел людей, которые могут продвинуть магию, а со временем и магические технологии, семимильными шагами. Мы не можем позволить себе оставаться на периферии этого движения.

— Вы думаете, мы бы остались?

— Я думаю, что если мы будем использовать стратегии, которые работали для нас в прошлом, Асано объявит нам войну. Затем выиграет ее. А потом съест сэндвич.

— Вот почему я хочу сделать это сама, — сказала Клэр. — К тому же я достаточно высоко стою в нашем правительстве, чтобы и нести ответственность, и призывать других к ответу. Анна Тилден становится активом, а не препятствием. Друзья важны для Асано, и я уже предприняла первые шаги по выстраиванию сердечных отношений. Но директор Барстоу прав насчет опасностей. Если мы сделаем это, мы должны быть искренними. Быть другом, а не просто вести себя как друг.

На экране перед Клэр президент откинулся на спинку кресла.

— Мне это не нравится, — сказал он. — Это кажется опасным.

— Не буду отрицать, господин президент, — сказала Клэр. — Путь вперед скрыт, но мы должны продолжать идти, несмотря ни на что. Я не завидую вашему положению.

Президент принял ироничное выражение лица.

— Я был бы более склонен поверить в это, если бы вы не участвовали в праймериз против меня, Клэр.

Клэр фыркнула.

— Да, ну, вы победили, Майк, и с каждым днем я все больше радуюсь этому. Буду рада баллотироваться снова в менее интересные времена.

Президент постучал пальцами по столу, обдумывая предложение Клэр.

— Вы же понимаете, что ваша дружба с Асано — это не то же самое, что дружба Америки с ним, — сказал он.

— То, что важно для друзей Асано, важно и для Асано, — сказала она.

— Это соответствует нашему профилю этого человека, — сказал Барстоу. — Он продемонстрировал готовность работать с группами, с которыми в противном случае разорвал бы связи из-за личных связей. Мы оцениваем, что его отношения с отдельными членами Сети заставили его отложить разрыв связей с организацией почти на год. Именно вмешательство Джека Герлинга окончательно разорвало эту связь.

— Что вы посоветуете, директор? — спросил президент.

— Как и вы, господин президент, мне это не нравится. Но я не вижу другого эффективного подхода к налаживанию отношений с Асано, а мы хотим быть в числе первых, кто получит доступ к тому, что он может предложить. Мы не можем позволить себе остаться в стороне.

— Стоит ли нам попытаться более скрытно проникнуть в его круг, по мере того как он расширяет его, включая больше людей с Земли? — спросил президент.

— Нет, — сказал Барстоу. — Его чувства ауры были запредельными и раньше. Я буду поражен, если кто-то сможет обойти их с помощью хитрости. У нас есть люди с силами маскировки ауры, но цена их разоблачения слишком высока. Как бы нелепо это ни звучало, лучший подход — это просто подойти честно и попытаться подружиться, как дети на детской площадке. Он поймет, зачем мы это делаем, но, скорее всего, все равно даст нам шанс.

— И это будет нелегко, — сказала Клэр. — Наследие последнего визита Асано на Землю сделало его бдительным по отношению к магическим фракциям, а старые отделения Сети здесь, в США, были интегрированы в наше правительство. Все трое из нас происходят из семей Сети. Королева вампиров также может использовать Джека Герлинга, чтобы еще больше испортить отношения.

Президент тяжело вздохнул.

— Думаю, термин «королева вампиров» говорит нам о том, насколько мы вышли за рамки нормальности, — сказал он. — Действуйте, госпожа госсекретарь, но ступайте осторожно. Я не позволю вам поставить под угрозу интересы нации ради дружбы с тем, кто, по вашим словам, является диктатором-изгоем.

* * *

В деревне Асано была выделена комната для портала в астральное королевство Джейсона. В настоящее время перед ним стояла Тень, преграждая путь Анне и Клэр.

— Тень, — сказала Анна, — потребовалось немало усилий, прежде чем они вообще позволили госсекретарю войти в царство Джейсона. Получение разрешения на то, чтобы ее охрана осталась позади, было непростой задачей.

— Это не моя забота, миссис Тилден. Если они решат войти, они принимают, как и все остальные, что жизнь и смерть в этом месте — прерогатива мистера Асано. Если он решит, что госсекретарь в безопасности, то никакая сила в космосе не причинит ей вреда. Если он решит иначе, никакая сила в космосе ее не спасет.

— Тогда не о чем беспокоиться, — сказала Анна.

— Моя забота, миссис Тилден, — это благополучие мистера Асано. Он сейчас у себя дома. В месте, которое он построил как убежище от обязанностей и решений, с которыми сталкивается здесь. Это место для друзей и семьи, а не для бизнеса.

Клэр сделала шаг вперед.

— Вот почему я...

— Я осведомлен о ваших мотивах, госпожа госсекретарь, — перебила ее Тень. — Я присутствовал в комнате во время вашей встречи с президентом.

— Вы были в конференц-зале? — спросила Клэр, глядя на Анну. — Вы говорили нам, что Асано не будет вести наблюдение.

— Он и не вел, — сказала Тень. — Комната, в которой я находился, была не в Австралии.

— Что? Вы хотите сказать, что шпионите за президентом США?

— Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть какие-либо активные разведывательные операции, — сказала Тень, и ее обычно британский акцент подозрительно походил на американский.

Госсекретарь выбежала из комнаты в сопровождении своей охраны в черных костюмах. Анна издала медленный, недовольный стон.

— Это было не очень хорошо, Тень. Я ожидала бы такого от Джейсона, но от тебя?

— Миссис Тилден, мне нет дела до этой планеты. Это место ничтожной ценности в пустынном уголке космоса. Единственная значимость, которой оно обладает, исходит от сил, обращающих на него внимание. Это не изменится, пока мистер Асано не решит изменить это. Меня не волнуют ваши интересы, миссис Тилден, или интересы других обитателей этой планеты. Этот мир, его люди и его судьба меня не заботят, кроме того, что они заботят мистера Асано. Моим предпочтением было бы забрать тех немногих, кто нам дорог, и оставить это место на произвол судьбы. То, что многие на Земле приветствовали бы, не в последнюю очередь армия вампиров, все еще удерживающая большую часть Европы. Это также устранило бы большинство проблем, с которыми вы сталкиваетесь, хотя я признаю, что именно мистер Асано втянул вас в это. Тем не менее, я не позволю этим проблемам прерывать время, которое мистер Асано мудро отвел для поддержания своего душевного равновесия. Равновесия, ценность которого, я полагаю, вы можете видеть, учитывая его поведение, когда он его теряет. Что является острой угрозой, учитывая то, что мисс Фарра обнаруживала в это же время.

— Тебе действительно все равно, что случится с планетой, полной людей?

Форма Тени медленно стала нечеткой, аккуратный облик, из-за которого он был похож на теневого дворецкого, распадался. На его месте появилось нечто инопланетное, первобытное и древнее. Воплощение того, что скрывалось в темных углах; того, чего дети боялись под кроватью. Анна внезапно почувствовала себя первобытным человеком, сжавшимся у костра перед лицом надвигающейся тьмы. Когда Тень заговорила снова, это был не четкий, ясный тон британского аристократа. Это был неземной звук, нечеловеческий шепот чего-то невидимого, стремящегося заманить путников во тьму.

— Не принимай меня за то, что я показываю миру, миссис Тилден. Я дитя самой смерти, старше мира, который породил тебя. Я видел, как люди умирали без причины и цели, в таких количествах, что ваша культура еще даже не дала им названий. Ты встретила меньше людей, чем я видел погибших планет, и я увижу, как этот мир тоже умрет. Настанет день, через миллиарды лет, когда мистер Асано и я посетим обугленный камень, который когда-то был его домом. Шлак, дрейфующий вокруг белой звезды, в которую превратилось ваше солнце. Мы будем единственными живыми существами на нем.

Анна сглотнула.

— Асано знает о встрече Клэр с президентом? — спросила она, заставляя свой голос звучать почти нормально.

Тень вернулась к своему более привычному облику.

— Узнает. Как только его внимание вернется к Земле и ее заботам.

— Ты хотя бы пропустишь меня через портал?

— Думаю, нет, миссис Тилден. Не сегодня.

Глава 968: Краткое, но твёрдое напоминание

Глава 968: Краткое, но твёрдое напоминание

— Есть ли какие-нибудь предупреждающие знаки, о которых мне следует знать? — спросила Анна. — Какое-то указание на то, что вы или ваши фамильяры собираетесь взорваться, как пороховая бочка?

— Да, — спокойно сказал Джейсон, затем отпил из своего фруктового сока. — Некоторые люди, в проявлении идиотизма настолько грандиозном, что у меня нет метафоры для сравнения, пытаются УНИЧТОЖИТЬ ПЛАНЕТУ, НА КОТОРОЙ ОНИ СТОЯТ!

Его вспышка отразилась на земле вокруг них, когда ущелье сотряслось от подземного толчка, стряхнувшего листья с деревьев. Гром прогремел в небе, когда молния затанцевала сквозь тёмные тучи. Анна отшатнулась, когда аура Джейсона приняла физическую силу, выталкиваясь из него, как волна.

Анна совершила несколько визитов в астральное королевство Джейсона. Она видела его чудеса и была свидетелем его силы, но только в тот момент она по-настоящему поняла. У этого места был бог, и этот бог был в ярости.

Внезапно охваченная желанием сбежать, она обнаружила открытый портал рядом с собой и поспешила через него, не раздумывая. На другой стороне был центральный узел деревни Асано, суетящийся от дипломатических сотрудников со всего земного шара. Путешествия через порталы были относительно обычным делом среди них, но все они узнавали порталы, принадлежащие Джейсону. Они также знали Анну, и наблюдение за тем, как она появляется, широкоглазая и дрожащая, заставило многих остановиться и глазеть. Она выпрямилась, поправила свой костюм и сделала глубокий вдох, выпуская его долго и медленно.

— Настолько плохо, да? — спросила Фарра. Анна обернулась, обнаружив её небрежно прислонившейся к электрическому багги. Это был один из парка автобусов и багги, которые, наряду с подземной трамвайной системой, соединяли разрозненные локации в деревне Асано. Фарра сделала глоток из бутылки холодного чая, купленной в торговом автомате рядом с входом в депо багги.

— Он не счастлив, — сказала Анна. — Что именно ты ему сказала?

— То же самое, что я здесь, чтобы сказать тебе. Более или менее. Нам нужно будет встретиться с некоторыми людьми после, так что давай сделаем это в дороге.

Фарра села за руль багги, по сути, заряженной электрической гольф-машинки, и Анна села рядом с ней. Частные дороги деревни были хорошо ухоженным асфальтом, и они поехали по одной, которая вскоре привела их в буш. Солнце было тёплым, а воздух наполнен ароматом эвкалиптов. Фарра нажала кнопку на консоли, и тканевая крыша багги откинулась.

— Прекрасный день, — сказала она.

— Очень мило, — ответила Анна, её тон был менее восторженным, чем её слова.

— Жаль, как люди этой планеты решили забрать всё это у семьи Джейсона.

Губы Анны плотно сжались.

— Да, — сказала она.

— Он злится на людей твоего мира. Снова.

— Я заметила.

— Я не без собственного возмущения, знаешь ли. Ты помнишь, как я провела свои первые недели на этой планете?

— Тебя держали и пытали.

— Кем?

— Роуг…

— Кем? — перебила Фарра, её тон был предупреждением.

— Члены Сети, — признала Анна.

— А когда я сбежала, они переместили меня в астральное пространство. Не одно из прото-пространств, которые у вас были тогда, а полностью развитое. Из которого я как раз собиралась сбежать снова, когда Джейсон нашёл меня.

— Это, хотя и интересно, не новость. Я думала, ты собираешься проинформировать меня, мисс Хурин.

— О, мисс Хурин, значит? Мы больше не друзья, Анна?

— Тебя долго не было, Фарра, — сказала Анна, затем её выражение лица стало неловким. — Сьюзан действительно просила меня пригласить тебя на ужин.

Фарра ухмыльнулась.

— И как она?

— Она возглавляет проект по извлечению искусства из заброшенных европейских городов. Она накопила коллекцию работ, к которым ей повезло бы быть допущенной в одну комнату, в своё время. Она счастлива, хотя видеть города в состоянии, которое равносильно постапокалиптическому, её встревожило.

— Ставки высоки. Что-то, что человечество всё ещё с трудом осознаёт, оказывается. Вот почему Джейсон злится. Я тоже злюсь, у меня просто нет Вселенной, чтобы потрясти. Мне приходится довольствоваться тем, что я злюсь на старых друзей.

— Это то, что ты делаешь?

— Анна, ты помнишь человека, который совершил моё заточение, здесь, на Земле?

— Адриен Барбу.

— Он был одним из ваших. Человек Сети.

— Он был предателем, а не настоящим…

— Не надо, — сказала Фарра. — Тебе нужно уйти на пенсию с речью «это были не мы, это была паршивая овца, ставшая изгоем», Анна. Я не потерплю этого. И если ты попробуешь это на Джейсоне, ты пожалеешь, что пережила то, что я сделаю с тобой. Он выместил свою ярость на тебе, и я полагаю, на небе. Несколько землетрясений в незанятых частях его главной планеты. Может быть, цунами или два. Что полезно.

— Это полезно?

— По сравнению с блужданием по Земле, убивая любого, кто его не устраивает? Да. Вместо этого у него сеанс терапии с Арабель Ремор. Но я видела это, когда сказала ему, Анна. У него были старые глаза, с тех пор, как мы были здесь в прошлый раз. Это было всего на мгновение, но ты не хочешь этого. Не с силой, которая у него сейчас есть.

— Что ты сказала ему, Фарра? Что заставило его так сорваться? Ты продолжаешь ходить вокруг да около. Я думала, что блуждающие, тангенциальные объяснения — это то, как работает он, а не ты.

Фарра фыркнула от смеха.

— Справедливо, — сказала она. — Моё объяснение дошло до Адриена Барбу.

— Моя информация была в том, что он умер в зоне трансформации Сент-Этьена, вместе с Джеком Герлингом, мистером Север и большинством лордов-вампиров, которые пошли с ними. Только Джейсон и вампирская королева выбрались, пока Герлинг не вернулся в своём нынешнем неудачном состоянии. Как Джейсон относится к этому?

— Есть ряд тем, которые он намерен поднять с Элизабет. Но Джейсон действительно вывел Барбу из зоны трансформации живым.

— Барбу всё ещё жив?

— Я не говорила этого, Анна. Мистер Север попросил Джейсона сделать смерть Барбу быстрой и чистой. Джейсон сказал ему, что это зависит от меня, так как я была той, кого он держал и пытал.

— И ты сделала?

— Существует много разной магии отслеживания. Ритуалы, предметы, способности эссенций. Много фамильярных сил. Есть целая подветвь, сфокусированная на разных способах нахождения трупов, что делает избавление от тела, которое ты не хочешь, чтобы нашли, довольно трудоёмким. Ты можешь использовать магические контрмеры, чтобы скрыть это, но на каждое заклинание есть способ обойти его. Только одна вещь последовательно сводит на нет большинство методов отслеживания тела. Ты должен разложить труп. Очень экстремальное расчленение может сработать, как пропуск его через измельчитель древесины, хотя сжечь его до пепла лучше.

Фарра мельком взглянула с дороги впереди, чтобы улыбнуться Анне.

— Полное разжижение — лучше всего, — продолжила Фарра. — Тебе нужен алхимик, который даст тебе правильные припасы и будет держать рот на замке, однако. Любой опытный следопыт проверит алхимиков на предмет того, кто покупает правильные припасы для избавления от тела. Каким бы путём ты ни пошла, однако, трюк в том, чтобы разбросать то, что осталось от трупа, на как можно более широкой площади. Быстродвижущийся водный путь — это хорошо.

— Фарра…

— Хороший совет в том, что они не обязательно должны быть мертвы, когда ты начинаешь их перерабатывать. Это делает это легче, но легко — не всегда главное, не так ли?

— Значит, «Барбу не жив» — это то, что ты говоришь.

— Насколько я помню, это было довольно противоречиво, обнаружение астрального пространства, которое он скрывал для местной Сети.

— Это было не…

— Что я сказала насчёт обвинения паршивых овец, Анна? Я не собираюсь предупреждать тебя снова.

Лёгкая улыбка Фарры, когда она вела багги на солнце, была несоответствующей внезапной, тяжёлой тишине.

— Это было большое противоречие, да, — сказала Анна. — Они скрывали вещи от большего сообщества Сети. Которое всё ещё было одной группой тогда, хотя оно уже было шатким. Было ясно уже некоторое время, что дни магии, остающейся секретом, были сочтены. Все позиционировали себя для того, что наступило после. Ты и Джейсон упали в этот пруд, как бомба, но рябь раскола уже сотрясала воды.

— Барбу и его люди маскировали активность сети. Скрывали астральное пространство от операторов сети в других частях мира.

— Зачем урок истории, Фарра? Я была там.

— Я тоже, Анна. В бетонной комнате, с кандалами на шее.

Багги следовал по дороге вдоль вершины хребта у побережья, давая им впечатляющий вид на Тихий океан. Фарра остановилась у смотровой площадки с небольшой гравийной парковкой. Деревянная скамейка предлагала место, чтобы посидеть и посмотреть на воду.

— Зачем мы останавливаемся? — спросила Анна. Фарра вышла из багги, подошла к скамейке и села. Анна издала вздох, а затем последовала за ней.

— Мне нравилось жить здесь, — сказала Фарра. — Мне нравилось участвовать в строительстве этого места. Семья Джейсона была очень гостеприимна ко мне, незнакомке из другого мира. Помощь им в установлении этого места ощущалась как пускание корней. Как долго Джейсон отсутствовал, прежде чем люди этого мира вырвали эти корни?

— Фарра…

— Это всё, что мы когда-либо видели от этого мира, Анна. Люди берут, потому что могут. Это случается и в моём мире, не пойми меня неправильно, но вещи проще там. Когда кто-то берёт просто потому, что может, у них нет списка оправданий. Они не винят паршивых овец, о которых знали, что они в бочке всё это время. Они говорят: «это моё, потому что у меня есть сила забрать это». Это не хорошо, но это честно. Как и решение. Каждый раз, когда ты объясняешь какой-то сомнительный поступок, всё, что ты говоришь, — это то, что тебе позволено делать вещи с людьми, а им не позволено делать вещи в ответ.

— Фарра…

— Я говорю, Анна, и ты будешь слушать, пока я не закончу.

В отличие от большинства пользователей эссенций Земли, элитные искатели приключений Паллимустуса не протекали своими аурами. Не было никакого присущего запугивания через ранг, просто своим присутствием. Это было свидетельством их контроля, но также означало, что когда нужно, они могли использовать свою ауру, чтобы сделать замечание тем, кто вокруг них. Фарра дала Анне краткое, но твёрдое напоминание о том, кто и что она есть.

— Анна, я не уверена, что ты понимаешь степень, в которой Джейсон из кожи вон лезет, чтобы не делать вещи, которые он очень хочет делать. Он чувствителен к своим более опасным склонностям, и что если он позволит этому миру спровоцировать их, он будет действовать способами, о которых в конечном итоге пожалеет. Вот почему мы завербовали тебя, Анна. Чтобы помочь ему выбрать сложный вариант, когда простой был бы таким лёгким. Он не хочет сломать мир в процессе делания того, что нужно сделать.

Фарра протянула руку и сделала движение пальцами вверх. В море обсидиановый шпиль размером со здание поднялся из воды, как древний морской монстр. Вытесненная вода отправила волны, разбивающиеся о берег. Анна наблюдала, как Фарра небрежно создала новую достопримечательность с пугающе пренебрежительной демонстрацией силы.

— Как долго, по-твоему, потребуется океану, чтобы износить его? — рассеянно задалась вопросом Фарра, глядя на своё творение. — Десять тысяч лет? Сто тысяч? Я не Джейсон, Анна. Наши друзья — не Джейсон. Мы заботимся о вашем мире только потому, что Джейсон заботится, и если мы решим изменить его, мы можем и мы будем. Твоя работа — направлять Джейсона от захода слишком далеко в одном направлении. Наша — останавливать его от захода слишком далеко в другом. Если люди этого мира продолжат действовать так же, мы перестанем делать свою работу, и вещи станут намного проще. Но не приятнее.

— О чём ты вообще говоришь? Какие действия оскорбили тебя до такой степени, чтобы вывезти меня в лес и угрожать мне?

— Годы назад Джейсон и я однажды сказали тебе, что люди Земли должны перестать собирать ядра реальности из зон трансформации. Ты сказала нам, что Сеть не может позволить себе отступить от гонки вооружений за них.

— Это было, когда вы перестали работать с Сетью совсем. Ты предполагаешь, что кто-то нашёл способ создавать новые зоны?

— Не предполагаю, Анна. Когда я уничтожала устройства, размещённые для изменения сети в Синде, мне не пришлось уничтожать их все, чтобы отключить её. Несколько остались для более деликатного извлечения и последующего изучения. Я использовала их, вместе с показаниями, которые мы сняли во время события, чтобы реконструировать то, что произошло. Кто-то использовал сеть, чтобы подпитывать магией активное проявление. Это должно было создать зону трансформации, но Джейсон сделал одну из своих нелепых вещей Джейсона. Схватил порванные края Вселенной и удерживал их вместе не многим большим, чем упрямство и самодовольное выражение лица.

Анна была проинформирована о том, что произошло в Пакистане, так что она знала, что описание Фаррой роли Джейсона в этом было красочным, но по сути точным. Информация о зонах трансформации была новой для неё и ужасающей в своих последствиях. Джейсон разорвал связи с силами Земли из-за ядер реальности однажды, и теперь у него была сила сломать Землю полностью.

— Ты знаешь, кто стоял за этим? — спросила она.

— Во время кризиса волны монстров я возглавляла группу исследователей Сети в ремонте саботированной сети. Магия, которую мы нашли в Пакистане, была основана на этой работе. Самым тревожным было то, что она была усовершенствована.

— Усовершенствована?

— Она показывала признаки итерации. Решения недостатков, которые были бы выявлены только через предыдущее тестирование. Это был не эксперимент, а разработанный и рабочий процесс. Тот, кто сделал это, делал это раньше, по крайней мере несколько раз.

— Вы не можете просто создавать зоны трансформации. Не без того, чтобы кто-то заметил. Даже если вы маскировали их присутствие в сети, что, я предполагаю, то, к чему ты клонила, зона трансформации — это светящийся купол размером с небольшой город.

— Да. Тебе нужна большая область, где никто не ходит. Никто, возможно, кроме вампиров.

— Европа, — осознала Анна. — Если бы вы могли замаскировать присутствие в сети и были способны манипулировать спутниковым покрытием…

Она встала и заходила, её разум проигрывал идею.

— Присутствие в сети и спутники. Оба могли быть выполнены относительно небольшим количеством людей, если они занимали правильные позиции в правильных организациях. Тебе нужны люди на земле, чтобы действительно сделать это; ты бы не доверила это вампирам. Зачем вампирам даже…

Она повернулась, чтобы посмотреть на Фарру с глазами, расширенными от осознания.

— Сбор ядер реальности, — сказала Анна. — Это то, что заставило бы вампиров присоединиться. Это то, что сделало бы участие стоящим для кого-либо. Запасы из старых зон трансформации были исчерпаны годы назад. Может быть, есть несколько, всё ещё спрятанных вокруг, но они не существовали в каком-либо практическом смысле почти десятилетие.

Она плюхнулась обратно на скамейку.

— Вот почему Джейсон был так зол, — сказала она. — Вещь, которая заставила его разорвать связи, когда множественные предательства — нет. И теперь люди делают это снова.

— Анна, это время для сил Земли встать. Очистить свой собственный дом. Потому что если они не сделают этого, мы сделаем. И наш подход будет простым.

— Простые решения сложных проблем всегда имеют последствия.

— Да, но у нас есть сила справиться с ними, если мы должны. Опять же, Анна, вся причина, по которой Джейсон втянул тебя в это, в том, что если мы сделаем вещи по-своему, это будем не мы, кто платит цену. В прошлый раз, когда мы были здесь, мы спасли мир. Теперь твоя очередь спасти мир от нас.

— Американцы предприняли попытку сделать шаг.

— Мы знаем, и мы открыты к этому. Я надеюсь, что это хорошее начало. Но не делай ошибок, Анна; мы задаём темп, и мы задаём условия. Если американцы хотят дружбы, им нужно заработать её.

— Ты не зарабатываешь дружбу, Фарра.

Фарра ухмыльнулась, встала и хлопнула рукой по плечу Анны.

— Теперь ты понимаешь. Пошли, мы отправляемся увидеть некоторых людей, с которыми я работала в своё время. Посмотрим, не сможем ли мы выяснить, где этот заговор достал магию, которую мы разработали.

Глава 969: Боже мой

Глава 969: Боже мой

Влага от близлежащего водопада смягчала яркий солнечный свет, пробивавшийся в ущелье с большой высоты. Вокруг домов, вырубленных в скалистых стенах, росли деревья и полевые цветы, а деревянные настилы выступали прямо над пропастью. Чистые, природные ароматы разносились с легким ветерком. Джейсон сидел на качелях на веранде дома, ближайшего к водопаду, обняв Зару за плечи, пока она прижималась к нему.

— Ты создал это место для отдыха, — сказала она. — Учитывая, что ты напряжен, как натянутая струна арфы, похоже, это не работает.

Он медленно, с хрипом выдохнул.

— Гнев заставляет тебя чувствовать себя сильным, хотя на самом деле он делает тебя слабым, — произнес он. — Это простой урок, но мне приходится напоминать его себе снова и снова.

— Как и всем остальным, — заметила Зара. — Это одна из немногих областей, в которых ты совершенно обычен.

— Но последствия, если я забуду, совсем не обычны. Мои инстинкты требуют выйти наружу и разнести Землю на куски, чтобы найти тех, кто занимается фермерством Ядер реальности. Я знаю, что это неверный шаг, но он кажется правильным.

— Но ты сделал действительно верный выбор. Обдуманный выбор. Позволить нужным людям выполнить работу, которая приведет к реальным решениям.

— Это должно было быть легко. У меня так много Мощи, но лучший выбор — сидеть здесь, не используя её вовсе.

— Ты так думаешь? Поверь той, кто вырос в окружении политики, Джейсон: Мощь, которую ты не используешь, часто больше той, которую ты применяешь. Работали бы над этим целые государства, если бы твоя Мощь была не больше, чем во время твоей последней поездки на Землю? Твоя Мощь работает на тебя, Джейсон. Как и твоя сдержанность.

Он протянул свободную руку, чтобы сжать её ладонь.

— Спасибо, — сказал он, и она почувствовала, как его тело немного расслабилось.

— Знаешь, в чем твоя проблема, Джейсон?

Улыбка промелькнула сквозь его угрюмое выражение лица.

— Слишком красив?

— Знаешь, твоя сестра показывала мне фотографии твоего брата…

Он выпрямился, приняв оскорбленный вид.

— Эй…

Она хихикнула, и он, вопреки себе, улыбнулся. Он откинулся назад, и она снова прильнула к нему.

— Твоя проблема, — сказала она, — в том, что ты слишком скромен.

— Тень, ты слышала, она это сказала, да? — спросил Джейсон. — Не думаю, что ты записала это? Погоди, это же мой домен; я могу просто сделать запись. Но считается ли это подделкой, если я сделаю это постфактум?

— Ты дашь женщине закончить?

— Убеждаться, что женщины заканчивают — это по моей части, — сказал он хриплым голосом, а затем хихикнул, получив шлепок по руке.

— Я говорю, — продолжила она, — что у тебя в голове засела идея, будто ты должен быть скромным.

— И это хорошая идея, — сказал он, и веселье исчезло из его голоса. — Когда я начал обретать Мощь, мой самый большой страх был в том, что я стану с ней делать, если превращусь в придурка. Я получил вкус того, к чему это может привести, в прошлый раз, когда был на Земле, и ни для кого это добром не кончилось. А сейчас у меня так много Мощи.

— Я понимаю это, и я не говорю, что ты никогда не должен быть скромным. Я говорю, что тебе нужно быть осторожным с проявлением скромности.

— Ты хочешь, чтобы я был более высокомерным?

— Нет, не более высокомерным. Просто таким же, каким ты всегда был. Помнишь, когда мы встретились?

— Конечно.

— Ты ворвался в мою палатку с высокомерием короля. Даже тогда ты держался как алмазный ранг, у которого просто ещё нет самого ранга. Думаю, по сей день ты не осознаешь, насколько твои связи с семьями Геллер и Ремор защищали тебя от последствий твоего поведения. Теперь у тебя есть Мощь, но ты ведешь себя так, словно ты всё ещё тот маниакальный мальчишка из Гринстоуна.

— Справедливости ради, мы встретились, когда я направлялся на встречу с кучей богов. Думаю, вполне нормально чувствовать себя немного важным в такой ситуации. Особенно когда это для того, чтобы поблагодарить тебя за то, что ты в целом потрясающая.

— Они благодарили тебя вовсе не за это.

— Я почти уверен, что именно за это.

— Там были сотни свидетелей, Джейсон.

— Это было двадцать лет назад, кто может помнить?

Она издала раздраженный вздох.

— Твоя дипломатическая повестка на Земле прошла не так хорошо, как ты надеялся, верно? — спросила она.

— Нет.

— И насколько ты связываешь это с непоследовательностью твоего публичного образа?

— Больше, чем мне хотелось бы, — признал он.

— Ты всегда был непредсказуем. В один момент приземленный и лаконичный, в следующий — пугающий и кровожадный. Это заставляет людей чувствовать неуверенность и настороженность, что является преимуществом, когда мир полон людей, более могущественных, чем ты. Теперь, когда Мощь у тебя, хочешь ли ты внушать неуверенность и настороженность?

— Нет, — нахмурившись, ответил Джейсон.

— Нет, — повторила Зара. — Тебе нужно демонстрировать последовательность и Мощь. Оставь скромность для тех моментов, когда ты среди друзей и семьи. Пусть самые близкие люди держат тебя в узде, а все остальные смотрят на тебя снизу вверх.

— Ты хочешь, чтобы я играл роль сурового авторитарного лидера?

— Нет, это не ты. Демонстрация авторитета не означает, что ты должен быть чопорным и скучным. Посмотри на Владычество. Мощь может быть сексуальной.

— Ты считаешь Владычество сексуальным?

— Конечно, нет. Женщин никогда не привлекает высокомерие и Мощь.

Он повернулся, чтобы посмотреть на неё с невозмутимым видом, на что она ответила ухмылкой. Он закатил глаза и откинулся на качелях.

— Джейсон, я не говорю, что тебе нужно быть тем, кем ты не являешься. Тебе просто нужно поработать над своим публичным образом. Будь более расчетливым. Каждый человек выбирает, какие стороны себя показывать в той или иной ситуации. Политики просто должны осознавать это лучше, чем большинство. И, нравится тебе это или нет, ты — политическая фигура.

— Мне это не нравится. Но я выбрал это, так что должен нести за это ответственность. К счастью, у меня есть принцесса, которая покажет мне, как это делается.

— Это удача, потому что ты плохой лидер.

— Это немного обидно.

— Ты слишком опрометчив. Слишком очарован яркими планами, которые заставляют тебя чувствовать себя умным, но имеют последствия, которые ты не предвидел. У нас с тобой это общее, несмотря на мою пожизненную политическую подготовку.

— Ты хочешь сказать, что мои несколько месяцев политической подготовки не перекроют это?

— Именно это я и говорю, да. Но хотя ты ужасный лидер, ты хороший лорд.

— Разве это не одно и то же? И мне не нравится, когда это так формулируют.

— Есть разница, и тебе нужно её понять, если ты собираешься перестать спотыкаться и вредить собственной повестке.

— Ладно, — признал он. — В чем разница?

— Это разница между стратегией и тактикой. Хороший лидер осторожен. Внимателен к деталям. Он знает фигуры на доске и может перемещать их соответствующим образом в нужный момент. Лорд задает повестку, но доверяет тем, кто рядом, воплощать её в жизнь. Он прокладывает путь, который другие не видят или не верят, что он возможен. Он понимает, что конечная ответственность лежит на нем. По крайней мере, хорошие лорды так делают. Каждый раз, когда тебя разлучали с друзьями, почему это происходило? Потому что нужно было что-то сделать, и ты брал на себя эту задачу. Ты принимал ответственность.

— Я всегда считал, что честность — это сексуально.

Она положила руки ему на лицо и оставила долгий поцелуй.

— Очень, — сказала она с придыханием, а затем отпустила его. — Я не прошу тебя давать торжественную клятву стать внушительным астральным королем. Просто не забывай оставлять «глупого Джейсона» для друзей и семьи, а всем остальным показывай другого парня.

— Тот другой парень не очень приятный.

— И им нужно об этом помнить. Каждый раз, когда ты отвлекаешься на сэндвичи или начинаешь говорить про «Рыцаря дорог», это отвлекает их от этого факта.

— Рыцарь дорог.

— Что?

— Каждый раз, когда я начинаю говорить про Рыцаря дорог, а не про «темного всадника».

Она посмотрела на него сурово.

— Я прямо сейчас это делаю, да?

Она предостерегающе подняла брови.

— Прости, — кротко сказал он.

— Думаю, тебе не стоит так сильно сдерживать свою ауру, когда ты на публике. Особенно когда ты среди ключевых фигур. Пусть она будет немного тяжелее, когда ты прибываешь на место, а потом убавляй её. И, может быть, хватит маскировать свой настоящий голос. Это ведь Владычество показал тебе, как скрывать «голос бога», верно?

— Это не голос бога.

Она ткнула его в лоб.

— Ты вообще слушаешь? — спросила она. — Больше никакой скромности для тебя. У тебя есть мы, чтобы держать тебя в смирении. В основном Нил. Ты должен выйти в мир и показать всем, что с тобой в твоем домене шутки плохи.

— Мой домен — это альтернативная вселенная. И пара кусочков Европы. Небольшие кусочки.

— Твой домен — это то место, где ты стоишь в данный момент. Ты относишься к этому так с того самого момента, как мы встретились. Ты притворяешься, что это не так, но единственный человек, которого ты в этом убедил — это ты сам. Теперь тебе нужно перестать быть таким непостоянным в этом вопросе. Пора принять то, кто ты есть.

— Ты выставляешь того, кем я являюсь, каким-то придурком.

— Смирись. Пора принять, что никто не говорит тебе, что делать; они просят.

— Ты ведь понимаешь, что мы сейчас в моем настоящем домене, и ты говоришь мне, что делать?

Она ткнула пальцем прямо ему в лицо.

— Никаких возражений, Асано.

— Я бы и не посмел, Ваше Высочество.

* * *

Майкл Арам сменил множество работ в магическом сообществе за последние несколько десятилетий. Он работал в нескольких отделениях Сети в те дни, когда магия ещё не стала достоянием общественности. Позже он работал на Организацию Объединенных Наций, Клан Асано и компанию, которая обанкротилась после того, как он сообщил об их магических экспериментах над бездомными. Его широкий опыт работы в магическом сообществе привел его к вербовке в Австралийскую секретную разведывательную службу (ASIS).

Будучи одним из нескольких нанятых из магического сообщества, Майкл стал предметом споров внутри организации. Его отсутствие опыта в государственной разведке, возможно, компенсировалось годами работы внутри крупнейшего и самого профессионального тайного общества в мире. Тем не менее, всегда было сопротивление против наемных сотрудников извне, привлеченных, чтобы помочь службе адаптироваться к миру магии.

Арам находился в зале для брифингов Деревни Асано вместе с Натали Парк, младшим офицером ASIS, занимавшей незавидную должность личного связного с Джейсоном Асано. Они сидели вместе с агентами из австралийского агентства внутренней разведки ASIO, в то время как представители других стран занимали большинство оставшихся мест. Отсутствие Клана Асано было заметным, как и пустой ряд впереди. Анна Тилден присутствовала, но она ясно дала понять, что представляет Джейсона лично, а не клан в целом. Она стояла впереди, рядом с проекционным экраном, беседуя с офицером ЦРУ Натальей Уинскотт.

Майкл встречал Асано несколько раз с момента его возвращения. В каждом случае он был таким же, как и при их первой встрече; расслабленным и непринужденным перед лицом абсурда и Мощи. Появилась грань, которой раньше не было, но не было той жесткой мании, что была в последние дни Асано на Земле. Это контрастировало с тем, что он видел на кадрах сражений в Австралии и Пакистане. С кровавыми туннелями, оставшимися после того, как он и его команда охотились на вампиров под Мельбурном.

То, что он почувствовал от прибытия Джейсона, было чем-то новым. Он почувствовал, как снаружи открылся портал, как и все в комнате. Все они вскочили на ноги, когда аура прошла сквозь них, словно боевой танк через детский сад. Двойные двери в зал для брифингов открылись, и Асано вошел, словно был здесь хозяином. Араму напомнили, что дядя Джейсона был хозяином этого места, пока австралийское правительство не конфисковало его.

Рядом с Асано шла ошеломляющая, инопланетная красавица. Майкл знал из своего брифинга, что это принцесса магического королевства, и она выглядела именно так, как подобает её статусу. Волосы, похожие на пряди подсвеченных изнутри сапфиров, ниспадали на карамельную кожу. Её глаза были драгоценными камнями под стать, яркими и завораживающими. Арам потряс головой, чтобы прояснить мысли, прежде чем перевести взгляд на тех, кто следовал за Джейсоном и принцессой.

Остальная часть команды Джейсона выглядела как лига супергероев, собранная фокус-группой, ориентированной на разнообразие. Несколько человек выглядели как выходцы с Ближнего Востока, в то время как Тайка Уильямс был маори. Один мужчина выглядел как профессиональный рестлер, косплеящий эльфа. У него были острые, зачесанные назад уши и мышцы, грозившие разорвать белую футболку. У Руфуса Ремора кожа была черной, как полночь, как и у другой ошеломляющей красавицы, на этот раз с серебряными волосами и глазами. Единственным белым человеком была Фарра Хурин с её клубнично-светлыми волосами.

Фарру, Тайку, Руфуса и Джейсона он знал относительно хорошо. Остальные были скорее загадкой, хотя он был проинструктирован настолько тщательно, насколько это было возможно. Долговязый ближневосточный мужчина был, по всем отзывам, величайшим экспертом по магии, которого когда-либо видела Земля. Широкоплечий арабский Супермен был лидером группы, а не Джейсон. Как работала эта динамика, ещё предстояло увидеть. Эльф, который выглядел так, будто мог согнуть машину пополам, был, по-видимому, целителем, а хрупкая ближневосточная леди в пальто, покрытом карманами, оглядывалась по сторонам, словно осматривала помещение.

В комнате было тихо, если не считать звука группы, перемещающейся в переднюю часть зала, где все, кроме Фарры, заняли места в первом ряду. Фарра отошла, чтобы присоединиться к Анне и офицеру ЦРУ у проекционного экрана, аура Асано потускнела, и Арам выдохнул. Он услышал, как большинство присутствующих в комнате сделали то же самое, снова занимая свои места.

Впереди офицер ЦРУ, Наталья, вышла вперед, чтобы обратиться к собравшимся.

— Мы здесь, — начала она, — для брифинга о том, что у нас есть на данный момент относительно потенциальных операций по фермерству Ядер реальности. Это все ещё ранняя стадия, но мы добились быстрого прогресса. Чтобы убедиться, что все в курсе, последствия битвы в Пакистане выявили признаки того, что кто-то искусственно провоцировал зоны трансформации. Предполагается, что это делается для сбора Ядер реальности, что, как уверяет нас наш гость мистер Асано, является Очень Плохой Вещью. На уровне уничтожения планеты, так что наше намерение — остановить это.

Она бросила взгляд на Джейсона в первом ряду, прежде чем продолжить.

— Мы полагаем, что тот, кто стоит за этим, работает с вампирами, чтобы осуществлять это в Европе, незаметно для мира. Это означает, как минимум, доступ к нескольким разведывательным агентствам, чтобы скрыть спутниковое наблюдение. Кроме того, это потребовало бы доступа по крайней мере к одной фракции Сети, чтобы манипулировать обнаружением таких аномалий в сети. Как многие из вас уже знают, наша многонациональная оперативная группа разведки занималась поиском «кротов» в потенциально затронутых группах. Другая основная линия нашего расследования — кто обладает опытом, чтобы заставить это работать. Для этого я передаю слово госпоже Хурин.

Глава 970: Мудрость, требуемая в таких ситуациях

Глава 970: Мудрость, требуемая в таких ситуациях

— Магия была раскрыта на Земле, — начала Фарра, — когда Инженеры Вознесения саботировали сеть, что в конечном итоге стало действием, положившим конец их организации. Без возможности обнаруживать и устранять протоастральные пространства по всему земному шару, эти пространства разрушались и выбрасывали монстров в мир, вызывая кризис волны монстров.

Она нажала на кликер в руке, и экран проектора в зале для брифингов засветился рядами фотографий и имен. Фотография Фарры была вверху.

— Моя роль, — продолжила она, — заключалась в том, чтобы возглавить рабочую группу специалистов Сети для выявления и, в конечном счете, исправления саботажа, что мы в итоге и сделали. Я изучала функциональность сети некоторое время до этого, используя свои знания магии из моего собственного мира. Тем не менее, даже в моем мире принципы, по которым функционирует сеть, редки и до сих пор не полностью изучены.

Она указала на экран проектора.

— Помимо меня, то, что вы видите — это самые выдающиеся специалисты Сети по сети на тот момент, набранные из отделений по всему миру для работы над этой проблемой. Сеть и её предшественники из тайных обществ изучали сеть с момента её создания, но имели критические пробелы в своей базе знаний. Без полного понимания основ теории магии их прогресс во всех областях был затруднен. А сеть основана на магических принципах, настолько сложных, что они возвращаются к простоте. На первый взгляд, сеть настолько элементарна, что кажется совсем не магической, но при этом является самым обширным и мощным магическим артефактом, о существовании которого я когда-либо слышала.

Она снова указала на лица.

— Мое понимание магии и их наследие изучения сети. Объединив наши соответствующие базы знаний, мы за год добились большего прогресса в её понимании, чем за предыдущие несколько столетий вместе взятых. Благодаря этому изучению я стала одним из немногих людей, специализирующихся на фундаментальной теории, управляющей сетью. То, что в моем мире называют специалистом по природным массивам. Люди Земли в рабочей группе стали первыми за пределами Эми Асано, кто получил систематическое обучение фундаментальным основам магии. Любой здесь, кто изучал теорию магии, вероятно, узнает многие имена и лица там.

Она повернулась, чтобы долго посмотреть на лица.

— Большинство магических достижений на Земле за последние два десятилетия можно проследить до этих людей и тех, кого они впоследствии обучили. Но единственное, что им было запрещено передавать — это знания о самой сети. Сеть критически важна для безопасности Земли, и кризис магической волны показал, что её можно нарушить.

— Вы хотите сказать, что магические знания подавлялись? — спросил Клайв с гневом в голосе.

— Не подавлялись, — сказала Анна. — Ограничивались. Очевидно, что понимание сети необходимо, если она снова будет скомпрометирована. По этой причине группа исследователей продолжает проводить изыскания, но их результаты строго засекречены. Многие из лиц здесь были частью этого проекта, по очевидным причинам. Многие вышли на пенсию или перешли на другое место, но за ними тщательно следят и их защищают, по очевидным причинам.

— Многие из них находятся здесь, в Деревне Асано, — сказала Наталья. — Их привезли сюда как часть нашего расследования.

— А как насчет Инженеров Вознесения? — спросил кто-то из Китайской Сети. — Они саботировали сеть, так что у них должны быть какие-то знания о её функциях.

— Мы изучили исследования ИВ о сети, и все это тупик, — сказала Фарра. — Обезьяны, бросающие палки в двигатель. Это не могло привести к тому, что мы нашли в Пакистане.

— Как вы можете быть уверены? — спросил китайский представитель.

— Потому что у нас есть полные записи всех исследований, которые когда-либо проводили ИВ, — сказал Джейсон, и все взгляды обратились к нему.

— Кто это «мы» в данной ситуации, мистер Асано? — спросил представитель. Джейсон повернулся на своем месте, чтобы посмотреть мужчине в глаза.

— Клан Асано.

— Вы намерены поделиться этой информацией с мировым сообществом?

— Если, когда и в той степени, в какой мы сочтем нужным.

Мужчина вскочил со своего стула.

— Я должен выразить протест...

— Тогда сделайте это снаружи, чтобы брифинг мог продолжиться.

Мужчина посмотрел на Джейсона, сглотнул, а затем снова сел. Джейсон перевел взгляд обратно на Фарру.

— Одно из этих лиц, — продолжила она, — почти наверняка является источником этих новых, искусственных зон трансформации. Продолжили ли они свою работу неофициально или обучили кого-то другого, направление, которое приняли их исследования, очень специфично. Я описала текущие ограниченные исследования сети, которые направлены на её обеспечение и ремонт. Исследователи, находящиеся сейчас в деревне, изучали то, что мы извлекли из Пакистана, и мы пришли к выводу, что это совершенно отдельное направление исследований. Это неофициальное исследование двигалось к одной цели: созданию новых зон трансформации, предположительно для сбора Ядер реальности.

— У вас есть какое-либо подтверждение этого? — спросил английский представитель.

— Мы работали с Кланом Асано в Европе, — сказала Наталья. — Мы нашли то, что считаем местом зоны трансформации в западных Пиренеях, которой не более одиннадцати месяцев.

— Все ещё могут быть альтернативные источники этих знаний, не так ли? — спросил французский представитель. — Мы знаем, что был установлен контакт с силами, внешними по отношению к нашей планете. Госпожа Хурин — не единственный потенциальный источник магических знаний.

— Верно, — сказала Анна. — Но хотя контакты с внешними силами были, делать это сложно, и мы хорошо понимаем природу этих контактов. Мы полагаем, что кто-то на этом экране либо является преступником, либо может привести нас к нему. В то время как многонациональная оперативная группа разведки сосредоточилась на разведывательных агентствах, госпожа Хурин и я расследовали её старую рабочую группу. Более восьмидесяти процентов из них сейчас находятся прямо здесь, в Деревне Асано.

Фарра снова нажала на пульт, и большинство лиц стали серыми.

— Предварительная проверка группы очистила их, — сказала Наталья. — По крайней мере, на данный момент, но более глубокие расследования будут продолжаться со временем.

— Наше внимание сейчас, — сказала Анна, — сосредоточено на тех, кого мы не смогли найти. Пропавших без вести и мертвых.

— В настоящее время, — сказала Наталья, — оперативная группа разведки активно ищет членов рабочей группы, которые пропали без вести. Мы также проверяем, действительно ли те, о ком сообщалось как о погибших, мертвы.

— На данный момент, — сказала Анна, — мы сужаем наш фокус до нескольких пропавших лиц, и одного в частности.

Фарра вывела новый слайд, показывающий только одно лицо.

— Саймон Маккин, — сказала она. — Он был главой исследователей Земли, по рангу уступая только мне в рабочей группе.

— Он был из семьи австралийской Сети, как и я, — сказала Анна. — Я знала его большую часть своей жизни, до раскола Сети. Все это время он был одержим магией. Не магией эссенции, как большинство из нас, а теорией. Им двигала жажда знаний.

— Которая окупилась, — сказала Фарра. — За время моего пребывания на Земле он был, несомненно, лучшим местным ритуалистом, которого я встречала. У него был голод до магической теории, которую я принесла из своего мира, что граничило с нездоровым, но наши отношения были довольно спорными. Он всегда считал, что я скрываю знания, и что кто-то с Земли должен отвечать за починку сети.

— Подразумевая, очевидно, самого себя, — добавила Анна.

— Это создавало неприятную рабочую атмосферу, — сказала Фарра, — но он был слишком способным, чтобы исключить его из проекта.

В первом ряду Клайв поднял руку.

— В какой степени, по-вашему, ваши личные взаимодействия направили ваше внимание на этого человека? — спросил он.

— Моим первым инстинктом, когда я нашла те остатки устройств в Пакистане, был Маккин, — сказала Фарра. — Моей второй мыслью было задаться вопросом, как и вы, не заставляет ли меня мое мнение о человеке отбрасывать альтернативы. Вот почему я попросила Анну сосредоточиться на нем, пока я рассматривала другие варианты.

— Маккин — не наш единственный сильный вариант, — сказала Анна, — но чем больше мы изучаем его, тем больше он становится «квадратным колышком для нашего квадратного отверстия». Фарра и члены старой рабочей группы изучали то, что было найдено в Пакистане. Они пришли к выводу, что это определенно производное от их старой работы, но претерпело значительное развитие. Вся эта работа была строго ограничена, как упоминалось, чтобы предотвратить ещё одну атаку на инфраструктуру сети, если не что-то худшее.

— Это и есть что-то худшее, — сказал Джейсон, и воздух в зале для брифингов стал тяжелым от духовного веса. Наступила тишина, пока она не рассеялась, и никто не стал преуменьшать серьезность слов Джейсона.

— Совершенно верно, — сказала Анна. — Для полного объяснения причин некоторые из вас здесь будут присутствовать на брифинге мистера Асано позже сегодня и смогут распространить информацию оттуда. А пока просто примите тот факт, что это исследование было отложено именно из-за его разрушительного потенциала. То, против чего Маккин яростно выступал вплоть до раскола Сети. С того момента мы теряем его из виду. Наше подозрение сейчас заключается в том, что какая-то группа Сети, вероятно, сплоченная ячейка внутри одной из формирующихся фракций, работает над этим исследованием с тех пор.

— Больше, чем кто-либо другой, — сказала Фарра, — он обладает навыками для развития этой магии. В то время как другие члены рабочей группы — прилежные и умные люди, у Маккина талант и драйв на другом уровне. Он единственный из группы, кого я бы сочла обладающим способностью внедрять инновации в наши оригинальные исследования таким образом.

— Это дает вам основы, — сказала Наталья. — Мы будем обсуждать конкретные планы действий для членов оперативной группы во время дневного брифинга. Информационные пакеты, которые будут отправлены всем вам в конце этого брифинга, содержат дополнительные детали относительно всех наших лиц, представляющих первостепенный интерес. Там вы найдете дополнительные подтверждающие доказательства, которые собрали наши аналитики относительно того, почему мы сосредоточены на наших текущих целях, включая Маккина. Я буду проводить дневной брифинг вместе с Майклом Арамом. Я знаю, некоторые из вас слышали о другом брифинге, который проводит мистер Асано. Я предлагаю вам выбросить это из головы, так как если у вас ещё нет приглашения, вы попадете в большие неприятности, если вас заметят где-то поблизости.

* * *

Джейсон стоял в передней части зала для брифингов. Места были заполнены, и было установлено несколько камер для обеспечения видеосъемки. Офицер ASIS Натали Парк находилась за панелью управления в стороне, управляя видеопотоками, транслирующимися некоторым из самых влиятельных людей на Земле. Натали продолжала бросать взгляды на Ника, у которого к панели управления был подключен прибор, похожий на сканер из низкобюджетного научно-фантастического шоу. Экран выглядел как нечто из восьмидесятых, а из него торчала антенна, обернутая чем-то, похожим на фольгу. Натали бросала на него подозрительные взгляды с тех пор, как он наколдовал его из воздуха. Не помогало и то, что Ник начал носить широкополую соломенную шляпу с отверстиями для ушей.

Офицер ASIS перевела свой настороженный взгляд с Ника, придав ему профессиональную бесстрастность, когда посмотрела на Джейсона.

— Я не могу ничего обещать, мистер Асано, но это настолько безопасно, насколько мы можем сделать потоки.

Джейсон взглянул на Ника, который коротко кивнул.

— Что ж, тогда, — сказал Джейсон, снова оглядывая комнату. Анна, Даниэль и Зара были в первом ряду, его глаза задержались на принцессе. Она ободряюще улыбнулась ему.

— Прежде чем мы начнем, — сказал Джейсон, — я чувствую необходимость предупредить вас всех о некоторых аспектах этого брифинга. Вы все должны были уже слышать это, но я хочу повторить, чтобы избежать любых заявлений о незнании того, что предстоит. Во-первых, этот брифинг будет долгим. Я дам вам полный контекст того, где находится Земля прямо сейчас и что привело нас к этому моменту. Вы узнаете много обо мне, моих спутниках, другом мире, а также о том, на котором вы живете. Вы получите более широкое понимание космоса в целом.

Он сделал успокаивающий вдох.

— Во-вторых, если вы придерживаетесь каких-либо религиозных убеждений, вероятно, некоторые их аспекты будут подвергнуты сомнению тем, что я скажу. Возможно, вы сможете включить то, что узнаете, в них, или, возможно, вы полностью отвергнете то, что я скажу. Вы можете даже изменить некоторые из своих убеждений, я не знаю. Что я знаю, так это то, что, какова бы ни была ваша реакция, вы должны оставить её при себе. Если вы попытаетесь сказать мне, что ваша религия говорит, что я неправ, вы свободны. Если вы попытаетесь сказать мне, что ваша религия говорит, что я прав, вы свободны. То же самое касается любой другой идеологии, которую вы можете принести с собой. У меня, безусловно, достаточно своих собственных, но это не место для них.

Его взгляд обвел комнату, бросая вызов, но никто даже не кашлянул.

— Хорошо, — сказал он с кивком. — Сегодня вы сидите тихо и слушаете. Я буду периодически останавливаться для вопросов, но в основном я ограничу их уточнением любых терминов или концепций, которые я упомянул, а вы не поняли. Значительное время было отведено в конце для более широких вопросов, поэтому я призываю делать заметки. Будут сделаны записи для выпуска по моему усмотрению, но любые попытки сделать другие записи будут пресекаться соответствующим образом.

В стороне Ник прочистил горло.

— Любые дальнейшие попытки записи, — сказал Джейсон и посмотрел на одну из камер. — Прошу прощения за пожар, премьер-министр, но вас предупреждали.

Он перевел взгляд обратно на сидящую аудиторию.

— Теперь, мое предупреждение о религии, возможно, прозвучало слишком сурово, но одна из первых вещей, которые я собираюсь обсудить — это создание этой вселенной и того, кто её создал. Для контекста я начну с того, кто и что такое великие астральные существа…

* * *

Стоя на верхней палубе своего облачного корабля, Джейсон выдувал воздух сквозь сжатые губы, как клапан, выпускающий пар. Беженцы с Паллимустуса были возвращены на Землю. Другие заботы, как неотложные, так и текущие, были в руках способных людей, которые справятся с ними лучше, чем он. Тень пилотировал облачный корабль прочь от Австралии, а пиратское судно из другого измерения двигалось рядом. Пиратский капитан, сдавшийся Джейсону, инструктировал Тень, как управлять им, вместе с взволнованными Ником, Тайкой и Трэвисом.

Анна и Даниэль также опирались на перила, в то время как Зара прижималась к Джейсону. У всех них были крепкие напитки, подобранные в соответствии с их рангами и сопротивляемостью ядам. Напиток Джейсона был настолько крепким, что Анне пришлось отодвинуться от паров, исходящих из его бокала, который сам по себе был магически укреплен.

Джейсон сделал глоток и поморщился от жжения в горле. Одно из его обычных сладких и красочных зелий не казалось подходящим. После долгой сессии брифинга и ещё более долгой панели вопросов и ответов ему нужно было что-то, что на вкус было как средство для снятия лака.

— Как я справился? — спросил он.

— Вполне хорошо, — сказала Анна. — Ты придерживался темы и тона. По большей части. Почему так получается, что я говорила тебе о последовательности в сообщениях с тех пор, как ты вернулся, но принцесса Зара говорит тебе один раз, и ты действительно слушаешь? И если ты пошутишь о том, чем именно я слушаю, я сброшу тебя с этой лодки.

— Не думай об этом как о том, что я тебя не слушаю, — сказал Джейсон. — Думай об этом как о том, что ты закладываешь основу, потому что я медленно учусь.

— Я нахожу этот ответ удивительно приемлемым, — сказала Анна, затем сделала глоток своего напитка. — Международные отношения начались тяжело, но они всегда такими были. Думаю, сейчас они движутся в лучшем направлении.

— Общие враги делают союзников быстрыми, — сказала Даниэль. — И боюсь, у нас слишком много общих врагов.

— Это дело с Ядрами реальности определенно плохое, — сказал Джейсон. — Вампиры и их штуки с кровавыми растениями тоже все ещё где-то там. Это не должно было быть так сложно.

Даниэль кивнула.

— То, что казалось неудержимой Мощью, когда мы были слабыми, оказалось неудержимым только для слабых. По мере того как наша Мощь растет, наши вызовы становятся соразмерно более сложными. Твоя Мощь, Джейсон, оставила тебя с большим количеством осложнений, чем кто-либо в твоем возрасте должен иметь дело. Или даже в моем относительно молодом возрасте, если уж на то пошло. Ни у кого из нас не было времени развить мудрость, которую требуют эти ситуации. Мы полагаемся друг на друга и делаем все, что можем. Как звучит та вещь, которую ты обычно говорил?

— Делай все, что можешь, с тем, что у тебя есть.

— Действительно. Кажется, у тебя была хотя бы капля мудрости с самого начала.

— Думаю, тебе стоит отложить все это в сторону, пока что, — сказала Зара. — Ничего не горит; вещи, которые нужно сделать, делаются. У тебя есть лодка из облаков, полная друзей, мир, который можно им показать, и разграбленный пиратский корабль.

Она толкнула его в плечо.

— Могло быть и хуже, Асано.

Джейсон посмотрел на австралийскую глубинку, красная пыль простиралась до побережья, а за ним — синие воды. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Действительно могло быть, не так ли? Возможно, пришло время отложить серьезные дела на некоторое время. Устроить барбекю или два.

Зубастая пиявка выбралась из-под его воротника и сползла на плечо, прежде чем приподняться, чтобы издать утверждающий чирикающий звук, как территориальный птенец. Джейсон усмехнулся энтузиазму Колина.

— Слышал их, Большой К.

Глава 971: Весь бензин, который был нужен

Глава 971: Весь бензин, который был нужен

В Сент-Этьене Винсент Бодрильяр расхаживал по садовому дворику на крыше. Там стоял кованый уличный стол, за которым сидела Эми Асано. Она ела большой сэндвич, наблюдая за его хождением туда-сюда. Он снова провел рукой по своим все более растрепанным волосам, что только подчеркивало его лихую привлекательность. Вместо того чтобы сказать ему об этом, она сделала слабую попытку сдержать хихиканье.

— Перестань смеяться! — наполовину взмолился он, но его измученный голос заставил её смеяться только сильнее.

— Странно видеть тебя таким нервным, — сказала она. — Я собираюсь не торопиться и насладиться этим.

Она положила сэндвич на тарелку, рядом с его огромной второй половиной.

— Это не смешно, — сказал ей Винсент.

— Ты так говоришь, но я нахожу твое взвинченное состояние бесконечно забавным.

— Мне нужно, чтобы твой дядя меня полюбил.

— Нет, тебе нужно, чтобы я тебя любила.

— Ты уже любишь меня.

— И как долго это продлится, если ты продолжишь делать предположения?

— Пока я не облысею, по-видимому. Я знаю, что тебе нравятся мои волосы.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Эми, как бы пугающе я ни находил перспективу твоего гнева, его гнев хуже. Он, по сути, бог.

— Он не бог, Винс. И не папа из фильма восьмидесятых. Он не будет угрожать убить тебя, если ты не вернешь меня домой к девяти.

Винсент перестал расхаживать и издал невнятное ворчание, прежде чем повернуться к Эми.

— Я знаю, что для тебя он дядя Джейсон. Для меня он парень, который создал город, в котором мы стоим, своим разумом, из другой вселенной. А я — парень, который «делает вещи» с племянницей, которая была юным подростком, когда он ушел.

— О, мы «делаем вещи». Мое сердце трепещет от цветистой романтики твоих слов.

— Я не собираюсь говорить больше ничего. Он, вероятно, слушает нас прямо сейчас.

— Это работает не так, Винс. Дядя Джейсон говорит, что присмотр за его доменами похож на разговор в кафе. Ты не слушаешь разговоры вокруг себя, но как бы слушаешь, не осознавая этого. Когда кто-то говорит что-то, что выделяется, как твое имя, это внезапно привлекает его внимание. Ты понимаешь, что на каком-то уровне слушал все это время. Но в случае дяди Джейсона, в кафе также есть система безопасности, которая позволяет ему вернуться назад и увидеть, что кто-то там сказал или сделал.

— Ничто из этого не мешает ему наблюдать за нами прямо сейчас, и я уверен, что упоминание чего-то большего, чем «делание вещей», заставит его обратить внимание.

Она покачала головой и издала многострадальный вздох, прежде чем подняться на ноги. Подойдя к нему, она обняла его за шею и притянула к нежному поцелую.

— Тебе нужно расслабиться, — сказала она ему. — Я люблю тебя, так что он полюбит тебя. Или иначе.

Его тревога не уменьшилась от её внезапно угрожающего выражения лица, даже если оно было направлено не на него.

— К тому же, — весело сказала она, отпуская его. — Это будет не дядя Джейсон, присматривающий за нами, правда, Тень?

— Он делает упор на то, чтобы давать вам уединение, мисс Эми.

Винсент вздрогнул, когда голос раздался из тени Эми.

— Что это было? — спросил он с широко открытыми глазами.

— Это Тень, — сказала Эми. — Уверена, я рассказывала тебе о Тени. Он присматривал за мной, когда я была маленькой. Он лучший.

— Я ценю вашу доброту, мисс Эми.

— А теперь скажи Винсу, что ему не о чем беспокоиться.

— Справедливости ради, мисс Эми, ваши инстинкты были довольно точно верны в том, что мистер Асано разрывался между тем, стоит ли ему «включить папу из фильма восьмидесятых». К счастью, его здравый смысл взял верх, но на одном этапе речь шла о маятнике с топором.

Винсент стал ещё бледнее.

— Хочу ли я знать, что такое маятник с топором? — спросил он.

— Это как бы прямо в названии, милый. Ты привязываешь кого-то под ним, и он опускается все ниже и ниже, пока не разрежет их или они не согласятся не встречаться с твоей племянницей, или что там ещё ты хочешь, чтобы они сделали.

— Это не помогает мне успокоиться, Эми.

— Кто сказал, что я хочу, чтобы ты успокоился? Я отлично провожу время.

— Ты та, кто сказал мне расслабиться.

— Нет, я сказала, что тебе нужно расслабиться. Мне позволено хотеть вещей, которые тебе не нужны.

Она посмотрела на его недоверчивое выражение лица и снова рассмеялась.

* * *

Джейсон парил в воздухе над своим духовным доменом. Когда он впервые заявил на него права, он реконструировал Сент-Этьен таким, каким он был. За годы его отсутствия это изменилось с потребностями клана и его собственными подсознательными предпочтениями. Затем клан спрятался внутри астрала, оставив его на время вампирам.

После повторного появления клана город стал ещё дальше от того, чем он был когда-то. После того как он отбил его у вампиров, Джейсон формировал город более сознательно, консультируясь с кланом. Кен Асано отвечал за городской дизайн клана, делая это проектом, с которым Джейсон мог, через аватары, проводить время со своим отцом.

Хотя архитектурный стиль зданий сохранился, планировка теперь отражала современное городское планирование, наполненное зелеными зонами и пешеходными дорожками. Автомобили были второстепенной заботой, дорог было мало, и они больше интересовались приятными поездками, чем эффективным перемещением. Поскольку большая часть взрослого населения была пользователями эссенции, расстояние можно было легко преодолеть пешком. С пространственными сумками транспорт не требовал больших грузовиков.

Для тех, кто не был пользователем эссенции, планировка была приспособлена для альтернативного транспорта. Велосипеды появлялись из земли по запросу, возвращаясь в облачную субстанцию, когда в них больше не было нужды. Тенденцию к электрическим скутерам, работающим на магии, можно было проследить до матери Тайки.

Джейсон был доволен результатами, но оставался намек на сомнение. Занимался ли он обновлением города или стирал почти тысячу лет истории? Сам город исчез, так что любая копия была именно такой: подделкой. Он покачал головой, отбрасывая эту мысль. Даже когда вампиры исчезли, Европа должна была стать чем-то новым. Возврата к тому, что было, не будет, и попытка сделать это создала бы в лучшем случае музей континентального масштаба, а не место для жизни людей.

Он находил утешение, насколько это было возможно, в том, что это не была совершенно новая проблема. После второй мировой войны Европа была опустошена и нуждалась в масштабной реконструкции. Последствия оккупации вампиров будут хуже, но задача восстановления не будет ни беспрецедентной, ни непреодолимой.

Джейсон спустился через воздух, решив, что с любовника его племянницы достаточно дразнилок. Он не собирался играть роль пугающего дяди и устраивать Винсенту взбучку, как бы ни хотелось. Эми была взрослой женщиной, которая не нуждалась в его защите. То, что он не был рядом с ней, когда она становилась этой женщиной, оставалось открытой раной, какими бы хорошими ни были причины его отсутствия.

Правда о Винсенте Бодрильяре заключалась в том, что Джейсон знал этого человека так, как Эми или даже собственная семья этого человека не знали. Наблюдая за доменом издалека, он видел, как тот рос из мальчика в мужчину. Его добродетели и недостатки; извлеченные уроки и сделанный выбор, когда он думал, что никто никогда не узнает. Он знал этого человека, как знал бы бог.

Методы обучения семьи Ремор строились вокруг концепции индивидуальных результатов. Распределение времени шло тем, у кого был драйв двигаться дальше, или кого можно было направить к этому. Больше всего усилий уходило на тех, у кого был наибольший талант и, что более важно, мотивация. У Винсента не было интеллекта Эми и Белинды или сырого таланта Софи и Руфуса. Он не был обделен в этом плане, но более ценным, чем его талант, был его драйв.

Руфус приметил Винсента рано. У мальчика был достойный талант к фехтованию и, что более важно, самомотивация, которой Руфус давал весь бензин, который был нужен. Голод Винсента к росту всегда встречал возможность для этого. Это было ядром стиля обучения Ремор. Хотя Винсент был не единственным, кто заслуживал такого обращения, его фокус на фехтовании сделал его идеальным протеже для Руфуса. Он был сосудом, в который Руфус мог влить уроки, которые сам получил от величайшего мастера меча на Паллимустусе.

Эми была таким же целеустремленным ребенком, но её фокус на магии ограничивал то, чему Руфус мог лично научить. Её более специализированное обучение проходило через материалы, которые Руфус получил специально для этой цели от Фарры, Клайва и даже Белинды. Учиться по записям было не идеально, но склонность Эми к самообучению помогла преодолеть разрыв.

Для Эми и Винсента было естественно вступить в контакт через учения Руфуса, хотя их отношения были медленной и неловкой вещью. У Эми были проблемы со всеми её отношениями, романтическими и другими, из-за её статуса внутри клана. Что касается Винсента, у него были свои собственные проблемы, в дополнение к невзгодам ухаживания за принцессой Клана Асано.

Джейсон мог чувствовать ауру Винсента, готовую прорваться из верхних пределов серебра к золоту. Он, как и другие многообещающие семена Руфуса, приближался к грани прогресса. Джейсон подозревал, что с руководством матери Руфуса клан Асано скоро увидит поток золота.

Интерес Джейсона к Винсенту был как к паре для Эми, а не к его способностям, но ранг имел значение. Общие перспективы важны для любых отношений, магических или нет, но большей проблемой было старение. Джейсон слышал истории об отношениях искателей приключений, которые разваливались, когда один член оставался неизменным, в то время как другой старел и умирал.

В отличие от Винсента, Эми не приближалась к золотому рангу. Она не отлынивала от сражений с монстрами ради прогресса, но с юных лет поняла, что она скорее ученый, чем воин. Однако она прочно вошла в серебряный ранг, и у Джейсона не было сомнений, что в конечном итоге она достигнет золота. Он бы проложил ей путь к бессмертию алмаза, если бы мог, но такое продвижение всегда будет зависеть от неё. Ему самому ещё нужно было пробиваться к этой высоте.

Пока пара продолжала препираться и флиртовать, он прибыл на крышу, манипулируя своей аурой так, чтобы они оба игнорировали его присутствие. Это был трюк, который он впервые разработал, изучая ауры вампиров на Земле, хотя первоначальная техника работала только на толпах смертных незнакомцев. Годы итераций превратили это в его самую сложную технику ауры, хотя она оставалась ненадежной на других его собственного ранга. Даже Винсент мог бы видеть сквозь неё, если бы не был так нервен и отвлечен. Только когда Джейсон взял нетронутую половину сэндвича Эми, его присутствие было обнаружено.

— Тебе обязательно быть таким драматичным? — спросила Эми, вскакивая со своего места.

Ответ Джейсона, когда она заключила его в объятия, был приглушен ртом, полным сэндвича. Винсент смотрел с выражением оленя в свете фар, ожидая, что машина врежется в него. Джейсон высвободился из объятий племянницы и положил то, что осталось от его украденной половины сэндвича, обратно на тарелку.

— Малышка, думаю, пришло время твоему молодому человеку и мне поговорить, что давно назрело.

Она положила руки на бедра.

— Ты только что пришел.

— И я побуду здесь некоторое время, — сказал он ей. — Наконец-то.

— Ладно, — капитулировала она, принимая детский вид девочки, которой она была, когда Джейсон оставил её. Она взяла тарелку с сэндвичами, оттягивая её в сторону, когда Джейсон потянулся за ней.

— Ты получишь её, когда придешь навестить свою племянницу, а не её парня, — сказала она и зашагала через дверной проем к лестнице. Джейсон усмехнулся и повернулся к Винсенту, который наконец оттаивал от своего застывшего состояния. Джейсон осмотрел его с ног до головы, а затем занял освободившееся кресло Эми.

— Присаживайся, Винсент.

Винсент дернуто кивнул и подошел к столу, как будто пол между ним и столом был заминирован, его язык тела почти вздрагивал. Он деликатно сел в кресло напротив Джейсона.

— Я бы сказал тебе расслабиться, — сказал ему Джейсон, — но у меня есть чувство, что это было бы бесполезно. Может, ты сможешь разжать кулаки, пока мы болтаем и узнаем друг друга.

— Я знаю вас, — сказал Винсент, выглядя удивленным тем, что слова вырвались наружу.

Джейсон наблюдал за ним мгновение, прежде чем ответить.

— Рассказывай, — подтолкнул он.

— Я жил здесь большую часть своей жизни, — сказал Винсент после момента, чтобы собраться с духом. — Здесь и в астральном пространстве. Доходит до того, что ты даже не осознаешь, как твоя аура пронизывает все, но она там. Как рыба смотрит на воду, наверное. Но как рыба, ты чувствуешь отсутствие, когда её нет. Каждый раз, когда я покидаю территорию клана, я чувствую дыру там, где должна быть твоя аура. И то, чего не хватает, говорит мне многое о том, кто ты. Что ты такое, может быть.

Джейсон улыбнулся.

— Ты мне нравишься, Винсент. Я тоже тебя знаю. Ты хороший человек. Если бы ты не был таким, ты бы не зашел так далеко. И да, я знаю все вещи, которых никто другой не знает. Тебя пугает, что я знаю худшее о тебе, но постарайся отпустить это. Штука с людьми в том, что они думают, что они намного хуже, чем есть на самом деле. Хорошие люди, по крайней мере.

Винсент слушал, пот выступал на его лбу.

— Что более важно, Винсент, ты делаешь Эми счастливой. Я не мог быть здесь, так что было утешением иметь хороших людей рядом с ней. Но, честно говоря, ничего из этого не имеет значения. Если только ты не был настоящим куском дерьма, я никогда не собирался вмешиваться. Ты — выбор Эми, и это единственное, что имеет значение. Если она говорит, что ты достаточно хорош.

— А если она однажды решит, что нет?

— Тогда это тоже на ней, если только ты не сделаешь несколько плохих и довольно специфических решений. Но я знаю, что твои амбиции не в том, что ты можешь получить через Эми. Я видел, как долго ты отталкивал свое влечение, потому что связь с ней была бы проблемой, даже с известностью твоей семьи в клане. И я знаю, каковы твои амбиции на самом деле, но мы поговорим об этом в другой день.

— Мы поговорим?

— Мы поговорим. Но пока знай, что у тебя есть мое благословение. Я знаю, что ты ждал его, прежде чем спросить её.

Винсент снова сглотнул.

— Теперь, — сказал Джейсон, поднимаясь на ноги. — Я собираюсь вернуть свою половину сэндвича.

— Это вообще-то была моя половина сэндвича, — сказал Винсент, а затем сник, когда Джейсон повернулся, подняв брови.

— Или я мог ошибаться, — сказал Винсент почти шепотом.

Глава 972: Маленькие зонтики

Глава 972: Маленькие зонтики

— Спасибо, — сказал Джейсон, пожимая руку Велиуса. — Ты помог моей семье в опасное время, когда клан только создавался, а меня не было рядом. У тебя моя благодарность.

— Тебе следует направить свою благодарность Жнецу. Я служу по его воле. Кстати говоря, клан теперь стабилизировался, и ты здесь. Мне пора заняться другими обязанностями.

— Ты был здесь долгое время. Тебя беспокоило, что ты застрял в этом месте?

— Я делаю то, что от меня требуется. Это была возможность дать другим слугам Жнеца шанс на ответственность. Я был главным сосудом в несколько раз дольше, чем большинство, но даже я не могу удерживать эту роль вечно. И мое время здесь не обошлось без приятностей. Такой низкомагический мир был расслабляющим местом, где можно было остаться.

— У тебя есть с кем попрощаться, прежде чем ты уйдешь?

— Я уверен, что ты сможешь объяснить, — сказал Велиус, а затем взорвался облаком радужного дыма, его одежда упала на пол.

Джейсон отступил, махая рукой перед носом.

— Парень, это больница, — пожаловался он, несмотря на то, что теперь был один в кабинете Велиуса. — Не взрывай свой аватар вот так просто.

* * *

— ...жил в Королевстве Штормов некоторое время, — сказал Джейсон, — и это место, откуда Зара. Я подумал, что посещение земного эквивалента будет веселой поездкой.

Юми Асано выглядела лет на тридцать с небольшим, несмотря на то, что была бабушкой Джейсона по материнской линии. Её способности к изменению плоти позволяли ей выглядеть как угодно, наряду с продолжительностью жизни, долгой даже по стандартам пользователей эссенции. Обычно она поддерживала свой видимый возраст чуть старше двадцати с небольшим, как выглядело большинство пользователей эссенции.

— Джейсон, — сказала его бабушка. — Когда ты предложил день на пляже, я думала о чем-то здесь, во Франции. Пляжи пусты, и вампиры не приблизятся на сто миль к твоим территориям. Для тебя, лично, я полагаю, они удвоят это расстояние.

— Ты не думаешь, что это немного жутковато, посещать пляжи, заброшенные, потому что все сбежали или были убиты?

— Я думаю, что ты и твои друзья — сила, которая могла бы взять любую страну на Земле и стереть её с лица Земли. Я также думаю, что появление всей вашей компании на пляже на Арубе без предупреждения может вызвать международный инцидент.

— Это не незаконно для меня — идти на пляж, бабушка.

— У тебя есть виза? Действующий паспорт?

— Ладно, да, технически это незаконно. Но, и я знаю, это прозвучит плохо, но я своего рода выше закона.

— Ты прав, — сказала она ему. — Это действительно звучит плохо.

— Я знаю, но это просто так есть. Я имею в виду, я украл пару кусков Европы. Я не хотел, но я не собираюсь возвращать их обратно. Как только ты достиг стадии «захвата суверенной территории», ты практически оставил жизнь законопослушного гражданина позади. Что напоминает мне, стоит ли мне отказаться от австралийского гражданства? Я определенно не собираюсь утруждать себя законами там, и я технически иностранный глава государства. А также, я являюсь иностранным государством. В моей вселенной нет формализованного правительства, но я считаюсь автократическим правителем, верно? Де-факто, по крайней мере.

— Джейсон, мир наблюдает за тобой, и он напуган. После того, как ты наконец все объяснил и посетил свою собственную частную вселенную, мир все ещё пытается понять, что с тобой делать. Точнее, он смиряется с тем фактом, что он не может ничего с тобой сделать, и это позиция, к которой люди с большими армиями и ядерным оружием не привыкли. Мы не знаем, насколько хорошо, или даже если, они собираются принять это. Сейчас не время для тебя использовать международные отношения в качестве корма для легкой болтовни.

— Я поднимал серьезные вопросы, бабушка.

— Да, поэтому я знаю, что вы с Анной Тилден уже обсуждали их месяцами, как она обсуждала их со мной. Не притворяйся, что ты только что осознал эти проблемы прямо сейчас.

— Прости, бабушка, — сказал он, его виноватый язык тела был крайне неубедителен. Она угрожающе подняла брови.

— Бабушка, — поправился он.

— Джейсон, тебе нужно подумать, стоит ли гастролировать со своими друзьями потенциального международного инцидента.

Джейсон не двигался и не менялся, но Юми почувствовала безошибочный сдвиг. Её беззаботного внука больше не было, и на его месте был кто-то, кого она не узнавала.

— Бабушка, — сказал он, его голос вибрировал в её душе. — Я привез своих друзей сюда специально для того, чтобы мы могли совершить тур по миру, что именно я и собираюсь сделать. Я бы сказал, боги помогут любому, кто попытается создать проблемы, но я встречал богов. Им понадобится помощь побольше этой.

Заклинание разрушилось, и Джейсон блеснул своей знакомой озорной ухмылкой.

* * *

Самая мощная сила, которую когда-либо видела Земля, сошла с двухэтажного трамвая, одетая так, будто они все обчистили шкаф Джейсона. Шорты, сандалии, соломенные шляпы и безвкусные цветочные рубашки изобиловали. Джейсон наблюдал за Руфусом и Хамфри с недовольным выражением лица, когда они стояли бок о бок, глядя на океан.

— Мы одеты в абсолютно одинаковую одежду, — пожаловался он никому в частности. — Как так получается, что я выгляжу так, будто меня только что обобрали на местном рынке, а они выглядят как туристический плакат?

Вместе с Джейсоном и его потусторонними спутниками было много членов клана. С примерно сорока людьми, вывалившимися из облачного транспортного средства, замаскированного под трамвай, они уже привлекали внимание. Их ауры были замаскированы под обычных людей, но их атлетические тела и отполированные рангом черты лица скрыть было невозможно.

Ещё больше внимания, чем то, что выглядело как модельное агентство на экскурсии, привлекали нечеловеческие члены группы. Эльфы и целестины добавляли неотразимую и нетрадиционную красоту. Более явно инопланетные, как горстка возвышающихся леонидов, выделялись больше всех. Ничего из этого, однако, не было неслыханным спустя двадцать лет после кризиса трансформации. Люди, превращающиеся в другие виды, были известным, хотя и необычным явлением. Больше, чем любое политическое движение, то, что некоторые из них стали интернет-знаменитостями, нормализовало это быстрее, чем что-либо другое.

— Возможно, тебе стоит избавиться от трамвая, прежде чем появится настоящий, — заметил Ицуки.

— Хорошая мысль, — сказал Джейсон. — Может, я позволю нашей армии сексуальных инопланетян направиться на пляж и сначала отвлечь всех зевак.

Семья Ицуки Тивари была одной из двух японских семей, принятых в клан Джейсона после того, как их выгнали из собственного за помощь ему. Сам Ицуки некоторое время путешествовал с Джейсоном, прежде чем трое их спутников были убиты Джеком Герлингом. Это не только потрясло тогда ещё молодого человека, но и Джейсон стал мрачным спутником после этого. Другая семья была частью Клана Асано Сети, и Джейсон заметил тоскующий взгляд Ицуки в сторону Акари Асано.

— Все ещё с этим? — спросил Джейсон. — Друг, что происходит?

Ицуки покраснел и зашикал на него.

— Не волнуйся, парень; никто нас не слышит. Я использую свою ауру как экран конфиденциальности.

— Ты можешь так делать?

— Друг, я создал вселенную.

— Полагаю, это было бы сложнее.

— Что случилось между тобой и Акари? Она тебя отшила?

— Нет! В смысле, нет. В смысле…

— Что?

— Я, строго говоря, не приглашал её на свидание.

— Что?

— Я так и не нашел подходящего времени.

— О, понятно. За шестнадцать лет, что меня не было, подходящее время так и не нашлось. Определенно, дело не в том, что у тебя терминальная стадия отсутствия яиц. На данный момент это уже не прокрастинация, друг. Это сталкинг.

— Она мой лучший друг, ясно? Я не хочу все испортить.

— Как ты собираешься это испортить?

— Что если она узнает, что я отчаянно влюблен в неё, и отвергнет меня?

— Ненавижу расстраивать тебя, друг, но она уже знает, и очень, очень давно. Она твой лучший друг, и у тебя не очень хорошо получается это скрывать.

— Ты думаешь?

— Да, друг.

— Разве это не значит, что она не…

— Не знаю. Может, это значит, что она боится, что ты сбежишь, как испуганная маленькая мышь, если она спросит тебя об этом прямо.

— Почему она должна так думать?

— Чувак, шестнадцать лет, а ты так и не набрался смелости сказать ей.

— Почему это должен быть я? Она, наверное, не думает обо мне в таком ключе. В смысле, она могла бы что-то сказать.

— Ага. Возможно, вы просто идеально подходите друг другу. Или, может быть, она пыталась.

— Что?

Основная группа отошла достаточно далеко, чтобы Джейсон не испугал слишком многих людей, когда трамвай превратился в облако и был втянут во флягу, которую он поставил на землю. Несколько человек заметили и начали снимать видео на свои телефоны, но это было не слишком странно. Земля потратила последние два десятилетия на то, чтобы смириться с магией.

— Что ты имеешь в виду, «она пыталась»? — спросил Ицуки, переминаясь с ноги на ногу, как школьник, которому нужно в туалет.

— Скажи, если это звучит знакомо. Ты и Акари разговаривали, и ты занервничал, потому что подумал, что она поймет, что ты влюблен в неё, поэтому ты сменил тему или убежал.

— Я бы не сказал убежал. Может, круто удалился.

— Ицуки, ненавижу расстраивать тебя, друг, но ты никогда не удалялся круто в своей жизни и никогда не будешь. У тебя просто нет этого в тебе. Но ты понимаешь, о чем я говорю, верно? Она пыталась выманить тебя из твоей скорлупы, но ты продолжаешь сжиматься внутри. Теперь она застряла в ожидании, когда ты выйдешь сам.

Облачный материал закончил возвращаться во флягу, которая сжалась в амулет, чтобы Джейсон мог повесить его обратно на свое ожерелье. Он и Ицуки начали прогуливаться вслед за остальными.

— Ты очень уверен в этом, учитывая, что это полностью предположения и догадки, — сказал Ицуки.

— Что заставляет тебя думать, что это предположения и догадки?

— Тебя не было шестнадцать лет. Ты не знаешь, что произошло за все это время.

— Да, но я уже говорил обо всем этом с Акари.

— ЧТО?

* * *

Пляжники изначально нервничали, когда масса облаков прокатилась по пляжу, только чтобы превратиться в пляжный бар. Сначала посетителями были только группа Джейсона, пока кто-то не оказался достаточно смелым, чтобы войти и провести импровизированное интервью с Джейсоном в прямом эфире. Ещё несколько человек набрались смелости войти и заказать напитки, и к середине дня место процветало.

— Ты мог бы быть немного более любезным с выбором напитков, — сказала Эми, когда она и её дядя работали за баром. — Не каждый напиток должен быть неонового цвета и иметь маленький зонтик в нем.

— Да, должен. А на леденцах нет маленьких зонтиков.

— В них заморожены тропические цветы.

— Да, но ты это любишь.

— Да, — признала Эми с ухмылкой. — Знаешь, нам стоит делать это чаще. Стенд с горячим шоколадом в альпийском снегу. Киоск со снежными конусами в Серенгети.

— Это очень хорошая идея, — сказал Джейсон. — Знаешь, я слышал, ты не очень умная, но ты иногда натыкаешься на...

Он рассмеялся, когда она шлепнула его по плечу.

— Как бы приятно это ни было, — сказала она, — я знаю, что у тебя много дел. Посланники, живущие в клане, ждут, когда ты вернешься.

— Я знаю. У меня есть ещё много посланников, с которыми нужно разобраться, и это будет сложно. Я на самом деле кое-что устроил на сегодняшний вечер...

Джейсон замолчал, когда его разум замкнуло. В баре было немало привлекательных людей в купальниках, но сапфироволосая Зара выглядела так, будто её прислали из космоса, чтобы превратить мозги земных мужчин в суп. Джейсон был на полпути к воде, прежде чем его мозг включился, смутно осознавая, что его сестра взяла на себя бар, пока Зара уводила его прочь.

— Трудно поверить, что это то же самое место, что Римарос, в моем мире, — сказала она. — Даже форма острова другая.

— Никаких магических штормов, — сказал Джейсон. В руке, которую Зара не использовала, чтобы тащить его за собой, он обнаружил напиток в кокосовой скорлупе, с листьями ананаса и маленьким зонтиком, торчащим из него. Он сделал глоток, прежде чем запихнуть его в свой инвентарь, когда они достигли воды.

* * *

Борис спустился к уединенному жилищу, расположенному в саванне далеко от любой цивилизации. Укрытая среди корявых деревьев, вилла состояла из изгибов и натуральных материалов, сливаясь с ландшафтом. Борис приземлился в высокой траве, крылья на его спине исчезли. С веранды на него смотрела Тера Джун Каста. Её бесстрастное лицо не показывало никаких бушующих эмоций, которые он мог почувствовать в её ауре.

— Ты едва успел, — сказала она.

— Можно также сказать, что я точно вовремя.

Между ними из травы поднялась обсидиановая арка и наполнилась теневой энергией, образуя портал.

— Ты готова? — спросил Борис.

— Нет, — сказала Тера. — Но когда это имело значение?

Глава 973: Жестокость или милосердие

Глава 973: Жестокость или милосердие

Джейсон шагнул через портал в высокую траву саванны вокруг отдаленной виллы Теры Джун Касты. Тера смотрела на него с веранды, изучая его, как и он её. Крыльев, которыми она так гордилась как посланник, не было видно. Её одежда была простой блузкой и брюками в человеческом стиле, хотя и подогнанными для девятифутовой женщины. Она стояла на деревянной веранде босиком, а не парила над ней. Её глаза смотрели на него с той же старой ненавистью, которую он помнил.

Остальной язык её тела был менее настороженным. В прошлом она всегда была настороже и готова к удару, как будто ожидая, что он расставит какую-то ловушку. Теперь в ней была неуверенность, как будто она не знала, сделать ли шаг вперед и противостоять ему или развернуться и уйти. Она выбрала последнее, войдя внутрь без слова. Джейсон почувствовал эмоции, борющиеся внутри её ауры, ещё более противоречивые, чем её внешний вид.

Борис подошел, когда портал закрылся за Джейсоном.

— Я попрошу тебя избегать своего обычного обаяния, — сказал посланник. — Мы оба знаем, что оно не для всех, и она возглавляет список людей, для которых оно не предназначено. Обычно я бы не стал заострять на этом внимание, но...

— Она, как никто другой, заслуживает того, чтобы её пощадили.

Борис кивнул. Его собственная общительная личность также сдерживалась.

— Как она? — спросил Джейсон. — Я был немного удивлен, когда услышал, что она отправилась искать Неортодоксию.

— Ей потребовалось много времени, чтобы смириться с тем, чем на самом деле являются наши сородичи. Сломать идеологию никогда не бывает легко или чисто. Когда её вера в астральных королей наконец сломалась, она сломалась сильно. Она почти сломалась вместе с ней.

— Особенно после того, что я с ней сделал, я полагаю.

— Возможно, не знаю. Я видел пытки души, но никогда не испытывал их. Кажется, это то, что нельзя по-настоящему понять, не испытав.

Джейсон кивнул в знак признания этого момента.

— Она женщина абсолютных убеждений, — продолжил Борис, — и эти убеждения было трудно сломить. Когда это произошло, это была уродливая вещь, согласно Джали Коррику Фену. Хорошо, что у Теры был друг, на которого можно было положиться, иначе она могла бы уже не быть с нами. Но она не создана для того, чтобы отпускать вещи, и её страсть к Ортодоксии Посланников не исчезла. Она перешла от ярого послушания к ослепительной ярости. Именно тогда она нашла меня, желая присоединиться к Неортодоксии.

— Нет фанатика, подобного новообращенному.

— Безусловно, не такого новообращенного. Но хотя её чувства к Ортодоксии ясны, все сложнее, когда дело доходит до тебя.

— Это понятно.

— Я обеспокоен тем, зачем ты здесь, Джейсон. Если это ради какого-то искупления или примирения, я попрошу тебя развернуться и уйти домой. Это было бы для тебя, и это не то, что ей нужно.

— Нет, Борис. Это нечто другое. То, для чего то, через что прошла Тера, делает её уникально квалифицированной.

— Джейсон, мне не нравится, как это звучит.

Джейсон улыбнулся.

— И я рад, что ты заботишься о благополучии той, кто когда-то ненавидел все, за что ты стоишь. Но мне не нужно твое разрешение, Борис. Ты знаешь, что я поддерживаю Неортодоксию и что я буду готов действовать в их интересах, когда смогу. Но я также собираюсь делать вещи, которые, хотя и не идут против твоих интересов, не будут им помогать, когда легко могли бы.

Борис сузил глаза.

— Так вот чего ты хочешь. Кого-то, кто реабилитирует всех посланников, которых Джамис Фран Мускар сдал тебе.

— Да.

— Ты понимаешь, что просить недавно радикализованного фанатика Неортодоксии не вести их в Неортодоксию — странный выбор, верно?

— Я думаю, что самая ценная вещь, которую Тера получила из своего опыта — это сила делать выбор самостоятельно. Я ставлю на то, что она будет уважать это. У меня нет сомнений, что она сыграет роль офицера по вербовке для вас, вероятно, с некоторым успехом. Но это должен быть их выбор, на этапе, когда они компетентны его сделать. Если они хотят сражаться против людей, которые поработили их, я понимаю это и уважаю. Но если они вместо этого хотят оставить вашу войну позади и найти некоторую меру мира, я понимаю и уважаю это тоже. Как и ты.

— Я не стремлюсь заставить кого-либо участвовать в войне, Джейсон. Я говорил тебе это раньше.

— Я знаю. Но я также знаю, куда могут привести благие намерения, и как предвзятость может влиять на тебя, даже если ты этого не осознаешь. У тебя миллиарды лет опыта, Борис. Эти вещи когда-нибудь меняются?

— Нет. Несмотря на все мои годы, я иду по жизни день за днем, как и все остальные.

Джейсон кивнул.

— Я знаю, звучит так, будто я обвиняю тебя, Борис. Правда в том, что я больше беспокоюсь о себе. Я позвал тебя сюда, чтобы помочь мне держать курс, пока я подхожу к этому. Я уже достаточно причинил боли Тере.

— Прежде чем мы войдем, могу я спросить тебя кое о чем?

— О чем?

— У тебя уже некоторое время есть сдавшиеся посланники, верно? Месяцы?

— Да. Ты хочешь знать, что я с ними делал?

— Хочу.

— У меня есть тюремная планета. Их астральные короли не могут контролировать их, пока они находятся в моем астральном королевстве. У посланников все ещё есть метки их старых королей, однако. Я не хотел удалять их, пока у меня не будет программ, чтобы помочь им пройти через это испытание. Но это то, что лучше обсудить с Терой и Джали.

— Мы войдем внутрь, тогда?

— Давай, — сказал Джейсон, поворачиваясь, чтобы осмотреть виллу. Дизайн был длинным и низким, построенным из дерева и камня, что казалось полностью соответствующим саванне вокруг.

— Что это за место? — спросил он. — Оно прекрасное.

— Неортодоксия поддерживает много таких мест на наших территориях. Наша философия дизайна в значительной степени реактивна по отношению к философии ортодоксальных посланников. Там, где они любят показные крепостные города и возвышающиеся шпили, мы выбираем маленькие, низкопрофильные и сливающиеся с окружающей средой. Тера хотела уединения, и это подошло.

Джейсон сделал решительный вдох и направился к зданию.

* * *

Джек Герлинг не был хорошим бойцом, ни экспертом в использовании своих способностей эссенции. Он даже не был жив, будучи душой, запертой в последовательности кровавых клонов. Клоны деградировали со временем, пока душа Герлинга боролась, чтобы вырваться в сладкое освобождение смерти, становясь все более измученной с каждым проходящим годом. Как порабощенный клон, его душа заперта в живой тюрьме, он мог только подчиняться.

Одной из причин, по которой Герлинг никогда не учился хорошо сражаться, было то, что его способности к взрыву были интуитивными и эффективными. Он использовал лишь горстку своих способностей эссенции для почти каждой проблемы и игнорировал остальные. Повышение ранга с помощью ядер монстров означало, что ему никогда не нужно было беспокоиться о них.

Это было так же верно сейчас, как и при жизни. Будучи частью трио, преследуемого в туннеле, он был в арьергарде, отстреливаясь от каждого преследователя серебряного ранга, который догонял их. Магия гравитации замедляла золоторанговых, которые в противном случае не были бы обеспокоены даже большими группами серебряноранговых. Единственной угрозой, с которой Герлинг когда-либо сталкивался от серебряных, были Джейсон Асано и Фарра Хурин. Даже тогда им помогали, и они все равно проиграли.

Находясь глубоко внутри альпийской горы, попытка пробиться из туннеля только обрушила бы его на их головы. Они могли только спешить к взрывной двери и надеяться, что её взлом не займет слишком много времени.

Впереди него была его госпожа, королева вампиров Элизабет, и Мари Финнеган, недавно исключенный директор отделения Сети в Цюрихе. Все трое были замедлены усиленной гравитацией, в то время как их преследователи не пострадали. Что действительно влияло на них, так это взрывные удары, которые отрывали конечности и превращали торсы в кратеры. Этого было недостаточно, чтобы убить их, но замедляло. Особенно того, кого Герлинг схватил за лицо, прежде чем использовать способность «Взрывная ладонь», чтобы разбросать большую часть его головы по туннелю.

Элизабет и Мари предприняли несколько попыток кричать друг на друга, пока бежали, но продолжающиеся взрывы позади них наполнили туннель эхом грома. Две женщины развили такую скорость, какую могли под дополнительным весом, пока не приблизились к взрывной двери, ведущей из горы. Перед ней ждали другие защитники, и пара обменялась взглядами. Они понимали, что если Сети удалось получить золоторангового на месте, их побег будет намного сложнее. Если их было больше одного, их побег, вероятно, был обречен.

Серебряноранговые, собравшиеся перед теперь закрытой взрывной дверью, были хорошим знаком того, что они тянули время, пока не прибудет золоторанговый. Герлинг продолжал прикрывать их отступление, пока женщины двигались вперед. Как и Герлинг, ни одна из них не была одаренным бойцом, Элизабет была манипулятором, а Мари — следователем. К счастью, золотой ранг покрывал множество грехов, позволяя трио перебить защитников и преследователей вместе взятых.

Как и у Герлинга, лучшие атаки Мари были ближнего боя. Там, где он создавал взрывы своими кулаками, даже её малейшее прикосновение посылало кислоту, распространяющуюся через что угодно или кого угодно. Подход Элизабет был более дистанционным, так как она призывала кровавых пауков по стенам и потолку.

Десятки арахнидов размером с кулак выстреливали зазубренными костяными шипами, каждый из которых тянул нить кроваво-красного шелка. Шипы с зазубринами изгибались при ударе, вгрызаясь в мышцы и кости. Затем их выдергивали пауки, отрывая куски плоти с влажным рвущим звуком. Один защитник был поражен так много раз, что был буквально разорван на части, разбросанные по туннелю.

Как только защитники были мертвы, Мари положила руку на толстые, магически усиленные стальные двери. Под её рукой металл корродировал в медленно расширяющемся круге. Герлинг использовал время, чтобы добить оставшихся преследователей, в то время как Элизабет переключила свое внимание на свежие трупы.

— Лучше не тратить всю эту высокоранговую кровь, — сказала она, а затем начала размахивать руками, как явно фальшивый гипнотизер. Кровь поднялась с пола и была вытянута из тел, чтобы парить в воздухе. Она собиралась в быстро растущую сферу, пока загрязнители выталкивались и падали на пол. Более существенные остатки включали обрывки одежды, свободные пальцы и глазное яблоко.

— Это отвратительно, — сказала Мари, работая. Взрывы наконец прекратились после того, как умер последний преследователь. Восстановительная сила золоторанговых означала, что у них не осталось никаких проблем со слухом.

— Я только что видела, как ты расплавила несколько человек кислотой, — отметила Элизабет.

— Я не делала из них закуски после этого.

— Ты смотришь на дверь, — отметила Элизабет. — Ты даже не видишь, что я делаю.

— Мы провели достаточно времени вместе, чтобы я могла распознать концентрированную кровь, Элизабет, и я могу её учуять. Я могу учуять все. Эти чувства золотого ранга трудно сдерживать.

— Я научу тебя некоторым методам управления позже, — сказала Элизабет. — А пока сосредоточься на двери и заблокируй это. Было бы лучше, если бы ты могла просто открыть её, так же, как когда мы входили.

— Я не ожидала, что Женева аннулирует мои учетные данные так быстро.

— Было бы неплохо, если бы ты поняла, что твой доступ был отозван до того, как мы активировали меры безопасности.

— Я предупреждала тебя, что это произойдет на каком-то этапе. Что, я напомню, является причиной, по которой ты сказала, что нам следует сдвинуть график.

— Ты намекала, что «на каком-то этапе» означает через несколько дней, а не через несколько часов. Я просто выражаю свое разочарование тем, что это произошло, когда мы уже были глубоко внутри объекта.

— О, мне жаль. Мне следовало сказать им написать мне, если они собираются отозвать мой доступ к хранилищу Ядер реальности. Я уверена, никто не нашел бы это подозрительным, исходящим от человека, которого выгоняют за хищение достаточного количества высокоранговых ядер монстров, чтобы достичь золота.

— Если бы только ты могла избежать того, чтобы тебя поймали на этом в первую очередь.

— Я не эксперт-вор, Элизабет. И кто убедил меня сделать это в первую очередь? Кроме того, меня бы не поймали, если бы не та «чоцброке». Какой садист назначает кого-то по имени Женева директором отделения в Женеве в любом случае? Её эго и так было достаточно раздуто.

— Сосредоточься, — сказала ей Элизабет.

— О, так ты можешь быть пассивно-агрессивной, а я должна сосредоточиться. Кроме того, я закончила. Дверь прокорродировала насквозь; пусть твой миньон постучит в неё.

Мари оставила большой круг в двери проржавевшим и шелушащимся. Элизабет приказала Герлингу ударить по нему, и взрывающийся кулак пробил дыру в четырехдюймовой стали. Трио прошло сквозь неё, сфера крови Элизабет подпрыгивала рядом, как воздушный шар. По другую сторону двери была искусственная пещера, вырезанная в склоне горы. Никакие дороги или тропы не вели к ней, и её было трудно заметить, не зная точно, куда смотреть.

Внутри маленькой пещеры была горстка мертвых серебряноранговых, поверх тех, кого они убили при входе. Человек, ответственный за свежие тела, ждал нетерпеливо.

— Наконец-то, — пожаловался Реми, даже когда открыл портал. — Если бы появились золоторанговые, я бы просто свалил.

Элизабет бросила спекулятивный взгляд на свежие тела.

— Даже не думай об этом, — сказал Реми. — Ты остановишься выпить, и я оставлю тебя позади.

Она посмотрела на портал.

— Он не ведет прямо в лабораторию Саймона, верно? — спросила она. — У когорты Асано может быть способность отслеживать порталы.

— Я всегда осторожен, — сказал Реми. — Особенно с этим парнем.

— История? — спросила она.

— У нас нет времени на это, — сказала Мари и нырнула в портал.

— Она права, — сказал Реми. — Рад буду объяснить, как только мы окажемся далеко отсюда.

Элизабет кивнула в знак согласия, прежде чем пройти, Герлинг и её сфера крови следовали за ней, как домашние животные. Как только она прошла, Реми последовал за ней, и портал закрылся за ним.

* * *

— И это вся работа, — сказал Джейсон. — Я не буду пробиваться в чью-либо душу. Их астральные короли передали их мне, так же, как они торгуют посланниками между собой. Но вместо того, чтобы клеймить их души моим собственным знаком, они будут ставить свои собственные, так же, как я помог Джали сделать. И заставил тебя сделать.

Джейсон сидел за кухонным столом с Терой, Борисом и Джали Корриком Феном. Джали был смотрителем посланников, живущих с кланом Асано, а также старым другом Теры со времен их рабства. Тера слушала историю Джейсона без комментариев или выражения, но её аура была бедствием эмоций.

Остальные трое ждали в тишине ответа Теры.

— Ты сказал, что Джамис Фран Мускар сдал посланников тебе.

— Это позволило ему послать сообщение астральным королям, которые теряли фокус в войне, — сказал Джейсон. — Это было не из-за страха.

— Конечно, это было не из-за страха! — огрызнулась Тера. — Джамис Фран Мускар — король королей! Почему он вообще должен говорить с такими, как ты?

Джейсон не отреагировал. Он чувствовал, как Тера эмоционально мечется, используя свою старую ненависть к Джейсону как якорь. Она уже видела в нем невозможно опасного врага в прошлом, и хотя её собственная Мощь выросла, она все ещё была серебряного ранга. Он, напротив, был полутрансцендентным, и он открыл свою ауру для неё, чтобы она почувствовала. Его намерение было быть открытым, но её реакция заставила его подумать, что это было слишком много, слишком быстро.

Джейсон поднялся на ноги. Даже стоя, он был намного ниже посланников, которые оставались сидеть. Все здание было пропорционально посланникам, заставляя его чувствовать себя Джеком на вершине бобового стебля. Ему не нравилась эта мысль, учитывая, что Джек был немного засранцем.

— Я пойду, — сказал он. — Найди время, чтобы обдумать то, что я сказал, и то, о чем я просил. Я думаю, ты можешь дать им того, кто понимает, через что они проходят, так, как ты никогда не имела. Обсуди это с Борисом и Джали. Если у тебя есть какие-либо вопросы, я могу прийти к тебе снова, или ты можешь передать их.

— Ты сожалеешь о том, что сделал со мной? — спросила Тера, останавливая его, когда он начал отворачиваться. Он потратил много времени, обдумывая этот вопрос.

— Я не знаю, — сказал он. — Я до сих пор не знаю, было ли то, что я сделал с тобой, жестокостью или милосердием. Вероятно, и то, и другое.

Он вышел наружу, прежде чем открыть портал и шагнуть сквозь него.

Глава 974: В большинстве практических случаев

Глава 974: В большинстве практических случаев

Тера Джун Каста смотрела сквозь прозрачный пол дирижабля, когда он дрейфовал по небу. В течение дня они пролетали над каньонами, глубже большинства гор, лесами, окрашенными в белый цвет снегом, и пустынями, полными катящихся дюн и мерцающих оазисов. Более экзотические места включали цепь островов, парящих в небе над пятью водопадами, низвергающимися через один длинный утес в тропическую лагуну. Выше по течению город, построенный полностью изо льда, плавал посреди озера.

Теперь они летели над речными землями, которые простирались от горизонта до горизонта, водные пути извивались по ландшафту, как вены в теле. Огромный откос тянулся вдоль направления, в котором они двигались, создавая грандиозную панораму. Посланник размышляла, что то же самое можно сказать о каждом пункте назначения, который они видели.

В каждом месте были здания, которые, как и её вилла, сливались с окружением. Это варьировалось от домов на деревьях до целых городов, вырубленных в стенах каньона. В каждом случае дизайн и пропорции были явно построены с учетом посланников. Масштаб был слишком велик для людей, и доступ обычно требовал способности к полету. Немногие из локаций были заняты, так как даже армий посланников, сдавшихся Джейсону, было недостаточно, чтобы заполнить планету.

— Как это тюремная планета? — пробормотала она, не заметив довольной улыбки Джейсона.

Наблюдательный салон дирижабля был в основном прозрачным, как пол, так и изогнутая стена, составляющая корму судна. Только секция у бара была покрыта ковром, с дверями, ведущими в каюты и на мостик. Конструкция была слишком прочной и прозрачной, чтобы быть стеклом, вместо этого она была сделана из магии силы. В этой зоне была разбросана облачная мебель, несколько стульев, шезлонгов и гамак. Они не нашли большого применения, так как обитатели предпочитали ходить вокруг и испытывать панорамы.

Тера оторвала глаза от ландшафта, чтобы посмотреть на Джейсона.

— Почему? — спросила она.

— Почему нет? — ответил он. — Если рай так же легко построить, как ГУЛАГ, почему бы не сделать что-то красивое?

— Потому что это для размещения твоих врагов.

— Посланники, которые сдались мне, не мои враги. Немногие посланники ими являются, даже среди тех, кого я убил. Большинство — жертвы, вынужденные сражаться, подчиняться. Настолько идеологически обработанные, что они считают свое собственное рабство праведным.

Тера отвернулась, не в силах выдержать взгляд Джейсона. Он держал глаза прикованными к ней.

— Нет стыда в том, через что ты прошла, Тера. В том, через что все ещё проходят посланники на этой планете. Есть стыд только тогда, когда ты получаешь возможность делать выбор. Ты выбрала помочь своему народу, и это то, чем можно гордиться. Тот стыд, который ты чувствуешь, не принадлежит тебе. Он должен принадлежать астральным королям, но у них нет стыда вовсе.

— Он прав, — сказал Джали Коррик Фен. — С этого момента ты принимаешь свои собственные решения и даешь большему количеству из нас шанс принять свои.

Джали оставался рядом со своей подругой на протяжении всего планетарного тура Джейсона. Тера посмотрела на Джали, затем перевела взгляд обратно наружу.

— Я даже не знаю, с чего начать, — сказала она.

— Хорошая новость, — сказал Джейсон, — в том, что посланники не умирают от старости. У тебя есть все время, которое нужно, чтобы разобраться с этим. Вместо того чтобы смотреть на это как на одну огромную работу, разбей её на управляемые куски. Может, начни с того, где ты собираешься жить. Тебе нужно место, откуда ты будешь действовать. Что ты видела сегодня, что тебе понравилось?

Тера не отвечала долгое время. Она стояла, глядя сквозь стеклянную стену перед собой. Она не отвернулась от неё, когда наконец начала говорить.

— В моей жизни до этого моей первой задачей после ухода из тренировочного мира была охрана незаселенной планеты. Она кишела жизнью, но ничего разумного. Это было прекрасное место. После того как меня назначили в другое место, я вернулась через несколько лет. Люди из другого мира прибыли и жестоко лишили её ресурсов, оставив унылую, мертвую скалу. Мне было поручено научить людей, которые сделали это, ошибке их путей, и я сделала это. Именно там я узнала, что будет, если позволить служебным видам управлять собой. Почему, как бы жестоким ни казалось их подчинение, им нельзя было позволить разорять космос.

Она сделала долгий вдох и выпустила его в длинной дрожи.

— Думая об этом сейчас, это была просто очередная идеологическая обработка. Оправдание зверств, скармливаемое тем, кто проявлял признаки сострадания. Те люди, вероятно, были посланы разорять тот мир посланниками в первую очередь.

Она склонила голову.

— Даже то единственное воспоминание, которое я считала чистым, они отравляют. Я надеюсь, что ты сможешь дать мне лучшие воспоминания, Асано.

— Я не могу, — сказал ей Джейсон. — Лучшее, что я могу сделать — это дать тебе шанс создать эти воспоминания для себя.

— Я выбирала, где я жила тогда, тоже. У меня не было много выбора для себя, но у меня была целая планета для себя. Там не было никого другого, но это никогда не беспокоило меня. Я жила в пустыне. Там была сеть каньонов, как запутанная паутина паука. Великие расселины из красной скалы, ветер дул сквозь них, сильный и дикий. Полет сквозь них был свежим вызовом, каждый день. Я жила в башне, с видом на море.

— Думаю, мы можем устроить что-то подобное, — сказал Джейсон. Он собирался сказать что-то ещё, когда повернулся, чтобы посмотреть на салон.

— Тень?

— Извините, мистер Асано, — сказал Тень, выходя из тени. — У мисс Парк есть что-то для вас, что, я полагаю, заслуживает вашего срочного внимания.

* * *

Джейсон поднялся из тени Натали Парк, как будто это был лифт, напугав её, когда она поняла, что он стоит прямо за ней.

— Извините, — сказал он. — Это хорошо освещенная комната, так что нет темных углов, из которых можно появиться. Я прыгнул через тень на случай, если мне нужно быстро переместиться порталом. Я не хотел, чтобы он был на перезарядке.

Она взяла момент, чтобы собраться. Они были единственными людьми в комнате, которая находилась внутри административного здания Деревни Асано. Она была устроена как импровизированный центр наблюдения, с мониторами на стенах и ноутбуками, вложенными среди джунглей кабелей на центральном столе.

— Вы беспокоились о перезарядке своей способности портала? — спросила она.

— Тень намекнул, что я, возможно, захочу действовать быстро.

— У вашей способности портала есть перезарядка.

— У всех есть.

Тень появился из тени Джейсона.

— Я полагаю, мистер Асано, — сказал Тень, — что её удивление в том, что у вас вообще есть какие-либо ограничения.

— Именно так, — сказала Натали. — Все, что мы видели от вас, подразумевает, что вы не действуете по тем же правилам, что и остальные из нас.

— Я не действую. Но для большинства практических целей, вне моего частного домена, я просто ещё один золоторанговый. По стандартам Паллимустуса, не Земли.

— Вы хотите сказать, что все золоторанговые там такие же, как вы?

— Не все, только хорошие. Но у них много хороших. Однако, я думаю, мы отвлеклись, офицер Парк. Мое понимание было в том, что вы хотите поговорить со мной о чем-то, что требует времени.

— Да, мне жаль. Посмотрите на тот экран, пожалуйста.

Она указала на самый большой монитор в комнате, садясь перед ноутбуком. Экран мигнул, чтобы показать то, что Джейсон угадал, по углу и легкому покачиванию, как кадры с дрона. Он показывал склон заснеженной горы и вход в пещеру, который было бы трудно заметить, если бы не летающий белый автобус, припаркованный перед ним, высаживающий людей в гору.

— С тех пор как ЦРУ начало изучать спутниковый спуфинг, они наткнулись на то, что, как они полагают, является методологией, используемой для маскировки потоков от разведывательных агентств. Она включает распознавание определенных паттернов, которые... Я могу отправить вам отчет о деталях, если вам интересно. Что вам нужно знать для наших целей, это то, что они сидели на этой информации, ожидая, увидят ли люди, стоящие за этим, себя с большей активностью.

— Что было бы маловероятно, учитывая, что наши брифинги об этом были определенно слиты кем-то. Какими бы ни были наши меры предосторожности, в той комнате было слишком много людей, чтобы хоть что-то из этого оставалось по-настоящему секретным.

— Это была и наша оценка. Больших надежд не было, но ЦРУ зафиксировало новую активность сегодня. Спутниковый поток ничего не показывает, но Национальная разведывательная служба Испании смогла получить кого-то на месте.

— Испания — территория вампиров. У испанской разведки все ещё есть люди в регионе?

— Есть некоторые отдаленные горные районы, где им удалось сохранить активы на месте, спрятанные. Они были главным средством наблюдения в мире как за вампирами, так и за вашим кланом. В этом случае им удалось получить некоторые кадры с дрона того, что люди, на которых мы смотрим, не хотят, чтобы мы видели. Распознавание лиц идентифицирует их как членов отделений Сети из Цюриха и Женевы.

Изображение остановилось. Круг отметил одного из людей на экране, и то, что выглядело как фотография профиля сотрудника, появилось на втором мониторе.

— Это Женева Андрос, — сказала Натали. — Она глава отделения Сети в Женеве, и...

— Погодите, — прервал Джейсон. — Какой садист назначает кого-то по имени Женева директором отделения в Женеве? Это просто напрашивается на путаницу. Как вы думаете, сколько раз их администраторы были вынуждены спрашивать, говорит ли кто-то о Женеве как о городе или о Женеве как о человеке?

— Сосредоточьтесь, мистер Асано, — сказал Тень.

— Точно, извините. Пожалуйста, продолжайте, офицер Парк.

— Андрос — директор отделения Женевы, но на кадрах, которые у нас есть, она, кажется, полностью контролирует всех из своего отделения и отделения Цюриха. Нет никаких признаков какого-либо высшего руководства из Цюриха, только люди из их групп обеспечения.

— Но отделения Сети Женевы и Цюриха не активны, не так ли?

— Мы так не думали, — сказала Натали. — Мы начинаем подозревать, что эти отделения тайно действовали на территории вампиров после того, как заключили какую-то сделку.

— Вы думаете, что это наши фермеры Ядер реальности? Надеюсь, у вас есть что-то большее, чем люди, добирающиеся до пещеры на волшебном автобусе. Они могут просто участвовать в детском телешоу об изучении простых жизненных уроков через фантастические приключения.

— Мистер Асано... — упрекнул Тень.

— Извините.

— Как вы сказали, — продолжила Натали, — попытка скрыть больше спутниковых кадров сейчас — очень плохая идея. Мы рассматриваем пару сценариев, начиная с очевидного, что скрытие того, что там происходит, стоило риска.

— Но это глупый риск. Если ЦРУ напало на метод маскировки спутникового покрытия, использование этой техники снова только привлечет внимание, не так ли? Даже если они не знали об этом, они должны были подозревать.

— Мы согласны. Второй сценарий заключается в том, что кто-то внутри петли хотел, чтобы это было найдено. Магический мир в настоящее время прочесывает планету по вашему приказу, мистер Асано. Преобладающая гипотеза заключается в том, что кто-то использует это, чтобы указать миру, или вам, на это место.

— Что, кажется, сработало. Теперь я хочу знать, что им это дает.

— Вы не одиноки в этом, но эти кадры — все, что у нас есть. Это не оправдание, чтобы вламываться на секретный объект, принадлежащий одной из магических фракций. Если мы покажемся у их двери и скажем, что хотим пошарить, они будут, по понятным причинам, возмущены.

— И вы хотите кого-то, кто ходит, куда хочет, и не возражает, если люди там в итоге будут возмущены.

— Короче говоря, да. Нас беспокоит потенциал того, что все это — сложная ловушка.

— Чтобы заманить меня в дыру с ядерной бомбой, чтобы увидеть, убьет ли она меня, что-то вроде этого?

— Что-то вроде этого, да. Вопрос в том, есть ли на Земле ловушка, которая сработает на вас?

— Зависит от ожидаемого результата, — сказал Джейсон. — Я говорил вам, что для большинства практических целей я просто золоторанговый. Все, что должно сработать на золоторанговом, не убивая его, должно сработать на мне.

— А если это убьет вас?

— Я сказал большинство практических целей. Возвращение займет больше времени, чем мне хотелось бы. Слишком частое умирание замедляет меня больше, чем я хочу. И когда я вернусь, я подозреваю, что буду довольно раздражительным.

— Это согласуется с тем, что предложили наши аналитики. Были дебаты о том, стоит ли просить вас поехать в Швейцарию.

— Но решение, в конечном итоге, было — просить?

— Решение заключалось в том, чтобы проинформировать вас о ситуации и посмотреть, что вы думаете. Держать вас в курсе, не пытаясь направить вас по одному пути или другому. Сомневаюсь, что вы удивитесь, узнав, что у нас есть бихевиористы, анализирующие вас. Они предположили, что вы лучше всего отреагируете на честность и прозрачность.

— Я мог бы сказать людям это двадцать лет назад. На самом деле, я так и сделал.

— Что ж, вы имеете дело с правительствами, разведывательными службами и многовековыми тайными обществами, мистер Асано. То, что им потребовалось всего двадцать лет, чтобы прислушаться, неплохо, если быть честной.

Джейсон отвернулся от экрана, чтобы бросить на Натали насмешливый взгляд.

— Что вы думаете, офицер Парк?

— Я думаю, что вы хотите ответов, мистер Асано, и прямо сейчас есть место, где вы найдете хотя бы некоторые из них. Даже если это ловушка.

Глава 975: Ваши условия приемлемы

Глава 975: Ваши условия приемлемы

В самом сердце горы находилось недавно разграбленное хранилище ядер реальности. Индивидуальные контейнеры для их содержания сами по себе были миниатюрными сейфами, одними из самых совершенных образцов магических технологий, когда-либо созданных на Земле. Поскольку программа по их «выращиванию» была запущена с осторожностью, к настоящему моменту удалось получить лишь семь ядер. Это соответствовало семи открытым и пустым контейнерам.

В хранилище находились три человека, оценивавшие масштаб потерь. Одной из них была директор отделения Сети в Женеве, Женева Андрос. С ней был Альберт Клайнс, который, несмотря на должность директора оперативного управления, был типичным кабинетным администратором. Последним человеком в хранилище была Фиона Кэллоуэй. Она занимала пост директора разведывательного управления женевского отделения дольше, чем двое других жили на свете. Несмотря на свой серебряный ранг, она выглядела ближе к хорошо сохранившейся пятидесятилетней женщине, чем к двадцатилетним обладателям эссенций.

Женева уставилась на пустые контейнеры, словно чистая злость могла наполнить их заново.

— Как они умудрились унести охапку сфер, отбиваясь от охраны? — потребовала она ответа.

— Мы полагаем, что они использовали устройство для пространственного хранения, директор, — ответил Клайнс.

— И как Финнеган раздобыла пространственную сумку, которая не разорвалась от семи ядер реальности внутри?

— На черном рынке их ходит несколько, — сказала Фиона. — Скорее всего, её раздобыла вампирша.

— Мы уверены, что это была Элизабет? — спросила Женева. — Появление здесь лично кажется рискованным.

— Да, директор, — подтвердил Клайнс. — Мы уверены.

— В мире магии никогда нельзя быть уверенным до конца, — заметила Фиона. Гнев вспыхнул в глазах Клайнса от того, что ему возразили, но он быстро его подавил.

— У нас есть записи с камер наблюдения, запечатлевшие её лицо и её способности, и то, и другое соответствует нашим сведениям о ней, — сказал Клайнс. — Мы уверены настолько, насколько это возможно.

— Тогда почему она была здесь лично? — спросила Женева.

— Её положение среди вампиров становится всё более шатким с тех пор, как клан Асано вернул себе свои территории, — объяснила Фиона. — Она предпринимает всё более отчаянные шаги.

— Разве лорды-вампиры, наиболее враждебно настроенные к ней, не были поголовно уничтожены в тех городах? — спросила Женева.

— Те, кто выступал наиболее открыто, — уточнила Фиона. — Оставшиеся — более осторожны и хитры. Кроме того, своих соперников устраняла не Элизабет, а Джейсон Асано. Эта неудача, наряду с её известной неприязнью к прямому противостоянию с Асано, подрывает её позиции. Её влияние уменьшилось, и теперь ей приходится быть осторожной с тем, что раньше находилось под её беспрекословным контролем.

— Тогда почему мы заключили с ней сделку? — спросила Женева. — Кажется, её соперники были бы более надежным выбором.

— Потому что её соперники всё еще верят, что битву можно выиграть, — сказала Фиона. — Что существует сценарий, при котором они удержат Европу как постоянное королевство вампиров. Элизабет — одна из немногих лордов-вампиров, которые даже наедине с собой признают, что это положение неустойчиво. Отсутствие иллюзий делает её более управляемой.

Женева указала на открытые контейнеры.

— Фиона, так, по-твоему, выглядит управляемость?

— Очевидно, были допущены просчеты, — сказала Фиона. — Но использование Элизабет всё равно было разумным выбором. Наша связь с вампирами рано или поздно вскроется. Одно дело — использовать их в последние дни их могущества. И совсем другое — быть предателями человечества, помогавшими им сохранить эту власть.

— Почему я узнала об этой программе только тогда, когда она начала разваливаться? — спросила Женева. — Если бы меня проинформировали до того, как директор цюрихского отделения стал предателем, возможно, я могла бы сделать больше для защиты объекта, о существовании которого даже не знала.

— Совет директоров решил, что лучше держать всё в секрете. Мари Финнеган настаивала на том, чтобы круг посвященных был как можно уже, и её нужно было успокоить. Её контакты с Элизабет и Саймоном Маккином были критически важны для успеха этого дела.

— А теперь она предала нас, всё это взорвалось у них в лицах, а разгребать беспорядок совета директоров приходится мне.

— Да. За вами пристально наблюдают, директор. Эта ситуация очень опасна для вас, если всё пойдет не так, но если вы проявите себя здесь достойно, это станет возможностью, которую совет директоров…

Фиона осеклась, когда один из её подчиненных вбежал через огромную дверь хранилища.

— Мэм, у нас проблема. Кто-то использовал спутниковую маскировку, чтобы скрыть то, что мы здесь делаем.

Директор разведки нахмурилась.

— Я давала четкие инструкции, что её больше нельзя использовать. Если они видят, как мы здесь действуем, это не имеет значения. У нас достаточно возможностей всё отрицать, чтобы у них не было оправданий для вмешательства.

— Мэм, нет никаких признаков того, что спутниковая маскировка была…

— Я знаю, что мировые разведывательные сообщества последние два десятилетия пытаются нас догнать, — перебила Женева. — Одна из самых ошеломляющих ошибок, к которой это привело — недооценка магическим сообществом этих организаций. Вы хоть представляете, с кем и с чем имеете дело? У ЦРУ уровень экспертизы в сборе информации, который кажется магическим тем из нас, кто использует настоящую магию. Если мы не будем уважать их возможности, цена будет ужасной. Мы должны исходить из того, что они не только обнаружили, как мы скрываем спутниковые данные, но и отслеживают нас на случай, если мы воспользуемся этим снова.

Фиона одобрительно посмотрела на Женеву, затем повернулась к своему подчиненному.

— Директор абсолютно права, — сказала она. — Первый вопрос должен заключаться в том, была ли это потенциально дорогостоящая ошибка или активный саботаж. Я хочу, чтобы все, кто был хотя бы косвенно вовлечен, были немедленно изолированы. Клайнс, можете поручить одной из ваших оперативных групп задержать их?

— Могу, — сказал Клайнс. — Я вызову одну из…

Обладатель серебряного ранга в тактическом снаряжении вошел в хранилище, чтобы подойти к Клайнсу.

— Сэр, к нам по воздуху что-то приближается.

— Монстры?

— Нет, сэр, э-э…

— Выкладывай, человек, — рявкнула Женева.

— Прошу прощения, директор, — сказал мужчина, кивнув в её сторону. — Оно черное, по форме напоминает бриллиант. Как пирамида, к основанию которой прикреплена перевернутая пирамида.

— Как D8, — сказал Клайнс.

— Что? — спросила Женева.

— Не стоит объяснять, — сказала Фиона, затем снова посмотрела на подчиненного. — Продолжай.

— По бокам у него какие-то вихревые штуки. Они похожи на туманность Улитка.

— Туманность Улитка? — переспросил Клайнс.

— Это далекий космический объект, — пояснила Фиона.

— Я знаю, что такое туманность, — сказал Клайнс.

— Эта конкретная, — сказала Фиона, — известна как Око Бога. Она также стала символом Джейсона Асано, который, как мы можем предположить, наносит нам визит. Похоже, Женева, возможность, о которой я упоминала, представилась быстрее, чем ожидалось. Это ваш шанс доказать свою состоятельность комитету директоров. Расскажите мне потом, как всё прошло.

С легким хлопком Фиона телепортировалась прочь.

* * *

Внутри своего облачного корабля Джейсон собрался вместе со своими фамильярами. В отличие от боевой конфигурации внешней части судна, атриум, в котором они находились, был полон света, растений и воды, а ручьи стекали с мезонинных уровней, образуя маленькие водопады. Хотя корпус дирижабля выглядел черным и непроницаемым для тех, кто снаружи, он пропускал солнечный свет, наполняя пространство.

Гордон и Тень парили в воздухе. Колин был в своем облике кровавого клона и носил лицо Джейсона, а также темно-красные мантии, которые он наколдовал для них обоих. Его глаза отличались: это были красные сферы, а не вихревые туманности. Ему также не хватало плаща пустоты, из-за которого Джейсон казался окутанным порталом.

— Мы уверены, что боевая конфигурация корабля — это то, что нужно? — спросил Колин. — А что, если они испугаются и убегут, прежде чем мы сможем кого-нибудь съесть? В смысле, договориться с ними мирно.

— Несмотря на скрытые мотивы, — сказала Тень, — предложение Колина не лишено смысла. Смягчение агрессивности вашего подхода может лучше послужить вашим текущим дипломатическим усилиям.

— Суть моих дипломатических усилий заключалась в том, чтобы показать Земле: то, чего они от меня хотят, нельзя отобрать силой. Что пряник нужно заслужить. Сегодня они узнают, что кнут тоже нужно заслужить.

— Как пожелаете, мистер Асано, но позвольте напомнить, что кнут — оружие тупое.

— Я не собираюсь никого убивать, Тень. Но целительная магия сильна, а некоторые уроки усваиваются только на горьком опыте.

* * *

— Мне плевать, что у вас там происходит, — прорычала Женева в телефон. — Либо вы доставите их сюда сейчас, либо я отправлю их за вами.

Она завершила вызов, нажав на экран с такой силой, что он треснул и погас. Она швырнула телефон в стену, где он разлетелся вдребезги.

— Директор, — сказал Клайнс. — Возможно, нам стоит подумать о том, чтобы запечататься внутри хранилища.

— Вы слышали Фиону, Альберт. Если я спрячусь в хранилище, что подумает совет директоров о том, как я использовала свою возможность?

— Ну, как насчет того, чтобы запечатать в хранилище меня? И остальных небоевых сотрудников, разумеется. Защита объекта — это работа для оперативных групп.

Она посмотрела на него так, словно только что соскребла его со своей подошвы.

— Вы — директор оперативного управления.

— Административного директора. Фиона, что вы предлагаете мне сделать с Джейсоном Асано? Составить график дежурств?

— Тогда будьте трусом. Просто дайте мне свой телефон. Он ведь усилен, чтобы работать здесь, верно?

На мгновение показалось, что он собирается возразить, но всё же достал телефон из кармана. Она вырвала его, прежде чем он успел передать устройство, затем схватила его за руку и прижала его большой палец, чтобы разблокировать гаджет.

— Если вы будете так с ним обращаться, — сказал Клайнс, — вы сломаете и этот тоже.

Она проигнорировала его и зашагала прочь из хранилища. Исследовательский центр вокруг него еще не был укомплектован персоналом или полностью снабжен, но сейчас был полон людей. Они проводили расследование после вторжения, хотя найти было почти нечего. Вампирша и директор-предатель провернули простое ограбление.

Проходя через комнаты, она приказывала всем встречным уходить. Члены оперативной группы пошли с ней, а остальные присоединились к Клайнсу в хранилище. Его идея обезопасить небоевых сотрудников там была здравой. Она призналась в этом самой себе, но никогда не призналась бы ему.

Она перешла из исследовательского центра в туннель, соединяющий его с внешним миром. Это был единственный нормальный путь внутрь или наружу, обеспечивающий безопасность объекта внутри горной породы. Это было дополнительно усилено защитными барьерами, блокирующими магию манипуляции землей и телепортацию. Тот факт, что у Фионы был ключ для обхода этих барьеров, не ускользнул от внимания Женевы.

Она побежала по туннелю, и скорость серебряного ранга несла её быстрее, чем ехал бы автомобиль. Тем не менее, потребовалось время, чтобы наконец добраться до места, где были взрывные двери. Она приказала их убрать, и огромная дыра оставила их ничем иным, как препятствием.

По другую сторону от места, где находились двери, была большая камера и, по-видимому, естественный вход в пещеру. Его было бы трудно заметить снаружи, если бы не летающий автобус, парящий рядом с горой, с двумя обладателями золотого ранга на борту.

Амстутц был мужчиной в свободной белой одежде, похожей на костюм из плохо изученного китайского боевика. Как и Женева, он был швейцарцем, белокожим и светловолосым. Буссингер была темноволосой женщиной в сложном красно-золотом наряде. Каждую её руку до локтя покрывали золотые наручи и перчатки.

Женева легко запрыгнула к ним. Горный хребет простирался по бокам, а она смотрела в открытое небо впереди. На их высоте было много облаков, из-за чего было трудно заметить что-то приближающееся. Через несколько мгновений поисков она сдалась.

— Где? — потребовала она.

— Следите за тоном, обладатель серебряного ранга, — предупредил Амстутц. — Мы здесь из вежливости. Вежливости, которая может быть отозвана.

Женева сдержала свой инстинктивный ответ.

— Прошу прощения, — сказала она. — Я просто обеспокоена тем, что приближается к нам. Вы уже заметили объект?

Буссингер указала пальцем.

— В той стороне, — сказала она. — Мы видели его сквозь облака несколько раз, но он всё еще далеко.

— Похоже, они не спешат и не заботятся о том, чтобы подкрасться незаметно, — заметил Амстутц.

— Если это действительно Асано, — сказала Буссингер, — не думаю, что ему это нужно. Вы ведь видели видео, где он сражается в Австралии?

— Вы же всерьез не верите в эту сфабрикованную запись?

— Амстутц, ты правда думаешь, что кто-то мог подделать такое и не быть разоблаченным?

— Множество людей их разоблачали. Люди всё равно верят в то, во что хотят, к черту правду. Магия была секретом сотни лет. Теперь мы знаем, что это такое, а что нет, но люди всё еще верят в астрологию, экстрасенсов, Антарктиду, фотографии аур…

— Ты только что сказал «Антарктида»?

— Ауры реальны, конечно, — продолжил Амстутц, — но их нельзя сфотографировать.

— Ты думаешь, Антарктиды не существует?

— Люди думают, что лечение магнитами реально, Буссингер. И если не считать того парня с эссенцией железа, всё это полная…

Женева перестала их слушать, сопротивляясь желанию накричать на них, чтобы они заткнулись. Она не сводила глаз с неба, пока не заметила странное судно. Оно было в точности как описывали: черный бриллиант с туманным оком, расположенным на каждой грани.

— Похоже на большой D8, — сказал Амстутц.

— Разве это не автомобильный двигатель? — спросила Буссингер.

— Нет, это V8. И настоящие они больше не делают. Поддельные электрические — отстой.

Обладатели золотого ранга продолжали препираться, пока судно пересекало небо, превращаясь из далекого силуэта в нависающую над ними громаду. Трио уставилось на него, когда у входа в пещеру открылся портал. Шесть обладателей золотого ранга вышли наружу, также запрыгнув на крышу автобуса. Женева повернулась к последнему вышедшему.

— Реми, ты долго для того, кто может перепрыгнуть через планету за секунду.

— У способностей портала есть время восстановления, — сказал он, глядя на нависающий в небе корабль, а не на неё. — Особенно когда растягиваешь их, чтобы вместить столько золотых рангов. Что это за штука?

— Мы полагаем, это дирижабль Джейсона Асано.

— Что? Нет, я должен…

Когда он повернулся, чтобы спрыгнуть к своему порталу, свет, похожий на луч синего солнца, омыл их, исходя из одного из гигантских глаз. Обладатели золотого ранга настороженно огляделись, но не почувствовали никаких негативных эффектов. А вот портал почувствовал: он замерцал, как старый телевизор, прежде чем исчезнуть. Реми попытался использовать способность телепортации и согнулся пополам, кашляя от боли, после чего свет исчез.

— С остальными всё в порядке? — спросила Буссингер, и остальные подтвердили, что живы. Они отвернулись от Реми, когда в борту корабля открылась панель. Изнутри появились четыре фигуры, и голос Асано стал слышен, как только они переступили порог.

«…единственный, кто не умеет летать. Это как сидеть в детском кресле».

Три фигуры проплыли по воздуху к автобусу. Теневое существо, Асано в своем плаще пустоты и нечто, похожее на Асано снова, но на облаке. Четвертой фигурой была инопланетная сущность, чей глаз внутри темного плаща соответствовал глазам на небесном корабле. Сферы, парящие вокруг него, светились по очереди, и из каждой исходил голос, подобный небесному хору.

— Колин, ты едешь на магическом облаке. Ты как Денежная Магия.

— Что это за магическая обезьяна, о которой вы все постоянно говорите? — спросил красноглазый клон Асано.

Асано вздохнул и откинул капюшон плаща, обнажив раздраженное выражение лица.

— Столько разговоров о достоинстве, — пробормотал он. — Ребята, можно нам хоть раз сделать эффектный выход без подколов, как в фильме про супергероев?

— Мистер Асано, — сказало теневое существо, — думаю, вы обнаружите, что лидерство в таких ситуациях задает тон.

— Ты хочешь сказать, что это моя вина?

— Да.

Они опустились перед Женевой и обладателями золотого ранга. Реми приходил в себя, сидя на крыше автобуса. Джейсон бросил на него взгляд, на его лице отразились узнавание и удивление.

— Простите за портал, — сказал он. — Я не хотел, чтобы кто-то сбежал, а направление энергии из другой вселенной через НЛО — это не совсем точная задача. Я просто заскочу внутрь, пошарюсь там, а потом у меня будет несколько вопросов.

Амстутц двинулся перед ним.

— Если хочешь куда-то пройти, тебе придется пройти через нас.

Джейсон небрежно потянулся к мечу на бедре.

— Ваши условия приемлемы.

Глава 976: Сколько наказаний они могут вынести

Глава 976: Сколько наказаний они могут вынести

Джейсон положил руку на рукоять меча, но не вытащил его.

— Прежде чем мы начнем…

Амстутц бросился на Джейсона, воздух вокруг его кулака мерцал от силы. Джейсон небрежно коснулся предплечья мужчины, отклонив удар в сторону. Всплеск силы выстрелил, как пушечный снаряд, рядом с головой Джейсона, уходя далеко за спину. В то же время удар ногой в грудь отправил Амстутца кувыркаться обратно на крышу автобуса.

На скорости золотого ранга обмен ударами длился меньше секунды. Женева, единственный присутствующий обладатель серебряного ранга, едва успела уследить за этим. Джейсон, парящий в воздухе со своими фамильярами, оглядел предполагаемое поле битвы. На крыше летающего автобуса было восемь обладателей золотого ранга, зависших на полпути вверх по крутой горе, глубоко в Альпах. Двое обладателей золотого ранга были сбиты с ног, Реми всё еще приходил в себя после того, как его телепортация была прервана.

— Возможно, вам стоит вернуться в ту пещеру, — сказал Джейсон Женеве. — Сражение обладателей золотого ранга в такой обстановке поднимет шум. По крайней мере, я не ожидаю, что этот автобус останется целым.

Женева не сдвинулась с места, продолжая сверлить Джейсона взглядом.

— Зачем вы здесь, Асано?

— Я же сказал: чтобы пошариться внутри.

— Это место не ваше, Асано.

— Да, моё.

Она насмешливо фыркнула.

— С чего бы вам вообще думать, что это место принадлежит вам?

— Потому что я в нем.

Именно изучение способностей ауры привело к теории, что на все способности эссенций влияет не только сама эссенция и камень пробуждения, но и человек, пробуждающий их. Способности ауры были уникальны тем, что представляли собой нечто большее, чем просто заявленные эффекты. Они также были платформой, через которую душа владельца проецировалась в мир. Аура была продуктом и души, и силы, высвобождающей её, становясь маяком, возвещающим, кто и что есть человек.

Способность ауры Джейсона называлась Гегемония. Её природа была доминированием, настолько всеобъемлющим, что она не обладала силой, а сама была силой. Не заботясь о мелочном правлении королей, она была тем, что определяло правильное и неправильное, истину и ложь. Непокорность гегемонии была не бунтом, а грехом.

Это была концепция, которая смешалась с душой Джейсона, породив его ауру. Она хранила отголоски богов и великих астральных сущностей, падений и возвышений, ставших чем-то большим, чем он был раньше. Она хранила шрамы от столкновений с величайшими силами космоса и притязаний не просто на победу, а на долю этой силы для себя.

Джейсон не совершал атаку душой против обладателей эссенций, но, поскольку они никогда не чувствовали ничего подобного, это ощущалось именно так. Просто показав им, кто и что он такое, без прикрас и масок, он ударил по их душам, словно осаждающая армия. Обладатели золотого ранга побледнели, когда аура Джейсона хлынула наружу. Женева пошатнулась, Буссингер подхватила её, прежде чем та свалилась с автобуса. Капюшон плаща пустоты Джейсона снова натянулся на голову, скрывая всё, кроме его светящихся глаз. Амстутц поднялся на ноги, встав перед остальными с выражением непокорности на лице.

— В вас есть боевой дух, — сказал Джейсон. — Это хорошо, но вы небрежны. Ваш контроль маны ужасен, и это стоит вам дорого, когда ваше тело — всего лишь мешок с плотью, работающий на магии. Вы не просто выдаете свои способности, а всё, что делаете. Я чувствую, как ваше тело собирается двигаться, еще до того, как вы дернетесь.

Обладатели золотого ранга сплотили свои ауры, давая отпор ауре Джейсона. Одним из сильнейших преимуществ, которые получали обладатели эссенций, работая в командах, было наслоение способностей ауры. Это был их сильнейший козырь против Джейсона, который он лишил их, полностью подавив их ауры. Будучи золотого ранга, он мог использовать свою ауру для подавления нескольких человек, не разделяя её силу. Он легко подавил обладателей золотого ранга, но был удивлен их реакцией. Не было никакой паники, которую он ожидал, только нервозность, сдерживаемая решимостью.

— Полагаю, они выбирают своих золотых рангов не случайно, — размышлял он. — Вы все меня впечатлили.

— Нам плевать, впечатлены вы или нет, — прорычал Амстутц. — Думаете, можете прийти в наш мир и вести себя как вздумается?

— Да.

Амстутц снова прыгнул вперед, ступая по воздуху, как по твердой земле. Джейсон удерживал себя в воздухе с помощью ауры, контролируя себя методами, которые он перенял у посланников. Фамильяры отступили, пока не вмешиваясь. Бесплотные Тень и Гордон парили в воздухе, в то время как Колин всё еще выглядел недовольным тем, что его перевозят на клочке облака.

Золотой противник Джейсона обрушил шквал ударов, испуская силовые атаки с каждым выпадом. Удары ногами запускали волны, кулаки и колени наносили резкие удары. Джейсон подумал, что это похоже на спарринг с Софи, если бы она получила несколько тяжелых ударов по голове.

Амстутц явно развил свою технику на основе боевых искусств Земли. Это была грубая ошибка, когда такие искусства предназначались для людей обычного ранга. То, что может сделать тело золотого или даже серебряного ранга, требует иного подхода не только к технике, но и к биологии и физике. То, что искалечило бы обычного человека, вызывает лишь смех у обладателя эссенции.

У Амстутца также была скорость, как у Софи, но, опять же, он не дотягивал в её использовании. Как и в случае с техникой, он мыслил как человек низкого ранга. Он пытался двигаться как обычный человек, просто быстрее. Джейсон наблюдал, как тот оставляет одну возможность за другой неиспользованной, слишком ослепленный тем, кто он есть, чтобы осознать, кем он может стать.

По сравнению со спаррингом с Софи, который всегда был отчаянной схваткой, он чувствовал себя котом, играющим с мышью. Он двигался медленно, реагируя на движения до того, как они происходили, и отражая удары с небрежной легкостью. Вокруг него извергались силы, но ни одна не достигала цели. Амстутц был размытым пятном, в то время как Джейсон по сравнению с ним почти не двигался. Он был спокойным оком яростного, бессильного шторма.

Амстутц отступил на крышу автобуса, на его лице читались стыд и ярость.

— Миссис Андрос, идите внутрь, — сказал он. — Потребуемся все мы, чтобы сразиться с ним.

— Возьми с собой специалиста по порталам, — сказал Джейсон. — Он не боец. Однако не пытайтесь уйти. Если это место то, о чем я думаю, нам будет о чем поговорить.

Джейсон был впечатлен тем, насколько Женева сохраняла самообладание под полным воздействием его ауры, несмотря на то, что её интенсивность физически давила на обладателя серебряного ранга. Она продолжала сверлить его взглядом, пока она и Реми не спрыгнули с автобуса и не отступили в пещеру, оставив семерых обладателей золотого ранга на крыше. Пока пара отступала, фамильяры приблизились, и он наконец вытащил свой меч.

Помимо Амстутца, у каждого обладателя золотого ранга было свое магическое оружие, золотые ранги получали его на выбор из разграбленных монстров. Джейсон чувствовал, что золотые наручи и перчатки на руках Буссингер были мощнее остальных. Она не стала терять времени, шагнула вперед и подняла руки, чтобы выпустить широкий конус электричества, дуги которого расходились, как ветви дерева.

Джейсон уже натягивал плащ на себя, когда она начала движение. Дуги, ударившие в него, ушли в пустоту через его плащ-портал. Фамильяры уже уклонились, Колин спрятался за плащом. Тень исчезла, а Гордон взорвался сине-оранжевой туманностью, которая умчалась, как комета. Он переформировался, и лучи немедленно выстрелили из его глаз-сфер.

Джейсон уже был среди обладателей золотого ранга, его меч сверкал. Теневые руки выросли из его тела, каждая использовала черный с красным кинжал, чтобы наносить его специальные атаки. Делая это, он быстро пробормотал заклинания своих умений.

«Кровоточи ради меня. Неси метку своих преступлений. Твоя судьба — страдать.»

У Амстутца была скорость, чтобы реагировать на нападение Джейсона, как и у пары других, но они всё равно обнаружили, что их задели множественные, пусть и скользящие, удары. Хотя порезы были неглубокими, они не питали иллюзий, что удары были безвредны. Имея доступ к Системе, они увидели список наложенных на них недугов.

* Специальная атака [Наказание] наложила на вас [Грех], [Цена отпущения], [Возмездие за грех] и [Похититель духа]. * Заклинание [Кровоизлияние] наложило на вас [Кровотечение], [Некротоксин], [Кровь из камня], [Оскверненные меридианы] и [Обескровливание].

Теперь, когда он был золотого ранга, способности Джейсона накладывали еще больше недугов, в то время как многие из существующих становились хуже. [Похититель духа] был новым, постоянно высасывающим ману и питающим ею Джейсона. Подобным был [Похититель жизни], делающий то же самое с жизненной силой.

Новое состояние [Обескровливание], в частности, было вехой. Недуг [Кровотечение] был обычным, но также одним из фирменных инструментов Джейсона. Урон, который он наносил, был относительно невелик, но его истинная ценность заключалась в поглощении целительной магии. [Обескровливание] позволяло состоянию теперь складываться, поглощая еще больше исцеления и делая потерю крови гораздо более резкой.

* Специальная атака [Укус пиявки] наложила на вас [Кровотечение], [Токсин пиявки], [Оскверненные меридианы] и [Похититель жизни]. * Заклинание [Бичевание] наложило на вас [Грех], [Метка Греха], [Тяжесть греха] и [Смертность].

Из всех новых возможностей, которые Джейсон получил с достижением золотого ранга, самая простая была и самой смертоносной. Сама суть его набора способностей заключалась в том, чтобы нагромоздить столько недугов, что даже обладатель золотого ранга погиб бы. [Неотвратимый рок], возможно, была самой знаковой способностью Джейсона, поскольку она заставляла работать всё остальное. Она брала все суммирующиеся недуги, которые он накладывал, и заставляла их продолжать суммироваться. На золотом ранге она не предлагала новый недуг и не делала ни один из них сильнее. Она делала то же самое, что и всегда — суммировала недуги, просто делала это быстрее. Гораздо, гораздо быстрее.

* Заклинание [Неотвратимый рок] наложило на вас [Неизбежность] и [Преследование]. * Пока действует [Неотвратимый рок], суммирующиеся недуги будут быстро накапливать дополнительные экземпляры.

Вместо своей обычной тактики «ударил-убежал» Джейсон перенес бой на врага, нырнув в гущу противников, собравшихся на крыше автобуса. Крыша была большой, но не тогда, когда на ней схлестнулись восемь обладателей золотого ранга. Теснота была на руку Джейсону, заставляя его многочисленных противников скорее ударить друг друга, чем его. Некоторые, как Буссингер, отступили. Она взлетела, оставляя за ногами искры электричества, в поисках возможностей. Поскольку Джейсон был окружен её союзниками, ей нужно было выбрать момент для точного удара.

В ожидании своего шанса она вступила в бой с Гордоном, и они быстро перешли в воздушный бой. Она выпустила молнии, которые потрескивали о щиты, созданные им из своих глаз-сфер. Другие сферы открыли ответный огонь, преследуя её, пока она проносилась по небу, оставляя за собой искры.

Остальные обладатели золотого ранга также поняли, что им нужно расширить поле битвы, чтобы эффективно атаковать Джейсона. Двое улетели, как Буссингер, а двое спрыгнули на склон горы. Сила золотого ранга позволяла пальцам вонзаться в скалу легче, чем альпинистские крючья. На автобусе с Джейсоном остались Амстутц и мужчина, держащий в каждой руке нечто похожее на плотницкие молотки.

Вновь взлетевшие враги немедленно искали шансы ударить Джейсона. То, что они нашли, были теневыми телами, из которых вырастали искаженные руки, сделанные из тьмы. Подобно деревьям под зимней полночью, их деформированные конечности были окутаны облаками тени, зловещими и пугающими. Тела Тени с их теневыми руками не были быстрыми в высокогорном солнечном свете, но их было много. Этого было недостаточно, чтобы остановить обладателей золотого ранга от атак на Джейсона, но это отвлекало и замедляло их.

Обладателям золотого ранга на склоне горы пришлось столкнуться со своим собственным фильмом ужасов.

Нечто кошмарное, с которого капала кровь с содранных мышц, ползло вниз по горе сверху. Масса плоти на культеобразных ногах, её короткие пальцы вонзались в скалу. Девять длинных шей поднимались из её спины, придавая ей вид окровавленной гидры, но у шей не было голов. Вместо этого на конце каждой шеи была дикая пасть, окруженная зубами. Из каждой пасти три зазубренных языка высовывались и втягивались, словно пробуя воздух на вкус крови. Каждая из девяти пастей говорила шипящими, хриплыми голосами, диссонирующей смесью инопланетных слов, которые сталкивались, как богохульный хор.

Двое обладателей золотого ранга, цеплявшихся за гору, посмотрели друг на друга, а затем начали метать в него атаки.

Из трех человек, оставшихся на автобусе, Джейсон стоял посередине, Амстутц и человек с молотками фланкировали его. Крыша была вмята и иссечена, треть её обрушилась полностью. Магия, удерживающая транспортное средство в воздухе, грозила отказать, автобус раскачивался, как шлюпка на волнах.

Именно способность человека с молотками в конечном итоге погубила автобус. Он ударил головками своих молотков друг о друга, создав взрывную волну, которая отправила Джейсона и Амстутца в полет, а автобус рухнул вниз. Мужчина бросил свои молотки, волоча за ними силовые тросы. Они вонзились в склон горы, и он дернул себя к ним, присоединившись к остальным в противостоянии форме чудовища Колина.

С гибелью автобуса поле битвы открылось по-настоящему. Джейсон и Амстутц присоединились к остальным в воздушном бою: Джейсон, Тень и Гордон против четырех обладателей золотого ранга. Несмотря на то, что Джейсон превосходил их, обладатели золотого ранга были далеко не беспомощны. Их выбрали для повышения до золотого ранга за продемонстрированные способности, еще со времен волн монстров и прото-пространств.

Хотя фамильяры изматывали обладателей золотого ранга, враги Джейсона знали, что именно его им нужно устранить. Амстутц играл роль фронтлайнера, но теперь знал, что лучше не идти в лобовую с Джейсоном. Он лучше использовал свою скорость, чем раньше, играя роль отвлекающего маневра так же, как фамильяры, подготавливая союзников для атак.

Обладатели золотого ранга быстро поняли, что Джейсон превосходно читает и уклоняется от их точных атак. Даже когда он был отвлечен или когда атаки наносились из кажущихся слепых зон, его способность читать их ману ощущалась как предвидение. Именно тогда они поняли разницу, которую дает обучение в другом мире.

Не сдаваясь, они сменили тактику. Всё еще уклоняясь от фамильяров, атаки по площади было легче выпускать, они требовали меньше точности. Покрытие области делало их намного труднее для избегания, хотя и не невозможными. Амстутц уклонялся благодаря своей скорости, в то время как Джейсон всё еще предсказывал их атаки. И всё же он получал урон.

Атаки по площади были разнообразными и часто странными. Шторм силовых молотов обрушился дождем, не такой разрушительный, как сфокусированная атака, но трудный для избегания. Рой пильных дисков преследовал Джейсона, светясь белым калением, извергая потоки пламени и время от времени взрываясь осколками обжигающего, зазубренного металла.

Под градом атак Амулет Темного Защитника Джейсона доказал свою ценность. Связанный с душой предмет даровал суммирующийся щит за каждый наложенный им недуг, а когда щиты ломались, они превращались в целительные эффекты. Ни один из эффектов не был очень сильным, но они суммировались с каждым недугом, а [Неотвратимый рок] нагромождал их с каждой секундой. Когда его осыпали непрямыми атаками, защита амулета была идеальной.

Битва стала чем-то вроде патовой ситуации, но такой, в которой Джейсон в конечном итоге победил бы. Его недуги уже были на врагах, умножаясь с каждым мгновением, пока даже обладатели золотого ранга не были бы повержены. Без мощного целителя, способного их снять, Джейсону оставалось только ждать.

Обладатели золотого ранга осознали, что не могут позволить ситуации оставаться прежней. Им больше не нужна была Система, чтобы перечислять накапливающиеся недуги, так как их тела демонстрировали признаки некроза, их живая плоть чернела и отмирала.

У всех них были зелья и даже несколько способностей к очищению и исцелению, но недуги были пагубными. Исцеление поглощалось, а очищение встречало сопротивление. То немногое, что всё же срабатывало, вызывало еще больше недугов, которые наносили урон в ответ на очищение. Они быстро сдались и переключились на попытки уничтожить Джейсона.

Исключением была Буссингер. Женщина с силами молнии призвала молнию на саму себя, нанеся то, что выглядело как значительный урон. Она осталась с участками кожи, обугленными до черноты или сожженными до мяса. Но способность не только очистила каждый недуг, но, казалось, усилила её силы. Она успешно отбивалась от Гордона и Теней, избегая новых недугов и находя время продолжать метать молнии в Джейсона.

Зная, что им нужно идти на больший риск, обладатели золотого ранга надавили на Джейсона, делая ставку на более точечные атаки. Буссингер, будучи в лучшем положении в группе, помогала координировать атаки по очереди, пытаясь прижать Джейсона. Тактика имела некоторый успех, несколько ударов достигли Джейсона, но этого было недостаточно. Он всё еще был досадно неуловим, и каждая рана быстро заживала.

Битва достигла кульминации, когда Джейсон высвободил одно из своих самых мощных заклинаний урона — [Возмездие]. Это было заклинание большого мгновенного урона по одной цели, сила которого зависела от количества недугов, от которых страдает цель. На золотом ранге у него появился новый вариант с гораздо более длительным временем восстановления. Волна энергии выстрелила из цели, запуская еще один экземпляр заклинания по всем, кого она задела, включая саму волну.

Результирующий каскад способностей опустошил обладателей золотого ранга. Каждое заклинание могло быть запущено только один раз, но это был один раз для каждого из шести обладателей золотого ранга, страдающих от недугов. Только свободная от недугов Буссингер была пощажена.

На Паллимустусе битвы золотого ранга редко были смертельными. Обладателей золотого ранга было слишком трудно убить сразу, и у любого, кто способен достичь этой стадии, даже с помощью ядер, было множество планов побега. В основном это включало тщательно отобранные магические устройства, скрытые от врагов, которые попытались бы им противостоять. Одноразовые телепорты, магия для очистки недугов, таких как [Неизбежность], ответственная за одно из поражений Джейсона.

На Земле всё было иначе. У обладателей золотого ранга было лучшее снаряжение, которое могли собрать стоящие за ними нации и фракции, но по сравнению с ним оно было ничтожным. У большинства был один или два предмета золотого ранга, обычно как минимум оружие, и, возможно, доспехи. Остальное было сборищем серебряного снаряжения, обычно базовых вещей, вроде целебных зелий, которые могли сделать не так уж много для обладателя золотого ранга.

Без возможности сбежать, колоссальный урон от каскада заклинаний [Возмездие] ознаменовал конец битвы. Пара обладателей золотого ранга добралась до пещеры. Остальные рухнули на гору, либо цепляясь за неё, либо кувыркаясь вниз. Буссингер и Джейсон поспешили вниз, чтобы поймать их, в конце концов свалив всех вместе с остальными у входа в пещеру. Женевы и Реми нигде не было видно. Он чувствовал, как они продвигаются глубже в комплекс, где его чувства блокировались грубыми, но мощными барьерами.

Растянутые на полу пещеры, обладатели золотого ранга выглядели скорее мертвыми, чем живыми. Только Буссингер избежала неистовства некротической ткани, всё еще захватывающей то немногое, что осталось от их живой плоти. В Буссингер больше не было боевого духа, она знала, что противостоять Джейсону в одиночку бессмысленно. Она стояла над своими союзниками, которые выглядели больше как трупы, чем живые люди. Она знала, что обладателей золотого ранга трудно убить, но теперь она видела, сколько наказаний они могут вынести.

— Мы вообще еще люди? — задалась она вопросом.

— Спорно. К золотому рангу у нас больше общего с монстрами, чем с обычными людьми. Хотя наши тела ближе к призванным фамильярам, чем к чему-либо еще.

— Вы позволите им умереть? — спросила она, и Джейсон посмотрел на неё.

Её перчатки были исчерчены следами ожогов, но казались неповрежденными. Её одежда была золотого ранга и усилена, уже очищая и восстанавливая себя. Её ожоги заживали медленнее, чем должны были, и он почувствовал что-то странное в её ауре. Это стоило изучить, но не сейчас.

Джейсон, напротив, был невредим. Его раны зажили, его мантии восстановились и впитали кровь от его травм. Он развеял свой плащ пустоты и посмотрел на своих жертв.

— Я не собираюсь никого убивать, — сказал он.

Буссингер наблюдала, как Джейсон касался каждого из остальных своим мечом. Их тела перестали дергаться, и некроз перестал распространяться. Пара из них издала хриплые вздохи — самые ужасные звуки облегчения, которые когда-либо слышала Буссингер. Они всё еще выглядели больше как декорации из фильма ужасов, чем как живые люди.

— Естественное исцеление позволит им со временем восстановиться, — объяснил Джейсон. — Я подавил их способности, но вы можете использовать на них целебные зелья, если они у вас есть.

— Вы можете подавлять способности без ошейника?

— Способность моего меча, превращать мои недуги в подавление способностей. Друг, который его создал, хотел, чтобы у меня было больше шансов проявить милосердие.

Джейсон вздохнул, и она увидела печаль на его лице.

— Почему хорошие люди должны умирать, пока такие, как они, живут? — размышлял он.

Она знала, что вопрос не был адресован ей, но ответила всё равно.

— Это не плохие люди, — сказала она ему.

Он повернулся, чтобы посмотреть на неё. Было трудно читать те инопланетные глаза, но она была уверена, что в них таится опасность.

— Посмотрим, — сказал он ей. — Пришло время нам с вами поговорить.

Глава 977: Всё быстро усложняется

Глава 977: Всё быстро усложняется

Буссингер посмотрела вниз на обладателей эссенций золотого ранга. Не так давно она сказала бы, что эта группа, действуя сообща, могла бы совершить что угодно. Убить кого угодно, как бы тот ни был защищен. Уничтожить гражданскую инфраструктуру целой нации. Столько людей с такой силой — это была непобедимая, неудержимая сила.

Один человек разобрал их на части, словно разбирал пистолет для чистки. Она подозревала, что он даже не особо старался. Было хорошо известно, что Джейсон Асано использовал скрытность и тактику стычек, избегая прямого боя, однако именно напрямую он и вступил с ними в схватку. Он и его инопланетные приспешники обрушились на них, как монстры, вырванные из ночного кошмара.

Лес теневых деревьев, налагающих проклятия; инопланетный монстр, у которого были лучи и щит, как у космического корабля. Монстр-пасть, чья аура пожирающего миры голода была, возможно, более ужасающей, чем аура его хозяина. Что касается самого Асано, даже названия его способностей были тревожными. [Тяжесть греха]; [Пир крови]; [Цена отпущения]. Раскрытые Системой, они казались взятыми из проповеди какого-то проповедника крови и адского огня.

Теперь она стояла напротив этого человека, с рядом того, что выглядело как трупы, между ними. Она чувствовала, как их жизненная сила отчаянно цепляется за существование. Это отражалось в почерневшей плоти, цепляющейся за их скелеты.

— Как вы это делаете? — спросила она, указывая на них.

— Некроз-индуцирующие токсины, по большей части, усугубленные проклятиями, чтобы…

— Я не имею в виду, как вы физически это сделали, — поправилась она. — Я имею в виду, вы ведь когда-то были просто парнем, работающим в розничной торговле, верно?

— Ага.

— Через что вам пришлось пройти, чтобы заставить себя сделать нечто подобное с людьми?

— Не думаю, что те молнии, которые вы метали в мою сторону, предназначались для зарядки моего телефона, леди. Скажите мне, что вы не хотели, чтобы я был тем, кто лежит там.

Она подняла глаза, встретилась с его взглядом, затем побежала к краю камеры, рядом с отброшенными взрывными дверями, и её вырвало. Когда она закончила, то обнаружила, что Джейсон всё еще смотрит на тела.

— Вы правы, — сказала она, и её голос прозвучал как признание. — Я никогда раньше никого не убивала.

— Вы и сейчас никого не убили, — отметил Джейсон.

— Это всегда были только монстры. Это всё, чего я хотела с тех пор, как была девочкой.

— Всё, чего ты хотела с тех пор, как была девочкой, — это убивать монстров?

— Моя семья — одна из старых семей Сети в Цюрихе. Мы ведем свою историю с самых первых тайных обществ, которые основатель Сети создал в Швейцарии. Сколько себя помню, я была одержима магией, и у моей семьи была власть потакать мне. Обучение, знания. Эссенции и ядра монстров, как только я достаточно подросла. Я достигла серебряного ранга всего за несколько недель до вашего возвращения на Землю. Было сокрушительно узнать, что я упустила шанс использовать методы обучения Хурин, будучи выращенной на ядрах. Даже тогда я смогла использовать часть этого, чтобы стать сильнее. Акцент на овладении каждой отдельной способностью. Это не повысило мою грубую силу, но я научилась использовать её более эффективно.

— Вы, безусловно, были способнее остальных, — сказал Джейсон, указывая на ряд тел. — Поэтому они выбрали вас, чтобы получить ресурсы для достижения золотого ранга?

— После того, как вы ушли, после зон трансформации, магия на Земле начала расти. Монстры начали проявляться напрямую, больше никаких прото-пространств. Сейчас есть несколько зон высокой магии, где появляются монстры золотого ранга. Началась золотая лихорадка, чтобы добывать их, даже если люди гибли в попытках. У наций и магических фракций есть договоры о том, кто получает право фармить монстров, но фракции Сети получают право первого выбора. В конце концов, у нас есть сеть, и именно мы их обнаруживаем.

— И теперь на Земле больше обладателей золотого ранга.

— Да. И есть конфликты, но мне никогда не было интересно сражаться с людьми. Всё, чего я хотела — это магия и делать с её помощью что-то хорошее. Сражаться с монстрами.

— И всё же теперь вы здесь, защищая людей, которые будут добывать ресурсы на планете, пока в ней снова не начнут появляться дыры во вселенной.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите.

— Вот как?

— Прочитайте мою ауру, я знаю, что вы можете. Скажите, если я лгу.

Джейсон сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, выпуская свое разочарование, пока успокаивался.

— Если вы не знаете, что происходит, почему вы здесь? Что они вам сказали?

— Что вы идете сюда, чтобы захватить объект Сети.

— О. Да, это, э-э, технически точно. Вы знаете, что они здесь делают?

— Какое это имеет значение? Если бы Сеть начала совать нос в охраняемые зоны клана Асано, что бы вы сделали?

— Думаю, я бы собрал своих друзей золотого ранга и выбил бы из них дурь.

— Я бы предпочла договориться. В отличие от Амстутца, я верю, что запись вашей битвы в Австралии была настоящей. Но что я могла сделать, когда он начал драку? Не поддержать его?

Джейсон вздохнул.

— С вашей точки зрения, я здесь вроде как плохой парень, да?

— Нет, — сказала она. — Не «вроде как».

— Вы знаете, что такое ядро реальности?

— Сила неумолимая. Они делают невозможное возможным. Я участвовала в некоторых битвах за них в зонах трансформации.

— Вы знаете, почему они плохие?

— Я знаю, что вы говорите, что они плохие.

Джейсон посмотрел вниз на обессиленных обладателей золотого ранга. Большинство из них были слишком плохи, чтобы отличить одного от другого.

— Давайте прогуляемся, пока эта компания приходит в себя, — сказал он. — Наблюдать, как отрастают органы, лучше избегать. Процесс более кровавый, чем вам хотелось бы. Я расскажу вам еще немного о ядрах реальности.

— Вы можете рассказывать мне что угодно, но вам понадобятся доказательства, если хотите, чтобы я поверила.

Джейсон вошел в туннель, взглянув на место, где были сняты взрывные двери. Буссингер пошла рядом с ним.

— Я, вероятно, могу устроить какую-то демонстрацию, хотя не прямо сейчас, — сказал он ей. — Проблема в том, что ядра реальности изначально существуют как часть подслоя реальности. К которому смертные — и большинство *бессмертных, если на то пошло — не должны иметь доступа. Но у меня есть некоторые способности и доступ к очень хорошему астральному магу. А пока позвольте мне рассказать, для чего на самом деле нужны ядра реальности и почему их извлечение — это очень плохо… * * * Комната безопасности за пределами горного хранилища была большой. Она была спроектирована не для обычных операций, а для того, чтобы дать последний бой при защите хранилища. Предполагалось наличие мощных оружейных точек и оборонительных барьеров для защитников, но они еще не были установлены. Теперь Женева понимала, что, вероятно, никогда и не будут. Поскольку камера была большой и немеблированной, Женева принесла табурет из соседней комнаты.

— Мы что, не пойдем через большую круглую дверь? — спросил Реми, дернув подбородком в сторону хранилища. Он в значительной степени оправился, но всё еще выглядел бледным.

— Нет, — сказала Женева. — Если мы не в безопасности здесь, вы думаете, эта дверь его остановит?

— Нет, — сказал Реми, на его лице появилось новое беспокойство. Он не стал искать, на что сесть, и сполз по стене. Женева поставила свой табурет посреди комнаты и чопорно уселась на него.

— Вы знаете его, не так ли? — спросила она.

— Асано? Нет, я встречал его только однажды. Переправил порталом в Макассар для, ну, вы знаете. Того, что там случилось.

— Разве у Асано нет собственных порталов?

— Конечно, но нужно добраться до мест длинным путем, прежде чем можно будет открыть туда портал. Вот почему я всегда в движении.

Он огляделся.

— Знаете, не думаю, что мне здесь место. Портал-специалист вроде меня работает фрилансером между фракциями, так что люди не пускают меня в такие места.

— И всё же вы смогли переправить людей прямо сюда. Значит, вы здесь уже бывали.

— Ну, я специалист. Я не умею драться, но когда дело доходит до порталов, я могу гнуть правила, с которыми застряли все остальные. Если кто-то другой был в каком-то месте, я могу использовать их как маяк, чтобы нацелиться на эту локацию. Есть условия и факторы риска. Я должен быть осторожен с этим, поэтому не люблю делать это таким образом. Но когда нужно — значит нужно, а вы не принимали отказа. Хотя вам пришлось бы, если бы вы сказали мне, что сюда едет Джейсон Асано. Я лучше встречусь с вами, чем с ним; мне плевать, кто вас поддерживает.

— Я ценю, что вы доставили сюда других обладателей золотого ранга, и с такой скоростью. Спасибо. Я ожидала, что вы высадите их как можно ближе, и они побегут остаток пути.

— Не уверен, что это вам поможет.

— Вы думаете, он может победить такое количество людей?

— Я думаю, что если он не может, у него есть свои люди на космической магической станции или что там у него снаружи. Но да, я думаю, что…

Он осекся и покачал головой.

— Миссис Андрос, каковы шансы в бою у обладателя бронзового ранга против обладателя серебряного ранга?

— Никаких. Какое это имеет отношение к делу? * * * «…если извлечь достаточно ядер реальности, — объяснил Джейсон, — то зоны трансформации начнут появляться снова. Зоны трансформации — это струпья, выросшие поверх ран на коже вселенной. И если это будет продолжаться, станет только хуже, пока эти раны не станут слишком большими, чтобы затянуться».

— И что тогда произойдет? — спросила Буссингер.

— Тогда то, что по ту сторону, хлынет внутрь. Магия, сырая и неразбавленная. Земля выдержит это так же, как тонкая ткань ураган. В этот момент вмешаются другие силы. Маловероятно, что это перерастет в полное уничтожение вселенной, хотя солнечная система почти наверняка исчезнет. Возможно, значительная часть Млечного Пути. Зависит от того, сколько времени потребуется Строителю и Мировому Фениксу, чтобы вмешаться. Если они разойдутся во мнениях, что делать и кто из них главный, это может занять время.

— И это те великие астральные сущности, о которых вы говорили? Но этот Строитель отличается от Строителя, который создал нашу вселенную.

— Верно. Я освещал всё это более подробно на недавнем брифинге. Будучи обладателем золотого ранга, полагаю, вам покажут его раньше, чем позже.

Когда объяснение Джейсона подошло к концу, им всё еще предстояло пройти долгий путь вглубь горы. Он перешел к вопросам, которые были у него к ней.

— Та способность, которую вы использовали на себе, чтобы очистить все мои недуги, — сказал он. — Я видел другие способности, которые могли бы это сделать, но не путем удара молнией по человеку, который её использует.

— Да. Я никогда не слышала ни о ком на Земле со способностью, подобной этой.

— И я тоже, а я видел гораздо больше способностей. Похоже, способность причинила вам вред, одновременно очищая.

— Причинила. Способность называется Молния испытания, о чем я узнала только после прибытия системы. Это правда, что вы причастны к этому?

* Да

Она замерла, уставившись в окно.

— Это не такое уж большое дело, — сказал он ей.

— Вы внесли фундаментальное изменение в то, как работает магия.

— Это скорее то, как люди воспринимают магию, чем изменение самой магии. Так что, не такое уж большое дело, как я и сказал.

— Это всё равно изменение, которое затронуло всех в целом мире.

— Космосе, — поправил он.

— Что?

— Это затронуло всех в космосе, или, по крайней мере, тех, кто потенциально может использовать эссенциальную магию. Я займусь расширением этого, как только… это неважно. У меня сейчас есть более насущные проблемы.

Окно исчезло, и они продолжили свой путь.

— Я заметил кое-что очень необычное, когда вы использовали эту способность, — сказал он. — Не думаю, что заметил бы, если бы не участвовал в этой экспериментальной программе, которую один знакомый священник проводит на людях. Вы были бы заинтересованы в том, чтобы принять участие?

— В экспериментах на людях, проводимых священником?

— Не только на людях. Он заставлял меня участвовать в проведении операций на людях.

— Настоящих операций, а не целительной магии?

— Целительная магия была задействована, но настоящая операция, да.

— У вас есть медицинское образование?

Джейсон рассмеялся.

— Нет, — сказал он ей. — Нет, у меня его нет. * * * — Я выполнял работу для Лионского отделения, — объяснил Реми. — Это было тогда, когда Асано впервые вернулся на Землю. Мало кто о нем слышал. Лионское отделение слышало, не уверен как, и они послали кого-то похитить его. Обладателя серебряного ранга, или категории три, как их тогда называли. С тех пор многое изменилось. Обладатели серебряного ранга были более особенными. Думаю, кто-то в Лионском отделении предвидел всё это и хотел заполучить в свои руки катализатор этих перемен.

— В Лионском отделении была Фарра Хурин, — сказала Женева. — Вот откуда они знали. И я бы поспорила, что она была ответственна за изменения в магическом мире не меньше Асано, если не больше. Большая часть обучения, которое сейчас является стандартом для обладателей эссенций, пришла от неё, а не от него. И если бы не её работа над сетью, такого объекта, как этот, не существовало бы.

— И что это за место, собственно?

— Я так понимаю, тогдашний обладатель бронзового ранга Асано сумел победить обладателя серебряного ранга? — спросила Женева, игнорируя вопрос. Реми пожал плечами и продолжил свой рассказ.

— Себастьян — так звали обладателя серебряного ранга. И нет, Асано не победил его, но он чуть не убил его. Себастьяну удалось схватить Асано и передать его, но после этого он был вынужден ползти в местное отделение Сети, прежде чем умер от того, что Асано сделал с ним. К тому времени, как они его исцелили, Асано уже освободился и «испарил» людей Себастьяна. Он объявился на кухне директора Сиднейского отделения посреди ночи.

— А вы тут при чем?

— Себастьян работал без разрешения местного отделения, и местные не оценили, что он похитил их межпространственного путешественника. Лион нанял меня, чтобы вывезти его.

— Вы взломали отделение Сети?

— Нет, они подкупили одного из членов комитета директоров. Она даже заложила бомбу в самолет, перевозивший Асано, но толку от этого было мало. Моей работой было вывезти их обоих из страны.

— И вы это сделали? — спросил Джейсон, проходя через дверь. — Миранду Эллис больше никто никогда не видел после этого.

Ни Женева, ни Реми не почувствовали приближения Асано или обладателя золотого ранга, который последовал за ним через дверь.

— Вы стали предателем? — спросила Женева Буссингер. — Вот как Асано победил?

— Она пленница, — сказал Джейсон.

— Остальные мертвы? — спросила Женева.

— Они живы, — сказал Джейсон. — Более или менее. Они восстановятся. А теперь, Реми, я задал тебе вопрос.

— Я не помнил её имени, — сказал Реми. — Она была ужасной и недолго продержалась. Себастьян ударил её способностью и скинул с огромной скалы в Какаду. Полагаю, её тело всё еще может быть там, но я думаю, что-то его съело. Если кто-то скучал по ней, я об этом не слышал. Почему вас это вообще волнует?

— Потому что хорошие люди погибли при взрыве того самолета.

— Вы же не собираетесь винить меня за то, что она сделала, верно? — спросил Реми.

— Нет, но тебе стоит быть осторожнее с тем, с кем ты общаешься.

Джейсон сузил глаза, глядя на Реми.

— Это вызвало у тебя больше реакции, чем я ожидал.

— Я не… понятия не имею, о чем вы, — заикаясь, сказал Реми. Всё еще сидя на полу, он пополз вдоль стены подальше от Джейсона.

— А теперь ты мне лжешь, что не лучшая идея. Пожалуйста, потерпите минутку, Женева. Я доберусь до вас, но я наткнулся здесь на неожиданную удачу. Реми, когда я сказал, что тебе стоит быть осторожнее с тем, с кем ты общаешься, я почувствовал, как паника в твоей ауре подскочила, словно кто-то ткнул живым проводом в промежность. С кем ты общался, что это вызвало такую реакцию?

Глаза Реми метались по комнате, ища выход, который, как он знал, найти невозможно.

— Себастьян, — сказал он. — Тот, кто похитил вас. Я знаю, где он.

— Мне плевать, — сказал Джейсон. — Если бы я мстил каждому на Земле, кто пытался убить, похитить или иным образом насильственно эксплуатировать меня, мне пришлось бы уничтожить каждую магическую фракцию на планете. И, возможно, пару стран.

— Что, как мне кажется, беспокоит людей, — отметила Буссингер.

— Это не Себастьян, — сказал Джейсон. — Я довольно хорошо научился читать ауры. Когда Реми здесь произнес его имя, это не было ложью, но чувствовалось как ложь. Он действительно знает, где найти Себастьяна, но это была отговорка. Какое имя ты боишься, что я услышу, Реми?

Реми был загнанным зверем, «бей или беги» читалось в его широко раскрытых глазах.

— Назови имя, Реми.

— Мари Финнеган, — сказал он сквозь зубы.

Женева вскочила со своего табурета.

— Что?

Джейсон перевел взгляд с одного на другого, затем тяжело вздохнул.

— Директор отделения из Цюриха? — спросил он. — Всё быстро усложняется. Тень, скажи остальным, чтобы присоединились к нам.

Тень поднялась из тени Женевы.

— Я сообщаю им сейчас, мистер Асано.

Глава 978: Последствия для вашей работы

Глава 978: Последствия для вашей работы

— Асано, Сеть не позволит вам просто так ворваться на их объекты и делать что вздумается, — сказала Женева.

— Надеюсь, вы правы, — ответил ей Джейсон. — Я намерен собрать всех, кто был причастен к этому, и убедиться, что они больше никогда так не поступят. Чем больше их придет ко мне, тем больше времени я сэкономлю.

— Вы думаете, что сможете сразиться со всем миром?

— Да. Надеюсь, до этого не дойдет, но у нас есть запасные планы на случай, если это все же случится.

— У вас есть запасные планы, которые, по вашему мнению, позволят вам победить весь мир?

— Мне не нужен план, чтобы завоевать мир, директор Андрос. Запасные планы нужны для того, чтобы ограничить ущерб, когда я это сделаю.

— Вы бредите.

— Тогда вам следует быть очень осторожной, директор, учитывая, что я также невероятно силен.

— Каковы ваши намерения?

— Шаг первый: подтвердить, что здесь творятся очень нехорошие вещи. Как там дверь?

Он взглянул на Фарру, Белинду и Клайва, работавших над хранилищем. Остальная команда Джейсона была на месте, вместе с несколькими другими людьми.

— Это хранилище на удивление хорошо спроектировано, — сказала Белинда. — Эта дверь, по сути, гигантская магическая батарея. Она использует огромное количество маны, которое удерживает внутри, чтобы сделать невозможными многие стандартные методы взлома.

— Сколько времени потребуется, чтобы вскрыть ее? — спросил Джейсон.

— О, мы поняли это еще некоторое время назад, — ответила Белинда. — Мы работаем над тем, как полностью снять дверь, не выпустив всю накопленную магию.

— Зачем вам снимать дверь, а не просто открыть ее? — спросил Джейсон.

— Ну, мы же проделали такой путь, — сказала Белинда. — Было бы обидно не взять сувенир.

— Мы здесь не для того, чтобы воровать, Линди.

— Я думала, тебе нравится делать вещи по нескольким причинам сразу.

— Белинда, — сказала Даниэль. — То, что мы здесь делаем — это силовое вмешательство, которое разозлит многих людей. Хотя это не является обязательным для нашего начинания, все пройдет гораздо глаже, если мы сможем сохранить моральное превосходство. Использование возможности для грабежа во время выполнения задачи подорвет эти усилия.

— Ладно, — проворчала Белинда, как ребенок, которому сказали, что он не получит сладостей перед ужином. Она щелкнула пальцами, и массивная дверь хранилища треснула, медленно распахнувшись. Внутри персонал объекта сбился в кучу в глубине помещения, глядя наружу с испуганными лицами.

— Клайв? — позвал Джейсон.

Игнорируя людей, съежившихся в глубине, Клайв вошел внутрь, направился прямо к одной из открытых дверей контейнеров и заглянул внутрь. Он вытащил несколько устройств, помахал ими, а затем кивнул самому себе.

— Да, — крикнул он. — Они определенно хранили здесь ядра реальности.

Фарра подошла к Джейсону и положила руку ему на плечо.

— Может, оставишь допросы другим? — предложила она. — Анна отлично с этим справится, и у нас есть все необходимые люди, чтобы ее поддержать. Это не обязательно должен быть ты, и, возможно, даже не стоит.

— Я в порядке, Фарра.

— Я не сомневаюсь, — сказала она. — Но можешь ли ты честно сказать мне, что расследование использования ядер реальности на Земле не вызовет старых воспоминаний? И что эти воспоминания не повлияют на принятие тобой решений так, как, возможно, не должны?

— Нет, — признал он.

— Это не как в прошлый раз. Здесь не только ты, я и Доун. Здесь много людей, готовых помочь тебе, и не только наши. Ты говоришь, что хочешь, чтобы жители Земли проявили инициативу. Теперь, когда ты должным образом объяснил им, что происходит, может, дашь им шанс сделать именно это? Местные лучше справятся с поиском всех причастных, чем люди из другого мира. Используй их опыт, с Анной в качестве связного, а остальными из нас — в качестве силовой поддержки. Разве не для этого ты потратил время и силы, чтобы все это организовать?

— Да, — сказал он, хотя его голос звучал нерешительно.

— Тогда не пора ли дать всему этому шанс сработать?

Он посмотрел на Женеву. Она все еще сидела на своем табурете, но в окружении союзников Джейсона золотого ранга, нависших над ней.

— Мне не нравится, когда ты говоришь настолько разумные вещи, — проворчал он, обращаясь к Фарре.

— Я всегда говорю разумные вещи.

— Заткнись.

Она хлопнула его по голове.

— Убирайся отсюда.

Он создал портальную арку. Он почувствовал некоторое сопротивление при ее открытии со стороны магических оберегов объекта, но подключился к своим астральным вратам, чтобы прорваться. Он почувствовал удивление Женевы, но вместо этого повернулся к Буссингер, стоявшей в стороне.

— Ты со мной, — сказал он ей, а затем шагнул в портал, не дожидаясь, последует ли она за ним. Она нерешительно огляделась, а затем последовала за ним.

* * *

Буссингер вышла из портала на широкую улицу. С одной стороны росли деревья, перед зданиями, которые выглядели как постройки эпохи Возрождения, но явно ими не были. Их строительный материал был белым и испускал туман, почти как сухой лед. Через мгновение она поняла, что здания сделаны из облаков, что сузило круг возможных мест, где она могла оказаться.

Она повернулась на месте, оглядываясь. На другой стороне улицы был парк. Многие люди, которых она видела, не были людьми, и на нее глазели так же часто, как она на них.

Кто-то начал говорить с ней на языке, которого она не знала, и она поняла, что все еще стоит посреди улицы.

— Entschuldigung, — сказала она, ступая на тротуар. Мужчина, говоривший с ней, был велосипедистом, который остановился, чтобы не сбить ее. Улица была не оживленной, и большую часть транспорта составляли велосипеды и скутеры. Мимо проехал фургон доставки, и она увидела пути для трамвая.

— Извините, — произнес голос на английском. Она обернулась и увидела маленькую девочку, которая смотрела на нее, пытаясь вырваться из хватки матери, державшей ее за руку. Она не была человеком, но выглядела как лисочеловек, с тремя хвостами, возбужденно виляющими позади нее.

— Мария, не беспокой милую даму.

— Но она выглядит так круто! И это был Джейсон Асано! Я видела, как он вышел из волшебной двери!

— Прошу прощения, — сказала Буссингер. — Вы случайно не видели, в какую сторону он пошел?

Девочка указала на ближайшее здание, ее глаза были прикованы к золотым перчаткам Буссингер.

— Ты достала эти металлические перчатки из монстра? Они такие классные!

— Да, — сказала Буссингер. — И спасибо.

Она повернулась к матери.

— Если вы не против, это территория клана Асано, верно? Какая именно?

— С вами все в порядке? — спросила женщина, оглядывая Буссингер с ног до головы.

Ее красно-золотая одежда по большей части очистилась и восстановилась сама, но отголоски битвы остались. Все еще были видны несколько разрывов и следы ожогов, а по лицу была размазана грязь. Ее темные волосы, туго собранные для боя, растрепались и теперь дико обрамляли ее бледное лицо.

— Я в порядке, — сказала Буссингер. — Мы во Франции или в Словакии?

— В Словакии, — ответила женщина с добродушным смехом. — Похоже, у вас выдался непростой день.

— Можно и так сказать. Вам стоит предупредить дочь, чтобы она не ходила за странными мужчинами через порталы.

— Боюсь, этот совет останется без внимания. Она твердо решила стать искателем приключений.

— Искателем приключений?

— Так мы называем здесь охотников на монстров.

Мать наконец заставила дочь двигаться дальше, бросив на Буссингер извиняющийся взгляд. Буссингер перевела внимание на указанное здание, на вывеске которого было написано: «Центр исследования духа и тела Килидос». Это звучало как один из тех мошеннических центров духовного целительства, которые должны были исчезнуть после раскрытия истинной магии, но вместо этого только процветали.

Она вошла внутрь, в атриум с мраморным полом и стеклянным потолком. Стены были сделаны из того же облачного материала, что и снаружи, но из них росли зеленые растения. Посреди пола находился бассейн, наполненный растениями и рыбами. С туманом, исходящим от стен, и солнечным светом, льющимся сверху, это место напоминало вестибюль тропического курорта. Двое мужчин за длинной стойкой регистрации спорили на английском.

— ...настроим инфраструктуру сейчас, и как только заработает регулярная почта, мы будем готовы.

— Настроить регулярную почту? Мы окружены пустошью вампиров, а не непогодой. Ретт, нам нужно создать базу операций в США. Отправка вещей отсюда означает больше затрат, больше проблем и меньше надежности. Даже если будет организована какая-то служба доставки, она будет заниматься всеми скучными вещами, которые клан Асано посчитает важными. Они определенно не будут отдавать приоритет доставке амфор в стиле Паллимустуса ручной работы.

— Мы должны называть их в стиле Паллимустуса, Хайме. Мы на самом деле не получаем их из Паллимустуса, а на этой планете есть торговые законы. И всегда помни называть их крафтовыми.

— Что значит крафтовые?

— Это значит, что мы берем в три раза больше денег.

— В три раза?

— Ага.

— Мне нравится этот язык. В нем так много слов, которые мне нравятся.

— Я же говорил, что покупка тех книг навыков была хорошей идеей.

Они наконец заметили ее появление и повернулись в ее сторону. Оба они были серебряного ранга и людьми. Она могла почувствовать присутствие использования монстро-ядер в их аурах, а также что-то, что она не могла идентифицировать. Почему-то это заставило ее подумать о жесткой щетке для стирки.

— Вы, должно быть, та леди, о которой говорил Асано, — сказал Хайме и указал на дверь. — Через нее, налево, налево, направо, затем до конца и вниз по лестнице слева.

Затем он повернулся обратно к своему спутнику.

— А что, если мы скажем, что они «изготовлены вручную экспертами-ремесленниками Паллимустуса», вместо того чтобы называть их в стиле Паллимустуса?

— О, мне это нравится.

Снова оказавшись проигнорированной, Буссингер направилась к указанной двери.

* * *

Оранж и Хигги были солдатами из отряда Найджела Торнтона, вместе еще со времен их службы в Сети в Австралии. Хигги был мужчиной индийского происхождения, красивым даже до воздействия магии. Оранж был одним из тех редких людей, которые даже после многократного повышения ранга выглядели грубо. Он не только выглядел так, будто ему самое место в барной драке, но и казалось, что он злится из-за того, что прямо сейчас не участвует в ней. Джейсон наблюдал, как они маневрируют вампиром в камеру, используя пару шестов, прикрепленных к ошейнику на шее вампира.

— Это ошейник подавления? — спросил Джейсон.

— Вариант, предназначенный для подавления вампирской силы, — объяснил Карлос.

Они находились в темнице с несколькими камерами, примерно треть из которых была занята вампирами.

— Карлос, — сказал Джейсон, — ты не теряешь времени даром, верно? Большинство из нас еще даже не распаковали вещи.

— Я хотел начать немедленно, — сказал Карлос. — У меня обычно нет такого легкого доступа к вампирам. Открытие того, что земные вампиры не проявляли поведение вампиров Паллимустуса, пока уровень магии не поднялся, имеет некоторые ключевые последствия для моей работы.

— Возможно, я наткнулся на кое-что еще, что имеет последствия для твоей работы.

— И что же это?

— Способность эссенции. Мне показалось, что я что-то почувствовал, когда увидел ее в действии, но там шла битва. Возможно, мне это показалось, поэтому я хочу, чтобы ты проверил. Думаю, я бы вообще ничего не заметил, если бы не работа, которую я проделал с тобой над Мелоди.

— И что именно ты увидел?

— Наверное, лучше позволить тебе взглянуть на это вслепую. Я знаю, что ты объективный исследователь, но все же предпочел бы не предвосхищать результаты. Я попросил ее прийти сюда, чтобы ты мог осмотреть ее сам.

— И что ты ей сказал?

— Что ты проводишь эксперименты на людях.

— Это грубое преуменьшение того, что я делаю. И вряд ли это побудит ее участвовать в упомянутом экспериментировании.

— Либо это, либо оставаться в комнате, полной моих друзей, после того как она только что пыталась меня убить.

— Да, это сработало бы, — сказал Оранж, оглядываясь через плечо. Вампир воспользовался моментом отвлечения, выбил шест из рук Оранжа и бросился на него. Оранж исчез, а на его месте появился Хигги, держащий щит. Вампир ударился о щит, который обрушил на него громоподобный звуковой удар, отбросив его в стену. Он сполз на пол, где Оранж, появившийся на прежнем месте Хигги, забросил его в камеру, как мешок картошки, и захлопнул дверь.

— Черт возьми, Оранж, — отчитал его Хигги.

— Что? — громко спросил Оранж, прикрывая ухо. — Я тебя не слышу из-за этого взрыва. Наверное, слух ко мне вернется только тогда, когда я уйду и ты больше не сможешь на меня орать.

Хигги закатил глаза, но замер, когда Буссингер поспешно вошла с лестницы, вся в боевой готовности и дикой красоте. Он подбежал к ней и протянул руку.

— Шейн Пател, очень приятно познакомиться.

— У него маленький член, — крикнул Оранж, из-за чего все в комнате обернулись, чтобы посмотреть на него.

— Что? — спросил он. — Я просто подумал, что ей стоит знать.

— Оранж, как же я тебя ненавижу, — сказал Хигги, затем топнул ногой и ушел вверх по лестнице. Остальные остались стоять в неловком молчании.

— Он правда...? — спросил Джейсон, наводя на ответ и нарушая тишину.

— Нет, — сказал Оранж. — Это как морской змей на углу старинной карты. Наполовину ожидаешь, что он утащит корабль под воду. Нам просто нравится держать его в тонусе.

— Что здесь происходит? — спросила Буссингер. — Это вампиры?

Глава 979: Однозначно мое дело

Глава 979: Однозначно мое дело

Обе территории Джейсона на Земле имели центральную башню в самом сердце. Два здания возвышались над городами, в которых они находились, не вписываясь в окружающую обстановку. Будучи административными центрами клана, они также служили портальными узлами, соединяющимися друг с другом и астральными пространствами, которые они содержали. Верхние этажи зданий вмещали офисные помещения и другие удобства, необходимые руководству клана. Нижняя половина каждой башни представляла собой массивный атриум с несколькими мезонинными уровнями.

Атриумы больше напоминали висячие сады. Растения росли повсюду, свисая с мостов, пересекающих открытое пространство на каждом уровне. Водные объекты перетекали с одного этажа на другой. Естественный свет был странно неестественным, проникая повсюду, независимо от времени суток. Не было никаких мрачных углов или мест, затененных мостами или верхними уровнями. В лучшем случае свет приятно рассеивался, проходя сквозь сады на мостах или две большие ивы на первом этаже.

Нижний этаж был зоной приема, но ориентироваться там было сложно, так как это был скорее сад, чем вестибюль. На мезонинных уровнях располагались фуд-корты, лаунжи и помещения, связанные с тестированием и обучением пользователей эссенций. И сотрудники, и посетители бродили по атриуму в любое время дня. Порталы всегда находились где-то в атриумах, но имели привычку перемещаться без предупреждения.

Внешний вид каждой башни казался не связанным с интерьером. Фасады были склонны к масштабным изменениям, причины и график которых были неизвестны. С момента возвращения Джейсона на Землю изменения стали более частыми: от нескольких недель или месяцев до нескольких дней. То, что сегодня могло быть китайской пагодой, на следующий день могло стать небесной башней из мрамора и золота. Неизменным оставалось лишь огромное и призрачное присутствие сине-оранжевого глаза, сияющего над башней.

Эми любила открывать для себя каждую новую форму башни. Ей нравилось охотиться по атриумам в поисках порталов, посещая оба домена, чтобы увидеть, какую форму приняли здания. Она часто брала с собой Винсента, и они вместе бродили по садам. Ему нравилось рисовать башни, и у нее в квартире была коллекция его карандашных рисунков.

После возвращения дяди она не успевала следить за каждым изменением. Они происходили слишком быстро, когда она была занята, будь то поездка в Австралию или подготовка к долгосрочным планам Джейсона. В этот конкретный день ее вызвали в словацкий домен, так что у нее появилась возможность посетить здание.

Его, безусловно, было нетрудно заметить: оно возвышалось над крышами Сент-Этьена, пока она ехала на черном скутере по улицам. Текущий дизайн представлял собой суровое сооружение из черного стекла и красных украшений, похожее на логово какого-нибудь научно-фантастического деспота.

— Как думаешь, дядя Джейсон злится? — спросила Эми. — У меня такое чувство, что изменения здания зависят от настроения дяди Джейсона. Однажды оно превратилось в то, что подозрительно напоминало японский отель любви, и я надеюсь, что оно не делает так каждый раз, когда он...

— Мистер Асано действительно очень зол, — ответил скутер, прежде чем она успела продолжить. — Однако он держит это под контролем, что — максимум, на что мы можем рассчитывать. Он отвлекает себя другой задачей.

— Той таинственной вещью, о которой тебе не разрешено мне рассказывать?

— Мистер Асано посчитал, что лучше позволить результатам говорить самим за себя, на случай разочарования.

Башня стояла посреди большой рыночной площади. Еда из магически богатых астральных пространств была в изобилии и в основном доставлялась через порталы в башне. Продуктовые киоски и торговые палатки образовывали небольшой лабиринт, и Эми остановила скутер. Она привлекла взгляды, когда скутер взорвался облаком тьмы, которое исчезло в ее тени, и она услышала обычный шепот: «Принцесса клана Асано». Прошло много времени с тех пор, как она позволяла этому беспокоить себя.

Обычно перед входом она осматривала рынки. Еда, выращенная в вечной ночи словацкого астрального пространства, часто была необычной и интересной. Сегодня она направилась прямо к дверям башни, которые в этот раз представляли собой раздвижные плиты из темного стекла.

Интерьер был как другой мир, какой-то сказочный рай, запертый в башне злодея. Бабочка опустилась ей на плечо, синий и оранжевый цвета ее крыльев были яркими, но настоящими. Хотя они напоминали бабочек-предвестников гибели Гордона, это не были те светящиеся варианты, которые Джейсон использовал, чтобы убивать десятками.

Она подошла к длинной стойке регистрации, где один из четырех администраторов был свободен. Эми узнала в нем Тони Асано, который приходился ей троюродным братом или кем-то в этом роде. Их прабабушка уже создала отдел генеалогии, чтобы убедиться, что через пару поколений не возникнет неловких ситуаций.

— Тони, ты не знаешь, где сейчас портал в Словакию?

— Второй мезонин, рядом с магазином ттокпокки. Разве ты обычно не любишь искать его сама?

— Сегодня мне нужно быть в другом месте.

Тони наклонился вперед, чтобы прошептать, несмотря на бессмысленность этого действия. Поскольку пользователи эссенций обладали такими мощными чувствами, каждая секция стойки регистрации была защищена магией конфиденциальности, чтобы держать дела людей в секрете.

— Это как-то связано с твоим дядей? — спросил он. — Я слышал, он заставил команды Найджела привозить вампиров обратно, когда очищал кровавые фермы.

— Не знаю, — ответила она. — Мне ничего не говорили.

— Готов поспорить, происходит что-то очень крутое.

— Ты же знаешь, что мог бы участвовать в подобных делах, верно? Но ты не мог дождаться, чтобы свалить после базовой подготовки.

— Ну да, но монстры — это страшно. Я лучше придержусь охот с гидом и минимальных квот на бой для повышения ранга, спасибо большое.

— Это... не неразумно.

— Правда? Я думал, вы, боевые типы, все такие: «эссенции не должны тратиться на слабых» и все такое.

— Я не боевой тип, Тони. Ттокпокки там вкусные? Я еще не пробовала.

— Вчера на обед я брал с соусом канчжан. Было вкусно, но я бы порекомендовал кочхуджан, если не боишься острого.

— Спасибо.

* * *

В ритуальной комнате в исследовательском центре Карлоса Джейсон, Клайв и Буссингер наблюдали, как Карлос и Фарра кропотливо рисуют ритуальную диаграмму.

— Я ценю помощь, — сказал Карлос Фарре. — С такой тонкой магией хорошо иметь специалиста по ритуалам, чтобы убедиться, что круг нарисован с максимальной точностью.

Джейсон обернулся, когда услышал голос Эми из коридора.

— ...зачем мне покупать амфору? Это просто неудобные кувшины.

— Они крафтовые.

— Это просто значит, что они стоят в три раза дороже.

— Ретт, она знает!

Джейсон покачал головой и вышел на стойку регистрации. Двое бывших фанатиков Ордена Искупительного Света за стойкой побледнели.

— Дядя Джейсон!

Эми бросилась обниматься, морща нос, когда он взъерошил ей волосы.

— Дядя Джейсон, я уже не маленькая девочка.

— Конечно, нет, малышка. Пойдем.

— О чем это все?

— Увидишь.

Он бросил строгий взгляд на Ретта и Хайме, которые поникли, как шпинат в сауне. Как только он ушел, оба выдохнули воздух, который задерживали.

— Она сказала «дядя»? — спросил Ретт.

— Сказала.

Хайме посмотрел на небольшую витрину «амфоры на продажу» в конце стойки.

— Нам стоит сменить вывеску на «не продаем членам семьи Асано».

— Это клан Асано, Хайме. Это отсечет большую часть нашего рынка.

— Вот почему нам нужно запустить онлайн-магазин.

— У нас все еще проблема с доставкой.

— Я лучше поработаю над этой проблемой, чем буду слушать, как Джейсон Асано спрашивает нас, почему мы продали его тете или кому-то там еще халтурную амфору, которую мы сделали на зачарованном 3D-принтере.

— Ты же знаешь, что он, вероятно, все еще нас слышит, верно?

— Это не отменяет моего довода.

* * *

Карлос, Фарра и Джейсон наблюдали, как Клайв и Эми, стоя на четвереньках, внимательно изучали завершенный ритуальный круг. Клайв объяснял тонкости, а Эми указывала пальцем и задавала вопросы. Буссингер, которая вскоре должна была встать в круг, стояла в стороне от остальных, глядя на него.

— Женева Андрос молчит как рыба, — сказала Фарра. — Она ждет представителей Сети, как будто она в комнате для допросов ждет адвоката.

— По сути, так оно и есть, — сказал Джейсон.

— Анна и Даниэль хотят привлечь как можно больше людей. Правительство Швейцарии, ООН, ЕС, все магические фракции. Правда, не те, у кого тесные связи со швейцарскими отделениями. И разведывательные агентства, с которыми мы работаем. У них лучшие следователи, если мы действительно хотим запереть ее в комнате и заставить попотеть. Основная идея — вытащить все это на свет и посмотреть, какие жуки разбегутся.

— И как успехи?

— Андрос, может, и хранит молчание, но все ее маленькие приспешники в хранилище оказались менее решительными. Похоже, эта женщина Финнеган думала, что ведет очень секретную маленькую операцию, о которой почти никто не знает. Оказалось, что ее боссы были менее осторожны, уже начав торговать доступом к ядрам. Если бы мы не узнали об этом сейчас, ЦРУ узнало бы через несколько месяцев, в крайнем случае. Вероятно, через недели. У нас могут возникнуть проблемы с тем, чтобы собрать всех причастных.

— Это не имеет значения. Мое участие начинается и заканчивается тем, чтобы остановить фермерство ядер реальности и убедиться, что оно не начнется снова.

— Вторая часть будет сложной. Возможно, нам придется несколько раз прихлопнуть эти операции, если люди продолжат их запускать. Они могут счесть риск оправданным, какой бы пример мы ни показали на этих людях.

— Я знаю. Теперь, когда кто-то разработал метод, джинн выпущен из бутылки. Нам придется сделать все возможное, чтобы спрятать бутылку и надавать по соплям любому, кто попытается ее откопать.

— Похоже, мы вышли на хороший след людей, которые всем этим руководят. Проблема в том, что сама операция и ключевые игроки все еще в бегах.

— Женщина, о которой упоминал специалист по порталам? Мари Финнеган?

— Оказывается, она — начало интересной цепочки. Тот парень, Реми, сделал несколько удивительных откровений, как только мы на него надавили. К счастью для нас, он действительно не хочет снова оказаться в одной комнате с тобой. Оказывается, пока ее боссы распродавали ее секретную операцию, она продавала ее королеве вампиров.

— Мы подозревали, что они работают с вампирами.

— Похоже, связь немного более личная. Финнеган работала напрямую с Элизабет. «Близко» — вот слово, которое использовал Реми. Похоже, королева вампиров все больше отдаляется от своих подданных после твоего маленького вампирского апокалипсиса. Ей некому доверять, поэтому она, Финнеган и Маккин вели свою собственную игру.

— Вы подтвердили участие Маккина?

— Да. Мы даже получили местоположение их основной лаборатории, но организовать налет будет непросто.

— Почему так?

— Это подводная лодка. Она перемещается, так что даже специалист по порталам, который там был, не сможет вернуться без организованной встречи. Мы думаем над тем, чтобы Реми попытался это устроить, но если Финнеган еще не знает, что его схватили, это вопрос времени. Зара приводит своих людей.

— Делегация Королевства Штормов?

— Большая часть Королевства Штормов — это вода. Их искатели приключений умеют работать под водой.

— Они собираются искать подлодку трудным путем, — понял Джейсон.

— Именно. Нам нужно будет повезти, но у нас есть общая зона для поиска.

— Я нужен для чего-нибудь?

— Думаю, Анна захочет использовать тебя в ближайшие дни и недели. Похоже, им придется выпотрошить как минимум два отделения Сети здесь, в Швейцарии. Так же, как они сделали во Франции после Адриена Барбу. Но пока мы прикрыты. Просто сосредоточься на том, что происходит здесь. Кстати, что происходит здесь? Это самый точный аналитический ритуал, который я когда-либо видела. Это, по сути, микроскоп для души. Зачем тебе нужно так пристально смотреть на чью-то душу?

Она повернулась, чтобы посмотреть на Буссингер, нервно стоявшую в углу. Джейсон проследил за ее взглядом.

— Думаю, я кое-что почувствовал во время боя, — сказал он. — Не могу быть уверен, поэтому прошу Карлоса взглянуть повнимательнее.

— Дядя Джейсон ведет себя крайне скрытно, — сказала Эми, поднимаясь с пола. — Этот ритуальный круг безупречен, Фарра. Ты стала еще лучше с тех пор, как в последний раз была на Земле.

— У меня было много времени на практику, пока кто-то...

Она бросила на Джейсона прямой взгляд.

— ...был занят сражением с супербогами за судьбу космоса.

— Это было за судьбу космоса!

— Всегда найдется оправдание, — сказала Фарра и обменялась понимающим взглядом с Эми.

— Можно мы просто начнем, пожалуйста? — попросил Джейсон, и они все снова повернулись к Буссингер.

— Э-э, что именно здесь произойдет? — спросила она.

Карлос встал между ней и остальными. В своем лабораторном халате и с тем взглядом, который он бросил на них, он выглядел как врач, отгоняющий людей от своего измученного пациента. Затем он повернулся к Буссингер и заговорил мягко.

— Все очень просто. Мы собираемся взглянуть на вашу душу, но только снаружи. Это более или менее то же самое, что кто-то смотрит на вашу ауру, но очень тщательно. Это не будет больно или вредно, хотя большинство людей сообщают, что это ощущение довольно навязчивое. Асано ведь спросил, хотите ли вы подвергнуться этому, верно? Что именно он вам сказал?

— Что он хочет, чтобы кто-то кое-что проверил, насчет одной из моих способностей. И что этим кем-то, по-видимому, будете вы.

— И это все?

— А что я могла сделать? Снова драться с ним? Он сражался со мной и шестью другими людьми, и все они выглядят как скелеты, выловленные из ямы с дегтем.

— Они живы, — уточнил Джейсон. — Золотой ранг. Вероятно, будет ПТСР.

— Ты, из всех людей, должен знать, что шутить об этом не стоит, — сказал Карлос.

— Я не шучу, — сказал ему Джейсон. — Пережитое после того, что я делаю с людьми, останется с ними надолго.

Джейсон повернулся к Буссингер.

— Вы в надежных руках с Карлосом. Он целитель. Вроде как полная противоположность мне. Но я не собираюсь заставлять вас делать это. Если хотите вернуться на гору и быть задержанной, пока мы не решим, что с вами делать, это ваш выбор.

Буссингер посмотрела на всех людей, глазевших на нее, прежде чем остановить взгляд на Джейсоне.

— Это крутилось у меня в голове, — сказала она ему. — Чего вы хотите? Могу ли я доверять хоть чему-то из того, что вы мне говорите? А потом я поняла, что это не имеет значения. Я не могу сбежать от вас; я не могу победить вас в бою. Вы просили меня участвовать, но это просто чтобы сделать все проще. Если вы хотите, чтобы я что-то сделала, вы можете заставить меня, хочу я того или нет.

Остальные наблюдали за Джейсоном, пока он стоял в молчании, обдумывая ответ.

— Вы не ошибаетесь, — сказал он ей. — Я могу заставить вас делать все, что мне угодно. Весь мир, на самом деле. Но я этого не делаю, потому что мне не нравится, во что это превратило бы мир, и мне не нравится, во что это превратило бы меня.

Он вздохнул, затем повернулся к Карлосу.

— Прости, приятель. Давай все сворачивать.

— Погодите, что? — спросила Буссингер.

— Что? — переспросил Джейсон.

— Вы просто собираетесь сдаться?

— Да. Согласие — это однозначно мое дело.

— Я не говорила «нет». Что именно, по-вашему, вы увидели? Думаю, все здесь хотят узнать, включая меня.

— А я не собираюсь вам говорить. Не будучи уверенным на сто процентов. Я почти наверняка ошибаюсь, и не хотел бы давать кому-то ложные надежды. Не в этом вопросе.

— Хорошо, тогда, — сказала Буссингер. — Я сделаю это.

Глава 980: Единственное лекарство — смерть

Глава 980: Единственное лекарство — смерть

Ритуальная комната была большим и пустым пространством. Стены и потолок были из простой, гладкой штукатурки, а пол — из полированного бетона. Освещение было немагическим, люминесцентным. Узкие вертикальные прорези были расположены в разных местах по стенам, от пола до потолка. Единственной другой постоянной деталью была единственная дверь, в комнате не было окон, украшений или мебели.

Ритуальная диаграмма, созданная Карлосом и Фаррой, занимала один угол, а обитатели комнаты собрались в другом конце. Буссингер смотрела на плотную сеть линий и символов, нарисованных на полу мелкими порошками разных цветов. Среди них лежали кучки духовных монет и других материалов, от кажущихся обыденными до экзотических. В стеклянной чаше была мутная вода, а рядом лежала куча маленьких металлических слитков. То, что выглядело как обычное яблоко, излучало магию, а огарок синей свечи горел зеленым светом. Пока она смотрела, расплавленный воск медленно полз вверх по огарку, восстанавливая свечу, словно двигаясь назад во времени.

Земля больше интересовалась магитехом, чем ритуальной магией, но она видела ритуалы несколько раз. По сравнению с тем, на что она сейчас смотрела, те ритуальные круги были детскими рисунками мелками. Единственным местом, не заполненным сложными линиями, был пустой круг в середине диаграммы. Там было как раз достаточно места, чтобы встал один человек.

— Пожалуйста, перейдите в середину ритуальной диаграммы, — сказал ей Карлос. — Будет лучше, если вы левитируете внутрь. Я знаю, что у вас координация золотого ранга, но спотыкание, если вы запрыгнете, будет стоить нам немало работы.

Она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— У меня нет способности к левитации, — сказала она, поймав на себе странные взгляды всех, кроме Асано и Фарры Хурин.

— Я в значительной степени отвечаю за разделы, связанные с аурой, в программах обучения Фарры, — сказал Джейсон остальным. — Я был сосредоточен на людях, начинающих с нуля, а не на тех, кто уже достиг средних рангов, используя ядра. Руфус усовершенствовал то, что Фарра распространила по миру, но не стал распространять методы более высокого уровня. Не после того, как отношения между кланом и остальным миром начали портиться.

Он повернулся к Буссингер.

— Можете поблагодарить австралийское правительство за конфискацию земли моего дяди.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — сказала она ему.

— Каждый серебряный ранг может выполнять простую левитацию, используя свою ауру, — объяснил Джейсон. — Вы можете использовать свою ауру на себе таким образом только в том случае, если вы немного странный, как вестники и...

— Не отвлекайся, Джейсон, — сказала ему Фарра голосом школьной учительницы.

— Извини. Суть в том, что один из первых уроков контроля ауры серебряного ранга — это левитация. Это не очень полезно, за исключением нишевых обстоятельств, но это очень базовый навык. На данный момент мне, вероятно, стоит левитировать вас внутрь.

— Нет, — сказал Карлос. — Круг чувствителен, и я не хочу, чтобы ваша аура загрязняла результаты. Вот почему я просил вас всех не использовать никаких активных способностей, и почему я велел выложить эту комнату магически подавляющими материалами. Точная ритуальная работа сложна, когда все здание является выражением вашей силы, Джейсон.

— Знаю, правда? — сказала Эми. — Мне приходилось делать то же самое каждый раз, когда я...

— К делу, — сказала ей Фарра тем же тоном мягкого упрека, который она использовала с Джейсоном.

— Мисс Буссингер, — сказал Карлос. — Пожалуйста, осторожно запрыгните в круг.

Буссингер прыгнула в круг. Это была легкая задача с ее силой и координацией, но она обнаружила, что почти споткнулась от нервозности.

— Это могло быть проще, если бы не было столько подготовки, — призналась она.

Карлос вытащил из кармана пульт дистанционного управления, и прозрачные панели выехали из прорезей в стене. Они отрезали угол комнаты, заключив Буссингер и ритуальный круг. Паническое выражение промелькнуло на ее лице, прежде чем она подавила его.

— Извините, — сказал Карлос. — Я должен был предупредить вас. Экраны нужны, чтобы отфильтровать любую постороннюю магию во время ритуала, а также отобразить результаты.

— Вы уверены, что это безопасно? — спросила Буссингер.

— Совершенно безвредно, — сказал Карлос.

— Просто я видела такие экраны по телевизору, когда люди устраивают взрывы.

— Это действительно похоже на них, — с энтузиазмом сказала Эми. — Это весело. Но не волнуйтесь; новые конструкции ритуальных кругов почти никогда не загораются.

— Почти никогда? — переспросила Буссингер.

— Новые ритуалы часто требуют устранения неполадок, — объяснила Эми. — Фарра, у тебя когда-нибудь загорался заново разработанный ритуальный круг?

— Перестань дразнить бедную женщину, — отчитала ее Фарра. — Ты такая же, как твой дядя. Мисс Буссингер, это очень старый ритуал, и в нем не будет ошибок, которые совершил бы чрезмерно усердный ритуалист...

Она взглянула на Эми.

— ...потому что они были слишком очарованы собственной изобретательностью.

— Эй...

— Как насчет того, чтобы начать, пока она не передумала? — предложил Джейсон.

Как только ритуал начался всерьез, наблюдатели за стеклом притихли. Это помогло успокоить нервы Буссингер, но она все равно чувствовала себя как рыба в аквариуме, пока они все смотрели на нее снаружи. Она уже собиралась спросить, когда все начнется, как почувствовала давление, давящее на нее. Это было похоже на погружение в жидкость, но в духовном смысле, давление заливало ее ауру.

Слабости в защите ее ауры были обнажены в короткие сроки. Духовное давление нашло каждый изъян, просачиваясь, как вода в плохо спроектированную подводную лодку. Она инстинктивно начала сопротивляться, но оно находило каждую щель и трещину в ее защите.

— Пожалуйста, не сопротивляйтесь процессу, — сказал Карлос. — Ваша манипуляция аурой все равно не справится с задачей, и вы только сделаете опыт более неприятным.

Прекратить сопротивление было все равно что заставить себя дышать под водой, зная, что утонешь. Она не могла заставить себя сделать это, пока чувство спокойствия не охватило ее, казалось бы, из ниоткуда. В один миг она перешла от состояния утопления в подводной лодке к плаванию в изоляционной камере, мирному и безопасному. Ее магическое восприятие угасло, и другие чувства последовали за ним, все погрузилось во тьму.

* * *

После того как Буссингер вошла в транс в середине ритуала, она стояла, без чувств и неподвижно, без сознания, но все еще на ногах. Когда ритуал подошел к концу, она начала падать. Клайв использовал свою способность «Юкстапозиция», чтобы поменяться с ней местами, и Джейсон поймал ее, прежде чем она ударилась о пол. Он отнес ее в центр комнаты, и облачная кровать выплыла из амулета-фляги на его шее. Он уложил ее и оставил Эми присматривать за ней.

Карлос убрал один из прозрачных экранов, чтобы Клайв мог выйти. Другой экран был залит цветом, как плоская лавовая лампа, отображая результаты ритуала. Джейсон и Карлос вглядывались в него с близкого расстояния, а Клайв и Фарра стояли позади них.

— Вам это понятно? — спросила Фарра Клайва.

— Нет, — сказал он. — Я баловался в большем количестве магических областей, чем следовало бы, но это выходит за рамки моего опыта. Ну, не полностью. Очевидно, это карта физико-духовного диссонанса через применение резонирующего...

— О, да, очевидно, — сказала Фарра. — Джейсон, ты понимаешь это?

— Понимаю, — сказал он. — У меня был аватар, работающий с Карлосом все время моего отсутствия. Он учился, и я впитал эти знания, как книгу навыков.

Он указал на дисплей.

— Вы видите это? — спросил он Карлоса.

— Вижу, — сказал Карлос, его голос был благоговейным шепотом. — Это то, что ты видел во время боя?

— Я не был уверен, но это подтверждает, верно?

— Нам нужно провести больше тестов, — сказал Карлос. — Много больше тестов, начиная с этого снова, чтобы повторить результаты. Но это сильный показатель, да. Ты сказал, что это сделала способность эссенции?

— Да. Ты когда-нибудь слышал о силе, которая может такое?

— Никогда, — сказал Карлос. — Если бы кто-то знал о чем-то подобном, это был бы я. Я никогда не слышал о способности эссенции или любом другом виде силы, способном на такое. Единственное, о чем я даже слышал, что предполагает возможность этого, было бы...

— Реликвия Чистоты, из-за которой все на Палли сражаются.

— Именно, — кивнул Карлос. — Я даже не могу представить последствия этого, даже если эффект силы настолько мал, что не имеет практического влияния.

— Но она могла бы продолжать использовать ее, верно? Это способность эссенции, так что она могла бы использовать ее снова и снова.

— Думаю, именно это она и делала, — сказал Карлос, указывая на раздел результатов. — Это не результат одного использования, а накопление эффекта, который повторялся. Видишь, насколько ничтожен каждый отдельный результат.

Джейсон приблизил лицо вплотную к экрану.

— Ты прав, — сказал он. — Отдельные случаи почти незаметны.

— За исключением того, что ты заметил один, — отметил Карлос. — Не с помощью ритуала, а только с помощью своих чувств ауры. Причем в разгар боя. Насколько чувствительно твое духовное восприятие, в точности?

— Э-э, довольно?

— Довольно? Почувствовать это было бы все равно что напрямую воспринимать пространственную границу вселенной одними лишь магическими чувствами.

— Э-э...

Карлос провел рукой по лицу.

— Почему ты бегаешь и сражаешься с монстрами, когда у тебя есть такие способности? Ты должен посвятить свою жизнь магическим исследованиям!

— Да! — воскликнул Клайв. — Я говорю это годами.

— Можно нам перестать жаловаться на то, что Джейсон не реализует свой потенциал, достаточно долго, чтобы кто-то сказал мне, что происходит? — спросила Фарра.

— Не реализую свой... Я создал вселенную!

— У тебя уже был духовный мир, — пренебрежительно сказала Фарра. — Это было меньше похоже на создание вселенной, чем просто на ремонт.

Джейсон уставился на нее с отвисшей челюстью.

— На самом деле, — сказала Фарра, глядя на Буссингер, — прибереги объяснение на тот момент, когда она проснется. Похоже, это то, что она заслуживает услышать первой.

* * *

Глаза Буссингер распахнулись. Она лежала на облачной кровати, парящей над полом ритуальной комнаты. Лежать в ней было все равно что находиться в мягком водяном матрасе под сильными обезболивающими.

— С возвращением, — сказала Эми Асано с улыбкой. Буссингер поняла, что ее рука находится в нежном, утешающем захвате. Она забрала руку и села, потратив момент, чтобы понять, как в этой невозможно мягкой мебели.

— Что случилось? — спросила она. — Я потеряла сознание?

— Дядя Джейсон сказал, что вы вошли в рефлексивное медитативное состояние. Как вы себя чувствуете?

— Я чувствую... Я не уверена.

Эми сидела на полу по-турецки, терпеливо ожидая, пока Буссингер поймет свое состояние. Нет, поняла Буссингер; Эми была не на полу, а над ним, паря прямо над полированным бетоном. Она проигнорировала парящую женщину, переключив внимание на себя. Она чувствовала себя хорошо. Свободной, почти, но странно специфическим и знакомым образом, который она не могла определить. Затем она узнала это чувство.

— Вы когда-нибудь пытались распутать узел, а он просто не поддавался? — спросила она Эми. — Вы дергаете и тянете, но он не сдвигается. Но потом, наконец, маленький кусочек поддается. Совсем немного, но вы знаете, что ухватились. Вам все еще придется поработать, чтобы распутать его полностью, но это тот самый момент, когда вы на верном пути. Понимаете, о чем я?

— Э-э, думаю, да? В смысле, я понимаю насчет узла, но не уверена, как это переводится в духовное состояние.

— Думаю, я, возможно, понимаю, — сказал Джейсон.

Буссингер встала, когда остальные подошли, Эми помогла ей, так как она на мгновение потеряла равновесие.

— У меня кружится голова, — сказала Буссингер. — У меня не кружилась голова лет двадцать.

Джейсон стоял перед ней.

— Вы в порядке? — спросил он.

— Да. Вы наконец собираетесь сказать мне, зачем привели меня сюда?

— Да. Думаю, то ощущение, которое вы чувствуете, возникло из-за медитативного транса, в котором вы оказались. По крайней мере, это то, что положило начало. У вас были проблемы с тем, чтобы отпустить контроль, поэтому я использовал свою ауру, чтобы немного подтолкнуть вас.

— Вы что? — спросил Карлос оттуда, где он все еще смотрел на результаты на экране. — Я же говорил вам не...

— Все было в порядке, — сказал Джейсон. — Мой контроль достаточно точен, чтобы не мешать вашему ритуалу.

— Так ты говоришь, — пробормотал Карлос, но вернулся к разглядыванию экрана.

— Вы подтолкнули меня в этот транс? — спросила Буссингер Джейсона.

— Да. Я подозреваю, что вы использовали более базовые техники медитации. Они работают для низких рангов, но не имеют тех же преимуществ на высоком ранге. Когда вы серебряного, и особенно золотого ранга, правильная техника медитации включает состояния транса и направленную циркуляцию маны. С некоторой помощью вы бессознательно впали в подобное состояние, и я думаю, это помогло вам почувствовать результаты того, что вы делали с собой уже некоторое время. Вы просто не осознавали, что делаете это.

— Делала что?

— Эту вашу способность. Молния Скорби. Она причиняет вам боль, но она также очищает от всего, что на вас влияет, верно?

— Верно.

— Карлос, вон там, уже давно исследует смежную область. Многие проклятия, глубокие проклятия, которые обычные силы не очищают, работают, эффективно покрывая вашу душу грязью. Он пытался выяснить, как удалить эту грязь, не убивая при этом людей, и добился некоторого успеха.

— Ограниченного успеха, в очень специфических случаях, — отозвался Карлос.

— Мы пришли к подозрению, что ваша сила может удалять часть этой духовной дряни с вашей собственной души, способом, недоступным обычным очищающим силам. Это работает только на вас, и эффект ничтожен, но, похоже, это удаляет часть духовной грязи, которая в настоящее время забивает вашу душу. Мы никогда не слышали о другой силе, которая может такое, даже в другом мире.

— Вы хотите сказать, что на моей душе есть грязь?

— Да. Много, и ваша сила удалила лишь крошечную часть. Я надеюсь, что ваша сила поможет ускорить исследования Карлоса. Найти способ исправить состояния, от которых страдают люди, где в настоящее время единственное лекарство — это смерть.

— Погодите, вернитесь к той части, где моя душа покрыта грязью. Когда это произошло? И как?

— Вы делали это с собой сами, — сказал Джейсон. — Каждый раз, когда вы поглощаете монстро-ядро, вы впитываете чистую, очищенную магию для развития своих способностей. Все остатки, которые делали монстра тем, чем он был, по сути, прилипают снаружи. Вот почему остатки монстро-ядер так легко почувствовать в ауре людей, потому что ауре приходится пробиваться сквозь них, чтобы проецироваться.

— Вы хотите сказать, что я удаляю остатки монстро-ядер? Остатки или что-то еще, что мешает людям повышать способности так, как вы?

— Да.

— Значит ли это, что я смогу тренироваться, как кто-то из другого мира? Мне просто нужно использовать свою способность достаточно, чтобы очистить все это?

— К сожалению, потребуется больше, чем это, — сказал он ей. — Вам пришлось бы облучать себя этой силой весь день, каждый день, около полутысячелетия, чтобы очистить достаточно, чтобы получить хотя бы частичный эффект.

— Тогда это не имеет значения.

— Напротив, это поразительное открытие. Если вы будете работать с Карлосом, возможно, когда-нибудь найдется способ очистить остатки монстро-ядер не только с вас, но и со всех остальных.

Глава 981: Что значит навсегда

Глава 981: Что значит навсегда

Джейсон оказался в ситуации, когда ему нечем было заняться. Буссингер теперь была с Карлосом, в начале того, что растянется на годы исследований. Политические советники Джейсона работали с фракциями Земли, выясняя, насколько грязными были отделения Сети, занимающиеся фермерством ядер реальности. Люди Зары из Королевства Штормов искали в Северном море лабораторию на подводной лодке, а также королеву вампиров, которая, как они надеялись, там пряталась.

Он сопротивлялся желанию присоединиться к поискам лично. Мало того, что его набор навыков не был полезен, так еще и между ним и искателями приключений из Римароса существовало напряжение. Им не нравились, с их точки зрения, его двусмысленные отношения с их принцессой. Джейсон не находил их двусмысленными вовсе, пока они были на Земле. Именно по возвращении в Паллимустус все станет сложнее. Он решил не дразнить этого конкретного медведя, даже несмотря на заманчивую привлекательность логова злодея в виде подводной лаборатории.

Будучи занятым, сначала в Австралии, затем в Пакистане, а потом в Европе, Джейсон тихо ушел, чтобы побыть в одиночестве, фамильяров в расчет не берем. Большая часть его семьи проживала в его французском духовном домене, поэтому он отправился в Словакию и добавил дополнительный этаж к вершине административной башни.

Самая большая комната его личного этажа имела одну стену, выходящую на террасу. Другие стены были по большей части покрыты стеллажами с нишами от пола до потолка, заполненными настольными играми. В комнате было установлено несколько игровых столов, а также письменный стол и зона отдыха с мини-кухней. Гордон и Колин находились в зоне отдыха, Гордон парил над облачным диваном, просматривая Мэри Поппинс: Тайна зонтика. Это был, по-видимому, седьмой фильм в серии, и причина, по которой Джейсон не жалел, что пропустил последние пятнадцать лет кино. Колин в данный момент представлял собой кучу пиявок в большой стеклянной чаше, зарытую в куски сырого, кровавого мяса монстра.

Джейсон стоял посреди комнаты, осматривая игры, выстроившиеся вдоль стен, сложенные по четыре или пять в нише. Тень парил в воздухе рядом с ним.

— Большинству из них уже десятилетия, — задумчиво произнес он.

— Вы унаследовали их от своего друга Грега, не так ли? — спросил Тень.

— Большую часть. Его давно нет, а человек, который его убил, все еще бродит где-то там. В качестве какого-то нежити-кровавого раба, но он где-то там.

— Не чувствуйте слишком сильной обиды за судьбу Джека Герлинга, мистер Асано. Если его душа была в ловушке с тех пор, как он умер в той зоне трансформации, его существование будет мучительным. Запертая душа, которая должна была перейти в иной мир, со временем становится все более нестабильной, пока не превращается в одну лишь бесчувственную ярость.

— Как те плотские мерзости в том астральном пространстве, в котором вы были заперты, когда мы встретились.

— Действительно. Герлинг вряд ли уже потерял рассудок, но его существование, вероятно, является постоянным страданием и мукой. Разум может выносить это лишь до определенного момента. Что вы сделаете, когда поймаете его?

— Освобожу. Этот человек мертв. Он просто душа, которой пора двигаться дальше.

— У вас нет искушения использовать его состояние для мести?

— Делать такое с душой просто неправильно. То, что это душа дрянного человека, ничего не меняет.

— Я рад слышать, что вы так говорите, мистер Асано. Я, может, больше и не связан со своим отцом и его целью, но я все еще верю в святость смерти.

Джейсон подошел к стене и слегка провел пальцами по стопке игровых коробок, а затем позволил руке упасть вдоль тела.

— Прошло так много времени, — сказал он.

— Это вопрос перспективы, мистер Асано.

Джейсон кивнул.

— Каково это, Тень? Жить так долго?

— Время не течет быстрее для бессмертных. Вы и я живем день за днем, год за годом, точно так же, как и все остальные. По моему опыту, люди мыслят отрезками времени. Я обнаружил, что смертные, ставшие вечными, все равно склонны мыслить жизнями. Это не только соответствует их формирующему опыту, но и позволяет им проживать жизни рядом с теми, кто не будет жить вечно. Они могут где-то обосноваться, прожить жизнь. Завести друзей, детей. Затем эти люди стареют и в конце концов умирают. Затем обычно наступает время, когда они изолируют себя. Размышляют о природе утраты и вечности. Затем у них происходит встреча, появляется друг, и все начинается сначала.

— Кажется, со временем это может достать. Сделать тебя черствым к утратам. Или можно пойти другим путем и стать настолько чувствительным к ним, что боишься заводить любые связи.

— И то, и другое неизбежно, но вы недооцениваете, что значит навсегда, мистер Асано. Всегда есть завтра. Всегда есть время, чтобы все стало лучше или хуже, сколько бы времени на это ни ушло. Иногда вы находите это изменение внутри себя, а иногда вам нужен толчок. Мисс Доун была послана к вам, чтобы дать ей этот толчок, хотя я подозреваю, что вы подтолкнули сильнее, чем ожидал Мировой Феникс.

Джейсон усмехнулся, затем направился в зону отдыха. Он взял кувшин с соком из холодильника, затем стакан и миску из шкафа. Он поставил их на журнальный столик и лениво плюхнулся на облачный диван, рядом с Гордоном. Со стоном Джейсон сел и налил сок в стакан и миску. Пока он взял стакан и отпил из него, Гордон отправил один из своих шаров к миске и впитал часть сока.

— А как насчет вас, Тень? — спросил Джейсон. — Вы никогда не были смертным. Каков ваш опыт бессмертия?

Фамильяр Тень подплыл к дивану.

— Я родился вечным, в месте, где нет времени, — сказал он. — Тем не менее, я все равно обнаруживаю, что разделяю свою жизнь на части, хотя и с большим разнообразием, чем кто-то, рожденный в физических мирах. Иногда я измеряю время жизнями, как те, кто родился смертным. Случаи, когда я был фамильяром, например. В другое время это опыт, такой как пребывание в ловушке в астральном пространстве, где мы встретились.

— Как это произошло, в точности? Вы тогда были фамильяром, верно? У кого-то, у кого была темная эссенция, как у меня?

— Да. У фамильяров и их пользователей эссенций могут случаться размолвки. Это наиболее распространено в случае с призванными фамильярами, такими как я. Когда один или оба не желают продолжать связь, другого легко призвать. Более радикальные разрывы могут происходить, когда одна сторона предает другую, но это чаще случается с привязанными фамильярами.

— Как основатель Сети и Норет.

— Действительно. Однако это может случиться и с призванными фамильярами. Мой призыватель, до вас, не только решил разорвать нашу связь, но сделать это так, чтобы привязать меня к тому месту.

— Как ему удалось сделать это без вашего ведома? От вас трудно хранить секреты, даже не разделяя связь.

— У каждого человека свои отношения с фамильяром, мистер Асано. Некоторые более близки и доверчивы, в то время как другие больше похожи на союз. Между мной и моим предыдущим призывателем была дистанция. Наши идеологии были разными, но не противоположными. У нас был формализованный контракт с определенными правилами. Тем не менее, это было бы невозможно без вмешательства моего брата.

— Амбер. Я помню, вы упоминали его, но никогда толком не говорили о том, что между вами произошло.

— Чтобы объяснить Амбера, я думаю, мне нужно, чтобы вы поняли, хотя бы немного, природу жизни как духовной сущности. Можно сказать, что для астральных существ наши души — это все, что мы есть. Мы — вещи, состоящие целиком из духа, простые и сфокусированные. Мы можем появиться на свет с определенной целью, а можем и нет, но наша природа четко определена. Колин родился как аватар голода, а Гордон как вестник аннигиляции. Я родился как пастырь смерти.

— Вы звучите как довольно зловещая группа, когда говорите это так.

— Мистер Асано, скажите мне, что вы никогда не стояли на крыше, ваш плащ развевался вокруг вас, и у вас в голове не проносились слова: «Я — ночь».

— Вы уходите от темы. Вы говорили о том, на что похожи астральные существа.

— Да, и вам нужно понять, чем отличается опыт смертных. У них есть духовный аспект, но они в первую очередь физические сущности. Их цель плохо определена, их природа сложна и противоречива сама по себе. Идея когнитивного диссонанса непостижима для астрального существа, но кажется неотъемлемой частью человеческого состояния. То же самое верно для большинства других разумных видов.

— Вы хотите сказать, что астральные существа рождаются с чувством того, кто и что вы есть, в то время как смертные проводят всю свою жизнь, выясняя это. И ошибаясь, большую часть времени.

— Адекватное обобщение. В астрале вещи имеют смысл. Нет необходимости интерпретировать или приписывать произвольную ценность. Воспринять вещь — значит знать эту вещь. Это часть того, как мы существуем в состоянии, где основные аспекты физической реальности, такие как течение времени, не существуют. Для нас физическая реальность бессмысленна, противоречива и ошеломляюща. Это также то, что делает ее увлекательной. В астрале мало смысла в любопытстве. Для тех, у кого смертный разум, это может казаться таинственным, но для уроженца астрал не таит в себе никаких тайн.

— Поэтому вы стали фамильяром? Вам было скучно?

— Нет. Концепция скуки — еще одна смертная черта. То, что я описывал, — это перспектива духовных сущностей, которые не взаимодействуют с физическими реальностями. Изолированных или новорожденных, какими были Гордон и Колин. Для многих этого достаточно. Но многие астральные сущности отвечают на призывы из физической реальности, чтобы стать фамильярами или служить другим целям.

— Потому что это помогает им получить авторитет?

— Да. В глубоком астрале, царстве полностью духовного, нет рангов силы, как в физических мирах. Есть просто авторитет действовать или отсутствие такового. По иронии судьбы, взаимодействие с физической реальностью — самый эффективный способ накопить авторитет. Единственные исключения — сущности, которые сами по себе являются двигателями, генерирующими авторитет. Это то, что отличает астральное существо от великого астрального существа.

— Значит, многие астральные существа становятся фамильярами, чтобы собрать авторитет.

— Есть и другие способы такого взаимодействия, но стать фамильяром — самый простой, последовательный и эффективный. Из моего описания вы должны понять, почему это привлекает астральных существ.

— Я рискну предположить, что физические миры начинают немного странно влиять на астральных существ.

— Да. Астральные существа единообразны по своей природе. Каждая тень Жнеца очень похожа на любую другую. Но как только мы знакомимся с хаосом физической реальности, мы начинаем развивать идиосинкразии. Основанные на нашей внутренней природе, но сформированные нашим опытом. Это дар, который дают нам смертные. Я был далеко на этом пути, когда мы встретились, но именно вы сформировали Колина и Гордона, как родитель.

Джейсон взглянул на своих других фамильяров. Гордон повернул один из своих парящих глазных шаров, чтобы посмотреть в ответ, остальные продолжали смотреть фильм. Кровавая рука выросла из большой миски Колина с пиявками и мясом, чтобы помахать. Джейсон неловко помахал в ответ.

— Да, это совсем не ужасающе, — сказал он, его голос был на октаву выше обычного.

— Как и у смертных, — продолжил Тень, — фамильяры, которые развивают индивидуальные личности, делают это с большими различиями. Поскольку мы перенимаем ценности и интересы, мы отклоняемся от нашей прежней единообразной природы. Это может привести к конфликту с себе подобными.

— И это то, что случилось с вами и Амбером? Я предполагаю, что это было больше, чем просто столкновение личностей, если он заставляет вашего призывателя обернуться против вас и запереть вас в астральном пространстве на столетия.

— Да, хотя это он воспользовался возможностью. Он способствовал существующим намерениям моего призывателя. В событиях, окружающих нашу встречу, мистер Асано, было больше, чем, я думаю, кто-либо из нас действительно знает. Мистер Бахадир обрисовал события того времени как охоту за сокровищами и состязание. Я считаю, что, по правде говоря, это было частью гораздо более крупного и долгого конфликта. Даже оружие алмазного ранга исторической значимости не стоит таких затрат времени, денег и влияния.

— Вы думаете, что с Орденом Жнеца связано что-то большее? Я слышал об их возвращении, но мы никогда по-настоящему с ними не сталкивались. Только периферийно, с Каллумом Морсом и мамой Софи.

— Возможно, мистер Бахадир был бы готов пролить больше света, теперь, когда вы больше не железного ранга. Или, возможно, он хранит доверие другого и не поделится их секретами.

— Вы думаете, ваш брат был втянут в это?

— Не думаю. Амбер всегда был оппортунистом в своем антагонизме. Урок, извлеченный из того, что я видел сквозь несколько его более спланированных схем.

— В чем его проблема с вами?

— По мере того как Амбер сам начал развивать личность, он стал зациклен на идее, что, отходя от наших исходных состояний, мы отказываемся от совершенства. Что чем больше мы меняемся, тем дальше падаем от благодати. Ирония, конечно, в том, что чем больше Амбер предавался своей растущей одержимости, тем больше он становился тем самым, что ненавидел.

— И он зациклился на вас?

— Дети Жнеца не известны большими отклонениями. Даже те, кто становится фамильярами, остаются в значительной степени верны своей природе. Амбер и я — те, кто ушел дальше всех от наших исходных состояний. Я принял это изменение, что только подпитывает антипатию Амбера. Единственное существо, которое он ненавидит больше, чем меня, — это он сам.

— Чего он хочет от вас?

— Он считает, что мы оба нуждаемся в наказании. Для него его собственная индивидуальность — уже достаточное наказание, но это состояние, которым я наслаждаюсь. Я брожу свободно, не просто желая, но жаждая быть измененным моим опытом.

— Что он сделает с тем, что вы разорвали связь со Жнецом?

— Не знаю. Он мало что может сделать, когда мы оба вечны. Ничто из того, что мы делаем друг с другом, не может быть постоянным, когда единственная абсолютная константа — это изменение. Возможно, он даже найдет способ вернуться к чистому состоянию, которое так почитает. Я полагаю, его намерение в отношении меня неизменно. Он стремится запереть меня. Лишить меня способности познавать и расти. Я срывал его намерения в прошлом, но не всегда. Наша встреча в астральном пространстве была не первым разом, когда он запирал меня каким-то образом, а у нас есть вечность. Он, несомненно, сделает это снова. Я полагаю, разница теперь в том, что вы будете включены в его планы.

— Не хочу обидеть, но ваш брат звучит как огромный придурок.

— Он несчастная душа. Ему был дан такой дар — шанс познавать космос всю вечность, — но он видит в этом лишь яд. Я надеюсь, он научится отпускать идеалы, которые не делают ничего, кроме как причиняют ему боль. Он не показывал никаких признаков этого все эти годы, но вечность — это долгое время.

— Значит, вы хотите сказать, что рано или поздно он объявится и создаст проблемы.

— Да. Скорее всего, в тот момент, когда мы будем наиболее уязвимы.

— Ну, это обнадеживает, — сказал Джейсон.

Рядом с ним на диване заговорил Гордон, его голос исходил из каждого его шара, как ангельский хор.

— Если хочешь взбодриться, можешь посмотреть этот фильм со мной.

Джейсон посмотрел на Гордона, затем на экран.

— Да, почему бы и нет, — сказал он и подался вперед, чтобы наполнить стакан соком. — Но тебе придется ввести меня в курс дела. Почему она в космосе?

— Оказывается, она все это время была инопланетянкой, — объяснил Гордон. — Тайка был очень взволнован этим. Он сказал, что это напомнило ему Горца 2, который, по его словам, лучший фильм в серии.

— Он думает, что Горец 2 — лучший? Что не так с этим человеком?

Глава 982: Материал веры и безумия

Глава 982: Материал веры и безумия

Магитехническая подводная лодка, содержащая лабораторию Саймона Маккина, была разделена на лабораторную секцию, жилую зону и операционные секции, такие как двигательная установка и мостик. Трупы экипажа были свалены на мостике, а трупы исследователей — в каюте. Элизабет и Герлинг обыскивали корабль в поисках выживших, хотя она и Мари были бы удивлены, найдя хоть кого-то.

Мари была в каюте Маккина. Она сидела за столом, встроенным в стену, уставившись на открытый перед ней ноутбук. Она сердито тыкала в него пальцами, запуская видео в четвертый раз. Саймон, записанный на ноутбуке, который теперь был перед ней, появился и начал говорить.

— Когда ты найдешь это, Мари, меня уже не будет. Я удалил все записи исследований, кроме того, что забираю с собой. Возможно, они восстановимы; магия делает слово «невозможно» бессмысленным, в конце концов. Хотя я сомневаюсь. Я очистил жесткие диски магнитами и магией, прежде чем разбить их и сбросить куски в океан.

Мари сдержала желание ударить кулаком по экрану.

— Я надеялся сделать тебя частью этого, — сказал он. — Я нахожу тебя убедительной женщиной, и не глупой. К моему разочарованию, стало ясно, что у тебя сформировалась связь с королевой вампиров, несмотря на некомпетентность, продемонстрированную ее очевидными и растущими неудачами. Я подумывал предложить тебе шанс присоединиться ко мне, несмотря ни на что, но в конечном итоге понял, что мое суждение было скомпрометировано привязанностью, которой ты в конечном итоге не заслуживаешь. Твоя способность внушать это мне сама по себе является достаточной причиной, чтобы вычеркнуть тебя из моей жизни. Тем не менее, я решил побаловать свою привязанность в последний раз и создать прощальное сообщение. Очевидно.

— Ты самодовольный, жуткий кусок дерьма.

— Мне жаль, что до этого дошло, Мари, но Элизабет — тонущий корабль. Оставить кровавые дубы с усиленными ядрами в ее руках было бы равносильно тому, чтобы смыть их через шлюз подводной лодки. После того как фиаско в Мельбурне раскрыло существование кровавых дубов, вопрос времени, когда Фарра Хурин и этот дурак Асано придут на охоту. Мне понадобится сдерживающий фактор, и чем скорее, тем лучше. Твоя нерешительность и нежелание Элизабет предпринимать действия против Асано только замедлят меня. Я обращусь к другим лордам вампиров, теперь, когда Элизабет потеряла влияние на них. Я не могу доверять им, конечно, но у меня есть решение для этого.

Он фыркнул от смеха.

— Полагаю, мне не нужно делиться подробностями. Я буду скучать по этому, думаю, объяснять вещи тебе. Ты была почти достаточно умна, чтобы понять, о чем я говорю. Чистый разрыв — к лучшему, но я чувствую некоторое обязательство перед тобой. В конце концов, я оставляю тебя без исследований и без экипажа. Вампиры ведь проголодаются. Есть небольшой побочный проект, над которым я работал, который, возможно, ты сможешь использовать. Я оставил его в комнате тестирования, но будь осторожна с ним. С ним может быть довольно сложно справиться.

Он вздохнул.

— Мне жаль, что до этого дошло, Мари. Тебе следовало сделать лучший выбор.

Видео подошло к концу, лицо Маккина застыло в неловком выражении. Его черты сохраняли отголосок того крысиного человека, которым он был в ее голове, но магия серебряного ранга сгладила их до красоты. Снова она удержалась от удара по экрану.

— Тебе нужно перестать смотреть это, — сказала Элизабет от двери.

— Я знаю. Есть выжившие? В идеале те, кто умеет управлять подводной лодкой. Мне не нравится идея ждать, пока эта штука сядет на мель где-нибудь.

— Нет. Думаю, пора посмотреть, что Саймон оставил для нас.

— Это, вероятно, ловушка.

— Возможно. Он мог решить наказать тебя за твою неспособность ответить на его чувства. Но я не могу отделаться от мысли, что это что-то, призванное впечатлить тебя. Это, в его голове, заставит тебя понять, что тебе следовало следовать за ним, как хорошая маленькая женщина.

Мари вздрогнула.

— Такой мелкий гад. Впрочем, сейчас нам, вероятно, стоит взглянуть. Единственное, что нам осталось сделать, — это ждать, пока Реми вернется.

— Я по-прежнему утверждаю, что позволить ему вернуться было ошибкой. Если обнаружится, что он работает с нами, у нас будут серьезные неудобства.

— Если бы он не пошел, когда Женева так сильно давила на него, она бы выяснила почему. Я ненавижу эту женщину, но она компетентна и дотошна.

— Если ей понадобилось так много золотых рангов, значит, у нее проблемы покрупнее, чем допрос Реми.

— Но если его раскроют как нашего сообщника, он не вернется. Это сделает уход с этого судна и возвращение на сушу неловким мероприятием.

— Совершенно верно. Начнем с того, что Саймон оставил нам?

— Да, но даже этот самодовольный гад сказал быть осторожной на видео, не то чтобы я не была.

— Мы можем заставить Герлинга провести первоначальный осмотр и пожинать последствия. В конце концов, я держу его именно для этого.

* * *

Холли Макроссан была преемницей Аннабет Тилден на посту заместителя Генерального секретаря Управления ООН по сверхъестественным делам, и это были тяжелые несколько недель. Хотя возможность навестить семью в Сиднее была приятной, было хорошо направляться домой в Нью-Йорк. Роскошный самолет, который она использовала для вылета из Австралии, был небольшой, но приятной компенсацией. Он был предоставлен Ленорой Коулман, главой еще не названной многонациональной оперативной группы, действующей из деревни Асано.

Растянувшись на вызывающе большой кровати в спальном отсеке, Холли никак не могла уснуть, несмотря на истощение. Ее разум метался, все еще пытаясь переварить то, что она видела за время своего пребывания в Австралии. Брифинг Асано был материалом веры и безумия. Происхождение вселенной. Трон, правящий космосом. Мир, угрожающий разорвать себя на части. Даже со всем, что сделала магия, Холли было бы трудно поверить во все это. Она бы не поверила, если бы не ее визит в личную вселенную Джейсона Асано.

Несмотря на два десятилетия магии, возможно, даже благодаря им, Холли сохраняла скептический настрой. В такие времена легко поверить во что угодно. Она перебрала все возможные объяснения своего опыта в царстве Асано. Магия иллюзий или галлюциногены казались более правдоподобными, чем то, что какой-то парень с побережья Мид-Норт-Кост был тем, что можно назвать богом.

Она обдумывала способы, которыми это могло быть обманом. Галлюцинации, иллюзии или какой-то вид гипнотического внушения, вызванного наркотиками. Но он показал им слишком много и слишком долго. Ее разум был ясен на протяжении всего опыта, без тумана или провалов в памяти. Другие, путешествовавшие с ней, сообщили о том же.

Асано продемонстрировал невозможные чудеса, и не просто какую-то тщательно отобранную выставку. На каждый вопрос, который задавала она или другие, следовала демонстрация, а иногда и вторая. Каждый вызов, который они бросали ему, легко принимался. Она видела, как он формирует горы и океаны. Шутка о том, чтобы сделать небо в клетку, была встречена тем, что он сделал именно это. Он вытягивал метеоры из неба, заставляя их скакать по атмосфере, как камни по пруду.

Последней каплей было то, что он назвал астральными вратами. Расположенные на космической станции, вращающейся вокруг главной планеты, они выглядели как обычный портал. То, что она почувствовала от них, она совершенно не смогла описать ни сразу после, ни в какой-либо момент с тех пор. Она прикоснулась к бесконечности, и простой опыт этого навсегда изменил ее понимание реальности. Медитируя на это позже, не менее семи ее способностей эссенции продвинулись. Перед лицом всего этого ей не оставалось ничего, кроме как поверить.

Она встречала людей из другого мира. Не дипломатов и ужасающе могущественных искателей приключений, а беженцев из разрушенного города. Они говорили о силе Джейсона. Как она разрушила их город, но спасла их от него и уничтожила армию ангельских вестников. У нее было много вопросов к ним, и она была не единственной. Они говорили о сообщении Системы о нисхождении Гегемона, вторя отчетам о битве в Пакистане.

Вселенная, которую показал им Асано, придала вес его заявлениям, которые в противном случае были бы отвергнуты как абсурд. Миру придется смириться с тем, что он рассказал и показал им. Холли было достаточно плохо, а она была очевидцем. Асано был прав, указывая на то, что религии не будут в восторге, как только все это выйдет наружу. Она точно знала, что некоторые люди на брифинге связались с руководством своих различных религиозных групп, несмотря на соглашения о конфиденциальности.

До людей Земли наконец доходило, что среди них есть бог. Холли теперь была убеждена, что они ничего не могут с этим поделать, хотя знала, что другие будут выступать против этого. По ее мнению, к Асано следовало относиться как к стихийному бедствию. Все, что они могли сделать, — это эвакуировать людей с его пути, а затем ремонтировать и восстанавливать после того, как он двинется дальше.

Земля не была чужда капризным богам, но они обычно имели приличия оставаться в своих священных книгах. Они определенно не вторгались на секретные горные базы. И не разбрасывались целыми группами золотых рангов в одиночку, просто чтобы доказать, что могут. Холли получала регулярные отчеты о событиях в Европе, и понятия не имела, как этот бардак будет разрешен.

Европейские отделения Сети в основном действовали из прилегающих районов, в основном Турции и Соединенного Королевства. Действуя в изгнании, они в значительной степени сократились, а некоторые закрылись вовсе. Раскрытие того, что швейцарские отделения тайно действуют из своих старых баз, с одобрения вампиров, станет источником каждой головной боли Холли на следующий год.

Неподтвержденный сговор с вампирами был достаточно плох, но фермерство ядер реальности, которое так разозлило Асано, было потенциально хуже. Холли помнила старые времена, когда ядра реальности, взятые из зон трансформации, привели к магической гонке вооружений. Без них у вампиров не хватило бы сил противостоять остальному миру. Взрывной рост золотых рангов никогда бы не случился. Многие прорывы в магитехе последнего десятилетия никогда бы не произошли.

Несмотря на то, что могли совершить ядра реальности, Холли не хотела видеть их возвращения. Это было время тайных войн, магических фракций, столкнувшихся из-за ядер, которые остались после того, как зоны трансформации перестали формироваться. Без этой внутренней борьбы, возможно, удалось бы остановить вампиров до того, как они консолидировались. Было также заявление Асано о том, что сбор достаточного количества ядер приведет к уничтожению всей планеты. Не превращению в какой-то постапокалиптический пустырь, а стиранию с лица вселенной, как мертвого жука с лобового стекла.

Самым разочаровывающим было то, что мало что можно было сделать. Максимум, чего могла добиться Холли, — это предотвратить провокации в адрес Асано и надеяться, что он не пойдет в разнос. Она села на край кровати, поморщившись от головной боли. Серебряные ранги могли переносить недостаток отдыха лучше, чем обычные люди, но депривация сна была суровой, когда она все же наступала.

Ручка двери каюты коротко звякнула, затем дверь распахнулась. Ее фамильяр, Гамбут, висела на ручке. Гамбут была кошкой с серебряной шерстью с желтыми полосами и темно-коричневой окраской носков на лапах. Теперь, когда Система была на месте, еще одна из богоподобных черт Асано, она знала, что ее фамильяр называется мангровый звездный кот. Гамбут не была скрытным существом, с ее яркой шерстью, которая всегда ловила свет. Она также была довольно неуклюжей для кошки, хотя и очень умной. Ее способности позволяли ей создавать лужи засасывающей грязи, которые могли поймать даже серебряные ранги.

Лапы Гамбут соскользнули с ручки, и она попыталась перевернуться во время короткого падения на пол. Попытка не удалась, и вместо того, чтобы приземлиться на лапы, она приземлилась на голову. Растянувшись нелестным образом на полу, она издала недовольное мяуканье, прежде чем подняться, подтолкнула дверь каюты обратно и запрыгнула Холли на колени. После нескольких почесываний головы она счастливо замурлыкала. С компанией своего фамильяра Холли наконец смогла немного поспать, ее кошка свернулась калачиком в изгибе ее тела.

Казалось, она спала всего мгновение, когда стук в каюту разбудил ее, но взгляд на часы сказал, что прошли часы. Она села, все еще одурманенная, когда второй, настойчивый стук раздался в дверь.

— Что? — спросила она, ее голос был хриплым.

— Извините, что разбудил, но пилот сказал, что я должен.

Все еще в своем помятом костюме, Холли встала и распахнула дверь. Ее помощник, Тим, стоял в коридоре с извиняющимся выражением лица.

— Почему? — потребовала она.

— Э-э, там леди.

— Леди?

— Ага.

— Где?

— Снаружи.

Холли не была настолько сонной, чтобы не чувствовать движение реактивного самолета.

— Тим, мы движемся почти со скоростью звука, более чем на километр в воздухе, не так ли?

— Э-э, ага. Движемся.

— И ты говоришь, что снаружи леди.

— Да. Она очень красивая.

Глава 983: Что-то похуже

Глава 983: Что-то похуже

Тестовая комната подводной лодки была самым безопасным местом на судне. Несчастных случаев лучше избегать, находясь в металлической трубе глубоко под поверхностью океана, и тестовая комната была спроектирована так, чтобы содержать любые из них, которые могли возникнуть. По указанию Элизабет Герлинг повернул колесо на тяжелой переборочной двери, а затем распахнул ее. Внутри комната была почти полностью пустой. Был только свет на потолке за усиленным стеклом и картонная коробка, стоящая на полу.

— Я все еще не уверена насчет этого, — сказала Мари.

— Герлинг расходный материал, — сказала Элизабет. — И подлежит ремонту.

— Он также своего рода ходячий взрыв.

— Он не срабатывает случайно.

— О, милая, мужчины всегда будут говорить тебе это.

Элизабет бросила на Мари ироничный взгляд, затем повернулась к Герлингу.

— Входи, — скомандовала она. Элизабет и Мари отступили от двери, когда Герлинг вошел внутрь.

— Мы все еще можем оставить это, — сказала Мари. — Мы можем запечатать комнату обратно и покончить с этим.

— Даже если то, что в этой коробке, уничтожит Герлинга, я могу просто восстановить его тело. Я делала это уже несколько раз.

— Ладно, но когда мы будем говорить об этом позже, помни, что я дала тебе шанс отступить.

— Все будет хорошо. Герлинг, открой коробку.

Он приподнял незапечатанный клапан, и красный щупалец немедленно выстрелил наружу, вонзившись в его туловище. Он задрожал, рябя, как вода, и упал на землю. Глаза Элизабет расширились. Она бросилась вперед, чтобы захлопнуть переборочную дверь, затем повернула колесо, чтобы запечатать ее.

— Нам нужно уходить, — сказала она.

— Что происходит? — спросила Мари.

— Нам срочно нужно уходить.

— Почему?

— Что-то перехватило мою связь с Герлингом.

— Что это значит?

— Что нам нужно уходить.

— Уходить куда, именно? Мы на неуправляемой подводной лодке.

— Куда угодно, лишь бы не здесь, — сказала Элизабет, затем подошла к корпусу и пробила его кулаком. Вода под давлением снаружи немедленно начала бить внутрь вокруг ее руки, как водяная струя, разрывая ее одежду. Воздух наполнился брызгами, и вода быстро скапливалась на палубе. Звук несущейся воды был подобен грому в замкнутом пространстве.

— Я просто хотела бы напомнить тебе, — крикнула Мари поверх шума.

— Ты говорила мне, я знаю, — сказала Элизабет.

Она схватилась за края отверстия, которое пробила в корпусе, и расширила его с силой золотого ранга. Даже магически усиленная сталь поддалась, и вода ударила через расширенное отверстие, как молот.

* * *

Холли и Тим выглядывали из окон, глядя на крыло. Женщина с серебряными волосами, развевающимися позади нее, летела по воздуху, как супергерой, соответствуя скорости самолета.

— Посмотри на ее волосы, — сказал Тим. — То, как они тянутся за ней, сияя на солнце. Это как хвост кометы. Как они не разлетаются повсюду и не запутываются в этом ветре?

— Она летит почти со скоростью звука, Тим. Я рискну предположить, что это магия.

Тим потянулся за телефоном и поднял его, чтобы сделать снимок.

— Убери это, — сказала ему Холли.

— Только одно фото.

— Ты хочешь, чтобы она ударила тебя?

Тим промолчал, его выражение лица стало подозрительным.

— Тим?

— Я не думаю, что плохо быть открытым для нового опыта.

— Тим, нам нужно снова поговорить о личном и профессиональном поведении? Я знаю, что от людей в магическом сообществе ожидают эксцентричности, но ты начал сдавать позиции с тех пор, как мы вернулись в Австралию. Если ты будешь таким, когда мы вернемся в ООН, я тебя уволю, ты понимаешь?

— Да, мэм.

— Хорошо.

— Как думаешь, она свободна?

— Тим...

— Мы еще не вернулись. А свидания — это сложно в магическом сообществе.

— Тебя никогда не следовало брать на эту работу. Ненавижу кумовство.

— Но это ты меня наняла. Ты моя тетя.

— У всех бывают моменты плохой рассудительности, Тим. Как долго она там?

— Пару минут. Как думаешь, кто она? Она должна быть золотого ранга, верно? Я вообще не чувствую ее ауры.

— Ее зовут Софи Уэкслер. Она одна из спутниц Асано.

Тим бросил на нее испуганный взгляд.

— Ты не думаешь, что он здесь?

— Я знаю ровно столько же, сколько и ты.

— Это, наверное, не очень хорошо, — признал Тим.

Летающая женщина посмотрела на них, затем резко приблизилась к самолету. Когда показалось, что она вот-вот врежется в них, она исчезла.

— Прошу прощения за вторжение, — сказала Софи, и они обернулись, обнаружив ее стоящей позади них. — Меня попросили сделать доставку.

— Типа, пиццу? — спросил Тим. Обе женщины повернулись, чтобы посмотреть на него.

— Он мой племянник, — сказала Холли извиняющимся тоном.

Тень Софи выросла из пола, превратившись в гуманоидную фигуру.

— Миссис Макроссан, — сказал Тень. — Приятно снова познакомиться. Мистер Асано хотел бы извиниться за нетрадиционный подход, но он не может порталиться вслепую на движущийся самолет. Вы позволите ему подняться на борт?

— Странно спрашивать, когда вы двое уже здесь.

— Мистер Асано признает, что некоторые находят его присутствие внушительным, в отличие от его соратников. Мисс Софи часто находят более желанной.

Холли оглядела Софи с ног до головы, с ее растрепанными ветром волосами и облегающим, аэродинамичным нарядом.

— Я полагаю, этот восторг наиболее активен со стороны мужчин, — сказала Холли.

— Действительно, — сказал Тень, — хотя многие женщины одобряют ее буквально воинствующий феминизм.

— Простите, что? — спросил Тим.

— Он имеет в виду, что я забила насмерть много мужчин, — сказала Софи.

— Чего хочет Асано? — спросила Холли, возвращая разговор к теме.

— Разъяснить свои планы относительно швейцарских отделений Сети, — сказал Тень. — Как ведущий авторитет в Организации Объединенных Наций по сверхъестественным вопросам, он посчитал, что вы — самое близкое к нейтральному представителю, что есть у Земли. Кроме того, миссис Тилден высокого мнения о вас.

— Ладно, — сказала Холли. — Но я думала, вы сказали, что он не может порталиться сюда.

— Он может прыгать по теням, используя меня как пункт назначения, — сказал Тень. — Это имеет дальность только портала серебряного ранга, но этого достаточно для большинства нужд.

Джейсон вышел из тела Тени. Он был одет в строгий костюм, скроенный с резкими углами, яркий и немного инопланетный. Холли поймала себя на мысли, не является ли это интерпретацией делового костюма Земли в другом мире.

— Снова здравствуйте, миссис Макроссан, — сказал он. — Я бы хотел, чтобы у нас был...

Он нахмурился, его взгляд остановился на Тиме.

— Всем назад, — скомандовал он. Софи уже отскочила назад к тому времени, как Джейсон схватил Холли за руку и потянул ее дальше по самолету.

— Что...? — спросил Тим, прежде чем его глаза закатились. Он рухнул на пол, конечности дергались в диких спазмах. Черный туман поглотил Джейсона на секунду, рассеявшись и открыв его боевую робу и плащ пустоты.

— Софи, забери ее и пилота и уходи. Постарайся остановить любые части самолета от падения на кого-либо.

— Мне стоит избегать ломать его самой?

Джейсон посмотрел на Тима, бьющегося в конвульсиях на полу. Остальные теперь могли чувствовать силу, исходящую от него, кровавую и дикую.

— Пустая трата усилий, — сказал Джейсон.

— Что бы это ни было, оно только серебряного ранга. Может, оно не сломает самолет.

— Лучше не рисковать. Доставь миссис Макроссан и пилота в безопасность.

— Вы должны спасти его! — сказала Холли.

— Мне жаль, — тихо сказал Джейсон. — Он уже мертв. Софи, иди.

Софи схватила Холли за талию и рванула к кабине, ворвавшись через дверь. Мгновение спустя передняя часть самолета взорвалась, и салон накренился. Ветер ворвался внутрь, кружась по салону, пока самолет сотрясался. Джейсон был невозмутим, стоя так, словно приклеенный к полу, наблюдая за Тимом.

Несчастный помощник был уже явно вне помощи. Джейсон чувствовал существо внутри Тима, питающееся его внутренностями, чтобы подпитывать быстрый рост. Тело мужчины раздулось и выпятилось, его кожа волновалась, когда что-то извивалось под ней. Наконец, оно прорвалось, кровь и плоть брызнули по салону. Пульсирующая красная масса осталась висеть в салоне, щупальца прилипли к стенам, полу и потолку.

Одно щупальце выстрелило прямо в лицо Джейсону, и он выхватил его из воздуха свободной рукой. Концом отростка была луковица с пастью, полной зазубренных зубов, которая щелкала на него, пытаясь вырваться из его хватки. Остальные щупальца, прикрепленные к самолету, оторвались, прорывая дыры в фюзеляже.

Щупальце в руке Джейсона расплавилось в кислоту. Рука Джейсона не пострадала, но жидкость прожгла пол, куда упала, выпустив едкий дым, который был сдут ветром, несущимся через самолет. Теневые руки потянулись из плаща Джейсона, искривленные и угловатые, как ветви дерева с привидениями. Пока они хватали центральную массу луковичного красного существа, настоящая рука Джейсона вытащила стеклянную коробку из его инвентаря.

Контейнер был размером с большой аквариум, достаточно громоздкий, чтобы Джейсон должен был прижимать его к груди. Ему приходилось балансировать, удерживая его, меняя стойку, чтобы стоять на спинке стула, пока самолет наклонялся в содрогающееся пике. Теневые руки втиснули существо в резервуар через открытый верх, его силы серебряного ранга было недостаточно, чтобы сопротивляться или вырваться. Его плотская масса заполнила пространство, как жидкость, когда теневые руки Джейсона надавили на нее, словно закрывая переполненный чемодан. Его щупальца дергали за руки и хлестали Джейсона, безрезультатно в обоих случаях. Как только основное тело оказалось внутри, силовое поле защелкнулось, отсекая щупальца и запечатывая его.

Отсеченные щупальца расплавились, прожигая новые дыры в многострадальном самолете и капая на Джейсона. Он проигнорировал это и использовал свои теневые руки, чтобы прорвать широкую дыру в фюзеляже, а затем вытянуть себя из самолета. Теперь в свободном падении, с контейнером все еще в руках, его плащ развернулся в форме черных крыльев на фоне ярко-синего неба. Самолет продолжал свое резкое снижение, падая к земле.

— Тень, возьми это, пожалуйста? И дай знать Клайву, что у нас есть кое-что для него.

Тень появился из плаща Джейсона и взял контейнер. Затем он начал дрейфовать в сторону черного самолета, который выглядел как космический корабль и приближался к их местоположению. Плащ Джейсона плотно обхватил его тело, и он рванул вниз, устремившись вслед за разрушенным самолетом под воздействием всплеска ауры.

Он рванул вниз, преследуя не основную часть самолета, а оторвавшиеся обломки. Большая часть самолета замедлялась мощным порывом вверх, созданным Софи. Джейсон использовал свою ауру, чтобы протянуть руку и подхватить мелкие части, собирая их в шар.

В конце концов, остатки самолета были свалены на землю рядом с шоссе, Джейсон и Софи стояли рядом с ними.

— Не знаю, сколько я пропустил, — сказал Джейсон. — К счастью, похоже, это изолированный район.

— Что это была за штука? — спросила Софи. — Как только она активировалась, это было похоже на ту штуку из кровавого дуба, с которой мы сражались. Не совсем то же самое, правда.

— Я полагаю, они обе были произведены развращенными вампирскими экспериментами.

— Думаешь, ее подсадили в того парня, чтобы нацелиться на тебя?

— Нет, сомневаюсь, что это имело какое-то отношение ко мне. Она была слишком слабой, а подсаживать ее в этого человека — ненадежный способ нацелиться именно на меня. Думаю, это что-то похуже, чем плохо исполненное покушение на мою жизнь.

— Что ты думаешь?

— Что бы это ни было, много таких штук было тихо подсунуто людям. Вероятно, какой-то паразит, которого они не обнаружили. Это могло быть подсунуто им в еде или чем-то еще, только чтобы оно вынашивалось внутри них. Я едва обнаружил его полностью выросшим, и это при восприятии, которое сильно для золотого ранга.

— Я вообще ничего не почувствовала. У людей на Земле не было бы шансов. Но у них есть проверки безопасности, верно? Ищут оборотней и иллюзионистов? Деревня Асано полна этого. Даже Линди была впечатлена.

— Вот почему это был он, а не она. Трудно скомпрометировать людей на критических позициях, но людей вокруг них? Помощники, водители, уборщики? Они проходят проверку, да, но не с такой строгостью. Я видел ее несколько раз в деревне, но большинство персонала уровня помощников были исключены. По соображениям безопасности. Думаю, мы просто наткнулись на часть какого-то более крупного плана вампиров.

— Тогда почему она раскрыла себя и напала?

— Думаю, эта активировалась просто потому, что я почувствовал ее присутствие.

— Все это звучит плохо.

— Согласен. И как только они узнают, что мы нашли эту, они могут ускорить любые свои планы.

Они посмотрели вверх, когда черный реактивный самолет спустился, зависая в режиме вертикального взлета и посадки.

— Пойдем, — сказал он. — Нам нужно действовать.

— Что мы собираемся делать?

— Понятия не имею. Пойдем спросим людей поумнее нас.

— Это хороший план.

* * *

Скалистый берег был обстрелян горизонтальным дождем, вода летела как пули, а ветер выл как безумный зверь. Мари выбралась из воды и жестом использовала свои способности управления землей, чтобы создать подвальное убежище. Она оглянулась на воду, откуда вышла Элизабет, элегантно ступая по волнам. Ее промокшая одежда и волосы каким-то образом драпировались вокруг нее, как у идеальной сирены, готовой заманить моряков на погибель. Разбивающиеся волны поднимали брызги позади нее, обрамляя ее изысканную, хищную красоту. Мари была уверена, что она, по сравнению с ней, выглядит как утонувшая ласка.

— Как ты это делаешь? — крикнула Мари, но яростный ветер унес ее слова. Она повела Элизабет в убежище, которое представляло собой каменный квадрат с длинной каменной скамьей у одной стены. Там был камин, который загорелся от взмаха руки Мари, несмотря на отсутствие топлива для горения. Каменная плита сдвинулась над входом в камеру, отрезав ветер и дождь.

— Не самое роскошное место, где я останавливалась, но сойдет, — сказала Элизабет.

— Как ты это делаешь? — снова спросила Мари.

— Нахожу роскошное жилье? В Европе много очень хороших и полностью заброшенных отелей. Им нужно немного обслуживания, но для этого есть миньоны.

— Кстати об этом, нам нужно поговорить о Герлинге, но давай сначала обсохнем. И я имела в виду, как ты выходишь из крушения подводной лодки, в ураган, и выходишь, выглядя так, будто ты в R&B клипе?

— Понятия не имею, о чем ты. Хотя это кажется странным.

— Вот почему я спросила.

— Нет, я имею в виду, мы вышли в ураган. Как думаешь, где мы?

— Трудно сказать. Шотландия, может?

— И как часто в Шотландии или где-либо еще на Северном море бывают ураганы?

— О, — сказала Мари. — Никогда.

— А это значит, что либо та подводная лодка была совсем не там, где нам сказали, либо кто-то создал ураган.

Внезапно приглушенный рев шторма снаружи прекратился, как будто кто-то щелкнул выключателем.

Глава 984: Что дремлет под горой

Глава 984: Что дремлет под горой

— Плиту, которой я закрыла дверь, я укрепила своей магией, — сказала Мари. — Потребуется значительная сила, чтобы…

Меч вонзился в плиту, словно противобункерная ракета, наполнив комнату каменной пылью. Высокий мужчина с темными волосами, бледной кожей и поразительными голубыми глазами прошел сквозь облако пыли, появившись перед Элизабет и Мари.

— Что ж, — произнесла Элизабет. — А ты довольно симпатичный…

Меч, пробивший плиту, вылетел из пыли, пронзил Элизабет, отбросил её через всю комнату и пригвоздил к стене. Её тело стало нечетким, превратилось в туман, соскользнуло с клинка и смешалось с пылью. Сверкнула дуга молнии, танцуя в пыли и очерчивая фигуру женщины. Раздался душераздирающий крик, Элизабет снова стала твердой и упала на пол.

— Там, откуда я родом, мы знаем, как обращаться с вампирами. Даже с сильными.

Стоя в глубине комнаты, у стены, к которой была пригвождена Элизабет, Мари наблюдала, как появилась женщина, чьи глаза и волосы сверкали, как сапфиры под солнечным светом. Она стояла над поверженной Элизабет.

— Я знаю, что потребуется нечто большее, чем это, чтобы удержать тебя, пиявка, но тебе было бы разумно оставаться на полу. Говори только тогда, когда к тебе обращаются, или не делай того, что тебе велено, когда велено, и тебя ждет состояние, в котором нам придется носить тебя в мешке. Забирай их, Тренчант.

— Слушаюсь, ваше высочество, — сказал мужчина, когда она развернулась и зашагала прочь, вновь растворившись в пыли.

* * *

— Похоже, мы пришли к консенсусу, что на данном этапе слишком много переменных, чтобы предпринимать решительные действия, — сказал директор ЦРУ Барстоу. — Угроза ядерных устройств, приобретенных вампирами, сохраняется, и мы еще не нанесли на карту разногласия в их рядах. Мы знаем, что Элизабет, известная как королева вампиров, потеряла большую часть, если не всё своё влияние на них. Пока мы не разберемся в их новой структуре власти, нам следует воздержаться от слепых действий против них.

Большинство присутствующих, включая директора, участвовали удаленно с помощью магических голограмм. Джейсон и несколько других смотрели на головы, парящие над столом перед сиденьями.

— Следующим шагом должно стать использование разведданных, которые мы собрали к настоящему времени, чтобы сузить фокус, — продолжила она. — Таким образом, мы сможем направить информацию, необходимую для принятия более эффективных решений. Прежде чем предпринимать смелые действия, мы должны убедиться, что они также являются обоснованными.

У Джейсона сложилось четкое впечатление, что присутствующие члены разведывательного сообщества держат его за руку, обучая базовым принципам своего ремесла. Он не жаловался, так как давно усвоил: если притворяться, что знаешь, что делаешь, далеко не уедешь, прежде чем всё развалится. У него были свои области компетенции, а у них — свои. Он был бы глупцом, если бы упустил шанс поучиться.

— Мистер Асано, — сказала Барстоу. — Я знаю, что вы крайне увлечены проблемой ядра реальности. Я бы почтительно отметила, что, поскольку нашим следующим шагом является глубокое погружение в деятельность швейцарских отделений Сети, земной контингент этой оперативной группы лучше всего оснащен для решения этой задачи.

Многие лица нервно повернулись в сторону Джейсона.

— Я согласен, — сказал он.

— Если позволите мне усомниться в том, что вы так легко согласились, — сказала Барстоу, — думаю, многие из нас ожидали большего сопротивления. Я понимаю, что ваша первоначальная реакция на открытие фермерства ядер реальности была бурной.

— Была, — сказал Джейсон. — Это одна из нескольких причин, по которой мне лучше отступить. Ценой отказа от скромности скажу: я чудовищно силен. Сочетание этого с сильными эмоциональными реакциями — не рецепт для хорошего суждения. Кроме того, как я собирался сообщить миссис Макроссан до последнего инцидента, пришло время мне подкрепить слова делом.

Он отпил из стакана воды, стоявшего перед ним на столе, прежде чем продолжить.

— Не секрет, что у меня есть некоторые проблемы с доверием к сильным мира сего и их ответственности перед ним. Но теперь я дал вам всю информацию, которую мог. Я не знаю, сколько из вас решили поверить в то, что я сказал, или в какой степени, но я выложил свои карты на стол. Теперь пришло время проявить доверие. Ставки, на которые мы играем, у вас перед глазами. Мне нужно увидеть, что вы сделаете с этой информацией.

— А если нам не понравится то, что мы увидим? — спросил шеф Кольер из Секретной разведывательной службы Соединенного Королевства.

— Я сделал ряд угроз насчет того, что не буду захватывать мир, если не придется, — сказал Джейсон. — Оглядываясь назад, это было по-детски и самонадеянно. Я упивался силой, которой обладаю, по сравнению с той, что была у меня в прошлую поездку на Землю. Правда в том, что я не собираюсь завоевывать Землю, независимо от того, что вы сделаете. Но если я не захочу мириться с тем, как правят этим миром, я заберу своих людей, уйду и никогда не вернусь.

— Это звучит скорее как стимул, чем как угроза, — сказал генеральный директор Макмиллан из АСИР. Австралийский лидер разведки был одним из немногих, кто присутствовал в Деревне Асано лично.

— Понимайте как хотите, — сказал Джейсон. — Но также подумайте о том, насколько мир изменился после моего последнего визита, начиная с того факта, что он всё ещё существует. Поколение пользователей эссенций, воспитанных по тренировочным программам Фарры Хурин и Роланда Ремора. Магические знания, которые мы распространили.

— Эти знания, — отметил Макмиллан, — это именно то, из-за чего мы преследуем Саймона Маккина. Он научился делать то, что делает, у Фарры Хурин.

— Да, — сказал Джейсон. — Знание — это сила, а силу можно использовать во зло. Я не пытаюсь спорить о том, было бы человечеству лучше никогда не учиться разводить огонь, потому что он обжигает. Вы спросили, довольно грубым образом, что потеряет Земля, если я уйду и заберу свой клан. Ответ на это — всё то, что я намерен принести в этот мир. Всё то, что клан подготовил и готов разделить.

— Не хотите ли выразиться конкретнее? — спросил Макмиллан. — Или вы собираетесь придерживаться расплывчатых обещаний?

— Что я хотел бы сделать, так это оторвать вам голову и засунуть её вам в задницу, но, похоже, она у вас там уже и так находится. Так что, полагаю, расплывчатые обещания.

Джейсон поднялся.

— Поскольку я, кажется, утратил способность быть вежливым, думаю, я закончу своё участие в этой встрече здесь. Пожалуйста, держите меня в курсе того, что дадут ваши расследования, и не стесняйтесь обращаться, если моя помощь будет уместна. Я сделаю то же самое со своим допросом королевы вампиров.

— Она у вас? — спросила Барстоу.

— Да, — сказал Джейсон. — А также Мари Финнеган, с которой, я уверен, вы захотите поговорить. Я передам её, когда закончу.

— А королева вампиров?

— Она принадлежит мне. Если мне понадобится помощь, я попрошу.

— А как насчет специалиста по порталам, работающего с Финнеган? — спросил чиновник Сети по имени Гейтс. — Его забрали из-под нашей стражи ваши соратники.

— Как только я пойму его роль во всём этом, я решу, что с ним делать. Он будет возвращен вам, если это будет уместно. Как только эта оперативная группа определит, какая часть Сети действовала против интересов планеты.

Гейтс тоже поднялся.

— Вы не можете винить всю Сеть за действия отдельных элементов.

По комнате большинство присутствующих поморщились. Сидя рядом с Джейсоном, Анна поднялась со своего места, но Джейсон сделал останавливающий жест.

— Всё в порядке, — сказал он. — Я собираюсь предположить, что мистер Гейтс не удосужился прочитать справочный брифинг и не пытался намеренно спровоцировать меня на то, чтобы убить его и стереть всякий след Сети с лица Земли. Однако я уйду, прежде чем сделаю или скажу что-то, что не смогу взять назад.

Джейсон вышел из комнаты, и Гейтс неловко сел обратно. Анна также заняла своё место, её взгляд задержался на чиновнике Сети.

— Я понимаю, мистер Гейтс, — сказала она. — Я была на вашем месте. Объясняла Джейсону Асано, что не вся Сеть пыталась его похитить. Или убить. Или удерживать и пытать его друга неделями. Но Асано был прав в том, что вы должны были увидеть этот конкретный триггер в досье на него, которое нам всем предоставили. А это значит, что либо вы только что приняли очень плохое решение, либо не читали материалы. В любом случае, я не считаю уместным, чтобы вы были представителем Сети в этом органе, и я выдвигаю предложение попросить Сеть прислать замену. Кто-нибудь поддержит это предложение?

* * *

Даниэль последовала за Джейсоном из его теневого портала. Они прибыли на его личный уровень административной башни Клана Асано в Словакии. Вдали от любопытных глаз он выпустил рык разочарования сквозь сжатые зубы.

— Я не могу сдержаться, — сказал он. — Думаю, я просто не создан для дипломатии.

— Мне показалось, что ты справился очень хорошо.

— Потому что я не убил того идиота на месте за то, что он намеренно провоцировал меня?

— Потому что ты предложил взвешенный ответ.

— Взвешенный? Я пригрозил убить его и уничтожить многовековую организацию, к которой он принадлежит.

— На Земле институциональная власть всегда имела вес. Это меняется по мере того, как люди обретают способность влиять на нации. Иерархии личной силы представляют собой фундаментальный сдвиг в динамике власти земного общества. Я не говорю тебе ничего, чего ты не знаешь, только то, что ты, кажется, с трудом принимаешь. Но ты должен принять это, если хочешь оставаться актуальным. И ты забываешь, что не только ты учишься этому. Люди, которые правят Землей, всё ещё пытаются понять, как ориентироваться в новой парадигме того, что значит быть могущественным. И ты, нравится тебе это или нет, — их самый наглядный урок в этом.

— Ты хочешь сказать, что Гейтс не смог адаптироваться к переменам.

— Я хочу сказать, что иногда дракону нужно напоминать людям, что дремлет под горой.

* * *

Небольшая толпа людей вошла в административное здание Клана Асано в Словакии. Золотые ранги Королевства Штормов окружили троих человек, проталкивая их через вестибюль. Все остановились, чтобы посмотреть на группу, излучающую силу и облаченную в экстравагантное оружие и доспехи. Трио, которое сопровождали, явно были пленниками, несмотря на то, что сами обладали аурами золотого ранга. У нескольких членов группы были сапфировые волосы, включая лидера, которая подала группе сигнал остановиться, прежде чем подойти к стойке регистрации.

Ресепшионист, Тони, нервно сглотнул.

— Чем могу помочь, принцесса?

— Где врата в астральное пространство?

— Третий мезонинный уровень. Сразу за стойкой с теппаньяки.

— Спасибо.

Она вернулась к группе, которая воспользовалась подъемной платформой, чтобы переместиться вверх по уровням грандиозного атриума. Они продолжали привлекать взгляды и шепот, наконец прибыв к черной каменной арке, наполненной бурлящей тьмой. Зара сначала отправила двоих своих людей, а затем приказала пленникам следовать за ними.

— Входите, — сказала она им.

— Вы не можете заставить нас пройти через портал, — сказала Мари.

— Нет, — согласился Джейсон, чей голос раздался у них за спиной. Никто не заметил его прибытия, но все обернулись, когда он заговорил. Он был в своих кровавых мантиях, и звездная пустота его плаща развевалась на ветру, которого не существовало.

— Мы не можем заставить вас пройти через портал, — сказал он. — Я могу сказать вам, что если вы не пройдете, я выведу вас из поля зрения членов моего клана и…

Он взглянул на семью, сидящую за столиком. Родители замерли, держа еду в неподвижных руках. Дети наблюдали с восторженным блеском в глазах.

— …сделаю с вами нечто весьма основательное и окончательное.

— Прошло много времени, Джейсон, — сказала Элизабет. — Я готовилась к этому с тех пор, как мы…

Тишина.

Джейсон не произнес этого слова. Он воплотил его в жизнь, и команда отозвалась, словно божественный указ. Весь атриум замер, единственным звуком было журчание фонтанов.

— Сделайте свой выбор, — сказал Джейсон. — Входите или нет. Если вы заговорите, это будет означать, что вы решили не входить.

Жидкость испачкала и без того грязные штаны Реми, и он пополз через портал. Элизабет и Мари последовали за ним.

— Дайте им душ, чистую одежду и что-нибудь поесть, — распорядился Джейсон.

— Чем нам кормить вампира? — спросила Зара.

— Там уже есть популяция вампиров. Есть еда, которая их поддержит. К сожалению, я не могу экспортировать её. Она требует моего влияния, поэтому работает только внутри моих владений.

Зара отправила остальных своих людей, а затем подошла ближе к Джейсону, встав прямо в его личном пространстве. Она откинула капюшон с его головы, открывая его лицо, а затем обвила руками его шею. Его глаза превратились из сине-оранжевых туманностей в темно-карие.

— Нет, оставь их, — сказала она. — Мне нравятся твои настоящие глаза.

— Ты же знаешь, что куча людей наблюдает за нами, верно?

— Пусть наблюдают, — сказала она и нежно поцеловала его в губы.

— Ты же знаешь, что подрываешь мой внушительный фасад, верно? — спросил он её.

С озорной улыбкой она грациозно отступила и прошла через портал. Он покачал головой, усмехнувшись с забавным раздражением, а затем последовал за ней.

Глава 985: Лучшие побуждения

Глава 985: Лучшие побуждения

В тот момент, когда они вошли в астральное пространство Асано, люди, охранявшие Мари, Элизабет и Реми, расслабились. По-видимому, больше не опасаясь никаких угроз, все, кроме одного, ушли, оставив только человека по имени Тренчант.

Мари никогда раньше не была в настоящем астральном пространстве. Её ранние дни в Сети пришлись на последние годы, когда магия была секретом. Она видела астральные протопространства с их нестабильными уровнями магии и дикой местностью. Она видела пару мест с некоторыми признаками цивилизации, но не более чем руины, выглядевшие на тысячи лет старыми.

Астральное пространство, напротив, стало откровением. Здесь не было диких энергий, дразнивших её сверхъестественные чувства, как насекомое, которое она не могла прихлопнуть. Не было ощущения, что всё место находится на грани краха, напротив, оно казалось таким же твердым, как мир снаружи.

Это не означало, что в этом месте не было ощущения нереальности. Портал высадил их на вокзале с декором, который больше подошел бы старому нуарному фильму, чем современной Земле. Даже люди, слоняющиеся вокруг, выглядели как статисты в кино шестидесятых, вплоть до одежды той эпохи. Она также не видела ни одного человека с телефоном, несмотря на то, что на вокзале кипела жизнь. Даже свет был странным, вымывающим цвета. Он не делал мир по-настоящему монохромным, но всё же казалось, что живешь в черно-белом кино.

Мари посмотрела на их теперь уже единственного охранника. Его глаза сохраняли яркий оттенок синего, выделяясь в мире серых тонов. Он повел их через вокзал, едва даже глядя, следуют ли они за ним.

— Мы сейчас в месте силы Асано, — пробормотала Элизабет, хотя они обе знали, что их эскорт золотого ранга мог слышать. — Здесь нет побега, нет неповиновения. Только то, что он позволяет.

— Что это за место? — задался вопросом Реми.

— Я полагаю, это город вампиров Асано, — сказала ему Элизабет. — Мы слышали о нём, конечно. Место, где он держит всех ручных вампиров.

— То есть тех, которые не являются монстрами, — сказал Реми.

— Мы, монстры, смогли сохранить жизнь твоей дочери, когда твои собственные люди не смогли.

— А потом держали её в заложниках.

— Она живет очень хорошо, — сказала Элизабет.

— Правда? Как долго после того, как разнесется весть о том, что вас схватили, ваши люди перестанут делать то, что им велено, и убьют её?

— Если ты так беспокоишься, почему не рассказал нашим похитителям о ней? Обменял информацию о наших действиях на её благополучие?

— Не задирай его, Элизабет, — сказала Мари. — Он знает так же хорошо, как и ты, насколько она нуждается в твоей магии крови.

— Ты права, — сказала Элизабет. — Тыкать в слабость мужчины без необходимости — это неприлично. Мои извинения, Реми. И знай, что я предусмотрела такую возможность.

— Правда? — спросил Реми.

— Попадание под влияние Асано было неизбежностью. Я надеялась иметь на руках больше козырей, но вот мы здесь.

За пределами вокзала, куда бы ни посмотрела Мари, всё казалось идеальным местом, чтобы убить родителей Бэтмена. Линия закусочных и баров в старом американском стиле перемежалась тенистыми переулками. Подъехал длинный городской автомобиль, за рулем которого сидел знаменитый теневой слуга Асано. Их эскорт посадил Реми на переднее сиденье, а двух женщин — на заднее. Он не присоединился к ним, закрыв дверь и наблюдая, как машина отъезжает.

— Снова здравствуй, Тень, — сказала Элизабет.

— У меня есть инструкция вести с вами светскую беседу, — сказала Тень. — Как бы мистер Асано ни любил подшучивать, это не относится к тому, кто несет ответственность за смерть миллионов.

— Не обязательно быть вампиром, чтобы пронестись по Европе, убивая миллионы людей, — сказала Элизабет. — Люди совершали это, пока я была глубоко в многотысячелетнем сне.

— Когда мы встретимся с Асано, — сказал Реми, — я надеюсь, ты придумаешь что-то получше, чем «быть вампирским Гитлером — это нормально, потому что уже был человеческий Гитлер». Не думаю, что это нам поможет.

* * *

Машина вывезла их из города на проселочные дороги, петлявшие через холмы. Лунный свет освещал их путь, пока они не достигли ворот из кованого железа, установленных в стене, увенчанной горгульями-стражами. Газовые фонари освещали путь, пока машина ехала по длинной подъездной аллее поместья к готическому особняку. Когда они подъехали, Тень вышла из машины, и из оригинала вышли ещё два тела. Остальные трое вышли и огляделись.

— Если это место, где Асано держит своих вампиров, — сказал Реми, — не слишком ли это очевидно?

Три Тени повели их внутрь, направив каждого в разные стороны. Мари отвели в спальный люкс, который выглядел как номер в отеле типа «постель и завтрак», предназначенный для готов. Тень велела ей оставаться в люксе и оставила её там. Она мельком осмотрела ванную и спальню, прежде чем вернуться в центральную гостиную, где в плюшевом кресле сидел Джейсон Асано.

Асано выглядел расслабленным, откинувшись назад, ноги закинуты на подлокотник кресла, похожего на трон. Она стояла в дверях, пока они обменивались оценивающими взглядами. Его первоначальная демонстрация расслабленности казалась поверхностной, чем больше она на него смотрела. В нём была усталость, которую он не особо старался скрыть.

— Ты не хочешь этого делать, — сказала она.

— Нет, — согласился он. — Но это нужно сделать, и эту часть лучше всего сделаю я. Садись, мисс Финнеган.

Она подошла к другому креслу и села. Кресло было огромным, и она утонула в глубокой набивке.

— Я удивлена, что первой была я, — сказала она.

— Это не так. Я разговариваю со всеми вами одновременно.

— Ты можешь быть в нескольких местах, — поняла Мари. — Как твоя тень.

— Здесь я могу делать почти всё.

— Как это работает?

— Это сложно. То, что вы могли бы принять за моё настоящее тело, обедает в бистро в городе. Я прикажу принести еду, когда мы закончим.

— Полагаю, ты хочешь услышать мою захватывающую предысторию. Почему я связалась с королевой вампиров, чьё королевство оборачивалось против неё.

— Нет. Мне всё равно. У меня нет интереса наказывать тебя. Моя единственная забота — предотвратить как можно больше ущерба. Кровавые дубы. Ядерное оружие. Фермерство ядер реальности. Всё это нужно остановить, и если это означает дать тебе комфортную жизнь в месте, где ты не сможешь никому навредить, то именно это я и сделаю.

— Это то, что это такое? Демонстрация того, какой могла бы быть жизнь? Вечная ночь и драпировка от черного до средне-серого? Полагаю, это для блага Элизабет, но ты обнаружишь, что красный — её цвет.

Джейсон подался вперед, сузив глаза, словно вглядываясь в то, чего она не могла видеть. Затем она поняла, что он читает её ауру. Они оба были золотого ранга, но она была новичком в этом ранге и плохо обучена. Она вообще не могла почувствовать его ауру. Он, по-видимому, нашел то, что вызвало его любопытство, и снова откинулся в кресле.

— Значит, ты хочешь, чтобы любое изгнание, которое я тебе дам, вы провели вместе, — сказал он. — Захочет ли она этого тоже?

— Она не хочет твоего изгнания. Она хочет другой мир, свободный и чистый.

— Существует много миров, мисс Финнеган. Она не может выбирать.

— У нас всё ещё есть вещи для обмена. Информация.

— Недостаточно, чтобы я позволил ей вырваться на Паллимустус.

— Так называется тот другой мир?

— Да, и если бы я отправил вас туда, вы не были бы ни свободны, ни в безопасности. Элизабет могущественна по меркам земных вампиров, но не тех, что там. В том мире очень хорошо умеют охотиться на вампиров. Те, кто выживает, хитры, могущественны и понимают мир и то, как передвигаться по нему незамеченными. Вы были бы чужаками, даже не зная языка. Они бы быстро нашли её и уничтожили вас за то, что вы с ней.

— Тогда почему бы не дать нам то, что мы хотим? Если мы всё равно быстро умрем, то чего это тебе стоит?

— Ущерба, который вы причините по пути. Людей, которым вы навредите, прежде чем они найдут вас.

— С чего ты взял, что мы причиним кому-то вред?

— Как ты живешь с тем, что она сделала? То, что сделала ты, я понимаю. Ты не знаешь, какой ущерб наносит фермерство ядер реальности. Кровь не на твоих руках. Но ты знаешь, что сделала она. Ты работала с вампирами, удерживающими людей на фермах. Ты видела их объекты по сбору крови, мисс Финнеган?

Она повернула голову, не встречаясь с его взглядом.

— Нет, — тихо сказала она.

— У меня есть свои миры. Вы не будете свободны, но будете чувствовать себя так. Это лучшее, что я могу предложить.

— А если мы скажем нет?

— Тогда люди доберутся до вас, и Элизабет умрет. У этого будет цена, но мы готовы действовать в отношении ядерных устройств. Я не знаю, нашли ли мы их все, но мы пропустили немногое. Очевидно, мы не хотим идти на такой риск, но мы сделаем это, если до этого дойдет.

— А если устройство сработает в городе, убив миллионы?

— Тогда я буду оплакивать свою неудачу. Я уже делал это раньше. Я пытался убить Элизабет, потерпел неудачу, а затем ушел. После этого она систематизировала использование людей в качестве пищи. Вина лежит на ней, а не на мне, но факт остается фактом: я не смог её остановить. Может быть, какой-то другой вампир занял бы её место, не знаю. Мало смысла зацикливаться на этом, хотя я всё равно это делаю, конечно. Но я научился жить со своими ошибками, хотя больше не могу сосчитать людей, которых я подвел.

Он вздохнул.

— Мой посыл в том, что вам нечем мне угрожать и мало что можно предложить. То, что осталось от программы ядер реальности, находится у Сети или у Маккина. Мы знаем, что он предал вас. У меня есть друг с эссенцией времени. Одна из её способностей — заглядывать в прошлое объекта. Объекта, например, такого как разбитая подводная лодка.

— Если бы это было так эффективно, как ты намекаешь, ты бы вообще не нуждался в нас.

— Ты права. Мы можем получить лишь немногое таким образом. Мы хотим знать то, что вы знаете о Маккине, кровавых дубах и фермерстве ядер реальности. О его контактах в вампирском сообществе. Это то, что вы можете предложить. Я могу отправить вас на пенсию, как старых инвестиционных банкиров, уходящих в сельскую местность, или я могу убить Элизабет сегодня днем и передать вас людям.

— Ты говоришь «люди», как будто сам к ним не принадлежишь.

— Я не был человеком двадцать лет.

— Но ты чувствовал себя им, не так ли? А теперь нет.

Он нахмурился, глядя вниз в раздумьях.

— Нет, — признал он. — Не чувствую. Я больше не принадлежу Земле.

Он поднял взгляд, поймав её взгляд.

— Но и ты тоже. Ты предала этот мир. Вампирам. Людям, которые раздели бы его на части из жадности и жажды власти, пока он не рухнул бы под ними.

— Ты встречал людей? Мы так устроены.

— Встречал, и это так. Но у меня есть надежда, что мы все сможем найти свои лучшие побуждения, люди или нет.

Он поднялся на ноги.

— Я пришлю немного еды и запись брифинга, который я проводил о том, почему ваше фермерство ядер реальности было так плохо. Возможно, вы найдете свою лучшую натуру и примете правильное решение.

Он подошел к двери, и она окликнула его.

— Асано.

— Да?

— Не будь слишком суров к Реми. Он был всего лишь…

— Его дочь, я знаю. Ты знаешь, где она?

— Её состояние лучше в зонах с высокой магией. Она где-то во французской сельской местности, достаточно близко к твоей территории, чтобы уровень магии был высоким. Достаточно далеко, чтобы твой клан не наткнулся на них. Я не знаю большего.

Джейсон кивнул и ушел.

* * *

Комната Элизабет была обставлена роскошно, но невозможно было скрыть, что это запечатанная подземная комната. Обнаженный кирпич и полное отсутствие окон отмечали её как подвал, с единственной дверью, ведущей вверх по лестнице. Подземная коробка не требовалась, чтобы держать её в безопасности, она была уверена; Асано делал акцент. Когда он появился за её спиной, она не почувствовала его ауру, но уловила его запах. Она не повернулась к нему.

— Она впечатляет, твоя принцесса, — сказала она. — Она твоя, да? Я чувствовала твой запах на вас обоих ранее, хотя сейчас нет. Это не настоящий ты, не так ли?

— Я был так самодоволен, когда мы встретились в последний раз. Играл в игры хитрости и предательства с существом, которое освоило их за тысячи лет до моего рождения. Конечно, ты переиграла меня. И, как это всегда случается, другие заплатили цену за моё высокомерие. Я не могу не чувствовать, что, лишенные твоего руководства, люди могли бы справиться с твоим видом. Я уверен, что вампиры всё равно нашли бы себе трудных и опасных лидеров, но ничего такого, с чем люди Земли не могли бы справиться.

Элизабет наконец повернулась. В комнате были сиденья, но они остались стоять, глядя друг на друга.

— Я готовилась к этому с той зоны трансформации. Не думаю, что ты понимаешь, каково это — чувствовать, как кто-то другой захватывает место на духовном уровне. Запечатлевается на нём, как какой-то фольклорный бог земли. Я знала тогда, что однажды ты станешь монстром, от которого нет спасения. И вот мы здесь.

— Твои приготовления прошли не очень хорошо.

— Нет, не прошли. Мои планы развалились или были узурпированы. Теперь всё, что я могу предложить, — это свою помощь в разгребании беспорядка, который я устроила. Ну, это и та единственная вещь, о которой я удивлена, что ты не спросил.

— И что же это?

— Герлинг.

— Он не имеет значения.

— Ты должен благодарить меня. Ты позволил ему умереть так быстро и чисто. Это я заставляла его страдать все эти годы.

Джейсон пристально посмотрел на неё, затем подошел к креслу и опустился в него.

— Возможно, в этом разница между тобой и мной, — сказал он. — Для меня желание заставлять других страдать представляло мою низшую точку. Всё, что я хочу от Герлинга, — это увидеть, как его душа будет освобождена.

— Ты всерьез собираешься сидеть там и говорить мне, что у тебя нет желания мстить?

— Да.

— Как разочаровывающе. Очередная пустая трата усилий.

Она также пересела на сиденье и грациозно опустилась.

— Я не собираюсь играть с тобой в игры, Элизабет. Я знаю, что в последнее время всё пошло не по-твоему, но я однажды пытался играть с тобой в игры и проиграл. Разница между тогда и сейчас в том, что игры были всем, что у меня было, потому что все были могущественнее меня. Теперь у меня есть сила, так что я собираюсь использовать её. Я позволю тебе поговорить с мисс Финнеган. Она твоя, да?

Элизабет одарила его плоской улыбкой.

— После того как поговоришь, ты примешь решение. Отдай мне всё, что у тебя есть, и ты будешь жить. Я отправлю тебя куда-нибудь, где ты не хочешь быть, но могу обещать тебе, что там, где ты хочешь, тебе не будет никакой пользы. Это гораздо лучше, чем ты заслуживаешь, но пока я могу помешать тебе когда-либо снова причинить кому-то вред, я могу с этим жить. Или ты можешь пойти другим путем, и я убью тебя сегодня. Если я почувствую, что ты хоть в чем-то не полностью сотрудничаешь, так тому и быть. Даже если окажется, что я ошибаюсь.

— Я уверена, мы сможем прийти к…

Она замолчала, так как он внезапно исчез, словно его там никогда и не было.

Глава 986: Смерти, которые мы не смогли предотвратить

Глава 986: Смерти, которые мы не смогли предотвратить

Бистро, как и весь город, казалось чем-то из черно-белого фильма. Еда была исключением, яркие цвета делали её вид таким же привлекательным, как и вкус. У Зары перед ней были три кусочка пирога: персиковый, яблочный и вишневый. У Джейсона были блины, погребенные где-то под ягодным соусом, взбитыми сливками и горой фруктов.

Сидя в кабинке, пара игнорировала взгляды своих собратьев-посетителей, в основном вампиров. У каждой кабинки и столика был экран приватности, отсекающий шепот и позволяющий им не беспокоиться о подслушивании.

— Что думаешь? — спросила Зара, а затем отправила в рот кусочек персикового пирога.

— Мои инстинкты подсказывают, что это будет новая война вампиров. Что-то хуже того, что было раньше, потому что она не ограничится Европой или полями сражений. Я думаю, что Элизабет засеяла мир скрытым живым оружием. Кровавые дубы и всё, что было вложено в того беднягу в самолете.

— Но она сейчас в твоих руках, верно?

— Это может быть не совсем хорошо. Элизабет искала рычаги давления. Триггеры, которые не стоит нажимать, в обмен на то, что она хотела. Ядерное оружие, которое она всё ещё контролирует, так что мы можем его зачистить. Но всё это биологическое оружие. Она распространяла его через населенные пункты по всей планете. И теперь они в руках Маккина и других лордов-вампиров. Людей, которые ищут не рычаги давления, а оружие.

Он покачал головой.

— Я должен был догадаться, — продолжил он. — Я мыслил терминами Паллимустуса, где личная сила — это всё. Я действовал так на Земле и продолжаю попадать впросак. Здесь они лучше работают с несоразмерными уровнями силы. Повстанчество, инфильтрация, партизанская тактика. Гражданские цели.

Зара издала ободряющие звуки с набитым ртом, жестом приглашая его продолжить.

— Элизабет создала оружие и стратегии настолько ужасные, что знала: мы пойдем на огромные уступки, чтобы предотвратить их использование, — сказал он. — Теперь они в руках людей, которые полностью намерены их использовать, тогда как она с радостью предала бы свой собственный вид и держала бы свою коробку ужасов закрытой, если бы это означало её собственное продвижение.

— Она не благородна.

— Благородство может поцеловать меня в зад. Оно приводит к гибели людей; разжигает войны. Если это остановит гибель людей, я каждый раз буду выбирать бесстыдного оппортуниста. Или буду им, если придется. Элизабет хотела выбраться, но вампиры хотят королевство, где людей выращивают как скот. Эти кровавые фермы не только для того, чтобы пускать людей на кровь, Зара; они также для их разведения. Эти места так же плохи или хуже, чем всё, что я видел как искатель приключений. Не говоря уже о жертвах, командам клана, зачищающим их, нужна психологическая помощь после увиденного. А люди, которые действительно находятся там? Я не знаю, как человек может вернуться после такого.

Зара посмотрела на него и отложила нож и вилку.

— Ты, кажется, хочешь сказать, что иметь дело с вампирами будет намного сложнее, чем ты думал до возвращения.

— В основном, да. Я полагал, что у нас достаточно золотых рангов, чтобы пронестись по Европе, как цунами, но реальность намного сложнее.

— Джейсон, помнишь, когда ты только стал искателем приключений, и тебе прочитали лекцию о том, как всё будет легко?

Он одарил её плоским взглядом. Она ухмыльнулась, взяла столовые приборы и продолжила есть, запихивая в рот вилку пирога.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — сказал он. — Это тяжело. Это работа, и именно поэтому им нужны такие люди, как мы, чтобы её делать.

— Такие люди, как мы? — пробормотала она с набитым ртом, радуясь своему не-принцессному поведению.

— Психи, — объяснил Джейсон, и она кивнула в знак согласия.

— Я хотел привести своих друзей посмотреть на мой родной город, — сказал он. — Легко зачистить вампиров; показать Земле, что со мной шутки плохи. Великодушно выслушать извинения каждого за то, что они так много говорили о моём подбородке.

— Мне нравится твой подбородок.

— Спасибо.

— Особенно здесь, на Земле, где у вас есть эти бутылки, для открытия которых нужен инструмент.

Он бросил чернику, которая отскочила от её лба, её лицо приняло возмущенное выражение. Затем улыбка исчезла с его лица, и он повернулся к двери. Через несколько мгновений через неё вошел Крейг Вермиллион. Крейг огляделся, заметил Джейсона и направился к ним. Джейсон подвинулся в кабинке и пододвинул свою тарелку, освобождая место для вампира.

— Это правда? — спросил Крейг.

— Рад тебя видеть, Крейг. У меня всё хорошо, спасибо. Это Зара, она инопланетная принцесса.

— Это правда? — снова спросил Крейг, его взгляд был прикован к лицу Джейсона.

— Да, — сказал Джейсон. — Мы поймали её, и она здесь. Или, точнее, Зара поймала её, и она находится в безопасном месте внутри астрального пространства.

— Ты должен отдать её нам.

— Я действительно не должен.

— Джейсон, она…

— Я знаю, что она сделала, Крейг.

— Не думаю, что ты знаешь, Джейсон. Вампирское сообщество, может, и было тайным, но оно старше любой цивилизации, когда-либо появлявшейся на этой планете. Элизабет уничтожила это.

— Нет, Крейг, я уничтожил это. Это я изменил уровни магии Земли.

— Мы могли бы адаптироваться. Ты дал нам место, где мы всё ещё можем быть людьми. Но она объявила войну людям, положив конец любому нашему шансу существовать на этой планете. Всё, что у нас осталось, — это этот город и твоё обещание какого-то инопланетного мира.

Крейг остановил себя, заставляя сделать медленный вдох и выдох.

— Прости, Джейсон. Я не хочу звучать неблагодарно. Убежище, которое ты нам дал, спасло хотя бы некоторых из нас от падения в монструозность. Но мы потеряли девятнадцать из каждых двадцати вампиров — либо погибших в боях с людьми, либо ставших жаждущими крови хищниками, слишком далеко зашедшими, чтобы когда-либо снова стать людьми.

— Я не собираюсь претендовать на понимание того, через что прошли твои люди, Крейг. У меня всегда было лишь поверхностное понимание земных вампиров.

Подошла официантка, ожидая за пределами их пузыря приватности, прежде чем ей сделали жест войти. Крейг взял только кофе, подправленный, чтобы утолить вампирскую жажду. Она поставила кружку и налила кофе из кувшина в своей руке, прежде чем уйти. Крейг посмотрел на чашку, не поднимая её со стола.

— Джейсон, мои люди заслуживают справедливости.

— И ты думаешь, что убийство Элизабет даст её вам?

— Моим людям не понравится, что ты защищаешь её, Джейсон.

— Ты думаешь, я этого не знаю? Я могу сказать тебе прямо сейчас каждое слово, произнесенное каждым вампиром в этом городе за последние два десятилетия. Очевидно, я хотел бы иметь добрую волю людей, которые здесь живут, но мне она не требуется. Уродливая правда, Крейг, заключается в том, что твоим вампирам нужен я, а мне они не нужны. Вообще. Я — земля, по которой они ходят, и вечная ночь. Моя сила вплетена в урожаи, которые растут под лунным светом, чтобы кормить вас. Это означает, что я не подотчетен твоим людям.

— Мы подотчетны тебе, — горько сказал Крейг.

— И что я просил от вас? — парировал Джейсон. — Что я сделал, кроме того, что дал вашим людям убежище? Помнишь, когда мы встретились, Крейг? Я выходил из войны против бесконечных монстров, культистов и сущности, создающей вселенные. Войны, в которой я погиб, помогая победить. Я был зол. Тупым инструментом, делающим кровавый выбор, который стоил жизней.

— Я помню.

— Теперь ты сам прошел через войну. Ту, которая сошла на нет, вместо того чтобы достичь финала, оставив тебя и твоих людей в подвешенном состоянии. Беженцы, зависящие от щедрости человека не твоего вида, с репутацией, которую было бы щедро назвать непоследовательной. Твои враги всё ещё там, и теперь один из них — возможно, худший из всех — в пределах досягаемости. Конечно, ты хочешь мести.

— Справедливости.

— Справедливость, Крейг, — это делать лучшее для тех, кто остался, а не проливать кровь за тех, кто ушел. Мертвая, она не дает нам ничего. Живая, она обладает информацией, которая может спасти жизни. Желание твоих людей увидеть её в земле заслужено тяжелым трудом, но не может предложить ничего, кроме новых смертей.

— Мы не можем позволить ей разгуливать на свободе.

— Она не свободна, Крейг, и никогда не будет. Элизабет исчерпала себя как активная сила. Единственная угроза, которую она представляет, — это удержание информации, которая могла бы спасти жертв или выиграть битвы. У тебя есть моё слово, что, пока она жива, она никогда не вырвется из хватки моей силы. Никогда больше не вкусит свободы. Но, в конечном счете, мои обещания не имеют значения. Ты говоришь, что не можешь этого допустить, но ты можешь, и ты будешь, потому что у тебя нет другого выбора.

— У тебя есть. Ты можешь отдать её нам.

— Да, но я не буду. Я решаю, что с ней делать, и я не позволю себя переубедить.

— Джейсон, если ты не отдашь её, некоторые из моих людей могут сделать что-то глупое.

— Я дам тебе знать, если кто-то из них замышляет что-то. Лучше, если ты остановишь это без необходимости моего вмешательства.

— Ты хочешь сказать, что шпионишь за нами?

— Не активно, но тебе уже говорили, что это место существует как аспект моей силы. Я знаю, что делает каждый в каждом домене и на каждой планете, которая принадлежит мне. Каждый из ваших вампиров и членов моего клана. Город людей, называемых светлосердечными в другой вселенной. Можешь считать это вторжением в частную жизнь, если хочешь, Крейг, но с таким же успехом можешь арестовать ветер за незаконное проникновение. Это просто природа вещей.

— Не буду лгать, Джейсон: мне не нравится ничего из того, что я слышу.

— Мне бы тоже не понравилось на твоем месте.

Крейг осушил чашку кофе одним махом, затем поднялся на ноги.

— Вампиры не стареют, Джейсон. Мы помним старые раны. Но мы помним и доброту, и я не забуду, что ты принял моих людей, когда мир отвернулся от нас. Мы знаем, что ты сделал и продолжаешь делать для нас. Я буду держать своих вампиров в узде, но, пожалуйста, помни о нас. Я хочу, чтобы мои люди жили, а не просто выживали.

— Возможно, чтобы сделать это, — предположила Зара, — тебе нужно начать смотреть вперед, а не назад. Я знаю, это нелегко, учитывая то, через что вы прошли, но это может быть единственный способ для твоих людей оставить позади то, что вы потеряли.

— Ты права, — холодно сказал Крейг. — Это нелегко.

Джейсон наблюдал, как Крейг покидает бистро, затем в разочаровании бросил вилку на стол. Зара протянула руку и накрыла его ладонь своей.

— Всё прошло так хорошо, как только можно было ожидать, — сказала она ему.

— Дело не в этом. Крейг был другом, когда-то. Теперь он смотрит на меня и видит… не знаю. Но это были не глаза друга.

— Я знаю этот взгляд, — сказала Зара. — Так люди смотрят на лорда.

— Я не лорд.

— Нет, ты король. А король не может быть другом, когда приходит время править.

— Это ощущается как потеря. Я хочу друзей, а не подданных.

— Цена того, чтобы быть королем.

— Я хочу поспорить, но это свело бы на нет смысл окружения себя людьми, которые знают, о чем говорят. Принцесса.

— Мне жаль его. Он выглядел уставшим.

— Я знаю. Я устал от всего, что происходит, но он прошел через гораздо худшее. Потерял большинство своих людей и был вынужден запереться в городе моего создания.

— Снова светлосердечные.

— Именно. Это то, чем стала моя жизнь теперь? Соскребать то, что осталось от уничтоженных сообществ?

— У тебя будет шанс отдохнуть. Особенно если ты оставишь всё людям. В конце концов, это их планета. Я не говорю не помогать им, но и не захватывай власть. Дай им шанс сделать всё правильно, но дай им понять, что ты рядом, если понадобишься.

— Если я вызову оперативную группу сейчас, чтобы допросить Элизабет, буду ли я выглядеть непоследовательным? Я сделал такой большой акцент на том, что это моё дело, на большой встрече.

— Если бы ты сделал это, это было бы в твоем царстве, с твоим аватаром, стоящим там и жутко пялящимся на них всё время?

— Не жутко.

— Тогда это будет под твоей юрисдикцией. Ты просто достаточно умен и великодушен, чтобы включить их. Пусть Анна продаст это; она, вероятно, сможет выбить из них некоторые уступки за право участвовать. Но приняла ли Элизабет твои условия?

— О том, что она сотрудничает, а я убью её, если хоть на секунду подумаю, что она что-то скрывает? Она говорит «да», но даже я не могу прочитать эту женщину. Я собираюсь привлечь людей из оперативной группы для её допроса под моим присмотром. У меня есть сила, но мне не помешал бы кто-то, ориентированный на детали, кто знает, как допрашивать субъекта. Я склонен отвлекаться от темы. Упускать детали. Посмотрим, что она нам даст, и будем действовать дальше.

— Ну, что ещё на повестке дня?

— Я хочу посмотреть, что мы выяснили о той штуке, что была в теле того бедняги. У меня есть наши люди, работающие над этим, вместе с некоторыми специалистами клана. Хотя у них не было достаточно времени, чтобы получить какие-либо результаты. Тем временем, есть кое-кто, кого я хочу проверить.

* * *

В доме в деревне Асано, вырытом в скале, Холли Макроссан тупо смотрела на океан. Её кресло было поставлено перед стеклянной стеной, а большая часть комнаты оставалась за спиной.

— Моя семья в Сиднее, — сказала она, её голос звучал пусто. — Я смогла поехать и сообщить новости лично. Сказать брату, что сын, которого он доверил моей заботе, мертв. Но мне нужно было выбраться. Так много вопросов, на которые я не могла ответить. Обвинения, с которыми я не могла столкнуться. Они не говорили этого, но им и не нужно было. Я видела это в их глазах.

— Мне жаль, — сказал Джейсон. — У меня пока нет ответов для вас. Когда будут, вы их получите.

Он стоял посреди комнаты, вне её поля зрения.

— Уверена, всё это будет засекречено, — сказала она. — Важные люди и их важные секреты.

— Я не подотчетен им. Я расскажу вам столько, сколько вы захотите знать, до предела моего собственного понимания.

— «Почему» не имеет значения. Это ведь на самом деле было не про него, правда? Это было про меня.

Джейсон не ответил.

— Это правда, что она вышла из него только потому, что вы поняли, что она там? — спросила она.

— Да.

— Значит, если бы вы не навестили меня в том самолете…

— Он был бы всё ещё жив, да.

— Вы ведь не знали, что она в нём, правда? Не до того, как пришли к нам.

— Я вообще не знал, что такая вещь существует.

— Даже так, я нахожу вас легкой мишенью для своего гнева. Вы его не заслуживаете, но с каких пор «заслуживаете» имеет значение?

— Только тогда, когда мы так решаем. Когда можем. У меня больше силы, чем у большинства, и я всё равно обнаруживаю, что не дотягиваю, как это было с вашим племянником. Мне жаль, что я подвел его.

— Вы спасли много жизней, мистер Асано?

— Да.

— Наверное, много людей, которых вы не смогли, правда?

— Да.

— Как вы с этим живете?

— Не уверен, что живу. Мой терапевт говорит, что мне нужно принять свои неудачи и отпустить их. Сосредоточиться на том, чтобы сделать лучше в следующий раз.

— И это то, что вы делаете, да? Принимаете неудачи?

— Нет, — сказал он. — Я не принимаю. Я работаю с людьми, которые делают то же, что и я. Никто из нас не принимает смерти, которые мы не смогли предотвратить.

— Как ваша подруга. Та, которая вытащила меня из самолета. Я не помню её имени.

— Софи Уэкслер.

— Спасла мне жизнь, полагаю, вытащив меня оттуда. Когда будете уходить, поблагодарите её за меня.

Джейсон понял намек и направился к лестнице. Он выйдет наружу, прежде чем порталиться прочь. Он был на лестнице, когда она снова заговорила.

— Мистер Асано?

— Да?

— Софи. Она свободна?

Брови Джейсона поднялись.

— Нет.

— Ну ладно, — пробормотала Холли. — Всё равно бы ничего не вышло, полагаю.

Джейсон посмотрел на Холли с вершины лестницы. Он не мог хорошо её видеть, скрытую большим креслом.

— Если вам что-то понадобится, миссис Макроссан, что угодно, просто попросите. Я серьезно. Всё, что в моих силах дать.

— Можете вернуть моего племянника? Я слышала, вы вернулись с того света.

— Это выше моих сил, простите. Мы думаем, что могут быть другие, подобные вашему племяннику, и пытаемся найти способ идентифицировать и спасти их. Прежде чем штука внутри них активируется. Это не поможет вашему племяннику, но может спасти других.

— Вы сказали просить, если я чего-то хочу.

— Да.

— Просить кого?

— Просто просите, миссис Макроссан. Я узнаю.

Глава 987: Последовательный агент хаоса

Глава 987: Последовательный агент хаоса

— Джейсон, — сказала Анна. — Хотя нет сомнений, что вы и ваши друзья могущественны, вы заставляете членов оперативной группы нервничать. Последние несколько недель всё шло гладко благодаря вашему подходу невмешательства. Возникали вопросы, почему.

— Целью всегда было стать не-фактором, — сказал Джейсон. — Или, по крайней мере, тем, кого можно в значительной степени игнорировать. Конечная цель для меня — чтобы сильные мира сего оставили меня в покое, и я делал то же самое.

— Что я им и сказала. Но они также знают, что вы были активны менее прямым образом. Ресурсы, которые вы предоставляли для социальных программ Кабалы, особенно в Африке. А потом ещё и это.

Она указала с крыши в словацком домене Джейсона. Доминировал над горизонтом межпространственный корабль, который Джейсон взял в качестве приза после победы над пиратами по возвращении на Землю. Он парил над исследовательским центром, который выглядел как спортивный стадион. С пикникового стола, за которым они обедали, у них был вид на исследователей клана, ползающих по корпусу, как жуки. Там также присутствовали посланники. Несколько были членами клана, но большинство — из Неортодоксии. У людей Бориса было гораздо более продвинутое понимание магических технологий, чем у кого-либо в Клане Асано.

— Вы привели сюда следователей оперативной группы, чтобы допросить Элизабет. Они, очевидно, заметили гигантский космический корабль, который вы захватили. Они предлагали прислать своих лучших экспертов по магическим технологиям, чтобы помочь вам изучить его.

— Готов поспорить, предлагали.

— Вы намерены позволить им?

— Может быть. Бабушка говорит мне, что были созданы препятствия, когда клан проводил набор, пытаясь найти исследователей для работы над магическими технологиями. Однако ей удалось переманить Одри Блейн из Сети. Это был настоящий переворот.

— Это энергетический вампир, верно? Один из лидеров руководства Инженеров Вознесения?

— Да. Она руководила совместной программой исследований магических технологий между Инженерами, Кабалой и Сетью много лет назад. Вот как она стала такой, какая есть. Был экспериментальный исследовательский проект по воскрешению, который она тихо продолжала вести после того, как совместную программу закрыли. Когда ИВ убили её за сопротивление их планам саботажа сети, это вернуло её, просто не идеально.

— И она возглавляла исследования магических технологий в клане?

— Это был хороший выбор, — сказал Джейсон. — Человек, который убил её, Мистер Север, оставил мне хранилище, полное всех исследований, которые он провел за свои столетия на Земле. Включая все проекты, ранее курируемые Одри. Это было основой почти всех исследований магических технологий клана с тех пор, как я покинул Землю.

— Если он работал столетиями, не могу представить, что клан продвинулся намного дальше.

— Вы удивитесь. Мистер Север не пришел к этому с базой в теории магии. Он был магическим пауком. Фамильяром человека, которого вы знаете как основателя Сети.

— Это то, о чем я хотела бы услышать больше. Многие люди хотели бы. Вы не против, если я добавлю это в список дополнительных брифингов для вас?

— Валяйте. Суть в том, что у Мистера Севера не было фундамента в теории магии, который требовали его амбиции. Он просто нащупывал путь, эксплуатируя любые магические остатки, которые дрейфовали на Землю и которые он мог откопать. Как мертвый заводной король.

— Вы хотите сказать, что Инженеры Вознесения были магической фракцией, созданной кем-то без понимания магии?

— Недостаточного понимания.

— Но он был из другого мира. Как он мог не знать магию?

— Так же, как не все азиаты знают боевые искусства. Мистер Север развивал магические технологии, почти не имея знаний о теории магии, с крайне низким уровнем окружающего магического фона и, по сути, нулевыми технологиями. Люди разработали очень мало полезного для него до второй половины двадцатого века. Даже тогда он был слишком параноидален, чтобы доверять кому-либо, поэтому у него были проблемы с набором способных ученых.

— Как Одри Блейн.

— Да, хотя её ценность скорее в управлении проектами, чем в чистых исследованиях. Её силой было быть буфером между амбициями Севера и его паранойей. Именно такие люди, как она, позволяли ИВ функционировать вообще. Самым большим препятствием Мистера Севера было то, что он вставал на пути собственных целей, калеча свой прогресс.

— Чего клан не делает, унаследовав его исследования.

— Точно. У клана лучшее понимание магии и технологий, чем было у Севера, и готовность нанимать и вовлекать тех, у кого есть опыт, чтобы заставить это работать. Фарра и я оставили после себя обширную библиотеку фундаментальных магических текстов. Мы отправили обширные учебные материалы обратно с Руфусом, включая то, что равносильно онлайн-университетскому курсу по теории магии. Клайв и Фарра разработали его для Эми, и Эми распространяет его через клан. На технологической стороне Борис помог моей бабушке набрать людей. Он даже прислал некоторых из своих экспертов по магическим технологиям, чтобы подтолкнуть нас, но в ограниченных и осторожных дозах. Существуют правила о том, насколько можно подталкивать прогресс менее развитых цивилизаций.

— Поэтому Борис никогда не помогал Мистеру Северу? Они ведь знали друг друга, верно?

— Знали. Борис сказал, что паранойя Севера мешала им работать вместе. Борис снабжал Мистера Севера духовными монетами, чтобы выжить на Земле как золотой ранг, но Север никогда полностью не доверял ему. Если бы доверял, основные исследования Севера, возможно, не были бы такой неразберихой.

— Основные исследования?

— Клан изучает магические технологии в нескольких областях. Медицина — это то, где они добились больших успехов. Машиностроение также показывает прогресс. Молодой Гэри — вундеркинд в этой области, как вы знаете, и Борис показывал ему некоторые вещи. Однако проект, над которым Север работал больше всего, был тем, в честь которого он назвал свою организацию.

— Инженеры Вознесения, — сказала Анна. — Вы говорите о трансгуманизме?

— Именно. Он искал способ наполнить людей магией. Дать им силу повышать ранг без эссенций. Это то, что я видел использованным с ужасающими последствиями, порабощая людей и превращая их в отвратительных чудовищ. Он искал версию этого, где сохранялась автономия. Которая не требовала превращения людей в монстров.

— Сверхлюди, которых создали ИВ.

— Да.

— Многие из них всё ещё существуют, знаете ли. И жизнь для многих из них не сахар. Физиологические и психологические проблемы. Многие из них просто взяли и умерли однажды, без чьего-либо понимания почему.

— Это были неудачные эксперименты. Но даже Клайв и Карлос хвалили инновации, после того как я показал им исследования, даже говоря, что это ужасная практика, до которой годы, прежде чем она станет жизнеспособной даже для начала тестирования на людях. Они были поражены тем, что он зашел так далеко, учитывая его старт. Карлос уже начал включать эти исследования в свои собственные, наряду с медициной на основе магических технологий.

— Пожалуйста, скажите мне, что клан не проводил эксперименты на людях в течение полутора десятилетий.

— Клан не проводил эксперименты на людях в течение полутора десятилетий. Даже совершая скачки и границы за пределы оригинальной работы Севера, исследования не продвинулись к какому-либо тестированию на живых существах. Всё было направлено на то, чтобы взять инновации Севера и вырезать ярлыки и костыли, к которым его вынудила его некомпетентность. Например, полагаться на поврежденные заводные ядра, чтобы его сверхлюди не сошли с ума. Ничего ещё не делалось с людьми. Борис помогал, учитывая, что у посланников есть доступ к науке и магическим технологиям из других миров. Более продвинутых, чем Земля, но есть ограничения, как я сказал. Посланники живут здесь достаточно долго, чтобы это стало их домом, но если они принесут слишком много внешнего влияния, они станут чужаками в глазах Законов Вторжения.

— Значит, они могут помочь Земле развивать магические технологии, но не просто передать знания. Это было бы как инопланетяне, дающие пулеметы бронзовому племени.

— Да.

— Нарушает ли это правило привоз ваших людей из другого мира?

— Нет. Космически, Земля и Паллимустус почти считаются одним миром. Две стороны монеты, одна с магией, а другая с технологиями. Они могут позволить себе помогать друг другу. Клан Асано теперь позиционируется как воплощение этого сотрудничества. Теперь, когда у нас есть целители и эксперты, такие как Карлос, самый амбициозный проект Мистера Севера имеет реальный шанс на осуществление.

— Его проект экспериментов на людях.

— Да. Очевидно, это должно быть сделано как можно более этично. Проверки и тройные проверки. Несколько уровней надзора, сосредоточенных на заботе и этике. Но если мы действительно сможем справиться с этим, представьте возможности. Мир, где каждый может обладать магией. Всё ещё будут имущие и неимущие, так как пользователи эссенций абсолютно точно будут могущественнее. Но каждый мог бы иметь шанс прикоснуться к своему магическому потенциалу.

— Джейсон, вы говорите о трансформации человеческой расы.

— Да, так что убедитесь, что будете контролировать меня в этом. Не позволяйте мне принимать решения без вызова.

— А если я хочу оспорить тот факт, что вы вообще должны это делать?

— Тогда оспаривайте. Пожалуйста. Я хочу услышать каждый аргумент. Но сначала проведите свое исследование. Я позабочусь о том, чтобы у вас был доступ ко всему, что делал клан.

— Джейсон, вы помните, с чего начался этот разговор? О том, что вы оставите всё в покое? Возвещение эры трансгуманности — это противоположность оставлению всего в покое.

— Я скорее говорил о тихой жизни без беспокойства, пока мы не раскроем всё это миру. Нравится это или нет, изменения на Земле только начались. Однажды связь между мирами станет намного ближе, и Земля должна быть готова. Паллимустус должен видеть в ней иностранную державу, а не свежую землю для колонизации. Я намерен использовать клан как инкубатор, чтобы продвинуть Землю так быстро, как только смогу себе позволить.

— Даже если это означает превращение человеческой расы в магический вид.

— Это меньше о трансформации человечества и больше о предоставлении второго варианта. Эссенций на всех не хватит. Даже в другом мире только часть населения обладает магией.

— Вы могли бы упомянуть об этих грандиозных амбициях раньше.

— Я упоминал, по кусочкам. Но просто получить ваше согласие было достаточно сложно. Если бы я начал со всего этого, вы бы, вероятно, записались бороться против меня.

— Это кажется манипулятивным.

— Я никогда не скрывал от вас своих намерений, Анна. Скажите мне, что из того, что я только что сказал, не вписывается в повестку, которую я изложил с самого начала. Это просто полный контекст.

Анна потерла виски, а затем встала.

— Вы знаете, что мне нужно пойти и изменить всё моделирование того, как будет развиваться дипломатическое будущее клана, верно? Планы, которые я строила по расширению клана в признанное суверенное государство, а не просто де-факто?

— Простите.

— Не то чтобы я не делала этого раньше. Вы ничто, Джейсон Асано, если не последовательный агент хаоса. Если на кого я и злюсь, так это на вашу бабушку больше, чем на вас. Я работала с ней над будущим клана.

— Не думаю, что она считает это. Её заботы — дипломатия и жизни членов клана. Я подозреваю, что она складывает всё это в коробку в своем уме с надписью «безумные научные махинации». Она, вероятно, лишила бы это финансирования, если бы я не предоставлял все средства.

* * *

Первая война вампиров закончилась без заключения. Люди и вампиры одинаково истощили себя и опасались эскалации после того, как вампиры получили в руки ядерное оружие. К тому моменту, когда клан Асано отступил в свои астральные пространства, военные базы на границе территории Клана Асано некоторое время пустовали. Восстановление этих баз ознаменовало возвращение к активным операциям, нанося удары по местам, предоставленным Элизабет.

В большинстве случаев всё, что они находили, были недавно заброшенные объекты, но не всегда. Команда Найджела Торнтона работала с многонациональной ударной группой, когда они столкнулись с исследовательским центром, который всё ещё эвакуировался. Найджел был золотого ранга и в итоге столкнулся с золотым рангом на другой стороне, Джеком Герлингом. Кровавый клон теперь активно противостоял им, свободный от влияния Элизабет.

Вмешательство Герлинга ограничило успех рейда. Вампиры и исследователи, которые не успели эвакуироваться до прибытия сил людей и клана Асано, были убиты, а не захвачены, сам Герлинг позаботился о том, чтобы у людей не было пленных. Серебряной подкладкой было то, что Герлинг был сосредоточен на убийстве своих собственных людей, а не на нацеливании на серебряную команду Найджела.

После рейда Найджел лежал на каталке в лазарете базы. В отдельной комнате его осматривали несколько целителей. Они были серебряного ранга, быстро истощая себя усилиями по исцелению золотого ранга. Все они обернулись, когда открылась дверь и вошел Джейсон, а Нил — прямо за ним.

— Можете идти, — сказал Джейсон целителям, которые разбежались, как жуки после включения света. Нил уже был фигурой восхищения и иногда запугивания для целителей клана. Более того, Джейсон был Джейсоном. Для клана, даже больше, чем для мира в целом, он был воплощением тайны и силы.

— Как он? — спросил Джейсон Нила, который использовал свою силу восприятия, чтобы оценить состояние Найджела.

— Я в порядке, — настаивал Найджел и попытался сесть. Он подозрительно посмотрел на Нила, когда целитель легко толкнул его обратно.

— У тебя есть врожденная восстановительная способность золотого ранга, и тебе всё ещё нужно активное исцеление, — сказал Нил. — Это не «в порядке».

Нил повернулся к Джейсону.

— Какой-то эффект ранения, — объяснил он. — Препятствует исцелению и не может быть очищен, если сначала не снять отдельный эффект кровотечения. Поскольку кровотечение — это также эффект ранения, который поглощает исцеление, это неприятная комбинация. Если бы я не знал лучше, я бы сказал, что это сделал ты, Джейсон.

— Ты уверен, что знаешь лучше? Это мог быть я.

— Это два эффекта, а не двадцать. Я узнаю твою чепуху, когда вижу её. В основном, мне нужно влить огромное количество магии, чтобы исцелить через это, вот почему это было так трудно для серебряных рангов. Он будет в порядке.

— А как насчет моей команды? — спросил Найджел.

— Уже позаботились, — заверил его Нил. — Ты проделал хорошую работу, сохраняя их в безопасности. Принимать эффекты золотого ранга, будучи серебром, тяжело, особенно такие.

— Хорошо, — сказал Найджел. Он заметно расслабился и лег обратно на каталку.

— Говорят, ты столкнулся с Герлингом, — сказал Джейсон.

— Да. И я бы сказал, что он казался живым, но я мог чувствовать смерть в его ауре. Но не обычную смерть. Это было неправильно. Мерзко. Испорчено.

— Нежизнь, — сказал Нил.

— Да, — сказал Джейсон. — Найджел, расскажи мне всё.

Глава 988: Если не поспеваешь

Глава 988: Если не поспеваешь

Текущим жильем Элизабет была камера со стеклянной стеной. Там была настенная койка и книжная полка. Большой стол был разделен стеклом пополам: одна половина в комнате, другая — в широком коридоре снаружи. Коридор выглядел так, будто принадлежал старой больнице, простой и пустой. Некогда безупречная штукатурка была обесцвечена и трескалась. Плитка на полу громко стучала при каждом шаге.

Элизабет сидела за столом по одну сторону стекла, в то время как Нил, Карлос и Иан Эванс-Асано были по другую. Отец Эми был врачом, когда узнал о магии, и теперь имел два десятилетия опыта на стыке медицины и магической биологии. У всех них, включая Элизабет, были планшеты, отображающие диаграмму человеческого тела, которая была очень похожа на ту, что из традиционной китайской медицины.

— Картирование меридианов неточно, если брать широко, — объяснил Иан. — Пользователи эссенций сами по себе развивают разные пути, основанные на специфике их индивидуальных силовых структур. Если мы собираемся подавлять и извлекать кровавых паразитов у людей, мы должны начать с того, чтобы уметь обнаруживать их, не вызывая той реакции, с которой столкнулся Джейсон.

— А как насчет Джека Герлинга? — спросила Элизабет. — Я уверена, что Маккин ввел в него каких-то паразитов, чтобы украсть у меня контроль. Вероятно, какой-то вариант паразитов, которых я имплантировала разным людям.

— Вероятно, — сказал Иан. — Не вижу, как это нам поможет.

— У меня есть образцы от Герлинга, оставленные в различных битвах, — сказал Карлос. — Возможно, между информацией, которую мы почерпнули от Элизабет о её магии крови, и этими образцами, вы могли бы также составить карту меридианной системы Герлинга. Если мы сможем получить структуру того, как работает его магия, есть варианты, которые мы можем изучить. Я уже разрабатывал целевое оружие раньше.

— Карлос, — сказал Нил, его голос был предупреждением. — Нам что, снова нужно обсуждать, что является, а что не является уместным для жреца Целителя?

— Я просто говорю, что есть варианты, — сказал он.

— Не вижу, как они есть, — сказал Иан. — Откладывая в сторону последствия целевого биологического оружия, построение карты меридианов — это нелегко. Пользователи эссенций — это одно, но Герлинг — кровавый клон с бог знает какими модификациями. Идея картирования его меридианной системы с помощью нескольких образцов, некоторых заметок о древней магии крови и догадок просто не жизнеспособна. Это как пытаться провести МРТ-сканирование кому-то, кого вы знаете только по смутному описанию, по почте. Это просто так не работает.

— Где вы вообще научились магии крови, чтобы создать кровавого клона? — спросил Нил Элизабет. — Или чтобы основывать на ней кровавые дубы и кровавых паразитов? Это более сложно, чем магия, к которой имеет доступ этот мир. Я предполагаю, что она пришла из моего мира, но давно. У неё есть признаки магии в стиле Паллимустуса, но архаичный вариант, который я видел только в исторических записях.

— Она пришла от того, кого вы называете иномирянином, — сказала Элизабет. — Ни Асано, ни человек, основавший Сеть, не были первыми.

— Магия такой древности имеет недостатки, — сказал Нил. — Особенно в том, как вы её использовали. Тело Герлинга не было по-настоящему живым, но и не было неживым. Оно поддерживалось с помощью вашей силы, и именно так вы сохраняли контроль.

— Наше текущее мнение состоит в том, что Маккин нашел и использовал эти слабости, чтобы вытеснить вашу силу и узурпировать ваш контроль, — сказал Карлос. — Превратив Герлинга из вашего продолжения в самоподдерживающуюся нежизнь. Какой-то вариант вампира. Мы изучали то, что восстановили из исследований магии крови, которые проводили ваши вампиры.

— Маккину никогда не давали доступа к моим исследованиям магии крови, — сказала Элизабет. — Мари заставляла его работать только над пространственной магией, чтобы фармить ядра реальности. Мои вампиры только предоставляли инфраструктуру.

— Вам не следовало помещать его в одно здание, — сказала Фарра, идя по коридору и входя в поле зрения Элизабет. — Я работала с Маккином, и он величайший исследователь, не привязанный к области, которого я встречала со времен Клайва Стэндиша. Он впитывает знания, как губка. Единственное, чего ему не хватает как исследователю, — это чувства этики или сдержанности. У него нет недостатка в амбициях или блеске. В тот момент, когда он подобрался хоть сколько-нибудь близко к вашим исследованиям, обещаю вам, он заглядывал им через плечо. Вероятно, началось с полезного предложения. Какого-то озарения, которое ваши люди упустили. И вот вы уже знаете, он тихо сотрудничает, позволяя им присвоить кредит, чтобы они молчали о его участии. И вот вы уже знаете, ваши вампиры-исследователи планируют предать вас, вероятно, думая, что это была их собственная идея.

— Окей, это звучит как Злой Клайв, смешанный с обычным Джейсоном, — сказал Нил. — Это не тот, против кого я хочу выступать.

— Я не понимаю, почему вы все вообще здесь, — сказала Элизабет. — Джек Герлинг, даже как теперь автономный, испорченный вампир, — ограниченная угроза. Он один золотой ранг, и, даже если он сильнее, чем был, у вас есть доступ ко многим, кто сильнее. Конечно, вы, Хурин.

— Причина, по которой мы здесь, — сказала Фарра, — в том, что Маккин сделал Герлинга решением проблемы, которую вы не смогли решить.

— Должны ли мы говорить ей это? — спросил Иан.

— Джейсон уверен, что она в безопасности, — сказала Фарра. — И чем больше она знает, тем больше может помочь.

— Предполагая, что она хочет, — сказал Нил. — Что является открытым вопросом.

— Чем больше она помогает, тем больше может получить от Джейсона, — сказала Фарра. — А ей предстоит многое сделать, просто чтобы получить «не быть расплавленной в кровавую жижу» от Джейсона, учитывая всё, за что она несет ответственность.

— Какую проблему Герлинг мог бы решить? — спросила Элизабет. — Он — истерзанная душа в мешке с кровью.

— Теперь он больше, — сказала Фарра. — Война вампиров снова в самом разгаре. Люди вернулись к ударам по центрам вампиров, будь то кровавые фермы, исследовательские центры, которые вы идентифицировали, или даже некоторые из их главных крепостей в больших городах. За годы после последних открытых конфликтов человеческие пользователи эссенций стали сильнее, быстрее, чем вампиры.

— Я прекрасно осведомлена, — сказала Элизабет.

— Да, — сказала Фарра. — Вот почему вы выделили так много ресурсов на создание кровавых дубов, да? Но проблема, которая у вас была, — это контроль над ними. Мы знаем из инцидента в Мельбурне.

— Если бы они всё ещё были неконтролируемыми, их угроза была бы реальной, но ограниченной, — сказала Фарра. — Неконтролируемая, животная агрессия — это локализованная, изолированная угроза. Но то, что мы видим от них, — это координация. Они действуют регионально и стратегически. На индивидуальном уровне они используют тактику и идут к целям с фокусом. Было несколько столкновений с присутствием Герлинга, где мы не смогли захватить его из-за того, насколько эффективно он командовал ими.

— Вы думаете, что он — решение проблемы контроля, — сказала Элизабет. — Что то, что Саймон сделал с ним, превратило Герлинга в их короля.

— Источник всей магии крови, ответственной за это, — вы, — сказала Фарра. — Даже если Маккин продвинул её, фундамент — это то, что вы дали вампирам.

— Я не единственный маг крови среди моего вида, — сказала Элизабет.

— Но вы самая знающая, — сказал Карлос.

— Да, — признала Элизабет.

— Если вы хотите, чтобы Джейсон искренне обратил внимание на ваш вклад, вам нужно дать нам что-то, что мы можем использовать, — сказала ей Фарра. — Что у вас есть?

— Вы только что сказали мне, в чем ваша проблема, и ожидаете, что я найду решение прямо сейчас, с ходу? — спросила Элизабет.

— Да, — сказала Фарра. — Я знаю, что вы не понимаете, как это в другом мире, но есть искатели приключений, а есть искатели приключений. Отбросив скромность, мы — одни из самых способных людей в двух мирах. Если вы не можете поспевать за этим и вносить значимый вклад, не ожидайте, что всё пойдет хорошо для вас.

Фарра развернулась и начала идти обратно по коридору.

— Подождите, — сказала Элизабет. Фарра остановилась и обернулась.

— Очевидно, — сказала Элизабет, — я не знаю, что Саймон сделал с Джеком. Но, как вы сказали, фундамент всего этого — магия крови. Моя магия крови. Насколько широкую область Герлинг охватывает связью с кровавыми дубами?

— Мы не знаем, — сказала Фарра. — Они демонстрируют новое поведение по всей Европе, но находится ли он в постоянном контакте или просто направляет их и отправляет в путь, мы не знаем.

— Я подозреваю, что ему нужно поддерживать хотя бы некоторый контакт, чтобы подавлять естественные инстинкты кровавых дубов, — сказала Элизабет.

— Не уверен, что «естественные» — подходящее слово, — сказал Иан.

— Мой посыл, — сказала Элизабет, — в том, что базовые механизмы того, чем является Герлинг и что он делает, происходят из моей магии крови. Если Герлинг в контакте со всеми кровавыми дубами, у меня есть хорошее представление о том, как это могло бы работать. Возможно, можно использовать это, чтобы отследить кровавые дубы, потенциально даже проследить их обратно к Герлингу. По крайней мере, я, вероятно, могу составить ритуал, который поможет вам обнаружить их присутствие в определенной области.

— Хорошо, — сказала Фарра.

— Скажите Асано, что мне понадобится место, чтобы работать над этим. Ритуальные материалы, пространство, где можно сбалансировать окружающую магию. Я не могу сделать это изнутри пустой камеры.

— Он уже знает, — сказала Фарра, кивая мимо Элизабет.

Королева вампиров обернулась и увидела новую дверь в стене своей камеры.

— Он всегда слушает, — сказала ей Фарра. — Всегда смотрит. Веди себя прилично, вампир.

Она снова развернулась и ушла.

* * *

Анна знала Холли Макроссан давно. Когда Анна руководила отделением Сети в Сиднее, Холли была тем человеком, за которым Анна присматривала. Неудивительно, что отделение Сети было сильно сосредоточено на магии, монстрах и, в старые добрые времена, секретности. Люди внутри него, как правило, фокусировались на этих аспектах, несмотря на то, что администрация, логистика и политика были двигателем, который заставлял транспортное средство двигаться вперед.

Как одна из редких бюрократов, которые могли эффективно ориентироваться в магическом обществе, Холли быстро поднялась по карьерной лестнице чиновников Сети, но без громких волн. После раскола Сети Анна взяла Холли с собой в ООН, в конечном итоге порекомендовав Холли стать её преемницей после ухода. Эта рекомендация не была принята, но первоначальная замена Анны потерпела крах, после чего была назначена Холли.

Анна знала, что у Холли была терпимость к диким событиям, которые происходили вокруг магии, но всегда были пределы. Потеря племянника сильно ударила по ней, и её длительный перерыв в работе в конечном итоге привел к тому, что её заменили. Услышав об этом, Анна отправилась навестить Холли там, где она всё ещё останавливалась, в Деревне Асано.

— Не ожидала компании, — сказала Холли, впуская Анну в дом. — Придется извинить за беспорядок.

Холли, безусловно, была более растрепанной, чем Анна привыкла видеть. На её футболке было пятно от еды, а спортивные штаны были потерты внизу.

— Я понимаю, Холли. Нас не так много, кто делает то, что делаем ты и я. Не хорошо, во всяком случае. Иметь дело с силами, которые настолько огромны и опасны. Ты обнаружишь, что большинство из нас сломались в какой-то момент, после полного столкновения с силами, которыми мы должны управлять.

— Ты сломалась?

— О, да. После того, как лорд вампиров вторгся в моё отделение в Сиднее… Я знаю, это тяжело, Холли. Я правда знаю.

Холли повела Анну вниз, в гостиную с видом на море. В воздухе чувствовалась затхлость, вместе с ассортиментом пустых коробок из-под пиццы, банок из-под пива и бутылок из-под ликера.

— Не ожидала компании, — сказала Холли и упала в кресло. Анна заняла то, что рядом.

— В Сиднее есть группа, — сказала Анна. — Люди, которые понимают, через что мы прошли. Я часто посещала её, до того как получила работу в ООН.

— Ту, которую я только что потеряла. Полагаю, ты слышала.

— Слышала.

— Ты думаешь, круг групповой терапии поможет?

— Мне помог. Прошло время, так что я проверяла. Он всё ещё работает, и теперь немного профессиональнее. Раньше это были инсайдеры Сети, сидящие в общественном центре. Сейчас всё открыто, и так фракционировано. Они теперь осторожнее с анонимностью и контролем информации. Убеждаются, что это пространство, которое может помочь, а не быть ещё одним стрессором.

— Не знаю, Анна.

— Я не буду давить. Если захочешь подробности, обращайся в любое время.

— Не то чтобы у меня не было времени. Что мне делать теперь? Я буду ядом после увольнения. Добавь к этому фактор Асано, и я не знаю, где я окажусь.

— Фактор Асано?

— Последние пару недель мне звонило много людей с соболезнованиями. Забавно, разговор всегда сводится к одной из двух вещей. Есть ли у меня прямой выход на Асано, или что мне, возможно, не стоит обращаться в ближайшее время. Они формулируют это в более приятных выражениях, чем это. В основном. Но они дают понять, что не хотят иметь со мной ничего общего. У тебя должно было быть хуже, чем у меня, после того как ты пошла работать на него.

— Да. Но ты можешь использовать это, в любую сторону, как пойдет. Это становится рычагом давления, в будущем, если разыграть карты правильно.

— Не знаю, есть ли во мне это ещё, Анна.

— Думаю, есть. Только ты можешь знать это наверняка, но иногда взгляд со стороны — это то, что тебе нужно.

— Ты здесь, чтобы завербовать меня?

— Нет. Это будет позже, когда ты будешь жить где-то, где не пахнет общежитием студента университета.

Холли рассмеялась, затем выглядела удивленной этим.

— Не помню, когда в последний раз делала это.

— На данный момент, — сказала Анна, — я здесь, чтобы пригласить тебя на ужин.

— Асано сказал тебе сделать это?

— Нет, Сьюзан. Она беспокоилась о тебе, но не хотела обращаться пока. Она решила, что у тебя и так полно стервятников, кружащих вокруг.

— Сьюзан здесь, в Австралии?

— Нет, во Франции. Я знаю много золотых рангов с магией порталов теперь. Прекрасный человек по имени Клайв предложил переправить нас. И отправить тебя куда угодно, куда ты захочешь после. Тебе, вероятно, стоит выяснить, где это. Я разговаривала с Ленорой, которая управляет деревней. Она сказала, что ты можешь оставаться сколько угодно, но это не лучшая идея. Рано или поздно люди попытаются использовать тебя, включая меня. Я просто пока не буду.

— Как Сьюзан?

— Хорошо. И, вероятно, единственный человек, которого ты встретишь, чья единственная повестка — твоё благополучие, так что тебе стоит принять её приглашение на ужин.

— На территории Асано. Во Франции, наводненной вампирами.

— Ты обнаружишь, что вампиры держатся на расстоянии. Я бы не ожидала, что они ворвутся во время еды.

— Ладно. Я приду на ужин. Ради Сьюзан, не ради тебя.

— Тебе стоит сначала принять душ. Длинный, пока я найду тебе что надеть. У тебя есть где-нибудь чистая одежда?

Глава 989: Человек сражался с монстрами

Глава 989: Человек сражался с монстрами

Девочкой Делия ДеУитт смотрела по телевизору, как человек сражался с монстрами. Люди бежали, кричали и умирали. Были герои в ярко раскрашенных костюмах, но они были исполнителями, там для шоу. Они были там не для того, чтобы сражаться с монстрами, а чтобы их видели сражающимися с монстрами. Именно тот, окутанный тенью, двигался со страстью и свирепостью. Темный мститель, отдающий всё, что у него было.

Сегодня Делия была пользователем эссенций в Глобальной оборонной сети. С того дня, как она увидела человека с темными силами, всё, чего она хотела, — это быть воином, который сражается с монстрами. Героем, который защищает людей. Он показал ей, что это мечта, которой можно достичь. Теперь, будучи новоиспеченным серебряным рангом, она только что была назначена главным защитником Бангора, небольшого валлийского соборного города с населением двадцать одна тысяча человек. Вместе с командой бронзовых рангов она отвечала за устранение любых угроз монстров, которые появлялись в регионе.

Хотя она всё ещё нервничала из-за новой ответственности, Делия была взволнована шансом оправдать свою детскую мечту. Быть героем, стоящим против прилива. В этот момент, однако, эта мечта быстро превращалась в кошмар.

Манифестация появилась на территории самого собора. Огромная сфера радужного света появилась среди деревьев и разорвала их. Земля была устлана листьями, разбитыми ветвями и осколками дерева, как будто стволы были поражены бомбой.

Сеть выполнила свою работу, станция мониторинга сообщила о событии команде Делии заблаговременно. К тому времени, когда монстры появились из манифестации, она была готова и ждала, в то время как остальная часть её команды была занята эвакуацией гражданских лиц. Показания со станции мониторинга были о манифестации серебряного ранга умеренной силы. Это означало одного монстра, который был мощным для своего ранга, небольшое количество с более умеренной силой, или более слабых монстров в стае или рое.

Станция мониторинга ошиблась. То, что появилось, было стаей железных львов, каждый — зверь из живого металла, размером с небольшой автобус. Быстрые, ловкие и высокоустойчивые к урону, один или, возможно, два должны были появиться из манифестации заявленной силы. Вместо этого не менее девяти чудовищ вышли из манифестации, радужный свет сверкал на их металлических телах.

Делия была готова. Не к такому количеству, которые были такими сильными, но она была подготовлена. Её набор сил происходил от эссенций Оружия, Скорости, Ловушки и Стычки и был построен вокруг того, чтобы усеять поле боя ловушками. Она заманивала врагов в них с помощью тактики «ударил-убежал», прежде чем заканчивать дела способностями, которые умножали урон по пойманным врагам. Это был подход, который позволял ей эффективно сражаться против больших сил, и именно поэтому ей доверяли быть единственным серебряным рангом на удаленном посту.

Делия всегда заставляла себя быть лучше. Овладеть своими силами и отточить свои навыки до лучшего охотника на монстров, каким она только могла быть. Как лучше расположить свои магические ловушки, оснащая поле боя до начала боя. Как направлять ход битвы, используя тактику стычки, чтобы заставить врагов двигаться в её темпе. У неё даже был опыт сражения с железными львами раньше.

Благодаря практике и преданности делу она точно знала, насколько она хороша. Чего её навыки, силы и опыт позволят ей достичь. И она знала, без сомнения, что этого будет недостаточно, чтобы справиться с девятью металлическими монстрами одновременно. Как бы хороша она ни была, как бы тщательно ни готовилась, у неё не было ловушек, навыков или силы, чтобы выиграть бой, с которым она теперь столкнулась. Но у неё не было и альтернативы, кроме как рвануть и бежать. И если бы она сделала это, если бы оставила людей города на убой, это было бы предательством всего, чем она была. Мечты, которую она лелеяла для себя с тех пор, как была девочкой, сжимая руку матери, пока они смотрели телевизор в благоговении и ужасе.

Железные львы были знакомым монстром, известным тем, что играли со своей едой. Они превратили бы город в бойню мучений, если бы добрались до населения, но это была также слабость, которую Делия могла использовать. Как скирмишер, она тоже могла играть, и единственным призом, к которому она могла стремиться, было время. Она подала сигнал своей команде бежать и не возвращаться, вместо этого связавшись с Сетью за подкреплением.

Если она сможет задержать монстров достаточно долго, её коллеги из Рил и Карнарвона смогут прибыть, возможно, даже давая ей шанс на выживание. Если этих подкреплений будет недостаточно, они смогут купить время вместе. Как только отделение Сети в Ливерпуле узнает, что происходит, они развернут силы, которые превратят железных львов в железный лом.

Сообщение от её команды пришло фрагментами, прерываемыми тяжелыми помехами. Её сердце упало, когда она уловила лишь обрывки панического предупреждения среди прерывистого шипения статики.

— Не могу получить… спутниковый телефон не будет… вампиры…

Последнее, что она услышала, был крик, прежде чем даже статика затихла.

* * *

Джейсон был в своей частной резиденции, на вершине административной башни в Словакии. У него был большой офис, которым он редко пользовался, и он стоял посреди него. Облачная субстанция поднялась с пола, чтобы превратиться в рой мониторов. Они отображали кадры, взятые из интернета, из постов в социальных сетях и новостных сюжетов. Разум Джейсона золотого ранга, наполовину трансцендентный, легко мог отслеживать все двенадцать каналов одновременно.

Манифестации монстров впервые появились во время последней поездки Джейсона на Землю, и годы спустя о них сообщали, как о погоде. Только когда они происходили рядом с крупными населенными пунктами, они привлекали дополнительное освещение в СМИ.

Мир, изображенный на экранах, был миром, выходящим из-под контроля. Рост магии подложил свинью религиям, которые наблюдали растущее членство наряду с общим сдвигом в сторону экстремизма. Падали не только правительства, но и целые системы управления. Самыми стабильными регионами были США, Россия и Китай, которые урегулировали свою раннюю суматоху после раскрытия магии. Именно в регионах, где влияние меняющегося мира приходило медленнее, казалось, всё было на грани развала.

В Австралии двойной роспуск отправил в отставку всё правительство во второй раз в истории. Это спровоцировало не только новые выборы, но и свежие дебаты о месте нации в Содружестве. Северная Африка и Ближний Восток наблюдали жестокие столкновения между политическими реформаторами и силами истеблишмента. Продолжающийся переход от ископаемого топлива к магическим технологиям уменьшил внешнее влияние в регионе. Старые конфликты бродили, как горькое вино, в новые войны.

Одним взмахом руки Джейсона все экраны, кроме одного, погасли. Громкость на оставшемся, отображающем новостной репортаж, увеличилась.

«…замечены в Калькутте второй день. Религиозные власти продолжают избегать какой-либо публичной позиции по поводу «чудесного бриза», приписываемого женщине с серебряными волосами, которая также ещё не сделала никакого заявления по поводу…»

Ещё одним щелкающим жестом все экраны вернулись в облачную субстанцию и рассеялись.

— Несмотря на то, что вы удерживаете внимание мировых политических держав, — сказала Тень, — ваш публичный имидж остается относительно сдержанным.

— Хорошо. Чем дольше это удерживается, тем лучше.

— Возможно, но, возможно, и нет. Слишком много людей знают слишком много. Мир может видеть рябь, вызванную нашим прибытием в этот мир. Они скоро проследят её обратно к вам. Согласно Гордону, ваш профиль в сети растет в конспирологическом направлении. Я видел другие миры, где сетевая коммуникация находится в зачаточном состоянии. Дезинформация процветает, даже без злого умысла. Попытка хранить секреты, которые нельзя сохранить, кормит уродливого зверя.

— Я начинаю беспокоиться о том, сколько времени Гордон проводит в интернете.

— Лучше это, чем смотреть фильмы. У него был один прошлой ночью с ученым, ниндзя, капитаном речного судна и путешествующим во времени киборгом по имени… Мандроид.

Неодобрительная пауза Тени была достаточно тяжелой, чтобы служить пресс-папье. «......Мандроид».

Он закончил предложение тоном, обычно зарезервированным для случаев, когда Джейсон оставлял свои грязные носки на полу.

— Ты имеешь в виду Ликвидаторов? У того были на удивление отличные практические эффекты для Мандроида.

— Как думаешь, Жнец был бы готов забрать меня обратно?

— Боюсь, твоя повозка привязана к этой лошади навсегда, приятель.

— Это решение, возможно, было принято в чрезмерной спешке.

Джейсон усмехнулся, но смех затих, когда его мысли вернулись к их более раннему обсуждению.

— Как думаешь, стоит ли мне спроектировать какое-то публичное заявление? — спросил он. — Опередить общественные настроения?

— Не думаю. Такие решения лучше оставить миссис Тилден, но люди будут верить в то, во что верят. Если вы не намерены участвовать в массовой пропагандистской кампании, этику которой, я полагаю, вы бы не одобрили.

— Да, я почти уверен, что ты прав.

— Я считаю, что ваш текущий курс игры в отшельника — лучший, мистер Асано. Этот мир потрясали много раз в последние годы, и вы — лишь одна часть этого. Используйте этот шанс, чтобы тихо провести время с друзьями и семьей. Если миру понадобитесь вы, он постучится.

Джейсон сделал долгий, успокаивающий вдох, затем медленно выдохнул.

— Я просто привык к тому, что всегда что-то происходит, что не знаю, как просто расслабиться?

— Да, мистер Асано. Что делает то, что я должен сказать дальше, довольно прискорбным.

— И что же это?

— Я полагаю, мир собирается постучаться.

* * *

Ленора не была уверена, как она оказалась назначенным связным с Джейсоном Асано. Она не была ни из одной из магических фракций, разведывательных агентств или других сторон, участвующих в многонациональной оперативной группе. Она была из австралийского правительства, назначенная управлять Деревней Асано. Её работа должна была находиться где-то между управляющим зданием и менеджером отеля, имея дело с посетителями со всего мира. Вместо этого она каким-то образом стала нейтральной стороной, удерживающей членов оперативной группы от того, чтобы перегрызть глотки друг другу.

С генерал-губернатором, распускающим всё правительство, Ленора понятия не имела, сохранит ли она свою должность, когда осядет пыль. На данный момент она была занята тем, что была смазкой, которая мешала секретным агентам и оборотням-ограм вступать в драку. Частью этого была оценка любой информации, которая потенциально затрагивала нескольких членов оперативной группы.

Её офис находился в том, что раньше было резиденцией мэра. Также в комнате был стол её заместителя, Барри Синиза. Барри смотрел на отчет, который только что появился на его планшете.

— Нора, — сказал он, отвлекая её от заявки на туалетную бумагу, над которой она работала.

— Да?

— Ты знаешь ту вещь, о которой Сеть сказала нам не беспокоиться?

— Ту, о которой мы определенно беспокоимся?

— Да.

Сеть искала аномальные показания в сети, которые указывали на потенциальное фермерство ядер реальности. После недель ничего не происходило, несколько случаев произошли почти мгновенно. Вместо территории вампиров, как ожидалось, они появлялись в районах, которые люди всё ещё удерживали. Соединенное Королевство было относительно нетронутым, по сравнению с большей частью Европы, а Западная Азия попадала за пределы границы вампирского домена.

— Что с ней? — спросила Нора.

— Если сеть и коммуникации оба испорчены, я думаю, что то, что происходит, критично по времени.

— Да.

— Я смотрю на развертывания оперативной группы, и они фокусируются на основных областях. Крупные населенные пункты, крепости Сети.

— Это имеет смысл.

— Но региональные районы могут быть в более срочной нужде в помощи. Они будут теми, у кого в первую очередь самое слабое присутствие пользователей эссенций, но они низкий приоритет для помощи.

— Барри, я знаю, что нас втянули в роль прославленных секретарей для шпионов и волшебников, но не думаю, что они оценят, если мы будем делать предложения в разгар кризиса.

— Я знаю. Но в оперативной группе есть кое-кто, к кому никто ещё не обращался, верно?

— Ты хочешь, чтобы я обратилась к Джейсону Асано и попросила его проверить людей в куче маленьких городков в сельской местности?

— Да, — сказал Барри. — Хочу.

* * *

Ленора наблюдала, как темная фигура вышла из тени. Это была эфемерная вещь, сделанная из тьмы, но говорила голосом Асано.

— Что вам нужно?

— Если я скажу вам, что происходят некоторые вещи, но у меня нет времени объяснять, и людям нужна ваша помощь, что бы вы сказали? — спросила Ленора.

— Где?

Она кивнула Барри, который подошел к Тени и протянул планшет, показывающий карту.

— Девять мест по всей Великобритании, Ирландии, Восточной Европе и Западной Азии, — сказала Ленора. — Вы можете добраться до них быстро?

— Тень? — спросил Джейсон.

— Словения хорошо расположена для материковой Европы и азиатских локаций, — сказала Тень. — У меня есть тело в Рексеме, Уэльс, к которому вы могли бы прыгнуть, а затем я мог бы использовать свои формы транспортных средств, чтобы добраться до остальных локаций за шесть-одиннадцать минут.

— Почему у тебя есть тело в каком-то месте в Уэльсе? — спросил Джейсон.

— Чувствительно к времени, мистер Асано, — отчитала Тень.

— Точно, извини. Занимаюсь.

Темная фигура исчезла в тени горшка с растением.

— Это было странно, верно? — спросил Барри. — Два парня в одном теле, ведут разговор.

— Тело было межпространственным теневым пришельцем, Барри.

— Да, как я и сказал: странно. Кто-то должен пойти сказать людям из Сети, что мы только что сделали, верно?

— Да, Барри, должны.

— Я не «не это».

— Ты не можешь сказать «не это», Барри.

— Ещё как могу. Можешь принести мне диетическую крем-соду, пока ты там этим занимаешься?

— Ты знаешь, что я твой босс, верно?

— Точно, извини. Можешь принести мне диетическую крем-соду, пока ты там этим занимаешься, Босс?

* * *

Делия хотела только одного — лечь и закрыть глаза. Её одежда была в лохмотьях, кожа покрыта кровавыми рваными ранами. На правой руке не хватало двух пальцев, а левая рука безжизненно висела вдоль тела. Система, обычно благо, мигала полосками выносливости и маны, которые были почти пустыми. Маленький силуэт, показывающий её здоровье, имел каждую часть тела, отмеченную предупреждающим желтым или ужасным красным цветом.

Она сожгла большую часть своей скудной оставшейся маны, чтобы увеличить скорость, едва избежав пути помятого, но целого железного льва. Трое были мертвы, лучше, чем она представляла, но у неё не осталось маны, чтобы наколдовать новое оружие, не говоря уже о том, чтобы выстрелить. Дефицит маны оставил её голову с ощущением, будто через неё пробили шип. Её тело кричало ей остановиться и отдохнуть, но она не могла позволить себе даже замедлиться.

Осталось всего пара ловушек, которые не сработали. Она пронеслась прямо через одну, лев на её пятках. Ловушка проигнорировала её, но сработала на монстра, кабели изверглись из земли, чтобы связать его. Это был бы легкий фраг, если бы у неё хоть что-то осталось. Другие львы обошли её, кружа, как акулы. Они знали, что она закончила, даже если она отказывалась принять это. Она попыталась вырваться, но только дух был готов. Её ноги подкосились, и она упала на землю, приземлившись среди грязи, взрытой осколками взорванного ствола дерева.

Львы рычали друг на друга, каждый пытаясь утвердить доминирование. Один наконец запугал остальных и двинулся, чтобы забрать фраг. Сознание Делии уплывало, её глаза закрывались, когда зверь свернулся, чтобы прыгнуть. В бреду, когда она теряла сознание, она подумала, как странно изменилась аура существа, внезапно снизойдя, как гневный бог. Её последней мыслью было, что до этого она не чувствовалась так.

* * *

Девочкой Делия ДеУитт смотрела по телевизору, как человек сражался с монстрами. Несмотря на его темные силы и теневой облик, она знала его с первого момента как героя. Она пришла в сознание, будучи уверенной, что никогда больше этого не сделает. Над ней стояла темная фигура, окутанная тем, что выглядело как ночное небо. Она вздрогнула от громкого металлического скрежета, сигнализирующего о том, что железный лев врезался в землю, выглядя так, будто побывал в автомобильном прессе. Пятеро других последовали за ним в коротком порядке.

Ей была протянута рука.

— Ты хорошо справилась, — сказал ей Джейсон.